Он устал.

Его прошлое, наполненное надеждами, тянуло его вниз. Если бы он с самого начала не питал надежд, он бы так не разочаровался.

Когда его определили проводником A-Класса, ему казалось, что весь мир был на кончиках его пальцев. Он не мог сдержать улыбку. Он думал, что сможет создать своё будущее по своему желанию. Да, именно так он и думал...

– Я ухожу, – сказал он.

Ким Бомхак, директор центра проводников и тот, кто когда-то лично его пригласил, только кратко взглянул на заявление об увольнении.

– Ты уходишь?

– Да.

– Почему?

Хотя директор всё это время наблюдал за ним, он всё равно спросил, почему тот уходит. Пэк Соха остался спокоен, ведь ему нечем было переживать или лить слёзы. Его эмоции были истёрты и измучены постоянными ожиданиями и разочарованиями.

– Вы знаете, что мой процент совместимости всего 3%.

Реальность была жестока, и мир на кончиках пальцев оказался всего лишь принятием желаемого за действительное. Независимо от того, какого эспера он стабилизировал, процент совместимости оставался всего 3%. Процент совместимости означал долю энергии, которую он мог передать другому. Даже если внутри него кипела энергия, он мог передать только 3%, и поэтому стал проводником, которого все избегали.

– Насколько я знаю, твои тесты на совместимость ещё не завершены.

– Я прошёл тест со всеми эсперами в нашем центре. Лучше попытаться выжать сухую тряпку, чем дальше искать совместимого эспера.

Он отчаянно надеялся, что хотя бы с кем-то у него будет высокий процент совместимости, но после сотой проверки он перестал считать.

– Если хочешь, я могу перевести тебя в другой центр.

– Думаете, там будет кто-то с подходящим процентом совместимости?

Пытаясь скрыть горечь, он потёр часы на запястье, которые показывали уровень энергии, которую он мог передать эсперам. За всё это время на них не появлялось ничего, кроме 3%.

– Я на этом заканчиваю.

– Не жалко ли тебе свой класс?

Жалко?

Чем выше класс проводника, тем чище и незапятнаннее энергия, которую он передавал. Разумеется, лучше было получать поддержку от проводника высокого класса, но с 3% совместимости, какой прок от его высокого класса? Эсперу намного выгоднее получить 50% энергии от проводника C-Класса, чем 3% от проводника A-Класса.

– Совсем нет.

Какой смысл в классе, если он не мог ничего передать?

– Все увидели, что у меня внутри ничего нет, одна только упаковка красивая.

Все знали, что ему нечего им дать. Поэтому, какими бы ни были привлекательными буквы на его досье, пора было перестать быть проводником.

– Что ты собираешься делать после ухода?

– В мире много профессий. Я могу открыть ресторан или найти большой участок земли и начать фермерство.

– Ты умеешь заниматься фермерством?

Ким Бомхак снял очки и потёр глаза. Ему едва за сорок, а работы столько, что он иногда казался почти что дедом. Это ещё больше усилило желание Пэк Соха уволиться. Если он уйдёт, у Ким Бомхака будет меньше забот.

– Научусь.

От новичка в любом случае многого не ждали.

– Пожалуйста, одобрите моё заявление об увольнении.

Пэк Соха, самый бесполезный сотрудник в Сеульском филиале Центра контроля подземелий Южной Кореи, сам подготовился к уходу.

***

– До открытия врат осталось меньше десяти минут.

– Подземелье же А-Класса, зачем нам вообще подкрепление из другого центра?

– Большинство наших вчера отправили в другие врата. К тому же...

Сквозь неплотно закрытую дверь маленькой комнаты ожидания доносился разговор. Пэк Соха слушал его вполуха, собираясь открыть дверь...

– Разве проводник Пэк не в числе тех, кто остался?

...как услышал своё имя, и все силы его руках исчезли.

– О, проводник самого высокого класса в нашем центре? Неудивительно, что запросили подкрепление из другого центра.

– Ага. Честно говоря, класс у него хоть и высокий, зато процент совместимости – самый низкий.

Пэк Соха, затаив дыхание, слушал, как над ним потешаются.

– Не понимаю, почему центр продолжает держать его проводником с таким процентом совместимости.

– Всё потому, что его поддерживает директор центра.

– Они двое...

Пэк Соха решительно открыл дверь, прерывая бесконечно раздувающиеся слухи.

– Кхм.

Когда появился предмет их пересудов, проводники бросились старательно делать вид, что речь шла вовсе не о нём. Один притворился, что закашлялся, другой уставился в своё планшет.

Некоторые явно испытывали стыд, но были и те, кто не потерял самодовольный вид и с вызовом смотрел на Пэк Соха, как будто говоря: «Ну и что ты сделаешь?».

Если человек пойман за сплетнями, он должен чувствовать себя виноватым.

– Я подал заявление об увольнении.

Пэк Соха улыбнулся и бросил «бомбу», после чего в комнате ожидания повисла гробовая тишина.

– Что будешь делать? Теперь ты – последний, – сказал он, похлопав по плечу мужчину, который смотрел ему в глаза. Того самого, который был так уверен в своём более высоком проценте совместимости. – Теперь ты займёшь моё место.

В глазах другого проводника появилось замешательство, когда прочная опора, отделявшего его ото дна, исчезла. Пэк Соха так привык к насмешкам, что они вызывали у него только лёгкую ухмылку. Кому какая разница, 3% или 30%... Чёрт, ему разница. Он, честно говоря, чертовски завидовал.

Он никогда не достигал таких показателей, и на самом деле хотел бы иметь такие сам. Пэк Соха сглотнул и подавил завистливые чувства.

Он достал сумку, спрятанную под столом, и открыл шкафчик. Учитывая, что на обработку заявления об увольнении уйдёт около недели, он оставил зубную щётку и пасту. Ночных дежурств можно больше не ждать, так что он забрал полотенце и тапочки.

Пэк Соха по-прежнему числился в резерве, поэтому решил не забирать домой все книги и оставить несколько из них в шкафчике, если приспичит почитать в зале ожидания.

Он чувствовал, как в его спине старательно пытались прожечь дырку. Наконец, прозвучал вопрос:

– Чем займёшься, если уйдёшь?

Второй раз уже за сегодня спрашивали. Сначала руководитель центра, теперь эти. Неужели так интересно?

В возрасте семи лет, если на обязательном обследовании в центре выявляли способности, начиналось двенадцатилетнее обучение, программа которого зависела от того, станет ли ребёнок эспером или проводником. Этому посвящались все школьные годы.

Университет уже был вопросом выбора, но обучение проводника не оставляло широких возможностей. После окончания обучения, жизнь Пэк Соха была тесно связана с эсперами или проводниками, и ничего другого он не знал.

Поэтому оставить всё, чему он учился, и перейти на другую работу? Даже вообразить сложно. Пэк Соха чувствовал то же самое. Его жизнь была посвящена тому, чтобы стать проводником.

Но какая разница, если, как бы его жизнь ни была посвящена обучению, он всё равно не мог стабилизировать эсперов? Цепляться за пустые надежды было бессмысленно.

– Что-нибудь да найду.

Он был ещё молод. Если он мог жить проводником с такой ужасной эффективностью, что же такого в мире могло быть ему не под силу?

– Если не найдёшь ничего, можешь работать здесь помощником по документам. Кто знает? Может, твои 3% понадобятся для экстренной стабилизации.

30% нашёл повод для насмешки и с ухмылкой предложил использовать Пэк Соха для экстренных случаев.

– Хачхоль, – вздохнув, Пэк Соха посмотрел на Чо Хачхоля, – ты серьёзно думаешь, что мои 3% подойдут для экстренной стабилизации?

– Что толку от такой ничтожной энергии...

– Если где-то понадоблюсь, скажи. Я сразу прибегу. Понял, Хачхоль?

Хачхоль чуть не взорвался, видя сияющую улыбку Пэк Соха.

– Открываются врата A-Класса. Все эсперы и проводники A-Класса и выше, оставшиеся в центре, немедленно телепортируйтесь.

Классы присваивались не только людям, но и вратам, чтобы быстро определять подходящих кандидатов для входа. Чтобы быть квалифицированным войти во врата нужно было иметь тот же класс или выше.

Это означало, что проводник A-Класса, как Пэк Соха, тоже должен был участвовать, но...

– Ты тоже идёшь? – спросил Соха у Хачхоля, сделав вид, что ничего не знает, и тот нахмурился. Пэк Соха неприкрыто намекнул на то, что Хачхоль не подходил ни по проценту совместимости, ни по классу. Затем Соха повернулся к другим проводникам. – Ну что ж, удачи вам там.

В любом случае, у него только класс соответствовал требованиям, а вот по самой стабилизации он не подходил, так что никакой помощи не принёс бы. Лучше было не мешать. Он продолжил собирать вещи. Взгляды за спиной исчезнут, если не обращать на них внимания.

Всего лишь немного потерпи, и эти взгляды исчезнут. Вместе с чувством бесполезности как проводника и с надоевшим показателем в 3%.

Пэк Соха постепенно отпускал сожаления, как прозвучал сигнал от его часов, вызвав странное беспокойство. Сирена мобилизации в центре ещё не утихла, а теперь звенели часы? Очень сильно хотелось проигнорировать звонок, но тогда, наверное, не утвердят его заявление. Он провёл пальцем по экрану.

– [Ты тоже иди.]

Пэк Соха так и знал. Поэтому не хотел отвечать на звонки директора центра.

– Зачем мне туда идти? Могильную яму себе выбирать?

– [Не трать время на ерунду, снаряжайся и иди.]

Пэк Соха нахмурился от твёрдого приказа, не принимающего возражений. Он не понимал, почему ему, совершенно бесполезному, нужно было идти.

Раньше надо было разрешать. Как только Соха пытался войти во врата, директор центра первым же его и останавливал. Говорил, что это бесполезно, и велел сидеть и ждать, когда он пытался встретить эсперов из другого подразделения. Тот же самый человек теперь посыпал его во врата?

– [Быстрее, врата закрываются.]

– Понял.

Подгоняемый директор центра, Соха ответил согласием. Похоже, его не собирались отпускать просто так.

***

И вот теперь, Соха со звоном в ушах смотрел на руины поля боя.

– Ложь. Всё ложь.

Подземелье, в которое они попали через врата А-Класса, встретило их неожиданными напастями. От эсперов с оторванными конечностями до тех, кто был разрублен на части. Проводники метались между ранеными. Смотря на это, Соха чувствовал себя совершенно ничтожным.

Зачем я здесь?

Под белый шум в голове, его внимание неожиданно кое-кто привлёк. Его мутный взгляд упал на самого сильного и старательного в борьбе с монстрами, самого тяжело раненого... эспера.

Хотя его конечности не были оторваны, его состояние было не лучшим, и никто не осмеливался к нему подойти. Разве не следовало бы начать с того, кто затратил больше всего сил? А что, если он упадёт в перегрузку…

Соха вздохнул и, уже собираясь подойти к нему, замер. Сможет ли он, эспер, который может дать всего лишь 3% энергии, быть полезным этому человеку?

– Чего застыл? Раз уж объявился дешёвой запасной батарейкой, так соответствуй.

В этот момент кто-то толкнул его в спину, иронично усмехнувшись. Судя по голосу, это был не Чо Хачхоль, а кто-то другой из комнаты ожидания.

Я думал, что моя гордость уже истощена до предела, но вот её снова испытывают до последнего.

– Ладно. Сделаю так, как хочешь, – пробормотал он себе под нос и подошёл к эсперу.

Соха, глядя на эспера, подавил подступающую тошноту при мысли о том, что придётся взять его за руку. Одна мысль о том, чтобы стабилизировать его, снова вызвала в его голове мучительный звон. Вздохнув, он укорил себя за неспособность преодолеть свою травму.

Соха мотнул головой, отгоняя излишнюю сентиментальность перед лицом критической ситуации, и схватил эспера за руку.

– Что ты делаешь? Быстро отой...

– Начинаю стабилизацию.

Из-за звона в ушах Соха плохо слышал слова эспера, поэтому просто сказал своё и начал стабилизацию.

1.

На лице эспера промелькнули различные эмоции: неприязнь, раздражение, досада... Похоже, он понял, кто перед ним. Эта реакция была привычной, когда Соха начинал стабилизацию.

2.

Нахмуренные брови поднялись, а глаза широко раскрылись. Неужели удивлён? Возможно, эспер был одним из тех, кто слышал множество слухов о Соха, и ему было любопытно, правдивы ли они.

3.

Часы уведомили Соха, что стабилизация завершилась, и передача энергии прекратилась. Эспер ошалело наблюдал за тем, как Соха втянул энергию обратно в себя.

Вау, такой короткий момент, а сколько промелькнуло эмоций.

– Спасибо за ваши старания, – отпустив его руку, Соха отошёл.

Сделав все, что мог, он оставил эспера ожидать прибытия другого проводника. Постепенно звон в ушах стихал, и до него начали доноситься всевозможные звуки.

Все те же 3% до самого конца.

Соха отчасти надеялся, что процент совместимости чудом возрастёт, и ему было очень обидно, что результат не изменился.

***

Хан Джуо пережил нечто невероятное.

Во вратах обнаружились ещё одни, «скрытые» врата.

Вероятность обнаружения скрытых врат составляла всего 0,01%.

Хан Джуо не рассчитывал столкнуться с проблемами, так как способностей команды зачистки, вошедшей по врата А-Класса, было более чем достаточно, чтобы с ними совладать. Особенно с ним, присоединившимся на случай чрезвычайной ситуации. На самом деле, по началу они без трудна проходили подземелье.

Пока не начали появляться монстры из скрытых врат.

Монстры с головой оленя и человеческим телом. В попытках уничтожить орду этих монстров, повсюду раздавались крики. Эсперы не могли совладать с нападениями оленеподобных монстров.

Эсперы А-Класса не справлялись с ними один на один. Чтобы повалить чудовище, требовалась слаженная командная работа нескольких эсперов, а оленеподобных монстров было сотни. Хан Джуо не мог справиться с ними всеми в одиночку.

Или мог?

Если рискнуть перегрузкой.

С увеличением числа жертв, Хан Джуо всё же рискнул и высвободил всю свою силу, перешагивая за безопасный предел. Если не зачистить скрытые врата, жертвы не ограничатся теми, кто вошёл в это подземелье.

Чтобы справиться с монстрами до того, как они вырвутся наружу, Хан Джуо решил не ограничиваться в использовании своих способностей, даже если рисковал таким образом уничтожить своё тело.

По итогу произошло то, что он ожидал. Вены в его теле, как внутренние, так и внешние, начали набухать. Это была неприятно знакомая ситуация.

Смогу ли я выдержать?

Находясь на грани выхода из-под контроля, Хан Джуо больше не мог полагаться на стабилизацию проводника и вынужден был прибегать к помощи машины.

Чувство было такое, словно его тело придавило железными прутьями, вызывая удушье и сильную боль, и только через машинную стабилизации можно было подавить его способности и предотвратить перегрузку.

Мысль о необходимости машинной стабилизации угнетала его, но ещё больше раздражало то, что он не мог сделать и шага. Монстр выдрал кусок его бедра, и исцелять его некому. Риск того, что он мог потерять рассудок и обернуться опасностью для своих же означал, что он не мог получить не только стабилизацию, но и помощь эспера-целителя.

Как раз тогда, когда он начал неиронично думать, что, по крайней мере, его не ждёт свидание с нечастной стабилизирующей железкой, потому что он до неё банально не дойдёт, к нему кто-то подошёл.

Хан Джуо взглянул на мужчину, стоявшего перед ним. Тот был ниже его ростом, но всё равно довольно высоким.

Почувствовав исходящую от него чистую энергию, он понял, что мужчина был проводником, и ему стало ещё неприятнее. Мысль о том, что придётся объяснять проводнику своё состояние, раздражала.

Вот почему он не любил работать с незнакомыми проводниками.

– Что ты делаешь? Быстро отой...

– Начинаю стабилизацию.

Проводник, видимо, не услышал его слов и схватил его за руку. Стабилизация на него сейчас не сработает, и этот глупец...

Хан Джуо начал было отдёргивать руку, но замер.

Он посмотрел на лицо мужчины, державшего его за руку. Спокойный голос соответствовал его опрятной внешности. От прямых бровей до носа, лицо мужчины казалось более прямолинейным, чем округлым. Любопытно, что аура у него при этом была очень трепетной.

Но не это больше всего удивляло.

Мужчина действительно проводил стабилизацию. Он легко преодолел барьер, через который не мог пробиться ни один проводник.

Кто он?

Кто ты?

– Спасибо за ваши старания.

Через показавшееся вечностью мгновение стабилизации, мужчина отпустил его руку и без сожаления отступил назад. Хан Джуо дёрнул пальцами, молчаливо требуя продолжить, но мужчина лишь безучастно на него посмотрел.

Он должен был закончить стабилизацию.

Хан Джуо сгорал от нетерпения. Стабилизация мужчины так хорошо успокаивала его бушующий внутренний мир, что он ждал, когда тот снова возьмёт его за руку. Однако мужчина не взял его руку. Наоборот, он проигнорировал её, даже когда увидел.

Сначала Хан Джуо был раздражён тем, что его схватили за руку без разрешения, а теперь его раздражало то, что его отпустили. Он был зол, что его не продолжили за неё держать.

Стабилизация продлилась совсем недолго, словно бы чтобы её хватило только для того, чтобы Хан Джуо своими ногами дошёл до центра экстренной помощи.

Хан Джуо, который по-прежнему был на грани перегрузки, скрипел зубами, глядя в спину уходящему мужчине.

***

Когда Хан Джуо без стука ворвался в комнату, Ким Миён взглянула на него с недовольством.

– Зачем я вообще привела тебя сюда? Лучше бы оставила бродяжничать.

Ким Миён была эспером, оперировавшим за границей. Когда она вернулась в Корею и основала гильдию, она первой протянула руку помощи Хан Джуо, и каждый раз жалела об этом.

Она возглавляла гильдию, но, к сожалению, не могла выгнать Хан Джуо, так как он имел в ней значительную долю.

Нисколько не озабоченный её словами, Хан Джуо упал на диван, не снимая обуви, и закинул ноги на подлокотник. Ким Миён цокнула языком и, передав планшет секретарю, подошла к нему.

Мокрые пятна на черном боевом костюме явно были кровью. Он пачкал кровью новый диван, купленный всего месяц назад, этот бессердечный ублюдок. Сморщив нос от запаха крови, Ким Миён тяжело вздохнула.

Причина плохого настроения Хан Джуо была очевидна. Подавление его сил с помощью машинной стабилизации не могло ему нравиться.

– Думаешь, достаточно просто подавить свои силы? Ну-ка быстро марш в комнату стабилизации.

Она легонько пнула его по ногам, подталкивая к тому, чтобы он встал и пошёл закончил начатое, потому что он хоть наверняка и прошёл через машинную стабилизацию, до ума её не довёл.

– Не нужно.

Хан Джуо отвернулся от Ким Миён, уткнувшись в спинку дивана.

– Не нужно ему... У тебя вены ещё даже не улеглись, – пробормотала Ким Миён, взглянув на его лоб и тыльную сторону рук.

Он привык считать, что «плохо» – это когда он уже стоит на пороге смерти. Плохо начиналось уже тогда, когда из-за чрезмерного использования способностей возникали физические отклонения.

Хан Джуо пропустил мимо ушей её недовольство и, глядя в потолок, сказал:

– Я был на грани перегрузки.

Хан Джуо вспоминал произошедшее с ним.

Индикатор на его наручных часах явно показывал красный цвет. В таком состоянии он мог получить только машинную стабилизацию, но к нему подошёл проводник.

Вспомнив лицо проводника, Хан Джуо сел.

– В подземелье был проводник, который провёл мне стабилизацию.

Ким Миён поначалу автоматом кивнула на его слова, но через мгновение до неё дошёл их смысл, и она ошеломлённо моргнула, после чего села напротив него. Продолжать смотреть на запачканный кровью диван было слишком неприятно, поэтому она сосредоточила взгляд на Хан Джуо.

– Что ты имеешь в виду? Провёл тебе стабилизацию? Какой у тебя был процент перегрузки?

– 92%.

– Ты, придурок! Ты довёл себя до такого состояния? Ты вообще в своём уме? – вскрикнула Ким Миён от шока.

Хан Джуо невозмутимо ответил:

– Если бы я экономил силы, я бы умер.

Ким Миён едва сдержалась, чтобы не сказать, что он и так сейчас находился на грани смерти. Но, как он и сказал, он не умер. Вздохнув, она решила поддержать его.

– Ладно, ты не стал бы рисковать без причины. Но в таком состоянии тебе могла помочь только машинная стабилизация. Расскажи подробнее.

– Я сам не знаю.

Хан Джуо и сам впервые с этим столкнулся. Он снял чёрные перчатки с неприятным чваканьем липкой крови, бросил их в сторону и взъерошил свои волосы.

Ким Миён передёрнуло в отвращении от запёкшейся крови на его волосах.

– Мы искали подходящего тебе проводника повсюду. И вот, когда мы уже отчаялись, он вдруг внезапно появился?

Видимо, даже ему самому это казалось нелепым, потому что Хан Джуо усмехнулся.

У него была одна причина работать за границей: найти своего проводника, которого не было в Корее.

Но, не найдя подходящего проводника, он вернулся в Корею, и вот в неожиданном месте, и в непредвиденный момент появился какой-то потешник.

Хан Джуо ещё не отпустил адреналин, вызванный битвой, и всё его эмоции отчётливо проступали на его лице.

– Нашёлся.

– Как он выглядит? Знаешь его имя?

Ким Миён сразу решила это выяснить и быстро вернулась на своё место.

Она переместила мышь и вывела на экран список проводников Кореи. Вглядываясь в фотографии, она задала этот вопрос Хан Джуо.

Если он скажет, как тот выглядит, она сможет найти его.

На вопрос Ким Миён, Хан Джуо вспомнил лицо проводника и ответил:

– Он выглядел надоедливым.

От субъективного описания Ким Миён наморщила лоб.

– Что значит «надоедливый»? У него узкие глаза? Или губы такие тонкие, как нитка?

– Глаза у него продолговатые, а взгляд ясный. И рот аккуратный.

– ...И это что, по-твоему, надоедливый вид? – недовольно пробормотала Ким Миён.

Ну, это его личное мнение.

Этот проводник самую малость его стабилизировал и ушёл. Поэтому лицо, которое он считал красивым, показалось ему раздражающим.

От этой мысли настроение Хан Джуо снова ухудшилось, и на его лбу проявилась чёткая морщина. Это он что, так эспера дразнил?

– Чего ты так нахмурился? Уверен, что его стоит искать?

Ким Миён, уловив тревожную энергию, исходящую от Хан Джуо, отодвинулась назад в насторожённости.

Обычно в такой момент стоило бы радоваться и быть благодарным, как если бы встретил спасителя, но по кривой улыбке Хан Джуо казалось, что он разыскивал заклятого врага.

– Он всего лишь немного меня стабилизировал и ушёл.

– Немного?

Ким Миён посмотрела на часы Хан Джуо. Сейчас уровень упал до 89%. Состояние не идеальное, но и не в зоне риска перегрузки.

– Да. Больше он ничего не сделал и ушёл.

Он явно намеренно помог ровно настолько, чтобы на Хан Джуо смог применить свои способности эспер-целитель. Остальное – делай сам.

Поняв, почему Хан Джуо криво улыбнулся, Ким Миён замялась.

– Тогда не знаю, стоит ли его искать.

– Конечно, стоит. Для... экстренных случаев.

Он мне помог самую малость, так что я могу относиться к нему так же.

– Что с твоим лицом? Ты в самом деле собираешься использовать его как экстренный вариант? Серьёзно?

Ким Миён, подумав, что это шутка, всмотрелась в выражение Хан Джуо, но поняв, что тот серьёзен, тяжело вздохнула.

– Для начала выясним, кто это. Тогда сможем спросить, почему он так поступил, и, возможно, переманим его к себе.

Так или иначе, раз он помог Хан Джуо, его стоило найти. Ким Миён нажала кнопку вызова.

– Принесите список проводников, которые сегодня вошли в подземелье.

Вскоре, получив список от секретаря, Ким Миён начала просматривать фотографии одну за другой.

– Как летит время. Я многих проводников уже не узнаю.

Хотя она родилась в Корее, из-за длительной работы за границей большинство проводников в списке были ей незнакомы.

Думая, что такие трудности могут возникнуть и при наборе проводников в будущем, она решила быть более активной в поисках и продолжила изучать список, пока не позвала Хан Джуо.

– Иди сюда, посмотри со мной. Если скажешь, кто это, мне будет проще понять...

Невольно подняв голову, Ким Миён заметила, что, кроме секретаря, в кабинете никого больше не было, и замолчала.

– Куда он делся?

– Вышел.

– И ничего даже не сказал? – удивлённо вопросила она.

Секретарь припомнил, как вёл себя Хан Джуо.

– Он мельком глянул на одну из бумаг, которые вы положили на стол, и ушёл.

– Вот как. Значит, он его нашёл. Почему бы не сказать, кто это, перед тем как уйти? – растерянно пробормотала Ким Миён и, резко кое-что осознав, взглянула на секретаря. – Этот тип прямо сейчас пошёл встречаться с проводником?

***

После врат Соха был на пути в дезинфекционную комнату.

– Похоже, он эспер S-Класса, но почему я его не знаю?

Он имел ввиду эспера, который сражался на передовой, когда появились «скрытые» врата. Тот вошёл во врата А-Класса и продемонстрировал способности, несравнимые с другими, что указывало на его S-Класс, но имя его всё никак не вспоминалось.

Дело даже не в классе. Его лицо было невозможно забыть, если увидишь хотя бы раз. Он был красив. Очень красив.

Густые брови, глубоко посаженные глаза. Даже как мужчине, Соха засмотрелся на такой высокий нос и чётко-очерченные губы. С такими выдающимися чертами и S-Классом он должен был быть известен, но Соха видел его впервые.

Эспер не был новичком. Он выступил как лидер команды и действовал опытно, наблюдая за окружающей обстановкой и быстро принимая решения, координируя других эсперов.

– Если он настолько хорош, то должен быть известен.

Он сражался на передовой и уничтожил множество монстров, благодаря чему хаос не дошёл до тыла, где был Соха.

Но почему никто не помогал этому эсперу?

Он затратил больше всего сил, но все относились к нему как к невидимке.

Ясно, что размышлять об этом в одиночку бесполезно. Лучше спросить у того, кто мог дать информацию.

– Рой.

Например, у Мун Роя, который, когда бы с ним рядом ни шёл, всегда молчал.

Соха посмотрел на него, своего единственного друга в этом центре, и тот обиженно надул губы. Глядя на его плотно сжатую челюсть, Соха спросил:

– Тот эспер, которого мы видели ранее...

– Кто? Хан Джуо?

– Хан Джуо?

Имя было настолько незнакомым, что Соха разом посерьёзнел. Почему он ничего не знал?

– Ты можешь и не знать. Он урождённый эспер S-Класса. Недавно вернулся из-за границы.

– Вот как?

Вот почему он показался мне незнакомым, он был за границей.

Соха гордился тем, что знал почти всех эсперов Кореи, за исключением тех, кто избегал регистрации или отказывался от стабилизации.

– Зачем ты спрашиваешь об этом эспере? Ты снова хочешь провести тест на совместимость?

– Нет. Я больше их не делаю, – Соха уже подал заявление об увольнении, так что его больше не интересует совместимость. – Я просто спросил, потому что впервые его вижу.

Если бы Соха спросил, почему того эспера никто не стабилизировал, опять началась бы болтовня о совместимости, так что он промолчал.

– Я пойду первым.

Он вошёл в дезинфекционную комнату и покрыл своё тело спреем.

Реакция друга была понятна. Завидев незнакомого эспера, Соха всегда цеплялся за него с предложением проверить их совместимость, так что Мун Рой думал, что он поступлю так же и с Хан Джуо. Соха понимал это, но во рту всё равно остался горький привкус.

Я ведь тоже не хочу быть таким навязчивым...

После дезинфекции Соха поправил свои растрёпанные волосы и вышел, и ему тут же прилетело что-то в лицо. Он машинально это поймал.

Полотенце?

– Ничего не хочешь мне сказать?

Мун Рой. Друг, который учился с ним в одной начальной, средней и старшей школе, и знал его лучше, чем собственная семья.

Соха начал вытирать полотенцем волосы.

– А что я должен сказать?

Его проницательный взгляд словно бы видел Соха насквозь.

– Даже если ты не сказал другим, ты должен был сказать мне.

– Тебе? О чем?

– Почему я узнаю от других, что ты подал заявление на увольнение?

– О, это? – Соха неловко вытер шею полотенцем. Значит, вот почему Рой обиделся. – Я подал заявление только сегодня, а слухи уже разошлись.

– Мир тесен, Соха.

Рой тяжело осел на стул, видимо, больше не собираясь ворчать. Ведь он знал мою ситуацию лучше всех.

– Куда...

– Хватит, – Соха протянул руку, как будто намереваясь закрыть ему рот. – Я устал отвечать на расспросы о том, что я буду делать дальше. Мы это обсуждали уже много раз, давай прекратим.

– Да что ты. Я просто хотел сказать, что, если тебе негде жить, можешь поселиться у меня.

– Правда? – растерявшись, глуповато ответил Соха, и Рой посмотрел на него с жалостью. Ну, кто угодно может ошибиться.

Соха сел рядом с ним и вспомнил эспера Хан Джуо.

Эспер, недавно вернувшийся в Корею.

Возможно, это была последняя стабилизация, которую когда-либо провёл Соха.

Прощай, лицо, к которому теперь было имя.

Лицо, удивлённое тем, что Соха его стабилизировал.

Мы больше не встретимся.

***

После возвращения из врат у Соха ещё оставалось время до конца рабочего дня, и он безмятежно провёл его, постукивая по специальному планшету для проводников.

Не было ни одного эспера, который бы хотел, чтобы Соха его стабилизировал, так что планшет не подавал сигналов.

Так даже лучше.

По сравнению с тем, как в начале все наперебой просили проверку, быть проигнорированным намного лучше. Хоть тело отдыхает.

Обычно после подачи заявления об увольнении оставалось работать ещё семь дней, включая передачу дел, а без учёта выходных – пять.

– Чем бы заняться.

Если так продолжится, его одолеет скука.

До сих пор Соха работал проводником с полной отдачей. Он находил и бегал за целой вереницей эсперов, буквально спотыкаясь о них, и проводил тесты на совместимость.

Дни были полны чередующихся ожиданий и разочарований, и, хотя морально ему было тяжело, такой скуки он не чувствовал никогда.

Поэтому Соха не мог привыкнуть к столь спокойной атмосфере. Он взглянул на наручные часы.

4:59. Ладно, учитывая время, у него было право заскучать.

Одна минута до конца рабочего дня, так что можно заранее приготовиться...

Бип-бип.

Поднимаясь на ноги, Соха услышал сигнал и с резко повернул голову.

Он что, настроил будильник на конец рабочего дня? Однако сколько бы он не пытался игнорировать правду, на часы ему всё же пришёл запрос на стабилизацию.

– Чёрт.

Кто подал заявку на стабилизацию прямо перед концом рабочего дня?

Имя: Хан Джуо

Позиция: Эспер S-Класса

Тип: Стихийный (огонь, ветер) Эспер

Организация: Гильдия «White»

Просматривая информацию на планшете, Соха взглянул на лицо мужчины, сидящего напротив. У эсперов класс решает всё, поэтому слегка досадно, что не указан возраст.

– Долго ещё будешь пялиться?

Это из-за того, что у него стихия – огонь? Поэтому он такой вспыльчивый?

На несколько раздражённый вопрос Хан Джуо Соха ответил: «Подождите немного», и провёл пальцем по экрану. Проверил, нет ли каких-то особых замечаний, но остальная информация была скрыта иконкой замка.

Вот почему неудобно, когда принадлежишь к разным организациям.

Неважно, государственная это организация или частная гильдия, все они были очень чувствительны к мониторингу своих эсперов. В связи с ограничением доступа к информации больше смотреть было нечего. Соха отложил планшет и повернулся на стуле к мужчине.

Лицо, которое он видел всего несколько часов назад, было всё таким же красивым. Просто великолепным… как лакомый кусочек торта.

– Вы пришли для стабилизации?

– У тебя талант задавать ненужные вопросы.

Соха, ошарашенный столь холодным ответом, замер и тупо уставился на него. Сколько лет этому парню?

– У вас же тоже есть свои проводники, верно?

Не обязательно получать стабилизацию в пределах своей организации, но обычно её проводили проводники из одной гильдии с эспером. Когда всё происходило под одной крышей, было намного легче управлять всеми процессами, да и ходить далеко не надо.

К тому же, я не такой уж хороший проводник, так почему он пришёл ко мне? Вынашивая различные подозрения, Соха проглотил самоуничижительный вздох. По правде говоря, он догадывался, почему.

Хан Джуо недавно приехал в Корею, значит, наверняка до него дошли слухи о Соха. Если он пришёл просто поглазеть на диковинку, то Соха скажет ему, чтобы он не тратил попусту время.

– Я пришёл кое в чём убедиться.

Он что, о вежливости не слышал от слова «совсем»?

Слишком долго жил за границей?

Соха раздумывал, как с ним быть, но решил просто объяснить:

– Как вы убедились во время последнего сеанса стабилизации, у нас не очень хорошая совместимость.

Хотя для каждого эспера разница может быть незначительной, энергия, покидающая тело Соха, примерно такая же, как если наливать воду в стакан с соджу. И он пришёл, чтобы принять такое?

– Просто делай, – протянул руку Хан Джуо.

Многим эсперам не нравится, когда им что-либо объясняют, так что реакция Хан Джуо не удивила. Поэтому Соха решил просто провести стабилизацию и отправить его восвояси, но когда он увидел его руку, то ненадолго замер.

Обычно руку протягивают ладонью вверх, а он почему-то протянул её тыльной стороной.

На мгновение Соха задумался, не просит ли он ненароком эскорта, как какая-нибудь зарубежная благородная дама, но всё же положил руку на тыльную сторону его ладони. Подавив профессиональный порыв подбодрить его, Соха начал стабилизацию. В конце концов, для передачи энергии достаточно любого касания.

1.

С тех пор, как Соха стабилизировал его в подземелье, его состояние не сильно улучшилось. Он едва избежал кризиса, так почему не сходил на повторную стабилизацию?

2.

Соха поднял глаза и встретился взглядом с Хан Джуо. Глубокие чёрные глаза, напоминающие бездонную пропасть, пристально изучали его лицо.

3.

– Стабилизация завершена.

Соха убрал руку и частично отвернулся от него. Нажал кнопку завершения стабилизации на планшете и посмотрел следующую запись. Предсказуемо, график был абсолютно пуст.

– Ты продолжаешь вести себя как ничтожество.

Ничто... жество?..

Как бы я ни был жалок, я не ожидал, что мне это скажут в лицо, а не за спиной.

– Почему ты так живёшь?

– Как бы я ни жил, это не должно волновать эспера Хан Джуо.

– Может, меня это волнует именно потому, что я эспер?

Были и другие эсперы, которые подходили к Соха, заявляя: «Я беспокоюсь о тебе». Они лживо утешали, искали предлог для более интимной стабилизации, считая, что другие способы не помогут.

Соха думал, что избавился от таких людей, но вот появился Хан Джуо.

– Я хочу получить больше стабилизации. Мы уже дважды держали руки, так что можно попробовать другой способ.

Как и ожидалось. Этот человек тоже требует более интенсивную стабилизацию. Ничего нового.

– Поскольку вы жили за границей, вы, должно быть, не очень хорошо меня знаете... – голос Соха предательски надломился, так как он изо всех сил старался подавить свой гнев. – Если я говорю, что стабилизация завершена, значит, она завершена.

В любом случае, если не пройдёт определенное время, Соха не сможет провести стабилизацию, даже если захочет. Так что не мечтай о чём-то большем.

Выдающиеся способности и красивое лицо теряли своё очарование из-за характера. Теперь Хан Джуо не казался Соха таким уж великолепным и или даже красивым.

– Поскольку следующий эспер уже должен был подойти, не могли бы вы покинуть кабинет?

Это было вежливое предложение покинуть помещение. Как только Хан Джуо уйдёт, Соха сразу начнёт собираться домой. Правда, собираться особо не придётся, всего-то снять медицинский халат...

– Его нет.

– Чего нет? – сразу же отозвался Соха на неожиданный комментарий Хан Джуо.

– Никаких больше эсперов не объявится, не так ли?

– А... Это была просто дежурная фраза.

Соха не мог сказать ему прямо, чтобы он ушёл, поэтому сослался на следующую запись.

Похоже, он хорошо говорит по-корейски, но не понимает намёков. Раз ему не хватает такой глубины понимания языка, может, стоит выразиться более прямолинейно?..

– У меня есть вопрос.

Взгляд Соха быстро скользнул по трём точкам: правому нижнему углу планшета, наручным часам и настенным часам. Все они показывали время окончания работы, но почему-то эспер перед ним этого не замечал.

– Объясни, как ранее в подземелье сработала стабилизация.

– Что, простите? – Соха переспросил, не понимая.

Если он спрашивает, почему один плюс один равно двум...

– Проводник использует свою внутреннюю энергию, чтобы успокоить эспера. Он снимает напряжение, накопившееся в теле эспера после использования способностей, предотвращая тем самым риск потери контроля...

– Хватит.

Хан Джуо прервал его, и Соха спокойно замолчал. Он знал, что это не тот ответ, которого ждал Хан Джуо, но вина была на самом Хан Джуо, потому что он не задал вопрос должным образом.

– Может, мне стоит снова привести его? – пробормотал Хан Джуо себе под нос и поднялся на ноги.

Наконец-то собрался уйти. В обычной ситуации Соха подождал бы, пока тот уйдёт, но накопившееся недовольство заставило его окликнуть Хан Джуо.

– Эспер Хан Джуо!

– ...

– Сколько вам лет?

Хан Джуо слегка приподнял бровь, заставив Соха вздрогнуть, но не растерять свой пыл.

– Я спрашиваю из профессионального любопытства, а не из-за личных чувств.

Я ответил на твой вопрос, так что ты мог ответить хотя бы на один мой.

Когда Соха добавил причину своего вопроса, Хан Джуо нахмурился.

Что не так с моим вопросом?

– ...Двадцать семь.

– А...

Они были ровесниками.

Вот почему он с ним так панибратски разговаривал. Соха кивнул, и Хан Джуо спросил:

– Ещё что?

– Бывай.

Соха махнул Хан Джуо рукой.

– ...

– Пожалуйста, уходите.

Только после того, как Соха заговорил вежливее, Хан Джуо покинул кабинет стабилизации.

Мелочный мерзавец.

***

Даже после выхода из центра Хан Джуо не мог разгладить морщины на лбу, глядя на здание. Точнее, он смотрел на Пэк Соха, которого было видно через маленькое окно.

– Бред какой-то.

Опять стабилизация была прервана. Даже несмотря на язвительные замечания, Соха не захотел продолжать стабилизацию. Мелочная попытка Соха выдворить Хан Джуо под предлогом «следующего эспера», которого не было, вызвала у него раздражение.

Взгляд в его глазах, как будто Пэк Соха знал, что Хан Джуо впопыхах ломанётся к нему, как только увидит его лицо в списке проводников.

Он другими эсперами тоже так манипулировал, как и мной?

Заставлял хотеть вернуться и попросить стабилизировать ещё.

Хан Джуо, который всё это время смотрел на кабинет стабилизации, обернулся и жестом спросил, что нужно тому, кто наблюдал за ним с самого начала.

– Я Мун Рой.

– Лицо у тебя знакомое.

Думая, где он мог его видеть, Хан Джуо вспомнил, что этот человек был в списке проводников, показанном ему Ким Миён.

– Почему вы искали Пэк Соха?

– Хотел кое в чём убедиться.

Равнодушный ответ Хан Джуо заставил Мун Роя сжать кулаки от досады.

– Больше не приходите.

– Что плохого в том, что эспер приходит к проводнику?

– Плохо то, что после стабилизации вы не следите за своими словами.

– Если бы он провёл стабилизацию как следует, я бы не стал с ним так обращаться.

Это было ничем не лучше, чем использовать слабость эспера против него самого. Хан Джуо безжалостно критиковал Пэк Соха, а Мун Рой сжимал кулаки, словно его лично оскорбляли. Зная характер Хан Джуо, тот, скорее всего, не скрывал своих негативных чувств и перед Соха. Мун Рой искренне сочувствовал Соха.

Его друг не заслуживал такого пренебрежения.

Пэк Соха всегда был энергичным и уверенным в себе человеком. Он умел заботиться о других и упорно работал, чтобы добиться своего. Но теперь, из-за недостаточного объёма энергии для стабилизации, все норовили вытереть об него ноги. Мун Рою было жаль своего друга, который с каждым разом всё сильнее и сильнее угасал под их напором.

Мун Рой подумывал сказать что-то вроде «не смотри на него свысока», но передумал.

– Что бы ни случилось, больше к нему не приходите.

Взгляд Мун Роя выражал явное недовольство, а голос был холодным. Хан Джуо лишь насмешливо глянул на него и ушёл.

Не похоже, чтобы он принял предупреждение Мун Роя всерьёз.

Мун Рой смотрел в спину уходившему Хан Джуо. Он, будто назло появившись в неподходящий момент, ранил того, кто уже подал заявление об уходе. Мун Рою не хотелось, чтобы Соха и этот эспер встретились снова.

– Мун Рой? – услышав знакомый голос, Мун Рой расслабил своё ожесточившееся лицо и посмотрел на своего друга. – Почему ты здесь?

– Ждал тебя, чтобы ты угостил выпивкой.

На смягчившийся голос Мун Роя, словно ничего не произошло, Пэк Соха резко сузил глаза.

– Я теперь безработный.

На упрёк Пэк Соха о том, что он хочет воспользоваться безработным, Мун Рой рассмеялся. Да, его друг такой хороший человек. Хотелось, чтобы он больше не знал невзгод.

***

– Почему ты исчез, не сказав ни слова?

– Я встретился с Пэк Соха.

Хан Джуо сидел уже на новом диване. Он даже не удосужился пройти через душевую, таким же замызганным и вернулся. Ким Миён аж всю трясло от злости.

Она хотела сделать замечание по поводу того, что он снова пачкает теперь уже новый диван, но знала, что Хан Джуо не обратит внимания на её слова, поэтому решила сменить тему.

– Это тот человек, верно?

Благодаря внимательному секретарю, который указал, на ком остановился Хан Джуо, у неё теперь была информация об этом человеке. Ким Миён протянула Хан Джуо досье.

– Посмотри.

– Я уже увиделся с ним.

Ким Миён не стала настаивать на том, чтобы Хан Джуо взглянул на документ, ведь он уже встретился с человеком лично. Нет ничего надёжнее, чем подтвердить всё своими глазами.

– Всегда лучше убедиться наверняка. И как всё... прошло?

– Не впечатлило.

Хан Джуо вспомнил, что дважды не получил полноценной стабилизации, и цокнул языком. Он повстречал немало проводников, и все без исключения охотно стремились отдать ему всю свою энергию.

Многие хотели стать его постоянным проводником, особенно те, у кого процент совместимости с эспером S-Класса превышал 90%.

Вспоминая проводника с самым высоким процентом совместимости, Хан Джуо с сожалением облизал губы. Ощущение, как будто его тело тщательно очищалось изнутри, было таким отчётливым, словно он мог ухватить его руками.

Казалось, что тот проводник вот-вот появится перед ним с милой улыбкой и предложением провести стабилизацию…

Но Хан Джуо оставил того проводника позади. Зная, что у проводника были к нему чувства, Хан Джуо не смог взять его за руку. После того, как Хан Джуо оставил позади человека, чей процент совместимости с ним превышал 90%, его нервы совсем сдали.

– И что теперь будешь делать? Неужели и правда оставишь его в качестве запасного варианта? – осторожно спросила Ким Миён, почувствовав напряжение в воздухе.

Она понимала, что это неправильно – относиться к человеку как к запасному варианту, но у неё не было другого выхода. Она не знала, что между ними произошло, и могла лишь высказать свои мысли, которые больше походили на придирки. К тому же на данный момент этот проводник, даже в качестве запасного варианта, был необходим Хан Джуо.

Единственный проводник, который мог удержать Хан Джуо от перегрузки.

– Есть какие-нибудь врата, в которые я могу пойти?

Вместо того чтобы сказать, что он собирается делать, Хан Джуо задал другой вопрос. Но Ким Миён прочитала в этом желание взять с собой Соха и вместо ответа тяжело вздохнула.

Её чутьё подсказывало, что что-то не так, но она не могла точно сказать, что именно.

***

Соха плеснул холодной водой на лицо, чтобы прогнать сонливость. Это не помогло ему набраться решимости, но хотя бы привело в чувство.

Ему было хорошо прошлым вечером, когда он пил с Мун Роем. Он мог беззаботно смеяться и полностью расслабиться. По крайней мере, перед Мун Роем, который знал его насквозь, не нужно было притворяться, что он в порядке.

Но теперь всё по-другому.

Получив сообщение от начальника центра с просьбой зайти во врата, Соха достал чёрную футболку. Это была защитная одежда, достаточно прочная, чтобы выдержать одну сильную атаку.

Эта одежда больше не должна была понадобиться Пэк Соха, но он решил надеть её ещё раз перед тем, как выбросить. Он надел футболку и брюки, которые плотно облегали его тело благодаря хорошей эластичности, и накинул сверху белый медицинский халат. [1]

Когда он застёгивал часы, раздался звонок, идеально совпавший по времени. Он безразлично посмотрел на номер на экране, прежде чем нехотя ответить.

– [Ты готов?]

Соха тяжело вздохнул. Он ведь даже заявление на увольнение подал, так почему это продолжается?

– Вы должны обработать моё заявление об уходе, а не отправлять меня во врата. Какова причина? Почему именно я должен туда идти?

– [Просто иди.]

Если он так говорит, значит, придётся идти. Кто бы мог подумать, что неделя может тянуться так долго.

– Я в последний раз иду. Я серьёзно.

Больше ни ногой во врата.

– [Дерзай, если сможешь.]

«Делай, что хочешь», – так было бы правильнее, но они сказали: «если сможешь». Соха остановил себя от того, чтобы долго размышлять над тем, как к этому отнестись.

Все остальные считали его бесполезным, и только директор никак с этим не соглашался. Такие слова от единственного человека, который по-прежнему поддерживал Соха, предсказуемо подействовали на него удручающе.

Может быть, они дадут мне небольшой участок земли, когда я выйду в отставку.

Приняв решение заняться фермерством, Соха закончил звонок и подошёл к входной двери. Прежде чем надеть ботинки, чтобы выйти на улицу, он оглянулся назад.

Поскольку это было служебное жилье, предоставленное проводникам, ему вскоре придётся его освободить.

Соха вышел, и громкий звук хлопнувшей двери эхом разнёсся по квартире.

***

Соха стоял недалеко от врат, ожидая, пока соберутся все участники. Сотрудники, отвечавшие за строгий контроль идентификации лиц, входящих во врата, то и дело бросали на него взгляды.

Соха хладнокровно игнорировал их, как бы спрашивающих, зачем он здесь. Не в первый раз он оказывался их целью; прошли те времена, когда он чувствовал себя неуютно под такими взглядами.

Хотя это не значило, что на душе у него было спокойно.

Когда-то Соха верил, что усердие приносит результаты. И оно приносило. У него была наивная уверенность в том, что если он будет стараться и выкладываться по полной, то всё получится. Когда же эта уверенность была окончательно разбита?

Даже если это были всего 3%, даже если количество энергии, которую он мог передать, было минимальным, он верил, что и такому найдётся применение. Если у держания за руки были свои пределы, то он раздумывал над тем, чтобы выйти за эти пределы, как и все остальные. Но это не значит, что он был готов целовать кого попало.

На самом деле, был один человек, с которым он обменялся довольно приятными чувствами. Этот эспер тоже был A-Класса, и ему очень шла улыбка.

Он утешил Соха и придал ему сил. Он сказал, что если Соха не сможет найти подходящего эспера с высоким процентом совместимости, то он сам пройдёт с ним через импринтинг.

Процент совместимости иногда повышается после образования связи через импринтинг, даже если изначально был невысок. Что же тот эспер собирался делать тогда, зная, что метку отменить нельзя? Как непринуждённо он об этом говорил.

И вот однажды, когда они вместе вошли в подземелье, перед ними внезапно появились «скрытые» врата, и всё пошло наперекосяк.

После того как эспер потратил много сил на борьбу с монстром, энергии, которую Соха мог ему передать, было недостаточно. Не получив должной стабилизации, эспер упал в перегрузку. Он мог бы выбраться сам, но не стал двигаться с места из-за присутствия Соха.

Соха, рыдая, цеплялся за него. Он пытался установить физический контакт, пробовал провести стабилизацию через поцелуи. Когда и это не сработало, он решил попытаться связать их. Возможно, почувствовав его отчаяние, эспер согласился, и когда связь уже чудесным образом начинала устанавливаться...

– Ты предлагаешь мне тебя на руках нести?

Соха пришёл в себя. Оказалось, Хан Джуо уже стоял рядом, скрестив руки и смотря на него с явным неудовольствием.

– Выбирай.

Внезапные слова Хан Джуо помогли Соха постепенно отодвинуть удушающие воспоминания на задний план.

– Хочешь, чтобы я тебя на спине понёс или как принцессу на руках?

В своём всё ещё шатком эмоциональном состоянии Соха совсем перестал понимать, что происходит.

Как это воспринимать?

– Почему ты молчишь? Мне самому выбрать?

– Обычно люди не могут ответить на такие вопросы.

Кто-то вмешался, прежде чем Хан Джуо успел что-то сделать, и разрядил ситуацию. Соха обернулся на знакомый голос и увидел Мун Роя.

– Ты тоже идёшь? – спросил Соха у Мун Роя, проигнорировав Хан Джуо.

– Я вызвался пойти.

– Зачем?

– Потом скажу.

Мун Рой ответил так, словно это не имело значения, и встал перед Соха, точнее, между Соха и Хан Джуо.

– Тебе на надо заходить так далеко, – неловко почесал лоб Соха, чувствуя себя немного неудобно.

Не достаточно ли было просто проводить его? Прежде чем Соха успел что-то сказать, Хан Джуо уже действовал.

Он в одночасье миновал Мун Роя и поднял Соха на руки. Соха, оказавшись в воздухе, растерянно моргнул и посмотрел на Хан Джуо.

– Я разве просил об этом?

– Ты не ответил, поэтому я решил, что должен выбрать сам.

И что, в результате — он несёт его на руках?

– У нас нет времени.

Хан Джуо зашагал к вратам. Он был всего на несколько сантиметров выше, но, возможно, благодаря длинным ногам, шёл гораздо быстрее. Мун Рой, который был того же роста, постепенно отставал.

Соха, наблюдая за ситуацией, встретился взглядом с Хан Джуо.

– У меня одна просьба.

– Если она бесполезна, я её проигнорирую.

– Закройте, пожалуйста, моё лицо.

– ...

Хан Джуо неверяще воззрился на Соха, и тот просто закрыл лицо своими собственными руками. Обычно ему было всё равно на чужие взгляды, но сейчас он не мог их вынести.

<>

[1] Я тщетно пыталась из контекста понять, это медицинский белый халат или всё же белое пальто в стиле Ким Докджа из Всеведущего Читателя. Обложка, к сожалению, на этот вопрос не отвечает, так что до поры до времени это будет медицинский халат.

Группа, состоявшая из эсперов и проводников, вошла во врата. Пока они шли по длинной пещере, ведущей вглубь подземелья, Соха смог немного перевести дух. Темнота кругом уменьшила объём внимания, направленного на него.

– Это всегда так было с самого начала?

– А вы всегда говорите намёками?

Хан Джуо внезапно задал вопрос, на который Соха ответил с такой же уклончивостью, за что хватка на его ноге усилилась. Раз был недоволен, то мог бы сказать прямо, а не демонстрировать это таким образом.

– Поясните, что вы имеете в виду.

– Дурачество со стабилизацией.

Дурачество? В каком смысле?

– Возможно, у меня есть недостатки, но я никогда не допускал таких промахов, чтобы меня можно было обвинить в пренебрежении моими обязанностями.

– ...

– А, если вы имеете в виду тактильную стабилизацию или инвазивные методы, тогда да, моё отношение к ним можно рассматривать как дурачество.

Неужели Хан Джуо думает, что попытки тактильной стабилизации могут повысить их процент совместимости?

Соха уже пытался — и потерпел неудачу.

До инвазивной стабилизации дело даже не дошло. С самого начала казалось, будто внутри него существует некая преграда, которая не позволяет передавать энергию другому человеку.

Даже сейчас Соха чувствует значительный запас энергии внутри, но не может её высвободить, и его это расстраивает больше всего.

– Если это повторится, возникнут проблемы.

– Верно. Но теперь их больше не предвидится.

Всё уже позади. Хотя Соха не хотелось бы, чтобы всё закончилось именно так, но выбора не оставалось. Это было вне его сил — неизбежное обстоятельство.

– А если вдруг что-то изменится?

– Нет ничего, что могло бы измениться.

На холодный ответ Соха, Хан Джуо бросил на него мимолётный взгляд. Соха не знал, чего тот ожидал, но правда была в том, что ничего не могло измениться.

Когда Соха только начинал учиться на проводника, ему не было ясно, в чём могли заключаться его слабые стороны и какие проблемы у него могли возникнуть. Интересно, когда он впервые об этом узнал?

«На практике.»

Практика была обязательным этапом перед тем, как получить статус официального проводника. Соха повезло: глава центра сам предложил ему место, и не пришлось искать другой вариант. Он уже был закреплён за центром, оставалось лишь пройти тест на совместимость. Мысль о первом тестировании на процент совместимости заставляла сердце биться чаще в предвкушении.

3%.

Он ожидал низкого результата, ведь при рукопожатии с эспером не почувствовал никакой отдачи. Поэтому, когда первый результат оказался ровно в пределах первого десятка, это не стало для него сюрпризом.

Потом Соха проходил тесты на совместимость снова и снова... После тестирования с десятком эсперов цифра 3% закрепилась в его сознании как неизменный ярлык.

– Ты так уверенно признаёшься о том, что продолжишь дурачиться.

Соха нахмурился, выражая недовольство. Почему Хан Джуо продолжал говорить, что Соха валял дурака? Соха не относился к стабилизации легкомысленно.

«Знаешь, это так-то бесит.»

На каком основании он так заявляет? Преисполненный раздражением, Соха прикусил губу, а затем отпустил. Может, просто попросить освободить его от этой неловкой ситуации? Поставить на землю. Тогда можно было бы избежать дальнейших разговоров. Соха уже собирался озвучить предложение, когда—

– Тсс.

Хан Джуо поднял руку, призывая к тишине, и Соха тут же замолк. Он огляделся, пытаясь понять, что происходит, и заметил, что они уже подошли к выходу из пещеры.

Не зная, что ждёт их дальше, Соха сделал глубокий вдох. Сколько бы раз он ни ходил подземелья, здесь нельзя было позволить себе расслабиться.

Открыв глаза после глубокого вдоха, Соха невольно застыл от удивления. Перед ним простирались песчаные дюны. Жаркий ветер обжигал лицо, а сухой воздух щекотал нос.

– Вот это незадача.

Мун Рой тяжело вздохнул, сложив руки на бёдрах, затем отряхнул обувь, проверяя, сможет ли двигаться по песку.

Мысль о предстоящем пути через пустыню явно его тяготила. Учитывая это, Соха решил не настаивать на том, чтобы его отпустили. Оставаться на месте и копить силы было более разумным вариантом.

– Интересно, о чём ты там думаешь своей умной головкой…

Соха поднял взгляд на Хан Джуо. Снизу он выглядел иначе: чёткие черты лица, красивые губы и даже форма носа — Соха невольно задержал взгляд.

В этот момент Хан Джуо опустил голову, и их взгляды встретились. Что тот только что ему сказал? Какие мысли у него в голове?

– Ах!

Соха вскрикнул, неожиданно оказавшись на земле. Падение на песок было не болезненным, но неожиданным. Его подняли без спросу, а теперь так же бесцеремонно бросили обратно. Выбитый из колеи, он посмотрел на Хан Джуо, который раздражённо добавил:

– Отвечай сразу, когда тебя спрашивают.

– За секунду, что ли?

– У меня нет времени ждать.

– Ну вы и...

Соха взглянул на Мун Роя и усмехнулся.

«Рой, этот парень — тот ещё кадр.»

Пока Соха сухо посмеивался, Мун Рой подошёл ближе и помог ему подняться.

– Ты в порядке?

– Мне кажется, у меня черепная коробка треснула.

Голова кружилась, а ноги едва держали.

Опираясь на руку Мун Роя, Соха сумел встать более уверенно. Разница в росте делала их положение немного неловким, как будто Соха за него цеплялся больше, чем хотелось бы, но сейчас было не до этого.

Всё ещё не отошедший от поступка Хан Джуо, Соха позволил Мун Рою вести их вперёд. Постепенно приходя в себя, он начал подмечать разные мелочи.

Идти по песку было действительно трудно, но эта проблема касалась только проводников. Эсперы шли впереди и, казалось, справлялись без особых усилий. Вон, взглянуть хоть на Хан Джуо, шагает уверенно впереди планеты всей.

– Соха, просто послушай, – голос Мун Роя был таким тихим, что даже самый слабый ветерок мог подхватить его и унести. – Хан Джуо — эспер. И характер у него не подарок.

– Правда? Открыл мне глаза, – едко ответил Соха, ведь он уже давно знал об этом — тем более после того, как Хан Джуо так бесцеремонного его взял и уронил — Но Мун Рой не изменил интонации.

– Всё ещё хуже, чем ты думаешь. Он особенно суров к проводникам.

– Таких эсперов полно. К тому же он S-Класса — воздыхателей у него поди хватает.

Пока Хан Джуо уходил вдаль, Соха не понимал, зачем они продолжают обсуждать этого человека. Хотя разговор ему был не по душе, Мун Рой продолжал:

– Какая бы ни была совместимость, он не держит проводников рядом.

– ...

Соха не шибко интересовало, что какие-то проводники готовы практически вешаться на эсперов S-Класса, лишь бы те с ними сотрудничали, но вот всё, что касалось процента совместимости, невольно цепляло его интерес.

Когда Соха взглянул на Мун Роя, тот знающе улыбнулся, словно знал, что получит такую реакцию.

– Не кажется ли тебе странным, что он проявляет к тебе интерес?

– Кажется.

Однако Соха уже знал, что процент совместимости между ним и Хан Джуо составлял всего 3%, и у него не было никакой надежды на что-то большее.

– Стоит разобраться, действительно ли ему всё равно на совместимость, или он что-то скрывает.

Соха воспринял совет Мун Роя всерьёз, размышляя над тем, что могло двигать Хан Джуо. Они встречались уже трижды. Эсперов, которые возвращались к нему после первого сеанса стабилизации, было немного. А тех, кто возвращался без скрытых мотивов, и вовсе единицы.

Исходя из личного опыта, у Хан Джуо, вероятно, были свои причины.

– Может это из-за того, что я был с ним слишком резок?

– Что? – переспросил Мун Рой, не расслышав, но Соха покачал головой, давая понять, что ничего.

Когда Мун Рой перестал допытываться, Соха снова устремил взгляд на спину Хан Джуо.

Другие проводники были с ним куда приветливее и обходительнее, так что он может считать меня странным.

Если это и есть причина, по которой он возвращался раз за разом, то в этом была определённая логика. Возможно, его замечания о «дурачестве со стабилизацией» тоже связаны с этим.

Хотя не, вряд ли.

Если подумать, то не всё сходится. Пусть Соха был строг, но свою работу проводника он выполнил добросовестно.

– Серьёзно, чего ему от меня надо?

Запутавшись в мыслях, Соха почесал затылок и снова взглянул в сторону Хан Джуо.

– Тихо.

Хан Джуо прижал палец к губам, и вся группа замерла.

Хотя видно ещё ничего не было, если Хан Джуо говорит, что что-то приближается, значит, это правда. Вскоре Соха сам почувствовал вибрацию под ногами и отступил назад, ближе к другим проводникам.

– Переходите в режим защиты.

По команде Хан Джуо эсперы окружили проводников, создавая защитный барьер на случай атаки.

Соха внимательно наблюдал за Хан Джуо через строй эсперов. Тот стоял в одиночестве, готовый встретить приближающихся врагов. От Хан Джуо исходила уверенность, будто он может справиться с этим в одиночку.

«S-Класс.»

Хотя между S-Классом и A-Классом лишь одна ступень, разница в их силах огромна. Различия в показателях между низкими классами не столь заметны, но чем выше класс, тем сильнее разрыв.

Если эспер E-Класса может сражаться с двумя F-Классами, то говорили, что S-Класс способен с лёгкостью победить пятьдесят противников A-Класса. Так что сила Хан Джуо была очевидна, но не было ли это слишком рискованно — противостоять угрозе в одиночку?

– Не волнуйся за Хан Джуо.

Он уже собирался сказать, что вовсе не переживает за него, как вдруг земля под ногами задрожала, поднимая песчаные облака. Прикрыв глаза рукой, Соха попытался рассмотреть происходящее.

Песок взметнулся в воздух, а затем осел, оставив на его месте странных существ. Их было несколько. Похожие на гигантских червей, они были лишены ног, но их пасти, усыпанные множеством зубов, угрожающе скалились.

– Ну, вот и началось.

С появлением этих чудовищ ситуация перешла в новую фазу.

Хан Джуо наблюдал за чудовищами, распахнувшими свои пасти перед ним. Даже поднявшись на максимальную высоту, они не могли до него дотянуться, лишь издавая злобное шипение. Он прикинул, какой ценой для его тела обернётся победа над этой ордой.

– Мало.

Чтобы спровоцировать перегрузку, дюжины этих червей было недостаточно.

– Эспер Хан Джуо, их слишком много. Позвольте нам помочь, – предложил один из эсперов А-Класса, подойдя ближе.

– Нет, – резко оборвал его Хан Джуо. Делить противников, которых и так было мало, чтобы довести его до перегрузки, не входило в его планы. – Ты следи за безопасностью проводников.

– Но как вы справитесь с таким количеством в одиночку...

– Координироваться сложнее, так что просто отойди назад.

От бесчувственного ответа Хан Джуо лицо эспера покраснело, и он отступил. Другой эспер похлопал его по спине и что-то сказал, но Хан Джуо уже отвернулся, — или отвернулся бы, если бы Пэк Соха не привлёк его внимание.

Взгляд того словно бы говорил: «Тск, тск, как с тобой сложно». В отличие от эспера, который отступил с неохотой, Пэк Соха открыто выражал своё недовольство, что казалось даже предпочтительнее. Такая откровенность позволяла Хан Джуо отвечать тем же. Возможно, Соха даже специально провоцировал его, зная это.

Отбросив ненужные мысли, Хан Джуо вытянул руку, готовясь применить свою способность. Теперь он уже не мог отступить.

– Придётся надеяться, что появятся новые.

Только в условиях постоянного давления он мог приблизиться к желаемому состоянию перегрузки.

Искры, зажжённые в руке Хан Джуо, разрослись и, устремившись в пасти червей, переросли в пламя.

Крррааа!

Чудовища, корчась в муках, сталкивались с друг другом, позволяя пламени разрастаться, и сгорали одно за другим. Хан Джуо планировал метать огненные заряды в каждого червя по очереди, но теперь лишь недовольно цокнул языком: цепная реакция сэкономила ему силы, что было ему вовсе не на руку.

– Вау.

В поле зрения Хан Джуо был и Пэк Соха, который смотрел на этот огненный спектакль с восхищённо распахнутыми глазами.

– Такой простодушный…

Когда на него смотрели с презрением, оставался невозмутимым, зато краснел, когда его носили на руках. Отвечал на вопросы Хан Джуо с завидным упрямством и отказываясь идти на попятную. Вёл себя так, будто вот-вот попросит поставить его на ноги, только чтобы смолкнуть в тряпочку, осознав, что они оказались посреди пустыни. А когда его, наконец, опустили на землю, смотрел на Хан Джуо с оскорблённым недоумением...

– Странный парень.

Сожалея о том, что черви обратились в пепел слишком быстро, Хан Джуо заметил, как из земли выползает новый червь. А он только уже начал думать, что бой окончен.

***

Когда Хан Джуо взмыл в небо, монстры разом взметнулись следом, чтобы поймать его. Будучи единственной мишенью, он, их убийца, собрал на себе всю их ярость. Зрелище было гротескным.

Соха оглянулся на других эсперов. Они лишь укрывались от песчаного ветра и отбивали падающие камни, продолжая держать строй, но не предпринимали попыток помочь Хан Джуо.

Неясно, знали они или нет, что кто-то из них уже пытался вмешаться, но получил от Хан Джуо резкий отказ. Учитывая физические возможности проводника, услышать какие-либо переговоры между эсперами через рёв песка Соха не мог.

Следовать указаниям Хан Джуо — охранять проводников — не требовало от эсперов больших усилий. Более того, на их лицах не читалось ни малейшего беспокойства. Возможно, они верили в силу Хан Джуо или были уверены в своих собственных силах, на случай если тот оступится.

Соха наблюдал за Хан Джуо, парящим в небе словно крылатый воин. Он смотрел, как тот сражается с чудовищами, и вслух выразил свои мысли.

– Это точно человек?

– Если не человек, то кто тогда? – буркнул в ответ Мун Рой. Они вдвоём устроились под защитой эсперов и наблюдали за боем. Ситуация не казалась критической.

Для настоящего противостояния противники должны быть хотя бы примерно равны по силам. Но здесь всё выглядело как односторонняя бойня. Трудно было сказать, что впечатляло больше — неутомимая мощь Хан Джуо или нескончаемый поток червей.

Эти твари явно полагались на тактику численного превосходства.

– Но, даже несмотря на то, что он так хорош в бою, не перебор ли отправлять его в одиночку?

Соха произнёс это едва слышно, обращаясь только к Мун Рою, но несколько эсперов с острым слухом вздрогнули. Он не хотел, чтобы они услышали, поэтому надеялся, что они оставят это без внимания.

– Этот эспер сам приказал не вмешиваться.

Когда эспер высшего класса берёт всё на себя, как прикажете вести себя остальным? Им остаётся только стоять в сторонке, не зная, когда им вмешаться. Соха понимал их логику, но беспокоился о другом.

– Нагрузка на него должна быть колоссальной.

Даже S-Классы не имели безграничной силы. И поскольку Хан Джуо оставался эспером, было очевидно, что может произойти, если он продолжит сражаться в одиночку. На курсах подготовки проводников Соха узнал, что перегрузка эспера S-Класса способна стереть с лица земли целый город.

– Если он упадёт в перегрузку... Хотя, с тобой рядом, этого не случится.

Ведь с ними были Мун Рой и другие проводники.

После слов Соха лицо Мун Роя посерьёзнело. Он не ответил, но его выражение говорило о многом. Хоть оба были А-Класса, Мун Рой мог расстроиться из-за того, что Соха не полностью доверял его способностям. Однако, даже если из Соха не вышел идеальный проводник, он был верным другом.

– После этого давай выпьем. Мы наглотались песка, так что самгёпсаль будет кстати, – предложил Соха Мун Рою, глядя на растущую груду поверженных чудовищ.

– Хорошо, давай. Я тебя угощу.

Пока Соха проникался широтой души Мун Роя, крики стихли, оставив лишь шорох песка под ветром.

Соха встал и стряхнул с одежды песок.

– Теперь остался только босс?

Если они уничтожат его, подземелье будет зачищено. До этого момента они могли просто наблюдать за битвой благодаря силе Хан Джуо, но теперь всё изменилось. Перед последним боем все снова собрались с мыслями и настроились на предстоящую схватку.

Соха бросил взгляд через плечо эспера, защищавшего проводников, и посмотрел на песчаные дюны. Там, на фоне пустынного пейзажа, он заметил парящего в воздухе Хан Джуо.

Даже после использования огромного количества энергии его лицо оставалось невозмутимым. Он, наверное, никогда не был озабочен переживаниями, какие грызли Соха, да? В отличие от Соха, подавшего заявление об отставке из-за неспособности раскрыть свой потенциал, Хан Джуо поди ведёт жизнь, которую хочет.

Они были на разных ступенях — эспер и проводник, и сравнивать их было бессмысленно. Но в душе Соха всё же чувствовал зависть.

– Он близко.

После слов Мун Роя, Соха обратил внимание на песчаные дюны, которые начали вибрировать. Вскоре ввысь поднялась огромная песчаная колонна, напоминавшая надвигающийся шторм.

Когда песок осыпался, раскрыв фигуру босса, Соха стиснул губы и пристально всмотрелся в происходящее. Хан Джуо запустил в сторону босса воздушные лезвия, и впервые у него исказилось выражение лица. Лезвие лишь поцарапало босса, но вызвало у того приступ ярости.

Метания босса подняли такую волну песка, что казалось, что буря накрыла всё вокруг. Соха пришлось прикрыть глаза рукой, но песок всё равно больно хлестал по лицу, затрудняя дыхание.

Кииииеееек.

Соха, уже с трудом справлявшийся с атакующим ветром, закрыл уши руками, пытаясь заглушить пронзительный вой. Земля под ногами задрожала настолько, что его едва не оторвало от неё.

– ...

Когда буря улеглась, наступила зловещая тишина, и Соха осторожно опустил руки от ушей.

Всё закончилось?

Он несколько раз моргнул, пытаясь оглядеться, но перед его лицом что-то возникло. Проблема была не в зрении — перед ним появилась чья-то грудь.

Подняв взгляд, Соха увидел Хан Джуо, стоявшего перед ним. Тот, кто ещё недавно сражался в небе, теперь оказался рядом, и от неожиданности Соха выпалил неловкую фразу:

– Спасибо за ваш тяжёлый труд.

Он хотел выразить восхищение грудой поверженных монстров, которая теперь напоминала гору, но все, что удалось выдать — это сухой, формальный комментарий.

Виной тому была его уродливая зависть. Хотя он не хотел показывать свои чувства, оказавшись прямо перед Хан Джуо, он так и не смог полностью их скрыть.

– Теперь, когда всё закончено...

Соха хотел предложить приступить к стабилизации, но внезапно ощутил сильное давление на спине, словно его сжала чья-то лапа.

– Что?..

Опустив взгляд, он осознал, что его схватила огромная когтистая лапа птицы. В тот же момент его тело резко взмыло в воздух, и слова застряли у него в горле. Мир вокруг резко перевернулся, уходя из-под ног.

Раньше его раздражало, что он проваливался в песок, но теперь он остро ощутил ценность твёрдой земли под ногами. Цепляясь за обхватившую его лапу, Соха безвольно болтался, не в силах предугадать, когда его уронят. Понимание того, что он летит на чужих, своевольных крыльях монстра, едва не лишило его сознания.

– Кто-нибудь… пожалуйста… спасите меня.

