Глава первая

— Стой, вор!

Мальчик побежал быстрее, крепче сжимая лапы курицы, зажатой в его руках. Птица издала протестующий писк. Она болталась вверх ногами, в её чёрных глазах-бусинках читался испуг.

— Прости, цыпа, — сказал ей мальчик. Он остановился на пыльной улице с твёрдым покрытием и оглянулся через плечо. — Я не хочу тебя уронить. Не после того, как я приложил столько усилий, чтобы выхватить тебя из-под длинного носа твоего откормленного хозяина.

У мальчика заурчало в животе, когда он представил себе, какое изысканное блюдо получится из курицы. Дастану нечасто доводилось вкусно поесть. Некоторые персидские мальчики его возраста проводили время, обучаясь верховой езде и стрельбе.

Они подолгу занимались арифметикой, музыкой и астрономией. Но Дастан мало что знал о таких вещах. Он так долго жил сам по себе, что не помнил ничего другого. Вместо празднеств и учёбы он проводил дни, пытаясь выжить на тесных, переполненных, пыльных улицах обнесённого стеной Насафа, резиденции Персидской империи.

— Кто-нибудь, остановите этого мальчишку! — кричал торговец, проталкиваясь через переполненный рынок. Утренние покупатели толкали друг друга, когда Дастан прокладывал путь через них, поднимая пыль и запах шафрана, печёного хлеба и навоза.

К лепному фасаду лавки плиточника прислонился грязный одноногий нищий.

— Смиритесь, — обратился он к торговцу хриплым, сиплым голосом, который звучал так же пыльно и сухо, как пустыня за городскими стенами. — Ваш вор, как я слышал, самый быстрый парень в Насафе. — Он подмигнул Дастану.

— Ты мне льстишь, Утана, — отозвался Дастан, обращаясь к нищему. Затем он повернулся и помчался по узкой кривой улочке, огибая группу болтающих женщин и проходя мимо крестьянской телеги, заваленной луком.

Дастан подобрал пару упавших на улицу луковиц и заправил их в одежду. Затем он приостановился, сердце бешено заколотилось, и он снова оглянулся.

Торговец выкрикивал проклятия. Взмахнув кулаком в сторону Дастана, он повернулся и скрылся в переулке, а его яркие шёлковые штанины развевались за ним.

— Не может же он так просто от тебя отказаться, верно? — сказал Дастан курице, которая тихонько кудахтала, раскачиваясь в его руке, как маятник.

Затем он услышал сильный стук копыт по твёрдому гравию. Секунду спустя на улицу вышел понурый мул, тащивший на спине торговца. Собака и несколько маленьких детей разбежались под копытами этого существа.

— Сейчас ты у меня получишь! — торжествующе проревел купец, потрясая кулаком перед Дастаном и колотя мула пятками по бокам.

— Вот теперь это больше похоже на настоящую погоню, — пробормотал Дастан.

Он повернулся и побежал прямо к ближайшему зданию — приземистой текстильной лавке с черепичной крышей. Птица издала тревожный клёкот, когда Дастан взмахнул обеими руками, чтобы набрать скорость.

Дастан рванул вверх, ухватившись свободной рукой за край крыши, в другой руке яростно билась курица. Он взмахнул ногами в одну сторону, и пальцы его босых ног впились в черепицу.

Через секунду он уже стоял на ногах, легко взбираясь на крутую крышу. Черепица уже раскалилась под утренним солнцем, но ноги Дастана были настолько мозолистыми, что он почти не чувствовал жжения. Достигнув вершины крыши, он на мгновение замер и посмотрел вниз.

На улице внизу торговец остановил своего мула. Глаза мужчины вспыхнули гневом.

— Вернись и встреться со мной лицом к лицу, как мужчина! — крикнул он.

— Я не мужчина, — насмехался Дастан, размахивая курицей. — Я всего лишь кусок уличного мусора. По крайней мере, так ты сказал, когда я попросил у тебя немного граната, который ты вчера бросал своим козам.

Не дожидаясь ответа, Дастан повернулся и заскочил на дальний край крыши. Перед ним простирались выжженные солнцем крыши Насафа — огромное лоскутное одеяло, похожее на разноцветные узоры на замысловатых шёлковых и шерстяных коврах, продававшихся во многих лавках. Легко проскочив по узкому переулку, отделявшему черепичную крышу, на которой он находился, от соседней, Дастан прищурился и посмотрел на небо своими блестящими глазами.

— В приличном обществе завтрак считался бы запоздалым, — сказал он курице. — Но мы, уличные отбросы, берём, что можем и когда можем. Уж прости.

Курица посмотрела на Дастана, наклонила голову и подняла крылья в жесте, похожем на пожатие плечами.

Кто-то мог бы сказать, что сердцем Насафа был дворец царя. Но для Дастана и тех изгоев, которыми он себя окружил, центром их мира было совсем другое место. Это была огромная, вонючая, засиженная мухами мусорная куча, которая находилась сразу за разросшейся рыночной площадью. Дастан и его товарищи по несчастью проводили бо́льшую часть своего времени, пробираясь через эту мерзкую пустошь — здесь легче всего было найти что-нибудь съестное, не прибегая к попрошайничеству или воровству.

Дастан остановился на краю плоской крыши, откуда открывался вид на мусорную кучу, и наблюдал, как несколько детей ссорятся из-за пары недозрелых фиг. Старшему из них было не больше шести-семи лет, и Дастан задумался, сколько лет прошло с тех пор, как он сам был в таком возрасте. Но это было неважно: на улице о возрасте не помнили и не задумывались. Повернувшись, он осмотрел других жителей улицы, переползающих через мусор. Они были похожи на стаю тараканов, пирующих сиропными отходами многодневной давности.

Большинство лиц были знакомы. На улицах было мало молодых и старых, которые были бы незнакомы зоркому глазу Дастана. Но взгляд его пробежал по всем, остановившись на стройном, жилистом мальчике на несколько лет старше его самого. Тёмные волосы мальчика торчали во все стороны; одет он был в лохмотья, поясом служила изорванная пеньковая верёвка. В данный момент он помогал широкоглазому мальчишке копаться в куче гниющих фруктов.

Курица, которая уже почти отказалась от сопротивления, вдруг закудахтала и защебетала.

— Замолчи, — сказал Дастан, укладывая птицу за спину. — Я хочу удивить Джавэда.

Дастан свистнул, и жилистый мальчик тут же поднял голову, его любопытные карие глаза обшаривали крыши. Он что-то сказал мальчику, которому помогал, а затем быстро поспешил к Дастану. Как всегда, левая рука Джавэда была засунута в одежду. Она сильно обгорела во время пожара, в котором несколько лет назад погибла его семья, и теперь была ему малополезна.

— Вижу, ты забрался на крышу, братишка, — с ухмылкой произнёс Джавэд, подходя ближе. — Значит ли это, что тебе удалось разгневать своими грабежами ещё одного из наших уважаемых местных лавочников?

— Что-то вроде того. — Дастан держал курицу за спиной. Он сдвинулся с места и скорчился, пытаясь спрятать её, пока она дёргалась и трепыхалась. — Поднимись сюда и узнаешь.

Несмотря на то что у Джавэда была только одна рука, ему не понадобилась помощь, чтобы дотянуться до Дастана на крыше. Отступив на несколько шагов, он побежал прямо к зданию, на котором сидел Дастан, и побежал дальше — прямо по стене и на крышу! Это был впечатляющий и удобный трюк, но в то же время и сложный. Сколько Дастан ни пытался, ему так и не удалось его освоить.

— Ну? — нетерпеливо спросил Джавэд. — Что ты нашёл?

— Вот это! — с этими словами Дастан вытащил из своей одежды несколько луковиц.

— Неплохо. — Выражение лица Джавэда ничуть не утратило своей весёлости, когда он взял одну из луковиц, осмотрел её, а затем откусил прямо с кожурой.

— И они не гнилые и не высохшие. Это замечательно. Утром на свалке выбор невелик.

— И как обычно, я вижу, что ты отдал то немногое, что нашёл, кому-то другому, — сказал Дастан, глядя на мальчика, который грыз баранью кость.

Джавэд пожал плечами.

— Он недавно на улице, всего неделю назад потерял мать из-за воспаления мозга, — тихо сказал он. — Ему нужнее, чем мне.

Для Дастана излишняя забота о ком-либо или о чём-либо была слабостью, когда человек жил на улице. Джавэд считал иначе. По этой причине Дастану было трудно доверять Джавэду, когда он впервые появился среди бездомных оборванцев. Дастан подумал, что тот, должно быть, хочет получить что-то за свою благосклонность. До тех пор Дастану не нужны были друзья, да и сейчас не особо. Много раз он думал: если бы только Джавэд чувствовал то же самое, мы бы точно хорошо питались.

И всё же он знал, что не стоит укорять Джавэда за мягкосердечие. Это никогда не приносило пользы.

— О, чуть не забыл, — сказал Дастан с нарочитой небрежностью. — А ещё я нашёл вот это.

Он вытащил из-за спины курицу и слегка встряхнул её, чтобы она пискнула. Глаза Джавэда расширились, когда он увидел это.

— Неужели? — воскликнул он. — Целая курица! Да сам царь Шараман не мог бы попросить большего!

— Действительно. — Дастан широко улыбнулся. — И я даже могу разделить её с тобой за подходящую цену — скажем, за ту старую никчёмную монету, что висит у тебя на шее?

Рука Джавэда метнулась к монете, которую он носил на нитке.

— Моя счастливая монета? Я бы не променял её на всех кур в империи!

Дастан рассмеялся. Он прекрасно понимал, что старая потрёпанная монета бесценна для Джавэда. Это было единственное, что осталось у него от семьи.

— Ну что ж, хорошо. — Дастан перевернул курицу и протянул её своему другу. — Полагаю, мы можем поделиться — если только ты избавишься от этого существа, чтобы мы могли его съесть.

Джавэд вздрогнул.

— Ни за что, братишка! — воскликнул Джавэд. — Ты гораздо безжалостнее меня, даже в столь юном возрасте.

Дастан помахал курицей перед лицом своего друга.

— Давай, — с ухмылкой призвал он. — Ты сможешь. В противном случае я её отпущу.

— Хорошо, я ощиплю и приготовлю её, — сказал Джавэд, приходя в движение. — Но сначала ты должен меня поймать!

К зданию, где они сидели, примыкало более высокое здание. Не раздумывая, Джавэд помчался туда, перепрыгнул через него и взбежал по стене на более высокую крышу.

Дастан не смог устоять перед вызовом.

— Лучше найди острый камень, потому что мы идём! — крикнул он в ответ.

Крепко ухватившись за чешуйчатые лапки курицы, Дастан помчался к стене, которую только что преодолел Джавэд. На этот раз он был уверен, что у него всё получится. Не сбавляя скорости, он прыгнул прямо на стену. Его босые ноги шлёпали по шершавой штукатурке. Один шаг вверх, второй...

На секунду Дастану показалось, что у него получилось. Но потом он почувствовал, что его движение замедлилось. Одна нога соскользнула, затем другая. Дастан вскрикнул и рухнул на землю, упав на курицу.

Встревоженная птица издала писк и яростно захлопала крыльями. Падение ослабило хватку Дастана, и он не успел опомниться, как выпустил курицу из рук.

— Эй! — сказал он, когда птица рванула вперёд, перелетев через узкий переулок на соседнюю крышу. — А ну вернись!

Дастан встал и отряхнулся, радуясь хотя бы тому, что никто не стал свидетелем его падения. Бросив взгляд на переулок, он увидел, что курица остановилась, чтобы что-то поклевать. Было бы просто забрать её, а потом догнать Джавэда, который наверняка уже был на несколько крыш впереди. Он подошёл ближе, готовясь к лёгкому прыжку через переулок.

— Помогите! — закричал откуда-то снизу испуганный голос. Затем он воззвал к богам. — Во имя Зурвана и Ахуры, кто-нибудь, пожалуйста, помогите мне!

Дастан подошёл к краю крыши и посмотрел вниз. Прямо под ним пролегал узкий переулок. Это был тупик с домами по обеим сторонам и высокой каменной стеной на углу. К стене прижался человек с клочковатой седой бородой и в оборванной одежде, вид у него был испуганный. Перед ним стояла пара подростков неприятного вида.

— Не уходи далеко, мой вкусный друг, — обратился Дастан к курице и начал незаметно спускаться в переулок.

Глава вторая

— Титус и Дариус, — пробормотал Дастан, приблизившись и разглядев бандитов.

Эти двое мальчишек были хорошо известны на улицах Насафа. Они были примерно одного возраста с Джавэдом, но каждый из них был в два раза крупнее него. Крепкие и агрессивные, Титус и Дариус были отъявленными лгунами, которые с одинаковой вероятностью могли ограбить как уличного жителя, так и богатого торговца. Дастан изо всех сил старался держаться подальше от них.

Ни один из мальчишек не заметил приближения Дастана.

— Давай сюда, старик, — сказал Титус, более высокий, бледный и уродливый из них. — Ты слишком хорош, чтобы поделиться с кем-то нуждающимся?

— Да, с такими же нуждающимися, как мы. — Дариус толкнул старика и разразился противным смехом. Дариус был волосат, как верблюд, и каждый волосок, казалось, вибрировал при каждом смехе. Одна из волосинок выгнулась дугой и шипела на старика.

— Смилуйтесь, — прохрипел старик. — Я такой же, как вы. Уличный музыкант, пытающийся прожить.

Дастан моргнул, наконец узнав этого человека. Его звали Хазам, и он ходил по улицам столько, сколько Дастан себя помнил. Известный в Насафе как сумасшедший старик, пьяница и рассказчик небылиц, он часто стоял во дворе перед воротами главного дворца, пел и играл на своей старой потрёпанной лютне в надежде получить несколько монет от прохожих.

Дастану стало интересно, чем старик привлёк внимание хулиганов. Оглядевшись по сторонам в поисках Джавэда, он подумал о том, чтобы сбежать, пока его не заметили. В конце концов, Хазам не стоил того, чтобы рисковать собственной шеей.

— Прошу! — прохрипел Хазам, его голос дрожал от ужаса. — Я не желаю вам зла...

Джавэда по-прежнему не было видно. Курица бродила по соседней крыше. В животе у Дастана заурчало. Но что-то внутри него не позволяло ему игнорировать жалобные крики старика. Он поборол этот порыв и уже собрался уходить, когда Титус отвесил старику здоровую затрещину.

— Вот чёрт, — пробормотал Дастан. — Эй! — рявкнул он. — Оставьте его в покое!

От неожиданности все три фигуры в переулке подпрыгнули. Титус крутанулся на месте и прикрыл рукой глаза от солнца в поисках Дастана.

— Кто там? — угрожающе крикнул он в ответ.

Дариус прищурился и посмотрел на крышу.

— Это та жалкая маленькая жаба, Дастан, — сказал он. — Та, что ошивается рядом с одноруким псом.

Титус рассмеялся и ткнул Хазама в грудь.

— Прости, старик. Ахура ещё может спасти тебя, но на этого парня лучше не рассчитывать.

— Ну-ну! — бросил ему Дастан. Спрыгнув с крыши, он оттолкнулся от противоположной стены переулка, грациозно кувыркнулся и поднял облако пыли, приземлившись перед Титусом со сжатыми кулаками. — Оставьте его в покое, или вам придётся иметь дело со мной.

Оба бандита ухмыльнулись.

— Хорошо, тогда, — сказал Титус. — Вот как я поступлю с тобой, мой крошечный друг.

Он замахнулся мясистым кулаком. Но Дастан был быстр. Он легко увернулся от удара, а затем бросился вперёд и ударил Титуса ногой в голень.

Титус застонал.

Дариус схватил одну из своих змей и метнул её в ноги Дастану. Дастан быстро вскочил на ноги, избегая змеиного удара, и гадюка обвилась вокруг ноги своего хозяина.

— Осторожно. Старик уходит, — крикнул Дариус, когда Хазам двинулся вдоль стены переулка.

— Пускай. — Титус потирал руки, его маленькие тёмные глаза смотрели на Дастана. — Может, мы и не поедим хлеба этим утром, но зато будет много мёртвого уличного мусора, которым можно полакомиться. — Мальчики засмеялись, а Титус облизнул губы, глядя на Дастана.

Оглянувшись, Дастан заметил, что Хазам сжимает в одной опухшей руке чёрствую корку. Значит, это и было то, за чем охотились мальчишки...

Он огляделся, быстро прикидывая варианты. В ближайших стенах не было окон. Титус и Дариус своими огромными телами перекрывали ближний конец переулка. Это означало, что единственный путь к отступлению — обратно по той дороге, по которой он пришёл. Дастан не сомневался, что сможет увернуться от этих двух громил, вскочить на крышу и удрать. Но это означало бы оставить Хазама на произвол судьбы.

Правда, это не было проблемой Дастана. На мгновение он почувствовал искушение убежать. Но тут он услышал тихое кудахтанье откуда-то сверху, и ему пришла в голову идея получше.

— Голодны, да? — сказал он. — Ну, если хотите, довольствуйтесь старой коркой хлеба. Но сейчас перед вашими уродливыми носами лежит куда более вкусная еда.

Он указал на курицу, которая только что появился в поле зрения. Дариус поднял взгляд. Его челюсть отвисла, обнажив несколько отсутствующих зубов.

— Клянусь Аламутом! — воскликнул Дариус. — Курица!

— Помоги мне, — приказал Титус, мгновенно забыв о Дастане и Хазаме.

Дариус бросил на своего напарника неприязненный взгляд.

— Вот сам себе и помоги, — парировал он. Одна из его гадюк шипела на Титуса. — А я занят ловлей своей следующей порции.

Вскоре оба хулигана уже карабкались на крышу, хрюкая и ругаясь от усилий. Дастан наблюдал за тем, как Титус толкнул Дариуса, едва не отправив его обратно за край. Но Дариус в последний момент ухватился за крышу и вскарабкался вслед за другом.

— Подожди меня! — прорычал он.

— Быстрее!

Тяжёлые шаги предупредили их добычу, и курица, громко пискнув, взлетела на середину крыши. Титус и Дариус последовали за ней, их ноги стучали по черепице в разные стороны. Дариус бросился за птицей, ухватившись огромной рукой за её хвост. Но курица как раз вовремя взмыла вверх и исчезла за вершиной, вздыбив перья и издав ещё один громкий крик.

Вздохнув, Дастан изгнал из головы мысль о сочном курином мясе, поджаренном на огне. Затем он повернулся лицом к Хазаму.

— Ты в порядке? — спросил он старика. — Тебе следует держаться подальше от этих двоих, знаешь ли. Они украдут у того, у кого ничего нет, так же быстро, как у царя.

— О, мальчик мой! — воскликнул старик. — Я благодарен, что ты пришёл мне на помощь. И всё ради этой скромной крошки... Это напомнило мне — вот. Возьми половину. Ты заслужил её, друг мой.

Он разломал свой засаленный кусок хлеба на две части. Затем попытался отдать один из кусков Дастану.

— Нет, спасибо. — Дастан отмахнулся от него. — Я не голоден, — сказал он, пытаясь скрыть, что его желудок урчит в знак несогласия. Всё, что он ел с вечера, — это горсть выброшенного риса и пару сморщенных фиников. Но нужно быть ещё более голодным, чтобы захотеть жалкий ломоть хлеба от этого старика.

Хазам взглянул на корку, пожал плечами и быстро запихнул оба куска в рот.

— Ну раз так, — пробормотал он, жуя, и изо рта его полетели крошки и брызги слюны. — Вижу, что ты мальчик с самыми высокими моральными качествами. Это большая редкость, особенно в наше время, и это должно быть вознаграждено.

— В этом нет необходимости... — сказал Дастан, прислушиваясь к близлежащим крышам. Судя по звукам беготни и ругани, он догадался, что Титус и Дариус всё ещё гонятся за курицей.

Хазам покачал головой.

— Нет, это важно. Я знаю! Позволить подарить тебе нечто ещё более ценное. — Он сглотнул, затем продолжил более отчётливо. — Что-то, что удовлетворит тебя больше, чем пища. Секрет.

Дастан сомневался, что сейчас что-то может удовлетворить его больше, чем хорошая еда, особенно «секрет».

Старые водянистые глаза Хазама блеснули.

— Возможно, всё это предначертано судьбой.

Дастан был слишком отвлечён погоней на крышах, чтобы интересоваться, о чём говорит старик. Кроме того, ему пришло в голову, что Джавэд всё ещё находится на крышах где-то неподалёку. Что, если Титус и Дариус наткнутся на него? Дастан поморщился, вспомнив, что Джавэд не сможет справиться с двумя мальчишками.

— Не за что, — рассеянно сказал он Хазаму. — Но мне пора.

Он повернулся к ближайшему выступу крыши, намереваясь забраться наверх и посмотреть, не увидит ли он Джавэда или мальчиков. Но Хазам схватил его за руку. Его хватка оказалась на удивление крепкой.

— Подожди, мой мальчик, — сказал старик. — Прошу тебя. Это самый важный секрет, который ты когда-либо услышишь. — Он понизил голос почти до шёпота. — Видишь ли, мне доподлинно известно, что потустороннее сокровище вскоре может быть обретено прямо здесь, в Насафе.

— А? — Дастан всё ещё был слишком отвлечён, чтобы обращать на это внимание.

Лицо Хазама приобрело отстранённый вид.

— Факел Атара, — благоговейно прошептал он. — Он сделан из чистого золота в форме рычащего льва. Говорят, что он мистически управляет силами света и тьмы в мире смертных.

— Звучит полезно, — сказал Дастан, не сводя глаз с крыш.

Хазам, казалось, почти не слышал его. Он был погружён в свой рассказ.

— Тысячу лет назад, во времена великого царя Ахемениса, могущественный жрец Магов опасался, что Факел слишком силён и опасен для человека. Поэтому он отделил Факел от его невидимого пламени, спрятав их в двух совершенно разных и далёких друг от друга местах.

Дастан начал подозревать, что Хазам был таким же сумасшедшим, как и говорят.

— Это бессмысленно, — сказал он, оторвав взгляд от крыш. — Если отделить пламя от его факела, то пламени больше не будет. Оно погаснет.

— Только не это пламя. — Хазам поднял один скрюченный палец. — Это пламя может гореть вечно, не имея ни факела, ни трута. Но без Факела Атара его сила бесполезна. А без его пламени сам факел — всего лишь причудливая безделушка. — Он бросил взгляд через плечо, словно проверяя, нет ли подслушивающих. — Я искал это сокровище всю свою жизнь. Недавно я попросил одного старого китайца, проезжавшего через Насаф, попытаться прочесть о Факеле в его прорицательных костях. И знаешь ли ты, что он нашёл?

— Нет, — ответил Дастан. — Но я подозреваю, что ты собираешься мне рассказать.

Хазам наклонился ближе, и Дастан ощутил запах вина.

— Кости сказали ему, что Факел найден! — шипел он. — Что он возвращается в Насаф. Он может быть здесь, в городе, даже сейчас, пока мы говорим!

— И что? — сказал Дастан. — Ты только что сказал, что без этого магического пламени он бесполезен.

— Да. — Голос Хазама повысился от волнения. — Но я провёл собственное исследование. И пришёл к выводу, что пламя всегда было здесь, в Насафе. — Он схватил Дастана за руку. — Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что впервые за многие поколения факел и пламя могут снова стать единым целым!

Дастан поднял бровь, глядя на пьяного безумца.

Затем с крыши раздался голос. Дастан и Хазам посмотрели вверх, и глаза их расширились. Ни один из них не мог поверить в то, что видит.

Глава третья

Джавэд стоял на крыше, держа в руке обе гадюки Дариуса.

— Меньше мяса, чем в курице, но гораздо вкуснее, как по мне, — улыбнулся Джавэд.

Гадюки извивались и шипели.

Дастан улыбнулся и заметил, что Хазам тоже ухмыляется.

— Я застал Дариуса и Титуса, гоняющихся за нашим завтраком, и опасался худшего, — сказал Джавэд.

— Они поймали её? — спросил Дастан.

— Не уверен, — ответил Джавэд. — Дариус послал за ней своих питомцев, но наш кудахчущий друг избежал их. Змеи продолжали уползать, несомненно, чтобы избежать своего хозяина, и вот так они оказались у меня.

— Ты спустишься к нам? — спросил Дастан.

— Позже, — ответил Джавэд. — Хочу убедиться, что Титус и Дариус не вернутся. Не думаю, что Дариус сочтёт хорошим обмен своих гадюк на сбежавшую курицу.

— Знаешь, Джавэд знает толк в хитроумных загадках и разного рода тайнах, — сказал Дастан, снова обращая внимание на Хазама. — Возможно, тебе стоит поговорить с ним о твоём Факеле. У него могут быть идеи.

Хазам выглядел обеспокоенным.

— Я уже говорил тебе. Это великая тайна, — прошептал он, — которой нельзя делиться ни с кем. Я рассказал тебе только потому, что по твоим поступкам могу судить, что ты мальчик высочайшей нравственности. К тому же ты спас мой обед... и, возможно, мою жизнь.

— У Джавэда больше моральных качеств, чем у всех, кого я знаю, — заверил его Дастан. — Он всегда стремится помочь людям.

— Очень важно, чтобы эта информация не попала в чужие руки. — Хазам всё ещё выглядел сомневающимся. — Как только Факел воссоединится с пламенем, его обладатель будет контролировать баланс света между смертными и бессмертными мирами. Говорят, что найти и удержать его может только тот, кто достоин управлять его магией.

Хазам выглядел задумчивым.

— Неужели он действительно разгадывает загадки? Ведь место, где скрывается пламя, окутано тайной. Например, говорят, что его охраняет невидимый дракон.

— «Невидимый дракон?» — Дастан постарался не рассмеяться. Затем он бросил на мужчину острый взгляд. — Если всё это так секретно, откуда ты об этом знаешь?

— Я читал о драконе в старых резных фигурках, которые нашёл в пустыне в нескольких часах езды к западу от города. Там же я нашёл ещё одну важную подсказку. Искатель пламени должен узнать о его местонахождении у малинового слона.

— Понятно, — сказал Дастан, уже не сдерживая хихиканья. Ему доводилось время от времени видеть царских боевых слонов, марширующих по городу. И все они явно были серыми.

В этот момент Джавэд приземлился перед ними, подняв облако пыли, как и Дастан, когда он приземлился в переулке.

— Наш путь, похоже, свободен. Итак, что вы двое обсуждали? Кажется, это было что-то серьёзное. — Джавэд попытался скрыть улыбку. Он явно считал, что всё, что скажет Хазам, не стоит потраченного на выслушивание времени.

— По словам Хазама, здесь есть какой-то...

— Посланник! — раздался голос с одной из соседних улиц. Дастан мгновенно забыл о Хазаме и его галлюцинациях, вызванных выпивкой.

Он ухватился за край свеса крыши и подтянулся, вглядываясь в верхушки зданий.

— Возможно, наш завтрак ещё не потерян, — сказал он. — Сейчас вернусь!

Дастан взлетел на крыши. Он пронёсся по первой из них, перепрыгнув через переулок на плоскую глиняную крышу гончарной лавки. Перебравшись через неё, он скатился по выступу с колоннами и приземлился на ноги посреди следующей улицы.

Не сходя с места, Дастан поспешил за угол и оказался на краю широкой площади, окружённой лучшими торговыми точками Насафа.

Перед одним из них стоял тот самый человек, который кричал о посыльном. Его руки были спрятаны за спину, а лицо выражало лёгкое недовольство, когда он рассматривал спешащих к нему молодых людей. Это был грузный, с маленькими глазами мужчина по имени Камьяр, имевший репутацию вспыльчивого и недоброжелательного человека. Однако благодаря процветающему бизнесу по продаже пряностей он был достаточно богат, чтобы купить себе множество друзей.

Дастан поспешил на площадь, присоединившись к растущей толпе, собравшейся перед лавкой пряностей. Разнос сообщений по Насафу был одним из немногих способов для быстроногой уличной крысы заработать несколько честных монет, а желающих работать всегда было предостаточно.

— Вам нужен посыльный? Я сделаю это! — обратился один из молодых людей к лавочнику.

— Я, я, я! — закричал другой мальчик, протискиваясь вперёд. — Я самый быстрый!

Дастан локтями пробивал себе путь ближе. Он чуть не споткнулся о маленького мальчика, который цеплялся за руку ещё более маленького.

— Прости, — сказал Дастан старшему из братьев. — Я не заметил тебя. Что ты здесь делаешь, Юсэф?

Старший мальчик расправил свои маленькие плечи.

— Я хочу нести послание, — робко сказал он. — Я знаю, что смогу это сделать. Я много раз наблюдал за тобой, Дастан, и хочу когда-нибудь стать таким же быстрым, как и ты.

Дастан улыбнулся.

— Понятно. Что ж, удачи тебе, друг мой.

— Спасибо! — улыбнулся ему Юсэф.

Толпа сдвинулась, и Дастан протиснулся ещё ближе к лавочнику. Быстрый взгляд по сторонам показал ему, что конкурентов в этой толпе немного. Он узнавал всех, кого видел, и знал, что он быстрее любого из них.

Но тут он заметил незнакомое лицо. Оно принадлежало высокому, долговязому парню примерно его возраста или, возможно, на год старше. У мальчика были умные зелёные глаза, рыжие волосы и загорелое лицо.

Он повернулся и увидел, что Дастан смотрит на него.

— Ты Дастан, верно? — сказал незнакомец с наглой ухмылкой. — Я слышал, что ты самый быстрый гонец в Насафе.

— Так говорят, — ответил Дастан. — Кто ты?

— Молчать, падаль! — крикнул в этот момент хозяин лавки.

Толпа сразу же затихла. Слышно было только блеяние ягнёнка где-то неподалёку и ленивое жужжание мух, кружащих над корзинами с липкими финиками перед соседней лавкой. Даже покупатели у других лавок с любопытством оборачивались послушать.

— Так-то лучше. — Камьяр выглядел самодовольным. — Послание, которое мне нужно доставить сегодня, чрезвычайно важное. Оно касается подготовки к завтрашнему торжеству во дворце в честь дня рождения юного принца Гарсива.

Дастан кивнул, как и большинство остальных. Весь город знал о предстоящем празднике в честь дня рождения. Сановники из окрестных земель прибывали всю неделю, и до самого дня ожидалось ещё больше. Персы серьёзно относились к празднованию дней рождения, а день рождения принца был ещё более особенным и требовал целого дня пиршества.

— Естественно, — продолжал лавочник с надменным видом, — я буду поставлять товары для праздника. Уверен, что даже такие бестолковые крысы, как вы, могут понять, как важно, чтобы моё послание как можно скорее дошло до адресата.

— Я могу это сделать, сэр! — воскликнул худенький темноволосый мальчик. — Меня будут нести крылья на ногах!

— Ты? — усмехнулся другой мальчик. — Что за шутки. Ты не сможешь обогнать даже трёхногого верблюда.

— Молчать! — крикнул Камьяр. — Я ещё не закончил. Ввиду важности этого послания я предлагаю сделку. Тот, кто первым доставит послание, получит двойную плату.

— «Двойную?!» — воскликнул кто-то, в то время как несколько других ахнули.

— А остальные? — воскликнул рыжеволосый незнакомец. — Что получат остальные гонцы?

— Ничего. — Лавочник достал несколько небольших рулонов пергамента и развернул их веером в одной руке. — Вам понятно?

