Глава 0 - Уволиться не так то просто

У меня не было намерений делать это, но я пошёл в армию в юном возрасте.

Пробудив воспоминания о своей прошлой жизни, я понял, что нахожусь в игре. С этого момента я отчаянно боролся за выживание.

〖Демон поля боя〗

〖Меткий стрелок волшебной пули〗

〖Бешеный пёс императора〗

В результате я заработал эти зловещие прозвища, которые закрепились за моим именем.

Я не стремился к этим титулам, но жил с ними довольно спокойно.

Какое это имело значение? Враги боялись меня, а союзники восхваляли.

Однако я не мог вечно быть собачкой Императора.

«Империя будет побеждена союзными нациями.»

Будущее, которое можно было описать в одной строке, постепенно становилось реальностью.

Может быть, именно поэтому я в каком-то смысле обрадовался, когда поражение в битве вынудило меня встретиться лицом к лицу с Императором.

Если бы император сделал мне выговор, я мог бы просто поклониться, извиниться и уйти в отставку.

После этого я бы сменил личность и сбежал на какой-нибудь отдалённый остров — проблема решена.

— Я накопил немного денег. В крайнем случае я мог бы продать военные тайны союзным державам.

Больше никаких трудностей на поле боя. С этого момента я должен был наслаждаться беззаботной жизнью.

От этой мысли мне захотелось рассмеяться, но, стоя перед императором, я не мог ничего другого, кроме как изобразить виноватое выражение лица.

— Подними голову, Даниель Штайнер.

По приказу императрицы я поднял глаза.

Сельвия фон Амберг.

Она была императрицей, обладавшей абсолютной властью над Империей, и тираном, считавшим человеческие жизни не более чем жизнями насекомых.

Естественно, её характер был ужасен, и единственным её достоинством была потрясающая внешность.

Даже сейчас я не мог не восхищаться её сапфирово-голубыми глазами, напоминающими лазурит, и золотистыми волосами, сияющими, как лучи весеннего солнца.

— Вы вернулись в столицу после того, как потеряли три дивизии, включая Корпус магов, в битве при Скеолане. Это огромная потеря для Империи и историческая ошибка.

Хорошо. Теперь императору оставалось только сделать мне выговор!

Как только она меня отчитала, я воспользовался этим как предлогом, чтобы уйти из армии и начать новую счастливую жизнь!

— Однако, учитывая внезапное нападение противника, неразбериху в цепочке командования и тот факт, что ваши усилия свели к минимуму ущерб, несмотря на отступление, ваши заслуги как командира признаны.

Подожди, что?

— Принимая во внимание все обстоятельства, я награждаю вас Имперской военной медалью первой степени, Почетной медалью Белого Дракона.

По какой-то причине императрица, похоже, не собирался меня отпускать.

Глава 1 - Единственная возможность сбежать из Империи

Есть игра под названием «Empire of Emperor».

В буквальном переводе это означает «Империя императора» — фэнтезийная военная игра, действие которой происходит в современную эпоху.

Главная цель игры — остановить милитаристскую империю, которая стремится объединить мир своей подавляющей национальной мощью.

Хотя она и не была особо популярной, это была моя любимая игра из-за невероятно богатого взаимодействия с NPC.

Например, даже у крестьян были разные ценности в зависимости от региона и страны.

Солдаты не просто механически выполняли приказы — они были недовольны, и если командование не решало их проблемы, происходили дезертирство и мятежи.

Кроме того, NPC, которые когда-то были союзниками, могут стать врагами в зависимости от действий игрока — и наоборот.

Воистину, это был шедевр!

Даже небольшие изменения в игровом процессе могут создать совершенно новые сюжетные линии, что делает эту игру лучшей из всех, в которые я когда-либо играл.

Однако был один недостаток: как бы вы ни играли, Империи суждено было пасть.

В конце концов, главный герой, которым управлял игрок, принадлежал к союзным нациям, врагам Империи, так что исход был неизбежен.

Проблема была в том, что этот так называемый «неизбежный исход» каким-то образом стал моей реальностью.

— Как вы все знаете, союзные войска окружили наши пехотные дивизии на расстоянии 3 километров от первой линии обороны и 5 километров от второй. Полагаю, никто из присутствующих не сомневается, что прорыв этого окружения — единственный способ переломить ход событий.

Я повернулась и посмотрела на мужчину, говорившего строгим голосом.

Мужчина средних лет с лицом, покрытым шрамами, и резкими морщинами — я слишком хорошо его знал.

【Бригадный генерал Генрих Шмидт, командующий штабом 1-го магического мобильного корпуса】

Он был персонажем с именем, которого нельзя было не встретить в игре.

‘Что означает...’

Нельзя было отрицать, что я каким-то образом оказался в игровом мире.

Я хотел возразить, но тактическая карта, разложенная на столе в штабе, и гордая эмблема в форме орла, висевшая позади Генриха, подтверждали это.

И, насколько я знал, только в одном месте этот орёл служил военным символом.

«Священная Баварская империя»

Это верно.

Я был в центре империи, которой суждено было пасть в конце игры.

И что я вообще здесь делаю, в самом центре всего этого?

Покопавшись в памяти, я вспомнил своё название.

【Младший лейтенант Даниэль Штайнер, помощник оперативного планировщика в Имперском генеральном штабе】

Какая ирония судьбы. Я был помощником планировщика в Имперском военном штабе.

Если бы я не знал, что Империя обречена, я бы открыл шампанское, чтобы отпраздновать свой элитный карьерный путь.

Но осознание его неизбежного краха сделало мой титул бесполезным, как мусор.

‘В конце...’

Лидеры Империи, заклеймённые как военные преступники, не смогли избежать казни.

И пока я был частью этой структуры, мне было суждено разделить их судьбу.

Этого не могло случиться. Я не для того так долго жил, чтобы умереть бессмысленной смертью.

Я хотел подать в отставку, но имперские офицеры были обязаны служить 8 лет.

Это была не та работа, от которой я мог просто так отказаться.

Так как же мне сбежать из этого места?

Вытирая холодный пот с ладоней, я сжал кулак, и меня осенило.

— Позорное увольнение…!

Если бы военный трибунал признал меня непригодным, меня могли бы уволить с позором.

Это освободило бы меня от контроля со стороны военных.

Я мог бы покинуть Империю как свободный человек.

“Лейтенант?”

Я вздрогнула, когда Генрих окликнул меня.

Когда я поднял глаза, Генрих и старшие офицеры смотрели на меня.

— Похоже, ты глубоко задумался, рассматривая карту и размышляя о нашем положении. Ты придумал план?

Я действительно кое-что придумал.

План побега из этой проклятой империи.

Чувствуя на себе взгляды офицеров, я откашлялся и быстро просчитал свой следующий шаг.

— ...Возможно, это мой шанс получить позорное увольнение.

Почему Генрих спросил моего мнения?

Вероятно, они подумали, что я, как помощник планировщика, почерпнула что-то полезное, наблюдая за старшим персоналом.

Эти чопорные, старомодные офицеры хотели услышать свежий взгляд молодого, полного энтузиазма офицера.

Генрих, в частности, был из тех, кто прислушивался к мнению, независимо от ранга.

Но я не собирался оправдывать его ожидания.

У меня не было желания пойти ко дну вместе с этим обречённым кораблём.

“Командир, сэр.”

Поэтому я решил сказать что-нибудь совершенно не то, чтобы меня уволили с позором.

— При всём уважении, могу я спросить, как вы планируете отправить подкрепление для спасения наших войск, оказавшихся в ловушке на вражеской территории?

— Хм. Согласно рекомендациям штаба, мы будем продвигаться по хребтам гор Тебайта. Согласно разведданным, это наименее охраняемая территория.

«Горы Тебайта…»

Помолчав, я заговорил:

— В таком случае я должен со всем уважением попросить вас пересмотреть своё решение.

В комнате воцарилась тишина.

Для них было естественно быть шокированными: офицер низкого ранга допрашивает персонал и изучает отчёты разведки?

Я чувствовал на себе пристальные взгляды офицеров, но изобразил самообладание и продолжил.

— Командир, вам не кажется это странным? Почему противник ведёт наблюдение повсюду, кроме горных хребтов Тебайта?

“Вы находите это подозрительным?”

— Да. Такое ощущение, что враг заманивает нас в ловушку — как будто он подстрекает нас продвигаться через горы Тебайта.

Это была полная чушь.

Отчёты разведывательного бюро, очевидно, были более точными, чем моё безосновательное заявление.

Но я продолжал идти вперёд, потому что моей целью было быть увольным с позором.

Поэтому я удвоил усилия в своём нелепом споре.

— Должно быть, враг расставил ловушки вокруг хребтов Тебайта, поджидая нас.

“Есть какие-нибудь доказательства?”

— Моя интуиция подсказывает мне это.

Когда я твёрдо ответила, Генрих приподнял бровь.

После короткого смешка Генрих постучал по столу.

“Имя и звание?”

— Младший лейтенант Даниель Штайнер, помощник оперативного планировщика.

— Очень хорошо, Даниель Штайнер. Вы ведь понимаете, что прямо противоречите выводам персонала, не так ли?

“Да, сэр”.

— Если мы последуем вашему предложению, нам потребуется тщательная разведка, что замедлит наше продвижение. Вы готовы взять на себя ответственность за последствия?

Именно то, чего я хотел.

«Если моё предсказание окажется неверным, я с радостью уйду в отставку и покину армию».

В комнате раздались перешёптывания и вздохи.

Мой начальник нахмурился и попытался сделать мне выговор.

— Лейтенант Штайнер! Как вы смеете говорить не по существу…

Он замолчал, когда Генрих поднял руку.

— Даниел Штайнер, я дам тебе шанс.

Генрих улыбнулся, но его тон стал резче.

— Но помните: сказанного не воротишь. Если ваше решение дорого обойдётся Империи, я без колебаний потребую военного трибунала.

От его пронзительного взгляда у меня по спине побежали мурашки.

Настоящий ветеран, который одним словом мог добиться повиновения.

В другой ситуации я бы, возможно, отступил.

Но не сейчас.

Я выдержала его взгляд и слегка улыбнулась.

— Именно этого я и хочу, командир.

*****

На следующее утро.

Имперское офицерское общежитие Генерального штаба.

Тук, тук—

Я медленно открыла глаза, услышав стук.

Повернув голову, я взглянула на будильник. До подъёма было ещё далеко.

Кто, чёрт возьми, так рано стучит?

Всё ещё полусонный, я в замешательстве моргнул, когда в дверь снова постучали.

— Младший лейтенант Даниель Штайнер! Командир вызывает вас! Немедленно просыпайтесь!

Упоминание о командире заставило меня очнуться.

“Ах, понятно!”

Я поспешно ответил, вскочил с кровати и быстро переоделся в форму, прежде чем открыть дверь.

Снаружи стоял офицер, тоже одетый в имперскую военную форму.

Судя по трём ромбам на его погонах, он был капитаном — моим начальником.

— ...Вы младший лейтенант Даниель Штайнер?

— Да, сэр. Но почему командир вызывает меня?

Хоть я и спросил, у меня уже было довольно чёткое предположение.

Выслушав моё предложение, командир, должно быть, отправил на хребты большой разведывательный отряд, но они вернулись с пустыми руками.

Растрата человеческих ресурсов во время войны была практически преступлением, поэтому командир, скорее всего, вызвал меня, чтобы сделать выговор за некомпетентность.

Генрих назвал бы меня человеческим мусором и немедленно созвал бы военный трибунал.

Как только это произошло, мне оставалось только признать себя виновным, уволиться и получить позорное увольнение — бесплатный выход из этой передряги.

В зависимости от того, как пойдут дела, я мог даже получить небольшой тюремный срок. Но гнить в тюрьме несколько лет было гораздо лучше, чем быть казнённым как лидер побеждённой страны-преступницы.

Думая, что всё идёт по плану, я почувствовал облегчение.

— пока я не увидел, как губы капитана растянулись в улыбке.

Он что, издевался надо мной?

Нет, подожди. Что-то было не так.

— Вы можете гордиться собой, лейтенант. Благодаря вашей проницательности наши войска смогли предотвратить катастрофу. Командующий вызвал вас, чтобы обсудить награду за ваш вклад.

...Какого черта?

Глава 2 - Я не хочу, чтобы меня повышали!

Штаб-квартира Имперского Генерального штаба.

Управление командующего Магическим мобильным корпусом.

Шорох—

Сидя за роскошным столом из красного дерева, Генрих пролистал личное дело.

В документе содержалась личная информация не кого иного, как Даниеля Штайнера.

[Имя: Даниель Штайнер]

[Место рождения: деревня Фиамари, баронство Бетарген, Южная империя]

[Особые примечания: подтверждено, что родители бросили его и он вырос в приюте. Позже офицер по призыву обнаружил у него магический талант и зачислил в Имперскую академию магии, которую он окончил с отличием.]

Генрих зажал трубку между губами, закончив читать записи.

— Окончил Академию магии с отличием, да?..

В этом не было ничего особенного удивительного.

В конце концов, только те, кто обладал исключительными талантами, могли получить должность в Главном Имперском Генеральном штабе.

Однако тот факт, что он был сиротой, вызвал у Генриха неожиданное чувство восхищения.

— Человек, у которого не было поддержки семьи, осмелился поставить свою репутацию на чистый инстинкт.

Не было ничего необычного в том, что молодые офицеры с энтузиазмом пробивались сквозь ледяную атмосферу военного совещания и высказывали своё мнение.

Но в большинстве случаев их смелость подкреплялась негласной уверенностью в том, что их фамилия чего-то стоит.

Какими бы ни были последствия, они знали, что их семьи защитят их от полного разорения.

— И все же...

У Даниеля Штайнера — этого недавно получившего офицерское звание человека без семейных связей — не было такой подстраховки.

Если бы его предложение привело к провалу, последствия не ограничились бы простым увольнением.

Даниель, должно быть, знал это.

Несмотря на это, он остался при своём мнении.

И, в конце концов, его решение оказалось верным.

Разведка показала, что вражеские силы действительно готовили засаду у хребтов.

— У него есть глаз, чтобы видеть поле боя?

Конечно, это могло быть простым совпадением — не более чем чистой случайностью.

Тем не менее нельзя было отрицать, что проницательность Даниеля предотвратила катастрофу.

В эпоху жёсткой конкуренции, когда даже малейшие изменения могли повлиять на ход войны, проницательность Даниеля была подобна дождю в пустыне.

С точки зрения Генриха, он был слишком ценным талантом, чтобы его игнорировать.

Тук, тук—

Стук в дверь прервал размышления Генриха.

Он закрыл папку и отложил её в сторону на столе.

— Командир, сэр! Докладывает второй лейтенант Даниель Штайнер, как было приказано!

Генрих выпустил клуб дыма и вынул трубку изо рта.

— Войдите.

Дверь кабинета открылась, и вошёл капитан — помощник Генриха — в сопровождении Даниеля Штайнера.

Высокий, с чёрными волосами и тёмными глазами, Даниель выглядел измождённым, но в его взгляде читалась решимость.

Они подошли к центру комнаты и отдали честь в идеальном унисоне.

Генрих небрежно ответил на приветствие, и капитан отошёл в сторону.

Даниель замер в ожидании приказа Генриха.

— Хм.

Его осанка была безупречной — как у солдата из учебника.

В его позе не было ни единого изъяна.

Генрих почувствовал в его словах нотку одобрения.

— Младший лейтенант Даниель Штайнер. Как вы, вероятно, слышали от моего помощника, благодаря вашей проницательности мы смогли предотвратить катастрофу. Это неоспоримое достижение.

Даниель хранил молчание, соблюдая приличия.

Даже добившись признания, он не позволил эмоциям взять над собой верх — образцовый солдат.

По крайней мере, так думал Генрих.

На самом деле в голове у Даниеля царил хаос.

— Моя чушь на самом деле оказалась правдой? Как, чёрт возьми, это произошло?!

Стиснув зубы, чтобы подавить панику, Даниель слушал, как Генрих продолжает.

— Достижения должны быть вознаграждены. Я планирую выдвинуть вашу кандидатуру на следующий этап оценки для повышения. Что вы думаете?

Плечи Даниеля дрогнули.

Для него повышение означало приближение к смерти.

Сделав глубокий вдох, он лихорадочно искал оправдание.

— Командир, сэр. Я глубоко признателен за ваше щедрое предложение. Однако я не считаю, что заслуживаю особого отношения из-за одного-единственного достижения.

— О? Вы говорите, это единственное достижение?

— Да, сэр. Как офицер Священной Баварской империи, я лишь делал то, чего от меня ожидали. Я смиренно прошу вас пересмотреть решение о включении моего имени в список на повышение.

Генрих удивленно заморгал.

Он видел бесчисленное множество солдат, которые были готовы на всё, чтобы подняться по карьерной лестнице, но это был первый случай, когда кто-то наотрез отказался от повышения.

Капитан, стоявший рядом с ним, выглядел не менее ошеломлённым.

‘Какой странный человек.’

Генрих усмехнулся и отложил трубку в сторону.

— Лейтенант, вы, кажется, ошибаетесь. Ваше достижение — это не «просто достижение». Вы спасли сотни жизней. Я не могу это игнорировать.

— Сэр, я просто хотел...

— Этого достаточно. Вы хотите сказать, что не знаете, что справедливость и дисциплина — основа Имперской армии? Если вы продолжите отказываться, я сочту это отказом от этих ценностей.

Другими словами, Генрих принял решение.

Слова командира звучали как приказ — возражать было бесполезно.

Не имея другого выбора, Даниель неохотно сдался.

— ...Я почту за честь, сэр.

Генрих внимательно посмотрел на Даниеля и удовлетворенно кивнул.

— Хорошо. Считайте, что вопрос решён. Вы свободны.

Даниель резко отдал честь, и Генрих ответил ему тем же.

Когда Даниель развернулся и вышел из кабинета, его шаги затихли вдали.

Генрих откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.

— Довольно редкая порода, вы не согласны, капитан?

Капитан, всё ещё глядя на закрытую дверь, наконец повернулся и ответил:

— Да, сэр. Большинство людей готовы на всё, чтобы улучшить свои результаты. Я никогда не видел, чтобы кто-то так усердно старался преуменьшить свои достижения.

— Настоящий солдат — не только по званию, но и по духу. Человек, который искренне стремится защитить Империю и сокрушить союзные державы.

Это напомнило Генриху о его собственной юности.

Довольный улыбкой, он добавил:

— Военным нужны такие люди, как он, особенно сейчас, когда союзные войска становятся сильнее.

Генрих взял трубку и тихо усмехнулся.

— Мне любопытно посмотреть, как высоко он сможет подняться.

*****

— Хватит нести чушь! Серьезно!

Вернувшись в свою комнату, я в отчаянии закричал.

И кто мог меня в этом винить? Ситуация полностью вышла из-под контроля.

— Досрочное повышение...?

Дело было не только в том, чтобы добавить ещё один бриллиант к моему знаку различия и повысить меня со второго лейтенанта до первого.

Раннее продвижение по службе в элитном Имперском генеральном штабе означало признание в качестве элиты даже среди элит.

Даже если бы меня позже перевели на другую должность, ярлык «элита Генерального штаба, получившая повышение» прилип бы ко мне, как проклятая тень.

Это была высшая награда — и самый надёжный карьерный путь, который только мог получить младший офицер.

Другими словами, я только что сделал ещё один шаг к тому, чтобы стать ключевым членом руководства Империи.

А ещё это означало, что я только что значительно повысил свои шансы на то, что мне отрубят голову, когда Империя неизбежно проиграет войну.