Соха в отчаянии протянул руку, надеясь на помощь. Сейчас ему было всё равно, кто придёт на выручку, лишь бы избавиться от этого ужаса. Он боялся, что погибнет в когтях чудовища.

Почему же он потерял бдительность?

Наверное, он слишком увлёкся наблюдением за тем, как Хан Джуо расправляется с чудовищами, и решил, что они в безопасности. Всё произошло из-за его собственной беспечности. И какая теперь разница, что Хан Джуо был рядом? Чудовище, схватившее его, оказалось быстрее, чем Хан Джуо успел среагировать.

Когда высота стала такой, что лица его спутников исчезли из виду, рука Соха бессильно опустилась.

Чудовище, схватившее его, оказалось не единственным. Вокруг начали появляться другие монстры, равные по размеру боссу червю, и ситуация быстро вышла из-под контроля.

Когда надежда, едва мерцавшая в глазах Соха, начала угасать, одна маленькая фигура, напоминавшая точку, резко увеличилась в размерах. Нет, она не увеличилась, она стала ближе, и продолжала сокращать между ними дистанцию.

Не точка.

Хан Джуо.

Как только лицо Хан Джуо стало различимо, Соха оторопел. Кровь отлила от лица Хан Джуо, его глаза покраснели, но кожа оставалась белой как полотно. Неужели его состояние было настолько плохим? Соха не мог оторвать взгляд от его лица, когда тот поднял руку, и на мгновение время будто замедлилось.

Затем его рука коснулась щеки Соха, и тот, ощутив тепло на коже, растерянно пробормотал:

– ...Ты ведь должен меня спасти.

Разве не ради этого ты прилетел сюда? Соха думал, что Хан Джуо поднял руку, чтобы отсечь лапу или даже голову гигантской птицы. Но вместо этого он просто прикоснулся к его лицу.

Хан Джуо сосредоточенно смотрел на свою руку, лежащую на щеке Соха, и его выражение было таким серьёзным, как будто он прикоснулся к чему-то запретному. Соха задумался, стоит ли напомнить ему: «Эй, мы сейчас, между прочим, висим в воздухе».

– Почему я должен тебя спасать?

– Что?

Соха с трудом расслышал его слова, возможно, из-за высоты и звона в ушах. Не мог же тот на полном серьёзе задаваться таким вопросом.

Было сложно описать выражение лица Хан Джуо, когда тот смотрел на свою руку, однако теперь оно у него было спокойным, — таким же, как и обычно — словно он даже не замечал, что они парят в воздухе.

Раздражённый, Соха огрызнулся:

– Потому что мы вместе зашли в подземелье, и ты обязан защищать проводника.

– Обязан? – Хан Джуо выглядел искренне удивлённым, словно впервые о таком слышал. Его удивление было едва заметно — лишь приподнятая бровь, но Соха, который уже был на взводе, от досады был готов бить себя по груди. И без того воздуха не хватало, а тут ещё и этот Хан Джуо!

– А разве у проводника обязанностей?

– Мы ведь не дети, что ты сюда приплетаешь обязанности проводника? Это не игра, где мы делим всё поровну...

Раздражение Соха росло, когда он понял, что Хан Джуо даже не пытался решить ситуацию, а лишь вёл беседу. Но тут его посетила мысль, и он смолк.

Неужели?..

– Твоя работа – стабилизировать.

Соха стиснул зубы.

Он встречал многих, кто насмехался или жалел его из-за малой энергии, но лишь один человек протянул ему руку, предложив найти выход вместе. Никто прежде не бросал ему в лицо понятие «роли». Все понимали, что он не может делать то, что хотел бы, и, возможно, находили его попытки улучшить процент совместимости жалкими, но никогда не осуждали его недостаток усилий с такой холодной прямотой.

Ещё несколько секунд назад Соха был охвачен страхом перед возможной гибелью под лапой монстра, но теперь он ощутил прилив ярости и выкрикнул, забыв о том, в какой ситуации они находятся:

– Думаешь, я хочу быть таким?!

Слова вырвались прежде, чем он успел их сдержать. Он думал, что давно оставил эти чувства позади, но Хан Джуо сумел вытащить их на поверхность. Переполненный накопившимися обидами, слова Хан Джуо заставили всё внутри него взорваться. Грудь сдавила боль, и Соха взглянул на Хан Джуо, направляя на него весь свой невыносимый гнев.

– Ты же ничего не понимаешь, да? У тебя есть вся сила, о которой можно мечтать — тебе этого не понять.

Он никогда не поймёт, каково это — хотеть выплеснуть всё, но не иметь такой возможности.

– Это моя работа — использовать всю свою силу, чтобы убить монстра.

– То же самое и для меня. Если бы у меня изначально был совместимый эспер, мне бы не пришлось этого делать.

– Разве это не всего лишь оправдание?

– Хаа... думай, что хочешь.

Тяжело дыша, Соха бросил взгляд вниз. Они поднялись так высоко, что люди внизу стали едва различимы. Не похоже, что Хан Джуо собирался его просто так спасать, поэтому Соха желал, чтобы кто-нибудь другой пришёл ему на помощь.

– Хм.

Просто держись...

Его конечности начали неметь от давления, сжимавшего тело, и грудь сдавливало от разряженного воздуха. Он уже не понимал, плыло у него перед глазами от облаков или от угасавшего сознания.

Внезапно сила, сковывающая его, исчезла, Соха накренился вперёд и вниз. Похоже, я буду падать, пока не врежусь в землю. Если бы только его сердце остановилось раньше удара о землю, он хотя бы избежал бы боли—

– ...

Скорость его падения резко замедлилась, и тепло коснулось его спины, заставив Соха открыть глаза. Он попытался понять, что произошло, но вновь оказался прижатым к груди Хан Джуо, закрывавшей обзор.

Почему я всегда упираюсь в его грудь?

Когда то же самое произошло на земле, их близость смутила Соха, но теперь принесла с собой чувство облегчения.

Он хотел осмотреться в поисках монстра, который его схватил, но того нигде не было видно. В ветряном небе, Соха колебался, размышляя, стоит ли ему ухватиться за куртку Хан Джуо.

– Ты вёл себя так, будто не собираешься меня спасать, – пробормотал он, вспоминая, как ненавидел его за это всего минуту назад.

– Я просто спросил, почему я должен тебя спасать. Я не говорил, что не буду.

– ...

Он невыносим.

Соха хотел оттолкнуть его, но понимал, что находился не в той ситуации, чтобы так сделать. Добраться бы только до земли, и вот тогда он...

– Эспер Хан Джуо...

Соха поднял руку, повторив жест Хан Джуо, и коснулся его щеки. Выражение Хан Джуо слегка изменилось, когда большой палец Соха провёл по вздувшимся венам под кожей.

Похоже, непрерывное использование своих сил его истощило.

Глядя в налитые кровью глаза Хан Джуо, Соха ощутил бессмысленность их недавнего спора.

– Стаби... лизируй...

Его сухие, потрескавшиеся губы кровоточили, пока он выговаривал слова. Видимой раной были только трещины на его губах, но кто знал, что происходило внутри его тела.

– Даже если я начну стабилизировать, вам не хватит... Неважно, давайте начнём.

Не зная, слышит ли его вообще Хан Джуо, Соха просто начал процесс стабилизации. Это был его первый опыт стабилизации в воздухе, и его не покидало ощущение, что может произойти что-то необычное.

1.

Его энергия начала перетекать в Хан Джуо, и глаза у того дрогнули.

2.

Замешательство в его взгляде сменилось решимостью.

3.

Как только они коснулись земли, поток энергии резко прекратился. Краткая надежда в груди Соха угасла, и он опустил голову. Если бы что-то подобное могло улучшить совместимость, это уже произошло бы.

Вот почему опасно питать надежду.

– Спасибо за ваши старания.

Когда Соха попытался убрать руку, Хан Джуо вновь схватил её.

– Что ещё? Я же сказал, что не могу стабилизировать вас, так что идите к другому проводнику.

Соха покачал головой, пытаясь объяснить, что дело не в том, что он не хочет стабилизировать его, а в том, что не может. Но Хан Джуо оставался безмолвным, его взгляд был устремлён куда-то в пустоту. Соха внимательно присмотрелся к нему и заметил, что его глаза были расфокусированы.

– Эй, эспер Хан Джуо.

Видя, как он побледнел и ослабел, Соха заволновался и начал искать взглядом целителя. Он поднял руку, чтобы подать знак, но не мог пошевелиться — Хан Джуо всё ещё крепко держал его.

– Почему...

– ...

– Почему стабилизация работает?

Странный вопрос Хан Джуо заставил Соха глубоко нахмуриться. Прямо как в прошлый раз. Странные высказывания Хан Джуо выжали из Соха все соки, и он понял, как глупо было беспокоиться об этом человеке.

– Я уже объяснял свою ситуацию. Если вы не поняли, спросите другого проводника.

– Нет, это должен быть именно ты.

Но ведь Мун Рой смог бы объяснить лучше!

Разговор зашёл в тупик. Соха с трудом понимал, что именно так озадачивало Хан Джуо, особенно учитывая его изнурённое и явно доведённое до критической точки состояние.

– Для начала, найдите кого-то другого, кто стабилизирует вас.

– Но почему получается с тобой?

– Просто поторопитесь и пройдите стабилизацию.

– Кто... ты?

– О, да ради всего святого...

Почему он на этом так зациклен?

Неужели он снова хочет вернуться к спору о роли проводника? Соха думал, что после того, как Хан Джуо спас его, тема закрыта, но оказалось, что тот не готов так просто отступить.

Неужели он и вправду хочет продолжать разговор о роли проводника, который, казалось бы, уже был закрыт после спасения? Соха тяжело вздохнул.

«Почему он так себя ведёт? Почему ему так важно подчёркивать мои слабости?»

С досадой вздохнув, Соха оглянулся и заметил на земле поверженных птицеподобных монстров. Похоже, пока его уносили, эсперы внизу с ними разобрались.

Или же это был?..

Все эсперы смотрели на Хан Джуо с восхищением. Это значило...

– Неужели Хан Джуо разделался со всеми этими монстрами?

– Мне нужно было расчистить местность, чтобы поговорить с тобой...

Хан Джуо признался, что он действительно расправился с монстрами — всё ради того, чтобы поговорить. Вспоминая их недавний разговор, в Соха закрались сомнения.

Я что, неверно толковал его слова?

Возможно, Соха слишком негативно интерпретировал слова Хан Джуо, и именно поэтому их беседы часто заходили в тупик. Но теперь, смотря на Хан Джуо, он видел искреннее любопытство в его глазах.

Если это не была саркастичная насмешка...

Соха скупо усмехнулся, бросив на Хан Джуо игривый взгляд.

– Давно такого не было, так что я почти уже забыл.

Брови Хан Джуо дёрнулись, и его глаза сузились. Он метнул в Соха осуждающий взгляд, который тот проигнорировал.

– Вы спрашиваете, почему только я стабилизирую вас таким образом, а никто другой этого не делает, верно? Ну, дело в том...

Если это был честный вопрос, не было смысла злиться. Соха мог просто ответить. Это напомнило ему первые дни в центре, когда ему задавали подобные вопросы без всякого злого умысла. Это было недолгое, но спокойное время.

Прошло столько времени, что я не уверен, смогу ли объяснить всё как следует.

Откашлявшись, он начал:

– У меня огромный запас энергии. Довольно солидный, знаете? Если представить его как выносливость, то хватило бы на три дня и три ночи, понимаете? Но проблема в том, что я просто не могу её выпустить.

Говорить об этом сейчас было неловко — его голос даже дрогнул к концу. Но он заставил себя улыбнуться, чтобы скрыть смущение.

– Три дня и три ночи, говоришь? – переспросил Хан Джуо с лёгким недоумением на лице. Соха энергично кивнул в ответ.

– Именно. Всё-таки я А-Класс. Найду подходящего партнёра — и для них это всё, финиш.

Он практически говорил: «Но причина, почему наш уровень совместимости всего 3%, в том, что ты не мой подходящий партнёр». Несмотря на то, что Соха знал, что вряд ли когда-нибудь найдёт такого партнёра, он так много повторял эти слова раньше, что они уже слетали с языка автоматически, несмотря на внутренний скептицизм.

– Теперь понятно? Я ухожу.

Соха надеялся, что это удовлетворит любопытство Хан Джуо. Даже если тот не всё осознал, этого должно было хватить, чтобы закончить разговор. Соха попытался смягчить атмосферу более жизнерадостным тоном, чтобы не нагнетать обстановку.

Хан Джуо, вероятно, должен был бы недоумённо пожать плечами и уйти с раздосадованным выражением лица. В конце концов, он уже знал, что Соха не может продолжать стабилизировать его, так что что ещё ему было нужно?

– Умеешь ты забавно отвечать.

Хан Джуо коротко усмехнулся, и в его тоне прозвучало что-то настораживающее. Это был не тот ответ, которого ожидал Соха. Напряжение только возросло, подчёркнутое проступившими венами на коже Хан Джуо.

– Так ты говоришь, что я тебе не подхожу?

– Ну, это...

– Вау, ты даже улыбаешься, когда принижаешь других. А что ты сделаешь, если однажды я окажусь твоим партнёром?

Слова Хан Джуо стерли натянутую улыбку с лица Соха. Оба знали, что их совместимость составляла всего три процента. Зачем же тогда Хан Джуо вообще говорил о том, что он может стать подходящим?

– Если ты будешь ждать этого момента, чтобы меня впечатлить, будет уже поздно.

– Я не собираюсь никого впечатлять.

– Лучше бы тебе и дальше оставаться таким дерзким.

Выражение лица Соха ожесточилось.

– И этот свой взгляд тоже не теряй.

Спокойная реакция Хан Джуо даже на его колкий взгляд заставила Соха отвезти глаза в сторону. Он больше не хотел разговаривать с ним.

– Ты перевираешь мои слова, как тебе удобно, – пробормотал Соха себе под нос, достаточно громко, чтобы Хан Джуо услышал, и отвернулся. Ему совсем не хотелось продолжать беседу.

Его взгляд прожигает мне спину.

***

Мун Рой потянулся, расправляя затёкшие плечи, и с усталым голосом пробормотал:

– Ничего не делал, а устал.

– Как это ничего? Ты же стабилизировал, нет?

Хотя Хан Джуо и расправился с песчаными червями и птицеподобными монстрами, остальные эсперы тоже не сидели без дела, а Мун Рой усердно помогал им в качестве проводника.

– Ну, да, моя работа — поддерживать эсперов, а не убивать монстров, так что я имею право устать.

Мун Рой согласно кивнул, а затем резко вскинул голову, и песок с его волос посыпался на лицо Соха, который был немного ниже ростом.

Соха инстинктивно зажмурился и отвернулся, но часть песка всё же попала ему в рот, вызывая неприятное ощущение. Я же просил его отряхнуться перед выходом. Соха стряхнул песок с лица и бросил на Мун Роя критический взгляд с ног до головы.

– Тебе бы не мешало привести себя в порядок.

– Я? Да ты сам весь в песке. Просто отряхнуться не поможет — проверь свои карманы.

Мун Рой, обиженно фыркнув, потянулся к карманам Соха, чтобы вывернуть их наизнанку, когда—

– Часто тебе говорят, что ты тупой? – прозвучал голос за их спинами, и Мун Рой с Соха одновременно обернулись.

Эти слова произнёс Хан Джуо. Его взгляд был устремлён на Соха. Реакции на его фразу были разными: Мун Рой, которого это не касалось, лишь сочувственно цокнул языком, а Соха, которого назвали «тупым», заморгал от удивления.

– Вы же не думаете, что я часто такое слышу?

Соха указал на себя пальцем, подразумевая, что ответ должен быть «нет».

– Думаю.

Прямолинейный ответ заставил Соха уставиться на Хан Джуо в полном недоумении. С самого начала этот человек казался ему раздражительным. Но разве среди эсперов найдёшь тех, у кого приятный характер? Только Соха всё равно задавался вопросом, почему он должен терпеть такой колючий характер.

– Почему вы решили, что я тупой? Честно говоря, я не понимаю, что вас на это вообще натолкнуло...

Большинство людей по-прежнему топтались у входа в подземелье, ещё не разойдясь, но Соха уже не думал о том, чтобы пытаться сохранить лицо — тем более, если он собирался уволиться.

– Говорят, что в других видишь отражение себя. Так чем вы лучше?

В ответ на его слова из толпы послышались удивлённые вздохи. Но разве Соха это волновало? То, что Хан Джуо — S-Класс, ещё не значит, что Соха должен его бояться.

– Я понял, что у тебя ужасный характер, ещё когда ты не захотел, чтобы я общался с тобой на равных несмотря на то, что мы одного возраста, но разве ты не перегибаешь палку?

Стоило ему начать, и слова хлынули без остановки.

– Смешно уже то, что ты ожидаешь мгновенного ответа на каждый свой вопрос, а теперь ты ещё называешь меня тупым?

Сколько раз они встречались? Три?

Но каждая из этих встреч оставила такое яркое впечатление, что их трудно было забыть. Да, эспер уровня S-Класса, конечно, мог смотреть свысока на кого-то вроде Соха, простого проводника.

Но надо было ему вырисоваться именно сейчас, когда Соха уже принял решение всё бросить и уволиться, и задеть его за живое?

– Про мою некомпетентность я наслушался на две жизни, но вот тупым меня ещё никто не называл.

Честно говоря, Соха прекрасно понимал, что сейчас он просто срывался. В прошлом он умел сдерживать себя даже перед эсперами с характером куда паршивее. А теперь несколько слов Хан Джуо задели его, и он не мог себя контролировать. Возможно, Соха просто нашёл в этом эспере идеальную цель для вымещения всего скопившегося негатива.

Но что поделаешь, если так сложилось? Хан Джуо просто не повезло попасть под горячую руку.

– Так что не беспокойся обо мне, а лучше сосредоточься на себе. Мы с тобой всё равно несовместимы.

Для эспера уровня Хан Джуо всегда найдутся те, кто захочет его стабилизровать.

– Нет, дай мне внести поправку. Ты меня больше не увидишь. Я ухожу с этой работы. Так что живи и не хворай, припеваючи убивай монстров, и пусть у тебя всё будет хорошо, – заключил Соха с яркой улыбкой и без промедления развернулся и пошёл прочь.

Ему стало легче после того, как он высказал всё, что думал, и он был как никогда уверен, что его решение уйти было правильным.

***

В свой последний день в центре Соха шёл по коридору с лёгкостью в сердце, которой не чувствовал годами.

– Никаких больше походов во врата.

Ему больше не придётся сталкиваться с непредсказуемыми монстрами и рисковать без необходимости.

– И никаких больше стабилизаций.

Всё равно среди эсперов не было тех, кто ждал бы его помощи, так что разочарований не будет ни для них, ни для него самого. В конце концов, он даже дважды заходил во врата после того, как подал заявление об увольнении. Возможно, директор специально отправил его в последние миссии, чтобы он окончательно махнул на всё рукой.

– Рад, что у меня не осталось привязанностей.

Встреча с Хан Джуо была трудным испытанием, но именно она помогла окончательно расстаться с работой. Он почувствовал лёгкое сожаление за то, что говорил с Хан Джуо слишком резко, но быстро отмахнулся от этой мысли. В конце концов, Хан Джуо и сам не выбирал слова.

Без ощущения вины он начал замечать позитивные стороны. «Да, всё не так уж плохо», — убеждал себя Соха, направляясь в кабинет директора, в последний раз оглядывая знакомый коридор. Это мой последний проход по этому пути.

– Может, перед тем как заняться фермерством... попробовать научиться готовить? Открыть ресторан — тоже неплохая идея.

Раньше он не знал, чем займётся дальше, но теперь ему казалось, что перед ним открыты все двери. Ритмичный звук его шагов эхом разносился по коридору, как предвкушение светлого будущего.

Он был так уверен, что всё пойдёт по плану, но...

– Что? Как это моё заявление не приняли?

Соха ошеломлённо уставился на Ким Бомхака. Этого он точно не ожидал.

Я думал, что всё кончено, что он может просто уйти...

Соха ведь именно поэтому наговорил Хан Джуо столько всего, что теперь уже не забрать обратно!!!

Соха сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце.

– Почему моё заявление на увольнение не обработали? Сегодня должен был быть мой последний день.

– Да, всё верно, – равнодушно ответил Ким Бомхак, чем чуть не довёл Соха до белого каления.

– Тогда почему? В чём причина задержки?

– Тебя разыскивает один эспер, – с серьёзным выражением пояснил Ким Бомхак. Лицо Соха исказилось в недоумении, словно он не верил услышанному. Он прикусил губу, пытаясь подавить своё раздражение, но было уже поздно его прятать.

– Не стоит так смотреть на своего начальника.

– Тогда говорите что-нибудь правдоподобное. Кто мог бы меня искать?

Соха раздражительно вскинул руки. Ему это казалось нелепым. Хотя эсперы и часто искали проводников, но крайне редко кто-то специально обращался к Пэк Соха.

– Наверное, это просто кто-то, кто наслышан о мне и хочет убедиться вживую, – отмахнулся Соха. Он уже сталкивался с подобными ситуациями, и его это не удивляло. Но задержка обработки его заявления из-за этого — вот что его разочаровывало. – Но я всё равно больше не работаю. Не собираюсь проходить никаких тестов на совместимость или идти куда-то ещё.

– Придётся.

– Если это из-за правил центра, то они больше ко мне не применяются. Я уже дважды заходил во врата после того, как подал заявление на увольнение. Зачем держать меня до последнего?

Соха думал, что, наконец, освободился, но теперь его снова тянули обратно.

– Тем более важно соблюдать правила. Эспер имеет право запросить проводника, которого выберет. И это касается даже тебя, несмотря на поданное заявление.

– Я это знаю, но...

Соха понимал регламент. С момента появления врат эсперы стали одним из главных активов страны. Естественно, их стабилизация имела приоритет, и их просьбы должны были приниматься, если только не было очень веской причины для отказа.

Соха опустил голову и поджал губы, понимая, что случится, если он будет настаивать на своём отказе. Ким Бомхак, вероятно, будет уговаривать его, как ребёнка, как он всегда это делал — как добродушный начальник, готовый поддержать его, даже если это вызывало критику со стороны других. Из-за этого Соха не мог просто взять и отказать.

Собравшись с мыслями, он поднял взгляд на Ким Бомхака, словно ничего не произошло.

– Хорошо. Я встречусь с ним. Мне идти к нему?

Голос Соха был ровным, но он сжал кулаки за спиной, чтобы справиться с неловким молчанием, которое последовало. Ким Бомхак, наконец, прервал его, подняв руку.

– Эспер сам придёт сюда. Похоже, он очень хочет увидеться с тобой. Просто встреться с ним один раз — он будет последним.

– Хорошо.

Надеюсь, что так.

***

– Ты ведь говорил, что окончательно уходишь, а всё равно продолжаешь крутиться тут, а?

Соха, зайдя в кафе в надежде, что напиток снимет его раздражение, почувствовал резкий толчок в спину. Как только он услышал этот голос, он сразу пожалел, что зашёл сюда. Чо Хачхоль, всегда нахальный даже когда его ловили за распространением сплетен, теперь откровенно на ним потешался.

– Ты же подал заявление, так что зачем продолжаешь появляться в центре?

– Хачхоль, может, для тебя это и работа на всю жизнь, но увольнение не значит, что ты уходишь сразу же, – ответил Соха, пытаясь сохранить вежливость в голосе, несмотря на внутреннее раздражение.

– А, понятно. Я думал, может, у тебя осталось какое-то чувство привязанности, – Чо Хачхоль усмехнулся, явно готовый к этому разговору. – Может, ты отчаянно надеешься, что перед уходом какой-нибудь эспер попросит тебя...

– Спасибо за беспокойство, но это уже не просто надежда, – спокойно парировал Соха, отворачиваясь. Он начал изучать меню, но кассир уже привычно посчитал ему напиток, который Соха обычно брал.

– С вас 3 800 вон.

А если бы я хотел сегодня попробовать что-то другое... Разве это не слишком самонадеянно с их стороны? Тем не менее, Соха протянул карту без лишних слов.

– Оплата прошла. Я позову вас, когда напиток будет готов, – быстро сказал кассир, избегая зрительного контакта, и сразу занялся приготовлением напитка.

Соха почесал затылок, озадаченный такой спешкой, убрал карту обратно в кошелёк и затем развернулся, чтобы уйти — но Чо Хачхоль схватил его за руку, вынуждая повернуться обратно.

– Что тебе нужно? — Соха посмотрел на руку Чо Хачхоля.

– Думаешь, твоё притворство приведёт к тому, что внезапно появится эспер, которому ты нужен? – Чо Хачхоль, который только что наслаждался насмешками, теперь выглядел раздражённым.

– Притворство?

– Ты врёшь, что тебе всё равно, – настаивал Чо Хачхоль, явно пытаясь его спровоцировать, но Соха был искренне озадачен.

Какого признания он от него ожидал?

– Никакого эспера на самом деле нет.

– А...

Соха вздохнул, осознав, в чём дело. Он между делом сказал, что это не пустая надежда, но Чо Хачхоль явно не поверил ему. Честно говоря, даже Соха не мог поверить в это, когда впервые услышал это от директора.

Кто бы захотел работать со мной, с моей жалкой совместимостью в три процента?

– Я понимаю, о чём ты думаешь, но я не вру.

– Ты всё ещё делаешь вид, что что-то да значишь, да? Даже сейчас цепляешься за позицию проводника?

– Хачхоль, я не хочу об этом разговаривать.

Соха тяжело вздохнул, когда сигнализатор готового заказа в свободной руке завибрировал, оповещая, что его напиток готов. Даже другие проводники и эсперы в кафе, которые сидели и общались поблизости, теперь с интересом наблюдали за происходящим.

Почему я всегда оказываюсь на виду, даже когда просто хочу купить напиток?

– Что, у тебя ещё осталась гордость?

Нет, не осталось.

О какой гордости речь, когда она окончательно износилась?

– Врёшь тут ещё, что к тебе пришёл эспер.

– Слушай, я не вру, – устало ответил Соха, но Чо Хачхоль лишь сильнее сжал его руку, не желая отпускать эту тему.

– Тебе лучше просто признаться. Скажи прямо здесь: «Я всё кичился своим статусом проводника А-Класса, но на самом никакому эсперу я не нужен, и никто ко мне не приходит».

Соха, наконец, понял, что происходит, и почему Чачхоль так настырничал. Он хотел, чтобы Соха публично признал поражение, чтобы Чо Хачхоль мог почувствовать себя лучше — ведь как только Соха уйдёт, на дне иерархической лестницы окажется Чо Чачхоль. Уже он будет проводником с самым низким процентом совместимости.

Проводников всегда негласно сравнивали друг с другом по классам, по классам эсперов, которых они стабилизируют, или по проценту совместимости. Судя по всему, Чо Хачхоль хотел повысить своё положение за счёт унижения Соха. Ну, это уже слишком, подумал Соха, но другое осознание заставило его взглянуть на ситуацию иначе. В отличие от него, который скоро станет свободным, Чо Хачхоль останется здесь. Соха даже испытал к нему лёгкую жалость.

Что ж, могу сыграть роль жертвы в последний раз, ради старых добрых...

– Смешно слышать это от того, кто пытался поднять свой процент, прыгая из кровати одного эспера в кровать другого.

– ...

Соха сжал вибрирующий сигнализатор, чувствуя, как пульсация отдаётся в его руке и гудит в голове. Есть черта, которую не переходят. Соха всегда был готов подыграть, если это не заходило слишком далеко, но Чо Хачхоль перешёл все границы.

– Со мной действительно хочет встретиться эспер.

– Пэк Соха, ну прекращай уже...

– Я сказал, он есть, – перебил Соха, а затем, видя, как Чо Чачхоль кривит лицо, чётко и гулко добавил, – и он очень отчаянно меня хочет. Он был так настойчив, что директор центра не смог отказать.

– Лжец...

– Не веришь — иди и спроси у директора сам.

Не действуй мне на нервы, если отказываешься мне верить. Соха развернулся, готовый покончить с этим разговором. Он отдал сигнализатор и взял свой ванильный латте с прилавка, стараясь игнорировать заинтересованные взгляды.

Похоже, в это кафе я больше не вернусь.

– Пэк Соха! — громко выкрикнул Чо Хачхоль, как раз когда Соха собирался уйти.

Вот ведь липучка.

– Что теперь?

– Докажи.

– Что?

Соха обернулся к Чо Хачолю с искренним недоумением.

– Ты хочешь, чтобы я тебе это доказал? Зачем мне это делать?

– Потому что я иначе не поверю.

– Я же сказал тебе, спроси у директора.

– А, как будто он не скажет то, что выгодно тебе. Кто знает, что у вас за отношения?

Соха тяжело вздохнул. Он уже слышал подобные сплетни за своей спиной, так что это его не удивило. Но выслушивать это в лицо всё равно было неприятно. Даже сладкий напиток не остудит этот гнев.

– Я ничего тебе не должен доказывать, и я даже не знаю, кто этот эспер.

– Конечно, ты не знаешь, потому что его не существует.

– Я сказал тебе, я не знаю. Он должен прийти сегодня, так что я подожду. Но почему я вообще должен перед тобой отчитываться?

Раздражение Соха сквозило в его словах, но Чо Хачхоль оставался непреклонен.

– Смешно. Кто бы захотел работать с тобой...

Насмешки Чо Хачхоля внезапно оборвались. Соха заметил смену атмосферы — странное напряжение охватило кафе, и все взгляды были устремлены ко входу.

Соха проследил за их взглядами и увидел того, кого не было здесь раньше. С явным сомнением он произнёс:

– Так это вы тот отчаянный эспер?

Брови Хан Джуо резко приподнялись.

– Серьёзно, вы?

Хан Джуо – эспер, о котором говорил Ким Бомхак? Сомнительно, но, видя, как Хан Джуо преграждает ему путь, прожигая взглядом, Пэк Соха не мог просто отрицать это.

Однако Хан Джуо никак не отреагировал на его вопрос, лишь вопросительно поднял бровь, словно не понимая, в чём дело.

«Что такое? Я же от растерянности перешёл на панмаль, а потом неуклюже попытался вернуться к чоныммаль. Так что ответь хоть что-нибудь, почему молчишь?»

Ах, вот оно что.

«Я же тогда наговорил ему всего, думая, что больше не увидимся.»

Хан Джуо начал первым, но закончил он, Соха. Безжалостно расчихвостив его, он сбежал, так что чувства Хан Джуо к нему вряд ли были тёплыми.

Тогда, может, эспер, который его ищет, не Хан Джуо? А он просто преградил ему путь из-за неприязни?..

– Ошибся. Извините.

Соха попытался пройти мимо, но Хан Джуо снова оказался перед ним. Что такое?

Он снова попытался обойти его, но Хан Джуо, словно по волшебству, опять возник на пути.

– ...Разве можно использовать свою способность вот так?

Зачем использовать способность ветра, чтобы задерживать людей?

– Это я.

На тихий голос Хан Джуо со всех сторон послышались изумлённые вздохи. В глубине души Соха надеялся, что это не он, но, похоже, все были поражены тем, что Хан Джуо действительно пришёл за ним.

Чувствуя на себе взгляды, Соха решил, что прежде всего нужно уйти отсюда.

– Давайте не будем здесь, пойдёмте в комнату стабилизации. Там...

Соха попытался поторопить Хан Джуо выйти из кафе, но кто-то встал между ними. Соха изумлённо ахнул, увидев затылок Чо Хачхоля. Что он здесь делает?

– Хан Джуо... эспер... – послышался запинающийся голос Чо Хачхоля. – Почему эспер S-Класса ищет Пэк Соха...?

Соха понял, почему Чо Хачхоль так растерян. Он всё время утверждал, что Соха лжёт, а теперь Хан Джуо действительно появился. И не только Чо Хачхоль был удивлён. Эсперы, которые только что с интересом наблюдали за происходящим, и даже сотрудники кафе, украдкой поглядывали на них.

Появление Хан Джуо произвело сильное впечатление, и Соха вдруг осознал, что включало в себя бытие эспером S-Класса. И что он, Соха, сделал с таким эспером? Вспомнив тот случай, Соха застыл с окаменевшим лицом, когда тяжёлые уста Хан Джуо разомкнулись.

– Я с таким нетерпением и трепетом искал проводника Пэк Соха...

С нетерпением и трепетом?..

Этот тип, который совсем недавно называл его глупцом, вдруг заговорил о нетерпении и трепете? Соха, думая, что Хан Джуо издевается над ним, слегка отстранился и встретился с ним взглядом.

– Если я скучаю по человеку, с которым не могу увидеться, я должен искать его ещё усерднее.

Вспомнив, как тогда он отпустил в адрес Хан Джуо грубое высказывание, Соха не смог вымолвить ни слова. Смущённый, он опустил голову, пытаясь скрыть покрасневшее лицо.

– Почему? Почему вы скучали по проводнику Пэк Соха?

На вопрос Чо Хачхоля Хан Джуо протянул: «Ну...» Соха не смотрел на него, но чувствовал его взгляд. Он хотел избежать этого взгляда, прожигающего макушку, но ситуация не отпускала его.

– Какой странный вопрос. Есть ли ещё причина, по которой эспер ищет проводника?

Хан Джуо вёл себя так уверенно, что Чо Хачхоль потерял дар речи.

– Это вовсе не очевидно.

По мнению Чо Хачхоля, Соха не был тем, кого стоило искать в качестве проводника, но, похоже, его намёки не действовали на Хан Джуо.

Хан Джуо, не желая больше отвечать на вопросы Чо Хачхоля, посмотрел на Соха.

– Я хочу американо...

– Я ни капли не пил. Возьмите.

Только после того, как Соха сунул свой кофе в руки Хан Джуо, тот, наконец, сдвинулся с места. Соха отчаянно хотел уйти отсюда.

Хан Джуо первым вышел из кафе, а Соха последовал за ним.

– Проводник Пэк...

Слабый голос Чо Хачхоля остановил Соха. Обернувшись, он увидел, как Чо Хачхоль растерянно пытается отрицать происходящее.

– У вас с этим эспером высокий процент совместимости?..

Этот вопрос интересовал не только Чо Хачхоля, но и всех присутствующих.

Соха не ответил сразу. Высокий процент совместимости? Этого он желал больше всего на свете. Если бы это было так, он бы расцеловал Хан Джуо в обе щеки.

Он был готов засыпать его вопросами, где тот был всё это время, и всячески умиляться. Но всё уже было кончено. Их процент совместимости был настолько низок, что Соха даже не понимал, почему Хан Джуо так отчаянно разыскивал его сегодня.

Поэтому он должен был сказать Чо Хачхолю, что это не так, но слова застряли в горле. Он знал, что, как только уйдёт, все начнут обсуждать его, и ему не хотелось давать им пищу для пересудов.

Он думал, что его самолюбие уже давно стёрлось в порошок, но тут вдруг откуда-то взялся этот ком в горле?

Молчание затягивалось, в глазах Чо Хачхоля зарождалось подозрение, и в этот момент дверь открылась, и Хан Джуо вернулся. Он схватил Соха за руку и притянул к себе.

– Мы займёмся кое-чем получше.

Он обнял Соха и взмыл в воздух.

***

Войдя в комнату стабилизации, Соха оглядел привычное, но в то же время чужое помещение и сел на стул. Его не волновало, сядет ли Хан Джуо.

Он взял планшет, проверил, какой эспер подал заявку на стабилизацию, и положил его обратно.

– Как любезно с вашей стороны подать заявку на стабилизацию.

В списке ожидания было только имя Хан Джуо. Раз уж он пришёл в кафе, значит, у него правда было что-то очень важное, что он хотел сказать.

– И в то же время, разительно жестоко, – сказал Соха, поворачиваясь к Хан Джуо на стуле. – Как бы вы ни были обижены, зачем было меня удерживать, когда я сказал, что увольняюсь?

Он наговорил ему всего, думая, что уходит, а теперь они снова встретились.

– Обижен?

– Вы же специально задержали увольняющегося проводника.

– А...

По реакции Хан Джуо Соха понял, что тот пропустил его слова мимо ушей. Как бы ни были неприятны эти слова, но он выкрикнул их от отчаяния.

Конечно, именно поэтому Хан Джуо назвал его глупцом.

Соха не скрывал своего недовольства. Он встречался с Хан Джуо всего несколько раз, но ещё никогда ему не попадался такой неприятный и раздражающий человека.

– Ты же не говорил, когда увольняешься.

– Что?

Соха опешил от неожиданных слов, произнесённых этим неприятным человеком. Честно говоря, сейчас он, наверное, выглядел глупо даже в своих собственных глазах.

– Я пришёл сюда только потому, что связался с Центром и получил подтверждение, что стабилизация возможна. И записался на неё, потому что запись была открыта.

Пока он не уволился, его регистрация в системе, как проводника, работала всё в том же, штатном режиме. Соха, потеряв дар речи, уставился на злополучный планшет. Это всё из-за тебя. Нет, из-за тебя и директора Центра.

– Вы же не за стабилизации пришли, так что давайте к делу.

– Почему ты думаешь, что я пришёл за стабилизацией?

– Если вы хотите поиграть словами, я не намерен подыгрывать.

С самого кафе у него было плохое настроение. Он привык, что его игнорируют, но появление Хан Джуо изменило атмосферу, и это затягивало Соха в какую-то трясину.

Он признавал, что сам не ушёл, потому что не желал уступать Чо Хачхолю. Похоже, остатки его самолюбия всё ещё тлели углями, а не потухли окончательно.

К тому же, появление Хан Джуо в самый подходящий момент и растерянность Чо Хачхоля доставили ему удовольствие, чего уж там скрывать.

Всё это смешалось в один клубок самобичевания, разъедающего Соха изнутри.

– Я хочу официально проверить процент совместимости.

– В этом нет необходимости, – сразу же ответил Соха.

Часы приблизительно измеряют количество энергии, передаваемой другому человеку. Но это не значит, что точность сильно снижается. Они уже проверили это с помощью стабилизации, не так ли?

К тому же, официальная проверка занимает довольно много времени. Соха, который уже сотни раз проходил через эту процедуру, скептически покачал головой.

– Я больше не прохожу проверку совместимости.

Он устал и хотел, чтобы всё это закончилось.

Но Хан Джуо, казалось, совсем не слушал.

– Приходи сюда завтра.

Он протянул визитку с названием своей гильдии. Раздражённый Соха устало вздохнул. Хан Джуо, похоже, сказал всё, что хотел, и встал с решительным видом.

– А если я не приду? – вызывающе спросил Соха в спину уходящему Хан Джуо. Один из немногих эсперов S-Класса в Корее. Какой ценный и редкий кадр.

Но Соха не понимал, почему Хан Джуо так к нему привязался. И этот эспер S-Класса ужасно ему надоел.

– И что ты будешь делать, если не придёшь?

Если бы Хан Джуо сказал, что он должен подчиниться, потому что он всё ещё проводник, Соха бы проигнорировал его. Он уже всё отпустил и не собирался слушать.

Поэтому Соха позволял себе такие дерзкие ответы. Странно, конечно, что Хан Джуо так спокойно на эти выпады реагировал, но это не значит, что Соха должен был подстраиваться под него.

– Попробуй. Посмотрим, что будет, – скупо улыбнулся и прошептал Хан Джуо, прежде чем направиться на выход. Эта самоуверенная улыбка не отпускала взгляд Соха до тех пор, пока дверь за ним не закрылась.

Да, он признавал, что большинство людей после таких слов всё равно пришли бы, хотя бы из любопытства. Но что поделать?

– Ладно. Вот давай и посмотрим, что.

Он больше не хотел быть марионеткой.

Соха вызывающе прищурился.

5 часов вечера. Когда все уходили с работы, Соха тоже вышел из центра вместе с ними. Оставив свои вещи в шкафчике и попросив Мун Роя присмотреть за ними, он отправился в путь налегке. Он шёл как обычно, но в другом направлении.

Соха направился к стоянке такси, сел в первую попавшуюся машину и поехал на автовокзал.

Достав телефон и проверив время, Соха задумался, куда ему ехать.

– Где-нибудь, где нет врат, тихо и спокойно. Интересно, есть ли такое место?

Проверив разные варианты, Соха забронировал номер в одном из пансионатов.

Так началось его путешествие, в котором он проигнорировал все приглашения на встречи.

***

– Ляпота.

Соха сцепил руки за головой и посмотрел на небо. Вчера он ушёл с работы, переночевал в первой попавшейся гостинице, а на рассвете сел на автобус, так что ещё не было и полудня. Он не спешил и шёл к пансионату пешком, но благодаря добродушному фермеру на тракторе ему не пришлось и дальше топтать ботинки. Лёжа на куче соломы в кузове трактора, он чувствовал себя как нельзя лучше.

Высокое небо, чистый воздух и зелёные горы создавали мирный пейзаж.

В отличие от города, где часто появляются врата, в сельской местности вероятность их появления была крайне мала.

Учитывая большое количество жертв в самом начале, когда врата только начали появляться, сельская местность, к счастью, осталась в безопасности. Здесь не появляются ни врата, ни эсперы.

Именно поэтому Соха решил заняться сельским хозяйством. Он не хотел жить в городе, полном эсперов и проводников. Если уж переезжать в деревню, то, конечно, заниматься сельским хозяйством.

– И вот так спокойно путешествовать…

Чем больше он думал об этом, тем больше его раздражало самодовольное лицо Хан Джуо.

«Что? Официальное обследование? Зачем мне это?»

Он уже несколько раз провёл стабилизацию и убедился, что они несовместимы. Какой смысл тратить время на официальное обследование, если от этого не будет никакой пользы? Просто смешно.

Соха цокнул языком и закрыл глаза. Яркий солнечный свет, проникающий сквозь тонкие веки, был немного ярким, но не неприятным. Это было доказательством того, что он расслабляется среди бела дня, и это ему даже нравилось.

Он закрыл глаза и наслаждался покоем, когда внезапно стемнело. Он подумал, что это облако закрыло солнце. Он и не подозревал, что солнце кто-то на самом деле заслоняет своим телом.

– Неплохо устроился.

Это был не простодушный голос фермера, а низкий, бархатистый голос. Соха так часто слышал его в последние дни, что сразу узнал, кто это.

Соха нахмурился и медленно открыл глаза. Не прошло и суток с тех пор, как он покинул центр…

– Что вам нужно?

Почему Хан Джуо здесь?

Соха демонстративно вздохнул. С тех пор, как он сел в такси, он не только не пытался замести следы, а наоборот, оставлял их на виду. Хотел, чтобы он шёл за ним? Нет. Он ехал отдыхать, так что нечего этому эсперу тут делать.

– Неужели вы не знаете, зачем я здесь?

– Знаю.

– Тогда зачем пришли?

Я же ясно дал понять, что не буду этого делать.

– Чтобы отвести тебя на обследование.

Безразличный ответ Хан Джуо окончательно вывел Соха из себя.

Черт возьми.

Фермер, заметив, что Хан Джуо забрался в кузов, остановил трактор, и Соха неловко спрыгнул на землю. Когда он спустился, Хан Джуо естественно последовал за ним, а фермер, помахав им рукой, уехал.

– Как будто мы идём на медосмотр…

Соха вздохнул от абсурдности ситуации – Хан Джуо приехал сюда ради проверки процента совместимости.

– Пойдём. Покажу тебе гильдию.

Глядя вслед удаляющемуся трактору, Соха повернулся к Хан Джуо и спросил:

– Зачем вы за мной увязались?

– Зачем?

Хан Джуо склонил голову, словно действительно не понимал, и Соха, глядя на это бесстыжее лицо, сжал кулаки.

– Я не понимаю. Почему вы так отчаянно пытаетесь меня заполучить?

– Может, это одержимость эспера? – пробормотал Хан Джуо, словно ища подходящее оправдание. Соха отвернулся.

– Кажется, где-то поблизости лает собака.

Он намекнул, что чьи-то слова сейчас ничем не отличались от бессмысленного собачьего лая, но Хан Джуо не сдвинулся с места. Он стоял так, словно был готов следовать за ним хоть на край света.

– Ты забронировал номер в пансионате? Хочешь провести проверку там? Я приготовлю для тебя мясо.

Какое ещё мясо?

Даже если он умоется, ему не удастся избавиться от прилипчивого Хан Джуо, так что остаётся только одно.

– Делайте, что хотите. Я никуда не пойду, так что несите меня на руках или на спине.

Мне всё равно.

Соха раскинул руки и плюхнулся звёздочкой на землю. Он игнорировал недоуменный взгляд Хан Джуо.

– Ты уверен, что мне можно делать всё, что я хочу?

– А когда вы не делали, что хотели? Зачем сейчас притворяться?

Не откроются ли где-нибудь врата А-Класса? Тогда этот человек отправится к вратам и оставит его в покое.

Соха смотрел в ясное небо, тщетно ища врата, и Хан Джуо издал изумлённый смешок.

– Ты меня заводишь.

– Кто бы говорил.

До сих пор Соха всё терпел. Всё, что говорил Хан Джуо, он уже слышал раньше, поэтому убеждал себя, что нет причин для волнения. Лишь однажды, когда тот заговорил об обязанностях и роли, он не смог сдержаться и разозлился, но это быстро прошло.

Всё это потому, что он давно не сталкивался с подобным. Поэтому он убеждал себя, что не нужно зря тратить нервы, и расслабил все тело.

– Эспер Хан Джуо, ты же всё видел в кафе? – Соха перешёл на «ты». – Пришёл эспер S-Класса. И все были удивлены, что он хочет встретиться со мной, тем, кого все избегают.

Брови Хан Джуо опустились.

– Избегают?

– Ну, или игнорируют? – Соха, подперев голову руками, усмехнулся. Ему стало смешно от того, как он лежит на земле, словно на своей кровати. – Да уж, и правда забавно. Кто бы мог подумать, что ко мне придёт именно такой эспер.

– А что с тобой не так?

Соха покосился на Хан Джуо.

– Что со мной не так?

– Хочешь сказать, страна кишит проводниками А-Класса? Когда я уезжал за границу, расклад дел явно был иным.

И сейчас такого нет. Несмотря на важность проводников S-Класса, их количество очень ограничено, поэтому проводники А-Класса тоже важны.

Но это относится только к нормальным проводникам А-Класса, а не к нему.

– Я… – Соха горько усмехнулся. Он понял это на собственном опыте. Процент совместимости и количество передаваемой энергии важнее класса, и он был бесполезным проводником. – Я уже через всё это прошёл, так что хватит.

Соха резко ответил и, увидев застывшего Хан Джуо, понял, что что-то не так.

– Что такое?

Почему он так отреагировал?

– Что ты прошёл? – резко спросил Хан Джуо.

– Что я прошёл? То, как меня игнорировали. Хотя, может, игнорирование – это ещё ничего. Бывало, что меня просто не замечали. Делали вид, что такого проводника, как я, просто не существовало.

Соха не понимал, зачем говорит всё это, но продолжал рассказывать о своей жизни. Сначала он думал, что просто не может найти совместимого партнёра. Тогда он, конечно, переживал, но к нему ещё по-прежнему поступали просьбы о стабилизации. Но когда количество эсперов, готовых пройти с ним проверку на совместимость, сократилось практически до нуля, пробила дно и его самоценность.

Собравшись с духом, Соха резко ответил:

– В любом случае, ты мне не подходишь, так что не нужно тут никакое официальное обследование. – Раз уж начал говорить, он решил выложить все начистоту. – Я не хочу снова разочаровываться.

Поэтому он и сбежал в деревню. Пусть это трусость, но он ничего не мог с собой поделать. Теперь от одной мысли о том, чтобы сесть в этот аппарат для проверки, у него перехватывало дыхание и кружилась голова.

Лучше уж всё бросить и уйти, чем показывать такую слабость.

Резерв? Какой резерв?

Даже если он все ещё числился в центре, он больше не был проводником.

– Пойдём вместе.

Он хотел, чтобы Хан Джуо ушёл, но тот нагло предлагал ему пойти вместе.

– Да что ж такое!

Соха резко сел и посмотрел на Хан Джуо.

– Что тебе от меня нужно?!

Зачем он постоянно появляется, раздражает его и бередит старые раны?

– Я всё это время пытался забыть. Я успешно сбежал, так зачем ты так упорствуешь?

Это все из-за Хан Джуо. Когда Соха осуждали другие, он не мог выплеснуть свой гнев на кого-то одного, но с Хан Джуо всё было иначе.

Он мог полностью выплеснуть свой гнев на него одного. Ему просто катастрофически не везло. Зачем он сейчас заговорил о стабилизации и совместимости?

– Я больше не буду проводить стабилизацию.

Соха встал и подошёл вплотную к Хан Джуо.

– Так что оставь меня в покое.

До заката ещё далеко, так что он может спокойно дойти до пансионата пешком, как и планировал.

– Пойдём вместе.

Блин, с этим попугаем бесполезно разговаривать.

Соха целеустремлённо наклонился к Хан Джуо и схватил его за запястье.

Глядя Хан Джуо в глаза, он направил в него свою энергию. К сожалению, энергии передалось совсем немного, и поток моментально прервался.

– Понимаешь? Это всё, что я могу тебе дать.

– Проверим наверняка через официальное обследование.

– Я уже всё по этому поводу сказал. Научись сдаваться.

Хоть Соха и смотрел на Хан Джуо, произнося эти слова, адресованы они были, на самом деле, его собственному отражению в глазах эспера. Он был уверен, что даже официальное обследование не изменит процент совместимости, поэтому безжалостно высмеял упрямство Хан Джуо.

Ведь он сам уже сдался, и хотел, чтобы Хан Джуо сделал то же самое.

– Я не сдамся.

– Почему? Я не хочу этого делать, так почему ты настаиваешь на обследовании?

Сохе захотелось расколоть и заглянуть Хан Джуо в голову.

Почему он так цепляется за него, когда тот ясно дал понять, что они не пара?

Под требовательным взглядом Соха Хан Джуо, в конце концов, открыл рот.

– Я хочу.

Соха замер, а затем медленно поднял голову.

– Что?

– Я хочу тебя.

Сердце Соха на мгновение забилось чаще. В то время, когда все его избегали, а этот человек постоянно появлялся перед ним, его настырность только раздражала, однако сейчас непоколебимость Соха впервые дала трещину. Он чуть было не протянул руку, чтобы Хан Джуо помог ему встать. Но, понимая, что его ждёт очередное разочарование, он прикусил губу, пытаясь подавить зачаток слепой надежды.

– Мне надоели эти разговоры, уходи.

Соха грубо махнул рукой. Похоже, Хан Джуо тоже устал от этого диалога, похожего на борьбу копья и щита. Он закрыл рот и поднял Соха на руки.

– Э?

– Держись крепче.

– Ты что, с ума сошёл?!

***

Соха посмотрел на высокое здание. Благодаря Хан Джуо, который нёс его на руках, они вернулись в город в рекордные сроки. Смысл его побега был потерян, и плечи Сохи поникли.

То, что он снова оказался рядом с Хан Джуо, лишало его сил.

– Здесь новая гильдия?

– Всё это здание – гильдия White.

Хан Джуо говорил так уверенно, что Соха нечего было возразить. Новая гильдия занимает целое высотное здание? Соха, глядя на роскошный фасад, прищёлкнул языком.

Он вспомнил свой центр. Поскольку они были кем-то вроде государственных служащих, они, естественно, получали поддержку от государства: объекты под их юрисдикцией были неплохими, но точно не такими элитными.

– А обследование обязательно нужно проходить здесь?

Он разозлился и перешёл на «ты», но Хан Джуо ничего не сказал, и это обращение закрепилось. Если бы он согласился с самого начала, было бы гораздо лучше. Вот ведь капризуля; а они, между прочим, ровесники.

– К чему вопрос?

– Ну, мы из разных организаций, зачем мне сюда приходить? Если хочешь пройти обследование, пойдём в наш центр...

– Ты же больше там не работаешь?

После этого простого факта, озвученного Хан Джуо, Соха снова закрыл рот. Хотя его заявление об увольнении ещё рассматривалось, и формально он по-прежнему числился в центре, по сути, он уже одной ногой стоял за порогом.

Честно говоря, кроме директора центра, Ким Бомхака, к нему никто хорошо не относился, и он уже давно чувствовал себя изгоем.

– Идём.

Хан Джуо первым вошёл в здание, а Соха, оставшись один, глянул себе через плечо.

«Может, сбежать?»

Нежелание послушно идти за Хан Джуо заставило его посмотреть по сторонам. Ему сперва показалось, что и чёрт бы с ним, пройдёт обследование. Когда его такие мысли посетили? Ну, разумеется, когда он летел на чужих руках по воздуху, обдуваемый ветром. Соха как представил, что этому типу тоже пришлось лететь против ветра, чтобы найти давшего дёру беглеца, так и подумалось, что продолжать и дальше упрямиться было как-то некрасиво.

Однако, оказавшись здесь, он снова перехотел проходить обследование.

– Если не хочешь, чтобы мы зашли, держась за руки, то иди за мной.

Угроза Хан Джуо подействовала, и Соха, понурив голову, вошёл в здание.

***

После короткого приветствия с главой гильдии, Ким Миён, Соха сразу же отвели в комнату для обследований, где он тупо уставился на аппарат для проверки совместимости.

От одного взгляда на это чудо инженерии к нему подкатывала тошнота и дрожали руки. А ведь раньше этот аппарат вызывал только радостное предвкушение.

Он вспомнил, как сидел здесь рядом с эсперами, с замиранием сердца ожидая результатов проверки и мечтая о светлом будущем.

– Эх, поэтому я и не хотел этого делать.

Обессиленный, он приложил руку ко лбу и вздохнул.

Пока Соха пытался совладать со своими эмоциями, в углу комнаты Ким Миён разговаривала с Хан Джуо.

– Ты все-таки привёл его.

Ким Миён посмотрела на Соха и покачала головой. Затем она с укоризной зыркнула на Хан Джуо, который так интересовался Пэк Соха, что в итоге притащил его в гильдию.

– Подготовка к обследованию завершена?

Видя нетерпение Хан Джуо, Ким Миён вздохнула.

– А что нам готовить? Нужно просто дать проводнику Пэк время настроиться.

Хан Джуо, уловив беспокойство в голосе Ким Миён, взглянул на неё. Почувствовав его взгляд, Ким Миён тоже посмотрела на него и спросила: «Что?». В их взглядах читалось непонимание, из-за чего между ними повисло неловкое ощущение.

– Зачем ему настраиваться?

Для эсперов и проводников проверка совместимости была такой же привычной процедурой, как ежедневный приём пищи. Но Ким Миён покачала головой, словно не соглашаясь с Хан Джуо.

– По крайней мере, для проводника Пэк это не так. Ему должно быть страшно каждый раз получать один и тот же результат. На его месте я бы не стала... Эй!

Ким Миён хотела снова посмотреть на Соха, но Хан Джуо резко схватил её за плечо и развернул к себе, заставив её вскрикнуть. Соха обернулся на шум, но Хан Джуо, словно ничего не произошло, покачал головой и вывел Ким Миён из комнаты.

– Что ты делаешь?

Ким Миён высвободила руку и потёрла её, а на лбу Хан Джуо возникла глубокая складка.

– Один и тот же результат?

– У проводника Пэк всего 3% совместимости. Почему ты делаешь вид, что слышишь об этом впервые?

Ким Миён воззрилась на Хан Джуо так, словно обвиняла его в том, что он притворяется, и позвала секретаря. Она распорядилась принести личное дело Пэк Соха и скрестила руки на груди.

– Так и знала, что мне что-то постоянно не давало покоя. Что ты знаешь о проводнике Пэк?

Хан Джуо не ответил на вопрос Ким Миён, а просто посмотрел на Пэк Соха.

– Ты же проходил у него стабилизацию.

– Я думал, он специально это делает.

– Специально делает что? Что ты имеешь в виду?

– Я думал, он специально прерывает стабилизацию.

У Ким Миён отвисла челюсть от слов Хан Джуо, который держался за лоб.

– Прерывает стабилизацию? Проводник Пэк?

– Он сказал, что я ему не подхожу.

Хан Джуо покачал головой, вспоминая свои разговоры с Пэк Соха.

– Ты ничего странного не замечал?

– У меня не было времени на это.

– А...

Ким Миён, которая знала о проблемах Хан Джуо лучше, чем кто-либо другой, закрыла рот.

– Я сейчас вернусь, проходите обследование.

Ким Миён хлопнула себя по лбу, сказав, что кое-что забыла, и отошла от Хан Джуо. Судя по её быстрым шагам, дело было действительно срочное.

Оставшись один, Хан Джуо вспомнил слова Соха.

[Я всё это время пытался забыть. Я успешно сбежал, так зачем ты так упорствуешь?]

Теперь он понял, что чувствовал Пэк Соха, когда кричал на него.

Хан Джуо говорил, сам ничего не зная. Его невежество причинило боль другому человеку.

– Эм...

Хан Джуо поднял голову на зов и увидел Пэк Соха, который неловко потирал шею.

– Судя по всему, обследование не понадобится.

Он не слышал их разговора, но и так все понял.

– Это не первый раз, так что... Тебе, наверное, сказали, что проверка все равно покажет только 3%, так зачем её проходить.

Он посмотрел на Хан Джуо, словно спрашивая, не пожалел ли тот, что привёл его сюда, попусту потратив время.

– Лично мне всё равно, так что давай просто отменим всё это сейчас.

Соха устало покачал головой из стороны в сторону и прошёл мимо Хан Джуо. Его лицо посветлело – видимо, он обрадовался, что ему не придётся проходить обследование.

Но радость была недолгой.

Хан Джуо, подобно ветру, преградил ему путь.

– Вот и узнаем наверняка.

Он что, думает, что раз уж они уже пришли, то пути назад нет?

Соха, уставший спорить с Хан Джуо, коротко кивнул.

– Ладно. Тогда пойдём.

Сдавшись, Соха развернулся и направился к аппарату.

Соха забрался в аппарат и сел на своё место, а рядом с ним на своё опустился Хан Джуо. Аппарат просканировал их и вывел их лица на экран, а затем на полусфере загорелся свет. Тот самый свет, к которому Соха привычно прикладывал руку. Он посмотрел на зелёную полусферу, которая всегда приносила ему только разочарование, и поднял руку. Хан Джуо тоже приложил руку к полусфере рядом с собой, и обследование началось.

Теперь оставалось только одно. Соха направлял свою энергию в полусферу, а Хан Джуо принимал энергию, передаваемую аппаратом.

Процедура занимала не так много времени, но его хватало, чтобы заскучать, так что оставалось только смотреть в пустоту или разговаривать.

– Я подумал, почему ты так упорствуешь.

Соха на мгновение замолчал, чувствуя тепло полусферы на своей ладони, а затем повернулся к Хан Джуо.

– И пришёл к выводу, что причина может быть только одна.

Пэк Соха задумался, почему Хан Джуо так к нему липнет. Он считал, что уже полностью раскрыл свой потенциал перед Джуо, и тот вряд ли заинтересован в его способностях проводника. Он же проводник с низким процентом совместимости, а Хан Джуо – эспер высшего класса.

Однако…

Стоило копнуть чуть глубже, и открывалась другая перспектива. Например, что если визит вовсе не связан со стабилизацией?

Тогда остаётся лишь один вариант.

– Ты ко мне неровно дышишь?

Хан Джуо, смотревший прямо перед собой, медленно повернул голову и встретился с ним взглядом. Его зрачки постепенно теряли цвет, но лицо Соха оставалось бесстрастным.

– Ты сам сказал, что хочешь меня.

Этот Хан Джуо… испытывает ко мне симпатию.

Соха, не отрывая взгляда от Хан Джуо, ухмыльнулся.

– Ты с нашей первой встречи глаз с меня не сводил. Влюбился, да?

– Я? Влюбился? В кого?

Хан Джуо нахмурился, словно не понимая.

– Ты же даже пальцем меня манил.

– Это…

Хан Джуо открыл рот, но тут же закрыл. Когда он впервые проходил стабилизацию, Пэк Соха резко отдёрнул от него руку. Это вызвало у Хан Джуо одновременно раздражение и острое желание повторить процедуру. Однако это вовсе не означало влюблённость, и Хан Джуо хотел было объясниться, но Соха его опередил.

– Ты постоянно ко мне приходишь и просишь о стабилизации под надуманными предлогами. Это очень подозрительно.

На такую наглость Хан Джуо лишь молча смотрел перед собой.

– Тебе всё равно, что другие косо смотрят на наше общение. Ты даже в деревню за мной приехал. Всё ясно…

До конца обследования оставалось ещё 10 минут. Соха посмотрел на время, и его улыбка исчезла.

– Если ты не влюблён, то скажи настоящую причину.

Насмешливый тон Соха внезапно сменился на серьёзный. Всё, что он говорил до этого, было лишь дурачеством.

Соха с самого начала знал, что Хан Джуо пришёл не из-за симпатии. Соха лишь хотел вывести его на чистую воду, заставив раскрыть истинные мотивы.

Когда притворная улыбка исчезла, лицо Соха стало безжизненным. Он смотрел на Хан Джуо пустыми глазами, словно кукла, лишённая эмоций.

С появлением этого человека его с таким трудом обретённое спокойствие было нарушено. Из-за Хан Джуо его настроение постоянно скакало, словно лодка в штормовом море.

Видя молчание Хан Джуо, Соха невольно усмехнулся.

– Слов нет, да?

Прочитав на экране сообщение о том, что можно убрать руку, Соха размял затёкшие плечи и сказал:

– Это последний раз. Больше не приходи. Если ещё раз появишься, я сообщу в Комитет по Правам Проводников.

Закончив свою угрозу, Соха убрал руку с полусферы. Он разминал затёкшее запястье, когда Хан Джуо повернулся к Ким Миён.

Их взгляды встретились. Она покачала папкой, давая понять, что получила то, что нужно. Хан Джуо едва заметно кивнул.

– Хочешь внимания?

Услышав вопрос Хан Джуо, Соха, отходивший от аппарата, споткнулся. Едва удержавшись на ногах, он искоса взглянул на Хан Джуо.

– Хочу внимания? Я сказал тебе отстать, потому что ты ко мне липнешь.

– Одно и то же. Звучит так, будто ты хочешь, чтобы я был к тебе неравнодушен.

– Я не это имел в виду. Почему ты всё перекручиваешь?

– Я лишь озвучиваю то, что ты хочешь услышать.

– Ты с ума сошёл. Совсем спятил.

Соха рассмеялся, глядя на Хан Джуо. Откуда взялся этот эспер, что решил так издеваться над ним?

– Может, тогда я кое-что предложу? – прошептал Хан Джуо, глядя на покрасневшее от жара аппарата лицо Соха. – Давай встречаться.

Признание после проверки на совместимость…

Соха почувствовал взгляд Хан Джуо на своём лице и пробормотал:

– Ты что, предлагаешь мне встречаться в романтическом смысле?

– Стань моим личным проводником.

Вопрос Соха был проигнорирован, перекрытый улыбкой Хан Джуо. Как ни смешно, Хан Джуо был заинтересован в нём, в Пэк Соха, как в проводнике.

Если бы он сказал, что влюбился во внешность, это было бы понятно… но интерес к нему как к проводнику…

Соха перевёл дыхание и ответил на признание Хан Джуо:

– Иди к чёрту.

***

Выйдя из здания, Соха выпустил затаённое дыхание.

– Мир окончательно предал меня.

Цифра 3 на экране. Когда Хан Джуо предложил ему стать его проводником, взгляд Соха метнулся к цифре на дисплее. Он чувствовал, что энергия плохо проходит через полусферу. Было слишком много причин не надеяться. Показатели на часах, несколько неудачных попыток стабилизации, отсутствие каких-либо ощущений при контакте с ним – всё это предвещало неутешительный результат. И всё же, увидев цифру, он почувствовал, как его сердце обливается кровью.

Так и знал. Зря повёлся на предложение и понадеялся на чудо. Соха яростно взъерошил волосы и опустился на землю.

– Я, похоже, совсем ни на что не гожусь.

Судя по всему, он не способен стать проводником, полезным хоть кому-то.

***

Ким Миён с серьёзным лицом подошла к Хан Джуо.

– Ты серьёзно хочешь сделать его своим личным проводником?

Она разрешила Хан Джуо действовать по своему усмотрению во время обследования, но это не означало согласия на установление отношений проводник-эспер. Она узнала, что Соха подал заявление об уходе из Центра, и хотела предложить ему перейти в гильдию White, но не образовывать пару. Тем более с совместимостью всего 3% – это был бы беспрецедентный случай.

От проводника с низкой совместимостью нельзя ожидать полноценной стабилизации. Ким Миён не понимала, зачем Хан Джуо добровольно идти на такой риск и неудобства.

– Должен.

– Должен? Ты понимаешь, что значит быть связанным с проводником? Или ты, ни разу не имевший таких отношений, недооцениваешь их важность?

– Я это сделаю.

Упрямство Хан Джуо заставило Ким Миён ударить себя в грудь.

– Боже, какой ты непробиваемый! Связь с проводником – это когда вы друг для друга на первом месте. Это важнее, чем боевой товарищ, с которым спина к спине идёшь в бой.

– Важнее, чем товарищ, который может спасти жизнь?

– Конечно. Эспер может отрубить лапу монстру, замахнувшемуся на него, но это всё. С проводником иначе.

Голос Ким Миён стал серьёзнее, и Хан Джуо тоже притих.

– Проводник – это тот, кто успокаивает эспера, живущего бок о бок со смертью. Это тот, на кого можно положиться морально. Ты думаешь, Пэк Соха на это способен?

– Поэтому нельзя образовывать пару с кем попало?

На слова Ким Миён Хан Джуо ответил вопросом.

– Да. Иначе зачем бы я тебя отговаривала? Никогда не относись к образованию пары с проводником легкомысленно. Ты же знаешь, что импринтинг часто происходит именно в таких отношениях.

– Тогда это более чем веская причина удержать Пэк Соха.

– Что?

Спокойный тон Хан Джуо, за которым скрывалась непоколебимая решимость, дал Ким Миён понять, что все её слова прошли мимо ушей.

– Я понимаю твои чувства, но разве это поможет его удержать? Это может плохо кончиться для вас обоих, – пыталась отговорить его Ким Миён. – Тебе просто нужно не доводить себя до предела. Мы же договаривались, что если не найдётся подходящий проводник…

– Я нашёл его.

– …

Пока Ким Миён колебалась, Хан Джуо повторил свои слова.

– Он единственный, чья стабилизация на меня действует, когда я на грани срыва. Я не могу от него отказаться.

Низкий процент совместимости его, конечно, беспокоил, но куда больше его привлекал тот факт, что Пэк Соха – единственный, кто может остановить его перегрузку.

– Как ты и сказала, он единственный, на кого я могу положиться морально.

– И поэтому ты хочешь заключить с ним союз?

– Хочу.

Хан Джуо кивнул и посмотрел в окно. Пэк Соха, ещё не успевший уйти далеко, стоял, уперев руки в бока, и тяжело дышал от возмущения.

Неужели предложение стать проводником настолько возмутительно?

Хан Джуо украдкой взглянул на Ким Миён. Прямо перед ним тоже был человек, готовый взорваться. Видимо, его предложение действительно было странным.

– Но что поделать, – Хан Джуо подпёр рукой подбородок и посмотрел на Пэк Соха. Тот топтался на месте, постоянно вздыхая от досады. – Раз уж я его нашёл, я его не отпущу.

Он выяснил, что Соха не халтурил со стабилизацией намеренно, и больше не видел смысла сомневаться.

– Лучше уж иди к проводнику Чин Гамин и проси её стать твоим партнёром. Она будет постоянно рядом и стабилизировать тебя, и ты не дойдёшь до срыва. Как тебе?

Ким Миён, обрадовавшись собственной идее, просияла, но, встретившись с взглядом Хан Джуо, тут же помрачнела.

– Ты меня совсем не слушаешь.

Увидев лёгкую улыбку на губах Хан Джуо, Ким Миён поняла, что дальнейшие уговоры бесполезны, и вздохнула.

– Этот мальчишка точно сведёт меня с ума.

Зря она позволила ему заинтересоваться Пэк Соха.

Соха указательным пальцем собрал капельки воды со стакана и стал рисовать на столе. Круг, квадрат, треугольник, сердце, звезда, ромб, прямоугольник, овал... Пока он выводил фигуры, которые приходили ему на ум, первый нарисованный круг почти полностью исчез.

Что ж, придётся нарисовать его снова. Круг, квадрат, треугольник...

– Что ты там делаешь?

– Рисую.

– И зачем ты это делаешь здесь?

Ким Бомхак смотрел на него с таким непониманием, что Соха лишь пожал плечами и продолжил рисовать. Круг, треугольник, квадрат...

– Скучно.

– Иди работай.

– Я всем сказал, что увольняюсь. Как я могу после этого спокойно сюда приходить?

– Я приостановил рассмотрение твоего заявления.

– Мне это не нравится.

Соха залпом допил свой американо со льдом. Затем перевернул стакан и потряс им, проверяя, не осталось ли там чего-нибудь. Ким Бомхак поморщился. Вот уж Соха не думал, что тот такой чистюля.

– Поползли слухи, что у нас с директором роман. Если вы скажете, что приостановили моё увольнение, все решат, что вы меня не отпускаете именно из-за этого. Вы хотите, чтобы эти слухи разгорелись ещё сильнее?

– ...Хватит.

Ким Бомхак прижал пальцы к вискам, и Соха замолчал, вернувшись к своим рисункам. Американо закончился, и на стакане больше не образовывались капли, но пускай. В конце концов, искусство – это выражение того, что рождается в голове. Пусть другие и не видят траекторию движения его пальца, главное – чтобы он сам был доволен. И в этом смысле – круг, треугольник, квадрат.

– Мне кажется или ты устраиваешь забастовку, требуя подписать твоё заявление.

– На вашем месте я бы не стал тянуть с этим делом.

Соха откинулся на диван, словно желая подчеркнуть свои слова.

– Я буду сидеть здесь до тех пор, пока вы не подпишите моё заявление. Если хотите от меня избавиться – подписывайте быстрее.

– Я же сказал, что пока не могу.

– Ну, тогда и я ничего не могу поделать. Буду сидеть здесь, пока слухи не раздуются до невероятных размеров, и все окончательно поверят в наш роман.

Соха сцепил руки за головой и уставился в потолок. Погода прекрасная, а он вынужден смотреть на этот унылый потолок...

– Хорошо у вас в кабинете. Мне нравится.

Ему не нужно ничего делать, и от этого на душе становилось легко. В конце концов, какая разница, где бездельничать – на улице, где хорошая погода, или в душном офисе.

Соха перевернулся на другой бок и посмотрел на Ким Бомхака.

– Я передумал. Не подписывайте моё заявление. Я буду здесь отдыхать.

– Ты... ты...

Соха подмигнул Ким Бомхаку, чьи пальцы мелко дрожали, и снова развалился на диване.

Прийти в кабинет директора и разлечься на диване, требуя подписать заявление об уходе... На такое способен не каждый. Только он.

«Только тот, у кого есть на то причины, как у меня.»

Судя по его лицу, у него действительно было немало проблем. Наверное, поэтому директор и жалел его, не выгоняя...

Тук-тук.

– Войдите.

