Тик-так-тик-так——

Капли воды на краю ванны собирались и падали, рисуя странные узоры на покрытом инеем полу.

Свет от потолочного светильника над ванной падал на тело молодого человека, смутно вырисовывая его стройные и привлекательные очертания и выделяя его бескровное лицо.

“Нет……”

“Это не я...”

Молодой человек не понимал, что ему снится, его тонкие губы дрожали и переполнялись тревогой. Его тело скользнуло прямо на дно ванны, полной воды.

Внезапно мелодия мобильного телефона прорезала тишину.

“Да！Кхм..."

Цзянь Цзинчжао, который внезапно проснулся, изо всех сил пытался подняться со дна ванны. Его кашель после того, как он поперхнулся водой, звучал шокирующе в окружающей тишине.

Бледно-голубые вены проступили на тыльной стороне его руки, обхватившей край ванны, а его удивительно белая кожа после воды неожиданно обрела странную красоту.

Звонок прервался.

Цзянь Цзинчжао вышел из состояния оцепенения, встал и направился в раздевалку. Он посмотрел на свое лицо в зеркале, медленно подтверждая реальность в полупрозрачном отражение, и устало вздохнул.

Прошла неделя, как он мог снова застрять в тот “кошмаре”, не в состоянии выпутаться? Даже когда он просто принимал ванну, чтобы расслабиться, он чуть не утонул, отключившись.

За дверью раздевалки послышались торопливые шаги: “Брат Цзянь, вы там?"

"Да”.

Сяо Чжао, ассистент, получивший ответ, толкнул дверь и сначала увидел худую спину Цзянь Цзинчжао, а затем перевел взгляд на его лицо в зеркале.

В этот момент Цзянь Цзинчжао демонстрировал болезненную изможденность. На бледном лице пара лисьих глаз светилась мягким блеском, их кончики были окрашены тонким красным налетом после того, как он поперхнулся водой, добавляя их выражению неясного мрака.

Сяо Чжао был втайне напуган, испытывая неописуемое чувство.

С тех пор как Цзянь Цзинчжао неожиданно потерял сознание на прошлой неделе, он очнулся, словно другим человеком.

Он всегда был трудоголиком, но тут отодвинул все последующие мероприятия, говоря только, что хочет сделать перерыв.

Сяо Чжао осторожно спросил: “Брат Цзянь, вам все еще не по себе? Господин Цинь Е сказал, что вы не ответили на его звонок, а он уже пришел и ждет вас.”

“……”

Знакомое имя врезалось в барабанную перепонку, заставив глаза Цзянь Цзинчжао округлиться.

Да.

Есть очень важные вещи, которые ждут его. Их следует прояснить сегодня вечером.

Цзянь Цзинчжао надел очки на цепочке, которые он носил просто так, и спрятал все свои истинные эмоции за тонкими линзами. Он ответил холодно и решительно.

“ Понял, я сейчас спущусь вниз”.

****

"Boyue Mansion” - самый элитный отель Шанхая с различными клубами.

Ежегодный доступ ко всему этому, превышал семизначную сумму, ограничивая доступ большинству людей. Здесь всегда хорошо справлялись с сохранением конфиденциальности, поэтому его особенно любили представители высшего общества и звезды шоу-бизнеса.

Цзянь Цзинчжао забронировал номер на 19-м этаже, он обычно останавливался в отеле без предварительного уведомления. Как только он спустился на восьмой этаж, его приветствовал официант.

“Здравствуйте, мистер Цзянь, мистер Цинь уже ждет в Отдельной комнате А3, пожалуйста, следуйте за мной.”

“Что ж, пожалуйста, показывайте дорогу”.

Цзянь Цзинчжао слегка кивнул, даже если он просто шел, он все равно демонстрировал спокойствие и достоинство.

Сердце официанта бешено подпрыгнуло, и он осмелился лишь мельком взглянуть на большую звезду рядом с собой.

Цзянь Цзинчжао попал на экраны в возрасте 21 года, и его первый короткометражный фильм "Хуаюэ" попал на Международный кинофестиваль в Яне. Он стал лучшим новичком в номинации "короткометражный фильм".

А роль “Бай Юэ”, которую он сыграл в фильме, получила большую известность, и он стал белым лунным светом в умах многих людей.

С момента его дебюта каждая из его киноработ добивалась чрезвычайно высоких результатов после выхода на экраны. Награда отечественного кинофестиваля “Три больших и два малых” стала для него большим сюрпризом, и он стал настоящей звездой!

Такая сказочная фигура, кажется, была рождена для того, чтобы стоять на вершине.

Глядя на всю индустрию развлечений, можно сказать, что есть только один человек того же возраста, который мог бы идти с ним рука об руку.

Это император кино, который сейчас был в центре внимания, Цинь Е.

Официант открыл дверцу ложи и, посмотрев на фигуру, стоящую перед окном от пола до потолка, и попытался скрыть свое волнение: “Мистер Цинь, мистер Цзянь здесь".

Цзянь Цзинчжао взглядом велел ему уйти: "Спасибо.”

Официант ответил: “Не за что, вы двое можете позвонить в колокольчик в любое время, если вам, что-то понадобиться.”

Увидев двух крупных звёзд индустрии развлечений, она заработала кучу денег в эту ночную смену!

Послышался звук закрывающейся двери.

Цинь Е, который уже развернулся, подошел и пошутил: “Цзинь Чжао, я всегда считал тебя самым пунктуальным. Почему ты сегодня опоздал? Я был готов подняться наверх, чтобы найти тебя.”

Глядя этому человеку в глаза, Цзянь Цзинчжао пребывал в неописуемом трансе.

Цинь Е обладал очень жесткой внешностью, с четкими контурами. В сочетании с постоянными упражнениями фитнесом он мог оказывать на людей самое прямое гормональное воздействие даже через экран.

Это как хорошо выкованный острый клинок. В развлекательном кругу его существование уникально.

Цинь Е был всего на год старше Цзянь Цзинчжао. Они познакомились в результате несчастного случая во время своего дебюта. После этого они стали друзьями, которые сочувствовали и подбадривали друг друга.

На протяжении многих лет Цзянь Цзинчжао в основном фокусировался на киноиндустрии, а Цинь Е на телевизионных драмах. Но достижения и высоты, достигнутые этими двумя, были почти одинаковы, поэтому об отношениях между ними всегда говорили как внутри, так и за пределами круга.

Близкие друзья.

Это определение отношений между ними, данное Цзянь Цзинчжао.

Но теперь он уставился в лицо Цинь Е только для того, чтобы почувствовать странную холодность, которой раньше никогда не было.

“Что ты делаешь, глупо стоя в дверях? Иди сюда скорее”.

Цинь Е взял со стола бутылку и налил ему вина: “У меня осталось полчаса, чтобы рассказать тебе хорошие новости, и о том, что произошло за границей. Не составишь ли ты мне компанию, чтобы выпить и отпраздновать?"

“……”

Вчера вечером Цинь Е во второй раз стал лучшим актером премии “Золотое видение”. Он первый "император" в истории премии, который был переизбран, и он находился в центре внимания.

В прошлом, каждый раз, когда они вдвоем получали награды, они всегда собирались вместе, чтобы отпраздновать это событие.

Цзянь Цзинчжао подавил в своем сердце взлеты и падения прошлого, подошел и прямо сказал: “Цинь Е, я должен тебе кое-что сказать.”

“Да?”

Цинь Е протянул бокал с вином, и спросил обеспокоенным тоном: “Ты не очень хорошо выглядишь сегодня вечером, тебе не по себе? Кто сделал тебя несчастным?”

Цзянь Цзинчжао опустил глаза и посмотрел на бокал с вином, стоящий перед ним, и ответил на его вопрос: “Я хочу уйти из Jingye Film and Television.”

Jingye Film and Television - новая компания, основанная три года назад. Крупнейшими контролирующими акционерами являлись Цзянь Цзинчжао и Цинь Е. Благодаря личностям и ресурсам этих двоих в индустрии развлечений развитие компании было подобно фейерверку.

В глазах Цинь Е промелькнул испуг: “Что?”

Цзянь Цзинчжао пришел в себя и спокойно объяснил: “Я уже передал это дело адвокату. Ты и другие акционеры компании должны быть уведомлены в течение двух дней.”

——глухой звук。

Рука Цинь Е, занесенная в воздухе, опустилась, и бокал с вином ударился о стол с тяжелым звуком. “В чем дело? Тебе нужны деньги?”

Он покачал головой: "Нет, Цзинь Чжао, ты...”

Цзянь Цзинчжао перебил его: “Нет никакой другой причине, я просто устал, поэтому хочу уйти.”

Ненормальный холодный звон донесся до его ушей, необъяснимо, словно острая стрела пронзила его сердце.

Выражение лица Цинь Е менялось снова и снова, и он поспешно переспросил: “Почему? Ты лучше, чем кто-либо другой, знаешь, сколько усилий мы вложили в эту компанию!”

Они оба полагались на свои силы, чтобы закрепиться в индустрии развлечений, потому что знали, что этот путь будет нелегким. Они думали о компании как о поддержке друг друга.

Но прошло всего три года в мгновение ока, как Цзинчжал говорит такое. Что могло измениться?！

Цинь Е был озадачен и неоднократно спрашивал: “Почему?”

Столкнувшись с вопросом Цинь Е, глаза Цзянь Цзинчжао, скрытые линзами очков, наконец дрогнули.

Почему？

Поскольку он был возрожден, он знал, что будет дальше.

Два года спустя Jingye Film and Television будет вовлечена в странное 'отмывание денег' и другие экономические преступления.

Именно этот человек, стоящий перед ним, объединил усилия с его агентом, чтобы свалить это преступление на его голову!

В то время Цзянь Цзинчжао только что закончил новую драму и был приглашен для участия в кинофестивале, но полиция открыто увезла его для расследования на виду у публики, что сразу же вызвало переполох.

Цзянь Цзинчжао, очевидно, ничего не знал об этом, не говоря уже об его вине. Но кто-то сознательно направлял злонамеренное общественное мнение, это было подобно смерти, сдавившей ему горло.

Кто-то с добрым сердцем осудил его до того, как открылась правда, а потом его забанили!

Пожилая мать Цзянь умерла от сердечного приступа после того, как фанаты сосредоточили свой гнев на ее доме.

Менее чем за полмесяца Цзянь Цзинчжао упал в пропасть с вершины киноиндустрии. Его дружбе, родственным отношениям и карьере был нанесен тройной удар.

Падение заставило его разбиться вдребезги, и боль была непреодолимой!

Как раз в тот момент, когда он думал, что его жизнь совершенно безнадежна, он неожиданно возродился два года назад.

Целую неделю Цзянь Цзинчжао пытался приспособиться к предыдущей жизни. Но, как только он закрывал глаза, его сны наполнялись бесконечными проклятиями, злобной клеветой и холодной темнотой. Он не мог спокойно спать по ночам!

Он чувствовал себя птицей, случайно вылетевшей из клетки, и если бы он был неосторожен, его бы потащили обратно в холодную тюрьму.

Почему?!!

Цзянь Цзинчжао, которого предали в его прошлой жизни, также спрашивал “почему” бесчисленное количество раз, но в конце концов он не смог получить четкого ответа, он только знал...

Теперь, когда Бог дал ему шанс снова жить, все это должно быть полностью отрезано ещё в источнике!

И этот первый шаг - оставить Jingye Film and Television, чтобы он с Цинь Е могли полностью подвести черту!

“Почему ты……”

“Цинь Е, я здесь не для того, чтобы обсуждать это с тобой, я уже принял решение.”

Цзянь Цзинчжао, который пришел в себя, принял решение по своему разумению, и здесь нет места лишним объяснениям.

“Юридический отдел компании внесет изменения, и любой из вас, кто захочет вступить во владение, может это сделать. Что касается активов, которые принадлежат мне, я поручу кому-нибудь разобраться с этим после урегулирования.”

“……”

Столкнувшись с неожиданным уведомлением, эмоции Цинь Е резко изменились.

Впервые за время этой встречи он налил себе почти полный бокал крепкого виски и хотел что-то сказать, поэтому поднял голову и встретился взглядом с Цзянь Цзинчжао. Странно, но этот человек, словно замкнулся в своей скорлупе.

Если бы это было в прошлом, Цзянь Цзинчжал определенно мягко постарался бы убедить его: “У тебя больной желудок, пей меньше".

Но сегодня отблески огней за окном, зеркальной цепочкой таяли в янтарных глазах Цзянь Цзинчжао, добавляя нотку холодности. Он глядел на него, как на незнакомца.

Цзянь Цзинчжао заметил нерешительность Цинь Е, и спросил его, при этом, словно говоря сам с собой: “Цинь Е, как давно мы знаем друг друга? Восемь лет? Или десять?”

Вопрос был очень легким, но он неприятно ударил Цинь Е по голове.

Как только он собрался спросить, что это значит, зазвонил его мобильный телефон, лежащий на столе. Это позвонил его агент.

График Цинь Е был очень насыщенным.

Сегодня вечером он должен спешить в другую провинцию, чтобы подготовиться к завтрашней церемонии. На этот раз его новая драма - первоклассная постановка, а люди, стоящие за инвестициями, - очень влиятельные.

Как исполнителю главной мужской роли, Цинь Е не разрешалось допускать никаких ошибок, и он должен был участвовать в церемонии!

Столкнувшись с настоятельным требованием агента, постоянно звонившему ему, Цинь Е пришлось подавить всевозможные вопросы: “Цзинь Чжао, я должен успеть на самолет. Если ты устал, сделай перерыв на пару месяцев, и мы поговорим об этом в подходящее время".

Цзянь Цзинчжао не ответил.

Цинь Е нахмурился, снова и снова колеблясь, но все же решил: “Я пойду первым.”

Звук шагов постепенно отдалился, сменившись слегка неуверенным шумом закрывающейся двери.

***

Цзянь Цзинчжао уставился на неподвижный бокал с вином на столе, только мимолетная капелька воды вытекла из глубины его глаз. “Почему ... Кажется, я никогда тебя не знал?"”

В течение десяти лет после своего дебюта у Цзянь Цзинчжао никогда не было никаких скандалов или сомнительных связей. Никто не знал, что когда-то у него была определенная мимолетная слабость к Цинь Е.

Она поблекла, будучи смытой его собственным определением “близкой дружбы”, пока не была полностью разрушена произошедшем, через два года.

Цзянь Цзинчжао отвел взгляд и посмотрел на тусклые огни вдалеке, которые освещали темноту в комнате.

Каким-то образом он вспомнил бесчисленную дезинформацию и общественное мнение, осуждающее его, до того, как он возродился.

Независимо от того, насколько требовательным был Цзянь Цзинчжао к себе и насколько чистым он был в своих чувствах, тогда, появилось много черной информации о нем, его даже называли "извращенцем", и использовали другие неприятные слова.

В этом кругу, можно быть высоко, как луна, но также можно полностью окунуться в зловоние общественного мнения.

Цзянь Цзинчжао, проживший долгую жизнь, понимал это и сильно устал угождать чужим глазам.

Отныне он просто хотел сорвать определенные ярлыки со своего тела, держаться подальше от заблуждений своей прошлой жизни и жить счастливо!

Конечно, он предпочитал быть готовым уйти и, если необходимо, нанести тем, кто “предал” его, сильный удар!

Цзянь Цзинчжао обычно избегал алкоголя, но этот вечер стал редким исключением. Когда виски опустел, его внимание привлекло искрящееся вино. Несмотря на полную мощность кондиционера, тело обдавал сухой, обжигающий жар. Расстегнув две пуговицы на тонкой рубашке, он вышел из ложи.

Коридор благоухал ароматом благовоний, позолоченные рельефы стен нарочито создавали атмосферу экстравагантности. Цзянь Цзинчжао медленно повернул за угол и неожиданно столкнулся с кем-то, отступив на два шага.

«…»

Инстинктивно Цзянь Цзинчжао протянул руку, чтобы поддержать споткнувшегося, веки слегка опустились. Незнакомец обмяк в его руках, уткнувшись лбом в изгиб шеи. Парень оказался на удивление тяжелым.

«Да…»

Корни ушей молодого человека горели, дыхание было коротким и горячим. Даже сквозь ткань рубашки Цзянь Цзинчжао ощущал ненормально высокую температуру его тела.

Цзянь Цзинчжао нахмурился и слегка подтолкнул его локтем: «Эй, с тобой все в порядке?»

«Я…»

Задыхаясь, парень поднял голову, обнажив изящный изгиб шеи. Пропитанная потом челка растрепалась, но не смогла скрыть тонкие брови и почти неконтролируемое желание, плескавшееся в глазах. В этом взгляде смешались сентиментальность и зрелость, чистота и завораживающая чувственность.

Цзянь Цзинчжао, привыкший к красоте лиц в своем кругу, невольно покачал головой, пораженный этим обликом. Опьяняющее действие алкоголя добавляло происходящему некую нереальность.

«…»

Горячее дыхание молодого человека, прильнувшего всем телом, окутывало его. Цзянь Цзинчжао уловил едва уловимый аромат мяты, исходивший от его волос. Время словно замерло в тусклом свете. Внезапно Цзянь Цзинчжао осенило: он узнал юношу.

Ю Янь? Что он здесь делает?

В следующее мгновение он увидел жалкие, молящие о помощи глаза, услышал тихое бормотание, почувствовал влажное от пота тело.

«Мастер Цзянь, помогите мне».

«…»

Цзянь Цзинчжао заметил неладное состояние юноши и хотел было спросить, что происходит, когда из-за угла донеслись торопливые шаги и хриплый голос: «Ю Янь! Куда ты убежал?! Мистер Ли может подумать, что ты…»

Цзянь Цзинчжао перевел взгляд и встретился с говорящим, мгновенно прервав его недовольство. Мужчина в рубашке с короткими рукавами и броскими аксессуарами, с узкими, проницательными глазами, приветливо улыбался.

«Какая встреча, господин Цзянь! Вы тоже здесь сегодня вечером?»

Подавив разгоряченность от выпитого, Цзянь Цзинчжао холодно ответил: «Мистер Цинь».

Перед ним стоял Цинь Лан, печально известный ветеран индустрии развлечений, любивший манипулировать "ресурсами", сводя влиятельных столичных боссов со своими подопечными. Его деятельность, граничившая с незаконной, удивительным образом позволяла ему оставаться на плаву. Цзянь Цзинчжао презирал таких людей, но изменить устоявшийся порядок в индустрии был не в силах.

«О, господин Цзянь меня помнит», – с пекинским акцентом произнес Цинь Лан, оглядываясь по сторонам. «Этот новоиспеченный артист еще не освоился, случайно помешал вам. Я его заберу».

«…»

Новоиспеченный артист? Ю Янь? Цзянь Цзинчжао удивленно опустил взгляд. Он узнал Ю Яня не потому, что они общались раньше, а благодаря воспоминаниям из "прошлой жизни". Ю Янь – восходящая звезда индустрии развлечений последних лет! Его дебютный фильм имел оглушительный успех, и с каждой новой ролью он завоевывал все больше поклонников.

Несмотря на отсутствие личного знакомства, Цзянь Цзинчжао слышал многочисленные похвалы в адрес Ю Яня и видел его первые работы. Юноша обладал бесспорным талантом и актерским мастерством. На кинофестивале Baicang Awards в прошлой жизни, когда новость об "аресте" Цзянь Цзинчжао затмила все, триумф Ю Яня в номинации "Лучший актер" стал не менее обсуждаемым событием. Он стал самым молодым обладателем этой награды в истории Baicang Awards!

Поэтому Цзянь Цзинчжао был особенно удивлен сложившейся ситуацией. Компания Цинь Лана не славилась своим высоким статусом, и Ю Янь вряд ли мог оказаться в подобном месте.

«Ю Янь, вернись со мной», – приказал Цинь Лан, приближаясь.

Заметив неладное, Цзянь Цзинчжао инстинктивно остановил его: «Подождите».

Ю Янь, тяжело дыша, отказался: «Нет, я не вернусь».

Одной этой фразы было достаточно, чтобы Цзянь Цзинчжао понял истинное положение дел. Очевидно, юный талант стал невольной целью влиятельного столичного босса.

Цинь Лан, недовольный сопротивлением Ю Яня, нахмурился: «Это не твое дело. У новичка упрямый характер. Речь идет всего лишь о ресурсах. Зачем сопротивляться? Или ты не хочешь работать в этой индустрии?»

Ю Янь проигнорировал его, снова обращаясь к Цзянь Цзинчжао: «Мастер Цзянь, помогите мне».

Тонкая испарина выступила на его лбу, подчеркивая похоть в глазах. В этом взгляде читалась не только безудержная страсть, но и беспомощность перед лицом опасности. Ресницы трепетали от его дыхания, делая лицо еще более невинным в полумраке. Он походил на наивного ягненка, по ошибке забредшего в грязное болото.

Под влиянием алкоголя Цзянь Цзинчжао почувствовал, как его очаровывает этот юноша. Впервые в жизни он ощутил некое наваждение и, подчиняясь порыву, ответил: «Не бойся».

Цинь Лан, ошеломленный беспрецедентным поведением Цзянь Цзинчжао, не успел ничего сказать, как тот перехватил инициативу: «Чтобы добиться успеха в индустрии развлечений, не обязательно пользоваться услугами мистера Циня, не так ли?»

«…»

Вроде бы сказано мягко, но для Цинь Лана это прозвучало как прямое указание, которое нельзя было проигнорировать. Цзянь Цзинчжао находился в индустрии развлечений уже восемь лет. Помимо его личных достижений, капитал и связи, накопленные за кулисами, имели огромный вес! Даже Цинь Лан, который был старше его на десять лет, вынужден был вежливо обращаться к нему "Мастер".

Более того, кто не знал в индустрии развлечений? За спиной Цзянь Цзинчжао стоял влиятельный Цинь Е. Даже президент Ли, ожидавший их в ложе, должен был считаться с Jingye Film and Television, в которую они вдвоем вложили деньги и основали.

Цинь Лан, будучи проницательным человеком, понимал, что к чему.

«Раз мастер Цзянь вступился, похоже, я не могу заставить Ю Яня вернуться. Мистер Ли ждет в ложе. Я пойду?»

После этих слов его взгляд снова задержался на этих двоих.

В кулуарах ходили слухи о безупречной личной жизни Цзянь Цзинчжао. Неужели это правда? Пусть Ю Янь попытается зацепиться, кто знает, сможет ли он в будущем удержаться за его бедро.

Цзянь Цзинчжао, словно прочитав его мысли, предупредил: «Мистер Цинь, следите за своим языком, иначе в будущем вам не поздоровится».

Вспышка молнии за окном озарила коридор холодным светом, но это неторопливое предупреждение звучало страшнее грома.

«…»

Сердце Цинь Лана невольно забилось быстрее, кадык судорожно дернулся. «Конечно… естественно».

Звук его шагов постепенно затих.

Ю Янь, поняв, что угроза миновала, перенес вес на Цзянь Цзинчжао, прильнув к нему еще сильнее.

«Эй…»

Цзянь Цзинчжао инстинктивно обхватил его за талию, ощутив гладкие линии мышц сквозь ткань одежды. Ладони обожгло жаром. С легкой паникой, которую он сам не заметил, Цзянь Цзинчжао поправил очки.

«Ты… пойдешь со мной?»

Может, отвести его обратно в комнату? Он посмотрел на Ю Яня, ощущая нарастающее беспокойство. Если он оставит его здесь, кто знает, что может произойти. В конце концов, этот парень – будущая звезда первой величины, и помочь ему сейчас было бы неплохо.

Дверь гостиничного номера закрылась.

Цзянь Цзинчжао был застигнут врасплох и прижат к дверной панели. Когда он снова поднял голову, то встретился с парой покрасневших глаз.

“Мастер Цзянь.”

“Ты……”

Цзянь Цзинчжао нахмурился, и тут обнаружил, что Юй Янь был намного выше его.

Только что он был занят тем, что разбирался с Цинь Ланем, а человек, стоявший перед ним, продолжал находиться в его объятиях, что заставляло его игнорировать эту реальную проблему.

Их глаза были расположены напротив друг друга.

При свете тусклой входной лампы зрачки Ю Яня были исключительно глубокими, излучая неописуемое чувство агрессии и собственничества.

“……”

Сердце Цзянь Цзинчжао подпрыгнуло, когда он увидел это.

Но вскоре Ю Янь сэ опустил голову и невольно приблизился к его телу, жалобно прося о помощи: “Мастер Цзянь, я, я чувствую себя неловко".

Беспомощный и жалкий тон голоса заставлял думать, что только что произошедшее было всего лишь иллюзией.

Обжигающее дыхание молодого человека продолжало касаться его шеи, а рациональная струна в сердце Цзянь Цзинчжао все натягивалась и натягивалась, и прошло несколько секунд, прежде чем он протянул руку, чтобы остановить парня: "Подожди минутку".

“Поскольку ты называешь меня мастером Цзянь, ты должен знать, кто я такой.”

Личная жизнь Цзянь Цзинчжао всегда была чистой, и он никогда не был человеком, питавшему слабость к алкоголю. Более того, он не полностью скорректировал свое состояние с тех пор, как переродился, и у него не было намерения заводить отношения с кем бы то ни было.

“……”

Ю Янь не сказал ни слова.

“Я знаю, что ты не пьян, ты просто попался на дрянные уловки своего агента". Цзянь Цзинчжао снял очки и бросил их у входа, потом схватил Ю Яня за правое запястье: “Пойдем со мной".

Легкая прохлада ладони раздражала чувствительную кожу запястья.

Ю Янь был поражен, в его наполненных похотью зрачках мелькнул огонек, и он последовал за Цзянь Цзинчжао в ванную, не сказав ни слова.

****

Полминуты спустя из полилась ледяная вода, и внезапный холод вызвал у Ю Яня желание спрятаться.

Цзянь Цзинчжао стоял снаружи: “Стой спокойно, не двигайся.”

“……”

Ю Янь посмотрел на него и очень послушно остался под душем, позволяя воде стекать по нему.

Мокрая растрепанная челка прилипла к его лбу, и вода стекала по раскрасневшемуся лицу, следуя за изящной дугой линии подбородка, вплоть до белой рубашки.

Несмотря на то, что он выглядел смущенным, он хорошо себя вел. Но его облик неясным образом околдовывал.

Цзянь Цзинчжао неестественно отвел взгляд и отрегулировал температуру воды: “Холодная?"

Ю Янь покачал головой.

“Решай сам, когда вылезать". Цзянь Цзинчжао кивнул, повернулся и удалился.

Через три секунды дверь ванной снова закрылась, скрывая фигуру Цзянь Цзинчжао.

Ю Янь перевел взгляд назад, который на несколько секунд остановился на правом запястье, потом издал смешок, который был почти заглушен шумом душа.

****

Цзянь Цзинчжао выпил пол стакана холодной воды, прежде чем подавил свое беспокойство. Он слышал шум душа в ванной, и некоторое время в его голове царила пустота, поэтому он просто сел на диван и стал ждать.

Возможно, дело было в том, что тяжелое давление последних нескольких дней наконец ослабло после того, как он предложил “покинуть компанию”. Сонливость нахлынула на него подобно приливу, и мысли стали расплывчатыми.

В этот момент дверь ванной наконец открылась.

Ю Янь переоделся в халат и подошел к нему, выражение его лица стало намного более нормальным.

Цзянь Цзинчжао посмотрел на минутную стрелку, которая обошла почти пол круга, и удивился.

Неужели прошло так много времени?

“Мастер Цзянь.”

Ю Янь встал перед ним, и извинился благовоспитанным голосом: “Простите, я доставил вам неприятности.”

“Все в порядке, это небольшое одолжение". Цзянь Цзинчжао встал и убедился, что находится в нужном состоянии. “Становится поздно, так что тебе пора уходить”.

Он планировал пойти в хозяйскую спальню.

“Мастер Цзянь, подождите!" Ю Янь быстро схватил Цзянь Цзинчжао за запястье, подержал его секунду, а затем отпустил.

“ Я... могу я остаться у вас на одну ночь? Я боюсь, что если я сейчас спущусь вниз, брат Цинь найдет меня и заставит встретиться с господином Ли.”

“……”

Ю Янь быстро пообещал: “Я останусь спать на диване в гостиной и не буду никуда ходить!"

Цзянь Цзинчжао уже собирался отказаться, но, увидев искренний взгляд, устремленный на него Ю Янем, застыл.

Если бы дело было в прошлом, он определенно не позволил бы Ю Яню остаться здесь. в конце концов, если бы что-то немного вспыхнуло, это было бы ненужными хлопотами.

Но потом он подумал об этом...

Он уже пережил "большое пятно”, которое тысячи людей отвергли и десятки тысяч людей отругали. Он давно понял, что недооценивал многие вещи. Зачем утруждать себя рассмотрением того, что еще не произошло?

Подумав о том, что произошло в его прошлой жизни, Цзянь Цзинчжао смягчился, он сказал: “Как бы то ни было, просто не приставай ко мне".

Ю Янь заметил едва заметную перемену в его состоянии и замолчал.

Но Цзянь Цзинчжао не дал ему возможности заговорить снова, потер виски, которые начали распухать, и вернулся в хозяйскую спальню.

Щелчок.

Звякнул дверной замок.

Ю Янь на мгновение уставился на закрытую дверь.

На лице воспитанного ученика, наконец, появилась трещина, и чрезвычайно сложные эмоции хлынули из нее, подобно плотной сети, которая уже была сплетена, прочно запирая цель за дверью сильным чувством собственности.

—— Цзянь Цзинчжао.

