Сегодня мой тридцатый день перерождения!

В понедельник, 8 февраля, стояла прекрасная погода.

С раннего утра персонал Xinghe Entertainment, от директоров отделов до охранников, находился в состоянии боевой готовности.

Сегодня вступал в должность их новый босс. Все в компании, независимо от возраста и пола, то и дело прогуливались у ворот, чтобы первыми увидеть нового президента.

Какая отчаянная голова решила купить их компанию?!

Xinghe Entertainment, комплексная развлекательная компания, была основана пять лет назад. Занималась развитием кино и телевидения, а также выращиванием артистов. И последние пять лет постоянно терпела убытки.

И вот накануне Праздника Весны кто-то неожиданно предложил купить Xinghe Entertainment.

В 10:30 утра на обочине дороги припарковался «Бентли», вызывающего бордового цвета.

Дверь машины медленно открылась. Из автомобиля вышел молодой человек в деловом костюме и кожаных туфлях.

Он слегка задержался, чтобы застегнуть пуговицу на костюме и поправить на переносице очки в золотой оправе. И только собирался сделать шаг, как затаившиеся за углом директора отделов бросились к машине и выстроились перед ним в аккуратную линию.

- Приветствуем вас, босс!

Небо содрогнулось от оглушительного приветствия надеявшихся на хорошее будущее сотрудников компании.

Выглядел новый президент действительно богато. Уж он-то не даст скатиться их компании на самое дно!

Лицо молодого человека напряглось. И он пояснил:

- Не кричите, я всего лишь помощник босса.

Он обошел автомобиль и, наклонившись, открыл дверь:

- Президент Сяо Сун, мы на месте.

Сун Юньжань медленно повернул голову и поправил своего подчиненного:

- Помощник Тан, теперь я владелец солидной компании. Перестань уже использовать это уничижительное обращение «маленький» (Сяо).

- Хорошо, президент Сяо Сун.

- …

А ладно, забудь. Тот, кто вершит большие дела, не зацикливается на тривиальных мелочах.

Сун Юньжань поправил прическу и вынырнул из машины.

Директора и иже с ними при виде его ошеломленно замерли.

Сотрудники Xinghe Entertainment уже не один год трудились на ниве индустрии развлеЧэньий, повидали много звезд, и больших, и маленьких. Их иммунитет к красоте закален до состояния армированной стали.

Но такого они не ожидали. Их новый босс оказался редким красавчиком. Если бы он захотел, то с легкостью заработал бы своим красивым личиком не только на хлеб, но и на пирожные. Он совсем не похож на свирепого президента, больше - на изнеженного молодого господина.

Сун Юньжаню было всего двадцать два года. И, в отличие от своего помощника, он не носил делового костюма.

В теплый холодный февральский день на нем был легкий плащ, который стройнил его и без того довольно худощавую фигуру. Некая волшебная отстраненность витала над этой неоднозначной персоной.

Черты его лица были столь изысканны, словно их нарисовал великий мастер кисти и туши. Даже его небрежно брошенный взгляд заставил сердца сбитого с толку персонала учащенно забиться.

Сун Юньжань уже давно к этому привык.

Он спокойно пережил скрещенные на нем взгляды и тихо скомандовал:

- Всё, пойдемте.

Церемония встречи нового президента превратилась в фан-встречу.

Закончив утреннюю работу, Сун Юньжань рухнул во вращающееся кресло и испустил вздох облегЧэньия.

Он не ожидал, что быть президентом так увлекательно. Один из художественных руководителей так разволновался в его присутствии, что чуть не потерял сознание.

Ближе к полудню помощник Тан послушно напомнил:

- Президент Сяо Сун, вы хотите пригласить сотрудников на обед?

- Давай не сегодня. Дадим им время адаптироваться, - Сун Юньжань на мгновение задумался. - Какой у меня график работы во второй половине дня?

Заглянув в пустое расписание, помощник Тан после трех секунд молчания честно признался:

- Никаких встреч не намеЧэньо.

Такой ответ очень разочаровал Сун Юньжаня.

Он прищурил свои красивые глаза:

- Скажи мне правду, это мой отец подослал тебя ко мне?

Помощник Тан стиснул зубы и ничего не сказал. Но выражение его лица говорило само за себя.

Сун Юньжань тихо фыркнул:

- Я знал, что он не верит в меня.

Помощник Тан нерешительно посмотрел на него: В тебя даже твоя собака не поверила бы. Что уж говорить о господине Суне.

Все комментарии в адрес Сун Юньжаня, что в прошлом, что в нынешнее время сводились к двум типам.

Одни хвалили его за красивую внешность, другие - смеялись над ним, как же, этот представитель богатого и беззаботного поколения только и мечтает о том, как попасть в индустрию развлеЧэньий.

Раньше, когда он был еще юн, члены его семьи считали эту его мечту - стать актером - шуткой.

Но после окончания университета в прошлом году Сун Юньжань внезапно заявил своей семье, что планирует начать актерскую карьеру.

Госпожа Сун была так потрясена, что выступила против, даже не выслушав никаких доводов.

Как она могла позволить такое?! Хоть индустрия развлеЧэньий и выглядит гламурно, но сколько в ней кроется постыдных и мерзких подводных теЧэньий.

Кроме того, разве легко быть актером? Сниматься в суровых условиях, а потом еще терпеть неоправданные нападки фанатов, - не глупо ли? Небольшая ошибка, и всю твою семью будут проклинать до седьмого колена.

Но никакие уговоры на Сун Юньжаня не подействовали. Этот упрямец хотел стать актером.

Он рыдал и плакал, на три месяца объявил голодовку, не переставая при этом воевать с родителями. Пока вдруг не потерял сознание и не был госпитализирован.

Сун Юньжань - единственный ребенок в семье. И любящие родители устали с ним бороться.

Удивительно, но после того, как в больнице Сун Юньжань пришел в себя, он неожиданно передумал.

Он не только отверг щедрый контракт, подготовленный господином Суном и его друзьями из шоу-бизнеса, но и объявил, что решил унаследовать семейный бизнес и стать властным президентом, как и его родители.

Вот только родители не особо верили в серьезность его намерений. В их глазах он оставался неуклюжим медвежонком, что тянется лапой за медом прямо в осиное гнездо.

Поэтому его отец просто выкупил для Сун Юньжаня умирающую Xinghe Entertainment. Короче говоря, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось. Пусть на собственном опыте познает трудности ведения бизнеса.

Выражение лица помощника Тана оЧэньь расстроило Сун Юньжаня.

Сегодня тридцатый день его перерождения.

В этом мире он только тридцать дней. Если бы он переродился младенцем, самое время было бы провести церемонию полнолуния. Но он уже достаточно взрослый. Его ждет долгий путь на вершину успеха!

В прошлой жизни Сун Юньжань исполнил свое желание и дебютировал в индустрии развлеЧэньий. Но один неприятный человек по имени Цинь Кэ испортил ему всю карьеру.

Сун Юньжань и Цинь Кэ оба были звездами, но никогда тесно не общались, редко пересекаясь на различных публичных мероприятиях.

С первого взгляда на Цинь Кэ у Сун Юньжаня сложилось плохое впечатление об этом человеке. Сун Юньжань не мог объяснить, почему. Просто ему было дискомфортно находиться рядом с ним.

Насколько ему было известно, Цинь Кэ тоже не жаловал его.

Со временем и все остальные поверили, что они непримиримые соперники.

Постарались и поклонники с обеих сторон, раздувая огонь. Два противоборствующих лагеря плодили и распространяли всевозможные слухи о противной стороне. И когда спустя некоторое время эти два человека встретились, между ними уже искрило так, что другие предпочитали отходить от них подальше, чтобы случаем не пострадать.

Постепенно у Сун Юньжаня осталось только одно желание.

Желание подавить и унизить этого негодяя Цинь Кэ. Сердце Сун Юньжаня заходилось от восторга, когда он представлял, как тот упадет на колени и воскликнет:

- Папа, я был неправ.

Это желание было слишком наивным. Сун Юньжань никому и не говорил об этом. Он мог только лежать в постели в темноте ночи и наслаждаться своими фантазиями. Иногда он даже заходился смехом, когда представлял себе эту восхитительную сцену.

Почему мужчины так жаждут услышать эти слова? Возможно, думал Сун Юньжань, потому что они страстно желают быть отцами.

Но судьба не была благосклонна к нему, Сун Юньжаню. Как бы он ни старался, внимания Цинь Кэ получал больше, чем он. Возможно, скоро он и вовсе лишится внимания публики.

И вот однажды Сун Юньжань случайно услышал, как его агент говорил кому-то по телефону:

- Тебе не кажется, что Сун Юньжань последнее время ведет себя, как идиот? Он явно не соперник Цинь Кэ, почему он не оставит его в покое? Иногда мне хочется сказать ему прямо в лицо, что шоу-бизнес не для него, пусть уже вернется в семью и займется семейным бизнесом.

Сун Юньжань не ожидал, что даже его агент смотрит на него свысока. Он так разозлился, что, вернувшись домой, упился пивом.

Голова кружилась. Он лежал на кровати, глаза его покраснели, и вспоминал слова агента. И тут в его голове родился странный вопрос:

- Неужели я так упорно бился, чтобы попасть в шоу-бизнес, только чтобы постоянно бодаться с Цинь Кэ?

Ответ был найден после того, как Сун Юньжань заснул.

Ему снилось, что мир, в котором он находится, это просто роман о шоу-бизнесе. Главный герой романа Цинь Кэ не может похвастаться благородным происхождением, но обладает необыкновенным талантом и к концу книги достигает головокружительной карьерной вершины.

Сун Юньжань же обычное пушечное мясо, как бы он ни бился, падал все ниже. Он просто клоун, рожденный на свет, чтобы оттенять благородный характер главного героя. Ценность его жизни в том, что он удобная ступенька на пути Цинь Кэ к вершине. Когда Цинь Кэ переступит через ступеньку, исчезнет и ступенька, то есть он, Сун Юньжань.

Ужасающая судьба. Ужасающий сон. Сун Юньжань в страхе открыл глаза.

И… вернулся в тот год, когда окончил университет и как раз собирался подписывать контракт на участие в индустрии развлеЧэньий.

Возможно, именно воспоминания о прошлой жизни и изменили его решение. После выписки из больницы Сун Юньжань сидел дома, в своем просторном светлом кабинете, смотрел в окно на бескрайний сад и слушал, как финансовый консультант отчитывается о его финансах. Вот тогда все и изменилось.

Значит, Цинь Кэ добьется успеха, а он станет всеобщим посмешищем?

Сун Юньжань с этим не согласен! Он сжал кулаки и поклялся быть пушечным мясом, которое осмелится сказать судьбе «нет».

Первый шаг – выкинуть из головы мечты о сцене. Раньше он, следуя сюжету, вел себя глупо и хотел превзойти Цинь Кэ.

Теперь он поменяет метод борьбы. У него есть деньги. Разве он не может победить Цинь Кэ с помощью всемогущей силы своего богатства?! И вот тогда Цинь Кэ придется пасть на колени и умалять его о спасении, называя его отцом.

Эти мысли воодушевили Сун Юньжаня. Он гордо расправил плечи.

Насколько он помнил, где-то на днях Цинь Кэ должен был дебютировать.

Сун Юньжань достал свой мобильный телефон, зашел в Weibo и набрал в поиске «Цинь Кэ».

Цинь Кэ пока еще малоизвестен. И количество фанатов невелико, и количество комментариев. Жалко на это смотреть.

Первый пост представлял собой набор фотографий, на которых господин Цинь, одетый в простенькое белое пальто, холодно смотрел в камеру.

Сун Юньжань нахмурился. Хоть он и ненавидел Цинь Кэ, но не мог не признать, что этот человек несомненно был красив, особенно его глаза.

Фотография хорошо передавала его сдержанный и спокойный темперамент.

Помощник Тан, который долгое время молчал, заметил, что Сун Юньжань уж слишком увлекся своим телефоном, поэтому сделал шаг вперед и попытался ненавязчиво намекнуть своему боссу, что пора обедать.

И тут его взгляд упал на экран мобильного телефона Сун Юньжаня. В его сердце тут же зазвенел тревожный звонок.

Уже подыскивает кандидатуры?

Как говорится, новая метла метет по-новому (в оригинале – чиновник вступает в должность с тремя факелами).

Условия для артистов в Xinghe Entertainment были не особо привлекательные, поэтому и похвастаться выдающимися красавцами и красавицами компания не могла. Да разве можно найти кого-то более привлекательного, чем сам Сун Юньжань?!

Что касается этого…

Помощник Тан еще раз присмотрелся. Что ж, довольно хорош.

- Президент Сяо Сун, вы планируете пригласить его в Xinghe Entertainment? - осторожно поинтересовался помощник Тан.

Сун Юньжань сердито возмутился:

- Кто сказал, что я хочу пригласить его!

Он что, болен? Зачем ему тащить в свою компанию своего соперника из прошлой жизни?!

Помощник Тан удивился:

- Тогда зачем вы изучаете его профиль на Weibo?

Сун Юньжань поднял голову и встретился с любопытными глазами честного помощника Тана и некоторое время не знал, как все объяснить.

После недолгого молчания, так и не найдя ответа на этот вопрос, он просто отмахнулся от своего помощника:

- Ничего такого, просто смотрю.

И бросил телефон на стол, немного подумал и добавил:

- Я просто думаю, что он похож на моего сына. Хотел представить, как он назовет меня папой.

Помощник Тан:

- …?

Когда ты улыбаешься, ты не похож на президента!

После обеда Сун Юньжань сидел в офисе и играл в видеоигры. Но скоро ему это наскучило, и он вызвал помощника Тана:

- Подумайте хорошенько, может, есть какие-нибудь документы, которые мне нужно просмотреть?

- Пока нет, - Тан Чжу заколебался. - Но сегодня днем в инвестиционном отделе состоится совещание…

Это было то, чего ждал Сун Юньжань. Он тут же радостно вскочил:

- Почему ты не сказал об этом раньше?

Он два часа рубился в игру, бился с монстрами и в итоге был избит ими до смерти.

Помощник Тан поспешно добавил:

- Президент Сяо Сун, вообще-то я бы не рекомендовал вам участвовать в этом совещании.

- Почему?

Сун Юньжань недовольно нахмурился - почему это он не может пойти на это заседание?

Помощник Тан судорожно поправил свои очки в золотой оправе:

- Тема этой встречи - обсуждение инвестиционного плана. Это оЧэньь важное совещание. Вы только что пришли в компанию. Лучше вам заняться другими делами…

Сун Юньжань понял, что имел в виду помощник Тан.

Это значит, что инвестирование для него слишком сложное дело. И ему следует проявить свои лидерские способности, решая более легкие задачи.

Сун Юньжань поднял брови:

- А что, если я хочу пойти?

Помощник Тан смущенно сглотнул:

- Тогда вам следует говорить как можно меньше. Если возникнет сложная ситуация, я сам со всем разберусь.

- Хорошо, тогда я буду полагаться на тебя, - Сун Юньжань с готовностью согласился.

Помощник Тан не ожидал, что тот окажется таким сговорчивым, и был тронут неожиданным результатом.

Сун Юньжань взглянул на него и направился к выходу из кабинета:

- Ну, мне уже двадцать… два года, и я знаю, что могу стать хорошим президентом, если буду прислушиваться к другим. Если у вас будут замечания, можете высказывать их мне напрямую. Будем усердно работать и зарабатывать деньги - это самое главное.

Помощник Тан с сомнением переспросил:

- Правда?

Чтобы продемонстрировать свою доброжелательность, Сун Юньжань улыбнулся и подмигнул своему заботливому сотруднику.

Помощник Тан был застигнут врасплох. Ослепительная улыбка молодого босса, да еще на таком близком расстоянии, сразила его, как удар электрического тока.

Ресницы Сун Юньжаня были густыми и красиво загибались вверх. А когда он моргал, они порхали, словно крылья бабочки. А когда улыбался, на его правой щеке появлялась милая ямочка. Его вид был так мил, так освежающе свеж, молодость била в нем ключом.

Помощник Тан набрался смелости и предложил:

- Президент Сяо Сун, вам лучше не улыбаться в компании.

- Ах, это ваше важное указание? Почему? - смиренно переспросил Сун Юньжань.

- Потому что, когда вы улыбаетесь, вы не похожи на президента.

- …

Через пару минут Сун Юньжань с холодным лицом вошел в конференц-зал.

С расчетливой сдержанностью и высокомерием в глазах он скользнул, как ему казалось, пронизывающим взглядом по собравшимся и махнул рукой:

- Продолжайте.

Сотрудники, которые утром были без ума от красоты Сяо Суна, были удивлены новым образом своего начальника.

Они не знали, что произошло. Обменялись озадаЧэньными взглядами и призадумались.

Сун Юньжань опоздал на полчаса. К этому времени как раз разразилось обсуждение, в какие проекты им стоит инвестировать.

Компания отдавала предпочтение эстрадным шоу, используя их для продвижения собственных артистов.

Рейтинги этих программ были невысоки. Но, как говорится, лучше хоть что-то, чем ничего. Доход с них был невелик, и Xinghe Entertainment продолжала терять деньги.

- Следующий проект – фильм «Уравнение любви». Это наше ключевое вложение.

Мужчина средних лет, который вел собрание, перевернул страницу отчета:

- Я думаю, что все знают режиссера и исполнителя главной роли. Последний их совместный фильм в прошлом году на Весеннем фестивале был отмеЧэнь как чемпион по кассовым сборам. Мы возлагаем на этот проект большие надежды…

Эти слова заставили Сун Юньжаня закричать в душе.

Если он правильно помнит…

И в этот момент ведущий собрание мужчина средних лет обратился к нему:

- Президент Сун, есть много компаний, которые хотят инвестировать в этот фильм. Мое мнение таково - вместо того, чтобы следовать за крупными компаниями и пить с ними суп*, лучше стать основным инвестором фильма и задействовать в нем артистов нашей компании. Это беспроигрышный выигрыш.

- Сколько вы планируете инвестировать?

- «Уравнение любви» - это локальные съемки, стоимость производства невелика. По предварительной оценке мы можем вложить в эту картину примерно 200 миллионов юаней.

Не успел Сун Юньжань высказаться, как помощник Тан, сидящий рядом с ним, показательно кашлянул, давая ему понять, не быть импульсивным.

На самом деле, даже без напоминания помощника Тана Сун Юньжань не согласился бы с таким решением.

Для индустрии кино и телевидения 200 миллионов, конечно, не огромная сумма. Но для небольшой компании масштаба Xinghe Entertainment, которая итак дышит на ладан, это немного многовато.

И самое главное, Сун Юньжань помнит, что через полгода исполнителя главной роли в этом фильме поймают на супружеской измене, а потом разразится скандал с режиссером, которого посадят в тюрьму из-за наезда на пешехода. В результате они пополнят список неблагонадежных деятелей культуры, и им будет запрещено появляться на экране.

Другими словами, «Уравнение любви» не выйдет в прокат, и все инвесторы потеряют свои вложения!

Если Xinghe Entertainment вложится в эту картину, его путь к успеху и процветанию оборвется на полдороге.

- Я не уверен, что наши инвестиции в 200 миллионов окупятся, и «Уравнение любви» станет большим хитом, -  спокойно заметил Сун Юньжань. – Измените план инвестиций.

В комнате поднялся шум.

На лицах присутствующих было написано сомнение. Кажется, все были недовольны его решением.

На обратном пути в офис помощник Тан не удержался, чтобы не уколоть своего босса:

- А как же обещание президента говорить как можно меньше?

- Я забыл. Разволновался. Извините.

Сун Юньжань на словах искренне признался в своей ошибке. А в душе возликовал – какое счастье, что он настоял на своем присутствии на этой встрече, иначе он мог бы потерять 200 миллионов.

Судьба благосклонна к тем, кто много работает. И только упорный труд может сделать людей богатыми.

Помощник Тан озадаЧэньно призадумался:

- Вы так категорично высказались против инвестиций в «Уравнение любви». У вас есть другие проекты на примете?

Сун Юньжань хмыкнул. И, вернувшись в офис, составил подробную таблицу на основе своих воспоминаний, в которую внес все фильмы и телесериалы, ставшие в его прошлой жизни успешными. Он отправил файл помощнику Тану и попросил его уведомить отдел инвестиций, чтобы они связались с этими проектами.

Неожиданно через несколько дней стали поступать неприятные отказы.

Сун Юньжань оперся руками на стол и непонимающе переспросил:

- Вы говорите, что никто не хочет принять наши инвестиции?

Помощник Тан смутился:

- Э-э… Вы знаете, люди в индустрии развлеЧэньий оЧэньь суеверны. Xinghe Entertainment неоднократно терпела неудачи в своих инвестициях. Пошли слухи, что наша компания проклята. И наши инвестиции приносят несчастия.

- …

- Сначала несколько компаний готовы были сотрудничать с нами, но когда другие инвесторы услышали об этом, то заявили, что если Xinghe Entertainment вложится в проект, то они откажутся от своих обязательств. Наша компания слишком мала, чтобы конкурировать с другими крупными компаниями.

- …

- Почему бы вам все-таки не подумать об «Уравнении любви»?

Сун Юньжань потер лоб:

- Ни за что.

Если бы он на это пошел, то слухи о  проклятии Xinghe Entertainment действительно подтвердились бы.

Помощник Тан считал, что «Уравнение любви» надежный проект, и не мог понять, почему Сун Юньжань так сопротивляется.

Но как помощник он обязан разделять заботы президента, поэтому он изобретательно сменил тему:

- Вчера к нам приходил один кинопродюсер. Вот только…

- Только что?

У Сун Юньжаня тут же проснулось желание сражаться.

- Они уже отсняли часть фильма, но несколько инвесторов прекратили финансирование картины, у них закончились средства. Продюсер заявил, что он уверен в успехе этого фильма и даже планирует продать свои с режиссером дома, чтобы подсобрать денег. И тут они услышали, что Xinghe Entertainment ищет проекты для инвестирования и решили обратиться к нам.

Сун Юньжань поднес к губам чашку с кофе:

- Почему они так одержимы этим фильмом?

- Разве это для нас не хорошо?

Сун Юньжань отхлебнул кофе. Хотел возразить, да не смог найти нужных слов.

Хоть он и сидел целый день в офисе, но был в курсе ходивших слухов, что он недальновиден и упускает популярный проект, что трясется над этими жалкими двумястами миллионами юаней.

Сун Юньжань был обижен. Обвинение в плохом чутье он еще мог пережить, но в скупости – никогда! Это прямое оскорбление! Он никогда не был скупым, понятно?!

Пора было выбираться из этого тупика.

- Тогда давай, расскажи мне про этот проект.

- Кажется, фильм называется… - попытался вспомнить помощник Тан, - О, он называется «Свадьба и похороны»**.

Сун Юньжань чуть не поперхнулся кофе.

Неудивительно, что ему эта история о продаже дома, чтобы собрать деньги на фильм, показалась такой знакомой. Разве это не первый фильм, в котором снялся Цинь Кэ?

«Свадьба и похороны» - это комедийный фильм. Главный герой истории - бедный студент университета. Чтобы расплатиться с долгами своей семьи, он занял у девушки 50 000 юаней и пообещал выступить в роли ее жениха и сыграть с ней фальшивую свадьбу. Но тут девушка неожиданно умирает от внезапной болезни. Он приезжает на ее похороны, скрывая от ее семьи правду. Разборки с ее родственниками и друзьями приводят к смешным и нелепым ситуациям.

Это типичный низкобюджетный фильм. Режиссер и актеры не оЧэньь известны, поэтому, появившись на экранах, сначала фильм никого не заинтересовал.

Но через несколько дней после выхода фильма «Свадьба и похороны» стал хитом. В конце концов, он не только собрал хорошие кассовые сборы, но и помог Цинь Кэ заявить о себе как о талантливом актере и получить на крупном кинофестивале награду за лучший дебют.

Кстати, первый фильм Сун Юньжаня вышел в том же году, что и «Свадьба и похороны». Но ему не так повезло – и сборы, и слава прошли мимо него. Помощник Тан все еще сомневался:

- Президент Сяо Сун, как вы думаете, в какой день нам удобнее с ними встретиться?

Сун Юньжань был так зол, что закричал:

- Какая встреча, гони их в шею!

Деньги? Ему их не жалко! Он никогда не станет инвестировать в этот фильм! Даже если его компания из-за этого обанкротится!

Через неделю во временном офисе на съемках «Свадьба и похороны».

Сун Юньжань сквозь зубы поприветствовал стоявшего перед ним продюсера:

- Здравствуйте.

- Здравствуйте, здравствуйте, я не ожидал, что вы придете на съемочную площадку лично.

Продюсер жадно пожал его руку, гадая, почему этот инвестор выглядит таким несчастным?

Сун Юньжань действительно не был счастлив.

Его инвестиционные планы преследовали неудачи. Он был растерян – и как ему зарабатывать деньги с этим проклятием?

Ничего не оставалось, как вложиться в «Свадьбу и похороны».

Хотя «Свадьба и похороны» определенно принесут Xinghe Entertainment денежную и репутационную выгоду, Сун Юньжаню было обидно, что и его проклятый соперник Цинь Кэ от этого выиграет.

Кинопродюсер ходил за Сун Юньжанем, как привязанный, молясь всем богам и  Будде, ломая голову, как склонить этого бога богатства подписать с ними контракт и выделить им деньги.

Сопровождавший его помощник Тан напомнил:

- Давайте сначала представим вашу ситуацию президенту Сяо Суну.

Продюсер намек понял и стал расписывать профессионализм съемочной группы и актерского состава.

Разойдясь не на шутку, он даже предложил тут же их всех перезнакомить:

- Может, вы хотите познакомиться с нашим ведущим актером? Он только недавно окончил киношколу. У него оЧэньь хорошие задатки. В будущем он точно станет знаменит.

Нервы Сун Юньжань натянулись, как якорные цепи, он уже собрался было отказаться, как ему внезапно пришла замечательная идея.

Он теперь богатый инвестор, а Цинь Кэ - всего лишь неизвестный никому актеришка. Разница в статусе очевидна. Почему бы не порадовать себя и не воспользоваться ситуацией, чтобы унизить Цинь Кэ?

Замечательно!

Он изо всех сил старался контролировать свои губы, которые так и рвались растянуться в радостной ухмылке:

- Ладно, позовите его.

И Цинь Кэ пришел.

На нем была черная рубашка и брюки, демонстрирующие его широкие плечи и длинные ноги. Небольшой настенный светильник у входа в офис бросал тени на его четко очерЧэньный профиль, брови были остры, взгляд – полон недоумения. Он посмотрел на Сун Юньжаня и тут же успокоился, спросил у продюсера:

- Вы меня искали?

- Подойди, поздоровайся с президентом Суном, - продюсер указал в сторону Сун Юньжаня.

Сун Юньжань непроизвольно распрямил плечи, поднял подбородок, приняв высокомерный вид.

Это был решающий шаг в раздаче пощечин. С первой встречи он должен дать понять Цинь Кэ, что его отец суров!

Цинь Кэ, проигнорировав его, повернулся к помощнику Тану и вежливо поприветствовал его:

- Здравствуйте, президент Сун.

Сун Юньжань:

- …

Маленький президент Сун*** в ауте! Расходитесь! Всем спасибо.

*Разделить чашку наваристого супа – делиться с кем-то наваром.

** Китайская идиома «红白事»: «красно-белое событие», или «свадьба и похороны». «白包» значит «белый конверт», который традиционно преподносится семье умершего, «红包» – «красный конверт» с деньгами в подарок молодоженам.

***Сун – значит песня, Сяо Сун - маленькая песня.

Проснись, сынок, откуда у тебя талант к бизнесу?

Атмосфера в офисе мгновенно накалилась.

Помощник Тан уже привык к таким поворотам и терпеливо объяснил:

- Вот президент Сяо Сун.

Продюсер попытался исправить ситуацию:

- Ох, какое недоразумение. Президент Сун молод, а уже такой талантливый бизнесмен. Цинь Кэ, ты так слеп и невежественен, что не видишь гору Тай*. Чего стоишь? Извинись перед президентом Суном.

Сун Юньжань в глубине души аплодировал продюсеру.

Боже мой, как он парой реплик смог поставить этого зарвавшегося негодника Цинь Кэ на место.

Похоже, что инвестиционный бюджет можно и слегка увеличить.

Сун Юньжань был занят подсчетами, когда заметил, что Цинь Кэ бросил на него внимательный изучающий взгляд.

Сегодняшний Цинь Кэ немного моложе, чем он помнил его, но его равнодушный и холодный темперамент уже начал проявляться. Сун Юньжань бросило в озноб от его пристального взгляда, он нервно сглотнул.

Цинь Кэ же спокойно и коротко резюмировал:

- Мне жаль.

Сун Юньжань:

- ???

Не мог бы ты быть немного более многословным? Трудно сказать четыре слова**?

Цинь Кэ равнодушно отвел взгляд:

- Да, он оЧэньь солидно выглядит.

Сун Юньжань сжал кулаки, с трудом выдохнул и притворился бесстрастным:

- Все в порядке, я не обижаюсь на такие мелочи… - он критически осмотрел Цинь Кэ и продолжил, - и поведение незначительных лиц.

Продюсер, услышав это, тут же запаниковал.

Очевидно же, что маленький босс остался недоволен поверхностными извинениями Цинь Кэ, поэтому и обозначил, что на незначительных лиц не обижается. Только он хотел открыть рот, чтобы повторно извиниться, как у важного инвестора зазвонил телефон.

Сун Юньжань посмотрел на экран телефона и увидел, что звонит Сун Цзидун.

Он жестом попросил всех подождать и вышел из комнаты:

- Привет, пап? Что случилось?

- Что случилось?! - громкий голос Сун Цзидуна почти оглушил его. - Если бы я не позвонил, ты бы так и продолжил сходить с ума, загоняя свою компанию в гроб?

Сун Юньжань испугался, что кто-то услышит их разговор, и быстренько потопал вглубь коридора.

- Кто сказал, что я загоняю ее в гроб?

- А ты этого не делаешь разве? Тогда объясни мне, почему ты отверг план инвестиций, подготовленный инвестиционным отделом? - резко бросил Сун Цзидун.

- Предатель Тан, это он тебе нажаловался?!

Сун Юньжань потерял контроль и почти кричал. Проходящие мимо люди из съемочной бригады удивлённо оглядывались на него.

Сун Юньжань был примерным гражданином общества, и не терпел устраивать прилюдные разборки. Он прикрыл лицо, подождал, пока люди уйдут, огляделся и, заметив незапертую дверь, скользнул в какую-то комнату.

Тяжелые шторы в комнате были задернуты. Когда дверь закрылась, он оказался в полнейшей темноте.

Сун Юньжань испуганно замер. Но от растущего страха его отвлек голос на другом конце телефона.

- Кто жаловался! Помощник Тан – мой сотрудник, я отправил его помогать тебе. Конечно, он позвонил, чтобы отчитаться перед своим начальником.

Сун Юньжань расхаживал взад-вперед по темной комнате:

- Сколько мне лет, может, ты уже перестанешь приставлять ко мне няньку? Не волнуйтесь, я сам позабочусь о своей компании.

- В чем проблема? Я прочитал план инвестиционного отдела. Суммы инвестиций можно обсудить, но предложенный проект намного надежнее того, за который ты зацепился.

Давление отца было очевидно – откажись от «Свадьбы и похорон» и инвестируй в «Уравнение любви».

Сун Юньжань хотел возразить, но не мог назвать истинную причину своего выбора. Ему оставалось только недовольно хмыкать, чтобы выразить свое несогласие.

Услышав нервные хмыканья сына, Сун Цзидун убавил напор:

- Папа не винит тебя, но ты в бизнесе новичок, поэтому тебе следует прислушиваться к мнению опытных людей.

- Папа, я твой сын. Разве я мог не унаследовать твой деловой талант? Ты должен верить моему чутью. Или… ты не веришь в меня, потому что я быстро загорелся актерской карьерой и также быстро от нее отказался? Поэтому ты не веришь в меня?

Сун Цзидун несколько раз кашлянул:

- Ты обижаешь своего отца! Я не беспокоюсь о тебе. Если ты решился попробовать, папа, конечно, тебя поддержит. В любом случае, в семье есть деньги, не обеднеем, если что.

- Да? - Сун Юньжань тут же прикинулся жалким. - Тогда если мама…

Сун Цзидун помолчал, а затем подтвердил свое решение:

- Я помогу тебе уговорить мать.

Сун Юньжань молча улыбнулся в темноте.

В глазах других его отец выглядел как влиятельный генеральный директор. На самом же деле самым важным человеком в их семье была его мать Бай Ваньнин, по совместительству она еще и являлась директором крупнейшего конгломерата Бай.

По сравнению с решительной Бай Ваньнин, его отец был просто бумажным тигром. Он, можно сказать, бросил своего сына в океан бизнеса, приобретя для него Xinghe Entertainment, но не прошло и месяца, как рванул помогать ему.

Однако счастье Сун Юньжаня длилось недолго. Сун Цзидун продолжил свои поуЧэньия:

- Есть кое-что, что я, как твой отец, должен тебе сказать.

- Ну?

- Проснись, сынок, откуда у тебя талант к бизнесу? Ты даже игровую приставку не можешь купить со скидкой, покупаешь по самой дорогой цене, а раньше ты…

- Алло? Алло! Сигнал пропадает, я вешаю трубку.

Сун Юньжань не желал выслушивать привычные жалобы своего отца на его непрактичность и отсутствие у него деловой жилки.

Завершив телефонный разговор, Сун Юньжань не спешил уходить, медленно выстраивая план своих дальнейших действий.

Отца тоже можно было понять. «Свадьба и похороны» не выглядели как перспективный проект.

Он вспомнил, как все происходило в книге. Когда Цинь Кэ снялся в этом фильме, над ним долгое время посмеивались. Потом фильм стал хитом и важным поворотом в судьбе Цинь Кэ.

Да, в прошлой жизни Цинь Кэ получил от этого выгоду. Сун Юньжаню же, как пушечному мясу, достались только шишки.

Подумав об этом, он недовольно цыкнул.

Конечно, с его нынешними финансовыми ресурсами Сун Юньжань мог бы просто пригласить на главную роль другого актера.

Но он не знает, как на такое самоуправство отреагирует сам роман. Что, если он попытается разрушить будущее Цинь Кэ или даже просто подумает об этом, а потом рухнет на землю и умрет, или захлебнется стаканом воды, или застрянет в лифте.

Пушечного мяса в этом мире и без него вокруг Цинь Кэ видимо-невидимо. Сюжет и без него будет катиться по победной прямой. Но если он замыслит причинить Цинь Кэ вред, сюжет ему этого не простит и сотрет его с лица земли.

Он не может помешать Цинь Кэ стать королем индустрии развлеЧэньий. Это Сун Юньжань усвоил с момента своего перерождения.

Поэтому почему бы и не инвестировать в «Свадьбу и похороны». Так он и деньги заработает, и родителей своих успокоит, и Цинь Кэ поможет продвинуться. Короче, убьет трех зайцев одним выстрелом.

Сун Юньжань принял решение и, наконец-то, догадался оглядеться. Куда это он забрел?

В темной комнате были смутно видны лишь очертания столов и стульев. Да, без фонарика на телефоне дороги назад не найти.

Он повернулся и застыл от страха. На длинном столе менее чем в полуметре от него лежал женский труп, с длинными волосами, в традиционном китайском халате.

- А-а!

Сун Юньжань от испуга запустил в неподвижное тело телефоном, присел и закрыл руками глаза.

Как же неловко. Он – такой отважный путешественник во времени и пространстве, а боится… Это была его маленькая постыдная тайна.

Да, Сун Юньжань боялся призраков. ОЧэньь-оЧэньь боялся.

Даже предполагая, что это, быстрей всего реквизит, Сун Юньжань все равно боялся. Боялся до холодного пота.

Он медленно поднялся и двинулся подальше от стола. Вдруг ему показалось, что что-то коснулось его руки. Он замер, как соляной столб, отказавшись от опрометчивых движений.

Воображением бывшего актера Сун Юньжаня бог не обделил. Он, казалось, кожей ощущал, как на него со всех сторон пялятся жуткие физиономии.

- Это все бутафория, это бутафория, просто бутафория…

Ноги Сун Юньжаня подкосились, и он рухнул на колени. Мозг старательно рисовал страшные картинки.

Вдруг в темноте раздался зловещий скрип – дверь медленно открылась.

Послышался тихий звук чьих-то шагов.

Волосы на теле Сун Юньжаня дружно встали дыбом. Он дрожащим голосом жалобно проблеял:

- Кто здесь?

Мужской голос произнес:

- Я.

- Кто ты?

Мужчина поколебался и многозначительно ответил:

- Может быть, незначительная персона?

Какого черта?

Сун Юньжань от негодования распахнул глаза и только тогда понял. О, так это Цинь Кэ! Он с облегЧэньием выдохнул, его спрятавшееся где-то в подмышке сердце готово было вернуться на свое законное место, но не успело. Уж пугать-то себя Сун Юньжань умел. И делал это изобретательно.

Что Цинь Кэ здесь делает? Нельзя, чтобы он увидел его в таком постыдном состоянии!

- Не включай…

Договорить Сун Юньжань не успел. Щелкнул выключатель, и тусклая лампочка залила комнату призрачным светом.

- …свет.

Сун Юньжань произнес заключительное слово, закрыл глаза и стал прощаться с миром.

Он застыл, как страус, не желая смотреть в лицо реальности, молясь, чтобы Цинь Кэ не вздумал комментировать увиденное.

Цинь Кэ и в самом деле потерял дар речи.

Продюсер выгнал его, чтобы он нашел инвестора и еще раз перед ним извинился. Он увидел, как Сун Юньжань зашел в реквизиторскую, и долго ждал его в коридоре.

Потом услышал душераздирающий крик и бросился в комнату, опасаясь, что с инвестором что-то случилось.

Картинка, что увидел он, и лишила его речи. Сун Юньжань стоял на коленях у гроба и нараспев что-то бормотал, словно снимался в сцене из исторического фильма мистической тематики.

Цинь Кэ был потрясен.

Сун Юньжань отмер и медленно поднялся, делая вид, что ничего не произошло.

Повернулся и наткнулся на красивое застывшее лицо Цинь Кэ, на котором явно читалось – кто-то здесь явно поехал кукухой!

- На что ты смотришь?! - Сун Юньжань был одновременно и смущен, и разъярен.

Если бы Сун Юньжань промолчал… Но стоило ему открыть рот, как Цинь Кэ, кажется, все понял. И медленно кивнул:

- Кажется, я вам помешал, - он положил палец на выключатель. - Мне выключить свет, президент Сун?

Слова звучали вроде как вежливо, если бы в них не слышалось тонкое поддразнивание.

- Не надо!

Сун Юньжань проворно метнулся к двери и выскользнул в коридор, не желая оставаться в этом призрачном месте ни секунды.

- Подождите минуту, - окликнул его Цинь Кэ.

Сун Юньжань остановился и буркнул, не оглядываясь:

- Что еще?

- Ваш телефон?

-…

Сун Юньжань повернул голову и посмотрел в сторону указующей руки незначительного лица. И все его тело пронзила молния.

Как такое могло быть?

Его мобильный телефон покоился на теле мертвой женщины.

- Выбросьте его, - сердце Сун Юньжань металось, не находя надежного укрытия внутри тела своего владельца. – Он грязный.

*有眼不識泰山 – священная гора. Китайская идиома «не узнает гору Тай» значит, не может увидеть перед собой кого-то оЧэньь важного.

**不好意思 (4 иероглифа) – Прошу прощения.

Охотник за талантами и молодое дарование!

Они вернулись в офис.

Потрясенный Сун Юньжань рухнул на диван, взял бумажный стаканчик с водой и выпил одним глотком.

Продюсер коснулся руки Цинь Кэ и тихим голосом спросил:

- Что случилось с президентом Суном? Когда он уходил, то был в хорошем настроении, а вернулся совсем в другом настроении. Ты извинился или нет?

- …

Цинь Кэ понимал, что продюсер встревожен и испуган, опасаясь отпугнуть явившийся к ним денежный мешок.

Глядя на бледное лицо Сун Юньжаня, он также тихо ответил:

- Это не имеет ко мне никакого отношения. Он просто забрел в дом с приведениями и столкнулся с призраком.

Продюсер:

- ???

Рядом с их студией есть такое развлекательное заведение, как дом с привидениями?

Помощник Тан не знал о психической травме своего босса. Увидев перевернутое лицо Сун Юньжаня, он тихо поинтересовался:

- Президент Сяо Сун, если у вас все еще есть опасения, может, посмотрите на съемки?

Большинство продюсеров, привлекая инвестиции, часто начинают нахваливать свою съемочную группу, а потом, оказывается, что проблем у них выше крыши.

Предложение помощника Тана было дельным. Поскольку босс был новичком в киноинвестициях, а съемочная группа «Свадьба и похороны» уже работает, так почему бы не воспользоваться возможностью и не понаблюдать за ними.

Сун Юньжань все еще находился в состоянии шока. Он даже не расслышал, что ему сказал помощник Тан, поэтому просто бездумно поплелся за ним на съемочную площадку.

Покинув офисное помещение, Сун Юньжань немного пришел в себя.

Он сидел в VIP-кресле рядом с режиссером и молча пялился на съемочную площадку.

Из-за нехватки средств половина персонала была уже уволена. Каждый оставшийся работал за двоих. Но это, как оказалось, не повлияло на слаженную скоординированную работу всей съемочной группы.

Через десять минут свет и камера были настроены. Режиссер включил рацию и отдал актерам команду приготовиться.

Сун Юньжань посмотрел на Цинь Кэ, который уже загримированный ждал начала съемок. Сун Юньжань помнил, что в книге Цинь Кэ проявил свой врожденный талант как раз во время съемок этого фильма и именно после «Свадьбы и похорон» привлек внимание серьезных режиссеров.

Сун Юньжань скептически относился к чрезмерным похвалам мастеров искусства в адрес Цинь Кэ.

В прошлой жизни он посмотрел дебютное выступление Цинь Кэ. Его роль была достаточно сложна для начинающего актера. Автор новеллы явно пересластил свои похвалы в адрес Цинь Кэ.

Противоречивые думы исказили его лицо. Цинь Кэ, неправильно поняв сложное выражение лица Сун Юньжаня, остановился, проходя мимо:

- Вам нужен ваш телефон?

- Какой телефон? – недоуменно переспросил Сун Юньжань.

- Ваш телефон, который упал на манекен. Я подобрал его и оставил в офисе.  Не забудьте забрать его потом.

Сун Юньжань поперхнулся. Зачем опять об этом вспоминать? Хочешь меня напугать, отвлечь от твоей игры?

О! Вот еще одна возможность…

Он вальяжно развалился на кресле и медленно поднял глаза:

- Вы повторили свои реплики? У вас есть время заботиться о моем телефоне? Вы еще хотите стать хорошим актером?

Цинь Кэ пораженно смотрел на него.

Один-ноль! Сун Юньжань мысленно поаплодировал себе – как, оказывается, легко победить Цинь Кэ!

Ему, должно быть, так стыдно, что хочется покончить с собой прямо здесь!

Ох, вот еще один выстрел в твою самоуверенность…

И Сун Юньжань с наслаждением продолжил:

- Вот что я вам скажу - я собираюсь посмотреть всю эту сцену от начала и до конца. Постарайтесь, не подведите меня.

После секундного молчания Цинь Кэ очнулся и небрежно кивнул:

- Хорошо.

Сун Юньжань высокомерно хмыкнул. Его воображаемый хвост довольно вздыбился и почти уперся в небо.

Как круто быть богатым! Он удовлетворенно откинулся на спинку кресла и решил и дальше действовать с таким же нажимом. Унижать Цинь Кэ было так приятно.

После этой сцены у режиссера, стоящего рядом с ним, задрожали руки, а в глазах заплескалось благоговение перед богатеньким Сун Юньжанем.

Он не ожидал, что босс Сун Юньжань возлагает на Цинь Кэ такие большие надежды и даже собирается потратить свое драгоценное время, чтобы наблюдать за его игрой.

До этого фильма Цинь Кэ играл лишь небольшие роли второго плана во время учебы. Это была его первая главная роль, и он уже успел привлечь внимание богатого инвестора…

Это отношения в стиле богатый спонсор и актер?

Нет! В стиле охотник за талантами и молодое дарование*!

Осознание этого распалило энтузиазм режиссера, и он громко закричал «Мотор!».

Съемка началась. Сун Юньжань невольно приосанился, распрямив плечи.

Он пристально смотрел на экран монитора, время от времени отвлекаясь и бросая внимательные взгляды на Цинь Кэ.

На площадке разыгрывалась сцена, где главный герой, выдающий себя за жениха мертвой героини, получив от ее родителей красный конверт, прячется в ванной и с горящими глазами пересчитывает деньги, а потом безуспешно пытается засунуть конверт в узкий карман своих брюк.

Сцена без слов и взаимодействия с другими персонажами. Но все, кто смотрел на Цинь Кэ, видел целую палитру чувств его героя – и радость, и неловкость, и жадность, и панику.

Справедливости ради, Сун Юньжань готов был признать – сыграл Цинь Кэ отлично, а ведь темперамент его персонажа так отличался от его собственного. Сыграл даже лучше, чем в прошлой жизни, в том фильме, что Сун Юньжань смотрел в кинотеатре.

Сун Юньжань с недоумением посмотрел на режиссера: Почему ты не вставил этот отрывок в фильм? Он такой сочный и хорошо сыгран!

Режиссер, сосредоточившийся на съемках, не заметил его странных взглядов. Он потирал подбородок и недоумевал, как Цинь Кэ так вдруг резко улучшил свою игру?

Цинь Кэ и раньше неплохо играл, стоило только ему задать верное направление. Но после того, как в прошлом месяце Цинь Кэ на съемочной площадке потерял сознание из-за травмы, на него, казалось, снизошло просветление. Его актерское мастерство взлетело до небес.

Если бы он не видел портфолио Цинь Кэ, он решил бы, что тот не новичок в актерском мире, только что окончивший киношколу, а маститый лицедей с богатым актерским опытом.

Сцену сняли с разных ракурсов. И режиссер удовлетворенно вскинул руку, оттопырив большой палец вверх:

- Все молодцы. Ну что ж, давайте сделаем перерыв, - и с улыбкой повернулся к Сун Юньжаню. - Что думаете?

Сун Юньжань, сохраняя солидность властного президента, неохотно кивнул, не желая признавать, что он только что глаз не мог оторвать от Цинь Кэ.

Повернул голову и обнаружил, что рядом с ним пристроился продюсер и смотрит на него с еле сдерживаемым нетерпением. И вспомнил, по какому, собственно говоря, поводу они здесь сегодня собрались.

Он жестом поманил продюсера и спросил:

- Сколько вам не хватает денег?

Продюсер и режиссер переглянулись, и продюсер осторожно поднял разжал обе ладони:

- Это же немного?

- 100 миллионов?

Продюсер быстро замотал головой:

- Нет, нет, нет. Десяти миллионов достаточно.

Сун Юньжань потрясенно замер – это ж насколько бедна эта съемочная группа!

Все фильмы, в которых он снялся до своего перерождения, были дорогие масштабные постановки. После перерождения он подумывал заняться инвестированием именно в подобные проекты. Он даже представить не мог, что «Свадьбу и похороны» можно доснять всего лишь за жалкие десять миллионов.

И из-за этого дешевого фильма его дебютная работа в прошлой жизни потерпела поражение. Сун Юньжань расстроился почти до слез.

Он пристально посмотрел на Цинь Кэ. Ореол главного героя так раздражает.

Сложная мимика Сун Юньжаня насторожила продюсера. Он робко загнул два пальца:

- Восьми миллионов тоже хватит.

Пухленький режиссер нервно потирал руки, словно боялся, что деньги, которые он собирался получить, вот-вот выпорхнут у него из рук.

Эта сцена вызвала у Сун Юньжаня массу эмоций.

«Свадьба и похороны» были первым шагом на пути к всенародной популярности Цинь Кэ. В мире оригинального романа эта съемочная группа была просто дешевым пушечным мясом. Ее задачей было помочь Цинь Кэ начать свою карьеру. Они не сделали ничего плохого.

Почему он, пушечное мясо, должен усложнять жизнь своим собратьям?

Сун Юньжань решил протянуть руку взаимопомощи своим собратьям:

- 20 миллионов, половина – сейчас, половина – на этапе обработки материала.

Он помнил, что, когда этот фильм вышел, единственное, что подверглось критике, это слабенькие спецэффекты, естественно, из-за ограниЧэньного финансирования.

Продюсер и режиссер переглянулись и бросились кланяться и рассыпаться в благодарностях, радуясь, что им удалось сохранить свои дома.

Сун Юньжань махнул рукой, дескать, не стоит благодарностей, и деловито продолжил:

- Помощник Тан, не забудьте завтра составить контракт.

Ему ответила тишина.

Сун Юньжань оглянулся и увидел, что помощник Тан, неизвестно когда покинувший студию, поспешно входит в студию.

Помощник Тан хмурился и выглядел обеспокоенным, будто Xinghe Entertainment уже обанкротилась. Он подошел к Сун Юньжаню и, низко наклонившись, шепнул ему на ухо:

- Президент Сун, в компании кое-что случилось. Вам нужно немедленно вернуться и разобраться с этим.

- В чем дело?

Помощник Тан грустно сообщил:

- Кое-кто хочет расторгнуть контракт.

Сун Юньжань не мог понять:

- И никто не может с этим разобраться? Артист хочет расторгнуть контракт, и я должен лично решать эту проблему?

Помощник Тан терпеливо объяснил:

- Это особая ситуация. Человека, который хочет расторгнуть контракт, зовут Фан Чжоу. Он – самое ценное приобретение компании. Он хочет поговорить с вами лично.

Сун Юньжаню некогда было заботиться о каждом артисте компании, какими бы популярными они ни были. Он быстро прокрутил в голове содержание книги и смутно припомнил, что этот актер играл в основном роли второго плана, да и в самом романе выступал как фоновый персонаж.

Но пока он лучший актер Xinghe Entertainment, его нельзя игнорировать.

Сун Юньжань немного подумал и предложил:

- Я не могу бежать по первому зову своего подопечного. Вернитесь в компанию и разберитесь с ним.

Помощник Тан согласно кивнул:

- А вы?

- Я пока не хочу уходить, оставьте ключи от машины, я приеду позже.

В Сун Юньжане еще било ключом стремление подмять Цинь Кэ, и он решил повнимательнее присмотреться к нему, так ли он хорош, как написано в книге.

Помощник Тан был озадаЧэнь. Он ясно помнил, что когда президент Сун появился в компании, он долго изучал профиль Цинь Кэ в Weibo, потом вдруг отказался инвестировать в «Уравнение любви» и вместо этого проявил интерес к малобюджетной картине «Свадьба и похороны».

Возможно ли, что…

Помощник Тан заметил, что Сун Юньжань все время вертит головой, и проследил за его взглядом. Тот смотрел на Цинь Кэ, который в это время открывал бутылку минеральной воды.

Такая обычная сцена. На что тут смотреть?

Но для Сун Юньжаня эта сцена была показательной.

В настоящее время Цинь Кэ еще не подписал контракта ни с какой компанией. У него даже не было денег, чтобы нанять помощника, поэтому приходилось самому о себе заботиться.

- Ха, никого нет даже принести ему чай или воду, - Сун Юньжань радостно покачал головой и саркастически резюмировал. - Он действительно жалкий.

Помощник Тан:

- ?!

Интуиция опытного помощника подсказывала ему, что замечание Сун Юньжаня не было случайным. Может, он хочет мне на что-то намекнуть?

Пара секунд и у помощника Тана случилось прозрение.

- Я понял, - кивнул он.

*博乐千里马 - сложная идиома «Бо Лэ оценил лошадь», по-русски типа одобрил. Значит, с одной стороны, Бо Лэ (бог, ответственный за подбор небесных лошадей), умеющий видеть чужие таланты, с другой – Чхоллима (мифический крылатый конь, способный преодолевать тысячу ли в день), т.е. редкий талант.

Оправдай ожидания президента Суна!

Сун Юньжань не знал, что ход мыслей помощника Тана уже покатился по скользкой дорожке. Помахав ему рукой, Сун Юньжань наблюдал, как тот покидает студию, и только тогда заметил сложное выражение на его лице.

Должно быть, тот оЧэньь переживал за компанию, что даже потерял контроль над своим лицом. Мысль мелькнула и тут же покинула бедную головушку президента Сяо Суна. Ну, нажалуется в очередной раз помощник Тан Сун Цзидуну, и что?!

Когда Сун Юньжань вернулся к сталкерству, Цинь Кэ с бутылкой минеральной воды в руке уже подошел посмотреть отснятый материал.

Игра Цинь Кэ была безупречной. Режиссер восторженно похвалил его и в порыве чувств даже хлопнул по плечу:

- Президент Сун тоже оптимистично настроен в отношении вас. Продолжайте усердно работать. Оправдайте ожидания президента Суна.

Сун Юньжань задумался. А чего я от него ожидаю? Может, он уже назовет меня отцом!

Но поправлять режиссера на глазах у всех было глупо. Иначе тот потеряет лицо.

Поэтому он натянул на свое лицо загадочное выражение и скрестил руки на груди. Как же дождешься от этого холодного принца Цинь Кэ хороших слов.

И ведь угадал! Цинь Кэ холодно бросил сухое «спасибо», как будто и не сомневался в своем таланте.

Сун Юньжань поджал нижнюю губу. В той жизни именно с таким равнодушным выражением лица Цинь Кэ и появлялся на публике, типа «вы все должны мне 50 миллионов». Ну, изредка слегка изогнет один уголок губ. Но только слегка – ни-ни больше, чтобы не разрушить свой образ ледяного принца. А его одеколон?! Какое бы время года ни стояло на дворе, Цинь Кэ всегда пах свеже выпавшим снегом. Сун Юньжань боялся даже приближается к нему, как бы не простудиться.

Претенциозность Цинь Кэ сводила Сун Юньжаня с ума еще в той жизни. Тогда он думал, что этот образ этому актеришку предложила его компания. Теперь он понял, что ошибался. Это и была истинная личность Цинь Кэ. Как же раздражает!

После перерыва режиссер объявил о начале съемок следующей сцены.

Действие, как и раньше, проходило в ванной. Только к главному герою присоединились еще два актера. Съемки начались, и Сун Юньжань тут же увидел разницу.

Эти двое были старше Цинь Кэ, наверное, и опытнее. Но то они рано входили в кадр, то не могли наполнить свои реплики нужными эмоциями. В итоге трехминутную сцену они записывали уже целый час, а эта парочка так и не выдала нужного настроения.

Сун Юньжань зевнул, его веки становились все тяжелее и тяжелее.

Он словно вернулся в прошлое, когда допоздна засиживался на съемочной площадке, ожидая своей сцены. Его взгляд постепенно затуманился.

Увидев это, режиссер приостановил съемку и заново стал объяснять актерам их задачи.

Он даже лично проиграл их роли, а затем тихим голосом прошептал:

- Вы с ума сошли? За вами наблюдает важный инвестор, вы хотите, чтобы он умер от скуки?

Цинь Кэ стоял, прислонившись к стене. После слов режиссера он поднял глаза и посмотрел в сторону монитора. У монитора сладко спал упомянутый режиссером инвестор.

Весь свет в студии был сосредотоЧэнь на выстроенных декорациях. Фигура Сун Юньжаня погрузилась в полумрак, его голова время от времени тяжело клонилась, но тот и не собирался просыпаться. Вместо этого он обнимал себя руками, как будто если ему холодно. В итоге он пристроил голову на правом плече и весь скукожился, словно хотел свернуться калачиком, чтобы согреться.

Ничего неприличного в его виде не было. Как и привычной заносчивости, что он любил демонстрировать, когда бодрствовал.

Сун Юньжань проснулся отдохнувшим. Протер глаза и обнаружил, что на его тело накинуто тонкое одеяло. Вероятно, об этом позаботились администраторы съемочной группы, опасаясь, что он простудится. Он аккуратно сложил одеяло и отложил его в сторону.

- Президент Сун, вы проснулись? - продюсер улыбнулся и протянул ему стакан теплой воды.

Сун Юньжань отпил:

- Сколько уже времени?

- Уже почти двенадцать. Мы сегодня засидимся допоздна. Почему бы вам не пойти домой?

Сун Юньжань огляделся и понял, что уже снимается другая сцена. Он не нашел знакомого лица, поставил стакан с водой и небрежно поинтересовался:

- А где Цинь Кэ?

Продюсер был ошеломлен. Но тут же вспомнил, что режиссер что-то такое говорил об особой заинтересованности Сун Юньжаня в Цинь Кэ. Правильно оценил обстановку и как ни в чем ни бывало, объяснил:

- Цинь Кэ уже закончил съемку. Если вы хотите за ним еще понаблюдать, я пришлю вам распечатку его занятости.

- Это не обязательно, - Сун Юньжань встал и потянулся. - Я ухожу. А вы, ребята, работайте усерднее.

Продюсер тоже встал:

- Я попрошу нашего водителя отвезти вас.

Сун Юньжань покачал головой и отказался. Через несколько дней будет подписан контракт. И оплата всех расходов съемочной группы лягут на плечи его компании. Следует избегать ненужных трат.

Он сделал паузу и тут вспомнил:

- А, да, я хоть и молод, но оЧэньь занят. Не обессудьте, если не всегда смогу ответить на ваш звонок. Заранее прошу прощения за это.

Продюсер был оЧэньь любезен:

- Хорошо, президент Сун. Езжайте осторожно.

Студия располагалась в пригороде Ян-Сити.  Цены на аренду помещений здесь пониже, а до ближайшей парковки десять минут пешком.

Стояла глубокая ночь. Улица пуста, даже призрака не встретишь.

Сун Юньжань шел по пешеходной дорожке. В голове всплывали страшные картинки из реквизиторской. Он вздрогнул и ускорил шаг, а потом и побежал.

Когда впереди появился знак парковки, внимание Сун Юньжаня привлек одинокая мужская фигура на автобусной остановке.

Мужчина купался в лунном свете, играя со своим мобильным телефоном. Темно-серый свитер не скрывал ни широких плеч, ни красивой линии спины, ни тонкой талии. Из-под свитера тянулась пара длинных ног. Короче, выглядел он, как фотомодель с постера.

Сун Юньжань неосознанно замедлил шаг, чувствуя, что фигура выглядит как-то уж знакомо.

И тут мужчина на автобусной остановке, видимо, услышав шум шагов, обернулся. Ну, кто это еще мог быть, если не Цинь Кэ.

Какое-то мгновение они, застыв, смотрели друг на друга. У Сун Юньжаня опять зачесался язык:

- Почему ты слоняешься по улице, вместо того, чтобы идти в отель?

Цинь Кэ сейчас являлся ведущим актером в его пока единственном инвестиционном кинопроекте. Они потерпят убытки, если с ним что случится и придется переносить съемки.

Цинь Кэ указал на знак автобусной остановки позади себя:

- Завтра я свободен, мне нужно съездить домой.

- Разве автобусы ходят так поздно?

Сун Юньжань никогда не пользовался общественным транспортом, поэтому ему было любопытно.

Цинь Кэ на мгновение растерялся. С чего этого инвестора вдруг интересует автобусное расписание? Он смотрит на него свысока?

Но спустя секунду понял, что любопытство Сун Юньжаня было искренним:

- Есть ночной автобус.

Голос у Цинь Кэ, честно говоря, был приятным, произношение четкое, а тон холодный и немного глубокий. Словно звук журчащей озерной воды подо льдом.

Нотки ранней весны прохладной зимней ночью. Ах!

Сун Юньжань плотно застегнул пальто:

- О!

Он задумался – какая же несчастная жизнь была у Цинь Кэ, он только что закончил учебу, у него нет даже ассистента на съемках, и вдобавок - ему приходится ночью на холодном ветру ждать автобус.

У него вот есть машина. Он мог бы подвезти его…

Стоп! Сун Юньжань быстро прогнал эту крамольную мысль. Он хочет  поставить этого человека на колени и заставить называть его отцом. Как он мог отклоняться от сценария!!

- Тогда стой и жди. Не шатайся по улице.

Сун Юньжань отбросил сочувствие и, развернувшись, двинулся к парковке, демонстрируя сыночку безжалостную спину отца.

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань пересек «зебру» и подошел к спортивной машине цвета «вырви глаз», Сун Юньжань всех уверял, что это ярко-оранжевый.

Сел в автомобиль, положил руки на руль и испытал легкую ностальгию.

С момента своего перерождения его возил либо водитель, либо помощник Тан. Его превосходные навыки вождения слишком долго оставались невостребованными.

Раньше он считал вождение автомобиля хлопотным занятием, и поскольку в его семье водителей было до фига, он никогда и не заморачивался полуЧэньием водительских прав. Лишь после своего дебюта он по настоянию своего агента записался в автошколу, этого требовала намечающаяся роль. И неожиданно просто влюбился в ощущение тотального контроля над громадной металлической махиной.

Эй, подождите?

…

В этой жизни он же еще не получил водительских прав!

Еще недавно такое удобное рулевое колесо вдруг раскалилось прямо в его руках.

Сун Юньжань, как нашкодивший ребенок, убрал руки с руля, открыл дверь, вышел из машины и запер ее.

К счастью, он не успел вырулить со стоянки, иначе его восхождение на вершину бизнеса было бы омраЧэньо мрачной историей вождения без прав.

Лучше вызвать водителя, чтобы тот забрал его. Он успокоился, сунул руку в карман пальто и застыл.

Сун Юнань в замешательстве моргнул, его лицо побледнело.

Пипец!

Он же выбросил свой телефон!

Несколько минут спустя.

Цинь Кэ увидел, как Сун Юньжань, который так красиво ушел, с обиженным лицом плелся обратно на автобусную остановку. Подошел и грустно уставился на знак остановки, как уЧэньик начальной школы, который никогда не ездил на автобусе и стеснялся спросить, как это вообще делается.

- Что случилось? – Цинь Кэ решил заговорить первым. – У президента Суна какие-то проблемы?

Сун Юньжань какое-то время молчал, но страх остаться одному на ночной улице победил гордость.

Он глубоко вздохнул и, переступая через себя, беспомощно поинтересовался:

- Автобус, которого вы ждете, еще не пришел?

Не успел он договорить, как из-за дальнего угла вывернул автобус.

Цинь Кэ поднял брови:

- Кажется, он уже здесь.

Сун Юньжань, как громом сраженный, заторопился, зная, что у него осталось не так уж и много времени:

- Мой помощник уже ушел. Мне нужно позвонить водителю. Могу я одолжить ваш телефон?

Он был восхищен своим эзоповым языком. Как он круто выкрутился – телефон попросил, а то, что у него нет водительских прав, не выдал.

Автобус медленно подъехал к остановке.

Цинь Кэ покачал головой водителю, показывая, что не сядет в автобус.

Затем развернулся к Сун Юньжаню и пояснил под его выжидающим взглядом:

- Если не возражаете, я вас отвезу.

Неожиданный ответ заставил Сун Юньжаня застыть на месте. Может быть, я раньше неправильно понимал Цинь Кэ? Может, он на самом деле добросердечный человек, холодный снаружи и теплый внутри?

Он почувствовал себя немного виноватым:

- Я не против. Если вас это не слишком обеспокоит?

- Нисколько. Возьму с вас стандартную таксу – сотня за каждые десять километров, - спокойно объявил Цинь Кэ.

- …

Ошарашенный Сун Юньжань снова натянул маску величавого генерального директора и серьезно осведомился:

- Слушай, ты все-таки актер. Ты вообще сможешь вести современный автомобиль, да еще и ночью по незнакомой местности?

Цинь Кэ бесстыдно отмахнулся:

- Новый опыт никогда не помешает.

- Хорошо, поехали.

Сун Юньжаня, шокированный таким бесстыдством, решил больше не разговаривать с этим нахалом.

Цинь Кэ последовал за ним, его взгляд скользил по спине странного инвестора, в мозгу вились сомнения.

Как-то это странно.

Месяц назад, утром, Цинь Кэ открыл глаза и обнаружил, что лежит на больничной койке.

Врач объяснил, что тот во время съемок потерял сознание и был доставлен в больницу. Но когда больной посмотрел в зеркало, то увидел в нем свою 23-летнюю копию.

Он вернулся в прошлое.

В молодости Цинь Кэ, конечно, слышал разные истории о перерождениях, но никогда не думал, что с ним произойдет подобное.

Всё вокруг было знакомо ему и выглядело, как и в его прошлой жизни.

Тот же режиссер, та же съемочная группа, даже пара второплановых актеров та же.

Единственное, что выбивалось из привычного развития событий, - это Сун Юньжань, идущий сейчас впереди него. Он не только не дебютировал как актер, как в прошлой жизни, но и почему-то заявился на съемочную площадку и решил инвестировать в их фильм.

Что пошло не так?

Малый театр:

Сяо Сун: Аха-ха-ха! У меня роскошная машина, а у него только автобус! Круто!

Сяо Сун: Подождите!

Сяо Сун: У МЕНЯ  НЕТ ВОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ!

Ты купил мне еду со скидкой?

Добравшись до ярко-оранжевой спортивной машины, Сун Юньжань нажал кнопку разблокировки.

Когда автомобильные фары загорелись, глаза Цинь Кэ восторженно вспыхнули.

Он, должно быть, очарован моей роскошной машиной, - подумал Сун Юньжань. Его тщеславие было удовлетворено.

Он отбросил прошлые обиды и великодушно отошел в сторону:

- Нравится? Это автомобиль, выпущенный ограниченным тиражом. Я не тороплюсь. Если нравится, можешь рассмотреть его со всех сторон.

- Нет, спасибо.

Цинь Кэ решительно сел в машину и потер глаза, чтобы успокоить их, яркая раскраска автомобиля чуть не сожгла его глазные яблоки.

Сун Юньжань сел на пассажирское сиденье. Посмотрел на новоявленного водителя - брови Цинь Кэ болезненно вздыбились, сойдясь на переносице.

Похоже, самолюбие молодого актера здорово пострадало. Так и должно было быть. Цинь Кэ должен почувствовать зияющую пропасть между ними.

Сун Юньжань изобразил легкую улыбку:

- Сначала о неприятном. Поскольку это платная услуга, веди машину осторожно, иначе оплата за твои услуги будет урезана.

- Хорошо, - легкомысленно отмахнулся Цинь Кэ, словно возможные вычеты его совсем не беспокоили.

Они пристегнули ремни безопасности. И машина погрузилась в тишину.

Спустя десять секунд они одновременно повернули головы и в замешательстве посмотрели друг на друга.

Сун Юньжань нахмурился:

- Что ты на меня смотришь?

Он на мгновение задумался и потрясенно воскликнул:

- У тебя тоже нет водительских прав?!

Цинь Кэ обескуражено посмотрел на него:

- …Ты не сказал мне адрес.

Сун Юньжань поперхнулся, он всегда полагался на водителя. Он даже адрес своего жилища не особо помнил.

После того, как он стал директором Xinghe Entertainment, он переехал из семейного особняка в квартиру в центре города. Он напряг свои мозги и с трудом вспомнил:

- Верхний Сичэн. Если не знаешь, где это, просто включи навигатор.

Цинь Кэ никак не отреагировал на эти слова. Завел машину и выехал с парковочного места. И внезапно спросил:

- Кстати, что директор Сун имел в виду, когда сказал «тоже нет водительских прав»?

Лицо Сун Юньжаня окаменело:

- Как это тебя касается? Заткнись и веди машину.

Цинь Кэ удивленно поднял брови, но промолчал.

Пока ждали, когда поднимется шлагбаум, он поднял глаза и увидел в зеркале заднего вида Сун Юньжаня, разгневанного и смущенного одновременно. Он вспомнил о всяких слухах, ходивших в интернете о Сун Юньжане.

Говорили, что Сун Юньжань вел себя вызывающе, когда стал популярной персоной. Теперь Цинь Кэ кажется, что все эти сплетни – сплошные выдумки и пустое злословие. У него же все его чувства написаны на лице.

Пригородные дороги поздней ночью были пусты и свободны.

Сун Юньжань облокотился на специальную подставку на двери и уставился в окно. За окном проплывал однообразный пейзаж. Постепенно напряжение спало.

Он поменял позу, удобно откинувшись на спинку кожаного кресла. Цинь Кэ молча вел машину. Вот когда молчит, не выглядит таким раздражающим, - подумал Сун Юньжань. И навыки вождения у него получше, чем у помощника Тана.

Плавно поворачивает, плавно тормозит. Явно, привык путешествовать на машине. Такому водителю и заплатить достойные деньги не жалко.

После того, как спорткар выехал на внутреннее кольцо, транспортный поток замедлился.

По оживленным улицам, забитым барами и ресторанами, машины ползли как уставшие черепахи.

Сун Юньжань, заснув на съемочной площадке, пропустил ужин, и сейчас был страшно голоден.

Он посмотрел на проплывающие мимо съестные заведения, обреченно вздохнул и погладил свой бедный пустой животик, надеясь, что тот не забурчит в самый неподходящий момент.

Цинь Кэ это движение заметил и повернулся к нему:

- Хотите, я куплю вам что-нибудь поесть?

Ясные миндалевидные глаза Сун Юньжаня вспыхнули в тусклом свете машины.

Но он быстро перестроился и прикрыл голодный блеск своих глаз, опустив ресницы:

- За эту услугу я тоже должен заплатить?

- Нет, считайте это бонусом.

Он припарковал машину и зашел в ближайший магазин.

Сун Юньжань был слишком ленив, чтобы выйти из машины. Он прислонился к окну машины, сожалея, что выбросил свой телефон, и смотрел на одэн в руках девушки на улице.

Раньше он никогда не снисходил до уличного фаст-фуда. И только сейчас подметил, как аппетитно выглядит холодной ночью дымящаяся дешевая еда.

Он сожалел, что не наказал Цинь Кэ купить одэн.

В то же время внутри магазина.

Зевающая кассирша рассеянно взглянула на рисовый шарик:

- Разогреть?

- Да, пожалуйста, - в поле ее зрения появилась тонкая белая рука, - и эту воду тоже посчитайте.

Кассирша подняла голову, и усталость от ночной смены тут же испарилась.

Она покраснела и положила рисовый шарик в микроволновку. Она не решалась посмотреть в его прекрасные темные глаза, сосредоточившись на  его тонких губах:

- Господин, не хотите взять оден? У нас сегодня скидка на него. Порция всего за 20 юаней.

- Нет…

Цинь Кэ хотел отказаться, но, бросив случайный взгляд за окно круглосуточного магазина, увидел Сун Юньжаня, с тоской наблюдающего за девушкой, поедающей одэн. Он тут же передумал:

- Да, давайте.

Несколько минут спустя Сун Юньжань наконец-то получил свой ужин.

Когда Цинь Кэ передал ему полную чашку одэна, он искренне удивился:

- Зачем ты купил такую большую порцию?

Цинь Кэ закрыл дверцу машины и поставил рядом с ним пластиковый пакет с минеральной водой и рисовым шариком:

- В магазине на него была скидка. Вода, кстати, тоже твоя. Рисовый шарик ты вряд ли будешь есть, оставь его мне.

- …

Сун Юньжань замер. Радость на его лице сменилась недовольством:

- Ты купил мне еду со скидкой?

Цинь Кэ взглянул на него:

- Ты такое не ешь?

Сун Юньжань презрительно фыркнул и опустил голову. На глаза ему попался рисовый шарик. На упаковке была приклеена этикетка. Оказалось, рисовый шарик стоил всего три юаня.

Блин, этот начинающий актеришка Цинь Кэ не мог позволить себе вызвать такси после работы, и даже одэн со скидкой ему был не по карману. Он мог купить себе только дешевенький рисовый шарик.

Значит…

Цинь Кэ купил ему лучший ужин, какой только мог себе позволить.

При мысли об этом одэн показался Сун Юньжаню еще более аппетитным.

Он положил в рот рыбный тофу, пропитанный восхитительным бульоном, и с удовлетворением подумал - может, его план начал приносить плоды, и Цинь Кэ, этот мятежный сын, наконец научился уважительно относиться к своему отцу?

Когда они прибыли на место, Сун Юньжань уже съел весь одэн, даже бульон выпил.

- Сегодня уже слишком поздно, можешь взять машину, чтобы добраться до своего дома.

Сун Юньжань был в хорошем настроении и дружелюбно настроен в отношении Цинь Кэ:

- Можешь даже взять ее на целый день, покататься там по делам. Когда будешь возвращать, спроси у охранников, они знают, где мое парковочное место.

Однако Цинь Кэ не хотел связываться с дорогим автомобилем:

- Я живу неподалеку. Припаркую машину и дойду до дома пешком.

Он не ценит мою доброту?

Сун Юньжань удивленно поднял брови. А, точно! Машина слишком эффектна для начинающего актеришки. Цинь Кэ просто не осмеливается.

Сун Юньжань не собирался никого принуждать, вышел из машины и, обернувшись, небрежно бросил:

- Да, кстати, у меня сейчас нет наличных. Я могу отдать тебе деньги за проезд при следующей встрече?

- Все в порядке, вам необязательно отдавать их, - видимо, Цинь Кэ не горел желанием получить эти деньги.

Сун Юньжань захлопнул дверцу машины и уже было двинулся, как услышал, что Цинь Кэ снова зовет его.

Сун Юньжань наклонился и заглянул в окно:

- Уже передумал?

- Нет. Я слышал, что вы планируете инвестировать в наш фильм, и хотел сказать вам спасибо.

Сун Юньжань подумал, что ослышался.

Лицо Цинь Кэ было скрыто в темноте. Непонятно, какие эмоции сейчас отражаются на его лице. Был слышен только его голос:

- Сценарий для этого фильма был написан отцом режиссера Чжэна. Прямо перед своей смертью. Режиссер Чжэн решил снять этот фильм, чтобы осуществить мечту своего отца. Когда наши прежние инвесторы вывели свой капитал, режиссер Чжэн решил продать свой дом, но этот дом тоже достался ему от отца. В нем все напоминало об его отце. И он очень не хотел с ним расставаться.

В прошлом мире даже большой успех фильма не смог компенсировать режиссеру потерю отцовского дома.

Это очень мучило Цинь Кэ. Позже, чтобы отплатить режиссеру за его самоотверженную доброту, он связался с новым владельцем дома, но, к сожалению, тот решительно отказался продавать его.

Сун Юньжань понятия не имел, что за этим скрывается такая тяжелая история, ведь в книге эти детали не были раскрыты.

Он смутился и, откашлявшись, сказал:

- Я вложил всего лишь 20 миллионов, это не так много.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Может быть, для вас это ничего не значит, но для нас это спасение.

Он посмотрел в глаза Сун Юньжаня и после недолгого молчания продолжил:

- Как бы вы ко мне не относились, если вам понадобиться помощь, дайте мне знать. И я обязательно помогу вам.

Сун Юньжань ответил, не раздумывая:

- Раз ты так сказал, я не буду отказываться.

Цинь Кэ был спокоен. Но в его голове уже родились подозрения.

Было две причины, почему он сказал эти слова. Первая - он в самом деле был благодарен за инвестиции в их фильм. Вторая – он хотел выяснить правду.

Сун Юньжань был единственной переменной, с которой он столкнулся после своего перерождения.

Цинь Кэ подозревал, что все это не просто так. За этим что-то должно скрываться.

Возможно, Сун Юньжань что-то знает о прошлой жизни.

Цинь Кэ понимал - такая вероятность очень мала. Может ли это быть простым совпадением? Или Сун Юньжань точно знает, что он, Цинь Кэ, в будущем добьется успеха?

И что в таком случае попросит у него Сун Юньжань? Протекции, связи или…

Цинь Кэ глубоко задумался. Сун Юньжань шагнул к машине, и даже ночная тьма не смогла скрыть необъяснимое мерцание в его глазах.

Сун Юньжань откашлялся и торжественно озвучил:

- Я не прошу многого. Если ты действительно хочешь меня поблагодарить, назови меня папой.

- …

Все его догадки – в топку, он, должно быть, слишком много думает.

Малый театр:

Цинь Кэ: Что он может попросить у меня, когда я стану популярным? Деньги, славу, контакты??

Сяо Сун: Зови меня папой!

Должно быть, он дал недостаточно!

Сун Юньжань долго ждал, но так и не услышал сыновьего зова.

- Ты не можешь этого сделать? - он сознательно прибегнул к агрессивной атаке, пытаясь побороть сопротивление несговорчивого Цинь Кэ.

Цинь Кэ сделал недолгую паузу и медленно заговорил:

- Уже поздно. Президент Сун, вам пора спать. Сейчас не время для шуток.

И стронулся с места.

Озадаченный Сун Юньжань остался стоять на холодном ветру.

Он был слишком прямолинеен? Или не ясно выразился? Он спас съемочную группу от кризиса, разве он много просит за это? Трудно что ли, назвать меня отцом?

Или……

Порыв холодного ветра отрезвил Сун Юньжаня. Тот яростно хлопнул себя по голове. Я совершил ошибку! Вложил всего лишь 20 миллионов.

Да, должно быть, он дал недостаточно.

Сун Юньжань был так расстроен, что всю ночь плохо спал, а когда проснулся на следующий день, у него кружилась голова.

Он спустился на лифте вниз и увидел, что его оранжевый спорткар припаркован рядом с другими его автомобилями. Он равнодушно зевнул, подозвал своего водителя и начал выбирать. Сегодня счастливцем стал серебристо-синий автомобиль.

Водитель вежливо поинтересовался:

- Президент Сун, вы хотите поехать в компанию?

- Не торопись, сначала я хочу купить мобильный телефон, - Сун Юньжань устал от примитивной жизни без мобильного телефона. - Кстати, нужно будет еще заехать и приобрести сим-карту для телефона.

Водитель нашел нужные торговые точки на карте, быстро проложил маршрут и отвез Сун Юньжаня в ближайший торговый центр.

Полчаса спустя Сун Юньжань сидел в ярко освещенном магазинчике и осматривал свой новый телефон. И тут водителю позвонили.

- Это помощник Тан. Он сказал, что в компании что-то происходит, и он не может с вами связаться, - водитель наклонился к нему. – Почему бы нам не вернуться в компанию?

Сун Юньжань кивнул:

- Иди и подгони машину. Я подожду тебя на улице.

Через несколько минут водитель припарковал серебристо-серый автомобиль у обочины.

Сун Юньжань уже собирался сесть в машину, когда увидел невдалеке две знакомые фигуры.

Одним из них был Цинь Кэ.

Другой, толстый мужчина средних лет, был Сюй Пин, агент Цинь Кэ в прошлой жизни.

Сун Юньжань сжал кулаки. Гнев разгорелся в его сердце.

Этот Сюй Пин, когда они с Цинь Кэ в прошлой жизни вели холодную войну, всегда грубо нападал на него.

Дразнил, закатывал глаза при виде его. Как-то в публичном интервью даже высмеял его актерские способности. А после распространил по сети самые сочные кусочки из интервью с резкими нападками на него, Сун Юньжаня. Все они попали в горячий поиск. Сун Юньжань из-за этого чуть не лишился желанного киноресурса.

Сун Юньжань помнил из книги, что Сюй Пин был беспринципным человеком, и у них с Цинь Кэ были какие-то конфликты.

Но в чем они заключались, он узнать не успел – переродился.

Пока он лихорадочно соображал, что ему делать, Цинь Кэ, видимо, почувствовав его взгляд, медленно повернул голову. Вслед за ним повернул голову и Сюй Пин.

Сун Юньжань случайно поймал взгляд Сюй Пина. И тут же прикрыл свои глаза рукой, не желая смотреть на это убожество, сел в машину и с силой захлопнул дверь.

В уютном теплом салоне автомобиля Сун Юньжань почувствовал себя более комфортно. Он откинулся на сиденье. Согласно роману, Цинь Кэ в конце концов разорвет контракт с Сюй Пином.

Но какое отношение это имеет ко мне?

Сун Юньжаню оставалось надеяться, что у Цинь Кэ хватит ума не подписывать контракт с Сюй Пином.

- Президент Сун, президент Сун… - голос водителя отвлек его от раздумий. - Почему вы закрываете свое лицо?

Сун Юньжань молча опустил руку:

- О, солнце светит слишком ярко.

Водитель в растерянности посмотрел на затянутое облаками небо. Его так и тянуло спросить: «Вы думаете, я слепой?».

Цинь Кэ проводил взглядом удаляющийся приметного вида автомобиль, а затем медленно отвел взгляд.

Ему показалось? Или и в самом деле Сун Юньжань как-то очень странно смотрел на Сюй Пина.

Но, вспомнив о вчерашней дурацкой просьбе Сун Юньжаня, Цинь Кэ отмахнулся от своих подозрений.

Сюй Пин навязчиво поинтересовался:

- В чем дело?

- Ни в чем. Пойдем.

Они зашли в ближайшее кафе и заняли столик. Официант быстро принес им два стакана лимонада и предложил сделать заказ через QR-код.

Сюй Пин, не дождавшись никакой реакции от застывшего Цинь Кэ, отсканировал QR-код и начал разговор:

- Знаешь, почему я пригласил тебя на встречу?

- Вы хотите подписать со мной контракт.

Сюй Пин кивнул:

- А ты догадливый, - он достал из сумки заранее распечатанный контракт и протянул его ему. – Кстати, что тебе заказать. Что ты будешь пить?

- В этом нет необходимости. - Цинь Кэ не планировал ни открывать контракт, ни делать заказ. - Господин Сюй, я не подпишу этот контракт.

Сюй Пин опешил и опустил телефон:

- Ты не хочешь подписывать со мной контракт?

Он прищурился и внимательно посмотрел на красивого мужчину, сидящего перед ним, и высокомерно продолжил:

- Думаешь, если я несколько раз позвонил тебе, то рвусь подписать с тобой контракт. Знаешь, сколько начинающих артистов умаляют меня подписать с ними контракт?

Цинь Кэ небрежно отодвинул контракт на край стола:

- Тогда, пожалуйста, господин Сюй, найдите кого-нибудь другого.

Сюй Пин сделал паузу. Вообще-то он был в панике.

Он – известный и опытный агент в своей отрасли. И еще никогда не ошибался в людях. С первого дня, когда он заметил Цинь Кэ, он мысленно нахваливал себя – какой редкий нефрит попался ему в руки! При небольшой помощи за какую-нибудь пару лет он наверняка станет настоящей звездой.

Что еще немаловажно - кое-кто лично попросил его подписать контракт с Цинь Кэ.

- Я шучу, молодой человек, не будьте таким серьезным.

Сюй Пин моментально сменил тон и с улыбкой заметил:

- Если вы внимательно посмотрите на этот контракт, вы сможете заметить, что для только что дебютировавшего новичка этот контракт – просто дар божий. Посмотрите, я даже уменьшил процент агентских отчислений. А это ведь потеря для меня…

Он хотел похвастаться своей проницательностью, но не успел закончить, как Цинь Кэ перебил его:

- Это мой отец попросил вас это сделать?

Улыбка на лице Сюй Пина застыла.

Цинь Кэ нахмурился. Кажется, он не ошибся.

В своей прошлой жизни он и Сюй Пин работали вместе в течение нескольких лет. Он знал, что этот человек был опытным и умелым агентом, но его манера ведения дел ему не нравилась.

Кроме того, со временем он выяснил, что Сюй Пин контактировал с его отцом. Даже если бы он не переродился, он все равно бы расстался с ним после истечения контракта.

Во-первых, они расходились в выборе пути развития карьеры Цинь Кэ, а во-вторых, он не хотел иметь ничего общего со своим отцом.

История родителей Цинь Кэ проста. Студенческая пара вступила в семейную жизнь сразу после окончания университета. Что ее муж – поддонок, женщина поняла только после рождения ребенка. Дедушка и бабушка Цинь Кэ умерли рано, а у его матери был покладистый неконфликтный характер. В отчаянии она развелась с мужем и в одиночку растила и воспитывала своего сына.

Характер у отца Цинь Кэ был плохой, зато личико – красивое. Вскоре он женился на богатой и влиятельной женщине. Десять лет его не интересовало, где и как живет его ребенок.

Цинь Кэ не был настолько наивен, чтобы думать, что у его отца наконец-то проснулась совесть.

Цинь Кэ постучал по столу и медленно произнес:

- Если я не ошибаюсь, он хочет, чтобы вы приглядывали за мной и контролировали. Боится, что моя популярность может помешать его счастливому браку с этой женщиной?

Сюй Пин нервно сглотнул – как-то этот спокойный и сдержанный Цинь Кэ не особо похож на юношу, только что окончившего школу.

В душе он ярился – как информация о его связи с отцом Цинь Кэ дошла до этого молодого упрямца? Но он стиснул зубы, он не мог игнорировать просьбу отца Цинь Кэ, тот обещал инвестировать в его бизнес, и натянуто рассмеялся:

- Признаю. У меня есть некоторые отношения с твоим отцом. Но мое желание подписать с тобой контракт не имеет к нему никакого отношения. Я вижу твой потенциал и искренне хочу с тобой сотрудничать.

Цинь Кэ язвительно улыбнулся.

Факты подтверждены. И нет необходимости обсуждать их с Сюй Пином.

Он отодвинул стул и встал:

- Прощайте, господин Сюй. Пусть он не волнуется. Передайте ему, что я сам не хочу, чтобы люди узнали, что у меня такой отец.

В то же время Сун Юньжань, вернувшийся в офис, обнаружил на своем столе свой старый телефон.

Помощник Тан, вошедший вместе с ним в офис, тут же все объяснил:

- Курьер доставил его сегодня утром. Это прислали со съемочной площадки, видимо, вы вчера случайно забыли его там.

Сун Юньжань молча засунул его в дальний угол ящика:

- Как идут переговоры о расторжении контракта с Фан Чжоу?

Помощник Тан начал свой педантичный отчет:

- Фан Чжоу уже давно хотел расторгнуть свой контракт, но компания убедила его остаться, обещая ему участие в «Уравнении любви». Теперь он услышал, что вы не планируете вкладывать деньги в этот фильм, и чувствует, что компания его обманула. Вчера вечером мы с арт-директором разговаривали с ним до самой ночи, но он продолжал настаивать на расторжении контракта.

- Хорошо, пусть юридический отдел обсудит с ним неустойку в соответствии с контрактом. Если он хочет уйти, пусть идет. Компания не будет никого удерживать.

Помощник Тан был готов к такому повороту событий:

- Вчера мы с арт-директором обсудили положение дел. Она сказала, что у нас слишком мало перспективных подопечных. Если уйдет Фан Чжоу, нам и вовсе не с кем будет работать. Она предложила объявить набор новичков, молодых актеров с хорошим имиджем, чтоб не проиграть нашим конкурентам.

Сун Юньжань кивнул:

- Она может кого-то порекомендовать?

Помощник Тан, который только что был так красноречив, вдруг запнулся, сдвинул очки на переносицу и неуверенно подтвердил:

- Да, есть, но…

Сун Юньжань презрительно хмыкнул:

- Но цена другой стороны слишком высока? Скажите, сколько они хотят?

В любом случае, у него много деньги.

Помощник Тан скривился:

- Дело не в деньгах. Президент Сяо Сун, может быть, вы подумаете о своем дебюте?

- ???

- Мы думаем, что вы очень хорошо выглядите. Если вы не хотите сниматься, можем пойти другим путем. Начнем, например, с совместного проекта с Prosperity Beauty. Ваша внешность несомненно вызовет большую шумиху, - помощник Тан погрузился в свои мечты о славном будущем Xinghe Entertainment. - Вы станете лицом компании. Ваша популярность поможет нам привлекать в нашу компанию молодые таланты.

Помощник Тан радостно выдохнул и с восхищением посмотрел на Сун Юньжаня.

Только посмотрите, как красивы его абрикосовые глаза! Свет лампочки в них отражается как в сверкающем озере.

Разве не расточительно иметь такую внешность и не быть артистом?!

Пока помощник Тан взволнованно выкладывал свой план, Сун Юньжань меланхолично смотрел на него.

Он не ожидал, что эти жалкие людишки осмелились ему такое предложить. Если бы он не решил стать в этой жизни хорошим президентом, ваша компания Xinghe Entertainment давно бы обанкротилась.

Сун Юньжань указал пальцем на дверь и холодным голосом добавил:

- Вы закончили? Дверь вон там. И не беспокойте меня больше.

Президента Сяо Суна явно их план не увлек. Как жаль. Помощник Тан тяжело вздохнул. Такая звезда пропадает!

Но тут кое-что вспомнил:

- Кстати, президент Сяо Сун, я уже составил список помощников для Цинь Кэ. Когда вы сможете взглянуть на него?

Сун Юньжань затих. А потом медленно, разделяя слова, проговорил:

- Для кого. Вы сказали. Нашли. Помощника?

- Для Цинь Кэ, - помощник Тан с серьезным видом пояснил. - Вчера вы сказали, как жаль, что у него нет даже помощника. Я, следуя вашим указаниям, подобрал несколько кандидатур.

- …

Он такое говорил? Да.

Имел ли он это в виду? Нет.

Недоуменный взгляд Сун Юньжаня и пустой взгляд помощника Тана схлестнулись в борьбе. Кабинет погрузился в странную тишину.

Продержавшись пару раундов, Сун Юньжань сдался. И отвернулся к окну. В стекле ясно отражалось его лицо с затаенной тоской в глазах.

Самый популярный актер компании одержим съемками в провальном фильме. Арт-директор убеждает своего босса торговать своим лицом, чтобы заработать деньги для компании. А помощник президента пытается уговорить его служить Цинь Кэ.

Сун Юньжань так устал, что ему было безразлично – выживет их компания или нет.

Малый театр:

Сяо Сун: Пусть умрет, я устал.

Компания Xinghe Entertainment официально открыла набор новых актеров и актрис!

Помощнику Тану нужно было подтвердить контракт с командой «Свадьбы и похорон» в отделе инвестиций. И он покинул комнату.

Сун Юньжань откинулся на спинку кресла и несколько раз крутанулся на нем. Успокоившись, немного поразмыслил – если он позволит своим неразумным сотрудникам творить, что захочется, не станет ли его перерождение напрасным?

Как раз в тот момент, когда он раздумывал, как утвердить свой авторитет в компании, в дверь внезапно постучали.

- Войдите.

Тяжелая дверь кабинета генерального директора распахнулась, и раздался голос помощника Тана.

- Вы не можете войти. Президент Сяо Сун очень занят. Чтобы увидеться с ним, вы должны записаться на прием заранее!

Сун Юньжань:

- ???

И чем это он занят?

- Занят! - незнакомый голос сердито закричал. – Наверное, подсчитывает, какую неустойку мне выставить, да?

Сун Юньжань внезапно понял, кто это.

Он встал и подошел к двери. Худощавый охранник отважно защищал вход в кабинет, пытаясь за локоть удержать высокого молодого человека. К сожалению, разрыв в силах между ними был слишком велик. Охранник не смог удержать нарушителя спокойствия, его тараном протащило вперед, он сморщился от боли.

Помощник Тан и другие сотрудники, стоявшие позади, кричали и размахивали руками, готовые прийти на помощь неудачливому охраннику.

Сцена была слишком хаотичной. Сун Юньжань растерялся:

- Что происходит?

Он постучал пальцами по двери, привлекая к себе внимание. Когда все успокоились, повернулся к разгневанному молодому человеку:

- Ты Фан Чжоу? Меня ищешь? Прекрати дебоширить. Заходи.

Помощник Тан быстро шагнул вперед:

- Президент Сяо Сун, оставьте это мне, я со всем разберусь.

- Не надо. Я просто послушаю, что он скажет.

Сун Юньжань пропустил Фан Чжоу в кабинет и захлопнул дверь перед обеспокоенной толпой, жаждущей найти повод для сплетен. Затем обернулся, чтобы повнимательнее рассмотреть самого популярного артиста их компании.

Фан Чжоу был довольно красив. В такой маленькой компании, как Xinghe Entertainment, он действительно мог занять лидирующее место. Но если присмотреться, то в его внешности присутствовала некая грубоватая простота. Неудивительно, что в книге он выступал лишь как второстепенный персонаж.

Гнев Фан Чжоу выглядел слегка фальшивым, словно неумелая маскировка.

Сун Юньжань сразу взял быка за рога:

- Садись. Хочешь чего-нибудь выпить? Я попрошу кого-нибудь принести.

Фан Чжоу сел на диван:

- Хватит притворяться хорошим человеком.

- …

Я просто был вежлив. С чего ты решил, что я притворяюсь?

Сун Юньжань подозревал, что Фан Чжоу разозлила выставленная сумма неустойки, вот тот и взбесился, утратив здравый смысл.

А кто бы сохранил спокойствие, когда ему выставляют немаленький счет? Любой сорвался бы.

- Сколько вам выставил юридический отдел?

Насколько велика должна быть эта сумма, что ты, потеряв самообладание, решил ворваться в кабинет своего босса?

- Вы даже не знаете, сколько? - Фан Чжоу пристально посмотрел на Сун Юньжаня. - Компания первой нарушила контракт, и я предложил расторгнуть его. Почему я должен платить три миллиона?

Сун Юньжань нервно моргнул, смутившись.

Сун Юньжань думал, что юридический отдел оценил возможные убытки в заоблачную сумму. А это всего лишь какие-то три миллиона. Он удивился:

- И всё?

По своему опыту Сун Юньжань знал, что если Фан Чжоу так настаивает на расторжении контракта, значит, уже нашел себе следующее пристанище. В таком случае пусть эта компания и выплачивает неустойку. В чем проблема-то?

Сун Юньжань оперся на стол:

- Нарушение контракта? Не неси чепуху. Всем понятно, что происходит.

В конце концов, в прошлом он тоже был популярным артистом и знал, как ведутся дела в индустрии развлечений. Он был звездой Xinghe Entertainment, естественно, большая часть ресурсов компании тратилась на его продвижение. И, так называемое, нарушение договора - это всего лишь предлог для расторжения договора.

Фан Чжоу помрачнел:

- Я хочу совершенствоваться, а компания не желает мне помочь добиться прослушивания на роль в «Уравнении любви». Разве это не нарушение контракта?

Сун Юньжань был в замешательстве.

Он ясно помнил, что помощник Тан говорил, что компания уговорила его остаться, обещая, что Фан Чжоу получит роль в «Уравнении любви». Почему у Фан Чжоу это превратилось в простую возможность прослушивания?

Может, информация, передаваемая из уст в уста, исказилась, как в игре в сломанный телефон?

Сун Юньжань не стал на этом заморачиваться, просто расстроенно вздохнул.

Несмотря на то, что «Уравнение любви» так и не вышло в прокат, на стадии производства это был настоящий шедевр, за которым гонялись и инвесторы, и актеры. Будь это Xinghe Entertainment со своими 200 миллионами или Фан Чжоу, грезивший о прорыве в карьере.

Если бы Фан Чжоу посчастливилось присоединиться к съемочной команде, трагического финала «Уравнение любви» не избежало бы. Сун Юньжань хотелось закричать этому недоумку: Беги от этого фильма подальше!

У него не было никаких претензий к Фан Чжоу. Ему просто было жаль эту не ярко горящую звездочку, поэтому он прямо заявил:

- Компания не позволяет вам проходить прослушивание по некоторым соображениям. Вы не подходите для этого фильма.

- Почему вы так говорите? – возразил Фан Чжоу. - Вы вообще что-нибудь смыслите в актерской профессии? Или просто хотите подорвать мою уверенность в себе?

Изначально Сун Юньжань хотел отговорить Фан Чжоу от участия в этом фильме. Но если тот настаивает на своем, то скатертью ему дорога.

Но слова Фан Чжоу напомнили ему кое о чем.

- Подожди минутку.

Сун Юньжань открыл ноутбук и поискал информацию о Фан Чжоу. И тут же понял, почему Фан Чжоу не пользуется популярностью.

Xinghe Entertainment проталкивала Фан Чжоу в основном в романтические драмы, такие как «Уравнение любви».

У Фан Чжоу была внешность честного, но слишком уж простоватого парня, актерские способности – ниже среднего. С такими данными он даже не смог бы заработать себе на подтяжку лица.

Короче, Фан Чжоу не подходил для подобных ролей.

- Поверь мне, тебе лучше обратить внимание на бытовые драмы.

- Вы…!

У Фан Чжоу от подобного оскорбления глаза покраснели от гнева:

- Это произвол и давление!

Сун Юньжань оцепенел. Видимо, проблем с Фан Чжоу им не избежать.

Где он увидел давление? Не бывает хороших и плохих ролей. Важно подобрать актеру наиболее подходящую роль, разве нет?

Сун Юньжань потерял терпение. Видимо, этого упрямого осла не переубедить.

- Хорошо. Не хотите оставаться в Xinghe Entertainment и не желаете выплачивать неустойку, тогда увидимся в суде.

Фан Чжоу хитро прищурился:

- Хорошо, подождем и увидим.

Сун Юньжань подумал, что этот разговор на разных языках окончен.

Неожиданно, через несколько дней, пришла беда.

Ппомощник Тан сообщил невероятную новость:

- Фан Чжоу разместил на Weibo аудиозапись вашего разговора.

Сун Юньжань зашел на Weibo и включил запись. Качество звука было плохим, но разговор между ним и Фан Чжоу, состоявшийся несколько дней назад, все-таки можно было услышать.

- Оказывается, Фан Чжоу записывал в тот день, - запоздало сообразил он. – То-то мне показалось, что что-то с этой встречей было не так.

Помощник Тан с тревогой переспросил:

- Президент Сяо Сун, почему вы такое ему сказали?

- А что не так? – не понял Сун Юньжань.

Помощник Тан глубоко вздохнул:

- С момента своего дебюта Фан Чжоу пошел по пути актера-айдола. Его антифанаты любят ругать его в интернете. Когда вы сказали это, разве это не было похоже на…

- А! - Сун Юньжань наконец-то понял.

Он случайно выступил как настоящий антифанат!

Сун Юньжань нажал на горячий поиск на Weibo. Впервые в жизни Xinghe Entertainment попала на первые строчки горячего поиска.

Пользователи сети, которые не знали всей правды, были в ярости и ругали его и Xinghe Entertainment.

Если раньше Сун Юньжань собирался найти Фан Чжоу и объясниться с ним, то сейчас он решительно отказался от примирения с ним в любом виде.

Получасовая аудиозапись на Weibo, учитывая невысокую известность и Фан Чжоу, и Xinghe Entertainment, вряд ли могла вызвать такую бурную реакцию в интернете. Скорее всего, кто-то прятался за кулисами. Иначе как можно было за такое короткое время привлечь столько внимания.

Этот хитрец включил запись с самого начала встречи. Он явно пришел подготовленным.

Даже если бы Сун Юньжань не предложил Фан Чжоу сменить амплуа, тот все равно заставил бы его сказать что-нибудь очерняющее Xinghe Entertainment. Очевидным примером является намеренная путаница между «инвестировать в фильм для включения своих актеров в съемочную группу» и «борьба за возможность пройти прослушивание».

Все понятно. Новые владельцы Фан Чжоу хотят использовать щекотливую тему давления, чтобы выставить Фан Чжоу жертвой произвола Xinghe Entertainment и так повысить его популярность.

Помощник Тан увидел, что Сун Юньжань молчит, и начал размышлять, не был ли он слишком резок.

Президент Сяо Сун молод. Наверное, его расстроила его ошибка, которая нанесла ущерб имиджу компании.

Помощник Тан откашлялся:

- Не вините себя слишком сильно. Я уведомлю отдел по связям с общественностью, чтобы они подготовили заявление.

Неожиданно Сун Юньжань поднял голову:

- Не торопитесь с заявлением.

Помощник Тан был озадачен:

- Вы не собираетесь объяснить все общественности?

Пожалуйста, не ухудшайте и без того плохую репутацию компании.

- Мы - в горячем поиске. Другие на это тратят баснословные суммы. Зачем нам все портить какими-то оправдательными заявлениями?

- Что вы имеете в виду?

На лице Сун Юньжаня расцвела яркая улыбка:

- Я воспользуюсь этой возможностью, чтобы нанять новых людей.

Все члены съемочной группы «Свадьбы и похорон» были в замешательстве.

Несколько дней назад они подписали инвестиционный контракт с Xinghe Entertainment. Они так воспылали энтузиазмом, а тут такой облом с новым инвестором.

Воспользовавшись перерывом между съемками, все собрались, чтобы обсудить:

- Я не думаю, что президент Сун такой человек. Кто-то хочет дискредитировать лично его?

- Я думаю, президент Сун прав. Я видел фотографию Фан Чжоу. Возможно, бытовая драма ему больше подходит.

- Думаете, Фан Чжоу не понял добрых намерений президента Суна? Да ладно, президент Сяо Сун наверняка не хотел его обидеть.

- Я помню тот случай, когда Цинь Кэ попросил меня найти одеяло для президента Суна, когда тот уснул прямо на съемочной площадке. Когда молодой господин проснулся, он аккуратно сложил одеяло и убрал его. Такой культурный человек. Он не стал бы намеренно издеваться над другими.

- Ха, ты, должно быть, просто очарована его красотой.

Эти разговоры достигли ушей Цинь Кэ, заставив его нахмуриться.

Последние два дня у него был насыщенный график съемок. Он не спал со вчерашнего утра и эта шумная обстановка раздражала его.

Увидев, что режиссер все еще проверяет свет, Цинь Кэ вышел из студии, чтобы подышать воздухом.

На улице он, вдруг вспомнив, о чем только что говорили его коллеги, достал телефон, чтобы посмотреть, что там произошло.

В этот момент на Weibo как раз появилось официальное объявление Xinghe Entertainment.

[Xinghe Entertainment: Дорогие друзья, не проходите мимо! Выберите дату и приходите! Xinghe Entertainment официально открывает набор новых актеров и актрис! 】

Объявление о наборе было таким безыскусным, словно его писали на коленке.

Цинь Кэ недоуменно поднял брови… за этим объявлением наверняка стоял никто иной, кроме Сун Юньжаня.

- Цинь Кэ, мы готовы начать съемку, - кто-то вышел искать его.

- Хорошо, - кивнул Цинь Кэ и на секунду замер, опустил глаза и щелкнул на кнопку «сохранить».

Думаю, рядом с вами всегда интересно!

Если Цинь Кэ принял это объявление спокойно, то любители дынь в сети, прочитав о наборе, возбудились не на шутку.

Все они были опытными ветеранами, разное повидали. И срач между артистами и компаниями для них был не в новинку. Даже, если не брать во внимание, кто из них прав, а кто виноват, с таким бесстыдным вызывающим поведением мало известной компании, как Xinghe Entertainment, они еще не сталкивались.

В Xinghe Entertainment вообще есть разумные люди?

Разместить объявление о наборе во время такого скандала – это вообще разумно? У них что, нет денег на достойную рекламу?

Да кто на такое купится? Разве только больной на голову, чтобы сыграть в комедийной драме «Умственно отсталые дети счастливее всех».

Это просто возмутительно.

Хайп, абсолютный хайп. Когда скандал – тоже хорошая реклама.

Нападки Фан Чжоу уже никого не интересовали. Свое внимание пользователи сети постепенно переключили на Xinghe Entertainment.

Особо активные пользователи сети прошерстили всю подноготную Xinghe Entertainment и вытащили на свет все проекты компании за прошедшие годы. Разместили на Weibo и недоуменно отложили дыни.

【Я не понимаю, друзья, откуда у Xinghe Entertainment смелость нанимать новых людей? Посмотрите, что они сделали за эти годы. С такой эффективностью им уже давно следовало прикрыть свою лавочку. 】

Да уж, и эти неудачники осмелились еще размещать такое абсурдное объявление о наборе новых актеров!

【В нашем мире действительно есть компании, которые терпят убытки с самого своего появления на свет. И как спится руководителю такой компании? Финансовый дефицит не является ему в страшных снах?】

【Из близких к компании источников стало известно, что у Xinghe Entertainment проблемы с фэн-шуем. Они теряют деньги, куда бы их не вкладывали. Я и мои коллеги советуем держаться от этой компании как можно дальше. Чем дальше, тем лучше.】

【Я советую всем новичкам избегать Xinghe Entertainment. Отсутствие контракта – это временно, а кабальный договор с прОклятой компанией – это трагедия длиною в жизнь.】

【Пусть сменят свое название с Xinghe на Shuai Shen*】

Когда людям становится скучно, они становятся особо злыми.

В течение нескольких часов многие люди злорадно заменили Xinghe Entertainment на Shuai Shen Entertainment.

Были и разумные люди:【Я проверил, Xinghe Entertainment в феврале был продан. Какое отношение нынешний владелец имеет к предыдущим инвестиционным провалам?】

Кто-то тут же возразил:【Это только доказывает, что нынешний босс тоже дурак. У них есть только два варианта спасения: либо получить мощную финансовую поддержку, либо их судьбу изменит красный дождь**, иначе через год они канут в небытие.】

***

В это время босс, не знающий, что находится в центре бури, болтал в баре со своим другом.

Друга звали Хэ Цзыю. Они с Сун Юньжанем выросли вместе.

Друг детства покачал своей кучерявой головой:

- Эй, я видел, как фанаты Фан Чжоу нападали на твою внешность, говоря, что ты, должно быть, очень уродлив, поэтому завидуешь красоте их кумира. Советую тебе устроить фотосессию и выложить свои фотки в интернете. У тебя, конечно, много недостатков, но внешность к ним не относится. Ты же просто сладкая конфетка. Давай срази всех своей красотой.

Сун Юньжань чуть не сблевнул от таких похвал:

- Где ты такого нахватался?

Хэ Цзыю с серьезным видом пояснил:

- Конечно, в интернете. Помнишь, меня как-то посадили под домашний арест? Что мне оставалось делать, как не рыться в инете. Так я и узнал много нового. Хочешь, поделюсь? Вот, например, радужный пук…

- …Не надо. Еще стакан содовой, пожалуйста, - Сяо Сун заказал напиток и продолжил: - Так ты из тех, кто любит поедать дыни? Такие, как ты, и ополчились на меня. Какие-то умники даже стали называть нашу компанию Shuaishen Entertainment.

Хэ Цзыю быстро обновил свой Weibo:

- Так и есть. Ситуация складывается не очень хорошо. Не самая лучшая известность для вашей компании.

Сун Юньжань поставил бокал и достал свой мобильный телефон:

- Я просто хочу, чтобы эта известность сыграла нам на руку. Чем больше людей узнают о наборе, тем лучше для нас. Каждый репост - это бесплатная, но действенная реклама.

Хэ Цзыю с жалостью посмотрел на него. Его друга детства, с которым он вместе вырос, пользователи сети выставили дураком. А его компанию безжалостно высмеяли. Какой актер после такого осмелится прийти в Xinghe Entertainment?

- Не куксись. Если тебе грустно, не скрывай своих эмоций, - утешал Хэ Цзыю. - Почему бы нам не отправиться в путешествие? Мой отец вернул мне кредитную карту. У меня снова есть деньги. Я могу сопровождать тебя, куда бы ты ни пожелал поехать.

Сон Юньжань нахмурился:

- Отстань. У меня есть работа.

Любопытный Хэ Цзыю наклонился и увидел над окном WeChat ник «Старая песня»***. Он молча отвел взгляд. Сун Юньжань обратился за помощью к отцу?

Через некоторое время Сун Юньжань оторвался от переписки и поднял голову:

- Все, дело сделано.

- Ты потратил деньги, чтобы удалить имя своей компании из горячего поиска? - Хэ Цзыю залез на Weibo. - Твои деньги не сработали.

Сун Юньжань загадочно улыбнулся:

- Что за спешка? Подожди еще десять минут.

Десять минут спустя.

Пользователи сети, в первых рядах поедающие дыни, потрясенно пялились на свои экраны. И сомневались, на каком свете они находятся.

【Я ослеп? Почему Ningdong Real Estate сделала репост объявления о приеме на работу в Xinghe Entertainment?】

【Ты не ослеп. Ningdong Technology тоже к ней присоединилась. Я подозреваю, что их аккаунт был взломан.】

【На данный момент было сделано тринадцать официальных ретвитов. Вряд ли Xinghe Entertainment взломала аккаунты всех компаний, входящих в состав Ningdong Group. Это просто…】

Это просто невозможно.

Испытав первоначальный шок, пользователи сети пришли в себя и попытались разобраться. Это не взлом, а коллективная пропаганда.

Если о Xinghe Entertainment еще недавно никто не слышал, то Ningdong Group была известна всем. Многие даже могли перечислить все отрасли, которые она курировала.

Слово «Ниндун» (Ningdong) образовано путем слияния имен ее председателя Бай Ваньнин и ее мужа Сун Цзидуна. Эта пара не только подавала пример крепкой супружеской ячейки, но и создала одну из крупнейших бизнес-империй в стране.

Ningdong и Xinghe, две совершенно не связанных между собой компаний наконец-то соединились.

Чтобы заставить Ningdong рекламировать Xinghe, нужно было получить согласие Бай Ваньнин или Сун Цзидуна. Отсюда следует, что… Xinghe Entertainment - это часть семейной индустрии.

Как известно, Ningdong - это крупная промышленная группа. В последние годы она начала покорять новые отрасли, например, Интернет, но они никогда не вторгались на территорию индустрии развлечений.

Теперь отношение к Xinghe Entertainment в интернете волшебным образом изменилось.

Это все еще ссора между артистом и его агентством?

Это все еще хайп малоизвестной развлекательной компании?

Нет, это официальный посыл Ningdong, своеобразное сообщение шоу-бизнесу, что они уже здесь, они действительно здесь.

Проанализировав причины и следствия, кто-то решительно заявил:

【Ningdong ведет большую игру.】

Когда Сун Юньжань увидел этот пост, он на несколько секунд потерял дар речи.

На самом деле, все объяснялось намного проще. Он, полагаясь на опыт своей прошлой жизни, понял, что любой скандал – прекрасная возможность дать о себе знать. Ну, кто раньше знал о Xinghe Entertainment? Пользователи сети – вряд ли. Коллеги по отрасли? Малая часть, да и те не хотели с ними сотрудничать.

Причина, по которой их инвестиции стопарились, грубо говоря, заключалась в том, что никто не верил в силу и надежность компании.

Теперь, когда Ningdong Group выступила на стороне Xinghe, любой поймет, что эта развлекательная компания никогда не будет испытывать недостатка в деньгах, а значит, достойный партнер.

Что касается криков Фан Чжоу о расторжении контракта, да кого это волнует?

Пусть Фан Чжоу позаботится о себе сам.

С тех пор, как эта запись была выложена в интернет, он внимательно следил за тем, что происходит в сети. Увидев сообщение Ningdong Group, он впал в пучину паники.

Почему никто ему не сказал, что президент Сун из такой семьи?!

- Брат Чэнь, что мне теперь делать? - он беспомощно искал выход из ситуации. - Я говорил вам, что запись – это не очень хорошая идея, но вы сказали, что, если я хочу присоединиться к вашей компании, то должен действовать в соответствии с вашим маркетинговым планом. Теперь я оскорбил Xinghe Entertainment, а внимания к себе так и не привлек.

Мужчина по имени Чэнь потер виски:

- Не торопись.

- Как мне не торопиться? - Фан Чжоу готов был заплакать, понимать его речь из-за усилившегося от расстройства диалекта стало трудно понимать. - Все кончено!

Брат Чэнь на мгновение застыл.

Словно небеса дали ему передышку – он заново внимательно изучил внешний вид Фан Чжоу.

Юноша сидел на корточках и что-то неразборчиво бормотал. Его акцент звучал довольно забавно.

Брат Чэнь разулыбался:

- Эй, кажется, тебе действительно лучше подойдут роли в бытовых комедиях.

- …

- …???

***　　·

Чем закончилось брожение в горячем поиске? Буквально через пару дней на адрес Xinghe Entertainment пришло множество резюме от актеров. Сун Юньжань специально попросил помощника Тана передать ему пришедшие заявки, желая лично ознакомиться с ними.

Как-то вернувшись с обеда, Сун Юньжань заметил, что на его почту пришло сообщение. Прочитав тему письма, он не смог сдержать улыбку. Кажется, объявление о наборе попало в цель.

Он открыл вложения и остолбенел.

Бегло пробежав по именам отправителей, он наткнулся на хорошо знакомое ему имя.

Цинь Кэ.

Сун Юньжань вспомнил прошлую попытку помощника Тана найти помощника для Цинь Кэ. Он разозлился и тут же ему позвонил:

- И сколько денег вы получили от Цинь Кэ, чтобы включить его в список?

Помощник невинно ответил:

- Президент Сяо Сун, я ничего не делал. Он сам прислал нам свое резюме.

Сун Юньжань был категоричен:

- Этого не может быть.

Он ясно помнил, что Цинь Кэ подписал контракт с Сюй Пином. И произошло это во время съемок «Свадьбы и похорон». Он же сам видел их встречу. Как Цинь Кэ мог отправить свое резюме в Xinghe Entertainment?

Помощник Тан беспомощно вздохнул:

- Его контактная информация есть в резюме. Почему бы вам самому не спросить его?

Сун Юньжань повесил трубку и открыл резюме Цинь Кэ. Потом набрал его номер и долго смотрел на экран, пока не решился все же нажать на кнопку вызова.

Не дрейфь! Ты просто добрый отец, которого волнует странное поведение сына. Утешал он себя, пряча в глубине своего сердца некое удовлетворение.

Неужели он так грамотно провел не запланированную рекламную кампанию, что даже Цинь Кэ, с его аурой главного героя, не мог не поддаться искушению и захотел присоединиться к его компании?

Несколько гудков и в трубке зазвучал низкий голос Цинь Кэ:

- Алло, кто это?

Сун Юньжань уже готов был сказать «твой отец», но, к счастью, вовремя опомнился:

- Это Сун Юньжань.

Цинь Кэ, похоже, не удивился:

- Президент Сун получил мое резюме?

Значит, Цинь Кэ действительно отправил его сам.

Сун Юньжань нахмурился и непонимающе уточнил:

- Ты хочешь войти в Xinghe Entertainment?

- Да.

Сун Юньжань подождал несколько секунд. Продолжения не последовало. Слишком короткий ответ. А где же объяснения, почему?

Разве ты не должен объединиться с Сюй Пином, чтобы запугивать нас, пущенных на пушечное мясо?

Цинь Кэ стоял возле студии и озадаченно хмурил брови.

Почему? На самом деле, он и сам был удивлен своему решению. Но всякий раз, когда он видел значок сохраненного объявления о наборе персонала, он не мог не щелкнуть по нему, чтобы еще раз взглянуть на него.

Он ведь так и не знал, почему вдруг переродился. Смелая идея родилась у него в голове именно в тот момент, когда он отверг Сюй Пина.

В прошлой жизни он находился под незримым контролем отца. Многое из того, что он хотел попробовать, было отвергнуто Сюй Пином. Кроме того, что бы он ни делал, казалось, что ему помогает какая-то сила. Путь его всегда был гладок. Но как же скучно ему было жить такой жизнью.

Цинь Кэ не думал, что повторение прошлой жизни принесет ему радость.

И тут в его жизнь внезапно ворвался Сун Юньжань. В той жизни он не был близко знаком с Сун Юньжанем, судить о нем мог только, опираясь на чужое мнение.

Какого же было его удивление, что этот человек оказался абсолютно непредсказуемым персонажем, не по правилам играл, делал необъяснимые вещи, нес какую-то ахинею. Внутри этого живчика жизненная сила так и била, порой выплескиваясь на окружающих.

- О чем ты думаешь? – у Сун Юньжаня закончилось терпение.

Цинь Кэ мягко улыбнулся:

- Думаю, рядом с вами всегда интересно.

Легкий смех воспламенил уши Сун Юньжаня. Мысли испуганно сбились в кучку, притормозив мыслительный процесс. После нескольких секунд бездействия Сун Юньжань хлопнул по столу – эврика!

Боже мой! Мое перерождение, должно быть, вызвало эффект бабочки!

Его бедный сын сошел с ума!

*Shuaishen - типа невезучий, некомпетентный. В прямом переводе это звучит как «Потеря Бога».

**Красный дождь - немыслимое или невозможное событие. Например, как в выражении «когда свиньи полетят».

***Сяо Сун – маленькая песня, его отец Сун Цзидун - соответственно, старая песня.

Цинь Кэ, какая жалость!

В три часа ночи Сун Юньжань все еще не мог заснуть.

Телефонный разговор с Цинь Кэ он завершил словами:

- Компания рассмотрит ваше предложение, - и cбросил звонок.

И вот он лежит в постели, ворочается и никак не может заснуть.

Да сколько же можно!

Сун Юньжань перевернулся на другой бок, закутался в одеяло и уткнулся носом в подушку. Цинь Кэ все-таки главный герой романа, даже если он не подписал контракт с Сюй Пином, ему не следовало отсылать свое резюме в Xinghe Entertainment.

Так это как-то связано с переменами в моей жизни или нет?

Измученный Сун Юньжань встал и пошел на кухню за стаканом воды.

И застыл там со стаканом воды в руках. Потом осторожно сделал глоток. Прохладная чистая вода проскользнула в горло.

Сун Юньжань стоял и некоторое время ждал, чтобы убедиться, что он не захлебнулся.

Оглядываясь назад, он припомнил, что ничего трагичного в последнее время с ним не происходило – не падал на землю ни с того ни с сего, не застревал в лифте. Согласно правилам, которые он сам для себя установил после перерождения «Ты не можешь причинить вред Цинь Кэ, иначе будешь проклят небесами», похоже, что все, что он сделал до сих пор, не являлось нарушением.

Итак, ответ очевиден. Согласно известному эффекту бабочки, он взмахнул крылышками в Xinghe Entertainment и вызвал цунами в сознании Цинь Кэ, в результате чего мозг Цинь Кэ захлебнулся, и главный герой потерял свой IQ.

Что, без него, выдающегося пушечного мяса, главный герой не может даже самостоятельно ходить?

Цинь Кэ, как же жаль!

Сун Юньжань надменно рассмеялся, вернулся в спальню и выключил свет. Забрался в кровать и задумался. Не уничтожит ли неправильный выбор Цинь Кэ этот мир?

Хоть ему и не нравится персонаж Цинь Кэ, с объективной точки зрения Цинь Кэ все-таки талантливый актер.

Сердце Сун Юньжаня захлестнула вина.

Он просто хотел, чтобы Цинь Кэ преклонил колени и назвал его «отцом». Он вовсе не хотел разрушать карьеру Цинь Кэ.

И вообще не пристало благочестивому генеральному директору унижать слабого человека.

Нет, это не соответствует его жизненным принципам.

Сун Юньжань натянул одеяло на голову, долго размышлял и, наконец, придумал хороший способ взять из обоих миров самое лучшее.

Если Цинь Кэ станет подопечным Xinghe Entertainment…

тогда он будет его честно продвигать, позволив Цинь Кэ пройти по звездному пути без особых потерь и сожалений.

Сун Юньжань принял решение, скинул камень с души и наконец-то заснул.

На следующий день Сун Юньжань прибыл в компанию только во второй половине дня. Пардон, проспал.

Как только вошел в офис, сразу позвонил помощнику Тану:

- Я пришлю вам списков для собеседований. Сообщите кандидатам, чтобы они пришли в компанию на следующей неделе.

- Вы сами будете проводить собеседования?

- Пусть ко мне присоединится наши агенты, - уточнил Сун Юньжань.

Его настораживала некомпетентность руководства компании. Как они могли загубить такой хороший саженец, как Фан Чжоу, сослав его в фильмы о красавцах айдолах?

На собеседовании ему придется изучить не только пришедших актеров, но и агентов компании.

Помощник Тан кивнул:

- Хорошо. А, да, сегодня утром пришли новости от Фан Чжоу. Его новая компания готова выплатить неустойку, только хотела бы изменить сумму выплаты.

- Пусть переговоры ведет юридический отдел, - Сун Юньжань немного подумал и добавил. - Кстати, пока шумиха вокруг Xinghe Entertainment еще не утихла, нужно этим воспользоваться. Попросите продюсера «Свадьбы и похорон» прислать нам несколько кадров для продвижения их фильма.

- Отдел рекламы следит за этим. Съемки фильма только что завершились. Они хотели подождать пару дней и потом начать продвижение фильма.

Кажется, в Xinghe Entertainment есть надежные сотрудники.

Сун Юньжань удовлетворенно хмыкнул:

- Раз уж все решено, я наведаюсь к ним на площадку.

Заодно и с Цинь Кэ поговорю о подписании контракта.

В пять часов дня Сун Юньжань и его группа отправились на место съемок.

Чтобы не беспокоиться о возвращении назад, если вдруг помощнику Тану придется покинуть съемочную площадку раньше него, он поехал с водителем.

Члены съемочной группы, увидев приближающихся инвесторов, сразу же бросились их тепло встречать.

Сун Юньжаня окружила восторженная толпа. Он пообщался со всеми заинтересованными лицами и не удержался, чтобы не поинтересоваться:

- А где Цинь Кэ?

Возможно, это ему показалось, но его вопрос, похоже, смутил и помощника Тана, и режиссера, и продюсера.

Сун Юньжань был потрясен:

- Он… с ним что-то случилось?

У него что, поехала крыша?

- Нет, нет, нет, - замахал руками продюсер, думая про себя «не слишком ли много внимания вы уделяете Цинь Кэ», и быстро выпалил, - С ним все в порядке. К нему пришел какой-то агент, вероятно, чтобы заключить контракт, поэтому они отошли поболтать.

- Что за компания?

Продюсер покачал головой:

- Я не знаю, он не сказал.

Может ли это быть Сюй Пин? Или это другие охотники за головами пожаловали?

Учитывая ауру Цинь Кэ как главного героя, вполне возможно, что Сюй Пин так просто не сдастся.

Он только вчера подумал о подписании контракта с Цинь Кэ, а сегодня уже появились конкуренты. Кому такое понравится?!

- И где они?

Сун Юньжань хотел взглянуть на этого смельчака, что хотел похитить его человека.

Коридор возле студийного офиса.

Цинь Кэ стоял, прислонившись к стене, и смотрел на тонкую визитную карточку, зажатую между пальцев. Он взглянул на имя, выгравированное на ней, - Чжао Сию.

Это был старый знакомый Цинь Кэ.

Насколько он помнил, с ним в той жизни подписал контракт не только его одноклассник из киношколы, но и Сун Юньжань.

Чжао Сию заливался соловьем, на все лады расхваливая свою компанию:

- Вы – актер, и наверняка слышали о нашей компании Ванчэн. Наша компания хорошо известна в отечественной индустрии развлечений. Все актеры и актрисы, признанные в прошлом году лучшими, были из нашего агентства. Мне вас порекомендовал ваш однокурсник из киношколы.

- Чэн Цзямин? - поднял глаза Цинь Кэ.

Чжао Сию улыбнулся:

- Да, Цзямин – мой подопечный. Цзямин постоянно рассказывал мне о вас, говорил, что вы тот человек, которым он больше всего восхищается. Он жалел, что вам пока так и не удалось подписать контракт с профессиональной командой.

Цинь Кэ сдержанно улыбнулся.

Он знал, что Чжао Сию придет к нему именно в день последних съемок «Свадьбы и похорон». Знал, что пришел Чжао Сию благодаря рекомендации Чэн Цзямина. Только в прошлой жизни Чжао Сию опоздал. На тот момент он уже подписал контракт с Сюй Пином.

Но..

Цинь Кэ неосознанно коснулся своего правого плеча.

Даже сквозь костюм он чувствовал, что его кости в этом месте не повреждены. В той жизни это плечо было серьезно травмировано, и в дождливые дни старые раны ныли и не давали ему уснуть.

После съемок «Свадьбы и похорон» он стал достаточно популярен. Второй фильм, в котором он снялся, был фильм о боевых искусствах. Он сыграл в нем вторую мужскую роль, а Чэн Цзямин - его старшего брата, примерно пятую по значимости среди всех мужских ролей.

Как-то на съемках во время сцены на тросах Цинь Кэ упал и сломал правое плечо. В результате ему пришлось покинуть съемочную группу. И долгое время провести в больнице.

Уже потом, пройдя через ужас сложнейшей операции, Цинь Кэ тщательно перебрал все малейшие детали этого несчастного случая. И заподозрил, что было в обрыве троса что-то очень сомнительное.

Вскоре после этого Сюй Пин рассказал ему, что съемочная группа узнала, что это Чэн Цзямин подрезал один из ведущих тросов.

Потому что Чэн Цзямин завидовал ему.

Цинь Кэ трудно описать, что он почувствовал, когда узнал правду.

Он даже представить не мог, что менее чем через два года после окончания учебы Чэн Цзямин так изменится, что опустится до такого подлого поступка.

- У меня уже есть компания, к которой я хочу присоединиться, - тихо отказался Цинь Кэ. – Мне жаль, что ваша поездка была напрасной.

Чжао Сию был изумлен, он ничего об этом не слышал, и с любопытством поинтересовался:

- И в какую компанию ты хочешь пойти?

- Xinghe Entertainment.

- ???

Почему снова эта Xinghe Entertainment!

Последние два года Чжао Сию очень не везло. Все его подопечные не оправдали его ожиданий. Чэн Цзямин, на которого он возлагал большие надежды, тоже разочаровал его. В прошлом году босс сказал, что сын его друга собирается подписать с ними контракт, но и эта сделка сорвалась.

Последний случай и вовсе ввел Чжао Сию в депрессию.

Это был ребенок председателя группы Ningdong. Он уже потирал ручки - этот молодой мастер будет черпать ресурсы у своей семьи, а он будет получать дивиденды, особо не впахивая. Кто же знал, что все закончится крахом.

Несколько дней назад, копаясь в горячем поиске, Чжао Сию обнаружил, что у Ningdong Group есть дочерняя компания Xinghe Entertainment. И ему все стало ясно.

Чжао Сию попытался переубедить своего собеседника:

- Вы, наверное, не знаете, что Xinghe Entertainment была приобретена Ningdong Group специально, чтобы утешить молодого хозяина.

Цинь Кэ поджал свои тонкие губы, чувствуя, что Чжао Сию совершенно не понимал положения Xinghe Entertainment.

Сун Юньжань, прогуливавшийся неподалеку, услышал эти слова и на мгновение остолбенел. Какой сукин сын клевещет на мою компанию? Он спрятался за углом и стал скрытно наблюдать.

Его агент из прошлой жизни все еще пытался уговорить Цинь Кэ:

- Если ты присоединишься к этой компании, в будущем тебе придется нелегко. Наверняка молодой мастер не расщедрится на ресурсы для тебя.

Сун Юньжань:

- …

Что с тобой, Чжао Сию?  Сун Юньжань, который так рвался в индустрию развлечений, возродился! Теперь он - властный президент Сун Юньжань!

Данные вашей разведки устарели. Ты хочешь обмануть моего неразумного сына?

Сун Юньжань хотел послушать, что еще плохого скажет о нем его бывший агент из другой жизни. А потом он как выпрыгнет и как надает Чжао Сию пощечин.

И тут Сун Юньжань внезапно вспомнил, что через пару лет после вступления на ниву шоу-бизнеса он как-то слышал, что Цинь Кэ чуть не погиб на съемках. Чуть не погиб от рук подопечного того же Чжао Сию.

В то время он еще не понимал, какая глубокая ненависть толкнула того на такой подлый поступок.

Позже он понял. Оказалось, что семья Чэн Цзямина была очень обеспеченной,  поэтому он всегда ладил с Цинь Кэ. Но он не ожидал, что Цинь Кэ так прославится после фильма «Свадьба и похороны». Вот тогда-то у него и сорвало крушу.

Грубо говоря, это был книжный злодей, созданный для продвижения сюжета.

В конце концов, главному герою и слегка пострадать – не грех.

Воспоминания Сун Юньжаня прервал голос Чжао Сию:

- Я человек прямой и откровенный. Я вам четко нарисовал ваше будущее в нашей компании. Просто дайте мне ответ - вы хотите подписать со мной контракт?

Сун Юньжань был потрясен и, забыв о своем плане, резко выпрыгнул из-за угла:

- Не подписывай!

Два собеседника в коридоре замерли от неожиданности.

Напуганный Чжао Сию чуть не свалился на пол. Цинь Кэ отреагировал менее бурно, только удивленно поднял брови.

Чжао Сию, с трудом удержав равновесие, неуверенно спросил:

- Сун, Сун Юньжань?

Вживую молодого мастера он не видел, поэтому мог только догадываться, кто это.

- Да, это я.

Сун Юньжань быстро шагнул вперед и встал между ними, повернул голову и командным тоном бросил Цинь Кэ:

- Тебе не разрешено подписывать этот контракт.

Цинь Кэ замер.

Вечерело. В лучах заходящего солнца Сун Юньжань, как отважный рыцарь, растопырив руки, отгонял сбитого с толку Чжао Сию от замершего Цинь Кэ. Ах, нет, он больше был похож на боевого петуха, защищающего своего птенца.

Чжао Сию не понимал, что происходит:

- Это имеет какое-то отношение к вам?

Сун Юньжань сердито воскликнул:

- Почему бы и нет?!

Если бы он опоздал, Цинь Кэ, возможно, пал бы невинной жертвой Ваньчэн!

Поскольку по сюжету Чэн Цзямин был назначен злодеем, то Wancheng Entertainment для Цинь Кэ было опасным местом.

Сун Юньжань не хотел, чтобы его несчастный сын пострадал. Отсутствие  рук или ног могло снизить средний уровень экстерьера их семьи.

Сун Юньжань решил сражаться до последнего. И решительно обратился к Цинь Кэ:

- Я согласен, чтобы ты присоединился к Xinghe Entertainment. Не волнуйся, я буду хорошим начальником. И возьму ответственность за твое будущее на себя.

В конце концов, ты поглупел из-за меня, - добавил он про себя.

Чжао Сию был потрясен.

Цинь Кэ же посмотрел на до смешного серьезного Сун Юньжаня и медленно приподнял уголки губ.

- Хорошо.

Малый театр:

Позже.

Цинь Кэ: Ты сказал, что будешь нести ответственность за мое будущее.Господин Сун: Σ(0ω0) Я слишком поспешил!

Что между ними вообще происходит?..

В течение трех минут они к всеобщей радости пришли к соглашению.

- Тогда решено.

Сун Юньжань вздохнул с облегчением:

- Хорошо, возвращайся в студию. Съемочная группа скоро отправится на банкет.

Цинь Кэ кивнул:

- Хорошо, пойдем.

Чжао Сию, который наблюдал за происходящим был ошеломлен:

-…

Я стою перед вами, почему никто не обращает на меня внимания?

Оказывается, он никого особо не волнует.

Эти двое просто ушли.

Сун Юньжань и раньше хотел свести счеты с Чжао Сию, но теперь, когда спас жизнь Цинь Кэ, он успокоился и больше не хотел переживать о мелочах из своей прошлой жизни.

Чжао Сию, оставшись в гордом одиночестве, этого не понимал.

Он же, Сун Юньжань, мог наконец-то сосредоточиться на продвижении Цинь Кэ.

Сун Юньжань и Цинь Кэ шли в студию. Кажется, в их отношениях что-то изменилось. И чем больше Сун Юньжань смотрел на Цинь Кэ, тем больше тот ему нравился.

Он был достоин звания главного героя. Красивый, высокий, длинноногий. И лишь  немного уступает ему.

После того, как Сун Юньжань завершил свою строгую оценку, он внезапно заметил, что Цинь Кэ все еще держит в руке визитную карточку Чжао Сию и сразу же разозлился

- Почему ты еще не выкинул визитку?

Цинь Кэ беспомощно развел руки:

- Здесь нет мусорных баков.

- … О.

Всю дорогу Сун Юньжань смотрел только на Цинь Кэ, не обращая внимания на все остальное. Он откашлялся:

- Тогда не забудь потом выбросить ее. Она тебе добра не принесет.

Цинь Кэ задумчиво посмотрел на него:

- Ты ненавидишь Чжао Сию?

Сун Юньжань был полон праведного гнева:

- А что не за что? Ты же слышал, что он сказал. Он фактически оклеветал мою компанию. Ты бы не рассердился на моем месте?

Цинь Кэ задумался:

- Наверное.

В конце концов, Чжао Сию не оскорблял его в лицо. Во-первых, у него было неправильное понимание причины покупки Xinghe Entertainment, а во-вторых, он не знал, что кто-то его подслушивал.

Сун Юньжань не ожидал такого равнодушия. Он вздохнул и грустно посмотрел на Цинь Кэ – как же ты невежественен, что ты вообще знаешь об опасностях мира? Такой глупый. Что же отцу с тобой делать?

- ? - Цинь Кэ засомневался. Мне показалось? Или Сун Юньжань и, в самом деле, смотрит на него с… жалостью?

Странно поглядывая друг на друга, они вернулись в студию.

Съемочная группа забронировала столики в ресторане недалеко от съемочной площадки. И большая часть группы уже отправилась на банкет.

Увидев их, продюсер поспешно оповестил их:

- Президент Сун, мы ждем вас и помощника Тана сегодня вечером на прощальном банкете. Присоединяйтесь к нам.

Сун Юньжань, как инвестор, конечно же, имеет право участвовать в прощальном банкете, он согласно кивнул:

- Это далеко?

- Нет, совсем рядом. Минут десять на машине. Только навигация может плохо работать. Скажите водителю, чтобы он ехал за нами.

И все отправились на парковку.

Продюсер разблокировал двери своего автомобиля и повернулся к Цинь Кэ:

- Моя дочь недавно поцарапала переднее пассажирское сиденье, садись лучше сзади.

Цинь Кэ собирался что-то сказать, но Сун Юньжань его опередил:

- Он поедет в моей машине.

Продюсер замер:

- Это как-то неловко.

- И почему же? Теперь он подопечный Xinghe Entertainment, и пользоваться автомобилем компании – для него нормально.

Все присутствующие:

- …

Когда это случилось? Почему они не знали, что Цинь Кэ стал артистом Xinghe Entertainment?

А как насчет агента, который приходил к нему? Куда он делся?

Помощник Тан был удивлен не меньше других. Он нервно поправил свои очки в золотой оправе, наблюдая, как Цинь Кэ идет к яблочно-зеленому «Мазерати» президента Суна. Он вдруг почувствовал, что эта сцена требует осмысления.

К сожалению, времени было мало, и у помощника Тана не было времени все тщательно обдумать, так как Сун Юньжань пригласил его тоже сесть в машину.

Он сел на пассажирское сиденье рядом с водителем, пристегнул ремень безопасности и услышал тихий разговор на заднем сидении.

-Ты выбросил визитку?

- Выбросил в студии.

- Хорошо. К счастью, я вовремя прибыл, иначе Чжао Сию тебя бы обманул. Работа с Wancheng была бы просто катастрофой.

Помощник Тан тайно задумался. Он знал о Wancheng, но ничего не знал о Чжао Сию. О каком вообще обмане и катастрофе идет речь?

Цинь Кэ тоже был в замешательстве:

- Президент Сун думает, что мне не стоило сотрудничать с Wancheng?

Конечно, нет, там тебя ждет, чтобы навредить тебе, Чэн Цзямин.

Сун Юньжань так мучился. Он все знал, но не мог ничего рассказать. Поэтому выразился очень неопределенно:

- Не смотри, что Wancheng позиционируют себя, как большую семью, у них много внутренних конфликтов. Возьмем, к примеру, Чжао Сию. У него в подчинении много конкурентоспособных подопечных. Тебя, без опыта и сторонней поддержки, там просто съели бы, не оставив и косточек.

Цинь Кэ нахмурился, но ничего не сказал.

Ему было интересно, почему Сун Юньжань так хорошо знал компанию Wancheng и почему Чжао Сию думал, что Сун Юньжань будет актером Xinghe Entertainment, а не ее президентом.

Сун Юньжань подумал, что напугал Цинь Кэ, и ласково утешил его:

- Все в порядке. Теперь ты мой человек. С этого момента я буду защищать тебя. Никто не посмеет больше смотреть на тебя свысока.

Ход мысли Цинь Кэ был прерван. Он мог только тихо сказать:

- Спасибо, президент Сун.

Помощник Тан, сидевший в первом ряду, потерял дар речи и схватился за голову.

Если бы его ежемесячная зарплата не зависела от Сун Юньжаня, ему бы очень хотелось опустить своего президента на землю. Пожалуйста, объективно сравните статус Xinghe Entertainment и Wancheng. Как у вас совести хватает говорить эти слова «это просто Wancheng» (в оригинале – всего лишь десять тысяч городов).

Хорошо, что вас не слышал глава компании Wancheng Film and Television, иначе проблем было бы не избежать. Вы, может, и не пострадали бы, а вот Цинь Кэ, которого вы защищаете…

Это неразумно.

Подождите-ка…

Помощник Тан оборвал свои мысленные жалобы и сосредоточил внимание на другой проблеме.

Что значит «теперь ты мой человек»?!

Он в ужасе вытаращил глаза и посмотрел в зеркало заднего вида. Сун Юньжань сидел, лениво откинувшись на спинку кресла, со странной нежной улыбкой на лице. Его глаза были прочно прикованы к Цинь Кэ.

Если бы помощник Тан мог читать чужие мысли, он бы услышал:

Сун Юньжань: [ Теперь ты знаешь, как сильно папа заботится о тебе. Если бы еще водитель включил песню «Отец», мой мятежный сын возможно тут же признал бы своего отца. ]

Но помощник Тан был обычным человеком.

Десяти минут от парковки до ресторана хватило, чтобы помощник Тан успел о многом подумать.

О Сун Юньжане, внимательно просматривающем профиль Цинь Кэ на Weibo, о Сун Юньжане, наблюдающем за Цинь Кэ на съемочной площадке и переживающем, что некому тому подать даже воды, о Сун Юньжане, отказывающемся от своего распоряжения найти помощника для Цинь Кэ.

Наконец, о том, как Цинь Кэ внезапно стал артистом Xinghe Entertainment.

Что между ними вообще происходит?..

Помощник Тан не мог не забеспокоиться – что же ему делать?

Старший господин Сун просил его регулярно сообщать о действиях президента Сяо Суна, но президент Сяо Сун в конце концов взрослый человек. Должен ли я поделиться с господином Суном своими наблюдениями?

Ох, как всё сложно.

Он глубоко вздохнул - работа помощника так нелегка.

Два стука в окно оторвали помощника Тана от беспокойных размышлений. Он торопливо повернул голову и обнаружил, что они уже подъехали к ресторану, и кто-то с озадаченным лицом заглядывает в его окно.

Сун Юньжань заметил странное поведение своего помощника:

- Что с вами?

На улице начался дождь. Помощник Тан непонимающе смотрел на президента Суна. Он просит его выйти из машины?

Сун Юньжань повернулся к Цинь Кэ. Видя, что помощник Тан никак не реагирует, Цинь Кэ сам достал из машины зонтик и раскрыл его над головой Сун Юньжаня. Водитель даже не успел дернуться, так быстр был Цинь Кэ.

Вот так дети и учатся уважать старших!

Помощник Тан толкнул дверь, собираясь выйти из машины. Цинь Кэ на пару шагов отступил от автомобиля. Сун Юньжань замер, не сдвинувшись ни на сантиметр, и тупо пялился на своего вялого помощника. Помощник Тан открыл дверь, не поднимая головы.

Увидев, что дверь вот-вот ударит Сун Юньжаня, Цинь Кэ больше не мог на это смотреть:

- Осторожно.

Размышляя о том, что не так с людьми из Xinghe Entertainment, он вовремя протянул руку, схватил Сун Юньжаня за запястье и потянул его в свою сторону.

Земля была немного скользкой. Застигнутый врасплох Сун Юньжань пошатнулся и запнулся.

Несколько капель дождя упали ему за воротник.

Сун Юньжань вздрогнул от холода, быстро втиснулся под зонтик и растерянно  уставился на Цинь Кэ:

- Почему ты меня тянешь?

Цинь Кэ беспомощно ответил:

- Вас чуть не ударило дверью.

Его ответ заглушил резкий порыв ветра и звук усилившегося дождя.

Сун Юньжань наклонился к нему ближе и переспросил:

- Что?

Цинь Кэ пришлось опустить голову и прижаться губами прямо к его уху:

- Вы заблокировали дверь автомобиля.

- О, - Сун Юньжань очнулся, понимающе кивнул и посмотрел на помощника Тана. Тот под его взглядом застыл в странной позе, одна рука – на двери, одна нога - на земле, потом встряхнул головой и быстро вылез из машины.

Что, черт возьми, происходит? Сун Юньжань ничего не понимал.

И когда они вошли в ресторан, пока Цинь Кэ ставил в стойку намокший зонтик, он тихо поинтересовался:

- Вы плохо себя чувствуете? Тогда я попрошу водителя отвезти вас домой. Не стоит заставлять себя.

Помощник Тан вытер с лица дождевые капли:

- Нет, я в порядке.

Сун Юньжань сомневался:

- Вы уверены, что с вами все в порядке? Цинь Кэ только что присоединился к нашей компании, вы должны хорошо показать себя. Не позволяйте другим видеть вашу слабость. Все должно пройти на высоком уровне.

Помощник Тан сухо кашлянул:

- Я понимаю, президент Сяо Сун.

Он закрыл глаза и вспомнил сцену, которую увидел, когда вышел из машины. Если он не ошибался, Цинь Кэ только что под прикрытием зонтика поцеловал Сун Юньжаня в ухо.

Вот так так.

Такое лучше скрыть от старшего господина Суна.

Помощник Тан глубоко вздохнул и почувствовал, что груз ответственности на его плечах внезапно потяжелел.

Когда младший брат влюблен, как старший брат может не порадоваться за него?

«Свадьба и похороны» - бережливая команда. Даже если они получили от Xinghe Entertainment 20 миллионов, они не собирались их расточительно тратить. Заключительный банкет они устроили в скромном ресторане домашней кухни, популярном у местных жителей.

Чтобы вместить всех членов съемочной группы, владелец ресторана выставил столы в зале в два длинных ряда, как в фильме о Гарри Поттере.

Сун Юньжань со своими спутниками слегка опоздали. За главным столом оставалось всего три места.

Два из них рядом - для президента Суна и помощника Тана, а последнее свободное место было зарезервировано, видимо, для Цинь Кэ. Сун Юньжань принял это как должное.

Кто же знал, что помощник Тан займет стул, быстрее всего, предназначенный для Цинь Кэ.

Сун Юньжань:

- ?

Цинь Кэ:

- ?

Они в замешательстве посмотрели друг на друга и нерешительно сели рядом.

Пиршество началось. Владелец ресторана махнул рукой и в зал вошли официанты.

Через некоторое время длинные столы были уставлены вкуснейшими домашними блюдами. Аромат от блюд всех цветов и вкусов вызвал у присутствующих невольное слюноотделение. Атмосфера в зале стала более оживленной.

Пока все присутствующие рыскали жадными глазами по столу, Сун Юньжань мучился от множества вопросов.

Он рассеянно отщипнул кусочек салатного листа и посмотрел на помощника Тана, чувствуя, что с этим человеком что-то не так.

Помощник Тан заметил взгляд босса и продемонстрировал ему уверенную улыбку.

Президент Сяо Сун, таких проницательных помощников, как я, днем с огнем не найдешь. Не забудьте в конце года повысить мою зарплату.

Сун Юньжань:

- …

Он задумчиво повернулся к Цинь Кэ и коснулся его локтя:

- Тебе не кажется, что помощник Тан ведет себя как-то странно?

Цинь Кэ был поражен. Ясные глаза собеседника смотрели на него так, словно они были знакомы не первый год. Он отложил палочки для еды и предположил:

- Может, его укачало в дороге?

Сун Юньжань несогласно покачал головой:

- Посмотри, с каким аппетитом он ест.

Более того, он никогда не замечал, чтобы помощника Тана укачивало.

Цинь Кэ бросил взгляд на «объект» обсуждения и выдвинул другую версию:

- Может, он переутомился?

Быть помощником президента – непростая работа… а, вспомнив, чьим помощником был господин Тан, Цинь Кэ мысленно увеличил нагрузку до космических пределов.

- Ах, возможно, это и так.

Что там помощник Тан, он сам вчера не мог заснуть всю ночь.

Подумав об этом, он был очень тронут и тут же воспользовался возможностью прочитать Цинь Кэ нотацию:

- С этого момента тебе нужно учиться, учиться и учиться. В том числе и у помощника Туна. Не пасуй перед трудностями, упорно трудись и никогда не сдавайся.

И заработай для меня много денег и признай уже своего заботливого отца!

Цинь Кэ молча опустил глаза. Чему ты хочешь, чтобы я научился у помощника Тана? Бить тебя дверью?

На другом конце длинного стола на лице помощника Тана расцвела добрая улыбка.

Он был на несколько лет старше Сун Юньжаня и понимал характер босса лучше, чем другие сотрудники Xinghe Entertainment. К тому же много о своем боссе он узнал от его отца.

- Мы избаловали Юньжаня, ты должен присматривать за ним.

Поэтому на президента Сяо Суна он смотрел как на младшего брата.

Когда младший брат влюблен, как может старший брат не порадоваться за него?

Помощник Тан пришел к самому очевидному и логичному выводу, улыбнулся и закинул в рот большой кусок риса.

Вы только на них посмотрите! Как они несдержанны. Все время шепчутся. Прямо неловко смотреть на них.

Наевшись и перейдя к выпивке, присутствующие шумно загалдели.

Сун Юньжань не умел пить, поэтому даже не прикоснулся к спиртному, лениво потягивая чай.

Он – важный инвестор, и никто не осмеливался его попрекать этим. Цинь Кэ же был самым молодым актером в группе. Он не мог увернуться от предложений выпить. Желающие выпить с ним подкатывали к нему волна за волной.

Никакого злого подтекста в этом не было. Просто за последние два месяца у членов съемочной группы сложилось очень хорошее впечатление о Цинь Кэ. Думая, что сегодня они видятся в последний раз. Кто знает, сведет ли их судьба в будущем. Как же не выпить с этой молодой звездочкой и не поболтать напоследок?!

Сначала Сун Юньжаня это не волновало, но через некоторое время стало раздражать.

Теперь этот человек был под его защитой. Воспользовавшись моментом, когда рядом никого не было, он с несчастным видом попросил его:

- Ты можешь больше не пить?

В твоем организме что – мало воды?

Цинь Кэ обернулся:

- А?

- Что а? - нахмурился Сун Юньжань. – Ты должен научиться отказывать людям. В будущем тебе придется посещать много вечеринок. Все вино все равно не выпьешь. Сейчас у тебя нет даже помощника, и никого не волнует, напьешься ты или нет.

О том, что это никого не волнует, Сун Юньжань знал не понаслышке.

В своей прошлой жизни как-то вечером он напился пивом так, что проснулся уже в этом времени.

Для него это может и стало неплохим шансом изменить свою жизнь, но что, если и Цинь Кэ столкнется с такой же ситуацией? Кому захочется из большой звезды в миг превратится в неопытного дебютанта? А все его контакты, завоеванный статус, сыгранные роли исчезнут?

Сун Юньжань поставил себя на его место и задумался. Чем больше он думал об этом, тем больше ужасался:

- Ты ничего не знаешь об ужасе алкоголя.

Цинь Кэ мягко усмехнулся.

Он не знал, какие трудности были у Сун Юньжаня с алкоголем, но его борьба с пьянством ему показалась очень милой.

- Тогда можно мне выпить чаю?

Сун Юньжань удовлетворенно кивнул:

- Конечно, давай.

Цинь Кэ внезапно наклонился.

Они и без того сидели очень близко. А когда Цинь Кэ приблизился еще ближе, запах чистого стирального порошка на его одежде, смешанный со слабым запахом алкоголя, тут же ворвался в ноздри Сун Юньжаня.

Эта ароматная смесь не отпугнула Сун Юньжаня, а только смутила. Сун Юньжань невольно напрягся. Что такое?! Он напился и сошел с ума?!

В следующую секунду Цинь Кэ уже отклонился, взял пустую чашку и налил в нее чай.

Сун Юньжань поджал нижнюю губу. О, так он тянулся за чайником.

И почему он не попросил его передать чайник?

- Президент Сун… - голос режиссера прозвучал в нужный момент, отвлекая его от странных ощущений. - Большое спасибо вам.

Сун Юньжань поднял голову. Перед ним стоял мужчина с покрасневшими глазами и бокалом в руке.

- Вы же не знаете, «Свадьба и похороны» - это сценарий, написанный моим отцом перед своей смертью. Я так хотел снять по нему фильм, но инвесторы нас покинули. Я уже был готов продать единственное, что оставил после себя отец. Наш дом…

Я это уже давно знаю.

Сун Юньжань проглотил чуть не вылетевшее из его рта признание и вежливо ответил:

- Именно из-за интересного сценария я и решил вложить деньги в съемки вашего фильма. Ваш отец очень талантлив. Он обязательно будет гордиться вами.

Режиссер был потрясен. Не в силах сдержаться, он разрыдался:

- Президент Сун! У-у-у-у-у! Я отплачу вам упорным трудом в следующей жизни!

Веки Сун Юньжаня дернулись. Зачем же так!

Просто будь хорошим человеком, ладно?

Продюсер, стоящий рядом с режиссером, быстро утянул рыдающего мужчину прочь:

- Извините, он пьян.

- Все в порядке, - Сун Юньжань понимающе улыбнулся.

Съемочные бригады долго и тяжело трудились, поэтому такие сцены на банкетах были не в новинку.

Но такой контраст…

Может, Цинь Кэ и не пьян вовсе?

Он поднял на Цинь Кэ глаза. Лицо не покраснело, глаза - не мутные. Прямо бодрячок.

Цинь Кэ заметил его взгляд и, кажется, собирался что-то сказать, но тут рядом с ним на стул плюхнулся продюсер. Продюсер посмотрел на них:

- Сегодня вечером я собирался кое-что обсудить с Цинь Кэ, но, поскольку он присоединились к Xinghe Entertainment, сначала я хотел бы узнать мнение президента Суна.

Его тон был очень формальным. Сун Юньжань повеселел:

- О чем?

- У меня есть друг, который занимается кастингом. В настоящее время он помогает одной съемочной группе с набором актеров. Он слил мне кое-какую информацию и попросил порекомендовать ему новые интересные лица.

Цинь Кэ кончиками пальцев взял чашку и задал вопрос в лоб:

- Вы хотите порекомендовать меня на прослушивание?

- Да, все зависит от вашего согласия и одобрения президента Суна.

Продюсер понизил голос и доверительно поделился:

- Пока вся информация о фильме засекречена. Я не могу вдаваться в подробности. Могу только сказать, что это фильм о боевых искусствах, и снимать его будет великий режиссер.

Цинь Кэ:

- …

Сон Юньжань:

- …

Вы имеете в виду «Дорогу Цзянху» Тан Мина? - подумали оба одновременно.

Видя, что они восприняли эту информацию равнодушно, продюсер еще раз подчеркнул:

- Это действительно великий режиссер. Вы согласитесь с этим, когда узнаете его имя. Мне кажется, что, если Цинь Кэ оседлает этот восточный ветер, ему не нужно будет беспокоиться о поиске ролей, по крайней мере, ближайшие пять лет.

Сун Юньжань тихо вздохнул. Он был уверен, что прослушивание Цинь Кэ пройдет на «ура», но на съемках «Дороги Цзянху» ему придется столкнуться с Чэн Цзямином. А он не хотел, чтобы Цинь Кэ пострадал из-за него.

- Хочешь попробовать? - он решил сначала узнать мнение заинтересованного лица.

Цинь Кэ поднял глаза и несколько секунд смотрел на него, затем тихо прошептал:

- Думаю, да.

Следы, что оставила в жизни Цинь Кэ «Дорога Цзянху», это не только предательство бывшего одноклассника и старые раны, которые долго напоминали о себе, но и сожаление о том, что покинул съемки, так и не снявшись в этой роли. Такого рода сожаления трудно отпустить. Каждый серьезный актер ценит хороший сценарий и работу с великим режиссером. Трудно смириться с такой потерей.

Сун Юньжань растерялся. В глазах Цинь Кэ сияла твердая убежденность.

Нет, нет, нет, - подумал он, - Цинь Кэ ведь не знает, что это за фильм.

Вероятно, он просто не хочет упускать возможность поработать с большим режиссером.

- В таком случае я побеспокою вас с рекомендацией, - склонил голову Сун Юньжань.

Ничего страшного, он наймет Цинь Кэ десять телохранителей. И пусть тогда попробует Чэн Цзямин навредить Цинь Кэ.

После того, как стороны пришли к соглашению, подошел к концу и заключительный банкет.

Члены съемочной группы уже вовсю обсуждали продление своих контрактов. Сун Юньжаню это было неинтересно. Он подозвал помощника Тана и сообщил о своем отъезде.

Перед уходом он вызвал из ресторана Цинь Кэ:

- Мы как можно скорее подготовим контракт. Будь осмотрителен. Кто бы ни пришел к тебе, ты не можешь им ничего обещать. И остерегайся Чжао Сию. Понял?

В сердце Цинь Кэ опять проснулись прежние сомнения:

- Вы встречали Чжао Сию раньше?

У Сун Юньжаня не было другого выбора, как солгать:

- В прошлом году я планировал дебютировать. Агент, которого предложила моя семья, и был он. Потом я узнал, что он безответственный человек и решил полностью поменять свою жизнь. И стал президентом развлекательной компании. Поэтому мы сейчас с тобой и разговариваем.

В глазах Цинь Кэ, когда он услышал это, мелькнула тень сожаления.

После минутной паузы он медленно заговорил:

- На самом деле, если бы вы начали сниматься в кино, вы стали бы хорошим актером.

Сун Юньжань был несказанно изумлен.

Что ты имеешь в виду, Цинь Кэ? Ты разглядел мой актерский талант?

Или главного героя сразил мой властный темперамент?

Сун Юньжань натянул маску властного тирана:

- У тебя хорошее зрение.

Отвернулся и счастливо улыбнулся.

Прекрасная компания с хорошим художественным вкусом!

Вечером в тот же день на официальном сайте Xinghe Entertainment было опубликовано сообщение о том, что съемки «Свадьбы и похорон» завершены.

К нему прилагались фотографии со съемок и отдельные кадры из фильма.

С момента расторжения контракта с Фан Чжоу прошла уже неделя. Горячие заголовки в интернете давно сменились, но все по-прежнему продолжали следить за компанией с таким уникальным стилем ведения дел.

Как только сообщение было опубликовано, сразу же активизировались наблюдающие за этим ажиотажем:

【Я никогда не слышал ни о ком из них, от режиссёра до актёров. Я думал, что Ningdong войдет в индустрию развлечений с достойным проектом, но что это?】

【Я все проверил. До этого фильма этот режиссер снимал в основном экранизации и арт-хаусы. Это его первая попытка снять коммерческое кино. Давайте подождем и посмотрим.】

【Чего тут ждать-то?】

【Почему ты так говоришь? Смотри, какой красавчик тот парень в черной рубашке на фото? Очень круто смотрится. Мне нужна вся информация о нем в течение трех минут.】

【О, какие вы примитивные все! Создание фильмов - это не конкурс красоты, одной красотой не наешься.】

Вопрос о том, можно ли употреблять красивых людей в пищу, пока откладываем. Важно, что у многих глаза зоркие.

Люди из рекламного отдела компании не глупы. Знают, как можно привлечь внимание пользователей сети. В центре большинства выбранных фотографий был, естественно, Цинь Кэ. Поклонники Цинь Кэ воспользовались возможностью и засыпали пост хвалебными комментариями в адрес своего кумира. Количество фанатов Цинь Кэ резко возросло за одну ночь.

Когда на следующее утро Сун Юньжань услышал эту новость, его правая рука, держащая мышь, задрожала.

Он посмотрел на помощника Тана, который сообщил эту новость, со сложными эмоциями. И думал – может, виновата аура главного героя? Как, даже не покупая горячий поиск, с помощью всего лишь нескольких опубликованных фотографий он умудрился привлечь столько поклонников?

В прошлой жизни, когда он дебютировал, Wancheng Film and Television продвигал его лично с помощью Водной Армии.

Сун Юньжань не мог даже определить мучившие его чувства – то ли радость, то ли печаль, но зависть там точно присутствовала.

- Сколько внимания отдано «Свадьбе и похоронам»?

Помощник Тан с сожалением уточнил:

- Кажется, больше внимания уделяют Цинь Кэ…

В этот момент Сун Юньжань устыдился. Он вообще не видел общей картины.

Сун Юньжань кивнул:

- Забудьте. Съемки только что закончились. Спешить некуда.

И тут зазвонил мобильный телефон помощника Тана.

Тот ответил и после недолгих переговоров прикрыл трубку и обратился к своему боссу:

- Президент Сяо Сун, вас приглашают на интервью, хотят поговорить с вами об инвестировании в «Свадьбу и похороны». Когда вам будет удобно?

Неожиданное известие сразило Сун Юньжаня. Сначала он испугался, а затем в его груди ярким пламенем вспыхнуло волнение.

Вот оно! Легендарное интервью генерального директора.

После своего перерождения он просмотрел все интервью своих родителей. Его родители были его идеалом. Они так величаво себя вели и с таким достоинством делились своими соображениями.

По сравнению с будущим интервью рост поклонников Цинь Кэ отошел на задний план.

Сун Юньжань тут же ухватился за редкую возможность продемонстрировать всему миру свои деловые таланты:

- Чем раньше, тем лучше.

- …

Я никогда не видел такого позитивного генерального директора, - подумал помощник Тан.

Интервью было назначено на шесть часов вечера через два дня.

Entertainment Directly on the Spot – это интернет-СМИ, специализирующееся на интервью в прямом эфире.

В отличие от своих конкурентов, которые фокусировались исключительно на популярных персонах, этот канал делал упор на новые имена, проявившие себя в различных областях.

Канал обратил внимание на Xinghe Entertainment, когда у нее возник спор с Фан Чжоу по поводу контракта. Интерес к этой компании подогрели и ее недавние инвестиции в фильм «Свадьба и похороны».

Чаще всего в таких медиакомпаниях работали молодые творческие личности. Для большей солидности на интервью в Xinghe Entertainment отправили самого старшего кинокритика команды, Ши Линя. Тот любил возвышенные разговоры и всячески подчеркивал свое нестандартное мышление.

В 5:30 Ши Линь подъехал к Центру индустрии кино и телевидения, где располагалась компания Xinghe Entertainment.

Он припарковал машину у ворот компании и поднял голову, чтобы полюбоваться небольшим трехэтажным зданием, которое ничем не отличалось от других зданий в этом районе.

- Хоть Xinghe Entertainment и полагается на Ningdong, но держится скромно, предпочитая сдержанный и практичный стиль.

Ши Линь закончил свою высокопарную речь и повернулся к сопровождавшему его фотографу:

- Прекрасная компания с хорошим художественным вкусом. Тебе так не кажется?

Фотограф закатил глаза, с трудом транспортируя большую сумку с оборудованием:

- Мы можем уже войти? Знаешь, какая она тяжелая?

Ши Линь притворно закашлялся и отвернулся от фотографа.

О чем с ним говорить! Направим свою энергию лучше на общение с президентом Xinghe Entertainment, уж он-то обязательно оценит его художественное мышление.

Они вошли в холл и приблизились к стойке регистрации.

Там гостей зарегистрировали и с улыбкой проводили на третий этаж.

У кабинета президента остановились, и провожатая вежливо постучала в дверь:

- Президент Сун, прибыл репортер для интервью.

Помощник Тан уже был извещен о прибытии интервьюера. Девушка с рецепшен открыла дверь в кабинет и вежливо отступила в сторону.

Ши Линь имел богатый опыт работы и умел профессионально улыбаться.

Но, услышав голос, доносящийся из кабинета «Они уже здесь? Дайте мне свои очки. Все говорят, что, когда я в очках, у меня особая аура!», замер.

Улыбка Ши Линя застыла:

- …

Должно быть, он ослышался.

Когда они вошли в офис, помощник Тан, чьи очки украл босс, прищурился и поприветствовал их.

Он усвоил прежние уроки и сразу представился:

- Здравствуйте, я помощник президента Сяо Суна, моя фамилия Тан.

Без очков в золотой оправе внешний вид помощника Тана слегка поблек.

Ши Линь профессионально улыбнулся и поздоровался, затем повернулся и внимательно посмотрел на молодого человека, сидевшего за столом.

Сун Юньжань старательно подготовился к сегодняшнему интервью. Темный костюм, шелковый галстук, завязанный узлом принца Альберта. Пушистая челка зачесана назад и залачена, на переносице - очки в золотой оправе.

С одной стороны, он выглядит как серьезный и элегантный бизнесмен, с другой, как утонченный и изысканный представитель индустрии развлечений. Прямо конфетка – так и просится на афишу с модным блокбастером.

Ши Линь был поражен внешним видом Сун Юньжаня. Он быстро успокоился и смело шагнул вперед, протянув руку:

- Здравствуйте.

Сун Юньжань неторопливо поднялся и пожал протянутую руку:

- Здравствуйте.

После приветствий Ши Линь отправил фотографа настраивать камеру.

И в ожидании присел на диван, чтобы еще раз пробежаться по заготовленным вопросам для интервью. Интервью должно было транслироваться в прямом эфире, поэтому он решил объяснить своему собеседнику тонкости прямого эфира.

Ши Линь поднял глаза и увидел, как Сун Юньжань раздает ошарашенному фотографу советы:

- Не забудь развернуть свет вправо. С этого ракурса я выгляжу лучше.

Фотограф с сомнением на лице развернул подсветку:

- О, и правда. Не ожидал, что вы в этом так хорошо разбираетесь.

Сун Юньжань любил, когда его хвалили, и гордо выпятил грудь:

- Еще бы.

Он работал со многими известными фотографами, поэтому что-то успел подсмотреть, что-то подслушать.

Восхищение Ши Линя росло не по дням, а по часам. Как и ожидалось, у этого молодого любителя кино есть вкус, и он так трепетно относится к художественной стороне съемок.

К шести свет был выставлен, камера настроена.

Они сидели в креслах на фоне книжного шкафа. Смотрелось очень неплохо.

Включив трансляцию, Ши Линь начал интервью с представления своего гостя:

- Здравствуйте, друзья. В эфире Entertainment Directly on the Spot. Я - Ши Линь. Сегодня у нас в гостях Сун Юньжань, президент Xinghe Entertainment. Президент Сун, пожалуйста, поприветствуйте наших зрителей.

Сун Юньжань изящно махнул ручкой:

- Всем добрый вечер.

Прямая трансляция только началась, и зрителей было немного.

Но когда камера развернулась к Сун Юньжаню, шквал вопросительных знаков перекрыл весь экран.

Разве так должен выглядеть президент?

Кто включил фильтр красоты на всю катушку?

Потом все перевели взгляд на Ши Линя и замолчали.

Похоже, фильтр красоты не включен. Ши Линь выглядел как обычный Ши Линь.

Недалеко от Ши Линя, не попадая в кадр, стоял ноутбук, на который транслировались комментарии и сведения о количестве подключившихся к эфиру.  Только увидев Сун Юньжаня, он уже догадался, что публика отреагирует на его внешность. Что бы ни случилось сегодня, президент Сун определенно привлечет немалое количество зрителей, высокий КПЭ* гарантирован.

Ши Линь удовлетворенно кивнул и перешел к основной теме:

- Насколько мне известно, некоторое время назад съемочная группа «Свадьбы и похорон» столкнулась с нехваткой средств. Что заставило вас решить помочь им (в оригинале - послать уголь в метель)?

- Конечно, желание заработать денег.

Откровенный ответ Сун Юньжаня ошеломил Ши Линя. Он посмотрел на Сун Юньжаня, который демонстрировал искреннее выражение лица, потом - на помощника Тана, который стоял за камерой и молча кивал.

Не таких ответов я ожидал! А где же душевные порывы и поклонение искусству?!

Но Ши Линь не сдавался:

- Но я не думаю, что «Свадьба и похороны» это фильм, который станет хитом в прокате. Значит, помимо зарабатывания денег были и другие причины, верно?

Сун Юньжань разочарованно нахмурился. Он возлагал на сегодняшнее интервью такие большие надежды. Почему интервью только началось, а уже возникла такая неловкость. Но немного поразмыслив, он, кажется, понял, куда ведет Ши Линь.

Он отрицательно покачал головой:

- Другой причины нет. Я не думаю, что зарабатывать деньги - это плохо. Вы же тоже работаете, чтобы получать зарплату. Хорошая работа должна хорошо оплачиваться. Это побудит и других создавать достойные произведения.

Ши Линь рассеянно кивнул. Он не ожидал, что этот президент Сун будет таким приземленным.

А как же глубокие душевные переживания?! Он что, напрасно всю ночь трудился над составлением вопросов?

Он задал несколько уточняющих вопросов и сменил тему.

- На самом деле, пользователи сети обратили внимание на Xinghe Entertainment во многом из-за инцидента с расторжением контракта с одним подопечным вашей компании. Я думаю, что многие уже спрашивали вас о конфликте между вами и Фан Чжоу…

Сун Юньжань быстро объяснил:

- У меня с ним конфликта нет. И меня об этом никто не спрашивал.

-  … Хорошо, - Ши Линь продолжил следовать сценарию. - Как-то вы упомянули фильм «Уравнение любви». Это будет типичный коммерческий фильм. Что вы о нем думаете, как киноинвестор?

Ши Линь уже и не надеялся, что Сун Юньжань станет критиковать фильм конвейерной сборки. Ах, никакой романтики и возвышенных чувств! Он уже просто хотел поскорее завершить интервью.

А вот Сун Юньжаня этот вопрос напугал.

Что он может сказать? Он просто хотел призвать всех инвесторов бежать от этого фильма как можно дальше.

Молчание президента Суна затянулось. Ши Линю пришлось продолжить задавать вопросы из своего списка:

- Поскольку вы сказали, что Фан Чжоу не подходит для «Уравнения Любви», у вас, видимо, есть какие-то свои соображения по поводу этого фильма. Просто скажите нескольких слов, чтобы поддержать своих коллег.

Сун Юньжань сначала хотел проигнорировать этот вопрос, но слова Ши Линя его подтолкнули к внезапному решению.

Да, он поддержит своих коллег! Он единственный знает, какой конец ожидает этот фильм. Он не может открыть эту тайну, но кто помешает ему тонко намекнуть на нее!

Главный герой этого фильма уже изменил своей супруге. Рано или поздно он будет разоблачен. Но спасти режиссера он еще может.

Сун Юньжань принял решение и громко сообщил:

- Я надеюсь, что они выберут на главную роль актера с высокими моральными качествами, а их режиссер будет хорошим гражданином и будет соблюдать правила дорожного движения.

Как только он замолк, Ши Линь беспомощно закрыл глаза. Комментаторы взорвались проклятиями.

Цинь Кэ, который только что зашел на канал трансляции, нахмурился.

*КПЭ – ключевой показатель эффективности. С его помощью можно определить результативность и эффективность какого-либо процесса.

Цинь Кэ, ты непослушный сын!

Пока шла прямая трансляция, Цинь Кэ получил от продюсера «Свадьбы и похорон» сценарий «Дороги Цзянху». Все было так же, как и в предыдущей жизни - несколько листов тонкой бумаги с репликами второго мужского персонажа.

Уходя, продюсер пробормотал:

- Сегодня у президента Суна, кажется, интервью в прямом эфире. Надеюсь, что он сможет продвинуть наш фильм.

Цинь Кэ в тот момент это не волновало. Но, сев в такси, он вспомнил о словах продюсера, надел наушники и вошел на канал прямой трансляции.

На экране он увидел Сун Юньжаня, который был одет солидно как серьезный президент, но говорил то, что никакой президент не должен был говорить перед сотнями тысяч зрителей.

Ведущий в замешательстве переспросил:

- Господину Суну не нравится этот актер? Могу я спросить, почему он вам не нравится?

- Потому что он аморален.

В одно мгновение шквал комментариев перекрыл лицо Сун Юньжаня на экране. Не нужно было их читать, итак понятно, что все ругали его.

Цинь Кэ потерял дар речи и выключил прямую трансляцию. Не слишком ли беспечно ведет себя Сун Юньжань? Он высмеял популярного актера, играющего главную мужскую роль в фильме «Уравнение любви» и даже не вздрогнул. Он что, не боится, что фанаты явятся к его офису и изобьют его?

И откуда Сун Юньжань вообще знает, что актер и режиссер «Уравнения любви» ненадежны?

Неужели он такой же, как я…?

С момента своего возрождения Цинь Кэ всегда вел себя сдержанно, опасаясь, что его сочтут сумасшедшим, если он случайно раскроет что-то, что произойдет в будущем. Если Сун Юньжань тоже переродился, почему его не пугают последствия его неосторожный слов?

Это же неразумно, - думал Цинь Кэ.

Но если речь идет о Сун Юньжане, то это уже не кажется невозможным.

- Молодой человек, мы приехали, - прервал его размышления таксист.

Цинь Кэ пришел в себя, заплатил за проезд и вышел из машины. Дом, в котором он жил, находился в старом поселке. Он сел на скамейку в общественном садике и открыл Weibo.

Главную мужскую роль в «Уравнении любви» исполнял Чу Сяочэнь. Он был очень популярен и имел множество поклонников.

Неосторожные слова Сун Юньжаня вызвали негодование фанатов. Уже через полчаса местные фанаты активизировались и призвали всех немедленно собраться у здания Xinghe Entertainment, чтобы потребовать объяснений.

Цинь Кэ потер брови, чтобы ослабить головную боль.

Чу Сяочэнь никогда не сообщал о своей женитьбе. Если Сун Юньжань встретится с озверевшими фанатами Чу Сяочэня, правда о его тайном браке будет раскрыта. Что тогда произойдет, никто не мог предсказать.

Цинь Кэ совсем не хотелось, чтобы Сун Юньжань появился в социальных новостях.

Он скопировал номер Сун Юньжаня в WeChat и отправил запрос на добавление его в друзья.

Прошло несколько минут, но ответ так и не пришел. Он опять включил прямую трансляцию. Виновник надвигающейся бури все еще пытался продемонстрировать перед камерой властный темперамент генерального директора.

Цинь Кэ почувствовал, что под маской генерального директора скрывается непослушный ребенок. После минуты раздумий он поднялся в свой дом за дополнительным шлемом, затем спустился на парковку и завел свой черный мотоцикл.

Мотоцикл взревел и выехал в длинный поток машин.

19:00, Xinghe Entertainment.

Сун Юньжань попрощался с пользователями сети, которые страстно сыпали оскорблениями в его адрес.

Как только Ши Линь с оператором ушли, он бросился к помощнику Тану, чтобы получить заслуженную похвалу:

- Как я выступил?

Помощник Тан выглядел грустным:

- Прямой эфир был забит комментариями фанатами Чу Сяочэня.

- А? О, я этого не ожидал, - Сун Юньжань взял телефон помощника Тана и обнаружил, что ничего не может на нем рассмотреть, и тут вспомнил, что он не снял очки. - О, возвращаю вам ваши очки. Не забудьте заказать мне такие же, только с простыми линзами, без диоптрий. Я чуть не упал, когда спускался вниз.

Помощник Тан взял свои очки и вернулся в зрячий мир. Элитная аура тут же восстановилась.

Он откашлялся и торжественно спросил:

- Президент Сяо Сун, почему вы…

Вопрос помощника Тана прервал звонок.

Сун Юньжань вернул телефон его владельцу:

- Это Ши Линь.

Помощник Тан взял телефон. Он слушал голос в телефоне, и с каждой секундой его лицо бледнело все больше. Он быстро подошел к окну и осторожно приоткрыл жалюзи.

- Что случилось? - Сун Юньжань с любопытством последовал за ним и выглянул в окно. - Черт, почему там так много людей?

Помощник Тан повесил трубку:

- Это фанаты Чу Сяочэня. Они пришли сюда, чтобы требовать от вас извинения.

Рабочий день уже закончился. Все сотрудники Xinghe Entertainment покинули здание. Даже худощавый швейцар, который не мог удержать Фан Чжоу, ушел домой.

По приблизительной оценке, недружелюбно настроенных фанатов было не менее десяти человек, а их только двое, он и президент Сяо Сун.

Помощник Тан посмотрел на Сун Юньжаня:

- У Ши Линя не возникло никаких проблем, когда он вышел. Должно быть, они ждут именно вас.

Сун Юньжань был поражен:

- Вы хотите бросить меня здесь одного?

- Конечно, нет! В компании есть черный ход. Вы подождете меня там, а я выйду, возьму машину, сделаю круг и заберу вас у черного входа. Если этот трюк не сработает, вызовем полицию.