Как только Ким Бомхак разрешил войти, дверь распахнулась, и Соха резко приподнялся.

Что такое?

Увидев вошедшего мужчину, Соха широко раскрыл глаза, а затем перевёл взгляд направо. Ким Бомхак приветствовал Хан Джуо так радушно, что, похоже, знал о его визите.

– Выходит, вы не из жалости меня держали?

– Я держал тебя, чтобы он тебя забрал.

– Вот так да...

Соха изумлённо рассмеялся. Ким Бомхак не только пожал Хан Джуо руку, но и похлопал его по плечу.

– Позаботься о нашем проводнике Пэк.

– Не подведу.

Соха молчал, а эти двое устроили целый спектакль.

– Кто не знает, подумает, что вы отец невесты.

Он же не на свадьбе, чтобы так отдавать свою дочь жениху... наверное, Соха просто показалось.

– Ты молчи.

– Если я вам не нужен, то я помолчу.

Ким Бомхаку явно не понравился ответ Соха. Но разве не Соха должен обижаться на то, что его не предупредили о визите Хан Джуо?

– Я слышал, ты проходил проверку на совместимость с эспером Хан Джуо.

А, вот почему директор обиделся.

– Из-за этого? Я не говорил, потому что ничего особенного не произошло.

Его последняя, во всех смыслах, проверка на совместимость. Результат, разумеется, 3%.

И что, он должен был об этом докладывать?

– Как это ничего особенного?! Если ничего особенного не произошло, то почему эспер Хан Джуо пришёл сюда? И из гильдии White тоже звонили.

Ким Бомхак, поглядывая на Хан Джуо, отчитывал Соха. Чувствуя приближение нотации, Соха встал с дивана, разглаживая помятую одежду. Пока он отряхивал рукава и поправлял брюки, его мозг лихорадочно работал.

Результат проверки на совместимость с Хан Джуо – неизменные 3%. Все, кто видел этот результат, разочарованно отворачивались от него. Но Хан Джуо, увидев ту же цифру, предложил ему стать его проводником.

Соха уже и не мечтал о том, что когда-нибудь станет чьим-то проводником... Всё произошло так внезапно, что он просто не был способен поверить в искренность намерений Хан Джуо.

И сейчас он чувствовал то же самое.

– Зачем вы пришли? – Соха нарочито держался от Хан Джуо на расстоянии.

– Ты то на «ты», то на «вы»... Определился бы уже. Когда тебе удобно, ты и на «ты» можешь...

– Чем обязан вашему визиту в столь ранний час?

Соха сложил руки и почтительно посмотрел на Хан Джуо, словно перед ним стоял почтенный старец. Хан Джуо недовольно изогнул бровь.

И что с того? Соха намеренно вёл себя вызывающе, не желая подстраиваться под Хан Джуо. Ким Бомхак, молча наблюдавший за ними, цокнул языком.

Что, он должен тут улыбаться и брать жениха за ручку? Соха гневно глянул на Ким Бомхака.

– Мелочный он какой, – пробормотал Ким Бомхак, прикрывая ладонью лоб. Соха презрительно фыркнул и отвернулся.

– Я пришёл за тобой.

Соха проигнорировал слова Хан Джуо. Он знал, что тот скажет, и какой будет его ответ. Зачем тратить время и силы на бессмысленный спор?

От одной мысли об этом на Соха накатывало изнеможение. Он апатично помахал рукой.

– Мне нечего вам сказать. Уходите. Нам больше нечего обсуждать, и мы больше не увидимся.

На этом можно и попрощаться. Соха решительно повернулся к Хан Джуо спиной и оказался лицом к лицу с Ким Бомхаком.

«Почему ты упускаешь такой шанс?»

Ким Бомхак смотрел на него, нахмурив брови. Соха усмехнулся.

«Вы считаете это хорошим шансом?»

На первый взгляд, стать проводником эспера S-Класса – большая удача. Но что на самом деле?

Он сможет передать лишь крохотную часть своей энергии. Лучше уж с самого начала отказаться, чем постоянно извиняться перед Хан Джуо и отводить взгляд.

«Может, ещё раз подумаешь?»

Ким Бомхак снова вопросительно посмотрел на него. Соха лучезарно улыбнулся, а затем моментально посерьёзнел.

«Нет.»

Он твёрдо решил не отступать от своего решения, когда подавал заявление об уходе. Ему не в чём сомневаться.

– Ты... ты...

Ким Бомхак протянул руку, словно хотел схватить его, но Соха отделался улыбкой. Издавна известно, что против улыбки нет оружия. Поэтому он старательно улыбался, чтобы не попасться в руки директора.

Он больше не хотел работать проводником и ясно дал это понять. Он подал заявление об уходе, и теперь может спокойно уйти.

– Я пошёл, – Соха открыл дверь и помахал рукой Ким Бомхаку и Хан Джуо.

Наконец-то он свободен.

***

– Фух. Вроде всё, – Соха вытер пот со лба рукавом и посмотрел на коробки. Ему нужно было освободить комнату в общежитии, поэтому после подачи заявления он сразу начал собирать вещи. Вещей оказалось гораздо больше, чем он ожидал.

– Надо было позвать Мун Роя.

Конечно, он имел в виду не то, что нужно было нанять грузчиков, а то, что можно было бы заставить друга поработать на него, но всё равно никто бы его не услышал.

– Теперь нужно всё это перевезти... ух...

Соха смотрел на сложенные в углу коробки, когда внезапно налетел сильный ветер. Он зажмурился, прикрывая глаза рукой.

Он оставил окно открытым, чтобы проветрить комнату, но этот ветер был похож на настоящий ураган. Соха хотел было посмотреть, откуда он дует, но ветер был настолько сильным, что он не мог открыть глаза. Он попятился назад.

– Ух, неужели... врата открылись?

Врата могли появиться где угодно. Когда они появлялись и фиксировались, можно было определить их класс и предсказать, когда они закроются, но от воздействия на окружающую среду в момент их появления никуда не деться.

Когда ветер немного стих, Соха прищурился и посмотрел вперёд. Тщательно упакованные коробки развалились, а скотч порвался.

Как он и предполагал, открылись врата. И, как он не предполагал, перед ним стоял человек, который частично заслонил его от ветра.

– Чёрт.

Не мог появиться раньше, до того, как я собрал вещи?

Непонятно, на кого он злился – на врата или на Хан Джуо.

Задача: Описать чувства, когда в твоём доме открываются врата.

– Ну не везёт, так не везёт.

Проблема была бы и в том случае, если бы это был его собственный дом, но в чужом доме – проблема вдвойне. Это было общежитие, предоставленное Центром, место, с которым Соха уже попрощался, но тут вдруг открылись врата.

Ветер трепал его волосы, и холод пронизывал до самого сердца.

– Интересно, сколько мне придётся заплатить за ущерб?

Конечно, это – стихийное бедствие, и страховка должна покрыть большую часть расходов, но наверняка какая-то часть ляжет на него. Соха только что стал безработным, и каждая копейка была на счету. Мысль о том, что ему придётся потратить деньги впустую, была невыносима.

Посокрушавшись немного, Соха взял телефон и набрал номер.

– [Что такое?]

– Это не я!

Ким Бомхак сходу спросил «что такое?», а он, недолго думая, заявил о своей невиновности. Оба хороши.

– У меня дома открылись врата. Да-да. Я не пострадал, но дом сильно разрушен. Хорошо.

Пока он отвечал на вопросы о том, как открылись врата, не пострадал ли он, он почувствовал на себе чей-то взгляд и поднял голову.

Он не забыл о человеке, стоящем напротив. Просто из-за внезапно возникшей ситуации он на время отвлёкся.

– Я всё равно собирался уходить, так что всё в порядке. Да. Я кладу трубку.

Сообщив Ким Бомхаку о случившемся, Соха закончил разговор и пристально посмотрел на Хан Джуо.

Ему нужно было кое-что сказать и этому типу. Не отводя от него взгляда, Соха вытянул руку в сторону.

– Это вы оплатите?

Он указал на выломанную Хан Джуо дверь. Даже если появиться без предупреждения, какой-нибудь след всё равно останется. Тем более, что этот тип даже не пытался контролировать свою чудовищную силу, и дверь разлетелась в щепки.

Хан Джуо повернул голову, посмотрел на дверь, а затем снова на Соха.

– Картой можно расплатиться?

– ...Почему вы спрашиваете меня?

Иди и спроси там, где будут ремонтировать дверь. Соха тяжело вздохнул и сел на пол.

Все коробки были разломаны, и он не представлял, что теперь делать и что брать с собой.

– Я только хотел начать жить спокойно, но почему всё так сложно?

То эспер предлагает стать его личным проводником, то заявление об уходе не подписывают, а теперь ещё и врата? Да ещё и прямо у него дома. Просто не везёт.

– Может, это знак, что я должен продолжать работать проводником?

Тогда пусть хоть вселенная процент совместимости повысит.

Его загнали в угол, не оставив выбора. Соха вздыхал, глядя на развороченные коробки, когда Хан Джуо похлопал его по плечу.

– С этим что будешь делать?

Соха проследил за взглядом Хан Джуо и поднял голову. Перед ним были врата, похожие на чёрную дыру.

– Это не моя забота. Что я могу с этим сделать?

Раз уж появились врата, скоро сюда прибудут сотрудники Центра Администрирования Врат. Они оценят класс врат и направят сюда соответствующую команду.

И Соха это совершенно никак не касалось.

– Это как раз твоя забота, – Хан Джуо продолжал гнуть свою линию, словно не понимая очевидного. Вот же эгоист. – Врата открылись в твоём доме. Более того, ты привёл сюда меня. У нас есть право войти туда.

– Это не мой дом. И даже если бы был, какое право я имею входить во врата? Что за чушь...

Соха, совершенно не понимая логики Хан Джуо, вдруг с тревогой посмотрел на него.

Неужели он говорит про хозяина дома, потому что...

– Мы из Центра Администрирования Врат. Просьба отойти.

В этот момент в разрушенном дверном проёме появился человек с бейджиком, на котором красовалась аббревиатура «Центральный Орган Администрирования Врат». Хан Джуо вышел вперёд.

– Хан Джуо.

Он протянул руку ответственному лицу, предлагая рукопожатие. Соха, невольно подняв на него взгляд, изумлённо ахнул. Этот Хан Джуо... он использовал ветер, чтобы усилить рукопожатие.

– Вы эспер? – спросил ответственный, узнав его.

Хан Джуо достал из бумажника удостоверение эспера, показал его и убрал обратно.

– Я был здесь, когда открылись врата. Я хочу лично войти туда. Это возможно?

– Мы собирались оценить класс врат и обратиться в ближайший Центр Эсперов или гильдию, но раз уж эспер Хан Джуо вызвался войти лично, думаю, с этим не возникнет проблем.

– Спасибо. Я беру на себя ответственность за зачистку.

– Ваши слова вселяют уверенность.

Эсперы S-Класса были известны своей флегматичностью и непостоянством, поэтому ответственный не видел причин отказываться от помощи Хан Джуо, который вызвался с такой готовностью.

Ответственный отошёл, попросив немного подождать, пока он доложит о ситуации. Хан Джуо с самодовольной улыбкой посмотрел на Соха. Этот взгляд говорил: «Ну что, я же был прав?». И это ужасно раздражало.

Соха, всё ещё сидевший на корточках, встал, чтобы размять затёкшие ноги. Стараясь не отставать от Хан Джуо, он отряхнул одежду и взял свою дорожную сумку, стоявшую в углу.

Хорошо, что он на всякий случай собрал сумку с вещами на несколько дней.

– Я не говорил, что пойду с вами. Я ухожу, – Соха лучезарно улыбнулся и помахал рукой, наблюдая, как лицо Хан Джуо каменеет. – Было приятно познакомиться, и давайте больше не встречаться.

Деньги на ремонт дома?

Он потом как-нибудь с этим разберётся. Сейчас главное – убраться подальше от Хан Джуо.

***

– То есть ты бросил эспера Хан Джуо там и ушёл?

– Ага, – Соха рассеянно смотрел в потолок, отвечая на вопрос Мун Роя. – Он, наверное, сейчас занят. Пока определят класс врат и начнут зачистку, пройдёт немало времени.

Он сам сказал, что лично займётся зачисткой, так что придётся ему сдержать своё слово.

– Подождать, пока он войдёт во врата, а потом сбежать... ты даёшь, – сказал Мун Рой.

Соха, возмущённый его словами, приподнялся на диване.

– А что, мне нужно было ждать, пока меня затащат туда? Я не эспер, я проводник! Причём с самым низким процентом совместимости!

– Ой, да ладно тебе, разыгрываешь тут жертву?

Мун Рой невозмутимо парировал слова Соха, которые должны были вызвать у любого сочувствие.

– Ты же сам мотался по всем вратам, чтобы найти подходящего эспера. У тебя теперь опыта больше, чем у некоторых эсперов.

Пусть и по не самым благовидным причинам, но он действительно приобрёл богатый опыт походов в подземелья. Его процент совместимости был низок, но по опыту прохождения врат ему не было равных среди коллег. Всё это благодаря изменениям в законодательстве, касающемся врат.

Раньше, когда появлялись врата, эсперы и проводники ломились туда толпами, не разбираясь в классе опасности. Были жертвы, а из-за нехватки проводников случались срывы.

Кроме того, эсперы дрались между собой за трофеи, полученные от монстров, а неопытные новички, рвавшиеся во врата, часто попадали в неприятности. Поэтому постепенно в систему вносились изменения.

Во-первых, одному и тому же эсперу запретили входить во врата несколько раз подряд. Во-вторых, один Центр или гильдия больше не могли монополизировать врата.

Именно поэтому был создан государственный Центр Администрирования Врат. Было решено, что защита ограниченных ресурсов – эсперов и проводников – не менее важна, чем зачистка подземелий. Поэтому для регулирования и баланса этих ресурсов был создан Центр Администрирования.

Именно это правило и нарушал Пэк Соха. Он подавал заявки на вход во врата каждый день, хотя по правилам можно было входить только два раза в месяц.

Сначала директор Ким Бомхак пытался его вразумить, но, видя, что Соха никак не может найти подходящего эспера, махнул на него рукой и выдал ему специальное постоянное разрешение.

За 4 года работы проводником Соха побывал в подземельях более тысячи раз, и его опыт превосходил опыт многих эсперов.

– Найди мне ещё кого-нибудь, кто так же хорошо обустраивает лагерь и разводит костёр, как ты.

– Это просто навыки выживания.

– Эти навыки очень полезны. Скажи честно, эсперы, о которых ты заботился, на следующий день же сражались лучше, чем обычно?

Соха, не найдясь, что ответить, лишь чмокнул губами и снова лёг на диван.

Если появлялся эспер, с которым он хотел пройти проверку на совместимость, он не отставал от него ни на шаг. Он постоянно ходил во врата. Он хватал эсперов за одежду, умолял, уговаривал.

В подземельях не было зданий, поэтому приходилось ночевать под открытым небом. В таких условиях Соха заботился о том, чтобы эсперы могли нормально поесть и поспать.

Но все эти усилия лишь методично разрушали его надежду.

– В общем, Пэк Соха, ты способный парень, даже если не брать в расчёт стабилизацию.

– Ахинею несёшь.

– Я просто хочу сказать, что всё это время ты старался не зря.

Соха молча слушал искреннюю похвалу Мун Роя, не выдавая своих чувств.

Этот парень не стал бы говорить неискренне. Он бы лучше промолчал, чем сказал бы пустые слова. Значит, он говорил от чистого сердца.

«Но мне от этого не легче.»

Рана в его сердце, очевидно, ещё не зажила. Раз он не может порадоваться словам Мун Роя.

Или это просто он сам такой никчёмный.

Телевизионный экран был заполнен всевозможными трофеями, добытыми из врат.

– Говорят, это из тех врат, что открылись у тебя дома.

– Если быть точным, то в общежитии Центра.

– То есть, у тебя дома.

– Да что ты...

«Думаешь, я не замечу, если ты просто немного изменишь формулировку?»

Соха, сидевший на диване, положил правую ногу на плечо Мун Роя. Мун Рой, не оборачиваясь, стряхнул его ногу со своего плеча.

– Куда ты суёшь свои вонючие ноги?

– Не нравится – отойди. Чего ты пристал ко мне и жрёшь мою картошку?

Соха скомкал пустой пакет из-под гамбургера и ткнул Мун Роя в спину.

– Съел немного картошки и уже начинаешь буянить?

– Тогда покупай себе картошку сам. Думаешь, сейчас есть доставка, которая привезёт только картошку фри?

– Купи ещё один гамбургер.

– Я наелся.

– Тогда и картошку не ешь.

– Это разные вещи.

Пока они вели этот бессмысленный диалог, их взгляды не отрывались от телевизора.

– Зря ты не вошёл во врата. Сколько бы ты получил за такое количество трофеев!

Среди монстров попадались очень ценные экземпляры, и эти врата, похоже, были настоящей золотой жилой. Судя по тому, сколько тележек с трофеями вывозили оттуда, эсперы и проводники, участвовавшие в зачистке, неплохо заработали.

– Ты бросил такую золотую жилу...

– Заткнись.

– Признайся честно, жалеешь, что не пошёл с Хан Джуо, когда он тебя позвал?

– Мун Рой...

Насмешки Мун Роя наконец-то вывели Соха из себя.

– Ты до сих пор считаешь, что я должен цепляться за эсперов?

Голос Соха обессилел, и он опустил голову. Мун Рой встревоженно замахал руками.

– Да я же просто так сказал... Конечно, ты не такой меркантильный, чтобы лезть в любые врата, не зная, что там внутри... Прости, я погорячился.

Поняв, что ситуация выходит из-под контроля, Мун Рой отложил недоеденный гамбургер. Он украдкой посмотрел на Соха, пытаясь понять, как ему загладить свою вину, но тот сидел, понурив голову, и его лица не было видно.

Вид поникшего Соха разжалобил Мун Роя. Какие там трофеи, какие деньги... Этот парень решил уйти из этого мира. Он пытался забыть обо всех своих обидах, а он тут со своими глупыми шутками...

– Слушай... один гамбургер как-то не очень... Может, рамен сварю?

– Угу...

Мун Рой каким-то чудом расслышал тихий ответ Соха и бросился на кухню. Соха поднял голову, услышав, как тот ставит кастрюлю на плиту, а затем зыркнул на телевизор.

– Он что, не понимает слова «нет»?

Голос Соха, который должен был быть подавленным, снова звучал как обычно, словно его ничем и не проняло. Он обернулся на суетящегося на кухне Мун Роя и цокнул языком. Если бы его друг видел, как Соха целыми днями валяется на диване после увольнения, то не стал бы думать, что он переживает из-за того, что не может работать проводником.

Но один тип всё никак не мог угомониться.

– Думаешь, я на это поведусь? Теперь, даже если...

Соха потянулся за оставшейся картошкой и вдруг замер, увидев что-то на экране.

***

– Пододвинь что-нибудь, куда можно поставить тарелки, – Мун Рой вышел из кухни, держа в одной руке кастрюлю с раменом, а в другой – кимчи. – Я добавил туда красный перец и зелёный лук... Эй, а ты где?

На столе остались только недоеденный гамбургер и картошка фри. Он поставил всё на стол и принялся искать Соха, но того нигде не было. Пока Мун Рой недоумённо озирался, из телевизора донёсся голос диктора, восхвалявшего эспера, который больше всех отличился в зачистке последних врат.

***

Чем ближе он подходил к вратам, тем больше становилось людей. Съёмочные группы телеканалов, репортёры, сотрудники Центра, всё ещё занятые вывозом трофеев, и, конечно же, эсперы и проводники из гильдии, которая занималась зачисткой.

Среди этой толпы Соха в своих удобных спортивных штанах и неторопливой походкой выглядел белой вороной.

– Зря я пришёл, – он почесал смятые от долгого лежания на диване волосы. Может, сделать вид, что ничего не случилось, и вернуться домой? – Закончил зачистку – иди и получай стабилизацию. Или у него нет проводника, который вошёл с ним? Почему...

Он невольно начал ворчать, но вдруг осёкся.

Ему не составляло труда смотреть на телевизионный экран, заполненный кадрами из его бывшего общежития, где открылись врата. А смотрел он потому, что ему было просто интересно увидеть знакомое место по телевизору. И на этом всё должно было закончиться.

Однако этот самый экран в какой-то момент целиком заполнил Хан Джуо, выделявшийся среди других эсперов в одинаковой боевой форме своим необычайно бледным лицом. То ли из-за того, что камера сама собой, словно по волшебству, наводилась на него, то ли из-за его приметной внешности.

Образ изнурённого Хан Джуо словно застыл на экране, и, очнувшись, Соха обнаружил, что стоит перед своим бывшим домом. Он почувствовал себя так, словно вернулся в реальность после долгого сна. Он нервно теребил воронье гнездо на голове и переминался с ноги на ногу.

Он был в шлёпанцах, и его пальцы пачкались о землю. Он выглядел как безработный, пришедший поглазеть на чужое несчастье.

– Может, всё-таки уйти? Что я могу сделать, даже если найду Хан Джуо? Его бледное лицо может быть из-за освещения, а синие губы – из-за того, что в подземелье было холодно, как в Сибири... Блин...

Он пытался найти разумные объяснения, но сам понимал, что это всё глупости.

Он мог определить по виду останков монстра, в каких условиях тот обитал, и версия про Сибирь была совершенно нелепой.

– Просто посмотрю на него и уйду.

Он честно признался себе, что пришёл сюда и не может просто так уйти.

Раз уж он решил, то больше не колебался. Он знал, где найти Хан Джуо. Тот наверняка никуда не ушёл.

Соха засунул руки в карманы и поплёлся к дому, шаркая шлёпанцами.

Он остановился перед жёлтой лентой ограждения, которую натянул Центр, и к нему подошёл охранник.

– Вход запрещён.

– Я здесь работаю.

Соха спокойно указал на дом, но охранник не поверил. Судя по его одежде, он был похож скорее на зеваку.

– Это мой дом.

– А...

Он ещё не показал ни удостоверение личности, ни пропуск, ни какие-либо другие документы, но охранник уже проникся к нему сочувствием.

Конечно, мысль о том, что у тебя дома открылись врата, ужасна. Охранник, похоже, понимал его чувства, но всё равно не мог его пропустить. В этот момент мимо проходил человек, который узнал Соха.

– Проводник Пэк?

– Давно не виделись.

– Ага. И правда, давно. Но ты чего это...

Это был эспер Ли Гюхан, за которым Соха когда-то бегал, умоляя пройти проверку на совместимость. Сначала тот отказывался, но после того, как Соха позаботился о нём в одном из подземелий, стал кем-то вроде приятеля. Одним из немногих в его жизни.

– Это мой дом, – сказал Соха.

– А... – эспер отреагировал так же, как и охранник.

– Точнее, общежитие, которое предоставил мне Центр.

Соха решил уточнить, чтобы не вызывать лишнего сочувствия. Он спросил, можно ли ему ненадолго зайти внутрь.

– Я кое-что забыл.

– Если так...

Эспер, видимо, проникся его историей, и кивнул охраннику, разрешая пропустить Соха. Охранник дал ему временный пропуск, предупредив, что надолго его не хватит.

Соха поблагодарил их и вошёл в дом.

– Я... – эспер Ли Гюхан не ушёл. Он прикрыл рот кулаком и кашлянул, словно хотел что-то сказать. – Я как-то случайно заходил в Центр, но тебя там не было.

– Да что вы говорите?

Соха не знал, был ли это тот раз, когда он ходил во врата, или тот, когда он зарезервировал место в пансионате, чтобы позлить Хан Джуо.

– И я случайно услышал...

Он дважды сказал «случайно».

– Что ты уволился. Это правда?

– Да.

В этом вопросе не было ничего сложного.

– Понятно. Тогда...

– Спасибо, что пропустили, – Соха, заметив что-то, резко прервал эспера и поспешил прочь. Ли Гюхан протянул к нему руку, но было уже поздно.

– Я хотел предложить тебе дружить, – пробормотал он с сожалением.

Соха направился к комнате общежития, стена которой обрушилась, открывая вид на внутреннее убранство. Дверь висела на одной петле, и он просто переступил через разрушенную стену. В комнате царил хаос.

Вещи, которые Соха не успел упаковать, валялись на полу вперемешку с обломками. Всё было сдвинуто в одну сторону. И посреди этого беспорядка стояла нетронутая кровать. Словно она находилась не на своём месте.

Он подошёл к кровати, потому что на ней кто-то лежал, свернувшись калачиком: Хан Джуо, спящий в окровавленной боевой форме, без одеяла.

– Скажи честно, ты мне специально устраиваешь протест одного актёра?

Веки Хан Джуо дрогнули, и его ресницы поднялись. Он какое-то время лежал неподвижно, а затем поднял голову и посмотрел на Соха.

– Я ждал тебя.

– Дурак ты упрямый.

Они встретились спустя ровно неделю.

Соха, не выдержав, легонько пнул Хан Джуо по ноге.

– Подвиньтесь.

Хан Джуо, ещё не до конца проснувшийся, отодвинулся, освобождая место. Соха плюхнулся на кровать. Он не сидел на ней уже неделю. И хотя он провёл на этой кровати несколько лет, сейчас она казалась ему чужой, неудобной. Возможно, из-за того, что он чувствовал себя не в своей тарелке.

– Хорошо, что не забрал, – он имел в виду не кровать, а одеяло. Он купил его сам, но оно занимало слишком много места, и он решил его оставить. А теперь кто-то другой прекрасно им пользовался. – Как кролик, забившийся в нору.

Соха, всё ещё не вынув руки из карманов, развалился на кровати и с неодобрением посмотрел на съёжившегося Хан Джуо. Если бы кто-то, не знающий всей ситуации, увидел их сейчас, то подумал бы, что Соха – грабитель, обчищающий пьяного.

– Слушай... – он перешёл на «ты».

Соха замолчал, пытаясь расстегнуть молнию на куртке, которая зацепилась за губу. Он задрал подбородок, пытаясь высвободиться. Вместо того, чтобы просто расстегнуть молнию, он вертел головой, и это выглядело так по-хулигански, что эспер Ли Гюхан, пропустивший его сюда, с тревогой наблюдал за ним.

То, что Соха – проводник, а Хан Джуо – эспер S-Класса, не имело никакого значения. Угроза – это не только физическое превосходство.

– Неужели он пытается запугать его, чтобы тот прошёл проверку на совместимость? – пробормотал Ли Гюхан. Он сам был человеком мягким и уступчивым, но Пэк Соха был способен на всё, чтобы добиться своего, и если он решил запугать Хан Джуо, то пойдёт до конца. – Что он будет делать, если эспер Хан Джуо разозлится?

Ли Гюхан настороженно наблюдал за ними. Он хотел было вмешаться, но вдруг замер, словно кролик перед удавом. Холодный пот выступил у него на лбу и потёк по вискам. Он встретился взглядом с Хан Джуо.

«Не приближайся.»

Ли Гюхан сглотнул, чувствуя исходящие от Хан Джуо угрозу и предостережение. Этот взгляд говорил: «Не смей трогать моего проводника». Ли Гюхан и без того удивлялся, что Пэк Соха так спокойно сидит рядом с Хан Джуо, к которому никто из проводников не смел приблизиться...

Ли Гюхан почувствовал, как невидимая сила сдавливает его тело, как будто Хан Джуо без слов приказывал ему не вмешиваться. Он едва заметно кивнул. Давление тут же исчезло.

– Хаа... – Ли Гюхан схватился за горло, жадно хватая воздух. Он понял, что это уже не его дело.

Соха, не замечая происходящего между эсперами, кусал губы. Он начал фразу «Слушай...», но не мог её закончить.

Он считал, что слово – не воробей, вылетит – не поймаешь. Конечно, он сам часто нарушал это правило, но сейчас он должен был его соблюдать. Потому что он разговаривал с Хан Джуо.

Соха украдкой посмотрел на Хан Джуо. Тот выглядел измождённым, похудевшим за эту неделю, проведённую в подземельях. Жалкое зрелище.

«Притворщик.»

С таким измученным видом тот смотрел на Соха с хищным блеском в глазах, словно выжидая удобного момента. Смешной тип.

«Именно поэтому я не могу ничего сказать.»

Что толку притворяться раненым котёнком? Хан Джуо ждал удобного случая, чтобы наброситься.

– Я не буду твоим проводником.

– Тц.

Хан Джуо тут же сбросил маску страдальца. Ему больше не нужно было притворяться, и он расправил плечи. Соха невольно присвистнул, поражённый произошедшей переменой. Словно котёнок превратился в тигра.

– Прежде чем мы продолжим, ответь на один вопрос. Почему ты так ко мне прицепился?

Этот вопрос нужно было задать с самого начала. Он слишком боялся получить новую рану и думал только о том, чтобы защитить себя. Если бы он был более открытым и доверчивым, то давно бы уже спросил об этом. Но он слишком долго ходил вокруг да около.

Хан Джуо молчал. Соха удивлённо посмотрел на него. Он думал, что Хан Джуо сразу же ответит на его вопрос.

Но тот, нахмурившись, о чём-то думал, моргал, водил губами.

– Мы ни разу не разговаривали по душам, – наконец сказал он.

Что за чушь? Соха осведомился о причине его навязчивости, а не про то, разговаривали ли они раньше.

– А все наши предыдущие разговоры – это что было?

– Я узнал, что твой процент совместимости всего 3%, только после проверки.

Соха нахмурился, не понимая.

– Но ты же и раньше принимал мою стабилизацию. На часах были показания.

– Я не знал.

– Чего ты не знал? Думал, что я специально стабилизирую тебя только на 3%...

Соха начал было ворчать, какой чепухой его кормят, но его голос постепенно стих. Неужели... правда?

– Ты думал, что я специально не довожу стабилизацию до конца?

Хан Джуо молчал, и его глаза бегали из стороны в сторону. Соха изумлённо выдохнул.

– Зачем бы я это делал?

– Причин может быть много. Например, ты хотел произвести на меня впечатление или заставить меня предложить тебе стать моим проводником.

Чем больше причин перечислял Хан Джуо, тем сильнее мрачнело лицо Соха. Получается, он думал, что Соха хотел привлечь внимание эспера S-Класса и поэтому так поступал.

– Ты за кого меня принимаешь? Хотя... да, в хорошем свете я бы точно не предстал.

Если бы Соха действительно использовал стабилизацию как инструмент для достижения своих целей... да, это выглядело бы не очень хорошо.

– Подожди, подожди, – Соха, чувствуя, как у него пухнет голова, поднял руку, словно притормаживая Хан Джуо, и попытался восстановить ход событий. – Наша первая встреча была не очень приятной.

Он подал заявление об уходе, но Ким Бомхак заставил его войти во врата. Там они наткнулись на скрытые врата и попали в серьёзную передрягу. Всё закончилось благополучно благодаря эсперу, который взял на себя командование.

Этим эспером был Хан Джуо.

Если бы не он, Соха мог бы и не выбраться оттуда живым. Он удивился, что никто из проводников не подошёл к Хан Джуо, который был на грани срыва, и решил сам ему помочь.

Хан Джуо тогда очень резко отреагировал на его предложение. Но Соха всё равно провёл стабилизацию... Наверное, всё началось именно тогда.

«Если он думал, что я специально не довёл стабилизацию до конца, то всё встаёт на свои места.»

Теперь понятно, почему Хан Джуо после этого вёл себя так раздражительно.

А если вспомнить проверку на совместимость... Хан Джуо разговаривал с главой гильдии White и, видимо, тогда впервые и заподозрил что-то неладное. Но Соха по-прежнему списал это на недовольство о том, что эсперу S-Класса приходилось проходить через проверку, зная, что результат выше 3% не поднимется.

– Вот так да... всё сходится, – Соха наконец-то понял, почему он всё это время чувствовал какой-то диссонанс в общении с Хан Джуо. Просто тот его неправильно понял. – И никто тебе ничего не объяснил?

Хан Джуо нахмурился и посмотрел на Ли Гюхана, который всё ещё стоял неподалёку. Эспер, почувствовав на себе этот взгляд, попятился и поспешно ретировался.

– Как видишь.

– Ты, наверное, не очень ладишь с людьми.

Соха покачал головой, оставшись в неведении касательно того, что Хан Джуо сделал Ли Гюхану.

Он дважды участвовал в зачистке подземелий вместе с Хан Джуо и видел, как тот руководит командой. У него были отличные способности и блестящее будущее, и, казалось бы, к нему должны были липнуть люди, желающие подружиться, но, видимо, на практике всё было иначе.

– Ладно, я принимаю твои извинения.

Соха великодушно решил забыть о прошлых обидах.

Но Хан Джуо, похоже, это не обрадовало. Он просто смотрел на Соха.

– Что такое? Хочешь что-то сказать?

– А почему извиняться должен только я?

– А? Ты хочешь, чтобы я тоже извинился?

Хан Джуо кивнул. Соха изумлённо приподнял брови.

– А я-то в чём виноват?

– Ты огрызался на каждое моё слово.

Хан Джуо смотрел на губы Соха. Он, видимо, не понимал, как невежливо так пристально смотреть на чужого человека. Не отводя взгляда, он продолжил:

– Ты вёл себя так, словно делал мне одолжение.

– Я так себя вёл?

– Ты меня раздражал.

– Мне кажется, ты мои слова с языка снял.

И что, он должен был молча сносить все его выходки? Соха покачал головой, давая понять, что это даже не обсуждается. Но Хан Джуо не сдавался.

В его упрямом взгляде читалось: «Пока ты не извинишься, мы никуда не сдвинемся с мёртвой точки».

– Ладно, я извинюсь, если ты так хочешь. Но потом...

– Не надо.

Хан Джуо отвернулся. Соха, который хотел выдвинуть свои условия, растерялся. Вот же подлый тип, взял и перебил на полуслове.

– Кхм... Раз не хочешь извинений, то ладно. Тогда иди и получи стабилизацию.

Хан Джуо нахмурился.

– А почему ты не хочешь её провести?

Он смотрел на Соха так, словно спрашивал: «А о чём мы тогда вообще весь этот разговор вели?».

Разговор с Соха, похоже, сильно утомил Хан Джуо – его лицо стало ещё бледнее. Но он, видимо, не собирался звать проводника и продолжал смотреть на Соха. Не выдержав этого взгляда, Соха поднял руки.

– Ты же из-за этого, да? Знаешь, что я могу передать тебе лишь крошечную часть энергии. Но если ты всё равно хочешь, давай руку.

Соха протянул руку, решив, что лучше побыстрее закончить эту короткую стабилизацию. Он также хотел немного успокоить Хан Джуо, который, возможно, отказывался от стабилизации из вредности, потому что Соха не хотел становиться его проводником. Теперь, когда недоразумение было разрешено, и Хан Джуо знал, что стабилизация Соха ничем не примечательна, ему нечего было бояться.

Но реакция Хан Джуо была довольно забавной.

Они словно играли в перетягивание каната: когда Соха был «плюсом», Хан Джуо был «минусом», а когда Соха стал «минусом», Хан Джуо превратился в «плюс».

– Ну что такое? Почему ты не берёшь мою руку?

– Ты... – Хан Джуо говорил с трудом, его потрескавшиеся губы кровоточили. – Ты себя не ценишь.

Соха недоумённо склонил голову набок.

– Не ценю себя? Я? Ты это серьёзно?

Он не отвечал с сарказмом, он был искренне озадачен. По мнению Соха, именно Хан Джуо не ценил себя. Кто ещё, как не безрассудный глупец, мог отказываться от стабилизации, не заботясь о своём здоровье?

Но выражение лица Хан Джуо оставалось неизменным. Внезапно Соха почувствовал что-то странное. Хан Джуо заговорил непривычно серьёзным, тяжёлым голосом:

– То, что для других – всего лишь 3% энергии, для кого-то может быть ценнее жизни.

Соха почувствовал, словно на его плечи легла невидимая рука. Его спина согнулась, и он начал оседать на кровать.

«Ценнее жизни?»

Чушь собачья. Его стабилизация никому не приносила облегчения. Она была как три капли воды в пустыне, не способные утолить жажду.

Все отворачивались от него, а единственный человек, который не отвернулся, погиб из-за его никчёмной стабилизации. Директор Ким Бомхак пытался найти ему эспера с высоким процентом совместимости, а Мун Рой говорил о его достоинствах, не связанных со стабилизацией.

Сердце Соха было словно каменная глыба, и поливать её из лейки, как какое-нибудь растение, было бесполезно. Камень останется камнем, сколько его ни поливай.

– Допустим, – Соха махнул рукой, не желая спорить. Он по-прежнему держал одну руку в кармане, словно пытаясь отгородиться от Хан Джуо, не концентрироваться на нём полностью.

– Я ещё не закончил.

– Ты хочешь ещё что-то сказать?

Соха нахмурился и отстранился.

– Ты спросил, почему я так к тебе прицепился.

– А... точно.

Разговор постоянно перескакивал с одной темы на другую, и они никак не могли вернуться к изначальному вопросу.

– Я скажу.

– Только не говори, что ты влюбился в меня с первого взгляда...

Соха уже использовал этот аргумент раньше, но он не видел других причин, по которым Хан Джуо мог бы так настойчиво предлагать ему стать его проводником. Но Хан Джуо не дал ему договорить и окликнул проходившего мимо проводника.

– Проводник Ли Джонмин.

– Эспер Хан Джуо? Ты всё ещё здесь? – молодой человек непринуждённо обратился к Хан Джуо, словно они были хорошо знакомы. Соха молча смотрел на него, пытаясь вспомнить, где он его видел. Хан Джуо протянул руку проводнику.

– Что такое? Ты же отказывался от моей стабилизации всё это время, пока мы вместе работали в подземелье.

Ли Джонмин с укоризной посмотрел на Хан Джуо и взял его за руку.

– Лучше бы ты сразу согласился. Я же ничего особенного не просил, просто хотел подружиться...

– Стабилизируй, – низкий голос Хан Джуо прервал его. Ли Джонмин замолчал и, вздохнув, кивнул.

– Ладно. Давай сделаем это.

Он, видимо, решил больше не спорить и, закрыв глаза, начал стабилизацию. Он выглядел очень серьёзным, словно пытался своим теплом растопить холодность Хан Джуо.

Соха, внезапно оказавшийся никому не нужным, растерянно моргал. Если тебе нужна была стабилизация и у тебя было, кого дёргать, чего ж ты раньше-то штаны просиживал?!

Зря он пришёл сюда.

Если бы он подождал ещё немного, Хан Джуо, возможно, понял бы, что Соха не придёт, и согласился бы на стабилизацию от другого проводника.

Соха уже хотел было встать и уйти...

– Хмм... – Ли Джонмин нахмурился и что-то пробормотал себе под нос. Соха, почувствовав неладное, снова сел на кровать. – Почему...

Ли Джонмин открыл глаза, но его лицо по-прежнему было искажено гримасой. Он посмотрел на свою руку, сжимающую руку Хан Джуо, и снова закрыл глаза. Он плотно сжал губы, и на его шее вздулись вены, но Хан Джуо оставался таким же, как и прежде.

Бледная кожа, посиневшие губы... Казалось, что он вот-вот упадёт в перегрузку, чего нельзя было сказать по тому, как спокойно он себя вёл. Соха не понимал, что происходит.

– Почему стабилизация не работает? – наконец воскликнул Ли Джонмин, открыв глаза. Соха вздрогнул и посмотрел на Хан Джуо. Лицо Ли Джонмина было покрыто потом от напряжения, а Хан Джуо оставался совершенно невозмутимым.

– Стабилизация не работает? – не выдержав, спросил Соха. Хан Джуо, вместо ответа, бросил на Ли Джонмина короткий взгляд.

– Уходи.

– Что? Но я ещё не закончил...

– Не закончил и не закончил. Уходи.

Ли Джонмин, услышав решительный отказ, не смог скрыть своего недовольства. Он пришёл сюда по просьбе Хан Джуо, выполнил его требование, а тот продолжал вести себя как эгоист.

– Ты уверен, что не пожалеешь об этом? Мы из одной гильдии. Нам ещё не раз придётся видеться...

Хан Джуо, не обращая на него внимания, посмотрел на карман Ли Джонмина.

– На звонок ответить не хочешь?

Ли Джонмин с раздражением достал телефон, проверил экран и обречённо вздохнул. Он бросил на Хан Джуо сердитый взгляд и резко развернулся.

– Да, глава...

Как только Ли Джонмин отошёл, отвечая на звонок, Хан Джуо спокойно посмотрел на Соха.

– Когда мой риск срыва превышает 90%, стабилизация не работает.

– Что ты...

Соха не сразу понял смысл его слов и, запнувшись, опустил взгляд. Он увидел на запястье Хан Джуо часы, которые раньше не замечал. В отличие от его собственных часов, которые показывали процент совместимости, эти часы отображали процент риска перегрузки. Соха огляделся по сторонам. Они спокойно обсуждали то, о чём не следовало говорить в людном месте.

Даже если он плохо знал Хан Джуо, если бы такая информация была внесена в базу данных или попросту где-то упомянуто, она бы обязательно дошла до Соха. Соха, однако, ни о чём подобном не слышал.

Хан Джуо только что обмолвился о своей слабости. Если появится кто-то, кто захочет навредить или использовать его, он преподносил им прямую линию нападения на блюдечке.

Соха снова огляделся, но никто не обращал на них внимания. Возможно, они слышали их разговор, но делали вид, что ничего не происходит.

– Зачем ты об этом говоришь? Это же секрет... разве нет?

Соха снова воровато огляделся. Как будто этого было недостаточно, он поспешно схватил Хан Джуо за руку и закрыл глаза.

«Раз, два, три!»

Он мысленно отсчитал три секунды, передавая энергию, а затем открыл глаза. Он чувствовал, как его энергия перетекает в Хан Джуо, и ощущение, признаться, было неописуемым, но времени его смаковать не было.

– Подними меня.

– Говори по-человечески, если хочешь, чтобы я тебя понял.

Стабилизация была нужна как раз для того, чтобы Хан Джуо мог говорить нормально. Однако вместо объяснений Хан Джуо указал на улицу.

– На улице ждёт машина.

Хан Джуо, до этого неподвижно лежавший на кровати, вдруг встал и направился к выходу. У Пэк Соха возникло ощущение, что его обвели вокруг пальца, но отступать было поздно.

Чёрный седан бесшумно подкатил к ним и остановился. Хан Джуо открыл дверь, втолкнул Соха внутрь, а затем, не давая ему выйти, сам протиснулся следом и захлопнул дверь.

– И какого чёрта это значит?

Сейчас на грани срыва был Хан Джуо, так почему- в опасности чувствовал себя Соха?

***

Хан Джуо привёз его в гильдию White. Глава гильдии, Ким Миён, не успел Соха и поздороваться, отвесила Хан Джуо затрещину и потащила за собой.

– Не нужно было его сюда приводить.

Запихнув его куда-то, Ким Миён увела Соха в соседнюю комнату и принялась негодовать. Судя по всему, её недовольство было направлено на Хан Джуо, но Соха она ничего не объясняла.

Соха уже собирался окликнуть её, напомнив пословицу о том, что нуждающийся идёт на поклон, как вдруг Ким Миён взяла в руки пульт.

– Хан Джуо тебе уже рассказал?

– О том, что при высоком риске срыва стабилизация не действует?..

– Если быть точнее, при достижении 90% ни один проводник не сможет передать ему свою энергию. Организм Хан Джуо её отторгает.

– И как вы раньше справлялись с этой проблемой?

Ведь невозможно предотвратить перегрузку одними лишь предосторожностями. В ответ на вопрос Соха Ким Миён кивком указала куда-то вперёд.

– Вот так.

В тот же момент, как Ким Миён нажала кнопку на пульте, стены раздвинулись, открывая прозрачное окно. Похоже, это было сделано для того, чтобы можно было наблюдать за Хан Джуо в соседней комнате. Увидев Хан Джуо, стоящего перед каким-то аппаратом, Соха невольно сделал шаг вперёд.

– Только механическая стабилизация способна снизить его уровень риска.

Соха отвернулся, не в силах смотреть, как Хан Джуо подходит к аппарату.

Он не понаслышке знал, какую невыносимую боль причиняет механическая стабилизация. Он сам испытал это на себе во время учёбы в университете.

Конечно, профессор не мог подвергнуть их той же боли, что испытывают настоящие эсперы, поэтому он использовал более слабый импульс, но и этого было достаточно.

Соха помнил, как он вошёл в аппарат, и вдруг почувствовал, будто на него сверху опускаются стальные прутья. Он словно был машинным стеклом, которое пропускают через аппарат для тонирования [1]. Один из его сокурсников-проводников тогда кричал от боли, а сам Соха нецензурно ругался про себя.

Кто бы ни изобрёл эту адскую машину, Соха был уверен, что её используют только в самых крайних случаях. И вот теперь он узнал, что Хан Джуо регулярно подвергается этой пытке.

– Всего 1%, – Ким Миён указала на часы Хан Джуо. – Чтобы снизить риск с 89% до 88%, он идёт на эту пытку ради одного жалкого процента.

Соха, собравшись с духом, осмелился поднять взгляд на Хан Джуо. Хан Джуо, наполовину забравшись в аппарат, остановился и посмотрел в его сторону, словно почувствовал его взгляд, но Соха тут же отвёл глаза.

– Я ещё не до конца всё понял... вернее, я вообще ничего не понимаю... Зачем Хан Джуо лезет в эту штуку?

На часах ведь всего 88%?

– Наверное, хочет вам продемонстрировать.

– Этот сумасшедший...

Как можно быть таким безрассудным? Он же знает, как больно, когда эта машина сдавливает тебя со всех сторон, и всё равно хочет устроить показательное выступление?

– Только если у него не все дома...

Кому нужны такие демонстрации? Соха уже хотел было выйти из комнаты, но Ким Миён остановила его.

– Вы куда?

– Разве не надо его остановить?

Ясно же, что стабилизация, которую Соха провёл перед тем, как они приехали сюда, оказалась действенной, так зачем он добровольно лез в эту машину?

– Зачем останавливать?

Неожиданный вопрос Ким Миён застал Соха врасплох.

– Что?

– До сих пор мы справлялись с помощью этого аппарата. И что вы предлагаете теперь? Дать ему впасть в перегрузку?

Слова Ким Миён словно сковали Соха по рукам и ногам.

– Вы – единственный, чья стабилизация на него подействовала... И как назло, найти вас – всё равно что не найти...

В голосе Ким Миён слышалось отчаяние. Она массировала виски, показывая, как сильно её мучает эта проблема, и Соха не мог вымолвить ни слова.

– Один не может получить стабилизацию, другой не может её дать...

Тем временем Хан Джуо уже лёг в аппарат, и машина, окутавшись красным светом, поднялась в вертикальное положение.

Пока Ким Миён удерживала Соха, механическая стабилизация началась.

– Честно говоря, меня очень беспокоит, что Хан Джуо приходится прибегать к механической стабилизации. Но и перспектива того, что вы образуете пару эспер-проводник, мне тоже покоя не даёт.

Ким Миён говорила прямо, не скрывая своих опасений, а Соха не мог отвести глаз от красного света, исходящего от машины.

Он вспомнил слова Хан Джуо. Тогда он подумал, что тот просто вешал ему лапшу на уши. Никто никогда не считал его стабилизацию чем-то особенным, поэтому он решил, что Хан Джуо просто неискренен. Но теперь его пробрала дрожь – а вдруг Хан Джуо говорил правду?

Что, если эти жалкие три капли энергии, которые Соха может дать, действительно так важны для Хан Джуо?..

«Вот же паршивая удача.»

Теперь он понял, почему Хан Джуо так к нему привязался, но вместо облегчения он почувствовал ещё большую тяжесть на душе. Он также понял, почему Ким Миён так переживает.

Из всех возможных проводников на него подействовала именно стабилизация Соха. Стабилизация проводника с жалкими 3%.

Смех, да и только.

– Выбор за вами. Если вы сейчас уйдёте, я больше не позволю Хан Джуо вас искать. Мы найдём ему проводника с высоким процентом совместимости и обеспечим ему регулярную стабилизацию. Честно говоря, я считаю это наилучшим выходом.

Ким Миён подробно рассказала, что она предпримет, если Соха откажется от сотрудничества. И, конечно же, она рассказала и о другом варианте.

– Если же вы согласитесь быть его личным проводником, то всё равно придётся действовать осторожно. Мы должны учитывать, что ему может понадобиться стабилизация от других проводников.

Ким Миён скрестила руки, давая понять, что она сказала всё, что хотела, и теперь решение за Соха. Что бы он ни выбрал, она найдёт для Хан Джуо других проводников.

Соха молча уставился на машину.

Как всё так обернулось? Что ему делать?

– До свидания.

Попрощавшись с Ким Миён, Соха вышел из комнаты.

Оставшись одна, Ким Миён задумчиво улыбнулась.

– «До свидания» – значит, он отказывается?

Она предоставила Соха право выбора, понимая, что любой вариант будет проблематичным, но, похоже, он не собирался хвататься за протянутую Хан Джуо руку.

– Может, и к лучшему. Они не смогут помочь друг другу.

Скорее всего, они будут только тянуть друг друга вниз.

– Нужно просто начать всё сначала. Да, процесс тяжёлый и болезненный, но если он не будет злоупотреблять своими силами, то постепенно...

Ким Миён размышляла о том, как успокоить Хан Джуо, но вдруг осеклась. Дверь в комнату стабилизации открылась, и на пороге появился Соха.

Он обошёл машину кругом и постучал по корпусу.

– Что он делает?

Ким Миён, заинтригованная, медленно подошла к прозрачному окну и стала наблюдать за Соха.

***

– Ирония судьбы, правда? – Соха, обходя машину, обратился к Хан Джуо. Он не был уверен, что тот его слышит, но продолжал говорить. – Я пытался найти эспера с высоким процентом совместимости и потерпел неудачу, а ты нашёл проводника, чья стабилизация на тебя действует, и этим проводником оказался я...

Соха остановился.

– Я ещё не принял решение.

Он понимал, что выглядит нерешительным, но что поделать, если он действительно не знал, как поступить.

– Ты устроил показательное выступление, так что давай посмотрим, что из этого выйдет.

Увидев, в каком состоянии Хан Джуо, он сможет принять решение. Соха нажал кнопку остановки и отступил на шаг. Машина опустилась в горизонтальное положение, и крышка открылась.

Красный свет постепенно погас, жар спал, и перед ним предстал этот безрассудный эспер. Соха невольно прошептал:

– Ну и видок у тебя.

Его встретил расфокусированный взгляд.

По тому, как пылало прежде бледное лицо, можно было понять, какую боль Хан Джуо испытывал. Его искусанные губы, на которых уже успели образоваться корочки, распухли ещё сильнее.

Хан Джуо выглядел хуже, чем когда был на грани срыва, и Соха невольно нахмурился, словно боль чувствовал он сам.

– Ладно, сдаюсь.

Соха протянул руку Хан Джуо. Взгляд Хан Джуо постепенно сфокусировался на ней.

– Я согласен стать твоим проводником.

Из двух вариантов, предложенных Ким Миён, Соха выбрал образовать с Хан Джуо связь.

– Но у меня есть условие.

У всего есть свои недостатки, поэтому он не мог не выдвинуть условие.

– Какое?

– Я – твоя запасная батарейка.

Соха продолжал говорить, не обращая внимания на то, как мрачнеет взгляд Хан Джуо.

– Я буду вмешиваться только тогда, когда стабилизация от других не будет действовать. Так что... можешь считать меня запасным вариантом.

Лицо Хан Джуо стало ледяным.

– Ты считаешь это приемлемым условием?

– А почему нет? Почему ты выбрал меня, а не другого проводника с более высоким процентом совместимости?

Хан Джуо, услышав спокойный ответ Соха, отвернулся и посмотрел на прозрачное окно, которое с этой стороны было всего лишь зеркалом. В его взгляде читался упрёк в адрес Ким Миён за то, что она упомянула о других проводниках.

– Любой другой вариант был бы лучше, но ты хочешь образовать связь именно со мной, с проводником с самым низким процентом совместимости.

– Я...

Хан Джуо хотел что-то сказать, но запнулся. Соха, решив, что сейчас не время для объяснений, хладнокровно покачал головой.

– Не нужно ничего говорить. Я просто ищу реалистичное решение. Я не позволю тебе снова лезть в эту машину.

Вот к какому финальному вердикту пришёл Соха.

– Бред полнейший. Я не этого хочу.

Хан Джуо покачал головой и, вместо того чтобы взять руку Соха, попытался сесть. Но Соха сам схватил его за руку и рывком притянул к себе. Их лица оказались совсем близко.

– Ты что, не слышал? Для тебя я – проводник с худшим процентом совместимости. [2]

♡

[1] Сначала я думала, что речь об аппарате для получения искусственного загара, но потом всё же загуглила 선팅하는 기계, чтобы себя проверить, и... ну... вот вам ссылка на картинку раз (https://i.imgur.com/vOAe8Jo.jpeg) и ссылка на картинку два (https://i.imgur.com/mxXH29Q.jpeg). Соха описал свои ощущения так, словно его пропустили через этот аппарат.

[2] Это, на самом деле, прямая отсылка к названию. Изначально я перевела название как «Проводник с низким процентом совместимости», но теперь, исходя из сюжета, правильнее бы было назвать «Проводник с худшим процентом совместимости». Как думаете, стоит менять или нет?

Ким Миён искоса взглянула на безупречно выглядящего Хан Джуо.

– Когда я просила тебя помыться, ты и ухом не повёл…

Казалось бы, ей следовало радоваться, что Хан Джуо не испортит очередной диван в её кабинете, но почему-то она чувствовала себя уязвлённой и во всю негодовала. И неудивительно. Ведь Хан Джуо заставила действовать не она, с кем его связывали давние отношения, а Соха.

Из-за её обиды Соха почувствовал себя неловко.

«Откуда мне знать…»

Он не знал, как обычно выглядит Хан Джуо. Соха просто следовал за Ким Миён в кабинет директора и, увидев идущего следом Хан Джуо, сделал ему замечание.

После этого тот исчез как ветер, а затем появился с влажными волосами и исходящим от него приятным запахом. Раз уж он так преобразился, не было причин прогонять его, поэтому Соха оставил всё как есть, но недовольство возникло совсем не там, где ожидалось.

– Было бы здорово, если бы ты заодно и стабилизацию прошёл, – сказала Ким Миён, цокая языком.

– Я сам разберусь, – Хан Джуо не обратил на неё внимания.

– А кто будет за тобой разгребать?

– Разве это не работа директора?

– Не стоило мне тебя брать.

– Припоминаю, что несколько раз спасал твою шкуру.

– Поэтому я и терплю тебя!

Соха, невольно ставший свидетелем напряжённого диалога между Ким Миён и Хан Джуо, откинулся на диван. Он начал понимать их отношения. Похоже, до того, как стать директором и подчинённым, они были близки, поэтому не стоило воспринимать всерьёз предыдущее недовольство. Как только Соха разобрался в ситуации, место стало казаться ему невероятно удобным. Соха с удовольствием наслаждался приготовленными для него американо и мадленками [1].

«Директор центра даже печенья не предлагал.»

Американо он тоже варил себе сам. По сравнению с этим, здесь, в кабинете директора, ему предлагали всё необходимое, и это было так приятно.

– А?

Соха, евший мадленку, вдруг осознал, что в кабинете воцарилась тишина, и почувствовал взгляды, устремлённые на него. Подняв глаза, он увидел, что Ким Миён и Хан Джуо смотрят на него, и помахал им рукой.

– Не обращайте на меня внимания, продолжайте.

Соха с готовностью уступил им, полагая, что у них накопилось больше невысказанных претензий, но они не спешили продолжать разговор.

– Тогда моя очередь?

Зачем они здесь собрались? Ах да, чтобы заключить контракт.

Соха отложил мадленку и посмотрел Хан Джуо в глаза. Прежде чем что-либо сказать, он схватил его за запястье и посмотрел на часы.

– Тц.

Из-за того, что Соха прервал машинную стабилизацию, риск срыва Хан Джуо составлял 84%. Он не сорвётся прямо сейчас, но это создаст значительную нагрузку на его организм.

И всё же тот выглядел совершенно спокойным. Не отпуская запястья Хан Джуо, Соха направил ему свою энергию. Наблюдая за падающими цифрами, он подумал:

«Как же мир изменился.»

В ранние времена, когда не было часов, таких показателей не существовало. Проводники бездумно вливали энергию, а эсперы принимали её как есть. Это было крайне неэффективно. Например, если один проводник должен был обслуживать десять эсперов, он не распределял энергию равномерно, а должен был регулировать её количество для каждого, что само по себе было мартышкиным трудом.

К счастью, со временем начали формироваться методы стабилизации. Сначала энергию измерили и установили стандарты. Проводники передавали энергию в соответствии со своим классом, а принимающие эсперы могли видеть уровень риска в режиме реального времени.

Три секунды, которые Соха считал про себя, стабилизируя Хан Джуо, не соответствовали реальному времени. Он просто делил свою энергию на три равные части, и если считать три секунды немного медленнее, то всё сходилось. Это давало ему возможность немного отвлечься.

Закончив стабилизацию и убрав руку, Соха подавил в себе горькое чувство. Его энергии всё ещё катастрофически не хватало для Хан Джуо.

– С самой стабилизацией проблем нет. Просто есть ограничения в количестве передаваемой энергии, и время восстановления тоже большое.

Сейчас он потратил энергию, значит, потребуется около двух часов на восстановление. Соха проверил процент и отпустил запястье Хан Джуо.

Пока Хан Джуо смотрел на свою руку, на которой ещё оставалось тепло от чужого прикосновения, Соха повернулся к Ким Миён.

– Вы сказали, что лучший вариант – это регулярная стабилизация у проводника с высоким процентом совместимости? Я с вами согласен.

Хан Джуо повернулся и хмуро глянул на Ким Миён. Под его укоризненным взглядом Ким Миён надула губы. Она сказала это, потому что считала, что это лучший вариант.

Независимо от того, какие страсти накалялись между Хан Джуо и Ким Миён, сейчас для Соха было важно высказать то, что он задумал.

– Однако, учитывая особый случай эспера Хан Джуо, когда на него не действует стабилизация при проценте риска выше 90%, что скажете насчёт заключения инклюзивного парного контракта?

– Инклюзивного парного контракта?

Ким Миён отреагировала быстрее, чем Хан Джуо. Она переспросила Соха не потому, что не поняла его, а потому, что задумалась.

Хан Джуо лишь нахмурился. Было очевидно, что он против, но Соха это не смутило.

– Я предлагаю поймать двух зайцев одним выстрелом.

Один из этих зайцев будет он сам, поэтому Соха надеялся привлечь и второго. Ким Миён, услышав предложение Соха, взглянула на Хан Джуо. На её лице было ясно написано, что она думает: «Почему я сама до этого не додумалась?». Она явно была открыта к этому предложению.

«В этом и суть пары.»

Один эспер для одного проводника. Один проводник для одного эспера.

Эспер, не состоящий в паре, может обратиться к любому проводнику для стабилизации. Но в паре у него может быть только один проводник.

Общепринятая норма. И Соха решил её опровергнуть.

– Это… всё равно, что предложить иметь двух возлюбленных одновременно, и я не знаю, что сказать, – смущённо проговорила Ким Миён, поглядывая на Хан Джуо. Сначала, когда Соха сделал предложение, её реакция была весьма сносной, но, заметив недовольство Хан Джуо, она изменила своё отношение.

В таких случаях нужно сначала позаботиться о своих.

– Такие сравнения ни к чему. Можно ведь есть говядину и свинину одновременно, а ещё заворачивать салат в листья кунжута. Или вы не пользуетесь телефоном, когда смотрите телевизор? Вы же можете петь и танцевать одновременно, верно?

Зачем приводить в пример только возлюбленных? Если изменить мышление, сосуществование двух проводников вполне возможно.

Соха дал понять, что может привести ещё больше примеров, и Ким Миён не стала ему перечить. Она и сама колебалась, поэтому не могла найти веских аргументов против.

Итак, один человек убеждён, теперь следующий.

– Нет, – отрезал Хан Джуо, и Соха без сожаления встал.

– Тогда и я не буду заключать контракт.

Хан Джуо был странным. Неужто думал, что Соха будет его уговаривать? Соха тронуло его состояние, когда тот мучился от машинной стабилизации, но это не означало, что у него резко возникло желание заключить контракт любой ценой. Соха предложил это ради Хан Джуо, а сам никаких терзаний не испытывал.

Соха уже брался за дверную ручку, как дверь открылась сама по себе. Хан Джуо хотел, чтобы он поскорее ушёл, раз контракт не нужен? Тогда тем более незачем здесь оставаться. Соха уже хотел выйти, как дверь закрылась обратно.

Он нахмурился. Когда он попытался открыть дверь сам, она снова открылась, и ручка отдалилась. А затем, словно назло, дверь опять закрылась, не давая ему выйти.

– Ненавижу его, – пробормотал Соха себе под нос со вздохом и снова сел на диван. Он сердито посмотрел на Хан Джуо, а тот, что было редкостью, выглядел омерзительно довольным собой. – Будешь смеяться, когда издеваешься над людьми – карма на тебе точно отыграется.

– При каком условии можно изменить этот контракт? – спросил Хан Джуо, игнорируя недовольство Соха.

– Условии?

– Условии, при котором можно убрать слово «инклюзивный».

Значит, он спрашивает об условии, при котором можно заключить не парный контракт с двумя проводниками, а обычный, только с ним…

Соха вспомнил свою ситуацию и ситуацию Хан Джуо. Хан Джуо его хочет. Однако если Хан Джуо будет получать стабилизацию от проводника с высоким процентом совместимости до того, как достигнет критического уровня, Соха вмешиваться не придётся.

С другой стороны, спускать с этого эспера глаз не получится, потому что тот может сорваться в перегрузку в любой момент. В такой ситуации был только один способ заключить нормальный парный контракт.

– Если наш процент совместимости повысится, контракт можно будет пересмотреть, – сказав это, Соха невольно усмехнулся.

Если бы его процент совместимости мог повыситься, он бы не ушёл с работы. Он не просто так бросил быть проводником, чтобы заняться фермерством.

– Добавьте этот пункт в контракт, – серьёзно, без тени улыбки, сказал Хан Джуо, и Ким Миён, ошеломлённая, вызвала секретаря.

Соха растерялся, увидев, что Хан Джуо всерьёз воспринял его слова и собирался добавить этот пункт. Он не ожидал такой реакции.

– Как вы смотрите на то, чтобы присоединиться к нашей гильдии White перед заключением парного контракта? – спросила Ким Миён, раздавая экземпляры контракта, которые ей принёс секретарь.

Соха, услышав предложение перейти в другую гильдию, почесал голову и посмотрел на Хан Джуо. Эспер, судя по всему, решил доверить контракт Ким Миён, и молча пилил Соха взглядом, словно прожигал в нём дырку. Как под таким что-то скажешь?..

– Моё заявление об увольнении ещё не одобрили, поэтому не могу перейти в вашу гильдию.

А вот возьмёшь и скажешь. Честно говоря, Соха уже привык к взглядам Хан Джуо и мог их игнорировать.

– Этот вопрос уже решён с директором центра Ким Бомхаком. Вы перейдёте в нашу гильдию, – решительно заявила Ким Миён, и Соха ошеломлённо посмотрел на неё. Когда она успела связаться с директором центра и всё обсудить? – И после заключения контракта вам будет предоставлено служебное жильё. Где вы сейчас живёте?

– У друга… – послушно отвечая на вопрос Ким Миён, Соха вдруг вспомнил о ком-то важном.

Рой!

♡

[1] Мадленки – это такие французские бисквитные печенюшки небольшого размера из Коммерси, обычно в форме морских гребешков.

Как только Ким Миён увела Хан Джуо, Соха схватил телефон.

– [Лапша совсем разбухла.]

– Я кое-что важное забыл. Ходил за этим… Ты долго ждал?

Голос Соха был мягким и нежным, полным извинения за свою забывчивость.

– [Насколько же это важное, что ты забыл про лапшу, которую я приготовил?]

– Я... я и сам не знал, что оно у меня есть.

Соха запинался, потому что не мог сказать правду. Конечно, проницательный Мун Рой всё поймёт, поэтому лучше всего было закончить разговор.

– Здесь такая суматоха, давай потом поговорим.

– [Ты сегодня вернёшься домой?]

– Мне пора.

Он ещё не подписал контракт, и все его вещи были в доме Мун Роя. Соха откинулся на спинку дивана, лишь глядя на два экземпляра контракта, лежащих перед ним, но не прикасаясь к ним. Ему правда надо было выдохнуть и спокойно закончить разговор.

Только эта рука, в которой он держал телефон, вдруг оказалась пустой. Соха наклонил голову, глядя на Хан Джуо, который неизвестно когда вернулся. Соха не слышал, как открывалась дверь, и не понимал, как тот вошёл. Лёгкий ветерок пронёсся коснулся его волос.

Увидев открытое окно, Соха невольно изумлённый смешок.

– Собери его вещи. Я их заберу.

– [Ты кто такой, чтобы распоряжаться вещами Соха?.. Подожди, я этот голос где-то слышал…]

Поскольку Мун Рой повысил голос, Соха смог его расслышать. Однако Хан Джуо, судя по всему, решил, что продолжать разговор бессмысленно, и, сбросив звонок, вернул телефон Соха.

– Тебе не нужно жить у кого-то на шее.

– Даже если так, разве не невежливо забирать чужой телефон без спроса?

Соха сердито зыркнул на Хан Джуо и снова позвонил Мун Рою.

– [Кто это был? Неужели…]

– Собери мои вещи и привези их. Я пришлю тебе адрес. Пожалуйста.

– [Что? Эй…]

Соха сделал вид, что не слышит возмущения Мун Роя, и положил трубку. Затем он искоса посмотрел на Хан Джуо.

– Люди обычно пользуются дверью.

Соха указал взглядом на дверь.

– Я предоставлю тебе жильё, так что не возвращайся туда.

– Я же говорил тебе не злоупотреблять своими способностями. Или сходи и получи стабилизацию. Сущее безобразие.

– Это твой пропуск.

– …

Каждый говорил своё. Первым сдался Соха. Он был удивлён не тем, что Хан Джуо его перебил, а его напористостью. Соха ещё ничего не решил, а тот уже действовал.

– Что бы ты ни решил, выбор у тебя один.

Похоже, Хан Джуо хотел, чтобы он поскорее определился, но не тут-то было.

– Откуда ты знаешь? Может, мне в голову придёт другая гениальная идея.

Соха, не уступая ни на йоту, встал с места. Контракты он забрал.

– Подпиши.

– Лучше бы сходил и получил стабилизацию.

Соха, как нормальный человек, взялся за дверную ручку, но дверь с грохотом захлопнулась, прежде чем он успел её открыть. На этот раз это был не ветер. Хан Джуо протянул руку и захлопнул дверь прямо перед носом Соха.

– Подпиши и уходи.

– Если будешь давить на меня, я всё отменю.

Соха хотел принять решение по собственной воле. Хан Джуо, услышав угрозу, больше не настаивал. Он не стал закрывать дверь, когда Соха её открыл, и не пытался его остановить.

Наконец-то выйдя из кабинета директора, Соха облегчённо вздохнул.

Если бы кто-то наблюдал за ним и Хан Джуо, то наверняка стучал бы себя в грудь от бессилия. Наконец-то они собираются подписать контракт, а он снова медлит!

– Думаешь, мне самому не тяжело?

Соха хотел выкрикнуть всё, что у него накипело, но не мог. Опыт, когда он надеялся на чудо, а потом потерпел сокрушительное поражение, превратил его в труса.

– Я не говорю, что не подпишу.

Соха сжал в руке свёрнутые контракты. Разве Ким Миён не сказала, что ничего не изменится, даже если он примет решение позже?

Нет, всё-таки изменится. У него будет время всё обдумать.

***

Соха нужна была информация о Хан Джуо. Не обычное досье, а что-то, что позволит ему узнать «настоящего» Хан Джуо. Поэтому он отправился в кафетерий компании.

Он заказал ванильный латте. Он уже выпил американо, и теперь ему хотелось чего-нибудь сладкого.

– Интересно.

Соха посмотрел на свой пропуск, которым он только что расплатился за кофе. Это был не просто пропуск, а супер-карта, которой можно было пользоваться во всех столовых компании.

– Неплохие льготы.

И жильё предоставляют, и кофе бесплатно.

Соха, держа в зубах трубочку, осмотрелся. Внутреннее устройство здания, спроектированное с учётом возможных атак монстров, явно обошлось в кругленькую сумму.

– Директор всё продумала.

Судя по тому, как тщательно Ким Миён подготовилась, зная о ситуации Соха, удивляться внутреннему убранству здания не стоило. Осмотревшись, Соха заметил знакомое лицо и помахал рукой.

– Эй!

Проходивший мимо мужчина обернулся на оклик Соха, и, поняв, что тот обращается к нему, вздрогнул. По его удивлённому выражению лица можно было прочесть беззвучное «Что?».

К счастью, он не стал игнорировать Соха и подошёл к нему. Соха радостно позвал его по имени:

– Проводник Ли Джонмин. Мы же недавно виделись?

– Ну да…

Ли Джонмин неуверенно кивнул. Они не были близки, и излишняя приветливость Соха насторожила его.

– Чего ты такой настороженный? Мы же вместе в подземелья ходили.

– Не все, кто вместе ходит в подземелья, становятся друзьями.

Ли Джонмин знал, кто такой Соха. То, что он не поздоровался первым, означало, что их отношения были чисто деловыми.

– Можем стать друзьями прямо сейчас, – Соха указал на пустой стул. – Присаживайся.

Ли Джонмин неохотно сел.

– Что ты хотел?

– Не торопись ты так. Могли бы сначала обменяться любезностями…

– Ты же уволился из центра. В твоей комнате общежития появились врата, и от мебели ничего не осталось.

– Ну… да, это так…

Соха было больно слышать об этом от других.

– В общем, я всё про тебя знаю, так что не нужно любезностей.

Ли Джонмин, который расплывался в улыбке, когда его звал Хан Джуо, был безжалостен к Соха. Возможно, он решил, что от Соха ему ничего не перепадёт. Он был расчётлив и безжалостно отсекал тех, кто не приносил ему пользы, но для Соха это было даже к лучшему.

По крайней мере, он не будет притворяться другом, а потом наносить удар в спину.

– Наверное, ты очень переживал за меня.

– Э? Ну, мне было интересно, чем ты будешь заниматься после ухода, но чтобы переживать…

– Вот поэтому я и хотел кое-что спросить.

– …Валяй.

Ли Джонмин, недовольный тем, что не смог прямо сказать, что ему не жаль Соха, всё же согласился его выслушать.

– Эспер Хан Джуо.

Лицо Ли Джонмина скривилось, как только Соха произнёс это имя. Он провёл стабилизацию для Хан Джуо, потому что тот потребовал, но, если подумать, это было унизительно. Он надеялся, что Хан Джуо будет к нему добрее после стабилизации, но тот так и остался холоден.

Именно на это и рассчитывал Соха. Как только Ли Джонмин понял, что его стабилизация не действует на Хан Джуо, он получил звонок от Ким Миён.