Судя по тому, что руки потянулись за копиями, ответ был утвердительным. Лавочник выкрикнул адрес, по которому направлялось послание, и мальчишки разбежались во все стороны.

Дастан протиснулся поближе, не желая упустить момент. Он потянулся к одному из немногих оставшихся рулонов пергамента, но кто-то внезапно его оттолкнул.

— Эй! — выпалил он.

— Извини. — Это снова был рыжеволосый незнакомец. Он схватил два рулона пергамента и бросил один Дастану. — Держи, друг. Пусть победит лучший гонец.

Глава четвёртая

Дастан засунул пергамент в пояс и помчался через площадь.

Несколько человек опередили его, но Дастана это не волновало. Он направился в ковровую лавку, расположенную прямо напротив. Она была переполнена богато украшенными коврами. Некоторые из них были разложены на земле и развешаны. Другие были свёрнуты и сложены вдоль края открытого арочного дверного проёма лавки.

Продавец ковров, маленький крепкий человечек, от которого сильно пахло ладаном, увидел приближающегося Дастана. Он нахмурился и поковылял вперёд.

— Нет! — закричал он, дико размахивая руками. — Не подходи. Я не позволю твоим грязным ногам ходить по моим... А-а-а!

Его протесты запоздали. Дастан уже вскакивал на стопки ковров. Первый из них покатился под его ногами, вываливаясь на площадь. Но Дастан уже вскочил на другой. Он проворно побежал вверх, перебираясь с одного ковра на другой. Вскоре он оказался достаточно высоко, чтобы спрыгнуть на крышу лавки.

— Отличные ковры, господин! — отозвался он. — Очень приятные наощупь!

Звуки проклятий торговца коврами быстро стихли, когда Дастан побежал по крыше. Он не замедлил шаг, перебежав переулок между этой лавкой и следующей.

На следующей крыше он ненадолго остановился, чтобы обдумать наилучший маршрут. В этот момент он услышал позади себя грохот. Обернувшись, он отшатнулся. Рыжеволосый мальчишка мчался за ним по крышам!

— Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил Дастан.

Мальчик ухмыльнулся.

— То же, что и ты, — задыхаясь, ответил он. — Иду за двойной платой.

Дастан нахмурился. Затем он крутанулся и помчался прочь, перемахнув через низкий купол, а затем зигзагами пронёсся по нескольким крышам. Если этот незнакомец собирался следовать за ним, Дастан не собирался облегчать ему задачу.

Между ним и следующей группой крыш лежала широкая аллея. Дастан упал на бок и съехал по крутому наклонному навесу, ухватившись за край как раз вовремя, чтобы не взлететь в воздух. Качнувшись вниз, он разжал руки и легко опустился на землю.

Секундой позже он услышал тревожный крик. Он успел вовремя пригнуться, когда мальчик пронёсся мимо него, размахивая худыми руками и ногами.

— Уф! — Мальчик тяжело приземлился в большую кучу свежих фруктов у рыночного прилавка. Персики, абрикосы и инжир полетели во все стороны. Неподалёку раздался гневный крик.

Дастан поморщился, почувствовав лёгкую жалость к мальчику. Но его сочувствие длилось лишь мимолётное мгновение. Предстояло ещё поработать...

Он выбежал на аллею, уворачиваясь от прохожих, лошадей, верблюдов и небольшого стада овец, которое пас скучающий ассириец. Солдат ругнулся на Дастана, когда тот вынужден был остановить свою лошадь, но Дастан не обратил на это внимания. Он добрался до дальнего конца улицы и оглянулся, чтобы узнать, закончил ли продавец фруктов избивать мальчика.

Его глаза расширились. Долговязый незнакомец как раз перепрыгнул через последнюю овцу и направлялся к нему!

— Ты ещё здесь? — пробормотал Дастан.

Дастан развернулся лицом к высокой кирпичной стене храма. На мгновение он задумался о том, чтобы попытаться забраться на неё с помощью трюка Джавэда с бегом по стене. Но сейчас было не время рисковать. Вместо этого он ухватился за шершавую поверхность: тонкие пальцы нащупывали едва заметные выступы, а пальцы ног впивались в малейшие углубления. Таким образом он пробирался по стене до самого верха. Затем он спустился на плоскую крышу и вскарабкался на ноги.

— Отличное восхождение! — крикнул снизу рыжеволосый мальчишка.

Дастан решил, что это означает, что он сдаётся. Но секундой позже он услышал серию ворчаний. Посмотрев вниз, он увидел, что мальчик карабкается по стене, как огромный паук. Может, он и не был так изящен, как Дастан, но всё же у него получалось.

Дастан огляделся по сторонам, прикидывая варианты.

Мгновение спустя мальчик, задыхаясь, поднялся и рухнул на крышу. На его руках, ногах и подбородке появилось несколько новых царапин и ссадин.

— Это не так просто, как ты думаешь, — пропыхтел он.

Дастан ничего не ответил. Он повернулся и побежал во весь опор к следующему краю. Между этим и следующим зданием лежал двор, несколько широкий, чтобы его перепрыгнуть.

Несколько. Дастан не колебался. Он упёрся ногой в край крыши и оттолкнулся. Его руки взметнулись, толкая его вперёд. Его взгляд был прикован к карнизу на дальнем краю.

БАХ! Его ноги благополучно приземлились на плоскую штукатурку следующей крыши с запасом в несколько дюймов.

Дастан позволил себе небольшую ухмылку. Пусть новичок попробует повторить! Но, оглянувшись назад, он увидел, что мальчик как раз этим и занимается. Не раздумывая, рыжеволосый парень рванул вперёд и бросился с края, даже не посмотрев вниз.

Дастан затаил дыхание, глядя, как мальчик взмывает в воздух. Эти здания были выше, чем все остальные в Насафе. Падение во двор, выложенный твёрдым камнем, наверняка означало бы перелом костей или ещё что похуже.

БУХ!

— Ой! — вскрикнул незнакомец, когда не смог устоять на ногах, и его длинное тело ударилось о стену следующего здания. Он ухватился обеими руками за узкий выступ наверху, держась за него изо всех сил.

У Дастана возникло желание помочь ему подняться. Но он сдержался: зачем поощрять безрассудство новичка?

Вместо этого он наблюдал, как мальчик подтягивается, дюйм за дюймом. Наконец он оказался на крыше. Несколько секунд он лежал, делая глубокие вдохи. Затем он вскочил на ноги и бросил на Дастана торжествующий взгляд.

Дастан поспешил дальше, внезапно сильно обеспокоившись. Он стал лучшим гонцом в Насафе, потому что другие никогда не думали избегать перегруженного лабиринта городских улиц, поднимаясь на крыши. А те немногие, кому это удавалось, вскоре убеждались, что это не так просто, как казалось Дастану.

Но этот новичок был другим. Похоже, он не испытывал страха — а может, и правда не испытывал. В любом случае, он ещё долго не отставал от остальных гонцов.

Посмотрев вниз, Дастан обнаружил, что смотрит на лавку кузнеца, где под открытым небом выставлены мечи, копья и другое оружие. Нагнувшись, он едва смог схватить самое длинное из копий. Он воткнул его в землю и прыгнул, используя длину древка, чтобы перемахнуть через узкую улицу. Приземлившись на круто наклонённую крышу напротив, он отпустил копьё и заскользил вниз по наклонной черепице.

Прямо под ним на краю улицы стояла лошадь кавалериста. Её хозяин осматривал изделия кузнеца.

Дастан крутанулся в воздухе, целясь в седло. Он приземлился немного не по центру и едва не свалился, когда испуганная лошадь издала удивлённое фырканье и рванула вперёд.

— Полегче, приятель! — воскликнул Дастан, ухватившись за гриву лошади и поднимаясь на ноги. Его ноги уцепились за бока зверя, когда лошадь шарахнулась в сторону и запрокинула голову.

Дастан ударил обеими ногами, подгоняя коня. К этому времени хозяин услышал шум и обернулся.

— Эй! — крикнул он. — Слезь с моей лошади! Вор! Вор!

Но его крики были бесполезны. Дастан пустил лошадь в галоп. Пыль летела под копытами, пока он нёсся по улице.

Перед самым поворотом Дастан осмелился оглянуться. Он улыбнулся, увидев рыжеволосого мальчика, который стоял на улице и с тревогой смотрел, как Дастан продолжает скакать вперёд.

Глава пятая

— Вот, пожалуйста.

Дастан встал перед Камьяром и протянул маленькую глиняную печать, которую получатель дал ему в обмен на пергамент.

— Я доставил твоё послание. Теперь я хочу получить плату. Как ты и обещал, в двойном размере.

На площади перед лавкой пряностей было гораздо тише, чем в прошлый раз. Юсэф всё ещё был там, наблюдая, как его младший брат играет в грязи с найденным им жуком. Несколько покупателей бродили по улице или рассматривали товары торговцев. Но остальных потенциальных гонцов нигде не было видно.

Это было неудивительно: пока Дастан был в другой лавке, появился только рыжеволосый мальчик. И даже он опоздал на несколько минут благодаря умелому трюку Дастана с лошадью. Хотя Дастан отпустил украденную лошадь и вернулся в лавку пряностей пешком, он был уверен, что никто больше не появится там ещё какое-то время.

Камьяр повернулся и осмотрел его.

— Прости, парень, — сказал он с лёгкой ухмылкой, вырывая печать из его руки. — С сожалением вынужден сообщить тебе, что кто-то другой добрался туда первым. Я уже выплатил ему вознаграждение.

— Что? — огрызнулся Дастан. — Но я был там первым. Это доказывает печать.

— Какая печать? — ухмыльнулся Камьяр, засовывая печать в свою объёмную муслиновую накидку. — Не понимаю, о чём ты, паршивец. Я уже сказал тебе, что приз выиграл кто-то другой.

Юсэф оставил брата играть и подошёл ближе, его глаза перебегали с Дастана на лавочника и обратно.

Замешательство Дастана перешло в возмущение, когда он понял, что происходит.

— Ты лжец! — заявил он, сжимая кулаки.

Несколько человек переглянулись, услышав эти слова. В персидском обществе мало что вызывало большее отвращение, чем лжец.

— Дастан пришёл первым, — добавил Юсэф, его голос был тихим. — Я был здесь всё время. Я бы увидел.

Глаза-бусинки Камьяра едва заметно скользнули по младшему мальчику.

— Если вы не возражаете, я очень занят, — сказал он. — Завтра день рождения принца, и нужно многое сделать.

Он начал отворачиваться. Дастан бросился вперёд и схватил его за руку.

— Ты должен мне эту награду! — крикнул он. — Отдай её мне, а не то!

— А не то что? — Купец повернулся и уставился на него. — Убери руку.

— Отдай мне мои деньги, — проворчал Дастан.

Камьяр оттолкнул его. Прежде чем Дастан успел ответить, лавочник повернулся и свистнул. В дверях лавки специй появился мускулистый молодой человек. Он лениво держал наготове кинжал и обсасывал кость, которую держал в другой руке.

— Звали? — сказал мужчина.

— Этот уличный мусор загораживает вход в мою лавку, — сказал Камьяр, бросив неприязненный взгляд на Дастана. — Убери его, ладно?

— С удовольствием, господин. — Мужчина отбросил кость в сторону и шагнул к Дастану и Юсэфу. — Проваливайте.

Юсэф тут же убежал, схватив своего младшего брата и направившись в сторону свалки. Но Дастан не собирался так просто сдаваться.

— Прочь с дороги! — заорал он на мускулистого работника Камьяра. — У меня есть дело к твоему господину, лжецу и мошеннику!

Теперь его крики привлекали ещё больше внимания. Уголком глаза Дастан заметил, как на площади появился Джавэд. Но его внимание по-прежнему было приковано к Камьяру.

— Вернись! — крикнул он, когда торговец скрылся в своей лавке. Он бросился вперёд, но путь ему преградил приспешник Камьяра.

— Уходи, парень, — прорычал мужчина. — Сейчас же.

Джавэд поспешил вперёд.

— Простите, господин, — сказал он и поклонился, схватив Дастана за руку. — Он просто взволнован. Он не хотел неприятностей.

— Отпусти меня! — Дастан боролся с хваткой Джавэда. Но его друг не отпускал его, таща за собой через площадь.

— Полегче, братишка, — пыхтел Джавэд, утаскивая Дастана за угол в пустынный переулок. — Пойдём. Оно того не стоит.

— Кто сказал? — проворчал Дастан. — Он мне должен!

— Знаю. — Джавэд наконец отпустил его. — И он тоже это знает. Но он уважаемый торговец с кучей богатых друзей, а ты, ну...

— Уличный мусор. — Дастан выплюнул горькие слова, дошёл до конца переулка и посмотрел через площадь на магазин специй. — Надо бы пробраться туда сегодня ночью и поджечь его драгоценную мирру. Можно скормить куркуму и шафран всем крысам, которых удастся найти, пока я буду этим заниматься. А ещё можно украсть весь его чёрный перец и высыпать в окно, пока он спит.

Джавэд хихикнул.

— Оно не стоит того, братишка, — сказал он. — Побереги свою энергию для более важного дела и просто извлеки уроки из этого опыта.

— Какие уроки? Я уже знаю, что Камьяр — лжец. Чему ещё можно научиться?

Джавэд пожал плечами и снова вышел на улицу, жадно вглядываясь в товары пекаря.

— Научись впредь требовать плату вперёд, — сказал он Дастану. — Теперь ты доказал, что являешься самым быстрым гонцом в Насафе, если раньше у тебя были какие-то сомнения. Это значит, что ты можешь предложить что-то ценное. Ты можешь выдвинуть свои условия.

— Да. Что-то ценное — например, рискнуть жизнью, чтобы доставить его глупое послание. — Дастан снова сжал кулаки, когда на него накатила очередная волна гнева.

Но затем он вздохнул. Джавэд был прав. Что толку наживать себе врага в лице Камьяра? Его огромный работник избил бы Дастана до полусмерти, и Дастан ничего не смог бы с этим поделать. Никто не встанет на сторону уличной крысы. Это было несправедливо, но таков был мир. Или, по крайней мере, его мир.

— Послушай, — сказал Джавэд, направляя Дастана за угол и скрывая из виду лавку Камьяра, — пока тебя не было, я разговаривал с твоим другом Хазамом.

— «Хазамом?» — с некоторым усилием Дастан отвлёкся от мыслей о предательстве Камьяра. — Кто?.. Ах, да. Сумасшедший.

— Он рассказал мне, что слышал о Факеле Атара. — Повернувшись лицом к Дастану, Джавэд прислонился к глиняной стене, заложив больную руку за спину. — Звучит... интересно.

— Ты же не хочешь сказать, что веришь в его небылицы? — спросил Дастан, всё ещё слишком отвлечённый, чтобы полностью воспринять слова своего друга. — Я просто подумал, что ты посмеёшься над этим и, возможно, найдёшь интересной загадкой для размышления.

— Интересная загадка, — сказал Джавэд, потирая подбородок. — Я уже слышал подобные истории о Факеле Атара.

— Правда? — Это наконец привлекло внимание Дастана. — Ты хочешь сказать, что Хазам не выдумал этот волшебный Факел, используя эликсир, сделанный из лучших виноградных лоз империи?

— Нет. На одном из зданий в моей старой деревне есть надпись о Факеле. — Джавэд сделал паузу, его глаза на мгновение приобрели отстранённый вид, как это всегда бывало, когда он говорил или думал о своей жизни до пожара. Затем он моргнул и взглянул на Дастана. — Я также слышал об этом от старого слепца, который работал в царской библиотеке. Он любил рассказывать обо всем, что видел в книгах, когда ещё был зрячим.

Дастан знал, что Джавэд интересуется историей, политикой, литературой и почти всем остальным, что имеет интеллектуальную ценность. Дастан не обращал особого внимания на такие вещи. Единственное, что его интересовало, — это выживание. Но он уважал Джавэда. Он равнялся на него. Если Джавэд считал этот Факел настоящим...

— Этого не может быть, — сказал Дастан, поднимая босой ногой песок. — Факел, управляющий всем светом и тьмой в мире, — это безумие.

— Похоже на то. Но пути бессмертных покажутся странными и невозможными лишь простым смертным, таким как мы.

— Если это реально, только представь, какая сила... — Дастан оглянулся через плечо. — Если бы мне в руки попал такой факел, готов поспорить, старый Камьяр быстро выплатил бы мне долг!

Джавэд бросил на него встревоженный взгляд.

— Факел и пламя были разделены для того, чтобы никто не мог манипулировать их силой в своих интересах, братишка. Только чистые сердцем способны владеть Факелом.

— Если то, что оракул открыл Хазаму, правда, то это может быть лучшим шансом за многие поколения для того, кто сможет воссоединить Факел и его пламя. Подумай, сколько добра мы могли бы с его помощью сделать — всех уличных крыс накормить, одеть, дать им дом. Подумай о Юсэфе и его младшем брате. Если и Факел, и пламя находятся здесь, в Насафе, нужно лишь выяснить, у кого находится Факел, а затем по подсказкам добраться до пламени.

— Верно. — Дастан бросил на друга скептический взгляд. — Ты имеешь в виду такие подсказки, как разговор с малиновым слоном?

Джавэд усмехнулся.

— Я знаю, что это звучит невозможно. Но было бы забавно попробовать, не находишь? И не забывай, что завтра день рождения принца. Весь дворец будет отвлечён. — Его глаза сверкнули, когда он посмотрел в сторону дворца, возвышающегося над крышами вдалеке. — Думаю, парочка ловких уличных крыс сможет незаметно пробраться в царские конюшни, дабы посмотреть на слонов.

Дастан хихикнул.

— Думаешь?

— Не попробуем — не узнаем. Пойдём во дворец и посмотрим, как там обстоят дела.

Дастан пожал плечами. Почему бы и нет? По крайней мере, помощь Джавэду в этой маленькой игре могла бы ещё больше отвлечь его от этого негодяя Камьяра. Он пытался последовать совету друга и извлечь уроки из случившегося. Но забыть об этом было нелегко. Деньги, обещанные Дастану за работу, позволили бы ему заменить ту курицу, которую он потерял ранее, и обрести целый пир.

Дастан и Джавэд спешили по лабиринту улиц, направляясь к центру города. Близился полдень, и солнце опаляло Насаф, припекая пыльные улицы и людей на них.

Но Дастан почти не замечал жары, поскольку его мысли возвращались к недавнему унижению. Камьяр не мог обмануть его, лишив честно заработанной награды. Но он это сделал. И Дастану, как уличной крысе, не обладающей никакой властью, оставалось только смириться с этим и жить дальше.

— Почему здесь так много людей? — задался вопросом Джавэд, когда они свернули на главную аллею, ведущую от городских ворот ко дворцовой площади.

Дастан моргнул и огляделся. Его друг был прав. Это был жилой район с большими, величественными домами, в которых жили в основном священники, сборщики налогов и другие важные люди. Обычно в это время суток здесь можно было встретить несколько жителей, бредущих по каким-то делам, но не такую толпу, которая собралась сейчас по обеим сторонам улицы. Люди занимали места, смеялись и громко разговаривали, вытягивая шеи в сторону дальнего конца улицы.

Дастан и Джавэд обменялись растерянными взглядами: что происходит?

Глава шестая

— Расступитесь! — крикнул дворцовый стражник, вышагивая по аллее в сопровождении фаланги своих соратников. — Дорогу гостям царя!

Дастан привстал на кончики пальцев ног, чтобы разглядеть стоящих перед ними женщин.

— Интересно, кто это?

— Должно быть, кто-то важный. Не представляю, чтобы столько народу собралось посмотреть, как проезжают месопотамцы или скифы, не говоря уже о каком-то сатрапе из другой части империи, — усмехнулся Джавэд. — Ты что-нибудь видишь?

— Не особо. — Дастан подпрыгивал на месте, всё ещё надеясь хоть мельком взглянуть на зрелище.

В этот момент раздался восторженный крик. Толпа сдвинулась перед двумя мальчиками, и они смогли протиснуться. Теперь они могли беспрепятственно наблюдать за процессией, которая только что появилась в дальнем конце квартала.

Делегацию возглавляло не менее дюжины пеших солдат, за которыми следовали несколько рядов мужчин на лошадях. Лошади были жилистыми и бодрыми, их шеи и подпруги были задрапированы гобеленами с серебряными нитями.

Джавэд взглянул на флаг, который нёс главный всадник.

— Это белые гунны, пришли с северных границ, — доложил он.

— Ты удивлён, друг мой? — Дастан наблюдал за лошадьми, восхищаясь их эффектной манерой передвижения.

— Да, удивлён, — ответил Джавэд. — Мы совсем недавно победили гуннов в войне. Надеюсь, их присутствие в Насафе означает, что отношения между нашими двумя народами улучшились, а не что-то худшее.

Дастан пожал плечами. Политика и войны были делом царя и его людей, а не его самого. Какая разница, воевали ли персы с римлянами, белыми гуннами или кем-то ещё? От этого не увеличивалось количество изъеденных личинками бараньих голеней, которые можно было найти на свалке, и не становилось легче утащить кусочек фрукта из-под носа лавочника.

Он смотрел, как процессия приближается. За всадниками ехала пара повозок, запряжённых мускулистыми, обнажёнными слугами. На каждой из них сидел молодой человек, одетый в тончайшие шелка и лён.

— Эти двое, должно быть, принцы гуннов, — догадался Джавэд.

Дастан перевёл взгляд с лошадей на литавры. Младший из принцев был одет в богатые красные и русые одежды, и драпировка на носилках соответствовала его одежде. Другие носилки были задрапированы пурпуром и зеленью, но Дастан едва рассмотрел сидящую на ней фигуру. Его внимание привлекло что-то другое. Он смотрел на него, пока носилки двигались вперёд, приближаясь к месту, где они стояли. Может ли это быть?..

— Факел! — воскликнул он, ткнув Джавэда под рёбра. — Смотри-ка, он точно такой же, как описал Хазам!

— Очень смешно, братишка, — сказал Джавэд. — Теперь ты будешь принимать любой факел за...

Его голос прервался, когда он увидел то, что увидел Дастан. На почётном месте в передней части носилок старшего принца стоял большой незажжённый факел из чистого золота. Его рукоятка была выполнена в форме тела мускулистого льва, а на кончике раскрытая пасть зверя была усеяна зубами из слоновой кости, в которых можно было разжечь пламя. Предмет тускло поблёскивал на солнце, весь его вид был древним и потусторонним.

— Поверить не могу! — воскликнул Джавэд. — Похоже, это и есть Факел Атара. Но как такое возможно?

Прежде чем Дастан успел ответить, Джавэд бросился вперёд, устремив взгляд на Факел. Он пронёсся мимо первой шеренги, заставив одного из носильщиков остановиться на полушаге, чтобы не столкнуться с ним. Через секунду остановились и остальные, отчего все носилки покачнулись.

Принц в красной одежде, сидевший на ней, вынужден был ухватиться за борта, чтобы сохранить равновесие. Он разразился потоком гневных слов на своём языке. Затем схватил лежавший рядом с ним скимитар.

— Кто виноват? — кричал он на акцентированном, но беглом персидском, оглядывая носильщиков. — Может быть, когда твоя голова покатится по этим грязным улицам, остальные будут менее неуклюжими!

— Полегче, брат, — сказал старший принц. — Я видел, что случилось. Наши люди не виноваты; им пришлось остановиться, чтобы не споткнуться об это.

Он указал на Джавэда, чей взгляд был прикован к Факелу. Джавэд, казалось, не понимал, что вся процессия остановилась из-за него.

Дастан стал протискиваться мимо гуннских солдат, пытаясь подойти ближе. Мечтательность Джавэда часто приводила его к неприятностям. Похоже, это был один из таких случаев.

Младший принц опустил скимитар и обратил свой взгляд на Джавэда.

— Прочь с дороги, уличная мразь! — прошипел он.

Джавэд, казалось, не слышал его. Он смотрел между двумя пешими солдатами на пурпурные носилки за ними.

— Может ли это быть? — спросил он. — Неужели это действительно Факел Атара?

Дастан вздрогнул. Он попытался броситься к Джавэду. Но мускулистая рука гуннского солдата остановила его.

— Ну и что с того? — Младший принц с ухмылкой посмотрел на Джавэда. — Неужели ты думаешь, что только у могущественных персов в сокровищнице есть что-то ценное?

Тем временем выражение лица его брата внезапно ожесточилось.

— Что может знать обычная персидская уличная крыса о Факеле Атара? — потребовал он, уставившись на Джавэда.

— Сгинь, уличный мусор, — приказал младший гуннский принц. — Ты недостоин даже смотреть на наше сокровище.

— Пропустите, — пробормотал Дастан, толкая стоящего перед ним грузного гуннского солдата. Он заметил растерянность на лице своего друга, а также раздражение и нетерпение — на лице младшего гуннского принца.

Джавэд сделал ещё один шаг к Факелу. Молодой принц нахмурился.

— Ты смеешь игнорировать мой приказ? — воскликнул он, поднимая свой скимитар.

Дастан сделал выпад вперёд. Но солдат сильно толкнул его, отчего тот отлетел назад, к группе женщин.

— Не подходи, пацан, — прорычал гунн на грубом персидском языке.

Когда Дастан бормотал поспешные извинения перед женщинами, он услышал слова старшего гуннского принца.

— Не делай глупостей, брат. Отец будет в ярости, если мы развяжем новую войну.

— Но это дерзость...

— Да. Но, возможно, нам следует просто попросить стражников схватить его и подержать в плену некоторое время, чтобы он не вздумал красть у нас. Этого будет достаточно, и я уверен, что персидский царь поймёт наши опасения. — Он кивнул в сторону особенно крупного стражника со шрамом на одной щеке, который тут же сделал шаг к Джавэду.

Дастан выглянул между солдатами и увидел, как младший принц опустил скимитар, похоже, обдумывая слова брата.

— Полагаю, ты прав, — сказал наконец молодой гунн, хотя в его голосе звучало разочарование от того, что убийство оказалось недоступным для него.

Джавэд наконец вышел из задумчивости и протиснулся между рядами солдат, оказавшись вне пределов досягаемости скимитара младшего принца. Но он не сводил настороженных глаз с гуннского стражника со шрамом, который теперь следовал за Джавэдом.

Впрочем, Дастан не слишком беспокоился. Если бы Джавэд начал бежать, он наверняка сумел бы ускользнуть от гуннов на оживлённых улицах Насафа. В конце концов, Джавэд знал их лучше, чем любой другой уличный мальчишка.

Как раз в это время Джавэд добежал до вторых носилок и остановился, снова застыв на месте. Уставившись на Факел с открытым ртом, он протянул руку и коснулся его, проведя пальцами по сверкающей поверхности.

Младший принц сузил глаза.

— Отец, может, и не хочет больше войн, — сказал он, — но и он, и персидский царь наверняка поймут, как наказать обычного вора...

Его брат выглядел встревоженным. Однако прежде чем он успел ответить, младший принц прорычал что-то на своём языке.

Меч стражника со шрамом сверкнул. Неприятный звук удара металла о плоть заставил толпу зрителей ахнуть, а затем застонать.

Не прошло и мгновения, как Джавэд рухнул на землю, из его горла хлынула кровь.

Глава седьмая

Дастан взвыл и прыгнул вперёд, в толпу.

Стражники-гунны снова попытались остановить его. Но на этот раз его было не остановить. Он схватил одну из направлявшихся к нему рук, перемахнул через неё, как акробат, и оттолкнулся от груди другого солдата, который тянулся к нему.

— Уф! — Второй человек хрюкнул и упал на спину, а толпа ахнула от восторга, и несколько мальчишек разразились прерывистыми криками радости.

Дастан ничего этого не замечал. Всё его внимание было приковано к другу. Тело Джавэда, лежавшее на улице, выглядело ещё меньше, чем прежде. Из его шеи хлестала кровь, пачкая одежду и счастливую монету, болтавшуюся на шнурке.

— Ну и зачем ты это сделал? — жаловался старший гуннский принц. Затем он перешёл на свой язык.

Опустившись на колени рядом с Джавэдом, Дастан заглянул в лицо своему другу. Но жизнь уже покинула его. Его кровь просочилась в песок и гравий. Дастан издал придушенный крик. Его единственный друг был мёртв.

Чувствуя, как в нём поднимается ярость, Дастан вскочил на ноги и обернулся. Стражник, убивший Джавэда, смотрел вниз, вытирая кровь с меча о подол одежды. Он издал удивлённый возглас, когда Дастан бросился вперёд, размахивая кулаками.

— Я убью тебя! — крикнул Дастан, в его голове клокотал гнев. Он изо всех сил колотил стражника. — Я убью тебя за это!

Стражник вскинул руки, чтобы отразить удары, и ответил сначала на своём языке, потом на персидском.

— Остановись! — приказал он. — Или умрёшь, как и твой никчёмный дружок.

Он схватил Дастана и сильно толкнул его. Дастан отлетел назад, растянулся на улице и проехал несколько ярдов.

Ещё раз взглянув на тело Джавэда, Дастан издал рваный крик и снова бросился на стражника.

На этот раз гунн был готов ко встрече с ним. Он взмахнул мечом, целясь Дастану в грудь.

Дастан вовремя заметил удар. Он подпрыгнул вверх и почувствовал, как клинок промелькнул на волосок под его ногами. Воспользовавшись тем, что стражник на мгновение потерял равновесие, Дастан прыгнул и вцепился ему ногтями в глаза.

Стражник нанёс Дастану сильный удар в челюсть, а затем впился пальцами в руки юноши и отцепил его, снова повалив на землю.

Дастан почти не почувствовал удара. Теперь он был онемел от боли. На его глазах убили его лучшего друга — единственного человека, который был ему дорог в этом мире. Поднявшись на ноги, он издал вопль и снова бросился к солдату со шрамом на лице.

Однако к этому времени на помощь подоспели ещё несколько гуннских стражников. Несколько из них схватили Дастана в середине прыжка и повалили на землю лицом вперёд. Песок впился в щеку Дастана, когда они прижали его голову подошвами своих кожаных сандалий.

— Стойте! — властно окликнул старший гуннский принц. — Я хочу, чтобы вы взяли его живым.

Это, похоже, смутило стражников. На секунду все они замерли на месте. Гунн, который вбивал лицо Дастана в землю ногой, отступил назад и пробормотал что-то на своём языке.

Дастан выплюнул полный рот грязной, перепачканной сажей грязи, затем закашлялся. Не успел он пошевелиться, как краем глаза заметил движение. Кто-то схватил его за руку.

— Скорее! — прошипел голос. — Это может быть твой единственный шанс!

Дастан понятия не имел, о чём говорит тот, кто его схватил. Он только мельком увидел, как стражник со шрамом отвернулся, дабы обратиться к принцу. В нём снова вспыхнула ярость, горячая, горькая и сильная. Он вскочил на ноги, нацелившись на стражника.

Но тут же почувствовал, как его выводит из равновесия тот, кто держит его за руку. Раздражённо обернувшись, он с удивлением увидел перед собой долговязого рыжеволосого мальчишку из гонки гонцов.

— Поторопись! — повторил незнакомец, бросив нервный взгляд на гуннов. Его и Дастана по-прежнему окружали стражники, но все они смотрели на двух принцев, которые, похоже, спорили друг с другом на своём языке.

— Нужно уходить! — крикнул мальчик.