Сун Юньжань смотрел на помощника Тана. И уже представлял себе сцену спасения босса от фанатов-хулиганов. Он сжал кулаки и хотел было спросить, почему бы им сначала не позвонить в полицию, но, отказавшись от этой трусливой затеи, только кивнул в знак согласия.

Помощник Тан решительно спустился вниз.

Сун Юньжань некоторое время стоял перед окном, наблюдая. Вот помощник Тан вышел, его тянули и допрашивали обозленные фанаты, вот он сел в припаркованную на обочине машину.

Сун Юньжань с облегчением выдохнул, спустился и подошел к задней двери компании.

И тут услышал голос, доносившийся из-за двери черного хода:

- Так, передняя и задняя двери заблокированы. Других выходов из здания нет. Ему не сбежать, он – в ловушке.

Помощник Тан, боюсь, что ваш план не выполним.

Хоть ситуация складывалась и не в его пользу, Сун Юньжань не особо нервничал.

В прошлой жизни он уже сталкивался с такой ситуацией. Только тогда это были его фанаты. Нынешняя ситуация была особенной. Но он не волновался, в любой момент он мог позвонить в полицию. И она его спасет.

Просто как-то все нелепо сложилось.

Сун Юньжань недовольно цокнул. Лучше бы он проигнорировал вопрос об «Уравнении любви», пусть бы сами разбирались со своими неприятностями.

Неожиданно в следующую секунду за дверью кто-то взволнованно закричал:

- Я слышал какой-то шум за дверью!

Нервы у Сун Юньжаня были на пределе.

В дверь забарабанили и женский голос спросил:

- Там есть кто-нибудь? Эй, кто там? Кто там?

Сун Юньжань:

- …

Почему вы так невежливы? Вы что, привидение? Хотите моей смерти?!

Его воображение уже заработало вовсю. Страшные картинки предстали перед его глазами. Он, следуя инстинкту, забился в угол, дрожащими руками включил телефон и приготовился вызывать полицию. Но тут его телефон зазвонил. Номер был незнаком Сун Юньжаню. Рингтон звучал как призыв с того света. Он так испугался, что его палец судорожно соскользнул на кнопку «принять звонок».

Стук в дверь внезапно стал более интенсивным.

Сун Юньжань поднес трубку к уху:

- Алло?

- Это я, Цинь Кэ, - голос на другом конце телефона звучал совершенно спокойно. -Вы можете выйти?

- Наверное, нет. И передняя, и задняя двери перекрыты. Помощник Тан сказал, что подъедет забрать меня, но, думаю, что он не вернется за мной. Лжец, я не должен был верить ему.

Голос дрожал и звучал обиженно.

Цинь Кэ засмеялся:

- Тогда откройте заднюю дверь, и я вас заберу.

- Ты не обманываешь меня?

- Я не стал бы вам врать. Но вам нужно действовать быстро. Если их станет больше, я не смогу к вам пробиться.

Сун Юньжань в оцепенении положил трубку и услышал, как кто-то снаружи велел всем собраться вместе.

Он глубоко вздохнул, положился на своего неразумного сына и с тревогой открыл дверь.

Его встретили застигнутые врасплох фанаты.

- Сун Юньжань, почему ты издеваешься над нашим Ченченем!

- Кто ты такой? Почему несешь всякую чушь в Интернете? Что, богатым всё можно?

- Ты не уйдешь, пока не извинишься!

У Сун Юньжаня от криков заложило уши. Он взревел в своем сердце: Цинь Кэ, ты непослушный сын!

И тут из ниоткуда внезапно появился мотоцикл.

Сун Юньжань, не раздумывая, оттолкнул растерянных фанатов и рванул стометровку.

Он уже не успевал остановиться, слава богу, мотоцикл плавно затормозил прямо перед ним.

На мотоциклисте был шлем. Сун Юньжань не мог ясно видеть лица, мог только надеяться, что это Цинь Кэ.

Цинь Кэ бросил ему шлем:

- Быстрее.

Сун Юньжань ускорился и решительно вскочил на заднее сиденье мотоцикла, одной рукой обнял Цинь Кэ за талию, а другой - напялил на голову шлем.

Его тело сильно затряслось. Мотоцикл уже мчался, оставив группу фанатов далеко позади.

Фанатам, офонаревшим от такой наглости, потребовалось много времени, чтобы отреагировать.

Сун Юньжань сбежал. На глазах у всех. На мотоцикле.

Эта сцена произошла так внезапно, что эта картинка еще какое-то время стояла у всех перед глазами.

Вот Сун Юньжань открывает дверь, ужас на его лице, вот появляется таинственный мотоциклист с длинными ногами и скрытым лицом, вот Сун Юньжань бросается к мотоциклу, вскакивает на него, крепко обнимает мотоциклиста за талию и на глазах у толпы бесследно исчезает.

Кто-то похлопал себя по щекам:

- Фух, почему я все еще думаю об этой сцене.

Другой человек, словно блуждающая душа, заторможено кивнул:

- А кто нет? Он был таким смелым, когда ругал нашего Ченченя! И он все-таки  генеральный директор! Он не боится, что над ним будут смеяться после такого трусливого побега?

Все присутствующие фанаты почувствовали себя обманутыми. Они были злы. Они массово потеряли дар речи.

И… не осмеливались признаться что…

это был восхитительный побег!

Мы живем в цивилизованном обществе, ты не можешь мне угрожать!

Это была первая поездка Сун Юньжаня на мотоцикле.

Он еще не полностью очнулся от ошеломительного побега. Он смотрел на мир через шлем. Пейзаж по обеим сторонам дороги быстро сменялся. Через несколько минут он вдруг занервничал.

Он - на мотоцикле!

Никакой защиты, кроме шлема на голове.

Сун Юньжань сильнее обхватил Цинь Кэ, вцепившись в него, как в спасительную доску в бескрайнем океане.

Цинь Кэ почувствовал, что его вот-вот переломят пополам. Он что, спас не человека, а напуганную коалу? Зачем этот человек так крепко вцепился в него?

Их жизнь висела на волоске. Цинь Кэ припарковал свой мотоцикл на обочине дороги:

- Вы можете немного ослабить свою хватку?

Сун Юньжань в замешательстве моргнул, не понимая, что тот имел в виду.

Цинь Кэ:

- Ваша рука…

Он опустил голову. Сун Юньжань судорожно сжимал его талию, удерживая в руке свой вибрирующий телефон. Цинь Кэ кивнул вниз:

- Ваш телефон звонит.

Сун Юньжань увидел его движение и, наконец, разжал руки.

Когда Сун Юньжань отошел ответить на звонок, Цинь Кэ снял шлем и оперся на мотоцикл. Он думал, как спросить Сун Юньжаня об «Уравнении любви». Сун Юньжань вдруг превратился в ретранслятор, закричав в воздух:

- Алла, алло…

Плохой сигнал?

Тут Сун Юньжань вытянул руку с телефоном вверх и в панике опять закричал:

- Эй! Я вас не слышу! Должно быть, я оглох от криков фанатов!

- …

Вы не хрупкий фарфор, кто вас может разбить!

Цинь Кэ вздохнул, кто еще позаботится об этом умственно отсталом, подошел к Сун Юньжаню и нажал на застежку шлема.

Застежка была прижата к кадыку Сун Юньжаня.

Сун Юньжань застыл, нервно сглотнул, почувствовал, как Цинь Кэ снял что-то с его головы, и уличный шум тут же ворвался в его уши.

Он услышал голос Цинь Кэ:

- Придите в себя, вы не сняли шлем.

Сун Юньжань:

- …Ой.

Как неловко!

Он отвернулся и тут же нашел себе оправдание – это все от неопытности. Ведь,  выходя из машины, ты ничего не снимаешь.

Сун Юньжань снова взял трубку:

- Алло?

- Президент Сяо Сун, вы действительно оглохли? -  горестно спросил помощник Тан. – Сейчас вы меня слышите?

Сун Юньжань тут же перешел в режим босса:

- Перестаньте рыдать, говорите, если есть, что сказать.

Цинь Кэ ждал, пока Сун Юньжань завершит разговор, прежде чем уточнить:

- Вы всё?

- А? А, да.

Щеки Сун Юньжаня все еще рдели из-за недавней неловкой ситуации.

- Помощник Тан попал в пробку, когда выезжал с парковки, и не смог забрать меня.

Сказал это и тут же разозлился. Почему он должен что-то объяснять Цинь Кэ? Тот же не бросит его здесь, если разозлится?

- Я отвезу вас домой.

В другой ситуации Сун Юньжань бы восхитился его сыновней почтительностью...

Но он только что так опозорился на глазах Цинь Кэ и был не в духе. Он надел шлем и сел на заднее сиденье, не сказав ни слова.

Цинь Кэ улыбнулся, завел мотоцикл и поехал в сторону Сичэна.

Когда они добрались до дома Сун Юньжаня, тот уже почти оправился от смертельного стыда.

Он вернул шлем Цинь Кэ и строго предупредил:

- Тебе не позволено никому рассказывать о случившемся.

Цинь Кэ кивнул в знак согласия, помогая президенту Суну сохранить самооценку.

И тут же задал мучивший его вопрос:

- Вы сказали в прямом эфире, что Чу Сяочэнь аморален. Что вы имели в виду?

Глаза Сун Юньжаня загорелись:

- Значит, ты тоже смотрел мое интервью?

Цинь Кэ глубоко вздохнул. Если бы я его не смотрел, как бы я появился у Xinghe Entertainment?

Или вы думаете, что это божий промысел привел меня туда?

- Смотрел, - и Цинь Кэ повторил свой вопрос. – Так что натворил этот Чу Сяочэнь?

Сун Юньжань насторожился:

- Почему ты спрашиваешь, ты его фанат?

В книге об этом не говорилось.

Цинь Кэ пришлось на ходу придумывать оправдание:

- У меня есть друг, который его знает.

Сун Юньжань подозрительно переспросил:

- Друг, о котором ты говоришь, это же не ты, да? Ты знаешь о тайном браке Чу Сяочэня? Да, не в этом суть. Хотя он очень плохо относится к своей жене и не уделяет ей время, прикрываясь большой занятостью на работе.

Цинь Кэ поднял брови:

- В чем тогда?

- Он делает возмутительные вещи, – сердито продолжил Сун Юньжань. - Он завел себе много любовниц. И никто из них не знает ни о его жене, ни о своих соперницах. Такие жалкие. Все они уверены, что они у него единственные.

Так было в его предыдущей жизни.

Цинь Кэ посмотрел на Сун Юньжаня и не смог найти в его лице никаких признаков лжи.

В романе супруга Чу Сяочэня через пару месяцев должна была пожаловаться на него в Weibo. Тогда-то его подружки и узнали правду о своем возлюбленном.

Этот инцидент шокировал не только общественность, но и его коллег в индустрии развлечений, а также привлек внимание инвесторов, вложившихся в «Уравнение любви».

Так и начался крах и самого актера, и фильма «Уравнение любви».

- И… - медленно процедил Цинь Кэ, - кто вам это рассказал?

Сун Юньжань запаниковал. Он смотрел в бездонные глаза Цинь Кэ и почувствовал себя загнанным в угол.

Как будто на него смотрел зверь, и если он не будет осторожен, зверь бросится и перекусит его горло.

Сун Юньжань, заикаясь, пробормотал:

- Нет, мне никто не говорил, я просто знаю.

Его сердце бешено билось. Может быть, Цинь Кэ быть шпионом, посланным Чу Сяочэнем?

Цинь Кэ не мог прочитать мысли Сун Юньжаня, но мог видеть, что разум президента Суна находится в смятении. Он понизил голос и попытался снять напряжение:

- Не нервничайте, я просто хочу спросить, не…

Не переродился ли ты? Я такой же.

Он мысленно проговорил эту фразу, пристально наблюдая за Сун Юньжанем, не желая упустить малейшего намека на это в его лице.

Сун Юньжань занервничал еще больше. Он не ошибся. Взгляд Цинь Кэ был один в один взгляд дикого зверя, смотрящего на свою добычу!

Он видел много диких животных! Он не ошибался!

Безмерное желание выжить и чувство справедливости переполнили разум Сун Юньжаня и вышли из берегов, он выпятил грудь и закричал:

- Конечно, у меня есть свои каналы. Мы живем в цивилизованном обществе, ты не можешь мне угрожать!

И быстро забежал в подъезд.

Цинь Кэ:

- ?

Что это было? Кому он угрожал?

Сун Юньжань вернулся домой и запер дверь на все запоры, все еще не отойдя от испуга.

Чтобы отвлечься, зашел в WeChat.

От увиденного у него перехватило дыхание. Цинь Кэ добавил его в друзья в WeChat?

Он хочет контролировать меня? Сун Юньжань аккуратно нажал кнопку «отклонить» и в беспокойстве обхватил себя руками.

Через десять минут Сун Юньжань наконец успокоился.

Он так нервничал из-за серии инцидентов, неудивительно, что странный взгляд Цинь Кэ так напугал его. Что это за выражение было на его лице? И почему его не удивило, что Чу Сяочэнь был подонком, но он так заинтересовался источником информации?

Чем больше Сун Юньжань думал об этом, тем больше убеждался в своей правоте.

Цинь Кэ, должно быть, знал Чу Сяочэня, поэтому, когда увидел прямую трансляцию, то поспешил в Xinghe Entertainment. И если он на стороне Чу Сяочэня, то, значит, не винит того за его поступки.

Как только эта мысль пришла ему в голову, Сун Юньжань медленно выпрямился.

Он сморгнул навернувшиеся слезы. Чувство разочарования заполнило его сердце.

- Хороший Цинь Кэ или нет, ко мне не имеет никакого отношения, - бормотал он тихим голосом, лежа на диване и глядя в потолок. - Эта книга - сплошная чушь. Главный герой вовсе не благороден, он даже хуже меня, пушечного мяса. Зачем я подписал с ним контракт?!

Потолок не ответил на его вопрос.

Через некоторое время Сун Юньжань снова сел:

- Нет, мне все равно придется подписать с ним контракт.

В конце концов, это его вина, что он не смог правильно воспитать своего сына. Если Цинь Кэ потерял нравственный ориентир, его отец должен вернуть его на истинный путь!

Просто немного подожди, Цинь Кэ.

Строгая отцовская любовь спасет тебя.

Ночь Сун Юньжаня была полна взлетов и падений. Беспокойные мысли отвлекли его от разразившихся в интернете боевых действий.

Прямой эфир еще не закончился, а в сети уже разгорелась бурная дискуссия о нападках президента Суна на главного актера и режиссера «Уравнения любви».

Кто-то смонтировал самые яркие моменты интервью и выложил их в сеть. Они сразу же набрали миллионы просмотров.

Фанаты Чу Сяочэня отводили душу, кропая злобные комментарии.

【Я слышал, что это принц группы Ningdong, но и принцы должны вести себя разумно. Если у вас есть доказательства, покажите их, если нет, пожалуйста, извинитесь @Ningdong group @Xinghe Entertainment】

【Смеюсь до коликов в животе. Ченчен уже столько лет в шоу-бизнесе, конечно, не все его коллеги в восторге от него. Если бы он действительно что-то скрывал, его бы уже давно разоблачили. Не надо мусорных разговоров.】

【Боюсь, что съемочная группа смотрит свысока на чьи-то вонючие инвестиции, поэтому это кого-то раздражает.】

Если число поклонников Фан Чжоу было небольшим (в оригинале – подобно дождю с неба), то число поклонников Чу Сяочэня достигало грандиозной численности (в оригинале - было тайфуном 12-го уровня). Куда ни ткнись, все микроблоги Ningdong были вытоптаны активными пользователями сети (в оригинале – лишены травы).

Даже случайные прохожие, которые раньше возмущались драками фанатов, на этот раз не встали на сторону Сун Юньжаня.

Ведь нападки в этот раз были не на актерские способности или внешность Чу Сяочэня, а на его моральные качества.

Как сказали фанаты, деньги решают все. Имеющий деньги может безнаказанно чернить чужую репутацию.

Общественное мнение демонстрировало одностороннюю тенденцию. Но тут появился новый пост на Weibo. Первая строка сразу же привлекла всеобщее внимание: [ О моем муже господине Чу Сяочэне. ]

Пользователи сети, которые еще не спали, зашли, чтобы прочитать полный текст, и были ошеломлены.

Выходит, Чу Сяочэнь уже пять лет женат?

Получается, что его карьера цвела пышным цветом благодаря поддержке его супруги?

Получается, каждый раз, возвращаясь с работы, он врет своей жене?

Выходит, он не пришел на день рождения жены, а провел это время в отеле со своей любовницей?

Это просто хрестоматийная версия подонка!

В шоке все вернулись к интервью Сун Юньжаня и от всего сердца восхитились им.

Просто посмотрите на последний пост в Weibo: «Спасибо, господин Сун Юньжань. Если бы не вы, я продолжила бы обманывать себя и других. У меня не хватило бы смелости признаться в этом.

Должно быть, Сун Юньжань хотел таким образом вдохновить жену Чу Сяочэня открыть всем правду.

Какой самоотверженный человек! Готов помочь жертве даже ценой собственного позора.

Сон Юньжань – потрясающий!

Автору есть что сказать:

Что делает в это время великий Сяо Сун?

Обеспокоенно ищет «Как родители могут правильно развивать нравственность детей?».

Президент Сяо Сун, ты лучший на свете*!

На следующий день Сун Юньжань проснулся и начал безостановочно чихать.

Даже водитель удивился:

- У вас простуда?

Сун Юньжань покачал головой:

- Должно быть, это фанаты Чу Сяочэня ругают меня.

Водителя не интересовался шоу-бизнесом и не знал, кто такой Чу Сяочэнь. Убедившись, что Сун Юньжань не заболел, он отвез его в компанию.

Погода стояла теплая, небо было чистое. Вот только на дороге пробки.

Сун Юньжань, лениво откинувшись на спинку кресла, еще не отойдя от сна, наслаждался солнечным теплом.

Только он пригрелся, как раздался звонок. Звонил Хэ Цзыю.

- Юньжань, ты отлично постарался. Все слухи в сети развеялись, как дым. Теперь все набросились на Чу Сяочэня.

Сун Юньжань был сбит с толку:

- Что случилось?

- Да ладно, перестань притворяться. Ты плохой друг. Ты не поделился со мной дыней и не рассказал мне, что мисс Шэнь вышла замуж за Чу Сяочэня. Я разрываю с тобой дружбу на один день. Пока.

И повесил трубку.

Сун Юньжань был еще больше сбит с толку.

Он знал, что женой Чу Сяочэня была Шэнь Ии, которая, как и он, принадлежала ко второму богатому поколению, но у их семей не было деловых отношений, и они никогда не знали друг друга.

Так почему же Хэ Цзыю жаловался, что он не поделился с ним дыней?

Сонливость Сун Юньжаня мгновенно рассеялась. Он зашел в Интернет, чтобы наверстать упущенное. И был просто сражен.

Как такое могло произойти?

За ночь пользователи сети, хорошо разбирающиеся в искусстве хайпа, уже написали предполагаемый сценарий свержения Чу Сяочэня.

Драма прошлого вечера о том, как «переносить унижение и отстаивать интересы других» устарела. Сун Юньжань и Шэнь Ии - дети бизнес-магнатов, поэтому они вряд ли вели бы себя так импульсивно.

Значит, они, должно быть, спланировали это заранее. Сун Юньжань начал словесную атаку на Чу Сяочэня. После того, как этот инцидент привлек внимание общественности, Шэнь Ии сбросила с неба молот Тора и пригвоздила подонка к столбу позора.

Вот это смелость.

Это действительно что-то.

Пользователи сети описали сценарий настолько ярко, что Сун Юньжань почти поверил в него.

К счастью, у него еще оставалась капля разума. Отложив телефон, он меланхолично посмотрел в окно.

Теперь уже поздно объясняться?

Прибыв в компанию, Сун Юньжань сразу увидел за воротами нескольких новых охранников.

Излишне говорить, что помощник Тан стопроцентно уже сообщил о событиях прошлой ночи его отцу. А тот, соответственно, ночью отправил своих сотрудников в Xinghe Entertainment.

Но у Сун Юньжаня не было времени заботиться о вопросах безопасности компании.

Каждый уголок Xinghe Entertainment был наполнен радостью поедания дынь и восхвалением своего босса.

- Боже мой, появилась еще одна девушка, которую обманули!

- Если бы не президент Сун, как долго бы их обманывала эта мразь.

- Неудивительно, что президент Сун отказался спонсировать «Уравнение любви». Оказывается, он давно планировал разобраться с Чу Сяоченем.

- Президент Сяо Сун, ты лучший на свете*!

Нет, я этого не делал. Я не. Не говорите глупостей.

Сун Юньжань трижды отрекся от незаслуженной похвалы, но не смог устоять перед всеобщим энтузиазмом.

Когда он услышал новость о том, что режиссер «Уравнения любви» подал в отставку, он оцепенел.

Помощник Тан недоумевал:

- Что плохого сделал этот режиссер?

- Кто его знает.

Сун Юньжань лег на стол и устало пробурчал:

- Может, это просто угрызения совести.

В романе об «Уравнении любви» сказано было немного. Падение парочки главный актер-режисссер было прописано только для продвижения сюжета и главного героя. Что касается того, что еще сделал режиссер, кроме вождения в нетрезвом виде, автор ни словом не упомянул.

Помощник Тан, не получив внятный ответ на свой вопрос, подавил свои сожаления и сменил тему разговора:

- Запущен инвестиционный проект с несколькими видеоплатформами. Мы еще не конкурентоспособны в секторе кино и телевидения, но оценка Xinghe Entertainment в развлекательной отрасли в последнее время значительно улучшилась. Отдел инвестиций составляет новый инвестиционный план. На следующей неделе состоится его обсуждение. Вы же придете на обсуждение?

Сун Юньжань кивнул и дал указания помощнику Тану по набору новых актеров.

В середине разговора в кабинет вошел охранник с картонной коробкой:

- Господин Сун, ваша доставка.

- Положите ее, спасибо.

Коробка казалась довольно тяжелой. Помощник Тан поинтересовался:

- Мне попросить водителя отвезти это к вам домой?

- Нет. Кстати, Цинь Кэ сегодня должен был приехать на подписание контракта?

Помощник Тан не понял, почему опять все вернулось к этому человеку, но все же ответил:

- Да, он уже здесь.

- Попросите его после подписания контракта зайти ко мне.

Сун Юньжань посмотрел на доставленную коробку и довольно улыбнулся:

- Это подарок для него.

Помощник Тан:

- !!!

Он не осмелился даже предполагать, что там скрывается. Он не смел даже поинтересоваться, почему бы вам, если между вами царят такие отношения, самому не позвонить ему и не сказать об этом? Сжал зубы и торжественно кивнул.

В конференц-зале.

Арт-директор улыбнулась и протянула Цинь Кэ руку:

- Добро пожаловать в Xinghe Entertainment.

Цинь Кэ пожал протянутую руку:

- Спасибо.

Арт-директор с удовлетворением посмотрела на Цинь Кэ. Ах, президент Сун такой потрясающий! Первый артист, с которым он подписал контракт, был настолько красив, что мог затмить всех нынешних подопечных компании, и прекрасно компенсировал нежелание президента Суна дебютировать в качестве лица компании.

- Вас пригласил лично президент Сун. Нынешняя ситуация в компании такова. Компания скоро наберет еще несколько актеров. Мы планируем для каждого нанятого артиста предоставить собственного агента. Пока вас буду курировать я. Вы согласны?

Цинь Кэ кивнул:

- Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Арт-директор улыбнулась и лично проводила Цинь Кэ до двери конференц-зала:

- Возвращайтесь домой и подготовьтесь к прослушиванию в «Дороге Цзянху». Если что-то изменится, мы вам позвоним.

В это время к ним подошел помощник Тан:

- Цинь Кэ, господин Сун хочет вас видеть.

Цинь Кэ взглянул на помощника Тана и тихо переспросил:

- Он хочет меня видеть?

Разве он не сбежал вчера от него и не отклонил его заявку на добавление в друзья в WeChat?

Помощник Тан понял его замешательство по-своему.

Вне всяких сомнений эти двое вчера, должно быть, поссорились и сегодня неловко себя чувствуют. Неудивительно, что им нужен посредник для передачи сообщений.

- Да, поторопитесь, следуйте за мной.

Помощник Тан подошел ближе и прошептал:

- Извините, что вмешиваюсь, но я хочу вам кое-что сказать. Господин Сун вспыльчивый, но не держит обид больше трех минут. Он так заботится о вас, не обижайтесь на него, пожалуйста.

Цинь Кэ:

- …?

Подойдя к офису президента, помощник Тан осторожно постучал в дверь и тут же открыл ее:

- Президент Сяо Сун, Цинь Кэ здесь.

- Вы можете идти по своим делам.

Помощник Тан все понял, обернулся к Цинь Кэ и многозначительно посмотрел на него. Вышел, тихо прикрыв за собой дверь, и отправил сообщение с грифом «Важно!!!» группе управления компании:

[Не беспокойте президента Суна. Если появятся вопросы, обращайтесь напрямую ко мне.]

Сун Юньжань медленно поднял голову.

Цинь Кэ стоял перед ним, спина - прямая, выражение лица - спокойное, темперамент – холодное благородство. Как ни посмотри, такому человеку не следует общаться с таким отбросом, как Чу Сяочэнь.

Сун Юньжань глубоко вздохнул:

- Сначала сядь.

Цинь Кэ сел и тихим голосом спросил:

- Что вы хотели мне сказать?

Сун Юньжань редко разговаривал с людьми на такие серьезные темы и какое-то время не знал, с чего начать, поэтому решил начать издалека:

- Ты видел, что случилось с Чу Сяоченем?

- Да.

- Как ты себя чувствуешь? Ты расстроен? Тебе его жаль?

- Почему я должен быть расстроен из-за него?

Сун Юньжань был изумлен и сердито поинтересовался:

- Разве он не твой друг? Разве ты вчера допрашивал меня не из-за него? Ты, правда, думаешь, что я глуп и не заметил этого?

- …

Цинь Кэ посмотрел на разгневанного Сун Юньжаня. Его изогнутые миндалевидные глаза ярко сверкали. Но как бы он не старался, он совсем не выглядел ни свирепым, ни суровым. Кого он хотел напугать таким милым личиком? Напротив, его хотелось погладить по головке, как маленького неразумного ребенка. Так, стоп.

Цинь Кэ оборвал свои фантазии и с улыбкой осведомился:

- И что вы планируете делать?

Сун Юньжань ждал этого вопроса.

Он быстро встал и, вытащив коробку, поставил ее перед Цинь Кэ.

Цинь Кэ удивленно поднял брови:

- Что это?

- Это все я купил для тебя, - Сун Юньжань открыл картонную коробку и показал ее содержимое. – Забери ее домой.

Цинь Кэ заглянул внутрь коробки. Его взгляду предстали красочные обложки книг. «Мораль и право», «Триста вопросов о противоречиях человеческой природы», «О настоящей дружбе»…

Он небрежно вытащил первую попавшуюся книгу и небрежно открыл ее:

- Господин Сун хочет, чтобы я стал хорошим человеком?

Сун Юньжань кивнул:

- Я подобрал книги согласно рекомендациям в интернете. Пользователи сети заявили, что такого рода книги особенно полезны для развития правильного мировоззрения. Хотя ты уже не ребенок, но прочесть эти книги в любом возрасте полезно.

- Что ж, книги хорошие, - беспомощно заметил Цинь Кэ. - Но мне не нужно их читать.

Сун Юньжань был огорошен. Он не ожидал, что Цинь Кэ так легко откажется от самосовершенствования.

Он озадаченно почесал затылок:

- Разве ты не видел, как Чу Сяочэня ругает весь интернет? Почему ты хочешь продолжать тусоваться с ним? Почему ты такой, такой…

Не хочешь быть хорошим человеком? Ты же главный герой!

Сун Юньжань крепко закусил нижнюю губу, запечатав эти вопросы в своем сердце.

Он был слишком подавлен, чувство беспомощности так разозлило его, что какое-то время он не мог ничего сказать. Ему хотелось схватить Цинь Кэ за шкирку и сильно встряхнуть его.

Он может поклясться, что за все время своей актерской карьеры он выкладывался на все 100%. Но чувство беспомощности, что он никак не мог превзойти Цинь Кэ, как психологическая тень, все еще тяжело давила на его сердце, поселившись в нем страшным кошмаром.

Может ли он что-то изменить в этой жизни?

Цинь Кэ заметил его эмоции, и в его глазах мелькнуло удивление.

Он положил книгу обратно в коробку:

- Можете выслушать мое объяснение?

Сун Юньжань тупо уставился на него:

- Что ты хочешь сказать?

- Я не знаком с Чу Сяоченем. Вчера я пошел искать вас просто потому, что смотрел прямую трансляцию и волновался, что с вами что-то случится.

Сун Юньран потрясенно прошептал:

- Ты пришел спасти меня?

Его ресницы задрожали, и он неуверенно заговорил:

- Тогда почему ты спрашивал меня, откуда я узнал, что Чу Сяочэнь изменял своей жене? Разве ты не хотел отомстить мне?

Цинь Кэ растерянно потер брови:

- Если бы я действительно хотел отомстить вам, разве я позволил бы вам вчера так легко убежать? Не говоря уже о… - он сделал паузу и взглянул на собеседника. - Вы так и не сказали мне, как вы узнали об этом.

- …

Теперь настала очередь Сун Юньжаня мучиться виной. В отчаянии он вспомнил о сценарии, написанном пользователями сети:

- Конечно, об этом мне рассказала Шэнь Ии. Ты не заглядывал в Интернет? Вчера, когда ты спрашивал, она еще не опубликовала свое сообщение на Weibo. Конечно, я не мог сказать тебе правду, чтобы кто-нибудь не испортил наши планы.

Всем не равнодушным пользователям сети - спасибо за вдохновение.

Сун Юньжань молча поблагодарил всех пользователей сети, а затем резко вошел в роль атакующего:

- Странный ты человек. Почему тебя так беспокоит этот вопрос? Любой бы на моем месте посчитал, что ты что-то скрываешь.

В сердце Цинь Кэ хранился большой секрет. Он поджал тонкие губы, прикинувшись, что не понял обвинения.

Сун Юньжань был слишком несдержан, как он мог оправдаться перед ним? Как так получилось, что все вылилось в такую неразбериху?

Может, он просто слишком много надумывает?

Увидев, что он молчит, Сун Юньжань почувствовал себя увереннее:

- В будущем постарайся не задавать вопросов, которые не следует задавать. Не влезай в чужие дела, лучше займись своими. Ладно?

- Хорошо.

Сун Юньжань был очень доволен собой. Но тут кое о чем вспомнил:

- Вчера ты сказал, что у тебя есть друг, который водит дружбу с Чу Сяочэнем. У тебя действительно есть такой друг? Тогда передай эти книги ему. Может, еще не поздно изменить его мировоззрение.

Цинь Кэ взглянул на тяжелую картонную коробку и решительно отказался:

- Нет, я уже порвал дружбу с ним.

*永远滴神 (yǒngyuَn di shén) YYDS - в китайский язык эта аббревиатура пришла из игрового мира. YYDS означает «Бог навсегда». Как-то геймер Шайни Руо таким образом похвалил во время игры League of Legends другого игрока. После этого фраза стала популярной среди молодых китайских интернет-пользователей. Если сказать проще, YYDS означает «ты лучший на свете!»

Легендарная сцена в Версале*!

Сун Юньжань не ожидал, что Цинь Кэ будет похож на Хэ Цзыю, который так легко разрывает дружбу.

Он скользнул взглядом по точеному лицу Цинь Кэ:

- Не ожидал, что ты будешь вести себя, как ребенок. Я ошибался насчет тебя.

Цинь Кэ поднял веки:

- А президент Сун точно такой же, каким я его себе представлял.

Он действует и говорит, не думая. Он похож на взрывные карамельки**, которые он так любил в детстве. Он шипит и скачет, забывая об осторожности. Но, как не странно, это не раздражает, а, напротив, выглядит очень мило.

Лицо Сун Юньжаня потемнело:

- Ты ругаешь меня или хвалишь?

В этой жизни впервые они встретились в реквизитной «Свадьбы и похорон», и он тогда выставил себя полным придурком. Трудно было поверить, что тогда он произвел хорошее впечатление.

Уголок рта Цинь Кэ слегка изогнулся:

- Хвалю.

Сун Юньжань гордо поднял подбородок:

- Не пытайся подлизываться ко мне! Если тебе нечего делать, уходи. В будущем у тебя будет больше возможностей похвалить меня.

Цинь Кэ ушел. И Сун Юньжань тут же бросился на диван и стал кататься по нему.

Теперь он знал, что каждое решение, которое он принял с момента своего перерождения, было правильным. Незначительные ошибки не считаются. Цинь Кэ больше не может сопротивляться его властному обаянию!

Казалось, день, когда Цинь Кэ назовет его отцом, уже не за горами.

Придется продолжать усердно работать.

Сун Юньжань встал с дивана и вызвал помощника Тана:

- Отправьте книги из коробки в комнату персонала, если им нечем заняться, пусть лучше больше читают.

Помощник Тан заглянул в коробку и потрясенно замер.

Президент Сяо Сун хочет… укрепить традиционные ценности в коллективе и разжечь в своих сотрудниках дух самопожертвования?

Возможно, так поступают все выходцы из богатых семей.

Он отвлекся от своих раздумий и осторожно поинтересовался:

- Вы с Цинь Кэ помирились?

Помирились, ах, это было всего лишь небольшое недоразумение. Сун Юньжань не понял вопроса и с любопытством уточнил:

- Это он сказал тебе?

- Я и без его слов вижу, что вы сейчас выглядите очень счастливым.

Сун Юньжань расплылся в улыбке, словно его поощряюще погладили по головке.

Помощник Тан тихо вздохнул. Эта юная парочка влюбленных даже радость примирения не может скрыть.

- …

Счастливым? Он был счастлив, потому что его похвалил Цинь Кэ?

Абсолютно невозможно!

Вскоре после того, как Цинь Кэ вышел из дверей Xinghe Entertainment, на его телефон поступил запрос на добавление в друзья Сун Юньжаня.

Он тихо усмехнулся и нажал «принять» и вместо того, чтобы поехать домой, взял такси и поехал в ресторан.

Сосед по комнате в колледже уезжал в свой родной город. И сегодня пригласил своих бывших одноклассников на ужин. Забронированный ресторан находился далеко от Xinghe Entertainment, и когда Цинь Кэ наконец добрался туда, все приглашенные уже сидели за столом.

Как только он вошел, все синхронно повернули головы.

Кто-то смеялся и предлагал наказать его тремя стопочками горячительного, кто-то подходил, чтобы  поприветствовать, а кто-то смотрел на него и Чэн Цзямина со сложным выражением лица.

Все они были одноклассниками, все они знали, что в киношколе Цинь Кэ был образцом для подражания, которого все учителя очень ценили.

И хвалили за красивую внешность, за манеры, за хорошую игру.

Но сегодня продвинуться в шоу-бизнесе было не так легко, как десятилетия назад. Каждый год киношколы покидало большое количество молодых жадных до славы актеров. Интернет-знаменитости тоже начинали присматриваться к индустрии развлечений. Таким, как Цинь Кэ, у которых не было никакого опыта, было очень сложно занять свое место в этой отрасли. Чэн Цзямину, например, было намного проще, он был из достаточно обеспеченной семьи.

Чэн Цзямин вел себя совершенно спокойно, и, когда Цинь Кэ сел рядом с ним, наклонился к нему:

- Что происходит?

Цинь Кэ помнил свою прошлую жизнь и знал, о чем тот его спрашивает, но притворился, что не понял вопроса:

- А что случилось?

- Я любезно порекомендовал тебя своему агенту, а ты ему отказал?

В комнате внезапно воцарилась тишина.

Все переглянулись, продемонстрировав на своих лицах удивление, смешанное с  любопытством, и приготовились слушать объяснения Цинь Кэ.

Чэн Цзямин подписал контракт с известной компанией Wancheng Film and Television. Как мог Цинь Кэ не оценить такую хорошую возможность?

Они не могли этого понять - у тебя есть лучший выбор?

В прошлой жизни Цинь Кэ подписал контракт с Сюй Пином.

Компания Сюй Пина была такой же могущественной, как и Wancheng Film and Television, да и Сюй Пин был более известен, чем Чжао Сую. Одноклассники одобрили его выбор. Все, кроме Чэн Цзямина. Он был единственным, кто промолчал.

Если подумать, возможно, именно этот момент стал отправной точкой падения Чэн Цзямина в пропасть соперничества и зависти.

В этой жизни ответ Цинь Кэ был другим:

- Я подписал контракт с Xinghe Entertainment.

Чэн Цзямин застыл от изумления:

- Ты дурак? Ты променял крупную Wancheng на малютку Xinghe Entertainment?

Цинь Кэ подавил улыбку:

- А что не так с Xinghe Entertainment?

Чэн Цзямин посмотрел на него и заметил, что Цинь Кэ выглядит как-то не особо счастливым.

- Даже если Xinghe Entertainment поддержит Ningdong Group, ей не удастся превзойти Wancheng. Кроме того, они только недавно сменили владельца, в компании, должно быть, царит полнейший хаос.

Цинь Кэ холодно ответил:

- Я не думаю, что Xinghe Entertainment так уж плоха. Она намного интересней других скучных компаний.

- Главное, что босс Xinghe Entertainment интересный, - влезла в разговор знакомая девушка. - Разве не он сообщил новости о Чу Сяочэне, которые сегодня обсуждаются по всему интернету? Видели видео?

Другая девушка подхватила тему:

- Сун Юньжань просто потрясающий. Эй, Цинь Кэ, не знаешь, он не собирается дебютировать как актер или модель?

Цинь Кэ покачал головой:

- Я так не думаю.

В конце концов, президент Сун хотел быть только президентом.

- Ах, как жаль. Вчера в прямом эфире он споткнулся и чуть не упал. В этот момент у него было такое милое растерянное лицо! С этого момента я - его ярая фанатка.

- Я тоже, я тоже!

Девушки с пониманием переглянулись. Они обе были из отряда любительниц безболезненного материнства***. Они сразу нашли общий язык и, поменявшись местами, сели рядом, чтобы обменяться сладкими сплетнями.

Цинь Кэ смотрел на их взволнованные лица и не знал, что сказать.

Жаль, что все старания Сун Юньжаня выглядеть, как властный гендиректор, ни к чему не привели. Суровости и властности в нем никто не замечал.

Видя, что центром обсуждения стал Сун Юньжань, Чэн Цзямин очень расстроился.

Он был одним из лучших учеников в киношколе. Он высмеял недальновидность Цинь Кэ, но никто не поддержал его. А теперь отсутствующий Сун Юньжань вдруг перешел ему дорогу.

Чэн Цзямин был недоволен и через какое-то время попытался перетянуть одеяло на себя:

- Кстати, кто чем занят в последнее время?

Этот вопрос спровоцировал новый виток обсуждений. Все они были новичками в индустрии развлечений. Многие из них, отчаявшись и не найдя себе применения,  ушли из шоу-бизнеса.

Кто-то спросил:

- Цзямин, а ты, должно быть, очень занят?

- Да не особо. Только что закончил съемки и сейчас готовлюсь к новому прослушиванию.

- В каком фильме? – спросил кто-то.

Чэн Цзямин скрыл довольную улыбку:

- Я не могу этого разглашать. Это не важная роль, пятая по значимости, так что играть там особо нечего.

Все сразу дружно отреагировали.

Это была просто легендарная сцена Версаля*.

С тех пор, как Чэн Цзямин присоединился к Wancheng, он застолбил роли второго плана. Поэтому, если он объявил о пятой по значимости мужской роли, значит, фильм явно не будет проходным и к нему приложит свою руку какой-нибудь выдающийся режиссер.

Разумеется, Чэн Цзямин не мог сдержаться, чтобы не похвастаться:

- Могу только сказать, что режиссером будет Тань Мин.

Раздался шум, и тщеславие Чэн Цзямина было удовлетворено.

Он счастливо рассмеялся:

- Цинь Кэ, а что у тебя?

Никто ему не ответил.

Чэн Цзямин повернул голову и обнаружил, что сиденье рядом с ним пусто.

Кто-то бросил мимоходом:

- Цинь Кэ вышел с Чжун Сяофэном.

Чэн Цзячэнь расстроенно нахмурился. Он хвастался, а Цинь Кэ его вообще не слышал.

Цинь Кэ, покинувший сцену Версаля, стоял в коридоре ресторана и болтал с Чжун Сяофэном.

Чжун Сяофэн был тем, кто сегодня собрал всех на ужин. Его преследовали постоянные неудачи, и его уверенность в себе была серьезно подорвана. Он превратился в соленую рыбу****.

- Ты хочешь, чтобы я остался? - закричал он.

- Ну, в городе Ян много возможностей.

Чжун Сяофэн самоуничижительно рассмеялся:

- Прекрати. Возможности есть только у таких красавчиков, как ты. Людям вроде меня, которых приняли в киноакадемию только из-за заслуг моих предков (в оригинале – из-за дыма из могил моих предков), не на что надеяться.

Цинь Кэ не стал этого отрицать, но предположил:

- Разве тебе не нравится писать сценарии? Может, попробуешь стать сценаристом?

Чжун Сяофэн был поражен:

- Ты думаешь, мои сценарии хороши?

Цинь Кэ кивнул.

Он знал, что в будущем фильм, снятый по первому роману Чжун Сяофэна, станет блокбастером. И он напишет еще много хороших сценариев, за которые будут драться и кино-, и телекомпании.

Жаль, что в той жизни Чжун Сяофэн еле сводил концы с концами, работал на износ, мало спал, плохо питался. И в итоге, когда добился успеха, его здоровье уже было серьезно подорвано.

Цинь Кэ решил намекнуть Чжун Сяофэну изменить свои цели, но тот не желал его  слушать.

Цинь Кэ мог бы на этом и остановиться.

Но различные изменения, вызванные прямой трансляции Сун Юньжаня, заставили его осознать, что, если захотеть, судьбу можно изменить.

Чжун Сяофэн все еще колебался:

- Забудь об этом. Мои сценарии, видимо, нравятся только тебе.

Цинь Кэ вспомнил другого человека.

Вспомнил, что незадолго до своего перерождения он увидел по телевизору выступление Сун Юньжаня:

- С каким сценаристом я хотел бы поработать? Конечно, с Чжун Сяофэном. Мне очень нравятся истории, которые он пишет.

Когда Сун Юньжань получил сообщение Цинь Кэ, он выходил из машины и готовился зайти в ресторан.

Он недовольно взглянул на экран.

Насколько хороший сценарий может написать актер-неудачник?

К тому же этот человек еще и одноклассник Цинь Кэ…

Сун Юньжань опустил голову и напечатал:

【 Что ты от меня хочешь? Не успел подписать контракт, как уже хочешь воспользоваться ресурсами компании? 】

Отправил сообщение и тут же смутился.

Как же он сразу не понял – этот ребенок хочет помочь своему однокласснику и просит помощи у своего отца.

Поэтому он отослал еще одно сообщение:

【Как зовут твоего друга?】

Поскольку Цинь Кэ искренне просил о помощи, он мог ему помочь.

Пришел ответ от Цинь Кэ.

Три иероглифа:【Чжун Сяофэн.】

Бамс!

Сун Юньжань врезался в дверь ресторана на глазах у окружающих.

Автору есть что сказать:

Господин Сяо Сун: Я так счастлив, что хочу позвонить папе.

***********

*Версаль – королевский дворец во Франции. Как-то блоггер @小奶球 расширил значение этого слова, превратив его в обозначение жизни на высоком уровне (типа элегантный дворянин) с неким превосходством над другими. Короче – сцена, где высокомерный богатый задавака хвастается своим успехом.

**Взрывная карамель - это сладости, состоящие из сахара и углекислого газа. При соприкосновении с влагой они тают, выпуская газ. Карамельки словно взрываются во рту.

***Безболезненное материнство (мне оч нравится этот эвфмеизм, он не мой, а автора) – пользователи сети женского пола, которые ведут себя по отношению к своим кумирам, как мамочки. Типа, «мамочка любит тебя», «мамочка довольна тобой» и т.п.

***Человек, у которого нет намерения что-либо делать, короче – лентяй или неудачник.

Цинь Кэ похвалил его, назвав милым?!

Звук столкновения был очень громким.

Посетители ресторана, вышедшие на улицу, застыли от удивления. Шэнь Ии зажала рот, чтобы не закричать.

Она поспешно подошла к Сун Юньжаню:

- С вами все в порядке?

Если бы Сун Юньжань не беспокоился о своем имидже, он бы закричал во все горло. Он прикрыл рукой лоб и жалобно простонал:

- Подозреваю, что у меня сотрясение мозга.

Шэнь Ии была потрясена.

Она через свою подругу узнала номер телефона Сун Юньжаня и пригласила его на ужин, чтобы поблагодарить за его выступление.

И на подходе к ресторану Сун Юньжань вдруг получает такую тяжелую травму.

Шэнь Ии удивленно посмотрела на дверь – как Сун Юньжань мог не заметить такую большую дверь.

И тут закаленное стекло на двери треснуло, трещинки расползлись в разные стороны, образуя паутину.

- …

Все с восхищением посмотрели на Сун Юньжая – ну и голова у этого парня!

Сун Юньжань посмотрел на треснувшее стекло и побледнел.

Он только недавно переродился, он не может истечь кровью и снова умереть!

- Скорее отвезите меня в больницу, - Сун Юньжань подозревал, что скоро умрет.

Сун Юньжаня отправили в ближайшую частную больницу.

Врач осмотрел его:

- Господин Сун, результаты КТ показали, что ваш мозг не поврежден. На всякий случай я рекомендую вам на один день остаться в больнице для наблюдения.

Сун Юньжань сердито буркнул:

- Хорошо.

Сопровождавшая его Шэнь Ии чувствовала себя крайне виноватой:

- Какой у вас номер домашнего телефона, я позвоню тете и дяде.

- Не говорите им! – резко отказался Сун Юньжань. - Если они узнают, что я гулял, играя с мобильным телефоном, они будут меня ругать.

После недолгого молчания Шэнь Ии осторожно предложила:

- Тогда позвольте мне нанять для вас сиделку.

Сун Юньжань собирался кивнуть, но внезапно передумал.

В конце концов, разве это не вина Цинь Кэ?

Если бы он так внезапно не сообщил о Чжун Сяофэне, он бы не вмазался в закрытую дверь!

Сун Юньжань решительно поднял голову:

- Дайте мне, пожалуйста, мой телефон.

Цинь Кэ покинул ресторан, так и не дождавшись ответа Сун Юньжаня. В любом случае, он пришел сюда сегодня только ради разговора с Чжун Сяофэном и не собирался слушать хвастовство Чэн Цзямина.

На полпути по дороге к дому зазвонил его телефон.

Цинь Кэ ответил:

- Президент Сун?

- Да, это я.

Голос Сун Юньжаня был слабым, словно у умирающего лебедя:

- Я отправил тебе свое местоположение в WeChat, пожалуйста, приходи скорее.

Цинь Кэ посмотрел на высветившийся адрес:

- Вы заболели?

Сун Юньжаню было не до объяснений:

- Иди сюда быстро!

Боевой тон «больного» заставил Цинь Кэ засомневаться – так болен он или нет?

Повесив трубку, он попросил таксиста перестроить маршрут.

На этажах, где располагаются VIP-палаты, обычно всегда намного тише, чем на других этажах.

Цинь Кэ узнал у дежурной медсестры номер палаты Сун Юньжаня и, подойдя к палате, тихо постучал в дверь.

Дверь открыла незнакомая женщина.

Она осмотрела его с ног до головы и осторожно осведомилась:

- Вы кого-то ищете?

- Президент Сун здесь? - спросил Цинь Кэ.

Из палаты раздался голос Сун Юньжаня:

- Это Цинь Кэ?

Шэнь Ии была поражена. Она слышала их телефонный разговор и ожидала увидеть слугу семьи Сун. Но этот молодой и красивый мужчина никак не может быть слугой.

Она вежливо улыбнулась:

- Заходите.

Цинь Кэ вошел в палату и замер.

Сун Юньжань лежал на кровати, а на его лбу красовалась здоровенная шишка. Но на умирающего он был совсем не похож, увлеченно играя со своим мобильным телефоном.

Цинь Кэ немного подумал и полюбопытствовал:

- Вы ударились головой? Это серьезно?

Сун Юньжань холодно фыркнул:

- А ты как думаешь?

Значит, несерьезно.

Цинь Кэ с облегчением вздохнул и перевел свой взгляд на Шэнь Ии. Он не понимал, кто эта женщина и зачем Сун Юньжань позвонил ему.

Вряд ли в корпоративной культуре компании было прописано обязательное посещение больного президента.

В сердце Шэнь Ии тоже было такое же замешательство.

- Как вы умудрились врезаться?

- Разве это не твоя вина? – укорил его Сун Юньжань. - Если бы не твое сообщение, я бы не врезался в дверь.

Почему его голос звучит так обиженно?

Шэнь Ии нахмурилась – а может это не обида, а завуалированное кокетство?

Если так, тогда становится ясно, почему Сун Юньжань попросил этого парня приехать и позаботиться о нем.

И Сун Юньжань моментально подтвердил ее догадки, заявив:

- Ты должен остаться и позаботиться обо мне.

Цинь Кэ молчал, сраженный странной логикой больного:

- Хорошо.

Шэнь Ии поняла, что она здесь лишняя, взяла сумочку и с улыбкой объяснила:

- Тогда я больше не буду вас беспокоить. Я угощу вас ужином в другой день, когда вы оправитесь от травм.

Вторая часть предложения была адресована Сун Юньжаню, но тот ее словно не слышал, не отводя своего взгляда от Цинь Кэ. Она беспомощно пожала плечами и покинула палату.

Закрывая за собой дверь, услышала вопрос Цинь Кэ:

- Как мне о вас позаботиться?

- Я еще не ужинал, ты можешь купить мне что-нибудь поесть.

- Одэн?

- Почему снова Одэн? Неужели нельзя купить что-нибудь еще кроме него?

Шэнь Ии глубоко вздохнула, этот нежный флирт напомнил ей о ее несчастливом браке. Она бросила последний взгляд на флиртующую пару и мысленно послала им свое искреннее благословение.

Цинь Кэ встал у кровати и, опустив голову, спросил:

- Тогда что вы хотите поесть?

Сун Юньжань не знал. Рестораны, в которых он обычно столуется, находятся далеко от больницы.

Он открыл на телефоне карту города, чтобы посмотреть, откуда легче заказать доставку. Но тусклое освещение мешало ему рассмотреть точки общепита, и он обратился к Цинь Кэ:

- Можешь включить верхний свет?

Цинь Кэ посмотрел на прикроватный выключатель в полуметре от Сун Юньжаня и поднял брови.

Ладно, забудь, просто относись к нему как к маленькой драгоценной принцессе.

Он включил верхний свет, повернулся, чтобы поинтересоваться – определился ли тот с выбором, и замер. Пронзительный свет высветил огроменную шишку на лбу Сун Юньжаня, которая светилась точно яркая маленькая лампочка.

- …

Сун Юньжань даже не знает, как смешно он сейчас выглядит, иначе он бы никогда не позвал его сюда.

Сун Юньжань все еще беспокоился о своем ужине:

- Каши в этом магазине выглядят неплохо. Но не изменится ли их вкус, если их упакуют? Или мне просто пойти съесть кашу в магазине?

Цинь Кэ прочистил горло:

- Я схожу и куплю ее.

Пообещайте мне, не выходить и не позориться, иначе вы будете сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

- Ты уверен?

Сун Юньжань с подозрением посмотрел на него. Этот человек только что не хотел включать свет, может быть...

- Ты хочешь сбежать? Нет, я должен пойти лично.

Цинь Кэ больше не мог это выносить:

- Президент Сун, просто дайте мне шанс исправить мои ошибки.

Выражение его лица было настолько искренним, что не придерешься.

Сун Юньжань откинулся на подушку и накрыл рукой свою «светящуюся лампочку» на лбу. Цинь Кэ и в самом деле чувствует себя виноватым?

- Тогда иди и быстро возвращайся, - приказал он. - Я умираю от голода.

После того, как Цинь Кэ ушел, Сун Юньжань лежал на кровати и ломал голову, пытаясь разгадать странное выражение лица Цинь Кэ.

Цинь Кэ выглядел очень нервным и каким-то беспокойным. Он лишь набил шишку и в больнице остался только для наблюдения. А этот смотрит на него, как на смертельно больного.

Или…

Цинь Кэ беспокоится о своем отце, просто не хочет этого показывать?

Сун Юньжань весело рассмеялся.

Не нужно за него переживать, в этом нет необходимости, он ранен не серьезно.

Сун Юньжань был счастлив. Ему захотелось в туалет, он встал и отправился в ванную, включил свет и посмотрел на себя в зеркало. Замер, оглянулся, за ним никто не стоял, опять уставился на себя в зеркало.

Некоторое время осмыслял увиденное. И, убедившись, что в зеркале он, громко выругался:

- Бл@дь!

Почему она такая огромная?!

Когда он приехал в больницу, все было не так серьезно!

Вот почему Цинь Кэ не позволил ему выйти…

Он просто боялся, что над ним будут смеяться!

Сердце Сун Юньжаня никак не могло успокоиться.

Он ходил взад-вперед по ванной, думая, как ему после такого конфуза смотреть в глаза Цинь Кэ, и тут услышал звук открывающейся двери.

Цинь Кэ вошел в палату, Сун Юньжань, словно фурия, выскочил из ванной и схватил его за шкирку:

- Почему ты мне не сказал?!

Как хорошо, что он не вышел на улицу! Иначе суровый имидж генерального директора Сун Юньжаня был бы безвозвратно разрушен!

Цинь Кэ был застигнут врасплох и чуть не уронил кашу.

Он боялся обжечь Сун Юньжаня, вскинул руки и слегка откинулся назад:

- Я говорил вам. Сначала сядьте и поешьте.

Сун Юньжань грозно (мило) свел брови:

- Скажи, лицо очень опухло? Только честно.

Цинь Кэ беспомощно несколько секунд таращился на «маленькую лампочку»:

- Не очень, совсем чуть-чуть.

- Правда? - не поверил Сун Юньжань. - Ты не представляешь, что со мной случилось! Я так сильно врезался в дверь, что разбил толстую стеклянную вставку в ней.

Цинь Кэ:

- ???

Да, ты очень силен!

- Ну ладно, отпусти уже меня.

Сун Юньжань поджал губы, пытаясь сохранить последние крохи самоуважения.

- Все в порядке. На самом деле, если присмотреться, это вполне...

Сун Юньжань сделал грустное лицо:

- Что?

Цинь Кэ опустил голову и добросовестно осмотрел шишку Сун Юньжаня.

Кожа у Сун Юньжаня очень светлая, как у изнеженного молодого мастера. Лоб опух, мочки ушей и шея покраснели от гнева. И совсем не уродливо он выглядит, а немного несчастно и даже…

- Мило, это довольно мило, - тихо прошептал Цинь Кэ.

Они стояли так близко, что их теплые дыхания переплелись, согревая их сердца. Глубокий нежный голос Цинь Кэ пронесся смерчем по всем нервным окончаниям  Сун Юньжаня.

Когда к нему вернулось сознание, он уже сидел на кровати и пил кашу.

Цинь Кэ только что похвалил его, назвав милым.

Сун Юньжань дернулся, окончательно приходя в себя - Цинь Кэ похвалил его, назвав милым?!

Это не по сюжету!

Разве сын должен говорить такое отцу?

Сун Юньжань проглотил кашу и решил расставить все точки над «и».

Он взглянул на Цинь Кэ, сидевшего на диване, и яростно, как разгневанный отец, пригрозил:

- Запомни, тебе не разрешено об этом кому-нибудь рассказывать! Если об этом кто-то узнает, я забаню тебя!

Цинь Кэ, как обычно, послушно кивнул головой:

- Хорошо.

И после небольшой паузы напомнил:

- Президент Сун, вы уже столько всего просили меня держать в секрете, как мне все это запомнить?

- …

Сун Юньжань был в отчаянии - рано или поздно этот мятежный сын разозлит его до смерти.

Автору есть что сказать:

Президент Сун, давайте опубликуем книгу и назовем ее «О вещах, которые я должен забыть».

Твой отец лежит в больнице, а ты ходишь по магазинам?!

Сун Юньжань был убит горем. К счастью, каша оказалась очень даже ничего, густой и сытной, да и гарниры, купленные Цинь Кэ, тоже пришлись по вкусу. Так что ужин, можно сказать, прошел на «ура».

Набив желудок, Сун Юньжань был готов поговорить о делах.

На этот раз он сам приглушил свет в палате, чтобы другие не могли видеть его шишку на лбу, и осторожно начал:

- Твой одноклассник хороший сценарий написал?

За последние два дня Сун Юньжань научился высказываться осторожно, не задавая вопросов, которые могли выдать его «потустороннее» происхождение.

Он намеренно не показал, что знает о Чжун Сяофэне, желая избежать провокационных вопросов со стороны Цинь Кэ.

Цинь Кэ тоже был очень осторожен:

- Он никому не показывал свои сценарии, но, по моему мнению, его уровень не уступает некоторым профессиональным сценаристам.

Сун Юньжань показательно хмыкнул, выражая сомнение, в то время как его руки, спрятанные под одеялом, судорожно сжались в кулаки.

Это Чжун Сяофэн! Сценарист, с которым в том мире он больше всего хотел работать, а в этой жизни его фактически подвели прямо к его двери. Кажется, мировые весы наконец-то качнулись в сторону пушечного мяса, а конкретней – в  его сторону.

В глазах Сун Юньжаня мелькнул горделивый огонек.

Но в нем все еще оставалась доля здравомыслия. Он не мог выдать свои истинные намерения и так быстро согласиться.

А то этот неразумный сын загордится и задерет свой хвост до небес.

- Скажи ему собрать все свои готовые работы. Я попрошу кого-нибудь оценить их.

Цинь Кэ обещал все передать Чжун Сяофэну и добавил:

- Спасибо, не волнуйтесь, его работы вас не разочаруют.

Пф, я это лучше тебя знаю.

Неожиданная вербовка золотого медалиста в сценарном деле подарила Сун Юньжаню надежду на светлое будущее.

Он приободрился и даже на время забыл о своей травме, взял трубку и стал усердно просматривать свою почту.

Хотя помощник Тан и был ненадежен в мелочах, с большими делами справлялся отлично. В отчете были указаны все запланированные и уже запущенные проекты.

Сун Юньжань подтвердил свое одобрение и вдруг кое-что вспомнил.

Он же четко попросил Цинь Кэ прийти и позаботиться о нем. Так почему он усердно работает, а его неразумный сын бездельничает на диване?

Он что, смотрит на меня свысока?!

Возмутительно.

Его срочно нужно чем-то занять.

Цинь Кэ сделал глоток воды, поднял глаза и наткнулся на немигающий взгляд Сун Юньжаня.

- У вас болит голова? Вызвать врача?

- Не шуми, я думаю о том, что бы мне попросить тебя сделать. Разве это нормально, когда начальник работает, а сотрудник только наблюдает.

- …

Цинь Кэ перевел взгляд на корзинку с фруктами, присланную Шэнь Ии:

- Очистить вам яблоко?

Сун Юньжань царственно похлопал себя по бедру:

- Да.

Цинь Кэ видел, что Сун Юньжань уже на пределе. Это обычные люди, попав в больницу, нежатся в постельке. Неуемный темперамент Сун Юньжаня требовал действий. Если он не ворочался с бока на бок и не дергал то одной, то другой ногой, то болтал без умолку. Если бы не шишка на лбу, он давно бы уже наяривал круги по больнице.

Сун Юньжань наконец нашел способ помучить Цинь Кэ. Он немедленно отложил работу, поправил подушку и поудобнее уселся, ожидая свое очищенное яблоко.

Цинь Кэ, одолживший у медсестры нож для фруктов, сидел и неторопливо чистил яблоко.

Нож двигался плавно, ярко-красное яблоко отбрасывало розовый отблеск на костяшки на его белых тонких пальцах, создавая уникальную художественную композицию.

Был только один изъян - небольшой шрам на указательном пальце Цинь Кэ.

- Откуда у тебя этот шрам? - спросил он с любопытством.

Цинь Кэ опустил глаза:

- Обжегся во время готовки, когда был ребенком.

- Сколько тебе тогда было лет?

- Пять или шесть, - спокойно ответил Цинь Кэ, - я точно не помню.

Ресницы Сун Юньжаня задрожали. Что там в книге было написано? Цинь Кэ родился в неполной семье. Его мать все время пропадала на работе, поэтому Цинь Кэ пришлось научиться заботиться о себе с самого раннего возраста.

Он представил себе картину. Маленький Цинь Кэ стоит на скамейке в кухне. Вот он случайно обжег палец и заплакал от боли. Рядом нет никого, кто мог бы позаботиться и утешить его. И ему приходится самому неумело обрабатывать свою рану.

Ощущение погружения было настолько глубоким, что у Сун Юньжаня заболел указательный палец.

Это что, обязательно, чтобы стать главным героем?

Как же это несправедливо.

- Я вдруг понял, что я сыт. Так что оставь яблоко себе.

Сун Юньжань неловко повернул голову:

- Я собираюсь принять душ. Отдохни, как съешь яблоки. Я пошел.

Он вылез из-под одеяла и быстренько утопал в ванную.

Цинь Кэ так жалок, если подумать.

В будущем буду к нему добрее.

На следующий день врач осмотрел Сун Юньжаня и объявил, что его можно выписать.

Когда Сун Юньжань вернулся в палату, то обнаружил, что Цинь Кэ исчез.

Он хмуро осмотрел пустую палату – главный герой опять чудит?

Буквально вчера вечером он решил лучше относиться к Цинь Кэ, но стоило отвернуться, и тот тут же сбежал.

Сун Юньжань был так зол, что пару раз недовольно фыркнул, взял телефон и быстро вышел из палаты.

У лифта он столкнулся с Цинь Кэ, который, видимо, только что откуда-то вернулся.

- Где ты был? – несчастным голосом пробурчал суровый генеральный директор.

- Покупал бейсболку.

- …?

Твой отец лежит в больнице, а ты ходишь за покупками?!

Он глубоко вздохнул, пытаясь погасить разгорающееся в груди пламя возмущения.

Цинь Кэ внезапно шагнул к нему и натянул бейсболку на голову Сун Юньжаня.

Сун Юньжань растерянно поднял голову. Из-под козырька ярко сверкали его красивые глаза.

- Зачем?

Цинь Кэ спрятал улыбку:

- Бейсболка прикроет вашу шишку. Пойдемте.

Сун Юньжань на какое-то время просто отключился. Пришел в себя только, когда пришел лифт. Войдя в него, он увидел свое отражение в зеркальной стенке лифта.

Черный козырек прикрывал шишку. Были видны только брови вразлет и сверкающие миндалевидные глаза.

- …

Сун Юньжань поджал нижнюю губу и бесстрастно натянул бейсболку ниже на лоб. После некоторого колебания тихо произнес:

- … Спасибо.

Несколько дней Сун Юньжань отдыхал дома. Жил тихой мирной жизнью. А в интернете вовсю разыгрывались трагедии.

Одна за другой объявлялись особы женского пола и обвиняли Чу Сяочэня в обмане, #Чу Сяочэнь должен покинуть индустрию развлечений# , #Чу Сяочэнь абсолютная мразь# и другие похожие комменты. Даже его агентство не могло с этим ничего сделать.

Но это уже не имело к Сун Юньжаню никакого отношения.

Вообще-то он просто хотел намекнуть своим коллегам-инвесторам вовремя вывести свои вложения. А будущее этого подонка Чу Сяочэня его совсем не волновало.

В день прослушивания шишка на лбу Сун Юньжаня почти исчезла.

Прежде чем выйти из дома, он пристально осмотрел свой лоб и, слегка поколебавшись, натянул бейсболку, купленную ему Цинь Кэ.

Когда машина уже подъезжала к офису, позвонил Сун Цзидун:

- Юньжань, откуда ты знаешь Шэнь Ии?

Сун Юньжань удивился:

- Папа, ты научился есть дыни?

Сун Цзидун озадаченно притих:

- Какие дыни? Отец Шэнь Ии только что связался со мной и сказал, что ты помог ему решить большую проблему, и, чтобы выразить свою благодарность, он готов продать свою землю на окраине города нашей компании. Они предложили нам совместное инвестирование в строительство поселка для пожилых и стариков.

Несколько лет назад Ningdong хотела создать благоустроенный поселок для пожилых, но не смогла найти в пригороде города Янь участок с красивыми пейзажами, поэтому реализацию этого плана пришлось отложить.

И тут Шэнь, который никогда раньше не сотрудничал с ними, вдруг протянул им оливковую ветвь. Сун Цзидун и не догадывался, что этот вклад в семейное благополучие внес его непутевый сынок.

Супруги Шэнь изначально были против этого брака. Но Шэнь Ии, обманутая сладкими речами Чу Сяочэня, настояла на своем. И при этом согласилась скрывать свой брак от общественности, чтобы не навредить карьере мужа-актера.

Родителей очень злило такое положение вещей.

Об его изменах они узнали только, когда Шэнь Ии разместила свое обращение в интернете. На это ее подтолкнуло выступление Сун Юньжаня, за что родители Шэнь Ии были безумно благодарны ему.

По сравнению со счастьем их драгоценной дочери кусок земли – ничто.

Более того, Ningdong Real Estate компания развивающаяся. И сотрудничество между их компаниями будет выгодно обеим сторонам.

Выслушав объяснение Сун Цзидуна, Сун Юньжань потер нос:

- На самом деле раньше мы с ней не были знакомы. Мы познакомились через одного друга.

Сун Цзидун не знал круга общения своего сына. Он вовсю хвалил своего выросшего малыша:

- Раньше мама и папа ошибались. Мы думали, что компания для тебя была игрушкой. Мы и не рассчитывали, что ты так поможешь семье. Но тебе не кажется, что масштаб Xinghe Entertainment маловат? Давай папа купит тебе более крупную компанию, как насчет Wancheng Film and Television?

Сун Юньжань был подавлен сладким и в то же время властным тоном своего отца:

- Нет! С Xinghe Entertainment все в порядке. Оставь Wancheng в покое.

С такой большой компанией он просто не справится.

Сун Цзидун ничего не оставалось, как сдаться.

Когда разговор между отцом и сыном завершился, водитель уже парковал машину рядом с Xinghe Entertainment.

Помощник Тан не видел Сун Юньжаня несколько дней и даже немного скучал по нему. Поэтому он вышел его встретить. Как только он увидел остановившуюся яркую машину, он подошел и открыл дверь президенту Суну.

Сун Юньжань высунул из машины голову, помощник Тан придерживал дверь.

Бейсболка…?

Сун Юньжань привычно натянул козырек на лоб:

- Что вы на меня так смотрите? Бейсболка мне не идет?

Сегодня на улице было тепло. Бейсболка на Сун Юньжане задавала стиль, к ней присоединилась свободная футболка с длинными рукавами и джинсы. В такой одежде с такой внешностью он был похож на пышущего жизнью ученика средней школы.

Помощник Тан замер, а потом быстро заговорил:

- Нет, нет, президент Сяо Сун, вы сегодня выглядите особенно хорошо.

Просто вы больше не похожи на президента.

Ты так сильно любишь его?

Сун Юньжань подумал, что помощник Тан сделал ему комплимент, и удовлетворенно рассмеялся.

Но вспомнил, что он вообще-то властный президент, быстро стер улыбку и сделал холодное лицо, как и положено генеральному директору. Вошел в компанию и поднялся в свой кабинет. Во взглядах сотрудников при его появлении расцветало восхищение.

Как обычно, на его столе стояла чашка латте.

Соотношение молока и кофе ему понравилось. Сун Юньжань с удовлетворением сделал несколько глотков:

- Вы читали письмо, которое я отправил вам вчера?

Хотя Сун Юньжань и провел несколько дней дома, о работе он не забывал.

Он день и ночь читал сценарии, присланные Чжун Сяофэном. Убедившись, что одноклассник Цинь Кэ действительно его любимый сценарист, он тут же попросил помощника Тана курировать этот вопрос.

Помощник Тан нерешительно уточнил:

- Президент Сяо Сун, вы уверены, что хотите инвестировать в начинающего сценариста?

Позволить непрофессионалу вроде Чжун Сяофэна, который сменил карьеру на полпути, занять место главного сценариста компании – не слишком ли безрассудно?

И еще и выкупить у него его же сценарии. Разве это не пустая трата денег?

Сун Юньжань кивнул:

- Я понимаю, что вы имеете в виду. Вы боитесь, что новый сценарист окажется ненадежным и компания потеряет деньги. Но я осторожен. Я купил только два его сценария.

У помощника Тана внезапно подскочило давление:

- Вы планируете снять по ним фильмы?

Сун Юньжань печально вздохнул:

- Xinghe Entertainment пока не может себе позволить купить все его сценарии. Это было бы слишком расточительно.

-Вы так сильно доверяете Чжун Сяофэну? – смело выступил  помощник Тан. - Президент Сяо Сун, это противоречит инвестиционным правилам. Можете объяснить мне причину?

У Сун Юньжаня не было никаких убедительных доводов. Разве только использовать пример.

- Разве история с «Уравнением любви» не показатель моей интуиции?

Помощник Тан растерялся.

Он слышал, что из-за инцидента с изменой Чу Сяочэня съемки «Уравнения любви» были полностью приостановлены. Сценарий, написанный специально под Чу Сяочэня, улетел в мусорную корзину, а деньги, вложенные и в сценарий, и в фильм, испарились в мгновение ока.

Но помощник Тан не сдавался:

- «Уравнение любви» - это лишь частный случай. Вы можете сказать мне, каким образом Чжун Сяофэн связался с вами?

Он хотел знать, какой демон посмел обмануть их наивного маленького президента Суна!

- Мне его порекомендовал Цинь Кэ. Какие-то проблемы?

- Как вы можете так легко ему поверить… - начал было помощник Тан, но, сообразив, тут же развернулся на 180 градусов. - О, если это Цинь Кэ, тогда все в порядке.

- …

Почему если это Цинь Кэ, то все в порядке?

Только потому, что он главный герой? Только ему можно доверять так безоговорочно?

Это несправедливо.

Сун Юньжань рассердился. Сопротивляться первоначальному замыслу так сложно.

Все равно он купит сценарии Чжун Сяофэна.

Два человека, задействующие разные участки мозга, изо всех сил пытались прийти к консенсусу. Недопонимание между ними все углублялось.

Сун Юньжаню, как президенту, не нужно было лично заниматься покупкой сценариев.

Он попросил помощника Тана передать директору инвестиционного отдела заняться этим, а сам пошел в зал, где проходили собеседования с актерами.

Сун Юньжань стоял у входа в большой конференц-зал и через стеклянные двери наблюдал за новичками, ожидающими вызова.

Когда он получил их резюме, он отметил актеров, ставших в той его жизни знаменитыми и успешными. Среди присутствующих сегодня было несколько таких, кто-то из них в прошлой жизни имел много поклонников, кто-то – большийе таланты.

Сун Юньжань смотрел на них, как фермер наблюдает за всходом урожая, и счастливо улыбался.

Он радостно кивнул, представляя себе славное будущее Xinghe Entertainment, и вошел в соседнее помещение малого конференц-зала.

На пороге его остановила арт-директор:

- Собеседование еще не началось, идите в соседний зал и подождите там.

Сун Юньжань поднял козырек бейсболки:

- Это я.

- Президент Сун? – растерянная женщина поняла, что допустила ошибку, и  быстро объяснила. - Извините, я вас не узнала, думала, вы актер, пришедший на собеседование.

- Все в порядке, - успокоил ее Сун Юньжань и присел в центре выставленного ряда стульев.

Арт-директор села справа от него, бросила на него несколько взглядов, раздумывая, не попробовать ли еще раз убедить его войти в шоу-бизнес, но так и не решилась:

- Можем начинать?

Сун Юньжань кивнул:

- Давайте начнем.

Все актеры, прибывшие в Xinghe Entertainment на собеседование, получили сценарий для живого прослушивания.

Помимо этого, они должны были продемонстрировать свои навыки, то,  что у них лучше всего получается.

Помимо этого, конечно, к этим оценкам добавлялись дополнительные баллы за привлекательную внешность.

Те пришедшие актеры, кто не видел интервью с Сун Юньжанем, смотрели на него с восхищенным удивлением.

Судя по месту, что занимал Сун Юньжань, он был важной фигурой в компании.

Но выглядел, как их сверстник, если, конечно, не обращать внимание на его высокомерный вид.

Может, это какой-то тайный козырь Xinghe Entertainment?

Может, он здесь, чтобы оказать на нас давление?

Эта компания использовала скандал, чтобы привлечь внимание к своему объявлению о наборе актеров. От них всего можно ожидать!

С таким давлением все выложатся по полной.

Многие и правда выступили с полной отдачей, удивив самих себя

Собеседования растянулись до поздней ночи. Сун Юньжань был доволен. Он даже нашел пару хороших саженцев, о которых не знал раньше.

Он не собирался подбирать актеров, основываясь только на воспоминания из прошлой своей жизни. Ведь прославится актер или нет, иногда зависит еще и от удачи.

Например, Сун Юньжань твердо верил, что если бы он не был пушечным мясом, он бы поверг Цинь Кэ. И даже назвать его отцом не стал бы требовать.

Через несколько дней стали известны результаты собеседований. Всего компания наняла семь актеров: троих мужчин и четырех женщин. С Чжун Сяофэном тоже подписали контракт и купили у него два его сценария.

Две крупные сделки заставили блистать слово «президент» на его визитной карточке. Так думал Сун Юньжань.

Он стал работать еще усерднее, вызвал в свой кабинет арт-директора и поинтересовался:

- Во время собеседования присутствовала женщина-агент, она сидела через три места слева от меня. Как ее зовут?

- Вы имеете в виду ту, у которой короткие волосы и длинное лицо? Ее зовут Чэнь Цзин.

Сун Юньжань никогда не слышал этого имени.

- Кого она сейчас ведет?

- Раньше она вела мужскую группу. В прошлом году они участвовали в шоу талантов и привлекли много фанатов. Она – неплохой работник.

Сун Юньжань был озадачен:

- У нее нет подопечных актеров?

Он отчетливо помнил, что на собеседовании Чэнь Цзин вела себя очень профессионально. Мало того, что ее взгляды часто совпадали с его, она еще и точно выделила актеров, ставших известными в его прошлой жизни.

- На самом деле, изначально она была агентом Фан Чжоу. Но потом они поссорились, и Фан Чжоу настоял на смене агента.

Сун Юньжань вдруг заинтересовался:

- Что между ними произошло?

Арт-директор аж поперхнулась:

- Она хотела, чтобы Фан Чжоу взялся за главную мужскую роль в бытовой драме.

- !!!

Оказывается, в компании есть люди, разделяющие его взгляды! Какой талант!

Сун Юньжань на мгновение задумался:

- Тогда пусть она будет агентом Цинь Кэ.

После работы Сун Юньжаню позвонил Хэ Цзыю и предложил встретиться в баре.

Сун Юньжань не любил пить и не мог понять любовь Хэ Цзыю к алкоголю. Сначала он хотел отказаться, но Хэ Цзыю пригрозил разорвать их дружбу, поэтому ему ничего не оставалось, как согласиться.

Он не мог обидеть ребенка с низким интеллектом. Сяо Сун решил быть снисходительным.

Обозначенный бар находился недалеко от верхнего двора Сичэна.

Сун Юньжань пошел домой, поужинал, переоделся и отправился на место встречи.

Не успел он войти в бар, как его чуть не сбил с ног громкий крик Хэ Цзыю:

- Ты знаешь, каким несчастным я был в последнее время!

Сун Юньжань от такого наезда выпал в осадок.

Хэ Цзыю уже был подвыпивший, его лицо знатно раскраснелось:

- Это все из-за тебя! Ты объединился с Шэнь Ии, чтобы разобраться с тем подонком. Мой отец узнал, что после этого Ningdong получила землю от Шэня. И теперь он каждый день ругает меня за мою бесполезность. Говорит, что мне следует учиться у Сун Юньжаня, который помогает своей семье, а я, дескать, никчемный человечишко. И что мне делать после этого?

- Пойти работать.

- …

Хэ Цзыю закатил глаза и продолжил жаловаться:

- Мой отец стар и у него слабое зрение, но я еще не ослеп. Я знаю тебя с детства. Ты такой же, как я. И у нас одна и та же цель - быть богатым вторым поколением, есть от души и развлекаться. Так же?

Сун Юньжань больше не мог этого терпеть:

- Чепуха, у меня великая цель!

Хэ Цзыю не поверил:

- Правда? Что-то я не вижу, чтобы ты что-нибудь делал.

Сун Юньжань тут же стал загибать пальцы:

- Я работаю в компании всего два месяца, знаешь, сколько великих дел я уже совершил для достижения своей цели? Я вложил деньги в фильм, в котором снимался Цинь Кэ, я прогнал злобного агента из Wancheng и подписал контракт с Цинь Кэ, я купил сценарии, написанные одноклассником Цинь Кэ. И всего несколько часов назад я даже нашел Цинь Кэ хорошего агента!

Я всего в одном шаге от цели всей своей жизни - стать отцом Цинь Кэ, понимаешь!

- Что-то слишком много пальцев ты загнул, - Хэ Цзию собрался было поспорить, но, сделав глоток вина, вдруг встрепенулся. – Подожди, а какое отношение этот человек по имени Цинь Кэ имеет к твоей великой цели?

Сун Юньжань загадочно улыбнулся:

- Я тебе не скажу.

Хэ Цзыю стало грустно.

Почему его лучший друг вдруг так изменился?

Раньше Сун Юньжань не мечтал ни о должности президента, ни о том, чтобы продолжить семейный бизнес.

А с момента покупки Xinghe Entertainment Сун Юньжань все время занят от зари до заката. И встречи их свелись к нулю.

А теперь он еще и рассказывает ему о каком-то Цинь Кэ, подсчитывая, какой большой вклад он внес в жизнь этого человека. И даже не хочет объяснить, что за отношения их связывают.

- Ты меня больше не любишь, у тебя есть кто-то другой, – обвинил его Хэ Цзыю.

Сун Юньжань вздохнул и погладил его по голове:

- Не говори глупостей. Когда я со всем закончу, я приму тебя как своего сына. Папина любовь всегда будет рядом с тобой, хорошо?

Хэ Цзыю сердито завопил:

- Отвали! Это я твой отец!

И тут он услышал, как Сун Юньжань тихо пробормотал себе под нос:

- Кстати, нужно узнать у Цинь Кэ, как прошло его прослушивание.

Хэ Цзыю был настолько подавлен, что заказал еще дюжину горячительных напитков, с грустью констатируя, что интернет был прав.

Любовь не исчезает, она просто меняет цель.

Сообщения, которые Сун Юньжань отправлял Цинь Кэ, были как капли в море. Он раз за разом обновлял свой WeChat, но ответа так и не получил.

Он убеждал себя, что Цинь Кэ, наверное, занят, и бунтующий подросток не намеренно игнорирует его.

Он хотел продолжить беседу с Хэ Цзыю. Но тот уже стоял на диване и распевал песню о маленькой лягушке.

Сун Юньжань быстро достал телефон и записал видео с Хэ Цзыю, чтобы позже вволю посмеяться над ним.

Затем подхватил своего упившегося друга:

- Пойдем, братишка, не позорься уже.

Пьяный Хэ Цзыю – просто милашка. Не доставляет никаких хлопот, вот только любит распевать детские песенки.

Оплатив счет, Сун Юньжань, не обращая внимания ни на поющего друга, ни на осуждающие взгляды прохожих, потащил пьяного Хэ Цзыю к своему дому, планируя оставить того у себя на ночь.

Проходя мимо старого здания, Сун Юньжань увидел знакомую фигуру, стоящую под уличным фонарем. Он посадил Хэ Цзыю на скамейку у дороги и присмотрелся - это действительно был Цинь Кэ.

Была поздняя ночь. Что Цинь Кэ делает на улице с сумками в такое время суток?

Он не решался подойти и поздороваться, но Цинь Кэ уже заметил его и улыбнулся:

- Президент Сун, какое совпадение?

- Ну, я тут с другом. Я случайно проходил мимо.

Сун Юньжань вспомнил, что Цинь Кэ говорил, что живет неподалеку. Значит, он не лгал ему.

Цинь Кэ взглянул на Хэ Цзыю, скукожившегося на скамейке:

- Ваш друг в состоянии двигаться?

- Да, он умеет ходить в любом состоянии.

Сун Юньжань ткнул в сумки Цинь Кэ:

- Ты собрался в поездку? Ты сообщил об этом компании?

- Нет, домовладелец продал дом, Чжун Сяофэн предложил мне пожить пока у него.

Подробностей он не стал выкладывать. Фактически, домовладелец его предупредил - послал сообщение о продаже дома сегодня днем, объявив, что у него есть два часа, чтобы собрать багаж.

Но в это время Цинь Кэ проходил прослушивание в «Дороге Цзянху» и не мог своевременно отреагировать на это сообщение. Когда он вернулся, весь его багаж был упакован и вынесен за дверь. Он даже не успел подыскать себе другое жилище. Пришлось посреди ночи идти к Чжун Сяофэну.

Сун Юньжань никогда не арендовал жилище, поэтому эта причина даже не пришла ему в голову.

Он - президент Xinghe Entertainment, это – его подопечный. Чувство ответственности захлестнуло его сердце.

- Цинь Кэ, ты артист Xinghe Entertainment, как ты можешь делить квартиру с кем-то?

Сун Юньжань быстро принял решение:

- Я не думаю, что тебе стоит идти к Чжун Сяофэну. Ты можешь сегодня переночевать у меня. А завтра я попрошу компанию найти тебе новое жилье. Бери свои вещи и следуй за мной.

От такого скорого решения Цинь Кэ просто опешил.

Еще больше был шокирован Хэ Цзыю. Его пьяная дрёма была развеяна прохладным ночным ветерком, он открыл глаза и услышал слова Сун Юньжаня.

Хэ Цзыю бестолково пялился в пространство, потом протянул руку и, как блуждающая душа, схватил Сун Юньжаня за плечо и прошептал:

- Юньжань, скажи мне правду.

Сун Юньжань:

- ?..

Хэ Цзыю с горечью в голосе продолжил:

- Ты так сильно любишь его?

Автору есть что сказать:

Хэ Цзыю: (шёпот дьявола)

Мы вместе!

- …

Сердце Сун Юньжаня было в смятении. Ему понадобилось время, чтобы понять, что только что сказал Хэ Цзыю.

Он разжал собачьи лапы Хэ Цзыю:

- О какой любви ты говоришь?

Хэ Цзыю был довольно застенчив, словно невинная ученица начальной школы, впервые по телевизору увидевшая целующуюся парочку, и прошептал:

- Конечно, вы уже взрослые. Не нужно стесняться, признаваясь в этом. Я думаю, он довольно красив и очень тебе подходит.

Сун Юньжань был ошарашен и невольно посмотрел на человека, о котором шла речь.

Цинь Кэ не прислушивался к их разговору. Стоял, слегка приподняв голову, и смотрел на луну в небе. В лунном свете его лицо окрасилось в бледный цвет, тело отбрасывало тень, длинную и тягучую, словно след густых чернил.

Красивый? Действительно очень красивый.

Хэ Цзыю думает, что он любит Цинь Кэ? По-настоящему? Как бывает между взрослыми?

Смешно, просто нет слов.

Сун Юньжань не знал, что пошло не так, или, может быть, это у Хэ Цзыю что-то не так с головой.

В любом случае, он решил прояснить этот вопрос:

- Ты слишком много выпил. Наши отношения объясняются просто - он должен относиться ко мне, как к отцу.

Хэ Цзыю шокированно вздохнул:

- Ну, вы даете. В какие дикие игры вы играете однако.

- ?

Сун Юньжань был сбит с толку и не понимал связи между «относиться как к отцу» и «дикими играми», но его инстинкт подсказывал ему, что это и в самом деле звучало как-то совсем по-взрослому.

Его гордость не позволяла ему признать, что на деле он был просто невинным цыплёнком из начальной школы.

Поэтому он выпятил грудь и гордо сказал:

- Конечно.

Хэ Цзыю потрясенно уточнил:

- Дядя Сун и тетя Бай знают?

Сун Юньжань поперхнулся:

- Ты, и правда, глуп или только притворяешься глупым? Как я мог рассказать об этом семье?

Кто скажет своим родителям, что он усыновил какого-то случайного бродяжку?

Хэ Цзыю тоже так думал.

Кто он мог сказать своим родителям, что играет в такие извращенные игры с каким-то актеришком?

Он был не прав.

- Ну, уже обо всем спросил? - Сун Юньжань поставил его на ноги и повернулся к Цинь Кэ. – Тогда пошли.

И они отправились в верхний двор Сичэна.

Сун Юньжаню не нравился запах алкоголя, окутывающий Хэ Цзыю, и он, только они вошли в дом, тут же затолкал его в ванную.

Вернувшись в гостиную, указал на спальню наверху и спросил Цинь Кэ:

- Тебе помочь с багажом?

Цинь Кэ посмотрел на его тонкие запястья:

- Нет, я подниму его сам.

Сун Юньжань не стал настаивать:

- Твоя спальня по левую сторону от лестницы, - и после паузы добавил. - Моя рядом с твоей. У меня очень чуткий сон, поэтому соблюдай тишину и не беспокой меня, если соберешься заняться своими делами.

Цинь Кэ недоуменно переспросил:

- Что?

Сун Юньжань по-отечески снисходительно посмотрел на него:

- Ты уже не ребенок, научись решать свои проблемы сам, хорошо?

Цинь Кэ сдержанно улыбнулся и потащил свои сумки наверх.

Вещей у него было немного, и он не планировал оставаться здесь надолго, поэтому достал из сумок только туалетные принадлежности и зарядное устройство. Зарядив мобильный телефон, написал Чжун Сяофэну о сложившейся ситуации.

Потом щелкнул окно другого чата и увидел сообщение Сун Юньжаня с вопросом о том, как прошло его прослушивание на роль в «Дороге Цзянху».

Цинь Кэ вышел из спальни и посмотрел вниз. Сун Юньжань и Хэ Цзию сидели на полу с джойстиками в руках и резались в игру.

Битва уже достигла апогея. Вряд ли боссу Суну сейчас интересно было выслушивать его отчет о результатах прослушивания.

Цинь Кэ уже собрался было вернуться в свою комнату, как услышал дикий смех Хэ Цзыю:

- Я выиграл! Я говорил тебе, что ты не сможешь меня победить, а ты мне не верил!

Сун Юньжаня это не убедило:

- Еще один раунд!

Десять минут спустя.

- Еще один раунд!

…

- Еще один!

- Да хватит уже, - Хэ Цзыю лениво потянулся. – За последние полчаса я ни разу тебе не проиграл. Что толку играть дальше? Кто-то может подумать, что я издеваюсь над учеником начальной школы. Это так аморально.

Сун Юньжань крепко сжал джойстик, смертоносные слова, способные сбить спесь с его удачливого напарника, так и не нашлись. И ему оставалось только молча злиться.

Хэ Цзыю, которого последнее время так унижал и топтал его отец, наконец-то, почувствовал хоть какое-то воздаяние и провокационно добавил:

- Xinghe Entertainment как-то не впечатляет.

- Кто это сказал? – сверху донесся глубокий мужской голос.

Игроки одновременно подняли головы и посмотрели на Цинь Кэ, который наблюдал за ними.

Сердце Сун Юньжаня ёкнуло.

Блин, Цинь Кэ видел все, что здесь происходило?!

Будет ли он смотреть теперь на него свысока?

Цинь Кэ спустился в гостиную, забрал из рук Сун Юньжаня джойстик и сел рядом с ним:

- Я вырву для тебя победу.

- А сможешь?

Он всегда думал, что Цинь Кэ и видеоигры – понятия несовместимые.

Цинь Кэ сделал бровки домиком:

- Я попробую.

Игра началась. Сун Юньжань занервничал.

Словно Цинь Кэ должен был не просто выиграть игру, а защитить честь Xinghe Entertainment.

Он сидел между игроками и наблюдал за их игрой – следил за шкалой здоровья их персонажей, за продвижением героя Хэ Цзыю, но чаще всего любовался легкими движениями пальцев Цинь Кэ.

Красочные боевые спецэффекты на экране отражались в темных зрачках Цинь Кэ, но никакой паники на его лице так и не появилось.

Он даже нашел время, чтобы посмотреть на Сун Юньжаня и улыбнуться ему:

- Не паникуйте.

В его улыбке была твердая уверенность.

Сун Юньжань был впечатлен, его ресницы слегка задрожали. Он не хотел признавать, что на пару секунд он и в самом деле был очарован красотой Цинь Кэ.

Он опустил взгляд на руки Цинь Кэ.

Руки как руки. Белые и тонкие.

Вспомнил, как Цинь Кэ тогда в больнице чистил яблоки. Сейчас кончики его пальцев двигались в неторопливом ритме. Если бы не Хэ Цзыю, который кричал и портил атмосферу, Сун Юньжань хотел бы заснять эту сцену на свой мобильник.

Неожиданно зазвучала музыка, символизирующая победу.

Сун Юньжань вскинул голову и увидел, как его игровой персонаж победоносно размахивает руками и прыгает.

Он не удержался и тоже взволнованно замахал руками, будто это он выиграл игру:

- Красота! Хэ Цзыю, так тебе и надо!

Хэ Цзыю недовольно проворчал:

- Это не твоя победа.

- Мы вместе. Выигрывает он, выигрываю и я! - Сун Юньжань улыбнулся и коснулся плеча Цинь Кэ. – Правда, же?

Цинь Кэ посмотрел на неглубокую ямочку на его щеке и медленно поднял глаза:

- Да, мы вместе.

Хэ Цзыю:

- …

Как это раздражает! Какие же они бесстыдники!

Довольный Сун Юньжань поднялся в свою спальню и в момент заснул.

В ту ночь он спал очень крепко.

Проснувшись и протерев глаза, он вспомнил, что в соседней комнате спал Цинь Кэ, и ночью из-за стены не доносилось никакого шума.

Сегодня была суббота, поэтому Сун Юньжаню не нужно было идти в компанию.

Он валялся в постели и играл со своим телефоном, пока не почувствовал голод. Тогда неторопливо встал и умылся.

Домработница знала о его привычке допоздна валяться в кровати по выходным, поэтому в эти дни готовить завтрак она не приходила.

Сун Юньжань вышел из спальни, размышляя, что бы заказать на завтрак, и услышал тихий голос, доносившийся с террасы.

Цинь Кэ разговаривал по телефону:

- Тебе не нужно меня благодарить. Благодари за это Сун Юньжаня.

Сун Юньжань услышал свое имя, спрятался за дверью и навострил уши.

И тут вспомнил, что это вообще-то его дом, почему он вообще прячется. И, не скрываясь, встал возле террасы, готовясь послушать, что еще скажет Цинь Кэ.

- Твой сценарий обязательно ему понравится. Ты можешь писать и менять его, как тебе захочется.

Что сказала другая сторона, было не слышно, но Цинь Кэ тихо ответил на слова своего собеседника:

- Президент Сун очень хороший человек.

Сун Юньжань пораженно замер. Хотя Цинь Кэ уже несколько раз хвалил его, но делал это в его присутствии, возможно, намеренно.

Неужели Цинь Кэ в самом деле считает, что его хорошим человеком?

Сун Юньжань был счастлив и приготовился услышать еще пару комплиментов в свой адрес.

Жаль, что Цинь Кэ вдруг обернулся и остановил свой поток комплиментов:

- У меня еще есть дела, я вешаю трубку.

Сун Юньжань с сожалением вздохнул.

Почему ты прекратил разговор? Мог бы сказать еще несколько слов!

Цинь Кэ выключил телефон:

- Извините, я вас разбудил?

- Вовсе нет.

Звукоизоляция в его доме была хорошей, да и Цинь Кэ разговаривал по телефону не во всю мощь своих легких.

-Ты только что болтал с Чжун Сяофэном?

Цинь Кэ кивнул:

- Он не ожидал, что ваша компания купит сразу два его сценария. И теперь он немного напуган, боится, что у него ничего не получится, и он не оправдает ваших ожиданий.

- Чего тут бояться? - Сун Юньжаня, казалось, это не волновало. – Скажи ему, пусть пишет так, как подсказывает ему его сердце, и все получится.

Цинь Кэ засмеялся:

- Похоже, вы ему полностью доверяете?

Сун Юньжань гордо поднял подбородок:

- Если я готов в кого-то инвестировать, значит, я ему доверяю. Я верю в свое чутье.

В конце концов, я босс с золотым пальцем перерождения, - добавил он про себя.

Цинь Кэ несколько секунд молчал, затем посмотрел на него:

- А что вы думаете обо мне? Вы подписали со мной контракт, потому что доверяете мне?

- Ты отличаешься от Чжун Сяофэна, - искренне ответил Сун Юньжань. - Я обязан заботиться о тебе, пока ты не вырастешь.

- …

Иногда он действительно не понимал, как работает мозг президента Суна.

Или Сун Юньжань всегда был таким. Просто он не знал об этом, потому что в той жизни они особо и не пересекались.

Сун Юньжань тут же начал проявлять отцовскую заботу:

- Кстати, ты мне вчера так ничего и не ответил. Как прошли твое вчерашнее прослушивание?

- Придется подождать, пока они проведут собеседования со всеми приглашенными актерами.

Внимание Цинь Кэ привлекла прядь торчащих волос на голове Сун Юньжаня. Как трудно совместить ваш нелепый вид с нотками отцовской заботы в вашем голосе. Вы похожи на младшего братишку, притворяющегося взрослым.

Сун Юньжань кивнул, и ахоге* на его голове тоже послушно затрясся:

- А как ты вообще выступил? Я слышал, что на вторую главную мужскую роль много претендентов, так что постарайся уж.

Ответ Цинь Кэ оказался неожиданным:

- Они не дали мне закончить мое выступление.

Сун Юньжань изумился. Может, моё перерождение изменило сюжет книги?

- Они предложили тебе роль третьего мужского персонажа? Четвертого? - он забеспокоился. -… не пятого же песонажа?

Ах… как же он будет противостоять Чэн Цзямину?

Сун Юньжань меланхолично подумал: наверно, пора появиться на сцене десятке отважных телохранителей, нанятых твоим отцом?

- Нет, -  прервал его дикие рассуждения Цинь Кэ и объяснил. – Мне предложили попробовать себя в главной мужской роли.

*Ахогэ или ахоге – торчащая непослушная прядь волос на голове у персонажа аниме или манги. Используется как визуальный прием, чтобы подчеркнуть несерьезность, простодушие, «деткость» героя.

Если проиграешь, будешь называть меня отцом!

Сун Юньжань был сражен.

В книге было ясно написано, что Цинь Кэ смог получить вторую главную мужскую роль в «Дороге Цзянху» по трем причинам:

Во-первых, его агент, Сюй Пин, очень умело использовал ресурсы.

Во-вторых, успех его дебютного выступления в фильме «Свадьба и похороны». После награды Цинь Кэ «Лучший новичок года» его популярность резко возросла.

В-третьих, на своем прослушивании Цинь Кэ впечатлил режиссерскую команду.

Как в игре: хотите пройти уровень - соберите три реквизита.

Три причины, как и три реквизита, являются обязательными.

Последние две в этой жизни, как и в прошлой, остались неизменными. Но в этой жизни Цинь Кэ не следовал сюжету и отказался от услуг Сюй Пина, получив от Xinghe Entertainment Чэнь Цзин.

Сун Юньжань планировал, что, если Чэнь Цзин не сможет продвинуть Цинь Кэ в «Дороги Цзянху», он восполнит это, вложив соответствующую сумму в съемки этого фильма.

Но все его планы были расчитаны на то, что Цинь Кэ сыграет вторую мужскую роль!

- Почему они вдруг решили предложить тебе главную мужскую роль?

Цинь Кэ задумчиво ответил:

- Потому что у меня хорошие актерские способности.

Очень уверенный ответ.

Сердце Сун Юньжаня заледенело.

Действительно, внешность главного и второго мужского персонажа действительно были похожи. Но характер главного героя был намного сложнее, он мог быть и добрым, и злым. Такого персонажа и играть гораздо сложнее.

Команда «Дороги Цзянху» долго искала подходящего актера нужного возраста. И, в конце концов, отчаявшись, решила изменить требования и пригласить на главную роль тридцатилетнюю признанную звезду, имеющую за спиной три золотых награды. Если бы это было в той жизни, то умудренный опытом Цинь Кэ вполне мог бы претендовать на эту роль.

Но в настоящее время, когда он только закончил сниматься в «Свадьбе и похоронах», и еще не усовершенствовал свое актерское мастерство, как он сможет соответствовать строгим требованиям режиссера Тан Мина?

- Забудь об этом, сосредоточься на подготовке к собеседованию.

Сун Юньжань сменил поучительный тон на мягкий, каким отец обычно утешает своего сына, и покачал головой:

- Я разбужу Хэ Цзыю, а ты пока приведи себя в порядок. И будем обедать. Не расстраивайся слишком сильно.

Но Цинь Кэ остановил его, схватив за одежду:

- Подождите минутку.

- Что еще?

Цинь Кэ посмотрел ему в глаза:

- Вы не верите, что я смогу пройти прослушивание?

Первой реакцией Сун Юньжаня было рассмеяться. Ах, Цинь Кэ, тебе неведома воля небес! Но когда их взгляды встретились, смех застыл на его устах.

В этих темных глазах горела непоколебимая уверенность в своих силах.

Как такая невозмутимая убежденность могла появиться у такого эмоционально сдержанного человека, как Цинь Кэ?

Но он ясно видел эту нескрываемую веру в свои способности.

Она пылала в глазах Цинь Кэ, словно горящее пламя в ночном небе.

Сун Юньжань отшатнулся, будто его опалил этот жар. Его мозг опять переклинило, и он предложил:

- Давай заключим пари. Если ты проиграешь, то станешь называть меня отцом.

Цинь Кэ с улыбкой ответил:

- Господин Сун сделал ставку за меня. Но что будет, если он проиграет?

Сун Юньжаня это не волновало:

- Не волнуйся, я не могу проиграть.

Через несколько дней Сун Юньжань уже и забыл об этом споре.

В прежней жизни кастинг в «Дороги Цзянху» затянулся на долгое время. К тому времени фильм «Свадьба и похороны» уже получил свою награду.

У него в запасе было не менее полугода.

Но оставался вопрос, на который Сун Юньжань хотел знать ответ уже сейчас. Он нашел помощника Тана и требовательно поинтересовался:

- Кто устроил, чтобы Цинь Кэ жил в верхнем дворе Сичэна?

Помощник Тан горделиво признался:

- Это организовал я.

- …

Сун Юньжань не понимал, чем гордится помощник Тан.

В день заключения пари с Цинь Кэ он позвонил помощнику Тану и велел ему передать Чэнь Цзин, чтобы та помогла Цинь Кэ подыскать приличное жилье.

Для компаний было обычным делом помогать своим артистам решать проблему с жильем. Поэтому Сун Юньжань отдал распоряжение и тут же выкинул эту проблему из головы.

В тот же день Цинь Кэ сказал, что с жильем всё решилось и он может переезжать, вот только его смущает адрес его нового проживания.

В это время Сун Юньжань был занят глупым спором с Хэ Цзыю по какому-то пустяковому вопросу, поэтому, не особо вслушиваясь, просто отмахнулся:

- Хватит придираться. Иди и заселяйся, -  и продолжил сражаться с неразумным ребенком*.

Ах, если бы он тогда прислушался к словам Цинь Кэ.

Сун Юньжань был крайне раздражен:

- Почему вы поселили его в моем доме?

Разумно ли компании платить такую высокую арендную плату за Цинь Кэ еще до того, как он заработал хоть какие-то деньги?

Помощник Тан задумался:

- Вы хотите, чтобы он жил с вами?

В таком случае, зачем нужно было просить Чэнь Цзин искать ему жилье?

Сун Юньжаня чуть не стошнило кровью:

- Почему он должен жить со мной?!

Почему? Разве совместное проживание не способствует развитию чувств?

Помощник Тан был озадачен:

- Президент Сяо Сун, пожалуйста, объясните мне. Учитывая ваши нынешние отношения с Цинь Кэ, где ему уместнее всего жить?

Сун Юньжань:

- ???

Помощник Тан:

- …?

В мозгу Сун Юньжаня молнией вспыхнуло озарение. Он вспомнил вопрос, который задал Хэ Цзыю. И странное поведение помощника Тана в последнее время.

И тут в телефоне трелькнуло уведомление о новом сообщении. Это было сообщение от Шэнь Ии.

Шэнь Ии: [Извините, я была занята разводом и не связывалась с вами. Как вы себя чувствуете? Давайте поедим вместе. Можете привести своего парня.]

Сун Юньжань нахмурился: [Какого парня?]

Шэнь Ии опубликовала улыбающийся смайлик: [Все в порядке, такие отношения, как у вас, уже очень распространены. Я не буду возражать.]

Дыхание Сун Юньжаня участилось: [Парень, вы имеете в виду… Цинь Кэ?]

Шэнь Ии: [Да.]

Разум Сун Юньжаня с грохотом взорвался. Взрыв был так силен, что у него онемела голова.

С момента своего перерождения, он вел себя примерно, не прогуливал работу без уважительной причины и никогда не опаздывал. Он так много работал, чтобы стать серьезным генеральным директором.

Но судьба повернулась к нему задом, одарив скандалом с Цинь Кэ.

Сун Юньжань, сдерживаясь из последних сил, коротко поинтересовался:

- С чего вы так решили?

Помощник Тан усмехнулся:

- Вы же и не скрываетесь. К тому же в день банкета я видел, как Цинь Кэ…

…поцеловал вас.

Помощнику Тану не хватило духу произнести последние два слова. Он, как завзятый наркоман, изо дня в день наблюдал, как развивается любовная история его босса.

Сун Юньжань был ошеломлен.

Колебания помощника Тана означали, что ему было слишком неловко продолжать.

Может, Цинь Кэ сделал что-то не то?..

Сун Юньжань работал в индустрии развлечений и знал, что некоторые артисты специально разжигают скандалы, чтобы срезать путь к известности.

Чем больше он об этом думал, тем больше склонялся именно к такому объяснению происходящему бардаку.

Причина, по которой помощник Тан и Шэнь Ии всё неправильно поняли, возможно, заключалась в том, что Цинь Кэ намеренно намекал и вел себя так, будто у него был роман с боссом!

Что касается Хэ Цзыю, который раньше не встречал Цинь Кэ…

Учитывая развитие Хэ Цзыю, неудивительно, что в его мозгу бродили такие  странные фантазии.

Этого потрясения мало, видимо, посчитал всемогущий Бог, и добавил.

Помощник Тан получил звонок и вне себя от радости закричал:

- Президент Сяо Сун, Цинь Кэ утвердили на главную роль в «Дороге Цзянху»!

Все кончено.

Сун Юньжань был в полном отчаянии.

Мой сын покинул меня.

Сун Юньжань даже не знал, как он провел следующий день.

Он был похож на блуждающую душу шизофреника. То он злился: «Как Цинь Кэ мог отважиться разрушить мою репутацию?», то жаловался: «Как Цинь Кэ мог добиться успеха на прослушивании?»

Вернувшись домой, он два часа лежал на диване и думал. Пока наконец не пришел к выводу - эффект бабочки, вызванный им, пушечным мясом, все же разрушил этот новорожденный мир.

То, что артист его компании смог получить главную роль в фильме режиссера Тан Мина, конечно, хорошо. Но какое отношение это имеет к нему, боссу компании? Он же этому никак не способствовал!

Цинь Кэ сделал это сам!

- Ах… - разочарованно прорыдал Сун Юньжань.

Какой смысл тогда в его перерождении?

Сун Юньжань чувствовал, что судьба обошлась с ним слишком жестоко. И решил протестовать!

Прежде всего, он не пойдет на работу!

К черту пост генерального директора, к черту Xinghe Entertainment, всем до свидания!

Сун Юньжань сдержал свое слово и несколько дней не приходил в компанию.

Даже звонок помощника Тана о дальнейшей разработке сценария Чжун Сяофэна не смог пробудить в нем рабочего энтузиазма.

Он спал, сколько захочется. Потом с водителем отправлялся на своем модном спорткаре на встречу с Хэ Цзыю и другими приятелями. И весело и бездумно проводил с ними время. Возвращался поздней ночью и валился спать.

Иногда его посещала крамольная мысль: Ах, я такой плохой человек.

Но когда он вспоминал уверенное выражение лица Цинь Кэ в тот день на террасе, его охватывала великая печаль.

Главный герой и пушечное мясо – и правда, такие разные.

Той ночью Сун Юньжань, как обычно, вернулся домой поздно. Поднялся на лифте, вышел на своем этаже и замер от испуга, увидев странную фигуру. Бросился назад в лифт и решительно нажал кнопку первого этажа.

- Кто ты, черт возьми?! - закричал Сун Юньжань, отчаянно нажимая на кнопку закрытия двери.

Когда дверь лифта уже собиралась закрыться, между дверцами внезапно появилась рука и заблокировала их.

Сердце Сун Юньжаня сделало кульбит и подпрыгнуло к горлу.

Он был единственным, кто жил на этом этаже. Кто ждал его там посреди ночи?

Может, это похищение?!

Все его страшные фантазии были написаны у него на лице. Таинственная фигура не выдержала и, наконец, заговорила:

- Это я, Цинь Кэ.

Цинь Кэ вошел в лифт и посмотрел на побледневшего Сун Юньжаня:

- Извините, я вас напугал?

Сун Юньжань опешил:

- Что ты здесь делаешь?

- Вы не отвечали на мои звонки, - пояснил Цинь Кэ, - поэтому я решил узнать, все ли с вами в порядке.

Сун Юньжань моргнул. Я не хочу тебя видеть, Цинь Кэ.

Непроизнесенные слова зависли в воздухе. Лифт сомкнул свои двери и заскользил вниз. Сун Юньжань оказался вместе с Цинь Кэ в узком пространстве, как в ловушке.

Цинь Кэ молча смотрел на Сун Юньжаня.

Когда стало известно о подписании контракта с «Дорогой Цзянху», у дверей компании тут же выстроилась очередь рекламодателей, желающих подписать с ним соглашение о сотрудничестве, пока цена Цинь Кэ не выросла до небес.

Чэнь Цзин выбрала для него два надежных рекламных мероприятия. И вот он возвращается и узнает, что Сун Юньжань в последнее время не появляется в компании.

Прошло всего несколько дней, что они не виделись, а Сун Юньжань, казалось, сильно похудел.

Лицо ладонью можно прикрыть. Подбородок такой тонкий и острый. Неописуемо жалкий вид.

Цинь Кэ поджал нижнюю губу:

- Что с вами случилось?

- Не твое дело, - Сун Юньжань отвернулся, его голос звучал так несчастно.

Цинь Кэ вздохнул:

- Сначала повернитесь.

- Не буду.

- Повернитесь.

- Не буду!

Цинь Кэ поднял взгляд на камеру наблюдения в лифте:

- Боюсь, охранник подумает, что вам угрожают, поставив лицом к стене.

- …

Сун Юньжань повернулся, продемонстрировав свое сердитое лицо.

Лифт достиг первого этажа.

- Вы не хотите, чтобы я заходил к вам домой, давайте тогда поговорим на улице.

- Я должен послушно пойти за тобой? – вид у Сун Юньжаня был, как у непослушного ребенка. – С чего бы мне слушаться тебя?

У Цинь Кэ не было другого выбора, кроме как снова нажать на кнопку верхнего этажа.

Лифт снова поднялся.

На этот раз никто из них не произнес ни слова.

Сун Юньжань смотрел на свои туфли. Цинь Кэ, наверное, ломает голову, что с ним не так. Как генеральный директор может позволить себе устраивать истерику на глазах своего подопечного артиста? Особенно, артиста, который, оказывается, вовсе и не нуждается в ресурсах его компании.

Он паниковал.

Он не знал, на кого злиться.

Когда дверь лифта открылась, Сун Юньжань задумался, что ему дальше делать.

Сбежать – не выход. Лучше честно сказать Цинь Кэ: я тебя ненавижу и не хочу, чтобы ты добился успеха.

Приняв решение, Сун Юньжань вышел из лифта с высоко поднятой головой.

И застыл. Этот коридор не похож на коридор на моем этаже. И в замешательстве повернулся к Цинь Кэ:

- Где это мы?

Цинь Кэ прошел мимо него и открыл правую дверь:

- Это мой этаж и моя квартира.

*Здесь используется слово 发小, что означает близкий друг детства, с которым человек вырос.

Ты не можешь скрыть, когда тебе кто-то нравится!

В отличие от аппартаментов Сун Юньжаня, которые занимали весь верхний этаж, в квартире, предоставленной Цинь Кэ, было только две спальни и одна гостиная.

Квартира Сун Юньжаню показалась слегка тесноватой.

- Вам принести воды? – Цинь Кэ попытался вывести своего гостя из анабиоза.

- Нет, я не хочу пить.

Сегодня вечером он слишком много выпил в баре, и теперь при малейшем движении явственно чувствовал булькающие звуки в своей голове.

Цинь Кэ нашел ему пару тапочек:

- Тогда проходите.

Сун Юньжань поджал губы и влез в тапочки. Вошел в гостиную и обнаружил, что жилое пространство Цинь Кэ оказалось неожиданно опрятным и чистым, в отличие от его дома, где он, как ураган, разбрасывал вещи во все стороны, а потом бежал из дома, как нашкодивший преступник. Если бы не домработница, он бы через пару дней и выбраться из своей свалки не смог бы.

Это тоже необходимое качество для главного героя?

Сун Юньжань презрительно хмыкнул. Да что в этом хорошего?

И сел на диван. Цинь Кэ принес две чашки воды и поставил их на кофейный столик. Сун Юньжань проигнорировал воду, положил руки на колени и выпрямил спину, приняв, как ему казалось, позу властного генерального директора.

Цинь Кэ сел рядом с ним:

- Не нервничайте.

Сун Юньжань нахмурился. С чего бы ему нервничать?

Поднял глаза и увидел свое отражение в телевизоре, висящем напротив дивана.

Он выглядел как первоклассник в свой первый день в школе, который боится, что учитель отругает его, если он будет сидеть неправильно.

- Тц.

Сун Юньжань поспешно изменил позу, неумело скрестив ноги и откинувшись на спинку дивана:

- Говори, что хочешь сказать, не трать мое время.

Они знали друг друга уже достаточно продолжительное время, и Цинь Кэ мог по голосу Сун Юньжаня судить о его настроении.

Например, недовольный тон и грубые слова означали, что Сун Юньжань хочет выглядеть свирепым и жестким.

Но его лицо в это время было таким безобидным. Кого вообще можно напугать таким «свирепым» лицом?

Цинь Кэ мягко спросил:

- Вы давно не были в компании?

Сун Юньжань усмехнулся:

- Кто ты такой, чтобы об этом спрашивать? Почему тебя волнуют мои дела? Это моя компания, я купил ее. Хочу - хожу на работу, хочу – не хожу. Захочу – уволю вас всех.

- Похоже, вы в плохом настроении.

Сун Юньжань жалобно заныл в душе. Если бы ты был на моем месте, у тебя тоже было бы такое настроение.

- Да, у меня плохое настроение. Поскольку тебя содержит компания, можешь порадовать своего босса и рассказать анекдот.

Цинь Кэ бросил на Сун Юньжаня беспомощный взгляд. Тому тут же стало стыдно.

Ах, я такой плохой.

Он с сожалением вздохнул. Унижать, пользуясь своим положением, так низко. Куда делось ощущение счастья? Почему я веду себя, как злодей из романа?

Но слова уже были сказаны, он не мог взять их обратно.

Ему ничего не оставалось, как надуться и молчать.

Цинь Кэ посмотрел на его надутые щечки и с трудом подавил порыв ткнуть в них пальцем.

- Вы голодны?

- ??? - Сун Юньжань удивленно повернул голову.

Ты вообще слышал меня?! Я же только что унизил тебя!

Использовал свою власть, чтобы так возмутительно унизить тебя!

Цинь Кэ спокойно ответил:

- Да, я слышал вас. Так вы хотите есть?

До этих слов Сун Юньжань и не думал о еде. Теперь же почувствовал себя очень голодным.

Утром у него не было настроения есть, и он, не позавтракав, отправился к Хэ Цзыю играть в игры.

Излишне говорить, что все закончилось чередой поражений. Это так его разозлило, что он и не вспомнил о еде.

После игры Хэ Цзыю потащил его в бар.

Закуски там ему показались не аппетитными, он пару раз что-то укусил и больше к ним не прикасался. Отдав все силы алкогольным напиткам.

Пустой желудок высказался о дискомфорте громким урчанием.

С невозмутимым лицом Сун Юньжань поинтересовался:

- У тебя есть что-нибудь поесть?

Цинь Кэ улыбнулся:

- Я приготовлю вам лапшу быстрого приготовления.

- Лапшу быстрого приготовления? Издеваешься? -  недовольно пробормотал Сун Юньжань. – Это все, что ты можешь предложить?

Цинь Кэ встал и пошел на кухню:

- Больше ничего нет. Я был в отъезде, мой самолет приземлился сегодня в 23:00. Не сердитесь. Дома есть только лапша быстрого приготовления, придеться есть ее, господин Сун.

Сун Юньжань слишком долго отсутствовал на работе и понятия не имел, чем в последнее время был занят Цинь Кэ.

После тщательного обдумывания он сумел выделить ключевую информацию.

Дорога от аэропорта до их дома занимает полчаса.

Поэтому логично предположить, что Цинь Кэ вернулся домой около половины двенадцатого, что соответствовало пропущенным звонкам на его телефоне.

Значит, следующие два часа Цинь Кэ не спал и ждал его возвращения?

Почему?

Сун Юньжань одернул себя – опять он слишком много думает. И медленно поплелся на кухню.

Цинь Кэ только поставил кастрюлю на плиту.

Сун Юньжань замер посреди кухни. Цинь Кэ обошел его и достал из шкафа упаковку лапши, затем опять обогнул его и открыл холодильник, чтобы достать яйца.

Свет из холодильника упал на его лицо, осветив след усталости в его глазах.

Было очевидно, что он не отдохнул после долгого путешествия.

Сун Юньжань крепко сжал губы и с деланным равнодушием напомнил Цинь Кэ:

- Будь осторожен, не сожги кухню.

Цинь Кэ замер. Нужно было только поджарить яйцо. Как он мог сжечь кухню?

Он на мгновение задумался и заинтересованно уточнил:

- Вы когда-нибудь поджигали кухню?

- Не смотри на меня свысока. Конечно, нет!

Сун Юньжань умчался в гостиную и решительно уселся за обеденный стол, решив не признаваться в своих старых грехах.

Приготовление лапши не заняло много времени.

Цинь Кэ вышел с миской лапши и удивился стоящей тишине. Сун Юньжань, как пай-мальчик, сидел за столом и ждал, когда подадут еду.

Цинь Кэ поставил перед ним миску с лапшой и хотел предупредить: «Ешьте осторожно, она горячая», но Сун Юньжань в то же мгновение схватил палочки и нетерпеливо набросился на лапшу.

- М-м-м! %…(@#$…

Сун Юньжань выпучил глаза и широко открыл рот, не в силах что-то сказать.

Цинь Кэ прислонился к столу, не зная, смеяться ему или плакать:

- Слишком горячо? Все в порядке, просто выплюньте.

Сун Юньжань энергично закачал головой.

Такое неизящное поведение совершенно не соответствует его статусу.

Он с трудом проглотил горячий ком и сделал глоток холодной воды, которую подал ему Цинь Кэ.

Усвоив урок, он потянул лапшу палочками и несколько раз подул на нее, прежде чем засосать ее.

Лапша быстрого приготовления была острая и кислая. И очень вкусная. Сун Юньжань, который был слишком голоден, смёл полтарелки за один присест, потом перешел к яичнице.

Он должен был признать, что кулинарные навыки Цинь Кэ были на высоте.

Яичный белок был хрустящим, а из желтой сердцевины, если в нее потыкать, медленно вытекала нежная золотистая масса.

Сун Юньжань прокомментировал:

- Лапша была приготовлена так себе, а яйца прожарены идеально.

- Поджарить вам еще? - спросил Цинь Кэ.

Сун Юньжань нахмурился:

- Ты хочешь, чтобы я объелся?

Он доел последний кусочек яичницы и облизнул губы:

- Можешь поджарить еще два?

В глазах Цинь Кэ появилась улыбка:

- Боюсь, что нет.

Сун Юньжань поднял глаза:

- Тебе жалко, что ли?

- Совсем нет.

Цинь Кэ посмотрел в его сияющие глаза:

- В доме осталось только одно яйцо.

-… О, тогда ладно, - разочарованно пробормотал Сун Юньжань, смутившись, что опустошил холодильник Цинь Кэ.

Вскоре ему на фарфоровой тарелке принесли вкуснейшее поджаренное яйцо.

Сун Юньжань смиренно поинтересовался:

- Я все съел. Ты остался голодным?

- Нет, я поел в самолете.

Сун Юньжань радостно улыбнулся и тут же забросил аппетитную яичницу в желудок.

После еды он решительно отнес посуду на кухню и присел перед посудомоечной машиной, изучая кнопки на ней.

Цинь Кэ подошел, загрузил грязную посуду в посудомоечную машину вместе с кастрюлей и сковородкой и нажал какую-то кнопку.

Звук работающей посудомоечной машины был отчетливо слышен в утренней тишине.

Они молча слушали журчащие звуки. Первым нарушил тишину Цинь Кэ:

- Вы больше не злитесь?

Сун Юньжань собирался сказать «да», но замер.

Он же явился сюда, чтобы сразиться с Цинь Кэ. Как так случилось, что он съел всю еду в доме Цинь Кэ, а гнев в его сердце рассеялся?

Не успел он ответить, как Цинь Кэ добавил:

- Я слышал от Чэнь Цзин, что вас долго никто не видел в компании, и все очень скучают по вам.

- Я этому не верю, - фыркнул Сун Юньжань.

Цинь Кэ усмехнулся:

- Правда, я не вру.

Сун Юньжань опустил ресницы, печаль, которую на время поглотили два идеально поджаренных яйца, снова охватила его.

Он посмотрел на мигающие огоньки на дисплее посудомоечной машины:

- Не думай, что я не знаю, что они не видят во мне президента и совсем меня не боятся. Они все думают, что я бездельник, и что мне просто случайно повезло увернуться от ловушки «Уравнения любви».

Странное чувство вспыхнуло в сердце Цинь Кэ.

Он думал, что беззаботный Сун Юньжань и не замечал таких тонкостей.

Но оказалось, что он все чувствовал. И грустил по этому поводу.

- И ты тоже.

Сун Юньжань медленно присел на корточки, обнял колени и положил на них подбородок:

- Когда я засомневался, что ты сможешь получить роль, ты, должно быть, мысленно посмеялся надо мной.

Голос Цинь Кэ понизился на несколько градусов:

- Нет.

Словно не расслышав ответ, Сун Юньжань продолжил тихо бормотать себе под нос:

- Я все обдумал. Я больше не собираюсь быть президентом. В любом случае, в компании есть помощник Тан, так что ничего не изменится, если я уйду.

- Как это не изменится? – не согласился Цинь Кэ. - Он не такой, как вы.

Сун Юньжань самоуничижительно улыбнулся:

- Разве он не больше похож на президента?

Глаза Цинь Кэ потемнели:

- Разве есть прописанные правила, как должен выглядеть президент? У вас есть свои собственные идеи и свой стиль ведения дел. Никто другой не сможет заменить вас. Вы очень важны для компании.

- Я важен для компании…? - Сун Юньжань скептически скривил губы и посмотрел на Цинь Кэ.

- Чэнь Цзин сказала, что все актеры, которых вы выбрали, имеют большой потенциал. И сценарии, которые вы купили, тоже очень хорошие. Хорошие сценарии и хорошие актеры - объединив их, компания сможет выпускать собственные шедевры. Вы взяли компанию под свой контроль всего чуть больше двух месяцев назад, а она уже сделала больше, чем за предыдущие пять лет своего существования.

Когда Сун Юньжань услышал это, то подумал, что в этом есть смысл.

Цинь Кэ налил себе стакан воды.

Пока пил воду, Цинь Кэ не отводил глаз от Сун Юньжаня.

Сун Юньжань не видел нижнюю часть лица Цинь Кэ, ее перекрывала его рука и стакан.

Он видел только глаза Цинь Кэ, темные, как чернила. Они смотрели на него как глубокая ночь, излучая и делясь с ним своей уверенностью.

После недолгого молчания Цинь Кэ продолжил:

- Для меня вы заслуживающий доверия человек. Я уверен, что и остальные люди в компании относятся к вам так же. Просто вы слишком милый, поэтому люди вас не боятся.

- Я уже взрослый, - неловко поправил его Сун Юньжань, - не надо постоянно повторять, что я милый.

Цинь Кэ звонко засмеялся:

- Но я и в самом деле считаю, что вы милый. И в этом ваше преимущество. Это означает, что вы не только красивы, но и обладаете приятным характером. У вас есть талант, которым не всякий может похвастаться.

Сун Юньжань не ожидал, что Цинь Кэ будет его так нахваливать.

Его щеки предательски покраснели. Он притворно откашлялся:

- По-твоему, я действительно нравлюсь своим сотрудникам?

Цинь Кэ поставил стакан с водой, присел рядом с ним и четко озвучил свой риторический вопрос:

- Разве вы можете не нравиться?

Сун Юньжань остолбенел, какая-то мысль промелькнула в его голове, но прежде чем он успел за нее уцепиться, раздался звуковой сигнал, сообщая о завершении процесса.

Цинь Кэ встал, бросив напоследок:

- Легко заставить людей бояться, но трудно заставить их полюбить вас. Вы сделали это! И все еще утверждаете, что не можете быть хорошим президентом?

Сун Юньжань нерешительно приподнялся, в глубокой задумчивости глядя в спину Цинь Кэ.

На Цинь Кэ была тонкая рубашка.

Когда он наклонился, чтобы вытащить из посудомоечной машины чистую посуду, рубашка натянулась, продемонтрировав стройные мышцы его спины. Резко выступили лопатки, пронзая глаза своими четкими линиями и притягивая к себе  внимание.

Сун Юньжань вспомнил все последние недоразумения. Внезапно всему появилось разумное объяснение.

Почему Цинь Кэ отверг опытных агентов одного за другим? Почему Цинь Кэ поехал спасать его от чужих фанатов? Почему Цинь Кэ не спал после утомительного перелета, ожидая его возвращения? Почему он утешает его?..

Сун Юньжань сжал кулаки:

- Значит, тебе я тоже нравлюсь?

- Да, - признался Цинь Кэ.

- …

Я всё понял!

Сун Юньжань наконец-то понял, почему все думали, что у него был роман с Цинь Кэ.

Разве в фильмах не также?! Разве вы можете скрыть, когда вам кто-то нравится!

А ведь ты, Сун Юньжань, в прошлой жизни был актером. Почему же в этой ты уступил проницательности помощника Тана, Шэнь Ии и даже Хэ Цзыю? Ты даже не заметил микровыражений на лице Цинь Кэ!

Но если хорошенько подумать, неудивительно, что Цинь Кэ привлек такой выдающийся человек, как он.

И что нам с этим делать?

Он просто хотел быть отцом Цинь Кэ, а Цинь Кэ хотел быть его… парнем?

Сун Юньжань растерялся. Он никогда не был влюблен, хотя снялся не в одной любовной сцене и знал, что быть парой - значит держаться за руки, целоваться и заниматься любовью.

Заниматься любовью?!

Мозг Сун Юньжаня громко зажужжал, его взгляд неконтролируемо замер на сильной, тонкой талии Цинь Кэ, жар окрасил его пунцовые щечки.

Нет, нет, нет.

Он, как погремушка, затряс головой. И, прогнав пошленькие фантазии, заметил, что Цинь Кэ обернулся и как-то излишне пристально посмотрел на него.

Брови Цинь Кэ резко изогнулись:

- У вас такое красное лицо. У вас аллергия на яйца?

Тихий голос и теплое дыхание коснулись его ушей. Сун Юньжань растерялся до потери сознания.

- Не подходи ближе! - он оттолкнул от себя Цинь Кэ и, не дожидаясь реакции, не оглядываясь, выбежал из кухни, направляясь к входной двери.

Цинь Кэ последовал за ним:

- Да что с вами не так?

- Все в порядке, просто стой и не двигайся!

Сун Юньжань выкрикнул любимую присказку своего отца. Мысли его путались, он не мог ни на чем сосредоточиться, даже переобуться толком не смог, схватил стоявшие у входа кроссовки, открыл дверь и, не поворачиваясь, тихо пробурчал:

- Я ухожу, спокойной ночи!

Дверь с грохотом захлопнулась.

Цинь Кэ:

- …

- ???

Сун Юньжань на одном дыхании взбежал по лестнице до своего этажа. Его ладони так вспотели от напряжения, что он с трудом смог открыть замок.

Зайдя в квартиру, он бросил на пол кроссовки. Сердце бешено колотилось.

Так, надо успокоиться.

Он бормотал эти слова снова и снова. Затем дрожащей рукой достал свой телефон, открыл сайт вопросов-ответов и стал печатать:

【Что делать, если ребенок влюбился в своего отца?】

Результаты поиска: [Ты еще смеешь корчить из себя несчастного? Ты так отвратителен! У тебя хватает наглости спрашивать об этом?! Ох, я несчастный, помогите мне! На твоей могиле не хватает кирпичей, что ли?]

Сун Юньжань:

- …

Ой, я забыл, они же с Цинь Кэ на самом деле не отец и сын.

Он снова стал набирать: [Что делать, если мой друг хочет построить со мной отношения? 】

Результаты поиска:【Он - красивый? Если красивый, пришли мне его контакты. Я сама позабочусь о нем.】

- …

Пальчики опять забегали по клавиатуре:

[Что делать, если мой сотрудник влюбился в меня?]

Результаты поиска: [Капиталисты, идите вон! Мало вам использовать труд своих подчиненных, так вы еще хотите властвовать и над их телами! Проткните свою грудь и посмотрите, не почернело ли ваше сердце.]

Сун Юньжань итак был на последнем издыхании, а тут его еще и отругали без причины.

К счастью, он все-таки наткнулся на один полезный ответ.

[Если он тебе не нравится, держись от него подальше].

- Вот оно! – радостно хлопнул в ладоши Сун Юньжань.

Почему он не подумал об этом? Ему просто следует держаться от Цинь Кэ подальше.

Блин, на его ногах все еще тапочки Цинь Кэ…

Сун Юньжань нахмурился, чуть поколебался, переобулся и на цыпочках спустился вниз.

Выглянул из-за двери, ведущей с лестницы в коридор, огляделся, тихо, как опытный вор-домушник, приблизился к двери в квартиру Цинь Кэ и осторожно поставил прямо перед ней позаимствованные тапочки.

В это же время зазвонил телефон Цинь Кэ.

Камера у двери в его квартиру была подключена к его мобильному телефону. Если кто-то подходил к его двери, фотография посетителя автоматически отправлялась на телефон.

Цинь Кэ щелкнул по экрану, увидел изображение и подключился к камере.

Вот в кадре появился изнуренный, словно белка, вышедшая из спячки, Сун Юньжань, тихонько огляделся и, встав на цыпочки и странно изогнув спину, подкрался к его двери…

… бросил тапочки и быстро убежал.

- …

Цинь Кэ пересмотрел видео еще три раза. Его тонкие губы слегка изогнулись в усмешке, кончики пальцев нажали на кнопку «сохранить».

На следующий день Сун Юньжань торжественно прибыл в свою компанию. Его ждал теплый прием.

Начиная со швейцара, все, кто его видел, тепло приветствовали его:

- Господин Сун, давно не виделись!

- Наконец-то вы пришли!

- Вы скучали без меня? - Сун Юньжань был вне себя от радости.

- Конечно, скучали. Даже цветы у входа завяли, когда вы перестали приходить в компанию.

- Не лгите, - Сун Юньжань не мог сдержать улыбку. - Я только что с улицы. Цветы также пышно цветут, как и прежде.

Он шагнул вперед, и его тут же окружила группа девушек:

- Господин Сун, это закуски, которые мы купили. Хотите попробовать?

В прошлом Сун Юньжань никогда бы не стал принимать закуски от своих подчиненных, не желая терять властный вид начальника.

Но вчера Цинь Кэ сказал, что он очень нравился всем сотрудникам компании, поэтому он решился и принял поданное ему солодовое печенье. Разорвал упаковку и откусил, весело подмигнув:

- Очень вкусно, - и тут же уточнил. - Что за фирма? Попрошу помощника Тана купить такое для сотрудников компании.

Девушки переглянулись и стали сувать ему и другие закуски:

- Если понравилось, возьмите все!

- Нет, это нехорошо.

- Все в порядке, все в порядке, мы просто хотим, чтобы вы просто улыбнулись нам!

А самая смелая девушка с улыбкой заявила:

- С таким начальником, как вы, мы будем работать еще усерднее, не будьте таким вежливым.

- Тогда спасибо.

Сун Юньжань в оцепенении взял горку закусок и направился в свой кабинет.

Если бы он не поторопился, то услышал бы еще много приятного для себя.

- Аааа! Он съел, он действительно съел!!!

- Как я хочу родить такого же ребенка, как господин Сун. Госпожа Бай и господин Сун, пожалуйста, напишите книгу о воспитании своего сына. Я готова встать на колени и умолять вас об этом.

- Вы заметили, что босс Сун очень похудел? Он плохо питается?

- Точно. Ох, я так переживаю за него.

Когда Сун Юньжань прибыл в компанию, помощник Тан проводил совещание и не мог видеть это грандиозное событие.

Когда встреча закончилась, и он вошел в кабинет президента, то был шокирован количеством закусок, заполонившим весь президентский рабочий стол.

- Господин Сун, это…?

Сун Юньжань высунул голову из-за кучи закусок:

- Это все подарки сотрудников. Хотите?

Помощник Тан покачал головой:

- Нет, спасибо, - он не смог удержаться от вопроса. - Почему они дали вам эти закуски?

Сун Юньжань беспечно отмахнулся:

- Конечно, потому, что я им нравлюсь, - сделал паузу и с гордостью продолжил. –Кое-кто сказал, что хороший президент – это тот, кто по-настоящему нравится своим сотрудникам.

Вы уверены, что закуски это доказывают?

Помощник Тан прищурился. Как-то все это больше напоминало кормление…

…  милой зверюшки?

Из осторожности он не стал озвучивать свои мысли и только уточнил:

- Это сказал Цинь Кэ?

Лицо Сун Юньжаня внезапно потемнело:

- Не спрашивайте о том, о чем не следует спрашивать.

Когда он подумал о Цинь Кэ, у него тут же разболелась голова.

Теперь Цинь Кэ подопечный Xinghe Entertainment, и в будущем он станет самым многообещающим артистом компании.

И что теперь ему делать? Как сохранить взаимовыгодное сотрудничество с Цинь Кэ и достичь великой цели?

Помощник Тан не знал, что его босс мучился неразрешимым вопросом, и продолжил свой отчет о деятельности компании за время отсутствия Сун Юньжаня.

Сун Юньжань приободрился.

Два сценария Чжун Сяофэна уже пустили в дело. Продюсерский отдел связался с режиссерами, которые, ознакомившись со сценариями, выразили готовность к сотрудничеству. Осталось только сделать верный выбор подходящих режиссеров.

- Чжун Сяофэну нелегко будет адаптировать сразу два сценария, - Сун Юньжань озадаченно подпер рукой подбородок. – Пусть продюсерский отдел подберет пару надежных сценаристов ему в помощь.

- Команда сценаристов уже сформирована.

Сун Юньжань одобрительно улыбнулся:

- Продолжайте.

- Что касается претендентов на главные роли, то мы пока выбираем из числа подопечных компании. Предварительный список уже отправлен на вашу электронную почту.

Сун Юньжань в последние дни ленился и вообще не открывал свой почтовый ящик.

- Я посмотрю его позже, - прошептал он.

Помощник Тан понимающе улыбнулся:

- Ну, торопиться некуда. К тому же «Свадьба и похороны» уже вышли на финальную стадию. Как думаете, нам самим заняться распространением и продвижением этого фильма?

- А вы как думаете?

- Думаю, это не станет большой проблемой.

После того, как стало известно об участии Цинь Кэ в «Дороге Цзянху», значительно возросло и внимание к его предыдущей работе в «Свадьбе и похоронах». Несколько кинотеатров уже проявили интерес.

- Тогда давайте сделаем это сами, - сказал с улыбкой Сун Юньжань. - Присмотрите за этим.

Помощник Тан согласно кивнул и нерешительно поинтересовался:

- Господин Сун сегодня в хорошем настроении?

- Я?

- Вы сегодня много улыбаетесь, не боитесь, что все это заметят?

Сун Юньжань пожал плечами:

- Пусть видят.

С тех пор, как он присоединился к Xinghe Entertainment, каждый день ему приходилось на работе строить серьезную мину, а потом дома массировать застывшие мышцы лица, чтобы предотвратить их некроз.

Ах, как трудно притворяться крутым. После вчерашнего разговора с Цинь Кэ он решил отпустить себя.

- Хорошо, - кивнул помощник Тан.

На самом деле, ему и самому надоело ежедневно лицезреть бесстрастное выражение лица Сун Юньжаня.

Закончив отчет, помощник Тан уточнил:

- Если больше нет вопросов, я, пожалуй, пойду.

Сун Юньжань задумался:

- Вы сказали, что новость о том, что Цинь Кэ сыграет в «Дороге Цзянху» главную роль уже распространилась?

Помощник Тан подтвердил:

- Да. Чэнь Цзин подписала его на две рекламные акции, ведутся переговоры и о других вариантах сотрудничества.

- Понятно.

Сун Юньжань отпустил помощника Тана и сел за свой стол, чтобы все обдумать.

Тан Мин - самый известный режиссер Китая, и получить главную роль в его фильме – все равно, что получить пригласительный билет на Олимп индустрии развлечений.

В прошлой жизни, до того, как Цинь Кэ получил травму и был вынужден покинуть съемки, у его порога постоянно выстраивалась очередь желающих поработать с ним. Что же будет сейчас, когда он претендует на главную роль? Этот фильм – просто легкая закуска перед шикарным пиром!

Справится ли Xinghe Entertainment с такими нагрузками, продвигая своего драгоценного подопечного?

Он открыл свою почту и прочел список актеров, предложенных для теледорам, присланный помощником Тан. Всё, как он и предполагал. Отослал свое одобрение и предложил увеличить штат необходимых сотрудников.

Завершив свои дела, Сун Юньжань открыл Weibo, которым последние дни пренебрегал, и был шокирован – как же все изменилось всего за несколько дней!

Новая компания, с которой подписал контракт Фан Чжоу, разместила на Weibo сообщение, приветствующее его в их новой семье. Чу Сяочэнь, подвергшийся публичной критике, не выдержал давления и, извинившись, объявил о завершении карьеры. А у Цинь Кэ, еще недавно неизвестному в мире шоу-бизнеса, появился фан-клуб.

Фан-клуб был пока не слишком многочисленный. Всего несколько секций.

После недолгого колебания Сун Юньжань открыл первый пост.

Это было видео из-за границы, где Цинь Кэ посещает магазин известного бренда.

Должно быть, снятое его фанатами. В стеклянной витрине магазина отражалась небольшая групка людей с плакатами с именем Цинь Кэ. Всякий раз, когда Цинь Кэ подходил к витрине, из толпы вырывались восторженные крики.

Сун Юньжань перешел к следующему видео - интервью в прямом эфире.

И был сражен.

Интервьюер был низенького роста и снимал высокого Цинь Кэ снизу. К счастью, костная структура Цинь Кэ не подвела – даже при таком ракурсе он смотрелся как настоящий красавчик.

Вскоре камеру приподняли, и интервью потекло в привычном режиме.

Первые вопросы были банальны.

Цинь Кэ с легкостью отвечал на них. В своем светлом костюме он выглядел элегантно, как благородный джентльмен.

Сун Юньжань не мог не вспомнить, что в той своей жизни, когда он только начинал свой путь артиста, он всегда терялся на интервью.

Каждый раз, когда вспыхивала вспышка, он невольно прикрывал глаза.

Восемьдесят процентов его уродливых фотографий были сделаны именно в этот период.

Возможно, Цинь Кэ был артистичен уже при рождении.

Сун Юньжань отломил кусочек шоколадки, закинул его в рот и собрался было выключить видео.

И в этот момент услышал вопрос репортера:

- Наших зрителей очень интересует, не собирается ли президент Xinghe Entertainment Сун Юньжань поведать нам какую-нибудь неожиданную новость. Не знаете, какие у него планы на этот счет?

Сун Юньжань вскипел. Какого черта?!

Вы что, думаете, что он основал компанию, чтобы искоренять недуги индустрии развлечений?

Цинь Кэ, не торопясь, ответил:

- У господина Сун всегда есть идеи. Я не могу говорить от его имени.

Тут же последовал следующий вопрос:

- Вас не расстраивает, что у вас такой импульсивный босс?

По губам Цинь Кэ пробежала легкая улыбка. Он поднял глаза и посмотрел прямо в камеру.

Из-за возникшего эффекта «глаза в глаза» у Сун Юньжаня перехватило дыхание.

- Почему меня должно это беспокоить? – в голосе Цинь Кэ прозвучало искреннее удивление. - Я присоединился к Xinghe Entertainment, именно потому, что искренне восхищаюсь господином Суном.

Репортер многозначительно переспросил:

- Вы присоединились к Xinghe Entertainment именно из-за него?

Цинь Кэ без малейшей задержки подтвердил:

- Можно и так сказать.

- !!!

Сун Юньжань замер, прикусив шоколадную дольку.

Сладость расплылась по всей слизистой, он нервно сглотнул. Его сердце переполняло отчаяние.

Что значит, ты присоединился к Xinghe Entertainment из-за меня?

Мое обаяние настолько разрушительно? Цинь Кэ не смог устоять передо мной?

За что мне эта головная боль?!

Как беззаботный маленький принц.

Это не правильно.

Он же дебютант, как он может так вызвающе себя вести в прямом эфире?

Что это за сопливая романтика?

Сун Юньжань был убит горем.

Этот аккаунт Weibo – всего лишь место для сплетен. Реальной информации на нем – ноль.

Ладно, проехали.

Сун Юньжань сохранил себе в папочку несколько красивых фотографий своего проблемного подопечного и прокрутил сообщения. Его внимание привлек новый пост в Weibo.

[Кто-нибудь! Подтвердите - это действительно был Цинь Кэ?]

Ниже было прикреплено несколько кадров, возможно, вырезанных из видео, снятого на мобильный телефон.

Качество изображения было довольно размытым, должно быть, съемка велась ночью и в движении. Сун Юньжань щелкнул на первый кадр: в нижнем правом углу была видна расплывчатая бегущая фигура.

Что это за паническое бегство?!

Что за преступление совершил этот человек, что так рьяно смывается с места преступления? Его что, преследует полиция?

Сун Юньжань хитро усмехнулся. Какой прекрасный кадр, чтобы поиздеваться над Цинь Кэ.

Вдруг что-то знакомое проклюнулось в окружающей среде. Он видел этот район раньше?

Он отмахнулся и перешел к следующему фото.

Кадр оказался еще более таинственным – композиционный трагизм ситуации на лицо!

Справа - «разыскиваемый беглец» с какой-то надеждой на спасение тянет руку, слева – в его сторону смотрит мужчина на черном мотоцикле, лица не видать, его закрывает мотоциклетный шлем.

Улыбка тихо сползла с лица Сун Юньжаня.

Подождите, что за черт!

Он увеличил изображение и несколько секунд всматривался в бегущего человека.

Блин, да это же я!

Это же сцена из его побега от фанатов Чу Сяочэня, когда они заблокировали его в  Xinghe Entertainment!

Вот почему это здание показалось ему таким знакомым.

Это же Xinghe Entertainment!

Что происходит с фанатами? Мало того, что вы блокируете людей, так вы еще и снимаете их на телефоны!

Сун Юньжань был так зол, что его голова, казалось, вот-вот взорвется! Настроение смотреть следующие снимки тут же пропало. Он перешел на домашнюю страничку блогера. Щелкнул мышкой и застыл.

Этот блогер оказался дотошным педантом.

Он не только выяснил марку и модель мотоцикла Цинь Кэ, но и, исходя из высоты этого транспортного средства, определил рост мотоциклиста. Потом отыскал на официальном сайте Xinghe Entertainment данные роста Цинь Кэ и торжественно объявил - таинственным мотоциклистом в тот день, несомненно, был Цинь Кэ.

[Рост совпадает, телосложение похожее. Думаю, это точно этот братишка.]

Сун Юньжань усмехнулся: какой он тебе братишка?!

И полез в комментарии – щас посмотрим, что за монстры там собрались.

Дверь в мир хулиганствующих призраков распахнулась:

[Этому расследованию можно верить?]

[Кто еще держится так царственно, как Цинь Кэ?!]

[Он так хорошо смотрится рядом с Жаньжанем! И он присоединился к Xinghe Entertainment ради Жаньжаня. Какая трогательную любовь!]

[Маленькая звезда и грозный генеральный директор? Хороший CP.]

- …

И что в этом такого хорошего?

Ребята, откуда у вас столько энергии?

Какая трогательная любовь?..

Блин, Сун Юньжань тут же вспомнил, как Цинь Кэ смотрел на него вчера вечером.

Его лицо вмиг покраснело.

Так раздражает.

У Сун Юньжаня руки чесались поймать этого негодника Цинь Кэ и преподать ему урок не разбрасываться «любящими» взглядами направо и налево!

В то время, как президент Сун разбирался с непростой любовной интригой, Цинь Кэ прибыл в школу боевых искусств.

Тан Мин, режиссер «Дороги Цзяньху», был режиссером требовательным. И при подписании контракта настоял, чтобы в нем было четко прописано - все боевые сцены актеры должны выполнять сами, кроме тех, что имеют высокий фактор риска.

По этой причине съемочная группа и наняла профессиональных тренеров по боевым искусствам.

У школы Цинь Кэ столкнулся с Чэн Цзямином, который тоже приехал на тренировку, и кивнул ему в знак приветствия.

Чэн Цзямин поплелся за ним:

- Какое совпадение, не ожидал встретить здесь тебя.

Цинь Кэ оглянулся:

- Разве уже не объявлены все участники?

Подразумевалось, что о его присоединении к команде уже было давно объявлено, так зачем притворяться, что не знаешь об этом?

Лицо Чэн Цзямина застыло, ехидная усмешка растворилась в непроизвольном оскале.

Хотя все и говорили, что Цинь Кэ был лучшим учеником в классе, Чэн Цзямин никогда в это не верил. Лучшим опровержением этой истины было то, что он, Чэн Цзямин, сразу же после окончания киношколы подписал контракт с уважаемой Wancheng Film and TV, а Цинь Кэ только в этом году прибился к более мелкой Xinghe Entertainment.

Кто же знал, что колесо фортуны вдруг так резко крутанется в сторону Цинь Кэ, неожиданно подарив ему главную мужскую роль в «Дороге Цзянху».

Чэн Цзямин вспомнил званый ужин, организованный Чжун Сяофэном, и порадовался, что Цинь Кэ не услышал его тогдашние хвастливые речи. Вот это была бы пощечина!

Он передернулся. Никакой теплоты к своему бывшему однокурснику он не испытывал.

Если бы Чэн Цзямин мог мыслить рационально, то заметил бы, что последний год Цинь Кэ вообще редко обращал на него внимание. Ни при встречах, ни в телефонной болтовне с приятелями по киношколе. И никак не реагировал на его бахвальство.

Цинь Кэ действительно не хотел иметь ничего общего с Чэн Цзямином.

Он не забыл, почему в прошлой жизни ему пришлось отказаться от съемок в «Дороге Цзяньху», поэтому после своего перерождения старался держаться от Чэн Цзямина на расстоянии.

Сейчас он вместе со своими партнерами по съемкам стоял на тренировочной площадке и ждал тренера.

Актер, получивший вторую главную мужскую роль, обратился к Цинь Кэ с предложением:

- Вы – главный герой, почему бы вам не встать в центре?

Цинь Кэ вежливо улыбнулся:

- Все в порядке, в этом нет необходимости.

Его никогда особо не волновали статусные мелочи.

Но брошенные слова вдруг напомнили ему о церемонии награждения из прошлой жизни.

На той церемонии присутствовал и Сун Юньжань.

Цинь Кэ не мог вспомнить, во что был тогда одет Сун Юньжань, но почему-то прекрасно помнил, как свет, отразившийся от браслета на его руке, когда он получал награду, отразился в глазах Сун Юньжаня. Тот мило улыбнулся, изогнув брови, поднял свою награду и отсалютовал своим фанатам.

Как беззаботный маленький принц.

После церемонии награждения все отмеченные наградами артисты вышли на сцену для группового фото.

Цинь Кэ распорядитель поставил в центр. Сун Юньжаню досталось место рядом. И тот, проходя мимо него, споткнулся о подол юбки актрисы и всем телом впечатался в Цинь Кэ.

- Извините, извините! – залепетал Сун Юньжань, потом поднял глаза и тут же сменил извиняющийся тон на холодный, бросив короткое. - Пардон.

- Все в порядке, - Цинь Кэ помнил, что ответил ему именно так.

Сун Юньжань уклончиво отвел глаза, и, пристроившись рядом, тихо пробормотал: - Подумаешь, когда-нибудь и я займу это место.

И сжал кулаки, словно подбадривая себя.

Позже Сюй Пин, узнав об этом инциденте, так прокомментировал произошедшее:

- Сун Юньжань считает, что он выше неба (отсылка к китайской пословице «Как ни поднимайся вверх, а все выше неба не будешь»), и судьба его писана не на бумаге. Если бы не деньги его семьи, такого, как он, рано или поздно опустили бы на землю.

- А что в этом плохого? – не согласился Цинь Кэ. – Он живет свободно, ни под кого не подстраивается. Я ему очень завидую.

Сюй Пин засмеялся и не стал продолжать этот разговор.

Воспоминания Цинь Кэ внезапно перепрыгнули во вчерашний вечер. Он вспомнил, как Сун Юньжань сидел на корточках перед посудомоечной машиной и что-то уныло бормотал об одиночестве.

Оказывается, маленький принц не всегда так беззаботен и счастлив.

Цинь Кэ нахмурился. Он предпочел бы видеть Сун Юньжаня улыбающимся с ямочками на щеках, чем в таком подавленном состоянии.

Глядя на него, мир становился ярче.

Размышления Цинь Кэ прервало появление тренера.

Цинь Кэ оторвался от своих воспоминаний и сосредоточился на тренировке.

Первый день был посвящен простой базовой подготовке. Тренер, прикрепленный к Цинь Кэ, спустя некоторое время удивленно поинтересовался:

- Вы тренировались раньше?

- Немного.

Это было целую жизнь назад.

Тренер одобрительно кивнул:

- Очень хорошо. У тебя хорошее тело. Попрошу инструктора добавить тебе несколько сложных движений. Боевые сцены будут очень красивыми.

В этот момент донесся сердитый возглас другого тренера:

- Ты можешь уже сосредоточиться! Хватит глазеть на других!

Цинь Кэ повернулся.

Сцена была точно такой же, как и в его предыдущей жизни. Разгневанный тренер ругал Чэн Цзямина за то, что тот пялился во время тренировок в его сторону.

В том мире Цинь Кэ не замечал изменений в менталитете Чэн Цзямина и даже любезно утешал его.

Но сегодняшний Цинь Кэ просто равнодушно отвел глаза.

После тренировки актеры кряхтели и жаловались на суровость и требовательность тренеров.

- Режиссер Тан был моим любимым режиссером, но теперь он навсегда потерял это звание.

- Правда? Повтори-ка эту фразу, чтобы я мог записать ее и отправить ему?

- Нет уж, спасибо. Да у тебя и руки трясутся, как при болезни Паркинсона. Боюсь, телефон в руке не удержишь.

- Ага, не только у меня дрожат… хотя у Цинь Кэ, кажется, нет?

При этом комментарии все развернулись к Цинь Кэ.

Кто-то не удержался:

- Я только что слышал, как тренер хвалил тебя. Ты раньше тренировался?

Цинь Кэ пришлось в очередной раз соврать:

- Немного.

- Вот, я же тебе говорил, - бросил своему спутнику Чэн Цзямин и с мрачным выражением лица посмотрел на Цинь Кэ. – Наверняка ты уже знал движения, разработанные инструктором, и отработал их заранее, так ведь?

Все:

- …

Как-то трудно в это поверить.

Цинь Кэ поднял брови:

- Ты думаешь, такое возможно?

Все молча замотали головами. Это же не списывание на экзамене. Нет ничего постыдного в том, что у них не все получилось на первой тренировке.

В любом случае зрители увидят конечный результат только в кинозале на большом экране. Зачем загоняться и лезть поперед батьки в пекло?

Чэн Цзямин выдал хитрую усмешку:

- Я просто пошутил.

Цинь Кэ даже не посмотрел на него, пошел в раздевалку, переоделся и направился в холл, где его должен был ожидать новый назначенный компанией помощник.

По дороге до него донесся голос Чэн Цзямина:

- Ты такой наивный. Не знаешь что ли, кто его босс? Сун Юньжань - наследный принц группы Ningdong. Представляешь, сколько средств он потратил, чтобы протолкнуть своего подопечного в актерский состав? Думаешь, со своим статусом Цинь Кэ попал бы в команду прославленного мастера?

Что ответили Чэн Цзямину, осталось неизвестно. Но его тон стал еще более недовольным:

- Согласен, все компании продвигают своих артистов. Но тебе не кажется, что путь Цинь Кэ какой-то уж слишком гладкий? Он только недавно присоединился к Xinghe Entertainment и тут же получил главную мужскую роль в фильме режиссера Тана, да еще и в двух рекламах успел сняться. Думаешь, к другим своим подопечным в Xinghe Entertainment так же относятся?

Цинь Кэ поджал нижнюю губу. И почему Чэн Цзямина так это волнует? Сун Юньжань вряд ли даже предполагает, в чем его огульно обвиняют.

После недолгого размышления Цинь Кэ решил не раздувать пожар и не вступать в спор с Чэн Цзямином.

Это всего лишь небольшая сплетня. За свою прошлую жизнь Цинь Кэ пережил немало штормов. Конфликтовать по этому поводу как-то уж слишком по-детски. Лучше сохранять бдительность и остерегаться ловушек на съемочной площадке.

Он уже собрался уйти, как снова раздался голос Чэн Цзямина:

- Вот почему я сказал, что это ненормально. Между ними точно что-то есть. Какая-то теневая сделка, - Чэн Цзямин не заметил, что к нему кто-то приближался сзади, и продолжал кидаться грязью. – Посмотри, какой у Сун Юньжаня глупый взгляд. Пара моих однокурсниц - поклонницы его матери. Может, такие, как они, и тащатся от Цинь Кэ и зовут его папочкой в постели…

Прежде чем он успел договорить, в плечо Чэн Цзямина внезапно кто-то вцепился.

Он даже не успел закричать от испуга, как его впечатали в стену.

Чэн Цзямин поднял глаза. Увидев, кто стоит перед ним, его первой реакцией было бросить трубку.

Но Цинь Кэ сжал его запястье и заставил поднести телефон обратно к уху.

Потом холодно сказал:

- Давай, продолжай говорить, я тоже хочу послушать.

Автору есть что сказать:

Чэн Цзямин, хоть ты и злодей, но ты еще и пророк.

Гадский Weibo! У меня просто соскользнула рука!

Чэн Цзямин даже не смел дышать.

Цинь Кэ всегда вел себя сдержанно. Как бы его не провоцировали в прошлом, он просто бесстрастно уходил от конфликта.

А что сейчас? Боль в запястье показала ему, насколько зол Цинь Кэ. Очень зол.

Чэн Цзямин никогда раньше не видел, чтобы Цинь Кэ злился. С чего он вдруг так завелся? Губы сжаты в тонкую линию. И смотрит на него так презрительно, словно он, Чэн Цзямин, грязь под его ногами.

Так обычно смотрит звезда первой величины на неудачника-новичка, провалившегося на первом же экзамене.

- Ты, ты ослышался, - испуганно залебезил Чэн Цзямин. – Ты все не так понял. Мы же дружим уже много лет. Можешь отпустить меня?

Цинь Кэ еще сильнее сжал его запястье:

- Это не то, что я хочу услышать.

У Чэн Цзямина не было выбора, кроме как тихо проговорить в телефон:

- Я говорил чепуху. У Цинь Кэ и его босса нет никаких неуместных отношений. Извини, пожалуйста.

Человек на другом конце телефона:

- …

Я итак тебе не поверил… с чего ты вдруг извиняешься?

Цинь Кэ было противно.

Почему все повторяется? И в той, и в этой жизни это была всего лишь роль в фильме. Каким образом он смог перейти дорогу Чэн Цзямину? С чего тот вдруг нацелился на него?

В той жизни ему даже пришлось отказаться от этой многообещающей роли.

Если бы Сун Юньжань мог прочитать его мысли, он бы, конечно, мог ему все объяснить: «Глупый мальчишка, ты - главный герой. Принцы в сказках всегда проходят через разные испытания и предательства. Очнись! Где твой хваленный IQ?»

- Так нормально? - дрожащий голос Чэн Цзямина прервал его мысли.

Цинь Кэ отпустил его руку и небрежно бросил:

- Убирайся.

Чэн Цзямин тут же рванул прочь. Как вместе с изменением статуса Цинь Кэ изменился и его характер! В будущем нужно быть осторожнее.

Внезапно Цинь Кэ тихо позвал его:

- Чэн Цзямин.

Чэн Цзямин с опаской обернулся:

- Что-то еще?

Сказал и тут же захотел отхлестать себя по щекам за свой подобострастный тон.

Цинь Кэ холодно посоветовал ему:

- Берегите себя.

Чэн Цзямин остолбенел. Дрожь пробежала по позвоночнику и, достигнув висков, вонзилась в них яркой болью.

На какое-то мгновение ему показалось, что его мозг просветили какими-то чудодейственными лучами, обнажив все его грязные мысли.

Страх, зародившийся в распахнутом всем ветрам мозгу, быстро распространился по всем клеточкам его тела. Даже подошвы его ног затряслись от непонятной паники. Он с трудом сглотнул и, трясясь от страха, скрылся из глаз.

Вечером Цинь Кэ вернулся в верхний двор Сичэна.

Прежде чем выйти из машины, он обратился к своему помощнику Сяо Кэ:

- В съемочной группе есть актер по имени Чэн Цзямин. Он - мой однокурсник по колледжу. У нас с ним не очень хорошие отношения.

Сообразительный Сяо Кэ сразу все понял:

- Я понял. Сообщу в компанию. Попробуем вас оградить от дальнейших контактов с ним.

Цинь Кэ поблагодарил его, вышел из машины и через подземную парковку прошел к лифту.

Услышал чей-то крик «подождите минутку» и убрал палец от кнопки, отступив  в угол в ожидании.

- Спасибо…

В дверях появился Сун Юньжань. И замер.

Цинь Кэ:

- ???

Сун Юньжань сделал два глубоких вдоха, проклиная своего помощника. Зачем тот поселил Цинь Кэ в его доме?! Мало нам пересечений на работе, так и дома уже от него никуда не деться!

Так, успокойся! Мне просто нужно дистанцироваться от него.

Больше никаких ошибок!

Сун Юньжань отступил назад, решив покинуть лифтовую кабинку.

Губы Цинь Кэ дернулись, словно он пытался что-то ему сказать.

И тут тело Сун Юньжаня что-то сильно сжало с двух сторон. Ударило и сразу отпустило.

Сун Юньжань был застигнут врасплох:

- Ай!

Больно особо-то и не было. Просто нападение было таким неожиданным, что он взвился как испуганная курица.

- …

Цинь Кэ больше не мог этого терпеть, шагнул вперед и затащил своего босса в лифт, уводя его с места «обстрела» агрессивных створок дверей:

- Что вы там замерли?

Смущенный Сун Юньжань испуганно пролепетал:

- Я застрял в дверях.

- ...да, я видел.

- Ты не понимаешь, я снова застрял в лифте!

Сун Юньжань вспомнил неприятный эпизод сразу после своего перерождения. Тогда он хотел использовать силу денег, чтобы отрезать Цинь Кэ путь к славе. В наказание магическая сила романа на несколько дней заперла его в лифте.

- Почему все повторяется? - удивленно пробормотал он.

Роман не хочет, чтобы я держался от Цинь Кэ подальше?

И что это значит? Пушечное мясо не может отвергать чувства главного героя?

Цинь Кэ попытался все объяснить:

- Причина, по которой вы застряли в дверях, скорее всего, в том, что сенсорная система дверей неисправна. Нужно просто сообщить об этом администрации.

Сун Юньжань был в отчаянии. Цинь Кэ, видимо, считает его умственно отсталым. Их общение напоминает разговор курицы и утки.

Он покачал головой, не желая обсуждать эту проблему с Цинь Кэ, и нажал на кнопку своего этажа. С интересом посмотрел на сумку своего соседа – что там?  Но спросить так и не решился.

Что, если Цинь Кэ неправильно его поймет? Недоразумение между ними может повлиять на его доходы.

Когда лифт был на полпути к нужному этажу, Цинь Кэ неожиданно выдал:

- В сумке одежда и обувь для тренировок в школе боевых искусств, а также пара наколенников.

Сун Юньжань был удивлен - откуда он узнал, о чем я думаю?

Цинь Кэ повернулся к нему и с улыбкой спросил:

- Господин Сун, вам говорили, что все ваши мысли написаны на вашем лице?

Сун Юньжань обиженно поджал губы и вздернул подбородок.

- Это какая-то новая игра? Вы намеренно не разговариваете со мной?

- …?

Новая игра?

Сун Юньжань был огорошен. О чем это он?

Он откашлялся:

- Нет, я просто слишком устал.

Цинь Кэ посмотрел на его цветущий вид, не понимая, где тут прячется усталость.

Но из вежливости, выходя из лифта, посоветовал:

- Тогда берегите себя и хорошо отдохните.

Свет из коридора и тусклая лампочка в лифте отблеском отразились в его темных глазах, придав им особую многозначительную глубину. Легкая хрипотца в его голосе плюс эмоциональный посыл его красивых глаз – в итоге его нежный шепоток прозвучал как хрупкое признание в любви.

Двери лифта медленно закрылись.

В зеркальной стенке отразилось ошеломленное лицо Сун Юньжаня.

Цинь Кэ в самом деле заботится о нем? Иначе зачем он советовал ему хорошо отдохнуть?!

Что за всем этим крылось?

Почему он ведет себя, как тихий весенний (не забываем: в Китае все, что весеннее, связано с любовно-интимным) дождик?

Цинь Кэ, какая романтическая болезнь поразила твой мозг?

Сун Юньжань вернулся домой с тяжелым сердцем.

Домработница выглянула из кухни:

- Юньжань, ты вернулся?

- Да.

- Вымой руки и подожди немного. Ужин скоро будет готов. Мои деревенские родственники прислали мне две корзины местных яиц. Я приготовлю тебе из них яичницу.

- Яичницу?!

Все, что было связано с Цинь Кэ, сейчас действовало на Сун Юньжаня, как красная тряпка на быка:

- Я не хочу яичницу!

На лице тетушки расцвело удивление, так старички из прошлого века обычно пялятся на технологические новинки века типа мобильный телефон с тремя камерами и сканером отпечатка пальца.

- Ты же всегда любил яичницу?

С хрустящим белковым ободком и жидкой золотой сердцевинкой.

Сун Юньжань резко отказался:

- Она мне больше не нравится. С этого момента уберите яйца из моего меню.

- …Хорошо.

Тетушка в замешательстве вернулась к готовке, покачивая головой - молодой господин опять бунтует.

Сун Юньжань вымыл руки и, вернувшись в гостиную, замер перед окном во всю стену, любуясь городом под своими ногами.

На город уже опустилась ночь. Горели только уличные фонари, окна домов и редкие звезды на небе.

Любой успешный генеральный директор в такой обстановке задумался бы о захвате мира, вытеснении конкурентов из бизнеса, о…

А он стоит и думает… может мне переехать?

Но этот дом так удачно расположен - близко к компании, много разных магистралей рядом. Сун Юньжань совсем не хочет переезжать отсюда.

Устав искать выход из этой дурацкой ситуации, он достал телефон и решил утешиться милыми мордашками кошечек и собачек на Weibo. Надо же как-то бороться со стрессом!

Его внимание привлекла маленькая красная точка на панели сообщений.

Сун Юньжань хмыкнул:

- Ха, сообщение?

На новый телефон он не успел добавить даже своих старых друзей. Откуда могло взяться новое сообщение? Наверно, это реклама.

Решил не обращать на него внимания, но маленькая красная точка так и притягивала его взгляд. И Сун Юньжань сдался и щелкнул на нее.

[Летнее мороженое: Эй, сестричка, ты тоже подсела на эту пару?]

Сун Юньжань:

- …?

Какого черта, кто-то отправил сообщение не тому адресату?

Он не подозревал о приближающейся опасности и бездумно напечатал длинный ряд вопросительных знаков.

«Летнее мороженое», вероятно, всю свою жизнь проводило на Weibo, ответило через пару миллисекунд: [Сестричка, не притворяйся, кого ты хочешь обмануть, ты наставила столько лайков.]

Сун Юньжань был сбит с толку.

Он открыл свой интерфейс, увидел свои лайки и застыл на месте.

Откуда они взялись?!

Сун Юньжань потерял дар речи. Да, ему понравилось расследование того блогера. Он так изящно докопался до настоящей личности загадочного мотоциклиста.

Гадский Weibo! У меня просто соскользнула рука.

Сун Юньжань проклял сначала социальные сети, потом – мобильные телефоны, потом – всю продвинутую технику… пока не заметил, что ник этого блогера был «летнее мороженое».

Он обреченно потер брови: [Это у меня рука соскользнула, я вовсе не хотел лайкать.]

Летнее мороженое: [Я тебе не верю. Разве может кто-то не очароваться этой парой?]

Она прислала две ссылки на группы в Weibo: [Давай, сестренка, присоединяйся к нам.]

Сун Юньжань закатил глаза. Ну как тут вести переговоры?

Он собрался внести собеседника в черный список, когда его взгляд случайно скользнул по количеству людей в группе.

Ровно десять. Ни больше, ни меньше,

… Я и Цинь Кэ. Откуда взялись эти десять фанатов?

Может, это Цинь Кэ оплатил водную армию, или это результат тех вызывающих фоток, или «летнее мороженое» - это аккаунт Цинь Кэ?

В голове Сун Юньжаня сразу же возникла картинка: Цинь Кэ щелкает пальчиком в своем мобильном телефоне, печатая «сестренка»… образ был настолько забавным, что он рассмеялся.

Пальчик Сун Юньжаня снова соскользнул.

Сун Юньжань сердито уставился на свою непокорную руку. В телефоне весело звынькнуло и тут же на экране высветилась надпись «Добро пожаловать, новичок».

Да за что мне такое?!

Фанаты CP тут же оживились.

[Сегодня у нас памятный день, нас уже 11! Как зовут нашу новую сестричку?]

Тут же Сун Юньжаню прилетели два смайлика с милыми розовыми кроликами.

Сун Юньжаня поразил такой доброжелательный прием, покинуть группу после такого приема было неловко.

Он мгновение поколебался, посмотрел на свой запутанный код id вместо ника и напечатал: [Зовите меня просто Шилян.]

[Тогда будем звать тебя Сяо Шилян!]

Сун Юньжань:

- …

Почему «Сяо»?

Вы что, из секты помощника Тана?

Он посмотрел название группы и напечатал: [Почему ваша группа называется «Keyun»*?]

Тут же прилетело два идентичных ответа: [Потому что это Цинь Кэ + Сун Юньжань. Разве фонетически Кэ+Юнь не является эквивалентом слова «головокружение»?]

О, как круто! Как креативно.

Сун Юньжань бесстрастно закрыл группу и открыл новое сообщение от «летнего мороженого».

[Сяо Шилян, ознакомься со сладким содержанием нашего сайта -  головокружительными конфетами!]

…А?

Это был последний удар. Сун Юньжань был потрясен.

Речь же о нем и Цинь Кэ, откуда здесь конфеты?

Автору есть что сказать:

Фанаты CP: Да, мы профессионалы!

**************************

* Keyun - головокружение.

**Конфеты – фото и киноматериал, поддерживающий CP.

Какая трогательная любовь с обеих сторон!

Когда Сун Юньжань нажал на ссылку, его позвали есть.

В семье Сунов во время еды было запрещено играть с мобильными телефонами. Но так как родителей рядом не было, а любопытство никуда не делось, Сун Юньжань ел и одновременно рылся в своем телефоне.

[Конфета 1: Цинь Кэ спасает Сун Юньжаня от многотысячной армии фанатов.]

Сун Юньжань нахмурился.

Какой странный заголовок! Многотысячная армия? Неужели?!

Он решил не смотреть это видео. Он там так постыдно спасается бегством. Наверняка и выглядит глупо.

[Конфета 2: Дни рождения. Цинь Кэ - 21 августа, Сун Юньжань - 1 марта.]

От злости Сун Юньжань так сжал палочки для еды, что они сломались. Ладно данные Цинь Кэ, но как они узнали день его рождения?

Он прокрутил видео. Ах, этот негодник Хэ Цзыю – это он выложил в интернет видео с прошлогодней вечеринки по случаю дня рождения Сун Юньжаня.

На видео Хэ Цзыю говорит всего пару слов «Сегодня день рождения моего друга», но любой, кто видел интервью Сун Юньжаня, узнал бы его, сидящего перед тортом и загадывающего желание.

Сун Юньжань был в восторге. Вот это да!

У Хэ Цзыю на Weibo было всего несколько десятков тысяч подписчиков, половина из которых - фанаты зомби.

Какое крутое расследование!

Но что такого необычного было в этих датах?

Сун Юньжань прокрутил дальше.

[821-301=520. 520 = я тебя люблю. Даже даты рождений намекают на их неземную любовь. Разве это не брак, заключенный на небесах?]

Сун Юньжань:

- …

Вне всяких сомнений – эти СР-щики точно сумасшедшие.

[Конфета 3: «Свадьба и похороны». Внимание – вас ждет кое-что потрясающее!]

О? Что?

Сун Юньжань зачерпнул ложкой молочно-белой ухи и с тревогой продолжил чтение.

[Этот материал был предоставлен человеком из агенства. Парень сестры моей одноклассницы работал на съемках «Свадьбы и похорон». По его словам, Сун Юньжань посетил съемочную площадку и до поздней ночи наблюдал за сценами, где был задействован Цинь Кэ.

И, утомившись, заснул прямо на съемочной площадке. Все были заняты, и никто этого не заметил. Никто, кроме Цинь Кэ! Он беспокоился, что Сун Юньжань простудится, поэтому попросил принести тонкое одеяло и сам (!) укрыл его!

Ах, с ума сойти! Какая трогательная любовь с обеих сторон!]

Рука Сун Юньжаня задрожала, и вся уха пролилась на стол.

Домоправительница быстро достала бумажные полотенца и вытерла лужу.

Сун Юньжань тупо замер, вспоминая тот вечер на съемочной площадке.

Он ясно помнил это одеяло.

Но думал, что о нем позаботился кто-то из администраторов съемочной бригады.

А, оказывается, это был Цинь Кэ?

Еще некоторое время назад Сун Юньжань решил бы, что Цинь Кэ проявил к нему почтительность сына.

Но теперь он всё видел по-другому.

Он знал, что Цинь Кэ думает о нем в ином ключе.

Поэтому и действия Цинь Кэ, в его глазах, приобрели совсем другое значение.

Все на съемочной площадке обычно заняты своей работой. Все внимание обращено на съемки. Как Цинь Кэ, будучи ведущим актером, мог заметить, что там происходит за рамками съемочной площадки?

Может, Цинь Кэ тогда в него и влюбился?

Сун Юньжань был настолько потрясен, что начал судорожно вспоминать, что он такого сделал в тот день, что заставило Цинь Кэ сбиться с пути.

Ничего особенного на ум не приходило. Разве только его испуг и падение на колени перед гробом в реквизиторской.

Зрачки Сун Юньжаня лихорадочно забегали.

Какие странные у него пристрастия…

Очень странные!

Сун Юньжань шокировано замер.

Следующие несколько дней он ломал голову, но так и не смог понять, откуда у Цинь Кэ, вроде бы нормального человека, такие странные склонности.

***

Время шло, и вот уже в город нагрянуло лето, свергнув с трона сухую весну.

Чтобы избежать встреч с Цинь Кэ, Сун Юньжань уходил на работу рано, возвращался поздно. В общем, вел себя как ответственный генеральный директор, держащий руку на пульсе компании.

А забот в компании с течением времени прибавилось с лихвой.

Сегодня, например, в компании проходило совещание, посвященное сериалу по сценарию Чжун Сяофэна.

Некоторое время назад команда сценаристов во главе с Чжун Сяофэном была отправлена на живописный курорт. Вкусная еда и напитки, а также некоторое давление со стороны компании сделали свое дело. Окончательная версия сценария была готова. После небольших доработок можно было официально приступать к съемкам.

Сун Юньжань крепко пожал Чжун Сяофэну руку:

- Наконец-то мы встретились.

Мой любимый сценарист с золотой медалью из прошлой жизни.

- Надеюсь, я вас не разочарую, - уныло пробормотал Чжун Сяофэн.

В этой жизни «золотой» сценарист еще не дорос до стадии «пика творческого развития». И по-прежнему вел себя как соленая рыба. Правда стимуляция в виде деятельного и энергичного помощника Тана не могла не повлиять на его энтузиазм. Чжун Сяофэн впервые испытал трепет перед совместной работой над сценарием.

Сун Юньжань ласково улыбнулся:

- Точно нет. Я верю в вас.

Чжун Сяофэн пораженно замер – почему этот красивый молодой генеральный директор, стоявший перед ним, так ему доверяет?

Сначала Цинь Кэ, который рекомендовал ему продать свой сценарий Xinghe Entertainment, потом – этот красивый президент. Один сказал: «У тебя большой потенциал», другой: «Я верю в вас».

Такая откровенная похвала. Ему трудно было принять ее всерьез.

Сун Юньжань видел его сомнения, но не спешил что-то объяснять.

Он уже прочитал окончательный вариант сценария с предварительным названием «После того, как я встретил тебя». Как и в прошлой жизни, темой дебютной работы Чжун Сяофэна стал служебный роман. Структура сюжета и быстрая смена сцен в ней были совершенно уникальными. Сразу было видно – сие произведение было написано рукой Чжун Сяофэна.

Хотя он и был написан гораздо раньше, чем в прошлой жизни, на его качество это никак не повлияло. Спасибо помощнику Тану – тот сумел разбудить боевой дух в душе Чжун Сяофэна.

Сун Юньжань был очень доволен результатом.

Да и команду режиссеров Xinghe Entertainment удалось подыскать достойную.

Сегодняшняя встреча проводилась главным образом для выяснения технической стороны съемок. Если бюджет Xinghe Entertainment не сможет удовлетворить эти потребности, команде сценаристов, возможно, придется внести коррективы.

Чжун Сяофэн был как на иголках.

Всякий раз, когда он слышал, как кто-то говорил что-то вроде «Для съемки этих сцен нам потребуется стедикам», «Для этих дым-машины» или «Внутренние сцены лучше снимать в интерьерах дорогого отеля», его сердце готово было остановиться.

Еще будучи студентом, он узнал, что каждое такое требование значительно увеличивает стоимость съемок.

Кто же знал, что Сун Юньжань даже не нахмурится, услышав об увеличении дополнительных затрат и на все предложения небрежно бросит:

- Хорошо.

Все обернулись и многозначительно посмотрели на него: господин Сун, вы уверены? Это большие деньги.

Сун Юньжань с невозмутимым выражением лица:

- Что вы на меня так смотрите? У нашей компании что, не хватает денег?

Помощник Тан прикрыл лицо папочкой и шепотом напомнил ему:

- Это правда, у компании есть деньги. Но нужно подумать и о возврате инвестиций.

- Я уже подумал об этом, - Сун Юньжань открыл план съемок. – Если мы хотим снять хороший сериал, без этого оборудования не обойтись. Думаю, придется потратиться. Но я хочу снять качественный продукт.

В конце концов, этот сценарий ему нравится. Не хочется все испортить.