«Она могла бы всё сказать по телефону, но чует моё сердце, что они встречались лично.»

Наверняка Ким Миён встретилась с Ли Джонмином и подписала с ним соглашение о неразглашении. И наверняка он что-то слышал, поэтому Соха решил выудить из него информацию.

– Я хочу узнать о нём побольше.

– Мне кажется, ты знаешь о нём больше, чем я.

Ли Джонмин не собирался сдаваться без боя.

– Вовсе нет. Я видел его несколько раз, но он не особо разговорчив. И ещё он предложил мне перейти в эту компанию [1], и мне интересно, почему он сделал такое предложение.

Соха как бы невзначай показал Ли Джонмину свой пропуск. Этого было достаточно, чтобы подтвердить слова Соха, и Ли Джонмин посмотрел на него с удивлением. Он подумал, что, возможно, у Соха появился эспер с высоким процентом совместимости, но быстро отбросил эту мысль. Если бы это было так, слухи уже разлетелись бы по всей компании.

– Я знаю о нём не больше других, – Ли Джонмин покачал головой, перестав сомневаться в словах Соха. – Он один из первых членов гильдии, созданной вместе с директором, и у него, кажется, немалая доля в компании.

Значит, он не просто рядовой эспер.

– Говорят, что директор лично занимается им, потому что у него высокий класс, но к нему очень сложно подобраться.

Ли Джонмин начал увлекаться своим рассказом, делясь всем, что знал.

– Он ни с кем не состоит в паре, но принимает только определённых проводников, и все они молчат как рыба об лёд…

Ли Джонмин запнулся, словно что-то понял, но тут же продолжил, как ни в чём не бывало:

– В общем, он как будто окружён непробиваемой стеной.

Соха выпрямился, перестав опираться на стол.

«Директор занимается им не просто из-за дружеских отношений, а потому, что знает его секрет.»

Ким Миён рассказала Соха о Хан Джуо, потому что он был особым случаем, но в целом она старалась не допустить утечки информации.

«Наверное, она считает это его слабостью.»

Эсперы – ценный ресурс, но, если в дело вмешиваются различные интересы, они могут стать мишенью.

– Ещё ходят слухи, что у него был проводник с совместимостью больше 90%…

…90%?

♡

[1] Посчитала нужным сделать уточнения, что они называют гильдии ещё и компаниями. Мне такое ещё не встречалось! Обычно, если и была компания, то это была отдельная компания-спонсор гильдии, а гильдия оставалась гильдией. Хотя, с технической стороны вопроса, гильдии в современном сеттинге про охотников или эсперов/проводников имеет смысл называть компаниями, так как работают они по тому же принципу.

Было бы ложью сказать, что Соха не чувствовал себя преданным.

Оказывается, в мире существует проводник с совместимостью 90%. И чего этому проводнику не хватало, что Хан Джуо выбрал Соха…

«А, вот чего ему не хватало.»

Когда Хан Джуо на грани перегрузки, на него действовала только стабилизация Соха.

Но до тех пор, пока уровень риска не превышает 90%, для Хан Джуо гораздо выгоднее быть в паре с тем проводником.

Неудивительно, что Ким Миён не слишком обрадовалась Соха.

«Значит, Хан Джуо хочет быть в паре со мной по собственной воле.»

Настолько, что сравнил те крохи энергии, которые Соха может ему дать, со своей жизнью.

Эта мысль снова повергла Соха в смятение. Неужели он настолько важен для Хан Джуо? И почему Хан Джуо, имея два совершенно противоположных варианта, не раздумывая, выбрал его?..

– Ты знаешь, кто этот проводник?

Ли Джонмин покачал головой.

– Это всего лишь слухи, ничего конкретного.

Судя по его лицу, он действительно ничего не знал.

«Если существует такой проводник, разве не логично было бы образовать с ним пару? В чём причина? И что тогда я?»

– А можно задать тебе ещё один вопрос? – спросил Ли Джонмин, вырвав Соха из раздумий. – Обычно все проводники, которые встречаются с Хан Джуо, держат рот на замке. Никто не обсуждает его за спиной.

Ли Джонмин беспокоился, что Соха так открыто расспрашивает о Хан Джуо в кафетерии гильдии.

– Да ладно тебе. Я же не собираюсь сплетничать о нём.

Соха расправил плечи. Он хотел принять взвешенное решение, поэтому имел полное право узнать о своём потенциальном партнёре.

– Ну да…

Ли Джонмин по-прежнему не горел желанием продолжать.

– Я же не прошу рассказать мне о его слабостях или о том, какой он тиран. Всё, что я знаю – это то, что у него есть проводник с высоким процентом совместимости, но кто именно – не имею ни малейшего понятия.

– Но… проводник Пэк Соха…

– Честно говоря, Хан Джуо мне не нравится. Он не человек, а бульдозер. Я же не просто так отказался, а он так на меня давил… Только не говорите, что…

Соха, заметив, что Ли Джонмин смотрит куда-то ему за спину, нахмурился. Он не был против, чтобы его подслушивали, но это было уже слишком.

Соха со вздохом повернулся.

Хан Джуо стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на него сверху вниз. Его брови были высоко подняты.

– Выйдем.

– Мы можем поговорить и здесь.

Хан Джуо, словно уважая желание Соха не оставаться с ним наедине, придвинул стул и сел.

– Моя слабость, как видишь, в том, что когда я использую много сил…

– Я понял. Пойдём, поговорим снаружи.

Соха поспешно перебил его, видя, что тот готов выложить все свои секреты прямо здесь. Ему было зазорно, что Хан Джуо раскрывает свои тайны из-за него.

– Я передумал.

Хан Джуо не сдвинулся с места. Возможно, он и предложил выйти, зная, что Соха откажется.

Ли Джонмин, тем временем, дал дёру. Поймав неодобрительный взгляд Соха, он только ускорил шаг.

«Как подло.»

Наверное, не хотел попасть в немилость эспера Хан Джуо, который был членом той же гильдии.

И даже если не учитывать, что Хан Джуо – эспер S-Класса, за его спиной стояла Ким Миён.

Соха понимал Ли Джонмина, но сейчас он сам застрял в затруднительном положении.

– Может, почитаем… контракт?

Соха нарочито положил контракт на стол, словно это был его щит, и начал листать страницы. Он делал вид, что пришёл сюда именно за этим, но Хан Джуо не отставал. Более того, он взмахнул рукой, и поднялся ветер.

Это был не ветер из окна, а стена ветра, созданная Хан Джуо.

Ветер полностью отгородил их от окружающих, и голос Хан Джуо прозвучал прямо у уха Соха.

– У меня был проводник с высоким процентом совместимости.

Соха замер, по-прежнему держа в руках контракт.

– Директор хотела, чтобы я образовал пару с проводником Чин Гамин. Она надеялась, что, если мы пройдём ритуал запечатления, моя слабость исчезнет.

Хан Джуо озвучил имя проводника. Чин Гамин.

– Но это были всего лишь мечты. Никто не знал, к чему это приведёт.

Соха сжал контракт в руке, услышав пессимистичные слова Хан Джуо. Он слишком хорошо понимал, что значит «неопределённые ожидания».

С ним случилось то же самое. Он тоже надеялся, что запечатление повысит его процент совместимости. И из-за этого погиб один эспер. Чувство вины, которое переполняло Соха, иногда отступало, но всегда следовало за ним, как тень.

Соха положил смятый контракт и повернулся к Хан Джуо.

– Ты можешь пожалеть об этом.

Возможно, именно этого он боялся и поэтому всё тянул с подписанием контракта. Что, если он станет ненужным Хан Джуо после того, как они образуют пару?

Он уже уволился и сбежал, чтобы защитить себя, и, если Хан Джуо потом припомнит ему это, в мире не найдётся слов, чтобы описать, какую боль испытает Соха.

Он потеряет последнюю опору, которая помогала ему держаться. Так стоит ли ему заключать этот контракт?

– Я уже достаточно настрадался от сожалений.

Хан Джуо сожалеет?

– По тебе не скажешь…

Соха попытался вспомнить, видел ли он когда-нибудь Хан Джуо в таком состоянии, но ничего не пришло на ум. Возможно, тот просто хорошо это скрывал.

– И в будущем тоже не скажешь. Ты ничего не заметишь, так что не беспокойся.

Значит, Хан Джуо может сожалеть, но будет мастерски это скрывать.

«Оригинально.»

Неожиданный ответ удивил Соха, и его настроение, которое только что было на нуле, поднялось до среднего уровня.

Соха посмотрел на лицо Хан Джуо, проверяя, нет ли на нём тени печали, а затем громко воскликнул:

– Хорошо. Я согласен.

Он достаточно долго думал, сомневался и мучился. Он узнал, что у Хан Джуо есть проводник с высоким процентом совместимости. Он даже думал предложить сделать его вторым партнёром Хан Джуо.

– Даже если ты потом передумаешь, я не позволю тебе разорвать контракт.

– Кто бы говорил.

Хан Джуо достал из кармана ручку и протянул её Соха. Было видно, что он пришёл сюда с твёрдым намерением заключить контракт, и Соха выхватил у него ручку.

Он посмотрел на контракт решительным взглядом и поднёс к нему ручку.

Его подпись стремительно летела по строке «Подпись».

– Я предупреждаю тебя. Раз уж ты взял меня в качестве проводника, пути назад нет.

Соха закончил подписывать контракт, отложил ручку и в последний раз предупредил Хан Джуо.

***

Хан Джуо шёл в кабинет директора с контрактом в руке.

Его мать, обычная домохозяйка, не могла поверить в его класс, но была счастлива.

Его отец, обычный офисный работник, смотрел на него как на чудо, но гордился им.

Его младший брат повис у него на шее, выторговывая обещания.

После пробуждения способностей Хан Джуо в их обычной семье произошли большие перемены. Благодаря значительной финансовой поддержке для эсперов, они переехали в более просторный дом и получили доступ к качественному образованию. Кроме того, пособие для эсперов обеспечило им безбедную жизнь.

Казалось, что в их жизни началась белая полоса.

Но однажды появились врата, и, хотя Хан Джуо лично отправился в подземелье и очистил его, он не смог остановить монстра, вырвавшегося из скрытых врат.

Чтобы спасти свою семью, Хан Джуо впервые после пробуждения использовал всю свою силу, и его тело начало раздуваться, словно вот-вот взорвётся.

Тогда он впервые понял, что с уровнем риска 98% он был не чем иным, как бомбой замедленного действия, способной вызвать катастрофу, гораздо более страшную, чем скрытые врата.

Эсперы, которые должны были сражаться с монстром из скрытых врат, окружили его. Они кричали ему, чтобы он шёл и останавливал монстра, но он не мог двигаться.

Он злился на них, но больше всего он ненавидел себя. Он хотел спасти свою семью, но не мог пошевелиться. Каждый шаг увеличивал его уровень риска, а стабилизация не действовала, и ситуация становилась всё хуже.

Его семья оказалась во власти монстра.

Хан Джуо, не в силах двигаться, со слезами на глазах смотрел, как один за другим умирают его родные. Он чувствовал себя всемогущим, но не смог спасти свою семью.

Когда он увидел, как разрывают на части его младшего брата, его охватил ужас. Впервые после пробуждения способностей он испытал страх и погрузился в бездну отчаяния.

Если бы он мог двигаться…

Если бы стабилизация подействовала…

Бесконечные сожаления о потере семьи загнали его в угол. Даже если стабилизация обычно действовала хорошо, в памяти Хан Джуо навсегда запечатлелся тот день.

В тот день он был беспомощным и никчёмным. Он всё ещё блуждал в прошлом, не в силах от него освободиться.

Именно об этом он говорил Соха. Хан Джуо до сих пор сожалел о том дне, когда ему была так нужна хоть капля стабилизации, чтобы просто пошевелиться.

– И всё-таки ты принёс подписанный контракт, – Ким Миён вздохнула, глядя на документ, который ей протянул Хан Джуо. Она знала, что победа близка, но, когда она наконец-то достигнута, ощущения совсем другие.

Принимая контракт и передавая его секретарю, Ким Миён отметила:

– Ты же понимаешь, что Пэк Соха будет предоставлять тебе стабилизацию только в крайних случаях? Вызови Чин Гамин.

Отображаемые на часах Хун Джуо цифры снова карабкались к отметке 80%. Даже сейчас он, скорее всего, по привычке терпел боль.

– С другими проводниками пока повременим.

– Что? Но в контракте же ясно сказано…

Согласившись на встречное предложение Пэк Соха, они включили в контракт двух проводников вместо одного, и Хан Джуо не высказал возражений. Соответственно, Ким Миён предположила, что они двинутся дальше согласно этой директиве, да только Хан Джуо воспользовался лазейкой.

– Там не указаны сроки.

Иными словами, они могут отложить вовлечение второго проводника. Ким Миён воззрилась на него, не веря своим ушам.

– Ключ.

Хан Джуо протянул руку. Ким Миён не требовалось объяснять, что именно требовалось положить в его ладонь, и она с различимой досадой произнесла:

– Порой мне интересно, осознаешь ли ты, какие мы с тобой давние друзья? Заботился бы ты обо мне так же, как о проводнике Пэк… Ладно, забудь. Вот.

Видя, что Хан Джуо не слушает, она просто положила ключ ему в руку. Это был ключ от квартиры Соха.

Хан Джуо перевернул ключ-карту и проверил номер.

– Я знал, что ты так отреагируешь.

Ким Миён закатила глаза и отвернулась. У неё и так было много дел из-за Хан Джуо, и ей некогда было с ним возиться.

– Иди позаботься о проводнике Пэк. Ты же можешь хотя бы это сделать?

– Так и так намеревался этим заняться.

Хан Джуо собирался всё подробно объяснить Соха, ведь тот многого не знал в гильдии White. Соха, конечно, неплохо освоился: сам сходил в кафетерий, расплатился пропуском за кофе, разговорился с другим проводником, но наверняка у него оставались вопросы.

Хан Джуо снова отправился к Соха.

Ким Миён, только что севшая за стол, покачала головой, видя, как Хан Джуо исчез, оставив за собой полуоткрытую дверь.

– И всё равно, он едва может предложить тебе крохи энергии.

Что же в них было такого, чтобы так себя этому посвятить?

***

Тем временем Соха столкнулся с обратной стороной популярности Хан Джуо.

– Слышал, Хан Джуо создал вокруг него стену из ветра. Очевидно же, что между ними что-то есть?

– И с Пэк Соха из всех людей...

– Такой низкий процент совместимости, а всё равно терпит. Это тоже своего рода талант.

– В центре он подлизывался к директору. Интересно, насколько глубоко они с друг другом замешаны?

Нечто такое уже недавно происходило. У Соха хватало здравого смысла, чтобы ничего быстро не забывать.

– Хачхоль тоже меня с чем-то схожим донимал.

Он подпёр рукой подбородок, вспоминая тот день. Чо Чачхоль считал, что его положение пошатнётся, если Соха уволится, так? В тот день он так цеплялся за Соха, что, схвати его за одежду, наверняка растянул бы её до бесконечности.

– Здесь то же самое, да?

Все друг друга знают через знакомых, и нет ничего интереснее, чем чужие истории. Соха знал это как никто другой.

Когда-то, стоило ему появиться, все вокруг начинали шептаться: «Это он?». Посему, хоть тяжесть подобных реакций давно исчезла, любопытство оставалось.

– Почему ко мне никто не подходит?

Несмотря на довольно напряженную социальную картину, у Соха был друг – Мун Рой. Хотя он был из тех людей, которые требуют компенсации в виде говядины за разбухшую лапшу, по натуре своей его нельзя было назвать плохим парнем.

– Или он всё-таки плохой?

– Кто плохой?

Соха заметил мужчину, усевшегося прямо напротив него. Тот снял головной убор и встряхнул волосами. От этого грубого движения его взъерошенные локоны взметнулись вверх и снова улеглись.

– Тот, кто знает, что я получу деньги по контракту, и хочет содрать с меня побольше.

Мун Рой фыркнул, услышав незамедлительный ответ Соха.

– Совесть есть, Соха?

Он шутливо пнул спортивную сумку Соха, лежавшую на соседнем стуле.

– Коли исчез без предупреждения, впору с понурой головой столь же незаметно вернуться на прежнее место, а не нагло просить собрать твои вещи, не думаешь?

– Так получилось.

Соха, не задумываясь, подписал контракт, только чтобы обнаружить на себе кандалы. Не в буквальном смысле, конечно. Просто ему нужно было встретиться с бухгалтерией, чтобы получить деньги, забрать ключ-карту от нового дома, и ещё пройти сканирование отпечатков пальцев – он уже не помнил, зачем это нужно.

– Меня всего отсканировали.

Соха развёл руки, показывая, как это было, и Мун Рой неодобрительно на него посмотрел.

– И ты вдруг стал членом гильдии White… нравится она тебе?

– Не знаю.

Соха сплёл пальцы за головой и откинул на них голову. Без своего угла, где можно было бы встретиться, он уже в третий раз за сегодня посещал кафетерий. Всё было хорошо, но ему не хватало стульев с подголовниками.

– Я сам толком не уверен, как так получилось. Просто моргнул – и всё изменилось.

– Ты же точно что-то подписал; как ты можешь быть не уверен?

– Заметил?

Задорная улыбка Соха побудила Мун Роя прищёлкнуть языком и оглядеться по сторонам.

– Но…

Пока Соха, который уже напился кофе и перешёл на чай, пил из чашки, Мун Рой выпрямил спину.

– Тебя здесь явно планируют сожрать заживо. Тебя устраивает такой расклад?

Мун Рой, должно быть, подслушал разговоры, раздававшиеся неподалёку. Ведь он не был дураком и чувствовал на себе пристальные взгляды.

– Что тут нового? Люди везде одинаковые.

– Разве такие слова сейчас уместны?

Соха пожал плечами на вопрос Мун Роя.

– Привыкать надо.

Он уже смирился с этим, когда подписывал контракт.

– Может, мне и недостаёт знаний, но кожа у меня толстая. Такое меня едва ли беспокоит.

Это же просто разговоры за спиной, а не открытые нападки, как от Чо Хачхоля.

– Нет, погоди. Пожалуй, здесь даже лучше. У меня здесь есть свой… кхм… эспер.

Соха закашлялся, потому что ему стало щекотно в горле, когда он произнёс «свой». Было неловко говорить о своём эспере. Иметь личного партнёра, вне зависимости от сложившихся между ними отношений, было в новинку и слегка смущало.

Ещё более неловко было говорить об этом кому-то вроде Мун Роя.

– Тц. Тебе серьёзно нравится? Такие отношения практически не имеют значения...

Мун Рой, лишь смутно слышавший разговор по телефону, не стал говорить утешительных слов.

– Зачем вообще нужна эта приписка «инклюзивный»?

Он понизил голос, чтобы их никто не услышал.

– Уж больно мудрёное слово для условного контракта на заключение пары.

– Это был лучший вариант.

Соха достал чайный пакетик из чашки, пытаясь скрыть горечь во рту. На самом деле, чайный пакетик был просто предлогом. Он не мог спокойно принять тот факт, что его отношения с Хан Джуо отличались от полноценных отношений других пар.

– Давай взглянем на светлую сторону: это я тот, в ком нуждаются.

Соха отогнал мрачные мысли и улыбнулся Мун Рою. Пускай его фермерские планы пришлось отложить, пока что он оставался проводником.

– Мне и так хорошо, Рой.

– Да кому какое дело до того, хорошо тебе или нет? Ты что, так и дашь этим сплетникам чесать языками? Ты как будто…

Возмущение Мун Роя быстро сменилось негодованием.

Подтверждение Соха о том, что тот благодарен и за такие крохи, задели его за живое. Ему было обидно за друга.

– Знаешь, молчи. Просто доверь это мне. Я сегодня устрою в этой гильдии переполох.

Мун Рой решительно заявил, окинув взглядом окружающих. Он говорил достаточно громко, чтобы все слышали, и было понятно, что если ситуация будет развиваться дальше, то она либо обострится, либо останется неизменной, и Соха покачал головой в знак несогласия.

– Оставь их. Пытаться их остановить – пустая трата времени.

Если он сейчас пригрозит им, они, конечно, затихнут, но ненадолго. Они снова начнут сплетничать, и их ряды пополнятся новыми лицами.

Он не был настолько наивен, чтобы не понимать, как устроен этот мир, и поэтому быстро смирился с неизбежностью.

– Иногда нужно просто подождать, пока пройдёт некоторое время...

Бам!

Ветер хлестнул его по лицу, и раздался оглушительный грохот. Соха моргнул, пытаясь понять, что произошло. Ему показалось, что это был человек.

Судя по выражению лица Мун Роя, Соха не ошибся. Наверное, у него самого было такое же лицо: широко раскрытые глаза и отвисшая челюсть. В другой ситуации Соха засунул бы ему в рот палец и пощекотал нёбо, но сейчас ему было не до шуток.

Именно тогда он почувствовал невольную потребность повернуть свою упрямую голову.

Бух!

– А-а-а!

На этот раз чьё-то тело поцеловалось с полом.

Бам! Бам! Бам!

Кругом, впечатываясь в стены, как пули рикошетили люди, и возникал вопрос, не открылись ли в кафетерии врата.

Появился виновник всего этого переполоха.

Хан Джуо грациозно приземлился рядом с Соха и стремительным пинком отправил в полет корчащегося на полу эспера.

– Уф!

Все остальные ударились о стену только один раз, а этот эспер – дважды. Соха посмотрел на потерявшего сознание эспера, а затем перевёл изумлённый взгляд на Хан Джуо.

«Он что, всерьёз пытается меня запугать?»

Неужели он хотел сказать, что теперь, когда они заключили контракт, рот должно было держать на замке? Даже слова лишнего не ронять?

Если это и было его намерением, то оно оказалось на редкость эффективным. Пока Соха растирал похолодевшую шею, Хан Джуо, который только что безжалостно раскидывал эсперов, заговорил:

– Если ещё раз услышу, как кто-то оскорбляет моего проводника…

Соха замер, всё ещё поглаживая шею.

– …вам мало не покажется.

Соха моргнул под утренними лучами солнца, падающими на его лицо. Где он?.. Кто он?.. С трудом сбросив остатки сна и прояснив сознание, он наконец-то смог осмотреться.

Это было жильё, предоставленное гильдией White. Хан Джуо принёс карту-ключ и лично проводил его сюда. Как только Соха вошёл, то сразу же нашёл кровать и рухнул на неё.

Дальше – провал в памяти.

– Здесь…

Горло пересохло, и он закрыл рот. Вместо этого Соха встал и медленно вышел из комнаты.

«Так просторно.»

Первое впечатление – планировка в три раза больше, чем та, в которой он жил до этого. Не говоря уже о гостиной, здесь было три спальни и два санузла.

Пока Соха с любопытством разглядывал кухонный остров, реальность его нового положения внезапно нахлынула на него свежим осознанием.

– Я действительно получил работу.

Он не подавал заявление об увольнении, чтобы сменить работу, но в итоге переехал в более просторный дом. Новое здание, полностью меблированное.

Соха повернулся и облокотился на кухонный остров. Почти всё есть…

– Шторы точно нужно купить.

Проснулся он утром оттого, что ему показалось, будто кто-то светит ему в глаза фонариком.

– Вода есть?

Он открыл холодильник и проверил. Как и ожидалось, ничего. Он и так догадывался, что там пусто, ещё когда почувствовал холодный воздух на лице.

– А лапша быстрого приготовления?

Хотя это и нельзя назвать завтраком, он толком ничего не ел с тех пор, как съел гамбургер. Что он пил? Кофе и ещё… кофе. Чай тоже пил. И мадлен съел, но этого было явно недостаточно.

Соха, схватившись за урчащий живот, задумался, что бы такого купить поесть, и невольно приподнял уголки губ в улыбке. Он вспомнил то, что вчера полностью поглотило его внимание.

Сначала его позабавило высокомерное предупреждение, а потом то, что от простого предупреждения эсперы разлетелись в разные стороны. Он чуть не рассмеялся.

Он часто представлял себе, как разносит их в пух и прах, когда слышал сплетни о себе, и вот это стало реальностью. К счастью, Хан Джуо ограничился только эсперами, поэтому серьёзного инцидента не произошло. Однако эсперы, поднимаясь с пола, смотрели на Соху потухшими, безжизненными взглядами.

Было ясно, что они больше не посмеют сплетничать о нем. И ещё… некоторые из них нуждались в поддержке своих проводников, и лица этих проводников тоже были мрачными. Им было неприятно, что их эсперы пострадали, но они, как ни прискорбно, не могли открыто протестовать. Они смотрели не на Хан Джуо, а на него. Чувства в их взглядах…

– Вот уж не думал, что доживу до такого.

Впервые в жизни ему завидовали проводники.

Они быстро отвели взгляды, потому что знали, что неправы, но Соха чётко уловил их эмоции. Это было соперничество между проводниками, основанное на классе их эсперов. Соха всегда был вне этой борьбы. У него не было права участвовать, потому что у него не было парного эспера.

Когда-то он хотел провести импринтинг с одним эспером, но обстоятельства сложились так, что у них не получилось стать парой.

– Ну, возможно, не всё так плохо.

Сердце затрепетало от мысли, что подобное могло повториться. Это был не первый раз, когда кто-то заступался за него. Мун Рой всегда с энтузиазмом поддерживал его, а директор центра Ким Бомхак искренне пытался помочь найти ему эспера.

Но это был первый раз, когда кто-то по-настоящему утолил его внутренний зуд, давая выход накопившемуся за долгое время разочарованию. Он почувствовал, как многолетний груз обиды спал с его плеч.

– Я определённо могу привыкнуть к этому ободряющему чувство по утру.

Соха облизал губы, перебирая в уме разные варианты.

***

Освежившись колой, Соха перевернул гамбургер и откусил большой кусок.

– Похоже, что в ближайшее время в подземелья мы не пойдём…

Соха говорил о Хан Джуо. Хан Джуо превысил лимит посещений врат, установленный Центром Управления.

Насколько ему известно, он сделал это трижды. Даже если третий раз был оправдан тем, что Хан Джуо находился рядом с вратами в момент их появления, он всё равно превысил допустимое количество посещений.

Поэтому какое-то время он будет заниматься тренировками и отдыхать. Соха планировал сопровождать его по его графику. Он мог спокойно отдыхать около месяца, не беспокоясь о возложенных на него ожиданиях.

– Хорошо. Определённо хорошо, но есть какое-то неописуемое чувство.

Если бы его заставили работать сверхурочно сразу после устройства на работу, это было бы ужасно. Он бы подумал: «Что это за компания такая?» и «Правильно ли я поступил, устроившись сюда?». Но с Соха всё было наоборот.

Ситуация напоминала ту, когда после завершения проекта его похлопывают по плечу и говорят отдохнуть перед следующим. Но почему же ему так неспокойно?

Несмотря на это неопределённое чувство, он продолжал уплетать гамбургер.

– Что толку об этом думать? Если честно, мы с Хан Джуо даже толком не работали вместе…

Он зачерпнул картошку фри и, жуя, отправил её в рот, но замер на середине укуса.

– Вот оно, из-за чего это чувство, будто паришь в невесомости.

Он никогда по-настоящему не сотрудничал с Хан Джуо.

Конечно, они вместе ходили в подземелья, но тогда они не были партнёрами.

Быть партнёрами – не так просто. Например, если эспер использует атаки по площади, проводник должен держаться от него на расстоянии. Кроме того, важно внимательно следить за состоянием эспера и вовремя предоставлять стабилизацию. В общем, ответственностей не счесть.

– По итогу, у меня задач по горло.

Он пришёл как раз после окончания проекта, поэтому до начала следующего ему нужно было, как и всем новичкам, ознакомиться с работой, познакомиться с коллегами. У Соха было полно дел.

Как только мысли прояснились, тело само пришло в движение. Он убрал со стола и вышел из дома.

***

Тренировочный зал для эсперов, расположенный в здании гильдии. Размером со школьный стадион, со стенами, поглощающими любые атаки, и командой ремонтников, готовой в любой момент устранить повреждения, вызванные боями эсперов. Всё было идеально.

Хан Джуо так активно двигался, что жар от его тела ощущался даже сквозь одежду. Он почти не использовал свои способности. Иначе тренировочный зал превратился бы в руины.

В меру.

Ровно настолько, чтобы как следует проучить противника.

– А-а-а!

Эспер врезался в стену как пушечное ядро. В месте удара пошли трещины, которые быстро расползлись, как во время засухи. От тела эспера повалил дым.

– Следующий.

Хан Джуо нетерпеливо щёлкнул пальцами, и эспер, мявшийся в углу, стиснув зубы, вышел вперёд.

– Я тебя хоть раз ударю… А-а!

Эспер, чьей сильной стороной была скорость, хотел ударить Хан Джуо до того, как тот ударит его. Но Хан Джуо небрежно взмахнул рукой, и эспер отлетел с ещё большей скоростью, чем та, с которой тот бежал.

Удар был настолько сильным, что он покатился по полу, представляя собой зрелище одновременно жалкое и нелепое.

– Следующий.

Хан Джуо посмотрел на оставшихся эсперов. Это были те, кто вчера нелестно отзывался о Соха.

Вчера их застали врасплох, а сегодня под видом тренировки им грозил новый разгром.

– Вчера… я всё понял.

Один эспер, догадавшись, что наступила его очередь, решил договориться. Даже если Хан Джуо будет сдерживаться, не было никакой гарантии, что он не отлетит, как остальные. Конечно, сразиться с эспером S-Класса – это бесценный опыт, но не в такой ситуации.

Однако Хан Джуо не разжал кулака.

– Разве такой должен быть взгляд у того, кто «понял»?

Значит, он вызвал их именно из-за вчерашнего.

– Я хочу, чтобы моему проводнику было комфортно работать в компании.

– …

Хан Джуо даже не пытался скрывать своих намерений.

– Я не хочу, чтобы на работе он сталкивался с чьим-то недовольством или завистливыми взглядами.

Теперь всё стало ясно. К Пэк Соха прицепились не только эсперы, у которых были тёрки с Хан Джуо, но и их проводники – те тоже бросали на новичка негативные взгляды. Хоть проводникам и не доставало боевых способностей, чтобы тягаться с эсперами – особенно эспером калибра Хан Джуо, которого одновременно желали и кликали монстром – ничто не мешало им открыто презирать Пэк Соха, обвиняя того за произошедшее.

И действительно, даже сейчас их негодование не утихало.

– Я всего лишь пару слов сказал.

– И не только я. Наверняка все, кто знает проводника Пэк Соха, что-то да говорили.

Лица остальных эсперов, тайно поддерживавших своего товарища, побледнели, когда из того посыпались оправдания. Со стороны всё было видно ещё лучше.

Сложившаяся ситуация напоминала рытье собственной могилы.

– Я больше не буду его беспокоить.

– Я извинюсь перед проводником Пэк Соха.

– Я буду каждый день приносить ему угощения.

После того как недовольный эспер высказал свои чувства, оставшиеся попытались отстраниться от конфликта, и только тогда глаза возмущавшегося задрожали.

– Я, я не это имел в виду… А-а-а!

Эспер был отправлен в полет без сопротивления.

Вдоволь разгромив тренировочный зал, Хан Джуо столкнулся с неожиданным гостем.

Пэк Соха стоял, преграждая входную дверь. Хан Джуо перевёл взгляд на номер квартиры.

302. Его квартира. Но почему Пэк Соха стоит перед ней?

– А я думал, ты обрадуешься.

На сухой комментарий Соха, лицо Хан Джуо стало ещё серьёзнее. Он нахмурился так сильно, что между бровей залегла глубокая складка.

– Вау, я что, контракт не подписывал? Даже только что разведённые супруги не ведут себя так холодно.

От колкости Соха складка на лбу Хан Джуо разгладилась. Более того, он выглядел огорошенным. Нужно ли было упоминать развод? Хотя он не возражал против подобных упоминаний, они начинали отягощать его мысли.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – спросил Хан Джуо, задавая самый очевидный вопрос.

– Позвонил и спросил. В любом случае, ты живёшь либо здесь, либо здесь.

Соха указал сначала на 302, потом на 303 квартиру. Его собственная квартира была под номером 301.

– Но…

– Не спрашивай, как я догадался, что ты живёшь рядом. Это слишком банально. Ты же за мной таскался, не стал бы далеко селиться.

Неужели так сложно было догадаться?

Получив невозмутимый ответ Соха, Хан Джуо не смог подобрать слов. Он и сам собирался сказать то же самое, просто Соха его опередил.

– Тебе, похоже, неинтересно, зачем я пришёл?

– Давай сначала зайдём.

Хан Джуо не собирался упускать такую возможность, когда Соха явился к нему сам. Соха послушно отошёл в сторону, и Хан Джуо потянулся к дверному замку, но замер.

– Чего ждёшь? Набирай код.

– Разве в таких случаях не принято отворачиваться?

– Давай уже, открывай.

Соха настаивал, и Хан Джуо подчинился. Дверь открылась, и он обернулся, приглашая Соха войти, но тот почему-то не двинулся с места.

– Ты настолько уверен, что никто не вломится в твою квартиру? Что за код у тебя такой?

Стала ясна причина, по которой Соха не зашёл в квартиру.

– И с техникой проблемы. Разве она должна позволять устанавливать «1234» в качестве пароля? – Соха проворчал, что пароль слишком простой, и вошёл в квартиру раньше Хан Джуо. Хан Джуо, всё ещё держа дверь, с любопытством последовал за ним.

Соха, скрестив руки за спиной, осматривал квартиру. Он был непривычно тих. Казалось, он старался вести себя вежливо в чужом доме, но Хан Джуо не мог быть уверен, что Соха не выкинет что-нибудь неожиданное.

– Я сегодня осмотрел свою квартиру, – начал Соха. Подтекст был ясен: вчера у него не было на это времени, но Хан Джуо решил не цепляться к словам.

– У нас с тобой практически одинаковые квартиры, – Соха указал на окно. – У тебя тоже нет штор. Это нормально?

– …Мне они не нужны.

– Правда? А в спальне тоже нет?

Хан Джуо промолчал, но это молчание было красноречивее любых слов. Соха вздохнул.

– Я хотел попросить тебя о помощи, но, похоже, за покупками впору идти вместе.

Несведущий о реакции Хан Джуо, Соха плюхнулся на диван в гостиной. Такой же, как у него дома. Хан Джуо мог считать, что ему повезло получить полностью обставленную мебелью квартиру.

– Я пришёл кое-что сказать.

Кивком головы Соха пригласил Хан Джуо сесть рядом. Тот уже хотел было подскочить, но Соха схватил его за запястье.

– Ты с ума сошёл?!

Взглянув на показания часов, Соха тут же выругался. Хан Джуо молчал, но Соха не прекращал причитать, даже когда уже начал стабилизацию.

– Если бы ты нормально стабилизировался, я бы ничего не говорил. У тебя такой высокий показатель риска, зачем ты вообще сюда вернулся?

– Кто сказал тебе, где я живу?

– Директор Ким Миён.

Вспомнив, как вчера Ким Миён передавала ему карту-ключ, Хан Джуо задумался. Он сам попросил квартиру рядом с Соха и получил за это выговор, но когда это она успела рассказать об этом самому Соха?

– …её секретарь, проводник Ли Джонмин и ещё несколько человек.

– …

Значит, не Ким Миён.

Видя молчание Хан Джуо, Соха прищурился и хмыкнул.

– Я не разговаривал с директором Ким Миён.

– Почему?

– Зачем мне подлизываться к человеку, который явно на твоей стороне? – равнодушно заметил Соха, указывая на ошибку в рассуждениях Хан Джуо. – У меня в White много знакомых. Зачем мне лебезить перед Ким Миён, чтобы получить информацию? Я могу просто спросить у других.

Соха постучал пальцами по дивану.

– Не ожидал от тебя такого.

– Чего именно? Ты же видел, как я вчера разобрался с проводником Ли Джонмином.

– Ты имеешь в виду, как ты пытался раздобыть грязь на меня?

Соха действительно расспрашивал Ли Джонмина о Хан Джуо и пытался выставить его в плохом свете. Соха не отрицал этого, но у него были свои причины.

– Это была своего рода предосторожность.

То, как Хан Джуо слегка приподнял брови, нисколько не смутило Соха.

– Учитывая недопонимание, которое между нами было, моё мнение о тебе было простым. Я думал, что ты та ещё сволочь.

– …

– О, или это не было недопониманием с моей стороны?

Соха самовольно интерпретировал молчание Хан Джуо и добавил шутливым тоном:

– В этой сфере все друг друга знают.

Хан Джуо снова нахмурился, не понимая, к чему клонит Соха. Тот поспешил пояснить:

– Стоит сделать пару шагов – и ты уже знаешь всех. Так что получить нужную информацию несложно.

Если только это не тщательно охраняемый секрет.

Хан Джуо охватило странное чувство. Соха явно пришёл не просто сказать, что узнал, где тот живёт.

– Слышал, ты сегодня под видом тренировки разделался с несколькими эсперами в тренировочном зале.

– …

– И я знаю, что это те самые эсперы, которые вчера отлетели от тебя как пушечные ядра.

– Кто тебе сказал?

Именно поэтому Хан Джуо был так немногословен сегодня, несмотря на визит Соха. Он не хотел случайно проболтаться о том, что произошло. Но это означало лишь то, что он плохо знает Соха.

– Тц, – Соха цокнул языком, словно говоря, что ему всё известно. – Ты им уже преподал урок; тебе обязательно надо было лезть с ними в драку?

Технически, это было не дракой, а односторонним избиением, но Соха не дал Хан Джуо и слова вставить.

– Ты сам знаешь, как в этой сфере дела делаются. Даже если я сам по себе никем не являюсь, все будут завидовать, если мой эспер окажется сильным. А если он ещё и красивый, известный, с ужасным характером… Если бы Мун Рой нашёл себе крутого эспера, я бы с ума сошёл от зависти.

– …

Лицо Хан Джуо приобрело странное выражение. Соха вроде как и ругал его за то, что тот побил эсперов, но при этом навесил слишком много «украшений» на свои слова.

– К тому же, White сейчас на подъёме, да? Неудивительно, что у вас такие здания. И гонорары высокие, и квартиры хорошие.

Вспомнив о щедром авансе, Соха причмокнул губами. Он даже не был уверен, заслуживает ли таких денег, но ему сказали, что это стандартная ставка для членов гильдии.

Ежемесячная зарплата тоже была внушительной, а бонусы – ещё приятнее.

– А тут ты, самый ценный сотрудник, становишься моим эспером, вот у всех и глаза на лоб лезут.

Соха говорил без умолку. Даже Хан Джуо, который обычно быстро перебивал собеседников, не мог понять, к чему тот клонит. То ли он ругал его за жестокость к завистникам, то ли…

– Так что ты хочешь этим сказать?

– Спасибо.

– …

– …

– …

– Ну вот, теперь неловко.

Соха потёр шею, пытаясь разрядить обстановку, которая грозила затянуться в неловком молчании. Но слова благодарности он не забрал. В этом и была цель его длинной речи, это и было то, что он хотел сказать Хан Джуо.

– Ладно, это мы обсудили… Я тут подумал, – Соха быстро сменил тему, поскольку Хан Джуо всё ещё молчал. – Раз уж мы партнёры, нам нужно научиться работать вместе, прежде чем идти во врата.

– Работать вместе…

Хан Джуо вытянул руку ладонью вверх. Соха нахмурился, но потом вдруг приложил свою руку к его.

Разница в размере их ладоней составляла примерно половину фаланги пальца.

– Я постараюсь тебе не мешать, так что не бросай меня, даже если я буду тебе надоедать

Соха имел в виду, что будет, как сегодня, сам приходить и находиться рядом. Хан Джуо не стал возражать.

– К слову, у тебя ничего попить нет?

Соха указал на холодильник. Взглядом он словно спрашивал, не угостит ли его хозяин дома чем-нибудь. Хан Джуо не отреагировал, и Соха, поняв намёк, прокомментировал:

– Ясно, холодильник чисто для красоты стоит.

♡

Ооо, так Соха у нас цундере! Причём такой цун-цун, прямо самый настоящий цун~

«Вот зачем ты избил эсперов, вот кто тебя просил за меня заступаться, и штор у тебя нет, бака, и вообще спасибо. Но зачем тебе вообще холодильник, раз воды в нём нет, всё равно не понимаю.»

– Ты это называешь «поработать вместе»? – мрачно пробормотал Хан Джуо, глядя на красный турникет в своих руках. Соха, шедший чуть впереди, обернулся.

– А ты что, хотел просто попрактиковать стабилизацию?

Зачем, если они уже делали это несколько раз? Хан Джуо одарил Соха многозначительным взглядом, словно хотел сказать многое, но не знал, с чего начать, и промолчал.

– А, ты, наверное, думал, что мы пойдём тренироваться, – догадался Соха и кивнул. На самом деле он не пытался понять Хан Джуо. Он просто смотрел куда-то в сторону, рассеянно соглашаясь с его словами.

– Но перед тренировкой нужно что-нибудь съесть и выпить, не так ли? – именно поэтому Соха сразу же вывел Хан Джуо из дома. – Сейчас время ужина, и даже если мы что-то перекусим где-нибудь по дороге, дома должна быть хотя бы вода.

Ужин был важен, но холодильник был пуст. У Соха он был пуст с момента переезда, а у Хан Джуо, если правильно истолковать его слова, там дыра зияла всегда.

– Поэтому сначала в магазин.

Соха вопросительно посмотрел на Хан Джуо, словно ожидая его согласия. Если бы Хан Джуо отказался, Соха пошёл бы в магазин один, но он очень хотел пойти вместе.

Хан Джуо посмотрел на тележку, которую катил перед собой. Он выглядел так неловко, словно никогда в жизни не держал в руках тележку. Потом медленно кивнул, будто бы соглашаясь с тем, что готов следовать за Соха.

– Отлично.

Соха довольно улыбнулся. В этой улыбке читалось удовлетворение от того, что его «жертва» попалась в ловушку, но он быстро отвернулся, прежде чем Хан Джуо успел что-то заподозрить.

Они положили в тележку по две упаковки воды для каждого, а затем направились к напиткам. Соха выбрал несколько своих любимых и, повернувшись к молча следовавшему за ним Хан Джуо, спросил:

– Хочешь что-нибудь кроме воды?

Хан Джуо осмотрел напитки в тележке, а затем на полке с напитками. Его взгляд был таким пристальным, что Соха без лишних слов положил в тележку ещё несколько бутылок тех же напитков, что и для себя.

– Ты ешь хлопья?

Он подумал, что, живя за границей, Хан Джуо, должно быть, часто ел хлопья. Хан Джуо покачал головой, и Соха, положив в тележку коробку хлопьев для себя, указал на отдел со снеками.

– Бери, что нравится.

Пока Соха увлечённо наполнял тележку снеками, Хан Джуо так и не выпустил её из рук, не принимая участия в наполнении. Когда из снеков образовалась скромная горка, Соха взглянул через плечо на Хан Джуо.

– Ты не ешь снеки?

– Не особо.

– А мармелад или что-то подобное?

– Не особо.

Ответы Хан Джуо свидетельствовали об отсутствии желания, хотя он не отказывался, если ему предлагали; это пробудило в Соха желание получить более чёткие ответы. Однако Хан Джуо уже направился к другим стеллажам.

Дальше всё было примерно так же. Хан Джуо не проявил интереса ни к готовому рису, ни к пиву, лишь наблюдая за тем, как Соха совершает покупки.

Из выбранного Хан Джуо в тележке лежали только вода и напитки.

– Теперь понятно, почему твой холодильник в квартире стоит чисто для красоты.

Холодильник Хан Джуо даже не был подключён к сети. Обычно, даже если он пуст, при открытии двери загорается свет, но в его оставалась темень. Он воистину служил лишь украшением интерьера.

– Я редко бываю дома.

– Где ты тогда спишь? – спросил Соха, направляясь к мясному отделу, который он оставил напоследок.

– …Где придётся.

– Ты имеешь в виду диван в кабинете директора или комнату стабилизации в гильдии?

Соха имел в виду, что Хан Джуо спит где попало, лишь бы было похоже на кровать. Хан Джуо отвернулся. Значит, угадал.

– Спать надо дома, с комфортом.

Соха положил в тележку целую гору говядины. Сложилось впечатление, что он уже чувствовал удовлетворённую сытость, просто глядя на неё. Казалось, он даже уже забыл о том, что только что отчитывал Хан Джуо.

– Хотя, грешно говорить о комфорте без достойной кровати, – задумчиво рассудил Соха, когда они расплатились на кассе и начали загружать покупки в машину, предоставленную компанией. – Заскочим в ещё одно место.

Хан Джуо, отправивший тележку на место с помощью силы ветра, вздрогнул. Он испугался, что Соха застукал его за использованием способностей. Он толком не расслышал, что тот сказал.

***

После того, как они занесли покупки домой и убрали мясо в холодильник, они отправились в торговый центр.

– Мне ещё кое-что нужно купить.

После будничного заявления о том, что нужно заглянуть в ещё одно место, Соха неловко улыбнулся; пункт назначения показался ему более грандиозным, чем следовало ожидать. У Хан Джуо, в противовес, не было особых мыслей по этому поводу, потому что он прослушал, что говорил Соха ранее, и просто решил, что раз они едут в торговый центр, то и пускай.

– Что ты собираешься покупать?

– Много чего. Шторы, например. И постельное бельё, если найду что-нибудь подходящее. У меня есть одеяло, но оно мне не нравится.

Соха загибал пальцы, перечисляя покупки, а Хан Джуо слушал его с неописуемым чувством.

– Кажется, у меня всё есть, но всё равно чего-то не хватает. Надо всё хорошенько осмотреть. Даже если поторопиться, всё равно займёт много времени.

Соха пробормотал, что, похоже, им придётся пропустить ужин и довольствоваться поздним перекусом, и пошёл вперёд. Хан Джуо пристально смотрел ему вслед.

– Непредсказуемый человек.

Он мог понять, почему Соха терпит сплетни за спиной. Хан Джуо думал, что тот переживает из-за своей дурной репутации, но оказалось, что Соха использует её в своих целях. Хан Джуо считал, что Ким Миён на его стороне, и не вмешивался, но Соха каким-то образом успел подружиться с её секретарём.

Он отказывался подписывать контракт, а потом сам пришёл к нему домой. Хан Джуо не мог понять, что за человек этот Пэк Соха.

Интересно, понимает ли Соха, как они выглядят со стороны, прогуливаясь по торговому центру?

Хан Джуо, не собираясь ничего покупать, шёл на шаг позади и мог ясно видеть реакцию окружающих.

***

– Это отличная кровать. Когда садишься на неё, чувствуешь, как она тебя обволакивает.

– О, я пришёл покупать постельное бельё, а не…

– На глаз не определишь. Садитесь, попробуйте. Как вам? Попробуйте ещё полежать.

Соха, изначально пришедший за постельным бельём, теперь лежал, растянувшись на кровати, и смотрел в высокий потолок широко раскрытыми от удивления глазами.

– Нравится?

– …Да.

Он действительно чувствовал, как кровать его обволакивает. Если спать на такой кровати, то утром проснёшься наполовину утонувшим в ней.

– Очень нравится.

Может, когда-нибудь, когда он купит себе дом, он обзаведётся такой кроватью. Сейчас он не мог себе этого позволить, поэтому, с сожалением погладив поверхность кровати ладонью, он сел и тут же остолбенел.

Консультант, посоветовавший ему полежать, подводил к кровати Хан Джуо.

– Нет, этого человека лучше не…

Хан Джуо не использовал свои способности против людей, но всё равно был пугающим человеком. Консультант, улыбаясь, усадил Хан Джуо на кровать.

– Вау…

Самый страшный человек в мире выглядел как обычный покупатель в магазине кроватей.

Консультант, усадив Хан Джуо, сказал, что они могут осмотреться, и остался стоять рядом. Соха сомневался, что они смогут спокойно осмотреться, и, обратившись к неловко сидящему Хан Джуо, сказал:

– Ложись тоже.

Хан Джуо посмотрел на Соха и отвернулся. Ему явно было некомфортно. Распознав его мучения, Соха решил избавить его от них.

– Если не будешь ложиться, давай вставать.

– Ну что же вы, постойте, вам обязательно нужно полежать, чтобы понять. Нельзя, чтобы кровать нравилась только одному. Нужно, чтобы нравилась обоим.

– Эм, э-э-э, а?

Соха начал запинаться. Слова консультанта звучали как-то странно, но он не мог понять, что именно не так.

– Вы останетесь здесь?

– А? Нет, конечно. Мы ещё посмотрим.

Соха бросил дежурную фразу и поспешил увести Хан Джуо. Поправив волосы, растрепавшиеся, пока он лежал на кровати, он направился к отделу штор.

Пожалуй, шторы были даже важнее, чем постельное бельё.

– Я хочу посмотреть плотные шторы, а, тебе тоже лучше взять плотные, да?

Соха, обращаясь к консультанту, повернулся к Хан Джуо. Тот молча кивнул, и Соха продолжил:

– Мне нужны шторы в спальню и в гостиную. Для гостиной можно что-нибудь посветлее.

Консультант посмотрел на Соха, затем на Хан Джуо и, кивнув, принёс каталог с образцами.

– Вот здесь представлены плотные шторы. Молодожёнам обычно нравятся шторы, которые хорошо защищают от посторонних глаз и имеют лаконичный дизайн. Вот эти, например, с натуральной текстурой, двухслойные, с верхним слоем в виде…

Слушая объяснения консультанта, Соха вдруг застыл с опустелым выражением лица и взглянул на Хан Джуо. Тот, встретившись с ним взглядом, кивнул в сторону консультанта, предлагая слушать дальше. Он что, не понял?

– Вы будете заказывать отдельно? Тогда скажите мне планировку ваших квартир… – консультант, заметив замешательство Соха, поняла свою ошибку и уточнила.

– …Квартира одна и та же.

Она уже поняла, что, скорее всего, так оно и есть, и продолжила свои объяснения, а Соха постарался скрыть, как он был этим неудовлетворен. Их явно приняли за молодожёнов, но это было неправдой. Они просто... просто использовали помещения, предоставленные одной и той же компанией, что означало, что все планировки были идентичными!

– Почему ты ничего не сказал? Нужно было сказать, что мы не молодожёны, – бросил Соха, искоса глядя на Хан Джуо, когда они вышли из магазина штор. Теперь, вспоминая, ему показалось странным поведение консультанта с самого начала, с того момента, как она предложила им полежать на кровати. Рядом стояли и другие кровати, но она настояла именно на этой. Должно быть, у неё была причина.

– А ты сам почему не сказал?

– Я сказал… Ну, не сразу, но сказал.

Он промолчал, пока консультант оформляла заказ, и сказал ей только перед уходом.

Она неохотно кивнула.

– Я думал, что, если скажу ей об этом в середине разговора, она ответит что-то вроде: «Ой, да ладно вам, стесняетесь признаться». Вот и ждал.

– Кто бы стал так думать?

На реплику Хан Джуо, Соха сделал вид, что не слышит, и посмотрел в другую сторону.

– Постельное бельё купим позже, шторы есть… Что-нибудь ещё нужно?

Соха обвёл взглядом торговый центр, спрашивая, куда они пойдут дальше. Хан Джуо склонил голову набок.

– Ты же говорил, что хочешь всё осмотреть?

– Хочешь сразу домой? Я, если честно, тоже не против.

– Ты же говорил, что хочешь всё посмотреть.

– Видишь, мы с тобой думаем одинаково.

– …

– Пойдём домой.

Их обмен репликами совершенно не совпадал…

Соха, интерпретировав молчание Хан Джуо по-своему, направился к выходу. Он уверенно шагал вперёд, но при этом постоянно оглядывался по сторонам, и по его поведению было понятно, о чём он думает.

Он боялся, что их снова примут за молодожёнов.

***

Когда они, загруженные покупками из супермаркета и торгового центра, почти добрались до дома, Соха окликнул Хан Джуо:

– Слушай…

Хан Джуо вопросительно посмотрел на него. Соха кашлянул, потёр шею и спросил:

– Ты не голоден?

Соха отложил ужин, но его беспокоило, что Хан Джуо тоже ничего не ел.

– Я собираюсь пожарить мясо. Приходи, если хочешь.

Он сделал вид, что ему всё равно, но в его голосе слышался мягкий намёк, что Хан Джуо лучше бы согласиться. Тот, недолго думая, подошёл к двери Соха.

– …

Соха пристально посмотрел на Хан Джуо, который ждал, когда тот откроет дверь.

– Если будешь так смотреть, я не смогу набрать код.

– А ты разве отворачивался, когда я вводил свой?

– Мой видеть нельзя. У меня есть причина.

Соха бесстыдно закрыл собой кодовый замок. Хан Джуо был настолько ошеломлён его наглостью, что потерял дар речи.

– Входи.

Соха открыл дверь и пропустил Хан Джуо.

***

Распаковывая мясо, Соха бросал взгляды на Хан Джуо, который стоял посреди гостиной. Сегодняшняя встреча произошла из-за того, что Соха сам пришёл к нему домой. Он открыто признал, что расспрашивал о нём других людей, не пытаясь ничего скрыть. Однако не похоже, чтобы это хоть как-то отразилось на Хан Джуо.

«Он какой-то простодушный, что ли. И слишком беспечный.»

Такое о Соха сложилось о нём впечатление. Всё, что он знал о Хан Джуо, – это то, что в определённые моменты тот не способен принимать стабилизацию. Информация, разумеется, важна, но разве не требовалось знать и другие базовые вещи?

Соха продолжал размышлять о Хан Джуо под шипение жарящегося мяса.

«Он не привязан к своему дому.»

Соха вспомнил его пустую квартиру. Он бы понял, если бы Хан Джуо не хотел обставлять временное жильё, но, по мнению Соха, дело было не в этом. У Хан Джуо не было никакой привязанности к своему дому, он мог уехать в любой момент.

«Нужно начать с разговора.»

Чтобы узнать человека, нужно с ним общаться.

– Иди ешь… – Соха замер на полуслове, держа в руках тарелку с мясом, увидев, что Хан Джуо уже сидит за столом. – Ты тоже, оказывается, голодный.

И он-то таскал его по магазинам, не зная об этом. Соха почувствовал укол совести и поставил тарелку перед Хан Джуо.

– Ешь на здоровье, я даже своему другу ещё не покупал такую говядину.

Он поставил на стол соус ссамджан, листья салата, кимчи и готовый рис. Выглядело неплохо.

– Хорошо бы добавить к этому суп.

Перед уходом он видел на кухне сковородку, но не ожидал, что у Хан Джуо не будет ни соли, ни сахара. Хотя, даже если бы они были, Соха сомневался, что тот бы ими пользовался.

– Приятного аппетита.

Соха не собирался ждать Хан Джуо и, набрав полную ложку риса с мясом, обмакнутым в ссамджан, отправил её в рот. Солёное, нежное мясо с насыщенным ароматом отлично сочеталось с рисом.

Если бы здесь был Мун Рой, он бы отчитал его за то, что тот макает говядину в ссамджан, но перед Хан Джуо Соха мог есть так, как ему нравится.

– Всё-таки домашняя еда… – Соха снова потянулся за рисом, но почувствовал на себе чей-то взгляд и посмотрел на Хан Джуо. – Что?

Соха не понимал, чего ему не хватает, раз уж он усадил его за стол. Он посмотрел на руки Хан Джуо.

– Ты не любишь мясо? Или рис?

– Люблю.

Несмотря на свой ответ, Хан Джуо не притронулся к еде.

– Любишь, а сам не ешь. Что не так?

Соха раздражённо положил на лист салата рис, мясо и ссамджан, завернул его и сунул Хан Джуо в рот. Тот, хоть и был удивлён, но без возражений прожевал предложенное.

– Невкусно?

– …

– Я фанат ссамджана. Морковь с ссамджаном, огурцы с ссамджаном, свинина с ссамджаном, говядина с ссамджаном.

Хан Джуо молчал, жуя, но слушал внимательно.

– Соль, соевый соус, васаби – для меня ссамджан вне конкуренции.

Соха, заметив, что Хан Джуо не собирается ничего спрашивать, замолчал и, поколебавшись, сменил тему.

– А ты что любишь?

В этом и заключался смысл его болтовни. Соха, заворачивая мясо в салат, посмотрел на Хан Джуо.

– …У меня нет предпочтений.

Хан Джуо, ковыряясь в тарелке, покачал головой. Соха не знал, правда это или нет, но его равнодушие вызвало у него недовольство.

– Ты ешь всё, что дают? Тебе, что, столовая по вкусу?

Если Хан Джуо предпочитал места, где не нужно выбирать, что поесть, то Соха не станет настаивать.

– Я захожу в первое попавшееся место.

– Не привередливый, значит. Хорошо, что ты не переборчивый.

Соха преувеличенно похвалил Хан Джуо за его неприхотливость и снова завернул ему мясо в салат. Хан Джуо не взял предложенное, и Соха сам положил ему в рот. Если бы он этого не сделал, Хан Джуо так бы и ковырялся в рисе, не притронувшись к мясу.

– Ешь мясо тоже, – сказал Соха, заворачивая мясо для себя, и упрекнул Хан Джуо за его пассивность. Раз уж он согласился прийти, то должен есть с аппетитом.

– А ты?

– А что я?

Пока Соха с набитым ртом жевал, Хан Джуо указал взглядом на ссамджан.

– Ты же не ешь один ссамджан?

– А… я…

Хан Джуо явно хотел узнать, что ещё нравится Соха, кроме ссамджана. Тот проглотил еду и ответил:

– По-разному. Но если мне что-то нравится, я могу есть это очень долго.

Сегодня ему хотелось мяса.

Соха хотел было снова завернуть мясо в салат, но, взглянув на Хан Джуо, положил ему в рот огромный кусок. Хан Джуо спокойно прожевал его, не подавая виду, что ему тяжело. Он охотно принимал всё, что ему предлагали, но почему не брал сам?

– Из кофе я люблю ванильный латте. Наверное, из-за молока. Когда я голоден, он лучше, чем американо. И ещё я люблю сладости, но не ем их, когда сыт.

– …

– Мне нравится закупать сладости, даже если я их не ем. Просто смотреть на них приятно.

Благодаря постоянной болтовне Соха, ужин не прошёл в тишине. Но, как ни старался Соха разговорить Хан Джуо, тот отвечал односложно или молчал.

«Так я ничего о нём не узнаю.»

По иронии судьбы, хотя он так много рассказывал о себе, он сожалел о том, что ничего не узнал взамен.

И тогда, выражение лица Хан Джуо слегка переменилось.

– Я ем ровно столько, чтобы не умереть с голоду.

– Почему? За тобой никто не присматривает?

Подумав о Ким Миён, Хан Джуо покачал головой.

– Не особо.

– У тебя же есть семья?

– Нет.

Соха замер, услышав такой категоричный ответ. Он не ожидал такого.

«Я слишком тороплюсь.»

Он хотел узнать Хан Джуо получше, и это была его ошибка.

– У меня тоже нет семьи.

После этого комментария, атмосфера за столом потяжелела. Но они продолжили есть. Соха осмотрительно подкладывал Хан Джуо мясо, пока тот ковырялся в тарелке, и вскоре ужин подошёл к концу.

– Спасибо за ужин.

Как раз тогда, когда Хан Джуо встал из-за стола, Соха предложил:

– Завтра я тоже буду готовить. Приходи.

Собирая грязную посуду, он бросил Хан Джуо неоткрытую бутылку воды. Тот поймал её с удивительной ловкостью. Соха, приподняв брови, добавил:

– Если меня не будет, можешь зайти сам.

Хан Джуо поднял голову, а Соха, повернувшись к нему спиной, сказал:

– Код 4321.

– …

Вот почему он не хотел показывать ему свой пароль!

Следующий день, и день после него, они ужинали вместе.

Их разговоры оставались краткими.

«Тренировался.»

«Прошёл обследование.»

«Проверил место появления текущих врат.»

Так говорил Хан Джуо. Со стороны Соха звучало что-то вроде:

«Был в столовой компании. Вкусно.»

«Получил боевую форму для проводников. Смотрится круто.»

«Выдали планшет, шокер и рацию. Классные штуки.»

Их диалоги казались обыкновенным обменом отчётами.

Соха осваивался в компании, а Хан Джуо проводил большую часть времени в тренировочном зале. Соха перестал считать, что им нужно чаще проводить время вместе, осознав свою излишнюю торопливость.

Нельзя было ожидать, что их отношения резко наладятся только потому, что они стали партнёрами.

– Ты так и будешь всё время проводить в тренировочном зале? – пробормотал Соха с палочками во рту. Когда Хан Джуо просто молча посмотрел на него, Соха добавил: – Я понимаю, что ты не используешь свои способности, но отдыхать всё равно нужно. Ты же человек, а не машина…

Хан Джуо что-то невнятно пробормотал и показал ему свои часы. Показания были такими же, как и позавчера. Соха немалых усилий стоило сдержаться и не сказать ему пойти стабилизироваться.

Он подумал, что у Хан Джуо, возможно, есть свои причины избегать стабилизацию, и решил поговорить об отдыхе как о естественной человеческой потребности.

Хан Джуо, ковыряясь в тарелке, ответил:

– Когда я отдыхаю, у меня слишком много мыслей.

– Они не уходят, даже когда ты спишь?

– Мне непривычно сидеть без дела.

– Но когда ты буравишь меня взглядом, то даже не моргаешь?

– …

– Ну же, рассказывай.

Соха не намеревался торопить события, но и безропотно всё принимать тоже отказывался. Например, игнорировать состояние своего эспера.

– …Сплю я хорошо.

Хан Джуо, хоть и выказывал явный дискомфорт во взгляде, ответил на удивление покорно.

– Правда? Я тоже стал лучше спать. Шторы отлично блокируют утренний свет.

Соха вспомнил, как шторы установили на следующий день после их заказа, и, макая кусок мяса в ссамджан, добавил:

– Всё-таки когда высыпаешься, жизнь сразу меняется к лучшему.

Он имел в виду, что ему нравится жить в новой квартире, хоть ещё и многое оставалось купить. Молчание Хан Джуо показалось ему странным.

– Что такое?

Соха завернул для него кусок мяса в лист салата и предложил высказаться.

– Мы завтра тоже это будем есть? – спросил Хан Джуо, указывая пальцем на свой рот.

Он намекал на тот самый кусок мяса в салате, который Соха только что ему передал. Порция была немаленькой – Соха положил два кусочка мяса, – но Хан Джуо всё равно говорил отчётливо.

Соха невозмутимо продолжил есть.

На ужин сегодня были рис, говядина, ссамджан, салат и кимчи.

Вчерашний ужин состоял из: говядины, ссамджана, риса, салата и кимчи.

Завтрашний ужин обещал содержать: ссамджан, салат, рис, кимчи и говядину.

– Да, завтра тоже.

– …

– Ты чего вдруг как корова жевать начал?

Хан Джуо, у которого не было выбора, кроме как жевать то, что Соха сунул ему в рот, жевал словно бы вокруг листьев салата. Вернее, он к ним намеренно даже не прикасался. Он явно был недоволен тем, что каждый день ест одно и то же.

– Ты же говорил, что не привередлив. Что ешь в любом ресторане.

– Когда ты говорил, что, если тебе что-то нравится, ты ешь это долго, ты это имел в виду?

– Ага, – беззаботно ответил Соха, с удовольствием отправляя в рот очередной кусок говядины. – Буду есть, пока не надоест.

Хан Джуо отложил палочки и взял бутылку воды. Стакан тоже был, но Соха, чтобы лишний раз не мыть посуду, написал на бутылке имя Хан Джуо. Раз уж ужинает у него, то пусть пьёт из своей именной бутылки.

Забавно, что к концу ужина бутылка всегда была пуста.

«Можно было и не заморачиваться.»

– Я хотел бы обсудить с тобой рабочие вопросы.

Пока Хан Джуо смачивал рот водой, Соха прищурился, пытаясь понять, то ли Хан Джуо пытался таким образом отказаться продолжать трапезу, то ли изъявлял искреннее желание поговорить.

Возможно, и то, и другое.

– Давай поговорим после ужина.

Так как Соха сам планировал поднять эту тему, он без всяких возражений согласился. Однако, так как Хан Джуо упрямо отказывался брать палочки в руки, он с тем же напором запихнул ему в рот мясо с салатом.

– Жуй как следует, а уже потом – глотай!

***

После ужина Соха достал пиво, а Хан Джуо прошёл на кухню.

С тех пор как он побывал в квартире Хан Джуо в первый раз, Соха больше туда не заходил, но был уверен, что Хан Джуо чаще открывает его холодильник, чем свой. Сейчас Хан Джуо снова стоял перед холодильником, раздумывая, что взять, и Соха быстро потерял всякий интерес за ним наблюдать.

Он открыл пиво, сделал большой глоток и с довольным видом протянул:

– А-а-ах.

Освежающий вкус пива смыл жирность мяса, и Соха наслаждался моментом. Тем временем Хан Джуо, вернувшись и присев рядом, тоже сделал глоток, запрокинув голову сильнее, чем Соха.

Он пил большими глотками, но, странное дело, не издавал ни звука. Занимательный человек.

– Вкусно?

Разве обязательно издавать какие-то звуки, чтобы показать, что тебе вкусно? Соха не удержался от смешка, глядя на расслабленное лицо Хан Джуо.

– Возьми с собой пару бутылок, если понравилось.

Пить пиво в одиночество тоже приносит удовольствие, поэтому Соха как бы невзначай намекнул, что не против поделиться. Хан Джуо кивнул.

– Э? Ты сейчас кивнул? То есть возьмёшь пиво?

– Только две.

Соха был приятно удивлён, что Хан Джуо, утверждавший, что равнодушен к еде и напиткам, проявил такую заинтересованность.

– Видишь? Всё, что мы едим или пьём вместе, – вкусно.

Бесстыдно приписав себе все заслуги, Соха заметил, что разговор снова стих. Забавно, но, когда они только начали общаться, их диалоги были куда оживлённее – пусть и состояли в основном из препирательств.

Сейчас им нужно было научиться понимать друг друга, а это делало молчание каким-то…

«Неловким.»

Соха ощущал себя так, словно должен был хоть чем-то наполнять тишину.

– Так… о чём это мы… Ах, да! Ты хотел обсудить рабочие вопросы. Наверняка ты имел ввиду совместные тренировки, так?

Он потёр шею, возвращаясь к прерванной теме.

– Ты ведь летаешь, потому что у тебя атрибут ветра, верно? Значит, мне лучше держаться в стороне, чтобы не мешать?

– Наоборот. Лучше будь на виду.

– Почему?

– Чтобы я случайно тебя не поджёг.

– О… Вот как.

Звучало немного пугающе, но имело смысл.

– Значит, мне просто нужно быть внимательным. А твой спальный мешок должен быть тёплым?

– …

Хан Джуо поднял брови, словно не понял вопроса. Но что тут непонятного?

– Рейды в подземелья иногда занимают несколько дней. Удобно заранее подготовить и взять с собой спальный мешок, чтобы спать с комфортом.

Это было не чем-то необычным для Соха — задавать такие вопросы, даже если теперь он задавал их личному эсперу. На самом деле, он всегда проявлял подобную заботу ко всем эсперам, с которыми желал провести тест на совместимость. Этот подход почти никогда его не подводил, гарантируя их согласие.

Иными словами, Соха всегда брал с собой во врата два спальных мешка и другие необходимые вещи — именно это он пытался объяснить своему нынешнему эсперу, но от Хан Джуо почему-то не последовало ответа.

– Почему ты отвечаешь за мой спальный мешок?

– Что значит «почему»? Тебе нравится спать на голой земле?

Если бы они оказались, например, в пустыне, как в прошлый раз, ещё можно было что-то постелить на песок. Но если бы это был ледник, то без тёплого спального мешка пришлось бы туго.

– Я спрашиваю, почему ты пытаешься взять ответственность за мой инвентарь на себя.

Хан Джуо повторил свой вопрос, и Соха понял, что тот чем-то недоволен. Он задумался, что могло его задеть, и, с внезапным подозрением, спросил:

– Тебе не нравится, что я о тебе забочусь?

– Дело не в этом.

– Тебе не нравится, что я веду себя как твой прислужник?

– …

Вот оно.

– Я просто заметил, что ты пренебрегаешь такими деталями. Хорошо, что в пустыне мы провели всего один день. А если бы пришлось ночевать? И я просто привык к этому, потому что стабилизация меня не истощает.

Раз уж у него остаются силы, почему бы не позаботиться о других? В чём проблема?

– Ты всегда так делал?

– Только когда в этом была необходимость. К слову, никто меня об этом не просил. Я поступал так в интересах своего удобства.

Соха говорил, потягивая пиво, либо его не слушал, либо был совершенно равнодушен к обсуждаемой теме.

То, что началось как невинный разговор о спальном мешке, неожиданно превратилось в напряжённую, неловкую ситуацию. Соха щёлкнул языком и попытался запить это пивом. Несмотря на заявление, что он преследовал исключительно свои интересы, его досаждала мысль, что Хан Джуо мог быть чем-то недоволен.

– Не буду паковать твой спальный мешок.

Незачем заботиться о человеке, которому это не нужно и которого это ущемляет.

– Ещё никто из тех, за кем я ухаживал, не жаловался.

Вот так и взял и нечто такое потерял. Однако Соха внезапно ощутил холодок, пробежавший по спине.

– Что за?..

Он сначала подумал, что это из-за холодного пива, но ошибся. Столкнувшись с ледяным взглядом Хан Джуо, Соха нахмурился.

– За кем ты ухаживал?

– Ну, за тем эспером, которого мы видели в прошлый раз, Ли Гюхане, потом ещё был эспере Ким Ган…

По мере того, как он перечислял имена, которые приходили ему на ум, Соха осенило тревожное осознание.

– Ты… ты же не собираешься вызвать их в тренировочный зал?

Ведь не вызовет же.

Соха вспомнил, как Хан Джуо однажды собрал в тренировочном зале всех эсперов, которые смели плохо о нём отозваться. Но слово – не воробей, вылетит – не поймаешь.

– Ухаживай и за мной тоже.

Хан Джуо встал, поставил пустую банку на стол и открыл холодильник. Достав несколько бутылок пива, он бросил взгляд на Соха сверху вниз и добавил:

– Нести подготовленные тобой вещи я буду сам.

Словно бы найдя компромисс, он, не дожидаясь ответа, ушёл. Соха остался сидеть, ошарашенно глядя на пустой дверной проём.

– Ты же говорил, что возьмёшь только две…

А унёс целых пять!

Хан Джуо и Соха начали регулярно посещать тренировочный зал.

Поначалу любопытные взгляды преследовали их повсюду, но, как ни странно, никаких проблем не возникало. Всё благодаря слухам о том, как Хан Джуо безжалостно расправился с эсперами, которые негативно высказывались о Соха.

Теперь, когда Соха мог спокойно работать, внимание окружающих переключилось на их отношения. Всех интересовало, как Пэк Соха с 3% совместимости стал личным проводником Хан Джуо.

Войдя в тренировочный зал, Соха взглянул на часы Хан Джуо. Проверив показатель риска, он взял его за запястье.