—— Наконец-то я снова тебя увидел.

****

Благодаря силе виски Цзянь Цзинчжао спал всю ночь, и когда он открыл глаза, сквозь шторы уже пробивался свет.

Цзянь Цзинчжао коснулся холодного пота у себя на лбу и слабо вздохнул.

Хотя он не может вспомнить сон прошлой ночи, он уверен, что опять находился в ловушке в своей прошлой жизни, и он не понимал, сможет ли выбраться.

Цзянь Цзинчжао не из тех, кто любил валяться в постели. Через некоторое время он встал и умылся. Когда он вышел из комнаты, он увидел фигуру на диване.

“Мастер Цзянь, доброе утро.”

Ю Янь тоже проснулся, но был все в том же халате.

“……”

Сердце Цзянь Цзинчжао на пол-удара замедлилось, прежде чем вспомнить о вчерашнем происшествии: “Доброе утро, когда ты проснулся?"

Этот человек довольно послушен, прошлой ночью не было слышно никакого движения со стороны гостиной.

Ю Янь встал: “В ванной нашлись запасные туалетные принадлежности, так что я воспользовался ими. Изначально я хотел сразу уйти, но ... Моя одежда, которую я сменил прошлой ночью, не высохла и мятая".

В его голосе послышался намек на смущение.

Действительно, немного странно выходить на улицу в халате средь бела дня.

Цзянь Цзинчжао сказал: "Подожди минутку, я попрошу отель прислать тебе костюм.”

Глаза Ю Яня слегка загорелись: "Хорошо.”

По сравнению с тем, как он выглядел прошлой ночью, охваченный желанием, сейчас, он больше походил на студента с чистым и выдающимся темпераментом.

Цзянь Цзинчжао позвонил в службу обслуживания номеров, подошел к бару и налил себе стакан теплой воды.

Ю Янь стоял неподвижно, его глаза твердо следили за ним.

Цзянь Цзинчжао знал, чего Юй Янь может достичь в будущем, но он не понимал его нынешнего положения: “Ты закончил университет? Как ты мог пойти в Maiying Entertainment под руководством Цинь Лана?”

Некоторое время он вспоминал все, что знал о Ю Яне в “прошлой жизни”, кажется тот был артистом на попечение компании Бэйдоу.

Эта компания являлась одним из двух гигантов китайской кино- и телеиндустрии и вывела бесчисленное количество кинооператоров и королев кино.

“Мне двадцать один год, Я только что закончил университет в июне.”

Ю Янь воспользовался возможностью подойти ближе и кратко объяснил: "Я всегда был очень заинтересован в актерском мастерстве. Просто так получилось, что Цинь ... Цинь Лан предложил очень хорошие условия и я согласился подписать контракт, не задумываясь.”

Брови Цзянь Цзинчжао беспомощно поползли вверх, когда он услышал его честный рассказ.

Конечно же, он был студентом-выпускником,, который плохо знал мир, и Цинь Лан помог ему попасть на съемочную площадку, а потом потребовал ответную любезность.

Отель быстро прислал совершенно новый комплект одежды, а также два изысканных завтрака.

Цзянь Цзинчжао жестом предложил: “Уйдешь после завтрака.”

Ю Янь нисколько не скрывал своей радости: "Спасибо вам, мастер Цзянь!"

Они сидели лицом к лицу.

Цзянь Цзинчжао сделал глоток соевого, чтобы согреть желудок, и, подумав об этом, дал совет: “Ты прекрасно понимаешь ситуацию, которая произошла прошлой ночью. Компания Цинь Лана - не самый лучший выбор".”

Ю Янь опустил голову и заговорил намного спокойнее: “Но я уже подписал с ним контракт, и штраф за нарушение составляет два миллиона юаней. Я.... я не могу получить столько денег в настоящее время".

“……”

Ю Янь посмотрел на его задумчивый вид, его брови внезапно сдвинулись: “На самом деле, дело не в том, что нет другого выхода.”

В то же время раздался звонок в дверь, и снаружи прозвучал голос.

“Цзиньчжао, ты не спишь? Открой дверь.”

Цзянь Цзинчжао смог узнать этот голос, его взгляд слегка изменился, а кончики пальцев, стиснувших чашку, побелели от каких-то неясных эмоций.

Ю Янь уловил эти едва заметные изменения: “Мастер Цзянь, может, мне сначала переодеться?"

Подразумевается, что ему нужно “спрятаться” на некоторое время, чтобы не доставлять Цзянь Цзинчжао ненужных хлопот.

Цзянь Цзинчжао не стал этого отрицать и кивнул.

…

Дверь гостиничного номера открылась, и в коридоре показалась знакомая фигура.

Посетитель был в очках в серебряной оправе и выглядел немного рассерженным, но это была только видимость.

Цзянь Цзинчжао намеренно не поприветствовал его, а прямо спросил: “Почему ты здесь?"

Гэ Юньшэн воспринял это как должное: “Разве я, как ваш агент, не могу приехать?"

Цзянь Цзинчжао дебютировал в больше восьми лет назад. Его бывший агент сделал все возможное, чтобы помочь ему подняться, в первые три года. Позже он временно покинул этот круг из-за личных дел. На следующие пять лет....

Благодаря протекции Цинь Е, Гэ Юньшэн до сих пор оставался главным исполнительным агентом Цзянь Цзинчжао.

“Почему ты просто стоишь на месте? Мне действительно здесь не рады?" Гэ Юньшэн улыбнулся и похлопал его по плечу, заглядывая в спальню: “Ты кого-то прячешь за моей спиной?"”

Цзянь Цзинчжао не собирался уступать, его глаза были тусклыми. “Цинь Е просил тебя прийти? Если тебе есть, что сказать здесь, просто скажи это.”

Гэ Юньшэн, наконец, расслышал холодность в его тоне, нахмурился, но не стал отрицать: “Ну, Цинь Е позвонил мне рано утром.”

“Он сказал, что вы встретились прошлой ночью и у вас произошел небольшой конфликт?”

Цзянь Цзинчжао предполагал, что последует такой разговор: "Нет никакого конфликта, Я просто ухожу из компании.”

Гэ Юньшэн не ожидал, что это окажется правдой, поэтому он переваривал услышанное в течение трех секунд, прежде чем спросить: “Ни с того ни с сего? Что произошло? Цзиньчжао, послушай меня, если ты устал от съемок, тогда сделай перерыв. Компания работает, и зарабатывает деньги, они ни чем тебе не мешает.”

“Я все решил. Ты пришел, как раз вовремя, я должен тебе еще кое-что сказать.”

В глазах посторонних решение Цзянь Цзинчжао действительно казалось необъяснимым, но в глубине души он знал правду.

Он использует самый простой и решительный способ “спасти себя”!

Гэ Юньшэн спросил: "Что ты хочешь сказать?”

Цзянь Цзинчжао посмотрел прямо в глаза Гэ Юньшэну и сразу перешел к делу: “Я хочу прекратить наше с тобой сотрудничество, начиная с сегодняшнего дня.”

Как только это было сказано, Гэ Юньшэн опешил: “Что ты говоришь?"

Он недоверчиво уставился на человека, стоявшего перед ним, как будто хотел увидеть дыру на лице Цзянь Цзинчжао: “Цзинчжао, я неправильно расслышал, или ты решил полностью со мной порвать?"

Гэ Юньшэн сделал шаг вперед: “Почему? Это потому, что я договорился с коммерческой платформой, которая тебе не нравилась, не сказав тебе об этом два дня назад? Но я провел переговоры со стороной бренда ...”

“Дело не только в этом.”

Цзянь Цзинчжао прервал его расспросы и постарался прояснить ситуацию.

“Юньшэн, мы совершенно несовместимы. Если мы будем продолжать в том же духе, только возникнет больше проблем. Давай просто разойдемся.”

Из-за ухода на пенсию бывшего агента Цзянь Цзинчжао, у него с Гэ Юньшэнем сложились отношения “наполовину партнерских”.

Поначалу они хорошо ладили, но по мере того, как репутация Цзянь Цзинчжао в кругу росла, различая в их взглядах на его карьеру стали проявляться все сильнее.

Цзянь Цзинчжао сосредоточился на инвестициях и поисках хороших сценариев, в то время как Гэ Юньшэн был более склонен к коммерческой известности.

Из-за подобных вещей они не раз ссорились, и каждый раз, когда они вроде уже подходили к концу отношений, Цинь Е выходил вперед, чтобы помочь им успокоиться.

Гэ Юньшэн подавил огонь в своем сердце и разыграл эмоциональную карту: “Цзиньчжао, мы работаем вместе уже пять лет! Я признаю, что между нами были разногласия, но, когда я в конце концов тебя не послушал? Скажи мне, разве этого недостаточно, чтобы показать мне немного лица? Что еще ты хочешь, чтобы я сделал?

Ты никогда не думал, что последствия прекращение сотрудничества распространится и на твою карьеру. Что подумают люди внутри и за пределами круга? Даже если тебе наплевать на мое лицо, ты должен принять во внимание свою репутацию!”

Слова такие искренние, как будто он думал о Цзянь Цзинчжао всем сердцем.

Если бы это было в прошлом, Цзянь Цзинчжао, возможно, поверил бы в неприкрытую искренность Гэ Юньшэна, но не сейчас!

В центре бровей Цзянь Цзинчжао появился оттенок тени, и он обнажил его: "Гэ Юньшэн, ты так заботишься о моей репутации?

Ты хватаешься титулом моего исполнительного агента, тайно подписывая контракты с невежественными молодыми новичками, а затем водишь их выпить со "спонсорами" для обмена на деньги и ресурсы! Это что, беспокойство по поводу моей репутации?”

“……”

Выражение лица Гэ Юньшэна на мгновение застыло, и в его сердце поднялась тысяча волн.

Увидев его реакцию, ненависть Цзянь Цзинчжао усилилась еще больше.

Гэ Юньшэн, стоящий перед ним, такой же человек, как Цинь Лан!

Они без колебаний продают тела и души молодых новичков ради собственной выгоды! Разница лишь в том, что первый делает это тайно, в то время как второй делает не скрывается.

Цзянь Цзинчжао в прошлой жизни случайно раскрыл секрет Гэ Юньшэна, это переполнило чашу его терпения, он решительно прекратил сотрудничество между ними двумя.

Из-за многолетней привязанности он не стал предавать огласке действия другой стороны, сохранив некоторые натянутые отношения между ними.

Но он не ожидал, что его минутная мягкость приведет к печальным последствиям.

Причиной, по которой Цзянь Цзинчжао был задержан полицией для расследования, был отчет Гэ Юньшэна о его деятельности!

Тот воспользовался собранными так называемыми “доказательствами" , когда по его словам он был агентом Господина Цзяня. Даже расставание между ними было обставлено как его “нежелание работать вместе”.

Смешно！Нелепо！

Если предательство Цинь Е повергло Цзянь Цзинчжао в отчаяние, то клевета Гэ Юньшэна вызвала отвращение!

Цзянь Цзинчжао твердо сказал: "Уходи! Не думай, что Цинь Е, сможет меня уговорить. Лучше не появляйся передо мной".

“……”

Равнодушный взгляд, которого Гэ Юньшэн никогда раньше не видел у Цзинчжао, становился все более и более смущающим.

Он лучше, чем кто-либо другой, знал, что причина, по которой он пользуется успехом в кругу агентов, заключается не в сем ином, как в использовании все более яркой славы человека напротив.

Как только эти отношения будут утрачены, его “репутация” значительно снизится.

Вчера ему позвонил Цинь Е по телефону, прося забронировать билет, и рассказал о произошедшем. Гэ Юньшэн пообещал убедить Цзянь Цзинчжао развеять вчерашние мысли. Теперь, этот вопрос не только не был решен, но он, к тому же, потерял работу?

Чем больше Гэ Юньшэн думал об этом, тем больше ему приходилось сдерживать злость, и прежде чем его лицо полностью покраснело, он в гневе повернулся и ушел.

——глухой удар.

Цзянь Цзинчжао сам захлопнул дверь, его сила немного вышла из-под контроля.

Он отступил на полшага к стене, прижал пальцы к вискам, которые снова начали ныть, и глубоко вздохнул.

Возможно, прямое “прекращение сотрудничества” вызвало негодование у Гэ Юньшэна. Наверное, самым мудрым подходом для него было разобраться с этим втайне, не встречаясь лицом к лицу.

Но Цзянь Цзинчжао, в конце концов, был живой человек, и у него были свои печали, радости и обиды!

Он не мог притворяться, что ничего не произошло, чтобы угодить этим лицемерным людям вокруг него, после того, как пережил всю эту тьму!

Вместо того, чтобы втайне медленно распутывать этот клубок, лучше с самого начала разрубить его начисто, а затем быть готовым к последствиям.

Цзянь Цзинчжао некоторое время стоял один в трансе, прежде чем раздался обеспокоенный голос: “Мастер Цзянь, вы в порядке?"

Ю Янь переоделся в простую белую футболку и брюки и предстал перед ним.

“Я услышал, как закрылась дверь, и подождал некоторое время, прежде чем выйти.- Вы не очень хорошо выглядите," - мягко объяснил Ю Янь, его брови нахмурились от беспокойства.

Между ванной комнатой и гостиной была только одна стена.

Даже если Ю Янь и не думал о том, чтобы подслушивать нарочно, разговор только что вёлся на повышенных тонах и до сих пор звучал в его ушах.

“Ничего не случилось.”

Настроение Цзянь Цзинчжао было испорчено, у него немного кружилась голова и он чувствовал слабость. “Ты можешь идти, я хочу отдохнуть.”

Ю Янь кивнул, но двигаться не спешил: “Мастер Цзянь, я не знаю, правильно ли я угадал ...”

Цзянь Цзинчжао не поспевал за его мыслями: “Что?”

Ю Янь продолжил говорить: “‘Другим способом’, о котором вы только что говорили.... Вы советовали мне найти крупную компанию, более могущественную, чем Mai Lang?"

В этом кругу все еще были крупные компании, которые готовы инвестировать в новичков на раннем этапе.

Даже для такого новичка, как Ю Янь, который уже подписал другой контракт, есть выход. При условии, что его внешний вид и актерское мастерство окажутся на уровне, более сильная компания, возможно, выплатит его штраф за нарушение контракта, а затем подпишет с ним контракт.

Цзянь Цзинчжао отреагировал и указал ему путь из своей памяти: ““Beidou Film and Television” хороши, ты можешь попробовать обратиться к ним.”

Ю Янь был невозмутим, когда услышал рекламу “Beidou Film and Television”, он быстро вложил в руку Цзянь Цзинчжао небольшую записку, написанную ранним утром.

“Мастер Цзянь это моя контактная информация. Если я смогу, я хочу следовать за вами. Я надеюсь, вы дадите мне шанс ...”

Ю Янь произнес подготовленную фразу: "Даже если это слишком большая сумма за расторжение договора в настоящее время, я определенно смогу помочь вам и вашей компании вернуть ее в будущем".

“……”

Его компания?

Вернуть обратно в будущем?

Цзяь Цзинчжао опустил глаза, и у него промелькнули кое-какие мысли.

“Мастер Цзянь, не отказывайте мне так быстро, вы можете подумать об этом?" Ю Янь подошел и прямо сказал ему: “Я могу подождать вашего ответа.”

“……”

Кончик носа Цзинчжао уловил слабый аромат мяты, он проник прямо в сердце. Этого было достаточно, чтобы растопить туман, вызванный Гэ Юньшэном.

Цзянь Цзинчжао поднял голову, чтобы встретиться взглядом с яркими глазами человека, стоявшего перед ним. Почему-то ему показалось, что он увидел щенка, который пытается встать на задние лапки и продать себя в зоомагазине.

С невинностью, того, кто не вхож в общество, и храбростью, не испытавшего неудачи.

Цзянь Цзинчжао не согласился прямо, но и не отказался сразу: “Дай мне подумать об этом, давай поговорим позже.”

****

Две минуты спустя дверь лифта медленно закрылась.

Ю Янь включил телефон, который был выключен всю ночь, и тут же раздался звонок: "Алло.”

“Привет！Ты, малыш, все ещё жив? Этой ночью твой телефон был выключен, а WeChat не отвечал. Что произошло? Где ты? Сошел с ума?”

Как только человек на другом конце провода заговорил, уши Ю Яня “взорвались”, как пушечное ядро.

Юй Янь убрал телефон подальше от уха: "Мэн Сюань, переходи к делу".

Мэн Сюань неохотно сделал это: “Я просто хочу спросить тебя, ты ведь на самом деле не подписывал этот дурацкий контракт о продаже тела, верно?"

“Просто маленькая разорившаяся компания и непостоянный агент, какое тебе до них дело? Если ты действительно хочешь войти в индустрию развлечений, чтобы развлечься, просто иди к себе домой ...”

“Мэн Сюань!”

Отражающее стекло лифта в мгновение ока отразило яростные намерения Ю Яня.

После того, как воздух на мгновение сгустился, Мэн Сюань на другом конце провода решительно сменил тон: “Ну, я сказал не то. Давайте сыграл старшего брата, а не злодея".

Ю Янь наблюдал, как лифт опускается на отрицательный этаж: “Перестань нести чушь, или я вешаю трубку".

“Не надо.”

Мэн Сюань бессердечно сменил тему: “В два часа дня, на старом месте, я созвал всех на встречу, ты придешь?"

Ю Янь вышел из лифта и направился прямо в дальний угол подземной парковки.

Там был припаркован модифицированный черно-красный мотоцикл. Если знающий человек взглянул бы на него, он понял бы, что стоимость этой марки сопоставима с покупкой дома.

“Нет, вчера я не спал всю ночь, поэтому возврашаюсь к себе наверстать упущенное”.

Ю Янь повесил трубку, взял шлем того же цвета и надел его, затем сел на мотоцикл.

Грохот! Раздался рев локомотивного двигателя!

Ю Янь выехал со стоянки легко и непринужденно. В тот момент, когда он снова увидел свет в небе, он внезапно мельком заметил знакомую фигуру.

Гэ Юньшэн, который только что ушел, все еще стоял на обочине дороги перед главным входом в отель. Неизвестно, кому он звонил в этот момент, но выражение его лица выглядело нетерпеливым.

Всплыло прошлое.

След безумия просочился из глубины зрачков Ю Яня, на тыльной стороне руки, держащей ручку газа, проступили голубые вены, а его тонкие губы беззвучно шевельнулись от презрения.

Три, два, один.

В тот момент, когда обратный отсчет закончился, Ю Янь направил мотоцикл на этого презренного человека и помчался прямо на него!

Он управлял с абсолютно изысканной техникой и проехал мимо ничего не подозревающего Гэ Юньшэна на расстоянии почти миллиметра.

Звук ветра со свистом пронесся в его ушах, он получил наивысшее удовольствие без зазрения совести.

“——Да！”

Гэ Юньшэн в испуге упал на землю, а его мобильный телефон был отброшен далеко в сторону.

Он в страхе поправил очки, его голос дрожал, когда он выругался: "Черт возьми, как ты водишь!"

Ю Янь посмотрел на смущенную фигуру в зеркале заднего вида, усмехнулся, опустил тонированное стекло на шлеме, скрывая бесконечный мрак и безумие в глазах, и поехал прочь.

****

В тихом кафе Цзянь Цзинчжао сидел один в ложе на втором этаже, на столе был только стакан воды.

Он посмотрел во двор внизу через окно, где в ухоженном цветнике цвел большой куст жасмина, который заставлял посетителей ресторана чувствовать себя расслабленными и счастливыми.

Вскоре дверь за белым забором открылась, и вошла женщина в солнцезащитных очках.

Она была одета в черное платье с открытыми плечами, ее фигура была стройной, кожа на солнце была удивительно белой, а волосы были перехвачены и закреплены на затылке, оставлены лишь несколько тонких прядей.

На первый взгляд, в этом был некий шарм, который присущ только зрелым женщинам.

Женщина остро ощутила на себе пристальный взгляд сверху, поэтому остановилась посреди двора, сняла солнцезащитные очки и оглянулась.

Посмотрела наверх.

Цзянь Цзинчжао продемонстрировал редкую улыбку, и все затихло.

Однако через полминуты у двери ложи послышался стук высоких каблуков, занавес открылся, и Цзянь Цзинчжао взял на себя инициативу встать и поприветствовать гостя.

“Сестра Цзя, прошло много времени с тех пор, как я видел тебя в последний раз.”

Цзи Цзя приподняла губы и села напротив него: “Ты долго ждал?"

Условленное время для их встречи было в половине третьего, а сейчас было уже больше трех.

Цзянь Цзинчжао вернулся на свое место: “Все в порядке.”

Как только его голос стих, официант принес чашку кофе со льдом: “Здравствуйте, это кофе, который вы заказали, пожалуйста, пейте его медленно".

Цзи Цзя удивленно подняла брови и посмотрела на Цзянь Цзинчжао, сидевшего напротив.

Цзянь Цзинчжао поправил свои очки и непринужденно ответил: “Я догадывался, что ты скоро приедешь, поэтому заранее сказал официанту, чтобы он приготовил его и отправил наверх.”

Цзи Цзя рассмеялась: “Я уже пять лет не была на таких встречах. Ты, парень, все еще помнишь мои предпочтения.”

Цзянь Цзинчжао расчувствовался, услышав это давно забытое обращение: “В этом кругу только ты по-прежнему называешь меня так".

Цзи Цзя сделал глоток чая со льдом, который был ее любимым вкусом: “Тебе было чуть за двадцать, когда ты дебютировал. Я на пятнадцать лет старше тебя. Почему я не могу называть тебя так?"

Первым агентом Цзянь Цзинчжао после его дебюта была Цзи Цзя, сидевшая перед ним.

Цзи Цзя стала агентом сразу после окончания университета, а затем полагалась на свои способности, чтобы продвигаться семимильными шагами. В возрасте 34 лет она уже вывела на первые позиции свою актрису, сделав ее очень популярной.

Она считалась хорошо известным брокером в своем кругу.

Цзи Цзя любила сложную работу, поэтому после того, как истек контракт с предыдущей популярной артисткой и сотрудничество закончилось мирно, она решительно выбрала наиболее понравившегося ей Цзянь Цзинчжао среди новичков компании.

В то время у Цзянь Цзинчжао не было ни ресурсов, ни связей, и он почти столкнулся с негласными правилами. Столкнувшись с предложением Цзи Цзя, которая протянула ему оливковую ветвь сотрудничества, он воспользовался возможностью, не сказав ни слова.

Первым сценарием, который Цзи Цзя выбрал для Цзянь Цзинчжао, был "Хуаюэ" современного режиссера Вэнь Чаошэна.

Фильм "Хуаюэ" стал большим хитом после своего выхода, а Цзянь Цзинчжао одним махом стал известен. Он получил награду за лучшую мужскую роль в секции короткометражных фильмов на Международном кинофестивале в Яне, став прекрасным “Белым лунным светом” в сердцах бесчисленных поклонников.

За три с половиной года между Цзянь Цзинчжао и Цзи Цзя не было трений, это было типичное прочное сотрудничество.

Первый отвечал за качественную работу, а другой - за его стабильное продвижение. Негативного общественного мнения не было. Просто популярность и статус первого быстро росли.

Жаль, что человеческие расчеты не так хороши, как расчеты небес.

Как раз на восходящей стадии развития Цзянь Цзинчжао у матери Цзи Цзя был диагностирован рак. Цзи Цзя была из неполной семьи, жила со своей матерью с детства.

Она решительно отказалась от своей карьеры, сопровождала мать на приемы к врачу для лечения и гуляла с ней.

Цзянь Цзинчжао уважал выбор Цзи Цзя, и позже, по протекции Цинь Е, он принял Гэ Юньшэна в качестве своего второго агента.

Личные способности Гэ Юньшэна, естественно, не были так хороши, как у Цзи Цзя, но, к счастью, Цзянь Цзинчжао уже превратился в зрелого артиста со своими идеями и способностями. Он стабильно играл на протяжении многих лет и добился хороших результатов.

Если бы в конце концов не тот инцидент, он мог бы продолжать оставаться в круге.

“……”

“О чем ты только думаешь? В твоих глазах туман.”

Цзи Цзя увидела, что Цзянь Цзинчжао отвлекся, и напомнила ему: "Давай поговорим! Что, черт возьми, происходит?"

Они недавно начали общаться через WeChat, но на экране телефона многие вещи, в конце концов, сложно объяснить.

Цзянь Цзинчжао пришел в себя и изо всех сил постарался смягчить выражение лица: “Я только недавно понял, что Цинь Е хочет получить в этом кругу больше, чем я. Это можно рассматривать, как различия во взглядах. Если мы продолжим, однажды мне будет стыдно.

И я снимаюсь уже столько лет, я немного устал, поэтому хочу временно переключить свое внимание на закулисье.

Я хочу уйти из нашей компании и основать другую по производству фильмов и телевизионных шоу, но мне трудно сделать это в одиночку, так что ...”

Цзянь Цзинчжаоцзин вздохнул, указывая на суть дела: “Я хочу попросить сестру Цзя стать моей партнершей.”

Цзи Цзя уловила намек в словах Цзянь Цзинчжао и осторожно спросила: "Если я правильно помню, вы с Цинь Е знаете друг друга немного дольше, чем ты меня. Ты не веришь ему, но готов поверить мне?"

Цзянь Цзинчжао мгновение молчал, потом ответил только на вторую половину предложения: “Сестра Цзя, я верю тебе".

Когда его арестовали, внутри круга и за его пределами было очень мало людей, которые были готовы встать и выступить в защиту Цзянь Цзинчжао, и Цзи Цзя была одним из них.

Она примчалась из-за границы, и позаботилась о похоронах матери Цзянь вместо него, потом использовала свои связи, чтобы помочь выяснить правду.

По сравнению с тем, как Цинь Е защищал себя и подливал масла в огонь, бросать уголь в снег более трогательно.

“……”

Я верю тебе.

В этих простых трех словах было слишком много благодарности, которую Цзянь Цзинчжао не мог выразить ясно в прошлом, и они искренне поразили сердце Цзи Цзя.

“Дитя мое, сначала я хотела намеренно подразнить тебя, но как только ты заговорил, ты перешел к этому вопросу. Разве не было бы уместно, если бы я сразу согласилась?”

Ее больная раком мать упорно боролась в течение четырех лет, но в конце концов боль унесла ее.

Цзи Цзя потребовался целый год, чтобы полностью оправиться от своего горя. Сейчас у нее не было родственников в этом мире, и она до сих пор не была замужем. Изначально она планировала “вернуться и начать карьеру”.

Цзи Цзя искоса посмотрела на снежный жасмин во дворе, и ее настроение слегка пошатнулось.

Точно так же, как она бросила “оливковую ветвь” Цзянь Цзинчжао, который тогда был новичком, в нужное время. Приглашение от Цзинчжао также пришло вовремя.

“Цзиньчжао, ты помнишь, что когда ты снимал последнюю сцену "Цветочной луны", съемочная площадка тоже была полна цветов жасмина?”

“Помню”.

Та сцена убийства стала важной вехой в карьере Цзянь Цзинчжао.

Цзи Цзя повернула голову и подняла кофейную чашку, которую держала в руке: “Сегодняшний день снова полон жасмина, так что пусть это ознаменует новое начало для твоей и моей карьеры".

Цзянь Цзинчжао понял, поднял бокал и слегка стукнул им: "Спасибо, сестра Цзя, я снова побеспокою тебя в будущем".

“Это не проблема, это беспроигрышная ситуация.”

“Да”.

****

Неделю спустя Jingye Film and television.

Цзянь Цзинчжао сидел в элитном офисе, спокойно глядя на курящего мужчину.

У собеседника были вьющиеся золотистые волосы, которые отличались от волос обычных людей, а тонкая повязка на голове стягивала их на затылке, открывая его красивое лицо, принадлежащее к смешанной расе.

“Ты действительно так решил? Просто оставить Цинь Е? И меня бросаешь? А, как же компания, которую мы создали вместе?”

Брови мужчины нахмурились, потом расслабились, он перестал курить и посмотрел прямо на Цзянь Цзиньчжао: “Цзиньчжао, ты сделал это, чтобы усложнить жизнь Цинь Е и мне".

Казалось бы, небрежный вопрос был достаточно резким.

“……”

Цзянь Цзинчжао помешал горькое кофе маленькой ложечкой, но горечь в его душе была сильней.

Человека, сидящего напротив, звали Лан Цихуа, он был смесью китайской и итальянской расы, всего на два месяца моложе Цзянь Цзинчжао.

Поскольку их родители являлись близкими друзьями, Цзянь Цзинчжао и Лан Цихуа знали друг друга с детства. Но первый отличался самодисциплиной и ростом на своем пути, в то время как второй имел непринужденный характер.

Три года назад Цзянь Цзинчжао решил основать компанию Jingye Film and television.

Лан Цихуа откуда-то узнал эту новость, поэтому проявил инициативу, подошел к его двери и сказал, что хочет получить долю, предлагая помочь ему управлять компанией.

В конце концов, Цзянь Цзинчжао и Цинь Е оба были актеры, и они больше работали на съемочной площадке, чем в офисе. В компании должен был быть “кто-то свой”, чтобы заботиться о них.

После всестороннего рассмотрения они согласились с просьбой Лан Цихуа о партнерстве.

В последние несколько лет причины, по которой их компания развивались так быстро, были связаны со статусами Цзянь Цзинчжао и Цинь Е в кругу, а также Лан Цихуа сделал все возможное, чтобы позаботиться об этом.