— Нет. — Дастан попытался вырвать свою руку. — У меня здесь дела.

Мальчик вцепился в него.

— Тебя убьют.

— Плевать. — Дастан взмахнул свободной рукой, пытаясь заставить мальчика отпустить его.

Долговязый незнакомец принял удар, не издав ни звука, но его хватка на руке Дастана не ослабла.

— Неужели ты думаешь, что твоему другу Джавэду тоже плевать? — прошипел он. — Ты не сможешь как следует отомстить за него — или даже оплакать, — если сам будешь мёртв!

Эти слова наконец прорвались сквозь кипящее негодование Дастана.

Он бросил ещё один взгляд на тело Джавэда. При этом он увидел, как один из гуннских солдат потянулся, чтобы схватить его. Вовремя увернувшись от него, Дастан бросился бежать, уворачиваясь от рук первого стражника и отпихивая другого, который поворачивался к нему.

— Давай! — крикнул он, надеясь, что рыжеволосый незнакомец поспешит за ним.

Вдвоём они проскочили между несколькими солдатами и достигли края улицы. Наблюдающая толпа, казалось, была озадачена происходящим, и никто не сделал и шага, чтобы остановить их, пока Дастан и его новый друг мчались по узкому переулку.

— Схватить их! — крикнул старший гуннский принц.

Стражники засуетились, погнавшись за мальчиками. Дастан слышал визг женщин и детей и гневные клятвы мужчин, когда гунны прорывались сквозь толпу персов.

— Сюда! — крикнул Дастан через плечо, направляясь по извилистой улочке между двумя высокими узкими домами.

— Что ты делаешь? — в ужасе воскликнул мальчик, когда Дастан остановился перед возвышающейся оштукатуренной стеной, увитой густыми виноградными лозами. — Это тупик!

— Не для нас. — Дастан вскарабкался по виноградной лозе, как обезьяна, перебирая руками и упираясь босыми ногами в стену, чтобы удержать равновесие. Позади себя он услышал восхищённый смех мальчика.

Также он услышал крики гуннских стражников.

Но Дастан был уже почти на вершине стены. Он вскарабкался на крышу и повернулся, чтобы помочь мальчику подняться и перелезть через неё.

И как раз вовремя. Мимо них пронеслась стрела, взлетела вверх и с грохотом упала на крышу. Дастан бросил быстрый взгляд вниз, чтобы посмотреть, не попытаются ли солдаты последовать за ним. Он увидел, что двое или трое из них уже ухватились за виноградную лозу.

— Будем надеяться, что она сломается под их весом и сбросит их обратно на улицу, — сказал он. — Но если этого не произойдёт, нам лучше бежать.

— Чего ты ждёшь? — Мальчик бросился бежать по крыше.

Дастан помчался за ним и догнал, когда незнакомец остановился на краю здания.

— Не думай, — крикнул Дастан, проносясь мимо, не сбавляя скорости. — Просто прыгай!

Он перепрыгнул через переулок. Через секунду после приземления он услышал хрюканье. Мальчик наткнулся на него, чуть не сбив с ног.

— Извини, — сказал он, тяжело дыша.

Оглянувшись, Дастан увидел, что двое гуннских солдат всё ещё приближаются к ним.

— Поторопись, — сказал он.

Он провёл их по крыше и вывел на портик, выходящий на другую широкую аллею.

— Ты с ума сошёл? — закричал мальчик, когда догнал его. — Нам не перепрыгнуть!

— А мы и не собираемся. — Дастан опустился на землю, затем перемахнул через край портика. Пальцами ног он нащупал резную каменную капитель на вершине одной из колонн. Ухватившись за неё обеими ногами, он отпустил руки и заскользил вниз, пока не смог ухватиться за колонну руками и проделать остаток пути до земли.

Мальчик приземлился через мгновение после него.

— Куда дальше? — спросил он.

Дастан не мог не поразиться. В Насафе было не так много мальчишек, которые были бы достаточно быстрыми, ловкими и смелыми, чтобы последовать за ним. Даже...

Быстро прогнав из головы мысли о Джавэде, Дастан оглядел улицу вдоль и поперёк. Здесь было всего несколько пешеходов, а также несколько телег и повозок. Заметив, что за углом мчится толпа гуннов, он сглотнул.

Они тоже увидели его. Главный крикнул, и все они бросились к мальчикам.

— Сюда! — крикнул Дастан, поворачивая в противоположную сторону и уносясь прочь.

Он слышал, как позади него пыхтит мальчик. Мысли Дастана неслись быстрее, чем его ноги. Здания на этой улице были высокими и простыми спереди, что делало их практически непреодолимыми. Но он не волновался. Более крупные и тяжёлые гуннские солдаты, со всеми их доспехами и украшениями, никогда не смогли бы догнать быстрых, жилистых мальчиков. Всё, что нужно было сделать мальчикам, — это дойти до конца квартала, и они наверняка смогли бы оторваться от них в лабиринте знакомых улиц...

Грохот копыт прервал его мысли. Он вздрогнул, оглянувшись назад. Конные солдаты только что догнали остальных!

— Лошади! — закричал мальчик в панике. — Нам их не обогнать!

Дастан в отчаянии огляделся по сторонам, ища хоть один грубый каменный фасад здания, хоть одну украшенную колонну, по которой можно было бы попасть на крышу...

— Сюда! — крикнул он, отклоняясь в сторону.

Он только что заметил осла, который тянул за собой скромную деревянную тележку, доверху нагруженную гранатами. Рядом с ослом шёл крестьянин. Он издал тревожный крик, когда Дастан помчался прямо к его повозке.

Дастан подпрыгнул вверх и приземлился прямо посреди тщательно выстроенной башни из гранатов, отчего они разлетелись во все стороны. Крестьянин застонал от ужаса, когда его товар покатился по улице, словно багровый прилив.

Первая из лошадей гуннов заметила летящие на неё гранаты. Она затормозила, и всадник перелетел через неё. Другая лошадь испугалась и врезалась в третью. Вскоре вся рота гуннских воинов остановилась, лошади плясали и фыркали, пытаясь избежать катящихся по копытам плодов, воины ругались и кричали друг на друга.

Но Дастан и его новый друг не стали задерживаться и наблюдать за хаосом. Они помчались дальше, обогнув угол. К сожалению, следующая улица была такой же, как и предыдущая, с небольшими проходами к крышам. К тому же Дастан понимал, что выход на крыши — не вариант. Не здесь. В отличие от более скромного района возле свалки с его массой низкорослых зданий, стоящих вплотную друг к другу, через которые пролегали лишь узкие переулки, в этой части города бо́льшая часть зданий была разделена на островки широкими аллеями. Каналы между зданиями было невозможно перепрыгнуть.

— Сюда! — зашипел мальчик, схватив Дастана и потащив его к глубокому арочному входу в соседнее здание.

Дастану ничего не оставалось, как последовать за ним. Он уже слышал, как позади них всё ближе раздаются крики, и догадался, что по крайней мере несколько гуннов уже погнали своих лошадей через море гранатов.

Мальчики проскочили через арку. Небольшой сводчатый вход был выложен глазурованной плиткой разных оттенков синего и зелёного, что создавало ощущение подводного мира. Дастан попытался заглянуть в дверь, ведущую в дом, надеясь, что оттуда можно выбраться. Но она была заперта на засов. Другого выхода не было. Если гунны заметят, что они прячутся здесь...

Мгновение спустя послышался стук копыт: гунны пронеслись по дороге, крича на ломаном персидском, чтобы все убирались с дороги. Затем шум стих удалившись.

Рыжеволосый мальчик наклонился и выглянул наружу.

— Они ушли. Мы в безопасности.

— Да. — Дастан прочистил горло. — Похоже, я обязан тебе жизнью и благодарностью, а я даже не знаю твоего имени.

— Я Арду, — улыбнулся мальчик. — Я собирался представиться раньше, но этот свиноглазый лавочник помешал.

— Почему я не видел тебя раньше? — спросил Дастан.

Арду пожал узкими плечами.

— Я только приехал.

— Почему ты приехал в Насаф?

— Мне больше некуда было идти. Я вырос посреди пустыни — мои родители держали караван-сарай на полпути между этим местом и Ктесифоном, но потом пришли римляне. — Выражение его лица изменилось. — Мои родители пытались спрятать нас, но солдаты нашли всех, кроме меня. Мои братья, сёстры, родители, бабушка и дедушка — они не пощадили никого.

— Оу. — Дастан не знал, что ещё сказать, и промолчал.

Арду бросил на него взгляд.

— Ну, я был сиротой, застрявшим в самом центре небытия. Что ещё мне оставалось делать, кроме как приехать в сердце империи, чтобы заработать состояние? — Он улыбнулся и протянул руки. — И вот я здесь, в Насафе. Полагаю, я не единственный, у кого есть своя печальная история.

Он взглянул на Дастана, словно ожидая, что тот предложит свою историю в ответ. Но Дастан лишь кивнул, замолчав.

— Нам лучше убраться отсюда, пока гунны не вернулись и не нашли нас, — сказал он через мгновение. Затем он выглянул на улицу. Гуннов по-прежнему не было видно. Но к арке, где прятались мальчики, направлялся человек. Высокий и очень худой, он был закутан в одеяния цвета бычьей крови из тончайшего шёлка, которые при ходьбе закручивались вокруг его ног.

Дастан ахнул, узнав этого человека.

— Мне показалось, что это место мне знакомо! — пробормотал он про себя, оглядывая выложенный плиткой вход.

— Что? — спросил Арду.

— Это Виндарна, — прошептал Дастан. — Он владеет этим местом. Он маг — могущественный маг, который, как говорят, обладает всевозможными тёмными, таинственными силами, непостижимыми для человека.

Арду выглядел растерянным. Но у Дастана не было времени объяснять дальше. Он схватил мальчика за руку и вытащил его за собой из дверного проёма.

— Эй, мальчик! — Голос Виндарны был хриплым и грубым. — Что ты там делаешь?

Дастан сглотнул, встретившись с ним взглядом. Чёрные глаза и змеиные брови Виндарны, казалось, схватили Дастана и удерживали против его воли, заглядывая в самую душу...

Вздрогнув, Дастан вырвался из-под пристального взгляда мужчины.

— Идём! — крикнул он Арду, повернулся и помчался обратно по улице.

Глава восьмая

— На что смотрел твой друг, что так разозлил гуннов? — спросил Арду.

Прошло полчаса. Дастан и Арду быстро обогнали Виндарну и поспешили обратно на улицу, где жили. Они затаились за большим курятником на крыше сокольничего дома, пока не убедились, что гунны их не ищут.

Дастан посмотрел на одного из соколов. Птица сидела на своём насесте, свесив перья с головы, и выглядела несчастной в своём плену.

— Джавэд никогда не был достаточно осторожен, — пробормотал Дастан. — Он верил, что люди будут такими же добрыми, как и он сам. Но эти гунны не были добры к нему.

— Я подумал, может, он пытается получше рассмотреть Факел Атара. Я и сам его рассматривал, правда, не с такого близкого расстояния.

Дастан поднял глаза и увидел, что мальчик наблюдает за ним. Почему теперь он только об этом и слышал?

— Факел Атара, — настороженно повторил он. — Откуда ты знаешь о нём?

Арду пожал плечами.

— Мой отец увлекался всякими старыми легендами. Он любил рассказывать истории о Факеле Атара, проклятии бактрийцев, духах Шёлкового пути, кинжале времени, черепе сожжённого города, короне Элама...

— Хорошо, я понял. — Дастан нахмурился. Начинало казаться, что об этом мистическом Факеле знают все, кроме него. — Как ты думаешь, это действительно был он? Как, по-твоему, он оказался у гуннов? Думаешь, они слышали, что его пламя находится в Насафе, и поэтому принесли его сюда? — Потом он покачал головой. Какое ему вообще дело до этого? Ни одна из этих историй не была правдой.

Дастан поморщился, потом встал и потянулся. Солнце уже стояло прямо над головой, и на сухой глинобитной крыше было жарко. Хотя в тот день он ещё не ел, горе и вонь от пропечённых на солнце птичьих экскрементов не давали ему почувствовать голод.

Он подошёл к краю крыши и осмотрел рынок. Здесь было многолюдно. Люди внизу напоминали муравьёв, снующих по лабиринту. Сколько раз он стоял и смотрел вниз на улицы Насафа с Джавэдом? Слишком много, чтобы сосчитать...

— Мне пора, — сказал он через плечо. — Ещё раз спасибо за помощь.

— Подожди! — Арду вскочил на ноги и поспешил к нему, прежде чем Дастан успел пошевелиться. — Куда ты? Гунны всё ещё могут быть там.

— Я буду осторожен.

— Но какой смысл ждать? За это время мы могли бы поговорить о Факеле.

Дастан бросил на него взгляд.

— Это последнее, о чём я хочу говорить. Лучше бы я никогда не слышал об этом Факеле. Тогда, возможно, и Джавэд был бы жив.

Он спрыгнул с крыши, кувырком перемахнул через выступ из глиняного кирпича и приземлился на ноги. Через секунду рядом с ним приземлился Арду.

— Мне жаль твоего друга, — сказал он Дастану. — Судя по тому, как ты о нём говоришь, я понимаю, что он был особенным. Но он бы не хотел, чтобы ты рисковал своей жизнью из-за горя по нему.

— Он также не хотел бы, чтобы его самое ценное, что у него было, бросили в братскую могилу или, что ещё хуже, зарыли в грязь и забыли. — Дастан зашагал по улице. — Я должен позаботиться о его теле и убедиться, что он и его счастливая монета будут упокоены с достоинством.

— Оу. — Арду молчал минуту или две, хотя продолжал идти вперёд. Наконец он прочистил горло. — Я хотел бы помочь.

Дастан бросил на него взгляд.

— Хорошо. Но будь осторожен.

Когда они добрались до места, где погиб Джавэд, то обнаружили группу персидских женщин, собравшихся вокруг его тела, которое они отодвинули в сторону, чтобы не мешать движению. Дастан внимательно осмотрелся, прежде чем выйти из-под прикрытия дверного проёма. Арду попятился, выглядя нервным, но Дастан не обратил на него внимания.

Он узнал самую старую из женщин, вдову и прачку по имени Фарзана. Она подняла голову, когда он подошёл.

— А, Дастан! — воскликнула она, вытирая слёзы. Она посмотрела вниз на безжизненное тело Джавэда. — Он был таким добрым мальчиком, таким весёлым и отзывчивым...

Дастан не решался заговорить. Он кивнул, затем прочистил горло. Хорошо, что Фарзана и её подруги были рядом. Они окажут Джавэду заслуженные почести. Но что делать с монетой?

Женщина помоложе кивнула. Дастан не знал её имени, но видел, что она работает в местной пекарне.

— Не волнуйся, — сказала она мягким голосом. — Мы позаботимся о нём как следует.

— Знаю. Спасибо, — наконец смог вымолвить Дастан. — Пожалуйста, не забудьте оставить при нём его монету. Она была очень важна для...

Говоря, он заставил себя посмотреть на тело своего друга. Женщины уже смыли бо́льшую часть крови, и Джавэд выглядел холоднее и неподвижнее, чем когда-либо. Но не это заставило Дастана вздрогнуть.

— Его монета! — воскликнул он. — Где она?

Опустившись на колени, он обыскал одежду друга. Кожа Джавэда уже стала прохладной и восковой, и прикосновение к ней заставило Дастана вздрогнуть. Но он не остановился, пока не убедился, что шнура на шее Джавэда больше нет.

— Ты о кулоне, который он носил? — нахмурилась Фарзана, бросив злобный взгляд в сторону дворца. — Эти звери забрали его.

Одна из других женщин хмыкнула.

— Гунны сказали, что это единственная ценная вещь у «обычной персидской уличной крысы».

— Чудовища! — выплюнула Фарзана.

Дастан сжал кулаки, чувствуя, как в нём снова закипает ярость.

— Не волнуйтесь, — сказал он женщинам. — Я верну монету, дабы упокоить её с ним.

Он не заметил, что к нему присоединился Арду, пока тот не заговорил.

— Как ты собираешься это сделать?

— Полагаю, мне придётся пробраться во дворец и украсть её обратно. — Дастан бросил взгляд на Арду, как бы дожидаясь, когда тот оспорит его план.

Но Арду лишь кивнул.

— Я пойду с тобой.

— Пойдёшь? — Дастан не смог скрыть своего удивления. — Почему?

Арду повернул голову и задумчиво посмотрел в сторону дворца.

— Ну, во-первых, пока мы там, я могу придумать, как отомстить гуннам за то, что они сделали, — ответил Арду.

— Ты имеешь в виду убить их? — вздохнул Дастан. — Заманчивая идея, но я подозреваю, что у дворцовой стражи могут быть возражения.

— Нет, ничего подобного. — Арду повернулся к нему лицом, глаза блестели от возбуждения. — А что, если нам удастся украсть Факел Атара, пока мы будем там?

Дастан пожал плечами.

— Какой в этом смысл? Нам от него пользы не больше, чем им.

— Возможно. А что, если мы также найдём пламя, которое восстановит его силу?

— Невозможно. — Дастан покачал головой. — Джавэд был единственным, кто умел разгадывать загадки. Теперь, когда его нет... Кроме того, единственная сила Факела — приносить страдания и смерть.

В то время как часть Дастана с трудом верила в то, что Джавэд мёртв, другая часть уже смирилась с потерей. На самом деле Дастан как будто всегда знал, что всё закончится именно так. Ведь за свои несколько лет он повидал столько смертей. Теперь его жизнь вернётся в прежнее русло. Он останется совсем один в этом мире. Частично он смирился с этим. Какова будет цена поисков Факела? Жизнь? Имеет ли она теперь значение?

— Хорошо, — наконец сказал Дастан. — Если хочешь, мы можем поискать возможность захватить Факел. Но только после того, как найдём монету Джавэда.

— Договорились! — усмехнулся Арду. Затем, внезапно вспомнив об этом мрачном событии, он бросил взгляд на тело Джавэда. — Когда приступим?

— После наступления темноты. — Дастан уже подумывал, не было ли ошибкой позволить Арду сопровождать его. В одиночку пробраться во дворец было бы достаточно сложно. Арду казался хорошим парнем, но он явно был слишком смелым для своего собственного блага.

Слишком смелым для собственного блага.

Дастан понял, что именно это всегда говорил о нём Джавэд. Но он никогда не скажет этого снова...

Дастан взглянул на Арду, который лежал на спине с открытым ртом и храпел, глядя в вечернее небо. Солнце только что скрылось за городскими стенами, оставив после себя несколько последних брызг цвета, окрасивших унылые глиняные и каменные здания в оранжевый и пунцовый цвета.

Поднявшись как можно тише, Дастан на цыпочках прошёл по крыше. Поужинав сливами, выхваченными из-за спины торговца фруктами, и чёрствым лавашем, найденным на свалке, Арду решил вздремнуть перед вечерними приключениями. Он заснул почти сразу, положив голову на руку, чтобы смягчить шершавую штукатурку.

Вскоре Дастан уже спешил по крышам, наперегонки с наступающей темнотой. Он остановился на портике, выходящем на дворцовую площадь.

Огромный, песочного цвета дворец выглядел великолепно в ночи. Свет струился из каждого окна на его высоком, внушительном фасаде и освещал каждую колонну и арку. Факелы отражались от полированных доспехов стражников, стоявших у главного входа.

Дастан прошёлся взглядом по высоким дворцовым стенам, оценивая свои шансы попасть внутрь. При этой мысли он содрогнулся. Хотя он знал каждый дюйм улиц и крыш Насафа, дворец был тем местом, о котором он и не подозревал, что ему представится возможность исследовать его.

Он наблюдал за стражниками достаточно долго, чтобы понять их расположение. Помимо тех, что стояли в строю у основания парадной каменной лестницы, ещё несколько человек лениво маршировали взад-вперёд вдоль колоннад, выстроившихся вдоль передних стен. Большинство из них почти не обращали внимания на простых персидских граждан, проходящих мимо в нескольких ярдах от дворца.

Дастан спустился с портика и поскакал через площадь. Остановившись за группой устало выглядящих рабочих, он подождал, пока пройдёт ближайший стражник. Тот размахивал мечом и что-то напевал себе под нос. На Дастана он даже не взглянул.

Рот Дастана искривился в улыбке. Иногда приятно быть уличной крысой, практически невидимой для большинства людей.

Он отошёл от рабочих и бросился к колоннаде. Пригнувшись за одной из мощных каменных колонн, он выглянул наружу. Стражник всё ещё продолжал обход.

Дастан перевёл дыхание, затем повернулся и прижался спиной к колонне. Сердце его упало, когда он увидел, что у колоннады нет ни дверей, ни окон во дворец. И что теперь?

Он снова выглянул наружу, ожидая, пока пройдёт следующий стражник. Как только путь стал чист, Дастан ухватился за колонну и начал карабкаться вверх.

Колонна была гораздо больше, чем большинство тех, на которые Дастану доводилось взбираться. Руки болели, цепляясь за шершавый камень, ноги подкашивались в поисках опоры. Но дюйм за дюймом он пробирался вверх.

Наконец он оказался в пределах досягаемости капители. Сбоку здания торчало резное изображение разъярённого быка, и Дастан смог с его помощью подтянуться. Ворча от усилий, он вскарабкался на выступ и на мгновение повис над площадью. Он был рад темноте, так как с трудом проделал оставшийся путь.

Выбравшись на крышу колоннады, он вскочил на ноги и легко побежал по ней. На углу дворца находились декоративные резные украшения, которые тянулись до самого верха. Оглядевшись в последний раз, Дастан ухватился за резьбу и начал подниматься. На полпути к вершине ему удалось перебраться на узкий выступ из глиняного кирпича. Так он оказался на расстоянии вытянутой руки от небольшого окна с арочной рамой.

Он потянулся вверх, чтобы достать до оконного карниза. При этом его нога соскользнула, и он, задыхаясь, ухватился за карниз как раз вовремя, чтобы не свалиться. На мгновение он завис, не решаясь посмотреть вниз. Затем он подтянулся и влетел в окно.

К счастью, комната, в которую он попал, оказалась пустынной. Похоже, это была небольшая прихожая, обставленная лишь несколькими стульями и богатым узорчатым ковром. Дастан слышал слабые звуки музыки, доносившиеся откуда-то снизу и из глубины дворца, но в комнате, где он оказался, царила тишина, если не считать мышиного попискивания в каком-то тёмном углу.

Дастан поднялся на ноги и осторожно направился к арочному дверному проёму. Он открывался в большую комнату, которая тоже была безлюдна. Похоже, это была гостиная для дворцовых женщин.

В большой комнате в каждой из четырёх стен имелись дверные проёмы. Дастан выбрал одну из них наугад и оказался в огромном сводчатом зале. Оглядевшись по сторонам, он понял, что находится в помещении, — это было почти головокружительно. Деревянный пол заскрипел, когда он ступил на него. С одной стороны было несколько арок, и Дастан, следуя за звуком текущей воды, оказался в длинной узкой комнате с пальмами в горшках в каждом углу и фонтаном в центре, выложенным разноцветными плитками. Стены были покрыты разноцветной мозаикой, изображавшей большой оазис в пустыне с танцующими кочевниками, свирепыми львами и спокойными верблюдами.

Это было потрясающее зрелище. Но Дастан пришёл сюда не для того, чтобы любоваться достопримечательностями. Двигаясь дальше, он проходил через одну комнату за другой, каждая из которых была роскошнее предыдущей. Однажды он чуть не натолкнулся на небольшую группу женщин, собравшихся вокруг хорошенькой девушки с гребнями для волос. Вовремя пригнувшись, он с любопытством прислушивался к их болтовне на незнакомом языке. В другой раз он оказался между несколькими большими клетками с леопардами и другими экзотическими кошками, которые смотрели на него злыми жёлтыми глазами, пока он проходил между ними.

Вскоре у Дастана голова шла кругом от всего увиденного. Снаружи дворец казался достаточно большим, но теперь, когда он оказался внутри его массивных стен, он казался ещё больше. Вскоре он безнадёжно заблудился в бесконечном лабиринте комнат.

И всё же гуннов не было.

Но он продолжал двигаться. Он был полон решимости отыскать реликвию Джавэда, даже если на это уйдёт вся ночь.

Он тихо прошёл через пустую спальню. Откуда-то неподалёку до него доносились голоса, хотя в этих стенах Дастану было трудно определить, с какого направления они доносятся.

Снова выбрав дверной проём наугад, он попал в своеобразную сводчатую гостиную. В дальнем конце находился большой арочный проём. Через него Дастан мог видеть узкую комнату с ковровым покрытием и ту, что находилась дальше. Во второй комнате стоял стол, на котором возвышалась искусная деревянная фигурка слона.

Как только он увидел её, в голове Дастана промелькнула мысль о той подсказке, о которой говорил Хазам. Забыв об осторожности, он поспешил в среднюю комнату, устремив взгляд на резного слона.

— Эй! — воскликнул голос.

Дастан ахнул и обернулся. В дальнем конце узкой комнаты несколько человек столпились вокруг небольшого стола, наблюдая за игрой пары придворных в шатрандж. Среди зрителей было несколько дворцовых стражников.

— Ты кто? — подозрительно спросил один из них.

Не отвечая, Дастан развернулся и помчался прочь.

— Ловите его! — крикнул голос позади него.

Началась погоня... снова.

Глава девятая

В отличие от оживлённого перекрёстка улиц и переулков снаружи, планировка дворца была для Дастана полной загадкой. Он больше не знал, в каком направлении ему следует двигаться. Ему оставалось только бегать наугад из одной комнаты в другую и надеяться, что стража потеряет его.

Дастан бросился вниз по винтовой каменной лестнице на следующий этаж. Позади него слышался топот стражников. Если бы он находился на улице, то, возможно, наслаждался бы этой игрой в кошки-мышки. Но здесь, во дворце, его сердце колотилось от ужаса, и он судорожно искал укрытие или выход.

Забежав за угол, он споткнулся о край роскошного ковра в соседней комнате. Опираясь на стул, он глубоко вздохнул. Сейчас не время паниковать.

Поспешно пройдя через следующую арку, он оказался в помещении, которое, как он мог предположить, было чем-то вроде приёмной. В одном конце находился помост, над которым возвышался искусно вырезанный балкон.

Дастан не стал медлить. Пробежав через большую комнату, он вскочил на помост, а затем подпрыгнул. Он ухватился за балкон, его пальцы заскрежетали по его поверхности, оставляя кусочки кожи. Но ему удалось удержаться. Затем он взмахнул ногами, пока пальцы не зацепились за низ. После этого вскарабкаться наверх было проще простого. Он перемахнул через край за несколько секунд до того, как в комнату ворвались несколько стражников.

Затаив дыхание, Дастан наблюдал за ними через резные отверстия в перилах балкона. Большинство мужчин вышли из комнаты, но один остался, подозрительно озираясь.

Вот чёрт. И что теперь? Дастан обвёл взглядом крошечный балкончик, и глаза его расширились. Там была дверь! Она была встроена в заднюю стену и невидима снизу.

Осторожно подползя, Дастан легонько подтолкнул её. Она бесшумно распахнулась, и Дастан протиснулся внутрь, надеясь, что стражник его не услышал.

Он оказался на вершине узкой лестницы и быстро поспешил вниз. Достигнув дна, он осторожно выглянул наружу. Перед ним лежал ещё один ряд комнат. И снова многие из них казались пустынными. Дастан мог только догадываться, что большинство обитателей и гостей дворца находятся внизу, в одних из роскошных приёмных покоев царя.

Однако оказалось, что внизу были не все. Дастан обогнул угол и чуть не наткнулся на высокого, грузного мужчину, стоявшего в строю. К счастью, стражник стоял спиной к Дастану, и тот успел скрыться в тени дверного проёма.

Но удача не заставила себя ждать.

Он уже собирался повернуться и пойти другим путём, когда голова стражника повернулась. Дастан подавил вздох, увидев шрам на щеке мужчины. Это был тот самый гуннский стражник, который убил Джавэда! Волна жгучего гнева пронеслась по телу Дастана, заставив его задрожать всем телом. Ему потребовалось всё, чтобы не вскочить и не попытаться убить этого человека голыми руками. Но каким-то маленьким, логичным уголком сознания Дастан понимал, что это было бы самоубийством. Кроме того, Джавэд никогда бы не захотел, чтобы Дастан действовал подобным образом.

Но он хотел бы вернуть свою монету. И когда голова Дастана прояснилась, он понял, что, должно быть, только что наткнулся именно на то, что искал. Гостевые покои белых гуннов.

Дастан нырнул в другую комнату, пока стражник не заметил его, и на цыпочках прокрался к следующему дверному проёму. Когда он заглянул в него, то увидел ещё двух стражников-гуннов, отдыхающих в большой роскошной гостиной. Слуга убирал остатки трапезы, и у Дастана заурчало в животе, когда до него донеслись ароматы корицы, цитрусовых и жареной баранины.

Он, как мог, проигнорировал это. Выглянув из-за шёлковой драпировки, украшавшей дверной проём, он осмотрел комнату. На столе в дальнем конце лежала груда мелких вещей: несколько монет и печатей, маленький, украшенный драгоценными камнями кинжал и другие мелочи.

Может быть, среди них и счастливая монета Джавэда? С его нынешнего положения Дастан не мог ответить на этот вопрос. А учитывая, что между ним и столом стояли стражники и слуги, он не видел безопасного способа выяснить это.

Пока он колебался, пытаясь решить, что делать, откуда-то издалека донёсся крик. В гостиной гуннские стражники переглянулись и забормотали. Дастан не понимал их языка, но по выражению их лиц догадался, что они недоумевают по поводу криков.

Он затаил дыхание, глядя, как они направляются к противоположному дверному проёму. Высунувшись наружу, они беседовали с убийцей Джавэда. Даже слуга проследовал за ними, тоже выглядывая наружу. Мгновение спустя все они исчезли во внешних покоях.

Дастан не колебался. Это был его лучший шанс. Он бросился через комнату, бесшумно ступая босыми ногами по плюшевым коврам на полу. Остановившись перед столом, он мгновенно заметил монету. Он поднял её и крепко сжал. Она всё ещё была липкой от крови Джавэда.

На глаза Дастана навернулись слёзы, но он смахнул их. В этот момент он услышал тихий шелест голосов из соседних покоев. Заглянув за угол, он увидел двух гуннских принцев, расположившихся в меньшей, но ещё более роскошной гостиной.

— Хорошо, брат, — жаловался младший из них. — Если ты настаиваешь, чтобы мы практиковались в персидском, я постараюсь говорить на их нелепом языке. Теперь ты доволен?

— Не совсем. — Его брат вздохнул, обводя взглядом комнату, так что Дастану пришлось откинуть голову, чтобы его не заметили. Но он всё равно слышал, как принц продолжал. — Почему ты такой импульсивный? Если бы ты не приказал убить того персидского мальчишку, он мог бы рассказать нам что-нибудь полезное.

— Как будто обычная уличная крыса может что-то знать о пламени Факела Атара, — насмехался младший принц.

— Судя по его словам, похоже, что так оно и есть. Но теперь мы, возможно, никогда этого не узнаем.

Младший брат на мгновение замолчал. Когда он наконец заговорил, голос его был угрюмым.