Сев на кровать, я провела рукой по лицу и подняла взгляд.

В зеркале в полный рост отражался мужчина со слабыми тёмными кругами под глазами.

Я смутно помню, как кричал от радости, когда впервые получил подтверждение о своём назначении в Генеральный штаб.

Но после пробуждения воспоминаний о прошлой жизни это место превратилось в сущий ад.

Я некоторое время смотрела на своё отражение, а потом вздохнула и поднялась на ноги.

Я открыл окно и выглянул наружу. Старшие офицеры прибывали один за другим.

Верно. Это место было буквально усеяно высокопоставленными офицерами, как камешками на обочине.

Это была идеальная среда для зарабатывания очков, чтобы подняться в рейтинге, — или, наоборот, идеальная среда для быстрого потери очков.

— Возможно, всё пошло немного не так... но на самом деле ничего не изменилось.

Всё, что мне нужно было сделать, — это вести себя настолько неумело и позорно, чтобы это полностью затмило мои предыдущие достижения.

Расстегнув удушающий галстук, я медленно выдохнул.

— Командир, я искренне благодарю вас за оказанное мне доверие. Но я не хочу досрочного повышения — особенно в этой Империи.

Чтобы отменить своё досрочное повышение и ускорить своё увольнение с позором, мне нужно было полностью посвятить себя тому, чтобы стать неисправимым негодяем.

К счастью, у Генерального штаба был идеальный ингредиент для этой трансформации.

Этим ингредиентом был не кто иной, как мой непосредственный начальник — майор Карл Генрих.

Мужчина, который начал свой день с того, что отчитал меня, а закончил тем, что обращался со мной как с грязью.

Абсолютная катастрофа в человеческом обличье.

Если бы я использовал своего непосредственного начальника, Карла Генриха, в качестве рычага давления, у меня всё ещё был бы шанс добиться увольнения без почестей.

— Просто подождите и увидите, командир.

Чего бы это ни стоило, я свалю из этой империи.

Глава 3 - На этот раз меня точно уволят, да?

Одетый в форму и позавтракавший в офицерской столовой, я направился в кабинет оперативного отдела.

Предполагалось, что это будет просто еще одно рутинное утро.

Единственное отличие состояло в том, что несколько старших офицеров в коридоре начали узнавать меня.

— Так вы тот самый знаменитый лейтенант? Тот, кто поставил в неловкое положение штабных офицеров? О, не поймите меня неправильно — это комплимент.

— Лейтенант, я вижу, что вы уверены в своих способностях, но не стоит слишком выпендриваться перед начальством — если только вы не планируете короткую военную карьеру. Поверьте мне, это совет из моего личного опыта.

— Ого! Я думал, что в Генеральном штабе полно чопорных бюрократов, но, оказывается, у нас есть такой человек, как вы! Продолжайте в том же духе — я буду болеть за вас!

...Они останавливали меня каждый раз, когда я проходил мимо, и произносили длинные речи, от которых у меня кружилась голова, пока я не убегал.

Поскольку игнорировать их было невозможно, я справился с этим, постоянно используя волшебное трио фраз: «Да, сэр!», «Так ли это?» и «Спасибо».

Настоящая проблема заключалась в том, что я потратил столько времени на разговоры с офицерами, что опоздал на работу.

Отчетное время составляло 8:30 утра.

Сейчас было 8:28 утра.

Поскольку кабинеты сотрудников расположены на пятом этаже, даже если идти максимально быстро, дорога займёт не меньше четырёх минут.

А поскольку имперские офицеры были обязаны соблюдать это чёртово правило приличия, я даже не мог бегать, если не был в поле — так что опоздание было гарантировано.

"Карл снова собирается закатить истерику."

Позвольте мне ещё раз напомнить вам, что мой непосредственный начальник, майор Карл Генрих, был невротичным ублюдком, который слишком остро реагировал на малейшие ошибки.

Если бы он был хоть сколько-нибудь компетентен, я бы, может, и уважал его, хоть и неохотно.

Но вся его карьера свелась к тому, что он дрожал в тылу во время оборонительного сражения против войск Союзников семь лет назад.

Я не понимал, как такой человек мог попасть в якобы основанный на заслугах Императорский генеральный штаб.

Если вам интересно, какое у него звание и должность, обратите внимание на его прошлое.

Карл Генрих происходил из аристократической семьи, а его отец был послом.

Империя, возможно, проповедовала меритократию, но на самом деле повсюду процветали кумовство и личные связи.

И Карл Генрих был ярким примером человека, который пользовался всеми преимуществами этой системы.

Моя личная оценка? Он был некомпетентным, неуравновешенным подобием человека — живым, дышащим мусором.

У меня тоже были доказательства. Если бы у моих тёмных кругов были акционеры, Карл Генрих легко получил бы контрольный пакет акций.

Я уже был готов к любой чепухе, которую он мог бы сказать мне сегодня, но моё сердце оставалось спокойным.

"Как только я уйду в отставку, все это не будет иметь значения".

Поскольку моей целью было добиться увольнения с позором, мне больше не нужно было ходить вокруг Карла на цыпочках.

Неужели так себя чувствует человек, получающий зарплату, в свой последний рабочий день с заявлением об увольнении в руках? Я даже почувствовал, как на моих губах появляется слабая улыбка.

Лёгкой походкой я поднялся в кабинет на пятом этаже и постучал.

— Второй лейтенант Дэниел Стайнер, помощник оперативного планировщика, докладывает о прибытии! Разрешите войти.

Назвав свое звание и имя, я открыл дверь.

Первое, что я увидел, — это Карла, сидящего за столом и держащегося за голову, как будто он совершил какую-то катастрофическую ошибку.

Пот стекал по его лицу, и он выглядел искренне расстроенным — необычное зрелище.

Кажется, он меня не заметил, поэтому я подошёл ближе и заговорил.

— Майор Карл Генрих, сэр? Вам нужно быть готовым к совещанию оперативного штаба в 9 утра. Вам следует начать готовиться прямо сейчас…

Я замолчал.

Карл поднял голову на звук моего голоса, и его глаза загорелись яростью.

Неужели он всерьез так разозлился из-за того, что я опоздал на две минуты?

Прежде чем я успел это осознать, Карл вскочил со стула.

— Ты! Ты хоть понимаешь, что натворил?!

О чем, черт возьми, он говорит? Опоздание на две минуты?

Я растерянно моргнул, когда Карл бросился ко мне.

— Кто сказал, что ты можешь разговаривать с командующим?! Кто позволил такой ничтожной сироте, как ты, совать нос в штабное совещание?!

Схватив меня за воротник, Карл сильно толкнул меня.

Я едва сумел удержать равновесие, отшатнувшись назад.

— Из-за тебя весь мой план рухнул! Рухнул! И не просто рухнул — теперь я в опасности, ублюдок!

Что вообще говорил этот сумасшедший? Конечно, он всегда был придурком, но сегодня...

Глухой удар!

Не успел я закончить мысль, как ударился головой о стену. Я тихо застонала.

— Если я пойду ко дну, то не один! Я утащу тебя в ад вместе с собой, слышишь?!

... Он потерял самообладание.

Обычно я бы проглотил свой гнев и позволил ему ускользнуть.

Но не сегодня.

— Ты сам это начал, Карл.

— Что? Ты только что возразил своему начальнику ...

Бах!

Я отбросил его руку и ударил кулаком прямо ему в лицо.

Карл вздрогнул и попытался повернуть голову, но было слишком поздно.

Мой кулак врезался ему в скулу.

— Аргх!

Карл отшатнулся назад, схватившись за лицо.

Я шагнул вперед, схватил его за воротник и поставил подножку.

Глухой удар!

Он рухнул на пол, болезненно застонав и в ярости сплюнув.

Я забрался на него сверху, отводя кулак назад.

Остановившись на мгновение, я увидел, как Карл задрожал, прежде чем заговорить.

— Т-ты нападаешь на вышестоящего офицера! Тебя отдадут под трибунал, и твоя карьера закончится! Ты ведь это понимаешь, да?!

Конечно, я знал. Я пожал плечами.

— Тебе не нужно беспокоиться. Я делаю это, чтобы завершить свою карьеру.

— Что? Что ты...

Бах!

Слова Карла оборвались, когда мой удар вырубил его.

Я встал, отряхивая пыль с рук.

Послышались торопливые шаги в сторону кабинета.

Должно быть, они услышали крик Карла.

Дверь распахнулась, и вошли двое солдат.

— Что здесь происходит?!

Они застыли, увидев Карла без сознания на полу и меня, стоящего над ним.

Я решил им помочь.

— Это нападение. Я преступник — арестуйте меня.

Несмотря на мое объяснение, они колебались.

Я вздохнул.

— В чём дело? Нужно сначала сравнить мой кулак с его синяками?

— Н-нет, сэр!

Наконец, приступив к делу, солдаты связали мне запястья веревкой.

Пока я стоял там без всякого выражения, меня захлестнула волна облегчения.

— Это просто импульсивное нападение, так что наказание не будет суровым. Учитывая мои прошлые заслуги, меня, скорее всего, просто уволят.

Это был практически чистый уход из армии!

Подавив желание развеселиться, я выглянул в окно.

Теплые, яркие краски весны приветствовали меня.

Это был идеальный сезон для того, чтобы уйти из армии.

В этот же вечер.

Резиденция майора Карла Генриха.

— Обыщите каждый уголок.

— Есть, сэр!

По приказу капитана Филиппа Бендера, помощника бригадного генерала Генриха Шмидта, солдаты рассредоточились по всему дому.

Филип неторопливо прогуливался по гостиной, погруженный в свои мысли.

"Сегодня младший лейтенант Дэниел напал на своего старшего офицера".

Когда он впервые услышал эту новость, ему показалось, что он ослышался.

Как мог человек, который только что получил похвалу, совершить такой поступок?

Особенно такой, как Дэниел, который, по мнению Филиппа, был образцовым солдатом?

Должна же быть какая-то причина.

Генрих, похоже, разделял мысли Филиппа и поручил военной полиции провести тщательное расследование после их позднего прибытия.

Во время допроса Карл проявлял признаки паранойи, неся всякую чушь вроде: — Союзные войска могут попытаться меня убить.

Почувствовав неладное, Генрих приказал Филиппу обыскать резиденцию Карла, поэтому он и солдаты ворвались в дом.

— Капитан! Сюда, пожалуйста!

Голос солдата вывел Филиппа из задумчивости.

— Я уже иду.

Подойдя ближе, Филип увидел, что солдат легонько постукивает по деревянному полу.

Тук, тук—

Звук был слишком тихим для цельного дерева — как будто внутри ничего не было.

— Эта часть звучит по-другому.

— Старый трюк. Выламывай её.

— Да, сэр!

С помощью лома солдат приподнял половицы и обнаружил небольшую коробку.

Филип опустился на колени, поднял коробку и открыл ее.

Внутри были документы и несколько писем.

— Это...

Это были секретные военные документы Империи — информация, которая не должна была попасть в руки врага.

В письмах предлагались крупные суммы в обмен на продажу информации Объединенным Нациям.

Ещё более возмутительным был последний приказ — заманить имперские подкрепления в наступление через хребты.

— Этот ублюдок...

Карл Генрих был предателем своего народа.

Ослеплённый жадностью, он продавал секреты и саботировал операции — скользкий, как змея, человек.

"Что означает..."

Нападение Дэниела не было поступком бесчестного офицера.

Должно быть, это была реакция на ярость, которую он испытывал по отношению к этим предателям.

Дэниел Штайнер не был преступником — он был героем, который разоблачил предателя и защитил Империю.

"Мы совершенно неправильно его поняли".

Филипу нужно было немедленно вернуться в Генштаб, чтобы очистить имя Дэниела.

Приняв решение, Филип закрыл коробку и встал.

— Солдат. Я возвращаюсь в штаб. Докладывайте мне обо всех дополнительных находках.

— Да, сэр. Могу я спросить, почему вы так спешите?

Филип улыбнулся, глядя сверху вниз на солдата.

— Эти документы доказывают, что Второй лейтенант Дэниел Штайнер невиновен. Нам нужно как можно скорее очистить имя героя, который посвятил себя службе Империи.

Солдат на мгновение замер.

Он впервые увидел, как капитан Филип — которого часто называли хладнокровным человеком — так широко улыбается.

Глава 4 - Проклят или благословлён?

Хлюп... ик...

Звук тихого рыдания вырвал меня из сна.

Раздражённый, я повернул голову и увидел девушку без знаков различия на форме — новобранца.

Кажется, её звали Фринн? Я познакомился с ней вчера, когда меня бросили в изолятор военной полиции.

Судя по светло-каштановым волосам и тёмным глазам, она, вероятно, была родом из южных провинций.

Поскольку мы, похоже, были из одного региона, мы перекинулись парой слов. Но теперь она прилипла ко мне, как клещ, и мне было тяжело даже сидеть рядом с ней.

Я хотел проигнорировать её, но подумал, что она будет продолжать плакать, если я оставлю её одну. Поэтому я решил заговорить с ней.

— ...Солдат Империи не должен так беспечно проливать слёзы.

Услышав мой голос, Фрин замерла и быстро подавила всхлипывания.

— Простите! Я-я не знаю, что сказать! Я просто начала думать о своём отце, который остался дома…

— Ваш отец? Он болен?

— Нет, совсем нет, сэр… Он гордился тем, что я записалась в Имперскую армию, но вот я здесь — застряла в заключении, даже не закончив обучение. Я чувствую себя такой жалкой.

— Вы только что сказали «сэр» в своей фразе?

Когда я указал на это, Фрин вздрогнула.

— Ах, п-простите, сэр! Я исправлюсь!

Она была безнадежна. Я бросил на нее холодный взгляд, прежде чем отвернуться.

— Вы сказали, что Вас отправили сюда, потому что Вы отказались стрелять из-за религиозных убеждений, верно?

— Да, сэр. Я подала заявку как медик, так что…

— Даже медики должны уметь стрелять. Что Вы будете делать, если враг попытается убить солдата, которого Вы лечите, — просто позволите ему умереть?

Фринн промолчала. Или, скорее, она не могла ответить.

— Это не какая-то детская игра. Если Вы просто хотите поиграть в доктора, Вам лучше учить детей в детском саду, а не сражаться на поле боя.

Фринн опустила голову, явно расстроенная. Я вздохнул и добавил:

— Тем не менее, я считаю, что это достойно восхищения, что Вы пошли в армию, чтобы спасать жизни. Женщины не подлежат призыву, так что добровольная служба требует большой самоотдачи.

— ...Спасибо, сэр.

На лице Фрин появилась слабая улыбка, и она слегка выпрямилась.

— Ваши слова придали мне сил, сэр. Теперь я понимаю, какой незрелой я была. Ради чести моего отца как священника, я буду стараться усерднее, если мне разрешат вернуться к тренировкам.

Она снова назвала меня «сэр», но на этот раз я решил не обращать внимания.

Это казалось скорее привычкой, чем намеренной формальностью, и поскольку я не был её непосредственным начальником, мне не нужно было её поправлять.

Значит, её отец был священником, и поэтому она не решалась использовать огнестрельное оружие?

Я полагаю, в этом был смысл ... Или нет?

"Подожди минутку".

Отец-священник?

Женщина с юга, получившая выговор во время тренировки?

Это было неприятно похоже на предысторию одного из персонажей, которого я часто видел в игре.

Пот выступил у меня на лбу, когда я посмотрел на Фрина.

— Новобранец, как тебя зовут?

— А? О. Меня зовут Фрин. Полное имя — Фринн Ремилиарт.

Услышав ее полное имя, у меня по спине пробежал холодок.

Фриен Ремилиарт — так называемая Святая Империи.

Её фирменным приёмом была магия, которую она использовала, чтобы усиливать целые поля сражений и превращать солдат в настоящие машины для убийств.

Всякий раз, когда она появлялась на поле боя, я приказывал отступать, если только у нас не было подавляющего численного превосходства.

Встреча с таким NPC в центре содержания под стражей была шокирующей, но в конечном счёте это не имело ко мне никакого отношения.

"Неважно. Меня всё равно уволят".

Как только я покину Империю, я больше никогда её не увижу, так что мне не о чем беспокоиться.

— Какое красивое имя.

Я вяло ответил, и Фрин смущённо покраснел.

Судя по её реакции на такой простой комплимент, было ясно, что у неё почти не было опыта общения с мужчинами.

Что она вообще здесь делает вместо того, чтобы наслаждаться своей молодостью?

С другой стороны, если бы я не восстановил воспоминания о прошлой жизни на командном пункте, я бы, наверное, тоже считал военную службу высшей честью.

— Второй лейтенант Дэниел Штайнер?

В дверях камеры появился сержант, выкрикивая мое имя.

Я поднял руку, и, сверив мою личность со списком, сержант отворил дверь.

— Вас освобождают. Следуйте за мной.

Пришло время.

Должно быть, начальство проанализировало ситуацию и решило провести военный трибунал.

Фринн, которая явно не понимала, что происходит, смотрела на меня большими невинными глазами.

— Вы уже уходите? Для меня было честью поговорить с вами, сэр.

Я кивнул, подавляя желание обрадоваться, и вышел вслед за сержантом.

Мы прошли через кабинеты военной полиции и вышли из здания, где нас ждал капитан Филип Бендер.

Он держал в руках коробку, которая выглядела странно элегантно.

— А, вот и Вы.

Филип приветствовал меня теплой улыбкой.

Это казалось ... неправильным.

Но я все равно поприветствовал его, и он небрежно ответил мне тем же, прежде чем подойти ближе.

— Я хотел вызволить Вас раньше, но потребовалось время, чтобы всё оформить. Вы работали в Генеральном штабе, так что я уверен, что Вы понимаете.

Я так и сделал. Военные были одержимы бумажной работой и протоколами.

Но что-то в его словах выбило меня из колеи.

Он хотел вытащить меня отсюда поскорее?

Прежде чем я успел спросить, Филип протянул мне коробку.

— Это награда за вашу службу, второй лейтенант Дэниел Штайнер — или, лучше сказать, теперь уже первый лейтенант.

Что?

Я безучастно открыл коробку.

Внутри были две нашивки со звездами и погоны первого лейтенанта.

Я посмотрел на Филипа, который гордо улыбнулся.

— Ваше решение было верным. Майор Карл Генрих был разоблачён как шпион Союзных Наций. В результате вышестоящее командование решило не проводить процедуру повышения в звании и наградить вас внеочередным повышением в звании!

—… Повышение в звании вне очереди? Меня?

— Да. Империя верит в то, что заслуги должны быть вознаграждены. Кроме того, поскольку в оперативном штабе временно нет сотрудников, вы назначены исполняющим обязанности офицера оперативного отдела!

Должно быть, это была шутка.

Я напал на своего начальника, а потом узнал, что он был шпионом, — и теперь меня повысили?

Это был полный абсурд.

— С такими темпами ты когда-нибудь даже превзойдёшь меня по званию. Поздравляю!

Но жизнерадостный тон Филипа подтвердил, что этот кошмар был реальностью.

Я мог лишь выдавить из себя улыбку, пожать ему руку и сквозь зубы возвысить Империю.

*****

Я вернулся в Имперский генеральный штаб после недельного отпуска, который получил в качестве награды.

Как только я вошёл в оперативный отдел, сотрудники, которые болтали между собой, повернулись ко мне.

Прежде чем я успел осознать их реакцию, они начали собираться вокруг меня с улыбками на лицах.

— Лейтенант Дэниел? Наш бравый герой!

— Даже если он был шпионом, нам бы не хватило смелости напасть на нашего командира. Это было невероятное мужество!