“Мы все независимые личности, и не должны цепляться друг за друга. Я просто хочу уйти. Я не ущемляю интересы ни одного из вас. Почему ты говоришь, что вас бросаю?”

Цзянь Цзинчжао держал в руках кофе, но не пил: “Jingye Film and television достаточно развилась на сегодняшний день. Ты тот, кто внес большой вклад, так что компания может прожить без меня, но не без тебя”.

Лан Цихуа тут же возразил: “Ты, не говоришь правду. Даже, если ты произносишь эти вежливые слова, разве ты просто не посылаешь меня?"

Если бы это было в прошлом, Цзянь Цзинчжао возможно посмеялся бы над его словами, как над шуткой, но сейчас все по-другому.

Он медленно поставил кофейную чашку, его глаза под стеклами очков скрывали глубокие мысли: “Правда? А ты относился ко мне, как к другу?”

“……”

Лан Цихуа слегка улыбнулся: “Что?”

Цзянь Цзинчжао естественным образом отрегулировал ритм сердца, думая: “Просто после того, как я столько лет был твоим "другом", ты определенно "съешь’ мои акции при удобной возможности, присвоишь себе мои достижения, и продолжишь управлять этой компанией".

В конце концов, после его ареста, именно это и сделала другая сторона.

Дело не в том, что это приземленно, просто его "друг" выбрал материальные "преимущества”, а не призрачную “дружбу”.

Цзянь Цзинчжао взял контракт о расторжение, который был заранее подготовлен, решительно расписался, а затем без всякой ностальгии вручил его Лан Цихуа.

“Ты знаешь, что я ненавижу запах дыма, но ты не считал необходимостью не курить в моем присутствии.

Ты знаешь, что не люблю эспрессо, но каждый раз, когда мы встречаемся в твоём кабинете, твой ассистент подаёт мне именно его.”

Цзянь Цзинчжао решил закончить эту встречу, а напоследок риторически спросил: “В чем причина? Ты знаешь это лучше меня.”

“……”

Глубокие тайны в сердце Лан Цухуа были раскрыты, и игривое выражение его лица резко изменилось.

Цзянь Цзинчжао видел его насквозь, но не потрудился ему раньше об этом сказать.

“Как только соглашение будет подписано, я полностью покину компанию. Если у вас двоих будут какие-то дела ко мне в будущем, вы можете связаться с моим помощником.”

“……”

Лан Цихуа смотрел в спину Цзянь Цзинчжао, когда тот решительно уходил, его пальцы, державшие сигареты, постепенно напрягались.

В глазах старейшин и посторонних они двое - бамбуковые лошадки, которые “сыграли по-крупному”, но это не так. (Друзья детства, которые высоко поднялись).

Все это время Цзянь Цзинчжао был объектом похвалы всех их знакомых Он отлично учился, окончил престижную школу, а потом, войдя в круг развлечений, почти сразу получил национальную награду. Он всегда был сильным.

Как бы ни старался Лан Цихуа тогда, он всегда немного отставал от соперника. По мере того, как проходили дни в его сердце накапливалось слабое нежелание.

Он не хотел вечно следовать за Цзянь Цзинчжао, он хотел превзойти его, а также позволить этому человеку смотреть ему в спину и ощутить вкус того, что ты позади!

Лан Цихуа никому не рассказывал о ревности в своем сердце. Напротив, услышав, что Цзянь Цзинчжао собирается основать кинокомпанию, он решительно напросился в компаньоны.

Стать партнером лучше, чем стать "несостоявшимся” конкурентом.

Возможно, когда-нибудь в будущем он станет незаменимым высшим руководителем компании, так что даже Цзянь Цзинчжао придется проявлять к нему уважение.

Лан Цихуа знал, что его мысли были неловкими и противоречивыми, поэтому он мог только скрывать их день за днем, но он не ожидал, что Цзянь Цзинчжао заметит это!

“——шипение”.

Сгоревший окурок обжег ему пальцы, и Лан Чихуа внезапно пришел в себя.

Он опустил глаза, потер красные отметины на пальцах и пробормотал себе под нос: “Что это?"”

Статус “Высший руководитель”, о котором он заботился больше всего, - это просто должность, которую в глазах Цзянь Цзинчжао можно выбросить в любой момент?

Он так долго тайно усердно работал, но, в конце концов, ему все равно приходится смотреть сопернику в спину!

Дверь лифта медленно закрылась.

Постепенно четыре крупных иероглифа "Jingye Film and television” исчезли из поля зрения Цзянь Цзинчжао, и с этого момента он полностью разорвал связи с этой компанией.

Цзянь Цзинчжао набрал номер телефона Цзи Цзя, и в течение трех секунд их соединили.

“Эй, Цзиньчжао, ты это сделал? Разве тебе не было стыдно?”

Цзянь Цзинчжао улыбнулся и вздохнул с облегчением: “Нет, сестра Цзя, как у тебя дела?"

Цзи Цзя ответила: "Все идет хорошо. Я уже передала всю информацию о новой компании в соответствующие отделы. Предполагается, что мы сможем подать заявку в СМИ в эту пятницу.”

“Я организую офис, как можно скорее. Постарайся сохранить новость о твоем уходе из "Jingye Film and television",' как можно дольше в секрете? Просто подожди, пока будет полностью создана новая компания, прежде чем объявить о нем внешнему миру?”

В конце концов, Цзянь Цзинчжао - общественная фигура, и рано или поздно эта новость просочится, и необходимы будут определенные контрмеры.

Цзянь Цзинчжао согласился: “Что ж, сестра Цзя, спасибо тебе за усердную работу.”

Цзи Цзя усмехнулась: “Что во всем этом такого сложного? Кстати, мне нужно обсудить с тобой еще одну вещь.”

“О чем?”

“Об артистах компании.”

Они вдвоем провели предварительные обсуждения. Новая компания в основном фокусировалась на “инвестициях в кино- и телепроекты” и “раскрутке артистов”. Цзянь Цзинчжао в основном отвечал за первое, а Цзи Цзя, которая являлась агентом уже много лет, отвечала за второе.

“Брокерская компания, которая может встать на ноги, определенно не должна испытывать недостатка в собственных артистах-знаменитостях. Цзиньчжао, хотя твой титул кинооператора достаточно громкий, если ты долгое время будешь за кулисами, это определенно не будет на нас работать.”

Цзи Цзя уважала решение Цзянь Цзинчжао и не собиралась заставлять его продолжать активно работать перед экраном ради развития новой компании.

Более того, такая компания, как у них, всегда полагается на развитие своих артистов, и в долгосрочной перспективе им нужен кто-то помоложе.

“В дополнение к предложению уже известным актерам и певцам присоединиться к нам, компания должна привлечь свежую кровь.”

Грубо говоря, по сравнению с артистами, которые уже давно в индустрии развлечений и с которыми трудно справиться, большинство новичков подобны чистому листу бумаги, и их проще воспитывать и контролировать.

Цзянь Цзинчжао понял: “Ты имеешь в виду, что тебе нужно найти нового человека, чтобы тот стал хорошим саженцем?"”

Цзи Цзя не стала этого отрицать.

Новая компания и красивые новые актеры должны дополнять друг друга.

Если неизвестного новичка им удастся вывести на высокий уровень популярности, преимущества для перспектив развития компании перевесят недостатки.

Она помолчала, затем повернулась и сказала: "Конечно, в наши дни слишком трудно найти хорошие саженцы, и только один из тысяч людей может проявиться. Те, кто хорошо выглядят, не обязательно обладают силой, а те, у кого есть сила, также могут не обладать удачей.”

“……”

Цзи Цзя продолжила объяснять свои планы: “Я хочу связаться с крупнейшими колледжами и университетами, чтобы подписать контрактв с группой молодых новичков, хорошо себя зарекомендовавших, насколько это возможно.”

Цзянь Цзинчжао прислушался к словам Цзи Цзя, и в его сознании без всякой причины возникла фигура молодого человека.

Новичок? Сила? Удача?

Возможно ли, чтобы такой человек появился среди тысяч новичков?

До его ушей донеслось напоминание Цзи Цзя: “Цзиньчжао, ты слушаешь?"

В тот же момент дверь лифта снова открылась.

Солнечный свет снаружи хлынул мгновенно, он, словно мог растопить всю дымку сознания.

Цзянь Цзинчжао без колебаний вышел навстречу свету и твердо ухватился за идею восхождения: “Сестра Цзя, у меня есть подходящий новичок.”

****

Западный пригород города Хай.

На гоночной трассе под открытым небом жаркое послеполуденное солнце опалило землю,. Неожиданно, подул сильный ветер, подняв пыль до небес.

Черно-красный мотоцикл накренился и помчался на предельно большой скорости, грохочущий звук двигателя устремился прямо в небо, заставляя учащенно биться сердца зрителей.

Через некоторое время мотоцикл снизил скорость и заехал на временную стоянку рядом с трассой.

Ю Янь снял свой сделанный на заказ шлем и от души встряхнул черными волосами.

“Скажи мне, Ю Янь, ты что, собирался умереть?" Мэн Сюань подбежал к нему, удивленный и взволнованный.

“Скорость на предпоследнем круге превышала 300 миль в час, люди на трибунах можно сказать видели остаточное изображение. Что, если бы ты не удержался и уппл?”

Ю Янь слез с мотоцикла. “Из-за чего ты паникуешь? Разве все не прошло хорошо?”

Он бросил свой шлем в руки друга и аккуратно снял верхнюю половину гоночного костюма. Плавные линии его рук были покрыты тонким слоем пота, в них чувствовалась невыразимая дикость.

Мэн Сюань искренне восхищался его мастерством и безумием. После долгих раздумий ему пришлось пробормотать: “Ты сумасшедший".

Ю Янь не стал опровергать: “Я хочу пить, давай поговорим внутри.”

Прямо перед ареной находится крупнейший мотоклуб города Хай, YANS, который привлек почти 100 членов менее чем за два года с момента своего основания. Здесь также проводились регулярные собрания байкеров.

На втором этаже клуба находился бар, где можно было отдохнуть. Каждое воскресенье вечером, в этом клубе проводились показательные соревнования привлекающее бесчисленное количество молодых людей, которые приходили зарегистрироваться и потратить деньги на ставки.

Официант посмотрел на двух человек, входящих в дверь, и вежливо кивнул: “Здравствуйте, босс.”

Мэн Сюань небрежно кивнул и посмотрел на своего друга, стоявшего рядом с ним.

Он официально инвестировал и управлял этим клубом, но настоящим боссом за кулисами являлся Ю Янь, который был готов потратить деньги, превратив свое хобби во вполне успешное дело.

Ю Янь взял напиток, поданный официантом, сделал два глотка, сел и тут же жестом показал: "Где мой телефон? Отдай его мне.”

“Посмотри на этого ребенка, чей звонок ты ждешь?" Мэн Сюань бросил ему мобильный телефон. “Я не отключал звук, не говоря уже о телефоне, там не было ни звонков, ни текстовых сообщений”.

Ю Янь нахмурился и все же просмотрел текстовые сообщения, не сдаваясь. Это была правда, что там не было номера, о котором он думал.

“……”

Прошла уже неделя.

Может быть, в прошлый раз он повел себя недостаточно ясно?

Кажется, что он больше не может вот так просто сидеть и ждать. Ему нужно попробовать проявить инициативу, чтобы встретиться.

“Тск-тск, чем ты так ошарашен?”

Мэн Сюань заметил его состояние и не смог удержаться, чтобы не поддразнить: “Брат Янь, я думаю, в последнее время ты был не в себе. От кого ты так ждешь новостей?"

Ю Янь бросил телефон и допил свой напиток, не признаваясь: "Ни от кого.”

“Неужели? В чем же проблема?"- настойчиво спросил Мэн Сюань. Внезапно охваченный вспышкой вдохновения, он воскликнул: "Черт возьми! Эта маленькая разорившаяся компания пристает к тебе?”

“Я говорил тебе не ходить в тот день. Было понятно, что это–яма, ты все же пошел!”

“Заткнись”.

Ю Янь остановил мысли своего друга, и встал: “Я устал, пойду отдохну”.

Мэн Сюань посмотрел на мобильный телефон, лежащий на диване, и поднял брови: “Эй, тебе больше не нужен твой мобильный телефон?"

“Какого……”

Прежде чем гневные слова были произнесены, неожиданно завибрировал и зазвонил мобильный телефон.

Юй Янь мельком увидел цепочку цифр, которую он прекрасно помнил, в бросился обратно к дивану, поспешно ответив: “Эй, привет".

Произнеся первую фразу, он нервно запнулся.

“……”

Мэн Сюань открыл для себя новый Мир и навострил уши, чтобы послушать сплетню. К сожалению, его друг не включил громкую связь, и он ничего не мог услышать.

У Ю Яня не было времени принимать во внимание чувства своего друга. Он сосредоточил все свое внимание на другом конце провода, опасаясь пропустить вздох собеседника.

“Привет, это Цзянь Цзинчжао.”

Послышался глубокий голос.

Ю Янь крепко сжал свой телефон: “Я знаю, мастер Цзянь.”

Цзянь Цзинчжао узнал голос Ю Яня: “Я хотел узнать, ты сейчас свободен? Тебе было бы я удобно встретиться.”

Юй Янь тяжело вздохнул: "Удобно!”

Цзянь Цзинчжао спокойно подтвердил время встречи: “Ты можешь дать мне адрес? Мне неудобно появляться на публике. Я пришлю тебе номер своей машины позже. Ты сможешь ее узнать?”

Ю Янь ответил, не задумываясь: "Хорошо.”

Его ответ показывал очень вежливое отношение.

Тон Цзянь Цзинчжао слегка повысился: “Что ж, увидимся позже.”

Он повесил трубку.

Дыхание Ю Яня немного участилось, но приподнятая дуга его рта выдавала его настроение.

Мэн Сюань выглядел ошарашенным, глядя на это со стороны, он не мог удержаться, чтобы не поддразнить его: “Йо-йо-йо, ‘хорошо', я никогда в жизни не видел, чтобы ты так послушно отвечал на телефонные звонки. Это кто?"

Ю Янь отправил адрес в виде текстового сообщения, поднял голову: “У меня нет времени уделять тебе внимание, я занят.”

Сказав это, он поспешно побежал на второй этаж.

"Куда ты бежишь?" - крикнул Мэн Чуань. "Больше не собираешься отдыхать?”

Ю Янь редко бывал в таком хорошем настроении, поэтому ответил: “Это ты хочешь спать! Я приму душ и пойду!”

Сорок минут спустя.

Цзянь Цзинчжао, следуя указаниям навигатора, выехал на боковую дорогу и сразу же увидел знакомую фигуру, стоящую на обочине.

Ю Янь был одет в простую белую футболку и черные брюки, его фигура была очень высокой, а все его тело излучало чистый и освежающий вкус.

Он лениво стоял в тени дерева, и хотя он был полон молодости, у него была немного неясная аура хулигана, из-за которой от него было невозможно оторвать глаз.

Взгляды этих двоих молчаливо встретились.

Разделенный расстоянием, Цзянь Цзинчжао мог ясно заметить улыбку на лице Ю Яня.

Он припарковал машину рядом с молодым человеком, и опустил стекло: “Садись в машину.”

Ю Янь нисколько не осторожничал, открыл пассажирскую дверь второго пилота и сел внутрь: "Здравствуйте, мастер Цзянь.”

Цзянь Цзинчжао огляделся вокруг и небрежно сказал: “Я слышал, как один друг раньше упоминал этот клуб. Кажется, он довольно известен. Почему ты здесь?"

“……”

Ю Янь был застигнут врасплох, а потом вспомнил одну вещь.

Он был слишком взволнован, когда ему только что позвонили, поэтому, не задумываясь, отправил этот адрес Цзянь Цзинчжао.

Прямо сейчас он не может сказать, что является боссом этого клуба, верно? В конце концов, в последний раз, когда они встретились в отеле, он "притворился жалким" и сказал, что у него нет денег. Сейчас он не мог отказаться от образа бедного студента, вынужденного работать актером.

Ю Янь угрюмо кашлянул: “О, я знаю здешнего босса, и я здесь временно работаю, что бы собрать немного денег".

Цзянь Цзинчжао вспомнил смущение этого парня, столкнувшегося с расторжением контракта в прошлый раз: "Твой контракт с Mai Lang Entertainment был расторгнут?“

Юй Янь покачал головой: “Нет, я больше не хотел идти в ту компанию. Я намеренно избегал Цинь Лана на этой неделе.”

Это не было не правдой.

Он уже удалил контактную информацию Цинь Лана, что касается штрафа за нарушение контракта, он не боялся, что не сможет позволить себе заплатить его. Это уже не имело значения.

Даже если другая сторона даже придет к его двери, требуя денег. Это не имеет значения, они у него есть.

Цзянь Цзинчжао в глубине души покачал головой.

Конечно же, это выпускник колледжа с небольшим опытом общения, конечно, ему сложно разобраться с такого рода контрактом. Похоже, он избегает этого вопроса, прячась?

Ю.Янь попытался приблизиться к Цзянь Цзинчжао: “Мастер Цзянь, вы решили найти меня. Это то, о чем я думаю?"

Цзянь Цзинчжао поправил свои очки, а затем неуверенно спросил: "Ты о чем?"

Ю Янь ответил прямо: “Я хочу следовать за вами. Вы можете взять меня в свою компанию? Я определенно буду вести себя хорошо.”

Расстояние между ними двумя постепенно сокращалось.

Цзянь Цзинчжао снова почувствовал слабый запах мяты, исходивший от тела Ю Яня.

Каким-то образом недолговечное воспоминание о той ночи внезапно всплыло, подобно бабочке, задержавшейся в сознании.

Самым впечатляющим был тогда не жалкий вид Ю Яня, вызванный желанием, а яростная одержимость, промелькнувшая в его взгляде, почти иллюзия того, что этот парень хочет подавить его.

“Мастер Цзянь, что с вами не так?”

“……”

Мысли Цзянь Цзинчжао быстро вернулись к действительности, и он искренне и встретился взглядом с Ю Янем, но у того не было того свирепого намерения, о котором он только что подумал.

Он слегка отстранился, достал папку сзади и протянул ее парню. “Прежде всего, я хочу прояснить кое-что. Сейчас я не имею никакого отношения к Jingye Film and television, но я готовлюсь к созданию новой компании".

Ю Янь слегка приподнял брови и без удивления взял папку: “Вы хотите от нее подписать со мной контракт?"

Для него главное - следовать за Цзянь Цзинчжао, а не за Jingye Film and television.

Цзянь Цзинчжао не ожидал от него такого спокойного отношения, он объяснил более четко: “Конкуренция в индустрии развлечений сейчас очень жесткая, и я не могу гарантировать, что у тебя будут хорошие ресурсы, если ты придешь в эту новую компанию".

Будь то воспоминания о прошлой жизни или его суждения о текущей ситуации в индустрии развлечений, с квалификацией Ю Яня он может найти крупную компанию, готовую взять управление его делами на себя.

Ю Янь открыл контракт, но не спешил его читать: “Кто из новичков не начинал с нуля? Для меня нет никаких проблем.”

Цзянь Цзинчжао получил его согласие, а затем рассказал о ключевых пунктах контракта: “Мы будем действовать в соответствии с контрактом новичка сроком на пять лет.”

“Что касается возмещения убытков Mai Lang Entertainment, компания может сначала выплатить тебе аванс, но после вычтет эти деньги из доли твоего дохода за следующие два года. Это указано в четвертом или шестом пункте.”

Создание кино- и телекомпании и подписание контрактов на обучение новых артистов изначально является разновидностью коммерческого инвестиционного проекта.

Независимо от того, насколько оптимистично Цзянь Цзинчжао относился к Ю Яню, он не мог позволить себе заниматься убыточным бизнесом, более того, по сравнению с другими, его условия и так были очень хорошими.

Ю Янь понял это и с готовностью согласился: “Я в порядке, мы подпишем контракт прямо сейчас?"”

"Ты уже прочитал контракт?" - беспомощно напомнил Цзянь Цзинчжао. "Ты не боишься ям в нем?”

“Мастер Цзянь, вы ведь не подставить меня?"- риторически спросил Ю Янь, но в его глазах было доверие.

Цзянь Цзинчжао понял его мысли, но постарался искренне направить его на правильный путь: "Ю Янь, не доверяй мне безоговорочно только, потому что я помог тебе раньше.”

“Люди в нашем кругу выглядят гламурно, но "доверие’ - самая уязвимая вещь.”

Последняя половина предложения была окрашена оттенком одиночества.

Взгляд Ю Яня слегка изменился, но прежде чем он успел заговорить, Цзянь Цзинчжао быстро привел в порядок свои эмоции.

“Кстати, тебе лучше решить вопрос о расторжении контракта с Mai Lang Entertainment самостоятельно. Я попрошу перевести тебе два миллиона юаней за расторжение контракта, как только ты решишь этот вопрос.”

Если Цзянь Цзинчжао решит поговорить напрямую, он боялся, что другая сторона начнет тянуть время, и возможно, как-то подставил молодого человека.

Цзянь Цзинчжао сделал паузу и добавил: “Нет необходимости оказывать давление. Но если Цинь Лан намеренно поставит тебя в неловкое положение, компания, естественно, примет меры".

"Понимаю”.

Ю Янь потер уголок папки и, воспользовавшись возможностью, спросил: “Мастер Цзянь, у меня есть еще один вопрос.”

Цзянь Цзинчжао посмотрел на него: “Что именно?”

Ю Янь полюбопытствовал: “Я первый новичок, с которым вы подписали контракт? Вы будете заботиться обо мне в будущем?”

Цзянь Цзинчжао был застигнут врасплох, но потом рассмеялся: “Ты когда-нибудь видел, чтобы босс лично вел новичка?"

Ю Янь понял ответ, но все же пытался настаивать: “Но я хочу, чтобы вы лично учили меня. Это возможно?"

Сказав это, он нарочито моргнул, явно изображая хорошего мальчика.

Цзянь Цзинчжао позабавил этот момент, и слабая улыбка, которую он даже не заметил, тронула уголки его губ: “Это зависит от твоего выступления.”

Если Ю Янь покажет свой талант и будет работать достаточно усердно, он, естественно, будет готов подтолкнуть его лодку и повести ее за собой.

Предыдущая жизнь “закончилась" слишком быстро. Цзянь Цзинчжао не знал, как далеко смог зайти Ю Янь, но он надеялся, что на этот раз, уже в его новой компании, у этого парня тоже будет хороший старт.

“Возьми контракт и внимательно посмотри его. Через несколько дней, когда дела с регистрацией новой компании будут улажены, мв официально свяжемся с тобой.”

“Хорошо, послушаюсь мастера Цзяня.”

“Тогда увидимся позже, у меня еще есть кое-какие дела.”

Ю Янь кивнул и с особой готовностью вышел из машины.

Он сделал несколько шагов, затем внезапно вернулся к дверце машины Цзянь Цзинчжао и постучал в окно.

Тот приоткрыл окно машины и посмотрел на него: “Что-нибудь еще?”

Ю Янь опустил глаза: “Ну, есть кое-что очень важное, я забыл вам это сказать.”

Цзянь Цзинчжао спросил: "Что?”

Ю Янь был намного выше его. Он наклонился, приблизившись к Цзянь Цзинчжао, яркий солнечный свет сделал его и без того сильное лицо еще более ошеломляюще.

Цзянь Цзинчжао ясно увидел свою фигуру в глазах парня, и го сердце необъяснимо забилось.

“...Ю Янь?”

Когда Ю Янь услышал свое имя, он ясно улыбнулся: “Мастер Цзянь, на самом деле я ваш поклонник.”

“Вы мне очень понравились, давным-давно.”

Цзянь Цзинчжао думал, что он давно привык к признаниям “фанатов”, но сейчас он все же был потрясен.

“Да?”

“Итак, мастер Цзянь, я готов безоговорочно верить вам, следовать за вами и стремиться надолго остаться в этом кругу.”

Взгляд Ю Яня был устремлен на него от начала до конца, твердый и прямой: “Я надеюсь, что однажды ты сможешь доверять мне безоговорочно.”

Цзи Цзя обладала широким кругом контактов и была очень эффективна в работе. Ей потребовался всего месяц и она полностью справилась со всеми организационными делами новой компании.

Цзянь Цзинчжао назвал компанию "Тень Кита”, смысл очень прост.

Как самое крупное животное в океане, кит многими людьми называется повелителем океана. Он надеялся, что с таким названием новая компания сможет занять высокое место в огромном и сложном кругу кино- и телепрограмм.

В просторном и светлом офисе Цзи Цзя взяла кофе, поданный помощницей Сяо Чжао, и посмотрела на Цзянь Цзинчжао, который сидел напротив: “Что ты думаешь об информации о новичках, которую я тебе отправила?"

В течение этого месяца Цзи Цзя также нашла время связаться с крупнейшими университетами кино и телевидения и фактически выкопала несколько саженцев, которые еще не были подписаны другими компаниями.

Два молодых человека и три девушки.

Цзянь Цзинчжао кликнул по файлу: "Я прочитал всю информацию об этих новичках, они довольно хорошие.”

Цзи Цзя сделала глоток кофе: “Ты хочешь поговорить о том парне, на которого у тебя виды?”

Цзянь Цзинчжао отреагировал: “Ю Янь?”

Цзи Цзя кивнула: “Я встречалась с ним два дня назад. Как по внешности, так и по темпераменту он довольно доминирующий.

И мне показалось, что его брови мне знакомы, но я не могу вспомнить...”

Цзи Цзя сделала паузу и сказала, исходя из своего опыта: “Он рожден, чтобы стать звездой. Даже если он не сможет устроить большой взрыв в нашем кругу, по крайней мере, небольшой пожар - это не проблема.”

Цзянь Цзинчжао слегка приподнял губы, когда услышал высокую оценку Цзи Цзя: “Тогда давай начнем с этих шести. Обучение в нашей компании по-прежнему очень важно. Оно официально начнется в следующий понедельник".

“Я свяжусь с кастинг-директорами основных съемочных групп, и если для наших ребят найдутся подходящие роли, мы предложим им попробовать себя в них.”

Все шестеро новичков в компании прошли медицинскую проверку и все они были чистыми. На данный момент никаких повреждений или болезней тела обнаружено не было.

Цзи Цзя добавила: “Предоставь дела артистов мне, не волнуйся слишком сильно".”

В дополнение к отобранным новичкам в кино и на телевидении, компания также имела намерение о сотрудничестве с несколькими кино-командами второго и третьего уровня. Ожидались поэтапные переговоры, и подписания контрактов.

Цзянь Цзинчжао, естественно, чувствовал облегчение, что может переложить на Цзи Цзя работу с новичками, и заняться этими делами.

Цзи Цзя спросила: "Кстати, есть ли у тебя какие-нибудь идеи по инвестициям в кино- и телепроекты?"

Цзянь Цзинчжао вспомнил о решении, которое он недавно обдумывал, и поделился с ней: “Есть кинопроект, который меня интересует, и я планирую навестить режиссера.”

Цзи Цзя услышала, что у него есть планы, но не стала вдаваться в суть: “Хорошо, я верю, что ты посмотрев сценарий, сможешь выбрать подходящий проект. Давай не будем торопиться".

Хорошие проекты недостижимы.

Такого рода инвестиции в кино и телевидение часто исчисляются десятками миллионов. Проекты в который они вложатся, представит их репутацию в этой индустрии в будущем. Они не могут просто взять первый же попавшийся.

****

У их компании – новое начало.

Даже если Цзянь Цзинчжао ушел за кулисы, у него было много дел, и потребовалось чуть больше полугода, чтобы он немного освободился.

Однажды, он, как обычно, спускался вниз в лобби компании, как неожиданно увидел худощавую фигуру, маячившую в дверях лифта.

Человек расхаживал с опущенной головой, сэу него были натуральные вьющиеся волосы, как всегда растрёпанные, что заставляло с первого взгляда определять его личность.

Брови Цзянь Цзинчжао слегка приподнялись от удивления: “Вэнь Чашэн?”

“……”

Неожиданный гость явно был застигнут врасплох и отвел взгляд в сторону.

Он поправил свои очки в черной оправе, нервно сжал в руке портфель, а затем, не естественно, крикнул: “Цзинь Чжао, я так давно тебя не видел".

Цзянь Цзинчжао быстро шагнул вперед: “Ты пришел ко мне?”

Вэнь Чаошэн кивнул: “Я слышал, что ты сам открыл телекомпанию, поэтому я рискнул зайти и посмотреть, смогу ли я увидеть тебя.”

Он говорил медленно, давая четкое представление о подтексте.

Цзянь Цзинчжао был хорошо знаком с молчаливым характером Вэнь Чаошэна. Он мельком заметил черную папку, зажатую вместе с портфелем в руке гостя, и в глубине души у него возникла смутная догадка.

“У тебя есть новый сценарий? Может, поговорим где-нибудь в другом месте?”

“Ну, давай.”

****

Через пять минут - конференц-зал.

Помощница Сяо Чжао принесла заваренный цветочный чай и тепло поприветствовала его: “Вэнь Дао, это цветочный чай, который брат Цзянь попросил меня приготовить для вас. Он сказал, что вам он нравился, когда вы вместе снимали фильм.”

Вэнь Чаошэн посмотрел на сладкий чай и вздохнул: "Спасибо".

Цзянь Цзинчжао жестом подозвал помощницу: “Выйди пожалуйста, нам с директором Вэнь нужно поговорить о деле".”

Сяо Чжао кивнула и ушла.

Только когда дверь конференц-зала закрылась, Вэнь Чаошэн вздохнул с облегчением.

