Том 1. Побег в темную ночь.

Глава 1. Увертюра. История об убийце.

История героя начинается в таверне. История наемного убийцы начинается на улице.

В наше время каждый бард любит петь историю о каком-нибудь герое. “~Это был ненастный вечер“. Начало рассказа часто бывает таким. Иногда это “~Ранним утром с косым ветром и моросью”. Или “~Все началось посреди ночи с сильного снегопада”. Короче говоря, кажется, что в небе должно что-то быть, иначе это не сможет передать шок от первого появления героя. В такой день, из-за некрасивого неба, на улице мало пешеходов, только таверна полна людей, теплый свет и смех льются из маленького окна. Люди толкают чашки и меняют лампы в тавернах, громко разговаривая, официантки ходят между столами с бокалами вина, а поэты сидят, скрестив ноги, в углу и играют на арфе, лютне, или каком-то другом инструменте. Бах. Внезапно – история всегда использует это слово как шокирующий поворотный момент – дверь таверны издала громкий «бах» и энергично распахнулась. Все угомонились из-за внезапного шума, и их взгляды обратились к двери. Молодой человек в плаще искупался в взглядах и на виду у всех вошел в таверну. Вы погрузитесь в легенду, которую поэт расскажет вам дальше.

Это была начало истории героя.

История убийцы совсем иная.

В истории ассасина нет определенной погоды, нет теплой атмосферы, нет потрясающего поворотного момента, нет поэта, который превозносит историю, и нет слушателя, который слушает.

Нет никакой легенды.

Есть только призраки в великолепных костюмах и масках, бродящие по улицам и переулкам по́лиса¹. Любой может выйти вперед и заговорить, когда увидит их. Иногда смертельные контракты заключаются на улицах просто, аккуратно и прямолинейно. За ними следуют заговоры, кровь, смерть, война и еще больше смертей. Подобно лавине, смерть человека привела к бесчисленным смертям. Все виды смертей были связаны друг с другом и нанизаны в длинную холодную и тяжелую цепь, висящую подобно петле на шее нашего полиса. Великолепные призраки, с другой стороны, они как всегда, расхаживали по улицам в поисках следующего работодателя или были найдены следующим нанимателем.

Никто не превозносит их истории, никто не сочиняет их легенды, даже если у каждого из них опыта больше, чем существующих легенд. Это всего лишь предложение, поспешно вынесенное на самой незначительной странице учебника истории, и то, что скрывается под великолепными и роскошными одеждами, всегда является просто одной безымянной мертвой душой за другой.

Это начало истории об ассасине.

История Джулиано убийце, как и все истории об убийцах, начинается на улице.

В полисе Ванесса летом чрезвычайно жарко и сухо, а палящее солнце опаляет улицы, как что даже дороги, вымощенные белокаменными плитами, могут расплавиться. У простолюдинов не было другого выбора, кроме как работать под палящим солнцем, в то время как Джулиано, как и все дворяне, уехал на виллу за город, чтобы провести лето, и не возвращался до тех пор, пока погода не сменится с жаркой на прохладную. В том году ему было семь лет. На его короткой памяти этот год ничем не отличался от прошлых шести лет. В полисе Ванесса этот год достоин отдельной книги. Весной, из-за весенней засухи, большое количество голодных людей хлынуло в город и заняло улицы, что привело к заторам, Преступности и протестующим граждан один за другим. К этому времени летом губернатор, загнанный в угол недовольством народа, послал городскую стражу разогнать беженцев, спровоцировав несколько небольших драк, из за чего конфликт усилился. Городские ворота верхнего города были временно закрыты из-за «досадного кровопролития”, поэтому, если семья Джулиано хотела покинуть город на экипаже, им приходилось делать большой крюк по городу. Конечно, для маленького мальчика это не имеет большого значения, в какую сторону ехать. В его маленьком мире все городские ворота так великолепны, а каждая дорога так широка. Он живет в доме у ворот Шэньчжаймена в районе Шанчэн и находится под надежной защитой своих родителей, которые любят его. Он не знает, что произошло, происходит и вот-вот произойдет снаружи. Позже, из-за неурожая осенью, в город Ванесса хлынуло еще больше беженцев, цены на продукты взлетели, и многие беженцы и бедняки в городе не смогли пережить зиму из-за голода. Пока не наступила другая весна, хотя этой весной было много дождей и год был хороший, в городе Ванесса скопилось большое количество мертвых трупов. Мертвые трупы привлекли ворон, которые ели падаль, и мышей, которые ели все подряд, и вороны и мыши принесли чуму. В следующем году в городе Ванесса свирепствовала чума, и темный плащ Смерти распространился от аристократических особняков в верхнем городе до полуразрушенных лачуг в трущобах. От благородного губернатора до скромного нищего, никто не мог избежать его серпа для сбора урожая всего сущего. Мрачный жнец путешествовал по другим полисам региона Йод на экипажах и кораблях, к “белой” Доротении, “элегантному” Ачедуну и “великолепной” Занодии. Тень смерти окутывала это прекрасное побережье в течение трех лет, став неизгладимым следом ужаса в памяти целого поколения.

Для мальчика Джулиано чума была не чем иным, как беззаботными тремя годами, проведенными им в деревне, и его мыслями о молодой гувернантке, которую родители “внезапно вызвали обратно в родной город, чтобы она вышла замуж”. После того, как он последовал за родителями в деревню на летние каникулы, он не вернулся в город. Только после того, как великая чума миновала, десятилетнего Джулиано подобрал его отец. Конечно, его гувернантка так и не вернулась.

История Джулиано убийце начинается на улице, ведущей к городским воротам в нижнем городе. Семилетний мальчик задыхался в душном вагоне, прокаленном палящим летним солнцем. Его красивая и любящая мать держала в руках украшенный кружевами складной веер, чтобы обмахивать его. Но этот слабый ветер был бесполезен. Непослушный мальчик распахнул окно машины, страстно желая, чтобы прохладный ветерок принес ему хоть какое-то утешение – прохладного ветерка нет, но в машину вливается горячий воздух, но это намного лучше, чем быть изолированым.

Джулиано впервые побывал в нижнем городе. Он был потрясен этим местом: дороги были полуразрушенными, дома – низкими и старыми, пешеходы были в залатанных рубашках, нищие прятались в тени, и глаза у всех были печальные и бдительные. Джулиано почти показалось, что он попал в другой мир!Куда делась чистая и опрятная мраморная мостовая? Где мрачные деревья, прозрачные фонтаны и улыбающиеся мужчины и женщины, которые всегда одеты по-летнему?Действительно ли это его город, их “великий” город Ванесса?

Мальчик в замешательстве повернул голову и попросил мать о помощи. Дама обняла мальчика за плечи.

—Не смотри на это, малыш, там не на что смотреть. Выдающиеся люди не должны приходить в такое место. Обвиняй беженцев, иначе …

Она презрительно фыркнула, а затем, казалось, заметила свою оплошность и быстро закрыла лицо складным веером.

Там действительно не на что смотреть. Он грязный, бедный и обветшалый, как трясина, полная мусора.Однако это вонючее грязевое болото находится менее чем в пятнадцати раундах³ От аккуратного и красивого дома Джулиано. Трудно представить, что в их городе есть такое пятно.

Юное сердце Джулиано было сильно потрясено. В то время он был просто удивлен разницей между нижним городом и верхним городом, и только много времени спустя он понял, что скрывалось за этой разницей.

Внезапне!!! Внимание!!! Мальчика привлекло что-то яркое на улице. Он не смог удержаться и посмотрел в ту сторону, а затем издал:

~Вауууу.

Это была женщина в китайском костюме, ее изящное тело было облачено в золотистый атлас, юбка ниспадала до земли, а вырез был высоким, как пара крыльев за спиной. На шее у нее была заметная цепочка с ожерелий из голубиного кровавика, украшенный лазурным драгоценным камнем. Это платье выглядит так, как будто она идет на бал или в салон, который держат какие-то высокопоставленные люди. Маска, которую она носит на лице, кажется, подтверждает гражданство в Йоде, ведь люди используют маски как своего рода украшение. Посещать официальные мероприятия без масок – все равно что не носить одежду это грубо. Однако маски для светских раутов⁴ закрывают только половину ее лица, но женщина носит белую маску, закрывающую все лицо. Маска инкрустирована драгоценными камнями и яркими птичьими перьями, открывая только пару глубоких глаз, что делает ее внешность и выражение лица незаметными. Эта маска используется только во время ежегодной месяца луны ветра⁵ Во время карнавала. Однако глаза, видневшиеся в отверстиях маски, не имели никакого отношения к карнавалу. Они были такими мрачными, что Джулиано вздрогнул, что даже летняя жара внезапно исчезла.

—Мама, посмотри! – Джулиано потянул мать за великолепное газовое платье.

—Эта леди такая странная, сейчас муюэ, но на ней карнавальная маска! Кроме того, почему она так красиво одета? Она собирается на банкет?

Мать поспешно выглянула в окно, на ее прекрасном лице отразилась смесь ужаса и отвращения.

—Не смотри! Это не порядочный человек! – тихо выругалась она.

—Но она одевается не так, как…

Когда карета проехала перед женщиной в китайской одежде, Джулиано увидел, что в дополнение к роскошным украшениям по всему телу женщина также носила на поясе простой длинный меч с черными ножнами, свисающими с пояса, украшенного жемчугом. Они резко контрастировали. – Это было похоже на контраст между красивым верхним городом и полуразрушенным нижним городом.

Женщина посмотрела на сверкающую карету, приподняла юбку и присела в реверансе перед матерью и ребенком в карете. Ее осанка была элегантной и совершенной, не уступающей любой знаменитой леди. Когда она подняла голову, Джулиано ясно увидел глубоко в темных глазах ее улыбку.

Мать с грохотом захлопнула окно.

—Мама, мне так жарко! – жаловался Джулиано.

—Потерпишь! Ты же маленький, неужели ты не можешь вынести даже эту тяготу? – говоря мать раздраженно потрясла веером.

Джулиано закусил губу. Он понял, что его мать рассердилась из-за женщины в китайской одежде. Но почему? Знает ли ее мама? На ней была маска, как ее мать могла ее опознать? Зачем даме сабля?Почему мама так сердится?

Джулиано сидел в закрытом экипаже, изолированный от странных окресностях, которое он успел мельком увидеть. Вскоре после этого он услышал звук открывающихся городских ворот, что означало, что они уже покинули город. После ухода из Ванессы мать снова разрешила ему открыть окно, чтобы подышать. Поля на окраине Юйюэ прекрасны, но мысли Джулиано заняты фигурой женщины в китайской одежде в нижнем городе. Он не осмеливался расспрашивать мать в подробностях, боясь снова разозлить ее, поэтому, когда три дня спустя они приехали в летний домик за городом, Джулиано по секрету рассказал своей гувернантке о том, что он обнаружил.

—Это не леди, Джулиано. – Учительница понизила голос, выражение ее лица было загадочно странным. —Мне не следовало говорить тебе такого рода вещи, ты рано или поздно все равно узнаешь. Женщина из Ванессы, которую вы видели, была убийцей.

—Убийца? – Этот термин был совершенно незнаком семилетнему мальчику.

—Убийца это, тот, кого нанимают убивать других людей.

—убийство! – Мальчик был ошеломлен этим ужасным словом. —Но разве убивать не противозаконно? Почему эта женщина … эта убийца осмелилась действовать средь бела дня? Неужели она не боится быть пойманной стражниками?

—Мой юный господин, нанимать убийц действительно незаконно, но в Ванессе и в полисах Йод ситуация иная. Если у меня будет возможность в будущем, я объясню подробно, но сейчас вам не положено это знать. Я могу только сказать вам, что все те, кто не носит карнавальных масок, великолепно одет, носит оружие и целыми днями бродит по улицам в дни Карнавала, являются убийцами. Они называют себя «Безмолвными» джентльменами и леди они заберают денег и ликвидируют людей для нанимателя. Госпадин Джулиано, вы порядочный человек, и вы не должны вступать с ними в контакт. Однако вы также должны научиться защищаться от них … Оо, чем я говорю? Это не то, о чем вам следует беспокоиться. Учительница улыбнулась и продолжила объяснять Джулиано непонятную грамматку имперского языка.

Позже учительница ушла, не попрощавшись, говорили, что она “вернулась в свой родной город, чтобы выйти замуж”. Только когда Джулиано стал старше, он понял, что учительница, вероятно, умерла в то время от великой чумы. Так называемый “отъезд домой, чтобы выйти замуж” был всего лишь утешение для него от его матери.

Воспоминание о учительнице постепенно стерлось из памяти мальчика, но ее слова об убийце всегда глубоко укоренялись в сердце Джулиано. Впервые он встретил убийцу днем на улицах Ванессы. Он часто думал, что пока он все еще живет в этом городе, пока он все еще ходит по улицам, однажды он снова встретит их.

Потому что история убийцы всегда начинается на улице.

—————————————————————

1. По́лис¹ — это город-государство, особая форма социально-экономические и политические организации общества.

2. Затор² — это скопление транспортных средств, затрудняющее или полностью блокирующее движение.

3. Раунд³ — Это вымышленная автором единица измерения, один раунд составляет около 100 метров. Так что 15 раундов это 1.500 метров.

4. Светский раут⁴ — это международное светское собрание, прием, званый вечер, часто с танцами и развлечениями . Обычно это происходит в элитных заведениях, у знатных людей, и представляет собой социальный выход в свет.

5. месяц луны ветра⁵ – месяц календаря Прототипом которого является французский календарь в двенадцать месяцев в одном году – это месяц дождей, лунного ветра, лунного бутона, лунного цветка, лунного пастуха, лунного урожая, горячей луны, фруктовая луны, португальская луны, туманная луны, морозная луны и снежный месяц. Муюэ – это май.

6. Газовое платье⁶ — это платье, сшитое из лёгкой, полупрозрачной ткани, называемой газом . Газ — это тонкая, нежная, часто слегка блестящая ткань, часто используемая для пошива летней одежды.

Глава 2. Убийца

Убийца был подобен слабой тени, плывущей под незаконченными, узкими и извилистым переулкам, через вонючие канавы и появляющейся на улице в нижнем городе Ванесса. Улица ни широкая, ни узкая. Это самый распространенный вид в нижнем городе – земля обветшалая, но не грязная; по ней может проехать экипаж, но ни один кучер не захочет здесь проезжать. Между каменными зданиями тянутся низкие лачуги, из-за чего невозможно сказать, где находится дом, а где открытое пространство. Просто чудо, что эти лачуги могут прокладывать путь между друг другом.

Убийца, как и все его коллеги, носил белую маску, закрывающую все его лицо, украшенную великолепными хвостовыми перьями экзотических птиц. На нем был просторный плащ, достаточный, чтобы прикрыть все его тело, он был расшит струящимся узором из алых шелковых нитей. Время от времени из домов и лачуг на улице выглядывают пары глаз. По большей части цель состоит не в том, чтобы следить или расспрашивать, а в том, чтобы наблюдать за всем, что происходит на улице, как за частью огромного среды. Однако, когда подол китайской униформы убийцы скользнул по выбоинам и камням на дороге, эти сияющие в темноте ночи глаза погасли, как будто убийца был каким-то злом, которого следует избегать, и любой, кто посмотрит на него, столкнется с несчастьем.

На лице под маской появилась улыбка. Убийца неторопливо шагал по улице. Если бы не его личность, странная ситуация, в которой он оказался здесь и сейчас, она казалась бы немного праздной.

Шаги убийцы внезапно прекратились. Когда звук его шагов затих, а с другого конца улицы донёсся еще один звук быстрых шагов. Глаза убийцы, привыкшие видеть в темноте, ясно различили фигуру, которая шла спотыкаясь в его сторону.

Мужчина наклонил туловище и прикрыл ребра одной рукой. Казалось, он был ранен. На бегу он время от времени быстро оглядывался назад, как будто беспокоился о преследующих его солдатах. Когда он подбежал к месту, расположенному менее чем в четверти раунда от убийцы, он внезапно понял, что перед ним стоит человек, который некоторое время наблюдал за ним.

Это был стройный молодой человек с типичной внешностью из Йода: тонкие черты лица, высокий нос, приподнятые брови и кожа пшеничного цвета. Однако волосы были огненно-рыжими, и я не знаю, были ли они унаследованы из другой страны, или покрашены, чтобы угнаться за модой. На нем были облегающая рубашка и брюки, как будто он только что пробудился ото сна и выбежал, не успев сменить пальто. Он тяжело дышал, его рубашка была сильно испачкана красным, а из пальцев, прикрывавших рану, продолжала сочиться кровь. Если он продолжит в том же духе, я боюсь, что его последователям вообще не нужно будет искать его, и он сам упадет в обморок по дороге из-за чрезмерной потери крови.

Молодой человек уставился на убийцу, его изумрудные глаза были полны ужаса¹, но, кроме того, в них был след облегчения. Казалось, появление убийцы здесь было для него милостью богов, и он почти опустился на колени, чтобы поблагодарить Бога за его благословение

—Безмолвный!

Молодой человек отпустил руки, прикрывавшие его ребра, схватился обеими руками за плащ убийцы из за этого испачкал кровью свою его одежду. —Ты безмолвный, верно? Вы берете деньги с других людей и ликвидируйте катастрофу для них?

У убийцы нет причин не отвечать на этот вопрос. Не лги.

—Так и есть.

Молодой человек вздохнул с облегчением, и напряженное выражение его лица расслабилось, отчего оно стало более красивым.

—Помоги мне! Кто-то преследует меня. – хрипло произнес молодой человек. —Пожалуйста, помогите мне! Я готов дать вам столько денег, сколько вы захотите! Я могу себе это позволить!

Убийца наклонил голову, чтобы посмотреть на молодого человека. Он не носил драгоценностей, но его рубашка и брюки были новыми и сшитыми из тонкого шелка. Казалось, он родился в высшем обществе и утверждал, что богат. Возможно, это не подделка. Но зачем выслеживать такого молодого человека? Убийца сегодня вечером был свободен, и он не возражал временно устроиться на работу, но он боится, что это задание потребует много усилий и вымотает его.

С другой стороны улицы послышались новые шаги. Приближалась группа людей. Все они были вооружены, их мечи звенели в ножнах. Пять человек? Нет, шесть человек. Убийца различил их количество по смешанным голосам.

Рука молодого человека, державшая плащ убийцы, сжалась еще крепче.

—Они приближаются! – Начал плакать он. —Пожалуйста! Спаси меня! Я заплачу тебе! Я сделаю это! Они… они убили моих родителей, убили всех в моей семье … Убили их из за меня!

Эти шесть человек появились в поле зрения убийцы. Каждый несет факел, поэтому это особенно бросалось в глаза. Главарь был одет в черное, а остальные пятеро были одеты в форму городской стражи.

—Вон там! – прокричал Вожак. —Поймай этого ребенка! Он единственный, кто остался, не дай ему убежать! – Он вытащил из-за пояса саблю, сделал два шага вперед и вдруг остановился. Только тогда он заметил, что странный человек в маске и плаще все еще стоит рядом с молодым человеком.

—Безмолвный! – Лидер был потрясен, и на мгновение заколебался, а затем выражение его лица стало мрачным. —Убирайся отсюда, это не лезь в это дело! Если ты не хочешь умирать, просто Вали отсюда!

Молодой человек задрожал всем телом, когда услышал эти слова, его ноги подкосились, и он рухнул бы на землю. Но он все еще крепко сжимал край плаща убийцы, используя его как спасательный круг, как будто бы тонул в воде. Он опустил голову, словно принимая свою судьбу, но через некоторое время снова поднял ее и посмотрел прямо в глаза убийце сквозь отверстия в маске.

—Я заплачу тебе и ты убьёшь их! – сказал он со свирепым взглядом, как у совы.

Убийца улыбнулся. Поскольку его лицо было закрыто маской, никто не мог видеть выражения его лица.

Он отшвырнул молодого человека ногой и направился к шестерым преследователям. Лидер торжествующе взглянул на своих подчиненных хвастаясь им, что позаботился об опасном молчаливом человеке. Затем он обнаружил, что что-то было не так. Убийца продолжал двигаться вперед, и в то же время он приподнял свой плащ. Широкая и легкая ткань танцевала у него за спиной, как у ворона, расправляющий свои темные крылья против ночного ветра, с двумя великолепными короткими мечами, спрятанными под ее длинными перьями.

Украшение короткого меча было помпезно, золотая резная рукоять инкрустирована рубинами, что создает броское впечатление. Хотя безмолвные предпочитают маскарадные костюмы и великолепное оружие, они никогда не смирятся с их непрактичностью. Поэтому его двойные мечи одновременно красивы, смертоносны и могут заставить людей перестать дышать.

Главарь понял намерение убийцы и немедленно поднял свой меч, чтобы блокировать его. Кинжал в правой руке убийцы отбил его оружие, а кинжал в левой руке прижался к его горлу. У главаря не было времени что-либо сказать, и на клинке убийцы появилась капелька крови. Убийца был подобен неустойчивому призраку, мягко проходящему рядом с ними, и когда у двух других преследователей между и его горалом образовалась бездонная пропасть, тело вожака тяжело рухнуло на землю.

Походка убийцы подобна старомодному танцору, который водит свою любимую партнершу взад-вперед по танцполу. Два коротких меча были похожи на порхающих бабочек, и когда вспыхнул серебристый свет, еще два упали на землю.

Видя, что ситуация не из лучших, последний преследователь немедленно намазал подошвы своих ног маслом, развернулся и побежал. Убийца высоко подпрыгнул, за мгновение до атаки поднял голову, как ядовитая змея, и с помощью инерции падения направил кинжал в сердце преследователя. Последний человек упал на землю и умер. Убийца встал и , вытащил свой короткий меч из его спины и вернул его в ножны, перед этим стер с него кровь.

Молодой человек сидел на земле и тупо смотрел на сцену перед собой. Прежде чем он успел отреагировать, на мимолетное убийство.

Убийца шагнул к нему ближе. Молодой человек в ужасе отполз назад, думая, что умрет следующим. Но убийца больше не обнажал свой меч. Он схватил молодого человека за воротник и начал поднимать его. Ноги молодого человека были ватными, и он едва мог ходить, стоя опирался на руку убийцы.

—Как тебя зовут?

—Джулиано… - пробормотал молодой человек.

—Идем! – Сказал убийца, увлекая его в сторону улицы с бесконечными лачугами.

Глава 3. Преследуемый молодой человек

Эта хижина была словно на другой мир.

Когда-то это было место, где жили основатели города, и с течением времени оно постепенно стало самым старым и полуразрушенным местом. Иногда над головой есть крыша, а иногда виден небольшой кусочек ясного ночного неба; стены представляют собой изъеденные молью деревянные доски, или заплесневелые камни, а может и просто занавес из рваной ткани; под ногами мрамор, иногда это уплотненная почва с грязевая лужа. Если вы думаете о лачуге как о маленьком отдельном доме, то они целое и неразделимое; если вы думаете о ней как о целом здании, оно слишком разбито. Джулиано не мог сказать, где находятся коридоры и комнаты. Они двигались по узкому проходу, и в проходе сидело или лежало множество оборванных людей, как будто проход был их домом; Они врывались в пустой дом с нетронутыми дверями и окнами, но, казалось, здесь никто не жил. Войдя в подвал, и убийца небрежно снял со стены масляную лампу, и свет окрасил его белую маску в золотистый цвет. Выйдя из подвала, убийца швырнул масляную лампу в нищего, лежащего на обочине дороги.

Они поднялись по ряду лестниц, где лачуга тянулась высоко, образуя небольшое двухэтажное здание. Второй этаж похож на таверну, с группой мрачно выглядящих выпивох, сидящих за своими столиками и совершенно не интересующихся незваными гостями. В таверне есть еще один молчаливый человек! Одетый в маску цвета меди, он лениво прислонился к стене, подбросил в воздух нож, а затем быстро поймал его в полете. Он не мог сказать, то ли от скуки, то ли демонстрируя свое мастерство потенциальным клиентам. Убийца направлявшийся к нему, прошел мимо, и в мгновение ока эти двое поменялись масками. Джулиано даже не мог ясно разглядеть их движения.

Не говоря ни слова, убийца вытолкнул Джулиано через заднюю или парадную дверь таверны. Уходя, он прошел мимо широкой доски, подвешенной в воздухе, и выпрыгнул в окно каменного здания. Это место похоже на мастерскую портного с разбросанными тканями, сваленными в кучу на земле, и манекеном-моделью, стоящим в углу. Убийца снял свой черный плащ и надел его на одино из манекенов, снял алый плащ с другого манекена и надел его на себя, чтобы скрыть своё оружие, висевшее у него на поясе. Джулиано догадался, что он замоскировался, чтобы скрыться от преследователей. Переодевшись, убийца схватил Джулиано за руку и вытащил его из другого окна. Они вдвоем пошли по извилистой дороге, и когда Джулиано был готов упасть в обморок из-за чрезмерной потери крови, они наконец добрались до места назначения – маленькой комнаты между каменным зданием и лачугой.

Помещение небольшое, здесь есть только кровать, несколько шкафов, стул и стол, сделанный из двух винных бочек и деревянной доски. Комната предназначена только для того, чтобы здесь жил один человек, но в нее вошло два человека, из за чего было слишком тесно.

Убийца закрыл лицо руками и кивнул подбородоком в сторону кровати. Джулиано понял, что он имел в виду “ложись”. Он застонал и рухнул на кровать «бух». Убийца снял плащ, который он “украл” из мастерской портного, бросил его на спинку стула, повернулся к шкафу и пнул его ногой. «Хрусь» дверца шкафа дрогнула и открылась. Он наклонился, некоторое время порылся в шкафчике и достал грязную винную бутылку. Он вытащил пробку из ее, сделал глоток, а затем протянул бутылку Джулиано. Рыжеволосый молодой человек нерешительно посмотрел на него. Яростная враждебность, которая только что была при убийце во время убийства врага, казалось, исчезла, и теперь на кровати лежал только раненый, жалкий молодой человек.

Убийца силой сунул ему в руки бутылку с вином. Джулиано растерянно посмотрел на него. Убийца указал на бутылку, намереваясь позволить ему сделать глоток. От сильного резкого запаха некачественного вина у Джулиано закружилась голова. Он вытер грязное горлышко бутылки рукавом и без особого эффекта, казалось, что пятна впиталось в стекло, а затем Джулиано снова робко посмотрел на убийцу.

Врялди это яд. Подумал про себя Джулиано, ведь в противном случае убийца был бы отравлен.

Под твердым взглядом убийцы он быстро сделал глоток вина. Алкоголь хлынул ему в горло и вызвал сильный кашель. Он покраснел, прикрыл рукой губы и прерывисто спросил:

—Что … Кхм … Где мы? Кто ты такой?

Убийца молча взял бутылку вина у него из рук, а другой рукой расстегнул рубашку.Ткань, прилипшая к ране, внезапно разорвалась, и Джулиано зашипел от боли. Убийца следил за своими ранами так же внимательно, как умелый мясник следит за мертвой овцой. Джулиано невольно отпрянул назад. Убийца сорвал с себя рубашку, скомкал ее в комок и бросил рыжеволосому молодому человеку.

—Кусается.- Холодно приказал он.

—Чего? – был застигнут врасплох Джулиано.

Убийца сжимал обнаженную грудь Джулиано с такой силой, что молодой человек не мог пошевелиться. Прежде чем Джулиано успел что-либо предпринять, он поднял бутылку и вылил все оставшееся вино на рану. Алкоголь просочился в плоть и кровь, и сильная боль внезапно охватила Джулиано, словно десятки миллионов игл вонзились в его рану одновременно. Он не мог удержаться от крика, совершенно независимо от того, будет ли этот крик услышан или привлечет преследующих его солдат.Убийца выбросил пустую винную бутылку и спокойно достал из шкафа рулон бинта. Джулиано слабо всхлипывал, и послушно лег на кровати, подчиняясь движениям убийцы тем самым позволяя ему перевязать свою рану.

—Это не смертельная травма.Ты будешь жить. – Движения убийцы с бинтом были очень умелы, и он знаком с этим как никто другой. —Пока рана не заражена, ты выживешь.

Рана причиняла сильную боль, а лицо Джулиано было белее повязки из-за чрезмерной кровопотери и боли. Он втянул воздух через нос, а его губы задрожали, и он тихо спросил:

—Я выживу?

—Выживешь. – Сказал убийца. Он перевязал рану, подтащил к кровати единственный в комнате стул и сел.

—Итак, что насчет денег?

—Деньги? – Джулиано удивленно посмотрел на него. Убийца был в маске цвета меди, из за чего выражения его лица не было видно. Его серые глаза были холодны, как волны, набеге в море зимой. Джулиано не мог угадать, о чем он думает. Убийца был подобен непредсказуемой тени, сквозь которую никто не мог ничего разглядеть.

—Ты обещал заплатить мне за убитва людей, которые преследовали тебя. Я выполнел это.Теперь твоя очередь платить.

На бледном лице Джулиано появились следы

крови.

—Я заплачу. Но не сейчас, - смущенно сказал он. —Я не могу вернуться домой, моя семья… - Он закрыл глаза.То, что предстало перед ним, было не кромешной тьмой, а кроваво-красным цветом, как будто огонь горел под его веками, обжигая глазные яблоки.

—Они были мертвы, убиты, а особняк был захвачен городской стражей. Они сказали, что мой отец совершил государственную измену и вся наша семья отправится на виселицу. Я изо всех сил пытался сбежать…

Огонь. Крики. Шумные голоса людей. Беспорядочные шаги. Резкий звук столкновения металла. Звук лука от вибрации тетивы. Долгие звуки оружия, проникающего в плоть и кровь.

Джулиано задрожал.

Убийца оперся одной рукой о колени, а другой нежно погладил край медной маски.

—Значит, твой отец. – предатель, позорный грешник и враг полиса Ванесса?

—Нет! – На мгновение разум Джулиано завладел гнев. Бледность и робость сошли с него, и свирепый взгляд как у совы, приказал убийце убить врага в темноте, вернулся снова.

Из-за того, что он слишком сильно кричал из за чего задел рану в животе. Джулиано ухмыльнулся от боли, а убийца свирепо посмотрел на него.

—Не говори этого про моего отцу! Он не совершал государственной измены! В глубине души я знаю, что мой отец никогда бы так не поступил! Это были они … Это была городская стража, кузен Фернандо подставил его! Так и есть! В противном случае, почему они не передали моего отца справедливому суду? Почему они убили его? Неужели чтобы заставить его замолчать?

Убийца был невозмутим, но регулярно стучал пальцами по коленям.

—На самом деле, мне все равно, какое преступление совершил твой отец. Мне не все равно кто тавой кузен. Меня волнует только одно… - произнес сказал он.

Пальцы внезапно остановились. Он наклонился вперед и понизил голос. Воздух прошел через его горло и с шипящим звуком вышел сквозь зубы, из за чего звук был похож на шипение ядовитой змеи.

—Когда ты мне заплатишшшшь?

Джулиано покраснел.

—У меня нет денег, чтобы заплатить тебе сейчас! – Он сделал паузу и начал оправдываться:

—Но это есть у моей семьи! Как только я разберусь с проблемами моего отца, а губернатор обязательно вернет собственность моей семьи мне. Хотя официальное положение моего отца невысоко, моя семья всегда занималась производством тканей, и моя мать отвечающая за семью …

—Мне все равно. - перебил его убийца. —Я никогда не предоставляю заслуги в кридит. Чеевые за дополнительные услуги будут выплачены прямо сейчас.

–Я все сказал, теперь у меня при себе нет денег! Но я заплачу тебе позже!

Убийца сидел на стуле не двигаясь, словно обдумывая меры по контрмерам по отношению к плохим клиентам. Джулиано подсознательно отпрянул назад, рефлекторно отдернув руку, как будто его палец коснулся кончика иглы. Ему вдруг стало так холодно, и он пожалел, что на нем сейчас нет ничего из одежды. Жаль, что у него нет ничего, кроме окровавленных бинтов.

Убийца немного подумал, затем встал и отодвинул стул в сторону. Джулиано думал, что он согласился на приостановку сбора средств по его услуге. Однако он быстро повернулся, заложил руки за спину и прошелся к кровати, глядя сверху вниз на рыжеволосого молодого человека, лежащего на кровати, он смотрел как зверь, на умирающую добычу, думая о том, с чего бы начать.

—Вы также можете не платить. Должны оплатить долг другим способом. Я не очень переведлив.

—Что ты имеешь в виду..? – У Джулиано нет при себе ничего ценного. Если вы одеты в официальную одежду, вы можете, по крайней мере, снять несколько жемчужин и самоцветов около выреза и с манжетов. Ткань одежды также очень дорогая и стоит больших денег. Но когда он сбежал из дома, на нем не было ничего, кроме пижамы.

—У меня сейчас ничего нет с собой… - виновато сказал Джулиано. —Чего ты от меня хочешь?

—Тебя. – Сказал убийца.

Он прыгнул на кровать прежде, чем Джулиано успел среагировать, и прижал молодого человека к себе. Джулиано потянулся к его плечам и попытаясь стащить его с себя. Но убийца легко поймал его запястья и прижал их над макушкой молодого человека одной рукой.

—Я хочу тебя.

Глава 4. Трагические воспоминания

—Я хочу тебя. – как только убийца, сказал это он разорвал штаны Джулиано.

Этот парень псих!

Джулиано сразу понял, что хотел сделать убийца он хотел изнасиловать его! Только что Джулиано вырвавшись из пасти тигра, почему он столкнулся с каким то извращенцем? Он согнул колени и прицелился в пах нижней части живота, но убийца уже предвидел его действия, схватил его за коленную чашечку, вытянул бедро наружу и умело сорвал с него штаны. Джулиано набрал в грудь побольше воздуха. Нижняя часть его тела была полностью открыта для пристольного взгляда убийцы, а его поза была эротичной. С точки зрения убийцы он мог полностью видеть самые потаенные части его тела.

Он никогда не терпел таких оскорблений!

—Отпусти меня! – хрипло закричал Джулиано, в его голосе невольно прозвучал плач. —Псих! Извращенец！Отпусти меня! За кого ты меня принимаешь? За проститутку?

—Конечно, ты не проститутка. - спокойно ответил убийца. —Проституткам нужно платить, но для тебя это не обязательно.

Голос Джулиано застрял у него в горле. Рана была такой болезненной, что ему захотелось громко заплакать, но убийца определенно посмеялся бы над ним, поэтому он прикусил губу и сказал себе, что не может плакать, как бы больно это ни было. Он крепко зажмурился, чтобы не дать хлынуть слезам. Его жизнь кардинально изменилась за несколько часов. До захода солнца он был молодым господином семьи Сакон, живущим в мирной и богатой семье; с наступлением ночи он потерял все. Его родители были жестоко убиты, когда к их головам приставили на дуло пистолета. Его красивый особняк с белыми стенами и красной черепицей сгорел дотла в результате пожара. А сейчас он лежал в самых опасных полуразрушенных трущобах полиса, и его вот-вот изнасилует убийца в маске. Если бы я узнал это раньше, я бы предпочёл бы умереть вместе со своией семьёй!

Нет… Он не может умереть таким образом. Если он умрет, то только свершив правосудие и кто отомстит за его семью? Кто выяснит правду и восстановит справедливость в отношении его родителей? Кто поймает вероломную псину Фернандо Инфонцо и заставит его поплатиться за все?

Он не должен умереть!

И Джулиано отказался от борьбы. На что хмыкнул Убийца и отпустил запястье молодого человека, а затем взял его за подбородок и застовляя его посмотреть на свое лицо.

—Ты хочешь сказать, что мое тело можно использовать для погашения долга? – спросил самым спокойным голосом, на какой был способен Джулиано, стараюсь изо всех сил не разрыдаться.

—Ну, почти. – произнес кбийца в нерешительно.

Глаза молодого человека внезапно открылись!

Убийца не ожидал увидеть изумрудный взгляд, который только что был почти в слезах, и через секунду глаза загорелись невидимым огнем! Сквозь кристально чистую радужку глаза пламя почти вырвалось наружу, оставляя след от ожога в его сердце!

—Тогда я не возражаю побыть под тобой несколько раз, пока ты помогаешь мне убивать людей. Сначала помоги мне убить Фернандо, затем убить городскую стражу, а после убить убийцу моих родителей. – сказал Джулиано.

Движения убийцы внезапно прекратились. Джулиано некоторое время спокойно ждал, но по-прежнему не ощущая никакого дальнейшего движения.

Из-под маски донесся тихий смех.

—Ты интересный. – сказал убийцы с интересом в голосе.

Вес его тела внезапно уменьшился. Джулиано наблюдал, как убийца по неизвестной причине вскочил с кровати, схватил алый плащ и накинул его на себя. Рыжеволосый молодой человек поспешно прикрыл свою обнаженную нижнюю часть тела плащом.

—Я выйду ненадолго. – сказал убийца.

—Ты…

—Не волнуйся, я тебя не предам.

—Я…

—Если ты останешься здесь, на какое-то время никто не поймает тебя, точнее, скорее всего, не поймает. – А затем он добавил: — Если это произойдёт, это означает, что твоя судьба, считай, что тебе не повезло.

Убийца поправил свою маску, словно проверяя, не упадет ли она. Затем он толкнул дверь наружу. После того, как не прочная дверь, закрылась, сердце Джулиано окончательно упало.

Он снова один.

Он завернулся в плащ и съежился в углу кровати. Его рана болела некачественный алкоголь от убийцы просачивался в рану, подобно злому дьяволу, вонзающему в своих приспешников на убить. Однако постепенно навалилась сонливость. Он так устал. Если бы он мог, он бы хотел просто заснуть вот так, и когда он снова откроет глаза, то окажется что он все еще лежат на удобной и роскошной кровати в своем доме. А все вокруг – это сон. Он надеялся, что время вернется к тому дню, когда карета Фернандо только что прибыла в Ванессу. Фернандо по-прежнему остается старшим и зрелым двоюродным братом, который был добр к нему. Родители угостили бы его ужином, а затем отправились в кабинет, чтобы обсудить вопросы семейного бизнеса. Отец Джулиано, Вито Сакон, являлся вторым по старшинству клерком в губернаторском особняке. Его способная мать, Оля, происходит из купеческой семьи. Она заботилась о бизнесе семьи Сакон. Хотя Фернандо Инфонцо молод, он уже являлся главой семьи. Они втроем, должны были, планировать будущее семьи, но уже поздно что то обсуждать, Джулиано не смог догнать своего дорогого кузена. Но это не имело значения. На следующий день Фернандо дастовал его с просьбой посетить город Ванесса. Джулиано повел его в недавно построенный храм и новый пирс, которыми гордится полис. Они веселились целый день, а когда вернулись домой, то насладились фирменным гранатовым вином со льдом, приготовленным шеф-поваром. Они чувствовали, что никогда в жизни им не было так хорошо.

Было бы здорово, если бы все могло остановиться в это время.

—Джулиано! Очнись! Джулиано!

Рыжеволосый молодой человек пробудился ото сна. Дверь спальни с грохотом распахнулась. В лунном свете Джулиано увидел, как в дом вошла его мать в шелковой ночной рубашке и с арбалетом в руке.

—Что, в чем дело?

—Кое что случилось! Вставай скорее! – Мать ущипнула Джулиано за плечо так она его понимала когда он был непослушным мальчиком в детстве. —Пойдем!

Джулиано начал причитать: —Мама! Что с тобой такое? Уже так поздно, в чем дело? – Он уставился на арбалет в руке матери. – Здесь грабитель? – спросил он.

—Нет времени объяснять! Уходим!

Она схватила Джулиано за руку и потащила его из спальни. Молодой человек не ожидал, что у его грациозной и красивой матери будут такие сильные пальцы, которые заставили его почувствовать боль. Снаружи спальни есть коридор, и, глядя издалека, можно увидеть только ворота и внутренний двор дома Сакон.

Джулиано набрал в грудь побольше воздуха.

Повсюду был огонь. Внутренний двор был полон людей, и бурлящий шум людей обрушился на Джулиано как прилив. Огонь исходил от факелов в руках людей. Яркий огонь отражал красное ночное небо, и даже звезды были затенены. Он освещал форму городской стражи. Были некоторые люди, которые носили жилеты, разрисованные фамильным гербом семьи Сакон, указывающим на то, что они являлись людьми Сакон. Но большинство из них лежали на земле, городская стража топтала их безжизненные тела.

Во дворе друг напротив друга стоят два человека. Один был одет в ярко-синюю форму, а в другом Джулиано узнал своего отца Вито. Отец взволнованно что-то сказал человеку в синей форме, но это было слишком далеко и слишком шумно, чтобы Джулиано мог что-то ясно расслышать. Затем из ниоткуда вылетела стрела, попав Вито в грудь.

—Отец! – закричал Джулиано.

У него не было времени оплакивать своего отца, поэтому мать быстро выволокла его из коридора и вывела на задний двор через узкий проход, предназначенный для слуг. Кроме того, за задней дверью особняка бушевал пожар, и казалось, что они уже были окружены им.

—Что происходит, мама? Они… они застрелили моего отца! – в ужасе закричал Джулиано.

—Тише! – Оля жестом попросила его замолчать. —Они нас!

—Но…

—Знаю, сынок, я тоже это видела.- Оля выглядела обиженной. —Но уже слишком поздно! – воскликнула она. —Мы не должны были позволять Фернандо приезжать! Он предал нашу семью!

—Кузен Фернандо..?

—Не переживай! Идем быстрее! По… По крайней мере, я хочу, чтобы ты смог сбежать!

На заднем дворе есть старый пересохший колодец, в котором двным давно закончилась вода. Оля жестом велела Джулиано спуститься в колодц. Посмотрев в него молодой человек понял, что в колодце была установлена лестница.

—Под землей, в этом колодце, есть секретный путь к отступлению, ведущий к реке Делан. Ты спустишься первым, а я последую за тобой!

Он не ожидал оказался в сухом колодце на заднем дворе. Восхищаясь изобретательностью своих родителей, Джулиано осторожно начал спускаться в колодец. Когда он спустился на дно колодца, он поднял голову и закричал: —Мама! Ты тоже поторопись вниз!

Кроме эха, своего голоса отдававшегося в темном потайном проходе, он не услышал никакого ответа.