— Две благодарности подряд — это действительно впечатляет! Вы знали, что Ваше имя часто упоминалось в разговорах Высшего командования?

Я получил эти награды не потому, что хотел их, чёрт возьми.

Внутри у меня всё скрутило, но эти люди праздновали, не зная всей истории. Это было невыносимо.

— Пожалуйста, хватит меня хвалить. Я действовал только из преданности Империи.

Тем не менее, я не мог просто отмахнуться от их доброй воли, поэтому я выдавил из себя улыбку и дал скромный ответ.

После обмена приветствиями и любезностями, которые показались мне вечностью, я наконец добрался до своего стола — того, за которым раньше сидел майор Карл Генрих.

Со стола Карла были полностью убраны все личные вещи, и он стал безупречно чистым.

На нём лежало несколько документов, телефон и военная карта. Но больше всего бросалась в глаза табличка с именем.

[Исполняющий обязанности офицера оперативного штаба / первый лейтенант Дэниел Штайнер]

Даже если это была временная должность, назначение первого лейтенанта исполняющим обязанности офицера оперативного отдела было крайне необычным.

Должность офицера отдела была достаточно престижной, чтобы требовать отдельного кабинета, — должность, которую редко доверяли людям моего ранга.

Другими словами, высшее командование теперь рассматривало меня как исключительно ценный актив.

Тот факт, что меня повысили до первого лейтенанта всего через три месяца после присвоения звания, а затем назначили исполняющим обязанности оперативного офицера, был нелепым.

Я был не просто элитой — я был элитой элит. Мой карьерный путь был не просто тропинкой — он был практически усыпан розами.

А это означало, что мой путь к бесславному увольнению стал ещё более тернистым.

"……"

Сквозь открытое окно доносилось щебетание птиц. Я сел и потер виски.

"Какого черта это происходит со мной?.."

Я искренне чувствовал, что вот-вот сойду с ума.

Глава 5 - Откуда там взялась нефть!?

Я незаметно проглотил комок в горле и выпрямился, оглядываясь по сторонам.

Я не совсем понимал, как всё дошло до этого, но, будучи так называемым «многообещающим талантом оперативного отдела», я не хотел привлекать к себе внимание странным поведением.

Сейчас у меня не было другого выбора, кроме как сохранять спокойствие и сосредоточиться на выполнении своих обязанностей, планируя будущее.

"На данный момент..."

Первым делом нужно было разобраться с кучей документов, лежавших передо мной.

Тихо вздохнув, я взял аккуратно сложенные рядом с телефоном бумаги и начал просматривать их содержимое.

Шорох—

Листая страницы, я обнаружил, что они довольно обыденны.

Большинство из них представляли собой запросы на получение оперативных согласований или разрешений на строительство военных объектов.

В целом процесс заключался в том, что я проводил первичный обзор и, если не было логических несоответствий, утверждал документы, прежде чем передать их по служебной лестнице.

[Офицер оперативного отдела ▶ начальник оперативного отдела ▶ заместитель начальника оперативного отдела ▶ начальник штаба]

Грубо говоря, это был процесс утверждения.

Это была не особенно сложная работа, поэтому, за исключением нескольких документов, требующих перераспределения ресурсов и персонала, я штамповал разрешения одно за другим.

Однако я замер, когда открыл последний документ.

《Запрос на утверждение строительства в Отделе логистики》

Получатель: начальник оперативного отдела (полковник Эрнст Барх)

Отправитель: офицер отдела материально-технического обеспечения (капитан Арноб Хаупт)

Дата: 16 марта 1944 г.

Тема: запрос на утверждение и выбор места для строительства отдела материально-технического обеспечения на Восточном фронте

Ответственный офицер: офицер оперативного отдела (первый лейтенант Даниэль Штайнер)

На первый взгляд это был обычный запрос на получение разрешения на строительство логистического объекта.

Проблема заключалась в том, что я был указан в качестве ответственного сотрудника.

"...Почему?"

Я не мог этого понять.

Роль отдела логистики заключалась в том, чтобы служить центральным складом для получения и перераспределения припасов с тыловых баз снабжения на передовую.

Другими словами, это был важнейший центр для обеспечения безопасности линий снабжения и предотвращения уязвимости запасов.

Логистика была настолько важна для ведения боевых действий, что её часто называли «матерью войны». И всё же они возложили эту обязанность на оперативного офицера?

Первому лейтенанту, которого только недавно повысили в звании за боевые заслуги и который едва удерживался на своей должности?

"Должно быть, это какая-то канцелярская ошибка..."

Как бы я ни смотрел на это, нужно было доложить начальнику штаба.

Приняв решение, я взял документы и направился в кабинет начальника оперативного отдела.

Начальник штаба, заваленный грудами отчётов и документов, поднял голову, услышав мои шаги.

— О? Это же наш герой, Дэниел!

Полковник Эрнст Барч выпрямился и от души рассмеялся, излучая теплоту дружелюбного соседа.

Но внешность может быть обманчивой.

Любой, кто дослужился до звания полковника в Империи, несомненно, прошёл через бесчисленные сражения и трудности.

— Я сделал только то, что было необходимо. Быть названным героем — это немного чересчур.

Скромность была добродетелью, независимо от национальности. Эрнст, казалось, оценил мою скромность, когда улыбнулся и заговорил.

— Итак, лейтенант. Что привело Вас сюда?

— Я завершил первичный просмотр документов, отправленных в офис, и пришёл доложить, сэр.

— Ах, уже? Я слышал, что Вы быстро соображаете. Давайте их сюда.

Я кивнул и положил стопку документов на стол Эрнста.

Однако я не приложил запрос на логистику, и Эрнст, заметив это, наклонил голову.

— А этот?

— Он был назначен мне, но поля для утверждения вышестоящим руководством остались пустыми. Похоже, сотрудник отдела логистики допустил ошибку.

Эрнст несколько раз моргнул, прежде чем разразиться смехом. Почему он смеялся?

— Ах, это естественно, что Вам это кажется странным, но с его стороны это не было ошибкой.

— Если это не было ошибкой…?

— Начальство намеренно поручило Вам это задание. Отчасти потому, что в последнее время я был перегружен работой и мне нужно было переложить часть обязанностей на кого-то, а также из-за того что… ну, я уверен, Вы сами можете догадаться.

Мои брови инстинктивно нахмурились.

Это была проверка.

Они хотели, чтобы я доказал, что поимка шпиона и обнаружение вражеских сил, спрятанных в холмах, — это не просто случайность.

Каждый офицер понимал важность логистики, но выбрать подходящее место для объекта было непростой задачей.

Он должен был быть защищён от вражеских атак, но при этом оставаться легкодоступным и способным вмещать большое количество припасов.

Очевидно, они решили, что это идеальный способ оценить мою компетентность в качестве офицера оперативного штаба.

"Кто за этим стоит? Начальник штаба меня подставил?"

Я не был уверен, но это была возможность.

Прекрасная возможность продемонстрировать свою некомпетентность самым эффектным из возможных способов!

Если бы я построил логистический центр в абсурдно неподходящем месте, моя оценка эффективности работы резко упала бы. И тогда я мог бы спокойно уволиться из армии.

Почувствовав прилив воодушевления, я вытянулся по стойке смирно и исполнил приветствие Эрнсту.

— Спасибо, что доверяете мне, сэр! Я сделаю всё возможное, чтобы завершить строительство логистического центра!

Эрнст, казалось, был доволен моим энтузиазмом и с улыбкой кивнул.

— Хорошо. Мы позаботимся о том, чтобы бюджет был полностью профинансирован, так что не волнуйтесь и приступайте к работе.

— Понял, сэр!

Уверенно ответив, я мысленно ухмыльнулся.

"Ты довольно скоро пожалеешь об этом."

Я бы позаботился о том, чтобы построить логистический узел в самом стратегически невыгодном месте, какое только можно себе представить.

Две недели спустя — тыловые районы Восточного фронта.

Равнины Барденплатц.

Грохот—

Казалось, что земля дрожит, когда на равнину выезжает тяжёлая техника, разгружающая строительные материалы.

Капитан Арноб Хаупт, офицер штаба материально-технического обеспечения, наблюдавший за происходящим издалека, был глубоко встревожен.

"О чём, чёрт возьми, думает штаб? Доверить строительство логистического склада новоиспечённому лейтенанту…"

Этот проклятый новичок приказал разместить строительную площадку на равнине Барденплатц, что привело к огромным затратам рабочей силы и ресурсов.

"Почему именно здесь?"

Равнины Барденплатц представляли собой открытую, ровную местность, чрезвычайно уязвимую для вражеского артиллерийского огня.

Чтобы противостоять этому, им пришлось бы строить дополнительные оборонительные стены, что означало огромные потери материалов.

И стены были не единственной проблемой. Если они собирались построить складское помещение на открытой равнине, оно должно было находиться хотя бы рядом с существующими дорогами.

Но нигде поблизости от равнин Барденплатц не было пригодных для использования дорог.

Это означало, что им придётся прокладывать новые дороги, ведущие на территорию и с неё, что фактически удвоит стоимость строительства.

Это была бессмысленная трата денег.

"Дэниел Штайнер, не так ли? Этот проклятый лейтенантишка..."

Из-за бестолкового молодого офицера, который ничего не смыслил в логистике, казна Империи опустошалась в реальном времени.

Арноб никогда не считал себя особенно патриотичным, но, наблюдая за тем, как растрачиваются национальные ресурсы, он почувствовал прилив национализма, о котором даже не подозревал.

Тем не менее, будучи простым офицером снабжения, он не мог ослушаться приказов штаба.

Хотя Дэниел Стайнер был ниже по званию, его власть была неоспоримой.

Растущее разочарование Арноба было доказательством того, насколько бессильным он себя чувствовал.

Когда Дэниел осматривал участок неделю назад и приказал продолжать строительство, Арноб не высказал никаких возражений.

Несмотря на свои внутренние переживания, Арноб в конце концов стал всего лишь винтиком в имперской бюрократической машине.

"Приказ есть приказ. Что я могу сделать?"

С тяжёлым сердцем Арноб достал сигарету и сунул её в рот.

Когда он закурил, радиоприёмник, висевший у него на плече, загудел.

— Офицер материально-технического обеспечения! Вы меня слышите!?

Конечно. Они всегда связывались с ним, когда он собирался покурить. Арноб взял трубку, нажал кнопку и ответил.

— Вы снова забыли назвать своё звание и имя. Откуда мне знать, кто это?

— Ах! Вы такой строгий. Это сержант Винтер Энфельд. Теперь довольны?

— Прекрасно. В чем дело?

— Ну, Вы же знаете, что мы пригласили специалистов для проведения геологической разведки перед строительством?

Арноб кивнул сам себе.

Проведение обследования территории перед началом строительства чего-либо было стандартной процедурой.

После недавнего инцидента, когда из-за неустойчивого грунта обрушилось здание, что привело к жертвам, исследования стали обязательными.

— Специалисты закончили свой анализ, и… Позвольте мне просто сказать. Становится понятно, почему штаб назначил лейтенанта Дэниела Штайнера ответственным.

А?

Арноб нахмурился, сбитый с толку внезапной сменой тона сержанта, который ещё вчера вместе с ним ругал Дэниела.

— Ближе к делу. Каковы результаты осмотра?

—Хахаха! Дело вот в чем—

Возбужденно крикнул сержант.

— Нефть! Это нефть! Они нашли залежи нефти под этим участком! И не просто немного — там достаточно, чтобы потратиться на буровую установку!

Сигарета Арноба выскользнула у него из пальцев.

"Что?"

Нефть? Под равнинами Барденплатц была нефть?

Если это так, то не Дэниел ничего не смыслил в логистике, а сам Арноб.

Выдохнув, Арноб вытер лицо рукой.

"Может ли это быть..."

Знал ли лейтенант Дэниел Штайнер об этом с самого начала?

Эта мысль внезапно придала смысл наглой уверенности Дэниела.

Арноб горько усмехнулся и сложил руки за спиной.

"Похоже на..."

Империя только что приобрела замечательный талант.

Тем временем, услышав новость о том, что равнины Барденплац оказались нефтяным месторождением,

"Почему?!"

Дэниел Штайнер паниковал в режиме реального времени.

Глава 6 - Как это произошло?

Я замер с бокалом в руке и уставился на солдата, стоявшего передо мной.

Его лицо светилось волнением и восхищением, и мне стало не по себе.

Сначала я разозлился на солдата за то, что он помешал мне отдыхать в офицерском клубе после службы, но теперь меня охватило совершенно другое чувство.

Он только что сообщил, что на месте строительства логистического склада оказалось нефтяное месторождение.

Может быть, я ослышался. Боже, я надеюсь, что ослышался.

Вытерев холодный пот со лба, я поставил свой бокал на барную стойку и спросил:

— Солдат. Не мог бы ты повторить это еще раз?

— Конечно, сэр! На месте, где лейтенант Дэниел Штайнер приказал построить склад материально-технического обеспечения, было обнаружено крупное месторождение нефти! Капитан Арноб Хаупт, офицер по материально-техническому обеспечению, поручил мне сообщить Вам эту новость лично, сэр!

Голос этого солдата был слишком громким.

Он практически хвастался моим достижением на весь мир.

Благодаря ему не только бармен, но и несколько офицеров из других подразделений, наслаждавшихся отдыхом, повернулись и посмотрели на меня.

— ...Нефть на логистическом объекте?

— Кто её нашёл? Только не говорите мне, что это был тот новичок.

— Подождите, это случайно не лейтенант Дэниел Штайнер?

— Вы его не знаете? Это тот парень, которого повысили за поимку шпиона. Из-за него у Центрального разведывательного управления пострадала репутация. Не говоря уже о том инциденте с засадой на холме...

Взгляды и перешептывания, направленные на меня, становились ошеломляющими.

"Я не вернусь в этот клуб в ближайшее время..."

Если бы я остался здесь ещё ненадолго, это было бы всё равно что сидеть на кровати из гвоздей, поэтому я встал.

"Если то, что сообщил офицер по логистике, правда, я не могу не осмотреть это место."

Я поправил форму и надел фуражку, которая лежала на барной стойке.

— Я запрошу разрешение на осмотр объекта у начальника оперативного отдела. Спасибо, что сообщил новости, солдат.

Я слегка приподнял козырёк фуражки, выражая свою благодарность, и солдат энергично исполнил мне приветствие.

Он выглядел искренне тронутым, хотя я не мог понять почему.

— Для меня большая честь быть Вам полезным, лейтенант Штайнер!

Я небрежно ответил на его приветствие и вышел из клуба, хмурясь про себя.

— Место, которое я специально выбрал как наихудшее, оказалось нефтяным месторождением? Что за чушь? Должно быть, офицер по логистике ошибся.

Да, это, должно быть, была ошибка.

Нефть была одним из важнейших стратегических ресурсов во время войны.

От неё зависели танки, грузовики и самолёты, и контроль над нефтяными месторождениями мог определить исход войны.

Если бы эта находка была реальной, моё положение в Императорской армии стало бы непоколебимым.

Другими словами, моя мечта о демобилизации без права на пенсию стала бы ещё более недостижимой.

Поэтому, пожалуйста. Пусть этот отчет будет ошибкой.

К сожалению, это было не так.

После десяти дней бюрократических заморочек я наконец-то провёл осмотр территории и обнаружил, что посреди равнины Барденплатц из-под земли бьёт нефтяной фонтан.

Вид работающих буровых установок с рёвом двигателей заставил меня поморщиться.

— Вы это видите? Это нефть, которую обнаружил лейтенант Дэниел Штайнер!

— Ха-ха! — сержант Винтер Энфельд расхохотался и торжествующе поднял кулак.

Если бы я не был офицером, он, наверное, обнял бы меня за плечи.

Когда я впервые приказал построить здесь узел, этот человек смотрел на меня как на мусор. А теперь? Всё изменилось.

Я раздражённо посмотрел на Винтера, и тут заговорил капитан Арноб Хаупт, офицер по логистике.

— Лейтенант Штайнер, от имени отдела логистики я хочу поблагодарить Вас. Согласно отчётам, под землёй находится достаточно нефти, чтобы обеспечить Империю на следующие 27 лет. Это станет грозным оружием для Империи.

— Неужели это так?

— Да. Я также связался с железнодорожным департаментом. Мы планируем подключить это логистическое депо к железнодорожной сети, чтобы ускорить транспортировку нефти. Это положит конец нашей зависимости от импорта.

Разве этот парень не должен был быть вечно недовольным и раздражительным?

Когда мы впервые встретились, Арноб казался практически нигилистом. Теперь его глаза сверкали надеждой — и, возможно, даже эйфорией.

Тем временем я мог лишь глубоко вздыхать. Какой смысл зарабатывать заслуги в империи, обречённой на поражение?

Арноб, должно быть, принял мой вздох за облегчение от обретённой Империей самодостаточности, потому что одобрительно посмотрел на меня.

— Вы работаете всего четыре месяца, а уже добились трёх крупных успехов. Я не удивлюсь, если в ближайшее время вас повысят в должности.

Громким голосом вмешался сержант Винтер.

— Ха-ха! Верно! С такими темпами лейтенант Штайнер скоро догонит по званию капитана! Вот это было бы зрелище!

Наблюдать за тем, как они вдвоем увлекаются рассуждениями о моем повышении, было приятно...

Что ж, я оценил это чувство, но с моей точки зрения, это было крайне неприятно.

— Вы слишком добры. Я не хочу никакого дальнейшего продвижения по службе.

В тот момент, когда я это сказала, оба мужчины замерли и уставились на меня.

Я сказал что-то не так?

Арноб прочистил горло и ответил с удивительной серьезностью:

— ...Мне ещё многому предстоит научиться. Когда я слышу, как Вы говорите, что не хотите повышения, я чувствую себя ничтожеством за то, что считаю, что преданность Империи должна быть вознаграждена.

— Лейтенант Дэниел Штайнер — образцовый солдат. Как можно быть таким благородным?..

Постойте-ка. Разве это не те самые люди, которые обращались со мной как с новичком во время первой проверки?

Я потерял дар речи, но не мог их за это винить.

По сравнению со мной и Арноб, и Винтер, вероятно, испытывали более сильное чувство преданности Империи.

С их точки зрения, мой отказ от продвижения по службе — несмотря на мои достижения — вероятно, казался аристократичным и бескорыстным.

На самом деле я просто хотел уйти из армии, но им не нужно было об этом знать.

Я отсалютовал Арнобу.

— Теперь, когда осмотр завершён, я вернусь в штаб-квартиру, чтобы подать отчёт. Я надеюсь, что вы двое справитесь со строительством склада.

— Предоставьте это нам.

Арноб ответил на мой салют, и я опустил руку, прежде чем развернуться и уйти.

Я забрался в стоявший неподалёку военный джип, и водитель завёл двигатель.

Поправив воротник и выглянув в окно, я заметил, что Арноб и Винтер всё ещё смотрят на меня с восхищением.

Чувствуя себя неловко, я повернул голову вперед и быстро заговорил.

— Поехали.

— Да, сэр.

Водитель нажал на педаль газа, и джип рванул вперёд.

Поскольку дороги всё ещё были грунтовыми, поездка обещала быть жёсткой.

Схватившись за ручку над своим сиденьем, я взглянул в зеркало заднего вида — и покрылся холодным потом.

Арноб и Винтер все еще наблюдали за нами.

Было такое чувство, что они провожали какого-то высокопоставленного чиновника.

Да. Я определенно не собирался сюда возвращаться.

