Глава 1: "Ты взял моё тело, так что должен нести ответственность."

Красные свечи, полог кровати, красавица в объятиях — ночь весны стоит тысячи золотых.

В ветхом, но ещё пригодном для жилья домике из дерева Гу Шэн смотрел на человека рядом: лицо его пылало румянцем, он постоянно тянулся к нему, ища тепла. Гу Шэн то закрывал глаза, то открывал — повторял это бесчисленно раз.

Вау, опять сон.

Как и раньше, приснился Цзян Юнь.

«Гу Шэн...» — голос Цзян Юня рядом становился всё тише, но тело всё ближе прижималось к нему.

Гу Шэн моргнул.

На этот раз... это был Цзян Юнь, отравленный афродизиаком.

Эта сцена Гу Шэну была слишком знакома — первый серьёзный промах Цзян Юня во всей книге.

Как один из персонажей своей собственной новеллы «Юнь Юнь в толпе голосов», Цзян Юнь — холодный и красивый, цветок на высокой горе в глазах всех, позднее признанный сильнейшим мастером боевых искусств во всём Поднебесной.

Увы, только вступив в цзянху, из-за неосторожности его подпоили. Подчинённый Гу Шэн тогда не был рядом, и это «счастье» досталось другому.

Но сегодня всё иначе, чем в книге.

Гу Шэн подумал всего секунду и, как раньше, привычно обнял его в ответ.

Это же его, Гу Шэна, сон.

Не важно ничего — сначала насладиться, а там разберёмся.

——

Ночь прошла, сон кончился. Вместо будильника в комнате стояла тишина.

Гу Шэн машинально потянулся к подушке — будильника на месте не было, вместо него лежал человек с тёплой кожей.

Хм?

Воспоминания о昨夜 ещё свежи в голове. Гу Шэн резко открыл глаза, сел на кровати, механически повернул голову, махнул рукой и поздоровался:

«До... доброе утро?»

Подумав,昨夜 с «Цзян Юнем» ощущения были совсем не как во сне.

Было чувство осязания — не сон.

Что за херня?! Он сейчас сбежит, пока не поздно?

Пока думал, человек рядом медленно сел.

У того была внешность настоящего красавца, а бледно-голубые глаза заставляли тонуть в них с одного взгляда.

Наверно, яд ещё не вышел полностью — на холодном лице Цзян Юня редкость: лёгкая растерянность.

«Гу Шэн?»

Цзян Юнь был голый, одеяло небрежно прикрывало талию. Когда он наклонился, то полностью накрыл Гу Шэна собой.

Эти глаза, глядя на Гу Шэна, манили ещё сильнее.

«...Босс».

Гу Шэн заискивающе кивнул, опустил голову — не осмеливался смотреть прямо на Цзян Юня.

Поэтому пропустил выражение на лице собеседника, когда тот оглядел комнату.

Вот оно как.

Цзян Юнь опустил веки, сел прямо, снова стал холодным, как перед людьми. Голос — как Гу Шэн и представлял: приятный, трогающий сердце.

Но слова заставили хотеть мгновенно удрать.

«Гу Шэн».

Тон Цзян Юня — идеальное сомнение.

«Почему ты... на моей кровати?»

«Босс, я...»

Гу Шэн снаружи казался спокойным, но тело дрожало. Он незаметно подвинулся к краю кровати и тихо ответил:

«Я... лунатизм».

Гу Шэн, который дерзил небесам, земле и демонам, перед Цзян Юнем всё-таки трусил.

По ситуации — он穿越нул, попал в свою новеллу.

Нормально, в реальном мире он одинокий сирота, без родни. Здесь не только от скуки избавился, но и любимый Цзян Юнь рядом.

Но.

Не стоило брать себя за прототип персонажа.

Гу Шэн поднял голову, глянул на Цзян Юня, встретил голубые глаза и быстро опустил взгляд.

Другие могут не знать сути Цзян Юня, но Гу Шэн знал всё до донышка.

Цзян Юнь — одинокий культиватор, сначала благородный公子, чистый и возвышенный в глазах всех, позднее преданный доверенными, брошенный всеми за ночь.

Чернеет, становится главным злодеем книги.

Типа уничтожителя мира.

А он, Гу Шэн, — всего лишь подчинённый злодейского босса Цзян Юня.

Хоть позднее Цзян Юнь по «старой дружбе» не убил Гу Шэна, а оставил рядом, но сейчас...

Подчинённый Шэн воспользовался «слабостью» босса, залез в постель и ещё «взял» его сверху.

Чисто бунт снизу.

Кара — смерть.

Вспомнив подвиги почерневшего Цзян Юня, Гу Шэн снова задрожал и решил пока держаться за эту большую ногу.

«Босс! Вы обязательно мне поверьте!»

«Хм... лунатизм?»