- Мы сможем сэкономить на зарплате актеров, так как в главных ролях выступят артисты Xinghe Entertainment.

Кто-то из производственного отдела задал встречный вопрос:

- А что насчет стоимости аренды отеля, торговых центров и офисных помещений? Может, стоит отказаться от этого и снять все в студии?

- В этом нет необходимости, - Сун Юньжань покачал головой. – Разве в Ningdong Group нет таких площадок? Зачем нам где-то их арендовать?

Высокомерный тон босса лишил всех дара речи.

Точно, он же принц Ningdong!

Принц… о нет, президент Сун абсолютно прав.

Каких только площадок нет у группы Ningdong Group! Даже если Чжун Сяофэн внезапно предложит добавить сцену с частным самолетом, президент Сун только вежливо поинтересуется:

- Вы хотите Bombardier или Gulfstream?

Совещание успешно завершилась неприкрытой демонстрацией богатства Сун Юньжаня.

В воздухе повисла кислинка легкой зависти.

Чжун Сяофэн, избежавший ада переписывания сценария, от всей души поблагодарил:

- Президент Сун, большое вам спасибо.

Он был очень тронут. Не ожидал, что его дебютная работа получит такую сильную поддержку со стороны Xinghe Entertainment.

Сун Юньжань вежливо кивнул:

- Пожалуйста. Поторопитесь и закончите другой сценарий. Мы его очень ждем.

- …

Эмоциональный всплеск Чжун Сяофэна мгновенно угас, он вяло кивнул:

- Хорошо.

Сун Юньжань подбадривающе похлопал его по плечу и собрался уходить, как что-то вдруг вспомнил.

Он утянул Чжун Сяофэна в угол конференц-зала:

- Вы и Цинь Кэ, вы же вместе учились в киношколе?

- Да, мы были соседями по комнате.

Сун Юньжань понизил голос:

- Не знаете, у него были какие-то странные склонности?

Например, ему нравилось смотреть, как люди кланяются гробам?

- ?

Чжун Сяофэн не понял вопроса и переспросил:

- Какие склонности?

Сун Юньжань неопределенно махнул рукой:

- Например, если он видит, как кто-то делает что-то странное, и это срабатывает как триггер. И он тут же влюбляется в этого человека.

Чжун Сяофэн смутился, моргнул и долго смотрел на Сун Юньжаня – они вообще говорят об одном человеке?

Видя, что сценарист ничего не понял, Сун Юньжань махнул рукой:

- Кажется, вы недостаточно хорошо его знаете. Забудьте об этом. Идите.

Чжун Сяофэн ушел. Тут же к Сун Юньжаню подбежал помощник Тан:

- Президент Сун, Чэнь Цзин кое-что мне рассказала. Думаю, вы должны это услышать.

- Говорите.

- За последние полмесяца Цинь Кэ получил несколько предложений о сотрудничестве, но в итоге до подписания контрактов так и не дошло. Отказы пришли без всяких объяснений причин. На завтра была запланирована съемка рекламы, но сегодня нам сообщили, что все отменяется. Они даже готовы заплатить за нарушение контракта, но работать с Цинь Кэ отказываются.

Сун Юньжань замер - что-то не так.

Разногласия во время съемок рекламы между моделью и брендом - обычное дело. Иногда это приводит даже к прекращению сотрудничества.

Но, судя по словам помощника Тана, до съемок дело даже не дошло.

И за последние полмесяца это не единичный случай.

Помощник Тан задумался:

- Цинь Кэ кого-то обидел?

- Я так не думаю.

Сун Юньжань попытался вспомнить сюжет книги, но тут же мысленно чертыхнулся – в той жизни Цинь Кэ не подписывал контракта с Xinghe Entertainment.

Цинь Кэ приглашен на главную роль в новый фильм Тан Мина. Может, это вызвало у кого-то зависть? Кто настолько могущественен, что способен так ему подгадить?

Может быть…

Лицо Сун Юньжаня потемнело. Может, это активизировались враги Xinghe Entertainment или даже враги Ningdong Group?

Возможно, эта догадка верна. Его родители десятилетиями варились в бизнесе и наверняка многих раздражали.

В этом случае, не утащит ли семья Сун Цинь Кэ на самое дно?

В сердце Сун Юньжаня буйным цветом расцвело чувство вины.

- Скажи Чэнь Цзин, пусть ничего не делает. Я сам разберусь с этим.

Глаза помощника Тана сверкнули пониманием, он тайно вздохнул.

Как и ожидалось, президент Сун так беспокоится о Цинь Кэ.

Вернувшись домой, Сун Юньжань позвонил отцу.

Выслушав его, Сун Цзидун расмеялся:

- Это не имеет смысла. У нас с твоей матерью, конечно, есть конкуренты в бизнесе. Но зачем им нацеливаться на какого-то артиста, тем более к нам он не имеет никакого отношения. Это слишком мелочно и не соответствует их статусу. Может, это личный враг вашего подопечного?

Сун Юньжань страшно разозлился. И чем больше он думал об этом, тем злее  становился.

Хотя Цинь Кэ недавно и разозлил его своим признанием, но он никому не позволит запугивать и вредить своему сыну, пусть даже тот не хочет признать его своим отцом.

Его ребенка обижают. Как он может спокойно терпеть такое? Он изобьет этих поганцев!

Чувство вины не давало Сун Юньжаню успокоиться. Он решил прервать долгое молчание и связаться с Цинь Кэ: [Ты дома?]

Несколько минут спустя Цинь Кэ ответил: [Да.]

Сун Юньжань немедленно спустился вниз и позвонил в дверь Цинь Кэ.

Как только дверь открылась, он тут же бросился в атаку:

- Скажи мне правду, ты…

Слова застряли в горле Сун Юньжаня.

Цинь Кэ, видимо, только что вышел из душа и даже не успел высушить волосы.

Капельки воды скользили по его влажным волосам и по четко очерченному подбородку скатывались ниже, оставляя на белой футболке тонкие мокрые дорожки.

Что в этом такого, спросите вы. Да ничего. Если это не Цинь Кэ. Красивый, чувственный, эротичный.

Сун Юньжань нервно сглотнул и сердито вскрикнул:

- Что ты делаешь?!

Ты пытаешься меня соблазнить?

Его глаза расширились от ужаса – какой он однако извращенец!

Цинь Кэ беспомощно развел руки:

- Я не ждал тебя, - он ткнул в сторону ванной, где еще не рассеялся водяной туман. - Я только что принял душ и не успел привести себя в порядок.

- У тебя еще есть настроение принимаь душ!

Сун Юньжань был в ярости. Попытка соблазна отошла на второй план.

- Разве Чэнь Цзин не говорила тебе, что все предложения о сотрудничестве с тобой так и не дошли до контрактов?

К его удивлению, Цинь Кэ был спокоен, как слон.

Закрыл дверь и достал полотенце, чтобы вытереть волосы.

- Знаю. Она говорила мне.

Сун Юньжань озадаченно спросил:

- В тени прячется враг, почему ты совсем не нервничаешь?

Цинь Кэ несколько секунд молчал, потом медленно заговорил:

- Я думал об этом и, кажется, знаю, кто это сделал.

- Кто?

- Мой отец.

Сун Юньжань инстинктивно замотал головой:

- Это не я!

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань:

- …

Он смущенно потер нос, не осмеливаясь поднять глаза на Цинь Кэ. И, тупо уставившись в пол, уточнил:

- Ты имеешь в виду своего биологического отца?

Цинь Кэ тихо рассмеялся:

- Ну, в некотором роде да.

Так биологический отец Цинь Кэ был еще жив.

Ресницы Сун Юньжаня затрепетали, словно крылышки встревоженной бабочки:

- Зачем ему это делать? Он не хочет, чтобы ты стал актером или… ты ему просто не нравишься?

Цинь Кэ отбросил полотенце и долго молчал.

Единственное, что нарушало застывшую тишину в комнате, было их прерывистые дыхания.

Затем дыхания выровнялись, словно два сердца забились в одном ритме.

Ветер ворвался в открытое окно, всколыхнул легкие занавески и тут же плавно отпустил их из своих объятий.

И тут в небе громыхнули раскаты первой летней грозы. Сун Юньжань медленно поднял глаза. По фигуре Цинь Кэ время от времени пробегали отблески сверкающих молний. Он выглядел таким одиноким.

Сун Юньжань внезапно запаниковал:

- Если не хочешь об этом говорить, не надо.

Цинь Кэ повернул голову:

- Не в этом дело. Я просто думал, как все объяснить.

- Все в порядке, - понимающе остановил его Сун Юньжань. - Не торопись, мне все равно больше нечего делать сегодня вечером.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Это не займет всю ночь.

Он пододвинул Сун Юньжаню стул. Сам прислонился к шкафу и кратко рассказал о втором браке своего отца.

- Как-то у Xinghe Entertainment вы меня видели с одним человеком. Помните? – и спокойным тоном продолжил. - Его зовут Сюй Пин. Это агент, которого нашел мой отец.

Сун Юньжань вдруг понял, почему в прошлой жизни у Цинь Кэ и Сюй Пина были конфликты.

Так вот в чем, оказывается, была причина!

- Твой отец попросил Сюй Пина стать твоим агентом, чтобы тебя контролировать?

Теперь все стало ясно. Понятно, откуда ветер дует.

- Твой отец теперь богат и влиятелен. Значит, это он надавил на представителей бренда. Хочет дать тебе понять, что или ты идешь под крылышко Сюй Пина и во всем его слушаешься, или навсегда покидаешь шоу-бизнес и не доставляешь ему хлопот.

Цинь Кэ кивнул:

- Примерно так.

Сун Юньжань нахмурился.

Хотя он и знал, что этот злодей – порождение автора романа, но не мог не ненавидеть отца Цинь Кэ.

Тот бросил своего ребенка, не выполнив своего отцовского долга, а теперь строит козни против собственного сына. Так боится, что Цинь Кэ его разоблачит и разрушит его брак.

- Тогда, если бы ты подписал контракт с Сюй Пином… - Сун Юньжань попробовал сформулировать помягче, - он бы полностью тебя контролировал, перекрыв тебе воздух?

Цинь Кэ осторожно согласился:

- Возможно.

На самом деле в прошлой жизни так и было.

Сюй Пин был старательным надзирателем, просматривал и правил ответы на интервью, знал все пароли к его аккаунтам в социальных сетях.

Сначала он думал, что Сюй Пин просто самодур. Пока не узнал о его связи с его отцом. Но разобраться с этим так и не успел - переродился.

Ответ Цинь Кэ и расстроил Сун Юньжаня, и порадовал его.

К счастью, Цинь Кэ присоединился к Xinghe Entertainment.

Чэнь Цзин, может, и не такая опытная, как Сюй Пин, но, по крайней мере, хороший человек, в плохих поступках не замечена.

- А твоя мать, как она?

- Несколько лет назад ее перевели на работу в другую страну. В прошлом году повысили до регионального менеджера, и у нее появился близкий друг. Так что сейчас у нее все хорошо.

- Это хорошо.

Сун Юньжань на мгновение задумался и внезапно прозрел:

- У меня есть идея!

Цинь Кэ с сомнением посмотрел на него:

- Какая?

Сун Юньжань воодушевился:

- Твой отец так ативизировался. Наверняка жалеет, что не задушил тебя в колыбели. В новом браке, быстрей всего, права голоса не имеет. И если ты станешь знаменитым, он вообще не сможет контролировать ситуацию.

- … И?

- Вот почему я собираюсь сделать тебя знаменитым! Он будет злиться, а сделать тебе ничего не сможет!

Глаза Сун Юньжаня сверкали, как ночные звезды в ясном небе. Он взволнованно топтался на месте и хихикал, как ребенок, планирующий какую-то каверзу.

- Сорвалась реклама и фиг с ней. Не такой уж и солидный бренд был. В конце концов, мы можем привлечь ресурсы моей семьи!

Чем больше Сун Юньжань думал об этом, тем больше ему нравилась эта идея.

Ningdong выпускает так много продуктов. Если Цинь Кэ прорекламирует один из них, разве это не заставит всех посмотреть на Цинь Кэ другими глазами?

А когда выйдут «Свадьба и похороны», а потом и «Дороги Цзянху», популярность Цинь Кэ взлетит к небесам! А с ней придет и слава!

А пока…

Сун Юньжань триумфально ухмыльнулся. Цинь Кэ будет так тронут отцовской заботой, что припадет к его ногам и наконец-то назовет его папой!

Цинь Кэ и не подозревал, какие гадкие мыслишки бродили в голове его босса. И просто посоветовал:

- Господин Сун, пожалуйста, успокойтесь.

Насколько он знал, Ningdong не сотрудничает с малоизвестными моделями.

Да и мнение Сун Юньжаня вряд ли особо ценится в Ningdong. У него есть своя вотчина - Xinghe Entertainment.

Он не хотел, чтобы Сун Юньжань из-за него сражался со своими родителями.

Он уже рад тому, что переродился и сам может вершить свою судьбу.

И количество ресурсов, которые он может получить, его совсем не волнует.

- Не надо.

Сун Юньжань не хотел успокаиваться. Он придумал такой отличный план сближения со своим сыном, как он может отказаться от него?!

Светлое будущее уже стояло перед его глазами. Его глаза сияли. И Цинь Кэ сейчас так радовал глаз.

- Вопрос решен. Не останавливай меня, - Сун Юньжань встал и направился к двери, повернул голову и покровительственно посмотрел на Цинь Кэ. - Не грусти. Пусть твой биологический отец негодяй, зато…

Глаза Цинь Кэ непроизвольно округлились. Он уже понял, что господин Сун собирается сделать еще одно странное заявление.

Сун Юньжань улыбнулся и ткнул себя пальцем в грудь:

- … у тебя есть я.

Цинь Кэ:

- …

Он не хотел этого слышать.

Да ты гей, братишка.

Как и ожидал Цинь Кэ, план президента Суна не увенчался успехом.

- Опять ты дурачишься! – набросился на него его отец Сун Цзидан. – Чем ты вообще занимаешься?

Сяо Суна так напугала его реакция, что он чуть не перевернул тарелку с овощами.

Это был выходной день, тот редкий случай, когда его родители были дома. Сун Юньжань специально явился на ужин, чтобы убедить своих родителей позволить Цинь Кэ прорекламировать продукцию Ningdong. Но, к своему удивлению, встретил сильное сопротивление.

Сун Юньжань немедленно возразил:

- Я делаю свое дело. Вам же нужна реклама? Почему бы не остановить свой выбор на моей компании? Я проверил: в Ningdong в этом месяце истекает срок действия двух рекламных контрактов. Так почему бы не выбрать в качестве рекламного лица подопечного Xinghe Entertainment?

Сун Цзидун удивился - его сын тщательно подготовился к разговору (в оригинале – собрал домашнюю шерсть).

Он был президентом группы Ningdong, поэтому все вопросы по поиску рекламного лица оставлял на рассмотрение своих подчиненных. Откуда его сын знает, какие рекламные контракты уже истекают? Он сам этого не знал.

- И чем же ваша модель будет лучше?

- В будущем он станет очень популярным. Поверь, отец, воспользовавшись его услугами, ты заработаешь много денег.

Сун Цзидун не поверил:

- Ты то же самое говорил, когда просил предоставить для съемок «Дороги Цзянху» помещения Ningdong. Дважды использовать один и тот же предлог – не глупо ли? Папа тебя в последнее время итак слишком баловал.

Сун Цзидун надеялся, что сын положится на авторитет отца и отступит.

Сун Юньжань резко поднял голову:

- Папа, повтори то, что ты только что сказал?

- ? – Сун Цзидун повторил. - Ты просил предоставить…

- Нет, последнее предложение, - прервал его Сун Юньжань.

Сун Цзидун откашлялся:

- Папа тебя в последнее время итак слишком баловал.

Вау, какая фраза!

Сун Юньжань мысленно зааплодировал. Вот истинные слова настоящего отца.

Он запомнит эту фразу.

Увидев, как разволновался его сын, Сун Цзидун недоуменно нахмурился:

- Ты вообще понял, что я сказал?

- Да, папа, я понял, - Сун Юньжань тяжело вздохнул и покачал головой, словно отец его сильно разочаровал.

- Я тебя не убедил?

Сун Юньжань опустил глаза:

- Нет. Мне просто грустно, - Сун Юньжань демонстративно разочарованно вздохнул. - Я думал, что ты будешь столь же проницателен, как и режиссер Тан Мин, который с первого взгляда понял, что этот артист - лучший кандидат на главную роль. Я не ожидал, что ты… А. забудь.

Сун Цзидун поперхнулся.

Он мало что знал о современной индустрии развлечений, но режиссер Тан был ему известен. Он всегда им восхищался.

Еще во время своей учебы он вместе со своей женой пересмотрел все его фильмы. Особенно им понравилась сцена в одном из фильмов, где главные герои рассуждали о романтической любви.

Для Сун Цзидуна имя Тан Мин много значило.

Он не знал, что Цинь Кэ будет сниматься в следующем фильме Тан Мина.

Возможно, этот новичок, которого выделил его любимый режиссер, действительно талантлив?

Сун Цзидун не мог решить, поэтому развернулся к жене.

Бай Ваньнин за весь разговор не сказала ни слова, просто наблюдала, как отец и сын клюют друг друга. И вот, наконец, заговорила:

- Юньжань, ты теперь президент компании, ты не можешь вести себя так по-детски.

По спине Сун Юньжаня пробежал холодок. Всё кончено, - подумал он.

Он с детства знал статус своей семьи в пищевой цепочки крупного бизнеса. Также как и, кто занимал место на троне группы Ningdong. Это была его мать Бай Ваньнин, именно она зстояла во главе крупнейшего конгломерата.

Поэтому его так и напугали слова матери.

Он ребячливо скривил губы:

- Значит, нет?

Бай Ваньнин отложила палочки для еды:

- Кто сказал нет? Ты всегда можешь воспользоваться ресурсами Ningdong, разумеется, в разумных пределах.

Сун Юньжань недоверчиво посмотрел на мать, подозревая, что ослышался.

- Но ты должен пообещать маме, что чистая прибыль Xinghe Entertainment через два года достигнет полмиллиарда, - Бай Ваньнин сказала об этом впроброс, будто речь шла не о 500 миллионах, а о десяти центах. – Если нет, то Xinghe Entertainment станет нашей. Согласен?

Сун Юньжань пораженно пролепетал:

- А мне тогда что делать?

Бай Ваньнин улыбнулась:

- Найдешь мебе порядочную девушку и женишься.

Сун Юньжань с грохотом шлепнулся на пол.

- Увы, не думаю, что найдется девушка, которая захочет выйти за тебя замуж.

***

В тот же вечер в баре.

Хэ Цзыю покачал бокалом и меланхолично заметил:

- Никогда не думал, что тетя Бай совершит такую ошибку.

Сун Юньжань прожевал чипсину и сердито буркнул:

- Почему ты так говоришь?

Хотя он и не хотел жениться, слова его лучшего друга были слишком обидными.

Хэ Цзыю с ненавистью посмотрел на него:

- Я сказал правду. Ясно же, что ты не нравишься девушкам, иначе почему ты до сих пор один?

Сун Юньжань разозлился:

- Раньше мне девушки присылали любовные письма!

Просто в то время он хотел быть звездой и сознательно отсек все романтические связи. Не хотел темными историями вредить своей актерской карьере.

Хэ Цзыю презрительно хмыкнул:

- О, а сейчас?

Сун Юньжань был сбит с толку, но быстро нашел себе оправдание:

- Сейчас я президент, я полностью погружен в работу. Когда мне влюбляться?

Хэ Цзыю холодно усмехнулся:

- Ты что, дорамы не смотришь? «Я влюбилась во властного президента» - это же самый затасканный и популярный сюжет. Ты же руководитель развлекательной компании, где же твои поклонницы?

Сун Юньжань растерялся.

Сценарий, который только что передал ему Чжун Сяофэн, был посвящен как раз этой теме.

Поэтому слова Хэ Цзыю его заинтересовали, и он бесстыдно продолжил расспрос:

- И почему же их нет по-твоему?

Хэ Цзыю со значением посмотрел на него:

- По словам моей сестры, если ты и нравишься девушкам, то не как потенциальный парень.

В Сун Юньжаня словно молния ударила.

Он вспомнил, как в прошлой жизни он, узнав, что Цинь Кэ пригласили рекламировать мужское очищающее средство для лица, тут же попросил своего агента найти ему такой же контракт, желая утереть Цинь Кэ нос.

Но агент ответил ему категорическим отказом:

- Вы для этого не подходите.

Сун Юньжань возмутился:

- Цинь Кэ подходит, почему я нет?

- Послушайте. Реклама таких средств строится на прозрачном намеке. Глядя на рекламное лицо, потребители мужского пола верят, что, воспользовавшись этим средством, и они будут выглядеть такими же красивыми, как Цинь Кэ. На это же надеется женская половина, покупая это средство своему мужчине.

- Разве я не красавец?!

- Да, вы красивый. Но, глядя на ваше лицо, покупательницы видят в вас брата или сына. Почитайте результаты опросов, представленных Pink Luck. Среди ваших фанатов 30% считают вас братиком, 67% - милым сыночком, а оставшиеся 3% - другом… Но лучше об этом никому не говорить.

Тогда Сун Юньжань не поверил своему агенту. Теперь же, когда он услышал, что сестра Хэ Цзыю, которая еще училась в школе, тоже так считает, его уверенность в себе разбилась вдребезги.

Верно оценив его молчание, Хэ Цзыю продолжил:

- К тому же у тебя что-то с Цинь Кэ наклевывается. Аморально обманывать несчастную девушку. Не будь подонком, как Чу Сяочэнь. Или я тебя прокляну.

Сун Юньжань был в ярости:

- У меня с Цинь Кэ ничего нет!

Он тяжело вздохнул и, решив внести ясность, рассказал всю историю и резюмировал:

- Теперь ты знаешь, я просто хочу, чтобы он называл меня отцом. Я знаю, что нравлюсь Цинь Кэ, поэтому у тебя и сложилось неправильное представление о нас.

Хэ Цзыю выслушал и долго молчал. Молча допил свой бокал вина и задумчиво посмотрел на друга детства:

- Я не знаю, говорить мне или нет.

- Да говори уже, чего там, - махнул рукой Сун Юньжань.

- У меня есть две версии, - Хэ Цзыю сделал паузу. – Или он просто очень заботливый, или он пытается угодить своему боссу.

Сун Юньжань:

- …?

Да неужели?

- Почему ты так уверен, что если человек хорошо к тебе относится, то это значит, что ты ему нравишься?

Сун Юньжань уверенно возразил:

- Это подсказывает мне моя интуиция.

- А вот я так не думаю.

Хэ Цзыю покровительственно похлопал его по плечу:

- Может быть, твоя интуиция на самом деле говорит тебе, что ты гей, братишка.

Еще одна молния долбанула его в мозг.

Сун Юньжань снова свалился на пол, теперь уже с высокого барного стула.

Это уже второе его падение за день. Тело как разваренная макаронина, попа – как помятая булочка.

Но разве физическая боль сранится с душевными страданиями!

Он, хромая, поплелся домой. Дома плюхнулся на диван и стал думать.

Нравятся ли мне мужчины? - спросил он себя. Понятия не имею. Да мне вообще никто никогда не нравился в романтическом смысле.

Но его мучила не только проблема с сексуальной ориентацией.

Что ему ответить матери? Согласиться или нет?

Сун Юньжань был встревожен, вспоминая требовательный взгляд своей матери. Он, казалось, говорил: поросенок вырос, пора ему внести свой вклад в семейное благополучие.

Нет, подумал Сун Юньжань, он определенно не хотел жениться.

Хотя многие молодые люди и женились по указке своих родителей, всё в Сун Юньжане противилось этому – это же совсем невесело.

Вот у его родителей все было по-другому - они влюбились друг в друга с первого взгляда.

Может, не заморачиваться о потере лица и честно признаться Цинь Кэ, что он не может решить эту проблему. Пусть тот пойдет к своему биологическому отцу и молит его о пощаде.

Сун Юньжань протянул руку и нащупал на кофейном столике свой телефон: [Ты здесь?]

Отослал сообщение и тут же мысленно плюнул себе в лицо.

Он сам ненавидел, когда люди задавали такой глупый вопрос.

Дзинь.

Цинь Кэ: [?]

Всего один знак. Но какой многозначительный.

Он с тревогой посмотрел на экран. Сколько в этом вопросе разочарования и сомнений!

Лицо Сун Юньжаня покраснело от стыда и смущения. Его мать была права, он действительно ведет себя, как избалованный ребенок.

Он вовсе не зрелый генеральный директор. Только и умеет, что хвастаться. Ничего не добился в своей жизни.

Сун Юньжань сжал губы. Начал набирать новое сообщение. Печатал и удалял, снова печатал и снова удалял.

Эти метания в поиске правильной формулировки измучили его.

Он почему-то вспомнил один сюжет из теленовостей. Бедняга-отец потерял работу и боялся рассказать об этом своим детям. И долго-долго страдал, расхаживая по дому.

Его тоскливые размышления были прерваны внезапным звонком в дверь.

Сун Юньжань пораженно застыл с вытянутой шеей, нервно глядя на дверь.

Он, кажется, знал, кто стучится в его дверь.

В следующую секунду раздался голос Цинь Кэ:

- Господин Сун, вы дома?

Толстая дверь слегка глушила и искажала голос Цинь Кэ. Казалось, он звучал требовательно и обвиняюще.

Сун Юньжань затаил дыхание, не смея ответить.

И тут зазвонил телефон.

Блин!

Сегодня в баре он выставил громкость на телефоне на максимум. Человек за дверью точно услышал звонок!

Сун Юньжань опустил взгляд - звонок был от Цинь Кэ.

Сун Юньжань не стал ни отвечать на звонок, ни сбрасывать его. Кинул телефон на диван и на цыпочках подкрался к двери.

На экране домофона на него смотрел нахмуренный Цинь Кэ.

Спустя пару минут Цинь Кэ сбросил звонок.

Стало тихо. Сун Юньжань облегченно вздохнул.

Цинь Кэ исчез с экрана, видимо, отошел в мертвую зону. И сделал еще один звонок.

Но не на телефон Сун Юньжаня.

Он не мог слышать, что говорит Цинь Кэ, видел только, как двигаются его губы, поэтому прижался к двери ухом.

Цинь Кэ:

- Пожалуйста, как можно скорее пришлите сюда охранников. Я подозреваю, что с ним что-то случилось.

Сун Юньжань всполошился - Цинь Кэ звонил в офис обслуживающей компании!

Он, не раздумывая, распахнул дверь:

- Со мной все в порядке!

Но он опоздал. Цинь Кэ уже повесил трубку.

Сун Юньжань пошатнулся:

- Быстро скажи управляющему, что помощь не требуется. Незачем гонять людей туда-сюда.

Цинь Кэ задумчиво осмотрел его с ног до головы и тихо спросил:

- Что с вами случилось?

- Я просто пару раз упал сегодня, - вспомнив причины своих падений, Сун Юньжань опустил голову и прошептал. - Обещай, что не будешь меня ни о чем спрашивать.

Глаза Цинь Кэ подозрительно сверкнули.

Светлая кожа Сун Юньжаня была залита болезненным румянцем, словно намекая на пошатнувшееся здоровье.

Этот молодой господин отправился в больницу и настаивал, чтобы его осмотрели, и даже согласился остаться в ней на ночь, когда он просто стукнулся головой о дверь ресторана.

Сегодня он два раза приложился о землю, заметно хромает и при этом просит, чтобы его ни о чем не спрашивали?

Что-то здесь не так.

- Как вы упали?

Сун Юньжань отчаянно закачал головой:

- Я же просил тебя не спрашивать!

Страстность Сун Юньжаня еще больше насторожила Цинь Кэ.

Он запихнул свой телефон в карман и шагнул вперед:

- Дайте я посмотрю.

Сун Юньжань занервничал, пару раз возмущенно открыл рот и сердито воскрикнул:

- Я же просил тебя! Почему ты такой? Ты хочешь стянуть с меня штаны?!

Как только эти слова сорвались с его губ, двери лифта тихо открылись.

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань:

- …

Охранники в бронежилетах:

- …

Извините, мы появились в неудачное время?

Автору есть что сказать:

Охранники: У нас очень тяжелая работа. Давление – просто зашкаливает!

Хотела пояснить: мать Сяо Суна на самом деле не хочет, чтобы он женился. Она просто хочет, чтобы ее сын повзрослел, и поэтому провоцирует его~

На что ты смотришь? Что ты себе позволяешь?!

Неловкость расползлась по коридору.

Сун Юньжань чертовски смутился. Странная атмосфера.

Охранники изо всех сил старались не смотреть в их сторону, будто не хотели лицезреть такую откровенную сцену.

К счастью, Цинь Кэ предотвратил извержение вулкана «Сяо Сун» и поспешно объяснил:

- Извините, я виноват. Это просто недоразумение.

А? Что за недоразумение? Зачем нужно стягивать с кого-то штаны?

Начальник охраны был крайне озадачен, но его любопытство сдерживала профессиональная этика. Он привычным жестом положил руку на оружие на поясе:

- Это вы звонили? Вы… же живете ниже этажом? Цинь Кэ, да?

Цинь Кэ кивнул.

Высокая зарплата способствовала развитию у начальника службы безопасности фотографической памяти.

Он помнил, что этот человек, переехал в этот дом этой весной. Когда они случайно сталкивались, тот всегда был вежлив с ним и дружелюбно кивал ему. Другие же жители этого дома, казалось, его вообще не замечали.

Но хорошее впечатление не могло помешать ему профессионально выполнять свою работу. К тому же в дело замешан человек, который занимал целый этаж, а его гараж был полон роскошных автомобилей.

Начальник службы безопасности терпеливо переспросил:

- Вы уверены, что вам не нужна наша помощь, господин Сун?

Сун Юньжань хотел найти щель и забиться в нее:

- Нет, нет, возвращайтесь.

- Хорошо, - начальник службы безопасности повернулся к Цинь Кэ. - Господин Цинь, вам на телефон придет сообщение, пожалуйста, оцените нашу работу.

Начальник службы безопасности махнул своим подчиненным и с профессиональной улыбкой на лице пожелал:

- Спокойной ночи вам и сладких снов.

Скальп Сун Юньжаня онемел. Ну и обслуживание – сколько сарказма в, казалось бы, вежливом прощании.

Он уставился в потолок, гадая – если он сейчас спустится вниз, упьется пивом, он сможет заново переродиться?

Цинь Кэ поднял на него взгляд:

- Пойдем, я тебя провожу.

Сун Юньжань застыл и вытаращил глаза:

- Куда?

Вниз, чтобы закупиться выпивкой?

- Отвезу тебя в больницу, - беспомощно выдавил из себя Цинь Кэ.

Ехать в больницу было стыдно. Сун Юньжань решил не выделяться и выбрал ключи от достаточно скромного белого автомобиля.

В гараже он отказался от помощи Цинь Кэ и медленно залез на переднее пассажирское сиденье. Опустившись на сиденье, не смог сдержать гримасу.

Цинь Кэ занял место водителя и спросил:

- Что именно ты травмировал?

- … задницу, - тихо, как комар, пискнул Сун Юньжань. Говорить такое вслух было так стыдно.

Он боялся, что Цинь Кэ будет смеяться над ним. Подождав несколько секунд и ничего не услышав в ответ, он осторожно поднял глаза и обнаружил, что глаза Цинь Кэ медленно сканируют его тело.

В голове Сун Юньжаня заверещал сигнал тревоги.

- На что ты смотришь? – неловкость и досада смешались в гремучую смесь. – Что ты себе позволяешь?!

Цинь Кэ:

- … ты не застегнул ремень безопасности.

Он вздохнул, наклонился и, зацепив пальцами ремень безопасности, подтянул его к застежке, пристегивая до смерти напуганную птичку по имени Сун.

Когда Цинь Кэ склонился к нему, Сун Юньжань инстинктивно отклонился, всем телом вжавшись в спинку кресла, напрягся, не осмеливаясь пошевелить даже пальцем. Уплывающий в томительную пустоту мозг успел зафиксировать легкое прикосновение руки Цинь Кэ к своей талии.

Это длилось пару миллисекунд. Щелкнула защелка, Цинь Кэ отодвинулся.

Сун Юньжань наконец-то смог дышать. Первый запах, который наполнил его ноздри, был аромат геля для душа.

Это был запах Цинь Кэ.

Сун Юньжань поджал губы и приоткрыл окно машины, впуская прохладный ветерок летней ночи.

Автомобиль двигался быстро, но плавно.

Сегодня вечером в больнице было не так много пациентов, поэтому Сун Юньжаня без задержки осмотрел врач.

- Копчик не поврежден, имеется локальный ушиб мягких тканей. Будьте осторожны и ограничьте движения, отдохните несколько дней дома.

Доктор прописал ему лекарства для улучшения кровообращения и от отеков и отпустил его.

Сун Юньжань медленно двинулся, держась за стеночку. Как же он несчастен!

Сколько раз он уже пострадал в этом году! Наверное, стоит сходить в храм и почитать животворящие сутры.

В коридоре его ждал Цинь Кэ. Увидев его, с тревогой спросил:

- Что-то серьёзное?

- Да нет.

Сун Юньжань не хотел нагнетать, но ему, в самом деле, было трудно передвигаться. После недолгих размышлений тихо спросил Цинь Кэ:

- Можешь купить мне лекарство?

Цинь Кэ ничего не сказал, взял рецепт и пошел искать аптечный ларек.

Сун Юньжань смотрел на удаляющуюся фигуру – в сердце бродило, не смешиваясь, множество разных эмоций.

Падение в доме родителей было не таким уж болезненным, а вот с барного стула он сверзился славно.

Хэ Цзыю его падение так развеселило, что он смеялся до колик, не в силах остановиться.

Вот бессердечный ублюдок! Он даже не предложил отвезти его больницу.

Да ладно, IQ Хэ Цзыю на уровне трехлетки, он, скорее всего, даже не сможет написать слово «больница», - утешал себя Сун Юньжань.

А вот Цинь Кэ совсем другой. Их даже сравнивать смешно.

Сун Юньжань уже придумал, что сделает.

Цинь Кэ помог ему подняться в квартиру. Сун Юньжань переоделся в пижаму и осторожно уложил себя на кровать, потом позвал своего спасителя:

- Я договорился о твоем участии в рекламе, - Сун Юньжань понимал, что его дальнейшая жизнь зависит от Цинь Кэ, и продолжил - О, ты даже не знаешь, какую цену мне придется заплатить за это.

- И какую?

Сун Юньжань ждал этого вопроса и охотно поведал всю историю и требование Бай Ваньнин, не удержался и пожаловался в конце:

- Она ясно обозначила, что Xinghe Entertainment была подарком для меня. И теперь она хочет, чтобы я отработал вложения семейного капиталла. Как думаешь, она не верит в мои способности?

Цинь Кэ молча посмотрел на него.

Во время своего рассказа Сун Юньжань беспокойно ворочался, терся головой о подушку. За несколько минут его голова превратилась в птичье гнездо, что пережило ядерный взрыв.

Приглушенный свет от ночника тепло очерчивал его встрепанную фигурку, придавая ему необъяснимо послушный вид.

- Я так не думаю.

Слова Цинь Кэ Сун Юньжань воспринял как отказ в сочуствии и разочарованно проворчал:

- Ты не понимаешь. Моя мама очень талантливый бизнесмен. Если бы не она, Ningdong никогда не развилась бы до таких масштабов, - начав говорить, он уже не мог остановиться. - Не смейся. Когда я был ребенком, я даже думал, что моя мама вообще не человек.

Цинь Кэ потер лоб, ему нечего было сказать.

Сун Юньжань продолжил, захлебываясь от воспоминаний:

- Я думал, что она суперженщина. Она так много работала и отца все время подгоняла. У них не было времени даже заехать домой. Они были или на работе, или в командировках за границей. В итоге я рано научился говорить и сразу длинными фразами.

Цинь Кэ вдруг осознал, что если бы кто-то другой не давал ему спать, делясь своими детскими воспоминаниями, он, вероятно, нашел бы предлог и уже ушел бы.

Он сел на диван напротив кровати:

- Тебе было одиноко?

Сун Юньжань кивнул:

- Конечно, иногда я так скучал по ним, что прятался под одеяло и плакал, - вспомнив об этом, он нахмурился. – Мне было грустно. Хотя они наняли трех нянь, двух поваров и водителя, чтобы заботиться обо мне, я все равно чувствовал себя таким одиноким.

Цинь Кэ:

- …

Он решил сменить тему:

- Но председатель Бай пообещала, что вы можете использовать ресурсы Ningdong, а это значит, что она все еще высокого мнения о вас.

Сун Юньжань был озадачен:

- Угрожая мне браком по договоренности?

И мысль о браке, и слова Хэ Цзыю о его ориентации наполняли его сердце тревогой и страхом.

- Честно говоря, цена за твое продвижение была очень высока. Так что поторопись и вырази свою благодарность, - бросив такой прозрачный намек, Сун Юньжань не удержался и подмигнул Цинь Кэ.

Цинь Кэ сделал вид, что не понял намека:

- У меня есть идея, как спасти вас от этого брака.

Сун Юньжань окаменел. Клеточки мозга стали штурмовать его череп.

Что это значит? Как Цинь Кэ хочет ему помочь?

Что у Цинь Кэ есть, кроме его самого.

Подождите.

…У Цинь Кэ нет ничего, кроме его самого!

Может, он хочет своим телом выкупить мою свободу?

Сун Юньжань потрясено вскрикнул:

- Нет! Я не позволю этого! - несмотря на боль в попе, он с трудом наклонился и глаза в глаза спросил. – Что ты задумал?

Цинь Кэ поборол искушение спросить: Что за мысли все время крутятся в вашей прелестной головке?

Сун Юньжань был ранен и выглядел так жалко, что Цинь Кэ высказался напрямую:

- Господин Сун, я знаю, как помочь вам выполнить требование председателя Бай.

Сун Юньжань уже думал над решнием этой задачи.

Развлекательные компании могут зарабатывать деньги двумя наиболее распространенными способами – инвестировать в проекты и за комиссионные обучать артистов.

Самое большое преимущество Xinghe Entertainment – то, что Сун Юньжань точно знает, в какие проекты лучше вкладывать деньги и каких артистов следует продвигать. Если бы его не ограничили в сроках, он без труда заработал бы эту сумму.  Но временные рамки, установленные Бай Ваньнин, были слишком узки.

Сун Юньжань не знал, как выйти из этой ситуации, и на всякий случай предупредил Цинь Кэ:

- Даже не думай впрягаться сразу в несколько проектов, пытаясь взять количеством. Помощник Тан уйдет в отставку, если узнает об этом.

- Поскольку вы получили разрешение использовать ресурсы Ningdong, рассматривали ли вы возможность превратить в интеллектуальную собственность всю производственную цепочку?

Сун Юньжань задумался. Будучи актером в прошлой жизни, все его мысли в этой по привычке вращались только вокруг тех областей, с которыми он был знаком. Простые слова Цинь Кэ разогнали туман перед глазами, и перед ним распахнулся большой неосвоенный мир развлечений.

Убедившись, что бредовые мысли покинули бедную головушку его неугомонного босса, Цинь Кэ собрался уходить, бросив напоследок:

- Не волнуйтесь слишком сильно. Возможно, председатель Бай просто проверяет вас.

Эти слова вдохновили Сун Юньжаня на беспрецедентный трудовой энтузиазм.

Проснувшись на следующий день, он вытащил свое избитое тело из постели, чтобы перенести свои идеи, что возникли у него вчера ночью, на бумагу (точнее - в электронный документ). Составленный план действий для ознакомления был отправлен помощнику Тану.

Помощник Тан был шокирован, когда получил это письмо.

Он несколько раз перечитал документ, несколько раз проверил имя отправителя, чтобы убедиться, что оно действительно пришло от Сун Юньжаня.

Когда его босс, старший господин Сун, перевел его из штаб-квартиры Ningdong в Xinghe Entertainment, помощник Тан был глубоко возмущен - высшее руководство поставило под сомнение его способности, отправив в няньки к молодому господину?

Ведь сын господина Суна был слишком молод и неопытен.

Он так долго кричал, что хочет стать звездой, а потом ни с того ни с сего вдруг заявил, что хочет встать во главе своей компании. Компании с развлекательным уклоном, ничего общего не имеющей с основным бизнесом группы Ningdong.

Любой, кто взглянул бы на него, сразу бы понял, что этот молодой мастер шел на поводу у своей прихоти и уничтожит компанию за считанные дни.

Кто мог знать, что пройдет полгода, а Xinghe Entertainment не только не закроется, но и окажется на подъеме.

Помощник Тан воодушевленно взялся за работу. На одном дыхании прочитал документы, наспех поужинал, привел в порядок свои мысли и позвонил Сун Юньжаню по видеосвязи.

Сун Юньжань большую часть дня провалялся в постели и только недавно переместился на мягкий диван.

Он ответил на вызов и взволнованно вскрикнул:

- Разве моя идея не великолепна?

Помощник Тан уже собрался начать обсуждение, как вдруг заметил, что его босс сидит в какой-то странной позе.

- Вас не было сегодня в компании. Вы плохо себя чувствуете? - и осторожно продолжил. - Вы были на осмотре в больнице?

- Я был там прошлой ночью с Цинь Кэ. Не отвлекайтесь, давайте приступим к обсуждению.

Ого! Как много информации в одном предложении.

Комбинация «прошлой ночью с Цинь Кэ» будила воображение и сжигала мозг. А странная поза Сун Юньжаня добавляла перчинку дьявольским фантазиям.

Помощник Тана попытался вернуть рабочий настрой и откашлялся:

- Я сравнил три наших текущих проекта и думаю, что наибольший потенциал для развития интеллектуальной собственности имеется у второго сценария Чжун Сяофэна «Легенда о Нань Хуа».

- Я тоже так подумал.

В отличие от служебного романа «После того, как я встретил тебя», другой свой сценарий Чжун Сяофэн написал в стиле костюмированной саги.

История повествовала о женшине по имени Нань Хуа. Главная героиня родилась в купеческой семье. После того, как были убиты ее отец и брат, она решила  продолжить семейный бизнес и стала одной из самых богатых женщин, занимающихся бизнесом. Нань Хуа вершила свою судьбу своими руками. Быстрый темп развития сюжета и остроумный стиль письма позволили Чжун Сяофэну рассказать интересную историю.

В той жизни «Легенда о Нань Хуа» была запущена на видеоплатформе в виде веб-драмы.

После ее выхода на сериал набросились с критикой старые киноведы, объявив Чжун Сяофэна ядовитой опухолью, вводящей зрителей в заблуждение.

Но чем сильнее они ругали фильм, тем больше интереса вызывали у зрителей.

А кому не хочется после напряженного дня скинуть стресс, развалиться на мягком диване и расслабиться, включив какую-нибудь беззаботную, динамичную драму?

Это может быть история о властном принце, или верном охраннике, или очаровательном джентльмене.

Позже некие шутники даже свели все такие легкие дорамы под единую шапку «Нань Хуа 101», где можно найти все, что пожелаешь.

«Легенда о Нань Хуа» набрала сотни миллионов просмотров, что сделало ее не только победителем в мире веб-дорам в том году, но и позволило продать право на ее трансляцию трем телеканалам.

Но была одна закавыка. У каждого зрителя появились свои любимые персонажи. К сожалению, довести их всех до финала автору не удалось. Зрители злились - история их любимчиков так и не была рассказана до конца. Они даже хотели поймать Чжун Сяофэна и заставить его изменить концовку.

В этой жизни Сун Юньжань придумал, как ублажить всех зрителей.

Он не собирался вмешиваться в сценарий и менять его. Был другой способ удовлетворить любовь зрителей к второстепенным мужским персонажам.

- Было бы хорошо одновременно с сериалом запустить и игру и позволить зрителям самим менять сюжет фильма.

Помощник Тан нерешительно начал:

- Но ни у вас, ни у Xinghe Entertainment нет ни средств, ни ресурсов для разработки игр.

Сун Юньжань скривил губы:

- Неважно. Нет у Xinghe Entertainment, есть у Ningdong.

Яркая улыбка расцвела на его лице:

- И игра – это только начало. У Ningdong есть много чего еще, что можно использовать для продвижения наших проектов.

Помощник Тан подумал, что президент Сяо Сун с каждым днем все лучше и лучше распоряжается семейными ресурсами.

Он вежливо поинтересовался:

- Создать игру по фильму – это была идея ваших родителей?

- Нет. Меня к этой идее вчера ночью подтолкнул Цинь Кэ.

Помощник Тан замер с открытым ртом.

О! А я думал, что вчера ночью вы…

…были заняты другим.

Я не позволю вам встать на колени и умолять председателя Бая…

После видеозвонка Сун Юньжань вышел из спальни и стал наблюдать, как за окном во всю стену на город опускается ночь. Настроение, как и закат за окном, было просто отличное.

Он чуствовал себя, как практикующий боевые искусства, который наконец-то открыл свои меридианы. Он придумал новый способ зарабатывать деньги, не полагаясь на свое «предвидение».

Риск, конечно, велик. Но гордость за выработку новой стратегии переполняла его сердце. Он был рад быть президентом.

Мысли Сун Юньжаня прервал звонок в дверь.

Домработница, как раз закончившая убираться на кухне, открыла дверь и вернулась в гостиную:

- Юньжань, тебя ищет господин Цинь.

Сун Юньжаню не хотелось спускаться:

- Пусть поднимется ко мне.

Когда Цинь Кэ поднялся на второй этаж, Сун Юньжань уже вернулся в постель.

Он сидел на кровати с ноутбуком на коленях, хмурил брови и время от времени постукивал по клавиатуре. Выглядел, как ответственный генеральный директор, который трудится, несмотря на болезнь.

Картинку портили взлохмаченные со сна волосы, мятая хлопчатобумажная пижама и закуски на прикроватной тумбочке.

Цинь Кэ подавил смех и постучал в дверь:

- Господин Сун, можно войти?

- А? - Сун Юньжань медленно поднял глаза. - О, это ты, входи.

Цинь Кэ подошел к кровати.

И некоторое время спокойно ждал, пока на него обратят внимание:

- Вы заняты?

Сун Юньжань быстро развернул экран ноутбука:

- Посмотри на план, который я составил, - в его голосе звучала гордость. - Я долго думал после нашего вчерашнего разговора. Сегодня проснулся и составил подробный план. Я уже говорил с помощником Таном, он одобрил мою идею.

Цинь Кэ наклонился и неторопливо прочел созданный документ:

- Это потрясающе.

Сун Юньжань хотел продемонстрировать плоды своих размышлений.

Но не ожидал, что Цинь Кэ отнесется к ним так серьезно и даже так похвалит его:

- Правда? Не лги мне.

- Я искренне восхищен.

До своего перерождения он был артистом высшего эшелона и принимал участие во многих инвестиционных проектах.

План, представленный ему, был довольно поверхностным, но идея была невероятной. Без сомнений человек, составивший этот план, обладал острым деловым чутьем.

Сун Юньжань гордо выпятил грудь:

- Ты умеешь видеть суть вещей, - он отставил свой ноутбук в сторону. - Пятьсот миллионов - это песчинка в море. Увидишь, как я за пару минут заработаю миллиард.

Цинь Кэ поднял брови:

- Теперь уже не боитесь, что вас заставят жениться?

- …

Сун Юньжань поперхнулся. На самом деле он все еще немного боялся.

Ведь в этой жизни все пошло иначе, чем в другой. Теперь финал скрыт в темноте.

Но он не хотел показывать своих опасений и притворился равнодушным:

- Это всего лишь брак, в нем нет ничего страшного.

Лицо Цинь Кэ вмиг покрыл холод:

- Правда?

Температура в спальне моментально понизилась на несколько градусов.

Сун Юньжань закутался в одеяло:

- Если Xinghe Entertainment не сможет выполнить требования моей матери, то… - он сделал паузу и с невозмутимым видом продолжил, - я встану на колени и буду умолять ее.

Лед в глазах Цинь Кэ рассеялся.

В уголках рта зародилась легкая улыбка:

- Это хорошая идея.

Сун Юньжань в этом не был так уверен.

Просить о пощаде на коленях – это так трусливо. Но председатель Ningdong – все-таки его мать. Разве стыдно вставать на колени перед своей матерью?

Он развернул леденец и засунул его в рот:

- Ты действительно хочешь увидеть, как я преклоняю колени?

Ты такой наивный, слишком наивный.

В конце концов, именно вы встанете на колени, господин Цинь!

Цинь Кэ не ответил, достал небольшой бумажный пакет и передал его Сун Юньжаню:

- Я купил это по дороге. Посмотрите, понравится ли это вам.

Бумажный пакет был размером в половинку ладони и настолько легким, что можно было заподозрить, что он пуст.

Сун Юньжань открыл пакетик. Внутри лежал красивый изысканный амулет.

На обратной его стороне был вышит храм в городе Янь, который считался очень почитаемым.

Именно туда собирался отправиться Сун Юньжань, находясь в больнице, чтобы помолиться о своем благоденствии.

Сун Юньжань облизнул губы. Какой сладкий, однако, леденец.

- Ты заметил, что мне не везет в последнее время. Поэтому принес его мне?

Цинь Кэ кивнул.

Сун Юньжань был вне себя от радости.

Хе-хе, этот глупый сын сказал, что купил его случайно.

Думаешь, я не знаю, где находится этот храм?

Ты специально купил его для меня. Какой почтительный сын!

И тут Сун Юньжань вдруг насторожился и осторожно поинтересовался:

- Ты уверен, что это защитный талисман, а не брачный?

Цинь Кэ же не пытается его обмануть? Он же не возносил в храме молитвы о браке на долгую жизнь и не купил брачный амулет?

Цинь Кэ заметил странное поведение Сун Юньжаня:

- Там есть слова, прочтите.

- …ой.

Сун Юньжань смущенно откашлялся, не желая признавать, что в очередной раз его фантазия завела его в тупик:

- Тогда я приму его. Но слишком не обольщайся. Ко всему нужно подходить научно и полагаться на собственные силы.

Как человеку переродившемуся ему было неловко употреблять слово «научно».

Цинь Кэ, у которого был такой же опыт, считал, что ненаучно даже говорить о перерождении.

Но, услышав добрый совет, согласно кивнул:

- Ну, я умею усердно трудиться.

Лучи заходящего солнца осветили его лицо, сделав его черты глубже и четче.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Не волнуйтесь, я не позволю вам встать на колени и умолять председателя Бая.

Цинь Кэ ушел. Сун Юньжань резво вскочил с кровати.

Движение было настолько резким, что он в очередной раз чуть не приложился попой об пол.

Он вскрикнул и медленно захромал к дивану, взял телефон, положил перед собой амулет и навел на него камеру телефона.

Шелковые нити, пронизывающие амулет, пускали искорки света, стоило изменить наклон камеры.

Сун Юньжань крутил камеру и щелкал, щелкал, щелкал.

Он отщелкал около дюжины фотографий, выбрал самую удачную и наложил на нее фильтр.

И смущенно замер.

Кому он собирался отправить это фото?

Это был первый подарок ему от его непутевого сына. Перед кем он вообще мог похвастаться таким подарком?

После недолгих колебаний Сун Юньжань решил зарегистрировать новый аккаунт в Weibo.

Затем отправил сообщение помощнику Тану: [Быстро сообщите всем в компании, чтобы они подписались на мой аккаунт.]

Помощник Тан в замешательстве передал всем приказ президента.

Пару часов спустя опытные пользователи сети уже обнаружили пост Сун Юньжаня в Weibo.

Настроившись на веселье, они дружно нажали на кнопку «подписаться».

Сун Юньжань так долго молчал и раз уж открыл аккаунт в Weibo, значит, стоит ожидать новых, свергающих с тронов звездочек, новостей.

У всех еще была свежа в памяти судьба Чу Сяочэня. Любители дынь решили не выпускать свои телефоны из рук, чтобы, не дай бог, не пропустить разоблачительных новостей. Если нужно, даже спать не лягут.

Сун Юньжань обновлял и обновлял свою страничку. Список его подписчиков все рос и рос, сначала присоединились сотрудники компании, потом - артисты компании и, наконец, все прочие пользователи. Когда на счетчике высветилось 100 000, он довольно усмехнулся.

Сто тысяч подписчиков – это не сотня подписанных на тебя друзей.

Он быстро загрузил фотографию, подписал ее и нажал «Отправить».

Все было сделано в один клик.

В одно мгновение пользователи сети, которые допоздна ждали важных новостей, увидели на своих экранах первый пост президента Xinghe Entertainment.

[Сун Юньжань: Ура, я получил подарок.]

На приложенном фото был обычный талисман.

Пользователи сети растерянно открыли рты.

Через несколько минут пост Сун Юньжаня заполонила тьма комментариев.

[И всё? Я не ложился спать до часу ночи ради этого?]

[Но он ведь не обещал, что сообщит какую-нибудь сногсшибательную новость,  так ведь?]

[Лучше бы это было селфи, какой смысл постить дурацкий амулет.]

[Это первый пост моего сына на Weibo. Он у меня такой застенчивый.]

Не таких комментариев ждал Сун Юньжань.

Что с вами не так?

Разве это фото не хорошо сделано? Посмотрите, какой красивый амулет! Вам не интересно, кто мне его подарил?

Эти пользователи ведут себя непрофессионально.

Сун Юньжань бросился в бой.

Он переключился на новый аккаунт: [Так от кого этот подарок?]

На это сообщение никто не обратил внимания, и оно быстро растворилось в море яростных комментариев.

Сун Юньжань был разочарован и нашел утешение, просматривая милые фотки  кошечек и собачек.

Из умиления его вырвала загоревшаяся маленькая красная точка внизу страницы.

Прошло много времени с тех пор, как Сун Юньжань по ошибке присоединился к группе «Головокружение».

Он щелкнул на красную точку. Количество группы так и не изменилось - одиннадцать человек, как и было.

Как убого. У этой футбольной команды даже нет никого на скамейке запасных.

Однако общение в группе было оживленным.

[Я уверена, это подарок Цинь Кэ].

[А зачем Жаньжаню амулет? Может, ему не везло в последнее время?]

[Эй, разве ты – не один из тех, кто тогда заблокировал его в компании?]

[… Не вспоминай об этом! Чу Сяочэнь для меня умер. Я уже признал, что был не прав. Пожалуйста, больше не упоминайте эту черную историю из моего прошлого.]

Остальные десять человек были теми, кто был настроен против Чу Сяочэня.

Упоминание этого имени всех разъярило. И они снова словесно высекли этого поддонка. И только после этого вернулись к разговору о своей любимой парочке.

[Но разве Цинь Кэ несколько дней назад не потерял свои ресурсы? Над ним так издевались. Может, поэтому он купил этот амулет?]

Сун Юньжань был ошеломлен. Почему Цинь Кэ не сказал ему об этом?!

В индустрии развлечений всегда царила нездоровая конкуренция. А фильм режиссера Тан Мина, несомненно, был хорошим куском пирога для развлекательных компаний. Многие агентства хотели бы полакомиться им.

Кто же знал, что главную роль получит никому неизвестный Цинь Кэ.

Как же не насладиться и не потоптать ногами счастливчика, которому повезло получить главную роль в фильме Тан Мина.

Люди порой такие противоречивые.

Если эту роль получит актер, более популярный, чем ваш любимый артист, вы примите это со смирением.

Но если ваш любимец проиграет неизвестному сопернику, это оскорбит вас до глубины души.

Все претенденты-неудачники были тут же высмеяны пользователями сети, которые радостно давились дынями.

Поклонники же тех актеров, кому не повезло, сразу обрушились на Цинь Кэ. Последние новости об отказах в сотрудничестве с ним со стороны рекламодателей только подлили масло в огонь.

В прежней жизни Сун Юньжань видел много подобных драм и должен бы уже к этому привыкнуть.

Но нынешняя ситуация завела его не на шутку.

Вы можете смотреть свысока на Цинь Кэ, но вы не можете смотреть свысока на его отца.

Он утихомирил свое сердце и поправил формулировку.

Нет, на Цинь Кэ тоже нельзя смотреть свысока.

На следующий день он призвал своего помощника и велел ему как можно скорее связаться с помощником Бай Ваньнин. Ему не терпелось утешить Цинь Кэ.

Помощник Тан онемел.

Господин Сун такой заботливый, его так волнует всё, что происходит с Цинь Кэ.

Помощник Тан связался со специальным помощником председателя. Тот, видимо, уже получил распоряжение Бай Ваньнин и, не задавая вопросов, прислал информацию о двух брендах, которые искали рекламное лицо, предложив выбрать подходящий.

Помощник Тан, даже не ознакомившись с информацией, уточнил:

- А мы можем выбрать оба варианта?

Этот вопрос был задан намеренно, согласно инструкциям президента Суна.

Специальный помощник холодно ответил:

- Помощник Тан, председатель Бай тоже заботит прибыль.

Помощник Тан уныло завершил разговор. Это всё, что я могу для вас сделать, президент Сун. Он открыл письмо от специального помощника, прочел, снял очки, протер глаза, снова надел очки и прочел еще раз.

Мужская одежда и популярный напиток.

И тот, и другой продукт – уникальный национальный бренд, с достаточно высоким статусом.

Помощник Тан был сражен.

Такие выдающиеся бренды. Цинь Кэ придется постараться. Ах, как он перенесет такое большое давление?!

Чэнь Цзин получила сообщение от помощника Тан, когда вместе с Цинь Кэ ехала на читку сценария «Дороги Цзянху».

Она много времени проводила с Цинь Кэ и уже хорошо знала его характер, поэтому и не беспокоилась, как помощник Тан, справится ли с такой работой ее подопечный.

Ознакомившись с двумя вариантами, она высказала свое профессиональное мнение:

- Я рекомендую вам попробовать быстрорастворимые напитки.

Чэнь Цзин показала ему фото из интернета:

- Прежним лицом этого бренда мужской одежды была профессиональная модель. Этот человек имел большой опыт участия в неделях моды и к тому же очень фотогеничен. Люди невольно будут сравнивать вас с ним.

Цинь Кэ спокойно улыбнулся.

- Это не страшно. Я не боюсь сравнений.

Это отличается от обещанного!

Услышав его слова, Чэнь Цзин поняла, что Цинь Кэ уже сделал свой выбор.

Если бы это был кто-то другой, Чэнь Цзин определенно возражала бы.

Цинь Кэ сильно отличался от артистов, с которыми она работала раньше. Он хоть и молод, но сдержан и уверен в себе.

Его слова, что он не боится сравнения с другими, ее ничуть не удивили.

- Хорошо, я передам помощнику Тану. С нетерпением буду ждать вашего восхождения на Олимп.

Цинь Кэ хмыкнул и снова вернулся к своему телефону.

Переговорив с помощником Таном, Чэнь Цзин повернулась к Цинь Кэ, тот просматривал Weibo.

На экране его телефона была открыта страничка Сун Юньжаня.

Она улыбнулась и решила пояснить:

- Вчера помощник Тан сказал нам подписаться на Weibo господина Суна. Мы думали, что он хочет сообщить какие-то важные новости, но вместо этого ночью он опубликовал фото амулета. Мы всё гадали, кто подарил ему его и почему господин Сун так дорожит им.

Цинь Кэ прикрыл глаза:

- И от кого этот подарок?

- Откуда же нам знать, - Чэнь Цзин пожала плечами. – Но этот человек, вероятно, очень ему нравится.

Не обязательно.

Возможно, он просто хотел быть отцом этого человека.

Цинь Кэ не знал, откуда взялась эта одержимость Сун Юньжаня, он усмехнулся и поставил этому посту лайк.

Сун Юньжань этого лайка даже не заметил.

Неделю он провалялся в кровати, как болезненная престарелая дама, которая редко выходит из дома.

Выздоровев, Сун Юньжань тут же помчался в офис.

В офисе сразу призвал к себе помощника Тана:

- Быстрее найдите, чем мне заняться. Лучше, если это будет активная работёнка.

Помощник Тан был озадачен: что значит активная работёнка?

Помочь курьерам?

Или отправиться патрулировать этажи вместе со службой безопасности?

Помощник Тан сдержался и просто вежливо спросил:

- Мы собираемся на встречу в Lu Dao Technology, хотите пойти с нами?

Сун Юньжань выпалил:

- Да.

Lu Dao Technology - игровая компания, которую Ningdong Group приобрела в прошлом году.

До того, как компания Ningdong Group приобрела ее, компания уже сделала себе имя в игровом мире, создав несколько игр типа МОВА*.

Получив уведомление из штаб-квартиры Ningdong Group, генеральный директор Lu Dao Technology недоуменно нахмурился.

Они никогда не создавали подобные игры, в романтическом стиле и ориентированных на женскую половину человечества. Техническая составляющая его не волновала, с этим они справятся.

Проблема заключалась в том, что предыдущие подобные проекты были ориентированы на успешные фильмы. Этот же сериал находится только на стадии разработки сценария, а они уже планируют выпуск игры по нему.

Они так уверены в «Легенде о Нань Хуа»?

Чем больше он об этом думал, тем скорее ему хотелось встретиться с представителями Xinghe Entertainment.

- Здравствуйте, господин Сун, - он мгновенно узнал Сун Юньжаня и с улыбкой шагнул к нему, чтобы пожать руку. - Меня зовут Юй Чао, я - генеральный директор Lu Dao Technology.

Глаза Сун Юньжаня радостно загорелись. Он тут же накинул этому незнакомцу пару сотен баллов.

Какой проницательный начальник! Первый, кто не принял его за помощника «президента» Тана.

Сун Юньжань просто не знал, что Юй Чао большую часть своей жизни проводил в интернете.

Как он мог не узнать человека, который произвел такой фурор в интернете.

Если бы не интернет, он бы бросился пожимать руку представительному господину в деловом костюме и очках. И невольно оскорбил бы принца Ningdong Group прямо при первой встрече.

Для начала Юй Чао провел для прибывших экскурсию по территории Lu Dao Technology.

Во-первых, чтобы познакомить руководство Xinghe Entertainment с технологией создания игр. Во-вторых, чтобы представители обеих сторон могли познакомиться друг с другом в непринужденной обстановке.

В самом важном отделе, отделе разработчиков, Юй Чао представил своих сотрудников и своих гостей.

В отличие от Юй Чао, сотрудники были в замешательстве.

Они не интересовались индустрией развлечений.

Их начальник не ошибся?

Этот молодой господин с нежным личиком – точно президент Сун?

Но президент Xinghe Entertainment - это же сын председателя и президента группы Ningdong.

Значит, этот нежный господин и есть наследный принц группы Ningdong?

К наследному принцу нельзя относиться небрежно.

Все они были матерыми социальными животными и имели большой запас лестных и любезных слов.

Они уже собрались начать воскурение фимиама, как принц Сун Юньжань, который только что улыбался им, внезапно изменил выражение лица и бросился в сторону.

Все:

- ???

Может, наследный принц решил не слушать их радужный пердеж? Он стесняется?

Сун Юньжань, не обращая внимания на остолбеневших айтишников, обежал их и уставился на экран одного из компьютеров.

Через некоторое время он повернулся к ним:

- Чей это компьютер?

Юй Чао был сбит с толку, не понимая, зачем это господину Суну.

Все в растерянности молчали. И тут раздался робкий женский голос:

- Что-то не так?

Юй Чао обернулся. Вперед шагнула молодая девушка, одна из начинающих иллюстраторов Lu Dao Technology.

Сун Юньжань ткнул в экран ее компьютера. В качестве обоев рабочего стола был выставлен рисунок красивого древнего воина.

- Это ты нарисовала?

Девушка смущенно кивнула.

Ей нравились исторические романы и дорамы, но на работе ей приходилось рисовать в основном мускулистых качков в современной одежке.

Эти обои поднимали ей настроение.

- У тебя есть еще подобные рисунки?

- Да.

Девушка была в растерянности. Но Сун Юньжань вел себя дружелюбно, и она решилась - достала свой телефон и показала ему хранящиеся на нем свои рисунки.

Глаза Сун Юньжаня загорелись, когда он увидел последний рисунок.

Хотя он никогда не создавал игры, он во время своего вынужденного больничного порылся в интернете и узнал много интересного об играх. Например, что для успеха игры в романтическом стиле, ориентированной на женщин, каждый мужской персонаж должен быть красив по-своему.

Последний рисунок девушки идеально соответствовал этим требованиям.

И самое главное, костюмы и реквизит, которые она разработала, выглядели довольно красиво. Можно даже сказать, на одном уровне с работой профессиональных стилистов на съемочной площадке.

Сун Юньжань вернул девушке телефон:

- Присоединяйтесь к нам, ждем вас в конференц-зале.

И проинструктировал помощника Тана:

- Кстати, позвоните Чжун Сяофэну по видеосвязи, он главный сценарист и должен принять участие в обсуждении.

Встреча началась с выступления продюсера игры, отвечавшего за исследования и разработку:

- Если мы хотим, чтобы игра вышла одновременно с сериалом, нужно поторопиться со сценарием. Как только он будет готов, можно будет начать прописывать сюжет игры.

Чжун Сяофэн на другом конце телефона дернулся.

Помощник Тан, не заметив этого, продолжил совещание:

- Хорошо, есть еще какие-нибудь предложения?

Продюсер игры:

- Поскольку это романтическая игра, ориентированная на женщин, она отличается от телесериала. У каждого персонажа должна быть своя отдельная сюжетная линия. Как думаете, кто займется этим? Мы? Или это пропишет ваш главный сценарист?

Помощник Тан повернулся к Сун Юньжаню.

Сун Юньжань на мгновение задумался и решил перестраховаться, обратившись к  Чжун Сяофэну:

- Почему бы это не сделать вам?

Чжун Сяофэн пролепетал дрожащим голосом:

- Могу я спросить, что здесь происходит? Вы хотите адаптировать «Легенду о Нань Хуа» в игру?

Сун Юньжань:

- …

Ой, я же забыл рассказать об этом Чжун Сяофэну.

Он откашлялся:

- Это будет не только игра, возможно, за ней последует роман и комикс, - и указал на девушку-иллюстратора. - Думаю, ее стиль хорошо сочетается с вашей историей. Я хочу, чтобы она взяла на себя дизайн главных героев.

Причина, по которой он сейчас был так взволнован, заключалась в том, что рисунки девушки по стилю были очень похожи на героев «Легенды о Нань Хуа» из предыдущей жизни.

Возможно, это был «золотой палец», дарованный небесами пушечному мясу.

Возможно, небеса довольны Сун Юньжанем, который так самоотверженно продвигает Цинь Кэ.

Девушка, наконец-то, разобравшаяся в ситуации, обрадовалась:

- Мы будем создавать игру для женщин?

Чжун Сяофэн, который тоже пришел в себя, был в ужасе:

- Президент Сун, мы об этом не договаривались.

Речь же шла только о сериале. Почему вдруг все так изменилось?

Чжун Сяофэн не мог предвидеть будущее. Он не знал, будет ли успешным его сценарий и сериал, снятый по нему. Он всего лишь немощная соленая рыба, он не готов к таким фантастическим планам.

А что если «Легенда о Нань Хуа» провалится? Президент Сун тогда сожжет дотла его своим гневом.

Сун Юньжань, не разобравшись в ситуации, стал утешать испуганного сценариста:

- Не нервничайте. Я понимаю, что вас беспокоит. Вы получите авторский гонорар за адаптацию сценария под игру.

Чжун Сяофэн:

- …

Нет, вы не понимаете, - в отчаянии мысленно зарыдал он.

Сун Юньжань покинул Lu Dao Technology с довольным видом.

Он не заметил мандража Чжун Сяофэна, гордясь сегодняшними переговорами.

Он сел в машину и обратился к помощнику Тану:

- Проследите за взаимодействием с Lu Dao Technology, не забудьте выторговать более высокий процент. В конце концов, мне нужно зарабатывать деньги.

Помощник Тан кивнул и поинтересовался:

- Мы возвращаемся в компанию?

- Да…

Сун Юньжань пошевелил своими длинными ногами. Они сегодня мало двигались.

- Разве сегодня нет работы на свежем воздухе? Мне бы хотелось прогуляться, в последнее время я много спал и мало двигался. Мне не хватает физической активности.

Помощник Тан нервно поправил очки и, старательно подбирая слова, спросил:

- Как много вы спали?

- Даже не знаю. Я лежал то на спине, то на животе. Я был так измотан, у меня так болела поясница, - Сун Юньжань не зная, какие фантазии витают в голове у его помощника, продолжил. - В тот день Цинь Кэ…

- Господин Сун! - помощник Тан не хотел слышать подробности того, что происходило между его боссом и артистом компании, поэтому поспешно перебил его. - Я вспомнил, Цинь Кэ сегодня снимается в рекламе мужской одежды. Почему бы вам не пойти и посмотреть!

Сун Юньжань был поражен внезапным всплеском активности своего помощника и растерянно пробормотал:

- А?… О, ладно.

Он откинулся на спинку кресла, наблюдая за помощником Таном. Тот, тяжело вздохнув, вытер свой вспотевший лоб.

Что такого страшного происходит на съемках рекламы?

Почему помощник Тан так нервничает?

*MOBA - многопользовательская онлайн-боевая арена, жанр компьютерных игр, сочетающий в себе элементы стратегий и ролевых игр.

Лучше ничего не спрашивать, иначе сердце растает.

Рекламу снимали в пригороде города Ян.

Сун Юньжань вышел из автомобиля и прищурился. Обычно он работал в своем кабинете, где жару разгонял кондиционер. Теперь же, оказавшись на улице в разгар летнего дня, он на себе ощутил, как жарит солнце.

Настоящее пекло.

Погодка явно не для прогулок.

Спасибо помощнику Тану, тот не забыл захватить с собой зонтик:

- Господин Сун, нам туда.

На самом деле Сун Юньжань знал, где находится место съемки.

Недалеко от места их высадки, метрах в двухстах, были выставлены навесы, их трудно было не заметить.

Они подошли ближе, им стала ясно видна сцена съемок.

Как это выглядело? На ум приходило только одно слово – горячо!

Темой съемки была новая осенне-зимняя коллекция бренда. Цинь Кэ был одет в длинный черный плащ. И это - под палящим летним солнцем, в окружении множества ярко горящих софитов.

Однако, стоило присмотреться и пекло, казалось, моментально теряло свою температуру.

Цинь Кэ стоял на поляне, периодически поворачиваясь и меняя положение своего тела согласно инструкциям фотографа.

Его брови были изогнуты, глаза – полны холодной отстраненности. За его спиной высился лиственный лес. Все это создавало тихую и пустынную атмосферу.

На улице стоял жаркий летний день, но, казалось, что вот-вот с неба посыпятся холодные снежинки.

- Очень хорошо, еще раз повернитесь в профиль, да, очень хорошо, - фотограф вовсю нахваливал Цинь Кэ.

Сун Юньжань узнал фотографа.

Он был хорошо известен. И своими непревзойденными навыками, и плохим характером. Мало кого из своих моделей он не доводил до слез.

Сейчас он, как заведенный, жал на затвор. На лице светилась радостная улыбка. Очевидно, он был чрезвычайно доволен Цинь Кэ.

Сун Юньжань невольно расстроился - в прошлой жизни этот фотограф неоднократно срывал на нем свое недовольство.

Может, его ругали и не так сильно, как других, но лучше всего он запомнил свою первую выволочку. Тогда ему было примерно столько же лет, сколько Цинь Кэ сейчас. Он был так рад сняться для обложки известного журнала, что не спал всю ночь.

А когда на следующий день прибыл на съемочную площадку, фотограф встретил его едким замечанием:

- Ты что, душу потерял по дороге?

Сун Юньжань потерял не душу, потерял лицо.

И хотя фотограф все-таки похвалил его после съемок, по сравнению с тем, как он обращался с Цинь Кэ сейчас, это была просто разница как между небом и землей.

-Тск.

Вспомнив прошлое, Сун Юньжань слегка расстроился.

Он присел под навесом и помахал Чэнь Цзин, сопровождавшей Цинь Кэ, подозвав ее:

- Как все прошло сегодня?

Чэнь Цзин довольно улыбнулась:

- Цинь Кэ выступил очень хорошо. Он превзошел все наши ожидания.

Она указала на человека, отвечающего за бренд, стоящего неподалеку, и прошептала:

- Поначалу они недовольно кривились, но посмотрите на них сейчас - им совершенно нечего сказать.

Сун Юньжань кивнул.

Какой бред! Как можно было ворчать, что «Цинь Кэ не справится», когда съемки только начались?!

Неожиданно Чэнь Цзин сменила тему:

- Господин Сун, на этот раз компания действительно нашла настоящее сокровище. Вы только что взяли на себя управление Xinghe Entertainment и сразу же обнаружили такой талант, как Цинь Кэ. Ваше видение и ваша смелость - просто образец для подражания для всех наших агентов.

Чэнь Цзин не была из тех, кто любит льстить и подхалимничать.

Ее слова звучали искренне и явно шли из самого сердца.

Сун Юньжань снова заважничал. Задрал подбородок, словно гордый петух, выигравший великую битву, но, сдержав свои амбиции, натянул на себя маску скромника:

- Не говорите так, могут услышать посторонние. Такое лучше озвучивать на ежегодном собрании компании.

Чэнь Цзин:

- …

Вы предлагаете мне толкнуть эту речь на годовом собрании?

Пока они болтали, фотограф уже закончил снимать один комплект одежды и объявил десятиминутный перерыв, прежде чем перейти к следующему.

Как только камера была выключена, Цинь Кэ медленно с облегчением выдохнул.

Как бы хорошо он ни скрывал это во время съемок, дискомфорт от стоящей жары был на грани теплового удара.

Помощник Сяо Кэ подошел к нему с веером и бутылкой ледяной воды:

- Господин Сун здесь.

- Я заметил.

Цинь Кэ сделал глоток воды, скинул плащ и передал его сотрудникам бренда:

- Мы можем немного передохнуть?

Персонал съемочной бригады понимающе закивал:

- Конечно, конечно. Передохните, а потом продолжим съемки.

Под навесом было установлено несколько портативных кондиционеров, со свистом гоняющих прохладный ветерок, поэтому под навесом было на несколько градусов прохладнее, чем снаружи.

Цинь Кэ шагнул под навес, чтобы поприветствовать своего босса:

- Господин Сун.

Сун Юньжань обернулся и мгновенно напрягся.

Он сидел на низком стуле, его глаза оказались на уровне талии Цинь Кэ.

Черный плащ, видимо, был надет прямо поверх личной одежды Цинь Кэ. Скинув плащ, он остался в тонкой белой футболке. Она плотно прилегала к его телу, демонстрируя все линии его фигуры.

Дыхание Сун Юньжаня без всякой причины сбилось:

- Почему ты стоишь? Садись, поговорим.

- Садись сюда, - Чэнь Цзин встала и уступила свое место. - Я пойду, мне нужно кое-что обсудить с помощником Таном.

Цинь Кэ поблагодарил и присел на место Чэнь Цзин.

Сун Юньжань почувствовал, что снова что-то идет не так.

Радиус действия портативного кондиционера был слишком мал. Их стулья стояли очень близко друг к другу. Все было нормально, когда рядом сидела Чэнь Цзин. Но стоило Цинь Кэ сменить ее, как воздух между ними вдруг раскалился до невозможности. Казалось, даже не касаясь друг друга, они могли чувствовать жар тел друг друга.

В другом случае Сун Юньжань уже попросил бы собеседника удалиться.

Но фотосессия под палящим солнцем только что закончилась, конечно, его подопечному хотелось охладиться рядом с кондиционером. Разве мог ответственный босс прогнать своего трудолюбивого и измученного жарой подчиненного?!

Это навредило бы его имиджу.

Цинь Кэ, увидев, что Сун Юньжань нахмурился, заботливо поинтересовался:

- Вы оправились от травмы?

Сун Юньжань, мучившийся, как избавиться от жара соседнего тела, был застигнут врасплох. Беспокойство Цинь Кэ о его заднице чуть не сбило его в очередной раз с насиженного места.

Он пошатнулся, с трудом удержался на стуле и сердито зарычал:

- Ты что, не видишь, сколько людей вокруг нас? Как ты можешь спрашивать об этом на глазах у всех?

Цинь Кэ удивленно поднял брови и тихо извинился:

- Виноват. Спрошу об этом, когда останемся вдвоем.

- Ты можешь не спрашивать. Раз я сижу здесь, значит, со мной все в порядке.

Сун Юньжань не знал, откуда взялись стыд и гнев в его сердце. Чтобы отвлечься, он оттянул воротник своей футболки и замахал им, пытаясь охладить свое разгоряченное лицо.

На нем была футболка свободного кроя с широким вырезом.

После пары рывков обнажился небольшой участок кожи на его груди.

Участок девственно белой кожи.

Это тут же привлекло внимание проходивших мимо сотрудников.

Цинь Кэ спустя несколько секунд, не сдержавшись, насильно подтянул воротник его футболки на место:

- Следите за своим видом.

Сун Юньжань замер и молча опустил руку.

Эй, что такое?! Это неправильно! Почему это Цинь Кэ тут командует им?

С чего это?

Это же я должен заботиться о своем сыне!

Вспомнив о своем отцовском долге, Сун Юньжань воодушевился.

Медленно поднял голову и с улыбкой посмотрел на Цинь Кэ. В нем боролись два маленьких злодея.

Первый: Какой заботливый сын!

Второй: Давай уже, назови меня «папочкой»!

Сун Юньжань глубоко вздохнул и медленно начал:

- Ты…

- Цинь Кэ, - внезапно прервал его чей-то голос.

Сун Юньжань сердито обернулся – кто это тут мешает ему общаться со своим сыном?

Это был сотрудник съемочной команды. Он пришел сообщить Цинь Кэ, что пора переодеваться для следующего раунда съемки.

- Мне пора, - Цинь Кэ встал. - Что вы хотели сказать?

Сун Юньжань, полный отцовской любви, поперхнулся и сквозь зубы проговорил:

- Иди, делай свою работу.

Достал мобильный телефон и начал сердито рубиться в игру, злясь, что ему не дали довести дело до конца.

Чэнь Цзин удивленно наблюдала за ним:

- Сегодня такой жаркий день, господин Сун не собирается уходить?

Помощник Тан спокойно пояснил:

- Все в порядке. Скоро вы все поймете.

Чэнь Цзин:

- …?

Сун Юньжань отчаянно сражался с виртуальными монстрами. Он был из тех фанатичных игроков, для кого весь мир исчезал, стоило ему только врубить игру.

Когда на его телефоне появилось сообщение о низком заряде батареи, Сун Юньжань неохотно вышел из игры. Поднял глаза и обнаружил, что небо уже потемнело.

Взглянув на время, понял, что было уже пять часов. Три часа пролетели незаметно.

Сун Юньжань встал и, разминая ноги, прошелся под навесом, когда вдруг понял,  что чего то не хватает.

Он схватил за рукав сотрудника, который упаковывал оборудование:

- Вы уже закончили снимать?

- Да, съемка прошла без сучка, без задоринки, - радостно сообщил сотрудник.

Сун Юньжань был изумлен:

- А где Цинь Кэ?

Он ушел?!

Помощник Тан даже не удосужился сообщить ему об этом?!

Сотрудник махнул в сторону:

- Я только что видел, как он шел в раздевалку. Наверное, пошел переодеваться.

- Спасибо.

Сун Юньжань рванул в указанную сторону, даже не положив телефон в карман.

Съемки проходили в пустынном месте. В роли раздевалки выступал скромных размеров передвижной домик. Изрядно потрепанный. Видимо, оставленный другой съемочной бригадой.

Сун Юньжань остановился у двери с надписью «Раздевалка» и позвал:

- Цин Кэ, ты здесь?

- Да, - послышался знакомый голос. - Входите.

Сун Юньжань нажал на ручку двери, и та без всякого сопротивления открылась.

Он заглянул внутрь и нахмурился. Цинь Кэ надевал футболку, подол футболки то обнажал, то скрывал напряженный пресс артиста.

Какого черта?

В Сун Юньжане тут же взыграли профессиональные инстинкты:

- Ты вообще заботишься о своей безопасности? Почему не запираешь дверь, когда переодеваешься?

- Я не…

- Что не? Чэнь Цзин тебя этому не учила?

Сун Юньжань вошел и, желая продемонстрировать, как следует поступать, запер дверь:

- Видишь? Ты должен был запереть дверь, как это сделал я. Чтобы никто не смог навредить тебе.

Цинь Кэ прикусил нижнюю губу.

Он смотрел на Сун Юньжаня со сложным выражением лица, словно хотел сказать ему что-то важное, но не знал, с чего начать.

Сун Юньжаня озадачил его взгляд. Он собрался было начать расспросы, как внезапно его мозг пронзило понимание происходящего.

Этот взгляд, это выражение... он не мог ошибиться.

Такие эмоции появляются на лице, когда вы сталкиваетесь с искренней заботой о вас.

Лучше ничего не спрашивать, иначе сердце растает.

Сун Юньжань гордо улыбнулся и продолжил прерванный разговор:

- Как тебе сегодняшняя съемка?

Цинь Кэ устало вздохнул:

- Неплохо.

- Так и должно быть. Ради этой съемки я рисковал своей жизнью.

Сун Юньжань прислонился к стене, в его глазах плескалось самодовольство:

- Тебе понравилось сниматься в этой рекламе? Ты в восторге?

Цинь Кэ молчал. Почему собственно он должен был быть в восторге?

В предыдущей жизни он снялся в таком количестве рекламных роликов, что уже давно привык к таким съемкам.

В конце концов, он выдавил из себя короткое:

- Ну, спасибо.

Сун Юньжань с улыбкой махнул рукой:

- Не нужно меня благодарить.

Он откашлялся и, нервно сжав кулаки, с осторожностью на 30% и предвкушением на 70% выдал:

- Пока ты зовешь меня папой, я могу тебе гарантировать успешное будущее.

Цинь Кэ уже не удивлялся таким заявлениям Сун Юньжаня.

Возможно, потому, что они много общались, Цинь Кэ уже примерно представлял, что происходит в голове этого человека.

Он ничего не ответил, лишь слегка приподнял уголки своих губ.

- Чему ты улыбаешься?

- Я просто кое-что вспомнил. Когда я проходил прослушивание на роль в «Дороги Цзянху», господин Сун заключил со мной пари. Вы сказали, что если я провалю прослушивание, я должен буду называть вас отцом.

Сун Юньжань сердито пробормотал:

- Почему ты поднимаешь этот вопрос именно сейчас?

- Ну, я просто хочу знать, раз уж вы проиграли, как вы должны меня называть?

Сун Юньжань:

- …

И что я должен ответить?!

Это ловушка?!

Сун Юньжань испугался, вдруг Цинь Кэ тоже хочет, чтобы его называли отцом, и поспешно возразил:

- Тогда ты не выдвинул никакого требования. Ты не можешь сейчас ничего от меня требовать.

- Правда?

Цинь Кэ улыбнулся, шагнул к нему и тихо спросил:

- Господин Сун, чего вы боитесь?

Чужое теплое дыхание и магнетический голос странным образом подействовали на Сун Юньжаня.

Он вспомнил, что, когда он в первый раз попросил Цинь Кэ называть его отцом, он, кажется, сказал то же самое.

Может, тогда Цинь Кэ затаил на него обиду и просто ждал возможности отомстить?

Сун Юньжань поднял глаза и увидел смешинки, прячущиеся в уголках глаз Цинь Кэ.

По телу Сун Юньжаня пробежала дрожь, словно он был животным, осознавшим приближающуюся опасность. С трудом сохраняя властное выражение лица, он тихо отступил к двери, намереваясь совершить побег.

Цинь Кэ, казалось, не заметил его трусливой ретировки:

- Господин Сун, вы уже решили как?

Сейчас!

Сун Юньжань схватился за дверную ручку и резко потянул ее вниз!

Дверная ручка даже не сдвинулась с места.

- …?

Сун Юньжань попробовал еще раз. Дверь не открывалась!

Он нервно замогргал, не понимая, что происходит.

И в этот момент уже нескрываемая ухмылка расплылась на лице Цинь Кэ.

Он отступил назад и лениво прокомментировал:

- Кстати, я забыл сказать - эта дверь сломана. Если запереть замок, изнутри ее уже не открыть.

Автору есть что сказать:

Самый большой кризис в истории Xinghe Entertainment.

Как на простой съемке рекламы мог пропасть Принц нашего конгломерата?!

- …

Сун Юньжань был так зол, хотелось оторвать голову идиоту, который запер дверь.

К счастью, он вовремя вспомнил, что этим идиотом был он сам.

Опять эта грешная правая рука.

Это она виновата, что лайкнула пост того блогера, она виновата, что щелкнула кнопку «присоединиться» к этому СР-шному сообществу, она виновата, что заперла меня и Цинь Кэ в этой маленькой темной комнатушке.

Он сердито посмотрел на свою правую руку. Может, она не преданная часть его тела, а агент под прикрытием, нанятый глупенькими девчонками с Weibo?

- А снаружи ее можно открыть? - с проблеском надежды спросил Сун Юньжань.

- Да, ключом.

О! Сун Юньжань с облегчением выдохнул.

И как ответственный взрослый человек достал свой телефон и набрал номер помощника Тана.

И обнаружил, что заряд батареи телефона практически равнялся нулю.

Да что же это такое!

Сун Юньжань в ярости повернулся к Цинь Кэ:

- Твой телефон работает?

Цинь Кэ беспомощно развел руками:

- Я только что закончил съемки. Мой телефон у моего помощника.

- Тогда где твой помощник?

Разве в ситуации, когда дверь невозможно запереть, помощник не должен охранять раздевалку, чтобы не допустить вторжения в нее случайных людей?

Но он не видел никого рядом с раздевалкой.

- У Сяо Кэ заболел живот, и он отошел в туалет, - Цинь Кэ повесил одежду, которую снял с себя, на вешалку, пару секунд помедлил и добавил, словно только что вспомнил. - Я подумал, что переоденусь быстро, поэтому сказал ему не ждать меня и идти прямо на парковку.

Если бы эта ситуация не касалась его, Сун Юньжань с радостью повеселился бы над этой историей.

Как и ожидалось, главный герой проявил себя как внимательный и тактичный персонаж.

Но именно он и стал причиной этой абсурдной ситуации. Однако он все равно остается главным героем этого мира.

Цинь Кэ попытался открыть вентиляционное окошко на стене, но, к сожалению, от солнца и дождя оно давно покрылось ржой. И он оставил свои попытки.

В любом случае кто-нибудь придет забрать использованную в рекламе брендовую одежду.

Сун Юньжань почувствовал себя виноватым.

Цинь Кэ с его характером даже не стал его обвинять в сложившейся ситуации. Иначе ему пришлось бы отмаливать свою вину перед ним выбиванием еще и рекламы быстрорастворимого напитка.

Сун Юньжаню стало стыдно от своих мыслей.

Цинь Кэ бумажным полотенцем обтер свои руки:

- Так вы уже подумали?

- А?

Цинь Кэ посмотрел на Сун Юньжаня:

- Как вы будете меня называть?

- …

Он уже и забыл, что этот вопрос ждал его решения. И тут на ум ему пришло  классическое высказывание старшего господина Суна.

Сун Юньжань нахмурился и понизил голос:

- Кто научил тебя так разговаривать со своим начальником? Кажется, в последнее время папа слишком баловал тебя.

Цинь Кэ указал на дверь:

- Это, по вашему мнению, значит баловать?

Посмотрев на запертую дверь, Сун Юньжань растерялся.

Но продолжил упорно сопротивляться:

- Конечно, я тебя балую! Какой еще артист осмеливается так разговаривать со своим боссом?

Цинь Кэ рассмеялся:

- Какой еще босс заперся бы со своим артистом в гримерке?

Сун Юньжань хотел порвать рот Цинь Кэ.

Он же не знал, что эта дверь сломана, и случайно запер ее. Почему из слов Цинь Кэ выходит так, будто он сделал это намеренно?

Может…

Цинь Кэ и хотел именно этого?

Сун Юньжань просто остолбенел. Известно же, что он нравится Цинь Кэ. Хотя Хэ Цзыю с этим и не согласился, но, учитывая интеллект Хэ Цзыю, на его возражения можно не обращать внимания.

Это была ловушка?

Раздевалка находится далеко от съемочной площадки. Даже если он закричит и позовет на помощь, никто его не услышит.

У Сун Юньжаня даже поджилки затряслись.

Но он не хотел сдаваться и с суровым лицом заявил:

- Я не обязан отвечать на твой вопрос.

Он осторожно поднял маленький табурет и в мерах предосторожности выставил его перед собой.

Все в порядке, успокоил он себя, нужно продержаться совсем немного.

Два человека пропали. Кто-нибудь да придет их сюда искать.

Тем временем в нескольких сотнях метров под навесом.

Чэнь Цзин в замешательстве крутилась на месте, высматривая своего подопечного:

- Цинь Кэ ушел переодеваться. Почему он еще не вернулся?

Сяо Кэ, вернувшийся из туалета, нахмурился:

- Странно. Когда я уходил, он уже почти закончил переодеваться. Может, его что-то задержало?

Помощник Тан тоже беспокоился. Он тоже кое-кого искал и не мог до этого человека дозвониться:

- Кто-нибудь видел господина Суна?

Члены съемочной бригады одновременно повернули головы и отрицательно покачали головами.

Помощник Тан занервничал.

В этот момент на месте съемок царил хаос, все ходили туда-сюда, но знакомой фигуры среди них не было видно.

- Он же не мог заблудиться, - убеждал себя помощник Тан. Посмотрел на близлежащий лес, и его сердце наполнила тревога.

Водятся ли в этом лесу дикие звери?

Скудные географические познания помощника Тана сплелись с его богатым воображением, и его спина вмиг покрылась холодным потом.

- Боже! Это не хорошо! - он резко увеличил громкость своего голоса и в панике закричал. – С господином Суном что-то случилось!

Услышав его крик, все на мгновение замерли.

Чэнь Цзин и Сяо Кэ забыли о Цинь Кэ и бросились к помощнику Тану.

Никогда в жизни на помощника Тана не смотрело столько глаз одновременно. Он судорожно сглотнул и взволнованно заявил:

- Десять минут назад господин Сун сидел здесь, под навесом, и играл на телефоне. А когда я закончил отвечать на электронное письмо, он вдруг исчез… И его телефон сейчас отключен.

Поднялся шум.

Руководители бренда Ningdong Group застыли, словно их всех одновременно поразила молния.

Как на простой съемке рекламы мог пропасть Принц нашего конгломерата?

Как мы объясним это г-же Бай и г-ну Суну?

Единственной, кто остался спокоен, была Чэнь Цзин:

- Не паникуйте. Со времени его исчезновения прошло всего десять минут. Давайте я позвоню в полицию, а вы разбейтесь на группы по трое и осмотрите все вокруг.

Она уже собиралась набрать 110, когда раздался нерешительный голос:

- А? Господин Сун недавно спрашивал меня, где Цинь Кэ. Я сказал ему, что Цинь Кэ ушел переодеваться, и он пошел за ним.

Все:

- …

Почему ты не сказал об этом раньше?! Мы уже начали сочинять заголовки для срочных новостей!

Чэнь Цзин убрала телефон:

- Цинь Кэ тоже ушел в раздевалку и не вернулся. Замок в двери раздевалки неисправен, возможно, они случайно оказались заперты внутри, а их телефоны разрядились. У кого ключи от раздевалки? Пусть он пойдет и откроет им дверь.

Логичные рассуждения всех враз успокоили.

Помощник Тан вздохнул с облегчением, но тут же закричал:

- Нет, никому не разрешается идти!

Все:

- ???

Лицо помощника Тана перекосилось от вынужденной лжи:

- Я только что вспомнил, что господин Сун хотел поговорить с Цинь Кэ наедине, поэтому никто из вас не должен беспокоить их.

- Э…- поинтересовался кто-то из толпы, - и как долго они будут разговаривать?

Помощник Тан понятия не имел, как долго протекает половой акт между мужчинами. Откуда ему знать, сколько времени это займет!

Но, вспомнив, что Сун Юньжань сегодня жаловался, что устал валяться в кровати, и рвался к активным действиям, а также учитывая, что и президент Сун, и Цинь Кэ молоды и энергичны, предположил, что их совместное буйство не будет слишком коротким.

Он поправил свои очки в золотой оправе и авторитетно заявил:

- Не меньше часа.

Пожалуйста, поберегите свою энергию, молился он в сердце, иначе я не смогу скрыть ваши отношения.

Мужчина, который задал провокационный вопрос, смущенно заметил:

- Это довольно долго. Но там остались все наряды, что сегодня рекламировали.

- У костюмов нет ног, они никуда не убегут, - устало ответил помощник Тан. – Все могут идти. А костюмеры пусть задержатся еще на час.

Даже если кто-то и остался недоволен, возражать не посмел – все-таки речь шла о принце Ningdong Group.

Помощник Тан мог их понять. Кому понравится работать сверхурочно.

Он отозвал Сяо Кэ:

- Найди какую-нибудь съестную лавку поблизости и купи там что-нибудь попить-поесть.

Сяо Кэ еще днем прошерстил этот вопрос и мгновенно ответил:

- В трех километрах отсюда на заправочной станции есть ресторан, там подают жареную утку. Рядом находится магазин, где продают чай с молоком. Хотите, чтобы я купил и то, и другое?

Помощник Тан кивнул:

- Да, купи. Да побольше. И не забудь выставить счет и получить возмещение в финансовом отделе.

- Кто-нибудь… эй, кто-нибудь, помогите нам…

Сун Юньжань стучал в закрытую железную дверь и отчаянно взывал о помощи.

У Цинь Кэ мобильного телефона не было, а у него он сел. К тому же в раздевалке не было часов. Неизвестно, как долго они были взаперти.

Может, минуты, а, может, часы.

В раздевалке было жарко и душно. Да еще и близость Цинь Кэ поддавала жара. Сун Юньжань чувствовал, что время движется чересчур медленно.

Он уже выбился из сил, молотя в дверь и взывая к небесам.

- Думаешь, они уже заметили, что мы пропали?

- Должны были.

- Тогда почему никто еще не пришел? – ворчал Сун Юньжань. – Уже начало темнеть.

Цинь Кэ не мог ответить на этот вопрос.

Когда они оказались взаперти, он стал следить за тем, как менялось освещение в комнате. И, по его мнению, в заточении они находились не дольше двадцати минут. Отчаиваться было слишком рано.

Но он мог понять терзания Сун Юньжаня.

В этой скромной раздевалке не было электричества. Если их не найдут в ближайшее время, им придется сидеть в темноте.

Можно было бы, конечно, включить светодиодную подсветку зеркала, она работала от батареек. Но Сун Юньжаня, который боялся призраков, такая сцена наверняка напугала бы до смерти.

- Отойдите, я попробую выбить дверь.

Сун Юньжань отступил в сторону, дождался, когда Цинь Кэ встанет в нужную позу, и задал вопрос:

- Что, если ты не выбьешь дверь, а вместо этого сломаешь замок?

- …

Это не исключено.

Рядом нет ни домов, ни нужных мастеров. Слесаря уж точно поблизости не найти.

После недолгих раздумий Цинь Кэ отодвинул в сторону стойку с одеждой.

Сун Юньжань не знал, что тот собирается делать. Но решил помочь и откатил две оставшиеся стойки подальше от двери.

Убедившись, что брендовая одежда не будет испачкана, Цинь Кэ протянул руку:

- Дайте мне табурет.

Сун Юньжань озадаченно поинтересовался:

- Что ты собираешься делать?

- Разобью окно, - Цинь Кэ посмотрел на него . - Уйдите с дороги. Будьте осторожны, не пораньтесь.

Раздевалка была крохотной, спрятаться Сун Юньжань мог только за стойками.

Цинь Кэ размахнулся, но Сун Юньжань снова остановил его:

- Подожди!

Цинь Кэ остановился и в замешательстве оглянулся.

Сун Юньжань стянул со стойки пару кашемировых шарфов и обернул ими руки Цинь Кэ, а на самого Цинь Кэ натянул брендовое пальто с капюшоном.

Одну за другой застегнул пуговицы на пальто и прикрыл голову Цинь Кэ капюшоном. Осмотрел свою работу и удовлетворенно улыбнулся:

- Хм, неплохо получилось.

У Цинь Кэ случилось короткое замыкание:

- Мы же должны вернуть эту одежду.

- Мы компенсируем им эти потери. Я заплачу за нее, - Сун Юньжань посмотрел на него, как на умственно отсталого. – Это же просто одежда. Она не так важна, как ты.

Последние лучи заходящего солнца отразились в его глазах, вспыхнув крошечными огоньками.

Цинь Кэ пораженно замер.

Его кадык качнулся вниз-вверх. Он молчал, не зная, что сказать.

Он был закутан, как египетская мумия. Тело вспотело, дыхание стало тяжелым.

Сун Юньжань вернулся в безопасную зону, не забывая раздавать советы:

- Ты такой беспечный. Собирался разбивать окно без всякой защиты. И еще находишь время беспокоиться обо мне, забывая о своей безопасности.

Цинь Кэ тихо промолвил:

- Спасибо.

- Пожалуйста. Так поступил бы любой отец.

Цинь Кэ отвел глаза и мягко улыбнулся.

Потом рассмеялся, оперся на туалетный столик, поднял табуретку и сильно двинул ее вперед.

Раздался громкий удар. В стороны брызнули мелкие обломки.

Проржавевшее окно не смогло выдержать такого сильного удара и вскоре было полностью разрушено.

Сун Юньжань заткнул уши, его сердце бешено колотилось. Что не помешало ему фиксировать свои наблюдения. Цинь Кэ выглядит таким худым, он не ожидал, что тот окажется таким сильным.

Но тут он вспомнил его пресс, случайно увиденный, когда тот переодевался.

Что бы ни случилось в будущем, помни, Сун Юньжань, что с Цинь Кэ лучше сражаться словесно, а не на кулаках.

Он определенно не сможет победить этого никудышнего сына.

Цинь Кэ осторожно очистил проем вентиляционной решетки и измерил его размеры.

И он, и Сун Юньжань не толстые, так что смогут протиснуться.

- Подождите пока, - Цинь Кэ отбросил табурет. – Давате сначала я. Если пролезу я, пролезете и вы.

Сун Юньжань с нетерпением посмотрел на него:

- Только будь осторожен.

Цинь Кэ кивнул, уцепился руками за край отверстия и без особых усилий подтянулся к проему.

И быстро нырнул в пробитую брешь:

- Давайте теперь вы.

Весь процесс не занял и минуты.

Сун Юньжань оторопел. Цинь Кэ не уставал удивлять его.

Этот человек мог не только гонять на мотоцикле, но и без проблем выскакивать в окна.

Такой талантливый сынок! Отец гордится тобой!

Сун Юньжань последовал его примеру, забрался на туалетный столик, схватился за край окна, уперся ногой в стену и плавно подтянулся к пробитому проему.

И совсем не сложно.

Он гордо скривил губы, посмотрел вниз и остолбенел.

Вентиляционное окно находилось как минимум в двух метрах над землей.

Лицо Сун Юньжаня вмиг побледнело:

- Мне нужно спрыгнуть?

Цинь Кэ поднял голову:

- Тут всего два метра. Любой может сделать это.

- Я так не думаю, - Сун Юньжань покачал головой. – Ты же знаешь, какой я невезучий.

Любой другой, прыгнув с такой высоты, в худшем случае подвернул бы ногу.

Его же прыжок точно закончится полным параличом!

Цинь Кэ на мгновение задумался:

- Я могу сходить найти кого-нибудь, кто сможет открыть дверь.

- …

Чертов дух соперничества! Сун Юньжань не мог смириться, что даже в таком тривиальном вопросе Цинь Кэ превосходит его.

- Может, ты поймаешь меня? - осторожно предложил он.

Цинь Кэ поднял брови:

- Может. Вы уже решили, как будете называть меня?

Сун Юньжань взревел:

- Что тебе все неймётся? Хочешь, чтобы я называл тебя отцом?

- Я не такой, как вы. Мне не нужно, чтобы меня называли отцом.

Цинь Кэ подошел ближе, раскинул руки и хитро усмехнулся:

- Почему бы вам не называть меня гэгэ?

Сун Юньжань просто онемел. Что за хаотичные отношения в их семье!

Даже ветераны полицейского участка, пожалуй, не сталкивались с такими странными отношениями в семье, так же?

Он набрался смелости, стиснул зубы и прыгнул.

Прыгнул и упал в объятия Цинь Кэ.

Цинь Кэ крякнул и тут же улыбнулся:

- Я же говорил вам, что у вас все получится.

Сун Юньжань пошевелил ногами и, не обнаружив смертельных травм, расплылся в горделивой улыбке:

- Значит, я хороший прыгун.

Цинь Кэ кивнул:

- Ну, хороший прыгун господин Сун уже может назвать меня гэгэ?

- Я тебе ничего не обещал! - Сун Юньжань оттолкнул его и развернулся к нему спиной.

И, не оглядываясь, быстро скрылся с места происшествия, недоумевая, почему  он так паникует.

Цинь Кэ неторопливо последовал за ним.

Подойдя к навесу, они остановились и обменялись растерянными взглядами.

Под натянутым тентом спокойно сидела группа людей.

Кто-то пил чай с молоком, кто-то болтал и поедал жареную утку, и только помощник Тан сидел, нахмурившись, погрузившись в глубокие размышления.

И никто из них, похоже, о них не беспокоился.

Идеальная ситуация проявить свой характер. Сун Юньжань вспыхнул, как спичка.

- И чем вы заняты, позвольте вас спросить?

Помощник Тан поднял голову. В глазах его плескалось удивление, смешанное с обидой.

Было слишком темно, и он не заметил гнев на лице своего босса. Он оттащил его в сторону:

- Господин Сун, вы уже закончили свои дела?

- … какие дела? -  нетерпеливо переспросил Сун Юньжань. – Мы с Цинь Кэ полдня просидели в запертой раздевалке. А вы вместо того, чтобы выпустить нас, сидите тут едите! Устроили тут пикник, понимаешь!

Помощник Тан был поражен:

- Разве вы с Цинь Кэ не были заняты?

Сун Юньжань разозлился еще больше:

- Чем?

Помощник Тан уже осознал, что, возможно, ошибся в своих предположениях.

Он нерешительно посмотрел на Сун Юньжаня. Его лицо покраснело, затем побледнело. Смена красок была такой показательной.

Сун Юньжань, кажется, понял, что себе нафантазировал его помощник.

Логическая цепочка, сложившаяся в мозгу помощника Тана, стала ясна.

- Вы думаете, что мы с Цинь Кэ… - недоверчиво спросил он, - в раздевалке занимались..?

Помощник Тан стыдливо кивнул.

- …

Это было возмутительно!

Сун Юньжань был настолько шокирован таким развитием событий, что его гнев вмиг утих.

Он утешительно похлопал помощника Тана по плечу:

- Если вам нечем заняться, запишитесь на занятия по самоусовершенствованию.

Завязывайте уже со своими маньячными замашками.

Президент Сун никогда не влюбился бы в Цинь Кэ!

На мероприятии присутствовали люди из других компаний, поэтому лекция Сун Юньжаня на этом закончилась.

Он вернулся под навес как раз в тот момент, когда Цинь Кэ достал из сумки последние два стаканчика чая с молоком и протянул ему один из них ему.

Чай с молоком, который подавали на заправке, был посредственным на вкус, но с кубиками льда, которые в него добавляли в магазине, был прохладным и освежающим. В самый раз чтобы пережить стоящую духоту.

Сун Юньжань ел пельмени таро. Чэнь Цзин обратилась к Цинь Кэ:

- Все в порядке?

- А? – не понял вопроса Цинь Кэ.

- Помощник Тан сказал, что президент Сун хотел что-то обсудить с вами наедине. Что-то случилось?

Цинь Кэ был озадачен и не понимал, о чем идет речь.

Ресницы Сун Юньжаня тревожно затрепыхали.

Несмотря на то, что он был очень недоволен беспорядком, который устроил помощник Тан, он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что его помощник не дружит с головой.

Он же президент, в конце концов. Он должен контролировать своего подчиненного, даже если его мозг поврежден.

Он уже собрался было влезть в чужой разговор и всё объяснить, как Цинь Кэ вдруг отозвался:

- А! Ничего важного.

Его взгляд небрежно пробежал по лицам и притормозил на лице Сун Юньжаня:

- Господин Сун просто хотел обсудить со мной тему… братской дружбы.

Чэнь Цзин:

- ???

Сун Юньжань:

- …

Ошарашенный президент Сун отступил в тень и шепотом поинтересовался у помощника Тана:

- Вы слышали Цинь Кэ? Как думаете, что он имел в виду?

Неужели он всерьез хочет, чтобы я называл его братом?

Помощник Тан не только услышал слова Цинь Кэ, но и увидел выражение лица Цинь Кэ.

Честно признаться, его озадачил непонятный подтекст слов последнего.

Он пару секунд поколебался и потом нерешительно высказался:

- Я сам не понял.

- ? - Сун Юньжань не поверил ему. - Подумайте лучше.

Помощник Тан нахмурился, заподозрив, что это была своеобразная проверка. И если он ошибется, то может прямо сейчас паковать чемоданы.

Помощник Тан нервно сглотнул и твердо заявил:

- Что не так с его словами? Разве речь шла не об уважительном отношении к своему боссу?

Сун Юньжань:

- …а?

Помощник Тан, решил, что удачно прошел тест, и улыбнулся:

- Не волнуйтесь, я больше не повторю свои ошибки.

Сказал и горделиво посмотрел вдаль, словно только что очнулся от нелепых сновидений.

Это так смешно. Смешны все мысли, что мучили его последние полгода.

Всё, о чем он думал раньше, всё оказалось сплошным недоразумением!

Президент Сун никогда не влюбился бы в Цинь Кэ!

На обратной дороге Сун Юньжань всю дорогу молчал.

Абсурдные домыслы помощника Тана были настолько возмутительны, что у него не хватило духу поделиться с ним, что Цинь Кэ, кажется, сегодня откровенно флиртовал с ним в раздевалке.

Сун Юньжань не хотел становиться братом. Он хотел быть отцом!

Он откинулся на спинку автомобильного кресла, в глубокой задумчивости глядя на выключенный экран телефона. И вспоминал, как Цинь Кэ стоял под окном, раскинув руки, готовый поймать его в свои объятия.

Сумеречный свет, словно фильтр красоты, окутывал тело Цинь Кэ.

В полуоткрытое окошко врывался освежающий ветерок, не охлаждая его, Сун Юньжаня, щеки, а, напротив, заливая их румянцем.

Эта жара обжигала не только его щеки, но и значительно потрепанные нервы.

Сун Юньжань невольно вспомнил тепло рук Цинь Кэ и легкую вибрацию в его груди, когда он говорил.

Чёрт! О чём он только думает?!

Сун Юньжань нервно облизнул губы – почему эта картинка так и стоит перед его глазами?

Заметив недовольство на лице Сун Юньжаня, помощник Тан решил, что тот все еще злится на него, и попытался отвлечь его, протянув ему пауэрбанк:

- Хотите зарядить свой телефон?

- Спасибо.

Сун Юньжань взял блок питания и замер:

- Ах да, я почти забыл. Вы же должны быть наказаны за свои ошибки. Вы будете лишены бонусной премии в этом году.

Помощник Тан с облегчением выдохнул.

К счастью, он лишится всего лишь премии, а не работы.

Это было первое наказание, которое президент Сун наложил на своего сотрудника после того, как присоединился к Xinghe Entertainment:

- А когда Цинь Кэ присоединится к съемочной бригаде?

Помощник Тан, как настоящий профессионал, протараторил:

- Послезавтра после съемок рекламы он сразу поедет в аэропорт. Билет уже забронирован.

- Уже?!

Сун Юньжань изумился. В последнее время он был так занят восстановлением после травм и обдумыванием продвижения «Легенды о Нань Хуа», что совершенно забыл, что начало производства «Дороги Цзяньху» не за горами.

Если бы помощник Тан услышал это день назад, он точно подумал бы, что влюбленная молодая парочка просто не хочет расставаться.

Но теперь он усвоил урок и спокойно прокомментировал:

- Чем раньше исполнитель главной роли вольется в коллектив съемочной бригады, тем лучше.

Сун Юньжань был сражен профессионализмом своего помощника.

И правда, так и должно быть. Но почему мысль о том, что Цинь Кэ скоро покинет город Янь на несколько месяцев, заставляет его сердце тревожно биться?

Сун Юньжаня так потрясли эти ощущения, что он чуть не грохнулся в обморок.

Цинь Кэ меня околдовал? Эй, приди в себя! Мой мятежный сын не продвинется в карьере, если останется в городе Ян. Он должен трудиться и зарабатывать для меня деньги. Вот как должен размышлять президент.

Нужно ужесточить свое сердце и проявить себя как суровый отец.

Чего расстраиваться-то?! Цинь Кэ же не в горы по мечам будет взбираться и не на дно морское опускаться.

Он просто будет сниматься в фильме...

- !!!

Сун Юньжань хлопнул себя по бедру, наконец-то распознав источник своего беспокойства.

В актерский состав «Дороги Цзяньху» же затесался злодей Чэн Цзямин!

- Быстро организуйте десять телохранителей для Цинь Кэ, - немедленно приказал Сун Юньжань.

Помощник Тан подумал, что ослышался:

- Четыре? Или десять?

Даже четыре перебор для начинающего актера, а уж десять, подумал он.

Сун Юньжань возмутился:

- Мой мандаринский такой отстойный? Я сказал - десять. Вы меня правильно услышали.

Помощник Тан глубоко вздохнул.

Его мозг невольно сворачивал на прежнюю дорожку. Но упущенная премия приводила в себя.

Он стиснул зубы.

Десять так десять.

У нас же такая продвинутая компания.

***

Два дня спустя, поздно вечером.

Цинь Кэ стоял в аэропорту, погруженный в размышления о своей жизни.

В зале прилета, как обычно, в ожидании своих близких и родственников толпилось много встречающих. Толпу рассекала шеренга крупных накаченных мужчин с приветственной табличкой.

Это, я же не ошибаюсь, это…

- Эти люди – ваши телохранители? - дрожащим голосом пропищал помощник Сяо Кэ. – Почему их так много? У вас здесь есть враги?

- …Нет.

Цинь Кэ тоже был в замешательстве.

Сегодня утром Чэнь Цзин сообщила, что компания, чтобы обеспечить его безопасность во время съемок, предоставила ему телохранителей.

Но он не ожидал, что компания на его защиту отправит десять качков - таких мощных, что пол дрожал от их слаженного марша.

Цинь Кэ шагнул им навстречу:

- Вы сотрудники службы безопасности, нанятые Xinghe Entertainment?

Самый представительный из них оглядел его и сверился с фото на своем телефоне:

- Добрый день, господин Цинь. В ближайшие несколько месяцев мы будем вас охранять. Пожалуйста, доверьтесь нам.

Взмахом руки он подманил остальных телохранителей:

- Братья, вперед!

Возможно, девиз этой компании звучал как «гром и молния».

Цинь Кэ не успел опомниться, как его под белы рученьки сопроводили на парковку.

И хотя в этот момент в аэропорту было не так многолюдно, как днем, прибытие Цинь Кэ, в маске и окружении десяти амбалов, тут же привлекло внимание прохожих.

- Смотрите, это звезда?

- Он такой высокий и такой фигуристый. Он точно должен быть звездой.

- Давайте сфотографируем его. У него столько телохранителей и выглядит он как большая знаменитость.

Не успел говорящий поднять мобильный телефон, как к нему бросилось несколько телохранителей:

- Никаких фотографий!

Дружок испуганного неудачника-фотографа чуть не описался от страха, когда на них рванула свора голиафов, и тут же бросился прочь вслед за своим приятелем.

Телохранители, успешно выполнившие свою работу, мгновенно вернулись назад и сомкнули свои ряды, образовав непроницаемую стену из накачанных тел.

Ситуация была столь неоднозначная, что Цинь Кэ показалось, что они находятся не в аэропорту, а на поле боя, где пуля может прилететь с любой стороны.

Сев в машину, Сяо Кэ вздрогнул:

- Почему я чувствую себя так, будто меня похитили?

Цинь Кэ:

- …

Не поверишь, но меня тоже посетила эта мысль!

Он позвонил Чэнь Цзин, поведал ей о сложившейся ситуации и попросил связаться с компанией.

Та пообещала позвонить помощнику Тану.

Кто же знал, что через несколько минут Цинь Кэ позвонил Сун Юньжань.

Голос господина Суна так и лучился самодовольством:

- Доволен увиденным?

Вряд ли, подумал Цинь Кэ:

- Это устроили вы?

- Да, я боялся, что с тобой что-нибудь случится на съемках.

Сун Юньжань, вероятно, был на улице. Шум глушил его слова, поэтому он громко  закричал:

- Я попросил помощника Тана подобрать настоящих профессионалов!

Цинь Кэ посмотрел на своего бедного помощника, зажатого между двумя телохранителями, и тихо прошептал:

- Мне не нужно так много защитников. Можете отозвать половину?

- Если их будет недостаточно, то не случится ли с тобой что-нибудь на съемочной площадке?

Цинь Кэ после недолгой паузы медленно произнес:

- Нет.

Теперь, когда он знает, что ему следует опасаться Чэн Цзямина, ему хватит и пары телохранителей.

Но Сун Юньжань продолжил настаивать:

- Ты не понимаешь, сколько опасностей таится в нашем мире.

Он не мог вынести воплей Хэ Цзыю, которые сотрясали микрофон в его руках, поэтому удалился в ванную комнату:

- Есть кое-что, что я не могу тебе рассказать, но ты должен меня слушаться.

В сердце Цинь Кэ вновь вспыхнуло сильное подозрение.

Но, подумав о возможных опасностях, он неуверенно проговорил:

- Я самый младший актер в съемочной группе. Если я приведу с собой десять телохранителей, меня могут обвинить, что я выпячиваю себя. А вы должны знать, что режиссер Тан ненавидит, когда артисты хвастаются своей значимостью.

Ах, это похоже на правду.

Сун Юньжань оказался перед дилеммой. Он не хотел, чтобы Цинь Кэ впал в немилость Тан Мина, его же даже могут изгнать из актерского состава. Но не хотел и, чтобы Чэн Цзямин навредил Цинь Кэ. Он колебался, что выбрать.

В конце концов, он хоть и неохотно смирился:

- Но я уже оплатил их услуги. Нанять такую профессиональную команду очень сложно. Поэтому я сразу выложил всю сумму.

Цинь Кэ позабавил его серьезный тон. Он усмехнулся.

Ему ничего не оставалось, как предложить:

- Разве в компании нет других артистов, давайте часть команды отправим на их охрану.

После многочисленных препирательств Цинь Кэ, наконец, убедил богатенького президента Суна сократить свою команду телохранителей до двух человек.

Следующие полмесяца Цинь Кэ был очень занят.

Как ведущий актер «Дороги Цзянху», он был занят на съемках каждый день. Порой съемки затягивались до трех часов утра. На сон оставалось не больше трех-четырех часов, потом подъем, грим и опять на съемочную площадку.

Хорошо, что Чэн Цзямин, исполняющий пятую по значимости мужскую роль, еще не успел присоединиться к группе.

Поэтому, хотя он и уставал, безопасности его пока ничего не угрожало.

Как-то ранним утром Цинь Кэ только закончил принимать душ, когда в дверь кто-то постучал.

- Господин Цинь, мы поймали в коридоре подозрительного человека!

Телохранитель А уже полмесяца бил баклуши, наконец-то ему подвалила работа. Он был очень взволнован:

- Вы хотите посмотреть, кто это? Или нам вызвать полицию?

Цинь Кэ:

- ?

Каким бы глупым Чэн Цзямин ни был, устроить засаду в коридоре посреди ночи даже ему в голову не пришло бы.

Цинь Кэ спокойно осведомился:

- Это мужчина или женщина?

- Мужчина. У него круги вокруг глаз, как у панды. Словно он сутки напролет крал кур и собак. Он отказывается что-то объяснять, твердит только, что пришел сюда, чтобы увидеть вас.

У Цинь Кэ было дурное предчувствие:

- Он назвал свое имя?

- Ах, как же это звучит. Что-то Сяо...

Цинь Кэ все понял, поднял глаза и тихо спросил:

- …Чжун Сяофэн?

В это же время Сун Юньжаня, который уже заснул, разбудил телефонный звонок. Звонил помощник Тан.

Что?! Чжун Сяофэн сбежал?!

Я лечу ранним рейсом, чтобы поймать его!

- Я купил билет и сбежал, - уныло объяснил Чжун Сяофэн, когда Цинь Кэ привел его в свой гостиничный номер.

Он свернулся калачиком в углу широкого дивана, крепко сжимая в руках сумку.

Как и сказал телохранитель А, черные круги очерчивали его помутневшие глаза,  словно он долгое время подвергался бесчеловечным пыткам.

Цинь Кэ неторопливо сушил волосы и слушал печальную исповедь своего однокурсника.

- Это ужасно! Неужели сценарист - такая ужасная профессия? Когда я писал последний сценарий, я был на последнем издыхании, - он сделал глоток воды и продолжил. - Ты слышал, что Xinghe Entertainment собирается превратить «Легенду о Нань Хуа» в игру? С тех пор, как я узнал об этом, я каждый день просыпаюсь в ужасе – получится ли это у меня? Я с этим не справлюсь. Они точно сошли с ума!

Цинь Кэ закончил сушить волосы, пошел в ванную, бросил использованное полотенце в корзину для белья и спросил, выйдя из ванной комнаты:

- Ты поэтому сбежал?

- Ты собираешься винить меня в безответственности? Я ничего не могу с собой поделать, я боюсь!

Чжун Сяофэн откинул волосы назад:

- Посмотри на мою линию волос! Я скоро совсем облысею, если продолжу в том же темпе! Я готов забить до смерти этого сукина сына, который подкинул президенту Суну идею сделать по фильму игру!

- … - Цинь Кэ посмотрел на свой телефон и медленно проговорил. - Кажется, это был я.

Чжун Сяофэн:

- …

Он не ожидал, что сукин сын, которого он проклинал всю дорогу в поезде, на самом деле окажется его лучшим другом.

К сожалению, слова уже вылетели – назад не возьмешь. Он стиснул зубы:

- Значит, это ты выбрал «Легенду о Нань Хуа»?

- Нет, не я, - отрицательно покачал головой Цинь Кэ.

Хотя, если бы решение было предоставлено ему, он сделал бы такой же выбор.

- Уф. Хвала небесам! Ты напугал меня до смерти. Не представляешь, как меня напугали твои слова. Я думал, ты использовал свое обаяние, чтобы обмануть президента Суна и помочь мне. Заставил его купить мой сценарий, да еще и убедил его потратить огромную сумму на разработку сценария для игры. Я испугался, что в таком случае ответственность за мой побег могут возложить на тебя. Я уже собрался бежать в железнодорожную кассу покупать обратный билет. Цинь Кэ, ты видишь, как я за тебя переживаю?

Цинь Кэ спокойно ответил:

- Не волнуйся. Все в порядке.

- Какой в порядке! У тебя что - сердца нет? - Чжун Сяофэн смочил пересохшее горло парой глотков воды и вдруг пораженно воскликнул. - Ах, это ты предложил принцу эту идею! Значит, слухи, что вы близки, правда?

Цинь Кэ не знал, откуда пошли эти слухи, просмотрел последние сплетни, выложенные в интернет, и вызывающе бросил:

- Ну и что, если так?

- Не выдавай меня, можно я спрячусь здесь на пару дней? – умоляюще сложил руки Чжун Сяофэн. - В любом случае, президент Сун ни за что не догадается, что я приду к тебе.

Цинь Кэ улыбнулся, щелкнул пальцем по экрану телефона и из трубки донесся голос Сун Юньжаня.

- Чжун Сяофэн отправился к тебе! Задержи его, я вылетаю ранним рейсом, чтобы поймать его!

Лицо Чжун Сяофэна побледнело:

- Можно я уйду?

- Давай поговорим об этом, когда ты отдохнешь. Сначала пойди и сними номер, - Цинь Кэ открыл дверь и сделал приглашающий жест, выпроваживая гостя. - Не пытайся бежать. У меня два телохранителя, они легко поймают тебя.

Сердце Чжун Сяофэна содрогнулось.

Черт возьми, хорошо, что они на одной стороне!

Бог все еще любит меня, - подумал Чжун Сяофэн.

Перед рассветом по городу пронесся внезапный ливень.

Дождевую завесу терзал завывающий ветер, который не только задержал рейс Сун Юньжаня, но и сорвал съемки «Дороги Цзяньху».

Для Цинь Кэ это был редкий день отдыха.

Утром он просмотрел запланированные сцены, отработал свои реплики и позвал Чжун Сяофэна пообедать.

В отеле, где они остановились, кухня была никудышняя. Неподалеку они нашли ресторан с хорошими отзывами.

Погода сегодня была не для прогулок. Поэтому ресторан был переполнен. Тут были и представители съемочной бригады, и даже актеры с других съемочных площадок.

Все отдельные комнаты были заняты. Цинь Кэ отнесся к этому спокойно и присел за свободный столик.

- Заказывай все, что хочешь. Я угощаю, - Цинь Кэ передал Чжун Сяофэну меню.

Чжун Сяофэн прикинулся, что внимательно изучает меню, на самом деле мучаясь тревожными размышлениями.

Может ли это быть банкет Хунмэнь*? Может, основное блюдо будет его отрубленная голова?

Может, это его судьба?

Чжун Сяофэн еще раз прошелся по меню. Приспешники президента Суна наверняка присматривают за ним. Сбежать вряд ли получится. Тогда уж хотя бы наесться от пуза.

Цинь Кэ наблюдал за Чжун Сяофэном, когда получил сообщение на телефон.

Сун Юньжань: [Чжун Сяофэн еще здесь?]

Цинь Кэ: [Да. Погода плохая, может, вам не стоит лететь? Я могу попробовать его уговорить.]

Сун Юньжань сидел в VIP-зале ожидания в аэропорту и сонно зевал.

Прошлой ночью он попросил помощника Тана забронировать ему билет на самый ранний рейс. Чтобы не проспать, он по старой актерской привычке решил не спать и бодрствовал до рассвета.

Приехал в аэропорт и узнал, что рейс задерживается. И неясно даже, сможет ли он вылететь сегодня.

Каким бы роскошным ни был зал ожидания, это все равно был зал ожидания. Домашним комфортом здесь и не пахло.

Сун Юньжань и помощник Тан сидели здесь уже несколько часов, ожидая объявления о вылете. И были на грани сумасшедствия от бессонной ночи.

Может, им вернуться в офис? Не дело президента ловить сценариста.

Эта мысль пришла одновременно с последним сообщением от Цинь Кэ.

Как стакан ледяной воды летом, оно тут же заставило его сердце забиться с космической скоростью.

Даже знаки препинания в смс-ке были наполнены сыновней почтительностью. Сын хотел разделить заботы отца.

Сун Юньжань медленно успокоился: [Чэнь Цзин сказала, что ваша команда сегодня не работает. Тебе так редко удается отдохнуть. Поэтому ни о чем не беспокойся. Отдыхай, оставь решение этой проблемы взрослым. Твоя задача – хорошо отыграть свою роль.]

Цинь Кэ в ответ прислал цепочку точек.

Сун Юньжань закатил глаза и улыбнулся. Какие многозначительные многоточия. Как легко порадовать отца, оказывается!

Он отложил телефон и повернулся к своему помощнику:

- Туда же ходят скоростные поезда?

Расторопный помощник Тан знал и об этом:

- Билеты на скоростной поезд на сегодня распроданы, остались только обычные поезда.

Сун Юньжань ни разу в своей жизни не ездил на обычном поезде.

Он подумал-подумал и решил, что «Легенда о Нань Хуа» важнее его комфорта:

- Тогда давайте поедем на обычном поезде.

Помощник Тан не на шутку перепугался:

- Господин Сун, почему бы мне не попросить водителя отвезти вас обратно? Позвольте мне заняться этой проблемой.

Сун Юньжань возразил:

- Я все равно уже полдня потратил впустую. Если я сейчас вернусь домой, значит, зря промучился ночь без сна?

Помощник Тан:

- Но…

- Хватит спорить. Не несите чепухи, - Сун Юньжань решительно заявил. - Вы сами все время ворчали и торопили меня - что, если Чжун Сяофэн снова сбежит, давайте поторопимся, давайте полетим ближайшим рейсом! Всё, решено. Поехали на вокзал!

Помощник Тан еще помнил о своей недавней ошибке и решил проявить осторожность.

Видя, что решение Сун Юньжаня обсуждению не подлежит, он вместе с Сун Юньжанем отправился на автостоянку, одновременно заказывая два билета на поезд.

Полчаса спустя Сун Юньжань с выражением ужаса на лице втиснулся в толпу.

Он, наконец, понял, почему помощник Тан пытался отговорить его от этой поездки. Потому что на этот поезд продавали билеты без места!

Они с большим трудом нашли свободное пространство в тамбуре.

Перед ним было окно с разбитым стеклом, за ним - помощник Тан, истерично поправляющий свои сползающие очки, слева от него – огромнейшего размера сумка какого-то пассажира, а справа – стайка хнычущих детей.

Мимо прошествовал носильщик с тележкой, время от времени покрикивавший:

- Уступите дорогу, уступите дорогу!

Толпа отхлынула от пронырливого носильщика, еще сильнее прижав Сун Юньжаня к окну.

Его правая щека терлась о грязное покоцанное стекло, глаза тупо фиксировали проносящийся пейзаж. В голове билась только одна мысль!

Ну, Чжун Сяофэн, погоди!

***

- Я не могу вернуться, - Чжун Сяофэн прихватил палочками ребрышко и с сожалением признался. - Я не смогу заплатить за нарушение контракта. Меня, наверное, уволят.

Цинь Кэ ничуть не удивился такому заявлению:

- Ты все еще хочешь работать над «Легендой о Нань Хуа»?

Чжун Сяофэн кивнул:

- Конечно. Я давно придумал эту историю, и мне интересно над ней работать.

- Тогда все решено.

Цинь Кэ отложил палочки и вытер салфеткой руки:

- Все ждут твоей истории. И тебе самому она нравится, так что нет причин останавливаться на полпути.

- Я не могу этого сделать, дружище. Xinghe Entertainment потратила так много денег на «Легенду». Все это похоже на ситуацию, когда ты начинающий без всякого опыта актер, а к тебе на улице подходит известный режиссер и предлагает тебе сняться в его фильме в главной роли. Кто бы на его месте не испугался?

Цинь Кэ молча смотрел на него.

- …О, ты бы не? – обескураженный сценарист отложил палочки и продолжил. - Но мы разные. Ты уверен в себе. Я - нет.

Цинь Кэ поджал свои тонкие губы. Он понимал, что Чжун Сяофэн просто до смерти напуган доверием Xinghe Entertainment.

Посторонним такое доверие могло показаться неоправданным. Но Цинь Кэ-то знал, что это был правильный выбор. Но он не мог объяснить Чжун Сяофэну, что его будущие достижения превзойдут все его ожидания.

Уверенность Чжун Сяофэна в себе была подорвана слишком большим количеством неудач за четыре года обучения в киношколе.

Поэтому неудивительно, что он погряз в неуверенности в своих силах и своем таланте.

Разговор зашел в тупик. И тут человек за соседним столиком медленно повернул голову:

- Вы Цинь Кэ, верно? Актер из Xinghe Entertainment?

Цинь Кэ перевел на него взгляд. Человек выглядел знакомо, но он не мог вспомнить, где видел его.

Мужчина приветливо улыбнулся:

- Я тоже раньше был в Xinghe Entertainment. Меня зовут Фан Чжоу.

***

Когда Сун Юньжань прибыл в отель, он был в полном ауте и выглядел потрепанно.

К счастью, утром, выходя из отеля, он захватил с собой бейсболку. Он натянул ее на голову и опустил козырек, чтобы скрыть свое измученное лицо.

Помощнику Тану повезло меньше.

Он попросил у администратора салфетку и вытер заляпанные линзы своих очков:

- Я уже сообщил Сяо Кэ о нашем прибытии. Он скоро приедет и заберет нас.

Сун Юньжань устало кивнул головой, его разум отказывался работать.

Когда Сяо Кэ приехал, он был потрясен видом своих начальников.

Он никогда не видел, чтобы президент Сун и помощник Тан выглядели такими опустошенными и подавленными:

- С вами что-то случилось в дороге?

- Не спрашивай, -  торопливо пробормотал помощник Тан. – Веди нас.

Выйдя из лифта, Сун Юньжань увидел двух мускулистых телохранителей, охраняющих дверь номера.

Он устало улыбнулся:

- Мои деньги были потрачены не зря. С такими телохранителями Цинь Кэ должен чувствовать себя в полной безопасности.

Сяо Кэ аж поперхнулся и осторожно пояснил:

- Господин Сун, это комната Чжун Сяофэна.

Сун Юньжань:

- ?

Его эмоции вышли из-под контроля. Цинь Кэ использовал своих телохранителей для наблюдения за Чжун Сяофэном, не заботясь о собственной безопасности. Похоже, он сильно беспокоится о делах своего отца.

Внезапно дверь соседней комнаты открылась.

Цинь Кэ уже знал о их прибытии и хотел обсудить ситуацию с Чжун Сяофэном, но,  увидев Сун Юньжаня, остановился как вкопанный.

Сун Юньжань перед ним был совсем не похож сам на себя.

На нем была бейсболка, подаренная ему Цинь Кэ, опущенный козырек закрывал брови и глаза. Но и открытой части лица хватало, чтобы понять, какие неимоверные тяготы путешествия пришлось перенести благородному молодому господину.

Футболка на нем была смята, словно ему только что изрядно намяли бока в драке.

Сун Юньжань при виде обескураженного «сына» поспешно поинтересовался:

- Чжун Сяофэн все еще хочет сбежать?

Помощник Тан тоже был обеспокоен этой проблемой и с нетерпением посмотрел на Цинь Кэ.

Ответ удивил обоих:

- Не волнуйтесь, Фан Чжоу попробует его переубедить.

Сун Юньжань и помощник Тан:

- Что?

Какой Фан Чжоу?

Ах, это тот артист, что так рвался расторгнуть контракт с Xinghe Entertainment!

Сун Юньжань шокировано изогнул брови:

- Ты попросил Фан Чжоу переубедить его? Разве ты не знаешь, что между ним и Xinghe Entertainment был конфликт? И он расторг с нами контракт? Я же просил тебя следить за Чжун Сяофэном. Как ты вообще столкнулся с Фан Чжоу?

- Мы встретились с ним в ресторане.

Цинь Кэ протянул руку и приподнял козырек бейсболки:

- Вы плохо выглядите. Вы вообще спали прошлой ночью?

Сун Юньжань замер и автоматически закачал головой:

- Нет.

- Давайте поговорим о Чжун Сяофэне позже.

Помощник Тан решил вмешаться:

- Сяо Кэ, я просил тебя забронировать нам номера. Дай президенту Суну ключ от номера. Ему нужно отдохнуть.

Сяо Кэ растерянно развел руки:

- В отеле нет свободных номеров. Президент Сун может занять мой номер. Если он, конечно, не возражает.

- Не беспокойтесь, - вступил в разговор Цинь Кэ и, развернувшись к Сун Юньжаню, бросил ему. - Идите в мою комнату.

*Банкет Хунмэнь – ловушка, устроенная с целью убийства гостя. В 206 г. до н.э. будущий ханьский император Лю Бан был приглашен на банкет своим соперником Сян Юем и с трудом избежал смерти.

Настоящий мастер манипулировать сердцами людей!

Цинь Кэ жил в люксе.

Чтобы попасть в спальню, нужно было пройти через небольшую гостиную.

В номере было так же аккуратно, как и в его доме: все вещи были разложены по своим местам. На журнальном столике в гостиной сиротливо лежал раскрытый сценарий и стояла бутылка воды. Никаких лишних вещей.

Цинь Кэ задвинул чемодан босса в спальню и заботливо поинтересовался:

- Вы хотите принять душ?

Сун Юньжань послушно достал туалетные принадлежности и отправился в ванную.

Горячая вода смыла усталость от долгого путешествия и привела его в чувства.

В спальне была одна двуспальная кровать.

Размер дивана в гостиной для полноценного сна высокого мужчины вряд ли подходил.

Э…

Ему придется делить постель с Цинь Кэ?

Сердце Сун Юньжаня пропустило удар.

И что мне делать?

Не может же он, уже приняв здесь душ, просить помощника Тана искать другую гостиницу для ночлега. Это так хлопотно.

Он оказался перед дилеммой. С одной стороны, он опасался спать с Цинь Кэ в одной кровати, с другой - стеснялся показать свои опасения.

Это тоже часть плана Цинь Кэ?

Как и следовало ожидать от главного героя книги, настоящего мастера манипулировать сердцами людей!

Ночь. За окном льет дождь. Двое одиноких мужчин в одной комнате.

Возможно, любовь ударила Цинь Кэ в мозг, и он решил, что это хороший день для любовных признаний.

И если он сейчас откроет дверь ванной, то увидит Цинь Кэ, в кокетливой позе встречающего его.

Сун Юньжань презрительно усмехнулся.

Вот подожди, я открою дверь и разрушу все твои безумные фантазии!

Очистив разум, он, не колеблясь, открыл дверь и с гордой улыбкой вышел.

Цинь Кэ сидел на диване и просматривал сценарий.

Прям актер, преданный своей профессии.

Сцена, которую представлял себе Сун Юньжань, разлетелась вдребезги. Он  почувствовал необъяснимое разочарование.

Подошел, присел рядом и осторожно спросил:

- Уже девять часов. Ты собираешься читать сценарий весь вечер?

- Эм?

Цинь Кэ поднял глаза:

- А чем бы вы хотели заняться?

Бумеранг сделал круг и врезался прямо в сердце Сун Юньжаня. Его лицо зарделось румянцем. Что он такое говорит?.. Что он имел в виду?.. Странно как-то прозвучал вопрос.

Он прикрыл лицо полотенцем и притворился, что вытирает волосы:

- Я просто хотел узнать, серьезно ли ты относишься к своей работе!

Цинь Кэ улыбнулся уголками губ, его взгляд упал на влажные пряди волос на затылке Сун Юньжаня:

- Если хотите спать, ложитесь. Мы с помощником Таном сами проверим, как там Чжун Сяофэн?

- Я тоже пойду, - Сун Юньжань, наконец, вспомнил, что у него есть неотложное  важное дело.

- Слишком много людей, не вызовет ли это у него стресс.

- Тогда пойдем без помощника Тана. У него такое недружелюбное лицо. Он может напугать Чжун Сяофэна.

Цинь Кэ несколько секунд молчал:

- Вы уверены, что не хотите спать?

- Нет, я просто устал от поездки в поезде. Сейчас мне намного лучше.

Сун Юньжань отбросил полотенце и встряхнул волосами:

- Один день без сна, что в этом такого? В здоровом теле здоровый дух. Или компании стоит прислать вам витаминные добавки?

Он постарался сказать это едким тоном, выразив свое презрение.

Цинь Кэ спокойно посмотрел на него и ничего не сказал.

- …

Сердце Сун Юньжаня опять пропустило удар. Как бы Цинь Кэ не бросился демонстрировать ему свои молодецкие силы. Он поспешно схватил телефон и отправил помощнику Тану сообщение, поднял глаза и тут же вскинулся:

- На что ты смотришь, поторопись!

Тем временем внизу в комнате.

Помощник Тан, который планировал подняться наверх, посмотрел на свой телефон:

- Господин Сун сказал, что они пойдут на встречу без меня.

- Хрусь-хрусь… - нерешительно прошамкал Сяо Кэ, хрустя чипсами. - Помощник Тан, у меня есть вопрос.

- Спрашивай.

- Цинь Кэ хочет помочь решить проблему с Чжун Сяофэном, да? Он так устает на съемках, это его первый выходной за долгое время, почему он тратит свое драгоценное время отдыха, чтобы помочь президенту Суну?

Помощник Тан поправил очки:

- Чжун Сяофэн - человек, которого он представил компании, разве он не должен нести ответственность за последствия, если что-то пойдет не так?

Сяо Кэ резко повернул голову:

- И это все?

Почему ему кажется, что все не так просто?

- Конечно, все.

Помощник Тан сделал внушительное лицо:

- Хватит думать о всякой ерунде. Если тебе нечем заняться, запишись на тренинг по самосовершенствованию.

Сяо Кэ:

- …?

Помощник Тан грустно добавил:

- Или лишишься премии в конце года.

Сун Юньжань не ожидал снова увидеть Фан Чжоу.

Более того, не ожидал, что Фан Чжоу встретит его с таким воодушевлением:

- Господин Сун, давно не виделись!

Фан Чжоу схватил его за руку и с энтузиазмом затряс ее:

- Как ваши дела?

Сун Юньжань был в замешательстве. И первым делом бросил взгляд на карманы брюк Фан Чжоу.

Фан Чжоу поспешил оправдаться:

- Мой мобильный лежит на тумбе с телевизором. Он выключен.

- …О, как предусмотрительно.

Сун Юньжань не понимал, почему этот человек пышит таким энтузиазмом.

И тут в разговор вступил Цинь Кэ, холодно бросивший:

- Вы уже закончили здороваться?

- Ах да, давайте приступим к делу.

Фан Чжоу отпустил руку Сун Юньжаня и вернулся на свое место.

Сун Юньжань и Цинь Кэ тоже присели и посмотрели на сценариста в бегах.

Когда Чжун Сяофэн увидел, что явился Сун Юньжань, а не помощник Тан, его страх немного уменьшился. Он поднял голову и застенчиво улыбнулся.

Заинтересовавшись, какие советы раздает Фан Чжоу, Сун Юньжань предложил:

- Вы можете продолжать свой разговор.

- Хорошо, - Фан Чжоу потер голову. – О чем я только что говорил?

Чжун Сяофэн задумчиво напомнил:

- Вы рассказывали, как вы разорвали ваш контракт с Xinghe Entertainment.

Сун Юньжань:

- ???

Сколько вы уже болтаете? И только до этого эпизода дошли?

Фан Чжоу наклонился и оперся локтями о колени, приготовившись к долгому разговору:

- После того, как я покинул Xinghe Entertainment, мне казалось, что у меня появилась возможность проявить себя. Я ринулся в бой, но, к моему удивлению, все закончилось еще одним провалом. Знаете, что со мной случилось?

- О? И что? – искренне заинтересовался Чжун Сяофэн.

- Новая компания отнеслась ко мне очень хорошо и дала мне главную мужскую роль в фильме на городскую тему.

- Это же хорошо?

- Но я не ожидал, что в первый же день съемок меня отругает режиссер.

- Почему он вас отругал?

- Режисеру не понравилась моя игра. Он сказал, что я не тяну эту роль.

- Ой, это не очень хороший комментарий.

Сун Юньжань:

- …

Он повернулся и посмотрел на Цинь Кэ, Цинь Кэ тоже поднял глаза и посмотрел на него.

И в этот момент Сун Юньжань все понял.

В этой комнате только он и Цинь Кэ были нормальными людьми, с нормальным IQ.

- Может хватить ломать комедию? - он нетерпеливо постучал по подлокотнику. –Переходите к сути.

Президент Сун дал команду, и Фан Чжоу не посмел ослушаться.

Он поспешно ускорил свою речь и на одном дыхании выдал:

- Как бы я ни старался, у меня ничего не получалось. В конце концов, недовольный инвестор потребовал заменить меня. Мой агент, который не знал, что делать дальше, запихнул меня в нынешнюю команду.

Сердце Чжун Сяофэна дрогнуло, и его сочувствие к Фан Чжоу взлетело до небес:

- Брат, оказывается, ты, как и я, тоже был загнан в угол, заняв не свое место.

Он потер запястье и со вздохом покачал головой:

- Значит, вы пытаетесь сказать мне, что мне нужно сдаться и отступить?

- Что за спешка, просто выслушайте меня, - и Фан Чжоу продолжил. - Дорама, в которой я сейчас снимаюсь, называется «История города Шуйшэн», грубо говоря, это местечковая история. Когда я попал в эту команду, я вспомнил слова президента Суна, что именно в таких фильмах я и должен сниматься. Тогда это меня не убедило. Кто же знал, что после месяца съемок, угадайте, что произошло?

Сун Юньжань заинтересованно подался вперед:

- Что?

Как только эти слова вылетели из его рта, он тут же одернул себя.

Я что, как и Чжун Сяофэн, тоже втянулся в игру Фан Чжоу?

Фан Чжоу застенчиво улыбнулся и повернулся к своему бывшему боссу:

- Господин Сун, я понял, что вы были правы. Именно роли в таких фильмах мне лучше всего подходят. Режиссер и продюсер хвалят меня каждый день. Столько хороших слов о своей игре, сколько я получил за последний месяц, я не слышал за все пять лет своей работы.

От неожиданности Сун Юньжань застыл как изваяние.

Хотя он и в самом деле думал, что Фан Чжоу следовало изменить свой выбор, он не ожидал, что результаты будут настолько эффективными.

Фан Чжоу повернулся к Чжун Сяофэну:

- Раньше мне было так тяжело выходить на съемочную площадку. Я чувствовал себя неудовлетворенным и несчастным. Но теперь все по-другому. Я каждый день с радостью бегу на съемки. Поэтому поверьте, если президент Сун говорит, что вы сможете, значит, вы сможете, - и после недолгой паузы добавил. – Вы можете не верить в себя, но вы должны верить господину Суну!

Чжун Сяофэн был потрясен. Будто эти слова очистили его душу, просветлив его разум.

Когда эта парочка просветленных посмотрела на него, Сун Юньжань неосознанно бросил смущенный взгляд на Цинь Кэ.

В глазах Цинь Кэ, он увидел, пряталась дразнящая улыбка.

Чего лыбишься?

Сун Юньжань разрывался от стыда и отчаянно подмигивал Цинь Кэ, давая знак спасти его.

К счастью, Цинь Кэ его не бросил и перевел стрелки на Чжун Сяофэна:

- Ты все еще хочешь сбежать?

- Нет, - Чжун Сяофэн отважно выпятил грудь. - Я не могу подвести президента Суна!

- Всё, всё, всё, - Сун Юньжань больше не мог терпеть эту неловкую ситуацию (в оригинале – вливание куриной крови) и, даже не заметив, потянул Цинь Кэ за руку:

- Вы продолжайте свою беседу, а мы уже пойдем.

И резво бросился вон, энергично похлопав себя по груди:

- Фан Чжоу так ужасен. Он играл со мной?

Цинь Кэ запер дверь своего гостиничного номера и прокомментировал:

- Я думаю, что он был искренен. К тому же он говорил правду.

Просто способ, каким это было высказано, был слегка игривым.

Слова Цинь Кэ звучали очень убедительно.

Сун Юньжань не мог с ним не согласиться.

Он задрал подбородок и с гордостью проскандировал:

- Конечно, знание, как правильно использовать людей, - это важное качество ответственного генерального директора. Если бы у меня не было этой способности, как бы я смог управлять такой большой компанией, как Xinghe Entertainment.

Цинь Кэ подавил смех – разве Xinghe Entertainment большая компания?

Сун Юньжаню не понравилось его молчание:

- Почему ты ничего не говоришь? Разве тебя не впечатлила моя персона?

- Вы – потрясающий, - Цинь Кэ прикрыл смешинки в своих глазах пушистыми ресницами и с серьезным видом заявил. - Тогда могу я попросить потрясающего господина Суна отпустить меня?

Сун Юньжань был ошеломлен, когда понял, что его ладонь крепко сжимала в своих объятиях запястье Цинь Кэ.

Сун Юньжань притворно закашлялся и отпустил руку, не забыв при этом холодно фыркнуть:

- Это ненамеренно. Я случайно схватил тебя за руку.

Мелкий ублюдок.

И поплелся в спальню, мысленно ворча - что плохого в том, что отец держит тебя за руку?

Что, ты никогда не был ребенком, и отец не водил тебя за руку?

Чего ты так разволновался? Тебя просто взяли за запястье.

Сун Юньжань возмущенно обернулся. Цинь Кэ доставал из шкафа пижаму, по-видимому, собираясь в душ.

Ага, так обычно и бывает в кино. Главный герой принимает холодный душ, чтобы сбросить напряжение.

Сун Юньжань вздохнул и посмотрел на свою грешную правую руку: как ты можешь снова создавать проблемы?

Когда Цинь Кэ вышел из душа, Сун Юньжань уже собирался ложиться.

Он на мгновение задумался и решил сразу все прояснить:

- Я сплю очень чутко.

- Я помню, вы это уже говорили, - кивнул Цинь Кэ.

Сун Юньжань залез под одеяло, оставив снаружи только голову:

- Тогда не раскидывай свои руки-ноги, когда спишь.

Цинь Кэ тоже устал и хотел спать.

Он выключил в комнате свет, лег и беспомощно прошептал:

- Хорошо, спокойной ночи.

- Спокойной ночи.

Комната погрузилась в темноту.

Сун Юньжань поворочался немного с боку на бок и, наконец, успокоился, развернувшись к Цинь Кэ спиной.

Когда зрение отключено, начинает работать слух.

Звук дыхания соседа по постели дразнил и будоражил воображение.

Ширина кровати была не больше 1,8 метра. Стоило Цинь Кэ только протянуть руку, и он мог бы коснуться его спины.

К счастью, Цинь Кэ, похоже, заснул.

Сун Юньжань, наконец, успокоился и повернулся к Цинь Кэ лицом. И через пару минут погрузился в глубокий сон.

Вдруг «спящий» Цинь Кэ открыл глаза.

Он не понимал, откуда у Сун Юньжаня взлась энергия столько ворочаться в постели. И это после бессонной ночи.

Зрение постепенно перестроилось на ночной режим.

Цинь Кэ неторопливо рассматривал спящего Сун Юньжаня.

Растрепанные волосы прикрывали его лоб и глаза, а одеяло скрывало подбородок и губы. И только нос с высокой переносицей демонстрировал трогательную красоту этого спящего человека.

И делал это восхитительно трогательно.

Цинь Кэ нежно улыбнулся и собрался уже закрыть глаза, как Сун Юньжань вдруг отбросил одеяло и стремительно закинул свою ногу на талию Цинь Кэ.

Цинь Кэ:

- …

Цинь Кэ осторожно убрал ногу Сун Юньжаня.

Через несколько секунд Сун Юньжань вернул свою ногу на прежнее место.

И подкрепил свою атаку, закинув на тело Цинь Кэ еще и руки.

Запах геля для душа ворвался в ноздри Цинь Кэ, заставив его замереть.

Ему страшно хотелось разбудить этого коалу и спросить - и кто тут, черт возьми, разбрасывает свои руки-ноги во сне?

В конце концов, ему оставалось только поджать губы и попытаться отлепить от себя этого прилипалу.

Но как только его пальцы коснулись плеча Сун Юньжаня, тот еще крепче обнял его и игриво прошептал:

- Моника, веди себя хорошо, не двигайся.

- Кто такая Моника? - удивленно спросил Цинь Кэ.

Этот вопрос, казалось, поставил Сун Юньжаня в тупик.

Он потерся головой о Цинь Кэ и дал неожиданный ответ:

- Гав!

Ой.

Цинь Кэ бесстрастно резюмировал - это собака.

Автору есть что сказать:

Почему ты ругаешься, когда спишь?

Просто обнимите меня.

Что связывало Сун Юньжаня и Монику, Цинь Кэ не знал.

Но в чем он был уверен точно, так это в том, что господину Суну нравилась Моника.

Прошло три минуты, а Сун Юньжань так и не отпустил его.

Всю свою любовь к Монике он перенес на Цинь Кэ, крепко обнимая и нежно поглаживая его.

На пару секунд Цинь Кэ даже пожалел, что он не собака, а то бы сильно укусил Сун Юньжаня – пусть опять едет в больничку и залечивает свои раны.

Воздух вокруг них, казалось, постепенно становился все более разреженным.

Как если бы вы поднялись на высокую заснеженную гору и задохнулись от нехватки кислорода или прыгнули бы в горячую печь. Цинь Кэ словно потерял рассудок – тело Сун Юньжаня манило и притягивало его.

За минуту до полного отключения мозга Цинь Кэ вырвался из морока и попытался выскользнуть из захвата Сун Юньжаня.

Внезапное освобождение от объятий «осьминога» сопровождалось громким хлопком и яркой вспышкой.

Молния в паре с громом напугали Цинь Кэ.

Неожиданный раскат грома разбудил и Сун Юньжаня.

В тусклом свете они посмотрели друг на друга.

Сун Юньжань:

- Что?

Цинь Кэ:

- …

Еще одна вспышка молнии и еще один раскат грома!

Сун Юньжань пришел в себя и сердито закричал:

- Что ты делаешь!

Он вскинулся и, не дожидаясь объяснений Цинь Кэ, рванул прочь от него, в спешке зацепившись ногами за одеяло.

И скатился с кровати вместе с одеялом. В этот момент в комнате внезапно зажегся свет.

- Зачем ты включил свет? – спиной Сун Юньжань лежал на полу, ноги, запутанные в одеяло, метелили воздух. - Ты извращенец?!

Хочешь наслаждаться испугом на лице жертвы?

Цинь Кэ, который включил свет:

- …

Какое-то время он просто не знал, что сказать.

Он вздохнул и встал с кровати, чтобы помочь своему боссу подняться:

- Вы можете успокоиться?

Сун Юньжань брезгливо оттолкнул его:

- Ублюдок, я знал, что ты задумал что-то плохое!

Цинь Кэ нахмурился:

- … Сун Юньжань, - его низкий голос звучал хрипло и был полон неясных эмоций. - Если бы я задумал что-то плохое, разве я бы оставил вас в покое и позволил проклинать меня?

???

Хочешь сказать, что хочешь поиграть со мной, как кошка с мышкой?

Сун Юньжань был в ярости и уже собирался покрыть его проклятиями, как неожиданно сообразил, что Цинь Кэ впервые назвал его по имени.

- …

Он бдительно удалился на некоторое расстояние от Цинь Кэ, вдруг тот внезапно набросится на него и махнул рукой:

- Хорошо, я дам тебе шанс оправдаться.

Прошла пара минут и Сун Юньжань стыдливо склонил голову. Неспешный рассказ Цинь Кэ о произошедшем сразил его.

Как же всё запутано в этом мире.

Он был так предусмотрителен и специально перед сном прочитал Цинь Кэ лекцию о правильном поведении в постели. И чем всё закончилось?! Нарушителем спокойствия оказался он сам собственной персоной.

Как я вообще мог принять Цинь Кэ за Монику?

Сун Юньжань испытывал смешанные чувства: с улыбкой вспоминал своего любимого пушистого питомца и тут же бросал холодные взгляды на своего примерного сына. Он был в замешательстве.

Блин, неужели, в самом деле, я смотрю на Цинь Кэ как на домашнего питомца?

Я что – хотел стать отцом собаки?

Сун Юньжань совсем запутался. Логическая цепочка явно свернула куда-то не туда.

Он смущенно потер нос:

- Извини, мне лучше сменить комнату.

Или даже лучше сменить отель, успокаивал он себя.

Он и не заметил, что, пока он вел внутреннюю битву, глаза Цинь Кэ были прикованы к его телу.

Короткие пушистые черные волосы на голове Сун Юньжаня в результате неравной битвы со своими предрассудками превратились в птичье гнездо. Торс был прикрыт свободной белой футболкой, черные мешковатые шорты не скрывали его стройные изящной формы ноги. С головы до ног господин Сун выглядел не как серьезный генеральный директор, а как юноша в пору своего расцвета.

Глаза Цинь Кэ потемнели. Возможно, обвинения Сун Юньжаня и не были такими уж беспочвенными.

Возможно, у него действительно были не совсем уж и добрые намерения в адрес своего юного босса.

- Все уже, наверное, спят. Ложитесь спать. Не нужно никого беспокоить.

Сун Юньжань поднял глаза и задал волнующий его вопрос:

- Что, если я снова перепутаю тебя с собакой и обниму тебя?

Цинь Кэ улыбнулся:

- Тогда просто обнимите меня. Я же ваш гэгэ.

Сун Юньжань поперхнулся. Ну что на такое скажешь?!

Он забрался на кровать и, прежде чем выключить свет, с тревогой осведомился:

- Ты же не будешь злиться, если что? Не ударишь меня, если я обниму тебя во сне?

- Кто знает, -  скривил в улыбке губы Цинь Кэ.

Сун Юньжань обернулся и попытался вскочить с кровати, но Цинь Кэ толкнул его обратно на кровать:

- Я пошутил, спите уже.

Свет погас, и комната снова погрузилась во тьму.

Сун Юньжань усвоил урок, вытянулся и крепко прижал руки к ногам, словно солдатик на плацу.

Он лежал и смотрел в потолок, вспоминая, как Хэ Цзыю как-то в детстве остался у него на ночь. А на следующий день со слезами на глазах жаловался, что Сун Юньжань во сне избил его руками и ногами.

Сун Юньжань вздохнул. После долгого пребывания в одной позе руки-ноги у него затекли.

Поколебавшись, он все же решил держаться.

В этот момент Цинь Кэ внезапно заговорил:

- Я же сказал, вы можете обнять меня.

- Это как-то неправильно, - прошептал Сун Юньжань. - В конце концов, ты не собака.

Цинь Кэ:

- … - протянул руку, поймал руку Сун Юньжаня и положил ее себе на талию. - Спите.

В комнате воцарилась тишина.

Когда Сун Юньжань был ребенком, его родители вре время были заняты на работе и часто не появлялись дома даже ночью. Всякий раз во время грозы он заманивал в свою кровать Монику и спал, крепко обнимая ее.

Сун Юньжань наконец-то позволил себе расслабиться, перевернулся на бок, захваченную ладошку грело чужое тепло. Он медленно закрыл глаза.

На улице сверкали молнии, и гремел гром. А Сун Юньжань в эту ночь мирно и крепко спал.

На следующее утро, когда Сун Юньжань проснулся, небо уже прояснилось.

Он оглядел комнату и не увидел никаких следов Цинь Кэ. Видимо, тот ушел на съемки.

Сун Юньжань хорошо выспался и, умывшись, решил, что, раз уж он здесь, то ему следует посетить съемочную площадку «Дороги Цзянху».

Он открыл дверь номера и невольно вздрогнул, наткнувшись взглядом на крепыша, встретившего его у порога. Он порядком испугался – что за злоумышленник его поджидает?

Но, приглядевшись, понял, что это один из нанятых им телохранителей.

Похоже, прошлой ночью тот сменил объект наблюдения, вернувшись к номеру Цинь Кэ.

Телохранитель Б поприветствовал его:

- Господин Сун, вы хотите спуститься вниз и позавтракать?

- Уже одиннадцать часов, завтракать уже поздно, - Сун Юньжань был не слишком голоден и решил немного поболтать. - Почему вы здесь? Почему не на съемочной площадке, ведь Цинь Кэ там?

- Господин Цинь попросил меня остаться с вами.

Сун Юньжань довольно кивнул, Цинь Кэ заботится о нем, но тут же опомнился:

- В отеле мне вряд ли грозит какая-то опасность, а вот ему на съемочной площадке – возможно. Скорее идите туда.

Телохранитель Б охранял Цинь Кэ уже полмесяца. И если не считать неожиданной ситуации с Чжун Сяофэном, остальное время он просто скучал, таскаясь за своим объектом. Давно у него не было такой тихой и скучной работёнки.

Иногда они с напарником, телохранителем А, обсуждали свою работу, удивляясь – зачем Xinghe Entertainment наняла десять телохранителей? Может, Цинь Кэ страдает манией преследования?

Потом они поменяли свое мнение – возможно, этой манией страдал президент Сун?

Они впервые столкнулись с работодателем-параноиком, который так боялся за своего подчиненного. Можно сказать, для них это был новый профессиональный опыт.

- Хорошо, я ухожу, - телохранитель Б подавил вздох облегчения и быстро удалился.

Сун Юньжань проводил телохранителя Б взглядом и постучал в дверь Чжун Сяофэна.

Чжун Сяофэн собирал свой багаж, что не помешало ему извиниться:

- Господин Сун, мне жаль, что я доставил вам столько хлопот. Не волнуйтесь, я все компенсирую!

Сун Юньжань отбросил всякую вежливость:

- Хорошо, что вы это понимаете. Честно говоря, добраться сюда было великим подвигом. Самолеты не летали, и нам с помощником Таном пришлось ехать на обычном поезде. Никогда в жизни я не был так расстроен.

Чжун Сяофэн замер.

Как постоянный пользователь Tianya Standing Tickets (стоячий билет), он, конечно, понимал, почему расстроен Сун Юньжань.

Чжун Сяофэн почувствовал себя еще более виноватым:

- Господин Сун, как я могу искупить свою вину?

Сун Юньжань вовсе не собирался требовать плату за его поступок. Но, тщательно обдумав, понял, как Чжун Сяофэн может ему помочь. Ведь Чжун Сяофэн был не только сценаристом, но и одноклассником Цинь Кэ, а, значит, и Чэн Цзямина.

- Какие у вас отношения с Чэн Цзямином? - спросил Сун Юньжань.

- Неплохие. Правда, с Цинь Кэ он общался больше. Может, вы не знаете, но Чэн Цзямин даже хотел свести Цинь Кэ с агентом из Wancheng Entertainment.

Сун Юньжань небрежно отмахнулся:

- О, я не просто знаю об этом. Я своими глазами видел весь процесс браконьерства.

- … - Чжун Сяофэн на мгновение потерял дар речи. - Значит, вы интересуетесь Чэн Цзямином, потому что хотите…?

- У него есть какие-нибудь слабости?

Всего несколько минут назад ему в голову пришла идея.

Согласно сюжету книги, Чэн Цзямин возненавидел сына неба Цинь Кэ после присоединения к съемочной команде «Дороги Цзянху».

Это факт, который не изменить. Именно талант Цинь Кэ и собственная несостоятельность толкнет Чэн Цзямина на кривую дорожку.

Раньше Сун Юньжань думал защитить главного героя с помощью телохранителей.

Но вчерашний опыт с Фан Чжоу заставил его осознать, что, будучи единственным перерожденцем в этом мире, он может изменять будущее других персонажей. Кроме разве только Цинь Кэ, который сам поменял сюжет книги, примкнув к Xinghe Entertainment.

Тогда  почему бы вершителю чужих судеб Сун Юньжаню не перейти от пассивного вмешательства к активным действиям?

Чжун Сяофэн неуверенно промямлил:

- Чэн Цзямин боится щекотки и мышей. Это считается слабостью?

- ?

Что за бред!

Сун Юньжань попытался объяснить более понятно:

- Я не об этом спрашивал. Есть ли что-то, чем ему можно пригрозить, чтобы он покинул «Дороги Цзянху» и не смел даже приближаться к Цинь Кэ.

Чжун Сяофэн на мгновение задумался, затем резко хлопнул себя по бедру:

- Может, ему порекомендовать тоже попробовать себя в местечковой драме?!

Господин Сун, вы как крысолов с дудочкой! Выведете каждую заблудшую овцу к свету!

Сун Юньжань потерял дар речи:

- Это все, что пришло вам в голову?

- Больше я ничего не могу предложить.

Чжун Сяофэн вздохнул, излом его бровей достиг критической точки. Он очень сожалел, что не может помочь:

- Сегодня собирается вся съемочная группа. Разве уже не поздно избавляться от Чэн Цзямина?

Сун Юньжань застыл на месте.

Он же забыл поинтересоваться, когда Чэн Цзямин должен был присоединиться к съемочной группе!

Теперь, когда Цинь Кэ забрал главную роль, Чэн Цзямин будет просто в ярости. Цинь Кэ - в опасности!

- Всё, разговор закончен. Мне пора! - Сун Юньжань молниеносно рванул на улицу. - Я остановлю Чэн Цзямина!

Чжун Сяофэн растерянно моргнул и глубоко задумался.

Он никогда не видел президента Суна таким взволнованным. Даже когда тот смотрел на Цинь Кэ.

Может быть...?!

Чжун Сяофэн прокрутил все слова президента Суна и, решившись, отправил Цинь Кэ сообщение.

[Внимание, опасность! Возможно, ты попал в немилость принца Ningdong!]

Ни о чем не беспокойся! Папа со всем разберется.

Сун Юньжань вышел из лифта и сразу столкнулся с помощником Таном.

Он плюнул на любезности и сразу перешел к делу:

- Найдите мне машину, я хочу поехать на съемочную площадку.

- Подождите, я позвоню Сяо Кэ и попрошу его получить доступ на съемочную площадку. Затем мы сможем отправиться на съемки. Кстати, в отеле освободился номер. Хотите задержаться здесь или вернуться в компанию?

- О бронировании номера поговорим позже. Я не буду ждать Сяо Кэ, хочу прямо сейчас отправиться туда.

Помощник Тан попросил сотрудника отеля вызвать машину.

Как только машина подъехала, Сун Юньжань тут же запрыгнул в автомобиль, крикнув на прощание:

- Пусть Сяо Кэ поторопится. Надеюсь, к моему приезду на площадку, пропуск на посещение будет готов.

Сяо Кэ, которого огорошили этим заданием, расстроился.

Президент Сун такой требовательный. Ведь подавать заявку желающие посетить съемочную площадку должны были за несколько дней.

И как ему умаслить продюсерский отдел съемочной группы?

Он быстро помчался в нужный отдел.

Не успел он открыть рот, как ему сразу сообщили:

- Мы сегодня очень заняты.

Подразумевалось - ваши проблемы нас не волнуют.

Сяо Кэ - всего лишь ассистент артиста. Можно сказать, мелкая сошка. Он стиснул зубы и вежливо попросил:

- Сестра, пожалуйста, сделай мне одолжение. Президент Сун так много слышал о профессионализме вашей команды и очень хочет понаблюдать за вашей работой.

Конечно, он не знал, почему Сун Юньжань вдруг изъявил желание заявиться на съемочную площадку, но пустить радужный пук никогда не бывает лишним.

И его лесть неожиданно сработала:

- Вы говорите о президенте Суне, о Сун Юньжане? – увидев кивок Сяо Кэ, она ярко улыбнулась. - Ты должен был сразу сказать мне, что речь идет о нем. Я попрошу кого-нибудь принести тебе пропуск.

Сяо Кэ не ожидал, что имя Сун Юньжаня так сработает. Ему стало любопытно:

- Сестра, ты знаешь нашего господина Суна?

- Нет, не знаю. Но благодаря ему, мой муж не вложился в «Уравнение любви». Как я могу не ответить ему ответсной услугой.

Сяо Кэ почувствовал восхищение в своем сердце.

Президент Сун действительно дальновидный человек. Ему удалось завоевать сердца и умы людей, не потратив ни копейки.

Это воистину великолепно.

Возможно, цель визита Сун Юньжаня имеет более глубокий смысл.

Десять минут спустя Сяо Кэ встретил Сун Юньжаня и уважительно, двумя руками, протянул ему пропуск:

- Президент Сун, вы хотите встретиться с режиссером или продюсером?

Наверное, речь пойдет о какой-то крупной многомиллиардной сделке или обсуждении будущего киноиндустрии, - подумал Сяо Кэ.

- Где Цинь Кэ? – сразу взял быка за рога Сун Юньжань.

Сяо Кэ был обескуражен и тихо промямлил:

- Он все еще снимается.

Сун Юньжань озадаченно нахмурился:

- Это бытовой эпизод или сцена боевого поединка?

- Боевое сражение. Учитель главного героя умер и оставил после себя легендарный меч. Вот братья и сцепились из-за этого меча…

- Братья? - Сун Юньжань сразу же занервничал. - Чэн Цзямин тоже там?

- Да, он играет старшего брата.

- Быстро на площадку! - Сун Юньжань сжал кулак. - Не бойся, сынок, твой отец рядом!

Сяо Кэ:

- ???

Он был немного разочарован тем, что Сун Юньжань пришел просто навестить команду, а не обсудить важные проблемы мирового кинотворчества. Да еще и ориентир сместился – разве раньше господин Сун всегда не заботился о Цинь Кэ? Причем здесь Чэн Цзямин?

Может быть…

Президент Сун положил глаз на Чэн Цзямина и хочет подписать с ним контракт?

Вроде бы в свое время президент Сун Цинь Кэ заметил тоже на съемках фильма, кажется, это были «Свадьба и похороны».

Прошло полгода, и история снова повторяется.

Но разве Цинь Кэ не говорил, что у него были некоторые конфликты с Чэн Цзямином? Да и в способностях и внешней привлекательности последний ему уступает.

Но что он мог сделать?

Он всего лишь скромный помощник. У него нет права обсуждать решения президента.

Двое мужчин, каждый со своими беспокойными мыслями, прибыли на место съемок.

Разыгрывалась спокойная сцена в бамбуковом лесу. Но настрой Сун Юньжаня был каким угодно, только не спокойным.

Цинь Кэ, одетый в черную мантию, стоял, прислонясь к перилам и произносил свои реплики. Из-за макияжа его лицо выглядело бледным и болезненным, словно еще мгновение и этот человек потеряет сознание.

Рядом с ним стояло несколько актеров, видимо, играющих его братьев. Среди них был и Чэн Цзямин, глаза которого были прикованы к Цинь Кэ.

Сун Юньжань знал, что все это было прописано в сюжете, но не мог не задуматься о том, о чем в данный момент думает Чэн Цзямин. Уж точно ни о чем хорошем. Скорей всего, о том, как бы побыстрее избавиться от Цинь Кэ.

- Хорошо, снято, - раздался крик Тан Мина. – Всем подготовиться к следующей сцене. Снимаем бой на тросах.

Сун Юньжань резко выдохнул – вот и тросы!

Он повернулся к телохранителям и собрался было приказать им следить за Чэн Цзямином, но увидел, что бодигарды итак не отводят глаз от площадки.

Эй, что происходит?

Сун Юньжань решил не отвлекать телохранителей от их работы, сел и сделал вид, что играет со своим телефоном, время от времени поднимая глаза, чтобы понаблюдать за Чэн Цзямином.

Он думал, что делает это незаметно для всех, не зная, что за ним кто-то внимательно наблюдает. Кто? Конечно, озадаченный Сяо Кэ.

Неужели цель сегодняшнего визита президента Суна Чэн Цзямин? - думал Сяо Кэ.

В это трудно было поверить. Сяо Кэ протянул Цинь Кэ веер, чтобы немного охладиться, потом его подопечному стали поправлять макияж. Сяо Кэ рассеянно наблюдал за Чэн Цзямином, пытаясь понять, что же в этом человеке такого увидел президент Сун.

Четыре человека, восемь пар глаз были сосредоточены на Чэн Цзямине.

Чэн Цзямин чувствовал себя как-то некомфортно. Ему казалось, что кто-то на него смотрит. Он резко обернулся - все были заняты своей работой.

Он уже решил, что это всего лишь иллюзия и решил расслабиться, и тут его взгляд наткнулся на натянутые тросы. И тут же кто-то резко развернул его голову.

Черт!

Чэн Цзямин дернул головой, но чья-то рука крепко зафиксировала ее.

- Нужно поправить грим, не двигайся, - приказал ему гример, потянувшись за пудрой.

Чэн Цзямину замер, окунувшись в свои мысли. Перед его глазами пронеслись первые дни съемок.

Честно говоря, вспоминать было неприятно.

Его актерские способности были неплохими. Когда он снимался в предыдущих проектах, режиссеры даже время от времени хвалили его.

Но ведь часто похвала зависит от того, с кем тебя сравнивают.

Они с Цинь Кэ какое-то время не виделись. И посмотрите, как тот вдруг изменился!

Он так проникся своей ролью, так филигранно отыгрывал ее на площадке, да еще и смог дать дельный совет второму главному герою, который никак не мог вжиться в свою роль.

Чэн Цзямин так гордился своими достижениями. И что теперь? «Дороги Цзянху» стали его похоронами.

Никто не заботится о нем. Ну, конечно, кто он такой – какой-то пятый по значимости мужской персонаж. Все только и хвалят этого выскочку Цинь Кэ.

Чэн Цзямин сжал кулаки, спрятанные под длинными рукавами. В его голове родилась порочная злая идея.

Как было бы хорошо, если бы Цинь Кэ исчез!

И тут же Чэн Цзямин внезапно вспомнил слова, сказанные Цинь Кэ на тренировке:

- Позаботься о себе.

Холодок пробежал по его спине. Он неосознанно перевел взгляд на Цинь Кэ, но увидел лишь его удаляющуюся фигуру.

Цинь Кэ освежили грим, и только тогда он заметил, что кто-то знакомый пожаловал на съемочную площадку. Он подошел к Сун Юньжаню и тихо спросил:

- Утром Чжун Сяофэн сказал, что готов вернуться к написанию сценария. Вы же не сердитесь на него?

Сун Юньжань сосредоточенно за чем-то следил:

- Конечно, нет. Ты загораживаешь мне обзор.

Такое заявление сбило Цинь Кэ с толку:

- На что вы смотрите?

Конечно, я слежу за этим ублюдком, - мысленно ответил Сун Юньжань.

Вслух он этого сказать не мог, поэтому небрежно отмахнулся:

- Займись своими делами. Не обращай на меня внимания.

Сун Юньжань даже не взглянул на него, словно он, Цинь Кэ, был просто случайный прохожий.

Это из-за того, что он не выспался?

Цинь Кэ шагнул в сторону:

- Вы плохо спали прошлой ночью?

Сун Юньжань бросил на него быстрый взгляд:

- Что с тобой? Хочешь поболтать? Ни о чем не беспокойся! Папа со всем разберется.

И снова отвернулся, продолжив наблюдать за Чэн Цзямином.

Цинь Кэ:

- …

Черт возьми, это уже какая-то патология!

Сяо Кэ недоуменно наблюдал за этой сценой. И беспокоился.

Все слишком очевидно. Должно быть, Цинь Кэ вчера как-то обидел господина Суна, поэтому его и встретил такой холодный прием.

От этой неразберихи Сяо Кэ отвлекло пришедшее сообщение на телефон Цинь Кэ. Он передал телефон его хозяину:

- Вам пришло сообщение.

Цинь Кэ поблагодарил и открыл послание.

[Внимание, опасность! Возможно, ты попал в немилость наследного принца Ningdong!]

На лице Цинь Кэ не дрогнула ни одна мышца. Внутри же его бушевало нашествие вопросительных знаков.

Цинь Кэ всегда равнодушно относился к таким сообщениям. Но только не сегодня. Никогда еще Сун Юньжань не вел себя так ненормально.

Вчера вечером с ним все было в порядке, почему же сегодня он так холоден?

Не потому же, что проснулся и обнаружил рядом вместо Моники его, Цинь Кэ?

Цинь Кэ нахмурился, и прежде чем успел понять, что происходит, фигура рядом с ним внезапно исчезла.

Он поднял глаза - Сун Юньжань, не оглядываясь, удалялся. Он собрался было окликнуть его, как поле его зрения перекрыли две могучие фигуры его телохранителей.

- Господин Цинь, Чэн Цзямин, кажется, присматривается к тросам.

Они не были уверены в реальной опасности, грозящей Цинь Кэ, но были профессионалы и внимательно следили за Чэн Цзямином.

Цинь Кэ тихо произнес:

- Продолжайте наблюдать.

При таком скоплении народа Чэн Цзямин вряд ли мог что-то сделать.

А вот…

А вот необычное поведение Сун Юньжаня его беспокоило.

Сун Юньжань тоже заметил пристальное внимание Чэн Цзямина к тросам. Его глаза шарили по блокам и закрепленным на них тросам. Выглядел он прямо как киношный злодей.

Времени на раздумья не было. Сун Юньжань выбрал место с хорошим обзором и достал телефон, чтобы успеть запечатлеть его преступное поведение.

Он засуетился и неудачно споткнулся о проложенные для камеры рельсы. Зашатался и чуть не врезался в ближайшую осветительную стойку!

Изящная рука с тонким запястьем вовремя схватила его за шкирку, словно шаловливую кошку, и отдернула назад.

Сун Юньжань в шоке обернулся и столкнулся с глазами Цинь Кэ, в которых пылал гнев.

- Чего вы здесь лазаете? - Цинь Кэ пытался сдерживать свой гнев. – Не видите, здесь повсюду аппаратура?

Бледное лицо, резко очерченный профиль. При дневном свете он выглядел как свирепый призрак, явившийся из преисподней.

Сун Юньжань был настолько ошеломлен выговором, что потерял дар речи.

Просто смотрел на него пустыми глазами.

Напряженные губы Цинь Кэ постепенно расслабились, и его тон смягчился:

- Не ушиблись?

- …какое тебе дело, - холодно фыркнул Сун Юньжань, злясь на Цинь Кэ за то, что тот его отчитал, как ребенка.