Цзянь Цзинчжао уловил это и беспомощно улыбнулся.

За прошедшие годы характер этого человека нисколько не изменился.

Вэнь Чаошэн был передовым режиссером, получившим международные награды.

Он выглядел молодым, но на самом деле был на год старше Цзянь Цзинчжао. Его отцом был знаменитый режиссер Вэнь Чуньшэнь, а матерью - известная сценаристка Сун Сюэлань, которая была типичным писателем во втором поколении.

Под влиянием своих родителей Вэнь Чаошэн с детства любил писать сценарии, проводить исследования и снимать.

На последнем курсе его первый дебютный фильм попал в шорт-лист Международного кинофестиваля и успешно получил награду. Актер, снявшийся в лавной роли в этом фильме также привлек внимание общественности.

Новость распространилась по стране, и средства массовой информации широко освещали ее.

Одни считали, что Вэнь Чаошэн действительно хорош в унаследовал прекрасные гены, в то время как другие думали, что он просто полагался на известность своих родителей и использовал их талант.

Вэнь Чаошэн игнорировал подобные замечания, но посвятил себя созданию нового сценария, и во второй режиссерской работе в его жизни, дебютировал Цзянь Цзинчжао.

"Цветочная луна".

Короткометражный фильм продолжительностью в один час и пять минут привлек внимание к новичку Цзянь Цзинчжао, а также снова сделал Вэнь Чаошэна знаменитым.

Как раз в тот момент, когда все думали, что Вэнь Чаошэн заменит своего отца Вэнь Чуньшэня и станет новым “директором Вэнь” в китайской киноиндустрии, он внезапно скрылся из поля зрения общественности.

На шесть лет.

Цзянь Цзинчжао не был человеком, которому нравится активное межличностное общение, но Вэнь Чаошэн, в конце концов, был режиссером его первого фильма. Они оба ценили друг друга, и поздравляли каждый Новый год во время праздников.

Но это все.

Увидев, что Чаошэн сегодня внезапно пришел к его двери, Цзянь Цзинчжао действительно был удивлен: “Чаошэн, зачем ты меня искал?"

“Цзиньчжао, я ... я действительно не могу найти никого другого.”

Вэнь Чаошэн по привычке снимал и надевал очки, как только начинал нервничать. Он достал из протянул совершенно новый сценарий и торжественно вручил его Цзянь Цзинчжао.

“Это мой оригинальный сценарий. Взгляни. Ты готов инвестировать?”

Не было бессмысленных красивых слов, и когда дело дошло до последней половины предложения, его скованность полностью прошла.

Цзянь Цзинчжао опустил взгляд, и когда тот коснулся названия сценария на главной странице, удивление на его лице исчезло.

Фильм "Грязь".

Цзянь Цзинчжао постарался справиться со своими эмоциями и перевел взгляд на лицо Вэнь Чаошэна: “Ты хочешь, чтобы я вложил деньги?"”

Услышав шум прилива, тот перевернул чашку чаем и собрался с духом, чтобы объяснить ситуацию.

“Цзиньчжао, я готовился к съемкам этого сценария четыре года. Я уже получил лицензию на съемки, и съемочная группа подготовлена, но первоначальные инвесторы сбежали, и я действительно ничего не могу с этим поделать.”

На протяжении многих лет у Вэнь Чаошэна не было гармоничных отношений со своей семьей, он вообще не очень общителен, со сдержанным темпераментом. Поэтому взять у них деньги не представлялось возможным.

Инвестор сбежал, но съемочная площадка уже арендована, оборудование взято а эксплуатацию и подписан контракт. Сейчас деньги нужны повсеместно.

Вэнь Чаошэн вложил в это дело все свое имущество, но у него не было никакой возможности покрыть даже обычные расходы на съемки фильма. В течение последних дней его переполняло беспокойство, пока он не вспомнил о Цзянь Цзинчжао.

“Не хотел бы ты сначала взглянуть на этот сценарий? Я действительно долго оттачивал его. Там есть напряженная тема между двумя главными героями. Они оба мужчины. Я включил ее в съемки. Но не беспокойся, я все равно буду следовать своему обычному стилю съемки.”

Рассказывая о своей работе, Вэнь Чаошэн редко говорил больше.

Он был режиссером литературных художественных фильмов, и созданию таких произведений искусства часто редко сопутствует ‘взрывная’ коммерческая ценность. Кроме того, он много лет молчал, и ему будет нелегко привлечь инвестиции.

Более того, на этот раз он попробовал совершенно новую тему.

Вэнь Чаошэн подумал о трудностях, и его тон стал немного тише: “Взглянешь? Если ты посчитаешь, что этот сценарий плохой, я не буду тебя беспокоить.”

Цзянь Цзинчжао взял сценарий и искренне похвалил его: "Как может быть плохим сценарий у такого хорошего режиссера?"

Вэнь Чаошэн услышал его слова и горько улыбнулся: “Не льсти мне.”

Цзянь Цзинчжао ответил: “Это не поверхностная лесть, это настоящее одобрение.”

Возрожденный, он, естественно, знал, насколько успешным будет саспенс-фильм "Грязь". Популярный в будущем Ю Янь использовал этот фильм, чтобы вырваться из осады среди группы начинающих актеров!

После того, как Цзянь Цзинчжао и Цзи Цзя обсудили подписание контракта с Ю Янем, он впервые вспомнил об этом фильме.

На самом деле, в ”прошлой жизни" Вэнь Чаошэн тоже пришел к нему за помощью.

Просто Цзянь Цзинчжао в то время был занят съемками нового фильма, а Вэнь Чаошэн его даже не увидел. Вместо этого, он был отвергнут его самодовольным агентом Гэ Юньшэнем.

К тому времени, когда Цзянь Цзинчжао узнал об этой новости, Beidou Film and Television уже стала крупнейшим инвестором в "Грязь", и заработала много денег после выхода фильма.

Вэнь Чаошэн тихо сказал: “И все же, что ты скажешь?”

Цзянь Цзинчжао даже не открыл первую страницу сценария: “Я могу вложить деньги в этот фильм".

Первоначально он планировал поинтересоваться ситуацией со сценарием у Вэнь Чаошэна, но не ожидал, что тот проявит инициативу и подойдет к его двери. Как он мог упустить такую возможность?

Вэнь Чаошэн не ожидал, что все пройдет так гладко, и был ошеломлен: “Ты уверен?"

Цзянь Цзинчжао просто сказал: "Конечно, я хочу вложить деньги в этот фильм, как продюсер. Что касается конкретной суммы инвестиций, подожди, пока не прочитаю сценарий, прежде чем давать оценку, не так ли?"

“Можно". Вэнь Чаошэн вздохнул с облегчением, но тут же немного смутился: “На самом деле у меня есть еще одно трудное условие".

Цзянь Цзинчжао быстро отреагировал: “Я знаю, как сценарий связан со съемками, и режиссер отвечает за все, и я не буду вмешиваться.”

Человек, стоявший перед ним, выглядел медлительным и осторожным, утонченным и боязливым, но во время съемок по его любимому сценарию, он становился фанатичным и упрямым.

Цзянь Цзинчжао узнал об этом еще на съемках их первого фильма.

Большой камень, что лежал на сердце Вэнь Чаошэна, полностью упал на землю: “Цзиньчжао, спасибо тебе".

“Не говори вежливых слов”.

Цзянь Цзинчжао потеребил край сценария и спросил ещё об одной важной вещи: "Поскольку здесь два главных героя, ты нашёл подходящих актеров?“

Вэнь Чаошэн покачал головой: “Первоначально инвестор привел одного, а второго я нашел сам. Но когда инвестор вывел капитал, а первый актер уволился, когда узнал об этом.”

Индустрия развлечений - такое интересное место.

В драмах известных режиссеров актеры борются даже за небольшие второстепенные роли. Даже, если второстепенный режиссер присылает сценарий с главной ролью, его редко игнорируют.

Вэнь Чаошэн посмотрел на Цзянь Цзинчжао без первоначальной сдержанности: “Цзинчжао, меня не волнует откуда будет актер. Пока он соответствует роли по сценарию, у меня нет проблем. У вашей компании есть подходящий актер, которого вы могли бы порекомендовать?"

“……”

Подходящий актер? Это действительно так.

Цзянь Цзинчжао вспомнил лицо Ю Яня и невольно улыбнулся. Разве это не совпадение?

Вэнь Чаошэн остро осознавал произошедшую с ним эмоциональную перемену и был немного озадачен: “Цзиньчжао?”

“Да?"

Только тогда Цзянь Цзинчжао понял, что отвлекся, поэтому сделал глоток воды, чтобы скрыть это.

Он снова посмотрел на Вэнь Чаошэна, и сказал: “Чаошэн, я действительно хочу предоставить больше возможностей новичкам моей компании, но, если действовать напрямую, это определенно выходит за рамки стандарта."

"...."

“Ну, почему бы нам не сделать кастинг публичным? Актеры из других компаний меня не волнуют, но что касается "Тени Кита", вы даете мне три места на прослушивание. Пусть ребята играют честно, как ты думаешь?”

Вэнь Чаошэн даже думать об этом не хотел: “Хорошо.”

Цзянь Цзинчжао дал ему право руководить в максимально возможной степени. Как он мог бы не согласиться?

У них обоих была одинаковая чистая любовь к сценарию и фильму. Теперь, когда они пришли к намерению сотрудничать, они долгое время обсуждали содержание сценария.

Ближе к полудню эти двое решили множество вопросов.

Цзянь Цзинчжао взглянул на часы: “Давай пообедаем вместе?"

Вэнь Чаошэн покачал головой с неконтролируемым волнением в глазах: “Нет, я хочу вернуться назад и пересмотреть детали, которые ты только что упомянул! Цзиньчжао, я приглашу тебя на ужин в следующий раз!”

Цзянь Цзинчжао не сдержался: “Хорошо, но сначала предоставь этот сценарий и краткое описание персонажа мне?"

Вэнь Чаошэн кивнул: “Хорошо, тогда я пойду, увидимся позже".

“Увидимся”.

Вэнь Чаошэн хотел вернуться домой, чтобы пересмотреть сценарий, и быстро зашагал, ощущая ветер под ногами.

Цзянь Цзинчжао улыбнулся и допил последний глоток воды.

Выходя из конференц-зала, он открыл синопсис персонажа, оставленного вместе со сценарием, и подсознательно представил в своем воображении Ю Яня в тот день, когда тот стоял перед окном машины.

—— Мастер Цзянь, на самом деле, я ваш давний поклонник.

——Я готов безоговорочно верить тебе, следовать за тобой и стремиться надолго остаться в этом кругу.

—— Ты мне очень нравишься.

Слова, сказанные молодым человеком, эхом отдавались в его ушах, и жар не ослабевал.

Цзянь Цзинчжао остановился, поколебался три секунды направился в тренировочный зал.

****

В аккуратном и светлом тренировочном зале фоновая стена представляла собой их логотип: кита, наклеенного на кинопленку. Это был совершенно особый дизайн.

“Тик-так, тик-так!”

Будильник зазвонил вовремя.

Специально нанятый тренер хлопнул в ладоши и жестом показал: “Хорошо, я буду здесь все утро, готовить вас по физподготовке. Давайте отдохнем и перекусим. В два часа дня будет линейный урок учителя Цзоу. Не забудьте прийти вовремя.”

“Хорошо....”

Зазвучали разрозненные голоса.

Когда тренер широким шагом вышел из тренировочного зала, мальчик, сидевший крайним слева, мгновенно мягко сел.

“Боже мой, я думал, что уроки физкультуры в школе были достаточно извращенными, но я не ожидал, что компания продвинется в этом ещё дальше.”

За целых два часа тренировок у них до во только один короткий пятнадцатиминутный перерыв.

"После этой тренировки, зачем мне идти на съемочную площадку? Я чувствую, что могу непосредственно дебютировать в качестве спецназовца."

После того, как мальчик закончил говорить, он хлопнул парня рядом с собой по плечу: “Ци Чжоу, не присядешь ли ты и не отдохнешь немного?"

Некоторое время назад Тень Кита связалась с их университетом, чтобы выбрать кого-нибудь, и их учитель намеренно оставил квоту за ними.

Сначала, столкнувшись с этим приглашением, ни один из них не хотел приходить. Позже, случайно узнав, что "Тень кита" - это новая компания, основанная Цзянь Цзинчжао, их мысли, естественно, изменились.

Кто такой Цзянь Цзинчжао?

В индустрии развлечений мало киноактеров, которые с одной стороны были так популярны, а с другой отдавали день исполнительскому мастерству. Стоящим за ним контактам и ресурсам обычные люди могли только позавидовать.

Хотя они не понимали, почему Цзянь Цзинчжао покинул свою предыдущую компанию, чтобы основать новую, это не важно. Псли они стать одними из новичков в компании мастера Цзяня, нужно ли им по-прежнему беспокоиться о будущем?

“Я немного устал.”

Ци Чжоу тоже был измучен. Он, как раз собирался сесть и отдохнуть, но тут заметил неподалеку Юй Яня.

При том же содержании и интенсивности тренировок соперник очень хорошо выполнил каждый элемент в зале. Даже сейчас, когда пришло время отдохнуть, он по-прежнему сохранял относительно расслабленный вид без малейшего следа усталости.

Ю Янь проигнорировал разговор между этими двумя и, не сказав ни слова, подошел к дальнему шкафу.

Чтобы облегчить тренировку, он носил только черную майку, открывающую гладкие мышцы рук и плеч.

Ци Чжоу прищурил глаза, почему-то чувствуя себя несчастным.

Прежде чем его эмоции рассеялись, Инь Тяньшуан, одна из девушек, что тоже проходила тренировку, подошла к Ю Яню: “Ю Янь, ты свободен сегодня вечером?"

Она тепло предложила ему: "У меня на руках довольно хороший сценарий шоу. Я хотела пригласить тебя, чтобы ты сыграл в нем вместе со мной?“

Это шоу, которое организовали только вчера.

Для него требовались одиночные или двойные команды для выступления перед камерой на тему ‘Любви и ненависти’.

Ю Янь перестал пить воду и холодно отказался: “Извини, у меня есть один клип, в котором я хочу сыграть. Ты можешь попробовать найти кого-нибудь другого".

С этими словами он бросил взгляд на Ци Чжоу, и в его глазах промелькнула резкость.

Ранним утром Ю Янь заметил взгляд Ци Чжоу, который был явно враждебным, что заставило бы другого человека почувствовать себя очень неуютно.

“……”

Ци Чжоу был поражен его предложением.

В то же время Инь Тяньшуан отвела взгляд в сторону и смущенно улыбнулась: “Тогда мне лучше сменить команду.”

Она попросила Ю Яня стать партнером исключительно потому, что его образ был ближе к первоначальному главному герою-мужчине, и там было много места для интерпретаций. Но эта роль не подходила Ци Чжоу, а принудительная подгонка только потратила бы время.

Первоначально это был всего лишь простой обмен репликами, но он внезапно изменился, когда дошел до ушей Ци Чжоу.

Просто пригласила Ю Яня? А он, чем плох?

Возможно, именно усталость от физических тренировок, снизила его эмоциональный порог, и недовольство Ци Чжоу вспыхнуло в одно мгновение: “Ю Янь, что ты имеешь в виду?"

Столкнувшись с этим внезапным нападением, Юй Янь спокойно пил воду, не меняя выражения лица.

У Ци Чжоу, которого проигнорировали, стал более агрессивный тон: “С таким плоским лицом весь день. Кому, черт возьми, ты показываешь это?"

——глухой звук！

Как только его голос стих, Ю Янь швырнул бутылку от минеральной воды в мусорное ведро с такой силой, что новички в тренировочном зале затаили дыхание.

Он повернулся к парню, его глаза были глубокими и холодными. “Не создавай проблем.”

Окружающий воздух, казалось, сгустился в одно мгновение, и выражение гнева на лице Ци Чжоу, словно застыл. Он не ожидал, что Ю Янь, который обычно не любил разговаривать, окажется таким вспыльчивым.

Сун Чжичжан, который сидел на земле и отдыхал, был застигнут врасплох их ссорой и быстро встал, чтобы разнять их: “Нет, нет, нет, теперь мы все считаемся стажерами компании. Если у вас возникло недоразумение, не нарушайте общественного порядка и душевного спокойствия окружающих.”

Только тогда Ци Чжоу отреагировал и храбро вырвался из остановившей руки его друга: “Я что-то нарушил? Ладно, я давно хотел спросить...

В любом случае, мы все студенты профессиональных колледжей и университетов, изучающие кино и телевидение. Мы все рекомендованы нашими преподавателями и отобраны компанией. А ты, непрофессиональный любитель, смог так легко войти в Тень Кита, прямо через черный ход?”

“……”

В уголке рта Ю Яня мелькнула усмешка, но он не поспешил опровергать обвинения.

Видя, что он не говорит ни слова, Ци Чжоу подумал, что поймал его за руку: “Я правильно угадал? Только войдя ненадлежащим образом через заднюю дверь, ты можешь осмелиться быть таким самонадеянным.”

Ю Янь подошел и намеренно оглядел его с головы до ног: “Я хотел спросить, не слишком ли рано ты начал защищаться?"

Ци Чжоу не ожидал получить такой ответ: “Что ты имеешь в виду?"

“Во всяком случае, ты студент кино и телевидения, окончивший профессиональный университет, был рекомендован своим преподавателем и отобран компанией..."

Ю Янь вернул ему его слова в целости и сохранности, и спросил с большим сарказмом: “Почему ты так не уверен в себе? Кажется, ты понимаешь, что ты мне не ровня?”

“Ты!”

Тайна его сердца была раскрыта перед всеми, и Ци Чжоу задохнулся от неожиданности.

В свое время он был принят в университет с третьим лучшим результатом по специальности, и он всегда получал много признания и наград. Честно говоря, он был очень горд собой.

В настоящее время в крупных компаниях больше людей и меньше мяса, а у действительно маленьких компаний нет сил.

Возможность войти в "Тень кита" под руководством Цзянь Цзинчжао - лучший выбор, который Ци Чжоу мог получить на данный момент.

Перед формальной тренировкой Ци Чжоу решил, что он будет лучшим среди новичков, но он не ожидал, что появление Ю Яня нарушит его планы.

В эти дни чувство кризиса в его сердце становилось все тяжелее и тяжелее, и он бессознательно относится к оппоненту, как к воображаемому врагу.

Ю.Янь раскусил психологические проблемы Ци Чжоу, но побрезговал ссориться с ним: "Береги себя, и если тебе нечего делать, не стоит со мной разговаривать".

Голос молодого человека был покрыт слоем льда, который звучал, как ясное предупреждение.

“……”

В тренировочном зале стало ужасно тихо, но любой мог видеть, что аура Ци Чжоу была полностью подавлена Ю Янем.

Как только их противостояние зашло в тупик, Инь Тяньшуан воскликнула: “Мастер Цзянь?”

Все присутствующие отреагировали почти одновременно, посмотрев на дверь.

Цзянь Цзинчжао стоял у входа. Даже, если он ничего не говорил, он излучал элегантный и драгоценный темперамент, из-за чего люди не могли отвести взгляд, когда видели его.

После того, как Цзянь Цзинчжао закончил обсуждать основы сценария с Вэнь Чаошэном, он подумал о том, чтобы зайти в тренировочный зал, чтобы посмотреть на положение новичков. Он не ожидал заметить что-то странное, как только подойдет к двери.

В уголках его широко открытых глаз промелькнул вопрос: “Что случилось?"

Вопрос очень легкий, но и очень весомый.

Для новичков, которые еще не дебютировали, Цзянь Цзинчжао всегда был тем, на кого можно смотреть издалека и только снизу. Даже, если они попали в "Тень кита", это ощущение нисколько не изменилось.

Столкнувшись с внезапным вопросом Цзянь Цзинчжао, Ци Чжоу и другие так занервничали, что не могли произнести ни слова.

Затем они услышали, как Ю Янь говорит: “Учитель Цзянь, Ци Чжоу и остальные ребята боятся, что ваш ученик, не учился в профильном университете, и не сможет угнаться за ними, поэтому они очень беспокоятся обо мне.”

Тон был до крайности искренним, последние несколько слов смазаны улыбкой.

Ци Чжоу был застигнут врасплох.

Остальные удивленно переглянулись, а потом посмотрели на стоявшего поблизости Ю Яня.

Тот смотрел исключительно на Цзянь Цзинчжао в дверях с искренним и безобидным выражением на лице. Он выглядел очень хорошо воспитанным. Это было совершенно не похоже на холодный взгляд, который они только что видели!

“……”

Этот парень.

Эта волна смены обликов была настолько великолепна, что казалось, что это не игра.

Цзянь Цзинчжао, с нетерпением, ждал возможности поговорить Ю Яня, и молча вертел биографию персонажа в своей руке.

Он немного подумал, прежде чем заговорить. "То, что Тень Кита выбрала вас означает, что у каждого из вас есть свои сильные стороны и преимущества.

Компания найдет время, чтобы организовать для вас прослушивание на подходящую роль. Сможете ли вы воспользоваться этой возможностью, зависит от вашего собственного выступления.”

Хорошо отучиться по профилю, но это не значит, что тот, кто этого не сделал отстанет.

Конечно, самое главное - это быть готовым учиться.

Цзянь Цзинчжао знал, что интриги в индустрии развлечений неизбежны, но в Тени Кита он надеялся, что его собственные артисты постараются избежать этой ситуации.

Он взглянул на Ци Чжоу с насмешливым выражением лица, словно мог разглядеть его насквозь. “В твоем возрасте важнее сосредоточиться на себе, чем на ком-либо другом".

Сердце Ци Чжоу мгновенно поднялось к его горлу, и первая мысль была о том, что не стоит искать неприятностей.

Учитель Цзянь был здесь, и в этот момент, новички чувствовали себя неловко из-за произошедшего.

Будь то Ю Янь или Ци Чжоу, все они в тренировочном зале - новички, стоящие на одной стартовой линии.

Даже если он получил сценарий "Грязи" и сразу подумал о Ю Яне, ему не следовало обращаться непосредственно к нему.

Цзянь Цзинчжао быстро взглянул на Ю Яня и собрался с мыслями: "Хорошо, я просто хотел взглянуть на вас. Давайте сделаем пока обеденный перерыв".

Сказав это, он повернулся и ушел.

Через несколько шагов мобильный телефон в его кармане внезапно завибрировал. Цзянь Цзинчжао поднял его и взглянул, только чтобы обнаружить, что это было сообщение от Ю Яня.

“Мастер Цзянь, подождете меня на лестнице?”

“……”

Цзянь Цзинчжао взглянул на бумагу, у себя в руке, поколебался две секунды и отошёл к пожарной лестнице.

Вскоре он услышал разговоры, это, должно быть, Ци Чжоу и остальные подошли к лифту, чтобы спуститься вниз.

Цзянь Цзинчжао тихо стоял в коридоре, потирая пальцами гладкую страницу описания персонажа, и вздохнул.

Он действительно остался здесь из-за сообщения от Ю Яня? Не понятно, кто из них новичок, которому нужно быть послушным?

В ту секунду, когда он задумался, закрытая дверь на площадку распахнулась.

Ю Янь вошел и заулыбался, как только увидел Цзянь Цзинчжао: “Я не ожидал, что учитель Цзянь действительно ждет меня?"

Цзянь Цзинчжао спросил: “Что тебе нужно?"

“Разве это не мне следует спросить мастера Цзяня?" Ю Янь приблизился, его ясные глаза были полны ожидания. “Я просто интуитивно почувствовал, что вы для чего-то искали меня, но из-за того, что Ци Чжоу и остальные были там, вам было нелегко сказать прямо".

Поэтому в тот момент, когда Цзянь Цзинчжао покинул тренировочный зал, Ю Янь быстро отредактировал короткое сообщение и отправил ему.

Когда Ю Янь увидел мастера Цзяня, то понял, что был прав.

“……”

Цзянь Цзинчжао не отрицать это и прямо отдал ему описание персонажа, которое держал в руке: “Возьми и внимательно изучи это. Кастинг на этот фильм пройде. примерно через полмесяца".

Сам сценарий на данный момент должен был храниться в секрете, и его не разрешалось распространять во внешнем мире, особенно, когда актеры на главные роли еще не были назначены.

Цзянь Цзинчжао продолжил объяснять: “Режиссер этой картины очень строг, и у него не может быть никаких преференций. Ты должен хорошо подготовиться.”

Ю Янь увидел слова "Грязь" и Вэнь Чаошэн на главной странице, и в его глазах промелькнул темный огонек: “Ну, я знаю, что режиссер Вэнь - театральный параноик, сосредоточенный на камере и сюжете".

Цзянь Цзинчжао, услышав эту точную оценку, удивился: “Ты его знаешь?"

Хотя Вэнь Чаошэн некоторое время был на вершине, он “исчез” на длительный срок. Ю Янь был молод, и сего стороны было нормально не знать этого человека.

“Ну, он был режиссером первой работы мистера Цзяня после его дебюта, не так ли?" - уверенно ответил Ю Янь.

“Я же говорил, что я ваш поклонник, и я знаю всю о ваших работах. Это то, что вы говорили о режиссере Вэне, когда у вас брали интервью.”

Когда Цзянь Цзинчжао услышал это, он долгое время пребывал в оцепенении, прежде чем смутно припомнил, что, кажется, он произносил такую фразу. Такое отношение молодого человека не могло не тронуть.

В конце концов, это было его первое интервью с момента дебюта, и не каждый фанат его запомнил.

Ю.Янь пролистал описание, которое держал в руках: "Учитель Цзянь, только у меня будет биография этого персонажа, или у всех?“

Цзянь Цзинчжао ответил: "У меня есть три места на прослушивание. Во второй половине дня Ци Чжоу и твой третий товарищ получат такое же описание персонажа. Честная конкуренция, у всех вас есть шанс".

Хотя Ю Янь сыграл роль одного из главных героев в этом фильме, Цзянь Цзинчжао хотел предоставить другим новичкам такую же возможность для прослушивания.

Даже, если в конце концов это окажется безуспешным, каждый может рассматривать это, как накопление опыта.

Когда Ю Янь услышал его, но все же уточнил: “Но вы лично рассказали мне об этом фильме и передали первому биографию персонажа, а это значит, что вы наиболее оптимистично относитесь ко мне, не так ли?"

“……”

Цзянь Цзинчжао на мгновение растерялся, потом весело рассмеялся: “Я думал, только детей это может волновать.”

Ю Янь нисколько не возражал: “Ну, разве дети просто не хотят, чтобы быть любимчиком у учителя?"

Цзянь Цзинчжао не стал этого отрицать: “Подготовься.”

В глазах Ю Яня промелькнули искорки честолюбия, и он кивнул: “Я так и сделаю.”

Цзянь Цзинчжао заметил его уверенность в себе, а также вспомнил об актерских талантах этого молодого человека, и внезапно в его голове пронеслась сцена в тренировочном зале только что.

То напряжение действительно не было похоже на атмосферу "хорошего общения”.

Как владелец компании, Цзянь Цзинчжао серьезно спросил: “Ю Янь, возвращаясь к тренировке. У тебя ведь не было конфликта с Ци Чжоу и другими, не так ли?"

“Нет.”

Ю Янь опустил голову и наклонился ближе, ведя себя просто и безобидно: “Учитель Цзянь, поверьте мне, я хороший мальчик”.

****

С согласия Цзянь Цзинчжао инвестиции "Тени Кита" в фильм "Грязь" были быстро осуществлены.

Вэнь Чаошэн боялся тратить время и деньги впустую, поэтому обратился к кастинг-директору и безостановочно готовился к прослушиванию. По этой причине он также временно получил право пользоваться пустой фотостудией.

Арендованная студия была очень большой, с металлической стеной посередине в качестве перегородки. Внутренняя часть использовалась для индивидуальных прослушиваний, а внешняя - это зона ожидания, когда актеры придут на прослушивание.

Цзянь Цзинчжао спросил, как только вошёл в это помещение: “Помощник режиссера, у скольких актеров сегодня берут интервью?"

Он вошел внутрь прямо через заднюю дверь и не знал, об актерах, ожидающих прослушивания снаружи.

Кастинг-директор немедленно передал подготовленные материалы и документы: “Всего сегодня в прослушивании принимают участие десять актеров.”

Среди них - трое новичков Тени Кита.

Цзянь Цзинчжао открыл файл с актерами: "Стоит ли обратить внимание на какие-нибудь новые лица?"

Вэнь Чаошэн и директор по кастингу переглянулись, и последний сказал: “На самом деле, у нас с режиссером Вэнем уже были идеи. Хотя есть много новых лиц, в прослушивание участвует актер, получивший награду "Лучший новичок".”

Давно не появлялись новости такого масштаба в индустрии развлечений. Даже, если об этом не было официально объявлено на поверхности, но уход Цзянь Цзинчжао, его разрыв с бывшими партнёрами и создание Тени Кита уже достигли ушей многих инсайдеров.

Фильм, спродюсированный и инвестированный актером? Это будет немного размыто после релиза.

За последние полмесяца многие компании нашли способ получить возможность прослушивания для своих артистов в этом фильме. Ситуация значительно улучшилась по сравнению с прошлым, когда этот фильм никого не волновал.

Вэнь Чаошэн поправил очки: “Цзиньчжао, сначала сядь".

“Хорошо”.

Цзянь Цзинчжао взглянул на фирменный знак продюсера, который был должным образом размещен в середине рабочего стола, а затем заменил его фирменным знаком режиссера: “Чаошэн, ты режиссер, ты сядешь посередине".