Голос рядом слишком шумный и с кучей акцентов, Цзян Юню немного болела голова, но тот не отставал, протянул руку к полу:

«Лунатизм до того, что порвал одежду нам обоим?»

Гу Шэн чуть поднял голову, посмотрел по направлению пальца Цзян Юня — на полу куски одежды туда-сюда.

Гу Шэн: ......

Нет, босс! Послушайте объяснение! Одежду порвал ты! Ты не знаешь, насколько вчера торопился...

С ним это никак не связано!

Цзян Юнь молчал, опустил веки, глядя на макушку Гу Шэна.

Когда в ушах появился голос Гу Шэна, взгляд его был на собеседнике. Увидев, что тот не открывает рот, Цзян Юнь понял одно.

После перерождения он слышит мысли Гу Шэна.

«Кхе». Цзян Юнь слегка кашлянул, прикрывая слегка приподнятые уголки рта, подумал про себя.

Это даже лучше, чем хорошо.

——

Гу Шэн увидел молчание Цзян Юня и снова запаниковал.

Не молчи, Цзян Юнь!

В впечатлениях Гу Шэна каждое молчание Цзян Юня — замышление «большого дела».

До чернения так, после — ещё больше.

«На самом деле кроме лунатизма...» Гу Шэн запнулся, тайком наблюдая за выражением Цзян Юня, «вчера ночью случилось ещё кое-что».

Цзян Юнь поднял бровь, притворяясь ничего не знающим:

«Что именно?»

«Вы вчера... отравились». Гу Шэн закрыл глаза, как на казнь, «...тем самым ядом».

Не ошибся — сейчас Цзян Юнь ещё «добрый и сердечный»公子, точно не станет винить за такую «мелочь»!

Гу Шэн тайком приоткрыл глаз, продолжая наблюдать за реакцией напротив, медленно двигаясь в полный рост костей разбитого тела.

После этих слов молчание Цзян Юня стало дольше.

Долго-долго, потом он продолжил спрашивать:

«Разрешил яд ты?»

Гу Шэн молча кивнул, тело уже у края кровати — готов бежать в любой момент.

«Ты влюблён в меня?»

Гу Шэн широко раскрыл глаза, задумался, долго-долго, потом из носа выдал тихое «мм».

Сразу после — комплект одежды прилетел с неба, закрыв ему обзор.

Улыбка на лице Цзян Юня исчезла, когда Гу Шэн снял одежду с головы, лицо стало серьёзным:

«На этот раз выходя, я как раз взял два комплекта запасной одежды, ты сначала надень».

Другой комплект ещё в сумке не доставал, Цзян Юнь встал с кровати.

В миг одеяло соскользнуло с талии, весенний свет перед глазами чуть не ослепил Гу Шэна.

Гу Шэн медленно сполз с кровати, прикрыл глаза: Ха! Раннее утро, у кого маленький брат не возбудится на пару минут?

Он понимает, уважает.

Любит смотреть.

Пальцы, прикрывающие глаза, тихо раздвинулись шире — удобнее «любоваться» красавцем.

Недалеко Цзян Юнь взял одежду, повернулся, опустил веки, взгляд случайно через щель пальцев встретился с Гу Шэном, двигающимся к двери.

«Ты уходишь?»

Рука Гу Шэна почти коснулась дверной ручки: !

«Босс, рассвело, мне не стоит дальше здесь оставаться».

Его комната рядом с Цзян Юнем, и здесь живут не только они двое...

«Если другие увидят — не объяснишь».

«Увидят — и что, ты ещё хочешь как-то объяснить?» Цзян Юнь выглядел совсем не против.

«Гу Шэн».

Он подошёл ближе к Гу Шэну, поднял одежду и надел на себя, слово за словом:

«Взял моё тело — должен нести ответственность».

«Тебе не нужно возвращаться в свою комнату».

Цзян Юнь медленно завязал ещё неубранный пояс Гу Шэна, краем глаза наслаждаясь окаменевшим выражением собеседника, добавил вторую половину.

«Впредь мы вдвоём будем вместе — есть вместе, жить вместе».

……

«Бах!»

Гу Шэн рукой слишком сильно — старая, нечиненная дверная ручка не выдержала, упала на пол. «Клац» — дверь открылась.

«Цзян Юнь, ты встал? Я захожу?»

За дверью вышел коротковолосый юноша в чёрной одежде, в руке держал вторую половину ручки.

Увидев взгляды Гу Шэна и Цзян Юня на себе, он не смутился, а весело улыбнулся.

«Как совпадение, вы оба здесь, доброе утро!»

Гу Шэн: «До...»

Действительно увидели.

Это Лу Ли — ранний белый месяц света в сердце Цзян Юня.

Гу Шэн снова наблюдал за выражением Цзян Юня, увидел, что тот просто завязал не до конца надетую одежду и остановился, в душе усомнился.

Не такая реакция должна быть, не из-за昨夜 ошибки?