Новости об обнаружении нефти на равнинах Барденплатц распространились по всей империи со скоростью лесного пожара.

В честь этой грандиозной находки газетные компании работали круглосуточно, а уличные мальчишки выкрикивали заголовки и продавали экземпляры так быстро, как только могли их раздавать.

Естественно, Императорская семья не стала исключением, услышав эту новость.

— Правда ли, что на равнине Барденплатц были обнаружены огромные запасы нефти? Кто именно их обнаружил?

Вопрос задала принцесса Сильвия фон Амберг, девушка с сапфирово-голубыми глазами и золотистыми волосами, которые сияли, как солнечный свет в весенний день.

Каспар Бенедикт, генерал-квартирмейстер, в ответ аккуратно отложил столовые приборы.

Несмотря на четыре сверкающие на погонах звезды, указывающие на то, что он является командиром логистического подразделения, перед принцессой Каспар был всего лишь подчинённым.

— Это правда, Ваше Высочество. Небеса действительно даровали Империи драгоценный дар.

— Это были не небеса, - перебила Сильвия.

Каспар вздрогнул, на мгновение испугавшись, что принцесса собирается совершить богохульство. Однако она не собиралась этого делать.

— Не небеса открыли нефть на равнинах Барденплатц — это сделал человек. Я спрашиваю Вас, кто этот человек.

— Ваше Высочество, он всего лишь ничтожный сирота. Он едва ли стоит того чтобы…

Глаза Сильвии сузились.

— Генерал-квартирмейстер. С каких это пор Империя оценивает заслуги по происхождению? Или вы забыли, что мы на войне?

Это был тонко завуалированный приказ должным образом ответить на ее вопрос.

Каспар понял смысл этих слов и склонил голову, прежде чем заговорить.

— Насколько мне известно, нефтяные запасы обнаружил первый лейтенант Дэниел Штайнер. В настоящее время он является исполняющим обязанности оперативного офицера в Генеральном штабе.

Лейтенант? Кто-то, кто был всего лишь лейтенантом, обнаружил такой ценный ресурс?

Сильвия, которая, естественно, предположила, что открытие было сделано высокопоставленным чиновником, располагающим огромными ресурсами и рабочей силой, была искренне удивлена.

"...Как интересно".

У человека, который был всего лишь лейтенантом, скорее всего, не было никаких политических связей — так сказать, чистый лист.

Это означало, что не было лучшего времени завербовать его в качестве союзника.

Если он действительно был так хорош, как говорилось в отчётах, то ей нужно было заручиться его поддержкой.

Чем больше талантливых людей было рядом с ней, тем выше были её шансы унаследовать трон.

“Дэниел Штайнер, хм...”

Слегка постукивая пальцами по обеденному столу, Сильвия позволила себе слегка улыбнуться.

"Мне скоро придется с ним встретиться."

Глава 7 - На подавайте заявки!

После изнурительного путешествия обратно с равнины Барденплатц я вышел из машины, чувствуя усталость во всём теле.

"Я сейчас умру..."

Если не считать коротких остановок для приёма пищи и отдыха, я провёл в пути без остановки почти три дня.

Даже в академии испытания на физическую выносливость были для меня кошмаром, а этот марш-бросок был практически пыткой.

Я надеялся избежать поездки на Восточный фронт, но из-за обнаружения нефти у меня не было другого выбора, кроме как лично осмотреть место.

И в конце концов, чёрная жидкость, обнаруженная на равнине Барденплатц, действительно оказалась нефтью.

"Ну... конечно, так оно и было".

Офицеры-логисты не были идиотами — они чётко понимали разницу между сточными водами и сырой нефтью.

Тем не менее, я настоял на проверке, чтобы хоть немного отвлечь внимание штаба от себя.

Если бы я сам отправился проверять открытие, то выглядел бы скорее как усердный новичок, а не как человек, наслаждающийся своими достижениями в оперативном отделе.

Не то чтобы это сильно уменьшало мою значимость после этого так называемого достижения.

Вздохнув, я ослабил галстук и направился к главному зданию.

Как бы мне ни хотелось рухнуть на кровать в общежитии, для солдата пропуск отчёта о возвращении был недопустим.

— А! Лейтенант Дэниел Штайнер! С возвращением.

Когда я вошёл в кабинет начальника оперативного отдела и отдал честь, Эрнст приветствовал меня своей неизменно доброжелательной улыбкой.

Я не мог позволить этой улыбке одурачить меня. Продолжая салютовать, я открыл рот, чтобы заговорить.

— Докладываю, сэр! После осмотра равнины Барденплатц в тылу Восточного фронта…

— Они нашли нефть, не так ли? Это уже общеизвестно в Штабе и по всей Империи, так что в официальном отчёте нет необходимости. Расслабьтесь.

Получив разрешение, я опустил салютующую руку и перешел в парадное положение.

— В эти дни все поют вам дифирамбы, лейтенант. В том числе и начальство. Найти нефтяное месторождение? Такого даже я и так называемая «элита» не смогли бы.

— Вы мне льстите, сэр.

И это действительно была лесть — я вообще не собирался ничего открывать.

Но Эрнст, похоже, решил, что я просто скромничаю, и тихо рассмеялся.

— Было много предложений снова продвигать вас на основе этого открытия. Я и сам за это, но всё идёт не так гладко, как я надеялся.

— ... Возражения, сэр?”

— Да. Официально они утверждают, что дважды повышать кого-то в звании за такой короткий срок — особенно без реального боевого опыта — было бы слишком. Но лично я думаю, что их беспокоит ваше прошлое.

Хотя Эрнст сформулировал это дипломатично, правда была ясна: некоторые высокопоставленные офицеры были против того, чтобы давать больше полномочий человеку, выросшему в сиротском приюте.

Я понимал их рассуждения.

Даже после того, как Баварское королевство переименовало себя в «Священную Баварскую империю» и отменило классовую дискриминацию, следы старой системы глубоко укоренились.

Большинство политических и военных лидеров империи по-прежнему происходили из знатных семей, и многие регионы продолжали называться баронствами и графствами.

В таком обществе, где «антидискриминационный закон» существовал в основном на бумаге, вряд ли стоило удивляться тому, что награждённый офицер без благородного происхождения столкнулся с сопротивлением.

Если бы я не восстановил воспоминания о своей прошлой жизни, я бы, наверное, разозлился из-за их предрассудков.

Теперь, однако, я мог чувствовать только благодарность к этим противостоящим мне голосам.

Блокируют мое продвижение по службе? Мне почти захотелось поклониться и поблагодарить их.

— Если таково мнение начальства, то я подчинюсь, — спокойно сказал я, не обращая внимания на это решение.

Эрнст восхищённо посмотрел на меня, словно удивляясь моему самообладанию.

— Я был уверен, что Вы расстроитесь. Впечатляет. Настоящий образец солдата. Теперь я понимаю, почему бригадный генерал Генрих так высоко Вас ценит.

Усмехнувшись, Эрнст внезапно посерьёзнел и посмотрел мне прямо в глаза.

— В приличном обществе ранг человека должен соответствовать его способностям. Вы согласны, лейтенант?

В его тоне было что-то такое, что не позволяло возразить, поэтому я кивнул.

— Да, сэр.

— Рад, что мы пришли к единому мнению. На этом я хочу закончить и отправить вас на Северный фронт.

...Северный фронт? О чем он говорил?

Я на мгновение замер, затем быстро открыл рот.

— На Северный фронт, сэр?

— Да. Как Вы знаете, ситуация там изменилась в нашу пользу. Это идеальное время, чтобы заявить о себе. Отправляйтесь туда, добейтесь каких-нибудь успехов и предоставьте начальству боевой опыт, которого они требуют. Проблема решена.

Эрнст явно намекал, что изо всех сил старался устроить это для меня, но для меня это было похоже на смертный приговор.

Любой на моём месте — любой, кто пытается добиться увольнения, — захотел бы закричать при мысли о том, что его отправят на передовую.

И всё же я не мог позволить себе поддаться панике. Я осторожно спросил:

— Это постоянное передислоцирование? Меня переводят в подразделение на Северном фронте?..

— Конечно, нет. Вы будете прикреплены в качестве поддержки к подразделению, находящемуся непосредственно в подчинении штаба. Просто поезжайте, наберитесь опыта и сразу возвращайтесь. После этого мы с бригадным генералом Генрихом будем добиваться вашего повышения.

Наклонившись вперед, Эрнст понизил голос, словно делясь секретом.

— Когда это произойдёт, Вы больше не будете «помощником» оперативного офицера. Вы станете полноценным оперативным офицером — с помощником, который будет заниматься бумажной работой. Это значительно облегчит Вам жизнь.

Короче говоря, он сказал, что подготовил почву для моего повышения, и всё, что мне нужно сделать, — это потерпеть немного.

Мне хотелось закричать: — Почему ты принимаешь решения за меня?!; Но между нами была стена из чинов, которую я не мог преодолеть.

И все же не вся надежда была потеряна.

— Сэр, могу я спросить, как будет организовано подразделение?

— Учитывая Ваше звание, это будет подразделение размером со взвод.

— В таком случае, могу ли я сам выбрать участников?

Эрнст удивленно моргнул, прежде чем сложить руки вместе.

— Нет причин, по которым Вы не можете это сделать. Откуда Вы планируете набирать персонал?

— Поскольку на передовой и так нехватка людей, я намерен набирать в основном из тыла.

— У Вас есть на примете конкретные люди?

— Нет, сэр. Я планирую опубликовать открытое объявление о наборе и выбрать из числа кандидатов. Возможности участвовать в боевых действиях должны распределяться справедливо.

Эрнст, казалось, был искренне впечатлен моим ответом и одобрительно кивнул.

— Это отличная идея. Продолжайте в том же духе.

— Да, сэр.

Отсалютовав Эрнсту, я вернулся к своему столу и сел.

Затем я достал ручку и начал набрасывать текст уведомления.

Уведомление О Наборе Подкрепления для Северного Фронта

Внимание, солдаты!

На Севере бушует ожесточённая битва за Священные земли нашей Империи!

Я ищу тех, кто готов отдать свои жизни за Империю!

Прислушайся к этому зову! Не жажди богатств Империи при жизни, но стань основой её славы после смерти!

Присоединяйтесь ко мне! Сражайтесь, пока мы не уничтожим, не сокрушим и не истребим наших врагов!

Мы желаем только смерти нашим врагам!

Количество доступных позиций:

- Подкрепление Северному фронту: 20 солдат

Квалификационные требования:

- Те, кто готов отдать свои сердца Империи.

- Те, кто не рассчитывает выжить в битве.

- Те, кто хочет служить Империи, даже если это означает завтрашнюю смерть.

Командующий Офицер:

- Лейтенант Дэниел Штайнер, оперативный офицер.

- Никакого боевого опыта, но непревзойденная преданность Империи.

Слава Империи!

Священная Баварская империя — Управление Генерального Штаба, Центр набора Подкреплений Северного фронта

"Идеально!"

Это был настоящий шедевр.

Ни единого слова о выживании — подчеркивалась только смерть!

Человеческая природа заставляет людей цепляться за жизнь, так кто же в здравом уме подпишется на смерть ради Империи?

Я даже подчеркнул, что у меня нет боевого опыта. Ни один дурак не пошёл бы добровольно в такое подразделение.

Изнеженные солдаты в тылу посмеялись бы над этим приказом, что привело бы к катастрофическому снижению числа новобранцев.

А если бы те немногие кандидаты, которые пришли, оказались недостаточно хороши, я мог бы просто отказать им под разными предлогами.

Это вынудит Эрнста отменить развёртывание и, соответственно, моё повышение.

Беспроигрышный вариант! После этого я мог бы запереться в штабе и придумать, как добиться своего увольнения с позором.

"Гениально!"

Довольный своей работой, я схватил объявление и направился в отдел кадров.

На следующий день.

Как обычно, я пришёл на работу и приступил к своим обязанностям, когда в дверь постучали.

Подняв голову, я увидел приближающегося Кадровика с папкой в руках.

— Лейтенант Дэниел Штайнер? По поводу того уведомления, которое вы вчера отправили в тыловые подразделения…

Увидев, что он принёс только одну папку, я предположил, что набор персонала провалился — или, по крайней мере, вызвал минимальный интерес.

Внутренне ухмыляясь, я постарался внешне выглядеть разочарованным.

— Полагаю, не так много солдат готовы пожертвовать собой ради Империи. Жаль.

— А? Нет, все как раз наоборот!

Как раз наоборот?

Прежде чем я успел понять, что он имеет в виду, кадровик дважды хлопнул в ладоши.

— Принесите их сюда.

Внезапно вошли пятеро солдат, каждый из которых с трудом удерживал в руках стопки заявлений.

— Поздравляю! Всего за один день вы получили более 2176 заявок. Похоже, в дальнейшем наборе персонала нет необходимости.

Он улыбнулся, словно ожидая похвалы за своё “блестящее замечание”.

Но все, о чем я мог думать, было—

"Какого черта так много людей подали заявки на фронт?!"

Глава 8 - Нежеланная встреча

Услышав новость о том, что записалось более двух тысяч человек, я впал в отчаяние и обратился к кадровику.

Я потребовал объяснить, почему моё объявление о приёме на работу назвали «хорошо написанным объявлением».

Улыбаясь, кадровик терпеливо объяснял, даже считая при этом на пальцах.

1. Длительная война против союзных держав привела к тому, что выросло целое поколение сирот, жаждущих мести, что привело к росту числа призывников.

2. Объявление о наборе рекрутов лейтенанта Дэниела Штайнера подлило масла в огонь, разожгло их жажду мести и естественным образом увеличило число желающих.

3. Кроме того, Северный фронт уже склонялся в пользу Империи. Многие солдаты, вероятно, видели в этом возможность отличиться в победном сражении.

4. Слова, изображающие тыловые войска как нахлебников, вероятно, вызвали возмущение. Некоторые, вероятно, восприняли это как вызов и подали заявление из чувства долга.

5. Наконец, если оставить в стороне логические объяснения, в заметке лейтенанта Штайнера было что-то такое, что затронуло сердца мужчин.

Изложив пять причин, кадровик в заключение похвалил меня, сказав, что у меня талант к пропаганде. Он даже предложил мне сообщить ему, если я когда-нибудь захочу перейти в отдел кадров.

Я неловко улыбнулся в ответ на его предложение о работе, отпустил его, а затем приказал солдатам разобрать заявления.

Невозможно было сразу отклонить более двух тысяч заявлений, так что отправка на Северный фронт была практически гарантирована.

Учитывая обстоятельства, лучшим решением для меня было выбрать самых компетентных и элитных солдат, чтобы обеспечить свою безопасность.

Я начал с отсеивания неподходящих кандидатов:

- Любой, у кого есть хотя бы незначительная судимость, — отклонён.

- Любой, движимый исключительно местью, — отклонён.

- Любой, проявляющий сомнительную идеологию или признаки психической неуравновешенности, — отклонён.

- Любой, кто не подчинялся приказам вышестоящего начальства во время обучения, — отклонён.

- Все, кто не набрал высший балл в тестах на меткость, были отклонены.

- Любой, у кого нет способностей к магии — отклонён.

После первоначального отбора осталось всего 327 претендентов.

Из этого списка я тщательно отобрал самых выдающихся и дисциплинированных кандидатов, сократив его до 20 солдат.

Я разослал уведомления о приеме, и вот, десять дней спустя...

Я встал перед ними.

— ……

20 солдат, которых я выбрал, выстроились в два ряда по десять человек у фонтана у входа в штаб-квартиру Генерального штаба.

Их присутствие было странно пугающим.

Особенно их глаза — они были ужасающими.

Если я немного преувеличил, то они выглядели как люди, которые без колебаний бросятся под вражеский огонь, если им прикажут.

"Хоть я и сам их выбрал... Они вообще люди?"

Холодный пот выступил у меня на спине прежде, чем я осознал это.

Конечно, не все они выглядели как бездушные военные машины.

Среди высоких мужчин одна женщина моргнула ясными, блестящими глазами.

"Фринн Ремилиарт".

Та самая женщина, которую я встретил в камере предварительного заключения, — будущая Святая Империи и именной NPC.

Должно быть, она успешно завершила обучение, поскольку теперь носила знаки различия рядового.

Я выбрал её, не задумываясь, когда увидел её имя в списке. Но теперь, когда я увидел её невинный взгляд, горящий энтузиазмом среди этих закалённых солдат, она напомнила мне сумасшедшую со стеклянным взглядом.

Неужели я совершил ошибку, выбрав ее?

Подавив свое беспокойство, я прочистил горло.

"Добро пожаловать, солдаты".

В обязанности командира входило объяснить задачу — хотя бы вкратце — перед выездом.

И прямо сейчас я исполнял эту роль.

Однако в глубине души я надеялся, что мои слова заставят некоторых из них уйти.

— Как вы видели в объявлении, я — лейтенант Дэниел Штайнер, командир вашего взвода и исполняющий обязанности оперативного офицера. Позвольте мне напомнить вам на случай, если вы пропустили: у меня нет боевого опыта.

Я только что признал, что могу быть некомпетентным, но никто не пошевелился.

Хорошо. Ты хочешь остаться? Давай усилим давление.

— Так что не ждите, что я буду способным лидером. Моё единственное желание — уничтожить силы Союзников и услышать крики дикарей, которые стоят рядом с ними.

Я ясно давал понять, что мне не хватает стратегического и тактического мышления.

Любой здравомыслящий солдат почувствовал бы страх в этот момент.

И всё же мужчины начали ухмыляться — свирепыми, хищными улыбками.

Некоторое время я молча смотрел на них, а затем резко рявкнул,

— Мне не нужны трусы. Если вы хотите сбежать с этого кровавого поля боя, сейчас у вас есть только один шанс. Все, кто хочет сдаться, — поднимите руку.

Как и ожидалось, ни одна рука не поднялась.

Эти ублюдки были сумасшедшими.

Я вздохнул и произнес свои последние слова.

— Отлично! Вы, безрассудные глупцы, готовые бросить вызов смерти! Я позабочусь о том, чтобы вы получили желаемое. Ваш пот и кровь принесут славу Империи!

Как только я закончил, солдаты взревели в унисон,

— Слава Империи!

Их объединенные голоса эхом разносились по всему штабу Генерального штаба.

Закрыв глаза, я издал слабый стон.

"Это безумие..."

По-другому их и не описать — они были настоящими безумцами.

Четыре дня спустя.

Северный фронт, временный пост 307-го отряда специального назначения.

— Сегодня должно прибыть подкрепление из штаба.

Капитан Хайнц Шмидт, командир 307-го отряда специального назначения, откинулся на спинку стула и достал объявление о наборе, которое он прочитал ранее.

Уведомление О Наборе Подкрепления для Северного Фронта

Внимание, солдаты!

На Севере бушует ожесточённая битва за священные земли нашей Империи!

Я ищу тех, кто готов отдать свои жизни за Империю!

Прислушайся к этому зову! Не жажди богатств Империи при жизни, но стань основой её славы после смерти!

Присоединяйтесь ко мне! Сражайтесь, пока мы не уничтожим, не сокрушим и не истребим наших врагов!

Мы желаем только смерти нашим врагам!

"... Это попахивает безумием".

За время службы в подразделении специальных операций Хайнц повидал всякое безумие — убийства, громкие ликвидации, контртеррористические операции, — но даже его это уведомление встревожило.

"Это не похоже на призыв к людям, как к товарищам ..."

Это больше походило на приглашение использовать и выбросить одноразовые инструменты для Империи.

"Лейтенант Дэниел Штайнер, не так ли?"