Вэнь Чаошэн немного поколебался: “Я...”

“Я сказал, что не буду вмешиваться в кастинг, ты сам должен показать свое режиссерское видение.”

Цзянь Цзинчжао не стал намеренно рыться в куче информации представленных актеров и мягко сказал: “Как продюсер, я хочу, чтобы главной роли в нашем совместном фильме исполняли только лучшие актеры, независимо от того, артистом какой компании он является.”

Цзянь Цзинчжао дожил до этого дня благодаря своим собственным силам.

Для него всегда было важно, чтобы самому получить роль. Поэтому в его компании не буде ситуации, когда новичкам предоставляются лазейки, а роли определяются внутренне.

Вэнь Чао знал, кто он такой, и не стал притворяться вежливым в этом отношении: "Хорошо, значит официально начинаем?"

“Действуй”.

****

Актеры, пришедшие на прослушивание, получили номера выхода в порядке от одного до десяти.

Как только Ю Янь развернул бумагу со своим номером, которую он получил, он услышал, как Сун Чжичжан из его же компании вздохнул с облегчением: “Все в порядке, все в порядке, я пятый номер, в середине, Ци Чжоу, как насчет тебя?”

Ци Чжоу ответил: "Номер девять.”

“Так далеко?" Сун Чжичжан нахмурился и бессердечно посмотрел на Ю Яня: “Какой у тебя номер?"”

Юй Янь небрежно ответил: “Последний.”

Когда Ци Чжоу услышал это, в его глазах мелькнуло удовлетворение: “Я думаю, что мой девятый номер, это очень хорошо, а конец - это как раз то, чего ты стоишь.”

С тех пор как полмесяца назад он узнал биографию персонажа, он намеренно искал похожие роли в кино и смотрел клипы, чтобы научиться. На этот раз он был вполне уверен в себе перед лицом прослушивания.

Ци Чжоу быстро оглядел актеров, пришедших на прослушивание, и в сердце оценил их всех.

Этот фильм был инвестирован их компанией Тень Кита. Цзянь Цзинчжао должен иметь право высказываться в группе. Конечно, он должен будет отдать предпочтение своему новичку, не так ли?

До тех пор, пока Ци Чжоу не допускает ошибок в своей игре, у него должно быть больше шансов получить эту роль, чем у других!

Первая дебют в кино, что может быть важнее?

Сун Чжичжан услышал уверенность в голосе своего друга и сердечно улыбнулся: "Хорошо, давайте не подведем Учителя Цзяня".

Он знал, что его профессиональная сила была не так хороша, как у Ци Чжоу. Возможность пройти прослушивание на этот раз уже была очень ценной, так что было бы неплохо накопить опыт.

Ю Янь раскусил самомнение Ци Чжоу, опустил глаза и медленно убрал номер, без всякой гордости за то, что ему повезло как “новичку "Тени Кита"".

Поскольку в этот фильм инвестировала компания Тень Кита, это означает, что он должен работать усерднее и выложиться до конца.

Ю Янь отошел в угол, закрыл глаза и молча приготовился.

Он не хотел допустить никаких ошибок и разочаровать Цзянь Цзинчжао, который был продюсером!

В течение всей второй половины дня прослушивания проходили организованно.

“——номер！”

“Хорошо.”

Со словами "Снято" три камеры, установленные в зале для прослушиваний, одновременно остановились.

“Цичжоу, верно? Исполнительская академия Хайин...”

Кастинг-директор просмотрел информацию Ци Чжоу и был первым, кто сказал: “Это хорошее представление, и положение по отношению к камерам при движение очень точное.”

Сказав это, он также взглянул на Цзянь Цзинчжао, сидевшего крайним слева.

Это не намеренный комплимент, а признание от чистого сердца.

Самая большая ошибка для начинающих актеров - это занять позицию с фиксированной точкой. Проще говоря, когда камера зафиксирована, они могут выйти из кадра, если будут невнимательны.

Поэтому, когда каждая съемочная группа официально приступает к съемкам, "актерская” часть имеет важное значение.

Ци Чжоу услышал подтверждение директора по кастингу, и в уголках его рта появилась тень гордости.

Он невольно посмотрел на Цзянь Цзинчжао с одной стороны, с нетерпением ожидая публичной похвалы, с другой, надеясь у него было больше шансов быть избранным.

Жаль, что это желание не осуществилось.

Цзянь Цзинчжао опустил голову и пролистал файлы на рабочем столе, избегая его взгляда и не поднимая головы.

“……”

Ци Чжоу слегка нахмурился и услышал, как Вэнь Чао сказал: “Ты хорошо поработал, возвращайся и жди результата. Кстати, позовите следующего актера на прослушивание, надеюсь он подготовился, спасибо".

Тон Вэнь Чаошэна был очень ровным, в нем невозможно было расслышать взлетов и падений, понравилось ему или нет.

Ци Чжоу был немного подавлен в своем сердце, его уверенность поколебалась: “Хорошо.”

Дверь зала для прослушиваний снова закрылась.

Директор по кастингу склонил голову набок: “Режиссер Вэнь, учитель Цзянь, я думаю, что Ци Чжоу хорошо справился? Характер персонажа очень хорошо интерпретирован.”

Вэнь Чаошэн взглянул на Цзянь Цзинчжао, который молчал, и перевел взгляд на трех сотрудников, ответственных за съемку: “Что вы думаете? Как вам кажется, подходит ли он на роль младшего брата по сценарию?”

Действие фильма "Грязь" разворачивалось вокруг двух сводных братьев. Они были главными героями в фильме.

У старшего брата Яо И и младшего брата Фан Цзина была разница в семь лет.

В тот день, когда младший брат Фань Цзин окончил университет, в двери их дома внезапно постучала полиция.

Был найден скелет среди грязи старого снесенного дома на окраине города. Это был биологический отец двух братьев, пропавших без вести пятнадцать лет назад.

После предварительного заключения стало понятно, что это дело об убийстве и незаконном захоронение трупа!

По мере углубления расследования полиция обнаружила, что два брата, которые были “членами семьи жертв”, вели себя очень подозрительно в частной жизни, и они как-то были связаны с “убийством” того года!

Это будет напряженный фильм с множеством поворотов сюжета.

Сегодня проходило прослушивание на роль Фань Цзина, ”младшего брата". Персонаж - свежо выглядящий и солнечный студент университета, но за его спиной скрывается неизвестная другая сторона.

В обычной жизни Фань Цзин выглядел приятным и вежливым молодым человеком, но если кто-то грубо отзывался о его брате Яо И, он обязательно преподавал такому человеку урок втайне.

Безжалостный и сумасшедший, это самый прямой ярлык для его персонажа.

Сюжет, который каждый претендент должен интерпретировать на сегодняшнем прослушивании Младший брат случайно узнал об анонимной угрозе, которую получал его брат, и намеренно выяснил личность отправителя. После чего, поздно ночью пришел в многоквартирный дом, где жил этот человек, чтобы дождаться его.

Эта сцена очень простая, в ней не так много реплик для запоминания.

Эта сцена также очень сложная, трудно показать контраст персонажа, особенно “темную и сумасшедшую” сторону младшего брата.

Столкнувшись с вопросом Вэнь Чаошэна, сотрудники несколько раз переглянулись. Хотя они не читали полный сценарий, после столь долгого просмотра они могли сказать, были ли актерские навыки претендента хороши или плохи.

“Директор, я думаю, что Ци Чжоу показал хорошую работу.”

“Да, у него свирепые глаза, и чувствуется, что позже он будет кого-то избивать.”

Вэнь Чаошэн выслушал отзывы всех присутствующих, и легкая неловкость промелькнула в его глазах: “Вам не кажется, что Фань Цзин, которого он сыграл, имеет тень других персонажей?"

Директор по кастингу спросил: "Тень?”

Цзянь Цзинчжао, который долгое время молчал, наконец поднял глаза и указал: “Сун Цимин в "Цзюэ", Фан Цюн в "Убийственном рассвете" и даже того злодея из "Опасности со всех сторон", он должен быть просмотрел все эти фильмы, и проглотил этих персонажей.”

Все эти персонажи - “сумасшедшие” и “безжалостные люди”, которые в последние годы прославились в высококачественных фильмах.

“……”

После того, как кастинг-директор услышал пример Цзянь Цзинчжао, он задумался, узнав кое-кого: “Ай! Вы правду сказали, игра глаз этого Ци Чжоу и тонкие движения тела действительно немного похожи!”

Вэнь Чаошэн посмотрел на Цзянь Цзинчжао и искренне похвалил его: “Цзинчжао, ты более проницателен, чем я.”

Будучи в состоянии вовремя разобраться в исполнительских качествах актеров и найти соответствующий образ персонажа, такая чувствительность определенно не является чем-то, на что способны обычные люди!

Цзянь Цзинчжао заслуживал звания ”могущественный актер".

Некоторые сотрудники были шокированы, но они не понимали: "Вэнь Дао, учитель Цзянь, это хорошо или плохо?“

Цзянь Цзинчжао отложил ручку, которую держал в руке, и мягким голосом объяснил: “Начинающему актеру трудно вначале пройти свой собственный актерский путь. Это важный этап взросления, изучение превосходных ролей в кино.”

Но разница в том, что....

Некоторые люди будут следовать только одному и тому же шаблону, установив себе рамки исполнения до самой смерти. В то время как другие знают, как найти и овладеть своим собственным способом действия.

“Ци Чжоу неплохо играет, и он сможет найти свой стиль, если будешь больше практиковаться в актерском мастерстве.”

Вэнь Чаошэн сделал соответствующие комментарии, но в его сердце все еще оставался след ожидания: “Но давайте посмотрим еще одного.”

Директор по кастингу был сбит с толку: “Режиссер, мы перепробовали уже девять человек, неужели у вас нет мыслей в сердце?"

В прошлом он подбирал актеров до тех пор, пока они соответствовали самой роли и их актерское мастерство было приемлемым. Но на этот раз он встретил режиссера и продюсера, которые были очень требовательны.

Эй, их путь долог.

Вэнь Чаошэн проигнорировал вздох директора по кастингу и посмотрел на Цзянь Цзинчжао, у которого тоже были чрезвычайно высокие требования к фильму: “Цзинчжао, ты знаешь, чего я хочу?"

Цзянь Цзинчжао кивнул и улыбнулся в ответ: "Хм.”

Чего они хотят, так это Фань Цзина, который действительно принадлежит этой истории. “Он” должен резонировать с самим актером, но не с тенью злодеев из других фильмов.

Директор по кастингу спросил: “Но прослушивание сегодня закончено?”

Цзянь Цзинчжао открыл последний профиль актера, изобразив намек на ожидание, которого он даже не заметил: “К чему такая спешка? Разве нет ещё одного человека?”

Как только его голос стих, раздался стук в дверь.

Ю Янь, одетый в черное, вошел и спокойно встал перед ними: “Всем привет, меня зовут Ю Янь, и я из компании Тени Кита.”

Сказав это, он спокойно посмотрел на Цзянь Цзинчжао.

“……”

Их взгляды встретились, и что-то произошло.

Цзянь Цзинчжао молча дёрнул кадыком, и едва уловимое волнение внезапно наполнило его до кончиков пальцев.

Это странно.

Он такой же новичок в его компании. Почему, когда Ци Чжоу и Сун Цзычжань проходили прослушивание, он так не нервничал?

Вэнь Чаошэн посмотрел на внешность Юй Янь, которая была словно рождена для большого экрана, с чуть большим интересом: "Вам показали сюжет для прослушивания?"

Перед входом каждый актер, пришедший на прослушивание, получал видеоклип на пять минут для подготовки.

Ю Янь кивнул и достал из кармана приготовленную сигарету: “Можно мне закурить во время прослушивания? Лично я считаю, что это больше подходит для этой роли.”

Когда Вэнь Чаошэн это услышал, уголки его рта редко приподнимались.

С одной стороны, у персонажа хороший характер и воспитание, но он иногда курит и выпивает в уединении. Это действительно стиль Фань Цзина.

Директор по кастингу обрадовался: “Эй, ты принес свой реквизит? Почему спрашиваешь?”

“Я слышал, что учителю Цзяню не нравится запах дыма.”

Ю Янь показал свое колебание и воспользовался возможностью, чтобы прямо посмотреть на Цзянь Цзинчжао: “Все в порядке?"

“……”

В выражении его лица было очевидное послушание, заставлявшее людей необъяснимо подумать о щенке, ищущего согласие хозяина.

Неужели этот ребенок боится, что посторонние не поймут, кто его босс?

Цзянь Цзинчжао, как всегда, был беспомощен перед таким проявление. Доброты со стороны Ю Яня, и поджал тонкие губы: “Да, ты можешь действовать по-своему ...”

Он помолчал, а потом, не понятно кому сказал: "Не нервничай.”

Место прослушивания было обставлено просто: одинокий фонарный столб, рядом стояла скамейка. Все выглядело, как ночная картинка, в каком-нибудь сообществе.

Директор по кастингу спросил: "Ю Янь, ты готов?"

Ю Янь оглядел зрителей в комнате и намеренно отошел за скамью: “Все хорошо.”

Сказано было очень легко, уверенно.

Цзянь Цзинчжао почувствовал спокойную ауру Ю Яня и выпрямился, ожидая следующей интерпретации сценария для прослушивания.

Глухой звук！

Обслуживающим персоналом осветительные лампы на потолке были мгновенно выключены. Как и на предыдущих девяти прослушиваниях, на сцене остались только тусклое освещение и свет от уличного фонаря.

Ю Янь был одет в черное и почти сливался с окружающей темнотой.

“...Прослушивание 10-й номер. Начали!”

При звуке приказа Вэнь Чао камеры в трех положениях были активированы одновременно!

Да-да-да....

Трение подошв о землю звучало в темноте, и легкий равномерный звук проникал в барабанные перепонки и отдавался в сердцах.

Многие люди, находившиеся в зрительном зале, были встревожены шорохом шагов, и их глаза были прикованы к источнику звука.

Вскоре после этого в кадре появился Фань Цзин, которого играл Ю Янь. Он медленно прошел под уличным фонарем, и прямой свет превратил тень Ю Янч в не большое темное пятно.

В отличие от его высокой фигуры, окружающее пространство, казалось тесным.

Глаза Вэнь Чаошэна загорелись, он повернул голову и прошептал: “Цзинь Чжао, твой новичок очень хорош.”

“……”

Его новичок?

Цзянь Цзинчжао был поражен этим заявлением и слабо улыбнулся.

Он, естественно, понимал, что означала похвала Вэнь Чаошэна. Для этого режиссера, любимым занятием в будние дни было искусство света и тени на камеру.

Декорации сцены выглядели просто, но уличный фонарь, скамейка и даже расположение камер были тщательно продуманы.

Все без исключения первые девять актеров предпочли сидеть на скамейки, подготовленной съемочной группой. Ю Янь выбрал отличную позицию под фонарем на этом прослушивании.

Благодаря этому он многое выиграл.

Вскоре Ю Янь достал из кармана пачку сигарет, достал одну и сунул ее в рот.

“Крэк", пламя зажигалки прыгнуло в глаза, на мгновение осветив его лицо.

Его набор движений был аккуратен и плавен, и нетрудно было заметить, что Фан Цзин - ветеран, который часто курит.

Ю Янь курил не спеша, он слегка приподнял подбородок, его взгляд переместился снизу вверх, и он начал считать “Один, два, три...”

Его рука с сигаретой постепенно поднималась: "Четыре, пять, шесть...”

Легким движением пальцев дымка от сигаретного дыма медленно рассеялась в воздухе, ее беспорядочная форма была настолько красивой, что казалась произведением искусства.

“Семь……”

Взгляд Ю Яня стал неподвижен, он перестал курить сигарету, а затем небрежно выплюнул дым: “Седьмой этаж.”

Свет проходил сквозь туманную пелену, освещая съемочную площадку.

Жажда убийства, наконец, мало-помалу проявилась в этих, казалось бы, спокойных глазах, и температура вокруг этого человека мало-помалу понизилась.

Очевидно, он ничего не сказал, но его действия заставили людей в зале почувствовать резкое похолодание под покровом спокойствия.

Сигарета быстро догорела до конца.

Ю Янь, не колеблясь, потушил ее прямо пальцами, и с силой раздавил ее. Казалось, он не почувствовал жгучей боли и медленно усмехнулся.

“Послушай, я нашел тебя.”

Эти простые слова мгновенно заставили окружающих задрожать.

Оператор, который управлял ведущей камерой, был настолько одурачен его мрачным взглядом, что сделал шаг назад и вдохнул прохладный воздух: “Хисс, я поражен!"

Этот Фань Цзин прекрасно давал понять, что собирается кого-то убить!

Когда Цзянь Цзинчжао услышал подсознательную оценку оператора, уголки его губ слегка дрогнули, и он взял на себя инициативу заменить Вэнь Чао, сказав: “Снято, всем спасибо".

“……”

Ю Янь, который все еще был погружен в игру, недовольно нахмурился и холодно посмотрел в зал, словно взмахнул ножом.

Цзянь Цзинчжао встретил его чрезмерно самонадеянный взгляд, он его позабавил, и он рассмеялся: “Ты настолько свиреп?"

Только тогда Ю Янь понял, что уставился на того, на кого ему не следовало пялиться. Он быстро убрал свою неприкрытую враждебность, и выражение его лица стало послушным.

“Учитель Цзянь, мне очень жаль.”

Цзянь Цзинчжао не рассердился, но искоса посмотрел на Вэнь Чаошэна: “Вэнь Дао, что ты думаешь?"

Вэнь Чаошэн поправил очки, демонстрируя волнение: “Что ж, персонаж раскрыт довольно подробно.”

Безумие и безжалостность Фань Цзина - это его темная сторона, которая глубоко скрыта и обычно никогда и нигде не проявляется. Единственным спусковым механизмом мог быть только его брат Яо И.

По его мнению, любой, кто попытается причинить вред его брату, должен исчезнуть из этого мира!

По реальному сюжету сценария, хотя у Фань Цзина в этой сцене не было разоблачающих его темную сторону слов и поступков, в глубине души он уже был готов убить человека, чтобы спасти своего брата!

Не было никакого насилия, никакой истерии, ужасающее намерение убить было создано из-за искажения дыма.

Именно такой образ младшего брата хотел увидеть режиссер. Это цвет фона души Фань Цзина!

Чем больше Вэнь Чаошэн думал об этом, тем более удовлетворенным он становился: “Директор Чэнь, что вы думаете?"

Директор по кастингу медленно оторвался от монитора и дернул кадыком: “Да, это довольно хорошо".

Первоначально он думал, что игра Ци Чжоу была очень хорошей, но по сравнению с этим игра Ю Яня была, очевидно, еще лучше. Это даже не выглядело так, будто он играл.

Директор по кастингу искренне порадовался: "Учитель Цзянь, где ваша компания нашла такие хорошие саженцы?"

Сначала был Ци Чжоу, потом был Ю Янь.

В юном возрасте пластичность актерского мастерства очень сильна.

Цзянь Цзинчжао слегка улыбнулся и намеренно больше ничего не сказал в защиту Ю Яня, понимая, что тот сам себя прекрасно показал.

Честно говоря, это первый раз, когда он наблюдал за игрой Ю Яня вживую. Даже если это всего несколько минут, он все равно чувствовал неограниченный потенциал этого молодого человека, как актера.

Вэнь Чаошэн скорее всего уже выбрал Ю Яня в качестве одного из главных героев, все же выступление последнего было вне конкуренции.

Внезапно стоявший сбоку Вэнь Чаошэн сказал: “Цзиньчжао, у меня есть одна идея.”

Цзянь Цзинчжао искоса взглянул на него: “Какая?”

Взгляд Вэнь Чаошэна блуждал взад-вперед по его лицу и телу Ю Яня: “Я хочу добавить ещё одну сцену для прослушивания. Ю Янь продолжает играть Фан Цзина. Что касается роли его брата Яо И, ты можешь помочь ему на сцене?"

“……”

“……”

Добавить сцену для прослушивания?

Глаза Цзянь Цзинчжао слегка блеснули, и он посмотрел на Ю Яня, который тоже был удивлен.

Поскольку Вэнь Чаошэн взял на себя инициативу предложил подобное, подтекст очевиден - он уже выбрал Ю Яня, но ему все равно нужно было попробовать сцену из двух человек, чтобы прийти к окончательному решению.

Небо и земля большие, но режиссер - здесь бог.

Как киноинвестор и продюсер, Цзянь Цзинчжао согласился на эту небольшую просьбу: “Я готов.”

Вэнь Чаошэн посмотрел на Ю Яня: “А как насчет тебя?”

Поскольку он был одним из новичков, который еще не дебютировал, он, возможно, должен был хоть немного паниковать.

Но Ю Янь не испытывал ни малейшего страха сцены, и его ответ был простым и быстрым: “Хорошо, что я могу сыграть с Учителем Цзянь. Я очень рад. Я даже не мог просить об этом".

Цзянь Цзинчжао увидел, что он действительно с нетерпением ждет этого, и спросил со смешком: “Директор Вэнь, что мы должны вдвоем сыграть? Есть ли сценарий?”

“Конечно, есть!”

Вэнь Чаошэн жестом попросил ассистента в заднем ряду принести его черный рюкзак и сказал: "В дополнение к сценарию, у меня даже есть реквизит для этой сцены!”

Он с самого начала планировал второе дополнительное прослушивание для понравившихся кандидатов, чтобы выбрать лучшего. Но после всего сегодняшнего прослушивания только Ю Янь оправдал его ожидания.

Вэнь Чаошэн достал две распечатанные страницы на тонкой бумаги: “Взгляните, просто сыграйте ту сцену, когда два брата встречаются в последний раз. Там не так много слов, но сыграть будет не так-то просто".

Цзянь Цзинчжао взял лист бумаги со сценарием и не забыл передать копию Ю Яню: “Посмотри.”

“Хорошо”.

Ю Янь приблизился, ступая так, словно его подгонял ветер.

Директор по кастингу с любопытством вмешался: "Директор Вэнь, о каком реквизите вы только что говорили? Подготовка пока не полная, не так ли?”

Как только его голос стих, Вэнь Чаошэн достал реквизит со дна рюкзака: “Вот.”

——Бах-бах.

Железные наручники со звоном ударились о стол, и холодный серебристый свет отразился в глазах Цзянь Цзинчжао, заставив его зрачки резко сузиться.

“……”

Цзянь Цзинчжао уставился на наручники, лежащие на столе, и множество плохих воспоминаний быстро промелькнуло в его голове.

Он почувствовал, что кровь по всему его телу свернулась, а сердце было, словно крепко сжато невидимыми силами, настолько тяжело, что он почти не мог дышать.

Ю Янь заметил странные эмоции, которые в мгновение ока промелькнули в глазах Цзянь Цзинчжао: “Учитель Цзянь?”

Вэнь Чаошэн все еще был погружен в ожидание прослушивания, но тоже ощутил напряжение: “Цзиньчжао, все в порядке?"

Цзянь Цзинчжао заставил себя отвести взгляд от наручников, изо всех сил стараясь удержаться от того, чтобы показать страх в присутствии других: “Все нормально. Я сейчас запомню реплики, начнем через пять минут".

Ю Янь слегка нахмурился, поколебался две секунды и решил сотрудничать: “Хорошо.”

Они просмотрели сценарий по отдельности. Сцена для дополнительного прослушивания выглядела следующим образом...

После многочисленных расследований полиция нацелилась на одного подозреваемого в совершении преступлений, на старшего брата Яо И, и успешно провела арест.

Всего за три дня до того, как Яо И должны были передать прокуратуре, его давно пропавший младший брат внезапно появился и предпочел сдаться, в результате чего дело снова погрузилось в густой туман.

Дополнительное прослушивание - хз то сцена, в которой два брата встретились в следственном изоляторе.

Директор по кастингу взглянул на отрывок из сценария и тихо спросил: “Режиссер Вэнь, это не слишком сложно? Даже если с учителем Цзянь все в порядке, Ю Янь, возможно, не сможет уловить эмоции.”

Не было никаких сомнений в актерских способностях Цзянь Цзинчжао. Независимо от того, насколько хороша игра Ю Яня, в конечном счете, он всего лишь новичок, который еще не дебютировал, его опыт не оценивается в 180 000 миль.

Вэнь Чаошэн не стал этого отрицать: “Ну, я просто хочу посмотреть, насколько хорошо Ю Янь сможет это сделать".

Очевидно, что эта сцена старшего брата Яо И, но втайне ритм должен контролировать его младший брат Фань Цзин.

Но если кому-то не удастся передать эмоции персонажа, баланс ауры между персонажами нарушится.

Вэнь Чаошэн посмотрел на двух людей, которые все еще переваривали сценарий, и не мог сказать почему, но у него были необъяснимые ожидания.

Эти два человека должны хорошо разыграть эту сцену!

Время подготовки пролетело в мгновение ока.

Вэнь Чаошэн, наконец, задал вопрос: “Вы двое готовы? Мы можем начинать?”

“……”

Цзянь Цзинчжао снова посмотрел на наручники на столе, и его дыхание сбилось, но он понимал стремление Вэнь Чаошэна к драматизму.

Даже если это прослушивание, необходимо максимально восстановить обстановку в сценарии, что является одной из задач, которую должны выполнять их актеры.

“Я в порядке.”

Цзянь Цзинчжао был морально готов, прежде чем взять наручники со стола. Холодное прикосновение мгновенно заставило его почувствовать сильный дискомфорт.

“……”

Цзянь Цзинчжао тихо сделал глубокий вдох, но все же защелкнул железные кольца на запястьях, потом сказал: "Давай.”

Он придерживался мнения, что показать сцену надо по максимуму, но также искренне надеялся, что прослушивание быстро закончится.

Ю Янь отложил тонкий лист бумаги, который держал в руке: "Хорошо.”

Они вдвоем быстро изучили расположение и планировку, и только когда оба кивнули, они услышали “Начали!” от режиссера!

Игра официально началась.

****

В зале для прослушиваний было тихо.

Яо И, старший брат, которого играл Цзянь Цзинчжао, откинулся на спинку стула, спокойно закрыв глаза и отдыхая.

Послышались шаги, и полицейский, которого сыграл кто-то из персонала, крикнул: “Яо И.”

Цзянь Цзинчжао очнулся, услышав этот звук. Он с трудом поднял руки и поправил очки, которые вот-вот должны были упасть, потом слегка улыбнулся: “Опять допрос, это хорошо, я никого не видел два дня".

Лязгающие наручники ограничивали диапазон действий Яо И, но он вовсе не собирался сопротивляться.

Глаза под линзами были теплыми и улыбающимися, а его спокойный вид ничем не напоминал заключенного, которого вот-вот должны были судить.

Услышав шум шагов за пределами съемочной сцены, он словно приободрился: “Это, должно быть, начало сегодняшнего дня".

Даже если это временная игра, он должен был полностью вжиться в роль и войти в состояние всего одним взглядом и с первой реплики!

Если младший брат Фань Цзин обладал безумием, которое сильно контрастировало с его внешностью, то старший брат Яо И притворялся нежным и скромным, но на самом деле его сердце было ужасно безразлично.

Яо И сделал успешную карьеру и владел собственной компанией в возрасте 30 лет.

Перед лицом ареста полицией он не оказывал ни малейшего сопротивления или отказа говорить. Он скорее спокойно сотрудничал и почти сразу признался. Такое отношение, казалось полицейским невероятным.

Яо И, на самом деле, не имел никакого отношения к делу об убийстве и захоронении тел в то время!

“Эти два дня были очень напряженными, в конце концов, ваше дело внезапно получило новый поворот.”

“Тут кое-кто пришел повидаться с вами.”

Персонал безучастно прочитал эти строки, но Цзянь Цзинчжао это нисколько не тронуло. Тень сомнения промелькнула на его лице, и он сразу же стал более безразличным: "О?”

Полицейский посмотрел в сторону и махнул рукой: "Фань Цзин, проходите”.

Послышалось легкое движение.

Подошел Фань Цзин, которого играл Ю Янь. Он встретил своего брата по ту сторону “железных перил”, демонстрируя горькую, но ободряющую улыбку: “... Брат".

Без холодной и сумасшедшей энергии внизу, Фань Цзин, как теперь интерпретировал его Ю Янь, был подобен бедному щенку, который долгое время был потерян. В одном дрожащем слове, люди в зале могли ощутить разительный контраст.

После этого спокойное выражение лица Цзянь Цзинчжао внезапно исчезло.

Он встал со стула, потирая руки, но из-за слабости упал обратно. Очки, которые он только что надел, безжалостно упали на пол, обнажив его глаза, затуманенные шоком и беспокойством.

“……”

Цзянь Цзинчжао растерянно уставился на наручники, которые ограничивали его свободу, и, наконец, проявил признаки борьбы: “Что ты здесь делаешь? Кто просил тебя возвращаться!”

“Что ты имеешь в виду?”

“Сяо Цзин, почему ты пришел в это место?”

Вопросы перебивали друг друга. Хриплого голоса Цзянь Цзинчжао было достаточно, чтобы доказать его гнев и беспокойство в данный момент, и вся те перемены, которые произошли в нем только из-за появления его младшего брата Фан Цзина.

Сотрудники в заднем ряду увидели подсказки и тихо удивились: "Разве не странно? Эта сцена контролируется обоими братьями?”

“Боже мой, посмотрите на голубые вены на лбу и руках учителя Цзянь! Его взрывная мощь и контроль потрясающи!”