—Мама?

В этот момент он услышал беспорядочные шаги, доносящиеся сверху.

—Поймайте семью и предателя Вито Сакона! Из колодца донесся знакомый голос, и Джулиано вспомнил владельца голоса – охранник кузена Фернандо. Может то что, сказала моя мать, правда? Кузен Фернандо предал их семью? Но как насчет отца ”предателя»? Джулиано знал своего отца, у него честный характер и он бы никогда не предал страну!

—Городская стража! Окружите их!

—Да, у этой женщины есть оружие! Ваууу!

—Не расслабляйся даже с женщинами! Не будь милосердным к предательнице! Убей ее!

Джулиано больше ничего не мог с собой поделать. Хотя он молод, он мужчина! Как ты можешь позволять своей матери драться насмерть и убегать, поджав хвост? Даже если он умрет, он умрет за свою семью достойно!

Он схватился за лестницу и уже собирался подняться, как вдруг над его головой раздался громкий шум, камни и почва посыпались, как проливной дождь. Джулиано быстро отскочил назад, и валун почти ударил его при отходе. Как оказалось, Оля заложила взрывчатку на устье скважины, после того как устье было взорвано, преследователи не смогут поймать «преступников».

—Мама! – Лицо Джулиано было запорошено пылью, и он отчаянно бил кулаком по камнь, стоявшему перед ним. Камень был холодным, и ответа не последовало. Слезы неудержимо хлынули из глаз. Его жизнь кардинально изменилась всего за несколько минут. За семнадцать лет Джулиано никогда не чувствовал себя таким одиноким и беспомощным.

Кто-то коснулся его щеки.

Джулиано вскочил с кровати. Из за раны он почувствовала боль и издал шипящий звук и упал обратно на кровать. Дочечка кровати под ним хрустнула, так как будто могла рухнуть в любой момент. Запах плесени, крови и пыли заставил Джулиано наконец прийти в себя. Ему снился тот печальный момент, когда он сбежал из особняка. Подушка под ним была мокрая как и его лицо.

Уже было светало. Слабый утренний свет проникал в дом сквозь щели в деревянных досках. Он не знал когда вернулся убийца. Он снова сменил маску на черную, но теперь она пестро улыбалась, и его одежда тоже изменилась. Он не знал, откуда она взялась. На мгновение Джулиано задумался, был ли человек в маске тем же человеком, что и убийца прошлой ночью. В конце концов, он никогда не видел настоящего лица убийцы. Но как только убийца заговорил, он развеял свои сомнения.

—Ты плакал. – Сказал без эмоционально убийца.

Джулиано поспешно вытер капли слез под глазами. Он не хотел, чтобы его слабую сторону видели незнакомые люди. Хотя этот незнакомец уже видел, как он выглядел самым смущенным.

—Не твое дело. – Пробормотал он.

—А? – Убийца насмешливо улыбнулся, и теперь его рот стал почти таким же большим, как рот у улыбающейся маски. —Не забывай, что ты все еще должен мне деньги. Все, что касается тебя, меня не касается.

Вспомнив о его грубом поведении прошлой ночью, Джулиано был зол и напуган и не смог удержаться, чтобы снова не закутаться в плащ.

—Что ты будешь сделать?

—Мне любопытно, почему городская стража выслеживала тебя? Почему твой отец стал предателем? Поэтому я пошел навести справки.

Джулиано поспешно перебил его: —Мой отец не предатель! Его подставили!Как он мог так поступить? Пока вы жили в городе, вы должны были слышать его имя и знать, что он всегда был честным человеком…

—Я знаю, кто он такой. Я также знаю, кто ты. – беспечно сказал убийца.

Он бросил Джулиано свернутые в рулон листы бумаги.

—Можешь сам посмотреть.

Глава 5. Ордер на розыск

Джулиано развернул бумажный рулон.

Это был ордер на розыск, вероятно, сорванный из подворотни, на нем был нарисован портрет Джулиано что был очень похож на него, а ниже под рисунком были строчки мелким шрифтом:

“Джулиано Сакон, сын предателя Вито Сакона, ростом около пяти футов и шести дюймов¹, рыжеволосый. Очень опасен для других людей. Оказывал сопротивление аресте. Скрываться от правосудия и владеет оружием. Любой, кто поможет в розыске этого человека, будет вознагражден. Те, кто предоставит важную информацию, после проверки будут вознагражден сотней золотых лус. Если захватите этого человека живым то будите вознаграждены пятьюстами золотыми лус. Если вы убьете этого человека, то будете вознаграждены тысячей золотых лус и особняком если принесете его голову. Пожалуйста, обратите внимание на это патриоты и законопослушные граждане Ванессы.

Одобрено губернатором Пачино Бонивеллом”

Джулиано почувствовал, что его мозг вот-вот взорвется! Злясь он закричал, разрывая ордер на куски и скатал его в комок. Если бы он сейчас не был ранен, он бы обязательно вскочил с кровати и преодолел еще некоторое расстояние.

—Бонивелл, этот негодяй! Мой отец его второй сотрудник и его лучший друг! Как он мог сделать такое совместное заявление!

Убийца горько улыбнулся, но не чего не сказал.

—Как так? Неужели ты думаешь, то, что я сказал, не правда? Может есть другая причина? Может… Может Фернандо обманул Бонивелла! Да, верно! Должно быть, он тайно использовал какие-то способы, чтобы оклеветать моего отца!

Джулиано пожалел о том, что был так дружелюбен с Фернандо. Почему он раньше не разгадал плохих намерений этого человека? Фернандо всегда по-доброму улыбался ему, но все это было наигранно, это была всего лишь маска. Теперь, стоило Джулиано хоть немного вспомнить эту лицемерную улыбку Фернандо, как его тут же затошнило, еще немного и его вырвет!

—Я должен убить его! – Не вольно он сжал в кулаке плащ. – Фернандо Инфонцо, я хочу, чтобы ты заплатил за все своей кровью!

Убийца откинулся на спинку стула, вытянул ноги, стараясь устроиться как можно удобнее.

—Ты что, совсем дурак?

—Чего? – не ожидал такого Джулиано.

—Поскольку Бонивелл был губернатором столько лет, это показывает, что он ни в коем случае не идиот. Стал бы он сомневаться в своем лучшем друге из-за чьих-то двух-трех слов? Даже если бы у него действительно были сомнения, стал бы он напрямую посылать городскую стражу что бы разрушить дом без суда и следствия?

—Ты, что этим хочешь сказать? – Джулиано задрожал от гнева.

—Сейчас весь город ищет тебя, и скоро тебя найдут в нижнем городе. Такое большое количество людей показывает, что ваш отец и ваша семья находятся в большой беде. Либо между вашем отцом и Бонивеллом произошел какой-то разлад, который подтолкнул его превосходительство губернатора на убийство или как указано в ордере, ваш отец действительно предатель.

Джулиано вскочил с кровати и яростно схватил убийцу за воротник.

—Я не позволю вам клеветать на моего отца!

—Я безмолвный и я никогда не лгу. Вито Сакон любящего отца только перед вами, и одному Богу известно, что он за человек внутри.

—Ах ты! – Джулиано поднял кулак и ударил им в лицо убийце, но прежде чем он успел прикоснуться к маске, убийца поднял колено ударил в повязку где находилась рана. Молодой человек тут же опустился на колени, обхватив живот руками, его лицо побледнело от боли, а на лбу выступил холодный пот. Убийца неторопливо откинулся на спинку стула, словно это был не сломанный деревянный стул, который вот-вот сгниёт, а золотой трон, инкрустированный нефритом. Джулиано очень ненавидел свою высокомерную внешность. Боль пересилила его гнев, и он сразу понял, что должен положиться на убийцу, чтобы выжить, поэтому сейчас он не должен идти против него.

Он с трудом вернулся на кровать, схватившись за живот. Он почувствовал, что рана разошлась, возможно, она кровоточила. Он смирился с больной раной и своим эго и неохотно сказал: —Я должен узнать правду и отомстить за своих родителей. Но я … Я слаб. Пожалуйста, помогите мне. Я готов сделать все, что угодно.

Убийца неподвижно сидел в кресле. Через некоторое время убийца спросил: —Ты хочешь, чтобы я сделал это за тебя?

Этот человек психически болен. – Подумал про себя Джулиано. Ему нравится видеть, как другие шепчутся вполголоса, так он удовлетворил свое его, принося достоинство других в жертву. Джулиано знал, чего хочет убийца. Он должен продать свое достоинство в обмен на проблеск жизни. Раньше он и представить себе такого не мог. И судя по спокойному взгляду убийцы, он, давным-давно привык к этому, что рядом всегда находятся люди, которые просят о таком.

Джулиано нерешительно протянул руку и положил ее на колено убийцы. Откуда ему знать, как доставлять удовольствие мужчинам! Его воспитатель очень строг, и он никогда не был в не традиционном местах. Даже если он упомянул бы об этом, при родителях или гувернантке, то он будет сразу сурово наказан. Дети аристократов его возраста уже давно являются постоянными посетителями Хуацзе и Люйсяна, а так же знают что происходит между мужчинами, и женщинами. Он лишь изредка слышал об этом от друзей, и иногда, полагался на собственное воображение, у него смутно складывалось общее впечатление. Он не знал, как удовлетворить убийцу, поэтому он может использовать свой собственный способ удовлетворения своих желаний, чтобы доставить удовольствие другому. Он развязал брюки убийцы, наклонился к его штанам, поднес член к промежности и осторожно потерся об ее. Он покраснел до корней ушей, и, чтобы убийца не заметил этого, ему пришлось низко опустить голову и притвориться увлеченным делом.

Член убийцы постепенно затвердели, и Джулиано почувствовал это, возможно пришло время идти дальше, поэтому он опустился на колени перед убийцей. Однако он понятия не имел, как “что» делать дальше. Однажды он слышал, как друзья, побывавшие в борделе, говорили, что некоторые проститутки удовлетворяющие своих гостей ртом, и что было очень приятно, и ни одному мужчине это не нравилось. Означает ли это, что он должен засунуть пенис убийцы себе в рот? От одной этой мысли его затошнило. Он держал его, колеблясь, стоит ли брать его в рот, как вдруг убийца внезапно оттолкнул его. Стул заскрипел когда убийца встал с него, а затем он быстро надел штаны.

—Вы слишком плохи в этом! Если вы продолжите, вам придется доплатить за мое обучение!

Джулиано все еще стоял на коленях, сердито глядя на убийцу.

—Тогда почему бы тебе не делать это самому?! Я обещаю не сопротивляться, просто трахни меня! …Эй! Куда ты идешь?!

Убийца повернулся и он сказал: —Найди рисунок с обнаженной женщиной и повернись к ней жопой! – Он захлопнул дверь и оставил Джулиано в комнате одного.

Джулиано был так зол, что толкнул ногой стул и выместив весь свой гнев на ни в чем не повинной мебели. Он уже отказался от своего достоинства и опустил ее до уровня, который не мог быть еще ниже, почти делав это со смертельной решимостью, но убийца пренебрегал им! Как мог существовать на свете такой человек! Он был готов заплакать от обиды. Думая при этом, то что с ним случилось, было гораздо менее ужасным, чем гибель его семьи, он чувствовал, что не стоит плакать из-за такой мелочи как эта. Он прислонился к деревянной кровати, обхватив руками колени, пытаясь сдержать слезы. Вчера в это время он счастливо наслаждался сытным завтраком в саду со своей семьей, а позже собирался пойти поиграть со своим дорогим кузеном. Всего за один день его положение кардинально изменилось. Он скучает по красивой столовой посуде, найденной его матерью, вкусным десертам, приготовленным шеф-поваром, вишневому вину с кубиками льда, по безупречно чистой скатерти и благоухающему саду. Он так скучал по всей этой красоте.

Он был уставшим и голодным, истощенным физически и морально, поэтому просто уснул прямо на полу. Я не знал, сколько времени прошло, он я почувствовал, как кто-то легонько пинает меня, после чего я подпрыгнул, как кошка, поджавшая хвост.

Оказалось, что убийца вернулся. Он снова переоделся, и теперь на нем облегающее черная туника, расшитая серебряной каймой², золотая лисья маска с длинными лентами, проходящими подмышкой. Видя, как он возвращается, Джулиано не понимал, почему, но он почувствовал себя легче, как будто с его сердца упал тяжёлый камень. Он беспокоился, что убийца никогда не вернется или то что он приведет городскую стражу, чтобы они поймали его.

Убийца бросил Джулиано длинный полосатый сверток. Молодой человек развязал ткань и обнаружил там два куска пшеничного хлеба грубого помола, кусок бекона и яблоко с гнилой дырочкой.

Джулиано был избалован и ел только вкусные блюда, тщательно приготовленные старшими поварами, но сейчас ему не очень хочется есть такую некачественную пищу.

В глазах убийцы мелькнула саркастическая улыбка.

—Что? Молодой господин презирает «грубый чай и легкий рис³ »? Тогда не ешьте это, верните мне.

Джулиано невольно схватился за сверток и прижал к себе.

—Ооо? Снова не хочешь? Знаете ли вы, что еду трудно достать? Или все, что вы можешь сделать, это только накричать на меня?

Лицо Джулиано вспыхнуло, он чувствовал неописуемую неловкость в душе. Разумеется, из-за того что убийца спас его, он стал его благодетелем. Они должны относиться друг к другу вежливо. Более того, он ничего не мог сделать без помощи убийцы, из-за чего он не мог выплеснуть всю злобу в своем из своего сердца.

Он схватил хлеб и откусил небольшой кусочек. Хлеб был таким твердым, что его можно было откусить только зубами, но он оказался неожиданно вкусным. Голод это лучшая приправа. Его больше не заботили ни о обеденном этикете, ни аристократической скромности, поэтому он схватил хлеб и проглотил его целиком. Убийца достал из своего волшебного шкафчика еще одну бутылку вина и протянул ее Джулиано. Когда молодые люди настолько голодны, что отчаянно нуждаются в еде, что даже некачественное вино становится таким же вкусным, как вино десятилетней выдержки, тем более когда они пьяны.

Убийца огляделся и обнаружил стул, который был упал на землю из за пенка ноги. Джулиано думал, что он разозлится, но убийца просто взял стул, отряхнул с него пыль и сел. Когда Джулиано насытился вином и едой, убийца медленно заговорил: —Если ты хочешь, чтобы я помог, тогда будь честен и расскажи мне все, что ты знаешь.

Джулиано держал в руках полупустую бутылку вина и приводя свои мысли в порядок. Где-то в глубине его сердца тихий голос сказал: ~ты можешь доверять этому убийце. Если бы он хотел предать тебя, он бы сделал это давным-давно.

Возможно, он без колебаний разозлился бы на убийцу именно потому, что он подсознательно доверился ему. Джулиано получил хорошее строгое воспитание, он умеет контролировать свой нрав, и только перед самыми близкими людьми он раскроет свой истинный характер.

Джулиано рассказал все, что произошло вчера: приезд кузена Фернандо, радушный прием их семьи, ночное происшествие, позорное бегство… Он прошел через подземный потайной ход и вошел в вонючий дренажный канал⁴. В конце дренажного канала находилась река Делан, протекающая через город. Он один и срочно нуждается в помощи. Лучший способ – это найти надежного друга. У него много друзей, но все они живут в Верхней части города. Однако, когда Джулиано поднялся на набережную, все дороги, ведущие в верхний город, были перекрыты. Как только он появился, стражники начали атаковать, не сказав ни слова. Он немедленно развернулся и побежал в противоположную сторону от них в нижней район.

Убийца знал, что произошло дальше.

Джулиано говорил очень медленно, стараясь восстановить каждую деталь, даже те, которые не так уж были необходимы, например, каждое блюдо на торжественном банкете и каждую достопримечательность, которую они посетили с Фернандо. Но убийца не перебивал его, а терпеливо выслушал все повествование. Кажется, он не рожденный слушатель, или это его профессиональная привычка. Когда Джулиано все доел и ему нечего было сказать еще, убийца встал и достал третью бутылку вина из своего волшебного шкафчика. Эта бутылка предназначена для него самого. Он выпил большую часть бутылки, не сказав ни слова, а затем повернулся к Джулиано. Его глаза, видневшиеся из отверстий в золотистой лисьей маски, были полны мудрости, как будто идея пришла ему в голову.

Он сделал молниеносное движение и схватил прядь волос молодого человека, прежде чем Джулиано успел увернуться.

—Это ваш натуральный цвет волос или вы их красите?

Джулиано не понравилось, когда наемные убийцы прикоснулся к его волосам, это все равно, что леди ласкает своего любимого питомца. Ему снова захотелось сказать ему гадостей, но он вовремя сдержался и сухо ответил: — Они такие от рождения, что то не так?

—Вам нужно привести себя в порядок, начиная с волос. Они слишком бросаются в глаза, и их необходимо покрасить, или смыть до их первоначального цвета, а может вы хотите сбрить их полностью?

Окрашивание волос сейчас популярно в полисе Йода, но любой, кто следил за модой, будет красить свои волосы в яркие цвет. Но Джулиано это не очень понравилось, возможно, потому, что цвет его волос сам по себе был очень ярким. У йодлей редко бывают рыжие волосы.

—Точно! Почему я не могу носить маску, как вы, безмолвные? – Джулиано осенило: —Надев маску, меня никто не узнает!

Наёмный убийца ничего не сказал, но Джулиано услышал тихий смех из-под маски. Именно такой голос издавали самые сдержанные дворяне, когда их смешила какая-то глупая шутка в театре.

Лава 5. Ордер на розыск

Джулиано развернул бумажный рулон.

Это был ордер на розыск, вероятно, сорванный из подворотни, на нем был нарисован портрет Джулиано что был очень похож на него, а ниже под рисунком были строчки мелким шрифтом:

“Джулиано Сакон, сын предателя Вито Сакона, ростом около пяти футов и шести дюймов, рыжеволосый. Очень опасен для других людей. Оказывал сопротивление аресте. Скрываться от правосудия и владеет оружием. Любой, кто поможет в розыске этого человека, будет вознагражден. Те, кто предоставит важную информацию, после проверки будут вознагражден сотней золотых люси. Если захватите этого человека живым то будите вознаграждены пятьюстами золотыми люси. Если вы убьете этого человека, то будете вознаграждены тысячей золотых люси и особняком если принесете его голову. Пожалуйста, обратите внимание на это патриоты и законопослушные граждане Ванессы.

Одобрено губернатором Пачино Бонивеллом”

Джулиано почувствовал, что его мозг вот-вот взорвется! Злясь он закричал, разрывая ордер на куски и скатал его в комок. Если бы он сейчас не был ранен, он бы обязательно вскочил с кровати и преодолел еще некоторое расстояние.

—Бонивелл, этот негодяй! Мой отец его второй сотрудник и его лучший друг! Как он мог сделать такое совместное заявление!

Убийца горько улыбнулся, но не чего не сказал.

—Как так? Неужели ты думаешь, то, что я сказал, не правда? Может есть другая причина? Может… Может Фернандо обманул Бонивелла! Да, верно! Должно быть, он тайно использовал какие-то способы, чтобы оклеветать моего отца!

Джулиано пожалел о том, что был так дружелюбен с Фернандо. Почему он раньше не разгадал плохих намерений этого человека? Фернандо всегда по-доброму улыбался ему, но все это было наигранно, это была всего лишь маска. Теперь, стоило Джулиано хоть немного вспомнить эту лицемерную улыбку Фернандо, как его тут же затошнило, еще немного и его вырвет!

—Я должен убить его! – Не вольно он сжал в кулаке плащ. – Фернандо Инфонцо, я хочу, чтобы ты заплатил за все своей кровью!

Убийца откинулся на спинку стула, вытянул ноги, стараясь устроиться как можно удобнее.

—Ты что, совсем дурак?

—Чего? – не ожидал такого Джулиано.

—Поскольку Бонивелл был губернатором столько лет, это показывает, что он ни в коем случае не идиот. Стал бы он сомневаться в своем лучшем друге из-за чьих-то двух-трех слов? Даже если бы у него действительно были сомнения, стал бы он напрямую посылать городскую стражу что бы разрушить дом без суда и следствия?

—Ты, что этим хочешь сказать? – Джулиано задрожал от гнева.

—Сейчас весь город ищет тебя, и скоро тебя найдут в нижнем городе. Такое большое количество людей показывает, что ваш отец и ваша семья находятся в большой беде. Либо между вашем отцом и Бонивеллом произошел какой-то разлад, который подтолкнул его превосходительство губернатора на убийство или как указано в ордере, ваш отец действительно предатель.

Джулиано вскочил с кровати и яростно схватил убийцу за воротник.

—Я не позволю вам клеветать на моего отца!

—Я безмолвный и я никогда не лгу. Вито Сакон любящего отца только перед вами, и одному Богу известно, что он за человек внутри.

—Ах ты! – Джулиано поднял кулак и ударил им в лицо убийце, но прежде чем он успел прикоснуться к маске, убийца поднял колено ударил в повязку где находилась рана. Молодой человек тут же опустился на колени, обхватив живот руками, его лицо побледнело от боли, а на лбу выступил холодный пот. Убийца неторопливо откинулся на спинку стула, словно это был не сломанный деревянный стул, который вот-вот сгниёт, а золотой трон, инкрустированный нефритом. Джулиано очень ненавидел свою высокомерную внешность. Боль пересилила его гнев, и он сразу понял, что должен положиться на убийцу, чтобы выжить, поэтому сейчас он не должен идти против него.

Он с трудом вернулся на кровать, схватившись за живот. Он почувствовал, что рана разошлась, возможно, она кровоточила. Он смирился с больной раной и своим эго и неохотно сказал: —Я должен узнать правду и отомстить за своих родителей. Но я … Я слаб. Пожалуйста, помогите мне. Я готов сделать все, что угодно.

Убийца неподвижно сидел в кресле. Через некоторое время убийца спросил: —Ты хочешь, чтобы я сделал это за тебя?

Этот человек психически болен. – Подумал про себя Джулиано. Ему нравится видеть, как другие шепчутся вполголоса, так он удовлетворил свое эго, принося достоинство других в жертву. Джулиано знал, чего хочет убийца. Он должен продать свое достоинство в обмен на проблеск жизни. Раньше он и представить себе такого не мог. И судя по спокойному взгляду убийцы, он, давным-давно привык к этому, что рядом всегда находятся люди, которые просят о таком.

Джулиано нерешительно протянул руку и положил ее на колено убийцы. Откуда ему знать, как доставлять удовольствие мужчинам! Его воспитатель очень строг, и он никогда не был в не традиционном местах. Даже если он упомянул бы об этом, при родителях или гувернантке, то он будет сразу сурово наказан. Дети аристократов его возраста уже давно являются постоянными посетителями Хуацзе и Люйсяна, а так же знают что происходит между мужчинами, и женщинами. Он лишь изредка слышал об этом от друзей, и иногда, полагался на собственное воображение, у него смутно складывалось общее впечатление. Он не знал, как удовлетворить убийцу, поэтому он может использовать свой собственный способ удовлетворения своих желаний, чтобы доставить удовольствие другому. Он развязал брюки убийцы, наклонился к его штанам, поднес член к промежности и осторожно потерся об ее. Он покраснел до корней ушей, и, чтобы убийца не заметил этого, ему пришлось низко опустить голову и притвориться увлеченным делом.

Член убийцы постепенно затвердели, и Джулиано почувствовал это, возможно пришло время идти дальше, поэтому он опустился на колени перед убийцей. Однако он понятия не имел, как “что» делать дальше. Однажды он слышал, как друзья, побывавшие в борделе, говорили, что некоторые проститутки удовлетворяющие своих гостей ртом, и что было очень преятно, и ни одному мужчине это не нравилось. Означает ли это, что он должен засунуть пенис убийцы себе в рот? От одной этой мысли его затошнило. Он держал его, колеблясь, стоит ли брать его в рот, как вдруг убийца внезапно оттолкнул его. Стул заскрипел когда убийца встал с него, а затем он быстро надел штаны.

—Вы слишком плохи в этом! Если вы продолжите, вам придется доплатить за мое обучение!

Джулиано все еще стоял на коленях, сердито глядя на убийцу.

—Тогда почему бы тебе не делать это самому?! Я обещаю не сопротивляться, просто трахни меня! …Эй! Куда ты идешь?!

Убийца повернулся и он сказал: —Найди рисунок с обнаженной женщиной и повернись к ней жопой! – Он захлопнул дверь и оставил Джулиано в комнате одного.

Джулиано был так зол, что толкнул ногой стул и выместив весь свой гнев на ни в чем не повинной мебели. Он уже отказался от своего достоинства и опустил ее до уровня, который не мог быть еще ниже, почти делав это со смертельной решимостью, но убийца пренебрегал им! Как мог существовать на свете такой человек! Он был готов заплакать от обиды. Думая при этом, то что с ним случилось, было гораздо менее ужасным, чем гибель его семьи, он чувствовал, что не стоит плакать из-за такой мелочи как эта. Он прислонился к деревянной кровати, обхватив руками колени, пытаясь сдержать слезы. Вчера в это время он счастливо наслаждался сытным завтраком в саду со своей семьей, а позже собирался пойти поиграть со своим дорогим кузеном. Всего за один день его положение кардинально изменилось. Он скучает по красивой столовой посуде, найденной его матерью, вкусным десертам, приготовленным шеф-поваром, вишневому вину с кубиками льда, по безупречно чистой скатерти и благоухающему саду. Он так скучал по всей этой красоте.

Он был уставшим и голодным, истощенным физически и морально, поэтому просто уснул прямо на полу. Я не знал, сколько времени прошло, он я почувствовал, как кто-то легонько пинает меня, после чего я подпрыгнул, как кошка, поджавшая хвост.

Оказалось, что убийца вернулся. Он снова переоделся, и теперь на нем облегающее черная туника, расшитая серебряной каймой, золотая лисья маска с длинными лентами, проходящими подмышкой. Видя, как он возвращается, Джулиано не понимал, почему, но он почувствовал себя легче, как будто с его сердца упал тяжёлый камень. Он беспокоился, что убийца никогда не вернется или то что он приведет городскую стражу, чтобы они поймали его.

Убийца бросил Джулиано длинный полосатый сверток. Молодой человек развязал ткань и обнаружил там два куска пшеничного хлеба грубого помола, кусок бекона и яблоко с гнилой дырочкой.

Джулиано был избалован и ел только вкусные блюда, тщательно приготовленные старшими поварами, но сейчас ему не очень хочется есть такую некачественную пищу.

В глазах убийцы мелькнула саркастическая улыбка.

—Что? Молодой господин презирает «грубый чай и легкий рис»? Тогда не ешьте это, верните мне.

Джулиано невольно схватился за сверток и прижал к себе.

—Ооо? Снова не хочешь? Знаете ли вы, что еду трудно достать? Или все, что вы можешь сделать, это только накричать на меня?

Лицо Джулиано вспыхнуло, он чувствовал неописуемую неловкость в душе. Разумеется, из-за того что убийца спас его, он стал его благодетелем. Они должны относиться друг к другу вежливо. Более того, он ничего не мог сделать без помощи убийцы, из-за чего он не мог выплеснуть всю злобу в своем из своего сердца.

Он схватил хлеб и откусил небольшой кусочек. Хлеб был таким твердым, что его можно было откусить только зубами, но он оказался неожиданно вкусным. Голод это лучшая приправа. Его больше не заботили ни о обеденном этикете, ни аристократической скромности, поэтому он схватил хлеб и проглотил его целиком. Убийца достал из своего волшебного шкафчика еще одну бутылку вина и протянул ее Джулиано. Когда молодые люди настолько голодны, что отчаянно нуждаются в еде, что даже некачественное вино становится таким же вкусным, как вино десятилетней выдержки, тем более когда они пьяны.

Убийца огляделся и обнаружил стул, который был упал на землю из за пенка ноги. Джулиано думал, что он разозлится, но убийца просто взял стул, отряхнул с него пыль и сел. Когда Джулиано насытился вином и едой, убийца медленно заговорил: —Если ты хочешь, чтобы я помог, тогда будь честен и расскажи мне все, что ты знаешь.

Джулиано держал в руках полупустую бутылку вина и приводя свои мысли в порядок. Где-то в глубине его сердца тихий голос сказал: ~ты можешь доверять этому убийце. Если бы он хотел предать тебя, он бы сделал это давным-давно.

Возможно, он без колебаний разозлился бы на убийцу именно потому, что он подсознательно доверился ему. Джулиано получил хорошее строгое воспитание, он умеет контролировать свой нрав, и только перед самыми близкими людьми он раскроет свой истинный характер.

Джулиано рассказал все, что произошло вчера: приезд кузена Фернандо, радушный прием их семьи, ночное происшествие, позорное бегство… Он прошел через подземный потайной ход и вошел в вонючий дренажный канал. В конце дренажного канала находилась река Делан, протекающая через город. Он один и срочно нуждается в помощи. Лучший способ – это найти надежного друга. У него много друзей, но все они живут в Верхней части города. Однако, когда Джулиано поднялся на набережную, все дороги, ведущие в верхний город, были перекрыты. Как только он появился, стражники начали атаковать, не сказав ни слова. Он немедленно развернулся и побежал в противоположную сторону от них в нижней район.

Убийца знал, что произошло дальше.

Джулиано говорил очень медленно, стараясь восстановить каждую деталь, даже те, которые не так уж были необходимы, например, каждое блюдо на торжественном банкете и каждую достопримечательность, которую они посетили с Фернандо. Но убийца не перебивал его, а терпеливо выслушал все повествование. Кажется, он не рожденный слушатель, или это его профессиональная привычка. Когда Джулиано все доел и ему нечего было сказать еще, убийца встал и достал третью бутылку вина из своего волшебного шкафчика. Эта бутылка предназначена для него самого. Он выпил большую часть бутылки, не сказав ни слова, а затем повернулся к Джулиано. Его глаза, видневшиеся из отверстий в золотистой лисьей маски, были полны мудрости, как будто идея пришла ему в голову.

Он сделал молниеносное движение и схватил прядь волос молодого человека, прежде чем Джулиано успел увернуться.

—Это ваш натуральный цвет волос или вы их красите?

Джулиано не понравилось, когда наемные убийцы прикоснулся к его волосам, это все равно, что леди ласкает своего любимого питомца. Ему снова захотелось сказать ему гадостей, но он вовремя сдержался и сухо ответил: — Они такие от рождения, что то не так?

—Вам нужно привести себя в порядок, начиная с волос. Они слишком бросаются в глаза, и их необходимо покрасить, или смыть до их первоначального цвета, а может вы хотите сбрить их полностью?

Окрашивание волос сейчас популярно в полисе Йода, но любой, кто следил за модой, будет красить свои волосы в яркие цвет. Но Джулиано это не очень понравилось, возможно, потому, что цвет его волос сам по себе был очень ярким. У йодлей редко бывают рыжие волосы.

—Точно! Почему я не могу носить маску, как вы, безмолвные? – Джулиано осенило: —Надев маску, меня никто не узнает!

Наёмный убийца ничего не сказал, но Джулиано услышал тихий смех из-под маски. Именно такой голос издавали самые сдержанные дворяне, когда их смешила какая-то глупая шутка в театре.

—————————————————————

1. Пять футов и шести дюймов¹ - 5 футов и 6 дюймов = 167,64 см роста.

2. Кайма² — это узкая полоска ткани, идущая по краю чего-либо. Часто это декоративная отделка.

3. Грубый чай и легкий рис³ (粗茶淡饭) — это широко распространенная китайская идиома. Она описывает простую, скромную, незатейливую еду. Это не обязательно означает плохую еду, а скорее обеспечивает ее непритязательность и отсутствие изысканности. Часто используется для описания скромного образа жизни или гостеприимства.

4. Дренажный канал⁴ — это искусственно созданное русло или конструкции, предназначенные для отвода воды с какой-либо территории.

Глава 6. Лавка алхимика

—Над чем ты смеешься?

Убийца отпустил его волосы.

—Какой ваш уровень в мастерстве владения мечом?

Джулиано не видел связи между его вопросом и вопросом убийцы.

—Фехтование обязательный навык для каждого благородного ребенка. Конечно, я … Э-э … - Он хотел еще добавить: «Конечно, я не плохой в этом.» - но перед ним стоял наёмный убийца, способный одним ударом убить несколько врагов, и он не смел показать свое высокомерие перед мастером меча. Поэтому он поспешно изменил слова: —Конечно, я не так искусен, как вы.

—Молчание – это оружие.- Неожиданно оборонил фразу наёмный убийца.

—Что значит?

—Полис Йод видит безмолвных никогда не как людей, а как оружие. Каждая улица в полисе полна магазинов, торгующих оружием. Если человек убивает ножом, люди не будут винить в этом нож. А ломать нож не запрещено законом. Когда глаз зона городской стражи расширится до нижнего города, они будут нападать на всех, кто носит маски, без разбора. Все безмолвные люди очень искусны в боевых искусствах, и им нужно всего лишь увидеть несколько приемов, чтобы понять, что этот человек – настоящий убийца. Тогда обе стороны уберут свои мечи, вежливо поприветствуют друг друга, с делая вид, что только что ничего не произошло, а потом пойдут дальше своей дорогой. Вы так не можете.

С таким мастерством владения мечом Джулиано абсолютно невозможно сражаться против целой команды охранников, он боится, что он будет зарублен случайным мечам в первом же бое.

—Так ты хочешь, чтобы я только переоделся? – Джулиано коснулся своих волос.

—Для начала нужно найдите место, где можно покрасить волосы.

—Сейчас?

—Подождем до вечера.

Сказав это, убийца встал, а затем вышел. Джулиано не знал, куда он направляется, да и не хотел знать. Убийцы всегда приходят и уходят бесследно. До тех пор, пока он не выдаст себя, не имеет значения, куда он хочет пойти. Молодой человек забрался в кровать, прикрывая рану одной рукой, а другую положив под голову, уставившись в заплесневелый потолок. Он остался в этой тесной хижине, не зная всего, что происходит снаружи. Группа преследователей, которые были убиты вчера ассасинами, должно быть, были обнаружены. Они знают, куда он сбежал, и скоро будет обыск нижнего города. Когда они с бежали прошлой ночью, многие люди видели его лицо, и у некоторых из них, должно быть, еще свежи воспоминания, и они донесут губернатору в обмен на хорошие вознаграждение. Скоро хижина будет обнаружена в мгновение ока. Он должен перебраться в более безопасное укрытие! Но где же это “безопасное” место? По приказу губернатора весь город стал его врагом. Прежде чем он сможет доказать свою невиновность, он умрет. Если только он не покинет Ванессу … Но куда он может отправиться? У него нет других родственников или друзей, на которых он мог бы положиться. Даже если они были, то откуда он мог знать, что они не были сообщниками Фернандо Инфонцо или другими предателями, подобно его двоюродному брату, ожидающими, когда он прыгнет в пасть тигру? По сравнению с теми родственниками, которые не могли отличить правду от лжи, он был более готов поверить этому незнакомцу, который молчал. Если бы убийца хотел предать его, он бы пошел к городской страже, чтобы сообщить ем, а вместо этого он хочет помочь ему. Но все же он не мог доверять ему в глубине своего сердца. Его отец однажды сказал, что он должен быть честным и достойным в отношениях других, он никогда не встречал этого человека и не знал даже его имени. И действительно ли такой человек заслуживает доверия?

В сумерках наёмный убийца вернулся. Он снова сменил маску и одежду, принеся ужин и черный плащ с капюшоном. Джулиано быстро поужинал, и убийца приказал ему надеть плащ.

—Не позволяй другим видеть твое лицо. – Сказал он, грубо натягивая капюшон, закрывая голову Джулиано.

—Я ничего не вижу! – жаловался Джулиано. Даже если капюшон закрывала лицо, невозможно натянуть его так низко! Он поднял капюшон и отрегулировал его в правильное положение, убедившись, что он, по крайней мере, может видеть дорогу под ногами. Убийца никак не прокомментировал свои действия. Джулиано не знал, согласен ли он с его действиями, поэтому слегка приподнял край капюшона и посмотрел на убийцу.

Вдруг он испугался, сразу опустил капюшон, так чтобы прикрыть свои глаза.

Убийца снял свою маску.

Он выглядит намного моложе и … красивее, чем Джулиано себе представлял. Джулиано думал, что он настолько хорош в мастерстве, словно переживший бурю, с неопрятной щетиной на лице и, вероятно, с несколькими отвратительными шрамами на лице. Но убийца очень молод, возможно, на несколько лет старше Джулиано, с длинными платиновыми волосами, собранными в небрежный пучок, в сочетании с его великолепной одеждой хотя, вероятно, не его собственной, не будет преувеличением сказать, что он мажор. Такой человек должен был бы блистать на балах, Джулиано с трудом привел его в ночную жизнь, в маске, с руками, запятнанными кровью от жертв.

Он тайком натянул капюшон и украдкой посмотрел на убийцу из-под края ткани. Всякий раз, когда убийца замечал его подглядывающий взгляд, он немедленно опускал голову и делал вид, что ничего не делал.

— Ты… почему бы тебе и дальше не носить маску?

—Это очень подозрительно для того места, куда мы отправимся. – Сказал убийца.

—Куда мы направляемся?

—Идем за мной.

Убийца шел впереди, за ним последовал Джулиано. Выйдя, убийца повесил маску на торчащий гвоздь у двери. Джулиано озадаченно посмотрел на него. Убийца пожал плечами: Это означает «Не используй это в данный момент, но если нужно, просто заберите ее».

—Там будет другие безмолвные?

—Это своего рода вежливость. – Сказал убийца.

Джулиано был сбит с толку. Однако убийца не собирался вдаваться в подробности. Они снова вошли в неряшливую, грязную, но опрятную лачугу. На этот раз они никого не встретили по дороге, но Джулиано всегда чувствовал, что за ним тайно наблюдает множество глаз, даже если он был одет в черный плащ, почти сливающийся с темнотой, под этими настороженными взглядами нельзя было скрыться. Джулиано не удержался и сделал несколько быстрых шагов, внимательно следя за убийцей он робко потянул его за край одежды, как ребёнок, который боится заблудиться в незнакомом месте.

Они вышли из лачуги и направились на одну из улиц верхнего города. Он грязный и вонючий. Нижние улицы невыносимо воняли и были очень грязными, в отличие от аккуратных и красивых улиц верхнего города, там можно кареты могли ехать рядом, что в нижнем городе считалось роскошью. На улице стояло несколько обветшалых лавок, все наглухо закрыты и заперты на несколько замков, в окнах свет не горел. Однако один из магазинов все еще горит свет дверь была распахнута, приглашая посетителей. На двери висела вывеска с надписью «Ароматные микстуры», рядом был нарисован флакончик с розовой жидкостью.

—Лавка алхимика? – Тихо спросил Джулиано. В верхнем городе также есть алхимики, которые продают духи, травы, подвески из зубов ящерицы и другое. Та лавка была гораздо красивее, чем “Ароматные микстуры” которая находилась перед ними. Более того, ”Ароматные микстуры“ пахнет не ”ароматно», а имеет слабый запах.

Убийца вошел в магазин. Джулиано на мгновение заколебался.

—Почему бы тебе не войти?

—Я … я боюсь… Можно ли доверять владельцу магазина?

Наёмный убийца фыркнул, его губы сжались в презрительную усмешку. Так вот как он выглядит, когда смеётся с циничной улыбкой. Только недавно Джулиано проникся симпатией, как она исчезла.

—Босс один из нас.

—Он тоже безмолвный?

—Правильно сказать: он тоже безмолвный джентльмен.

Сказав это, убийца вошёл в магазин. Джулиано посмотрел по сторонам, и хотя на улице никого не было, но колючие взгляды следили за ним, как тень. Он вздрогнул и поспешно вбежал в магазин.

В магазине было полутемно и узко, полки находились очень близко к друг другу, позволяя пройти только одному человеку. На прилавке горела свеча, свет был тусклым, и она могла освещать лишь небольшое пространство. За прилавком есть узкая и крутая лестница, ведущая на второй этаж.

В магазине никого нет. На прилавке лежала медная погремушка. Убийца схватил погремушку и дважды грубо потряс ею, затем небрежно схватил череп животного с полки рядом с собой и посмотрел на него. Джулиано не мог понять, что это за животное, он просто чувствовал себя жутко. Вещь была как страшное, проклятое, злое оружие. Он решил никогда ни к чему здесь не прикасаться.

—Иду, иду! - на лестнице послышались торопливые шаги и ворчание. —Чёрт побери, с завтрашнего дня я буду закрываться на закате, как соседний хозяин! Какой там «алхимик должен служить народу», да пошли они!

Убийца опустил череп животного.

—Ничего страшного, я всё равно не из народа.

По лестнице спустился человек в чёрном плаще и белой маске с птичьим клювом. Алхимики, аптекари и врачи создали такие маски, чтобы показать свой статус, и Джулиано считалось, что это само по себе разумно. Но сегодня, идя рядом с наёмным убийцей, он понял, что маски носят и безмолвные. Этот человек в маске был одновременно и алхимиком, и безмолвным.

—А! Энцо! Я так давно тебя не видел, я думал, ты умер в какой-нибудь вонючей канаве! - алхимик с воодушевлением бросился навстречу, клюнув в обе стороны щеки убийцы клювом маски. Судя по всему они были знакомыми, но у убийцы было холодное выражение лица, и в воссоединении друзей не было радости. Алхимик отпустил убийцу и только тогда заметил Джулиано в тени. Он посмотрел на Джулиано, затем на убийцу и внезапно воскликнул: —Ой, может, мне не называть тебя по имени?

Убийца закатил глаза.

—Ты молчишь. Похоже, я был прав.

—Покрасить ему волосы. – без сил произнес убийца.

Алхимик многозначительно посмотрел на Джулиано, заставив молодого человека снова натянуть капюшон.

—Этот молодой человек, такой знакомый, как только я его увидел, я сразу вспомнил нашего Йодского Верховного губернатора, господина Лусу [На одной стороне йодской золотой монеты изображен портрет губернатора Лусы, ее называют «золотой Лус»]…

—Кхм! - Убийца прочистил горло.

—…Он действительно был великим правителем, о котором вспоминают с ностальгией, не так ли? Да здравствует Лус! – добавил вторую часть Алхимик, которая звучала неискренне.