— Ну, вы с отцом могли бы сказать мне, что именно поэтому он и отправил нас сюда. Я должен был догадаться, что его не очень-то интересует заключение мира с персами или участие в их глупом празднике.

Дастан снова осторожно заглянул в комнату. Старший принц встал и теперь стоял спиной к двери. Когда принц повернулся, Дастан увидел, что в руках у него сам Факел. Принц поднёс его к фонарю, любуясь игрой света на позолоте.

Затем он усмехнулся.

— Отец опасался твоего беспечного рта, — сказал он брату. — Но теперь, когда ты знаешь правду, возможно, вместе мы сможем выяснить, действительно ли пламя находится в Насафе, как предвещают все приметы.

— И как же нам это сделать?

Старший принц выглядел задумчивым.

— У той уличной крысы был какой-то друг или родственник, помнишь?

— Ты о том безумном мальчишке, который напал на стражников? — Младший принц рассмеялся. — Неужели ты думаешь, что он мог что-то знать о местонахождении пламени?

Дастан не сразу понял, что речь идёт о нём. Он был поражён. У гуннов не только был Факел, но они, как и Хазам, верили, что его пламя спрятано где-то в Насафе. Может быть, они действительно собираются воссоединить их и восстановить потусторонние силы Факела?

И что же это были за силы? Дастан попытался вспомнить, что говорил ему Хазам. Что-то о свете и тьме, о смертных и бессмертных мирах...

И тут Дастан услышал позади себя шаги. На мгновение он забыл, где находится. Повернувшись, он увидел, что слуга-гунн вернулся в главную комнату и заметил его. Мужчина выглядел удивлённым.

— Что ты здесь делаешь? — спросил слуга на ломаном персидском.

Дастан засунул монету Джавэда в свою одежду. Он также захватил украшенный драгоценными камнями кинжал и несколько монет на всякий случай. У него возникло искушение забежать в меньшую комнату и выхватить Факел из рук принца.

Но Дастан не заметил, есть ли другой выход из второй комнаты, а он не хотел оказаться там в ловушке. Вместо этого он выскочил через ближайший дверной проём.

К этому времени стражники обернулись на крик слуги. Они окликнули его на своём гортанном языке, и через секунду Дастан услышал голос старшего принца, приказавшего ему остановиться по-персидски, чего он, конечно же, не сделал. Он пронёсся через несколько спален и спустился в длинный открытый зал, украшенный мозаичными фресками.

Следующие несколько минут прошли как в тумане. Пробегая одну комнату за другой, Дастан начал сомневаться, не заколдован ли дворец, ведь казалось, что он никогда не доберётся до его конца. Позади него стали слышаться голоса персов и гуннов, и он догадался, что его первоначальные преследователи услышали шум и присоединились к погоне. Дастан уже начал отчаиваться, что когда-нибудь найдёт выход, как вдруг оказался в комнате с окнами, сквозь которые пробивался лунный свет! Если ему удастся сбежать из дворца, он знал, что сможет быстро потерять стражу на городских улицах, особенно ночью.

Он не был уверен, насколько высоко он находится в данный момент. Но это его не слишком волновало. Подскочив к окну, он перемахнул через подоконник и посмотрел вниз, чтобы оценить расстояние до земли.

До земли был всего один этаж, и Дастан легко приземлился на ноги. Но когда он огляделся, сердце его упало. Он оказался не на улице и даже не в обширных садах, которые, как он слышал, находились за дворцом. Нет, он приземлился в каком-то внутреннем дворике — спокойном месте со скамейками, цитрусовыми деревьями в горшках и небольшим декоративным фонтаном.

Подняв голову, он увидел, что из окна на него смотрит пара стражников. Один из них достал лук и наложил стрелу. Дастану пришлось резко развернуться, чтобы уклониться от стрелы, когда она просвистела вниз.

И всё же сердце его забилось с новой надеждой, когда он понял, что никто из стражников, похоже, не желает следовать за ним через окно. По крайней мере, это означало, что у него есть преимущество...

Он выбежал со двора и оказался в каком-то помещении для приготовления пищи. На нескольких длинных столах стояли тарелки, ожидая, когда их принесут голодным гостям царя. Аромат мяса, фруктов и специй донёсся до него, заставив желудок снова заурчать и едва не превратив колени в желе. Несмотря на неотложность ситуации, Дастан приостановился и схватил с тарелки горсть приправленного риса, запихнул его в рот, а также набил его всем, что смог схватить со стола, и помчался вперёд. Пробежав через комнату, он прихватил кусок копчёного сыра и горсть пирожных, засунув их в одежду на потом. Если он переживёт это приключение, то сегодня он знатно поест!

Продолжив бежать, Дастан снова столкнулся с запутанным лабиринтом комнат. Он старался ориентироваться и двигаться всегда в одном направлении, полагая, что так он обязательно наткнётся на внешнюю стену.

Но планировка дворца снова сбила его с толку. Он выскочил из-за угла, ожидая снова увидеть лунный свет, и вместо этого едва не столкнулся с парой дворцовых стражников.

— Вот он! — крикнул один из них. — Хватай его!

Дастан обернулся, но тут сзади к нему подбежал другой стражник с мечом наготове. Дастан оказался в ловушке!

Глава десятая

— Стой, парень! — крикнул один из стражников. — Кто ты такой и что здесь делаешь?

— Создаёшь неприятности, полагаю, — фыркнул другой стражник.

Дастан покрутил головой. На секунду он почувствовал искушение сдаться, позволить им взять его под стражу. Может быть, они проявят милосердие и просто вышвырнут его обратно на улицу, предварительно избив.

Затем он заметил ещё одного стражника, спешившего к ним по коридору. На нём были отличительные цвета гуннского флага.

Дастан вздрогнул: поймёт ли гуннский стражник, что он тот самый мальчик, которого хотят допросить принцы?

Он не был уверен, но не мог рисковать.

Потянувшись к своей одежде, он вытащил кусок сыра и бросил его в одного из персидских стражников. Кусок попал стражнику в лоб, и тот от неожиданности отшатнулся назад.

— Эй! — воскликнул второй стражник, уклоняясь, когда Дастан метнул в его сторону одно из пирожных.

Третий стражник прыгнул вперёд и схватил Дастана сзади. Через секунду Дастан почувствовал у своего горла холодное стальное лезвие.

— Не двигайся, парень, — прорычал стражник, и его дыхание с запахом чеснока коснулось щеки Дастана.

Дастан на секунду замер. Он потянулся к другому пирожному в своём плаще, но рука наткнулась на что-то другое, о чём он почти забыл.

Его пальцы сомкнулись на украшенной драгоценными камнями рукояти кинжала, который он украл у гуннов. Он сглотнул, когда меч стражника пощекотал его гортань.

Но он не позволил себе колебаться.

Выхватив кинжал, он одним плавным движением отбросил его назад.

Кинжал был маленьким, больше похожим на игрушку, чем на оружие. Но его лезвие было достаточно острым, чтобы вонзиться в незащищённую кожу предплечья стражника. С воплем удивления и боли мужчина отпрянул назад.

На долю секунды отвлёкшись, Дастан схватился за меч свободной рукой. Вырвав его из рук владельца, он развернулся и направил остриё на стражника, который сжимал кровоточащую руку.

— Ах ты, крыса! — прошипел стражник.

— Не подходи! — предупредил Дастан, снова крутанувшись на месте.

Он попытался покрутиться, чтобы показать меч и двум другим стражникам, но обнаружил, что меч на удивление тяжёлый. Оружие потянуло за собой, и острие задело кафельный пол, прежде чем Дастан успел остановить его.

К этому времени к ним подошёл гуннский стражник. Он рассмеялся.

— Похоже, ваша уличная крыса никогда не держала в руках настоящего оружия, — прокомментировал он.

Один из дворцовых стражников бросил на него неприязненный взгляд.

— Отойдите, пожалуйста, — сказал он. — Мы разбираемся с этим.

— Насколько я могу судить, не очень хорошо. — Гунн с удивлённым видом опёрся на свой изогнутый меч.

Пока стражники отвлеклись, Дастан пытался овладеть мечом. Краем глаза он заметил, как владелец оружия ползёт вперёд, всё ещё сжимая раненую руку.

— Не делай глупостей, — прорычал Дастан, разворачиваясь к нему лицом. На этот раз ему удалось удержать меч на боевом уровне. Но как только он начал двигаться, ему стало трудно остановиться. Меч потянул его за собой, ударив о стену позади него.

Дастан на мгновение привалился спиной к стене, не обращая внимания на хихиканье стражника. Он сунул кинжал обратно в одежду и схватился обеими руками за рукоять меча. Не так, как это делают солдаты, но ему было всё равно. Похоже, эти стражники не особенно торопились его разоружать; он подозревал, что они наслаждаются зрелищем уличной крысы, пытающейся орудовать мечом. Нужно было придумать, как сбежать, пока им не надоела эта игра.

Раненый стражник стоял в дверном проёме, ведущем в небольшую прихожую. Взглянув мимо него, Дастан заметил кирпичную стену с большими декоративными арочными проёмами, прорезанными в её верхней части. Дастан был уверен, что если он дотянется до стены, то сможет взобраться на неё и через один из проёмов попасть в следующие покои.

Он с усилием поднял меч.

— Пропусти меня, — приказал он обезоруженному стражнику.

— Ты не в том положении, чтобы отдавать приказы, мальчик, — сказал один из дворцовых стражников позади него.

Дастан обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как на него надвигается стражник. Он поднял меч, пытаясь подражать тому, что делали царские солдаты во время публичных военных демонстраций.

— Угх! — выдохнул он, когда меч стражника встретился с его мечом. Он изо всех сил вцепился в рукоять, и металл завибрировал в его руках и спине.

Стражник уже наносил новый удар. На этот раз он целился ниже, в черенок меча Дастана. Дастан попытался удержаться, но удар оказался слишком сильным для него. Он почувствовал, как рукоять меча вылетела из его рук. Оружие шлёпнулось на землю в нескольких футах от него.

— Так-то лучше. — Владелец меча бросился вперёд, дабы забрать его.

Дастан воспользовался этим. Когда стражник нагнулся, чтобы выхватить меч, Дастан подпрыгнул вверх. Его ноги коснулись спины мужчины, а затем он оттолкнулся, подлетев в воздух. Приземлившись на ноги, Дастан побежал к кирпичной стене в соседней комнате.

— Остановите его! — закричал один из стражников.

Дастан не посмел оглянуться. Измерив взглядом расстояние, он сделал кувырок, чтобы набрать скорость, а затем прыгнул в проём.

Он легко пролетел сквозь него, оттолкнувшись руками. В результате импульс отбросил его на несколько ярдов в следующие покои, где он тяжело приземлился и упал на заднюю часть тела.

Его появление было встречено гулом удивлённых голосов. Сразу же вскочив на ноги, Дастан огляделся. Он находился в огромном зале со сводчатым потолком такой высоты, что его почти не было видно, несмотря на многочисленные мерцающие факелы. В огромном помещении находились десятки мужчин, скованных верёвками вокруг лодыжек. На мгновение Дастан почувствовал панику, опасаясь, что попал в какую-то тюрьму.

Затем он понял, чем занимаются заключённые. Наклонившись, они подгоняли небольшие кусочки камня, чтобы составить мозаику. Дастан догадался, что это была какая-то дань уважения ко дню рождения принца, и это объясняло, почему мужчин заставляли трудиться всю ночь, чтобы закончить её вовремя.

Но его не особенно волновали такие вопросы. Он уже слышал крики стражников с другой стороны стены. Один из них уже подобрался к проёму и начал карабкаться внутрь. Дастан слышал бегущие шаги остальных; прошло всего несколько секунд, прежде чем они обогнули угол и достигли дверного проёма в конце большого зала.

Пленники в замешательстве смотрели на него. Так же, как и трое дворцовых стражников, которые стояли на страже.

— Простите, — сказал Дастан. — Просто прохожу мимо.

Он заметил арочный проём, ведущий в соседнюю комнату. На полу виднелось пятно лунного света, и он мог только надеяться, что за ним находится выход наружу.

— Вот он! — крикнул грубый голос.

Дастан бросился бежать, но его нога заскользила по нескольким шатающимся плиткам, и они разлетелись. Ближайший заключённый издал звук, похожий на проклятие.

Это натолкнуло Дастана на мысль.

— Вот, — сказал он. — Это должно исправить положение.

Вытащив украшенный драгоценными камнями кинжал, он нагнулся и перерезал верёвку на лодыжках мужчины. Пленники издали удивлённый возглас, а затем бросились к ближайшей двери.

Дастан остановился, чтобы освободить ещё двух-трёх пленников. Это вызвало достаточный хаос, чтобы он смог добраться до дальнего конца зала и броситься через арочный дверной проём.

Теперь он оказался в небольшом зале с глубокими нишами по обеим сторонам, в которых находились большие, искусно выполненные изображения львов, кабанов и других зверей. В дальнем конце огромные деревянные двери выходили в ночь. Дастан почувствовал запах свежего воздуха и увидел проходящих мимо горожан. Но когда он побежал к выходу, ещё один стражник вышел из тени и преградил ему путь.

— Что там происходит? — спросил он, глядя мимо Дастана в большую комнату. Оттуда доносились крики, вопли и визги.

— Я как раз уходил. —  Дастан попытался увернуться от стражника.

Но тот оказался на удивление быстрым для своих крупных размеров и преградил Дастану путь. Затем он выхватил свой меч.

— Остановись, — приказал он.

Когда остриё меча оказалось у его горла, Дастану ничего не оставалось, как подчиниться. Стражник отступил на несколько шагов и втолкнул его в один из боковых альковов.

— А теперь, — сказал мужчина, всем телом загораживая узкий выход. — Кто ты такой и откуда взялся?

Дастан всё ещё слышал, как в большом зале началась суматоха. Похоже, что пленники устроили хорошую драку. Но он был уверен, что пройдёт всего несколько мгновений, прежде чем остальные стражники проберутся сюда и настигнут его.

Сможет ли он пробиться мимо этого стражника до того, как это случится? Дастан почти не надеялся, что это получится. С каких это пор дворцовые стражники стали прислушиваться к таким уличным крысам, как он? Вместо этого он снова вытащил кинжал. Стражник рассмеялся, увидев его.

— Ты собираешься поковыряться этим в зубах? — усмехнулся он. — Потому что, ты явно не собираешься угрожать мне этим.

Дастан понял, что он прав. Против опытного дворцового стражника с мечом кинжал был бесполезен. Он в отчаянии огляделся по сторонам, ища что-нибудь ещё, что можно было бы использовать в качестве оружия. Однако статуи были слишком большими и тяжёлыми, чтобы помочь, а стены алькова — гладкими и невыразительными.

Это натолкнуло его на другую идею. Отвернувшись от стражника, он помчался к задней стене. Если ему удастся забраться достаточно высоко, то он сможет перемахнуть через стражника и прорваться к выходу.

— Эй, — растерялся стражник. — Что ты...

Дастан издал вопль, когда его ноги коснулись стены, заглушив всё остальное. Один шаг вверх, два, три... Он делал это!

Но нет. Как всегда, он почувствовал, что его движение замедлилось слишком быстро. Его ноги начали скользить...

— А-а-а! — вскрикнул он, кувыркаясь на твёрдый каменный пол. От удара кинжал вырвался из его руки и покатился по полу. Стражник ухмыльнулся и поставил на него ногу.

— Ты собираешься отвечать на мои вопросы? — спросил он. — Или ты предпочитаешь, чтобы я просто отрубил тебе голову и покончил с этим?

Дастан остался сидеть на полу, задыхаясь от усталости и отчаяния. Он бросил взгляд в сторону выхода. Тот казался совершенно недосягаемым, хотя и был достаточно близко, чтобы заметить черты лиц проходящих снаружи людей. Один из них, девушка ненамного старше его, остановилась, чтобы заглянуть внутрь.

— Ну так что? — громко сказал стражник, делая шаг к Дастану. — Ты собираешься отвечать, уличный мусор?

Дастан поднял взгляд. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел, как из ниоткуда вылетело яблоко и ударило стражника прямо в голову. Нет, не из ниоткуда — оно прилетело со стороны двери, ведущей наружу.

— Эй! — закричал стражник, крутясь на месте. — Кто это бросил?

Дастан не успел опомниться, как в дверном проёме показалась девушка с вытянутой рукой. Поняв, что это его единственный шанс, он вскочил на ноги и помчался прямо на стражника. Тот стоял в боевой стойке спиной к Дастану и расставив ноги, Дастан без колебаний бросился на землю и проскочил между ног у стражника.

К тому времени как стражник понял, что происходит, и посмотрел вниз, Дастан уже поднялся на ноги и помчался к двери. Девушка всё ещё стояла там, когда он ворвался в дверь; он схватил её за руку и бросился бежать.

Глава одиннадцатая

— Эй! — простонала девушка, когда Дастан вытащил её на улицу.

— Поторопись! — подгонял Дастан. — Они вот-вот погонятся за нами!

Оглянувшись, он увидел, как из входа, размахивая мечом, выскочил стражник. Следом выскочили ещё несколько человек, в том числе и гуннский стражник.

— Я даже не знаю, зачем я бросила это яблоко, — нахмурившись, сказала девушка. — Это было всё, что я припасла на ужин.

— Сожалею. — Дастан всё ещё тащил её за собой. — Но если мы не выберемся отсюда, никому из нас больше не придётся беспокоиться об ужине, обеде, завтраке или даже перекусе.

— Что?

В этот момент что-то просвистело в нескольких дюймах от их голов. Отпрыгнув назад, Дастан увидел нож, воткнутый в стену неподалёку. Он всё ещё вибрировал от удара.

Девушка тоже увидела его.

— Они бросают в нас ножи! — закричала она.

— Вот именно. А теперь пошли!

Она перестала сопротивляться и побежала за ним. Позади них Дастан слышал крики преследующих его стражников. Он подумал, что будет, если эта девушка не сможет за ним угнаться. Она только что спасла его от плена. Значит ли это, что теперь он обязан стараться уберечь её, даже рискуя собственной безопасностью? Он знал, что скажет Джавэд...

Но ему не стоило беспокоиться. Девушка легко шла в ногу с ним. Дастан был так удивлён, что чуть замедлил шаг, едва не отставая от неё.

— Быстрее! — крикнула она. — Я слышу, что они приближаются!

Дастан почувствовал прилив скорости и догнал девушку. Вдвоём они помчались по улице и свернули за угол. Была ещё глубокая ночь, и улицы были пустынны. Но факелы всё ещё горели то тут, то там, давая достаточно света, чтобы Дастан и девушка могли видеть, куда они направляются. И более чем достаточно, чтобы стражники держали их в поле зрения.

— Сюда, — крикнул Дастан, сворачивая за угол на маленькую улочку.

Девушка последовала за ним.

— На следующем перекрёстке налево! — крикнула она.

Дастан бросил на неё взгляд.

— Нет, мы должны пойти направо, — сказал он. — Я знаю короткий путь к безопасному месту в той стороне.

— Нет, — настаивала она. — Лучше налево. Там больше мест, где можно спрятаться.

Дастан стиснул зубы, и его шаги замедлились, когда они дошли до перекрёстка. Район слева был менее знаком ему, чем большинство других в Насафе, и он не хотел рисковать, попав в ловушку в незнакомом районе.

— Мы идём направо, — повторил он.

— Может, и так. Но я лучше переживу эту ночь, поэтому пойду налево.

К этому времени они подошли к развилке. Дастан остановился и огляделся. Стражников не было видно... пока.

— Отлично, — сказал он. — Спасибо за всё. Было приятно познакомиться. Если мы ещё раз встретимся, я не забуду, что должен тебе яблоко.

Девушка пожала плечами и повернула налево, побежав в сторону кривой, но хорошо освещённой рыночной улицы. Дастан свернул в переулок на другой стороне.

В переулке горел всего один факел. Когда Дастан вошёл в переулок, в лужу света под ним ступила одинокая фигура.

Дастан затаил дыхание и остановился. Это был Виндарна!

Его сердце заколотилось, и он поспешно отступил назад. Заметил ли его маг? Он не был уверен. Но продолжать путь по переулку он не решался. Дастан знал, что Виндарна может схватить его своими когтистыми руками и с помощью своих тёмных колдовских сил удерживать, пока его не настигнут стражники...

Развернувшись, Дастан бросился через улицу. Он услышал крик и догадался, что стражники успели свернуть за угол и заметить его. Но он не стал опускать голову и зашагал быстрее, чем когда-либо.

Он догнал девушку на полпути через следующий квартал. Она удивлённо посмотрела на него.

— Хорошо. — Задыхаясь произнёс он. — Показывай дорогу.

Она улыбнулась, а затем скрылась в маленьком тёмном переулке и прошла через ряд арок. Поначалу Дастан слышал за спиной стражников. Но с каждым поворотом крики становились всё более отдалёнными. Наконец он перестал их слышать.

Девушка остановилась в небольшом внутреннем саду во дворе за домом с лепниной. Посередине располагался фонтан, выложенный плиткой, на возвышении. Дастан присел на него отдохнуть, а девушка села рядом.

— Ого, — отдышавшись сказал Дастан. — Ты очень хорошо бегаешь для девушки.

Она бросила на него взгляд.

— Не за что, — ответила она. — Кстати, меня зовут Кира.

— Я Дастан. И, эм, спасибо. — Дастан наклонился и побрызгал на лицо прохладной водой из фонтана. Затем он встал и протянул девушке руку. — Пойдём, нам лучше не оставаться здесь. Сама сможешь найти дорогу домой?

Не обращая внимания на его руку, она тоже встала.

— Не совсем, — сказала она. — То есть, наверное, смогла бы, если бы у меня действительно был дом.

Дастан удивлённо посмотрел на неё. Впервые он рассмотрел её рваную одежду и босые ноги, а также пышные тёмные волосы и красивое лицо.

— То есть ты тоже живёшь на улице? — пробормотал он. — Почему я не видел тебя раньше?

— Если уж мы начали задавать вопросы, то сначала я хочу получить ответ на один из них. Что ты делал во дворце?

Дастан заколебался, не зная, чем с ней поделиться.

— Ну, как, — сказал он, выходя со двора на затемнённую боковую улицу. — Просто подумал, что подготовка ко дню рождения принца — самое подходящее время, чтобы пробраться внутрь и осмотреться в поисках чего-нибудь ценного.

Девушка побрела за ним. Она бросила на него взгляд.

— Да? — сказала она. — Тогда почему за нами гнались белые гунны вместе с дворцовой стражей?

Он поморщился. Она оказалась напористей, чем он предполагал.

— Ладно, возможно, это не вся история, — признал Дастан. — Но прежде чем я расскажу тебе остальное, я хочу знать — зачем ты это сделала?

— Сделала что?

— Бросила яблоко в стражника. — Он посмотрел на неё в темноте. — Рискнула своей жизнью, чтобы спасти меня.

Она пожала плечами и уставилась в землю. Он наблюдал за ней, думая, что она не ответит. Наконец она ответила.

— Я слышала, что он сказал, — тихо произнесла она. — Назвал тебя уличным мусором. Никто не имеет права так разговаривать с другим человеком.

— Оу. — Они несколько минут шли молча. Дастан внимательно следил за окружающей обстановкой, постепенно пробираясь через лабиринт улиц к рынку и свалке. По мере того как пейзаж становился всё более знакомым, менялись и прохожие. Пара грязных мальчишек-подростков прогуливалась по улице, коротко кивнув Дастану. Он кивнул в ответ, уже чувствуя себя более комфортно, поскольку находился на родной территории.

Наконец девушка нарушила молчание.

— Ну так что? — сказала она. — Ты обещал рассказать мне, почему ты на самом деле был во дворце.

— Ах, да. — Дастан остановился и повернулся к ней лицом. — Видишь ли, мой лучший друг Джавэд был убит белыми гуннами сегодня.

Выражение её лица мгновенно смягчилось.

— Мне очень жаль, — пробормотала она. — Гунны безжалостны, это всем известно. Я не могла поверить, когда услышала, что царь пригласил их на пир к принцу Гарсиву.

Дастан прислонился спиной к стене и уставился на свои руки.

— Я хотел убить их всех, когда это случилось, — тихо сказал он. — Но всё, что я смог, — это убежать, спасая себя.

Она положила руку ему на плечо.

— Твой друг поймёт тебя.

— Знаю. Но когда я оказался в безопасности, мне пришлось пробраться обратно, чтобы забрать кое-что дорогое для него. То, что они забрали с его тела. — Он вытащил счастливую монету Джавэда и протянул ей.

Она сочувственно кивнула.

— Но неужели все эти стражники преследовали тебя из-за этого скромного предмета?

Дастан спрятал монету обратно в одежду, всё ещё не зная, как много ей можно сказать.

— Наверное, они думали, что я пытаюсь украсть что-то ещё, — сказал он наконец. — Что-то более ценное.

— Более ценное? — раздался новый голос прямо над головой. — Ты про Факел? Ты заполучил его?

Арду свалился с неба и с грохотом приземлился перед ними. Кира удивлённо вскрикнула. Дастан поднял голову и понял, что мальчик, должно быть, шёл по крышам и подслушивал их с портика, расположенного чуть выше.

— Арду, — сказал Дастан, чувствуя укол вины за то, как он улизнул от него накануне, — как ты узнал, где я?

Арду отмахнулся от вопроса.

— Не бери в голову, — сказал он, его долговязое тело практически вибрировало от возбуждения. — Я хочу это увидеть! Только представьте, Факел Атара, вся эта сила в наших руках...

— Факел Атара? — повторила Кира.

Арду вздрогнул, кажется, впервые заметив её.

— Э-э, привет, — заикаясь проговорил он. — Не бери в голову. Я просто пошутил.

Дастан нахмурился, глядя на мальчика, и его чувство вины перешло в раздражение. Он знал, что Арду недавно на улицах, но неужели он ещё и глуп? Его голос был достаточно громким, чтобы донестись на некоторое расстояние. В этот час ночи единственными бодрствующими ушами, которые могли его услышать, скорее всего, были другие жители улиц. Но это само по себе могло быть опасно: вдруг поблизости окажется кто-нибудь вроде Титуса или Дариуса? Если эти двое решат, что у Дастана есть что-то ценное, они не остановятся ни перед чем, чтобы заполучить это.

Кира уставилась на Дастана.

— Что ты знаешь о Факеле Атара? — спросила она. — Поэтому ты был во дворце?

— Не бери в голову, — сказал ей Арду. — Это не твоё дело.

Она проигнорировала его.

— Дастан, ты обещал мне правду. Так скажи же!

— Поверь, ты этого не хочешь. Если я скажу тебе правду, если гунны хотя бы заподозрят, что ты знаешь что-то об их сокровищах, ты станешь их мишенью, как и я.

Она положила обе руки на бёдра и уставилась на него.

— Разве меня только что не преследовали через пол-Насафа вместе с тобой? — потребовала она. — Я уже стала мишенью благодаря тому, что хорошо прицелилась яблоком. Я хочу точно знать, почему я рисковала жизнью ради какого-то незнакомца.

Дастан понял, что она права. Если бы не она, скорее всего, он уже был бы в плену у гуннов.

— Хорошо, я расскажу.

— Дастан, нет! — зашипел Арду.

Дастан жестом заставил его замолчать.

— Всё началось с того, что странный старик по имени Хазам рассказал мне одну историю...

Далее он рассказал ей обо всём, что произошло, — от встречи со старым музыкантом до отчаянной беготни по дворцу. К концу рассказа её глаза расширились.

— О, Боже, — прошептала она. — Факел Атара... значит, это всё-таки не просто небылица!

— То есть ты тоже о нём слышала? — спросил Дастан. Неужели он единственный в Персии, кто не слышал об этой вещи? Возможно, ему следует больше внимания уделять истории, политике, религии и другим темам, которые так интересовали Джавэда...

— Да, и не так давно, — ответила Кира. — Один из членов семьи услышал о нём от этого сумасшедшего странствующего музыканта.

— Член семьи? — резко взглянул на неё Дастан. — Постой, я думал, ты сирота, как и мы.

Кира бросила на него взгляд.

— Я тоже могу быть сиротой, — огрызнулась она. — И я буду благодарна, если ты больше не будешь поднимать эту тему.

Дастан обменялся взглядом с Арду, который пожал плечами. Не успел мальчик заговорить, как с конца улицы донёсся крик.

— Вот уличная крыса, за которой мы охотимся! Взять его!

Глава двенадцатая

— Стражники! — крикнул Дастан. — Они выследили нас!

Но это было ещё не всё. Раздался стук копыт, прозвучавший в тихой ночи как гром. Из-за угла выскочило несколько всадников. Во главе их стояла знакомая фигура — гуннский стражник, убивший Джавэда! Рядом с ним сидел младший принц. Очевидно, он тоже хотел добраться до Дастана.

— Бежим! — крикнул Арду.

Дастан последовал за Арду и Кирой и помчался по улице. Голова у него шла кругом. Как стражники смогли их догнать?

Затем он вспомнил о Виндарне.

Неужели маг всё-таки видел его? Возможно, он сдал их стражникам.

Но размышлять об этом было некогда. Всадники быстро приближались.

— Сюда! — крикнул Дастан, сворачивая за угол в тёмный переулок. В дальнем конце был двор с цветущей лозой, растущей на прочной шпалере. Он решил, что так они смогут взобраться на здание и добраться до крыш.

Вскоре все трое оказались на крыше. Это помешало лошадям, но не людям. Большинство из них, включая принца, вскарабкались на решётку, чтобы продолжить преследование пешком.

— Их так много, — задыхаясь, сказала Кира, оглянувшись назад.

— Должно быть, они вызвали подкрепление, — мрачно ответил Дастан. — Вот, дай мне руку.

— Что? — спросила она.

Дастан схватил Киру за руку и потянул её за собой.

— Не смотри вниз, — сказал он ей. — Просто прыгай!

Её крик ужаса эхом отразился от окружающих зданий, когда они все перепрыгнули через переулок. Но она благополучно приземлилась на дальней стороне вместе с двумя мальчиками.

Дастан рискнул ещё раз оглянуться. Он не мог сказать, сколько стражников их преследует, но их было очень много. Могут ли они надеяться, что на этот раз им удастся ускользнуть? Это начинало казаться безнадёжным.

— Нам нужно найти место, где можно спрятаться! — воскликнул Арду, явно думая о том же. — Неужели ты не знаешь никого, кто мог бы нам помочь?

Дастан мрачно покачал головой. У него было много знакомых в этой части города, в том числе несколько домовладельцев, которые, похоже, хорошо о нём думали. Но он никогда бы не подверг никого из них опасности, попросив спрятать его. Кроме того, откуда ему было знать, что тот, кого он выберет, окажется достойным его доверия? Что он не выдаст детей за любую награду, какой бы мизерной она ни была? В конце концов, это был бедный район города.

— Просто бегите, — сказал он. — Они не могут преследовать нас вечно.

— Не будь так уверен, — пробормотал Арду.

Они продолжали бежать, прыгая по крышам, перебегая переулки, уворачиваясь от птичьих курятников, бельевых верёвок и других препятствий. Кира не отставала от мальчишек, ни разу не замедлившись и не пожаловавшись. Но когда они вышли на более широкую улицу, Дастан не решился заставить её перепрыгнуть. Вместо этого он спустился под навес, планируя перемахнуть через него, а затем вскарабкаться по стене на другую сторону.