Вэнь Чаошэн проигнорировал перешептывания в заднем ряду. Текущая форма Цзянь Цзинчжао и Ю Янь - это не проблема, но хорошая сцена - настоящий приоритет!

Драма продолжалась.

Капитан полиции, которого играл кто-то из персонал, добавил свою реплику, “впустил" младшего брата Фань Цзина и сказал полицейским снаружи следить за ситуацией в изоляторе.

По звуку шагов за пределами сцена рассчитывалось время. Кто-то намеренно приподнял железные ножки стола.

.....

Ножки стола с шумом опустились на пол, имитируя движение закрывающейся железной двери.

Менее чем через минуту кровь с лица Цзянь Цзинчжао сошла. Он снова попытался встать с жалкой улыбкой, но его центр тяжести был неустойчив, и он упал на пол вместе со стулом.

Стул прижался к телу Цзянь Цзинчжао и издал глухой звук, от которого ему стало больно, когда он его услышал.

Все, кто были в зрительном зале, были застигнуты врасплох.

Ю Янь отреагировал быстрее, вскочил, бросился к Цзянь Цзинчжао, и опустился на колени: “... Брат, как ты?"

Цзянь Цзинчжао взревел: “Не зови меня братом!”

Они вдвоем, естественно, продолжили пьесу.

Цзянь Цзинчжао попытался сесть самостоятельно, его скованные руки сильно дрожали, а дыхание стало еще более учащенным.

“Почему? С какой стати, ты здесь появился?! Неужели я позволял тебе наступить в эту грязную яму? Разве ты не слушался меня с самого детства? Почему бы тебе на этот раз не послушаться!”

Очевидно, он уже позаботился обо всем, и мог уберечь своего брата от всего этого! Всего за три дня он смог бы покончить со всеми грехами и страданиями прошлого!

“Брат, мне очень жаль.”

“……”

Цзянь Цзинчжао молча проигнорировал его, его глаза, которые долгое время оставались безразличными, теперь, были ужасно красными.

Его не волновало, что его жизнь оказалась полной гноя, он просто хотел, чтобы его брат жил чисто, но теперь уже слишком поздно!

“Старший брат...”

Фан Цзин, которого играл Ю Янь, понял отчаяние своего брата, и крикнул в панике: “Брат, прости, мне очень жаль, не сердись.”

“Убирайся отсюда!" Яо И сопротивлялся изо всех сил: “Я не хочу видеть тебя здесь!"”

“……”

Атмосфера между братьями сгустилась, и неописуемая печаль и отчаяние наполнили их обоих.

Время шло минута за минутой.

Ю Янь точно ухватился за эту возможность и, наконец, предпринял дальнейшие действия.

Фань Цзин, которого он играл, поднял очки с земли, молча протер их о свою довольно чистую рубашку и прошептал: “Брат, в моем сердце ты самый важный человек.”

“Ты знаешь, с тех пор как я был ребенком, я заботился о тебе больше всего.”

Эта забота превосходила все, включая его собственное будущее и жизнь.

“Сколько я себя помню, только ты для меня самый лучший, и только ты готов по-настоящему защитить меня.”

В его голосе слышались нотки рыдания, отчего становилось грустно.

С момента расследования этого дела правда постепенно прояснилась, но полиция все еще упускала из виду некоторые давние события прошлого.

Отец этих двоих при жизни был законченным алкоголиком. Как только он напивался, он становился непроизвольно жестоким. Биологическая мать Яо И сбежала, потому что была раздавлена им.

Позже этот подонок познакомился с матерью Фан Цзина.

После того, как эти двое поженились, у новой семьи был короткий период хороших дней, но характер человека трудно изменить. С рождением Фан Цзин снова начались кошмарные дни домашнего насилия.

Полуразрушенный переулок, переполненный старый дом и нескончаемые избиения со стороны пьяного мужчины.

Худая женщина и двое несовершеннолетних детей, молящих о пощаде и плачущих, оказались в ужасном положении.

Грязной, невыносимое, тянущиеся день за днем существование.

Пока человек с титулом “отец” не исчез из их жизни, они прошли путь от страха и боли к привычной тяжелой жизни в течение пяти лет.

Ю Янь подумал о прошлом и с ненавистью стиснул зубы: “Он просто заслуживал смерти! Почему бы ему было не умереть?”

Боль, похороненная глубоко в памяти, вернулась, заставляя двух людей почти не дышать.

Цзянь Цзинчжао полностью потерял силы, и его голос был хриплым: “Ты был еще маленьким в то время, это дело не имело к тебе никакого отношения. Сяо Цзин, у тебя должна быть новая жизнь. Ты не должен был быть пойманным в ловушку прошлого, как я и тетя Фан".

Фан Цзину в то время было всего семь лет, и его детские воспоминания были слишком скудны, и все происходящее не имело к нему никакого отношения!

Ю Янь, как всегда, выслушал слова своего брата и покачал головой: "Брат, ты не понимаешь...”

Было ли это пятнадцать лет назад или сейчас, Яо И никогда не был убийцей, и только Фан Цзин знал скрытую правду от начала до конца.

“Ты такой милый, никто не затащит тебя в ад! Те, кто причинил тебе боль, предал тебя, угрожал тебе...”

Тон Ю Яня постепенно стал мрачным, а его глаза ужасно покраснели: “Даже если все повторится тысячи раз, я не отпущу их!"

“……”

“……”

Как только появились строчки, которых не было в сценарии, Вэнь Чаошэн и Цзянь Цзинчжао один за другим поняли, что что-то не так.

Эмоции Ю Яня в этот момент были слишком сильны!

Безумие и ненависть, исходившие от всего его тела, были ужасающими и в то же время смешанными с неописуемым чувством собственности!

Цзянь Цзинчжао непосредственно столкнулся с этим странным чувством и на некоторое время забыл о своем физическом дискомфорте. Он только чувствовал, что интерпретация Ю Яня была более выдающейся и внушающей благоговейный трепет, чем то, как он сыграл эту роль в фильме в его памяти.

Кроме цвета фона персонажа, он привносил оттенок, который принадлежал только ему. Противоречивое, но тонкое сочетание.

“... Сяо Цзин?”

“Брат, я здесь.”

Ю Янь протянул рук и погладил виски Цзянь Цзинчжао, от его слегка шершавых пальцев повеяло дымкой.

Он обхватил ладонью затылок мужчины, мягко прижался к нему лбом и снова выкликнул: “Брат.”

Вся враждебность рассеялась, оставив только полную нежность и кротость.

“Ты сказал, что хочешь, чтобы я жил чисто, но от начала до конца это всегда ты должен был жить хорошо.”

Он сломался.

....Я не знаю, чьи слезы упали на землю и расцвел цветок.

Цзянь Цзинчжао также был полностью погружен в пьесу. Его тела сопротивлялось. Он в изнеможении закрыл глаза, но фраза на титульном листе сценария всплыла в его сознании. Это был монолог, принадлежащий его персонажу Яо И：

“Я застрял в этом куске грязи, из которого не могу выбраться, но я все еще надеюсь, что там расцветут чистые цветы.”

То, что дошло до его ушей, было самым беспомощным и самым болезненным извинением.

“Брат, мне очень жаль, но, в конце концов, я не могу жить так, как ты хочешь.”

На самом деле, на грязной земле солнечные и яркие цветы никогда не расцветут.

“……”

В зале было очень тихо, никто не осмеливался нарушить атмосферу, и печаль на сцене стала еще сильнее.

Несмотря на то, что они не читали полную версию сценария, они все равно понимали узы привязанности между персонажами из сцены между Цзянь Цзинчжао и Ю Яне .

Даже Вэнь Чаошэн, который бесчисленное количество раз обдумывал этот разговор, молчал. Он не ожидал такого.

Обычная игра действительно может вызвать такую химическую реакцию, которая просто превосходит душевное состояние самих персонажей!

Прослушивание было окончено, и результат очевиден.

****

“——глухой звук!”

Дверь ванной с грохотом захлопнулась, и Цзянь Цзинчжао из последних сил подбежал к раковине.

Наконец, он остался один, и без сдерживающего присутствия других он больше не мог выносить непреодолимую тошноту после того, как пьеса закончилась. Он вышел за рамки сюжета, и это дало отдачу. Он согнулся, и его вырвало от боли.

Лицо Цзянь Цзинчжао было бледным, а на его руках, крепко опиравшихся на столешницу, вздулись синие вены.

На запястьях были видны следы от наручников. Они оставили на нем бледно-красные полосы, после случайной борьбы во время спектакля. Но эти следы было так ослепительно, что ему не терпелось порезать кожу ножом!

“...Вжик!”

Цзянь Цзинчжао в панике включил кран, потер и ополоснул красные следы на запястье, бесконтрольно и почти мазохистски, заставляя себя испытывать боль.

Но туман, который был затянут глубоко внутри, казалось, нашел прорыв, вырвался наружу, опутывая его, как виноградная лоза, и словесные оскорбления из прошлой жизни снова заложили ему уши.

——Люди, которыэ знаем в лицо, но мы не понимаем их сердец. Они такие светлые на глазах общественности, а на самом деле очень лицемеры в частной жизни.

—— Очевидно, что он находясь в таком положении, зарабатывал грязные деньги! Это отвратительно! Он должен быть арестован! Тьфу！Его стоит приговорить к смертной казни, и - это не преувеличение.

—— А как насчет звездного актера? Результата расследования нет, так что он все еще в тюрьме, ба!

“Нет……”

“Это не я...”

Цзянь Цзинчжао бессознательно покачал головой и пробормотал. Так было в прошлой жизни. Он был вынужден надеть наручники, сам не зная за что.

Этого холодного прикосновения он никогда не забудет до конца своей жизни!

Мозг Цзянь Цзинчжао не мог перестать вспоминать прошлое, его лицо побледнело, все его тело было на грани обморока, и он пошатнулся назад.

В то же мгновение дверь ванной с силой распахнулась.

“……”

Он не почувствовал боли от падения.

Цзянь Цзинчжао внезапно заключили в теплые и сильные объятия, и нетерпеливый голос, который был ему знаком, донесся до его ушей.

“Мастер Цзянь?！”

Лицо человека в объятиях Ю Яня было бледным, глаза странно красными, а его прерывистое дыхание создавало ощущение хрупкости, остро нуждающейся в защите.

Ю Янь крепче сжал его одной рукой за талию, и погладил спину Цзянь Цзинчжао другой: “Учитель Цзянь? Как вы себя чувствуете?”

“……”

Цзянь Цзинчжао замедлился на несколько секунд, прежде чем пришел в себя, едва стоя на месте: “Хм.”

Пристальный взгляд Ю Яня был прикован к его бледному лицу. “Учитель Цзянь, вы плохо себя чувствуете? Я думаю, с вами что-то не так еще до начала шоу.”

Другие, возможно, и не поняли, но Ю Янь, игравший против Цзянь Цзинчжао, видел все ясно.

Лицо мужчины было очень плохим, и холодный пот на его лбу и дрожь были настоящими!

Независимо от того, насколько хороши актерские способности Цзянь Цзинчжао, нет такого способа заставить тело достичь этой реалистичной реакции всего за несколько минут.

Руки Цзянь Цзинчжао, упавшие по обе стороны, сжались в кулаки, и он повернулся лицом к раковине, избегая чрезмерно обеспокоенного взгляда Ю Яня: “У меня просто немного закружилась голова. Возможно, я плохо спал вчера".

В этом случае нет необходимости настаивать на том, что с ним “все в порядке”.

Ю Янь нахмурился: “Вам нужно поехать в больницу?"

Цзянь Цзинчжао вымыл руки холодной водой, пытаясь подавить сердцебиение, которое еще не прекратилось: “Нет, я просто вернусь в отель отдохнуть. Я позвоню и попрошу своего помощника забрать меня.”

С момента своего перерождения у Цзянь Цзинчжао была линия психологической защиты, которой он придерживался, он определенно не выдаст себя перед другими.

Цзянь Цзинчжао приехал один на сегодняшнее прослушивание.

Просто у него сейчас кружилась голова и его подташнивало, и он не смог бы сосредоточиться на обратной дороге.

Ю Янь понял ситуацию из его слов и сделал шаг вперед: “Учитель Цзянь, я умею водить, могу я отвезти вас обратно в отель?"

“Нет, я...”

“Я беспокоюсь о вашем нынешнем состоянии." Ю Янь резко перебил его, глядя в глаза Цзянь Цзинчжао через зеркало. "Когда ваш ассистент сможет приехать забрать вас?"

Он сделал паузу и искренне попросил: “Учитель Цзянь, прослушивание окончено. Я могу отвезти вас обратно, чтобы вы могли лечь отдохнуть пораньше, хорошо?"

“……”

Цзянь Цзинчжао некоторое время колебался и, наконец, кивнул под нетерпеливым взглядом Ю Яня.

Он действительно чувствовал себя уставшим, как никогда раньше, и ему просто хотелось вернуться в отель, чтобы пораньше лечь отдохнуть.

Ю Янь подумал о Вэнь Чаошэне и других сотрудниках в зале прослушивания и взял инициативу на себя: “Тогда вы подождете меня немного, а я предупрежу директора Вэнь? Не волнуйтесь, я не буду слишком много говорить о вашем физическом состоянии.”

Возможно, это из-за глаз Ю Яня, которые были такими надежными и искренними в данный момент, или, возможно, из-за неконтролируемой пульсирующей боли в висках, Цзянь Цзинчжао не думал о том, уместно это или нет.

“Хорошо, я подожду тебя в машине, на минус первом этаже, на позиции А3.”

“ Хорошо, я скоро приду.”

****

Дверь издала щелчок.

Цзянь Цзинчжао посмотрел на Ю Яня на водительском сиденье и вздохнул, наконец, задумавшись.

Он чувствовал себя плохо и согласился слишком поспешно.

В конце концов, он и Ю Янь находятся в деловых отношениях, как владелец компании и артист, который в ней состоит. Если их сфотографируют папарацци или прохожие, это неизбежно вызовет неприятности.

Ю Янь услышал его вздох и посмотрел в его сторону: “Учитель Цзянь?”

Цзянь Цзинчжао спросил: “Ты действительно умеешь водить машину?"

Ю Янь уверенно поднял брови: “Конечно, я прошел обучение сдал на права, когда мне было 18 лет. Я определенно старый водитель".

Цзянь Цзинчжао неохотно приказал: “Старый водитель, ты можешь ехать не очень быстро, безопасность превыше всего".

Ю Янь тихо хихикнул и внезапно наклонился к нему.

Цзянь Цзинчжао подсознательно напряг свои нервы, но тут он увидел, как Ю Янь вытягивает ремень безопасности: “Учитель Цзянь, пристегнитесь, я обещаю привезти вас обратно в отель в целости и сохранности".”

Сказав это, он отодвинулся, без какого-либо нарушения личного пространства.

Машина тронулась, и Ю Янь плавно выехал с подземной парковки.

Ожидая на красном свете на перекрестке, он спросил, казалось бы, небрежно: “Вы хотите послушать музыку? Можете расслабиться и почувствовать себя более комфортно.”

Цзянь Цзинчжао не стал отказываться.

Ю Янь включил автомобильное радио и небрежно настроил канал, вскоре из стереосистемы донеслась скрипичная мелодия.

Знакомое произведение, глаза Цзянь Цзинчжао слегка блеснули.

Затем он услышал, как Ю Янь сказал: “Учитель Цзянь, это "Хуаюань".”

Цзянь Цзинчжао не ожидал, услышать это от Юй Яня, и уголки его рта поползли вверх: “Хм.”

Эта чистая музыка являлась оригинальным саундтреком в его дебютном фильме "Цветочная луна", и в нем она появилась только один раз.

Главный герой фильма, Бай Юэ, актер, но он влюбился в скрипку, которая не была популярна в ту эпоху, и проявил очень высокий талант.

В последний момент своей жизни Бай Юэ стоял в жасминовом саду, полном цветов, и играл эту мелодию.

Только самые продвинутые фанаты знали, что Цзянь Цзинчжао играл на скрипке с детства и имел хороший уровень.

Первое демо этого произведения на самом деле было создано Цзянь Цзинчжао, но в конце концов оно было передано специальному композитору для отшлифовки и аранжировки.

В последующем промоушене фильма он намеренно не упомянул об этом вопросе.

Цзянь Цзинчжао редко создавал музыку, но ему очень нравилось это произведение. Слушая его сейчас, его кончики пальцев бессознательно задрожали.

“……”

Ю Янь использовал боковое зрение, чтобы заметить едва уловимое движение Цзянь Цзинчжао, уголки его губ слегка изогнулись, и он молча увеличил громкость.

В машине звучала успокаивающая и знакомая музыка.

Струны в сердце Цзянь Цзинчжао, которые до этого были туго натянуты, бессознательно ослабли. Он повернул голову, чтобы посмотреть сбоку на лицо Ю Яня. Потом откинулся на спинку сиденья и постепенно задремал.

Да-да-да——

Ритмичные шаги становились все ближе и ближе, словно глухой барабанный бой, ударяющий в сердце Цзянь Цзинчжао.

Он открыл глаза и обнаружил, что находится в белом тумане, и, как ни старался, ему не удавалось разглядеть далекую сцену.

“Кто здесь?”

“Цзинь Чжао, почему ты даже не узнаешь нас?”

Знакомые и безразличные голоса эхом отдавались в этом пространстве, и фигура Цинь Е постепенно появилась в тумане, а за ней последовали Гэ Юньшэн и Лан Цихуа.

Они втроем стояли напротив него, выражения их лиц были холодными, в их глазах даже была легкая насмешка.

“……”

Цзянь Цзинчжао внезапно понял свое положение. Гнев и обида от того, что его предали и подставили, сгустились в неразрушимую дымку в его груди. Ему хотелось броситься вперед и сразиться с этими тремя людьми, чтобы разорвать поймавшую его сеть!

——Бах-бах!

Цзянь Цзинчжао услышал резкий дергающий звук и, посмотрев вниз, обнаружил, что на нем тюремная униформа и железные наручники на руках и ногах. Он был прикован и не мог пошевелиться. Как бы сильно он ни боролся, это было безрезультатно.

“Отпустите меня!”

“Отпустите меня!”

Земля, которую нельзя было разглядеть отчетливо, внезапно разверзлась, и бесчисленные черные клубы окутали Цзянь Цзинчжао, мало-помалу заслоняя окружающий свет, заставляя его задыхаться.

“Нет, это не я!”

Цзянь Цзинчжао изо всех сил старался обратиться к внешнему миру за помощью, но его сердце было наполнено отчаянием.

Никто не спасет его, ему суждено вот так упасть, и он никогда не оправится!

Мелькнули отчаянные мысли, но вдруг из темноты появилась фигура и схватила его за руку.

Сила, исходившая от рукопожатия, была такой ясной и такой реальной.

“Ты такой хороший, никто не хочет тащить тебя в ад!”

“Те, кто причинил тебе боль, предал тебя, угрожал тебе ... Даже если они вернутся тысячи раз, я не позволю им уйти!"

“Не бойся, я здесь! Все в порядке!”

“……”

Тот же голос и накрадывающийся друг на друга слова эхом отдавались в его ушах. Цзянь Цзинчжао было все равно, правда это или ложь. Он твердо ухватился за единственное спасение в этой отчаянной ситуации и из последних сил открыл глаза.

“Цзянь Цзинчжао! Очнись!”

“Да!”

Цзянь Цзинчжао резко открыл глаза, его расфокусированный взгляд сгустился, и в нем четко отразилось лицо Ю Яня.

“Учитель Цзянь.”

Ю Янь явно вздохнул с облегчением и пододвинулся ближе: “Вам приснился кошмар? Как вы себя чувствуете?”

“……”

Возможно, из-за того, что расстояние между ними было таким близким, Цзянь Цзинчжао почувствовал легкий аромат мяты, исходящий от молодого человека, который был очень успокаивающим и освежающим.

Он видел, как опускают сиденье его машины, а также знак парковки за окном, и он также понимал, что они с Ю Янем в этот момент держаться за руки.

Вид Цзянь Цзинчжао был слегка ошеломленный, и в его сердце возникло неописуемое чувство наполненности.

Ю Янь проследил за его взглядом и отреагировал, немедленно извинившись: "Простите меня.”

Ю Янь видел, что Цзянь Цзинчжао испуганно что-то шептал во сне, и его рука взметнулась в воздух, поэтому молодой человек сжал ее, стараясь передать свое спокойствие.

Цзянь Цзинчжао отстегнул ремень безопасности и медленно выпрямил спинку кресла. " Мы уже в отеле? Как долго я спал?”

Ю Янь сказал правду: “Ну, прошло уже больше часа.”

Он видел, что мужчина крепко спит, и не мог заставить себя потревожить его; позже он понял, что тому приснился кошмар, поэтому был вынужден разбудить его.

Цзянь Цзинчжао подавил головокружение после кошмара и тихо спросил: “Становится поздно, как ты планируешь возвращаться?"

Ю Янь искоса посмотрел на него, но не ответил прямо: “Я немного проголодался, могу я поужинать с вами перед уходом?"

“……”

Цзянь Цзинчжао взглянул на автомобильный монитор: было почти семь часов.

Прежде чем он успел принять решение, Ю Янь продолжил: "Учитель Цзянь, я не привередлив, могу есть все, что угодно, даже лапшу быстрого приготовления.”

Было ощущение, что на Цзинчжао, с надеждой смотрит щенок, его уши стоят торчком, а хвост виляет.

“Я ждал, когда вы проснетесь, и теперь я так голоден, что даже не могу идти. В конце концов, я молод и все еще расту.”

Цзянь Цзинчжао неудержимо рассмеялся, услышав последнюю половину предложения, и даже его подавленное настроение значительно улучшилось.

“Хорошо, пойдем тогда в ресторан отеля, чтобы перекусить?”

Время, как раз подходит для такого тривиального вопроса, как ужин.

Ю Янь получил нужный ему ответ и удовлетворенно улыбнулся: “Хорошо, я весь в вашем распоряжении.”

****

Поскольку пиковый обеденный период уже прошел, в ресторане было немного гостей.

Цзянь Цзинчжао отвел взгляд от световой вывески высотного здания вдалеке и посмотрел на Ю Яня, который резал ребрышки, сидя напротив него: “Разве ты не говорил, что давным-давно проголодался, почему ты не съел ни кусочка?"

Ю Янь лукаво улыбнулся: “Я ем медленнее, чтобы подольше побыть с учителем Цзянь?"

“Ешь быстрее.”

Цзянь Цзинчжао беспомощно ответил, но он не собирался настаивать.

Ю Янь положил отборное нежирное мясо на маленькую чистую тарелку и, воспользовавшись возможностью, начала тему: “Учитель Цзянь, что вы думаете о моем сегодняшнем выступлении на прослушивании? Я получу роль?"

Цзянь Цзинчжао сделал секундную паузу, потом сказал: “Все зависит от того понравилось ли твое выступление на прослушивании режиссеру Вэню, за ним последнее слово. Ю Янь, я не могу помочь тебе войти через черный ход".

Ю Янь улыбнулся и спокойно ответил: "Я не собираюсь полагаться на учителя Цзяня в том, что он откроет мне заднюю дверь и достанет для меня ресурсы. На самом деле, я более уверен в том, что смогу закрепиться в этом кругу силой.”

Цзянь Цзинчжао не увидел ни капли лицемерия в его глазах и сказал мягким голосом: “Это хорошо, когда люди уверены в себе, но они не должны слишком гордиться.”

“Ну, я помню." Ю Янь ответил с улыбкой: “Но я сегодня очень счастлив".

Волнение в его голосе было слишком очевидным, чтобы Цзянь Цзинчжао мог его проигнорировать: “Что?”

Ю Янь не торопился отвечать, а протянул маленькую тарелку с мясом Цзинчжао: “Сначала поешьте, и я вам расскажу".

Цзянь Цзинчжао опустил глаза: “Этот фокус обычно любят разыгрывать для детей”.

Ю Янь наклонился вперед, нисколько не скрывая своей цели: “Учитель Цзянь, вы чувствуете себя не хорошо, но вам все равно нужно немного поесть, не так ли?"

“……”

Цзянь Цзинчжао наконец понял его истинное намерение "перекусить”, и в его сердце необъяснимым образом сгустилось тепло.

Если бы не слова Ю Яня о “еде”, он бы проигнорировал свой голод и вернулся в номер.

Цзянь Цзинчжао не очень хорошо умел выражать свои истинные эмоции перед посторонними, поэтому ему пришлось начать есть под пристальным взглядом Ю Яня.

"Это вкусно?" - спросил Юй Янь.

Цзянь Цзинчжао кивнул.

Еда в ресторане отеля, на его вкус, была очень не плоха.

Ю Янь улыбнулся и продолжил начатую тему: “Я хотел сказать, что был очень счастлив сегодня, потому что сыграл с вами”.

Даже если это была простая игра продолжительностью в несколько минут, это все равно неожиданная радость.

“Я знаю, что вы всегда были строги в отношении актерского мастерства, и вы не отдаете предпочтение никому из новичков на подобном прослушивании. Поэтому, поскольку я получил шанс, я хотел сделать все возможное, чтобы хорошо выступить.”

Ю Янь уважал личность Цзянь Цзинчжао как актера, а также его серьезное отношение к профессиональной этике.

Он положил палочки и выразил свое отношение словами: “Это так хорошо, что никто не может сказать: ’Вы, Цзянь Цзинчжао, позволяете новичкам вашей компании пройти через заднюю дверь".

Сердце Цзянь Цзинчжао затрепетало, и тепло, которое было в нем, распространились, растопив усталость и оцепенение, которые оставались в его теле.

Он никогда не думал, что в возрасте Ю Яня можно сказать такое, понять его профессиональную суть и этику.

"Ю Янь.”

“Да?"

Цзянь Цзинчжао поднял стакан с водой и отсалютовал: “Ты очень хорошо выступил сегодня на прослушивании.”

Ю Янь неожиданно получил желаемый ответ и внезапно стал энергичным: “Это комплимент мне? Является ли это признанием того, что я хорошо справился?”

Цзянь Цзинчжао, казалось, увидел, как сильно виляет хвостом довольный щенок, и неловко сменил тему: “Ешь быстрее.”

“Вы признали". Ю Янь удовлетворенно улыбнулся: “Учитель Цзянь, ешьте больше".

****

Зная, что Цзянь Цзинчжао нездоровится, Юй Янь не стал намеренно затягивать время ужина. Они расправились с едой менее чем за 40 минут и вместе покинули ресторан.

Лифт слева медленно остановился на этаже ресторана, где они находились.

Ю Янь посмотрел на открытую дверь лифта и махнул рукой: "Выы поднимайтесь к себе. Я тоже пойду.”

Цзянь Цзинчжао кивнул: “Что ж, после тяжелой работы тебе следует пораньше лечь отдохнуть, когда вернешься домой.”

Ю Янь ответил: "Хорошо.”

Цзянь Цзинчжао вошел в кабину лифта и нажал кнопку 19-го этажа. Там находился его номер люкс.

Дверь лифта медленно закрывалась.

Внезапно Ю Янь, который до этого стоял спокойно, заскочил внутрь: "Подождите!”

Цзянь Цзинчжао был застигнут врасплох и в шоке посмотрл на стоявшую рядом фигуру: "Ты...”

Ю Янь заметил промелькнувшие неконтролируемые эмоции Цзянь Цзинчжао. Он рассмеялся, как ребенок, которому удалась шалость, но при этом повел себя очень вежливо, и дал благословение.

“ Учитель Цзянь, не бойтесь.”

“……”

“Я желаю вам хороших снов сегодня ночью.”

****

Сентябрьское солнце все еще неистовствовало, и кондиционер в офисе был включен на полную мощность.

Ю Янь, стоявший перед дверьми кабинета, посмотрел на отражение в стекле и убедился, что его внешний вид соответствует правилам приличия. Только тогда он изобразил стандартную благовоспитанную улыбку и постучал в дверь.

“Учитель Цзянь, вы искали меня?”

Цзянь Цзинчжао отвел взгляд от папки и поправил очки: “Заходи, нам надо поговорить.”

“Хорошо”.

Ю Янь не проявлял особой сдержанности, свойственной другим новичкам, оказавшимися лицом к лицу с боссом. Он большими шагами подошел к его столу и сел на указанное место.

“Учитель Цзянь, в последнее время вам стало лучше?”

“……”

Цзянь Цзинчжао вспомнил благословение, которое получил от молодого человека во время последней встречи, и его глаза потеплели: “Все в порядке.”

На самом деле, он иногда впадал в свои кошмары, но волшебным образом фигура Ю Яня появлялась в конце каждого сна.

Даже если он просыпался посредине ночи, вспомнив искренние пожелание Ю Яня, он снова мог спокойно заснуть.

Кроме того, без работы на съемках, где требовалось постоянное напряжение, психическое состояние Цзянь Цзинчжао стало намного лучше, чем некоторое время назад.

Ю Янь заметил, что усталость и нераозность мужчины спали, и струны его сердца немного расслабились.

Цзянь Цзинчжао выключил сценарий на компьютере и заговорил о делах: “Ты знаешь, о чем я хотел с тобой поговорить?"

Ю Янь поднял на него глаза и уверенно спросил: "Я получил роль одного из главных героев в фильме "Грязь", не так ли?"

“Ты вовсе не скромен". Цзянь Цзинчжао ответил смешком, но не стал отрицать.

Он передал молодому человеку новую версию сценария, и сказал: "Съемки начинаются в начале октября. У тебя есть месяц на изучение сценария. Ты понимаешь, что новости о фильме не должны просочиться во внешний мир до официального объявления".