Кстати,昨夜 в постели с Цзян Юнем должен был быть не он, а...

«Лу Ли».

Цзян Юнь завязал пояс, поднял голову, взгляд спокойно остановился на Лу Ли.

«Доброе».

«Раннее утро, что вы двое делаете?» — тот кивнул в ответ, взгляд скользил между ними, в итоге остановился на Гу Шэне, глаза слегка расширились.

«Гу Шэн, твоя одежда кажется немного не по размеру — Цзян Юня?»

Гу Шэн глянул на него: «Это дело не Лу-брат касается».

Тот всегда говорил в таком тоне, Лу Ли не злился, пожал плечами, посмотрел на Цзян Юня, краем глаза заметил хаос на кровати и полу.

Лу Ли взгляд слегка сгустился, снова глядя на шею и руки Гу Шэна — синяки и фиолетовые следы.

Молчание несколько секунд: «Вы... дрались?»

Он так и думал — характер Гу Шэна, дерзкий до небес и земли, рано или поздно разозлит кого-то.

Ведь в мире не много таких добродушных, как он, Лу Ли. Характер Цзян Юня хороший, но...

Гу Шэн в итоге не он.

Лу Ли «цок-цок» языком, хлопнул в ладоши:

«Вы двое дерётесь довольно яростно, даже одежду друг друга не щадите».

Цзян Юнь поднял взгляд, встретился с Гу Шэном, ничего не сказал — явно ждал объяснения от Гу Шэна.

«Хаха».

Гу Шэн сухо засмеялся, опустил взгляд на ручку в руках Лу Ли.

«Говоря о «яростно», Лу-брат тоже не уступит».

Подобрал вторую ручку с пола, Гу Шэн соединил её с той, что у Лу Ли: «Поскольку Лу-брат сломал ручку, то сегодняшнюю плату за ремонт двери — на Лу-брата».

Лу Ли тоже сухо улыбнулся в ответ.

«Ха».

Извини, денег нет, починить не могу.

«Не говоря сначала о ремонте, я пришёл к вам по важному делу!»

Лу Ли быстро сменил тему, кивнул наружу.

«Повозка дома Е уже ждёт у дверей, после того как вы двое умоетесь, мы вместе выйдем».

«До этого ещё одно сообщение сказать».

Лу Ли прочистил горло, жестом показал двоим подойти ближе.

«Слухи гласят, в доме Е спрятан кусок легендарной карты».

«Сегодняшний мир: императорский двор в упадке, сила правит, слухи говорят — кто получит карту, тот объединит Поднебесную».

Голос Лу Ли стал возбуждённым.

«Если мы в доме Е получим этот кусок карты из слухов...»

«То поездка не зря».

Глава 2: фрагмент карты

Да, фрагмент карты!

Слова Лу Ли пробудили в Гу Шэне воспоминания о ещё одной части сюжета книги.

Он слегка сжал кулак, вспомнив, что помимо главного героя, самым важным в этой книге как раз и был «фрагмент карты», о котором говорил Лу Ли.

По сеттингу книги, тот, кто соберёт карту, получит весь мир, и один из фрагментов действительно находился в поместье Е.

Гу Шэн отошёл от двоих, якобы чтобы набрать воды, и по пути заметил выражение лица Цзян Юня.

Цзян Юнь слегка опустил веки, взгляд его всё ещё был прикован к Лу Ли, и выглядело это довольно сложно.

Гу Шэн глубоко вздохнул, пытаясь разобраться в своих чувствах по поводу этой сцены.

В конце концов, в каком-то смысле он тоже «любил» Цзян Юня.

Но на данный момент в сердце Цзян Юня был только Лу Ли.

Тогда зачем тот раньше сказал такие слова? Неужели хочет сначала оставить его при себе, а потом медленно разобраться?

Гу Шэн невольно поёжился.

Хватит думать об этом.

Сейчас главное — помочь Цзян Юню заполучить фрагмент карты из поместья Е.

Сам Гу Шэн не обладал высокой боевой силой, только немного умел защищаться. Если с этого момента он, опираясь на знание сюжета, поможет Цзян Юню, то в будущем, когда возникнет опасность, сможет спрятаться за его спиной.

Гу Шэн успокоился и сосредоточился на воспоминаниях о сюжете.

В книге Цзян Юнь с самого начала знал об этом, поэтому, когда поместье Е искало мастеров по ловле духов, он主动 связался с ними и взял с собой Гу Шэна и Лу Ли — чтобы замаскировать истинную цель.

В конце концов, действовать в одиночку всегда привлекает лишнее внимание.

Как один из тех, кто «жаждал» фрагмента карты, Цзян Юнь не хотел становиться центром внимания.

Помимо фрагмента карты, в этом визите в поместье Е самым ключевым был тот иллюзорный мир.

Ха.

При этой мысли Гу Шэн разгорячился и сунул голову в таз с водой.