По словам его адъютанта, этот человек уже добился трёх выдающихся успехов, быстро получив звание первого лейтенанта.

Однако, недовольный своим нынешним положением, он вызвался добровольцем на Северный фронт.

Из этого можно было сделать только один вывод.

"Одержимый продвижением по службе поджигатель войны..."

Хайнцу лейтенант Даниэль Штайнер показался человеком, который без колебаний использовал бы своих солдат в качестве разменной монеты ради личной выгоды.

От этой мысли у него на душе стало неспокойно, но Хайнц сжал кулаки и покачал головой.

"Неправильно судить о ком-то по слухам".

Истинную природу человека можно понять только через непосредственное взаимодействие.

Собравшись с духом, Хайнц поднял взгляд, когда в палатку вошёл солдат и отсалютовал.

— Капитан! Прибыло подкрепление из Штаба!

Хайнц кивнул.

— Понятно. Пойдем встретимся с ними.

Сунув уведомление обратно в карман, Хайнц встал.

На выходе он взглянул на девушку, которая спокойно читала книгу неподалёку.

Она казалась поглощенной, поэтому Хайнц решил не перебивать ее.

Он просто вежливо кивнул в ее сторону, прежде чем выйти.

Чистейший снег отражал солнечный свет, когда Хайнц заметил взвод, марширующий к аванпосту.

Двадцать солдат излучали напряженное, почти гнетущее присутствие.

Даже офицеры и солдаты подразделения специального назначения, закалённые бесчисленными миссиями, инстинктивно отступили назад, когда группа проходила мимо.

Командовал этим устрашающим отрядом не кто иной, как лейтенант Дэниел Штайнер.

Пустыми, налитыми кровью глазами, в которых не было и намёка на эмоции, он смотрел прямо перед собой, словно ничто в мире не могло его удивить.

— ……

— ……

Когда их взгляды встретились, Хайнц почувствовал необъяснимую скованность в теле.

Дэниел слегка нахмурился, затем, похоже, понял, что Хайнц был командиром, и отсалютовал.

Хайнц ответил на приветствие с напряжённым выражением лица, когда Дэниел подошёл к нему с натянутой улыбкой.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, капитан Хайнц Шмидт.

— ... Вы знаете мое имя?

— Да. Я навёл справки о подразделении, в которое меня направят. Это подразделение выполнило несколько поистине выдающихся миссий. Я уже понимаю, почему меня отправили сюда.

— Я ценю Ваш комплимент. Должно быть, Вам было нелегко добраться сюда. Вы и Ваши люди не устали?

Дэниел издал тихий смешок и покачал головой.

— Эти маньяки-самоубийцы? Не беспокойтесь о них. Я наблюдаю за ними уже несколько дней — они не знают, что такое усталость.

От слов «сумасшедшие маньяки» у Хайнца по спине побежали мурашки.

— Как я и думал... Он обращается со своими солдатами как с ненужным инструментом.

На самом деле Дэниел просто хотел поднять настроение шуткой, но Хайнц, уже затуманенный предубеждением, начал видеть в нём какого-то дьявола.

"... Капитан Хайнц?"

Не подозревая о мыслях Хайнца, Дэниел склонил голову набок, увидев напряжённое выражение лица капитана.

Вот тогда-то это и случилось.

— Из-за чего весь этот переполох?

Полог палатки позади Хайнца откинулся, и оттуда вышла светловолосая девушка.

Одетая в белоснежную блузку с красной брошью на шее, она выглядела как настоящая дочь благородного семейства.

Взгляд Дэниела невольно переместился на неё, и когда их глаза встретились, он замер.

Заметив его реакцию, Хайнц быстро представил ее.

— О, это наш военный корреспондент. Она приехала несколько дней назад и сказала, что хочет запечатлеть усилия армии Империи на камеру.

Несмотря на объяснения Хайнца, Дэниел не мог отвести от неё глаз.

Почувствовав его пристальный взгляд, девушка тепло улыбнулась.

В тот момент Дэниелу показалось, что всё его тело обратилось в лёд.

— Военный корреспондент?

Нет. Это было невозможно.

Дэниел точно знал, кто эта девушка.

"Почему ты здесь?"

Девушка, стоявшая перед ним, не была обычным гражданским лицом.

Это была Сильвия фон Амберг.

Императорская принцесса.

Будущий правитель Империи.

Глава 9 - Я отказываюсь от простых решений

Почему принцесса Империи маскируется под военного корреспондента на линии фронта?

Дэниел почувствовал сильное беспокойство, но быстро скрыл его за невозмутимым выражением лица и протянул правую руку.

— Рад с вами познакомиться. Я первый лейтенант Дэниел Штайнер, исполняющий обязанности оперативного офицера Генерального штаба.

Если принцесса скрывает свою личность и находится на Северном фронте, то на это должна быть веская причина.

Если в такой ситуации выпалить что-то вроде «Ваше Высочество, принцесса?!», будет только хуже.

Сильвия внимательно изучила Дэниела, прежде чем протянуть руку и принять его рукопожатие.

— Я Рави Эмилия, военный корреспондент. Пожалуйста, зовите меня Рави.

Дэниел кивнул, прервал рукопожатие и отпустил ее руку.

Чтобы не вызывать ненужных подозрений, он решил придерживаться лишь того уровня вежливости, который уместен при обращении к военному корреспонденту.

— Что ж, тогда...

Дэниел повернулся к Хайнцу и заговорил:

— Не могли бы вы вкратце рассказать мне об операции?

Эти слова были попыткой сменить тему, поскольку он считал взгляд принцессы слишком тяжёлым.

Однако, с точки зрения Хайнца, то, что Дэниел спросил о плане миссии ещё до того, как освоился, выглядело безумно.

"Как и ожидалось, к нему нельзя относиться легкомысленно".

С этой мыслью Хайнц кивнул и обернулся.

— Следуйте за мной. Я вкратце расскажу вам о миссии.

Внутри палатки, в которую их ввёл Хайнц, первое, что бросилось им в глаза, — это стол с разложенной на нём картой операции.

У стены солдаты сидели перед рациями, ожидая приказов по связи.

На доске сбоку были прикреплены фотографии офицеров Союзников с подробными сведениями об их личности и недавних перемещениях.

Пока Дэниел изучал доску, Хайнц начал говорить.

— Он адъютант корпуса Союзников на Северном фронте. Его звание — полковник, а зовут его Джереми Стрингер. Он — цель, которую мы должны устранить в ходе этой миссии.

Дэниел с сомнением перевел взгляд на Хайнца.

Судя по выражению его лица, он задавался вопросом, как они планируют убить такую высокопоставленную цель, которую охраняет многочисленная свита.

"Если бы они поменялись местами, — подумал Хайнц, — у него было бы такое же выражение лица".

Издав тихий смешок, Хайнц сказал,

— Как вы знаете, Северный фронт был сформирован после того, как Королевство Элдрения присоединилось к Союзникам. Эти варвары не знали своего места и вторглись на территорию Империи с тремя дивизиями.

— Но Имперская армия не отступила.

— Именно так. Мы не только удержали свои позиции, но и отвоевали большую часть утраченной территории, разгромив Союзников. В результате вражеское командование массово отступило, хотя некоторые остались, чтобы сопротивляться.

Объяснение Хайнца сводилось к одному-единственному пункту.

— Это тактика затягивания конфликта.

Услышав замечание Дэниела, Хайнц кивнул.

— Я не хочу хвалить противника, но это был резкий ход. Благодаря усилиям полковника Джереми Стрингера, который пытался выиграть время, Союзному командованию на Северном фронте удалось отступить с минимальными потерями. Однако теперь он в изоляции.

Хайнц издал тихий смешок.

Это было больше похоже на насмешку.

— Полковник Джереми Стрингер, может, и сообразителен, но, похоже, ему не хватает смелости. Как только он подтвердил отступление руководства, вместо того чтобы дать последний бой, он решил бежать.

— Он похож на крысу.

— Именно. Как вы и сказали, эта крыса недавно отправила в бой два батальона, а затем ускользнула с сопровождением численностью с роту.

Центральное разведывательное управление обнаружило это передвижение и отдало приказ Хайнцу, который действовал на передовой.

— Если вкратце, то приказ из штаба таков: установите ловушку на пути отхода крысы, подождите и убейте её. Поняли?

Это было просто и ясно — то, что мог понять даже идиот.

Переходя прямо к делу, Дэниел спросил,

— Тогда каковы предполагаемые пути отхода?

Хайнц, словно ожидая этого вопроса, взял в руки дубинку и указал на карту операции на столе.

Несколько возможных путей отхода были отмечены красным.

— Первый маршрут — это Дрокенбергское нагорье. Из-за большой высоты и малочисленности населения оно идеально подходит для того, чтобы избежать преследования. Поскольку дороги использовать нельзя, пересечение нагорья — самый быстрый путь обратно на территорию Союзников.

Хайнц снова постучал по карте, указывая на другое место.

— Второй предполагаемый маршрут проходит через северо-западное нагорье и заснеженные горы. Если обойти озеро Олдер и спрятаться в джунглях, воздушная разведка будет невозможна, что делает этот маршрут лучшим для скрытного передвижения.

Хайнц закончил свое объяснение и отложил дубинку.

— К сожалению, нам придётся выбрать один из этих двух маршрутов, чтобы устроить ему засаду. Если мы разделим наши силы, вероятность потерять Джереми увеличится.

Слова Хайнца, казалось, бросали вызов Дэниелу, спрашивая, каким путём, по его мнению, пойдёт Джереми.

Дэниел потер подбородок и уставился на оперативную карту.

"Подождите секундочку. Это..."

Разве это не прекрасный шанс для увольнения с позором?

"Если я предложу совершенно другой план и намеренно провалю операцию, моя оценка резко упадёт. А если я продемонстрирую свою некомпетентность перед принцессой…"

Подтверждается возможность увольнения с позором! Ему казалось, что в его голове звучат фанфары.

Дэниел скрыл ухмылку, сохраняя серьёзное выражение лица, и покачал головой.

— На мой взгляд, полковник Джереми Стрингер не выберет ни один из этих маршрутов.

Прямо отвергнув оценку Хайнца, Дэниел заставил всех в комнате замолчать.

Сильвия, наблюдавшая за их разговором, с удивлением посмотрела на Дэниела.

Тем временем Хайнц нахмурился, явно озадаченный.

— Вы можете точно объяснить, что вы имеете в виду?

— Да. Я думаю, что Джереми сбежит через ущелье Эделькралл.

— ...Ущелье Эделькралл? Это уже не смешно. Эта местность была заминирована в начале войны, чтобы остановить продвижение Союзников. Джереми это знает.

Дэниел прямо встретился взглядом с Хайнцем.

— Потому что это такой неразумный путь, что Джереми пойдёт по нему. Думаете, он не понимает, что использование уязвимого места Империи — его единственный шанс на выживание?

Его абсолютная уверенность на мгновение заставила Хайнца заколебаться.

Но Хайнц не собирался потакать безрассудной идее Дэниела.

— Лейтенант. Рациональность — принцип Имперской армии. Подразделение специальных операций не настолько безумно, чтобы потакать вашим авантюрам.

— Если это ваше решение, капитан Хайнц, я подчинюсь. Но вы должны быть готовы.

— ...Готов к чему?

В ответ на вопрос Хайнца Дэниел даже не моргнул и сказал:

— Даже если я временно прикомандирован к этому подразделению, я по-прежнему командую силами, находящимися непосредственно в подчинении штаба. Если мы потеряем полковника Джереми Стрингера из-за вашего решения, мне ничего не останется, кроме как доложить об этом в Генеральный штаб.

Генеральный штаб наблюдает за вами.

Услышав слова Дэниела, Хайнц не мог не почувствовать напряжение.

Действительно, Дэниел точно знал, как использовать свои связи.

Подавив тихий вздох, Хайнц едва сумел вымолвить:

— Лейтенант, не стоит говорить так легкомысленно. Что вы будете делать, если Джереми не пройдёт через ущелье Эделькралл?

— Я приму любое дисциплинарное взыскание. Более того...

Дэниел на мгновение замолчал, прежде чем продолжить.

— Пожалуйста, разрешите мне взять только мой взвод и устроить засаду в ущелье Эделькралл.

— ...Вы хотите сказать, что уничтожите роту Джереми всего одним взводом?

— Да. После продолжительных боёв на Северном фронте рота Джереми, скорее всего, страдает от низкого боевого духа и истощения. В сочетании с естественными преимуществами местности мой взвод более чем способен их победить.

По мнению Дэниела, было возможно разделить силы и устроить засаду на обоих маршрутах.

Хайнц, глядя в решительные глаза Дэниела, повернулся к Сильвии.

Сильвия, загадочно улыбаясь, слегка кивнула. Увидев это, Хайнц нахмурился и неохотно одобрил дерзость Дэниела.

— Хорошо. Если вы настаиваете, я разрешу операцию. Возьмите свой взвод и ждите в ущелье Эделькралл, когда придёт время.

— Да, благодарю.

Дэниел отрывисто отсалютовал и повернулся, чтобы выйти из палатки.

Только тогда показалось, что удушающее напряжение в воздухе ослабло.

"Он не человек, а змей..."

Пока Хайнц смотрел на вход в палатку, откуда вышел Дэниел, рядом заговорила Сильвия.

— Капитан Хайнц, что вы думаете о Даниэле Штайнере?

Хайнц повернулся и слегка поклонился.

— Ваше Высочество, по моему мнению, он отличный солдат. Его рассудительность, решительность и храбрость исключительны. Но я бы не назвал его хорошим человеком.

Хайнцу Дэниел казался совершенно лишенным уважения к окружающим.

Выполнять задание только со своим взводом? Похоже, он пытался присвоить себе всю славу.

Он казался дьяволом, который тащит себя и своих подчинённых навстречу катастрофе только ради повышения.

Таково было впечатление Хайнца о нем.

— Поэтому, Ваше Высочество, я настоятельно рекомендую вам пересмотреть своё решение о сотрудничестве с лейтенантом Дэниелом Штайнером. Он не имеет уважения к другим. По моему опыту, такие люди плохо заканчивают.

Несмотря на искренний совет Хайнца, интерес Сильвии только возрос.

— Капитан Хайнц, в этом мире нет ни одной собаки или человека, которых нельзя было бы приручить.

Взгляд Сильвии смягчился, когда она посмотрела в ту сторону, куда ушёл Дэниел.

— Кроме того, способен ли он на самом деле уважать других — я решу это для себя сама.

На следующий день - ущелье Эделькралл.

"Здесь смертельно холодно..."

Я дрожал на вершине утеса в ущелье.

Даже в моём офицерском зимнем пальто казалось, что холод просачивается сквозь ткань.

"Я просто хочу провалить эту миссию и вернуться в штаб..."

Тихо шмыгнув носом, я посмотрел в сторону и увидел, что Фринн наблюдает за ущельем в бинокль. Сильвия сидела неподалёку на поваленном бревне.

Остальная часть взвода замаскировалась с помощью снега и сухих веток.

"... Но если серьезно, то почему Сильвия здесь?"

Она всё ещё притворялась военным корреспондентом и держала в руках фотоаппарат Leica. Честно говоря, это было абсурдно.

Какой военный корреспондент так аккуратно одевается? Её блузка, пальто и брюки были дорогими, элитными вещами.

Она, вероятно, даже не осознавала, насколько экстравагантно выглядит её наряд, поскольку привыкла носить такую одежду.

Я думал о том, какой неуместной она казалась, когда наши взгляды внезапно встретились.

Увидев, что она собирается заговорить, я быстро отвернулся и откашлялся.

— Вы видите какое-нибудь движение противника?

Фрин покачала головой в ответ на мой вопрос.

— Нет, лейтенант Дэниел Штайнер, сэр.

Конечно так и было.

Эта область была позицией, на которой я настоял, — позицией, выбранной специально для того, чтобы потерпеть неудачу.

Это был план добиться увольнения с позором.

"Зачем Джереми приходить сюда? Только если он совсем выжил из ума..."

Хотя ущелье позволяло незаметно передвигаться по затенённым участкам, оно также означало, что вы оказывались в ловушке между двумя скалами — полностью уязвимые для засады.

Более того, Джереми знал, что имперская армия заминировала эту местность. Шансы на то, что он придёт сюда, были практически нулевыми.

Другими словами, моему плану было суждено провалиться.

Не просто провал — грандиозный провал. Я практически шантажом заставил Хайнца согласиться на эту операцию, так что меня ждёт суровая критика.

"А если принцесса станет свидетельницей моей некомпетентности, это будет настоящей катастрофой".

Говорят, кризис порождает возможности. Кто бы мог подумать, что мой нежелательный перевод на Северный фронт обернётся золотым шансом для позорного увольнения?

Я был так доволен собой, что не смог удержаться от улыбки.

— Л-лейтенант Дэниел Штайнер, сэр!

Услышав испуганный голос, я обернулся и увидел, что Фринн опускает бинокль и смотрит на меня.

— Вы были правы! Рота полковника Джереми Стрингера входит в ущелье!

..Подожди, что?

Глава 10 - Я стал героем войны (случайно)

На мгновение мне показалось, что я ослышался, но во взгляде Фринн была уверенность.

— ...Дай мне бинокль.

— Есть, сэр!

Взяв у Фринн бинокль, я нахмурившись осмотрел вход в ущелье.

Как и сказала Фринн, к ним подходила целая рота.

Но зачем они вошли в ущелье Эделькралл, где есть риск окружения?

Озадаченный, я осмотрел их строй и глухо рассмеялся.

— Они идут строевым шагом в колонне по одному. Двое солдат идут далеко впереди остальных.

Двух ведущих солдат фактически использовали как сапёров.

Если на их пути не было взрывов, это означало, что местность была свободна от мин.

Остальные войска Джереми просто следовали по их стопам.

— И эти солдаты впереди… не похоже, что они добровольцы.

Я увеличил изображение еще больше и увидел их лица, полные страха.

Стал бы кто-нибудь, дрожащий от страха, добровольно возглавлять атаку? Конечно, нет.

Было очевидно, что их вынудили к этому, вероятно, под угрозой.

Слегка сдвинув бинокль, я заметил солдата примерно в 30 метрах позади, который целился из винтовки в ведущую пару.

Покиньте строй и будете расстреляны на месте.

Джереми почти наверняка отдал такой приказ.

— Он использует жизни своих людей, чтобы проверять мины...

Это был своего рода демонический расчет, который могла породить только война.

Не то чтобы это было ужасающе — история знавала гораздо худшее.

Вздохнув, я опустил бинокль и огляделся по сторонам, пока говорил.

— Цель приближается. Всему взводу приготовиться к бою.

Как только я закончил говорить, солдаты пригнулись и вытащили винтовки. Затем они проверили цилиндры с маной, прикреплённые к их плечам.

Цилиндрические устройства, оснащённые различными механизмами и датчиками, были передовым оружием Империи.

Их функция заключалась в предварительном накоплении маны, что позволяло солдатам использовать в бою в два раза больше маны, чем обычно.

Это означало, что имперские солдаты могли сражаться вдвое эффективнее, чем солдаты других наций.

Конечно, это был теоретический расчёт, но цилиндр маны, считавшийся вершиной магической техники, бесспорно укрепил статус Империи как сверхдержавы.

"В реальности ни одна страна не может выиграть полномасштабную войну против Империи..."

Но эта подавляющая сила также вызывала страх и негодование у соседних государств, граничивших с Империей.

Поправляя свой собственный цилиндр с маной и проверяя индикатор, я снова задумался о том, почему вообще хотел сбежать из этой Империи.