Ю Янь взял сценарий обеими руками и с серьезным видом сказал: "Понимаю.”

Как только его голос стих, раздался стук в дверь, сопровождаемый вопросом Цзи Цзя.

"Цзиньчжао, мы можем войти?”

Цзянь Цзинчжао взглянул на Ю Яня: “Входите.”

Дверь кабинета открылась, и Цзи Цзя, красиво одетая, вошла в кабинет, за ней следовала девушка в черном.

У той были длинные и прямые черные волосы, в лице были смешаны европейские и азиатские черты, от нее исходила прохладная аура.

Ю Янь знал, кто такая Цзи Цзя в компании, и вежливо встал, чтобы поприветствовать ее: “Приветствую сестру Цзя.”

Цзи Цзя всегда был очень оптимистично настроена в отношении Ю Яня и просто улыбнулась его красивому лицу: “Ну, раз уж все здесь, позвольте мне просто представить вам нового сотрудника?"

У нее и Цзянь Цзинчжао было одинаковое видение людей, и ключевых моментов: “Это Фан Кэйин. Первоначально он отвечал за рекламу и операции по связям с общественностью в компании Цзяня в прошлом, а сейчас готова присоединиться к нам.”

Фан Кэйин посмотрел на Цзянь Цзинчжао, ее холодное выражение лица значительно смягчилось: “Учитель Цзянь, спасибо вам за вашу готовность принять меня на работу".

Цзянь Цзинчжао кивнул и ответил: “Вы достаточно сильны сами по себе, и ваша готовность перейти к нам, является удачей для Тени Кита.”

Фан Кэйин присоединилась к прошлой команде Цзянь Цзинчжао во время университетской стажировки и за несколько лет прошла путь от младшего стажера до начальника отдела.

Цзянь Цзинчжао всегда видел в ее глазах способность к обучению и проницательность в отношении общественного мнения. Кроме того, был ещё один неизвестный всем секрет.

В прошлой жизни Фан Кэйин однажды сказала Цзянь Цзинчжао, что ‘в верхушке компании могут возникнуть проблемы, и кто-то использовал его имя для инвестирования в дорогостоящие проекты’.

Поскольку это касалось Цинь Е и других вышестоящих сотрудников, она сказала это неопределенно, но ее интуиция не подвела.

Жаль, что в то время Цзянь Цзинчжао был занят непрерывными съемками в фильмах, и у него действительно не было времени ознакомиться с внутренними проблемами компании. Позже он принял участие в кинофестивале, и тут кое-что произошло.

Цзянь Цзиньчжао оправился от осколков прошлого и взял на себя инициативу, чтобы объяснить: «Ю Ян, Кэин будет работать твоим исполнительным агентом в будущем».

Цзянь Цзиньчжао не планировал возвращаться в индустрию развлечений в краткосрочной перспективе, а способности Фан Кеин следует применить в более полезном месте.

Даже если это не было указано четко, Ю Янь являлся ключевым новичком в компании. Ему должен помогать только отличный агент, а Фан Кеин полностью квалифицирована для этого.

Фан Кеин уже узнала о своей предстоящей работе от Цзи Цзя и просто сказала: «У меня нет проблем, просто следую указаниям Учителя Цзяня».

Цзянь Цзиньчжао кивнул, а затем перевел взгляд на Ю Яня, стоявшего рядом с ним: «А как насчет тебя?»

Ю Янь кивнул в знак согласия, а затем спросил: «Значит, Учитель Цзянь не будет заботиться о моих будущих делах?»

Он сделал паузу на секунду, а затем добавил тихим голосом перед всеми: «Когда вы подписывали меня, вы сказали, что возьмете меня себе».

Его голос мягкий, как жужжание, и, если прислушаться, в нем были нотки кокетства и обиды.

Цзи Цзя услышала это и удивленно посмотрела на Цзянь Цзиньчжао: «Цзинчжао, ты собирался вести Ю Яня лично?»

"..."

Цзянь Цзиньчжао был ошеломлен и беспомощно посмотрел на «виновника» рядом с собой. Он ясно сказал тогда, что проследит за развитием ситуации. Он возьмёт его в свою компанию. Почему это превратилось, что он лично возьмет его с себе?

Ю Янь встретил вопросительный взгляд Цзянь Цзиньчжао и невинно сказал: «Учитель Цзянь, вы сами так говорили».

Цзянь Цзиньчжао вздохнул: «Я буду продюсером фильма «Грязь» и останусь на некоторые время на съемочной площадке. Если во время съемок у тебя возникнут какие-либо проблемы, ты можешь прийти ко мне».

Цзи Цзя и Фан Кеин посмотрели друг на друга и увидели в глазах намек на понимание…

Цзянь Цзиньчжао, кажется, серьезно относится к Ю Яню?

Конечно, актерские способности парня очевидны всем.

Первый фильм, в котором он дебютирует, будет лично спонсироваться Цзянь Цзиньчжао. Если об этом распространится информация, это может вызвать много зависти как внутри, так и за пределами компании

Получив обещание от Цзянь Цзиньчжао, Ю Янь поджал губы и сказал: «Хорошо».

Цзянь Цзиньчжао взглянул на время и подал знак Цзи Цзя: «Сестра Цзя, ты можешь взять Кэин и Ю Яня, чтобы подготовить контракт на съемку в фильме. Вы сможете разобраться со всем этим».

"Хорошо".

Цзи Цзя кивнула и сказала: «Пойдемте».

Ю Ян знал, что ему предстоит много серьезной работы, поэтому крепко сжал в руке тяжелый сценарий: «Учитель Цзянь, я выступлю хорошо».

Цзянь Цзиньчжао кивнул: «Да».

После того, как все трое покинули его кабинет, взгляд Цзянь Цзиньчжао вернулся к экрану компьютера. Когда он собирался продолжить работу, на столе внезапно зазвонил сотовый телефон.

Сигнал "Шум прилива".

Цзянь Цзиньчжао увидел знакомое имя и ответил на звонок: «Эй, привет».

Раздался громкий голос Вэнь Чаошэн: «Цзинчжао, вы с Ю Яном говорили о том, что он сыграет главную мужскую роль в фильме?»

Цзянь Цзиньчжао сказал: «Мы только что закончили разговор, Я попросил сестру Цзи Цзя подготовить контракт. Я пошлю его тебе позже, чтобы подтвердить детали контракта с вашей студией».

«Это хорошо», — ответил Вэнь Чаошэн, в его голосе чувствовалось колебание.

Цзянь Цзиньчжао понял: «Есть что-нибудь еще?»

«Да, да», — голос Вэнь Чаошэн замер на три секунды, потом он сказал правду: «Я не могу определиться с актером на роль брата».

После дополнительных инвестиций со стороны Тени Кита и подтверждения роли Ю Яня, Вэнь Чаошэн теперь зациклился на роли «брата».

Он втайне надеялся, что человек, который сыграет роль «брата» Яо И, будет способным актером, имеющим опыт съемок и выдержавшим испытание рынком.

Только таким образом он сможет лучше помочь Ю Яну, новому актеру, добиться лучшей работы во время съемок, что, конечно же, будет полезно для последующего продвижения фильма.

В конце концов, это не только его фильм.

Тень Кита вложили в «Грязь» много средств, и конечная цель определенно — заработать деньги.

Он думал об этом, но не смог найти актера, который бы ему понравился.

В последние дни, он встретил молодого актера, который, как он решил соответствовал образу. Но, когда он позвонил его агенту, то узнал, что график этого актера уже переполнен до следующего года.

Цзянь Цзиньчжао понял беспокойство Вэнь Чаошэна и прямо спросил: «Тогда что ты думаешь сейчас?»

Вэнь Чаошэн некоторое время молчал, затем набрался смелости и спросил: «Цзинь Чжао, ты готов попробовать?»

Благодаря внешности и мощным актерским способностям Цзянь Цзиньчжао он определенно создаст лучший образ брата, выходящий за рамки сценария.

«В прошлый раз я видел, как вы с Ю Янем действовали вместе, и ауры вас двоих были в совершенной гармонии».

Для братьев, у которых в фильме много совместных сцен, молчаливое взаимопонимание между актерами особенно важно.

Столкнувшись с мужественным приглашением Вэнь Чаошэна, Цзянь Цзиньчжао решил отказаться: «Чаошэн, извини, у меня нет планов сниматься в кино в ближайшем будущем».

Это было не уклонение, а то, что он тщательно обдумал.

После перерождения у Цзянь Цзиньчжао не было желания сниматься в новых драмах в ближайшем будущем. Он просто хотел хорошо отдохнуть. Более того, он не смог преодолеть психологическую тень, вызванную «тюремным заточением» в своей предыдущей жизни.

Когда он в этот раз участвовал в дополнительном прослушивание, для него было пыткой даже пара маленьких наручников. Что уж говорить о роли, в которой позже будут тюремные сцены?

Не говоря уже о том, что это скажется на игре, он боялся, что это увеличит его психологическую нагрузку.

Вэнь Чаошэн услышал отказ Цзянь Цзиньчжао и не стал настаивать: «Это не имеет значения. Я просто подумал, что ты подходишь, поэтому я попытался спросить».

Цзянь Цзиньчжао вспомнил об актере, сыгравшем в его памяти роль «брата», и спросил: «Чаошэн, когда ты писал роль Яо И, ты использовал какого-нибудь актера для создания образа?»

На другом конце телефона на несколько секунд воцарилось молчание, а ответ прозвучал немного неестественно: «Если бы это было так, мне бы не пришлось так сильно волноваться сейчас».

Цзянь Цзиньчжао собирался что-то еше сказать, но остановился: «Правда?»

Вэнь Чаошэн быстро ответил: «Ну, у нас еще есть время, прежде чем мы начнем. Директор по кастингу и я будем искать более тщательно».

Цзянь Цзиньчжао больше не задавал вопросов: «Хорошо, если у вас ко времени начала съемок не найдется подходящий кандидат, то пригласи меня ещё раз, и я попробую во имя моей новой компании».

«Хорошо, давай свяжемся позже.»

«Эм».

Телефон отключился.

Цзянь Цзиньчжао потер край телефона, но размышления в его голове не утихли.

Вспоминая свою предыдущую жизнь, он очень хорошо знал, кто должен играть роль старшего «брата».

Судя по хронологии событий, съемочной группе «Грязи» уже пора определиться с главным героем, не так ли? Почему же до сих пор не появился тот, кто должен взять на себя эту роль, а Вэнь Чаошэн мнется?

Цзянь Цзиньчжао был погружен в свои мысли, но неожиданно телефон в его ладони снова завибрировал.

Он опустил глаза и увидел имя, которое редко появлялось в последнее время на экране его телефона, и в его глазах мелькнул свет: «Привет».

«Привет, это я».

На другом конце телефона прозвучал приятный и узнаваемый голос: «Я слышал, что ты вложил деньги в фильм «Грязь»?»

"..."

Как в поговорке? Скажи, Цао Цао и Цао Цао скоро появится.

Очки Цзянь Цзиньчжао в тонкой золотой оправе слегка задрожали: «Ну и что?»

Человек на другом конце телефона вздохнул и прямо заявил о своем намерении: «Поможешь? Откроешь заднюю дверь? Я хочу сняться в новом фильме режиссера Вэня».

Как только машина Цзянь Цзиньчжао остановилась на частной парковке, подъехала ещё одна со знакомым номерным знаком.

Менее чем через полминуты обе стороны вышли и встретились.

Фан Кеин, которую только что повысили до личного агента, все еще была одета в строгий черный костюм, она слегка кивнула Цзянь Цзиньчжао: «Учитель Цзянь».

Ю Янь вылез с пассажирского сиденья и, как всегда, уставился на лицо Цзянь Цзиньчжао.

Тот уже привык к его взгляду и спокойно спросил: «Как прошла сегодня рекламная фотосессия?»

До съемок «Грязи» осталось меньше месяца. Ю Янь, который уже был утвержден на главную роль в фильме, согласовал со съемочной группой, и сейчас делал серию фотографий персонажа для предварительной рекламы. Когда информация о фильме выйдет в свет, они будут запущены в интернет.

Фан Кеин ответила: «Все прошло очень гладко».

У Ю Яня было очень хорошее чувство камеры, его способность к пониманию композиции кадра тоже сильна. Также в нем чувствовалась совместимость с персонажем. Фотограф похвалил его во время съемки, и вскоре работа над этим набором рекламных фотографий была завершена.

Фан Кеин взглянула на часы и сказала: «Учитель Цзянь, я доставила вам Ю Яня, так что я поеду?»

Цзянь Цзиньчжао слегка кивнул.

Ю Янь просто подошел к Цзянь Цзиньчжао, обернулся и помахал рукой: «Сестра Кеин, ель осторожно».

Фан Кеин напомнила ему: «Не создавай проблем, слушайся Учителя Цзяня».

Ю Янь воспользовалась возможностью, чтобы сделать еще один шаг ближе к Цзянь Цзиньчжао: «Ну, я всегда был послушен Учителю Цзяню».

"..."

Цзянь Цзиньчжао взглянул на послушного высокого парня рядом с ним, его взгляд слегка задрожал.

Только, когда Фан Кеин уехала, он жестом пригласил Ю Яня следовать за ним: «Вы с Кеин хорошо ладите?»

Ю Янь последовал за ним в ресторан: «Ну, она — агент, которого вы мне назначили. Конечно, я должен быть послушным и сотрудничать».

Более того, Фан Кеин–профессионал, но он также внимателен и серьезен в своей работе.

Цзянь Цзиньчжао скривил губы.

Ю Янь заметила вспышку его улыбки и сказала оживленным тоном: «Учитель Цзянь, почему вы вдруг захотели пригласить меня на ужин?»

Цзянь Цзиньчжао лаконично сказал: «Сегодня вечером я организовал встречу с важными людьми».

«Встреча?»

Ю Янь повторил это, намеренно добавив немного разочарования в голос: «Я думал, что Учитель Цзянь назначил встречу со мной наедине, но я тщетно надеялся».

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на официанта, который вышел его встретить, и прошептал: «Мы на людях, не говори чепуху».

Их двоих отвели в изысканную комнату, заранее зарезервированную. Ю Янь посмотрел на четыре комплекта посуды, стоящие на длинном столе: «Кто еще будет, кроме нас?»

Цзянь Цзиньчжао нашел место у окна, сел и небрежно сказал: «Угадай».

Ю Янь взял инициативу на себя и сел рядом с ним: «Если я правильно угадаю, то Учитель Цзянь даст мне награду?»

Цзянь Цзиньчжао засмеялся: «Сколько тебе лет? Только, когда дети правильно отвечают на вопросы, они думают о награде».

Ю Янь поднял брови, вовсе не отказываясь от обращения с ним, как с «ребенком».

Когда Цзянь Цзиньчжао подумал о людях, которые придут сегодня вечером, он почувствовал себя немного более расслабленным и усмехнулся: «Хорошо, если ты сможешь правильно угадать имя, мы сможем поговорить о награде».

«Это то, что вы сказали».

Ю Янь выпрямился, его глаза наполнились решимостью: «Директор Вэнь определенно придет, верно?»

Цзянь Цзиньчжао кивнул, не отрицая этого: «Кто еще?»

Ю Янь сделала вид, что обдумывает: «Кандидат на главную роль, верно?»

Цзянь Цзиньчжао сделал глоток воды и сказал: «Скажи мне его имя».

«Поскольку съемочная группа выбрала такого начинающего актера, как я, на одну из ролей, они определенно были бы более осторожными в выборе второго главного героя.

По крайней мере, другой человек должен иметь актерский опыт, направлять меня и иметь определенную популярность, чтобы обеспечить последующую кассу.

Режиссер Вэнь также придает большое значение совпадению образа актера с ролью, поэтому возраст актера должен быть близок к возрасту «брата»?»

Когда Цзянь Цзиньчжао услышал анализ Ю Яня, он нисколько не колебался: «Только правильно угаданное имя имеет значение».

Ю Янь хмыкнкл и внезапно наклонился к уху Цзянь Цзиньчжао: «Учитель Цзянь…»

Теплое дыхание коснулось его кожи, вызывая волны покалывания.

Сцена, когда он двое встретились в первый раз, промелькнула в голове Цзянь Цзиньчжао. Уже знакомый запах мяты витал вокруг него. Он был неожиданно сильным и властным, заставляя его сердце на секунду потерять ритм.

Ю Янь слегка шевельнул тонкими губами и произнес имя.

Выражение лица Цзянь Цзиньчжао замерло, а затем он услышал звук открывающейся двери.

Официант стоял у двери: «Господин Вэнь, пожалуйста, входите».

Ю Янь вовремя увеличил расстояние между ними, а Цзянь Цзиньчжао, как можно быстрее обернулся и посмотрел на дверь.

Вэнь Чаошэн вошел осторожно. Он оглядел изысканную и дорогую мебель в комнате и неловко поправил очки.

Цзянь Цзиньчжао и Ю Янь встали, чтобы поприветствовать его.

«Чаошэн, подойди и сядь».

«Здравствуйте, директор».

Вэнь Чаошэн взглянул на Цзянь Цзиньчжао и решил сесть у окна лицом к нему: «Почему ты выбрал такое место?»

Вэнь Чаошэн занервничал, что его руки пусты, и неосознанно схватил стакан с водой: «На самом деле общаться по телефону тоже довольно хорошо».

Его склонность к социофобии проявилась с детства. За исключением киностудий и съемочных площадок, в других ситуациях он обычно нервничал.

«Этот стол накрыл не я», — объяснил Цзянь Цзиньчжао с улыбкой и указал глазами на столовую посуду: «Сегодня вечером нас будет всего четыре человека, не волнуйтесь».

Ю Янь помог: «Да, режиссер Вэнь, рано или поздно нам придется встречаться на съемочной площадке каждый день».

Вэнь Чаошэн глубоко вздохнул и вспомнил цель встречи: «Цзиньчжао, ты нашел подходящего актера? Кто это?»

Цзянь Цзиньчжао взглянул на Ю Яня, который недавно догадался, а затем сказал Вэнь Чаошэну: «Он не посторонний, ты его знаешь».

Вэнь Чаошэн слегка нахмурил брови: «Я тоже его знаю?»

Но тут, послышался чистый голос и звук открывающейся двери: «Извините, на дороге пробка, я опоздал».

"..."

Трое присутствующих повернулись к двери.

Вошедший человек был очень высокого роста, с красивыми и нежными чертами лица, намеком на устоявшуюся зрелость между бровями и глазами и сдержанным властным видом.

Когда "брата" играл Цзянь Цзиньчжао, он полагался на свое абсолютное актерское мастерство.

Тогда, как образ и аура этого человека больше походила на «брата» в сценарии. Не будет преувеличением сказать, что он был создан для этой роли!

Как и ожидалось, это был Си Чжуй.

Ю Янь увидел ожидаемую фигуру и придвинулся немного ближе к Цзянь Цзиньчжао: «Учитель Цзянь, вы должны дать мне награду».

Цзянь Цзиньчжао увидел гордость, проявленную Ю Янем, и прежде чем он успел заговорить, с противоположной стороны раздался «звон».

Вэнь Чаошэн каким-то образом уронил стакан с водой, который ударился им о край стола. Вода беспорядочно выплеснулась вокруг.

Он быстро встал и постарался привести себя в порядок, став еще краснее.

«Вода попала на твою одежду?» Си Чжуй подошел ближе: «Сначала отодвинься назад и позволь официанту разобраться с этим».

"..."

Взнь Чаошэн замер, а потом молча последовал инструкциям Си Чжуя.

Глаза Цзянь Цзиньчжао скользнули по ним двоим, исследуя.

Два дня назад Си Чжуй, который только что закончил съемки в Гуанчжоу, по собственной инициативе позвонил ему и признался, что хочет сняться в новом фильме «Грязь». Даже выразил готовность сыграть роль второго плана.

На памяти Цзянь Цзиньчжао в прошлой жизни роль «брата» в фильме «Грязь» исполнил именно Си Чжуй.

Когда Цзянь Цзиньчжао снимался в «Цветочной луне», Си Чжуй однажды пришел навестить съемочную группу, потому что услышал о Вэнь Чаошэне.

Позже они вместе участвовали в социальной рекламе, весело болтали во время перерывов в работе, и официально обменялись контактной информацией.

За последние несколько лет Си Чжуй ни разу не просил Цзянь Цзиньчжао о помощи. Это был первый раз, когда он обратился к нему.

Цзянь Цзиньчжао не отклонил просьбу Си Чжуя, но он также не дал прямого согласия от имени директора Вэнь Чаошэна. Вместо этого он провел переговоры с режиссером, чтобы облегчить сегодняшнюю встречу.нннн

За короткое мгновение воспоминаний, официант уже помог справиться с ущербом, нанесенным водой.

Си Чжуй сел на стул рядом с Вэнь Чаошэном, сделал короткую паузу, а затем сказал: «Директор Вэнь, давно не виделись».

"..."

Вэнь Чаошэн не ответил, а его глаза под толстыми линзами опустились в растерянности.

Ю Янь почувствовал, что что-то не так, и встал, чтобы разрядить ситуацию: «Здравствуйте, Учитель Си, я Ю Янь, я новый актер, который только что подписал контракт с Тенью Кита. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне».

Си Чжуй посмотрел на двух людей напротив него и дружелюбно сказал: «Хорошо. Я слышал, Цзиньчжао упомянул, что ты один из ведущих актеров в новом фильме режиссера Вэня?»

Ю Янь кивнул.

Цзянь Цзиньчжао увидел, что все трое стоят, и предложил: «Сначала сядьте. Давайте поговорим?»

Ю Янь в шутливой манере ответил: «Я самый младший. Если директор Вэнь и учитель Си не сядут, я не осмелюсь».

Осознав молчаливое понимание двух человек напротив него, Вэнь Чаошэн поправил очки, притворился спокойным и сел.

Си Чжуй и Ю Янь заняли свои места, и последний, казалось бы, небрежно поднял важную тему: «Если я правильно помню, директор Вэнь и учитель Си сотрудничали давным-давно?»

Цзянь Цзиньчжао слегка улыбнулся.

Си Чжуй ответил: «Ну, если бы не директор Вэнь, я бы не смог войти в этот круг».

Благодаря родителям Си Чжуй и Вэнь Чаошэн знали друг друга с детства, но официально познакомились только после того, как поступили в университет.

В то время в чрезвычайно успешном дебютном фильме Вэнь Чаошэна главную роль сыграл Си Чжуй.

Однако их совместная карьера не сложилась гладко.

За шесть лет, прошедших с тех пор, как Вэнь Чаошэн исчез, Си Чжуй пропустил все номинации за лучшую мужскую роль. Лишь в начале этого года он выиграл первый приз в своей актерской карьере.

Си Чжуй обладал актерскими способностями и популярностью, а также соответствовал персонажу, описанному в сценарии. Как кинопродюсер и инвестор, Цзянь Цзиньчжао, естественно, не мог позволить такому хорошему актеру не присоединиться к ним.

Цзянь Цзиньчжао, инициатор этого ужина, поднял свой бокал с вином и сказал: «Как насчет того, чтобы выпить и позже поговорить о совместной работе?»

«Конечно, раз мы так долго не виделись, пора выпить».

Си Чжуй в ответ поднял бокал и посмотрел на Вэнь Чаошэна, сидевшего рядом с ним.

"..."

Вэнь Чаошэн почувствовал на себе все взгляды, но колебался две секунды, прежде чем взять бокал с вином.

Ю Янь посмотрел на шампанское перед собой и внезапно о чем-то подумал. Рука, которую он изначально хотел протянуть, чтобы взять бокал остановилась и переключилась на стакан с водой.

«Господа, я не очень хорошо умею пить, поэтому вместо вина, буду воду. Не принимайте это на свой счет».

«Хорошо».

...звон.

Стенки бокалов легко коснулись друг друга, и шампанское попало в горло.

Официанты одно за другим доставляли на стол заказанные блюда и быстро уходили.

Цзянь Цзиньчжао не любил долго ходить вокруг да около, поэтому он объяснил ситуацию Вэнь Чаошэну: «Чаошэн, Си Чжуй позвонил мне два дня назад и сказал, что хочет сняться в фильме «Грязь». Я подумал, что он подходит на роль Яо И во всех аспектах, поэтому попросил его встретиться с тобой и обсудить этот вопрос подробно».

Цзянь Цзиньчжао и Си Чжуй посмотрели друг на друга, словно согласовывали передачу выбора Вэнь Чаошэну: «Ты директор, что ты думаешь?»

"..."

Вэнь Чаошэн молча разрезал стейк, и не издал ни звука.

Си Чжуй, казалось, очень хорошо понимал его характера: «Давайте сначала поедим. Мы сможем поговорить об этом после того, как насытимся».

«Хорошо.»

Цзянь Цзиньчжао согласился, но почувствовал странность в своем сердце.

Если рассуждать логически, Си Чжуй и Вэнь Чаошэн должны были быть лучше знакомы друг с другом, чем с ним. Почему в атмосфере, когда они встретились, было что-то не так?

Цзянь Цзиньчжао тайно подумал об этом и небрежно что-то съел.

Внезапно Ю Янь сказал: «Извините, учитель Цзянь, у меня очень сильно разболелась голова. Не могли бы мы сейчас уйти?»

"..."

Цзянь Цзиньчжао удивленно повернул голову, но вдруг почувствовал, как человек рядом с ним слегка толкнул его ногу. Он встретил «слабый» взгляд Ю Яня и сразу все понял.

«Тебп, очень нехорошо?»

«Эм».

****

Через три минуты на парковки.

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на Ю Яня рядом с собой, который, казалось почувствовал облегчение, и беспомощно улыбнулся: «Теперь ты чувствуешь себя хорошо?»

Ю Янь не стал притворяться перед ним и честно сказал правду: «После того, как пришел Учитель Си, с директором Вэнем, очевидно, было что-то не так. Может быть, у них есть личные конфликты, о которых посторонние не знают?»

Если бы они остались внутри, атмосфера становилась бы все более и более неловкой.

Цзянь Цзиньчжао только сейчас подумал об этой возможности и слегка нахмурился: «На этот раз я не принял это в расчет».

Когда Ю Янь услышал это, он сразу же стал его оправдывать: «Вы озабочены делами компании, и это не ваша проблема.

Поскольку господин Си хочет сняться в этом фильме, не лучше ли ему самому заняться режиссёром?»

Цзянь Цзиньчжао не стал отрицать этого: «Как ты планируешь вернуться? Позвонить Кеин, пусть заберет тебя?»

Ю Янь покачал головой и сказал: «Сначала я отвезу вас обратно в отель».

«Отвезёшь меня? Я могу сделать это сам…» Цзянь Цзиньчжао о чём-то задумался, и слова отказа застряли у него в горле.

Ю Янь поднял уголки рта, и преднамеренно напомнил: «Учитель Цзянь, вы пили, а я нет».

Цзянь Цзиньчжао увидел гордость на его лице и спокойно предложил: «Я могу найти водителя, у которого навыки лучше, чем у тебя».

Улыбка Ю Яня застыла, а затем он обиженно сказал: «Нет, нет, разве я не более надежен, чем водитель? Кроме того, что не так с моими навыками вождения? Разве в прошлый раз я не отвез вас в отель спокойно и безопасно?»

«Я не много пил», Цзянь Цзиньчжао спокойно обошел его и направился к своему автомобилю. «Я думаю, что запаха алкоголя нет».

Ю Янь поспешно последовал за ним, отказываясь признавать поражение: «Какая пустая трата времени? Перед вами уже готовый водитель, почему бы вам не смотреть на меня свысока? Учитель Цзянь, я…»

Прежде чем он продолжил громко убеждать его, Цзянь Цзиньчжао воскликнул: «Ю Янь, остановись, перестань создавать проблемы, как щенок».

"..."

Ю Янь внезапно затих и просто с тоской смотрел на него.

Цзянь Цзиньчжао избегал его взгляда, скрывая улыбку.

Он медленно подошел к пассажирской двери и покосился на Ю Яня, который был явно подавлен, спокойно, но легкомысленно.

«Хорошо, чего ты еще ждешь?»

«А?»

«А, что? Ты же везешь меня обратно? Давай».

****

Машина въехала на парковку на подземном этаже и плавно остановилась.

Ю Янь выключил двигатель и моргнул, глядя на Цзянь Цзиньчжао: «Учитель Цзянь, как вам понравилось? В прошлый раз вы заснули на полпути, на этот раз пришло время подтвердить мои навыки вождения, не так ли?»

Цзянь Цзиньчжао посмотрел в выжидающие щенячьи глаза Ю Яня, пряча улыбку в глазах: «Ну, ты едва смог справиться».

Ю Янь отстегнул ремень безопасности и посмотрел на него искоса: «Едва? И все?»

"Что, если да?"

Цзянь Цзиньчжао отстегнул ремень безопасности и сказал: «Выходи из машины».

Он повернулся боком, чтобы открыть дверь и выйти из машины, но услышал щелчок, доносившийся одновременно от передней и задней дверей машины.

Все заперто.

"..."

Цзянь Цзиньчжао нажал кнопку разблокировки на своей стороне, и в следующую секунду она снова заблокировалась со звуком щелчка.

«Ю Янь, что ты делаешь?»

Цзянь Цзиньчжао слегка нахмурился и повернулся, чтобы посмотреть на виновника.

Кончики пальцев Ю Яня легли на выключатель дверей и несколько раз щелкнули им. Он вел себя так, как будто был настоящим владельцем машины.

«Учитель Цзянь, не волнуйтесь, у меня еще есть к вам вопрос», — его тон был небрежным, но с первого взгляда было понятно, что продолжение несёт очередные проблемы.