Человек, которого он любит, скоро в иллюзии женится на другом.

……

«Шлеп!»

Голова пробыла в воде всего секунду, как чья-то рука схватила его за шею и с непреодолимой силой вытащила наверх.

Сверху раздался холодный голос Цзян Юня, в котором сложно было уловить эмоции: «Гу Шэн, ты что, жить не хочешь?»

Гу Шэн мгновенно пришёл в себя, поднял голову и встретился взглядом с Цзян Юнем:

«Босс, я...»

Как ему объяснить? Сказать, что на миг потерялся в мыслях из-за каких-то дел?

Какие такие дела могли довести до этого.

Гу Шэн опустил глаза: «Простите, босс, это был случайный инцидент».

Хороший такой «инцидент». Неужели он думает, что я не знаю, о чём Гу Шэн думает?

Цзян Юнь мысленно холодно усмехнулся, но на лице остался невозмутимым, отпустил руку и провёл пальцами по оставленным на шее Гу Шэна следам.

« В следующий раз будь осторожнее».

Холодный и приятный голос заставил Гу Шэна часто кивать головой. Он подумал: Цзян Юнь в этот период действительно красивый и добрый.

Не подозревая, что тот на самом деле думает: Я в иллюзии женюсь на другом — какое тебе до этого дело?

Идиот.

——

Двое небрежно умылись и вышли за дверь. Лу Ли шёл впереди, прокладывая путь, Цзян Юнь — посередине, а Гу Шэн плёлся сзади очень медленно, то и дело подтягивая свисающие до земли штаны.

Ничего не поделаешь, одежда Цзян Юня на нём была действительно велика, ходить было крайне неудобно.

Гу Шэн поднял голову — недалеко стояла повозка, присланная поместьем Е за ними троими.

Чтобы сэкономить время, Гу Шэн закатал рукава, руками подхватил свисающие штаны, обогнал двоих, быстро подошёл к повозке, откинул занавеску и, слегка поклонившись в сторону Цзян Юня, сказал:

«Босс, пожалуйста, садитесь в повозку!»

Цзян Юнь медленно подошёл к повозке, опустил веки, посмотрел на Гу Шэна секунду, сел и не забыл кивнуть кучеру:

«Спасибо за труды».

Гу Шэн склонил голову.

А меня? Не похвалишь?

Гу Шэн ещё сильнее откинул занавеску, заглянул в повозку и как раз встретился взглядом с наклонившимся Цзян Юнем.

Гу Шэн моргнул, ждя похвалы.

Цзян Юнь молча смотрел на него, тёплой ладонью схватил Гу Шэна за предплечье и втянул внутрь.

Лу Ли, который сзади собирался поблагодарить за откинутую занавеску: …Он ещё не успел сесть, а Цзян Юнь так торопится втянуть Гу Шэна внутрь — зачем?

Лу Ли смотрел на опустившуюся занавеску, задумчиво опустил веки, вспомнив сцену в комнате.

Цзян Юнь не собирается… сначала втянуть человека в повозку и «подрессировать» его, правда?

Эта мысль заставила Лу Ли мгновенно вскинуть голову и вихрем ветра нырнуть в повозку.

——

Движение Цзян Юня застало Гу Шэна врасплох — он всей массой рухнул на того, но не прошло и секунды, как Цзян Юнь схватил его за ворот и поднял, усадив рядом.

«Бо… босс?»

Гу Шэн тихо отодвинулся, не моргая глядя, как Цзян Юнь наклоняется ближе.

Цзян Юнь опустил веки, тёплой ладонью снова схватил запястье Гу Шэна, другой рукой потянулся к его шее и спросил:

«Почему раньше не вошёл вместе со мной?»

Движение Цзян Юня заставило Гу Шэна инстинктивно поднять голову, рука на шее скользнула ниже, и без того широкий ворот стал ещё шире.

Не успев ответить, пальцы собеседника «случайно» провели по ключице Гу Шэна.

Гу Шэн вздрогнул, запоздало осознав.

Правая ключица — там у него родимое пятно.

Цзян Юнь заподозрил его.

«Я...»

Гу Шэн замямлил, не зная, как объяснить, и как раз в этот момент занавеску повозки снова откинули.

«Стойте!»

Лу Ли нырнул в повозку, быстро втиснулся между двоими и закричал:

«Цзян Юнь, не будь импульсивным!»

«Импульсивным?» — Цзян Юнь повернул голову, спокойно встретившись взглядом с Лу Ли, потом отпустил руку Гу Шэна и поправил его расстёгнутый ворот.

«Погода в последнее время холодает, моя одежда на тебе немного велика».

Цзян Юнь не обратил внимания на Лу Ли, снова прикрыл родимое пятно Гу Шэна воротом и продолжил:

«Когда приедем в поместье Е и разместимся, сходим на улицу и купим тебе подходящий комплект одежды».