Но как только его ноги коснулись земли, к нему бросилась пара фигур.

— Титус и Дариус! — в ужасе воскликнул Дастан.

Двое громил ухмыльнулись и указали на него.

— Вот он! — завопил Дариус. — Погоди, коротышка. Мы хотим с тобой кое о чём поговорить.

Дастан увернулся от него, прыгнул на карниз окна на соседней стене и подтянулся.

— Простите, — отозвался он. — Я сейчас немного занят.

Он нагнулся, чтобы подтянуть Киру за собой, оставив Арду пробираться самостоятельно. Но хулиганы были прямо за ними. Они вскарабкались наверх и погнали троицу по крыше.

— Сюда! — подбегая крикнул Титус. — Стража! Мы нашли их! Они прямо здесь!

Дастан услышал ответный крик с улицы. Мгновение спустя впереди показался гуннский солдат.

— Сюда! — крикнул стражник на персидском языке тем, кто находился внизу.

Дастан резко повернулся и бросился бежать в одну сторону. Но там на них смотрел ещё один стражник. Дастан развернулся и направился к просвету между этим и следующим зданием.

— Идёмте! — позвал он Киру и Арду.

— Иду! — произнёс запыхавшийся Арду.

Дастан отступил в сторону, чтобы пропустить его. Кира шла прямо за Арду. Дастан хотел убедиться, что она благополучно преодолеет прыжок, прежде чем он сам.

Арду не замедлил шаг, приближаясь к пропасти. Он перекувырнулся через него и приземлился на колени на дальней стороне. Кира сделала то же самое, приземлившись на ноги.

Несмотря на серьёзность ситуации, Дастан не мог не улыбнуться. Почему он всё время беспокоился о том, чтобы Кира не отставала? Она доказывала, что не менее быстра и ловка, чем любой из мальчиков.

Когда он был ещё в нескольких шагах от неё, прямо перед ним внезапно возникло лицо и верхняя часть тела старшего гуннского принца. Дастан вздрогнул и остановился.

— А, вот и ты, — спокойно сказал принц. Он взобрался на крышу и встал. — Я хотел бы поговорить с тобой, мой юный персидский друг.

— Ты мне не друг, — прошипел Дастан. — Убийца!

— Прости за это. Мой брат порой слишком импульсивен. Но я рассудителен, и знаю, что мы с тобой сможем договориться.

Дастан бросил на него взгляд.

— Хочешь, чтобы я рассказал тебе всё, что знаю о пламени Факела Атара, и ты убьёшь меня за доставленные неудобства?

Принц нахмурился, его бледные глаза вспыхнули от раздражения.

— Что за ерунда, — сказал он. — Я...

Дастан не стал дожидаться продолжения. Он сделал несколько шагов в сторону и побежал к краю, одним лёгким прыжком преодолев переулок.

— Чего так долго? — спросил Арду.

Дастан бросил взгляд на принца. Молодой гунн смотрел ему вслед.

— Пойдём, — сказал Дастан, отвернулся и перешёл на бег.

Следующие полчаса Дастану и его друзьям удавалось опережать своих преследователей на один прыжок. Но это было нелегко. Куда бы они ни повернули, везде были стражники. Дастану потребовалось всё его умение и знание крыш, чтобы находить новые маршруты и сбивать стражников с толку.

В конце концов они снова оказались в квартале возле дворца. Взобравшись на решётчатый портик, Дастан почувствовал, как его охватывает усталость. Сколько они уже бегают? И сколько ещё они смогут пробежать, прежде чем усталость возьмёт своё?

— Нам нужно добраться до городских ворот! — пыхтела Кира, поднимаясь на ноги. — Если мы только сможем выбраться в пустыню...

— Они явно продумали подобный вариант, — покачал головой Дастан. — Уверен, нас там уже ждут стражники.

— И что тогда? — в панике спросил Арду. — Мы не можем бежать вечно.

Они побежали трусцой по крыше, с которой открывался вид на дворец, возвышающийся над другими зданиями в нескольких кварталах от них.

— Вон там, — сказал Дастан, ткнув пальцем в сторону.

— Что? — удивлённо посмотрел на него Арду.

— Это единственное, что может сработать. Подумай сам. Где в Насафе головорезы могли бы укрыться в последнюю очередь?

— Во дворце! — Глаза Киры загорелись. — Великолепно! Пойдём!

Арду всё ещё сомневался. Но он последовал за двумя друзьями, мчавшимися по крыше в направлении дворца. Они соскользнули с колонны на улицу, которая почти не подавала признаков жизни. Бо́льшая часть города спала и мечтала о грандиозном праздновании дня рождения на следующий день.

Дастан и его друзья подошли к одной из боковых стен дворца. В отличие от замысловатого фасада с колоннадами и парадной лестницей, эта стена представляла собой голые плиты глинобитного кирпича, поднимавшиеся прямо с пыльной улицы. Дверей в ней не было, а самые нижние окна находились на несколько этажей выше.

Но Дастан не собирался останавливаться.

— Думаешь сможешь на неё забраться? — спросил он Киру.

Её глаза расширились от тревоги.

— Ты имеешь в виду ту огромную стену? — воскликнула она. — Ты с ума сошёл?

Арду уже начал карабкаться вверх, находя крошечные опоры в грубом кирпиче и поднимаясь, как паук.

— Просто спрячься где-нибудь, — бросил он Кире через плечо. — Никто не обратит на тебя внимания. Они ведь за нами охотятся.

— Ни за что. — Кира нахмурилась и потянулась к стене. — Я иду.

Втроём они пробирались по стене, дюйм за дюймом. Это заняло много времени, и Дастан не мог отделаться от ощущения незащищённости. Любой, кто свернул бы на улицу или выглянул в окно, мгновенно заметил бы их.

Но на этот раз им повезло. Дастан увидел, как в окно над ним влетел Арду, потом Кира. Мгновение спустя он тоже кувыркнулся туда.

Когда он поднялся на ноги, Арду и Кира уже стояли на ногах, озираясь по сторонам.

— Кажется, это что-то вроде гостиной, — прошептала Кира. — Не волнуйся, вряд ли здесь кто-то есть.

Дастан встал и осмотрел комнату, освещённую лишь лунным светом, лившимся в окно. Место было богато обставлено: блестящие деревянные стулья, тонкие шёлковые ковры и красочные гобелены. Когда он подошёл к небольшому столику, то увидел царскую печать, небрежно брошенную сверху вместе с несколькими монетами. Там же лежало несколько пергаментов со знакомой подписью, нацарапанной внизу.

— Это не просто гостиная, — пробормотал он. — Это гостиная самого царя!

— Не будь слишком впечатлителен, друг мой. — Ухмыльнулся Арду. — Полагаю, у царя десятки гостиных по всему дворцу.

Кира вернулась к окну, дабы убедиться, что за ними не следят.

Дастан подкрался к дверному проёму и осмотрел местность. Следующая комната, похоже, была купальней с большим плиточным бассейном в центре и горшками с растениями по всему периметру. Она также казалась пустынной, хотя из одной из комнат за дверью доносились приглушённые голоса.

— Поторопитесь, — крикнул он остальным. — Нам нужно выбираться отсюда.

Когда он оглянулся, Кира уже спешила к нему. Но Арду уже остановился у стола и собирал монеты и печати.

Не обращая на это внимания, Дастан шагнул в купальню. Он на цыпочках обошёл бассейн и выглянул через арку.

Голоса, которые он слышал, принадлежали троице дворцовых стражников, собравшихся в дальнем конце соседней комнаты. Там было окно, и мужчины, облокотившись на подоконник, смотрели на улицу.

— Вы только посмотрите, как эти гуннские циркачи скачут там внизу! — воскликнул один из них. — Похоже, этот их принц пытается командовать нашими людьми.

Другой стражник рассмеялся.

— Если мы не позволили им победить нас на войне, то не позволим им командовать нами и в нашем собственном городе!

— А что они вообще ищут? — спросил третий стражник. — Может, тот другой принц заблудился и потерялся или что-то в этом роде?

Второй стражник пожал плечами.

— Я слышал, гунны утверждают, что кто-то пробрался во дворец и украл некоторые из их побрякушек.

Двое других недоверчиво фыркнули.

— Какой уважающий себя перс позарится на такое? Вы видели, какой хлам они привезли с собой? Любой из гобеленов, сотканных здесь, в Насафе, стоит в разы больше всех их вместе взятых.

— Знаю. Но они всю ночь гонялись за так называемым вором. Ребята надеются всё уладить до того, как царь проснётся.

— Хорошо. Его Высочеству не стоит беспокоиться о подобном мусоре накануне дня рождения принца.

Дастан не стал задерживаться, чтобы послушать ещё что-нибудь.

Он вернулся в гостиную.

— Три стражника, — прошептал он. — Они заняты тем, что следят за нашими друзьями гуннами снаружи. Нужно уходить, пока они отвлеклись.

Кира кивнула.

— Нам нужно найти укромное место, — пробормотала она. — Где-нибудь, где мы сможем затаиться на время, пока всё не уляжется.

— Тогда пошли. — Арду взял со стола небольшую золотую статуэтку и направился к двери. — В какую сторону?

Дастан не ответил. В первый раз он едва окинул взглядом комнату, но теперь остановился, чтобы изучить её повнимательнее. Комната царя была украшена богаче, чем он мог себе представить. Каково это — жить среди такой роскоши? Он не был уверен, что смог бы приспособиться к такому образу жизни, если бы ему предоставили такую возможность...

— Поторопись! — крикнула Кира с порога. — Я слышу шаги. Возможно, к нам идут ещё стражники!

— Иду. — Выйдя из задумчивости, Дастан поспешил присоединиться к остальным.

Когда он дошёл до двери, носок его ноги зацепился за небольшой коврик. Он отбросил его в сторону, а затем посмотрел вниз. В комнате было темно, и Дастан не замечал этот ковёр до сих пор. Да и с чего бы? Пол был завален несколькими слоями богато вытканных ковров всех форм, размеров и узоров.

Этот был меньше остальных, довольно простой и старомодный по дизайну. По краям шла простая кайма, а в центре красовался причудливый слон — слон, вышитый малиновой нитью.

Дастан вспомнил бредни Хазама.

Может ли это быть?..

Глава тринадцатая

— Шаги! — прошипела Кира. — Они приближаются!

Действуя инстинктивно, Дастан схватил маленький коврик и сунул его под мышку. Затем он побежал за своими друзьями, когда они пронеслись через купальню и свернули направо.

Они были на несколько ярдов впереди, когда достигли следующей комнаты — небольшой столовой. Когда Дастан вошёл в дверь, Кира и Арду уже исчезли в арочном выходе в дальнем конце. В этот момент Дастан услышал шаги позади себя.

— Там кто-то есть? — позвал хрипловатый голос. — Остановитесь и назовите себя!

Дастан измерил расстояние до следующего дверного проёма. В комнате было много мебели. Чтобы обойти её, ему потребуется немало времени. Он мог бы вскочить и перебежать через стол, но это вызвало бы много шума...

И тут он заметил лучшее решение — небольшой дверной проём прямо слева от него. Он проскочил в него за долю секунды до того, как в столовую ворвался стражник.

— Здравствуйте? — позвал стражник. Он добавил приветствие на нескольких других языках — бактрийском, греческом и даже арамейском.

Дастан догадался, что стражник, должно быть, предположил, что один из гостей царя из чужих земель может блуждать без дела. Он оглядел комнату, в которой находился. Здесь не горела лампа и не было окон, так что разглядеть было трудно. Но Дастан не беспокоился об этом: он привык пробираться по тёмным улицам.

Однако он забыл, что, в отличие от улиц снаружи, полы здесь обычно устланы толстыми коврами. Пальцы его ног зацепились за край одного из них, и он споткнулся.

Он удержался, прежде чем упасть. Но шума было достаточно, чтобы услышать, как стражник остановился.

— Кто там?

Сердце Дастана заколотилось, когда шаги приблизились. Он надеялся, что его друзья уже далеко или, по крайней мере, спрятались где-то вдали от посторонних глаз.

Оглядевшись по сторонам, когда глаза привыкли к темноте, он с замиранием сердца понял, что выхода нет. Другого выхода не было. Если бы стражник заглянул сюда, он бы сразу увидел Дастана.

Выглянув наружу, Дастан вцепился в ковёр, который всё ещё держал в руках. Стражник был слишком близко, чтобы не заметить его, если Дастан попытается броситься бежать. Выхода, похоже, не было...

И тут его глаза расширились. Он только что увидел Арду, заглянувшего через одну из арок за спиной стражника!

На секунду Дастан почувствовал искушение выйти и сдаться. Тогда Арду увидит, что происходит, и стражник отвлечётся, что позволит Арду и Кире скрыться незамеченными.

Однако не успел он пошевелиться, как одна из тощих рук Арду метнулась вперёд, в комнату. Секунду спустя в соседней комнате, из которой только что вышел стражник, раздался грохот от падения небольшого предмета.

— Эй! — Стражник крутанулся на месте и бросился в ту сторону, держа руку на эфесе меча.

Выскочив из своего укрытия, Дастан помчался через комнату и бросился через арку туда, где ждали Арду и Кира.

— Бегите! — прошипел он им вслед.

Не нуждаясь в повторении, троица не сбавляла темпа, пока между ними и стражником не оказалось по меньшей мере двадцать комнат.

— Фух! — воскликнул Арду, когда они наконец остановились, чтобы перевести дух в пустынной спальне. — Хорошо, что это сработало. Иначе этот стражник точно бы тебя нашёл.

— Вы знали, что я там в ловушке?

— Мы догадывались, что ты там, — сказала Кира. — Я заглянула в ту кладовую и подумала, что там можно спрятаться. Но Арду сказал, что мы окажемся в ловушке, если кто-нибудь туда заглянет.

Арду кивнул.

— А когда мы вернулись, чтобы поискать тебя, то увидели, что стражник направляется к дверному проёму...

— Спасибо. — Дастан почувствовал, как в нём нарастает чувство благодарности. — Тебе не нужно было этого делать. Вы могли бы продолжить путь и без меня.

— Когда ты так говоришь, я чувствую себя дураком, — рассмеялся Арду. — Не за что, друг. Без тебя это приключение было бы не таким.

Когда Джавэд умер, Дастан почувствовал себя совершенно одиноким. Он поклялся никогда больше не впускать других в своё сердце. Но внезапно у него забрезжила надежда. Возможно, в мире живых ещё остались люди, достойные его доверия.

Отложив эту мысль на потом, он огляделся по сторонам.

— Нам лучше двигаться дальше. Нужно найти безопасное место, где можно спрятаться, пока нас не перестанут искать.

— Что это? — спросила Кира, когда Дастан вытащил из рукава маленький коврик.

Троица добралась до большого склада под дворцовыми кухнями. Всё здесь было покрыто слоем пыли, что позволяло предположить, что их вряд ли потревожат. А несколько дверей вели в разные стороны — на всякий случай. Ещё лучше было то, что Арду обнаружил один кувшин с зерном, а другой — с сыром.

Дастан расстелил ковёр под единственной масляной лампой в комнате.

— Наверное, ничего, — сказал он. — Но Хазам сказал, что малиновый слон — это подсказка к местонахождению Пламени Атара. И когда я увидел это в комнате царя...

— Интересно! — Арду склонился над маленьким ковриком. — Ты действительно думаешь, что это может быть ключом к разгадке?

— Сомневаюсь. — Дастан уже наполовину пожалел о том, что схватил ковёр. — В любом случае это не имеет значения, — добавил он. — Я не намерен выполнять глупое задание Хазама. В конце концов, из-за этих безумных поисков Факела Джавэд и погиб.

Арду бросил на него взгляд.

— Ты уверен? Что плохого в том, чтобы хотя бы попробовать?

— А какой в этом смысл? — пожал плечами Дастан. — Даже если бы мы смогли найти пламя, это не принесло бы нам никакой пользы, учитывая, что Факел находится у гуннов.

— Но это ещё более веская причина, чтобы найти его, — настаивал Арду. — Кто знает, что они могут сделать со всей этой силой? И, кроме того, это означало бы, что твой друг Джавэд погиб не напрасно.

— Наверное, ты прав, — пробормотал Дастан.

— Эти принцы не могут иметь доброй воли по отношению к Персии. Если мы найдём пламя раньше них, мы станем героями! — сказал Арду.

Дастан вспомнил, что слышал разговор принцев во дворце. Арду был прав. Если они овладеют силой Факела, то поработят всю Персию.

Кира была занята едой. Но вот она подняла голову, чтобы вставить свои три копейки.

— Никто больше не посмеет называть тебя — нас — уличным мусором.

— Думаю, вы двое не такие доверчивые, как эти гунны, — сказал Дастан, споря не только с собой, но и с друзьями. — Вы же не верите, что пламя и правда существует? Что касается меня, то я живу в реальном мире. В мире песка, трудностей и голода. А не в мире волшебных факелов. — Хотя, по правде говоря, он уже не был уверен в том, что верит в Факел.

Кира с задумчивым видом слизала с пальцев сырный рассол.

— Звучит безумно, не так ли? Но с тех пор как я впервые услышала о Факеле, я часто задавалась вопросом, что бы случилось, если бы всё это было правдой. Если бы Факел и его пламя попали в чужие руки, это означало бы катастрофу. Стоит ли рисковать, игнорируя такую возможность?

Дастан заколебался, обдумывая всё, что он слышал о Факеле.

— Как ты думаешь, какими силами он обладает? — спросил он Киру.

Она пожала плечами.

— Власть над светом и тьмой, над смертными и бессмертными мирами. Я даже не уверена, что понимаю, что всё это значит, но я знаю, что он обладает огромной силой.

Дастан снова сделал паузу и тяжело сглотнул, когда ему в голову пришла новая мысль.

— Как ты думаешь, может ли сила Факела воскресить кого-то из мёртвых? — спросил он, не поднимая глаз.

Кира выглядела обеспокоенной.

— Я не знаю об этом, — начала она.

Но Арду уже нетерпеливо кивал.

— Наверняка может, — сказал он Дастану. — Кто знает, на что способен зажжённый Факел? Разве не стоит приложить немного усилий, чтобы выяснить это?

— И чтобы уберечь его от гуннов, — добавила Кира.

— Конечно. — Арду нетерпеливо кивнул, его взгляд по-прежнему был устремлён на Дастана. — В любом случае, кто может найти пламя лучше, чем самые беспринципные уличные крысы в Насафе?

Дастан не мог с этим поспорить. Его взгляд метнулся к малиновому слону на ковре. А что, если?..

* * *

Луна уже зашла, а солнце ещё не взошло, когда Дастан и его друзья наконец-то пробрались наружу мимо дремлющего стражника. Пара мрачного вида гуннских солдат всё ещё бродила возле дворцовых ступеней, но ускользнуть от них не составило труда. Как только троица покинула дворцовую площадь, тишину улиц нарушали лишь крысы, кошки и совы, занимавшиеся своими делами.

— Давайте попробуем немного отдохнуть, а утром встретимся, — сказала Кира, когда они приблизились к свалке.

Дастан кивнул.

— Тогда до встречи.

Кира исчезла на узкой улочке. Дастан взглянул на Арду, ожидая, что тот тоже уйдёт. Но Арду смотрел вслед Кире.

— Послушай, — сказал Арду низким голосом. — Я бы хотел поговорить с тобой об этом. Думаю, мы должны избавиться от девчонки.

— Что?

— От неё. — Арду жестом указал в ту сторону, куда ушла Кира. — Она будет только мешать. Если мы хотим найти пламя...

— Забудь об этом, — вмешался Дастан. — Я обязан ей жизнью. Если она хочет следовать за нами в этом дурацком деле, я не стану её останавливать.

Арду нахмурился, как будто хотел продолжить спор. Но в конце концов кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Тогда, думаю, увидимся утром.

Вскоре Дастан уже укрылся за широким приземистым дымохода на одной из своих любимых крыш. Он положил свёрнутый слоновый коврик на груду обломков досок и положил на него голову.

Это была самая удобная подушка за последнее время. Но заснуть, несмотря на усталость, не удавалось, и он не сразу понял, почему. Это была его первая ночь на этих крышах без храпящего рядом Джавэда.

Он вытащил счастливую монету своего друга и зажал её в руке. Но это мало помогло. Пока он ворочался, каждый крошечный ночной звук города казался громче обычного. Когда ему удалось задремать, сон был неглубоким и беспокойным. Ему снилось пламя, похожее на гуннов, и Джавэд верхом на малиновом слоне. Виндарна тоже был там, притаившись за каждым углом...

Дастан проснулся от вздоха, внезапно насторожившись. Открыв глаза, он увидел тёмную тень, нависшую над ним, и пару безумных, налитых кровью глаз, смотрящих прямо на него.

— Назад! — хрипло крикнул Дастан. Он отбросил тёмную фигуру и вскочил на ноги, каждый дюйм его тела был готов к действию.

Фигура не оказала никакого сопротивления, кувыркаясь назад.

Дастан схватил доску из кучи под ковром и держал её перед собой, как меч, его сердце колотилось.

— Не подходи!

Но фигура, казалось, и не собиралась этого делать. Она просто лежала и стонала.

— О-о, я становлюсь слишком стар для этого! — прошелестела она.

Голос показался знакомым. Дастан сузил глаза и опустил оружие.

— Хазам? — В слабом свете звёзд Дастан узнал старого музыканта. Хазам сел и выполз из тени.

— Извини, — сказал он, отбрасывая доску. — Ты меня напугал.

— Оно и видно. — Хазам снова застонал, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Тебя не так-то просто найти, знаешь ли. Я искал тебя с самого вечера.

Дастан не стал объяснять, где он был.

— Теперь ты нашёл меня. Что тебе нужно?

— Во-первых, я хотел сказать тебе, что узнал о смерти Джавэда. Мне очень жаль; он был умным мальчиком. И вы двое явно были хорошей командой, скорее братьями, чем друзьями. — Он приподнял уголок рта в полуулыбке. — Или, возможно, мне следует сказать, что вы двое были похожи на Факел Атара, в котором в равных количествах присутствовали свет и тьма, спокойствие и действие, храбрость и задумчивость...

Дастан вздохнул и потёр глаза. От болтовни Хазама его охватило нетерпение.

— Забавно, что ты об этом заговорил, — сказал Дастан, — потому что, говоря о Факеле, я хотел бы знать, слышал ли ты, что он стал причиной смерти Джавэда? — Он хмуро посмотрел на старика. — Лучше бы ты никогда не рассказывал нам об этом.

— Хм-м, да. — Хазам потёр свою лохматую бороду, его глаза были устремлены вдаль. — Я слышал, что белые гунны вернули Факел в Насаф. Как и предсказывали знамения.

— Так почему же ты не во дворце и не пытаешься отнять его у них?

Взгляд Хазама вернулся к нему.

— Подозреваю, что ты позаботился об этом вместо меня, — сказал он с лукавой улыбкой. — Я слышал, сегодня ночью во дворце был какой-то переполох.

Дастан сделал настороженный шаг назад.

— Если ты здесь потому, что думаешь, будто Факел теперь у меня...

Хазам усмехнулся.

— Не бойся, дорогой мальчик. Я здесь не для того, чтобы украсть твоё сокровище. Разве ты не помнишь, что я тебе говорил? Только тот, чьи намерения чисты, может использовать силу Факела. Я не такой человек. — Он понимающе посмотрел на Дастана. — Но, несмотря на твой юный возраст и вспыльчивость, я подозреваю, что этим чистым человеком можешь быть ты.

Глава четырнадцатая

— С чего ты взял? — недоверчиво пробормотал Дастан.

Хазам, казалось, не слышал его.

— Я переводил всё новые и новые надписи, сделанные в пустыне. Старый эламский язык сложен, но, если я правильно понял, там говорится, что любого, кто зажжёт Факел с намерением использовать его силу в личных целях, захлестнёт свет, а затем тьма, и он погубит свою жизнь, а также силу Факела... навсегда. — Он бросил на Дастана печальный взгляд. — Или, возможно, пока не случится что-то ещё. Последнее мне пока неясно, тем более что мой пергамент намок...

Дастан закатил глаза. Чем больше он слышал от Хазама, тем меньше верил во все эти дела с Факелом. Правда, он видел Факел своими глазами. Но зачем представлять, что это не обычная реликвия древней империи? Нет, было бы глупо рисковать жизнью из-за кучи чепухи, которую Хазам якобы «перевёл» с каких-то старых надписей где-то в пустыне.

— Всё это звучит не слишком привлекательно для меня. Вот, держи. — Дастан пнул свёрнутый ковёр в сторону Хазама, внезапно решив покончить со всем этим. Ковёр ударился о ноги старика и расправился, явив взору слона. — Если ты думаешь, что что-то подобное может стать ключом к разгадке твоего сверхъестественного пламени, забирай.

Глаза Хазама расширились, когда он увидел малинового слона. Но он быстро отбросил ковёр.

— Нет, нет, я же говорил тебе, — сказал он. — Я слабый старик; я не верю, что смогу сохранить чистоту намерений, если мне в руки попадут Факел и пламя. Нет, уж лучше пусть это сделает такой сильный молодой парень, как ты.

— Почему? Что тебе за это будет?

— Слава, — ответил Хазам. — Мне нужна лишь слава за то, что я помог тебе в поисках.

Дастан вздохнул.

— Ну, сейчас всё, на что я могу опереться, — это этот дурацкий ковёр с плохо раскрашенным красным слоном. Он ни о чём мне не говорит.

Хазам склонился над ковром, разглядывая его в тусклом свете.

Дастан сел и прислонился спиной к дымоходу, слишком усталый и циничный, чтобы что-то делать, кроме как наблюдать. Неужели он совершает ошибку, продолжая эти безумные поиски? Кира и Арду, похоже, считали, что в этом что-то есть, но Дастан всё ещё не был уверен. Он поднял руку и коснулся счастливой монеты, висевшей у него на шее. Что бы посоветовал Джавэд?

В этот момент Хазам издал вздох. Он поднял глаза на Дастана.

— Кажется, вот оно, — сказал он, его голос дрожал от волнения. — Ответ находится прямо здесь, с краешку!

— Что? — спросил Дастан, наклонившись вперёд и прищурившись посмотрел на ковёр. Как он уже заметил, вокруг изображения слона не было ничего, кроме простого узора.

Хазам ткнул в него скрюченным пальцем.

— В этом узоре спрятано эламское письмо.

— Что там написано?

— Здесь написано: «Дом с царём». — Хазам посмотрел на Дастана, его глаза блестели. — Разве ты не видишь? Место, где скрывается пламя, должно находиться где-то в стенах самого дворца!

После того как Хазам ушёл, всё ещё возбуждённо бормоча о своём последнем открытии, Дастан снова попытался заснуть. Но за полчаса до рассвета он продолжал беспокойно ворочаться в своей импровизированной постели. К тому же к тому времени к нему присоединились несколько голубей и облезлый, довольно вонючий козёл, выскочивший из своего загона на соседней крыше. Голуби настаивали на том, чтобы устроиться на дымоходе и поворковать. А козёл всё пытался съесть слоновий коврик, несмотря на все усилия Дастана отпихнуть его.

Дастан сдался. Если он не собирался спать, то мог бы начать день. По крайней мере, он, скорее всего, раньше всех отправится на свалку в поисках завтрака.

Отпихнув козла в сторону, чтобы схватить коврик и сунуть его под мышку, Дастан сполз по колонне на улицу. Было ещё темно, прохладно и в основном тихо, хотя в некоторых домах уже забрезжил свет.

Дастан потянулся, затем повернулся в сторону свалки. Но не успел он пройти и десяти шагов, как услышал торопливые шаги. Он повернулся, подумав, что, возможно, вернулся Хазам.

Он ахнул. Это был не Хазам.

Это был Виндарна!

— Что тебе нужно? — воскликнул Дастан, автоматически переходя в боевую стойку. Недостаток сна выбил его из колеи, и он понял, что маг зажал его в углу между двумя зданиями. Хотя обычно он не слишком доверял магии, Виндарна напугал его необъяснимым образом. Мужчина был одет в свою обычную шёлковую мантию. Он смотрел на Дастана сверкающими чёрными глазами, казалось, не замечая готовых кулаков мальчика, или, скорее, игнорируя их.

— Как я понимаю, ты обнаружил местонахождение половины древнего сокровища, — произнёс он голосом, похожим на скрип колёс телеги по гравию. — Но что с пламенем?

У Дастана закружилась голова. Откуда маг узнал, что он стремится воссоединить Факел и пламя? Ещё недавно он и сам не знал об этом.

— Ч... что? — заикаясь, пробормотал он.

Виндарна шагнул ближе, вглядываясь в него.

— Говори, мальчик, — прошипел он. — Это важнее, чем ты думаешь.

Дастану этого было достаточно. Наклонившись, он набрал горсть пыли и песка и швырнул её в лицо магу. Когда Виндарна с криком отпрыгнул назад, Дастан протиснулся мимо него и бросился бежать, спасая свою жизнь. В любой момент он ожидал, что его сразит какое-нибудь страшное колдовство. Однако Виндарна только и делал, что звал его, и вскоре Дастан оставил его далеко позади. Но он почувствовал себя в безопасности только после того, как отдалился от жуткого мага на значительное расстояние. Когда он оглянулся, Виндарны уже не было.

Глава пятнадцатая

— Как странно. — Кира отправила в рот кусок свежего хлеба. — И ты говоришь, что этот человек — маг? Религиозный учёный?

— На первый взгляд, да. — Дастан не смог сдержать дрожи при воспоминании о холодных тёмных глазах, смотрящих в его собственные. — Но многие считают, что он обладает способностями, недоступными человеческому пониманию. Тёмными силами.

Арду поднял взгляд от сладкого финика, который он ел.

— Я думал, ты не веришь во все эти сверхъестественные вещи.

Дастан пожал плечами.

— Да нет, не верю. Есть ещё хлеб?

— Должен быть, если только сами-знаете-кто не съел его весь, пока я не смотрел. — Арду бросил на Киру подозрительный взгляд. Он явился к месту их встречи — большому резервуару с водой на крыше возле свалки — с охапкой сладкого хлеба и сушёных фруктов, только что с рынка. Он купил их на монеты, украденные накануне из комнаты царя.

Кира хмуро посмотрела на Арду.

— Я буду благодарна, если ты перестанешь делать замечания по поводу того, сколько я ем.

— Я перестану делать замечания, когда ты перестанешь так много есть, — ответил Арду.

Дастан вздохнул и посмотрел на небо, которое с каждой секундой становилось всё ярче, по мере того как солнце поднималось над городскими стенами. Арду и Кира препирались почти с самого момента их знакомства.

Арду ещё не закончил.

— Я бы хотел, чтобы ты последовала моему совету и оставила нас наедине с нашими поисками, — сказал он, махнув рукой в сторону себя и Дастана. — Это может быть опасно и девушкам не по плечу.

Кира нахмурилась.

— Чего? По-моему, это ты должен оставить нас. Твоё уродливое лицо с первого взгляда не внушало доверия.

Дастан едва слышал их. Его мысли то и дело возвращались к тревожной встрече с Виндарной. Как маг узнал, где его искать? И как он узнал, что Дастан ищет пламя?

— Дастан, ты там? — раздался запыхавшийся голос с края крыши.

Дастан заглянул за бак с водой. Это был Хазам.

— Да, я здесь, — ответил он.

— Кто это? — спросила Кира.