– Что ты делаешь?

Хан Джуо с любопытством наблюдал за Соха, который, закрыв глаза, приложил пальцы к его запястью.

– Проверяю пульс.

Серьёзное выражение лица Соха заставило Хан Джуо улыбнуться. Соха и правда выглядел так, будто щупает пульс, но на самом деле он направлял в него свою энергию.

– Всё ещё плохо.

Хан Джуо подыграл Соха в его шутливой диагностике.

– Насколько плохо?

– Как у офисного работника после месяца сверхурочных. Ты на грани истощения.

Соха, сравнив Хан Джуо с переутомлённым офисным планктоном, убрал руку. На этом шутки кончились. Это был сигнал к началу тренировки, и Хан Джуо без колебаний или разбега взмыл в воздух.

Соха внимательно следил за ним, анализируя силу воздушного потока при взлёте, высоту, на которой ещё можно было различить его лицо, и другие детали.

– Пусть процент совместимости хуже некуда… – пробормотал Соха себе под нос. – …я всё равно найду, чем помочь.

Это было проявлением уважения к тому, с кем он заключил контракт, и Соха не сводил с него глаз. Каждые два часа он проводил стабилизацию, и Хан Джуо использовал свои способности ровно в тех пределах, которые позволяла эта стабилизация.

Взгляд Соха, изучавшего своего будущего партнёра, был цепким и сосредоточенным.

***

– Я собрала всё, что хоть как-то связано с этим вопросом.

Ким Миён положила перед Хан Джуо стопку бумаг. Она была толщиной с ладонь и напоминала энциклопедию.

Хан Джуо без труда поднял её одной рукой и начал листать.

– Не думаю, что чтение всего этого даст какой-то результат, – Ким Миён, подперев подбородок рукой, усомнилась в целесообразности его затеи. – Ты думаешь, что проводник Пэк Соха не пытался найти причину, по которой его процент совместимости не растёт? Уверена, он уже изучил все эти исследования.

Ким Миён была настроена скептически. Однако выражение лица Хан Джуо, изучавшим бумаги, не дрогнуло. Он услышал её слова, но просто продолжил переворачивать страницы одну за другой.

– Возможно, я увижу то, что упустил проводник Пэк.

Он хотел найти причину, по которой процент совместимости Соха не повышался.

– Ну что ж, чтение ещё никому не вредило.

Ким Миён не стала его отговаривать. Она знала, что он всё равно её не послушает. Вместо этого она внимательно посмотрела на него.

– Ты говорил, что постоянно ходишь с проводником Пэк в тренировочный зал. А выглядишь заметно лучше.

Хан Джуо продолжал изучать бумаги, не отвечая, но Ким Миён непринуждённо продолжила:

– Тот, кто раньше ел лишь для того, чтобы не умереть с голоду, теперь ужинает каждый день. И даже холодильник подключил.

Хан Джуо бросил на неё короткий взгляд.

– В 303 квартире живёт мой секретарь. Он жалуется, что каждый вечер пахнет жареным мясом.

– Проводник Пэк любит мясо.

– Есть одну говядину больше недели подряд – это уже не любовь, а одержимость. Мой секретарь теперь на мясо даже смотреть не может.

Хан Джуо не стал отрицать. Они действительно ели мясо каждый день.

Изменился ли их рацион спустя неделю? Нет. Просто к нему добавился суп.

– Ну и хорошо, что ты начал нормально питаться. Ты и правда выглядишь лучше.

Хотя напряжение от отсутствия стабилизации всё ещё ощущалось, в целом Хан Джуо выглядел здоровее. Когда белый рис сменился на смесь из разных злаков, взгляд Хан Джуо даже смягчился.

Благодаря своей от природы крепкой конституции, Хан Джуо, начав нормально питаться и высыпаться, смог увеличить продолжительность тренировок.

– Жаль, что ты раньше не следил за своим питанием. Уверена, в бою бы тебе тоже приходилось проще.

Хотя он и без того был впечатляющим эспером S-Класса, она сожалела, что раньше он так пренебрежительно относился к себе. Её советы он, как обычно, игнорировал, но почему-то слушал Пэк Соха.

– Проводник Пэк тебя шантажирует?

– Он меня не шантажирует, – коротко отрезал Хан Джуо.

– Тогда почему ты его слушаешься?

– Просто…

Хан Джуо вспомнил их совместные ужины и улыбнулся.

– …он неплох.

Соха не пытался подстроиться под него, он вёл себя по-своему, и это было странно, но приятно. Он безжалостно пичкал его едой, если Хан Джуо ковырялся в тарелке, а если Хан Джуо говорил, что ему надоело мясо, Соха предлагал ему пиво и пытался разговорить.

Благодаря этим моментам, Хан Джуо чувствовал себя всё более комфортно.

– Хорошо, что вы ладите. Но я позвала тебя не только за этим. Появились врата.

Ким Миён вызвала секретаря и попросила позвать Пэк Соха. Затем она откинулась на спинку дивана, давая Хан Джуо возможность продолжить изучение документов.

Вскоре в кабинет вошёл Соха. Хан Джуо тут же спрятал бумаги под стол, чтобы тот их не увидел.

– Вызывали?

– Присаживайтесь.

Ким Миён указала на место напротив Хан Джуо, но Соха сел рядом с ним.

– Вижу, вы подружились.

– Вам показалось.

У Соха была причина сесть рядом с Хан Джуо. Он хотел увидеть, что тот спрятал под стол! Но Хан Джуо отодвинул бумаги ещё дальше.

– Видите? Мы всё ещё не ладим.

Несмотря на то, что Соха открыто заявил о своей неприязни, атмосфера между ними была гораздо миролюбивее, чем раньше. Это не ускользнуло от взгляда Ким Миён, и беспокойство, с которым она смотрела на Соха, значительно уменьшилось.

– Появились врата А-Класса. Они откроются послезавтра. Эспер Хан Джуо отправится туда. Проводник Пэк Соха, будьте готовы.

– Понял.

В какой-то степени предвидя это, Соха не проявил особого удивления и кивнул головой. Затем он повернулся к Хан Джуо.

– Стабилизируйся перед выходом.

Он мог снести то, что Хан Джуо избегает стабилизации, и то, что из-за этого у него плохое самочувствие, но перед рейдом во врата такое поведение было недопустимо.

Во взгляде Соха читалась непоколебимость. Он не собирался пускать Хан Джуо во врата без стабилизации.

***

В ожидании открытия врат, эсперы и проводники пытались расслабиться. Кто-то шептался о любви, кто-то обсуждал, что их ждёт за вратами.

Соха, стоявший позади вместе с Хан Джуо, не видел врат, скрытых от него толпой, и смотрел на другое. Он осматривал рюкзаки и сумки, которые все взяли с собой.

У Соха тоже был рюкзак, но сейчас его руки и плечи были свободны. Хан Джуо забрал все его вещи.

– Хочу кое-что спросить.

Соха повернулся к Хан Джуо. Прошёл почти месяц, ну, может, недели три. За это время Соха провёл с Хан Джуо много времени. Он не узнал о нём ничего личного, но, по крайней мере, они перестали рычать друг на друга.

– Когда ты будешь сражаться, я могу нести твои вещи, так?

Раз уж ему не разрешали даже прикасаться к ним, он решил спросить.

Хан Джуо недовольно посмотрел на него, словно наказывая за глупый вопрос.

– Ага, понял.

Соха хотел было повернуться обратно, но вспомнил ещё кое-что.

– И… я всё хотел спросить, но забывал. Ты больше не вызывал других эсперов в тренировочный зал после того раза?

Несколько эсперов, тайно подслушивавших их разговор, вздрогнули. Слово «тренировочный зал» явно задело их за живое, но никто не осмелился ничего сказать.

Соха имел в виду тех эсперов, за которыми он ухаживал в подземелье. К счастью, Хан Джуо, судя по всему, их не трогал. Соха уже хотел было сделать глубокий вдох, готовясь к открытию врат, как Хан Джуо вдруг произнёс:

– Моя очередь.

Соха, расслабивший плечи, снова напрягся и посмотрел на Хан Джуо. Что тот хотел спросить?..

– Ты всё ещё думаешь, что наш процент совместимости не изменится?

При упоминании процента совместимости лицо Соха помрачнело. Неизменный, как бетонная стена, процент совместимости может измениться? Соха хотел этого больше всех, но именно поэтому он не мог в это поверить.

– По крайней мере, между нами ничего не изменится.

– А если изменится?

Их особый статус как инклюзивных партнёров не изменится точно. Но это был не тот ответ, который хотел услышать Хан Джуо.

Соха задумался, а затем с усмешкой ответил:

– Ну, тогда я выполню любое твоё желание.

– Любое?

– Конечно.

Соха махнул рукой и коротко рассмеялся.

– Если это произойдёт, я выполню хоть сто желаний.

Он был готов носить Хан Джуо на руках и потакать всем его прихотям.

– Ты сам это сказал.

Хан Джуо словно расписался на его словах, после чего повернулся к вратам с совсем иным взглядом.

И, наконец, врата открылись.

Сразу за вратами разверзся длинный, мрачный зев туннеля. В его глубине мерцал слабый огонёк, не больше булавочной головки, – единственный ориентир на этом пути. Тепло, исходящее от руки Хан Джуо, касавшейся его локтя, вдруг стало слишком ощутимым для Соха.

– Слушай.

Даже при таком тусклом освещении, когда едва видна спина человека прямо перед ним, Соха чувствовал, что Хан Джуо смотрит ему прямо в лицо.

– Эм… ну…

Хан Джуо, похоже, не понимал, о чём речь, и Соха хотел было высказаться прямо, но, заметив других людей, начал ходить вокруг да около.

– Ну, это… то, что у тебя есть… в избытке… ну, ты понял.

Неужели до сих пор не понятно?

– А, то, что мы каждый день... Ты демонстрировал, орудовал, вжухвжух! Серьёзно, не понимаешь?

– Говори.

Только после того, как Хан Джуо показал, что понял, Соха опустил кулак, которым собирался стукнуть себя в грудь. Чуть не лопнул от досады. Насколько же непонятно он объяснил, что тот не понял?

«Речь о твоей способности, о способности.»

Причина, по которой он упомянул об этом, была банальна. На самом деле, до сих пор Соха просто завидовал тому, что Хан Джуо может свободно использовать свою силу. Соха, ощущавший внутри себя незримую плотину, блокирующая стабилизацию, восхищался свободой, с которой Хан Джуо управлял своими способностями.

Но сейчас его терзали другие мысли. Благоразумно ли так расточительно использовать свою силу, балансируя на грани срыва?

Можно провести аналогию с водопроводным краном. Если у Соха из крана еле капает, потому что он потерял вентиль, то у Хан Джуо из него бьёт мощная струя, и вот-вот сорвёт резьбу.

К чему эти сравнения?

– Не переусердствуй. Мы здесь не одни.

Потому что его возможности по стабилизации ограничены. Было бы идеально, если бы Хан Джуо использовал всего 3% своей силы, как в тренировочном зале, но в подземелье может случиться всё, что угодно. И все же, лучше предупредить, чем молчать. Раз уж они вошли в подземелье более низкого класса, чем класс Хан Джуо, тот должен быть в состоянии контролировать себя…

– Кхм.

Эспер впереди услышал его слова, полные беспокойства, кашлянул и повернул голову. Проводник рядом с ним поспешно прикрыл рот. Из-за присутствия Хан Джуо они явно хотели сделать вид, что ничего не слышали, но не смогли скрыть свою реакцию.

Что такого странного в просьбе не переусердствовать со способностями?

– Ну… – протянул Хан Джуо.

– Что «ну»?

– Я не могу остановиться, когда захочу.

Это понятно. Обстановка в подземелье не всегда подвластна контролю. Это значит, что в критической ситуации Хан Джуо придётся использовать всю свою мощь, даже если это навредит ему. И никто не понимал этого лучше, чем сам Хан Джуо. У него наверняка были причины прибегать к механической стабилизации, как бы неприятна она ни была. Соха лично видел, что Хан Джуо не из тех, кто получает удовольствие от боли.

И всё же, он не производил впечатления безрассудного человека. Соха смотрел на Хан Джуо, когда тот вдруг повернул голову и встретился с ним взглядом.

Они достигли конца туннеля. Кругом посветлело, так что лицо Хан Джуо было отчётливо видно. Соха, шедший следом, резко остановился и заморгал, оказавшись с ним лицом к лицу.

– Но раз ты волнуешься, я буду осторожен.

– Я? Я просто…

Соха сказал это из чисто практических соображений, но Хан Джуо воспринял его слова слишком лично. С таким взглядом… будто принимал напутствие от возлюбленного, который за него переживал. Соха говорил как коллега, ведь Хан Джуо всегда на передовой. В драке больше всего достаётся тому, кто бежит впереди всех. В любом случае, лучше ответить что-нибудь подходящее, чем пытаться что-то отрицать.

– Я тоже буду очень внимателен.

Раз уж они в подземелье, он будет постоянно следить за состоянием Хан Джуо и ставить его благополучие на первое место.

– Так как это наше первое совместное подземелье, я буду сдержаннее.

– Да, спасибо.

Разговор завершился на позитивной ноте, но почему Хан Джуо продолжает оглядываться?

***

Беспокойство имело под собой почву.

– Я упустил самое главное.

Это было их первое совместное подземелье именно как пары эспера и проводника. Раньше они просто были в одной команде по зачистке подземелья, а вот в качестве напарников шли впервые. Соха тренировался с Хан Джуо и считал себя подготовленным, но неожиданно возникла проблема.

В конце туннеля открылся живописный горный пейзаж. Небольшой, но бодрящий водопад, зелень деревьев – всё приятно радовало глаз.

По крайней мере, это не пустыня и не выжженная земля. Воздух чистый, обстановка приятная. Проблема была в том, чтобы найти подходящее место.

Если при входе в подземелье не появляются монстры, можно обосноваться в одном месте и охотиться оттуда. Они собирались сделать именно это, и все начали выбирать места возле водопада. Соха, ходивший вместе с Хан Джуо, тоже пытался найти подходящее место, но безуспешно.

– Земля неровная и влажная, – бормотал он себе под нос, словно выбирал место для кемпинга, пока Хан Джуо искал кого-то взглядом.

– Подожди здесь, нужно установить ловушки.

Соха поспешно схватил Хан Джуо за руку, когда тот направился к эсперу, ответственному за ловушки.

– Здесь? Я хочу пойти туда.

– Зачем?

– Нужно найти место. Здесь одни камни, даже сесть негде. И скользко из-за воды.

Соха указал на брызги от водопада, но Хан Джуо смотрел не на его руку, а на его лицо.

– Подготовка к опасности важнее, разве нет?

– Конечно, но я хочу пойти туда.

Он не собирался уходить далеко. Хотел оставаться в пределах видимости, но Хан Джуо был явно недоволен.

– Повод для беспокойства.

– Не буду я давать тебе никакого повода для беспокойства, так что иди и устанавливай ловушки. Я займусь своими делами.

– Оставайся там, где я тебя вижу.

– Так я и говорю, что останусь там, где ты меня видишь!

Соха невольно повысил голос от раздражения. Раздразнённый настрой между ними становился всё более очевидным. После молчаливого противостояния Соха сел на камень.

– Иди.

Нахмуренные брови Хан Джуо распрямились. Ладно, можно найти место и после того, как он установит ловушки. К тому времени другие, конечно, займут все хорошие места, но, похоже, Хан Джуо всё равно не послушает его, если он будет спорить.

Скрестив руки, Соха поторопил Хан Джуо, и только тогда тот сдвинулся с места.

Ровно на пять шагов.

Соха был в шоке, увидев, как Хан Джуо подошёл к эсперу, который должен был установить ловушки, и заговорил с ним.

– Что за…

Он сказал ему не уходить далеко и оставаться в поле зрения, чтобы подойти к эсперу, который стоит прямо здесь?

– Этот придурок…

Слова вырвались сами собой, без прикрас. Не начнётся же их сотрудничество вот так?

***

На этот раз разногласия возникли по другому поводу. После того, как днём Соха заставил Хан Джуо убрать несколько камней и, наконец, нашёл место, он думал, что они больше не будут ссориться. Как бы не так.

Наступил вечер, и все начали ужинать, достав из рюкзаков провизию. Соха тоже достал еду и протянул её Хан Джуо. Но тот только посмотрел на неё и не взял.

– Почему ты не ешь?

– На пустой желудок легче сражаться.

– Откуда ты знаешь, когда появятся монстры – на пустой или на полный желудок?

Это было абсурдно, но Соха не мог просто сказать ему делать, что он хочет. Вокруг все пары эсперов и проводников сидели друг напротив друга, – или эсперы с эсперами, а проводники с проводниками, – и ели.

Все едят, а он почему отказывается?

– Скоро стемнеет. Хочешь потом слоняться вокруг с голодным брюхом?

– Ночью я более чувствителен, поэтому не ем.

– Тогда ешь сейчас.

– А если появятся монстры?

– Ха, ха-ха.

С ума сойти.

Соха мог только сухо рассмеяться. Кажется, что-то подобное уже было. В любом случае, он обратился к непробиваемой стене, которая отказывалась есть.

– А что, если монстры появятся через неделю?

– ...

– Ты уже попадал в такую ситуацию?

– ...

Значит, попадал.

– Ты всегда так поступаешь? Боишься, что тебя съедят монстры, если ты сыт? Не хочешь кормить монстров? Или у тебя есть какое-то суеверие?

Раз уж он начал, то решил выпалить всё. Хан Джуо, не меняясь в лице, равнодушно ответил:

– Я не настолько неуверен в себе, чтобы полагаться на суеверия.

Вау…

Обычного человека за такие слова обвинили бы в хвастовстве. То ли это был инстинкт, то ли просто привычка, но безмятежное спокойствие, с которым он это произнёс, застало Соха врасплох. Однако на этом он не остановился.

– И я никогда не был настолько слаб, чтобы беспокоиться о еде…

Обычные люди едят три раза в день, и это нормально, а он считает это слабостью? Это Соха ненормальный, что ест три раза в день в подземелье?

– …Ладно. Ешь или не ешь, мне всё равно. Я есть буду.

Он плюхнулся на землю и начал есть свою порцию.

– Я-то думал, почему он пришёл с пустыми руками. Вот почему. Боже мой, такие люди существуют. Ужас. Он просто ужасен.

Соха открыто выражал своё раздражение, не обращая внимания на то, смотрит на него Хан Джуо или нет. Они воистину совершенно несовместимы!

Чан Джиён из гильдии White был проводником эспера Пэк Чонхуна. Будучи проводником B-Класса, он пользовался в гильдии неплохим уважением. То же касалось и эспера Пэк Чонхуна, тоже B-Класса. Хотя выше них и были S- и A-Классы, их было так мало, что даже проводники и эсперы B-Класса ценились довольно высоко. Оба были довольны своим положением в гильдии.

Директор Ким Миён, зная об этом, часто прикрепляла их к Хан Джуо. Эспер Хан Джуо обладал хорошими способностями, но был настолько своевольным, что многие его сторонились. Однако, поскольку он не мог работать в одиночку, приходилось как-то формировать для него команду, и поэтому эти двое часто оказывались с ним.

Поначалу они соглашались работать с ним по просьбе директора Ким Миён, но позже сами стали искать Хан Джуо. И у них была причина искать его, несмотря на риск быть назначенными на врата высокого класса и подвергнуться опасности.

Как бы это сказать… Наверное, за ним интересно наблюдать?

На слова проводника A-Класса Пэк Соха, с которым они недавно заключили контракт, оба навострили уши. Они, конечно же, знали, что процент совместимости проводника Пэк Соха составляет всего 3%, и несколько раз встречались с ним. Слова же, которые проводник Пэк Соха бросил эсперу Хан Джуо, были слишком…

– Точно же про это?

– Ага.

Это определённо были непристойности! Взглянув друг другу в глаза, они ещё больше уверились в этом.

На самом деле, интимная стабилизация между партнёрами не была чем-то особенным. Она была эффективна, да и в процессе приносила удовольствие… В общем, Пэк Соха и Хан Джуо определённо вели разговор, подразумевающий именно такую стабилизацию.

– Теперь понятно, почему они так хорошо смотрятся вместе.

Они не понимали, почему эспер Хан Джуо стал партнёром проводника Пэк Соха. Были и те, кто открыто злословил о Пэк Соха и жестоко за это поплатился, так что их недоумение было вполне объяснимо. Они и сами не могли этого понять.

Если честно, им до сих пор было непонятно, но, по крайней мере, вместе они смотрелись как настоящая картина. Красавчик рядом с красавчиком. С такой комбинацией, какой бы ни был «вкус», визуально – высший балл.

И ещё кое-что. Наблюдать за ними было так же интересно, как за парой, которая только начала встречаться. Их юность и невинность вызывали чувство ностальгии: «И мы когда-то были такими».

Определённо были…

– Я займусь своими делами.

– Оставайся там, где я тебя вижу.

– Так я и говорю, что останусь там, где ты меня видишь!

Ссорятся.

– Или у тебя есть какое-то суеверие?

– Я не настолько неуверен в себе, чтобы полагаться на суеверия.

Опять ссорятся.

– Есть же дежурство, какого чёрта ты не спишь?!

– Оно не внушает доверия.

– Мы тут все друг другу помогаем, и как ты справляться намерен, если никому не доверяешь?!

– Поэтому я и не сплю.

– Ты себя что, сверхчеловеком возомнил?

…Ссорятся до самого отбоя.

Непонятно, на что они смотрели, заключая партнёрский контракт, настолько они не подходили друг другу. Многие видели, как они вместе ходят в тренировочный зал, и, судя по отсутствию каких-либо разговоров, там они так не ссорились?

– Эти двое…

Пэк Чонхун начал говорить, и Чан Джиён, нанося солнцезащитный крем, посмотрел на него, как бы говоря «продолжай».

– Снова ругаются.

– Хм?

Чан Джиён, поймав, наконец, взглядом проводника Пэк Соха и эспера Хан Джуо, пробормотал:

– И правда.

Неутомимые, они снова начали препираться.

– Почему они вообще стали партнёрами?

– Может, их кто-то шантажирует? – с подозрением пробормотал Пэк Чонхун, но Чан Джиён покачал головой.

– Хан Джуо разве похож на человека, который поддаётся на угрозы?

– Точно…

Нельзя сказать, что они не знают человека, просто потому что не дружат с ним. Эти двое постоянно сопровождали Хан Джуо, поэтому знали его лучше, чем кто-либо другой.

Он предпочитал сам разбираться с монстрами, а не поручать это другим эсперам, и даже когда его лицо краснело от опасности срыва, он не хватал первого попавшегося проводника для стабилизации.

И вот такой человек привёл в качестве партнёра проводника Пэк Соха, значит, у них должно быть что-то общее…

– Им не пора расстаться с таким-то раскладом? – пробормотал Чан Джиён, глядя на бесконечно ссорящуюся парочку, и Пэк Чонхун согласно кивнул.

***

Ух…

– Мы точно были врагами в прошлой жизни.

Другого объяснения их враждебности не было. Каждое столкновение, каждый спор усугубляли тяготы Соха.

– Почему он отказывается от добровольно предложенной помощи?

Даже когда Соха бегал за эсперами, упрашивая их пройти тест на совместимость, ему не отказывали так часто. Обычно после нескольких просьб они соглашались поесть или делали перерывы, но Хан Джуо…

– Не будем об этом.

Сворачивая спальный мешок, Соха подавил желание представить, как сворачивает вместе с ним и Хан Джуо.

– Хотя, с чего бы нам ладить? Учитывая нашу историю знакомства, тут нечему удивляться.

Если Соха говорит «да», Хан Джуо говорит «нет». Если Соха идёт вперёд, Хан Джуо идёт назад. Это совершенно естественная реакция.

Эта мысль немного смягчила обиду от постоянных ссор.

– И как они только стали партнёрами?

Движения сворачивающего спальный мешок замерли. С того дня, как ему предложили контракт, Соха впервые услышал, как эти слова были направлены на него.

– Тсс, тише. А то твоего эспера опять уведут.

– Мы в подземелье. Даже Хан Джуо не сможет здесь ничего сделать.

Резкий голос показался Соха знакомым. Зная почти всех проводников в команде, Соха задумался. У кого же был такой хриплый голос?

«А! Ю Сонхён, А-Класс.»

Они учились в одном университете, и Ю Сонхён считался одним из лучших студентов.

«Меня взяли на работу раньше него, и наши отношения испортились.»

Они и раньше не были близки, но это событие сделало их отношения ещё более напряжёнными.

– Честно говоря, я ничего не выдумываю. Ты же сам видел. Они настолько разные, какие из них партнёры?

Можно было бы сделать им замечание, чтобы они не распускали языки, но, так подумать, в словах Ю Сонхён была весомая доля правды. Как он и сказал, у Соха и Хан Джуо не было ничего общего. И это осознание, пришедшее после попыток найти общий язык, ранило ещё сильнее.

– Что они будут делать, если столкнутся с монстром, а их действия не будут синхронизированы?

«Я и сам знаю, что я худший партнёр.»

Соха знал, что он жалкий проводник, который может только придираться к Хан Джуо за то, что тот не ест и не спит.

– Хорошо, что я это один услышал. Я уже привык к сплетням за спиной.

А вот Хан Джуо – нет.

Соха с бесстрастным лицом закончил укладывать спальный мешок и потянулся, разминая мышцы. Хотя это место напоминало место для отдыха, на самом деле они находились в подземелье. В месте, где мог появиться любой монстр, необходимо было поддерживать себя в наилучшей форме.

Пиии----

Услышав звук ловушки, Соха тут же посмотрел в ту сторону. С неба приближались чёрные тучи, земля дрожала. Хотя их ещё не было видно, летающие монстры приближались по воздуху, а по земле бежало что-то ещё.

Это были монстры стайного типа. Они атаковали группами, что делало бой хлопотным, но не представляло особой угрозы для эсперов. Однако, если хотя бы один из них прорвётся и нападёт на проводника, возникнут проблемы. Несмотря на базовую боевую форму, даже монстр низкого класса представлял угрозу для обычного человека из плоти и крови.

Осознав это, Соха быстро осмотрелся и прислонился к большому дереву. Густая листва защитит его от летающих монстров, а ствол дерева можно использовать как щит от наземных монстров.

Атаки с оставшихся трёх сторон будет блокировать эспер, ответственный за безопасность проводника. Но на всякий случай Соха держал наготове электрошокер.

Хан Джуо, которого нигде не было видно, внезапно появился с неба, и их взгляды встретились. Осмотрев окрестности, Хан Джуо проявил проблеск специфичного интереса:

– Отличное место выбрал.

Другие проводники тоже заняли свои позиции, но не так удачно, как Соха. Некоторые забрались на скалы, но эсперы заставили их спуститься, чтобы они не упали.

Соха пожал плечами, глядя на место, где стоял. Это же так просто.

– Ну да. Не обращай на меня внимания и иди сражайся… В меру, конечно. Ты же знаешь, что моя стабилизация не безгранична.

Хан Джуо едва заметно кивнул. Этого было достаточно.

– Удачи.

– …Приготовь мне еду.

– Что?

– Ты явно достаточно компетентен, чтобы самому приготовить свой ланчбокс.

Соха удивился, как Хан Джуо узнал об этом, ведь тот даже не видел еды. В городе продавали специальные ланчбоксы для подземелий, но, часто их покупая, Соха сам научился готовить нечто подобное. Более того, он готовил на свой вкус, но Хан Джуо отказался от еды, и Соха ел всё сам.

– То ты ешь, то ты не ешь!

Из-за того, что Хан Джуо отказался от еды, когда ему её предлагали, ответ Соха прозвучал резко. Но он всё же не сказал, что не даст ему еды.

– Ладно. Жду.

Глядя на постепенно появляющихся монстров, Хан Джуо тихо произнёс эти слова и исчез. Всё завершилось чисто, без каких-либо разногласий.

Первая битва закончилась без серьёзных потерь. Её можно было назвать битвой лишь потому, что это было столкновение двух групп. Отряд эсперов во главе с Хан Джуо вступил в ожесточённую схватку с монстрами, похожими на ястребов и кабанов.

Несмотря на сходство с ястребами и кабанами, эти существа всё же были монстрами, поэтому битва была довольно напряжённой. И всё же тот факт, что всё закончилось лишь лёгкими ранениями и без смертей, имел большое значение.

«Не зря про Хан Джуо говорят, что он царствует в небесах.»

Он не только летал, но и сражался превосходно.

«S-Класс не просто так называется S-Классом.»

Были, конечно, и базовые характеристики, но, как говорили, одного этого было недостаточно для получения такого класса. Класс присваивался по совокупности факторов, и Хан Джуо полностью оправдывал свой.

Он парил по небу, спасая эсперов, оказавшихся в опасности. Более того, он появлялся в нужном месте и в нужное время, уничтожая монстров, демонстрируя всем, что такое эффективность.

– Вот что значит, не придерёшься.

Он раздражал Соха, отказываясь от еды и сна как ребёнок, но сейчас Соха мог только восхищаться им. Хотя он видел это не впервые, способности Хан Джуо по-прежнему поражали его.

Со всех сторон падали тёмные клоки перьев, – вернее, туши ястребов, – и в какой-то момент всё просто... закончилось.

Решив, что можно двигаться, Соха подошёл к Хан Джуо и протянул ему заранее приготовленное полотенце.

– Вытрись пока этим.

Хан Джуо, беспечно вытиравший кровь с лица тыльной стороной ладони, взглянул на Соха. Тот снова настойчиво протянул ему полотенце, чтобы тот его заметил.

– Вытрись, говорю.

Хан Джуо, наконец, взял полотенце, но тут же замер, будто ощутив что-то неожиданное. Соха, мгновенно оценив ситуацию, как ни в чём не бывало покачал головой.

– Подумал, что это лучше, чем просто вытираться водой, вот и подготовил.

Это было полотенце, обработанное антисептическим спреем, который Соха получил в медпункте перед входом во врата. Соха объяснил это, но Хан Джуо продолжал стоять неподвижно, и Соха, потеряв терпение, выхватил полотенце и сам вытер кровь с его лица.

– Кто знает, когда снова начнётся бой, так что лучше вытираться сразу. Вдруг в крови есть какой-нибудь токсин, это может плохо сказаться на тебе.

Он вытер только лицо, шею и руки Хан Джуо, но полотенце уже полностью пропиталось кровью. Соха без сожаления выбросил его и протянул Хан Джуо бутылку воды.

– Руки вытер, теперь попей.

Хан Джуо, всё ещё тяжело дыша после боя, неожиданно послушно взял бутылку. Соха, уже приготовившийся к отказу, даже немного растерялся.

– И поесть дай.

– Сейчас? А если снова нападут?

С того момента, как Хан Джуо попросил еду перед боем, Соха чувствовал что-то странное. Было понятно, что это не просто слова, но неужели он действительно собирался есть? Видя, что Хан Джуо стоит спокойно, Соха понял, что тот действительно хочет есть, и решил сменить место. Как-никак, нельзя же есть там, где так сильно пахнет кровью.

Найдя подходящее место, Соха сразу же дал ему ланчбокс. Наблюдая за молча утолявшим голод Хан Джуо, Соха боролся всё с тем же странным чувством.

«Чего-то не хватает.»

Он не проводил стабилизацию? Проводил.

Остались ещё монстры? Вроде бы всех уничтожили.

– Что происходит?

Соха, прислонившись к дереву и обхватив голову руками, вдруг осенило.

– Неужели я... расстроен?

Из-за того, что они не ругались, как обычно?

– Я что, с ума сошёл? Совсем рехнулся.

Соха начал бить себя по голове, и Хан Джуо, хоть и обернулся на мгновение, быстро потерял интерес. Знал ли он, о чём думает Соха, или нет?

Соха, посмотрев на него, тяжело опустился рядом и положил свою руку поверх руки Хан Джуо, держащей ланчбокс.

Стабилизация, проведённая по пути с залитого тушами ястребов и кровью кабанов поля боя, не позволила энергии передаться. Почувствовав сопротивление, Соха убрал руку.

– Это всё потому, что я хорошо провёл стабилизацию.

Он оправдал отсутствие эффекта тем, что стабилизация уже была проведена. Хан Джуо с безразличным видом доел остатки еды.

– После еды спать будешь?

Прошло всего полдня, но Хан Джуо не спал всю прошлую ночь. Соха подумал, что тот, должно быть, устал, и спросил, но Хан Джуо ответил:

– Они ещё вернутся.

– А...

Соха, ничего не чувствуя, осмотрелся, ища место, где можно было бы укрыться.

– В этот раз не стой под деревом.

Хан Джуо, основательно опустошив ланчбокс, посмотрел на Соха.

– Почему?

– Чтобы я мог тебя найти.

Отражённое в этот момент в глазах Хан Джуо лицо Соха на многие годы врезалось ему в память.

***

Во время второй битвы Хан Джуо бросил беглый взгляд на проводников, не участвующих в сражении. Казалось, он осматривал всех собравшихся, но на самом деле его внимание было сосредоточено только на Пэк Соха.

Узнать его было несложно. Он был выше среднего роста, с ярко выраженными чертами лица, так что найти его можно было сразу. Сам же Соха, похоже, считал, что если спрячется в углу, то станет незаметным.

В руках Пэк Соха, который был настороже на случай внезапного нападения, был электрошокер. Спальный мешок, ланчбокс, полотенце, сменная одежда, средства самообороны... Не зря он взял с собой большую сумку. Тем более что это была сумка на двоих, в которой лежали и припасы Хан Джуо.

Изначально Хан Джуо предположил, что Пэк Соха просто не будет лишний раз высовываться и ограничиться проведением стабилизации в нужный момент, но тот вмешивался во всё. Пытался накормить, уговаривал поспать... Хан Джуо казалось, что он взял с собой не партнёра, а няньку. Или же Соха сам напрашивался в прислужники, что Хан Джуо совсем не нравилось.

Он не для того его взял, чтобы тот ему прислуживал, так почему же Соха так себя унижает?

Хан Джуо открыто демонстрировал своё недовольство, но не замечал истинной натуры Пэк Соха.

Пэк Соха не просто пытался компенсировать низкий процент совместимости усердием в других областях. Это был просто опыт. По слухам, он побывал во многих подземельях, поэтому, вероятно, быстро оценивал обстановку.

Увидев, как быстро Пэк Соха нашёл подходящее место перед битвой, Хан Джуо развеял все свои сомнения. И как только он это понял, почувствовал голод. Он привык сражаться на голодный желудок, но ланчбокс, предложенный Соха, так и стоял у него перед глазами.

Когда после битвы Соха вытирал ему лицо, Хан Джуо подумал, что, пожалуй, подчиняться ему было не так уж и плохо.

***

– Что происходит?

Соха никак не мог взять в толк, почему бой всё не прекращается. Скрытых врат не было, но монстры продолжали появляться один за другим с определённой периодичностью. Иногда их удавалось быстро уничтожить, но затем появлялись новые.

– Вот почему врата А-Класса?

Вместо монстра-босса, с которым они столкнулись в пустыне, здесь их ждал бесконечный поток более мелких противников. Это был не тот бой, где жизнь висела на волоске, но он изматывал.

Особенно Хан Джуо.

– Опасно.

После пятой волны риск срыва Хан Джуо достиг 80%. Любое неосторожное движение могло привести к катастрофе, но отвести его в тыл было нельзя. Без него общая боеспособность эсперов падала более чем на 20%. И дело было не только в этом, но и в том, что только с Хан Джуо можно было избежать жертв.

Соха понимал, что ничего не может сделать, но от этого ему было только тяжелее.

– Да хватит уже появляться! – пробормотал Соха, глядя на монстров, размахивающих своими огромными лапами. Он больше не хотел видеть этих «лесных друзей».

– А?

Соха, осматривавший окрестности, вздрогнул, увидев эспера, упавшего рядом с ним. Затем он поднял голову и, увидев того, кто его сбросил, вздрогнул ещё раз.

– Хан Джуо!

Состояние Хан Джуо, спасшего эспера от верной гибели, было тревожным. Он, хоть и парил над землёй, не мог высоко взлететь, тяжело дышал, а взгляд его был расфокусирован.

– Иди сюда, нужно провести стабилизацию.

Чувствуя, как важны сейчас эти 3%, Соха подошёл к Хан Джуо и протянул руку. Но тот, посмотрев на него, покачал головой.

– Ещё не конец.

– У меня тоже глаза работают исправно. Я вижу, что твоё лицо белее полотна, и ты всё равно хочешь продолжать?

– Я ещё... могу держаться.

– Врёшь.

Губы Хан Джуо были потрескавшимися и покрытыми запёкшейся кровью. Не кровью монстров, а своей собственной, вытекавшей из кровоточащих трещин.

Часы на его руке непрерывно мигали красным, издавая предупреждающий сигнал. Риск срыва превысил 90%.

– Давай хоть немного стабилизации... Эй, ты...

Соха хотел уговорить Хан Джуо выделить хотя бы немного времени на стабилизацию, но, увидев цифры на его часах, замолчал.

– У тебя... 92%.

Услышав шёпот Соха, окружающие отступили на несколько шагов. Хотя срыва ещё не было, ситуация была крайне опасной.

– Ты должен был отступить, зачем так рисковать?

– Иначе... он бы умер.

Хан Джуо, очевидно, говорил об эспере, которого только что спас. Соха понимал это, но ему было неприятно слышать, что Хан Джуо готов был пожертвовать собой ради другого.

Когда часы издали резкий предупреждающий сигнал, Соха потянул Хан Джуо за ногу, заставляя его опуститься. И в тот момент, когда он схватил его за руку, чтобы провести стабилизацию, раздался оглушительный грохот, от которого задрожала земля.

«Что произошло?»

Его тело неожиданно впало в шоковое состояние, и он потерял над ним контроль. Он попытался встать, оттолкнувшись от земли, но руки его не слушались – удавалось только беспомощно ими шевелить. Из-за звона в ушах он ничего не слышал. Его затуманенное сознание, словно осознавая смертельную опасность, пыталось хоть как-то понять, что происходит.

Причиной этому были точно не монстры; их не было поблизости.

Зная это, Соха и хотел воспользоваться моментом, чтобы провести стабилизацию Хан Джуо. Но тут произошёл взрыв, и, прежде чем Соха успел как-то среагировать, он потерял сознание.

– Угх…

Тело всё ещё не слушалось, но, одержимый желанием найти Хан Джуо, Соха повернул голову и увидел его лежащим неподалёку.

– Хан... Хан Джуо.

Он протянул руку к Хан Джуо, который не открывал глаз. Коснулся его лба. Тело Хан Джуо лежало дальше, а лицо оказалось ближе. Несмотря на обстоятельства, Соха нашёл в себе волю улыбнуться благодаря этому контакту.

Теперь оставалось только провести стабилизацию…

– А…

Энергия не передавалась. Так как Хан Джуо находился без сознания, его тело отвергало любое внешнее воздействие. Это был минимальный защитный механизм от потенциальной опасности, но для стабилизации он был помехой.

– Эй, Хан Джуо.

Очнись.

Остальные слова потонули в шуме ветра. Нужно встать.

Пи-пи-

Сквозь звон в ушах пробился сигнал уведомления. Часы Хан Джуо мигали красным. Увидев критические показатели, Соха охватило отчаяние.

Он вспомнил того человека. Того, кто, несмотря на низкий процент совместимости, взял его за руку, признался в чувствах и даже изъявил желание провести импринтинг… Соха пытался спасти его, перенапрягшего свои силы, установив импринтинг, но, прежде чем образовалась связь, коготь монстра пронзил его грудь.

Его первая любовь. Соха не мог не любить того, кто поддержал его, когда он был на грани, и дал ему надежду. Но именно из-за того, что Соха осмелился полюбить его… судьба того человека изменилась. Если бы он встретил другого проводника, он бы не умер так бессмысленно. Его младший брат, единственный член семьи, рыдал на похоронах. Соха не мог вымолвить ни слова перед лицом его горя.

– Я…

Всё повторялось. Теперь и Хан Джуо был в опасности. Если бы Соха провёл больше стабилизаций, пока риск срыва не достиг критической точки, всё было бы иначе.

Соха убрал руку с лица Хан Джуо и пополз к нему. Образ Хан Джуо напоминал ему о прошлом, словно предупреждая его не дать другому эсперу погибнуть так же бессмысленно.

В то же время Соха понял, как провести стабилизацию Хан Джуо, и начал двигаться изо всех сил. К счастью, лицо Хан Джуо было близко.

– Прости, что не спросил разрешения.

Отпустив шутку, которую Хан Джуо не мог услышать, Соха поцеловал его.

Стабилизация через слизистые.

Именно эта стабилизация чудесным образом открыла путь к импринтингу с тем человеком. Конечно, нельзя отрицать, что на это повлияли их взаимные чувства. Но сейчас Хан Джуо был без сознания, и энергия не проходила через кожу, поэтому Соха решил передать её через дыхание, соприкоснувшись губами.

– Хаа.

Он не только передавал энергию, но и вдыхал в него, исследуя его рот. К счастью, слизистые приняли энергию. Соха острым кончиком языка массировал язык Хан Джуо, насыщая его энергией, и скользил им по нёбу.

Ему казалось, что он ведёт себя как щенок, вылизывающий каждый зуб Хан Джуо, но он был в отчаянии. Он хотел передать Хан Джуо хоть немного своей энергии. И поэтому он не заметил, что плотина, которая всегда блокировала поток энергии в его теле, на этот раз не отреагировала.

***

Шум вокруг стих. Наступившая тишина разбудила Соха. Он не помнил, когда потерял сознание, но последнее, что всплывало в памяти, – это взрыв. Он даже не знал, был ли он всё ещё в подземелье.

– Ммм.

Он застонал и пошевелил пальцами. Он помнил, как потерял контроль над своим телом и не мог двигаться. Десять пальцев шевельнулись сначала на руках, затем на ногах. Он чувствовал всё своё тело.

«Слава богу.»

Соха думал, что после такого взрыва что-то могло пойти не так, но, к счастью, он мог двигаться. Сделав глубокий, шаткий вдох, он медленно открыл глаза.

– Ах!

Соха невольно вскрикнул, встретившись взглядом с Хан Джуо.

– Ч-что?

С каких пор он здесь? Соха, хоть и был занят своими мыслями, не чувствовал его присутствия.

– Где болит?

На вопрос Хан Джуо Соха осмотрел себя. Если раньше он, закрыв глаза, проверял, чувствовал ли он своё тело, то сейчас хотел убедиться, что все части тела на месте. Хан Джуо, заметив, что Соха хочет встать, поддержал его спину и даже подложил подушку.

Поднявшись и осмотревшись, Соха с облегчением понял, что они уже вне подземелья.

– Фух, всё на месте, – вырвалось у него, когда он убедился в целостности своих конечностей.

– Ничего не оторвало. Барабанные перепонки хоть и пострадали от взрыва, но уже пришли в норму.

Соха не знал, сколько он был без сознания, но сразу после взрыва он не чувствовал никаких проблем со слухом. Значит, его оградил от вреда своей способностью эспер.

– Что... что это был за взрыв?

– Эспер.

– А...

На самом деле, Соха уже догадывался. Монстры не могли вызвать взрыв, если только это не был монстр огненного типа. Значит, причин взрыва было не так много.

Тот эспер, которого Хан Джуо спас. Соха помрачнел, вспомнив, как Ю Сонхён бросился к своему эсперу. От одной мысли, что в это был замешан его бывший одногруппник, у него пересохло во рту.

– Он был в плохом состоянии.

Хан Джуо пересказал, что именно тогда произошло. Ю Сонхён узнал своего эспера, подбежал к нему, перевернул его... и в тот же момент эспер упал в перегрузку. Ю Сонхён погиб на месте от взрыва, но из-за того, что основной удар пришёлся на него, те, кто был за ним, пострадали не так серьёзно. Не обошлось без травм, но это были лёгкие ранения. Тем, кто попал под раздачу, был Соха.

Он подошёл к Хан Джуо, чтобы провести стабилизацию, и расстояние между ним и другими проводниками подставило его под отголоски взрыва. Только благодаря тому, что Хан Джуо заключил его в объятия и закрыл своим телом, он смог выжить.

«Вот почему он тогда лежал без сознания.»

Пока Соха был дезориентирован тряской и звоном в ушах, Хан Джуо был не способен открыть глаза вовсе. Соха, понимая, что это произошло из-за того, что тот защищал его, опустил голову.

Продолжившийся рассказ оставлял горечь на языке. Эсперы, обречённые на всю жизнь зависеть от стабилизации. Это было их проклятие и оковы, цена за сверхчеловеческую силу.

Соха видел, как они страдают от постоянного страха, неспособные контролировать свою силу. Не нужно было быть эспером, чтобы это понять. Находясь на грани срыва, они излучали нестабильные волны, и в такие моменты эсперы инстинктивно искали проводника с наибольшим процентом совместимости, чтобы обрести хоть какое-то равновесие.

Поэтому Соха не мог винить их за то, что они избегали его, проводника с низким процентом совместимости. Будь он эспером, он бы тоже не стал искать такого проводника, как он. И поэтому смелый выбор Хан Джуо так сильно выделялся.

– Спасибо, – первым делом сказал Соха, выслушав всё. – Если бы ты меня не спас... я бы умер.

Даже отказавшись от всего, он хотел сохранить свою жизнь. Даже если он больше не сможет быть проводником, его желание найти дальнейшие средства к существованию свидетельствовали о том, как сильно он хотел жить.

– Я хотел любой ценой сохранить свою жизнь, и ты мне помог.

Хан Джуо промолчал. Атмосфера становилась всё более неловкой, и Соха, выдавив из себя улыбку, решил переключить внимание с гибели Ю Сонхён на Хан Джуо. Это был его личный способ справляться с тяжёлыми ситуациями, выработанный за десятки походов в подземелья.

– Ничего не скажешь? Что-нибудь вроде «я спас тебя ценой своего тела» или «заплати за свою жизнь»?

– Ты пожертвовал своими губами.

– Это вообще как? Говоришь так, будто я принёс свои губы в жертву…

Вот чёрт.

Соха забыл, что стабилизировал Хан Джуо через слизистые, проще говоря; проще говоря, свёл их губы вместе.

– Ну…

Соха отвёл взгляд, чтобы скрыть своё смущение, и Хан Джуо тихонько усмехнулся.

– Можем просто сказать, что взаимно собой пожертвовали.

– Что за?.. У меня не было выбора, слышишь? Стабилизация при простом контакте с кожей не работала.

– Поэтому ты засунул свой язык мне в рот?

– Я изо всех сил тянулся к тебе, понимаешь? Хотел положить руку на твой лоб и провести стабилизацию, но ты был как будто за бронированным стеклом.

Всё отталкивалось, что мне оставалось делать?

Соха выказывал своё недовольство, но Хан Джуо продолжал бесстыже лыбиться.

– Шустро ты додумался приложить свои губы к моим.

– Нет, я просто…

И без того задетый Соха хотел уже было огрызнуться и возразить, однако смолк на полпути, когда вспомнил причину, по которой решился на стабилизацию через слизистые в первую очередь.

Ему было тяжело вспоминать того человека. Хотя дело было не в том, что у него остались затяжные чувства. Как бы то ни было, он был рад, что смог использовать другой метод стабилизации на Хан Джуо.

Однако помимо этого...

«Мне нельзя сближаться с Хан Джуо.»

Потому что он исказит судьбу Хан Джуо. Узнав об обстоятельствах Хан Джуо, он согласился стать его проводником, однако отнёсся к этому слишком легкомысленно. Опять же, ничего бы не произошло, если бы Хан Джуо сопровождал другой проводник помимо него.

«Думаю, нам придётся поговорить.»

Они чудом избежали беды. Нет никакой гарантии, что всё обойдётся и в следующий раз. Такие мысли...

Заметно отягощённый, Соха начал говорить:

– Я тщательно обдумал то, что произошло.

– Как давно ты очнулся, чтобы успеть что-то обдумать?

Хан Джуо сразу же огрызнулся. Огрызнулся так быстро, что вся тягость Соха была погребена под возмущением [1].

– Человек тебе серьёзно говорит, а ты...

– У тебя на лице написано, что ты открыл рот нести околёсицу.

Хан Джуо произнёс это так, словно не было надобности продолжать, и это только сильнее раздраконило Соха. Соха прорычал низким, тяжёлым голосом:

– Я правда всё обдумал. Как следует обдумал.

– Ты всё ещё не в форме. Спи.

Хан Джуо игриво ткнул Соха в лоб, но толчок вышел настолько сильным, что его голова откинулась назад. Только и делал, что перебивал его, отчего теперь хотелось договорить чисто из принципа. Думаешь, что таким образом не дашь высказаться?

– В следующий раз входи во врата с другим проводником.

– Тск.

Как и ожидалось, Хан Джуо с явным неодобрением скрестил руки на груди.

– Я говорю на полном серьёзе, а не просто так.

Несмотря на то, что Соха знал, что Хан Джуо испытывает из-за него трудности, он не мог заставить себя разорвать контракт. Трусил, но отпускать не хотел. Однако он также остро осознал, что так продолжаться не должно...

– Я тоже присоединюсь к этой команде.

В чём тогда разница, читалось в глазах Хан Джуо, и Соха негромко добавил пояснение:

– Как резерв, а не как твой партнёр.

Он начал говорить, глядя на Хан Джуо, но в какой-то момент его взгляд упал на пол.

– Опять началось.

От донёсшегося сверху голоса Соха вздрогнул. Тон, выражающий утомлённость или раздражение. Слишком хорошо ему знакомый, потому что он слышал его каждый раз, когда повсюду искал эспера и осыпал того настойчивыми мольбами. Поэтому он не мог поднять головы, а из Хан Джуо выплеснулось едкое замечание.

– Не могу понять, то ли ты намеренно себя принижаешь, то ли всецело в это веришь.

– Эй...

Соха определённо был подавлен, но, как будто забыв об этом, вспыхнул гневом, который поглотил все остальные эмоции.

– Ты что, пытаешься сказать, что я притворяюсь?

– Иначе ты просто глупый.

– Ах ты зараза...

Соха разозлился ещё больше, потому что его уже называли глупым. Хан Джуо уже дважды обращался с ним как с дураком.

– Я тут со всей серьёзностью всё анализирую, а ты это так воспринимаешь?

Они впервые пошли в подземелье как партнёры. Соха думал, что больших проблем не предвидится, однако в одночасье возникла непредвиденная проблемная ситуация, и он просто стал осмотрительнее, но Хан Джуо не удосуживался выслушать его должным образом.

– Ты вроде смекалистый, но в решающие моменты тормозишь.

– Не тебе, кто не считается с чужим мнением, такое говорить [2].

– Почему я должен учитывать чужое мнение?

– Потому что это один из способов ужиться в человеческом мире.

– Не всем это нужно.

– ...

Соха, посреди напряжённой перепалки с Хан Джуо, вдруг резко ощутил сомнение и неуверенность по поводу своих действий. «Почему я должен с ним препираться?». Будь это такое чувство скептицизма, он бы его понял. Раньше так и происходило. А сейчас – по-другому. Он спорил, и какое-то чувство пустоты внутри будто бы заполнялось.

«Я что, извращенец?»

Почему он этому радуется? Он испытывал подавленность, злость, умиротворение...

Поскольку его состояние было таким несуразным, он также растерял всё желание препираться, как Хан Джуо внезапно присел на кровать.

– Я ещё не закончил говорить.

Он выставил своё запястье Соха перед глазами, как будто сейчас оно было самым главным. Вернее, не оно, а часы, измеряющие процент риска...

...и Соха увидел, что цифра на них остановилась примерно на 60%. Похоже, пока Соха спал, Хан Джуо получил стабилизацию у другого человека.

– Таскаешься со мной по подземельям, а получаешь стабилизацию, как из них выходишь? Зачем ты всё так усложняешь? Сам разве не видишь, как рискуешь? И доводи уж тогда стабилизацию до ума, что ещё за 60%?

По правде сказать, стабилизация тоже оказывала нагрузку на тело Хан Джуо, но Соха продолжал бузить вопреки тому, что чувствовал себя неловко. Ему было стыдно за своё незнание и препирательства.

– Иди и стабилизируйся. А мои слова просто пропусти мимо ушей...

– У тебя получилось.

– Получилось что? Не тяни.

– Это ты его понизил.

– ...

Соха нахмурился и попытался истолковать слова Хан Джуо. Но сколько бы ни думал об этом, не понимал.

– Твои часы сломались?

Однако Соха всё же озвучил то, что пришло ему в голову, отчего уголки губ Хан Джуо приподнялись. От этой его характерной ненавистной улыбки тут же вспыхнуло раздражение, но Хан Джуо даже не вышвырнешь. Интересно же! Услышать бы только, а потом как пить дать выгнать этого эспера. Хан Джуо озвучил ответ ещё до того, как Соха задал вопрос.

– Твой поцелуй опустил показатель более чем на 30%.

На спокойное утверждение Хан Джуо, Соха попытался воспринять его столь же непритязательно, но...

– Не шути так.

Он отрицал, потому что не мог в это поверить. Чтобы он, а не кто-либо другой, передал более 30% энергии?

– Мой поцелуй – это не какая-то могущественная магия, которой впору спящих принцесс будить ...

– Верно.

– Чепуха какая-то...

– Какой же ты душнила.

– Не шути со мной, потому что моё терпение истончилось, как лист бумаги. Как я мог...

Раздосадованный тем, что Соха продолжал всё отрицать странными словами, Хан Джуо схватил его за подбородок и заставил встретиться с ним взглядом.

– Я ждал, пока ты откроешь глаза, чтобы тебе это сказать.

– ...

– У тебя получилось. Я никогда не ходил к другому проводнику. Если ты сомневаешься, сходи к кому угодно и спроси.

Хан Джуо повторял снова и снова. Безоговорочно верь, а не убегай, потому что не веришь.

Когда Соха убегал, Хан Джуо был полон решимости следовать за ним до конца, чтобы подтвердить, что всё это правда. Лишь тогда услышанное совсем немного воспринялось Соха, и тот растерялся.

– Я... это правда я опустил его?

Пробормотал Соха, смотря на потолок, и устало рассмеялся. Он ущипнул себя за щёку так, чтобы было больно, потому что после столь долгого использования всех возможных средств ради этого результата, он не хотел, чтобы это оказалось всего лишь сном. Он подтвердил, что это реальность.

– Я думал, что процент совместимости не повысится до конца моей жизни.

Он смеялся, потому что так радовался тому, что, как он думал, никогда не осуществиться. У него даже проступили слёзы, но он беспричинно шмыгал носом, чтобы скрыть их от Хан Джуо. Соха украдкой промокнул глаза, думая, что ему повезло, что на нём надета одежда для пациентов. У неё большие рукава, поэтому они не будут прилипать к запястьям, даже если намокнут.

...Или будут? Забавно было слышать столь желанные слова, будучи одетым в больничную одежду, но какая разница?

Было много людей, которым он хотел немедленно об этом рассказать. У него не было семьи, но были люди, которые отдали ему свои сердца, так что как насчёт позвонить и рассказать им?

– Правда, я правда тебя так стабилизировал... Нет. Что-то не так.

Лицо Соха, словно он грезил давно желанным сном, застыло.

– Я уже пробовал стабилизацию через слизистую. Результат должен быть тем же. Не имеет никакого смысла, что только в этот раз процент поднялся.

Соха задавал конкретные и точечные вопросы, и Хан Джуо пожал плечами.

– Проницательный.

От его равнодушного ответа Соха застыл, как лёд. Всё правда полностью остановилось в голове, однако, когда шестерёнки вновь заработали, Соха почувствовал себя преданным до такой степени, что у него прилила кровь к лицу. Он не мог поверить, что человек, который знал, что значил для него показатель стабилизации, настолько его унизил.

Соха был так зол, однако не мог выразить это словами. Ему было трудно просто смотреть на Хан Джуо; какие тут силы могут быть на то, чтобы выговориться?

– Просто... выметайся.

Соха выплюнул через силу и лёг обратно. Он отвернулся от Хан Джуо и плотно закрыл глаза. Сегодня был бы самый жалкий день в его жизни. Должным образом невысказанного тоже осталось много. Осознав это, Соха всерьёз показалось, что он повёл себя глупо.

Ему было так приятно, что он почти расплакался, и оттого чувство разочарования было вдвойне сильнее.

– Мне нужно отдохнуть.

Он только ещё раз попросил Хан Джуо уйти и свернулся калачиком. Он даже натянул одеяло и закрыл им лицо. Теперь слёзы проступили бы по другой причине, так что он тем более не хотел показывать их другом человеку.

– Пэк Соха.

– Выметайся.

– Я не закончил.

– Я проснусь и послушаю.

Его голос был сильно приглушён одеялом, но, чтобы не показаться глупым, он говорил резко и обрывисто. Хоть он и прогонял Хан Джуо подобной манерой речи, сейчас его не хватало ни на что другое.

Однако Хан Джуо не ушёл. Не только не ушёл, но и откинул одеяло и притянул Соха к себе за запястье.

– Что, ммф!

Соха удивился, когда чужие губы внезапно накрыли его, а Хан Джуо вцепился в него взглядом так, словно пытался что-то сказать глазами.

«Стабилизация.»

Даже вплоть до этого момента он надеялся на стабилизацию?

Подавляя нахлынувшее чувство стыда, Соха направил свою энергию. Он не имел желания сопротивляться, так как ему претило такое поведение. Соха думал, что просто быстро передаст энергию, однако через некоторое время удивлённо расширил глаза.

«Что?»

♡

[1] 굴에 얼룩덜룩 – метафорическое выражение «покрытое пятнами лицо» означает изменение выражения лица из-за внезапной и непредвиденной ситуации; описывает эмоциональное состояние человека.

[2] 눈치 – у этого слова два значения: «смекалистость/догадливость» и «поведение, выражающее отношение к чему-либо». Джуо называет Соха не таким уж догадливым, а Соха бросается этим же словом обратно в него, только в другом значении.

Энергия, поступающая в рот Хан Джуо, увеличилась. Коли так, значит, он правда стабилизировал на 30%, как и сказал Хан Джуо?

Такое ожидание быстро пошло на убыль. Поток энергии прервался. Стабилизация быстро прекратилась, и теперь они просто соприкасались губами, но Соха тупо замер, даже не думая о том, чтобы отстраниться. Он знал, что Хан Джуо вдыхает его дыхание, и его дыхание входит в его рот, но не мог оторваться. Он правда не мог ни на что реагировать. Даже если бы ему пришлось дышать самостоятельно, он, скорее всего, вовсе бы забыл, как это делается.

В итоге, Хан Джуо пошевелился первым. Он убрал свои губы и посмотрел Соха в глаза.

– Ну как?

– Энергия передалась. И её передалось больше...

Соха, бормоча это себе под нос, поспешно закатал рукав. На носимых им часах, которые он никогда не снимал, впервые в жизни виднелся показатель:

<5%>

Он не особо значительно увеличился. Три капли стали пятью каплями?

– Это совсем не 30%!

Радоваться в полную силу мешали слова Хан Джуо. Если верить ему, энергии должно было быть в шесть раз больше...

– Ты чрезмерно жадный.

– В каком месте это чрезмерная жадность?

– Важно то, что показатель увеличился, разве нет?

– ...Да?

По глупости он зациклился только на том, какой небольшой объём был у переданной им энергии.

– Я правда её увеличил?

Для Соха, который до сих пор передавал только фиксированный объём энергии, даже такое изменение вызвало дрожь восторга по спине. Часы подтвердили, что его ощущения не были обманом. Только что он отчаивался, но теперь, впав в потрясение, сидел с открытым ртом.

– Правда... увеличил?

Не веря своим глазам, он вертел запястьем, постукивал по экрану часов, но ничего не менялось. Это правда. Изменения действительно произошли.

Пока Соха не отрывал взгляда от часов, Хан Джуо позвонил кому-то и попросил подойти.

– Я не врал. В подземелья стабилизировал меня именно ты.

– Тогда к чему был твой комментарий про «проницательность»? Надо же было так сбить меня с толку.

– Ты сам видел. Поцелуй тот же, а результат другой.

– Это да...

Он продолжал тупо реагировать, но сейчас у Соха не было сил на споры.

– Остальное тебе другие объяснят.

Вскоре раздался стук, и вошли двое: глава гильдии Ким Миён и врач.

– Очнулся.

Ким Миён коротко поздоровалась и осмотрела лицо Соха.

– Цвет лица неплохой. Кёсу-ним, что скажете?

Врач подошёл к Соха прежде, чем тот успел что-либо сказать.

– При лечении аномалий не выявили. Вы сами как себя чувствуете? Что-нибудь беспокоит?

– Немного кружится голова, но терпимо.

Соха покачал головой, и врач, осмотрев его и задав ещё несколько вопросов, сказал, что ему нужен только покой, и вышел. Когда остались только трое, Ким Миён придвинула стул и, усевшись, обратила свой взгляд на Соха.

– Тебе интересно, что произошло?

Она, казалось, знала, почему Соха словно не в себе, и с лукавой искоркой в глазах начала говорить. Её взгляд выражал нетерпение: ей явно не терпелось начать объяснения.

– Без шуток. Только факты.

Если бы Хан Джуо не предупредил её, Ким Миён наверняка стала бы поддразнивать Соха, чтобы посмотреть на его реакцию.

– Я и сама очень удивилась результатам.

Настолько, что захотелось пошутить, чего обычно не делаю.

– Я всё тебе объясню по порядку.

Голос Ким Миён стал серьёзным, и Соха сосредоточился на её словах.

– В подземелье твоя стабилизация предотвратила срыв Хан Джуо. Если бы он тогда сорвался, всем присутствующим пришлось бы несладко.

Речь ведь шла о ком-либо, а о Хан Джуо. Cрыв эспера S-Класса способен уничтожить целый город. Кто-то в шутку говорил, что трёх эсперов S-Класса достаточно, чтобы стереть с лица земли небольшую страну.

– Как только мы вышли из врат, мы провели множество обследований. Прежде всего, мы пытались понять, как твоя стабилизация смогла превзойти обычный уровень совместимости...

Ким Миён на мгновение замолчала, и Соха перевёл дух. Он так внимательно слушал, что сам не заметил, как перестал дышать.

– Точная причина неизвестна.

– Неизвестна?

Соха переспросил, немного разочарованный.

– Да. Даже директор центра Ким Бомхак лично участвовал в исследованиях, но ничего определённого выяснить не удалось. Ты говоришь, что это произошло из-за взрыва, но ведь ты и раньше попадал в опасные ситуации.

Если речь шла о других подземельях до Хан Джуо, то это правда. Опасные ситуации возникали не раз и не два.

– И особой душевной связи с эспером Хан Джуо у тебя тоже нет... Кёсу-ним сказал, что ему нужно провести дополнительные исследования, так что придётся подождать. Но одно можно сказать точно: этот случай немного повысил вашу совместимость.

Ким Миён взглянула на Хан Джуо, словно спрашивая, проверял ли он процент совместимости. Хан Джуо кивнул, и Ким Миён снова посмотрела на Соха.

– Одним словом, лёд тронулся.

Кажется, она ещё и поздравила его, но Соха, потеряв дар речи, уже ничего не запомнил.

***

С этим Ким Миён откланялась. Уводя с собой Хан Джуо, она сказала Соха звонить, если что-нибудь понадобиться.

Оставшись один, Соха начал понемногу осмысливать произошедшее.

– Значит, моя стабилизация в подземелье успокоила Хан Джуо.

И энергия, которая всю жизнь словно была заточена внутри него, перешла в тело Хан Джуо.

– Почему ты не делал этого раньше?

Соха постучал себя по груди. Хотя это никак не повлияло на его состояние, ему хотелось, чтобы его внутренний мир понял, сколько ему пришлось пережить.

– Но сейчас такой объём энергии не передаётся.

Изменение процента совместимости само по себе было значимым, но этого всё ещё было недостаточно.

– Что же изменилось? Всё, что я сделал, – это столкнулся с ним губами... Хан Джуо тоже только поцеловал меня. Получается, я целовался с ним дважды.

Сначала он поцеловал его, а потом Хан Джуо его...

Они сделали это без взаимного согласия, так что квиты, но, если процент совместимости повышается от простого держания за руки, зачем целоваться?

– Может, это личный интерес? Нет. Какой личный интерес Хан Джуо может удовлетворить со мной?

Он, конечно, нахал, но не подлец.

Когда-то у него были подобные мысли, но сейчас Соха стал гораздо терпимее. Он сильно изменился с тех пор, когда его угнетал неизменный показатель совместимости в 3%.

– В прошлом было тяжело.

Ему было обидно, что это случилось именно с ним, а когда он впервые услышал насмешки окружающих, то несколько дней не выходил из дома. Конечно, сейчас у него выработался иммунитет, и он может посмеяться над всем этим, но прошлое никуда не делось.

– Неужели я наконец смогу стать правильным проводником?

Он не стремился стать выдающимся проводником. У него не было амбиций стать уважаемым человеком. Он просто хотел быть как все.

Для Соха, которому это давалось с таким трудом, это было мечтой.

Когда он думал, что его 3% никогда не вырастут, он решил всё бросить. Но теперь, быть может, его мечта осуществится.

***

Какая там осуществится.

– Нет.

Соха твёрдо отказал и даже скрестил руки на груди.

Смешно так быстро менять своё решение, но он ничего не мог с собой поделать. Любой другой на его месте поступил бы так же.

– Зачем повышать показатель через прикосновения?

Если можно стабилизировать, просто держась за руки, зачем целоваться и прижиматься друг к другу?

Он возмущённо отказывался, но Хан Джуо даже бровью не повёл. И вот с таким невозмутимым лицом он предлагал повысить градус близости.

Хоть бы выглядел так, будто пытаешься кого-то убедить, а не изображал булыжник с бабкиного двора. Меньше бы досаждало.

– Поцелуй был эффективнее, чем держание за руки.

– Незначительно.

Стабилизация через поцелуй дала 5%, а через держание за руки – 4%. Показатели выросли в обоих случаях, но из-за этой несправедливости всё так и получилось.

– У тебя нет профессиональной этики.

Соха фыркнул в ответ на выпад Хан Джуо.

– Тебе ли говорить.

Соха состоял с ним в инклюзивном парном контракте. Если нет риска потери контроля, Хан Джуо должен получать стабилизацию от другого гайда, но тот это правило игнорировал.

– Мы не пара в романтическом смысле, зачем нам это делать?

– Тем более это следует воспринимать как рабочие отношения.

– Нет. Я не буду.

– Мы же целовались.

– А это...

Пока Соха запинался, Хан Джуо терпеливо ждал, пока он закончит. Да, ради стабилизации можно делать что угодно даже с незнакомцем.

Если честно, сама контактная стабилизация подразумевает, что можно открыто липнуть к человеку, и тебя за это не осудят. Но это как бы... заниматься этим без чувств, только телом...

– Нет, я не могу.

Если бы он мог, то с самого начала, когда предлагал другим эсперам проверить совместимость, перепробовал бы всё.

Когда Соха отказался продолжать разговор, Хан Джуо, не настаивая, вышел из палаты. Возможно, он вернётся завтра с теми же словами, но сейчас важно было то, что он ушёл.

– Фух.

Наконец-то отделался. Он вытер пот со лба и вздохнул, как вдруг дверь распахнулась. Соха вздрогнул, думая, что вернулся Хан Джуо, но это был кто-то другой.

– Чего? Что ещё за взгляд? Мне нельзя сюда входить?

Соха уставился на Мун Роя, который, не заходя в палату, оглядывался по сторонам. Он суетливо осматривался, словно проверяя, можно ли ему войти.

Услышав о случившемся с Соха, Мун Рой внезапно выбежал из палаты, а затем снова появился, нагруженный пакетами, и даже умудрился прихватить с собой директора Ким Бомхака, как будто тот был частью его багажа.

– Что вы блин задумали?

Соха, сидя на кровати поджав ноги по-турецки, наблюдал за суетливыми движениями двух мужчин. Несмотря на то, что палата была одноместной, из-за их крупных фигур казалось, что свободного пространства в ней очень мало.

– Надо же отпраздновать.

Мун Рой украшал стену воздушными шарами и гирляндами, и директор центра Ким Бомхак, пододвинувший стол и выкладывавший всё на него из пакетов, поддакнул:

– Даже если другие не знают, нам-то известно, какое это важное событие для тебя.

Они выложили на стол жареную курицу «банбан», множество других блюд, и в довершение всего поставили большой торт. Мун Рой, явно довольный тем, как украсил стену, начал рыться в пакете в поисках других украшений. Где он только всё это купил?

– Событие-шмытие. Мы же в больнице, вы перебарщиваете. Стены тонкие, вы ведёте себя неуважительно по отношению к другим пациентам.

– Ты нас правда считаешь такими невежественными людьми? – возмутился Мун Рой, а Ким Бомхак, подтаскивая диван к кровати, добавил:

– Мы просто поздравим тебя и задуем свечи, не о чём беспокоиться.

– Тогда почему бы просто не сказать? Зачем все эти украшения? А торт? – продолжал ворчать Соха, и Мун Рой, подойдя к нему, нахлобучил ему что-то на голову. Соха поднял руку, чтобы пощупать это, и оказалось, что это конусообразный колпак.

– Разве колпаки не на день рождения надевают?

– Считай, что ты сегодня родился заново.

Он первым надел розовый колпак на Соха, потом выдал колпак Ким Бомхаку, а затем – себе. Трое взрослых мужчин в розовых колпаках... Соха, потеряв дар речи, посмотрел на них, а затем издал тихий смешок.

– Спасибо.

– Вот, если бы ты сразу так сказал, было бы лучше, – поддел его Мун Рой, и Ким Бомхак тоже недовольно посмотрел на Соха.

– Мне звонил твой представитель. Он ничего не объяснил, только спрашивал о том, что было раньше... Ты хотя бы мог мне сказать? Как так получилось, что я узнаю обо всём от других?

Мун Рой, видимо, был обижен тем, что ему пришлось звонить, чтобы узнать о случившемся. Конечно, у Соха тоже было что сказать.

– Не тебе говорить, ты же меня продал Хан Джуо.

Он никогда не забудет, как тот удерживал его заявление об увольнении, а потом, когда появился Хан Джуо, тут же передал его в чужие руки. Не поступи он так, их бы ничто так неразрывно с Хан Джуо не связывало. Однако Ким Бомхак смотрел на него очень спокойно.

– Зато твой процент совместимости вырос.

– ...

– Моё чутьё подсказывало, что эспер Хан Джуо – твоя последняя надежда.

Ким Бомхак, как будто только и ждал этого момента, начал вспоминать прошлое и хвастаться своими заслугами. Он рассказал Мун Рою историю о том, как Соха, подав заявление об увольнении, впал в отчаяние, и он, движимый чувством долга, не мог его просто так оставить, поэтому отправил его в подземелье и даже привлёк Хан Джуо. Мун Рой слушал его, развесив уши, и казалось, что Ким Бомхак преувеличил всё в несколько раз.

– Эй, не слушай его всерьёз. Половина – ложь.

Соха легонько стукнул Мун Роя по руке, чтобы тот прекратил слушать.