Лу Ли от этой сцены остолбенел: «Вы… не дерётесь?»

Возможно, из-за статуса «соперника в любви» плюс характера, услышав слова Лу Ли, Гу Шэн сразу огрызнулся:

«Брат Лу, ты правда любишь фантазировать».

Брат Лу в ответ промолчал и молча уселся на место.

——

Повозка мчалась очень быстро, за четверть часа доставила троих к воротам поместья Е.

В этом безвластном Мапл-Сити слава семьи Е давно разнеслась по улицам и переулкам благодаря деяниям её членов, а в последние дни история с наймом ловцов духов в поместье Е стала известна всем.

Поэтому, когда повозка остановилась у ворот поместья Е, толпа хлынула ближе, чтобы взглянуть на «почётный облик» ловцов духов, но увидела, что из повозки спустились трое парней, которым, кажется, и усы-то ещё не выросли.

На лицах зрителей застыло недоверие.

Глава семьи Е, получивший весть и спешно вышедший встречать «дорогих гостей», тоже на миг остолбенел.

При всех он не мог просто прогнать этих троих «хулиганов», пришлось спрятать выражение лица, подойти к ним и сказать:

«Трое господ долго ждали, дорога была утомительной, сначала отдохните в комнатах».

«Эй?»

Лу Ли, услышав это, сначала посмотрел на Цзян Юня рядом, увидев, что тот не возражает, занервничал и поспешно объяснил:

«Глава Е, мы пришли на этот раз, чтобы...»

«Намерения троих господ я, конечно, понимаю, об этом можно поговорить позже».

Глава Е нетерпеливо перебил Лу Ли, махнул рукой и позвал слуг семьи Е.

«Эй, проводите троих молодых друзей в гостевые комнаты, пусть хорошенько отдохнут».

«Глава».

Слуги откликнулись, сделали приглашающий жест троим и направились в поместье.

«Трое гостей, прошу за мной».

Цзян Юнь и Гу Шэн без раздумий последовали, Лу Ли, собиравшийся потянуть время с главой Е, подумал две секунды и неохотно пошёл за ними.

По пути слуга говорил: «Глава давно знал, что дорогие гости прибудут сегодня, поэтому специально подготовил несколько гостевых комнат для приёма».

«Вы трое — последние прибывшие сегодня, как раз осталось три комнаты, по одной на человека».

Сказав это, слуга помолчал и спросил: «У троих гостей есть другие требования к комнатам?»

«Есть».

Цзян Юнь, когда слуга посмотрел на него, протянул руку и указал на Гу Шэна: «Двух комнат хватит, я с ним в одной, спасибо».

Взгляд слуги скользнул между двоими несколько секунд, он понимающе кивнул.

«Хорошо, комнаты троих и так соседние, временно освободить одну будет легко».

«Прошу за мной».

Слуга шёл впереди не торопясь, Гу Шэн следовал рядом с Цзян Юнем, в душе молча отсчитывая.

Двадцать два, двадцать один, двадцать...

«Впереди как раз гостевые комнаты».

Шаги слуги остановились в двадцати метрах от гостевых комнат, он поклонился троим:

«По приказу главы, кроме гостей, никому нельзя приближаться к гостевым комнатам».

«Если гостям что-то нужно, можно позвонить в этот колокольчик, чтобы позвать меня».

Он передал колокольчик Цзян Юню, кивнул: «Трое господ, прошу».

«Запрещать всем, кроме гостей, приближаться к гостевым комнатам? Правила поместья Е действительно странные». — Лу Ли не сделал ни шага вперёд, повернул голову к отступающему слуге, схватил его за руку:

«Неужели в гостевых комнатах есть какая-то странная вещь?»

Гу Шэн впереди молча покачал головой.

Странной вещи нет, зато есть одна призрачная херня.

Именно то, с чем им обязательно придётся столкнуться, чтобы получить фрагмент карты.

Гу Шэн подумал об этом и вдруг повернул голову к Цзян Юню рядом.

Кстати, в это время Цзян Юнь по сюжету должен был стоять рядом с Лу Ли и вместе с ним допрашивать того слугу, почему же он без колебаний пошёл с ним?

Гу Шэн стоял на месте, качая головой.

Нет, Лу Ли — главный шоу в книге «Юнь Юнь в толпе голосов», а Цзян Юнь — самый большой злодей, сюжет не должен так развиваться.

Неужели из-за того, что он близок с ними обоими, их действия невольно изменились.

Эффект бабочки?

Хотя и так, но Гу Шэн не собирался следовать оригинальному сюжету книги.

Раз он уже стал «Гу Шэном», то дальше всё, конечно, будет по его собственным идеям.

Помочь Цзян Юню успешно взять фрагмент карты и самому выжить — вот идея Гу Шэна.

Гу Шэн отвёл взгляд, как раз пропустив брошенный на него взгляд Цзян Юня.

Сзади разговор продолжался.