Дастан подождал, пока не показалось лицо старика. Затем он поспешил вперёд, чтобы помочь Хазаму подняться на последние несколько футов от декоративной металлической скульптуры на фасаде здания.

— Спасибо, мальчик мой, — прохрипел Хазам, рухнув на крышу. — Эти старые кости уже не очень-то годятся для лазания.

— Неважно, теперь ты здесь. — Дастан жестом указал на остальных. — Это Арду, а вон там Кира. Они помогают мне искать Факел и его пламя.

— Правда? — Хазам удивлённо приподнял одну кустистую бровь. Затем он взглянул на Арду. — Вы выглядите знакомо, молодой человек. Не видел ли я вас играющим на дворцовой площади? Или, может быть, на свалке? — Затем выражение его лица прояснилось. — Нет, я помню! Кажется, я видел, как вы разговаривали со старым китайским провидцем, который проезжал через город неделю или две назад. Как раз в тот момент, когда я заходил к нему.

Арду рассмеялся.

— Боюсь, ты ошибаешься, — сказал он. — Я только на днях прибыл в Насаф. Я не знаю здесь никого, кроме этих двоих.

Хазам пожал плечами.

— Ну что ж, старые глаза уже не те, что раньше... Что ж, Дастан, мальчик мой. Ты не задумывался над нашей последней подсказкой?

— Ты о том, что пламя спрятано во дворце? Не совсем. Это не слишком сужает круг поиска. Это место — лабиринт. В нём больше поворотов и проходов, чем на этих улицах.

— Ты уверен, что в подсказке говорится только об этом? Что оно во дворце? — спросила Кира. — Может, на ковре написано что-то ещё?

— Дай мне взглянуть на него ещё раз. — Хазам взял ковёр, протянутый ему Дастаном, и расстелил его, внимательно изучая своими прищуренными глазами. Но через несколько минут он покачал головой. — Нет, здесь больше ничего нет. Я совершенно уверен.

— И что же нам делать? Обыскать все комнаты во дворце? — спросил Арду.

Взгляд Хазама был устремлён вдаль.

— Должно быть, это ещё не всё, — размышлял он. — Возможно, я что-то упустил в переводе тех надписей...

— Каких надписей? — спросила Кира.

— Он переводил какие-то старинные надписи где-то в пустыне, — сказал Дастан.

— Верно. — Задумчиво кивнул Хазам. — Надписи вырезаны на развалинах старого храма времён Ахемениса и Дариуса.

— «Дариуса?» — В голове Дастана промелькнула мысль о громиле с таким именем.

Кира взглянула на него.

— Великий царь живший тысячи лет назад, — сказала она. — Именно он превратил Персию в величайшую империю в мире.

Хазам смотрел в сторону городских стен.

— Разрушенный храм лежит в сухом оазисе в нескольких лигах от Насафа. Возможно, мне нужно ещё раз лично взглянуть на надписи.

— Ты имеешь в виду поход в пустыню? — спросила Кира.

Хазам вздохнул.

— Я просто не уверен, что смогу снова проделать этот путь пешком, — признался он. — В прошлый раз меня чуть не убила внезапно налетевшая песчаная буря.

Арду ухмыльнулся.

— О, нет проблем! — воскликнул он. — У меня ещё осталась пара монет. Мы просто купим караван верблюдов, чтобы они нас везли! Или, может быть, обменяем куриные кости, которые найдём на свалке, на отличную лошадь или две.

Дастан не обратил внимания на сарказм мальчика. Визит Виндарны изменил его взгляд на поиски. Он всё ещё не доверял мотивам Хазама, но уже не сомневался в существовании Факела и пламени и начинал верить, что они обладают силой. Виндарну можно было напугать, но он также был могущественным, образованным и умным человеком. Если он был так озабочен поиском Факела, как мог Дастан сомневаться в его важности — независимо от того, мистический он или нет.

Сама мысль о том, что сила Факела может быть реальной, опьяняла. На мгновение Дастан позволил себе помечтать, представив, как он сначала использует зажжённый Факел, чтобы повергнуть в вечную тьму гунна-убийцу, убившего Джавэда, а затем с его помощью вернёт Джавэда к жизни...

Но он быстро прогнал эти мысли, не желая обнадёживать себя и слишком далеко отходить от реальности. Ведь именно то, что он был так приземлён, помогало ему жить все эти годы.

Но если вдруг его сила окажется реальной, Дастан будет обязан. А именно — не допустить, чтобы она попала в руки таких людей, как Виндарна, не говоря уже о коварных гуннах. Найти его раньше них — значит спасти Насаф и остальную часть империи. Но сначала нужно было придумать, как помочь Хазаму снова увидеть те рисунки...

Дастан навострил уши. Издалека доносились звуки, словно музыканты настраивали свои инструменты. Дастан улыбнулся.

— Точно!

Глава шестнадцатая

— Сегодня день рождения принца Гарсива, — сказал Дастан.

— Да, и что? — ответил Арду.

— Со всей этой музыкой, выступлениями... гостями, которые приходят и уходят, это прекрасная возможность пробраться в царские конюшни и вернуться оттуда с лошадьми, — сказал он остальным.

— «Лошадьми?» — с сомнением сказал Арду. — Не думаешь ли ты, что они не заметят, если пропадут четыре лошади?

Но Кира выглядела взволнованной.

— По-моему, это отличный план! — воскликнула она.

— Правда? — Хотя он знал её всего один день, Дастан уже успел понять, что Кира одновременно скептична и практична. Он ожидал, что она последней согласится с его планом. Но он изо всех сил старался скрыть своё удивление. — То есть да, я тоже думаю, что это сработает.

Арду выглядел куда менее убеждённым.

— Это кажется ужасно рискованным, — сказал он. — Может быть, если старик скажет нам, где находятся эти рисунки, мы с Дастаном отправимся туда пешком и перепишем их?

— Зачем идти пешком, если можно ехать верхом? — бросила на него взгляд Кира. — Нет, план Дастана — единственный выход.

Хазам лишь пожал плечами.

— Я не очень люблю ездить верхом, но попробовать стоит, — сказал он. — Если меня убьют в этом приключении, по крайней мере, моё имя запомнят.

— Вот это настрой, — сказал Дастан. — Пойдёмте туда и посмотрим, как там дела.

Когда они добрались до дворцовой площади, то увидели, что празднование уже началось, несмотря на ранний час. Группа уличных артистов танцевала, их приручённые обезьянки присоединялись к ликованию небольшой толпы рано вставших людей, собравшихся посмотреть. С колоннады за происходящим наблюдали несколько экзотически одетых людей, а также несколько стражников.

— Здесь нам не пробраться, — пробормотала Кира, кивнув в сторону нескольких шеренг персидских солдат, марширующих взад-вперёд у подножия дворцовых ступеней.

— Очень жаль. — Арду начал отворачиваться. — Придётся придумать другой план. Может быть, та штука с ходьбой, о которой я говорил.

— Не так быстро, — сказал Дастан. — Давайте попробуем подойти сбоку, как мы делали прошлой ночью.

У боковой стены действительно была гораздо менее людно, хотя на улице рядом с ней было несколько человек, спешащих по своим делам.

— Если мы снова попытаемся взобраться, кто-нибудь обязательно позовёт стражу, — пробормотал Арду, глядя на нескольких хорошо одетых женщин, спешивших мимо.

Дастан понял, что это не единственная проблема. Трём ловким молодым людям было достаточно сложно преодолеть внушительную стену. Как же они могли надеяться затащить на неё Хазама?

— Неподалёку отсюда есть небольшой вход, где я пару раз выпрашивал объедки с кухни, — сказал Хазам. — Обычно он плохо охраняется из-за неприятного запаха — туда складывают мусор, пока он ждёт, пока его вынесут. Возможно, там нам повезёт.

— Стоит попробовать, — сказала Кира.

Дастан кивнул.

— Веди.

Все последовали за Хазамом вниз по стене. Запах из входа донёсся до них ещё до того, как они увидели его источник, но все они уже привыкли к вони отбросов. Небольшой прямоугольный дверной проём охранял один молодой человек, на вид ненамного старше Арду. Он прислонился к стене с кислым выражением лица, отмахиваясь одной рукой от роя мух, жужжащих вокруг его лица, а другой прикрывая нос и рот.

— И что теперь? — пробормотал Дастан.

Арду и Хазам неуверенно переглянулись. Но Кира улыбнулась.

— У меня есть идея, — прошептала она. — Ждите здесь и будьте наготове!

Она подошла к молодому стражнику. Дастан не расслышал, что она сказала, но это было что-то связанное со сбежавшим козлёнком, которого она должна была доставить в подарок принцу, и с большим вознаграждением, которое должен был обеспечить её отец, лавочник.

Дастан не понимал, как ей это удаётся. Её одежда, может, и была красивее, чем у обычной уличной крысы, но она была рваной и грязной. Может, её милое личико и звонкий голос имеют к этому какое-то отношение?

Как бы то ни было, молодой стражник вскоре покинул свой пост и поспешил в соседний переулок на поиски мифической пропавшей козы. Дастан, Арду и Хазам без труда проскользнули через дверной проём. К счастью, поблизости никого не было, и они быстро нашли укрытие за телегой, заваленной кухонными отходами.

— Это было впечатляющее представление, — пробормотал Хазам. — Где ты вообще нашёл эту девушку, Дастан?

— Она нашла меня, — ответил Дастан.

— А я всё равно предлагаю обойтись без неё, — проворчал Арду. — Она не сможет попасть сюда, не предупредив стражу.

— Что-что? — Кира обогнула корзину с мусором как раз вовремя, чтобы услышать Арду. — Ты же не пытался от меня избавиться, мой тощий друг?

Лицо Арду покраснело.

— Вовсе нет, — пробормотал он. — Я просто беспокоился, вот и всё.

— Пойдём. — Дастан выглянул в дверной проём. — Где, по-твоему, находятся конюшни?

— Они расположены вдоль южной стороны главных садов дворца, — ответила Кира. — Направившись к задней части дворца, мы легко их найдём.

И снова головокружительные переплетения комнат дворца грозили сбить их с пути. Но когда они нашли выход из кухонного помещения, им стало легче проходить через большие общественные залы на остальной части первого этажа. Вскоре они добрались до огромного бального зала в задней части здания, где через ряд арок открывался просторный портик. Когда Дастан и остальные вышли на него, перед ними открылся вид на огромное море зелени.

— Царские сады, — прошептал Дастан.

Хазам покачал головой.

— Неудивительно, что дворец просит жителей беречь драгоценную воду, — пробормотал он. — Им нужна каждая капля, чтобы поддерживать здесь такую зелень.

Действительно, Дастан никогда не видел такой пышности. Сады всё ещё оставались в частичной тени из-за раннего часа, но они простирались перед ним насколько хватало глаз. Пальмы покачивались на ветру, птицы прыгали по травянистой лужайке или порхали по аккуратно подстриженным живым изгородям, повсюду распускалось буйное изобилие цветов. Где-то вдалеке кукарекал петух, возвещая о наступлении рассвета. От портика вниз вёл огромный фонтан у подножия ступеней, а рядом с ним стояла большая проволочная клетка с несколькими крупными, ярко раскрашенными птицами. Пятнистая лань вышла из тени, чтобы попить из фонтана. Пока Дастан наблюдал за ней, животное внезапно подняло голову и скрылось из виду.

Арду бросил нервный взгляд через плечо.

— Мне кажется, я слышу, как кто-то идёт, — прошептал он.

Все четверо выбежали за пределы дворца и спрятались за огромной каменной кашпо на ступенях. И как раз вовремя. На портик вышли четверо молодых людей, вооружённых арбалетами, копьями и прочим охотничьим снаряжением. Дастан сразу же узнал двоих из них.

— Это те самые гуннские принцы! — шепнул он своим спутникам.

Хазам кивнул.

— И наши собственные принцы с ними.

Глаза Дастана расширились. Трудно было разглядеть их как следует, не рискуя быть замеченным. Неужели в дюжине ярдов от них стояли принц Тас и его младший брат, принц Гарсив?

— Нам лучше убраться отсюда, — прошипела Кира. — Как только они спустятся по ступеням, то смогут нас увидеть!

Дастан понял, что она права.

— Если нас разлучат, просто найдите дорогу к конюшням, и мы встретимся там, — прошептал он.

Кира бросилась бежать первой и скрылась в лавровой роще. Затем Арду двинулся в другом направлении, направляясь к укрытию большой каменной скульптуры грифона.

Дастан задержался рядом с Хазамом.

— Готов? — спросил он старика.

— Не уверен. — Хазам всё ещё тяжело дышал после путешествия по дворцу. — Возможно, тебе стоит продолжить путь без меня.

— Не глупи, — ответил Дастан. — Давай-ка, переместимся и спрячемся за тем фонтаном. Цветущие кусты рядом с ним должны обеспечить достаточное укрытие на время.

Хазам последовал за Дастаном. Вскоре они вдвоём скрылись за фонтаном. Когда Дастан выглянул наружу, принцы уже спускались по ступеням. Их голоса разносились над садом в тонком, прохладном утреннем воздухе.

— Прекрасное утро для охоты, — услышал Дастан слова принца Таса, обращённые к гуннам. — Мы с братом рады, что вы смогли присоединиться к нам.

— Мы тоже рады, — ответил старший гунн.

— Ваши прекрасные сады — прекрасные охотничьи угодья.

— Отец любит, чтобы мы не расставались с оружием, — сказал Гарсив. — А поскольку нам запрещено стрелять в граждан, он создал это место.

— Действительно, этот сад может похвастаться широким разнообразием диких животных, — сказал Тас, и гунны рассмеялись. — Здесь водятся не только олени и газели, но и фазаны, голуби, павлины, кабаны, вепри, зайцы, лисы, куницы, рыси, медведь или даже два...

— Хватит, Тас! —  Гарсив закатил глаза. — Нашим гостям не нужен список всех видов животных, которых они могут увидеть в стенах сада.

Принц Тас усмехнулся.

— Полагаю, ты прав, брат. Не будем больше медлить. Мы недолго будем наслаждаться охотой, прежде чем начнётся празднование твоего дня.

Дастан не мог устоять на месте, наблюдая за тем, как четверо молодых принцев направляются к ближайшей роще деревьев. Два перса добродушно толкали друг друга локтями.

Иметь всё это. Быть друг у друга.

Он отступил назад, увидев, как на портике появился дворцовый стражник в форме.

— Прошу прощения, ваши высочества, — позвал стражник и поклонился, когда принцы повернулись. — Принц Тас, ваш отец хочет, чтобы вы знали, что некие злоумышленники, возможно, нарушили охрану дворца. Стражники ищут их, а пока вам лучше остаться в помещении, где безопаснее.

— Глупости! — поднял свой лук принц Гарсив. — Здесь мы в полной безопасности. Если мы столкнёмся с этими незваными гостями, то сами с ними и разберёмся.

— Действительно! — с энтузиазмом воскликнул младший гуннский принц.

Дастан увидел, как старший гунн подтолкнул своего брата.

— Что за незваные гости? — спросил он у стражника.

Стражник замешкался, затем поклонился ему в ответ.

— Вам не о чем беспокоиться, господин. Всего лишь обычный уличный мусор, который, возможно, надеется обокрасть царя под прикрытием праздника.

— Понятно. Что ж, мы будем следить, чтобы никто не затаился, — ответил старший гуннский принц, бросив ещё один взгляд на брата.

— Пойдём, — шепнул Дастан Хазаму. — Нам нужно добраться до конюшен.

— Возможно, это слишком рискованно, — прошептал в ответ Хазам. — Возможно, нам удастся забраться на одно из деревьев у дворцовой стены и сбежать, прежде чем они нас выследят.

— И когда же у нас появится ещё один шанс? — прошипел Дастан. — Если ты хочешь ещё раз взглянуть на эти свои рисунки...

— Ладно, ладно. — вздохнул Хазам. — Веди, мой мальчик.

Они поползли прочь от фонтана, направляясь в сторону, противоположную принцам. Однако почти сразу же они попали в клубок лиан, который оказался слишком густым, чтобы его преодолеть. Они были вынуждены обойти его стороной, в результате чего оказались в пределах слышимости гуннов, которые негромко переговаривались на своём языке.

— Думаешь, они говорят о нас? — Хазам дышал Дастану в ухо.

— Тише! Сюда! — Дастан обогнул солнечные часы и прополз в рощу цветущих кустарников. Но почти сразу же наткнулся на декоративную металлическую решётку.

— Тупик, — прокомментировал Хазам.

Дастан ничего не ответил, повернулся и погрузился в море кустарников, надеясь, что идёт в правильном направлении. Как раз когда он достиг дальнего конца рощи, из одного из кустов выпорхнула птица. Она взлетела на высокое дерево неподалёку и громко чирикнула, словно ругая незваных гостей. Мгновение спустя рядом появился младший гуннский принц с луком наготове, который искал птицу среди деревьев.

— Прячься! — зашипел Дастан на Хазама.

Дастан проскочил между стволами двух огромных кипарисов в узкий проход, образованный высокими густыми изгородями из роз. Через несколько ярдов проход открылся в некое подобие комнаты, образованной живой изгородью; в центре стоял большой бассейн. Бассейн по форме напоминал розу, а его выложенные плиткой борта возвышались над травой на несколько футов. Единственным украшением здесь была простая каменная скамья.

— Ещё один тупик, — прошептал Дастан. — Поворачивай.

Он протиснулся мимо Хазама и поспешил обратно к кипарисам, надеясь, что гунны уже ушли. Но стоило ему выглянуть из-за деревьев, как он тут же отступил назад. Персидские принцы направлялись прямо к проёму! Тас позвал гуннов, которые ответили ему криком.

— Похоже, они у розового фонтана, — сказал Гарсив низким голосом, который едва донёсся до Дастана, находившегося в нескольких ярдах от них. — Думаешь, они забрели туда и забыли, как выбраться?

— Ну что ты, брат, — усмехнулся Тас. — То, что они отличаются от нас, не делает их идиотами. Не обязательно.

Дастан двинулся обратно по розовой аллее, ведя за собой Хазама, хотя и не был уверен, зачем ему это нужно. Персидские принцы явно намеревались зайти в крошечную садовую комнату, окружённую колючей изгородью высотой в шесть футов.

Выхода не было.

Глава семнадцатая

Бросив отчаянный взгляд по сторонам, Дастан не нашёл места, где можно было бы спрятаться.

— Полезай туда, — прошипел он на Хазама, подталкивая старика к каменной скамье.

Хазаму удалось втиснуться в пространство под скамьёй и набросать туда кучу опавших листьев, чтобы спрятаться.

Дастан сделал единственное, что пришло ему в голову: ухватившись за край бассейна, он подтянулся и скользнул в прохладную воду бесшумно, как змея.

Глубина бассейна составляла почти три фута. Дастан не очень-то умел плавать, но он грёб ко дну, затаив дыхание.

Он надеялся, что утренний солнечный свет, отражаясь от поверхности бассейна, достаточно хорошо замаскирует его от посторонних глаз. Сверху до него доносились голоса принцев, хотя они искажались водой и звучали странно и отдалённо.

Он плыл, стараясь не думать. Его глаза были открыты и смотрели на дно бассейна. В отличие от большинства других бассейнов и фонтанов дворца, украшенных сложными и красивыми фресками из разноцветных плиток с изображением животных или других сюжетов, этот был довольно простым, выложенным плитками под цвет камня, что позволяло ему, в его оборванной коричневой уличной одежде, неплохо вписываться в окружающую среду.

Затем что-то в центре привлекло его внимание. Это была крошечная драгоценность янтарного цвета, вделанная в плитку. И только тогда Дастан увидел, что плитки в центре бассейна действительно образуют узор, очерчивающий фигуру свирепого дракона с драгоценным камнем в качестве глаза. Он недоумевал, зачем кому-то понадобилось создавать столь замысловатый рисунок из камня, столь похожего по цвету на окружающую местность. Конечно, его было бы просто невозможно разглядеть, даже находясь прямо над поверхностью...

Размышления об этом отвлекли Дастана от ощущения жжения в лёгких. Но он понимал, что ему придётся всплыть или умереть. Он подождал ещё несколько секунд, напрягая слух, но сверху не доносилось ни звука. Неужели принцы покинули окрестности или просто замолчали?

Так или иначе, он больше не мог задерживать дыхание. Он позволил себе взмыть вверх и вынырнул на поверхность со слабым вздохом. Затем он выглянул из-за бортика бассейна.

Принцев нигде не было видно, а Хазам уже выползал из своего укрытия.

— Чуть не попались! — хрипло прошептал старик.

Дастан вылез из бассейна и стряхнул с себя как можно больше воды.

— Пойдём, — сказал он. — Нам нужно идти дальше.

Затем он приостановился нащупать в кармане монету Джавэда, но её там не оказалось. Он оглянулся на бассейн и заметил, что она лежит на дне. Как раз в тот момент, когда он собирался прыгнуть обратно, он услышал, как из лука выпустили стрелу.

Выглянув между двумя кипарисами, он увидел, что все четыре принца находятся неподалёку, и снова понял, что ничего не может сделать. С неохотой Дастану удалось незаметно пробраться вместе с Хазамом в густую чащу леса. Дастан повёл старика по узкой грунтовой тропинке, петлявшей среди деревьев.

По мере того как солнце поднималось всё выше, становилось всё светлее и жарче. Но под деревьями по-прежнему царили полумрак и тень. Дастан держал глаза широко открытыми, не желая хрустнуть веткой или сделать что-нибудь ещё, что могло бы их выдать. Даже так он не заметил следующего препятствия, пока не оказался почти у него на пути. Громкое фырканье впереди насторожило его, и он остановился, ахнув.

Сзади на него налетел Хазам.

— Не останавливайся! — зашипел старик.

Дастан не ответил. Кабан был огромен, его острые клыки выходили из пасти примерно на шесть дюймов. Издав подозрительное фырканье, он опустил голову и уставился на Дастана глазами-бусинками.

Как будто ситуация была недостаточно тяжёлой, Дастан услышал крики откуда-то сзади. Это были принцы! Сначала он не обратил внимания на их слова, заботясь лишь о том, что они с Хазамом, похоже, снова оказались в ловушке, застряв на этой узкой тропе между разъярённым кабаном и принцами. Но потом он понял, о чём они говорят — и что это значит. Принцы выслеживали этого самого кабана.

Сердце заколотилось в панике, и Дастан попытался нырнуть с тропы в лес. Но густой подлесок почти сразу же остановил его. Кроме того, с каждым его движением выражение лица кабана становилось всё мрачнее. Он бил лапами по земле и громко фыркал.

— Пойдём, мальчик. — Хазам нервничал. — Лучше быть выброшенным на улицу стражниками, чем забоданным этой тварью.

Дастан не был уверен, что согласен с этим. Тем более он знал, что гунны ищут его. Он отступил на несколько шагов, ища другой выход.

И тут раздался громкий звук рога, и голос назвал имена персидских принцев. Когда Гарсив нетерпеливо закричал в ответ, слуга сообщил, что принцы должны по приказу их отца, царя, приветствовать недавно прибывших гостей из Вавилона.

— Ещё гости? — ворчал Гарсив где-то совсем рядом.

В голосе Таса звучало веселье.

— Пойдём, брат, всё равно уже пора идти.

Дастан услышал, как по саду раздаются шаги принцев. Повернувшись, он заметил, что кабан скрылся за деревьями, следуя за звуком.

Вскоре они с Хазамом уже выглядывали из-за кроны деревьев. Вдали виднелась пара стражников, но ни одного из принцев не было видно. Дастан огляделся, оценивая положение солнца.

— Кира сказала, что конюшни находятся в южной части садов, значит, сюда.

Он не был уверен, откуда Кира узнала о местонахождении конюшен. Но она оказалась права. Дастан и Хазам вышли из небольшой рощицы лимонных и фиговых деревьев и оказались на краю большой открытой площадки.

— Царские игровые площадки, — догадался Хазам, разглядывая спортивные снаряды на земле неподалёку. — И смотри — конюшни.

Напротив Дастан разглядел длинное, низкое здание. Из арочных окон выглядывали изящные лошади, а с одной стороны находился загон со стадом верблюдов.

Проблема заключалась в том, что единственный способ попасть туда — пересечь поле. Если кто-то посмотрит в их сторону, укрыться будет невозможно.

— Готов пробежаться? — негромко спросил Дастан.

— Не очень, — со вздохом ответил Хазам. — Но придётся!

Он выбежал на поле, его худые ноги подрагивали. Дастан поспешил за ним, настороженно оглядывая окрестности. Но никаких криков не раздавалось, стражники не появлялись, чтобы преследовать их. Мгновением позже Дастан ворвался в тусклое помещение конюшни.

— Подожди здесь, — сказал он Хазаму, который уже рухнул на землю и задыхался от усталости. — Я проверю, не прибыли ли Кира и Арду раньше нас.

Конюшни были почти столь же впечатляющими, как и сам дворец, с многочисленными проходами, выделенными рядами колонн. Между колоннами низкие стены разделяли пространство на отдельные стойла. Дастан не мог не отметить, что каждая из царских лошадей жила в большем пространстве, чем многие жители города.

Дастан поспешил вверх по одному проходу и вниз по другому. Со всех сторон на него смотрели безупречно ухоженные лошади. Но ни Киры, ни Арду не было видно.

Вернувшись ко входу, где он оставил Хазама, он как раз успел услышать крик, донёсшийся откуда-то с дальнего конца территории, справа.

— Ой-ёй, — прокомментировал Хазам. — Надеюсь, это не означает, что твои юные друзья попали в плен.

Дастан уловил вспышку движения слева. Он повернулся и увидел Киру и Арду, бегущих к ним!

— Они нас видели? — Кира запыхалась, проскочив в дверь конюшни. Она крутанулась на месте и выглянула наружу.

— Я же говорил тебе, — задыхаясь, ответил Арду. — Этот фокус всегда срабатывает.

— Какой фокус? — спросил Хазам.

Дастан догадался об ответе. Арду бросил камень в противоположную сторону от того места, куда они хотели попасть. Стражники услышали его и побежали на шум, позволив Арду и Кире проскочить через поле незамеченными.

— Фокус с камнем. Неплохо придумано, — сказал Дастан.

Арду усмехнулся.

— Ещё ни разу меня не подводил.

— Ладно. — В голосе Киры звучало нетерпение. — Нет смысла стоять и ждать, пока нас поймают. Давайте выберем лошадей и уберёмся отсюда.

Она выскользнула в один из проходов между стойлами. Дастан последовал за ней. Он разглядывал тонконогую лошадь, когда Арду догнал его.

— Я все ещё не понимаю этот план, — прошептал Арду. — Как мы выберемся из города? Ворота в нескольких кварталах отсюда.

— Никто не заставляет тебя идти с нами, — ответил Дастан, отойдя в конец прохода и повернувшись к следующему.

Арду нахмурился.

— Нет, я иду. Но послушай, я слышал, что небольшие лошади более надёжны. Давай посмотрим... — Он ахнул, заглянув в большой арочный дверной проём неподалёку. — Ого! — громко воскликнул он.

Дастан уже собирался заткнуть ему рот, как вдруг громкий звук расколол воздух, заглушив его. Ахнув, он понял, что это трубил слон! Поспешив вперёд, он увидел, что Арду только что наткнулся на другую часть конюшни, где содержалось несколько огромных серых зверей.

Вслед за трублением несколько лошадей поблизости фыркнули или заржали в тревоге, копошась в своих стойлах.

— Прячьтесь! — прошипел Дастан, ныряя в незанятое стойло.

К счастью, никто не прибежал на крик слона. Но Дастан знал, что везение не будет вечным.

— Выбирай лошадь и поехали, — сказал он Арду.

Арду вздохнул.

— Слушай, я... это... э-э-э... я никогда раньше не ездил верхом, — пролепетал он.

— Оу... — Теперь Дастан понял нежелание мальчика. Ему не следовало удивляться: у большинства уличных крыс не было возможности передвигаться на чём-либо, кроме собственных ног. На самом деле Дастану никогда бы не довелось сесть на лошадь, если бы один из его частых посыльных не отправился на ферму, хозяин которой научил его ездить верхом. — Ну, ты достаточно подвижен. Ты быстро освоишься. Или можешь ехать с Кирой на её лошади.

— Я ни за что не поеду на лошади с девчонкой! — огрызнулся Арду.

Дастан покачал головой и подошёл к ближайшему стойлу.

— Вот, этот кажется спокойным.

Заглянув внутрь, Дастан увидел невысокого крепкого чёрного мерина. Прежде чем он успел ответить, появилась Кира с несколькими инкрустированными драгоценными камнями уздечками, висевшими на одной руке, и ещё одной, уже надетой на голову высокого коня, который спокойно шёл позади неё.

— Оставь его, — бодро сказала она. — Он хромой, он не сможет угнаться за остальными.

— Что? Откуда ты знаешь? — Арду недоуменно посмотрел на неё.

Кира резко остановилась, чтобы заглянуть в другое стойло неподалёку. Арду и Дастан присоединились к ней и увидели серую пятнистую кобылу с крепким жеребёнком рядом с ней.

— Как насчёт этой? — сказал Арду, махнув рукой в сторону кобылы.

Кира обернулась к нему, сверкнув глазами.

— Нет! — рявкнула она. — У неё жеребёнок. Мы не можем разлучать их в таком возрасте.

Дастан был удивлён её резкой реакцией. Впрочем, он никогда не претендовал на то, чтобы понимать умы девушек.

— А как насчёт этого? — предложил он, указывая на спокойную лошадь через проход.

— Хороший выбор; Арду может взять его. А вон тот серый подойдёт для Хазама.

Вскоре все четыре лошади, выбранные Кирой, были выведены из стойл и запряжены в уздечки. Дастан посмотрел на своего жеребца, каштанового с яростными глазами, и нервно вздрогнул. Неужели им действительно удастся это сделать? Ведь в их группе было по меньшей мере двое не ездовых, а между ними и городскими воротами было несколько людных кварталов...

Дастан взглянул на широкие деревянные двери в дальнем конце центрального прохода, которые, как заверила Кира, выходили прямо на улицы Насафа. В этот самый момент двери распахнулись, явив группу пыльных, устало выглядящих лошадей, ведомых слугами, одетыми в характерные месопотамские одежды. С ними было несколько дворцовых стражников и слуг.

Как только слуги заметили незваных гостей, поднялся крик.

— Ну вот, теперь у нас неприятности, — заметил Арду.

Никто не посмел возразить.

Глава восемнадцатая

— Вперёд! — крикнул Дастан.

Дастан помог Хазаму забраться на спину его лошади. Затем он запрыгнул на свою лошадь и, схватив её за гриву, вскочил на широкую спину жеребца. С тяжёлым сердцем он вспомнил, что оставил монету Джавэда в фонтане.

Оглянувшись, он увидел, что Кира уже взобралась на лошадь и подгоняет её. Арду тоже взобрался на свою. Выглядел он несколько неуверенно, но длинные худые ноги обхватили живот существа, и в глазах его читалась не нервозность, но решимость. Хазам зарылся руками в гриву своего коня и закрыл глаза. Но конь уловил волнение остальных и понёсся галопом за ними.

Повернувшись лицом вперёд, Дастан низко пригнулся к холке своего скакуна. Слуги и стражники всё ещё стояли в открытом дверном проёме с растерянным видом.