Убедившись, что всё в порядке, я лёг на краю обрыва и прицелился из винтовки.

Солдаты последовали моему примеру, расположившись вдоль скалы.

Наблюдая за тем, как отряд Джереми продвигается вглубь ущелья, я прошептал достаточно громко, чтобы мои люди услышали:

— Я возьму на себя вражеского командира. Как только я выстрелю, перекройте им путь к отступлению заградительным огнём. Приготовьте магические снаряды.

— Приготовьте магические снаряды!

Солдаты негромко повторили мою команду, направляя ману в свои боеприпасы.

Наполнение пуль маной временно увеличило их разрушительную силу и пробивную способность.

Магические пули превосходили большинство заклинаний и не требовали сложных песнопений — только немного маны.

Подобно тому, как огнестрельное оружие сделало средневековых рыцарей устаревшими, появление магических пуль превратило большинство заклинаний в пережитки прошлого, за исключением нескольких практических.

Это был яркий пример того, как технологии стирают всю романтику магии.

"Но все же..."

Если бы я убил полковника Джереми, разве это не принесло бы мне ещё одну заслугу?

Принцесса наблюдала за мной со спины, и я не мог просто стоять и ждать. Но если бы я одержал ещё одну победу, мой шанс сбежать из Империи исчез бы.

Что мне делать? Чувствуя на себе взгляд Сильвии, я открыл прицел своей винтовки.

Прижав приклад винтовки к плечу, я посмотрел в прицел и увидел полковника Джереми, идущего в центре строя.

Увеличение прицела было недостаточно сильным, чтобы чётко разглядеть его лицо, но это, несомненно, был он в форме высокопоставленного офицера.

Если бы я убил его, меня бы снова повысили.

Это было неприемлемо. Я не мог позволить себе и дальше связываться с Империей.

"Тогда..."

Мне просто нужно было вести себя как идиот, который упустил свой шанс, даже несмотря на прекрасную возможность.

Приняв решение, я слегка сместил прицел, целясь в солдата, идущего рядом с Джереми.

Сделав глубокий вдох, я задержал дыхание, наполнил пулю маной и нажал на спусковой крючок.

Бах!

Пуля пролетела по воздуху и попала солдату в голову.

Мгновенно раздалась стрельба моего взвода, глуша остальные звуки и обрушиваясь на врага.

Бросив короткий взгляд, я увидел, как около 17 солдат союзников падают, истекая кровью.

Это был отличный первый залп.

Но Джереми был все еще жив.

Если бы противник подсчитал количество убитых и понял, что у нас всего один взвод, он бы быстро сообразил, в чём дело.

А Джереми не был глупцом. Он бы установил барьер из маны и либо бросился вперёд, либо отступил.

Многие из его людей погибли бы в процессе, но человеку, который использовал своих подчинённых в качестве живых миноискателей, было всё равно.

Если бы Джереми сбежал, я бы провалил задание и наконец-то получил бы увольнение.

"Вперед, полковник Джереми. Бегите!"

Я вгляделся в прицел, наблюдая, как компания Джереми в замешательстве мечется вокруг.

Затем, к моему удивлению, офицер начал выкрикивать приказы и бросил своё оружие.

"...А? Почему они бросают оружие?"

Не понимая, что происходит, я смотрел, как солдаты один за другим опускаются на колени и поднимают руки.

Это был явный признак капитуляции. Они не собирались продолжать бой.

Фринн, которая стреляла вместе со мной, в замешательстве склонила голову набок.

— ...Они сдаются?

— Нет. Это может быть уловка. Они могут напасть, как только мы спустимся...

Прежде чем я успел закончить, офицер снова что-то крикнул и бросил винтовку на минное поле.

Солдаты последовали за ними, тоже бросая оружие на заминированную территорию.

“... Это правдивая капитуляция”.

Что, черт возьми, происходит?

Я понятия не имел, но после капитуляции противника операция фактически завершилась.

— Все, вставайте. Мы идём их ловить.

Спустившись в ущелье, я приказал своему взводу связать пленных, а затем подошёл к полковнику Джереми и потребовал объяснений.

В частности, я попросил его объяснить, почему они сдались.

— Вы убили полковника!

Джереми — нет, мужчина в форме полковника Джереми — посмотрел на меня и закричал.

— Мы попали в засаду! И если вы знали достаточно, чтобы распознать подмену формы, то было ясно, что у нас нет шансов на победу. Идти вперёд означало идти на минное поле, а отступать — значит умереть, как собакам.

Короче говоря, солдат, которого я убил первым выстрелом, на самом деле был переодетым полковником Джереми.

Потеряв своего командира в одно мгновение, рота решила, что у нас преимущество в разведке и огневой мощи, и их боевой дух упал, что привело к их капитуляции.

"...Черт возьми".

Проведя рукой по лицу в недоумении, я увидел, как один из вражеских солдат в отчаянии сжал кулаки.

— Чёрт возьми… Вы, имперские ублюдки! Если бы мы знали, что вас всего один взвод, мы бы дали отпор! Ты, грязный сын Дьявола…

Глухой удар!

Солдат рухнул в снег, когда Фринн ударила его прикладом винтовки по шее.

Фринн, холодно взглянув на упавшего солдата, повернулась ко мне и отдала честь.

— Сэр! Мы взяли в плен 87 человек, не считая 18 убитых в бою!

Услышав отчет Фринн, я осознал реальность происходящего.

Одним взводом мы разгромили целую роту.

Я выдохнул с облегчением и промолчал, когда Фринн осторожно добавила:

— ...Вы не рады, сэр? Ах! Конечно, для вас такой уровень успеха, должно быть, обычное дело, лейтенант. Прошу прощения за мою ошибку!

О чем, черт возьми, говорит эта женщина?

Я нахмурился, и в воздухе раздался щелчок затвора фотоаппарата.

Я вздрогнул и повернулся в сторону источника звука, и увидел там Сильвию.

Опустив фотоаппарат, она посмотрела на меня с восхищением.

— Поздравляю. Ваша операция была спланирована и проведена безупречно, включая устранение цели.

— Секундочку. То фото, которое ты только что сделала...

— Когда мы вернёмся в столицу, я прикажу — нет, попрошу — чтобы это было опубликовано в газетах. Герой войны, который уничтожил роту всего одним взводом? Я позабочусь о том, чтобы Вы получили заслуженное признание.

Я хотел сказать ей, чтобы она этого не делала, но передо мной стояла императорская принцесса.

Отказ был невозможен.

Казалось, Сильвия прониклась ко мне ещё большей симпатией, подошла на шаг ближе и игриво ткнула меня в бок.

— Ну и что? Каково это - стать героем войны?

— ...

Это было похоже на сущий ад.

Но я никак не мог сказать этого императорской принцессе.

Подавив свои эмоции, я ответил как можно нейтральнее.

— Я просто сделал то, чего от меня ожидала Империя. Назвать меня героем войны — это слишком. Это была всего лишь одна из многих битв на передовой, и я обеспокоен тем, что огласка может показаться чрезмерной.

Таким образом я попросил её не распространять новости об этом сражении.

Но, услышав мои слова, Сильвия на мгновение удивилась, а затем мягко улыбнулась.

— Понятно. Вы — тот самый истинный образцовый солдат, о котором я слышала. Это ещё больше усиливает моё желание завербовать вас.

..Почему мне казалось, что она что-то не так поняла?

Было ли это всего лишь моим воображением?

Глава 11 - Поездка с принцессой - непростая задача

— На связи «Кингфишер». Цель уничтожена. Возвращаюсь на временную передовую базу.

Это была передача, которую получил Хайнц, ожидавший в горах Дрокенберг.

Это означало, что рациональное предсказание Хайнца оказалось неверным, а интуиция Дэниела — верной.

Хайнц хотел верить, что это ложь, но он знал, что Дэниел, одержимый желанием получить заслуги, ни за что не подал бы ложный отчёт.

Ответив утвердительно, Хайнц покинул высокогорье и вернулся на передовую базу, где лично убедился в результатах Дэниела.

"...Невероятно".

На поляне рядами стояли заключенные на коленях, одетые в форму Союзников.

Даже на первый взгляд их было больше 80, и охраняли их не более 20 имперских солдат.

Это было настолько нереальное зрелище, что Хайнцу показалось, будто он смотрит на что-то из сна.

Помощник Хайнца был так же ошеломлён достижением Дэниела.

— ...Лейтенант Дэниел фактически уничтожил роту одним взводом. Как такое вообще возможно?

Это было не совсем невозможно.

Редко, но не неслыханно. В истории были примеры, когда Давид побеждал Голиафа.

"Но все же..."

Захватывал ли когда-нибудь Давид Голиафа живым в качестве пленника?

Хайнц не мог понять, как взвод из 20 человек не только победил, но и заставил роту сдаться.

Более того, в состав захваченной союзниками роты входили пять офицеров и семь Уорент-офицеров.

Один из офицеров был даже полевым офицером.

Уже то, что они смогли получить разведданные от этих заключённых, стало грандиозным достижением.

Глядя на стонущих на снегу заключённых, Хайнц почувствовал чьё-то приближение и поднял голову.

Дэниел стоял там, салютуя.

— Вы вернулись, капитан Хайнц.

Хайнц ответил на приветствие, в его голосе всё ещё слышалось недоверие.

— Невероятно. Как Вы их всех поймали?

— О. Я бы сказал, что мне просто повезло.

Хотя Дэниел говорил искренне, Хайнц воспринял это как ложную скромность.

"Говорят, скромность — добродетель в Империи. Если бы я не знал его истинную натуру, я бы тоже мог обмануться".

Все больше опасаясь Дэниела, Хайнц откашлялся.

— Хватит нести чушь про удачу. Какой взвод побеждает роту просто по воле случая? Это Ваше достижение.

— ... Я не согласен.

Дэниел заговорил с серьезным выражением лица.

— Я просто пришёл к такому выводу, основываясь на оценке капитана Хайнца и данных Центрального разведывательного управления. Честь должна быть за вами и за разведывательным управлением.

Дэниел практически умолял Хайнца не сообщать о своем успехе в штаб-квартиру.

Но Хайнцу это показалось продуманным ходом, чтобы польстить начальству и получить повышение.

"Унижаясь, но восхваляя начальство, он обезоруживает даже самых строгих офицеров. Он не только блестяще командует войсками, но и знает, как вести политические манёвры…"

Хайнц почувствовал, как по спине у него пробежал холодок.

Этот человек был монстром, одержимым продвижением по службе.

Подавив беспокойство, Хайнц тихо ответил:

— Этого не случится. Я не составляю ложных отчётов. О вашем успехе сообщат как есть, так что наслаждайтесь победой.

Бровь Дэниела дернулась.

"Чёрт возьми! Ты что, не можешь взять на себя ответственность, тупой ублюдок!?"

Любой другой офицер с радостью принял бы похвалу, но этот несгибаемый дурак отказался присваивать себе достижения своего подчинённого.

Внезапно стало ясно, почему Хайнц, несмотря на свою компетентность, занимал такую низкую должность.

Дэниел мысленно вздохнул, но сохранил невозмутимое выражение лица.

— Если таково Ваше решение, сэр, я подчинюсь.

— Хорошо. Теперь, когда операция завершена, Вы можете идти. Отдохните. Я займусь пленными и вернусь в штаб к полудню завтрашнего дня.

— Благодарю Вас за внимание.

Поняв, что разговор окончен, Дэниел отсалютовал.

— Для меня было честью работать с вами, капитан Хайнц Шмидт.

— Это мои слова. Для меня было честью иметь под своим началом такого способного солдата, как Вы.

Хайнц ответил на приветствие, и Дэниел развернулся и пошёл к своей палатке.

Помощник Хайнца с восхищением смотрел на спину Дэниела.

— Слухи оказались правдой. Лейтенант, присланный из штаба, — исключительный специалист. Он не только безупречно справляется со своими обязанностями, но и безукоризненно уважает начальство.

— Вы не ошибаетесь. Но вы упускаете из виду общую картину.

Глядя на удаляющуюся фигуру Дэниела, Хайнц пробормотал себе под нос:

— Этот человек — чудовище. Чудовище, которое однажды поглотит эту империю…

На следующий день.

После того как я доложил Хайнцу подробный отчёт о вчерашнем сражении, в полдень я отправился на поляну на передовой базе.

На поляне были припаркованы военные джипы и транспортные средства, а вокруг них собрались и болтали между собой члены взвода.

Немного подслушав, я уловил обрывки их разговоров о том, какой невероятной была битва.

Я также иногда слышал похвалу в свой адрес — это определённо было не плодом моего воображения.

Фринн, которая разговаривала с остальными, подошла ко мне.

— Лейтенант Дэниел! Добрый день! Вы закончили свой доклад?

— ...Да. Но что именно вас так взволновало?

— Мы обсуждали, какой вы невероятный командир! Привели нас к победе без единой жертвы в нашем первом сражении? Против целой роты противника! Это потрясающе!

Сверкающие глаза Фрина были невыносимо ошеломляющими.

Слегка нахмурившись, я заговорил с ней.

— Вы все несёте чушь. Пора возвращаться в штаб, так что садитесь в машину.

— Да, сэр! Я сейчас же сообщу им!

Попрощавшись, Фринн вернулась во взвод и передала мои приказы.

Солдаты повернулись, чтобы отсалютовать, прежде чем забраться в военно-транспортные машины.

Неужели они слишком увлеклись своей первой победой? Я вздохнул и направился к джипу, но тут же остановился.

Там стояла женщина, заложив руки за спину, и ждала меня.

Одетая в белоснежную блузку и пальто, Сильвия огляделась, прежде чем заметила меня и заговорила непринуждённо.

— Лейтенант Дэниел, Вы возвращаетесь в штаб?

— ...Да. Что-то не так?

— Тогда давайте поедем вместе. У меня тоже есть дела в штабе.

Что? Какого черта она едет со мной?

На мгновение я был слишком ошарашен, чтобы ответить.

Быстро прокрутив в голове все возможные оправдания, я осторожно заговорил:

— Мисс, в этом военном автомобиле производительность важнее комфорта. Он не подходит для поездок на дальние расстояния. Особенно для леди...

— Я в порядке. В конце концов, сейчас военное время. Уже то, что я могу ехать в исправном автомобиле, — это благословение.

Мне всё равно, ты в порядке — я не в порядке из-за этого.

Я не мог заставить принцессу самой вести машину, а значит, мне пришлось бы терпеть усталость, пока я вёз её в штаб-квартиру.

— Лейтенант Дэниел?

Но как я мог отказать императорской принцессе?

Тихо вздохнув с вызовом, я кивнула.

— Если Вы настаиваете, то, пожалуйста, садитесь. Я поведу машину.

Сильвия кивнула и забралась на пассажирское сиденье.

Бормоча себе под нос жалобы, я сел за руль и завёл двигатель.

Когда я нажал на акселератор, транспортные средства позади нас последовали за нами.

Примерно через час езды Сильвия заговорила.

— Лейтенант Дэниел, что вы думаете об этой войне?

Неожиданный вопрос застал меня врасплох.

Но это был тот вопрос, который вполне естественно могла задать принцесса империи.

В окружении генералов и офицеров, которые постоянно кричали: «Империя победит!», ей, должно быть, представился шанс, замаскировавшись под военного корреспондента, услышать честное мнение офицера более низкого ранга.

— Это будет нелегко.

Я подумал, что мог бы, по крайней мере, дать ей несколько советов.

Сильвия посмотрела на меня так, словно не понимала.

— Что вы имеете в виду, говоря, что это будет непросто? Империя практически одержала победу на Северном фронте. Мы также получаем сообщения о победах на Восточном фронте. При таких темпах Империя выиграет войну у Союзников.

— Да. При условии, что не вмешаются третьи страны.

Сильвия не понимала ужасов мировой войны.

Вот почему она могла говорить так небрежно.

— Как вы думаете, что произойдёт, если Империя победит союзников и завладеет их ресурсами?

Выражение лица Сильвии стало серьезным.

— Очевидно, что мы станем доминирующей державой — гегемоном над всеми странами…

— Да. Если всё пойдёт хорошо, Империя может даже заложить основу для объединения мира. Но проблема в том, что другие крупные державы тоже это знают.

Великие державы опасались растущей мощи Империи.

Они также рассматривали поражение Союзников как потенциальный прообраз собственного будущего.

Страх и паранойя разожгут пламя войны против Империи.

Страны, которые считали конфликт неизбежным, поспешили бы объявить войну, и их целью был бы не кто иной, как…

— Империя станет врагом для всего мира.

Это, в конечном счете, и было причиной того, что Империя проиграла союзным войскам.

— ...

Выражение лица Сильвии потемнело.

Казалось, она обдумывала мои слова, взвешивая их рациональность.

Должно быть, это было потрясением — услышать нечто настолько радикально отличающееся от непоколебимого оптимизма генералов.

Насколько я знал, она могла решить, что у меня паранойя, и вспылить.

Но вместо этого она прислушалась к моему мнению.

— Понятно. Это, безусловно, одна из возможностей. Но лейтенант Дэниел Штайнер, как именно вы пришли к такому выводу ...

У меня не было возможности ответить.

Краем глаза я заметил впереди что-то блестящее на солнце — острые шипы, разбросанные по дороге.

"Ежи из проволоки!"

Придя в себя, я резко повернул руль и съехал на обочину.

Клац!

Внезапный манёвр вывел Сильвию из равновесия, и она упала на моё бедро.

Фу!

Схватившись за мою ногу, чтобы не упасть, Сильвия попыталась выпрямиться, но я толкнул её головой вниз.

— Фу!? Лейтенант Дэниел! Какого черта...

Тат-тат-тат-тат!

Со всех сторон раздалась стрельба, пули свистели мимо и врезались в джип.

Одна пуля с резким треском попала в пассажирское окно.

Если бы стекло не было закаленным, оно бы мгновенно разбилось.

Наконец осознав ситуацию, Сильвия перестала пытаться поднять голову и пригнулась ещё ниже.

— Не может быть!..

К сожалению, это было именно то, что она подумала.

Ловушки с шипами и стрельба означали только одно—

Засада.

Глава 12 - Все в порядке! Действуем в соответствии с планом!

Я стиснул зубы и вдавил педаль газа в пол.

Остановка означала смерть. Это была единственная мысль, которая пронеслась у меня в голове.

Стараясь контролировать своё прерывистое дыхание, я схватил рацию, не сводя глаз с дороги.

— Это «Кингфишер»! Вражеская засада! Повторяю — вражеская засада! Примерно 42 километра в сторону деревни Маврашка! Прошу немедленной поддержки!

Закончив разговор, я быстро переключил частоту и обратился к своему взводу.

— Это лейтенант! Отвечайте! Чёрт возьми, скажите хоть что-нибудь!

После короткой паузы послышался дрожащий голос.

─ Л-лейтенант? Мы не знаем, что происходит! Мы свернули на боковую тропу, чтобы избежать стрельбы, но мы движемся в противоположном от вас направлении!

Это был голос Фринн.

Я бы предпочёл, чтобы в резерве был кто-то более спокойный, но сейчас не время привередничать.

— Хорошо. Продолжайте движение, пока не окажетесь на достаточном расстоянии от противника. Затем спешивайтесь, рассредоточьтесь и оцените их численность в ожидании подкрепления. Если вы решите, что их можно подавить...

Бум!

Автомобиль сильно тряхнуло, и от удара рация выпала у меня из рук.

Сильвия застонала рядом со мной, когда мир завертелся у меня перед глазами.

Отчаянно вцепившись в руль, я выругался себе под нос.

— Шина пробита. Было ли это намеренное повреждение или шальная пуля, теперь уже не важно…

Важным было то, что стрельба начала затихать.