Он и злился, и был обижен.

Конечно, он знал, что здесь повсюду разное оборудование, рельсы, провода по всему полу. Если бы не Цинь Кэ, он бы не стал забиваться в этот угол.

Никто, кроме его родителей, не осмеливался говорить с ним таким тоном.

Мысль о том, что Цинь Кэ думает, что это он вызывает проблемы, привела Сун Юньжаня в ярость.

Я тут пытаюсь предотвратить преступление, чтобы ты не пострадал и не переломал свои кости, а ты набрасываешься на меня!

Какой неблагодарный сын!

Все, что ты делаешь, это злишь своего отца!

Сун Юньжань мысленно выругался и, скривив лицо, оттолкнул неблагодарного сына:

- Я ухожу.

Цинь Кэ остановил его:

- Что с вами не так?

Как только эти слова сорвались с его уст, он сам себе удивился.

Этот разговор не был похож на разговор подчиненного и начальника, не был похож на беседу друзей. Подтекст был настолько тонок и неопределен, что он затруднялся точнее обозначить их отношения.

Он чувствовал, как вспыхнувший гнев испарился, уступив место желанию успокоить и подбодрить этого суетливого господина.

Сун Юньжань был в ярости:

- Что со мной не так?! Я в порядке! Я спокоен, как слон!

Если бы Хэ Цзыю видел эту сцену, он бы знатно повеселился.

Сун Юньжань никогда не мог похвастаться талантом побеждать в спорах. Ни в начальной школе, ни в средней, ни в старшей. Столкнувшись с Цинь Кэ, его умение оставлять за собой последнее слово и вовсе свелось к нулю.

Цинь Кэ повинно опустил голову, чтобы снизить градус накала и не разозлить своего собеседника еще больше:

- Это моя вина.

Гнев застрял у Сун Юньжаня в горле. Он не мог ни проглотить его, ни излить.

Он отвернулся и сомкнул губы.

Цинь Кэ посмотрел на него и, понизив голос, проникновенно поведал:

- Вы пришли на съемочную площадку и игнорировали меня. Меня это задело. Вы  понимаете?

Сун Юньжань замер, а затем просветлел:

- !!!

Так вот оно что! - подумал он. Неудивительно, что Цинь Кэ так вел себя. Все потому, что он чувствовал себя одиноко! Ведь его отец игнорировал его!

Он с трудом сдержался, чтобы не расплыться в улыбке, и нарочито прочистил горло:

- Ты должен был сразу сказать мне об этом.

Цинь Кэ довольно рассмеялся:

- Вы кого-то искали?

Конечно, Сун Юньжань не мог сказать правду:

- … Нет, я просто хотел размять ноги. Возвращайся, не задерживай съемки.

И тут Цинь Кэ позвали на площадку.

Уходя, Цинь Кэ бросил быстрый взгляд в сторону Чэн Цзямина. Тот уже отошел от блоков и тросов, поэтому успокоенный Цинь Кэ поспешил на место съемок.

Как только Цинь Кэ ушел, Чэн Цзямин посмотрел на Сун Юньжаня.

Хоть он и не слышал, о чем эти двое разговаривали между собой, но вели они себя как вонючая любовная парочка, то ссорились, то мирились.

Он точно не ошибается: они состоят в отношениях.

Цинь Кэ, всегда такой высокомерный, не отмахнулся равнодушно от разгневанного Сун Юньжаня. Что, боится обидеть свой «золотой палец»?

А так выпендривался на тренировке, похваляясь своим моральным превосходством! Чэн Цзямин презрительно ухмыльнулся.

Презренный лицемер! Прикидывается святым!

В этот момент Чэн Цзямин увидел, что к нему медленно приближается Сун Юньжань.

Чэн Цзямин вспомнил странный взгляд этого господина и запаниковал.

- Ты - Чэн Цзямин? - довольно дружелюбно спросил Сун Юньжань, его настроение уже полностью сменило курс.

Чэн Цзямин осторожно поинтересовался:

- Что вы хотите?

Сун Юньжань прямо заявил:

- Я знаю, о чем ты думаешь.

- …?

Чэн Цзямин чуть не скончался на месте от ужаса – неужели его особый интерес к тросам был замечен? Он нервно затаил дыхание.

Следующий вопрос Сун Юньжаня оказался совершенно неожиданным:

- Когда у тебя сегодня закнчиваются съемки?

- Около семи. А почему вы спрашиваете? - Чэн Цзямин занервничал еще больше.

Сун Юньжань видел, что тросы уже проложены и к ним не подступиться, и подумал, что будет придерживаться своего первоначального плана и попробует убедить Чэн Цзямина добровольно покинуть «Дороги Цзянху».

- Тогда найди меня после того, как закончишь работу. Я остановился в том же отеле, что и ты. Номер моей комнаты… - Сун Юньжань достал телефон и посмотрел сообщение, отправленное помощником Таном. - 1702. Мне нужно кое-что обсудить с тобой.

Чэн Цзямин:

- …?

Сун Юньжань на мгновение задумался и добавил:

- Никому не говори о нашей ночной встрече.

Чэн Цзямина с трудом сглотнул, капля холодного пота скатилась по лбу.

Бля!

Он что - влюбился в меня?!

Автору есть что сказать:

Чэн Цзямин: Он такой прямолинейный!

Прямо содом и гоморра в одном лице!

Сун Юньжань «забросил сеть» и вернулся в отель.

Чэн Цзямин остался в состоянии шока. Режиссер Тан был им недоволен и много ругал его на съемках.

Из-за этого съемки, которые должны были закончиться в семь, затянулись до половины десятого.

Чэн Цзямин, извинившись перед коллегами, вернулся в отель и решил, чтобы успокоиться, сначала принять душ.

Водные процедуры совсем не успокоили его. Сердце продолжало биться в грудину, так и норовясь вырваться наружу.

Когда он только вошел в индустрию развлечений, он предполагал подобную ситуацию.

У него была красивая внешность. Вполне логично, что он привлечет внимание богатых людей.

По его мнению, это могла быть богатая престарелая дама, увешанная с ног до головы изумрудами, или состоятельный мужчина преклонного возраста, лет 50. Богатых людей в возрасте вполне могло привлечь как его миловидное личико, так и его молодое подтянутое тело.

Но Сун Юньжань был молод. И как дьявол красив. Зачем такому богатому привлекательному господину понадобился он?

Прямо содом и гоморра в одном лице!

У него же уже есть Цинь Кэ, зачем ему…

Чэн Цзямин не мог сдержать вздоха. Он вспомнил сегодняшние съемки.

После того, как его в очередной раз отчитали, многие посмотрели на него с неудовольствием.

Снимали сцену боя на тросах. Актерам, висевшим на тросах, итак приходилось нелегко, а тут приходилось раз за разом повторять эпизод схватки. И всё из-за актера пятого плана, ведущего свою сцену, стоя на земле.

Ропот звучал все громче. Единственный, кто не сказал ни слова, был Цинь Кэ. После того, как его спустили на землю, он только бросил на него холодный взгляд, словно еще не вышел из роли. И крепко сжал красивый меч в своей руке.

Чэн Цзямин и сам был актером, поэтому поразился такому контролю.

По сравнению с выступлением Цинь Кэ его промахи казались еще более дилетантскими.

Видимо, они уже были рождены такими. Такими непохожими друг на друга.

Чэн Цзямин презрительно фыркнул. Он знал, в чем состояла разница между ними.

Цинь Кэ, должно быть, полагался на Сун Юньжаня, так и получал хорошие ресурсы и преференции. Если бы главная роль досталась ему, Чэн Цзямину, он бы сыграл ее лучше, чем Цинь Кэ.

Теперь, когда такая возможность появилась…

Чэн Цзямин стиснул зубы и с ног до головы опрыскал себя одеколоном с модным запахом.

Поднявшись на лифте, он сделал несколько глубоких вдохов, нацепил деловую улыбку и позвонил в дверь номера 1702.

Прошла минута.

Улыбка на лице Чэн Цзямина застыла. Почему никто не открывает?

Он снова позвонил, но закрытая дверь так и не открылась.

Чёрт! Я же опоздал на три часа, Сун Юньжань, должно быть, просто не дождался меня и ушел!

Чэн Цзямин от злости хлопнул себя по лбу.

Он еще раз нажал на звонок и, затаив дыхание, прислушался – не раздасться ли какой-то шум за дверью номера.

И дверь наконец-то открылась.

Тишину номера нарушали какие-то непонятные звуки. Чэн Цзямин снова улыбнулся:

- Извините, что заставил вас ждать, господин Сун.

- Все в порядке, я тебя не ждал.

Сун Юньжань даже не поднял глаз, увлеченно играя в телефоне:

- Заходи, подожди, я сейчас закончу игру.

Чэн Цзямин:

- …

Не хотите посмотреть на меня? Как я мило улыбаюсь вам? Как я подготовился к встрече с вами, наведя марафет?

Сун Юньжань направился внутрь, даже не заметив разочарования Чэн Цзямина.

Сун Юньжань знал, что съемки – процесс непредсказуемый, могут затянуться до поздней ночи. И после ужина предложил своим друзьям сразиться в виртуальной битве пару партий.

В настоящее время битва была в самом разгаре. И если бы Чэн Цзямин так рьяно не названивал в дверь, он бы уже закончил свою схватку.

Чэн Цзямин присел и неудоменно наблюдал за игрой молодого господина Суна.

Внезапное вторжение Чэн Цзямина сломало всю игру. И Сун Юньжаня, и его товарищей вскоре всех поубивали.

Чэн Цзямин подумал, что игра наконец-то закончилась. Но Сун Юньжань сердито заявил своим сокомандникам:

- Я отвлекся и все проворонил. Давайте сыграем еще раз!

- Я уже не могу слышать эти слова «давай еще раз», - презрительно бросил Хэ Цзию. – Послушай мастера – бросай уже играть!

Сун Юньжань так разозлился, что чуть не разбил свой телефон.

Он сидел с потемневшим лицом, то включая, то выключая игру.

Чэн Цзямин неуверенно начал:

- Господин Сун…

Сун Юньжань с горечью отмахнулся от него:

- Помолчи.

Сейчас у него не было настроения общаться с Чэн Цзямином. Все, о чем он мог думать – да блин, почему я такой неумёха!

Я играл три часа. И все три часа меня безостановочно избивали! Ни разу я не дал отпор!

Чэн Цзямин подумал – неудачное начало, нужно как-то исправлять ситуацию.

Достал свой телефон и отправил пару сообщений, затем объявил:

- У меня есть друзья, которые раньше играли профессионально, а сейчас вышли на пенсию и работают комментаторами игр. Почему бы мне не попросить их помочь вам?

Удрученный Сун Юньжань сразу же повеселел, его глаза засияли:

- Правда? Они сейчас не заняты?

Да уж, помощь вам точно не помешает.

Чэн Цзямин оцепенело кивнул:

- У них сегодня нет прямых трансляций. Я вам сейчас пришлю контакты моих друзей, добавьте их в команду.

Следующие два часа Сун Юньжань наслаждался игрой.

Вдоволь навеселившись, он узнал адрес прямой трансляции своих нынешних сокомандников, планируя попозже послать им подарки.

Чэн Цзямин был в замешательстве.

Что происходит?

Почему все стрелки перевелись на игру?

В это время Сун Юньжаню в голову пришла новая идея.

Его первоначальный план состоял в том, чтобы объяснить Чэн Цзямину, что в его неудачах и депрессии виновата его компания, а не Цинь Кэ. И таким образом снять с мишени портрет Цинь Кэ и заменить его картинкой с эмблемой Wancheng Entertainment.

Но теперь он передумал.

- Как ты в команде, освоился? - вежливо спросил Сун Юньжань, отложив телефон.

- …Не слишком хорошо. У меня всего лишь пятая по значимости роль. И люди не воспринимают меня всерьез, - страдальчески скривил губы Чэн Цзямин и печально улыбнулся. - Иногда я завидую Цинь Кэ, которому удалось завоевать уважение президента Суна. В отличие от него, я даже не видел лица своего босса.

В прошлой жизни Сун Юньжань тоже был членом Wancheng Entertainment и знал о положении дел в компании не понаслышке.

В Wancheng было много подопечных актеров, но основной бизнес босса был не в этой области, поэтому он в этой компанию даже не появлялся. Естественно, Чэн Цзямин, актер не самого высокого ранга, не мог с ним никак пересечься.

Сун Юньжань согласно кивнул:

- Это нормально. В конце концов, ты не такой популярный.

Чэн Цзямина чуть не вырвало кровью:

- Я понимаю. Но какой актер не хочет стать популярным? Господин Сун, не смотрите, что я выгляжу таким спокойным, на самом деле я очень расстроен.

- Значит, ты завидуешь Цинь Кэ? Думаешь: «Я много трудился, почему я не могу победить его?», «Почему компания не хочет продвигать меня?».

Будучи умным «пушечным мясом», Сун Юньжань мог с исключительной точностью анализировать психологию второстепенных персонажей.

Услышав неприятную правду, Чэн Цзямин растерялся, не зная, как на это реагировать.

Он нахмурился и глубоко вздохнул, оставляя интерпретацию своих действий воображению Сун Юньжаня.

Надеюсь, я правильно изобразил грусть недооцененного гения. А талантам, как известно, надо помогать. Как господин Сун помог Цинь Кэ.

Сун Юньжань продолжил реализовывать свой план:

- Я слышал, что ваша компания поддерживает слишком много людей. Поэтому если вы хотите получить от компании больше ресурсов, вы должны сначала сделать себе имя? Так ведь?

У Чэн Цзямина тут же заболела голова. Это же просто тупик! Как я могу стать популярным, если компания не дает мне хороших ресурсов?

Если бы он мог отобрать у Цинь Кэ главную мужскую роль в фильме режиссера Тан Мина, тогда бы ему не о чем было бы беспокоиться.

- У меня есть хорошая идея, как решить эту проблему, - и Сун Юньжань с улыбкой поинтересовался. - Хочешь услышать?

Сердцебиение Чэн Цзямина ускорилось. Кажется, мы наконец-то подошли к сути дела.

Вот только я не знаю, что предпочитает господин Сун - быть сверху или снизу.

Надеюсь, снизу. Я же все-таки натурал, - с грустью подумал он.

Сун Юньжань наклонился к нему:

- Ты никогда не хотел заняться играми?

Чэн Цзямин:

- … а?

Сун Юньжань с видом авторитетного руководителя серьезно объявил:

- Ты хорош в играх и у тебя много друзей из этой отрасли. Не думал заняться этим бизнесом?

Это и была хорошая идея, которая озарила Сун Юньжаня.

Как «пушечное мясо», он прекрасно понимал, почему Чэн Цзямин преследовал Цинь Кэ. Так решил автор этой странной книги, выдав ему роль злодея.

Чэн Цзямин должен был понять, что Цинь Кэ – не единственное препятствие для его карьеры. Это же шоу-бизнес! Ну, избавится он от Цинь Кэ, на его место придут другие.

Причина его неудач проста - он недостаточно популярен и недостаточно талантлив.

Грубо говоря, Чэн Цзямин был настоящим пушечным мясом Wancheng Entertainment.

В настоящее время многие думают, что прямые трансляции предназначены только для онлайн-знаменитостей, но Сун Юньжань-то знает, что в ближайшее время трафик прямых трансляций привлечет внимание различных компаний и артистов. Став для последних второй весной в их карьере!

Чэн Цзямин был изумлен:

- Прямые трансляции игр? Я же серьезный актер.

Сун Юньжань опять натянул на лицо маску квалифицированного гендиректора и посоветовал:

- Как только ты наберешь достаточно поклонников в интернете, твоя популярность естественным образом вырастет. Компания не слепая, будут ли они тебя игнорировать, когда ты станешь популярным?

Убедительные доводы впечатлили Чэн Цзямина. Но можно ли им верить?

Он нерешительно спросил:

- Цинь Кэ тоже займется прямыми трансляциями?

Сун Юньжань замер, на этот вопрос было трудно ответить.

Не может же он сказать: «Цинь Кэ - главный герой, у него график будет расписан посекундно. Когда ему заниматься прямыми трансляциями?»

Но тут его осенило:

- Кто лучше в играх, ты или Цинь Кэ?

Я такой умный, - мысленно похвалил себя Сун Юньжань.

Цинь Кэ же главный герой! Он не может проиграть злодею.

Чэн Цзямина побледнел.

Хоть он и не хотел этого признавать, Цинь Кэ его опережал и в актерском мастерстве, и в игровых навыках.

Просто игры его совсем не интересовали, играл он редко и только в несколько игр.

Если бы Цинь Кэ присоединился к миру игр в прямых эфирах, разве ситуация не повторилась бы?

Чэн Цзямин поспешно протараторил:

- Он не любит играть в игры.

- Вот видишь.

Сун Юньжань посмотрел на часы:

- Ну, всё. Можешь идти.

Чэн Цзямин вытаращил глаза:

- Это всё?

Вы позвали меня в свой номер, ночью, только для того, чтобы сказать это?

Сун Юньжань посмотрел на него:

- Конечно. Ты же не подопечный нашей компании. Я указал тебе дорогу. Дальше уже дело за тобой.

Чэн Цзямин был в замешательстве. Его просто выставили за порог! Он задумался.

Я ему не нравлюсь?

Или мое постоянное упоминание Цинь Кэ вызвало в нем чувство вины?

Чэн Цзямину почему-то казалось, что верно второе.

Он совершил ошибку. Он так сожалел, что упустил прекрасную возможность взобраться на вершину.

Но, если поразмыслить, то он получил ценный совет от удачливого гендиректора. Бесплатно!

Если я благодаря прямым трансляциям смогу завоевать популярность, возможно, компания и в самом деле изменит отношение ко мне?

Размышления Чэн Цзямина прервал скрип открывающейся двери лифта.

Он повернул голову – навстречу ему от лифта в сопровождении своего помощника и телохранителей шел Цинь Кэ.

Цинь Кэ тоже увидел Чэн Цзямина.

Цинь Кэ недовольно свел брови. Сяо Кэ рассказал ему, что Сун Юньжань, кажется, хочет заманить Чэн Цзямина в Xinghe Entertainment.

Чэн Цзямин, увидев его холодное выражение лица, неосознанно расправил плечи и с фальшивой улыбкой поприветствовал его:

- Вы уже закончили?

- Что ты здесь делаешь?

Чэн Цзямин занервничал. Не мог же он сказать, что пришел заручиться поддержкой босса Цинь Кэ.

Поэтому возмущенно повысил голос:

- Это не твое дело. Мне что, нужно твое разрешение, чтобы поиграть с господином Суном в игры?

Слова сорвались с его губ, и Чэн Цзямин сразу же пожалел о них.

По взглядам присутствующих было видно, что они об этом думают. На съемочной площадке этот человечишко лажал изо всех сил, а потом бросился резаться в игры с чужим боссом!

Гордость Чэн Цзямина была задета. Он напрягся, приготовившись парировать нападки Цинь Кэ.

Цинь Кэ же просто кивнул:

- Ну, тогда спасибо, что провел с ним время.

И, не оглядываясь, удалился, словно его это совершенно не волновало.

Чэн Цзямин был потрясен. Цинь Кэ так уверен в себе? Не боится, что господин Сун проводит время с кем-то другим?

Цинь Кэ зашел в свой номер и одним махом выхлебал стакан ледяной воды.

Сяо Кэ помог ему собрать вещи, которые ему завтра понадобятся, и неловко попытался начать разговор:

- Чэн Цзямин, должно быть, приходил заискивать перед господином Суном.

Цинь Кэ спокойно обрезал:

- Не будем это обсуждать.

- …Хорошо. Тогда я ухожу. Позвоню вам утром.

Избавившись от своего помощника и телохранителей, Цинь Кэ, наконец, мог отбросить напускное спокойствие.

Мертвой хваткой сжал стакан. Косточки суставов на его руке побелели. Стакан с хрустом потерял свою целостность, рассыпавшись мелкими осколками.

Прошла пара минут. Цинь Кэ достал свой телефон и открыл чат с Сун Юньжанем: [Хотите поиграть?]

Прошло десять минут. Пришел ответ Сун Юньжаня: [Тебе скучно?]

Цинь Кэ: [?]

Сун Юньжань: [Уже так поздно, а ты хочешь поиграть. Разве ты не снимаешься завтра? Я очень разочарован в тебе. Подумай о своем поведении.]

Цинь Кэ:

- …

Он тоже переродился?

Сун Юньжань лежал на кровати, не сводя глаз со своего телефона.

Через несколько секунд пришло сообщение от Цинь Кэ: [Хорошо, спокойной ночи.]

Сун Юньжань почувствовал облегчение и отбросил телефон в сторону. Он порадовался, что Цинь Кэ не стал уговаривать его поиграть, иначе он мог бы и не удержаться поиграть под руководством эксперта.

Он выключил свет и мысленно похвалил себя.

Молодец, ты сегодня помог своему сыну!

Следующим утром Сун Юньжань проснулся и стал собираться в обратный путь в город Ян.

Помощник Тан уехал вчера днем. Сун Юньжань упаковал свой багаж и попрощался с Цинь Кэ, наказав ему усердно трудиться.

Он не ожидал, что Цинь Кэ попросит Сяо Кэ отвезти его в аэропорт.

Сун Юньжань решил, что при Цинь Кэ осталась пара телохранителей, и Чэн Цзямин не решится напасть в их присутствии, и согласился.

Сяо Кэ помог Сун Юньжаню погрузуть в машину его чемодан. И, сев в автомобиль, протянул боссу бутылку минеральной воды.

- Спасибо.

Сун Юньжань взял воду. Она была холодной. Приятно в жаркий летний день утолить жажду таким освежающим напитком.

Он одобрительно кивнул и похвалил:

- Ты такой предусмотрительный.

Сяо Кэ улыбнулся и объяснил:

- Это не я такой предусмотрительный, а Цинь Кэ. Он сказал, что до аэропорта далеко, поэтому по дороге господин Сун наверняка захочет пить, поэтому попросил меня захватить с собой бутылку холодной воды.

Сун Юньжань хмыкнул. Так и должен был поступать заботливый сын!

Сяо Кэ вел машину и в зеркало заднего вида наблюдал за своим боссом. Не заметив никакого проявления благодарности на его лице, он был немного разочарован.

Он решил двинуться дальше:

- На самом деле Цинь Кэ сегодня не в самом хорошем настроении, но при этом не забыл позаботиться о вас.

- Что, его отругал режиссер? – забеспокоился Сун Юньжань.

- Нет, просто в последнее время он так много работает. Но не волнуйтесь, господин Сун, на съемках это никак не отразилось.

Сун Юньжань откинулся на спинку кресла:

- Если это не влияет на съемку, это хорошо. Присматривайте за ним, следите, чтобы он пораньше ложился спать и не играл по ночам в игры.

Сяо Кэ:

- ?

Цинь Кэ играет в игры по ночам? Я никогда об этом не слышал.

Почему господин Сун так непреклонен и суров? Все капиталисты такие хладнокровные и безжалостные?

Он обиженно скривил губы. Бедный Цинь Кэ.

Вчера они стали свидетелями, как Чэн Цзямин хвастался, что резался в игры с господином Суном. Хоть Цинь Кэ ничего и не сказал, Сяо Кэ уже достаточно знал его, чтобы понять, что Цинь Кэ был расстроен этим заявлением.

Сегодня на съемочной площадке Цинь Кэ был не в лучшем настроении. Хотя и не выходил из себя без причины, но был отстраненным, словно усиленно думал о чем-то.

Не нужно гадать, чтобы догадаться, что это из-за Чэн Цзямина.

Сяо Кэ крепче сжал руль и решил рискнуть:

- Господин Сун, вы знаете, что Цинь Кэ и Чэн Цзямин недолюбливают друг друга?

Сун Юньжань собирался кивнуть. Но внезапно понял, что что-то не так.

Съемки фильма только начались. Чэн Цзямин еще ничего не сделал. Откуда же об их конфликте стало известно?

Он вспомнил вчерашнее поведение телохранителей на съемках. И в его сердце тут же вспыхнуло подозрение.

- Кто тебе об этом сказал? - осторожно поинтересовался он.

- Цинь Кэ. В киношколе они были соседями по комнате, сейчас вместе снимаются в одном фильме. Wancheng предложила использовать эти совпадения для рекламы, но наша компания отказалась, потому что мы знали, что отношения между ними сложились не очень хорошие.

- ...Когда он тебе это сказал?

Сяо Кэ вспомнил:

- Это было некоторое время назад. Кажется, во время тренировок по боевым искусствам, еще до начала съемок.

- Понятно.

Сун Юньжань был потрясен до глубины души.

Он – президент, отношения между артистами – не его забота.

Но он ясно помнил, что, согласно книге, до инцидента с тросами Цинь Кэ состоял с Чэн Цзямином в дружеских отношениях.

Почему Цинь Кэ выпустил кота из мешка еще до инцидента с подпиленным тросом?

Возможно ли, что…

Он тоже переродился?

По спине Сун Юньжаня пробежал холодок страха, он поспешно бросил:

- Я вздремну, - надвинул козырек бейсболки на глаза и начал экстренный мозговой штурм.

За полтора часа пути от отеля до аэропорта Сун Юньжань много чего передумал.

Он вспомнил о своих нападках в прошлой жизни на Цинь Кэ, о черных пресс-релизах, которые его команда отправляла Цинь Кэ. И, естественно, обо всех подозрительных поступках, которые Цинь Кэ совершил после его перерождения.

Раньше он думал, что именно эффект бабочки, вызванный его перерождением, побудил Цинь Кэ подписать контракт с Xinghe Entertainment.

Теперь, оглядываясь назад, действия Цинь Кэ больше походили на то, что тот просто старался изменить свою судьбу, избегая опасностей.

Он не позволил своему отцу контролировать его, подтолкнул Чжун Сяофэна к смене профессии, пробился в фильм «Дороги Цзянху». Каждый его поступок, каждое решение было не случайным совпадением, а последовательным исправлением своих ошибок, совершенных в прежней жизни.

Чем больше Сун Юньжань об этом думал, тем больше чувствовал, что он прав.

По всей вероятности, Цинь Кэ переродился, как и он.

Просто цель перерождения Цинь Кэ пока неизвестна.

Например, Сун Юньжань возродился, чтобы заставить Цинь Кэ встать на колени и назвать его отцом. Цинь Кэ же, если вспомнить его слова…

Он долго размышлял. Цинь Кэ усердно работал над продвижением своей карьеры – раз. И все время кружил вокруг него - два.

Сун Юньжань вдруг все понял.

Неудивительно, что Цинь Кэ влюбился в него с первого взгляда на съемках «Свадьбы и похорон».

Ведь это была не первая их встреча.

Видимо, Цинь Кэ влюбился в него еще в прошлой жизни. Поэтому в этой сразу же присоединился к Xinghe Entertainment. И всё, чтобы быть ближе к нему, Сун Юньжаню. Как говорится, нырнуть в реку и поймать луну.

Какая любовь, однако!

Сун Юньжань стянул с головы бейсболку, подаренную ему Цинь Кэ. Он нежно погладил текстурный узор над козырьком, как будто коснулся сердца Цинь Кэ.

Он перебрал в памяти все мелкие подробности их встреч с Цинь Кэ.

Эти воспоминания невольно отдались в сердце кисло-сладким привкусом.

- Господин Сун, господин Сун?

Голос с водительского кресла прервал его размышления.

Сун Юньжань подавил набежавшую улыбку. Они уже прибыли в аэропорт. Он неторопливо вышел из машины.

Когда Сяо Кэ подал ему его чемодан, Сун Юньжань на мгновение задумался и тихим голосом проинструктировал его:

- В последнее время погода стоит слишком жаркая. Сниматься в костюмированной драме в такую погоду очень тяжело. Позаботься о Цинь Кэ, следи за его здоровьем. Не провожай меня дальше. Поскорей возвращайся назад.

Сяо Кэ не понимал, как за полтора часа поведение господина Суна так кардинально изменилось.

Он кивнул и осторожно осведомился:

- А что насчет Чэн Цзямина…?

Сун Юньжань недоуменно выгнул брови:

- Почему ты волнуешься об артистах Wancheng? Пока Чэн Цзямин ничего плохого не сделал, просто игнорируйте его.

Сяо Кэ радостно улыбнулся:

- Да, я все понял!

Сун Юньжань не знал, чему тот так обрадовался. Возможно, в странном поведении сотрудников, подобранных помощником Таном, был виноват плохой фэн-шуй офисного здания Xinghe Entertainment.

Он попрощался с радостно улыбающимся Сяо Кэ и потащил свой чемодан на регистрацию.

Самолет с ревом приземлился в аэропорту города Ян.

Сун Юньжань решил не возвращаться в офис и попросил водителя отвезти его домой.

Войдя в квартиру, взгляд Сун Юньжаня наткнулся на амулет, висящий над дверью.

Он долго раздумывал, куда прицепить этот амулет. Кошелек он с собой не носит. Вешать его на мобильный телефон как-то глупо. После некоторых колебаний решил последовать основному закону метафизики и повесить амулет в самое важное место в доме. Над входом (и одновременно выходом). Чтобы обеспечить безопасность и дома, и хозяина дома.

Амулет оказался очень эффективным. С тех пор, как он встал на охрану этого дома, несмотря на пару мелких происшествий, Сун Юньжань больше не получил ни одной серьезной травмы.

Обычно, входя или выходя из дома, Сун Юньжань лишь бросал на него быстрый взгляд.

Сейчас он стоял и не мог отвести от него взгляда.

И только когда домработница, убиравшая комнаты на втором этаже, спустилась вниз, он неохотно прошел в гостиную.

Тётя закончила уборку и, увидев, что пришло время вечерней трапезы, поинтересовалась:

- Юньжань, что ты хочешь сегодня на ужин? Наверно, ты устал в командировке, я приготовлю тебе все, что захочешь.

- Хорошо, - Сун Юньжань на мгновение задумался. - Я давно не ел яичницу.

Тётушка с недоумением посмотрела на него

Разве ты не говорил вычеркнуть яичницу из твоего меню?

Она не стала озвучивать свой вопрос и отправилась на кухню.

Сун Юньжаню нечем было заняться, поэтому он включил телефон и решил сразиться в игрушку.

Вчера друг Чэн Цзямина добавил его в список своих игровых друзей. Увидев его в сети, он тут же отправил ему приглашение в игру.

Сун Юньжань тут же вспомнил о вчерашнем странном приглашении Цинь Кэ поиграть. И непонятно почему вдруг почувствовал себя счастливым.

Возможно ли, что Цинь Кэ вчера знал, что он играл с Чэн Цзямином?

Поэтому и предложил поиграть с ним.

Ревнивец, - пробормотал тихим голосом Сун Юньжань. Нашел, чему завидовать. Но все равно почувствовал себя немного виноватым.

Раньше он не понимал, почему Цинь Кэ так резко влюбился в него, хотя знали они друг друга совсем недолго.

Теперь же он знал, любовь Цинь Кэ охватывает две жизни.

Даже самого жестокосердного человека тронула бы такая верность.

Тем более такого добросердечного человека, как Сун Юньжань.

Он отклонил приглашение в игру, пробежался по вчерашней переписке в WeChat. Не слишком ли строг и холоден он вчера был? Вспомнил слова Сяо Кэ, что Цинь Кэ сегодня был в плохом настроении. И подумал, может, того обидел его отказ.

И тут же пожалел, что был так отстранен и назидателен вчера.

Сун Юньжань смотрел на экран своего телефона, гадая, как утешить несправедливо обиженного Цинь Кэ.

Он не собирался строить с ним никаких отношений, ведь их связывали сыновне-отцовские узы. Просто он не мог быть жестоким с человеком, который безответно любил его на протяжении двух жизней.

У него плохое настроение, а вдруг это повлияет на съемки?

Сун Юньжань пришел к заключению, что ему следует успокоить израненное сердце Цинь Кэ.

Он медленно напечатал: [Ты устал от сегодняшних съемок?]

Начнем плясать от печки.

Сначала выразим озабоченность начальника. В нейтральных словах.

Цинь Кэ ответил: [Да, сейчас я отдыхаю.]

Теперь можно рыть подкоп.

Сун Юньжань быстро застрочил: [Я слышал от Сяо Кэ, что у тебя сегодня плохое настроение?]

После того, как сообщение было отправлено, Сун Юньжаню показалось, что пора лить бальзам, и продолжил печатать: [Если это потому, что я вчера играл с Чэн Цзямином, а не с тобой, то на самом деле…]

Не успел он допечатать, как увидел новое сообщение.

Цинь Кэ: [Он говорит чепуху.]

Сун Юньжань:

- …

И что мне делать? Как закончить свое послание?

И тут пришло еще одно сообщение от Цинь Кэ: [У меня еще есть кое-какие дела. Да и вам стоит отдохнуть.]

Сун Юньжань не мог поверить: он начал благотворительный разговор, а этот поганец обломал его душевнй порыв.

Он так зол?

Думает, что, оборвав разговор, он заставит почувствовать меня виноватым?

Сун Юньжань покачал головой. Широкую дорогу примирения Цинь Кэ превратил в узкую и извилистую тропинку.

Терпение президента не безгранично, - подумал Сун Юньжань и бросил телефон на кофейный столик.

Цинь Кэ в это время принял звонок от Чэнь Цзин.

Чэнь Цзин быстро заговорила:

- Вас с президентом Суном сняли на видео.

Цинь Кэ:

- А?

- Господин Сун вчера ходил на съемочную площадку? И там чуть не врезался в осветительную стойку? И ты оттащил его?

- Да, было такое. Даже если этот момент засняли на камеру, что в этом такого?

Чэнь Цзин вздохнула:

- На первый взгляд ничего особенного. Но на видео вы все время то спорили, то мирились, что выглядело очень странно. Если бы это были мужчина и женщина, то поползли бы сплетни. Ссылку пришлю позже, посмотрите сами и примите во внимание на будущее.

Хотя тот факт, что вы оба мужчины, делает эту ситуацию еще более замысловатой, - решила Чэнь Цзин.

Повесив трубку, Цинь Кэ нахмурился.

Посторонним вход на съемочную площадку «Дороги Цзяньху» был закрыт. Но так как съемочная площадка притягивала туристов, рядом всегда паслось стадо желающих запечатлеть увиденных кинозвезд на свои камеры со сверхмощными объективами.

Команда ничего не могла поделать с этими людьми, поэтому со временем на них перестали обращать внимание, рассматриваяя это как бесплатную рекламу.

Но зачем эти люди сняли Сун Юньжаня?

Цинь Кэ нажал на ссылку, отправленную Чэнь Цзин. Ник блоггера звучал как «Летнее мороженое».

Он пробежался глазами по страничке, и в его глазах появилось замешательство.

Это пост…

Что за чертовщина здесь творится?

Они действительно любят друг друга!

Посмотрев видео, Цинь Кэ все понял.

Это была страничка, где шипперили их пару – его и Сун Юньжаня.

На видео они то сорились, то мирились, то спорили, то успокаивали друг друга.

Камера уловила малейшие изменения в мимике их лиц. Все выглядело так, словно они выясняли свои отношения.

Цинь Кэ выключил видео. Потом снова открыл и пересмотрел. Пересмотрев несколько раз, он затих, испытывая сложные чувства.

Он вспомнил, как утешал разозленного Сун Юньжаня.

Но даже не догадывался, с какой нежностью в этот момент он смотрел на Сун Юньжаня.

Неудивительно, что это видео, которое просмотрело всего несколько тысяч человек, заставило обычно спокойного менеджера забить тревогу.

Первые кадры видео запечатлели Сун Юньжаня в ярости.

Цинь Кэ опустил голову. В ту же секунду безразличие исчезло из его глаз, а губы расползлись в улыбке.

Помощник Сяо Кэ стоял рядом, затаив дыхание.

Хотя он и не слышал, что по телефону Чэнь Цзин сказала Цинь Кэ, но по ответам последнего примерно догадался.

Поэтому его так удивила улыбка, расцветшая на лице Цинь Кэ после просмотра видео.

Ледяная корка треснула. И в глазах Цинь Кэ отразился теплый яркий закат.

Сяо Кэ уставился на лицо Цинь Кэ, пытаясь понять, что происходит. И тут Цинь Кэ поднял глаза:

- Ты сказал господину Суну, что у меня плохое настроение?

- …просто упомянул, я не жаловался.

Цинь Кэ вернулся в свое обычное состояние:

- Ну тогда спасибо.

- ?!

Сяо Кэ оживился - значит, я поступил правильно?

Цинь Кэ добавил:

- Но в будущем так не поступай. Не расстраивай господина Суна.

Сяо Кэ смиренно уточнил:

- Он же президент. Разве я не должен перед ним отчитываться?

- Нет. Боюсь, что он будет переживать и плохо спать по ночам.

Цинь Кэ закончил раздавать ЦУ и, внезапно вспомнив, сохранил видео на свой телефон.

Сяо Кэ:

- …

***

Поздно вечером, город Ян.

Сун Юньжань лежал в постели, ворочался и никак не мог заснуть.

Он вздохнул, встал и включил прикроватную лампу, взял телефон, стоявший на зарядке и вошел в свой аккаунт на Weibo.

Сегодня тетушка порадовала его отличнейшим ужином. Наевшись до отвала, он включил телефон и долго умилялся милым игривым котенком на видео, присланном Хэ Цзыю. Сун Юньжань как воспитанный вежливый молодой господин тут же решил отплатить своему другу ответной услугой. Нашел милое видео с щенком и переслал его Хэ Цзыю.

Потом он ретвитнул пару сладких видео с пушистиками, таким образом, выразив свою любовь к домашним питомцам.

Кто же знал, что это заметит «Летнее мороженое» и сразу же откликнется на это: [Милашка №11, хватит облизывать кошек! Не хочешь попробовать сладенькое? У нас есть очень сладкий сахар!]

Сун Юньжань не воспринимал эту кучку чокнутых всерьез. С них станется: они и, перемножив номера их школ, получат 520.

Как же он ошибался!

Он открыл их чат и обнаружил, что в этой группе было уже 50 человек!

Это превзошло ожидания Сун Юньжаня.

Он пробежался глазами по комментариям фанатов их парочки и оторопел.

[Сестрички, у нас прорыв! Мы только что получили потрясающе сладкий сахар!]

[Они действительно любят друг друга!]

- …

Сун Юньжань запаниковал и поспешил присоединиться к ним: [Я слышала, что к нам завезли тростниковый сахар. Что случилось?]

Ему стало плохо от своего сиропного тона.

К счастью, фанатов CP, как истинных поклонников сладеньких десертов, это нисколько не смутило. Они просто удивились: [Сестричка, наконец ты к нам присоединилась. Где ты была все это время?]

Сун Юньжань стал судорожно соображать, как ответить. Но этого не потребовалось. Кто-то уже всё решил за него: [Ты еще учишься в школе? Родители не разрешают тебе играть с телефоном?]

Сун Юньжань со страданием на лице: [Да.]

Другая СР-шница: [Ты ходишь в среднюю или старшую школу? Не в начальную же?]

Кого ты называешь первоклашкой?!

Сун Юньжань мгновенно разозлился и быстро напечатал: [В старшую школу.]

Отправил сообщение и тут же почувствовал, что этого недостаточно, и решил максимально повысить возраст малышки №11: [Выпускной год, последний семестр!]

[Ух ты, выпускной год так важен. Сначала сделай домашнее задание, а затем уже гоняйся за звездами.]

[Хм, хорошо.]

Сун Юньжань, притворяющийся старшеклассницей, метался, не находя себе место: Где сладкие конфетки? Где сахар, о котором вы говорите? Дайте-ка мне его скорей!

Дружелюбные и полные энтузиазма фанаты CP, казалось, услышали крик его сердца и, наконец, сбросили ссылку.

Сун Юньжань открыл ссылку.

Ни фига себе!

Если бы он был артистом, это видео свело бы его поклонников с ума.

Даже без чужих комментариев Сун Юньжань понял, что видео это – как взведенная бомба.

Он даже не предполагал, что со стороны их вчерашний разговор с Цинь Кэ смотрится так неоднозначно. Прямо драма «Ты хочешь обидеть меня?».

Вот злые складочки между бровями персонажа с его лицом разгладились, будто по ним прошлись легким перышком, губы растянулись в яркую улыбку.

Чего ты лыбишься?

С чего ты так счастлив?!

Он гневно набросился с упреками на самого себя на экране.

Был бы хвост – завилял бы!

Разве так себя ведет президент!

Сун Юньжань не обладал хладнокровием Цинь Кэ. Он просмотрел видео и отложил телефон, недоуменно затихнув.

Стояла поздняя тихая ночь. Удобная большая кровать и теплый свет прикроватной лампы создавали безопасную и интимную атмосферу.

Сун Юньжань собрался с духом и нажал на видео, чтобы еще раз его просмотреть.

И обнаружил еще одну серьезную проблему.

Лицо Цинь Кэ на видео сменило четыре выражения - непонимание, гнев, беспомощность и нежность.

Первые три – вполне ожидаемые. А вот последнее… Сун Юньжань почувствовал, что у него в горле словно комок застрял.

Как же верно то высказывание!

Вы не можете скрыть, что вам кто-то нравится. Ваш взгляд выдаст вас.

Сун Юньжань отложил телефон и вздохнул. Похоже, сегодня ему опять не  суждено заснуть.

***

После ливня воздух разогрелся. Жара окутала город своим пылким объятием.

Съемочная группа «Дороги Цзяньху» наконец завершила съемки на открытом воздухе и переехала в студийное помещение. Как вовремя – на улице стояла 40-градусная жара.

Рано утром Цинь Кэ прибыл в гримерку.

Вскоре в дверь постучали. Администратор съемочной команды засунул голову в гримерку и поинтересовался – может ли еще один актер поместиться здесь для накладывания грима? Согласятся ли потесниться присутствующие актеры?

Старый гример улыбнулся и повернулся к Цинь Кэ.

Цинь Кэ никогда не выпячивал свою значимость как главного героя. К тому же в гримерке были свободные столики.

- Все в порядке, пусть приходит.

К нему присоединились и два других уже опытных актера, не возражал и актер, играющий второстепенную роль.

Дверь распахнулась, и в гримерку вошел обескураженный Чэн Цзямин.

Цинь Кэ кивнул, приветствуя его, отвел и прикрыл глаза, вспоминая поведение Чэн Цзямина.

Кажется, кроме того столкновения у дверей номера Сун Юньжаня, ничего криминального за ним не числилось.

Но болезненный опыт прошлой жизни не позволял Цинь Кэ расслабиться.

Все члены актерского состава были людьми не глупыми. И давно заметили, что эти двое не ладят, обменялись взглядами и занялись своими делами.

Некоторое время в гримерке царила тишина.

Первым нарушил тишину Чэн Цзямин. Он достал свой телефон и включил игровое видео.

Звуки игры, голоса игроков и комментарии ведущего мгновенно оживили гримерку.

Старый гример недовольно нахмурился.

Съемки начинались рано утром, на грим актеры приходили еще раньше. И досыпали, развалясь в креслах, пока им накладывали грим. Шуметь в это время было не принято.

Цинь Кэ медленно открыл глаза.

Чэн Цзямин не замечал недовольных взглядов, бросаемых на нарушителя спокойствия, и продолжал пялиться в телефон, активно реагируя на действия игроков.

Он был сосредоточен также, как когда учился летать на канатах.

Цинь Кэ заговорил:

- Чэн Цзямин, у тебя есть наушники?

Чэн Цзямин не ожидал, что Цинь Кэ заговорит с ним. Он на мгновение замер:

- Почему ты спрашиваешь об этом?

Цинь Кэ ничего не сказал, кивнув на других актеров.

- …

Чэн Цзямин сделал вид, что не понимает.

Если бы к нему обратился кто-то другой, он бы извинился и надел наушники или выключил видео. Но это был Цинь Кэ.

Подумав несколько секунд, Чэн Цзямин просто выключил свой телефон.

Он попросил своего помощника принести ему сценарий и стал читать, тайно поглядывая на Цинь Кэ.

Цинь Кэ же закрыл глаза, вернувшись в прежнее состояние.

Как будто этот маленький эпизод не заслуживал его внимания.

Чэн Цзямин не мог усидеть на месте и прошептал:

- Я смотрел прямую трансляцию вчерашнего выступления профессионального геймера.

Цинь Кэ:

- … - он открыл глаза. - И что?

- А да, ты же не знаешь, какой совет дал мне господин Сун, - Чэн Цзямин хвастливо продолжил. - В тот вечер господин Сун специально разыскал меня и сказал, что, по его мнению, я хорош в играх. Если я начну играть в прямом эфире, я определенно стану популярным.

Может, Сун Юньжань выразился и не столь высокопарно, но таков уж был характер Чэн Цзямина: преувеличение – его конёк, как же не подбросить к описанию топлива и уксуса.

Он проиграл Цинь Кэ как актер, почему бы не победить, как особо приближенный президента Суна.

Ни одна жилка не дрогнула на лице Цинь Кэ:

- Вперед.

Ситуация повторялась. Цинь Кэ был хладнокровен, как и в тот вечер. Но Чэн Цзямин уже научился «читать» своего удачливого однокурсника.

Он кажется спокойным, но это не так.

Сколько чувств скрывается за этой маской, сколько уксуса.

Чэн Цзямин самодовольно улыбнулся:

- Как думаешь, как мне отблагодарить господина Суна? Он – большой босс, такой занятой. Порой ему некогда даже позаботиться о своих артистах, но он нашел время, чтобы направить меня…

Не успел Чэн Цзямин закончить, как почувствовал, словно его пронзил ледяной клинок.

Он вздрогнул, оторвал глаза от сценария и наткнулся на спокойный взгляд Цинь Кэ.

- ?

Это была иллюзия? Чэн Цзямин был в замешательстве.

Цинь Кэ с любопытством смотрел на него:

- Значит, ты решил послушать его и попробовать?

- …д-да.

Чэн Цзямин ответил быстро, но на самом деле он еще не принял решение.

И что ты чувствуешь, узнав, что твой «золотой палец» заботится обо мне?

Чэн Цзямин мысленно потирал ручки. Хочет, наверное, нажаловаться на меня своему золотому боссу, но боится обидеть Сун Юньжаня.

После недолгого молчания Цинь Кэ медленно заговорил:

- Сделай, как он говорит. Не подведи господина Суна. Я думаю, у тебя всё получится.

Чэн Цзямин просто окаменел.

В схватке с молчаливой ледышкой я, кажется, опять проиграл. Парой слов меня уложили на обе лопатки!

Автору есть что сказать:

Было больно писать эту главу – повредила руку, борясь с комарами.

Я теперь инвалид, но дух мой крепок, хоть я и потеряла дар речи.

Не всегда знать человека значит знать, что скрывается в его сердце.

После этого разговора Чэн Цзямин на 50% вынужденно на 50% добровольно готов был серьезно обдумать план использовать для завоевания популярности прямые трансляции.

Окончательное решение он принял в последний день съемок «Дороги Цзянху».

Чэн Цзямин принял букет цветов, присланный съемочной группой, и поблагодарил всех за заботу о нем. В этот момент его посетило странное чувство, что что-то важное выпало из его памяти. Но что?

И только когда он сел в самолет, он, наконец, вспомнил.

Присоединившись к съемочной команде, он же мечтал, чтобы Цинь Кэ исчез с его глаз. Как он мог забыть об этом?

Что, если предложение Сун Юньжаня было ловушкой? И они с Цинь Кэ опросто объединились, чтобы обмануть его?

Может, что эта парочка из Xinghe Entertainment догадалась о его порочных намерениях и поэтому…?

Осознав такую возможность, Чэн Цзямин мгновенно покрылся холодным потом.

Очевидно, с самого начала, от тренировки до присоединения к съемочной бригаде, они пристально следили за каждым его шагом.

А может, его вела сама судьба, не дав свернуть на кривую дорожку?

Чэн Цзямин не мог понять истинной причины сложившейся ситуации, поэтому, отбросив мучавшие его мысли, сосредоточился на обдумывании, как привлечь внимание фанатов к своим прямым трансляциям.

Друг прислал ему обучающий материал. Чем больше он просматривал его, тем яснее понимал, что это ему подходит.

Стоит попробовать.

***

В то время как планида Чэн Цзямина незримо изменилась, Сун Юньжань получил серьезный удар судьбы.

Были опубликованы финансовые отчеты Xinghe Entertainment за прошедшее полугодие.

Хотя эта информация не вышла за пределы компании, ведь Xinghe Entertainment не была зарегистрирована на бирже и не обязана была раскрывать эту информацию общественности, но Сун Юньжань с ней ознакомился.

Помощник Тан сдержанно поинтересовался:

- Господин Сун, вам требуются какие-то пояснения?

Сун Юньжань потерял дар речи:

- Не надо. Я все понял.

Да уж, трудно было не понять, что их компания была в откровенном убытке.

И если помощник Тан откровенно печалился, то Сун Юньжань был в полнейшем спокойствии.

С тех пор, как он возглавил Xinghe Entertainment, все деньги компании были вложены в инвестиции, которые еще не окупились. Большая часть готовой продукции еще не была выпущена, поэтому и надеяться на прибыль было слишком рано.

Помощник Тан нерешительно спросил:

- Мне нужно отправить отчет директору Суну?

Сун Юньжань взвился:

- Какой смысл отправлять отчет моему отцу?

Все было в рамках реализации его плана. Зачем раньше времени беспокоить старшего господина Суна?

Помощник Тан подумал, что его босс боится, что его будут ругать, и уточнил:

- Директор Сун сказал, что ничего страшного, если мы не отправим ему отчет. Мы можем напрямую отправить его председателю Бай, и она сама ознакомится с ним.

- …

Сун Юньжань нахмурился, вспомнив двухлетний план стоимостью в полмиллиарда долларов, который Бай Ваньнин составила для него. Если он не сможет его выполнить, его заставят вступить в брак.

Что, если этот отчет рассердит его мать, и она разорвет их договоренность и выгонит его из семьи?

- Тогда давай покажем отчет моему отцу, - Сун Юньжань потер лоб и поправил себя. - Забудьте об этом. На этих выходных я буду у них и сам покажу ему этот отчет.

В пятницу вечером Сун Юньжань отправился на семейную виллу.

Его родители еще не вернулись, и дома его встретила горничная.

Сун Юньжань рассеянно закончил ужин и повел старую Монику на прогулку в сад.

Он чувствовал себя, как ученик начальной школы, занявший последнее место на экзамене. И хотя этот ученик верил, что в следующем семестре он стопроцентно получит хорошие оценки, его пугает нагоняй от родителей.

Моника, казалось, почуяла его беспокойство, встряхнула своей пушистой с сединой головой и утешающе потерлась о его ногу.

Сун Юньжань присел на корточки и нежно погладил собаку по голове:

- Ты утешаешь меня?

Моника оскалилась, продемонстрировав ангельскую улыбку самоеда, и еще теснее прижалась к его руке, оставив в ней клочок собачьей шерсти.

Сун Юньжань почувствовал, что его сердце исцелилось. Сегодня, решил он, он проведет ночь дома. И в кои-то веки поспит вместе с Моникой.

И тут же в его голове неконтролируемо вспыхнули воспоминания о Цинь Кэ и их ночи в отеле.

- Как я мог принять его за тебя?

Сун Юньжань озадаченно посмотрел на Монику:

- Он не такой милый и пушистый, как ты. Непонятно: если я ему не нравлюсь, почему тогда он так себя вел? Почему терпел все мои ночные наезды? Хотел привлечь мое внимание?

Моника издала громкое «гав».

Сун Юньжань кивнул:

- Ты тоже думаешь, что я прав? Но опять же, хоть он и не так хорош, как я, у него доброе сердце. В будущем он станет большой звездой, но с легкостью несет бремя новичка…

Сказав это, он вдруг замер.

А действительно, почему Цинь Кэ не злится на такой поворот судьбы?

Суперзвезда первого эшелона с бесконечными ресурсами, многочисленными наградами и множеством поклонников вдруг очутилась на самом дне индустрии развлечений и вынуждена начать всё с нуля. Годы усилий в одночасье были сведены на нет. И ему заново нужно шаг за шагом подниматься наверх. Неужели Цинь Кэ не мучают обиды?

Ресницы Сун Юньжаня затрепетали. Он так и не смог найти ответ на свой вопрос,  горничная сообщила о приходе старшего господина Суна.

Отбросив мысли о Цинь Кэ, Сун Юньжань передал собачий поводок горничной и помчался в дом.

Сун Цзидун только что вернулся со званого обеда. Вероятно, еда в ресторане ему не понравилась, и старший господин Сун распорядился приготовить пару-тройку закусок.

Сун Юньжань решил подлизаться и предложил:

- Папа, позволь мне это сделать.

- Сядь спокойно и не двигайся.

Сун Цзидуна сыновняя почтительность сына совсем не тронула:

- Хватит подлизываться. Говори, что опять натворил.

Сун Юньжань протянул распечатанный отчет:

- Я не сделал ничего плохого. Вот взгляни.

Сун Цзидун взял отчет и неторопливо изучил его.

С каждой секундой морщинка меж его бровей становилась на дюйм глубже.

Сун Юньжань затрепетал, увидев это, - о нет, отец серьезно сердится.

Он сел прямо и сложил руки на коленях, ожидая, когда его отец начнет буйствовать.

Прочитав отчет, Сун Цзидун внимательно посмотрел на сына:

- Разработка игр на основе телесериала? Объясни мне, что это за расходы.

Сун Юньжань не смог интерпретировать тон своего отца и принялся подробно объяснять концепцию развития цепочки сценарий-телесериал-игра.

В конце он серьезно добавил:

- У этого сценария большой потенциал.

- Правда? И где ты собираешься снимать этот сериал?

Сун Юньжань смущенно проворчал:

- Будем снимать так же, как обычно снимают костюмированные дорамы.

- …Ты дурак? -  отбросил отчет Сун Цзидун.

Сун Юньжань совершенно ничего не понимал. Что за вопросы? Это же рутинные съемки.

Он хватал ртом воздух. Сун Цзидун посмотрел на него:

- Разве твоя мать не говорила тебе? Ты можешь использовать ресурсы Ningdong по своему усмотрению. У Ningdong есть готовые историко-туристические объекты. Почему ты не хочешь использовать их для своих съемок?

Сун Юньжань:

- …

Он не ожидал, что эти ресурсы в его распоряжении.

Сун Цзидун продолжил:

- Я стар, я не понимаю всех этих игр. Насколько я понял, ты хочешь создать бизнес-цепочку. Тогда почему бы не объединить онлайн-индустрию с офлайн-индустрией? Если у этого сериала и в самом деле такой большой потенциал, как ты говоришь, почему бы не включить в эту цепочку и наши историко-туристические объекты в качестве их рекламного продвижения?

Сун Юньжань наконец-то понял, к чему вел отец.

Использовать эти места для съемок сериала, тем самым сэкономив на оплате нужных площадок, и (!) одновременно привлечь посетителей в эти живописные места. Как только дорама выйдет в эфир и станет популярной, народ в эти места так и повалит.

Не говоря уже о том, что рядом с этими местами располагается отель Ningdong. Где еще остановиться привлеченным красивейшими местами, показанными в популярном сериале, туристам, как не в этом отеле?! Экскурсии плюс отель – вот идеальное завершение этой бизнес-цепочки!

Такая практика уже не раз была реализована и имела успех, как в их стране, так и зарубежом. До этого он думал только об онлайн-продуктах «Легенды о Нань Хуа», даже не задумываясь, что офлайн-продукты также могут стать частью этой бизнес-цепочки.

Он думал, что сегодня его будут ругать. Не ожидал, что всё превратится в бизнес-инструктаж.

Сун Юньжань внезапно оживился:

- Папа, просмотри отчет еще раз. Вдруг увидишь еще какие-то возможности для бизнеса.

Сун Цзидун пренебрежительно отмахнулся:

- Твоя компания не настолько велика - много не охватит. Так что не усложняй жизнь отцу, - и тут же сменил тему. – Мне вот интересно…

Сун Юньжань сделал вид, что внимательно слушает.

- Я слышал от помощника Тана, что автора сценариев, в которые ты вложил деньги, рекомендовал тебе актер по имени Цинь Кэ? И этот актер – подопечный Xinghe Entertainment, и в компании очень заботятся о нем? И в рекламе продуктов Ningdong тоже снимался он?

Эти три вопроса вызвали тревогу в сердце Сун Юньжаня.

Неужели его отец шарится по сайтам с СР-уклоном? Ему же не промыли мозги эти безмозглые любители сладких десертов?

- Да, а в чем проблема?

Сун Юньжань в страхе посмотрел на отца – тот же не перейдет на сленговый язык и не воскликнет嗑死我了*!

К счастью, Сун Цзидун не сошел с ума, задумчиво нахмурившись, он продолжил:

- Я не думаю, что это разумно. Вкладывать все средства в проекты, связанные с одним артистом. Разве это правильно - класть все яйца в одну корзину?

Сун Юньжань протянул «а-а-а» и объяснил:

- Эти две дорамы на самом деле не имеют к нему никакого отношения. Я вложился в них только потому, что мне понравились сценарии Чжун Сяофэна.

- Это все равно нехорошо. Вкладываясь в проекты, где он участвует, ты невольно повышаешь его статус. Подчиненный не может влиять на решения своего босса.

Сун Юньжань автоматически интерпретировал эту фразу как «сын не может быть более влиятельным, чем его отец».

Он закивал головой:

- Да, компания не может продвигать только его одного. Я должен выделять больше ресурсов и другим артистам.

- Вот-вот.

- Ningdong уже определился с рекламным лицом для быстрорастворимого напитка? - Сун Юньжань выжидающе посмотрел на отца. - Почему бы и его не отдать мне на рассмотрение?

Сун Цзидун:

- …

Сун Юньжань добавил:

- Если, конечно, у вас нет подходящей кандидатуры для его рекламы. Мы как раз снимаем драму, в которую можем вставить рекламу этого напитка.

- Обсуди это с брендом сам, - отмахнулся Сун Цзидун. Увидев, что горничная выставила на стол принесенные закуски, он принялся за их дегустацию. - В любом случае, папа может только направить тебя. О рисках ты должен подумать сам. В том числе, правильно оценить риск продвижения своих актеров. Ты простодушен, кто может гарантировать, что у другой стороны нет дурных намерений?

Сун Юньжаню тоже подали тарелку супа. Он выслушал отца и покачал головой:

- Цинь Кэ не такой.

В конце концов, он так любит меня. Он даже специально влился в Xinghe Entertainment, чтобы быть поближе ко мне.

Сун Цзидун устало прикрыл глаза:

- Душа человека – тайна за семью печатями. Не всегда знать человека значит знать, что скрывается в его сердце.

Эти слова, брошенные в воздух, непонятно почему напугали Сун Юньжаня.

Он вспомнил свои сомнения, мучившие его, когда он выгуливал свою собаку. И, наконец, понял, что все это время упускал из виду очень важный вопрос.

Почему Цинь Кэ переродился?

По сюжету книги, хотя Цинь Кэ и сожалел о некоторых событиях в своей жизни, но в целом был доволен своей судьбой. В отличие от него, Сун Юньжаня. Вот он, например, с трудом добился от своих родителей согласия на эту стезю. Вдобавок все, в том числе даже его собственный агент, считали, что молодой господин с золотой ложкой во рту просто так забавляется.

Сун Юньжань пил суп и думал.

Возможно ли, что его смерть от алкогольного отравления так расстроила Цинь Кэ, что тот покончил с собой?

Но, судя по характеру Цинь Кэ, он не похож на человека, который мог так поступить.

Сун Юньжань замер. Его осенило.

А вдруг эффект бабочки действительно существует.

Только этот эффект сработал во время его перерождения.

Пробуждение «пушечного мяса» привело к коллапсу книжного мира, лишив главного героя возможности следовать прописанному сюжету.

Таким образом…

Цинь Кэ возродился не по своей воле. Он был вынужден переродиться!

Сун Юньжань был потрясен. Ложка в его руке задрожала.

Он вспомнил, как, до смерти упившись, он видел сон, который и поведал ему о том, что он является персонажем книги.

А что насчет Цинь Кэ?

Он знает про книгу? Знает, кто виноват в его перерождении?

- …Папа, позволь мне задать тебе вопрос, - испуганным голосом спросил Сун Юньжань. – Если бы ты однажды проснулся и обнаружил, что вернулся к тому моменту, когда только начинал свой бизнес, и ты знал бы, кто виноват в этом, но та, виноватая, сторона была бы могущественнее и влиятельнее, чем ты, что бы ты сделал? Что почувствовал?

- ? - Сун Цзидун был в замешательстве. - Какие странные мысли бродят у тебя в голове.

- Ну, представь, что это сценарий фильма. И нет ни твоей жены, ни твоих детей. Нет твоей компании, виллы этой нет, даже тарелки супа в твоей руке больше нет. Если бы ты оказался в такой ситуации, что бы ты сделал?

Странные фантазии сына вырвали Сун Цзидуна из привычного спокойствия. Он посмотрел на суп в тарелке, на уютную виллу, в которой прожил много лет, вспомнил жену, которая была в командировке, и взорвался:

- О чем здесь говорить! - Сун Цзидун сердито стукнул по столу. - Конечно, я бы убил этого негодяя!

Лицо Сун Юньжаня побледнело.

Автору есть что сказать:

Господин Сяо Сун: Возможно, я ошибся! И он меня не любит ∑(0ω0).

****************************

*嗑死我了- переводится как «уморил своей болтовней до смерти».

Давайте сбросим его вниз.

У Сун Юньжаня тут же пропал аппетит.

Он с трепетом переспросил:

- Отец, ты действительно убил бы его? Бабушка говорила, что ты в детстве даже рыбу не мог убить.

Сун Цзидун усмехнулся:

- Кто сказал, что я сделал бы это своими руками?

У него есть старинный друг, который, выйдя на пенсию, увлекся онлайн-романами. Сун Цзидун время от времени навещал его и наслышался от него различных историй.

Так Сун Цзидун тайно пристрастился к романам с фантастическим уклоном. Спасибо другу, теперь он мог помочь своему сыну в выстраивании сюжетной линии нового сценария.

Сун Цзидун вспомнил пару прочитанных романов и поделился опытом с сыном:

- Папа понимает, это сериал о мести. У твоего дяди Цзоу был любимый роман «Возрождение и контратака». Главный герой, добившийся славы и богатства, переродился нищим и столкнулся со своим врагом, злодеем с тугой мошной*.

- …необязательно, чтобы он был злодеем.

Сун Цзидун не стал слушать возражений:

- Но учти, что переродившийся главный герой не только имеет большой жизненный опыт, но и знает будущее. Именно опыт позволит главному герою оставаться незаметным, он может даже сблизиться со злодеем, терпеть от него унижения, только чтобы незримо контролировать действия злодея. А когда наступит удобный момент, просто уничтожит компанию злодея!

Сун Юньжань обомлел - он уже видел картину краха Xinghe Entertainment.

И беспокойно поторопил отца:

- А потом?

- Это сломает злодея. Захочет ли после этого он жить дальше? - Сун Цзидун с укоризной покачал головой. - Ты смотришь телевизор больше, чем я. Злодей в отчаянии спрыгнет со здания или бросится в реку. Выбери сам финал истории.

А? Я сам должен выбрать свой конец?

Сун Юньжань был в ужасе.

С логикой отца трудно было спорить. Мысленно Сун Юньжань прошел все этапы подготовки мести Цинь Кэ. Тьфу, главного героя!

Сун Цзидун впервые участвовал в сочинении истории. Его творческое вдохновение было вне всяких похвал!

Он забыл про закуски и продолжил свою вдохновенную речь:

- Но я слышал, что цензура в кино и на телевидении сейчас очень строгая. И самоубийство злодея могут и не одобрить. Лучше, наверное, посадить злодея в тюрьму. Опять же это покажет нашу страну с хорошей стороны. Зло должно быть наказано по закону.

- … папа, я иду спать. Спокойной ночи.

Сун Юньжань вышел из-за стола. И дал указание горничной, чтобы та привела в его комнату Монику. Сегодня ночью ему без пушистого утешения не заснуть.

Сун Цзидун озадаченно смотрел в спину сына, поднимающегося в свою комнату.

Что случилось? Ему не понравился сюжет его истории?

Она же вышла очень искусной.

В 22:00 Сун Юньжань вышел из душа и увидел, что Моника уже лежит у его подушки.

Он бросился на кровать, крепко обнял своего песика и тяжело вздохнул.

Все кончено. Принимая душ, он вспомнил, как всячески демонстрировал перед Цинь Кэ свои отцовские амбиции. И наконец-то понял, что значит известная поговорка «вылитую воду назад не вернешь».

Все эти дни он просто нарывался на месть Цинь Кэ!

Моника подползла к своему хозяину и мило склонила голову на его колени. Сун Юньжань вздрогнул и не на шутку забеспокоился.

Пощадит ли его пса переродившийся Цинь Кэ?

Нет, нельзя сидеть, сложа руки, и просто ждать смерти.

Мозг Сун Юньжаня перешел в аварийный режим. Великую цель стать отцом Цинь Кэ пока следует отложить. Первоочередная задача – снизить уровень гнева главного героя. Даже если мне суждено пострадать, я должен спасти свою собаку.

Он включил камеру телефона и наделал много снимков Моники.

Затем выбрал самые удачные и отправил их Цинь Кэ: [Смотри, это Моника, о которой я тебе говорил. Разве она не милая? ]

Сун Юньжань знал, что Цинь Кэ, должно быть, сейчас занят на съемках, поэтому не стал ждать ответа.

Плюхнулся на подушку, встретился глазами с любимым самоедом и сомкнул свои веки.

Спустя какое-то время сквозь сон он услышал звук открывающейся двери.

Кто посмел войти в мою комнату без разрешения?

Он недовольно пробурчал пару проклятий и перевернулся на другой бок, чтобы привычно погладить своего пса. Но вместо теплой тушки его рука погладила только холодную простыню.

Моника пропала!

Сун Юньжань в ужасе вскочил и увидел нарушителей его покоя.

Нахмурившийся помощник Тан с Моникой на руках, Чжун Сяофэн с дерзким взглядом, а между ними – знакомая до боли высокая фигура…

Сун Юньжань протер глаза и присмотрелся – кому же это еще быть, как не Цинь Кэ!

- Кто тебя впустил? – пролепетал Сун Юньжань. - Разве ты не должен быть на съемках? Не хочешь зарабатывать деньги для своего отца?

Цинь Кэ опустил глаза и усмехнулся, но ничего не сказал.

Помощник Тан тихо пробормотал:

- Президент Сун… вы - банкрот.

Сун Юньжань:

- ???

- Вы все еще называете его президентом? - наконец-то заговорил Цинь Кэ, его голос звучал холодно и бездушно. - Чжун Сяофэн, спроси его, он предпочитает прыгнуть со здания или броситься в реку.

Чжун Сяофэн сжал кулаки. В этот момент он совсем не походил на слабого цыпленка, который пугается любого звука. Он шагнул вперед, гордо расправив плечи и высоко подняв голову.

Сун Юньжань был потрясен и хотел позвонить в полицию, но, оглядевшись, не обнаружил даже тень своего телефона.

Где слуги? Почему никто не приходит ему на помощь? Он сполз с кровати и бросился к двери.

Чжун Сяофэн мгновенно телепортировался к двери, преградив ему путь, и мрачным голосом поинтересовался:

- Знаете, что вы наделали?

- Чего вы ко мне пристали? – яростно закричал Сун Юньжань. - Вы пришли ко мне домой посреди ночи и еще спрашиваете, что я наделал?

Чжун Сяофэн с презрением посмотрел на него:

- Притворяетесь или, в самом деле, не знаете? – его глаза пронзали Сун Юньжаня, как острые клинки. – И что же нам с вами делать?

И тут раздался голос, холодный, как у короля Ада:

- Давайте сбросим его вниз.

Сун Юньжань был напуган до смерти, он умоляюще посмотрел на своего верного помощника. Помощник Тан опустил глаза и стал протирать свои очки, притворяясь, что это злодеяние его не касается.

Его родной дом в три этажа, такой надежный, где он так счастливо жил со своими родителями, вдруг стал таким опасным и высоким.

Чжун Сяофэн, сильный, как бык, схватил Сун Юньжаня и потащил к окну. Сун Юньжань отчаянно боролся и судорожно цеплялся за край окна, но Чжун Сяофэн подавил его сопротивление, и Сун Юньжань был вынужден разжать пальцы.

За мгновение до падения он услышал жестокие слова Цинь Кэ:

- Моника действительно такая милая. Отныне она моя.

- Не-е-ет…!

В спальне раздался громкий крик. Любой, кто услышал бы его, расплакался бы от жалости.

Сун Юньжань вздрогнул и распахнул глаза: он все еще лежал на своей кровати, а Моника преданно облизывала его волосы.

Так это был сон.

Горничная в замешательстве посмотрела на второй этаж:

- Молодой господин Сун, вы звали меня?

- Наверно, опять проиграл игру, -  спокойно продолжил листать финансовый журнал Сун Цзидун. - Не обращайте на него внимания.

Сун Юньжань с трудом сглотнул и судорожно обнял свою Монику. Та вырвалась из его объятий и покинула комнату. А он остался сидеть, пока его сердцебиение не пришло в норму.

Настенные часы показывали одиннадцать. Прошло всего несколько минут с тех пор, как он отправил Цинь Кэ сообщение.

Он посмотрел на свой телефон. Цинь Кэ так и не ответил.

Слишком реалистичный сон растревожил его и лишил спокойствия.

Кто знает, может это был вещий сон?

Даже его любимая собака покинула его. Сун Юньжаню только и оставалось, что  бессмысленно потирать свою голову.

Что ждет его впереди? Неужели смерть? Как вырваться из этого тупика?

Даже его отец, добрый и дружелюбный от природы человек, настаивал, что только суровое отмщение может смыть грех злодея.

Что тогда говорить о Цинь Кэ, который на своей шкуре испытал лишения насильственного перерождения.

И хотя Сун Юньжань все еще твердо верит, что он не злодей, в глазах Цинь Кэ, возможно, он выглядит именно как настоящий мерзавец и подлец.

Сун Юньжань опустил голову и замер.

Через полчаса он встряхнулся, слез с кровати и медленно спустился вниз.

В доме было темно. Горел только одинокий тусклый светильник на первом этаже.

Сун Юньжань долго колебался, но так и не набрался смелости спуститься в подвал за вином.

На кухне он нашел кулинарное вино, что их повар использовал для приготовления блюд.

Вернувшись в свою спальню, он обнаружил, что Моника уже вернулась и развалилась в просторном шестиугольном эркере.

Сун Юньжань взял телефон, сел, лениво вытянув свои длинные ноги, и уставился в пол.

И тут зазвонил телефон.

Сун Юньжань бросил быстрый взгляд на экран. Цинь Кэ не стал отвечать на сообщение, а вызывал его по видеозвонку.

Сун Юньжань откашлялся и с отчаянным мужеством щелкнул на значок видеозвонка.

И тут же недовольно нахмурился.

Какого черта, почему на экране так темно?

Он прищурился. Похоже, камера направлена на реку. На дальнем ее берегу тускло мигали бледные огоньки, создавая необъяснимо зловещую атмосферу.

В трубке раздался низкий глубокий голос Цинь Кэ:

- Вам видно?

- Что можно увидеть в темноте? - Сун Юньжань был в замешательстве.

- Подождите еще секунд тридцать.

Сун Юньжань даже не сомневался, что тот хотел сказать - «это ваши последние тридцать секунд жизни».

Сун Юньжань схватил бутылку вина и приготовился осушить ее одним глотком.

Чего бояться-то? Переродимся заново!

Не успела мысль до конца оформиться, как темный экран телефона внезапно взорвался яркими вспышками света.

Словно по волшебству в ночном небе вспыхнули красочные фейерверки, окрасив небесный свод разводами разных цветов и форм.

Сун Юньжань ошеломленно застыл, наблюдая за огненным шоу. Фейерверки взмывали ввысь, расцветали и опадали на землю, и снова взлетали в небо, рисуя дорожку Млечного Пути.

Когда фейерверк закончился, он удивленно спросил:

- Почему ты мне это показываешь?

Цинь Кэ развернул камеру. Стало видно, что он находится в гостиничном номере.

Он улыбнулся:

- Я вернулся со съемки и только тогда увидел ваше сообщение. Ваша собака и впрямь довольно милая. Мне тоже захотелось чем-то поделиться с вами. И я вспомнил, что Сяо Кэ говорил, что сегодня вечером в городе будет фейерверк. И я решил посмотреть его вместе с вами.

Сун Юньжань:

- ?

Так он не хочет выбросить его из окна?

Может, Цинь Кэ вовсе и не перерождался, и во всем виновато его богатое воображение?

Цинь Кэ, не дождавшись никакой реакции, опять заговорил:

- Я хотел кое о чем вас спросить.

- А? -  сразу же насторожился Сун Юньжань.

Цинь Кэ указал на свой экран:

- Это бутылка вина у вас в руке?

Сун Юньжань:

- …

Сун Юньжань смутился, он и забыл, отвлекшись на фейерверк, что держит в руке бутылку с вином, орудие своего перерождения.

Он поставил бутылку на пол и бросился неуклюже оправдываться:

- Не пойми неправильно. Это Моника притащила ее из кухни. Я собирался отнести ее на место.

Цинь Кэ посмотрел на развалившегося в эркере сонного пса и ласково улыбнулся.

Сун Юньжаня так напугала его улыбка, что он, заикаясь, решил сменить тему разговора:

- С-съемки «Дороги Цзянху» почти закончены?

- Да, остался еще месяц.

Сун Юньжань кивнул:

- Чэнь Цзин уже сообщила тебе о новом прослушивании?

- Да, она упоминала об этом, - брови Цинь Кэ изогнулись, сойдясь на переносице. - Боитесь, я не потяну следующий фильм?

Ты - главный герой, не потянешь, как же! – мысленно пробормотал Сун Юньжань.

А вслух спросил:

- Нет, я имел в виду другое. Наша компания же хорошо к тебе относится, да? Я, я тоже… забочусь о тебе. Забочусь больше, чем о других артистах, так ведь? Да?

Губы Цинь Кэ растянулись в нерешительной улыбке:

- Господин Сун снова хочет стать моим отцом?

Сун Юньжань поклялся, что вовсе не это имел в виду.

Его жизнь в чужих руках. Как он может осмеливаться заговаривать об этом!

Хотя ему очень хочется, чтобы Цинь Кэ называл его отцом.

Глаза Цинь Кэ потемнели.

Раньше Сун Юньжань совершенно по-другому реагировал на этот вопрос. Что изменилось? Почему сегодня этот человек ведет себя как тупая угрюмая тыква, хмурится и молчит все время.

Что-то не так.

И, кажется, Цинь Кэ уже сталкивался с такой ситуацией.

Так же Сун Юньжань вел себя, когда Цинь Кэ спросил его, почему он так мечется по съемочной площадке. Тогда в глазах Сун Юньжаня проглядывали такие же угрызения совести.

Такое же выражение лица у него было и когда они стояли в верхнем дворе Сичэна и говорили о Чу Сяочэне.

Тогда Сун Юньжань уверял его, что они с Шэнь Ии объединились, чтобы разоблачить подонка. Достоверно ли было это объяснение, Цинь Кэ не знал.

Также как и не мог понять, почему Сун Юньжань обращает такое пристальное внимание на Чэн Цзямина, буквально следя за каждым его движением.

В предыдущей жизни Сун Юньжань был подопечным компании Wanсheng Film and Television и не общался с Чэн Цзямином. В этой жизни он сменил поле деятельности и управляет своей компанией. Почему он следит за Чэн Цзямином и  пытается с ним сблизиться?

Это раздражало Цинь Кэ.

Он не хотел гадать, когда Сун Юньжань говорит правду, а когда лжет.

После недолгого молчания Цинь Кэ принял решение. Если Сун Юньжань не хочет идти навстречу, тогда это сделает он.

- Господин Сун, - начал Цинь Кэ.

Сун Юньжань поднял голову и занервничал:

- Что такое?

Цинь Кэ посмотрел прямо в его ясные обеспокоенные глаза.

Понизил голос и серьезно спросил:

- Когда съемки «Дороги Цзянху» закончатся, я хочу пригласить вас пообедать со мной. Вы согласны?

*Мошна – мешочек для хранения денег.

Кажется, за нами кто-то следит.

Сун Юньжань хотел сказать «нет», но желание выжить пересилило.

Поэтому пришлось высказаться неопределенно:

- Когда ты вернешься, будет уже октябрь. Ты будешь очень занят в это время, да и у меня намечено много дел на этот месяц.

Цинь Кэ смиренно склонил голову:

- Это не имеет значения. Я найду время.

- …Тогда и поговорим об этом. Я хочу спать, спокойной ночи.

Сун Юньжань поспешно закончил разговор. Временно он отсрочил расплату за свои грехи, но не чувствовал себя в полной безопасности.

Отчет, полученный несколько дней назад, его не особо напряг. Семена брошены, осталось только ждать, когда взойдут всходы. И инвестиционные вклады наконец-то окупятся сторицей.

Отныне ему остается только молиться, чтобы все получилось, ценя каждый прожитый день.

Жаль только, что отпущенный ему срок зависит не от него.

В отчаянии он с головой бросился в работу, стараясь не думать о Цинь Кэ.

К счастью, в следующем месяце в Xinghe Entertainment наступил напряженный период деловой активности.

Несколько развлекательных телешоу, в которые он вложился еще в феврале, вышли в эфир. Как и ожидал Сун Юньжань, особого фурора они не произвели, но артисты Xinghe Entertainment, задествованные в них, выступили очень даже неплохо и привлекли к себе внимание. В результате еще до завершения шоу удалось подписать пару выгодных контрактов. Прибыль может и не большая, но, как говорится, лиха беда начало.

Сун Юньжаня эта новость и порадовала, и слегка озадачила.

В прошлой жизни артисты Xinghe Entertainment тоже участвовали в этих шоу, но на второстепенных ролях и их выступление не имело такого успеха.

Помощник Тан объяснил их успех так:

- Команда программы из уважения к вам и Ningdong предоставила нашим артистам больше эфирного времени. Наши подопеченные выступили достойно, так наши вложения и окупились.

Сун Юньжань нахмурился - в конце концов, без стороннего, точнее моего и моей семьи, влияния не обошлось.

Когда уже эти людишки научатся ходить самостоятельно?

Помощник Тан не понял, почему господин Сун снова недоволен, и продолжил докладывать:

- Уже согласован план с компанией по производству напитков о внедрении их продукта в сцены фильма «После того, как я встретил тебя». Составление плана по созданию игры по «Легенде о Нань Хуа» еще находится в разработке. Слишком много задействовано заинтересованных сторон. И может затянуться до конца этого месяца.

Сун Юньжань довольно хмыкнул - неплохой прогресс.

«Легенда о Нань Хуа» - ключевой проект Xinghe Entertainment. Чжун Сяофэн все еще усердно работает над сценарием, а разработка сопутствующей игры только начинается, потом еще придется обсудить места для съемок и создание туристического контента для будущих поклонников этого сериала.

- Кроме того фильм «Свадьба и похороны» прошел цензуру и в соответствии с высказанными замечаниями слегка отредактирован, - помощник Тан осторожно поинтересовался. – Хотите посмотреть отредактированный вариант?

Сун Юньжань заколебался, он пока не был готов лицезреть Цинь Кэ.

Но «Свадьба и похороны» - это его первый опыт крупного вложения на посту президента Xinghe Entertainment. Он не может это игнорировать.

- Вы еще спрашиваете? – хмуро сдвинул брови Сун Юньжань. - Я сейчас же посмотрю.

- …хорошо.

Что в последнее время творится с настроением господина Суна, - недоумевал его верный помощник.

Позвонив продюсеру «Свадьбы и похорон», помощник Тан вызвал машину и вместе с Сун Юньжанем отправился в продюсерскую компанию.

По дороге Сун Юньжань сначала смотрел в окно, потом оцепенело уставился в никуда, словно впав в медитацию.

- Господин Сун, вас что-то тревожит? - выразил свою обеспокоенность помощник Тан.

Сун Юньжань грустно посмотрел на него:

- Вы не сможете решить эту проблему, даже если я поделюсь ею с вами.

Помощник Тан почувствовал себя глубоко виноватым – он такой плохой помощник, даже не может облегчить тревоги своего босса.

В этот момент машина как раз проезжала мимо торгового центра. И ему в голову пришла блестящая идея. Он ткнул в окно:

- Смотрите, какой гигантский плакат с Цинь Кэ!

Сун Юньжань был так напуган. Его ресницы затрепетали, а глаза неосознанно последовали за его пальцем.

На дворе стоял сентябрь, время, когда бренды спешат рекламировать свои новые сезонные коллекции.

Стеклянные стены крупных торговых центров были завешаны рекламными плакатами осенних коллекций. Среди них самым большим и самым красочным был рекламный стенд с Цинь Кэ.

Огромный густой лес превратился в прекрасный фон.

На его фоне стоял Цинь Кэ в изящном черном плаще, в руке – зонтик, глаза смотрят вдаль. Казалось, что, стоит ожить этой картинке, и влажный воздух тут же опадет на задумчивого героя мелкой моросью. Патетично донельзя – герой под дождем спешит на романтическое свидание.

Композиция выстроена очень профессионально. Вроде статичный кадр, а какая поэтичная история.

Автомобиль, не снижая скорости, промчался мимо.

Но увиденная картинка уже намертво впечаталась в память Сун Юньжаня.

Неугомонный помощник Тан все продолжал талдычить:

- Я слышал, что после запуска этой рекламы, такие черные плащи просто сметали с прилавков. Оборот продаж осенней коллекции этого бренда по сравнению с аналогичным периодом предыдущих лет увеличился вдвое. Бренд уже обратился к Чэнь Цзинь и предложил изменить краткосрочное сотрудничество на долгосрочное.

Сун Юньжань засомневался:

- Эффект настолько хорош? Может, это его фанаты постарались?

- Точно не фанаты. Некоторые покупатели даже не знали, что Цинь Кэ актер, думали, что он профессиональная модель.

- Правда?

- Именно так. А ведь фильмы с участием Цинь Кэ даже еще не вышли на экраны. Он продемонстрировал такую выдающуюся коммерческую ценность, просто не верится. Когда будут выпущены «Свадьба и похороны» и «Дороги Цзяньху», компания сможет заработать на нем много денег. Очень много денег.

Помощник Тан был так воодушевлен, будто это он был боссом компании.

А какой начальник не был бы рад такому успеху своего сотрудника?! Ну и конечно – прибыли, которую он может принести компании.

Это же первый внушительный доход компании! Разве президент Сун не должен быть рад триумфальному выступлению Цинь Кэ? Разве он не его любимчик?

Но вопреки прогнозу помощника, лицо его босса не осветила счастливая улыбка, а исказила уродливая судорога.

- По вашему мнению, он более выдающийся, чем я?

- …?

Помощник Тан быстро замотал головой:

- Абсолютно нет! Это же вы открыли Цинь Кэ! Как он может сравниться с вами?!

Сун Юньжань впился в него взглядом:

- Правда? Вы же все еще на моей стороне? Не перебежали во вражеский лагерь?

Не станете похищать мою любимую Монику, чтобы выслужиться перед Цинь Кэ? Не превратите мой кошмар в жуткую реальность?

Помощник Тан ничего не понимал. С чего вдруг Цинь Кэ, артист Xinghe Entertainment, вдруг стал врагом?

Он подумал-подумал и осторожно спросил:

- Это из-за Цинь Кэ у вас плохое настроение?

- … Конечно, нет!

Сун Юньжань резко опроверг это предположение и сердито отрезал:

- Вы снова говорите чепуху!

Помощник Тан поспешно согласно закивал головой: он уже потерял годовую премию, разве он смеет думать ерунду!

- Всё, проехали. В любом случае это не имеет никакого отношения к Цинь Кэ, -твердо подытожил Сун Юньжань.

Разум помощника Тана был в раздрае. Что вообще происходит между этими двумя? Я уже ни в чем не уверен. Я окончательно потерял свое чутье.

Может, и в самом деле записаться на тренинг по самосовершенствованию?

Пока он думал об этом, водитель объявил, что они уже на месте.

Сун Юньжань, опасаясь, что помощник Тан продолжит свои расспросы про Цинь Кэ, не стал ждать, пока помощник Тан откроет ему дверь, выскочил из машины и быстро помчался к встречающему их продюсеру «Свадьбы и похорон». Пожал ему руки и с улыбкой на лице обменялся любезностями.

Помощник Тан оцепенело наблюдал за этой дружеской встречей. Да-а-а, а проблемка-то и в самом деле существует.

Но какая? Он полдня ломал голову и смог прийти только к одному выводу.

Может, Цинь Кэ решил последовать примеру Фан Чжоу и хочет расторгнуть контракт с компанией?

Это…

Это так подло.

Помощник Тан тут же, не раздумывая, отправил Чэнь Цзин сообщение – дескать, президент Сун недоволен поведением Цинь Кэ.

Чэнь Цзин, получив сообщение, долго смотрела на экран, желая убедиться, что прочитала его правильно.

Сегодня она прилетела на съемочную площадку «Дорог Цзяньху», чтобы поговорить с Цинь Кэ о следующей работе, и сидела в ожидании, когда закончатся  съемки.

Чэнь Цзин не торопилась с ответом, тщательно вспоминая все действия Цинь Кэ за последнее время. Вроде никаких ошибок с его стороны не было.

Может, Цинь Кэ что-то сделал в ее отсутствие?

- Сяо Кэ, ты же присутствовал, когда здесь был президент Сун? - Чэнь Цзин отложила телефон и развернулась к помощнику Цинь Кэ. - У Цинь Кэ же не было никаких непоняток с господином Суном?

Сяо Кэ замер:

- Да нет. Они хорошо общались. Они даже спали в одном номере в ночь, когда приехал господин Сун – тогда в отеле не нашлось свободных номеров.

- Подумай еще раз.

Сяо Кэ послушно вспомнал:

- А! Как-то Чэн Цзямин целый вечер играл с господином Суном в игры в его номере. На следующий день Цинь Кэ, кажется, был в плохом настроении.

Женская интуиция, кажется, не подвела ее, решила Чэнь Цзин, она сурово сдвинула брови:

- Что ещё?

- Э-э… еще... Когда ты звонила Цинь Кэ, я видел… - Сяо Кэ смущенно почесал макушку и прошептал, - как он сохранил видео с господином Суном.

Чэнь Цзин была поражена, ее брови удивленно изогнулись:

- Ты уверен в этом?

- Я это ясно видел. Сестра Цзин, как думаете, Цинь Кэ…

Продолжение повисло в воздухе. А Сяо Кэ стал идиотски подмигивать, лихорадочно крутя зрачками, намекая на что-то.

В чем в чем, а уж в импульсивности Чэнь Цзин обвинить было нельзя. Как человек разумный и думающий, она не бросалась словами, высказывая необдуманные теории.

Теоретически в Xinghe Entertainment не было правила, согласно которому артистам запрещено было бы заводить отношения с сотрудниками компании. Но что делать, когда такая связь возникает между подчиненным и начальником?

Логика ей подсказывала, что отношения между этими людьми, если и завязались, то в данный момент находятся только в зародышевой стадии. Иначе им посредник в виде помощника Тана не понадобился бы.

После долгих размышлений Чэнь Цзин быстро настрочила: [Цинь Кэ ничего не говорил о расторжении контракта, но я постараюсь уделять ему больше внимания, спасибо.]

Помощник Тан не смог сдержать вздоха.

Похоже, Чэнь Цзин недостаточно бдительна. Только верный оруженосец босса, помощник Тан, способен заметить приближающуюся опасность.

- Начинаем просмотр?

Прервал его нерадостные мысли прозвучавший голос.

Помощник Тан поднял голову. Продюссер «Свадьбы и похорон» уже все приготовил для демонстрации исправленного материала и ждал отмашки. Помощник Тан выключил свой телефон и тихо вздохнул.

Свет погас. Сун Юньжань сцепил руки. Он сидел на почетном месте в центре зала и пристально смотрел на проекционный экран, тщательно сравнивая этот вариант фильма и другой, из прошлой жизни.

В эту версию еще не был добавлен саундтрек, но и без музыки было понятно, что фильм получился добротный.

Другие сотрудники уже не раз видели этот фильм, поэтому реагировали на происходящее на экране сдержанно. В отличие от помощника Тана – тот без всякого стеснения заливался смехом, видя, как главный герой то и дело влипает в комические ситуации. Его неулыбчивый элитный образ был полностью разрушен.

Вид искренне смеющейся публики в лице помощника Тана наполнял сердца сотрудников продюсерской команды гордостью. Они счастливо вторили ему, радостно подхихикивая.

Молчал только Сун Юньжань. Его сердце было полно холода и отчаяния.

Когда он наблюдал за Цинь Кэ на съемочной площадке, он был удивлен его игрой. Она была на порядок выше, чем в прошлой жизни. Тогда он отмахнулся от этих мыслей, решив, что ему показалось.

Но сейчас он уверился, что это ему не привиделось. В этой жизни и в этом фильме Цинь Кэ играл, как бог. Такого актерского мастерства от начинающего артиста сложно было ожидать.

Цинь Кэ ведь только окончил киношколу, это его первый фильм, а на экране он себя ведет как опытный лицедей. В прошлой жизни он тоже хорошо сыграл, но все равно не так. Поэтому и получил награду только как лучший новичок, не дотянув до номинации на звание лучшего актера.

Но сейчас…

Сун Юньжань нервно моргнул.

Цинь Кэ уже начал свой непревзойденный взлет на Олимп Славы.

После просмотра фильма Сун Юньжань поник головой.

Он похвалил и поблагодарил за труды продюсерскую команду и в подавленном состоянии отправился на парковку, ломая голову, как ему вымолить прощение у Цинь Кэ.

Может, еще не поздно назвать его братом?

Всю дорогу назад Сун Юньжань мучил себя, представляя всевозможные варианты мести Цинь Кэ. Его брови болезненно изогнулись в страдальческом изгибе, да так и застопорились.

Помощник Тан видел, что его босс опять чем-то недоволен, и искал повод отвлечь его. Но тут Сун Юньжань вдруг резко выпрямился и заозирался назад, в заднее стекло автомобиля.

- Кажется, за нами кто-то следит, - нервно пробормотал Сун Юньжань.

Помощник Тан оглянулся и не увидел ничего подозрительного:

- Вроде нет. Наверное, вы слишком устали. Давайте отвезем вас домой.

Сун Юньжань растерянно замер. Ему показалось?

Или Цинь Кэ, уже уверенный в своем успехе, отправил своих людей разобраться с ним?

С этого момента эта мысль уже не покидала его.

Подозрительность Сун Юньжаня выросла с небоскреб. Каждый день, выходя на улицу, он судорожно крутил головой, пытаясь вовремя уловить надвигающийся армагеддон.

Чем ближе становилось возвращение Цинь Кэ, тем больший ужас накатывал на него. Окружающие же его люди, казалось, ничего не замечали. Сун Юньжань, доведенный до отчаяния, больше не мог прятаться и решил пойти в ва-банк.

В день приезда Цинь Кэ он забронировал столик в ресторане и сбросил его адрес Цинь Кэ.

Самолет Цинь Кэ сел в аэропорту города Янь в 17:00.

Цинь Кэ открыл телефон и прочел сообщение от Сун Юньжаня, слегка нахмурился и перезвонил ему.

Сун Юньжань сидел в своем кабинете. Он знал время приземления Цинь Кэ и морально готовился к встрече. Увидев знакомое имя, высветившееся на экране, он откашлялся и ответил:

- Ты уже прилетел?

Эти три слова звучали как приговор.

- Только что. Хотите встретиться сегодня вечером?

- Не можешь? – воображение Сун Юньжаня уже рисовало сцену его битвы с Цинь Кэ на самой высокой точке Запретного города, его голос звучал провокационно. - Боишься?

Цинь Кэ:

- …

Это же обычная встреча. Чего мне бояться?

Что в очередной раз бродит в голове господина Суна – не угадать. Цинь Кэ терпеливо объяснил:

- Сейчас час пик. Я могу застрять в пробке и опоздать.

Сун Юньжань уничижительно усмехнулся:

- Не имеет значения. Я дождусь тебя, - и невозмутимо закончил разговор, демонстрируя стиль властного, уверенного в себе босса.

Идущий на смерть приветствует тебя!

Он, используя камеру телефона как зеркало, осмотрел свой наряд и гордо вскинул голову.

Открыл дверь своего кабинета и шагнул вперед. В его голове звучала соответствующая моменту напряженная музыка.

- Здравствуйте, господин Сун, - улыбнулся ему проходивший мимо сотрудник.

Сун Юньжань кивнул в знак приветствия, его брови сошлись на переносице, демонстрируя тяжесть от важных забот.

После его ухода сотрудники перешептывались.

- Господин Сун сегодня такой серьезный. Не такой милый и улыбчивый, как обычно.

- Он же не вернется опять к виду властного президента, а?

- … всё возможно.

Сун Юньжань забрался в машину. Прохладный осенний воздух, ворвавшийся в полуоткрытое окно, стряхнул с него оцепенение. Он посмотрел на деревья, танцующие под музыку ветра, и глубокомысленно вздохнул:

- Ветер поднялся.

Водитель не понял, разговаривает босс с ним или сам с собой, но на всякий случай решил поддержать разговор:

- Да, сегодня довольно ветрено.

- Будет буря? – мягко улыбнулся Сун Юньжань и прошептал. - Тогда пусть сильнее грянет буря.

Водитель:

- …

Последнее время президент Сун ведёт себя так странно.

Через полчаса водитель припарковал машину на стоянке ресторана.

Помог Сун Юньжаню выйти из автомобиля и привычно поинтересовался:

- Мне вас ждать здесь?

Сун Юньжань на мгновение заколебался:

- Нет, вы можете пойти поесть.

Сегодня его ждет банкет Хунмэнь. И если Цинь Кэ захочет, чтобы он встал перед ним на колени и назвал его братом, он не хочет, чтобы кто-то это видел.

Когда водитель развернулся, чтобы уйти, Сун Юньжань почувствовал, что по его спине пробежала холодная дрожь.

Это было похоже на то, что чувствовал Чэн Цзямин на съемочной площадке – словно множество глаз наблюдают за тобой. Но когда Сун Юньжань нервно окинул парковку взглядом, он никого так и не обнаружил.

- Мне кажется, кто-то наблюдает за мной, - вслух объявил о своих страхах Сун Юньжань.

Водитель замер. Последние полмесяца Сун Юньжань часто говорил подобную чепуху, поэтому он не знал, что ответить. Раздумывая, стоит ли сообщить об этом старшему господину Суну, водитель попытался успокоить своего босса:

- Хотите, я провожу вас в ресторан?

- …не надо, - Сун Юньжань видел, что водитель ему не поверил, и беспомощно махнул рукой. - Идите.

Попрощавшись с водителем, Сун Юньжань пошел к лифту.

В этот момент от Цинь Кэ пришло сообщение о том, что он тоже прибыл. Сун Юньжань послал «Увидимся в ресторане» и уже протянул руку, чтобы нажать кнопку лифта, когда его телефон снова завибрировал.

Сун Юньжань потерял дар речи.

В чем дело? Без папы не можешь даже самостоятельно подняться в ресторан?

Нахмурился и снова открыл телефон. На экране высветилось сообщение с незнакомого номера: «Я тебя вижу».

Мозг Сун Юньжань «зажужжал», адреналин начал свой забег, бурным потоком понесясь по венам и артериям.

И тут он услышал звук тяжелых шагов, оглушительным эхом отозвавшийся в его ушах.

Бум, бум, бум.

Пара секунд и жуткие шаги стихли. Прямо за его спиной.

- Господин Сун? - раздался мрачный хриплый голос.

Это призрак?!!!

Сун Юньжань медленно повернул голову.

И через мгновение узнал «призрака».

Это был Чу Сяочэнь.

###########################################

Автору есть что сказать:

Это уже не иллюзия ⊙▽⊙

Чу Сяочэнь, если кто забыл, - это актер, которого Сяо Сун разоблачил во время своего интервью и который позже был пойман на изменах.

Как преступник, пойманный с поличным.

- Умри!

Прежде чем Сун Юньжань успел что-либо сказать, Чу Сяочэнь поднял биту и размахнулся.

В этот момент мозг Сун Юньжаня наконец-то отмер и дал команду. Тело генерального директора ловко уклонилось от удара. В мгновение ока он вспомнил, как однажды головой разбил стеклянную дверь ресторана и, нацелившись, врезался в Чу Сяочэна!

Чу Сяочэнь даже не шелохнулся, словно и не почувствовал боли. Подняв покрасневшие глаза с лопнувшими кровеносными капиллярами, поднял биту и резко опустил ее на спину Сун Юньжаня.

От жгучей боли Сун Юньжань оскалил зубы и закричал. Развернулся и пнул Чу Сяочэня ногой, рванул к ящику с огнетушителем и, с трудом подняв его, метнул в своего противника.

Драться он не умел, да и не любил. Потому развернулся и рванул в сторону парковки.

К парковке от лифта вел длинный коридор. Сун Юньжань бежал и слышал врезавшиеся в мозг четкие звуки торопливых шагов за своей спиной.

Дерьмо!

Сердце Сун Юньжаня тоже ускорилось, подскочив к самому горлу.

Этот человек что – терминатор?! Боли совсем не чувствует?

В этот момент, в конце коридора Сун Юньжань увидел знакомую фигуру.

Это был Цинь Кэ! Он хотел позвать его на помощь, но из его рта, к его большому удивлению, вылетело совсем другое:

- Беги! Беги отсюда!

Сун Юньжань и забыл, что Цинь Кэ никогда никого не слушался.

Цинь Кэ метнулся к нему, толкнул его в сторону парковки и повернулся навстречу Чу Сяочэну.

Все произошло так быстро. Резкий порыв ветра и они вдруг поменялись местами.

У Сун Юньжаня кровь застыла в жилах.

Он услышал звук удара, удара дерева о человеческую плоть. От этого звука у него болезненно сжалось сердце.

Сердце сжалось, но мозг продолжал работать.

Сун Юньжань, не оборачиваясь, рванул к стоянке, во всю мочь задыхающихся легких призывая местных охранников:

- Помогите!

Убедившись, что они услышали его, он поспешил назад.

На эту пробежку у Сун Юньжаня ушло не больше десяти секунд. Но Сун Юньжань был так напуган, что ему хотелось кричать и плакать.

Он так боялся, что, вернувшись, он увидит распластанное на земле тело Цинь Кэ в кровавом месиве.

Добежав до поворота, он сначала услышал звук упавшей биты, потом, завернув за угол, увидел борющихся мужчин. Цинь Кэ, левой рукой сжимая запястье Чу Сяочэна, в этот момент как раз ловко вмазал своему противнику коленом в живот, припечатав того к стене. Другая рука Цинь Кэ тут же сомкнулась на горле Чу Сяочэна. Битва была окончена.

Все движения Цинь Кэ были подобны текущей воде, плавно перетекая из одной позиции в другую.

Сун Юньжань невольно подумал – а обучение боевым искусствам для «Дорог Цзянху» не прошло даром.

В это время подоспели и охранники. Дав знак Цинь Кэ отойти, они зажали дергающегося и вопящего Чу Сяочэна в клещи и прижали к стене.

Чу Сяочэнь, еще недавно популярная знаменитость, истерично кричал и вырывался:

- Отпустите меня! Я убью эту бл@дскую парочку!

- Да уймись ты! – не выдержали охранники.

Они крепко держали буйного клиента, время от времени бросая многозначительные взгляды на Сун Юньжаня и Цинь Кэ. Вот повезло нам так повезло – вляпаться в любовный гомо-треугольник.

Сун Юньжань:

- ??? – оторопел от такой наглости и пнул истеричного придурка. – Как ты нас назвал?!

Чу Сяочэнь сердито зазыркал на него глазами:

- Это вы с Шэнь Ии разрушили мою репутацию!

Сун Юньжань:

- …

О, так это он обо мне и Шэнь Ии. Бля, напугал меня.

Он отошел в сторону и позвонил в полицию.

- Полиция скоро будет здесь. Держите его и не отпускайте. И не слушайте его - он несет всякий бред, - доложил он охранникам

Те послушно закивали:

- Не волнуйтесь, господин.

Они видели на камере наблюдения, как началась драка. Конечно, они не отпустят этого полоумного, с битой бросающегося на мирных людей.

Сун Юньжань развернулся к Цинь Кэ, его тон невольно смягчился:

- С тобой все в порядке?

Цинь Кэ посмотрел на него:

- А с вами?

Стоило Цинь Кэ задать свой вопрос, как Сун Юньжань вспомнил о своей травме и почувствовал жгучую боль в спине.

Он хотел дотронуться до своей спины, но струсил и, скривившись, пожаловался:

- Чертовски больно.

Глаза Цинь Кэ мгновенно потемнели:

- Где болит?

- Спина. Это ничего, нужно дождаться полиции, - Сун Юньжань плюнул на свой имидж и, придержиаясь за стенку, присел прямо на пол. – Терпеть можно.

Цинь Кэ нахмурился, поднял руку, коснулся своего плеча и сдавленно застонал.

Сун Юньжань тут же отреагировал:

- Он ударил тебя по плечу?

Цинь Кэ кивнул:

- Я не успел уклониться от первого удара.

Сердце Сун Юньжаня бешено заколотилось. Черт! В прошлой жизни Цинь Кэ тоже повредил плечо - во время съемок «Дорог Цзянху», правда, тогда виновником этого был Чэн Цзямин, что подпилил трос. Да что ж это такое!

Он приложил столько усилий, чтобы уберечь Цинь Кэ! Но от судьбы, видимо, не убежишь.

Цинь Кэ думал о том же. Утешало его только осознание, что в этот раз ранение прилетело не от близкого друга.

Он посмотрел на Чу Сяочэна, который все еще брызгал слюной.

Сун Юньжань обеспокоенно запричитал:

- Кость не задета? Что, если… Нужно быстро ехать в больницу.

- Подождите минутку… - прервал его Цинь Кэ. - Он так сильно ненавидит вас и Шэнь Ии, почему он напал только на вас?

Вскоре от прибывших полицейских Сун Юньжань узнал, что Шэнь Ии нашли.

Чу Сяочэнь вырубил ее и спрятал в багажнике своей машины, а потом отправился на поиски Сун Юньжаня.

***

В больнице.

- К счастью, его вовремя поймали. Иначе последствия могли бы быть катастрофическими, - полицейский открыл свой блокнот и поинтересовался. – Господин Сун, расскажите, как всё произошло.

И Сун Юньжань начал свой рассказ:

- На самом деле, я уже давно чувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Где-то последние полмесяца. Кто-то за мной все время следил. Я думал, это Цинь Кэ…

Карандаш в руке полицейского замер:

- Почему вы подозревали господина Циня?

Сун Юньжань замолчал, а потом тихо, опустив глаза, пробормотал:

- Просто, у нас с ним был небольшой конфликт.

С одной стороны, его мучили угрызения совести и вина перед Цинь Кэ, с другой, он боялся, что полиция поймает его на лжи.

К счастью, полиция ничего не заподозрила. На прощание бравший у него показания полицейский дружески похлопал его по плечу:

- Молодые люди не должны с подозрением относиться к своим друзьям. Если бы господин Цинь не бросился вам на помощь, вы могли серьезно пострадать.

Сун Юньжань виновато опустил голову.

Когда полицейские покинули палату, он встал с кровати и решил проведать Цинь Кэ.

Неожиданно дверь распахнулась, и в палату ввалился рыдающий помощник Тан:

- Господин Сун! – закричал он.

Сун Юньжань был поражен:

- Что вы плачете? Я же не умер…

Остаток фразы так и не появился на свет. В комнату вошли Сун Цзидун и Бай Ваньнин.

Оба – в деловых костюмах. Явно, сорвались с какого-то делового мероприятия.

Сун Юньжань, как испуганный ребенок, послушно нырнул обратно в кровать.

Не забыв натянуть на себя одеяло. До самых глаз.

Бай Ваньнин, одна из влиятельнейших бизнес-вумен страны, пряча свои красные от слез глаза, тихо произнесла:

- Малыш, ты сильно пострадал?

- Не называй меня малышом, - быстро остановил мать Сун Юньжань.

Помощник Тан рядом. Что если он растреплет о том, как его называют родители, кому-то? Он же генеральный директор как-никак.

Сун Цзидун утер навернувшиеся слезы:

- Малыш, папа никогда не отпустит людей, которые причинили тебе боль.

Сун Юньжань мысленно вписал помощника Тана в список, кого следует устранить в самое лижайшее время.

- Не расстраивайтесь так. Доктор сказал, что ранение мое не серьезное. Отдохну пару дней, и все пройдет. Чу Сяочэнь уже арестован, никто больше не причинит мне вреда.

- Это не гарантировано, - вдруг вступил в разговор помощник Тан.

Сун Юньжань аж поперхнулся:

- Что вы опять несете?!

Хочешь умереть?! Жить надоело?

Помощник Тан понял, что допустил ошибку, и быстро сменил тему:

- Госпожа Бай, господин Сун, вы можете быть спокойны. Злоумышленник пойман. Он не только причинил вред господину Сяо Суну, но и похитил свою бывшую жену. Я спросил у своего друга-адвоката, сколько ему грозит. Он сказал - не менее десяти лет, а, может быть, даже пожизненное. Он больше не сможет навредить Сяо Суну.

- Правильно, объединим команды наших юристов и раздавим этого Чу Сяочэня.

Сун Юньжань и помощник Тан выступили одним фронтом, успокоив Сун Цзидуна и Бай Ваньнин.

Вскоре явилась медсестра и напомнила, что часы посещений вообще-то подошли к концу. Бай Ваньнин схватила мужа за руку и потащила за дверь, на прощание пообещав:

- Увидимся завтра. Кстати, молодой человек, что спас тебе жизнь, лежит в соседней палате. Не забудь поблагодарить его.

Сун Юньжань кивнул. Оставшись один, он отрешенно уставился в потолок.

Как раз перед приходом родителей он рвался навестить Цинь Кэ. Сейчас его порыв слегка поостыл. Он вспомнил о причине их сорвавшейся встречи в ресторане и загрустил.

Ладно, если Цинь Кэ очень зол на него, он просто принесет ему много-много извинений.

Сун Юньжань принял решение, медленно доковылял до соседней палаты и постучал в дверь.

Внутри стояла тишина. Приставленный телохранитель выдвинул предположение:

- Вероятно, господин Цинь спит.

- О, тогда я просто зайду и посмотрю.

Сун Юньжань осторожно открыл дверь и, сдерживая дыхание, заглянул в палату и вошел.

Цинь Кэ с закрытыми глазами лежал на кровати. Его длинные густые ресницы отбрасывали изящные тени на болезненно-бледные щеки.

Сун Юньжань никогда не видел такого слабого Цинь Кэ и на мгновение запаниковал.

Он стоял у кровати и внимательно разглядывал больного. Потом потянулся приподнять одеяло, чтобы посмотреть на поврежденное плечо Цинь Кэ.

Кончики пальцев коснулись одеяла.

И тут Цинь Кэ вдруг открыл глаза. В его темных, словно омуты, глазах отразилось паническое лицо Сун Юньжаня.

- Ты, почему ты проснулся?! - Сун Юньжань отдернул руку, словно преступник, пойманный с поличным.

Цинь Кэ:

- .. Я не спал.

- Тогда почему ты не отозвался, когда я стучал в дверь?

- Мне было лень.

- …

- Снаружи стоят телохранители. Если бы было что-то важное, они бы сказали мне.

- Ты... – не найдя слов, Сун Юньжань вспомнил о цели своего визита, присел на стул рядом с кроватью Цинь Кэ и решил начать издалека. - Что сказал доктор?

- Плечевой сустав вывихнут, но не сломан. Придется в течение месяца носить корсет.

Сун Юньжань с облегчением вздохнул. Перелома нет. Какое счастье!

Он покаянно опустил голову:

- Прости, это я втянул тебя в неприятности.

Хотя настоящим виновником был, конечно, Чу Сяочэнь. Но изначально кашу заварил всё же Сун Юньжань. Если бы он во время прямой трансляции не раскрыл истинное лицо Чу Сяочэня, всего бы этого не случилось.

Кроме того, это он пригласил Цинь Кэ на эту встречу в ресторан.

Уголки губ Цинь Кэ поползли вверх:

- И как вы планируете компенсировать это?

Сун Юньжань на мгновение задумался и предложил:

- Как насчет того, чтобы подобрать тебе еще пару выгодных рекламных мероприятий?

Разве Бай Ваньнин сможет отказать в услуге Цинь Кэ, спасителю ее любимого малыша?!

Цинь Кэ поднял на него глаза:

- Я получил травму и лежу в больнице, а господин Сун уже ищет мне следующую  работу?

- …?

Сун Юньжань смущенно потупился - он вовсе не это имел в виду.

Хотя в чем-то Цинь Кэ прав. Компенсировать должна не компания, а лично он.

У Сун Юньжаня появилась блестящая идея:

- Я подарю тебе машину! Скажи, какая модель тебе нравится, какого цвета. И я куплю ее тебе.

Цинь Кэ вспомнил парк автомобилей кричащих расцветок, стоящих в гараже Сун Юньжаня, и его передернуло:

- В этом нет необходимости.

- Ну, тогда дом? – пыла у Сун Юньжаня слегка поубавилось. - Тебе нравится нынешняя квартира, в которой ты сейчас живешь? Или хочешь квартиру побольше?

Цинь Кэ беспомощно прикрыл веки:

- Это все, что вам приходит в голову?

Сун Юньжань задумался. Черт! Его предложения действительно так вульгарны!

Разве можно вычислить денежный эквивалент человеческой жизни?!

- Тогда чего ты хочешь? – прямо спросил Сун Юньжань.

Цинь Кэ молчал. О чем он думал в этот момент и думал ли вообще - было непонятно.

Через пару минут он медленно заговорил:

- Я так и не поужинал сегодня вечером…

Сун Юньжань понял:

- Я сейчас же пошлю кого-нибудь купить что-нибудь вкусненькое, - он уже собрался вставать, как вдруг вспомнил. - Ах, но у тебя же травмировано плечо. Ты можешь шевелить рукой?

Цинь Кэ левой рукой откинул одеяло - правая рука была зафиксирована тугой повязкой:

- Нет.

- А как же…

Нужно позвать медсестру, - подумал Сун Юньжань.

Цинь Кэ посмотрел на него и улыбнулся:

- Меня могли бы покормить вы.

Автору есть что сказать: когда господин Сун разбил головой стеклянную дверь и был госпитализирован, разве он мог представить нынешнюю ситуацию? (вздох).

Прими папину любовь.

Пока доставляли ужин, Сун Юньжань все еще на что-то надеялся.

Цинь Кэ же взрослый человек и в здравом уме. Разве мог он позволить, чтобы его кто-нибудь кормил с ложечки? Быстрей всего, он просто пошутил.

Но оказалось, что Цинь Кэ не шутил.

Телохранитель, стоящий на страже возле палаты, был нанят семьей Сун. Он принес ужин и, не замечая паники в глазах принца Ningdong, поставил коробку с едой и вернулся на свой пост. Даже не поинтересовавшись, не позвать ли на помощь медсестру.

Сун Юньжань стиснул зубы и одну за другой открыл коробки. Манящий аромат закусок мгновенно распространился по больничной палате.

Он вообще-то тоже был голоден. Посмотрев на изысканные блюда, Сун Юньжань невольно сглотнул и посмотрел на Цинь Кэ, лежащего на кровати:

- Мне же не нужно тебя кормить? Я еще сам не ел.

Цинь Кэ заботливо ответил:

- Сначала поешьте сами, я не тороплюсь.

- …

Сун Юньжань замер – вот зачем в прошлый раз он позвал Цинь Кэ навестить его в больнице? Может, если бы он этого не сделал, Цинь Кэ сейчас бы не мучил его.

Ладно. Отставить нытье! Покормить Цинь Кэ? Да проще простого!

Сун Юньжань мысленно убеждал себя, что желание Цинь Кэ, чтобы он его покормил, вполне невинное. Он же как никак его спаситель.

Да раз плюнуть!

Сун Юньжань отрегулировал больничную койку, приведя спинку в вертикальное положение, взял палочки для еды, подхватил нежнейший кусочек говядины, окунул его в соус и протянул руку к Цинь Кэ. Он никогда раньше никого не кормил, и первый блин вышел комом – он абсолютно ненамеренно ткнул палочками в нижнюю губу Цинь Кэ. Отдернул руку и приметился получше. Ура! Получилось!

- Вкусно? – нетерпеливо поинтересовался Сун Юньжань.

Воспитанный инвалид Цинь Кэ проглотил мясцо и вежливо ответствовал:

- Неплохо.

Еще бы! Это ведь доставили из моего любимого ресторана!

Сун Юньжань бездумно закидывал кусок за куском в рот Цинь Кэ, наблюдая за собой со стороны. Я как маленький раб, проданный семье Цинь, из древних времен. Обслуживаю своего ленивого хозяина.

Он мысленно от души отругал Чу Сяочэня. И тут у него в животе громко заурчало.

- Ах.

Руки Сун Юньжаня дрогнули, он смущенно поджал нижнюю губу.

Цинь Кэ наконец проявил милосердие:

- Сначала вам лучше самому поесть.

Он потянулся за салфеткой и обтер свои губы:

- Если вы продолжите кормить меня, боюсь, зарежете меня палочками.

- …?

Трудно смириться с тем, что за первое в его жизни кормление больного он получил оценку в одну звезду.

В груди Сун Юньжаня тут же вспыхнуло чертово желание во всем быть лучшим.

В одно мгновение боль в спине отступила, он возмущенно вскочил:

- Оставь свои намеки при себе.

- … для начала сядьте.

- Нет, - Сун Юньжань быстро выставил перед Цинь Кэ все тарелки и скомандовал. - Вот прими папину любовь.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Господин Сун, успокойтесь.

- Хватит подражать помощнику Тану!

Сун Юньжань взволнованно засуетился, будто это кормление с ложечки доставляло ему удовольствие. И, вспомнив свою няню и ее заботливый голос, уговаривавшею его поесть, когда он был ребенком, продолжил:

- Будь хорошим мальчиком, съешь еще несколько кусочков, иначе не вырастешь.

Цинь Кэ беспомощно посмотрел на него и собирался что-то сказать, как вдруг его лицо исказила болезненная гримаса.

Он тихо зашипел и бросил быстрый взгляд на свое правое плечо, обтянутое тугой повязкой, тяжелое дыхание с трудом прорывалось сквозь его стиснутые зубы.

Сун Юньжань быстро отложил палочки и, не раздумывая, расстегнул верхние пуговицы больничной рубашки Цинь Кэ.

Цинь Кэ, который хотел использовать свои актерские способности, чтобы избежать еды, замер.

Сун Юньжань так близко склонился к нему, что пряди его волос нежно упали на подбородок больного, защекотав и вызвав в груди последнего легкий зуд.

Он хотел было указать вторгшемуся в его личное пространство человеку держаться подальше от него, но сердце, таявшее от такой близости, намертво запечатало его рот.

Сун Юньжань был потрясен.

Цинь Кэ хорошо держался, поэтому он думал, что нынешняя травма не сравнится с травмой из прошлой жизни. Может, только чуть серьезнее его раненой спины.

Но когда он распахнул больничную рубашку в сине-белую полоску, его глазам предстал огромный синяк, растянувшийся от плеча до ключицы. Содранный битой участок кожи был прикрыт марлей, из-под которой струилась сукровица.

- Бл@дь, - Сун Юньжань редко прибегал к подобным ругательствам. - Чу Сяочэнь – больной ублюдок! Он так сильно ударил тебя.

Теплое дыхание коснулось ключицы Цинь Кэ, тот замер. Все слова разом выветрились из его головы.

Он опустил ресницы, скрыв блеск своих глаз. Ему был виден только изящный перешеек переносицы Сун Юньжаня и нижняя часть его лица. Скрытые глаза Цинь Кэ заполнил туман.

Цинь Кэ только и смог низким голосом прошептать:

- Вы…

Оставшиеся слова «держитесь подальше от меня» так и не были произнесены. В дверь палаты постучали, и тут же открыли. Вошедшая медсестра объявила:

- Господин Цинь, пора мерять температуру.

Бамс! Все в комнате замерли.

Цинь Кэ понимал, что поза, в которой они с Сун Юньжанем застыли, выглядит довольно двусмысленно. Сун Юньжань осознавал, что его пальцы, расстегивающие рубашку Цинь Кэ, не могли не вызвать в умах других неприличные фантазии. Медсестра, беспокоящаяся о своих пациентах, недовольно поджала губы – где это видано, чтобы больные носились по больнице, вторгаясь в чужие палаты!

- Вы пациент из соседней палаты?

Медсестра, женщина в возрасте явно за сорок, подошла к кровати и осуждающе посмотрела на Сун Юньжаня, который поспешно притянул свои руки к себе:

- Доктор сказал вам оставаться в постели и восстанавливаться. Что вы здесь делаете?

Сун Юньжань коснулся своего носа:

- Ем.

Медсестра окинула строгим взглядом множество тарелок на тумбочке:

- Просто ешь? А на него тогда зачем залез?

- …

Сун Юньжань посмотрел на медсестру, которая была не выше его плеча, и прошептал:

- Сестра, я не лежал на нем. Он сказал, что его беспокоит рана, я просто хотел осмотреть ее.

Он занервничал и невнятно забормотал:

- Хотел проверить – не сломано ли у него плечо.

Цинь Кэ сухо откашлялся:

- … не сломано. Уже не болит.

Медсестра приступила к измерению температуры больного, продолжая бросать на эту странную парочку подозрительные взгляды. Потом вызвала дежурного врача, чтобы тот осмотрел пациента. И только после этого повернулась к Сун Юньжаню:

- Заканчивайте с едой поскорее. А потом возвращайтесь в свою палату. Минут через пятнадцать я приду и проверю. Будете шляться по чужим палатам, придется выписать вас за нарушение больничного режима.

Сун Юньжань подозревал, что медсестру дома ждал ребенок примерно его возраста. Уж больно привычно звучало ее ворчание – да когда уже ты вырастешь?!

Он неохотно кивнул, сел и в момент умял все на своей тарелке, не забыв напомнить Цинь Кэ:

- Папа не может позаботиться о тебе. Давай позову медсестру.

- Незачем.

И Цинь Кэ достал из коробки, где была ранее упакована еда, пластиковую ложку и начал есть. Левой рукой! И довольно ловко, даже суп не расплескал. Правая дрожащая рука Сун Юньжаня во время кормления и сравниться не могла с шустрой левой рукой больного.

Эта сцена лишила Сун Юньжаня дара речи.

Он долго молчал и, наконец, жалобно выдавил из себя:

- Ты нарочно меня дразнил?

Цинь Кэ с улыбкой напомнил:

- Осталось пять минут. Скоро придет медсестра, - сделал паузу и медленно продолжил. - Слушай своего брата, ешь быстрее.

- …

Проснувшись следующим утром и вспомнив о вчерашнем ужине, Сун Юньжань еле сдержал свое раздражение.

Знаменитого президента Суна не только дразнили (Цинь Кэ), но и незаслуженно критиковали (больничная медсестра).

Это возмутительно.

Так не может больше продолжаться, решил Сун Юньжань и вызвал телохранителя:

- Узнай, есть ли в больнице двухместная палата. Я хочу лежать с Цинь Кэ в одной палате.

Телохранитель, не задавая вопросов, ушел наводить справки.

Десять минут спустя Сун Юньжань уже переселялся в двухместную палату. Под пристальным взглядом Цинь Кэ он счастливо завалился на свою кровать.

Заняться ему было нечем, потому он открыл телефон и полез в WeChat.

Новость о его госпитализации уже распространилась. Его друзья во главе с Хэ Цзыю рвались навестить его в больнице. Но Сун Юньжань был уже напуган слезным визитом своих родителей. Ну не хотел он, чтобы вокруг его постели выстроились его придурковатые приятели и стали рыдать, словно его сразила неизлечимая болезнь. Потому он твердо отказал им. И повернулся к Цинь Кэ:

- Больше медсестре не за что будет критиковать меня. Я здесь на законных правах. Здорово я придумал?

Цинь Кэ улыбнулся:

- Просто отлично.

- Вот-вот, - Сун Юньжань довольно усмехнулся. - Кстати, компания уже сообщила общественности о твоей госпитализации? Это ведь не удасться скрыть?

- Полиция спасала Шэнь Ии из багажника машины прямо на глазах прохожих. Это происходило в центре города. Чтобы избежать паники, полиции пришлось сообщить об этом инциденте. Только так можно было успокоить общественное мнение.

Сун Юньжань вздохнул и кивнул. Да уж, ничего не поделаешь.

Даже если их полные имена не будут названы, уже на основе фамилий четырех фигурантов дела и прежних сплетен люди смогут составить полную картину произошедшего.

Представляю, как взорвется Интернет.

Сун Юньжань расстроено вздохнул:

- Шэнь Ии такая несчастная. Она жила с этим отморозком, развелась, была заперта в багажнике и чуть не умерла от удушья. Ты же видел ее, когда она навещала меня в больнице? Она такая тактичная, покладистая, нежная. Как этот придурок Чу Сяочэнь посмел так поступить с ней!

Цинь Кэ помнил ее смутно. Шэнь Ии была невысокого роста миниатюрного телосложения. Он не ожидал, что Сун Юньжань так начнет ее расхваливать.

- Вы хорошо ее знаете?

Странный подтекст этих слов насторожил Сун Юньжаня.

Он вспомнил вчерашние обвинения, прозвучавшие из уст Чу Сяочэня, и расстроено воскликнул:

- Ты поверил Чу Сяочэню? Думаешь, между мной и Шень Ии действительно что-то было?

- ?

Цинь Кэ уже и забыл о чуши, что нес на парковке Чу Сяочэнь. Он ошеломленно  пробормотал:

- Я так не думаю.

Сун Юньжань разозлился. С трудом подавив свой гнев, он присел на кровати и  начал серьезно проповедовать:

- Послушай своего отца. Сам подумай, это Чу Сяочэнь изменял ей. После того, как его выгнали из дома, он затаил обиду. И на Шэнь Ии, и на меня. Поэтому и решил обвинить нас в прелюбодействе. Как говорится «не можешь выбраться из дерьма, затащи туда своих врагов».

- Я знаю, он просто хочет найти оправдание своему преступному поведению, - Цинь Кэ потер брови и поднял глаза на разгневанного господина Суна. – Не надо так волноваться. Я же просто спросил.

- Впредь думай, прежде чем задавать вопрос! - Сун Юньжань решил, что Цинь Кэ вчера попался на удочку этого коварного человека, поэтому решил окончательно развеять слухи. - Мы с Шэнь Ии до этого и не знали друг друга. Впервые встретились только после того, как уже разразился этот скандал. О каких отношениях вообще может идти речь?!

Лицо Цинь Кэ неожиданно словно озарило прозрение. Его темные глаза, пронзая, неотрывно смотрели на Сун Юньжаня.

Сун Юньжань был в замешательстве:

- Почему ты так на меня смотришь?

В палате повисла оглушающая тишина. Слышен был только легкий шелест листвы за окном.

Ветер гнал облетающую листву. Та парила в воздухе, тихо опадая на землю.

Сун Юньжаня не на шутку напугала повисшая тишина:

- Я сказал что-то не так?

- Напротив, вы сказали очень много важного.

Сун Юньжань нахмурился, судорожно проматывая их разговор. Что могло вызвать такую реакцию?

Внезапно он напрягся, тело застыло, губы округлились, но крик «эврика» в виде «О!» так и не сорвался с его губ.

Цинь Кэ наконец-то заговорил:

- Если я правильно помню, вы говорили, что ваше разоблачение Чу Сяочэня было совместным решением вас и Шэнь Ии.

- …

- Тогда возникает вопрос, - Цинь Кэ тихо рассмеялся, но следующие слова прозвучали с полной серьезностью. - Господин Сун, поскольку вы и Шэнь Ии раньше не были знакомы, откуда вы узнали подноготную об изменах Чу Сяочэня?

Нормальные люди с одной банки пива не напиваются.

В этот момент паника Сун Юньжаня переросла в беспредельное отчаяние.

В детстве мать упрекала его, что он говорит раньше, чем думает. Рано или поздно доведет тебя твой длинный неразумный язычок, говорила она, до беды.

Сун Юньжань, который тогда мечтал об актерской славе, в ответ только смеялся. Я – звездочка на небосводе индустрии развлечений. Что мне скрывать от своих будущих поклонников!

И вот грянула катастрофа. И он понял, какой же дурак он был, что не прислушался к совету матери.

Хотя он и был готов раскрыть свои карты Цинь Кэ, пригласив того на ужин, но в воображении Сун Юньжаня произойти это признание должно было по-другому. Он бы, как властный босс, невозмутимо объявил:

- Я переродился, и что ты мне сделатешь?

Вместо этого он тупо пялился на своего собеседника, перехватившего у него инициативу.

Какой позор!

Сун Юньжань воспользовался последним шансом:

- Ты забыл? Это пользователи сети придумали историю, где я и Шэнь Ии объединились, чтобы наказать подонка.

Цинь Кэ посмотрел на него и внезапно спросил:

- Коробка с книгами, которые ты купил, все еще в компании?

- …

Сун Юньжань вспомнил, что эти духовно-просветительские книги он в свое время купил для Цинь Кэ, когда заподозрил, что последний находится в сговоре с Чу Сяочэнем, в надежде наставить своего подчиненного на путь истинный.

И именно тогда на вопрос «Откуда вы узнали, что Чу Сяочэнь обманывал свою жену?» он ответил готовой историей, сочиненной безмозглыми интернет-юзерами.

На мгновение он потерял дар речи. Как Цинь Кэ мог запомнить такую неважную мелочь?

Сердце в панике забилось птичкой, пойманной в сети. Может быть, Цинь Кэ тогда и заподозрил его в нечестности?

Сун Юньжань был в смятении, но внешне сохранял спокойствие и сухо рассмеялся:

- Ха-ха-ха. Тогда я солгал тебе. Тебе должно быть известно, что в каждой состоятельной семье имеются свои каналы, чтобы отслеживать и проверять достоверность распускаемых сплетен…

Сун Юньжань так и не закончил начатую фразу, наткнувшись на взгляд Цинь Кэ, где прямым текстом было написано «давай, давай сочиняй дальше»!

Он сморгнул морок, устав сопротивляться. Почему я продолжаю громоздить ложь на ложь? Почему бы мне просто не признаться во всем и умереть с достоинством?

Он с трудом заставил свои губы двигаться:

- На самом деле я…

- На самом деле я переродился, - тихим голосом прервал его признание Цинь Кэ.

У Сун Юньжаня перехватило дыхание.

Он уже давно подозревал Цинь Кэ, но не ожидал, что тот так легко признается.

Прямо смертельное столкновение двух оборотней…

Вот и наступил его последний час. Сейчас Цинь Кэ узрит всю правду и грохнет его прямо в палате.

Сун Юньжань скрюченными пальцами вцепился в одеяло. Его жизнь в опасности.

Цинь Кэ же просто улыбнулся:

- Вы не выглядите удивленным?

Ресницы Сун Юньжаня затрепетали.

Он смеется! Он смеётся надо мной!

Не дождавшись ответа, Цинь Кэ снова спросил:

- Когда вы узнали?

Глаза Сун Юньжаня широко распахнулись, почти достигнув европейского стандарта. Легкие замерли, перестав гнать воздух по кровеносным сосудам.

Он пытается выудить из меня информацию! Хочет на пальцах посчитать все мои грехи!

- Вообще-то я давно подозревал, что вы такой же, как я. Просто иногда вы вели себя так… -  Цинь Кэ сделал паузу и постарался подобрать слова, - так странно. Поэтому я сомневался. Но ваше поведение в отношении Чэн Цзямина и Чу Сяочэня окончательно меня убедило в верности моих подозрений.

Сердцебиение Сун Юньжаня зашкалило.

Он открыто признался! Он готов расправиться со всеми своими противниками!

Сун Юньжань собрался было пасть на колени перед Цинь Кэ, да гордость не позволила, поэтому он лишь выдавил из себя кривую улыбку:

- Я был неправ, брат!

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань был напуган до смерти. Он облизнул пересохшие губы и попытался прикинуться праведником:

- Не вини меня, ладно? Я не хотел перерождаться.

Его милое личико итак смотрелось невинно, а неумелый налет праведности и вовсе придал ему жалкий вид.

Словно маленькое животное замерло, дрожа, пред дулом охотничьего ружья.

Смирение – мой козырь. Кто бы посмел восстать против главного героя с ореолом святости над головой?!

Кто бы ни задрожал от страха, что его вот-вот отправят вниз головой с верхотуры высотного здания или засунут на веки вечные за решетку отмаливать свои грехи?!

Цинь Кэ видел страх на лице Сун Юньжаня, но понять, что его так напугало, не мог.

Отчаявшись разобраться в этом, он попытался мягко утешить его:

- Не нервничайте так. Такая уж у нас судьба. Нам просто суждено быть союзниками.

Сун Юньжань:

- …а?

Как мы можем быть союзниками? Разве ты не собираешься убить меня?

Цинь Кэ был поражен его реакцией и изумленно выгнул брови:

- Разве это не так?

- Конечно, конечно, - неуверенно залепетал Сун Юньжань.

Он-то думал, что Цинь Кэ, узнав о его перерождении, придет в ярость и станет строить ему козни – обанкротит Xinghe Entertainment, потом возьмется за его семью и в итоге выкинет его на улицу, превратив в нищеброда.

С чего вдруг Цинь Кэ протягивает ему руку?

А не пытается ли он обмануть меня сладкими речами? – подумал Сун Юньжань. И  осторожно поинтересовался:

- А когда ты переродился?

- 10 мая, где-то около 23:30. На праздничном банкете…

Сун Юньжань прервал его:

- Каком банкете?

- В честь номинации меня на лучшую мужскую роль.

Сун Юньжань прикрыл глаза. Он так и видел, как трава на его могиле выросла на три метра.

Номинация на лучшего актера! Новая кинозвезда вот-вот взойдет на пьедестал!

И в такой радостный момент он переродился! Должно быть, он был так зол, что его рвало кровью!

Но главное еще было впереди.

Цинь Кэ продолжил:

- Мы не пошли в ресторан, я пригласил шеф-повара к себе домой. В новый дом.

- Новый? - Сун Юньжань откатился вглубь узкой больничной койки, подальше от Цинь Кэ. - Ты переехал в новый дом?

Цинь Кэ не понимал, почему его так интересуют такие мелкие детали, но терпеливо пояснил:

- Этот дом построили на месте старого, где я жил раньше.

Мозг Сун Юньжаня был перегружен. Он знал это здание. Его построила семья Хэ Цзию.

Семья Хэ считала эту собственность своим шедевром. В его проектировании и возведении участвовали лучшие архитекторы и инженеры страны. Там даже дизайн половой плитки в коридорах меняли больше десяти раз! Короче, он на пару порядков превосходил нынешнее жилье Сун Юньжаня - Верхний двор Сичэн.

Сун Юньжань прижал к груди руку – как бы у него не случился сердечный приступ.

Две спальни и одна гостиная, арендованные Xinghe Entertainment, разве могли сравниться с суперроскошной квартирой площадью в 500 квадратных метров?!

- Продолжай.

Сун Юньжань потрясенно смирился, желание сражаться за свою никчемную жизнь покинуло его.

- Я услышал какой-то шум снаружи, будто что-то рухнуло. Но никто, кроме меня, похоже, этого не услышал.

Сун Юньжань прикинул - он выпил ту злосчастную банку пива тоже примерно в 11:30.

Значит, в этот миг тот мир и рухнул.

- Тогда я решил, что простудился, поэтому пошел в свою комнату отдохнуть. А когда открыл глаза, я уже был в другом мире, - Цинь Кэ посмотрел на Сун Юньжаня. - А что насчет тебя?

Сун Юньжань осторожно выдавил из себя:

- Я тоже в это же вечер. 10 мая.

- А? - Цинь Кэ пораженно переспросил. - В тот же день?

Сун Юньжань кивнул:

- В тот день у меня было плохое настроение, поэтому я спустился и купил банку пива. И сильно опьянел, выпив ее, - он вздрогнул и поучительно произнес. - О, кстати, постарайся в будущем не пить много. Я так напугался, когда увидел, как много ты пьешь. Тогда на банкете в честь конца съемок «Свадьбы и похорон». Мне было очень страшно.

Цинь Кэ с улыбкой в голосе осадил его:

- Нормальные люди с одной банки пива не напиваются.

- …?

Сун Юньжань заподозрил, что Цинь Кэ смеется над ним, вытаращил от возмущения глаза и увеличил громкость:

- А я опьянел. И что ты мне сделаешь?

- Хорошо, хорошо, - Цинь Кэ насильно опустил приподнятые уголки губ. – И что  потом?

- Потом, потом я уснул, - Сун Юньжань не осмеливался сказать всю правду. - Так же, как и ты, я открыл глаза и понял, что переродился.

Цинь Кэ нахмурился. Он чувствовал, что не хватает какого-то важного звена, но, к сожалению, не понятно, какого.

И он продолжил распросы:

- Почему ты передумал быть актером?

В любом случае, это не из-за тебя, - мысленно пробормотал Сун Юньжань.

Он пожал плечами и равнодушно пояснил:

- Без всяких причин. Просто решил, что роль генерального директора мне больше подходит.

Цинь Кэ подозрительно посмотрел на него.

У Сун Юньжаня от этого пристального взгляда обострилось чувство вины, и он решил перевести стрелки:

- А ты? Знал, что я возглавляю Xinghe Entertainment, почему пришел в мою компанию?

Наверное, специально проник во вражеский лагерь, - подумал Сун Юньжань, не ожидая от Цинь Кэ честного ответа.

- Я же уже говорил вам, почему подал заявку в вашу компанию.

Сун Юньжань поднял голову, его глаза были полны растерянности. Он совсем забыл о том разговоре.

Цинь Кэ в очередной раз улыбнулся:

- Я же говорил – мне интересно быть рядом с вами.

Время приближалось к полудню. Солнце освещало палату, окрашивая глаза Цинь Кэ теплым цветом.

Солнечный свет смыл с безразличного лица привычную холодность, открыв миру прячущуюся за ледовой маской мягкость и открытость.

Сун Юньжань буркнул «О», медленно понурил голову, а затем резко вскинул ее.

Он вдруг понял!!!

Они открылись друг другу. И теперь уже не были так одиноки в этом мире!

Как и сказал Цинь Кэ, они - союзники, и у них - общий секрет.

Во оно как!

Стрелка на шкале настроения Сун Юньжаня резко взлетела вверх. Какой же я молодец! Признался и тем смягчил сердце Цинь Кэ. Затянул бы с этим и точно был бы убит на месте!

Кажется, у меня будет хороший конец!

Сун Юньжань оживился и бросился в распросы:

- Кстати, ты тоже видел эту книгу?

- Какую книгу?

В этот раз сбит с толку был Цинь Кэ. Он обвел палату взглядом, решив, что речь идет о принесенной кем-то книге.

Ответ Цинь Кэ произвел впечатление разорвавшейся бомбы. Сун Юньжань осторожно уточнил:

- Тебе не снилась книга, когда ты заснул в прошлой жизни?

Цинь Кэ отрицательно покачал головой:

- Нет.

- …?

Тайная радость наполнила сердце Сун Юньжаня.

Он с облегчением вздохнул и, наконец-то, искренне улыбнулся. Значит, я единственный, кто ее читал?

Цинь Кэ наблюдал, как быстро менялось лицо Сун Юньжаня: с нервного выражения на расслабленное, затем с расслабленного на восторженное. Что-то этот человек ему не договаривает. Цинь Кэ поджал губы и тихо спросил:

- Что в той книге написано?

Сун Юньжань внимательно следил за выражением лица Цинь Кэ и уже убедился, что тот действительно ничего не знает о книге.

Возможно, небеса сжалились над ним, жалким «пушечным мясом» и проявили свою доброту, соблаговолив даровать ему «золотой палец», которого даже у главного героя не было.

Он натянул на свое лицо печальную маску Пьеро:

- Уверен, что хочешь знать?

Цинь Кэ:

- …

Не хотел бы – не спрашивал бы.

Сун Юньжань со смущенным видом начал:

- Я не хотел тебе это говорить, но, если ты настаиваешь, то я скажу всю правду, - он понизил голос и напустил туманных ноток в свою речь. - В книге написано, что мы с тобой оба - инопланетяне.

Цинь Кэ бесстрастно бросил:

- Ну и что?

- И я - твой отец.

- …

Автору есть что сказать:

Цинь Кэ: потерял дар речи.

Я устал повторять: «наши мечты – это и есть настоящая реальность».

- В тот день, когда я прибыл на Землю, в результате крушения космического корабля я был серьезно ранен и не мог позаботиться о тебе, потому принял решение, о котором сожалею по сей день.

В комнате громко звучал чистый голос Сун Юньжаня, плетущего небылицы о своем вымышленном прошлом.

Сун Юньжань повернул голову и посмотрел в окно, его глаза были полны меланхолии:

- Я подошел к молодому человеку, сидящему на обочине дороги, и промыл ему мозги, уверив: «Господин Цинь, отныне этот малыш будет твоим сыном».

-  … - Цинь Кэ спокойно напомнил. - Фамилия моего отца - Лу, Цинь - фамилия моей матери.

Сун Юньжань застыл с открытым ртом. Блин, я только начал историю и сразу же облажался! И тут же перестроился, сменив тему:

- Перейдем к делу. В книге излагается обычная история шоу-бизнеса. Вся наша жизнь в прошлой жизни развивалась согласно сюжету книги.

- Но в этой жизни ты изменил сюжет.

Чу Сяочэнь был разоблачен до установленного срока, Чжун Сяофэн стал сценаристом раньше положенного времени, Чэн Цзямину запудрили мозги прямыми трансляциями игр до того, как он успел навредить Цинь Кэ.

Всё развивалось в несколько ином направлении.

Сун Юньжань с гордостью задрал подбородок:

- Конечно. Ты даже представить себе не можешь, как постарался твой отец, какой вклад внес в спасение этого мира. Индустрия развлечений передо мной в неоплатном долгу!

Цинь Кэ неожиданно прервал хвалебный поток несостоявшегося «инопланетянина»:

- И кто главный герой этой книги?

Он ни о чем не подозревал, просто печенкой чувствовал, что его перерождение было каким-то странным.

Если их жизни были прописаны в книге, то, следуя логике, он и Сун Юньжань каким-то образом исказили движение сюжета, потому система и отправила их на перерождение.

По мнению Цинь Кэ, главного героя следует искать среди их общих знакомых.  Иначе судьба не выбрала бы их двоих.

Сун Юньжань, обиженный на судьбу, систему и книгу за роль «пушечного мяса», замолк.

Союзники союзниками, но признаться, что он всего лишь инструмент для продвижения ГГ – да ни за что в жизни! Особенно самому главному герою.

Это так унизительно! Отец не может потерять лицо перед своим мятежным сыном!

- Это Чжун Сяофэн, - Сун Юньжаню понравилась эта блестящая идея, так сынок и папуля будут на равных. - Мы оба - второстепенные персонажи.

Цинь Кэ был поражен, не ожидал, что это будет Чжун Сяофэн.

В конце концов, в своей прошлой жизни путь Чжун Сяофэна к всемирной славе великого сценариста был слишком трудным и извилистым. Столько времени было потрачено впустую, столько здоровья безвозвратно утеряно. И это - главный герой?

- Если это он, то зачем он тогда сбежал из города в свою глухомань? – вопросительно поднял брови Цинь Кэ.

Сун Юньжаню пришлось импровизировать:

- В этом и дело. Сюжет свернул куда-то не туда, поэтому мы и переродились, чтобы помочь главному герою.

А! Это всё объясняло.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Тогда всё в порядке.

Сун Юньжаня его беззаботная улыбка порядком удивила:

- Ты не сердишься?

- Почему я должен сердиться? На кого?

- В той жизни ты добился такого успеха. А теперь, после перерождения, тебе пришлось начинать всё сначала. Ты совсем не сердишься?

Голос Цинь Кэ звучал спокойно, несмотря на горькие слова, вылетавшие из его уст:

- Первые несколько дней после перерождения я был в депрессии, - он каким-то особым взглядом посмотрел на своего собеседника и продолжил. - Но получить шанс исправить свои ошибки, совершенные в прошлой жизни, и помочь своему другу Чжун Сяофэну, разве это плохо?

Сун Юньжань тихим замогильным голосом прошептал:

- А что, если твоя судьба изменится? Например, «Свадьба и похороны» провалятся в прокате?

- Это только докажет, что в прошлый раз мне повезло больше. Жизнь сложнее книги. Пока я жив, я все могу изменить, всего добиться заново. Это лишь вопрос времени.

Сун Юньжань был почти ослеплен ореолом главного героя.

Он не знал, что на это ответить, пробурчал, что хочет спать, повернулся к Цинь Кэ спиной, натянул одеяло на голову и притворился спящим.

Он сожалел, что соврал Цинь Кэ. Но не был готов признаться в своем обмане.

Никогда в своей жизни, ни в той, ни в этой, Сун Юньжань не был так подавлен.

Стоило только посмотреть на спокойного и уверенного Цинь Кэ, чтобы убедиться, что никто кроме этого благородного и талантливого молодого красавчика не может претендовать на роль главного героя.

Я такой плохой! Уголки губ расстроенно поползли вниз. Врунишка заснул.

Сун Юньжань так крепко спал, что проспал и визит своих родителей, и делегацию высшего руководства Xinghe Entertainment.

И выплыл из дремы только когда услышал голос Чэнь Цзин, пришедшей обсудить с Цинь Кэ следующие проекты.

Еще полностью не проснувшись, он услышал знакомый голос:

- Фанаты подняли много шума, обвинив компанию в том, что она плохо о тебе позаботилась. Ругаются и на господина Суна, обвиняя его, что все произошло по его вине.

- Он здесь ни при чем.

- Конечно, мы знаем, что он невиновен, но ваших поклонников не переубедишь, - в голосе Чэнь Цзин послышались жалобные нотки. – О чем ты вообще думал? Безоружным бросился на этого сумасшедшего. Почему не подумал о собственной безопасности?

Лучше бы позвал охранников, - подумала она.

Цинь Кэ смиренно улыбнулся:

- У меня не было времени на раздумья.

Чэнь Цзин промолчала, а потом продолжила:

- Тебе все равно придется как-то объяснить это своим фанатам. Не забудь опубликовать свое заявление на Weibo.

- Хорошо.

- Но нас больше беспокоит даже не общественное мнение, а твое плечо. Врач говорит, что эту травму можно вылечить за месяц, но на полное восстановление уйдет не меньше полугода. В это время тебе следует избегать тяжелых нагрузок и перенапряжения. Боюсь, на ближайшие полгода от многих проектов придется отказаться.

Услышав эти слова, Сун Юньжань полностью проснулся. Посмотрел на белую стену перед собой и смущенно заморгал, чувствуя себя виноватым. Но вину в его сердце теснила искренняя благодарность за свое спасение.

К счастью, Цинь Кэ получил травму уже после окончания съемок «Дорог Цзянху». Значит, в загашнике Цинь Кэ было два сериала – «Дороги» и «Свадьба и похороны». Оба выйдут в этом году. Хорошая ступенька для роста популярности.

Сделать упор на съемки для журналов и в рекламе – это не выход.

Чэнь Цзин и Сун Юньжань думали об одном и том же.

Чэнь Цзин осторожно прощупала почву, видимо, уже не в первый раз:

- Может, все-таки согласишься на участие в развлекательном шоу? Хотя бы чтобы засветить свое лицо.

Цинь Кэ подумал и решительно согласился:

- Хорошо. Я согласен.

- Тогда я начну подготовку, - Чэнь Цзин собралась уже уходить, но у самой двери, словно что-то вспомнив, развернулась. - О да, помнишь то видео, что я отправляла тебе, с тобой и господином Суном на съемочной площадке?

- Да, а что?

- Да ничего особенного. Так сетевые сплетни, - с легкой усмешкой пояснила Чэнь Цзин. – После заявления полиции о нападении на вас с господином Суном это видео взлетело на первые строчки чарта и вызвало волну поддержки от сетевых «сов». Теперь они продвигают вашу пару как CP.

- Кхе-кхе-кхе…

Внезапный кашель прервал разговор. Актер и его агент в унисон повернули свои головы, чтобы посмотреть на Сун Юньжаня, чьему притворству пришел конец.

Сун Юньжань поперхнулся слюной, лицо, а затем и шея раскраснелись от рваного кашля. Он медленно сел и изобразил фальшивое удивление:

- А? Когда вы пришли?

Чэнь Цзин:

- …

Она могла понять смущение Сун Юньжаня, но не ожидала, что тот будет столь неуклюже прикидываться, что только что проснулся.

Но Чэнь Цзин была опытным агентом, она мягко улыбнулась:

- Я уже ухожу. Господин Сун, как вы себя чувствуете?

- Не плохо.

Чэнь Цзин закатила глаза:

- Желаю вам скорейшего выздоровления. Сотрудники компании очень скучают по вам, - и, вежливо кивнув на прощание, покинула палату.

СР-парочка ошеломленно переглянулась.

Будучи «старшеклассницей», влившейся в ряды ушибленных головой СР-шников, Сун Юньжань был в панике, внешне демонстрируя полное спокойствие:

- Это чепуха, не обращай внимания. Это просто фанаты CP. Они многих уже заочно обженили. Ха-ха-ха. Так что не волнуйся об этом.

Цинь Кэ вспомнил видео, свои эмоции, выставленные напоказ, и почувствовал себя немного виноватым.

Он кивнул:

- Если вас это не раздражает, то меня и подавно.

- У них вместо мозгов дынная мякоть. Даже если я объявлю о нашей невиновности, они отмахнуться и продолжат вить свои брачные сети.

Слово «невиновны» Цинь Кэ почему-то не понравилось. Собственное недовольство испугало Цинь Кэ, но он привычно кивнул, соглашаясь:

- Хм.

Сун Юньжань с облегчением вздохнул и прислушался к своему желудку:

- Я попрошу принести ужин.

- Чэнь Цзин уже послала кого-то за ужином. Думаю, минут через десять принесут.

- … А.

Сун Юньжань молчал, не зная, чем себя занять. Он боялся начать разговор – вдруг опять ляпнет что-нибудь и спалит свою неприглядную роль в этом сюжете.

Поэтому плюхнулся на подушку и вошел в Weibo.

Как и сказала Чэнь Цзин, после инцидента с Чу Сяочэнем количество поклонников их пары значительно выросло. Всего за один день!

Он увидел и ссылку, размещенную СР-сестричками, с приглашением всем фанатам Цинь Кэ присоединиться к их сладкому веселью.

Как ветеран этой группы, «Летнее мороженое» не стеснялось заваливать всех новоприсоединившихся сладкими словами, ведя себя, как заслуженный фермер, чьи поля дали урожай в 200%: [Небеса услышали мои молитвы! Я наконец-то дождалась этого дня!]

Если бы это не касалось Сун Юньжаня, он бы даже порадовался за нее. Настойчивость – на уровне прущего танка.

Он пробежался взглядом по опубликованным комментариям. И офонарел.

[Герой спасает красавицу? Как это сладко!]

[Я устала повторять: «наши мечты – это и есть настоящая реальность».]

[ЗАГС города Янь прибыл без приглашения. Когда молодожены планируют пожениться?]

Какого черта!

Сун Юньжань молча смотрел на экран, сожалея, что прикинулся ученицей, а то бы уже обматерил всех этих кумушек и их предков до седьмого колена.

Придите в себя уже! Это же отец и сын!

Пока он метался между двумя личностями, милой старшеклассницы и суровым отцом, в группе, наконец, появился несогласный со всей этой кутерьмой чел.

[Куча позорных сладкоежек! Вас интересует только, как бы кого обженить!]

[Цинь Кэ сейчас лежит в больнице, и никто не знает, насколько сильно он ранен, а вы тут конфетками балуетесь! Имейте совесть!]

[Проявите элементарное уважение – он сейчас вряд ли может полакомиться вашим сахарком!]

Эта сварливая сестренка, вероятно, была поклонницей Цинь Кэ и присоединилась к этой группе как вражеский агент под прикрытием. Скорость ее рук впечатляла – она за минуту полопала все розовые пузырики.

Хотя слова ее и были слегка грубыми, Сун Юньжань в глубине души поаплодировал ее профессионализму.

Он тоже вышел на поле битвы под шквал вопросительных знаков: [На самом деле, я тоже не думаю, что это хорошая идея. Травма Цинь Кэ наверняка повлияет на его работу. Поэтому всем лучше побеспокоиться о его травме.]

Забив свое послание, Сун Юньжань настроил свои мозговые волны в резонанс со сварливой сестренкой.

В бескрайнем людском океане их только двое – отказавшихся от фальшивых конфеток и имеющих мозги.

Сварливая сестренка тут же вступила в диалог: [Согласна! Хотя поступок Цинь Кэ и в самом деле можно назвать праведным. Настоящий герой!]

Сун Юньжань тут же напечатал: [Хм, а Сун Юньжань ничего так смотрится. Красивый. Даже можно сказать, очень красивый!]

Он уже собрался было продолжить восхвалять себя, как прилетело новое сообщение от сварливой сестренки.

[Сун Юньжань - красивый? Твои глаза застило его богатство? Присмотрись получше к его лицу – даже невооруженным взглядом видно, что он сделал подтяжку, да к тому же неудачную! В какой больнице так уродуют людей? Такое уродство, бр-р-р, смотреть противно!]

Сун Юньжань:

- ???

Чего это ты на меня набросилась, сестренка?

Господин Сун был зол. Очень зол. Просто в ярости. Он дрожащей рукой прикоснулся к своему девственному лицу. Он был готов броситься в бой и отстоять свою невинность.

Но сварливую сестренку уже выгнали из группы.

Летнее мороженое: [Как она попала к нам? Она просто прикидывалась фанаткой нашей любимой пары! Я уже давно заметила ее. Она лишь притворялась поклонницей Цинь Кэ. В действительности она – настоящая разрушительница семьи! И поддерживает второго героя из «Дорог Цзяньху»!]

Сун Юньжань замер, перешел на домашнюю страничку сварливой сестренки. И правда, эта фальшивая сестренка лайкала в основном второго героя «Дорог Цзянху».

На одном из фото Цинь Кэ, главный герой, улыбается второму по значимости герою, рука последнего застыла в паре сантиметров от плеча Цинь Кэ. Словно желание опустить руку на чужое плечо есть, а вот решиться на это герой не может.

В прошлой жизни, когда снимали «Дороги», Цинь Кэ получил роль второго героя не только из-за своих способностей, но и из-за их схожести с главным героем. Таково было требование главного режиссера – главный и второй герой должны были иметь похожую внешность. Поэтому сначала выбрали ГГ, а потом уже искали похожего на него второго героя.

Так было в той жизни, так было и в этой.

Актер, играющий вторую мужскую роль, тоже отдаленно был похож на Цинь Кэ.

Сун Юньжань просмотрел комментарии этой фальшивки – сплошь ругательства и издевательства в адрес главного героя. Типа «надутый нарцисс» или «бесталанная выскочка». В сердце Сун Юньжаня разгорался огонь.

Он бросил взгляд на своего подопечного с повисшей рукой, посмотрел на экран телефона и заскрежетал зубами:

- Сейчас я тебе препадам урок, научу быть человеком.

Цинь Кэ посмотрел на него:

- Что вы сказали?

- Всегда оставайся человеком. Самовлюбленность губит талант.

Цинь Кэ:

- …?

Кто раньше называл меня братом?

Сун Юньжань даже подумать не мог, что у Цинь Кэ мог быть другой партнер по CP.

Когда он посещал съемочную площадку «Дорог Цзяньху», всё его внимание было сосредоточено на Чэн Цзямине. К чему ему присматриваться к какому-то второму герою?

Кого он вообще волнует?!

Сун Юньжань включился в головокружительные разборки. Он излил свой гнев, отметившись в дюжине постов на Weibo. Попутно, не отрывая взгляд и руки от экрана телефона, жестко приказал Цинь Кэ:

- Ты не должен ни с кем вступать в CP-отношения. Ни с кем. Даже ради коммерческой выгоды.

Цинь Кэ беспомощно развел здоровой рукой:

- Зачем бы мне это делать?

Что в прошлой жизни, что в этой, Цинь Кэ никогда не пользовался такой возможностью подогреть интерес к своей персоне.

Хотя он всегда держался отстраненно, ни с кем особо не сближаясь. Поэтому шипперам сложно было соединить его имя с другим красавцем-красавицей.

Сун Юньжань удовлетворенно кивнул головой:

- Это хорошо. Это избавит нашу компанию от необходимости очищать твое имя. Когда ты станешь популярным, к тебе начнут примазываться разные пройдохи. Папа не хочет воспитывать чужих детей.

Цинь Кэ хотел было спросить «А что насчет нашего СР?», но тут же понял, что уже знает, что ответит Сун Юньжань. Конечно - «это любовь между отцом и сыном». Поэтому переформулировал свой вопрос:

- Хотите снова стать моим отцом? А кто раньше называл меня братом?

Пальцы Сун Юньжаня зависли над экраном телефона. Вот почему я такой импульсивный? Думать надо, прежде чем бросаться словами, дурында!

Он пожалел о вылетевших словах, но при этом понял, что совсем не паникует.

После короткого анализа он понял, что раньше он боялся, что Цинь Кэ возненавидит его за вынужденное перерождение. Но после того, как они признались друг другу, и Цинь Кэ принял это на удивление легко, чего ему теперь бояться-то?

Поэтому Сун Юньжань, не особо заморачиваясь, быстро бросил:

- Ты ослышался.

- Правда? - засмеялся Цинь Кэ и потянулся к прикроватной тумбочке рукой с зажатой в ней телефоном.

Сун Юньжань заметил его движение, и тело его мгновенно окаменело.

Он уже видел подобное – разве это не трюк из сценария Фан Чжоу? Тот пришел поговорить с ним о расторжении контракта, а сам тайно заснял всю встречу на телефон.

Вот не думал, что Цинь Кэ, с таким благородным лицом, прибегнет к такому подлому трюку!

Он поспешно вскочил с кровати и бросился к Цинь Кэ. Нужно успеть уничтожить все улики! Сун Юньжань уцепился за протянутую руку – на светившемся экране телефона зависло недавно набранное сообщение.

- ???

Сун Юньжань оказался в очень неловкой ситуации.

Цинь Кэ недоуменно посмотрел на него:

- Чэнь Цзин попросила меня отписаться на Weibo, чтобы успокоить моих поклонников. Что такое?

Пару раз глубоко вдохнув-выдохнув, Сун Юньжань наконец обрел способность говорить и сухо поинтересовался:

- Ты не записывал наш разговор?

- Зачем мне это? – не смог сдержать широкую улыбку Цинь Кэ.

Зачем, зачем?! Хватит притворяться – конечно, чтобы потом тыкать мне, как я называл тебя братом.

Он мысленно заныл от жалости к себе. И только через пару секунд сообразил, что Цинь Кэ просто дразнит его.

- Чего ты ребячишься?

Сун Юньжань с непроницаемым видом вернулся на свое место, как куль, пал на кровать и тут же услышал тихий смех. Он чуть не взорвался, как воздушный шарик, в который ткнули иголкой.

На фиг я вообще вселился в эту двухместную палату? К чертовым предкам эту палату!

Завтра же он попросит перевести его в одиночную палату. Пусть Цинь Кэ дразнит здесь призраков.

Однако желание Сун Юньжаня не сбылось.

Лечащий врач объявил ему, что он выписывает его из больницы.

Сун Юньжань даже растерялся такому подарку. Сначала. А потом почему-то расстроился. Почему – так и не понял.

После недолгих раздумий Сун Юньжань водрузил корзину с фруктам, присланную родителями, на тумбочку Цинь Кэ:

- Мне лень тащить это домой. Можешь забрать себе.

Цинь Кэ почему-то смотрел не на корзину с фруктами, а на него и после минуты молчания односложно поблагодарил:

- Спасибо.

- Лечись. Позаботься о себе и поскорее выписывайся. Деньги сами себя не заработают, - Сун Юньжань закончил свою короткую речь и замер, как-то прозвучало это  неправильно. Цинь Кэ же из-за него был ранен. Я же не бездушный капиталист! И сразу поправил себя. - Я не это имел в виду, я хотел сказать…

- Я знаю. Я поправлюсь, не волнуйтесь.

Сун Юньжань кивнул, помахал рукой на прощание и помчался прочь из палаты.

Сел в машину и задумался. Вот почему вроде слова одни и те же, а в разных устах звучат совершенно по-разному.

Я же хотел вежливо пожелать человеку скорейшего выздоровления, а в итоге скатился к жлобству. А он сказал всего пару слов, но как заботливо и тактично это прозвучало.

Ну почему так?!

Сун Юньжань сжал кулаки. Любит этот Цинь Кэ подпускать драматизма в свою жизнь. Президент Сун – человек занятой! У него нет времени беспокоиться о других. Почему же ему так тоскливо покидать Цинь Кэ, оставляя его одного, с травмированным плечом, в больнице?

Черт, черт, черт! Что творится в моей бедной головушке?!

Я суров и решителен! Он сердито фыркнул.

Внезапно заговорил водитель:

- Президент Сун, за вами снова кто-то следит?

- …нет.

После недавнего инцидента ему поменяли водителя.

Теперь это был телохранитель, который заодно выполнял функцию еще и водителя. На случай, если драгоценный принц Ningdong Group снова столкнется с придурком типа Чу Сяочэня.

Сун Юньжань и не возражал.

Только он зашел в свою квартиру, зазвонил его телефон. Это был помощник Тан.

«Свадьба и похороны» прошли все инстанции и получили «добро». Следующий шаг - выбрать дату релиза.

Помощник Тан двинул по этому поводу целую речь:

- К сожалению, Национальный праздник (День образования КНР – с 1 по 7 октября) уже прошел. Во время Весеннего фестиваля (Праздник Весны отмечают на второе новолуние после зимнего солнцестояния) обычно показывают фильмы для семейного просмотра. «Свадьба и похороны» явно в эту линейку не вписываются. Продюсерская команда предлагает выпустить его на экраны во время фестиваля Цинмин (Праздник повиновения усопших – отмечается на 104-ый день после зимнего солнцестояния, как правило, выпадает на 5 апреля).

Сюжет фильма вертится вокруг похорон, что идеально ложится на праздник Цинмин.

Но Сун Юньжань явно расстроился:

- Они хотят отложить выход фильма на следующий год?

- Ненамеренно. Просто это самая уместная дата.

- Мне надо подумать. Я перезвоню, - и положил трубку.

Нахмурился - что вообще происходит?

В прошлой жизни «Свадьба и похороны» тоже не были готовы к Национальному празднику. И вышли на экраны только в конце октября. В кинотеатрах в то время гоняли заграничный блокбастер, что не помешало темной лошадке под именем «Свадьба и похороны» собрать вполне приличные сборы.

Почему же в этой жизни продюсеры решили приурочить выход фильма к фестивалю Цинмин?

Сун Юньжань был уверен в снятом фильме, как и в том, что перенос на несколько месяцев не повлияет на окончательный результат.

Как ему быть с прибылью в 500 миллионов?! Полгода пролетели в один миг, у него осталось еще полтора.

Xinghe Entertainment – вся в долгах. Прибыли – с гулькин нос! Надежда слабеет с каждым днем.

Сун Юньжань долго маялся, наконец, решился и набрал Цинь Кэ.

Мы же союзники, в конце концов. Иметь человека рядом, с которым можно все обсудить, это же здорово.

После того, как Цинь Кэ ответил на звонок, Сун Юньжань рассказал о сложившейся ситуации:

- Сроки выпуска «Свадьбы и похорон» почему-то перенесли на более позднее время.

Цинь Кэ долго молчал, обдумывая, прежде чем заговорил:

- Потому что в той жизни у продюсерской команды не было лишних денег.

- …

Сун Юньжань даже застыл. Вот я – балда! Перебрал все причины, забыв о самой важной. Ответ-то прост – в том мире съемочная группа была бедна, как церковная мышь. И чтобы поскорее вернуть вложенные деньги, не стала откладывать выпуск фильма.

- Что ты хочешь сказать? - Сун Юньжань недовольно забурчал. – А инвестиции Xinghe Entertainment - это что, не деньги?

Цинь Кэ весело рассмеялся:

- Ну почему же. Думаю, они хотят выбрать более удобное время для показа фильма, оставив побольше времени для его продвижения.

В этом есть смысл.

Но Сун Юньжань не хотел ждать, он хочет получить деньги как можно быстрее! Трагический финал - на коленях молить не женить его - не за горами!

Инвестиции в 20 миллионов дают ему право самому выбирать дату выпуска фильма на экраны!

Нужно только убедить продюсерскую команду в том, что для продвижения не требуется так много времени.

Похоже, пришло время заговорить деньгам Ningdong.

Неделю спустя, возвращаясь из больницы домой, Цинь Кэ сидел автомобиле и расслабленно пялился в окно. Вдруг что-то привлекло его внимание.

Его правое плечо еще полностью не зажило. Голова поворачивалась медленнее обычного.

Машина завернула за угол, и ему так и не удалось узнать, что привлекло его внимание.

Цинь Кэ обратился к своему помощнику:

- Только что на обочине дороги был рекламный щит, ты его видел?

Сяо Кэ загадочно улыбнулся:

- Не удивляйтесь. Это еще пустяки.

- ?

Он вспомнил телефонный звонок от Сун Юньжаня, и его сердце быстро забилось от дурного предчувствия. Он зашел на Weibo.

Раньше, когда он набирал название фильма «Свадьба и похороны», единственное, что ему выпадало – болтовня поклонников Цинь Кэ.

Сейчас же в поиске вывалилось множество ссылок на информацию о фильме и его обсуждения.

Сяо Кэ выступил в роли комментатора:

- Фильм продвигается совместными силами компании Xinghe Entertainment и Ningdong Group. И это касается не только интернета. Все офисные здания и торговые центры, принадлежащие Ningdong Group, обвешаны рекламными плакатами «Свадьбы и похорон», - договорив, он включил видео в телефоне. -  По ночам на здании штаб-квартиры Ningdong Group транслируется трейлер фильма. Настоящее световое шоу.

Цинь Кэ опустил голову и разулыбался.

Сун Юньжань выбрал дикий путь продвижения фильма. Привлекая внимание к «Свадьбе и похоронам» всеми возможными способами. Разве только из утюга не звучал рекламный слоган фильма. Его рвение было достойно похвалы и восхищения.

Пользователи были в недоумении. Что за фильм такой? Что за ажитаж вокруг него?

[Ningdong Group сошла с ума? Продвигает малобюджетный фильм, не боится потерять деньги?]

[Ха-ха-ха. Вот будет смешно, когда усилия Ningdong провалятся. Вот это будет пощечина.]

[Умираю от смеха. Пощечина гарантирована! Главный актер фильма – какой-то Цинь Кэ. Откуда взяться кассовым сборам?]

Злобные комментарии антифанатов и простых интернет-пользователей заставили поклонников Цинь Кэ знатно понервничать.

Сюжет «Свадьбы и похорон» не блистал особой привлекательностью.

Фанаты запаниковали - фильм наверняка не станет кассовым хитом. Они должны  поддержать Цинь Кэ и утешить хорошими отзывами.

Но это было не так просто.

Некоторые не выдержали такого давления и бросились писать Сун Юньжаню в Weibo, умоляя:

[Спасибо компании за то, что верите в Цинь Кэ. Но он еще новичок. Пожалуйста, остановитесь, прекратите его рекламировать, не делайте его мишенью!]

Когда Сун Юньжань увидел этот комментарий, он ждал лифта.

Он зашел на свой аккаунт в Weibo, просмотрел статистику общественного мнения, присланную помощником Таном, и удовлетворенно улыбнулся. Затем вернулся к прочитанному комментарию и кратко ответил:

[Ни за что.].

Автору есть что сказать: Я полностью поддерживаю своего сына.

Такую поддержку может оказать только отец своему сыну.

Простое и лаконичное «Ни за что» вызвало мгновенный шторм в виртуальном море комментов.

Часто бывало, что фанаты молили компании относиться к их кумирам помягче. Но агенства обычно игнорировали такие обращения. Впервые кто-то откликнулся на воззвание фанатов. И кто?! Босс агенства! И как? Отказался идти у них на поводу!

В мгновение ока комментарии посыпались, как сильный ливень, залив все посты.

Нетизен: [Если ли возможность встроить в фильм в виде рекламы приложения и игры Ningdong?]

Сун Юньжань: [...О, об этом я и забыл! Спасибо за подсказку! Вы хороший и добрый человек.]

Нетизен: [Мой дорогой сыночек, мама очень боится, что ты не сможешь вернуть свои деньги.]

Сун Юньжань: [Не неси чепухи. Моя мама не волнуется об этом.]

Нетизен: [Вы лично отвечаете на наши комментарии. Неужели у генерального директора много свободного времени?]

Сун Юньжань: [Хотите узнать, не вожу ли я сам свою машину?]

Всю дорогу из компании домой Сун Юньжань просматривал Weibo. На самые интересные - отвечал.

Другими словами, делал работу маркетинговой компании, самолично продвигая  и рекламируя фильм.

Вскоре кто-то для всеобщего развлечения выставил всю эту переписку на других форумах.

Форумы вмиг превратились в словесные небоскребы. Темы варьировались: где-то обсуждалась тема «Не подрабатывает ли Сун Юньжань комиком?», где-то - «Каким ядом «Свадьба и похороны» отравили Xinghe Entertainment?», где-то – «Как Цинь Кэ околдовал Сун Юньжаня?». Дискуссии разожгли пожар, породив пару-тройку горячих постов.

Специалисты маркетингового отдела Xinghe Entertainment вернули эти веселые обсуждения обратно на Weibo. Таким образом успешно конвертировав «экспортный товар» в продажи на внутреннем рынке. И отправив «Свадьбу и похороны» в горячий поиск.

Когда Сун Юньжань увидел этот результат, он был донельзя доволен собой.

Я просто гений бизнеса!

Он отложил телефон и прислушался. Из кухни доносились громыхания кастрюлек и льющейся воды – тетушка готовит ужин.

И тут Сун Юньжань внезапно вспомнил - о, сегодня же Цинь Кэ выписывается из больницы!

- Тетушка, - крикнул молодой господин Сун, заходя в кухню. - приготовьте сегодня побольше - на две персоны.

Тётя оглянулась:

- Хэ Цзыю придет? Я как раз купила свежих лобстеров. Тогда приготовлю его любимое блюдо - запеченный в сыре лобстер.

- Это не Хэ Цзыю, это… - Сун Юньжань замолчал, не закончив фразы, не зная, как представить Цинь Кэ.

Сказать, что он – подопечный его компании, слишком уничижительно. Что это человек, который спас его жизнь, чересчур патетично. Что это мой сын – тетя точно не поймет, еще и дурку вызовет.

В конце концов, Сун Юньжань сглотнул ком в горле и бесстрастно объявил:

- Это мой друг.

Он произнес это дрожащим голосом. И непонятно почему – смутился.

К счастью, тётю это не волновало, она лишь поинтересовалась:

- Какие блюда любит твой друг?

Сун Юньжань не знал, что любит есть Цинь Кэ.

Он нетерпеливо нахмурился:

- Я его приглашаю на ужин это уже большая милость с моей стороны. Съест всё, что выставят на стол.

Тётя:

- …

Так это друг или враг? Она так и не поняла.

Сун Юньжань пошел из кухни, но на пороге обернулся:

- Он все еще восстанавливается после травмы. Приготовьте что-нибудь легкое.

Спустившись на этаж Цинь Кэ, Сун Юньжань глубоко вздохнул и осторожно нажал на дверной звонок.

Дверь почти мгновенно открылась.

В дверном проеме стоял Цинь Кэ. Его высокая фигура, подсвеченная комнатными светильниками, отбрасывала высокую тень на Сун Юньжаня.

На его лице промелькнуло удивление:

- Почему вы здесь?

Сун Юньжань встретился с ним взглядом и горделиво выпятил грудь.

Сейчас я тебя обрадую! Ты же наверняка голоден, не позаботился о своем ужине. А тут я!

Какой-то он тихий. Расстроен, похоже. Сейчас мы твою депрессию изгонем отличным ужином!

- Моя домоправительница слегка перестаралась - наготовила тут всего. Мне одному всё не съесть, - небрежно взмахнул рукой Сун Юньжань. – С твоим травмированным плечом готовить неудобно. Так что пойдем, поедим вместе.

Цинь Кэ заколебался:

- Но…

Сун Юньжань торопливо перебил его:

- Не будешь же ты есть еду на вынос? Это вредно для здоровья. Да и что подумают о нас люди - что наша компания плохо заботится о своих артистах?

В искренность его слов трудно было не поверить. Цинь Кэ нерешительно замялся.

Отказаться от такого доброжелательного приглашения – значит, проявить неуважение.

Долг платежом красен, - думал в это время Сун Юньжань.

Цинь Кэ спас ему жизнь, теперь Сун Юньжань должен отблагодарить своего спасителя. Хотя бы вкусным ужином.

- Ну чего замер? Пойдем уже.

И тут из квартиры донесся чей-то голос:

- Все готово. Идите есть.

Сердце Сун Юньжаня пропустило удар. Он протиснулся мимо Цинь Кэ. Кто это тут  пытается накормить его спасителя?

Из кухни вышел Сяо Кэ, его торс был прикрыт серым фартуком, в руках была зажата тарелка супа.

Сяо Кэ поставил тарелку на обеденный стол и, подняв голову, увидел торчащую из коридора голову.

Приглядевшись, Сяо Кэ узнал своего босса. Но почему тот с таким негодованием смотрит на него?

Как ребенок, у которого отобрали игрушку.

Сяо Кэ:

- ?

Сун Юньжань:

- …

Их глаза встретились. И замерли. Игра в гляделки началась. Кто же первым отведет взгляд? Минуло несколько раундов, но победитель так и не был определен.

Повисшую тишину нарушил Цинь Кэ:

- Сяо Кэ уже приготовил ужин.

- Ты предпочтешь его еду моей? – бросился в атаку Сун Юньжань.

Сяо Кэ растерянно застыл.

Ему захотелось рвануть домой и срочно перечитать свой контракт. Он ничего не напутал? Не переступил границы? В чем, блин, состоят его должностные обязанности?

Разве не логично – прийти и помочь своему больному подопечному? Что в этом такого?

Цинь Кэ вздохнул и напомнил:

- Это мой помощник.

- …О, да? Хм, - вяло отреагировал Сун Юньжань, помолчал, почесал затылок  и прошептал. – Тогда ладно. Ешь. Я пойду.

Он не мог описать, что он чувствовал в это время. Что-то зудило в сердце и скребло, но определить свои чувства Сун Юньжань не мог.

Глупо было просить тетю готовить на двоих. Как и звать Цинь Кэ поесть вместе.

Он с поникшей головой двинулся к двери. И тут заговорил Цинь Кэ:

- Я пойду с вами.

Сун Юньжань остановился:

- Зачем? Сяо Кэ же уже приготовил тебе ужин.

Слова прозвучали вроде и вежливо, но голос при этом еле заметно дрожал.

- Подождите минутку, - Цинь Кэ подошел к Сяо Кэ, прошептал что-то ему и вернулся к Сун Юньжаню. - Я сказал ему забрать еду с собой и съесть ее со своей девушкой.

Сун Юньжань даже не знал, что у Сяо Кэ есть девушка. Он бросил взгляд на помощника Цинь Кэ - Сяо Кэ, узнавший, что может уйти с работы пораньше, радостно складывал еду в пластиковые лоточки.

- Хорошо, - кивнул Сун Юньжань.

Это был не первый раз, когда Цинь Кэ приходил в дом Сун Юньжаня. Но до этого он никогда не сталкивался с тетушкой.

Он заглянул в кухню и вежливо поприветствовал ее:

- Извините, что побеспокоил вас.

Тётя, веселый человек по натуре, улыбнулась и помахала ему рукой:

- О каком беспокойстве ты говоришь! Все в порядке. К Юнжаню часто приходят друзья. Накормить одного или двух – разве это хлопотно?!

Цинь Кэ улыбнулся, скользнул взглядом по булькающим кастрюлькам и шипящим сковородкам, и уголки его губ изогнулись еще больше.

Он вернулся в гостиную и присел на диван рядом с Сун Юньжанем. Тот копошился в своем телефоне.