—В какой цвет ты хочешь перекраситься?

—Какой цвет сейчас в моде? — спросил наёмный убийца.

—Синий и фиолетовый, сегодня пришло много людей, все или синие, или фиолетовые, я меньше понимаю увлечения современной молодёжи.

—Тогда покрась его в синие и фиолетовые цвета. - решил твёрдо наёмный убийца.

—Нет! - Джулиано крепко вцепился свои в волосы. —Почему их нельзя покрасить в черный цвет? Чёрный такой сдержанный цвет!

Алхимик хихикнул. —Краска для волос имеет сильный запах, и ей потребуется много времени, чтобы выветриться. Не боишься , что другие не узнают, что ваши «неброские» черные волосы окрашены? Это все равно что повесить себе на макушку табличку со словами «Приди и поймай меня», что написаны большими четырьмя буквами. Лучше покрасить его в заметный цвет, по крайней мере, это не будет выглядеть так подозрительно.

Убийца нахмурился и раздраженно цокнул языком.

—Ты можешь меньше болтать? У меня мало времени, мне ещё нужно в другое место.

Алхимик снова пробормотал несколько проклятий, повернулся и пошел наверх. Джулиано почувствовал себя в безопасности, поэтому снял капюшон. Он с любопытством уставился на убийцу, пока тот не чувствовал себя неловко, после чего спросил: —Тебя зовут Энцо?

—Это одно из моих имен.

—Тебя все так называют? Я имею в виду других молчаливых людей.

—…Иногда да.

—Тогда я тоже могу называть тебя так?

—Ха! - наёмный убийца скривил губы, обошёл прилавок и поднялся по шатким ступенькам.

—Эй! Подожди!

Наёмный убийца его проигнорировал. Джулиано терпеть не мог, когда его игнорировали. Он сердито уселся за прилавок и сидел до тех пор, пока убийца не крикнул ему сверху, чтобы он скорее поднялся. Тогда он, дуясь, отошёл от прилавка и, нарочно громко топая, поднялся по лестнице, пока алхимик не завопил: —Ты хочешь сломать мне лестницу?!

Хотя убийца уклончиво высказал свои сомнения, Джулиано уже решил называть его “Энцо”. Теперь, когда он увидел внешность убийцы и знает его имя хотя, возможно, это и не настоящее имя, убийца перестал казаться таким загадочным и недосягаемым.

—————————————————————

1. Маска с птичьим клювом¹ - интересней факт такие маски носили чумные доктора. А чумной доктор — это исторический персонаж, врач, который лечил больных во время вспышек чумы (бубонной чумы), в основном в Европе XIV—XVII веков. Образ чумного доктора прославился своим характерным костюмом: длинный плащ с капюшоном, маска с длинным клювом, перчатки и посох. Клюв маски, как оказалось, был наполнен благотворными свойствами или травами, которые должны были защитить врача от инфекции. Хотя методы лечения и защиты, которые используют чумные врачи, были неэффективны и часто даже вредны по современным меркам

Глава 7. Госпожа Манлэй

Алхимик смочил волосы Джулиано чистой водой, а затем вылил ему на голову склянку с жидкостью, издававшей резкий запах. Все места, куда попала жидкость, жгло как огнём. Джулиано скривил лицо, не понимая, как городские франты¹ могут терпеть подобную «пытку»? Ах, возможно, как говорили многие знатные леди, все эти страдания — «цена красоты».

Энцо, приложив руку к рукояти меча, облокотился на противоположную стену и с безразличным видом наблюдал за происходящим, словно рассеянный зритель, вынужденный из вежливости терпеть некачественную пьесу. Алхимик, возившийся с волосами Джулиано, завел разговор с Энцо.

—Куда вы направляетесь?

—К госпоже Манлэй.

—Ах, хитрый план. Ты что, собираешься спрятать этого парня под юбку к госпоже Манлэй?

—Поздно! Все городские ворота и пристани сегодня оцеплены, солдаты сверяют по розыскным листам каждого, кто выходит из города, кораблям без пропусков запрещён выход в море. Любого, кто хоть немного похож по лицу, возрасту или росту, арестовывают. Я думаю, вам не выбраться!

Энцо скрестил руки на груди, скривив губы в презрительной усмешке.

—У меня есть свои способы.

—Ха-ха-ха, завтра я обязательно навещу своих друзей из гильдии корабельщиков в чёрном, чтобы они присмотрели, не всплывёт ли твой труп в реке…

—Закрой свой рот и работай, ты чуть не вылил зелье ему в ухо.

Алхимик нарочно вылил целую бутылку жидкости на голову Джулиано, затем грубо стал тереть его волосы, словно старую, никак не отстирываемую одежду. Джулиано завопил от боли, алхимик делал вид, что не слышит, а Энцо выглядел раздражённым, словно считая, что алхимик недостаточно усердно работал. Примерно через несколько веков алхимик наконец вытер волосы Джулиано и поднёс ему зеркало.

—Готово! Я Закончил! Посмотрите, как модно, топовая цветовая гамма от Ваннесы в этом году!

В зеркале Джулиано увидел себя с взъерошенными сине-фиолетовыми волосами, издалека он походил на цветущее растение. Не успел он выразить против этого странного сочетания цветов , как Энцо оттолкнул алхимика: —Довольно, я доволен. Сколько?

—Десять лус.

—Так дорого?!

—В любом случае ты почти мёртв, зачем тебе столько денег? Лучше помоги бедному.

Энцо молча посмотрел на него с презрением, вынул из кармана кошелёк, отсчитал десять золотых монет и отдал их алхимику, после чего повернулся к Джулиано.

—Ты ещё должен мне десять золотых.

У Джулиано похолодело в груди. У него не было денег, чтобы отдать их Энцо, поэтому наёмный убийца наверняка найдёт другой способ получить свой долг, и оба они прекрасно понимали, какой именно. Наёмник недоволен его плохой работой какая несправедливость! Поэтому пока не трогает его, но рано или поздно получит свою долю.

Алхимик торопливо спрятал монеты в свой пояс.

—Выйдя, поверните налево, войдите во второй переулок, в конце дома вы найдёте подземный проход, он ведёт прямо к госпоже Манлэй. -А затем он пробормотал. —Я не хотел тебе говорить о нем, это мой личный секретный проход, но ты всё равно умрёшь… Эй! Ты что, не попрощаешься?

Энцо, таща за собой Джулиано, быстро покинул «Ароматные зелья» и направился к указанному алхимиком «личному проходу». Опять путешествие, то под землёй, то на поверхности. Каждый раз, когда они выходили на улицу, окружающие дома становились всё чище и опрятнее, это означало, что они постепенно удалялись от самых бедных и заброшенных районов нижнего города и приближались к Верхнему городу. Наконец, они подошли к великолепно освещённому, роскошному зданию. Вокруг здания развешаны красные шёлковые ленты и разноцветные фонарики, из окон доносится шумная музыка и громкий смех мужчин и женщин. Многочисленные молодые женщины в откровенных нарядах танцевали под музыку. Энцо повёл Джулиано мимо них, и тот получил бесчисленное количество кокетливых взглядов и воздушных поцелуев. Джулиано невольно натянул капюшон, закрыв глаза и щёки, чтобы не видеть этих женщин и не показывать им своё покрасневшее от смущения лицо. Он знал, кто они — это были женщины лёгкого поведения. А прекрасное здание было борделем.

Энцо шёл с высоко поднятой головой, ничуть не стесняясь, словно бывалый посетитель. Джулиано же всё время смотрел себе под ноги. Вокруг были обнажённые тела, он просто не знал, куда деть взгляд. У самого входа их встретил молодой человек с зелёными волосами и накрашенным лицом, который поклонился Энцо.

—Вы давно не были у нас, мистер Энцо, все очень по вам соскучились, — льстиво улыбаясь, сказал он. — Вы желаете повидаться со «старыми друзьями» или познакомиться с «новыми»? У нас появились несколько новых дам… и господ, красавицы, которые вам обязательно понравятся.

—Госпожа Манлэй здесь?

—Да, да. Она в кабинете, если вы хотите её увидеть, можете подняться прямо сейчас.

Энцо отпустил зеленоволосого, дав ему серебряную монету, и поднялся на второй этаж. На втором этаже было много комнат, где проститутки проводили ночи с клиентами. За каждой плотно закрытой дверью доносились соблазнительные вздохи и стоны. Энцо, не обращая внимания, быстро прошёл по коридору к комнате в конце. Он постучал в дверь, подождал немного, и изнутри послышалось: —Войдите.

Он открыл дверь, пропуская вперёд Джулиано. За дверью действительно оказался кабинет: вокруг стояли книжные полки, а в центре стоял большой стол из орехового дерева, по бокам которого были сложены высокие стопки бумаг. Женщина средних лет склонилась над столом, что-то быстро писала. Энцо закрыл за собой дверь. Женщина подняла голову, приподняла брови, опустила перо и невозмутимо закрыла только что написанную книгу.

—Энцо! Какой неожиданный гость, давно тебя не видела, — женщина встала и распахнула объятия. Энцо подошёл и обнял её, поцеловав в щеку. —Что за ветер занёс тебя сюда? О, не говори, дай-ка я угадаю, это, должно быть, вихрь по имени «Сакон», не так ли? — Сказав это, она обратила свои яркие чёрные глаза на Джулиано. Молодой человек инстинктивно попытался прикрыть лицо, но Энцо остановил его.

—Это госпожа Манлэй. Она безмолвная леди, наш единомышленник.

—Она «была» безмолвной леди, мой дорогой Энцо, — улыбаясь, поправила его госпожа Манлэй. Джулиано нервно поклонился госпоже Манлэй, которая слегка склонила голову, приподняв юбку. Госпожа Манлэй была ярко накрашена, на вид ей было за тридцать, а возможно, и больше. Возраст женщины всегда был для Джулиано загадкой, особенно такой таинственной, как госпожа Манлэй. Когда она опустила юбку, Джулиано заметил, что её левая рука немного неловко двигается, большой палец, кажется, не сгибается. Однако она была в кружевных перчатках, поэтому было трудно сказать, действительно ли у неё было какое-либо увечье.

—Твои источники информации как всегда хороши, — Энцо взял госпожу Манлэй под руку, но его выражение лица не выражало особой близости. —Думаю, известие о государственной измене семьи Сакон разлетелось по всему городу за одну ночь. Так почему же семья Сакон предала страну? И в чём конкретно состоит их вина?

—Этого я не знаю. Просто я никогда не видела, чтобы с изменниками обращались таким образом. В последний раз я слышала о подобном истреблении всего рода во время междоусобной войны в Дорохинии. Кстати, если это не междоусобная война, то зачем убивать всех, от мала до велика?

Джулиано нетерпеливо спросил: —Вы хотите сказать, что государственная измена — это всего лишь предлог, а на самом деле это месть семьи Бониверь нашей семье?

Госпожа Манлэй подняла палец к губам: —Тссс, молодой человек, я ничего не говорила, и ты не должен делать поспешных выводов. Возможно, кто-то специально направляет твои догадки в эту сторону, а правда совсем другая.

—Тогда что же на самом деле произошло?

Энцо жестом остановил его.

—Госпожа Манлэй, я хочу оставить этого молодого человека у вас на некоторое время.

—Оставить? Здесь каждый день бывают солдаты и аристократы, это не самое безопасное место. Держу пари, если через десять дней они не найдут этого молодого человека, городская стража начнёт обыскивать все бордели.

—Я не прошу тебя скрывать его долго, — Энцо говорил с непростым выражением лица. —Я прошу тебя обучить его.

—……Обучить чему?

—Это бордель, чему ещё можно тут научиться?

В борделе можно научиться только искусству удовлетворения клиентов. Джулиано удивлённо уставился на Энцо. Неужели он съел в лавке алхимика какое-то странное лекарство и повредил мозги?

—Что ты имеешь в виду? — вскрикнул Джулиано. —Ты хочешь продать меня в бордель?

Энцо нетерпеливо взглянул на него: —Нет.

—Ты хочешь продать меня в бордель! — Джулиано пришел в ярость. —Я так тебе доверял, а ты так со мной поступаешь! Лучше бы ты сдал меня городской страже!

Наёмный убийца закатил глаза к потолку.

—Госпожа Манлэй, можно нам поговорить наедине?

—Конечно. Пожалуйста. Я в соседней комнате. — Госпожа Манлэй грациозно вышла из кабинета, оставив Джулиано и Энцо одних.

—Ты что, с ума сошёл?! Ты сумасшедший! — как только она ушла, Джулиано набросился на Энцо с криком.

—Продолжай ругаться, ты не первый так говоришь», — наёмный убийца скрестил руки на груди и облокотился на стол госпожи Манлэй.

—Как ты мог продать меня в бордель!

—Я не продавал.

—Тогда почему ты отдаёшь меня на обучение в бордель?

Наёмный убийца устал от криков молодого человека. Он потёр виски и вздохнул.

—Потому что ты очень плохо отрабатываешь.

—Чтооо?

—Посмотри на девушек, которые работают у госпожи Манлэй, — Энцо махнул рукой. —Знаешь, как называют лучших из них? «Герцогини». Сколько людей едут издалека в Ваннесу, чтобы увидеть «герцогиню». Сколько людей тратят все свои деньги, чтобы провести ночь с «герцогиней». У тебя есть обаяние «герцогини»? Нет.

Наёмник хлопнул по столу. Джулиано вздрогнул.

—Ты хочешь, чтобы я расследовал правду и убил твоего врага, ты понимаешь, что это значит? Это чертовски опасное задание, я могу погибнуть. Если бы у тебя было обаяние «герцогини», я бы с удовольствием провёл с тобой ночь, а потом умер бы за тебя. Но, к сожалению, его нет. Так что перед тобой только два выбора: либо стать «герцогиней»…

—Я лучше умру! — сказал Джулиано. —А второй выбор?

—Второй… я не буду вмешиваться, но я обучу тебя — по стандартам безмолвного джентльмена — и тогда ты сам отомстишь. Конечно, это будет стоить определённой цены, так что я пока потерплю твои посредственные навыки.

Как он мог так спокойно сказать это?! Джулиано дрожал всем телом, ему хотелось выбежать из комнаты. Энцо хочет, чтобы он отдал своё тело, чтобы выучиться искусству убийства, чтобы однажды он смог убить врагов и отомстить за своих родителей? Когда это произойдёт?!

Но… но других вариантов нет. Он не может просто выйти и ждать, пока его арестует городская стража? Завтра утром его голова будет висеть на городских воротах на всеобщее обозрение. Сеть интриг Фернандо и Бониверов плелась не один день, и его месть не должна быть поспешной. Он может оттачивать свои навыки, а затем собственными руками убить врагов, это принесёт ему больше удовлетворения, чем наёмный убийца.

—Хорошо! — он поднял голову, глядя на Энцо, и в его изумрудных глазах вспыхнул решительный блеск. —Пусть будет так! Как ты сказал! Я согласен учиться у тебя, и однажды я собственными руками убью их!

Наёмный убийца ничего не сказал, но в его глазах появилось одобрение. Он открыл дверь и позвал госпожу Манлэй. Через некоторое время в кабинет грациозно вернулась женщина.

—Вы закончили? — улыбнулась госпожа Манлэй. —Ты оставишь этого молодого человека?

—Нет, — невозмутимо ответил наёмный убийца. —Ты же знаешь, я пошутил.

—Что? — Джулиано вздрогнул.

—Конечно, дорогой Энцо, когда ты шутишь, твои глаза становятся особенно красивыми, — ответила госпожа Манлэй.

~Я этого не заметил, — подумал Джулиано.

—На самом деле я пришел, чтобы попросить тебя написать рекомендательное письмо.

—Какое рекомендательное письмо?

—Рекомендательное письмо в гильдию корабельщиков в чёрном. Эта гильдия очень замкнута, без надёжного рекомендателя они мне не помогут.

—Ах… — госпожа Манлэй понимающе кивнула. —Я понимаю. Но, дорогой, ты знаешь, я никогда не делаю добра просто так.

—Сколько вы хотите?

—Мне не нужны деньги.

Госпожа Манлэй взяла Энцо под руку и посмотрела на дверь. Энцо, поняв намек, вышел вместе с ней, не забыв перед уходом сказать Джулиано: —Оставайся здесь, мы скоро вернёмся.

Джулиано сел на диван. Через несколько минут он услышал из соседней комнаты звуки любви. Его лицо покраснело, он поспешно закрыл уши, чтобы не слышать стонов. Он понял, что это Энцо и госпожа Манлэй. Цена, которую потребовала богатая женщина… конечно же, тело молодого убийцы. Распространены ли сделки с помощью тела в мире безмолвных? Или же Энцо пожертвовал собой ради него?

…Энцо сказал, что они «скоро вернутся», но Джулиано ждал почти час, прежде чем Энцо невозмутимо вернулся в кабинет. Джулиано боялся, что тот выбежит голым, но, к счастью, он был одет. Однако его лицо было слегка покрасневшим, он выглядел очень расслабленным, волосы растрёпаны, и когда он посмотрел на Джулиано, в его глазах блестело что-то странное, от него исходило сильное мужское обаяние. Джулиано боялся, что если мужчины и женщины, которые только что были здесь, увидят его, то сразу же упадут к его ногам. Кто бы не упал? Даже у самого Джулиано появилось странное чувство. Если бы Энцо обнял его сейчас и что-нибудь прошептал ему на ухо, он бы, наверное, не смог бы даже стоять на ногах.

—Где госпожа Манлэй? — с противоречивыми чувствами спросил молодой человек.

—Она отдыхает, — спокойно ответил Энцо, приглашая Джулиано выйти.

—Ты получил рекомендательное письмо?

—Получил.

—Вот и всё?

—Что?

—Вы с госпожой Манлэй переспали, и она сразу согласилась помочь? Вот и всё?

Энцо лениво посмотрел на него.

—Это потому что я мастер своего дела.

Сказав это, он усмехнулся, не то от самодовольства, не то вспоминая недавние ласки с госпожой Манлэй. Это был первый раз, когда Джулиано видел Энцо без насмешливой улыбки. Он был так красив, что Джулиано застыл, не отрывая взгляда. Этот человек мог бы прожить всю жизнь, не зная ни в чём нужды, только благодаря своей внешности, почему же он скрывает лицо и живёт рискованной жизнью? Были ли какие-то причины, которые заставили его ступить на этот тёмный путь, с которого он больше не может вернуться?

——————————————————————————

1. Франт¹ — это человек, тщательно следящий за своей внешностью и одеждой, часто демонстративно, стремящийся произвести впечатление на окружающих своей элегантностью и изысканностью.

Глава 8. Корабельщик в чёрном

Резкий стук в дверь, раздавшийся глубокой ночью, разбудил Петро. С проклятиями он поднялся и в душе зародилась мысль выплеснуть содержимое ночного горшка в окно. Он спал на чердаке своей лавки и только что задремал. Алхимиков больше всего раздражают ночные посетители.

—Сколько же сегодня ночных посетителей? — проворчал рассерженный хозяин лавки, торопливо надевая маску с птичьим клювом, взял алхимическую свечу и, ворча, спустился вниз. Он уже решил, что если посетитель не придёт с крайне важной причиной, он приложит ему свечу к лицу, чтобы тот больше никогда не смел беспокоить алхимика среди ночи.

Он отпер три замка на двери лавки, но не отстегнул цепь, запиравшую засов, приоткрыв дверь лишь на щель, на случай, если это грабители.

—Открой, — раздалось снаружи.

Алхимик прищурился, поднял свечу, осветив лицо посетителя.

—О! Энцо! Что ты снова здесь? Ты… ты живой? — пробормотал алхимик. Его друг-убийца вернулся, и привёл с собой мальчика.

—Если бы я был призраком, мне нужно было бы стучаться?

—Тссс! Тише! Тебя слышно на другом конце города! — Петро торопливо отстегнул цепь и впустил убийцу с мальчиком. —Вас никто не видел по дороге?

Энцо пожал плечами: —Когда посещение алхимической лавки стало преступлением?

—Ваши частые визиты вызывают подозрения! Я не хочу, чтобы меня обвинили в укрывательстве беглецов!

—А ты сам подозрительный, в пижаме, но в маске. Но вкус у тебя неплохой.

Петро выглянул из-за двери, огляделся по сторонам, убедившись, что за ними никто не следит, быстро закрыл дверь.

—Вы же шли к госпоже Манлэй? Почему вернулись? Если дело не срочное, я приложу свечу к твоему лицу!

К сожалению, ему не довелось блеснуть мастерством. Энцо вытащил из кармана письмо и шлёпнул им алхимика по лицу. Алхимик выругался, схватил бумагу, и его ругательства мгновенно сменились хвалебными песнопениями в честь божественного дара.

—Рекомендательное письмо в гильдию Корабельщив в Чёрном?! — он поднёс свечу к письму, чтобы лучше рассмотреть. —Эта печать… госпожа Манлэй? Ты ходил к этой старой ведьме… кхм, к почтенной даме, только за рекомендательным письмом? А я думал, ты попросил её, чтобы её любовник выписал тебе пропуск!

—Пропуск слишком рискованно, легко выдать себя, да и госпожа Манлэй может пострадать. Гильдия Корабелов в Чёрном — безопаснее. К тому же, ты же всё время твердил, что тебе нужен труп для анатомических исследований?

Джулиано непонимающе дёрнул убийцу за рукав.

—О чём вы говорите? Какой труп?

Петро, переполненный радостью, поцеловал рекомендательное письмо и объяснил юноше: —С этим письмом я смогу достать труп у Корабелов в Чёрном!

—А что это за гильдия Корабелов в Чёрном?

Убийца и алхимик одновременно молча уставились на него. Джулиано подумал, что сказал что-то не то, и испуганно сжался.

—Ты не знаешь Корабелов в Чёрном?! Ты правда из Ваннесы?! — недоверчиво спросил Петро.

—Э-э… я думаю, это… корабельщики просто одеты в чёрную одежду? — робко предположил Джулиано.

Энцо без сил закрыл глаза.

—Не обращай внимания, — сказал он алхимику. —Этот парень богатый аристократ, не знает простолюдинкой жизни, поэтому и не слышал о Корабелах в Чёрном… ну, наверное это так. — В конце он сам уже засомневался.

«Богатый аристократ» надул щёки: —Я действительно не знаю. Что в этом странного?

Алхимик и убийца одновременно кивнули.

—Так расскажите мне, что такое Корабелы в Чёрном?

—Ты знаешь о Великой чуме трёхлетней давности?

—Конечно, знаю!

Когда три года назад разразилась чума, Джулиано было семь лет. Он жил в загородном доме и благополучно избежал заражения. Но многим жителям Ваннессы так не повезло. За три года десятки тысяч людей погибли от чумы, трупов было так много, что не хватало дров даже для кремации. Джулиано помнил свою гувернантку. Мать сказала, что та уехала в родной город, но он понимал, что она умерла, и мать солгала ему из добрых побуждений.

—Даже губернатор не избежал этой участи. Новый губернатор — Бонивелл — издал указ: все умершие в Ваннесе, независимо от возраста, положения и причины смерти: естественная смерть, болезнь, несчастный случай или убийство, должны быть вывезены из города в течение суток, иначе родственники покойного должны будут заплатить огромный «налог на предотвращение чумы». Богатые могли позволить себе нанять роскошные похоронные экипажи, а бедным оставались только Корабелы в Чёрном — люди, занимающиеся вывозом трупов. Они грузили тела на корабли и ночью вывозили их на кладбище за городом. А родственники умерших ждали там заранее.

—Ах, значит, Корабелы в Чёрном — это те, кто перевозит трупы, — сказал Джулиано. —Но почему именно они? И почему… алхимик?

—Живых из города не вывезешь, а мёртвых можно, — ответил Энцо. —Алхимики, аптекари и врачи в городе нуждаются в трупах для медицинских исследований, но добровольно жертвуют свои тела немногие. Приходится идти на не совсем законные и приличные методы. Люди со связями обращаются в гильдию Корабелов в Чёрном, выбирают среди перевезённых трупов тот, на который никто не обратит внимания, даже если он пропадет, например, нищего умершего попрошайку, его тайно увозят. Корабелы в Чёрном получают за это крупное вознаграждение. Взаимная выгода, все довольны.

—Значит, госпожа Манлэй — одна из тех, у кого есть связи. Поэтому ты и просил у неё рекомендательное письмо…— сказал Джулиано, —Но, раз пропал труп, неужели никто этого не заметит?

Петро рассмеялся: —Ах, молодой господин, вы слишком наивны. Чтобы предотвратить подобные ситуации, у нас есть свои методы. Иногда Безмолвным приходится устранять некоторые «проблемы», ну, вы понимаете, трупы в городе — не очень хорошо, не так ли? Безмолвные передают трупы Корабелам в Чёрном, а затем получают от них труп для врачей, подмен, количество трупов всегда остаётся неизменным. Только в этот раз обмен не на два трупа, а на одного трупа и одного живого человека.

Дойдя до этого места, Джулиано понял план Энцо. Он родился и вырос в этом городе, но никогда не подозревал о существовании столь тонкого баланса в его подпольном мире, где люди самых разных профессий, легальных и нелегальных, почётных и низменных, взаимодействуют друг с другом, поддерживая работу тёмной стороны города. Нет, вернее сказать, поддерживая работу всего города. Яркая, прекрасная Ваннесса, существующая на свету, была построена на этой бурлящей реке тьмы.

—Я понял. Вы хотите, чтобы я притворился мёртвым, обменявшись местами с трупом, а затем господин алхимик заберёт труп, а меня вывезут Корабелы в Чёрном?

—Совершенно верно.

—А это сработает? Я… я буду притворяться мёртвым? — Джулиано неспокойно переминался с ноги на ногу. —Даже если очень стараться, живой и мёртвый всё равно очень разные! При малейшей проверке меня раскусят!

—Поэтому-то и нужен алхимик, — Энцо повернулся к Петро. —У тебя есть яд для имитации смерти?

—Какой яд для имитации смерти? Как некрасиво! У него есть название — «Вздох Цветка»! С ним связана печальная история о детях двух враждующих семейств Долоронии…

—Называй как хочешь, «Вздох Цветка» или «Вздох Травы», лишь бы был под рукой.

Петро, поднимаясь наверх за ядом, бормотал: —Хм, а я всё-таки расскажу. Эти двое молодых людей, несмотря на вражду между их семьями, полюбили друг друга, но…

Вернувшись, он держал в руке маленький флакон с тёмной жидкостью. Он продолжал: —…когда действие зелья прошло, девушка проснулась и увидела, что её возлюбленный мёртв, и от горя покончила с собой. Ах, какая трогательная история!

—Какая зловещая история, — холодно заметил убийца. Он взял флакон у алхимика и передал его Джулиано.

—Заранее говорю, я не заплачу тебе. Я уже достал труп.

—Не беспокойся, лишь бы ты не привлёк к себе неприятностей, когда умрёшь, — неожиданно великодушно сказал Петро.

Убийца подгонял Джулиано: —Выпей, не трать время.

Джулиано открыл флакон, понюхал содержимое. Жидкость была чёрной, без запаха.

—Что будет, если я это выпью? — спросил он алхимика.

—У тебя прекратится дыхание и сердцебиение, температура тела понизится, и ты станешь похож на обычный свежий труп. Когда действие зелья закончится, ты проснёшься. Не бойся, ты чувствовать себя как будто хорошо выспался.

—А если я не проснусь?

—Тогда тебе не повезло.

Джулиано скривился. Если бы можно было, он бы ни за что не пошёл на такой риск. Но у него не было другого выбора. Если яд для имитации смерти убьёт его, значит, так ему и суждено было умереть, так суждено было умереть и всему семейству Сакон.

Он залпом выпил содержимое флакона. Яд для имитации смерти не имел вкуса, как обычная вода.

—…Для меня ничего не изменилось, — с сомнением покачал пустой флакон Джулиано. —Разве ты не говорилось, что это как уснуть…

Хлоп! Молодой человек упал на землю лицом вниз.

Энцо поднял тело Джулиано и проверил пульс и дыхание. Действительно, сердцебиение и дыхание остановились. Лицо юноши стало белым, как полотно, и любой бы подумал, что он — несчастный юноша, ушедший из жизни слишком рано.

—У тебя здесь должна быть тележка?

—Есть. Толкай. — сказал Петро.

—Я только отвезу его. Ты сам возвращайся.

—Ты не пойдёшь со мной?

—Мне нужно встретить их за городом.

—Хм, понятно. — кивнул алхимик, его маска с птичьим клювом покачивалась. —Куда вы поедете за город? Есть у тебя место, где можно спрятаться?

Энцо задумался.

—Есть. Вблизи Ролрана…

—Стоп! Не говори! Вдруг меня схватят стражники и будут пытать, я не удержусь и выдам тебя!

Энцо засмеялся.

Вместе они погрузили «тело» Джулиано на тележку из складского помещения лавки. Петро одолжил Энцо маску с птичьим клювом. Убийца толкал тележку, а алхимик шёл впереди.

—Кстати, зачем ты помогаешь этому парню? — спросил Петро. —У него точно нет денег, чтобы заплатить тебе, а я знаю, ты никогда не работаешь в долг.

—У меня есть свои причины.

—Ха, неужели ты в него влюбился?

—…Тебе какое дело?

—Просто советую тебе, как другу. В это лучше не вмешиваться.

—Я и не собирался вмешиваться, — сказал убийца. —Но в тот день я был в храме. Я дал обет, я собирался… — он замолчал. Спустя некоторое время он снова заговорил: —…и затем встретил его. Я думаю, это было волей истинного Бога. Он — единственная «истина», единственная «смерть», Он тайно управляет моей судьбой, указывает мне путь. А люди не могут сопротивляться этой судьбе. Даже если бежать, она всё равно однажды настигнет тебя. Как… — его голос понизился, —…как у меня. В любом случае я пойду по этому пути. Потому что мне суждено служить Ему.

Алхимик посмотрел на друга и ничего не сказал.

Глава 9. Только мертвые могут уйти

Река Делан, как извилистая струя краски, тихо протекала через город Ванесса. Дневной шумный стих, лишь звуки воды бившийся об берег, напоминающая мелодию песни. На спокойной реке лишь одно место было оживленным. Это была пристань, на которую редко выходил кто-то из прохожих. Корабельщики одетые в черное завершили свой дневной труд. Днём они собирали тела по всему городу, а после захода солнца грузили их на корабли и отправляли за городские стены. Их лодки были накрыты чёрной тканью с чёрными парусами; Любой, кто плыл ночью, старался держаться от них подальше. Это избавляло корабельщиков одетых в черное от многих проблем. В любом случае, их не беспокоит перегруженность судоходных путей.

Корабельщики одетые в черное были одеты же, как и их назвали — каждый был облачён в чёрную мантию, чёрные перчатки, лицо скрывала чёрная ткань. Это было сделано не для создания загадочной атмосферы, а для предотвращения распространения болезней. Среди переносимых ими тел были и те, кто умер от болезней. Никто не хотел заразиться.

В этот день город Ванесса была необычно спокоен, все тела за весь день уместились на трех лодках. Обычно требуется четыре или пять. Последняя лодка была готова к отплытию. В этот момент в Пристани появилось двое людей в белых масках с птичьим клювом, один высокий, другой низкий. Высокий катил тележку, накрытой тканью. Предводитель кабельщиков одетых в черное которого называли «Мастером» предположил, что это самые скрытые хирурги из города, которые снова пришли за телами. Хотя это было хлопотно, Мастер был готов оказать им услугу. С точки зрения справедливости никто не мог позволить, чтобы он не заболел, поэтому прогресс в медицине применяется для всех. С точки зрения личной выгоды врачи, как правило, дают щедрое «благодарственное вознаграждение». Зарплата лодочников была ничтожной, без «вознаграждения», как прокормить семью?

—Добрый вечер, Мастер, — поприветствовали два человека в масках с птичьим клювом сняли шляпы в знаке приветствия перед корабельщиком в черном .

—Добрый вечер, доктора, — ответил корабельщик одетый в черное. — Вы пришли за грузом?

«Груз» — это жаргон, означающий «перевозку тел».

—Да, Мастер.

—Есть рекомендательное письмо?

Один из людей в масках, тот, что ниже растом, дрожащими руками вытаскивает письмо из кармана. Судя по его неуклюжести, это был его первый «груз». Мастер корабельщиков взял письмо. Это письмо было необычным — оно было написано собственноручно хозяйкой «Сада роз», госпожой Манлэй, печатка была цела, а из бумаги исходил легкий аромат духов. При тусклом свете луны Мастер прочитал письмо, затем убрал его.

—Без проблем, — сказал Мастер. —Вы как раз вовремя, лодка вот-вот отплывает. Этот груз — никому не нужные нищие, даже на кладбище их некому похоронить. Важно, то что вы хотите. А где ваш «обменный товар»?

Высокий человек в маске с птичьим клювом жестом предложил Мастеру подойти поближе, а затем приподнял край обычного полотна на тележке, для смены «груза». На тележке лежал молодой человек… нет, вернее труп молодого человека. У него были ярко окрашенные волосы, лицо было чёрным, словно вымазанным углем, черты лица были неразличимы. Капитан Корабелов в Чёрном инстинктивно почувствовал неладное.

—От чего он умер?

Низкорослый ответил: —Отравление.

«Отравление» — тоже жаргонное слово, распространеное среди безмолвных, означающий «отравлен ядом». Мастер корабельщиков в черном предположил, что один из людей в масках — врач, а другой — убийца. Это неплохая комбинация: врач готовит яд, убийца убивает, а затем привозит «груз» для обмена, полученное тело передается врачу для исследований, чтобы мгновенно уничтожить следы преступников. Мастер, хоть и испытывал некоторое беспокойство, ведь в городе последнее время неспокойно, как будто ищут какого-то преступника, но он не мог нарушать правила гильдии. Что за дело маленькому Корабелу в Чёрном до интриг и кровавых разборок больших шишек? Пусть меняются губернаторы, пусть взлетают и падают могущественные семьи, а маленькому корабельщику всё равно нужно есть. К тому же высокий человек в маске с птичьим клювом дал ему увесистый «чаевые», что чрезвычайно порадовало Мастера. Он махнул рукой, двое в масках сняли труп с тележки и обменяли его на какой-то «груз» на корабле. Они работали быстро и ловко, всё было закончено в мгновение ока.

Двое в масках с птичьими клювами снова сняли шляпы Мастеру в знак прощания, и катя тележку, покинули пристань. Мастер же поднялся на борт корабля для перевозки тел и приказал команде отчаливать. Корабелы в Чёрном работали с необычайным усердием, ведь «чеивые», полученный Мастером, достанется и им тоже.

Черный корабль с чёрными парусами поплыл по Делану из города. Ветер был попутным, и меньше чем через час судно остановилось у специальной пристани за городской чертой. Там уже стояли повозки. Корабелы в чёрном начали перегружать тела. На каждой ноге покойного висела небольшая деревянная табличка с именем и датой рождения. Тела с именами и фамилиями, принадлежавшие к определённым семьям, отправлялись на кладбище, где их забирали родственники и проводили торжественные похороны. Тела с криминальным прошлым передавались судебным приставам¹ и отправлялись в специальные морги. Безымянные трупы, без родных и близких, направлялись в другое место: к костру для кремации. Их прах развеивали на Делане, и он уплывал в море, что позволяло экономить на захоронении и надгробиях.

Тела, привезённые врачами, вместе с другими безымянными трупами отправлялись на костёр. Мастер Корабелов в Чёрном делал это бесчисленное количество раз, и у него всё получалось как по маслу. Однако сегодня всё было иначе. Перед костром стоял чиновник, ответственный за похоронные дела. По законам Ваннессы, каждый день количество вывезенных тел должно было проверяться чиновником, который сверял данные, чтобы тела были захоронены надлежащим образом. Но никто не хотел постоянно работать с трупами, поэтому чиновник появлялся лишь изредка, чтобы проверить работу Корабелов в Чёрном. Какое совпадение, что он пришёл именно сегодня? Мастер подумал, что это наверняка связано с недавними волнениями в городе. Они искали беглеца, сына какого-то изменника.

Чиновник остановил повозку с телами. Он выглядел сонным, в одной руке держал толстую книгу, в другой перо.

—Стоять! Стоять! — нетерпеливо скомандовал он Корабелам в Чёрном. —Мне нужно проверить количество и личность умерших!

—Конечно, господин. Пожалуйста, — приглашающим жестом ответил Мастер. —Всего шесть тел. Это нищие, бродяги, бедняки из города, за которыми никто не пришёл. Если бы не распоряжение нашего милостивого господина губернатора, они бы сгнили в городе, а не получили бы столь почётное погребение.

—Это не почётное погребение, а мера предосторожности против эпидемии, — важно заявил чиновник. —Трупы могут стать источником инфекционных заболеваний, особенно эти безвестные, найденные на улицах. Посмотрим, шесть тел… Хм, совпадает с данными в реестре. —Он приблизился к повозке. —Фу, одни нищие, сдохают в городе, от них одни проблемы. А что это за труп? — он указал на тело умершего молодого человека, привезённого врачами. —Этот умерший… Может это ошибка?

Сердце Мастера Корабелов в Чёрном бешено заколотилось.

—Никакой ошибки, господин. Всё было проверено заранее, откуда же взяться ошибке?

—Ты сказал же, что у тебя только нищие и бедняки? — чиновник уставился на Мастера. —А откуда у нищего деньги на краску для волос?

—Это… — мозг Мастера Корабелов в Чёрном лихорадочно работал. —Он… он пришлый²! Никто не знает, откуда он, как его зовут, у него нет ни родных, ни близких в этом городе, никто не пришёл за ним. На мой взгляд, он ничем не отличается от нищего.

—Так не пойдёт! По правилам, такие тела передаются судебным приставам, вдруг потом родные заявятся.

—Конечно, я сейчас же прикажу отвезти его к господину судебному приставу.

—Подождите! — чиновник протянул руку и ткнул пальцем в лицо покойного. —Почему у него такое чёрное лицо? От чего он умер?

—Он… он отравился… лекарством…

—Что?

Мастер Корабелов в Чёрном весь покрылся холодным потом. Если бы чиновник обернулся, он бы увидел, как сильно пропиталась его рубашка на его спине. Он изо всех сил пытался придумать что-нибудь, чтобы выбраться из этой ситуации. Проклятые маски с птичьими клювами! Всё из-за них!

—Почему ты молчишь? Ты что-то скрываешь?

Резкий топот копыт прервал допрос чиновника. На лошади подъехал молодой человек со светлыми волосами. На нём был развевающийся белый шёлковый халат, развевающийся на ветру, словно крылья птицы. На груди висела золотая цепочка с маленьким медальоном, инкрустированным драгоценными камнями, похожим на священный символ. В Ваннессе так много храмов, что чиновник не мог определить, какому божеству принадлежал этот символ.

Лошадь ещё не остановилась, а молодой человек уже спрыгнул на землю, приземлившись очень мягко, что говорило о его превосходной физической форме. Молодой человек приложил руку к груди и слегка поклонился. Чиновник ничего не понял, но по привычке снял шляпу в ответ.

—Здравствуйте, господин, — сказал юноша, затем повернувшись к Мастеру Корабелов в Чёрном, добавил: —Здравствуйте, Мастер.

Мастер едва не потерял сознание. Он узнал голос юноши — это был тот самый высокий человек в маске с птичьим клювом! Он не понимал, что задумал юноша, и поэтому сделал вид, что не знаком с ним.

—Что вам нужно? — высокомерно спросил чиновник.

—Я пришёл забрать тело, — вежливо ответил юноша. —Мастер ошибся с табличкой, приняв покойного с именем и фамилией за безымянного. Он указал на тело с сине-фиолетовыми волосами и чёрным лицом на повозке. — Это он.

Чиновник почесал подбородок.

—Кто он?

—Мой ученик.

—А кто вы?

—Я служу богу Истины и Притворства.

—О, так вы жрец, — чиновник посмотрел на золотую подвеску на груди юноши. —От чего умер ваш ученик?

—Съел то, что не следовало.

Чиновник приподнял бровь. Мастер Корабелов в Чёрном приблизился и прошептал ему на ухо: —Господин, он имеет в виду, что юноша умер от яда.

—От яда? Это убийство! Вы сообщили об этом судебному приставу?

—Это не убийство, господин. Потому что яд он выпил добровольно, — сказал светловолосый жрец.

—Значит, самоубийство? Почему он покончил с собой?

Светловолосый юноша немного помолчал.

—Думаю, ответ знает только бог, — сказал он.

Чиновник нахмурился. Ему показалось что-то неладное, но он не стал препятствовать жрецу. Кто знает, есть ли среди высокопоставленных лиц города те, кто поклоняются «богу Истины и Притворства»? Если жрец шепнёт что-нибудь на ухо влиятельному человеку, его карьера будет закончена! Лучше закрыть на это глаза, а если спросят сверху, он скажет, что ничего не знает!

Чиновник откашлялся.

—Ладно-ладно, забирайте тело своего ученика. Но, Мастер Корабелов в Чёрном, ошибка с табличкой — это ваша вина, придётся заплатить штраф.

—Моя вина, господин. Я заслужил наказание, — Мастер снова и снова извинялся, мысленно оплакивая свой «чаивые».чаивые

Светловолосый жрец завернул тело своего ученика в водонепроницаемую ткань и усадил его на лошадь. Видя, что дело завершено, чиновник отправился к костру, чтобы распорядиться о подготовке горючего. Пока чиновник отлучился, светловолосый жрец взял Мастера Корабелов в Чёрном за руку и незаметно передал ему записку.

—Когда вернётесь в город», — прошептал жрец, — «отдайте записку любому безмолвному. Не беспокойтесь, ваш «чаевые» останется при вас.

—Безмолвные! Значит, вы тоже…

—Вам достаточно знать и это, никому не говорите.

Мастер кивнул.

—Но я слышал, что безмолвные никогда не лгут и в случае необходимости предпочитают молчать. Но вы…

Светловолосый юноша слегка улыбнулся. И правда, было сложно предположить, что такой красивый юноша может быть убийцей, скрывающимся в ночи.

—Всё, что я сказал, — правда.

Светловолосый юноша вскочил на лошадь и, пришпорив её, умчался прочь. Мастер Корабелов в Чёрном вздохнул. Записка безмолвного всё ещё была у него в рукаве. Это была обычная записка, но ему казалось, что она сжигает кожу.