Мне удалось немного отдалиться от врага, чтобы выиграть немного времени.

Но я пока не мог ослабить бдительность. Мне нужно было скрыться с их глаз.

Впереди показался крутой поворот.

Я снял ногу с газа и ударил по тормозам.

Ви-изж—

Шины завизжали, когда джип занесло, и я резко вывернул руль.

Машина наполовину развернулась и опасно накренилась на бок.

Прежде чем машина успела перевернуться, я нажал на газ.

Шины зацепились за землю и дернулись вперёд, удерживая джип на всех четырёх колёсах.

Тук!

Резкий крик Сильвии пронзил воздух.

Этот крик заставил меня почувствовать себя виноватым, но сейчас было не время для переживаний.

Переключив передачу, я снова нажал на газ.

Джип взревел, набирая скорость, и на мгновение я восхитился тем, насколько быстро он может двигаться.

Пока мир не перевернулся снова.

“Черт возьми...!”

Повреждённая шина окончательно вышла из строя, шипя, пока из неё выходил воздух, и полностью сдулась.

Запаниковав, я ударил по тормозам, но от этого стало только хуже.

Шины завизжали, когда автомобиль занесло и он начал бешено вращаться.

Затем — Бах!

Оглушительный удар обрушился на раму, сотрясая мои кости.

— Фу!

Преодолевая боль, я медленно поднял голову и увидел, что бампер вмят в ствол дерева.

Начал просачиваться дым.

— Тьфу... тьфу...

Слабый стон вырвался из моей ноги.

Посмотрев вниз, я увидел Сильвию, распростертую у моего бедра.

Обеспокоенно — по крайней мере, внешне — я спросил: «Ты в порядке?»

Конечно, это было не так, но спросить было вежливо.

Сильвия бросила на меня быстрый взгляд, прежде чем выпрямиться.

— Я не в порядке, но могу двигаться. Что ещё важнее — откуда они узнали, где мы будем?

Я этого не ожидал.

Я думал, она будет плакать или запаникует.

С другой стороны, это была будущая императрица, которая однажды возглавит самую сильную армию империи.

Такое прозвище, как «Железная кровь», не подошло бы тому, кто ломается в такие моменты.

— Должно быть, на передовой базе был шпион, который снабжал их информацией. Это обычное дело в военное время.

Я потянулся к дверной ручке, но она не поддалась.

От удара рама погнулась.

После нескольких ударов ботинком дверь наконец поддалась и с грохотом упала.

Выйдя наружу, я протянул руку Сильвии.

— Выходим. Нам нужно увеличить расстояние между нами и ими, пока они нас не догнали.

— Верно. Звучит разумно.

Сильвия кивнула и, схватив меня за руку, вышла из джипа.

Когда она сделала глубокий вдох, я заметил, что ее плечи слегка дрожат.

Значит, она все-таки была напугана.

Подавив смешок, я повел ее в сторону леса.

Уловив мое веселье, Сильвия слегка покраснела.

— Вы безрассудный водитель, лейтенант Дэниел.

Пытаешься сменить тему, да? Она может вести себя жёстко, но она всё ещё только личностно развивается.

— Спасибо за комплимент.

— Вы думаете, это был комплимент?

— Если бы я не вел машину так неосторожно, в нас бы уже было полно пулевых отверстий. Если это не заслуживает похвалы, то что тогда заслуживает?

— В Вас бы не стреляли. Я…

Сильвия замолчала, закрыв рот.

Хорошо. Пытаться переспорить кого-то с большим опытом — проигрышное дело.

— Лейтенант Дэниел, что мы...

Я закрыл ей рот рукой.

Голоса приближались.

— Мм?!

Сильвия ненадолго пришла в себя, но я жестом велел ей молчать.

Осознав ситуацию, она кивнула.

Я завел ее за какие-то кусты, внимательно прислушиваясь.

— ...Они, должно быть, где-то поблизости. Их джип разбит — они не могли далеко уйти.

— Чёрт возьми! Я же говорил тебе лучше прятать шипы!

— Заткнись, Белдом! Жалобами ничего не исправишь!

Выглянув из-за листьев, я насчитал их шесть.

Один отряд. Других не видно.

Но они быстро приближались.

Если так пойдет и дальше, нас скоро заметят.

Подождите минутку.

"Они солдаты Союзников, не так ли?"

Если бы я сдался и попросил убежища, они могли бы согласиться.

Я был не просто рядовым солдатом — я был офицером Имперского Генерального штаба.

Любой полоумный мог бы увидеть мою стратегическую ценность.

"Если у них есть шпион, снабжающий их информацией, то, вероятно, у них есть способ тайно вывезти и меня."

Я не ожидал, что мне удастся сбежать из Империи таким образом, но это была такая же хорошая возможность, как и любая другая.

— ... Мисс журналист.

Конечно, я не мог сдаться, когда Сильвия была рядом.

Она убьет меня еще до того, как я доберусь до лагеря Союзников.

— Скоро нас обнаружат. Один из нас должен стать приманкой и увести их, чтобы другой смог сбежать. Я сделаю это.

Глаза Сильвии расширились.

— Нет! Прекратите нести чушь! Вы умрёте!

— Если моя смерть поможет Вам выжить, этого достаточно. Солдаты существуют для того, чтобы защищать свой народ.

— Лейтенант Дэниел!..

Нежно взяв ее за плечи, я смягчил свой голос.

— Пожалуйста, выживи. Если в Империи когда-нибудь воцарится мир, я надеюсь, ты вспомнишь, что я существовал.

Лицо Сильвии вспыхнуло, как будто она была тронута.

Закончив свою прощальную речь, я отпустил её плечи и встал.

— П-подожди! Ты не обязан!..

Сильвия пыталась остановить меня, но было слишком поздно.

Я побежал в противоположном направлении, прочь от того места, где она пряталась.

— Эй! Вон там!

— Хватайте его!

Услышав крики солдат, гнавшихся за мной, я ухмыльнулся.

Идеально.

Все шло по плану.

С такой скоростью побег из Империи был всего лишь вопросом времени!

Оставшись одна, Сильвия безучастно смотрела в ту сторону, куда убежал Дэниел.

Его слова многократным эхом отдавались в ее голове.

─ Если моя смерть поможет Вам выжить, этого достаточно. Солдаты существуют для того, чтобы защищать свой народ.

Образ Дэниела, его глаза, полные печали, когда он добровольно встретил смерть, ярко запечатлелся в её мыслях.

Для Сильвии это было совершенно сюрреалистическое зрелище.

Какой офицер стал бы жертвовать своей жизнью ради простого военного корреспондента?

"... Капитан Хайнц ошибался".

Никакого уважения к другим? Это была полная чушь.

Даниэль Штайнер был готов отдать свою жизнь за народ Империи!

Он не был похож на придворных чиновников, которые лишь на словах признавали самопожертвование и преданность.

Дэниел продемонстрировал свою самоотверженность не словами, а действиями.

Она должна была спасти его. Ей нужно было заполучить его.

Империя не могла позволить себе потерять такое сокровище в этом никчёмном месте.

— Королевская гвардия.

В тот момент, когда Сильвия произнесла эти слова, воздух вокруг нее исказился.

Солдаты в противогазах один за другим выходили из укрытий, отключая оптическую маскировку.

Они тайно охраняли Сильвию, показываясь только по сигналу.

Даже не взглянув на них, Сильвия заговорила холодным тоном:

— Спасите лейтенанта Дэниела Штайнера. Если на нём появится хоть одна царапина…

Ее проницательные глаза опасно сузились.

— Я никого из вас не прощу.

Королевские гвардейцы в ответ коротко кивнули и быстро скрылись в лесу, преследуя Дэниела.

Наблюдая, как исчезают ее элитные охранники, Сильвия медленно поднялась на ноги.

Она прижала руку к груди и тихо выдохнула.

То ли из-за последствий хаотичной поездки, то ли из-за сохраняющегося напряжения, её сердце всё ещё билось сильнее, чем обычно.

Глава 13 - Недоразумение принцессы, полученное за бесценок

После того, как я бежал, казалось, целую вечность, я наконец добрался до лесной поляны.

Оставляя следы на девственно-белой земле, я шагнул в центр поляны и наклонился, положив руки на колени.

Горячее дыхание вырывалось из моего рта в быстрой последовательности.

"Я чувствую, что меня сейчас вырвет..."

От бега на полной скорости в течение нескольких минут у меня закружилась голова.

Мне не особо нравилось так бегать, но другого выбора не было.

Первоочередной задачей было максимально отдалиться от Сильвии.

"Если принцесса узнает о моей попытке сбежать, мне конец..."

Характер принцессы требовал расправы над предателями, чего бы это ни стоило.

Поэтому лучшим вариантом для меня было исчезнуть, как призрак, прежде чем она узнает.

— Как далеко ты собираешься бежать, сукин ты сын?

— Хафф....

Пытаясь отдышаться, я услышал голос солдата Союзников.

Когда я спокойно обернулся, то увидел, что ко мне, тяжело дыша, приближаются шестеро солдат.

Тот факт, что они не направляли на меня оружие, говорил о том, что они готовы к разговору.

Я тоже не хотел драться, поэтому поднял руки, всё ещё тяжело дыша.

— Давайте сначала успокоимся и поговорим. Я Дэниел Штайнер, первый лейтенант и исполняющий обязанности оперативного офицера Имперского Генерального штаба. Назовите свои звания и имена.

Хорошо. Я представился, естественно подчеркнув свое положение и ранг.

Если бы они не были полными идиотами, то поняли бы, что я представляю стратегическую ценность.

“Ты думаешь, мы не знаем, кто ты?”

Однако, как ни странно, солдаты лишь нахмурились, выглядя скорее раздражёнными, чем удивлёнными.

— Хватит болтать. Где принцесса? В зависимости от твоего ответа мы можем оставить тебя в живых, так что думай хорошенько.

— ...Принцесса?

Услышав слово «принцесса» из уст солдата Союзников, я на мгновение растерялся.

Как они узнали, что человек, путешествующий со мной, был принцессой?

Сильвия не была идиоткой. Она бы не стала раскрывать свою личность, притворяясь военным корреспондентом.

Лишь немногие избранные знали, что она попала на Северный фронт.

И эти немногие были людьми, которых Сильвия считала заслуживающими доверия.

Учитывая скрупулёзность Сильвии при подборе персонала, маловероятно, что кто-то из них был шпионом.

Тогда кто слил информацию, чтобы устроить эту засаду?

Перебирая это в голове, я пришёл к мрачному осознанию и тихо зарычал.

"Тот самый принц."

Все имело смысл, если это была Императорская семья.

Он бы следил за каждым шагом Сильвии.

На самом деле Людвиг фон Амберг, наследный принц, как сообщается, неоднократно конфликтовал со своей младшей сестрой Сильвией из-за престолонаследия.

Очевидно, их конфликт был не просто показухой.

"Пытается убить собственную сестру? Этот ублюдок совершенно безумен".

Я прищелкнул языком и опустил руки.

Теперь, когда я знал правду, не было необходимости сдаваться.

Солдаты, стоявшие передо мной, были не из Союзных стран.

Это были убийцы, посланные наследным принцем, переодетые так, чтобы всё выглядело, будто на Сильвию напали союзники.

Осознание того, что все это было инсценировкой, охладило мою кровь.

— Тебя прислал наследный принц?

Мой вопрос заставил солдат вздрогнуть. Эта реакция укрепила мои подозрения.

— Теперь, когда я пригляделся повнимательнее, ваша форма ужасно чистая.

— ...К чему ты клонишь?

— В партизанской войне ветеранов обычно используют для операций с засадами. Отправка новичков значительно снизила бы шансы на успех. Но ваша форма выглядит совершенно новой — как у новобранцев. Вам это понятно?

Если они хотели выдать себя за солдат, то должны были испачкать свою форму, как это делают опытные солдаты.

Солдаты не смогли возразить на мое замечание, вместо этого разразившись глухим смехом.

Один из них, который, по-видимому, был командиром отделения, шагнул вперед.

— Ты сразу всё понял, да? Наверное, ты действительно тот, за кого себя выдаёшь. Тогда ты должен знать ситуацию. Присоединяйся к нам, и мы гарантируем тебе приход к власти.

— Мы? Ты имеешь в виду наследного принца?

— ...Следи за своим тоном. Это Его Высочество наследный принц.

Увидев, как солдат сердито рычит, я не смог сдержать смех.

Солдат нахмурился, увидев мою реакцию.

— Что тут такого смешного?

— Просто… смотреть, как вы цепляетесь за тонущий корабль, немного жалко. Наследный принц? Он не годится на роль Императора. Эта должность принадлежит принцессе, а не этому некомпетентному глупцу.

Я хотел дать им искренний совет, зная, как сложится будущее. Но, судя по выражению лиц солдат, они этого не оценили.

Они крепко сжимали свои пистолеты, их лица были искажены раздражением.

— Спасибо, что был честен. Теперь мы можем оставить все разговоры в стороне…

Пора уходить. Прежде чем солдат успел закончить, я выхватил револьвер из кобуры.

В то же время я направил ману в свою центральную нервную систему, ускорив рефлексы.

Мгновенно мое зрение расширилось, а зрачки сузились.

Мир вокруг меня, казалось, замедлился.

Солдат передо мной начал поднимать своё оружие. Другой открыл рот, вероятно, чтобы выругаться. Несколько других бросились ко мне, их движения казались мне замедленными.

Глубоко вздохнув, я поднял револьвер, прицелился им в их головы и нажал на спусковой крючок.

Порох взорвался, и пули, казалось, нереалистично зависли в воздухе, словно паря в невесомости.

Но пули неуклонно приближались к головам солдат.

В тот момент, когда я поднял ствол револьвера, чтобы пристрелить последнего солдата, моё нейронное ускорение прекратилось, и мир вернулся к своей обычной скорости.

Бах!—

Почти одновременно раздалось пять выстрелов, и головы солдат разлетелись в разные стороны.

Не издав ни звука, они рухнули на землю.

Но один остался.

Когда мое нервное ускорение спало, последний солдат все еще приближался ко мне.

— Ты ублюдок!—

Я попытался прицелиться, но мои руки сильно дрожали.

Отдача от использования нейронного ускорения тяжело сказалась на моем теле.

Именно эта способность позволила мне окончить академию с отличием, но у неё был и недостаток — сильное физическое напряжение после этого.

Если бы не цилиндр с маной, я бы не смог убить всех пятерых солдат одновременно.

Без него нейронное ускорение отключилось бы на полпути, и я бы умер.

Вот насколько экстремальным было потребление маны.

"Черт побери..."

У меня раскалывалась голова, а конечности, казалось, погружались в зыбучие пески, отказываясь слушаться.

Но если бы я его не убил, то умер бы сам.

С трудом сосредоточившись, я нажал на спусковой крючок.

Бах!

Выстрел эхом разнёсся в воздухе, и рука солдата взорвалась.

Я промахнулся мимо цели.

Даже когда ему оторвало руку, солдат закричал и продолжил наступать на меня.

Он бросился всем весом вперед и врезался в меня.

— Фу!

Я упал навзничь, мое тело погрузилось в снег.

Солдат забрался на меня и достал армейский нож, занеся его высоко над головой, чтобы вонзить в мою голову.

Почувствовав опасность, я инстинктивно схватила его за запястье.

— Ты сукин сын! Демонический ублюдок! Умри!

Солдат изрыгал проклятия, его слюна разлеталась во все стороны.

Но у меня не было сил отвечать.

Всё, что я могла сделать, — это схватить его за запястье обеими руками и оттолкнуть.

— Гррр...!

Это не сработало. Я не мог собраться с силами.

Я видел, как кончик ножа медленно приближается к моему глазу, и ничего не мог с этим поделать.

Страх пробежал струйкой по моему позвоночнику.

"... Какого черта? Неужели я так и умру?’"

Они говорили, что люди видели, как перед смертью перед их глазами промелькнула их жизнь.

Все, что я чувствовал, - это пустоту.

Я хотел отрицать свою смерть, но силы быстро покидали меня.

А потом—

Бах!

От выстрела у солдата разлетелась часть головы.

Его тело резко подалось вперед, тяжело падая на меня.

Я быстро схватил нож и глубоко вонзил его ему в шею.

Просто чтобы убедиться.

Затем я оттолкнул его тело в сторону и медленно сел.

Переведя дыхание, я повернулся в сторону и увидел группу людей в имперской форме и противогазах.

— Центральный корпус имперской армии… Нет, Королевская гвардия.

Если это была Королевская гвардия, то я прекрасно понимал, кто их послал.

И действительно, мгновением позже из-за их спин появилась Сильвия.

Увидев тревогу на её лице, я почувствовал укол вины, как будто сделал что-то не так.

Не подозревая о моих мыслях, Сильвия опустилась на колени рядом со мной, как только подошла.

— Ты в порядке? Ты нигде не ранен, верно?

Я кивнул.

— Я не ранен. Спасибо Королевской гвардии… Так что…

Я замолчал, и Сильвия опустила взгляд, словно поняв, что я собирался сказать.

— Прости. Я не хотела тебя обманывать. Я притворилась военным корреспондентом только потому, что думала, что не смогу понять, какой ты на самом деле, будучи членом королевской семьи.

Я уже знал.

Но сейчас я решил притвориться, что это не так.

— Итак, Вы многое узнали обо мне?

Я сказал это, чтобы поднять настроение.

— Конечно.

Но Сильвия отнеслась к моим словам серьезно.

— Во-первых, на этапе планирования операции ты не согласился с мнением капитана Хайнца и выдвинул новую стратегию. Тот факт, что она оказалась верной, показывает, что у тебя есть и принципиальность, чтобы противостоять авторитету, и проницательность, чтобы понимать ситуацию на поле боя.

Я сказал это только потому, что хотел быть уволенным с позором.

— И в ущелье Эделькралл ты сразу узнал полковника Джереми, который был переодет в солдата. Иначе тебе не было бы смысла убивать его первым же выстрелом.

Да, в этом нет смысла. Я сначала застрелил случайного бойца, а потом узнал, что это был он.

— Наконец, ты проявил самоотверженность, пожертвовав собой ради народа Империи. Ты рисковал жизнью, чтобы спасти того, кого считали всего лишь военным корреспондентом.

Я просто искал возможность сбежать и придумал историю, чтобы выкрутиться.

Ничего из того, что она сказала, не было правдой, но Сильвия так искренне смотрела на меня, что я не смогла заставить себя отрицать это.

Сказать правду означало бы для меня казнь.

— Лейтенант Дэниел Штайнер.

Сильвия взяла меня за руку и торжественно заявила—

— От имени императорской семьи я заявляю, что Вы — величайшее сокровище Империи.

Мне казалось, что я вот-вот умру от удушья.

Глава 14 - Он человек, заслуживающий доверие

После воссоединения с принцессой Сильвией ход битвы резко изменился.

По приказу Дэниела взвод спешился и рассредоточился по территории, чтобы присоединиться к подкреплению, отправленному отрядом специальных операций. Вместе они уничтожили силы наследного принца, которые были замаскированы под солдат Союзников.

Кроме того, капитан Хайнц запросил дополнительную поддержку, что побудило близлежащие авиационные эскадрильи отправить в бой разведывательные вертолёты и истребители. У войск наследного принца не было шансов против такой превосходящей силы.

Начнём с того, что это было небольшое подразделение, предназначенное для быстрой и решительной операции.

Одних только подкреплений сил специальных операций было достаточно, чтобы сокрушить их. С учётом поддержки с воздуха их поражение было неизбежным.