- Разве вы не говорили, что тетушка приготовила слишком много блюд, и вы не смогли их все съесть?

- … - Сун Юньжань бесстрастно ответил. - Почему ты задаешь так много вопросов?

Цинь Кэ тихо рассмеялся и перешел к делу:

- Я видел рекламу «Свадьбы и похорон».

- Очень впечатляюще, правда? Ningdong всегда так напористо продвигает свои продукты. Почему бы не использовать ее приемы и ресурсы и для рекламы нашего фильма?

Цинь Кэ посмотрел на него и тихим голосом спросил:

- Не боитесь, что ваши надежды не окупятся? И фильм провалится в прокате?

Сун Юньжань ответил на комментарий очередного нетизена и поднял голову:

- Я смотрел фильм. Зрители не слепые. Они по достоинству оценят его.

Качество фильма было на высоте. И в прошлой, и в этой жизни.

Более того, актерские способности нынешнего Цинь Кэ стали намного лучше. Он готов был бить себя в грудь – фильму гарантирован успех. А кассовые сборы, он уверен, превысят доходы из прошлой жизни.

- Но…

Сун Юньжань опустил голову:

- Ningdong впервые устроил такую широкомасштабную рекламую кампанию. Папа так добр к тебе. Ты тронут?

Цинь Кэ многозначительно посмотрел на него:

- Разве дело во мне? А не потому ли вы поспешили с выпуском фильма, что боитесь, что вас заставят жениться?

Сун Юньжань попался, он и сам это понимал. Но не мог смириться, что его так легко вывели на читую воду, и с негодованием воскликнул:

- В конце концов, Ningdong продвигает фильм с твоим участием. Неблагодарный!

- И как мне благодарить вас?

Сун Юньжань радостно завилял несуществующим хвостом. Вот всему этого ребенка нужно учить!

Он опустил голову, спрятав счастливую улыбку, и наткнулся на приятный коммент в сети.

[Такую поддержку может оказать только отец своему сыну].

Да этот нетизен просто провидец!

Сун Юньжань поставил умному нетизену лайк, но этого ему показалось  недостаточно. И он, немного подумав, бодро напечатал: [Вы правы.]

Как только это послание появилось в сети, комментаторы засыпали его вопросительными знаками.

Среди моря вопросительных знаков была только пара словесных островков.

[Это изощренное издевательство?]

[Я думал, что то, что Цинь Кэ – биологический сын Xinghe Entertainment, давно всем известно.]

Сун Юньжань расстроился. Ну как объяснить этим глупцам глубокий смысл его послания?

Он задумался, настороженно посмотрел на Цинь Кэ и молча отсел от него.

Цинь Кэ:

- ?

Сун Юньжань с невозмутимым выражением лица отмахнулся от него:

- Займись пока чем-нибудь. У меня есть кое-какие дела.

И, переключившись на свой тайный аккаунт, зашел в группу сестренок, любящих сладости. Может, эти барышни смогут понять его истинные намерения.

Сестренки, объевшись за последние дни сладкими десертами, сыто потирали свои животики и радостно подбадривали друг друга.

[Держите себя в руках, пожалуйста, сестрицы.]

[Дайте молодым покрасоваться! Я в восторге от наших конфеток.]

[Почему они до сих пор не поженились? Я уже девять юаней отложила на метро, чтобы доехать до ЗАГСа.]

Сун Юньжань:

- …

Это не тот контент, который он хотел бы видеть. Он разочарованно прокрутил комменты. Все-таки какой тупой народ в сети. Все им нужно разжевывать. Не скажешь прямым текстом – не поймут.

Он мысленно натянул на себя фартучек старшеклассницы и напечатал: [Вы видели новый твит Сун Юньжаня? Он объявил, что относится к Цинь Кэ, как к сыну! Я так и думала! Из них получится идеальная сыновно-отеческая пара!]

Сестренки, до этого трещавшие без умолку, вдруг затихли.

Сун Юньжань был в замешательстве: почему все замолчали?

Через пару минут кто-то очнулся и, наконец, ответил ему: [Малышка №11, не верь словам Жаньжаня.]

Сун Юньжань: [???]

[Если они отец и сын, то отец среди них точно Цинь Кэ!]

[Цинь Кэ - отец +1]

[Смеюсь до колик! Никто же не считает, что Сун Юньжань может быть отцом Цинь Кэ, верно?]

- …

Сун Юньжань отбросил свой телефон, словно ядовитую гадюку.

Сердце сжалось от жалости к себе. Прочь из этой дурацкой группы!

Автору есть что сказать: фанаты CP взбунтовались, разбив сердце Сяо Суну.

Ты – единственная аномалия, с которой я столкнулся в этой жизни.

Цинь Кэ увидел, как бледные щеки Сун Юньжаня за пару секунд окрасил яркий багрянец. Испугавшись, что у него проблемы на работе, он торопливо спросил:

- Что случилось?

- Не спрашивай ни о чем.

Сун Юньжань откинулся на спинку дивана, тупо уставившись в потолок. Что творится, блин, со всеми?!

Он красивый, высокий и богатый. Разве не так выглядит обычно властный генеральный директор?

Когда властный президент топает ногами, разве подчиненные не падают перед ним на колени и не молят «отца» помиловать их?! А он ведь хочет услышать это слово только от одного человека? Разве он много просит?! Почему, ну почему весь мир выступает против него?

Может, этому противится оригинальный сюжет книги?

Сун Юньжань был потрясен.

- Ты случайно не сталкивался с какими-либо аномалиями после перерождения? – обратился он к своему «союзнику».

-  Что вы имеете в виду?

- Ну, с чем-то необычным и непонятным, - пояснил Сун Юньжань, радосадованно сморщившись, что за необразованный ребенок. – Не знаешь даже что такое «аномалия»? Учителей не слушал? Чем ты вообще занимался на уроках?

- …

Цинь Кэ потер лоб и беспомощно спросил:

- А вы сталкивались с таким?

- Типа того. Представь, вот у меня есть, например, великая цель. Вполне себе  достижимая. Но, как бы я не бился, не могу осуществить свою мечту. Это может быть негативным эффектом перерождения?

Цинь Кэ, казалось, догадался, в чем состоит великая мечта его визави.

Он не понимал, откуда взялась одержимость Сун Юньжаня быть его отцом. Когда он впервые услышал об этом, ему было просто смешно. Однако со временем эта смешная мечта стала казаться ему… милой. Да, именно милой.

Этот Сун Юньжань так отличался от Сун Юньжаня, которого он знал в прошлой жизни.

Этот был таким забавным и таким… сексуальным.

В той жизни он и представить не мог, что они могут вот так сидеть вместе на диване и обсуждать столь фантастическую тему, как перерождение. А сблизила их неожиданная встреча на съемках «Свадьбы и похорон».

Кажется, это отклонение от сюжета и в самом деле можно считать чем-то необычным и необъяснимым.

Молчание Цинь Кэ подтолкнуло Сун Юньжаня к действию. Он придвинулся поближе и нетерпеливо дернул его за рукав рубашки:

- Неужели на этот вопрос так трудно ответить?

Цинь Кэ посмотрел на него.

Пара темных глаз в форме миндаля с приподнятыми к вискам уголками. Чернильного цвета густые опахала ресниц. Каждый их взмах – как выстрел в сердце.

Черт, что со мной творится?

Цинь Кэ отвернулся и ответил внезапно охрипшим голосом:

- Ты – единственная аномалия, с которой я столкнулся в этой жизни.

Сун Юньжань:

- ?

Как-то странно это прозвучало? Уж не проклинает ли его так Цинь Кэ?

- Но я не думаю, что это плохая аномалия.

Цинь Кэ улыбнулся, и в его глазах отразились какие-то непонятные эмоции.

На проклятие это как-то не походит.

Сун Юньжань застыл, пытаясь разобраться, что же он увидел в глазах Цинь Кэ. Попытка провалилась – тетушка позвала их за стол.

Вкусный ужин отвлек Сун Юньжаня и от сказанных Цинь Кэ слов, и от тайны, таящейся в его глазах.

***

В середине октября, за неделю до официального выхода на экраны «Свадьбы и похорон», Xinghe Entertainment организовала несколько показов в крупных городах.

Это был один из распространенных способов продвижения кинопродукции. Фильм посмотрят профессиональные кинокритики и приглашенные гости из разряда поклонников кино, оценят и, глядишь, привлекут внимание зрительской аудитории своими отзывами. Хорошие отзывы лишними никогда не бывают.

В прошлой жизни этот фильм из-за недостаточной рекламы прошел по экранам почти незаметно для публики.

В этой жизни Сун Юньжань решил не повторять ошибок своих предшественников.

Первый показ состоялся в субботу в городе Ян.

Как крупнейший инвестор фильма, Сун Юньжань, естественно, сидел в центре первого ряда.

Слева от него разместились режиссер и продюсер. Они, обернувшись назад, с трепетом смотрели на заполненный до отказа кинозал. Смотрели и думали – сколько же Xinghe Entertainment вбухала денег в продвижение их фильма. Смотрели, думали и тревожно потирали свои вспотевшие ладошки.

Им было также страшно, как Чжун Сяофэну, когда он узнал, что по «Легенде о Нань Хуа» будет создана игра.

Сун Юньжань повернул голову направо и поинтересовался у сидящего рядом Цинь Кэ:

- Нервничаешь?

- А вы? – мягким голосом ответил вопросом на вопрос Цинь Кэ.

Сун Юньжань шёпотом пожаловался:

- Держался, а теперь, глядя на этих двоих, что-то запаниковал.

С последним сказанным им словом свет в зале погас, на экране высветился дракон, логотип киностудии, зазвучала знакомая музыка. Начался фильм. Назад пути не было.

Режиссер вздрогнул и в панике развернулся к своему соседу справа:

- Господин Сун, мне страшно.

Сун Юньжань похлопал его по плечу:

- Даже если мы потеряем деньги, это все равно мои деньги. Успокойтесь, хорошо?

После упоминания о деньгах режиссеру стало совсем худо.

Сун Юньжань убрал руку от плеча умирающего от страха режиссера и поежился.

В зале было довольно холодно. Молодой босс и инвестор в одном лице застегнул молнию на своей куртке до упора и, склонившись к Цинь Кэ, пробормотал тихим голосом:

- Он меня пугает.

Высокий воротник куртки закрыл почти всю нижнюю часть лица. Из-за этого голос его звучал несколько сипло и приглушённо.

Цинь Кэ еле сдержал смех:

- Вы тоже боитесь?

- …

Сун Юньжань не собирался отвечать на такие подколки. Но он и в самом деле находился под большим давлением, большим даже, чем режиссер.

Нетизены были правы. Если кассовые сборы и сарафанное радио потерпят крах, пострадает не только его компания, но и поддерживающая его Ningdong Group, а его родители потеряют лицо.

Перед глазами Сун Юньжаня возник образ грозно смотрящей на него Бай Ваньнин: «Даже не вздумай вставать на колени и умалять маму – это не поможет».

Он судорожно вздохнул и пробормотал про себя: «Не буду».

И тут рядом с его ухом прозвучал нежный голос:

- Я сказал, что не позволю вам встать на колени и умолять председателя Бай.

Кончики пальцев Сун Юньжаня, повисшие на подлокотниках, мелко задрожали.

Он крепко сжал пальцы в кулаки, подождал, пока рассеется теплое дыхание, окутавшее его правое ухо, и кивнул.

Пару секунд спустя он не выдержал и резко расстегнул молнию на куртке.

Странно, почему так жарко.

Все полтора часа фильма Сун Юньжань маялся, так и не сумев сосредоточиться.

Он оцепенело смотрел на экран, крутясь и постоянно меняя позу. А в голове крутились, как заведенные, сказанные Цинь Кэ слова. Он чувствовал, что в них есть какой-то потаенный смысл, но разгадать его не мог.

До того, как они с Цинь Кэ прояснили свое прошлое, куда только не заводила его больная фантазия.

Воспоминание о неприятном опыте не давало разыграться его буйному воображению.

В конце концов, не имеет значения, что там имел в виду Цинь Кэ. Если вести себя как помощник Тан, выдумывающий всякие небылицы, это повредит его репутации президента.

Сун Юньжань так погрузился в свои размышления, что не заметил, что режиссер был уже на грани нервного срыва.

- Господин Сун, фильм настолько плох? – плаксиво прогундел режиссер, услышав взрыв громкого смеха в зале.

Сун Юньжань пришел в себя, повернул голову, желая утешить плаксу слева от себя. Но тут услышал по правую руку от себя тихий смех Цинь Кэ.

Зрители в зале уже утихли, отсмеявшись. Что тогда рассмешило его соседа справа?

Сун Юньжань перевел взгляд на экран и от неожиданности выпучил глаза от увиденного. Прямо сценка из его прошлого: второстепенный персонаж вдруг подскальзывается и падает на колени перед гробом.

Сун Юньжань всё понял.

Цинь Кэ рассмешила не сцена на экране, а воспоминание о том, как Сун Юньжань стоял на коленях перед гробом в темной реквизиторской.

На мгновение Сун Юньжань даже слегка восхитился. Собой!

Некоторые люди, даже не появляясь на экране, могут развлечь зрителей.

Он действительно редкий талант.

И тут же рассердился!

И, сдерживая свое раздражение и демонстрируя спокойствие викинга, так, чтобы было слышно соседу, сидящему справа от него, громким шопотом сообщил:

- Фильм очень хороший, а вот исполнитель главной роли подкачал.

Режиссер:

- …

Цинь Кэ:

- …

После просмотра зрители, находясь под воздействием просмотренного фильма, радостно щебетали, обсуждая фильм со своими спутниками. В зале царила теплая расслабленная атмосфера.

Пришло время общения зрителей и творческой группы. Создатели фильма и актеры поднялись на сцену и выстроились в ряд.

Цинь Кэ, чья внешность итак обычно притягивала взгляды, с повязкой на плече и вовсе привлек всеобщее внимание.

Еще до того, как он заговорил, зрители уже мысленно навесили на него ярлычок «тело ранено, но дух силён».

К преклонению перед его стойкостью добавлялось восхищение его выдающимся  актерским мастерством. Гремучая смесь, если подумать.

Какой талант! Он заслуживает громких аплодисментов!

Бурные аплодисменты чуть не снесли крышу кинозала.

И только когда первый кинокритик, получивший микрофон, встал, шум в зале утих.

Глаза критика влажно поблескивали, слезы от смеха все еще таились в их уголках:

- Думаю, о качестве фильма не нужно говорить. Прозвучавшие аплодисменты все сказали. Поздравляю, вы сняли замечательный фильм.

Режиссер, как болванчик, благодарно закивал головой. Сердце его наконец-то успокоилось.

Сун Юньжань поднял голову и бросил взгляд на Цинь Кэ.

Была ли это иллюзия или нет, Сун Юньжань не понял, но ему показалось, что он ясно прочел в глазах Цинь Кэ послание: «Я же говорил вам, все будет хорошо».

Сун Юньжань собрался уже улыбнуться в ответ, но внезапно вспомнил, что Цинь Кэ только недавно смеялся над ним, и подавил улыбку, хмыкнул и отвернулся. Краем глаза он увидел, как Цинь Кэ с усмешкой поджал губы, и, кажется, совсем не расстроился.

Ты же не в первый раз выходишь на поклоны, а радуешься, как новичок!

Сун Юньжань с гордостью подумал: я бы на твоем месте не приходил в такой восторг, находясь на такой крошечной сцене.

Но если подумать, это хоть и маленькая сцена в небольшом кинозале, но аплодисменты здесь звучали – любой большой зал позавидует! Сарафанное радио разнесет слухи, и, глядишь, самые вместительные залы окажутся у их ног.

Больше мест, больше кассовые сборы.

Больше кассовых сборов, быстрее окупятся его вложения.

Когда Сун Юньжань подумал о возможной прибыли, уголки его губ задорно изогнулись, в глазах загорелся жадный огонек стяжательства.

Чем больше Сун Юньжань думал о прибыли, тем ярче становилась его улыбка. Ему захотелось громко, от всей души, рассмеяться.

Он сильно ущипнул себя за запястье, напомнив себе – держи себя в руках, не позорься!

Он не знал, что за каждым его вздохом, за каждым движением наблюдала вся творческая группа, стоящая на сцене.

Творческая группа:

- …

Творческая группа дружно отвела свои взгляды и решила не обращать на господина Суна внимание – господин Сун такой непредсказуемый.

После окончания мероприятия все ушли за кулисы, требуя от режиссера продолжения банкета.

Сун Юньжань, естественно, был среди приглашенных.

Режиссер забронировал уважаемый ресторан неподалеку от кинотеатра, минут в десяти на машине.

На парковке группа попыталась рассесться по машинам и поняла, что все не уместятся.

- Мы все не уместимся. Кому-то придется добираться до ресторана на метро, - заметил режиссер и выразительно посмотрел на пару молодых парней.

Сун Юньжань вмешался в разговор:

- Не беспокойтесь. Вы двое поедете на моей машине, - повернулся к Цинь Кэ и спросил у него. - Ты приехал сюда вместе со съемочной бригадой? В ресторан поедешь с ними или со мной?

- С вами.

Сун Юньжань кивнул. Один из молодых парней сел на переднее пассажирское место. Места на задних сиденьях распределились так: первым пригласил в машину Сун Юньжань травмированного Цинь Кэ, потом посмотрел на оставшегося толстячка и залез сам, решив не рисковать больным плечом Цинь Кэ, последним занял свое место оставшийся парнишка.

Автомобиль тронулся. И Сун Юньжань тут же пожалел о своей доброте.

Путь к ресторану оказался извилистым – сплошные повороты. Сун Юньжаня мотало из стороны в сторону. Пухляш слева с каждым рывком все сильнее давил на него, избивая его своим внушительным телом, словно боксерскую грушу.

Его так зажало меж двух тел, что он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Он хотел было уже попросить водителя остановиться и выпустить его, уж лучше пешком дойти, чем превратиться в лепешку, как вдруг почувствовал, как кто-то потянул его за правую руку. Это Цинь Кэ жестом показывал придвинуться к нему.

Сун Юньжань отрицательно покачал головой.

Не желая говорить вслух, он открыл телефон и напечатал: [Все в порядке, мы почти у цели, позаботься о своем плече.]

В этот момент им навстречу выскочил велосипедист. Водитель резко повернул руль, уходя в красивый поворот!

Пухлый сосед Сун Юньжаня только успел вскрикнуть:

- О, Боже мой… - и всей своей тушкой впечатался в Сун Юньжаня.

Сун Юньжань был застигнут врасплох. Его мощным ударом отбросило в сторону.

От резкой встряски у него закружилась голова. Он готов был взорваться, но внезапно понял, что находится в каком-то странном положении.

- …

Сун Юньжань почувствовал пьянящий аромат и открыл глаза.

Он лежал на коленях Цинь Кэ.

Ты влюблен в него?

Что случилось?

Сун Юньжань просто онемел. В голове – полный сумбур.

Разве эта ситуация не напоминает киношные повороты, где героиня якобы «случайно» падает в объятия главного героя, а последний злобно замечает: «Женщина, это твоя маленькая хитрость?»

Он всегда считал это дурацкой выдумкой. Кто же знал, что искусство отражает реальность?!

Проблема только в странном распределении ролей.

Учитывая их статус, разве это не Цинь Кэ должен был упасть в его объятия?

О нет, пошла лесом вся эта раскладка!

Мальчик-пухляш повернул голову, увидел эту шокирующую сцену и залепетал:

- Господин Сун, с вами все в порядке?

В панике он ухватил лежащего босса за рукав и потянул его на себя.

Тело Сун Юньжаня онемело. Он почувствовал себя безвольным мячиком, который мотало туда-сюда.

После секундного молчания он прохрипел:

- С тобой все в порядке? Я тебе ничего не повредил? Давай отвезем тебя в больницу.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Я в порядке, ты не так много весишь.

Может быть, дело было в этих странных объятиях… нет, нет, не объятиях, а случайном столкновении, но улыбка в глазах Цинь Кэ произвела на Сун Юньжаня своеобразное впечатление - дыхание стало тяжелым, сердце зачастило, словно сошло с ума от радости.

К счастью, тут в разговор включился водитель, объяснив всем, что произошло.

Сун Юньжань закивал, как болванчик:

- Хорошо, что вы вовремя отреагировали.

Лучше, конечно, если бы занос не был таким впечатляющим. Или впечатывающим?

После небольшой остановки машина снова двинулась в путь.

Душа Сун Юньжаня наконец-то вернулась в его тело. И он тут же всхлипнул – шею пробила неожиданная боль.

Он зашипел и потянулся к голове рукой. Цинь Кэ тут же напрягся:

- Ударился?

Сун Юньжань смущенно покосился на него. Цинь Кэ указал на часы:

- Я боялся, что ты ударишься о них, поэтому придержал тебя.

Сун Юньжань смутно вспомнил, что, кажется, он приложился к чему-то твердому затылком. К часам? Ну, это не страшно.

- Все в порядке. Не стоит внимания.

Цинь Кэ протянул руку:

- Позвольте мне посмотреть.

И головы Сун Юньжаня тут же коснулась чужая рука.

Мягкие прикосновения ввели его в ступор: в ушах загудело, словно он погрузился в глубины бескрайнего моря, мгновенно заблокировав все звуки. Вот кончики чужих пальцев нежно пробежались по шее, ласково поглаживая волосы, поднялись к затылку и замерли, осторожно погладив болезненное место.

Цинь Кэ выдохнул ему в ухо:

- Здесь немного покраснело. Больно?

Сун Юньжань посмотрел на коврик под ногами и поджал губы:

- Кажется, больше не болит.

- Хм?

- …Все в порядке, не трогай, - Сун Юньжань внезапно рассердился. - Волосы растреплешь!

Цинь Кэ бросил на него внимательный взгляд и убрал руку.

Сун Юньжань так и не поднял глаз. Полоска кожи, по которой пробежались пальчики Цинь Кэ, начала гореть, прожигая скальп. Градус раздражения подскочил. Жертва заноса судорожно почесала голову, приводя свою прическу в еще больший беспорядок.

Мальчик-пухляш:

- …

Какая-то мысль блеснула в его крошечном мозгу, но изо рта, к его счастью, так и не вырвалась.

***

С этого показа начался триумфальный путь фильма «Свадьба и похороны».

За несколько дней до официального выхода на экраны критики, присутствовавшие на предварительном показе, разразились хвалебными отзывами.

Некоторые из них даже заявили, что в этом году, если случайно не появится темная лошадка, «Лучшим новичком года» точно станет Цинь Кэ, а, может, даже он будет номинирован на «Лучшую мужскую роль».

Пользователи сети дружно засомневались.

Неизвестный творческий коллектив со скромненьким бюджетом с каким-то начинающим актером в главной роли смеет претендовать на номинацию «Лучшая мужская роль»?! Просто смешно.

Это всё скупые инвесторы-капиталлисты раздувают пожар!

Хорошо информированные нетизены засучили рукава и начали освистывать продажных критиков в ожидании провала и фильма, и Xinghe Entertainment.

Сун Юньжань на эту шумиху не обращал внимания.

После той поездки одна и та же сцена крутилась у него перед глазами, заставляя зудеть кожу на голове. Как Цинь Кэ протягивает руку и нежно касается его шеи, скользит вверх, поглаживая его волосы... Черт! Как от этой картинки отписаться?!

Накануне выхода фильма он, чтобы поднять себе настроение, позвал Хэ Цзыю к себе домой поиграть в новую киберспортивную игрушку.

Результат был предсказуемым. Игра продлилась меньше десяти минут. Победитель был очевиден.

Сун Юньжань играл рассеянно и даже не попросил об еще одном раунде. Сидел и задумчиво хмурился, уставясь в никуда.

Хэ Цзыю решил в очередной раз утешить проигравшего Сун Юньжаня и похлопал его по плечу:

- Не расстраивайся, в мире всегда есть люди, которые в чем-то лучше тебя.

- Да, наверное, - согласно выдавил из себя Сун Юньжань.

Хэ Цзыю застыл на месте, не услышав в ответ яростных воплей.

Он на мгновение задумался, вспомнил недавний кипиш в интернете и спросил:

- Тебя так взволновали комментарии в сети?

- Какие комментарии?

- Поговаривают, что Xinghe Entertainment покупает хорошие отзывы.

Хэ Цзыю порылся в своем телефоне и с волнением процитировал:

- Вот слушай. Xinghe Entertainment направо и налево швыряется деньгами, покупает хорошие отзывы критиков. Такие отзывы стоят немало. Как бы Xinghe Entertainment не обанкротилась.

- …

- О, и вот еще. «Сун Юньжань такой неудачник, его ожидает кассовая катастрофа. Побьют ли его родители за такую неудачу?» О, смотри, кто-то ответил: «Хорошее будет зрелище. Давайте устроим прямую трансляцию, я готов даже заплатить за просмотр».

Вторая часть речи болтуна Хэ Цзыю привлекла внимание Сун Юньжаня.

Деньги – единственная тема, которая могла вывести его из анабиоза.

- За что заплатить?

Хэ Цзыю с жалостью посмотрел на него.

Все кончено – слабоумие достигло степени атрофии мозга.

Во всем виноваты злобные нетизены! Итак невысокий IQ моего друга детства упал ниже плинтуса.

- За твое избиение в прямом эфире тетей Бай и дядей Суном, - и Хэ Цзыю

гневно продолжил. - Что с тобой не так? Ты не производишь впечатления нервного истерика. С чего вдруг так реагируешь на насмешки тупых пожирателей дынь?

Сун Юньжань тяжело вздохнул:

- Меня это не беспокоит.

- Тогда почему ты в таком трансе? – недоумевал Хэ Цзыю.

Сун Юньжань не знал, с чего начать.

После долгого молчания он отложил джойстик и решительно скрестил ноги, приготовившись к серьезному разговору:

- Я столкнулся с чем-то странным.

- О? Рассказывай.

Сун Юньжань указал на свою голову:

- На днях в машине я здорово приложился к часам Цинь Кэ.

Хэ Цзыю потрясенно раскрыл рот:

- Он тебя ударил?

- ?

Сун Юньжань покачал головой:

- Нет, я упал на него. Он боялся, что я ударюсь головой о дверь машины, и подставил свою руку.

Хэ Цзыю шокировано пучил глаза:

- Почему ты упал на него?

Сун Юньжань потерял терпение и сердито закричал:

- Дай мне уже закончить! - собеседник кивнул и он продолжил. - Удар был не очень сильным. Он проверил – всего лишь небольшое покраснение. Но с тех пор мне постоянно кажется, что кто-то словно касается моей шеи, головы, волос…

Точнее описать свои ощущения он не мог.

От соматических воспоминаний, как пальцы Цинь Кэ касались его кожи, по его шее и затылку словно пробегал электрический разряд. И это не было неприятно. Эти легкие покалывания будто завораживали его.

Но сказать это прямо, он стеснялся.

Хэ Цзыю нахмурился, как умудренный опытом китайский лекарь из древних времен, столкнувшийся с трудной проблемой.

Он подполз к Сун Юньжаню и осторожно прикоснулся к его руке:

- Чувствуешь себя странно, когда я так прикасаюсь к тебе?

- Нет, - серьезно сообщил Сун Юньжань.

Хэ Цзыю откинулся на спинку дивана и строго вопросил:

- А раньше он когда-нибудь к тебе прикасался?

Сун Юньжань даже поперхнулся – что за вопросы какие-то подозрительные?

Но, сдержав возмущение, все-таки ответил:

- Прикасался несколько раз, но не так. Думаешь, у меня на него вдруг возникла аллергия?

- …

Хэ Цзыю какое-то время не знал, что сказать.

Раньше он бы в ответ на такой дебильный вопрос просто громко рассмеялся.

Но сейчас… Его друг был так серьезен и встревожен, так невинен, как глупый ребенок, задающий глупый вопрос «как я появился на свет?»… что он невольно смутился.

Смутился и растрогался одновременно.

В конце концов, Хэ Цзыю озвучил свой диагноз:

- Ты влюблен в него?

- ???

Сун Юньжаню потребовалась целая минута, чтобы понять смысл этого вопроса. Он резко вскочил и громко опроверг:

- Как это возможно?!

Влюбился? Он влюбился в Цинь Кэ?

Это нелепо! - подумал Сун Юньжань. Он относится к Цинь Кэ как к своему сыну, у него не может быть к нему никаких иных чувств.

Хэ Цзыю был ошеломлен такой резкой реакцией и потрясенно бросился объяснять:

- Не волнуйся. Я читал в интернете, что так бывает, когда тебе кто-то нравится. И прикосновения этого человека остаются как несмываемые следы на твоем теле. Стоит только закрыть глаза, и отпечатки его рук на твоем теле тут же жгут теплом его рук.

- В интернете полно чепухи. Меньше там сиди, - Сун Юньжань не на шутку рассердился и выместил свой гнев на этом ненадежном собачьем стратеге. - Что за истории о привидениях ты рассказываешь мне на ночь?! Хочешь напугать меня до смерти?

В практике красноречивый Хэ Цзыю, может, и не был особо продвинут, но в теории был подкован.

И у него тут же родился новый план:

- Он живет в одном доме с тобой. Давай ты сейчас спустишься и позволишь ему снова к тебе прикоснуться. Если никакой реакции не будет, значит, все мои домыслы – пустые.

Сун Юньжань с подозрением прищурился:

- Ты шутишь?

- Попробуй, вы оба мужчины, что плохого в небольшом прикосновении? Или ты боишься?

Боюсь?

Сун Юньжань рассмеялся.

Он почтенный молодой господин, чего ему бояться?

- Подожди.

Сун Юньжань под впечатлением озвученного плана научного эксперимента скоренько сбежал вниз.

Стоя перед знакомой дверью, нервно сглотнул.

И замер, потом отмер и тревожно заходил взад-вперед перед дверью, не решаясь нажать на звонок.

И тут дверь распахнулась, словно Цинь Кэ получил сигнал по телепатической связи.

Сун Юньжань застыл на месте и после паузы спросил:

- Какое совпадение, ты уходишь?

Цинь Кэ не стал озвучивать, что получил уведомление на телефон, что перед его дверью кто-то крутится.

И просто кивнул:

- Сегодня - премьера. Мне нужно быть там. Сяо Кэ уже ждет меня внизу.

А, вот почему он так торопится!

Сун Юньжань понял, что времени у него в обрез, сжал руки, спрятанные в длинных рукавах, в кулаки и сделал несколько глубоких вдохов.

Не нервничай. Как сказал Хэ Цзыю, мы оба - мужчины.

Выпрямись и – вперед! Покажи, что ты настоящий отец!

Сун Юньжань склонил голову перед Цинь Кэ и настойчиво потребовал:

- Давай, потрогай мою голову.

Автору есть что сказать:

Цинь Кэ: Это довольно неожиданно.

Ластишься как собака.

Жуткая тишина наполнила коридор.

Цинь Кэ опустил глаза.

Господин Сун был ленивым. Волосы самостоятельно укладывал редко. Вот и теперь мягкие пряди черных волос в беспорядке расползлись по белокожей шее, сквозь которые невинно проглядывали слегка выдающиеся шейные позвонки.

Учитывая прозвучавшее приглашение, атмосфера между двумя стоящими друг против друга мужчин стояла несколько двусмысленная.

И скрыться от этой двусмысленности было некуда.

Цинь Кэ не двигался. Сун Юньжань не мог больше ждать и приподнял голову:

- Чего ты ждешь, поторопись.

Цинь Кэ поджал губы. Какая абсурдная ситуация! Что за провокация?

Эмоции в темных глазах Цинь Кэ отступили, он неторопливо прислонился к двери и спросил:

- Это новая игра?

Сун Юньжань опустил взгляд, и его оцепеневший мозг, наконец, заработал.

Блин! Что я творю?! Прибежал к чужой двери и прошу потрогать меня! Любой разумный человек понял бы – это же наглое приставание.

Озвучить настоящую причину он не мог и внезапно оказался перед дилеммой.

И Сун Юньжань решил идти напролом - натянул на свое лицо маску властного президента:

- Что? Птенчик оперился и готов взлететь? Противишься мне?

Затем схватил руку Цинь Кэ и положил ее себе на затылок. А потом потерся об нее.

Цинь Кэ был поражен и хотел отдернуть руку, но Сун Юньжань крепко вцепился в нее.

- Не двигайся! - Сун Юньжань пристально посмотрел на него. - Дай мне почувствовать.

Цинь Кэ:

- …?

Что вообще происходит? Я его совсем не понимаю. Чего он от меня хочет?

Цинь Кэ беспомощно вздохнул и пошевелил пальцами, нежно лаская волосы Сун Юньжаня и так же нежно превращая их в птичье гнездо. Он даже проявил инициативу и ласково погладил шею Сун Юньжаня.

Сун Юньжань тайно анализировал свои ощущения. Они в этот раз были совсем другие.

Но все равно приятные. Тепло, исходящее от кончиков пальцев Цинь Кэ, согревало кожу на его затылке как весеннее солнышко. Сун Юньжань чуть не замурлыкал, зажмурился и потерся о его ладонь.

Когда Сун Юньжань понял, что он делает, то был потрясен.

Что я делаю?

Как я докатился до такого?

Куда подевалась моя сила воли?!

Так, стоп, стоп, стоп.

Сун Юньжань устыдился собственной испорченности и высвободил свою голову из лап Цинь Кэ:

- Всё. Хватит. Я ухожу.

И, не глядя на Цинь Кэ, рванул на лестницу.

Быстрым шагом поднялся на свой этаж. В свою квартиру он ворвался с радостной улыбкой.

И бросился к Хэ Цзыю, который ждал новостей:

- Я же тебе говорил. Ты всегда всё усложняешь. Он прикоснулся ко мне, и это были совсем другие ощущения!

Ну ты и фрукт! - подумал Хэ Цзыю. - Ты действительно пошел на это?!

А вслух сказал:

- Правда? И как он к тебе прикасался?

Сун Юньжань с готовностью продемонстрировал это.

Когда он поднял голову, его глаза ярко сияли, а губы высокомерно кривились:

- На самом деле, очень даже неплохие ощущения. Как после массажа головы в парикмахерской. Не знал, что Цинь Кэ владеет такими навыками.

Хэ Цзыю молча размышлял.

После долгого молчания наконец-то разродился:

- Тебе не кажется, что ты ведешь себя слегка странно?

- В каком смысле - странно? – с любопытством переспросил Сун Юньжань.

Хэ Цзыю резко выдохнул:

- Ластишься как собака.

- …

Сун Юньжань пораженно замер. В полной прострации он проводил Хэ Цзыю, вернулся в спальню и рухнул на кровать.

Лежал, листал странички блогеров, любителей домашних животных, пытаясь найти утешение у милых пушистиков.

Наткнулся на одно видео и разозлился еще больше.

На видео золотистый ретривер, резвясь, подскакивал к мужчине и передними лапами упирался в колени своего хозяина.

Хозяин с улыбкой в глазах спрашивал:

- В чем дело?

Золотистый ретривер заливисто гавкал и подставлял свою голову под ладонь хозяина, требуя – ну погладь уже меня.

Хозяин дразнил своего питомца, отводя руку. Ретривер тревожно мотал головой, лапами притягивая к ней руку хозяина.

От просмотренного видео у Сун Юньжаня руки опустились, в горле застрял комок непонятных чувств.

Мы с этой собакой похожи, - тупо подумал он.

Вспомнив свое поведение с Цинь Кэ, ему захотелось отмотать время назад и смертельно избить глупого себя.

Как можно быть таким испорченным?

Ты что забыл? – спросил себя Сун Юньжань. - Забыл, как тебя раньше коробило покорное поведение «пушечного мяса»? Как ты можешь так легко отказаться от своей ненависти и по своей воле отправиться к главному герою, требуя, чтобы тот гладил тебя, как собаку?

Какая тогда, блин, разница между тобой и Моникой?!

Сун Юньжань был так зол. Так зол. Сначала его обманули сладкие слова Цинь Кэ «мы с тобой союзники», а потом заявление Хэ Цзыю, что он, Сун Юньжань, влюблен в этого Цинь Кэ.

Сладкие слова как сахарные пули. Хотя… хотя Цинь Кэ, кажется, не врал.

Он и в самом деле заботился о нем. И даже в минуту опасности бросился спасать его. Если хорошенько подумать, то главный герой никогда не кичился своей крутизной и не унижал «пушечное мясо» в его лице. Главный герой – все-таки очень хороший человек, да к тому же и очень красивый вдобавок.

…

Подождите, о чем я думаю?!

Мозг послал сигнал опасности. Сун Юньжань мгновенно пришел в себя и в гневе надул щеки, как рыба фугу.

Ясно же, что Цинь Кэ ему совсем не нравится, а странные ощущения от его прикосновений – это просто… просто недоразумение.

Сун Юньжань выдохнул. А кстати, сегодня же премьера «Свадьбы и похорон». Вечерний показ уже наверное закончился. Интересно узнать реакцию публики.

Как он и ожидал, отзывы были восторженные.

Одни хвалили сценарий и работу режиссера. Другие - актерское мастерство Цинь Кэ, не веря, что это начинающий артист.

Сун Юньжань пробежался глазами по странице. Внезапно его внимание привлек один пост на Weibo.

[Я не ожидал, что «Свадьба и похороны» будут настолько хороши! У Сун Юньжаня хороший нюх на удачные инвестиции. С нетерпением жду следующие дорамы Xinghe Entertainment!]

- !!!

Депрессию Сун Юньжаня как корова языком слизала. Он снова и снова перечитывал этот коммент, радостно катая на языке сладкие слова такого разумного нетизена.

Подвинься Цинь Кэ! Не до тебя тут!

Хорошо выполнять свою работу – важнее!

***

В то же время зал некого кинотеатра.

Цинь Кэ только что вместе со съемочной командой закончил давать интервью СМИ.

В отличие от глупо-восторженного режиссера Фань Цзинь, Цинь Кэ выглядел намного спокойнее. Однако, если приглядеться, можно было заметить плещущуюся в его глазах растерянность.

Режиссер радостно похлопал Цинь Кэ по плечу:

- Поужинаем вместе?

Реакция Цинь Кэ была на полбита медленнее, чем обычно. Только через несколько секунд он поднял глаза, словно просыпаясь от сна:

- О, нет. Хочу вернуться домой пораньше.

Режиссер пристально посмотрел на него:

- Что случилось? Плохо себя чувствуешь?

- Нет.

- Устал? Или тебя что-то беспокоит?

Режиссер смотрел на Цинь Кэ, как учитель на своего лучшего ученика. Он ценит его, его слова полны заботы.

- Все в порядке. Не беспокойтесь обо мне.

Чем спокойнее себя вел Цинь Кэ, тем подозрительнее становился режиссер.

Когда он увидел сегодня Цинь Кэ в кинотеатре, он просто печенкой почувствовал, что тот ведет себя как-то отстраненно.

Нет, он прекрасно отстрелялся – и на интервью, и при общении с публикой. Но, когда СМИ и публика его не видела, он загадочно хмурился и о чем-то размышлял.

Режиссер на мгновение задумался и попросил всех выйти из комнаты отдыха. И только потом обратился к Цинь Кэ:

- Здесь нет посторонних, вы можете рассказать мне о любых проблемах, с которыми вы столкнулись. В конце концов, я прожил больше, чем вы. Может, смогу помочь вам советом.

Искренняя забота режиссера потрясла Цинь Кэ.

И после недолгих раздумий он спросил:

- Если бы какой-то человек попросил вас погладить его по голове и… по шее, что бы вы подумали?

- ??? - режиссер растерянно пролепетал. - Кто мог обратиться с такой просьбой? Кто-то просил вас это сделать?

Цинь Кэ кивнул:

- Да.

- …

Режиссер молчал. Весь его многолетний опыт встал у него перед глазами.

Погладить по голове – такой просьбе найдется пара объяснений.

А вот прикоснуться к шее – здесь ему в голову ничего не приходило.

Увидев растерянность на лице режиссера, Цинь Кэ махнул рукой:

- Да ладно, я просто так спросил. Забудьте. Пойдемте лучше поедим.

Режиссер направился к двери, но, не дойдя до нее, остановился:

- Этот человек может быть извращенцем, будьте осторожны. Если что, звоните в полицию.

Цинь Кэ рассмеялся:

- Нет, это мой друг.

Взгляд режиссера мгновенно изменился – вы дружите с таким странным человеком?

Цинь Кэ же в этот момент почувствовал себя виноватым. Как он мог спрашивать о толковании поступков Сун Юньжаня у посторонних людей?

Молодой господин Сун из Xinghe Entertainment – человек с особым мышлением. Его мысли скачут, что беспокойные скакуны. Разве может посторонний человек разгадать их.

Посидев некоторое время в одиночестве, Цинь Кэ встал и отправился на поиски своего агента и помощника.

Чэнь Цзин бродила по коридору, не отрывая глаз от телефона.

Сяо Кэ, увидев его, подошел и тут же доложил о появившихся в интернете отзывах о фильме.

Когда они прибыли на парковку, Чэнь Цзин наконец отлипла от своего телефона.

Села в машину, пристегнула ремень безопасности и сказала:

- Помнишь, когда ты лежал в больнице, я предлагала тебе поучаствовать в телешоу? Есть хорошее предложение в этом направлении. Развлекательное шоу, без особых физических нагрузок, идеально, чтобы засветить свое лицо и восстановить силы. Если тебе интересно, скину информацию тебе на телефон.

Цинь Кэ не возражал.

Оказалось, что Чэнь Цзин очень тщательно все продумала - запись шоу была запланирована на начало следующего года. Это не помешает продвижению «Свадьбы и похорон», напротив, подпитает интерес к его персоне.

- Время идеальное, - согласился Цинь Кэ.

Чэнь Цзин кивнула:

- Да. По другим параметрам тоже все идеально подходит. Единственная проблема – приглашенные гости должны будут работать в парах и соревноваться друг с другом. У тебя есть близкий друг, кого можно было бы позвать тебе в пару? Если нет, ничего страшного, мы подберем тебе нужного человека.

Кончики пальцев Цинь Кэ, скользнувшие по экрану, замерли.

В прошлой жизни его жестко контролировал его тогдашний агент, из-за плотного графика работы у него не было времени заводить друзей. В этой жизни… Эта жизнь только началась и он еще не успел ни с кем сблизиться.

- Жаль, что Чжун Сяофэн слишком занят, - вздохнула Чэнь Цзин. - Пара актер-сценарист была бы просто идеальной.

В голове Цинь Кэ в этот момент уже появился подходящий кандидат.

Даже, если он не всегда понимал поступков Сун Юньжаня…

Его сердце жаждало знать, что бродит в больной головушке этого странного человека.

Цинь Кэ посмотрел в окно автомобиля - пролетавшие огни сливались в бескрайний поток. Уголки его губ иронично скривились:

- Почему бы нам не пригласить президента Суна?

Автору есть что сказать:

Президент Сун: Категорическое нет.

У папы нет времени играть с тобой.

Два дня спустя из кабинета президента Xinghe Entertainment донесся радостный вопль.

- Триста миллионов? Я правильно понял?

Сун Юньжань не мог поверить.

Помощник Тан с радостью подтвердил:

- Да, 300 миллионов. И высокие рейтинги на разных интернет-сервисах. Эту сумму мы получили всего за два будних дня в прокате. В выходные наши доходы могут превысить 1,5 миллиарда.

Сун Юньжань глубоко вздохнул. Невероятные кассовые сборы кружили ему голову.

Он не помнил, сколько этот фильм собрал за два первых дня показа в той жизни. Но помнил, что столько «Свадьба и похороны» принесли своим инвесторам за все показы в целом.

С точки зрения себестоимости, это были впечатляющие показатели.

Но Сун Юньжань не ожидал, что в этом мире такую сумму фильм заработает уже на моменте старта.

И всё это благодаря мне, - подумал Сун Юньжань. Я – настоящий волшебник в бизнесе. Без меня этот фильм не добился бы такого огромного успеха.

Он расплылся в радостной улыбке:

- А ведь вы сомневались в моем решении вложиться в этот фильм. Поняли теперь, как были неправы?

- Я был неправ, я был неправ, - закивал помощник Тан. - В будущем я не буду сомневаться в ваших решениях.

От такой похвалы сердце Сун Юньжаня взлетело к небесам.

Он с триумфальным видом прошествовал по своему офису, потом присел и, откашлявшись, скромно заявил:

- Не следует задирать нос. Скромность украшает человека.

Помощник Тан с трудом сдержал смех:

- Еще один вопрос - вы заинтересованы в участии в развлекательном телешоу?

- Что за шоу?

Помощник Тан кратко описал ситуацию. Экстаз на лице президента моментально сменило оцепенение. У помощника Тана задрожали ноги – я что, опять сказал что-то не то?

Сун Юньжань, не раздумывая, тут же отказался:

- Участвовать в шоу вместе с Цинь Кэ? Ни за что!

Он нервно листал документы - эти люди совсем распустились!

Только его карьера как президента рванула вверх, как эти жалкие людишки решили использовать его популярность во благо компании.

Злые демоны! Он не позволит воспользоваться им!

Помощник Тан растерянно замер.

Когда Чэнь Цзин предложила такой ход, он сначала подумал, что это абсолютный бред. Но, немного поразмыслив, решил, что это может пойти на пользу компании.

В любом случае, популярность Сун Юньжаня в интернете достигла своего пика. Участие в телешоу – прекрасный маркетинговый шаг. Молодой господин Сун может стать живой рекламой Xinghe Entertainment. Тогда любой проект Xinghe Entertainment можно будет продвигать с помощью случайно оброненных Сун Юньжанем слов. Ах, какая это будет экономная реклама!

К тому же в шоу примет участие Цинь Кэ.

Два самых популярных человека Xinghe Entertainment. Одновременно появятся в одном шоу. Да лучше и придумать было нельзя!

Помощник Тан пришел в восторг. Думаете, это просто участие в развлекательном шоу?

Фигушки! Это освоение компанией Xinghe Entertainment новых земель!

После долгих раздумий помощник Тан решил подсластить пилюлю:

- Президент Сун, разве вы не хотите продемонстрировать всем стиль настоящего генерального директора? Телешоу – хорошая площадка для этого. Сколько людей, а аудитория шоу огромна, будет впечатлено вашим необыкновенным темпераментом, неужели вы не хотите этого увидеть?

Суетливые пальчики Сун Юньжаня замерли. Блин, а это действительно интересно.

Поколебавшись, он медленно закрыл папку с документами.

Помощник Тан ковал железо, пока горячо:

- Это развлекательное шоу запланировано на первый квартал. Тогда же выйдет следующая драма Xinghe Entertainment. Шоу станет хорошим подспорьем для ее продвижения.

Съемки по первому сценарию Чжун Сяофэна «После того, как я встретил тебя» уже закончились, и фильм сейчас находился в стадии интенсивного постпродакшена.

Срок производства веб-дорам значительно короче, чем у полноценного сериала. И поскольку это сериал на бытовую тему, придирок со стороны цензурного комитета не стоит ожидать. Значит, дорама встретится со своими зрителями уже в первом квартале следующего года.

Это звучало очень разумно. Но Сун Юньжань не торопился сдаваться:

- Какой вы, однако, рачительный работник! Или хотите полакомиться сладостями, наблюдая, как мы с Цинь Кэ общаемся?

Помощник Тан поспешно возразил:

- Конечно, нет!

Он не хотел потерять премию и в следующем году.

Сун Юньжань холодно фыркнул. Его подозрения еще полностью не рассеялись.

Теперь, когда он проник в круг CP-фанатов, он хорошо осведомлен о культуре наркоманов, подсаженных на сладости. И чем больше помощник Тан отрицал свою зависимость, тем больше подозрений вызывал.

Более того, этот непокорный Цинь Кэ общается с ним как с собакой. Гладит его…

Сун Юньжань совершенно забыл, что это он сам попросил об экспериментальных поглаживаниях. Молодой господин Сун недовольно нахмурился.

Нет, он должен проявить гордость и устоять перед дьявольским искушением!

Сун Юньжань принял окончательное решение:

- Не приставайте ко мне с этим. Я все равно не пойду.

Теперь он – мощный инвестор с почти 1,5 миллиардом юаней в кармане.

Участвовать в развлекательной программе?

Это не соответствует его статусу.

На следующей неделе кассовые сборы «Свадьбы и похорон» были настолько ошеломляющими, что заставили фанатов компании кричать от радости, а пользователей, которые ранее саркастично высмеивали Xinghe Entertainment, потерять дар речи и спрятаться в недрах сети.

В первые дни после выхода «Свадьбы и похорон» последние еще надеялись, что вышедший в то же время зарубежный блокбастер перебьет интерес к отечественному фильму. Но Небеса решили иначе. Кинотеатры бросились в драку, пытаясь заманить «Свадьбу и похороны» на свои экраны. Судьба сыграла  с ними злую шутку.

Как может фильм за десять миллионов превзойти зарубежный блокбастер с инвестициями в сотни миллионов?

Что еще невероятнее – никому до этого неизвестный Цинь Кэ, которого до этого поддерживало малое количество поклонников, вдруг получил признание от устрашающего количества зрителей.

Сначала все думали, что это поработала водная армия Xinghe Entertainment, но когда хвалебные отзывы посыпались от друзей и родственников, многомиллионный народ Китая, наконец-то, пришел в себя и дружно отправился в кинотеатры, чтобы самим убедиться в этом.

И китайский народ был по-настоящему впечатлен.

По дороге на очередное мероприятие Сяо Кэ полюбопытствовал у своего подопечного:

- Почему вы совсем не взволнованы? Так спокойны, будто давно уже к этому привыкли.

Цинь Кэ:

- …

Он действительно к этому привык еще в прошлой жизни.

Сяо Кэ разочарованно убрал телефон:

- Похоже, сестра Цзин была права.

- Хм?

- Она говорила, что вы сильно отличаетесь от других артистов вашего возраста. Вы не страдаете перепадами настроения, одинаково спокойно реагируете и на похвалу, и на упреки. Невозмутимы в любой ситуации.

Цинь Кэ усмехнулся. И, не объясняя причин, молчаливо согласился с заявлением своего помощника.

А через пару минут поинтересовался:

- Господин Сун все еще не желает участвовать в телешоу?

- Почему вас это так беспокоит? Помощник Тан сказал, что он пытался уговорить его, но господин Сун настоял на отказе. Видимо, его просто не интересуют развлекательные шоу.

Цинь Кэ прикрыл ресницами вспыхнувшую в его глазах грусть.

В эти дни его график был очень насыщенным. Помимо продвижения фильма, он был занят, разбирая предложения различных брендов и давая интервью известным журналам.

По словам Чэнь Цзин, такая загрузка была результатом его возросшей популярности.

И это с учетом того, что травма плеча у него еще не была полностью излечена.

Последние несколько дней он не возвращался домой, прыгая с мероприятия на мероприятие. У него просто не было времени поговорить с Сун Юньжанем.

А все его отправленные Сун Юньжаню сообщения остались без ответа.

- Господин Сун в последнее время был очень занят? - внезапно спросил Цинь Кэ.

Сяо Кэ поперхнулся, выровнял дыхание и ответил:

- Занятость президента компании – не в моей компетенции.

Цинь Кэ тихо хмыкнул и развернулся к окну.

Сун Юньжаню в последнее время было чем заняться.

Недавно он получил приглашение на конференцию от одной компании, занимающейся онлайн-развлечениями.

Когда помощник Тан сообщил ему об этом, Сун Юньжань дико разволновался.

Он ждал этого дня так долго! С того момента, как бросил актерство и занялся бизнесом.

Именно так должен проводить свое время уважаемый бизнесмен – ходить по вечеринкам, пить шампанское за десятки тысяч, мимоходом обмениваться своим мнением с такими же успешными предпринимателями, движением мизинчика зарабатывать сотни миллионов в минуту. Это жизнь, которую должен вести президент, а не ходить по всяким там телешоу.

Уверенность в своей избранности росла в Сун Юньжане с каждым днем. Это, наверное, и есть истинное благословение небес. Он вступил на путь генерального директора и никогда не свернет с него.

Даже больше его было впечатлено высшее руководство компании.

Это был первый раз за шесть лет ее существования, когда Xinghe Entertainment была приглашена на отраслевую конференцию. Чувства от такого события были сравнимы с впечатлением деревенского парня, впервые попавшего в крупный город. Все материалы для презентации Сун Юньжаню приготовили без его участия.

Сун Юньжань распорядился прислать ему готовую презентацию на электронную почту, заявив помощнику Тану:

- Сегодня я отправляюсь за инвестициями. Прочитаю, когда вернусь домой.

Помощник Тан ошеломленно переспросил:

- И где вы собираетесь искать инвесторов?

- Конечно, в доме моих родителей, - бесстыдно заявил Сун Юньжань и объяснил. - Я думаю, что реклама продуктов Ningdong хорошо вписалась в «Свадьбу и похороны». И я планирую практиковать такое и в других наших кинопроектах. Это долгосрочное сотрудничество, мы должны сесть и все обговорить.

Помощник Тан:

- …

На его взгляд, маленький господин Сун должен быть доволен таким подарком. Побаловать своего ребенка один раз - это нормально, но Бай Ваньнин и Сун Цзидун не должны идти на поводу у Сяо Суна каждый раз, когда он этого пожелает.

Но он – человек посторонний. Семейное обсуждение происходит за закрытыми дверями и его не касается. Он может только благословить:

- Удачи вам.

Сун Юньжань надменно задрал подбородок:

- Предоставьте это мне. Я всё решу.

Однако через несколько часов его пыл решительно остудили, облив призрачной холодной водой.

Выслушав просьбу сына, Бай Ваньнин ответила решительным отказом:

- Я не согласна с твоей идеей.

Сун Юньжань был шокирован:

- Почему?!

Он думал, что успех «Свадьбы и похорон» подтолкнет его родителей к одобрению его идеи.

Разве они сами не заявляли, что он может по своему усмотрению использовать ресурсы Ningdong Group?

Бай Ваньнин обменялась со своим супругом взглядами, посмотрела на своего разгневанного сына и беспомощно заметила:

- В прошлый раз реклама была эффективной, потому что это был необычный ход. Если использовать этот ход раз за разом, это вызовет у людей скуку. Ты можешь гарантировать, что каждый следующий проект будет лучше предыдущего?

- …

Сначала Сун Юньжань хотел заявить, что может. Но сдержался, подумал и покачал головой.

В мире не было ни одного генерала, который бы выиграл все свои битвы. Его будущее непредсказуемо. Не следует забывать – бабочка уже взмахнула крыльями.

Поэтому он ничего не может гарантировать.

- К тому же, если ты допустишь инвестиционную ошибку, это нанесет ущерб имиджу всей группе Ningdong. Как думаешь, мама и папа позволят тебе рисковать делом всей нашей жизни?

Сун Юньжань, еще недавно полный амбиций, поник.

Он понимал, что его мать права, но ему было обидно слышать от матери такой решительный отказ.

Сун Цзидун не мог вынести обиженного взгляда своего сына и вступил в разговор:

- Твоя идея хороша, но тебе придется научиться подстраиваться под конкретную ситуацию. Поскольку это веб-сериал, почему бы тебе не сосредоточить свои усилия на интернете?

Сун Юньжань объяснил:

- Конечно, мы об этом подумали. Основная реклама пойдет через интернет. Я просто хотел дополнительно подстраховаться.

- Но необязательно каждый раз пользоваться семейными ресурсами, так ведь?

Бай Ваньнин поддержала супруга:

- Я думаю, это хорошая возможность проявить себя. Положись на свои силы. А мы посмотрим, как далеко ты сможешь зайти.

Сун Юньжань был в замешательстве - полагаясь только на себя?

Кроме традиционной пиар-тактики он никакой другой не знает.

Ну не в телешоу же ему идти?

Ночью он долго не мог уснуть, ворочаясь в кровати.

Телефон рядом с его подушкой раз за разом звякал, отрывая его от грустных раздумий.

В конце концов, Сун Юньжань разозлился и потянулся за телефоном. Сообщение было от Чэн Цзямина.

[Господин Сун! Сегодня я снова буду в прямом эфире, будете смотреть?]

Сун Юньжань посмотрел на экран и пожалел о своих словах.

Если бы он знал, что Цинь Кэ тоже переродился, то не суетился бы так, защищая Цинь Кэ от Чэн Цзямина, не вправлял тому мозги своими наставлениями, не разбрасывался своими советами.

Этот Чэн Цзямин уже замучил его своими приглашениями посмотреть его игру.

Сун Юньжань не удосужился ответить, закрыл диалоговое окно и тут же натолкнулся на сообщение, от Цинь Кэ.

На это сообщение он тоже не ответил. В нем его тоже приглашали, только в этот раз – на телешоу.

- Я не знаю, почему он так настаивает на этом. Я же ясно сказал, что не пойду, - пробормотал Сун Юньжань и сурово насупил нос. Но эти сообщения, он никому никогда не признается в этом, наполнили его сердце смутной радостью.

Я так важен для вас, люди?

Он переводил взгляд с одного сообщения на другое. Наверное, стоит ответить. Я же вежливый молодой господин.

Начал Сун Юньжань с Цинь Кэ: [Я слишком занят на работе, у папы нет времени играть с тобой.]

Затем переключился на Чэн Цзямина: [Пришли мне ссылку на твою прямую трансляцию.]

Чэн Цзямин ответил мгновенно: [Я пришлю ее прямо сейчас! Я уже довольно популярен. Мой уровень тоже повысился. Можем как-нибудь поиграть с вами.]

Сун Юньжань рассмеялся.

Он и Чэн Цзямин никогда особо не ладили. И часто раздражали друг друга.  Поэтому он планировал послать Чэн Цзямину пару виртуальных подарков, и на том попрощаться.

С Цинь Кэ всё по-другому.

Цинь Кэ только что после очередного мероприятия вернулся в свой номер.

Завтра у него - еще одно роуд-шоу. В номере толклись администраторы известного бренда одежды, который он рекламирует, подбирая ему наряд на завтрашнее мероприятие.

Это довольно утомительное занятие.

Ему нужно примерить несколько комплектов, а затем обсудить с представителем бренда и стилистом аксессуары, которые дополнят его образ.

После примерки второго комплекта он услышал, как один из сотрудников вскликнул:

- Эй, а наш принц-то явился на прямую трансляцию Чэн Цзямина. Похоже, много подарков ему отослал. О, даже скриншот отосланных подарков опубликовали.

Сяо Кэ переспросил:

- Вы уверены, что это господин Сун?

- Да, у него такой же идентификатор, как в Weibo, - и мужчина передал свой телефон Сяо Кэ, чтобы тот мог убедиться сам.

Сяо Кэ взял протянутый телефон и неожиданно вздрогнул.

Он повернул голову и посмотрел на Цинь Кэ, который в это время проходил мимо него. Сяо Кэ тут же вспомнил сцену, когда они натолкнулись на съемках «Дорог Цзяньху» на Чэн Цзямина, который выходил из номера Сун Юньжаня после их совместной игры в виртуальную игрушку.

Цинь Кэ заметил его взгляд:

- Что ты так на меня смотришь?

- Нет, нет, ничего, - покачал головой Сяо Кэ.

Цинь Кэ подошел к стилисту и забрал у него еще один костюм.

Вернувшись в свою спальню, он сразу же нажал на WeChat и прочел сообщение, которое Сун Юньжань отправил ему полчаса назад. Его брови вздыбились домиком.

Сун Юньжань не знал, что кое-кто уже заскриншотил его подарки, и с большим интересом смотрел прямую трансляцию.

Интерес вызвал вовсе не Чэн Цзямин, а его товарищ по команде, игрок очень высокого уровня. Тот играл его любимым персонажем, поэтому Сун Юньжань решил поучиться у него.

В самый напряженный момент игры на экране его телефона вдруг высветился входящий звонок.

- Упс!

Сун Юньжань был так зол, ему хотелось рвать и метать. Он даже не стал выяснять, кто ему звонит, нажал «ответить» и закричал в трубку:

- Быстро говорите, что хотите сказать. Я очень занят.

В трубке раздался притягательно-глубокий голос Цинь Кэ:

- Господин Сун так занят, у него нет времени даже поговорить со мной. Но у него есть время, чтобы наблюдать за игрой Чэн Цзямина?

Автору есть что сказать: Он тревожится, он тревожится (￣▽￣»)

Ты так сильно хочешь быть моим партнером в шоу?

Сун Юньжань был так увлечен захватывающей игрой, разразившейся в прямом эфире, что прозвучавший вопрос страшно разозлил его.

Цинь Кэ, ты действительно такой смелый?!

Единственным человеком, у которого хватало смелости так говорить с ним, был Сун Цзидун, который десять лет назад поймал его, когда он прятал в своей тетради комиксы.

А Сун Цзидун ведь его отец! Ему это позволено. Осмысление этого факта разозлило его еще больше.

- Что это значит? - Сун Юньжань не на шутку рассердился и грозно закричал в телефон. - Я уважаемый бизнесмен, мне что - нужно твое разрешение, чтобы посмотреть игру в прямом эфире?

Цинь Кэ:

- …

Такой аргумент сразил Цинь Кэ. Он расстегнул костюм, продолжив смену одеяния:

- Вы с Чэн Цзямином друзья?

Сун Юньжань был ошеломлен, он понял, что возникшее недоразумение нужно побыстрее разрушить:

- Мы с ним совсем не близки. Просто это я посоветовал ему поднять свою популярность прямыми трансляциями своих игр, - в голосе Сун Юньжаня звучала гордость. - Поэтому Чэн Цзямин и попросил меня посмотреть на его игру. Видимо, он искренне восхищается мною. Это можно понять.

Цинь Кэ сделал долгую паузу, потом хмыкнул.

Его «хм» прозвучало так безэмоционально, что поставило в тупик Сун Юньжаня.

Он вспомнил весь их с Цинь Кэ разговор и, кажется, понял, чем тот был недоволен.

- Ты чувствуешь себя одиноким из-за этого? - спросил он, подавляя улыбку.

Руки Цинь Кэ замерли.

Он поднял глаза и посмотрел на свое отражение в большом зеркале. Это лицо было знакомо ему до малейшей мимической морщинки. Брови слегка нахмурены, уголки губ поджаты. Недовольство происходящим – налицо.

Но, похоже, это не имеет ничего общего с одиночеством.

Цинь Кэ обдумал эту мысль и сказал:

- Мне не одиноко, просто…

Сун Юньжань прервал его:

- Ничего не говори, я понял.

Брови уважаемого бизнесмена изогнулись, демонстрируя удовольствие.

Такая сцена была ему знакома. Именно так он вел себя, когда его родители задерживались на работе, оставляя его ночью одного в доме.

У Цинь Кэ, должно быть, развилось сильная зависимость от него. Они ведь так много времени проводили вместе и неплохо к тому же ладили друг с другом. Поэтому Цинь Кэ и гневался на него, названивал, чтобы пожаловаться и заявить о своем возмущении.

И только гордость мешает ему честно признать это.

Возможно, это и есть еще неосознанная любовь.

Он мысленно злорадно ухмыльнулся - слово «любовь» здесь очень даже уместно использовано. Кто сказал, что тоска сына по отцу не является проявлением сыновней любви?

Сун Юньжань мысленно потер ручки – в моей логике нет изъянов.

Тучки в его сердце разошлись, и выглянуло солнышко. Он бросился на кровать и стал радостно кататься по ней, попутно уточнив:

- Ты так сильно хочешь быть моим партнером в шоу?

А, я поймал тебя! Хватит отрицать это! Уже признайся честно!

Ответ Цинь Кэ пришел спустя пару минут молчания:

- Я просто хочу поучаствовать вместе с вами.

В сердце Сун Юньжаня заиграли фанфары. Победа!

Радость охватила его. Он решил отбросить все претензии к своему непокорному сыну, гладящего его по головке, как бродячего пса, и стать великодушным отцом.

- Если ты будешь умолять меня об этом, может, я и соглашусь.

Сун Юньжань взволнованно уткнулся лицом в подушку и, едва сдерживая восторг, еле слышно прошептал:

- Попроси отца правильно. Назови меня папочкой.

Ответом ему было долгое молчание.

Сун Юньжань затих. Уже не раз он доходил до критического момента, и каждый раз терпел крах. Неужели так будет и в этот раз?

Сун Юньжань сжал кулаки и задержал дыхание. Это был редкий момент, когда он отказался от уговоров и предпочел терпеливо ждать.

Кажется, век прошел.

Наконец из динамика телефона раздался легкий смех Цинь Кэ.

- Не будем торопиться.

Сун Юньжань уже собирался в очередной раз разозлиться, как вдруг его осенило – в этой короткой фразе скрывалась подсказка!

Цинь Кэ не отказывался назвать его отцом, он просто ждал исполнения обещания Сун Юньжаня!

Разум президента лихорадочно заработал.

Это же как в любом контракте! Одна сторона дает обещания, другая – откладывает платеж до выполнения договора.

Сун Юньжань покачал головой - Цинь Кэ боится, что я не выполню то, что обещал?

Но, если подумать, в этом есть доля правды: к такому важному делу, как назвать кого-то своим отцом, действительно нельзя относиться легкомысленно.

Наоборот, такой подход доказывает, что Цинь Кэ проявляет вполне понятную осторожность.

- Хорошо, тогда мы поговорим об этом позже.

Сун Юньжань повесил трубку и немедленно отправил помощнику Тану сообщение, что он готов принять участие в развлекательном шоу вместе с Цинь Кэ.

Получив сообщение, помощник Тан озадаченно переспросил: [Вы уверены, что не передумаете?]

Сун Юньжань: [Конечно, абсолютно уверен. Поторопитесь и поскорее договоритесь там обо всем.]

Чем раньше будет подписан контракт, тем лучше. Я не могу позволить Цинь Кэ отступить, - подумал он.

Менее чем через неделю, при активном участии Сун Юньжаня, контракт был наконец-то подписан.

Сун Юньжань несколько раз перечитал его, потом запер его в сейфе и отправился на отраслевую конференцию.

Когда прибыл в банкетный зал отеля, где должна была пройти конференция, он огляделся. По залу фланировали представители отраслевой элиты в строгих дорогих костюмах. Среди них он заметил пару важных шишек, с которыми сталкивался в своей прошлой жизни. Но сегодня он пришел сюда уже не как актер, а как уважаемый коллега, готовый обсудить развитие индустрии развлечений с воротилами этого бизнеса.

Присутствие здесь важных шишек означает, что его работа на посту президента привлекла внимание профессионалов в этой области.

Когда он подумал об этом, уголки рта Сун Юньжаня невольно растянулись в очаровательной улыбке.

Сегодня на нем был сшитый на заказ костюм и пара очков в серебряной оправе. Так и должен выглядеть талантливый молодой господин.

Все портил только стакан с лимонадом в его руке.

Но, к счастью, проблема была несерьезной. Те, кто хотел с ним пообщаться и поздравить его с успехом «Свадьбы и похорон», на такую мелочь не обращал внимание.

«Свадьба и похороны» в кинотеатрах шли только полмесяца. А кассовые сборы уже превысили 2,5 миллиарда.

До конца месяца оставалась всего неделя, и многие в тайне гадали - сможет ли первый после смены владельца проект Xinghe Entertainment преодолеть отметку в 3 миллиарда кассовых сборов.

- Конечно, я уверен в этом фильме.

Сун Юньжань выглядел спокойным, как опытный старый пес, гордая улыбка не сходила с его лица.

Последовал еще вопрос:

- Права на онлайн-трансляцию «Свадьбы и похорон» еще не проданы, так ведь? – представитель видеоплатформы, устроившей конференцию, наклонился к Сун Юньжаню и тихо озвучил цифру. - Что думаете, господин Сун?

Стакан в правой руке Сун Юньжаня задрожал.

Вот и наступил долгожданный момент, когда можно вершить великие дела.

Когда он подумал о тяжелом бремени денег, которое он нес, ему тут же захотелось выкрикнуть «да», но…

Но за секунду до того, как он заговорил, в его крови взбунтовали бизнес-гены его родителей. И вместо покорного «да» из его рта вылетело:

- Я еще не думал об этом.

Руководитель видеоплатформы согласно закивал:

- Господин Сун хочет, чтобы в торгах участвовало несколько платформ?

Несмотря на свой юный возраст, Сун Юньжань проявил себя, как вдумчивый и расчетливый руководитель, - подумал представитель видеоплатформы, - видимо надеется получить большую прибыль, поэтому решил предупредить:

- Не всегда торги приводят к продажам по высокой цене. Когда сражаются сразу несколько платформ, могут случиться разные неожиданности.

- Правда? - искренне удивился Сун Юньжань. - Я не знал. Расскажите мне.

Он редко сталкивался с высокопоставленными представителями своей отрасли, которые бы вели с ним такие просветительские разговоры. В сердце его сразу же вспыхнуло неистребимая жажда знаний.

Если бы это произошло не на конференции, он уже утащил бы этого человека в тихий уголок и смиренно впитал бы знания прославленного учителя.

Руководитель видеоплатформы ошеломленно замер.

В то время, когда верхушка индустрии развлечений вовсю искала разгадки феномена «Свадьбы и похорон», президент Xinghe Entertainment заявляет, что знать не знает о распространенных методах конкуренции на видеорынке?

Это невозможно. Знаешь Инь, знаешь и Ян.

Он неловко засмеялся и хлебнул из бокала, оттягивая ответ в поисках достойной причины для стратегического отступления. Сун Юньжань в этот момент с самым искренним видом смотрел на него своими очаровательными миндалевидными глазами.

- …

Люди вокруг приходили и уходили, все - с фальшивыми улыбками на лицах, отчего эта искренность казалась более драгоценной.

Руководитель платформы вздрогнул - неужели этот молодой талантливый господин и в самом деле хочет у меня чему-то научиться?

Нет, это невозможно. Родители Сун Юньжаня - знаменитые Бай Ваньнин и Сун Цзидун. Он родился в семье прославленных бизнесменов, он с детства должен был впитать профессиональные наставления великих мира сего.

За десять секунд в голове растерянной шишки индустрии развлечений пронеслось множество разных мыслей.

Сначала - что Сун Юньжань играет с ним, потом - что Сун Юньжань искренне просит совета.

Улыбка на лице Сун Юньжаня постепенно выцветала, теряя свою яркость.

Он уже сожалел о сказанных словах. Наверно, это прозвучало слишком по-дилетантски!

Что, если этот человек уже сожалеет о своем предложении купить права на интернет-трансляцию «Свадьбы и похорон»?

Они долго смотрели друг на друга. И чем дольше длилось это столкновение взглядов, тем большую озабоченность они чувствовали. Беспокойство на одном лице зеркально отражало беспокойство на другом лице.

Первым порочный круг разорвал Сун Юньжань, промямлив:

- Я просто спросил, - бросив эти слова, он приготовился сваливать.

Руководитель видеоплатформы, увидев, что Сун Юньжань собирается уйти, поспешно произнес:

- Подождите минутку.

Одна из целей его сегодняшнего появления - опередить другие платформы и заключить соглашение о сотрудничестве с Xinghe Entertainment. Он не может похерить эту возможность.

Разве я не штудировал в молодые годы «Мастерство актера», почему бы мне просто не сыграть эту сцену?! Вперед!

Он откашлялся:

- Позвольте объяснить все на примере. Некоторые платформы прибегают к разным хитростям - покупают права на трансляцию по высокой цене, добавляя при этом в договор завуалированные требования. Например, компания должна передать им также права на показ следующих проектов.

Сун Юньжань не понял:

- Но этот проект же еще не запущен. Откуда они знают – может, этот кинопродукт не станет прибыльным?

- Обычно они прописывают в договоре определенный объем вещания, который должен гарантировать производитель фильма. Если повезет с фильмом, все, и видеоплатформа, и производитель фильма, заработают, если нет, то деньги потеряете только вы.

Сун Юньжань, кажется, понял:

- То есть, если проект, дополнительно вписанный в договор, превзойдет ожидания, мы сможем заработать дополнительную сумму денег?

- Так и есть. Но кто может гарантировать, что так случится?

Сун Юньжань медленно глотнул лимонада. Вот это игра! Казино отдыхает!

Задумался и спросил:

- Вы сегодня пришли поговорить со мной о таком сотрудничестве?

- Конечно, нет. Этот путь слишком рискованный для производителя. Сколько компаний из-за этого теряли все свои деньги.

Руководитель хотел произвести хорошее впечатление на Сун Юньжаня и честно признался:

- Я просто хочу купить «Свадьбу и похороны».

Он не ожидал, что Сун Юньжань будет разочарован, услышав эти слова.

В сердце последнего уже взыграл азарт.

То, что фильмы, снятые по сценариям Чжун Сяофэна, принесут прибыль – это неоспоримый факт. Он уже представил, какие бешеные дивиденды он сможет получить от такого договора! 500 миллионов?! Да запросто – прими мамочка, вот они!

Он уже забрался на пьедестал и тут вдруг слышит, что его собеседника это совсем не интересует.

Сун Юньжань был разочарован. Какое унижение!

- Почему бы вам не совершить покупку сразу нескольких наших проектов? - Сун Юньжань посмотрел на собеседника и прямо спросил. - Вы смотрите на нас свысока?

«Пушечное мясо» наконец-то открыл свою собственную пружину.

Руководитель ничего не понял – я ослышался?

Соглашение о покупке, подписанное между их платформой и производителем фильма, действительно похоже на азартную игру. Ведь они не вкладывают никаких денег в фильм, а зарабатывают на рекламе при трансляции этого продукта. И чем выше трафик трансляций, тем больше они заработают.

Раньше в такую игру вступали только сильные и влиятельные развлекательные компании. Такие мелкие компании, как Xinghe Entertainment, как правило, были более осторожны и полагались в основном на кассовые сборы в кинотеатрах.

- Господин Сун, что вы имеете в виду...? – недоуменно переспросил руководителю видеоплатформы.

- У меня есть еще два сериала, один уже закончен, другой находится в процессе подготовки. Как насчет того, чтобы добавить их в дополнение к «Свадьбе и похоронам»? Готовы подписать с нами такой договор?

Я правильно понял?

Руководитель был сбит с толку. Посмотрел в сияющие глаза Сун Юньжаня – этот глупец, в самом деле, сын прославленной пары бизнесменов?

Но тут же вспомнил о кассовом чуде «Свадьбы и похорон». Нет, все не так просто.

И осторожно предложил:

- Это нужно тщательно обсудить.

Сун Юньжань был вне себя от радости – лёд тронулся, дамы и господа!

Он кивнул, не пряча своей яркой улыбки:

- Договорились. Кстати, первый сериал выйдет на экраны в первом квартале следующего года. Поэтому, пожалуйста, не затягивайте переговоры.

- …Хорошо.

Руководитель согласился и тут же почувствовал, что его заманили в сети!

Он же хотел купить только фильм «Свадьба и похороны», почему же в итоге согласился приобрести сразу три проекта?

Может, Сун Юньжань так и планировал? И ждал, когда он клюнет на наживку?!

Глядя на радостно удаляющуюся фигуру Сун Юньжаня, его глаза потемнели.

Как и ожидалось, принца Ningdong не следовало недооценивать.

Сун Юньжань был возбужден своими свершениями.

Он несколько раз обошел банкетный зал, обмениваясь контактной информацией с профессионалами отрасли, которыми он раньше восхищался только издалека. В будущем он планировал работать с ними и вместе с ними зарабатывать большие деньги.

Когда он переключился на второй стакан лимонада, в поле его зрения внезапно появилась миниатюрная фигурка.

Это была Шэнь Ии. Давно он ее не видел.

Шэнь Ии явно искала его среди толпы и, заметив, с улыбкой подошла к нему:

- Наконец-то я нашла вас.

Сун Юньжань на мгновение опешил.

В той жизни Шэнь Ии после скандала с разводом тут же уехала за границу. Она явно была проходным персонажем в книге. Почему она появилась сегодня здесь?

Это не соответствует сюжету.

Они оба были жертвами Чу Сяочэня. Естественно, они обсудили своего общего врага, ожидавшего приговора, и дружно прокляли его.

Отведя душу, Сун Юньжань не сдержал своего любопытства и поинтересовался:

- Я слышал, что вы планировали покинуть страну?

Шэнь Ии удивилась:

- От кого вы это слышали?

- Я уже не помню, - отбрехался Сун Юньжань.

Шэнь Ии честно призналась:

- На самом деле, если бы Чу Сяочэнь не похитил меня в тот день, я бы уже уехала из страны. Я планировала поехать за границу поучиться, отдохнуть и начать свою жизнь с чистого листа. Но, оказавшись на грани призрачных врат, я передумала. Я была такой глупой раньше.

Нервы Сун Юньжаня скрутились морскими узлами – как знакомо это звучит.

Шэнь Ии залпом выпила полбокала шампанского, в глазах ее зажегся знакомый ему огонь:

- Я решила изменить свою жизнь. Я хочу унаследовать семейное дело!

Сун Юньжань:

- …

- Раньше я всегда бежала от проблем. Обманывала себя, хотя знала, что мой муж мне изменяет. Разведясь, собиралась просто сбежать, чтобы ничего не напоминало мне о моей прежней печальной жизни, - Шэнь Ии самоуничижительно улыбнулась. - Но это неправильно. Когда я увидела рекламу вашего фильма «Свадьба и похороны», я решила последовать вашему примеру и заняться своей карьерой.

Сун Юньжань никогда не думал, что когда-нибудь для кого-то станет образцом для подражания. И добьется признания не своей выдающейся внешностью, а своей стойкостью и решительностью!

Какое же прекрасное чувство!

Как будто у «пушечного мяса» началась весна!

- Здорово, я рад за вас! - Сун Юньжаню понравились такие перемены. – И в какой компании вы сейчас работаете? Возможно, мы пересечемся в будущем.

Шэнь Ии загадочно улыбнулась:

- Разве мы уже не работаем вместе?

- ?

А? Почему он не знает об этом?

Его изумленный вид рассмешил Шэнь Ии:

- Я вложила деньги в развлекательное шоу, в котором вы с Цинь Кэ собираетесь участвовать.

Сун Юньжань застыл с открытым ртом – ну и скорость развила Шэнь Ии, когда она это успела?

Вспомнил о приглашении, которое получил Цинь Кэ, и всё понял:

- Вы пригласили Цинь Кэ специально?

Шэнь Ии кивнула:

- Он тоже пострадал из-за Чу Сяочэна. В конце концов, этот инцидент произошел и по моей вине тоже. Извиняться с помощью денег и подарков, слишком вульгарно. Поэтому я решила поблагодарить вас за помощь по-своему. Но я не ожидала, что вы тоже захотите присоединиться. Похоже, у вас действительно очень хорошие отношения.

Сун Юньжань поперхнулся, вспомнив, что Шэнь Ии в свое время неправильно интерпретировала их с Цинь Кэ отношения, приняв их за любовников, и поспешно объяснил:

- Вы неправильно поняли. Цинь Кэ не мой парень.

Шэнь Ии:

- …что?

Сун Юньжань начал свою длинную историю. Как он был госпитализирован после удара о стеклянную дверь, по какой причине попросил Цинь Кэ наведаться тогда к нему в больницу...

Закончив длинное повествование, пересохшими губами прошептал:

- Мы с ним, может, и друзья, но не больше.

Шэнь Ии припомнила жеманные нотки в голосе Сун Юньжаня, когда тот жаловался Цинь Кэ в больничной палате. Убейте меня, если это был не закамуфлированный флирт! Неужели я ошиблась?

Невыразимое сожаление родилось в ее сердце.

Шэнь Ии допила шампанское, бросила взгляд на тихую ночь за окном и вдруг хлопнула себя по лбу:

- О нет!

Сун Юньжань опешил

- Что такое?

Шэнь Ии расстроенно покачала головой:

- Я думала, что вы с Цинь Кэ пара. И попросила команду программы подготовить для вас несколько сцен, чтобы вы могли продемонстрировать свою привязанность.

- …

Сун Юньжань просто онемел. Допил лимонад. И после долгого молчания выжал из себя:

- Не поздно поменять всё?

- Ничего не могу обещать, - честно призналась Шэнь Ии, - но я попробую.

План таких развлекательных шоу обычно составляют задолго до съемок.

Запись этого начнется уже в следующем месяце. Радикальные изменения потребуют дополнительных денежных затрат. Да и времени на это нет.

Радостная атмосфера угасла. Они одновременно поставили свои бокалы-стаканы на поднос проходящего мимо официанта и погрузились в неловкое молчание.

Шэнь Ии попробовала утешить Сун Юньжаня:

- Всё не так уж и страшно. Может быть, когда это покажут в эфире, люди просто подумают, что это братская любовь.

Сун Юньжань задумался:

- Что ж, в этом есть смысл.

Может, он слишком предвзят? Привязанность ведь разная бывает.

Главное – чувство меры. Не краснеть, не вздыхать и никто не заподозрит какие-то двусмысленные отношения между ними. Ну, разве, кроме безмозглых любительниц сахарного тростника, только.

Так ведь? – с опаской задал себе вопрос Сун Юньжань.

В конце года время летит быстро. В мгновение ока наступил конец декабря.

Минуло Рождество, и магазины сменили украшения, нацелившись на новогодние продажи.

В тот день, когда Xinghe Entertainment официально продал права на интернет-показ своих трех кинодрам, поступила выручка от проката «Свадьбы и похорон». За вычетом инвестиций и расходов на рекламу в размере 20 миллионов Xinghe Entertainment получила больше 150 миллионов чистой прибыли.

Радость от этого события успешно развеяла беспокойство Сун Юньжаня, мгновенно выветрив из его разума тревогу о предстоящем участии в телешоу. Поэтому он страшно удивился, когда помощник Тан напомнил ему, что завтра начнется запись этого шоу.

- Как завтра? Я еще не готов.

Помощник Тан поправил свои очки:

- Президент Сун, я уже сказал тетушке, чтобы она упаковала ваши чемоданы. Вам нужно просто вовремя выйти из дома. Других приготовлений не требуется.

Сун Юньжань усмехнулся:

- Вы не понимаете.

График работы Цинь Кэ в последнее время был очень насыщенный. Они не виделись больше месяца. Он еще даже не продумал все детали этого грандиозного события, когда Цинь Кэ назовет его отцом, а тут вдруг – нате, пора ехать.

При мысли о том, что его давняя мечта, охватывающая две жизни, вот-вот исполнится, улыбка на лице Сун Юньжаня расплылась по всему лицу.

Он похлопал себя по щекам. Надо как-то подготовиться. Нельзя пускать всё на самотек. Иначе он может и не сдержаться, и, услышав «папочка» от Цинь Кэ, тут же отпишет Xinghe Entertainment Цинь Кэ в качестве наследства.

На следующее утро Сун Юньжань вылетел в город, где должно было записываться телешоу.

Развлекательная программа получила название «Неспешное праздное путешествие».

Хотя в контракте содержание шоу не было подробно расписано, из названия видно, что это медленное романтическое странствие. Красивые пары на фоне красивых пейзажей. Высокие горы, прозрачные озера.

Пройдет пара-тройка лет и такие программы начнут множиться со скоростью роста грибов после дождя. Сейчас же отечественных конкурентов у этой программы было не так много.

Сун Юньжань уверен - шоу станет хитом. И решил показать себя с самой лучшей стороны.

Как только он вышел из самолета и сел в автобус, он тут же активировал свое обаяние и с улыбкой поприветствовал сотрудников программы:

- Я приехал первым?

- Да, скоро прибудут другие артисты. Пожалуйста, отдохните пока.

В той жизни Сун Юньжань в таких шоу не участвовал.

Но общие правила знал. Если он станет просто пялиться в окно или завалится спать, весь этот материал при монтаже отправят в мусорное ведро.

Поэтому он бодро попозировал перед камерой, пообщался с персоналом шоу и приготовился к встрече со следующим участником.

Цинь Кэ он не видел больше месяца. Черты его лица стали тоньше и выразительнее.

Увидев Сун Юньжаня, тот тут же улыбнулся и направился к нему и присел рядом:

- Здравствуйте, президент Сун.

Сун Юньжань был слегка ошеломлен. И вспомнил, что давным-давно, когда Цинь Кэ давал интервью, он также использовал «Президент Сун» вместо «Господин Сун».

О! Нельзя забывать поддерживать свой имидж.

Сун Юньжань был счастлив, прикрыл свой микрофон и тихим голосом спросил:

- Ты готов?

Цинь Кэ тоже понизил голос:

- А?

- Что «а»? Не притворяйся дураком, - Сун Юньжань пристально посмотрел ему в глаза. - У нас же было соглашение. Забыл?

Цинь Кэ на мгновение задумался и, словно только что вспомнил, засмеялся:

- Нет. Вы уверены, что хотите это услышать именно сейчас?

Да, эта ситуация не подходит. Неподходящая обстановка для торжественной церемонии, - подумал господин Сун.

Он готов был подождать. Не мешает только напомнить:

- Кстати, Шэнь Ии неправильно поняла наши отношения. Возможно, это слегка осложнит наши взаимодействия в шоу. Поэтому держись от меня подальше, не позволяй этим прибабахнутым СР-фанатам выжимать сахар из воды.

Цинь Кэ ничего не понял:

- Какая здесь связь?

Сун Юньжаню было неловко всё объяснять. Он просто многозначительно подмигнул Цинь Кэ.

Смысл сказанного был так глубоко запрятан, что эти слова запутали Цинь Кэ еще больше.

Поэтому он наклонился к своему боссу:

- Просто скажите мне прямо.

Почти забытый запах Цинь Кэ ворвался в ноздри Сун Юньжаня.

Очень слабый, почувствовать его можно было только, находясь очень близко к Цинь Кэ. Он мгновенно вспомнил сцену в автомобиле, когда судьба закинула его в объятия Цинь Кэ.

Сун Юньжань необъяснимо занервничал. Откашлялся, не догадываясь, что мочки его ушей предательски покраснели, и прошептал, прикрыв губы рукой:

- Не показывай свои чувства.

- …

Цинь Кэ опустил глаза, его брови, подсвеченные солнечным светом, слегка приподнялись:

- Хорошо, я понял.

- Тебе лучше действительно понять, - и Сун Юньжань неспешно отодвинулся от Цинь Кэ.

Сотрудница, наблюдавшая за происходящим, была потрясена.

Недавно инвестор их шоу, Шэнь Ии, связалась с командой программы и попросила срочно изменить некоторые запланированные сцены. Она уверяла, что не хочет, чтобы зрители неправильно интерпретировали отношения между Сун Юньжанем и Цинь Кэ.

Пришлось резко менять сценарий программы, что вылилось в сверхурочную работу. И это ее в то время ужасно злило.

Но теперь она поняла, как же была права их инвестор.

Г-жа Шэнь не ошибалась – сценарий нужно было изменить.

В противном случае, если бы они записали и без купюр пустили в эфир эти двусмысленные перешептывания, многозначительные улыбки и подмигивания между этой бесстыдной парочкой...

Она боялась, что их программа никогда бы не вышла в эфир.

В этом и состоит настоящая сила отца.

Сотрудники программы в машине были в ужасе. Потирающие ручки зрители – в недоумении.

Две недели назад было объявлено, что на шоу «Slow Holiday Travel» появятся трое гостей, каждый из которых приведет с собой по другу. Но кто это будет, держалось в тайне.

По слухам, именно сегодня команда программы должна была официально объявить их имена.

С раннего утра фанаты парочки Цинь Кэ-Сун Юньжань раз за разом обновляли страницу официального блога этого телешоу, в ожидании - кого же их кумир возьмет с собой на шоу.

[Верная женушка готова в течение трех лет есть одни овощи и умоляет Цинь Кэ хотя бы раз засветиться в одном кадре с Жаньжаньчиком.]

[Мы видели Сун Юньжаня, когда он давал интервью в прямом эфире. И еще раз – на случайных кадрах со съемочной площадки. Они ни разу не появлялись вместе!]

[Ах, я – в предвкушении! Чем же они занимались последние полгода?!]

Если бы Сун Юньжань прочел эти комментарии, то точно встрял бы в разговор как завзятая сплетница-старшеклассница, заявив: «Хватит на пустом месте строить замки, сестрички!»

К сожалению, ветеран группы, сестричка №11, давно уже не появлялась в их кругу. Верные фанаты парочки нервничали и переживали. Ах, вдруг их надежды не воплотятся в жизнь! Ах, не потерпит ли сегодня после объявления последних трех участников шоу их непопулярный СР-кружок крах?!

Ровно в полдень «Неспешное праздное путешествие» наконец начало раскрывать свои карты.

Первой была объявлена пара известной актрисы Дай Лао.

Дай Лао пришла в индустрию развлечений двадцать лет назад еще ребенком. В этом году ей исполнилось тридцать.

В качестве напарницы она пригласила женщину-режиссера по имени Лу Цзиньи. Они вместе работали над многими популярными телесериалами.

Пара женщина-режиссер и жещина-актриса сразу разогрела аппетит поклонников шоу.

Но фанатов нашей парочки это ни капельки не взволновало. Они скоренько переключились на следующий пост Weibo.

Согласно объявлению, следующим в официальном списке значился Цинь Кэ. Приверженцы парочки Гало* дрожащими пальчиками ткнули в выставленное фото. Их сердца тревожно замерли – ах, только бы это был Сун Юньжань.

К счастью, Хуан Тянь** сегодня был на их стороне!

Когда на экране появилось красивое лицо Сун Юньжаня, все фанаты Гало взволнованно бросились строчить комментарии, чтобы поддержать свою не особо популярную парочку.

[«Неспешное праздное путешествие», с сегодняшнего дня ты – мой любимый папочка!]

[Ура! Ура! Теперь всем известно, что наша парочка – самая что ни на есть настоящая!]

[Эй, режиссеры! Пожалуйста, будьте добры – покажите нам их как можно больше в одном кадре. Не заставляйте меня вставать на колени и умолять вас об этом.]

[Без лишних слов! Переходите по ссылке и просто наслаждайтесь: Взрывная карамель 3.0]

Вероятно, это был первый раз, когда шипперы Гало предстали перед публикой. Их появление на фоне большой группы фанатов Цинь Кэ и небольшой кучки «любящих мамочек» Сун Юньжаня привлекло внимание не примкнувших ни к какой группе случайных пользователей.

Но, к великому сожалению сестричек-сладкоежек, эти случайные прохожие не присоединились к ним, а начали насмехаться над ними: [Вы с ума сошли? Это вообще съедобно? Давайте сначала дождемся объявления третьей пары.]

Сестрички: «???»

Они были так счастливы узнать об участии Сун Юньжаня, что напрочь забыли о третьем госте.

Подумаешь!

Сестрички хором презрительно фыркнули – разве есть в мире КП лучше, чем мы?

Однако, когда кликнули на третий пост, их сестринский коллектив дружно погрузился в молчание.

Шао Цянь, популярнейший игрок индустрии развлечений, привел с собой своего товарища по команде и одновременно лучшего друга Ван Ючжэ.

Эти двое мужчин принадлежали одной компании и раньше уже вместе участвовали в другом шоу, шоу талантов. После этого шоу их популярность взлетела до небес. И даже дебютировав в одной группе, не забыли о своем удачном выступлении как СР-парочка, продолжая всячески демонстрировать на публике свою братскую любовь. А их КП «Тысячное войско» долгое время занимает первые строчки в списке СР.

А какой рейтинг у СР «Гало»?

Не умрите от смеха - его вообще нет в списке.

От такого великого неравенства сердца сестричек-сладкоежек мгновенно покрылись льдом.

Они-то ожидали, что Цинь Кэ и Сун Юньжань в «Неспешном праздном путешествии» покажут свою любовь и привязанность и тем самым привлекут бесчисленное количество новых членов в их прекрасную Гало-семью.

Но не успело шоу начаться, как их малочисленная семейка, повторяя судьбу несчастной наложницы (Гало), столкнулась с легендарной любимицей («Тысячное войско») императора (шоу-индустрия).

Фанаты Гало-парочки закручинились – может, следовало сменить название КП на более мощное?

Ну как «Гало» сможет выстоять против «Тысячного войска»?!

Одна из сестричек бросилась утешать своих подружек: [Все в порядке! В этих парах разные отношения. Мы не проиграем.]

Ее знамя тут же подхватила другая сестричка: [Точно! Дай Лао и Лу Цзиньи – ученица и учитель, Шао Цянь и Ван Ючжэ – друзья. А какие отношения будет продвигать команда шоу у нашей парочки?]

Да… Группа сестричек задумалась.

И какие же?

Начальник и сотрудник?

- Отец и сын.

В автобусе, движущемся из аэропорта к месту записи, Шао Цянь с платиновыми волосами дразнил Ван Ючжэ:

- Мы - отец и сын, и я твой отец.

Автобус ехал уже два часа. Дай Лао и Лу Цзиньи спали. Психически истощенные сотрудники съемочной бригады дрейфовала на грани дремы. Работала только заранее установленная камера, ведущая запись в прямом эфире.

Идеальное время, чтобы привлечь к себе внимание.

И Ван Ючжэ мастерски умеет это делать.

Он выдержал небольшую паузу, давая время чужому воображению расцвесть, и многозначительно добавил:

- Если бы той ночью, заявившись в мою комнату, ты не плакал бы, я бы не уступил тебе.

Эта сцена – вроде бы обычная скучная болтовня – на самом деле не только не скрывала, а напротив откровенно намекала на скрытую тайну.

Ночь, комната, слезы. Объедините эти три слова в одну историю, и ваше воображение разыграется не на шутку. На основе этих трех слов литературные гиганты прямо на месте настрочат короткий роман в 10 000 знаков.

Что касается прозвучавших слов об отце и сыне - да кого это волнует вообще?

Сун Юньжань забеспокоился.

Он сидел у окна. Высунув голову из-за сидящего рядом Цинь Кэ, он пристально наблюдал за этой парочкой, пристроившейся через проход от них.

Как это возможно?

Как в одном автобусе могла оказаться еще одна пара отца и сына, кроме них с Цинь Кэ?

И так открыто заявляют о своих отношениях!

Сун Юньжань взял себе на заметку – к этому Шао Цяню нужно будет присмотреться повнимательнее.

Как тому удалось заставить Ван Ючжэ признать их сыновне-отцовские отношения?

Сун Юньжань вытянул шею и вперил свои глаза прямо в Шао Цяня, надеясь, что тот заметит его жаждущий знаний взгляд.

Шао Цянь, закончив продавать свой товар, решил сделать небольшой перерыв, как вдруг почувствовал чей-то пристальный взгляд.

Повернул голову и наткнулся на горящие глаза Сун Юньжаня. По его спине пробежал холодок.

Садясь в автобус, все представились. И Шао Цянь знал, что это Сун Юньжань, президент Xinghe Entertainment.

Честно говоря, он не ожидал, что босс Xinghe Entertainment окажется таким красавчиком. Из разряда красавчиков, которые без лишних забот могли бы зарабатывать себе на жизнь одним лишь своим прекрасным личиком. Он и сам был не урод, но до Сун Юньжаня точно не дотягивал.

Жадный взгляд Сун Юньжаня здорово напряг его.

Шао Цянь растянул свои губы в дружеской улыбке и помахал Сун Юньжаню рукой. Зрачки Сун Юньжаня мгновенно залили всю радужку его глаз!

Какой прекрасный образчик доброжелательного отца! – подумал Сун Юньжань.

Почему господин Сун так смотрит на меня? Я ему не нравлюсь? - подумал Шао Цянь.

Как известно, для продвижения артиста важны два условия – это повышение мастерства и, конечно, поддержка капитала.

Шао Цянь круглый год высился на верхних строчках горячего поиска, у него была поддержка компании, но это не значило, что он достаточно силен, чтобы конкурировать с мощью другого капитала.

В голове Шао Цяня зазвучал сигнал тревоги. Он нежно коснулся локтя Ван Ючжэ и прошептал:

- Помоги мне. Посмотри, на Сун Юньжаня. Тебе не кажется, что он смотрит на меня как-то странно?

Ван Ючжэ сонно зевнул:

- Ты слишком много думаешь.

- Да, нет, - Шао Цянь резко развернул голову своего друга. – Сам посмотри.

Сун Юньжань:

- !!!

Сун Юньжань во все глаза пялился на шокирующую сцену, развернувшуюся перед ним. Ах, я с Цинь Кэ себе такого не позволял! Я всегда был с ним нежен.

Вы только посмотрите на этого Шао Цяня! Взял и, не говоря ни слова, просто развернул голову своего сына! Развернул и твердо зафиксировал!

Ван Ючжэ, даже если бы хотел, не смог бы отвернуться!

Сильно! И так мощно!

Прямо отец-император! Я так завидую.

Ван Ючже:

- … - несколько секунд смотрел на вытянувшего шею Сун Юньжаня и заключил. -  Очень странно. Кажется, я вижу зависть в его глазах.

Шао Цянь снял захват с шеи своего друга:

- Невозможно. Он так богат. С чего бы ему завидовать мне?

Ван Ючжэ выдвинул предположение:

- Он богат, а у тебя зато много поклонников, и ты гораздо популярнее его.

Шао Цянь:

- ?

Да? Но почему ему кажется, что здесь что-то не так?

Братья разговаривали тихо, почти не издавая звука, где-то на уровне легкого выдыхания воздуха.

Сун Юньжань только видел, как их губы то открываются, то закрываются. Это что же за высочайший уровень общения между отцом и сыном? Ему не терпелось поскорее добраться до места назначения, покинуть автобус и уже заняться изучением высшего пилотажа сыновне-отцовских отношений.

Сун Юньжань нетерпеливо заерзал. И тут активизировался Цинь Кэ.

Видимо, он долго терпел. Кончики его пальцев прижались ко лбу Сун Юньжаня и, толкнув, пришпилили беспокойного соседа к креслу.

Сун Юньжаню эти действия напомнили манипуляции Шао Цяня, когда тот крутил-вертел голову Ван Ючжэ, и он сердито поинтересовался:

- Зачем ты меня толкаешь? Что тебе не нравится?

Цинь Кэ посмотрел на него:

- Не пяльтесь так.

- …

О! Кажется, это действительно невежливо.

Сун Юньжань понимал, что Цинь Кэ чувствовал себя зависимым от него. И, видя, как он уделяет свое внимание другим, чувствует себя обделенным. Как, например, тогда, когда он смотрел прямую трансляцию Чэн Цзямина. Цинь Кэ тогда так расстроился.

Он похлопал Цинь Кэ по плечу, успокаивая его:

- Не волнуйся. Когда начнется запись, я все свое внимание отдам тебе.

Как только эти слова сорвались с его уст, автобус замедлил ход.

Тут же сотрудники съемочной команды пришли в себя и разбудили Дай Лао и ее напарницу, сидевших в первом ряду.

Когда автобус остановился, режиссер объявил:

- Это наша первая остановка - деревня Тунгу.

Все, включая Сун Юньжаня, дружно посмотрели в окно.

Перед ними расстилалась небольшая площадь на въезде в деревню. На площади их уже ждали операторы с камерами и фотографы.

В центре площади стоял длинный стол. На нем - три картонных коробки разного цвета.

- Сначала нам нужно решить вопрос с вашим размещением, - начал свою речь режиссер. – В этих коробках спрятаны подсказки. Та пара, которая первой разгадает загадку, сможет первой выбрать себе жилье.

О! Оказывается, в «Неспешном праздном путешествии» можно не только любоваться красивыми пейзажами, но и получить удовольствие, соревнуясь в разгадывании загадок.

Сун Юньжань решил уточнить условия:

- Мы можем выбрать любую коробку?

- Конечно, нет. Сначала вы должны ответить на вопрос. Пара, которая ответит первой, сможет выйти из машины и осмотреть подсказки в коробках. А затем выбрать из них ту, что, по их мнению, поможет им.

Шао Цянь и Ван Ючжэ обменялись взглядами. Оба были полны решимости победить.

Это была самая опытная пара из присутствующей трех. Они быстро смекнули, что победа достанется той паре, что хорошо знает и понимает друг друга.

Дай Лао и Лу Цзиньи отнеслись к ситуации смиренно, по-буддийски. Пошутили, что кто победит – неважно, на улице их в любом случае не оставят ночевать.

В Сун Юньжане, который любил играть в игры, тут же разгорелся азарт, напрочь вымыв из головы обещание отдавать все свое внимание Цинь Кэ.

Режиссер убедился, что все поняли правила, и начал игру:

- Когда вам предложили привести с собой на шоу по гостю, вы наверняка выбрали тех, кого хорошо знаете. Значит, вы должны знать дни рождения друг друга. Я прав?

- Да, - хором ответили участники.

Дай Лао была в замешательстве:

- Нам просто нужно назвать день рождения своего напарника?

На лице режиссера расплылась коварная улыбка:

- Итак, вопрос такой. Переведите ваши дни рождения в цифры, суммируйте их, вычтите из большей суммы меньшую и назовите нам полученную разницу.

Участники потеряли дар речи. Это разве загадка? Это же что-то из высшей математики!

Режиссер не оставил времени на раздумья и начал обратный отсчет:

- Три, два, один, начали!

В тот момент, когда другие только раскачивались, вспоминая простейшие арифметические действия, Сун Юньжань резко встал:

- У меня есть ответ. 520!

Режиссер замер с открытым ртом, потом пришел в себя и ошеломленно закричал:

- Правильный ответ.

Все:

- …?

И секунды же не прошло! Команда программы ему подыгрывает?

Сун Юньжань мысленно низко поклонился своим сестричкам-сладкоежкам.

Если бы не они, он бы в жизни не решил эту задачку за миллидоли секунды.

Это нестандартное вычисление тайной привязанности «520=Я люблю тебя» в свое время так сразило его, что на веки запало ему в душу.

В этом и состоит настоящая сила отца!

Сун Юньжань гордо посмотрел на Цинь Кэ.

Цинь Кэ с улыбкой похвалил его:

- Господин Сун - потрясающий.

- Конечно, - Сун Юньжань горделиво задрал подбородок и вместе с Цинь Кэ величаво вышел из автобуса.

Он не видел, как пара расстроенных братьев, Шао Цянь и Ван Ючжэ, потрясенно переглянулись.

Мы были так беспечны!

Мы и представить не могли, что господин Сун окажется таким умелым продавцом сладких конфет!

*Гало – светящийся нимб вокруг звезды, редкое оптическое явление. В нашем случае это Цинь Кэ и Сун Юньжань. Раньше в тексте название группы звучало как «головокружение».

**Хуан Тянь – царственное небо, типа распорядитель судеб мира.

Тебе не понять сильных мира сего.

Коробки на длинном столе были трех цветов - красная, желтая и синяя. Догадаться, что находится внутри, было невозможно.

Сун Юньжань радостно потер ручки. К счастью, ему удалось ответить быстрее всех. Теперь главное – не облажаться, выбрать верную подсказку и получить хорошее жилье, чтобы не ночевать на каком-нибудь сеновале.

Он мысленно гладил себя по головке, в реальности же резво распечатывал коробку.

В первой, красной, коробке он обнаружил большой веер – с такими пожилые тетушки обычно танцуют кадриль.

Воодушевления этот веер у Сун Юньжаня не вызвал – владелец этого артобъекта вряд ли мог рассчитывать на хорошую ночевку.

- Это не то. Не хочу я кадриль на площади танцевать.

Он бросил веер обратно в картонную коробку и обернулся. Рядом стоял Цинь Кэ – казалось, тот совсем не собирался ему помогать.

Сун Юньжань глубоко вздохнул – этот непослушный ребенок делал вид, что розыгрыш его совершенно не касается. Сун Юньжань нахмурился и язвительно спросил:

- Не хочешь мне помочь?

Коробки были сложной формы. Устроители соревнования сразу предупредили, что не стоит как попало рвать оберточную бумагу, ведь их еще будут распечатывать следующие пары.

Торопыжка Сун Юньжань, сдерживая свое нетерпение, на распаковку первой коробки потратил почти две минуты.

Цинь Кэ же в это время равнодушно наблюдал за процессом.

- Эту коробку так трудно было открыть, - недовольно бурчал Сун Юньжань. – Помоги мне уже, в конце концов.

Снимающий эту сцену оператор:

- …

В чем дело, господин Сун? Что вы жалуетесь, как маленький ребенок?

Вы совсем не похожи на президента.

Цинь Кэ беспомощно протянул руку:

- Тогда дайте мне коробку.

Сун Юньжань ошеломленно замер. Оказывается, неосознанно он выстроил все три коробки перед собой.

Он поджал нижнюю губку, размышляя, какую выбрать следующей. Энтузиазм опять вернулся к нему.

И Цинь Кэ получил следующую, синюю, коробку.

Цинь Кэ, в отличие от Сун Юньжаня, неспешно осмотрел коробку и только потом осторожно и неторопливо распаковал ее.

К этому времени Сун Юньжань не столь аккуратно, как его напарник, но зато быстро третью коробку уже открыл:

- У меня ручка, а что у тебя?

- Складная удочка, - Цинь Кэ протянул ему свою коробку.

Сун Юньжань был озадачен: эти три предмета были совершенно никак не связаны между собой и ни на какие мысли не наводили.

Но это же очень незатейливое шоу – не «Что? Где? Когда?» в конце концов. Сложные игровые сессии здесь не предусмотрены. Подсказки должны быть очевидными.

К тому же на выбор вещи давалось не более 5 минут.

Времени оставалось не так уж много, и Сун Юньжаню пришла в голову блестящая идея – он предоставит выбор Цинь Кэ:

- Выбирай ты.

Как здорово, подумал он, я же в паре с главным героем этой книги!

Уж «золотому пальцу» не может не повезти!

Цинь Кэ, не колеблясь ни секунды, протянул в сторону оператора с камерой синюю коробку:

- Давайте выберем удочку.

На лице режиссера не дрогнул ни единый мускул:

- Тогда, пожалуйста, пройдите в следующую локацию.

- Куда? – вопросительно изогнул бровь Сун Юньжань.

Режиссер улыбнулся, но ничего не сказал. «Я знаю, но я вам не скажу», - светилось на его физиономии.

Сун Юньжань вместе с Цинь Кэ покинули площадь. Сун Юньжань недоуменно пялился на синюю коробку в руках Цинь Кэ. И вдруг в его глазах вспыхнул свет озарения!

Ответ был у них прямо перед глазами.

Сун Юньжань был чрезвычайно горд. Видно же, что Цинь Кэ еще не разгадал загадку. Тайное счастье затопило сердце Сун Юньжаня. Он откашлялся и небрежно бросил:

- Я знаю ответ.

Цинь Кэ дружелюбно поинтересовался:

- Вы уже знаете, куда идти?

Сун Юньжань разочарованно покачал головой и вздохнул – ну почему же ты такой ненаблюдательный, сынок.

Вздохнул и все же решил ответить на вопрос своего умственно отсталого сына и указал на коробку:

- Узор на упаковочной бумаге на первый взгляд кажется хаотичным. На самом деле это стопроцентно карта деревни Тунгу.

- И что? - спросил Цинь Кэ.

Сун Юньжань достал сложенную удочку и осторожно снял с коробки оберточную бумагу, разгладил ее и посмотрел через нее на солнце:

- На лицевой стороне оберточной бумаги отмечены все локации в виде небольших значков. Вот смотри - веер, ручка и удочка. Теперь тебе понятно, куда мы должны идти?

Цинь Кэ несколько секунд молча смотрел на порхающие ресницы Сун Юньжаня, потом отвел взгляд и спросил:

- А что насчет цифр?

Сун Юньжань бросил на непонятливого сына сердитый взгляд:

- Числа здесь не превышают 24. Значит, это указано время. Рядом с каждым значком указано свое время. Видимо эти места можно посетить только в указанные часы. Сейчас прикинем расстояние до этих объектов и часы их работы и отправимся в место, которое сейчас открыто…

На этом моменте красноречие Сун Юньжаня иссякло, и он тихо прошептал:

- Удочка.

Цинь Кэ приподнял уголки губ:

- Потрясающе. Вы обо всем догадались.

Сун Юньжань потерял дар речи. Вспомнил, как Цинь Кэ без колебаний выбрал удочку, и понял, что этот человек уже знал отгадку!

И намеренно подталкивал его к разгадке!

Это было так оскорбительно, что кулаки Сун Юньжаня непроизвольно сжались.

Если бы не камера, следующая за ними, он бы напялил эту проклятую коробку на голову Цинь Кэ, затащил бы его в переулок и избил до смерти.

- Ты хотел посмеяться надо мной? - спросил, стиснув зубы, Сун Юньжань, свернул оберточную бумагу и бросил удочку Цинь Кэ.

Цинь Кэ подавил рвущийся смех:

- Вовсе нет.

- А вот и да!

- Да нет же.

- А я говорю, что ты уже давно разгадал эту загадку!

- …

- Видишь? Молчание – знак согласия.

Опешивший оператор, следующий за ними:

- …

Не, ну что за поведение! Вы же уважаемый президент, что вы заладили одно и то же, как разозленный первоклашка. И как мне это снимать? Еще и мне сейчас наваляет по первое число!

К счастью, Цинь Кэ вспомнил, что их снимают, и, решив не травмировать зрительскую аудиторию, спокойно сменил тему:

- Кстати, а как вы так быстро нашли ответ на первый вопрос про дни рождения?

Хороший вопрос, я тоже хочу это знать, подумал оператор.

Он быстро развернул камеру к Сун Юньжаню, ожидая услышать очередную красноречивую речь мастера арифметики.

Однако, к его удивлению, Сун Юньжань молчал.

Он опять развернул карту и уставился на нее. И только через достаточно долгое время решил ответить:

- Потому что я всемогущий.

Цинь Кэ:

- ?

Сун Юньжань встретился с ним взглядом и внезапно занервничал – как бы тайна странных вычислений сестричек-сладкоежек не вышла на свет. Он попытался замести следы:

- Тебе не понять сильных мира сего.

И тут оба увидели на обочине дороги вывеску «Место для рыбалки». Сун Юньжань, словно заядлый любитель рыбалки, тут же рванул в хижину у пруда.

Что тут у нас?

В хижине стоял сильный рыбный запах.

Старик, охранявший пруд с рыбой, был жителем деревни Тунгу. Увидев вошедших мужчин, он сухо произнес:

- Моя новая удочка пропала.

Цинь Кэ положил сложенную удочку на стол:

- Эта?

Морщинистое лицо старика расплылось в улыбке:

- Спасибо, спасибо. Вы добрые люди. Сегодня прекрасный день, хотите остаться и порыбачить?

Два «добрых самаритянина» переглянулись.

- У вас есть ключ? – спросил Цинь Кэ.

- Сегодня прекрасный день, хотите остаться и порыбачить? - словно не расслышав, повторил старик.

Сун Юньжань понял, что этот старик был типа NPC в игре. Он должен выполнить возложенное на него задание и ничто иное его не интересует.

- Хорошо. Можете одолжить нам удочки? – вежливо вступил в игру Сун Юньжань.

- Выбирайте сами.

Старик указал на развешенные на стене удочки:

- Все удочки очень качественные. Выдержат даже десятикилограммовую рыбину.

Сун Юньжань переспросил:

- Десятикилограммовую? - повернул голову и посмотрел на оператора. - Вы же не хотите, чтобы мы застряли здесь надолго?

Оператор молчал, изображая, что он всего лишь бездушный довесок к работающей камере.

- Говори, чего ты боишься. Потом всё равно вырежут, - Сун Юньжань попытался скрыть густыми ресницами вспыхнувший в своих глазах азарт. – Я очень хочу поймать много рыбы. Но не будет ли зрителям скучно смотреть, как мы сидим и ловим рыбу?

Оператор: … мы вообще-то снимаем неспешное шоу о путешествии и отдыхе.

Подразумевается, что зрители смотрят эту программу именно, чтобы наблюдать, как приглашенные гости бродят по горам и плещутся в реках.

Рыбалка ведь занятие из этой же серии. Как и долгий подъем в гору. Задыхаетесь – прекрасно, зрителям будет на что полюбоваться.

Сун Юньжань сдался и, следуя своим предпочтениям, выбрал удочку самого яркого цвета. И устроился у пруда рядом с Цинь Кэ.

Это же просто рыбалка, да?

Сун Юньжань прикинул порядок действий – сначала нужно нанизать наживку на крючок, потом закинуть леску в воду и сидеть-ждать, когда клюнет рыба. Если уж 60-70 летний старик в силах поймать десятикилограммовую рыбину, что уж говорить обо мне, молодом полным сил мужчине.

И тут Сун Юньжань сделал то, о чем позже очень сожалел.

Он повернулся к Цинь Кэ и предложил:

- Почему бы нам не устроить соревнование?

- А? - Цинь Кэ неторопливо нанизывал наживку. - Вы уверены?

Сун Юньжаня такое высокомерие здорово разозлило, и он с запалом переспросил:

- Так спорим или нет?

Цинь Кэ улыбнулся:

- На что в этот раз хотите поспорить?

- …

Сердце Сун Юньжаня пропустило удар. Он вспомнил, чем закончился их предыдущий спор - он был вынужден назвать Цинь Кэ братом.

Он не мог повторить ту же ошибку. Он задумался и осторожно предложил:

- Давай сыграем по-крупному. Тот, кто проиграет, выступит в трудном соревновании.

Оператор мысленно завопил.

И это всё? Это вы называете игрой по-крупному?!

Все свои надежды он возложил на Цинь Кэ, надеясь, что тот отвергнет это бредовое предложение.

К сожалению, Цинь Кэ кивнул:

- Хорошо, я согласен.

Сун Юньжань вгляделся в спокойное лицо Цинь Кэ, и дурное предчувствие закралось в его сердце.

Упс, я забыл, что Цинь Кэ - главный герой книги.

А что, если автор тайно добавил ему навыки рыбалки?

- … Ты когда-нибудь раньше ловил рыбу? – осторожно поинтересовался он.

Цинь Кэ закатил глаза, вспоминая:

- Учился как-то для съемок.

Но это было в прошлой жизни.

Прекрасно, тайно порадовался Сун Юньжань.

Раньше он часто ходил с родителями на рыбалку. Судовая команда помогала им устанавливать удочки, следила за морем и подсказывала, когда следовало тащить попавшуюся на крючок рыбу. Все их действия были выверены. Это была полностью автомотизированная рыбалка.

Он не проиграет, Сун Юньжань нахмурился и успокоил себя, главное - не паниковать.

Может, Цинь Кэ просто блефует?

…

Десять минут спустя Сун Юньжань устало потер лоб:

- Наверное, с моей удочкой что-то не так.

Цинь Кэ в этот момент опускал в ведро большую рыбу, которую только что поймал:

- Хотите, поменяемся удочками?

- В этом нет необходимости.

Сун Юньжань холодно фыркнул и бросил взгляд на их ведра: текущий счет - 3:0.

Да что же это такое!

Сун Юньжань подпер подбородок и задумчиво посмотрел на спокойные воды. Он уже ясно себе представлял, как будут над ним издеваться зрители, бомбардируя злобными комментариями сайт программы.

[Это и есть сильный мира сего? Ха-ха-ха! Как смешно!]

[Важно выбрать самую красивую удочку, на которую никогда не клюнет ни одна рыбешка!]

[Ха-ха-ха, какая жалкая удочка.]

Сун Юньжань был так зол на собственное воображение, что раздул щеки. И в этот миг, наконец, увидел, как поплавок его удочки слегка шевельнулся.

Он быстро выпрямился и резко дернул удочку!

Поплавок стремительно ушел под воду.

- …?

Сун Юньжань испугался, что на крючок попалась слишком крупная рыбина и вот-вот сорвется, и быстро запросил о помощи:

- Помогите мне! Эта рыба слишком тяжелая.

Не успел он закончить, как его руку накрыла чужая ладонь с такими знакомыми изящными суставами.

Цинь Кэ отложил свою удочку и бросился на помощь своему босу. Руки двух мужчин сомкнулись, На запястье Цинь Кэ выступили вены. Он мягко направлял удочку, следуя за леской.

Совместные усилия не прошли даром. И скоро из сверкающего на солнце пруда, описав в воздухе красивую дугу, вылетела большая рыбина.

На первый взгляд весила она не меньше 7-8 килограммов. Это была действительно крупная рыба.

Даже оператор шокировано ахнул.

Сун Юньжань наконец отомстил за свой позор. Бросил рыбу в ведро и гордо спросил:

- Видел? Я показал тебе свою силу!

- Да, я видел, - Цинь Кэ улыбнулся и склонился к своему напарнику. - Спасибо, господин Сун, за заботу обо мне.

Этот шепот сбил работу мозга Сун Юньжаня, мозг загудел и ушел в режим полного смятения.

Потерянный для этого мира Сун Юньжань подсознательно прикрыл рукой свое быстро бьющееся сердце и уставился на другую свою руку, которую еще недавно сжимал Цинь Кэ, - место прикосновения горело фантомным жаром.

Прошло несколько минут. И Сун Юньжань пришел в себя. Он всё понял.

Это определенно была недоработка Шэнь Ии. Та так и не успела ничего поменять в сценарии шоу. Рыбалка здесь была организована исключительно, чтобы продемонстрировать их такие непростые отношения.

Сун Юньжань медленно моргнул. Надо не забыть у нее спросить, как она вообще додумалась до такого дьявольского плана.

И как мне от всего этого защититься?

Автору есть что сказать:

Шэнь Ии: Я готова взять на себя вину всего этого мира!

Какой заботливый и внимательный сын.

Двое мужчин вернулись в хижину с четырьмя рыбинами.

Старик велел им положить рыбу в корзину и взвесить на старомодных весах. Улов составил ровно 15 килограмм - более чем достаточно для выполнения задания.

Согласно правилам программы, выполнив это задание, они могли получить ключ.

Старик снова начал декламировать свой текст:

- Вы приехали издалека. Вы уже подумали, где сегодня остановитесь?

- Еще нет. Порекомендуете нам? - беззастенчиво осведомился Цинь Кэ.

Старик достал из ящика три ключа и передал их Сун Юньжаню:

- У моей семьи много домов в деревне. Эти три - свободны. На ключах указаны номера домов. Выберите тот, что вам понравится.

Они первыми получили ключи, а, значит, могли выбирать.

Сун Юньжань был вне себя от радости. Но, приняв ключи, не спешил уходить – ему нужно было кое-что проверить.

Он тайком посмотрел на Цинь Кэ, который, казалось, не заметил вручения ключей и сейчас вешал использованные удочки на стену. Он что, забыл, что победитель среди них еще не определен?

Сун Юньжань обратился к старику:

- Можете проверить, сколько весит самая большая рыба? Для меня это очень важно.

Старик бросил на него понимающий взгляд «Я понимаю».

Он видел много заядлых рыбаков и знал, как им важно было похвастаться своим уловом.

- Хорошо.

Старик бросил пойманную Сун Юньжанем рыбину на весы, отрегулировал гири и торжественно объявил:

- Семь килограммов двести граммов. Крупная рыбина!

Сердце Сун Юньжаня покрылось инеем.

Черт возьми, три рыбы Цинь Кэ тяжелее его улова!

Он проиграл этот спор!

- Спасибо, говорите потише. Не нужно, чтобы кто-нибудь это слышал, - тихо прошептал Сун Юньжань. Но, обернувшись, обнаружил, что Цинь Кэ, прислонившись к двери, сморит на него. Его красивые брови изящно изогнулись, в глазах таилась усмешка.

- …

А! Я опять облажался!

Сун Юньжань был убит горем и приготовился к насмешкам.

Однако Цинь Кэ, похоже, не волновало – выиграл он или проиграл, он посмотрел на ключи в руке Сун Юньжаня:

- Ну что, идем выбирать дом?

Сун Юньжань был поражен. Старик говорил так громко - Цинь Кэ не мог не услышать его.

Да не может быть! Я не замечал, чтобы у Цинь Кэ были проблемы с ушами, что в той, что в этой жизни!

Он ничего не понимал. Даже вон оператор не смог сдержать своей злорадной ухмылки.

Это же шоу. Здесь каждое их слово, каждый их вздох навечно фиксируется камерой.

И как ему выйти из этой ситуации? Что подумают о нем зрители?

Стопроцентно подумают, что он не держит свое слово.

О! Тогда понятно, почему Цинь Кэ так избегал этой темы.

Еще бы! Сотрудник поймал своего босса с поличным. Если бы он прилюдно разоблачил его, это неизбежно запятнало бы имидж его отца.

Какой заботливый и внимательный сын.

Сун Юньжань был тронут этой сыновней почтительностью. И сделал чистосердечное признание:

- Я проиграл соревнование по рыбной ловле. Если команда даст нам сложное задание, я возьмусь за него, а ты сможешь посидеть в сторонке.

- Решим, когда дойдет до дела.

Это был разумный довод. Хоть фиксирующая повязка на плече Цинь Кэ была уже давно снята, врач советовал ему избегать тяжелых физических нагрузок.

Если команда программы предложит протащить каменного льва, охраняющего вход в деревню, по площади, то, конечно, эту задачу возьмет на себя Сун Юньжань.

- Я готов признать свое поражение, - Сун Юньжань уже признал Цинь Кэ своей семьей, так чего же тогда ему стыдиться. – И вообще это же шоу о путешествиях. Думаю, мы не столкнемся со слишком сложными заданиями. Так ведь?

Последний вопрос он адресовал оператору, снимающего его выступление.

Это был откровенный намек съемочной бригаде.

Оператор ничего не сказал, только многозначительно улыбнулся.

Сун Юньжань:

- …

Ему стало неловко.

С непонятной тревогой в сердце Сун Юньжань подошел к первому дому, следуя номеру, выгравированному на одном из ключей.

Дом №1 находился в глубине небольшого переулка.

Серая кирпичная стена была изрядно потрепана временем. Мох покрывал как стены, так и тяжелую деревянную дверь, выкрашенную в ярко-красный цвет.

Во дворе были высажены деревья с пышной кроной. Своеобразный зеленый навес покрывал почти все пространство небольшого внутреннего дворика.

В глубине двора пряталось небольшое бунгало простой планировки – спальня плюс гостиная.

В гостиной не было даже дивана, только пара деревянных стула. В спальне - двуспальная кровать и… разбитое окно. Ветер привольно гулял по спальной комнате.

И больше ничего. Ни летней кухни, ни сарайчика даже. Пропускаем, идем дальше!

- Пойдем дальше, - Сун Юньжань достал следующие ключи. - В любом случае, времени у нас предостаточно. Не будем торопиться, будем выбирать с умом.

Цинь Кэ согласно кивнул:

- Хорошо.

Они вышли из переулка, огляделись и Сун Юньжань внезапно застыл.

Недалеко, на пустыре, Шао Цянь и Ван Ючжэ кружились, размахивая веерами, в окружении дюжины тетушек, вооруженных такими же ручными опахалами - словно два ягненка, забредшие в волчью стаю.

Похоже, этот веер и в самом деле был для танцоров кадрили.

Сун Юньжань был сражен талантом организовавшей это действо Шэнь Ии – да она настоящий гений!

Айдолы, разучивавшие кадриль на деревенской площади! Такую сцену в реальной жизни фиг увидишь. Горячий поиск на первых строчках - гарантирован.

Эта мысль мелькнула и тут же была подавлена другой интригой – интересненько, как ладят эти отец и сын?

В одно мгновение новая забота вымыла осмотр оставшихся домов из его сознания.

Сун Юньжань остановился как вкопанный:

- На самом деле, этот дом не так уж и плох.

Цинь Кэ:

- ?

Сун Юньжань серьезным тоном продолжал нести ерунду:

- Разве ты не видел эти красивые деревья во дворе. В городе таких не увидишь.

Цинь Кэ поднял брови «и что?».

- Давай уже выберем его и отдохнем немного, - торжественно объявил свое решение Сун Юньжань.

Он глаз не мог отвести от танцующей парочки, приготовившись вовсю впитывать опыт чужих сыновне-отцовских отношений.

Цинь Кэ проследил за его взглядом и примерно догадался о намерениях своего неугомонного босса. Улыбнулся и сказал:

- Хорошо. Тогда остановимся на этом варианте.

Сун Юньжань был очень доволен его сотрудничеством и с радостью одолжил пару табуретов у местных жителей, чтобы позволить Цинь Кэ с комфортом наблюдать, как должен себя вести почтительный сын по отношению к своему отцу.

Следовавший за ними оператор просто онемел.

Он примерно знал рейтинг этих трех пар. В кадрили сейчас крутилась лидирующая пара. Так зачем вам, дебилы, прости господи, привлекать к своим противникам дополнительное внимание?!

Он уже попривык к этой странной парочке, которую сопровождал. Люди они были вроде неплохие. (Не плохие, но странные.) Зачем же они сдались на полпути? Его так и подмывало наплевать на все правила и напомнить им о поиске жилья.

Но психологические метания бедного оператора никого не волновали.

Шао Цянь, увидев Сун Юньжаня, который раньше пялился на него со странным выражением лица, а теперь, как зритель в партере, устроился на колченогих табуретах в нескольких метрах от него, не мог не содрогнуться.

Что он делает?

Это было их выступление. Они были вынуждены танцевать эту долбанную кадриль, но почему эта парочка устроилась в партере и внимательно наблюдает за ними?

Шао Цянь с трудом успокоил свой разум и с натянутой улыбкой поприветствовал неожиданных зрителей:

- Цинь Кэ, господин Сун.

Цинь Кэ слегка кивнул в знак приветствия, Сун Юньжань с улыбкой помахал в ответ:

- Не называйте меня господином Суном. Зовите меня по имени.

Шао Цянь не осмелился, замотал головой и тут же поменял тему:

- Вы получили ключи?

- У нас все три, - подтвердил Сун Юньжань. – Мы остановились на первом, что успели осмотреть. Остальные два даже не видели.

Шао Цянь оцепенел. Что он вообще несет?!

Они бросили осмотр домов и пришли полюбоваться на нас?!

Шао Цянь глубоко вздохнул и, склонившись к Ван Ючже, шепнул ему:

- Я нервничаю, когда вижу этого Сун Юньжаня.

Ван Ючжэ тоже издалека поприветствовал своих необычных зрителей и одними губами сказал:

- Не смотри на них. Сосредоточься на танце.

- …

У Шао Цяня внезапно разболелась голова.

Они выбрали веер и вынуждены были последовать за тетушками.

Шао Цянь был неплохим танцором. Быстро уловил и запомнил нужные движения и через пару минут уже вовсю крутил танцевальные фортеля.

А вот Ван Ючжэ мог похвастаться только своим вокалом. Руки-ноги его не особо слушались, да и вникнуть в повороты-развороты танца ему никак не удавалось.

Так-так. Так, боюсь, у нас ничего не выйдет.

Шао Цянь обдумал проблему и решил привычно выехать на демонстрации их братских отношений.

Он, игнорируя ищущий взгляд Сун Юньжаня, выдавил из себя утешающую улыбку:

- Все в порядке. Попробуй еще раз. Я верю, что у тебя все получится.

Ван Ючжэ тут же подхватил игру:

- Тогда я станцую с тетушками, а ты посмотри – получится ли у меня.

Вновь зазвучала музыка.

Сун Юньжань широко открыл глаза, следя за каждым их движением.

Что-то смутно забрезжило в его сознании.

Всякий раз, когда Ван Ючжэ забывал какое-то движение, Шао Цянь показывал его ему.

Всякий раз, когда Ван Ючжэ смущал смех тетушек, Шао Цянь мягко хвалил его: «Ты молодец».

Всякий раз, когда Ван Ючжэ спотыкался, Шао Цянь протягивал руку, чтобы поддержать его.

Любой, кто увидел бы такую поддержку, не мог не воскликнуть: «Отцовская любовь подобна горе».

Сун Юньжань взял это себе на вооружение и решил тут же воплотить эти приемы в жизнь.

Он мобилизовал все свои актерские способности и медленно повернулся к Цинь Кэ. Его глаза неизбежно столкнулись с парой черных, как чернила, глаз.

Цинь Кэ молча смотрел на него.

Сун Юньжань не выдержал такой нагрузки и сердито воскликнул:

- Чего ты на меня так смотришь?

И тут же пожалел о своих словах. И срочно смягчил тон:

- Что случилось - ты голоден? Хочешь есть?

У меня все хорошо получается, подбадривал он себя в душе.

Начну с обычных вещей (еда, одежда, жилье, передвижение), проявлю себя как заботливый отец - стану теплым, как весенний ветерок.

Цинь Кэ ошеломленно замер после такой быстрой смены тона. Пару секунд спустя решил уточнить:

- Вы голодны?

- ?

Сун Юньжань невольно коснулся своего живота.

Недалеко от танцевальной площадки располагалась деревенская закусочная.

Скоро у детей закончатся уроки, и они хлынут в нее за закусками. Аромат жареных колбасок, жареного картофеля и лепешек с луком разносился в воздухе, вызывая у Сун Юньжаня невольное слюноотделение.

- Сам не знаю, - поджал губы Сун Юньжань и тихо пожаловался. - Просто такой запах стоит.

Цинь Кэ хмыкнул и отправился в закусочную.

Сун Юньжань тупо смотрел на удаляющуюся фигуру. Спустя пару минут также тупо наблюдал, как Цинь Кэ возвращается с тарелкой жареного картофеля.

Цинь Кэ протянул ему пластиковую тарелку:

- Поешьте.

Сун Юньжань:

- ???

Разве съемочная группа не запретила гостям тратить свои деньги во время записи?

Цинь Кэ, словно угадав его мысли, объяснил:

- Я не тратил деньги. Я оплачу счет, когда после записи получу свой телефон.

Это не противоречило правилам программы.

Сун Юньжань почувствовал облегчение. Подцепил  зубочисткой картофельную дольку и положил себе в рот.

Картофель был поджарен до хрустящей корочки и приправлен перцем чили и кунжутом. Сначала на языке расцвел слегка пряный вкус, за ним последовал мягкий аромат кунжута, разжигающий нехилый такой аппетит.

Сун Юньжань весь ушел в еду и в момент смолотил половину тарелки.

К счастью, он вовремя пришел в себя и вспомнил о недавно полученном уроке. Выбрал самый красивый кусочек картофеля и развернулся к Цинь Кэ:

- Тебе тоже стоит поесть. Ужин еще нескоро.

Цинь Кэ протянул руку, чтобы взять зубочистку, но Сун Юньжань остановил его:

- Осторожно. Береги свою больную руку.

Цинь Кэ опустил глаза, посмотрел на трепещущий на шпажке ломтик картофеля, схватил запястье Сун Юньжаня, стабилизировал его и, наклонив голову, прихватил зубами дарованный ароматный кусочек.

Рука оператора задрожала, фокус картинки поплыл.

Ван Ючжэ, который танцевал кадриль, споткнулся, словно столкнулся с грозным врагом, и, сжав плечо Шао Цяня, тихим голосом прошептал напарнику:

- Нам нужно работать усерднее.

Прямо сценка с обучающего сайта «Как добиться успеха на рабочем месте».

Жареный картофель Сун Юньжаню очень понравился.

Он ел его, забыв обо всем на свете.

Благодаря воспитанию, полученному в детстве, он, даже сидя на обочине и во весь дух уминая жареный картофель, выглядел как благородный господин. Не пролил ни капельки соуса, не измазал им лицо и руки. Даже деревенскую пищу он вкушал так элегантно, словно сидел в мишленовском ресторане и наслаждался изысканными яствами. Полностью сосредоточившись на еде, он выглядел как прилежный юноша.

Оператор приблизил изображение и сделал долгий крупный план.

Какой красивый образ, подумал он. Солнечный свет окрашивал волосы господина Суна в теплые тона.

И вдруг…

Сун Юньжань поднял глаза:

- О, боже мой! - он потрясенно уставился на Шао Цяня и Ван Ючжэ. - Почему они обнимаются!

- …

Как жаль, что я отвлекся на еду и пропустил такую красивую сценку.

- Я не знаю, - тихо ответил Цинь Кэ. - Может, это такое танцевальное движение.

Сун Юньжань пораженно следил за вызывающим поведением танцующей парочки. Как-то это не особо укладывалось в его представление о сыновне-отцовских отношениях.

Такую манеру общения отца и сына ему сложно будет скопировать.

- Пойдем уже, - он расстроился, видимо, этот путь не для него, и махнул рукой. - Посмотрим, как там наша женская парочка поживает.

Съемочная команда последовала за Сун Юньжанем, оставив позади себя танцующих братьев. По асфальтированной дороге они направились к небольшой площади, откуда и началось их путешествие по деревне.

За ними потянулась группа школьников. Самой смелой оказалась маленькая девочка с хвостиком. Она подошла поближе и с ног до головы оглядела Сун Юньжаня и, подзуживаемая своими одноклассниками, наконец набралась смелости:

- Братик, ты тоже звезда?

Сун Юньжань гордо вскинул подбородок:

- Нет. Я президент.

- Что такое президент?

- ...босс.

- О, почему бы тебе не стать звездой? - маленькая девочка смущенно склонила голову. - Ты выглядишь намного лучше многих звезд на телевидении.

Сун Юньжань не ожидал, что у девочки из глухой деревенской глубинки окажется такой прозорливый ум и такие сладкие речи.

У него не хватило духу признаться перед камерой, что он абсолютно согласен с этой малышкой. И он серьезным тоном ответил ей:

- В будущем будь осторожней. Не говори так.

- Почему?

- Люди могут подумать, что ты – солдат моей водной армии.

Слова «водная армия» семилетней девочке вряд ли были знакомы.

Она не стала заморачиваться раздумьями на эту тему и прямо спросила:

- Так ты большой начальник. И что ты продаешь?

Сун Юньжань растерялся.

Что ответить на такой прямолинейный вопрос малышки, он не знал.

Если скажет, что продает людей, кто-нибудь обязательно позвонит в полицию.

Поэтому он указал на Цинь Кэ, идущего рядом с ним, и объявил:

- Моя работа - управлять такими звездами, как он.

Маленькая девочка робко посмотрела на Цинь Кэ.

С этим братом, похоже, так просто не поболтаешь. В отличие от его босса – у босса такая красивая улыбка и такие трогательные ямочки на щечках.

Она не осмелилась заговорить с Цинь Кэ и продолжила мучить Сун Юньжаня:

- Ты же мне не лжешь?

Сун Юньжань:

- …

Маленькая девочка пошепталась со своими одноклассниками и громко объявила результат их обсуждения:

- Он не похож на твоего подчиненного, больше похож на твоего старшего брата!

- Пффф.

Взрыв смеха со стороны сотрудников программы обескуражил Сун Юньжаня. Они что – насмехаются надо мной?

Что вообще происходит?

Он - в маленькой горной деревушке. И какие-то мелкие называют его младшим братом.

А Цинь Кэ, его подчиненного, к слову, почему-то – его старшим братом.

Сун Юньжань - взрослый человек, он не может спорить с учениками начальной школы. Он крепко сжал кулаки:

- Кто сказал…

- Кто сказал, что я не могу быть его подчиненным? - неожиданно ворвался в разговор Цинь Кэ, наклонился, внимательно посмотрел на маленькую девочку и  улыбнулся. - Он не лгал, я работаю на него.

Когда Цинь Кэ не улыбается, выглядит как ледяной принц.

Но стоит ему улыбнуться, как вся его отстраненность от мира исчезает и на смену ей является дружелюбие и мягкость.

Это всегда срабатывало. Особенно, если как в этом случае, когда он присел перед девочкой и смотрел ей прямо глаза в глаза.

Маленькая девочка изумленно моргнула. Эффект преображения был так внезапен, что все слова вылетели у нее из головы.

Разговор продолжил ее приятель, пухлый мальчуган:

- Он хороший?

Цинь Кэ повернулся к нему и кивнул:

- Да, наш господин Сун очень хороший человек. И очень влиятельный. За что бы он ни брался, он со всем справляется на «отлично».

- Ух ты!

Школьники были потрясены его спокойным и убедительным тоном. Они восхищенно посмотрели на Сун Юньжаня.

Такой всеобщий восторг смутил Сун Юньжаня.

Он с трудом сдерживал улыбку. Пытался сделать вид, что его не заботит эта маленькая лесть, и устремил свой взгляд куда-то вдаль. Уши его в этот момент зарделись.

Члены съемочной бригады молча переглянулись. В глазах их светилось понимание.

Прямо сценка с обучающего сайта «Как добиться успеха на рабочем месте».

Как же им это было знакомо!

В 17:00 три команды, уже выполнившие свои задания, снова собрались на площади перед деревней.

Режиссер отстраненно подвел итоги:

- Прежде всего, поздравляю всех с успешным выполнением своих заданий!

Шестерка участников громко захлопала.

Самой счастливой выглядела женская команда Дай Лао и Лу Цзиньи.

Они вторыми получили ключи, совсем не ожидая, что им так повезет и Сун Юньжань остановится на первом варианте, позволив девочкам занять уютную двухэтажную виллу.

Что касается Шао Цяня и Ван Ючжэ…

Хотя они и хлопали в ладоши, но в душах их в это время звучал похоронный марш.

Из-за того, что Ван Ючжэ танцевал хреново, им пришлось прибегнуть к демонстрации броманса, чтобы привлечь побольше CP-поклонников и повысить свой рейтинг в программе. Тайно конкурировать с парой Сун Юньжань-Цинь Кэ и при этом не переступать черту интимности, чтобы кадры с ними не вырезали при монтаже, – было очень сложно.

Очень сложно. Ведь одновременно им приходилось скрывать свои натянутые улыбки и звездный эгоизм.

В итоге после их усердной пахоты на ниве броманса им достался ветхий деревянный домишко на бахчевом поле.

Даже ванной в доме не было. Жалкое зрелище, одним словом.

Шоу «Неспешное праздное путешествие» не делало упор на соревнованиях, больше все же – на неспешный отдых.

Участники высказались о доставших им жилищах, и им было предложено заняться приготовлением еды.

Дай Лао тут же пригласила всех:

- У нас с режиссером Лу в доме большая кухня. Почему бы нам не пойти к нам?

Все тут же согласились и отправились на их виллу.

Когда только Сун Юньжань услышал, что Дай Лао досталась двухэтажная вилла, он немного позавидовал ей.

Но увидев голый двор перед недавно отремонтированной виллой, его отпустило. Хоть их домик и не был таким уж просторным, зато их бунгало выглядело намного изящнее, а уж двор, заросший высокими деревьями с пышными зелеными кронами, вообще был вне конкуренции.

- Мне кажется, что наше бунгало намного лучше, - тихо прошептал Сун Юньжань Цинь Кэ.

Цинь Кэ, в этот момент рассматривающий мясо в холодильнике, повернулся к нему и согласно кивнул:

- Да, неплохое. Вот только окно разбито. Когда вернемся, я поищу в доме нужные инструменты, и починю его.

Сун Юньжань удивился:

- Ты и окна чинить умеешь?

- В той… - Цинь Кэ сделал паузу, намекая на прошлую жизнь, и тут же переиграл. – Научился на съемках.

Сун Юньжань всё понял, увидев, что в кухню зашли Дай Лао и Лу Цзиньи, и громно спросил:

- Вам нужна моя помощь?

- Вы умеете готовить? – повернулась к нему Лу Цзиньи.

Сун Юньжань покачал головой.

- Тогда вы, Шао Цянь и кто там еще свободен отправляйтесь в поле и принесите овощей.

Лу Цзиньи была опытным режиссером и отдавала команды, словно находилась на съемочной площадке:

- Нас троих на кухне будет достаточно.

Сун Юньжань взял корзину для овощей и вышел из дома.

Пара бромансеров на корточках сидела во дворе. Сун Юньжань позвал их с собой:

- Режиссер Лу сказала, что дома нет овощей, пойдемте нарвем их.

Шао Цянь после короткой паузы осторожно поинтересовался:

- Цинь Кэ тоже пойдет?

- Нет. Он останется и будет готовить.

Шао Цянь и Ван Ючжэ с облегчением вздохнули.

Отлично! Хороший момент перетянуть внимание на себя.

Уж с одним Сун Юньжанем они как-нибудь справятся. Они быстренько потопали к полю.

При отсутствии конкуренции они от души разыгрались. За несколько минут, которые потребовались, чтобы добраться до овощного поля, они вовсю продемонстрировали очарование своей пары, выдав очередную дозу продвинутого броманса.

Сун Юньжань не забывал о своей миссии и тайно наблюдал за ними.

Он заметил, что Шао Цянь поддерживал Ван Ючжэ, когда они танцевали кадриль, а Ван Ючжэ добродушно шел на уступки Шао Цяню.

Так и должны вести себя добрый отец и почтительный сын?

Сун Юньжань обзавидовался. На поле он дождался момента, когда Ван Ючжэ отошел от своего напарника, небрежно прихватил пучок неизвестной ему зелени и подошел к Шао Цяню:

- Могу я тебя кое о чем спросить?

Рука Шао Цяня задрожала, он резко свернул голову белокачанной капусте.

Но голос его прозвучал очень спокойно:

- Спрашивайте.

Сун Юньжань выключил микрофон и махнул оператору, просигналив отойти от них.

Шао Цянь, хоть и не понимал, что здесь творится, тоже отключил свой микрофон и отправил своего оператора к Ван Ючжэ.

Когда операторы удалились, Сун Юньжань сразу взял быка за рога:

- Когда у вас с Ван Ючжэ завязались отношения?

- Какие отношения?

- Ну, какие… - Сун Юньжань не хотел, чтобы кто-нибудь догадался, что его так интересуют такого рода отношения, и он решил прибегнуть к тонкому намеку. – Ну, те, о которых вы говорили тогда в автобусе.

Шао Цянь, словно получил пулю в голову. Господин Сун что - подумал, что они геи?

И поспешно затараторил:

- Нет-нет, мы с ним оба натуралы.

- … - Сун Юньжань потерял дар речи. - О чём ты говоришь?

Разве я об этом спрашивал?

Шао Цянь в замешательстве посмотрел на своего собеседника и, кажется, что-то понял.

Этого принца беспокоит, что мы с Ван Ючжэ изображаем интимные отношения (в оригинале - торгуем гнилью)?

Шао Цянь не осмелился не ответить богатому господину Суну и честно признался:

- Да мы два года с ним до этого не виделись. Встретились только сейчас на шоу.

Сун Юньжань изумился:

- Два года? Почему же вы..?

- … компания заставила.

Брак по расчету, мысленно добавил он.

- ?

Сун Юньжань был ошеломлен – так компания и это может вписать в договор о сотрудничестве?

Расстроившись, он разорвал салатный лист на мелкие клочки. Ну почему эта мысль не пришла ему в голову раньше. Мог бы сразу оговорить с Цинь Кэ, чтобы тот называл его отцом.

- Но я вижу, что Ван Ючжэ с радостью сотрудничает с тобой, - продолжил он пытать Шао Цяня. – Как это у тебя получилось? Можешь научить меня?

- …

Шао Цянь смотрел на зеленое овощное поле и чувствовал опустошение в своем сердце.

Продавать «тухлую еду» зрителям, насилуя свою природу и чувства… так стыдно на самом деле.

Он весь сегодняшний день наблюдал за поведением Сун Юньжанья. Тот был высококлассным мастером игры, а сейчас притворяется белым и пушистым невинным младенцем. Хочет унизить меня?!

Ему хотелось навалять от души тумаков этому капиталисту. Но он не мог себе это позволить.

После долгого молчания Шао Цянь устало посоветовал:

- Научиться этому невозможно, все зависит от таланта. Просто расслабьтесь, не думайте слишком много, ведите себя естественно, короче - следуйте своему сердцу.

Следуй за своим сердцем…

Сун Юньжань покатал эти слова на языке и уточнил:

- Проще говоря, делай то, что хочешь делать?

- Можно и так сказать.

Шао Цянь хотел как можно скорее положить конец этому нелепому разговору.

Сун Юньжань, кажется, догадался об этом и мягко улыбнулся:

- Я понял, спасибо.

- Пожалуйста.

Шао Цянь после недолгой паузы с любопытством спросил:

- Почему это так вас интересует?

Сун Юньжань решил высказаться загадочно:

- Потому что это моя великая цель. Ради этого я и пошел в индустрию развлечений.

Шао Цянь не сдержался:

- Вы шутите?

Вы - принц Ningdong Group, представитель золотой столичной молодежи! Зачем вам «торговать гнилью»?!

- Нет. Я серьезно.

Сун Юньжань увидел подходящего к ним Ван Ючжэ и похлопал Шао Цяня по плечу:

- С этого момента давайте старательно работать вместе.

Шао Цянь:

- …

Ему не хотелось больше об этом говорить – он так устал.

Несколько часов спустя ужин был готов и съеден под пристальным вниманием камер.

Было уже поздно. Режиссер объявил свободное время и позволил всем разойтись по своим жилищам.

После тяжелого дня Сун Юньжань тоже устал и хотел уже отдохнуть.

В бунгало они с Цинь Кэ по очереди приняли душ и, вернувшись в спальню, обнаружили, что из разбитого окна безбожно сквозит.

Деревня Тунгу располагалась на юге страны. Зимой среднесуточная температура составляла около 10 градусов. Днем было относительно тепло, а вот после наступления темноты температура падала стремительно.

Сун Юньжань вздрогнул от резкого порыва ветра из окна:

- Может, попросим инструменты у съемочной бригады?

Цинь Кэ уже обыскал дом и не нашел никаких подходящих для ремонта инструментов.

Если сейчас не отремонтировать окно, то простуды им не избежать. Хватит и одной ночи, чтобы свалиться с температурой.

Цинь Кэ хмыкнул и отправился к режиссеру, который вместе со съемочной бригадой тусовался у них во дворе.

Режиссер, который словно ждал этой просьбы, радостно воскликнул:

- В доме нет инструментов? Их украл таинственный эльф?

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань:

- …

Вы заявляете, что в горной деревушке нашей страны водятся эльфы и именно они украли наши инструменты? Да что не так с вашим социалистическим мировоззрением?!

Режиссер, не меняя выражения лица, продолжил:

- В деревне Тунгу всегда бытовала легенда об эльфах, крадущих у жителей деревни их вещи. Я и не думал, что мы столкнемся с этим. К счастью, старейшины деревни рассказали нам, что если вы поиграете с эльфами, они не только вернут вам украденные предметы, но и расскажут вам о тайном сокровище деревни Тунгу.

Ага, так в этой программе еще и охотятся за сокровищами!

Сун Юньжань понял, что команда программы намеренно не стала ремонтировать разбитое окно.

Он натянул куртку:

- Это новое задание? Просто скажите нам, что нам нужно делать.

- Ящик с инструментами обычно хранят в подсобных помещениях. Кто-то из вас должен остаться там на ночь и тогда, возможно, завтра утром вы получите подсказку.

Сердце Сун Юньжаня ёкнуло. Ему стала понятна многозначительная улыбка их персонального оператора.

Днем он уже осматривал эту подсобку. На полу – грязь, окон нет, из освещения - только тусклая одинокая лампочка. Жуткая атмосфера, если честно.

Он все еще перебирал в памяти все недостатки той комнатушки, а Цинь Кэ уже принял решение:

- Тогда пойду я.

Сун Юньжань стиснул зубы:

- Лучше я, - почесал затылок и напомнил Цинь Кэ. – Я проиграл сегодняшнее пари, мне и идти на это задание. В подсобке есть раскладушка, одну ночь как-нибудь перекантуюсь.

Цинь Кэ пристально посмотрел на него:

- Задание не просто переночевать в подсобке, а еще и поиграть с эльфом.

Сун Юньжань:

- …

Проблема в том, что собой представляет этот мифический эльф. Может это одинокий дикий призрак, уж он-то больше соответствует сельскому антуражу.

Похоже это испытание на смелость.

Сун Юньжань заколебался. Он с детства боялся призраков и встречи с ними точно не пережил бы.

Но обещание, данное сегодня днем, все еще звучало в его ушах. К тому же Цинь Кэ крупнее его, да и плечо у него травмировано, комфортно устроиться на узкой раскладушке ему точно не удастся.

Оказавшись перед дилеммой, Сун Юньжань внезапно вспомнил слова Шао Цяня: не думай слишком много, следуй своему сердцу.

Так какое сокровенное желание скрывается в его сердце сейчас?

Сун Юньжань подумал и нашел ответ.

Конечно, быть смелым примерным отцом!

…или может уступить Цинь Кэ, ракетой промелькнула мелкая мыслишка.

Сун Юньжань заметил, что, когда требовалось проявить какие-то умения, Цинь Кэ всегда вызывался, ссылаясь, что научился это делать на съемках в прошлой жизни. Звучит, конечно, мощно. Но если вдуматься, то все не так просто.

Все эти настройки прописаны автором.

Это не то, чему Цинь Кэ хотел бы научиться делать по собственному желанию.

Как-то даже обидно и жалко Цинь Кэ.

Сун Юньжань, ослепленный сочувствием, твердо заявил:

- Позволь мне это сделать, - и, бросив быстрый взгляд на Цинь Кэ, добавил. – Прикрой чем-нибудь окно. И отдохни, завтра нам еще сокровища искать.

Цинь Кэ помолчал несколько секунд и согласился:

- Хорошо.

Несколько минут спустя Сун Юньжань лежал на раскладушке в узкой кладовке.

Он посмотрел на лампочку, свисающую с балки, и подумал – да не так уж и  страшно здесь.

И в этот момент тусклый свет замерцал.

Сун Юньжань:

- ???

Вскочил с кровати, и в этот миг вся комната погрузилась во тьму.

Холодный ветер задул ему в затылок. Он так и представил, как за его спиной пристроился женский призрак с развевающимися волосами.

Сун Юньжань быстренько нырнул в постель и плотно закутался в одеяло, прикрыв даже голову.

В следующую секунду из-под кровати донеслось какое-то подозрительное шорканье.

Словно кто-то медленно тянул по полу деревянный ящик.

Сун Юньжань окаменел.

Шэнь Ии, ты такая жестокая! Так ты благодаришь меня за мою доброту?!

Донеслись ли эти мысленные крики Сун Юньжаня до ушей Шэнь Ии – неизвестно, но дверь подсобки противно заскрипела, послышались приближающиеся осторожные шаги, замершие у его раскладушки.

- Господин Сун, - позвал его кто-то.

Сун Юньжань был слишком напуган, чтобы пошевелиться. Этот злобный призрак специально подражает голосу Цинь Кэ, чтобы сильнее напугать его.

Что это за привидения такие? Разве привидения бывают такие реалистичные?

После недолгой паузы голос опять позвал его:

- Сун Юньжань.

Как же похож! Даже тембр такой же!

Сун Юньжань был на грани потери сознания и уже подумывал выйти из игры и прервать съемки. Но вот не приведет ли это к войне между семействами Сун и Шэнь?

Раздался вздох и голос продолжил:

- Это я, Цинь Кэ. Не бойтесь, все самое страшное позади.

Сун Юньжань нерешительно высунул из-под одеяла голову и обнаружил, что комнату опять заливает тусклый свет одинокой лампочки.

Он медленно поднял голову – перед раскладушкой стоял Цинь Кэ.

То ли свет был виноват, то ли его богатое воображение, но Сун Юньжаню показалось, что в глазах Цинь Кэ плещется толика нежности и сострадания.

… жалость?

… Боже, это еще ужаснее.

Сун Юньжань протер глаза и шепотом спросил:

- Все кончено?

А где же ящик с инструментами и подсказки?

- Идите в спальню и поспите.

Цинь Кэ поднял упавшую на пол куртку Сун Юньжаня и добавил:

- Эта миссия отменяется.

Сун Юньжань растерянно последовал за Цинь Кэ.

Их встретили члены съемочной бригады, у всех были сложные выражения лиц. Режиссер без всяких эмоций на лице объявил:

- Эта миссия будет считаться проваленной. Подсказку о сокровище вы так и не получили.

Сун Юньжань, еще не оправившись от пережитого шока, тихо промямлил:

- Разве это программа не о путешествиях? Зачем вы устроили засаду под моей кроватью?

- Так никого не было, - беспомощно развел руками режиссер. - Это была всего лишь Bluetooth-колонка.

Сун Юньжань на мгновение потерял дар речи. Как же неловко – его напугали записанные шумы.

Он обиженно скривил губы и прошептал:

- Поскольку это была запись, зачем вы тогда все остановили? Я так долго уже продержался.

На застывшем «гипсовом» лице режиссера медленно расцвела тонкая улыбка:

- Господин Сун, вы продержались всего полторы минуты.

- …

- И это не наша вина. Это господин Цинь сказал нам остановиться.

- …

- Есть еще вопросы, господин Сун?

Сун Юньжань задумался и смущенно опустил глазки:

- Можно ли вырезать этот эпизод и не показывать его? Мне так неловко.

- Не волнуйтесь, - выдавил из себя улыбку режиссер и торжественно добавил. – Мы вам обещаем.

Автору есть что сказать:

Господин Сун всегда может вернуться и обанкротить семью Шэнь (или не делать этого).

Он и не знал, что маленький принц уже столкнулся со злой ведьмой.

В конце концов, под давлением Сун Юньжаня, режиссер согласился вырезать этот эпизод.

Режиссер дал обещание перед камерой, повернулся к оператору и дал команду продолжить съемку.

Десять минут спустя Сун Юньжань и Цинь Кэ закончили этот эпизод и сняли микрофоны.

Когда они вернулись в спальню, разбитое окно уже было заклеено газетами.

Сун Юньжань лежал на кровати и вспоминал унизительное действо в кладовке. Не сдержав свой гнев, он сильно саданул кулаком по стене.

С ветхой стенки с шуршанием ему на лицо посыпалась старая штукатурка.

- …

Сун Юньжань разозлился еще больше. Отер лицо переданным ему Цинь Кэ бумажным полотенцем и сердито пожаловался:

- Никогда больше не буду сотрудничать с Шэнь Ии!

Цинь Кэ выключил прикроватную лампу:

- Она, быстрей всего, не ожидала, что именно вам выпадет провести ночь в этой комнатушке. К тому же она – всего лишь инвестор, может предложить идею, а реализация уже зависит от продюсерской команды программы.

Сун Юньжань сердито посмотрел на него:

- Почему ты защищаешь ее? На чьей ты стороне?

- …На вашей, конечно.

Цинь Кэ решил успокоить капризную зверюшку и прошептал:

- Не думайте об этом. Засыпайте. Я рядом. Если кто-нибудь еще полезет, я защищу вас.

Такая позиция Цинь Кэ очень понравилась президенту Суну.

И он, радостно хмыкнув, пробурчал:

- Не разговаривай со мной, как с ребенком. Никто сегодня больше не придет.

Цинь Кэ тихо рассмеялся – успокоить вас намного легче, чем ребенка.

В покое Сун Юньжань находился всего пару минут. Внезапно он опять сел в кровати:

- Как думаешь, режиссер обманул меня? Может, мне просто украсть сегодняшнюю пленку?

Цинь Кэ потерял дар речи. Что вообще варится в котелке этого человека?

Он молча приподнялся и, толкнув Сун Юньжаня, прижал его к кровати.

Сун Юньжань:

- ?

Какого черта?! Какой коварный сын, посмел поднять руку на отца!

Он взбрыкнул было, потрепыхался немного, но справиться с Цинь Кэ не смог. Тот хоть и был худым, но силы в нем было немерено. Мышцы – словно стальные канаты. Пойди, справься с таким!

- Отпусти, ты задушишь меня! - Сун Юньжань взмолил о пощаде. - Я просто пошутил. Я не собирался красть пленку!

Цинь Кэ держал Сун Юньжаня прижатым к постели, не прилагая и половины своей силы, и понимал, что тот преувеличивает грозившую ему опасность:

- Назовите меня братом, и я вас отпущу.

- Имей совесть! Ты меня ни разу не назвал отцом, почему я должен тебя называть братом?!

- …?

Последовавшее молчание Цинь Кэ здорово нервировало Сун Юньжаня.

Ему достало мудрости отступить и жалостливо заныть:

- Брат, я был неправ. Мне больно. Пожалуйста, брат, отпусти меня.

Произнеся эти слова, Сун Юньжань с грустью кое-что отметил.

Первый раз тогда в больнице произнести слово «брат» было так сложно, сейчас же у него это не вызвало никакой неловкости.

Ему даже в некотором смысле понравилось, как после этих слов рука Цинь Кэ внезапно напряглась.

Потерял дар речи? Не знаешь, что сказать… брат?

Ха, так тебе и надо!

Если бы на твоем месте был я, я бы, не колеблясь, заставил тебя встать на колени и сто раз назвать меня «папочкой».

И этот неразумный дурачок Сун Юньжань решил воспользоваться слабостью Цинь Кэ. И совершил большую ошибку.

Он медленно с придыханием вымолвил, опалив тыльную сторону ладони своего противника своим теплым дыханием:

- Почему брат молчит? Тебе не понравилось? Скажи же что-нибудь.

- … Сун Юньжань, - хрипло перебил его Цинь Кэ, голос его звучал низко и глухо, словно со дна глубокого. - Ты дурак, да?

Чего ты ругаешься?

Сун Юньжань застыл и собрался сердито возразить, когда почувствовал, что сила чужой руки, сковывающая его, исчезла.

Цинь Кэ молча отвернулся.

Его дыхание стало тяжелым и слегка рваным. Что скрывалось за всем этим, Сун Юньжань не представлял. Он злится на меня? Или…

Даже если Сун Юньжань и понял, он предпочел сделать вид, что его это не касается.

После некоторого молчания Цинь Кэ встал и ушел в ванную.

Когда он вернулся, то уже пришел в себя и привычным холодным тоном произнес:

- Извините.

Зачем ты извиняешься? - подумал Сун Юньжань.

Он был взрослым мужчиной, прожил, считай, уже две жизни и мог понять некие неловкие вещи.

Просто он не ожидал, что такое западло может случиться между ними.

Это был настоящий конфуз.

Чтобы снять напряжение между ними, Сун Юньжань решил сменить тему:

- Знаешь, почему я боюсь привидений?

- Эм?

- Я уже рассказывал тебе, когда я был ребенком, мои родители дневали и ночевали на своей работе, и обо мне заботились нанятые няньки.

- И что? – как и ожидалось, Цинь Кэ попался на удочку.

- Няня, которая приглядывала за мной по ночам, была настоящей извращенкой. И вместо детских сказок рассказывала мне истории о призраках. А если я не хотел слушать, она приговаривала: «Призраков боятся только плохие дети».

Цинь Кэ нахмурился:

- И вы никому не рассказывали об этом?

- Я был ребенком и верил всему, что говорили взрослые, - сейчас Сун Юньжаню и самому казалось это забавным. - Няня говорила, что мои родители не хотят возвращаться домой, потому что я – плохой. И поэтому она должна воспитывать во мне смелость. Она запрещала мне рассказывать об этом кому-нибудь, говоря, что тогда я никогда не смогу стать хорошим мальчиком.

Так продолжалось больше полугода.

Пока однажды маленький Сун Юньжань не смог больше этого терпеть и, рыдая, позвонил своей матери и поведал ей обо всем.

Из разрозненных слов Бай Ваньнин составила себе картинку издевательства.

Все в Ningdong до сих пор помнят, как элегантная и всегда спокойная председатель Бай, повесив трубку, в сердцах шарахнула телефоном об пол.

- В тот день мои родители вернулись рано. Не знаю, что они сделали, но я больше никогда не видел эту няню.

Цинь Кэ закрыл глаза, и перед его глазами предстала сцена, когда Сун Юньжань в прошлой жизни получал свою награду.

В тот момент он показался ему беззаботным маленьким принцем - ямочки на щеках, в глазах - сверкающие звезды.

Он и не знал, что маленький принц уже столкнулся со злой ведьмой.

Я не должен был отпускать Сун Юньжаня в ту глухую кладовку.

Если бы я знал обо всем раньше, подумал Цинь Кэ, я бы не позволил ему и в ту реквизиторскую войти тогда на съемках «Свадьбы и похорон».

- Почему ты ничего не говоришь? - нетерпеливо поинтересовался Сун Юньжань. - Тебя так тронула моя история? Прячешь свои слезы?

Цинь Кэ медленно открыл глаза и рассек тусклый лунный свет из окна рукой, положив ее на макушку Сун Юньжаня.

Его длинные тонкие пальцы нежно погладили Сун Юньжаня по голове.

И все это молча.

Сун Юньжань, словно о чем-то догадавшись, воскликнул:

- А, тебе неловко сказать мне прямо? Тогда позвольте мне угадать. Ты, должно быть, думаешь: «Дорогой господин Сун, теперь вы самый могущественный президент в мире. Никакие монстры теперь не осмелятся вам навредить!» Да?

- Да, - тихо рассмеялся Цинь Кэ. – Именно так.

Хотя это было неверное предположение.

Цинь Кэ подумал, что если бы он мог вернуться в прошлое, он обязательно  нашел бы малыша Сун Юньжаня и сказал ему: «Не бойся, ты - лучший ребенок в мире».

«Неспешное праздное путешествие» снималось, монтировалось и тут же выходило в эфир.

После первого дня съемок материала набралось достаточно.

Продюсерская компания, ветеран развлекательных шоу, получила отснятый материал и сразу приступила к монтажу, урезая снятое до нужного хронометража.

В субботу в 20:00 в сеть вышел первый выпуск «Неспешного праздного путешествия».

Зрители в нетерпении рванули на трансляционную платформу. Сун Юньжань в это время дома играл в свою любимую игру.

График записи был разумно спланирован: день съемок, три дня отдыха. Через три дня – опять съемки. И опять три дня отдыха.

Сегодня был именно такой день. И Сун Юньжань зазвал к себе в гости Хэ Цзыю.

Тот, конечно, пришел, но все время отвлекался и ныл:

- Почему мы играем, а не смотрим «Неспешное праздное путешествие»?

Сун Юньжань жестко обрывал его:

- Сколько тебе лет? Тебя только развлекуха интересует? Сосредоточься уже на игре.

Сун Юньжань совсем не хотел любоваться на себя дрожащего, которого напугала какая-то запись.

Хэ Цзыю решительно отложил джойстик:

- Я больше не буду играть. Я хочу посмотреть это шоу.

Сун Юньжань и не думал, что Хэ Цзыю с таким трепетом будет ждать его дебюта в развлекательной программе.

Он недоверчиво посмотрел на сидящего рядом друга:

- Но я же сижу прямо перед тобой. Зачем тебе смотреть на меня на экране?

Хэ Цзыю холодно бросил:

- Очнись! Ты забыл, что Дай Лао с детства была моей богиней?

Сун Юньжань:

- …

А, так он не на меня хотел полюбоваться! Тогда ладно.

Я не могу мешать людям гоняться за своими кумирами.

И молча переключился на одиночную игру, время от времени поглядывая на Хэ Цзыю, в наушниках сидящего на диване.

Хэ Цзыю, не обращая на него внимания, то глупо хихикал, то заинтересованно пялился на экран.

Сун Юньжаню вдруг стало скучно, даже его любимая игра не радовала.

Он механически управлял своим персонажем, заставляя его скакать по скалам.  Как жаль, что Цинь Кэ сегодня вечером нет дома, внезапно посетовал он.

Эй, чего это я? Почему я все время думаю о Цинь Кэ?!

Сун Юньжань пораженно замер. В итоге его персонаж потерял равновесие и рухнул со скалы в пропасть.

Он встал, решив сменить игру.

И увидел, что Хэ Цзыю как-то странно смотрит на него.

- … - Сун Юньжань бросился объяснять. – Я немного ступил и не смог пройти этот уровень.

Неожиданно взгляд Хэ Цзыю поменялся.

Сердце Сун Юньжаня дрогнуло – он увидел, как я струсил в той кладовке? Ему смешно?

Не может быть. Ему же по секрету сказали, что этот эпизод выйдет скорей всего во втором выпуске. Интригу, так сказать, нагнетают.

Но если это так, то почему лицо Хэ Цзыю так исказилось?

Чем больше Сун Юньжань думал об этом, тем больше недоумевал. Он забил на  игру и отправился в душ.

Запер дверь ванной, достал телефон и зашел на развлекательный форум, чтобы прочесть отзывы зрителей.

Надо сказать, современные нетизены порой бывают уж чересчур грубыми.

Он щелкнул мышью – верхние строчки форума занимало яростное обсуждение «Неспешного праздного путешествия».

Сун Юньжань пробежался взглядом по первым десяти строкам, ища свое имя, и непроизвольно сжал кулаки.

[Здравствуйте, команда программы. Вы - здесь? Вы думаете, мы поверим, что Сун Юньжань вычислил эти 520 всего за одну секунду? Поверим, что он не жульничал?]

[Кажется, кто-то обкурился сразу 520 раз!]

[Я тоже так считаю.]

- ???

Так, ладно, читаем дальше.

[Догадка об оберточной бумаге... слабо верится в такое]

[Я тоже так считаю. Но как разыграно! Эффектно. Наблюдать за этим – сплошное удовольствие.]

[Кто здесь так улыбается?! О, это я! Курочка, пожирающая сладкий прикорм.]

Сун Юньжань:

- …

Им что, нечем заняться?!

Слабо похвалить меня за мою наблюдательность?

Сун Юньжань был очень, очень зол. Он заподозрил, что кто-то намеренно наезжает на него, и тут же накатал жалобу администратору форума.

Через несколько минут от администратора пришел ответ - его жалоба отклонена.

Сун Юньжань крепко сжал свой телефон. Он был разъярен, но ничего не мог сделать.

Заходил туда-сюда по ванной. Выдохшись, решил заглушить свою тревогу работой.

Позвонил помощнику Тану:

- Что там с рейтингами?

- Превзошли все наши ожидания, - взволнованным голосом ответил помощник Тан. - Господин Сун, ваше появление на экране вызвало много дискуссий! Такие комментарии встречаются – просто закачаешься!

Сун Юньжань был потрясен:

- Какого черта?

- Прирожденный генеральный директор! Человек-арифмометр! Красота деревни Тунгу стоит того, чтобы ее увидеть [любовь], настоящий принц группы Ningdong [любовь], вкладывайте свои инвестиции в @ Сун Юньжань [любовь] [любовь].

Сун Юньжань оторопел и лишь спустя некоторое время вымолвил:

- Эмодзи можно и не озвучивать.

- … хорошо, - помощник Тан откашлялся. - Господин Сун, как думаете, нам стоит связаться с платформой и воспользоваться этой волной и опубликовать рекламный тизер «После того, как я встретил тебя»?

Сун Юньжань ухватился за эту идею:

- Действуйте. Пришлите мне, я сам выложу.

Да, он не забыл, что участвует в этом развлекательном шоу и для того, чтобы продвигать их следующий продукт - веб-сериал.

Хотя зрители, которые смотрели «Неспешное праздное путешествие», и были немного странными, но он верил, что может переломить ситуацию!

Полчаса спустя Сун Юньжань вышел из душа, и новые комменты на Weibo его здорово так удивили.

[Мама помогает тебе держать в узде этих злобных комментаторов, а ты делишься с ней таким маленьким сообщением?]

[Как дела, господин Сун? На что вы еще спорили с Цинь Кэ? Расплата уже наступила? Поделитесь со своими VIP-поклонниками, не относитесь к нам, как к посторонним.]

[Деточка, скажи маме, почему в анонсе на следующий выпуск ты зашёл в ту темную комнату один, а потом раз – и рядом с тобой уже Цинь Кэ? Я очень беспокоюсь, жду ответа онлайн.]

После прочтения комментариев Сун Юньжаню поплохело.

Он сделал несколько глубоких вдохов и рванул к Хэ Цзыю, чтобы излить на того свою горечь:

- Как работает мозг у современных пользователей сети? Их архисложно понять.

Хэ Цзы Ю как-то странно посмотрел на него:

- Значит, вы с Цинь Кэ просто нормально общаетесь?

- А что?

- Разве вы не вступили в войну с «тысячным войском»?

- … Каким войском?

Хэ Цзыю помолчал, потом сжал руки Сун Юньжаня и проникновенно объявил:

- Не злись на пользователей сети. Предлагаю тебе посмотреть выпуск и поразмышлять о ваших отношениях с Цинь Кэ.

Да, он просто мне нравится.

Нужно разобраться в происходящем, решил Сун Юньжань.

И включил «Неспешное праздное путешествие».

Хэ Цзыю тут же встрял со своими комментариями:

- Ты возглавил развлекательную компанию и не знаешь, что такое «Тысячное войско»? Они возглавляют список CP. У них – масса поклонников. Смотри – они только сели в автобус, как сразу бросились «раздавать сахар». Так и должны себя вести настоящие властители развлекательной империи.

Голову Сун Юньжаня заполонили вопросы – что за властители? Какой империи? Что это значит, черт возьми?

Он смущенно поинтересовался:

- Разве Шао Цянь не сказал, что он отец Ван Ючжэ?

- Это всего лишь шутка. Важен не их разговор, а источаемая ими сладость. Нужно быть больным на голову, чтобы поверить в слова Шао Цяня.

Сун Юньжань:

- …

Хэ Цзыю продолжил:

- Посмотри, как ты смотришь на них. Ты бросаешь им вызов?

Сун Юньжань поторопился откреститься:

- Нет.

- Не скромничай. Твое молниеносное вычисление волшебных цифр 520 было фееричным! Одним ударом сразил «тысячное войско» наповал.

- Заткнись, - прервал его Сун Юньжань.

Хэ Цзыю пожал плечами и послушно заткнулся.

Сун Юньжань наконец смог спокойно посмотреть шоу. Он невольно нахмурился. Что происходит вообще? Почему их совместное с Цинь Кэ путешествие по деревне Тунгу смотрится как-то странно? Куда бы они ни двинулись, их словно сопровождает причудливая аура.

Особенно в эпизоде, где они едят жареную картошку. Глаза Цинь Кэ, не отрываясь, смотрят на него и в них плещутся какие-то загадочные эмоции.

Пока Сун Юньжань искал подходящее определение тем эмоциям, Хэ Цзыю опять заговорил:

- Если всё это не было прописано в сценарии, то, может, ты ему действительно нравишься?

- … Это называется уважение и забота.

Сун Юньжань схватил подушку и метнул ее в друга.

И впал в прострацию. Лег на диван, косясь на экран телевизора. Почему мое сердце ни с того ни с сего вдруг радостно забилось?

Шоу подошло к концу.

Замелькали титры. Но Сун Юньжань, как в волшебном фонаре, видел на экране только лицо  Цинь Кэ.

Когда экран погас, Сун Юньжань внезапно вспомнил сцену, когда в кладовке он открыл глаза и увидел Цинь Кэ.

Эта сцена была так похожа на ту, в реквизиторской «Свадьбы и похорон», когда Цинь Кэ включил в ней свет.

Только вот тогда Сун Юньжань рассердился на Цинь Кэ, который застал его в такой неловкой ситуации.

А что он почувствовал в кладовке, когда увидел Цинь Кэ?

Душевное спокойствие. И счастье.

Ну и небольшое раздражение - типа «почему ты пришел так поздно?».

Это чувство было ему знакомо. Именно так он себя чувствовал тогда, в детстве, когда его родители, узнав об издевательствах няни-извращенки, вернулись домой!

Сун Юньжань был потрясен - он что, относится к Цинь Кэ как к спасителю?!

Как такое может быть? Он сжал кулаки и поклялся себе во время следующей съемки вести себя, как взрослый, уверенный в себе мужчина!

***

Поздно вечером, в студии на окраине города.

Чэнь Цзин закончила просмотр «Неспешного праздного путешествия».

Медленно подняла глаза и посмотрела на Цинь Кэ, который в это время позировал для обложки известного журнала, и ее сердце затопили сомнения.

В ее обязанности как агента входит следить за выступлениями своих подопечных артистов и, если требуется, направлять их. Но это шоу… Она не знала, какой совет она может дать.

Проявить обаяние? Цинь Кэ сделал это.

Произвести впечатление на зрителей? Цинь Кэ это тоже сделал.

Со всем этим он справился. Впрочем, как и всегда.

Но Чэнь Цзин просто чувствовала, что что-то здесь не укладывалось в привычную схему.

Посмотрев половину первого выпуска, она даже специально прервалась и заглянула  в контракт. Да, эта программа точно значилась как шоу о путешествиях, а не об отношениях.

Чэнь Цзин выключила шоу и просмотрела отчет о мониторинге общественного мнения, присланный Fengyun.

В отчете было указано, что в течение трех часов после выхода шоу в эфир популярность Цинь Кэ выросла аж на 40%. Так она взлетала только после появления на экранах кинотеатров фильма «Свадьба и похороны». Поднялся и процент положительных отзывов о нем в сети, и количество CP-фанатов, которых компания долгое время игнорировала.

Чэнь Цзин устало потерла лоб. Кажется, последнее – и есть их настоящая проблема.

По дороге в отель Чэнь Цзин полюбопытствовала:

- Слышала, что во втором выпуске будет показано соревнование по поиску сокровищ?

Цинь Кэ мягко ответил:

- Ну, мы в этом не победили.

Информацию о спрятанном сокровище они так и не получили.