– По-моему, всё правильно... Честно говоря, если бы не директор центра, ты бы сейчас где-нибудь в деревне сельским хозяйством занимался.

Занимался бы.

– И всё бы там испортил.

Он никогда не пробовал, но, скорее всего, так бы и было. С самого начала он не ждал от себя каких-то особых талантов и не возлагал больших надежд.

– В таком случае, поздравляю.

Мун Рой неуловимо выразил свои искренние чувства.

– Ты долго и упорно к этому шёл.

И Ким Бомхак поздравил его в том же духе.

На их невыразительные поздравления Соха отреагировал ещё более сухо.

– Ага.

Ничего другого в голову не приходило.

***

Они долго ели, пили и разговаривали обо всём и ни о чём. От курицы остались одни кости, а торт был съеден меньше, чем наполовину. Поскольку они не были любителями сладкого, позже они даже заказали доставкой кимчиччигэ [1].

Зачем тогда вообще было покупать торт!

Соха, присоединившись к ним, впервые за долгое время наелся до отвала. После того, как он питался в подземелье одними ланч-боксами, а потом, очнувшись, попал в больницу и ел только больничную еду, кимчиччигэ показался ему просто божественным.

– Просто объедение.

Когда неожиданно лишают еды, которой при обычном раскладке можно угоститься в любой момент, её первый вкус за долгое время ощущается немыслимо ярким и насыщенным.

На какое-то время он даже забыл обо всём остальном.

Наевшись до такого отвала, что не осталось сил держать ложку, Соха растянулся на больничной койке. Остальные тоже развалились на диване и стульях.

– Больше не могу.

– Тогда зачем ты так много всего накупил?

Соха, поглаживая живот, зыркнул на Мун Роя. Тот лишь невесело рассмеялся. В его ответном взгляде читалось: «Купил – плохо, не купил бы – тоже плохо», и Соха этот невысказанный сарказм стоически проигнорировал.

Так они и лежали, глядя в потолок, пока Мун Рой не поднял голову.

– Пэк Соха.

– Что, – вяло ответил Соха, не отрывая взгляда от потолка.

– Процент совместимости правда возрастает, если повысить накал страстей?

– ...

Соха упомянул об этом вскользь, потому что было бы странно рассказать обо всём, а об этом – умолчать. К тому же, если бы они потом случайно узнали, то его бы это только пуще смутило, так что он им просто сразу сказал.

– Я не знаю всего. Пока что я только пробовал целоваться.

– Но ведь он всё равно возрос.

– Мм.

Он уже успел поспорить с Хан Джуо на эту тему, поэтому просто признал это. Честно говоря, он не знал, завис ли его показатель на 5% или обещал увеличиваться каждый раз, как они целуются.

Поскольку он всё ещё находился в больнице и восстанавливал силы, Хан Джуо пока не требовал от него стабилизации.

– И что ты об этом думаешь?

– Я не хочу без необходимости повышать ставки, – ответил Соха, не задумываясь.

Выражение лица Мун Роя переменилось в нечто странное.

– Но ведь ты всегда хотел повысить процент совместимости. Разве не противоречиво говорить, что ты не поднимаешь ставки?

– ...

Замечание Мун Роя было простым, но довольно болезненным. Соха не нашёлся, что ответить. Кто бы что ни говорил, но он сам это знал. Хан Джуо, вероятно, думал о том же, но не стал давить на него. А Мун Рой тыкал его в это.

– Это из-за Сонъи хёна? [2]

– Мун Рой! – раздражённо крикнул Соха, услышав внезапно прозвучавшее имя. Ким Бомхак молчал, явно не намереваясь вмешиваться.

– Разве есть другая причина, почему ты сомневаешься?

– Хватит.

Зашедший слишком далеко Мун Рой никак не показал, что услышал предупреждение. В каком-то смысле он был так же несговорчив, как и Хан Джуо, поэтому Соха поднялся. Пока он надевал тапочки, чтобы совсем уйти, Мун Рой безжалостно ударил по больному.

– У других права может не быть, но у меня? Я это говорю только затем, чтобы доказать правоту, но, пожалуйста: отпусти уже хёна. Сонъи хён тоже теперь может спокойно...

Соха захлопнул дверь, оборвав слова Мун Роя. Он должен знать, что, заявляя о своём праве высказаться, даже если другие им не обладают, он лишь усиливает желание Соха убежать.

После того, как он сбежал из больничной палаты и отошёл на некоторое расстояние, его шаги сами собой замедлились.

Мун Сонъи.

Брат Мун Роя и первая любовь Соха. Они знали друг друга с детства, и Мун Сонъи тоже хорошо относился к Соха, и между ними возникла взаимная симпатия.

Причина, по которой Соха не сдался сразу, несмотря на трудности, во многом объясняется влиянием Мун Сонъи. Он не давал Соха опускать руки и помогал ему не терять надежду. Он был тем, кто сам пожелал провести с ним импринтинг и повысить его процент совместимости, но умер из-за Соха. Единственный кровный родственник, который был у Мун Роя...

На похоронах именно Мун Рой упал на колени и безудержно рыдал. Иронично, что такой человек, как он, который должен был винить Соха, стал его лучшим другом, но из-за этого Соха чувствовал себя в долгу перед ним.

– Снова пройти через нечто подобное?

Он вспомнил Мун Сонъи, увидев, как Хан Джуо теряет сознание. Что ему делать?

– Просто сделай это.

– Ык, напугал! Когда ты?..

Соха резко обернулся и увидел Мун Роя, который, скрестив руки на груди, стоял, прислонившись к стене.

– Подумал, что ты ушёл один тут грустить, поэтому пошёл за тобой.

– Я вышел не затем, чтобы плакаться в жилетку...

Соха едва слышимо бормотал себе под нос, потому что Мун Рой был прав, и ему нечего было сказать в свою защиту.

– Если бы Сонъи хён увидел тебя таким, он бы в гробу перевернулся. Он бы сказал: «Неужели я отпустил Пэк Соха, чтобы увидеть его в таком виде?»

– Отпустил? Что ещё за «отпустил»?!

Ты же сам знаешь, как он умер.

– До того, как он умер, он всегда так говорил. У него была дурная привычка так шутить: что если он умрёт, то не «бросит» тебя, а «отпустит». Глядя на то, как всё обернулось, сложно воспринимать это за шутку – только за правду.

Соха замер и, собравшись с духом, посмотрел на Мун Роя. У него не получалось осмыслить впервые услышанные слова, и Мун Рой постучал пальцем по его колпаку. Несмотря на игривый жест, Соха не отмахнулся от него и лишь пробормотал:

– Сонъи хён правда такое говорил? Но никто тогда не мог предвидеть тот инцидент.

– Эсперы всегда живут рядом со смертью. Каждое завтра может стать последним, хотя странно, что он никогда не говорил этого перед тобой.

– Почему тогда ты говоришь об этом только сейчас?

Он не забыл его, так почему Мун Рой не говорил ему об этом раньше?

– Не чувствуй себя виноватым, живи своей жизнью. Но если тебе всё ещё жаль Сонъи хёна, то повысь свой процент совместимости. Так ты отплатишь ему.

– Ты...

– Так ты утешишь преждевременно почившего хёна. Забыл? Хён всегда говорил, что у тебя появится партнёр с высоким процентом совместимости. По-моему, этот шанс появился сейчас.

На полушутливые слова Мун Роя Соха бросил на него неодобрительный взгляд, а затем, словно что-то вспомнив, резко развернулся. Сейчас не было времени спрашивать, почему он сказал ему слова Сонъи хёна только сейчас.

♡

[1] 김치찌개 Кимчиччигэ – вариант ччигэ или рагу по-корейски, приготовленное из кимчи и других ингредиентов, таких как зелёный лук, лук репчатый, нарезанный кубиками тофу, свинина и морепродукты (хотя свинина и морепродукты как правило не используются совместно).

[2] 로이 Рой и 성이 Сонъи

р(л)-о-и – с-о(а)-н-и

Ро И – Сон И

В 로이 Рой гласный [и] 이 идёт после гласного [о] 오 и приобретает звучание близкое к [йи]. В 성이 Сонъи гласный 이 идёт после немого согласного ㅇ, который в конце слога приобретает носовой звук [н], и звучит как [и]. Чтобы не читалось Сони, я подставила твёрдый знак.

Технически, все корейские имена (без исключения) не склоняются, но русский язык предрасположен к склонениям имён, поэтому 80% корейский имён при переводе на русский склоняются. Например: найти Юджина, найти Саёна, уйти с Юхёном. Оставшиеся 20% – это корейские имена, оканчивающиеся либо на гласный звук, либо неблагозвучные в любом падеже кроме именительного. Например: Джуо, Тхэсо, Муна, Соха, Ыйджэ, Ёрим.

Звук [о] в Рой и звук [о] в Сонъи тоже отличаются. Для 오 в Рой нужно сложить губы так, словно вы собираетесь произнести звук [у], но произнести [о]. Для 어 в Сонъи нужно растянуть широко губы, открыть рот и произнести [о], которая из-за положения рта по звуку будет больше напоминать [а].

Хан Джуо смотрел сверху вниз на Пэк Соха, стоящего перед ним в больничной одежде. Хоть его и подлатали, но из-за обильной кровопотери ему следовало бы отдыхать, а не прибегать сюда. И надо же было умудриться проделать весь этот путь незамеченным.

– Что бы я ни сказал, ты всё равно не поймёшь...

Хан Джуо молча наблюдал за Пэк Соха, который нахмурился, оборвав фразу. По одному выражению его лица было понятно, с каким настроем он пришёл. Похоже, разговор предстоял непростой.

– Я не намерен образовывать с тобой связь.

Это заявление, родившееся после долгих раздумий, оказалось довольно неожиданным.

– Я тебя об этом и не просил? – огрызнулся Хан Джуо.

Он не припоминал, чтобы признавался кому-то в любви, но ощущение было такое, будто и правда признался, и его отвергли. Это добавило его тону язвительности.

– В общем, я тоже хочу повысить процент совместимости. Честно говоря, это моя давняя мечта. Я бы отдал всё своё состояние, только бы повысить его.

Хан Джуо, наблюдая за тем, как Соха продолжает бормотать, восстановил самообладание и скрестил руки на груди.

– И сколько у тебя этого состояния?

– А? Если говорить о моём состоянии, то квартира...

Соха подразумевал жилищные условия, предоставленный компанией. За деньги с неё поди можно было бы купить себе жильё.

– С её продажи хватит на оплату одной месячной аренды?

– ...Если бы не я, ты бы оказался на улице.

– Да ладно. Я бы и без тебя прекрасно устроился, прицепившись к Мун Рою. Впрочем, это не самое главное; самое главное то, что я грань отчаяния уже пересёк и был в нём по уши.

Бровь Хан Джуо дёрнулась, пока он глядел на Соха свысока, но без особой неприязни.

– Я настолько отчаялся, что собирался всё бросить и уехать. Я уже не видел никакой надежды и хотел всё прекратить, но ты вцепился в мои штаны и не дал уйти, и вот к чему это привело.

– Это я вцепился в твои штаны?

– Да. Что теперь притворяешься?

Соха поднял руку, словно пытаясь заткнуть рот Хан Джуо.

– Я ещё не закончил.

Хан Джуо приподнял бровь, как бы говоря «продолжай».

– Я собирался отпустить тебя, потому что для тебя какое-то там повышение стабилизации на несколько процентов ничего не значит, но, честно говоря, дело не в моих желаниях.

Наконец-то из взволнованной речи Соха прозвучало что-то важное.

– Я хочу проверить, насколько он может повыситься.

Вот оно – истинное желание Пэк Соха.

– Ну так проверяй.

От такого равнодушного ответа Хан Джуо Соха растерялся и замахал руками.

– Это всё, что ты хотел сказать? У тебя нет никаких мыслей по этому поводу?

– А какие мысли у меня должны быть?

– Мы теперь не просто за руки будем держаться. Разве не нужно как-то подготовиться морально?

Соха, похоже, пришёл достаточно решительно настроенным, но для Хан Джуо правда не вкладывал в это особого значения.

– Ты подумываешь в меня влюбиться?

Глаза Пэк Соха расширились от шока.

– Что? Ты с ума сошёл?

– Если нет, то к чему вся эта подготовка?

– ...

– Ты не в моём вкусе, так что я в тебя точно не влюблюсь.

– Ах ты...

Лицо Пэк Соха покраснело.

– Ты же сам сказал, что не хочешь образовывать со мной связь.

Хан Джуо вёл себя так, будто не понимал, в чём проблема, и краска начала медленно отступать с лица Соха. Только сейчас до него дошло, что его собственные слова могли прозвучать обидно в определённом контексте.

– Да, не хочу. Хватит об этом.

Они оба нанесли друг другу по удару, так что больше обсуждать было нечего. Соха успокоился, словно и не пыхтел от возмущения. Он пришёл не для того, чтобы ссориться с Хан Джуо, так что лучше перейти к следующей теме. Честно говоря, стоять и злиться в больничной одежде – разве не диковинный видок со стороны?

– Ты ведь не передумал? Не скажешь сейчас, что не будешь этого делать?

– Буду.

– А, хорошо.

После более мягкого ответа Хан Джуо Соха тоже перестал говорить в такой требовательной манере. Когда все слова были сказаны, стало невыносимо неловко. Соха начал теребить рукав и оглядываться по сторонам, когда Хан Джуо спросил:

– Разве нельзя было сказать это по телефону?

– А?

– Или позвать меня к себе. Было бы лучше, чем приходить в таком виде.

Хан Джуо смотрел на голову Соха, и тот инстинктивно поднял руку, только сейчас осознав наличие праздничного колпака. Больничная одежда и колпак на голове... При мысли о том, что люди видели его в таком виде по дороге сюда, его лицо вспыхнуло.

«Мун Рой.»

Он точно видел, но ничего не сказал.

– Настолько не терпелось провести стабилизацию со мной?

От слов Хан Джуо, которые тот произнёс, не поведя даже бровью, Соха чуть не вспылил. Это правда, он в самом деле прибежал в спешке, но не потому, что так жаждал стабилизации, а потому что надеялся на повышение процента совместимости. Раздосадованный его неверным предположением, Соха вдруг вспомнил про своё жильё.

– Вообще-то я шёл не к тебе, а к себе домой. Просто, если ты был у себя, хотел тебе сразу сказать.

Было настолько очевидно, что это ложь, что Хан Джуо даже не удостоил его ответом.

– Увидимся позже.

Соха, бодаясь со смущением, попытался спастись бегством домой, откашлялся и быстро направился к двери. Торопливо набирая код на электронном замке, он почувствовал, как снова поднимается ранее сдержанный жар.

Код оказался неверным, и он попробовал ещё раз, но снова ошибся. Он не знал, куда деваться от смущения, – не хотел показывать Хан Джуо, насколько тот его выбил из колеи, – когда со спины появилась рука.

Пока Соха стоял, застыв как ледяная статуя, Хан Джуо набрал код.

– Не 1234, а 4321.

– А...

Видимо, он набирал код от квартиры Хан Джуо, настолько тот заполонил все его мысли. После такого неловкого промаха он не мог даже взглянуть ему в лицо.

– Давай проведём стабилизацию сейчас.

Дыхание Хан Джуо щекотало ухо, отчего сердце бешено заколотилось.

«Это просто от неожиданности.»

Пока он пытался оправдать свою реакцию тем, что его напугала внезапно появившаяся сзади рука, ладонь Хан Джуо проскользнула под больничную одежду. Соха вздрогнул, почувствовав прикосновение к позвоночнику.

– Давай же.

Хан Джуо не дал Соха опомниться и продолжил напирать. Какая стабилизация прямо здесь и сейчас!

«Спокойствие.»

Соха крепко зажмурился и начал стабилизацию. Чувствуя, как энергия течёт к теплу эспера, прикоснувшегося не к руке, а к спине, он мысленно начал считать.

«Раз.»

Если процент совместимости повысится, нужно будет радоваться.

«Два.»

Ведь он всю жизнь этого желал.

«Три.»

Всего один раз позволить себе быть жадным...

«Четыре.»

– А?

Когда энергия потекла дольше, чем раньше, Соха открыл глаза и посмотрел вперёд, перед собой. Хотя Хан Джуо он не видел, ему и не нужно было его видеть, чтобы поверить, что всё происходило взаправду.

– Увеличился.

Даже не глядя на показатели своих часов, он это знал. И Хан Джуо, конечно, тоже.

– На 6 процентов повысился.

– Воа...

В два раза больше. Вдвое больше энергии, чем он когда-либо отдавал, вошло в тело Хан Джуо.

– Интересно.

В голосе Хан Джуо слышались нотки смеха.

***

В итоге он только успел открыть дверь в квартиру, но даже шагу внутрь не сделал. Мун Рой рассказал о его побеге из больницы, и директор Ким Миён, узнав об этом, приехала за ним.

– Не стоило директору лично приезжать... Я вернулся бы сам, – произнёс он, вертя в руках снятый с головы колпак.

Ким Миён безжалостно парировала:

– Как я могу не беспокоиться, когда член моей гильдии сразу после вступления попадает в больницу.

– Но всё же не стоило так утруждаться...

– Вместо таких разговоров лучше быстрее садись в машину.

Когда Ким Миён кивнула на машину, Соха двинулся как ведомый на убой скот. Послушно сев на пассажирское сиденье и ожидая Ким Миён, он услышал слова Хан Джуо:

– Процент совместимости растёт.

– Хорошие новости. Тогда и я поделюсь одной.

Ким Миён подняла телефон так, чтобы Хан Джуо мог видеть. На экране была фотография Соха, снятая издалека – лицо трудно разглядеть, но видно больничную одежду и колпак.

– Было бы неплохо, если бы такие фотографии не появлялись в сети? И для тебя, и для проводника Пэк...

Она сообщила об этом не Соха, а Хан Джуо, давая понять, что приехала лично не столько как директор, сколько из-за появления таких фотографий. Она не хотела смущать Соха, но ответ Хан Джуо оказался неожиданным:

– Милый.

– Что в этом милого? – переспросила Ким Миён с недоумевающим выражением лица, а Хан Джуо просто взял её телефон и переслал фотографию себе. Затем удалил все фотографии Соха с её телефона и вернул обратно.

Ким Миён, получив обратно свой телефон, посмотрела на Хан Джуо.

– Удачи.

Она желала удачи другу, чья жизнь всегда балансировала на грани, постоянно подвергаясь риску срыва и перегрузки.

Изменилось и её отношение к Соха, которого она изначально не хотела видеть в партнёрах Хан Джуо из-за низкого процента совместимости. Однако Хан Джуо рискнул своим телом, чтобы спасти Соха, а тот полз по земле, чтобы провести стабилизацию для Хан Джуо.

Зная об этой ситуации, Ким Миён решила больше не вмешиваться в их отношения.

– Как сильно он может возрасти, как думаешь?

Вопрос Ким Миён не был простым любопытством. Она хотела понять, стоит ли разрывать текущий контракт и заключать новый.

– Придётся поднять настолько, чтобы не понадобились другие проводники.

Ответ Хан Джуо учитывал не только процент совместимости. Он хотел, чтобы Пэк Соха полностью справлялся со своими обязанностями, и другие проводники не потребовались.

– Времени много не дам. Если за этот срок не поднимите до приемлемого уровня – вызову проводника Чин Гамина.

Ким Миён выдвинула условие, звучавшее как угроза.

– Я не хочу, чтобы ты снова оказался в опасности, так что постарайся.

Пускай в больницу положили Пэк Соха, состояние Хан Джуо было немногим лучше. Любому бросалось в глаза его перенапряжение, но он, по обыкновению, пренебрегал заботой о себе.

Именно поэтому она и заговорила об этом, но кто знает, что будет, если Хан Джуо снова упрётся. От этой мысли Ким Миён досадливо вздохнула.

– Вот бы кто-нибудь надел на тебя поводок.

Нет ли где того, кто смог бы держать Хан Джуо в узде? Ким Миён бормотала себе под нос, как вдруг опустилось стекло с пассажирской стороны машины, и из-за него показалось лицо.

– Раз вам нужно о многом поговорить, может, мне пешком дойти?

В его словах сквозило недовольство – долго ли ещё ждать. С виду человек с простым характером, а губы надул совсем по-детски.

Хан Джуо захлопнул приоткрытую было Соха дверь и сел за руль. Из-за этого Ким Миён пришлось сесть на заднее сиденье, и она невольно усмехнулась.

Как же удачно он вклинился. Будто знамение, что этот парень и наденет поводок на Хан Джуо.

– Возможно, это и правда так?

Судя по тому, как Хан Джуо вёл себя до сих пор, он проявлял немалую снисходительность к проводнику Пэк Соха.

***

Вернувшись в палату, он обнаружил её идеально прибранной, будто никакой вечеринки и не было. Вдобавок исчезли даже следы еды, которой они наелись до отвала.

На миг Соха замер в нерешительности, приняв палату за чужую, а потом покачал головой, будто не в силах с этим смириться.

– С ним просто невозможно.

Нетрудно догадаться, кто навёл порядок. Друг, который заботился о нём лучше всех. Пусть Мун Рой и ругал его часто, но видел насквозь, а от этого на душе теплело.

«Прощаю, что промолчал про колпак.»

Соха сел на кровать и взглянул на вошедших следом Ким Миён и Хан Джуо.

– Когда меня выпишут?

– Врачи советуют понаблюдать подольше. Вам здесь неуютно?

На вопрос Ким Миён Соха кивнул.

– Ничего не болит, так что выпишусь. Обследования буду проходить амбулаторно.

– Что ж, пусть так. Я сообщу в больнице о выписке и пойду. Отдыхайте.

После ухода Ким Миён в палате остался только Хан Джуо.

Неловкий собеседник – о нём пока больше вопросов, чем ответов.

– Не уходишь? – спросил Соха, забираясь с ногами на кровать, но Хан Джуо лишь поморщился и прошёл вглубь палаты. Более того – опустился на кровать, отчего узкая больничная койка стала ещё теснее.

– Рядом стул пустует. И диван.

– Мне решать.

– А то, что мне неудобно, тебя не волнует?

Ноги толком не вытянуть, пришлось согнуть в коленях.

– Я хочу побыть один.

– Поговори со мной.

– ...Что-то требует обсуждения, а что-то – уединённых размышлений.

От упрямства Хан Джуо у Соха голова шла кругом. И раньше любил приставать, но сейчас-то зачем?

Стабилизацию они провели, процент совместимости вырос, об этом он тоже знает. Самое время спокойно разойтись по своим делам.

– Да? Тогда я только скажу, что хотел, и уйду.

К счастью, Хан Джуо, судя по всему, не горел желанием оставаться, получая от него нагоняй.

– Сто желаний, которые ты обещал исполнить.

– ...

Соха плотно сжал губы. Попался на крючок.

– Я буду говорить, чего хочу, а ты сам решай, что вычеркнуть.

Сам он считать не собирался, так что Соха, которому это невыгодно, должен сообразить, что вычеркнуть. В иной ситуации такие слова могли задеть, но Соха принял их без возражений.

– Тогда вычеркну одно желание, раз ты хочешь здесь остаться.

Раз сказал, что сам считать не будет – можно добавлять разные формулировки и вычёркивать, верно? С такими мыслями он быстро вычеркнул первое желание, и Хан Джуо ничего против не сказал.

«При таком раскладе быстро разделаюсь со всей сотней.»

Он корил себя за то, что легкомысленно ляпнул про исполнение ста желаний, но ситуацию ещё можно было исправить.

– Останусь здесь до завтрашней выписки. Пойдёшь со мной.

– Вот как? Тогда и это запишу как желание.

Не желая спорить с ним о том, что он не уйдёт, Соха просто засчитал это как желание и лёг на бок. Закрыв глаза, он почувствовал, как разные мысли начали заполнять голову.

Надо же – сам предложил Хан Джуо увеличить физический контакт.

Процент совместимости удвоился, а насколько же он ещё поднимется?

Если смотреть правде в глаза, даже с возросшим процентом этого мало. У Чо Хачхоля, которого в центре считали предпоследним перед Соха, имелось тридцать процентов, так что путь предстоял долгий.

Каким я буду через десять лет?

Он не подавлял мысли, позволяя им течь свободно, и они блуждали туда-сюда, пока в какой-то момент не погрузились во тьму.

***

Сон оказался безжалостным.

Явился хён Сонъи с пробитой грудью, потом эспер, чью плоть разметало взрывом. Хотя в реальности он этого не видел, во сне картины возникали с пугающей чёткостью.

Был там и эспер, которого вместе с проводником проглотило чудовище, и тот, у кого наполовину растворилось лицо от яда.

Откуда взялся этот сон? Сердце сжималось от боли – он думал, что всё забыл настолько, что даже лица стёрлись из памяти, а они предстали с невыносимой ясностью.

От их трагической гибели щемило в груди. В таком юном возрасте они бессмысленно угасали, а он застывал истуканом, не в силах что-либо предпринять.

Бессилие разъедало душу.

У его ног собиралась кровь, а он ничего не мог сделать, и от этого чувствовал себя жалким и беспомощным. Одной лишь надежды «когда-нибудь и я» было недостаточно – происходящее в подземелье оставалось, как клеймо, и время от времени настигало Соха.

«Как больно.»

Вспоминать смерть – занятие не из приятных. Лишь бередит старые раны, возвращая тоску того момента.

«Хватит.»

Он хотел вырваться. Размахивал руками в попытке освободиться от кошмара, но щупальца чудовища схватили их одну за другой.

– ...Проснись.

– Угх. Отпусти.

Как бы он ни пытался изо всех сил вырвать руки из хватки чудовища, оно только сжимало их сильнее и не отпускало. Хотя он знал, что это сон, но как раз перед тем, как его захватил страх быть съеденным...

– Пэк Соха!

Раздался знакомый голос.

Вместе с ним мир изменился. Поле боя, где пахло кровью, исчезло, и появилась больничная палата, пропитанная запахом антисептика. Прямо над ним нависло лицо Хан Джуо, заслоняя потолок.

– Тебе снился кошмар.

Когда Хан Джуо спокойно объяснил причину, почему навис над ним, Соха кивнул. Он и сам догадался. Поэтому, надеясь, что тот теперь слезет, он молча смотрел на него, но Хан Джуо не шевелился.

– Ты тяжёлый.

Не говоря уже о руках, удерживающих его запястья, его беспокоили бёдра и то, что ниже, прижатые к его животу. И вес, и температура тела...

К счастью, Хан Джуо молча отпустил его руки и слез с кровати. Раз проснулся от кошмара, значит, всё?

Растирая ноющие руки, он уставился в потолок. Пробуждение не избавило от тяжёлого осадка.

– Хаа.

Сделав глубокий выдох и приведя чувства в порядок, Соха почувствовал себя лучше и повернул голову к окну. Судя по тому, что даже с задёрнутыми шторами в палате было светло, солнце стояло в зените.

– Выписка в силе?

– Да.

После лаконичного ответа Хан Джуо Соха открыл шкаф в поисках сменной одежды. К счастью, среди попавшейся под руку одежды не было боевой формы.

К тому же это была именно та одежда, которую он хотел. Когда он собирался снять её с вешалки, чтобы переодеться, он заметил, что Хан Джуо всё ещё не ушёл.

– Я переодеваться буду. Или ты остаёшься смотреть?

Независимо от пола, он не особо хотел переодеваться при посторонних. Увидев, как Хан Джуо молча развернулся и вышел, Соха быстро переоделся.

Глянув в зеркало и поправив галстук, он сообразил, чьих рук это дело. В размышлениях о нём его прервала вибрация телефона. Взглянув на экран, Соха ответил.

– [Слышал, ты сегодня выписываешься.]

– Ага. Смотрю, ты для меня одежду погладил.

– [Мятая одежда выглядит неопрятно.]

– Спасибо.

После этого он коротко поговорил с Мун Роем и закончил разговор. Больше собирать было нечего, и когда он вышел из палаты, у дверей его ждал Хан Джуо.

– Мне нужно заехать кое-куда перед возвращением домой.

Хан Джуо лишь скользнул взглядом по одежде Соха, но не спросил, куда тот собрался.

Местом назначения Соха был мемориальный парк, где похоронили погибшего эспера и его проводника, Ю Сонхёна. Так как Пэк Соха был одет в чёрный костюм, Хан Джуо, скорее всего, ожидал, что он туда направлялся.

Из-за пребывания в больнице он немного запоздал с визитом. К тому времени похороны уже завершились, и тела предали земле. В воцарившейся тишине Соха положил по хризантеме на каждую могилу и отступил назад.

Кто-то из близких, видимо, принёс их фотографии. Соха посмотрел на их лица, сияющие улыбками, которые они носили при жизни.

Накануне ему приснился сон – он думал о том, что нужно навестить их. В подземелье все делали вид, будто быстро забыли о жертвах, но на самом деле лишь отодвинули эту мысль в уголок сердца.

Какое-то время он стоял, глядя на их фотографии. Если уж он всё равно не сможет их забыть, то вместо того, чтобы вспоминать их как разорванные взрывом тела, он предпочёл бы как можно дольше сохранить в памяти образ их улыбающихся лиц.

– Ты был неплохим парнем.

Соха обратился к Ю Сонхёну. Тот его недолюбливал, но Соха не испытывал к нему неприязни. Желание получить награду за свои старания – естественно.

Он не заметил, сколько прошло времени. Почувствовал лишь, как на лбу выступил холодный пот, и с сожалением произнёс:

– Надо было присесть.

И зачем стоял всё это время? Да ещё и голову наклонял, теперь шея болит.

Он закончил лечение, получил одобрение на выписку и, видимо, решил, что тело вернулась в норму. Но он потерял слишком много крови, пережил шок, и его предупредили, что ему нужен отдых... и он просто не придал этому значения – ведь ничего не было заметно снаружи.

Поэтому Соха легонько постучал кулаком по ноге и медленно перешёл на другое место.

Раз уж нужно где-то посидеть и отдохнуть...

– Лучше присесть там, где привычно. Правда, Сонъи хён?

Он опустился перед могилой, что находилась неподалёку. Наверное, оттого, что когда-то сидел здесь каждый день, земля показалась удобной, словно подушка. А поднимающийся от неё холодок остужал пот.

– Давно не виделись?

Соха стер пот со лба.

– Долго не заходил во врата, а потом зашёл в этот раз... И думал, что больше не войду, раз заявление об увольнении подал.

Поэтому перед увольнением Соха пришёл на могилу Мун Сонъи попрощаться. И вот опять здесь сидит.

– Хотел уйти с должности проводника, но не получилось. Наоборот, ещё глубже увяз.

Вместо того, чтобы всеми силами избегать проверки на совместимость, как раньше, его теперь связал новый контракт.

– Говорят, никогда не знаешь, как жизнь повернётся, но я и не думал, что такое случится со мной.

Партнёр.

То, что нашёлся эспер, которому нужна его никчёмная стабилизация – довольно, нет, невероятно удивительно.

– Я сам до сих пор не могу поверить.

Соха обхватил колени и рассеянно уставился вперёд.

– Бесполезный проводник, проводник с худшей совместимостью... И вдруг я заполучил эспера S-Класса.

И без того его все грызли, а теперь, когда партнёром стал Хан Джуо, атмосфера накалилась ещё сильнее.

– Но то, что это Хан Джуо – не так уж и плохо.

Этого Соха не мог сказать самому Джуо. Просто сейчас у него низкий процент совместимости, да и чувство вины перед Мун Сонъи занимает все мысли, а так он очень благодарен Хан Джуо.

Не то чтобы ему нравилось, как одержим им был Хан Джуо – нет, ему нравилось то, как тот разогнал всех, кто плохо о нем отзывался.

Вспомнив людей, которые разлетались в стороны, будто пули, Соха рассмеялся в голос.

– Это было так приятно, ты даже не представляешь.

Как же здорово, когда то, о чём только мечтал, происходит наяву. Соха вытер выступившие слезы и посмотрел вперёд.

– После тебя он первый эспер, который так поступил ради меня, хён.

Соха заметил Хан Джуо, который наблюдал за ним издалека. Держится на расстоянии, чтобы не отягощать его. А может, охраняет.

– Поэтому... я решил выложиться на полную.

После стольких метаний его настоящие чувства, наконец, вырвались наружу.

– Хоть ему и надоело есть одно и то же, но ест все, что дают, бросается спасать меня, рискуя собой. Когда я сказал взять другого проводника, он упрямо искал способ решить мои проблемы...

Соха быстро сообразил, что Хан Джуо видел в кабинете директора материалы исследований, связанных с ним. В то утро он подслушал разговор секретаря, печатавшего именно эти документы. Хан Джуо постарался скрыть это, совершенно не подозревая, что Соха уже знает. [1]

– Поначалу он меня дико бесил своей жестокостью и эгоизмом...

Но узнав, что это произошло из-за небольшого недопонимания, Соха начал смотреть на Хан Джуо иначе.

– Он, конечно, немного недотёпа, но это лучше, чем умник. Из-за его бесхитростности легко понять, что у него на уме.

Соха, словно устраивая знакомство, рассказывал Мун Сонъи о Хан Джуо. Потом поднялся и отряхнул штаны.

– Ты сказал, что отпустил меня, так что теперь присматривай.

Соха улыбнулся, глядя на имя на надгробии.

– Это прощание и правда последнее.

Хоть он и не прощался из-за того, что уходил с позиции проводника, он всё равно ставил точку. С просветлевшим лицом Соха покинул это место.

– Хан Джуо! – позвал он, приложив руки ко рту, и тот в мгновение ока оказался перед ним. – Мне правда неловко об этом просить. – Соха показал Хан Джуо руки, испачканные землёй, когда он отряхивал штаны. – У меня руки грязные, не могу вытереть пот со лба. Не вытрешь мне, пожалуйста? Или можешь понести меня на спине.

Он озвучил варианты, как ему можно помочь. Хан Джуо посмотрел на его руки и сразу подошёл ближе. Видимо, решил, что лучше понести, чем вытирать пот, но Соха остановил его, схватив за плечи.

– Что такое?

– Не как принцессу на руках. На спине.

Увидев, как Хан Джуо сгибает руки и приближается, Соха понял, что тот снова собирается взять его на руки, и решительно развернул его. Встав сзади, он повис у него на плечах.

– Заранее спасибо.

Раз уж он уже поблагодарил, Хан Джуо его не оттолкнёт, ведь так?

* * *

Соха задремал на широкой спине Хан Джуо, а когда проснулся, они снова были в больнице. Сон был настолько глубоким, что когда он открыл глаза и увидел, что к тыльной стороне его руки подсоединена капельница, то потерял дар речи.

– Я мог бы отдохнуть дома. Зачем ты меня обратно принёс?

– Отдохнёшь, пока лежишь под витаминами.

– И кто сказал, что ты вправе такое решать?

Хотя Соха вздохнул, он не стал вынимать иглу. Поскольку она уже проткнула кожу, он не собирался выдёргивать её и рисковать истечь кровью.

– Профессор сказал зайти к нему после капельницы.

Хан Джуо упомянул ещё одну причину, по которой они вернулись в больницу. Пока Соха спал, большая часть раствора уже влилась. Пока они размышляли, зачем их позвали, пришла медсестра, убрала опустевшую капельницу, и они смогли встретиться с профессором.

– Я рассмотрел несколько гипотез, основываясь на результатах обследования.

Соха внимательно посмотрел на профессора. В прошлый раз тот проводил всевозможные анализы, чтобы найти причину, почему его процент совместимости не меняется. Тогда не нашлось ничего, что можно было бы назвать причиной, но теперь ситуация изменилась.

По крайней мере, в его стабилизации произошли изменения, так что теперь можно строить предположения.

– Первая гипотеза: в ситуации, в которой вы оказались, было нечто особенное.

Естественно, вспомнился тот момент, когда он ненадолго пришёл в себя сразу после взрыва. Поскольку в сознании он пробыл недолго, много вспоминать не пришлось.

– Согласно ей, я сделал предположение, что на передачу энергии Пэк Соха повлияло то, что эспер находился в критическом состоянии.

Соха с недоумением склонил голову набок. Искать причину не в нем, а в Хан Джуо?

Как только он инстинктивно повернулся, чтобы посмотреть на Хан Джуо, их взгляды встретились – Хан Джуо почувствовал внимание Соха и одновременно повернулся к нему.

– Возникала ли ранее ситуация, когда эсперу в критическом состоянии требовалась стабилизация от проводника Пэк Соха?

– Эм...да, один раз возникала.

Всего один. Вопрос неизбежно заставил вспомнить о Мун Сонъи, отчего лицо Сохи помрачнело.

– Насколько эффективна была стабилизация тогда?

К тому же профессор, судя по всему, хотел услышать рассказ о том случае, и Соха с тяжёлым сердцем начал говорить. Он не мог отказаться отвечать.

– Мы почти сформировали импринтинг.

В тот момент, когда показалось, что между ними образовалась связь, что-то произошло, и он не мог дать точного ответа.

– Но тогда ситуация была такая, что он мог образоваться...

Соха добавил эти слова, будто оправдываясь, и вдруг осознал кое-что в словах профессора. Критическая ситуация. Часы на запястье Хан Джуо мигали ярко-красным цветом, а Мун Сонъи выжал из себя столько сил, что оказался на грани перегрузки.

– Похоже, это и стимулировало энергию проводника Пэк.

Профессор, наблюдавший за выражением лица Соха, высказал мнение, что причина может быть в этом, и взгляд Хан Джуо тоже изменился. Пока Хан Джуо молчал, обдумывая, действительно ли это так, Соха заговорил вместо него. В его взгляде на профессора читалось сильное недовольство.

– То есть, чтобы мой процент совместимости и дальше сильно повышался, эспер Хан Джуо должен подвергаться опасности?

Голос Сохи звучал не слишком приятно – возможно, из-за надежды, что его предположение окажется неверным.

– Если понадобится, можно попробовать и таким способом.

Врач допустил, что это может быть одним из методов, но Соха не мог с этим согласиться.

– А если попытка провалится?

Что будет с жизнью Хан Джуо?

♡

[1] Я не могу понять, к каким событиям отсылается Соха. Возможно, перед самым подписанием контракта? Перевела абзац почти дословно, чтобы погрешность была минимальной.

[~] К профессору сначала обращаются как 교수님 (гёсу-ним) «профессор», затем – 의사 (уиса) «доктор».

– Это всего лишь предположение. Чтобы проверить, нужно ещё раз воспроизвести ту ситуацию...

Слова профессора отдалялись. Соха не хотел слушать. Каждое его спокойное слово означало угрозу для жизни эспера, и желание слушать пропало.

Но разве всё закончится, если он просто перестанет слушать? Выражение лица Хан Джуо, смотрящего на профессора, было абсолютно бесстрастным. Глядя, как тот спокойно слушает, будто речь о ком-то постороннем, Соха побледнел.

– Вместо того чтобы заходить во врата, безопаснее провести эксперимент здесь в лаборатории, чтобы извлечь силу...

– Я постараюсь повысить процент совместимости, профессор.

Соха оборвал его и схватил Хан Джуо за запястье. Профессор растерялся от того, что его прервали на полуслове, а Хан Джуо удивился внезапному выкрику Соха, от которого едва не лопнули барабанные перепонки.

– Погодите...

– До свидания.

Соха не дал профессору возможности договорить и, потянув Хан Джуо за собой, вышел из кабинета. И это не всё. Он шёл по коридору почти бегом, опасаясь, что профессор выйдет и попытается их остановить. Благодаря тому, что Хан Джуо не упирался, они быстро выбрались наружу.

– Фух. Какой хороший ветерок.

Соха нарочито глубоко вдохнул, наслаждаясь порывом свежего ветра – доказательством того, что они выбрались на улицу.

– Я слишком долго пробыл в больнице.

Из-за этого наслушался лишнего и чуть не потерял сознание от ужаса.

– Не хочу спать на больничной койке. Неудобно и жёстко.

Да и специфический запах лекарств не нравился, так что Соха был рад, что они быстро ушли.

– Он предлагал провести эксперимент в безопасных условиях.

Соха продолжал уводить разговор в сторону, и Хан Джуо не выдержал и указал на это. Соха пожалел, что тот не из тех, кто понимает намёки и перестаёт говорить на неприятную тему.

«Будто я не понимаю, о чём говорил профессор.»

Именно поэтому Соха и прервал его, выказав решительное нежелание слушать.

– Если ты беспокоишься о том, что я подвергнусь опасности, то в этом нет необходимости.

Он указал на то, что Соха намеренно прервал профессора, когда тот заговорил о воссоздании той ситуации.

– Если бы опасности подвергался только ты, я бы молчал. Но я тоже окажусь в опасности, поэтому против.

Соха слегка переиначил слова Хан Джуо. Провести эксперимент в безопасных условиях? Где эта безопасность? «Можно быть на сто процентов уверенным в том, какая ситуация сложится»? Соха был категорически против таких предположений.

Он считал, что если есть хотя бы 0,000001% опасности, то ни в коем случае нельзя этого делать.

– Какие эксперименты из-за тридцати процентов. Просто...

Соха взглянул на Хан Джуо и нехотя предложил другой вариант.

– Лучше повышать постепенно.

Делая это вместе с Хан Джуо. Соха посмотрел на него и пробормотал о своих изменившихся чувствах.

– Похоже, теперь я сам набрасываюсь первым.

Он и так набрался решимости отпустить чувство вины перед Мун Сонъи хёном и повысить процент совместимости с Хан Джуо, но сейчас это уже переросло в твёрдое намерение.

– А ведь я всего раз побывал во вратах.

Оставалось только смеяться.

Соха и правда хихикал, отчего Хан Джуо смотрел на него как на ненормального. Взглянув на него, Соха спросил:

– Ты ел?

– ...

Ну да, чего тебя спрашивать. Не ел, конечно.

– Пойдём ко мне, поедим рамен?

Соха и сам проголодался – желудок уже прилип к позвоночнику.

***

Войдя домой, Соха скрестил руки на груди и повернулся к Хан Джуо.

– Ты же приготовишь?

На лбу Хан Джуо, который ещё не успел снять обувь, появилась морщинка. На гладком лбу появилась всего одна вертикальная линия, но почему она так шла ему?

Придя к странному выводу, что у красивых людей даже морщины красивые, Соха закатал рукава.

– После капельницы руки совсем ослабли. Не знаю, смогу ли удержать палочки.

Хан Джуо пристально посмотрел на тыльную сторону ладони Сохи. Но от этого слабый синяк на левой руке не исчезнет, а правша Соха продолжал нагло настаивать.

– Что стоишь? Готовь.

Соха поторопил по-прежнему стоявшего истуканом Хан Джуо.

В итоге тот разулся, зашёл, с неловким видом помыл руки и принялся открывать все шкафчики подряд. Можно было подсказать, где что лежит, но Соха просто прислонился к стене и наблюдал за ним.

«Как долго он голодал?»

Когда зашла речь о рамене, у Соха вдруг возник вопрос – нормально ли Хан Джуо питался? Раз до сих пор жив, видимо, ел, но сколько?

«Незачем гадать, можно просто спросить.»

Соха отлип от стены, зашёл на кухню и открыл нижний правый шкафчик. Достав оттуда фартук и развернув его, позвал Хан Джуо:

– Посмотри на меня.

Когда тот машинально обернулся, Соха тут же накинул завязки фартука ему на голову. Хан Джуо, слишком поздно сообразив, что происходит, попытался его снять, но Соха оказался быстрее.

– Не двигайся.

Хан Джуо так и замер с поднятыми руками, и Соха неспешно продолжил начатое.

– На тебе белая одежда, что, если забрызгаешь?

Надевать фартук только затем, чтобы приготовить рамен – это, откровенно говоря, излишняя предосторожность. Но Соха, не меняясь в лице, продолжал убеждать Хан Джуо.

Судя по тому, что тот не двигался, то и больше не откажется.

– Нам придётся много времени проводить вместе, так что я тоже стараюсь.

И Соха обнял Хан Джуо. Казалось бы, странный поступок посреди надевания фартука, но нужно было обернуть завязки вокруг его талии крест-накрест. Можно было бы обойти и завязать сзади, но зачем?

– Используешь фартук как предлог.

Хан Джуо посмотрел сверху вниз на не отпускающего его Соха.

– Если не нравится, оттолкни.

Соха уже успел прижаться, чтобы его отталкивать, но Хан Джуо и так не проявлял признаков сопротивления, так что следующий шаг дался легко. Соха, раз уж обнял Хан Джуо, расслабился и прильнул к нему. До этого они и случайно соприкасались, и целовались во время стабилизации, но сейчас ощущения отличались.

Странные чувства, ведь обнял намеренно.

«Потешить странные мысли можно и после стабилизации.»

Соха начал стабилизацию, прижав ладони к спине Хан Джуо. Лучше всего просунуть руки под одежду и коснуться кожи, энергия и так хорошо проходила.

Возможно, и это своего рода эксперимент. Раз цель – увеличить плотность контакта, почему бы не проверить, насколько препятствует процессу ткань?

Энергия проходила хорошо, но объём не повысился по сравнению с прошлым разом. Прогресса никакого, а ведь он так храбрился перед профессором.

Но сейчас не время сожалеть или отчаиваться. Соха отпустил Хан Джуо, завязал оставшиеся завязки и отступил.

– Готовь рамен. Я скоро вернусь.

Оставив недоумение на лице Хан Джуо без внимания, Соха вышел. Входная дверь грузно захлопнулась, отрезав любые звуки изнутри. Оставшись один, Соха тяжело вздохнул.

– Всё непросто. За одной горой – другая.

Бормоча о сложившейся ситуации, Соха миновал 302 квартиру и остановился перед 303. Сразу позвонил в звонок, и вскоре дверь открылась – кто-то высунул голову.

– Здравствуйте, секретарь Пак.

Это была Пак Джухи, секретарь директора Гильдии White, Ким Миён.

– Что-то случилось?

– Хотел спросить. Джуо сегодня ел?

– Если вы про эспера Хан Джуо, то позавчера он получил ланч-бокс от директора Ким Миён.

Она сказала, что больше ничего не знает, но Соха уловил недосказанное. Тот ланч-бокс, полученный позавчера, – это всё, что съел Хан Джуо.

– Я просто беспокоюсь, ведь он из тех эсперов, кто плохо ест.

– Да, эспер Хан Джуо такой. Поэтому директор и пытается о нём заботиться, но получается через раз.

Пак Джухи отвечала ровным тоном, но то и дело поглядывала в телефон. Она явно с кем-то переписывалась.

– Ну, что же, скоро ужин. И вам приятного аппетита.

Соха поклонился Пак Джухи, и она ответила тем же, после чего вернулась в квартиру. Наверное, позвонит директору Ким Миён и передаст их разговор. Соха знал, что она делает регулярные доклады, но не остановил.

– Раз она обеспокоена здоровьем Хан Джуо, незачем мешать.

Потому и намекнул сейчас, что будет ужинать с Хан Джуо. Соха вернулся в 301 квартиру.

В нос ударил острый запах.

Чо Хачхоль, работающий в Сеульском отделении Центра управления подземельями при правительстве Республики Корея, в последнее время пребывал не в лучшем настроении. После ухода Пэк Соха он стал проводником с самым низким процентом совместимости в центре.

Пусть Пэк Соха был А-Класса и с присущей ему находчивостью умело выкручивался из ситуаций, Чо Хачхоль не только принадлежал к C-Классу, но и не обладал подобной изворотливостью.

– Все места были заняты, пришлось идти куда осталось...

От бормотания эспера, вернувшегося после зачистки подземелья, Чо Хачхоль едва не вспылил прямо во время стабилизации.

– Стабилизация окончена.

Пока Чо Хачхоль, отпустив руку, проверял показатели на планшете, эспер Кан Кёнхун покрутил запястьем.

– Точно стабилизировал? Будто и не делал ничего.

От издёвки эспера Кан Кёнхуна Чо Хачхоль поджал губы, но заставил себя расслабиться. Решив не отвечать на намеренную провокацию, он сказал лишь необходимое:

– Уровень риска снизился на двадцать четыре процента.

– Всего-то двадцать четыре? Тело до сих пор не в порядке.

К издёвке в его голосе прибавилось раздражение. Хоть и можно было предположить, что дело в неполном устранении неприятных ощущений, но что тут поделаешь?

Если не нравится, пусть идёт к проводнику более высокого класса или берёт второго проводника.

Чо Хачхоль не мог понять, почему эспер ведёт себя с ним как последняя скотина, когда сам лишился обоих вариантов и потому пришёл сюда. Он уже решил пропустить слова мимо ушей, но у эспера Кан Кёнхуна были другие планы.

– С Пэк Соха было лучше.

Профессионализм Чо Хачхоля едва не дрогнул. Он уставился на эспера, который ни с того ни с сего упомянул Пэк Соха. К чему вспоминать общепризнанного самого бесполезного проводника с совместимостью в три...

– Он хотя бы был приятен глазу.

Самообладание Чо Хачхоля разлетелось вдребезги. Сейчас эспер Кан Кёнхун перешёл все границы.

– Я подам жалобу в комитет по правам проводников.

– А что я такого сказал? Что в том плохого, что Пэк Соха – человек красивый?

Эспер, совершенно не осознавая своей неправоты, продолжал наступать на Чо Хачхоля. Восхваляя внешность Пэк Соха и одновременно втаптывая в грязь Чо Хачхоля, он даже не понимал, что в этом и заключается его ошибка.

Эсперам необходимы проводники для снятия напряжения. Поэтому большинство эсперов старается произвести на проводников хорошее впечатление. Завоевать расположение одного проводника – всё равно что получить ещё одну жизнь, так что при необходимости они даже заигрывали с ними. Однако в основе своей эсперы были бойцами.

Те, кто выплёскивал убийственную ауру, и у кого в яростных сражениях с целью искоренения монстров закипала в жилах кровь, как правило, обладали вспыльчивым характером. Среди них были особо нетерпеливые, попадались и пессимисты...

А ещё встречались те, кто испытывал наслаждение, безжалостно принижая проводников, не соответствующих их стандартам.

К несчастью, стоявший перед Чо Хачхолем эспер Кан Кёнхун относился как раз к таким. Для него Чо Хачхоль не дотягивал до стандартов, а потому не стоил хорошего отношения, да ещё и держался надменно – идеальная мишень для унижений. Ведь какое же наслаждение увидеть, как рушится эта надменность, обнажая истинную натуру человека.

– Класс так себе, а строишь из себя проводника.

– Эспер Кан Кёнхун! Вы переходите все границы.

Чо Хачхоль гневно воззрился на эспера Кан Кёнхуна.

– Пришли на стабилизацию – получите её и уходите.

Он не мог понять, зачем эспер Кан Кёнхун провоцирует конфликт пустой болтовнёй. Чо Хачхоль и не догадывался, что после битвы Кан Кёнхун, не найдя выхода скопившемуся адреналину, выбрал надменного проводника своей добычей.

– Нормально стабилизировать не можешь, а гонора-то сколько.

– Вон отсюда!

Чо Хачхоль, не в силах больше терпеть, указал на дверь. Грубые эсперы встречались и раньше, но в последнее время их число заметно возросло. Он примерно понимал причину, но сейчас было не время о ней размышлять.

– А что? Другие эсперы в очереди стоят?

Эспер Кан Кёнхун с ухмылкой развалился на диване.

– Слышал, к проводнику Чо сейчас очередь.

– ...

– Раз проводника Пэк больше нет, выбирают тебя от безысходности. Разве не круто? Внезапно стал популярным.

И правда, после ухода Пэк Соха число заявок на стабилизацию к Чо Хачхолю возросло. Он знал, что они приходят не за стабилизацией, но впервые столкнулся с таким прямым намёком.

Он догадывался об их нечистых намерениях, но услышать это вслух оказалось всё же неприятно для самолюбия. Чо Хачхоль прибёг к последней крайней мере:

– Вы ведь знаете, что всё, что вы говорите, записывается на камеру?

Он указал на камеру видеонаблюдения в углу кабинета. Иногда при стабилизации с высоким уровнем физического контакта камеры отключали, но в последнее время Чо Хачхоль держал их включёнными. Такие, как эспер Кан Кёнхун, появлялись по несколько раз на дню.

– И что? Делай что хочешь. Думаешь, от этих записей что-то изменится?

Эспер Кан Кёнхун помахал камере. Чо Хачхоль не мог поверить своим глазам – тот даже повернулся под нужным углом, чтобы его красивая улыбка попала в кадр.

– Из комитета по правам проводников пришлют сотрудника. Не пожалеете тогда о сегодняшнем дне?

– Да? Я вот не думаю, что кто-то придёт.

Кан Кёнхун всё продолжал сомневаться, и Чо Хачхоль потянулся к кнопке SOS на планшете.

– Нечестно, что проводнику можно издеваться над проводником, а эсперу над проводником – нельзя.

– Что...

Что он такое говорит...

Чо Хачхоль не смог продолжить от нахлынувшего смятения. Само его поведение уже выдавало осознание вины, и самодовольная улыбка эспера Кан Кёнхуна расширилась.

– Когда Пэк Соха был здесь, ты из кожи вон лез, чтобы его очернить. Где бы ни снимали, кто бы ни слышал – давил на него, а теперь...

– ...

Чо Хачхоль не мог возразить. Так и было. Низкий процент совместимости Пэк Соха и мысль, что тот ниже его, побуждали не упускать случая унизить парня.

Одно время это даже приносило удовольствие. Когда они с коллегами сплетничали, появлялось ощущение, что он и без А-Класса вполне неплохой проводник.

А потом Пэк Соха ушёл, и жизнь Чо Хачхоля полностью изменилась. Как и говорил Пэк Соха, самым никчёмным и неполноценным проводником стал он сам. Проводники, с которыми он когда-то хорошо общался, начали держаться на расстоянии, и появились грубые эсперы.

Сегодня, в особенности, эспер Кан Кёнхун поломал рамки всего допустимого. Растоптав гордость Чо Хачхоля, он продолжал одаривать его бодрой улыбкой.

– Проводник Чо, небось, не ожидал такого поворота? Тогда с потехой издевался, а теперь жалеешь?

– Ты... что? Неужто...

Прочитав в его взгляде сомнение, не влюблён ли он в Пэк Соха, эспер Кан Кёнхун невесело рассмеялся.

– С чего мне любить этого трёхпроцентника? Этого прохвоста, который с ухмылкой сбегал, когда предлагали поднять процент совместимости.

Глаза Чо Хачхоля расширились. Теперь он вспомнил, что произошло между эспером Кан Кёнхуном и Пэк Соха. Кан Кёнхун предложил Пэк Соха, чья передача энергии через касание рук была ничтожной, попробовать стабилизацию ступенью выше.

Произошло это в подземелье, и все кругом слышали их разговор. Тогда все обратили внимание на ответ Пэк Соха. Эспер Кан Кёнхун вёл себя крайне грубо, так что, если бы Пэк Соха разозлился, он бы высказался, а если бы хотел получить от него защиту в подземелье – принял бы предложение.

Тогда Пэк Соха улыбнулся так красиво, что его привлекательная внешность заиграла ещё ярче. А потом открыл рот...

От этих язвительных условий, произнесённых с чарующей улыбкой, эспер Кан Кёнхун отступил с пунцовым лицом. После он активно искал возможность отомстить Пэк Соха, но упустил шанс.

– И вы сейчас вымещаете злость на мне?

На процеженный сквозь зубы вопрос эспер Кан Кёнхун пожал плечами и встал с дивана.

– Просто скучаю по Пэк Соха. Хотел раз и навсегда заткнуть этот наглый р... кх!

Внезапно дверь, к которой направлялся хладнокровно чеканившего слово за словом Кан Кёнхуна, слетела с петель и с силой в него врезалась. Что он, что приложившая его дверь пушечным ядром пролетели через комнату, пока не врезались в противоположную стену с окном. Окно частично треснуло и разбилось, а эспер Кан Кёнхун медленно сполз по степе.

Чо Хачхоль, ошеломлённый внезапной ситуацией, уставился на эспера Кан Кёнхуна. Пока он в замешательстве пытался понять, что произошло, в помещение вместе с ветром вошёл человек.

Он видел его раньше. Эспер, который появился в кафе и увёл Пэк Соха.

– Эспер Хан Джуо.

Чо Хачхоль озвучил его имя.

Хан Джуо встретился с директором центра Ким Бомхаком. Это была их вторая встреча после того раза, когда он приходил забрать Соха. В кабинете начальника стояла тишина, граничащая с безмолвием – здесь были только молчаливый Хан Джуо, который редко говорил без особой причины, и погружённый в свои мысли Ким Бомхак.

– Для начала спасибо.

Слова Ким Бомхака прозвучали неожиданно мягко, совсем не сочетаясь с его нахмуренным лицом.

– За то, что защитил проводника Пэк от взрыва.

Видя, что Хан Джуо молчит, Ким Бомхак сам пояснил свои слова. Он был благодарен лишь за одно – за то, что тот спас жизнь Пэк Соха.

– Я защитил его, потому что он мой проводник.

– И за такое отношение тоже спасибо.

– ...

Хан Джуо не мог подобрать слов, и Ким Бомхак не принудил его к разговору и сделал глоток кофе. Хан Джуо он налил чай. Пить или нет – выбор оставался за ним, поэтому Ким Бомхак просто налил и больше ничего не сказал.

– Собственно, это всё, что я хотел сказать.

Брови Хан Джуо слегка дрогнули, и, хотя он промолчал, его недовольство было заметно, отчего Ким Бомхак усмехнулся.

– Раньше, когда здесь работал проводник Пэк, ты радостно прибегал по одному телефонному звонку, а теперь недоволен.

Шутливый упрёк, мол, не нравится ему, что позвали в центр, где и поесть-то нечего. После нескольких встреч по поводу положения Соха Ким Бомхак весьма проникся симпатией к Хан Джуо. Правда, поскольку сам Хан Джуо не придавал этому никакого значения, симпатия оставалась односторонней...

– Хотел и поздороваться, и поговорить о том о сём.

Хан Джуо привстал с дивана, но снова сел. Забавно, но без Соха находиться здесь было скучно. На самом деле Хана Джуо не интересовало ничего, кроме Соха. Он пришёл только потому, что Ким Бомхак имел отношение к Соха, но, судя по всему, ничего нового услышать не удастся.

Хотя почему он решил, что слушать нечего? Ведь если подумать, мало кто знал Соха лучше начальника центра.

По мере того, как менялись мысли Хана Джуо, менялась и его поза. Он наклонился к Ким Бомхаку и отпил предложенный чай.

Видя эти перемены, Ким Бомхак с интересом улыбнулся. Стоило атмосфере смениться на более располагающую к разговору, он не помедлил и завёл речь о том, что приберёг.

– Знаешь, что я хорошо отношусь к проводнику Пэк?

– ...

Хан Джуо не понравились эти слова, и он лишь скользнул по собеседнику взглядом.

– Когда проводник Пэк подал заявление об уходе, я расстроился. Нельзя было его отпускать, но и оснований удержать не нашлось.

Он пытался зацепиться хотя бы за малейший предлог. Ким Бомхак хотел удержать Соха не потому, что тот был проводником А-Класса. Причина крылась в его разнообразных сильных сторонах и потенциале.

Главная задача проводника – стабилизация эспера. Поэтому они относятся к тем, кто ждёт и надеется, что их эсперы не пострадают, но Соха немного отличался.

Прежде чем быть проводником, он как обычный взрослый мужчина всегда был наготове с оружием в руках. Он умел вовремя помочь и более чем справлялся со своей долей работы. Сам Соха говорил, что так получалось из-за того, что он не мог выполнять роль проводника, но Ким Бомхак считал иначе.

Именно потому, что он всегда был таким активным, было горестно, что его процент совместимости не повышался. Он искренне скорбел о чужих смертях и не терял бдительности, хотя каждый день заходил во врата.

– Хороший он парень, если не считать того, что совсем о себе не заботится.

Единственное, что не нравилось Ким Бомхаку – стёртая до основания, изношенная любовь к себе. Только сам Пэк Соха не понимал, что он вполне достойный человек.

– Думаю, вина за то, что он таким стал, лежит на мне.

– Почему?

Хан Джуо впервые задал вопрос.

– Потому что продолжал его удерживать.

Хан Джуо посмотрел на него взглядом, просящим объяснить подробнее, и Ким Бомхак с горькой улыбкой и глазами, полными сожаления, оглядел свой кабинет.

– Если продолжать проверять, обязательно найдётся твой партнёр. Такими обещаниями я удерживал проводника Пэк. Хотя знал, как на него смотрят другие, я верил, что время всё решит.

Соха действовал в подземелье сообразительнее и смекалистее всех, и Ким Бомхаку хотелось дать ему крылья. При том, что он всё делал отлично, все принижали Соха лишь потому, что ему не нашлось эспера с высоким процентом совместимости.

До сих пор его терзало, что он не смог защитить Пэк Соха что тогда, что даже теперь, когда тот уже ушёл в гильдию White.

– Значит...

Хан Джуо, переварив услышанное на свой лад, поднял голову.

– И здесь полно мусора, который нужно пнуть.

– Пнуть? Мусора?

Ким Бомхак, не слышавший о том, как Хан Джуо проучил эсперов в гильдии White, недоумённо склонил голову. Неудивительно, ведь происшествие быстро замяли, поскольку произошло оно внутри гильдии. К тому же пострадавший эспер помалкивал, так что история далеко не разошлась.

Кто бы стал рассказывать, что его отправили в полёт после того, как он насмехался над проводником с низким процентом совместимости?

– Прошу позаботиться о последствиях.

Судя по всему, Хан Джуо посчитал их беседу оконченной и поднялся. Он вышел из кабинета, а глаза его, врознь со способностями к огню и ветру, были такими холодными, что могли бы заморозить целый океан.

Эту наполненную неприятным послевкусием обстановку нарушил стук в дверь. Через приоткрывшийся проём в кабинет заглянуло знакомое лицо.

– Директор.

– А, проводник Мун.

К директору Ким Бомхаку зашёл Мун Рой.

– Вы удачно поговорили с эспером Хан Джуо?

В ответ на вопрос присевшего на диван Мун Роя директор центра Ким Бомхак тяжело вздохнул.

– Какой там разговор, когда мы обменялись лишь парой слов.

– И тем не менее. В конце концов, вы ведь просто хотели его поблагодарить.

В прошлый раз Мун Рой позвал директора центра Ким Бомхака отпраздновать повышение процента совместимости Соха. После этого они убрали всё так, будто ничего и не было, но на этом дело не закончилось.

– Я связался с директором Ким Миён.

После разговора о том, что процент совместимости между Соха и Хан Джуо повысился и пока было решено держать это в секрете, Мун Рой кое-что предложил Ким Бомхаку.

Ким Бомхак как-то сказал, что хотел бы найти Хан Джуо и поблагодарить его, и Мун Рой предложил – а почему бы не позвать его в центр? Сначала показалось, что в этом нет особой необходимости, но Мун Рой убедил его, сказав, что, если пойти с визитом в гильдию White, новость об этом наверняка достигнет ушей Соха.

– Правда, ситуация не очень хорошая. Из-за того, что я наговорил лишнего...

Директор центра Ким Бомхак с сожалением вздохнул. Надо было ограничиться словами благодарности. Пока он погружался в пучину раскаяния, Мун Рой, напротив, выглядел странно довольным.

– Нет. Вы всё правильно сделали.

– Правильно? Ты же знаешь, как тяжело пришлось Соха, а такое говоришь. Конечно, и эсперу Хан Джуо неприятно это слышать.

– Да. Неприятно.

И именно этого Мун Рой и добивался.

– В общем, держите глаза открытыми.

– Для чего?

– Вижу, работы у вас невпроворот, так что не буду мешать.

Мун Рой с чувством выполненного долга поднялся и обернулся, чтобы попрощаться с Ким Бомхаком.

– Ах да, вы ведь знаете, что эспер Кан Кёнхун сегодня пришёл в центр?

– Ну...

– Тогда я пошёл.

Мун Рой вышел с донельзя довольным лицом, а Ким Бомхак, подумав, с каким же хитрецом и любителем недоговаривать имеет дело, покачал головой. Он уже поднимался на ноги, чтобы приступить к работе, как...

– Директор!

...к нему в кабинет с поспешным стуком вбежал секретарь.

***

– Он говорил, что они знакомы через одного человека.

Хан Джуо пробормотал слова, которые когда-то слышал от Соха. Какие-то отделения центра, гильдии... Просто в больших зданиях, набитых эсперами и проводниками, организации отличались лишь принадлежностью, а так все друг друга хорошо знали.

Во врата могла войти как одна организация, так и, в зависимости от ситуации, несколько, объединившись в команду.

Среди них Соха был известен благодаря весьма серьёзной особенности: он часто ходил в подземелья. А значит, можно считать, что он знаком почти со всеми действующими сотрудниками в Корее...

– Значит, и тех, кто неподобающе относился к моему проводнику, достаточно, чтобы спотыкаться о них.

Хан Джуо пробормотал эти слова, глядя сверху вниз на эспера, кряхтящего под дверью. Проходя мимо комнаты стабилизации, он услышал чужой разговор. Дверь была приоткрыта, и до него отчётливо донёсся рассказ о Соха. Между этим осознанием и выбитой ветром дверью минула едва ли секунда.

Эспер Кан Кёнхун, отлетевший к стене вместе с дверью, не мог пошевелиться. Во-первых, из-за удара, а во-вторых, Хан Джуо ветром прижимал его дверью.

– Эспер Хан Джуо.

Перед ним стоял сильно испуганный проводник, который первым узнал его. На грохот сорванной с петель и впечатавшей человека в стену двери сбежались люди, и в их число незаметно затесался один человек. В отличие от всполошённой толпы, на его лице играла улыбка, словно он знал, что так и будет, – и этим человеком был Мун Рой.

– [Эй, ты знаешь?]

– Звонишь внезапно и спрашиваешь, знаю ли я что-то. Я знаю всё, кроме того, чего не знаю, – резко ответил Соха, отвлекаясь от сэндвича, чтобы взглянуть на телефон. И чего он вдруг звонит? – Тебе скучно?

Раз уж он побывал во вратах, теперь должен какое-то время сидеть в комнате стабилизации. Заскучал? У Мун Роя, у которого всё ещё не было партнёра, была обязанность проводить определённое время за стабилизацией.

Он вспомнил, как когда-то сам занимал одну из комнат стабилизации.

– Было неплохо.

Соха прислонился к окну рукой, в которой держал сэндвич, и выглянул наружу.

Поначалу, из-за большого количества приходящих эсперов, было много разговоров и проблем, но после всё улеглось. Поскольку эсперы больше не приходили, он мог наслаждаться временем в одиночестве, да и частенько любовался небом под аккомпанемент стонов, доносящихся из соседней комнаты стабилизации.

– Кстати, интересно, почему комнаты стабилизации построили так близко друг к другу?

Действительно непонятно. Комнаты стабилизации были обставлены как места для отдыха – помимо стола и стула там был диван и даже кровать. Понятно, что там разместили мебель для стабилизации эсперов, но непонятно, почему комнаты расположили так близко друг к другу.

Стены не были тонкими, но и не были полностью звуконепроницаемыми.

– [Ты в курсе, что сейчас разговариваешь со мной?]

– Ты странности болтаешь, вот я и отвлёкся. Если есть что сказать – говори быстрее, если нет – давай прощаться.

Соха бросил косой взгляд на телефон вместо Мун Роя и продолжил есть сэндвич. Сегодня он пришёл в гильдию, заполнил журнал проводника и спустился в кафетерий перекусить ранним обедом.

В кафетерии были люди, но даже если они встречались взглядами, то просто обменивались приветствиями. Со скверными чувствами на него никто не смотерл, так что он довольно приятно коротал время, пока Мун Рой не помешал.

– Я скоро поднимусь наверх, так что говори быстрее.

– [Насчёт эспера Хан Джуо.]

Глаза Соха сузились. Хоть Мун Рой и сказал всего ничего, но упомянул имя, из-за которого Соха не мог просто так повесить трубку.

– Что?

– [Тебе он нравится, да?]

– Чего?

Соха тут же выразил своё возмущение. Хоть Мун Роя и не было рядом, но ворчливый тон Соха достаточно хорошо передавал эмоции. Настолько, чтобы прекрасно показать, каким нелепым он нашёл услышанное.

– Мы хоть и стали партнёрами, но не в таких отношениях, – недовольно ответил он, словно и объяснять не стоило. Ведь Мун Рой его единственный друг, так что если Соха когда-нибудь с кем-то начнёт встречаться, то скажет ему первому. В этом смысле Хан Джуо – не тот случай.

– [Тогда у него просто такой характер?]

– Если намерен и дальше ходить вокруг да около, то лучше вообще не говори. Думаю, лучше вообще не слушать – так спокойнее.

Соха обрисовал, что у него нет на это терпения, и Мун Рой тоже перестал тянуть.

– [В прошлый раз он раскидал тех, кто говорил о тебе гадости. Хоть между эсперами и существует невидимая иерархия силы, но от законов всё же тоже никуда не денешься.]

Соха понял, о чём он говорит.

Если грубо провести аналогию, то можно объяснить на примере драки обычных людей. Драться нельзя, но не все, кто дерётся, попадают в полицию. Однако некоторые идут в полицию и начинают выяснять все детали. Кто первый ударил, была ли это самооборона – устанавливают истину.

То есть драки между эсперами тоже запрещены. Возможны только тренировочные поединки под гарантию безопасности.

Поэтому то, как Хан Джуо безжалостно раскидал эсперов в прошлый раз, как и сказал Мун Рой, было нарушением закона. К счастью, всё осталось в рамках того, что можно уладить, так что ничего серьёзного не случилось.

– Ты спрашиваешь, не потому ли Хан Джуо навалял эсперам, которые сплетничали обо мне, что я ему нравлюсь?

– [Ага.]

Надо же, как долго он ходил вокруг да около, чтобы всего-то спросить нечто такое. Соха цокнул языком и показательно громко отпил американо.

– Он...

Поскольку остался только лёд и в трубочку стал попадать воздух, Соха без сожаления отставил стаканчик. И сказал всё ещё ожидающему Мун Рою:

– Он не меня защищает, а себя самого.

– [Себя... самого?]

– Да.

Чтобы Хан Джуо меня любил?

«Быть такого не может.»

Они ведь познакомились не как обычные люди, да и поначалу имела быть место даже некоторая неприязнь, разве нет? Сейчас, конечно, всё хорошо разрешилось, и они даже стали партнёрами, но и это произошло не из-за взрыва эмоций, а просто потому, что Соха был нужен Хан Джуо.

– Неуважение ко мне равносильно неуважению к Хан Джуо. Грубо говоря, что, если я получу травму и сбегу?

Соха не стал говорить больше, полагая, что Мун Рой, который знает всю их ситуацию, легко поймёт. Этого достаточно, чтобы сказать всё, что он хотел. О том, как они договорились не становиться друг другу больше, и о том, что это не любовь, и всём прочем – умолчал, потому что таким делиться было стыдно.

– [...А ты?]

Что он думает о Хан Джуо? На этот вопрос он мог ответить быстро, так как уже обдумал всё на могиле Мун Сонъи.

– Считаю его милым.

Хоть это и не очень подходящая оценка для человека крупного телосложения, который при своём безэмоциональном лице выглядит довольно грубым, но что с того? В его глазах он выглядит именно так.