Чиновник, закончив работу, устало вернулся домой. У него была сварливая жена. Если бы можно было бы, он бы вообще не возвращался домой. Только он переступил порог, как голос жены пронзил его уши, словно стрела.

—Где ты шлялся, старый хрыч?! Скажи, ты опять в бордель ходил?!

—В бордель?! Я весь день был на кладбище, еле живой! Будь добра, заткнись и дай мне отдохнуть!

—Ха! Кладбище! А раньше-то ты такой работящий не был! Эй! Что это у тебя на лице такое чёрное? Ты что, в могилу с головой нырнул?!

—Что? Чёрное…?

Чиновник нашёл дома зеркало, посмотрел в него и действительно увидел на своём подбородке несколько чёрных следов, похожих на уголь. Странно, откуда на его лице эти пятна?

В голове чиновника мелькнула ужасная догадка. Он вспомнил тело молодого ученика, которого по ошибке приняли за безвестного покойника. Лицо покойника было чёрным, он из любопытства дотронулся до него, а потом потрогал свой подбородок… Пятна на лице, должно быть, появились тогда! Но, согласно словам светловолосого жреца, лицо покойника было чёрным из-за принятого яда, а значит, чёрные пятна не могли остаться на его пальцах! Разве что…

Разве что это была чёрная краска!

—————————————————————

1. Судебный пристав¹ — это судебный исполнитель .

2. Пришлый² — человек, который является чужаком, новичком или посторонним в каком то месте. Это подразумевает, что он не жил там долго и не считается членом устоявшегося сообщества.

Глава 10. В это же время, в этом мире…

—Я ненадолго выйду! — крикнул чиновник.

—Старый хрыч! Куда ты опять?! В бордель?! Эй, ты куда?!

Чиновник выбежал из дома, к счастью, его лошадь ещё не была расседлана. Он вскочил в седло и погнал лошадь к храмовому комплексу Ваннессы. Он не знал, где находится храм «бога Истины и Притворства», и ему пришлось долго расспрашивать прохожих, прежде чем он нашёл дорогу. К закату солнца он наконец добрался до храма.

Жрицы в храме проводили последних молящихся и собирались закрывать храм. Чиновник закричал: —Подождите! — и, сделав несколько больших шагов, поднялся по ступеням храма, обошёл фонтан у входа и окликнул жрицу.

—Подождите, пожалуйста! — он задыхался. — Госпожа… госпожа…

Жрица в возрасте, с седыми волосами и морщинистым лицом. Она взглянула на его чиновничью одежду и слегка улыбнулась: —Что вам угодно, господин? Если вы хотите помолиться, приходите завтра, храм закрывается на закате.

—Нет, я… мне нужно кое-что спросить.

—Это касается городских дел?

—Да! Да! Не умер ли недавно в вашем храме ученик от яда?

Лицо жрицы приняло странное выражение.

—Ученик? А, вы имеете в виду послушника? Нет. Если бы произошла такая трагедия, мы бы обязательно сообщили судебному приставу.

—А нет ли у вас в храме молодого человека с золотыми волосами, лет двадцати с небольшим? Очень красивого.

—Тоже нет. У нас мало братьев и сестёр, послушников-мужчин за двадцать лет было всего трое, но ни у одного из них нет золотых волос, и красивыми их тоже не назовёшь. —усмехнулась жрица.

—В городе только один храм «бога Истины и Притворства»?

—Да. Этот храм был построен недавно благодаря щедрым пожертвованиям… О, господин, вы уходите? Больше ничего не хотите спросить?

—Нет! До свидания!

Чиновник спрыгнул со ступенек и чуть не подвернул ногу. Чёрт! Беда! Он совершил большую ошибку! Светловолосый юноша вовсе не был жрецом, и тело, которое он увёз, уж точно не было телом послушника! Нет, возможно, это вообще было не тело, а живой человек, замаскированный под труп! У послушника были крашеные волосы, ему было лет семнадцать-восемнадцать, хотя из-за угольной пыли на лице его было не узнать, но другие приметы совпадали с приметами разыскиваемого Джулиано Саккона! Возможно… Нет, это точно был Джулиано Сакон! Он замаскировался под труп и сбежал из города! Беда, нужно немедленно сообщить в городскую стражу!

Он вскочил в седло и погнал лошадь во весь опор. Внезапно лошадь с жалобным ржанием рухнула на землю! Он слетел с седла и, подброшенный инерцией, кубарем покатился по дороге, остановившись лишь через некоторое время. Он поднялся, весь в пыли и грязи, и увидел на земле натянутую верёвку-ловушку.

Кхх… Кхх… по… помогите…

Всё его тело ужасно болело, на голове образовалась огромная шишка, он не мог сразу подняться, а только и мог что сидеть на земле, крича. Но на улице никого не было. Солнце скрылось за горизонтом, и ночь опустилась на Ванессу. Хотя вечерний воздух был прохладен, чиновника пронзила ледяная дрожь, распространившаяся по всему телу.

Из теней появились двое. Они словно сами были частью тени, материализовавшись под воздействием какой-то неведомой силы. Один был одет в роскошный костюме и носил маску лисы. Другой был в простой чёрной одежде и маске в виде птичьего клюва. Чиновник задыхался от ужаса.

~Безмолвные, — подумал он. ~Безмолвные подрезали мою лошадь, а теперь собираются убить!

—Что будем делать? — спросил с маской лисы у маски с птичьим клювом. —Убрать его?

Маска с птичьим клювом махнула рукой: —Слишком очевидно. Смерть чиновника, отвечающего за похоронные дела, — даже тупой городской страж поймёт, что тут что-то нечисто.

—Тогда как заставить его молчать?

—У меня есть яд. После него человек теряет рассудок, видит галлюцинации, не отличая реальность от вымысла. Примерно через месяц он приходит в себя. В борделях иногда добавляют немного этого яда в вино для возбуждения. Напоим его, а затем бросим в бордель. Когда его найдут, он будет там метаться в безумии. Даже если он расскажет о своих открытиях, никто не поверит бредням наркомана.

—Отличная идея. Вместо того, чтобы заставить его замолчать, лучше, чтобы он говорил как можно больше. Чем больше он будет говорить, тем сложнее будет понять, где правда, а где ложь.

Безмолвный в маске лисы прижал чиновника к земле и раскрыл ему рот. А безмолвный в маске с птичьим клювом влил ему в рот весь яд.

—И что дальше? — спросил человек в маске лисы.

—Сними маску, возьми его под руку и зайди в любой бордель, не забудь притвориться лучшими друзьями, которые пришли выпить и повеселиться вместе.

—Я спрашиваю, а ты что будешь делать?

—Конечно же, вернусь… к исследованиям!

Когда человек в лисьей маске посадил обезумевшего чиновника, который нёс всякую чушь, на лошадь и, подгоняя её, повёл его в красную зону, человек в маске с птичьим клювом тихонько рассмеялся. Из его рукава выпала записка. Сегодня утром, когда он только что принял переданное ему тело, его навестил собрат-безмолвный и передал ему эту записку.

Записка была написана Энцо и передана через Мастера Корабелов в Чёрном. Согласно указаниям в записке, алхимик Петро и безмолвный, передавший записку, и в одном из многих тайных убежищах Энцо нашли мешок золота в качестве платы за то, что они успешно «заткнули рот» чиновнику, отвечавшему за похоронные дела.

Петро достал из потайного кармана своей одежды кремень и сжёг записку. Энцо и его юный друг уже далеко, не так ли? Куда же они скрылись? Энцо упоминал Ролран, но Ролран — это очень, очень большое место…

Увидит ли он их ещё когда-нибудь?

***

В это же время в Ролране, на северо-западе побережья Йод.

Во времена Второй Империи Ролран был великим герцогством. После отречения последнего императора и падения Второй Империи прошло более восьмидесяти лет, и Великое герцогство Ролран перестало существовать. Теперь Ролран разделён на множество мелких владений, которыми правят свои лорды, постоянно воюющие друг с другом, войны и интриги не прекращаются ни на минуту.

В небольшой деревне на границе Ролрана.

Пожилой мужчина снял со стены меч и, держа его в руках, ощутил его тяжесть. Волосы мужчины были почти полностью седыми, большая часть бороды оставалась чёрной, на лбу виднелись глубокие морщины, словно от постоянных забот и тревог. На нём была серая грубая холщовая рубаха, старые кожаные штаны и сапоги с отворотами — одежда простого крестьянина, но его взгляд был острым, как лезвие, и совсем не походил на взгляд честного и простодушного крестьянина. В деревне говорили, что когда он смотрит на кого-то, это всё равно что волк смотрит на свою добычу.

Мужчина провёл рукой по ножнам и тихо вздохнул. Этот меч был с ним много лет, он был ему как брат. Но он уже много лет не брал меч в руки, просто повесил его на стену как украшение. Когда приходили гости, они с завистью говорили: «Так вы раньше были авантюристом!» Больше меч ни для чего не годился.

Мужчина обхватил рукоять и немного вытащил меч из ножен. У него не было большого пальца на правой руке, вместо него был металлический протез, который позволял выполнять простую работу, но держать меч он уже не мог.

Меч оставался острым, в полированной стали отражалось лицо хозяина. Он не осмеливался смотреть на своё отражение, боясь внезапно увидеть, как изменило его время. Он быстро убрал меч в ножны, прикрепил его к специальному кожаному ремню и вышел из дома.

На улице его ждал молодой человек. Его звали Антуан, он был сиротой из этой деревни, воспитанный этим мужчиной, он был его приёмным сыном и учеником. Антуану было чуть меньше двадцати, у него были короткие каштановые волосы и карие глаза, сияющие живым светом. На нём были старые кожаные доспехи, сверху — шерстяной плащ с заплатками, за спиной — набитый рюкзак. Он собирался в дальнюю дорогу.

Антуан, видимо, заскучав, нашёл где-то стебелёк травы и засунул его себе в рот.

—Антуан! — окликнул его мужчина.

—Учитель!

—Иди сюда! — мужчина поманил его рукой. Антуан подошёл, как послушная овечка.

—Возьми этот меч.

Антуан округлил глаза, стебелёк травы вылетел у него изо рта от дуновения ветра.

—Но… учитель, это же ваша драгоценность! Я не могу её взять!

—Мне он не нужен, а вот тебе он пригодится, тебе нужно оружие для самозащиты.

Антуан отмахнулся.

—Нет-нет! Я всего лишь иду к лорду, дорога туда и обратно займёт не больше десяти дней, никакой опасности. Да и обратно лорд отправит со мной свой отряд, чего мне бояться?

—Сейчас неспокойные времена, лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Возьми его.

Сказав это, мужчина, не обращая внимания на протесты Антуана, привязал ножны с меч к его поясу. Щеки Антуана покраснели от волнения. Этот меч был его заветной мечтой, он и не мечтал, что когда-нибудь сможет отправиться в дальний путь, неся его при себе.

—Учитель, я вас не подведу! Я не опозорю ваше имя! — Антуан торжественно поклялся учителю, приложив руку к рукояти меча.

—Какое у меня имя? Просто позаботься о себе и о «Жилиз».

«Жилиз» — так звали меч.

Мужчина похлопал Антуана по плечу.

—Иди. По местному обычаю, тот, кто отправляется в дальний путь, должен выходить на закате и возвращаться на рассвете. Время почти пришло, иди.

Молодой человек кивнул.

—Я скоро вернусь! — он был полон энтузиазма и энергии, попрощавшись взглядом с учителем, направился к выходу из деревни. Возвращавшиеся домой жители деревни махали ему на прощание.

—Удачи в дороге, Антуан!

—Сынок! Ешь вовремя, отдыхай, не переутомляйся!

—Иди, братец! Приведи подкрепление от лорда и разберись с бандитами в горах!

—Антуан, я буду скучать по тебе!

~Все герои в историях уходят из дома именно так, — подумал молодой человек. ~А я стану героем?

***

В это же время, на руинах старой столицы Лавина.

Когда-то здесь находилось сердце могущественной Второй империи, пылкие поэты восхваляли её как «центр земли», «город городов». Она была построена из прекрасного белого мрамора, когда-то здесь проживало двести пятьдесят тысяч человек, это был самый процветающий и величественный город в мире.

Но даже величайшие империи рушатся. Вторая империя просуществовала восемьсот двадцать один год. Восемьдесят шесть лет назад последний император отрёкся от престола, а затем был убит. Империя, созданная императором Дарием, пала. В том же году в северном портовом городе Грейвинг был построен храм черно-белой богини, что символизировало возвращение веры в древних богов. Эпоха Драконьего императора закончилась, началась эпоха возрождения.

Сейчас в Лавине проживает менее тридцати тысяч человек, большинство зданий были разграблены, а затем разрушены или заброшены. Остальные здания не ремонтировались и постепенно приходили в упадок. Некогда блиставший «город городов» превратился в груду белых обломков и руин. Однако есть одна любопытная деталь: изначально Лавина была построена на руинах древнего эльфийского города, а затем, после многочисленных расширений, стала столицей Второй Империи. Теперь человеческие постройки разрушаются, а изначальные эльфийские здания всё ещё стоят, выдержав испытание временем, и кажутся ещё более величественными и прекрасными.

В центре Лавины одно здание сохранилось в первозданном виде — это памятник первому императору Дарию. Говорят, что на памятнике наложено защитное заклинание драконьего бога, поэтому он сохранился до наших дней.

Вечером пожилой человек, родившийся, выросший, женившийся, состарившийся и однажды умерший в Лавине, пришёл на площадь Дария, чтобы прогуляться. Здесь редко кто бывал, потому что люди считали эту площадь проклятым местом. Но старик думал иначе. Старику нравилась площадь и величественный памятник. Когда он родился, Лавина ещё не была такой разрушенной, она всё ещё сохраняла величие имперской столицы. Прошли годы, но её прекрасный облик всё ещё хранился в памяти старика.

Старик, опираясь на трость, смотрел на памятник. К его удивлению, перед памятником стоял человек. Он подошёл ближе и увидел молодой человека с длинными белоснежными волосами, словно иней, в старинном белом фраке, с лютней за спиной. Корпус лютни был старым, видно было, что ей много лет, на нём была выгравирована распустившаяся роза. Если бы старик разбирался в изготовлении музыкальных инструментов, он бы узнал, что эта роза — знак известного мастера, жившего несколько сотен лет назад. Сегодня старик не смог бы купить даже одну струну для этой лютни, даже если бы отдал все свои сбережения.

Услышав приближающиеся шаги, молодой человек резко обернулся, и его янтарные глаза уставились на старика, словно стрелы, пригвоздив его к месту.

Старик собрался с духом. За свою долгую жизнь он повидал войны, бунты и убийства, женился, родил детей, вырастил их и отпустил во взрослую жизнь, пережил самые ужасные и самые прекрасные события в мире. Ничто на свете уже не могло его напугать.

—Молодой человек, ты не местный, ты пришёл посмотреть на древности?

Молодой человек опешил, казалось, удивлённый спокойствием старика, а затем улыбнулся.

—Да, старик, я путешественник, специально пришёл почтить память императора Дария.

—О! Редкость! Сейчас сюда мало кто приходит! Молодой человек, я хочу вас предупредить, вы один, без оружия, будьте осторожны, в городе по ночам грабят и убивают!»челове

—Спасибо за предупреждение, я просто посмотрю и уйду, я не задержусь надолго.

Старик обошёл площадь, совершив свою ежевечернюю прогулку, и направился домой. После его ухода молодой человек остался у памятника. Он протянул руку и слегка коснулся памятника, его лицо выражало печаль и тоску.

—Империя, созданная Омараном, просуществовала тысячу двести лет, — тихо сказал он. —Твоя империя просуществовала восемьсот двадцать лет. А после этого прошло ещё более восьмидесяти лет.

Он поднял голову и посмотрел на высеченные на камне древние письмена.

—Время летит так быстро, правда, Дарий?

Никто не ответил на его вопрос. Подул вечерний ветер, унося с собой его вздох.

Том 2. Ученик убийцы

Глава 11. Усадьба Амблан

Чёрная лошадь неспешно двигалась по просёлочной дороге, везя двух пассажиров. Всадник был одет в выстиранную до белизны серую одежду, его светлые волосы были собраны в хвост. При движении лошади одежда всадника то и дело вздымалась, обнажая богато украшенный кинжал на поясе. Второй человек сидел позади него, его волосы были окрашены в сине-фиолетовый цвет, а рубашка, слишком большая для него, выглядела так, будто её украли с какой-то фермерской сушилки. Он обнимал всадника за талию, прислонившись головой к его плечу, и дремал. Время от времени всадник проверял, не упал ли он.

Всадник и его пассажир не спеша продвигались вперёд, проезжая мимо зелёных пастбищ, пробираясь сквозь стада овец, и наконец остановились перед внушительной усадьбой. Усадьбу звали Амблан, пастухи и арендаторы из окрестностей платили налоги её владельцу. Хотя у него не было дворянского титула, хозяин Амблана был крупнейшим землевладельцем в этом районе. Возможно, и самым крупным землевладельцем на границе Ролрана.

Всадник толкнул пассажира, обнимавшего его за талию.

—Проснись. Мы приехали.

Пассажир, потирая сонные глаза спросил: —При… приехали… куда?

Его сонного сняли с лошади, и только когда он встал на ноги, он окончательно проснулся.

—Где мы?

Ворота поместья были закрыты, на столбе у ворот висел длинный гвоздь, на котором была закреплена серебряная маска. Вешать маску у ворот довольно странно. Но светловолосый всадник, не обращая на это внимания, снял маску и надел её на себя, а затем постучал в медный дверной молоток.

Вскоре дверь открылась. Пожилой человек в белой одежде и с седыми волосами, сложив руки за спиной, строго посмотрел на прибывших. Они молча смотрели друг на друга. Через несколько минут старик медленно поклонился.

—Добро пожаловать домой, господин.

Молодой человек с сине-фиолетовыми волосами удивлённо посмотрел на своего спутника.

—Ты хозяин этой усадьбы? Почему ты никогда мне об этом не рассказывал?

Светловолосый всадник пнул его.

—Замолчи.

—Господин давно не был дома, он, наверное, уже забыл моё имя. Я Бернард, ваш дворецкий.

—О, привет, Бернард. Всё ли в порядке в доме?

—Всё точно так же, как когда вы уезжали.

—Вот и хорошо. Я так долго отсутствовал, что чувствую себя не в своей тарелке.

—Вы быстро привыкнете. Кстати, я уже стар и забыл имя господина. Как вас зовут, господин?

—Энцо, — сказал светловолосый всадник.

—А ваш спутник?

—Его зовут Джулиано, он мой… ученик.

—Мсье Джулиано, — старый дворецкий с почтительным, но несколько отстранённым видом пригласил «господина» и «мсье» войти в дом.

Внутри усадьба была ещё более роскошной и элегантной, и Джулиано это напомнило о его собственном доме. К сожалению, дом семьи Сакон сгорел дотла.

—Я доволен, Бернард, — сказал Энцо. —Ты не трогал мою комнату?

—Я бы не посмел, всё в вашей комнате осталось так же, как и при вашем отъезде.

—Покажи мне, я хочу проверить.

Старый дворецкий повёл Энцо и Джулиано на второй этаж, в лучшую южную комнату — хозяйскую спальню. Владелец Амблана, несомненно, не жалел средств на то, чтобы сделать дом максимально комфортным. Энцо «осмотрел» спальню, гостевую комнату и кабинет. На столе в кабинете лежал лист бумаги с надписью «Берите, что нужно», а на бумаге — перстень-печатка. Энцо взял перстень, посмотрел на него и небрежно надел на палец, словно это была его собственная вещь.

—Бернард, Джулиано будет жить в комнате рядом с моей. Мы устали после долгой дороги, приготовь ванну и еду.

—Слушаюсь, господин.

Когда дворецкий ушёл, Энцо снял маску и вздохнул. Джулиано не сводил с него глаз, на его лице было написано удивление.

—Это правда твой дом?

—Конечно, нет, — Энцо выглядел усталым.

—Тогда как ты так спокойно вошёл? Почему тот старик назвал тебя господином?

Энцо поднял маску.

—Это обычай хранителей безмолвия. Мы делимся безопасными убежищами. Если убежище временно не нужно, то маску вешают на дверь, чтобы другие Хранители Молчания знали, что могут воспользоваться этим местом, если им понадобится.

Джулиано вспомнил, как они уходили из хижины в Ваннесе и Энцо повесил свою маску на дверь.

—Значит, настоящий хозяин усадьбы Амблан тоже Хранитель безмолвия? Он или она уехали, и ты временно поселился здесь?

—Можно и так сказать. Но «настоящий» хозяин Амблана, возможно, уже давно умер, а тот, кто оставил это кольцо, возможно, тоже был всего лишь временным гостем.

Энцо посмотрел на перстень-печатку, и его лицо на мгновение потемнело, но быстро вернулось в нормальное состояние. Всё это очень удивило Джулиано. Он никогда не знал, что между ночными убийцами могут существовать такие необычные отношения.

—Все Хранители безмолвия такие? — спросил он. —Хотя вы никогда не встречались, но вы друзья?

—Друзья? — Энцо усмехнулся. —Это ещё не всё. Мы все братья и сёстры. В отличие от обычных братьев и сестёр, связанных узами рождения, мы связаны узами смерти. Узы смерти крепче, чем узы рождения.

Он похлопал Джулиано по спине.

—Иди и прими ванну. От тебя пахнет трупом.

С тех пор, как Энцо снял Джулиано с повозки Корабелов в Чёрном, прошло почти десять дней. Они колесили по Йоду, постоянно меняя одежду и лошадей, чтобы избежать слежки, и ехали день и ночь, не имея возможности помыться. Джулиано тоже чувствовал, что от него пахнет, и этот запах смешивался с запахом краски для волос, образуя невыносимый смрад, от которого его тошнило. Он вырос в аристократической семье и никогда не был в таком плачевном состоянии. Когда Бернард пришёл сообщить, что ванна готова, он был вне себя от радости.

Дворецкий приказал двум слугам перенести большую ванну в «комнату мсье». Джулиано велел им уйти, снял свою рваную одежду действительно украденную с фермерской сушилки и прыгнул в ванну. После долгих дней бегства Джулиано впервые смог полностью расслабиться. Он смыл с себя пыль, слуга сменил воду, и он снова с удовольствием погрузился в ванну.

Его рана на животе зажила, оставив уродливый шрам. ~Это не последний шрам на моем теле, — подумал он.

~Раз уж я пообещал Энцо учиться искусству убийцы, шрамов на моем теле будет всё больше и больше. ~ Иногда зажившие раны всё ещё болели, и Джулиано боялся, что у него остались какие-то последствия. Но Энцо сказал, что их не будет. ~Это потому, что твоё тело помнит ту боль. Оно будет постоянно переосмысливает её. ~ Это звучало несколько отвратительно, но Джулиано принял это объяснение.

Дверь позади него открылась. Кто-то вошёл.

—Бернард? Ты как раз вовремя, я чувствую, что вода немного остыла, — Джулиано не обернулся.

Шаги за его спиной остановились, затем послышался шорох снимаемой одежды. Джулиано обернулся.

—Энцо? Это ты?

Энцо, раздетый, вошёл в ванну.

—Я должен был начать с первого урока: убийца никогда не должен оставлять свою спину открытой для врага.

—Что ты здесь делаешь? Я думал, это Бернард.

—А что? Ванна большая, нам обоим хватит места.

—Это не то, что я имел в виду… — Джулиано скривил губы.

Убийца прислонился к другому краю ванны, напротив него. Хотя ванна была большой, Энцо был высоким, и их ноги всё равно соприкасались, Джулиано чувствовал себя неловко. Он довольно долго путешествовал с Энцо, но впервые видел его обнажённым. В одежде Энцо казался стройным и изящным, создавая впечатление хрупкости. Сняв одежду, можно было увидеть его сильные и подтянутые мышцы, каждая линия которых, казалось, была тщательно вылеплена художником. Но в отличие от прекрасных мраморных статуй, тело Энцо было покрыто шрамами: пересекающимися порезами, параллельными царапинами, неровными ожогами, а в некоторых местах, казалось, была содрана кожа. Откуда у него столько шрамов?

—На что ты смотришь?

Джулиано отвел взгляд.

—Я… я думаю, ты помнишь, откуда у тебя каждый шрам?

Энцо погрузился в воду по подбородок.

—Помню.

—Правда? Не думал, что ты так тщательно это запоминаешь…

—Когда ты станешь таким же, как я, — сказал Энцо, —Ты тоже будешь помнить. Будучи Хранителем Безмолвия, ты будешь помнить каждую свою рану до костей.

Джулиано инстинктивно прикрыл шрам на животе.

—Ещё болит? — спросил Энцо.

Джулиано покачал головой.

—Нет. Только иногда бывает лёгкая боль.

Энцо наклонился и, отодвинув руку Джулиано, погладил его шрам. Пальцы убийцы коснулись чувствительной кожи вокруг раны, и живот юноши напрягся. Их поза была странной: Джулиано сидел, опираясь на край ванны, а Энцо сидел верхом на нём.

—Чт… что ты делаешь?

Хранитель Безмолвия наклонил голову, его светлые волосы коснулись воды.

—Получаю плату, которую давно заслужил.

Джулиано с трудом сглотнул. Этот день должен был рано или поздно наступить, но когда он настал, Джулиано всё ещё не был готов. Но он не мог сопротивляться. Убийца молча рассматривал юношу, словно рыбак, изучающий рыбу, решая, с какой стороны к ней подойти. Внезапно он наклонился. Джулиано подумал, что тот собирается его поцеловать, и напрягся от страха. Однако губы Энцо обогнули его лицо, и влажный поцелуй пришёлся на шею.

Джулиано тихо застонал. Убийца, сосредоточенно целуя его в шею, одновременно взял его за член. В борделе мадам Манлей Энцо хвастался своим мастерством. Его руки действительно были искусны. Юный неопытный юноша не мог выдержать такой провокации и вскоре потерял самообладание. Он был в блаженном забытьи, и Энцо, воспользовавшись моментом, левой рукой проник в таинственную пещеру юноши и, пока Джулиано был расслаблен, вставил палец. Юноша резко вдохнул, но, возможно, из-за предыдущего удовольствия дискомфорт и боль значительно уменьшились. Энцо одной рукой растягивал узкое отверстие, а другой крепко обнимал Джулиано, не переставая его целовать. Джулиано невольно обнял Энцо за шею, из его горла вырывались тихие, то высокие, то низкие стоны, словно у котёнка.

Юноша быстро адаптировался и полностью раскрылся. Энцо убрал руку, взял свой давно напряжённый член и вошёл в тело Джулиано. Джулиано беспомощно открыл глаза и уставился в потолок. Его тело растягивалось, наполнялось, постоянно атаковалось и захватывалось. Энцо крепко прижал его к себе, нежно целуя и грубо проникая в него. Вода в ванне давно остыла, каждое резкое движение вызывало холодные брызги, но его тело было таким горячим, словно раскалённое железо, погружаемое в холодную воду для закалки.

Его полностью захватили и подчинили себе, и он снова достиг кульминации. Он мало что помнил из того, что происходило потом, он чувствовал только стыд, сильную боль в теле и одновременно огромное удовольствие. Он никогда не знал, что открыться мужчине может быть таким восхитительным опытом.

Сперма Энцо наполнила его тело. После оргазма убийца терпеливо очистил его задний проход, а затем помог ему подняться и вытер капли воды с его тела. Джулиано рассеянно смотрел на него, позволяя уложить себя в постель. Юноша очень устал, он не мог пошевелить и пальцем. Он лежал на мягкой постели, его голое тело было окружено чистым бельём. Энцо лёг рядом с ним, целовал и ласкал его. Они снова занялись любовью. Энцо вошёл в него сзади, прижав к себе и грубо овладев им. Он стонал, кричал, плакал, просил пощады у убийцы, но всё было бесполезно, пока Энцо не удовлетворил своё желание и не вышел из него. Ноги Джулиано не могли сомкнуться, и сперма, не умещавшаяся в заднем проходе, вытекала наружу.

Энцо обнял его, вытер слёзы и, словно успокаивая ребёнка, слегка похлопал по спине.

—Что ты плачешь? — спросил убийца.

—Ты веришь, что однажды я убью тебя? — всхлипнул Джулиано.

Энцо улыбнулся своей очаровательной улыбкой.

—Верю, потому что у тебя хороший учитель.

Он прижался лбом к его лбу и прошептал на ухо, чтобы слышал только он: —Я жду этого дня.

Глава 12. Искусство убийцы. Часть 1

—Я помню, ты говорил, что умеешь фехтовать?

Утреннее солнце освещало зелёный двор усадьбы Амблан. Птицы пели, их песни были невероятно красивы. Цветы, расцветающие в этот месяц, украшали ветви деревьев, и было трудно удержаться от желания сорвать несколько веток и поставить их в вазу.

Однако временный хозяин усадьбы не был склонен любоваться цветами. Энцо в маске, в лёгкой прочной рубашке и бриджах, под мышкой держал два тренировочных меча. Один из них он бросил своему ученику — Джулиано, одетому точно так же. Юный ученик поймал меч, почувствовал его вес, взял его в одну руку, другую руку поставил за спину, расставил ноги и принял базовую боевую стойку.

—Фехтование — обязательный предмет для детей из знатных семей, — его голос доносился из-за маски, он звучал глухо.

—Тогда покажи мне, на что ты способен.

На второй день после прибытия в усадьбу Амблан Энцо немедленно начал обучение Хранителей Безмолвия. Он распланировал обучение плотно, ученик едва успевал дышать. Утром — физические упражнения, после завтрака — час чтения стихов древней мудрой женщины Эличе Иньесты Энцо с восхищением называл её «предтечей¹ безмолвной леди». А после были уроки фехтования.

Тело Джулиано ещё не оправилось от бурной ночи, сил немного не хватало, но он быстро вернул себе ощущение от прежних тренировок. Энцо не собирался сражаться с ним, он просто хотел оценить его уровень. Они скрестили мечи, делая уверенные шаги, перемещаясь влево. Убийца внезапно сделал шаг вперёд и направил свой меч в грудь Джулиано. Но он не приложил всей силы. Молодой противник легко парировал его атаку и принял защитную стойку.

После нескольких обменов выпадами Энцо улыбнулся под маской. Хотя он и не видел улыбки, Джулиано почувствовал её по его голосу.

—Неплохо, твои родители подобрали тебе хорошего учителя фехтования.

—Мои родители всегда щедро тратили деньги на моё образование, — ответил Джулиано, перейдя в атаку.

—Ты владеешь типичной армейской техникой фехтования, — они продолжали обмениваться атаками и защитой. Звон сталкивающихся клинков эхом разносился по двору, спугивая птиц с деревьев.

—Основа очень хорошая, движения элегантные. Многие самоучки, хотя и владеют резкими приёмами, но их основа намного хуже, чем у тебя, при встрече с сильным противником они легко выдают свои слабости. Но армейская техника фехтования не такая. На её освоение уходят годы, тщательной отработки основ, постепенного совершенствования, прогресс медленный, и только служащие в армии солдаты и обеспеченные аристократы, имеющие много свободного времени и не нуждающиеся в реальных боях, могут овладеть этой техникой. Многие не хотят ждать и изучают ускоренные техники, они могут стать очень сильными на какое-то время, но большинство в итоге погибают из-за своей спешки.

—Получается… этот стиль фехтования… им занимаются бездельники? — Джулиано немного запыхался.

—Примерно так! После того, как основа армейской техники фехтования заложена, она превращается в технику, подходящую для дуэлей аристократов, позволяющую создавать множество витиеватых приёмов. В реальном бою она бесполезна, но выглядит эффектно и красиво, и аристократы используют её, чтобы завоевать сердца дам.

—Господи… какого же учителя мне подобрал мой отец…

—Я предполагаю, что это был отставной военный. Но не волнуйся, к счастью, ты не выучил вычурную часть, иначе было бы сложно переучиваться. У тебя крепкий фундамент, теперь тебе будет легко освоить что угодно. Как только ты освоишь технику, которой я тебя учу, ты поймёшь, что внезапно у тебя почти не останется соперников.

—Правда? Я буду сильным?

—В официальной дуэли да. Но искусство убийцы это не только честный бой.

Энцо парировал выпад Джулиано, а затем убрал меч.

—Закончили? — с недоумением спросил молодой ученик.

Энцо с ног до головы оглядел его.

—Твоя походка полностью нарушена. Сегодня на этом остановимся. Я переношу сегодняшние занятия на утро, чтобы ты мог хорошо отдохнуть вечером.

Джулиано покраснел, не сказав ни слова. Его задница всё ещё болела, из-за чего ему было трудно ходить, не говоря уже о том, чтобы иметь уверенную стойку при фехтовании. К счастью, Энцо заставил его надеть маску Хранителя Молчания, иначе его румянец был бы слишком заметен.

Так называемые «послеполуденные занятия» были похожи на утреннее чтение стихов, но не ограничивались только чтением стихов. Энцо выделил отдельную комнату для занятий, попросил дворецкого принести из библиотеки множество книг, которые затем поставили в комнату в качестве учебников. Джулиано должен был изучить литературу, историю, географию, местные обычаи, языки других стран, диалекты своей страны, дворцовый этикет и жаргон уличных банд, кроме этого, он должен был изучить свойства различных лекарственных трав и свойства алхимических эликсиров. Он уже начал подозревать, что Энцо планирует вырастить из него универсального эрудита, а не убийцу из ночных теней.

—Не думай, что можно избавиться от человека, просто ударив его ножом в спину.

Они сидели на ковре, окруженные горой книг. Энцо сказал: —Смертельное убийство часто совершается в неожиданный момент. Возможно, тебе придётся проникнуть на пышный бал, возможно, подсыпать яд в чей-то бокал, а может, тебе вообще не придётся действовать самому, достаточно будет подстрекать словами двух людей, давно ненавидящих друг друга, и для твоей цели этого будет достигнуто. И всё это требует знаний. Некоторые Хранители Безмолвия даже не знают, как держать меч, но они всё равно опасные убийцы, возможно, самые опасные. Увидев их, ты подумаешь, что они совершенно безобидны, примешь их за обычных дам, старух, нищих или детей, и когда ты так подумаешь, твоя жизнь окажется в их руках.

Джулиано с некоторым унынием посмотрел на окружающие его книги. Энцо взял одну из них наугад.

—Записки о походе императора Омарана, — прочитал он название. —Хм, эта книга была написана спустя несколько сотен лет после смерти императора Омарана, она полна бессмысленных сцен сражений и необоснованных данных, поверьте мне, она полная чушь. Однако описание исторических событий довольно объективное.

Лицо Джулиано прояснилось.

—О! Я читал эту книгу!

—Правда?

—Это история, обязательный предмет для каждого аристократа…

Энцо отшвырнул «Записки о походе» первого императора Первой Империи.

—Слава богу, ты из знатного рода, мне не придётся перечитывать эту скучную книгу. А что ещё ты изучал?

Джулиано, сгибая пальцы, перечислил: —Историю эпохи Драконьего Императора, географию Империи, имперский язык, естественную философию школы Акедун…

—Тогда всё это тебе не понадобится, — Энцо сбросил на пол рядом стоящую гору книг. —Сегодня мы продолжим читать Эличе Иньесту. Что ты о ней знаешь?

—Мой учитель говорил, что она была сосланной сумасшедшей.

—Полная чушь! Твой учитель просто необразованный старик!

Джулиано тихо возразил: —Она была молодой женщиной.

—Необразованной женщиной! — Энцо перефразировал. —Эличе Иньеста не была Хранителем Безмолвия, но она была предшественницей безмолвной леди, основателем искусства убийцы! В её время культура и искусство всё ещё были привилегией женщин, в то время сообщество «Хранителей Безмолвия» ещё не существовало, в полисах Йода были только скрытые убийцы, бродящие по улицам. Она выдвинула теорию «убийца как оружие», если кто-то убивает с ножом, наказание должно быть применено к тому, кто держит нож, а не к самому ножу, также наёмный убийца это всего лишь оружие своего заказчика, наказывать следует заказчика, а не убийцу. Именно на основе её теории Хранители Безмолвия могут свободно ходить по улицам полиса Йод.

Он почтительно прижал к груди сборник стихов Эличе Иньесты, выражение его лица было очень благоговейным.

—Она также была последовательницей Древних Богов. Она жила в середине Второй Империи, в её время Древние Боги ещё не вернулись, все поклонялись Драконьему Богу. Она утверждала, что Драконий Бог — всего лишь обожествлённый дракон, а истинными божествами были многочисленные противоположные божества-близнецы, которым поклонялись эльфы в древности. Она была сослана за «ересь и религиозные заблуждения» и умерла на одном из островов к югу от Дорохинии. Но время показало, что она была права. В конце Второй Империи беженцы, сбежавшие от войны, невольно разбудили спящих эльфийских жрецов и принесли с собой утерянную веру, включая Бога Истины и Бога Притворства».

—Бог Истины и Бог Притворства?

—Наши боги, — сказал Энцо. —Потому что смерть это единственная истина, вечное молчание. Поэтому Бог Истины это также Бог смерти и молчания. Его близнец это иллюзия всех вещей и изменчивая ложь, вечно носящий пышную маску. И это реальная жизнь, потому что каждый в мире носит маску, притворяясь собой, и только когда приходит смерть, обнажается единственная истина. Хранители Безмолвия поклоняются этим божествам.

Говоря это, Энцо отложил книгу стихов, достал из-под одежды золотую цепочку с роскошной подвеской-святыней. Он взял Джулиано за левую руку и положил святыню ему на ладонь, а затем накрыл её своей рукой.

—Слушай внимательно, сейчас я научу тебя четырём основным правилам Хранителей Безмолвия, это единственные правила, которых ты должен придерживаться. По сравнению с ними любые другие законы, правила или принципы не имеют для тебя значения.

Джулиано кивнул. Холодная святыня согрелась от прикосновения двух тел.

—Первое: нельзя предавать заказчика. Второе: нельзя предавать соратников. Третье: нельзя лгать.

Внезапно Энцо сжал запястье Джулиано, его ногти вонзились в кожу юноши.

Температура святыни резко поднялась, Джулиано закричал, почувствовав, что держит раскалённый уголь. Он хотел выпустить святыню, но Энцо крепко держал его руку, не позволяя вырваться!

—Лучше молчать, чем нарушить! Повтори!

Святыня становилась всё горячее, Джулиано подозревал, что его ладонь уже обожжена. Сжимая зубы, он повторил: —Нельзя предавать заказчика! Нельзя предавать соратников! Нельзя лгать! Лучше… лучше молчать, чем нарушить!

Внезапно сила на запястье пропала. Джулиано вскрикнул, бросив святыню. С глухим стуком она упала на пол. Юноша сжал свою левую руку в кулак, а потом медленно разжал его, удивлённо обнаружив, что на ладони нет ни единого ожога. Он поднял святыню. Металл был холодным и твёрдым, и ни как не горячей.

Энцо взял святыню и надел её себе на шею.

—Ты принят, — сказал он. —Если бы ты был лживым, святыня обжгла бы твою руку. Но нет. В твоём сердце нет ни грамма лжи, ты хочешь стать Хранителем Безмолвия.

Джулиано большим пальцем правой руки провёл по ладони левой руки.

—Значит, я теперь Хранитель Безмолвия?

—Ещё нет. Ты лишь ученик, новичок. Твой путь ещё долгий.

Он встал.

—Сегодняшние занятия окончены.

С этими словами он вышел из комнаты, оставив Джулиано одного сидеть на полу в молчании. Юноша потерянно огляделся и взяв сборник стихов Эличе Иньесты, заинтересованно начал читать.

—————————————————————

1. Предтеча¹ — это слово, обозначающее предшественника, первопроходца или провозвестника чего-либо. Это кто-то, кто подготовил почву, предвосхитил или указал на появление чего-то нового, важного или значимого в будущем.

Глава 13. Искусство убийцы. Часть 2

—Я прочитал сборник стихов Эличе Иньесты, — сказал Джулиано Энцо за завтраком на следующий день.

—Прочитал? Иньесту нельзя прочитать полностью, каждое прочтение — это новый опыт. Ты можешь лишь сказать, что только посмотрел на неё.

Стол был заставлен обильными угощениями, и все удалились, оставив только старого дворецкого, который должен был прислуживать за столом. «Хозяин» и «юноша» были в масках. Только после ухода слуг они сняли маски, ведь даже самый могущественный человек не может есть в маске.

Джулиано бросил маску и глубоко вздохнул.

—Почему ты носишь её даже здесь, в усадьбе?

—Здесь слишком много людей. Слуги, рабочие, крестьяне, которые привозят продукты…, — сказал Энцо. —Я не хочу, чтобы меня видели, и не хочу, чтобы кто-то заметил, что нынешний хозяин и прежний — не один и тот же человек. Это может вызвать проблемы.

—Вот как, — кивнул Джулиано. Теперь он понимал, почему Энцо снимал маску только тогда, когда они оставались одни и возможно, за исключением старого дворецкого, показывая своё истинное лицо.

Старый дворецкий наклонился и прошептал Энцо на ухо: —На самом деле, господин, вам не нужно этого делать.

—Что?

—Прежний хозяин Амблана был молодой женщиной, каким бы ни был ваш маскарад… лучше бы вы просто…

—Почему ты не сказал мне раньше?

—…Я думал, что ношение маски — ваше хобби.

Энцо уставился на старого дворецкого, чувствуя себя очень неловко. Джулиано наблюдал за ними и не мог сдержать смех. Он схватился за живот, чуть не упав со стула. Старый всё-таки лучше нового, Бернард одним предложением заставил безмолного и внушительного убийцу потерять дар речи. Юноша смеялся до слёз.

Энцо с видом «я не верю своим глазам» отпустил Бернарда, а затем глубоко вздохнул и приложил руки ко лбу, размышляя, не было ли проблем в его хозяйственной стратегии. Через некоторое время его серебристо-серые глаза обратились к Джулиано. Молодой ученик к тому моменту уже перестал смеяться. Их взгляды встретились, и в этот момент Джулиано почувствовал, как что-то пронзает его сердце. Он быстро опустил голову, делая вид, что любуется едой на тарелке.