«Я всего лишь слуга...»

Выражение слуги не изменилось, он незаметно отступил на полшага, высвободив руку из хватки Лу Ли.

«Всё по приказу главы, прошу гостей не затруднять меня».

«Ха». — Лу Ли насмешливо рассмеялся, в итоге не стал дальше допрашивать.

Всё-таки это территория семьи Е, если слишком прижать — ему же хуже.

Лу Ли больше не трогал слугу, повернул голову и обнаружил, что Цзян Юнь с Гу Шэном уже ушли далеко, поспешно догнал.

«Цзян Юнь!»

Он быстро подошёл, хлопнул Цзян Юня по плечу, останавливая, и заодно бросил взгляд на Гу Шэна:

«Слова того слуги — вы не находите их очень странными?»

«Не позволять никому, кроме гостей, приближаться к гостевым комнатам — значит, там точно есть призрак!»

«Угу, угу, брат Лу совершенно прав».

Гу Шэн небрежно кивнул, Лу Ли автоматически проигнорировал его реакцию, хлопнул Цзян Юня по плечу.

«Цзян Юнь, что ты об этом думаешь?»

Цзян Юнь долго молчал, с трудом сдерживая отвращение, чтобы не стряхнуть руку, кивнул в согласии.

«Угу, ты прав».

Лу Ли: ……

Ха, небрежно.

Он хотел сказать ещё что-то, но увидел, как двое впереди — один слева, один справа — обошли его и прямым ходом направились к гостевым комнатам.

Лу Ли не поверил своим глазам.

Эти двое просто так бросили его и без колебаний ушли?

Он смотрел на удаляющиеся спины Цзян Юня и Гу Шэна, запутавшись, в итоге стиснул зубы и догнал.

Когда до гостевых комнат оставалось всего несколько шагов, Лу Ли вдруг обнаружил.

Двое, шедшие впереди него, исчезли.

Глава 3 Иллюзорный мир свадьбы

«Невеста» не должна быть им.

«Благоприятное время пришло —»

С этими словами дверь комнаты толкнули, и в помещение вошёл пожилой человек. Подойдя к Гу Шэну, он осторожно накрыл его голову красным покрывалом.

Гу Шэн опустил глаза и услышал, как тот зовёт имя хозяйки иллюзорного мира.

«Ваньэр, пора в свадебный паланкин».

В книге иллюзорные миры, формируемые на основе пережитого, сказанного и почувствованного человеком, назывались «границами» (界), а центральная фигура такого мира — «хозяином границы».

Дочь главы семьи Е, Е Ваньэр, и была хозяйкой этой границы.

Гу Шэн не сразу встал, а только спустя долгое время медленно поднялся со стула и тихо ответил: «Хорошо».

Как «создатель» этой границы, Гу Шэн установил два способа выхода из неё: первый — силой разорвать границу, второй — пройти весь свадебный ритуал шаг за шагом.

Изначально, чтобы помочь Цзян Юню быстрее заполучить фрагмент карты, Гу Шэн планировал первый способ.

Но теперь он передумал.

Ведь в этой границе «невеста» должна выйти замуж за «жениха», и на этот раз хозяином границы выбранной «невестой» стал именно он, Гу Шэн, а «женихом» — человек, о котором он мечтал каждую ночь.

Цзян Юнь.

Гу Шэн поправил покрывало на голове, которое чуть не соскользнуло от его движения, и сказал пожилому: «Веди дорогу».

После успешной «свадьбы» с Цзян Юнем он всегда успеет силой разорвать границу.

——

С другой стороны, Цзян Юнь, открыв глаза у двери, сразу понял, что попал в границу, и что сцена повторится — как в прошлой жизни, когда он женился на Лу Ли.

От одной мысли об этом по телу пробегала дрожь отвращения.

Но хорошо хоть, что он знал способ силой разорвать границу.

Цзян Юнь разгладил нахмуренные брови, повернулся к слуге рядом: «Где карета?»

Слуга слегка склонил голову и почтительно ответил: «Прямо впереди, господин Ци, следуйте за мной».

Цзян Юнь кивнул, привыкший к этой роли в границе, спокойно принял свою идентичность и пошёл за слугой, незаметно сорвав по пути несколько веток и спрятав их в рукав.

Подойдя к карете, Цзян Юнь запрыгнул на лошадь и резко воткнул ветки в тело животного.

Лошадь жалобно заржала и помчалась как стрела, исчезнув из виду за считанные секунды, оставив Цзян Юня лежать на земле.

Силой разорвать границу — значит создать в мире внезапное событие, чтобы сюжет не мог продолжиться. Этот метод Цзян Юнь открыл в прошлой жизни, когда его с Лу Ли заставили жениться здесь, и именно им они тогда вышли.

Теперь это поможет ему ускорить процесс.

Цзян Юнь спрятал окровавленные ветки, остался лежать в той же позе и стал ждать.