Когда Дастан и остальные галопом помчались к ним, лошади гостей начали пританцовывать на месте и отступать назад, нервничая от того, что на них мчатся незнакомые лошади. Слугам пришлось с трудом удерживать их, а стражники отступили, чтобы избежать летящих копыт. Это дало Дастану и его друзьям необходимую свободу действий.

— Вперёд! — крикнул Дастан, когда его конь выскочил на улицу. Он пронёсся через городские ворота так быстро, как только могли выдержать его ноги. Они промчались мимо двух стражников, которые стояли на страже, пока их спутники занимались празднествами во дворце.

Дастан не осмелился оглянуться.

* * *

— Я до сих пор не могу поверить, что мы это провернули, — сказал Арду в четырнадцатый раз — никто не считал.

— Не могу поверить, что ты ещё не свалился. — Кира бросила на него презрительный взгляд. — Ты скачешь, как насекомое, сидящее на ветке.

Дастан прикрыл глаза рукой, вглядываясь в горизонт. Его ноги болели от более чем часовой езды, а одежда пропиталась потом.

— Мне кажется, я вижу оазис впереди. Мы должны остановиться и отдохнуть.

— Да, — согласилась Кира. — Лошади захотят попить.

— Я тоже, — сказал Хазам. — Жаль, что там мы найдём только воду.

Оазис был небольшим, всего лишь неглубокий пруд с родниковой водой, окружённый несколькими финиковыми пальмами и поросший травой. Но тень была желанной передышкой от сурового солнца пустыни, которое палило на них с тех пор, как они покинули Насаф. Скудной листвы было достаточно, чтобы заслонить бо́льшую часть горячего пустынного ветра, который начал дуть несколько минут назад. А вода ещё никогда не была такой свежей и прохладной.

Когда и люди, и лошади напились, Хазам улёгся вздремнуть, а Арду отправился купаться в укромный уголок источника. Кира взяла двух лошадей.

— Хочешь помочь мне отвести их вон на то травянистое место? — спросила она Дастана. — Им будет полезно попастись, прежде чем мы продолжим путь.

Дастан взял свою лошадь за уздечку, а также лошадь Хазама. Затем он последовал за Кирой.

Несколько минут они стояли молча, пока лошади паслись. Наконец Дастан нарушил молчание, не в силах больше сдерживать своё любопытство.

— Так откуда ты так много знаешь о лошадях? А о царях тысячелетней давности?

Кира напряглась всем телом и секунду смотрела на него. Затем она вздохнула и расслабилась.

— Вообще-то я никогда не говорила, что я уличная крыса или сирота, — сказала она.

— То есть это не так? Тогда кто ты и откуда?

Она пожала плечами, не встречаясь с ним взглядом.

— Моя семья живёт на ферме недалеко от Бишапура. На протяжении многих поколений мы разводили лучших лошадей для персидских катафрактов. — Её голос стал тише. — Я всегда была против того, чтобы мои родители отправляли наших лошадей на войну. Они были не согласны с тем, что я ставлю под угрозу их — наше — пропитание. Поэтому я сбежала из дома, когда отец против моей воли продал мою любимую кобылу в царскую конюшню.

— Серую в крапинку? — догадался Дастан, вспомнив её реакцию на красивую кобылу.

Кира кивнула.

— Похоже, она счастлива и о ней хорошо заботятся в её новом доме, — сказала она. — Теперь, когда я её увидела, я довольна. Но прошло слишком много времени, чтобы я могла вернуться домой.

У Дастана голова шла кругом от этой новой информации. Иметь дом, семью, своё место в мире, а потом бросить всё это ради такой глупости, как лошадь? Он просто не понимал, как кто-то мог так поступить. Но для разных людей важны разные вещи.

Так и Джавэд дорожил своей монетой.

Кира смотрела в землю, нахмурив брови. Видя её выражение лица, Дастан вдруг всё понял. Возможно, они с Кирой не такие уж и разные. Возможно, она просто слишком горда, чтобы вернуться к отцу и признать свою неправоту. Слишком горда или слишком упряма.

— Я когда-нибудь рассказывал тебе, как мы подружились с Джавэдом? — спросил он.

Она подняла глаза, явно удивлённая внезапной сменой темы.

— Нет. Как?

— Я нашёл на свалке редкое лакомство — кебаб, целый, без личинок и прочего. Но не успел я найти безопасное место, чтобы съесть его, как на меня набросилась пара хулиганов. — Он пожал плечами. — Я был тогда моложе и ниже ростом, и знал, что должен просто сдаться. Но я не сдавался; я просто прижимал к себе этот кебаб, сворачивался в клубок и позволял им бить меня. — Он улыбнулся, вспоминая, что было дальше. — Пришёл Джавэд и увидел, что происходит. Он был новеньким в городе, но у него уже было много друзей — он был таким парнем, с которым другим нравилось быть рядом. Он уговорил нескольких своих приятелей помочь ему прогнать хулиганов. И он не позволил мне отдать ему кебаб в благодарность. По крайней мере, пока я не притворился сытым.

Кира тоже улыбнулась.

— Это мило, — сказала она.

И тут Арду издал крик с другого конца оазиса. Когда Дастан поднялся на небольшой холмик, чтобы посмотреть, что происходит, он заметил, что Арду бешено размахивает своими длинными руками.

— Смотрите! — крикнул Арду, указывая в ту сторону, откуда они пришли. — Там что-то есть!

Кира оставила лошадей и присоединилась к Дастану на пригорке.

— Что там? — спросила она, заслоняя глаза.

— Похоже на небольшую песчаную бурю, — сказал Дастан. — Не знаю, почему он... — Его голос прервался, когда облако приблизилось.

— Это не песчаная буря! — задыхаясь, воскликнула Кира. — Это группа всадников! Они, должно быть, едут за нами!

Арду уже бежал к лошадям, по пути пиная проснувшегося Хазама. Вскоре все четверо уже карабкались обратно на своих лошадей. Животные, казалось, были не слишком рады столь скорому возвращению к работе, но перешли на галоп с некоторой поспешностью, хотя конь Дастана продолжал трясти головой из-за песка, летящего ему в лицо.

Они выехали из оазиса на холм и поскакали на запад. Сердце Дастана колотилось, когда он оглядывался назад. Одно дело — ускользнуть от поимки в городе. Даже в таком месте, как дворец или его сады, он мог полагаться на свою смекалку и ловкость.

Но здесь всё было иначе. На просторах сухой пустыни спрятаться было негде. Он мог только надеяться, что у его лошади хватит скорости, чтобы донести его до безопасного места. Это вызвало у него такое чувство беспомощности, что на мгновение закружилась голова. И в этот момент он почти готов был бросить всё, сдаться, перестать бежать хоть раз в жизни.

— Сюда! — крикнул Хазам.

Оглянувшись на старика, Дастан увидел, что тот дёргает за левое поводье, пытаясь заставить лошадь повернуть. Но его лошадь, казалось, была больше заинтересована в том, чтобы оставаться рядом с жеребцом Дастана, чем в том, чтобы слушать своего всадника.

— Куда ты пытаешься ехать? — спросил Дастан.

Хазам выглядел разочарованным, он снова дёрнул за левое поводье.

— Туда!

Дастан взглянул влево и увидел лишь пустыню, уходящую вверх к возвышенности. На секунду он подумал, не разыгрывает ли старый музыкант какую-нибудь хитрость. Может быть, он в сговоре с их преследователями?

Но, похоже, других вариантов, кроме как довериться ему, было немного. Возможно, он считал, что преследователям будет сложнее выследить их, если они отклонятся от намеченного пути на запад. И, возможно, он был прав. Горячий пыльный ветер ещё больше усилился и уносил следы копыт лошадей, как только они их оставляли. Поэтому Дастан повернул свою лошадь влево и повёл за собой Хазама, держась рядом с ним. Когда они поднялись на холм, Дастан увидел внизу небольшую деревню. Её глинобитные хижины и палатки из верблюжьей шкуры были цвета песка. Одинокий осёл дремал в тени кустарниковой пальмы, а собака тявкнула при виде всадников.

Хазам пришпорил коня, спустившись с дальнего склона, за ним последовали Дастан и остальные. Люди уже высыпались из хижин, привлечённые собакой или, возможно, звуком копыт. Они тоже сливались с песком, с обветренными лицами и пыльной одеждой. Они молча стояли, пока лошади не остановились на центральной площади деревни.

— Что это за место? — спросил Дастан у Хазама, немного обеспокоенный молчаливыми и пристальными взглядами жителей.

Затем его глазам предстало предупреждение, нацарапанное на фасаде одного из глинобитных зданий. Оно гласило: «Город прокажённых — входите на свой страх и риск!»

Глава девятнадцатая

— Прокажённые? — в ужасе воскликнул Арду.

Дастан обвёл взглядом жителей деревни: пожилой мужчина без пальцев на руках и ногах, молодая девушка с сочащимися глазами и шишками, обезобразившими её лицо, и ещё несколько человек, чьи лица едва ли походили на человеческие из-за обесцвечивания кожи и уродств. Зачем старик привёл их сюда, в это место болезни и ужаса? Откуда он вообще узнал о таком месте?

Но теперь уже было поздно беспокоиться об этом. Их преследователи в любой момент могут оказаться на вершине холма. Дастан оглянулся и увидел, что их следы уже унесло ветром. Впрочем, солдатам не потребовалось бы много времени, чтобы понять, куда направились их преследуемые... но пойдут ли они за ними сюда?

Хазам уже слез с коня и негромко разговаривал с несколькими жителями деревни. Повернувшись, он жестом указал остальным.

— Сюда, — сказал он. — Они займутся лошадьми, а мы спрячемся.

Действительно, молодой человек уже шагал вперёд, дабы взять поводья лошади Дастана. Дастан соскользнул на землю, стараясь не подходить слишком близко к прокажённому, у которого отсутствовала пара пальцев, а чешуйчатые наросты покрывали губы и лоб.

Хазам поспешил в одну из хижин, куда его привела женщина с хромой ногой и бледными пятнами на всех видимых участках кожи. Обменявшись взглядами, Дастан, Кира и Арду последовали за ним.

Все четверо оказались в подвале, вырытом в песчаном полу. Один из прокажённых набросил на дыру доску, и Дастан услышал, как по ней перебрасывают песок. Сквозь пару щелей в доске пробивалась лишь струйка света.

— Прокажённые? — прошипел Арду, надвигаясь на Хазама. — Ты с ума сошёл? Мы можем избежать одной ужасной участи и стать жертвой другой!

— Я знаю, о чём ты думаешь, но тебе не стоит беспокоиться. — Хазам оглядел всех троих. — Я уже бывал здесь, и, как видите, я не более прокажённый, чем сам царь.

Кира бросила нервный взгляд вверх.

— Но все говорят, что прокажённые грешат против солнца. Говорят, что их недуг может передаться другим, кто с ними соприкасается.

— А я могу сказать, что это неправда, — сказал Хазам. — Почти десять лет назад я выпил слишком много вина и под его влиянием решил отправиться на долгую прогулку по пустыне. Через некоторое время я заблудился, а вскоре и вовсе потерялся...

Дастан не был особенно удивлён этой историей. Он слишком часто видел Хазама пьяным на улице, чтобы сомневаться в этом.

— Когда я очнулся, — продолжал Хазам, прислонившись спиной к большому глиняному кувшину, — я обнаружил, что прокажённые ухаживают за мной. Они сказали, что я пролежал уже больше суток. — Он пожал плечами. — Я считал себя обречённым, как и вы, молодые люди, сейчас. Но даже пробыв в гостях у прокажённых пару недель, я так и не заразился их болезнью.

Дастан не мог не сомневаться.

— Полагаю, нам остаётся только надеяться, что ты прав, — сказал он Хазаму. — Но что заставило тебя привести нас сюда?

— Мы ведь не собирались убегать от этих солдат, верно? — сказал Хазам. — Так что же ты предлагал сделать — сразиться с ними голыми руками?

— Тише! — Кира снова уставилась вверх. — Я что-то слышу!

Все они прижались друг к другу в кромешной тьме, прислушиваясь к звукам глубоких голосов и топоту ног. Солдаты. Они с отвращением и лёгким испугом расспрашивали прокажённых, несколько раз приказывая им держаться на безопасном расстоянии. Прокажённые были вынуждены выкрикивать свои ответы, что позволило Дастану и остальным легко их услышать.

После того как несколько прокажённых заявили, что ничего не знают о беглых преступниках, которых искали солдаты, заговорил ещё один. Голос у него был молодой, и Дастан подумал, не тот ли это юноша, который увёл его лошадь.

— Я видел их, когда проверял осла, — объявил он. — Они быстро ехали по этой долине, направляясь на юг.

— На юг? Ты уверен? — спросил один из солдат.

— Да, — ответил юноша. — Я это отчётливо заметил. Если поспешите, то ещё сможете их догнать.

Послышался ропот согласия.

— Нам бы не хотелось думать, что конокрадам сойдёт с рук их ужасное преступление, — серьёзно сказала одна женщина.

— Э-э, спасибо, — хрипловато произнёс солдат. — Тогда мы пойдём.

Послышался звук удаляющихся шагов. Мгновение спустя слабые крики солдат, подгонявших своих лошадей, донеслись до корневого погреба.

Хазам усмехнулся.

— Похоже, они убираются отсюда так быстро, как только могут бежать их лошади.

— Рад, что ты находишь это забавным, — сказал ему Арду. — Я всё ещё не понимаю, зачем ты рискнул привести нас сюда. Мы могли бы найти укрытие где-нибудь в пустыне.

В этот момент доска заскрипела, и на них глянуло бугристое лицо.

— Они ушли, — доложил прокажённый. — Можете подниматься.

Он протянул руку, и Хазам, взяв её, выбрался из подвала. Когда молодой прокажённый, взявший коня Дастана, тоже наклонился с протянутой рукой, только Дастан шагнул вперёд, чтобы взять её, хотя он мог бы легко выбраться из погреба сам.

— Спасибо, друг, — сказал он молодому прокажённому. — Мы обязаны тебе свободой.

Затем Дастан повернулся, чтобы помочь Кире вылезти, и Арду вылез вслед за ней. Другие прокажённые уже выводили лошадей с водой, капавшей с их морд, из соседней палатки. После ещё нескольких слов благодарности Дастан и его спутники вновь отправились на запад.

* * *

Час или два спустя Арду отдыхал в тени разрушающейся каменной стены. Кира взглянула на него, уставившись на его руки.

— Даже если прокажённые и передали тебе свой недуг, он не проявится сразу, — сказала она.

Арду нахмурился.

— Откуда тебе знать? Ты что, эксперт не только по лошадям, но и по прокажённым?

Дастан не обращал на них внимания. Он растянулся на песке и наблюдал за тем, как Хазам разглядывает какие-то выцветшие каракули, вырезанные на другой стене разрушенного храма.

— Видишь что-нибудь? — крикнул он.

Хазам взглянул на него, щурясь от полуденного солнца.

— Не уверен, — сказал он, вытирая лоб. — Бо́льшая часть надписей за долгие годы стёрлась от солнца и ветра, так что разобрать их трудно.

Арду вскочил на ноги и подошёл к старику, чтобы заглянуть ему через плечо.

— Ну что ж, читай, что можешь, а нам придётся довольствоваться этим, — нетерпеливо сказал он. — Мы же не хотим с наступлением темноты ещё быть здесь?!

— Я стараюсь изо всех сил, — пробормотал Хазам, наклоняясь ближе к надписям.

Глаза Арду сузились.

— Ты уверен? — спросил он, внезапно проявив подозрение. — Потому что если бы я не знал лучше, то подумал бы, что ты зря тратишь наше время в пустыне. Хм-м? Так вот что ты задумал? Может, даже работаешь с этим жутким Виндарной, отвлекаешь нас, пока он ищет пламя?

Хазам не удосужился поднять глаза.

— Не говори глупостей, — рассеянно пробормотал он.

— Я прав, не так ли? — огрызнулся Арду. — Виндарна, возможно, даже сейчас использует свои силы, чтобы выкрасть Факел у гуннов и найти его пламя. — Он толкнул старика так, что тот едва не врезался в стену.

Дастан вскочил на ноги, а Хазам вскрикнул от удивления. Хотя Дастан и сам питал некоторые из тех же подозрений, его оттолкнула вспыльчивость Арду. Первым его побуждением было отвесить мальчику ответную затрещину, чтобы тот не приставал к немощному старику. Но вместо этого он постарался отреагировать так, как в той же ситуации мог бы отреагировать Джавэд.

— Полегче, — сказал он. — Давайте без драк.

Хазам всё ещё стоял на руках и коленях в том месте, куда он приземлился. Он издал ещё один придушенный крик, и Дастан повернулся к нему, опасаясь, что старик пострадал при падении. Но Хазам выглядел взволнованным.

— Кажется, вот оно! — воскликнул он, указывая на надпись на стене. — Я чуть не пропустил её. Спасибо что толкнул, мальчик!

Кира встала и поспешила подойти ближе.

— Что здесь написано?

— Дай-ка взглянуть... — Хазам прищурился на надпись, проводя иссохшими пальцами по истёртым символам. — Здесь говорится, что для того, чтобы найти пламя, искатель должен...

— Что? — нетерпеливо произнёс Дастан. Даже Арду молча наблюдал за происходящим, похоже, не менее увлечённый, чем все остальные.

— Немного неясно, — пробормотал Хазам. — По-моему, там говорится, что нужно «надавить на глаз символа величайшей природной силы» или что-то в этом роде. — Он окинул взглядом остальных и пожал плечами. — Старые письмена бывает трудно расшифровать.

— «Символа величайшей природной силы», — повторила Кира. — Что это значит? Здесь говорится о царе? Пламя спрятано в тронном зале или где?

— Тронный зал? — Арду покачал головой. — Скорее всего, оно находился не в том месте, которое может измениться, да и он даже не был построен, когда это было написано. А что насчёт упоминания глаза? Ты уверен в своём переводе, старик?

Хазам пожал плечами.

— Я не учёный, — признал он. Но я считаю, что этот символ переводится как «глаз», а этот — как «сила»... — Он провёл рукой дальше по стене. — Но постойте, есть ещё кое-что. Текст в основном стёрся — может, это что-то о воде?..

При этих словах глаза Дастана загорелись, и в его сознании материализовался образ. Яростный, мощный образ. Звериный, огнедышащий образ.

— Дракон!

Глава двадцатая

— «Дракон?» — повторил Арду, словно думая, что Дастан сошёл с ума.

Дастан улыбнулся, прислонившись спиной к одной из древних разрушающихся стен.

— В предыдущих переводах Хазама говорилось, что пламя охраняет невидимый дракон, помнишь?

Хазам кивнул.

— Верно. Об этом говорится вот здесь. — Он коснулся другого участка надписи.

— Я помню, ты говорил об этом, — сказала Кира Дастану. — Но что с того? Невидимых драконов не бывает.

— Но я его видел. — Дастан наслаждался их растерянными взглядами. — Как раз сегодня.

Он рассказал им о том моменте, когда ему пришлось спрятаться в бассейне. Упоминание о воде напомнило ему об этом, и тогда он понял, что дракон, которого он видел на плитке на дне бассейна, может считаться «невидимым».

— «Надавить на глаз символа величайшей природной силы», — процитировал Арду. — Полагаю, речь может идти о драконе — самом могущественном существе во всей природе.

— Пламя должно быть спрятано под этим фонтаном, — предположила Кира. — Но как мы до него доберёмся? Мы же не можем просто зайти и начать копать.

Хазам кивнул.

— По крайней мере, не в разгар празднования дня рождения принца. Может, мы подождём, пока царская семья уедет из города, а потом проберёмся туда, выдавая себя за садовников или...

— Я не хочу ждать так долго, — вмешался Арду. Он пнул камень, и тот отскочил от надписи. — Мы не знаем, сколько у нас времени, прежде чем Виндарна или эти гунны тоже догадаются. — Он бросил на Хазама подозрительный взгляд. — Если уже не догадались.

— И что же ты предлагаешь? — бросила ему Кира. — Может, потребовать аудиенции у царя и попросить перекопать его сады?

Арду пожал плечами.

— Не знаю. Но мы зашли так далеко. Наверняка Дастан сможет придумать план.

Все трое повернулись к Дастану. Он на мгновение замялся, не зная, что сказать. С каких это пор они все так доверяют ему? Странное чувство, когда другие ищут у него ответы.

Тем не менее он был вынужден согласиться, что теперь, когда они так близко, ждать будет трудно. У него было так много доказательств существования Факела и Пламени, что он уже начал верить в эти сказки. И вдруг союз Факела и его пламени — и, что ещё важнее, того, кто будет им владеть, — действительно показался ему самым важным делом на свете.

Дастан решил не отвечать сразу. Ему нужно было время подумать.

— Если мы хотим успеть в Насаф до наступления ночи, нам пора выдвигаться, — сказал он наконец.

* * *

Когда на горизонте показались городские стены, солнце уже садилось и небо окрасилось в красный цвет. К тому времени Дастан был голоден, измучен жаждой, истощён и так устал от верховой езды, что с удовольствием бы никогда больше не садился на лошадь. И всё же он заставил остальных остановиться, пока они были ещё на значительном расстоянии от городских врат.

— Мы не можем просто проехать, как обычные путешественники, — заметил он. — Даже если дворцовая стража уже сдалась, у гуннов может быть кто-то, кто следит за нами.

— Сомневаюсь, что стража сдалась, — сказал Хазам. — Они не воспримут потерю четырёх царских лошадей легкомысленно.

Кира соскользнула со спины своего скакуна.

— Мы можем отпустить лошадей прямо здесь. Они сами найдут дорогу домой.

— Хорошая идея. — Дастан тоже слез с коня, а затем отпустил свою лошадь, шлёпнув её по крупу. Остальные последовали его примеру.

Лошади мгновенно понеслись к городским воротам, несясь галопом и взбрыкивая на ходу. Через несколько секунд стражники подняли крик.

— Думаю, это была не самая лучшая идея, — сказал Дастан. — Теперь они будут знать, что мы поблизости.

— Если только они не думают, что мы упали и убились, а наши тела лежат в пустыне и их обгладывают канюки, — с надеждой произнёс Арду.

Дастан уже спешил к единственному объекту, рассекающему ровный песок пустыни, — большому скоплению валунов.

— Нам лучше спрятаться и подумать, что делать дальше.

Как только он обогнул скалу, то заметил вдалеке движение. Прищурившись от тусклого света, он понял, что это.

— Приближается караван, — сказал он остальным.

Кира вглядывалась в скалы у городских врат.

— Похоже, пара стражников намерена снова пустить наших лошадей на поиски, — сообщила она. Затем поморщилась. — Ой. Тот каштановый жеребец, на котором ехал Дастан, видимо, решил, что с него на сегодня хватит. Он только что свалил стражника.

Арду тоже присоединился к ней.

— Теперь остальные стражники показывают на него пальцем и смеются. Возможно, скоро они будут так заняты борьбой друг с другом, что забудут о нас!

Дастан слушал лишь вполуха. Он наблюдал за караваном, который приближался ровным шагом. В него входило более дюжины верблюдов, нагруженных вьюками, и не менее двух десятков людей, идущих рядом. По мере их приближения Дастан заметил, что вся группа выглядит измождённой. Лица и одежда людей были занесены песком, как и шерсть верблюдов.

— Похоже, они попали в песчаную бурю. — пробормотал Дастан. Он наклонился и пропустил горсть песка сквозь пальцы. Затем встал и подошёл к остальным. — Поторопитесь, — сказал он. — Мы должны быть готовы, когда они прибудут сюда.

— Когда кто и куда прибудет? — спросил Арду.

Дастан поплевал на руки, потом вытер ими лицо. Нагнувшись, он набрал ещё песка.

Он насыпал его на щёки и лоб, чтобы тот прилип к слюне. Затем он начал втирать песок в волосы и одежду.

— Вам лучше сделать то же самое, — сказал он остальным. — Нам нужно смешаться с этим караваном.

Хазам и Арду сразу же подхватили его слова, но Кира выглядела встревоженной.

— Разве на нас недостаточно песка после долгой дороги? — спросила она.

Дастан поднял глаза, потирая голые руки о песок.

— Слушай, я знаю, что ты не совсем привыкла к... — нетерпеливо начал он. Но тут же прервался и бросил взгляд на Хазама и Арду, поняв, что чуть не выдал её секрет. — Просто сделай это, — сказал он. — Мы не можем рисковать.

Вскоре караван почти достиг их. Пыль, поднятая копытами верблюдов, клубилась вокруг валунов. Это позволило Дастану и остальным легко вынырнуть и раствориться в группе.

Усталый член каравана окинул Дастана странным взглядом, когда тот появился рядом с ним.

— Это было долгое путешествие, не так ли? — сказал Дастан. — Я буду рад наконец-то добраться до Насафа.

Мужчина пожал плечами. Затем он взвалил свой мешок на плечо и поспешил дальше.

Дастан затаил дыхание, когда они достигли врат. Он пробрался так далеко в середину группы, что едва не угодил под брюхо верблюда.

Заглянув под верблюда, он заметил каштанового жеребца, который взвился на дыбы и набросился на стражника, державшего его за поводья. Большинство других стражников с интересом наблюдали за схваткой.

Один из них взглянул на вновь прибывших.

— Откуда вы? — обратился он к людям во главе каравана.

— Мы купцы из Самарканда, — ответил один из мужчин.

Было и ещё что-то, но Дастан уже не слышал. Он просто застыл от страха при виде нескольких гуннских воинов. Их не было видно в пустыне. Но теперь он видел, как они расположились у ворот.

Гунны едва подняли глаза, когда стражники пропустили караван. Но Дастан облегчённо вздохнул только после того, как отстал от каравана, оказавшись в городе.

— И что теперь? — спросил Арду, глядя на стены дворца.

Он, Дастан, Кира и Хазам добрались до дворца, остановившись у общественного колодца, чтобы смыть с себя бо́льшую часть песка. В городе царила праздничная атмосфера, связанная с днём рождения принца, поэтому никто не обращал на них внимания, пока они пробирались к боковой стене. Она возвышалась над ними в сгущающейся темноте.

— Может, попробуем ещё раз пройти через тот вход? — предложила Кира.

— Нет, — сказал Дастан. — Они знают, что именно так мы попали сюда в прошлый раз. Теперь он будет охраняться гораздо лучше.

— Почти все стоят у входа и смотрят на выступления и тому подобное. — Арду оглядел улицу вдоль и поперёк. — Мы можем снова забраться по стене.

Кира кивнула, но Хазам застонал.

— Я нет, — сказал он усталым голосом. — Но вы трое должны идти дальше. Путешествие по пустыне слишком сильно вымотало меня. Мне нужен отдых.

— Ты уверен? — Дастан снова задумался, не было ли это частью какой-то уловки. Не подстроил ли старик так, чтобы их поймали?

Арду уже тянулся к первой опоре в стене.

— Идём! — позвал он через плечо. — Надо уходить, пока нас никто не видит.

Дастан бросил ещё один взгляд на Хазама, затем отвернулся.

— Давайте подниматься.

Хазам положил руку ему на плечо.

— Только обещай, что дашь знать, если что-то произойдёт, — сказал он. — Хотя в душе я уже знаю, что ты сделаешь это, мальчик мой. Я знаю, что ты найдёшь пламя.

Дастан натянуто улыбнулся ему, а затем отвернулся, чтобы подняться вслед за остальными.

К тому времени как они добрались до окна, в которое влезали раньше, Кира обогнала Арду. Она первой скрылась внутри. Мгновение спустя Арду последовал за ней.

Дастан после своего позднего старта немного продвинулся вперёд. Он всё ещё находился в нескольких ярдах от окна, когда услышал снизу предостерегающий крик. Секундой позже что-то отскочило от кирпича в нескольких дюймах от его лица.

Стрела!

Глава двадцать первая

Бросив взгляд вниз, Дастан заметил, как по улице спешит гуннский стражник, прилаживая очередную стрелу. Дастан вскарабкался наверх, хватаясь за другую опору. Но даже когда он это сделал, он понял, что уже слишком поздно. Когда его нога почти соскользнула, он остановился, чтобы удержаться, и на него снизошло странное спокойствие. Он на мгновение завис на широкой плоской стене, чувствуя себя насекомым, которого вот-вот прихлопнут. Если только гунн не был худшим в мире стрелком, следующая стрела обязательно попадёт в цель. И Дастан ничего не мог с этим поделать. Он был слишком высоко, чтобы спрыгнуть вниз. Он не успеет добраться до окна...

Подняв голову, он увидел, что Арду смотрит на него сверху. Внезапно он почувствовал вспышку надежды.

— Брось в него что-нибудь! — позвал он. — Попробуй свой фокус!

Арду не двигался. Он смотрел на гунна с безучастным выражением лица.

Дастан стиснул зубы, его надежда угасала. Он догадался, что Арду застыл от страха и нерешительности и не в силах действовать.

Извернувшись на месте, Дастан ослабил хватку, чтобы повернуть голову и посмотреть вниз. Он наблюдал, как гунн остановился прямо под ним и поднял лук. По крайней мере, Дастан был намерен умереть мужественно — ему предстояло увидеть, как стрела полетит в его сторону.

Следующие несколько секунд пронеслись как в замедленной съёмке. Гунн прицелился и с торжествующим воплем пустил стрелу в полёт. Но она едва успела расстаться с тетивой. Он был обречён — пока кто-то не шагнул прямо перед гунном!

Дастан так удивился, что едва не потерял хватку на стене.

— Хазам! — закричал он, когда тело старика дёрнулось и рухнуло на землю, а стрела вонзилась ему в грудь.

Гунн удивлённо уставился на Хазама. Хазам перекатился и поднялся на ноги. Кровь, просочившаяся вокруг стрелы, испачкала его одежду, и он посмотрел на Дастана.

— Иди! — задыхаясь, произнёс старик, его слабый голос едва доносился до стены. — Быстрее! Найди пламя, Дастан! Я знаю, что ты достоин силы Факела.

Затем Хазам развернулся и бросился на изумлённого гунна, опрокинув его навзничь. Гунн вскрикнул и попытался оттолкнуть его. Но Хазам не двигался. И никогда больше не двинется.

Эмоции захлестнули Дастана, когда он смотрел на безжизненное тело Хазама. Шок. Вина за то, что не доверял Хазаму до конца. Горе. Это был уже второй друг, которого он потерял за столько дней.

Но он отодвинул всё это на второй план. Он не хотел, чтобы смерть старика или Джавэда была напрасной. Вскарабкавшись по стене, Дастан залез в окно и пригнулся, когда в него влетела ещё одна стрела, безвредно отскочив от стены.

Остальные стояли у двери и выглядывали наружу. Арду обернулся, услышав Дастана.

— Ты сделал это! — потрясённо воскликнул он. Затем он поспешил к Дастану и похлопал его по спине. — Какое облегчение! Я боялся... а-а, неважно...

Кира оглянулась на них.

— Что вы двое там делаете? — прошипела она. — Поторопитесь, думаю, берег чист.

Решив пока не рассказывать им о Хазаме, Дастан поспешил к двери.

— Пойдёмте к задней стене, — сказал он. — Мы можем найти окно и спуститься в сад оттуда, чтобы не спускаться вниз, где все празднуют.

— У меня есть идея получше, — сказал Арду. — Ты помнишь дорогу к покоям гуннов?