Цзянь Цзиньчжао спросил: «Ты просишь о помощи?»

Когда Ю Янь услышал это, он тут же поправил себя: «Да, если честно, вы могли бы пригласить меня ещё на одну ночь к себе?»

«Не могу».

Цзянь Цзиньчжао ответил очень просто.

Когда Юй Ян услышал этот ожидаемый ответ, он не выказал никакого смущения из-за того, что его отвергли, а вместо этого стал выглядеть более «жалким».

«Учитель Цзянь, вы ведь знаете, что у меня мало денег, верно?»

"..."

«Прошло совсем немного времени с тех пор, как я подписал контракт с вашей компанией. Даже если я подпишу контракт на съемку фильма, мне не скоро выпоатят деньги».

Ю Янь ясно дал понять о своем финансовом положении, и было очевидно, что он несчастен: «Контракт компании на период обучения включает еду и оплату жилья. Сейчас, мне приходится возвращаться в клуб каждый вечер».

Цзянь Цзиньчжао слегка нахмурился: «Этот мотоклуб в западном пригороде?»

Юй Ян кивнул и сделал паузу, прежде чем продолжить: «После ежедневных тренировок в компании, до него можно добраться, дважды пересев, сначала метро, потом автобус, а затем надо идти пешком».

«На этой неделе я занят подготовкой к фильму, и сестра Кеин обычно отвозит меня обратно».

Ю Янь нажал на экран своего телефона и указал на время: «Но посмотрите, уже поздно, в это время автобусов больше нет».

«Этот клуб довольно отдаленный. Взять такси слишком дорого, и не факт, что найдется водитель, желающий туда поехать. Таких может не оказаться».

Цзянь Цзиньчжао засомневался: «Правда?»

Ю Янь поспешно кивнул: «Если я солгал вам, то я щенок!»

"..."

Это не похоже на ложь.

Цзянь Цзиньчжао продолжил спрашивать: «Раз ты подписал контракт с компанией, почему ты раньше не говорил о проблеме проживания?»

«Я-я не думал о…» Ю Янь прикрыл губы.

Цзянь Цзинчжао тихо сказал: «Давай сначала разберемся с этим. Если ты сможешь присоединишься к съемочной группе, то будешь жить около места съемок. Когда тебе заплатят за проект, ты сможешь найти дом поближе к компании».

Цзянь Цзиньчжао некоторое время смотрел на него, потом вздохнул: «Забудь об этом, я попрошу отель открыть для тебя отдельный номер».

«Это не сработает».

Ю Янь тут же отмахнулся: «Учитель Цзянь, однодневное пребывание в этом отеле будет стоить четырехзначную сумму. Я не буду тратить ваши деньги зря».

Цзянь Цзиньчжао промолчал.

Он часто снимался в разных местах в последние два года и останавливался в этом отеле только тогда, когда у него было свободное время. В основном для удобства. Он подписал долгосрочный контракт на проживание и никогда не заботился о цене. Сколько стоит одна ночь?

«Кстати, Учитель Цзянь, я только что правильно догадался за столом, что придет Си Чжуй. Вы все еще должны мне награду?»

Ю Янь намеренно упомянул об этом и пододвинулся, чтобы попросить награду: «Вы оставите меня у себя в номере? Я просто проведу ночь на диване, как в прошлый раз, хорошо?»

Цзянь Цзиньчжао выслушал искусное объяснение, которое, казалось, было отрепетировано тысячи раз, и, наконец, задумался …

Как могло оказаться, что этому молодому человеку негде жить? Было очевидно, что он просто хотел остаться рядом с ним.

Цзянь Цзиньчжао понял это, откинулся на спинку автокресла и покосился в сторону: «Что ты задумал?»

Свет от фар машин хоть и тусклый, прокрался в салон, попал в приоткрытый воротник, придавая и без того светлой коже неописуемый и необъяснимый соблазн.

Ю Янь старался контролировать свой взгляд, и смотрел только на лицо, сидящего рядом с ним человека.

Без обычных линз, в уголках поднятых глаз Цзянь Цзиньчжао мелькнул свет слабой улыбки. Но в тоже время, в глубине этих глаз притаились холод и тоска, что не позволяло приблизиться к этому человеку.

"..."

Ю Янь был ошеломлен и, придя в сознание, внезапно отступил: «Забудьте об этом… забудьте, я найду способ вернуться к себе».

Он утратил свое обычное кокетство, и скорость его речи изменилась на очень быструю.

Цзянь Цзиньчжао мельком заметил мочку уха Ю Яня, которая за короткий промежуток времени изменила цвет. Он издал неглубокий смешок, который а ограниченном пространстве салона, прозвучал провокационно и завораживающе.

Цзянь Цзиньчжао снова открыл дверь машины и на этот раз не встретил никакого сопротивления.

Он повернулся боком и посмотрел на Ю Яня, который все еще был внутри: «Почему бы тебе не выйти? Ты планируешь оставаться в моей машине всю ночь?»

Ю Янь надулся: «Нет, я…»

Цзянь Цзиньчжао прервал его: «Хорошо, ты можешь не забирать свою награду. Можешь подумать об этом в следующий раз».

Сказав это, он быстро закрыл дверь машины.

Хлопок!

Растерянный Ю Янь был потрясен звуком закрывающейся двери. Он с опозданием понял, что имел в виду Цзянь Цзиньчжао, и быстро вышел из машины, чтобы подтвердить свою догадка.

«Учитель Цзянь, вы согласны?»

«Не кричи».

«Тогда подождите меня!»

«Следуй за мной».

****

В большом и изысканном номере отеля звук плескающейся воды во внешней ванной комнате наконец прекратился, и вскоре после этого Ю Янь вышел.

Днем он переоделся в новую одежду, чтобы пойти на встречу. Теперь, закончив принимать душ, он просто надел ее обратно.

Ю Янь взял сухое полотенце и небрежно вытер влажные волосы. Внезапно он услышал вибро-звонок и посмотрел в сторону источника звука.

Это был мобильный телефон Цзянь Цзиньчжао.

"..."

Ю Янь взглянул на закрытую дверь главной спальни, и его мысли заметались.

Полчаса назад Цзянь Цзиньчжао неожиданно согласился на его просьбу остаться на ночь. Когда они пришли в номер, он поставил свой мобильный телефон на зарядку, а потом ушел в главную спальню.

И до сих пор не вышел...

Мобильный телефон на столе мигнул и выключился, а через несколько секунд после того, как стих вибрирующий звук входящего звонка, зазвонил снова.

«Зиццизи».

Низкочастотные вибрации продолжали ударять по ушам.

Ю Янь отвел взгляд, но потом подошёл к телефону.

У него не было намерения вмешиваться в частную жизнь Цзянь Цзиньчжао. Он просто подумал, что, если звонивший человек настолько торопится, он может отнести телефон Цзянь Цзиньчжао в главную спальню, чтобы тот не пропустил важное дело.

Ю Янь подошел с такими соображениями, но его лицо потемнело, когда он увидел телефонный контакт.

—— Цинь Е.

Ю Янь внимательно посмотрел на имя на экране телефона, его глаза стали холодными, как острое лезвие, покрытое льдом.

Без милой улыбки, с какой он смотрел на Цзянь Цзиньчжао, в этот момент, он был совершенно другим человеком. Атмосфера вокруг него, казалось, заполнилась плотным слоем черного тумана, полного враждебности.

На правой руке, которая изначально держала сухое полотенце, уже появились вены, очевидно, он изо всех сил старался подавить всплеск гнева, захлестнувшего его сердце.

К счастью, последний звонок длился недолго и прекратился.

Цинь Е, шесть пропущенных звонков.

Ю Янь мельком увидел строчку иероглифов, появившуюся на экране телефона, стиснул зубы и пробормотал: «Б..!»

Он по привычке потрогал карман брюк, но там было пусто: «...»

Почти забыл.

Цзянь Цзиньчжао не любил запах сигарет, и ему пришлось бросить курить, как только он узнал эту новость.

Щелчок.

Звук открывающейся двери главной спальни послышался сзади.

«Ю Янь?»

Голос Цзянь Цзиньчжао ворвался в его уши.

Ю Янь быстро сдержал свою ярость и обернулся, чтобы посмотреть на мужчину.

Цзянь Цзиньчжао, должно быть, только что закончил принимать ванну. Капли воды блестели на его шеи, которая была видна в вырезе халата, его кожа сияла, как нефрит.

Мужчина всегда был стройным, но теперь, когда он был закутан в халат, его талия выглядела еще тоньше, а все тело имело неописуемое ощущение привлекательности.

"..."

У Ю Яня перехватило дыхание, и он почувствовал, что накопившиеся эмоции оказались довольно сложными.

Цзянь Цзиньчжао подошел к нему: «Что ты здесь делаешь? Ты уже закончил принимать душ?»

Голос Ю Яня был немного хриплым: «Твой мобильный телефон только что звонил. Кто-то сделал несколько звонков».

«Телефон?»

«Эм».

Ю Янь подавил свои болезненные эмоции, просто повернулся спиной к Цзянь Цзиньчжао, устроился на диване, и постарался отрегулировать свое дыхание. Не стоит оставлять следов преступления...

Если бы этот человек решил перезвонить лично, он боялся, что схватит телефон и разобьет его!

Цзянь Цзиньчжао почувствовал что-то странное в Ю Яне, поэтому взял свой мобильный телефон, чтобы проверить. На экране появилось четкое уведомление о звонке, с именем звонившего, что заставило его почувствовать напряжение.

"..."

С тех пор, как той ночью они расстались в баре, они больше месяца не виделись.

В течение этого времени Цинь Е несколько раз отправлял ему сообщения в WeChat. Цзянь Цзиньчжао пока не удалял его из «списка друзей», но так и не ответил.

Первоначально он думал, что Цинь Е сдастся. В конце концов, самое главное в мире взрослых людей — это порядочность и приличия.

Более того, съемочная группа постоянно занята. У такого телевизионного императора, как Цинь Е, обычно не хватает времени во время съемок, чтобы заниматься личными делами.

Но чего Цзянь Цзиньчжао не ожидал, так это того, что Цинь Е позвонит ему несколько раз за один вечер.

"..."

Цзянь Цзиньчжао не собирался перезванивать. Вместо этого он открыл свою адресную книгу и решительно добавил контактную информацию Цинь Е в черный список.

По сей день мысли Цзянь Цзиньчжао не изменились.

Даже если то, что случилось в его «последней жизни», еще не произошло, он все равно не мог заставить себя связаться с Цинь Е.

Шипы обиды в его сердце остались, хотя кандалов на руках уже не было. Но будущее предательство действительно причиняло ему боль.

Оставшаяся ненависть и боль наполнили сердце Цзянь Цзиньчжао. Он отложил телефон и подсознательно стал искать что-то глазами.

В следующую секунду его взгляд оказался прикован к одному месту…

Ю Янь лежал на диване, и смотрел в окно от пола до потолка.

Цзянь Цзиньчжао заметил, что у него была подушка в руках. Высокий парень ростом около 1,8 метра мог только свернуться калачиком на диване, и просто глядя на него, он чувствовал, что тот выглядит жалким и смешным.

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на «обиженную» спину Ю Яня, и мрак в его сердце из-за звонка Цинь Е значительно рассеялся.

Уголки его рта изогнулись вверх: «Ю Янь, ты собираешься лечь спать ещё до девяти часов?»

Ю Янь потер диванную подушку в своих руках и мрачно сказал: «Я сегодня немного устал. Учитель Цзянь вы можете пойти перезвонить этому человеку, не беспокойся обо мне».

Цзянь Цзиньчжао услышал что-то неуловимое в его тоне, поэтому не стал отвечать, а развернулся и вышел.

"..."

Его шаги постепенно стихли.

Ю Янь не смог сдерживаться и порывисто обернулся: «Учитель Цзянь, подождите!»

Но тут, он обнаружил, что Цзянь Цзиньчжао сходил на кухню и достал из холодильника две банки пива.

Глаза двух людей встретились в воздухе.

Цзянь Цзиньчжао медленно вернулся назад, улыбаясь: «Кто сказал, что я собираюсь перезванивать?»

Ю Янь, услышавший его неожиданный ответ: «А?»

Цзянь Цзиньчжао подошел к краю дивана, осторожно открыл пивную крышку влажными кончиками пальцев и сделал приглашающий жест.

«Ю Янь, ты хочешь выпить со мной?»

Ю Янь быстро сел, он взял банку, одной рукой открыл крышку и с улыбкой посмотрел на Цзянь Цзиньчжао, стоящего рядом с ним: «Учитель Цзянь, чокнемся?»

Цзянь Цзиньчжао не отказался и слегка толкнул его банку.

Пиво попало в горло, и чувство холода, поразило внутренности, сделав понимание особенно ясным.

Цзянь Цзиньчжао откинулся на диване и посмотрел в окно от пола до потолка. Ночь была тихой, мало чем отличавшейся от обычной.

Ю Янь обратил внимание на выражение лица Цзянь Цзиньчжао: «Учитель Цзянь, у вас сегодня плохое настроение?»

Цзянь Цзиньчжао не ответил на вопрос прямо, но сам спросил: «Ю Янь, почему ты решил присоединиться к этой отрасли?»

Ю Янь понял, что он избегает ответа, но все же последовал за ним и сменил тему: «Разве я не отвечал на этот вопрос раньше? Сначала у меня не было никакого намерения присоединиться к кругу».

«Позже я посмотрел фильмы господина Цзяня и стал вашим поклонником, поэтому задумался о том, чтобы стать актером».

Причина была почти та же, что и в прошлый раз, но звучала более искренне.

Цзянь Цзиньчжао оглянулся и небрежно спросил: «Чем занимаются твои родители? Согласны ли они с тем, что ты пошел в эту индустрию?»

В конце концов, этот мир неоднозначен, и если у новичков нет семейных связей или поддержки со стороны крупных компаний, они, скорее всего, станут жертвами Ярмарки тщеславия.

Поэтому не все родители позволят своим детям войти в индустрию развлечений.

"..."

Столкнувшись с этим вопросом, глаза Ю Яня бесконтрольно потемнели.

Пивная банка затрещала.

Цзянь Цзиньчжао удивленно опустил глаза и обнаружил, что кончики пальцев Ю Яня покраснели от примененной силы, а первоначально круглая банка была сильно сжата. Он мог заметить, как сильно сжал молодой человек.

«Ю Янь?»

«Спрашивать их, что мне делать? Просто считаю их мертвыми».

"..."

Ю Янь посмотрел на пиво, которое собиралось вылиться из банки, опустил голову и выпил все. Он заметил мусорное ведро в углу, полностью сплющил пустую алюминиевую банку в руке и сильно швырнул ее.

Хлопок!

Идеальный бросок.

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на серию явно гневных действий Ю Яня и понял, что он, вероятно, задал неправильный вопрос. Прежде чем он успел подумать, как что-то изменить, парень оглянулся.

Их глаза встретились друг с другом.

В конце концов, Ю Янь потерпел поражение первым: «Учитель Цзянь, пожалуйста, не воспринимайте всерьез ту ерунду, которую я только что небрежно произнес».

Цзянь Цзиньчжао сделал глоток пива и больше не задавал вопросов.

Увидев, что он не ответил, Ю Янь внезапно почувствовал раздражение из-за того, что он только что не сдержал свои эмоции: «Мои родители заботятся только о производстве детей, а не о их воспитании. Они бросили меня, когда я родился, и я вырос в заботах тети».

Цзянь Цзиньчжао был ошеломлен, очевидно, не ожидая, что у Ю Яня будет такой тяжёлый жизненный опыт.

«Я жил в кампусе со школы и не любил возвращаться домой на выходные. После того, как меня приняли в университет, я жил один. Поэтому мне не нравится слышать, когда другие люди упоминают моих родителей. Я сам не хочу этого делать. Не люблю говорить об этой чепухе....»

Ю Янь коротко рассказал свою историю, потом посмотрел на Цзянь Цзиньчжао, смягчил свой голос и извинился: «Я не смог себя контролировать. Учитель Цзянь, не сердитесь и не игнорируйте меня».

Глаза Цзянь Цзиньчжао опустились: «Я не собирался игнорировать тебя».

Ю Яню требовалось подтверждение: «Правда?»

Цзянь Цзиньчжао кивнул и поменял эту неприятную для Ю Яня тему: «Ты все еще хочешь пить? Подойди к холодильнику и возьми сам».

Ю Яня улыбнулся, встал и подошел к холодильнику.

Цзянь Цзиньчжао посмотрел ему в спину и вдруг вспомнил, что сказала ему Цзи Цзя: «Среди новичков у Ю Яня самое простое прошлое. В семейной колонке почти нечего найти».

Простое?

Оказывается, это выглядит так.

Потеряв с детства опеку родителей, ему пришлось очень рано стать взрослым?

Если бы Ю Янь не рассказал этого сам, Цзянь Цзиньчжао не смог бы связать его образ с таким ребенком.

Немного подумав, Ю Янь вернулся с еще одной банкой пива.

«Учитель Цзянь».

«Эм?»

Ю Янь сел рядом с ним: «Ты только что задал мне несколько вопросов, и теперь моя очередь».

Цзянь Цзиньчжао слегка приподнял брови и спросил: «Сколько Я тебе задал вопросов?»

Ю Ян сделал вид, что не услышал, и сразу перешел к делу: «Учитель Цзянь, почему вы решили покинуть свою прошлую компанию?»

Глаза Цзянь Цзиньчжао блеснули, и он колебался несколько секунд, прежде чем просто ответить: «Не особой причины, я просто решил, что лучше вести дела одному».

Сказав это, он мрачно отпил пиво.

Ю Янь заметил горечь, промелькнувшую в глазах Цзянь Цзиньчжао, и неправильно понял, боль в его сердце вернулась: «Это все?»

Цзянь Цзиньчжао ответил тихим голосом: «А что еще? Как ты думаешь?»

Ю Ян глубоко вздохнул, поднял голову и выпил почти все пиво из банки.

Адамово яблоко дернулось, с тонкой сексуальностью между молодостью и зрелостью.

Цзянь Цзиньчжао выглядел немного ошеломленным. Внезапно он услышал, как человек рядом с ним говорит: «Учитель Цзянь, слухи правдивы? Вы и Цинь Е…»

Этот вопрос был очень серьезным, но на полпути Ю Янь остановился: «Забудьте об этом».

Ведь эта неожиданная совместная выпивка, не могла позволить ему задавать Цзянь Цзиньчжао столь обидный и личный вопрос

Прежде чем Ю Янь закончил говорить, Цзянь Цзиньчжао понял, что он хотел …

В глазах внешнего мира он и Цинь Е дебютировали примерно в одно и то же время и достигли одинаковых высот. Их всегда считали «хорошими друзьями» в индустрии развлечений.

На протяжении многих лет Цинь Е каждый год вовремя отправлял Цзянь Цзиньчжао поздравления с днем рождения, и у них к обоих никогда не было никаких романтических историй на стороне. Поэтому, естественно, некоторые люди начали сомневаться в их отношениях, и было создано множество возмутительных сплетен.

Цзянь Цзиньчжао коротко ответил: «Нет».

"А?"

Ю Янь был поражен.

Цзянь Цзиньчжао избегал его взгляда и смотрел в окно: «Не верь, эта ложь давно распространяется внутри и за пределами круга. У нас с Цинь Е не было ничего раньше, нет сейчас, и не будет в будущем».

Тон был холодным, как будто Цинь Е был просто незнакомцем.

Услышав этот ответ, Ю Янь замер на несколько секунд, прежде чем громко рассмеялся: «Ох».

Неудивительно, что он не собирался перезванивать этому человеку. Кажется, он не хотел?

Цзянь Цзиньчжао услышал неконтролируемую радость в голосе парня и беспомощно сказал: «Хорошо, почему ты смеешься?»

Улыбка Ю Яня не исчезла, но он взял на себя инициативу и прикоснулся к банке мужчины, чокаясь: «Просто, я счастлив!»

Несколько капель пива выплеснулись и попали на руку, оставив ощущение ледяного холода.

Ю Янь был очень взволнован: «Учитель Цзянь, я хочу изменить ответ на первый вопрос, вы согласны?»

Цзянь Цзиньчжао вспомнил этот вопрос, и не понял причину.

Ю Янь резко сел прямо, знакомое дыхание мяты смешалось с легким запахом пшеничного хмеля: «На самом деле, я вошел в круг, чтобы преследовать одного человека».

Вокруг, словно образовалась стена, оставив внутри только их двоих.

Цзянь Цзиньчжао ясно увидел себя в глазах Ю Яня, и имя, стоящее за ответом, вот-вот должно было вырваться наружу.

"..."

Цзянь Цзиньчжао отвернулся, избегая этого двусмысленного взгляда.

Он поставил недопитое пиво на кофейный столик и встал: «Уже поздно, давай спать».

Ю Янь увидел его реакцию и улыбнулся: «Одной банки достаточно?»

«Я пью только для того, чтобы уснуть. Мне не нужно напиваться».

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на Ю Яня, сидящего на диване, и в его голове возник образ молодого человека , свернувшегося калачиком на диване, он почувствовал жалость.

Подумав об этом, Цзянь Цзиньчжао неосознанно сказал: «Ю Янь, иди, прополощи рот еще раз и сегодня вечером можешь спать в главной спальни».

Ю Янь был ошеломлен внезапным предложением: «Ч-что?»

Цзянь Цзиньчжао внезапно пришел в себя и небрежно направился в главную спальню: «Ничего, я пойду спать».

Ю Янь быстро встал, даже не удосужившись допить напиток: «Учитель Цзянь! Все понял! Буду там прямо сейчас!»

Тук-тук.

Ю Янь постучал в дверь главной спальни и вошел в комнату с улыбкой на лице, получив ответ.

В дополнение к одеялу на большой кровати, слева от нее на кресле лежала стопка, вместе с черными шелковыми подушками. На первый взгляд можно сказать, что это были запасные комплекты, обычно хранящиеся в шкафу.

Цзянь Цзиньчжао налил стакан теплой воды, обернулся и посмотрел на Ю Яня, который молча стоял и ждал: «Ты спишь слева».

Ю Янь кивнул и тут заметил, как Цзянь Цзиньчжао взял таблетку мелатонина и проглотил ее.

Он яростно нахмурился: «Учитель Цзянь, вы не можете спать по ночам?»

Цзянь Цзиньчжао сел на правую сторону кровати и спокойно признал: «Да».

Будь то принятие ванны, употребление алкоголя перед сном или прием мелатонина, все это было предпринято для того, чтобы «не страдать от бессонницы». Он понимал, что это нехорошо для здоровья, но это все, что он мог сделать.

По сравнению со страхом сновидений после возрождения, качество его сна в этот период стало гораздо более стабильным.

Цзянь Цзиньчжао посмотрел на Ю Яня, стоящего у кровати. Он понимал, что, теперь было слишком поздно сожалеть о своем поспешном решение: «Ты брыкаешься во сне?»

«Нет».

Ю Янь покачал головой, он колебался две секунды, прежде чем сказать важную для него вещь: «Но я привык держать прикроватную лампу включенной всю ночь. Подойдет та, у которой самая низкая яркость».

«Я понимаю. Ты можешь сам отрегулировать свет с левой стороны», — ответил Цзянь Цзиньчжао и первым лег.

Увидев, что он не отказывается, Ю Янь, не сказав ни слова, подошел к краю кровати. Установив прикроватную лампу слева на самый низкий уровень, он осторожно поднял тонкое одеяло и лег.

Кровать в главной спальне была большая, более чем достаточна для них двоих.

Ю Янь спокойно лежал на боку, наблюдая, как свет и тень отражаются на лице Цзянь Цзиньчжао.

Вытянутые линии в уголках глаз словно хвосты ласточек гармонировали с высокой переносицей, а тонкие губы бледно-малинового цвета поражали прохладой и ослепительной красотой.

Взгляд на его лице был настолько горячим, что Цзянь Цзиньчжао, уже закрывшему глаза, было трудно игнорировать его.

Он беспомощно открыл глаза, повернул голову в сторону и собирался попросить человека рядом отказаться от «подглядывания», но тут Ю Янь заговорил первым: «Учитель Цзянь, вы такой красивый».

"..."

То, что хотел сказать Цзянь Цзиньчжао, застряло у него в горле, и его дыхание незаметно замерло.

Они оба искоса смотрели друг на друга одну секунду, две, три…

«Учитель Цзянь».

Ю Янь слегка наклонился вперед.

Цзянь Цзиньчжао почувствовал, что расстояние между ними медленно сокращается, его дыхание затихло, кажется, что его психологическая защита медленно ослабевала.

Когда кончика его носа коснулся чужой, двусмысленность достигла предела.

Цзянь Цзиньчжао слегка отодвинулся, опустив глаза, чтобы скрыть в них намек на растерянность. Это на мгновение, ослабило «нападение Ю Яня».

«Эм?»

Цзянь Цзиньчжао открыл рот, но все, что он мог сказать, превратилось в неестественное: «Давай спать».

Сказав это, он повернулся спиной и намеренно укрылся одеялом, почти с головой.

Человек позади него некоторое время молчал, а затем сказал с улыбкой: «Спокойной ночи».

Словно падающие перья, вызывая рябь на сердце.

Цзянь Цзиньчжао закрыл глаза, но в его голове плавали тысячи мыслей.

На самом деле, если бы он внимательно подумал обо всем, что произошло между ними двумя за последние время, чувства, выражаемые Ю Яном в каждом движение и поступке, были достаточно очевидны. Но, что удивительно, Цзянь Цзиньчжао вообще не чувствовал к этому отвращения.

В противном случае, с его прошлым характером, как он мог позволить этому молодому человеку переходить черту и приближаться к нему снова и снова?

Возможно, это потому, что в его жизни произошло такое большое событие, которое не поддавалось разумному объяснению, теперь Цзянь Цзиньчжао больше не желал жить по правилам. К тому же Ю Янь изначально поставил себя, как фанат, и мужчина не сразу воспринял переход от одного вида любви к другому...

Пока все это находилось в пределах приемлемого и контролируемого диапазона, он готов продолжать это «молчаливое согласие».

Прикроватный свет все еще был тусклым, но «суеты» рядом с ним больше не было.

Трудно сказать, какой шаг сыграл роль, но Цзянь Цзиньчжао наконец почувствовал сонливость, и он постепенно погрузился в сон.

****

Звук дыхания с правой стороны стал постепенно стабилизироваться.

Ю Янь просто смотрел на затылок Цзянь Цзиньчжао, совсем не желая спать. Если бы он мог, он, вероятно, желал бы оставаться в таком положение до рассвета.

Время тянулось, кровать тонула в тусклом свете и тени.

Неизвестно, сколько времени это заняло, но Цзянь Цзиньчжао, который до этого спокойно спал, внезапно издал тревожные звуки. Юй Янь, который по прежнему был в сознании, мгновенно насторожился.

Вскоре дыхание Цзянь Цзиньчжао участилось, но в большей степени оно было смутным и коротким, послышалось невнятное бормотанием: «Это не… это не я… правда… Почему мне не верят...»

Ю Янь нервно пододвинулся, его тон был максимально мягким и нежным: «Учитель Цзянь?»

Брови Цзянь Цзиньчжао были нахмурены, а на лбу выступили бисеринки пота. Его дрожащий и беспокойный вид был очень похож, на то, как он выглядел в машине в тот день. Ему явно приснился еще один кошмар.

«Нет… отпустите меня…»

Ю Янь не мог собрать воедино и понять, что происходит из этих нескольких слов, но тревога и беспокойство в его сердце становились все сильнее с каждой секундой.

Он просто почувствовал, что так продолжаться больше не может, пододвинулся к Цзянь Цзиньчжао, и потряс его: «Цзянь Цзиньчжао! Просыпайся!»

"Хм."

Цзянь Цзиньчжао ответил тихим вздохом, его тяжелые веки начали подниматься.

"..."

Расфокусированные глаза Цзянь Цзиньчжао были полны растерянности и страха, он несколько секунд ошеломленно смотрел на человека перед собой. Следы влаги блестели в покрасневших глазах. Этого было достаточно, чтобы показать насколько хрупка внутренняя защита этого человека в данный момент.

Ему приснился еще один кошмар?

Ю Янь был расстроен: «Не бойся, я…»

Прежде чем он закончил говорить, Цзянь Цзиньчжао, который толком не сумел проснуться, внезапно двинулся вперед и уткнулся лицом в его шею.

Человек, о котором Ю Янь думал день и ночь, беззащитно спрятался в его объятиях, его горячее и влажное дыхание касалось его шеи, заставляя сердце сильно биться.

Он хотел обнять мужчину в своих руках и поцеловать, но понимал, что на этом не сможет остановиться.

Он хотел полностью спрятать этого человека, чтобы никто не мог подойти к нему и причинить ему боль!

Время шло медленно, и тоска в глубине его сердца постепенно расширялась.

Ю Янь крепче прижал Цзянь Цзиньчжао к себе и позвал его по имени «Цзянь Цзиньчжао».

Цзянь Цзиньчжао издал легкий вздох, его измученное тело полностью приняло объятия, а его так и не пробудившееся сознание снова погрузилось в сон.

Ю Янь осторожно опустил голову, и его слегка прохладные губы коснулись влажных от пота волос.

«Спи, не бойся».

"..."

«Я здесь, никто не сможет причинить тебе вред».

Давай исцелим друг друга,..

Страница книги Белый лунный свет разорвал сценарий прошлого (Перерождение) в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

О книге