«Жених» потерял свадебную карету — посмотрим, как теперь состоится свадьба.

Но он ждал долго, граница не исчезла, а вместо этого пришёл слуга с вопросами.

«Эта лошадь была тщательно выбрана главой семьи за самый кроткий нрав, почему, как только господин Ци сел на неё, она взбесилась?»

Пара глаз уставилась на Цзян Юня.

«Господин Ци, не вы ли подстроили что-то с лошадью?»

Окружающие слуги разом посмотрели на него и шаг за шагом приблизились.

«В день свадьбы потерять свадебную карету — тяжкий грех».

«Господин Ци, вам следует искупить вину».

Цзян Юнь почувствовал неладное, мгновенно встал, сжал ветки в руке.

«Искупить вину?»

«Это вы сами говорите о себе?»

Окружающие не обратили внимания, повторяя «искупить вину» и постепенно окружая Цзян Юня.

Цзян Юнь сделал вид, что поднимает руку, собираясь сначала разобраться с ближайшим слугой.

В этот момент.

«Дан——»

Звук гонга раздался издалека, а в ушах послышался недавно слышанный голос.

«Интересно, где сейчас Цзян Юнь...»

Это Гу Шэн думает о нём?

Цзян Юнь замер на миг, опустил руку и посмотрел вперёд.

——

Гу Шэн сидел в карете, тряска внезапно прекратилась — кучер почему-то остановился.

Гу Шэн приподнял занавеску и выглянул: сквозь красное покрывало увидел вдалеке человека, о котором мечтал день и ночь.

Своего будущего «мужа».

Уголки губ под покрывалом невольно поднялись, Гу Шэн предвкушающе улыбнулся.

Дальше по сюжету «невесту» должны перенести из своей кареты в карету «жениха».

Но...

Он покрутил головой, посмотрел налево-направо — кареты Цзян Юня нигде не видно.

Где карета? Почему её нет?

Почему эти люди окружают Цзян Юня?

Гу Шэн не успел додумать, нагнулся и ступил ногой из кареты.

«Ваньэр! Быстро садись обратно! Это против правил!»

Пожилой пытался остановить Гу Шэна, но тот отмахнулся.

«Говорить мне о правилах?»

Шутка, это книга, написанная им самим, иллюзия, созданная им — кто имеет право учить его правилам?

«Где я — там и правила».

«Прочь!»

На этот раз Гу Шэн не церемонился, обошёл пожилого и прямым ходом пошёл к Цзян Юню.

——

«Босс!»

Когда Гу Шэн подошёл, Цзян Юнь уже был окружён толпой. Он оттолкнул одного слугу и только тогда увидел Гу Шэна.

В мгновение все взгляды устремились на Гу Шэна.

«Что случилось?»

Он не обратил внимания на толпу, взгляд упал на Цзян Юня — сразу заметил кровь на рукаве.

«Ты ранен?»

«Хм?» Цзян Юнь опустил глаза по направлению взгляда Гу Шэна — это была кровь, которую он случайно испачкал, коля лошадь ветками.

«Ничего, это не моя кровь». Цзян Юнь небрежно отряхнул рукав и поднял взгляд.

«А ты осторожнее — сзади».

Гу Шэн в сомнении обернулся: пожилой сзади словно изменился, с мрачным лицом приближался к нему.

«Ваньэр, тебе не следовало выходить из кареты».

Губы его шевелились.

«Ты должна спокойно сидеть в карете и ждать, пока господин Ци приедет на своей».

Пожилой перевёл взгляд на Цзян Юня.

«Господин Ци».

«Благоприятное время почти прошло, где ваша карета?»

«Карета господина Ци исчезла».

Слуги и пожилой переглядывались.

«Господин Ци потерял карету — тяжкий грех, следует искупить».

Пожилой кивнул: «Ваньэр нарушила правила, вы оба должны искупить вместе».

На этот раз слуги и пожилой полностью окружили двоих.

Искупить где? В могиле?

Гу Шэн отступил шаг, загораживая Цзян Юня сзади.

«Босс, отойди назад, ситуация какая-то странная».

Цзян Юнь, глядя на спину Гу Шэна, тихо «мм»кнул.

Ситуация действительно странная: метод силой разорвать границу, работавший в прошлой жизни, здесь не сработал.

Из-за этого человека?

Гу Шэн.

Цзян Юнь отступил, позволяя Гу Шэну загораживать его, и молча слушал мысли того.

«Этого в сюжете не было, что за херня происходит?»

«Эти люди... совсем с ума сошли?»

Гу Шэн снаружи был спокоен, а внутри уже всех, кроме себя и Цзян Юня, перематерил.

Чёрт возьми, изменения сюжета в этой иллюзии такие большие — спросили ли мнение оригинального автора?!

Гу Шэн ругался про себя, глазами сканируя окружение в поисках чего-то, чтобы разобраться с этими «сумасшедшими».