Загнанный в угол, наследный принц приказал своим солдатам покончить с собой, чтобы положить конец этой ситуации.

И теперь—

Дэниел и его взвод стояли строем на лесной поляне, сохраняя строевую позу.

Сильвия моргнула своими голубыми глазами, глядя на них, стоя перед транспортным вертолётом, приземлившимся в центре поляны.

— Значит, это правда. Выдающиеся солдаты следуют за выдающимся командиром...

Дэниел и его люди были все залиты кровью.

Это означало, что они без колебаний сражались с войсками наследного принца.

Конечно, кроме Дэниела, никто из них не понимал, что враги, с которыми они сражались, подчинялись наследнику престола.

— Лейтенант Дэниел.

Селвия, оглядев взвод, встретилась взглядом с Дэниелом.

Она жестом пригласила его подойти ближе, и Дэниел без колебаний шагнул вперёд.

— Вы вызывали меня?

Сильвия кивнула и наклонилась, привстав на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо:

— Держи при себе то, что ты сегодня видел и слышал. Никто не должен знать, что мой брат был причастен к этому инциденту.

— ...Понял. Без доказательств открытое обвинение наследного принца может легко обернуться против Вас.

— Как и ожидалось. С тобой так легко общаться.

Ее голос, прошептанный так близко к его уху, был нежен.

Затем Сильвия сделала шаг назад.

— Что ж, тогда я возвращаюсь в столицу. Честно говоря, я бы с удовольствием отправилась с вами в Генеральный штаб и поговорила бы ещё, но… это дело стало слишком серьёзным. Мне нужно спешить обратно.

Ситуация действительно обострилась. К этому моменту новости о засаде, устроенной на принцессу, наверняка распространились среди военного руководства в столице.

Это произошло благодаря капитану Хайнцу, который счёл ситуацию достаточно критической, чтобы вызвать поддержку с воздуха.

Если Сильвия не вернётся быстро, она столкнётся не только с пристальным вниманием Императора, но и с острыми взглядами придворной знати.

Понимая ее позицию, Дэниел склонил голову.

— Для меня было честью познакомиться с Вами. Я с нетерпением жду того дня, когда смогу снова Вам сослужить.

Сильвия слабо улыбнулась официальным словам Дэниела.

— Я уверена, что мы скоро снова встретимся.

Это было многозначительное замечание.

Прежде чем Дэниел успел ответить, Сильвия повернулась и поднялась на борт транспортного вертолета.

Как только она вошла внутрь, королевская гвардия дисциплинированно последовала за ней и закрыла двери.

Один из охранников подтвердил, что все на борту, и пилот начал подготовку к взлёту.

Винты вертолёта вращались всё быстрее и быстрее, издавая громкий рёв, когда они рассекали воздух.

Нет — землю. Правильнее было бы сказать, что они оттолкнулись от земли.

Снег разлетелся во все стороны, когда вертолёт взлетел, направляясь прямо в столицу.

— ……

Внутри вертолёта Сильвия сидела у окна и смотрела вниз.

Она видела, как Дэниел и его взвод салютовали вертолёту, когда тот поднимался в воздух.

Посмотрев на них в молчании, Сильвия повернула голову и посмотрела на одного из королевских гвардейцев, проверяющего своё оружие.

На плече стражника была эмблема в виде золотого крыла, символизирующая его статус главного телохранителя Королевской гвардии.

Подполковник Хартманн Эдельштейн.

Он был полевым командиром Королевской гвардии и известной машиной для убийства.

Одна из самых известных историй о Хартманне повествует о том, как он бросился в самое пекло боя, изрешечённый пулями, и рубил врагов одним лишь мечом.

И всё же был один человек, которого эта машина для убийств боялась, — Сильвия фон Амберг, которая теперь смотрела на него с бесстрастным выражением лица.

Большую часть времени Хартманн считал Сильвию очаровательной и милой, как внучку.

Но когда она смотрела на него вот так — молча и сосредоточенно — у него по спине бежали мурашки, потому что он понятия не имел, о чём она думает.

Конечно, он не мог игнорировать ее вечно.

Хартманн неохотно отложил оружие и снял противогаз.

По морщинистому лицу солдата-ветерана скатилась капля холодного пота.

— Ваше высочество. Вы хотите мне что-то сказать?

— Да. Почему вы не спасли лейтенанта Дэниела немедленно?

— ...Что Вы имеете в виду?

— Ты что, считаешь меня идиотом, Хартманн? Очевидно, что ты прибыл до того, как Дэниел вступил в бой с врагом. Так почему же ты не вмешался сразу? Объяснись.

Как я и подозревал, ее инстинкты были остры, как бритва.

Хартманн огляделся по сторонам, раздумывая, как бы ему объясниться.

По сути, он подал сигнал SOS, но королевские гвардейцы вокруг него не поднимали глаз, сосредоточившись на чистке оружия.

Они делали вид, что ничего не замечают, надеясь избежать какого-либо сопутствующего ущерба.

"Проклятые трусы..."

Хартманн бросил острый взгляд на своих подчинённых, прежде чем снова повернуться к Сильвии и натянуто улыбнуться.

— Насколько я понимаю, приказ Вашего Высочества состоял в том, чтобы спасти лейтенанта Дэниела Штайнера без повреждений. Лейтенант остался невредим, так что я полагаю, что мы добросовестно выполнили ваш приказ.

— Ты серьезно пытаешься оправдать себя прямо сейчас?

— Ваше Высочество, я понимаю Ваш гнев, но нам нужно было время, чтобы оценить характер и способности человека, которому Вы собираетесь оказать благосклонность. Это тоже часть нашего долга.

Хотя Хартманн не сомневался в суждениях Сильвии, для Королевской гвардии было важно оценить навыки и идеологию любого, кто приближался к принцессе.

— Если позволите, в свою защиту я скажу, что мы получили ценную информацию.

Лейтенант Даниэль Штайнер обладал редкой способностью активизировать свою нервную систему.

Хотя эта техника вышла из моды из-за высокого расхода маны и ограниченной продолжительности действия, сейчас, из-за нового устройства военного дела, она очень востребована.

В прошлом нескольких секунд ускорения было недостаточно, чтобы пробить рыцарские доспехи или разрушить барьер мага.

Но с развитием технологий и огнестрельного оружия время, необходимое для убийства, сократилось до долей секунды.

На современном поле боя даже самый простой солдат мог убить человека благородного происхождения, если бы хорошо прицелился.

Возможность выкроить хотя бы несколько секунд личного времени в такой обстановке была огромным преимуществом.

В этом отношении лейтенант Дэниел Штайнер был весьма желанным кадром.

Если бы он не служил в Генеральном штабе, Хартманн, возможно, уже предложил бы ему место в Королевской гвардии.

— Боевые навыки лейтенанта Дэниела Стайнера исключительны. Если бы ему немного больше повезло, он мог бы в одиночку уничтожить всех шестерых противников.

— ……

Сильвия недовольно прищурилась.

Прослужив ей долгое время, Хартманн сразу понял, что означает этот взгляд.

Это был негласный эквивалент фразы: «Я не это имела в виду, ты же понимаешь?»

Если он даст здесь неправильный ответ, то может потерять ее расположение.

А для Хартманна потеря благосклонности Сильвии была бы болезненной.

Несмотря на огромную разницу в статусе, Хартманн искренне любил Сильвию как внучку.

Поэтому ему нужно было дать ей что—то большее - что-то полезное.

Прочистив горло, Хартманн заговорил более серьезным тоном:

— Если Ваше Высочество действительно намерены привлечь лейтенанта Дэниела Стайнера в качестве союзника, я не думаю, что Вам придётся проверять его преданность.

Сильвия растерянно моргнула, услышав эту внезапную перемену.

Хартманн продолжил.

— Во время противостояния лейтенант Даниэль Штайнер заявил перед солдатами наследного принца, что „некомпетентный принц никогда не станет императором“. Он также сказал: „Императором станет принцесса“.

Глаза Сильвии расширились.

Придя на место происшествия с опозданием, она сама не слышала слов Дэниела.

— ...Ты уверен? Он действительно так сказал?

— Да. Все здесь это слышали.

Королевские стражники, чистившие оружие, дружно кивнули.

Увидев это, на губах Сильвии появилась слабая улыбка.

— Понятно… Так вот что сказал лейтенант Дэниел...

Замолчав, Сильвия перевела взгляд на окно, глядя вниз, на землю.

Хотя поляна осталась далеко позади, она инстинктивно искала глазами Дэниела.

"Хм. Подумать только, он сказал что-то подобное.."

Она не знала почему, но, казалось, слова Дэниела задели её за живое.

"Она рада тому, что заполучила в свои руки новый талант?"

Однако Хартманну это показалось странным.

Она казалась более взволнованной, чем обычно.

"Подождите… Может ли она видеть в лейтенанте Дэниеле потенциального романтического партнёра?.."

Нет. Этого не может быть.

Вытерпев бесконечные интриги своего брата, Сильвия относилась к противоположному полу с полным безразличием, как будто это были не более чем камни.

Какой бы ни была причина, Хартманну было приятно видеть, что Сильвия выглядит более подобающе своему возрасту.

Глава 15 - Повышение за повышением

Расставшись с принцессой, мы с моим взводом быстро привели себя в порядок и стали ждать дальнейших распоряжений.

Как бы мне ни хотелось поскорее убраться с этого богом забытого Северного фронта, поломка джипа влекла за собой бюрократические заморочки с целью получения замены.

В конце концов я получил новый автомобиль от роты специального назначения и сразу же отправился в штаб-квартиру Генерального штаба.

Как и прежде, потребовалось четыре дня непрерывной езды, чтобы добраться до главного входа с богато украшенным фонтаном.

Чувствуя усталость после дороги, я открыл пассажирскую дверь и вышел, заметив, что члены моего взвода высаживаются из транспортных средств неподалёку.

Несмотря на то, что у нескольких солдат были повязки на ранах, полученных во время засады, они стояли передо мной ровными рядами и улыбались, словно уже забыли о своих ранах.

"Полагаю, они просто рады, что здесь не нужно беспокоиться о засадах. Я не могу их винить".

Если бы я был на их месте, то, наверное, выглядел бы так же.

Я воспользовался моментом, чтобы окинуть взглядом каждого солдата, прежде чем заговорить.

— Вы все хорошо справились. Каждый из вас превосходно выполнил свои обязанности на Северном фронте. И даже столкнувшись с неожиданной засадой, вы сохраняли самообладание. Это заслуживает похвалы.

— Вы тоже усердно работали, сэр!

— Я только жалею, что мы не смогли сразиться с ними! Мы должны были отстрелить больше яиц этим ублюдкам!

Громкие замечания пары чрезмерно воодушевлённых солдат вызвали смех у остальных членов взвода.

Обычно я бы сделал устный выговор, но сейчас было не время для этого.

Мы только что вернулись с победой, и я не хотел портить атмосферу.

— В будущем у нас будет много возможностей надрать задницы Союзникам, так что не волнуйтесь. Что касается остальных… Впрочем неважно. Разойтись! Идите, наслаждайтесь победой.

Когда я закончил говорить, солдаты резко отсалютовали.

Ответив тем же, я повернулся к зданию штаб-квартиры, но остановился, когда ко мне нерешительно подошла Фринн, словно ей нужно было что-то сказать.

“... Что такое?”

Мой голос прозвучал ниже, чем я хотел, — вероятно, из-за усталости, — и Фринн вздрогнула, прежде чем набраться смелости.

— Лейтенант Дэниел Штайнер! Я, э-э, хотела бы обсудить своё будущее!

— Хм? О. Ты будешь приписана к батальону в прямом подчинении штабу. Если тебя не вызовут, оставайся там и продолжай обучение.

— Это не то, что я имела в виду...

Тогда что же это было?

Я молча смотрел на неё, слишком уставший, чтобы задавать вопросы, и Фринн сделала глубокий вдох, прежде чем взглянуть на меня.

— Я… Я хочу стать офицером, как Вы!

— Офицер?

— Да! После сражений на Северном фронте я твёрдо намерена служить Империи — как и Вы!

Это было немного неожиданно, но то, что Фринн стала офицером, было неизбежно.

Она в любом случае была обречена пройти через это, хотя я чувствую, что это произошло раньше, чем ожидалось.

Обычно она бы дольше прослужила рядовым, прежде чем решила бы стать офицером.

Я не знал, что заставило её передумать, но не было причин отказывать ей.

— Я сообщу командованию, что ты хочешь стать офицером. Учитывая твою роль в спасении Её Высочества во время засады, твоё повышение должно пройти без особых проблем.

Глаза Фринн расширились от удивления, как будто она не ожидала, что я так легко соглашусь.

Затем она резко отсалютовала.

— Спасибо! Большое вам спасибо, лейтенант!

Я не был уверен, что это заслуживает такого уровня благодарности, но и плохим это не казалось.

Я неопределенно кивнул, прежде чем направиться в здание штаба.

И в тот момент, когда я вошёл в оперативный отдел, меня охватило непреодолимое желание сбежать.

— Лейтенант Дэниел! Или теперь мне следует называть тебя капитаном? Ха-ха-ха! Мы ждали тебя — все мы!

Эрнст, руководитель отдела, с энтузиазмом поприветствовал меня, а остальные сотрудники разразились аплодисментами.

Оглядевшись вокруг, я увидел, что все встали и хлопают.

Хуже всего были нелепые украшения, которыми был покрыт мой стол: цветы, воздушные шары и даже новая табличка с именем в центре.

[Офицер оперативного отдела / капитан Дэниел Штайнер]

Табличка с именем выглядела заметно причудливее, чем раньше.

Прежде чем я успел спросить, что, чёрт возьми, происходит, Эрнст жестом подозвал одного из солдат.

Солдат подошёл ко мне с маленькой коробочкой в обеих руках и протянул её мне.

Коробка была слишком знакомой — она выглядела точно так же, как та, что капитан Филип даровал мне раньше.

— Поздравляю с повышением, капитан Дэниел Штайнер!

Так вот что это было.

Открыв коробку, я увидел аккуратно сложенные внутри капитанскую нашивку и погоны.

Я уставилась на них с гримасой, но Эрнст просто удовлетворённо улыбнулся.

— Я сказал тебе, чтобы ты вышел и прославился, но я не ожидал, что ты справишься так блестяще. Ты даже рисковал жизнью ради принцессы! Начальство больше не посмеет сомневаться в твоих способностях.

...Я впервые увидел, как Эрнст так широко улыбается.

Что ж, в этом был смысл. Мои достижения положительно сказались и на нём.

Тем временем я мысленно вздохнул, осознав, что моя мечта о досрочном выходе на пенсию только что стала ещё более отдалённой.

Но под пристальным вниманием стольких глаз я не мог показать свои истинные чувства.

— Вы мне льстите. Я сделал лишь то, что сделал бы любой солдат Империи.

Поэтому я выдавил из себя улыбку и пожал Эрнсту руку — это было лучшее, что я мог сделать в сложившихся обстоятельствах.

Неделя, последовавшая за моим повышением, прошла как в тумане.

Большая часть этого была связана с управлением социальными взаимодействиями.

Получив два повышения подряд, я стал своего рода знаменитостью в Генеральном штабе. А вместе со статусом знаменитости пришёл бесконечный поток «подарков».

Подарки всегда преподносились как обычные блюда или напитки, но скрытые мотивы были очевидны.

Было очевидно, что они хотели завербовать меня, чтобы укрепить свои внутриармейские фракции, которые были тесно связаны с борьбой за политическую власть.

Помня об этом, я сознательно старался уклоняться от всех подарков, ссылаясь на свой плотный график.

Интересно, что Эрнста, моего непосредственного начальника, моё уклончивое поведение даже обрадовало.

Он даже подкараулил меня у офицерской столовой, чтобы поделиться ещё одним семейным анекдотом.

— А знаешь, что моя дочь сказала мне на днях? Она сказала, что сама позаботится об этих ублюдках из Союзников, чтобы мне не пришлось идти на работу на следующий день. Разве это не очаровательно?

Эрнст, как известно, был человеком дела — он не был любителем светских бесед.

И всё же по какой-то причине он без колебаний делился со мной личными историями.

Это был явный признак того, что я ему нравлюсь.

И, честно говоря, мне от этого стало не по себе.

Опека начальства может быть как полезной, так и обременительной — особенно когда она выходит за рамки профессиональных вопросов.

Я как раз начала придумывать, как бы вежливо закончить разговор, когда…

— Дэниел Штайнер! Ты чертов дьявольский ублюдок!

Внезапный крик, раздавшийся у меня за спиной, заставил мои плечи вздрогнуть.

Обернувшись, я оказался лицом к лицу с офицером Союзников в форме, который был связан и злобно смотрел на меня.

— Ты кусок дерьма! Ты грязный, трусливый сукин сын!

Офицер бросился вперёд, но сопровождавший его солдат ударил его ногой в спину.

— Фу!

Офицер Союзников рухнул лицом на землю.

Солдат, который ударил его ногой, выглядел взволнованным и быстро склонил передо мной голову.

Я поднял руку, показывая, что всё в порядке, и солдат тут же поднял офицера на ноги, выкрикивая приказы.

Наблюдая за этой сценой, я, наконец, озадаченный, заговорил:

— Кто он такой?..

— Ах да, точно. Северный фронт сообщил, что сегодня они переводят высокопоставленного пленного в штаб. Похоже, это он. Ты должен был его узнать — ты сам его схватили.

Я понимающе кивнул.

Это был тот самый офицер, который сдался после того, как я сделал первый выстрел во время операции по ликвидации полковника Джереми.

"Вроде как, он был майором".

Пока я был погружен в свои мысли, Эрнст прищелкнул языком и продолжил.

— Я слышал, что с ним стараются обращаться хорошо, потому что он офицер, но это было трудно. Судя по всему, он работал в разведке Союзников, так что он был бы лакомым кусочком, если бы мы смогли его завербовать.

Интересно.

Я наблюдал, как тащат офицера Союзников, и внезапно мне в голову пришла идея.

— ... Шеф.

— Хмм? Что такое?

— Могу ли я провести его допрос?

Эрнст удивленно моргнул, прежде чем наклонить голову.

— Это возможно, но тогда у тебя будет ещё больше работы.

— Я не против. Думаю, оно того стоит.

Эрнст тихо присвистнул.

— Какой образцовый патриот. Честно говоря, это достойно уважения.

Он одобрительно кивнул, явно тронутый моей предполагаемой преданностью делу.

Но на самом деле мои мысли были какими угодно, только не патриотическими.

"Возможно, я наконец нашел его..."

Я не мог удержаться от ухмылки про себя.

Возможно, я наконец-то нашёл способ сбежать из Империи, не прибегая к увольнению.

Страница книги Меня ошибочно приняли за Величайшего Командующего в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Уволиться не так то просто

Глава 1 - Единственная возможность сбежать из Империи

Глава 2 - Я не хочу, чтобы меня повышали!

Глава 3 - На этот раз меня точно уволят, да?

Глава 4 - Проклят или благословлён?

Глава 5 - Откуда там взялась нефть!?

Глава 6 - Как это произошло?

Глава 7 - На подавайте заявки!

Глава 8 - Нежеланная встреча

Глава 9 - Я отказываюсь от простых решений

Глава 10 - Я стал героем войны (случайно)

Глава 11 - Поездка с принцессой - непростая задача

Глава 12 - Все в порядке! Действуем в соответствии с планом!

Глава 13 - Недоразумение принцессы, полученное за бесценок

Глава 14 - Он человек, заслуживающий доверие

Глава 15 - Повышение за повышением

О книге