Это сильно огорчило Сун Юньжаня. Особенно когда он узнал, что ему нужно было продержаться всего три минуты. После трех минут пугающих шумов можно было услышать информацию о местонахождении спрятанных сокровищ. Узнав об этом, Сун Юньжань чуть не вырвал все волосы у себя на голове.

Воспоминания о сердитом Юньжане сопровождались промелькнувшей в глазах Цинь Кэ улыбкой.

Чэнь Цзин тайно наблюдала за своим подопечным. И эта улыбка не прошла мимо ее внимания.

Она на мгновение задумалась и напомнила:

- В плане вашего продвижения, составленном для вас компанией, мы не делали упор ни на поддержку фанатов, ни тем более – на СР-поклонников. Поэтому вам необязательно на шоу вести себя, как Шао Цянь и иже с ними, стараясь впечатлить шипперов.

Не говоря уже о том, что в роли вашего напарника выступает президент Сун.

Все сотрудники их компании являются поклонниками знаменитых родителей Сун Юньжаня.

Если они узнают, что он использует Сун Юньжаня для CP-спекуляций, ему точно не поздоровится.

Выслушав ее, Цинь Кэ спокойно объяснил:

- Это было не специально.

Чэнь Цзин была ошеломлена:

- Как?

Вы превратили шоу о путешествиях в любовное шоу, а теперь говорите, что сделали это не нарочно?

Вы ведь не демонстрировали свои истинные чувства, нет?

… или да?

Чэнь Цзин не страдала больным воображением, как помощник Тан, но сейчас и она была в невообразимом шоке.

- Ты меня не пугаешь, - выдавила она улыбку, - о некоторых вещах нельзя так просто шутить.

Цинь Кэ задумался и внезапно спросил:

- Думаете, я шучу?

Чэнь Цзин занервничала и, не теряя надежды, дрожащим голосом произнесла:

- Если ты не пытался сыграть близкие отношения… значит, господин Сун тебе действительно нравится? Да?

Она представила себе своих рыдающих коллег, вопящих: «Президент Сун, вы еще ребенок! Мама/папа не позволит этого!». Эти картинки так напугали ее, что  она вмиг покрылась холодным потом. И это - в теплом автомобиле.

Услышав ее вопрос, Цинь Кэ нахмурился, развернулся к окну и глубоко задумался.

Уличные фонари, словно картинки в волшебном фонаре, сменяли друг друга, но Цинь Кэ виделось только мелькавшее лицо Сун Юньжаня.

Злое, счастливое, гордое, огорченное.

И какое бы выражение не появлялось на его лице, Цинь Кэ не мог оторвать от него глаз.

В прошлой своей жизни Цинь Кэ и представить себе не мог, что когда-нибудь они с Сун Юньжанем будут так тесно общаться.

Впрочем, переродившийся Цинь Кэ тоже не догадывался, что их сведет судьба, подарив столько общих воспоминаний.

После долгого молчания Цинь Кэ прошептал:

- Может быть, так и есть.

- Что?

Цинь Кэ рассмеялся, напряженные брови расслабились, в голосе появилась решительность:

- Да, он просто мне нравится.

***

Подошло время записи следующего выпуска «Неспешного праздного путешествия». На этот раз съемки должны были проходить в деревне Хуалин на северо-востоке страны.

Стоило Сун Юньжаню выйти из аэропорта, как его тело пронзил холодный ветер.

Сотрудники шоу заторопили его быстрее сесть в автобус, а то через пару минут он превратится в ледяную скульптуру.

В автобусе уже сидели Шао Цянь, Ван Ючжэ и Лу Цзиньи.

Все были уже знакомы между собой и с улыбкой поприветствовали друг друга.

Завязался разговор. В основном - о холодной погоде.

Лу Цзиньи несколько лет жила на северо-востоке страны, и к холодному климату ей было не привыкать. Она дала пару советов, как предохраняться от мороза в столь суровых условиях, попутно рассказав о местной кухне. И сделала это так феерично, что у Сун Юньжаня тут же разыгрался аппетит.

В его животе заурчало, и он быстро сменил тему:

- Госпожа Дай еще не прилетела?

Лу Цзиньи объяснила:

- Она прислала мне сообщение, что летит тем же рейсом, что и Цинь Кэ. Цинь Кэ не сказал тебе?

- Нет. Зачем ему рассказывать мне о такой мелочи.

Лу Цзиньи мило улыбнулась:

- О, правда? Мне показалось, что у вас достаточно близкие отношения. Думала, что он сообщит вам о своем опоздании.

- …?

Сун Юньжань мгновенно насторожился. Нужно быть бдительным. Общественное мнение не дремлет! Шипперы притаились за каждым кустом!

Хотя Лу Цзиньи уже не молода, ей кажется лет 60, но и пожилые люди порой ведут себя как дети, кайфуя от виртуального сводничества.

У Сун Юньжаня возникла идея:

- Госпожа Лу уже видела первый выпуск «Неспешного праздного путешествия»?

- Сначала я не хотела смотреть. Впервые снимала не я, а меня. Меня это как-то напрягало. Но мои дети заставили посмотреть вместе с ними.

- О! И как вам - понравилось?

Лу Цзиньи добродушно улыбнулась:

- Неплохо. Особенно две ваши пары. Такие молодые и энергичные. Прямо как мои дети.

Сун Юньжань неловко улыбнулся:

- …Это хорошо.

Если бы он услышал это во время первой съемки, то принял бы как комплимент. Типа две пары, состоящие в сыновне-отцовских отношениях.

Но теперь, когда он знал о существовании «тысячного войска» и его недобром отношении к их паре, он слегка трусил.

К счастью, в это время Лу Цзиньи позвонили с работы. И он поскорее смотался в задний ряд.

Рядом с Шао Цянем было свободное место, и Сун Юньжань быстренько примостился рядом:

- Я хочу кое о чем спросить тебя.

О, боже! Снова он!

Шао Цянь смиренно повернулся к нему:

- В чем дело?

Сун Юньжань, как и в прошлый раз, выключил свой микрофон.

Шао Цянь проследил за его движением и послушно повторил его, отключив и свой микрофон.

Убедившись, что их разговор не попадет на камеру, Сун Юньжань тихо прошептал:

- Вы с Ван Ючжэ – как отец и сын или… эм, как СР-парочка?

Шао Цянь:

- ???

Он потрясенно молчал. Ему трудно было поверить, что кто-то в этом мире еще не знал, что он и Ван Ючжэ состоят в СР-отношениях.

Но увидев на лице Сун Юньжаня искреннее непонимание, он сдался.

- Подождите минутку, давайте разберемся, - Шао Цянь срочно мобилизовал свой мозг. - Вы думаете, что мы с Ван Ючжэ как отец и сын?

Сун Юньжань смущенно замялся:

- Я так думал. Но потом мой друг сказал, что это не так. И я хочу убедиться в этом.

Шао Цянь вспомнил их с Сун Юньжанем разговор на овощном поле. Блин, это, оказывается, был разговор курицы и утки. Каждый говорил на своем языке. У него просто нет слов.

Это дико смешно. И просто возмутительно.

Шао Цянь несколько секунд молчал, потом осторожно уточнил:

- Так вы с Цинь Кэ тогда не бросали нам вызов?

Сун Юньжань растерянно залепетал:

- Нет! Я просто хотел научиться у тебя, как быть хорошим отцом.

- ???

Шао Цянь потерял дар речи. Они с Ван Ючжэ, оказывается, все время дрались с воздухом!

Это так расстроило его. Он бросил взгляд на своего напарника. В глазах его стояли слезы.

И в этот момент до Сун Юньжаня наконец запоздало что-то дошло:

- О, а почему сегодня вы сидите порознь? Вы поссорились?

- Нет. Мы просто выдвинули компании ультиматум, - Шао Цянь отвел глаза, на лице его читалось облегчение. - В прошлый раз мы с Ван Ючжэ, чтобы победить тебя,  так старались. И мы поняли, что страшно устали. Мы устали рабски подыгрывать «тысячному войску».

Сун Юньжань:

- …

Хотите, чтобы я вместе с вами посмотрел на снег?

Глядя на усталый и грустный вид Шао Цяня, Сун Юньжань стыдливо опустил голову.

В своей прошлой жизни его беспокоил только Цинь Кэ. Ни о каких СР-сражениях даже не слышал. Он и не подозревал, что жизнь айдолов так запутанна и сложна.

Это же просто недоразумение. А у ребят из-за него случился настоящий срыв.

- Необязательно же разрывать ваши отношения совсем, - посетовал Сун Юньжань. – Фанаты на это не купятся.

- Мы не собираемся так сразу разрывать наши отношения. Просто постепенно будем снижать градус накала между нами, попутно сводя к минимуму активность нашего взаимодействия. К концу шоу, надеюсь, нам удастся убедить наших фанатов в том, что наши мифические отношения полностью исчерпали себя.

Сун Юньжань сомневался в этом.

Он уже поварился слегка в этой СР-каше. Наблюдательность этих сладкоежек на высшем уровне.

В сегодняшнем поведении Шао Цянь и Ван Ючжэ они точно увидят bad end. И ждать конца шоу не придется.

И тогда «тысячное войско» тут же набросится на них с Цинь Кэ. Разве нет?!

Сун Юньжань не позволит случиться такому кризису.

Он немедленно поменял свою позицию и, опершись на спинку сиденья Ван Ючжэ, сидящего перед ним, заявил тому:

- Не сдавайтесь. Вы еще не проиграли.

Шао Цянь и Ван Ючжэ:

- …

Человек, нанесший им удар в спину, еще имеет наглость заявлять, чтобы они продолжали сражаться.

- Я неправильно понял ваше… сотрудничество, - Сун Юньжань продемонстрировал свою искренность. - Но я совершенно не хочу с вами соревноваться. Все это просто недоразумение.

Ван Ючжэ, до которого только сейчас дошло, что произошло, сокрушённо прикрыл свое лицо руками.

Сун Юньжань серьезно заверил их:

- Не волнуйтесь. Я уже всё продумал. Отныне я буду держаться от Цинь Кэ на расстоянии. Никакого давления с нашей стороны. Можете играть в свое удовольствие.

Шао Цянь заколебался:

- На самом деле, мы…

- Не надо ничего говорить, я все понимаю.

Сун Юньжань продемонстрировал твердость властного босса:

- Все решено. Я сдержу свое слово!

Шао Цянь проглотил недосказанные слова «мы все равно собирались разорвать эти отношения в этом году».

В конце концов, любопытно понаблюдать за решительными действиями этого господина Суна.

Десять минут спустя к автобусу подошли опоздавшие Цинь Кэ и Дай Лао.

Дай Лао по натуре была живой и энергичной. Сев в автобус, сразу принялась дразнить мужскую четверку - дескать, ее коллеги смеются, что в этом любовном шоу их пара с Лу Цзиньи – всего лишь сторонние наблюдатели.

Сун Юньжань хотел найти щель и забиться в нее. Но тут случайно столкнулся взглядом с Цинь Кэ, суетливо завертел головой и замер, уставившись в окно, сделав вид, что любуется красивым пейзажем.

Цинь Кэ пристегнул радиомикрофон и подошел к Сун Юньжаню:

- Я могу присесть рядом?

Сун Юньжань посмотрел на пустое место рядом со своим креслом, потом – на  любопытные глаза братьев и, стиснув зубы, объявил:

- Найди себе другое место, - и тут же понял, как грубо это прозвучало, потому сразу добавил. – Нам будет тесно здесь вдвоем.

Цинь Кэ посмотрел на стандартное сиденье, рассчитанное на двоих, и понял, что у господина Суна сегодня очередное обострение.

И невозмутимо прошептал в ответ:

- Хорошо, - и присел по другую сторону прохода.

Дай Лао и Лу Цзиньи расположились в первом ряду.

Сун Юньжань осмотрелся. Из трех пар только они с Цинь Кэ сидели вдали друг от друга, словно между ними была объявлена холодная война.

Он надул щеки, склонился к впереди сидящим братьям и прошептал:

- Видите, я вам не врал.

Шао Цянь и Ван Ючжэ обомлели.

Особенно Ван Ючжэ, заметивший быстрый взгляд Цинь Кэ.

Блин, во что мы ввязались?! Решение принимали не мы, так почему я чувствую, что стал виновником развала семьи?

Не услышав ответа от братьев, Сун Юньжань сердито скрестил руки.

На этот раз до пункта назначения они ехали намного дольше, чем в прошлый раз.

Расстояние было побольше, да и обледеневшая дорога не давала автобусу разогнаться.

Долгий путь навевал скуку.

Чем дольше они ехали, тем более одиноким Сун Юньжань себя чувствовал.

Но, вспомнив царящее в интернете сумасшествие, мысленно погрозил своим обидчикам кулаком - это война между мной и CP-фанатами! Держись, подбодрил он себя. Ты должен победить!

Автобус проехал примерно половину пути, когда кто-то заметил, что за окном пошел снег. Все в автобусе вдруг оживились.

Хотя все присутствующие в автобусе видели снег не раз в своей жизни, но представшая за окном волшебная картинка, казалось, заворожила всех. На густые леса, ряды черных крыш и желтые стены домов, проносящихся за окном, медленно паря, словно гусиные перья, падал снег. В городе такого не увидишь. Сказочный мир наяву.

Сун Юньжань широко распахнул глаза. Красота происходящего нисколько не уступала красотам старинных городов за пределами Китая.

Он пересел к окну и уткнулся в него. Глаза были полны детского восхищения.

- Это так красиво. Я хочу поскорее на улицу! - взволнованно воскликнул Сун Юньжань. Но никто ему не ответил.

Он замер. А затем вспомнил, что Цинь Кэ не было рядом с ним.

Сун Юньжань повернул голову. Цинь Кэ листал сценарий, не обращая внимания на волшебный снегопад за окном. Всем своим видом он словно говорил: «Я работаю, не отвлекайте меня».

- …

Ты, правда, такой спокойный? Или втайне грустишь?

Сун Юньжань поджал губы. Будь он на месте Цинь Кэ, его бы обидел грубый отказ.

Его решимость в этот момент пошатнулась.

Сун Юньжань отстегнул ремень безопасности, подвинулся к проходу, вытянул руку и нежно коснулся локтя Цинь Кэ.

Цинь Кэ поднял глаза:

- В чем дело?

Сун Юньжань выдал первое, что пришло на ум:

- Ты читаешь сценарий во время шоу. Разве это не неуважительно по отношению к команде программы?

Цинь Кэ улыбнулся:

- Почему я не могу это делать? – он кивком указал на Лу Цзиньи, которая работала за своим ноутбуком. - Поездка слишком долгая. Режиссер объявил перерыв в съемках.

Черт, я отвлекся и не заметил этого.

Уголки губ Сун Юньжаня невольно поползли вниз:

- Ты разве не заметил, что на улице идет снег? Ты же актер, тебе нужно наблюдать за жизнью, а не утыкаться в сценарий, - чем больше он говорил, тем уверенней себя чувствовал. – Режиссер Лу здесь жила, она всё это уже видела. А ты – нет. Немедленно отложи сценарий и посмотри за окно. Это приказ.

Цинь Кэ посмотрел на него, и лукавая улыбка расплылась на его лице:

- Хотите, чтобы я вместе с вами посмотрел на снег?

- ???

Сун Юньжань был застигнут врасплох. Меня разоблачили! Его уши покраснели от смущения.

- Я не слепой. Могу сам посмотреть на снег, зачем мне звать тебя?

- А что, если я хочу посмотреть на снег вместе с вами? - Цинь Кэ отложил сценарий. – Можно, господин Сун?

Сун Юньжань оцепенел. Глаза Цинь Кэ в этот момент были такими… такими… красивыми.

Омуты глаз, трепещущие крылья ресниц, изящный росчерк черных как смоль бровей. Сколько же скрытого соблазна в этих чертах.

- Тогда садись рядом.

Сун Юньжань сдвинулся к окну, не забыв подчеркнуть:

- Ты сам попросил об этом.

Цинь Кэ кивнул и подсел к нему. Чтобы вместе смотреть, как за окном падает снег.

Мир за окном, залитый серебром, был подобен длинному свитку с картинками, разворачивающемуся перед ними.

Через пару минут снежная сцена за окном вдруг показалась Сун Юньжаню уже не такой красивой.

Его отвлекла внезапная мысль. Что только что сказал Цинь Кэ?

Откуда он узнал, что я хотел вместе с ним посмотреть на снег?

Он угадал случайно? Или тайно наблюдал за мной?

Почему он наблюдал за мной? Ждал, что я приглашу его присоединиться ко мне? Или обиженно дулся, что я не дал ему сесть рядом?

Нет, меня это совсем не волнует, подумал Сун Юньжань. Что плохого в том, что они сидят порознь? Это же мелочи жизни, Цинь Кэ.

С чего бы это должно меня волновать? Разве отец не должен быть строг со своим сыном? Иначе как он вырастит из него независимого человека?

Сун Юньжань успокоился и с видом эксперта по красоте указал на дом за окном:

- Посмотри на эту крышу!

Цинь Кэ оглянулся:

- Хм? В ней есть что-то особенное?

- Она похожа на помощника Тана! - Сун Юньжань оживился, словно открыл для себя новый мир. - Ха, и эта тоже очень похожа.

Цинь Кэ:

- ?

Он внимательно присмотрелся и через несколько секунд, похоже, понял, как работает мозг президента Суна.

На этих крышах по бокам располагалась пара окон в тонких рамах, которые соединяла черная полоса, идущая по краю карниза, между ними возвышался дымоход. Хм, действительно немного похоже на неулыбчивого помощника Тана с очками на переносице.

Сун Юньжань был так счастлив, судорожно достал телефон и заторопил Цинь Кэ:

- Поторопись, быстро сфотографируй меня и крышу! Я хочу отправить этот снимок помощнику Тану.

Цинь Кэ включил на телефоне камеру:

- Какой снимок вы хотите?

- Сфотографируй меня и крышу, - Сун Юньжань изобразил пальцами латинскую букву V и задорно ухмыльнулся.

Цинь Кэ не мог не отзеркалить эту улыбку.

Он нажал на кнопку. Камера автоматически сфокусировалась на лице Сун Юньжаня, дома за окном превратились в размытый фон.

Сун Юньжань бросил взгляд на получившийся снимок:

- Ты специально так меня снял? Я здесь так глупо выгляжу!

- Как выглядите, так и снял, - спокойно ответил Цинь Кэ.

Сун Юньжаню нечего было сказать в ответ. Он потер щеки, вспомнил о своем актерском прошлом и поправил улыбку:

- Давай еще раз, только отключи автофокус. В фокусе должен быть помощник Тан.

- …

Цинь Кэ подумал про себя: «Вряд ли помощник Тан хотел бы, чтобы крыши называли его именем».

Но вслух ничего не сказал. И сделал еще несколько снимков. Позже пусть господин Сун сам выберет тот, что ему понравится.

На этот раз Сун Юньжань остался доволен.

Он выбрал два снимка, где ему понравились и композиция кадра, и освещеннсоть картинки. И тут вдруг вспомнил:

- Кстати, ту, что с глупой улыбкой, надо удалить.

Внезапно вмешался Цинь Кэ:

- Не удаляйте ее.

- Хочешь сохранить ее, чтобы насмехаться надо мной? - пристально посмотрел на него Сун Юньжань.

- Она милая.

Цинь Кэ достал свой телефон:

- Если она вам не нравится, можете переслать ее мне.

Сун Юньжань холодным тоном проговорил:

- Я подозреваю, что ты хочешь меня ею шантажировать, угрожая выложить эту фотографию в Интернет.

- …, - Цинь Кэ улыбнулся, - а это хорошая мысль.

- Это подло! - Сун Юньжань схватил телефон и приготовился мстить. – Давай и я тебя сфотаю! Сиди тихо, не дергайся!

Война компрометирующих снимков началась!

Но сердца сидящих недалеко от них Шао Цяня и Ван Ючжэ были спокойны.

Они так долго работали вместе, «продавая гниль», что понимали друг друга без слов. Обменявшись взглядами, они дружно вздохнули.

[Мы на это не купимся! Не станем есть вашу собачью еду!]

Автору есть что сказать: Некоторые люди еще не приняли свои чувства, но уже успели навредить невинным братьям.

Я верю, что в этот раз он обязательно победит.

Около полудня автобус прибыл в деревню Хуалин.

Снегопад уже прекратился, белым покровом, словно пушистым зефиром, засыпав землю.

Легкие одеяния, в которых приехали участники шоу, не могли противостоять северо-восточным морозам.

Всю группу переодели в толстые пуховики, предоставленные командой программы, и выстроили для объявления плана сегодняшних съемок.

Вместо очередных математических головоломок им было предложено отправиться на обед. О розыгрыше жилья, заявил режиссер, он объявит позже.

Очередной заговор, не иначе.

Но перед лицом голода и холода участники с удовольствием отложили соревнование и отправились в деревенский ресторан.

На обед была подана тушеная рыба, приготовленная, как и говорила им Лу Цзиньи, в железном котле.

Уха получилась вкусной и густой. Мясо рыбы, плавающее в супе, следовало есть с тофу. Блюдо, может, и не особо изысканное, но отлично согревало в холодную погоду.

Самое потрясающее в этом застолье был вид на замерзшее озеро и заснеженные горные хребты за окном.

Лу Цзиньи не могла избавиться от профессиональной привычки и привычно прокомментировала:

- Какой красивый пейзаж! Отличное место для съемок.

Дай Лао согласилась:

- Почему бы тебе не снять здесь свой следующий фильм?

- Было бы здорово. Но эта деревня слишком удаленная, - покачала головой Лу Цзиньи, - боюсь, бюджет не позволит. Да и инвесторы не согласятся.

Сун Юньжань, увлеченно уминавший за обе щеки, уловил ключевое слово.

И сразу насторожился:

- У вас уже есть инвесторы для вашего нового фильма, режиссер Лу?

- Мы еще не приступили к поиску инвестиции. Если господин Сун заинтересуется, я попрошу своего помощника обратиться в Xinghe Entertainment.

- Хорошо, - согласился Сун Юньжань. Но спустя минуту задумался.

Лу Цзиньи – известный кинорежиссер. Все знают ее фильмы.

Но почему в прошлой жизни Сун Юньжань не слышал ни о каком ее фильме, снятом в северо-восточной горной деревушке?

Может, этот проект так и не был реализован?

В таком случае предсказать прибыльность этого фильма сложно.

Сун Юньжань замер с палочками в руке. Но вряд ли это станет проблемой.

Можно заключить предварительное соглашение. А там как повезет.

После обеда появился режиссер.

Гости отвлеклись от еды. Что на этот раз придумала съемочная бригада? Победитель в предыдущем розыгрыше, чемпион по мгновенным ответам Сун Юньжань, был полон решимости защитить свой титул.

Режиссер достал бамбуковую трубку и объявил:

- На этот раз вы будете тянуть жребий. Предоставим все на волю удачи!

Как только он закончил говорить, раздались горестные стенания.

Шао Цянь:

- Со дня моего дебюта я ни разу не выиграл ни одной игры, когда речь шла об удаче.

Ван Ючжэ:

- Нет, ты однажды выиграл у меня.

Дай Лао:

- ... Как-то я рекламировала игровую платформу, и ей выставили сразу аж десять ограничений по рейтингу.

Лу Цзиньи:

- Ух, ты! Можем, разыграем жилье как-то по-другому?

Пока эти две пары печалились, по лицу Сун Юньжаня гуляла счастливая улыбка.

Команда программы не знает, что его напарник - главный герой этой книги! Он с рождения окружен аурой гениальности. Положиться на удачу – да без проблем!

Режиссер положил бамбуковую трубку на стол:

- Какая пара начнет первой?

Сун Юньжань моментально вскинул руку:

- Мы! – и кивнул на своего напарника. - Пусть это сделает Цинь Кэ. Он по жизни везунчик.

- … - Шао Цянь и Ван Ючжэ молча посмотрели на него. Их глаза яростно пылали «Ты такой лжец».

Сун Юньжань:

- …

О нет! Чертово желание победить его подвело!

Блин, он же дал обещание. И тут же нарушил ее, бросившись нахваливать Цинь Кэ.

Цинь Кэ посмотрел на него:

- Мне тянуть?

- Нет, я сделаю это сам, - дал задний ход Сун Юньжань.

После выхода первого выпуска кумушки-сладкоежки итак развели настоящий пожар, выискивая моменты, где Цинь Кэ всячески заботился о нем.

А скоро выйдет следующий эпизод с той позорной сценой в кладовке. Я не должен допустить разрастись этому пожару!

Сун Юньжань распрямил плечи и с высокомерным видом двинулся к режиссеру.

Подойдя к столу, посмотрел на три маленькие деревянные полоски, торчащие из бамбуковой трубки - вроде никакой разницы между ними не было - и глубоко вздохнул.

Успех или неудача?

Сегодня он собирается продемонстрировать этим Гало-сестричкам, что он вполне самостоятельный господин и может с легкостью обходиться без помощи Цинь Кэ.

Сун Юньжань напряг свою интуицию и ухватил одну из палочек.

На вытащенной палочке была накарябана цифра.

Он замер.

Как такое могло случиться – на палочке значилась цифра «3»?!

Сун Юньжань обвиняюще посмотрел на свою грешную руку. Как он мог забыть!

Эта правая рука уже подводила его пару раз, когда, соскользнув, вписала его в семейку Гало-поклонниц, и когда заперла дверь в ту костюмерную.

Это просто бесит.

***

Через полчаса.

Шао Цянь церемонно поклонился:

- Тогда мы уходим.

- Большое спасибо, господин Сун, - подхватил Ван Ючжэ. - Вы спасли нас от постыдной неудачи.

Они так настрадались на прошлых съемках, и вот наконец-то и на их улицу пришел праздник. Мстя наша будет страшна! И братья быстрым шагом покинули ресторан.

У Сун Юньжаня кулаки чесались кому-нибудь вмазать. Но это ведь он сам вытащил несчастливый номер. Лупить себя как-то не комильфо.

Он тыкал этой чертовой деревянной палочкой в стол и мысленно причитал – а-а-а, надо было позволить Цинь Кэ тащить жребий.

Цинь Кэ перевернул предоставленные режиссером песочные часы и принялся успокаивать Сун Юньжаня:

- Все в порядке, через десять минут тронемся.

Сун Юньжань что-то невнятно промычал и тихим голосом спросил:

- Ты в глубине души винишь меня?

- Зачем мне вас винить? Вряд ли все решит лотерея. Позже мы отыграемся, не переживайте, - Цинь Кэ отвернулся и добавил. – К тому же мне точно также, как и вам, могло не повезти.

Сун Юньжань виновато потупил голову. Я же так и не рассказал Цинь Кэ, что он – главный персонаж этой книги. Он не знает, что над его головой сияет нимб главного героя.

Цинь Кэ решил сменить тему:

- Я не знаю, что нам достанется в этот раз. И не поселят ли нас на продуваемой всеми ветрами стороне горы, в доме, где холодно, как в ледяном погребе. Если они не обеспечат нас средством для разведения огня, не придется ли нам самим пилить дрова и высекать искры, чтобы добыть огонь.

С каждым словом Цинь Кэ паника в глазах Сун Юньжаня росла все больше.

Сцена, которую он себе представил, ужаснула его. Вот они с Цинь Кэ сидят на корточках на ледяной поляне и скоблят замерзшей деревяшкой о лед, пытаясь высечь огонь.

- Но я не думаю, что они так сделают, - продолжил Цинь Кэ.

- Почему нет?! – обеспокоенно воскликнул Сун Юньжань. - Ты забыл о той кладовке? Эти изверги могут всё!

Невинный персонал программы:

- ?

То было всего лишь пятиминутное испытание смелости. Не надо так говорить, мы тоже люди.

Цинь Кэ подавил улыбку и напомнил:

- Это северо-восток. Здесь человек может легко замерзнуть насмерть.

Сун Юньжань радостно воскликнул:

- Точно!

Сотрудники шоу потеряли дар речи, но тоже согласно закивали.

Вы только сейчас вспомнили, что это программа о путешествиях, а не о выживании в дикой природе?

Через десять минут наступил их черед отправляться в путь.

Сун Юньжань нетерпеливо заскакал на месте:

- Скажите нам, куда нам идти?

Режиссер стал нагонять тумана:

- У ресторана стоит машина. Вы обо всем узнаете, когда сядете в нее.

Сун Юньжань заторопился и немедленно вытащил Цинь Кэ из-за стола.

Водителем был местный житель, с простоватым лицом, но твердым характером.

С какой бы стороны Сун Юньжань к нему ни подъезжал, тот категорически  отказывался давать им подсказку о месте назначения.

Вскоре Сун Юньжань и сам понял, куда они направляются.

Они ехали вверх по горной дороге, где между редкими лесочками вились две снежные трассы. Вот и ответ.

Их цель – горнолыжный курорт.

Выйдя из машины, Сун Юньжань опешил.

Вдалеке бродили четыре знакомые фигуры.

- Это две другие пары? Почему они тоже здесь?

Цинь Кэ догадался:

- На этот раз это будут лыжные соревнования?

Режиссер все подтвердил.

Как и сказал Цинь Кэ, на этот раз команда программы собиралась отдать право выбора лучшего жилья тому, кто победит в лыжных состязаниях.

Выигравшая команда, как и в прошлый раз, получит три ключа. Выбор дома – останется за ней. Участвовать в гонках может только один человек из пары, если он не справится с заданием, его может заменить второй участник команды.

Если оба провалят задание, их пара выбывает из соревнования.

- Вы отстаете от первой группы на двадцать минут, - напомнил режиссер, - вам лучше поторопиться.

Время поджимает.

Сун Юньжань вызвался, не колеблясь:

- Пойду я.

Цинь Кэ с тревогой потянул его за рукав:

- Давайте сначала я попробую.

Катание на лыжах отличается от других видов спорта. Лететь во весь дух с горы – это, конечно, увлекательно, но чрезвычайно опасно.

Учитывая порывистый и нетерпеливый характер Сун Юньжаня, все может закончиться несчастным случаем. А этого Цинь Кэ совсем не хотел.

Сун Юньжань увидел беспокойство в глазах Цинь Кэ. В сердце вспыхнуло счастье, но на лице не дрогнула ни одна жилка, он гордо заявил:

- Не волнуйся. Я катаюсь на лыжах с детства.

Цинь Кэ удивленно замер, он и не догадывался, что изнеженный Сун Юньжань обладает такими навыками:

- Вы уверены, что сумеете это сделать?

- Не сомневайся во мне лишь потому, что я вытянул не тот номер. Просто поверь мне, - Сун Юньжань неправильно понял беспокойство Цинь Кэ и тут же распорядился. - Найди себе место и отдохни. Насладись моим выступлением. А потом пойдем выбирать дом.

В разговор влез зараза-режиссер, напомнив о былом:

- В прошлый раз перед уходом в кладовку вы говорили то же самое.

Сун Юньжань опустил голову. Да, вроде что-то такое он и в самом деле тогда говорил. А потом его сразила реальность.

Ему и сейчас стыдно вспоминать об этом.

- В прошлый раз это была ваша вина. Зачем было так пугать людей? - его ресницы тревожно затрепетали, он посмотрел на Цинь Кэ и серьезно объявил. - В этот раз у меня все получится!

Цинь Кэ посмотрел на этого обиженного взрослыми маленького ребенка и тихо рассмеялся:

- Хорошо, тогда сегодня я полагаюсь на вас.

Сун Юньжань воодушевленно вскинул кулак:

- Не волнуйся, предоставь это мне! - развернулся и отправился выбирать снаряжение.

Режиссер с любопытством поинтересовался у Цинь Кэ:

- Господин Цинь, вы не боитесь снова провалить испытание?

Несмотря на то, что это туристическое шоу, если участник раз за разом будет терпеть неудачу, зрители начнут насмехаться над Сун Юньжанем, упрекая того, что он переоценивает свои способности. Вот почему режиссер попросил Сун Юньжаня подумать дважды.

Цинь Кэ медленно выдохнул и спокойно заключил:

- В прошлый раз это была просто случайность. Я верю, что в этот раз он обязательно победит.

Папа, пожалуйста, пойдем в дом.

Когда все услышали, что Сун Юньжань решил бросить вызов судьбе, все собрались у тренировочной трассы.

Сун Юньжань переоделся в лыжный костюм, выбрал пару лыж и, найдя глазами Цинь Кэ, показал ему, сжав ладонь и подняв большой палец.

- Он выглядит таким уверенным, - с завистью прокомментировала Дай Лао, которая умудрилась уже не один десяток раз шлепнуться. - Это он показывает своему напарнику, что у него все в порядке?

Цинь Кэ посмотрел на фигуру в синем лыжном костюме и после недолгой заминки возразил:

- Я так не думаю.

На его взгляд этот жест означал - посмотри, какой у тебя замечательный отец.

И ведь угадал – таким и было намерение Сун Юньжаня.

Уж в своих навыках скользить по лыжной трассе он был уверен на все 100%. Разве он может упустить эту редкую возможность похвастаться перед Цинь Кэ?

Он представил, как он сразит Цинь Кэ своим мастерством, и его глаза, спрятанные под очками, засияли от еле сдерживаемого волнения.

Лыжный инструктор проверил его защитное снаряжение и поинтересовался:

- Вы готовы?

Сун Юньжань кивнул, слегка согнул колени и резко оттолкнулся палками.

Цинь Кэ неосознанно задержал дыхание, глаза впились в удаляющуюся фигуру в синем костюме.

Фигура в синем рванула вниз со склона.

В мире снежного безмолвия Сун Юньжань был похож на птицу, свободно парящую над укутанной в серебряный покров землей.

Взвихрив снег, он мчался дальше, оставляя за спиной медленно парящие  снежинки.

Он взлетал, перевалив через снежные препятствия, легко взмывал в воздух, приземлялся, скользил по накатанной трассе, плавно входя в повороты, изящно изгибая свое тело.

Внезапно впечатление собравшихся о Сун Юньжане резко изменилось.

- … как мощно, - воскликнул Шао Цянь.

Если бы он не видел это своими глазами, он никогда бы не подумал, что этот странный господин способен мчаться  по трассе, как настоящий профессиональный инструктор.

Услышав этот возглас, глаза Цинь Кэ в момент потемнели.

Он поджал свои тонкие губы и не произнес ни слова, провожая глазами стремительно удаляющуюся фигуру Сун Юньжаня.

Заметив это, Шао Цянь попытался успокоить Цинь Кэ:

- Чего вы боитесь? Тренер сказал, что это - последний поворот, дальше уже финиш. Вряд ли с господином Суном что-то случится.

Ван Ючжэ:

- … не стоит расхваливать своих конкурентов.

- Да? – повернулся к нему Шао Цянь. – А кого мне хвалить? Тебя? Ты и десяти минут на лыжах не простоял. Папа очень в тебе разочаровался.

- О, сам встань и постой на них десять минут. Я - не против.

- Ха, не надо меня задирать. Если бы я не боялся высоты, мы бы уже вселялись в лучшее жилье в этой глубинке.

Пока эти двое собачились, Сун Юньжань уже вернулся, поднявшись по канатной дороге.

Как только вагончик притормозил, он спрыгнул, стащил шлем и очки и с сияющим лицом бросился к участникам шоу.

- Ну как? Я показал класс?!

Голос его срывался от испытываемых эмоций, глаза - сверкали.

И участники шоу, и ее создатели разразились бурными аплодисментами.

- Очень круто! Я – в шоке.

- Вы - ледяной принц деревни Хуалин!

Сун Юньжань подбежал к Цинь Кэ, встряхнул своей спутанной гривой и заглянул ему в глаза:

- Ну как? Впечатляюще?

Четверо участников:

- …

Ах, пардон, оказывается, это не нас спрашивали.

Цинь Кэ посмотрел на его румяные щечки и кивнул, словно очнувшись ото сна:

- Это было здорово.

Сун Юньжань цокнул, явно недовольный такой спокойной реакцией.

Однако приподнятого настроения это ему не испортило. Он решил не обращать внимания на косяк Цинь Кэ.

Когда Сун Юньжань переоделся, остальные уже были готовы продолжать шоу.

Режиссер торжественно вручил ему три ключа.

Если бы Сун Юньжань был собакой, то его уши стояли бы торчком, а хвост радостно вилял из стороны в сторону.

Но он человек, он помнил об этом. Сун Юньжань гордо вскинул подбородок и величаво уселся в автомобиль.

Молчаливый водитель, который вез их сюда, на обратной дороге вдруг разговорился:

- Как давно вы занимаетесь лыжным спортом?

- Лет десять. На самом деле я долго не практиковался. Когда я был ребенком, родители возили меня на каникулы за границу. Смотрел, как другие катаются, так понемногу и научился.

Водитель взглянул на этого юношу с рдеющими губами и белыми зубами – действительно похож на тех богатеньких мажоров, что показывают по телевизору. Значит, и в самом деле мог в детстве запросто кататься за границу.

- Должно быть, ты много, где покатался. И как тебе наша трасса?

Сун Юньжань честно признался:

- Уровень сложности средний, а другие аспекты неплохие. Почему бы вам не открыть несколько сложных маршрутов. Я бы с удовольствием еще приехал сюда, чтобы покататься.

Водитель горько рассмеялся:

- Мы бы тоже этого хотели. Хотели развивать туризм, но пока у нас это не получается.

Сун Юньжань, кажется, понял.

Он пробыл в этой деревушке только полдня, но успел оценить и ее выгодное географическое положение, и прекрасные пейзажи, которые похвалил даже такой требовательный режиссер, как Лу Цзиньи.

Но ни в деревенском ресторане, ни на лыжных трассах столпотворения не наблюдалось. Никаких туристов, кроме команды и участников программы. Всё объясняется просто – это место слишком удаленное.

Без солидной финансовой поддержки туризм здесь не развить. Местным жителям в одиночку это не потянуть.

Они въехали в поселок. Стало встречаться много туристических объектов – рестораны, отели, магазины, центры для обучения зимней рыбалке, резьбе по дереву и катанию на санках. Но все они были словно заморожены. Ни одного человека рядом.

Водитель продолжал молоть языком, а Сун Юньжань уже начал мозговой штурм, планируя свои дальнейшие действия.

Сун Юньжань внимательно посмотрел на ключи:

- На этот раз я должен выбрать самый лучший дом.

- Хм, - процедил Цинь Кэ. – Давайте посмотрим первый жилой объект.

Сун Юньжань уставился на Цинь Кэ – ты что, совсем не заинтересован в выборе?

Неужели я так сразил его своим лихим спуском, что он до сих пор не придет в себя?

Ах, железная логика.

И Сун Юньжань тут же успокоился и отправился вместе с Цинь Кэ на поиски первого объекта.

Это оказался гостевой дом - «постель плюс завтрак».

Дом опоясывала длинная открытая терраса. Под карнизами колыхались раскачиваемые ветром красные фонари, вид с террасы открывался необыкновенный - бескрайний заснеженный лес.

Был здесь и небольшой открытый бассейн с водой из горячих источников.

- О! Горячий источник! - Сун Юньжань был потрясен. Он уже влюбился в это место и был готов отказаться от осмотра других жилых точек.

Но он не желал совершать прошлую ошибку, поэтому они с  Цинь Кэ быстро обежали другие объекты и с радостью вернулись обратно, в первый дом. Он – лучший, решили они.

После этого режиссер поставил их в известность:

- Две другие пары еще не выполнили задание. Так что устраивайтесь и отдыхайте. Я сообщу вам, когда начнется запись следующего эпизода.

Сун Юньжань усмехнулся.

Дело не в том, что его соперники были плохи, а в том, что он - слишком хорош.

После того, как съемочная бригада покинула их, в доме наконец-то воцарилась блаженная тишина.

Сун Юньжань ходил взад-вперед по гостиной и думал. Деревня Хуалин -  туристический объект с большим потенциалом. Это место только и ждет, когда явится проницательный делец и подарит этой деревушке блестящее будущее.

И кто же станет этим человеком? Почему бы не я?

- Как думаешь, что если сюда вызвать представителей Ningdong Group, чтобы они  разработали план превращения этой деревушки в райское местечко для туристов? – обратился к Цинь Кэ, сидевшему на диване, Сун Юньжань. – Туристам со средним доходом проживание здесь не потянуть, но для успешных людей, как я, или популярных артистов, как ты, этот поселок стал бы раем на земле. Здесь немноголюдно и тихо.

Цинь Кэ поднял глаза:

- Хотите заняться индустрией туризма?

- Есть такая идея. «Легенда о Нань Хуа» напрямую связана с туристическими объектами Ningdong Group. Если я вложусь в новый фильм режиссера Лу, то съемки в этой местности повлияют и на жизнь этой деревушки. Откроются новые туристические маршруты, таким образом, жизнь курорта заиграет новыми красками.

Цинь Кэ кивнул:

- Резонно.

- …Я тебе, можно сказать, душу открыл, а ты мне в ответ сказал только одно слово? - Сун Юньжань торопливо подбежал к дивану и присел напротив Цинь Кэ. - Папа обсуждает с тобой дела, ты можешь сосредоточиться?

Цинь Кэ внимательно посмотрел на него и ничего не сказал.

Сун Юньжань:

- ?

Что-то здесь не так. Чем вообще забита голова Цинь Кэ?

- Тебя что-то беспокоит? Если у тебя проблемы, скажи мне. Я помогу тебе их решить.

Снова наступило долгое молчание.

Сун Юньжань уже собрался было пойти к горячему источнику, когда вдруг услышал:

- Почему бы вам не сняться в «Растопи лед»?

- … а?

Сун Юньжань замер. Воспоминания из прошлой жизни медленно всплыли в его памяти.

«Растопи лед» - фильм о зимних видах спорта. Последний фильм, в котором он проходил прослушивание до своего перерождения.

Тогда Сун Юньжань был уверен – роль главного героя создана для него! Он долго тщательно готовился к прослушиванию. Но, к сожалению, не прошел его.

На главную роль выбрали Цинь Кэ.

В настоящее время Сун Юньжань доволен своей жизнью. Не всякий способен стать успешным генеральным директором.

И тут вдруг Цинь Кэ вылезает с этим фильмом.

Сун Юньжань холодно фыркнул и сердито буркнул:

- Разве они не выбрали тебя?

Цинь Кэ нахмурился:

- А они знали, что вы так мастерски катаетесь на лыжах?

- Да, я даже показал им видео, - запыхтел Сун Юньжань. - Но это не помогло.

Этот ответ вызвал недоумение у Цинь Кэ.

Когда его выбрали на эту роль, продюсер специально уведомил его, что ему придется научиться кататься на лыжах, особо подчеркнув, что режиссер не хочет использовать в важных сценах дублеров.

Но почему они выбрали его, а не Сун Юньжаня, которому никакой дублер не нужен?

Когда Цинь Кэ увидел, как Сун Юньжань сегодня несся с лыжного склона, то взлетая в воздух, то изгибаясь и делая плавный поворот, ему показалось, что эта сцена вырвана из фильма. И с горы мчится не Сун Юньжань, а главный герой «Растопи лед».

Эта роль подходила Сун Юньжаню идеально.

Цинь Кэ расстроено вздохнул:

- Они сказали тебе, почему они выбрали меня, а не тебя? На мой взгляд, эта роль должна была быть твоей.

- …?

Сун Юньжань недоверчиво уставился на него:

- Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что я плохо тогда себя показал? Издеваешься надо мной?

Цинь Кэ покачал головой:

- Я не это имел в виду.

Он просто был в недоумении. Эти десять минут, проведенные на трассе, в нем все перевернули.

В центре внимания этого фильма – спортивные состязания. Литературная часть роли не очень сложна. А популярность и ресурсы у Сун Юньжаня были вполне сравнимые с его.

Так почему же..? Цинь Кэ задумался. Сун Юньжань начал закипать.

Он полностью принял тот факт, что Цинь Кэ - главный герой, а он прекрасно выступает в роли президента развлекательной компании. Но обсуждать этот вопрос с Цинь Кэ он был не готов.

- Не понимаешь, да? - Сун Юньжань встал и снисходительно посмотрел на своего собеседника. - Не заметил, что в конкуренции с тобой я всегда проигрывал? Потому что ты - главный герой, а я всего лишь «пушечное мясо» для твоего продвижения!

Цинь Кэ застыл. Изумление затопило его глаза.

Сун Юньжань сердито продолжил:

- Я сказал, что главный герой книги - Чжун Саофэн, но это не правда. Я солгал тебе. Главный герой романа - ты, поэтому ты так легко всего добиваешься, поэтому я не могу тебя победить, как бы ни старался, поэтому я так разозлился, что переродился!

- …

- Тебя не удивило, что ты переродился? Так вот. Это я вырвал тебя из твоей прошлой комфортной жизни! И стал твоим начальником, чтобы заставить тебя встать на колени и называть меня папой!

Выплеснутый гнев рассеялся. Комната погрузилась в странную тишину.

Сун Юньжань смахнул с глаз влагу и, не глядя на Цинь Кэ, «клац» - распахнул дверь гостиной, и с силой захлопнул ее за собой. Вышел на улицу, присел на корточки и стал рисовать круги на снегу.

Как же это раздражает! – сердито подумал он.

Это был крик его души. И он ни о чем не жалеет. Пусть Небеса сотрут его с лица земли. Пусть. Он возродится заново. Где-нибудь подальше от этого ублюдка Цинь Кэ и никогда не будет иметь с ним никаких дел.

- Мне прямо стало легче, - пробормотал тихим голосом Сун Юньжань. - Мне все равно, что подумает Цинь Кэ. Захочет расторгнуть контракт, уж я позабочусь, чтобы он выплатил 100 миллионов неустойки.

Прошло несколько минут, а Сун Юньжань все никак не мог успокоиться:

- Нет, он главный герой. 100 - мало. Пусть выкатывает 500 миллионов.

Озвучив эту цифру, понял, что слегка переборщил – ну... тогда 300, не меньше.

Определившись с ценой, Сун Юньжань в оцепенении уставился на нарисованную на снегу собаку.

Вероятно, от холода у него закружилась голова. В этот момент он чувствовал себя таким потерянным.

Цинь Кэ не знал, что был главным героем.

И они так хорошо сдружились с ним.

Возможно, в будущем они стали бы... еще ближе...

Ближе, чем хорошие друзья – это…

Голова отказывалась работать на морозе. Онемевшими от мороза пальцами Сун Юньжань потер потерявший чувствительность нос.

Покидая дом, он в горячке забыл накинуть пуховик и захватить перчатки. Он  страшно замерз. Но возвращаться в дом и встречаться с Цинь Кэ – ни за что!

Но если он не войдет, то, вероятно, замерзнет.

Дилемма повисла на нем тяжким грузом. И тут послышались легкие шаги.

Когда звук достиг соответствующего отдела его мозга, кто-то уже стоял за его спиной.

Теплый пуховик упал на него, укрыв его с головой.

Как пылающий огонь, согревающий в ледяной пустыне. Как жаркие объятия, когда ты дрожишь от холода.

Сун Юньжань прикрыл ресницами свои глаза и сердито фыркнул.

Повзрослей уже! Кого ты хочешь обмануть этой маленькой хитростью?

Мечтай!

Затем он услышал, как кто-то присел и прошептал ему прямо в ухо:

- На улице слишком холодно. Папа, пожалуйста, пойдем в дом.

Автору есть что сказать : Поздравляем господина Суна! Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать великое событие - наш маленький Сун наконец стал отцом.

Кто пожалеет об этом, тот и будет лаять, как собака.

- Ты, ты, как ты только что... назвал меня?

Сун Юньжань высунул голову из-под пуховика. В его дрожащем голосе было две части удивления, три - радости и оставшиеся пять… - неконтролируемой дрожи.

С неба снова посыпал снег.

Снежинки падали дождем, присыпали его черные волосы «сахарной» пудрой. Кончик носа покраснел, мокрые ресницы встопорщились. Он выглядел одновременно и жалким, и милым.

Цинь Кэ стряхнул снежинки с его головы:

- Я назвал тебя папой.

Сун Юньжань:

- !!!

Он словно услышал торжественную симфонию, накрывшую деревню Хуалин. Звучала она как радостный гимн. В виде визуального эффекта выступили падающие снежинки, прямо в воздухе выстроившись в огромное слово «Папа».

Не успел Сун Юньжань насладиться этим зрелищем, как Цинь Кэ схватил его за запястье и непререкаемым тоном приказал:

- Давайте вернемся в дом.

Сун Юньжань не стал возражать. Он должен быть ответственным отцом. Он не может лишить Цинь Кэ отца в таком молодом возрасте.

Он завилял несуществующим хвостом и радостно последовал за сыном.

Только вернувшись в дом, Сун Юньжань понял, как же он замерз.

Он дрожал, зубы выстукивали военный марш, миндалевидные глаза распахнулись, приняв форму колокольчиков. Он смотрел на Цинь Кэ, но не мог произнести ни слова.

Цинь Кэ нахмурился, стянул с него пуховик, налил ему чашку горячей воды и стал полотенцем вытирать его волосы.

Эмалированная чашка с рисунком в местном стиле была горячей.

Через какое-то время его пальцы, сжимавшую чашку, постепенно согрелись. Он не смог удержаться от рвущейся на уста улыбки.

- …

Цинь Кэ молчал, не желая неловким словом разрушить эйфорию, в которой пребывал Сун Юньжань, заботливо промокая полотенцем его волосы.

К тому же ему нужно было время, чтобы привести в порядок свои мысли.

Раньше он не понимал, почему Сун Юньжань был так одержим этим странным желанием.

И только сейчас, когда Сун Юньжань раскрыл правду, он, наконец, понял, насколько сложными были причины этого, казалось бы, абсурдного желания.

Главный герой.

Цинь Кэ покатал эти слова на языке. Его глаза потемнели.

Браться за главную роль ему было не в новинку. Но это происходило на сцене, а не в жизни. Он не ожидал, что это предназначение в реальной жизни создаст такую огромную пропасть между ним и другими людьми.

Обвинения Сун Юньжаня в его адрес были не совсем справедливы.

Цинь Кэ никогда не полагался на протекцию, а пробивал свой путь своими силами.

Однако, когда Сун Юньжань с жалобным видом выкрикивал свои упреки, у него не было ни малейшего желания защищаться. Ему просто хотелось искренне извиниться за все обиды, которые перенес Сун Юньжань.

- Я должен извиниться, - сказал тихим голосом Цинь Кэ. – Прости, я не хотел тебе вредить. Ни в той жизни, ни в этой.

Сун Юньжань подавил рвущуюся улыбку:

- Какой ты совестливый.

Цинь Кэ отбросил полотенце:

- Хотя мне и странно это говорить, но я никогда не относился к тебе как к «пушечному мясу». Для меня ты очень важен…

- …папа, – подсказал Сун Юньжань.

- …

Сун Юньжань заметил мелькнувшую в глазах Цинь Кэ беспомощность, и улыбка, прячущаяся в уголках его губ, стала еще шире.

- Не сердись, папа шутит, - Сун Юньжань поставил чашку на стол. - Отныне мы – семья. Если тебе понадобиться помощь, скажи об этом отцу. Я сдержу свое обещание и всегда поддержу тебя. Я всегда буду твоим отцом.

Цинь Кэ медленно повернул голову и посмотрел на снегопад за окном.

Щенок, которого нарисовал Сун Юньжань, все еще не скрыл падающий снег. Ушки у него были понуро опущены, глаза обиженно прищурены.

Сун Юньжань почувствовать себя виноватым.

Когда он рисовал щенка, инстинктивно он изобразил его таким несчастным горемыкой. Так он не только выражал свои эмоции, но и невольно давил на жалость, чтобы вызвать в Цинь Кэ сочувствие.

- Ты же не возьмешь это слово назад? – вдруг испугался Сун Юньжань. – Первое слово дороже второго.

Цинь Кэ оглянулся и мягко улыбнулся:

- Я не откажусь от этого слова, - посмотрел в глаза своего напуганного босса и многозначительно добавил. – Главное, чтобы вы, господин Сун, сами не пожалели об этом в будущем.

- ???

Сун Юньжань растерянно задумался.

А, понял он, этот ребенок хочет подразнить своего отца. Его эта маленькая хитрость не напугает.

- Тогда решено. Кто пожалеет об этом, тот и будет лаять, как собака, - уверенно заявил он.

Через полчаса после того, как сыновне-отцовские отношения были официально подтверждены, их позвали на запись.

Остальные две команды выполнили задание почти одновременно. Пара Шао Цяня закончила с небольшим отрывом и выбрала довольно приличное жилье, дом №2.

Учитывая суровый местный климат, команда программы позаботилась о комфортном проживании своих гостей. Последний жилой объект был, может, и не особо просторен, но протоплен, что сразу придало ему уютный вид.

Участников шоу пригласили на мастер-класс по резьбе по дереву.

Перед тем как отправиться в мастерскую, режиссер отозвал Сун Юньжаня в сторону:

- Господин Сун, я хотел бы кое о чем вас попросить, - искренность и беспомощность сквозили в его улыбке. – Пожалуйста, больше не выключайте микрофон, это мешает нашей работе.

Режиссеру было неловко напоминать Сун Юньжаню об этом.

В домах, где поселились участники, были установлены камеры. Должны же зрители видеть, как ладят между собой участники шоу, когда остаются наедине.

А этот Сун Юньжань выключил микрофон, как только вошел в дом.

А вслед за ним и Цинь Кэ сделал то же самое.

Если судить по видео, снятом за это время, эта парочка, похоже, поссорилась, а потом помирилась. О чем они на самом деле говорили там, осталось неизвестно.

Такая интересная сцена, с грустью подумал режиссер.

Сун Юньжань внезапно выбежал из дома на улицу. Цинь Кэ какое-то время сидел, затем взял пуховик и вышел за молодым господином Суном. А когда они вернулись, произошла самая захватывающая и трогательная сцена! Цинь Кэ так нежно сушил полотенцем волосы господина Суна! Ах! И весь этот эпизод им пришлось отправить в мусорное ведро! Без звука это видео не имело никакой цены.

Сун Юньжань почесал затылок:

- Мы обсуждали секреты нашего бизнеса.

- …правда? – засомневался режиссер. – Когда вы несколько раз просили Шао Цяня выключить микрофон, вы с ним тоже обсуждали секреты своего бизнеса?

- …Ну, да, - Сун Юньжань застенчиво улыбнулся. - Простите, я больше не буду так делать.

Режиссер посмотрел на его невинное личико. Ну как на него злиться – тот ведь признал свои ошибки. Режиссер обреченно кивнул, давая знак вернуться к съемкам.

Участники шоу зашли в мастерскую резьбы по дереву.

Рядом с деревней Хуалин росло много берез, древесину именно этих деревьев и использовали для художественной резьбы.

Консультант по резьбе раздал всем по небольшому размером с ладонь деревянному бруску:

- Нарисуйте на бумаге узор, который вы хотите вырезать, и наклейте его на брусок. Потом я вам объясню, как пользоваться станком для резьбы.

Сун Юньжань с детства увлекался разными рукоделиями. Он взял ручку и бумагу и задумался. Брусок слишком маленький, много на нем не нарисуешь, поэтому он решил вырезать свою любимую Монику.

Моника – всегда в его сердце.

Сун Юньжаню даже не нужно было обращаться к ее фото в телефоне, он помнил каждую деталь ее любимого облика.

Дай Лао, сидевшая напротив Сун Юньжаня, взглянула на его рисунок:

- Это твоя собака? Как ее зовут?

- Моника, - Сун Юньжань поднял рисунок своего самоеда перед камерой. - Милая, правда?

Оператор согласно кивнул.

Сун Юньжань был вне себя от радости. У меня сегодня такой хороший день!

Он не только выиграл соревнование, но и услышал от Цинь Кэ волшебное слово «папа».

Он приклеил рисунок на брусок и уже было двинулся к станку для резьбы, когда заметил, что Цинь Кэ тоже закончил рисовать.

- Какое совпадение, вы тоже нарисовали собаку, как и господин Сун.

Дай Лао, видимо, в детстве была непоседой, и на уроках, вероятно, крутила головой по сторонам. Свой рисунок не закончила, а лезет посмотреть, что там другие «школьники» нарисовали.

Сун Юньжань недоумевал.

У Цинь Кэ же нет собаки. Зачем он нарисовал собаку? Кто его так вдохновил?

Сун Юньжань заглянул в рисунок Цинь Кэ.

А, Цинь Кэ нарисовал обиженного пса, которого он, Сун Юньжань, нарисовал на снегу!

- Это намек? – взвился Сун Юньжань. - Так не пойдет. Нарисуй что-нибудь другое.

Блин, как все запуталось.

Шао Цянь вытянул шею:

- А? Это же просто собака. На что она может намекать?

Сун Юньжань:

- … Я не могу тебе это объяснить, - он не хотел, чтобы вся страна увидела его грустного щенка, и погрозил Цинь Кэ пальцем. - Ты слышал? Поторопись и перерисуй свой рисунок.

Но Цинь Кэ не сдавался:

- И зачем мне это делать?

- ?

Потому что этот жалкий песик похож на твоего отца! У него даже есть такие же ямочки на щечках!

Сказать о ямочках Сун Юньжань не мог. Кстати, а у собак вообще могут быть ямочки на щечках?

Не могу же я открыто заявить о нашем сходстве! Я же не собака, в конце концов.

Сун Юньжань глубоко вздохнул и потянул Цинь Кэ в угол. Привычно коснулся микрофона, чтобы отключить его, и замер.

На него сурово смотрели сотрудники команды.

- …

Сун Юньжань молча убрал руку. И, сделав морду кирпичом, просигналил Цинь Кэ глазами.

Цинь Кэ терпеливо объяснил:

- Я плохо рисую.

- И…?

- Поэтому я просто скопировал ваш рисунок, - густые длинные ресницы Цинь Кэ медленно опустились, стыдливо прикрывая неловкое признание. - Можно?

Сердце Сун Юньжаня дрогнуло.

Он ясно видел, как в конце губы Цинь Кэ дважды шевельнулись.

Трудно было не прочитать по губам, что сказал этот негодник!

Это было слово «папа».

Китайская стена в душе Сун Юньжаня мгновенно рухнула.

Ни один отец не смог бы устоять перед таким.

Оказывается, Цинь Кэ вовсе не собирался смеяться над ним… Нет, напротив, он хотел отдать ему дань уважения.

- О, в таком случае конечно, - и Сун Юньжань рукой прикрыл свой расплывающийся в широкой улыбке рот. – Постарайся не испортить рисунок.

Автору есть что сказать: И почему люди злятся?!

Все знают, что в горячих источниках нельзя купаться в одежде.

Оставшаяся часть записи прошла под мерный гул станка для резьбы по дереву.

Сун Юньжань с легкостью вырезал свою Монику, а потом отправился гулять по мастерской, что оказало на других участников  большое психологическое давление.

Устав от жалоб на Сун Юньжаня, режиссер отвел его в соседнее помещение для импровизированного интервью.

Когда они вернулись, Цинь Кэ уже закончил со своей резьбой.

Сун Юньжань подошел, чтобы посмотреть.

Оказывается, Цинь Кэ не такой уж и всемогущий. В резьбе по дереву он явно оказался не так хорош. В итоге обиженный щенок превратился в веселого игривого песика.

- Совсем не похоже вышло, - Сун Юньжань покачал головой и удрученно вздохнул, как старый отец, проверяющий домашнее задание своего ребенка. – Совсем не то выражение.

Цинь Кэ с милой усмешкой посмотрел на него:

- Но все равно мило, правда, же?

Сун Юньжань задумался:

- Тут не поспоришь, - присел рядом с Цинь Кэ и стал ждать, пока тот закончит шлифовать свой рисунок, потом внимательно рассмотрел его. Действительно, у щенка был немного глупый, но задорный вид.

Нельзя было не умилиться, глядя на такого озорного песика.

Цинь Кэ заметил улыбку на лице прототипа своего персонажа и поинтересовался у того:

- Хотите, подарю это вам?

У Шао Цяня, работавшего рядом, дрогнула рука и его заготовку прочертила длинная царапина.

Он поднял голову и посмотрел на эту бесстыдную парочку. Уста его лишились речи, сердце готово было уйти от злости в офлайн.

Это же всего лишь деревянный брусок. Зачем же так многозначительно предлагать его в подарок? Это же не свадебное кольцо, в конце концов.

Однако Сун Юньжань воспринял это предложение совсем по-другому.

Он до сих пор помнит, как воспитательница в детском саду учила их делать оригами. Он сложил парочку неказистых зверюшек, совсем не похожих на своих прототипов, и забрал их домой, чтобы подарить своим родителям.

Какой знакомый сценарий.

Но тут ему пришла в голову другая мысль, и сердце его беспокойно забилось в груди.

Что, если зрители не так поймут сыновнюю почтительность Цинь Кэ?

Сегодняшние пользователи сети такие агрессивные.

Что, если они неправильно поймут наши отношения? Вдруг углядят в этом намек на тайную грязную сделку?…

Сун Юньжань задержал дыхание и отказался:

- Оставь себе.

Отказался, но отвести глаз от миленького щеночка так и не смог.

Цинь Кэ не мог понять, почему Сун Юньжань отказался. Сун Юньжань в этот момент был похож на ребенка, который отказывается принять праздничный красный конверт. Руки решительно спрятаны за спину, а в глазах бьется жгучее желание принять подношение.

Цинь Кэ на мгновение задумался, потом повернулся и отыскал глазами режиссера.

Режиссер:

- …?

Надо сказать, актерское мастерство Цинь Кэ достигло невиданных высот.

Не сказав ни слова, он ясно дал понять, чего он хочет.

Режиссеру хватило одного взгляда, чтобы понять Цинь Кэ.

Вероятно, Цинь Кэ намекает, что хорошо было бы предложить участникам шоу обменяться своими поделками.

Обмен поделками…

Идея, конечно, хорошая. Но что делать с уродливым призраком в исполнении Ван Ючжэ? Разве кто-нибудь обрадуется, приняв это уродство в виде подарка?

Режиссер напряженно думал. Сун Юньжань же внезапно ринулся к нему и с серьезным лицом заявил:

- Мне нужно с вами кое-что обсудить.

- Слушаю вас.

Сун Юньжань потянулся, чтобы выключить микрофон, режиссер моментально насторожился:

- Вы опять хотите выключить микрофон? Вы же обещали, господин Сун!

Сун Юньжань, понизив голос, объяснил:

- На этот раз это действительно касается коммерческой тайны, - и зашептал. - Можете связаться с руководством деревни?

- … зачем?

Сун Юньжань кратко представил свой план развития туризма в деревне Хуалин:

- Конечно, все зависит от местных жителей. Захотят ли они этого. В крайнем случае, я могу найти другое место.

Режиссер был в шоке.

Как руководитель съемочной группы, он получал множество «жалоб» на парочку из Xinghe Entertainment. Большая часть жалоб исходила от прикрепленного к ним оператора. Суть всех претензий состояла в том, что Сун Юньжань вел себя ребячливо, совершенно не соответствуя образу успешного бизнесмена, который прописали для него сценаристы программы.

А этот Сун Юньжань в это время, оказывается, планировал фееричный взлет туристической сферы в удаленной от мира маленькой деревушке Хуалин.

Команда программы сознательно выбрала для своего шоу этот забытый горный уголок Китая, с потрясающими пейзажами и слаборазвитой экономикой, желая хоть как-то помочь развитию этого места. Посмотрят зрители «Неспешное праздное путешествие», глядишь, и потянуться туристы в край невиданной красоты.

Идея Сун Юньжаня полностью совпадала с намерением команды программы.

Режиссер оживился:

- У меня есть номер телефона сельского комитета. Могу договориться с их председателем о встрече.

Сун Юньжань остановил его взмахом руки:

- Нет, сначала спросите их, готовы ли они в это ввязаться. А потом дайте мне знать. Если они согласятся, то пусть свяжутся с моим помощником, он обо всем позаботится.

Режиссер понимающе кивнул.

В конце концов, Сун Юньжань – президент компании. Он инвестирует деньги, а потом ждет, когда посыпятся денюжки.

Напоследок режиссер вежливо поинтересовался:

- Помимо этого, у вас есть еще какие-нибудь идеи?

Сун Юньжань застенчиво улыбнулся:

- Можно добавить в план сегодняшних съемок обмен поделками?

Режиссер:

- ???

Я тут обсуждаю с вами светлое будущее деревни Хуалин, а вы…

Ладно, забудьте.

Сун Юньжань совершенно не осознавал, насколько разнились эти две части их разговора.

Он нахмурился, щечки его предательски заалели:

- Пожалуйста.

Режиссер устало отмахнулся:

- Хорошо.

После того, как все закончили со своими поделками, режиссер объявил о дополнительном условии.

Кого-то это условие обрадовало, а кого-то – донельзя расстроило.

На Шао Цяне словно вывесили табличку «Я зол, как черт».

- Мы должны обмениваться поделками со своими партнерами? Если нет, то я хотел бы получить самоеда господина Суна.

Отвергнутый Ван Ючжэ язвительно усмехнулся:

- Да? А мне понравился щенок, вырезанный Цинь Кэ. Он очень мил. А свою колючку оставь себе.

- …? - Шао Цянь сердито возразил. - Это цветок!

Сун Юньжань молча наблюдал за этой сценой. Это, должно быть, представление для «тысячного войска».

Но причем здесь они с Цинь Кэ? Отец и сын к этому лицедейству не имеют никакого отношения!

Сун Юньжань одной рукой поспешно вложил в руку Цинь Кэ деревянную Монику, другой забрал у того забавного щеночка. Забрал и крепко сжал его в руке. Только попробуйте забрать его у меня!

Цинь Кэ посмотрел на его руку и улыбнулся.

После ужина съемки закончились, и всех участников отпустили по домам.

Сун Юньжань не забыл о подлом запугивании съемочной команды и, вернувшись в их жилье, тщательно обошел все темные уголки дома.

- Боюсь, они снова притворятся призраками, - серьезно вещал Сун Юньжань. - Завтра же будет миссия по поиску сокровищ. А никаких подсказок они нам не дали. Как бы опять засаду не устроили.

Цинь Кэ задумчиво потер лоб:

- Горячий источник проверили?

Сун Юньжань испуганно замер:

- Нет.

Рядом с этим горячим источником вчера Сун Юньжань и нарисовал того щеночка. Может, поэтому и избегал этого места.

- Пойдемте, проверим его, - предложил Цинь Кэ.

Они потеплее оделись и распахнули входную дверь.

Обиженного песика, нарисованного на снегу, падающий же снег и скрыл.

Только грустно повисший собачий хвостик остался. Но кто бы его узнал, кроме них двоих.

Они, не сговариваясь, дружно обошли хвост, не решаясь уничтожить последнее вещественное напоминание о том вечере.

Двинувшись по освещенной террасе, они достигли дымящейся купальни.

Это был природный горячий источник. По краю – выложены камни и встроены тусклые светильники. Свет последних глушил туман, размывая изображение.

В воздухе витал запах свежевыпавшего снега и легкий душок серы. Удивительно, но серные миазмы не отпугивали, а, напротив, словно заманивали в горячий водоем. Хотелось прыгнуть и насладиться освежающими ощущениями.

Сун Юньжань очень устал. И приглашение водоема его искушало – бросить на фиг осмотр и упасть в теплые оздоровительные воды.

Колебание длилось менее трёх секунд. Из «ищем подлянку» и «давай расслабимся» он выбрал последнее.

- Почему бы нам не искупаться? - он сделал паузу и добавил. – У нас такое прекрасное жилище. Мы не можем не воспользоваться всеми его преимуществами. А то горячий источник может и заплакать.

Цинь Кэ остановился:

- Вдвоем?

- Хочешь позвать еще кого-то? - Сун Юньжань заволновался. - Этот водоем такой маленький.

Дело, конечно, было не в размерах водоема.

Цинь Кэ замер, разглядывая яркое предвкушение, написанное на лице Сун Юньжаня.

Наконец отмер и подтвердил свое согласие скупым «хм».

Сун Юньжань с облегчением выдохнул.

Сегодня он действительно выдохся. То рекорды ставил на снежной трассе, то праздновал день рождения сыновне-отцовских отношений. Ему срочно нужно окунуться в природу и восстановить энергию.

Горячий источник располагался под открытым небом. Свет от тусклых светильников рассеивался - толку от них было мало. Если бы не Цинь Кэ, он бы в одиночку в воду не полез.

Слава богу, владельцы этого гостевого дома позаботились о душевой, обустроив ее рядом с источником. А то бы пришлось по улице в мороз бежать с мокрой головой из ванны.

Внутри душевой было все, что нужно для быстрого ополаскивания.

Сун Юньжань, как отец, отправился в душ первым. Приняв душ, он заколебался. Раздеваться до конца или нет?

Все знают, что в горячих источниках нельзя купаться в одежде.

…Да ладно, мы же оба мужчины. А он - еще и мой сын.

Сун Юньжань обвязал вокруг бедер банное полотенце и мысленно дал себе установку «Отцу и сыну нечего скрывать друг от друга!»

Решимость была в сердце, но не в руках – открывал дверь душевой он очень медленно.

Но пронизывающий холодный ветер стер все установки из его головы.

Цинь Кэ увидел, как из душа вышла тонкая человеческая фигуру, замерла, издала яростный крик, рванула к водоему и яркой вспышкой исчезла в недрах горячего источника.

Конечно, это был Сун Юньжань.

Горячий источник вернул Сун Юньжаня к жизни.

Он попытался объяснить свою позорную пробежку и, откашлявшись, пояснил:

- Такой мороз. Выйдешь из душевой, быстро беги в воду, не то на полпути превратишься в ледяную скульптуру.

- … хорошо.

Цинь Кэ подавил улыбку и с серьезным видом кивнул.

Дверь душевой закрылась. Сун Юньжань остался один.

Он инстинктивно напрягся и замер, не осмеливаясь оглянуться по сторонам. Прижался спиной к краю водоема и начал молиться, чтобы Цинь Кэ поскорее вышел из душа.

Цинь Кэ, казалось, услышал его неозвученный призыв.

Скрип открывающейся двери прозвучал как небесная музыка.

Сердце Сун Юньжаня часто забилось.

Он, не оглядываясь, окунулся в воду.

Плеск воды дал знать, что Цинь Кэ спустился в источник.

Сун Юньжань сжал кулаки, набрал воздуха в легкие и обернулся:

- Ты…

Слова застряли у него в горле.

Цинь Кэ, вероятно, хотел подойти к нему.

Глубина источника была небольшой – прикрывала Цинь Кэ по пояс. Но хватило и того, что находилось выше линии воды – широкие плечи, красивые изгибы талии, изящная ямочка в изножье шеи.

- Эм?

Цинь Кэ подумал, что Сун Юньжань хочет что-то сказать ему, подошел поближе и присел рядом:

- Вы что-то хотели сказать мне?

Сун Юньжань не знал, куда смотреть.

Он с трудом отвел взгляд от такой притягательной ямочки между ключицами Цинь Кэ:

- О, я хотел спросить, ты не видел в душевой каких-нибудь подсказок?

- …вряд ли в душе стали бы устанавливать камеру.

- ?

… Ах, да. Поиск подсказок же тоже снимается на камеру.

Точно, душ – не место для подсказок.

Это же, в конце концов, приличное шоу.

Сун Юньжань медленно выдохнул – что это я так нервничаю?

Он бросил быстрый взгляд на Цинь Кэ, и ущипнул себя за руку – зависти не место в моем сердце!

Ну, почему у него нет таких выразительных мышечных линий?!

Не мускулы, а слабое подобие. Фигура, как у цыпленка.

Эх, была бы у меня фигура, как у Цинь Кэ, - подумал Сун Юньжань, - не перекачанная, с четкой мышечной текстурой, я бы…

…

А что я бы сделал?

Сун Юньжань смутился. Жар, исходящий от горячих вод источника, подпитывал жар тела. Его щеки, уши и шея резко окрасил алый румянец.

Неведомая тревога рвала его сердце на части. Главное, решил он, держаться от Цинь Кэ подальше. Я же его отец все-таки. Отец, держи себя в руках, приказал себе Сун Юньжань.

Сун Юньжань вцепился в свою набедренную повязку, в роли которой выступало полотенце, и стал медленно отползать в сторону. Незаметно, как ему казалось.

Цинь Кэ бросил на него удивленный взгляд:

- Куда вы?

Сун Юньжань небрежно отбрехался:

- Тут мало места. Отец не хочет теснить сына.

В глазах Цинь Кэ на ускоренной перемотке промчалось множество разных эмоций:

- Папа, почему ты покраснел?

- … - Сун Юньжань потерял дар речи. – Мы же находимся в горячем источнике!

Цинь Кэ помолчал несколько секунд, затем тихо рассмеялся:

- Я помню об этом. Но румянец на лице папы кажется каким-то неестественным.

Уровень гнева Сун Юньжань рванул к небесам.

Он никогда не думал что слово «папа» может звучать так саркастично.

Это слово в устах Цинь Кэ прозвучало так двусмысленно, что мозг Сун Юньжаня, не выдержав нагрузки, взорвался.

Сун Юньжань побагровел и сердито закричал:

- Не называй меня больше папой!

Автору есть что сказать: Хех, вот и всё!

Куда делась моя отцовская любовь?

Трудно представить, что сыновне-отцовские отношения продержались всего полдня. Кризис грянул слишком неожиданно.

И Сун Юньжань не стыдился этого.

Любой, кто хоть раз сталкивался с высоким начальством, знал, что предсказать его поведение невозможно.

Сегодня Сун Юньжань на деле продемонстрирует Цинь Кэ, что «генеральный директор что тигр, спустившийся с горы».

- Мне кажется, что ты очень неискренне называешь меня «папой», - заявил Сун Юньжань. - Я лишаю тебя статуса принца Xinghe Entertainment.

- …

Цинь Кэ и не подозревал, что ему был присвоен такой титул. Может, Сун Юньжань таким образом компенсирует свои обиды на пользователей сети, которые насмехались над ним, называя его принцем Ningdong Group?

Цинь Кэ вообще не хотел быть принцем.

Вот только…

- Сегодня днём вы сказали, что тот, кто первым откажется от этого слова, должен будет залаять, как собака, - спокойно напомнил Цинь Кэ. – И что же нам теперь делать, господин Сун?

Сун Юньжань аж поперхнулся.

То, как быстро он превратился из «папы» в «господина Суна» доказывало, что его догадка верна - Цинь Кэ недостаточно искренен и нуждается в моральных наставлениях отца.

К тому же Сун Юньжань вовсе не намерен отказываться от статуса отца.

- Не торопись, - холодно ответствовал Сун Юньжань. - Я не запрещаю тебе называть меня отцом. Я запрещаю тебе это делать без моего позволения.

Цинь Кэ засмеялся:

- Какой вы властный!

Еще бы! - гордо вскинул подбородок Сун Юньжань.

Цинь Кэ так небрежно кидается этим словом. Что если его услышат люди, не вызывающие доверия? Это может повлиять на прибыль компании.

Да, именно так. Его паника связана с возможным падением доходов Xinghe Entertainment, а не вызвана поддразниваниями Цинь Кэ.

… поддразниваниями?

Сун Юньжань сердито выдохнул. Цинь Кэ дразнит его?

Да как он посмел?!

Руки Сун Юньжаня сжались в кулаки.

Разозлившись, он совершенно забыл о своем решении держаться подальше от Цинь Кэ, и подсел поближе к нему.

Нужно примерно наказать этого ублюдка, иначе не видать мира их семье.

Он пристально посмотрел на Цинь Кэ:

- Здесь нет камер. Я тебе кое-что откровенно скажу.

- …?

- Я не забыл, как ты в прошлой жизни притеснял нас, «пушечное мясо». Если бы не моя благодарность за твою помощь, я бы заставил тебя встать на колени и признать свои ошибки. Я позволил тебе называть меня папой, прими это как проявление моей снисходительности.

Цинь Кэ повернул голову:

- И что?

Сун Юньжань был в ярости. Этот парень такой тупой. Я же всё уже сказал, что ему непонятно еще?

- Ты должен заслужить мое прощение. Приведи уже свои мозги в порядок и впредь относись ко мне как к настоящему отцу.

Хватит бунтовать, сынок! Хватит дразнить своего отца!

Произнести эти слова вслух он не отважился. Ведь тогда бы он признал, что именно поддразнивания Цинь Кэ вывели его из себя.

Цинь Кэ опешил.

Помолчал и, виновато склонив голову, сказал:

- Извините, я действительно не знаю, как ладить с отцом.

- …

Горечь залила сердце Сун Юньжаня.

Он и забыл, что биологический отец Цинь Кэ был подонком, бросившим свою жену и сына. Цинь Кэ и видел-то его всего пару раз, еще когда был ребенком. Откуда ему знать, как должно относиться к отцу?

Обругав себя последними словами, Сун Юньжань протянул руку, чтобы сочувственно похлопать Цинь Кэ по плечу, но, не коснувшись, тут же отдернул руку. Он выглядел как ребенок, который только что чуть не совершил опрометчивый поступок. Он тут же запаниковал:

- Я, я не это имел в виду. Твой биологический отец – плохой человек, но твоя мать не такая. Ты можешь брать пример с нее…

…

Черт, я не хочу быть твоей матерью, я же мужчина, в конце концов.

И Сун Юньжань быстро все переиначил:

- Тебе просто нужно хорошо относиться ко мне!

Цинь Кэ поднял на него глаза:

-  Вам это так важно?

- Да, очень важно, - Сун Юньжань с облегчением вздохнул, ему удалось переломить ситуацию. - Хотя мое положение на вторых ролях и злит меня, но я не злопамятный. Если ты будешь по-доброму относиться ко мне, я отвечу тебе тем же.

Волна непонимания схлынула. Воды горячего источника успокоились.

Моя паника чуть все не испортила, подумал Сун Юньжань.

Ах, какое же я великодушное «пушечное мясо»! Впору зарыдать!

Автор этой книги должен дать мне награду как лучшему в мире проходному персонажу.

Цинь Кэ снова заговорил, в его голосе сквозила неуверенность:

- Господин Сун, я плохо к вам относился?

- ?

Почему это звучит как-то обиженно?

Сун Юньжань тупо смотрел на него, прокручивая свои воспоминания о поведении Цинь Кэ в отношении его.

Чем больше он вспоминал, тем яснее сознавал…

… что Цинь Кэ всегда был очень добр к нему.

Он всегда был добр ко мне. Если бы однажды Цинь Кэ покинул его, разве не стал бы я скучать по нему?

Значит, сегодняшний разговор отца и сына был совершенно ненужным?

Сун Юньжань услышал плеск воды. И перед его глазами возникло лицо Цинь Кэ. Их дыхания переплелись. Оба могли видеть свое отражение в чужих глазах.

- Тогда скажите мне, - еле слышно попросил Цинь Кэ, - что мне делать?

Ресницы Сун Юньжаня затрепетали, как крылья стрекоз.

Возможно, это была иллюзия, но в этих словах он услышал мольбу.

Как будто Цинь Кэ искренне хотел знать, как ему порадовать Сун Юньжаня.

Сердце, ну-ка быстро успокойся! Не сходи с ума!

Адамово яблоко на горле Сун Юньжаня нервно дернулось вверх-вниз. Как же хочется пить!

Сун Юньжань больше не мог смотреть в глубокие, как омуты, глаза Цинь Кэ. Его взгляд скользнул вниз и наткнулся на тонкие губы Цинь Кэ. Наткнулся и словно застопорился на них. Сун Юньжань не в силах был отвести глаз.

Губы у Цинь Кэ были светло-розовые. Когда тот не улыбался, сжаты в тонкие линии, демонстрируя холодность и безразличие.

Сейчас он тоже не улыбался, но горячие воды источника и парящий туман сделали свое грешное дело, окрасив его лицо в чувственные нотки.

Он выглядит так сексуально.

Сердце Сун Юньжаня забилось еще сильнее. Уж не добавили ли в этот источник афродизиак?

Иначе как объяснить странное чувство, что он сейчас испытывает. Это в разы мощнее, чем поглаживания Цинь Кэ по его голове.

Это слишком странно.

Сун Юньжань резко вздохнул. Что со мной творится? Это что за странное желание промелькнуло в моей голове – я хочу поцеловать Цинь Кэ?

И почему губы Цинь Кэ так призывно разомкнулись?

А,а,а, куда делась моя отцовская любовь?

Я не сделаю этого ни за что на свете!

- Сун Юньжань!

Он услышал, как Цинь Кэ с тревогой окликает его.

***

Когда Сун Юньжань открыл глаза, он лежал на кровати в их гостевом домике.

Из-за не до конца прикрытого окна в спальне гулял легкий ветерок, освежая нагретый воздух в комнате.

- Господин Сун, вы проснулись?

Сун Юньжань посмотрел на встревоженное лицо и узнал в нем режиссера «Неспешного праздного путешествия».

Пришедший в себя Сун Юньжань удивился:

- Что вы здесь делаете?

Режиссер взволнованно объяснил:

- Вы потеряли сознание. К счастью, рядом с вами был Цинь Кэ.

В противном случае последствия были бы невообразимыми.

Сун Юньжань:

- …

Как стыдно. Я что, потерял сознание, купаясь в горячем источнике? И зачем Цинь Кэ собрал здесь так много людей? Опять, чтобы поиздеваться надо мной?

Вспомнив о Цинь Кэ, Сун Юньжань поспешно огляделся. Цинь Кэ сидел на другой стороне кровати и смотрел на него.

Встретившись с Цинь Кэ взглядом, Сун Юньжань виновато потупился.

К счастью, в этот момент явился врач, вызванный командой программы.

Осмотрев больного, врач объявил:

- Ничего серьезного. Думаю, это просто гипогликемия, - убрал стетоскоп и любезно поинтересовался. - Вы мало съели за ужином?

Сун Юньжань:

- …наверное.

За ужином он тайно праздновал свое восшествие на трон отца, поэтому много пил, поднимая тост за тостом.

А когда много пьешь, ешь, соответственно мало.

Доктор отругал его:

- Вы, молодые люди, так несерьезно относитесь к своему здоровью, - и посмотрел на молчавшего Цинь Кэ. – А ты? Знал ведь, что твой друг плохо поел, и все равно потащил его в горячий источник.

Воцарилась тишина.

Доктор был далеко не молод, и ему было плевать, какой статус у этих ребятишек. В его глазах все они дети и нуждаются в наставлениях.

Критика – это скрытое оружие врачей.

Сун Юньжань чувствовал себя виноватым – ведь это была его инициатива отправиться купаться в горячем источнике:

- Вообще-то…

- Это моя вина, - прервал его Цинь Кэ. - Извините, я учту это в будущем.

Доктор кивнул и повернулся, чтобы проинструктировать Сун Юньжаня:

- Сегодня больше никаких ванн в горячих источниках. И никаких физических нагрузок. Поешьте и ложитесь спать пораньше. Завтра будете в порядке.

Сун Юньжань:

- Хорошо, спасибо.

Проводив доктора, режиссер вернулся и уведомил больного:

- Господин Сун, подождите немного. Мы уже послали нашего администратора в ресторан за едой.

- Извините за беспокойство, - Сун Юньжань откашлялся и осторожно поинтересовался. – Эту сцену вы ведь не будете транслировать?

Он первым заговорил об этом, и режиссер был этому рад.

Обморок участника, конечно, оживит эфир, но у Сун Юньжаня так много виртуальных «мамочек». Они же поднимут большую бучу, если узнают об этом инциденте. Неприятностей не оберешься.

Заверения режиссера успокоили Сун Юньжаня – мое нежное лицо спасено!

- Но ведь шоу надо продолжать, да? – пролепетал, высунувшись из-под одеяла, больной. - Мы же еще не нашли подсказки.

Режиссер:

- …

Вовсе необязательно быть настолько преданным делу.

Он выдавил улыбку:

- Все в порядке, две другие команды тоже не нашли подсказок. Так что отдыхайте и приходите в себя.

Сун Юньжаня такая новость успокоила.

- Как я могу не беспокоиться об этом? – забурчал он. – Должен же я отыграться за свой позор в прошлом выпуске.

Улыбка на лице режиссера застыла.

Откуда у господина Суна такое стремление к победе? Я явно недооценил его.

У него не было другого выбора, кроме как обратиться за помощью к Цинь Кэ, просигналив тому глазами – позаботьтесь о своем боссе, пожалуйста.

Цинь Кэ обвел взглядом всех присутствующих:

- Вы все устали, идите и отдохните. Извините за доставленные неудобства.

Все, естественно, замахали руками – дескать, не беспокойтесь. И покинули гостевой дом, оставив в комнате только больного отца и обеспокоенного сына.

Сун Юньжань был крайне подавлен. Причина, по которой он изображал заинтересованность в поисках подсказок, на самом деле заключалась в том, что он не знал, как вести себя, оставшись с Цинь Кэ наедине.

Он помнил, какая мысль зародилась в его больном мозгу перед тем, как он упал в обморок.

После минуты молчания Сун Юньжань сухо высказался:

- Может, мне встать? Поищем подсказки?

Цинь Кэ решительно сказал:

- Нет.

Услышав такой бескомпромиссный ответ, Сун Юньжань недовольно забурчал:

- Как ты разговариваешь с отцом? Мы представляем Xinghe Entertainment. Если мы проиграем два раунда подряд, над нами будут смеяться.

- Я знаю, где находится подсказка, - сообщил Цинь Кэ и стал мягко уговаривать. - Сначала поешьте и отдохните. А потом я отведу вас туда, где спрятана подсказка. Хорошо?

Сун Юньжань:

- … О, ладно.

Он тебе нравится.

Скоро доставили ужин.

У Сун Юньжаня совсем не было аппетита. Да и слова доктора, что его обморок был вызван голодом, его не убедили.

Но он не хотел, чтобы Цинь Кэ беспокоился, потому уселся за стол и взял в руки палочки для еды.

Лапша со свиными ребрышками была вкусной. Цинь Кэ сидел и наблюдал за ним с абсолютно отстраненным видом, что слегка напрягало Сун Юньжаня.

- Если тебе нечем заняться, можешь пойти расчистить снег во дворе, - промямлил Сун Юньжань. – И не смотри на меня так. А то папа подумает, что ты тоже хочешь полакомиться лапшой, но стесняешься сказать об этом.

О, как я легко называю себя папой!

Цинь Кэ наконец расслабился и хмуро спросил:

- Почему вы не сказали, что плохо себя чувствуете?

Сун Юньжань растерялся.

Он, конечно, понимал там, в горячем источнике, что с ним что-то не так, но думал, что это связано с его навязчивыми желаниями. Не может же он признаться Цинь Кэ, что жутко хотел поцеловать его!

И Сун Юньжань бросился в атаку:

- Если бы ты не мучил меня своими вопросами, я бы не упал в обморок!

Ха-ха, как я его! Вот и пригодился актерский опыт из прошлой жизни! Разделавшись с угрызениями совести, Сун Юньжань тут же успокоился.

Цинь Кэ никогда не сравнится со мной красавчиком! Я каждый день смотрю на себя в зеркало, а поцеловать себя как-то не тянет. А Цинь Кэ ведь уступает мне в красоте. Так что - это был просто морок!

Так ведь?

Это была иллюзия!

Сун Юньжань пришел в восторг от своей непрошибаемой логики. И неважно – верит он сам в это или нет, главное, чтобы Цинь Кэ в это поверил.

- Больше не задавай мне странных вопросов. Понял? - Сун Юньжань яростно впился в свиное ребрышко и пригрозил. – Иначе папе придется отправить тебя за границу.

Цинь Кэ отвел взгляд. Разве могло его успокоить выступление Сун Юньжаня?

Он уже стал немного разбираться в характере Сун Юньжаня.

Кого вообще могли обмануть слова Сун Юньжаня, произнесенные дрожащим голоском?

Это больше похоже на спасительный блеф.

Сун Юньжань и не догадывался, что его разоблачили. Был уверен, что ловко вывернулся. Доедал лапшу с ребрышками он уже в хорошем настроении. Вытерев салфеткой губы, он махнул рукой:

- Ну что? Приступим.

Цинь Кэ:

- А?

- Что тебе не понятно? Пора заняться делами, - напомнил Сун Юньжань. - Разве ты не говорил, что нашел подсказку?

Цинь Кэ недоуменно посмотрел на своего собеседника, словно его вырвали из медитации, и, помолчав, признался:

- Я не нашел подсказку. Я солгал вам.

От злости Сун Юньжань чуть заново не хлопнулся в обморок. И с трудом сохранил самообладание.

Боже, дай мне силы не убить этого неразумного сына на месте!

- ???

Сун Юньжань хотел выругаться, но сообразил, что обман Цинь Кэ был своеобразной заботой о нем. Скорей всего, он не хотел, чтобы я переживал о подсказке и чтобы поел и отдохнул перед следующим раундом состязаний.

Подумав об этом, он проглотил готовый вырваться из уст упрек.

- Ладно. Давай осмотрим все еще раз, - тело и разум, наконец, расслабились, и Сун Юньжань был готов приступить к поискам. – Дом мы уже обыскали, осталось поискать на улице.

У горячих источников камер нет, значит, единственное, что осталось - это двор перед домом.

Сун Юньжань уставился на свою пустую миску:

- Пойдем, вернем миску и заодно осмотрим двор.

Цинь Кэ пошел первым, открыл дверь и отступил, пропуская Сун Юньжаня.

В тот момент, когда дверь открылась, взгляд Сун Юньжаня внезапно споткнулся на кое-какой детали.

Когда он потерял сознание, Цинь Кэ, должно быть, запаниковал и, притащив его в дом, неплотно прикрыл заднюю дверь.

Сейчас, когда он открыл переднюю дверь, пронесшийся по комнате сквозняк заставил фонари на передней террасе закачаться.

Раньше он думал, что эти фонари - чисто декоративное украшение, но теперь, покопавшись в памяти, понял, что не видел подобных фонарей в других домах в деревне.

Только здесь.

- Этот фонарик… - выпалил Сун Юньжань.

Цинь Кэ проследил за его взглядом - в конце террасы раскачивался фонарь. Как-то странно раскачивался.

Они обменялись взглядами и двинулись к нему.

Сун Юньжань взволнованно бросился вперед и протянул руку, чтобы снять фонарь с крючка.

Его движения сковывала миска, которую он держал.

Сун Юньжань наклонил голову и прижался ухом к шелковому абажуру. Его руки задрожали, а на лице расцвела удивленная улыбка:

- Внутри что-то есть!

Теплый красный свет озарил его лицо, не сводивший с него глаз Цинь Кэ на миг замер.

Такой вид Сун Юньжаня, с алым отблеском на лице, напомнил Цинь Кэ сцену в горячем источнике – покрасневший лик «папы» и его горящие багрянцем уши. Сердце Цинь Кэ пропустило удар, еще один…

- В доме есть ножницы, надо разрезать фонарик и посмотреть, что в нем спрятано, - Сун Юньжань нахмурился, обнаружив, что все еще держит в руке пустую миску, оглянулся вокруг и спросил шепотом. - Можешь вернуть миску? А я найду ножницы.

Цинь Кэ был поражен:

- А вы не можете просто поставить ее?

Сун Юньжань нравоучительно заметил:

- Когда ты пользуешься чужими вещами, ты должен их вернуть. Тебя нужно учить таким простым правилам?

- …

Цинь Кэ подозревал, что здесь что-то нечисто, но решил не спорить, кивнул, взял миску и вышел со двора.

Сун Юньжань схватил фонарь и помчался с ним в дом.

Забежав внутрь, бросил фонарь на диван и отыскал в недрах своего чемодана телефон.

В «Неспешном праздном путешествии» не было правила, запрещающего пользоваться мобильным телефоном. Отключали их только на время съемок.

Не отходя от чемодана, Сун Юньжань присел на корточки и отправил Хэ Цзыю сообщение: [Ты здесь?]

Хэ Цзыю: [?]

Отлично, - обрадовался Сун Юньжань.

Как и ожидалось, Хэ Цзыю еще не спит. Как всегда, роется, наверное, в интернете.

Сун Юньжань так нервничал, что с трудом смог набрать нужный текст: [У меня есть друг, который кое с чем-то столкнулся, и не знает, что ему делать. Он внезапно почувствовал сильное желание кое-кого поцеловать. Это же нормально, да? Между друзьями же так бывает? Это же нормально, когда один друг хочет поцеловать другого? Как ты думаешь?]

Да, именно по этой причине больной на всю голову Сун Юньжань заставил Цинь Кэ тащить его миску к черту на кулички.

Его гениальная логика годилась только, чтобы задурить Цинь Кэ голову, обмануть себя было сложнее.

В этот момент ему отчаянно нужен был кто-то, кто развеет все его сомнения.

Хэ Цзыю: [???]

Хэ Цзыю: […… ты хочешь поцеловать Цинь Кэ?]

Сун Юньжань не мог поверить, что Хэ Цзыю с его-то IQ разоблачит его всего за пару секунд!

Но не мог же он сдаться.

Сун Юньжань: [Ты не заметил: я написал - мой друг.]

И тут же вслед добавил: [И тот, кого он хотел поцеловать, - не Цинь Кэ.]

Через некоторое время Хэ Цзыю прислал ответ: [О, ты думаешь, я в это поверю?]

Сун Юньжань: […]

Хэ Цзыю: [Так вы уже поцеловались или нет?]

[Нет!] - сердито напечатал Сун Юньжань и добавил: [Ты можешь ответить на мой вопрос или нет?!!]

Сун Юньжань готов был рвать и метать, но его терзания прервал звук открывающейся двери.

Сун Юньжань задержал дыхание и быстро бросил телефон обратно в чемодан. Когда он обернулся, то увидел стоящего в дверях Цинь Кэ.

Цинь Кэ невинно улыбнулся:

- Нашли ножницы?

Сун Юньжань покачал головой.

- И не ищите, я одолжил их у съемочной бригады.

Кажется, он ничего не заметил, тихо выдохнул Сун Юньжань. Цинь Кэ подошел к нему и протянул ему ножницы, а сам взял фонарь:

- Давайте разрежем его.

- О! - Сун Юньжань вонзил ножницы в тканевый абажур фонаря, и тут его чемодан разразился звуковыми сигналами.

Рука Сун Юньжаня, дрогнув, соскользнула, но Цинь Кэ протянул руку и быстро стабилизировал неустойчивое запястье Сун Юньжаня.

Цинь Кэ тихо сообщил:

- Кажется, кто-то прислал вам сообщение. Не хотите проверить свой телефон?

- Уже поздно. Не думаю, что там что-то важное, - Сун Юньжань заставил себя успокоиться. – Наверное, это Хэ Цзыю. Ему вечно нечем заняться, вот и названивает мне. Не обращай внимания.

Цинь Кэ молча поджал губы.

После того, как он вернул миску съемочной бригаде, он не ушел, а остался в их фургончике, чтобы понаблюдать за тем, что происходит в их гостевом доме.

И видел все. От торопливых поисков Сун Юньжанем телефона до судорожного обмена с кем-то сообщениями.

Теперь же он подмечал панику Сун Юньжаня, и в его движениях, и в его глазах.

Цинь Кэ затаил дыхание и не спускал глаз с Сун Юньжаня. Тот рассеянно разрезал фонарь и обнаружил внутри квадратный железный ящик.

Сун Юньжань тут же забыл о панике, полностью переключившись на находку.

Он трепетно достал железный ящик, словно в нем хранились редкие сокровища, и осторожно открыл его:

- Нашел!

- Правда? - улыбнулся Цинь Кэ.

Сун Юньжань достал из ящика карту, отбросил бесполезный фонарик и взволнованно подвинулся к Цинь Кэ:

- Смотри, кажется, это карта сокровищ! Здесь есть координаты.

Блики от светильников мешали Цинь Кэ рассмотреть карту, поэтому он наклонился к ней ближе, а Сун Юньжань в этот момент, наоборот, поднял голову, чтобы что-то сказать.

В самый последний момент Сун Юньжань резко откинулся назад, его губы успели только коротко скользнуть по подбородку Цинь Кэ.

- …

Они ошеломленно замерли.

Сун Юньжань отреагировал первым, отскочив на несколько шагов:

- Я, я, мне нужно посмотреть сообщения, может быть, у Хэ Цзыю что-то случилось.

Он схватил свой телефон и сиганул в ванную.

Его сердце бешено колотилось, ладони вспотели.

Он открыл WeChat и окинул взглядом кучу чепухи, присланную Хэ Цзыю. Увидев последнее сообщение, он застыл на месте.

Хэ Цзыю: [Хватит прятать голову в песок – ясно же, как день, что он тебе нравится.]

Попался?

- Ах…! - пронзительный крик внезапно нарушил спокойствие дома.

Цинь Кэ, собиравший остатки покоцанного фонарика, посмотрел на закрытую дверь ванной и без промедления подошел и постучал в дверь:

- Господин Сун?

Шум внутри ванной мгновенно стих.

Цинь Кэ снова постучал:

- Что случилось?

Ему по-прежнему никто не ответил.

Цинь Кэ нахмурился и нажал на дверную ручку:

- Сун Юньжань, если ты будешь продолжать молчать, я просто сломаю дверь.

- Н-нет, нет! – заикаясь, закричал Сун Юньжань. - Не входи, со мной… все в порядке!

В порядке, говоришь? Будто я тебя не знаю!

Морщинка между бровями Цинь Кэ расправилась:

- Хорошо, что всё в порядке.

Ну как Сун Юньжань может быть в порядке?

Он, прислонившись к стенке, с грустным лицом смотрел на сообщение на экране. Эти слова понял бы даже ученик начальной школы. Ах, почему я такой грамотный, зачем мне это девятилетнее обязательное образование?!

Хэ Цзыю заявил, что ему нравится Цинь Кэ.

Сун Юньжань хотел было возразить, но, к сожалению, не мог найти слов, чтобы сделать это. Набирал текст и удалял его, и снова набирал, и снова удалял.

Какие возражения он мог выдвинуть?

Пусть с детства его друзья и посмеивались над ним, называя глупеньким, но сам-то Сун Юньжань знал, что он вовсе не глуп, а еще как умен.

На самом деле он понимал, что даже у самых закадычных друзей не возникает желание целовать друг друга в губы.

А уж между отцом и сыном такое поведение только извращенцам привидится.

Я же не извращенец, вздохнул Сун Юньжань, значит, остается единственное объяснение…

Ему нравится Цинь Кэ.

Он раздраженно взъерошил свои волосы.

Он так надеялся, что Хэ Цзыю, воспользуясь своим распутным мозгом, сможет найти для него оправдание.

Сун Юньжань был смертельно раздосадован. Он ненавидел себя за предательство. Он предал свою мечту, что лелеял уже две жизни.

Он же так хотел стать отцом Цинь Кэ. Почему его маленький мозг вдруг поменял свою ориентацию?! И при этом ничего не сказал своему хозяину!

А просто поставил перед фактом. И когда?! Когда он, наконец, добился от Цинь Кэ официального признания его отцом.

Я такой подонок, подумал Сун Юньжань.

Словно услышав его, опять активизировался Хэ Цзыю: [Я думаю, тебе не следует зацикливаться на этом, подумай о другом.]

Сун Юньжань: [О чем?]

Хэ Цзыю: [Нравишься ли ты Цинь Кэ?]

- …

Точно! Сун Юньжань вдруг понял, что этот важный момент совсем выпал из его больной головы!

[Мне спросить его об этом напрямую?] - Сун Юньжань искренне жаждал помощи от своего непутевого друга: [А если он скажет «нет», что мне тогда делать? Я же умру от стыда!]

Этот вопрос поставил Хэ Цзыю в тупик.

Он - теоретик, все его знания почерпнуты из интернета. Практика – это не его конек. Опыта у него – с гулькин нос.

Они попрепирались какое-то время и, наконец, с большим трудом пришли к общему выводу.

Не спросишь – не узнаешь!

Но сделать это нужно так, чтобы сохранить свое лицо.

[Я понял! Нужно пройтись по деталям!] – нашел подсказку в сети (в оригинале – выпил куриный суп) Хэ Цзыю - [Например, что ты делал, когда у тебя вспыхнуло желание поцеловать его? Может, в тот момент он тоже этого хотел?]

Что они делали в тот момент?

Купались в горячем источнике. Почти голые.

Затем его заворожил вид Цинь Кэ, и его потянуло поцеловать Цинь Кэ.

Картинка, вспыхнувшая у него перед глазами, в очередной раз почти свела Сун Юньжаня с ума.

Он потер свои горящие щеки. И посмотрел на себя в зеркало.

Он был одет в гостиничный халат.

!!!

На Сун Юньжаня сошло просветление. Он понял, что ему нужно сделать.

Когда он вышел из ванной, Цинь Кэ уже закончил наводить порядок и сидел на диване, изучая карту сокровищ.

Сун Юньжань подошел к нему, вырвал у него из рук карту и отбросил ее в сторону, не сказав при этом ни слова.

Потом присел на кресло напротив его. Изящным движением взъерошил свои волосы, скрестил ноги, а руки положил на подлокотники кресла, приняв уверенную позу властного президента.

Цинь Кэ недоуменно посмотрел на него.

Сун Юньжань холодно приказал:

- Выключи микрофон.

- Хорошо, - Цинь Кэ не стал возражать, послушно отключив микрофон.

Сун Юньжань вперил в него свой пристальный взгляд:

- После того, как я потерял сознание, это ты вернул меня в комнату?

Цинь неопределенно хмыкнул. Не говорить же этому бедолажке, что он принес его на руках. Иначе тот опять что-нибудь учудит.

- А что насчет халата, который сейчас на мне? – едко поинтересовался Сун Юньжань. – Это ты надел его на меня?

- Да, - кивнул Цинь Кэ.

- Рядом больше никого не было?

- … Нет.

Сун Юньжань на мгновение задумался и продолжил допрос:

- О, в таком случае… - и он снова занервничал, сделал несколько глубоких вдохов и кинулся в омут головой. - Ты все видел?

Цинь Кэ напрягся.

Тогда он спешил укутать Сун Юньжаня в халат, но, если честно, конечно, он все видел.

Сун Юньжань понял ответ по выражению лица Цинь Кэ.

Он понизил голос и спросил:

- Тебе… кхе-кхе, тебе понравилось то, что ты увидел?

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань:

- …

Почему он молчит? Не понял вопроса?

Это же очень простой вопрос! Цинь Кэ ты что тупой, что ли?!

Ему ничего не оставалось, как специально всё расжевать для этого недоумка:

- У меня красивая внешность. Я высокий и ноги у меня длинные. В прошлой жизни производители брендовой одежды меня очень любили. Я и сейчас в хорошей форме!

Цинь Кэ с трудом пережевал поданную информацию и согласно кивнул:

- Ну да.

Сун Юньжань с облегчением вздохнул:

- Вот. Там в горячем источнике ты нервничал? Учащенное сердцебиение, затрудненное дыхание?

Цинь Кэ, казалось, сообразил и мягко улыбнулся:

- Да.

У-у-у-у!

В глазах Сун Юньжаня загорелся дьявольский огонь.

Отлично! Я был взволнован! Цинь Кэ скрывал такое же волнение в своем сердце!

Цинь Кэ, должно быть, испытывает к нему такие же чувства, выходящие за рамки сыновне-отцовских отношений, но просто пока еще этого не осознает.

Другой причины нет! Цинь Кэ же ледышка по натуре, если нервничал, значит…

- Знаешь, почему ты нервничал? - Сун Юньжань подавил желание громко зааплодировать себе.

Цинь Кэ посмотрел на свет, разгорающийся в его глазах, и поджал губы.

Хотя он не знал, что там тайно Сун Юньжань обсуждал с Хэ Цзыю, Цинь Кэ видел, что Сун Юньжань справился с хаосом в своем сердце. Вот только к чему он ведет?

Цинь Кэ задал вопрос, который от него ждали:

- И почему?

Сун Юньжань загадочно улыбнулся. Какой же ты, Цинь Кэ, непонятливый! Не то, что я!

Взяв инициативу в свои руки, Сун Юньжань тут же успокоился. Тело расслабилось, душа - запела.

Волнующий азарт зажегся в его сердце.

- Пока я не могу тебе сказать, - Сун Юньжань подмигнул ему. - Но скоро ты все узнаешь.

Съемки закончились, и все участники дружной толпой отправились в аэропорт.

Сун Юньжань возвращался в город Ян, Цинь Кэ нужно было лететь в другой город.

Перед прощанием Сун Юньжань отозвал Цинь Кэ в сторону:

- Когда ты возвращаешься домой?

- Кажется, завтра вечером, - ответил Цинь Кэ и в свою очередь поинтересовался. - Компания запланировала какое-то мероприятие для меня?

Сун Юньжань торжественно объявил:

- Завтра вечером выйдут в эфир первые серии «После того, как я встретил тебя». Хочу посмотреть и обсудить их с тобой.

К счастью, Цинь Кэ ничего не заподозрил.

- Тогда я сразу, как приеду, поднимусь к вам.

- Договорились, - уголки губ Сун Юньжаня неконтролируемо поползли вверх. - Не забудь. Это очень важно.

Несколько часов спустя Сун Юньжань вернулся в город Ян и сразу же принялся за работу.

Он с неимоверной скоростью разобрался со всеми делами - обсудил развитие туризма в деревне Хуалин и инвестиции в следующий фильм Лу Цзиньи и попутно разгреб залежи скопившихся дел. А затем объявил помощнику Тану, что завтра в компанию не придет.

Помощник Тан привычно уточнил:

- Господин Сун, куда-то собирается? Предупредить водителя, чтобы он завтра вас забрал?

- Нет, завтра я никуда не еду.

Сун Юньжань сделал паузу и, словно внезапно что-то вспомнив, добавил:

- Кстати, закажите букет цветов на мой адрес.

- … каких цветов?

Сун Юньжань растерялся, огляделся вокруг и неуверенно произнес:

- Розы?

Помощник Тан был шокирован. Конечно, он знал, в каких случаях дарят розы. Зачем господину Суну розы?

Кому и в чем он хочет признаться?

Самое важное - кому?

Помощник Тан бесстрастно внес просьбу президента в список дел на завтра. Вышел из кабинета босса. И тут имя Цинь Кэ внезапно вспыхнуло в его голове.

Но в следующую секунду в его душе полыхнула фантомная боль от потери годовых премиальных. Он вздрогнул и выбросил эту мысль из своей головы.

Это невозможно.

Должно быть, он пересмотрел слезливых дорам.

Как мог президент Сун признаться Цинь Кэ!

Сун Юньжань и понятия не имел, что у его помощника началось очередное сезонное обострение.

На следующий день Сун Юньжань отправился в парикмахерскую привести в порядок свои отросшие волосы.

Когда он вернулся домой, в гостиной его встретил огромный букет ярких роз. Тетушка уже вовсю варила-жарила для вечернего пира.

Все готово, осталось только дождаться Цинь Кэ.

Весь день Сун Юньжань провел в тревоге.

Идея о сегодняшней посиделке родилась в его голове еще в деревне Хуалин. Как властный президент, он должен идти к своей цели, снося все преграды на пути. Если признал свои чувства, то дуй вперед!

Опыта у него в любовном преследовании не было. Это Хэ Цзыю подсказал ему, что властные президенты именно так и поступают – цветы, ужин при свечах, признание.

Однако, учитывая их с Цинь Кэ популярность, Сун Юньжань решил устроить это знаменательное пиршество при свечах у себя дома.

Часы показывали 8 часов вечера.

Время встречи с Цинь Кэ приближалось, с каждой минутой сердце Сун Юньжаня билось все быстрее и быстрее.

Наконец раздался долгожданный звонок в дверь.

Сун Юньжань вскочил и бросился к двери.

Когда он увидел на экране знакомую фигуру, он притормозил, пригладил волосы и откашлялся. И осторожно открыл дверь.

Цинь Кэ не солгал. Он пришел к нему прямо с самолета, даже не заходя домой.

У его ног стоял чемодан, словно напоминая о недолгой разлуке.

Сун Юньжань замер. Блин, я выбрал неподходящее время для выяснения отношений?

На лице Цинь Кэ была видна усталость, никакая улыбка не могла ее скрыть.

- Пригласите меня войти? - помахал рукой перед глазами Сун Юньжаня Цинь Кэ.

- Ой, входи.

Сун Юньжань отступил в сторону. Почему голос Цинь Кэ звучит так странно?

- Ты устал?

Цинь Кэ задвинул чемодан в прихожую:

- Немного. Всю ночь снимали рекламу, - закрыл дверь и после паузы добавил. - Но я немного поспал в самолете. Так что у меня есть силы посмотреть с вами сериал.

Сун Юньжань втайне уже жалел, что так поспешил с этой встречей.

Что, если Цинь Кэ в плохом настроении и из-за этого отвергнет его?

Сун Юньжань с торжественным видом отвел Цинь Кэ в гостиную и после некоторого размышления спросил:

- Ты еще не ужинал, так ведь?

Цинь Кэ кивнул:

- Все в порядке. Я не очень голоден, - похоже, он даже не заметил, что свет в гостиной приглушен, создавая интимную атмосферу. - Мы начнем смотреть драму прямо сейчас?

В его голосе были слышны нетерпеливые нотки.

Может, Цинь Кэ хотел быстро отстреляться и как можно скорей улизнуть домой спать? - подумал Сун Юньжань.

Так не пойдет.

Сун Юньжаню пришла в голову блестящая идея:

- Я еще не ел, почему бы тебе не подняться наверх и не отдохнуть немного, а я позову тебя, когда приготовлю ужин?

- … - Цинь Кэ подозрительно посмотрел на него. - Вы собираетесь готовить?

- … Нет, мне нужно только все разогреть.

Чтобы обеспечить идеальный ужин, он специально научился у тетушки пользоваться пароваркой в режиме подогрева.

Цинь Кэ молча смотрел на него, будто пытался разгадать его тайные планы.

Сун Юньжань сглотнул и прибегнул к уже привычной уловке:

- Ты собираешься слушать своего отца?!

- Хорошо, - улыбнулся Цинь Кэ. - Тогда я немного посплю на диване.

Замершее сердце Сун Юньжаня продолжило свое размеренное биение.

Он просто хотел, чтобы Цинь Кэ восстановил свои силы, чтобы вынести его признание. А где он будет спать, в кровати или на диване, было и не столь важно.

Сун Юньжань вернулся на кухню, прочел заметки, оставленные тетей, и поставил в пароварку ранее приготовленные той же тетей, блюда. И на цыпочках покрался на балкон за цветами, шагая в унисон гудению пароварки.

Проходя мимо дивана, бросил быстрый взгляд на Цинь Кэ – тот уже спал.

Цинь Кэ лежал на спине, его темные глаза были плотно закрыты, длинные густые ресницы отбрасывали легкую тень на щеки. У спящего был такой доверчивый и невинный вид, что сердце Сун Юньжань опять пустилось вскачь.

Свет и тень, казалось, боролись за право как можно ярче продемонстрировать красоту этого лица.

Сун Юньжань задержал дыхание и бездумно присел на корточки.

Его взгляд медленно скользнул от глаз Цинь Кэ к его губам. Почему, ну почему эти губы каждый раз заставляют мое сердце так трепетать?

Жажда, мучившая его в горячем источнике, вернулась.

Я очень хочу его поцеловать.

Цинь Кэ же все равно спит. Если он его поцелует, тот и не заметит. Так ведь?

Сун Юньжань медленно опустил голову. Его губы уже готовы были коснуться чужих губ, как вдруг его сердце замерло, пропустив удар.

Он словно очнулся ото сна. В тот же момент сердце бешено забилось.

Что он делает?!

Северо-восточный холод заморозил мой мозг?

Я - президент компании, как я могу так нечестно поступать?!

Сун Юньжань подверг себя яростной самокритике. Стиснул зубы и решил придерживаться плана.

Собрался встать, и в этот момент закрытые глаза Цинь Кэ медленно открылись.

Какие ясные у него глаза…

Сун Юньжань отпрянул назад, споткнулся, ковер уже приготовился принять его в свои объятия, как вдруг появилась чужая рука, схватила его за запястье и потянула назад.

Цинь Кэ тихо рассмеялся:

- Попался?

- ???

Сун Юньжань открыл было рот, чтобы ответить, но ему не дали ничего сказать. Цинь Кэ наклонил голову и потянулся к его губам.

И без предупреждения… словно выскочивший из засады зверь...

… набросился на его губы. Оглушительный стук сердца Сун Юньжаня в этот миг услышал весь мир.

Резко набросился, но коснулся нежно, ласкающе.

Разум Сун Юньжаня привычно отправился в спящий режим. Как вообще к этому пришло?

А вот сердце и разум Цинь Кэ находились в полном согласии. Они знали, как.

Если человек, который вам нравится, - изворотливая зверюшка со странными и неожиданными идеями, как не дать ей сбежать?

Ответ на самом деле довольно прост.

Прикиньтесь безобидным и ждите – добыча сама придет в ваши сети.

Слаще этих поцелуев нет ничего на этом свете.

Это был короткий поцелуй.

Несмотря на это, застенчивый румянец быстро залил лицо Сун Юньжаня, от мочек ушей до самой шеи, превратив его в горячую помидорку.

Его мозг загудел, словно рой пчел слетелся на рассыпанный сахар. Он облизнул свои губы, ощутив сладость на кончике своего языка.

Сердце сильно билось в груди, судорожно подгоняя так необходимый его мозгу кислород.

Сердце Цинь Кэ билось с такой же скоростью, но долгие годы тренировки помогали ему держать себя в руках, сохраняя на лице выражение спокойствия.

Он опустил глаза и посмотрел на Сун Юньжаня, сидящего перед ним на корточках, и погладил его по голове:

- Страшно?

Сун Юньжань отреагировал заторможено, со скоростью спящей черепахи:

- Кажется, ты только что случайно поцеловал меня.

- … - Цинь Кэ рассмеялся. – Это не было случайностью. Я просто хотел тебя поцеловать.

- О, это был не случайный поцелуй! Тогда все в порядке.

Сун Юньжань с трудом поднялся и, шатаясь как блуждающая душа, двинулся к балкону.

Цинь Кэ сел и, глядя в спину Сун Юньжаня, начал мысленно отсчитывать.

Три, два, один…

Сун Юньжань резко обернулся:

- А??? – развернулся он и бросился к дивану, будто его разум внезапно перезагрузился. - Кто позволил тебе целовать меня?!

Зачем Цинь Кэ поцеловал его?

Согласно плану Хэ Цзыю, разве не он должен был скрутить Цинь Кэ и насильно поцеловать его?

Вчера он весь вечер репетировал это нападение!

Я – настоящий позор директората индустрии развлечений! - мысленно завопил Сун Юньжань.

Если бы об этом узнали генеральные директоры всего мира, они бы прокляли меня!

Как я мог отдать инициативу в руки, точнее в губы, подопечного артиста?!

Сун Юньжань не знал, злиться ему или стыдиться этого. Из его макушки, казалось, вот-вот повалит дым.

Он яростно посмотрел на Цинь Кэ, желая убить его своим взглядом, но столкнулся с милой улыбкой Цинь Кэ.

- …

Сун Юньжань тут же растаял, взгляд - потеплел, ноги - ослабли.

Он присел на диван и, уставившись на ковер, спросил:

- Почему ты меня поцеловал?

Прозвучало это так, будто Сун Юньжань просил Цинь Кэ озвучить мотив своего преступления.

Цинь Кэ беспомощно улыбнулся и подвинулся к нему:

- Потому что ты мне нравишься.

Сун Юньжань забыл, как дышать. Он не мог поверить в то, что услышал.

Конечно, он знал, что нравится Цинь Кэ, но, в его представлении, Цинь Кэ даже не догадывается о своих чувствах. Разве нет?

Тут опять заговорил Цинь Кэ, окончательно добив его хрупкую психику:

- И я тебе тоже нравлюсь, так ведь?

- !!!

Сун Юньжаня словно освежевали и вывесили на солнышко:

- Откуда ты знаешь?!

Может, это Хэ Цзыю предал его и все рассказал Цинь Кэ?

… но, если подумать, то вряд ли.

Хотя у Хэ Цзыю низкий IQ, он надежный и хороший друг.

Цинь Кэ посмотрел в глаза Сун Юньжаня:

- Ты - мой отец, разве я не должен знать, что тебе нравится?

Сун Юньжаня убедил такой довод.

Звучит логично. Знать предпочтения своего отца – это обязанность каждого сына. Хотя все равно звучит странно. А, фиг с ним! Проехали!

Великие люди не зацикливаются на таких мелочах. Они с Цинь Кэ нравятся друг другу и этого достаточно.

Нравятся друг другу…

Сун Юньжань произнес эти слова про себя, и сердце его тут же оделось в радостные одежки.

Он хихикнул - ему захотелось пасть на диван и прокатиться по нему пару-тройку раз от радости.

Он обратился к своему самоконтролю и сдержал этот порыв.

Спокойствие, только спокойствие.

Не веди себя так, будто для тебя это впервой!

Сун Юньжань сделал несколько глубоких вдохов:

- Ты поцеловал меня, теперь я тоже хочу тебя поцеловать.

И пораженно замер.

Это же не игра. Твой ход – мой ход.

К счастью, Цинь Кэ не рассмеялся, а просто повернулся к нему.

Сун Юньжань растерялся.

Следуя пошаговому плану Хэ Цзыю, он протянул руку и осторожно обнял Цинь Кэ за талию. Мышцы, которых коснулась его ладонь, дернулись и напряглись, словно сквозь них пропустили электрический ток.

Ресницы Сун Юньжаня беспокойно затрепетали. После секундной паузы Сун Юньжань поцеловал Цинь Кэ.

Поцеловал и отстранился. Всего на пару сантиметров. Поцелуй закончился, но они продолжали обмениваться дыханиями.

Как игривый щенок, мокро лизнул и замер, не зная, что дальше делать.

Цинь Кэ с трудом сглотнул и тихо поинтересовался:

- Хочешь еще поцеловать?

Сун Юньжань кивнул.

Цинь Кэ беззвучно рассмеялся.

Откинулся на спинку дивана и притянул Сун Юньжаня к себе, прямо в свои объятия.

Так же удобнее?

Сун Юньжань хотел продолжить атаку, но Цинь Кэ неожиданно перехватил инициативу.

Попытка изобразить любовного тирана провалилась. Сопротивляться нежному поцелую Цинь Кэ не было сил. И Сун Юньжань сдался, погрузившись в негу.

Цинь Кэ почувствовал, что от таких поцелуев легко получить остановку сердца.

Он не к месту вспомнил, что в прошлой жизни часто читал в комментариях фанатов, что у Сун Юньжаня очень милая улыбка.

Но они не знали, что его поцелуи еще милее. Слаще их нет ничего на этом свете.

Оба пылали от неведомых ранее ощущений, купаясь в сладости поцелуя. Словно переливая изо рта в рот изысканное фруктовое вино, - глоток, еще глоток, не в силах оторваться.

Прошло много времени.

Двусмысленные звуки прервал тихий, но настойчивый протест:

- Нет, нет, я не могу дышать, мне не хватает кислорода.

- …

Цинь Кэ отстранился и еле слышно рассмеялся.

У Сун Юньжаня голова шла кругом. Он тяжело дышал. Красным было не только лицо, даже кончики его глаз покраснели.

Цинь Кэ, как довольный ленивый кот, усмехнулся:

- Глупый папа забыл, как дышать?

Сун Юньжань сердито забурчал:

- Кто разрешил тебе называть меня папой!

Сун Юньжань хотел сказать это грозно, но дал петуха, и угроза обратилась жалобным блеянием.

Сун Юньжань рассердился еще больше.

Он встал и угрожающе навис над сидящим Цинь Кэ:

- Папа голоден, давай поедим.

- ???

По первоначальному замыслу, этот ужин должны были сопровождать горящие свечи, создавая соответствующее настроение.

Но теперь он передумал. Не терпящим возражений начальственным тоном Сун Юньжань приказал Цинь Кэ достать из пароварки томящиеся там блюда, а сам включил весь верхний свет в столовой. Фиг тебе, а не романтическая атмосфера!

Цинь Кэ смеется надо мной. Так вот тебе – получай! – пылал гневом Сун Юньжань. Никаких свечей!

Он этого не заслуживает.

Через несколько минут стол был заставлен множеством изысканных блюд.

Сун Юньжань был голоден, а из-за нехватки кислорода, вызванной долгим поцелуем, энергия и вовсе покинула его тело. Поэтому он выкинул все из головы и бросился набивать свой желудок.

Довольный желудок быстро обуздал гнев Сун Юньжаня.

В разгаре пиршества он, полностью избавившись от раздражения, с любопытством спросил:

- И как давно я тебе нравлюсь?

Цинь Кэ ошеломленно развел руками:

- Я не знаю.

Сун Юньжань такой ответ не удовлетворил:

- Ты такой глупый, почему ты даже этого не знаешь?

- Тогда ответь, с каких пор я тебе нравлюсь? - Цинь Кэ не стал заморачиваться вычислениями и сам бросился в атаку.

На этот раз оторопел Сун Юньжань.

Он осторожно потыкал палочками рыбу. Его словно озарило:

- Не так давно. Наверное, в тот день, когда мы купались в горячем источнике.

Круто! Идеальный ответ.

Сун Юньжань гордо посмотрел на Цинь Кэ - видишь, папина любовь только дала всходы. Будешь плохо себя вести, лишу тебя права целовать меня.

Как он и ожидал, после такого ответа Цинь Кэ понурился.

Похоже, он боится попасть в немилость.

- Значит, всего несколько дней назад? - горько улыбнулся Цинь Кэ.

Сердце Сун Юньжаня ёкнуло. Он сразу же пожалел о своих словах.

Он не знал, как давно ему стал нравиться Цинь Кэ, но понимал, что случилось это намного раньше посещения горячего источника.

Черт побери, моя шутка зашла слишком далеко? Цинь Кэ решит, что я играю с ним.

В следующую секунду Цинь Кэ поднял глаза и твердо объявил:

- Получается, что ты мне понравилось раньше, чем я тебе.

- …

- И мои чувства, видимо, сильнее твоих.

- …

- Но это не важно, - Цинь Кэ взял чашку с водой и, изобразив облегчение, выдохнул. - Хорошо, что я тебе тоже нравлюсь.

- Не говори так.

Цинь Кэ вырос без отцовской любви, потому так снисходительно и относится к нему, не смея просить большего, довольствуясь крохами.

Так жалко звучит.

Сун Юньжань стиснул зубы и признался:

- На самом деле, это случилось раньше. Я просто дразнил тебя.

- Правда?

- А, ты ведь не знаешь. Сегодня я позвал тебя, чтобы признаться тебе в своих чувствах, - Сун Юньжань, забыв об осторожности, тут же раскрыл все свои карты. – Думаешь, я позвал тебя смотреть сериал? Да меня он не волнует. Зная сценарные навыки Чжун Сяофэна, я уверен, что сериал станет популярным.

- …?

- Да не о Чжун Сяофэне речь, - Сун Юньжань перебил себя и вернулся к теме. – Я не виню тебя, что ты притворился спящим и первым поцеловал меня. Я все равно собирался… а, кстати, подожди минутку.

Он отложил палочки и бросился на балкон.

Вскоре вернулся с огромным букетом роз в руках.

- Это тебе! – и Сун Юньжань торжественно взмахнул колючим букетом, пытаясь вручить его Цинь Кэ.

Цинь Кэ еле увернулся, спасая свое лицо.

Он удивленно смотрел на ворох пышных роз.

Сун Юньжань сунул розы ему в руки:

- Возьми. У меня не было времени, поэтому я попросил помощника Тана выбрать букет. Не знаю, понравится ли он тебе.

Цинь Кэ не мог ничего ответить.

Если он скажет, что понравился, то получится, что он одобряет вкус помощника Тана.

Если скажет, что не понравился, то обидит Сун Юньжаня.

После недолгого молчания он просто кивнул:

- Спасибо.

Букет выбрал помощник Тан. Но попросил его об этом Сун Юньжань в конце концов.

Сун Юньжань гордо улыбнулся:

- Ха! Если понравились цветы, давай я прикажу помощнику Тану каждый день присылать тебе букет.

- … в этом нет необходимости.

Ну что ему опять не нравится?!

Сун Юньжань моргнул и внезапно хлопнул в ладоши:

- Да, точно. Ты – же артист, тебе итак часто дарят цветы. Тогда помощник Тан выберет что-нибудь другое.

Цинь Кэ беспомощно потер лоб:

- Я имею в виду, что нет необходимости присылать мне подарки каждый день.

И он не хочет получать... подарки, выбранные помощником Таном.

Сун Юньжань замер, а затем его осенило.

Какой же я дурак!

Что обо мне подумает Цинь Кэ?

Что я хвастаюсь своим богатством и покупаю сердца людей? Что я не знаю, что значит по-настоящему любить.

- Хорошо, не буду, - Сун Юньжань невольно смягчил голос, серьезно заявив. - Не волнуйся, я не такой человек.

Автору есть что сказать:

Господин Сун: Я плохо играю в игры, у меня странно работает мозг, и мне нравится быть отцом, но зато - я хороший президент!

Это такое приятное зрелище.

После ужина они посмотрели первые две серии «После того, как я встретил тебя».

Сун Юньжань хотел продемонстрировать Цинь Кэ свой профессионализм как продвинутого президента развлекательной компании и во время просмотра сыпал комментариями налево и направо.

- Посмотри на операторскую работу в этой сцене. Получилось лучше, чем в версии из прошлой жизни. Не зря я выбрал этого режиссера. Восхитительная  эстетика.

- Ух, ты, сцена с плачущей главной героиней просто потрясающая. А ведь эта актриса почти выпала из обоймы. К счастью, мне хватило проницательности увидеть ее скрытый потенциал и, несмотря на сопротивление некоторых, я пригласил ее на главную роль.

- Этот актер второго плана тоже очень хорош, даже когда не говорит ни слова. Не зря я подписал с ним контракт.

Цинь Кэ взял из вазы с фруктами пухлую клубничку и сунул ее в рот Сун Юньжаню, чтобы тот заткнулся и дал высказаться и ему:

- Вы набрали прекрасную команду. Она хорошо отыграла отличный сценарий Чжун Сяофэна.

Клубника была такой большой, что щеки Сун Юньжаня неимоверно раздулись.

Говорить он не мог, потому просто согласно закивал, как болванчик.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Хочешь еще?

Сун Юньжань наконец разжевал и проглотил клубничку:

- Можешь почистить для меня виноград?

На самом деле он сидел не так далеко от вазочки с фруктами, но ему было лень тянуться. Он сидел, скрестив ноги, на диване, с комфортом наслаждаясь персональным обслуживанием.

Цинь Кэ хмыкнул, оторвал виноградинку и медленно содрал с нее упругую «одежку».

Действо это было сродни художественному перформансу. Особенно красиво смотрелись его длинные тонкие пальцы.

Сун Юньжань ошеломленно наблюдал за этим действом, мысленно охая, что эти дивные пальцы так неразумно используются. Им бы бегать по черно-белым клавишам пианино, исполняя изысканные музыкальные произведения.

Но Цинь Кэ не выказывал никакого недовольства. Ему, казалось, нравилось кормить Сун Юньжаня. Он откровенно наслаждался этим процессом.

Сун Юньжаню стало неловко:

- Ну, хватит, я сам почищу, - он выпрямился и потянулся за виноградом. - У тебя такие красивые руки. Тебе не виноград ими нужно чистить, а играть на пианино.

Цинь Кэ был застигнут врасплох. Радость схлынула с его лица, и он с нескрываемым сожалением остановился.

Сун Юньжань не заметил его разочарования и продолжил допытываться:

- А ты умеешь играть на фортепиано?

- Я учился этому в детстве, но недолго. Сейчас уже и не помню, как это делать.

- Почему бы тебе не продолжить обучение?

Сун Юньжань расстроился, он как раз думал, а не предложить ли Цинь Кэ сняться в музыкальном фильме.

Но тут же нашел оправдание Цинь Кэ:

- А, я понял, дети же народ не усидчивый. Я был таким же, когда был ребенком. Если бы мои родители меня не заставляли, я бы тоже сдался.

Цинь Кэ мысленно представил себе маленького неусидчивого Сун Юньжаня.

Представил, как красивый непослушный мальчик рыдает, не желая идти на урок. Возможно, даже катается по полу в знак протеста. Но победить авторитет своих родителей ему так и не удается. С обидой на лице мальчуган садится за фортепиано и под бдительным оком своего учителя бьет по клавишам, еле слышно что-то бурча, заглушая своим бормотанием тикающий метроном.

Оказалось, все так и было. Описание Сун Юньжанем своих мучений в точности совпало с представлением Цинь Кэ.

- Оказывается, что и ты любил полениться в детстве, - заметил Сун Юньжань. - Похоже, что главный герой не так уж и отличается от нас, проходных персонажей. И очень похож на нас, бедных смертных.

- … - Цинь Кэ решил уточнить. - Я не был ленивым.

- А?

- Мои родители разошлись. И моя мама не могла себе позволить платить за мое обучение игре на фортепиано.

Сун Юньжань стыдливо опустил голову.

Что за резкий контраст между главным героем и «пушечным мясом»?!

К счастью, в книге этих подробностей не было, иначе он не знал бы, куда ему спрятаться от стыда.

Чтобы скрыть смущение, Сун Юньжань откашлялся:

- О, понятно. Если ты хочешь продолжить свое обучение, я могу тебя научить. Не смотри на меня так подозрительно, я довольно хорошо играю на пианино.

Цинь Кэ посмотрел на него и улыбнулся:

- Я знаю.

- Откуда ты это знаешь?

- Как-то на новогодней вечеринке, организованной CCTV, я видел ваше сольное выступление.

Сун Юньжань нахмурился, отыскивая этот эпизод в своей памяти.

В то время он только дебютировал и закончил сниматься в своем первом фильме. Такому дебютанту, который, кстати, в тот момент не умел ни петь, ни танцевать, сложно было попасть на популярную новогоднюю программу, но агентство, с которым он подписал контракт, сумело продвинуть его и даже выторговать ему возможность выступить с сольным номером.

Честно говоря, сыграл он тогда просто идеально.

Жаль, что зрителей волновало тогда не его мастерство, а – с чего это этому неизвестному никому челу дали выступить в прайм-тайм?

Кроме его поклонников, похоже, ни на кого не произвели впечатления ни его талант как пианиста, ни вложенные в исполнение эмоции.

Из-за этого Сун Юньжань долгое время находился в депрессии.

Но он никогда не думал…

- Значит, ты уже тогда обратил на меня внимание?! - глаза Сун Юньжаня ярко засияли. - Я знал, что такой выдающийся талант, как я, не мог не произвести впечатления, чем бы я не занялся!

Цинь Кэ от души рассмеялся.

Как и ожидалось, господин Сун на все смотрит со своей колокольни.

Хотя причина, по которой он тогда обратил внимание на Сун Юньжаня, была проста - его менеджер сказал ему присмотреться к этому человеку, дескать, он в будущем может стать его соперником. Но озвучивать эту причину Цинь Кэ не стал.

Причина не имела значения.

Как и сама книга, в которой траектории их жизней так близко не пересекались, как в их нынешней жизни, где они влюбились друг в друга.

В той жизни Цинь Кэ и представить себе такого не мог.

Неожиданный поворот судьбы.

Но лучше такие внезапные повороты, чем послушное следование сюжету.

На следующий день Сун Юньжань вошел в компанию с улыбкой на лице.

На лицах сотрудников Xinghe Entertainment, что сталкивались с ним, тоже загорались такие же ослепительные улыбки.

Но Сун Юньжань знал, что виновник его счастья и причина их радости совсем не совпадали.

Они были счастливы, что дорама «После того, как я встретил тебя» успешно дебютировала, получив высокий рейтинг просмотров. А транслирующая этот сериал видеоплатформа была счастлива получить большой откат от рекламодателей, желающих присоединиться к этому пиршеству. Из сериала получится отличный хит.

Сун Юньжань тоже был доволен своей успешной карьерой, но в настоящий момент его больше волновало то, что…

У него появился парень!

Он глупо хихикал, вспоминая о вчерашнем вечере.

Не удержавшись, Сун Юньжань отправил сообщение Цинь Кэ: [Доброе утро!]

Цинь Кэ, который спал всего четыре часа, в это время шел на работу:

- …

Доброе утро? Цинь Кэ посмотрел на часы – там высветилась цифра 11. Даже представление о времени у Сун Юньжаня не как у обычных людей.

Но все эти мысли никак не отразились на его ответе: [Доброе утро.]

Сун Юньжань посмотрел на экран и хихикнул.

Вот что значит быть влюбленным, подумал он. Даже простое утреннее приветствие способно осчастливить тебя на весь день.

Если бы он знал это, он бы влюбился в Цинь Кэ намного раньше.

Ах, нет.

Сун Юньжань притормозил свои мысли.

Если бы это произошло раньше, это могло бы разрушить его план стать отцом.

А он хочет быть и парнем Цинь Кэ, и его отцом. Одно от другого неотделимо.

Так что не торопимся, движемся к цели шаг за шагом.

И Сун Юньжань бросился в бой: [У тебя есть время болтать со мной? Ты сейчас не занят?]

Цинь Кэ: [Съемка скоро начнется.]

[Тогда поговорим, когда закончишь.] - Сун Юньжань отправил сообщение, подумал и добавил: [Работай усердно, не забывай, что ты помогаешь папе зарабатывать деньги, но не забывай и о себе, позаботься о своем здоровье.]

Цинь Кэ: [Ты тоже.]

Сун Юньжань прочел сообщение и развеселился.

Цинь Кэ такой глупый. Как можно на «помогаешь папе зарабатывать деньги», ответить «ты тоже». Люди могут подумать, что Цинь Кэ тоже мечтает стать отцом.

А, плевать! Я, президент Сун, не опущусь до глупых выяснений отношений.

Сун Юньжань выключил телефон, и тут ему в голову пришла мысль, что может он неправильно понял.

И ответ Цинь Кэ «ты тоже» относился к «позаботься о своем здоровье».

Сун Юньжань непроизвольно покраснел.

Он так заботится обо мне. Он, должно быть, сильно любит меня.

Помощник Тан, сидевший напротив Сун Юньжаня и что-то говоривший ему в это время, не выдержал:

- … Господин Сун, вы меня слушаете?

Сун Юньжань вздрогнул и быстро выпрямился.

Выглядел он сейчас как ученик, пойманный учителем.

- Слушаю, слушаю. Вы говорили о рекламных баннерах сериала «После того, как я встретил тебя» в метро, да?

- … Нет.

- ? - Сун Юньжань покопался в кратковременной памяти. – О, да. Вы говорили о том, что съемки «Легенды о Нань Хуа» начнутся в следующем месяце.

- …

- Нет? Не об этом?

Сун Юньжань напряг мозги, сканируя память на предмет фонового шума, то бишь прозвучавшего отчета своего помощника. И, обрадовавшись всплывшим воспоминаниям, радостно хлопнул по столу:

- Инвестиционный отдел решил вложиться еще в две дорамы. Я с ними согласен.

Помощник Тан просто онемел и сдвинул свои очки в золотой оправе на переносицу:

- Я только что сказал, что после трансляции «Неспешного праздного путешествия» в сети появилось много CP-поклонников вашей пары с Цинь Кэ. И не думаете ли вы, что нам следует вмешаться в это и попросить команду программы слегка сократить ваше с Цинь Кэ совместное пребывание в кадре? Разве это не навредит вашему имиджу?

- А?

Что? Какого черта?

Черти в душе помощника Тана замахали своими рогатинами - если бы вы не лишили меня годовой премии из-за моей фантазии, я бы об этом даже не стал упоминать! Теперь вот фантазия разыгралась у других!

Помощник Тан, чтобы успокоиться, сделал несколько глубоких вдохов и продолжил:

- Вы в эти дни не заглядывали в интернет?

Сун Юньжаню действительно некогда было лазить по интернету. Он растерянно заморгал:

- А! Второй выпуск уже вышел в эфир? И какие отзывы на него?

- …Почему бы вам самому не посмотреть?

Помощник Тан устал объяснять, щелкнул сохраненное видео под названием «Неспешное праздное путешествие, выпуск №2, эйфория от головокружения» и положил свой телефон на стол Сун Юньжаня. На, любуйтесь сами!

Сун Юньжань в замешательстве взял телефон – хронометраж загруженного видео был почти полчаса.

Хронометраж каждого выпуска «Неспешного праздного путешествия» в общей сложности составлял полтора часа. Но они ведь не единственная пара приглашенных. К тому же есть много общих планов, пейзажей опять же и т.п. Неужели из полутора часов шоу действительно можно нарезать почти полчаса их с Цинь Кэ общих кадров?

Кажется, подумал Сун Юньжань, я понял.

Теперь он, наконец, понял, что на самом деле означают слова Гало-поклонниц «один кадр - одна конфетка».

Каждый их с Цинь Кэ совместный кадр, каждое пересечение их взглядов, каждый их случайный физический контакт, каждое слово, сказанное друг другу, - всё это дарило его сердцу невыразимое блаженство.

Оказывается, прав был тот, кто заявил: влюбленный взгляд не спрячешь.

Сун Юньжань подтянул ворот своего свитера, чтобы скрыть свою довольную улыбку, просмотрел видео и отложил телефон.

- Вы видели? – с напором начал помощник Тан. – Шипперы напропалую пропагандируют вашу с Цинь Кэ парочку. Ваше участие в этом шоу, конечно, здорово продвинуло наш веб-сериал, но вы, в конце концов, не артист, а уважаемый генеральный директор. Разве нам не нужно охладить пыл этих негодников?

Сун Юньжань все еще мысленно просматривал сцены из видео, которые заставили его уши - покраснеть, а сердце – учащенно забиться. И выдал что-то неопределенное:

- Ну, э-э-э...

Помощник Тан неправильно понял это мычание:

- Итак, господин Сун, что вы думаеет по этому поводу?

Сун Юньжань поджал нижнюю губку и честно признался:

- Это такое приятное зрелище.

Помощник Тан:

- …

Помощник Тан:

- ???

Автору есть что сказать:

Помощник Тан: У одного из нас что-то не так с головой.

Давай я публично похвалю тебя?

Долгое время в кабинете стояла тишина. Первым тишину нарушил помощник Тан:

- Разве вы не собираетесь разобраться с этими шипперами?

Сун Юньжаня смутил этот вопрос.

Сегодня это вам не то, что было неделю назад. Когда-то он считал этих сладкоголосых сестричек ведьмами, теперь же они превратились в сонм ангелов, воспевающих их прекрасную любовь с Цинь Кэ.

Немного подумав, он нашел хорошее оправдание:

- Лучше вести себя сдержанно. Известно, что чем больше ты что-то отрицаешь, тем больше люди верят в это.

Слова разумные, не поспоришь. Но! Глаза помощника Тана сощурились, превратившись в тонкий росчерк.

Что-то вы об этом не думали, когда лишали меня годовой премии!

Это потому, что я ваш помощник, а не CP-фанат?! Так я могу вступить в эту группу сумасшедших шипперов!

Он выразительно посмотрел на красноречивого господина Суна.

Сун Юньжань посмотрел на него:

- Вы не согласны с моим мнением?

- … э-э, не совсем.

Могу я просто вернуть свою премию? Помощник Тан очень хотел задать этот вопрос, но боялся, что спровоцирует своего непредсказуемого босса и потеряет премию и за этот год.

Сердце помощника Тана сжалось, как испуганная мышка.

Компании в прошедшем году одни только «Свадьба и похороны» принесли чистой прибыли 150 миллионов. И это не считая доходов от других мелких проектов, и от множества подписанных соглашений между Цинь Кэ и рекламодателями.

Сун Юньжань - щедрый президент, вознаградил всех своих сотрудников, не обойдя даже швейцара. И только помощник Тан остался без денежной награды.

Когда вчера всем вручали премию по итогам года, в Xinghe Entertainment царила радостная атмосфера. И радостный шум раздражал только помощника Тана.

Видя, как завис его верный помощник, Сун Юньжань заподозрил неладное.

Он что-то не то сказал? Или помощник Тан затаил на него обиду за что-то?

Он вспомнил все свои слова, обращенные к помощнику Тану, и вспомнил!

Блин, это же я накосячил! - понял Сун Юньжань.

Помощник Тан так старательно пытался нас с Цинь Кэ свести, а я лишил его самого дорогого – годовой премии!

Но еще не поздно всё исправить.

- Кстати, вы же не получили премию за прошлый год?

Помощник Тан кивнул, скрывая слезы.

- Я напомню бугалтерии, - любезно сообщил Сун Юньжань. - В следующем месяце вам перечислят премию на вашу карточку, хорошо?

Это не просто хорошо. Это замечательно!

В глазах помощника Тана снова загорелся свет. Он расправил плечи и уверенной походкой покинул кабинет.

Стоило помощнику Тану уйти, как раздался телефонный звонок от Хэ Цзыю.

Любовный советник Сун Юньжаня, Хэ Цзыю, целый день просидел дома у телефона в ожидании вестей от своего друга. Наконец, его терпение закончилось, а любопытство разыгралось не на шутку, и он решил позвонить и узнать, как, блин, там поживает эта парочка.

Услышав голос Сун Юньжаня, Хэ Цзыю очень рассердился:

- Я разрываю нашу дружбу! – решительно заявил он. – Я так тщательно всё для тебя спланировал, а ты даже не перезвонил мне.

Какой же Хэ Цзыю еще ребенок, подумал Сун Юньжань, да ладно, я сегодня в хорошем настроении. И объяснил:

- Я просто был очень счастлив и просто забыл перезвонить тебе.

Хэ Цзыю разозлился еще больше:

- Ага, влюбился и тут же забыл о своих друзьях.

Сун Юньжань:

- …

У меня нет сил с тобой спорить.

Хэ Цзыю принялся чихвостить его:

- Ты же генеральный директор уважаемой компании! Как влюбленность может выбить тебя из седла? Ты же не цыпленок из начальной школы.

Сун Юньжань фыркнул – у меня нет сил спорить с тобой!

Он даже отчет помощника Тана сегодня прослушал. Может, я и в самом деле веду себя как ученик начальной школы?

- Мой тебе совет – не забывай об осторожности, - посоветовал Хэ Цзыю. – В интернете ходят всякие слухи. Существует много разных мнений, кто там кому приходится отцом.

Сун Юньжань был шокирован. Неужели нетизены все перепутали и приняли Цинь Кэ за его отца?

У него прямо засвербило в одном месте. Он сбросил звонок и тут же полез в интернет. Избегая СР-фанатов, он сосредоточился на комментариях обычных юзеров.

Сердце Сун Юньжаня похолодело.

[Владелец Xinghe Entertainment совсем не похож на президента. Скорей – на капризного ребенка. Цинь Кэ так заботится о нем.]

[Если бы у меня был такой ненадежный начальник, я бы уже давно сменил работу.]

[Но Xinghe Entertainment в последнее время – на взлете! Может, босс не так уж и безнадежен?]

[Это наверняка заслуга сотрудников. Босс – туп, как пробка, и ничего не смыслит в инвестициях.]

- …

И что на это скажешь?

Сун Юньжань потерял дар речи. Не может же он ругаться с пользователями сети.

Во-первых, это ниже его достоинства, а во-вторых, не вываливать же ему им всю правду.

Компания не может сделать заявление, что все последние достижения Xinghe Entertainment связаны с чутким руководством мудрого и великого президента Суна. Это же просто смешно.

Да пошли они! Сун Юньжань закрыл злобные комментарии. Мне нет до них никакого дела!

Но через пару секунд снова открыл их.

Конечно, мне не все равно!

***

Поздним вечером Цинь Кэ вернулся со съемок домой.

Было уже поздно, поэтому он решил не подниматься к Сун Юньжаню, просто отправил ему сообщение, спрашивая, спит ли он.

Сун Юньжань тут же перезвонил ему по видеосвязи.

Цинь Кэ был потрясен картинкой, отобразившейся на экране.

Одной рукой Сун Юньжань листал толстую книгу, другой что-то черкал в планшете.

Цинь Кэ изумленно спросил:

- Ты не дома?

- Дома, - Сун Юньжань поднял глаза и замер. - О, ты же не видел моего кабинета. Обычно я редко его использую.

Цинь Кэ кивнул. Сомнения продолжали мучать его.

Он налил стакан ледяной воды, одним глотком опустошил стакан и осторожно спросил:

- Могу я подняться к тебе?

Сун Юньжань прервал свое занятие и уже хотел было кивнуть, как вспомнил насмешки в интернете и, сдержав свой порыв, ворчливо отказал:

- Ты что, не видишь, что папа работает? Давай просто поболтаем. Если ты придешь, то будешь отвлекать меня.

- … а что ты делаешь?

Сун Юньжань поднял книгу и показал обложку:

- Это учебник по инвестициям. Его мне порекомендовал помощник Тан.

Сегодня он понял, что ему, возможно, не хватает некоторых базовых основ инвестирования. Значит, нужно все изучить, а после продемонстрировать свои знания юзерам. Пусть сами убедятся, что он находится на своем месте.

В зарубежном университете он изучал искусство. Компенсировать знания он мог только с помощью базовой литературы, поэтому и закупил стопочку учебников в книжном магазине по совету помощника Тана.

Цинь Кэ поставил стакан с водой и замолчал.

Он не мог понять. Вчера они признались друг другу в своей привязанности. А сегодня Сун Юньжань уже избегает его, бросившись в изучение каких-то там наук.

Сун Юньжань подумал, что Цинь Кэ устал:

- У тебя завтра разве нет работы? Ложись спать пораньше.

Цинь Кэ посмотрел на него и медленно произнес:

- Я не хочу спать.

- ?

И что это значит? Хочешь, чтобы я уложил тебя в кроватку и рассказал тебе сказку на ночь?

Цинь Кэ опустил глаза, прикрыв их своими длинными ресницами, и тихо прошептал:

- Я хочу тебя увидеть.

Учебный пыл Сун Юньжаня сразу же угас.

Возвращаясь из книжного магазина, его энтузиазм горел ярким пламенем. Учиться, учиться и учиться! Но стоило Цинь Кэ прошептать эти слова, как его решимость мгновенно сошла на нет.

Ну... я же могу начать учиться... завтра, так ведь?

Сун Юньжань отложил планшет:

- Раз ты так хочешь меня видеть, тогда поднимайся ко мне.

Вскоре в дверь позвонили.

Сун Юньжань, который уже ждал у двери, мгновенно распахнул дверь и бросился в объятия Цинь Кэ, не забыв напомнить, кто тут отец вообще-то:

- И впредь не капризничай. Папе нужно пополнить свои знания, он не может  откладывать учебу.

Цинь Кэ обнял его:

- Хорошо, я больше не буду таким своевольным.

Сун Юньжань удовлетворенно кивнул и, поколебавшись, громко чмокнул Цинь Кэ в губы:

- Входи. Завтра у нас много дел, поэтому сегодня мы не будем долго сидеть.

Цинь Кэ многозначительно хмыкнул.

На самом деле, он не хотел сегодня беспокоить Сун Юньжаня. Но, увидев того на экране своего телефона, такого устало-ранимого, словно над этим щенком долго издевались, решил настоять на встрече.

Сун Юньжань привел Цинь Кэ в свой кабинет:

- Посмотри, все эти книги я купил сегодня.

Цинь Кэ посмотрел на высокую стопку толстых учебников на столе:

- Почему ты вдруг захотел изучать инвестирование?

Разве Сун Юньжань итак уже не зарабатывает деньги инвестированием? С чего он вдруг решил начать с азов? Все-таки понять, как работает мозг Сун Юньжаня, очень сложно.

Сун Юньжань сел на вращающееся кресло и рассказал о комментариях в интернете:

- Знаешь, как это раздражает?! Я изучу все эти книги, а потом как всех удивлю!

Цинь Кэ растерялся.

Иногда ему хотелось вскрыть черепушку Сун Юньжаня, достать мозг и посмотреть, как он работает, и чем отличается от мозга обычных людей. Ну, кому в голову придет в его возрасте садиться за школьную парту только ради того, чтобы переломить чужое мнение о нем?

Молчание Цинь Кэ забеспокоило Сун Юньжаня. Он оттолкнулся и подъехал на кресле поближе к Цинь Кэ:

- Думаешь, у меня не получится?

- …да нет, - Цинь Кэ потер лоб. - Тебе не кажется, что это как-то странно?

Сун Юньжань огорченно вздохнул:

- Я очень хочу быстро всему научиться. Чтобы все мои недруги в интернете признали мои знания и мои заслуги и похвалили меня.

Выпалив все это, Сун Юньжань смутился.

Цинь Кэ рассмеялся:

- Давай я публично похвалю тебя?

- ??? - Сун Юньжань выглядел озадаченным. – А что ты скажешь?

Цинь Кэ взял ручку и повертел ее:

- Ты забыл, какой завтра день?

Сун Юньжань замер, а затем вспомнил.

Завтра будут объявлены номинанты китайской кинопремии!

***

В полдень следующего дня на Weibo начали выкладывать шорт-лист ежегодной премии Chinese Film Awards.

Пользователи сети с нетерпением собрались у экранов своих компьютеров и телефонов.

«Свадьба и похороны» собрали в прокате 3 миллиарда. Цинь Кэ сыграл превосходно. И его фанаты надеялись, что он попадет в номинацию «Лучший дебют», и нервно ожидали объявления списка.

Но вот список был опубликован в сети, и в разделе «Лучший дебют» появилось фото Цинь Кэ. Верные поклонники с облегчением выдохнули.

В этот же момент Цинь Кэ пришло сообщение об этой новости.

Он стоял на сцене, представляя весеннюю коллекцию Ningdong. Ведущему мероприятию тут же сообщили об этой новости по внутренней связи, и он торжественно поздравил Цинь Кэ с этим знаменательным событием.

Раздались громкие аплодисменты.

Цинь Кэ уже сталкивался с такой ситуацией в своей прошлой жизни.

Он взял микрофон, поблагодарил всех присутствующих за поздравления и продолжил знакомить зрителей с весенней коллекцией.

Пару минут спустя улыбка на лице ведущего вдруг поплыла, что тут же заметила публика, так как все действо транслировалось на большом экране.

Зал зашумел. Все стали оглядываться, не понимая, что происходит.

Представители СМИ, сидевшие в первом ряду, о чем-то громко заспорили.

Атмосфера в зале внезапно враз поменялась.

Цинь Кэ заволновался, взял микрофон и спросил у зала:

- Что-то случилось?

- Извините, что прерываю, - ведущий выслушал, что ему говорили в наушник, и повернулся к Цинь Кэ. - Еще раз поздравляем нашего представителя Цинь Кэ. Он вошел в шорт-лист China Film Awards и стал номинантом премии за лучшую мужскую роль в фильме «Свадьба и похороны»!

Зал взорвался.

Репортеры защелкали своими фотоаппаратами, пытаясь запечатлеть восторг на лице молодого актера.

Однако Цинь Кэ лишь приподнял брови:

- Спасибо.

Все: … И это все???

Ведущий озвучил удивление зрителей:

- Мы ожидали, что это будет номинация на «Лучший дебют». Это же ваш первый фильм и ваша первая номинация – и вдруг вас выдвинули сразу на две номинации, «Лучший дебют» и «Лучший актер». Разве это вас совсем не удивило?

Цинь Кэ действительно не был слишком удивлен.

Он уже второй раз играл в «Свадьбе и похоронах». Он значительно улучшил свои актерские способности и в этот раз сыграл на порядок лучше. К тому же он знал, какие фильмы будут конкурировать с их комедийной лентой. Выдвижение на такую номинацию для него не было сюрпризом. Он этого ожидал.

В ответ на вопрос ведущего Цинь Кэ дружелюбно улыбнулся:

- Я просто умею скрывать свои чувства, - он указал на логотип бренда и добавил. - Но на этой сцене не я главный герой.

Ведущий, смеясь, отмахнулся:

- Все в порядке. Спонсоры не будут возражать.

Зал дружно рассмеялся. Руководители бренда замахали руками – да, мы не возражаем.

Представители бренда были в восторге. Их представитель получил весть о своей номинации прямо на сцене во время демонстрации их бренда! Да такое им во сне не снилось! Это не просто реклама, это сенсация! Конечно, они не против обсудить его номинацию.

Репортеры вскочили и заверещали:

- Скажите несколько слов, нам нужна красивая фраза для заголовков.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Хорошо.

Он посмотрел на мигающие огоньки, вспыхивающие в зале, его глазах засияли, как звезды, черты его лица смягчились.

- Я… - его магнетический голос разнесся по залу. - Прежде всего, я хотел бы поблагодарить инвестора «Свадьбы и похорон», господина Сун Юньжаня.

Репортеры, ожидавшие услышать благодарность режиссеру фильма или компании, были ошарашены.

Словно опасаясь, что кто-то не услышал, Цинь Кэ еще раз медленно повторил:

- Господин Сун, спасибо вам за вашу любовь к искусству и за вашу деловую хватку, за то, что спасли нашу команду от банкротства. Вы очень профессиональный инвестор, спасибо за вашу веру в наш фильм.

Неожиданное заявление ошеломило ведущего, и он с улыбкой прокомментировал:

- Почему мне кажется, что это не простая благодарность, а настоящие дифирамбы господину Суну?

Цинь Кэ кивнул:

- Так и есть. Вы не ошибаетесь.

Ты плюешься, как горохострел из игры.

Это мероприятие транслировалась в прямом эфире. Не успела прозвучать речь Цинь Кэ, как интернет заполонило множество комментариев.

[??? Сколько тебе заплатил Сун Юньжань?]

[Г-н Сун, вы здесь? Я тоже могу похвалить вас, мой электронный кошелек…]

[Господин Цинь Кэ решил дать нам урок, как подлизаться к своему начальнику?]

[Муженек, не следует хвалить чужого ребенка, он и возгордиться может.]

Сун Юньжаня шокировал энтузиазм юзеров.

Сегодня у него была встреча с агентами компании, после нее он пригласил всех в ресторан. Ожидая, пока принесут еду, он включил прямую трансляцию с мероприятия Ningdong.

И неожиданно услышал хвалебную речь Цинь Кэ.

Он не надел наушников, поэтому голос Цинь Кэ разнесся по залу.

Со всех сторон на него устремились вопросительные взгляды.

Сун Юньжань выключил прямую трансляцию.

Сложно было понять, что он сейчас чувствовал.

Причина, по которой ведущий объявил эту новость на сцене, объяснялась просто – об этом попросила Ningdong. Связать представление новой коллекции с номинацией его представителя – превосходная идея. Вы только посмотрите, как оживились репортеры.

Телефон Сун Юньжань выключил, но прямая трансляция на большом экране отдельного кабинета продолжилась. Менеджеры просто перевели свои взгляды с Сун Юньжаня на экран, наблюдая за ярким выступлением Цинь Кэ.

Сун Юньжань считал, что такое поведение для сына нормально.

Какому сыну не хотелось бы похвастаться перед своим отцом своими хорошими оценками?

Но чего он не ожидал, так это того, что Цинь Кэ начнет хвалить его прямо на пресс-конференции.

Если бы он знал об этом, то посмотрел бы эту трансляцию в одиночестве!

Что о нем подумают люди?!

Сун Юньжань был смущен и не осмеливался поднять голову. Он, конечно, хотел объявить об их сыновне-отцовских отношениях, но не таким же образом!

В этот момент кто-то внезапно заговорил:

- Цинь Кэ действительно…

Сун Юньжань занервничал.

Этот человек продолжил:

- Это как-то неправильно! Почему он не предупредил нас о том, что собирается вознести хвалу нашему президенту Суну?!

- Действительно, - подхватил кто-то. – Почему бы нашим подопечным не присоединиться к Цинь Кэ и не похвалить нашего уважаемого босса?

Сун Юньжань:

- Что???

Какая неожиданная реакция. Я такого не ожидал.

Сун Юньжань, словно очнувшийся страус, поднял голову и посмотрел на своих сотрудников – те дружно достали свои телефоны и стали отправлять сообщения своим подопечным артистам.

Помощник Тан дико расстроился. Будь он волшебником, создал бы артиста из воздуха! Ах, почему у меня нет ни одного подопечного!

Сун Юньжань только сейчас понял.

Оказывается, его сотрудники и подопечные артисты хранили свою благодарность ему в своих сердцах. Просто никто не решался откровенно признаться своему боссу в своем восхищении.

Раньше он так хотел услышать добрые слова, а теперь почему-то засмущался.

- … вы не обязаны хвалить меня, - Сун Юньжань с трудом продолжил. - Это будет выглядеть слишком нарочито. Люди могут подумать, что корпоративная культура нашей компании не соответствует этическим нормам.

Один из агентов растерянно переспросил:

- В нашей компании есть корпоративная культура?

Сун Юньжань:

- …

Другой агент сухо кашлянул и вступил в разговор:

- Президент Сун, это как-то несправедливо. Почему Цинь Кэ можно вас хвалить, а нам - нет?

Разве могут другие сравниться с Цинь Кэ!

Он не только мой парень, но и мой единственный сын. Если все артисты моей компании станут называть меня папой…

Нет, нет, нет! Никто из них не сможет заменить мне Цинь Кэ!

Сун Юньжань устало потер лоб:

- Ладно, только не переусердствуйте.

Агенты согласно кивнули.

Они не первый день в индустрии развлечений и знают: много не всегда хорошо.

Внезапный поток похвал только разожжет подозрения – а не оказывает ли на своих сотрудников Сун Юньжань давление? А может даже шантажирует их?!

Рассыпать похвалу нужно, не торопясь.

Сун Юньжань еще не знал, что уже назревает новая буря.

***

Вернувшись домой, Сун Юньжань попросил тетушку приготовить побольше вкусных блюд. Сам сел за учебники в ожидании Цинь Кэ, чтобы вместе отпраздновать это событие.

Честно говоря, ему приходило в голову, что после выхода «Свадьбы и похорон» Цинь Кэ могут выдвинуть на премию «Лучший актер», но он все равно был удивлен, когда его предположение стало реальностью.

Чувство вины, не переставая, мучило его. Если бы не он, Цинь Кэ не нужно было, переродившись, начинать свою карьеру с самых низов.

Каждый раз, когда он вспоминал, что перед перерождением Цинь Кэ попал в список номинантов как «Лучший актер», Сун Юньжань готов был разрыдаться.

Но, к счастью, судьба по-прежнему благоволит Цинь Кэ.

В восемь часов вечера Цинь Кэ закончил работу.

Сун Юньжань позвонил ему, а когда тот спустился к нему, тут же открыл дверь и заворчал:

- Может, уже внесешь свои отпечатки пальцев в электронную базу, чтобы мне не приходилось каждый раз открывать тебе дверь?

Цинь Кэ внимательно посмотрел на него:

- Не боишься, что я нападу на тебя посреди ночи?

- Ты дурак, что ли? - Сун Юньжань даже не заметил тонкого намека и серьезно ответил. - Я запру дверь своей спальни. И что ты сделаешь?

Цинь Кэ беспомощно рассмеялся и хотел ответить, но Сун Юньжань вдруг хлопнул себя по голове и поспешил в гостиную.

Через секунду вернулся, руки у него были спрятаны за спиной, на губах играла загадочная улыбка.

Сердце Цинь Кэ часто забилось. Ну, что опять? Что-то у меня дурное предчувствие.

В следующий момент Сун Юньжань вскинул руку, в руке была зажата мини пневмопушка. И закричал:

- Поздравляю с попаданием в шорт-лист!

Хлоп! Из игрушечного оружия в разные стороны полетело разноцветное конфетти.

Цинь Кэ не успел увернуться, и яркий «водопад» осыпал его с головы до ног. Конфетти, видимо, было сделано из какого-то особого материала, потому облепило и тело, и лицо номинанта.

Цинь Кэ:

- …

Он вдруг засомневался – это точно было поздравление?

Сун Юньжань тоже был озадачен.

Он не ожидал, что всё так закончится. В его воображении рисовалась совсем другая картинка. Более романтичная. Разве конфетти не должно было опасть дождиком, чего оно вдруг облепило Цинь Кэ?

Цинь Кэ вздохнул. Он вернулся в спешке и даже не успел смыть макияж. А тут еще и блестки налипли на его губы.

Цинь Кэ сплюнул прилипшие блестки:

- Я тебя сегодня прилюдно похвалил, а ты нападаешь на меня.

- Я, я не хотел, -  поспешно извинился Сун Юньжань. - Извини.

Цинь Кэ сплюнул еще один разноцветный кружок:

- Ты…

Его прервал Сун Юньжань, чьи глаза внезапно загорелись:

- Ты плюешься, как горохострел из игры.

- …

Сун Юньжань подумал, что тот ничего не понял, поэтому объяснил:

- Ты не играл в «Растения против зомби»? Это же классика! Это хоть и старая игрушка, но кровь от нее закипает, как от реального махача!

У Цинь Кэ уже брови болели изгибаться от удивления. Не могу больше терпеть!

Он схватил Сун Юньжаня за шею, крутанулся и прижал этого поразительного человека к двери. Опустил голову и поцеловал его.

Что делать, когда мозг этого Сяо Суна начинает глючить?

Цинь Кэ нашел простое решение.

Целовать его до тех пор, пока у того не закипит кровь, чтобы не было сил думать о всякий глупостях.

Сун Юньжань уже сам жалел, что так распалил Цинь Кэ, чувствуя себя рыбой на разделочной доске. Он пару раз трепыхнулся, не очень активно, впрочем, и сдался.

Из его захваченных в полон Цинь Кэ губ время от времени доносились жалобные стоны. Сун Юньжань полностью отказался от сопротивления. Только цеплялся руками за спину Циня, ослабевшие ноги его еле держали.

Знал бы, что так все закончится, с огорчением подумал он, приготовил бы какой-нибудь другой сюрприз.

Слава богу, Цинь Кэ вовремя заметил, что Сун Юньжань отвлекся, и набросился на него с еще более агрессивным поцелуем. Глаза глупого босса тут же затуманились.

После неимоверно долгого поцелуя губы Сун Юньжаня опухли.

Такими губами он даже заговорить не мог, потому бросил на Цинь Кэ сердитый взгляд, выразив свое недовольство.

Цинь Кэ усмехнулся.

Настроение у него было отличное. Он повернулся к зеркалу и неторопливо смахнул мелкие блестки со своих волос.

Сун Юньжань воинственно сжал кулаки и тихо пробормотал:

- Не будь таким самодовольным. Я еще не рассчитался с тобой за твои комплименты в мой адрес на сегодняшней конференции.

Цинь Кэ замер:

- Тебе не понравилось?

Ха, конечно, понравилось. Счастья – полные штаны!

Только вот…

Сун Юньжань мило моргнул:

- Почему ты не предупредил меня? Я даже не надел наушники, когда смотрел прямую трансляцию. Вокруг было столько людей. Я даже покраснел.

Цинь Кэ был в замешательстве:

- Почему ты смотрел прямую трансляцию у всех на глазах?

- Конечно, чтобы показать всем, какой ты молодец! Кто же знал… - Сун Юньжань нахмурился и рассказал о странной реакции своих сотрудников. - Хотя они заверили меня, что не будут напропалую хвалить меня, я все равно немного нервничаю.

Цинь Кэ попытался утешить своего босса:

- Не нужно нервничать из-за таких мелочей.

- Ты не понимаешь. В прошлой жизни меня никто никогда не хвалил, кроме моих фанатов, - Сун Юньжань снял еще пару затерявшихся в волосах Цинь Кэ конфетти и обеспокоенно продолжил. - Боюсь, что их комплименты будут не по делу. Я же не артист сейчас, а уважаемый бизнесмен.

Цинь Кэ:

- …

А я уж разволновался!..

***

Следующие полмесяца у артистов Xinghe Entertainment прошли под девизом «Кто похвалит господина Суна круче всех?».

Сегодня. Выступление на банкете: исполнилось ровно три года, как я вступил в Xinghe Entertainment. Спасибо господину Суну, что вырвал меня из депрессии и помог начать жизнь с чистого листа.

Завтра. Интервью в журнале: я так сомневался в своих силах, когда получил сценарий, но господин Сун поговорил со мной и вернул мне веру в себя.

Послезавтра. Видеоблог: я возвращался с ночного тренинга и обнаружил, что господин Сун все еще работает, окна в его кабинете горели. Он такой трудоголик.

Хвалебная речь Цинь Кэ пользователей сети не особо впечатлила. Но всё смогли переломить две недели тонкого промывания мозгов. Многие критики, с предубеждением относившиеся к Сун Юньжаню, вдруг задумались.

[…Может, он и в самом деле хороший начальник?]

[Эй, вы уже забыли, что раньше Xinghe Entertainment называли Loser Entertainment? А сейчас она взлетела на самый верх индустрии развлечений.]

[Если задуматься, то я могу понять, почему он так нравится своим сотрудникам. Хороший президент – это тот, кто может зарабатывать деньги, и чьи подчиненные катаются, как сыр в масле.]

Последней каплей стало присоединение к хору нахваливающих своего благодетеля сторонних персонажей - Фан Чжоу и Чэн Цзямина. Они искренне поблагодарили Сун Юньжаня, заявив, что он помог им найти новое направление в карьере.

Когда Сун Юньжань увидел эту новость, он как раз ехал на съемки последнего эпизода «Неспешного праздного путешествия».

Он отложил телефон, снова взял его и снова отложил. Повторив это несколько раз, он не удержался и посмотрел на Цинь Кэ, сидевшего рядом с ним.

- Это ты подговорил Фан Чжоу и Чэн Цзямина? -  тихим голосом спросил Сун Юньжань.

Он не ожидал, что ему начнут раздавать комплименты не только его артисты, но и сторонние, не принадлежащие Xinghe Entertainment.

Все это было так неожиданно, что он заподозрил, что это своеобразная издёвка  со стороны Цинь Кэ.

Цинь Кэ отвернулся:

- Это не имеет ко мне никакого отношения.

Если честно, Цинь Кэ был слегка недоволен.

Это же он первым подарил сладкую конфету своему парню, желая порадовать свою любимую обиженную зверюшку. Чего другие-то вмешиваются?!

Может, его конфетка была недостаточно сладка?

Особенно его разозлило вмешательство Чэн Цзямина. Огонь в его сердце разгорелся еще ярче.

Что-то ты расхрабрился, Чэн Цзямин!

Знал бы, что так случится, отомстил бы тебе за мою травму плеча, полученную в прошлой жизни.

Сун Юньжань посмотрел в окно, потом обернулся:

- Значит… я и в самом деле так хорош, раз все мне так хвалят?

Цинь Кэ улыбнулся:

- Конечно, ты сам не знаешь, насколько.

Понятно, подумал Сун Юньжань, возможно, это и есть моя легендарная сила, о которой я не подозревал.

Он мило прищурился, уголки губ рванули вверх, воображаемый пионерский галстук ярко засиял на его шее.

Цинь Кэ посмотрел на его счастливое лицо - иногда Сун Юньжань такой предсказуемый.

Его легко разозлить, но также легко и утешить.

Он говорит и действует, руководствуясь интуицией. Именно это позволило ему и правильно подобрать актеров для Xinghe Entertainment, и подсказать Фан Чжоу и Чэн Цзямину верный путь.

Непонятно, почему автор этой дурацкой книги сделал Сун Юньжаня «пушечным мясом».

Цинь Кэ замер – бледный свет зимнего утра окрасил волосы Сун Юньжаня золотом, превратив его в маленькое сияющее солнце.

Какое же это редкое сокровище!

Через полчаса автобус добрался до места назначения.

Последний эпизод «Неспешного праздного путешествия» решено было снимать не в отдаленной деревушке, как раньше, а в современном поселке с удобным транспортным сообщением.

Жилые дома выполнены в едином стиле.

За парковкой простирается широкая вымощенная дорога. Вдоль дороги с обеих сторон – высокие деревья и красиво оформленные клумбы. И не подумаешь, что ты не в благоустроенном городском районе, а в деревне.

Дай Лао обошла парковку и прокомментировала:

- Ну, наконец-то у команды программы проснулась совесть.

- Может, у них просто осталось много непотраченных денег, и они решили выжать бюджет досуха, - заметил Сун Юньжань. – Кто-нибудь у вас в команде вообще контролирует расходы?

Команда программы уже давно привыкла к такому поддразниванию.

Режиссер откашлялся, привлекая к себе внимание:

- Не говорите так. Этот выпуск выйдет в эфир во время Весеннего фестиваля. Мы хотим сделать этот эпизод настоящим праздничным путешествием.

- Почему я не верю в это? – засомневался Шао Цянь. – И ловушек что ли не будет?

Ван Ючжэ, стоявший рядом, тут же присоединился к перемыванию косточек съемочной бригады:

- Значит, в этом выпуске нам не придется впахивать, как в предыдущих?

Братья обменялись понимающими взглядами. Скоро их мучения наконец-то закончатся.

К тому же их «тысячное войско» поклонников теснит семейка Гала-сестричек.

Они планировали свести все их романтические отношения на нет, но порой привычка брала верх. Всякий раз, когда они видели, как Сун Юньжаня и Цинь Кэ окутывает романтичная аура, братья привычно вступали в борьбу.

В результате их мотало то в сторону охлаждения, то в сторону разжигания огня.

Со временем даже их фанаты заметили, что что-то между ними не так. Кто-то решил, что всё – каюк их отношениям, кто-то надеялся, что романтика между ними еще жива.

Братья страшно устали. Как и их фанаты впрочем.

Но не беда. После этой записи они вырвутся наконец на свободу.

Вспомнив об этом, Шао Цянь повеселел:

- Расскажите-ка нам, как мы будем праздно проводить здесь свое время?

Режиссер игриво ухмыльнулся:

- Так же, как это делают обычные люди в канун Нового года.

Сун Юньжань обрадовался:

- Будем есть, спать и играть в игры в телефоне?

- … - режиссер скривился и бесстрастно объяснил. – Сначала – генеральная уборка, потом – весенние куплеты, под занавес – лепка пельменей.

Сун Юньжань ахнул, радость тут же схлынула с его лица.

Цинь Кэ взглянул на разочарованного Сун Юньжаня. Этот избалованный молодой господин, видимо, никогда ничего из этого списка не делал.

Так и есть. Сун Юньжань никогда подобным не занимался.

Все опять сели в автобус и поехали. Высадили их у здания с табличкой «Дом престарелых». Все, наконец, поняли направление этого выпуска.

Проще говоря, они должны стать волонтерами и заняться благотворительностью, подарив праздник не только зрителям, но и жителям этого дома.

Первым пунктом программы значилась генеральная уборка.

Паре из Xinghe Entertainment было поручено протереть перила на лестнице.

Президент Сун Юньжань, который уборку видел только по телевизору, без всякого жеманства послушно последовал за Цинь Кэ.

Дом престарелых имел три этажа.

Как только они стали подниматься наверх, из комнат высыпало множество любопытных бабушек и дедушек. И с улыбками поприветствовали красивую пару волонтеров.

Милашка Сун Юньжань своим приветствием «С Новым годом, бабушки и дедушки» сразу покорил старые сердца пожилых людей.

Больше всего он понравился бабушке Ли. Когда она увидела, как он протирает перила, она по-доброму пошутила:

- Посмотри на себя, ты, наверное, никогда не убирался.

- Не волнуйтесь, я быстро учусь.

Сун Юньжань, подражая Цинь Кэ, аккуратно чистил щеткой следы ржавчины в  углах:

- Бабушка Ли, здесь пыльно. Почему бы вам не вернуться в свою комнату.

Бабушка Ли была категорически против:

- Я хочу смотреть на тебя.

Сун Юньжань засмеялся:

- Я такой красивый?

Бабушка Ли отбросила шутливый тон и серьезно заявила:

- Красивый. Как мой младший внучок.

- …

Неважно, успокаивал себя Сун Юньжань, бабушка Ли старенькая и не знает, что выражение «как мой внук» считается издевательством у молодежи.

Только он придумал себе утешение, как услышал тихий смешок Цинь Кэ.

- Чего смеешься? - пристально посмотрел на него Сун Юньжань. – Сейчас вот попрошу бабушку и про тебя высказаться!

Бабушка Ли перевела свой взгляд на Цинь Кэ.

Ее мутные глаза в этот момент, казалось, прояснились.

Она опиралась на трость и было двинулась к нему. Сун Юньжань испугался, что она упадет, отбросил свою щетку и ринулся к ней, чтобы поддержать старушку.

Бабушка Ли подошла к Цинь К и с трудом подняла голову:

- Как тебя зовут?

Цинь Кэ вежливо склонился:

- Цинь Кэ.

- О, а сколько тебе лет? - любопытство бабушки Ли стремительно росло. – У тебя есть подружка?

Цинь Кэ вздрогнул и невольно перевел взгляд на Сун Юньжаня.

- …

Сун Юньжань вздернул брови – что ты смотришь на меня?!

Оператор оживился – ага, стоит ожидать неожиданных поворотов!

Приблизил лица парочки, предвкушая запечатлеть интересные кадры.

Цинь Кэ увидел действия оператора и неохотно отвел взгляд от своего парня.