—Ты… почему ты всё время смотришь на меня?... — пробормотал он, невольно сжимая скатерть на столе.

—Я никогда не видел тебя таким счастливым, — ответил Энцо.

—А я что не должен так смеяться?

—Нет. Ты должен смеяться чаще, — убийца задумчиво посмотрел на него. —Тебе очень идёт.

Хотя это была обычная похвала, Джулиано почувствовал, как его лицо заливается краской.

—А ты смеёшься очень язвительно, — он схватил большой кусок хлеба, прикрыв лицо и скрывая своё смущение за едой.

—Правда? — Энцо воткнул вилку в сочную красную клубнику. —Тогда я больше никогда не буду смеяться.

—Нет!

Джулиано испугался собственного голоса. Он быстро сделал большой глоток холодной воды, пытаясь унять странное пламя, вспыхнувшее внутри него. Почему он так встревожился, услышав, что Энцо «больше никогда не будет смеяться»? Он что хочет, чтобы этот красивый убийца часто улыбался ему?

—Как хочешь, мне… мне всё равно… — пробормотал он.

Энцо отправил клубнику в рот, его лицо было очень серьёзным, но в серебристо-серых глазах плясали весёлые искорки.

После завтрака, как обычно, у него было время почитать Эличе Иньесту. Каждый последующий день был таким же. Расписание Джулиано постепенно стабилизировалось: утром он фехтовал с Энцо до полудня; после обеда был короткий отдых; весь день он посвящал изучению культуры, токсикологии и Иньесте; вечера он посвятил себя обучению технике убийств. Пять вечеров в неделю, с наступлением темноты, Энцо учил Джулиано бесшумно передвигаться в темноте, быть незаметнее кошки, а так же незаметно вытаскивать монеты из чужого кармана, прятать острый как иглу кинжал в рукаве и плавно и незаметно, как облако в ночном небе, перерезать горло врагу, а затем незаметно скрыться с места преступления.

Два оставшихся вечера были свободны для Джулиано. Он мог отдыхать, заниматься, гулять и даже, используя приёмы, которым его научил Энцо, проникнуть на ярмарку в соседней деревне и веселиться всю ночь, оставаясь незамеченным.

А последний вечер Энцо оставлял для себя.

В это время Джулиано дочиста помылся, ложась голышом на кровать, укрылся в мягкое стеганое¹ одеяло и ждал, когда Энцо бесшумно войдет в его комнату и завернет в его стеганое одеяло. Навыки убийцы в этой области также на удивление развиты. Он знает, как получать удовольствие, и у него уже лучше получалось сделать своего партнера счастливым в постели. Под его дразнящим руководством Джулиано погрузился в море желаний, переживая взлеты и падения кончая всю ночь напролет. При повторных просьбах тело молодого человека постепенно созревало и превращаясь в спелый и сладкий плод, который можно было срывать по желанию. Позже Энцо почти не нужно было прилагать никаких усилий, достаточно было нескольких знакомых намеков, нескольких ласковых слов на прощание и нескольких головокружительных поцелуев, чтобы Джулиано открылся ему всем своим телом и стал очаровательным любовником в его объятиях.

Замечательно доменировать над молодми людьми в постели, безоговорочно вторгаться в них и занимать их, но Энцо также нравятся сильные эмоции молчаливого сотрудничества друг с другом и совместного веселья, особенно когда он любит сидеть в изголовье кровати или на диване и позволять Джулиано кататься на нем верхом. Проявите инициативу, чтобы посвятить себя. Сначала молодой человек очень сопротивлялся этому, но когда Энцо обнял его за талию и положился на гравитацию, чтобы проникнуть в самую глубокую часть его тела, он отказался от своей бессмысленной сдержанности и полностью оказался в плену желания. На этот раз энтузиазм молодого ученика удивил его наставника. Его жизнерадостность, чувствительность и удовлетворенность заставляли их вдвоем проводить одну чудесную ночь за другой. Более того, безмолвный никогда не должен лгать, даже в постели. Поэтому Джулиано никогда не притворяется счастливым против своей воли, чтобы доставить удовольствие мужчине, который овладевает им. Ему некомфортно, значит ему некомфортно, а если комфортно, то это означает что ему комфортно. Стонов, криков и непристойных слов, когда они занимались любовью, достаточно, чтобы заставить самую близкую пару покраснеть, когда они это слышат.

Интимные отношения между ними повлияли и на другие аспекты их жизни. В один из солнечных утренних дней в конце лета они, как обычно, тренировались в саду. Джулиано несколько раз ошибался в движениях. Энцо отбросил меч, обошёл молодого ученика сзади, взял его за руку и показал правильную позу.

—Расставь ноги шире, — низкий, чарующий голос Энцо раздался в ухе Джулиано. —Центр тяжести ниже, держи меч нежно, словно хрупкую руку знатной дамы. Ты должен не убивать, а танцевать с прекрасной леди грациозный вальс. — С этими словами он обнял Джулиано за талию, напевая какую-то мелодию и слегка покачиваясь.

Трудно сказать, было ли это намеренно. Жаркое дыхание, коснувшееся уха, игривые слова, сильная рука на талии — всё это напомнило молодому ученику о недавних ночных приключениях. Его кожа невольно покраснела, а между ног напряглось что-то твёрдое и влажное. Желание быть заполненным чем-то большим и твёрдым не покидало его. Изменения в теле Джулиано, разумеется, не ускользнули от проницательного взгляда Энцо. Убедившись, что поблизости нет лишних глаз, Энцо забрал меч из рук Джулиано, бросил его и, не глядя, потащил смущённого юношу в тенистый густой кустарник в саду. Вскоре ветки кустарника задрожали, и оттуда послышались прерывистые, жаркие стоны. Через некоторое время двое вышли из кустов, перепачканные землёй и пылью, с травинками в волосах — не лучшая картина. Джулиано опустил голову, его лицо пылало, как спелый помидор. Энцо коснулся его руки, и молодой ученик покраснел и отстранился. Убийца подошёл к нему, приподнял его подбородок и нежно поцеловал.

В тот же день, когда старый дворецкий пришёл в «классную комнату», чтобы убрать книги, он с удивлением обнаружил, что комната пуста. Учителя и ученика не было на их обычных местах, они не читали Иньесту. В то же время сверху, из-под потолка, доносилась ритмичная, повторяющаяся вибрация и скрип кровати. Дворецкий на мгновение задумался. Прямо над «классной комнатой» находилась спальня Джулиано. Он тихо произнёс «Ооо» с выражением лица, говорившим о том, что он всё понял, и спокойно ушёл.

—————————————————————

1. Стеганое¹ — сшитое из нескольких слоёв ткани (часто с наполнителем между ними), скреплённых между собой стежками.

Глава 14. Задание из далека

После месяца пастухов наступило лето. Ролран, расположенный к северо-западу от йодских полисев, был, конечно, прохладнее Ванессы, где летом земля раскалялась до состояния магмы, но и здесь жара была невыносимой.

Раньше летом Джулиано обычно ездил с родителями на загородную виллу. Теперь же, осиротев, он, естественно, не мог позволить себе такую роскошь. Однако он не горевал об этом. Его разум и тело были полностью поглощены уроками фехтования и самим убийцей, не оставляя времени для самобичевания.

Энцо был довольно снисходителен. Он перенес ежедневные утренние тренировки на более раннее время, так что Джулиано не приходилось изнурять себя на солнцепеке в самый жаркий полдень. Конечно, Джулиано подозревал, что в этом была и личная выгода Энцо. Убийца, похоже, тоже плохо переносил жару. Во время спаррингов Энцо часто снимал рубашку и сражался с обнажённым торсом, на котором висел только нательный крест.

Джулиано быстро прогрессировал в фехтовании, подтверждая слова Энцо о том, что ученик превзошёл учителя. Когда он только приехал в поместье Амбран, Джулиано был не ровней убийце, тот легко побеждал его. Теперь же, когда Энцо не старался изо всех сил, Джулиано мог сражаться с ним практически на равных.

Это вселяло в юношу огромную уверенность.

—Если ты продолжишь отвлекаться, рано или поздно ты станешь мной побеждённым!

Джулиано быстро приблизился, и его меч сверкнул молнией. Однако это был лишь обманный манёвр. Энцо парировал атаку, обнажив незащищённое плечо. Джулиано ловко развернул запястье, убрав меч, и вонзил его в правое плечо Энцо. Убийца уклонился, но попался на удочку. Молодой ученик перекатился ему за спину и нанёс удар сверху. Энцо, вращаясь, избежал удара, но клинок всё же задел его тело.

К счастью, тренировочный меч не был заточен, иначе убийца истекал бы кровью. Но Джулиано не был спокоен. Острие его меча случайно задело золотую цепочку на шее Энцо, и она с «лязгом» разорвалась на две части. Нательный крест по инерции вылетел и упал в траву.

—Прости! Я не хотел! — Джулиано поспешно убрал меч. Нательный крест был символом «Бога Истины и Притворства» и имел особое значение для Энцо. Разве сбить крест это не святотатство? Не разозлится ли убийца?

Энцо поднял крест с травы, стряхнул прилипшие к цепочке листья и нахмурился. Молодой ученик, дрожа, держал руки за спиной, словно провинившийся ребёнок, ожидающий наказания. Но Энцо не стал его ругать, он задумчиво смотрел на место разрыва цепочки, словно что-то вспоминая.

—…Энцо? — тихо спросил Джулиано. —Я очень извиняюсь. Я найду, кто её починит. Я знаю, что в соседнем городе есть ювелир…

—Не нужно, — перебил Энцо. —На сегодня урок окончен.

Он сунул золотую цепочку в карман и, оставив Джулиано в замешательстве и тревоге, а затем быстро ушёл.

В тот день уроков больше не было. Энцо и старый дворецкий Бернард вместе вышли из дома. Вернувшись, они принесли с собой флакон с тёмной, почти чёрной жидкостью, приготовленной алхимическим способом. Сначала Джулиано подумал, что Энцо собирается его отравить. Однако, когда убийца вынул пробку и предложил ему понюхать, юноша понял, что это такое.

—Краска для волос, — он отпрянул в отвращении. —Что ты задумал? Я же уже красил волосы.

— Это было в Ванессе, — Энцо попросил Бернарда принести таз с водой и вылил в него чёрную краску. Вскоре вода приобрела цвет сточной канавы. — Здесь, в Ролране, это не модно. Твои волосы здесь слишком заметны, как павлиний хвост.

Джулиано скривил лицо. Бернард перекрасил ему волосы в чёрный цвет. Старый дворецкий был мастером своего дела, он сделал это очень естественно, даже добавив несколько седых прядей.

—Сейчас многие молодые люди седеют в молодости, как это печально, — сокрушался дворецкий.

Краска для волос, купленная Энцо и дворецким, видимо, была не такого качества, как у алхимика из Вайнессы, этот запах был ужасен, и только через полмесяца тошнотворный аромат постепенно выветрился. Как раз в конце месяца сбора фруктов в Ролране незаметно наступила осень. Хотя днём было по-прежнему жарко, по вечерам стало значительно прохладнее.

Как и в фехтовании, Джулиано добился значительных успехов в ночных тренировках с убийцей. Он мог передвигаться по крышам с ловкостью кошки, оставаясь незамеченным слугами, спавшими под черепицей. Он мог воровать кошельки на базаре, а затем незаметно возвращать их на место. Он мог разрезать тренировочный мешок спрятанным в рукаве ножом и исчезать прежде, чем высыпался песок. Самым же «блестящим» достижением стало то, что Энцо прижал его к стене под окном спальни Бернарда, и Джулиано не издал ни звука, не потревожив старого дворецкого, читавшего при свечах. На следующий день за завтраком Энцо нарочно похвалил Джулиано за «значительный прогресс в выдержке» в присутствии Бернарда, который недоумевал, но всё же присоединился к похвалам хозяина. Джулиано, одновременно стыдясь и негодуя, в знак протеста пропустил следующий урок.

Он ожидал от Энцо либо извинений, либо сурового выговора и возвращения в класс. К его удивлению, Энцо никак не отреагировал на его прогул, проведя весь день в библиотеке. Джулиано всё ждал и ждал реакции учителя, но в итоге не выдержал сам.

—Что ты задумал?!

На следующее утро Джулиано ворвался в кабинет Энцо и выпалил эту фразу.

Убийца сидел за столом, сжимая длинными пальцами тонкий лист бумаги. Он бросил беглый взгляд на молодого ученика, перевернул письмо на столе и откинулся на спинку кресла из красного дерева. Джулиано заметил, что независимо от того, на чём он сидел, он всегда выглядел так, словно восседал на троне.

Убийца похлопал себя по бедру. В их «личное время» это означало «садись».

Джулиано покраснел.

—Ты…?! Сейчас же день!

—И что с того? Мы же и днём этим занимались.

Джулиано покраснел ещё сильнее, словно раскалённый чайник, готовый вот-вот выпустить пар из ушей.

—Разврат средь бела дня, какой бесстыдник!

—А тебе разве не нравилось?

—Я… мне не понравилось! — он топнул ногой от возмущения. —Я учусь у тебя убивать, чтобы отомстить за свою семью!

—А я разве не передаю тебе все свои знания?

—Ты хорошо учишь, но… мои враги всё ещё на свободе, а я… предаюсь разврату с мужчиной! Я… я не могу этого вынести! — он задрожал, на глаза навернулись слёзы. —Мне не хотелось веселиться… Ты специально так со мной обращаешься? Хочешь унизить меня?

Убийца посмотрел на него и вздохнул, словно устав от всего.

—А что ты хочешь?

—Я хочу убить Фернандо и Бонивелла!

—Ты ещё ни одной курицы не убил, а уже собираешься сразиться с семьёй Инфонцо и городской стражей Ванессы? Ты знаешь, на что способен?

—Конечно, нет! Ты никогда не давал мне попробовать!

В глазах Энцо внезапно появился холод, серебристо-серые зрачки словно покрылись инеем.

—Хорошо, — сказал он. —Не можешь дождаться, когда убьёшь меня, да?

На мгновение Джулиано испугался ледяного взгляда убийцы. Но быстро взял себя в руки. Он ученик убийцы, послушник безмолвного, и рано или поздно его руки обагрятся кровью, и крови будет всё больше. Это путь без возврата. Если он будет бояться этого, как он сможет противостоять кузену Фернандо и губернатору Ванессы?

—Ты думаешь, я боюсь? — Джулиано сделал шаг вперёд, глядя прямо в глаза Энцо. В его зелёных глазах вспыхнул невидимый огонь, словно стремясь растопить лёд в глазах убийцы.

Энцо снова вздохнул, и ледяной холод мгновенно исчез. Он кивнул, приглашая ученика подойти ближе, затем перевернул письмо на столе и протянул его Джулиано.

—Почити это, — сказал он.

«Дорогой друг,

Я был потрясён и обрадован, услышав о «возвращении» хозяина поместья Амбран. Не ожидал, что этот заброшенный дом снова будет использоваться. Сейчас я отдыхаю в Аркадуне и не могу навестить тебя. Амбран — прекрасное место, и я искренне надеюсь, что тебе там комфортно.

Ты находишься далеко от йодских полисов, возможно, тебе не очень хорошо известны последние новости, поэтому я позволю себе поделиться некоторыми сведениями.

Недавно в Аркадуне появился заказчик, пожелавший остаться неизвестным. Его просьба настолько необычна, что ни один из наших братьев и сестёр в Аркадуне не решился её выполнить. В последнее время он появляется в окрестностях Ролрана. Учитывая твою известную храбрость и мастерство, не заинтересует ли тебя это задание? Если да, то в конце месяца сбора винограда ты найдёшь его в городе Понто, в «Таверне романтических изгнанников», на втором этаже, в самой западной комнате.

Всего наилучшего.

Твой верный, D. C»

Джулиано выглянул из-за письма, его глаза были полны вопросов.

—Что это значит?

Энцо подпёр рукой подбородок.

—Ты не понимаешь? Друг из Аркадуны предлагает работу, спрашивает, заинтересован ли я.

Джулиано перечитал письмо.

—Это заказ на убийство?»

Энцо фыркнул и улыбнулся той самой «злой» улыбкой, которую Джулиано ненавидел больше всего.

—Заказ для Безмолвного , что ещё это может быть?

—В письме всё слишком расплывчато, это похоже на ловушку. Действительно ли оно от «друга»?

Убийца открыл ящик стола, достал лист бумаги и положил его перед Джулиано. Это был тот самый лист, который они нашли на столе по прибытии в поместье Амбран. «Пользуйтесь на здоровье». Почерк был точно таким же, как в письме.

—Хозяйка поместья? — изумился Джулиано.

—По всей видимости. Очень изящный почерк, как у женщины. Она уехала в Аркадун, поэтому поместье пустовало, иначе я бы его не получил. Это подтверждает слова Бернарда. Значит, Бернард не так прост, как кажется, у него есть тайная связь с прежней хозяйкой Амбрана…

—Ты собираешься принять этот заказ?

—Мне любопытно. Что же это за заказ, который никто в Аркадуне не кто не осмеливается принять? — Энцо накрутил прядь волос на палец. —Похоже, заказчик не собирается скрывать своё местонахождение… он ждёт, пока подходящий человек сам заявится.

—Ты правда не боишься, что это ловушка?

—И что с того? — убийца косо посмотрел на Джулиано. —Возможно, из-за этого я умру, но что с того? Став Безмолвным, привыкнув к смерти и жизни, ты перестаёшь беспокоиться о дате своей смерти, потому что рано или поздно ты всё равно умрёшь.

Джулиано опустил письмо.

—Я не такой, как ты. Я не могу умереть, пока не отомщу.

Энцо вытянул палец, и послушные волосы отскочили от его кончика.

—Я знаю, — он вдруг улыбнулся. —Если это действительно ловушка, я всё равно позабочусь о том, чтобы ты сбежал.

—Ты… хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

—Конечно. Ты так жаждешь вкусить крови, а тут такой шанс. И мне кажется, тебе нужно пройти через настоящий бой. Скажи Бернарду, чтобы он подготовил лошадей, собрал вещи и только самое необходимое. Выезжаем завтра утром.

—Хорошо.

Джулиано повернулся, чтобы уйти.

—Подожди! — остановил его Энцо. —Давай лучше завтра вечером. В Ролране есть странный обычай: в дальние поездки отправляются на закате, а возвращаются на рассвете.

—Но мы же не жители Ролрана, зачем нам терять полдня?

—Теперь мы хозяева поместья Амбран, и нам нужно соответствовать. И это не «зря». Я не уверен, что ты сможешь ездить верхом завтра утром.

Джулиано, человек с бурным темпераментом, выразил своё негодование на ярком, живом диалекте Ванессы, обращаясь к предкам Энцо, после чего сердито ушёл.

[Пятьсот не цензурных слов, которые вы можете вообразить сами, хе-хе]

—Почему ты никогда не остаёшься на ночь? — спросил он. —Ты так же поступал у леди Манри?

—Когда я сплю, я беззащитен, поэтому я не привык спать с кем-либо.

—Ты мне не доверяешь?

Энцо повернулся. В темноте лишь алхимический светильник излучал тусклый холодный свет. Свет отражался в глазах убийцы, делая его похожим на ночного волка. Он молчал. Молчание означало, что у него есть ответ, но он не хочет его произносить. Джулиано подумал, что тот не ответит. Возможно, лучше не знать ответа. Однако через некоторое время Энцо спросил: —Почему ты считаешь, что я должен тебе доверять?

Он ответил вопросом на вопрос.

Глава 15. Тайная миссия

На закате две лошади мчались по дороге, пересекающей границу между Ролраном и Муканией. Вдалеке, среди сухой травы, стоял дорожный указатель с надписью «В Понто — в этом направлении». Проносящиеся мимо всадники подняли облако пыли, которое оседало на указателе. Порыв ветра тут же сдул пыль. Вдали, на горизонте, виднелся силуэт города на фоне заходящего солнца.

Это был Понто. Город процветал благодаря приграничной торговле, и хотя он не мог сравниться с Ванессой или Дорогинией, он был известен как крупный торговый центр Ролрана. Караваны из Йода, Мукании и Нидаля непрерывно следовали в город, стараясь попасть за городские стены до заката. Те, кто опаздывал, останавливались на ночлег в пригородных гостиницах и постоялых дворах.

Таверна «Романтическое изгнание» находилась за стенами Понто и предоставляла еду и кров тем, кто не успевал в город. Над дверью таверны висел красный щит с белыми лилиями, точно такой же, как флаги на городских воротах, что означало, что таверна исправно платила налоги местному лорду, виконту де Лоншо, и находилась под его защитой.

Два всадника замедлили ход недалеко от таверны. Было уже поздно, они не спешили в город, но и не выглядели так, будто собирались остановиться на ночлег. Они объехали таверну, проехав через рощу тутовых деревьев. Оставив лошадей в роще, они пошли пешком, обойдя таверну сзади.

Оба были одеты как путешественники, в тёмно-зелёные плащи с капюшонами, скрывающими оружие. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что один из них носил два меча. Он снял капюшон, показав невероятно красивое лицо. Это был Безмолвный, Энцо.

Энцо достал из-под плаща две серебряные маски с изящной гравировкой, надел одну на себя, а другую передал своему спутнику — Джулиано Сакону.

—Мы не можем войти через парадный вход? — Джулиано надел маску.

—Ты и я, два подозрительных человека в масках? Не смеши мои тапочки.

—Тогда снимем маски? Мы можем спокойно войти и никто даже в Ролране, Ванессе не сможет нас найти.

—Пока я не выясню истинные намерения заказчика, я не хочу, чтобы кто-то меня узнал.

Энцо подтолкнул Джулиано, чтобы тот перестал задавать вопросы и просто следовал инструкциям. Затем он указал на второй этаж таверны. Джулиано понял. В самой западной комнате на втором этаже жил таинственный заказчик. Поскольку они не могли войти через парадный вход, им оставалось только забраться по стене. К счастью, перед окнами комнат росло большое дерево, ветви которого почти касались балкона. После нескольких месяцев тренировок Джулиано мог легко лазать по деревьям и перемещаться по крышам домов.

Энцо первым забрался на дерево, за ним Джулиано. Они ловко вскарабкались на дерево, спустились по ветке на балкон, расположенный в центре здания, и перепрыгнули на соседний балкон. В центральной комнате женщина красилась перед зеркалом. В зеркале мелькнули две быстрые тени, женщина вскрикнула и обернулась к балкону — никого.

~Наверное, птицы, ~ подумала она.

Энцо и Джулиано перебрались на балкон самой западной комнаты. Дверь была открыта, но на ней висела светло-голубая занавеска. Энцо поднял занавеску и вошёл внутрь так быстро, что Джулиано даже не успел заметить его движения — словно порыв ветра, занавеска колыхнулась, и человека уже не было.

По сравнению с опытным убийцей Джулиано выглядел неуклюжим, как младенец, только научившийся ходить. Он спрыгнул с балкона, и занавеска запуталась в его плаще, так что ему пришлось повозиться, прежде чем он смог освободиться. Энцо, должно быть, счёл его очень глупым. Джулиано был благодарен маске за то, что она скрывала его неловкость.

В центре комнаты стояло кресло, в котором сидел мужчина в одежде купца и курил трубку. Комната была наполнена дымом с необычным запахом. У мужчины были каштановые волосы и глаза, он был совершенно непримечательной внешности, из тех, кого забываешь, едва увидев. Джулиано сомневался, что сможет узнать его при следующей встрече.

Два незваных гостя перебрались через балкон, но мужчина не удивился, спокойно выпустив дым из трубки и оценивающе глядя на них сквозь завесу дыма. У него были маленькие узкие глаза с опущенными веками, но из-под них время от времени проскальзывал холодный блеск. Энцо не стал церемониться, пододвинул к себе другое кресло и сел. Джулиано негде было сесть, кроме как на кровать, поэтому он стоял рядом с Энцо.

—Добро пожаловать, безмолвные джентльмены. Вы прибыли издалека, в столь отдалённое место, что весьма удивительно, — мужчина говорил на имперском языке с лавинским акцентом, то есть на стандартном общеупотребительном языке. Его голос был ничем не примечателен, ни высоким, ни низким, таким, что его сразу забываешь.

Энцо развёл руки в стороны и потряс ими, изображая йодское приветствие.

—С любезностями покончено, заказчик. Переходите к делу.

Заказчик положил трубку и натянуто улыбнулся.

—Мне нравится ваша прямота. Я тоже не люблю терять время, поэтому перейду к делу. Я пришёл от имени своего хозяина, чтобы выбрать подходящего убийцу для выполнения его особого задания.

—Вы можете говорить от имени своего хозяина?

—Конечно. С этого момента каждое моё слово — это воля моего хозяина.

Похоже, этот «заказчик» скорее всего лишь посредник, а настоящий работодатель — какой-то влиятельный человек, возможно, аристократ или лорд, подумал Джулиано. Да, понятно, влиятельные люди не хотят раскрывать свою личность и пачкать руки. Он невольно сравнил этого тайного работодателя с ненавистными Бонивеллом и Фернандо. Ещё не приняв заказ, он уже почувствовал отвращение.

—Я слышал, что никто в Аркадуне не осмелился принять твой заказ. Чего же хочет твой господин?

—Требование моего господина простое: убийство. Только вы должны убить не простых людей, а очень важных и влиятельных особ. Вы можете погибнуть, можете погубить всех своих товарищей и друзей, даже целый город или страну. Но если вы преуспеете, богатство и слава будут вашими. Что ж, вы согласны?

—Кого же нужно убить?

—Сначала скажите, соглашаетесь вы или нет, а потом я расскажу.

Энцо замолчал. Джулиано посмотрел на него и увидел, что из-под прорезей маски в серебристо-серых глазах сверкнула улыбка. Должно быть, под маской на его красивом лице играла его фирменная ехидная улыбка.

—Господин, — сказал Энцо, —Вы из Мукании и, видимо, не очень хорошо знакомы с обычаями полисами йода, позвольте мне объяснить вам их.

Услышав слово «Мукания», заказчик вздрогнул, и на его спокойном лице появилась трещина, сквозь которую прорвалась лёгкая дрожь страха.

—У нас в Йоде заказчик сначала должен назвать имя и приметы цели, стороны должны обсудить условия и вознаграждение, а затем Безмолвный решает, брать заказ или нет. Вам не стоит беспокоиться о том, что Безмолвный выдаст вашу тайну, потому что мы никогда не предаём своих заказчиков и не берёмся за задания, которые могут навредить нашим товарищам. Если вы настроены серьёзно, следуйте правилам, иначе мы уйдём.

Трещина на лице заказчика быстро затянулась.

—Но ведь это не Йод. Мы в Ролране, так что необязательно всё делать по правилам? — он улыбнулся, глядя на двух Безмолвных.

Энцо поднялся и направился к выходу.

—Постойте! — поспешно остановил его заказчик. —Тогда вот вам компромисс, послушайте?

—Слушаю.

—Безмолвные не берутся за любые задания, и мой господин тоже не работает со всеми подряд. Чтобы снизить риски, он сотрудничает только с самыми опытными убийцами. Не могли бы вы сначала продемонстрировать свои навыки?

—Ты хочешь, чтобы я сначала кого-нибудь убил на пробу? — Энцо скрестил руки на груди и облокотился на дверной проём балкона.

—Вы знаете местного лорда?

Энцо задумался.

—Лорд Понто… де Лоншо?

—Верно, — кивнул заказчик. —Виконт Ги де Лоншо. Он родственник моего господина, но его недавние недостойные поступки сильно разозлили господина, и он очень обеспокоен. Не могли бы вы оказать господину небольшую услугу?

—А сколько я получу за свою «услугу»?

—Восемьсот золотых лус, высшей пробы, можете проверить.

Затем заказчик, словно фокусник, достал из рукава изумруд и бросил его Энцо.

—Это не задаток, просто небольшой знак уважения от моего господина, надеюсь, вы его примете.

Убийца мельком взглянул на камень и спрятал его под плащ.

—Сколько у меня времени?

—Месяц. Максимум месяц, — заказчик поднял палец. —Если через месяц не будет хороших новостей, я вас больше не увижу. Если же будут… у меня есть люди в Понто, и как только они услышат о смерти виконта де Лоншо, они снимут здесь комнату вот эту. Вы выполните задание, и мы снова встретимся здесь. Если вас устроит вознаграждение и вы поверите в финансовые возможности и честность моего господина, тогда мы обсудим «тот» заказ, как вам?

—Сделка.

Заказчик поднялся и пожал Энцо руку.

—Тогда я прощаюсь. Мы с господином с нетерпением ждём хороших новостей.

У него не было багажа, он просто взял шляпу и направился к двери. Он уже взялся за ручку, когда вдруг о чём-то вспомнил, обернулся и спросил: —Кстати, как вы узнали, что я из Мукании?

—Табак, — ответил убийца.

—Табак? — заказчик потрогал свою трубку. —Я признаю, что этот табак из Мукании, но я купил его и трубку в Понто, в этом нет ничего необычного, их может купить кто угодно. Это ничего не доказывает.

— Я имел в виду не тот табак, который вы сейчас курили, — сказал Энцо. —А то, что от вас пахнет «Сати». Это редкий табак, произрастающий в Мукании, его вывоз запрещён, курить его имеют право только местные аристократы. Вы специально купили в Понто другой табак и курили его здесь, чтобы заглушить запах «Сати». Но нюх Безмолвных лучше, чем вы думаете.

—Какой опытный убийца! Я недооценил вас, — заказчик снял шляпу в знак уважения. —Если бы можно было бы, я бы пригласил вас выпить, но сейчас неподходящее время.

Он вышел. Когда его шаги затихли в коридоре, Джулиано повернулся к Энцо.

—Он действительно муканский аристократ?

—Несомненно. И его положение не так уж низко, а его господин, должно быть, ещё влиятельнее.

—Ты собираешься принять это задание?

—За деньги можно сделать многое, — убийца достал из-под плаща изумруд, подаренный заказчиком, и некоторое время рассматривал его на фоне заходящего солнца. —Камень превосходного качества. Заказчик, должно быть, очень богат, было бы глупо упустить такой шанс.

~Этот тип помешан на деньгах! ~ сердито подумал Джулиано. ~Только и думает, что о деньгах! И со мной тоже, только и требует денег! У меня нет денег, так что я должен расплачиваться телом! Несправедливо!

Убийца поднял изумруд перед молодым учеником.

—И ещё, мне понравился этот камень, я хочу его оставить. Если задание будет выполнено, золото останется мне, а камень тебе. Он очень подходит к твоим глазам, из него получится прекрасное ожерелье.

Джулиано застыл, его лицо залилось краской.

—Ты… ты что несёшь, мне не нужна никакая подвеска! — Но он невольно представил себе этот изумруд в серебряной оправе на изящной цепочке, которую Энцо надевает ему на шею… Подожди! Почему у него такие странные мысли? Каких только драгоценностей он не видел? Какие украшения в шкатулке его матери были не дороже изумрудного ожерелья? Почему, когда он подумал о том, что Энцо, возможно, сам надевает ему ожерелье, его лицо вспыхнуло, а сердце бешено заколотилось?

—Безмолвный не может не иметь и пары достойных украшений. А слишком скромный вид может вызвать презрение у заказчика, — Энцо убрал камень. —Пойдём выпьем в таверне, заодно разузнаем, что за человек этот виконт де Лоншо. Зайдем по очереди, чтобы не привлекать внимания.

Они спрыгнули с балкона, вернулись в рощу тутовых деревьев, оседлали лошадей, объехали таверну и подъехали к главному входу, сняли маски и, притворившись обычными посетителями, вошли внутрь.

Глава 16. Истории героев начинаются в тавернах

Едва Джулиано успел сесть в таверне, как за окном сверкнула ослепительная вспышка белого света, а через несколько секунд небо разразилось оглушительным грохотом, и тут же хлынул проливной дождь. Летние и осенние грозы в Ролране всегда начинались внезапно. Он удачно вошёл, успев укрыться от дождя. Энцо повезло меньше. Он пропустил Джулиано вперёд, а сам задержался и теперь мок под дождём.

Молодой ученик выбрал место в углу и заказал ужин на двоих и два бокала игристого вина. Он взял свой бокал и отпил из него, а через некоторое время напротив него отодвинули стул, и ножки заскрипели по полу.

—Промок до нитки? — с усмешкой спросил Джулиано.

Энцо сел и расстегнул промокший плащ. Несмотря на плащ, он всё равно сильно промок, золотистые волосы прилипли к щекам и шее, и с них всё ещё капала вода. Он откинул волосы назад, отжал их, а затем встряхнул, позволив мокрым прядям рассыпаться по плечам. Неяркий свет таверны отражался в его золотистых волосах, образуя вокруг них туманный ореол. Он взял свой бокал, залпом выпил него содержимое, его кадык двигался вверх-вниз при каждом глотке. Джулиано отвёл взгляд, делая вид, что наблюдает за посетителями таверны, но на самом деле думал только об Энцо. Мокрый и беззаботный убийца был невероятно сексуален. Их первый раз был в воде, и он навсегда запомнил мокрого Энцо. И до сих пор при виде ванны он невольно вспоминал руки Энцо, сжимавшие его талию, и силу, с которой тот входил в него… Летом, в жару, Энцо после любовных игр любил выпить бокал ледяного игристого вина. От всего этого Джулиано чувствовал, как его бросает в жар, а низ живота сводит спазмом.

Ещё немного, и им, возможно, придётся попросить хозяина таверны выделить им отдельную комнату. К счастью, в этот момент раздался чистый звук, похожий на перебор струн, и он отвлёк внимание Джулиано, да и не только его, но и большую часть посетителей таверны.

В таверне то и дело выступали музыканты, ничего необычного, музыка и песни были привычным фоном, на который иногда даже не обращали внимания. Но как только этот бард коснулся струн, громкие разговоры, смех и звон посуды в таверне мгновенно прекратились, и все повернулись к источнику звука.

Посреди таверны сидел одинокий бард, на коленях у которого лежала лютня. Он настраивал инструмент. После каждого подкручивания струны он перебирал её. У барда было молодое лицо, но волосы белые, как снег. Похоже, они были окрашены или же он родился с таким цветом волос. Он был одет в длинную белую мантию, фасон которой напоминал старинный наряд. В любом случае, обычные люди так не одевались. Наверное, артисты всегда старались выделяться своим внешним видом, чтобы привлечь внимание. Толстый хозяин таверны поспешно поставил рядом с бардом алхимический светильник, чтобы осветить его, а затем, согнувшись, тихо удалился, словно боялся своими грубыми действиями помешать его вдохновению.

Бард настроил лютню и сыграл небольшой отрывок. В таверне стояла тишина, лишь тихая и чистая мелодия, словно журчание ручья, перетекающего через камни. Мелодия сменилась популярной любовной песней, рассказывающей о тернистом пути молодого человека к сердцу любимой. Бард запел в унисон с музыкой, его голос, словно на крыльях лебедя, перелетал над головами слушателей. У него был немного хрипловатый голос, но в нём была своя особая прелесть. Когда он пел, казалось, что даже молнии отступают, и до конца песни никто не услышал ни единого раската грома.

Допев последнюю строчку, бард прижал струны, заглушая их, и слегка поклонился слушателям. Все словно очнулись ото сна. Неизвестно, кто первым начал аплодировать, но вскоре в таверне раздались громкие аплодисменты, крики и возгласы, которые заглушили даже раскаты грома снаружи. Многие предлагали барду вина. Но бард сделал лишь глоток воды, вытер губы и попросил официанта унести стакан, а затем начал играть вторую мелодию. Её темп был намного быстрее, чем у первой, а мелодия — более энергичной. Джулиано понял, что это песня о приключениях императора Дариана в молодости, она была хорошо известна всем.

В таверне снова возобновились разговоры и звон посуды. Постепенно песня стала приятным фоном и не привлекала столько внимания. Бард словно растворился в атмосфере. Конечно, оставалось несколько человек, которые по-прежнему внимательно слушали песни. Джулиано был одним из них. Но, по правде говоря, он не столько наслаждался песнями, сколько был увлечён бардом.

~Молодой Дариан, из простолюдинов,

~С большими амбициями отправился в путь.

~Отправился в путь, чтобы спасти мир,

~С мечом в руке, он смело странствовал по свету…

Что-то коснулось ноги Джулиано под столом. Он судорожно втянул воздух и чуть не подпрыгнул, как кот, наступивший себе на хвост. Никто вокруг не заметил его странного поведения. Он отвел взгляд от барда и повернулся к своему спутнику.

—Что ты делаешь?! — прошипел он, понизив голос.

Энцо откинулся на спинку стула, подпёр щёку рукой, а другой крутил бокал. Он нарочно задел Джулиано ногой под столом, соблазняя молодого ученика. Лицо Джулиано вспыхнуло, краска от ушей распространилась на шею.

—Посмотри на себя, ты весь ушёл в себя, — усмехнулся Энцо, прищурив глаза. —Он что, так хорош собой, этот бард?

~…Дорога не ладилась, грянул снег,

~Юный герой заблудился в горах.

~Долгая ночь, кровь стыла,

~Но вдруг увидел вдали тёплый огонёк.

—Я смотрел не на барда, — пробормотал Джулиано. —Я смотрел на его лютню.

Энцо взглянул на барда: —А что в ней особенного?

Джулиано приблизился к убийце и прошептал: —Смотри внимательно, на ней вырезана роза, а это знак знаменитого мастера Игнасио Антильона. Антильон жил в начале Второй империи, его работы сохранились в небольшом количестве, и их цена не по карману простому барду.

—О? Я не очень разбираюсь в инструментах. Инструменты Антильона действительно такие дорогие?

Джулиано довольно приподнял брови. За время знакомства с убийцей он наконец-то нашёл хоть что-то, в чём превосходит Энцо.

—Несколько лет назад аукционный дом Ванессы продал арфу Антильона за двенадцать тысяч золотых лус.

Энцо замолчал. За восемьсот лус можно было купить жизнь самого виконта, а ценность двенадцати тысяч лус было нетрудно оценить.

—Может быть, лютня барда — подделка, — сказал Энцо. Джулиано с удивлением заметил в его голосе нотку ревности.

—Возможно. Если бы была возможность, я бы рассмотрел её поближе…

~…В снежную ночь, в таверне, собирались странные люди,

~Встреча судьбы, как удивительно!

~Имена, думаю, не стоит называть,

~Слушатели, вы, наверное, уже знаетееее

~Грабо из Серых Крыльев, мастер стратегии;

~Кейслер из Ледяного порта, бесстрашный воин;

~Волшебница Амандина из озера, прекрасная и смертельная;

~Стрелок Олмеда с лучом, прозванный «пробивающим сто шагов»…

Песня достигла своей первой кульминации: молодой Дариан, покинувший родные края, из-за снега заблудился в горах и случайно попал в таверну. В этой таверне уже собралась группа путешественников, спасающихся от непогоды: Грабо, Кейслер, Амандина, Олмеда… Эти люди, связанные невидимой силой, встретились в снежную ночь с будущим императором, и с этого момента начался величественный период истории. Позже некоторые из них стали правой рукой Дариана, другие погибли на поле боя, защищая мир и достижения, третьи выбрали путь врагов императора, и лишь единицы дожили до естественной смерти, став хранителями легенд.

Но бард не упомянул одного человека. Ни в одной песне, ни в летописях, ни в книгах об этом не говорится, потому что император Дариан запретил людям петь о ней. Но все знали о её существовании — о драконьей богине Рештани. Говорили, что когда-то она приняла облик молодой женщины и помогала императору Омарану создать империю; позже она явилась и Дариану, помогая ему в его начинаниях. Но император Дариан запретил говорить о ней. Причин этому было множество: одни утверждали, что Дариан хотел монополизировать внимание Рештани, поэтому запрещал кому-либо общаться с драконьей богиней; другие говорили, что Рештани покинула Дариана после его восхождения на престол, и молодой император так горевал, что не хотел слышать её имя. Спустя сотни лет, после падения империи и возрождения древних богов, поклонение драконьей богине угасло, и все забыли её историю.

~И ещё один, главны Дариан, будущий император,

~Прибывает в таверну, распахивает двери,

~И с грохотом на сцену выходит герой!

БАХ!

В тот момент, когда бард произнёс эти слова, дверь таверны с силой распахнулась!

Все были ошеломлены этим внезапным событием и, как по команде, повернули головы и уставились на вход. В таверну вошёл промокший до нитки человек. У него были каштановые волосы, он был немолод, на поясе висел длинный меч, волосы и одежда были мокрыми, что придавало ему жалкий вид. Молодой человек, по-видимому, тоже был ошеломлён всеобщим вниманием и застыл на месте, не зная, что делать.

Это было представление, подготовленное бардом, или просто совпадение?

Через некоторое время молодой человек пробормотал: —Какие же доброжелательные люди в Понто, — и захлопнул за собой дверь. Через несколько секунд снова зазвучала музыка барда, и он начал петь следующий куплет. Все поняли, что появление этого молодого человека было просто странным совпадением. В таверне всё быстро вернулось на круги своя, люди снова заговорили и стали слушать музыку, а о молодом человеке быстро забыли.

Он встряхнул мокрыми волосами, снял капающий плащ, повесил его на руку и огляделся. В таверне почти все места были заняты, и только за одним столом в углу сидели два человека, и оставалось ещё одно свободное место. Молодой человек широко улыбнулся и направился к этому столу. Его улыбка была открытой и обезоруживающей.

—Добрый вечер, — молодой человек остановился у столика Джулиано и Энцо, —Здесь занято? Не возражаете, если я присоединюсь?

Глава 17. Путешествие Антуана

Джулиано изумлённо открыл рот. Что это значит? Этот молодой человек хочет присоединиться к ним? Почему именно к ним? Не заговор ли это?

Он инстинктивно хотел отказать молодому человеку, но Энцо опередил его и, подняв левую руку, пригласил его сесть: —Конечно, нет, садитесь.

Молодой человек повесил мокрый плащ на спинку стула и беззаботно уселся. Джулиано, как рыба, уставился на Энцо, безмолвно требуя объяснений. Убийца спокойно пил, совершенно не реагируя на него.

Незнакомец подозвал официанта, заказал самую дешёвую еду и осторожно спросил о цене вина, а после холодного ответа официанта печально покачал головой и заказал только воду. Было видно, что он беден и изо всех сил старается экономить.