Но вокруг только деревья, даже большого камня нет.

Гу Шэн уставился на ветки неподалёку и задумался.

В его книге ветки могли убивать, но только в руках Цзян Юня — «Гу Шэн» так не умел.

Гу Шэн погрузился в размышления.

Кажется, он раньше думал просто держаться за большую ногу Цзян Юня.

Теперь看来, держаться за ногу ещё сложно.

Но у него есть другой способ!

Гу Шэн просиял, без колебаний обернулся, обнял Цзян Юня за руку и заорал: «Босс, спаси!»

Цзян Юнь, слышавший все его мысли от начала до конца: ......

Многое надумал.

«Гу Шэн, отпусти».

Цзян Юнь понизил голос и постучал по запястью Гу Шэна.

Тот обнимал руку, где были спрятаны ветки, и обнимал крепко.

Гу Шэн вздрогнул, подумав, что Цзян Юнь против прикосновений, мгновенно отпустил и опустил голову: «Извини, босс!»

«Стань за мою спину».

Оказывается, не против прикосновений! А потому что мешал ему действовать!

Гу Шэн снова просиял: «Хорошо, босс!»

Он так и знал — держаться за эту большую ногу полезно!

Цзян Юнь снова посмотрел на него с каким-то непонятным выражением.

Раньше не замечал, что Гу Шэн так много фантазирует.

Гу Шэн радостно улыбнулся, встал за спину Цзян Юня и стал ждать, как тот разберётся с «врагами».

Но не успел он устроиться поудобнее и приготовиться к шоу, как Цзян Юнь уже всех уложил.

Только несколько «бум-бум» — и Гу Шэн остолбенел.

Очнувшись, Гу Шэн опустил взгляд на лежащих на земле людей и окровавленные ветки.

Он и забыл: в книге боевые навыки Цзян Юня уже на уровне, где он один против толпы, плюс у противников оружия нет, только запугивание.

Перед Цзян Юнем — вообще не угроза.

«Босс, ты крут!»

Гу Шэн высунул голову из-за спины Цзян Юня и возле уха принялся расхваливать.

«В этой жизни быть твоим подчинённым — точно благословение с прошлой жизни!»

«Да?» Цзян Юнь повернул голову и многозначительно посмотрел на него.

Гу Шэн уверенно: «Да!»

Цзян Юнь улыбнулся, глаза невольно изогнулись.

В глазах Гу Шэна — словно небесный бессмертный.

Гу Шэн моргал, на миг потеряв дар речи.

«Босс...» Ты когда улыбаешься — так рушишь человек-сеттинг.

Впечатление холодного благородного господина превращается в нежного старшего брата.

Но так красиво... особенно эти глаза.

«Хм?» Цзян Юнь незаметно поднял бровь — оказывается, в глазах Гу Шэна он такой.

Он убрал улыбку, шагнул вперёд, проверил дыхание пожилого на земле — жив, потом повернулся к Гу Шэну: «Гу Шэн, знаешь, где мы?»

Гу Шэн, поколебавшись, ответил: «Босс, мы, наверное, попали в границу».

«Не только».

Цзян Юнь кивнул и продолжил: «Чтобы выйти, нужно следовать правилам границы».

«Эта граница, похоже, хочет, чтобы мы с тобой поженились».

Гу Шэн моргнул: «Поженились?»

«Да, поженились». Цзян Юнь наслаждался притворно-ошарашенным выражением Гу Шэна.

«Как раз у тебя я всё ещё без официального статуса».

Сказав это, он подошёл к карете, с которой пришёл Гу Шэн, и запрыгнул на место кучера.

Повернув голову, увидел, что его «подчинённый» всё стоит на месте, громко позвал:

«Гу Шэн».

Гу Шэн глупо отозвался: «Ай».

«Иди сюда, садись в карету».

«...Иду, босс!»

——

Снова раздался звук гонга. В миг, когда Гу Шэн нагнулся и сел в карету, все слуги «ожили», вернулись к нормальному виду и пошли за каретой.

Пожилой тоже «воскрес» и указывал путь.

Гу Шэн сидел в карете и всё ещё возбуждённо подтверждал: кучер — действительно Цзян Юнь.

Он правда собирается «жениться» на Цзян Юне?

Хотя и в иллюзии.

Но по текущей ситуации силой разорвать границу нельзя — это разозлит персонажей внутри, и даже решив их, выйти не получится.

Значит, единственный путь — следовать сюжету.

Гу Шэн подумал об этом и чуть не засмеялся в карете.

Тогда эта свадьба с Цзян Юнем.

Обязательно состоится.

Страница книги Попав в книгу, злодей может читать мысли в интернете

Table of Contents

Глава 1: &quot;Ты взял моё тело, так что должен нести ответственность.&quot;

Глава 2: фрагмент карты

Глава 3 Иллюзорный мир свадьбы

О книге