Посмотрел на бабушку Ли, на мгновение задумался и вежливо ответил:

- У меня нет девушки.

Бабушка Ли обрадованно кивнула.

Затем достала из кармана своего пальто смартфон для пожилых людей, прищурилась и открыла фотоальбом:

- Посмотри, это моя внучка. Она учится за границей, и у нее еще нет парня…

- Пфф… - не сдержался оператор и громко рассмеялся.

Тело Сун Юньжаня окаменело.

Его не волновало, что бабушка Ли хотела познакомить Цинь Кэ с девушкой, но его задело, что до этого она с таким удовольствием болтала с ним, а в качестве зятя выбрала не его, а Цинь Кэ?!

Он выглядит таким надежным?

Цинь Кэ, вероятно, тоже был удивлен наездом бабушки Ли.

Он поджал губы и после недолгого молчания мягко объяснил:

- Бабушка, я не планирую заводить девушку.

Бабушка Ли сделала понимающее выражение лица и продолжила напирать:

- Да вы не торопитесь, пообщайтесь сначала в WeChat.

Оператора так развеселил напор милой старушки, что камера в его руках затряслась.

- Извините, но я не могу добавить ее в WeChat, - вздохнул Цинь Кэ.

- Почему? - удивилась бабушка Ли.

Цинь Кэ улыбнулся и указал глазами на Сун Юньжаня, который сверлил его холодным взглядом:

- Он запрещает мне это делать.

В Новый год папа очень занят, ему некогда скучать!

Когда этот эпизод вышел в эфир, все фанаты просто обезумели.

Особенно фанаты CP, которые дружно попадали в обморок – все скрытое наконец-то стало явным!

Они уже привыкли к хорошей жизни, каждую субботу в восемь часов вечера поедая сладости у экранов своих телефонов и компьютеров.

Но они не ожидали, что последний выпуск шоу раздаст им столько конфет.

Еще до выхода этого выпуска показали анонс. И на форуме сплетен тут же выросло поистине высотное здание.

[Он запретил ему добавлять новые имена в WeChat! Ах, когда же появится новый выпуск… Я готов заплатить, только бы поскорей увидеть, чем там все закончится!]

[Какой, однако, он тиран!]

[Конечно, все были ошеломлены, когда услышали это! И я тоже.]

[«Тысячное войско» разбито! В топку его! Когда же они явятся получать брачный сертификат? Я уже жду их у Бюро по гражданским делам.]

[Бабушка Ли, низкий поклон вам! С сегодняшнего дня вы – и моя бабушка тоже.]

Через десять минут этот пост стал самым горячим «блюдом» дня. Эта искра разожгла высокое пламя. Популярность семейки сестричек-сладкоежек взлетела до небес, также как и их энтузиазм.

Но если есть CP-фанаты, счастливые, словно у них уже наступил Новоый год, естественно, найдутся и такие, кто чувствует себя так, словно попал на день поминовения усопших (праздник Цинмин).

Вскоре появился новый пост с очень провокационным заголовком «Вежливый вопрос – не хотите покопаться в чужом мусоре?».

Автор поста утверждал, что он уже десять лет работает в развлекательной отрасли и может на пальцах объяснить, что может стоять за этими словами.

По ее словам, такие компании часто контролируют Weibo своих артистов, но она никогда не видела, чтобы там запрещали своим подопечным добавлять кого-то в WeChat.

И скорей всего Цинь Кэ не хвалился таким запретом, а жаловался на вмешательство компании в его личную жизнь.

[Разве вы не видели, как запаниковал Сун Юньжань?! Он так неестественно рассмеялся. Его истинное лицо хладнокровного капиталиста было раскрыто публике.]

[Если бы спросили меня, я бы сказал - если Сун Юньжань так любит красоваться перед камерой, почему бы ему самому не выйти на сцену?]

[Если вы истинные поклонники Цинь Кэ, то, пожалуйста, присоединяйтесь ко мне. Давайте убедим нашего милашку досрочно расторгнуть контракт с этой поганой компанией и прекратить заниматься благотворительностью для Xinghe Entertainment, торгуя «гнилыми сладостями».]

Неизвестно, были ли это поклонники других артистов, которые таким образом боролись с соперником своих кумиров или специально нанятые баламуть воду «подводники».

У каждого артиста есть своя группа особо агрессивных поклонников, готовых как разорвать их соперников на клочки, так и уничтожить репутацию компаний, с которыми те подписали контракты.

Когда к Цинь Кэ пришла популярность, его поклонники просили Xinghe Entertainment позаботиться о нем.

Он был, как и многие другие артисты, официально «усыновлен» Xinghe Entertainment. Ресурсы компании распределялись между всеми подопечными, но Цинь Кэ, было видно, находился на особом положении.

Об обмане кричали в основном антифанаты Цинь Кэ, разжигая огонь.

Поэтому истинные поклонники Цинь Кэ на этих отморозков особо не обращали внимания.

И отбивались от них, заявляя: [У Цинь Кэ просто хорошие отношения с господином Суном.]

И набивали дрожащими пальчиками, разбавляя негативные комменты: [Ооооо, ему даже не нужно ничего делать, он итак прекрасен!]

[ Необязательно так идеально заворачивать пельмешки! Сколько же страданий тебе пришлось перенести в детстве! Хочу вернуться в твое детство и защитить тебя от всех бед!]

[Почему я не могу сочинять куплеты о празднике Весны? Я такая отстойная, ах.]

Сун Юньжань на одном дыхании прочел последний комментарий и выдал свой:

- В их глазах ты - самый красивый, красивее даже Мэй Цян*.

Цинь Кэ:

- …

До Нового года оставалось два дня. Сегодня у него был редкий выходной, и его он хотел провести с Сун Юньжанем. А в итоге был вынужден весь вечер выслушивать эти ужасающие комментарии.

В пентхаусе всегда поддерживалась комфортная температура, неважно, стояла ли на улице жара или холод.

Но Цинь Кэ кутался в пальто.

На улице стояла поздняя ночь. От последнего замечания Сун Юньжаня у Цинь Кэ волосы встали дыбом, и холод пробежал по спине.

Но, как и всегда, его молчание Сун Юньжань понял по-своему.

- Мне так жаль тебя, - Сун Юньжань оперся на его широкое плечо и продолжил. – Я видел, как ты записывал куплеты для Весеннего фестиваля, и мне стало так грустно. Не расстраивайся так. Ты в детстве Новый год всегда встречал в одиночестве?

Цинь Кэ с трудом выдавил из себя:

- …не совсем.

Сун Юньжань не поверил:

- Не нужно храбриться передо мной. Я помню, что ты говорил, что твоя мама всегда была очень занята на работе, работая сверхурочно даже во время Весеннего фестиваля. И ты часто встречал этот праздник в полном одиночестве.

Сун Юньжань растроенно скривил губы.

В детстве он посмотрел много гала-концертов Весеннего фестиваля. И в каждом из них кто-нибудь обязательно выступал с таким скетчем – родители пашут в праздник на работе, их дети – скучают одни дома.

Так грустно. Слезы на глаза наворачиваются.

Цинь Кэ глубоко вздохнул:

- Нет, часто она проводила этот праздник со мной дома.

- Тогда почему все твои весенние куплеты про одиночество в праздничный вечер? – недоверчиво спросил Сун Юньжань.

Цинь Кэ засмеялся и отвернулся:

- Потому что в то время в нашем районе жило много одиноких людей. И каждый год во время зимних каникул школа посылала нас к ним, чтобы мы скрасили их одиночество хотя бы в праздничный день и помогли им по дому. Я был высоким, высоких мальчиков обычно отправляли чистить люстры или развешивать весенние куплеты.

Неожиданный поворот выбил Сун Юньжаня из седла.

О, так причина в этом?

Почему эта причина мне не пришла в голову?

- А, ну ладно. Тогда все в порядке.

Сун Юньжань потер нос, отбросил бесполезное сочувствие и скользнул на кухню, чтобы охладить свое смущение стаканом ледяной водички.

Он опять все не так понял.

Это всё фанаты виноваты. Это они своими комментариями навели его на такие нелепые ассоциации. Он же парень Цинь Кэ и его отец вдобавок. Как его может не злить подлое поведение этого поддонка, биологического отца Цинь Кэ, бросившего их с матерью.

Через несколько минут, когда Цинь Кэ так и не дождался возвращения Сун Юньжаня в гостиную, он отправился за ним на кухню.

Кухня в этой квартире была большая. На «островке» посередине кухни был установлен кулер.

Сун Юньжань прислонился к островку, потягивая воду из стакана. С его лица еще не сошел румянец смущения, губы влажно блестели.

Цинь Кэ прислонился к двери и некоторое время наблюдал за ним, но долго так не продержался. Рванул к демону-искусителю, оперся руками на тумбу за спиной Сун Юньжаня, заключив того в свои объятия:

- Эта вода такая вкусная?

- Мне так стыдно, - прошептал Сун Юньжань. – Стыдно, что я так повелся на комментарии этих дьявольских фанатов!

Губы Цинь Кэ дернулись.

Он отнял у Сун Юньжаня стакан, наклонился и слегка прикусил его влажные, холодные губы. Его кадык слегка качнулся вниз-вверх, и он тихо рассмеялся.

Они находились так близко друг к другу, что Сун Юньжань чувствовал, как бьется сердце Цинь Кэ, как вибрирует его горло от смеха. Слегка охлажденное холодным питьем лицо Сун Юньжаня вновь залил алый румянец.

Нынешний Цинь Кэ и Цинь Кэ, которого он когда-то ненавидел, - это один и тот же человек. Но порой на восприятие человека влияют его чувства.

Например, прошлый Цинь Кэ казался ему холодным и неулыбчивым айсбергом.

Этот же Цинь Кэ хоть и не смеется так часто, как другие, но никогда не скупится на улыбки, когда они остаются вдвоем.

Особенно, когда они находятся так близко друг к другу. Его низкий смех в такие моменты звучит так сексуально. И каждый раз, когда Сун Юньжань слышит его, ему кажется, что нежная лапка котенка поглаживает его сердце, вызывая в нем странный зуд.

Сун Юньжань поднял голову и ответил на поцелуй.

В ответ последовал еще более страстный поцелуй.

И только когда воздух вокруг них наэлектролизовался до верхних значений, фигуры, отраженные на стене, неохотно разошлись.

Сун Юньжань, откинувшись назад, поинтересовался у Цинь Кэ:

- Ты собираешься встречать китайский Новый год со своей мамой?

- Да, билеты уже забронированы. Вылет завтра днем, - Цинь Кэ заглянул в глаза Сун Юньжаня и тихо продолжил. - Сестра Цзин дала мне пять дней отпуска. Я скоро вернусь. Не грусти без меня слишком сильно.

- …?

Нет, вы только послушайте его - «не грусти без меня слишком сильно»! Ты так уверен, что я буду по тебе скучать?

Сун Юньжань тут же взвился:

- Не будь таким самодовольным. Я не собираюсь скучать по тебе.

- Правда?

- Я не такой, как ты. В Новый год я очень занят, мне некогда скучать, - и с фальшивой улыбкой добавил. – Мы с родителями будем общаться, гулять вместе, придет Хэ Цзыю и другие мои приятели. У папы на празднике не поскучаешь, все мероприятие расписано по минутам!

Поэтому мне некогда будет думать о тебе, мысленно добавил Сун Юньжань.

***

За день до китайского Нового года.

В полдень Сун Юньжань отправился на виллу своих родителей.

Из-за пробок он опоздал на семейный обед примерно на полчаса. Но это же не критично, подумал он.

Кто же знал, что его встретит тишина.

Он двинулся в столовую. На длинном обеденном столе стояла лишь пара ваз с декоративными цветами. Не было даже палочек для еды!

- ???

Сун Юньжань удивленно повернулся к горничной:

- А где же праздничный обед? Его отменили?

Почему никто не предупредил его об этом? Он что, уже не принц Ningdong?!

Горничная тоже удивилась:

- Господин и госпожа вам не сказали? Они вчера уехали за границу отдыхать.

Сун Юньжань застыл на месте.

Он смутно припомнил, что Сун Цзидун звонил ему несколько дней назад, но в это время он был на встрече и особо не прислушивался, что там ему в трубку вещал отец. Он понял только, что его родители отправляются за границу, но думал, что к Новому году они вернуться.

- … Они уехали и бросили меня? - Сун Юньжань не мог в это поверить.

Горничная смутилась, отвела взгляд и уставилась на потолок. Вся ее поза так и говорила - да, твои родители, наконец, дождались, когда ты повзрослеешь, и отправились путешествовать вдвоем.

А? Вдвоем? А я?!

Сун Юньжань присел за обеденный стол, жалобно скукожившись.

Горничная помялась и продолжила:

- Я думала, вы знаете и не придете, потому, извините, не приготовила обед. Если вы голодны, я попрошу кого-нибудь что-нибудь быстро приготовить.

- Да, пожалуйста. Приготовьте что-нибудь по-быстрому, я очень голоден, - слабым голосом ответил Сун Юньжань.

После того, как горничная удалилась, Сун Юньжань сложил руки на стол и обиженно уткнулся в них лицом и стал рассматривать текстуру деревянного стола. Чем больше он думал о несостоявшемся обеде, тем несчастнее себя чувствовал.

Потом встрепенулся, достал сотовый телефон и медленно набрал:

[Здравствуйте, господин Цинь. Ваш отец – в отчаянии. Кое-что произошло, и ему придется встречать Новый год в одиночестве. Ему еще никогда не было так плохо. Не могли бы вы поменять обратный билет и вернуться пораньше?]

Сун Юньжань поколебался пару секунд и, наконец, решился.

Стиснул зубы и нажал кнопку «отправить».

Автору есть что сказать:

Позвольте мне перевести это для вас: Господин Цинь, здравствуйте. Вашего щенка бросили, заберите его домой, как только получите сообщение.

*Мэй Цян – большая панда, которую арендует Смитсоновский национальный зоологический парк.

Я видела шоу, где вы с Цинь Кэ снимались.

Цинь Кэ получил это сообщение, когда уже сидел в VIP-зале в аэропорту.

Во время Весеннего фестиваля в аэропорту всегда многолюдно.

По радио одно за другим раздавались объявления о вылетах и прилетах.

Цинь Кэ посмотрел на текст на экране, и перед его глазами всплыла обиженная мордочка маленького щеночка.

Та, что Сун Юньжань нарисовал тогда на снегу.

Два больших уха грустно повисли, в глазах плескалось разочарование и одиночество. Так и хотелось повесить этому песику на грудь табличку «Я очень хороший, пожалуйста, усыновите меня».

Цинь Кэ немного подумал и ответил: [Хочешь встретить Новый год в другом городе?]

Динь. Сун Юньжань, развалившийся на столе, мгновенно выпрямился.

Пришедшее сообщение моментально привело его в чувство. Его умный мозг тут же выцепил самое важное в этом сообщении.

Цинь Кэ приглашает его втретить Новый год вместе.

Так не хочет расставаться со мной?

Сун Юньжань с улыбкой что-то промычал. Какой же этот Цинь Кэ привязчивый! Я же только попросил его пораньше вернуться, а он сразу решил забрать меня с собой.

Никакой самостоятельности! Без папы и дня прожить не может! Глядишь, лунатить начнет по ночам, разыскивая отца.

Это нехорошо, подумал Сун Юньжань, надо при случае попенять ему на его нездоровую зависимость!

В 17:00 Сун Юньжань проснулся. Самолет уже заходил на посадку.

Он протер глаза, выглянул в окно, увидел незнакомый город, и сердце его наполнила паника.

Какой же он импульсивный.

Получив сообщение Цинь Кэ, он тут же попросил помощника Тана забронировать ему билет.

Ему повезло! Он купил последний билет первого класса на тот же рейс, которым должен был лететь Цинь Кэ. И сразу рванул в аэропорт. Встретившись с Цинь Кэ, они не успели даже словом перемолвиться.

Все произошло так быстро, что у него не было времени обдумать сложившуюся ситуацию.

И только, когда самолет стал опускаться на взлетно-посадочную полосу, он вспомнил, что Цинь Кэ вообще-то летел провести Новый год со своей матерью.

Сун Юньжань мгновенно занервничал. Он встретится с матушкой Цинь Кэ! А-а-а-а! Я к этому не готов!

Интересно, какая она? Может, она просветит их своим рентгеновским зрением и   сразу вычислит их любовные с Цинь Кэ отношения, потом, как в романе, выхватит чековую книжку, черкнет сумму со множеством нулей и скажет: «Вот тебе N-ное количество миллионов, оставь моего сына в покое».

…О нет, это явно не ее роль.

Сердце Сун Юньжаня, рванувшееся на волю, вновь вернулось на место.

Если они такие богачи, то тетушка скорей всего подумает, что… он - хулиган, преследующий ее сына!

От этой мысли Сун Юньжань занервничал еще больше.

Эта тревога преследовала его до самого приземления.

Пассажиры уже один за другим покинули салон самолета. К нему подошел Цинь Кэ и, заметив тревогу на лице Сун Юньжаня, спросил:

- Тебя укачало?

- А? Нет, - Сун Юньжань решительно поднялся с кресла. – Пойдем. Если мне суждено с этим столкнуться, то ничего не поделаешь. От судьбы не убежишь.

Цинь Кэ:

- …?

Забрав багаж, они на лифте спустились в подземный гараж.

Время от времени мимо них проходили пассажиры, Цинь Кэ опустил поля шляпы и тихо прошептал, глядя в телефон:

- Машина припаркована в зоне C. Подожди, она сейчас подъедет.

Сун Юньжань молча натянул маску до самых глаз.

Нервно сглотнул и не удержался от мучавшего его вопроса:

- Твоя мама - свирепая?

Цинь Кэ от неожиданного вопроса даже растерялся:

- Что?

- Ну, если я ей не понравлюсь, - попытался объяснить Сун Юньжань, - она изобьет меня вешалкой?

Цинь Кэ пристально посмотрел в полные серьезности глаза Сун Юньжаня, смутно понимая, откуда взялись его опасения.

Теперь понятно, какие бредовые мысли опять бродили в его голове. Неужели он действительно думал, что в мире найдется хоть один человек, который бы вышвырнул его из дома?!

- Определенно нет. Она была рада, что я пригласил своего друга, - уверенно заявил Цинь Кэ.

Сун Юньжань подумал – ну какой же его парень глупый, и ехидно поинтересовался:

- Не боишься, что она что-то заметит? Она же твоя мать!

На чужое ехидство Цинь Кэ с серьезным видом ответил:

- Чего ты боишься? Ты же мой отец.

- …

Сун Юньжань потерял дар речи. Ладони непроизвольно сжались в кулаки. Он решил избить этого коварного сына, лишенного всяких приличий, размахнулся и… когда его кулак уже подлетал к груди Цинь Кэ, из-за угла вынурныла белая машина и, затормозив, остановилась прямо перед ними.

В окне машины отразились два силуэта.

Как неприлично! Пойман на месте преступления.

Сун Юньжань замер. Окно машины со стороны водителя опустилось. И он взглядом столкнулся с глазами красивой женщины средних лет.

Он виновато потупил взгляд. Ему казалось, что в глазах женщины он ясно увидел вопрос «Что это ты делаешь?».

В мгновение ока Сун Юньжань разжал кулак и заботливо похлопал Цинь Кэ по плечу, якобы стряхивая с него несуществующую пыль:

- Посмотри на себя, ты весь в пыли.

Цинь Кэ:

- …

Это прозвучало так естественно, что стало понятно, что именно так Сун Юньжаня ругал отец, когда он был ребенком.

Цинь Кэ тихо рассмеялся и наклонился к окну:

- Мама.

Из-за этого инцидента Сун Юньжань всю поездку не осмеливался открывать рот. Крикнул только «привет, тетя!», когда садился в машину, потом притворился воспитанным мальчиком, сложил ручки на коленях и затих.

Конечно, не забывая тайно наблюдать.

Мать Цинь Кэ звали Цинь Няньжун. Мать и сын были похожи – и овалом лица, и высоко посаженными бровями и холодным выражением лица.

Даже говорили они одинаково спокойным тоном. Ну, прямо женская версия Цинь Кэ.

Дом Цинь Кэ находился недалеко от аэропорта. И через двадцать минут они уже подъехали к подъезду.

Судя по внешнему виду здания, этот район был из старой застройки. Но гараж был светлым и чистым, что свидетельствовало о хорошем содержании жилого объекта.

В необъяснимо странной атмосфере они поднялись на лифте на седьмой этаж.

Цинь Няньжун открыла дверь и вошла первой, нашла две пары тапочек и поставила их перед ними, затем ее глаза скользнули по Сун Юньжаню, на миллисекунду задержавшись на его лице, и она объявила:

- Добро пожаловать. Проходите, пожалуйста.

Сун Юньжань выпрямился, как солдатик, вытянул руки по швам и проблеял:

- Извините, что беспокою вас.

Цинь Няньжун посмотрела на него и задумчиво отвела взгляд.

Сун Юньжань, еле дыша, как хвостик посеменил за Цинь Кэ. В гостиной присел рядом с ним и стал яростно подмигивать Цинь Кэ, намекая, чтобы тот как-нибудь  разрядил атмосферу - иначе твоему отцу придется покупать обратный билет!

Цинь Кэ все понял:

- Я… - начал он, но тут зазвонил его телефон, он увидел, что звонит Чэнь Цзин, и быстро бросил. – Я отвечу на звонок.

Цинь Кэ отошел в сторонку. Сердце Сун Юньжаня готово было остановиться в ту же секунду.

Он и Цинь Няньжун смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами, чувствуя, как их улыбки с каждой секундой теряют всякую теплоту.

После нескольких секунд молчания Цинь Няньжун вдруг встала:

- Хочешь что-нибудь съесть?

- … Спасибо, тетушка.

Разве мог Сун Юньжань отказаться!

Цинь Няньжун принесла и поставила перед ним тарелку с нарезанными фруктами и пару пакетиков с закусками:

- Ешь, не стесняйся.

Правая рука Сун Юньжаня, потянувшаяся за маленькой вилочкой для фруктов, предательски дрожала.

Он подцепил кусочек дыни и уже собрался положить его в рот, как внезапно услышал:

- Я видела шоу, где вы с Цинь Кэ снимались.

Дыня с чавкающим звуком упала на пол.

Сун Юньжань:

- …

Цинь Няньжун:

- …

Они молча посмотрели друг на друга. Сун Юньжань поднял несчастный кусочек дыни, выбросил его в мусорное ведро и, неловко хихикнув, сказал:

- Ха-ха, я не думал, что тетушка смотрит такие шоу.

Сказал и тут же пожалел о сказанных словах.

Что он вообще несет? Почему это она не может посмотреть шоу, в котором принимает участие ее ребенок?!

Сун Юньжань оцепенел. Отложил вилку для фруктов и мысленно дал себе оплеуху.

Но если она смотрела эту программу, она не могла не заметить их тесного взаимодействия.

Возможно, ей уже не терпится расспросить его об этом.

И не делает этого она по одной причине – ей неудобно говорить об этом при Цинь Кэ.

Пока Сун Юньжань мучился этим вопросом, госпожа Цинь меланхолично думала о своем.

Так странно. В «Неспешном праздном путешествии» Сун Юньжань был таким веселым живчиком, прыгал и озорничал, как милый маленький ребенок.

Почему же сейчас молчит? За последние полчаса и слова не сказал.

Даже фрукты и закуски, что она подала, казалось, не вызвали у него интереса.

Я ему не нравлюсь?

Они оба одновременно нахмурились и дружно повернулись и посмотрели на Цинь Кэ.

- Хорошо, я понял. Желаю тебе хорошо встретить Новый год, - Цинь Кэ повесил трубку, поднял глаза и увидел две пары молящих о помощи глаз. - …?

Он подошел к своему чемодану и достал из него красиво упакованную подарочную коробку:

- Мама, это подарок, который приготовил для тебя господин Сун.

- Для меня? - лицо Цинь Няньжун дрогнуло, равнодушие сменило удивление, она взяла коробку и увидела на ней логотип своего любимого бренда, это были средства по уходу за кожей. – О, это слишком дорогой подарок. Мне неловко.

Сун Юньжань непонимающе заморгал. Он так торопился в аэропорт, что, конечно же, не успел купить подарки.

Цинь Кэ ему многозначительно подмигнул, Сун Юньжань заморгал еще интенсивнее.

Потом пару раз глубоко вдохнул-выдохнул, сердце счастливо билось в его груди, набрался смелости и вежливо улыбнулся:

- Тетя, пожалуйста, примите этот подарок. Если вам не нравится эта марка, то я куплю вам другой комплект.

Это был первый раз, когда Цинь Няньжун услышала такую пространную речь от  Сун Юньжаня.

Цинь Няньжун незаметно облегченно выдохнула и вежливо сказала:

- На самом деле, вы могли бы и не заморачиваться с подарками. Я благодарна вам, что вы, Цинь Кэ рассказывал мне, всегда очень заботитесь о нем.

Видя, что неловкая атмосфера, наконец, изменилась к лучшему, Сун Юньжань немного расслабился:

- Я должен о нем заботиться, в конце концов, я же - его отец…

Цинь Няньжун:

- А?

- … властный президент.

Сун Юньжань готов был покусать себя и, стыдливо опустив голову, пролепетал:

- Я же его босс, а начальники должны заботиться о своих сотрудниках.

Цинь Кэ повернулся к нему и мягко улыбнулся.

Цинь Няньжун наконец успокоилась – такой Сун Юньжань был ей знаком, он и в шоу нес всякую чепуху, но выглядел при этом очень мило и совсем не раздражал.

Наверное, он просто стеснялся, предположила Цинь Няньжун.

Она осторожно подтолкнула закуски поближе к нему:

- Тетя сейчас будет готовить. А ты пока, если голоден, перекуси.

Сун Юньжань кивнул, подождал, пока Цинь Няньжун покинет комнату, и облегченно выдохнул.

Он чуть не умер от страха. К счастью, когда атмосфера в комнате накалилась до верхних значений, Цинь Кэ вспомнил о подарке. Если бы он так вовремя не перевел тему, Сун Юньжань боялся, что тетушка и в самом деле схватилась бы за вешалку и избила бы его прямо в гостиной.

Но теперь Сун Юньжань уже беспокоился о Цинь Кэ, ведь тот подарил свой подарок от имени Сун Юньжаня.

Сун Юньжань укусил кокосовое печенье, пожевал, подумал и, подозвав Цинь Кэ, шепотом спросил:

- Теперь тетушка считает, что это подарок от меня, она не станет винить тебя, что ты не приготовил ей подарок на Новый год?

- Вряд ли, - Цинь Кэ взял салфетку и вытер сладкую крошку, прилипшую к уголку губ Сун Юньжаня.

Тепло его пальцев чувствовалось даже через бумажную плоть салфетки. Сун Юньжань судорожно сглотнул.

В этот момент он как раз пытался слизнуть эту сладкую кокосинку, высунул язык и невольно коснулся его кончиком пальцев Цинь Кэ.

Цинь Кэ замер. В его глазах мелькнула многозначительная улыбка.

Сердце Сун Юньжаня пропустило удар, и только тогда он понял, что он только что сделал.

Он закашлялся и сделал вид, что ничего не произошло:

- Э-э, не создавай проблем, мгм. Слушай меня.

- Говори, - Цинь Кэ выбросил салфетку, поднял руку и провел кончиками пальцев по губам своего парня. - Я слушаю.

Сун Юньжань пораженно замер, потом отмер и быстро обернулся, чтобы посмотреть - не видела ли госпожа Цинь проделку Цинь Кэ. Хлопнул Цинь Кэ по шаловливой ручке и прошептал:

- Веди себя прилично.

Голос его звучал свирепо, словно это не он только что, как ласковый щенок, облизал чьи-то пальцы.

Цинь Кэ со смешком убрал руку, зная, что даже в поддразнивании тоже нужно знать меру. А то этот милый щенок и озвереть может.

Да и мать может заметить неестественно раскрасневшееся лицо Сун Юньжаня.

Сун Юньжань настороженно посмотрел на него:

- Будь серьезьней. Завтра Новый год. Подарок так просто не купишь. Может, я просто подарю тетушке красный конверт?

- А? - Цинь Кэ нахмурился. - Красный конверт?

Тон Цинь Кэ смутил Сун Юньжаня, он встревожился и неуверенно спросил:

- Думаешь, это неуместно? Дарить деньги – безвкусно, да?

- Я думал… - Цинь Кэ взглянул на него и медленно спросил. – А я не получу новогодний подарок от папы?

Мама-фанатка.

Между кухней и гостиной в доме госпожи Цинь не было двери. В гостиную доносились звуки готовки, значит, и тихий разговор Сун Юньжаня с Цинь Кэ был слышен в кухне.

Сун Юньжань растерялся.

Как же он недооценил Цинь Кэ! Этот смельчак не боялся, что его мать узнает, что ее сына кто-то уже усыновил?!

И хотя высказанное Цинь Кэ пожелание было не лишено смысла, Сун Юньжань всё равно ему отказал.

- Ты этого не заслуживаешь, - гордо повернул голову и встретился взглядом с Цинь Няньжун.

- …

Сун Юньжань не знал, когда она появилась в гостиной и что успела услышать, но выглядела она устрашающе. В руках Цинь Няньжун держала острый кухонный нож. Она хочет казнить меня?!

Холодок пробежал у него по спине.

Но Цинь Няньжун просто позвала:

- Цинь Кэ, иди, помоги мне.

- Хорошо, - отозвался тот и, уходя, бросил Сун Юньжаню. – Ужин скоро будет готов. Если устал, можешь пойти в мою комнату и отдохнуть.

Сун Юньжань обрадовался.

Ему казалось, что Цинь Няньжун как-то странно на него смотрит, и он был рад хоть ненадолго скрыться от ее глаз.

В квартире было две спальни.

Спальня Цинь Кэ была крохотной. Из окна открывался вид на спортивное поле, где ученики средней школы играли в баскетбол. Интенсивность игры была обратно пропорциональна количеству забитых мячей. За десять минут метаний был забит всего один мяч.

Сун Юньжань разочарованно отвернулся от окна.

В отличие от Сун Юньжаня, у которого была отдельная учебная комната, у Цинь Кэ, как и у множества детей из обычных семей, письменный стол стоял прямо в спальне у стены.

Над столом висели книжные полки с учебниками и несколько фотографий в  рамках.

На одной из фотографий была запечатлена группа школьников. Видимо, выпускной класс средней школы. Цинь Кэ на ней было лет 17-18. Он стоял в крайнем левом углу последнего ряда. Не очень удачная позиция, но его привлекательное лицо сразу бросалось в глаза, притягивая взгляд.

Сун Юньжань присмотрелся и ошеломленно замер.

Он помнил, что Цинь Кэ был уроженцем города Ян, но почему тогда подпись на выпускной фотографии была «Средняя школа № 1 города X»?

Эй, разве он не ходил в среднюю школу в городе Ян? – пробормотал Сун Юньжань, выдвинул стул и присел, залез в интернет на своем телефоне и вскоре нашел нужную информацию, трогательно собранную фанатами Цинь Кэ.

Согласно этой информации, начиная с начальной и до средней школы Цинь Кэ в среднем каждые два года менял школы. И так продолжалось вплоть до того, как он перешел в старший класс средней школы. После этого он обосновался в городе Х, где они и находятся в данный момент. Здесь и завершил свое обучение.

Затем поступил в киноакадемию, расположенную в городе Ян, и дебютировал как актер.

Сун Юньжань понял, как мало он вообще знает о жизни Цинь Кэ. Даже фанаты о нем больше знают. В книге юность Цинь Кэ была описана одним предложением, без особых подробностей.

Какой позор!

Сун Юньжань принялся мысленно распекать себя – что ты за отец, блин, да и парень из тебя никудышний!

***

В это время на кухне.

Цинь Кэ умело нарезал говядину, повернулся, чтобы переложить ее на тарелку, и увидел, что его мать держит в руках капусту и вздыхает.

В тот момент, когда их глаза встретились, печаль в глазах Цинь Няньжун вырвалась наружу.

- … - Цинь Кэ удивленно поднял брови. - Что случилось?

Цинь Няньжун огорченно пожаловалась:

- Кажется, Сяо Суну не нравится разговаривать со мной.

Такое обращение, «Сяо Сун», вошло в обиход и стало популярным благодаря артистам Xinghe Entertainment. Именно так они называли своего босса, публикуя и озвучивая свои похвалы президенту Xinghe Entertainment.

Цинь Кэ удивился:

- Кажется, и ты с ним мало разговаривала.

- Я просто нервничаю, - пояснила Цинь Няньжун. - Знаешь, когда я волнуюсь, я иногда могу что-то не то сказать, поэтому стараюсь быть немногословной.

Цинь Кэ помолчал несколько секунд и уточнил:

- И почему ты волнуешься?

Он знал, сколько трудностей выпало на ее долю. После развода ей пришлось много трудиться, чтобы обеспечивать себя и своего сына. И это не говоря о ее психологических переживаниях. Все это отразилось на ее характере. И со временем она стала более замкнутой и молчаливой.

Но он не мог понять, почему она так переживает о Сун Юньжане.

Цинь Няньжун резко смяла капустный лист:

- Потому что он мне нравится.

Цинь Кэ:

- ?

- Он такой милый, глаза, как у маленького щенка. И он так улыбается, что мое сердце тает. А когда он выглядит несчастным, мое сердце готово разбиться.

Цинь Кэ:

- …

- Когда я смотрела первый выпуск того шоу, увидев сцену, где ты купил ему жареную картошку, а он сидел и так послушно ел ее, я подумала - как было бы хорошо, если бы это был мой ребенок. Я бы баловала его всякими вкусностями, сидела и смотрела бы, как он мило ест, - Цинь Няньжун помолчала и добавила. – Я бы купила ему двойные порции, чтобы он мог наесться.

Цинь Кэ потерял дар речи.

Он, наконец, понял, что происходит.

Сун Юньжань чувствовал себя виноватым, что так вломился в их дом, и не осмеливался слишком много болтать с его матерью, с которой только познакомился. Цинь Няньжун, заметив, что он так скованно ведет себя, забеспокоилась, что не нравится гостю. И занервничала еще больше. Так взаимное непонимание переросло в неловкость. Каждый надумал себе что-то свое.

И им стало трудно отличать реальность от надуманных страхов.

В конечном итоге напуганный Сун Юньжань вел себя осторожно, как на минном поле, а госпожа Цинь мучилась, терзая свое материнское сердце.

Это же Новый год, зачем так заморачиваться?

Цинь Кэ задумался:

- Подожди минутку, - вымыл руки и пошел в спальню за Сун Юньжанем.

Сун Юньжань так погрузился, раскладывая по полочкам новую информацию о Цинь Кэ, что совсем забыл о своих страхах.

И только зайдя вслед за Цинь Кэ на кухню, замер и в панике стал переводить свой взгляд с матери на сына, с сына на мать, и опять по кругу. А-а-а-а… Почему они так смотрят на меня? Цинь Кэ что, признался во всем своей матери?

И что мне теперь делать? Встать на колени и заплакать: «Тетя, я его не принуждал, мы действительно любим друг друга?»

Сун Юньжань задрожал. Он никогда раньше ни перед кем не вставал на колени. Готов ли он сделать это ради Цинь Кэ?

Эта трогательная сценка так его расторгала, что слезы чуть не полились из его глаз.

И тут заговорил Цинь Кэ:

- Давайте я вас заново познакомлю. Это моя мама, госпожа Цинь Няньжун. Она также и твоя мама…

Сун Юньжань побледнел от страха – что ты несешь???

Он еще не готов!

К счастью, Цинь Кэ на этом не остановился и быстро договорил:

- … мама-фанатка.

Цинь Няньжун смущенно закрыла свое лицо руками:

- Ах, мне так неловко!

Она вообще-то мало интересовалась звездами. Да Сун Юньжань и не был звездой. Но так уж случилось – попала под обаяние этого милого ребенка. Полезла в интернет и обнаружила, что всем этим виртуальным мамочкам, что кудахчат над своей маленькой деткой Сун Юньжанем, в реальности не больше  двадцати лет.

А ей уже намного больше двадцати. И она безумно стеснялась своего возраста, держа его в секрете от многочисленных молодых мамочек Сун Юньжаня.

Сун Юньжань беспомощно наблюдал, как рушатся все его представления о матери Цинь Кэ. Женская версия Цинь Кэ мгновенно разрушила все заграждения, пробившись в его сердце. С души упал камень.

Оказывается, Цинь Няньжун не не любит его, а, напротив, очень сильно любит.

Сун Юньжань разулыбался.

В своей прошлой жизни он всегда хорошо ладил с мамами-поклонницами.

И Цинь Кэ, родной сын своей матери и приемный сын своего отца, стал свидетелем трогательного взаимопонимания, которое охватило его родителей.

Куда бы ни пошла Цинь Няньжун, за ней следовал ее маленький хвостик. Он либо просто наблюдал за ней, либо помогал, а заканчивалось все одним – хвалебным комплиментом.

И каждый комплимент звучал искренне с оттенком восхищения. Цинь Няньжун была так счастлива, улыбка не сходила с ее лица. Она никогда не видела ребенка с таким сладким ртом.

Любящая мать и почтительный сын – идеальная картинка воссоединения семьи.

Цинь Кэ должна была бы радовать такая картинка…

… если бы его все это время не игнорировали.

В 22:30 мать напомнила своим детям, что пора идти спать.

В доме было две спальни, так что было совершенно очевидно, где придется спать Сун Юньжаню.

Пожелав тете спокойной ночи, он полез в свой чемодан за пижамой.

- Кто первым пойдет в душ? – роясь в чемодане, спросил он.

- Сам решай, - ответил Цинь Кэ, в голосе его не слышалось никакого энтузиазма.

Сун Юньжань оторвался от поисков пижамы:

- Еще нет даже одиннадцати. Ты, правда, хочешь спать? - покачал головой и вздохнул. – Что за молодежь пошла! Куда делась ваша жизненная сила? Папа в тебе очень разочарован.

Цинь Кэ лениво оперся на край стола:

- Правда?

Сун Юньжань взглянул на него и почувствовал, что что-то не так.

Встал, подошел к Цинь Кэ, потрогал его лоб и резюмировал:

- Температуры нет. Почему ты такой вялый? Плохо себя чувствуешь?

Цинь Кэ прошептал в ответ:

- Ну, немного, - схватил Сун Юньжаня за руку и медленно опустил его ладонь себе на грудь. - Может, потому что весь вечер никто не обращал на меня внимания, и потому на сердце у меня неспокойно.

Сун Юньжань:

- …

Цинь Кэ опустил глаза и тихо прошептал:

- Но все в порядке. Тебе нравится моя мама. Можешь не обращать внимания на мои чувства. Видимо, я и в самом деле не заслуживаю новогоднего подарка.

О, так вот в чем дело!

Цинь Кэ так пристрастился к драме? Не может прямо сказать - хочу подарок? Зачем ходит вокруг да около?

Но, поразмыслив, решил, что в такой ситуации любой почувствовал бы себя обиженным. К тому же Цинь Кэ по природе своей такой навязчивый. Должно быть, ему, и правда, было одиноко.

Ай, я был так невнимателен к нему!

Сун Юньжань нахмурился:

- Я просто дразнил тебя. Я что, похож на человека, который не дарит подарков?

Цинь Кэ кивнул:

- Типа того.

- ???

На кону было нежное лицо Сун Юньжаня. Айщ, что же делать?

Сун Юньжаню вдруг в голову пришла блестящая идея:

- Вообще-то у меня есть для тебя подарок. Но подарю я его тебе завтра. Это сюрприз.

Цинь Кэ заглянул в его глаза:

- Правда?

- Конечно, правда. Когда я тебе лгал?

Сун Юньжань не мог больше притворяться и подтолкнул Цинь Кэ в сторону ванной:

- Иди в душ. Мне еще нужно кое-что сделать.

Избавившись от Цинь Кэ, Сун Юньжань достал «спасительный надувной круг» -телефон.

В сети предлагаемых подарков было – завались, но почти все из них ему не подходили по разным причинам.

Когда надежды Сун Юньжаня почти угасли, он наткнулся на один комментарий.

[Я знаю одну маленькую хитрость. Обвяжите себя ленточкой и скажите: «Я самый дорогой подарок».]

Сун Юньжань шокированно открыл рот. Какой экономный дорогой подарок! И ходить далеко не нужно!

И главное – выполнимый!

Вот только… похоже, в доме Цинь Кэ нет ленточек.

Сун Юньжань оглянулся, и его взгляд упал на кашне, лежащее в чемодане.

А! Хлоп! Радостно хлопнул в ладоши Сун Юньжань.

Вот оно!

Автору есть что сказать: Разница между ленточкой и шарфом - тысяча миль!

Президент Сун подумайте еще раз.

На кону - успех или неудача.

Пока Цинь Кэ был в ванной, Сун Юньжань тренировался.

Но скоро с сожалением обнаружил, что кашне отказывалось красиво «обвязвать»  его тело, да и бантик Сун Юньжаню никак не давался. В итоге он решил не мудрствовать и упростить задачу.

Сун Юньжань сдался и снова полез в интернет.

Набрал в качестве ключевых слов «подарок, тело, лента». И ему повезло – нашелся пост, где все слова из поиска присутствовали. Но когда он нажал на него, оказалось, что этот пост был заблокирован.

Остались только жалобные комментарии – опаздали, дескать, не успели  насладиться.

Сун Юньжань расстроился. Что происходит? Почему пост заблокирован? И кто меня тогда научит завязывать ленточку на подарке? Рубят на корню жажду учиться!

Ладно. Ничего страшного. Обойдемся просто бантиком.

Главное – подарок уже есть.

На следующий день Сун Юньжань отправился искать банкомат, снял n-ное количество денег и положил их в красный конверт, купленный в магазине.

Когда вернулся, увидел, что Цинь Няньжун снимает Цинь Кэ на видео.

Сун Юньжань спрятал красный конверт в спальне, вернулся в гостиную и поинтересовался:

- Что снимаете?

- Новогоднее поздравление для фанатов, - мрачно пояснила Цинь Няньжун. – Но у меня плохо получается.

Цинь Кэ - профессиональный актер, обычно он не особо светился на Weibo, но Китайский Новый год – дело святое. Компания попросила его выложить праздничное поздравление, чтобы порадовать его поклонников.

Сун Юньжань просмотрел отснятое видео.

Тётушка оказалась права. Плохо – это не то слово, чтобы описать то, что получилось. Если бы не прекрасное лицо Цинь Кэ, за такое видео и посадить в тюрьму могли бы.

Композиция отстойная, картинка трясется, свет - кривой.

- …Давайте я сниму, - Сун Юньжань не мог позволить Цинь Кэ потерять всех своих фанатов.

Он достал свой телефон и навел камеру на Цинь Кэ. Что-то прикинул, выключил яркий верхний свет, оставив только торшер. Потом поменял ракурс съемки, и картинка тут же обрела гармонию.

Цинь Няньжун сразу воспряла духом, заливалась соловьем, нахваливая господина оператора. Розовые сердечки так и запорхали вокруг головы Сун Юньжаня.

Забыв о присутствии рядом ее биологического сына, она не сдержалась и закричала:

- Ты - лучший ребенок на свете.

Сун Юньжань важно приосанился:

- Я тоже так думаю. Я - великолепен!

- Да, без сомнений! - закивала Цинь Няньжун.

Один хвалит, другой верит в это. Настоящая гармония.

Цинь Кэ, которого эта парочка продолжала игнорировать, больше не мог этого терпеть:

- … так ты будешь снимать или нет?

- Ах, да, да, - Сун Юньжань подмигнул Цинь Няньжун. И они дружно замолчали, дав возможность Цинь Кэ, наконец, закончить свое поздравление.

Сняв видео, Сун Юньжань протянул телефон Цинь Кэ:

- Посмотри. Оставим это или переснимем?

Цинь Кэ просмотрел записанное поздравление:

- Хорошо вышло. Перешли мне, я выложу.

Сун Юньжаньь не возражал, он тоже считал, что его операторская работа - безупречна.

После того, как видео было опубликовано, он специально зашел на Weibo и несколько раз просмотрел записанное видео. И с каждым разом оно ему нравилось все больше и больше. Определенно это лучшее из всех праздничных поздравлений, что он видел.

Фанаты тоже по достоинству оценили это видео.

Особо наблюдательные даже выискали подсказки, покадрово прошерстив поздравление.

[Муженек уехал на Новый год домой?]

[Обои позади него... как дома у моей мамы.]

[Умираю от смеха! Маленькие цветочки на темном фоне – любимый узор наших мам.]

Глаза у современных юзеров, как у Левенгука* прямо!

Сун Юньжань был от них в восхищении. Главное – не выглядывать в окно, а то эти пинкертоны быстро вычислят адрес Цинь Кэ.

Он просматривал Weibo, когда Цинь Кэ вдруг спросил его:

- Зачем ты только что выходил?

Сун Юньжань огляделся, увидел, что Цинь Няньжун вышла на балкон, чтобы ответить на звонок, и тихо прошептал:

- Я же говорил тебе вчера, что подготовлю для тети красный конверт.

Цинь Кэ рассмеялся:

- Ты, правда, собираешься подарить ей красный конверт?

Сун Юньжань с серьезным видом кивнул. Цинь Кэ погладил его по голове и, не сдерживая своих чувств, прошептал:

- Ты такой хороший мальчик. Неудивительно, что у тебя так много мам-поклонниц.

- Следи за тем, что говоришь, - оттолкнул его руку Сун Юньжань. - Советую тебе научиться хвалить людей. Посмотри, какой счастливой я сделал твою маму.

Цинь Кэ поднял брови:

- Президент Сяо Сун – просто потрясающий.

- Так и есть, - гордо фыркнул Сун Юньжань, совершенно забыв, что если бы не Цинь Кэ, между ним и Цинь Няньжун все еще царило бы недопонимание и неловкость.

В новогоднюю ночь звуки гала-концерта Весеннего фестиваля доносились из каждого окна.

Сун Юньжань обсуждал с Цинь Няньжун выступающих на концерте артистов, переписывался с друзьями в WeChat, общался со своей семьей, время от времени весело переругиваясь с Цинь Кэ. Ночь была оживленной и насыщенной.

Когда часы пробили двенадцать, Сун Юньжань отправил новогодние пожелания своим родителям. Зная о разнице по времени, не стал ждать ответа, а достал спрятанный в спальне красный конверт и торжественно вручил его Цинь Няньжун:

- С китайским Новым годом вас, тетя!

Цинь Няньжун была поражена.

Красный конверт был толщиной с кирпич. Ей даже показалось сначала, что это какое-то таинственное оружие.

Но чего Сун Юньжань не ожидал, так это того, что Цинь Няньжун в ответ тоже протянула красные конверты. Один – Цинь Кэ, другой – ему.

После обмена красными конвертами внезапно затренькал телефон Сун Юньжаня, посыпались сообщения из WeChat.

Оказалось, переполох устроили сотрудники Xinghe Entertainment, выпрашивая у своего босса красные конвертики.

Сун Юньжань был щедрым президентом и отправил всем по красному конвертику. Закончив с рассылкой, поднял глаза и обнаружил, что Цинь Няньжун с Цинь Кэ что-то серьезно обсуждают в главной спальне.

Видимо, тоже обмениваются новогодними пожеланиями.

Сун Юньжань понял, что это хорошая возможность.

Сходил в душ, тихонько прокрался в их с Цинь Кэ спальню и достал приготовленный шарф.

Цинь Кэ может прийти в любой момент. На кону - успех или неудача.

Сун Юньжань глубоко вздохнул, встал перед зеркалом и стал оформлять новогодний подарок.

Обвязал себя шарфом и попытался два конца на груди завязать бантиком. Две попытки – и обе неудачные.

Блин, кашне как галстук не завяжешь!

У банта должен быть жесткий контур, а кашемировый шарф - слишком мягок и пушист. Не бант получается, а кривое макраме.

Видимо, он оказался слишком самонадеянным. Задумка изначально была провальной.

Он выдохнул и, успокоившись, предпринял еще одну попытку. На этот раз вышло намного лучше – неожиданно кашне превратилось во что-то очень похожее на бантик.

Остался последний штрих.

Успокойся, успокойся, ты сможешь это сделать, подбадривал он себя.

Щёлк!

Внезапный звук открывающейся двери нарушил тишину в комнате.

Сун Юньжань испуганно дернулся, дернулись и его руки, затягивающие бантик. Кашне резко сдавило шею!

Сдавило так, словно сама судьба схватила его за горло.

Сун Юньжань запаниковал, выпучил глаза и хрипло выдохнул:

- А…

Цинь Кэ, который открыл дверь:

- …

У него не было времени разбираться, что происходит, он решительно бросился к Сун Юньжаню и принялся развязывать шарф, затянутый в мертвый узел.

Прибежала и Цинь Няньжун, услышав шум.

Она была поражена открывшейся перед ней сценой:

- Боже!

- Кхе-кхе-кхе-кхе…

Шарф был ослаблен. И Сун Юньжань зашелся в кашле.

Опустился на колени и жадно вдохнул воздух. Легкие заработали, а вот мозг, напротив, ушел в офлайн.

Тело уже не задыхалось, задыхалась душа.

Цинь Кэ отбросил шарф и присел на корточки:

- Тебе лучше?

Цинь Няньжун обеспокоенно похлопала его по спине:

- Что случилось? Как ты запутался в шарфе? Нужно позвонить в службу экстренной помощи 120!

- … не нужно, - пропищал, как комар, Сун Юньжань. - Все в порядке. Я просто  посижу немного.

Цинь Няньжун хотела запротестовать, но Цинь Кэ подмигнул ей, и она отступила и неохотно покинула спальню.

Цинь Кэ запер дверь и помог Сун Юньжаню сесть на кровать.

Хоть он и не знал причины случившегося, зато имел представление, как следует вести себя с этим человеком.

Нужно ненадолго оставить его в покое. Господин Сун сам успокоится.

Несколько минут спустя Сун Юньжань пошевелился.

Вытянулся на кровати, натянул на голову одеяло и хриплым голосом прошептал:

- Никому не рассказавай.

- … хорошо. Но мне ты можешь рассказать, что случилось?

Лицо Сун Юньжаня, спрятанное под одеялом, покраснело от стыда, он обиженно пропищал:

- У тебя хватает наглости спрашивать?! Это всё из-за тебя.

Если бы не Цинь Кэ, он бы не оказался в такой ситуации!

Матрас рядом с Сун Юньжанем внезапно слегка просел.

Голос Цинь Кэ стал ближе:

- Конечно, это я виноват, - он прилег рядом и продолжил гадать. – Мне не нужно было открывать дверь?

- Тебе не нужно было просить у меня подарок. Ты же знал, что у меня его нет, но продолжал просить и просить его. И я решил подарить тебе…

Голос Сун Юньжаня резко оборвался.

…подарить тебе себя.

Раньше он как-то не задумывался, что это значит. И только сейчас осознал, что это предложение звучит очень странно.

Цинь Кэ, кажется, начал понимать.

Он приподнялся и откинул с головы Сун Юньжаня одеяло:

- Это был подарок, который ты хотел мне сделать?

- Замолчи! – сердито засверкал глазками Сун Юньжань. - Теперь папа не хочет тебе его дарить!

Губы Цинь Кэ растянулись в легкой улыбке.

Он поднял упавший на пол шарф и посмотрел на надувшего щеки Сун Юньжаня:

- Не сердись, я тебя научу, хорошо?

Сун Юньжань заколебался и заинтересованно присел на кровати:

- Ты знаешь, как?

- Давай попробую, - ухмыльнулся Цинь Кэ. - Протяни руки.

Сун Юньжань нерешительно протянул руки. Цинь Кэ ловко связал его запястья вместе.

Мягкая ткань нежно терлась между запястьями, вызывая странные ощущения.

- … подожди минутку.

Сун Юньжань, кажется, понял, почему вчерашний пост был заблокирован!

Цинь Кэ нежно коснулся поцелуем трепещущих ресниц Сун Юньжаня:

- Папа боится?

Кого ты тут называешь папой?!

Сун Юньжань был так зол, что ему хотелось от души выругаться, он открыл рот, но в этот момент Цинь Кэ нажал на выключатель.

На комнату обрушилась тьма. Дыхание у Сун Юньжаня сбилось.

Цинь Кэ нежно коснулся его губ своими губами.

Ладонь его в это время скользнула вниз.

В голове Сун Юньжаня словно прозвучал колокол.

Какие странные ощущения. Одно дело касаться себя там самому, другое дело, когда там хозяйничает чужая рука. Он не знал, как на это реагировать.

Искра, зажженная в одном месте, разожгла пожар во всем теле. Сун Юньжань из последних сил просипел:

- Ты спятил? Тетушка спит по соседству.

Цинь Кэ прикусил мочку его уха и тепло выдохнул:

- Тогда говори потише.

*Антони ванн Левенгук – нидерландский натуралист, изобретатель микроскопа.

Теперь ты у меня в долгу.

Самым большим сожалением Сун Юньжаня был запрет на фейерверки в ночь китайского Нового года.

Он никогда не предполагал, что сам станет таким фейерверкм. Вознесется в ночную высь и распустится яркими всполохами, устремившись вниз.

Шарф, связывающий его запястья, уже ослаб, но Сун Юньжань не собирался из него выпутываться. Крепко обхватив руками шею Цинь Кэ, он с последним ярким всплеском просто рухнул в его объятия.

Сун Юньжань был дезориентирован.

Кто кому дарил себя в эту минуту, было непонятно. Где были чьи губы, где чье дыхание, по чьему телу бежала дрожь – все смешалось.

Фейерверк погас. И тела двух мужчин расслабились.

Глаза Сун Юньжаня покраснели. Он так устал, что не мог вымолвить ни слова.

Он потерся головой о шею Цинь Кэ, как щенок, налопавшийся собачьих  консервов, и теперь ластящийся к своему хозяину.

- Не трись, - хрипло выдал Цинь Кэ.

Таким голосом пожар не потушишь, а, наоборот, раздуешь, подумал Сун Юньжань.

- Все еще злишься? – поинтересовался Цинь Кэ.

Сун Юньжань хихикнул. Глупый, разве не видишь, что тебя давно простили?

- Тебе же было хорошо? – спросил Цинь Кэ и тут же слабо простонал.

Сун Юньжань:

- …

Какой же я тупица! Сам получил удовольствие, а о Цинь Кэ забыл!

- Я тоже могу помочь тебе, - тихо пробормотал он.

Цинь Кэ заколебался, не потому, что не хотел, а потому что боялся.

Нет никакой гарантии, что если Сун Юньжань поможет ему с его проблемой, он сможет сдержаться и не захочет большего.

Ему так хотелось увидеть, как у этого ласкового щеночка покраснеют глазки от плача и как он станет молить о пощаде.

От одной только мысли об этом в его сердце вспыхнуло удовольствие от издевательства над этим маленьким кутёнком, заставив каждый его нерв затрепетать от волнения.

Но благоразумие вовремя напомнило ему, что сейчас это сделать невозможно.

Неподходящее время и место, чтобы потакать своим инстинктам.

Цинь Кэ опустил голову и поцеловал его:

- Слушайся своего брата.

Сун Юньжань не совсем понял, что от него хотят, но послушно отозвался:

- Брат.

Жилка на виске Цинь Кэ нервно дернулась.

Он засмеялся, вытянул руку, нащупал салфетки на прикроватной тумбочке и вытер руки:

- Теперь ты у меня в долгу.

Встал с кровати и открыл окно, чтобы впустить свежий воздух, подошел к двери и прислушался. Убедившись, что Цинь Няньжун спит, открыл дверь и нырнул в ванную комнату.

Сун Юньжань не понял, о каком долге шла речь.

Он, словно маленькое игривое животное, радостно крутанулся пару раз по кровати. Все-таки в сети сидят не дураки. И предложенный метод преподнести подарок себя оправдал. Даже небольшой казус ничего не испортил, а результат оказался даже лучше, чем он ожидал.

Когда они приняли душ, было уже четыре часа утра.

Сун Юньжань сегодня потратил слишком много энергии и очень устал. Упал на постель и тут же отрубился, стоило его голове коснуться подушки.

Он заснул в хаотичной позе. В спальне было тепло. Одеяло сползло, подол пижамной рубахи задрался, обнажив его плоский живот.

Цинь Кэ сидел на стуле и ждал, пока рассеится специфический запах, потом закрыл окно.

Подошел к кровати, посмотрел на нескромно раскинувшегося на спине Сун Юньжаня, наклонился и нежно ущипнул его за щеку.

Сун Юньжань промычал что-то невнятное.

Цинь Кэ натянул на него одеяло и тихо вздохнул:

- Ты так и не поздравил меня с Новым годом. Запишу это тоже тебе в долг.

***

На третий день Лунного Нового года отпуск Цинь Кэ закончился, и они оба вернулись в город Ян.

Вылет самолета задержался на два часа. Когда они приземлились, была уже поздняя ночь.

Выйдя из самолета, оба нацепили шапки и маски и отправились получать багаж. Чтобы не привлекать внимания, пристроились в неприметном углу.

Но это их не спасло. Их стройные фигуры невольно притягивали взгляды суетящихся пассажиров.

Сун Юньжань отправил сообщение водителю и тихо прошептал:

- Я совершил ошибку. Мне не следовало возвращаться тем же рейсом, что и ты.

Когда они летели в город Х, пассажиров, спешащих попасть домой до наступления Нового года, волновало только воссоединение со своими семьями, и они не особо обращали внимания на них.

На обратном пути все обстояло иначе. Путники, прибывающие в аэропорт, уже отгуляли своё и были открыты для новых впечатлений. С большим энтузиазмом вертели своими головами, оглядывая таких же, как они, путешественников.

Цинь Кэ прикрыл Сун Юньжаня своим телом от чужих взглядов:

- Если тебя узнают, сможешь убежать?

- …

Горящие над маской глаза Сун Юньжаня наполнились недоумением:

- Ты глупый? Это ты у нас знаменитость.

Если что, это ему придется прикрывать отход Цинь Кэ.

К счастью, никаких инцидентов не последовало, они благополучно получили багаж и спустились в подземный гараж.

Когда в поле зрения появилась знакомая спортивная машина яблочно-зеленого цвета, Сун Юньжань неосознанно ускорил шаг.

И тут…

- Привет, ты… Сун Юньжань? – откуда-то вынырнула девушка, на вид – еще старшеклассница, и взволнованно защебетала. - Аааа, это действительно ты!

Сун Юньжань засуетился и замахал руками:

- Шшш, не шуми!

Девушка послушно кивнула:

- Можно я…

Что она хотела сказать, так и осталось неизвестно. Она с открытым ртом уставилась на человека, стоявшего рядом с Сун Юньжанем. Это же популярный актер Цинь Кэ! А не помощник и не телохранитель, как ей показалось сначала.

В ее глазах вспыхнула радость и тут же сменилась каким-то восторженным упоением.

- Ух, ты… - приглушенно воскликнула застывшая девушка.

Сердце Сун Юньжаня бешено забилось. Ему хотелось взять ноги в руки и рвануть подальше отсюда, но, представив, какой переполох вызовет эта погоня, он сдержал свой порыв.

Он энергично откашлялся:

- Это частная поездка. Фотографироваться не особо удобно.

Девушка улыбнулась и нежно, как весенний ветерок, пропела:

- Я понимаю.

Нет, лучше тебе не понимать.

Сун Юньжань двинулся к машине и, обернувшись, бросил ей:

- Обещайте не публиковать это.

- Конечно, конечно, - поспешно согласилась девушка, видимо, была вполне дисциплинированной, а потом бросилась успокаивать его. - Не думайте, я не следила за вами. Я только что вернулась из заграничной поездки и здесь оказалась случайно.

Сун Юньжань понимающе кивнул, но не смог удержаться от невольного порыва спрятаться за Цинь Кэ.

Цинь Кэ за всё время не произнес ни слова, четко выдерживая дистанцию между Сун Юньжанем и девушкой. Будто это Сун Юньжань нуждался в защите.

К счастью, водитель, и одновременно телохранитель Сун Юньжаня, быстро сообразил и подогнал автомобиль компании прямо к своим пассажирам.

Мощный водитель напугал девушку, она остановилась и помахала рукой:

- Тогда не буду вас беспокоить. С китайским Новым годом вас!

Сун Юньжань облегченно вздохнул, сел в машину и тоже помахал ей в ответ:

- И тебя с Новым годом! Береги себя, сестренка.

Обмен поздравлениями закончился, когда девушка вдруг возмущенно закричала:

- Какая я тебе сестренка?!

Сун Юньжань:

- ???

Девушка воинственно вскинула сжатые кулаки:

- Я твоя мать!

- …

Сун Юньжань автоматически пристегнул ремень безопасности. Автомобиль тронулся. Он оглянулся - его «мать» стояла и смотрела вслед, провожая его взглядом. Так матери обычно прощаются со своими детьми, благославляя их в долгую дорогу.

В автомобиле стояла полная тишина.

Плечи обычно неулыбчивого водителя задрожали. Ему хотелось рухнуть на руль и громко рассмеяться.

Цинь Кэ снял маску и посмотрел на Сун Юньжаня:

- Как и следовало ожидать.

- Заткнись!

Он знал, что у него много «мамочек-поклонниц» в интернете, но не ожидал, что за такое короткое время столкнется сразу с двумя. И обе эти встречи произойдут на глазах у Цинь Кэ.

Он сердито посмотрел на Цинь Кэ. Ну почему у того, что в прошлой жизни, что в этой, поклонницы совсем другие?!

Цинь Кэ улыбнулся и достал телефон, чтобы отправить сообщение Чэнь Цзин.

Сун Юньжань заглянул в его телефон, одобрительно прокомментировав:

- Ты вовремя вспомнил о своем агенте.

Даже если девушка не сфотографировала их, нет никакой гарантии, что она не взорвет в интернете словесную бомбу, объявив об их случайной встрече.

Артист и босс одновременно находились в одном аэропорту. Конечно, компания могла объяснить это невинное совпадение вполне разумными причинами. Но, если поднимется шум, так просто его не приглушить.

Через несколько минут пришел ответ от Чэнь Цзин: […Вы возили господина Суна к себе домой на Новый год?]

Цинь Кэ: [Ну, это было спонтанным решением. Извини, я забыл сказать тебе об этом.]

Чэнь Цзин, имевшая свои подозрения, но никогда не озвучившая их, уточнила: [Ты сейчас с ним?]

Цинь Кэ коснулся руки Сун Юньжаня и передал ему телефон:

- Рассказать сестре Цзин?

Сун Юньжань подумал и кивнул:

- Расскажи.

В Xinghe Entertainment не было правил, запрещающих артистам влюбляться, поэтому, возможно, рассказать об этом своему агенту вполне разумно.

Пока Цинь Кэ общался с Чэнь Цзин, Сун Юньжань тоже не бездействовал.

Он вспомнил выражение лица девушки, когда она увидела Цинь Кэ, и заподозрил, что на простую мамочку-поклонницу эта девица не особо походит. Искренняя радость, вспыхнувшая на ее лице при виде их с Цинь Кэ, вызывала подозрение – а не сестренка ли это из Гало-семейки?

Боюсь, это фанатка CP, замаскировавшаяся под мамочку-фанатку.

Сун Юньжань прикрыл экран телефона рукой и вошел в свой аккаунт на Weibo.

Поиск по ключевым словам ничего не дал. Никакой подозрительной информации.

Но Сун Юньжань решил не ослаблять бдительности. И следующие несколько дней продолжал периодически шерстить интернет на предмет новостей о них с Цинь Кэ. Прошла неделя, и он, наконец, успокоился. Барышня, прости, я был не прав в отношении тебя.

Ты - хорошая фанатка. Как и обещала, держишь рот на замке.

Сун Юньжань расслабился и включился в работу.

Что касается Цинь Кэ…

В пятый день Лунного Нового года он отправился на очередные съемки.

Это был фильм-саспенс, предложение сняться в нем поступило, еще когда они записывали «Неспешное праздное путешествие».

Продюсерам так понравилось его выступление в «Свадьбе и похоронах», что они даже не стали проводить прослушивание и сразу утвердили его на главную роль.

Отсутствие рядом Цинь Кэ породило какую-то непонятную пустоту в Сун Юньжане.

Каждое утро он, просыпаясь, первым делом открывал телефон и проверял календарь.

До церемонии вручения китайской кинопремии осталось полмесяца.

А тогда и Цинь Кэ вернется.

Хотя график в это время будет особо плотным, Сун Юньжань надеялся, что они смогут выкроить время для личной встречи.

Но человек предполагает, а бог располагает.

За три дня до церемонии награждения на главной странице форума, посвящённого светской хронике, появился новый пост.

[Может мне кто-нибудь помочь узнать, является ли человек, которого сфотографировал мой родственник, Сун Юньжанем?]

Рядом с сообщением была опубликована фотография.

Фон – городская улица. На деревьях висят цветные фонари, на стенах магазинов – яркие свитки с куплетами. Несложно догадаться, что фотография сделана скорей всего во время Весеннего фестиваля.

На улице пустынно. Только пара прохожих.

У одного из них голова обведена фломастером. Высокая стройная фигура закутана в темные одежды, но это не может скрыть красоту этого юноши.

[Видна только половина лица, как его узнать?]

[Я сравнил верхнюю половину лица на фотографии с его снимками на шоу. Очертания очень похожи.]

[Подождите, форма ушей точно такая же! А где это было снято?]

Автор поста: [Город Х.]

Услышав название города, пользователи сети сразу поняли – кто-то здесь нас дразнит?!

Кто не знает, что принц Ningdong - уроженец города Ян. Что ему делать во время Нового года в городе Х?

Да нет, это не он, наверное!

Пост уже готов был сдуться, как вдруг все дружно кое-что вспомнили.

[Город Х?… Разве это не город, где находится дом Цинь Кэ?]

Он… стащил главного героя с пьедестала?

Когда эта новость достигла ушей Сун Юньжаня, он был на церемонии представления «Легенды о Нань Хуа».

После церемонии состоялась пресс-конференция, на которой присутствовало большое количество журналистов.

Первая веб-дорама Xinghe Entertainment и Чжун Сяофэна «После того, как я встретил тебя» вышла в эфир в начале месяца, набрав за этот недолгий срок почти 200 миллионов просмотров. Популярность этой картины превзошла все ожидания. Проходило время, а ажиотаж так и не спадал.

Различные СМИ рвались встретиться с создателями этой дорамы.

Сун Юньжань, как основной продюсер сериала, тоже был приглашен на встречу с журналистами.

Он воспользовался этой возможностью, чтобы представить репортерам и зрителям план адаптации «Легенды о Нань Хуа» в своеобразную игру.

Кто бы мог подумать, что еще год назад Xinghe Entertainment все сторонились.

Компания совершила прорыв. И все это благодаря мне, настоящему бизнес-гению!

Жаль, что в индустрии развлечений нет награды «Лучший дебют в бизнесе», с сожалением думал Сун Юньжань. А то эту премию стопроцентно в этом году получил бы он.

Погрузившись в свои фантазии, Сун Юньжань чуть не пропустил вопрос, заданный Чжун Сяофэну:

- Это уже ваша вторая совместная работа с Xinghe Entertainment. Вы уверены, что «Легенда о Нань Хуа» превзойдет популярность «После того, как я встретил тебя»?

Чжун Сяофэн теперь уже был сценаристом с нехилым таким багажом. И хотя уже не стал бы в стоячем вагоне бежать от ответственности, но соленой рыбой быть не перестал.

Столкнувшись с выжидающим взглядом репортера, он лениво почесал затылок и неторопливо процедил:

- Если господин Сун уверен, то и я тоже.

Репортер улыбнулся:

- Похоже, вы очень доверяете господину Суну.

- Конечно, - Чжун Сяофэн повернул голову и встретился взглядом с Сун Юньжанем. – Именно этого человека я должен благодарить за все мои достижения.

Сун Юньжань кивнул:

- Я тоже так думаю.

Все:

- …

Сун Юньжань выпятил грудь - что? Он что-то не то сказал?

Оглянулся на съемочную бригаду, которая с трудом сдерживала смех, и вдруг понял.

Ой, я не могу приписать все заслуги себе.

- Но главная причина успеха этого сериала – отличный сценарий, - вышел из положения Сун Юньжань. – Стоит поблагодарить и съемочную группу, и актеров, которые талантливо все отыграли, и Цинь Кэ, который мне порекомендовал Чжун Сяофэна.

Репортер тут же заинтересовался, какую роль в этой истории сыграл Цинь Кэ.

Чжун Сяофэн все подробно рассказал.

- Вон оно, как оказывается.

Другой репортер поднял руку:

- Если уж мы заговорили о Цинь Кэ, господин Сун не возражает поговорить о скандале, связанном с вашими именами?

Весь зал дружно открыл рты. Что?!

Скандал, в котором участвует господин Сун?.. и он как-то связан с Цинь Кэ?

Это гораздо интереснее церемонии!

Сун Юньжань окаменел, вспомнив девушку-фанатку с материнскими запросами в аэропорту - за что ты так со мной, мама?

В следующий момент репортер любезно объяснил:

- Похоже, вы не знаете, что вас сфотографировали в городе X?

Сун Юньжань тихо выдохнул.

Ах, мама, извини, опять я на тебя бочку качу. А твоей вины в этой ситуации нет.

Как же вы меня напугали, подумал он. Разве же это дотягивает до скандала? Уж эту ситуацию я как-нибудь разрулю.

Он мобилизовал все свои актерские способности и спокойно начал:

- В этом нет ничего скандального. Я просто ездил на Новый год в гости к Цинь Кэ. Вы сами что, ни разу не встречали Новый год со своими друзьями?

Вот так – лови фашист гранату!

Сун Юньжань мысленно похвалил себя за сообразительность. Что плохого в том, чтобы навестить лучшего друга во время праздника?

Журналиста, желающего состряпать из этого скандала громкую новость, откровенность Сун Юньжаня просто сбила с ног.

Он крепко сжал микрофон и решительно бросился в бой:

- В Xinghe Entertainment так много артистов, почему вы отправились в гости именно к Цинь Кэ?

Сун Юньжань показательно изогнул брови:

- Конечно, потому что остальные меня не приглашали.

- ???

Артисты Xinghe Entertainment потеряли дар речи. Они тут расслабились, лакомясь бесплатными дынями, а тут на них с неба сбросили черный горшок! Они растерянно стали оглядываться в поисках поддержки.

Это наша вина?

Но… кому вообще в голову могло прийти - пригласить своего босса в гости? Да еще в Новый год!

Цинь Кэ, ты нас подставил!

Интервью закончилось, и все разошлись. Сун Юньжань достал телефон, чтобы наверстать упущенное.

Он смотрел на экран и не мог очнуться от шока.

Они даже изучили и сравнили форму ушей!

С такими технологиями вам не на развлекательном форуме нужно сидеть, а вступать в ряды великой народной полиции!

Какая трата таланта!

- У них вместо глаз микроскопы? Я бы сам себя не узнал, - честно признался Сун Юньжань.

Сопровождающий его помощник Тан после недолгого молчания все-таки отважился спросить:

- Почему вы признались?

- Кто знает, может, юзеры уже накопали и другую информацию о нас. Было бы хуже, если бы я все отрицал, а они бы меня подловили на лжи.

Помощник Тан лично бронировал рейс в город Х.

Но он думал, что господин Сун просто захотел посетить город Х. Кто же знал, что он отправился туда к Цинь Кэ.

Он в замешательстве посмотрел на членов съемочной группы, которые разбирали реквизит, использованный на церемонии открытия.

Крупнейший инвестиционный проект Xinghe Entertainment вот-вот начнут воплощать.

Как бы из-за этой неожиданной поездки босса не рухнул крепкий союз съемочной команды, Xinghe Entertainment и Ningdong Group.

Будучи помощником президента, он понятия не имел, что задумал его начальник.

Почему Цинь Кэ? Почему это снова Цинь Кэ? Почему это всегда Цинь Кэ?

Может быть…

Помощник Тан глубоко вдохнул и осторожно высказал свое предположение:

- Вам не кажется, что в появлении этой фотографии есть что-то подозрительное? Может, это Цинь Кэ нанял кого-то сделать этот снимок, чтобы создать шумиху и таким образом раскрутить «Легенду о Нань Хуа»?

- … - Сун Юньжань возмутился. - Не говорите о нем плохо!

Помощник Тан:

- ???

Сун Юньжань сердито поджал губы, его прекрасное лицо зарумянилось под весенним солнцем.

Он посмотрел на суетящихся вокруг людей и, снизив громкость до минимума, объяснил:

- Я сам решил поехать к нему. Он меня не использовал.

Помощник Тан в изумлении уставился на Сун Юньжаня. В сердце его вспыхнуло сочувствие.

Не знаю, к каким уловкам прибег Цинь Кэ, чтобы заманить господина Суна к себе в гости. Но торговать лицом президента Суна он ему не позволит!

Похоже, пора звонить старшему господину Суну и госпоже Бай.

Не успела эта мысль оформиться в мозгу помощника Тана, как он услышал:

- Никому не говорите, но мы с Цинь Кэ находимся в отношениях. Он - мой парень.

Помощник Тан застыл на месте.

Вокруг ходили люди. Сун Юньжань торопливо закончил свое признание:

- Не рассказывайте моим родителям, я боюсь, они побьют меня… И не критикуйте меня. Помните о премии в конце этого года.

Помощник Тан молчал – вот это уже серьезная проблема.

Если об этом станет известно, от вас сбегут даже ваши десять поклонниц в сети. Ладно, они меня не заботят. Но что делать мне? В дополнение к основной работе мне еще и прибирать за своим боссом, скрывая его любовную связь. Это, кстати, будет уже считаться сверхурочной работой.

И вы еще мне угрожаете лишением премии! Разве вы не должны предложить мне деньги за молчание?

Какой же глупый этот принц Ningdong Group.

Настолько глуп, что его можно только пожалеть.

Плечи помощника Тана прогнулись под тяжестью этой тайны:

- Не волнуйтесь, я обещаю никому не рассказывать!

Сун Юньжань посмотрел на помощника Тана – кремень, а не мужик!

Во второй половине дня они с помощником Таном встретились с представителями департамента туризма Ningdong Group, чтобы обсудить детали сотрудничества в разработке элитного туристического комплекса в деревне Хуалин.

Когда собрание закончилось, было уже 8 часов вечера.

«Легенду о Нань Хуа» снимали в старинном живописном районе Ningdong. Рядом находилась архитектурная жемчужина этой местности, отель Ningdong. Там же  поселили и съемочную группу веб-сериала.

Не забыли и о Сун Юньжане. Ему, как наследному принцу Ningdong Group, предоставили президентский люкс на верхнем этаже.

Никто даже подумать не мог, как несолидно поведет себя благородный принц.

Едва войдя в номер, Сун Юньжань бросился на дорогой кожаный диван, привезенный из Италии, накрыл голову подушкой и заверещал:

- О Боже! Как я умудрился попасть на камеру?!

Сун Юньжань сдерживал этот крик в течение нескольких часов. И теперь, наконец, мог скинуть напряжение, не дававшее ему долгое время ни на минуту расслабиться.

В прошлой жизни Сун Юньжань был пушечным мясом и верно служил продвижению Цинь Кэ.

Поэтому в скандалы не ввязывался. Некогда было.

А в этой… Какое же это божественное чувство, когда тебя преследует пресса, бомбардируя вопросами с подковыркой! Как же это бодрит!

Он же правильно ответил? Цинь Кэ не будет на него злиться?

Сун Юньжань уткнулся в подушку лицом. Из-за кислородного голодания долго он так не выдержал. И резко поднял голову.

Мой ответ сегодня прозвучал вполне прилично, решил он. Я и правду сказал, и репутацию Цинь Кэ защитил.

Если Цинь Кэ увидит это интервью, он определенно будет тронут. А когда вернется, мы…

Сун Юньжань похлопал себя по щекам - перестань вспоминать ту двусмысленную сцену в спальне Цинь Кэ. Ты же президент солидной компании, в конце концов!

Он обнял подушку и отправил Цинь Кэ сообщение: [Ты видел сегодняшние новости?]

Ответа не было.

Сун Юньжань обиженно надулся. Не видит? Или еще на съемках?

Ладно. Подождем, а пока посмотрим, как народ отреагировал на его сегодняшнее заявление.

Самый верхний пост пестрел крупным заголовком: [Всем внимание! Сун Юньжань признался!]

Опубликованное видеоинтервью длилось две минуты. А обсуждение его заняло несколько страниц.

[… Хороший парень. Взял и признался сам.]

[Утром я сказал, что город – это просто совпадение. И кто в итоге получил по щам? Я!]

[Я всегда думал, что они подражают «тысячному войску», чтобы украсить «Неспешное праздное путешествие». Я и не думал, что у них такие близкие отношения.]

[Мне трудно представить, что Цинь Кэ вот так возьмет и пригласит кого-то к себе домой.]

Сун Юньжань озадаченно замер на этом комментарии.

Почему? Почему это сложно представить?

Хэ Цзыю тоже как-то праздновал Новый год вместе с его семьей.

Должно быть, все эти болтуны плохо знают Цинь Кэ.

Сун Юньжань щелкнул по экрану телефона и переключился на свой тайный аккаунт в Weibo.

Несмотря на то, что он был морально готов, его поразила скорость, с которой обновлялся этот чат.

Он дождался, когда загрузились все комментарии, и приготовился давиться сладостями.

[Помогите, я просто хотела полакомиться сладеньким сиропчиком, а меня накормили до диабетической комы!]

[Ууууууу, мне тоже так страшно! Неужели это все реально?]

О чем вы вообще трепитесь?

Можете объяснить?

Словно услышав его, кто-то, наконец, ясно высказался: [Если бы Жаньжань пригласил Цинь Кэ к себе в гости, я бы отнесся к этому как к горшочку с сахаром. Я не ожидал, что инициатором станет Цинь. Кэ!]

Тут же появилось следующее сообщение: [Сестричка, как я тебя понимаю. Я тоже думаю, что это всё объясняет.]

Сун Юньжань:

- …?

Извините, я не понял.

Разве я все сегодня ясно не объяснил?

Мы – просто друзья, а друзья имеют право приглашать друг друга в гости.

Почему лучше было не ходить друк к другу в гости? Блин, голову сломаешь с ними!

Он не мог понять ход мыслей фанатов CP.

Сун Юньжань на мгновение задумался и решил выяснить все, надев школьный фартучек невинной старшеклассницы: [Что объясняет?]

CP-фанаты, еще недавно болтавшие без умолку, вдруг замолкли.

Пауза заставила Сун Юньжаня насторожиться. Он не понимал, неужели так трудно ответить на его вопрос?

К счастью, кто-то из сестричек узнал его: [Малышка №11, ты готовилась к вступительным экзаменам в колледж? Тебя долго не был в сети?]

Сун Юньжань бесстрастно напечатал: [Да.]

Этот кто-то: [Значит, ты не смотрела «Неспешное праздное путешествие»? Поэтому тебе не понять характер Цинь Кэ.]

- …

Как ты смеешь говорить, что я не знаю Цинь Кэ!

Сун Юньжань сжал кулаки, но сдержался: [Тогда может ты расскажешь мне о нем?]

[На самом деле Цинь Кэ довольно холодный человек. Он не из тех людей, что приглашают друзей к себе домой.]

[Из его интервью можно понять, что он не любит говорить о своей семье. И категорически не хочет, чтобы его маму доставали всякие журналисты или представители индустрии развлечений.]

[А Жаньжань ведь его босс, владелец развлекательной компании! И Цинь Кэ позвал его в гости? Это же прямое признание в любви! ]

[Ах, я не могу печатать, у меня трясутся руки, он его так любит.]

О, во как!

Как я сам этого не понял?

Когда он был в Городе Х, Цинь Няньжун же говорила, что он был первым и единственным, кого Цинь Кэ привел домой.

И сегодня во время интервью по завистливому взгляду Чжун Сяофэна он должен был понять, что Цинь Кэ никогда никого не приглашал в гости.

… Так я, оказывается, особенный.

Сун Юньжаня сразила и сила любви Цинь Кэ, и его собственная непонятливость. Я такой глупый. Что бы я делал без такого скурпулезного анализа? Так и не осознал бы, как сильно он меня любит.

Он поблагодарил за разъяснения неизвестного ему великого аналитика и добавил: [Это самое сладкое лакомство! Спасибо.]

И тут зазвонил его телефон.

Это был видеозвонок от Цинь Кэ. Сун Юньжань занервничал. Ему показалось, что его поймали прямо на месте преступления, когда он тайно объедался конфетами.

Он виновато потер руки, но, как только щелкнул на кнопку «ответить», сразу приободрился, прогнав напряжение с лица.

И обомлел.

Цинь Кэ, вероятно, только закончил сниматься и не успел переодеться.

На нем была темного цвета полицейская форма. Она тесно облегала его широкие плечи. Галстук сжимал воротник белой рубашки, выставляя на обозрение изящный острый кадык. Значок на груди мерцал, отражая свет.

Сун Юньжань словно перенесся в фильм, и перед ним предстал идеальный образ полицейского из элитного подразделения.

Полицейская форма прекрасно подчеркивала темперамент Цинь Кэ. В ней он выглядел еще более красивым.

Очень красивым!

Сун Юньжаню хотелось залезть в телефон, чтобы рассмотреть каждую мелкую деталь этого персонажа.

Цинь Кэ слегка прищурился:

- … Папа, держи себя в руках.

Сун Юньжань аж поперхнулся. Аура соблазна, навеянная полицейской формой, вмиг рассеялась.

- Какой ты вежливый, - Сун Юньжань надул щеки и жалобно прошептал. - Я же просто смотрю и ничего не делаю. Чего мне сдерживаться?

Цинь Кэ подавил усмешку.

Сегодня, чтобы успеть загримироваться перед съемками, он встал в 4 часа утра. Потом съемки до поздней ночи. Если бы не вышло из строя какое-то оборудование на съемочной площадке, съемки продолжались бы и сейчас. У него даже не было возможности сесть и перевести дух.

Он очень, очень устал. Но вот увидел своего парня, его щенячий взгляд, и его усталость словно смыло родниковой водой.

Сун Юньжань осмотрел задний фон за Цинь Кэ:

- Ты один в фургоне?

- Да, Сяо Кэ пошел купить мне воды. У нас небольшой перерыв. Думаю, сегодня мне не удастся поспать. Хорошо, что ты еще не лег, а то бы мы смогли поговорить только завтра после съемок.

Сун Юньжань нахмурил брови. Цинь Кэ что, давит на жалость?

В прошлой жизни он тоже был актером, тоже пережил не одну ночную съемку. Но даже после них чувствовал себя энергичным.

Почему же, слова Цинь Кэ, что ему придется всю ночь провести на съемках, его так расстраивают?

Раньше Сун Юньжань бы наехал на Цинь Кэ, как суровый отец: «Ты не забесплатно работаешь. Трудись усердней».

Но когда он вспомнил о рассуждениях великого СР-аналитика, его сердце мгновенно смягчилось, словно его коснулась лапка котенка.

- Почему ты не отдохнул в течение дня? Куда смотрят продюсеры? Так они главного героя в гроб вгонят, - ворчливо пробормотал Сун Юньжань. – Тебе же через два дня нужно будет присутствовать на церемонии награждения. Что если ты заболеешь? Кто понесет за это ответственность?

Цинь Кэ улыбнулся тихой мягкой улыбкой. Сегодня господин Сун ведет себя как примерный ребенок.

Тихо рассмеялся и спросил:

- Ты... ты расстроился из-за той фотографии? Чувствуешь себя виноватым, поэтому пытаешься быть хорошим мальчиком?

Квота кротости Сун Юньжаня тут же снизилась до нулевой отметки.

Он скривился от злости и сердито закричал:

- Я просто вышел на улицу! Почему я должен чувствовать себя виноватым?!

- Тебе стыдно, что ты соврал о причине твоего появления в городе Х?

- …

Сун Юньжань онемел. Может, и так. Но кто ему позволил препарировать его чувства и так разговаривать с отцом?

- Я советую тебе оставаться в стороне от этого дела. Дырявые мозги болтунов в интернете до добра не доведут. Так скоро они заявят, что «популярного актера принуждают следовать негласным правилам компании и «играть в игры», угрожая лишить ресурсов». Смешно тебе тогда будет?

Цинь Кэ задумался:

- Звучит не так уж и плохо, - яркая улыбка озарила его лицо, и он невинно поинтересовался. – Когда господин Сяо Сун планирует объявить мне эти негласные правила?

Сун Юньжань был шокирован:

- Ты – сумасшедший? Как ты смеешь говорить такие вещи! Ты знаешь, что означают негласные правила?

Цинь Кэ медленно поднял глаза.

То ли это было воздействие формы, то ли пронзительного взгляда, то ли и того, и другого вместе, но щеки Сун Юньжаня вмиг вспыхнули алым багрянцем.

Он представил, как Цинь Кэ в полицейской форме делает с ним всякие непотребства и чуть не воспламенился…

Спокойно, спокойно.

Сун Юньжань глубоко вздохнул и сменил тему:

- Кстати, ты уже подготовил приветственную речь для церемонии?

- Ее нужно готовить?

Сун Юньжань ахнул – а ведь Цинь Кэ и впрямь не нужно готовить речь.

В той жизни он уже получал награду «Лучший дебют», в этой может просто повторить ее.

- Но тогда ты не знал меня, - серьезно заметил Сун Юньжань. – Не собираешься поблагодарить меня? Я все-таки 20 миллионов вложил в этот фильм.

Увидев обиженную моську Сун Юньжаня, Цинь Кэ решил больше не поддразнивать его:

- Не волнуйся. Твое имя точно будет в моем списке тех, кого следует поблагодарить за «Лучший дебют».

Сун Юньжань скривил рот:

- Ну… я не напрашиваюсь, - плюхнулся на диван и по-собачьи склонил голову на бок. – А, ты же еще номинирован как «Лучший актер». Ты не забыл?

В телефоне раздался какой-то шум.

Цинь Кэ подал ему знак подождать, открыл дверь и тут же закрыл. К телефону он вернулся уже с бутылкой минералки. Быстро открыл бутылку и сделал несколько глотков.

Все это действо заняло меньше минуты.

Сун Юньжань не мог больше ждать и нетерпеливо набросился на Цинь Кэ:

- Ты, правда, забыл? – и укоризненно покачал головой. - Сынок, папа очень разочарован. У тебя что, мозг, как у золотой рыбки? Как ты вообще текст свой не забываешь.

Цинь Кэ поставил бутылку и беспомощно посмотрел ему в глаза:

- Я не забыл.

- ?

- Я не хочу разочаровать тебя, - Цинь Кэ откинулся на спинку стула и спокойно продолжил. - Судьи обычно не отдают эти награды «Лучший дебют» и «Лучший актер» в одни руки. Кроме того, конкуренция за последнюю награду очень жесткая. Мне трудно будет победить господина Чжоу Цинъяня.

Чжоу Цинъянь был актером, завоевавшим титул лучшего актера в их прошлой жизни.

Известный актер, ветеран, более сорока лет в кино. У него были и отечественные награды, и зарубежные. Высокое актерское мастерство плюс безупречная репутация.

Сун Юньжань согласен - Цинь Кэ прав, но все равно сожалел, что чудо не случится:

- Я и забыл о господине Чжоу. Как жаль. Если бы ты получил сразу две награды за один фильм, это было бы неслыханным событием!

Мгновенно маленький зверек, недавно еще полный уверенности, впал в депрессию.

Цинь Кэ тихо утешил его:

- Не грусти. Все, что я хочу, это хорошо сыграть свою роль.

Сун Юньжань покачал головой:

- Ты - главный герой этой книги. И рано или поздно ты все равно однажды достигнешь уровня бога.

- Достигну и что потом?

- А потом… взойдешь на пьедестал и останешься там, - смущенно ответил Сун Юньжань. – А ты чего хочешь?

- Разве это не скучно? – махнул рукой Цинь Кэ. - Быть обычным человеком и быть рядом с тобой – намного приятней.

Сун Юньжань:

- …

Сун Юньжань:

- !!!

Такова любовь главного героя?

Можно ли считать, что он… стащил главного героя с пьедестала?

Хм, а это приятно. Какой я однако молодец!

Пожалуйста, папа.

В субботу вечером началась церемония вручения наград ежегодного китайского кинофестиваля.

От Большого театра, где проходила церемония, до гостиницы, где остановились номинанты, по обе стороны дороги в ожидании звезд кино выстроились возбужденные поклонники и представители СМИ.

В номере, выделенном организаторами фестиваля представителям съемочной группы «Свадьбы и похорон», царила напряженная атмосфера.

- Цинь Кэ еще не пришел? – распорядитель кинофестиваля был в отчаянии. - Мы сдвинули порядок выхода на красную дорожку. Вашей команде придется идти в самом конце. Если главный герой не появится, пойдете без него.

Сказав это, он поспешно ушел.

Режиссер «Свадьбы и похорон» молча допил чай и посмотрел на продюсера.

Как известно, «Свадьба и похороны» - малобюджетный фильм.

Малый бюджет означает, что у команды было не только меньше денег, но и меньше людей.

По сравнению с другими съемочными командами, здесь они были единственными представителями съемочной бригады.

Несмотря на то, что в прошлом году фильм собрал в прокате 3 миллиарда, режиссер и продюсер этого фильма были невинными овечками в мире кино.

Их впервые пригласили на такую серьезную церемонию. Они итак страшно нервничали, а отсутствие главного героя и вовсе привело их в ужас.

Рейс, которым должен был вылететь Цинь Кэ, отложили.

Режиссер и продюсер тупо пялились на экран телевизора, где шла трансляция шествия различных съемочных групп по красной дорожке.

Все шествующие были изысканно одеты и держались гордо.

Продюсер тихо вздохнул:

- Кажется, только нам придется идти по красной дорожке вдвоем.

Режиссер печально понурил голову.

По этой дорожке прошло столько красавчиков. Разве пара пожилых непримечательной наружности мужчин может затмить этот сонм небожителей?!

Ах, какой позор! Знал бы, что так случится, подумал режиссер, захватил бы с собой пару красивых актеров из съемочной группы.

И плевать, на вторых ролях они или на 18-ых. Главное, чтобы были красавчиками.

Растроенный режиссер поднес чашку ко рту и хлебнул… воздух. Он и не заметил, что уже выпил весь чай.

И в этот момент раздался веселый звонок в дверь.

В грустные глаза двух пожилых мужчин мгновенно вспыхнула надежда. Продюсер бросился открывать дверь:

- Ну, наконец-то ты… - и замер, не закончив фразу.

В дверном проеме нарисовался Сун Юньжань:

- Привет!

- Президент Сун? Что привело вас сюда? - продюсер жестом пригласил его войти.

Сун Юньжань вошел, оглядел номер и громким голосом объявил:

- Я здесь, чтобы сопровождать вас.

***

Отматываем время на десять минут назад.

Сун Юньжань убрал в карман входные билеты, осмотрел зрительный зал и с удовлетворением прокомментировал:

- Неплохие места. Прямо напротив сцены.

- Говори тише. Вдруг тебя заметят твои поклонницы-мамочки, - оборвал его сидящий рядом Хэ Цзыю. - Юньжань, я очень тронут. Не думал, что ты откажешься от своего гостевого места и сядешь со мной.

Сун Юньжань посмотрел на него:

- Хорошо, что ты ценишь мою доброту.

Пару дней назад организаторы поинтересовались у Сун Юньжаня – не хочет ли  инвестор «Свадьбы и похорон» пройти по красной дорожке вместе со своей съемочной группой.

Только недавно разрулив скандал с фотографией, Сун Юньжань, не желая привлекать к себе внимание, отказался. Попросил только выделить ему гостевое место. Он хотел лично наблюдать, как Цинь Кэ будут вручать награду.

А сегодня утром ему позвонил Хэ Цзыю, объявил, что у него есть два билета на кинофестиваль, и он хочет посмотреть церемонию награждения вместе с Сун Юньжанем.

- Моя жертва слишком велика, ты же понимаешь? - Сун Юньжань ткнул в сторону мест с лучшим обзором. – Посмотри, все боссы развлекательных компаний сидят там. Если бы я сидел с ними, я бы мог поговорить и посмеяться с ними. А может даже между делом заключить выгодную сделку.

Как только эти слова сорвались с его губ, раздался телефонный звонок. Звонил  Цинь Кэ.

Сун Юньжань огляделся - зрители заполняли зал, занимая свои места, и тихо прошептал в трубку:

- Эй, ты где?

Цинь Кэ выпалил:

- Папа, мне нужна твоя помощь.

- …

Хочешь подлизаться? Опять что-то натворил?

Сун Юньжань тихо фыркнул и натянул маску отца:

- И что ты натворил?

Хэ Цзыю бросил на своего друга презрительный взгляд. Сун Юньжань поморщился и отвернулся.

Цинь Кэ сообщил Сун Юньжаню, что застрял в аэропорту, его рейс задерживается, и он не успевает на шествие по красной дорожке.

- Ах, всего лишь? Пусть идут без тебя, - не понимал, в чем проблема, Сун Юньжань. - Это не первый случай, когда актер пропускает красную дорожку.

К тому же сегодня Сун Юньжань не в костюме, да и волосы у него не уложены.

Для Сун Юньжаня репутация – не пустое слово. Он не может предстать перед публикой в небрежном виде.

Шумы в трубке Сун Юньжаня вдруг стихли. Видимо, Цинь Кэ отошел в тихое место.

- Другие может и справились бы с этим, но не они.

Поведанная история ошеломила Сун Юньжаня.

Оказывается, в прошлой жизни режиссер и продюсер «Свадьбы и похорон» так разнервничались, когда шли по красной дорожке, что долгое время не могли прийти в себя.

Если бы не Цинь Кэ, они, поднявшись на сцену, совершили бы много ошибок и стали бы посмешищем для всей индустрии.

Сун Юньжань церемонию награждения в той жизни помнил очень смутно. Но, да, режиссер и продюсер «Свадьбы и похорон» действительно вели себя тогда очень странно, постоянно сбивались, заикались.

Да и в этой жизни тогда на показе «Свадьбы и похорон» режиссер, как Сун Юньжань помнит, вел себя не совсем адекватно и чуть не рыдал.

Такое бывает с творческими людьми. Многие из них не любят посещать многолюдные мероприятия, им комфортно только там, где они делают свою работу.

С одной стороны он - творец, с другой – медийная персона.

Обдумав все, Сун Юньжань согласился, но выдвинул свои условия:

- Я могу тебе помочь, но мне нужно все обдумать.

Хэ Цзыю больше не мог слушать напыщенную речь Сун Юньжаня:

- Да что с тобой? Твой хвост стоит трубой, а ты все изображаешь из себя властного президента!

- Замолчи! - Сун Юньжань в ярости пнул его.

Шум их драки услышал Цинь Кэ и тихо рассмеялся.

Звук его дыхания и хриплый смех, словно мягкое перышко щекотали ушко Сун Юньжаня, вызывая легкое онемение.

Последним ударом стали прозвучавшие следом слова:

- Пожалуйста, папа.

Низкий, с ленцой голос прозвучал как сексуальный шепот темной ночью, затягивая Сун Юньжаня в очаровательную ловушку.

Мозг Сун Юньжаня загудел. Нервные клетки взорвались бесчисленными фейерверками.

Ресницы затрепетали. Глаза беспомощно уставились в пол. А изо рта вылетело:

- … Ну, ладно.

Когда он встал, его лицо было красным, как приготовленный на пару краб.

***

Черный автомобиль медленно подъехал к красной дорожке. Вдали уже был виден Большой театр.

Сун Юньжань пригладил свои волосы и понял, что совсем не волнуется.

Удивительно, выходя из отеля, он думал, что это место вызовет у него бурные эмоции.

Как тогда, в прошлой жизни, когда он шёл по этой дорожке.

И потом, когда Цинь Кэ получил награду за «Лучший дебют». Он даже пролил тогда пару слез в душе.

Но сейчас он был абсолютно спокоен. Видимо, прежний сюжет постепенно превращается в фоновые декорации.

В этот момент все, о чем он думает – это, как идеально выполнить задание Цинь Кэ.

- Пора выходить. Вытрите пот с лиц.

Сун Юньжань достал несколько салфеток и протянул их режиссеру и продюсеру, которых уже начал бить мандраж:

- Успокойтесь. Не у всех есть возможность пройтись по красной дорожке со своим инвесторам. Это большая честь.

После этих слов у режиссера и продюсера задрожали даже поджилки.

Сун Юньжань расстроенно покачал головой. Бедный Цинь Кэ. В той жизни в это время он был всего лишь начинающий актер, а ему пришлось успокаивать и  тащить на себе еще и этих трясущихся дяденек.

Дверь автомобиля распахнулась. Раздались приветственные крики. Замигали вспышки камер.

Первыми из машины показались длинные ноги Сун Юньжаня. Вслед за ними – его подтянутое тело.

Он выпрямил спину и активировал очаровательную улыбку.

Режиссер и продюсер вывались из машины, как кули с картошкой. Почти одновременно, один - с переднего сиденья, другой - с заднего ряда. Их тела нервно дернулись, головы – столкнулись.

К счастью, Сун Юньжань успел прикрыть эту неловкую сцену.

Когда они вышли из машины, Сун Юньжань сместился вправо, уступив центральное место режиссеру.

Высадившаяся троица двинулась по красной дорожке. Ведущий церемонии представил их:

- На красной дорожке появилась команда «Свадьбы и похорон». Они претендуют на три награды «Лучший дебют», «Лучший сценарий» и «Лучшая мужская роль»…

- А…?

Крики возмущения заглушили голос ведущего.

Сун Юньжань посмотрел на фан-зону за пределами красной дорожки.

Группа молодых девушек, потрясающая фотографиями Цинь Кэ, недоуменно посмотрела на него, потом - на удаляющийся автомобиль, из которого он вышел.

Куда делся наш красивый муженек?

Все дружно закрутили головами.

Толпа зашумела. У Сун Юньжаня не было возможности что-то объяснять, поэтому ему только и осталось, что закатить глаза и улыбнуться. Может, это их хоть немножко усмирит.

В этот момент вспышки многих телефонов случайно пересеклись и яркой зарницей озарили его лицо.

Ослепительная вспышка сверкнула, отразив в глазах Сун Юньжаня все звезды неба.

Еще недавно расстроенная толпа восхищенно взвыла.

- Аааааа, как это мило!

- Сун Юньжань! Мама любит тебя!

- Подружка Цинь Кэ тоже тебя любит!

От вспышек со всех сторон и криков Сун Юньжань чуть не вышел из образа солидного инвестора, он стиснул зубы, подавив улыбку, и с холодным видом прошествовал по ковровой дорожке к входу в театр.

Ведущий с улыбкой на лице продолжил:

- Мы хотели бы кое-что объяснить нашим зрителям. К сожалению, главный герой «Свадьбы и похорон», Цинь Кэ, опаздывает, его рейс отложили. Поэтому Цинь Кэ сегодня по красной дорожке заменяет… Позвольте представить - инвестор «Свадьбы и похорон», господин Сун…

Сун Юньжань замедлил шаг и собрался кивнуть ведущему, когда увидел, как режиссер с выпученными глазами, размахивая руками и ногами, мчится мимо специально отведенного места для интервью.

Он мысленно вздохнул, ухватив того за локоть, оттащил назад, а отстающего продюсера, напротив, подтянул вперед, к ведущему, поближе к микрофону.

Ведущий с благодарностью посмотрел на него – спасибо за спасение, и задал свой первый вопрос:

- Вы уверены, что получите сегодня награды?

Режиссер и продюсер в унисон проблеяли:

- Не очень.

Ведущий:

- …

Сун Юньжань мысленно посочувствовал Цинь Кэ – как ты с ними вообще справлялся?

Наклонился к микрофону и улыбнулся:

- Они шутят. На самом деле, мы еще до выхода нашего фильма в прокат были уверены и в высоких кассовых сборах, и в получении наград за него.

- О? Как и ожидалось, господин Сун очень уверен в себе.

Ведущий решил поддразнить своего собеседника:

- Надеетесь ли вы на получении награды «Лучший актер» сегодня вечером?

… не так уж и уверен.

Сун Юньжань вспомнил о разговоре с Цинь Кэ и проглотил почти вырвавшиеся из его губ слова.

По мнению Цинь Кэ, вероятность этого слишком мала.

Такое суждение обосновано. Подтверждение - прошлая жизнь.

Да, в топку такую осторожность!

Кто не рискует, тот не пьет шампанское!

Сун Юньжань крепко сжал микрофон.

Цинь Кэ многим кажется равнодушным. Но он, Сун Юньжань, знает другого Цинь Кэ. Цинь Кэ, который готов отказаться от дара богов и пьедестала победителя, обменяв это на простую жизнь с ним, Сун Юньжанем.

Он так любит меня.

В таком случае…

Я покажу ему, что я верю в него, это и станет демонстрацией моей любви.

- Да, мы в этом уверены. Я знаю, что в этом году в шорт-лист вошли очень сильные актеры, но… - Сун Юньжань гордо расправил плечи и посмотрел в камеру. - Но я верю, что Цинь Кэ самый лучший!

Автору есть что сказать:

Цинь Кэ: …не дергайте тигра за усы!

Давайте позволим господину Суну сохранить свое лицо.

Сун Юньжань просто послал свое благословение.

Чтобы Цинь Кэ знал, даже если ему не повезет, папа всегда будет верить в него и поддержит.

Он всегда говорил то, что думал, но даже не подозревал, что не успел он отложить микрофон, как эфир взорвался.

[Не нужно так откровенно восхвалять своих фаворитов.]

[Я в одиночестве смотрю прямую трансляцию. Видеть, как парочки демонстрируют свою любовь, так больно.]

[Еще, еще несколько комплиментов… Нам, подсаженным на сладости цыплятам, так приятно это слышать.]

На форуме сплетен разгорелось жаркое обсуждение - сможет ли Цинь Кэ стать крупнейшим победителем сегодняшнего кинофестиваля.

Эта противоречивая тема привлекла внимание людей из всех слоев общества.

Некоторые говорили, что Сун Юньжань слепо восхваляет своего подопечного, другие - что роль последнего в «Свадьбе и похоронах» переоценена, третьи - что Сун Юньжань потерял рассудок из-за любви.

Последнее заявление очень понравилось фанатам CP, и они разнесли его по всей сети, превратив в «горячую картошку». Комментатор, выдвинувший это обвинение, вскипел от ярости: [Вы - больные? Я назвал Сун Юньжаня умственно отсталым, а вы кайфуете от этого?]

Наконец, в царившем хаосе прозвучал разумный голос.

[По мнению кинокритиков, среди пятерых номинантов особо выделяются Цинь Кэ и Чжоу Цинъянь.]

[Это действительно так. Эти двое наиболее точно представили своих персонажей.]

[Но «Свадьба и похороны» - это комедийный фильм. У сценариста прекрасный юмор. Такие фильмы не особо нравятся судьям, те предпочитают серьезные киноленты.]

[Подвожу итог - Чжоу Цинъянь имеет больше шансов получить награду за свою работу.]

Этот разумный аргумент поддержало большинство комментаторов.

Все, кто попал в шорт-лист кинопремии, естественно, обладали хорошими актерскими способностями. Но чтобы получить награду, нельзя полагаться только на актерское мастерство. Сюжет, монтаж и даже предпочтения жюри - все повлияет на выбор судей.

Первый дебютный фильм Цинь Кэ смог собрать в прокате 3 миллиарда, что уже является успехом на уровне «императора Цзы Вэя*». Даже если Цинь Кэ не получит звание «Лучшего актера», он уже – звезда на небесном киносводе.

Когда дискуссия вернулось к рациональному обсуждению, автор поста внезапно изменил тон: [Мы, обычные зрители, все это понимаем. Наверное, и Сун Юньжань, как человек опытный в этой отрасли, тоже. Так что не воспринимайте его слова так серьезно, помните – красота в глазах смотрящего.]

Пользователи сети:

- …

Тут такая битва разыгралась, а ты кайфуешь от конфет?!

Ваша привычка доводить фанатов до обморока просто не поддается пониманию.

В Большом театре города Ян Сун Юньжань усадил двоих старых детишек на их места.

И вздохнул с облегчением. Этот невообразимо трудный проход по красной дорожке наконец-то закончился. Не хочется даже вспоминать об этом. Эти негодники даже умудрились споткнуться на лестнице и чуть не пропахать ее своими носами.

Обменявшись любезностями с окружающими, Сун Юньжань вернулся в зал и отправил Цинь Кэ сообщение: [Готово!]

Цинь Кэ: [Я видел прямую трансляцию, спасибо.]

Сун Юньжань:

- А?

И это всё? А похвалить своего отца за его героическое поведение?!

И в этот момент на экране телефона появилось следующее сообщение Цинь Кэ: [Как и ожидалось, нет такой ситуации, с которой бы не справился господин Сун!]

Уголки губ Сун Юньжаня непроизвольно начали изгибаться вверх: [Поторопись уже. И перестань мне льстить.]

И с довольным видом отложил телефон, поднял голову и столкнулся взглядом с Хэ Цзыю:

- Что?

Хэ Цзыю глубоко вздохнул:

- Ты выглядишь как щенок, что выполнил задание хозяина и теперь ждет похвалы от него.

- Заткнись! – сердито закричал Сун Юньжань. – Кого ты называешь собакой? Я – его отец!

Хэ Цзыю пожал плечами, выразив свое нескрываемое презрение.

Сун Юньжань хотел еще что-то добавить, но свет в зале внезапно потускнел. Зазвучала торжественная музыка. Занавес на сцене медленно раздвинулся.

Сун Юньжань уже присутствовал на этой церемонии в своей прошлой жизни, потому на песни-пляски на сцене внимания не обращал, время от времени озабоченно поглядывая на гостевые места их съемочной команды. Через десять минут после начала церемонии появился Цинь Кэ и занял место рядом с режиссером и продюсером «Свадьбы и похорон».

Ну, наконец-то!

Сун Юньжань расслабился, с нескрываемой радостью оглядел знакомую худую фигуру и, успокоенный, наконец-то перевел взгляд на сцену.

На сцене в это время как раз приступили к вручению наград.

- Первая вручаемая награда, - объявил ведущий на сцене, - награда за «Лучший дебют».

На большом экране в это время воспроизводились отрывки с выступлениями актеров, вошедших в шорт-лист.

Когда пришла очередь «Свадьбы и похорон», показали эпизод, где персонаж Цинь Кэ в очередной раз попал в щекотливую ситуацию.

Несмотря на то, что многие уже видели этот фильм, они не смогли удержаться от смеха.

Демонстрация отрывков закончилась, и камеры тут же сфокусировались на лицах представленных номинантов.

Цинь Кэ поднял глаза и смело посмотрел в камеру. Уголки его губ были слегка приподняты, в глазах стояло спокойствие.

То же красивое лицо, что недавно мелькнуло на экране, но совершенно другой темперамент.

Такой контраст между экранным персонажем и реальным человеком ошеломил Хэ Цзыю. Он прошептал:

- А он действительно хороший актер. И не поверишь, глядя на него в реале, что он способен превратиться в такого забавного персонажа.

- Он во всем хорош, - небрежно бросил Сун Юньжань.

Только он и Цинь Кэ знали, что эту роль Цинь Кэ сыграл дважды. И в этот раз показал более глубокое понимание своей роли.

Сыграть свою роль хорошо несложно.

Сложно второе исполнение превратить в настоящую конфетку!

Потомив зрителей, ведущие открыли конверт с именем победителя.

И хотя Сун Юньжань был уверен, что знает, чье имя там указано, он не мог не нервничать. Подавшись вперед, он напряженно замер в ожидании.

Ведущая посмотрела в зал и с улыбкой объявила:

- Давайте поздравим… Цинь Кэ!

Гром аплодисментов прокатился по залу.

Цинь Кэ встал, застегнул костюм и поднялся на сцену.

Щеки Сун Юньжаня раскраснелись. Хэ Цзыю пихнул его в бок.

Цинь Кэ принял награду и произнес благодарственную речь. От его красивого лица на большом экране невозможно было отвести глаз. Поблагодарил судей, членов съемочной команды и зрителей.

Потом сделал паузу, его взгляд пробежался по залу.

Режиссер церемонии, похоже, догадался, кого ищет Цинь Кэ. Камера в этот момент была направлена на пустующее кресло с именем Сун Юньжаня.

Операторы судорожно завертели камерами.

[ Кого они ищут? ]

[ Щас умру от смеха! Цинь Кэ сейчас заработает психологическую травму! Он получил награду, а его босс куда-то смылся!]

Сун Юньжань хлопнул себя по лбу:

- Ой, я забыл предупредить его, что пересел на другое место!

Как можно было допустить такую ошибку?!

Он так распереживался, что хотел уже вскочить и замахать рукой…

Но в этот момент раздался громкий крик:

- Смотрите, ваш господин Сун здесь!

Зритель, узнавший Сун Юньжаня, сидел прямо перед ним. Голос, кстати, у этого глазастого зрителя был очень громким.

Цинь Кэ на сцене и весь зал одновременно повернули свои головы.

Сун Юньжань был застигнут врасплох. И пришел в ужас, увидев свое оторопевшее лицо на большом экране.

Он смущенно потупился:

- Спасибо всем.

Цинь Кэ улыбнулся и посмотрел на размытую фигуру в тускло освещенном зале:

- Я хочу отдельно поблагодарить господина Суна. За его веру в меня. Если бы не он, я бы не стоял сегодня перед вами.

Ведущий, верный поклонник 5G, хихикнул:

- Эй, разве другие артисты вашей компании не называют его - президент Сяо Сун?

Цинь Кэ поднял брови:

- Не говорите так. Давайте позволим господину Суну сохранить свое лицо.

Сун Юньжань онемел.

Хэ Цзыю рядом с ним смеялся как помешанный.

К счастью, хоть Цинь Кэ сохранил рассудок и медленно склонился в поклоне.

В противном случае десятки тысяч зрителей в сети увидели бы, как Сун Юньжань взорвался бы на месте от ярости.

Сун Юньжань долго не мог прийти в себя.

Цинь Кэ дразнил его! Да еще на глазах у публики!

Сун Юньжань был потрясен.

Какой смелый! Не боится, что кто-то догадается о них?!

Это награда за «Лучший дебют» сделала его таким безрассудным?! Что будет, когда ему вручат награду как лучшему актеру?..

Сун Юньжань вздрогнул и запаниковал.

Он с тревогой уставился на сцену, на которую вышла следующая пара ведущих, чтобы объявить одну из самых значимых кинонаград.

Он едва мог дышать.

Хэ Цзыю посмотрел на него:

- … не знаю, говорить тебе или нет.

Сун Юньжань:

- А?

- Он скорей всего не получит эту награду, - прошептал Хэ Цзыю. - Не нервничай так, посмотри правде в глаза и расслабься, хорошо?

Опасаясь чужих ушей, Сун Юньжань наклонился к своему собеседнику и шепнул ему прямо в ухо:

- Надеюсь, он не выиграет эту награду.

Хэ Цзыю:

- ???

Сун Юньжань нервно продолжил:

- Разве ты не знаешь, что в индустрии развлечений существует такая традиция - выходить на сцену, когда твой бойфренд получает награду? Я еще не готов!

- … - Хэ Цзыю помолчал, затем с трудом выдавил из себя. – Да, видимо, я слишком поверхностно мыслю.

Сун Юньжань согласно кивнул. Разве не ясно, что у Цинь Кэ глупый любовный мозг.

Может, его так тронула моя помощь ему на красной дорожке, и он поклялся, что, если он сегодня получит награду, то громогласно объявит всем об их отношениях.

От этой мысли у Сун Юньжаня перехватило дыхание.

Он полностью потерял контроль над выражением своего лица и с тревогой следил за вскрытием конверта. Прикидывая, с каким видом ему подниматься на сцену, в какую позу встать, какое выражение лица изобразить… если вдруг чудо случится.

В следующую секунду прозвучало:

- Чжоу Цинъянь…

Небывалое чувство утраты навалилось на него.

Ресницы Сун Юньжаня задрожали, глаза неосознанно нашли фигуру Цинь Кэ.

Он увидел, как Цинь Кэ улыбается и аплодирует победителю. Обида хлынула в сердце Сун Юньжаня, его глаза увлажнились.

Да, другие люди не знают, насколько хорошо выступил Цинь Кэ, дважды бросив вызов одной и той же роли.

Поэтому судьба и не одарила его своей благосклонностью.

Осознав это, Сун Юньжань медленно опустил голову, избегая взгляда Хэ Цзыю, и потер покрасневший кончик своего носа.

Телефон в его кармане внезапно завибрировал.

Сун Юньжань зашел в WeChat и увидел сообщение от Цинь Кэ: [Не грусти.]

- …

И как ты увидел, что я грущу? – подумал Сун Юньжань. - У тебя есть глаза на затылке?

Поджал губы и ответил: [Да, я подавлен. Моё благословение не подействовало.]

Телефон снова завибрировал.

Пришло следующее сообщение.

Цинь Кэ: [Кто так сказал? Может, оно сработает в следующем году?]

В следующем году?

Сун Юньжань задумался. Ждать не так уж и долго.

И напечатал: [Тогда договоримся о встрече в следующем году!]

Потом добавил еще одно указание: [Но если ты захочешь объявить о наших отношениях, предупреди меня заранее.]

Цинь Кэ: […?]

Автору есть что сказать:

Господин Сяо Сун: Я так волновался, так боялся, что он скажет чепуху!

*Император Цзы Вэй – букв. Император Полярной звезды, полное имя – Великий Император Срединного Неба, один из четырех небесных божеств.

Кажется, принц Ningdong Group не любит женщин.

- …

Сун Юньжань сунул свой телефон под нос Хэ Цзыю и прошептал:

- Посмотри на него. Я разоблачил его, а он всё притворяется тупым. Стесняется, наверное.

Хэ Цзыю прочел их переписку. По его сердцу словно проскакали тысячи лошадей. И каждая лошадь выбивала только одно слово!

Его друг детства и в самом деле инопланетянин, что ли?

Его мозг так странно работает. Совсем не так, как у нас, землян.

Он единственный, кто так воспринял слова Цинь Кэ.

Вроде бы я уже должен привыкнуть к инопланетному мышлению Сун Юньжаня, подумал Хэ Цзыю, а вслух, подражая фанатам, тонким голосом пропищал:

- Не клевещи на нашего невинного братика Цинь Кэ.

От такого писка у Сун Юньжаня закололо в висках, он потер мурашки на руках:

- Не веришь мне? Цинь Кэ только кажется зрелым, на самом деле в личной жизни он ведет себя как глупый щенок. Я, как его парень и отец, очень переживаю за него.

Хэ Цзыю закатил глаза.

Даже если я не прав, не этому умственно отсталому ребенку высказывать ему претензии, решил Сун Юньжань.

Он обеспокоенно посмотрел на Цинь Кэ. К сожалению, тот в этот момент стоял к нему спиной, и он не мог по его затылку определить настроение Цинь Кэ.

Но, судя по переписке, он своевременно успокоил своего парня.

Я такой замечательный! Сун Юньжань мысленно сложил сердечко из маленьких красных цветочков.

На взгляд Хэ Цзыю, Сяо Сун выглядел в этот момент, как примерный щеночек, который преданно искал взгляд своего хозяина.

Хэ Цзыю не утерпел и одернул его:

- Хватит так на него смотреть. После будут интервью и праздничный банкет, да? Ты же, как инвестор, тоже примешь в этом участие?

Сун Юньжань был бы не против, но у него были дела поважнее.

- Я не могу, у меня назначена встреча. Кое-кто хочет поговорить о сотрудничестве с Xinghe Entertainment.

Хэ ЦзыЮ буркнул:

- О.

Сун Юньжань спросил:

- Хочешь пойти со мной? Почему бы тебе не поучиться планировать и разрабатывать бизнес-стратегии?

Хэ Цзыю решительно отказался:

- Нет, мой идеал - быть богатым бездельникам, развлекаться и ждать смерти, - сделал паузу и добавил. - Я не похож на некоторых, кто усердно пашет, чтобы стать президентом, только для того, чтобы привлечь внимание знаменитостей мужского пола.

Сун Юньжаня рассердило его поддразнивание. Он сильно наступил на ногу своему другу детства и давил на нее, пока Хэ Цзыю не закричал «оёй».

Зачем ему привлекать внимание каких-то знаменитостей мужского пола?.. Он что порочный президент, что ли?.. Серьезные отношения это вам не шутка!

Но…

Хэ Цзыю, конечно, просто шутит. Но что подумают люди, когда узнают, что между ними действительно сложились очень необычные отношения?

Не воспримут ли это как грязную сделку между подчиненным артистом и его финансовым спонсором?

Сун Юньжань задумался.

Похоже, им рано или поздно придется озвучить их отношения.

Нужно будет тщательно продумать время и способ каминг-аута.

Сун Юньжань серьезно задумался, но, к сожалению, хорошего решения этой задачи так и не нашел.

Помахал рукой своему другу детства и направился к машине.

Через три минуты машина остановилась у частного ресторана менее чем в двух километрах от Большого театра.

Сун Юньжань потер лоб, он не ожидал, что пункт назначения окажется так близко.

Не выходя из машины, он отправил сообщение своему парню: [Я на деловой встрече. Займись своими делами, увидимся вечером в отеле.]

Цинь Кэ ответил: [Будь осторожен, не пренебрегай своей безопасностью.]

Сун Юньжань посмотрел на экран и улыбнулся.

Что ему может грозить? Он же просто встречается, чтобы поговорить о сотрудничестве. Думаешь, в ресторане в засаде засели волки и тигры?

Но он все равно послушно ответил «да», убрал телефон и вышел из автомобиля.

Человека, который пригласил его на ужин, звали Сюй. Он был художественным руководителем небольшого агентства, самый популярный артист в его компании был актер третьего уровня.

Когда он получил приглашение от господина Сюя, помощник Тан хотел отказаться.

Теперь, когда Xinghe Entertainment стала восходящей звездой в индустрии развлечений, кто только не зазывал президента Суна на званые обеды-ужины.

Но Сун Юньжань не согласился с помощником Таном.

В конце концов, Xinghe Entertainment была молодой компанией и с небольшим штатом сотрудников. К чему быть высокомерным. Почему бы не встретиться с руководством такой же не крупной компании?

Кроме того, Xinghe Entertainment собирается в будущем инвестировать в разные фильмы и телесериалы, и им возможно понадобятся актеры со стороны.

Директор компании господин Сюй зарезервировал отдельную комнату в частном ресторане.

Как только Сун Юньжань вошел в ресторан, к нему подошел официант и проводил его по извилистым коридорам в большую отдельную комнату.

Сун Юньжань отдернул занавес и удивленно поднял брови – в комнате сидели три человека.

Один из них - мужчина средних лет с пивным пузиком. Это скорей всего был директор Сюй.

Двое других, юноша и молодая женщина, оба довольно хороши собой, наверняка артисты.

Сун Юньжаньь замер. Он не ожидал, что другая сторона приведет своих подопечных.

Но не стал этим заморачиваться, вежливо поприветствовал присутствующих и сел на главное место за круглым столом (это место прямо напротив входа).

Директор Сюй, который, вероятно, пренебрегал физическими упражнениями, сощурил и без того узкие глазки:

- Для нас большая честь, что господин Сун согласился встретиться с нами.

- Не говорите так, - смутился Сун Юньжань.

Директор Сюй покачал головой:

- Господин Сун, не нужно скромничать. Ваш артист только что получил награду, а вы нашли время, чтобы встретиться с нами. Мы очень благодарны вам за это, - и будто что-то вспомнив, подозвал официанта. - Пойди и принеси нам красного вина.

Сун Юньжань понял, что они собирались обмыть их встречу.

Когда официант принес вино, директор Сюй подмигнул артистке и попросил ее налить Сун Юньжаню вино.

- Извините, я не пью. А вы можете пить, - отмахнулся Сун Юньжань и указал на чашку. - Я просто выпью чаю. Это же не формальная встреча.

У директора Сюя не было другого выбора, кроме как сдаться.

Блюда в этом ресторане не пришлись Сун Юньжаню по вкусу.

Он пару раз ткнул палочками и отложил их. Директор Сюй представил артистов, которых привел с собой.

Девушке с красивой внешностью и элегантными манерами в этом году исполнилось 19 лет. Она училась в танцевальной академии и только недавно вошла в их компанию. Юноша с изящными, словно нарисованными бровями, был похож на куклу. Он был из когорты поющих и танцующих айдолов, прошел обучение в компании, участвовал в двух шоу талантов, но так и не смог дебютировать и в настоящее время планировал сниматься в кино и телесериалах.

Сун Юньжаню их имена не были знакомы, а значит, в прошлой жизни они себя никак не проявили.

Но он не собирался из-за этого относиться к ним с предубеждением. Он слишком хорошо помнил о жалкой судьбинушке пушечного мяса. И решил для начала присмотреться к ним.

Внешность – так себе.

Красивые, но не запоминаются.

Не то, что Цинь Кэ - один его взгляд чего стоит!

Проще говоря, в актеры они не годятся.

Директор Сюй не знал, что Сун Юньжань уже вынес свое суждение, и продолжил напирать:

- Я слышал, что Xinghe Entertainment планирует инвестировать в следующий фильм режиссера Лу Цзиньи?

Сун Юньжань кивнул:

- Да, так и есть.

Это уже было обсуждено с режиссером Лу, с которой он познакомился на съемках «Неспешного праздного путешествия». Съемки являлись также частью плана развития туризма в деревне Хуалин. Хотя эта новость не была опубликована, но уже каким-то образом распространилось в их кругу.

Сун Юньжань мягко ускользнул от напора директора Сюй:

- Xinghe Entertainment – не единственный инвестор фильма. А требования у режиссера Лу, как известно, очень высоки.

Подразумевалось, что кастинг – не в его компетенции.

Директор Сюй понимающе улыбнулся:

- Конечно, мы это знаем. Мы же просто болтаем. Но посмотрите на них, господин Сун, они оба молоды и красивы. Если бы у них был шанс появиться в веб-дораме…

О, так вот в чем дело!

Сун Юньжань оценил ловкость рук директора Сюя. Тот сначала заговорил о фильме режиссера Лу, а затем, получив отказ, перешел к веб-дораме. Типа, они не амбициозные, согласны и на это.

Какой хитрец! Отказав раз, бессердечно отказывать вновь.

Сун Юньжань всё понял, но остался непреклонен.

Да, Xinghe Entertainment намеревалась инвестировать в несколько веб-дорам. Взять на второстепенные роли артистов со стороны - это в его силах, но он серьезный президент и не собирался набирать актеров только по рекомендациям. И никаких исключений быть не может.

Но отказывать напрямую – не слишком ли безжалостно?

Сун Юньжань взял свою чашку с чаем и, прежде чем смог придумать хороший ответ, услышал:

- Манман, чего ты ждешь? – заговорил директор Сюй. - Разве ты не видишь, что чашка господина Суна пуста?

Девушка быстро встала, взяла чайник и, мило улыбаясь, подошла к Сун Юньжаню:

- Господин Сун.

Ее голос звучал мягко и сладко, как у поющей утром за окном иволги. У обычных людей от такого щебета сладко покалывало в груди, и плавились кости.

Но Сун Юньжань не был обычным человеком.

Он передал ей чашку и искренне поблагодарил:

- Спасибо.

Манман замерла, как и ее улыбка на лице, слегка наклонилась, обнажая белоснежную кожу в вырезе платья.

Нежно посмотрела на Сун Юньжаня, и якобы непреднамеренно коснулась кончиками своих пальцев ладони Сун Юньжаня.

- ?

Сун Юньжань недоумевал - почему этот человек наливает чай, не глядя, куда льет? А что, если ошпарит его этим кипятком?!

Даже непрофессиональные официанты так не поступают.

Он великодушно искал уважительную причину для такого поведения Манман, но в следующий момент девушка как-то неловко взмахнула рукой, и кипяток из чайника выплеснулся на стол, потек по гладкой столешнице и закапал на пол.

Лимит терпения Сун Юньжаня подошел к концу. Он с недовольным видом уклонился от капающего чая, едва спасши свои брюки.

Красавчик! - аплодировал он себе в душе. Как я ловко уклонился!

Директор Сюй:

- …

Манман:

- …

Манман растерянно посмотрела на директора Сюя, потом перевела глаза на Сун Юньжаня и бросилась извиняться:

- Извините, извините, извините. Господиг Сун, вы не обожглись?

И, схватив несколько салфеток, в соответствии со сценарием, приступила к действию.

Сун Юньжань посмотрел на руку девушки, быстро приближавшуюся к интимной части его тела, и в ужасе закричал:

- Что ты делаешь?

Затем, воспользовавшись повисшей паузой, отодвинул свой стул подальше от чужой шаловливой ручки.

Атмосфера в комнате накалилась до предела.

Зрачки Сун Юньжаня залили почти всю радужку. Он, наконец, всё понял.

Да, в этом ресторане и в самом деле затаились шакалы и тигры. Так вот какова была цель встречи директора Сюя с ним.

Манман испуганно присмирела. Лицо ее побледнело.

Это был первый раз, когда ее агент заставил ее так непорядочно поступить. Гнев Сун Юньжаня привел ее в чувство, гордость ее была серьезно задета.

Увидев, что ситуация вышла из-под контроля, директор Сюй попытался сгладить ситуацию:

- Господин Сун, не сердитесь. Она еще очень молода. Обычно она не позволяет себе такой небрежности. Она такая неуклюжая.

Сун Юньжань с сомнением посмотрел на Манман. Та нервно крутила салфетку в руках. И он засомневался – а вдруг он все неправильно понял?

Но странное чувство не покидало его.

Как-то это странно, - подумал он. - Нужно найти предлог и поскорее уйти.

Директор Сюй активизировал свои мозги и проанализировал весь эпизод с Манман. И, вспомнив испуганный взгляд Сун Юньжаня, как будто хрупкая маленькая девочка была каким-то ужасающим зверем, кажется, прозрел.

Кажется, принц Ningdong Group не любит женщин.

Но это не беда, к счастью, он явился подготовленным!

Директор Сюй воспрял духом:

- Чего-то не хватает для нужной атмосферы, - повернул голову и посмотрел на юношу, сидящего рядом. - Разве там нет микрофона? Иди и спой, пусть господин Сун тебя послушает.

Юноша кивнул и бросил на Сун Юньжаня горящий взгляд:

- Какие песни любит слушать господин Сун?

Сун Юньжань:

- …

Почему этот человек так говорит? Он что, болен?

Медленно, но все же до Сун Юньжаня дошло, что происходит.

Да, без такой сцены ни один любовный роман не обходится. Каждый успешный президент неизбежно сталкивается с подобной ситуацией.

А директор Сюй-то у нас настоящий талант, оказывается. Не удалось девице его соблазнить, тут же послал в бой юношу.

А он хорош, с восхищением подумал Сун Юньжань.

Автору есть что сказать: Испытайте на себе то, что пережили миллионы генеральных директоров.

Кто сказал, что это не твоя награда?

На Сун Юньжаня неотрывно смотрели три пары глаз. Он чувствовал себя блюдом на столе, монахом в пещере, кого готовы растерзать три огромных паука!

Древние мудрецы были правы - мир похож на поле битвы. Опасность таится повсюду.

Возможно, это судьба всех, кто забрался на вершину.

Хочешь носить корону, удостоверься, что выдержишь ее вес. И Сун Юньжань это понимал.

Но когда он подумал, что отказался от праздничного банкета в честь Цинь Кэ, променяв его на этот убогий ужин, в нем разгорелся гнев.

Цинь Кэ так любит его, а он, зная это, выбрал не своего парня, а работу. Цинь Кэ, должно быть, сейчас так грустно.

Перед Сун Юньжанем предстала мрачная картина.

Праздничный ужин в самом разгаре. Каждый присутствующий считает своим долгом подойти и поздравить Цинь Кэ, а тот вежливо благодарит их, пряча разочарование в своих покрасневших глазах. Шампанское льется рекой, а в его глазах стоят невыплаканные слезы.

Может быть, он даже забился в темный угол с бутылкой шампанского, потянулся рукой к своему телефону, чтобы позвонить своему парню и выплеснуть свои обиды, но сдержался, рука обмякла и грустно повисла.

Какая жалкая картина, ох.

Сун Юньжань понимал, что не может оставить такую подставу без внимания.

Окинул взглядом этих пауков, определив автора этой западни.

Артисты – народ подневольный. Если бы их не подстрекало их начальство, они бы не осмелились устраивать ловушку для него.

Во всем виноват, конечно, директор Сюй.

Сун Юньжань посмотрел на него как на покемона:

- Может быть, вам спеть?

Лицо директора Сюй напряглось:

- Господин Сун, вы, должно быть, шутите.

- Не шучу. Мне нравится смотреть, как непрофессиональные люди делают непрофессиональные вещи.

Сун Юньжань наклонил голову, его взгляд был искренним, а глаза - ясными и яркими:

- Не стесняйтесь, расслабьтесь и спойте нам пару песен, а мы послушаем.

Невинный взгляд президента Суна обманул хитрого директора Сюя. Тот послушно встал перед микрофоном и спросил:

- Что… что вы хотите услышать, господин Сун?

Сун Юньжань посмотрел на тушеную утку на блюде, стоявшем на столе:

- Давайте начнем с песни «Counting Ducks».

- …

Директор Сюй впал в ступор - разве это не детская песенка?

И наконец-то сообразил, что Сун Юньжань и не собирался слушать его пение, а просто издевался над ним!

Но спорить с президентом Суном не решился.

Когда зазвучала безыскусная мелодия детской считалочки, атмосфера похоти и разврата в комнате резко изменилась. С такой абсурдной ситуацией никто из присутствующих никогда не сталкивался.

Директора Сюя никогда еще так не унижали.

А когда Сун Юньжань включил камеру на своем телефоне, щеки престарелого певца мгновенно окрасились в цвет свиной печени, дыхание стало прерывистым. И он фальшиво запел.

- Пффф, - Манман не смогла удержаться и громко рассмеялась и тут же в ужасе прикрыла рот рукой.

У юноши рядом с ней уголки губ дернулись, он сжал их, изо всех сил стараясь не расхохотаться.

Сун Юньжань изначально планировал заставить директора Сюя спеть еще несколько песен, но голос последнего так резал уши, что Сун Юньжань боялся не дожить до встречи с Цинь Кэ.

Он повернулся к парочке, что с трудом сдерживала смех, и поучительно выдал:

- Если не будете вести себя хорошо, станете таким же посмешищем.

Они хотели кивнуть, но не осмелились.

Если бы ресурсы можно было получать, не жертвуя своим достоинством, кто бы ни согласился на это?

Они всего лишь маленькие артисты, а директор Сюй занимает высокое положение в компании, как они смеют не слушаться его.

Сун Юньжань понимал это:

- Кто главный босс вашей компании?

Юноша тихо прошептал имя.

- А, он, - Сун Юньжань был президентом уже год, кое-какие контакты уже  появились, он достал телефон, набрал сообщение, щелкнул «отправить» и  продемонстрировал это невинным «овечкам». - Не волнуйтесь, завтра директор Сюй будет уволен.

Потом встал и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Прежде чем дверь закрылась, до его ушей донесся удивленный девичий голос:

- Он такой красивый.

Это так!

Сун Юньжань гордо выпятил грудь и почувствовал, как красный галстук на его груди стал еще ярче.

Через три минуты Сун Юньжань уже был в отеле.

Он только что сделал доброе дело, поборов зло. Он уверенно вышел из машины, гордо подняв голову, словно нес мир людям.

Цинь Кэ должен был вернуться на съемочную площадку завтра утром, поэтому Сун Юньжань тоже решил не возвращаться домой, а, как и Цинь Кэ, остановиться в гостиничном номере, предоставленном организаторами фестиваля.

Сун Юньжань взял у водителя ключ-карту от своего номера и величественно прошествовал в лифт.

Войдя в свой номер, резко остановился, увидев свет в гостиной.

Из гостиной вышел Цинь Кэ, услышавший звук открывающейся двери:

- Встреча закончилась?

- Ты, ты не ходил на праздничную вечеринку?

Сун Юньжань в недоумении застыл. Ты все это время грустил, мой драгоценный сын?

Цинь Кэ втянул его в комнату:

- Из нашей команды на церемонии присутствовало всего три человека. Какой банкет на троих?! После интервью мы просто поужинали в ресторане отеля и разошлись.

… Так той слезливой сцены с Цинь Кэ в ресторане не было?

Чувство вины в сердце Сун Юньжаня тут же слегка поутихло. Он присел на диван:

- Даже если вас было всего трое, вы все равно могли бы пойти в другое место и не расходиться так быстро.

Цинь Кэ потупился.

Режиссер действительно предлагал продолжить празднование, но режиссеру и продюсеру было уже под пятьдесят, они устали и не хотели куда-то идти.

Цинь Кэ, не задумываясь, отказался от предложения посидеть с ними в ресторане отеля.

Сун Юньжань был расстроен.

Его бедный сын в такой триумфальный для него день остался один. Бедный, бедный Цинь Кэ. Что за праздник для преданного сына без любящего отца?!

Он дернул Цинь Кэ за рукав:

- Ладно, не грусти. Я же вернулся.

- ...Мне не грустно.

Увидев такую стойкость, Сун Юньжань почувствовал себя еще более виноватым.

Он вспомнил, как утешал его в детстве Сун Цзидун, и похлопал Цинь Кэ по руке:

- Где твой трофей? Покажи его папе.

Цинь Кэ сходил в спальню и принес статуэтку.

Награда китайского кинофестиваля была выполнена в виде хрустальной статуэтки - виток золотой кинопленки на прямоугольном основании.

На мгновение Сун Юньжань обо всем забыл. Затаил дыхание и протянул было руку, чтобы прикоснуться к статуэтке, но почему-то так и не решился на это.

В прошлой жизни он тоже был номинирован на премию «Лучший дебют».

Закончилось для него все очень печально. Вручение этой награды он наблюдал из зрительного зала. Статуэтку получил Цинь Кэ, а он получил нагоняй от своего агента за то, что не смог скрыть от камеры несчастного выражения на своем лице.

Он никогда не думал, что однажды окажется так близко к этому трофею, сможет протянуть руку и прикоснуться к этой недосягаемой награде.

Цинь Кэ посмотрел на его поникшие щенячьи глазки и прикусил нижнюю губу.

- Это тебе, - вручил он статуэтку своему несчастному боссу.

- ???

Сун Юньжань удивлённо поднял голову и сердито проворчал:

- Хочешь унизить меня?!

- …

- Это не я лучший дебютант.

Он пытался выглядеть невозмутимо, как и положено президенту. Хотя в его глазах пылала неутолимая жажда -  я так хочу прикоснуться к этой статуэтке, подержать ее, погладить ее хрупкие грани…

Чтобы не сорваться, он даже заложил руки за спину.

Цинь Кэ растерянно улыбнулся, поднял подбородок Сун Юньжаня и припал к его губам, прошелся по ним своим язычком и нежно всосал горестно вздернутую верхнюю губку обиженного щеночка.

- Кто сказал, что это не твоя награда?

У Сун Юньжаня от поцелуя закружилась голова. Его мозг готов был вот-вот отключиться. Последняя промелькнувшая в его больном мозгу мысль была – а ведь с этим не поспоришь!

Цинь Кэ - лучший новичок, но Цинь Кэ - его парень и любимый сын.

Выходит, «Лучший дебют» - и его награда тоже?

- Раз ты так говоришь, я приму эту награду, - кивнул Сун Юньжань, взял статуэтку и с серьезным лицом заметил. - В любом случае, ты – член моей семьи. Я буду хранить ее для тебя.

В глазах Цинь Кэ зажглись смешинки:

- Что мое, то твое.

Сун Юньжань был так счастлив, поднес статуэтку к торшеру у дивана, чтобы полюбоваться изящным символом кинотворчества. Свет в его глазах горел ярче хрусталя, из которого была изготовлена награда.

В этот момент Цинь Кэ внезапно спросил:

- А твой ужин, почему так рано закончился?

- Даже не хочу об этом говорить. Я ходил на встречу с одним директором и не знал, что… - Сун Юньжань остановился, не договорив, осознав, что не может сказать правду.

Цинь Кэ отказался от праздничного ужина и ждал его в отеле. Что он подумает о нем, если узнает, что Сун Юньжань бездарно потратил свое время.

И Сун Юньжань быстро изменил концовку:

- Я не знал, что его помыслы будут нечисты, поэтому так быстро ушел.

Цинь Кэ понял, что ему не говорят всей правды:

- Да?

- Почему же еще? - засуетился Сун Юньжань. - Ты еще не снял макияж, уже поздно, Иди, смой его и прими душ. Поторопись, завтра тебе рано вставать.

Цинь Кэ недоверчиво посмотрел на него, но ничего не сказал.

Выпроводив своего парня в душ, Сун Юньжань испустил вздох облегчения.

И поспешно позвонил помощнику Тану, сообщил ему о внесении директора Сюя в черный список и попросил в будущем быть осторожнее при выборе партнеров.

Помощник Тан пообещал и тут же громко крикнул:

- Господин Сун! Что вы делали сегодня вечером?

Сун Юньжань аж вздрогнул от неожиданности:

- Что я сделал?

Помощник Тан добавил в свой голос многозначительности:

- Я только что узнал, что сегодня вас сфотографировали, когда вы ужинали с парочкой молодых артистов в очень интимной обстановке.

Сун Юньжань окаменел.

Почему стоит ему только выйти из дома, как его тут же кто-то фотографируют? Это что, его проклятие?!

Помощник Тан немедленно переслал ему фотографии.

Сун Юньжань был шокирован - это действительно были снимки с его сегодняшнего ужина.

Судя по ракурсу, фотограф снимал через окно. На одной фотографии Манман наливает чай и как бы случайно касается его руки. На другой – Манман и юноша склоняются к нему, рассматривая что-то в его телефоне, а он в этот момент радостно улыбается.

Из-за расстояния и угла съемки, плохого качества изображения и странной композиции все выглядело так, будто Сун Юньжань находится в двойных, слева и справа, объятиях.

- Какого черта! - разозлился Сун Юньжань. - Все было совсем не так, как на фотографиях.

Помощник Тан, конечно, предпочел поверить своему президенту:

- Кто-то, видимо, хочет намеренно подставить вас. Не волнуйтесь, я немедленно свяжусь, чтобы эти фото удалили.

У Сун Юньжаня перехватило дыхание:

- Фотографии были загружены в интернет?

- Да и быстро репостятся, - и помощник Тан предположил. - Так быстро, что, подозреваю, это было запланированное нападение. Возможно, это конкурент Xinghe Entertainment.

Повесив трубку, Сун Юньжань рухнул на диван и погрузился в оцепенение.

Он никогда не думал, что, став президентом развлекательной компании, столкнется с такими недобросовестными конкурентами, которые будут распространять грязные фото со скоростью коронавируса.

Значит, сегодняшний ужин - это ловушка, придуманная директором Сюем?

Сун Юньжань нахмурился. Это невозможно!

Директор Сюй не посмел ослушаться его и спел «Counting Ducks», откуда у него столько смелости, чтобы чернить его с помощью этих снимков?!

Но если это не директор Сюй, то кто тогда нацелился на него?

Сегодня такой хороший день - Цинь Кэ получил награду.

Если это конкурент Xinghe Entertainment, не лучше ли было в такой день ему напасть на Цинь Кэ?

Конечно, Сун Юньжань не хотел, чтобы Цинь Кэ тайно фотографировали. В конце концов, он - президент, ему грязная информация не особо навредит. А вот артисту пришлось бы нелегко, можно было и всех ресурсов лишиться.

- К счастью, сфотографировали не Цинь Кэ, - резюмировал Сун Юньжань, тоскливо посмотрев на хрустальную статуэтку. И тут же вскочил.

Блин! Что он только что сказал Цинь Кэ о сегодняшнем ужине?

«Встречался с директором…»

Сун Юньжань вспомнил эти слова и в раздражении хлопнул себя по голове.

Зачем я солгал?

Когда Цинь Кэ увидит эти фотографии, то подумает, что я делал что-то плохое за его спиной!

Если начну оправдываться, это будет выглядеть так, словно у меня совесть нечиста!

Сун Юньжань ходил взад-вперед по гостиной. Во рту даже пересохло от беспокойства.

Он открыл холодильник, достал банку с каким-то напитком, дернул за колечко и сделал несколько глотков, попутно прикидывая, как объяснить все Цинь Кэ.

Когда весь напиток перекочевал в желудок Сун Юньжаня, дверь, ведущая в спальню, заскрипела.

Сун Юньжань обернулся и виновато, словно нашкодивший ребенок, посмотрел на Цинь Кэ.

На Цинь Кэ был белый гостиничный халат, вырез обнажал гладкие крепкие грудные мышцы.

Если поднять взгляд выше, можно было увидеть изящный изгиб шеи, красивой формы адамово яблоко и четкую линию челюсти.

Какой же красивый!

Даже когда он хмур или задумчив, выглядит намного красивее обычных людей.

Сун Юньжань, не отводя взгляда, смотрел на Цинь Кэ. О! А почему их стало двое?

Сун Юньжань покачал головой и сощурился. Потом встряхнул головой – и перед ним появилось уже трое Цинь Кэ.

Ого, клонирование уже возможно?!

Сун Юньжань потрясенно наблюдал, как к нему подошли трое Цинь Кэ и дружно спросили:

- … ты пил?

- А?

Он опустил голову и прищурился, чтобы разглядеть пустую банку в своей руке. Это был не напиток, а пиво.

Неудивительно, что у него был такой неприятный вкус.

Сун Юньжань наморщил нос:

- Черт, я опять напился.

Цинь Кэ:

- … а?

- Меня ждет очередное перерождение, - с безысходностью в голосе прошептал Сун Юньжань.

Автору есть что сказать:

Вовсе необязательно.

Разве ты не знаешь, что Ningdong обанкротилась?

В первый раз все в новинку, во второй – полегче, есть протоптанные тропинки.

Наученный опытом, Сун Юньжань проковылял в спальню, завалился на кровать, накрылся одеялом и стал ждать нового перерождения.

Цинь Кэ, вздохнув, поплелся за ним и присел на край кровати:

- Почему ты вдруг напился?

Сун Юньжань не хотел ничего объяснять. Лежал и считал звезды в темных глазах Цинь Кэ, сердце его наполнилось грустью прощания:

- Когда мы снова встретимся, я тебе точно не понравлюсь.

Да, в этот раз он напился не из-за обиды на Цинь Кэ, поэтому его очередное перерождение никак не повлияет на главного героя.

А значит, на каком бы этапе он не переродился, Цинь Кэ он не понравится.

Воспоминания об их второй жизни будут стёрты, и ему придётся немало потрудиться, чтобы заставить Цинь Кэ назвать его отцом и склонить перед ним голову.

Это так несправедливо, - уныло размышлял Сун Юньжань. - Неужели такова истинная судьба пушечного мяса?

Цинь Кэ погладил его по голове:

- Не говори чепухи. Ты пьян, сначала поспи, а когда снова откроешь глаза, ты обнаружишь, что ты мне все еще нравишься.

- Глупый, ты знаешь, что если я засну, то меня ждет перерождение, и при этом убеждаешь меня уснуть! - сердце Сун Юньжаня было разбито, он был так зол, что хлопнул по кровати. – Я тебе что – собака?!

- …

- Хочешь завести себе другого отца? – сердито закричал Сун Юньжань. – Я тебе не позволю! Я запрещаю тебе иметь другого отца, даже биологического!

Цинь Кэ поджал свои тонкие губы. Что за чушь! Зачем ему заводить другого отца?

И вообще Сун Юньжань же не пьет. Ну как можно было напиться с одной банки пива?!

Что-то случилось, пока он ходил в душ?

Надо посмотреть новости в интернете. Цинь Кэ протянул руку, пытаясь дотянуться до своего телефона на тумбочке.

Сун Юньжаня его неожиданное движение так напугало, что он резко вскочил, и, как маленькое пушечное ядро, врезался в грудь Цинь Кэ.

Цинь Кэ, застигнутый врасплох, едва удержался на кровати, избежав трагического падения на пол. Но маленький дьявол не сдавался, крепко вцепился в воротник халата Цинь Кэ, норовя свалить его с постели.

Халат, который был слегка расстегнут, соскользнул с плеч Цинь Кэ.

Сун Юньжань поднял голову и нервно зашептал:

- Не смотри в телефон.

Дыхание Цинь Кэ невольно участилось. Горячая щека и теплое дыхание человека в его объятиях горячили кожу на его груди, с каждым вздохом Сун Юньжаня легкий запах алкоголя медленно поднимался и пьянил голову Цинь Кэ.

Он изо всех сил пытался успокоиться и тихо переспросил:

- Даже быстро взглянуть нельзя?

Сун Юньжань отчаянно замотал головой, от этого она закружилась еще сильнее. Он жалобно заныл:

- Не верь тому, что там говорят. Я не сделал ничего плохого.

Такое заявление звучало очень подозрительно.

Цинь Кэ, естественно, верил своему Сяо Суну, что никак не влияло на его подозрения, что мозг Сун Юньжаня в очередной раз начал работать с перебоями.

Молчание Цинь Кэ смыло всю уверенность Сун Юньжаня в унитаз.

Он обиженно скривил губы:

- Меня обвинили ошибочно.

- Эм?

- На самом деле, я никого не обнимал, - Сун Юньжань посмотрел на Цинь Кэ влажными от наплывающих слез глазами и торжественно объявил. - Я – только твой отец и буду твоим отцом всю оставшуюся жизнь. Дикие посевы и сорняки меня не интересуют!

Прозвучало гордо.

Но следующие слова прозвучали уже по-другому, жалобно и тоскливо:

- Но в следующей жизни ты даже не будешь знать об этом. И когда ты увидишь меня, я тебе не понравлюсь, подумаешь - какое-то пушечное мясо, и ты отшвырнешь меня со своего пути!

Отлично, снова вернулись к перерождению.

В голове Цинь Кэ носилось уже столько вопросительных знаков, что их хватило бы на создание олимпийской сборной. Цинь Кэ выдернул ворот своего халата из рук Сун Юньжаня и осторожно уложил пьяного, бормочущего парня обратно на кровать, успокаивающе погладив того по его больной головушке:

- Я не буду отшвыривать тебя.

- Откуда ты знаешь? – возмущенно засомневался Сун Юньжань.

Пьяного человека не так-то легко урезонить, понял Цинь Кэ.

Он решил сменить подход:

- Как это возможно? Если я тебя пну, ты пнешь меня в ответ.

Сун Юньжань от возмущения с трудом раскрыл свои заплывшие глазки и прибавил громкости:

- Ага, я так и знал, что ты захочешь меня пнуть!

Цинь Кэ:

- …

Не сработало.

- Я так хорошо к тебе относился, а ты все еще хочешь меня пнуть, - грустно заявил Сун Юньжань. - Цинь Кэ, у тебя нет сердца.

В этой ситуации, кажется, что ни скажешь, останешься виноват.

Цинь Кэ потер виски и подумал, что ему лучше молчать.

Однако Сун Юньжань отказывался сдаваться, снова сел в кровати и пробубнил:

- Почему ты хочешь меня пнуть?

- …Ты ослышался, я сказал, что хочу пнуть себя, - попытался вразумить пьянчужку Цинь Кэ.

- Я не позволю тебе издеваться надо мной, - Сун Юньжань решил напомнить сыну об отцовской любви. - Послушай меня, папа очень тебя любит. Ты должен беречь себя. Необязательно быть безжалостным к себе. Иногда надо себя баловать.

Цинь Кэ удивленно посмотрел на него – откуда такие серьезные речи?

Сун Юньжань пьяно усмехнулся:

- Ты не знаешь, тетя Цинь мне много рассказала о тебе тогда, во время Нового года. Сказала, что ты с самого детства был разумным. Другие дети во время каникул били баклуши и хулиганили. А ты каждый день на велосипеде привозил тетушке обед на работу. Однажды ты упал с велосипеда и разбил себе колени. И если бы она не нашла в мусорном ведре окровавленную ватку, ты скрывал бы это от нее до конца своей жизни.

Воспоминания из детства картинками выплыли в памяти Цинь Кэ.

Для него это были быстро сменяющие друг друга зимний холод и летняя жара.

Он никогда не считал, что его детство было несчастливым.

Но…

- Еще тетушка сказала, что я выгляжу как избалованный ребенок, но она рада, что мы с тобой подружились. Потому что рядом со мной, таким шумным и искренним, и  ты научишься открывать свое сердце, и тебе не придется в одиночку бороться с жизненными трудностями.

Цинь Кэ рассмеялся.

Он действительно хотел встретить кого-то теплого, как солнце, и вспоминать о своем трудном детстве с нежностью, а в будущее идти с уверенностью и надеждой.

Сун Юньжань нервно заморгал:

- Запомни все, что я сказал. После перерождения рядом с тобой больше не будет такого заботливого отца. Будь сильным в следующей жизни и помни мое трогательное напутствие.

- …Оно меня совсем не тронуло, - Цинь Кэ ущипнул его за щечку и нахмурился. - Похоже, ты действительно не умеешь пить.

- Я никогда не умел пить, - Сун Юньжань похлопал Цинь Кэ по ущипнувшей его щечку руке и вдруг встрепенулся. - Что за звук?

Цинь Кэ вздохнул:

- Кажется, это звонит твой телефон.

Из гостиной донеслось еще несколько звонков.

В Сун Юньжане вдруг взыграл дух противоречия:

- Нет, ты ослышался.

- Я не ослышался, - мягко убеждал его Цинь Кэ. - Может, у кого-то срочное дело к тебе. Давай я отвечу за тебя, или ты ответишь сам?

Сун Юньжань был в ярости:

- Почему ты не веришь своему отцу?! - он выбрался из кровати и босиком рванул в гостиную, вернулся с трезвонящим телефоном в руке и на глазах у Цинь Кэ выключил его, а потом нахально заявил:

- Видишь, он спит, он не звонит.

Цинь Кэ замер. Он успел увидеть на экране имя звонившего.

Если я не ошибаюсь, то звонила… Бай Ваньнин.

- Ты не ответил на звонок матери, - заметил Цинь Кэ и припугнул его. – Не боишься, что она отругает тебя?

Сун Юньжань задрожал. Даже алкоголь не смог полностью изгнать из его памяти образ суровой матери.

Когда он подумал о Бай Ваньнин, негласной главе их семьи, ему поплохело.

Отчаяние совсем затмило его мозги, похерив всякую реальность.

- Хватит врать отцу! - Сун Юньжань вернулся в кровать, положил телефон на соседнюю подушку, натянул на себя одеяло, прикрыв и телефон. - Мы спим. Мы ничего не знаем.

Цинь Кэ:

- …

Он не понимал, зачем Сун Юньжань укрыл одеялом свой телефон – боялся, что тот простудится?

Минуту спустя Цинь Кэ осторожно поднял пушистое одеяло и обнаружил, что Сун Юньжань уже уснул.

Его ресницы легко трепетали, словно крылья тутовых шелкопрядов. С лица еще не сошел румянец, вызванный выпитым алкоголем. Дыхание было едва слышно.

Похоже, его очередное перерождение оборвал неожиданный звонок матери.

Цинь Кэ долго смотрел на пьяную красавицу, потом вздохнул и включил свой телефон, чтобы узнать причину сегодняшнего пьянства Сун Юньжаня.

Ответ был найден в течение минуты. Прямо в первый строчках горячих новостей.

Массовое перемывание косточек президента Xinghe Entertainment привело Цинь Кэ в ярость.

Он вспомнил страстные заверения Сун Юньжаня и догадался, что так мучило этого человека.

Цинь Кэ в отличие от этих кумушек-сплетниц прекрасно знал, что Сун Юньжань так бы не поступил.

И что его особо беспокоило, так это…

Маркетинговая атака на его парня явно была со стороны знакомой ему из прежней жизни компании.

Эта компания была тесно связана с его бывшим менеджером Сюй Пином.

Всё ясно, подумал Цинь Кэ.

Он взял «спящий» телефон Сун Юньжаня, включил его и разблокировал с помощью отпечатка пальца спящей жертвы чужих пересудов.

Через несколько секунд телефон зазвонил.

На этот раз звонил Сун Цзидун.

Цинь Кэ нажал кнопку «принять звонок», но не успел ничего сказать.

- Малыш, ты, наконец, ответил на звонок! Ты до смерти напугал своего папу! – услышал он.

- …

Малыш?

Сун Цзидун, не ожидая ответа, продолжил причитать:

- Не бойся, малыш, мама и папа уже все поняли. Вся эта шумиха направлена против Ningdong Group, чтобы снизить цену акций нашей компании. Этот сукин сын осмелился направить на тебя нож! Папа не позволит этому Лу, Лу…

Цинь Кэ тихо подсказал:

- Лу Няньтину?

- Да, ему! – подтвердил Сун Цзидун и тут же сменил тон. – А ты кто?

Цинь Кэ:

- Я…

- Почему у тебя телефон Юньжаня? - сердито заорал Сун Цзидун. - Быстро дай ему трубку!

- Боюсь, он не сможет сейчас ответить, он уже спит…

Сун Цзидун впал в панику:

- Как ты посмел похитить его! Это Лу Няньтин послал тебя?!

- …

Цинь Кэ оторопел. Его не посылал Лу Няньтин. Он просто был сыном Лу Няньтина.

Кажется, он, наконец, всё понял.

Одно осталось без объяснения – почему мозг Сун Юньжаня всегда так странно работает?

В три часа ночи Сун Юньжань проснулся.

Некоторое время он бездумно пялился в потолок. Мозговое вещество в его черепушке было подобно мягкому хлопку, и не могло дать ему ответ, что с ним произошло.

Кто я? Где я? Какой сейчас год?

Голова так болела, что Сун Юньжань обхватил ее руками и застонал, перевернулся и замер.

В темной комнате почему-то горела маленькая лампа.

Теплый тусклый свет падал на спящего рядом человека, Цинь Кэ.

- ???

Сун Юньжань протянул руку и осторожно коснулся его губ. Его словно ударило током.

Он ощутил чужое дыхание.

Это живой человек.

Но разве он не переродился заново?

Почему рядом с ним спит Цинь Кэ?

Он… не переродился?

У Сун Юньжаня от множества вопросов даже голова закружилась. Он медленно сел и огляделся в поисках своего телефона – хотя бы время он может узнать.

Телефон обнаружился на тумбочке с другой стороны кровати.

Сун Юньжаню ничего не оставалось, как, опершись одной рукой на подушку, другой постараться дотянуться до своего мобильного устройства.

Почувствовав движение, Цинь Кэ проснулся.

Открыл глаза, его взгляд медленно скользнул по склоненному над ним лицу,  сознание постепенно вернулось к нему.

- Проснулся? – прошептал он.

- … Хм, - Сун Юньжань слегка занервничал и неуверенно уточнил. - Ты меня знаешь?

Цинь Кэ рассмеялся:

- А что?

Сун Юньжань, не ослабляя бдительности, фиг знает, переродился он или нет, решил прощупать почву:

- Какие у нас с тобой отношения?

Цинь Кэ помолчал, раздумывая, не подразнить ли ему этого Рихарда Зорге. Сел и лениво оперся на кровать:

- У тебя амнезия?

Сун Юньжань осторожно двинулся дальше:

- Может, я что-то и забыл, но не полностью потерял память.

Цинь Кэ, еле сдерживая смех, выдавил из себя:

- Это и есть амнезия, - пригладил свои спутанные со сна волосы и спокойно объявил. - Разве ты не знаешь, что Ningdong обанкротилась?

- Что?!

В Сун Юньжаня словно ударила молния - как такое могло случиться?! Разве Ningdong вообще может обанкротиться?

- Чтобы погасить долг, семья Сун продала тебя мне, - бесстрастно сообщил Цинь Кэ.

Сун Юньжань покачал головой:

- Не может тыкого быть. Мои родители меня очень любят, они бы не продали меня.

Цинь Кэ согласно кивнул:

- Они и не хотели этого делать, но у них не было выбора.

Разверзнувшийся перед ним ад заставил Сун Юньжаня содрогнуться.

Он отшатнулся и испуганно пропищал:

- А почему мы спим в одной кровати? Мы…

Цинь Кэ помедлил и с серьезным видом подтвердил:

- Именно так, как ты и думаешь.

А откуда, собственно говоря, Цинь Кэ взял деньги?

В сознании Сун Юньжаня вдруг зазвучала «Симфония судьбы» Бетховена.

Страстная мелодия, словно беспощадная судьба, сжала своей безжалостной рукой его хрупкое маленькое сердце, вмиг разрушив его счастливую жизнь.

В прошлой жизни… в прошлой жизни у него был помощник, который очень любил читать онлайн-романы. Под его влиянием он тоже подсел на такое чтиво.

В таких новеллах часто встречался такой сюжет: молодой благородный господин попадал в руки плохого парня, и его заточали в маленькую темную комнату. Потом следовало много глав с названиями типа «Ты не выйдешь отсюда» и «Кричи не кричи, никто не спасет тебя». Герою предстояло пройти через серию физических и моральных пыток, и только тогда наступал счастливый конец!

Сун Юньжань никак не ожидал, что сценарий его жизни после второго перерождения будет похож на сюжет такого онлайн-романа.

Он посмотрел на Цинь Кэ.

Тот был хоть и молод, с ленивой осанкой, но глаза его – остры, между бровями пряталась жесткая складка.

Черт, они же еще на ранней стадии физического насилия, так ведь?

Сун Юньжань испуганно сжался. Как будет издеваться над ним этот Цинь Кэ? Он же не будет мучить его так, как написано в тех книгах?..

Сун Юньжань очень надеялся на это.

По ощущениям, дискомфорта, кроме головной боли, в других частях тела не наблюдалось.

Значит, Цинь Кэ еще не воспользовался им?

Сун Юньжань почувствовал небольшое облегчение и тихо спросил:

- С моими родителями все в порядке?

- Да, - кивнул Цинь Кэ и пристально посмотрел на него. – С твоей Моникой тоже все в порядке.

О, хорошо, подумал Сун Юньжань, неважно, если моя семья обеднела, главное, что они все живы и здоровы.

Внезапно он кое-что заметил:

- А почему я сплю в одежде?

И эта одежда…

Эта же одежда была на нем на церемонии награждения, где он присутствовал как крупный инвестор и президент Xinghe Entertainment. Разве нет?

Сушняк и легкое головокружение тоже идеально укладывались в посещение церемонии и последующее празднование с выпивкой.

Чтобы развеять подозрения Сун Юньжаня, Цинь Кэ спокойно объяснил:

- Вчера вечером тебя накачали алкоголем.

Сун Юньжань:

- … а?

Глаза Цинь Кэ яростно засверкали:

- Вот ты никогда меня не слушаешь. Вчера, чтобы спасти Ningdong Group, ты сбежал и отправился на встречу с их бывшими партнерами. Они обманом заманили тебя в бар. Если бы я вовремя не прибыл, тебя бы уже продали в рабство.

Сун Юньжань был шокирован. Он и представить себе не мог, что окажется таким ответственным и, рискуя своей жизнью, ринется спасать семейный бизнес. А потом, как верная канарейка, вернется в свою клетку.

Да я прирожденный гендиректор!

Но Цинь Кэ, кажется, не порадовал мой поступок.

А известно, что когда хозяин злится, канарейку ждет наказание.

Сун Юньжань не хочет, чтобы его наказывали. Особенно этот Цинь Кэ, в отличие от прошлого, этот ему не нравится.

Поэтому он не желал иметь никаких отношений с этим человеком, одновременно и знакомым, и совсем чужим ему.

- Кажется, от меня пахнет алкоголем, - Сун Юньжань осторожно развернулся к Цинь Кэ. - Можно мне пойти принять душ?

Послушный вид напуганного Сун Юньжаня поразил Цинь Кэ в самое сердце, и он решил сказать ему правду. Попозже, когда тот выйдет из душа.

Когда дверь ванной закрылась, Цинь Кэ включил верхний свет в спальне.

Раньше он оставил гореть только маленький светильник, потому что боялся, что Сун Юньжань проснется посреди ночи и свалится с кровати.

Оказывается, господин Сун был намного забавнее, чем он себе представлял.

Спальню залил яркий свет.

Цинь Кэ пошел во вторую ванную комнату и умылся, избавившись от сонливости.

Потом вернулся в спальню и некоторое время смотрел в свой телефон.

Информация и фото о частной встрече Сун Юньжаня с молодыми артистами была удалена из горячего поиска. Только на форуме светских новостей все еще паслось несколько неугомонных сплетников, переливая из пустого в порожнее и муссируя уже исчезнувшую новость.

Мамочки-фанатки были убеждены, что их малыш невиновен, другие же болтуны сетовали, как порой обманчив внешний вид человека, третьи же твердили, что все капиталисты одним миром мазаны, все они, дескать, одинаковы.

Естественно, велись также дискуссии о том, участвовали ли артисты Xinghe Entertainment в подобных сделках с продажным сексом.

Первым, кто попал под подозрение, был, разумеется, Цинь Кэ.

Цинь Кэ спокойно пролистал все посты, где больше всего ругали Сун Юньжаня, и перешел в список контактов на своем телефоне.

Между ним и Сун Цзидуном произошел десятиминутный разговор.

Родители Сун Юньжаня сработали довольно оперативно. Со времени инцидента прошло всего несколько часов, а они уже выяснили, кто стоит за травлей их ребенка в сети. Вот только с мотивом ошиблись, посчитав, что здесь замешана конкуренция и посягательство на их семейный бизнес.

На самом деле Лу Няньтин не был так хитер и дальновиден, как они думали.

Он просто хотел стать представителем одной иностранной компании в Китае и, чтобы увеличить свои шансы, решил чуть-чуть подпортить имидж своих соперников, Ningdong Group.

Цинь Кэ хорошо знал характер своего биологического отца.

Тот был труслив и не осмелился напрямую противостоять Ningdong Group, поэтому и нацелился на Сун Юньжаня, которого, как ему казалось, было легко запугать.

В прошлой жизни Цинь Кэ получил свою награду за «Лучший дебют», обойдя Сун Юньжаня.

В то время Сун Юньжань, будучи артистом, часто появлялся на публике, к тому же не умел контролировать свои эмоции и выглядел слабым вспыльчивым молодым господином.

В этой жизни Сун Юньжань скрывался за кулисами. Цинь Кэ даже представить не мог, сколько усилий пришлось приложить Лу Няньтину, чтобы нарыть грязную информацию о нем.

Но ни в прошлой жизни, ни в этой Лу Няньтину не победить.

- Он не самая важная фигура в компании. Откровенно действовать он не может, поэтому и прибег к этому трюку. Об истинном положении его в компании вы можете выяснить у знающих людей. А я расскажу все Сяо Суну завтра, когда он проснется.

Во время телефонного разговора, тщательно избегая их общего секрета с Сун Юньжанем, Цинь Кэ рассказал Сун Цзидуну все, что знал о бизнесе и характере Лу Няньтина.

Сун Цзидун подозревал, что вся эта ситуации развивается как-то странно.

Его сына без всякой причины несправедливо обвинили, и тот вместо того, чтобы пойти домой и поплакать в жилетку своим родителям, посреди ночи отправился к артисту компании. И этот артист к тому же сын Лу Няньтина.

Такие совпадения вообще бывают?

Сун Цзидун что-то прошептал своей жене, стоящей рядом с ним, а в трубку сказал:

- Вы сказали, что уже долгое время не поддерживаете никаких контактов с Лу Няньтином, но вижу, что вы довольно хорошо его знаете.

Цинь Кэ улыбнулся:

- В конце концов, в моей крови есть и его гены.

Подразумевалось, что даже если они и не видятся с Лу Няньтином, тот не перестает быть его отцом.

Даже если он не хочет признавать в нем отца, это ничего не меняет.

Сун Цзидун нахмурился.

Он чувствовал, что этот молодой человек по имени Цинь Кэ был немного странным и ему нужно быть с ним осторожным.

Повесив трубку, Сун Цзидун повернулся к Бай Ваньнин:

- Когда все будет улажено, нам нужно будет вернуть ребенка домой.

Бай Ваньнин:

- А?

Сун Цзидун меланхолично посмотрел в окно:

- Наш ребенок такой глупый, я боюсь, что Цинь Кэ его обманет. Он опасный человек и связан с плохими людьми. Нужно найти причину, чтобы расторгнуть его контракт.

Бай Ваньнин:

- …

Не думаю, что это умное решение, подумала она, если ты будешь давить на него, ребенок может опять впасть в крайность, рыдать и объявлять голодовку.

Цинь Кэ, естественно, ничего не знал о намерениях отца Сун Юньжаня.

Он сидел на кровати и ждал, когда «возродившийся» Сун Юньжань выйдет из душа.

В это время Сун Юньжань нежился в большой ванне, сгребал пену и швырялся пенными клубками в стену.

Ningdong Group обанкротилась.

Этот печальный факт разбил ему сердце.

Если бы он знал, что всё так обернется, ни за что не стал бы пить то пиво.

Все пропало: вилла его семьи, поместье его семьи, компания его семьи, имущество его семьи.

Семейный бизнес, который с таким трудом создавали его родители, был потерян из-за того, что их ребенок напился.

Это как-то ненаучно.

У них же было так много денег, как они могли все потерять в одну минуту и продать своего сына, чтобы погасить долги?

Он не знал, за какую сумму его купил Цинь Кэ, но думал, что не менее миллиарда. Так ведь?

…

Подождите…

Сун Юньжаня словно дубинкой по голове ударили – а откуда, собственно говоря, Цинь Кэ взял эти деньги?

Луч света, наконец, озарил его мозг.

Он огляделся - ванная комната выглядит знакомо. Вспомнил планировку спальни – тоже знакомо смотрится…

Так и есть, это же отель, арендованный организаторами кинофестиваля!

Сун Юньжань быстро вылез из ванны и, не высушив волосы, натянул на себя халат и выскочил из ванной, сердито крича:

- Ты мне солгал!

Цинь Кэ поджал губы и посмотрел на разгневанного щенка, который будто только что вернулся с улицы, где льет ливень.

Волосы прилипли к лицу, обычно светлые щечки покраснели от горячего пара, халат небрежно запахнут, пояс бесполезно болтается в шлёвках, из-под задранной полы выглядывают стройные длинные ноги.

Никаких ухищрений, но эротика так и прёт.

Щенок восхищения в глазах смотрящего на него человека не заметил и продолжил лаять:

- Я вообще не переродился, я просто спал! Ты такой смелый, да?! Смеешь врать своему отцу?!

Цинь Кэ отвернулся в сторону, спрятав улыбку, расплывшуюся на его лице.

А когда повернулся, на его лице уже была маска властного хозяина:

- О чем ты говоришь? Опять плохо себя ведешь?

- …?

Недавно обретенная уверенность Сун Юньжаня опять оказалась под угрозой.

Этот человек же не играет со мной? - робко подумал он. Во всяком случае, выглядит Цинь Кэ уверенно и решительно, словно вырастил уже не менее восьмисот канареек.

Сун Юньжань откашлялся:

- Даже если бы моя семья обанкротилась, они бы меня не продали. К тому же у тебя даже денег таких нет.

Последние слова он произнес очень тихо, почти прошептал. Словно не желал обидеть Цинь Кэ.

Но Цинь Кэ это, как оказалось, не волновало:

- Кто сказал, что у меня нет денег?

Сун Юньжань:

- …

А? Он ошибся? Если Ningdong Group может обанкротиться, почему тогда Цинь Кэ не может быть богатым?

Он сжал кулаки и решил взять на испуг:

- Пока это только твои слова. Где доказательства?

Цинь Кэ ответил мгновенно:

- Твое семейное прозвище - малыш.

- …

Черт возьми, это веское доказательство!

Сун Юньжань даже не смутился.

Его родители всегда его так называли. Но только дома, не при посторонних. Когда он вырос, был только раз, когда они случайно назвали его малышом, – когда навещали его в больнице. Но слышать это мог только присутствующий при этом визите помощник Тан.

Учитывая страх потерять премию в конце года, вряд ли тот отважился бы разболтать об этом кому-нибудь.

Ningdong Group обанкротилась. Ningdong Group действительно обанкротилась.

Сун Юньжань сдулся, как проколотый воздушный шарик.

Надежда на то, что это недоразумение, растаяла также быстро, как и высокомерие, положенное наследному принцу крупной компании. Повторный удар об упадке его семьи привел его в уныние. Даже его волосы депрессивно обвисли.

Невозмутимый, как сам дьявол, Цинь Кэ тихо позвал его:

- Малыш, иди ко мне.

Низкий с хрипотцой голос был полон соблазна.

Сун Юньжань чуть не упал, когда услышал этот призыв, но устоял перед искушением. Конечно, благодаря своему несгибаемому самообладанию.

Он набрал в легкие воздуха и бросился с горы:

- На самом деле я не Сун Юньжань!

- ...Тогда кто ты? – изобразил удивление Цинь Кэ.

- Я, я путешественник во времени… эээ, славный народный полицейский! - Сун Юньжань выпятил грудь и, вспомнив о сыгранной в прошлой жизни роли, строго объявил. - Господин Цинь, вы подозреваетесь в торговле людьми…

Не ожидавший такого поворота, Цинь Кэ изумленно крякнул.

Посмотрел на Сун Юньжаня и словно увидел на нем просвечивающую через прозрачный халат полицейскую форму.

Выдержал паузу и улыбнулся, как настоящий подонок:

- Это еще интереснее.

- ???

Какого черта ты несешь!

Папа тут ведет с тобой просветительские беседы, а ты… Не хочешь прочистить свои мозги?!

Цинь Кэ подавил улыбку и, изобразив, что терпение его уже иссякло, жестко повторил:

- Я скажу это еще раз – подойди ко мне.

У Сун Юньжаня закончились все трюки, и он жалобно промямлил:

- Зачем? Что ты собираешься делать?

- Конечно, то, что нужно сделать. Твоя Моника все еще в моих руках. Если ты хочешь, чтобы она жила, ты должен быть хорошим мальчиком.

Вспомнив о невинной Монике, с ее милой мордашкой и белоснежным мехом, Сун Юньжань уныло потупил взор.

Он проиграл эту битву. Он медленно двинулся к постели. Я иду на это ради тебя, Моника!

Я не ожидал, что Цинь Кэ в этой жизни будет таким плохим.

Сун Юньжань с грустью подумал, что если бы знал об этом, обнял бы своего Цинь Кэ из той жизни и сотни раз повторил бы ему «Ты мне так нравишься».

Плохой парень Цинь Кэ в данный момент думал о другом.

Он не знал, в какой книге прочитал объяснение, почему некоторым так нравится издеваться и запугать милых их сердцу людей. Согласно научному объяснению, таким образом, мозг защищает себя.

Порой влюбленному человеку трудно вынести упоение от своих чувств. И мозг, не выдержав такой стимуляции, отдает приказ слегка разгрузить ситуацию.

Но Цинь Кэ обнаружил, что эта теория несостоятельна.

Потому что даже, когда он долго издевался над Сун Юньжанем, накал его чувств ничуть не спадал, сердце продолжало все также быстро биться, норовя вырваться из груди.

Если так продолжится, он может умереть от умиления.

Он приглашающе поднял пуховое одеяло и кивнул Сун Юньжаню.

Сун Юньжань не посмел противиться и с обреченным видом забрался под одеяло.

Цинь Кэ обнял его и поцеловал в уголок рта:

- Знаешь, что ты делал, когда напился?

Сун Юньжань сокрушенно вздохнул:

- Я требовал называть меня папой?

- … Нет, - с улыбкой на лице Цинь Кэ медленно снял с Сун Юньжаня халат и прижался к его груди. - Ты стянул с меня халат и прижался лицом к моей груди.

Теплое дыхание разлилось по груди Сун Юньжаня.

У Сун Юньжаня перехватило горло. Какая знакомая сцена, подумал он. Только вот ролями они поменялись.

Мелькнувший образ заставил его смущенно опустить глаза. И они тут же наткнулись на Цинь Кэ, который нежно прокладывал поцелуями звездную дорожку, начав с шеи, он опускался все ниже и ниже.

У Сун Юньжаня от избытка сладких ощущений даже пальцы на ногах поджались. Он взмолился о пощаде:

- Не надо, не целуй меня больше.

- Ты сказал, что ты ни в чем не виноват и никого не обнимал, и что когда я увижу тебя в следующей жизни, то ты мне не понравишься, и я отшвырну тебя как навязчивое пушечное мясо.

- ..?

Сун Юньжань стиснул зубы, не смея даже пискнуть.

Но вскоре понял, что это не сработает, ведь ему нечем дышать!