– Он немного милый как ребёнок. И его нутро просвечивает насквозь. Раньше я думал, почему он такой, но как узнал получше, оказалось, что это я слишком всё усложнял.

Соха продолжил говорить, чтобы вызвать реакцию у молчащего Мун Роя.

– Не нужно глубоко задумываться о том, с каким умыслом он что-то сказал. Нужно просто воспринимать его слова как есть. Когда я присмотрелся к нему, то понял, что Хан Джуо просто спрашивает, если ему интересно, а если нет – то нет. Ничего не усложняет. Он довольно прост.

К тому же он хорошо ест то, что даёт Соха, так что их отношения стали лучше, чем раньше.

– [...Вроде живёт очень сложно,] – тихо добавил Мун Рой, но Соха, который как раз убирал со стола, зажав телефон между ухом и плечом, плохо его расслышал.

– Что ты сказал?

Когда он опустил плечо и поднёс телефон к уху, чтобы переспросить, Мун Рой вздохнул.

– [Ничего. Давай прощаться.]

И повесил трубку прежде, чем Соха успел что-либо сказать.

– И чего это он? Сказал только то, что хотел сказать сам, и бросил трубку, – пробормотал Соха, глядя на экран телефона, а потом поднял голову.

Сегодня Хан Джуо не пришёл в гильдию.

У него были какие-то дела, поэтому он не пришёл. Соха, походив в его поисках, так и спустился один поесть сэндвич. Поразмыслив над тем, стоило ли его искать за пределами гильдии, Соха покачал головой.

– Если я ему понадоблюсь, он сам появится.

Важнее было подумать о том, как же всё-таки проводить с ним стабилизацию.

***

Мун Рой, который в одностороннем порядке завершил разговор, смотрел на разрушенную стену комнаты стабилизации. Только недавно была выбита одна дверь, а теперь рухнула целая стена. Хан Джуо не только отправил эспера Кан Кёнхуна в полёт через всю комнату, но и как следует придавил его, чтобы тот больше не встал.

– Да за что ты со мной так...

– Если обидно, звони в комитет по правам эсперов.

Так Хан Джуо равнодушно отправлял Кан Кёнхуна пожаловаться и потребовать соответствующего наказания. Хоть и звучало так, что Хан Джуо было плевать на последствия, Мун Рой скосил взгляд на разбитую и усмехнулся. На этой стене когда-то висела камера наблюдения, от которой теперь торчали только чёрные провода.

Хан Джуо не хотел оставлять просто так то, что эспер Кан Кёнхун говорил о Пэк Соха. Поэтому он полностью уничтожил оборудование. Пропал способ доказать сегодняшний инцидент, и Кан Кёнхун не сможет легко заявить о себе как о жертве.

Он сейчас в замешательстве и, похоже, не совсем осознаёт происходящее, но даже когда позже узнает, что на него напал Хан Джуо, никто не встанет на сторону эспера Кан Кёнхуна.

Он был одним из тех, кто сильно докучал Пэк Соха. Он бесцеремонно приставал к нему из-за его миловидного лица и часто намекал на желание более глубокого физического контакта. Но после того, как Соха выскользнул из его рук, как пескарь, он принялся на поиски другой жертвы.

Несмотря на то, что проводники могли бы давно вывести убогое поведение эспера Кан Кёнхуна на поверхность, никто не открывал рта. Казалось бы, почему нет, когда он давно таким промышлял? Однако так как у Кан Кёнхуна не было личного проводника, ему нельзя было отказывать в стабилизации, и он расчётливо приставал только к уязвимым жертвам низкого класса.

Соха был своеобразным исключением: обычно проводники не могли и слова сказать против, даже если Кан Кёнхун вёл себя с ними ещё более извращённо.

Вот и проводник Чо Хачхоль, хоть и очень хотел связаться с комитетом по правам проводников, так и не решался предпринять какие-либо меры. Ведь если вовлекать комитет, начнутся разбирательства, и на Чо Чачхоля ляжет немалое время. Вместо того чтобы начинать дело, лучше просто разок перетерпеть.

Однако сейчас против Кан Кёнхуна выступил Хан Джуо. Поскольку все с интересом будут отслеживать то, что произошло, то все слова и действия, которые Кан Кёнхун совершал раньше, будут вытащены на свет одно за другим, как связка вяленой рыбы.

Закончится ли всё на одном эспере Кан Кёнхуне?

Эсперы, которые пренебрегали Пэк Соха, теперь не смогут легкомысленно упоминать его имя. Кроме того, Хан Джуо возьмёт на себя всю ту ношу, которую должен был нести Соха. Мун Рой изначально привёл Хан Джуо в центр именно за тем, чтобы так всё и обернулось.

– И после этого говоришь, что он тебе не нравится?

Возможно, у него и правда нет романтических чувств, но то, что он заботится о Соха больше любого другого эспера – неопровержимый факт.

Появившийся вечером Хан Джуо ничем не отличался от себя обычного. Одежда неброских тонов, привычное отрешённое выражение лица. Красивый, но совершенно не умеющий этим пользоваться – типичный Хан Джуо.

– Просто стоишь, а вид у тебя такой, будто ты всем недоволен.

Как только Соха высказал вслух свои мысли о Хан Джуо, взгляд того упал на прямо на него.

– Раз уж разглядел, то не мог бы посторониться?

Едва их взгляды встретились, Соха, будто только этого и ждал, произнёс эти слова.

Рад встрече, конечно, но разве не слишком – преграждать путь человеку, который пытается выйти, и даже не шевелиться? У Хан Джуо широкие плечи и внушительное телосложение, поэтому даже если Соха повернётся боком, ему не протиснуться, а тот как нарочно застыл именно на его пути.

Хан Джуо не сдвинулся ни на миллиметр, и Соха тяжело вздохнул.

– Да что с тобой? Что тебя не устраивает?

Между прочим, сегодня Соха вёл себя тихо. Решив, что некоторое время нужно беречь силы, он не перетруждался на работе, а когда настало время уходить, сразу направился домой и случайно столкнулся с ним.

А ещё он провёл этот рабочий день в комнате стабилизации – идеальном месте для уединения – так что Хан Джуо ну никак не мог видеть, как он завис там в ступоре. Так что у него тем более не было причин придираться.

– Странно, – склонил голову и пробормотал себе под нос Хан Джуо.

– Говори яснее. Что именно странного?

– Почему ты ничего не предпринял?

– Что именно я должен был предпринять?

– Почему ты просто оставил в покое тех, кто тебя унижает?

– ...

Хан Джуо смотрел на него как на диковину, и Соха ответил ему тем же.

– Ты предлагаешь мне реагировать на каждую мелочь?

То есть, каждый раз, когда кто-то за спиной что-то бубнит, я должен вскипать и лезть на рожон? Соха всем своим видом показывал неприязнь к этому разговору. Неизвестно, где Хан Джуо успел побывать, но явно наслушался о нём разного.

...Надеюсь, он никого снова не отправил в нокаут?

Вспомнив, как тихо сегодня было в гильдии, Соха отбросил подозрения и ответил:

– Я не просто сидел и всё молча сносил... Но устраивать разборки за каждое слово — слишком утомительно.

Работа в компании означала уметь пропускать что-то мимо ушей, а что-то наоборот – ловить и использовать. Именно так Соха и выживал.

– То, что у меня низкий процент совместимости – неоспоримый факт, и если кого-то это не устраивает, что ж с того?

– И всё же, мне кажется, ты мог бы переломить ситуацию.

– Каким образом? Раскидывая эсперов, как это делаешь ты?

Соха даже поинтересовался у Хан Джуо этим методом. Хотя ответа он вовсе не ждал.

– Подобные разговоры, если не пресечь их в корне, будут возникать снова и снова. Ты же сам знаешь. Просто пропускать их мимо ушей – самый разумный подход.

Договорив, Соха взглядом указал Хан Джуо, чтобы тот отошёл. Он уже всё сказал, так что пора бы и дорогу уступить, но Хан Джуо вместо этого шагнул вперёд. Он теперь не просто преграждал выход, а буквально нависал над Соха.

Разговор и без того удручал, а тут ещё такая близость душит. Соха вздохнул и, схватив Хан Джуо за запястье, затащил его внутрь. Захлопнув дверь, он подвёл гостя к дивану, и они уселись рядом.

– Выкладывай. В чём, собственно, проблема?

Соха устремил на Хан Джуо взгляд человека, готового выслушать всё что угодно, с максимально открытым сердцем. Лучший путь – разрешить всё через диалог. Если между ними существует недопонимание, нужно просто рассказать друг другу о том, чего они не знали, поделиться опытом своей жизни.

По крайней мере, так считал Соха.

– Меня раздражало, как всякий мусор вроде Кан Кёнхун походя судачил о тебе, а ты, похоже, превосходно научился это сносить.

– Кан Кёнхун? А, но почему он вдруг...

Имя успело немного забыться, но стоило его услышать, как память начала потихоньку его откапывать. Соха было кивнул, но затем с дурным предчувствием предположил:

– Ты... и его в полёт отправил?

Хан Джуо промолчал.

***

Соха сидел, понурив голову. Мун Рой объяснил ситуацию по телефону, и теперь Соха знал, как будет развиваться это дело дальше. Слова о том, что благодаря директору Ким Бомхаку проблема, вероятно, не разрастётся, не приносили особого облегчения.

– Ты...

С чего начать? Соха несколько раз открывал рот. Но даже произнесённые слова выходили пустыми. Сомкнув губы, он нахмурился.

Теперь понятно, почему в гильдии сегодня царило такое спокойствие. Хан Джуо отсутствовал, оттого и тишина. Но сам Хан Джуо тихим не был. Он, оказывается, учинил разгром в центре, где раньше работал Соха. И, судя по всему, хорошенько потрепал эспера Кан Кёнхуна.

– Хаа. Одни вздохи на уме.

Соха коснулся лба и нервно усмехнулся. Встречи с Хан Джуо всегда выбивали его из колеи, но сегодня этот эффект был совершенно иного толка.

– Джуо.

После долгого молчания, за которое он перебрал немало мыслей, Соха позвал Хан Джуо по имени и почувствовал на себе его взгляд. Повернувшись к нему, он вздрогнул. Взгляд у того был необычным.

– Чего ты так уставился?

За исключением моментов схватки он редко напрягал глаза, но сейчас его взгляд чертил чёткую линию. Нельзя сказать, что это выглядело странно, но Соха никак не мог уловить причину.

Пытаясь отыскать ответ в его глазах и терпя неудачу, Соха сдался первым.

– Продолжу с того, на чём остановился. Джуо. Понимаешь, мир устроен так, что нам не всегда дано жить по своим правилам. Конечно, есть счастливчики, которым это удаётся. Но если хочешь существовать в обществе, придётся идти на уступки.

– У тебя талант витиевато выражаться.

– Поэтому нельзя кидаться на всё, что выводит из себя.

Необъяснимо, почему приходится растолковывать это взрослому мужчине его же возраста, но Соха продолжил с доброй улыбкой:

– Я знаю, что ты ринулся в бой ради меня, и что ты обычно не применяешь силу бездумно. Но случай в гильдии – это одно, а вот в центре... Так нельзя.

На этот раз директор Ким Бомхак всё уладил, но что делать в других местах? К тому же Соха беспокоил образ, который мог закрепиться за Хан Джуо.

– Поэтому не швыряй людей. Ясно?

Сказав это, Соха рассчитывал, что его слова дойдут до собеседника. Он даже ощутил гордость за то, что сумел унять тревогу и всё объяснить довольно мягко.

– Не хочу.

– ...А? Кажется, это не тот ответ, которого я ждал?

Соха с улыбкой уставился на Хан Джуо. Ты что, правда сказал «не хочу»?

– Если ты не собираешься всю жизнь прогибаться и позволять вить из себя верёвки, то жёсткие меры вполне уместны.

– Ты сейчас назвал меня бесхребетным... В общем, прекрати так себя вести. Эй, не создавай проблем. Разгребать последствия – та ещё морока. Просто живи как все.

Он так славно всё разъяснил, но реакция Хан Джуо была никудышной, поэтому Соха вернулся к своей обычной манере общения.

– Я пытался сдерживался, потому что они были обо мне правы.

– Если не вырвать сорняк с корнем, он разрастётся повсюду. Это грязь, которая окутает тебя с головой. Ты всё ещё считаешь, что лучше не вмешиваться?

– Я понимаю. По-хорошему такое никогда не исчезнет. Но и бить наотмашь тоже не выход.

Самому Соха метод Хан Джуо не казался полностью чуждым. Однако так действовать каждый раз нельзя. К тому же, второй случай произошёл из-за того, что он недостаточно твёрдо осадил Хан Джуо после первого – это определённо заслуживало внимания.

Видя, что Хан Джуо не намерен уступать, Соха задумался. Он понимал, что так продолжаться не может, но и жёстко противостоять ему не мог...

После недолгих раздумий Соха протянул Хан Джуо мизинец.

– Это ещё что?

Жест, которым дети скрепляют обещание.

Несмотря на недовольный взгляд Хан Джуо, Соха не опустил руку.

– Стабилизация. Давай, зацепись.

Упомянув причину, по которой они до сих пор не провели стабилизацию, Соха загнал Хан Джуо в угол, и тот протянул руку. Хотя он, очевидно, не собирался цеплять мизинец в ответ, Соха не намеревался отступать.

Другой рукой он заставил Хан Джуо сжать кулак, выпятив только мизинец. Затем, чтобы тот не смог его согнуть, Соха сцепил их пальцы и пустил по ним энергию.

– Спасибо.

Он чувствовал, как взгляд Хан Джуо переместился с их рук на его лицо, но не поднял свой в ответ.

– В следующий раз сначала предупреди меня.

Соха нашёл своеобразный компромисс. Сейчас Хан Джуо не проявлял ни малейшего раскаяния за то, что напал на эспера Кан Кёнхуна. Если спросить, почему с мусором не дозволено обращаться как с мусором, ему нечем было бы крыть.

– Раз ты выходишь из себя из-за меня, я должен об этом знать, – продолжил Соха. Вспоминая, что эспер Кан Кёнхун натворил с ним в прошлом, он считал, что тот заслуживает подобного обращения.

Вместо этого важнее получить возможность остановить Хан Джуо до того, как он что-нибудь выкинет, поэтому Соха терпеливо продолжал его убеждать.

– Если пообещаешь только это, я больше не заикнусь о сегодняшнем.

Наконец он выдвинул предложение, от которого Хан Джуо не смог бы отказаться. Энергия тоже хорошо текла, и Соха уже предвидел утешительный ответ.

– Не хочу.

– ...

– Очевидно, что, если я заговорю заранее, ты попытаешься меня остановить. Зачем мне это?

...Они и правда не совместимы.

Разговор с Хан Джуо, скреплённый мизинцами, не удался.

Хан Джуо с самого начала не поддавался уговорам, делая все попытки убеждения бесполезными. Глупо было думать, что с таким человеком можно легко справиться.

«Раз эспер Кан Кёнхун тоже молчит, ситуация не выйдет из-под контроля.»

По словам Мун Роя, в тот день эспер Кан Кёнхун перед тем, как получить лечение, беседовал с директором центра Ким Бомхаком. В кабинет директора секретарь приносил какие-то материалы... Вероятно, это доказательства, которые пригвоздят эспера Кан Кёнхуна к месту.

«Его невозможно остановить, серьёзно.»

Подобные инциденты не должны повторяться... События произошли за пределами гильдии, и Соха оказался бессилен.

«Я потерял бдительность.»

Соха искоса взглянул на стоявшего рядом Хан Джуо. Почувствовав его взгляд, тот встретился с ним глазами, сохраняя абсолютное спокойствие. Неужели он думает, что достаточно просто смотреть этими невинными глазами, будто совсем не при делах?

Пусть они и были совершенно несовместимы, но нельзя было просто взять и спустить ему с рук.

«Нужно как-то держать его на коротком поводке.»

Но пытаться возыметь над ним полный контроль – плохой вариант. Лучше добиться того, чтобы Хан Джуо вздрагивал при одной мысли о нём, прежде чем сам решит что-то предпринять.

«Но как этого добиться?»

Пока он шёл, погруженный в размышления, у него возникло странное ощущение.

– Сегодня коридор кажется непривычно просторным.

Словно на пути не попадались никакие препятствия, в том числе люди, идущие ему навстречу. Подняв голову, он увидел, как человек, с которым он случайно встретился взглядами, резко отвернулся и прижался к стене. То же самое сделал и идущий следом.

– Э-э?

И без того никто не смел коситься на Соха после того, как Хан Джуо однажды перевернул всю гильдию вверх дном. Но раньше люди не избегали его столь демонстративно.

Хотя некоторые с любопытством наблюдали со стороны, пытаясь понять, что за отношения связывают его с Хан Джуо.

– Мне одному не по себе? Почему у меня такое чувство, что все от нас шарахаются? – спросил Соха у Хан Джуо, подумав, что ему просто мерещится. Однако Хан Джуо безразлично смотрел вперёд.

– Понятия не имею.

– Ещё бы, тебе ведь нет дела до других людей.

Он и не ожидал услышать от Хан Джуо желаемый ответ. Вместо дальнейших расспросов Соха достал телефон и проверил время.

– Как насчёт ужина?

С Хан Джуо он случайно пересёкся, так они вместе и шли. Время уже клонилось к вечеру, и голод давал о себе знать. Загоревшись идеей для вечернего блюда, Соха повернулся к Хан Джуо с вторившим его мыслям энтузиазмом.

– Пожарить мясо...

Хан Джуо отвернулся в противоположную сторону. Он только что намеренно отвёл взгляд.

– ...не хочешь?

Он закончил фразу и принялся ждать ответа.

– ...

– Эй, Хан Джуо. Я говорю, давай поедим. Я сам приготовлю мясо, слышишь?

– ...

– В соевой пасте будет просто объедение, понимаешь?

Даже когда Соха легонько ткнул Хан Джуо в бок, тот не ответил.

***

После ужина Соха, убирая посуду, пристально посмотрел на Хан Джуо.

– У тебя сегодня пропал аппетит? Ты почти ничего не ел.

Хотя Хан Джуо обычно ел больше с рук Соха, чем самостоятельно, сегодня его рот часто бездействовал. Только когда он тщательно пережёвывал и проглатывал листья салата с начинкой, Соха подавал ему следующую порцию. Но сегодня этот процесс затянулся, из-за чего Соха накормил его меньше обычного.

Хан Джуо, помогая убирать со стола, мельком взглянул на Соха, положил посуду в раковину и открыл холодильник. Видя, как он непринуждённо достаёт пиво и направляется в гостиную, Соха не смог сдержать удивлённого смешка.

– Прямо как у себя дома.

Однако, удивившись лишь на мгновение, он тоже взял пиво и присоединился к нему на диване.

– Начинаем.

Голос Соха стал ниже. Хан Джуо, утоляя пивом чувство тяжести в желудке, с серьёзным видом взял пульт. Он включил телевизор и просто начал переключать каналы. На экране появилась рыболовная передача со звуками плещущейся воды.

– У тебя двое.

Соха выхватил у Хан Джуо пульт и нажал кнопку. Он не выбирал специально, просто нажал наугад. Когда канал переключился и появилась трансляция гольфа, Соха самодовольно откинулся на спинку.

– У меня пятеро, так что посуду моешь ты.

Причина включения телевизора была проста: игра, в которой случайно переключали каналы, а количество людей на экране определяло, кто будет мыть посуду. Соха тихонько хихикал, запуская руку в корзину рядом с диваном.

– Пока лежал в больнице, вспоминал эту игру.

Он достал из корзины закуску, вскрыл упаковку и положил на стол. Эта игра возникла между ними ещё до того, как они вместе сходили в их первые врата как пара эспера и проводника. Так как их совместные ужины участились, им требовалось решать, кто моет посуду, вот и придумали такую мелочь.

Соха наслаждался игрой, зная, что если Хан Джуо проиграет, то перед уходом домой безупречно вымоет всю посуду.

Положив закуску в рот Хан Джуо, Соха отпил пива, устремив взгляд на телевизор. После ужина, в часы отдыха, любая передача казалась интересной. Возможно, потому, что не требовалось ничего запоминать. Хотя его взгляд был направлен на экран, мысли блуждали совсем в другом направлении.

«Тогда энергия немного увеличилась.»

Он ссылался на стабилизацию, которую провёл с Хан Джуо, когда они сцепили мизинцы. Самая будничная стабилизация, не в пример чему-то пылкому и возбуждающему, но энергия всё равно немного возросла. Разумеется, негоже было праздновать увеличение только на ещё один процент, однако Соха, привыкший к крайне ограниченной передаче энергии, не упустил даже такое незначительное увеличение.

Энергия не растёт и не убывает просто так, без причины. В чём же дело? Впрочем, если бы это можно было легко понять, Соха не тратил бы столько усилий на поиски подходящего эспера.

Размышления вернулись к исходной точке.

«Результаты тестов имеют свои пределы.»

Сейчас можно узнать гораздо больше, чем раньше, но все равно остаётся много неразрешённых вопросов. Это напоминало ситуацию, когда, несмотря на все проведённые тесты, так и не удалось выяснить, почему процент совместимости Соха ограничен тремя процентами.

В голове царил хаос от мыслей, с чего начать исследование, но одновременно он радовался этому маленькому изменению настолько, что невольно шевелил пальцами ног от удовольствия.

Вдруг прозвенел будильник, и он попросил Хан Джуо вытянуть указательный палец. Соха тоже вытянул свой, легонько прикоснулся и передал энергию. В глазах Хан Джуо мелькнуло пренебрежение, но способ проведения стабилизации – дело Соха.

Закончив стабилизацию, Соха похлопал Хан Джуо по ягодицам.

– Раз допил пиво, иди мой посуду.

Он кивком указал на кухню. Как только Хан Джуо собрал пустые банки из-под пива и встал, Соха тут же растянулся на освободившемся месте, глядя в потолок.

Непристойное поведение эспера Кан Кёнхуна по отношению к нему, слова Мун Роя о том, как Хан Джуо безжалостно всё перевернул вверх дном, энергия, переданная через сцепленные мизинцы...

– С ума сойти, как же хорошо.

От мысли, что Хан Джуо продолжает делать такие милые мелочи ради него.

***

Сегодня, едва они успели появиться на работе, их вызвала директор Ким Миён.

– Прежде всего, поздравляю вас обоих с повышением процента совместимости.

Её приветствие фокусировалось на том, что неподвижные до этого показатели наконец сдвинулись с мёртвой точки. Однако лицо её не выражало особой радости. Вероятно, потому что, несмотря на рост, результат всё ещё оставался неудовлетворительным. Тем не менее, настрой директора Ким Миён значительно смягчился по сравнению с моментом заключения их первого контракта.

– Вообще-то я планировала вызвать для разговора вас обоих вчера, но кое-кто устроил происшествие, и мне пришлось срочно этим заняться.

Соха сделал вид, что не заметил её взгляда, направленного на Хан Джуо, и продолжил пить кофе. Американо на голодный желудок – настоящее наслаждение. Ощущение, будто он очищает внутренности.

– Допустим, вчерашний инцидент уже улажен, и пришло время поговорить о вас двоих. Многие до сих пор не понимают, почему вы стали партнёрами, но больше всего этим недовольно правительство.

Соха взглянул на Хан Джуо, продолжая пить кофе. Похоже, правительство давило на директора Ким Миён из-за того, что к эсперу S-Класса не приставили проводника с высоким процентом совместимости. Хотя гильдия и не находится под прямым управлением государства, сам Хан Джуо представляет настолько ценный актив, что это вызывает их беспокойство.

– Итак, я хотела сначала сообщить о повышении вашего процента совместимости...

– Пожалуйста, сохраните это в тайне.

Увидев, как брови Хан Джуо поползли вверх, Соха кратко улыбнулся. Он понимал, что это выражение недовольства, но теперь оно уже не пугало и не тревожило его. Тем временем Ким Миён, явно испытывая головную боль, помассировала виски.

– Пока проводник Пэк был в больнице, мы скрывали информацию на всякий случай, но вы же понимаете, как это сложно. Эспер Хан Джуо находится под постоянным наблюдением государства. Более того, его считают потенциальной угрозой, способной вызвать настоящую катастрофу, если он впадёт в перегрузку, поэтому за ним следят особенно пристально.

– В таком случае, прошу вас потянуть время.

Директор Ким Миён не сразу нашлась с ответом на просьбу Соха.

– Почему я должна это делать?

Она спрашивала без раздражения. После того, как директор Ким Миён узнала о повышении процента совместимости Соха, её отношение значительно смягчилось. Однако, если он не предоставит весомую причину для такой просьбы, она явно не намеревалась идти навстречу.

– По той же причине, по которой вы хранили секрет эспера Хан Джуо.

То, что в критической ситуации он может получать только машинную стабилизацию – разве этого не было достаточно, чтобы заключить контракт с Соха?

– Я просто прошу добавить к этому секрету ещё один.

Меня тоже нужно защищать!

Погруженная в раздумья директор Ким Миён наконец нарушила молчание:

– Не могу понять, что творится в голове проводника Пэк.

Соха только усмехнулся, словно это сущий пустяк. Да и как можно так просто разгадать чужие мысли?

– Вы же сами лично контролируете процесс стабилизации эспера Хан Джуо.

Директор Ким Миён держала под надзором всю жизнь Хан Джуо, включая сокрытие его тайн. Именно об этих секретах и намекал Соха.

– В их раскрытии нет никакого смысла, и в нынешней ситуации тоже.

Все вокруг считали, что Хан Джуо взял Соха своим партнёром под влиянием минутного порыва. Иначе было невозможно объяснить, почему он выбрал Соха напарником-проводником. Поскольку никто не догадывался, что на грани срыва Хан Джуо другие проводники оказывались бессильны, так было даже лучше.

К этому добавлялся лишь один секрет – их процент совместимости начал меняться. Однако лицо директора Ким Миён не выражало ничего хорошего.

– Сейчас не самое удачное время для такого шага. По округе уже ползут слухи о вашем серьёзном происшествии в подземелье. И хотя в этом нет вины проводника Пэк, многие всё равно подвергают сомнению ваш процент совместимости.

Недовольство, даже более сильное, чем при их первом партнёрстве, возникло из-за недавнего инцидента в подземелье. Там были жертвы, да и состояние Хан Джуо, эспера высшего класса, наверняка вызвало вопросы.

– Когда вы явитесь к следующим вратам, обязательно пойдёт молва. И что прикажете делать тогда? Вы же понимаете, что это бьёт не только по одному эсперу, но и по всей гильдии?

– Разумеется. Центр Контроля Врат будет относиться к гильдии White с подозрением.

Когда появляются врата, центр контроля прибывает на место, оценивает обстановку и определяет класс врат. Затем формируются команды для входа во врата, и тут-то и могли возникнуть сложности.

Хан Джуо, эспер S-Класса, был главной боевой силой гильдии и весомым аргументом для получения заданий от центра. Но иметь в команде эспера, у которого низкий процент совместимости со своим проводником – всё равно что таскать с собой бомбу с часовым механизмом.

– Если вас это задевает, прошу прощения.

В ответ на извинения директора Соха только покачал головой.

– Я, наоборот, благодарен вам за прямоту.

Несмотря на кажущуюся холодность слов директора, Соха был им даже рад.

– И всё же дайте мне немного времени. Если я сейчас заявлю, что процент совместимости вырос, вряд ли найдутся те, кто искренне обрадуется за меня.

Потому что это дало бы Соха возможность настаивать на своём перед директором Ким Миён.

Он невольно вспомнил, как начальник центра Ким Бомхак и Мун Рой навестили его прямо в больничной палате, чтобы поздравить с повышением процента совместимости. Они искренне радовались за него от всей души. Но остальной мир не таков. Прежде чем искренне поздравить, все заинтересуются, насколько именно вырос их процент совместимости с Хан Джуо, и будут судить лишь по голым цифрам.

Соха молча ждал решения директора. Всё, что он хотел сказать, уже было сказано.

– Хан Джуо, а ты что думаешь?

Нахмурившись, Ким Миён перевела стрелки на Хан Джуо. Разделяет ли он мнение Соха или выскажет что-то иное?

– Я полностью согласен с проводником Пэк.

От этих слов глаза Соха округлились. Что с ним такое? Вчера до блеска вымыл всю посуду, на кухне ни капли не оставил, а сегодня вдруг так заботливо его поддерживает.

Впрочем, не раскрывать информацию в самом деле разумнее. По крайней мере, должен появиться тот самый процент совместимости около 30%, о котором шла речь в подземелье, чтобы было о чём говорить.

В отличие от Соха, директор Ким Миён не приняла слова Хан Джуо за чистую монету.

– Небось задумал что-то своё?

Она ни за что не поверила бы, что Хан Джуо так запросто соглашается с Соха.

– В целом я поняла, к чему клонит проводник Пэк. Только много времени я вам дать не могу. Ясно?

Ким Миён скороговоркой подвела итог разговора и выпроводила Соха из кабинета. Как только они с Хан Джуо остались вдвоём, она тут же насела на него:

– Что? Решил переловить всех эсперов, которые плохо отзываются о проводнике Пэк?

– О чём ты вообще?

Хан Джуо прикинулся непонимающим, но Ким Миён такими уловками было не провести.

– Не строй из себя невинного барашка. Вчера ты поставил на место Кан Кёнхуна, а теперь высматриваешь новую жертву. Если помалкивать о меняющемся проценте совместимости, обязательно найдутся те, кто станет осуждать проводника Пэк, что откроет тебе прекрасную возможность их прищучить.

– ...Вовсе нет.

– Конечно-конечно.

Ким Миён недоверчиво цокнула языком.

– Продолжишь в том же духе – и проводник Пэк живо раскусит твои планы. Он вовсе не так прост, как кажется, хоть и стал послушнее в твоём присутствии. Взять хоть сейчас в пример – он точно оценивает ситуацию и чётко выстраивает свои аргументы. И ты думаешь, что сможешь обвести его вокруг пальца?

– Главное – не попасться.

Убедившись, что Хан Джуо действительно вынашивает опасные замыслы, Ким Миён только покачала головой.

– Проводник Пэк ничего не сказал тебе насчёт вчерашнего?

– ...

– Я прекрасно знаю, что ты далеко не дурак. Откровенно говоря, есть ли кто-то, кто понимает тебя лучше меня? Но и проводник Пэк тоже не промах.

Ким Миён вспомнила прошлое Пэк Соха, о котором она узнала больше после вчерашних событий.

– Ему, должно быть, приходилось несладко. Вера в себя тает, а окружающие только игнорируют и пренебрегают. Но даже в такой ситуации проводник Пэк нашёл свой способ оставаться на плаву.

Со стороны могло показаться, что он безразличен к происходящему, и принимает порицания с понурой головой. Однако на самом деле он прекрасно знает и умеет, как извлечь из любой ситуации пользу. Кто-то назвал бы это низостью, но он просто не гнушается склонить голову, если это необходимо.

– Поверь, это чертовски сложно. Прислушивайся к нему почаще – слова человека, который не сломался и выдержал все обрушившиеся на него невзгоды, невероятно...

– Но до конца он не дотянул.

Хан Джуо резко оборвал её слова.

– Если ты про заявление об уходе проводника Пэк... он, видимо, понял, что будущее не переиграть, и решил попробовать начать с чистого листа. Но это не обесценивает все его предыдущие усилия.

– Верно. Они не обесцениваются.

– А?

Казалось, он соглашался, но что-то в его тоне заставило Ким Миён цепко посмотреть на Хан Джуо. Он поднялся со своего места под её вопрошающим взглядом.

– Все эти насмешки годами копились внутри Пэк Соха.

Несмотря на его умение держать удар.

Эспер Кан Кёнхун пробормотал это, вытирая кровь с губ. Видимо, в нём накопилось столько злости, что он даже не боялся Хан Джуо. Его особая неприязнь к Соха, вероятно, была вызвана какой-то прошлой обидой, нанесённой Пэк Соха.

И вот, всего день назад, Хан Джуо заставил этого Кан Кёнхуна прикусить язык, напомнив о его прежних проступках.

Хан Джуо вышел из кабинета, чтобы встретиться с Соха, ожидавшим снаружи, оставляя Ким Миён в одиночестве.

– Мда, теперь тебя никто не остановит.

Поэтому ты так безжалостно избил эспера Кан Кёнхуна.

– Остаётся только ждать, когда проводник Пэк наденет на тебя намордник.

Ким Миён начинала понимать, что совладать с Хан Джуо становится всё труднее.

***

Соха, маявшийся у кабинета директора, тут же подскочил к Хан Джуо, едва тот вышел.

– Чем займёшься сегодня?

– Тренировкой.

– Вот как?

Поскольку у Хан Джуо никогда не было особого расписания, Соха просто кивнул и огляделся. Убедившись, что поблизости никого нет, он повернулся к Хан Джуо и сказал вполголоса:

– Тогда, может, сначала проведём стабилизацию?

Не просто держась за руки, а что-нибудь поинтереснее.

Уловив в голосе Соха едва заметную нотку чего-то большего, Хан Джуо молча направился в комнату стабилизации.

Войдя внутрь, Соха ненадолго задумался и не сразу последовал за Хан Джуо, когда тот направился к дивану.

Вчера перед сном он долго размышлял над ситуацией.

«Необязательно только повышать градус, можно пробовать и разные подходы.»

Раз поцелуй повысил процент совместимости, он сначала хотел зайти дальше, но потом понял, что не стоит зацикливаться только на этом направлении.

Размышляя, как лучше провести стабилизацию для Хан Джуо, Соха с вызовом во взгляде уселся напротив него.

– Собираешься стабилизировать оттуда?

Хан Джуо, расположившийся на диване, с недоумением посмотрел на Соха, усевшегося на стол.

– Ага. Закрой глаза.

Соха даже помахал рукой, как бы поторапливая и требуя, чтобы Хан Джуо поскорее закрыл глаза. С видом «раз уж пришли для стабилизации, сделай, как я прошу». Хан Джуо обречённо опустил веки.

– Начинаю стабилизацию.

Произнеся это торжественным тоном, Соха потянулся и взял Хан Джуо за ухо. Он заметил, как слегка дрогнули его ровные брови, но сейчас Соха не волновало замешательство Хан Джуо.

Уши у всех людей вроде бы похожи, но на самом деле разные. Как лица – вроде у всех глаза-нос-рот, а поди ж ты, отличаются.

«Почему даже уши у него такие... красивые?»

Никогда прежде не задумываясь о красоте ушей, Соха отметил, что у Хан Джуо глубокие, чёткие контуры. Мочка мясистая, а ушная раковина словно идеально вылеплена. Передавая энергию, Соха не переставал любоваться ухом Хан Джуо.

«И как с такими ушами он умудряется быть таким тугодумом?»

Хотя внешний вид уха и способность слушать никак не связаны, Соха невольно провёл эту параллель. Вроде бы слышит всё, но упрямый как баран и гнёт свою линию. Стоило появиться одной мысли-жалобе, как тут же потянулись и другие. Пока Соха перебирал их в голове, он заметил, что ухо Хан Джуо покраснело.

– Что, слишком сильно давил? У тебя ухо покраснело.

Хотя он не сжимал так уж крепко, Соха отпустил ухо подумав, что у Хан Джуо слишком чувствительная кожа. Стабилизация уже закончилась. Произошли незначительные изменения – примерно 6%, совсем небольшой прирост. Заметив, что уровень перегрузки на часах Хан Джуо понизился, Соха поднял голову, прикидывая время для следующей стабилизации.

– Эй...

И застыл, увидев выражение лица Хан Джуо.

Быстро оценив ситуацию, растерявшийся поначалу Соха коварно усмехнулся.

– У тебя чувствительные уши?

Не только уши, но и лицо Хан Джуо залилось краской. Особенно покраснели глаза, и наблюдавший за этим Соха невольно почесал себя за пазухой. Отчего так щекочет в груди?

– Убери руки.

Понимая, что стабилизация завершена, Хан Джуо сквозь стиснутые зубы отрывисто бросил эти слова. Уловив в его голосе угрозу, Соха вздрогнул и поспешно отдёрнул руки.

– Я просто пытался тебя стабилизировать. ...Извини, что не предупредил заранее.

Тут и возразить нечего – он коснулся чужих ушей без разрешения. Соха был готов молча принять гнев Хан Джуо, если тот разозлится ещё сильнее. Правда, мысли вообще не прикасаться к его ушам в будущем у него даже не возникло.

– Если это твоё представление о стабилизации, значит, я могу поступать так же?

– Что? Ты хочешь потрогать мои уши? Давай, попробуй!

Соха игриво провёл пальцами по своим ушам. Похоже, Хан Джуо хотел отплатить ему той же монетой, но разве можно что-то почувствовать от таких прикосновений? У всех разные чувствительные места, и Соха был уверен, что сам ничего не почувствует. Если он останется невозмутимым, Хан Джуо, пожалуй, расстроится, но это уже не его проблема.

Соха как раз размышлял о том, что в следующий раз позволит Хан Джуо взять инициативу в стабилизации, когда перед его глазами возникла рука. Он не успел отреагировать, как ощутил прикосновение к своему уху.

– Стабилизация уже закончена.

– Просто финальная проверка.

После такого ответа Соха уже не мог остановить Хан Джуо. Честно говоря, раз уж он сам первым прикоснулся без спроса, то, наверное, мог позволить ему такую вольность...

– Ах!

Соха вздрогнул, прикрывая уши руками и отклоняясь назад. В его глазах отразилось изумление – что это только что было?

– Какие чувствительные.

– Мои? Вовсе нет!

Соха решительно замотал головой, но, встретившись взглядом с Хан Джуо, невольно прикусил губу. Он был абсолютно уверен, что его уши совсем не чувствительны, но, когда Хан Джуо провёл пальцем по краю ушной раковины, по спине пробежала дрожь.

– Кажется, нам обоим стоит быть осторожнее.

Соха порывисто потёр ухо, бормоча себе под нос:

– Придётся очень собранно проводить стабилизацию, а то если отвлечёмся...

Соха мельком глянул вниз на себя и быстро отвёл взгляд, но этот момент не ускользнул от внимания Хан Джуо. Соха явно беспокоился, что случайно может слишком возбудиться.

Учитывая схожесть их физиологии, возбуждение Хан Джуо тоже было бы весьма заметным.

– Иди на тренировку. Я присоединюсь чуть позже.

Когда Хан Джуо поднялся с дивана, Соха последовал за ним, словно провожая. У двери он даже помахал рукой на прощание. Заметив это, Хан Джуо бросил на него косой взгляд и удалился.

Ещё долго стоя на том же месте, даже когда Хан Джуо уже скрылся из виду, Соха пробормотал, будто обращаясь к нему:

– Тебе, похоже, любопытно, что я буду делать, но не стоит беспокоиться.

Всё равно со временем узнает.

Вернувшись в помещение, Соха сел за стол и выдвинул ящик. Достав спрятанные там блокнот и ручку, он пролистал несколько страниц. Торопливый почерк, больше похожий на каракули, делал записи почти нечитаемыми.

С привычной ловкостью найдя чистое место в конце, Соха взял ручку и задумался.

«Энергия, проникшая через уши, немного увеличилась, хоть и незначительно. Но вчера, когда мы целовались, никаких изменений не произошло.»

Блокнот служил Соха инструментом для генерации идей. Записывая туда всё, что приходило в голову, он пытался найти новые решения – именно этим он сейчас и занимался. В отличие от прошлого, когда поток энергии оставался неизменным, теперь появились перемены. Изменения в объёме передаваемой энергии были незначительны, чтобы сравнить личные успехи Соха с успехами любого другого проводника, но раз уж застывшая энергия начала течь, это всё равно стоило фиксировать.

«Поменялось ли количество энергии, которую я могу передать другим эсперам?»

Хотя из-за назначенного партнёрства ему пристало стабилизировать только Хан Джуо, это любопытство не давало ему покоя. Подперев подбородок, Соха постукивал ручкой по блокноту.

«Вряд ли удастся проверить.»

Экспериментировать ради собственного любопытства было бы нечестно по отношению к Хан Джуо. Возможно, он сможет это сделать позже, когда их контракт завершится, но пока стоило отложить эту мысль.

«Как же лучше провести стабилизацию после завершения сегодняшней тренировки?»

Они уже держались за руки, целовались, обнимались со спины, и даже прикасались к чувствительным местам друг друга. Конечно, возможностей ещё бесчисленное множество, но для Соха, который подходил ко всему как к исследованию, каждый шаг требовал осторожности. Его главной целью было снизить уровень перегрузки Хан Джуо, и он делал всё возможное, сосредоточившись исключительно на этом.

«Нужно сдерживаться. Ни в коем случае не заходить слишком далеко. Я же существо, полное здравого смысла.»

Вспоминая ощущения от прикосновения к рукам Хан Джуо, Соха неистово записывал новые данные в блокнот, словно вымещая на нём свои чувства. Его бы слишком смутило кому-либо показывать эти записи, так что он намеренно делал их неразборчивым почерком. Ни в коем случае нельзя было доверить их приложению для заметок на планшете – мало ли что случится, если информация утечёт. Это был сугубо личный исследовательский дневник Соха.

***

Целый день, помогая на тренировке эсперу с внушительным телосложением, но плохим контролем над своими способностями, Хан Джуо не мог избавиться от посторонних мыслей. Все они крутились вокруг Пэк Соха. Вокруг совместных обедов и вечеров за пивом, и следовавших за ними усталых утренних выходов на работу.

И того, как при каждом сигнале-напоминании на телефоне, Соха, хоть и с некой начальной робостью, подходил к нему для стабилизации...

Возможно, из-за малого количества энергии, которую он мог передать, Соха одержимо следил за тем, чтобы показатели не снижались. Однажды он даже явился к нему посреди ночи, заявив, что проснулся от напоминания. Впрочем, ночные визиты долго не продлились – видимо, собственный сон влиял на качество стабилизации – но вместо этого Соха повадился приходить ранним утром.

Показатель риска Хан Джуо составлял 45%. С падением ниже 50% состояние стало несравнимо стабильнее, чем когда-либо раньше. Это было результатом как самоконтроля Хан Джуо, так и настойчивой стабилизации Соха.

Соха явно гордился цифрой, достигнутой благодаря его почти маниакальной настойчивости – той самой, которую некогда Хан Джуо пренебрежительно оценивал в 3%.

– Можно и посильнее давить! – воодушевлённо крикнул эспер, державший оборону в центре. Его глаза горели решимостью продолжать, но взгляд Хан Джуо оставался равнодушным.

– Не хочу.

Ветер, до этого момента давивший на эспера, внезапно утих. Тот в замешательстве уставился на Хан Джуо, который уже безразлично отворачивался.

– Э-э... Куда вы? Моя тренировка ещё не закончена!

– Разбирайся сам.

Тренировка другого эспера совершенно не интересовала Хан Джуо. Прошло уже почти два часа с момента стабилизации. Он прекрасно знал, что, когда прозвучит оповещение, Соха придёт его искать, так что он просто пытался сократить это время.

***

Телефон с включённым сигналом-напоминанием застрял между диванными подушками, приглушённо вибрируя. Человек, которого так отчаянно пытался разбудить телефон, крепко спал, уронив голову на стол.

Хан Джуо с недоумением смотрел на Соха, спящего лицом на блокноте. Так вот почему тот отправил его в тренировочный зал первым.

Тот энергичный человек, который сегодня на рассвете настойчиво звонил в дверь, теперь спал так крепко, что даже не чувствовал присутствия Хан Джуо.

«Может, разбудить?»

В глазах Хан Джуо промелькнула озорная искра. Он мысленно представил, как будит Соха, не пришедшего к нему для стабилизации. Однако, в противоположность таким мыслям, его руки бережно подняли тело Соха. Хан Джуо отнёс его к кровати, скрытой за перегородкой, и опустил на неё. Соха, даже не открыв глаза, сразу же свернулся калачиком на боку.

Его лицо разгладилось, словно ему стало удобнее в новом положении. Наблюдая за тихо похрапывающим Соха, Хан Джуо невольно усмехнулся.

Он протянул руку и коснулся отметины на щеке Соха. Похоже, что-то отпечаталось с листа блокнота – чёткий след, как от печати.

«Хан Джуо, уши, милый паршивец.»

– ...

Непонятно, как чувствительность его ушей связана с определением «милый», но теперь стало ясно, что за каракули писал Соха перед тем, как уснуть. Хан Джуо внимательно рассматривал его лицо.

Он вспомнил слова врача об эсперах, загнанных в критические ситуации. Согласиться на воспроизведение того же опыта, что и внутри подземелья, означало доверить свою жизнь проводнику. Соха категорически отверг даже вероятность повторения такого сценария, но идея заслуживала того, чтобы над ней поразмыслить.

«Готовность отдать жизнь.»

Именно это привлекло внимание Хан Джуо. Прежде чем быть эспером, любой человек боится смерти – неизведанного мира, где исчезает всё, включая само «я». Сама мысль об исчезновении личности вызывает ужас. И есть только одна причина, по которой можно решиться на такую жертву.

«Чувства.»

Хан Джуо легонько ткнул Соха в нос. Он признавал, что влюбился в Пэк Соха. Когда спасал его, собственная жизнь казалась несущественной. Хотя он и раньше не особо дорожил жизнью, но желание уберечь Соха и сделать всё возможное, чтобы тот не знал невзгод и добился успеха, оказалось сильнее.

«Нет смысла отрицать.»

Ему нравилось время, проведённое с Соха; его неожиданные стороны характера не просто притягивали, а очаровывали. Осознав, что его чувства вышли за пределы простой симпатии, Хан Джуо вдруг увидел мир в новом свете.

– Ммм...

Хан Джуо, всё ещё державший палец на носу Соха, испуганно отдёрнул руку. Эта знакомая энергия, только что проникшая через его пальцы... Не успев осознать, что это было, он увидел, как глаза Соха открылись, и их взгляды встретились.

– Ух, что за?

Соха поморщился, потирая свой нос.

– Током щёлкнуло.

Хан Джуо говорил о статическом электричестве, но сам он, держа руку на носу Соха, почувствовал нечто иное. Пока он размышлял о природе этого явления, Соха, окончательно проснувшись, сердито посмотрел на него, продолжая массировать нос.

– Пользуйся лосьоном. Тогда не будет статического электричества. И пей больше воды...

Соха, вздремнувший в рабочее время, бесстыдно читал нотации, поднимаясь с постели. Мало того, он ещё и накрыл ладонями оба уха Хан Джуо.

– Если стабилизировать тебя через оба уха одновременно, обзаведёшься ли ты суперслухом? [1]

Видимо, собственная шутка показалась ему забавной, и Соха, хихикая, начал стабилизацию. Энергия охватила мочки и ушные раковины, постепенно проникая в голову.

С ощущением невероятной ясности в голове Хан Джуо осознал одну неоспоримую истину.

Он влюблён в Пэк Соха.

И влюблён очень, очень сильно.

♡

[1] Соха ссылается на детскую игру, когда дети закрывают уши ладонями и притворяются, будто получают суперспособности.

– Что такое?

Направляясь на обед, Соха заметил на себе чужие взгляды и недоуменно склонил голову. После того, как Хан Джуо однажды навёл порядок, люди перестали косо на него глядеть. Не понимая причины возобновившегося внимания, он повернулся к Хан Джуо.

– Знаешь, почему они так смотрят? – спросил Соха, думая, может что-то случилось, пока он спал, но тот лишь покачал головой. Впрочем, при недостатке общительности Хан Джуо вряд ли бы знал о слухах, если сам не оказался в их центре.

Соха ещё несколько раз встретился взглядами с проходящими мимо людьми, но не зная причины их интереса, отреагировать никак не мог.

– Совершенно непонятно.

– Думай лучше о том, что будешь есть.

– А, сегодня... сходим в столовую? – сразу предложил Соха.

Негромко напевая под нос, он направился в столовую, где не приходилось долго думать над выбором меню – там всё решали за тебя. Внезапно его взгляд упал на отражение собственного лица в дверях лифта.

На привычном, казалось бы, лице виднелись странные следы.

Соха молча уставился на своё отражение, а Хан Джуо незаметно начал отступать. Задним ходом успев подумать, не придётся ли им обедать по отдельности, он выкрикнул:

– Хан Джуо!

Однако не предупредивший о каракулях на лице Хан Джуо сбежал прежде, чем Соха успел его схватить. Взирая на место, где секунду назад топтался Хан Джуо, Соха усмехнулся:

– Ты что, серьёзно убегаешь?

Не сказать про почеркушки на лице? От возмущения он несколько раз выдохнул.

– С чего вдруг такое поведение?

Соха покачал головой и цокнул языком, удивлённый неожиданной шалостью от Хан Джуо, которого считал неспособным на подобные выходки.

– Ладно уж.

Что тут скажешь?

Соха снова посмотрел на своё отражение в лифте. На щеке красовалась надпись, описывающая, по мнению Соха, поведение Хан Джуо.

[Милашка]

***

Чо Хачхоль посмотрел на хмурое небо. Тяжёлые тучи грозили вот-вот разразиться дождём. Забывшись, он рассеянно смотрел вверх, пока рядом кто-то не остановился.

Чо Хачхоль мельком взглянул на него и снова уставился в небо.

– Хочешь посмеяться – смейся.

Его настроение было таким же мрачным, как небо, отчего голос звучал подавленно. В тот день, когда эспер Кан Кёнхун унизил его, первым чувством была обида.

С тех пор как Пэк Соха перестал быть рядом, издевательства участились. И не только от Кан Кёнхуна – другие эсперы вели себя так же. Поэтому в последнее время Чо Хачхоль пребывал в глубокой депрессии.

Глядя на это, Мун Рой лишь горько усмехнулся.

По сравнению с унижениями, которые терпел Соха, то, что происходило с Чо Хачхолем, было лишь малой частью. Видя, как сильно он помрачнел по сравнению с прошлым, Мун Рой осознал, насколько же крепким духом обладал Соха.

Мун Рой не стал утешать погрузившегося в уныние Чо Хачхоля. Не было смысла утешать того, кто раньше игнорировал страдания Соха, не говоря уже о поддержке.

– Соха тоже не сразу научился это выдерживать.

Чо Хачхоль нахмурился от слов Мун Роя. Ему показалось, будто тот намекает, что раз Пэк Соха справился, то и он должен. Характер Чо Хачхоля, считавшего всё происходящее с ним несправедливым, не позволял положительно воспринять слова Мун Роя.

– Ты хочешь сказать, что я заслуживаю такого обращения?

– Если ты это так воспринимаешь, то мне нечего добавить.

После резкого ответа Чо Хачхоля Мун Рой замолчал. Вместо продолжения разговора он взглянул на небо. Он и так вышел посмотреть на небо, поэтому быстро переключил внимание.

– На душе будто кошки скребутся.

Дело было не в надвигающемся дожде. Сердце часто билось от тревоги – казалось, вот-вот что-то случится.

– М-м?

Среди расступившихся облаков показалась чёрная точка. Прежде чем удалось понять, что это, нечто стремительно приблизилось и врезалось в землю.

Бум!

Окрестные здания содрогнулись, и Мун Рой, пошатнувшись от сильного порыва ветра, прикрыл глаза рукой.

– Кх... спасите...

Рядом Чо Хачхоль, до этого стоявший в оцепенении, от порыва ветра упал назад и не мог подняться. Не только люди – всё вокруг пришло в хаос.

Однако Мун Рой не мог прийти в себя от шока, увидев возникшие прямо перед ним врата.

– Какие огромные врата...

Просто гигантские. Больше любых виденных ранее. Хотя класс врат ещё не определили, он был уверен – они будут непростыми.

Пока Мун Рой смотрел на врата, все ещё лежащий на земле Чо Хачхоль испуганно вскрикнул.

– Ч-что это?

Мун Рой обернулся на его голос, прорвавшийся сквозь шум. Чо Хачхоль с глупым выражением лица указывал на небо. Мун Рой последовал за его взглядом и застыл с открытым ртом.

В небе парили врата. Некоторые, как и первые, стремительно падали на землю.

Двое врат столкнулись, и одни поглотили другие.

– Что, чёрт возьми, происходит?

Врата, обычно появлявшиеся по одному, теперь возникали повсюду одновременно. Навскидку их было не меньше десятка.

Дурное предчувствие воплотилось прямо на глазах.

***

Соха возвращался после того, как нашёл сбежавшего Хан Джуо и отвесил ему подзатыльник. К слову, Хан Джуо так хорошо спрятался, что, когда Соха наконец схватил его за шиворот, подошло время стабилизации. Злясь на него за то, что не сказал про каракули на лице, Соха провёл стабилизацию, не выпуская из хватки его воротник.

Энергия всё-таки передалась, хоть и через прикосновение к коже кулаком. Пусть эффект и не усилился, но свою работу Соха выполнил, после чего притащил Хан Джуо обратно и впихнул ему в рот булочку.

– Как бы там ни было, а есть надо.

– Мне нужно подумать.

Хан Джуо откусил булочку и на удивление складно проговорил с набитым ртом.

– Сначала прожуй.

Следуя указаниям Соха, Хан Джуо закрыл рот и принялся жевать.

– Сколько бы дел ни было, как бы ты ни был занят размышлениями, пропускать еду нельзя. Следить за здоровьем просто, разве нет? Вовремя спать, вовремя есть, вовремя отдыхать...

Соха замолчал, услышав отовсюду сигналы экстренного оповещения, и огляделся. Все смотрели на свои телефоны или часы. Последовав их примеру, он увидел на экране часов сообщение о чрезвычайной ситуации. Хан Джуо тоже напрягся и встал.

Когда он побежал в сторону ситуационного центра, Соха поспешил за ним, но остановился, что-то заметив. Он обернулся, почувствовав тень над головой.

– Что это ещё такое?

В небе парили врата. Хотя они могли появиться где и когда угодно, эти были крупнее всех виденных ранее. Тёмный зев, способный поглотить весь город разом, навис прямо над Соха.

Казалось, из этой тьмы вот-вот выпрыгнет монстр. От мысли о чудовище с острыми когтями волосы на затылке встали дыбом. Зная, что это галлюцинация, он всё равно не мог закрыть глаза и стряхнуть наваждение.

Когда Соха уже думал, что его сейчас сожрёт воображаемый монстр, что-то глаза ему всё же закрыло. Чудовище с разверзнутой пастью исчезло. Знакомое тепло и запах тела успокоили натянутое как струна тело, сбрасывая напряжение. Не пытаясь вырваться, он замер, и голос Хан Джуо коснулся его уха:

– Думал, ты идёшь за мной.

Руки тёплые, а слова упрекающие. Неудивительно, что всё время было тепло.

– Я хотел пойти за тобой, но заметил врата.

А потом, глядя на эти врата, его охватил ужас.

– Не смотри.

Хан Джуо развернул Соха и прижал к себе. Подчинившись его движению, Соха выдохнул и полностью расслабился.

Он насмотрелся на врата до тошноты. Они даже в его доме появлялись. Казалось бы, нечему удивляться, но только что ему показалось, будто его душу вот-вот поглотят.

– Это ведь не обычные врата? – пробормотал Соха, прижатый губами к груди Хан Джуо. Он не был уверен, что тот его понял, но Хан Джуо крепче обнял его другой рукой.

– S-Класс.

Видимо, Хан Джуо прикидывал класс врат. Хотя точнее можно будет сказать после измерения, но вряд ли он ошибался.

«Врата S-Класса, давно не виделись.»

Успокоившись, он мог смотреть на врата, сохраняя рассудок. Когда-то он рвался во все врата подряд в поисках эспера с высоким процентом совместимости, но во врата S-Класса – никогда. Они были слишком опасны для него.

«Кого пошлют в эти врата?»

Как только исчез один вопрос, появился другой. У врат есть минимальные требования к классу входящих эсперов.

Сколько эсперов S-Класса сейчас в стране, и сколько смогут прибыть, если их направят сюда...

«Тревожно.»

Он переживал о классе Хан Джуо.

А ещё – о своём проценте совместимости.

Директор Ким Миён созвала всех причастных в гильдии.

В конференц-зале на подземном этаже Соха сидел в самом дальнем углу и наблюдал, как постепенно заполняются стулья перед ним. Раньше он не замечал, сколько здесь людей, потому что все обычно были разбросаны по разным местам.

Было даже не скучно смотреть, как один за другим появлялись люди с напряженными лицами.

– Что ты так смотришь? – спросил Хан Джуо, заметив его взгляд.

– Да просто так. Собираю мысли в кучу, наблюдая за всем этим.

Когда Соха добавил, что это как смотреть на ночной пейзаж, Хан Джуо больше ничего не сказал. Соха снова погрузился в размышления, опершись лицом на руки, положенные на спинку переднего кресла.

Внезапно появившиеся врата предположительно относятся к S-Классу, но в гильдии White только один эспер S-Класса – Хан Джуо. Хотя врата появились поблизости, это не означает, что гильдия White обязана туда войти, но при формировании команды наверняка упомянут Хан Джуо.

«Процент совместимости всё ещё не высок.»

Хотя стабилизация проводится постоянно, Соха так и не нашёл способа значительно повысить процент совместимости. Если Хан Джуо применит свои способности в подземелье, он не сможет угнаться за этой разницей.

«Лучше всего будет не входить.»

Хотя в гильдии White только один эспер S-Класса, в других центрах и гильдиях тоже есть эсперы S-Класса. К тому же, можно вызвать кого-то из-за границы, поэтому Соха решил по возможности не входить в эти врата.

Поскольку они вряд ли станут настойчиво давить на Хан Джуо, который недавно вернулся из врат, Соха решил молча наблюдать за этим экстренным совещанием.

– Джуо.

Джуо обернулся, нахмурившись. Теперь понятно – ему не нравилось такое фамильярное обращение. Вот почему он странно себя вёл в прошлый раз.

– Давай не будем высовываться.

Соха отодвинулся назад, предупредив Хан Джуо не отсвечивать. Возможно, из-за того, что свет не достигал его места, тело Соха скрылось в тени.

Освещение в зале приглуши, а у трибуны – усилили. Судя по всему, все собрались. Вскоре раздался стук каблуков, и появилась директор Ким Миён. Поднявшись на трибуну, она окинула взглядом присутствующих.

– Впервые со дня основания гильдии мы собрались вот так.

После этого лёгкого приветствия раздались и стихли несколько смешков. Видимо, напряжение из-за врат было не так легко развеять.

Уловив настроение, директор Ким тоже посерьёзнела. По её сигналу секретарь включил проектор, и на экране появилась фотография. Это были те самые врата, которые видело большинство присутствующих. Директор Ким указала на них лазерной указкой.

– По данным Центра Контроля Врат, предполагаемый класс – S. Это тридцать вторые врата такого класса в Корее.

– У меня вопрос.

Кто-то, сидящий в первом ряду, поднял руку, и директор Ким кивнула.

– Насколько я знаю, до сих пор в нашей стране появилось тридцать врат S-Класса. Разве эти не должны быть тридцать первыми?

Он намекал на возможную ошибку в спешно подготовленных материалах, но директор Ким похвалила его за наблюдательность.

– Отличный вопрос. Верно, по логике они должны быть тридцать первыми.

Поняв из этих слов, что ошибки не было, Соха снова подался вперёд. Неужели директор Ким имеет в виду то, о чём он подумал...

– Эти врата появились в 13:25. И ровно три минуты назад обнаруженные врата в районе Сонсу также опознали как врата S-Класса.

Директор Ким переключила слайд, показав врата, появившиеся в другом районе. В конференц-зале воцарилась тишина. Несмотря на большое количество людей, все были слишком шокированы, чтобы проронить хоть слово. Соха не был исключением.

«Быть не может. Ещё одни врата S-Класса.»

Они и с одними вратами не знали, что делать, а тут появились ещё одни. И...

Глаза Соха изучали фотографию. Место появления врат казалось знакомым, но было заметно что-то ещё, что-то неправильное.

– Это грозовые тучи в небе?

На вопрос кого-то, тоже разглядывавшего фотографию, директор Ким посмотрела на секретаря. Тот увеличил изображение, и, хотя качество ухудшилось, стало ясно, что то, что казалось грозовыми тучами, тоже было вратами.

– Хотите сказать, там ещё одни врата? – измученно прошептал Соха.

Он не мог понять, что происходит. Как ни не хотелось признавать, несколько врат одновременно появлялись в разных местах.

Уже сам класс был проблемой, а тут ещё и увеличилось количество – сплошная нервотрёпка. Казалось, что предупреждающие сообщения о стихийном бедствии снова звенят в его голове.

– Успокойся.

Джуо положил руку на плечо Соха. Хотя исходящее от прикосновения тепло и было приятном, у Соха не выходило расслабиться.

– Как тут успокоишься, глядя на это? Врата внезапно появляются как грибы после дождя.

– И раньше такое случалось.

– И когда это...

Соха, недовольный спокойной реакцией Хан Джуо, вдруг понял смысл его слов.

– Волна врат?

Его голос дрогнул.

В прошлом, когда не было достаточно данных, считалось, что врата появляются без предупреждения. Но постепенно стали замечать закономерности. Во-первых, с высокой вероятностью они появлялись в городских районах. Кроме того, в одном городе они возникали с интервалом от трёх до пяти дней.

После появления врат требовалось от половины до целого дня, чтобы определить их класс и сформировать команду. Так люди жили, приспосабливаясь к существованию врат, пока однажды...

На спокойном побережье произошло сильное цунами. Волны обрушились на сушу, безжалостно сметая всё на своём пути, но ещё более шокирующими были врата, оставшиеся после отступления воды.

Более десяти врат. Ещё до того, как успели определить их класс, произошёл прорыв, и оттуда вырвались монстры, вызвав новую катастрофу.

Тогда и появился термин «волна врат».

– Ты хочешь сказать, сейчас происходит то же самое? Но мы же далеко от побережья.

– Место не имеет значения. Важно то, что врата могут появляться сразу по несколько штук.

Хан Джуо быстро принял ситуацию как данность. Честно говоря, Соха тоже не то, чтобы не верил – просто не хотел признавать. Было страшно даже думать о том, что случится, если они не смогут зачистить все эти врата.

Тем временем директор Ким выслушала что-то на ухо от подошедшего секретаря и решительно объявила:

– С текущего момента в стране объявляется чрезвычайное положение. При чрезвычайном положении временно снимаются ограничения на вход эсперов во врата.

Это означало, что теперь можно входить во врата сколько угодно раз в месяц, и способности Хан Джуо могут быть использованы до своего предела.

– Значит, этого не получится избежать.

Соха тяжело вздохнул.

***

Сразу после совещания Соха позвонил Мун Рою.

– [Алло.]

Услышав усталый голос Мун Роя, Соха сразу перешёл к делу.

– Это правда, что перед центром появились врата?

– [Значит, и до вас дошли новости. Да, здесь появились врата S-Класса. Упали прямо с неба и чуть всё не разрушили, я сам чуть не попал под удар.]

– Слышал, они не одни?

– [Ты даже не спросишь, как я?]

– А с кем я сейчас разговариваю, по-твоему?

Говоря это, Соха всё же переключил звонок на видеосвязь.

– [Смотри, меня тут поцарапало.]

Мун Рой показал на свою щёку, но из-за плохого качества изображения разглядеть ничего не получалось. Видя, что Соха просто молча смотрит, Рой раздражённо сменил тему.

– [Здесь появилось тринадцать врат. Что за чертовщина творится? Ты только недавно выписался из больницы, а теперь снова грозишь оказаться во вратах. Что делать, Соха? Не выйдет как-нибудь отмазаться?]

Было приятно, что даже в такой ситуации Мун Рой беспокоится о нём, но это чувство быстро прошло.

– Не получится.

– [А?]

– Здесь тоже появились врата.

Узнав от Мун Роя о количестве врат, Соха рассказал ему о вратах, появившихся у них.

***

– Я позвала вас двоих отдельно, потому что мне нужно кое-что сказать.

С момента вызова директором Ким лицо Соха оставалось напряженным. Он предполагал, о чём пойдёт речь, и ему не хотелось этого слышать. Директор Ким перевела взгляд с Хан Джуо на Соха.

– Не нужно так напрягаться.

– В нынешней ситуации странно было бы не напрягаться, – ответил Соха подавленным тоном и подтолкнул Джуо сесть глубже в диван. Затем сел сам, словно заслоняя его, отчего выражение лица директора Ким как-то странно исказилось. Похоже, она поняла, почему Соха так себя ведёт, хотя это и никак не могло по-настоящему спрятать Хан Джуо.

– Правительство уже связалось с нами. Они хотят задействовать эспера Хан Джуо.

Как и ожидалось, Центр контроля врат запросил Хан Джуо. Сейчас, во время чрезвычайного положения, личные обстоятельства вроде недавнего возвращения из врат могли не иметь значения.

– И они хотят, чтобы он работал с другим проводником.

Вот почему директор Ким разговаривала с Соха, а не с Хан Джуо. Государство не оставит в покое такой ценный ресурс, как Хан Джуо. Однако они не могли просто приказать ему войти во врата; было одно препятствие.

Проводник с процентом совместимости 3%, что легко выяснялось при минимальном расследовании.

– Другого проводника?

– Если точнее, они хотят расторгнуть ваш контракт.

Государство передало своё желание отстранить Пэк Соха от Хан Джуо.

Директор Ким Миён не стала ходить вокруг да около или брать чувства Соха в расчёт. Такое решение могло показаться жестоким, но сейчас было не до сентиментов.

– А если я откажусь?

Ответ пришёл от Хан Джуо.

– Это не то решение, которое ты можешь принять по своему желанию. Ты же сам знаешь. Сейчас мы должны в первую очередь следовать указаниям свыше.

– То есть мне надо просто согласиться и покорно стоять в стороне, когда моего проводника произвольно отстраняют и подсовывают нового?

– От этого... никуда не денешься. Они хотят приставить другого проводника с высоким процентом совместимости, потому что реалии проводника Пэк вызывают у них закономерное беспокойство. Более глубокого смысла в этом нет, так что не ищите подоплёки.

Они говорили, что у них на всё есть причины, но и директору Ким Миён на душе было неспокойно. Она знала, зачем Хан Джуо привёл Соха, но не могла открыто высказать свои тяготы верхам.

– Всё равно ведь мы не можем раскрыть правду. Да и сам проводник Пэк на этом настаивает...

Ещё и повышение процента совместимости держали в секрете, так что отговариваться совсем было не чем. Соха промолчал насчёт этого.

– Так что давай хоть в этот раз пойдёшь с другим проводником.

– Не хочу.

Хан Джуо отрезал, будто это даже не стоило рассмотрения.

– Не говори просто безрассудно «не хочу», а уступи хоть раз. Как я и сказала ранее, от этого никуда не денешься.

– От чего никуда не денешься?

– Врат, которые надо зачистить, не одни и не двое. Как думаешь, будут в такой ситуации считаться с нашими обстоятельствами?

– Тогда я вообще выйду из дела.

– Хан Джуо!

Напряжение между ними было ощутимым, каждый тянул на себя и не уступал. Директор Ким Миён от душившего бессилия прокричала имя Хан Джуо и тяжело задышала.

– Я что, делаю так, потому что мне так просто приспичило? В такие моменты надо иногда уступать, чтобы потом мы могли высказывать наше мнение.

– И меня должно волновать это «потом» почему?

– Тогда что? Надо безоговорочно упираться? Лечь и сказать, что не можешь?

– Так и сделаю.

– Эй, у нас сейчас ЧП. ЧП, я тебе говорю!

Директор Ким Миён упёрла руки в бока и повысила голос. И когда такое время, а он не слушается. Будто с ним отдельно мороки нет, но и Хан Джуо просто так не сдавался.

– Тогда мне тем более нужен проводник Пэк. Забыла? По какой причине я его выбрал?

– Эй... Зачем ты сейчас об этом...

– Если мы войдём во врата, а стабилизация не удастся?

– ...

Директор Ким Миён начала сдавать позиции. Хотя сказать было много чего, но когда упомянули то, что можно назвать самым большим изъяном Хан Джуо, ей нечего было возразить.

Хоть одна сторона и получила перевес, но настрой оставался патовый. Соха, который до этого отодвинулся назад и просто наблюдал, потихоньку подался вперёд.

– Кхм.

Ему было удобно сидеть на диване, но он неохотно выпрямился и перевёл взгляд с одного на другого.

– Раз внезапно заговорили о национальном чрезвычайном положении, то дело показалось мне серьёзным...

В жизни Соха появление врат не было чем-то особенным, а обыденным происшествием. Просто дверь, столь же естественно возникшая, как пробка на дороге. Однако он был вынужден признать, что, в этот раз, множественные врата его всё же удивили: словно пробка образовалась не по глупости какого-то водилы, а потому что перекрёсток буквально провалился под землю. Нельзя было не насторожиться, когда тебе сообщают, что ни с того ни с сего возникло несколько десятков врат, да ещё и высокого класса.

– Но смотрю я, как вы двое ссоритесь прямо как дети, и что-то даже уже этого не чувствую.

– Дети?

Одна бровь Хан Джуо приподнялась.

– Вы сказали «дети»?

Голос директора Ким Миён взлетел до пронзительных ноток.

– Да. Вы же оба ноете, чтобы было по вашему.

Соха легко проигнорировал их недовольство. Ведь, честно говоря, после такой ссоры делать вид, что ничего не было, ещё смешнее, разве нет?

– Я выступлю посредником и всё по порядку разберу. Во-первых, Хан Джуо.

Соха вытянул руку в сторону Хан Джуо.

– Парень с самого начала упрямый как осел, а сейчас если и изменился, то только ещё больше заупрямился. И мировоззрение типа как у лягушки в колодце тоже присутствует.

Чем циничнее продолжал Соха, тем хуже становилось выражение лица Хан Джуо. Он откровенно демонстрировал своё недовольство, но какая разница?

– Но, если хорошенько подумать, он ведь не ошибается. Определенно ведь придётся входить во врата высокого класса, а значит, само собой ясно, что придётся тратить энергии больше необходимого. И вам должно быть известно, насколько для Хан Джуо важно моё присутствие. Если честно, хоть он и долго объяснял, но всё просто.

Когда директор Ким Миён взглядом спросила, что он хочет этим сказать, Соха пожал плечами.

– Дайте ему в дополнение ещё и меня к имеющемуся проводнику. Один плюс один. Тогда не придётся расторгать контракт, и правительство легко согласится.

Чётко подытожив, Соха заметил, что выражение лица Хан Джуо уже разгладилось. А директор Ким Миён снова от душившего бессилия постучала себя по груди.

– Думаете, кто-то не додумался до этого способа? Но разве Хан Джуо безропотно примет другого проводника? К тому же сейчас ситуация...

– Так не надо сразу входить.

– ...

Директор Ким Миён нахмурилась. Почему её грызло такое ощутимое дежавю...

– Сегодня второй раз за день повторяю. Хоть я уже говорил утром, но хочу сказать только одно. Дайте время. Если процент совместимости повысится, то не придётся брать другого проводника, а если нет, то я сам уговорю Джуо.

Соха взглядом спросил Хан Джуо, устраивает ли его такое. Хан Джуо кивнул. Он не собирался брать другого проводника, а хотел как-нибудь повысить процент совместимости, загвоздка была не в нём. Она была в директоре Ким Миён.