Энцо незаметно приподнял бровь.

—Три бокала медовухи, — сказал он официанту. —Самой лучшей. —Затем он повернулся к молодому человеку: —Я угощаю.

Молодой человек поспешно замахал руками: —Нет, нет, нет, как же так, мы совсем не знакомы, как я могу принять ваше предложение?

—Я вижу, что вы промокли, вам нужно выпить, чтобы согреться. Если вы действительно не хотите, то не надо.

—Эмм… Я… А… Ну, тогда я не буду отказываться, — сдержанно поклонился молодой человек.

Вскоре подали ужин и три бокала вина. Энцо поднял бокал и сказал: —За здоровье, — а двое других ответили ему тем же. После этого Энцо вежливо спросил: —Как вас зовут?

—Меня зовут Антуан, — с набитым ртом сказал молодой человек.

—Меня зовут Энцо, а это мой компаньон Джулиано, — с улыбкой представился Энцо, как будто это была обычная случайная встреча, когда люди спрашивают друг у друга имена и откуда они родом, а затем, когда они снова отправляются в путь, эти имена превращаются в рассеянный дым, который уже не вспомнишь.

Молодой человек по имени Антуан проглотил картошку, запив её глотком вина. Он вытер рот рукавом и спросил: —Вы из Понто?

—Нет, мы просто проездом.

Антуан сказал «О», и его карие глаза выразили разочарование. Хотя он и пытался скрыть это, Энцо заметил.

—Почему-то вы выглядите не очень довольным. Если вас что-то беспокоит, не могли бы вы рассказать нам об этом? — Энцо сложил руки под подбородком, выглядя серьёзным и непоколебимым. Джулиано невольно восхитился актёрскому мастерству убийцы. Как посторонний человек мог не открыться ему и не рассказать о своих проблемах?

Антуан действительно был обманут его актёрской игрой. —Я… Это… Мне как-то неловко, — неловко улыбнулся он и потёр волосы. —Я подумал, что вы влиятельный человек в Понто, поэтому хотел вас кое о чём попросить, но… эх, ладно. — Он вздохнул.

—О? И что же это такое? Я, конечно, не важная птица, но я бы хотел помочь вам, чем смогу.

Антуан колебался лишь мгновение, а затем, словно прорвало плотину, на него обрушился поток жалоб.

—Я из маленькой деревушки на границе Ролрана, нет, она настолько отдалённая, что, даже если я скажу её название, вы её не узнаете. Это владения барона де Уврелея. Недавно в горах возле нашей деревни внезапно появились бандиты, которые объявили себя хозяевами и грабили всех проезжих торговцев, и теперь ни один торговец не смеет приходить в нашу деревню. Никто не знал, что делать, поэтому меня отправили просить помощи у барона. Наконец я добрался до замка барона де Уврелея, но барон сказал, что горы, где засели разбойники, не входят в его владения и что он не несёт за них ответственности, поэтому отказался посылать солдат и посоветовал мне обратиться к барону де Навиону.

Чем больше говорил Антуан, тем более подавленным он становился. Энцо заказал ему ещё один бокал вина. Чем больше медовухи он выпивал, тем разговорчивее становился.

—Я подумал, что мои земляки возлагают на меня все надежды, как же я могу вернуться ни с чем? Поэтому я отправился во владения барона де Навиона, но по пути мне приходилось избегать разбойников. Это был мой первый дальний поход… Я много раз сбивался с пути и добрался до замка барона де Навиона только через несколько дней. Но я никак не мог ожидать, что барон умер!

Он покачал головой, словно отгоняя дурные мысли: —Управляющий замком сказал мне, что несколько недель назад барон внезапно скончался без всякой причины. Управляющий не имел права отправлять войска, ему оставалось только ждать, пока новый хозяин не унаследует титул. Но у де Навиона не было ни детей, ни братьев, только несколько дальних родственников, и никто не знал, кто унаследует его поместье. Я провёл в замке больше месяца, и однажды в поместье де Навиона прибыл отряд хорошо вооружённых солдат. Командовал ими приближённый виконта де Лоншо.

Услышав имя «виконт де Лоншо», Джулиано невольно вздрогнул. Этот виконт и был целью, которую таинственный заказчик велел им устранить! Невероятно, что он услышал это имя из уст случайного знакомого!

Энцо коснулся его ноги под столом, взглядом прося сохранять спокойствие. Антуан не заметил их переглядываний и продолжил: —Командир заявил, что предки виконта состояли в родстве с семьёй де Навионов, и у них есть брачный договор, подтверждающий это. Поэтому виконт де Лоншо должен унаследовать титул и земли покойного барона.

После этого он понизил голос, словно рассказывая какой-то секрет: —На самом деле я думаю, что этот брачный договор был подделан, и не только я, но и все в замке так считают. Но что мы можем сделать? У виконта де Лоншо сильная армия, никто не сможет с ним справиться, поэтому он «законно» унаследовал титул и имущество покойного барона.

Закончив свой рассказ, он снова заговорил обычным тоном: —Таким образом, горы, где засели бандиты, стали владениями виконта де Лоншо. Я попросил командира солдат уничтожить бандитов, но он ответил, что подчиняется только приказам виконта, а тот сейчас в Понто. Мне ничего не оставалось, кроме как отправиться в Понто.

Джулиано молча выслушал рассказ Антуана. По выражению его лица было видно, что визит к виконту де Лоншо не удался. История оказалась довольно запутанной, но в ней не было ничего необычного. Джулиано не раз становился свидетелем интриг между дворянами, и в Венессе было много случаев захвата чужого имущества. Судя по этому, виконт де Лоншо был очень амбициозным человеком, и, возможно, именно это привело его к гибели.

—Итак, вы встретились с виконтом? — спросил Энцо.

—Конечно, нет, — Антуан расстроился ещё больше. —Я еле добрался до Понто, но управляющий виконта сказал, что он болен и не может принимать гостей. И ещё, что у виконта скоро день рождения и что воевать в это время нехорошо, поэтому он попросил меня прийти в следующем месяце. Но как я могу так долго ждать! Я уже почти три месяца не дома, не знаю, что там с деревней… Поэтому я поспрашивал кое-кого в городе. От двух прачек я узнал, что виконта вообще нет в Понто! Он покинул город с группой своих людей несколько месяцев назад и больше не возвращался, а куда он уехал, прачки не знают. Виконта нет, управляющий лжёт на каждом шагу, я просто в отчаянии…

—Так ты хочешь вернуться домой?

—Я не могу вернуться без подкрепления! — воскликнул Антуан. Он говорил так громко, что окружающие начали смотреть на него с любопытством и недовольством. Он закрыл рот и виновато опустил голову.

—Раз уж вы не собираетесь возвращаться домой, зачем вы тогда вышли из города и пришли в эту таверну за городом?

Антуан неловко потянул себя за край одежды. —Потому что… потому что отели и еда в городе очень дорогие, а за городом дешевле. Я так долго отсутствовал, что почти все мои деньги потрачены, поэтому мне нужно экономить. На самом деле я даже не могу позволить себе остановиться в отеле, но я был бы очень рад, если бы нашёл место под крышей, чтобы переночевать. Было бы ещё лучше, если бы хозяин разрешил мне спать в сарае или конюшне…

Он замолчал и внезапно покраснел: —Только не поймите меня неправильно! Я не хочу брать у вас взаймы! Ни в коем случае! Я просто хотел спросить, не могли бы вы уговорить управляющего послать солдат или помочь мне найти виконта?

Энцо задумчиво посмотрел в сторону: —Оказывается, виконта де Лоншо нет в Понто… Из за этого все становится сложней…

—Эмм? Что вы сказали? Я не расслышал…

Энцо собирался ответить, но внезапно раздался громкий хлопок, и дверь таверны выбили ногой.

Это был уже второй раз за вечер, и на этот раз тот, кто выбил дверь, был явно груб и невежлив. Посетители таверны замолчали, музыка барда прекратилась, и все дружно посмотрели на дверь.

В таверну ворвался отряд солдат, полностью вооружённых и настроенных воинственно. Хозяин таверны поспешил им навстречу и с улыбкой сказал: —Господа! Не ожидал, что вы меня посетите. Видите, все места заняты… Ой! — Командир солдат оттолкнул хозяина таверны. Толстяк с криком отступил на несколько шагов назад и, не удержавшись, упал на землю.

Посетители не испытывали симпатии к этим озлобленным солдатам. Несколько человек тут же бросили монеты на стол, расплатились за еду и собрались уходить. Капитан взмахнул рукой, и солдаты одновременно обнажили мечи. Все они были хорошо обучены, у них были острые взгляды и хорошее снаряжение. На их форме был вышит герб де Лоншо, а на щитах с красным фоном и белыми лилиями была вышита золотая комета.

—Сидеть! — свирепо закричал капитан. —Всем сидеть! Никому не двигаться! Кто сдвинется с места, тот преступник, и не вините меня в этом !

Джулиано инстинктивно отпрянул назад, но позади была стена, и он не мог пройти сквозь неё. Этот отряд пришёл за ним! Приказ из Ванессы добрался и до Ролрана! В таверне так много людей, его наверняка узнали! Может быть, кто-то только что выскользнул из-за стола и сообщил солдатам? Нет, он не должен сдаваться!

Рука ученика-убийцы медленно опустилась под стол и схватила рукоять меча, спрятанного под плащом. Но чья-то рука схватила его за запястье. Джулиано повернул голову и увидел, что Энцо незаметно подобрался к нему.

—Не делай резких движений, — прошептал убийца. —Не делай глупостей. Приказ из Вайннессы недействителен в Ролране. Они пришли не за тобой.

Холод охватил его с головы до ног, словно огромная когтистая лапа. Энцо крепче сжал его руку. Тепло, исходящее от руки убийцы, прогнало ужас. Джулиано с трудом выдохнул, отпустил рукоять меча и, переплетя пальцы с пальцами убийцы, попытался почерпнуть у него силы. С Энцо рядом ему стало намного лучше. Он знал, на что способен Энцо. Где-то в глубине души он знал, что Энцо защитит его.

Капитан обвёл взглядом всех присутствующих и, чеканя шаг, направился в центр таверны. Все взгляды последовали за ним. Хозяин таверны дрожал и прятался под столом. Капитан вынул из-за пояса меч и направил его в угол таверны. Острый кончик меча отражал холодный свет алхимического светильника.

—Хватайте этого барда!

Глава 18. Тюремное заключение

Бард поставил лютню на пол, поправил мантию и поднялся.

—Господин, я всего лишь бедный бард, зарабатывающий на жизнь пением. Не знаю, чем я вас обидел?

—Бард? Хм! Скорее шпион! — фыркнул капитан. —Сегодня кто-то видел, как ты подозрительно околачивался возле поместья виконта. Ты точно собирал информацию!

—Это какое-то недоразумение, — спокойно ответил бард. —Я отправился в поместье виконта, чтобы спеть для него, но его превосходительство был нездоров, поэтому у меня ничего не вышло. Я не занимался сбором информации.

—Кто будет слушать твою ложь! Хватайте его!

Двое солдат схватили барда за руки и скрутили их за спиной. Ему пришлось согнуться, когда солдаты вытащили его из таверны. Он сохранял спокойствие и невозмутимость, и на его лице не было того волнения, которое обычно испытывает невиновный.

Грубое задержание человека солдатами возмутило всех присутствующих. Однако посетители, опасаясь власти капитана, не смели ничего сказать. Но нашёлся один человек, который встал из-за стола и яростно сказал: —Как вы можете просто хватать людей без всяких доказательств? А как же закон!

Молодой Антуан нахмурился и положил руку на рукоять меча: —Виконта нет в городе, кто приказал вам это сделать?

Капитан с холодным презрением посмотрел на Антуана и усмехнулся: —О? Ты много знаешь о виконтет — Он сделал несколько шагов по направлению к Антуану, прищурился и добавил: —Я тебя узнал, ты тоже был сегодня в поместье виконта и тоже что-то вынюхивал… Ты сообщник этого барда!

Антуан замер, а потом разозлился ещё сильнее: —Что за чушь! Я его не знаю! Я пришёл повидаться с виконтом по важному делу. Управляющий виконта может это подтвердить!

—Управляющий? Ха! Это он сказал, что рядом с поместьем бродят подозрительные личности! — С этими словами капитан подал знак солдатам, и несколько солдат медленно окружили Антуана. Посетители, понимая ситуацию, отступили, освобождая место.

Антуан выхватил меч.

Джулиано попытался отступить, как и другие посетители, но Энцо схватил его за плечо и силой прижал обратно к стулу. Убийца пристально следил за мечом в руке Антуана, словно что-то обдумывая.

В воздухе запахло порохом. Достаточно одной искры, чтобы произошёл взрыв.

Антуан сделал небольшой шаг вперёд. Джулиано замер. Он знал, что молодой мечник собирается атаковать!

Энцо молниеносно схватил со стола деревянную вилку и бросил её в Антуана. Вилка, словно копьё, выпущенное богом, попала точно в локоть молодого мечника. Антуан от боли разжал пальцы, и меч со звоном упал на землю. Энцо был позади Антуана, поэтому, кроме Джулиано, никто не заметил его движений. Солдаты, не понимая, почему он внезапно сдался, набросились на Антуана и повалили его на землю.

—Отпустите меня! Вы отпускаете меня! Вы обвиняете невиновного!

Один из солдат ударил его ногой в живот. Антуан послушно закрыл рот.

Джулиано изумлённо посмотрел на Энцо. Зачем он напал на Антуана? Было очевидно, что солдаты были неправы. Даже если Энцо не собирался помогать Антуану, он не должен был причинять ему вред!

—Не двигайся, — тихо сказал Энцо.

Разобравшись с Антуаном, капитан переключил свой гнев на двух других людей, сидевших с ним за одним столом: —Вы кто такие? — его острый взгляд скользил по лицам Энцо и Джулиано. —Вы сидите рядом с этим мальчишкой, может, вы его сообщники?

—Недоразумение, — спокойно сказал Энцо. —Мы его не знаем.

Капитан явно не хотел тратить время на выслушивание оправданий Энцо и решил, что лучше ошибиться и убить невиновного, чем упустить виновного. Он приказал двум своим подчинённым схватить Энцо и Джулиано. Джулиано смотрел на Энцо. Если бы убийца подал знак, он бы тут же продемонстрировал все свои умения и сразился с этими солдатами. Но Энцо просто сдался и даже отдал своё оружие! Недавно они были убийцами, скрывавшимися в толпе, а теперь вдруг стали заключёнными, причём по собственной воле! Он не мог в это поверить! Неужели это тот самый Безмолвный, который устроил резню на улицах Венессы?

***

—Уведите их в темницу! — приказал капитан.

—Заходите!

Тюремщик грубо толкнул Джулиано. Он пошатнулся, упал в камеру и врезался в Антуана, и они оба покатились в кучу заплесневелой соломы. Энцо вошёл следом, но он был гораздо изящнее и спокойнее. Когда тюремщик толкнул его, он слегка коснулся плеча тюремщика, отбросив его в сторону, и вальяжно вошёл в камеру, оставив тюремщика стоять в недоумении.

В камере их уже ждал бард. Он сидел, скрестив ноги, у стены, и его белая мантия была безупречно чистой, как будто это была не тёмная сырая камера, кишащая крысами, а уютная таверна. Казалось, что если бы ему дали лютню, он бы тут же начал своё выступление. Джулиано вспомнил, что лютня барда осталась в таверне «Романтическая ссылка», и у него не было возможности проверить, было ли это произведение Игнасио Антильона.

Тюремщик запер дверь, ухмыльнулся им, показав гнилые зубы, и быстро провёл левой рукой по горлу, словно насмехаясь над их неминуемой смертью. Джулиано, держась за решётку камеры, смотрел, как тюремщик уходит. Как только его косолапая фигура исчезла в тёмном углу, он тут же повернулся и схватил Энцо за воротник, чуть не разорвав красивую одежду убийцы.

—Что это значит? — не сдержавшись, закричал он.

Бард с интересом наблюдал за ними, а Антуан сидел в углу, обхватив колени, стараясь быть как можно менее заметным, чтобы не попасть под горячую руку разъярённого Джулиано. Энцо сделал знак, прося Джулиано успокоиться. К сожалению, его ученик не собирался его слушать.

—Что мы теперь будем делать с работой? А? В тюрьме мы ничего не можем сделать! Спасибо тебе за твоё спокойствие! И что теперь? Нас лишили не только оружия, но и свободы! Ты вообще думал головой?

Энцо нетерпеливо нахмурился, схватил Джулиано за плечо и с силой прижал к решётке. Джулиано вскрикнул. Ругательство уже готово было сорваться с его губ, но Энцо поднял указательный палец левой руки и приложил его к губам Джулиано, призывая его к тишине. Затем убийца открыл рот и выплюнул проволоку.

Глаза Джулиано чуть не выскочили из орбит.

—Ты… ты… всё это время держал это во рту? — От одной мысли о вкусе проволоки его затошнило. —Когда ты…?

—Как раз тогда, когда ты угрожал тюремщику словами: “Не смей трогать наши вещи, или тебе не поздоровится.“

—Ты умеешь открывать замки? — с придыханием спросил Джулиано. —Тогда чего ты ждёшь? Быстрее вытащи нас отсюда! Нет! Зачем ты вообще нас сюда привёл?

—Джулиано, Джулиано, — Энцо покачал головой и с сожалением произнёс его имя. —Тебе ещё многому нужно научиться.

—Не тяни резину, говори!

—Ты заметил одежду тюремщика?

Джулиано покачал головой.

Энцо объяснил: —Его одежда отличается от одежды солдат. На одежде тюремщика был вышит только герб виконта де Лоншо, а на одежде солдат над гербом была комета.

—Что это значит?

—Я знаю, знаю! — Антуан вдруг с большим энтузиазмом вмешался в разговор учителя и ученика. —Я видел такие же знаки! Во владениях барона де Навиона! Помните, я говорил, что виконт де Лоншо отправил солдат захватить владения барона? У этой армии был такой же флаг — красные лилии на белом фоне, а сверху комета. Это немного отличается от герба виконта де Лоншо, верно? — он с тревогой посмотрел на Энцо, как прилежный ученик, ожидающий похвалы от учителя. Стоявший рядом бард с любопытством посмотрел на него.

Джулиано по-прежнему ничего не понимал. Бард прочистил горло, привлекая всеобщее внимание. Только тогда остальные трое поняли, что не знакомы с этим заточенным поэтом.

—Простите, а как вас зовут…? — вежливо спросил Антуан.

—Можете звать меня Рехи, — ответил поэт. Все четверо представились друг другу, и атмосфера между ними внезапно стала напряжённой. Но поэт, казалось, не обращал на это внимания, как будто давно привык к таким ситуациям, когда все ведут себя осторожно, боясь сказать лишнее слово.

—Как бард, я знаком с гербами разных стран и регионов, а также с эмблемами различных групп и организаций, — сказал он. —Эмблема с кометой принадлежит наёмникам «Северная комета». Кроме них, я не знаю других лордов или групп, которые использовали бы комету в качестве эмблемы.

Джулиано совсем запутался. Антуан явно был так же растерян, ему оставалось только изобразить на лице огромный вопросительный знак.

—Эмблема с кометой принадлежит какой-то группе наёмников, как она могла оказаться на одежде солдат в Понто? — пробормотал Джулиано. —Неужели эти солдаты не гвардия виконта де Лоншо, а нанятые им наёмники? Я слышал, что некоторые наёмники добавляют герб своего нанимателя к своему собственному, чтобы показать свою принадлежность, но у виконта де Лоншо нет недостатка в солдатах. Зачем ему нанимать целый отряд наёмников?

Антуан хлопнул себя по бедру.

—А что, если у него их действительно не хватает? Чтобы захватить владения барона де Навиона и подавить восстание крестьян, нужно много людей. Возможно, гвардии Понто недостаточно, поэтому он предпочёл нанять армию, которая будет работать на него за деньги.

—Если весь отряд «Северная комета» отправился воевать, то кем же тогда являются солдаты, которые нас схватили? — спросил Джулиано у Антуана. —Я не верю, что виконт де Лоншо доверил бы управление главным городом группе наёмников из-за границы. У него же есть собственная гвардия.

Никто из них не хотел уступать другому, поэтому оба повернулись к Энцо. Они недолго знали Антуана, но молодой мечник невольно относился к Энцо как к мудрому и надёжному старшему товарищу.

—Возможно, в Понто больше нет достаточного количества солдат, — с полуулыбкой сказал Энцо. — Антуан ведь говорил, что несколько месяцев назад лорд покинул город со своими людьми и до сих пор не вернулся. Я полагаю, что большинство солдат покинули город вместе с лордом, и остались только старики и инвалиды, такие как этот хромой тюремщик. После ухода солдат наёмники «Северная комета» взяли на себя охрану Понто, следя за порядком, и особенно подозрительно относятся к тем, кто пытается узнать о местонахождении лорда, не упуская никого, кто хоть как-то причастен к этому, как мы с тобой.

Энцо тихо рассмеялся, и эхо его смеха разнеслось по темнице.

—У виконта де Лоншо явно есть какой-то большой секрет.

Джулиано вздрогнул: —Какой секрет? — Он посмотрел на Энцо, спрашивая: “Это связано с нашей задачей?“

—Антуан, вы бывали во владениях барона де Навиона. Скажите, там плодородные земли или изобилие ресурсов?

Антуан поднял голову и задумался: —Вроде бы ничего особенного, почти все как и в моей деревне. Там не то что нет богатых земель, там даже бедно.

—Если это так, то зачем виконту де Лоншо тратить кучу денег, нанимая «Северную комету»? Неужели только для того, чтобы захватить бедствующий приграничный регион? Боюсь, что десятилетние налоги оттуда не покроют комиссионные этого отряда.

—Это… Вы очень хорошо сказали… — Антуан почесал затылок. —Но факт остаётся фактом. Виконт очень сильно хочет заполучить эти земли. Неужели он стремится не к самой земле, а к чему-то другому?

Улыбка на лице Энцо стала ещё шире. Когда ученик добивался успеха, он всегда выражал такое одобрение. Джулиано уставился на Антуана, и в его сердце внезапно вспыхнула какая-то безымянная ярость. Раньше Энцо улыбался только ему. Откуда взялся этот бедняга, почему он отбирает награду, которая должна была достаться только ему? Через мгновение ярость исчезла. Джулиано загрустил. Антуан подумал о том, о чём он не подумал. Его мыслительный процесс был не таким быстрым, как у этого молодого мечника. Антуан был примерно его возраста и осмелился отправиться в самостоятельное путешествие, а он всё ещё должен полагаться на Энцо… Не разочаровал ли он Энцо?

Убийца не оставил без внимания печаль на лице Джулиано. Он многозначительно коснулся руки молодого ученика, а затем обратился к Антуану: —На горе возле вашей деревни, которую заняли бандиты, случайно нет руин крепости или форта, или, на худой конец, сторожевой башни?

Антуан потерял дар речи, и его глаза наполнились восхищением: —Есть, есть! Откуда вы знаете? Вы там были?

—Нет, я только предполагаю, — ответил Энцо. —Я думаю, что виконт на самом деле хотел захватить эту гору, или, точнее, то, что в ней спрятано. И бандиты, внезапно занявшие эту гору в последнее время…

Он усмехнулся: —Вероятно, это был сам виконт де Лоншо и его люди.

Глава 19. Побег из тюрьмы

—Я думаю, что виконт на самом деле хотел захватить эту гору, или, точнее, то, что в ней спрятано. И бандиты, внезапно занявшие эту гору в последнее время…

Энцо усмехнулся: —Вероятно, это был сам виконт де Лоншо и его люди.

Джулиано и Антуан изумлённо разинули рты. С чего бы виконту становиться разбойником? Это просто невероятно! Бард же ничуть не удивился и с улыбкой наблюдал за троицей. То ли он, как и Энцо, давно догадался о местонахождении виконта, то ли его актёрское мастерство позволяло скрывать любые эмоции.

—Зачем виконту это делать? — Антуан схватил Энцо за рукав и принялся трясти изо всех сил. —Ну же, скажите причину! Я не верю… Как виконт мог отказаться от своей благородной жизни и стать бандитом?

Энцо невозмутимо вытащил рукав из рук молодого мечника и, скрестив руки на груди, сказал: —Сначала это были просто догадки, но когда вы сказали, что на горе действительно есть руины форта или крепости, я понял, что это правда.

—А что особенного в этих руинах? Разве это не… руины?

—Это не обычные руины, а крепость, охранявшая «Врата в Подземелье», которая в древности, должно быть, была очень величественной и процветающей. Но со временем всё изменилось, и остались только руины. Но даже руины, вероятно, намного прочнее обычных крепостей, построенных людьми. Использовать их в качестве лагеря для разбойников — просто расточительство.

Глаза барда загорелись: —Ах, вы хотите сказать, что под этими руинами находится древний подземный город и что виконт хочет завладеть сокровищами, которые оттуда не вынесли?

Антуан посмотрел на поэта, потом на Энцо и, наконец, обменялся с Джулиано взглядом, полным сочувствия: —О чём вы говорите? Я ничего не понимаю.

Поэт объяснил: —В древние времена, до того, как император Омаран поднял меч, до прихода «Бога Драконов», когда люди были всего лишь варварским племенем на южном острове, миром правили древние боги, или, как мы их сегодня называем, многочисленные антагонистические боги-близнецы. Их слуги жили и размножались на земле: эльфы правили надземным миром, а гномы — подземным. Они построили множество великолепных городов и храмов для поклонения богам. Позже пришёл Бог Драконов, и это вызвало затяжную войну, которая почти уничтожила тогдашний цивилизованный мир. И тогда древние боги послали множество летающих кораблей, называемых «Чёрными журавлями», и забрали своих слуг в звёздное царство. Лишь те, кто не успел сесть на корабли, остались на земле и погрузились в долгий сон. Говорят, древние гномы любили накапливать сокровища, но это золото и драгоценности нельзя было взять на «Чёрные журавли», поэтому они остались в подземных городах. С тех пор авантюристы, одержимые жаждой наживы, постоянно мечтают о том, чтобы найти двери в подземелье и отправиться на поиски сокровищ в заброшенный древний город… Если руины на этой горе действительно являются фортом, охранявшим врата, то разбойники, захватившие форт, кажутся очень подозрительными. Возможно, грабежи это лишь прикрытие, а их настоящей целью являются сокровища, спрятанные под землёй.

После объяснений поэта Джулиано быстро всё понял. Гора находилась во владениях барона де Навиона, и, чтобы не спугнуть зверя, нужно было сначала захватить эти владения. В таком случае причина смерти прежнего барона де Навиона становится ещё более подозрительной. Антуан сказал, что он «внезапно скончался», но разве бывают такие совпадения? Скорее всего, виконт де Лоншо его отравил. Связано ли с этим желание тайного заказчика лишить виконта жизни? Что он говорил? «…он родственник моего хозяина, но некоторые его проступки сильно разозлили и расстроили хозяина.» Неужели планы виконта уже раскрыты, вызвав недовольство какой-то важной персоны, и поэтому он хочет убить виконта, чтобы тот ничего не рассказал? Или, может быть, сам тайный заказчик хочет заполучить сокровища под горой и поэтому хочет устранить виконта как помеху?

—Неужели виконт решился на такое рискованное дело ради этих сокровищ… — пробормотал Джулиано.

—Разве это обычные сокровища? — сказал Энцо. —Не говоря уже о комиссионных какого-то отряда наёмников, этих сокровищ, вероятно, хватит, чтобы нанять десять таких отрядов, завоевать весь Ролран и помочь виконту стать королём. Как ловко виконт всё рассчитал.

—Мы должны остановить его! — взволнованно вскочил Антуан. —Мы больше не можем позволять виконту творить зло безнаказанно! Но… — он огляделся. —Сейчас мы заперты… — Он с надеждой посмотрел на Энцо. —Точно! Вы умеете открывать замки! Вы можете нас спасти!

Глядя на его радостное лицо, Джулиано снова почувствовал душевную тоску, как будто вся влажная и мрачная атмосфера ролранского летнего ливня скопилась у него в груди.

—Раз уж мы всё равно рано или поздно выберемся отсюда, зачем было так глупо позволять себя арестовывать?

Энцо вертел в руках проволоку: —Нельзя было просто так ссориться с солдатами в таверне. К тому же мне нужно было уточнить кое-какую информацию у Антуана, поэтому я пошёл с ними.

Услышав имя «Антуан», Джулиано затосковал ещё сильнее. Он раздражённо спросил: —Теперь мы можем идти?

Энцо перестал вертеть проволоку в руках и внезапно лёг на пол, прижавшись ухом к земле и прислушиваясь к тихим и загадочным звукам, доносившимся из-под земли. Эти звуки постепенно затихали в воздухе, но земля верно передавала их ушам слушателя.

«—Двое… нет, трое, — Энцо пытался различить шаги. — Среди них есть хромой, наверное, это тот самый тюремщик, который нас сюда посадил. Они… бросают кости? Да, наверное, они играют на деньги.

Он выпрямился, стряхнул пыль с рук: —У нас нет оружия, мы не можем идти напролом. Нужно выманить их сюда, и мне понадобится ваша помощь. — Он повернулся к барду Рехи: —Не могли бы вы помочь мне разыграть сценку?

—Это то, чем я зарабатываю на жизнь, — ответил поэт.

***

Хромой Маан бросил кости на стол. Три белых кубика из слоновой кости упали на стол, издав чёткий и приятный звук. Его собутыльники уставились на кости широко раскрытыми мутными глазами, словно пытаясь силой взгляда заставить кости выпасть так, как им нужно. В итоге на двух кубиках выпало пять и четыре очка, а один кубик скатился со стола. Маан выругался и нырнул под стол в поисках слоновой кости. Сидевшие рядом Ран и Генри тоже наклонились, боясь, что он засмеётся, пока ищет кость.

—Аааааааааааааааа! — пронзительный душераздирающий крик раздался из глубины тюрьмы.

Трое под столом переглянулись. Ран соображал быстрее остальных, но не любил говорить, поэтому обычно молчал. Он указал на источник крика, а затем на всех троих, давая понять, что им нужно пойти и посмотреть, что там происходит. Маан скривился. Он подумал, что для того, чтобы выяснить такую мелочь, нужно идти втроём? Когда этих заключённых сажали, их всех обыскали, всё оружие и драгоценности лежат в комнате тюремщиков, да и заперты они за решёткой. Что они могут натворить? Но раздался ещё один вопль, перемежающийся¹ криками: «Не убивайте меня! Пощадите! —Он невольно напрягся.

—Давайте пойдём, — сказал он.

Трое вылезли из-под стола, Генри шёл впереди, а Маан с его больными ногами позади. Четверо заключённых содержались в камере в самом конце тюрьмы. Чтобы добраться до неё, нужно было пройти по извилистому Z-образному коридору. По обеим сторонам коридора располагались камеры, но все они были пусты. Они повернули за первым поворотом коридора и увидели в конце прямого прохода лежащего на земле человека. Судя по седым волосам, это был бард. Он лежал лицом вниз, и из-под его головы растекалась лужа крови.

Трое одновременно мысленно обругали богов. Как бард мог выбраться из камеры? Генри выхватил меч, плюнул на землю и, робея, подошёл к лежащему на земле человеку. Двое других шли позади него. Они смотрели только на лежащего поэта и не заметили, что в камерах по бокам коридора совсем не пусто, что тюремные ворота открыты и что из-под гнилой соломы на них смотрят две пары горящих глаз.

Бард неподвижно лежал в луже крови. Генри осторожно коснулся спины поэта тупой стороной своего меча, но ответа не последовало.

—Он… он, кажется, мёртв!

Внезапно из прохода слева от него вылетело что-то похожее на острую иглу и вонзилось в запястье руки, державшей меч. Он вскрикнул от боли, выронил меч, и тот упал на землю. Он схватился за запястье и пронзительно закричал. И только тогда он понял, что это была проволока.

Из темноты на него бросилась чья-то тень, перекатилась по земле и схватила лежащий меч. Генри инстинктивно отступил, но вдруг чья-то ледяная рука схватила его за лодыжку. Он потерял равновесие и шлёпнулся на землю, только тогда поняв, что его схватил за лодыжку был притворявшийся мёртвым бард.

Тень в темноте оттолкнулась от стены и бросилась на Генри. Меч в её руках рассекал воздух, словно шипящая ядовитая змея. Меч поразил ногу Генри, и кровь брызнула во все стороны. Генри катался по земле от боли, а его промежность была холодной и мокрой.

—Пощадите! Пощадите меня! Я всего лишь простой тюремщик, я должен кормить семью, пожалуйста, не убивайте меня!

В этот момент двери камер по обеим сторонам коридора со стуком распахнулись, и из них выскочили два человека, каждый из которых схватил Рана и Маана за шею. Оба тюремщика даже не успели крикнуть, их ноги дёрнулись в воздухе, и через мгновение они задохнулись и потеряли сознание. Двое отпустили тюремщиков и позволили им упасть на землю.

Это были Джулиано и Антуан. Джулиано, прошедший подготовку Энцо, знал, какое усилие нужно приложить, сдавливая шею, чтобы убить человека, а какое — чтобы только лишить его сознания. Тюремщики были всего лишь маленькими винтиками в механизме, они не делали ничего плохого, и он не хотел напрасно брать на душу грех, поэтому просто усыпил их. Он посмотрел на Антуана и увидел, что солдат, которого схватил молодой мечник, тоже был без сознания. Неужели Антуан тоже умеет незаметно нападать? Где его обучали, как он мог превзойти его?

Джулиано надулся и отвернулся, не желая больше смотреть на Антуана.

Тюремщик, которого Энцо ранил в ноги, всё ещё кричал от боли. Энцо не собирался его убивать, а просто оглушил. Рехи встал и оторвал кусок ткани от одежды тюремщика, чтобы вытереть кровь с лица. Это была не его кровь. Чтобы всё выглядело реалистично, Джулиано и Антуан пролили немного своей крови. Джулиано проявил особую активность, чтобы не отставать от молодого мечника.

Четверо нашли в комнате тюремщиков несколько мотков верёвки и, связав оглушённых тюремщиков по рукам и ногам, заперли их в отдельных камерах, чтобы они не смогли проснуться и помочь друг другу выбраться. Их вещи и личные принадлежности, которые у них отобрали при задержании, были сложены в сундук в углу комнаты. У поэта ничего не было, его вещи и лютня остались в гостинице, и с собой у него не было даже монеты. Остальные трое нашли своё оружие и вещи.

Энцо забрал обратно два меча и личные вещи. Открыв сумку, он долго копался в ней, затем проверил ящик, но не нашёл ничего, кроме кучи старой одежды. Он вернул мечи на пояс, накинул плащ и с угрюмым выражением лица вернулся в самую дальнюю камеру коридора, открыл дверь, схватил за шиворот потерявшего сознание тюремщика того самого, которого он ранил в запястье и дал ему две пощёчины.

Тюремщик медленно пришёл в себя и, увидев лицо Энцо, снова начал кричать:

—Аааааааааааа! Не убивайте меня! Пощадите!

—Заткнись, — Энцо отбросил его и, выхватив меч, приставил его к горлу тюремщика. —Где мой драгоценный камень?

—Какой драгоценный камень? Я не знаю…

Энцо ничего не ответил, наступил на раненую ногу тюремщика и нажал. Тюремщик снова истошно закричал: —Ааааааааааа! Пощадите! Я скажу! Я всё скажу! Этот драгоценный камень! Этот драгоценный камень забрал капитан! Он отнёс его управляющему! Это всё, что я знаю!

———————————————————

1. Перемежающийся¹ — это прилагательное, которое означает “чередующийся” или “появляющийся через промежутки”. Оно описывает что-то, что происходит не постоянно, а с перерывами или сменяется чем-то другим.

Пример: “В лесу раздавались перемежающиеся звуки птиц и насекомых.” (звуки то птиц, то насекомых)

Глава 20. Покидая Понто

Энцо оглушил тюремщика. Он был в ярости, а лицо его было мрачным, как будто надвигалась разрушительная буря, сначала сгустились тёмные тучи и засверкали молнии. Джулиано никогда не видел его таким злым. Он невольно испугался, опасаясь, что убийца обрушит свой гнев на них.

Энцо поправил рукава, его холодные серебристо-серые глаза переместились на Антуана: —Управляющий живёт в поместье лорда? Поместье находится недалеко отсюда?

Антуан беспомощно разевал рот, как выброшенная на берег рыба: —Э-э… да… я имею в виду… да, поместье лорда совсем рядом, это самое большое и величественное здание… Я думаю, управляющий тоже там.

—Как выглядит управляющий?

—Низкий… невысокий, лет сорока с небольшим, седые волосы, смуглая кожа, с маленькой бородкой. — Антуан изо всех сил старался вспомнить встречу с управляющим, опасаясь, что его описание недостаточно подробное и это вызовет недовольство Энцо что и так так было достаточно велико.

—Мне нужно кое-что взять. Вы уходите, встретимся за городом.

—Ты собираешься найти управляющего?! — воскликнул Джулиано. — Ты с ума сошёл? Сейчас нужно бежать, нечего больше об этом думать! Это всего лишь камень!

Он в отчаянии посмотрел на Рехи, надеясь, что поэт заступится за него.

—Да, господин, ваш спутник прав, — голос поэта был низким и спокойным, он звучал особенно убедительно. —Золото и драгоценности это всего лишь внешние вещи, не стоит сейчас об этом думать.

Антуан энергично закивал, соглашаясь с поэтом: —Точно! К тому же уже поздно, городские ворота наверняка закрыты. Как мы выйдем из города, чтобы встретиться за городом, без вашей помощи?

—Это моя вещь, и я должен её вернуть.

У Джулиано разболелась голова. Когда это Энцо стал таким упрямым? И что это за разговоры о том, что любовь к деньгам — его неизлечимая черта? Он не беден, поэтому не должен обращать внимание на какой-то камень. Хотя… хотя Джулиано тоже хотел бы вернуть камень, потому что Энцо сказал, что в будущем камень будет принадлежать ему, но, в конце концов, жизнь важнее вещей, и если бы они потеряли всё из-за его возвращения, это было бы крайне невыгодно.

—Хорошо, даже если тебе действительно важен этот камень, с твоими способностями у тебя будет много возможностей вернуть его в будущем, так что не торопись!

Энцо уставился на него: —Я думал, ты поддержишь меня. Это ведь тоже твоя вещь.

—Она мне не так уж и нужна! Я не хочу, чтобы ты рисковал ради того, без чего можно обойтись!

Убийца пристально смотрел на него, в его серебристо-серых зрачках бушевали неясные эмоции. Через мгновение он с досадой вздохнул: —Ладно, о камне поговорим потом. Пошли.

Все остальные трое одновременно вздохнули с облегчением. Все они понимали, что если Энцо действительно что-то задумал, то никто не мог его остановить. К счастью, он смог передумать.

Энцо приказал Антуану и Джулиано взять по мотку верёвки, и все четверо выбрались из темницы. В городской страже в то время не хватало людей, за темницей никто не следил, лишь время от времени мимо проходил патруль. Казалось, что даже погода сегодня была на их стороне: шёл проливной дождь, в воздухе висел лёгкий ночной туман, и даже с фонарями было трудно разглядеть, что происходит дальше чем в десяти шагах. Четверо пробрались к городской стене, ускользнули из-под носа стражников и, перекинув верёвки, перелезли через стену. Лишь однажды они чуть не попались: возможно, из-за того, что белая мантия Рехи слишком выделялась в ночи, она привлекла внимание сторожевого пса. Собака вцепилась в подол платья поэта и зарычала. Поэт взглянул на собаку с невыразимым ужасом в глазах, и пёс тут же поджал хвост и убежал.

***

Была уже глубокая ночь. Хозяин таверны «Романтическая ссылка», проводив последних посетителей, готовился к закрытию. Как обычно, он приказал нескольким работникам прибраться, расставить столы и стулья, закрыть двери и окна. Сегодня вечером было действительно опасно. В его таверне оказались четыре подозрительных человека, из-за которых он чуть сам не стал заключённым. Он потрогал свой толстый отвисший подбородок, всё ещё испытывая тревогу. Багаж и лютня барда остались в таверне, а лошади двух других привязаны в конюшне. Если они не вернутся, а солдаты не придут конфисковывать их, то все эти вещи станут его собственностью? Эта лютня, вероятно, стоит не так уж много, но лошади — просто чудо, и их можно либо продать, либо оставить себе, это будет отличным приобретением. Жаль только барда. За один день его выступлений таверна заработала больше, чем за всю прошлую неделю.

Толстый хозяин с удовольствием подсчитывал прибыль. Внезапно из конюшни донеслось два громких ржания. Неужели кто-то крадёт лошадей? Неужели этот новый конюх опять спит? Совсем никуда не годится!

Он схватил алхимический подсвечник и, переставляя свои короткие ноги, побежал в конюшню.

Снаружи шёл сильный дождь, казалось, что с неба льётся вода со всего океана. Фонарь в конюшне раскачивался на ветру и с трудом освещал фигуру молодого конюха, лежащего на земле. Две лошади уже были выведены из конюшни. Толстый хозяин поднял алхимический подсвечник и в тусклом свете отчётливо разглядел, что рядом с лошадьми стоят те самые четверо подозрительных посетителей, которых сегодня арестовали.

—Ах! Это вы! — пронзительно закричал хозяин. —Вы… сбежали из тюрьмы?

Алхимический подсвечник выскользнул из его рук, и свет внезапно погас. Сзади чья-то рука закрыла хозяину рот, и что-то холодное прижалось к его шее.

—Тсс. Не двигайся.

Толстый хозяин теперь уже точно не осмеливался двигаться!

Молния прочертила небо, осветив землю. В этот миг хозяин увидел, что рядом с лошадьми стояли трое — светловолосый мужчина, юный мечник и бард. Четвёртый, должно быть, стоял позади него и держал оружие у его шеи!

—Если ты будешь вести себя смирно, я тебя не убью.

—У-у-у-у-! — дрожа, согласился хозяин.

—Я спрашиваю, где лютня барда?