— Думаю, да. Направо, а потом вниз по лестнице. А что?

— Сначала нам нужно туда, — сказал Арду, уже направляясь в указанном Дастаном направлении, — за Факелом.

Дастан поспешил за ним, с трудом веря собственным ушам.

— Ты с ума сошёл? Нам повезёт, если мы найдём пламя и выберемся живыми. Сейчас нам нужно выйти наружу и найти укрытие в саду, пока тот гунн снаружи не поднял тревогу.

— Какой гунн? — спросила Кира, догнав их в соседней комнате.

— Что толку в пламени без Факела? — возразил Арду, не обращая внимания на Киру.

— А какая разница? — возразил Дастан. — Главное — держать их порознь, на случай если эта легенда окажется правдой. Слишком много крови уже пролилось из-за этого артефакта.

Арду выглянул через другой дверной проём, чтобы проверить наличие стражников.

— Но без Факела мы не сможем вынести отсюда пламя.

Дастан заметил незажжённый факел, висевший на стене комнаты, через которую они проходили. Он бросился к нему и схватил.

— Теперь сможем. Идём, думаю, задняя стена слева.

Но Арду уже исчез в следующем дверном проёме прямо по курсу. Когда Дастан и Кира догнали его, он стоял перед другой аркой.

— Куда дальше? — спросил он Дастана.

Дастан схватил его за плечо, заставив повернуться лицом к нему.

— Послушай, — сказал он. — Это не игра. Эти гунны знают, что мы здесь, и они не остановятся ни перед чем, чтобы схватить или убить нас.

— Боишься нескольких гуннов? — сказал Арду с лёгкой ухмылкой. — Хм, не ожидал такого от повелителя крыш.

Дастан нахмурился.

— Что это значит?

— Заткнитесь оба. — Кира выглядела встревоженной. — Если будете продолжать спорить, кто-нибудь услышит.

— Ну так что? — Арду уставился на Дастана. — Мы будем бегать, как испуганные мыши перед кошкой, или пойдём за Факелом и посмотрим, не вернёт ли он твоего друга Джавэда?

Дастан почувствовал комок тревоги в горле.

— Это была всего лишь мысль. Неизвестно, возможно ли такое вообще, — сказал он, и голос его слегка надломился.

— Нет никакой уверенности, что это не так, — возразил Арду. — Кроме того, неужели ты позволишь этим гнилым гуннам победить тебя? Людям, которые убили Джавэда? Должен признаться, я был о тебе лучшего мнения.

— Арду... — начала Кира.

Но Дастан никогда не мог устоять перед вызовом.

— Ладно, — пробурчал он. — Попробуем по-твоему. Мы уже почти пришли. — Он бросил взгляд вперёд. — Хотя думаю, Факел будет хорошо охраняться.

В этот момент из нескольких комнат раздался крик. Ему ответил другой крик, ещё более близкий.

— Стража, — догадалась Кира. — Быстрее!

— Сюда. — Дастан протиснулся мимо Арду и повёл его через следующую комнату.

Вскоре они уже на цыпочках приближались к покоям гуннов. Дойдя до последнего дверного проёма, Дастан приостановился и поднял руку, призывая к молчанию.

Заглянув в неё, он сразу же заметил Факел. Он стоял на столе в центре главной комнаты. Удивительно, но рядом с ним виднелись только два гуннских стражника: один стоял у стола, вертя в руках стрелу, и выглядел скучающим. Другой, развалившись на скамье в дальнем конце комнаты, крепко спал и храпел.

Сердце Дастана забилось быстрее, когда он уставился на Факел. Прежде чем он успел сформулировать план, Арду протиснулся мимо него. Затем он прыгнул к первому стражнику и схватил массивную вазу с постамента над его головой. А затем, издав торжествующий вопль, Арду вскочил на плечи удивлённого стражника и отправил его в нокаут.

Глава двадцать вторая

— Хватайте Факел! — крикнул Арду.

Второй стражник проснулся от неожиданности и вскочил на ноги. Он бросился через всю комнату к Арду, держа меч наготове.

— Берегись! — крикнул Дастан.

Арду пригнулся, едва избежав удара второго стражника. Дастан вбежал в комнату, схватил с другого стола большой глиняный кувшин и швырнул его в гунна.

— Уф! — зарычал стражник и упал вперёд, когда кувшин разбился о его голову. Он тяжело упал на пол и лежал неподвижно.

Арду выхватил кинжал у первого гунна и бросился ко второму, сжимая нож. Поняв, что задумал Арду, Дастан бросился за ним и схватил его за одежду.

— Нет! — прошипел он.

— Но они ещё живы, — воскликнул Арду.

— И мы оставим их таковыми. — Дастан схватил Факел. Он оказался на удивление тяжёлым. Он крепко засунул его за пояс. — Мы получили то, за чем пришли. Теперь пойдёмте.

Арду, казалось, был готов спорить. Но Кира, которая поспешила заглянуть в один из дверных проёмов, издала предупреждающий крик.

— Кто-то идёт! — крикнула она.

Когда они выбежали из комнаты, Дастан услышал множество голосов и шагов, казалось, со всех сторон.

— Сюда! — крикнул он и помчался к ближайшему выходу. Тяжёлый факел на поясе был неудобен, но почти не мешал.

Когда он вбежал в соседнюю комнату, то увидел, что через дверной проём с дальней стороны в неё вваливаются стражники.

— Вот они! — крикнул один из стражников.

Повернувшись, Дастан бросился к другому дверному проёму, надеясь, что его друзья окажутся достаточно быстрыми, чтобы последовать за ним, и что по ту сторону не окажется ещё одной группы стражников. Дверь открылась на лестницу, ведущую вниз. Дастан перешагивал через три-четыре ступеньки за раз; остальные быстро последовали за ним.

Когда он остановился внизу, Дастан уже слышал, как по лестнице спускаются стражники.

— В какую сторону? — пропыхтела Кира ему в ухо.

— Нам нужно в сад, — указал Дастан. — Думаю, сюда.

Они поспешили в следующую комнату. Похоже, это была какая-то приёмная. Гости общались небольшими группами или лежали в лежаках, одетые в лучшие одежды разных стран. Все они удивлённо подняли глаза, когда к ним промчались трое запыленных, в оборванных одеждах молодых людей.

Дастан прибавил скорость, узнав впереди большой арочный дверной проём. Он был уверен, что он ведёт в огромный бальный зал, в котором они уже бывали, — тот самый, с арочным коридором, выходящим на портик с видом на сады.

Он был прав. Но, увидев, что на этот раз бальный зал занят, он остановился. Слуги накрыли несколько длинных столов, на которых громоздилось огромное количество еды и напитков. Ещё больше слуг несли нагруженные подносы, чтобы освежить столы, пока гости наслаждались роскошным пиром.

— Не останавливайся, — призвал Арду, подталкивая Дастана.

Дастан понял, что он прав. Позади них раздавалось всё больше голосов; казалось, что за ними бежит половина дворца. Кроме того, несколько человек в бальном зале уже заметили их и встревоженно закричали.

Прямо перед ними стоял стол. Дастан помчался к нему и перепрыгнул через него одним прыжком. Но дополнительный вес Факела вывел его из равновесия. Его нога протащилась по чану с густым мясным рагу, заставив его заскользить при приземлении.

— Уф! — воскликнул он, скользнув прямо в ноги арабскому мужчине с выдающейся внешностью.

— Эй! — закричал араб, почувствовав, что земля уходит у него из-под ног. Он взмахнул руками, но не смог удержаться. Он приземлился локтями в блюдо с чечевицей.

— Простите, — воскликнул Дастан, вскакивая на ноги и касаясь гладкой, прохладной поверхности Факела, чтобы убедиться, что он всё ещё на месте.

Арду и Кира уже перепрыгнули через стол и бежали по комнате. Он догнал их, когда они достигли другого стола. Кира упёрлась руками в край, перепрыгивая через него.

— Стойте, воры! — закричал кто-то позади них.

Оглянувшись, Дастан увидел, что к ним спешат несколько гуннских стражников. С ними был младший гуннский принц.

К этому времени некоторые из воинов, стоявших на страже вокруг комнаты, вскочили на ноги. Один из них бросился прямо к Дастану, усмехаясь из-за копья.

Дастан вскрикнул и стал искать любое оружие, которое мог найти. Его пальцы сомкнулись на гранате. Он бросил его в солдата, попав ему прямо в лицо. Гранат разлетелся во все стороны, забрызгав его лицо красным соком.

Солдат вскрикнул и вскинул руки, отчего несколько гостей вскрикнули и отпрыгнули в сторону, дабы избежать копья. Дастан схватил ещё два граната и тоже швырнул их.

Затем он повернулся и побежал.

Впереди Кира швыряла в приближающегося стражника засахаренные грецкие орехи. Но его это не останавливало: он просто отмахивался от орехов, как от мух.

Дастан схватил блюдо с рисом и помчался вперёд. Он направил блюдо по полу в сторону стражника, отчего его содержимое взлетело вверх и ударило его.

— Беги! — крикнул Дастан, подталкивая Киру вперёд.

Она так и сделала, бросившись к ближайшей арке. Арду был уже почти у цели. Несколько стражников бежали к ним, но Дастан видел, что его друзья намного опережают их. Он перепрыгнул через последний стол, чтобы догнать их. Но едва он приземлился, как кто-то выскочил и преградил ему путь.

— Теперь ты у меня в руках! — воскликнул голос со знакомым акцентом.

Дастан вгляделся в надменное лицо старшего гуннского принца. Принц стоял с мечом наготове, его глаза торжественно сверкали.

Глава двадцать третья

— Я знал, что это ты украл наш Факел, — прорычал он. — Если ты вернёшь его прямо сейчас, возможно, я не прикажу своим стражникам избить тебя до полусмерти, а потом зажарить на ужин. Возможно.

Он протянул руку. Дастан посмотрел мимо него и увидел, что его друзья исчезли в арке.

— Полагаю, у меня нет выбора, — сказал он, доставая из-за пояса Факел. Ухмылка принца стала шире, когда он потянулся за ним.

Дастан взмахнул Факелом, как оружием, и отбил меч принца в сторону. Не успел крик ужаса сорваться с губ гунна, как Дастан прыгнул и, оттолкнувшись от плеча принца, перемахнул через него. Приземлившись на ноги, он помчался к двери.

Выскочив на портик, который благодаря десяткам факелов светился почти как днём, Дастан увидел поджидавших его Киру и Арду.

— Ох! — с облегчением воскликнула Кира. — Я думала, ты...

— Неважно, — перебил Дастан. — Просто бегите!

Они спустились по ступеням в тёмный сад, слыша за спиной крики преследователей. Дастан устремился в рощу деревьев, не смея оглянуться. Следующие несколько минут он только и делал, что старался не споткнуться о корень или не врезаться в ствол дерева в кромешной тьме. Они опередили стражников, но он не был уверен, что это преимущество продлится долго. Тем более что вдалеке слышались всё новые и новые голоса, и даже лай собаки...

— Давайте поищем место, где можно забраться на стену, — решил он, зигзагами пробираясь через лес и вылетев на большую клумбу. — Факел теперь у нас, а значит, он не в руках гуннов. Этого достаточно.

— Нет! — отозвался Арду. — Нам нужно найти пламя. Только так мы сможем выбраться отсюда живыми. Как только мы его найдём, всё это не будет иметь значения. Царь и все остальные окажутся беспомощными перед его силой.

Дастан заколебался. Если Факел был тем, о чём говорили, Арду был прав. Найти пламя — единственная надежда на спасение. Но сама идея не давала ему покоя. Кроме того, он уже слышал, как за ними идут стражники. Времени просто не хватало...

— Мы должны выбраться, — настаивал он, останавливаясь и оглядываясь по сторонам. — Где Кира?

Арду тоже огляделся.

— Не знаю, — сказал он. — Она прошла мимо меня недавно, и я подумал, что она здесь, с тобой.

Сердце Дастана заколотилось в панике.

— Мы не можем уйти без неё.

В этот момент где-то впереди раздался шум. Через секунду деревья на дальней стороне клумбы наклонились, и оттуда выскочил слон, топча цветы под своими огромными ногами! Несколько лошадей последовали за ним, их глаза закатились, когда они увернулись от слона и разбежались в разные стороны. Затем в поле зрения попали ещё несколько слонов, сопровождаемых по меньшей мере дюжиной лошадей. Позади всех стояла маленькая фигурка, размахивающая над головой длинным кнутом.

— Кира! — воскликнул Дастан.

— Сюда! — крикнула Кира, подбегая и хватаясь за хобот одного из слонов. — Только так мы доберёмся до пламени!

Глава двадцать четвёртая

Дастан колебался всего секунду. Затем он помчался вперёд и схватил ещё одного слона, вцепившись в его толстый гибкий хобот. Рядом с ним то же самое сделал Арду.

К сожалению, вскоре Дастан обнаружил, что совершенно не контролирует, куда направляется слон. Он помчался через клумбы в лес, едва не ободрав его о колючие ветки. Где-то впереди громко трубил другой слон, и слон Дастана попытался поднять хобот, чтобы ответить, и снова чуть не свалил его.

— Эй! — закричал Дастан, держась изо всех сил. Даже в темноте он увидел, что глаз зверя обращён к нему, и в нём читалось смутное раздражение.

Каким-то образом Дастану удалось удержаться, пока его слон вместе с остальным стадом пробирался через сады. То и дело им попадались небольшие группы стражников, которые всегда отступали перед натиском.

В конце концов слон Дастана вырвался на лужайку за дворцом. Только тогда огромное существо замедлило ход.

Дастан отпустил хобот, почувствовав лёгкое головокружение после дикой скачки, и огляделся. Вокруг сновали десятки стражников, одни спешили в тёмные сады, другие пытались поймать пасущихся на лужайке лошадей. По меньшей мере половина гостей дня рождения высыпалась на хорошо освещённый портик, чтобы понаблюдать за происходящим. Среди них Дастан заметил двух гуннских принцев.

Словно привлечённый его взглядом, старший принц в этот момент повернул голову и уставился прямо на него.

— Вон там! — указывая крикнул он. — Смотрите — у того слона!

Дюжина луков поднялась вверх; дюжина стрел была быстро прилажена. Дастан побежал к ближайшей роще деревьев, увернувшись от лошади или двух. Но он уже почти чувствовал, как множество стрел пронзают его кожу, глаза, сердце...

— Стой! — раздался властный голос. — Не стрелять, по приказу царя!

Все взгляды обратились к окну второго этажа, выходившему в сад. Даже Дастан замедлил шаг, чтобы посмотреть, прищурившись на теневую фигуру, вырисовывавшуюся на фоне света. Может быть, это действительно сам царь Шараман?

Стражники, похоже, так и думали. Никто из них не выпустил ни одной стрелы.

— Но сир! — воскликнул кто-то. — Нарушители...

— Несколько детей вряд ли стоят того, чтобы подвергать риску ранения моих любимых животных, — ответил царь. — Придержите оружие, пока конюхи не соберут их.

Этого показалось достаточно для дворцовых стражников. Все они опустили луки.

Но старший гуннский принц издал придушенный крик разочарования. Подскочив к ближайшему стражнику, он выхватил из его рук лук и стрелы.

— Я не промахнусь! — крикнул он, оттягивая тетиву.

Дастан вовремя услышал свист приближающейся стрелы. Он метнулся в сторону, и стрела безвредно вонзилась в ствол дерева.

— Кто посмел ослушаться? — крикнул сверху царь.

Но в этом не было нужды. Несколько стражников уже схватили молодого гуннского принца.

Дастан позволил себе крошечную улыбку. Затем он помчался в темноту, надеясь, что его друзья тоже успели сбежать.

Он догнал их в кронах деревьев за лужайкой.

— Ты смог! — воскликнула Кира, обхватив его обеими руками. — Мы опасались худшего, когда услышали всю эту суматоху.

— Да. Тебе следовало спуститься, прежде чем твой слон убежал обратно во дворец. — Голос Арду звучал рассеянно. — Так где же этот твой драконий бассейн?

Дастан заколебался, размышляя, стоит ли им попытаться перебраться через стену. Но он понял, что стражники будут этого ожидать. Возможно, Арду был прав. Может быть, лучше сделать то, ради чего они пришли, — то, ради чего пришёл он, чего никто из остальных не ожидал.

Он направился к розовому бассейну, что заняло немало времени. Им приходилось прятаться от проходящих мимо групп стражников, к тому же в темноте было трудно различить какие-либо ориентиры. Но наконец сквозь деревья над головой взошла луна, и Дастан смог разглядеть огромные кипарисы-близнецы, обозначавшие вход в розовую аллею. Мгновение спустя они втроём смотрели в спокойную воду, и Дастан увидел именно то, ради чего он сюда пришёл.

— Где дракон? — спросила Кира, заглядывая внутрь.

— Он там, — ответил Дастан, наклоняясь ближе. Затем он быстро вскочил и, прежде чем сделать что-либо ещё, схватил драгоценную монету Джавэда и прижал её к себе. Он сделал то, зачем пришёл, хотя и не сказал остальным, что найти её было его главной задачей. Теперь, чтобы отплатить им за помощь, он поможет им в их собственных поисках. Он проплыл по пояс в воде к центру бассейна и с облегчением улыбнулся, когда в лунном свете мелькнул крошечный драгоценный глаз.

— Вот оно, — сказал он.

Арду бросил нервный взгляд через плечо. С другой стороны розовой изгороди доносились голоса.

— Теперь-то что?

Дастан подумал, что знает, но промолчал. Если он прав, остальные увидят это через мгновение. Если же он ошибся, то это уже не имело значения — стражники настигнут их в любую секунду.

Глубоко вздохнув, он опустил голову под прохладную воду и, потянувшись вниз, крепко надавил на драгоценный глаз дракона.

ТРРРРРРР! Весь бассейн содрогнулся. Дастан оттолкнулся и ухватился за край, когда всё дно отползло в сторону, и вода устремилась вниз, в глубокую пропасть.

— Вперёд! — крикнул Арду, перепрыгивая через край. — Добудем же пламя!

Дастан увидел, что его друг спешит вниз по сырой каменной лестнице, ведущей в темноту ямы. Он сделал шаг вниз.

— Идёшь? — спросил он, глядя на Киру.

Она секунду смотрела в яму огромными глазами. Затем она посмотрела в сторону приближающихся голосов.

— Иду, — сказала она.

Они поспешили вниз по ступеням вслед за Арду. Сердце Дастана словно билось вдвое быстрее обычного.

Факел Атара был настоящим. А пламя? В любой момент Дастан мог это узнать.

Идеи вихрем проносились в его голове, сменяя друг друга прежде, чем он успевал их ухватить. Мысли о мести гуннам, убившим Джавэда. Мысли о самом Джавэде, живом и снова улыбающемся. Мысли о безмерном богатстве, о том, что все богатства дворца принадлежат только ему. Мысли о том, что его больше никогда не будут называть уличным мусором...

— Нет, — пробормотал он себе под нос. Если он поддастся фантазиям, то оступится и никогда не доберётся до пламени — если оно вообще существует. Он не поверит в силу Факела, пока не получит его в свои руки. Если ему повезёт, то обладание полностью исправным Факелом позволит ему и его друзьям сбежать из дворца. Но это было самое большее, на что он был согласен: как только они выберутся, ему придётся искать новое укрытие, которое не смогут найти ни Виндарна, ни гунны. Возможно, он попросит помощи у прокажённых.

Он забыл обо всём этом, когда наконец добрался до подножия лестницы и оказался в узком туннеле. Здесь было темно, сыро и холодно, но откуда-то неподалёку исходило тёплое сияние. Дастан поспешил за угол, едва не столкнувшись с Арду и Кирой, которые с изумлением смотрели на что-то впереди.

И теперь Дастан тоже увидел это. Пламя. Оно висело в воздухе и горело неземным сиянием. Ослепительным. Его свет заливал туннель, но Дастан не чувствовал от него тепла.

Арду смотрел на пламя с открытым ртом. Кира выглядела не менее ошеломлённой. На мгновение Дастан тоже уставился на него, понимая, что они находятся в присутствии чего-то непостижимого для человека.

Затем позади них раздался вой. Выйдя из оцепенения, Дастан выглянул из-за угла и увидел, как в туннель вбегают несколько гуннских стражников.

— Вот он! — крикнул один из них, заметив Дастана.

Дастан нырнул обратно в комнату с пламенем.

— Гунны, — сказал он. — Они здесь.

Глава двадцать пятая

— Иди! — крикнула Кира. — Зажги Факел!

Дастан вытащил Факел из-за пояса. Крепко сжимая его, он шагнул вперёд и уставился на пламя.

Он ненадолго задумался о Джавэде, о Хазаме. Затем, услышав визг Киры и проклятия Арду, когда гунны ворвались в комнату, Дастан сделал глубокий вдох и прикоснулся Факелом к пламени.

Его пронзила волна силы. Он никогда не ощущал ничего подобного — в сотни тысяч раз сильнее, чем треск молний в воздухе, когда в пустынных небесах бушевала буря. Факел вспыхнул, пламя зашипело и разрослось.

Он повернулся и увидел, что гунны отступили назад и смотрят на Факел, как заворожённые. Арду и Кира выглядели потрясёнными и немного испуганными.

— Мы нашли его! — воскликнул Арду. — А теперь давайте поднимемся и вышвырнем всех этих людей из нашего дворца!

Дастан покачал головой, его рука дрожала, когда вокруг и через него проходила сила.

— Факел не предназначен для этого, — сказал он. — Мы сделали то, зачем пришли, и теперь должны завершить начатое. Мы вернёмся в колонию прокажённых. Хазам доверял этим людям; возможно, они помогут нам придумать, как спрятать Факел там, где его никогда не найдёт ни один человек.

Кира кивнула, но Арду выглядел растерянным.

— Что? — воскликнул он.

— Он слишком силён, чтобы им мог обладать человек. — Дастан взглянул на пламя и почти сразу же отвёл глаза. — Вот почему древние маги отделили Факел от его пламени. Они были правы. Теперь я это понимаю.

— Не будем торопиться, друг, — сказал Арду. — Подумай, через что мы прошли, чтобы получить эту силу. Не говоря уже о тех людях, которые отбросили нас в сторону, как обычный мусор. Представь, какую жизнь мы могли бы прожить с помощью такой силы, как у Факела.

Дастан снова покачал головой.

— Мы не можем, — просто сказал он. — Это не наша собственность. Он принадлежит другому миру.

— Но как же Джавэд? — настойчиво спросил Арду. — Почему бы хотя бы не посмотреть, сможет ли Факел вернуть его?

Дастан заколебался, на мгновение поддавшись искушению. Вернуть своего лучшего друга, единственного человека, которому он мог полностью доверять...

В этот момент он почувствовал сильное жжение в руке, державшей Факел. Это вернуло его к реальности. Джавэда больше нет. Изменить этот факт было невозможно, таков был порядок вещей. Факел помог ему понять это, хотя боль в сердце была такой же острой, как и прежде.

— Нет, — твёрдо сказал он, когда рукоятка Факела остыла в его руке. — Это слишком опасно. И я знаю, что Джавэд не захочет, чтобы я рисковал нашими жизнями ради его возвращения.

Кира снова кивнула. Но лицо Арду исказилось в выражении отвращения.

— А-а-агх! — закричал он, прыгая вперёд и сильно толкая Дастана. В то же мгновение он выхватил Факел из его руки.

БАХ!

Прежде чем Дастан и Кира успели среагировать, пламя разрослось, и ослепительный свет заполнил комнату. Дастан прикрыл глаза, но пламя горело так ярко, что от него было не отгородиться. Они словно плыли в море раскалённого добела огня.

Внезапно, так же быстро, весь туннель потемнел. Дастан моргнул, отчаянно пытаясь приспособить глаза к полной темноте.

А потом Дастан потерял сознание.

Дастан не знал, сколько времени он пробыл без сознания, и не мог вспомнить всех подробностей того, что произошло. Он даже не был уверен, где находится. Он помнил факел и пламя, но ни того, ни другого уже не было.

В этот момент кто-то схватил Дастана за другую руку. На одно головокружительное мгновение он подумал, что это Арду, но тут незнакомый голос зашипел ему в ухо:

— Сюда, — приказал он.

Не видя другого выхода, Дастан позволил потащить себя дальше по тёмному туннелю, увлекая за собой Киру. Вскоре они оказались вне пределов видимости скудного света, просачивающегося с лестницы, и Дастан ничего не смог разглядеть. Но кто бы ни схватил его, он двигался быстро, делая повороты так же уверенно, как если бы шёл средь бела дня. Голоса, доносившиеся из-за спины Дастана, быстро стихли: кто бы ни остался в комнате, ему наверняка было трудно ориентироваться в темноте.

В полной темноте было трудно следить за временем и расстоянием. Дастан спотыкался, слыша только усталое дыхание Киры и стук собственного сердца.

Затем он почувствовал слабый свет где-то впереди. Выбравшись наружу, он первым делом увидел, что находится на маленькой, малонаселённой улице Насафа, которую он узнал, — далеко за стенами дворца.

Второе, что он увидел, — личность своего спасителя. У него отвисла челюсть, когда он разглядел высокую, худощавую фигуру.

— Ты, похоже, удивлён, увидев меня, мальчик, — полуулыбнувшись сказал Виндарна.

Глава двадцать шестая

Дастан стоял на коленях на скальном выступе, сжимая счастливую монету Джавэда. Фарзана и её помощницы хорошо выполнили свою работу: омыли тело Джавэда, залили его воском и упокоили в нищенской могиле, вырубленной в склоне высокой песчаниковой скалы в пустыне неподалёку от города. Грубые продолговатые вырезы были куда менее величественны, чем те, в которых в Аврате покоились цари и другие влиятельные люди. Но какое значение для мёртвых имело величие их окружения?

Дастан закрыл глаза и подумал о своём друге. Джавэд всегда был полон жизни, а сейчас он лежал неподвижно и замолчал на целую вечность. На секунду в голове Дастана промелькнул образ Факела, и он подумал...

Но нет. Он решил, что, чем бы ни был Факел, это не магия. Он полагал, что потерял сознание, потому что на него напал гунн, когда в комнате стало светло, и решил, что это результат действия специального масла или какого-то взрывчатого вещества. Магия — для дураков. У него было время только для реальной жизни и выживания.

Дастан открыл глаза и, потянувшись в прохладное, затхлое нутро открытой могилы, положил монету на тело Джавэда, плотно вдавив её в воск.

— Прощай, мой друг, — прошептал он.

Затем он встал и отошёл, больше не заглядывая в могилу. Вместо этого он повернулся и спустился вниз по склону скалы.

Кира ждала его у подножия, стоя в тени выступов.

— Всё закончилось? — тихо спросила она.

Дастан кивнул.

— Спасибо, что пришла. Я знаю, что тебе не терпится отправиться в путь.

— Да. Но я буду скучать по тебе. — Она улыбнулась, а затем посмотрела на лошадь, дремавшую в тени единственного дерева неподалёку.

Дастан почувствовал ещё один приступ тоски и одиночества, хотя Кира ещё не уехала. Ему тоже будет её не хватать, хотя он не мог винить её за то, что она уезжала. Их приключения напомнили ей, как сильно она скучает по своему настоящему дому. Она решила вернуться и загладить свою вину перед отцом и остальными членами семьи.

— Ты уверен, что не хочешь поехать со мной? — спросила она, прищурившись. — Моим родителям всегда пригодится ещё один конюх.

Дастан заколебался, на мгновение поддавшись искушению. Но потом покачал головой, как делал каждый раз, когда она спрашивала.

— Твой дом — твоя семья, а мой дом — здесь, на улицах, даже если у меня нет семьи. — Он взглянул на стены Насафа, возвышающиеся над пустыней неподалёку. Его взгляд переместился вверх, ища могилу Джавэда. Однако она сливалась с сотнями других, и Дастан вскоре сдался.

— А как же Виндарна? — сказала Кира. — Может, он теперь станет твоей семьёй?

Даже после всего случившегося Дастану было трудно совместить пугающую, таинственную фигуру могущественного мага с человеком, который их спас. На мгновение, глядя на Виндарну в тёмном переулке накануне вечером, Дастан испугался, что они спаслись от гуннов и дворцовой стражи, но стали жертвой ещё более опасного врага.

Но он ошибся, как вскоре объяснил Виндарна. Оказалось, что жизненной задачей мага было изучение и защита секретов Факела и его пламени.

Когда Арду прибыл в город в поисках Факела, Виндарна внимательно следил за ним.

Виндарна объяснил, что Арду не сразу узнал, что Хазам тоже стремится воссоединить Факел с его пламенем — старик почти не скрывал своего интереса. Арду проследил за ним до встречи со старым китайским провидцем и подслушал, что тот от него узнал. Решив, что Хазам может помочь ему в достижении цели, Арду тайно следовал за ним, наблюдая за его встречей с Дастаном.

Кира скорчила гримасу.

— Арду одурачил тебя, Дастан, но я всегда знала, что в нём есть что-то коварное. Думаю, ты слишком доверчив.

— Арду, может, и обманул меня, — сказал Дастан, — но не Факел. Верь во что хочешь, но из того немногого, что я помню о комнате, ничего волшебного не произошло. Со мной, с тобой, с Арду...

— Тогда что же случилось с Арду? — спросила Кира. — Виндарна говорит, что Факел поглотил его, а потом снова спрятался.

Виндарна кивнул в знак согласия.

— Ничего подобного. Арду явно ушёл с Факелом и его бесполезным пламенем после того, как я потерял сознание. Держу пари, он сейчас бегает с ним по пустыне — надеется, что он сработает. Глупец, — сказал Дастан.

— Думаешь, Факел действительно исчез навсегда? — спросила Кира, направляясь к своей лошади.

— Не знаю, да и мне всё равно, — искренне ответил Дастан, шагая рядом с Кирой.

Они подошли к лошади — красивой чёрной кобыле, которую купил Виндарна. Кира погладила кобылу, затем отвязала её.

— Надеюсь, ты будешь осторожен, пока гунны не покинут город, — сказала она.

Дастан кивнул. Он определённо собирался затаиться на некоторое время. После этого он ожидал, что жизнь вернётся в нормальное русло. Или, по крайней мере, настолько нормальное, насколько это возможно без Джавэда.

Кира села на кобылу и взяла в руки поводья. Затем она посмотрела на Дастана, выглядевшего одновременно грустным и взволнованным.

— Мне пора, если я хочу успеть встретить караван, идущий в Сардис, — сказала она. — Надеюсь когда-нибудь увидеть тебя снова, Дастан.

Он лишь улыбнулся и поднял руку в знак прощания. Затем он отступил назад, когда она пустила кобылу рысью и направилась к веренице верблюдов и лошадей, которые только что начали выходить в пустыню из городских врат.

Дастан последовал за ней пешком, воспользовавшись суматохой вокруг уходящего каравана, чтобы незаметно для стражи проскользнуть обратно в город. Он поспешил по переулку, затем ухватился за край низко нависшего водостока и перемахнул на ближайшую крышу.

Он взбежал на самый верх крыши и на мгновение замер под жарким полуденным солнцем, оглядывая раскинувшийся под ним город: захламлённые улицы, городские ворота, грязные мусорные кучи, дворец царя...

Да, как бы то ни было, это был его дом.

Страница книги Принц Персии: Пески времени — Хроники юного Дастана в интернете

Table of Contents

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

О книге