Он открыл рот и сделал глубокий вдох. Его тело непроизвольно изогнулось, чтобы избежать следующей атаки Цинь Кэ.

Цинь Кэ поднял голову, желая запечатлеть в своей памяти все эмоции Сун Юньжаня. Несколько секунд он молчал, потом продолжил:

- Ты также сказал, что, когда переродишься, в мире больше не будет президента Суна, и мне придется жить без тебя.

Сун Юньжань от испытываемых эмоций был почти на пороге смерти, когда внезапно услышал знакомое имя.

Президент Сун…

Цинь Кэ упомянул президента Суна!

Сун Юньжань вытаращил глаза от изумления:

- Ты назвал меня президентом Суном, я слышал!

Цинь Кэ посмотрел на него:

- Ну и что?

- Значит, я не переродился! - Сун Юньжань был так счастлив, что совсем забыл о том, в каком положении он сейчас находится, и тут же отчитал его. - Цинь Кэ, ты облажался! Как ты смеешь дразнить своего отца?! Вот подожди, папа заблокирует тебя!

Цинь Кэ рассмеялся:

- Хорошо, заблокируй меня. Но до этого тебе придется заплатить мне неустойку.

Сун Юньжань выглядел смущенным.

Руки Цинь Кэ, такие красивые, что такими только играть на прекрасном рояле, зависли над поясом его халата:

- Прошлой ночью ты доставил мне столько хлопот. И в итоге заснул, не беспокоясь о моих чувствах.

- … Как я могу вернуть тебе долг? – робко поинтересовался Сун Юньжань.

С последним словом с него сдернули последний кусок ткани.

- Заплатишь телом.

Автору есть что сказать:

Долги нужно отдавать (хладнокровно сказал автор).

Сун Юньжань, придется тебя наказать.

Сун Юньжань сначала хотел отклонить предложение Цинь Кэ.

У него была беспокойная ночь. Настроение то взлетало, то резко падало. А Цинь Кэ не только обманул его, но еще и каким-то образом вогнал в долги.

Но он ничего не мог с собой поделать - Цинь Кэ был таким соблазнительным.

Таким не похожим на обычного себя, холодного и сдержанного. Совсем как в ту памятную новогоднюю ночь, но еще горячее.

Воздух в комнате накалился. Были слышны только звуки сталкивающихся губ и зубов.

Цинь Кэ не знал, вспотел ли он от жары или его тело увлажнили невысохшие капли воды с тела Сун Юньжаня. Даже его глаза, казалось, были пропитаны водой, превратившись в омуты, где отражалось лицо Сун Юньжаня.

Сун Юньжань застенчиво прикрыл лицо руками и посмотрел на него сквозь пальцы.

Цинь Кэ, видимо, слишком много работал последнее время, он немного похудел. Мышцы на подтянутом теле стали более выразительными. Каждый раз, когда тот касался его кожи, в том месте вспыхивали искры и разлетались по всему телу Сун Юньжаня.

И искры эти тут же разжигали пожар в каждой клеточке Сун Юньжаня.

Оба были как в бреду. Лихорадка охватила их тела, окрасив их румянцем. Уцепившись за сильные плечи Цинь Кэ, Сун Юньжань притянул его к себе.

Два тела находились в полнейшей гармонии друг с другом.

Но неугомонный мозг продолжал выдавать сюрпризы. Сун Юньжань вдруг отстранился и заглянул в глаза Цинь Кэ:

- Думаешь, я похож… на коалу?

Цинь Кэ:

- …

Сун Юньжань будто увидел себя со стороны – его руки обнимают шею Цинь Кэ, ноги – талию. Разве в такой позе он не похож на коалу, которая всеми конечностями цепляется за ствол дерева?

Чем больше он думал об этом, тем больше разыгрывалась его фантазия. Он словно наяву видел, как он превратился в коалу, а Цинь Кэ - в могучий эвкалипт.

У этого эвкалипта пышная крона, и среди зеленой листвы - лицо Цинь Кэ.

Представшая перед ним картинка было настолько забавной, что Сун Юньжань громко расхохотался.

Цинь Кэ остановился и посмотрел на него, слегка нахмурив брови:

- Над чем смеешься?

- …

Сун Юньжань почувствовал себя виноватым, но следующая картинка, всплывшая в его больном мозгу, быстро очистила его разум от всякой вины.

Он представил, как из головы Цинь Кэ прорастают листья эвкалипта.

Ох, как же это смешно!

Уголки рта Сун Юньжаня непроизвольно рванули вверх.

И чем сильнее он подавлял улыбку на своем лице, тем сильнее ему хотелось рассмеяться. От напряжения даже уголки его глаз покраснели.

- Ха-ха-ха, я не могу… - надрывал животик Сун Юньжань. – Пожалуйста, позволь мне немного посмеяться.

Смеялось не только его лицо, смеялось все его тело, соблазнительно извиваясь и крутясь из стороны в сторону.

Эта картинка сводила Цинь Кэ с ума.

Он изо всех сил сдерживал себя, не собираясь сегодня заходить далеко. Но вызывающее поведение этой соблазнительной коалы сорвало ему крышу. Он облизнул губы и дрожащим голосом объявил:

- Сун Юньжань, придется тебя наказать.

Сун Юньжань даже смеяться перестал, пытаясь сообразить, что имел в виду Цинь Кэ под «наказанием».

Шутка о коалах и эвкалиптах мгновенно растворилась в воздухе.

Когда на него обрушился шторм, а волны накатывали одна за другой, не давая ему даже вздохнуть, ему показалось, что его скелет вот-вот разобьет о скалы. Когда волны немного отступили, он отчаянно втянул в легкие воздух, но передохнуть ему не дали. Последовал еще более мощный удар, потом еще и еще...

- Я был неправ, брат, я был неправ… - дрожащим голосом взмолился о пощаде Сун Юньжань. - Отпусти меня, я не буду больше смеяться.

Цинь Кэ поцелуем стер слезы в уголках его глаз:

- Хочешь, чтобы я тебя отпустил?

Сун Юньжань не мог ничего ответить, а мятежный сын Цинь Кэ продолжал задавать этот вопрос, яростно тараня его тело.

Он мог только жалобно кивать и строить обиженные глазки.

Цинь Кэ вдруг замедлился, словно задумался о чем-то.

В сердце Сун Юньжаня вспыхнула надежда. Но не успел он ей насладиться, как его тушку схватили и перевернули, как рыбу на разделочной доске.

Перевернули и придавили тяжелым телом.

Придавили не только тело, но и возмущенно взмахнувшиеся ручки.

Лизнули мочку уха, и знакомый голос с незнакомой интонацией хрипло шепнул в зудящее ушко:

- Давай, назови меня отцом.

***

Окна в комнате были задернуты тяжелыми шторами.

Сун Юньжань раскинулся на кровати звездочкой, уставший, не в силах даже пошевелить пальцем.

Он никогда не хотел больше видеть коалу. Ни в этой жизни, ни в следующей жизни, никогда.

А виновник этой психологической травмы, опершись на изголовье кровати, играл с его волосами.

Сун Юньжань разозлился:

- Можешь перестать играть?

Заговорив, Сун Юньжань поразился своему голосу.

Почему он такой хриплый? Люди могут подумать, что он… блин, а так ведь и есть.

Пальцы Цинь Кэ замерли:

- А?

Прозвучавшее восклицание и замершие пальчики заставили Сун Юньжаня похолодеть.

О нет, он только что сказал «играть»?

Что, если это дикое животное Цинь Кэ и в самом деле продолжит «играть» с ним!

Сун Юньжань больше не может «играть». Он бросил быстрый взгляд на Цинь Кэ и, словно завороженный, замер. А потом невинно так моргнул.

Но Цинь Кэ не обратил внимания на двусмысленный термин.

Спокойно улыбнулся и сощурил свои глазки, как сытый кот:

- Как ты разговариваешь с папой?

Сун Юньжань:

- …

Тут же нахлынули воспоминания, как он недавно молил о пощаде Цинь Кэ, называя того папочкой.

Сун Юньжань сделал вид, что ничего не помнит, и резко бросил:

- Хватит уже нести чушь.

- Опять амнезия? - Цинь Кэ ущипнул его за подбородок и погладил большим пальцем по верхней искусанной губе. - Кажется, тебя нужно еще подлечить.

Сун Юньжань был потрясен.

Еще подлечить?

Ты не устал? Это скрытый талант главного героя?

Глядя на его изумленное лицо, Цинь Кэ рассмеялся.

Убрал палец и заменил его своими губами, втянув Сун Юньжаня в долгий поцелуй. Потом нежно погладил его по голове:

- Если нужно, я буду стараться больше.

Поцелуй превратил мозги Сун Юньжаня в сладкое желе, нелепо улыбаясь, он  покачал головой:

- Мне уже лучше. Не напрягайся так.

Он сегодня столько плакал, а сколько раз звал «папу» и подсчитать не мог.

Но если не считать этого, сам процесс ему понравился.

Они с Цинь Кэ словно стали понимать друг друга без слов, ограничиваясь взглядами или движениями.

За исключением небольшой боли в кое-каком месте, их первый опыт, можно сказать, был почти идеальным.

Сун Юньжань имел легкий характер. И в качестве награды за прекрасное выступление Цинь Кэ решил проявить заботу о нем, простив тому его назойливые приставания, чтобы в самые острые моменты их… хм, общения он называл его «папой», и предложил:

- Давай вместе примем ванну перед сном?

Глаза Цинь Кэ потемнели:

- Я бы с удовольствием, но...

- ??? - Сун Юньжань недоверчиво посмотрел на него. - Что ты имеешь в виду? Папа предлагает тебе принять вместе ванну, а ты осмеливаешься отказываться?

- … Я не это имел в виду, -  Цинь Кэ включил свой телефон. - Через полчаса я уезжаю в аэропорт.

Сун Юньжань замер с открытым ртом. Потом встряхнулся, словно только проснулся - а, так Цинь Кэ через полчаса уезжает на очередные съемки.

И тут на него нахлынули воспоминания о вчерашнем дне.

Он дождался, когда Цинь Кэ выйдет из душа, и спросил:

- Ты уже знаешь о тот проклятом ужине?

Цинь Кэ в это время собирал чемодан:

- Я прочел об этом в интернете после того, как ты заснул.

Сун Юньжань смущенно почесал голову. Хорошо, что он сразу заявил ему о своей невиновности, если бы его парень узнал об этом «скандале» из интернета, он был бы очень расстроен.

Надо его успокоить, решил Сун Юньжань и продолжил:

- Не волнуйся, на следующие встречи я буду брать с собой помощника Тана. Я не знаю, кто сделал эти фотографии, но когда узнаю, накажу его.

Цинь Кэ посмотрел на Сун Юньжаня и вспомнил, что тот так и не знает всей правды.

Застегнул чемодан и присел на кровать:

- Фотографии были сделаны по приказу Лу Няньтина.

Сун Юньжань непонимающе переспросил:

- Кто такой этот Лу Няньтин?

Цинь Кэ поджал губы:

- Мой отец.

Неожиданный ответ заставил мозги Сун Юньжаня закипеть от перенапряжения.

Он знал о биологическом отце Цинь Кэ только то, что он подонок. И тут внезапно этот подонок стал знаменитым Лу Няньтином.

А зачем Лу Няньтину нужны были дискредитирующие меня фотографии?

Может быть…

Сун Юньжань с трудом втянул в себя воздух:

- Он узнал, что я люблю тебя?

Цинь Кэ:

- …?

- И решил шантажировать тебя?

Сун Юньжань считал, что его анализ – выше всяких похвал. Ведь именно так обычно и разворачиваются события в дорамах.

Подонки никогда не заботятся о своих детях, а потом, когда их ребенок становится знаменитым, они, как вампиры, присасываются к ним и требуют денег, угрожая разрушить их жизнь.

Вчера Цинь Кэ получил награду – это идеальное время для нападения.

Только слепой не увидел бы, как вскипел от гнева Сун Юньжань. Цинь Кэ поспешил разубедить его:

- Все не так, как ты думаешь.

- Тебе не нужно скрывать это от меня. Он же уже не раз угрожал тебе, да? Почему ты раньше не рассказывал мне об этом?!

По сравнению с предыдущими магическими прозрениями президента Суна, на этот раз предположение было недалеко от правды.

Забота и беспокойствие, прозвучавшие в голосе Сун Юньжаня, согрели сердце Цинь Кэ.

Но следовало все-таки всё объяснить этому великому аналитику.

- Он никогда не угрожал мне, и он не знает о наших отношениях, - улыбнулся Цинь Кэ. - Если бы он нацелился на меня, то это меня должны были сфотографировать, а не тебя.

Сун Юньжань поперхнулся от неожиданности:

- … Да, верно, - он смутился, но решил выяснить все до конца. - Тогда зачем он снимал меня? Ему что, делать нечего?

Этот Лу Няньтин же не его тайный поклонников, да?

От такого невероятного предположения у Сун Юньжаня даже кожа на голове онемела.

К счастью, Цинь Кэ быстро пересказал ему то, что вчера вечером ему рассказал Сун Цзидун, и в заключение добавил:

- Не бойся, его план не сработает. А через год или два…

Цинь Кэ хотел сказать, что через год или два, нынешняя жена разочаруется в Лу Няньтине и подаст на развод. Если бы Цинь Кэ не переродился, то своими глазами увидел бы, как его бесполезного отца выставляют из дома.

Но Сун Юньжань был слишком нетерпелив и не дал ему договорить:

- Через год или два его накажут?

… Это же не скоро.

Отвращение Сун Юньжаня к Лу Няньтину достигло пика. После недолгого размышления он поднял голову и произнес коронную фразу властного президента:

- Становится холодно. Лу Няньтину пора обанкротиться.

Автору есть что сказать:

папа убирает папу(:

Желаю Xinghe Entertainment обанкротиться!

Перед уходом Цинь Кэ рассказал Сун Юньжаню все, что знал о Лу Няньтине из прошлой жизни.

Сун Юньжань делал заметки на своем мобильном телефоне. Он только сейчас узнал, что, когда он был актером, по приказу Лу Няньтина его телефон несколько раз взламывали. И по его же вине сорвались несколько мероприятий, на какие был подписан Сун Юньжань. По его вине и при содействии бывшего агента Цинь Кэ Сюй Пина.

- Значит, ты знал об этом? – нахмурился Сун Юньжань. – И ты просто смотрел, как они издеваются надо мной?

Обида Сун Юньжаня была не особо уместной. Ведь в прошлой жизни он с Цинь Кэ были соперниками. А соперничество в некотором смысле является деловой конкуренцией.

Но сегодня он так часто называл Цинь Кэ отцом, что ему хотелось хоть как-то отыграться на нем.

Неожиданно Цинь Кэ довольно легко признал свою вину:

- Мне очень жаль. Это была моя вина.

Ах, почему ты так быстро сдался?

Сун Юньжань мысленно радостно потирал ручки, но внешне оставался спокойным. Кажется, я окончательно покорил главного героя, заставив того склонить голову перед своим отцом.

А что касается непослушания в постели…

Это всего лишь юношеский бунт, поэтому не стоит об этом беспокоиться.

Кто из них отец, ведь итак понятно, так же?

Сун Юньжань кивнул:

- Знаешь, что провинился передо мной?

Слова сорвались с его уст, и Сун Юньжань тут же пожалел о них.

Точнее не о словах, а о тоне, каким они были сказаны. Прозвучало слишком претенциозно и мелочно. Отец не должен быть таким придирчивым.

Куда, блин, делось мое актерское мастерство?

Сун Юньжань стыдливо понурил голову.

Цинь Кэ решил, что тому стало грустно, присел на кровать и нежно погладил его по голове, его милый щеночек прищурил глаза и чуть не замурлыкал.

- Я не должен был верить слухам и плохо обращаться с тобой, - Цинь Кэ вспомнил о таком ярком Сун Юньжане из прошлой жизни и искренне повинился. - Я должен был доверять своим глазам.

Сун Юньжань никогда не вел себя, как избалованный выходец из богатой семьи, никогда никого не запугивал и трудился на своем поприще изо всех сил.

Он был чистым и невинным маленьким принцем.

Сун Юньжань, как и всегда, все понял по-своему. И воскликнул:

- Ты признаешь, что я талантливее тебя?

Цинь Кэ:

- ??? – Цинь Кэ незаметно разочарованно вздохнул.

Как же все-таки непредсказуемо работает мозг господина Суна.

Сун Юньжань был доволен своей сообразительностью и радостно заявил:

- Отлично, я тоже так думаю. Не расстраивайся. Хотя тебе трудно сравниться со мной, но ты тоже небездарный. Во всяком случае, по сравнению с другими, - протянул руку и похлопал Цинь Кэ по плечу, чтобы выразить свою поддержку.

Цинь Кэ с трудом выдавил из себя:

- … Спасибо.

Сун Юньжань гордо отмахнулся:

- Не нужно меня благодарить. Папа верит в тебя.

В 6:30 Цинь Кэ выехал в аэропорт.

Сун Юньжань остался в номере один.

Ему нечем было заняться, на него вдруг навалилась усталость. Он загрузил на Weibo видео, где поет директор Сюй, и подписал: [Сцена с места происшествия.]

Сун Юньжань был очень доволен. Идеальный комментарий. В нем и насмешка, и скрытое презрение.

Удовлетворенно вздохнул, принял душ и завалился в кровать.

Когда он проснулся, было уже пять часов вечера.

Он спал очень крепко. Цинь Кэ, вероятно, предупредил администрацию отеля – никто его не беспокоил, не торопил с выездом.

Сун Юньжань блаженствовал, пару раз перекатился на кровати, потом уткнулся лицом в подушку. Она все еще пахла Цинь Кэ, Цинь Кэ и прошлой ночью. Сун Юньжань невольно покраснел.

Успокойся, не думай об этом.

Он похлопал себя по груди, умылся и отправился в ресторан перекусить. Затем позвонил водителю, попросив отвезти его в дом родителей.

Чтобы занять себя во время поездки, Сун Юньжань решил зайти в интернет и узнать, как пользователи оценили его едкий комментарий.

Он представил, как, прочитав его комментарий, пользователи сети дружно бросились восхвалять его: господин Сун такой спокойный и уравновешенный, настоящий образец для подражания.

Однако когда он нажал на первый комментарий, гордая улыбка застыла на его лице.

[Уууууу! Он вошел в интернет в 6:30 утра! Малыш, должно быть, не спал всю ночь!]

Сун Юньжань:

- …

Что это вообще за заявление?! Да, он почти не спал ночью. И что в этом такого? Он что, не может поздно лечь?

Он с надеждой стал читать дальше. Кто-то же должен опровергнуть этого недоумка.

К сожалению, таких не нашлось.

Этот комментарий просто взорвал фанатскую базу его «мамочек». Его виртуальные «родительницы» рыдали, проливая крокодиловы слезы.

[Мое сердце разрывается, когда я думаю, что Жаньжаню испортили аппетит,  тайно сфотографировав во время ужина.]

[Эй, ты, автор поста! Спишь что ли? А вот мой сынок не может уснуть. Если у тебя есть совесть, встань на колени и извинись перед ним.]

[Я же говорил, что вчерашние фото не заслуживают доверия. И это не из-за красивого личика Жаньжаня! Не смейте обижать нашего малыша!]

Сун Юньжаню не нужна такая защита.

Что вы все зациклились на моей бессоннице?! Почему никто не обратил внимания на его язвительный комментарий? Он зрелый человек. Хватит гладить меня по головке!

Сун Юньжань раздраженно отложил телефон. А, впрочем – они же не нападали на меня.

Он молча принял поддержку своих «мамочек» и снова полез на Weibo.

В глаза ему бросился оскорбительный комментарий.

[Ха. Фанаты, проснитесь! Кто тут заявляет, что Цинь Кэ - сын Xinghe Entertainment? Где был президент этой компании, когда его подопечный получал награду? Вместо праздничного банкета его босс отправился слушать, как потасканного вида мужчина средних лет поет детскую песенку про уток?]

Этот комментарий глубоко ранил сердца поклонников Цинь Кэ. Они тут же бросились поддерживать его.

[Это шутка? Награда сына не так важна как детская песенка?]

[Вчера Цинь Кэ выложил фото со своего празднования. Что это за банкет такой, хочу вас спросить? Жалкая пара блюд?! Да мое поступление в среднюю школу праздновали достойнее.]

[Ваши предки, господин Сун, не перевернутся в гробах? Вы подписали контракт с таким талантливым актером! Он единственный в вашей компании, кто получил такую награду, и как вы поздравили его?]

[Я в ярости! Желаю Xinghe Entertainment обанкротиться!]

Такие проклятия в сети были не редки. Но Сун Юньжань невольно вздрогнул – как бы не сглазили.

Он быстро мысленно проанализировал текущее финансовое состояние Xinghe Entertainment, удостоверился, что банкротство его компании не грозит, и резко выдохнул. Внезапно взлетевшее вверх его кровяное давление постепенно нормализовалось.

Спорить с фанатами бесполезно, успокаивал он себя, они же не знают всей правды. Интересно, а как отреагировали фанаты CP?

Он перешел на их страничку и чуть не упал в обморок.

Как же разнились две картинки – восхитительное единодушие Сун Юньжаня и Цинь Кэ во время церемонии награждения и позорное поведение Сун Юньжаня после нее.

Первое, что сделали фанаты их парочки, это выяснили, что Сун Юньжань не присутствовал на банкете в честь Цинь Кэ. Затем на них свалилось скандальное известие, что Сун Юньжань якобы сразу после церемонии умчался на встречу с другими артистами. И, наконец, сегодня они проснулись и получили смертельный удар - Сун Юньжань подтвердил, что действительно не обмывал полученную  Цинь Кэ награду с ним.

Как-то Сун Юньжань сказал, что отправился на Новый год в гости к Цинь Кэ, потому что тот пригласил его…

Разве это не доказательство того, что инициатором их сближения был Цинь Кэ?

А как же сладкие моменты на съемках «Неспешного праздного путешествия»?

Сун Юньжань разбрасывает конфеты только на камеру?

Его совсем не волнуют чувства Цинь Кэ?!

Непрошибаемая логика. Убедительно. Сун Юньжань готов был поверить в это.

Стоп! Всё ведь совсем не так! Сун Юньжань словно очнулся от морока и громко рассмеялся. И это его упрекают, что его мозг странно работает! А ваши мозги иначе работают?

От смеха его рука (та самая преступная рука!) соскользнула и нажала на какой-то случайный пост.

[Я больше не могу это терпеть! Мой любимый СР распался. Купидон послал только одну стрелу. Я, правда, не понимаю, почему в такой важный момент он отправился не на банкет своего парня, а пошел подбивать клинья к чужим артистам? Сун Юньжань, ты подонок!]

Сун Юньжань:

- …

С чего это я подонок?

Сун Юньжань засучил рукава и, зайдя в свой аккаунт на Weibo, разместил сообщение: [Сун Юньжань не подонок, он хороший президент, и умеет правильно расставлять приоритеты!]

Прошло несколько минут. На его комментарий никто не обратил внимания.

Сун Юньжань не часто пользовался своим аккаунтом. Только иногда репостил видео с кошечками-собачками. Его страничка была почти пуста, что ее сложно было заметить.

Он долго ждал. Не дождавшись никакой реакции, полез на страничку Гало- сестричек.

По сравнению с хаосом, творившемся на сайте сплетен, в Гало-семейке было гораздо спокойнее.

В их комментариях звучало - у каждого могут появиться дела, пропустить праздничный банкет – не преступление, может, господин Сун записал эту песенку «Counting Ducks» специально для Цинь Кэ, чтобы рассмешить своего парня, а встретиться с ним собирался после ужина.

Ноющая боль в сердце Сун Юньжаня, наконец, ослабла. Он чуть не заплакал.

Именно по этой причине он и записал это видео, но последующий инцидент нарушил его планы.

Какие же вы, умнички!

Вне себя от радости Сун Юньжань, решил всё прояснить и избавиться от клейма подонка:

[Я слышал, что они с Цинь Кэ вчера остановились в одном номере и пробыли там до утра. Очевидно же, что отношения между ними по-прежнему очень хорошие. Жаньжань вовсе не подонок.]

Все: […]

Все: [???]

Сун Юньжань замер. Я что-то не то сказал?

После секунды молчания кто-то спросил: [Откуда ты об этом знаешь?]

Сун Юньжань долго не парился и тут же сочинил убедительную историю: [Брат моего одноклассника работает в Xinghe Entertainment и каждый день возит господина Суна на работу. Это он рассказал.]

Безупречный ответ, не придерешься!

Сун Юньжань удовлетворенно кивнул - у меня есть свидетель, теперь-то вы поверите, что я не подонок?

В разговор вступил еще один человек: […это же очевидный фейк! Как вообще можно верить непроверенной информации?]

Сун Юньжань обомлел.

Он не хотел больше болтать с этими неразумными сестричками. Надулся и пошел жаловаться в WeChat Цинь Кэ.

Как же обидно, мрачно подумал он.

Мало того, что никто не согласился с его доводами, так еще и обругали его, назвав подонком.

Скопировав самые обидные комменты и отдельные куски группового чата, он отослал их Цинь Кэ: [Посмотри, что они говорят. Папа очень зол!]

Отправил и… схватился за голову!

Это же группа CP, он же может раскрыть свою тайную личность старшеклассницы!

Что, если Цинь Кэ подумает, что Сун Юньжань тайно лакомится конфетками? Какой конфуз, однако!

Ай, да ладно! Сун Юньжань отбросил депрессивные мысли и бросился чистить свою переписку с Цинь Кэ.

К счастью, он отреагировал оперативно. Собрался уже вздохнуть с облегчением, как его телефон завибрировал. Пришло сообщение от Цинь Кэ.

Всего пара слов: […Я уже все прочел.]

Автору есть что сказать:

О, нет!

Я хочу с ним расстаться.

Это очень обидно! И крайне оскорбительно!

Мозг Сун Юньжаня зажужжал, и он чуть не разбил телефон на крошечные кусочки.

Не горячись, утешал он себя, может, Цинь Кэ успел только бросить взгляд на его сообщения, но не успел прочитать?

Прошло же менее двух минут. Какой же я невезучий!

На его губах появилась неуверенная улыбка. Его телефон снова завибрировал.

Цинь Кэ: [Что за группа Гало?]

- …

Сун Юньжань потерял дар речи. Ты же уже все прочел. И все равно спрашиваешь? Хочешь увидеть, как папа на твоих глазах теряет свое достоинство?

Чертов провокатор!

Он прямо видел, с каким лицом Цинь Кэ набирает эти слова. С самодовольным и злорадным!

Наверно, он смеётся надо мной, подумал Сун Юньжань. А он же на самом деле случайно вступил в эту группу, просто рука соскользнула. Он же не будет шантажировать меня этим? Да?

… Или будет?

Сун Юньжань вдруг осознал, что попал в ловушку. Но он же не скандировал глупые лозунги в этом чате, не раскидывался конфетами, он даже не особо влился в эту сладкую семейку.

Я просто невинный прохожий, подумал он.

Самогипноз сработал. Сун Юньжань воспрял. И напечатал: [Не пугайся. Ты же не цыпленок из начальной школы. Папа просто работает под прикрытием. Только чтобы быть в курсе царящих в твоей фан-группе настроениях].

Цинь Кэ: [Правда?]

Сун Юньжань: [Чтобы поддерживать свою популярность, ты должен уделять внимание своим фанатам. Ты действительно думаешь, что можешь положиться на предоставляемые компанией ресурсы и жить себе спокойно? Твой отец вместо тебя несет это тяжелое бремя.]

Вот так тебе!

Как говорится, за каждым успешным человеком стоит мудрый… наставник. Наставник и защитник в одном лице. Прикрывающий своего ученика от дождя и ветра.

Сун Юньжань выдохнул. О, как я завернул! Его образ становится все более и более величественным. Пусть Цинь Кэ устыдится, когда прочитает его послание!

Как и ожидалось, это сработало. Цинь Кэ прислал: [… ты прав, мне следует поближе познакомиться со своими фанатами.]

[Приятно, что ты такой понятливый.]

Сун Юньжань отослал сообщение и поднял глаза. Автомобиль уже въезжал в поместье. Сун Юньжань фыркнул и убрал телефон.

Вышел из машины и чертыхнулся – в кое-каком месте все еще ощущался дискомфорт.

Сун Юньжань мысленно проклял Цинь Кэ. Ублюдок! Наткнулся на растерянный взгляд водителя, быстро натянул маску сурового молодого господина и, изображая беспечность, пошел к вилле.

Водитель позвал его:

- Господин Сун.

Сун Юньжань испуганно вздрогнул – водитель догадался? Обернулся:

- Что-то случилось?

Водитель указал на статуэтку «Лучший дебют», оставленную на заднем сиденье:

- Хотите, чтобы я отнес ее в дом?

- О, нет. Я сам.

Сун Юньжань взял сверкающий трофей и двинулся в дом.

Войдя, спросил у горничной, где Сун Цзидун, и отправился в кабинет отца, чтобы поговорить с ним.

Он уже все продумал по дороге сюда. Если он хочет разобраться с Лу Няньтином, лучше обратиться за помощью к родителям. Для Ningdong Group обанкротить Лу Няньтина все равно, что раздавить муравья.

Сун Юньжань был уверен в своей победе, толкнул дверь отцовского кабинета и крикнул:

- Папа…

Комната была ярко освещена.

Ослепительный свет упал на хрустальную статуэтку и, отразившись от множества острых граней, ударил в глаза Сун Цзидуна, чуть не ослепив его.

- Что это?! - Сун Цзидун вскинул руки, чтобы прикрыть свои пострадавшие очи.

Сун Юньжань поставил хрустальную кинонаграду на стол:

- Не нервничай, это всего лишь кинотрофей.

- ???

Сун Цзидун опустил руку, внимательно оглядел сверкающий объект на своем столе и погрузился в молчание.

- Ты уже знаешь, что произошло? Я так зол, Лу Няньтин зашел слишком далеко, -  Сун Юньжань не заметил странности в поведении отца и сразу же перешел к делу. - Ты мог бы с таким смириться? Я вот не могу. Теперь Лу Няньтин - мой враг номер один, и я должен нанести ему ответный удар.

Сун Цзидун:

- … -  пристально посмотрел на своего разгневанного сына. – Поэтому ты забрал кинотрофей у его сына?

Сун Юньжань озадаченно замер:

- А?

Отец и сын долго смотрели друг на друга. Первым отвел взгляд Сун Юньжань и беспомощно развел руками:

- … Я не забирал, он сам его мне дал.

Сун Цзидун запутался еще больше.

Он, конечно, не связан с индустрией развлечений, но знает, что получить такой трофей – большая честь для актера.

И Цинь Кэ ни с того ни с сего вдруг отдает свою награду в чужие руки. Что-то здесь не так.

Боюсь, моего простодушного ребенка пытаются сбить с толку.

Сун Цзидун отодвинул сверкающий объект в сторону и дал своему невинному сыну добрый совет:

- Малыш, послушай папу, тебе не следует водить дружбу с этим человеком. Как бы твою вежливость не так истолковали, обвинив в дурных намерениях.

Сун Юньжань поджал губ. Ну, как ему объяснить.

Не расскажешь ведь, что мы с Цинь Кэ… Блин, как все сложно.

Малыш покраснел и тихо прошептал:

- На самом деле он милый.

Красные щечки и увлажнившиеся глаза Сун Юньжаня вызвали у Сун Цзидуна еще больше подозрений:

- Правда? Тогда скажи папе, что в нем такого милого?

- Он… - начал было Сун Юньжань, но тут завибрировал его телефон. - Подожди, кажется, кто-то ищет меня.

Как вовремя! Сун Юньжань собирался прикрыться пришедшим сообщением, чтобы хорошенько обдумать свой ответ.

Но когда он прочел сообщение, его нежное кровяное давление рвануло в небесную высь.

Цинь Кэ прислал ему несколько ссылок.

Первая из них - «Взрывная карамель набирает скорость!». Экран при нажатии на эту ссылку тут же взорвался сладкими фейерверками.

Последняя - [Здесь скрыт секрет 520].

Сун Юньжань ощутил неимоверную усталость.

Теперь понятно, почему Цинь Кэ был таким послушным. Козыри прятал в рукаве, да?!

Сун Юньжань представил, как Цинь Кэ открывает эти ссылки одна за другой, и покраснел от стыда.

Фантазия Сун Юньжаня разыгралась не на шутку. Вот Цинь Кэ с ухмылкой отсылает ему эти позорные ссылки, вот заливается смехом, представляя смущение Сун Юньжаня, когда тот их откроет.

Сун Цзидун не знал, какие страдания переживает его сын, и продолжил настаивать:

- Перестань отвлекаться и уже скажи, наконец, что он за человек.

Щеки Сун Юньжаня цветом сравнялись с перезрелым помидором, и он сердито крикнул:

- … Он просто засранец!

Сун Цзидун:

- …?

Контраст между «до» и «после» был настолько велик, что даже старый господин Сун был в состоянии это заметить.

Повисшую жуткую тишину в комнате прервал стук в дверь.

Бай Ваньнин вошла в кабинет и сначала увидела своего сына с алеющими щечками, затем - сверкающий трофей на письменном столе.

Она удивленно вскинула брови:

- О чем вы здесь говорите?

Увидев супругу, Сун Цзидун поспешил все объяснить:

- Ты пришла как раз вовремя. Я только что сказал, что у этого Цинь Кэ явно злые намерения. А наш малыш заявил, что он просто засранец.

- Я… - Сун Юньжань открыл рот, но так и не смог выдавить из себя ни слова.

Не мог же он сказать, что его рассердило поддразнивание Цинь Кэ!

Бай Ваньнин никак не отреагировала на заявление своего супруга. Присела на диван и, немного подумав, спросила:

- Как ты планируешь разобраться с этой проблемой?

Смена темы обсуждения слегка успокоила Сун Юньжаня. Он поборол смущение и со всей серьезностью заявил:

- Я хочу, чтобы он обанкротился.

- Ты так зол? - улыбнулась Бай Ваньнин. - Можешь сказать, почему?

- Он оклеветал меня и… к тому же плохо относится к Цинь Кэ.

Жаль, что он не может рассказать о том, что произошло в его прошлой жизни. Если бы это было возможно, его родители без всяких слов примерно наказали бы этого человека.

Бай Ваньнин пристально посмотрела на своего сына:

- А как тебя касается то, что он плохо обращается с Цинь Кэ?

Сун Цзидун, как послушный супруг, присоединился к своей благоверной:

- Да, почему ты вмешиваешься в отношения отца и сына?

Отца и сына? Да здесь он – единственный, кого Цинь Кэ может называть отцом!

Сун Юньжань чуть не сорвался и не крикнул это в лицо своим родителям. Этот так называемый отец никогда не заботился о своем сыне и чуть не разрушил его карьеру. Из-за чего я, кстати, потерял много денег. А теперь он  осмелился бросить мне вызов. Ну что ж, он заплатит за свои преступления совершенные в той и этой жизни.

А вслух сказал совсем другое. Выдал всю информацию, что дал ему Цинь Кэ, и подчеркнул:

- У Лу Няньтина дела идут не очень хорошо. Иначе он не стал бы прыгать выше своей головы. Думаю, с ним несложно будет справиться.

Действительно, веский аргумент – было написано на лицах родителей Сун Юньжаня.

Сун Цзидун повернулся к Бай Ваньнин, давая понять, что ей пора принять решение.

Бай Ваньнин хмыкнула:

- Цинь Кэ столько рассказал тебе о своем отце, не боишься, что он солгал тебе?

Сун Юньжань сердито буркнул:

- … Он не стал бы мне лгать.

- Откуда ты знаешь, что он этого не сделает? - покачал головой Сун Цзидун. - Разве ты только что не сказал, что он засранец?

Сун Юньжань оцепенел. Какая у тебя хорошая память, отец!

Прикусил нижнюю губу и ничего не ответил. Лучше принять вид обиженного маленького принца, над которым издевается собственный отец. Только так можно смягчить любящие сердца родителей.

Бай Ваньнин подвела итоги разговора:

- В наших кругах никогда не звучало, что у Лу Няньтина проблемы с оборотом капитала. Видимо, есть проблемы с подтасовкой отчетов. Да и с личной жизнью наверняка не все так просто. Выясни всё и предай это огласке.

Сун Юньжань внезапно понял. В этой жизни у Лу Няньтина нет дойной коровы в лице Цинь Кэ. Из-за нехватки денежных средств он, видимо, рушит восточную стену, чтобы починить западную.

Поскольку для его дискредитации он использует общественное мнение, почему бы ему не ответить тем же, запустив бумеранг?

Общественное мнение – это страшное оружие, подумал Сун Юньжань.

К сожалению, его боевой пыл продержался всего полминуты. Бай Ваньнин решила уточнить:

- Я могу подготовить соответствующую информацию, но разбираться с ней тебе придется самостоятельно.

Сун Юньжань недоверчиво переспросил:

- Ты имеешь в виду, мне нужно будет самому с ним разбираться?

Бай Ваньнин сурово насупила брови:

- Если не хочешь, просто забудь об этом. В любом случае, для Ningdong Group он угрозы не представляет, нам некогда с ним разбираться.

- … - Сун Юньжань долго колебался, потом стиснул зубы. - Хорошо.

Хоть и неохотное, но согласие удивило Бай Ваньнин. Сун Цзидун в замешательстве посмотрел на жену, затем на сына, чувствуя, что он что-то  упустил.

Когда его сын с понуро опущенной головой покинул кабинет, он тихо спросил:

- Над нашим ребенком издеваются. Почему бы нам не помочь ему решить эту проблему? Зачем усложнять ему жизнь? Он же никогда этого не делал.

- Да, не делал, но согласился сделать это, - Бай Ваньнин повернула голову и посмотрела на стол, где еще недавно стоял трофей, и улыбнулась. - Это означает, что он повзрослел.

- Повзрослел? Почему я этого не заметил? Он все такой же глупый.

Бай Ваньнин бросила на него суровый взгляд:

- Не тебе говорить, что он глупый. Ты не умнее его.

Ты даже не видишь, что наш ребенок влюблен.

Единственная обладательница IQ в этой семье, Бай Ваньнин, почувствовала на своих плечах тяжелую ношу.

***

Поздно вечером Сун Юньжань лежал в постели и ворочался.

Сегодня он проснулся поздно и теперь не мог заснуть. А тут еще думы о предстоящих делах не давали покоя. Настроение было ни к черту!

Съемки «Легенды о Нань Хуа» уже начались. Создание игры по этому сериалу тоже вступило в финальную стадию подготовки. А еще разные инвестиции, крупные и не очень. А теперь еще придется заняться банкротством Лу Няньтина.

Чем больше он думал об этом, тем больше расстраивался.

Он так усердно работал, а этот Цинь Кэ мало того, что накликал на него беду, так еще и высмеял его.

Это так возмутительно!

Сун Юньжань медленно встал с кровати, взял телефон и позвонил Цинь Кэ.

На звонок ответил не Цинь Кэ, а его помощник Сяо Кэ.

Это был первый раз, когда Сяо Кэ разговаривал с президентом Суном лично:

- Господин Сун, господин Сун, что я могу для вас сделать?

У Сун Юньжаня заболела голова:

- Где Цинь Кэ?

- Он на съемках.

- …Он снимается, а ты в это время пользуешься его телефоном?

Сун Юньжань недовольно нахмурился. Сотрудники совсем распустились.

Сяо Кэ поспешно объяснил:

- Цинь Кэ попросил меня присмотреть за его телефоном. И если вы позвоните, я должен обязательно ответить и не пропустить ни единого вашего слова.

Сун Юньжань кивнул. Потом вспомнил, что Сяо Кэ не мог его видеть.

Больше им с Сяо Кэ нечего было сказать друг другу, но просто повесить трубку было бы невежливо, поэтому Сун Юньжань решил уточнить:

- Как проходит сегодняшняя съемка?

- Все идет очень хорошо. Вот только утренние съемки начали на полчаса раньше. Режиссер хотел начать снимать, когда встает солнце. Но не волнуйтесь, господин Цинь не скучал. Я видел, как он играл со своим телефоном, и, похоже,  был в очень хорошем настроении.

Сун Юньжань задохнулся от накатившего возмущения:

- Хорошее, значит. Ну-ка расскажи об этом поподробнее.

Сяо Кэ бросился выполнять просьбу босса:

- Ну, я не могу сказать конкретно, что его так развеселило, но улыбка на его лице в этот момент была такая, такая… такая счастливая.

Сун Юньжань напрягся и сжал кулаки.

Ага, значит, в это время Цинь Кэ отсылал мне компрометирующую меня информацию и видимо знатно веселился, прямо лучился от счастья!

Этот мятежный сын даже представить себе не мог, что в это время папа отправился искать пути спасения своего бессовестного сына!

Сун Юньжань рассердился уже по-настоящему.

- Господин Сун, вы так поздно звоните, хотите что-нибудь передать Цинь Кэ? – поинтересовался Сяо Кэ.

- Да, передай ему, - холодно объявил Сун Юньжань, - что я хочу с ним расстаться.

Сяо Кэ:

- …???

Автору есть что сказать:

Цинь Кэ, у нас кризис!!!

Давно не виделись, ты позеленел?

Цинь Кэ только сел в машину, как сразу получил плохую новость о разрыве их с Сун Юньжанем отношений.

- Господин Сун больше ничего не сказал? - спросил он, попивая воду.

Сяо Кэ нахмурился, припоминая:

- Он сказал это и тут же повесил трубку. Что будете делать? Хотите взять выходной и вернуться просить прощения?

Цинь Кэ покачал головой. Он уже примерно представлял, как работает мозг Сун Юньжаня. Если бы он вернулся в город Ян, Сун Юньжань обязательно бы заявил: «Ты только недавно отпрашивался, чтобы получить награду, а теперь опять сбежал? Бездельник, папа очень разочарован».

Почему он опять разозлился?

Цинь Кэ поставил бутылку с минеральной водой и посмотрел на время.

Было три часа утра. Сун Юньжань, вероятно, еще спит, но желание выжить подсказывало Цинь Кэ, что ему следует поторопиться и пасть на колени как можно скорее.

Поэтому он включил свой телефон и после нескольких минут раздумий начал набирать сообщение.

На следующее утро Сун Юньжань увидел послание Цинь Кэ, как только проснулся.

Обнял подушку и торопливо прочел «письмо с извинениями». Его разум тут же опустел.

Почему Цинь Кэ написал это? Да еще глубокой ночью.

Через некоторое время он вспомнил - ах да, мы же разорвали отношения.

Сун Юньжань еще раз перечитал сообщение, уголки его губ поползли вверх.

Должно быть, Цинь Кэ осознал свою ошибку, раз не утерпел до утра. Но, поразмыслив, решил так легко не сдаваться. Он же не ребенок, которого погладишь по головке – и прощен.

Последнее время я что-то совсем расслабился. Нужно преподать сыну урок.

Пусть помучается еще несколько часов, подумал Сун Юньжань, хотя бы до полудня, а там уж и помиримся.

В итоге Цинь Кэ пришлось помучаться до самого вечера.

Сун Юньжань сегодня был особенно занят. Сначала он провел ряд переговоров в компании, потом отправился на встречу с Лу Цзинъи, чтобы поговорить об инвестициях в ее фильм. Он был настолько занят, что у него не было даже минутки, чтобы заглянуть в свой мобильный телефон. Когда он вернулся в компанию, сотрудники Xinghe Entertainment уже покинули здание компании.

Он вернулся в офис, чтобы разобраться с несколькими срочными документами. Закончив работу, вспомнил, что давно не заглядывал в свой телефон. И обнаружил, что Цинь Кэ отправил ему еще несколько сообщений.

[Папа, ты все еще злишься?]

[Это моя вина, мне не следовало над тобой смеяться.]

[Пожалуйста, прости меня.]

Какой жалкий!

Сун Юньжань скривил губы. Кажется, ему удалось поставить мозги Цинь Кэ на место. Но в данный момент он, наверное, еще на съемках. Свяжусь с ним позже.

Закончив работу, господин Сун вышел из своего кабинета. Когда проходил мимо комнаты отдыха, услышал жаркий спор, доносящийся оттуда.

- Очень похож, я тебе говорю.

- Какой милый щенок, давай посмотрим еще раз.

Сун Юньжань, который очень любил маленьких пушистых зверюшек, сразу заинтересовался.

Он свернул в комнату отдыха. Там сидело несколько сотрудников, которых задержала сверхурочная работа. Они перекусывали едой на вынос и дружно пялились в телефон, лежащий на столе. На их лицах светились добродушные улыбки.

- На что смотрите? - подошел к ним Сун Юньжань.

Возможно, это была иллюзия, но ему показалось, что, когда они повернулись к нему, улыбки на их лицах слегка исказились и померкли.

К счастью, кто-то быстро ответил:

- Мы смотрим на собаку, видео с ней опубликовал известный блоггер.

Сун Юньжань, как истинный президент, был близок к народу, он улыбнулся и присел рядом, не дожидаясь приглашения:

- Позвольте мне тоже взглянуть.

- …Президент Сун, собаку зовут Жаньжань, - смущенно сказал другой сотрудник.

Сун Юньжань задохнулся от возмущения. Хотел встать и уйти, но гордость не позволила ему это сделать. Он притворился спокойным:

- Все в порядке, давайте вместе посмотрим.

Когда видео начало прокручиваться, Сун Юньжань сразу пожалел о своем решении.

И посмотрел на название видео. Оно гласило «Моя собака злится». Смутные подозрения зародились в его голове.

На видео мальтийская болонка пряталась в углу, повернувшись к камере задницей.

Ее хозяин сидел на корточках и тянул к ней руку:

- Жаньжань, все еще злишься?

Сун Юньжань:

- …

Это звучало так знакомо.

- Ладно, это папа виноват.

Хозяин рассмеялся, картинка затряслась, он нежно погладил собаку по голове и продолжил:

- Папа был не прав. Как он может смеяться над своим сынишкой, да, Жаньжань? Ну, посмотри на меня, Жаньжань.

Болонка повернула голову и сердито гавкнула.

На видео рядом с головой пса появилось облачко с надписью: [Я злюсь! Я тебя не прощу!]

Ситуация была такой знакомой, что у Сун Юньжаня зачесались кулаки.

Блин, наверное, это видео и вдохновило Цинь Кэ!

***

Несколько дней спустя, на съемочной площадке.

Сяо Кэ сидел под навесом и шарился по чату Xinghe Entertainment, интересуясь, что сегодня обсуждают его коллеги.

Увидел 99+ непрочитанных комментариев и щелкнул на самое верхнее. Экран тут же заполнился розовыми сердечками и всплыло сообщение [«Спасибо, господин Сун [люблю] [люблю].

Сяо Кэ грустно вздохнул и написал своему приятелю в компании: [Президент Сун пообещал сотрудникам бонусы?]

Приятель ответил: [Такое продолжается уже три дня. Вчера он прислал всем дамам в компании цветы, сегодня всем - закуски. Как думаешь, у президента Суна произошло какое-то счастливое событие?]

[… Вкусные хоть были закуски?]

[Не то слово! И дорогие к тому же! Сам я себе таких не мог бы позволить!]

- …

Еще бы они были не вкусные! Цинь Кэ угрохал на них столько денег!

Сяо Кэ подумал – было ли это счастливым событием для господина Суна, трудно сказать, а вот Цинь Кэ, судя по холодному к нему отношению со стороны президента Суна, казалось, скоро превратится в ледышку.

С тех пор, как произошел тот инцидент, Цинь Кэ словно напрочь забыл обо всем, кроме…

Каждую свободную минуту он проводил, пялясь в свой телефон. Судя по покрасневшим глазам, господин Сун его так пока и не простил.

Позавчера Цинь Кэ попросил Сяо Кэ каждый день отправлять в компанию подарки, купленные через интернет.

Однако, судя по ситуации, все эти подарки президент Сун передавал своим сотрудникам.

Чёрт, это что же такого сделал Цинь Кэ, что так разозлил господина Суна?

Сяо Кэ не мог знать причины их размолвки, поэтому просто тактично намекнул Цинь Кэ во время обеда:

- Трюк с подарками, похоже, не сработал. Эффекта – ноль.

Цинь Кэ поднял глаза:

- Опять передал другим?

- Да, - подтвердил Сяо Кэ. – Может, поменять подход? Господин Сун, видимо, пока прощать вас не собирается.

Цинь Кэ на мгновение задумался:

- Я знаю.

Сяо Кэ обеспокоенно посмотрел на него и взял пустую коробку из-под ланча:

- Хорошо, тогда я пойду. Съемки начнутся через полчаса. Можете не торопиться, отдохните.

Выкинул пустую коробку в мешок для мусора и вышел из фургона.

Цинь Кэ после недолгих раздумий отослал Сун Юньжаню запрос на видеозвонок.

Сун Юньжань в этот момент сидел в офисе и ел еду на вынос.

Два дня назад Бай Ваньнин переслала ему информацию о компании Лу Няньтина. Разобраться в присланных документах было сложно, и Сун Юньжань решил прибегнуть к помощи помощника Тана.

Они разбирали эту информацию с раннего утра до полудня. Настроения выходить поесть куда-то, не было, поэтому они просто заказали пару закусок из ближайшего ресторана.

Услышав телефонный звонок, помощник Тан намекнул:

- Президент Сун, вам звонят.

- Я вижу.

Сун Юньжань помрачнел и отодвинул телефон подальше от себя:

- Это видеозвонок от Цинь Кэ. Думаете, я должен ответить?

Помощник Тан был в замешательстве:

- Разве вы не находитесь в отношениях?

Сун Юньжань грустно вздохнул:

- Вы не понимаете.

Посмотрев в тот день видео с обиженной болонкой, он решил какое-то время игнорировать Цинь Кэ.

Кто же знал, что это затянется на столько дней. Каждый день он ложился спать и давал себе слово, что завтра поговорит с Цинь Кэ. Но наступал следующий день, Сун Юньжань с головой окунался в дела и вспоминал о своем решении, только укладываясь спать. И так тянулось день за днем.

За эти дни Цинь Кэ не отправил ему ни одного сообщения, только присылал разные подарки.

Сун Юньжань получал подарки и тут же отсылал их сотрудникам компании. Этот протест его не успокаивал, и он чувствовал себя виноватым.

На самом деле, он уже давно не злился.

Но Цинь Кэ с ним не связывался, таким образом, упуская возможность помириться. Может, Цинь Кэ тоже злится на него из-за его ребяческого поведения?

Сун Юньжань каждый день бежал на работу и окунался в деловую суету, ломая голову, как разрешить этот инцидент.

Пока он колебался, звонок оборвался.

Сун Юньжань невольно ахнул. Его затопило отчаяние. Он крепко сжал палочки для еды и уже хотел было перезвонить Цинь Кэ, правда, не знал, что сказать.

Но в этот момент экран телефона снова загорелся и раздался звонок.

- …Вам лучше ответить, - помощник Тан догадался, что эта парочка, видимо, поссорилась, и в нем тут же взыграл рабочий зуд, он засуетился. – Я вспомнил, мне же нужно зайти в инвестиционный отдел. Я пойду.

Сун Юньжань поджал губы, медленно нажал на телефоне кнопку «ответить», стиснул зубы и с головой зарылся в тарелку с едой, делая вид, что был занят и не слышал звонка.

Цинь Кэ:

- …

На экране своего телефона он увидел только тарелку с зелеными овощами.

Сун Юньжань даже не заметил, что его не было в кадре, в полную силу демонстрировал свои актерские способности, в обе щеки уминая рис и изображая, что изучает какой-то важный документ.

Прошло несколько минут. Из телефона не доносилось ни единого звука.

Цинь Кэ все еще злится на него? Что это за молчаливое давление?

Может, он позвонил, чтобы объявить, что им нужно расстаться?

Сун Юньжань с опаской посмотрел на телефон, тяжело сглотнул и прошептал:

- Ты видишь меня? Тебе нечего сказать?

У Цинь Кэ дернулся уголок рта:

- Давно не виделись, ты позеленел?

- ???

Сун Юньжань опустил глаза и потерял дар речи – почти весь экран занимала тарелка с зелеными овощами.

Он поспешно сдвинул телефон и возмущенно закричал прямо в камеру:

- Как ты смеешь смеяться надо мной?

Лицо, по которому он так сильно скучал, наконец, появилось на экране. И Цинь Кэ словно оцепенел.

Закрыл глаза, открыл, неторопливо обвел взглядом любимое лицо и медленно произнес:

- Я скучал по тебе.

Ответ сразил Сун Юньжаня. В голове (и в сердце) закружилась карусель.

- Думаешь, я поверю тебе? – Сун Юньжаня выдали ресницы, они робко затрепетали, даже тон его голоса смягчился. - Не думай, что сможешь обмануть меня. Несешь что-то странное, ничего не объясняя.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Что ты хочешь, чтобы я объяснил?

- Ты же знал, что это я был в той группе СР-щиков, смотрел на свой телефон и улыбался во все щеки… - при воспоминании об этом Сун Юньжань опять расстроился и пробормотал. – Ты решил подшутить надо мной, да? Ты уже ни раз и ни два так поступал. Думаешь, это не обидело папу?

Цинь Кэ замолчал, поняв, что обидело Сун Юньжаня.

Он не знал, что Сяо Кэ так описал его выражение лица в тот момент.

А ведь он тогда просто вспоминал все трогательные моменты их общения, найдя много подсказок в трепотне фанатов СР.

- Меня обижают твои поддразнивания.

Цинь Кэ потер виски и объяснил:

- Тогда я думал о тебе и чувствовал себя неимоверно счастливым.

Сун Юньжань с сомнением посмотрел на Цинь Кэ на экране.

Хотя он и был уверен, что Цинь Кэ действительно повезло с ним, таким ответственным и покладистым, но упоминание о «неимоверном счастье» ему показалось слишком большим преувеличением.

Он наклонил голову и переспросил:

- Ты, правда, рядом со мной чувствуешь себя таким счастливым?

Цинь Кэ кивнул:

- Да.

Сун Юньжань шокировала такая уверенность. Но натуру изменить невозможно. Он раздулся от важности, как индюк, распустил свой хвост, как павлин, и снисходительно объявил:

- В таком случае папа, хоть и неохотно, прощает тебя.

- Спасибо папа, - не моргнув, выдал Цинь Кэ.

- Не дуйся на папу, - нежно промурлыкал Сун Юньжань. – У тебя сейчас перерыв? Иди и отдохни. Поговорим вечером после съемок.

Закончив разговор, Сун Юньжань несколько раз крутанулся на вращающемся кресле и кое о чем вдруг вспомнил.

Он же сегодня опять отослал подарки Цинь Кэ своим сотрудникам!

Что же делать? Это же подарки его парня!

Сун Юньжань по внутреннему телефону вызвал помощника Тана:

- Идите в комнату отдыха и принесите все отправленные туда закуски назад.

Помощник Тан:

- …Вы уверены?

- Конечно, - кивнул Сун Юньжань и особо подчеркнул. – Запомните - все! Никому не позволено есть подарки моего парня!

Автору есть что сказать:

Бонусы к сотрудникам приходят быстро и уходят быстро!

Сун Юньжань, у тебя нет сердца.

В этот день сотрудники Xinghe Entertainment и сами не заметили, как чего-то лишились.

В коллективном разговоре муссировались разные причины, почему вдруг закуски без всяких объяснений исчезли. А в интернете в это время уже разгоралась горячая дискуссия о господине Суне.

Имя Сун Юньжаня было очищено. Два артиста, которых сфотографировали с ним за одним столом, все прояснили. Но в интернете всегда найдутся люди с темными сердцами и скрытыми мотивами. Они-то и стали плести интриги, намекая, что принц Ningdong, полагаясь на свой статус, топчет артистов 18-ого уровня.

А где доказательства, кроме нескольких размытых фотографий?

Чепуха, это просто неудачный пиар!

Поначалу пользователи выдвигали разные аргументы, чтобы опровергнуть своих оппонентов, но потом им это надоело. И они заткнули рот этому клоуну одной фразой: [Прикуси свой язычок, не боишься получить уведомление от адвокатов Ningdong?]

Посмотрите, как Ningdong Group поддерживает Xinghe Entertainment. Всем известно, как Бай Ваньнин и ее супруг любят своего ребенка, а за ними стоит целая армия суперпрофессиональных адвокатов. Неужели они позволят своему сыну страдать от мелких клеветников?

Да ни за что!

Все с нетерпением ждали иска о защите чести и достоинства наследного принца.

В результате они ждали и ждали, прошло уже полмесяца, а Ningdong даже не шелохнулась.

[Что вообще происходит? Им действительно все равно?]

[Даже если его родителей не волнует эта маленькая неприятность, неужели Сун Юньжань смирится с такой обидой?]

[Может, господин Сун увидел тёмную сторону индустрии развлечений и испугался?]

[…Вспоминая сейчас «Неспешное праздное путешествие», мне начинает казаться, что он вполне мог испугаться.]

[Я прямо вижу, как.]

[Я прямо вижу, как. +1]

Кто-то разместил ссылку: [Так?]

Перейдя по ссылке, открывалось видео: маленький щенок, до смерти напуганный проскакавшей мимо лошадью, дрожал, как цуцык, забившись в свою конуру, и напрочь отказывался вылезать из нее, как бы ни уговаривал его хозяин.

Посыпались комментарии: [Спасибо, это оно!]

Но находились и несогласные: [Вы слишком заморачиваетесь! Я работаю в туристическом бюро округа, где находится деревня Хуалин. Именно там снималось шоу «Неспешное праздное путешествие». Недавно к нам прибыли представители Ningdong, оказалось, их прислал Сун Юньжань. Он решил заняться  развитием туристических объектов в нашем округе. И скоро, после некоторых формальностей, начнется преображение курорта Хуалинг. Разве пугливый человек возьмется за реализацию такого крупного проекта?]

Слухи о том, что Ningdong собиралась инвестировать в деревню Хуалин, ходили уже давно. Но то, что за этим стоял Сун Юньжань, пользователи узнали только сейчас.

Значит, пока они тут переливали из пустого в порожнее, господин Сун Юньжань не впадал в депрессию из-за нападок на него, а продолжал самоотверженно трудиться, как и положено, ответственному президенту?

[Подождите... может, ему вообще плевать на это дерьмо?]

[А, может, наследный принц впал в немилость?]

Когда Сун Юньжань увидел этот комментарий, он как раз разговаривал по видеосвязи с Цинь Кэ.

Он посмотрел на экран своего телефона и усмехнулся, затем - в планшет и восхищенно заметил:

- У пользователей интернета безграничное воображение. Почему бы им сразу не объявить, что я - приемыш?

Цинь Кэ:

- …Стоит увидеть вас рядом с вашим отцом, как все вопросы о родстве будут сняты.

Особенно в плане мозгов, добавил он про себя.

Сун Юньжань подозрительно склонил голову. Его длинная челка, ему все время не хватало времени постричься, стекла набок, открыв пару ясных миндалевидных глаз:

- Нет, на самом деле я больше похож на маму, - он протянул и поднес планшет ближе к своему лицу. - Видишь, у меня нос точно такой же, как у моей мамы.

Чтобы Цинь Кэ мог лучше рассмотреть, он поднес экран поближе к своему лицу.

Цинь Кэ никогда не встречался с Бай Ваньнин, только видел ее иногда в новостях, поэтому имел смутное представление о ее внешности.

Но рассматривая сейчас Сун Юньжаня, он внезапно понял, что нос у того и впрямь похож на нос Бай Ваньнин - высокая переносица, слегка вздернутый кончик. Очень дерзкий носик и игривый к тому же, совсем как у героев американских мультфильмов.

Только глаза другие. У Бай Ваньнин - глаза феникса. У Сун Юньжаня – миндалевидные, но очень милые.

А если смотреть на Сун Юньжаня так близко, как сейчас, то он и вовсе своей мордашкой напоминал Цинь Кэ милого щеночка.

- Не подноси так близко, - сжал в тонкую линию свои губы Цинь Кэ. - Мне хочется поцеловать тебя.

Сун Юньжань:

- … - отстранился и отвернулся от экрана, спрятав свое вмиг покрасневшее лицо, подозревая, что тот снова дразнит его, но, обернувшись и увидев поджатые губы Цинь Кэ, тут же разморозился и выпалил. - Я тоже очень хочу поцеловать тебя.

Прошло почти полмесяца, как они виделись в последний раз. И неозвученная тоска уже давно терзала его сердце.

Сун Юньжань согнул колени, подтащил подушку и, смутившись, прикрыл лицо, только глаза торчали:

- Ты такой бесстыдный. Сдерживайся. Я же должен работать. А ты все время – в разъездах.

Работа актера тяжела. Им обычно трудно поддерживать отношения. Они все время мечутся со съемок на шоу, с шоу на рекламное мероприятия и дальше по кругу.

А так хочется, как другие пары, встречаться и целоваться каждый день.

Цинь Кэ рассмеялся:

- Хочешь, чтобы я занялся бизнесом? Тогда мы стали бы конкурентами.

Похоже на то, подумал Сун Юньжань.

Да уж, если бы Цинь Кэ решил заняться бизнесом, то, как непобедимый главный герой, возможно, стал бы крупнейшим конкурентом и Xinghe Entertainment, и даже Ningdong Group.

Если вспомнить об их соперничестве в прошлой жизни, понятно, кто победил бы в итоге.

- Я просто хотел сказать, что ты востребованный актер, - поспешно поменял тему Сун Юньжань.

Цинь Кэ посмотрел на потухшие глаза Сун Юньжаня и, вероятно, догадался, какие глупые мысли бродят в его голове, и с улыбкой сказал:

- Да, я буду зарабатывать для тебя деньги. Постараюсь собрать 500 миллионов, чтобы тебе не пришлось жениться.

Сун Юньжань надул щеки, но спорить не решился.

Уже более года основным доходом Xinghe Entertainment были кассовые сборы  «Свадьбы и похорон» и комиссионные от Цинь Кэ.

Бай Ваньнин дала ему два года, но Сун Юньжань подозревал, что такими темпами с помощью Цинь Кэ он смог бы собрать эти 500 миллионов намного раньше.

- Кажется, я понял, почему Лу Няньтин не хотел в прошлой жизни отпускать тебя, - и продолжил. - Какое прекрасное денежное дерево, даже никаких усилий предпринимать не нужно, просто поливай его, и оно само вырастет.

Сказав это, Сун Юньжань почувствовал, что опять неверно подобрал слова и быстро добавил:

- Конечно, мы с ним не похожи! Ему от тебя нужны только деньги…

Цинь Кэ прервал его:

- Я тебе все еще нравлюсь?

- О некоторых вещах нет необходимости говорить, сам должен знать, - в этот момент Сун Юньжань изображал неприступного президента. - Я тебя еще раз предупреждаю, терпение отца не безгранично. Не связывайся со мной.

- Хорошо, - послушно кивнул Цинь Кэ и добавил. - Папа, только не бросай меня.

… Можешь уже не бередить старые раны!

Вспоминая о своем постыдном поступке, Сун Юньжаню хотелось выкопать яму и зарыться в нее. Особенно стыдно было припоминать, как помощник Тан в тот день в полном молчании притащил и вывалил на его стол собранные закуски, глядя на него, как на умственно отсталого.

Сун Юньжань откашлялся и сменил тему:

- Кстати, мы почти закончили расследование дел Лу Няньтина.

Цинь Кэ:

- А?

- У него масса проблем, начиная от уклонения от налогов до невыплаты долгов, не говоря уже о скрытых убытков. Если бы его новая жена знала об этом, точно выгнала бы его из дома.

Цинь Кэ не испытывал никаких чувств к Лу Няньтину, потому отреагировал на это известие равнодушно:

- Поступай с ним, как хочешь.

- Хорошо, тогда я буду следовать плану и начну на следующей неделе.

Цинь Кэ изумленно вздернул брови:

- Разве на следующей неделе у тебя не день рождения?

Сун Юньжань начал оправдываться:

- Он столько раз издевался надо мной и в той, и в этой жизни. В свой день рождения я подарю ему красный конверт с известием о банкротстве. Что не так?

Изобретательно.

Но Цинь Кэ волновало не это:

- Разве тебе больше нечем заняться в этот день?

Сун Юньжань задумался:

- Ну, мне же необязательно самому это делать. Я уже договорился с Хэ Цзыю и еще с парой приятелей отправиться в этот день на морскую рыбалку.

Цинь Кэ потер брови и тихо прошептал:

- ...Значит, ты не хочешь провести свой день рождения со мной?

Сун Юньжань оцепенел – как этот человек может быть таким неразумным!

- У тебя же съемки, как ты можешь провести этот день со мной?

- Сегодня я впервые за последние полмесяца закончил работу до полуночи, - Цинь Кэ откинулся на спинку стула и стал постукивать пальцем по столу. -  Работать почти круглые сутки так утомительно. Но я делал это только для того, чтобы мне дали выходной на полдня в день твоего рождения.

- …

Цинь Кэ вздохнул:

- Сун Юньжань, у тебя нет сердца.

***

Той ночью Сун Юньжань, человек без сердца, долго не мог заснуть. Его мучило чувство вины.

Когда он проснулся на следующий день, он все вспомнил и невольно покраснел.

Даже представить не могу, как Цинь Кэ вымолил этот выходной.

Сун Юньжань пригладил растрепанные волосы и представил себе сцену, как этот холодный человек, Цинь Кэ, тихим голосом упрашивает съемочную команду пойти ему на встречу, и вздохнул – я такой подонок!

После прибытия в компанию Сун Юньжань, мысленно перемыв себе косточки, сообщил помощнику Тану:

- Забронируйте мне билет на самолет на утро среды. Я собираюсь посетить съемки.

Какие съемки – не сказал, но помощник Тан и сам догадывался, кого он собирался навестить, и только уточнил:

- На какое число бронировать обратный билет?

- Ну, на утро четверга.

- Разве вы не хотите задержаться там подольше?

Сун Юньжань потер подбородок и пожаловался:

- Я бы с удовольствием, но Цинь Кэ будет занят на съемочной площадке. Знаете, чтобы выбить полдня выходных, он полмесяца работал без сна и без отдыха.

Цинь Кэ так меня любит, вздохнул Сун Юньжань.

Надо, кстати, при встрече напомнить ему, что нельзя столько работать. Он же может свалиться от потери сил или даже заболеть.

Глядя на счастливого господина Суна, помощник Тан молча поправил свои очки в золотой оправе.

Он не мог понять, почему Сун Юньжань, он же все-таки руководитель развлекательной компании, не понимает, что в этом заявлении были огромные дыры.

Полдня выходных – это же максимум двенадцать часов.

Если поделить их на 15 дней, получается переработка меньше часа в день. При чем здесь недосыпание?

Так что либо Цинь Кэ «торгует» своими страданиями, либо у Цинь Кэ другие причины прикидываться стахановцем. В любом случае, это не то, о чем думал Сун Юньжань.

Увы, похоже, его снова обманули.

Помощник Тан подумал - возможно, это магия любви.

Которая делает итак не особо умного президента Суна, еще более глупым.

Хочешь сразиться со мной?

В понедельник началась новая рабочая неделя.

Офисные работники и студенты встречают этот день с тяжелым сердцем, словно готовясь упокоиться.

В метро привычно включают свои мобильные телефоны, листают форумы и микроблоги.

В последнее время в индустрии развлечений наблюдается затишье, и пользователям нечем «полакомиться».

Такая скука. Неужели никто не хочет набедокурить, чтобы сделать нас счастливыми?

Словно услышав эти мольбы, во второй половине понедельника один влиятельный в сфере развлечений человек выложил на Weibo обращение.

[Хочу пожаловаться на известного агента в сфере развлечений. Его методы захвата ресурсов слишком грязные. Чтобы продвинуть своих артистов, он не только дискредитирует своих конкурентов, но и использует свои связи с некоторыми известными компаниями для давления на бренды.

Как вы думаете, относится ли он к своим артистам хорошо? Нет, у них вообще нет никакой свободы. Им приходится беспрекословно слушаться его и делать все, что он говорит. Вот такой у него тиранический стиль управления.

Если кто-то попытается сопротивляться, его ждут заоблачные неустойки. Если он не сможет заплатить, его ждет настоящий ад. Агента этого считают приличным человеком, а он намеренно заставляет своих артистов работать за копейки и делать невыгодную работу, разрушая их популярность и превращая их в посмешище. Настоящее рабство – и работать не дают, и вырваться невозможно.]

Как только обращение было опубликовано, оно сразу привлекло внимание бесчисленного количества пользователей.

Ага, какая прекрасная вонючая пища пожаловала!

Интернет замер и через секунду разразился лавиной комментариев.

[Говоря о насмешках… Помню кто-то в прошлом году рекламировал товары бренда Sanwu. Вроде хороший актер был, возвышенный и благородный. А потом его образ внезапно рухнул, его облили помоями, и нет человека.]

[Мы думаем об одном и том же человеке?]

[Эй, моя дочь, кажется, тоже в его компании. Эта компания как-то отправила хорошего танцора на конкурс певцов. Представьте, как его ругали за его выступление, а потом еще и прилюдно унизили. В итоге он потерял всех своих поклонников.]

[Что? Можете просто назвать имена этих агентов? Кто эти люди?]

[Даю небольшую подсказку - всех этих агентов зовут Сюй.]

Вскоре бывший агент Цинь Кэ Сюй Пин попал в круг всеобщего пристального внимания.

Сюй Пин действительно являлся известным агентом в индустрии развлечений, у него было много подопечных артистов и много противников. Современные шерлокхолмсы прошерстили интернет и подтвердили, что все эти творимые безобразия – его работа.

В наши дни фанаты редко бывают довольны актерскими агентствами и менеджерами своих кумиров.

Но беспредел, творимый агентом Сюй Пином, привел их в ярость.

В результате страстного обсуждения имя Сюй Пина зависло в горячем поиске.

Сюй Пин не был вегетарианцем. Сложившаяся ситуация навела его на мысль, что это все происки его артиста, который хотел создать ему проблемы. Провел внутреннее расследование, ничего не выяснил и, потратив немало денег, убрал свое имя из горячего поиска.

Но через некоторое время его имя опять появилось в горячем поиске.

Как будто кто-то намеренно подкидывал дровишки в костер.

Во вторник кто-то в интернете вдруг задал провокационный вопрос: [А мне вот интересно, с какими там компаниями, по словам автора, у Сюй Пина хорошие отношения?]

В этот момент план банкротства, тщательно разработанный Сун Юньжанем, официально стартовал.

- Я поступил умно. Не стал сразу нападать на этого подлеца. Кому в интернете интересно читать обличающие материалы о каком-то там Лу Няньтине? А начал с вкусного блюда - шоу-бизнеса. А потом шаг за шагом подведу борцов за справедливость к его компании, дождусь, когда накал страстей достигнет пика, и вытащу его на сцену, - с гордостью повествовал Сун Юньжань своим друзьям в баре.

Друзья в оцепенении смотрели на него. И тут подал голос Хэ Цзыю, выступив от лица присутствующий друзей:

- Хорошо, но какое это отношение имеет к тому, что ты затащил нас сюда?

- … - Сун Юньжань не на шутку рассердился. - Я же сказал, хочу вас угостить выпивкой! Давайте хорошо проведем время.

Хэ Цзыю покачал головой:

- Разве мы не договаривались отправиться на рыбалку?

Кто-то обиженно добавил:

- Правильно, надо держать свое слово.

Сун Юньжань сделал глоток чая с молоком и, как малым деткам, стал им выговаривать:

- У меня что, нет работы? Прекращайте уже думать только о развлечениях. Хватит бездельничать, начните уже усердно трудиться, чтобы унаследовать семейный бизнес.

- …

Праздные молодые богатеи второго поколения хотели что-то сказать, но не решились. В их ряды затесался предатель!

Хэ Цзыю, единственный, кто знал правду, лишился дара речи.

Вот же поганец… Крутит шашни там со своим парнем, а им втирает о большом бизнесе.

Я не знаю, сколько таблеток экстази запихнул в него Цинь Кэ!

Воспользовавшись тем, что большинство из их компании резались в кости, Хэ Цзыю подошел к Сун Юньжаню и тихо спросил:

- Ты набросился на этого Лу Няньтина, потому что тот распускал слухи о тебе, и это отразилось на ваших отношениях с Цинь Кэ?

Сун Юньжань не хотел, чтобы другие знали о связи Цинь Кэ с Лу Няньтином, поэтому решил схитрить:

- Можно и так сказать.

- Понятно. Никогда не думал, что ты такой мстительный, - вздохнул Хэ Цзыю. – Из тебя вышел отличный властный президент.

Глаза Сун Юньжаня ярко засияли:

- Ты правда так думаешь?

- Да, эта развязанная тобой бизнес-война такая захватывающая, - продолжил Хэ Цзию. - Я читал, что некоторые пользователи заявили, что в его компании много нарушений, она проводит незаконные операции и обманывает своих поставщиков.

Сун Юньжань откровенно признался:

- Это все моя работа.

Хэ Цзыю чуть не подавился:

- … О! Ну ты - молодец, я не ожидал, что ты такой смелый. Думал, что со своим врагом ты будешь разбираться по-другому. А ты – раз и всю информацию о нем выкопал, может, и личную его печать стащил даже? Хахаха…

- Держи рот за зубами, -  самодовольно ухмыльнулся Сун Юньжань и шепнул другу на ушко. – Просто знай, что я очень хорош.

Возможно, его трансформация началась, когда он стал отцом, подумал Сун Юньжань.

С тех пор, как он стал отцом Цинь Кэ, он больше не мог вести себя по-детски, как раньше.

Лу Няньтин – доказательство его роста.

То, что пока все идет гладко, свидетельствует, что его план безупречен.

Дальше ситуация будет обостряться, грязное белье Лу Няньтина будет вытащено на свет, и он не сможет избежать заслуженной кары.

Жаль, Цинь Кэ не общается со своим биологическим отцом.

Сун Юньжань хрустел кокосом и думал – как бы я хотел прийти в дом Лу Няньтина с Цинь Кэ, чтобы увидеть, как тот рыдает от безысходности.

К сожалению, ему, видимо, не светит увидеть, как этот подлец на коленях кается и молит сына о пощаде.

Но жизнь, как известно, несовершенна.

Сун Юньжань достал телефон и через тайную учетную запись вошел на страничку группы в WeChat под названием «Уничтожим Лу Няньтина».

Не желая светиться, чтобы никто не смог связать их нападки на компанию Лу Няньтина с Xinghe Entertainment, они с помощником Таном решили замаскироваться под бизнес-конкурентов Лу Няньтина.

В этот момент кто-то из группы написал ему: [Они удалили нашу обличительную статью. Вернуть ее?]

Сун Юньжань ответил: [Возвращайте, они удалят одну, мы опубликуем десять.]

Хочешь сразиться со мной?

Сун Юньжань отложил телефон и ухмыльнулся, 30% безразличия и 70% презрения.

Я работаю в индустрии развлечений уже две жизни. Я намного опытнее вас в формировании общественного мнения. Да у меня карманных денег больше, чем вы тратите на маркетинг. Где уж вам тягаться со мной!

Это поединок двух отцов Цинь Кэ.

И в этой дуэли, подумал Сун Юньжань, победа останется за мной.

***

Наступил день рождения Сун Юньжаня.

Ему больше не нужно было неотрывно подливать бензин в костер. Пользователи сами раскопали темные делишки нескольких компаний под руководством Лу Няньтина. От их глаз не ускользнули даже всевозможные сплетни о нем в его молодые годы.

[ Лу Няньтин первый раз был женат в молодости, но недолго, развелся после того, как его поймали на измене. Позже он женился еще раз. И использовал деньги своей супруги, чтобы открыть собственную компанию. Возгордился и опять стал путаться с молодыми девушками.]

[Какой подлый. Богатые женщины, будьте осторожны, не дайте себя обмануть подонкам.]

[Зачем богатая женщина дала ему денег? Он даже не красавчик.]

В представлении пользователей сети Лу Няньтин, которому уже за пятьдесят, - всего лишь довольно потасканный мужчина в возрасте. Табак, алкоголь и красотки сделали свое дело, он обрюзг и потолстел. Они не могли понять, как такой некомпетентный уродец смог обольстить богатую госпожу.

И когда кто-то выложил его старую фотографию, когда он был молодым, все были шокированы.

[Блин, он действительно красивый.]

[Трудно представить, что это один и тот же человек.]

[Хороший пример, как злые намерения могут изуродовать человека.]

[Мне кажется? Или он немного похож на Цинь Кэ?]

[… Что Цинь Кэ тебе сделал, что ты так его оскорбляешь?]

[Обожаю этого красавчика.]

- Вот почти и все, - подвел итоги помощник Тан и, немного помолчав в трубку, с укоризной спросил. - Президент Сун, почему вы не сказали мне, что он биологический отец Цинь Кэ?

Сун Юньжань сидел в зале ожидания в аэропорту. Неожиданный вопрос выбил его из колеи:

- Откуда вы узнали?

- ...Мне сказала Чэнь Цзин.

О, агент Цинь Кэ.

Сун Юньжаню все это не понравилось, но, что не понравилось – так и не понял, потому просто уточнил:

- И в чем проблема?

- В чем?! В СМИ только и делают, что обсуждают незаконную деятельность Лу Няньтина. Я слышал, что соответствующие органы сегодня посетили его компанию, чтобы проверить его счета. Если кто-то узнает, что Цинь Кэ - его сын, не повлияет ли это на имидж Цинь Кэ?

Сун Юньжань нервно моргнул – блин, он об этом и не подумал.

Он так радовался предстоящему банкротству Лу Няньтина, что совершенно забыл, что Цинь Кэ также может быть в этом замешан.

Он напрочь забыл об этом обстоятельстве. И Бай Ваньнин мне даже не напомнила об этом.

Цинь Кэ как вовлеченное лицо…

Чем больше Сун Юньжань думал об этом, тем больше запутывался. Что делать-то? Никакая логика не помогала.

Объявление, что началась посадка на его рейс, прервала его мучительные размышления.

Когда через два часа его самолет приземлился, Сяо Кэ уже ждал его.

Как только Сун Юньжань сел в машину, сразу осторожно поинтересовался:

- Как Цинь Кэ чувствовал себя последние два дня?

Сяо Кэ, чьи слова ранее чуть не стали причиной крупной катастрофы, теперь был  на стороже.

Он тщательно обдумал слова, что собирался произнести:

- Все как обычно. Особо счастливым не выглядит.

- ???

Сун Юньжань готов был умереть на месте - всё кончено, Цинь Кэ несчастен!

Должно быть, в глубине своего сердца он затаил обиду на него!

В этот день съемки проходили не в павильоне, а на старой улочке.

Выходя из автомобиля, Сун Юньжань видел, как местные жители кто из своих окон, кто с небольшой возвышенности с интересом наблюдали, как снимают кино.

Может, среди них притаились Гало-поклонники, подумал Сун Юньжань и быстро натянул маску. А то у этих идолопоклонников еще сердечный приступ случится.

Он приехал рано. Утренние съемки были еще в разгаре.

Получив пропуск, он вслед за Сяо Кэ прошел к месту съемок.

Снимали сцену драки. Цинь Кэ играл полицейского, который во время расследования столкнулся со злобными головорезами, и между ними завязалась драка

Цинь Кэ под прицелом камер был совсем не похож на себя в жизни.

Острый взгляд, четкие движения, свирепый темперамент.

Каждый раз, когда он красиво взмахивал ногой и посылал в полет очередного бандита, Сун Юньжань вздрагивал - Цинь Кэ также и со мной разделается после съемок?

Многие из съемочной группы узнали Сун Юньжаня.

Время от времени они поворачивали головы и бросали быстрые взгляды на Сун Юньжаня. Почему он такой бледный? Разве он – не президент, навестивший съемки? Почему выглядит как нашкодивший ребенок, которого вызвал на ковер  директор?

Сун Юньжань с трудом дожил до перерыва, потеряв за это непродолжительное время много нервов и волос.

Он безучастно сидел, где его посадили, голова понуро опущена, в лице – ни кровинки. В его ограниченном поле зрения появилась пара длинных ног. Он не решался поднять голову.

- Когда ты приехал? – услышал Сун Юньжань радостный голос Цинь Кэ.

И мысленно отметил – раздражения в голосе не наблюдается.

Набрался храбрости и жестом пригласил Цинь Кэ присесть рядом:

- Это… я кое-что тебе скажу, но ты не расстраивайся раньше времени.

Цинь Кэ склонил голову:

- Говори.

- Речь пойдет о Лу Няньтине. Я случайно кое о чем забыл, когда составлял план, - Сун Юньжань взмахнул руками. - Это действительно маленькая деталь. Ты совсем не похож на Лу Няньтина, но правда, что он был женат на тете Цинь, уже вышла на свет. И если кто-то захочет нацелиться на тебя, он может использовать эту информацию, чтобы навредить тебе.

Цинь Кэ спокойно бросил:

- Ну и что?

- ?

Сун Юньжань подумал, что тот не осознает всей серьезности ситуации, и нахмурился:

- Это может расстроить тебя, - тихо прошептал Сун Юньжань. – Не волнуйся, мы с помощником Таном все обсудили. Компания поддержит тебя, мы уверены, что мы сможем минимизировать твои потери, но…

- Но вы не уверены на 100%, да? - уточнил Цинь Кэ.

Сун Юньжань смущенно кивнул.

Цинь Кэ рассмеялся:

- Все в порядке. Я уже рассказал обо всем Чэнь Цзин. Когда все откроется, просто признаем это. Это же так и есть, в конце концов.

Сун Юньжань был еще больше сбит с толку:

- Ты уже подумал, что можешь попасть под огонь? - и сразу забеспокоился и, неосознанно повысив голос, обиженно выкрикнул. - Тогда почему ты не остановил меня?

Если бы он осознал это раньше, он, возможно, изменил бы план нападения на Лу Няньтина или вовсе отказался бы от борьбы с ним.

В конце концов, Цинь Кэ для него важнее задетого самолюбия.

- Успокойся и говори тише, - Цинь Кэ приложил палец к его губам. - Причина, по которой ты хочешь наказать Лу Няньтина, заключается не только в том, что ты хочешь отомстить ему за притеснения, но и излить свой гнев на прошлую жизнь…

- … Хм.

- Поэтому у меня нет причин вставать у тебя на пути и мешать тебе делать то, что ты хочешь, - Цинь Кэ заглянул в его глаза и прошептал. - В прошлой жизни я наделал много ошибок, потому и вернулся в исходную точку, чтобы все исправить. Но ты отличаешься от меня. У тебя очень цельная натура. Ты можешь делать все, что хочешь. А с последствиями я разберусь сам.

Сун Юньжань замер.

Что это значит?

Создавай проблемы, сколько хочешь, папа позаботится о тебе? Так?

Сун Юньжаньь скорчил недовольную рожицу:

-  Что ты имеешь в виду!

Цинь Кэ усмехнулся:

- Не беспокойся ни о чем. Давай, я познакомлю тебя с режиссером и продюсером. Узнаете друг друга получше, может, поработаете вместе и над другими проектами.

В Сун Юньжане тут же проснулся президент.

Он вскочил и последовал за Цинь Кэ к навесу, под которым было размещено оборудование, и тусовалась режиссерская группа.

После обмена приветствиями режиссер спросил у Сун Юньжаня:

- Я слышал, что сегодня у вас день рождения?

Сун Юньжань сконфуженно кивнул.

На лице режиссера расплылась счастливая улыбка:

- Так уж получилось, что сегодня у нашей команды на вторую половину дня съемки не запланированы. Почему бы нам не отпраздновать это событие вместе?

Сун Юньжань думал, как вежливо отказаться, как вдруг до него дошло…

Он перевел взгляд на Цинь Кэ, у того на лице даже жилка не дрогнула, потом - на режиссера:

- У вас сегодня - выходной?

Режиссер радостно закивал:

- Да. На прошлой неделе нам объявили, что сегодня днем на этой улице будут проводить капитальный ремонт газопровода, поэтому нам пришлось объявить выходной на вторую половину дня.

Сун Юньжань:

- …

Ой.

Автору есть что сказать:

Ой, меня опять обманули!

С Днем Рождения.

Вернувшись в отель, Сяо Кэ сходил в ресторан за едой, отнес ее боссу и ушел, крепко задумавшись.

Сун Юньжань был вне себя – его опять обманули!

Он еле слышно прошептал:

- Я забронировал обратный билет. У меня запланирована встреча с друзьями. Я так много работал в этом году и давно не был на рыбалке.

Цинь Кэ с трудом разобрал, что бормочет Сун Юньжань, но примерно догадался, что тот хотел сказать ему. Отложил палочки и укоризненно покачал головой:

- У тебя есть время, чтобы играть с друзьями, но тебе жалко выделить для меня полдня?

- Ты не должен был мне лгать, - с праведным гневом в глазах заявил Сун Юньжань. -  От кого ты нахватался таких плохих привычек?

Цинь Кэ с нежностью посмотрел на него:

- Я боялся, что ты не захочешь праздновать свой день рождения здесь со мной?

- …

Сун Юньжань заколебался - действительно у него были такие мысли.

В конце концов, свои отношения с Цинь Кэ они скрывали от других. Особенно осторожными им приходилось быть на съемочной площадке. Конечно, это вызывало дискомфорт.

А в свой день рождения ему хотелось расслабиться и хорошо повеселиться.

- Я понимаю, что тебя напрягает, - опустил голову Цинь Кэ и грустно закончил. - Я планировал пригласить тебя куда-нибудь, но так как тебе это не интересно….

Сун Юньжань, услышав, что им не придется томиться в номере, сразу повеселел:

- Правда? И куда мы пойдем?

- Хочешь знать? - Цинь Кэ сделал загадочный вид. - Сначала доешь.

Сун Юньжань моментально сосредоточился на еде.

Он торопился, набил рот едой и усиленно ее пережевывал. Его щеки раздулись, говорить он не мог, поэтому просто смотрел на Цинь Кэ щенячьим взором, сверкая глазами.

Вот сейчас доест, схватит поводок и принесет его хозяину – пора, дескать, гулять.

Когда с едой было покончено, Цинь Кэ вручил ему подарок:

- С днем рождения.

Сун Юньжань открыл подарочную коробку – внутри лежали часы.

Коричневый ремешок из воловьей кожи, темно-синий циферблат. Похожи на те, что он обычно носил. Дорогие, тонкая работа.

Перевернул их и увидел на обратной стороне выгравированную фигурку маленького принца, стоящего на круглой планете и смотрящего в ночное небо.

- Тебе нравится?

Сун Юньжань кивнул и протянул Цинь Кэ руку, чтобы тот надел ему их.

Сначала его запястья коснулись теплые пальцы Цинь Кэ, вызвав дрожь в сердце, потом - прохладный ремешок. Странные ощущения заставили сердце Сун Юньжаня бешено забиться.

Он пересчитал опущенные ресницы Цинь Кэ и, не удержавшись, спросил:

- Почему маленький принц? – и, не дожидаясь ответа, ответил сам. - Потому что все дразнят меня, называя принцем, да? Жаль, что тебе не повезло встретить настоящего титулованного принца, придется довольствоваться маленьким принцем.

Цинь Кэ:

- …

- Можешь считать это своего рода заменой.

Цинь Кэ абсолютно ничего не понял. Застегнул ремешок и погладил Сун Юньжаня по голове:

- Пошли.

Сун Юньжань был в приподнятом настроении и всю дорогу до лифта что-то напевал себе под нос. У лифта недоуменно остановился:

- Разве Сяо Кэ не пойдет с нами? Мы будет только вдвоем?

- Ага.

Цинь Кэ посмотрел на часы. Они так шли Сун Юньжаню - белая кожа, тонкое запястье и изящное дополнение - наручные часы со сложным дизайном, идеально отражающим его своеобразную индивидуальность.

Сун Юньжань от нетерпения аж подпрыгивал на месте.

Они много гуляли вместе на шоу «Неспешное праздное путешествие». Но почти всегда рядом с ними кто-то был, а чаще всего – целая толпа. Даже красивые пейзажи не спасали, они все время помнили, что они «работают».

Сегодня было их первое серьезное свидание.

Скромный черный внедорожник выехал из гаража и поехал по улице.

Городская застройка постепенно осталась позади, окружающий пейзаж превратился в приятный пригород.

Сун Юньжань от нетерпения вертелся на кресле и сыпал вопросами - куда едем, скоро ли приедем? Цинь Кэ улыбался и ничего не отвечал.

И только через некоторое время Сун Юньжань вдруг понял, что пейзаж за окном какой-то знакомый.

- …А, я, кажется, понял. Здесь в горах есть озеро, там очень красивый пейзаж, -  Сун Юньжань изумился. - Ты везешь меня туда?

Цинь Кэ повернул руль и выехал на дорогу, ведущую к озеру:

- Какой ты догадливый.

Сун Юньжань чуть не рассмеялся:

- Глупый, ты не знал, что папа там снимался?

И подумал - это так неожиданно.

В прошлой жизни съемки его первого фильма проходили как раз на берегу этого озера.

В этой жизни этот фильм так и не был снят. Видимо, сработал эффект бабочки. Он не ожидал, что Цинь Кэ привезет его сюда в день его рождения.

Или это …

Все не случайно?

Сун Юньжань принял торжественный вид:

- Я знаю. Ты, наверное, видел этот фильм, да? И тебя поразила та знаменитая сцена. Она запала тебе в душу, да?

Так всё и было, наверное.

Иначе как объяснить, почему Цинь Кэ привез его именно сюда.

Цинь Кэ уклончиво улыбнулся, позволив человеку рядом с ним погрузиться в нарциссическую эйфорию.

День сегодня стоял угрюмый. Небо хмурилось.

Может, из-за этого машин на трассе почти не было. Ни машин, ни туристических автобусов.

Вскоре перед их глазами предстало бескрайнее изумрудно-зеленое озеро.

Дул легкий ветерок, вдоль берега качались камыши, вызывая рябь на водной глади озера.

Автомобиль остановился. Сун Юньжань торопливо задергал ремень безопасности, пытаясь его отстегнуть:

- Папа лучше тебя знаком с этим местом. Я покажу тебе окрестности, - и, подражая тону экскурсовода, с улыбкой начал. - Здравствуйте, господин Цинь, добро пожаловать в это прекрасное место… Позвольте представиться. Меня зовут Сяо Сун. Сегодня я буду вашим эксклюзивным гидом. Я буду с вами на протяжении всего тура.

Цинь Кэ улыбнулся и подыграл ему:

- Хорошо, тогда ведите меня.

На самом деле, показывать дорогу не было необходимости. Все окрестные достопримечательности располагались вдоль озера.  Обойдите его по дощатой дорожке вдоль берега водоема и все увидите.

Но Сун Юньжань уже не мог остановиться:

- Дорога, по которой мы сейчас идем, построена силами местных жителей и предназначена как для пешеходов, так и для транспортных средств.

- О! - Цинь Кэ с улыбкой уточнил. - Вы уверены, что машина здесь сможет проехать?

Сун Юньжань уверенно отбрил его:

- Велосипеды могут.

- Хорошо, поверю вам на слово.

- Прошу вас, господин Цинь, не ставьте под сомнение авторитет гида, удостоенного золотой медали.

За исключением пары водоплавающих птиц и их, больше на озере никого не было.

Горы, вздыбившиеся вокруг водного котлована, были как естественная преграда, отделившая их от мирской суеты.

Цинь Кэ снял маску, вполуха слушал чепуху, что нес Сун Юньжань, и наслаждался прогулкой. Прогулкой со своим возлюбленным.

Проходя мимо каменного моста, Сун Юньжань откашлялся:

- Господин Цинь, обратите внимание на этот мост.

Цинь Кэ:

- А?

Сун Юньжань указал на уличный фонарь в углу моста:

- Господин Сун Юньжань, наш великий артист, на этом месте сыграл свою самую блестящую сцену… Закончилась сцена его слезами. Он так красиво плакал…

- Это действительно была выдающаяся сцена, - глаза Цинь Кэ затуманились. -  Ты и правда так красиво плакал в том эпизоде.

Сун Юньжань удивленно вытаращил глаза:

- Ты помнишь эту сцену? - подошел и ностальгически коснулся уличного фонаря. -  Но ты не знаешь, как сложно далась мне эта сцена.

- Серьезно?

- Да, режиссер требовал от меня, чтобы я заплакал, а я не мог выдавить из себя ни слезинки.

Сун Юньжань встал у фонаря, видимо, там и разыгрывался этот эпизод, и обернулся:

- Я промучался полчаса, но у меня так ничего и не вышло. Режиссер разозлился и заявил: «Не можешь это сделать, закапай глазные капли».

В этот момент солнце, большую часть дня прятавшееся за облаками, вдруг выглянуло из-за кучевых туч.

Шаловливый лучик пробежался по правой щеке Сун Юньжаня, оживив в памяти Цинь Кэ ту трогательную сцену из фильма.

Он стоял и смотрел, не говоря ни слова.

Сун Юньжань продолжил:

- Я не хотел этого делать. Думал, а вдруг кто-нибудь из моих антифанатов заснимет это на свой телефон и выложит потом в интернет. Такой непрофессионализм фанаты мне не простят.

Цинь Кэ приподнял уголки губ:

- Ты так разволновался, что в итоге заплакал.

Сун Юньжаня порадовала его догадливость:

- О, ты включил свой IQ! Неплохая догадка.

- …? - Цинь Кэ и не знал, что его IQ был отключен, но отбросил свое недоумение и объяснил. - Это не догадка. Я видел это своими глазами.

- А?! – потрясенно вскрикнул Сун Юньжань.

Цинь Кэ медленно поднял руку и ткнул пальцем на берег озера:

- Я стоял там и наблюдал оттуда за тобой.

Сун Юньжань посмотрел на указанное место, в голове всплыли какие-то мутные воспоминания – кажется, во время этой сцены там толпились сотрудники съемочной команды.

Он порылся в памяти, но Цинь Кэ так и не вспомнил.

Цинь Кэ тихо сказал:

- Это место, где мы впервые встретились.

В том году Сун Юньжань после слез, скандалов и голодовки, наконец, выбил у родителей разрешение войти в индустрию развлечений. И сразу получил первую в своей жизни главную роль. Ningdong вложила немало денег в этот фильм, потому вся съемочная группа ходила вокруг него на цыпочках. И даже если он не вытягивал роль, особо на него не срывалась.

Съемки на мосту проходили осенью.

Цинь Кэ тогда только окончил киношколу, с утра до вечера рассылал повсюду свои резюме, надеясь получить хоть маленькую роль в каком-нибудь фильме.

Как-то утром ему позвонил знакомый из киношколы и спросил, не хочет ли он сыграть небольшую роль в фильме, в котором его знакомый сейчас снимается. Актер, взятый на эту роль, внезапно заболел. Ответ нужно дать как можно скорее.

У Цинь Кэ не было времени даже собрать чемодан. Он купил билет на ближайший рейс, прилетев, стиснул зубы и вызвал такси, чтобы добраться до озера. Встретился с замрежем и услышал: «Извините, мы уже нашли замену».

Приятель долго извинялся, но Цинь Кэ принял это известие спокойно.

Попрощавшись, прошел под мостом, вынырнул из-под него и увидел Сун Юньжаня в свете прожекторов и камер. И услышал, как тот прошептал: «А что, если в съемочной группе есть мои антифанаты».

Цинь Кэ остановился и молча наблюдал, как этот странный человечек заплакал.

Сцена закончилась. Сун Юньжань вытер слезы и спустился с моста, попросив у своего помощника воды.

Его ресницы слиплись от слез, глаза и кончик носа покраснели, а уголки губ грустно повисли, придав ему жалкий вид.

Цинь Кэ смотрел на него во все глаза, а тот прошел мимо, даже не заметив его.

Так эти двое разминулись.

Цинь Кэ развернулся и двинулся к шоссе, отошел примерно на пятьдесят метров от моста и получил звонок – его приглашали на прослушивание в фильм «Свадьба и похороны».

В этот момент судьба этих молодых впервые встретившихся людей резко разошлась.

Но именно в этот момент между ними протянулась невидимая красная нить.

Если мы не можем быть друзьями, то можем быть любовниками.

На обратном пути к машине Сун Юньжань хранил молчание.

Об этом эпизоде из их жизни в книге не упоминалось, и если бы Цинь Кэ не рассказал об этом, он бы и не узнал. Оказывается, они встретились намного раньше, чем он думал.

Неудивительно, что Цинь Кэ привел его сюда.

После въезда в город скорость машины значительно замедлилась.

Время от времени на мелькавших за окном торговых центрах проносились и рекламные билборды с Цинь Кэ.

Теперь ему уже была не нужна помощь Ningdong. Xinghe Entertainment была завалена предложениями от множества разных брендов.

Имидж, возможности и популярность.

По этим факторам бренды зачастую и оценивали эффективность того или иного творца. У Цинь Кэ присутствовали все эти факторы.

Раньше Сун Юньжань считал, что он достоин быть главным героем книги и что его всегда сопровождал успех, что в той, что в этой жизни.

И только сейчас понял, как ошибался.

- Я не ожидал, что тебя отвергнут, - нахмурился Сун Юньжань. – Оказывается, тебе тоже было нелегко. Мне не следовало так нападать на тебя.

Цинь Кэ отвлекся от дороги:

- Когда это ты нападал на меня?

- Когда мы поссорились в деревне Хуалин, - на его лице Сун Юньжаня появилось выражение раскаяния.

В тот вечер он вышел из себя, рассказал всю правду о прошлой жизни и обвинил Цинь Кэ, что тот победил его только потому, что был главным героем книги.

Это было неправильно.

Хотя ему не нравилось, что пушечное мясо так угнетают, но невольно  чувствовал, что он в любом случае не конкурент главному персонажу.

А ведь, когда они дебютировали, их положение было абсолютно противоположным.

Разве это справедливо?..

Сун Юньжань потер затылок, от таких мыслей только голова разболится.

Возможно, сработала сублимация чувств. Он с любовью посмотрел на красивый профиль Цинь Кэ и почувствовал себя счастливым.

Цинь Кэ бросил на него быстрый взгляд:

- … разве мы ссорились?

Сун Юньжань:

- ?

- Мне показалось, что тогда говорил только ты.

- … - улыбка на лице Сун Юньжаня мгновенно застыла. - Хочешь поссориться со мной сейчас?

Цинь Кэ засмеялся:

- Ни в коем случае. У тебя сегодня день рождения.

- Ты знаешь, что у папы день рождения, но все равно выводишь его из себя?! - Сун Юньжань сердито фыркнул. - Я думаю, что ты заманил меня сюда не из добрых намерений. Хотел унизить меня?

Цинь Кэ недоуменно задался вопросом – о каком унижении идет речь?

Он повернул руль и загнал внедорожник в гараж:

- Что ты имеешь в виду?

Сун Юньжань дернул ремень безопасности:

- Хотел меня ткнуть носом, что я плохой актер. Специально напомнил мне, что я тогда не мог заплакать? Хотел посмеяться надо мной?

Он считал это рассуждение очень логичным.

Если бы Сун Юньжань стал свидетелем такой сцены, где актер не мог выжать из себя слез, он бы точно подумал: «И это все? Я бы лучше сыграл».

Цинь Кэ некоторое время молчал - парковал машину, потом задумчиво проговорил:

- На самом деле, у меня тогда было много мыслей. И хороших, и плохих. Какие хочешь услышать?

- Хочу услышать правду, - Сун Юньжань пристально посмотрел на него. – Папа хочет знать, что тогда творилось в твоем сердце.

Подземный гараж был тускло освещен, не горел свет и в машине.

Цинь Кэ откинулся на спинку сиденья, его силуэт был погружен в полумрак. Странно, но эта картинка словно перенесла Сун Юньжаня в прошлую жизнь, на озеро.

Цинь Кэ медленно начал:

- Первая мысль при виде на тебя была - этот актер настолько глуп? Режиссер же все ему подробно объяснил, а он только бесчувственно таращит глаза.

Сун Юньжань:

- …

Необязательно так детально все пересказывать. Я все еще хочу сохранить лицо.

- И его слова тоже очень странные. Он – на съемочной площадке, а его беспокоит, есть ли рядом его антифанаты.

Сун Юньжань хотел было возразить, но сдержался.

Можно не рисовать меня черными красками?

- Но по его борьбе с самим собой, лицо его виновато раскраснелось, было видно, что он сам недоволен собой, - Цинь Кэ повернулся, его яркие чернильно-черные глаза нежно посмотрели на Сун Юньжаня. – Я понял, что хоть он и слегка неуклюж, но прилежен и трудолюбив.

От такой похвалы у Сун Юньжаня закружилась голова:

- Ты похвалил меня?

Цинь Кэ кивнул и продолжил:

- Я подумал тогда, что этот человек довольно интересный, и, возможно, в будущем мы сможем с ним подружиться.

Сун Юньжань был поражен. Значит, когда они потом встретились, в сердце Цинь Кэ уже проклюнулся росток дружбы.

- Но когда я увидел тебя в следующий раз, - Цинь Кэ бросил на него лукавый взгляд, - ты либо закатывал глаза, либо просто игнорировал меня.

- … Но ты тоже не проявлял особого энтузиазма, -  виновато пробормотал Сун Юньжань.

Цинь Кэ улыбнулся:

- У меня тоже есть чувство собственного достоинства.

Как бы Сун Юньжань старательно не сжимал губы, он не смог удержаться от смеха.

Теперь, вспоминая свою прошлую жизнь, ему казалось забавным, что он своими руками уничтожил саженец дружбы.

- К счастью, мы переродились. Хотя в прошлой жизни мы не стали друзьями, в этой жизни мы - отец и сын, - Сун Юньжань подмигнул «сыну» и намекнул. - Кстати, ты уже полчаса не называл меня папой…

Цинь Кэ расстегнул ремень безопасности, наклонился и поцеловал «папу».

Страстный поцелуй навел их на одну и ту же мысль, и они одновременно воскликнули:

- Если мы не можем быть друзьями, то можем быть любовниками. Это даже лучше.

***

Вечером они поужинали со съемочной командой.

После ужина все бросились уговаривать Сун Юньжаня продолжить вечеринку и отправиться в салон настольных игр, они, дескать, уже арендовали его.

Вернувшись в отель после веселья, Сун Юньжань обтер лицо влажным полотенцем:

- Я подозреваю, что в этой команде есть мои мамочки-поклонницы. Когда я открыл глаза после того, как задул свечи, я видел - у некоторых в глазах стояли  слезы. Мама также плакала, когда я в детстве задувал свечи на торте.

Цинь Кэ посмотрел на него:

- Ты только сейчас это понял? Во время ужина у девиц на лицах просто написано было «Мама тебя любит».

- Не нарывайся, - погрозил ему пальчиком Сун Юньжань. – Мои мамочки-фанатки очень свирепые. Узнают, что ты в отношении меня имеешь дурные намерения, убьют тебя на месте.

Цинь Кэ хитро усмехнулся и собирался ответить, но его прервал звонок от агента.

Чэнь Цзин сообщила, что в интернете появилась информация, что Лу Няньтин - его биологический отец.

- Кто это сделал? Твои недоброжелатели? - Сун Юньжань достал телефон и вошел в интернет.

Там уже вовсю полоскали белье Цинь Кэ, обвиняли, что тот воспользовался преимуществами, предоставленными его отцом, проклинали и требовали вернуть деньги, которые задолжал им его отец.

Сун Юньжань так разозлился, что сразу же стал печатать приказ группе «Уничтожим Лу Няньтина» призвать «водную армию» и срочно подавить распространение этой новости.

Неожиданно Цинь Кэ остановил его, сжав запястье:

- Не волнуйся.

- Как я могу не волноваться?

Хорошее настроение Сун Юньжаня вмиг испарилось, он сердито надулся.

- Эту новость, вероятно, опубликовал Лу Няньтин, - пояснил Цинь Кэ. - На самом деле, в течение последних двух дней он пытался связаться со мной через разных посредников, хотел, чтобы я помог ему деньгами.

Сун Юньжань шокировало бесстыдство Лу Няньтина.

Он долго не мог произнести ни слова, потом, наконец, заговорил:

- Ты не дал, и он так отомстил тебе?

Цинь Кэ кивнул:

- Сегодня твой день рождения, я хотел рассказать тебе об этом завтра, не ожидал, что он будет таким нетерпеливым.

Сун Юньжань сжал свой телефон, чуть не раздавив его. Лу! Нянь! Тин! Ты! Такой! Подлый!

Власти уже начали расследование. У него уже не было шанса увернуться от наказания.

К тому же Цинь Кэ только недавно дебютировал – откуда у него может быть столько денег?!

Сун Юньжань аж затрясся - Лу Няньтин бросил жену и сына и имел наглость угрожать своему сыну и давить на него?!

Он поднял голову и увидел, в глазах Цинь Кэ полное равнодушие.

Естественно, Цинь Кэ не возлагал никаких надежд на отцовские чувства Лу Няньтина.

Но знать – это одно, увидеть же своими глазами - совсем другое.

- К счастью, мы переродились, - уже в который раз порадовался Сун Юньжань.

По крайней мере, он может поддержать Цинь Кэ.

Сун Юньжань приложил руку к сердцу и проникновенно проговорил:

- Все в порядке. Не думай о Лу Няньтине. Папа всегда будет твоей тихой гаванью! - протянул руку и с силой прижал голову Цинь Кэ к своей груди.

Цинь Кэ:

- …

Он не знал плакать ему или смеяться:

- Можешь дать мне высказаться?

Сун Юньжань поперхнулся:

- Ты готов признать это?

Цинь Кэ разместил документ, который он подготовил давным-давно, на Weibo:

- Я же говорил тебе, что сам позабочусь обо всем, - нажал на кнопку «опубликовать» и облегченно рассмеялся. – Сюрприз!

Это же слово он сказал Сюй Пину, когда тот пришел заключать с ним контракт.

Хотя Лу Няньтин поступил с ним и его матерью по-свински, Цинь Кэ не хотел, чтобы все узнали, какой плохой у него отец.

Он не ожидал, что однажды передумает.

Цинь Кэ не волновало, как о нем будут судачить сплетники и недоброжелатели.

Он просто не хотел, чтобы подобная ситуация повторилась, и Сун Юньжаню пришлось бы опять беспокоиться и переживать.

Поздно ночью пользователи, которые поздно ложились спать и продолжали лопать дыни, лазали по сети лазали, щелкая по горячим заголовкам, и случайно наткнулись, на признание Цинь Кэ, чье грязное белье полоскали все, кому не лень. Цинь Кэ решительно подтверждал, что слухи не были слухами.

Цинь Кэ не юлил, не подлил масла в огонь, а просто честно сказал правду.

В конце своего признания он обращался к Лу Няньтину: [Спасибо, что наконец-то ты вспомнил о том, что у тебя есть сын. Это сподвигло меня смело признать, что в моих венах течет и твоя кровь. Теперь я могу сбросить с себя это бремя. Прощай.]

Все: [………]

Любители дынных семечек словно прокатились на американских горках: сначала Лу Няньтина поймали на незаконной деятельности, потом выяснилось, что он связан с Цинь Кэ родственной связью, и, наконец, последний поворот – Лу Няньтин бросил своего сына, когда Цинь Кэ был ребенком!

Сначала все засомневались.

[ Почему мне кажется, что своим заявлением в Weibo Цинь Кэ просто пытается оправдаться?]

[Понял, что правда о нем уже открылась, и продал собственного отца? Отдел связи с общественностью в Xinghe Entertainment действует безжалостно.]

[Вряд ли Цинь Кэ соврал. Ведь если Лу Няньтин выложит их совместную фотографию, это будет пощечиной Цинь Кэ.]

Слухи бурлили всю ночь. И когда на следующий день Сун Юньжань сел в самолет, обсуждение в интернете приняло уже национальные масштабы.

Надо сказать, что современные пользователи сети действительно обладают некоторыми навыками Шерлока Холмса.

Они обшарили интернет и из глубоких его закромов выудили многолетней давности упоминание имени Цинь Кэ в переписке его одноклассниц в школьном блоге.

Если суммировать эти комментарии складывалась следующая картина – Цинь Кэ был красивым, холодным, жил со своей мамой, был беден.

Подобные комментарии сопровождали Цинь Кэ и в средней, и в старшей школе.

Потом пинкертоны прочесали все его интервью, которые он давал после своего дебюта. В них, каждый раз, когда Цинь Кэ упоминал свою семью, он благодарил только свою маму, ни разу не упомянул своего отца.

Более того, ни один фильм, в котором он снялся, никаким образом не был связан ни с именем Лу Няньтина, ни с его компанией.

Разве человек, который не воспитывал своего ребенка, не помогал ему идти по жизни, не предоставил ресурсы для его актерской карьеры, имеет право считаться отцом?

- Похоже, у некоторых пользователей стопроцентное зрение и зоркое сердце, - вздохнул с облегчением Сун Юньжань и обратился к своему визави, сидящему напротив:

- Но, мама, почему ты не предупредила меня об этой опасности, когда я решил разобраться с Лу Няньтином?

Бай Ваньнин потягивала кофе и молчала.

Десять минут назад Сун Юньжань ворвался в здание штаб-квартиры Ningdong Group, позвонил Сун Цзидуну из кабинета матери и объявил – да сделайте уже что-нибудь!

Но старшему господину Суну не было необходимости что-то предпринимать.

Да вы просто взгляните, с какой скоростью изменилось общественное мнение. Бай Ваньнин была уверена - Цинь Кэ хорошо подготовился к такому повороту событий.

Сбитый с толку Сун Цзидун продолжал наезжать на сына:

- Почему ты винишь в этом нас? Ты был полон решимости обанкротить Лу Няньтин, и я думал, что это твой ответный удар против него.

Сун Юньжань:

- … Вы обо мне слишком хорошего мнения!

- Малыш, мы же твои родители, конечно, мы верим в тебя.

- Вы оба остановитесь на секунду, - Бай Ваньнин больше не могла слушать, как пререкаются отец с сыном, поставила чашку на стол и объяснила. - Я специально не стала обращать твое внимание на это.

Сун Юньжань оторопел:

- Почему?!

Бай Ваньнин невозмутимо продолжила:

- Я хотела посмотреть, как поступит Цинь Кэ, когда его собственные интересы будут поставлены под угрозу. Бросится защищать себя или поможет тебе?

- ??? – тут уже и Сун Цзидун был сбит с толку. – Зачем тебе нужно было проверять его?

Бай Ваньнин тяжело вздохнула, пытаясь сдержаться, но в итоге сдалась и картинно закатила глаза:

- Он влюблен в нашего ребенка, почему я не могу его проверить? Я не могу быть такой глупой, как ты. Боюсь, ты бы и не заметил, если бы наш ребенок связался с плохим человеком.

Сун Юньжань:

- …

Сун Цзидун:

- ???

Автору есть что сказать:

я пошел есть дыни, закончу текст завтра ~

Так кто же из нас на самом деле папа?

Отец и сын были ошеломлены, Бай Ваньнин в отчаянии закрыла глаза.

Она уже давно подозревала, что Цинь Кэ был не просто подопечным для ее ребенка. Иначе с чего Сун Юньжань каждый раз, как приходил к ним, говорил только о Цинь Кэ.

А когда Цинь Кэ отдал свою кинонаграду Сун Юньжаню, а тот так жарко защищал его, ее подозрения усилились еще больше.

Окончательно ее догадки подтвердило сегодняшнее поведение Сун Юньжаня, когда он бросился к родителям, моля помочь Цинь Кэ. На ее взгляд, это было сродни прямому заявлению - «спасите моего парня».

Бай Ваньнин - просвещенный родитель, и влюбленных разлучать не собиралась.

Единственное, о чем она жалела, что никогда не узнает, как выглядел бы ребенок Сун Юньжаня.

Но теперь это не имело значения.

На самом деле, может, и хорошо, что его странные гены останутся при нем.

Сдержанная реакция Бай Ваньнин вызвала продолжительный торнадо в сердцах старшего Суна и младшего Суна.

Торнадо бушевал целый месяц, прежде чем они оправились от шока, и решили, что их семья и впрямь держится исключительно на великой Бай.

Две недели спустя со скоростью лесного пожара в интернете распространилась весть об аресте Лу Няньтина.

Пользователи сети пережили такие же, как отец и сын семьи Сун, взлеты и падения настроения.

Теперь, когда пыль, наконец, улеглась, они оглянулись назад и поняли, что причиной этой долгоиграющей дыни стала, казалось бы, обычная жалоба.

[Я единственный, кому интересно узнать об авторе этого шоу?]

[Гадать – бесполезно. Узнаем только тогда, когда он сам решит признаться в этом.]

[А может это... быть Цинь Кэ? Разделался втихую со своим подлым папашей.]

[Окстись! Он что, и своих бывших одноклассников подговорил, и грязь сам на себя вылил?]

[Этого имени еще никто не называл. Я буду первым. Предположу, что это сделал Сун Юньжань.]

[Насмешил до смерти! Господина Суна так разозлило несчастное детство Цинь Кэ! Мне нравится этот сценарий].

Все поддразнивали друг друга. Но вину на Сун Юньжаня перекладывали только в шутку.

В конце концов, он и Лу Няньтин никак по жизни не пересекались.

Сун Юньжань успешно достиг своей цели - обанкротил Лу Няньтина, не раскрыв себя.

Раньше он бы так гордился собой.

Но после пережитого торнадо ему пришлось вести себя намного осторожнее.

- Знаешь, мне вчера приснилась мама, она объявила «Он влюблен в нашего ребенка». Я проснулся в холодном поту, - как-то в середине мая рассказывал Сун Юньжань Цинь Кэ по телефону. - К счастью, я не увидел, что последовало дальше. Меня так напугали ее слова, что я тут же проснулся. Впредь нам придется быть осторожнее.

Цинь Кэ лениво склонил голову и улыбнулся:

- Тетя Бай, такая страшная?

Уже прошло два месяца, а ты все талдычишь об одном и том же.

Сун Юньжань строго пожурил своего парня:

- Не злорадствуй. Мама сказала, что хочет встретиться с тобой. Так что жди приглашения на пир. Помни о банкете Хунмэнь!

- Так опасно? Тогда я буду полагаться на папу, он же защитит меня?

Сун Юньжань уныло вздохнул.

Цинь Кэ пока еще не понял, что с Ваньнин его папе не справиться.

Эта встреча его не на шутку тревожила, поэтому он уклонился от ответа:

- Давай поговорим об этом при встрече. В любом случае моя мама очень занята, даже не знаю, как она сможет выкроить время для встречи с тобой. Ты же завтра прилетаешь, куда поедешь?

- К тебе?

- Нет! Не приходи ко мне. Завтра я буду вести прямую трансляцию из дома. Будь осторожней, аварии в прямом эфире мне не нужны.

Цинь Кэ оторопел:

- Какую прямую трансляцию?

- Буду продвигать игру «Легенда о Нань Хуа».

Сериал и игра «Легенда о Нань Хуа» создавались одновременно. Съемки дорамы близились к завершению, игра, которую разрабатывала компания Green Island Technology, вышла на этап бета-тестирования.

«Легенда о Нань Хуа» была ключевым проектом Xinghe Entertainment в этом году. Пора было начать продвигать этот проект, чтобы подогреть зрительскую аудиторию.

Несколько дней назад на совместном заседании было решено, что популярность Сун Юньжаня не должна пропадать зря.

Завтра стартует очередной этап продвижения сериала и игры. Сун Юньжань покажет свой дом, приманив аудиторию, а потом расскажет о новом продукте своей компании.

Превосходный ход! Только одно беспокоило Сун Юньжаня - прямая трансляция и возвращение Цинь Кэ случайно совпали!

А в онлайн-романах такое совпадение всегда заканчивается разоблачением сладкой парочки!

- В последний раз, когда я вел прямую трансляцию, меня в офисе заблокировали фанаты, - Сун Юньжань посмотрел на экран телефона и предупредил опасного «возвращенца». - На этот раз никаких проблем нельзя допустить. Иначе у меня сформируется фобия на прямые эфиры.

Цинь Кэ слышал, что тот не шутит, поэтому послушно согласился:

- Хорошо. Тогда дай мне знать завтра, когда закончишь.

***

На следующий день у экранов в ожидании стрима Сун Юньжаня собралось много зрителей.

Они не могли сдержать возбуждения, их ручки тряслись в предвкушении. Комменты так и сыпались.

[Я еле сдерживаюсь! Сегодня я смогу посетить Восточный дворец наследного принца.]

[Green Island Technology, вы здесь? У меня есть подруга, которая очень хочет увидеть своего сыночка в пижаме. Пожалуйста, исполните ее мечту!]

Ровно в два часа дня началась трансляция.

Первое, что бросалось в глаза, - длинный письменный стол из цельного дерева.

За ним сидел Сун Юньжань, рядом - продюсер «Легенды о Нань Хуа». Они с улыбкой поприветствовали пользователей сети.

Пользователи сети: […]

Это не та картинка, которую мы хотим видеть!

Все издали коллективный рев и возмущенно завопили.

[Кто хочет смотреть на кабинет?! Давай, проведи нам экскурсию по дворцу!]

[Малыш, почему ты дома ходишь в костюме? Не обижай маму, я же не посторонняя тетя, переоденься в пижаму и покажись.]

[…Может, Сяо Сун пытается нам сказать - видите, мой кабинет больше, чем ваш дом.]

[Книг много, интересно, сколько из них он прочитал?]

Сун Юньжань спокойно пробежался взглядом по комментам:

- Что за спешка? Сначала я представлю вам игру, а потом тем, кто не сбежит, покажу свои хоромы.

[Ты еще ребенок, мама не разрешает тебе играть в игры.]

[Ты так неуверен в этой игре? Боишься, что игра такая отстойная, что отпугнет клиентов?]

Сун Юньжань взял из рук продюсера телефон с установленной игрой и, взглянув на последнее сообщение, усмехнулся:

- Эй! Ты еще не видел игру. Следи за своими словами.

[О! Это мне? Хвалить я тоже умею!]

[Но сначала ты должен заплатить мне за это.]

Конечно, господин Сун никому не собирался платить. Подождал, пока сотрудники подтвердят, что игра проецируется на экран, и начал игру.

Он впервые играл в романтическую игру, ориентированную на женщин. Но руководство для игроков было составлено грамотно, понятно даже для новичков. Он, следуя подсказкам, плавно влился в игру.

Постепенно направление ветра в комментариях поменялось.

[Стиль рисунков настолько прекрасен, что я объявляю героиню своей дочерью.]

[Черт возьми, это гаремная игра? Как поймать всех мужских персонажей?]

[А, мое сердце сейчас вырвется из груди!]

[Сюжет в игре – как в моих любимых любовных романах.]

Продюсер игры, пока Сун Юньжань играл, не отрывал глаз от комментариев. Спустя несколько минут он почувствовал облегчение.

Все идет просто отлично. Энтузиазм зрителей рос не по дням, а по часам. Некоторые даже интересовались, когда игра появится в сети.

Тестовая версия не может продемонстрировать всех функций, часть из них еще дорабатывают. Сун Юньжань дал общее представление об игре, потом взял другой телефон и показал карточки разных персонажей.

[Помогите, не соблазняйте меня больше!]

[Да когда уже выйдет эта игра?!]

- Как вы быстро поменяли свое мнение, - с притворной строгостью произнес Сун Юньжань. – Кто-то может подумать, что вы мне подыгрываете.

Но гордую улыбку скрыть не смог.

Сун Юньжань смотрел на марширующие ряды восторженных комментариев и представлял, что это непрерывный поток денег, падающих в его карман.

Он ярко улыбнулся в камеру:

- Хорошо, теперь я проведу вас по своему дому.

[Да кто хочет любоваться на твои комнаты! Продолжай играть!]

Сун Юньжань:

- …

Это поколение пользователей все время бунтует.

Но он тоже не лыком шит:

- Не хотите? - Сун Юньжань встал и холодно бросил. – Не смотрите.

Исследовательская группа Green Island Technology:

- ???

Почему вы дразните аудиторию? Разве вы не говорили, что экскурсия по дому - всего лишь трюк для популяризации игры?

Пока исследовательская группа ломала себе голову, Сун Юньжань взял камеру и двинулся из кабинета:

- Сначала я отведу вас в гостиную…

Сун Юньжань внезапно замолчал.

Чтобы взаимодействовать с пользователями сети в режиме реального времени, в одной руке он держал камеру, в другой - телефон, чтобы читать комментарии.

Увидев последние комментарии, он застыл на месте.

[???]

[У меня воображение разыгралось или я и в самом деле видел на полке приз Китайской кинопремии?]

[Я сделал скриншот. Это действительно награда Цинь Кэ за лучший дебют!]

[Господин Сун, пожалуйста, объясните!]

Сун Юньжань посмотрел на полку и обмер.

Там стояла статуэтка и сверкала всеми своими хрустальными гранями.

Тем временем Цинь Кэ ехал домой и смотрел на застывшую фигуру Сун Юньжаня в своем телефоне.

Через пару десятков секунд тот отмер и суровым голосом продолжил:

- Он принес ее в мой дом и попросил присмотреть за ней.

Иероглифы в поле для комментариев сменили безмолвные многоточия. Никто ему, конечно, не поверил.

Цинь Кэ беспомощно улыбнулся.

Похоже, президент Сун уже схлопотал психологическую травму прямо в прямом эфире.

***

Сун Юньжань даже не помнил, чем все закончилось.

Лишь смутно помнил, что из упрямства игнорировал последовавшие комментарии, двинулся дальше, прогулялся по дому, потом передал камеру продюсеру, который и завершил трансляцию, напоследок еще немного рассказав об игре.

Проводив сотрудников Green Island Technology, Сун Юньжань проверил Weibo, и ему захотелось умереть на месте.

Гало-сестрички совсем распоясались.

Вместо того, чтобы гадать – правду сказал Сун Юньжань или нет, они позволили своему воображению разгуляться совсем в другом направлении.

Когда послышался звук открывающейся двери, Сун Юньжань вскочил и с ужасом на лице бросился в коридор:

- Что мне делать?! Фанаты CP думают, что мы живем вместе!

Цинь Кэ закрыл дверь и прислонился к стене:

- А ты хочешь?

- ??? - Сун Юньжань не понял. - Хочу чего?

- Жить вместе, - Цинь Кэ опустил голову и поцеловал его.

Сун Юньжань привычно чуть развернул голову, чтобы было удобно целоваться. Закончив с поцелуем, ворчливо пробормотал

- Дело не в этом. Как мы все это объясним?

- Объясним, что? - Цинь Кэ нахмурился. Они не виделись больше двух месяцев, а его щенок, кажется, стал еще глупее. - Рано или поздно нам придется открыть правду. Просто воспринимай это как преамбулу.

Ресницы Сун Юньжаня задрожали. Он хотел что-то сказать, но Цинь Кэ навис над ним, загородив свет, нежно прикусил мочку уха испуганного щенка и поинтересовался:

- Что, не хочешь?

Сун Юньжань словно очнулся ото сна и понял, что все его тревоги высосаны из пальца.

Прижался к Цинь Кэ и громко крикнул:

- Хочу!

***

Первый снег в городе Ян в этом году выпал тихим ранним утром в последний день декабря.

Сун Юньжань проснулся, распахнул шторы и застыл – весь мир снаружи оделся в белые одежки. И с криком быстро сбежал вниз по лестнице:

- Снег! Снег идет!

Цинь Кэ, сидевший на диване и читавший сценарий, усмехнулся:

- Ты же не южанин, снега не видел, что ли?

- Что ты знаешь! Сегодня - премьера «Дороги Цзянху», и снег - хорошее предзнаменование. Фильм определенно будет иметь большой успех, - присел рядом с Цинь Кэ и продолжил. - Не забывай, ты обещал мне в прошлом году на церемонии награждения, что выиграешь награду за лучшую мужскую роль и сделаешь меня самым счастливым отцом в мире.

Цинь Кэ молчал. Конечно, он говорил не совсем это.

Но Сун Юньжань так обаятельно нес эту чепуху, что он отложил сценарий, развернулся к нему и внимательно посмотрел на своего вздорного возлюбленного, гадая, какие еще трюки он прячет в рукаве.

Сун Юньжань встретился с ним взглядом и с невозмутимым видом произнес:

- На что смотришь? Если я сказал, что ты получишь эту награду, то ты ее обязательно получишь. Папа недавно заработал пятьсот миллионов, он слов на ветер не бросает.

На ярмарке теледорам, проходившей месяц назад, «Легенда о Нань Хуа» была продана по неожиданно высокой цене. Ее купили несколько телеканалов, им понравился и интересный сюжет, и продуманная постановка, и три платформы спутникового телевидения.

Хотя стоимость производства «Легенды о Нань Хуа» намного превышала предыдущие проекты Xinghe Entertainment, а окупаемость не была такой потрясающей, как у «Свадьбы и похорон», этого вполне хватило, чтобы выиграть спор с Бай Ваньнин. 500 миллионов были заработаны на два года раньше срока.

- И это еще игра не вышла, - горделиво расправил плечи Сун Юньжань. – Возможно, в следующем году я заработаю еще 500 миллионов.

Цинь Кэ молчал.

Сун Юньжань посмотрел на него:

- Нервничаешь из-за премьеры?

Цинь Кэ покачал головой и бросил на него многозначительный взгляд:

- Ты сегодня такой энергичный. Когда ты ночью умолял папу, говорил, что нет сил, ты солгал папе?

- …

Сун Юньжань задрожал. Пока Цинь Кэ не напоминал о вчерашней ночи, он был бодр и счастлив, а сейчас, услышав эти слова, у него вдруг заломило в пояснице и еще одно место напомнило о себе.

Сун Юньжань покраснел, в голосе зазвучала обида:

- У тебя ещё хватает наглости упрекать меня в этом. Из-за кого я продрых до полудня? Я выспался и выздоровел.

Цинь Кэ поднял брови:

- Значит, ты выздоровел?

Сердцебиение Сун Юньжаня ускорилось на несколько тактов. Он сердито нахмурился:

- Не валяй дурака! Скоро придут Сяо Кэ и помощник Тан. Они еще дети, им еще рано смотреть такие сцены!

Цинь Кэ хотелось рассмеяться, но сдержался. А вот сердце его пировало от счастья.

Он нежно ущипнул Сун Юньжаня за щечку:

- Я просто дразню тебя. Мы можешь просто целоваться.

- …Если ты действительно этого хочешь, то можно.

Сун Юньжань договорил, тут же поднял подбородок и приоткрыл губы, приглашая Цинь Кэ к действию.

Цинь Кэ усмехнулся и толкнул Сун Юньжаня на диван, припал к его губам и деликатно прикусил нижнюю губу.

Сун Юньжань время от времени отстранялся от Цинь Кэ и кидал пару-тройку, абсолютно бессмысленных для Цинь Кэ слов:

- Когда освободишься от рекламы фильма, может, съездим в Хуалин?

- Хорошо.

- Или лучше на Весенний фестиваль? Возьмем с собой тетю Цинь.

- Эм.

- А после нового года состоится кинофестиваль. Если получишь награду, как лучший актер, поднимешься на сцену, как настоящая звезда.

- Угу.

- Я с нетерпением жду этого, - и Сун Юньжань вздохнул. - Я официально объявлю, что у меня есть парень.

- … - Цинь Кэ раздвинул зубы Сун Юньжаня и прикусил кончик его языка, услышав его восклицание, отпустил и с насмешкой осведомился:

- Еще не передумал?

Сун Юньжань с улыбкой потерся лицом о ладонь Цинь Кэ.

Он изобразил покорность, не подозревая, что выглядит при этом, как ласковый щенок. Его мягкие волосы коснулись ладони Цинь Кэ, глаза последнего моментально потемнели.

Однако Сун Юньжань не заметил приближающейся опасности и продолжал нести всякую ахинею:

- Ты такой беспечный. Завтра Новый Год. Папа с нетерпением ждет его. Интересно, каким он будет, новый год.

- Новый Год наступит завтра, вот тогда и поговорим о нем, - Цинь Кэ слегка прикусил, а потом нежно лизнул кадык Сун Юньжаня, его дыхание потяжелело, голос охрип. - А сейчас…

Нам следует обсудить - так кто же из нас на самом деле папа?

Автору есть что сказать:

Основной текст окончен!

о(≧口≦)о

Лучший ребенок в мире (1)

Цинь Кэ проснулся – он лежал на боку на узкой односпальной кровати.

Первое, что бросилось ему в глаза – пожелтевшие покоробленные обои. Прозрачный скотч, приклеенный по углам, с трудом удерживал настенные покрытия, обнажая порой сквозь прорехи покрытую грязными пятнами стену.

Это не его дом, и не гостиничный номер.

Он медленно сел. А вот мебель в комнате выглядит знакомо.

Наткнулся глазами на зеркало, вмонтированное в дверь чулана, и увидел в нем маленького мальчика лет шести-семи.

Цинь Кэ нахмурился, и маленький мальчик в зеркале тоже нахмурился, его редкие бровки удивленно изогнулись.

- …

Это жилище было очень похоже на квартиру, в которой Цинь Кэ жил, когда учился в начальной школе.

Так…

Он что - снова переродился?

В это время в гостиной зазвонил телефон.

Цинь Кэ был выбрался из кровати, открыл дверь спальни и поискал глазами источник звонка. На столе стоял белый стационарный телефон.

Он поднял трубку и услышал голос матери:

- Я купила билеты на поезд на послезавтра. Мне еще нужно сделать кое-какие дела. Ты сможешь приготовить себе лапшу на ужин?

- Зачем ты купила билеты на поезд?

- Ты спал? Забыл все спросонья? Мама нашла новую работу, и мы переезжаем в другой город.

Он положил трубку, и в его сознании постепенно ожили давние воспоминания.

Сейчас Цинь Кэ было шесть лет, он пошел в первый класс, и сейчас у него были зимние каникулы. Через пару дней они с его мамой сядут на поезд и покинут город Ян. Это станет началом их долгих странствий.

- … Тск.

Шестилетний Цинь Кэ потерял дар речи – вчера он поздно вернулся со съемок и потом они с Сун Юньжанем всю ночь выясняли, кто из них тут настоящий отец.

Процесс выяснения был очень приятным. Обе стороны остались очень довольны. Перед тем, как уснуть, Сун Юньжань бормотал что-то об увиденной им спортивной машине - типа ограниченный тираж, крутой цвет, все дела. Цинь Кэ посмотрел фотографию автомобиля и цвет его, ядреный зеленый, ему напомнил всем известную зеленую шляпу, потому он вежливо попросил Сун Юньжаня еще раз подумать, стоит ли ее покупать.

Может, после того, как он заснул, Сяо Сун, расстроенный, что его парню не понравился присмотренный им автомобиль, решил посреди ночи утопить свое горе в вине?

Цинь Кэ прокрутил это в голове. В их доме было только кулинарное вино и  медицинский спирт для обеззараживания ран.

Он устало потер лоб – что-то здесь не складывалось.

Сун Юньжань не был настолько глуп, чтобы пить медицинский спирт.

Следующие две минуты Цинь Кэ просто бродил по дому.

После долгих размышлений он так ни к чему и не пришел и решил навестить Сун Юньжаня.

Надо было для начала определить, единственный ли он переродился на этот раз.

Цинь Кэ не пошел на виллу семьи Сун. Там была строгая охрана, он бы точно не смог туда войти.

Он проехался на метро, пересел на автобус и в 16:00 прибыл, наконец, в детский сад, куда ходил Сун Юньжань.

В частных детских садах нет каникул, ни летних, ни зимних. У входа в детсад выстроилась длинная очередь дорогих машин.

Цинь Кэ еще не привык к своему шестилетнему телу, потому чувствовал себя неуютно, когда шел сквозь толпу взрослых, но вспомнив, что Сун Юньжань сейчас и вовсе малявка, его сердце успокоилось.

Подойдя к главным воротам, он увидел на стене объявление и понял, что, во избежание скопления людей, каждая детская группа входит и выходит через определенные, выделенные ей ворота.

Цинь Кэ был немного подавлен. Он догадывался, что Сун Юньжань сейчас вроде должен ходить в старшую группу, но точно не знал.

Он, не раздумывая, выбрал западные ворота, основываясь исключительно на своей интуиции.

На подходе к западным воротам он услышал слабый крик:

- Помогите…

Цинь Кэ повернулся на крик - звук доносился откуда-то из-за кустов рядом с забором.

- …

Не особо веря в совпадение, он все-таки раздвинул кусты.

И перед его глазами предстало нежное, как свежеиспеченная булочка, личико.

Глаза у мальчика были круглые, ресницы завивались, как у куклы, красивое личико раскраснелось от трепыханий, став похожим на перезрелый помидор, идеально сочетаясь с цветом его пуховика.

В сознании Цинь Кэ мгновенно возникло лицо президента Суна.

То же лицо, разве только в уменьшенном масштабе.

Цинь Кэ осторожно спросил:

- Ты - Сун…

Не успел он договорить, как маленький мальчик в ужасе схватил его за рукав:

- Помоги мне! Кажется, меня поймал монстр!

- …

Это бесспорно был Сун Юньжань.

Цинь Кэ молча помог ему отцепить шапку, зацепившуюся за какую-то загогулину на заборе.

Сун Юньжань наконец обрел свободу, улыбнулся, на правой щеке появилась милая ямочка:

- Спасибо.

Цинь Кэ помолчал несколько секунд и спросил:

- Детсад уже закрывается. Что ты здесь делаешь?

- Я тебе не скажу.

Сун Юньжань бдительно оглянулся, присел за кустиками, отряхнул с себя грязь и вдруг вцепился в руку Цинь Кэ, потянув его вниз:

- Не стой, тебя увидят!

Цинь Кэ был застигнут врасплох и чуть не свалился в кусты.

Выровнял равновесие и присел рядом с Сун Юньжанем на корточки, выглянул сквозь прорехи в листве и посмотрел на прохожих, которые направлялись к западным воротам.

- Ты прогуливаешь занятия или сбегаешь?

Сун Юньжань замер, в его больших глазах расцвела паника.

Но он быстро пришел в себя и, обдумав ситуацию, тихим голосом спросил:

- Ты тоже сбежал из дома?

Цинь Кэ:

- ???

Сун Юньжань продолжил свои расспросы:

- Я тебя раньше не видел. В какой ты группе? Почему ты сбежал из дома? Уже придумал, куда пойдешь?

Радостный вид маленького Суна, словно тот, наконец, нашел себе партнера по побегу, озадачил Цинь Кэ. Какая нелепая ситуация!

Ему пришлось прервать его:

- Ты меня не видел раньше, потому что я не хожу в детский сад.

- О, а сколько тебе лет? - поинтересовался Сун Юньжань.

- Двадцать… - начал было Цинь Кэ, но, увидев взгляд Сун Юньжаня, точь-в-точь как у умственно отсталого ребенка, вздохнул и закончил другими словами.

- Э-э, мне почти семь лет.

Если быть точным, ему было шесть лет и пять месяцев.

Его ответ тут же разбудил в умственно-отсталом малыше желание посоревноваться.

- О, а мне скоро исполнится шесть лет!

Сун Юньжань даже повысил голос, не сознавая, чем он вообще гордится.

Цинь Кэ оцепенело кивнул. Умственно-отсталый малыш продолжил напирать:

- Ты учишься в начальной школе?

- …Эм.

- Потрясающе! Ты ученик начальной школы.

- Хватит это повторять.

Подозреваю, что ты так издеваешься надо мной, - мысленно добавил Цинь Кэ.

По традиции они должны были переродиться вместе.

Но ребенок перед ним говорил и вел себя слишком наивно и совсем не походил на взрослого, который просто притворяется.

Но немного зная Сун Юньжаня, Цинь Кэ не осмелился отнестись к этому легкомысленно.

Он немного подумал и осторожно спросил:

- Ты – господин Сяо Сун?

Сун Юньжань в замешательстве моргнул, как будто ничего не понимал.

Может ли так быть, что он единственный, кто переродился в этот раз?

Настроение Цинь Кэ мгновенно упало. Холодный зимний ветер дул, пронизывая до костей и царапая кожу ледяными лезвиями.

Он опустил глаза и увидел на ногах Сун Юньжаня домашние тапочки.

- Почему ты выбежал, не переобувшись?

Сун Юньжань прикусил нижнюю губку:

- В ботинках я бы далеко не убежал, они зачирикают, если я удалюсь от детсада.

Вероятно, в них было встроено отслеживающее устройство.

Цинь Кэ задумался:

- Почему ты хочешь сбежать из дома?

Уголки губ Сун Юньжаня тут же, задрожав, опустились.

Он сорвал пару листочков, разорвал их в клочья и крепко зажал в ладони.

И после долгого молчания прошептал:

- Она сказала, что я плохой мальчик.

Цинь Кэ был поражен.

Оказывается, именно в этом возрасте Сун Юньжань познакомился с той няней-извращенкой.

- Ах, мне не следовало этого говорить, - Сун Юньжань с досадой сжал кулаки. - Если я кому-нибудь расскажу об этом, я никогда не смогу стать хорошим мальчиком. Братик, ты можешь сохранить это в секрете?

Цинь Кэ помолчал несколько секунд, потом медленно произнес:

- Хорошо.

Сун Юньжань облегченно вздохнул, на его младенческом личике расцвела очаровательная улыбка.

Было видно, как работает его мозг – если братик сохранит его тайну, это не считается нарушением договора, заключенного с няней.

А вот Цинь Кэ было совсем не смешно:

- Ты не хочешь идти домой, потому что не хочешь ее видеть?

Сун Юньжань кивнул.

- …Может, пойдем и найдем воспитателя? – беспомощно предложил Цинь Кэ. Он заточен в теле шестилетнего ребенка, без помощи взрослых ему не справиться.

Сун Юньжань покачал головой:

- Я не могу никому рассказывать об этом, – и жалобно вздохнул. – Наверное, мне лучше вернуться.

Имея IQ ребенка пяти лет и десяти месяцев, Сун Юньжань в итоге понял, что побег из дома не решит его проблему.

Он встал, попрощался с Цинь Кэ, развернулся и приготовился нырнуть в дыру в заборе.

Цинь Кэ посмотрел на его щуплую фигурку и остановил его:

- Хочешь увидеть своих родителей?

- А можно?! - обернулся Сун Юньжань. - Но до Ningdong Group так далеко, без машины туда не добраться.

- Все в порядке, у меня есть машина, - Цинь Кэ наклонился и стал развязывать шнурки на своей обуви. – На улице слишком холодно, надень мои кроссовки.

Полчаса спустя Сун Юньжань сидел на сиденье и качал ногами, случайно коснулся своими кроссовками ног Цинь Кэ в его домашних тапочках и с завистью сказал:

- Брат, твоя машина такая большая.

Цинь Кэ спокойно ответил:

- Это же хорошо, так ведь?

- Только в ней много людей, - и Сун Юньжань с любопытством оглядел пассажиров автобуса. - Почему они не пересядут в другую машину, им не нравится сидеть?

Несколько пассажиров, стоящих в проходе, дружно оглянулись.

- … Перестань болтать.

Мне, шестилетке, будет сложно тебя защитить, если что.

Сун Юньжань послушно кивнул:

- Ладно.

На самом деле ему не нравится эта большая машина – она слишком шумная, кресла - слишком жесткие, и в машине – не так тепло, как в автомобиле, в котором он обычно ездит домой.

Но когда он подумал о скорой встрече с родителями, радость в его сердце смыла весь дискомфорт.

Давай, ты сможешь это вытерпеть, подбадривал себя Сун Юньжань. Он поднял глаза и поверх голов стоящих пассажиров увидел телеэкран, висящий в проходе.

По телевизору шла программа.

Несколько хорошеньких тетушек и дядюшек расставляли на лужайке большие игрушки и приказывали маленьким собачкам перепрыгивать через них.

Сун Юньжань был настолько поглощен программой, что не заметил пристального взгляда своего новоявленного братишки.

Цинь Кэ долго наблюдал за ним, потом перевел взгляд на висящий над проходом телевизор.

Действующие лица участников программы были ему знакомы. Все они были популярными в те годы актерами и актрисами.

Цинь Кэ шокировано замер. Черт, он упустил из виду одну деталь.

Какой это мир, собственно говоря?

Кем станет этот маленький Сун Юньжань, когда вырастет, - актером или президентом компании?

Цинь Кэ задумался и спросил:

- Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

Сун Юньжань обернулся и застенчиво улыбнулся:

- Ты будешь смеяться надо мной, если я тебе скажу?

- Нет.

- Тогда я скажу тебе по секрету, - Сун Юньжань наклонился к его уху и торжественно прошептал. – Когда я вырасту, я хочу стать собакой!

Цинь Кэ:

- …?

Он бросил взгляд на телевизор и вдруг понял, что Сун Юньжань наблюдал не за знаменитостями на экране, а за собакой!

Голос Сун Юньжаня был полон тоски:

- Собакам не нужно учиться играть на фортепиано и ходить в детский сад. И еще они очень храбрые! Посмотри, как они отважно прыгают через такие высокие игрушки. Они намного смелее меня.

Неожиданный ответ заставил Цинь Кэ замолчать.

Он никогда не предполагал, что однажды ему придется объяснять Сун Юньжаню биологическую разницу между человеком и собакой и что у каждого из них – свой путь.

Заметив, что его выбор не впечатлил брата, Сун Юньжань с сожалением сложил на коленях ручки.

Но через минуту снова повернулся к Цинь Кэ и, надув свои пухлые щечки, с вызовом произнес:

- Собаки замечательные, не смотри на них свысока.

Цинь Кэ попытался оправдаться:

- Я не смотрю на них свысока, я тоже очень люблю собак.

- Правда? - глаза Сун Юньжаня радостно загорелись.

Ему очень нравился этот симпатичный брат, который вез его в Ningdong Group на огромной машине. У них были одинаковые увлечения!

Такой брат, как и он, заслуживает светлого будущего.

Сун Юньжань решил окончательно расставить все точки над «и»:

- Тогда давай вырастем и вместе станем собаками!

- … Я не согласен, - решительно отказался Цинь Кэ.

Автору есть что сказать:

Братик по фамилии Цинь, не игнорируй доверие!

Лучший ребенок в мире (2)

Отказ Цинь Кэ стать собакой сильно разочаровал Сун Юньжаня.

А он уже размечтался, как они с братиком станут собаками, он будет отдавать братику самую большую кость в миске, оставляя себе косточку поменьше.

Кажется, ему не повезло. И в будущем придется есть все кости в одиночестве.

…Но это вроде тоже неплохо?

Сун Юньжань сглотнул и понял, что очень голоден.

Если бы он не сбежал, он бы уже ужинал дома, а не сидел в машине и думал о костях.

Цинь Кэ заметил его голодный взгляд и тихо прошептал:

- Ты голоден?

Сун Юньжань кивнул головой.

Цинь Кэ порылся в своих карманах в поисках денег.

Сейчас его семья бедна. Но, несмотря на это, когда Цинь Няньжун знает, что задержится на работе, она всегда оставляет ему немного денег на продукты.

Сегодня пятница, денег, выданных на неделю, в кармане осталось не так много, но накормить ребенка хватит.

- Потерпи пару минут. Сейчас выйдем, и я куплю тебе что-нибудь поесть.

Услышав, что они скоро выйдут из этой консервной банки, Сун Юньжань обрадовался.

Выйдут – это же значит, что они достигли пункта назначения, а, значит, скоро он увидит своих родителей.

Автобус остановился. И Цинь Кэ с Сун Юньжанем высадились на обочине дороги.

Они находились недалеко от оживленной части города Ян, вдоль улицы стройными рядами выстроились разного рода съестные заведения.

Денег у них было немного, элегантно оформленные рестораны были им не по карману. Лучше найти приличного вида небольшой магазинчик.

Продавец в магазинчике, увидев двух красивых детишек, с улыбкой спросил их:

- Что вы хотите съесть?

Сун Юньжань, еще не до конца вынырнувший из своих мечтаний, коротко бросил:

- Я хочу большую кость.

- … - улыбка на лице продавца застыла. - Малыш, у нас есть только булочки, приготовленные на пару.

- Но я не люблю паровые булочки.

Сун Юньжань схватил Цинь Кэ за руку, его большие глаза были полны мольбы:

- В соседнем магазине продаются большие кости, ты можешь купить их для меня?

- У меня нет столько денег, - Цинь Кэ было стыдно. Очень стыдно.

Сун Юньжань с жалостью посмотрел на него. Цинь Кэ был сердит на себя – ну, почему я переродился без всякого капитала?!

Купил бы ребенку свиные ребрышки с соусом. Вот же судьба-злодейка!

Сун Юньжаню ничего не оставалось, как смириться со своей участью.

Выбрал себе булочку с говядиной, увидел, что Цинь Кэ приготовился оплачивать покупку, изумленно спросил:

- Брат, ты ничего себе не купил.

- Я не голоден, - уверил его Цинь Кэ.

Сун Юньжань тут же вспомнил историю, рассказанную воспитательницей в  детском саду.

Однажды у бедного ребенка был день рождения. Его отец потратил все свои деньги, чтобы купить своему сынишке маленький торт. Ребенок спросил: «Если я съем его, что будет есть папа?». Отец улыбнулся и сказал: «Ешь, папа не голоден».

Сун Юньжань потрясенно застыл. А ведь этот братишка ведет себя так же, как этот отец!

- Подождите минутку! – Сун Юньжань поспешно остановил Цинь Кэ и спросил у продавца. - Что у вас самое дешевое?

Продавец указал на вареную кукурузу:

- Это дешевле, чем булочки.

- Я буду кукурузу.

Сун Юньжань мило улыбнулся, продемонстрировав свою милую ямочку на правой щеке. А про себя подумал – так поступают хорошие мальчики.

Вероятно, поступок Сун Юньжаня впечатлил продавца, и он бесплатно дал им две чашки соевого молока.

Цинь Кэ вежливо поблагодарил его и присел на стул у двери, попивая соевое молоко и наблюдая, как Сун Юньжань ест кукурузу.

Видимо, Сун Юньжань был по-настоящему голоден: вцепившись в кукурузину двумя своими лапками, он быстро грыз ее, раздувая свои щеки, как оголодавший хомяк.

- Ешь медленно, - напомнил ему Цинь Кэ, опасаясь, что тот подавится.

Сун Юньжань покачал головой:

- Я хочу поскорее увидеть своих родителей.

- Не торопись. Дальше мы поедем на метро две остановки. Это займет максимум десять минут.

Как только он закончил говорить, жевательная активность Сун Юньжаня заметно снизилась.

Странно, неужели до компании родителей так долго добираться?

Он ясно помнил, что когда он ездил в Ningdong, он у своего дома садился в машину, а затем выходил из нее уже возле компании.

В памяти Сун Юньжаня всплыли слышанные от взрослых всякие страшилки.

Он, не отрываясь от поедания кукурузы, осмотрелся и понял, что это место ему совсем незнакомо.

Сердце Сун Юньжаня ёкнуло.

Черт возьми, его, должно быть, похитили!

Его воспитательница не раз рассказывала им, что когда плохие люди похищают детей, они говорят: «Я отвезу тебя к твоим родителям»!

Кукуруза внезапно потеряла свою привлекательность. Сун Юньжань опустил глаза и опечалился - этот красивый брат оказался плохим парнем.

Почему он похитил меня?

Хочет потребовать у мамы с папой денег или продать меня?

Сун Юньжань отложил недоеденную кукурузину и посмотрел на продавца, ища помощи.

К сожалению, продавец в этот момент читал газету и сигнала не увидел.

Цинь Кэ, увидев, что он не ест, поинтересовался:

- Ты наелся?

- …Я не хочу больше.

Мне так грустно, подумал Сун Юньжань. Посмотри на меня - мне так грустно, что я не хочу есть кукурузу.

Цинь Кэ, конечно, ничего не понял.

Посмотрел на кукурузные зерна, прилипшие к уголкам губ Сун Юньжаня, вздохнул и, как прилежный отец, аккуратно салфеткой вытер своему малышу губы.

Ресницы Сун Юньжаня затрепетали.

Брат вытер мне рот. Плохие парни не ведут себя так нежно с похищенными.

Он передумал?

Всю поездку в метро Сун Юньжань боролся со сложными эмоциями.

Он никогда не ездил на подземном транспорте и не понимал, почему в вагоне так много людей.

Но заметил, что его братишка, крепко держа его за запястье, все время задвигал его в относительно удобный угол, чтобы на него не давили окружающие его взрослые.

Чем больше Сун Юньжань думал об этом, тем больше чувствовал, что плохие люди так себя не ведут.

Поразмыслив немного, он тихо прошептал:

- Брат, ты хочешь мясные булочки и большие кости?

- … нет.

- ? - Сун Юньжань не удовлетворил такой ответ. - Ты говорил, что хочешь.

Цинь Кэ улыбнулся:

- Хорошо, хочу.

- Сильно хочешь?

- Очень сильно хочу.

Сун Юньжань кивнул:

- Ты считаешь меня милым?

Разговор неожиданно принял странный оборот. Цинь Кэ на мгновение застыл:

- Очень милый.

О, так вот оно что!

Сун Юньжань понял, что правильно догадался о мотивах своего пошедшего на преступление братишки.

Цинь Кэ стал плохим парнем со слезами на глазах. И во всем виноваты мясные булочки и большие кости.

Но, в конце концов, Цинь Кэ настолько был впечатлен его привлекательностью, что больше не мог творить плохие дела и причинять вред маленьким детишкам.

Поэтому брат и защищает его, пригласил поесть, даже вытер ему рот.

Но ведь в таком случае брат не получит денег.

Сун Юньжань в отчаянии сморщил нос. Через несколько минут ему в голову пришла блестящая идея.

Цинь Кэ не заметил надвигающуюся бурю.

Вскоре они прибыли на нужную станцию. На протяжении всего пути от станции до здания Ningdong Group Цинь Кэ держал Сун Юньжаня за руку.

Охранник не узнал Сун Юньжаня и остановил их на входе в здание:

- Кого вы ищете?

Сун Юньжань вспомнил имена своих родителей:

- Я ищу Бай Ваньнин и Сун Цзидуна.

Охранник на миг остолбенел, потом отмер и связался по интеркому со своим начальником.

Тот воспользовался системой видеонаблюдения, опознал молодого принца Ningdong Group и сразу же сообщил секретарю Сун Цзидуна.

Секретарь тут же бросилась вниз.

Всего несколько минут назад ей позвонили из детского сада и сообщили, что Сун Юньжань пропал.

Она не решилась сообщить об этом господину Суну, но, к счастью, принц сам пожаловал к ним в компанию.

Секретарша обняла Сун Юньжаня. Она была безумно счастлива такой развязкой. Успокоившись, повернула голову и посмотрела на Цинь Кэ:

- Малыш, ты тоже сбежал из детского сада?

Это групповой побег? Секретарь была сбита с толку.

Цинь Кэ поджал губы:

- Нет, - помолчал, подумал, что Сун Юньжань вряд ли решится жаловаться на эту бесстыдную няню, отвел секретаршу в стороночку и рассказал всю историю, а в конце попросил:

- Пожалуйста, сообщите об этом дяде Суну и тете Бай.

Секретарь кивнула и добавила:

- Давай ты поднимешься с нами. Господин Сун наверняка захочет поблагодарить тебя лично. Кроме того, скоро стемнеет. Маленькому ребенку небезопасно одному идти домой. Я попрошу водителя после встречи с господином Суном отвезти тебя домой.

Цинь Кэ не ощущал себя ребенком, потому не согласился с ней:

- Все в порядке. Отсюда до моего дома ходит прямой автобус. Я доберусь сам.

Секретарша не стала принуждать его.

Об издевательствах над Сун Юньжанем нужно было немедленно сообщить господину Суну.

Цинь Кэ обернулся и помахал Сун Юньжаню:

- Тогда я пойду.

Сун Юньжань вскочил с дивана и бросился к Цинь Кэ:

- Не уходи!

Ты еще не получил денег, - мысленно прокричал он.

Объятия его были так крепки, словно он хотел костьми слиться с Цинь Кэ. Тот, как ни старался, не мог оторвать его от себя.

Увидев это, секретарь вступилась за спасителя:

- Жаньжань, отпусти его.

- Не отпущу! - закричал Сун Юньжань, повернулся к Цинь Кэ и нахмурился. - А как же деньги?

Цинь Кэ озадаченно затих:

- Какие деньги?

В этот момент на первый этаж прибыл лифт.

Бай Ваньнин спустилась с намерением пойти на ужин, громко стуча своими высокими каблуками, вышла из лифта и неожиданно увидела своего сына, который вообще-то должен был быть дома, а он стоял в вестибюле их компании и крепко обнимал какого-то незнакомого ребенка.

Она удивленно подняла брови и позвала сына:

- Жаньжань?

Сун Юньжань замер. Он не ожидал, что первым человеком, которого он увидит в компании, будет его суровая мать.

Но у него было неотложное дело, некогда было паниковать!

- Быстро, быстро схвати меня за плечо, - дал указание Сун Юньжань, отпуская руку Цинь Кэ.

Цинь Кэ ничего не понимал. Но, среагировав на его серьезный тон, послушно положил свою руку ему на плечо.

В тот момент Цинь Кэ не знал, что будет сожалеть об этом больше, чем о чем-либо за все свои три жизни.

Потому что несколько секунд спустя Сун Юньжань повернулся к Бай Ваньнин и диким голосом закричал:

- Мама! Меня похитили! Дай ему скорее деньги!

- ……………

Вестибюль компании, где сновало множество сотрудников, погрузился в тишину.

Цинь Кэ медленно закрыл глаза.

Эта жизнь оказалась такой короткой.

Лучший ребенок в мире (3).

Тишина в зале длилась недолго.

Вскоре, под громкий смех, Цинь Кэ пригласили пройти в приемную, расположенную слева от входа.

Он стоял в приемной, опустив голову. Сначала его взгляд долго блуждал по узорчатому ковру, потом упал на лицо ребенка, который все еще крепко обнимал его.

Сун Юньжань:

- Хе-хе.

…Эй, братик, подыграй мне!

Цинь Кэ не мог понять, с чего вдруг Сун Юньжань вообще решил, что он похититель.

Может, что-то пошло неправильно с самого начала.

Может, ему следовало поддержать Сун Юньжаня в покупке спортивного автомобиля вызывающе зеленого цвета?

Я ведь могу и не ездить в нем, в конце концов.

Эта утешающая мысль ненадолго отвлекла Цинь Кэ от идиотизма происходящего.

Отопление в приемной работало на полную мощность.

Сун Юньжаню стало жарко, он быстренько стянул с себя пуховик, на время отпустив Цинь Кэ, и тут же вновь приклеился к своему «похитителю», словно они были с ним сиамскими близнецами.

В белом свитере пятилетняя версия Сун Юньжаня была похожа на мягкую булочку, он умильно прижимался лицом к руке Цинь Кэ:

- Моя мама, наверное, пошла за деньгами. Скоро все закончится. Тебе же нравиться есть большие кости?

Всё в Цинь Кэ вмиг онемело:

- Я так счастлив, что хочу умереть.

- … не умирай, - Сун Юньжань похлопал его по руке и, подражая тону взрослых, утешил. – Жить не так уж плохо.

Правда? Я так не думаю, - мысленно ответил ему Цинь Кэ.

Сун Юньжань продолжил:

- Я не знаю, сколько тебе даст мама. Не трать всё на кости… Лучше купи машину поменьше, твоя такая большая, но в ней слишком тесно.

Цинь Кэ посмотрел на его мохнатую головёшку и, не сдержавшись, потянулся погладить его.

- Что ты делаешь? – глаза Сун Юньжаня стали как блюдца. – Я тебя не убедил?

Цинь Кэ склонился к своей «жертве»:

- Что, если я скажу да?

- ??? - Сун Юньжань тяжело вздохнул. - Брат, впредь будь хорошим человеком.

Секретарша, которая принесла напитки, рассмеялась.

Цинь Кэ посмотрел на нее:

- Теперь я даже не хочу быть человеком.

- Ты хочешь быть собакой?! - воодушевился Сун Юньжань.

Цинь Кэ:

- … - глубоко вздохнул и привычно протянул Сун Юньжаню стакан молока. - Ты думаешь, что я плохой парень, тогда почему помогаешь мне получить деньги?

- Потому что ты мне нравишься, - Сун Юньжань сделал пару глотков, пытаясь скрыть свою застенчивость, и смущенно прошептал. - Не обязательно быть плохим человеком, когда у тебя будут деньги. Давайте вместе усердно работать, чтобы стать хорошими детьми.

…

Смешно! И трогательно тоже.

Цинь Кэ кивнул головой и хотел что-то добавить, но тут в приемную влетела Бай Ваньнин, за ней - паникующий Сун Цзидун.

- Малыш! - бросился к сыну Сун Цзидун, задыхаясь от рыданий, как будто не видел Сун Юньжаня не пару часов, а не меньше недели.

Бай Ваньнин, еще молодая в это время, не была такой сдержанной, как Бай Ваньнин двадцать лет спустя, но кое-какие привычки у нее уже сложились. Она посмотрела на своего бьющегося в истерике мужа и молчаливого сына и демонстративно закатила глаза.

- Забери ребенка, - сказала она. - Остальное предоставь мне.

Оглядываясь на каждом шагу, Сун Юньжань последовал за отцом.

Бай Ваньнин кивком приказала своему секретарю покинуть помещение, села и улыбнулась:

- Ты сказал, что тебя зовут Цинь Кэ, верно?

- Угу.

Бай Ваньнин потерла брови:

- … Мне стыдно за все случившееся сегодня. У Жаньжаня, поверь мне, не было никакого злого умысла. Он просто немного… немного отличается от других детей.

Цинь Кэ подозревал, что Бай Ваньнин на самом деле хотела сказать «просто немного глупый».

- Все в порядке, тетя.

Бай Ваньнин очень беспокоилась, что этот ребенок по имени Цинь Кэ начнет плакать из-за того, что с ним поступили так несправедливо.

Но, похоже, психологическое состояние этого ребенка было вполне устойчивое.

Интересно, как его воспитывали родители? Он же совсем не намного старше Сун Юньжаня.

Бай Ваньнин на мгновение задумалась:

- Сегодня тетя и дядя очень заняты. Передай своим родителям, что мы приглашаем их на ужин. Позже выберем дату. Хорошо?

Заодно и попрошу у них совета по воспитанию детей, подумала она.

Цинь Кэ покачал головой:

- Боюсь, не получится. Послезавтра мы с мамой уезжаем из города.

Бай Ваньнин серьезно расстроилась.

С сожалением посмотрела на Цинь Кэ, как будто мысленно прощалась не с маленьким ребенком, а с хорошей возможностью повысить IQ Сун Юньжаня.

Она грустно вздохнула:

- Тогда наш водитель отвезет тебя и Жаньжаня домой.

Маленький Сун Юньжань пока не знал, что разлука с братиком была не за горами.

Сев в машину, он придвинулся к Цинь Кэ и тихо спросил:

- Брат, ты же придешь поиграть со мной завтра?

Цинь Кэ, поколебавшись, так же тихо ответил:

- У меня завтра есть дела, я не смогу прийти.

- Тогда - послезавтра?

- …Послезавтра я уезжаю. Очень далеко.

Сун Юньжань охнул, но всерьез эту причину не воспринял:

- Ты собираешься путешествовать? Когда вернешься?

- Нескоро, - Цинь Кэ нежно коснулся рукой его головы. - Когда ты вырастешь, я вернусь.

***

Когда Цинь Кэ открыл глаза, то увидел знакомый потолок.

Солнечный свет, проникнув сквозь жалюзи, отразился в его зрачках, мгновенно заставив его мозг включиться в работу.

Холодное фырканье рядом окончательно привело его в чувство.

Цинь Кэ повернул голову и встретился с сердитым взглядом Сун Юньжаня.

Это было лицо не мягкой пятилетней булочки, а властного президента.

Цинь Кэ не мог определить, была ли это реальность или сон, и инстинктивно потянулся, чтобы ущипнуть чью-то пухлую щечку, но в следующую секунду получил внушительный такой удар по своей шаловливой ручке.

- Не прикасайся ко мне! - Сун Юньжань был в ярости. - Убери свои грязные руки!

Цинь Кэ:

- …

Это точно была реальность. Значит, то, что было раньше, всего лишь его мечты?

Сун Юньжань злился и сам не знал на что. Волосы на его голове гневно топорщились.

- Папа собирается найти нового сына, который унаследует семейное имущество.

- ??? - Цинь Кэ медленно сел, оперся на изголовье, и задумчиво выдал. - На самом деле, цвет той машины совсем неплох.

- Не неплох, а очень хорош!.. Но дело не в этом! - Сун Юньжань пристально посмотрел на него. – Я, наконец, узнал, что ты никогда не был милым, даже в детстве. И все, что ты умеешь, - это с утра до вечера злить папу.

Цинь Кэ четко уловил ключевое слово:

- В детстве? - он только что проснулся, его голос со сна звучал слегка хрипло и лениво, что придавало его словам некую многозначительность. - Я тебе тоже снился прошлой ночью?

- Я не хочу сейчас с тобой разговаривать.

Сун Юньжань был в гневе и на слово «тоже» не особо обратил внимания. И быстро смылся в ванную, чтобы умыться.

В результате через несколько минут он не выдержал и выскочил из ванной, чтобы рассказать свой захватывающий сон.

Как маленький переродившийся Цинь Кэ встретился с маленьким пятилетним Сун Юньжанем.

Как он поведал родителям Жаньжаня о зловредной няне-извращенке, как на следующий день пятилетний Сун Юньжань уговорил водителя отвезти его к дому Цинь Кэ, как ему повезло застать Цинь Кэ, который уже паковал чемоданы, собираясь уезжать.

Это был последний день до отъезда Цинь Кэ в другой город.

Сун Юньжань уже всё продумал – он проведет этот день вместе с Цинь Кэ.

Кто же знал, что когда пятилетний малыш преодолеет множество ступеней своими маленькими коротенькими ножками, поднимется на верхний этаж и постучит в дверь квартиры Цинь Кэ…

…то услышит:

- Я тебя не знаю.

Цинь Кэ бросит этот бесстрастный ответ в узкую щель, а затем равнодушно захлопнет дверь.

Даже не показав своего лица.

Возможно, такое поведение было оправдано. Все-таки каждый ребенок должен помнить о своей безопасности.

- Я был так зол! Ты знаешь, как трудно подниматься на верхний этаж без лифта? – жаловалась взрослая версия Сяо Суна. - Ты даже не открыл полностью дверь, не снял цепочки, крикнул всё сквозь маленькую щель. Тебя так напугал пятилетний малыш?

Цинь Кэ молчал.

Это действительно было похоже на то, как он поступал в детстве.

- И это еще не все, - продолжил Сун Юньжань. – Я дождался возвращения тети Цинь и сказал ей, что я твой хороший друг и хочу пойти с тобой в детский парк развлечений.

Цинь Кэ поднял брови:

- И моя мама поверила в это?

На лице Сун Юньжаня расплылась гордая улыбка:

- Ты не знаешь, каким милым ребенком я был в детстве. Мог беспрепятственно передвигаться куда угодно, просто используя свое лицо, - улыбка на его лице дрогнула. – Я уже был на пороге гостиной, когда ты заявил тете Цинь: «Этот ребенок очень странный, может, это какая-то ловушка, лучше его выгнать».

- …

Цинь Кэ подавил смех, изобразив сочувствие на своем лице.

По сравнению с этой ситуацией его социальная смерть в вестибюле Ningdong Group не казалась такой уж трагической.

Сун Юньжань настороженно посмотрел на него:

- Ты хихикаешь?

- Гм.

- Я предупреждаю тебя, не будь таким высокомерным. Папа сегодня не в духе, - и Сун Юньжань грозно нахмурил брови.

Цинь Кэ тихо рассмеялся, сходил на кухню и принес стакан воды, а потом бросился уговаривать его как ребенка:

- Ну не сердись, выпей водички, а потом все расскажешь.

Сун Юньжань утолил жажду, поставил стакан и продолжил уже более спокойным тоном:

- В любом случае, мои усилия не пропали даром. Тебе так и не удалось выгнать меня.

- Наверно, потому, что ты слишком милый, - улыбнулся Цинь Кэ, - я не смог бы так поступить с тобой.

Сун Юньжань усмехнулся:

- Ага, но у тебя хватило духа приказать мне помочь тебе собирать чемодан?

- …

Однако самое обидное было не это.

Сун Юньжань, переселившийся в тело пятилетнего ребенка, решил не обращать внимания на обидные слова своего братика, а поддержать его, вселить в него уверенность, чтобы он смог с достоинством преодолеть все трудности на своем пути.

Маленький Сун Юньжань тихо прошептал Цинь Кэ:

- Честно говоря, я видел твое будущее.

Маленький Цинь Кэ холодно поднял бровь:

- Правда?

- Ага, в будущем ты станешь большой звездой! - Сун Юньжань улыбнулся. - Разве это не здорово? Так что не грусти, будь сильным. Когда вырастешь, все наладится!

Горло у Сун Юньжаня из-за собственных патетических слов перехватило, он был не в состоянии продолжать.

Но никакой реакции от Цинь Кэ не последовало. Тот некоторое время пристально смотрел на него, потом достал из коробки книгу и протянул ее ему:

- Это тебе.

Сун Юньжань посмотрел на ее красочную обложку – название книги было «Моя чудесная фантазия».

- ??? - он удивленно поднял глаза. - Что это значит?

Шестилетний Цинь Кэ искренне пояснил:

- Это научно-популярная книга. Она помогает детям отличать реальность от выдумок. Возьми ее домой и прочти. Ты так странно себя ведешь, это вызывает беспокойство.

Вроде не оскорбительно, но как обидно прозвучало.

Сун Юньжань сжал кулаки и гневно воскликнул:

- Ты должен извиниться передо мной.

Цинь Кэ прислонился к стене и прошептал:

- Прости?

- Не чувствую искренности, - недовольно проворчал Сун Юньжань. - Ты даже не представляешь, как сильно обидел такого прекрасного ребенка.

- Представляю.

Сун Юньжань не воспринял это всерьез:

- Не ври папе, ты не представляешь, какой я был милый в детстве.

- Это правда, - Цинь Кэ опустил голову и поцеловал его в щеку. - Я не знаю ни одного ребенка, который бы хотел вырасти и стать собакой.

Спокойный серьезный тон резко контрастировал с произнесенными словами. Сун Юньжань застыл.

Отвернул лицо в сторону, не зная, то ли ему стыдиться своего нелепого детского желания, то ли удивляться, как эта тайна увидела свет.

Немного подумав, он, кажется, понял:

- Тебе тоже приснился сон?

Цинь Кэ улыбнулся и кивнул головой.

В один и тот же день им приснились очень похожие сны.

Во сне они увидели друг друга детьми.

Но разница была в том…

Что по сравнению с финалом, где Сун Юньжань грустно уходит домой с детской книжкой, у Цинь Кэ было гораздо более теплое завершение истории.

Когда автомобиль с детьми остановился у дома Цинь Кэ, пятилетний Сун Юньжань наконец понял, что его братишка, которого он знал всего несколько часов, скоро расстанется с ним, и они долго-долго не увидятся.

- Не уходи, - потянул за рукав Цинь Кэ Сяо Сун и со слезами на глазах пожаловался. - Когда я вырасту, стану собакой, и ты меня точно не узнаешь.

- Нет, - утешил его Цинь Кэ. - Ты отличаешься от всех. Я смогу узнать тебя с первого взгляда.

Сун Юньжань еще сомневался:

- Как узнаешь?

Тусклый уличный фонарь косо светил вниз, мягко окутывая две маленькие фигурки.

Цинь Кэ посмотрел в его блестящие влагой глаза и сказал то, что давно хотел сказать:

- Потому что ты самый лучший ребенок на свете.

Автору есть что сказать:

Попрощайтесь с президентом Сяо Суном!

Страница книги После перерождения я решил унаследовать семейный бизнес в интернете

Table of Contents

1 Сегодня мой тридцатый день перерождения!

2 Когда ты улыбаешься, ты не похож на президента!

3 Проснись, сынок, откуда у тебя талант к бизнесу?

4 Охотник за талантами и молодое дарование!

5 Оправдай ожидания президента Суна!

6 Ты купил мне еду со скидкой?

7 Должно быть, он дал недостаточно!

8 Компания Xinghe Entertainment официально открыла набор новых актеров и актрис!

9 Думаю, рядом с вами всегда интересно!

10 Цинь Кэ, какая жалость!

11 Что между ними вообще происходит?..

12 Когда младший брат влюблен, как старший брат может не порадоваться за него?

13 Прекрасная компания с хорошим художественным вкусом!

14 Цинь Кэ, ты непослушный сын!

15 Мы живем в цивилизованном обществе, ты не можешь мне угрожать!

16 Президент Сяо Сун, ты лучший на свете*!

17 Легендарная сцена в Версале*!

18 Цинь Кэ похвалил его, назвав милым?!

19 Твой отец лежит в больнице, а ты ходишь по магазинам?!

20 Ты так сильно любишь его?

21 Мы вместе!

22 Если проиграешь, будешь называть меня отцом!

23 Ты не можешь скрыть, когда тебе кто-то нравится!

24 Как беззаботный маленький принц.

25 Гадский Weibo! У меня просто соскользнула рука!

26 Какая трогательная любовь с обеих сторон!

27 Да ты гей, братишка.

28 На что ты смотришь? Что ты себе позволяешь?!

29 Я не позволю вам встать на колени и умолять председателя Бая…

30 Это отличается от обещанного!

31 Лучше ничего не спрашивать, иначе сердце растает.

32 Как на простой съемке рекламы мог пропасть Принц нашего конгломерата?!

33 Президент Сун никогда не влюбился бы в Цинь Кэ!

34 Я лечу ранним рейсом, чтобы поймать его!

35 Настоящий мастер манипулировать сердцами людей!

36 Просто обнимите меня.

37 Ни о чем не беспокойся! Папа со всем разберется.

38 Прямо содом и гоморра в одном лице!

39 Он тоже переродился?

40 Они действительно любят друг друга!

41 Не всегда знать человека значит знать, что скрывается в его сердце.

42 Давайте сбросим его вниз.

43 Кажется, за нами кто-то следит.

44 Как преступник, пойманный с поличным.

45 Прими папину любовь.

46 Нормальные люди с одной банки пива не напиваются.

47 Я устал повторять: «наши мечты – это и есть настоящая реальность».

48 Кто раньше называл меня братом?

49 Такую поддержку может оказать только отец своему сыну.

50 Ты – единственная аномалия, с которой я столкнулся в этой жизни.

51 Ты влюблен в него?

52 Ластишься как собака.

53 У папы нет времени играть с тобой.

54 Ты так сильно хочешь быть моим партнером в шоу?

55 «Пушечное мясо» наконец-то открыл свою собственную пружину.

56 В этом и состоит настоящая сила отца.

57 Тебе не понять сильных мира сего.

58 Какой заботливый и внимательный сын.

59 Прямо сценка с обучающего сайта «Как добиться успеха на рабочем месте».

60 Он и не знал, что маленький принц уже столкнулся со злой ведьмой.

61 Да, он просто мне нравится.

62 Хотите, чтобы я вместе с вами посмотрел на снег?

63 Я верю, что в этот раз он обязательно победит.

64 Папа, пожалуйста, пойдем в дом.

65 Кто пожалеет об этом, тот и будет лаять, как собака.

66 Все знают, что в горячих источниках нельзя купаться в одежде.

67 Куда делась моя отцовская любовь?

68 Он тебе нравится.

69 Попался?

70 Слаще этих поцелуев нет ничего на этом свете.

71 Это такое приятное зрелище.

72 Давай я публично похвалю тебя?

73 Ты плюешься, как горохострел из игры.

74 В Новый год папа очень занят, ему некогда скучать!

75 Я видела шоу, где вы с Цинь Кэ снимались.

76 Мама-фанатка.

77 На кону - успех или неудача.

78 Теперь ты у меня в долгу.

79 Он… стащил главного героя с пьедестала?

80 Пожалуйста, папа.

81 Давайте позволим господину Суну сохранить свое лицо.

82 Кажется, принц Ningdong Group не любит женщин.

83 Кто сказал, что это не твоя награда?

84 Разве ты не знаешь, что Ningdong обанкротилась?

85 А откуда, собственно говоря, Цинь Кэ взял деньги?

86 Сун Юньжань, придется тебя наказать.

87 Желаю Xinghe Entertainment обанкротиться!

88 Я хочу с ним расстаться.

89 Давно не виделись, ты позеленел?

90 Сун Юньжань, у тебя нет сердца.

91 Хочешь сразиться со мной?

92 С Днем Рождения.

93 Если мы не можем быть друзьями, то можем быть любовниками.

94 Так кто же из нас на самом деле папа?

Лучший ребенок в мире (1)

Лучший ребенок в мире (2)

Лучший ребенок в мире (3).

О книге