—М-м? У-у-у-у! — пробормотал хозяин. Человек сзади отпустил его, и он, дрожа, сказал: —Лютня… за стойкой, я не смел её трогать, ждал, пока вы, господа, вернётесь за ней!

—Хм, ты слишком красноречив, — сказал человек сзади.

Лезвие убрали от его шеи. Хозяин только успел вздохнуть с облегчением, как вдруг почувствовал боль в затылке. Перед глазами у него всё потемнело, ноги подкосились, и он потерял сознание.

Джулиано, оглушив толстого хозяина, кивнул поэту: —Я пойду за лютней, а вы свяжите их и заткните им рты. Закиньте их в конюшню, чтобы никто не заметил.

На лице Антуана отразилось сложное выражение. Казалось, он хотел что-то сказать, но Энцо бросил ему моток верёвки и сказал: —Делай, как он говорит.

Молодой мечник почесал затылок и подчинился.

Втроём они разделили работу: Антуан занимался оглушённым толстым хозяином и конюхом, а Энцо и Рехи седлали лошадей. Вскоре вернулся Джулиано. Боясь, что сильный дождь повредит лютню, он снял свой плащ и завернул в него лютню. Поэт взял лютню и с большой нежностью погладил её.

—Спасибо, на самом деле тебе не нужно было так стараться ради меня.

—Не стоит, это совсем рядом. К тому же, твоя лютня…

Энцо бросил на них холодный взгляд, вскочил на коня и, наклонившись к Антуану, сказал: —Садись.

—А? — Антуан выглядел растерянным. —Я? Разве ты не с Джули…

—Не болтай! — Энцо схватил его за руку и без церемоний втащил на лошадь.

Джулиано заметил действия этих двоих. Он закусил губу, в его глазах словно горел огонь. Но он сдержался и сказал барду: —Рехи, похоже, нам двоим придётся ехать на одной лошади.

—Э-э-э… ты такой добрый, я совсем не умею ездить верхом и очень беспокоюсь о том, что мне делать.

—Не волнуйся, ты сядешь впереди меня, и я точно не дам тебе упасть.

Джулиано помог Рехи сесть на лошадь, а сам сел позади него. Он обхватил руками талию поэта и взял поводья. Энцо, повернув голову в седле, скривился и сказал: —Антуан, тебе лучше крепко держаться, во время дождя и на кочках ты точно можешь упасть.

—О-о-о! Хорошо! — Антуан мёртвой хваткой вцепился в талию Энцо, как утопающий хватается за бревно.

Энцо ударил коня по брюху, конь заржал и помчался под ночным дождём. Джулиано не хотел отставать и отпустил поводья. Однако конь под ним не очень-то его слушался и остался стоять на месте. Молодой ученик чуть не лопнул от злости. Внезапно бард наклонился и что-то прошептал коню на ухо, и конь, словно поняв, что ему сказали, помчался галопом, догоняя остальных.

Две лошади, каждая с двумя пассажирами, мчались под ночным дождём, покидая Понто.

Глава 21. Разговор на берегу реки

Четверо всадников скакали всю ночь. На рассвете дождь постепенно прекратился, но они не осмеливались остановиться, опасаясь, что их догонит стража из Понто.

Они не осмеливались ехать по дороге, поэтому углубились в лес и пошли вдоль ручья, чтобы течение скрыло следы копыт. Только когда уже почти наступил полдень, а лошади выбились из сил, они остановились передохнуть. В этом месте ручей постепенно расширялся, и, судя по звуку, где-то поблизости, возможно, был водопад.

Четверо всадников спешились и отпустили лошадей, чтобы те напились воды и поели травы. Антуан развёл костёр на берегу ручья, так как был день, и они не боялись, что огонь выдаст их местонахождение. Все четверо промокли до нитки под дождём, и их одежда до сих пор не высохла, поэтому они сняли её и разложили на камнях, чтобы просушить, а сами расположились вокруг костра, надеясь, что этот небольшой огонь поможет им согреться. Если бы кто-то посторонний случайно забрёл в лес в это время, он, должно быть, сильно испугался бы этой сцены и решил бы, что наткнулся на четырёх голых извращенцев.

Джулиано нарочно придвинулся к барду, стараясь держаться подальше от Энцо и Антуана. Молодому мечнику ничего не оставалось, кроме как сесть рядом с убийцей. Энцо выглядел совершенно равнодушным и ковырял палкой костёр. Бард тоже был спокоен и расслаблен. Он снял плащ, в который был завёрнут его инструмент, и достал лютню. Благодаря плащу лютня совсем не промокла. Он сел, скрестив ноги, положил лютню на колени и дёрнул за несколько струн. Зазвучала мелодичная музыка.

Джулиано только хотел сказать: «Как красиво, сыграй ещё раз», но Энцо, сидевший напротив костра, внезапно саркастически хмыкнул: —Разве вы не боитесь, что звуки лютни привлекут преследователей?

Поэт резко прижал струны, останавливая звучание: —Простите, я не должен был играть. — Затем он отложил лютню в сторону.

У Джулиано в груди всё сжалось, словно там лежал огромный камень. Это место находится в глубине леса, кто ещё, кроме них, мог слышать звуки лютни? К тому же рядом есть водопад, который может заглушить все остальные звуки. Энцо наверняка специально придирается к Рехи, чтобы смутить его. И вот, только что поддел поэта, как тут же начал заигрывать с Антуаном.

—Антуан, у вас хороший меч, — убийца нарочито похвалил меч Антуана.

Молодой мечник тут же сказал: —Нет-нет-нет, это всего лишь обычный меч. Ваш меч тоже великолепен!

Энцо вытащил меч Антуана и, глядя на него при солнечном свете, сказал: —Настоящая красавчик.

Антуан покраснел. Когда кто-то хвалил его меч, он сам гордился им: —Его зовут Жилиз.

Энцо приподнял бровь.

—И у него такое милое имя?

—Да, его дал мне мой учитель. На самом деле это не мой меч, учитель одолжил его мне перед моим уходом. Когда я вернусь домой, мне придётся вернуть его.

—О? Я вижу, что вы отличный фехтовальщик, так что ваш учитель, должно быть, тоже великий мастер меча. Не могли бы вы назвать его имя? Если будет возможность, я бы очень хотел с ним встретиться.

—Вы так меня хвалите, что я даже не знаю, что и сказать. Если вы не против, то, конечно, вы можете приехать к нам в гости, мой учитель, безусловно, тоже будет рад, потому что вы превосходный фехтовальщик, и к тому же вы спасли мне жизнь. Полагаю, у вас тоже был хороший учитель?

Выражение лица Энцо изменилось: —Да, у меня был… когда-то был…

—Что? Неужели ваш учитель умер… э-э-э, я хотел сказать… что… ладно, я не должен был упоминать об этом…

—Всё в порядке, это было давно.

Если бы взгляды могли убивать, Антуан уже умер бы тысячу раз, потому что, пока он разговаривал с Энцо, Джулиано злобно сверлил его взглядом, словно бритвой проводя по его шее. Но Антуан, погрузившись в разговор с Энцо, совершенно не замечал этого жгучего взгляда.

Джулиано, поняв, что его взгляды не могут остановить их сближение, решил просто игнорировать их. А затем он повернулся к барду: —Можно взглянуть на вашу лютню?

Поэт кивнул и передал ему лютню. Джулиано, держа инструмент в руках, внимательно рассматривал выгравированную на нём розу. Он водил пальцами по плавному контуру розы, ощущая неровную поверхность. На мгновение он почувствовал, что вернулся в прошлое, в свою комфортную жизнь аристократа, где его окружали шёлк, вино и музыка.

—Определённо работа мастера Игнасио Антилиона.

—Вы это знаете? — глаза поэта загорелись, как у золотоискателя, нашедшего золото в реке.

—Этот знак, — Джулиано указал на розу на лютне, —символ Антилона. Его работы бесценны, и их нигде не достать, вы точно не простой человек.

Рехи с улыбкой забрал лютню: —Вы мне льстите, я всего лишь нищий странствующий бард. Эту лютню мне передали по наследству.

—Ваши предки, должно быть, были необычными людьми.

—Говорят, что мои предки сопровождали императора Дариана в его завоевательных походах по всему миру и получили много наград, но до моего поколения дошла только эта лютня.

Джулиано подумал, что Рехи, оказывается, был обедневшим аристократом, и его положение чем-то напоминало его собственное. Он странствует и зарабатывает на жизнь выступлениями, и, должно быть, ему приходится нелегко, но даже так он не продаёт свою лютню. Это семейная реликвия, как её можно продать? У Рехи есть свои принципы, аристократическая гордость, как… как у него самого…

На противоположной стороне костра Энцо бросил на них взгляд и тут же с энтузиазмом спросил Антуана: —А вы умеете ездить верхом?

—Умею, но… я ездил только на деревенских лошадях, которые пашут поле, и делаю это очень плохо, не так, как вы.

—Тогда я научу тебя.

Антуан вздрогнул: —А? Это… я… спасибо за доброту, но, мне кажется, в этом нет необходимости…

—Почему это нет необходимости? — Энцо обнял Антуана за плечи. —Когда мужчина отправляется в путешествие, умение ездить верхом — это базовый навык. Это очень просто, ты быстро научишься.

Антуан передернулся. Даже будучи таким тугодумным, он почувствовал на себе пронзительный взгляд, устремлённый на них с противоположной стороны костра. Взгляд Джулиано был ужасающим, как будто он хотел задушить его. Что же он такого сделал, что Джулиано так враждебно к нему относится? Неужели ему не нравится, что он учится ездить верхом? Молодой мечник озадаченно почесал затылок. Нужно придумать какой-нибудь предлог, чтобы отказаться!

—Э-э-э… я думаю, нам лучше этого не делать. Посмотрите! Мы скакали всю ночь, лошади тоже устали, пусть отдохнут! В будущем, в будущем у нас ещё будет такая возможность!

С этими словами он робко посмотрел в глаза темноволосому юноше. Как только их взгляды встретились, взорвался настоящий пороховой склад. Джулиано в ярости бросил в костёр сухую ветку. Пламя взметнулось вверх, разлетелись искры. Он раздражённо встал и, не оборачиваясь, схватил полусухую одежду, лежавшую на камне, и натянул её на себя.

—Я пойду посмотрю что впереди, — прорычал он. —Кажется, там водопад, я разведаю дорогу.

Он кое-как натянул на себя одежду, даже не застегнув пуговицы на груди, но ему было всё равно. Он раздражённо направился к верховьям ручья. Лес был густым, и хотя уже наступила осень, листья ещё не начали опадать. Вскоре его фигура исчезла среди жёлто-зелёных листьев.

—Эй, Джулиано забыл взять меч, и он один… может, ему угрожает опасность? — испуганно спросил Антуан Энцо. Он понял, что наверняка разозлил его, хотя совершенно не понимал почему. Светловолосый мужчина немного посидел на месте, словно наслаждаясь осенним солнцем, а затем медленно поднялся и надел ещё не высохшую одежду.

—Я пойду поищу его, — сказал он и неторопливо направился к верховьям ручья.

Как только он ушёл, Антуан подполз на четвереньках к Рехи: —Господин поэт, Джулиано, кажется, меня ненавидит, разве я что-то сделал не так?

Поэт прикрыл глаза и, поглаживая струны лютни, ответил: —Разве это не естественно?

—Что вы имеете в виду?

—Вы не можете нравиться всем в этом мире. Даже у святых и мудрецов всегда найдётся несколько человек, которые будут их ненавидеть. Так разве не естественно, что вы встретили человека, который вас не любит, а ненавидит?

Антуан выглядел очень обиженным. —Я признаю, что вы правы, но я всё равно не понимаю, чем я его так разозлил? И ещё, Джулиано и Энцо, они что, поссорились? Кажется, их отношения внезапно испортились. Что вообще происходит?

Поэт продолжал играть на своей лютне.

—Разве это не естественно?

—Что вы имеете в виду?

—Даже родители и дети, братья и сёстры, влюблённые и супруги время от времени ссорятся. Как в этом мире могут существовать два человека, которые всегда полностью ладили бы друг с другом и не имели бы никаких конфликтов? Так что разве не естественно, что между ними возникло недовольство?

—Я признаю, что вы правы, но… — Антуан почесал затылок, ему показалось, что этот диалог уже был. —Эх! У вас такой богатый опыт, мне вас не переспорить! Это я слишком недалёк!

Поэт легко сдул несколько пылинок с лютни.

—Разве это не естественно?

—Что вы имеете в виду?

—Потому что у меня больше опыта, чем у вас.

***

В верховьях ручья действительно был водопад.

Белый поток воды низвергался со скалы, словно танцующая шёлковая лента, вода падала в глубокий бассейн под скалой, а затем превращалась в несколько ручьёв, впадающих в лес. До водопада было ещё далеко, но шум воды уже вызывал у Джулиано головную боль. Он боялся даже представить, что будет у подножия водопада. Наверное, подумал он, это будет похоже на бесконечные раскаты грома прямо у него над головой.

Шум водопада был настолько сильным, что он совершенно не слышал шагов, приближавшихся сзади. Когда он почувствовал неладное, человек уже стоял у него за спиной и внезапно похлопал его по плечу. Джулиано втянул в себя воздух, подумав, что на него напали, и инстинктивно потянулся правой рукой к поясу, но тут же вспомнил, что меч остался на месте и он его не взял. Он быстро прыгнул вперёд, перекатился в сторону, увеличивая расстояние, чтобы предотвратить дальнейшее нападение. Когда он встал, то понял, что к нему подкрался не кто иной, как Энцо.

—Что ты здесь делаешь? — раздражённо спросил Джулиано. Он выпрямился и стряхнул пыль с одежды.

Убийца нашёл дерево и лениво облокотился на него.

—Это не твоя собственность, почему ты можешь приходить сюда, а я нет?

Джулиано упёр руки в бока: —Ну надо же! Уважаемый Безмолвный так занят, а у него нашлось время для разведки? Почему бы тебе не остаться со своим новым любимчиком Антуаном?

Энцо накрутил прядь своих золотых волос на палец: —Уважаемый герцог Сакон, вы, в свою очередь, всё время обменивались взглядами с этим бардом и вовсю с ним заигрывали, я удивлён, что вы решили оставить его.

Лицо Джулиано покраснело.

—Ты, ты несёшь чушь! — Он запнулся, оправдываясь: —Мы с Рехи, мы не… Мы говорили об искусстве! Ты понимаешь, что такое искусство?!

—Тогда я просто болтал с Антуаном, чего ты так волнуешься?

Болтал?! Разве Безмолвный не должен лгать? Как этот человек может открыто говорить неправду?! Разве это называется «болтал»? Они уже начали расспрашивать друг друга о том, кто их обучал, как это может быть «болтовнёй»? Если они продолжат в том же духе, не собирается ли он сделать Антуана своим учеником?

Джулиано затрясся от гнева и не смог ничего сказать. Энцо отошёл от дерева и подошёл к нему. Джулиано отступил на шаг, сжал кулаки и слегка поднял руки, готовясь ударить Энцо в лицо. Как только убийца оказался в зоне досягаемости, он тут же нанёс удар. Энцо слегка уклонился, избежав удара. Всё произошло в одно мгновение! Убийца слегка хлопнул его по внутренней стороне руки, с лёгкостью нейтрализовав его силу, затем схватил за сустав и вывернул его, заставив Джулиано вскрикнуть. Он был вынужден развернуться, левая рука не успела дать отпор, и Энцо крепко её сжал.

—Отпусти меня!

Энцо не только не послушался, но и сжал его ещё сильнее. Он прижался к спине Джулиано, одной рукой сковывая его руки, а другой обхватив его за плечо и приподняв его подбородок. Он приблизился к уху Джулиано и тихо засмеялся. Его магнетический голос поразил барабанные перепонки ученика, словно наркотик, попавший в его кровь, отчего он тут же обессилел и его ноги подкосились.

Убийца подул ему в ухо.

—Скажи, — спрашивалон полушутя-полупровокационно, —чего ты так волнуешься?

Глава 22. Под водопадом

Джулиано скривился от боли.

—Это я должен спросить тебя! Чего ты так волнуешься? Разве я и Рехи тебе мешаем?

—Рехи, Рехи, как нежно ты его называешь! Ты убеждал меня не идти за драгоценным камнем, но сам пошёл и забрал лютню для своего поэта. Ты что, думаешь, я слепой и не вижу, что ты неравнодушен к нему?

Как бы Джулиано ни пытался вырваться, у него ничего не получалось. В конце концов он отчаялся и закричал: —Ну и что с того? Лютня была в таверне, так близко, что её можно было взять на ходу! К тому же его лютня — работа Антилона, и она стоит гораздо больше, чем твой драгоценный камень! За твой камень нельзя купить даже струну для лютни!

Как только он выкрикнул это, давление на него тут же ослабло. Он, обессилев, упал на землю и принялся растирать запястье, которое Энцо сдавил до синяка. Убийца смотрел на него свысока. Солнечный свет пробивался сквозь ветви деревьев, превращаясь в мелкие золотые пятнышки, которые ложились на волосы Энцо. Выражение его лица было таким… разочарованным. Он ничего не сказал и просто развернулся, чтобы уйти.

Джулиано в ужасе смотрел на спину Энцо, осознав, что сказал что-то не то. Он просто злился из-за того, что Энцо был близок с Антуаном, но он не хотел унижать Энцо! Когда убийца сказал, что драгоценный камень в виде ожерелья очень подходит к цвету его глаз, он был очень рад!

—Подожди! — Джулиано, спотыкаясь, бросился вдогонку за убийцей, схватил его за рукав, пытаясь остановить. Но Энцо оттолкнул его и пошёл дальше. Джулиано несколько раз упал, но наконец догнал его и обхватил сзади за талию, крепко прижимаясь.

—Не уходи! — Джулиано прижал руки к груди Энцо, впившись кончиками пальцев в рубашку убийцы. —Не уходи! Послушай меня! Я, я просто сказал глупость, не принимай это близко к сердцу! Я специально тебя злил, потому что ты так хорошо относился к Антуану, и я боялся… я боялся, что ты…

Чем больше он говорил, тем грустнее становилось у него на сердце, и в носу защипало. Они с Энцо изначально сошлись из-за равноценного обмена денег на месть. Пока это не мешало его мести, Энцо мог сближаться с кем угодно, это было не его делом. Но он знал Энцо так долго, они вместе делали и то, что нужно, и то, что не нужно, и их близкое общение днём и ночью, казалось, пробуждало в его сердце какие-то другие чувства. Они были и учителем, и учеником, и товарищами, и разве они не были любовниками?

Он всхлипнул: —Я боюсь, что тебя уведут другие, боюсь, что ты будешь учить других и больше не будешь обращать на меня внимания… я очень ревную! Почему Антуан ничего не сделал, но заслужил твою благосклонность? Ты считаешь его умнее меня? Ты думаешь, что если бы это был он, то он стал бы лучшим убийцей, чем я?

Его руки постепенно разжались. Энцо повернулся и поднял лицо ученика. Уголки глаз Джулиано покраснели, а в изумрудных глазах стояли слёзы, готовые вот-вот хлынуть наружу. Энцо нежно поцеловал его в уголок глаза и почувствовал на языке соленый привкус.

—Никто не сравнится с тобой, — прошептал он.

Он приподнял подбородок Джулиано, наклонился и поцеловал мягкие губы юного ученика. Он целовал медленно, поверхностно, как будто хотел растопить множество мелких поцелуев в мелком осеннем солнце. Джулиано закрыл глаза, наслаждаясь их давно забытой близостью, и, воспользовавшись паузой после поцелуя, хрипло сказал: —Пожалуйста, больше не будь так добр к Антуану.

—Я просто хотел выведать у него кое-какую информацию.

—Всё равно нельзя. Поклянись.

Энцо рассмеялся.

—Клянусь, я не буду делать ничего подобного.

С этими словами он ловко поддел пальцем и легко расстегнул нижнюю пуговицу на рубашке Джулиано, и, если бы он приподнял рубашку, можно было бы увидеть напряжённую талию и живот молодого человека. Джулиано тяжело вздохнул, и неудержимая страсть, зародившаяся там, где Энцо коснулся его, разлилась по всему телу. Он смело прижался к убийце, тёрся пахом о пах, пока у того тоже не стало так же твёрдо, как у него.

—Давай сменим место… — умоляюще прошептал он.

Рука Энцо, скользя по животу, добралась до груди, он схватил сосок на правой груди, бесстыдно мял и играл с ним, вызывая стоны и вздохи. —Куда ты хочешь пойти?

—К водопаду… — Джулиано закусил губу. —Там очень шумно, никто не услышит.

Энцо на мгновение замер, показывая, что он удивлён.

—…ты собираешься кричать так громко?

Джулиано открыл глаза.

—Это зависит от того, насколько сильно ты будешь стараться.

За водопадом был естественный маленький грот, в котором могли поместиться два человека. Джулиано и Энцо, толкаясь, оставили одежду на пути и, в конце концов, обнажённые, прошли сквозь водопад и спрятались в гроте. Рёв падающей воды был оглушительным, они едва слышали друг друга.

Энцо прижал Джулиано к скале, поднял одну его ногу и без всякой прелюдии вошёл в него. Джулиано задрожал от боли, но Энцо не дал ему передохнуть и продолжал двигаться глубже, пока полностью не вошёл в его податливую задницу. Маленькое отверстие растянулось до предела, мягкая плоть крепко сжала большой член. Энцо осыпал его грабительскими поцелуями, не давая передохнуть.

Губы Джулиано были заняты Энцо, словно его внутреннюю пустоту заполняло что-то тёплое и мягкое. Джулиано совсем не мог стоять на ногах и поэтому опирался на плечи Энцо, перенося весь свой вес на скалу и убийцу. Сила тяжести тянула его тело вниз, углубляя проникновение.

Сухой проход постепенно увлажнялся, изнутри выделялась прозрачная сперма и стекала по его бедру. Они так хорошо знали тела друг друга и знали, как реагировать. Энцо приподнял Джулиано за колено и прижал его к скале, яростно толкаясь в нём. Джулиано вскрикнул, застонал в ритме движений Энцо, и его крики становились всё более неразборчивыми из-за непрерывных поцелуев. Шум водопада заглушал оставшиеся звуки.

Воздух в гроте был раскалённым.

Джулиано был готов показать Энцо свои похотливые позы. Его тело было вылеплено руками Энцо, и чего только он не видел? Но ему всё равно было очень стыдно. Раньше они занимались этим разве что в саду поместья Амбран, а сейчас — в дикой местности. Неужели кто-то их увидит? Не придут ли Антуан и Рехи из любопытства искать их? Если их застанут за этим двое остальных, он провалится сквозь землю. Но в то же время он втайне надеялся, что эти двое узнают об этом и об их отношениях с Энцо. Он и Энцо были связаны «единственной настоящей» связью… Убийца говорил, что она более нерушима и неразделима, чем другие связи. Никто не должен вмешиваться в их отношения.

Поэтому он бесстыдно кричал, безумно требовал, и даже Энцо, всегда опытный в постели, изрядно потрудился, удовлетворяя его страсть. Они занимались этим, пока у обоих не закончились силы. Джулиано кончил Энцо на живот, а Энцо излился в него.

После любовных утех двое поскользнулись и упали в бассейн под водопадом, чтобы искупаться. Это напомнило Джулиано об их первой встрече. Тоже в воде. Кажется, у них особая связь с водой. Энцо нежно помогал ему очиститься, раздвигая пальцами его отверстие и убирая белую жидкость, попавшую внутрь. Когда он почти закончил, Джулиано остановил Энцо.

—Не убирай всё, — тихо сказал он, покраснев.

—…что ты хочешь сделать?

Джулиано почти не смел смотреть Энцо в глаза!

—Это твоё… я хочу… я хочу оставить это внутри…» — чем тише он говорил, тем сильнее горели его щёки. К счастью, они были в воде, иначе он наверняка сгорел бы от стыда!

—Это будет очень неприятно, — сказал Энцо. —И тебе ещё придётся ехать верхом.

—Я поеду с тобой. Пусть Антуан и Рехи едут на одной лошади.

Энцо вытащил пальцы и хлопнул Джулиано по ягодицам, подняв брызги.

—Хитрый жучок, — усмехнулся Энцо.

***

Антуан босиком, с закатанными штанами, с заострённой палкой в руке стоял в ручье и ловил рыбу. Он вырос в горной деревне и имел большой опыт выживания в дикой природе, поэтому поймать пару рыб для него не составляло большого труда. Он уже поймал двух и теперь искал третью. На костре стояла решётка, на которой жарились его трофеи, а поэт следил за тем, чтобы их еда не подгорела.

—А! Господин поэт, посмотрите! Это Джулиано и Энцо возвращаются! — Антуан приложил руку ко лбу, глядя на верховья ручья. Две фигуры шли вдоль ручья, и разве это не были их ушедшие товарищи? Энцо, казалось, не изменился, но почему у Джулиано такое красное лицо? Антуан подумал, что они, должно быть, сильно поссорились. Но, судя по тому, что они шли плечом к плечу, они, наверное, уже помирились. Только почему у Джулиано снова неправильно застегнуты пуговицы? Перед уходом он неправильно застегнул пуговицу, а теперь неправильно застегнул её с другой стороны, какой же он невнимательный!

Антуан радостно помахал им рукой.

—Эй, Энцо! Джулиано! Вы вернулись! — Когда они подошли ближе, молодой мечник спрыгнул на берег и спросил: —Как прошла разведка?

Джулиано отвернулся и уставился на осеннюю траву на земле, как будто не хотел с ним разговаривать. В глазах Энцо читался смех, и он ответил: —Впереди действительно есть водопад, и дальше пути нет». Он посмотрел на жареную рыбу на костре: —Вы поймали рыбу? Хорошо. Когда поедим, отправимся в путь. Джулиано поедет со мной на одной лошади, вы не против? Он говорит, что его лошадь не слушается его, а слушается только Рехи, ничего не поделаешь.

—Мне всё равно, — пожал плечами поэт.

—Подождите, подождите! Что вы говорите? Куда мы тогда пойдём?

—К горе возле вашего родного города, чтобы покончить с виконтом.

Антуан так испугался, что выронил свой гарпун.

—Вы ведь не шутите? Нас всего четверо, как мы можем победить виконта? У них не только численное превосходство, но и все они хорошо обученные солдаты!

—Я знаю, — Энцо наклонился и поднял гарпун. —Я же не говорил, что буду сражаться с элитными войсками виконта.

Он бережно вложил гарпун обратно в руку Антуана: —Будем сражаться только с виконтом. Тогда будет четверо против одного.

Глава 23. Засада в лесу

Грузовая повозка, запряжённая двумя лошадьми, ехала по пограничной дороге. Осень была в самом разгаре, небо было ясным и безоблачным, поля и далёкие горы золотились, поэтому повозка, казалось, не спешила, замедляя ход, чтобы полюбоваться красотами природы.

Погонщиками были Энцо и Джулиано, оба одетые в простую одежду торговцев, с соломенными шляпами на головах. Антуан и Рехи сидели в задней части повозки. Юный мечник держал в руках свой меч, настороженно оглядываясь по сторонам. Бард держал в руках лютню, наигрывая деревенскую мелодию. Это место находилось далеко от Понто, и, по его расчётам, стражники не должны были их преследовать. Наконец-то у него появилась возможность проявить свой талант и дать волю себе.

Повозка была завалена всякой всячиной: тканями, мехами, солью, двумя бочками вина на которых сидели Антуан и Рейси, а также детскими игрушками, женской косметикой… Все эти товары и повозка были недавно куплены по низкой цене в одном городке. По словам Антуана, если ехать по пограничной дороге на запад, то можно добраться до горы Шевиньон, где обосновались «разбойники». К северу от неё находился родной город Антуана. Путешественники боялись разбойников и больше не смели приближаться к горе Шевиньон. Товары многих торговых караванов скопились в близлежащих городках, так как проехать было невозможно, и они просто распродавали товары на месте. Поэтому Энцо смог выкупить по очень низкой цене все товары одного торговца вместе с его повозкой. Торговец не только не ругал его за то, что он наживался на чужом горе, но, напротив, был ему благодарен. Сжимая руку Безмолвного, он со слезами на глазах говорил, что наконец-то продал товар и теперь может вернуться домой. Остальные торговцы, которым не удалось продать свой товар, с завистью смотрели на этого счастливчика и проклинали Энцо и его спутников, втайне желая, чтобы их ограбили до нитки и они всё потеряли.

Однако они не знали, что именно этого и ожидал Энцо.

—«Разбойники» не только грабят имущество, но и похищают путешественников. Жители деревни говорят, что они делают это ради выкупа, — поделился своими наблюдениями Антуан. —Сначала я думал, что разбойники похищают людей из жажды наживы. Но теперь, хорошенько подумав, я прихожу к выводу, что их цели не так просты. Виконт, должно быть, боялся, что его поиски подземных руин будут обнаружены проезжающими путешественниками. А прикрываясь «разбойниками», он действует гораздо удобнее. Путешественники боятся разбойников и вовсе не приближаются к горе Шевиньон. А те, кто посмелее, становятся пленниками виконта. Кроме того, он контролирует армию в своих владениях… Но почему «разбойники» не убивают людей сразу? Разве это не намного удобнее?

—Должно быть, экспедиция виконта проходит не очень гладко, — сказал Энцо. —Прошло несколько месяцев, а он, должно быть, еще не нашел подземные руины, иначе об этом уже давно бы пошли слухи. Содержание такой большой группы людей требует ресурсов и денег, поэтому они грабят все, что могут, и награбленное становится их запасами. Это даёт нам шанс. Мы, переодевшись торговцами, едем к горе Шевиньон, ждём, когда «разбойники» нападут на нас, и без труда проникаем в их логово.

Конечно, вопрос заключался в том, смогут ли эти четверо, переодевшись торговцами, обмануть «разбойников». Энцо был отличным актёром, и, сменив одежду, он из таинственного убийцы превратился в смелого авантюриста. Джулиано выдавал себя за его ученика, и, если он не болтал лишнего, то тоже выглядел довольно убедительно. А вот Антуан и Рехи совсем не походили на торговцев. Антуан смотрел прямо, с благородным и честным выражением лица, а его походка была чёткой и твёрдой, больше напоминая походку солдата, чем бизнесмена. Что касается Рехи… даже лохмотья грязного нищего не могли скрыть его выдающуюся харизму. Поэтому Энцо придумал компромиссное решение: Антуан будет выдавать себя за их телохранителя, нанятого специально для защиты от разбойников. Рехи же будет притворяться заезжим бардом, который просто едет с ними по пути. Другого подходящего варианта для него они не придумали.

Четверо мужчин выехали рано утром и, то останавливаясь, то продвигаясь дальше, к вечеру наконец приблизились к горе Шевиньон. Вдалеке, между горными вершинами, виднелся серый силуэт, явно отличающийся от природных скал, это явно было искусственное сооружение.

Энцо указал кнутом на этот серый силуэт и спросил: —Это и есть руины крепости на горе Шевиньон?

Антуан вытянул шею, прищурился и долго смотрел, прежде чем подтвердить: —Верно! Это именно она!

—Руины уже заняты ‘разбойниками’. Если мы видим её, то и они, конечно, могут увидеть нас, — Энцо развернул кнут в сторону леса впереди, —Если бы я был разбойником, то устроил бы засаду в том лесу.

Джулиано тут же занервничал. Они вот-вот должны были столкнуться с врагами, приблизиться к своей цели. Сражение при побеге из Понто было лишь небольшой стычкой, а сейчас им предстояло настоящее дело. Он столкнётся с настоящим боем и даже может убить человека! Нет, он должен убить! Именно для этого он изучал искусство Безмолвных! Он невольно крепко сжал короткий меч, спрятанный под плащом, пот на его ладони почти пропитал кожу на рукояти. Он украдкой взглянул на Энцо и, увидев, что на лице убийцы нет и тени беспокойства, немного успокоился.

Энцо, отпустив поводья одной рукой, прикоснулся к запястью Джулиано.

—Не нервничай, — прошептал он ученику на ухо. —Если в лесу действительно засада, то твой вид только выдаст нас.

Джулиано сглотнул: —А что мне делать?

—Не забывай, что сейчас мы всего лишь авантюрные торговцы, идущие на риск. Если появятся ‘разбойники’, можно для вида немного посопротивляться. Но не стоит драться с ними по-настоящему. Наша цель это всего лишь ‘быть схваченными’.

С этими словами он направил повозку к лесу, делая вид, что совершенно не подозревает о возможной засаде. Джулиано, не зная, как себя вести, просто опустил голову, чтобы никто не видел его лица.

—Рехи, у вас еще есть время уйти, — сказал Энцо с легкой насмешкой. —У вас нет смертельной вражды с виконтом де Лоншо, вы просто случайно оказались втянуты в это. Еще не поздно уйти.

—Мне бы, напротив, хотелось остаться с вами, — сказал поэт. —Молодой герой, сражающийся со злым аристократом и ищущий таинственные подземные сокровища, это отличная тема, я хотел бы написать об этом песню.

—Скоро начнётся битва, и мечи не различают своих и чужих. Что, если вы пострадаете?

—Я постараюсь спрятаться.

Джулиано вздохнул. Он уже перестал обращать внимание на Антуана, почему Энцо никак не оставит Рехи в покое?

Повозка въехала в лес, и вокруг сразу же стало темно. Горы и леса, которые только что были так прекрасны, теперь стали мрачными, зловещими и полными опасностей. Даже две лошади, везущие повозку, почувствовали тревогу. Едва въехав в лес, они отказались идти дальше и начали топтаться на месте, фыркая и храпя. Энцо несколько раз крикнул на них, прежде чем они неохотно продолжили путь.

Если бы Джулиано по-прежнему был тем молодым господином, привыкшим к роскошной жизни, он бы не заметил никаких изменений вокруг. Однако он уже был учеником Безмолвного, и его натренированные чувства подсказывали ему, что Энцо не лгал: в лесу действительно была засада. Конечно, он не мог, как Энцо, определить численность противника только по звукам, но он мог хотя бы приблизительно оценить их количество. Их было по меньшей мере шестеро, а может, и больше. Он слышал слабый шелест одежды, задевающей ветви деревьев, тихий звук шагов по опавшим листьям и натяжение тетивы лука перед выстрелом.

—Вот они!

Стрела пронзила опавшую листву и вонзилась в землю перед лошадьми, её оперение всё ещё дрожало. Лошади испугались, встали на дыбы и протяжно заржали. Энцо взмахнул кнутом, пытаясь успокоить лошадей. В этот момент прилетела вторая стрела, со свистом рассекла воздух и вонзилась в колесо повозки.

Даже идиот понял бы, что они столкнулись с разбойниками! Антуан спрыгнул с повозки и обнажил меч. Третья стрела полетела прямо в него! Он посмотрел в небо, и его тёмные зрачки отразили блеск наконечника стрелы. Не раздумывая, он взмахнул мечом и рассек летящую стрелу пополам!

—Разбойники! — закричал он. — Прячьтесь, я с ними справлюсь! — Это было то, чему Энцо научил его заранее. Он играл роль телохранителя, охраняющего повозку.

—Ни в коем случае нельзя отдавать им товар! Мы должны вместе их сдержать! — сказал Джулиано. Это тоже было отрепетировано заранее.

«Авантюрный торговец» и его ученик тоже обнажили оружие. Бард, не собираясь участвовать в сражении, обнял свою лютню и медленно забрался под повозку.

Трое вооружённых мужчин, используя повозку в качестве щита, уклонялись от летящих стрел. Джулиано сначала подумал, что враги сначала попытаются убить лошадей, но, поразмыслив, решил, что лошади — ценный ресурс, и они не стали бы так расточительно их использовать.

Стрелы уже не могли их остановить. Несколько серо-чёрных фигур выскочили из-за деревьев, сверкая холодным оружием. Антуан вырвался вперёд и с криком бросился навстречу врагу, размахивая своим длинным мечом. Джулиано высунул голову из-за повозки, но Энцо тут же пригнул его обратно. Убийца, прислонившись к повозке, эмоционально закричал: —Не лезь! Дурак! Их слишком много, ты не справишься!

Эта фраза лишь подстегнула разбойников. Антуана окружили трое в серых плащах. Сверкали мечи, он едва успевал отражать их удары. Еще четверо в серых плащах окружили повозку с двух сторон, и теперь у «торговца» и ученика не было пути к отступлению.

—Мы сдаёмся! Сдаёмся! — Энцо продолжил демонстрировать своё актёрское мастерство, бросил оружие и поднял руки над головой. Джулиано сделал то же самое.

—Антуан, не сражайся! Береги свою жизнь!

Юный мечник на мгновение замешкался, услышав его крик. Разбойники тут же воспользовались этим: один выбил у него из рук оружие, а двое других, налетев сзади, повалили его на землю и заломили руки за спину.

Битва закончилась меньше чем за три минуты.

—Уведите их! — приказал остальным одетый в серое человек, похожий на главаря. —Товары отвезите в лагерь, а этих отправьте в камеру вместе с остальными пленниками!

Люди в серых одеждах сняли капюшоны. Одни пошли успокаивать лошадей, другие стали пересчитывать товары, третьи связали сдавшихся и погнали их прочь. Все их движения были отточены до автоматизма, что говорило о том, что они проделывали это не раз. Из-под серых плащей виднелись добротные доспехи и оружие, а их длинные луки были сделаны из хорошего дерева. Разве это был вид обычных разбойников с большой дороги? Их снаряжение молчаливо подтверждало предположение Энцо: так называемые «разбойники» на самом деле были людьми виконта де Лоншо. Если бы виконт был чуть более внимательным, он должен был приказать своим людям одеться как попало, чтобы не вызывать подозрений. Должно быть, он либо не подумал об этом, либо вообще не придал этому значения.

Повозку увезли, а Рехи медленно выбрался из-под нее.

—Не убивайте меня, — спокойно сказал он, стряхивая пыль и листья со своей одежды. —Я сдаюсь, я всего лишь странствующий бард, который просто ехал с ними по пути, я не из их шайки, отпустите меня.

В его тоне совсем не было мольбы. Если бы руки Джулиано не были связаны, он бы схватился за голову и в отчаянии катался по земле, убиваясь от неловкости из-за игры Рехи.

“Разбойники” переглянулись.

—Бард? — сказал один из них человеку, похожему на главаря. — Тот учёный совсем плох, может, бард его заменит? В конце концов, они оба люди искусства, так какая разница?

Главарь окинул его свирепым взглядом: —Это совсем не одно и то же! Это дело решит господин. Не тебе здесь рассуждать! Схватить этого поэта и увести вместе с остальными!

Глава 24. Каменная темница

Всем четверым завязали глаза и повели к горе Шевиньон. Лишившись зрения, Джулиано мог судить об окружающем мире только по слуху и запахам. Он чувствовал, как аромат осенней травы и земли постепенно исчезает, как больше не слышно звонкого пения птиц и стрекота цикад, их сменили неприятный запах пота и кожи, лязг стали, ржание лошадей, бормотание людей, звон мечей о броню, скрежет открывающихся и закрывающихся деревянных дверей и волочащихся цепей.

И запах крови и страха.

Он судорожно вздохнул. Этот непередаваемый, сложный запах заполнил его лёгкие, заставляя кашлять. Повязку с его глаз сняли, и в лицо ударил ослепительный свет огня. Джулиано зажмурил воспалённые глаза, из уголков глаз потекли слёзы, и, даже зажмурившись, он видел перед собой золотистые разводы.

Кто-то развязал ему руки и подтолкнул. Он пошатнулся и упал в широкие и знакомые объятия. Он попытался открыть глаза и сквозь пелену пятен смутно увидел лицо Энцо. Через некоторое время зрение вернулось к нему, и он увидел, что находится в просторном каменном зале, очевидно, тюрьме. Огни, которые только что чуть не ослепили его, были факелами, вделанными в стены. Все четверо были заперты здесь. Энцо обнимал его, а Антуан и Рехи сидели рядом. Кроме них, в темнице были и другие люди.

Десяток торговцев или зажиточных крестьян жались по углам каменного зала. Когда Джулиано и остальных ввели в зал, мужчина средних лет в модной одежде бросился к сопровождавшему их человеку в сером, умоляя: —Сжальтесь, господин! Я готов заплатить выкуп! Сколько бы вы ни попросили! Пожалуйста, отпустите меня!

Человек в сером ударил его ногой прямо в лицо: —Теперь ты готов заплатить выкуп? Где ты был раньше? Подождешь, пока до тебя дойдет очередь!

Мужчина средних лет, прикрывая окровавленный нос, лежал на земле, как побитая собака, готовый лизнуть сапоги человека в сером. Но тот брезгливо оттолкнул его, оставив пленных в зале, и ушёл вместе с остальными. Дверь в зал с грохотом закрылась, подняв облако пыли. Когда пыль осела, Антуан с беспокойством опустился на колени рядом с мужчиной, помогая ему подняться: —Вы в порядке?

Мужчина сплюнул кровь и оттолкнул его, не только не поблагодарив, но и презрительно усмехнувшись: —Ха, лучше побереги силы для себя! В такое время взбираться на гору Шевиньон, я думаю, вы совсем с ума сошли! — С этими словами он поплелся обратно в свой угол, свернулся калачиком и ни на чьи обращения не отвечал.

Антуан посмотрел на своих спутников и непонимающе пожал плечами.

Люди в каменном зале, похоже, все были путниками, захваченными «разбойниками». У всех были бледные лица и настороженные взгляды. Никто не хотел разговаривать с новыми «сокамерниками». Джулиано с сочувствием подумал, что они, должно быть, пережили немало страданий, раз дошли до такого состояния.

—Антуан…? — раздался из толпы хриплый и слабый голос. —Это ты? Антуан?

Антуан настороженно навострил уши, словно охотничья собака, в поисках источника голоса: —Кто это? — он повернулся к людям у стены и, немного понаблюдав, удивленно воскликнул: —Господин Грюмо? Это вы?

Из толпы пленников поднялась худощавая фигура. Это был мужчина лет сорока-пятидесяти, с сединой в волосах, щетинистой бородой, впалыми глазами и красными от усталости белками, как будто он много дней не спал. Он, пошатываясь, сделал несколько шагов к Антуану. Юный мечник поспешил навстречу, поддерживая его и помогая сесть.

—Господин Грюмо, не думал, что встречу вас здесь. Вас тоже захватили разбойники?

Грюмо слабо кивнул и, вращая пустыми глазами, посмотрел на трёх спутников юного мечника, но, казалось, ничего не увидел. Антуан объяснил своим спутникам: —Это господин Грюмо, торговец, который часто приезжал в нашу деревню. Его давно не было видно, я думал, что он боится приезжать из-за разбойников на дорогах, а оказалось, что его схватили…

Антуан снял свою куртку, свернул её валиком и подложил под голову Грюмо, чтобы тот мог лечь.

Энцо с любопытством подошёл и, присев рядом с торговцем, вгляделся в его бессмысленные глаза: — Господин Грюмо, меня зовут Энцо, я друг Антуана. Давно ли вас схватили?

Грюмо смотрел на него отсутствующим взглядом: —Я не знаю… Какое сегодня число?

—Двенадцатое число месяца Винограда.

—Меня схватили в середине месяца Пастбищ, получается, прошло уже больше четырёх месяцев… В этой тюрьме не различишь ни дня, ни ночи. Эти разбойники никогда не кормят нас вовремя, так что невозможно засечь время, пока не появится новый заключённый, иначе мы даже не будем знать, какой сейчас день…

Энцо спросил снова: —Всех здесь разбойники требуют выкупа?

—Нет… только нескольких самых богатых торговцев. Некоторые из них не хотели платить, поэтому их жестоко избивали… — говоря это, Грюмо посмотрел на мужчину, который ранее умолял человека в сером, —…некоторых увели, и они так и не вернулись, неизвестно, выкупили ли их семьи или убили…

—Не могли бы вы сказать мне, сколько всего пленников держат разбойники? — он огляделся, —Они все здесь?

Грюмо кивнул, а затем покачал головой: —Я не знаю, я думаю, что все здесь, но даже если есть другие тюрьмы, я об этом не знаю…

Он помолчал и вдруг схватил Антуана за рукав: —Да! Ещё один человек! — сказал он. —Это учёный из университета Акхедуна, разбойники, кажется, хотели, чтобы он им в чём-то помог, и забрали его, неизвестно, жив ли он.

Ранее в лесу один из людей в сером тоже упоминал «учёного» и говорил, что он «уже плох» и что Рейси должен его «заменить». Джулиано подумал: ~Что разбойникам нужно от учёного? Неужели, чтобы он проводил исследования! Это же смешно, как разбойники, ищущие древние сокровища, могут быть связаны с учёными из университетов... ~И внезапно его осенило. ~ Конечно же, исследования! Целью виконта и его людей были древние подземные руины, и учёный, возможно, был экспертом именно в этой области!

Энцо быстро взглянул на Рехи и, успокаивая торговца, сказал: —Я понял, отдохните.

Грюмо уснул. Антуан отвел убийцу в сторону и понизил голос: —Господин, вы же видите, здесь так много невинных людей. Мало просто убить виконта, я должен освободить их всех!

Он смотрел с таким пылом, явно надеясь на помощь Энцо. Убийца не дал однозначного ответа: —Убить легко, а вот спасати трудно.

—Я видел вашу мудрость и ловкость, вы наверняка что-нибудь придумаете! Прошу вас, вы не можете оставить их умирать!

Энцо вздохнул: —Сначала нужно добраться до виконта. Как только мы с ним разберемся, все остальное будет проще… но как это сделать…

Рейси, который до этого спокойно сидел, вдруг вскочил на ноги, и его белые одежды и волосы затрепетали. Казалось, что застоявшийся воздух в камере тоже начал двигаться вместе с ним. Он подошел к каменной двери и, проходя мимо Энцо, одарил его многозначительным взглядом. Энцо понял его намек и, похлопав Антуана по плечу, сказал: —Есть решение.

—Что! Объясните!

Энцо подозвал Джулиано и потрепал его по щеке: —Мы ненадолго отлучимся, а ты останешься здесь и будешь действовать по обстоятельствам.

—Ты уходишь? — Джулиано был потрясён. —Куда ты идёшь? Зачем? Почему ты не берешь меня с собой?

—Конечно, туда, куда нужно, и делать то, что нужно.

—Ты хочешь сказать, что ты пойдешь…

Убивать виконта де Лоншо?

Энцо крепко сжал руку Джулиано, ладонь к ладони. Молодой ученик смотрел на его красивое лицо и никогда ещё не был так встревожен. Энцо собирается оставить его, подумал он. Что он будет делать без Энцо? Он ничего не сможет без него…

Рехи начал барабанить в каменную дверь: —Откройте! Я хочу кое-что сказать!

За дверью послышалась приглушённая ругань: —Да что такое! Кого там принесло?!

Через некоторое время в каменной двери появилась щель. Рейси, глядя на стражника через щель, сказал: —Я бард, и я знаю историю и легенды разных мест. Я знаю, что нужно вашему господину.

Дверь открылась шире.

—Ты… знаешь? — спросил охранник с удивлением и подозрением. Да не ври ты! Что ты можешь знать?!

—Конечно, знаю. Эта гора, «Шевиньон», на древнем языке означает…

—Ладно-ладно! — закричал охранник, перебивая его, словно боялся, что тот договорит фразу до конца. —Для начала я отведу тебя к господину! Но если ты посмеешь обмануть его, — он нарочно звякнул мечом на поясе, —тебе не поздоровится!

Рехи повернулся и позвал Энцо: —Мне нужен этот человек в качестве помощника, он пойдёт со мной.

—Я никогда не слышал, чтобы у бардов были помощники!

Рейси приподнял уголки губ в насмешливой улыбке: —Не стоит его недооценивать, он не так прост, возможно, он знает больше, чем все вы. Кроме того, вас здесь так много, разве вы можете бояться нас двоих?

Охранник с подозрением оглядел его, жестом велел подождать и, повернувшись к остальным охранникам, начал что-то им шептать. Затем он вместе с двумя другими охранниками в сером вошёл в каменную камеру. Один из охранников грубо схватил Рехи за руки, а другой оторвал Энцо от Джулиано.

—Пошли! И я вас предупреждаю, никаких фокусов!

Энцо отпустил Джулиано. Перед уходом он посмотрел на молодого ученика. Может быть, это было ошибкой, но Джулиано показалось, что в глазах убийцы мелькнула грусть. Ученик сжал правую руку в кулак и застыл, глядя на убийцу, их взгляды встретились. Только когда каменная дверь закрылась, прервав их зрительный контакт, он медленно разжал ладонь.

На его ладони лежал золотой символ Бога Истины и Иллюзий.

Глава 25. Подземный туннель

Джулиано прислонился к каменной стене и медленно сел на пол. Пленники в углу сначала с подозрением следили за ним, но со временем потеряли к нему интерес. Джулиано они тоже мало интересовали. Он надел на шею амулет Энцо и спрятал его под одеждой, прямо на теле. Амулет, казалось, обладал какой-то чудесной силой, потому что не нагревался от его тепла. Сколько бы он его ни носил, металл оставался холодным, что напоминало Джулиано об Энцо. Сколько ночей Энцо обнимал его, прижимая свои холодные пальцы к его горячей груди, и вместо того, чтобы остудить его, он, наоборот, разгорался от этого ещё сильнее. С этим амулетом Джулиано чувствовал, что Энцо по-прежнему рядом с ним.

Антуан сидел рядом с Грюмо, заботливо ухаживал за ним и во всем ему помогал. Поначалу Джулиано не питал особой симпатии к Антуану из-за отношения Энцо к нему, но, путешествуя вместе с ним, он постепенно начал замечать очарование юного мечника. К тому же у него не было веской причины завидовать Антуану. Этот простодушный деревенский парень, хоть и был низкого происхождения, владел мечом лучше, чем дворянин Джулиано. Его стиль фехтования был таким, каким его восхвалял Энцо, — «надёжным и основательным». В нём не было ни капли вычурности, каждое движение было уверенным, точным и отточенным. Антуан во время путешествия не отказывался от своей привычки каждый день тренироваться с мечом. Однажды Энцо заметил его и, глядя на него, словно погрузился в транс, а в конце произнёс про себя: ~Хорошо, что он на нашей стороне.

~Должно быть, уже ночь, ~ подумал Джулиано. Пленники в углу в основном спали хотя не было большой разницы, спали они или нет, Антуан все еще сидел, но клевал носом. Джулиано не хотелось спать. Амулет на его груди был слишком холодным, и он начал сомневаться, не слишком ли он горячий?

Каменная дверь с грохотом открылась.

Два человека в сером, вооружённые до зубов, вошли внутрь. Этот необычный визит был подобен камешку, брошенному в тихий пруд: в тихой каменной камере раздались испуганные шепотки.

Один из людей в сером огляделся, словно почувствовав какой-то неприятный запах, и поморщился. Другой, с высокомерным видом, спросил: —Здесь есть кто-нибудь, кто разбирается в медицине?

Пленники недоуменно смотрели на него, словно не понимая смысла его слов. Человек в сером, потеряв терпение, повысил голос и повторил свой вопрос: —Здесь есть кто-нибудь, кто разбирается в медицине?

Мозг Джулиано заработал в бешеном темпе. Люди в сером искали медика, а значит, кто-то был ранен или болен и нуждался в срочной помощи. У врача появится возможность покинуть эту каменную тюрьму! Конечно, он будет под присмотром людей в сером, но это всё равно лучше, чем сидеть в клетке! Он не мог просто сидеть и ждать, пока Энцо что-нибудь сделает. Он не мог возлагать все надежды на другого. Он должен был воспользоваться этим мимолётным шансом! Как только он выберется отсюда, он сможет многое сделать, он сможет помочь Энцо!

—Я немного разбираюсь в травах, — сказал Джулиано, заставляя себя сохранять спокойствие, и поднялся.

Человек в сером, который говорил, оглядел его с головы до ног, словно оценивая его надёжность. В конце концов он махнул рукой:— Идём с нами.

Джулиано инстинктивно коснулся груди. Как только он почувствовал твердый контур амулета, напряжение тут же спало. Он направился к человеку в сером, но вдруг услышал шорох позади.

—Я… я тоже умею! — крикнул Антуан, торопливо вставая. —Я умею вправлять кости, умею перевязывать раны и даже принимать роды у животных!

Первый человек в сером прыснул со смеху, а заметив, что оплошал, поспешил опустить голову и прикрыть рот рукой. Второй человек в сером раздражённо поджал губы и схватился за рукоять меча. Никто бы не удивился, если бы он ударил Антуана. Его напарник остановил его: —Пусть этот парень тоже идёт, может, он нам пригодится.

Получив разрешение, Антуан тут же, как радостный щенок, пристроился за Джулиано. Они последовали за солдатами, покидая каменную комнату. Охранники снаружи взяли кандалы и повязки на глаза и пошли им навстречу. Но сопровождающие солдаты махнули руками, показывая, что в этом нет необходимости, и сказали: —Ведите их вниз. — Услышав это, охранники опустили то, что держали в руках, и сочувственно посмотрели им вслед.

—Что значит «вниз»? — спросил Джулиано. Солдат, который до этого молчал, вел их впереди, а злой солдат шел сзади. Двое пленников шли между ними.

—Не болтай! Врачам язык не нужен! — сказал солдат, шедший позади.

Джулиано решил больше ни о чем не спрашивать. Он закрыл рот, но еще шире распахнул глаза, жадно впитывая все, что видел вокруг, боясь упустить хоть одну деталь.

Они находились внутри каменного здания, а возможно, внутри пещеры. Перед каменной комнатой, служившей тюрьмой, был широкий коридор, по обеим сторонам которого в стены были вмонтированы алхимические светильники. Коридор был прямоугольным, явно не природного происхождения, но Джулиано не мог найти швов между камнями. Пространство, в котором они находились, словно было высечено искусными мастерами из цельного куска скалы. Вероятность «внутренней пещеры» возрастала.

Коридор перед дверью в каменную камеру раздваивался на левый и правый. Солдаты повели пленников в левый. На первый взгляд коридор казался идеально прямым, но Джулиано, прошедший строгую подготовку Безмолвного, мог почувствовать незначительное изменение угла наклона пола. Коридор шёл вниз. Если бы кто-то уронил на пол стеклянный шарик, он покатился бы вперёд.

Стены коридора были украшены алхимическими светильниками, расположенными на расстоянии примерно пяти шагов друг от друга. Когда они приближались к светильнику, он автоматически загорался, а когда проходили мимо, свет гас за их спинами. Похоже, на светильники было наложено магическое заклинание. Джулиано не мог представить, что виконт де Лоншо носит с собой такое количество алхимических светильников, и тем более он не верил, что виконт мог нанять мага для наложения заклинаний на эти светильники. Он мог лишь предположить, что светильники были встроены в стены с самого начала, созданы руками древних мастеров, и спустя тысячелетия их магические свойства всё ещё действовали.

Это действительно древние руины. Они спускались вниз. Что же ждёт их «внизу»? Город древних гномов? Горы золота и драгоценностей? Или неведомая смертельная опасность?

Джулиано невольно снова коснулся амулета на груди. На какой-то момент молодой ученик решил, что ему просто показалось из-за сильного напряжения, амулет словно дрогнул.

И его сердце тоже бешено забилось.

Солдат, шедший впереди, внезапно остановился. Джулиано чуть не врезался в него.

Дальше дороги не было.

Гладкая каменная плита перекрыла проход, преградив им путь. Конечно, древние не стали бы просто так, ради забавы, строить великолепный тупик, чтобы убить время. Скорее всего, кто-то привёл в действие какой-то механизм или использовал магию и опустил эту каменную плиту, перекрыв проход. Рехи рассказывал об истории Древней эпохи богов, когда война драконов разрушила цивилизацию на земле и под землёй, и уцелевшие забрались на «Чёрные корабли-журавлей», посланные богами, и покинули свою родину. Возможно, эту каменную плиту опустили при их бегстве.

Но, конечно, какая-то каменная плита не могла помешать виконту де Лоншо на его пути к знаниям. Справа от прохода, рядом с каменной плитой, было проделано отверстие, ведущее вниз, в узкий лаз, в который мог пролезть только один человек. Он был настолько грубо сделан, что по сравнению с аккуратными и изысканными коридорами руин казался детской грязной хижиной по сравнению с великим храмом Ванессы. Солдат, шедший впереди, слегка наклонил голову, давая понять, что Джулиано и Антуан должны идти впереди. Джулиано внешне не изменился в лице, но про себя ухмыльнулся.

~Какой же ты осторожный, — подумал он. ~В таком узком туннеле, когда я буду идти у тебя за спиной, у меня будет тысяча возможностей тебя убить.

Джулиано пролез в проход, проделанный людьми виконта. Антуан, нервничая, следовал за ним, боясь даже дышать. Два солдата шли в конце. Если бы впереди была опасность, то, конечно же, первыми пострадали бы пленники.

Туннель был низким, и Джулиано приходилось идти, согнувшись в три погибели. Чем дальше они шли, тем уже и теснее он становился, и в конце концов молодому ученику пришлось карабкаться на четвереньках, продвигаясь почти ползком. В туннеле не было света, и Джулиано ничего не видел впереди. Солдаты позади постоянно кричали на него, торопя, и ему приходилось ползти в темноте. К счастью, на пути не было развилок. Через какое-то время впереди забрезжил свет, и, продолжив движение, они увидели, что впереди просторно. В конце туннеля была квадратная каменная комната, на потолке которой был закреплён большой алхимический светильник. Она была чем-то похожа на временную тюрьму, где содержались пленники, только посреди комнаты была лестница, ведущая вниз.

Вокруг лестницы лежали мертвые пауки.

Каждый из пауков был размером с козу. Повсюду валялись отрубленные мохнатые лапы. Один из гигантских пауков был вспорот, внутренности вывернуты наружу, и из ран вытекло много липкой жёлтой жидкости, растёкшейся по полу. В глазах другого мёртвого гигантского паука, застывших и неподвижных, отражался холодный свет алхимической лампы, и казалось, что он всё ещё жив. В воздухе витал тошнотворный, мерзкий запах.

Антуана стошнило, он молча держался за стену. Джулиано, закрыв рот рукой, чувствовал, как внутри у него все переворачивается. Если бы он не прошел подготовку, то давно бы присоединился к Антуану.

Два солдата уже привыкли к этому отвратительному зрелищу. —Быстрее! — подгонял один из них. —Не смотрите на эту мертвечину, и всё!

Антуан выблевал всё, что съел до этого, и, ослабев, спросил: —Что это вообще такое? Как пауки могут вырастать до таких размеров?

—Кто их знает! Кажется, они всегда жили ‘внизу’! — солдат сплюнул в сторону трупа. —Чума бы вас побрала, проклятые твари! Не трогайте их, эти пауки ядовиты! От одного укуса сгниют заживо!

Неудивительно, что тюремные охранники, услышав, что они идут «вниз», тут же забыли о кандалах и повязках на глазах. «Внизу» обитали ядовитые гигантские пауки, и если бы они с ними встретились, им нужно было оставить себе возможность сражаться или, скорее, убегать.

—Струсил? — усмехнулся солдат. —Если испугался, то катись обратно!

Антуан посмотрел на Джулиано, затем на гору трупов пауков и, робко придвинувшись ближе к своему спутнику, произнёс: —Я… я вовсе не боюсь… — он набрался храбрости, —Просто… это как-то противно.

—Тогда чего встал! Иди уже! — прорычал солдат.

Джулиано коснулся амулета, набрался смелости и пошёл через груды мёртвых пауков к лестнице в центре каменной комнаты. На самом деле он до смерти боялся. С сотней вооружённых до зубов врагов ещё можно было как-то справиться, но что делать с сотней гигантских ядовитых пауков? Он не боялся людей, но боялся этих чудовищ. Энцо никогда не учил его, как бороться с чудовищами. Да и вообще, даже умудрённые опытом Безмолвные, наверное, никогда не видели таких тварей.

До лестницы оставалось еще около пяти шагов, а тошнотворный запах становился все сильнее. Джулиано хотел броситься туда, чтобы поскорее покинуть это кошмарное место. И в этот самый момент что-то сцапало за его ногу.

Глава 26. Ученый

Ледяной холод пробежал по телу Джулиано от пяток до макушки. Он инстинктивно отпрянул, но то, что схватило его за лодыжку, сжалось еще сильнее!

—Паук! — крикнул Антуан за его спиной.

Мёртвый паук, лежащий вверх ногами, перевернулся на бок, и из-под его трупа выполз другой паук. Именно он, выпустив белую нить, схватил Джулиано за ногу! Это чудовище догадалось спрятаться под трупом своего сородича!

—Назад! — солдат оттолкнул Антуана и взмахнул мечом в сторону паука. Чудовище, быстро перебирая восемью мохнатыми лапами, ловко увернулось от удара. Солдат перевёл меч и перерубил паутину. Джулиано, освободившись от пут, пошатнулся и отбежал назад. Антуан воспользовался моментом и, обхватив его за талию, оттащил с линии огня.

—Мерзкая тварь! Сколько их ни убивай, всё равно не перебьёшь!

Два солдата напали на чудовище с двух сторон. Паук перебирал своими восемью лапами так быстро, что за ними невозможно было уследить. На кончиках каждой лапы были острые шипы, которые не могли перерубить даже стальные мечи, то есть у него было восемь орудий! Паук ловко повернул своё тело и выпустил из живота струю белой паутины, обмотав ею одного из солдат. В то же время из его рта вырвалась струя тёмно-зелёной жидкости, и стоявший впереди солдат не успел отскочить. Яд, попавший на открытую кожу, мгновенно почернел и начал гнить. Солдат больше не мог держать меч и, схватившись за руку, истошно закричал.

Паук тут же переключился на другого противника, которого он опутывал паутиной. Он поднял свои острые паучьи лапы и пронзил грудь солдата! Тот даже не успел закричать, как его тело пронзили несколько лап. Паук, попирая его труп, зашуршал лапами в сторону испуганных Антуана и Джулиано.

—Я не могу здесь умереть!

Джулиано, толкнув застывшего Антуана локтем, откатился в сторону, избегая летящих сверху острых паучьих лап. Он подкатился к убитому солдату и схватил его оружие. Антуан наконец пришел в себя. Пока Джулиано отвлекал паука, он подбежал к солдату, на которого попал яд, подобрал его оружие и рубанул паука по задним лапам. Сталь ударилась о шипы, высекая яркие искры! Паук, привлеченный его атакой, обратил на него свое внимание.

Джулиано тем временем проскользнул под брюшко паука. Энцо говорил ему, что у всех живых существ есть слабые места. У животных это обычно глаза и брюшко. Ядовитый гигантский паук, конечно, был немного больше обычного паука, но строение его тела, скорее всего, было таким же. Если у него есть слабое место, то оно должно быть на брюшке!

Антуан и Джулиано никогда раньше не сражались плечом к плечу, но в тот момент их действия были на удивление слаженными. Он оттолкнулся от стены и, воспользовавшись силой инерции, прыгнул на спину паука и вонзил меч ему в глаз. Гигантский паук издал визгливый звук и в ярости начал вертеться, пытаясь сбросить Антуана. В это же время Джулиано ударил паука в мягкое брюхо, и, когда тот дернулся, рана расширилась. Мерзкая жидкость брызнула из раны, заливая Джулиано. Он чуть не потерял сознание от отвратительного запаха!

Паук немного подергался, потом издал шипящий звук и упал, вытянув свои восемь длинных лап. Через некоторое время он затих. Антуан соскользнул со спины паука и помог Джулиано выбраться из липкой жидкости. Молодой ученик был весь в мерзкой паучьей жиже. Он никогда ещё не чувствовал себя таким отвратительным. Ему очень хотелось пойти искупаться и переодеться во что-нибудь чистое, но объективная реальность не позволяла ему этого сделать.

Солдат, получивший отравление, неподвижно лежал на земле. Его лицо почернело. Он умер. Джулиано, не заботясь о приличиях, снял с себя пропитанную паучьей жижей одежду и переоделся в серую солдатскую форму. Конечно, он даже не прикоснулся к ткани, на которую мог попасть яд. Он попросил Антуана отрезать этот рукав.

Два солдата, сопровождавшие их, погибли от рук ядовитых пауков. Джулиано никогда не думал, что свобода придёт так внезапно. Но он предпочёл бы не получать такую «свободу». Под присмотром людей всё же лучше, чем когда тебя окружают прячущиеся повсюду ядовитые пауки.

—Может, нам вернуться? — Антуан посмотрел на дыру в стене каменной комнаты. —Теперь у нас есть оружие, может, мы сможем спасти этих заключённых.

Джулиано покачал головой: —Нет, мы идем вниз.

—Вниз? — удивлённо переспросил Антуан. —Внизу может быть ещё больше пауков!

—Если эти двое солдат нуждались в враче внизу, значит, там есть раненые. Почему бы нам не посмотреть, что там? Если это люди виконта де Лоншо, то так им и надо, мы их спасать не будем. Но если там невинные, схваченные пленники, мы не можем оставить их умирать.

Антуан понял: —Ты прав! Совсем забыл об этом! Пойдем скорее! Нельзя медлить, а то будет поздно!

Он вытащил два меча из тела мёртвого паука и вытер их одеждой мёртвых солдат. Вооружившись, они почувствовали себя увереннее. Они спустились по лестнице в центре комнаты. Лестница шла по спирали вниз, и на каждом пролёте можно было увидеть трупы пауков или их отрубленные лапы, а иногда и кровь, забрызгавшую стены. Люди виконта де Лоншо, должно быть, отчаянно сражались с гигантскими пауками. Что же там внизу, если они так упорно рвались туда?

По расчетам Джулиано, они спустились примерно на один пролет, где лестница заканчивалась и начиналась еще одна каменная комната. Но эта комната, в отличие от той, что сверху, где царила смерть, была полна жизни. Вдоль стен были расставлены стопки книг, на полу разбросаны кастрюли и миски. На тарелке лежали вяленое мясо и хлеб, а одежда была небрежно свалена в корзине из ивовых прутьев. Стоял низкий стол, собранный из нескольких частей, на котором лежали тетради, пергаментные свитки, угольные карандаши, гироскоп и несколько кусков камня. Видимо, они использовались для исследований. На полу, напротив стола, лежала звериная шкура, и на ней, укрывшись грубым одеялом, лежал человек, свернувшись калачиком, спиной к входу в комнату. А напротив него была арка, возможно, это был выход из комнаты, и никто не знал, куда он ведет.

Джулиано и Антуан обменялись взглядами и кивнули друг другу. Этот человек, должно быть, и был “пациентом”. Сердце молодого ученика забилось, он совершенно не знал, чем болен этот человек. Он называл себя знатоком трав, а на самом деле знал только основы. Антуан, возможно, тоже владел лишь некоторыми базовыми навыками, и они оба были далеки от настоящих врачей. Но, раз уж они дошли до такого, им оставалось только надеяться на лучшее. В крайнем случае они могли поднять пациента наверх.

—Э-э, здравствуйте, — сказал Антуан, —Мы врачи… э-э, люди, которые разбираются в медицине. Что у вас болит?

Человек, лежавший на шкуре, зашевелился, и из-под одеяла показалась худая, дрожащая рука.

—Воды…

Джулиано огляделся и заметил на низком столе кувшин и стакан, в которых еще оставалось немного воды. Он налил стакан и подошел к больному. Антуан приподнял его голову, и Джулиано поднес стакан к его губам. Больной сделал несколько маленьких глотков воды, а затем покачал головой, показывая, что больше не хочет. Антуан осторожно помог ему лечь обратно.

Больной был бледным и худощавым юношей, выглядел старше Джулиано, возможно, примерно одного возраста с Энцо, но на самом деле Джулиано не мог угадать, сколько лет Энцо. Его впалые щеки и серый цвет лица делали его старше. Его глазницы были глубоко запавшими, губы потрескавшимися, а бессмысленные глаза были наполнены кровью. Он выглядел очень больным. Никто бы не удивился, если бы он тут же протянул ноги. После того как он выпил воды, он немного ожил, и, повернув свои черные глаза, посмотрел на своих “врачей”.

—Вы… кто?

—Меня зовут Антуан, а это мой друг Джулиано. Мы немного разбираемся в медицине. Эти солд… то есть, эти разбойники попросили нас прийти и полечить вас.

Больной, скривив губы, выдавил слабую, ироничную улыбку: —Разбойники… они вовсе не разбойники…

…Об этом они уже знали, но, чтобы не выдать себя, оба притворились, что ничего не поняли.

—Как вас зовут?

—Яннис Мизопулос.

Это имя звучало не совсем по-рольрански. Хотя Яннис и говорил на рольранском, у него был странный акцент, больше напоминающий йодский. Джулиано вспомнил, что “разбойники” и торговец Грюмо упоминали “ученого”. “Разбойники” говорили, что тот уже умирает, а торговец сказал, что ученого держали в другом месте. Неужели они говорили о Яннисе?

Долгие коридоры и лестницы, наконец, привели их в это глубокое запрятанное, никому не известное место.

Полость имела правильную круглую форму, и шесть реберных колонн поднимались от пола по стенам и смыкались в верхней точке. По каждой из этих колонн струился сине-зеленый свет, подобно шести гигантским алхимическим лампам, которые освещали все пространство. В центре полости лежало бесчисленное множество обломков камней, и некоторые из них все еще сохраняли очертания строений. По разрушенным стенам можно было узнать, что раньше здесь была площадь, а там — улица. Бесчисленные дома, улицы и площади сливались в величественный подземный город, не уступавший по размерам полису Ванессы, а по изяществу архитектуры даже превосходивший его. Он был настолько красив, что у зрителей стыла кровь в жилах. Насколько сильны и ужасны были люди, построившие такой великолепный город?

Но его уничтожила более сильная и ужасная сила. Больше не было высоких башен, грандиозных храмов и ровных улиц, а были лишь кучи руин, свидетельствовавшие о былом величии.

Джулиано и Антуан положили ученого на платформу. Тот из последних сил с трудом сел и, завороженно, смотрел на руины подземного города.

—Вот оно, — тихо сказал он, —Я могу здесь умереть, и жизнь прожита не зря…

—Это… это… — заикаясь, сказал Антуан, —Это подземный город гномов, о котором рассказывал Энцо? — он с тревогой смотрел на Янниса, надеясь, что этот мудрый ученый даст ему ответ.

Ученый кивнул: —Но он уже разрушен.

—Виконт де Лоншо и правда пришел сюда за сокровищами! — изумился Джулиано.

— Вы знаете виконта? — спросил Яннис.

Антуан с видом праведника ответил: —Конечно! По правде говоря, мы пришли, чтобы остановить его! Он готов на все, чтобы заполучить подземные сокровища, и мы не можем позволить ему уйти безнаказанным!

—Подземные… сокровища? — Яннис замолчал, а потом начал кашлять и смеяться. —Ха-ха… вы все неправильно поняли… Здесь нет никаких… Кх-кх, сокровищ…

—Что? Нет сокровищ? — Антуан вытаращил глаза. —Вы хотите сказать, что виконт де Лоншо зря потратил столько усилий?

—Нет, конечно, вы меня неправильно поняли… Виконт де Лоншо не стал бы так напрягаться из-за золота и драгоценностей… Он жаждет чего-то более ценного, более могущественного… Стоит ему заполучить это, и он не просто станет самым богатым человеком, он сможет стать хозяином всего мира…

Джулиано и Антуан затаили дыхание.

Ученый посмотрел на огромную подземную полость.

—Драконы, — прохрипел он, —Он пришел сюда за драконами.

Глава 27. Шевиньон

Виконт де Лоншо был не очень стар, лет тридцати, как раз в самом расцвете сил. Его черные волосы были коротко подстрижены, а под аккуратной бородой скрывалась улыбка. У него были острые глаза, как и у многих правителей. На руках было несколько колец, но не было ни одного обручального, неизвестно, снял ли он его специально, или же он еще не был женат. Это было довольно необычно для его возраста и положения.

Он походил на сурового рыцаря или на священника, проповедующего свою веру, чем на амбициозного аристократа. Если бы убийца увидел его в другом месте, то у него, наверняка, не возникло бы желания становиться его врагом.

Их с бардом привели сюда с завязанными глазами. А, когда с них сняли повязки, они поняли, что уже находятся в одной комнате с виконтом.

Виконт сидел во главе длинного каменного стола. На столе стояла тарелка с дикими ягодами, несколько кусков сыра и бутылка вина. На стене за столом была вырезана ниша, в которой стояли две богини, повернутые спинами друг к другу, одна черная, другая белая. Статуи были здесь с древних времен, а не принесены виконтом, потому что на них был слой пыли и паутины, и никому не приходило в голову их протереть. Убийца, который верил в Древних Богов, узнал в этих статуях близнецов, которым поклонялись на севере, а также Богиню бессмертия и Бога перерождения. Черная Богиня изображалась в виде пышной женщины, а Белая — в виде худенькой девочки.

—Почему оба моих гостя так уставились на статуи? — виконт де Лоншо поднял брови. —Неужели холодные статуи интересуют вас больше, чем я, живой хозяин?

Убийца и поэт стояли с другой стороны длинного стола, со связанными за спиной руками. По обе стороны от них стояли два солдата в сером.

—Я поклоняюсь древним богам, — убийце нечего было скрывать, это была правда.

—А этот бард тоже?

Поэт с любопытством посмотрел на виконта: —Нет, я просто удивлен, что в вашем помещении есть статуи древних богов. Вы, наверное, не верите в них?

Де Лоншо рассмеялся: —Когда я обнаружил это место, статуи уже были здесь, и я не стал их менять.

Поэт произнес «Ах», словно что-то понял, и продолжил: —Это место изначально было крепостью, построенной древними гномами, и нет ничего удивительного в том, что здесь есть статуи богини-близнеца. В древние времена и в наземном мире, и в подземном мире богиня-близнец была самым почитаемым божеством. Белая богиня Мориэль была богиней бессмертия, владычицей всего, что вечно. Гномы подземного мира любили архитектуру и скульптуру и верили, что искусство и красота вечны и бессмертны. Черная богиня Шайнро — богиня смерти и возрождения, цикла жизни. Она символизирует рождение и смерть всего сущего, а затем новое возрождение, богиня урожая, плодородия и защитница мертвых. Эльфы наземного мира верили, что у жизни нет конца, а есть лишь бесчисленные перевоплощения в различных формах. А потом пришли драконы, покорили землю, вера в Древних Богов ослабла, и о них забыли, вплоть до ‘Возрождения веры’…

Де Лоншо нетерпеливо махнул рукой, прерывая его проповедь: —Я пригласил вас двоих сюда не для того, чтобы слушать истории. Мои люди сказали, что вы знаете, какова моя цель?

Поэт не рассердился из-за того, что его прервали. Он спокойно ответил на вопрос виконта: —Да, я знаю.

Виконт изменил позу, упершись одной рукой в бедро, а другой почесывая бороду: —Не возражаете рассказать об этом?

—Сначала я подумал, что ваша цель это сокровища гномьего королевства, скрытые глубоко под землей. Говорят, что когда древние жители покидали эти места на «Черных Кораблях-Журавлях», то бросили много сокровищ, которые не могли с собой увезти, в подземных городах. Но это были всего лишь легенды. И вы не стали бы так усердствовать ради туманной легенды, если бы не располагали убедительными доказательствами. У вас должна быть другая цель. А потом я услышал название этой горы…

Поэт поднял голову, словно вспоминая что-то: —«Шевиньон». На языке Древней империи это означает «Место, где спят драконы». Подземный город был разрушен драконами, которые затем его захватили. И на протяжении долгих лет, этот дракон спал здесь, ожидая дня своего пробуждения.

Даже борода не могла скрыть улыбку де Лоншо.

Убийца в изумлении уставился на поэта. Он все время думал, что виконт ищет сокровища, но об этом он даже подумать не мог! Откуда бард так много знает, и почему он все это время молчал?

— Я предполагаю, что этот дракон — это легендарный бог-дракон Рештани, который, как говорят, помогал императорам Омаран и Дариану венчая их на престол?

Виконт де Лоншо невольно захлопал в ладоши: —Вы меня просто поразили. Неужели вы смогли получить столько информации только на основании одного географического названия?

— Конечно, нет. Я был в ваших владениях и в городе Понто узнал кое-что. Ваша мать была знатной дамой, прибывшей из соседней страны Мукания. После того как последний император Второй династии отрекся от престола, империя распалась на части, и каждый регион провозгласил независимость, образовав множество небольших государств. Под влиянием «Возрождения веры» большинство стран обратились к Древним Богам, но только Мукания осталась верна вере в Бога-Дракона. Потому что, когда Мукания еще была великим княжеством, тогдашний великий князь Лишард женился на последней принцессе Второй династии, объявив себя законным наследником империи. Раз уж ваша мать была родом из Мукании, то вполне логично, что она передала свои религиозные убеждения сыну.

—Я, конечно, верю в Бога-Дракона, но какое это имеет отношение к цели моего пребывания на горе Шевиньон?

—Я уже говорил, что Шевиньон — это место, где спит Бог-Дракон. И ваша истинная цель это пробудить спящего дракона.

Поэт, сверкнув своими серебряными глазами, посмотрел на виконта де Лоншо и отчеканил каждое слово: —Потому что ходят слухи, что Бог-Дракон дает достойным безграничную силу. У вас большие амбиции, де Лоншо. Вас не устраивает титул виконта, вы хотите стать “императором”?

***

—Дракон?! — воскликнул Антуан. —Вы говорите о драконе-боге из древних времен? Драконы правда существуют?

Яннис снова закашлялся. Джулиано, беспокоясь о нем, похлопал его по спине. Когда приступ кашля прошел, Яннис с трудом прохрипел: —Конечно, существуют. Я ведь ученый, который специализируется на изучении драконов. Я… я даже опубликовал несколько статей, которые доказывали существование драконов. Но в отличие от большинства людей, я не считаю драконов богами, я считаю, что это высокоразвитые живые существа, похожие на… Кх-Кх-Кх… — он закашлялся, вытер кровь с губ, и его грудь сильно вздымалась. —Они похожи на каких-то чудовищ. Драконы это просто удивительные существа. Они сильные, красивые, умеют летать и обладают необычайной силой. Волшебники и алхимики из числа людей могут управлять стихиями и магией, драконы тоже могут это делать, но только они сильнее и опытнее, чем люди. Но это не значит, что они недостижимые боги…

Он помолчал, отдышался, а потом продолжил: —Я изучал историю и собрал много народных легенд, и я думаю, что так называемый «Бог-Дракон» — это результат того, что невежественные древние люди обожествили необычных драконов. Ведь для древних могучие драконы были такими же почитаемыми и внушающими страх, как боги. Или, может быть, «Бог-Дракон» — это миф, специально придуманный правителями для укрепления своей власти. Ведь согласно легендам, императорам Омарану и Дариану помогал бог-дракон Рештани. Разве не может это быть инструментом правителя? В поисках истины я покинул Акхедун и приехал в Ролран. Моей целью была эта гора… Шевиньон, что на древнем языке означает «Место, где спят драконы». Я полагаю, что это место, где спит дракон Рештани. Я хотел найти его и подтвердить свою теорию. Но, к сожалению, я попал в лапы к де Лоншо и его людям.

Он затрясся и больше не мог стоять. Джулиано помог ему лечь. Худой ученый дрожал, и его бледное лицо покрылось румянцем. Он был очень взволнован.

—Они схватили вас и привезли сюда? — спросил Антуан.

Ученый тихонько хмыкнул в знак согласия: —Они убили моего проводника и охранников, и мне пришлось подчиниться…

—Почему виконт де Лоншо ищет драконов? … Наверняка не для научных исследований.

Яннис пренебрежительно ухмыльнулся: —Он амбициозен, помешался на том, чтобы стать императором, и посмел надеяться на помощь «Бога-Дракона»… кх-кх… Вы знаете, он верит, что если получит признание Бога-Дракона, то обретет силу, чтобы завоевать мир. Он запер меня здесь и заставил искать следы “Бога-Дракона”. Я просил его отказаться от этой затеи, но он не согласился. В конце концов, ему стало все равно, был ли Рештани богом или чудовищем. Если это был бог, то он хотел получить от него божественную силу. Если это было чудовище, то он хотел его приручить и сделать своим оружием, чтобы завоевать мир. Это так… так безумно…

Джулиано беспокойно теребил свой край одежды. Если бы целью виконта был поиск сокровищ, это было бы еще понятно, но то, что он искал дракона, было похоже на вымысел! Ему казалось, что виконт просто сошел с ума!

—Но вы ничего не нашли, так? — спросил он. —Драконов не существует?

Ученый посмотрел на него с презрением. —Конечно, существуют! Посмотрите… посмотрите на этот подземный город… — он повернул голову и посмотрел на руины в огромной пещере. —Это был город гномов, но он был разрушен… Кто мог это сделать? Кто обладает такой силой? Только драконы. Он занял эти руины и сделал их своим логовом. Я также нашел другие доказательства…

Его бескровные губы дрожали: —Эти гигантские ядовитые пауки… они не простые пауки, а “пауки-стражи”, существа, тесно связанные с драконами, и можно даже сказать… находящиеся под их контролем. Пока дракон спит, пауки-стражи плетут паутину вокруг него, защищая его от незваных гостей. И эти незваные гости становятся наградой и кормом для пауков. Если здесь есть пауки-стражи, значит, здесь есть и дракон… по крайней мере, он когда-то здесь был. Пауков-стражей немного, а это означает, что дракон либо покинул эти места, либо спрятался. Если бы я мог… мог спуститься в руины и найти больше доказательств, то, возможно, я бы смог… разгадать тайну того, куда делся дракон…

Ученый снова сильно закашлялся. На этот раз приступ был дольше, чем обычно. Он закрыл рот рукой, но из-под его пальцев потекла кровь. На какое-то мгновение Джулиано подумал, что ученый вот-вот умрет. Но, в конце концов, он успокоился.

—Меня… укусил ядовитый паук, и я недолго проживу. Очень жаль, что я дошел до этого места, — сказал он, и по его щеке скатилась слеза. Джулиано стало очень жаль его. Он был ученым, который хотел только познавать мир, почему же он должен был так страдать?

—У меня есть желание… есть… последняя воля… — Яннис, стиснув зубы, произнес это страшные слова. —Не могли бы вы…

Антуан уже плакал: —Пожалуйста, скажите. Все, что в моих силах, я для вас сделаю!

—На столе в комнате… лежит тетрадь… Пожалуйста, принесите ее…

Антуан как вихрь принес тетрадь и отдал ее Яннису, чтобы тот подтвердил, что это именно она.

—Да, это она… — ученый погладил тетрадь и с величайшей осторожностью вернул ее Антуану. —У меня есть сестра, ее зовут Констанция, она тоже учится в университете Акхедуна… Как и я, она изучает драконов… Пожалуйста, передайте ей мои исследования…

—Я обязательно лично передам ее госпоже Констанции! — сказал Антуан вытирая слезы.

—Тогда… тогда все хорошо… Я вам доверяю… — голос Янниса постепенно затих. —После моей смерти, пожалуйста, оставьте мое тело… здесь… в этом месте… Я так сильно хотел… увидеть его своими глазами…

Последующие слова стали невнятными и неразборчивыми. Джулиано и Антуан подождали еще какое-то время, пока ученый совсем не затих.

Слишком тихо. Эта огромная рукотворная пещера, руины древнего города, все было до ужаса тихо. Как будто мир был уже уничтожен, а на просторах бескрайнего неба остались только они, оторванные от всего остального. Как будто поток времени смыл все, оставив только этих троих одиноких людей. Они находились в центре грандиозного исторического потока и, протянув руку, могли прикоснуться к легендам, которые, как считалось, давно исчезли не к тем скучным обрывкам фраз, которые они читали в книгах, а к реальной истории. В этот момент Джулиано почувствовал, что он стал частью долгой истории, и силой языка он был связан с древними поколениями. Неужели те беженцы, которые проникли в древние храмы, чувствовали то же самое? Неужели, когда они пробудили спящих жрецов-эльфов и обратились в древнюю веру, когда они вернули себе утраченные знания, они чувствовали такую же благоговейную тишину?

Джулиано нащупал пульс Янниса, а потом молниеносно отдернул руку.

Он ничего не почувствовал. Сердце ученого остановилось.

Страница книги Кодекс безмолвного джентльмена в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

2 - 27

О книге