– Это решается не по моему желанию.

– Ну тогда надо выяснить.

Соха указал на телефон директора Ким Миён, который звонил с давешних пор.

– Способ быть должен.

Директор Ким Миён не знала, с какой уверенностью Соха так говорит, но всё же взяла трубку.

– Директор Ким Миён, гильдия White, слушаю.

Продолжая разговор по телефону, директор Ким Миён мельком взглянула на Соха и поднялась со своего места. Когда она вышла из кабинета, и их осталось двое, Хан Джуо развернул Соха за плечо к себе.

– О чём ты думаешь?

– Я думаю, что мы можем потянуть время.

– Откуда такая уверенность?

Соха прямо перед глазами Хан Джуо растопырил три пальца.

– Как я услышал от Роя, врат появилось тринадцать штук. Считаем ещё одно здесь, получаем четырнадцать врат в целом. Их не зачистят в один присест.

Соха загнул один палец.

– Есть три эспера S-Класса, приписанных к Центру. Их отправят в первую очередь, вне вопросов. А если ещё подтянуть эсперов S-Класса из других гильдий, то можно будет скорректировать нашу очередь.

Он загнул ещё один. Осталась только последняя причина.

– Врата, которые мы видели? Я подумал и вспомнил, что раньше слышал о таких вратах.

Пока Хан Джуо и Ким Миён ссорились, Соха не только наблюдал за ними, но и продолжал размышлять и до чего-то додумался. От этих многозначительных слов Соха глаза Хан Джуо блеснули. Он тоже понял, о чем подумал Соха. Раньше уже были врата, которые завораживали людей.

– Теперь доверься мне.

Соха с уверенностью, что сможет потянуть время, стал ждать.

Вскоре директор Ким Миён вернулась с чем-то в руках.

– Измерили класс врат, в которые войдёте вы двое. Как видите, S-Класс.

Поскольку они уже так и предполагали, то названному классу не удивились. Но входить в такое опасное место... Соха невольно напрягся.

– А портал во врата откроется через три месяца от сегодняшнего дня.

От объяснений Ким Миён взгляд Хан Джуо обратился к Соха. Соха молча показал знак победы.

– Я постараюсь потянуть время, но взамен вы обязаны зачистить эти врата.

Ким Миён принесла вариант, который мог быть наиболее предпочтительным для всех.

***

Выйдя из кабинета директора, Соха потянулся, разминая затёкшие плечи. Снаружи из-за появления врат должна была твориться всякая суматоха, но лицо у Соха было максимально расслабленным. Не потому, что напряжение спало; просто сегодня он эмоционально вымотался.

– Раньше думал, что когда-нибудь да войду, но всё равно не ожидал, что мне придётся испытать врата S-Класса.

Шаги шедшего рядом Хан Джуо замедлились.

– Ведь будет жутко опасно. Если толком не собраться, то и косточек не соберёшь.

От тихих слов Соха шаги Хан Джуо совсем остановились. Из-за этого Соха, который шёл впереди, запоздало заметил, что Хан Джуо пропал, и обернулся.

– Ты чего там стоишь?

– ... Я не собирался тебя подвергать опасности.

– А? А-а. Да я так и не думал.

Он просто имел в виду, что раз место опасное, то нельзя терять бдительность, но Хан Джуо, судя по всему, воспринял его комментарий иначе.

– До сих пор я входил во врата S-Класса в общей сложности 21 раз.

Хоть это и не дотягивало до количества врат S-Класса, появившихся в Корее, но видимо, он достаточно много повидал, разъезжая по заграницам.

– Я ни за что не подвергну тебя опасности.

– А, да. Понял я.

– Я не допущу, чтобы ты оказался в опасности.

– ... Да понял я.

Соха поднял руку, говоря, что уже можно перестать, но Хан Джуо придвинулся ещё ближе.

– Я обязательно защищу только тебя одного.

– Слушай, ты же, типа, четыре раза повторил одно и то же, только чуть-чуть меняя? По-моему, уже хватит.

– Что бы ни случилось...

– Ох, ну серьёзно. Вот же человек. Я вообще-то тоже проводник, знаешь ли?

Соха с раздражённым видом посмотрел снизу вверх на Хан Джуо. Чего это он одно и то же говорит, и снова говорит, и опять говорит? Попугай, что ли?

...Заставляет сердце трепетать.

– Ты сказал, что защитишь меня. Считай меня своими пальцами и защищай так, чтобы ни один не отлетел.

Чтобы не дать Хан Джуо шанса снова заговорить, Соха быстро выпалил это и широким шагом пошёл вперёд.

Раз появился партнёр, то даже врата S-Класса уже не кажутся такими страшными. У него точно помутилось в голове.

– Ты же знаешь, что я исполнил твоё желание?

Эти слова прозвучали настолько неожиданно, что Хан Джуо невольно покосился на него.

– Ты же так сильно хотел войти со мной во врата. За такое я великодушно списываю десять желаний.

Хотя взгляд Хан Джуо говорил «что за чушь ты несёшь», Соха бесстыдно выпятил живот. Честно говоря, хоть Хан Джуо периодически и изъявлял желания тут да там, но Соха как-то забыл об их договорённости, поэтому их осталось ещё 98.

Ему хотелось поскорее уменьшить это число, и тут как раз подвернулся подходящий повод.

– Ты же сказал мне самому вычитывать. Так что я так и сделаю, и ты не будешь против, верно?

Соха намеренно подначивал Хан Джуо. Так тот точно разозлится и скажет делать что вздумается.

– Ага.

– Ага?

Пока Соха пытался понять, что именно значил этот ответ, Хан Джуо недовольно посмотрел на него сверху вниз.

– Ну и жулик же ты.

– ...Ты сейчас назвал меня жуликом?

Да ну, быть не может, ему точно послышалось. Соха со смехом отмахнулся, но Хан Джуо не стал отрицать.

– Если собираешься так вычитать, то я сам буду считать.

– Стой. Стой, дай мне хотя бы объясниться.

Соха торопливо вытянул обе руки, преграждая путь Хан Джуо, опасаясь, что тот со своими жёсткими стандартами начнёт считать желания по-своему.

– Просто в этот раз мне показалось, что ты меня так сильно хочешь, желаешь взять с собой...

– И ты этим воспользовался?

– Нет же. Я не пользовался, я просто прочёл твои чувства и применил...

Голос Соха постепенно затих. Честно говоря, он и правда повёл себя как подлец. Совесть начала покалывать, и он не смог напирать дальше. Воспользовавшись его замешательством, Джуо решительно припёр его к стенке:

– Я загадаю другое желание.

– Я не джинн, так что загадывай в пределах моих возможностей. Сделать тебя богачом или что-то в этом роде у меня не получится.

Хан Джуо фыркнул.

«Он что, посмеялся надо мной?»

– У тебя что, много денег? – вспылив, Соха бросил на Хан Джуо вызывающий взгляд. Но увидев насмешливое выражение в ответном взгляде, он потрясённо застыл. – Неужели...

– Тот дом, который ты приводил в пример.

Он говорил о служебном жилье.

– Могу купить такой от скуки и выбросить.

У Соха отвисла челюсть. Однако ещё до того, как он успел восхититься финансовым положением Хан Джуо, в голову пришла мысль, что он его невыносимо бесит.

– Вау. Везёт же некоторым.

Вести диалог с человеком, у которого есть всё – внешность, способности и в довершение всего деньги, – выжимало все соки. Соха устало отвернулся от Хан Джуо. День и так казался бесконечным, а Хан Джуо забрал последние остатки сил, так что хотелось просто пойти домой и отдохнуть.

С такими мыслями он вяло направился к выходу из гильдии, но остановился, увидев врата прямо перед собой и людей, снующих туда-сюда. Время, проведённое в шутливой болтовне, словно растворилось. Глядя на врата, которые он намеренно старался не замечать, Соха почувствовал, как трясина реальности затягивает его ноги.

Три месяца отсрочки.

За это время он должен как-то повысить процент совместимости с Хан Джуо и войти туда. Радость от того, что энергия просто увеличилась, мгновенно испарилась. Внутренний голос твердил, что теперь нужно подходить к делу серьёзно.

– Насколько выйдет поднять?

Он задумался, какую вообще должен ставить цель.

***

– Одно желание.

Эти слова Хан Джуо произнёс, как только они пришли домой. Соха застыл с открытой дверью холодильника, и Хан Джуо медленно подошёл к нему. Он заглянул в холодильник, который открыл Соха, и покачал головой.

– Другое меню.

– Я собирался сегодня пожарить мясо, тебе не хочется?

Хоть он и назвал отличавшееся от вчера блюдо, но, по сути, наложил бы то же самое, поэтому Хан Джуо решительно закрыл дверь холодильника, выражая категорический отказ.

– Эй! Тогда что ты хочешь есть? – резко спросил Соха. Он-то собирался наложить побольше мяса с соевой пастой на листья салата. Он даже хотел добавить огурцов, но Хан Джуо это не понравилось.

– Всё что угодно, кроме говядины, соевой пасты, кимчи, риса и салата.

– Говорил, что не привередлив в еде, а сам врун.

Соха ворчливо прошёл на кухню. Он помыл руки и стал размышлять, что приготовить, и его движения были довольно резкими.

– Разве это не считается за два желания? Или одно желание за одно блюдо.

Соха искоса глянул на Хан Джуо, пытаясь выторговать списание нескольких желаний, но тот был не из тех, кто так легко поддаётся.

– Позови, когда будет готово.

Увидев, как Хан Джуо уселся на диван в гостиной, Соха скорчил гримасу, словно не мог поверить в то, что видел.

***

– Иди сюда, садись.

Соха приготовил карри. Поскольку запах уже всё сказал, он не стал давать Хан Джуо никаких объяснений. Соха со стуком положил ложку перед Хан Джуо, который неторопливо подошёл и сел за стол.

– Рис и кимчи я всё-таки поставил, без них никак. Если так недоволен, можешь не есть.

Заявив, что он и так сделал достаточно, просто отказавшись от мяса, Соха взял свою ложку и сел на место. За это время Хан Джуо осмотрел стол.

За короткое время на столе появилось немало блюд: рис, карри, кимчи, омлет с икрой минтая, мягкий тофу и суп с ростками бобов и кимчи.

– Я не люблю острое карри, – сказал Соха, первым начиная перемешивать рис с карри. У каждого свой вкус, поэтому у Хан Джуо могли быть свои предпочтения, но выбирает тот, кто готовит.

Хан Джуо последовал примеру Соха и зачерпнул большую ложку риса с карри. Карри получилось нежным, и картошка приятно таяла во рту. Суп с ростками бобов и кимчи оставлял приятное послевкусие.

Мягкий тофу с приправой, которую Соха приготовил сам, совсем не казался пресным, а омлет с икрой минтая радовал интересной текстурой.

Поскольку всё было по вкусу, выражение лица Хан Джуо постепенно смягчилось.

– Я знал, что тебе понравится.

Соха довольно улыбнулся, глядя, как послушно ест Хан Джуо. Если бы знал, что ему так понравится, приготовил бы раньше.

– ...Я же тебе не личный повар, чего я так радуюсь?

Даже самому стало смешно от мысли, что он радуется тому, что Хан Джуо понравилась еда.

– Разве плохо, если я ем с удовольствием?

Соха покачал головой в ответ на слова Хан Джуо, который набирал круглую ложку риса.

– Давай есть.

Если не собираешься высказывать все свои мысли, лучше вообще промолчать, – решил он. К счастью, Хан Джуо больше не спрашивал и продолжал усердно орудовать ложкой и палочками.

Стараясь не мешать ему есть, Соха зажал палочки во рту и пробормотал:

– Насчёт этих желаний...

Хан Джуо только поднял глаза.

– Мне будет сложно запомнить каждое из них.

Соха указал палочками на холодильник вместо пальца. Хан Джуо повернул голову в указанном направлении. Заметив незнакомую бумажку на холодильнике, уставился на неё, и тут Соха как бы невзначай вставил:

– Я тут оформил кое-что, как тебе?

– Гроздь винограда?

В ответ на вопрос Хан Джуо Соха отложил палочки, подошёл к холодильнику и указал на свою бумажную виноградную гроздь... то есть, гроздь желаний.

– Знаешь, такие были в каждом доме лет двадцать назад?

Хотя по лицу Хан Джуо было видно, что он слышит об этом впервые, Соха упрямо продолжил:

– Каждый раз, когда исполняешь желание, закрашиваешь одну виноградинку. Как тебе?

Он уже закрасил ручкой три штуки. Поглядывая на реакцию Хан Джуо, он сказал: «Вот так закрашиваешь», и попытался незаметно закрасить ещё одну.

– Стоп.

Соха замер на полпути, пожал плечами и выдал какую-то ерунду вроде: «Уот? Вай стоп...» [1]

– Разве не надо закрашивать только когда желание исполняешь?

Хан Джуо пресёк попытку Соха схитрить на корню.

– Вот же жадина. Короче, когда закрасим всю гроздь, всё закончится, лады?

Соха сел обратно за стол и покосился на Хан Джуо.

– Строишь из себя великодушного, а сам такой мелочный. Зануда.

Хан Джуо сделал вид, что ничего не услышал, и молча продолжил есть. Еда на его тарелке исправно убывала.

Соха тоже вернулся к прерванной трапезе, время от времени поглядывая на виноградную гроздь. Он сделал её не только потому, что было трудно запомнить все желания.

«Время.»

Три месяца, что постоянно крутились у него в голове, примерно совпадали с количеством виноградинок в грозди. Он подумал, что было бы неплохо сделать наглядный календарь, вот и организовал заодно.

«В день, когда эта гроздь будет заполнена...»

Взгляд Соха потускнел, но быстро вернулся к норме.

– Когда гроздь будет заполнена, исполнишь уже моё желание?

Вместо этого он пошутил, обращаясь к Хан Джуо. Даже увидев, как тот скривил губы, Соха продолжал невинно хлопать глазами.

– Я исполняю целых сто желаний, а ты не можешь одно? Честно говоря, услышав такое, любой хотя бы для виду согласился бы. Даже в китайском ресторане, откуда эти бумажные виноградные грозди пошли, дают свинину в кисло-сладком соусе, если закрашиваешь такую...

Пока Соха говорил, игриво скалясь, Хан Джуо откровенно его игнорировал.

– Продолжай. Нарвёшься.

– ...

Соха, который пытался подловить Хан Джуо хотя бы на словесном заверении, заел неудачу ложкой риса, внутренне пыхтя от досады.

♡

[1] Хан Джуо нередко выдаёт понятные на многих языках английские фразы: «Stop», «Yeah» и прочие. Здесь он тоже сказал «stop», на что Соха инстинктивно выдал: «Wha? What’s the...». Я чуть-чуть изменила на «wha? why stop...» (что? почему стоп?).

Прошло десять дней с появления врат. За это время Соха следил за развитием событий по новостям. Он также получал информацию, разговаривая по телефону с Мун Роем.

– Значит, уже зачистили три.

Оставшихся врат было ещё много, так что это могло не показаться чем-то выдающимся, но все три были А-Класса.

– Уничтожают в порядке опасности, исключая S-Класс. Неплохо.

Врата низкого класса, которые останутся потом, можно будет поручить эсперам соответствующего класса, а эсперов высокого класса сосредоточить на S-Классе.

В текущей ситуации это можно было считать довольно хорошим планом, но расслабляться было рано.

– На зачистку всего уйдёт около трёх месяцев?

Ущерб не увеличится, только если остальные врата, не считая S-Класса, в которые войдут последними, будут зачищены без проблем.

– Вместо того чтобы так переживать, лучше повышу свой процент совместимости.

Ведь все эти неловкие действия с Хан Джуо совершались не ради возбуждения, а ради повышения процента совместимости. Случайный поцелуй как-то замяли, но последующие прикосновения друг к другу были немного смущающими и стыдными, однако он старательно не избегал их.

– Проблема в том, что иногда бывает тяжело.

Было бы хорошо, если бы он мог контролировать свои чувства по желанию, но иногда предохранитель болтался, готовый вот-вот перегореть.

– Нужно держать себя в руках.

Он попытался решительно распахнуть глаза, чтобы показать свою волю, но, будучи неумытым и растрёпанным после утреннего пробуждения, особого эффекта это не произвело. Соха поднял своё затёкшее тело, размышляя, какую стабилизацию попробовать с Хан Джуо сегодня.

– Который час?

Соха посмотрел на часы. 6:12 утра. Заходя к Хан Джуо на рассвете для стабилизации в последнее время, он узнал, что тот мало спит. Тренируется в компании, а потом ещё и дома занимается. С мыслями о нём, Соха потянулся, вытянув обе руки.

– Пора, пожалуй, идти стабилизировать?

***

Почистив только зубы, Соха стоял перед домом Хан Джуо в раздумьях. Вчера, когда он как обычно вводил код на замке, неожиданно распахнулась соседняя дверь, и из-за неё выглянула секретарь Пак Джухи. Пока Соха пытался оправиться от испуга, она посмотрела на него, затем на то, как он вводит пароль, а затем показала ему большой палец и снова закрыла дверь.

Взаимодействие оставило больше вопросов, чем ответов, а на подкорке сознания засело какое-то странное подозрение, и...

«А!»

И тут он вспомнил. Когда-то он ходил в гости к своему университетскому приятелю. Тот женился, и не успели они насладиться медовым месяцем, как родился ребёнок «по залёту», поэтому он был очень чувствителен к звукам.

На входной двери висела наклейка с просьбой стучать, а не звонить, и сам приятель ходил на цыпочках.

Он вспомнил слова приятеля о том, что нужно входить тихо, потому что ребёнок спит. Модели замков бывают разные, но если этот такой же, как у того приятеля из его воспоминаний...

– Решётка, потом 1234... и снова решётка?

Дверной замок бесшумно открылся.

– Получилось!

От радости Соха чуть было не вскрикнул, но с трудом подавил звук и открыл дверь. Заглянув внутрь, он увидел, что в доме было необычно тихо. Соха первым делом закрыл входную дверь.

– Хан Джуо?

Сняв тапочки и ступая по одному шагу, он заметил, что сам пришёл к нему, даже не переодевшись из пижамных штанов, и почесал голову. Похоже, в последнее время ему стало слишком комфортно с Хан Джуо. Как ни крути, но приходить к коллеге по работе в пижамных штанах – это перебор, да?

«Сейчас проведу стабилизацию и сразу переоденусь.»

Идти домой переодеваться и возвращаться было бы ещё хлопотнее. Раз уж вытащил меч, надо хотя бы взмахнуть им, решил Соха и решительно вошёл внутрь. Он открыл дверь комнаты, где Хан Джуо обычно тренировался, но его там не было.

– Уже закончил тренировку?

Он подумал, что тот пошёл мыться, и обернулся, но дверь в главную спальню была открыта.

– Или... спит?

Ему довелось увидеть бессознательного Хан Джуо, а вот засвидетельствовать нормально спящего Хан Джуо – нет. В подземельях тот обходился лишь коротким сном, поэтому всегда был собран.

– Просто закрыл глаза, а всё равно красивый.

Вот что его раздражало. Было бы здорово, если бы у него глаза были полуоткрыты, рот приоткрыт, и слюна текла. С таким настроем, предвкушая увидеть спящее лицо Хан Джуо, Соха, затаив дыхание, вошёл в спальню. Согнув колени, он на полусогнутых подкрался к кровати и увидел фигуру на ней.

Тот лежал на боку без одеяла, лица – не видно.

«Он что, наполовину утонул в кровати?»

Одно плечо должно быть вдавлено в матрас, так почему другое плечо так высоко поднято? Непонятно, но линия талии, уходящая вниз, была довольно изящной. Широкие плечи, узкая талия и...

Хан Джуо перевернулся на кровати в его сторону, и Соха округлил глаза. Он даже не успел никуда деться, чтобы Хан Джуо его не заметил.

Да и смог бы? Всё его внимание приковал ещё один выступающий контур Хан Джуо. Соха был им настолько шокирован, что просто не мог отвести взгляд. А ведь если бы поднял голову, то заметил бы, например, что Хан Джуо уже давно открыл глаза, или что смотрит на него так, будто решает, поиметь ли его прямо здесь и сейчас или нет.

«Не сказал бы, что у меня большая база для сравнения, но...»

Соха, в свою очередь, не видел все члены в мире, но мог поклясться, что у Хан Джуо он был больше любого другого. Утренний прилив энергии у этого тигра был настолько силён, что, казалось, вот-вот прорвёт ткань. Настолько чётко был очерчен объём, а масштаб – внушителен.

Цокнув языком, Соха слишком поздно понял, что издал звук, и закрыл себе рот. Обернувшись, чтобы проверить, не проснулся ли Хан Джуо, он встретился с ним взглядом.

– ...Когда ты проснулся?

– Когда ты пялился на мой член.

– Эм... я не специально смотрел.

Зачем он пришёл посмотреть на спящего Хан Джуо, если ничего не получил, а только добавил натянутости в их отношения?

– Тебе нечего сказать?

– Прости.

– ...

Соха слегка выпрямился и почесал шею. Пытаться придумать другие оправдания было бессмысленно, всё равно ложь раскроется, так что он решил не усугублять ситуацию.

– С утра пораньше полон сил.

На слова Хан Джуо, который вставал с кровати, Соха покачал головой.

– По-моему, это ты полон сил, а не я.

– ...

– Прости.

Язык мой – враг мой.

Соха решил больше ничего не говорить и поджал губы. Словно говоря: «Видишь? Я показываю своё намерение молчать», он дерзко вскинул подбородок. Хан Джуо посмотрел на него как на идиота и встал с кровати.

Взгляд Соха невольно скользнул к поясу Хан Джуо. Это был почти инстинктивный взгляд.

– Тебе не тяжело?

От удивления, как тот обычно это «хранит», он снова открыл рот.

– ...Интересно? Хочешь ходить за мной и поддерживать?

На язвительный ответ Хан Джуо Соха снова закрыл рот. На этот раз, чтобы показать, что он в самом деле будет молчать, он несколько раз моргнул, и Хан Джуо отвернулся.

Когда тот вошёл в ванную и послышался шум воды, Соха вздохнул.

– Я с ума сошёл.

Не стоило смотреть на спящего Хан Джуо.

– Больше никогда не буду входить без разрешения.

Соха с поникшими плечами развернулся на выход. Медленно выходя из спальни, он произнёс вслух то, что пришло ему в голову:

– Надеюсь, мне не придётся потом и до этого дотрагиваться?

В ушах эхом повторилось предложение Хан Джуо «поддержать» его, и он представил, как не только складывает руки чашечкой, но и проводит стабилизацию. Это означало бы, что его энергия будет течь через центр Хан Джуо...

Бах!

От громкого звука, будто кто-то выламывал дверь, Соха вздрогнул и быстро выскочил из комнаты.

***

Прошло... около тридцати минут? Появился Хан Джуо, мокрый с головы до пят.

– Ешь.

Соха поставил апельсиновый сок на стол и указал Хан Джуо присаживаться. Завтрак был как раз готов. Хан Джуо резко отодвинул стул, и плечи Соха дёрнулись. Чувствуя вину, он не мог не смотреть на него с опаской.

– Сегодня на завтрак тосты. Я подумал, что карри тебе не понравится...

При слове «карри» лицо Хан Джуо скривилось. За десять дней он так наелся карри, которое поначалу ел с удовольствием, что теперь ему было противно даже смотреть на него.

Поэтому кастрюлю с карри он убрал в холодильник, чтобы она не попадалась на глаза.

Соха поставил перед ним квадратную тарелку с поджаренным на сливочном масле хлебом, сосисками, беконом, яичницей-болтуньей и тремя видами спредов. Когда он сел на своё место, брови Хан Джуо изогнулись.

– Я сегодня пропущу завтрак.

Соха поднял стакан с апельсиновым соком и погладил себя по животу. Он объяснил это тем, что у него странным образом не было аппетита, и Хан Джуо больше не спрашивал.

– Прости за то, что было раньше.

Хан Джуо откусил тост, а Соха тихонько извинился. Затем он взял кусок хлеба, от которого Хан Джуо откусил кусочек, намазал джемом и сыром, положил сверху яичницу и вернул тому.

Хан Джуо пил сок, но не отвечал. Тем временем Соха порезал сосиски на удобные для еды кусочки одинакового размера. Так же он порезал бекон и, наколов один кусок на вилку, протянул Хан Джуо.

– Похоже, я слишком расслабился с тобой в последнее время. Поэтому так вышло, больше не буду.

В серьёзном голосе Соха звучала искренность. Он хотел показать, что не просто так говорит, а искренне раскаивается. Поняв, насколько бестактным может быть необдуманное действие по отношению к другому человеку, он сказал, что больше так не сделает.

– Если в следующий раз войдёшь...

Хан Джуо, который уже вернулся к своему обычному состоянию, поднял вилку с беконом.

– ...на своих ногах не выйдешь.

...Как это понимать?

– Четвёртые врата зачищены.

После возникновения Волны Врат, каждые врата нумеровались в порядке их появления для удобства обозначения. Как только Мун Рой последним вышел из врат, ожидавшие его люди опрыскали его дезинфицирующим спреем.

Теперь, пока врата полностью не закроются, внутрь будут заходить, чтобы забрать ценные или представляющие исследовательский интерес ресурсы.

– Хорошо поработал.

Мун Рой вытирал пот тыльной стороной ладони, когда к нему подошёл эспер и положил руку на плечо. Это был эспер, с которым он временно работал в паре в этих вратах.

– Ты тоже хорошо поработал, хён.

– Стабилизация в этот раз была отличной. Думаю, мы и в следующий раз хорошо сработаемся, подумай и свяжись со мной.

– Хорошо.

Как только Мун Рой кивнул, эспер, напевая, удалился. Улыбка исчезла с лица Мун Роя, провожавшего его взглядом.

– Какое ещё «в следующий раз».

Стресс от того, что приходилось отталкивать его, когда он лип, требуя быстрой стабилизации, было тяжело описать словами. Зная, что нежелательный для одной из сторон физический контакт может быть неприятен, тот, ссылаясь на чрезвычайную ситуацию, пытался получить разрешение Мун Роя и почти насильно требовал своего.

Неизвестно, что бы произошло, останься они в подземелье ещё на день. Настолько напряжёнными были эти врата, а эспер – настойчив.

– Устал.

Мун Рой сильно зажмурил уставшие глаза, затем открыл их и взял телефон. Набрал знакомый номер и позвонил. Пока он ждал ответа, приложив телефон к уху, мимо него прошло неизвестно сколько людей.

С момента объявления чрезвычайного положения в стране не было ни минуты покоя. Казалось, всё шло как обычно, как и вчера, но стало немного шумнее, и висело лёгкое напряжение.

Во многом это было связано с подготовкой к неизвестности, но значительную долю вносило и беспокойство, вызванное существованием чужеродных врат.

– [Благополучно вернулся, да?]

На внезапное приветствие Мун Рой улыбнулся и плюхнулся на обочину.

– [Нигде не ранен?]

– Если так волнуешься, разве не должен был встретить меня у врат?

– [Я верил в тебя.]

В такие моменты наглая натура изменившегося Соха поражала, её нельзя было назвать плохим дополнением. По крайней мере, это давало понять, что он благополучно выбрался из своей скорлупы.

– А у тебя как дела?

– [У меня? Хм-м...]

От такой реакции, словно у Соха перехватило горло, в глазах Мун Роя сгустились тени. Соха говорил, что ему тоже предстоит войти в одни врата. Проблема была в том, что это были врата S-Класса, соответствующие классу его эспера, и, если процент совместимости Соха не повысится, ничем хорошим это не закончится. Мун Рой беспокоился не столько о Хан Джуо, сколько о своём друге Пэк Соха. Он не хотел, чтобы жизнь его друга подвергалась опасности.

– [Растёт понемногу.]

– Да? Насколько вырос?

– [2%? 3%?]

Мун Рой опустил телефон и посмотрел на экран. Лица Пэк Соха там, конечно, не было видно, но он задумался, не стоит ли ему немедленно отправиться к нему.

– Ты справишься?

– [Времени пока хватает, так что постараюсь сделать всё возможное.]

Медлительная манера речи Соха создавала впечатление, что он не торопится, и это, наоборот, заставило Мун Роя забеспокоиться. Он боялся, что к моменту входа во врата так и не будет достигнуто значительного прогресса.

– Мне чем-нибудь помочь?

– [Запомни эти слова и помоги мне позже.]

Услышав смех Соха, Мун Рой с более спокойным выражением лица продолжил разговор. Мир вокруг был в критическом состоянии, но осознание того, что его близкие в безопасности, делало этот день значительно лучше.

***

– Вот же, закончил работу и сразу домой бы шёл. Тц.

Зная, что Мун Рой позвонил сразу после выхода из врат, Соха цокнул языком. Сам же был в опасном месте, так почему беспокоится о других?

– Обо мне уже можно не печься...

Пока он бормотал это с горькой усмешкой, он почувствовал на себе взгляд.

– А, прости.

Соха ответил на звонок во время стабилизации Хан Джуо, поэтому он отложил телефон и снова забрался на него.

– Но разве эта поза не невыгодна для тебя?

Хан Джуо сам предложил ему забраться наверх. Поэтому Соха, забравшись, всё время чувствовал себя виноватым.

– Я ведь не низкий, и вес у взрослого мужчины приличный.

– Не тяжело.

Хан Джуо покачал головой, и Соха, решив, что тот волен поступать как хочет, больше не спрашивал. Вместо этого он обнял Хан Джуо за шею, и их обнажённые груди соприкоснулись. Кожа, только что бывшая тёплой от контакта, успела остыть.

На этот раз стабилизация заключалась в том, чтобы прижаться грудью друг к другу и передавать энергию. Это тоже предложил Хан Джуо, но, по правде говоря, Соха и сам думал о том же.

Они пробовали разные способы стабилизации. Сейчас процент совместимости Соха составлял 10%. Всё ещё недостаточно, но он старался смотреть на это позитивно. Мало того, что процент вырос более чем в три раза, так ещё и Хан Джуо был довольно инициативен, что позволяло пробовать очень многое.

Но после держания за руки, объятий, поцелуев, засовывания рук под одежду друг друга и прикосновений к чувствительным местам, он не мог придумать, что делать дальше.

В итоге они решили посмотреть очень откровенный романтический фильм. Сцен, где герои доходили до конца, там не было, но, увидев, как они целуются, снимают друг с друга одежду и обнимаются, они и придумали этот способ.

Они обнимались раньше, но чтобы раздетыми? Попытаться стоило.

– Странное ощущение.

Хотя он и считал, что должен это вытерпеть, Соха честно признался в своих ощущениях, когда внутри живота закипело. С повышением уровня интимности становилось всё труднее делать вид, что ничего не происходит.

Какой смысл твердить себе «держись», когда вот так трёшься телами!

Он решил, что будет менее неловко, если не скрывать свои честные впечатление. Это было сказано скорее для того, чтобы избавиться от собственного смущения, а не из заботы о партнёре.

Соха убрал руки с шеи Хан Джуо и посмотрел ему в глаза.

– Ты уверен, что можно продолжать?

– Нельзя избегать этого из-за возбуждения.

Хан Джуо покачал головой, как бы говоря, что ему всё равно, но Соха колебался, в самом ли деле всё в порядке, а потом снова обнял его. В любом случае, до конца стабилизации оставалось недолго. Далеко не каждая стабилизация будет включать в себя разгорячённые тела, так что ему надо прекратить забивать себе голову.

Желая быстрее закончить, Соха снова прижался к Хан Джуо и крепко обнял его. Устранив малейший зазор, чтобы воздух не проходил, он почувствовал, что энергия передаётся лучше, чем при неловком касании ранее.

«Увеличилось.»

Количество переданной энергии уже превысило предыдущие сеансы стабилизации. Не чувствуя преграды, Соха крепко зажмурил глаза и выровнял дыхание. Ему стало интересно, насколько ещё она увеличится. Если сработает, то в следующий раз он просто укутается во что-нибудь тонкое по самое горло. Правда, загвоздка была в том, что при удачном результате могло потребоваться снять и штаны...

– Ух.

Осознав природу чего-то сильно возбудившегося, Соха резко открыл глаза. Сидя на Хан Джуо, он почувствовал, как под его ягодицами что-то твердеет.

От удивления он попытался поёрзать, но это не помогло бы избежать контакта, если не слезть с Хан Джуо. Он двигался, пытаясь избежать соприкосновения, но выглядело всё так, будто он намеренно о него трётся.

– Я не специально...

Пока Соха бормотал оправдания, его внезапно перевернули. В мгновение ока оказавшись лежащим на спине и смотрящим в потолок, Соха посмотрел на нависшего над ним Хан Джуо.

– Стабилизация почти закончилась.

– Ещё нет.

Хан Джуо провёл указательным пальцем по губам Соха. От щекотки Соха сжался. Неужели он планировал отомстить за то, что Соха его щекотал?

– Попробуй ещё немного.

Что бы ни пришло ему в голову, Хан Джуо облизнул губы, а Соха чувствовал себя настолько не в своей тарелке, что всерьёз подумывал, не стоит ли применить все свои скупые знания самообороны на своём же эспере и дать дёру.

– Не знаю, что у тебя на уме, но я вот в себе не уверен, – слабым голосом произнёс Соха, но тем не менее даже не отвернулся. Нельзя было сбежать только потому, что он возбуждён или боится быть взятым.

Нужно терпеть и принимать всё без исключения.

Соха хотел снова притянуть Хан Джуо к себе, но тот оказался быстрее. Он зажал выступающий сосок Соха между указательным и средним пальцами.

Он стиснул пальцы, и Соха растерялся.

– Что ты?..

– Стабилизируй.

Однако Хан Джуо не дал Соха времени на раздумья. Вынужденный глубоко вдыхать и выдыхать, чтобы грудь вздымалась, Соха начал стабилизацию.

– Ух.

Хан Джуо скрутил сосок, и из губ Соха вырвался сдавленный стон. Смущённый Соха поспешно прикрыл рот тыльной стороной ладони, но вырвавшийся стон уже нельзя было вернуть обратно.

Всё тело зудело, волосы на затылке вставали дыбом от странного ощущения, и Соха не мог сосредоточиться. Он пытался продолжить стабилизацию, но взгляд Хан Джуо переменился.

Хан Джуо всматривался в лицо Соха и переосмысливал предположение врача. Что, если проводник, так же как и доведённый до предела эспер, отбросит самоконтроль?

В голове завыла сирена. Она кричала, что, если зайти дальше, случится беда. Желание вырваться стало невыносимым, сводя на нет все попытки держаться и терпеть. Но, придавленный Хан Джуо, Соха не мог и шелохнуться, так что, чтобы выбраться, нужно было его убедить.

– Остановись. Так и до беды недалеко: и для тебя, и для меня.

– Здесь не может случиться ничего плохого. Важно ведь, чтобы ты как-то вытолкнул энергию, а я её принял.

– Да знаю я, но грань вот-вот сотрётся! – отчаянно воскликнул Соха.

Честно говоря, возбуждение накатывало на него и раньше. Каждый раз он до крови кусал губы, щипал себя и творил прочие безумства, пытаясь взять себя в руки.

«Нельзя же идти до конца.»

Возбуждаться при повышении градуса – естественно, но проблема была в том, что заходить до конца не входило в намерения Соха. Значит, лучше всего было вовремя остановиться.

Однако проблема была в том, послушается ли Хан Джуо, если Соха его остановит.

– Почему ты всё время там трогаешь? Не тяни! – взвизгнул Соха. Почему он так тискает чужую грудь, будто свою собственную... Соха представил, как Хан Джуо трогает свою грудь, и его передёрнуло. – Если ты совсем лишишь меня рассудка, я не смогу тебя стабили... акх!

Соха пытался перекатиться на бок, крича, но рука Хан Джуо скользнула по другому боку. В этот миг перед глазами всё побелело от стимуляции, и он так испугался, что тело тут же напряглось. Затаив дыхание, он дрожал, как лягушка под ударом молнии, а Хан Джуо снова принялся трогать его бок.

– Если так трогать...

Грудь – уже перебор, но, когда он коснулся бока, Соха по-настоящему испугался. Он не понимал, почему его бок, до сих пор не привлекавший внимания, вдруг стал словно таять под рукой Хан Джуо.

– Пэк Соха.

Соха уже забыл, как оказался под Хан Джуо, и барахтался, а сексуальное возбуждение безумно нарастало, причём нельзя было сказать, где сильнее – в груди или в боку.

– Пэк Соха!

Соха смотрел в ту сторону, куда пытался выбраться, когда над ним прогремело собственное имя. Соха замер и медленно поднял на него глаза. Хан Джуо, неизвестно когда остановившись, просто смотрел за него. Он совсем-совсем не двигался.

– Проверь.

– Что проверить...

Поглощённый мыслью о том, что нужно отстраниться, чтобы возбуждение спало, Соха упустил цель происходящего.

– О...

Соха опёрся руками о диван и приподнял верхнюю часть тела. Снова проверил – и ощутил изменения.

– Я же не стабилизировал, как так получилось?

Соха уже передал Хан Джуо почти всю энергию, на которую был способен. Потом, почувствовав, что был способен передать ещё немного, продолжил, но тут поза сменилась. Хан Джуо перехватил инициативу, и Соха смог сосредоточиться на стабилизации лишь на мгновение. После этого я не стабилизировал, но энергия в его теле уменьшилась. Соха проверил и процент совместимости.

– Д-двадцать?

Показатель вырос почти вдвое. Ошарашенный, Соха уставился на Хан Джуо, но тот не выглядел удивлённым. Скорее, он казался серьёзным, погружённым в раздумья.

– Это же хорошо? Почему у тебя такое лицо?

– Не знаю, что повлияло больше.

– У тебя есть догадки? Тогда поделись со мной.

Соха и сам мог предположить причину. Поэтому он подумал, что было бы неплохо поговорить с Хан Джуо и найти правдоподобный ответ.

Тогда Хан Джуо указал на Соха указательным пальцем.

– Ты.

– ...

– Или я.

– Что ты хочешь сказать?

– Причина либо в тебе, либо во мне. Или в нас обоих.

Для такого серьёзного ответа он был до смешного пресен.

– Естественно, причина в нас обоих.

Соха подумал, что Хан Джуо шутит, и оттолкнул его плечо. В глубине души он был благодарен Хан Джуо за эту пресную фразу – она дала ему время успокоиться. Мгновение назад он так возбудился, что пошли мурашки, и он не знал, что с этим делать.

Соха слез с дивана и кое-как натянул снятую одежду через голову. Просунул руки и почувствовал, что она какая-то свободная. Опустив взгляд, он заметил едва уловимые отличия.

– А.

Оказалось, это была одежда Хан Джуо. Белая футболка без рисунка, поэтому он не заметил. На полу лежала другая – видимо, его. Соха потянул руки, чтобы снять её, но Хан Джуо подошёл и схватил его за руку.

– Что?

Соха посмотрел на него вопросительно, но Хан Джуо покачал головой.

– Оставь.

– Э? Это же твоя одежда. Поэтому я и снимаю.

– Не снимай.

– Ты... Начни уже подчиняться логике, а. Если я не сниму, ты так и будешь разгуливать?

С того момента, как Соха понял, что одежда не его, он не мог прекратить об этом думать. Футболка с круглым вырезом висела на нём слишком свободно: слегка виднелась ключица, а линия плеч не совпадала.

А главное, длина была такой, что едва прикрывала ягодицы. Соха был в штанах, так что можно было бы подумать, какая разница? Однако осознание того, что ростом он был ниже Хан Джуо, неприятно покалывало.

Хан Джуо явно тоже не планировал разгуливать голым и поднял с пола футболку Соха.

– Э-э?

Ты что, собираешься её надеть?

Соха протянул руку, чтобы остановить его, но Хан Джуо был быстрее.

Он мгновенно просунул голову и руки. Даже если бы Соха попытался его остановить, он уже почти надел её, так что снять было бы невозможно. Пока Соха колебался, Хан Джуо уже натянул футболку ниже груди.

– Ты специально, да?

Рельефное тело Хан Джуо обтянулось футболкой, и Соха выразил недовольство с ноткой скепсиса. Соха по роду своей деятельности не нуждался в наращивании мышечной массы, да и телосложение у него было не такое, чтобы мышцы сильно росли. Даже тренер в спортзале, который твердил, что нет ничего невозможного, через несколько месяцев сдался.

К счастью, всё съеденное не откладывалось в жир, но и мышцы были скорее мелкими и жилистыми, так что в целом он был стройным. А вот у Хан Джуо мышцы были что надо. И ростом он был выше Соха.

Из-за этой разницы в телосложении футболка, идеально сидевшая на Соха, на Хан Джуо обтягивала так, будто вот-вот лопнет.

– Если ты пытался меня этим унизить, то тебе вполне удалось. А теперь уходи.

Соха заявил, что дело сделано, и толкнул Хан Джуо в спину. Он хотел выпроводить его и остаться один. Хан Джуо, упиравшийся ногами, всё же поддался и пошёл, показывая, что слушается.

– Можно я кое-что спрошу?

Хан Джуо усмехнулся с таким видом, будто едва не съязвил: «И кто тут не подчиняется логике? Только что выталкивал, а теперь держишь?». Ну, хочет смеяться – пусть смеётся.

– Ты...

Соха на мгновение замялся, потом продолжил:

– Ты не против дойти до конца?

– ...

– Тебя не смущает стабилизация через пенетрацию?

Бровь Хан Джуо дёрнулась. Ясное дело, что об этом надо было поговорить давно, и Соха всё откладывал и окладывал этот разговор, но Хан Джуо мог бы хоть что-то и ответить.

– В последнее время мы ходим по грани. И каждый раз я колеблюсь. Я ведь хотел повышения процента совместимости, и ради этого стоило бы стерпеть и стабилизацию через пенетрацию, но, с другой стороны, я сомневался.

Речь затягивалась, и Соха, раздосадованный, взъерошил волосы и потёр шею сзади.

– Раньше, когда я искал эспера с высокой совместимостью, мне часто предлагали так повысить процент.

Хотя это было давно, он не забыл.

– Получится – хорошо, нет – ну и ладно. Такое случалось довольно часто... Наверное, из-за этого у меня возникла психологическая дистанция. А, с тобой-то, конечно, если дойти до конца, процент совместимости точно повысится, так что это не совсем бесполезно, но просто... вот так.

Осознав, что начал просто жаловаться, Соха устало улыбнулся.

– Не знаю, что я несу, но вот так я думаю. А что думаешь ты, я ведь не знаю.

Только тогда Соха посмотрел Хан Джуо в глаза и спросил, каково его мнение. У Хан Джуо, чья улыбка исчезла по мере того, как Соха говорил, потяжелел голос.

– Я против того, чтобы заниматься этим с коллегой по работе.

– Правда? Я так и знал, что наши мысли совпадут.

Лицо Соха заметно посветлело, и он махнул Хан Джуо рукой, мол, теперь можешь идти. Мало того, он сам открыл для него входную дверь.

– Счастливо.

Он даже взглядом показал, чтобы тот уходил. У Хан Джуо был вид человека, которому есть что сказать, но он покорно развернулся.

– Здравствуйте.

В этот момент Соха, не знавший, что дверь квартиры 303 открыта, встретился взглядом с секретарём Пак Джухи.

Её взгляд быстро скользнул по торсам Соха и Хан Джуо. Хан Джуо был в хорошей форме. Так что посмотреть было на что. А вот с Соха футболка свисала, как с вешалки. Любой бы понял, что они обменялись одеждой.

– Приятно видеть, что вы так усердно работаете. Что ж, доброго вам дня.

Звук захлопнувшейся двери, хлоп, эхом разнёсся по коридору.

Соха посмотрел на Хан Джуо и сказал:

– Почему мне так некомфортно рядом с этой секретаршей?

Только мне?

Примечание: Чан Джиён (из 32-й главы) теперь Чан Джинён.

***

Хан Джуо смотрел на седьмые врата, висевшие перед гильдией, когда к нему подошли двое мужчин. Эспер Пэк Чонхун и проводник Чан Джинён, с которыми он раньше вместе входил во врата. Убедившись, что это те, с кем он часто состоял в одной команде, Хан Джуо как ни в чём не бывало снова посмотрел перед собой.

– Слышал, ты собираешься войти в эти врата. Это правда? – спросил эспер Пэк Чонхун, прокашлявшись.

Хан Джуо коротко кивнул.

– Можно нам пойти с тобой?

Проводник Чан Джинён улыбнулся, добавляя непринуждённости, и Хан Джуо снова обернулся к ним.

– У вас же класс не тот?

– Это так, но ведь сейчас исключение.

Резко и одновременно появилось множество врат. Поскольку чрезвычайное положение в стране ещё не было отменено, требования к классу для входа во врата ослабли. Это не было принудительным, но при желании можно было войти, даже если класс не соответствовал вратам.

Поэтому эспер Пэк Чонхун и спросил, можно ли им пойти вместе, но Хан Джуо это не нравилось.

– Это опасно.

Хан Джуо, уже имевший опыт с вратами S-Класса, предупредил их об опасности, которой они себя подвергнут. Возможно, они были менее насторожены, потому что знали боевой стиль Хан Джуо: войдя в подземелье, он всегда шёл впереди и разбирался со всем сам. Однако во вратах S-Класса даже Хан Джуо не мог гарантировать, что сможет сражаться, параллельно обеспечивая союзникам прикрытие. Это было место, кишащее монстрами уровня боссов, и если бы он отвлекался на что-то другое, то и сам Хан Джуо мог оказаться в опасности.

– Жаль, мы так хотели пойти вместе.

– Да. Было так интересно наблюдать...

Не только эспер Пэк Чонхун, но и проводник Чан Джинён выказали искреннее сожаление. Хан Джуо, который хоть и часто оперировал вместе с ними, но особой дружбы не водил, удивлённо посмотрел на них.

– Нам нравилось видеть, как ты складно ладишь с проводником Пэк.

Хан Джуо резко дёрнул бровями на внезапное упоминание Пэк Соха.

– У проводника Пэк характер, конечно, не из лёгких, но его слова и поступки такие толковые, что цепляют внимание.

Эспер Пэк Чонхун позитивно отзывался о Пэк Соха, но выражение лица Хан Джуо почему-то стало ещё хуже.

– Толковый, поэтому цепляет внимание?

Когда он дословно повторил слова эспера Пэк Чонхуна, проводник Чан Джинён как-то криво улыбнулся и отступил на шаг. Его напарник-эспер похвалил Пэк Соха без всякой задней мысли, но...

«Кажется, он задел за живое.»

Проницательный проводник Чан Джинён понял, что его эспера ждёт что-то нехорошее. В таких случаях ничего не поделаешь.

– Я тут вспомнил одно неотложное дело, так что уйду первым, – прошептал он так тихо, чтобы эспер Пэк Чонхун не услышал, и сбежал. Если бы его спросили, не должен ли он позаботиться о партнёре, он бы ответил, что именно поэтому и сбегает.

Тем временем эспер Пэк Чонхун, не заметивший исчезновения своего проводника, счёл, что раз Хан Джуо так пристально на него смотрит, это хорошая возможность для обстоятельного разговора.

«Хорошо, что я упомянул проводника Пэк Соха.»

Недавно в гильдии White появилось негласное правило: «Не злословить о проводнике Пэк Соха». Пэк Чонхун, который и раньше неплохо относился к Пэк Соха, решил воспользоваться случаем, похвалить его и тем самым снискать расположение Хан Джуо. Он подумал, что если подружится с эспером Хан Джуо, то их пары смогут чаще работать вместе и лучше ладить друг с другом.

– Не такой уж он и толковый...

Ответы Хан Джуо обернулись короткими и отрывистыми. Эспер Пэк Чонхун, заметив, что тот, хоть и говорил на «вы», но явно держал дистанцию, решил, что это всё же возымело эффект, и начал тараторить.

– У проводника Пэк Соха просто укоренившийся имидж человека с низким процентом совместимости, но, если присмотреться, он очень обаятельный. Даже в подземелье он всегда полон энергии, и с ним приятно разговаривать. С ним, как бы это сказать, весело? Даже просто смотреть на него не скучно, и он так умело действует в нужное время в нужном месте... А?

Внезапно ощутив убийственную ауру, от которой волосы на затылке встали дыбом, эспер Пэк Чонхун оглянулся по сторонам, а затем недоумённо покачал головой. В гильдии никто на него не нападал, поэтому он подумал, не показалось ли ему.

Затем, собираясь продолжить говорить, он посмотрел на Хан Джуо и обомлел.

– Почему ты так на меня смотришь?

В зрачках будто убийственный блеск?

– У тебя же есть партнёр?

Ему показалось, что они сблизились, но тон стал ещё более отстранённым. Эспер Пэк Чонхун кивнул и оглянулся в поисках своего проводника.

– Э? Куда он делся?

Только что же был здесь. Пока эспер Пэк Чонхун запоздало искал своего проводника, раздался мрачный голос Хан Джуо.

– Как насчёт того, чтобы озаботиться своим проводником?

– Верно. Надо бы. Свяжусь и узнаю, куда он пошёл.

– А перед этим давай-ка потренируемся со мной.

– Потренируемся?

Эспер Пэк Чонхун, не понимая, почему тот вдруг заговорил о тренировках, растерянно его об этом переспросил, и Хан Джуо указал на врата, видневшиеся за окном.

– Если твой уровень окажется приемлемым, может, и войдём вместе во врата.

– А-а. В таком случае, я добьюсь этого трудного повышения класса.

Эспер Пэк Чонхун, думая, что мудро поступил, упомянув достоинства Пэк Соха, направился в тренировочный зал вместе с Хан Джуо.

***

– С кем, говоришь, Джуо?

– С моим партнёром. Эспером Пэк Чонхуном.

Соха, находившийся в комнате стабилизации, растерянно посмотрел на проводника Чан Джинёна, который внезапно пришёл и попросил о помощи.

– Но чем помочь-то? Джуо что, собирается съесть эспера Пэк Чонхуна?

Насколько он знал Хан Джуо, у него не такие вкусы. Пока Соха бормотал это, проводник Чан Джинён тяжело вздохнул. Разве он стал бы просить о таком, если бы его эсперу не грозила серьёзная беда? Просто у него было предчувствие, что Хан Джуо этого так не оставит.

– Мой эспер бестактно похвалил вас, проводник Пэк.

– Похвалил? Меня?

Соха указал на себя пальцем, и проводник Чан Джинён кивнул.

– Сказал, что вы, проводник Пэк, человек толковый. Что было дальше, я не слышал, но, наверное, сказал, что вы очень обаятельный. Он мне часто так говорил.

– Спасибо.

От неожиданной похвалы Соха склонил голову в знак благодарности. Иногда действительно находились люди, которые хорошо к нему относились. Их было очень мало, как бобов во время засухи, но они, бывало, хлопали Соха по плечу, давали шоколадки или конфеты и подбадривали его.

– Я не для того это говорю, чтобы благодарности получать, а потому что взгляд у эспера Хан Джуо был очень недобрым!

Проводник Чан Джинён, словно от досады, схватил Соха за запястье.

– Зачем он так бестактно расхваливал вас, проводник Пэк... Он сам себе могилу вырыл.

– Почему сразу могила?

– Ещё какая могила.

Проводник Чан Джинён, тащивший Соха за собой, остановился, посмотрел ему в глаза и отчётливо произнёс, словно сверху ещё говоря: «Ты и этого не понимаешь?».

– Кому понравится, если какой-то посторонний человек вдруг начнёт говорить, какой обаятельный его возлюбленный? Собственничество, ревность... всё внутри переворачивается.

– Э-э... м-м...

Соха не смог сразу ответить, только открывал и закрывал рот. Помолчав, он с трудом выговорил:

– У меня нет возлюбленного?

Слова проводника Чан Джинёна, как ни крути, звучали так, будто он, Соха, был возлюбленным Хан Джуо, поэтому он так и сказал.

– Мы просто партнёры. Коллеги по работе.

То, что эсперы и проводники влюбляются друг в друга, так же естественно, как голубое небо или зелёная трава, но это был не их случай. Они определённо начинали не так. Вначале были скорее препирательства, чем влечение. В последнее время они, конечно, бывают друг у друга дома, но это исключительно ради еды и исследований.

Однако встречный вопрос проводника Чан Джинёна был неожиданным.

– Если не возлюбленный, то это одностороннее ухаживание со стороны эспера Хан Джуо?

– Что? Нет, ухаживание тоже как-то...

Вроде нет. Соха размышлял, как бы всё объяснить, ведь недоразумение всё углублялось, а проводник Чан Джинён снова зашагал, говоря:

– Сходим посмотрим, и всё станет ясно. Если он любит проводника Пэк, то Пэк Чонхуну хорошенько достанется, а если нет, то ничего и не будет.

Разве так бывает? Что-то в этом казалось нелогичным, но, видя уверенный вид проводника Чан Джинёна, он запутался, думая, что, может, так оно и есть.

Соха, следовавший за проводником Чан Джинёном, остановился перед тренировочным залом с отвисшей челюстью.

***

Когда кто-то оскорблял Пэк Соха, он злился. Думая о том, что их слова, словно невидимые клинки, наверняка сильно ранили Соха изнутри, ему хотелось отплатить им той же монетой. Было несколько эсперов, за которыми он держал глаз да глаз. Это были те, кто раньше чуть ли не возглавлял травлю Пэк Соха.

Именно этого и опасалась директор Ким Миён. Она знала, что Хан Джуо не из тех, кто оставит этих людей в покое, и беспокоилась, как бы это не привело к инциденту.

– И обратное тоже не по душе.

Ругать Пэк Соха – плохо, но и хвалить – тоже нехорошо. Это было не просто неприятно, а крайне досадно. Он и так только недавно осознал свои чувства, а тут кто-то другой хвалит Пэк Соха – это раздражало.

– Левый бок.

Как только эспер Пэк Чонхун поднял защиту, прикрывая бок, Хан Джуо нанёс удар ему в правую часть лица.

– Угх.

Он запоздало попытался заблокировать, но кулак уже достиг щеки, и эспер Пэк Чонхун отлетел назад.

– Если я указал тебе одно место, то только его и будешь защищать? А как же другие места?

Хан Джуо, сказавший про левый бок, а ударивший в лицо, не испытывал за это ни капли стыда. Упавший на пол эспер Пэк Чонхун с трудом заставил себя подняться.

– Давай ещё раз.

Эспер Пэк Чонхун тоже не хотел проигрывать. Увлёкшись боем, Пэк Чонхун, сколько бы его ни били, продолжал атаковать. С каждым разом на его теле прибавлялось синяков, а силы постепенно иссякали.

Пэк Чонхун, чья выносливость таяла на глазах, задумался о другом: «Почему я вообще спаррингую с эспером Хан Джуо? А, он же сказал, что посмотрит на мои навыки и решит, стоит ли нам вместе идти во врата».

Но почему ему казалось, что в атаках Хан Джуо сквозят личные эмоции?

Сколько бы он ни думал, он точно ничем перед ним не провинился. Он ведь выразил восхищение сильными сторонами проводника Пэк Соха.

«А...»

Внезапно вспомнилось, как какой-то малознакомый тип похвалил внешность его парного проводника, назвав его красивым. Каково ему тогда было?

«Неприятно.»

Его раздражало и бесило от ревности, когда кто-то другой упоминал его проводника. Если бы мог, он бы носил его в кармане, чтобы никто не видел.

Только теперь эспер Пэк Чонхун осознал, что натворил, и смиренно принял кулак Хан Джуо. Пусть бьёт, сколько хочет.

Пока он получал увесистые удары, появилось знакомое лицо.

– Пэк Чонхун!

– Мой... проводник.

Эспер Пэк Чонхун, увидев проводника Чан Джинёна, улыбнулся ему, только в силу обстоятельств улыбка эта вышла кособокой.

– Боже. С ума сойти. С ума сойти!..

Соха окинул взглядом тренировочный зал.

Один человек в одностороннем порядке избивал другого. Хан Джуо, услышав голос Соха, нанёс эсперу Пэк Чонхуну сильный апперкот и опустил руки.

Соха посмотрел на эспера Пэк Чонхуна. Лицо у того посинело и распухло от побоев. Наблюдая за тем, как проводник Чан Джинён приподнимает голову Пэк Чонхуна, кладёт себе на колени и проверяет, как он, Соха стукнул Хан Джуо по руке.

– Что ты творишь?

– А чем ещё заниматься в тренировочном зале?

Тон был такой, будто кроме тренировок тут делать нечего, но отговорка, разумеется, не прокатила.

– Довести человека до такого состояния – ты это тренировкой называешь? А? Это же просто одностороннее....

Он хотел сказать «издевательство», но эспер Пэк Чонхун, застонав, произнёс:

– Это правда тренировка. Я сам согласился, а это – лишь следствие моей слабости.

Эспер Пэк Чонхун, заверив, что всё прошло по обоюдному согласию, с усилием поднялся и склонил голову перед Хан Джуо. Хоть они и были ровесниками, на лице Пэк Чонхуна читалось восхищение противником.

– Я думал, что только я наблюдаю за эспером Хан Джуо. Но оказалось, это не так.

Хан Джуо много раз указывал Пэк Чонхуну на выдающие его следующий шаг пагубные сигналы, чтобы тот мог их осознать.

– Спасибо.

Хан Джуо сделал вид, что едва расслышал благодарность эспера Пэк Чонхуна.

– Что ж... Надеюсь, мы и впредь будем часто помещены в одну команду, – подвёл Соха черту вместо Хан Джуо.

Эспер Пэк Чонхун уже улыбался повеселевшим лицом. Он, и без того вышедший за рамки человеческих возможностей, после стабилизации быстро вернулся в своё обычное состояние.

Говорят, самое бесполезное занятие на свете – беспокоиться о здоровье эспера... Пока Соха откашливался, проводник Чан Джинён пристально смотрел на него. Не в силах игнорировать его взгляд, Соха посмотрел в ответ и увидел, что тот буквально излучает: «Ну что, теперь веришь моим словам?». В голове у Соха всё спуталось.

«Неужели это можно выяснить таким простым способом?»

Соха послал ему безмолвный взгляд, и проводник Чан Джинён решительно кивнул.

«Мой эспер телом заплатил, чтобы это выяснить, так что вы обязательно должны верить.»

Мало того, проводник Чан Джинён погладил лицо своего возлюбленного, словно предлагая посмотреть. Соха не смог до конца вынести зрелища распухшего и посиневшего лица и отвернулся.

– Ещё увидимся.

Проводник Чан Джинён увёл эспера Пэк Чонхуна.

– Ха, ха-ха.

Соха размышлял, как ему переварить внезапно обрушившуюся информацию.

– Эм....

Он, почёсывая нос, посмотрел на Хан Джуо.

– Давай сначала проведём стабилизацию, ып!

Он хотел сказать, чтобы они пошли в комнату для стабилизации, но Хан Джуо схватил его за талию, и их губы тут же слились. От сильного столкновения губы смялись, и ему показалось, что вот-вот сломаются зубы. На самом деле, он преувеличивал и просто капризничал, потому что его так внезапно поцеловали.

И всё же, это был не первый и не второй раз, поэтому Соха, вцепившись в одежду Хан Джуо, вместе с дыханием направил в него свою энергию. В ушах звенели пошлые, влажные причмокивания.

«Хан Джуо меня любит? Тогда и этот поцелуй... Нет. Сейчас нужно сосредоточиться на стабилизации.»

Он использовал свои способности во время тренировки, поэтому требует от меня стабилизации. Держание за руки мы уже переросли. Поэтому не стоит думать о другом, нужно сосредоточиться, – но, как назло, то и дело закрадывалось подозрение, и это сводило с ума.

– Мало, – пробормотал Хан Джуо, не отрывая губ и вызывая щекотку из-за трения его мягкой кожи о губы Соха.

– Прости.

Почувствовав, что поток энергии прервался, Соха покорно извинился, и Хан Джуо, вдохнув, тут же снова плотно прижался к его губам. Они обменивались горячим дыханием, облизывали чувственные нижние губы друг друга, высвобождая стимулированную энергию.

Энергия текла тонкой струйкой, словно ручеёк, но было очевидно, что это лучше, чем раньше. Это уже не было попыткой утолить жажду несколькими каплями воды.

«Вот насколько хороши эти 20%.»

Всего пять сеансов стабилизации, и он сможет полностью снять нагрузку с Хан Джуо.

«Хотя кто-то справляется с этим за один-два раза.»

Тот эспер, вероятно, и не стал бы ждать пять раз, чтобы снять нагрузку. При этой мысли он почувствовал благодарность к Хан Джуо, который молча терпел, довольствуясь лишь его ничтожной стабилизацией.

Когда стабилизация завершилась, и их губы разъединились, лично у Соха ощущение вновь было таким, словно он оказался не в своей тарелке. Он каждый раз так себя чувствовал, сколько бы они это ни повторяли.

– Коллеги по работе, которые целуются...

Вспомнилось, как недавно Хан Джуо назвал его коллегой. Позабавленный, он фыркнул со смеху, и тут же ощутил на себе чужой взгляд.

– А, прости. Просто задумался о наших с тобой отношениях. Те двое, оказывается, встречаются.

Они никак этого не показывали, поэтому он и не знал, что они пара. А может, ему просто было неинтересно. Но проводник Чан Джинён орлиным глазом следил за развитием отношений Соха и Хан Джуо.

Вспомнив о нём, Соха забеспокоился: то трогал свои губы, то почёсывал лоб. И не то, чтобы он делал это нарочно, просто ему хотелось кое-что спросить у Хан Джуо, но он не знал, можно ли.

– Внезапно заболел? – спросил Хан Джуо, приложив руку ко лбу Соха, хоть и явно просто для вида. И раньше Соха бы полюбопытствовал, не перегрелся ли тот от собственной способности, чтобы проявлять такую заботу о нём, однако теперь сарказм никак не срывался с языка, а сам Соха испытывал некое неописуемое чувство.

– В общем... я тут кое-что услышал.

Он всё ещё сомневался, стоит ли такое обсуждать. Что Хан Джуо его любит. Честно говоря, можно было бы притвориться несведущим; дождаться, пока Хан Джуо признается сам. Всего-то требовалось промолчать... а промолчать оказалось неожиданно тяжело. Ведь так он словно хранил от Хан Джуо секрет. Однако что, если проводник Чан Джинён ошибся, и тот на самом деле его не любит? Как тогда быть с накопившимся недоразумением?

Так или иначе, голова от этих раздумий пухла так, что Соха решил просто выложить всё начистоту.

– Проводник Чан Джинён сказал... ты меня любишь... И хоть я и твердил, что это не так, но он всё продолжал настаивать на своём.

Трудно только начать говорить, а когда уже начал, дальше оно шло как-то само.

– Он сказал, что, если ты избиваешь эспера Пэк Чонхуна, значит, доказываешь его слова, но это же нелогично. Ты ведь тренировался. Верно?

Соха ждал ответа Хан Джуо. Если бы он сказал «да, тренировался», на этом всё бы и закончилось.

– Верно.

– Я так и знал. К тому же, мы ведь договорились. Не образовывать полноценную пару. Но другие этого не знают, поэтому могут неправильно понять наши отношения...

– Ты мне нравишься.

– ...

Соха, говоривший, глядя в сторону, замолчал и посмотрел на Хан Джуо.

– Что?

– Ты мне нравишься, говорю.

– Но... ты же сказал, что не будешь образовывать со мной связь.

– То, что ты мне нравишься, не означает, что я образую с тобой связь.

– Ты же говорил, что я не в твоём вкусе, так что ты в меня не влюбишься.

– Вкус изменился. Теперь ты – мой вкус.

Что бы ни говорил Соха, Хан Джуо гнул свою линию. Случайный прохожий ни за что не подумал бы, что это сцена признания в любви.

– Подожди.

Соха поднял руку, прерывая разговор. Он попросил тайм-аут, чувствуя, что, если так пойдёт и дальше, Хан Джуо его окончательно запутает.

– От этого ничего не изменится, – невозмутимо ответил Хан Джуо, словно заглядывая в маленькую головушку Соха. – Какой бы вывод ты ни сделал, я продолжу признаваться.

– Ты считаешь это нормальным признанием? – вопросил Соха у Хан Джуо, обхватив голову руками, словно от надвигающейся головной боли. Хоть он и заговорил первым, но из-за того, что Хан Джуо вёл себя слишком уверенно, он начал сомневаться, правильно ли всё же поступил. – И когда же я тебе успел понравиться?

– Не знаю. Просто, когда опомнился, уже промок.

Он не сразу понял, поэтому, когда он уставился на Хан Джуо, тот одними губами прошептал «моросящий дождь». Любовь с первого взгляда, конечно, была исключена, но Соха, поняв, что это означало, что чувства проникали в него постепенно, изумлённо выдохнул.

– Зачем ты влюбился, если говорил, что я тебе не нравлюсь? И почему не сказал об этом?

Он винил Хан Джуо. Он злился не на то, что тот полюбил его без разрешения.

– Как ты терпел всё это время, проводя со мной стабилизацию?

Целоваться с коллегой по работе – тяжело, но сдерживать себя, целуя любимого человека, – ничуть не легче. Мысль о том, что Хан Джуо в одиночку справлялся со всем этим, вызывала и беспокойство, и чувство вины.

– Если бы ты сказал, я бы тоже был осторожнее.

Лучше бы я догадался раньше. Во рту проступил горький привкус. Хан Джуо страдал из-за его тугодумия, в то время как другие всё поняли сразу.

– Давай в будущем, когда будем проводить стабилизацию, ты....

Соха открыл рот, пытаясь найти какой-то выход. Но Хан Джуо снова прильнул к его губам, и конец фразы оборвался и исчез.

На этот раз всё определяло исключительно желание Хан Джуо – это был его поцелуй, жадный и требовательный. Ему, казалось, было совершенно безразлично, проводит ли Соха стабилизацию; он беззастенчиво и властно хозяйничал у того во рту. Обычно ни один из них не стремился открыто доминировать: они либо действовали по очереди, либо инициативу перехватывал Соха, направляя энергию.

Но сейчас всё пошло не так. Пока Соха, захваченный врасплох, не успел и рта закрыть, Хан Джуо уже глубоко проник в него языком. Он легко, почти нежно прикусил его губы, уже припухшие от недавней ласки, и провёл языком по мягкой, податливой плоти внутри. Столь же нежная, сколь и чувствительная, она заставила Соха судорожно вздрогнуть и крепче вцепиться в плечо Хан Джуо.

Соха вполне мог бы оттолкнуть его – и кто бы осудил? – но он медлил, словно чувствуя себя виноватым перед Хан Джуо, который столько времени покорно сдерживался во время его стабилизаций, и теперь словно возвращал долг.

Хан Джуо с готовностью ухватился за эту его нерешительность, чтобы вволю исследовать и вкусить губы Соха.

А Соха тем временем на ум пришла ещё одна причина не отталкивать Хан Джуо.

«Мы столько целовались по необходимости, что теперь это кажется чем-то совершенно естественным, не обременяющим.»

Это был их первый поцелуй после того, как он узнал о чувствах Хан Джуо, но странным образом не возникло никакого внутреннего протеста, никакого желания его избежать. И... это было приятно. Когда они просто целовались, без всякой стабилизации, он мог полнее отдаться самому процессу, глубже погрузиться в ощущения.

«А смог бы я вот так – с кем-нибудь другим?»

Поцелуй, в котором смешивались привычные объятия и родной запах тела, дарил ощущение уюта и тепла, но стоило представить на его месте незнакомца – и ответ приходил сам собой: нет, определённо нет. Дыхание, которое он сейчас разделял с Хан Джуо, было пьяняще-сладким; с другими такого быть не могло, он это знал наверняка.

А это означало, что больше не нужно было мучительно проверять, возникнет ли отклик энергии при стабилизации с кем-то ещё. Только Хан Джуо. Мысли всё настойчивее склонялись к тому, что одних лишь поцелуев с ним будет вполне достаточно.

То, что он упорно продолжал искать оправдания своей податливости, уже само по себе говорило о том, что и его сердце тянется к Хан Джуо, но в тот момент Соха этого ещё не осознавал.

Когда воздуха стало отчаянно не хватать, когда короткие, судорожные вдохи уже не спасали, Хан Джуо наконец отпустил его. Лишь тогда Соха прикрыл губы тыльной стороной ладони; лицо его стало серьёзным. То, что между ними только что произошло, – это был не сеанс стабилизации, а настоящий поцелуй. И это чёткое, неоспоримое различие больно резануло Соха, выбив почву из-под ног.

– Рассказать тебе, почему я в тебя влюбился?

Хан Джуо не собирался упускать момент и тут же завладел вниманием Соха. Вот так, значит, он решил зайти? Следовало бы отрезать, что ему это неинтересно, но разве сердцу прикажешь?

– Это случилось, когда я ещё совсем тебя не знал.

Хан Джуо, только вернувшийся из-за границы, практически ничего не успел узнать о Соха. Соха же, напротив, полагал, что Хан Джуо прекрасно осведомлён о его обстоятельствах и действует осознанно. Досадное недоразумение, которого легко можно было бы избежать, начни они с простого разговора.

– Моим ядом было то, что я узнавал тебя шаг за шагом.

– Ядом?

Слова, прозвучавшие сразу после их жаркого поцелуя, ошеломили Соха. Голос его невольно дрогнул и поднялся. Вот поэтому и не стоило целоваться с коллегой!

– Когда я видел, как ты выкладываешься без остатка, даже обладая мизерной толикой энергии.

Вместо ответа на слова Хан Джуо Соха лишь капризно надул губы. И это, по его мнению, какое-то очаровательное качество, стоящее признания?

– Когда ты стискивал зубы и упорно шёл вперёд, когда хитроумно использовал любую возможность, любую лазейку, когда трезво и объективно оценивал предел своих сил.

«Это что, собеседование на работу?»

– И когда из последних сил, отчаянно пытался взять на себя ответственность за меня. Всё это, каждая мелочь, стало ядом. Я просто отравился тобой, стал зависим.

– Звучит как угроза, тебе не кажется?

Соха не сдержался и выпалил первое, что пришло в голову.

– Проблема в том, что ты человек поистине неотразимый.

– Да ну? – вскинулся Соха.

«Ах, вот ты как решил сыграть?»

– А ты-то сам, значит, совершенно безвредный? Такой паинька? Да? А мне вот что делать, если я от тебя совершенно не зависим, а?

Соха вызывающе скрестил руки на груди, но Хан Джуо в ответ лишь ещё более расслабленно, с ленцой, усмехнулся. Соха напряжённо гадал, какой же ответный ход тот задумал, а Хан Джуо тем временем перевёл взгляд на его припухшие, зацелованные губы.

– Просто загляни повнимательнее в своё сердце.

– Чего? Хочешь сказать, я должен попытаться тебя полюбить, что ли?

– Это пойдёт на пользу и нашей стабилизации.

Видя, что Соха не сразу улавливает суть, Хан Джуо одарил его обольстительной улыбкой и многозначительным, чуть масляным взглядом.

– Я тут кое-что разузнал за это время. Помнишь, говорили, что у эспера на грани перегрузки энергия течёт свободнее?

Соха мгновенно вспомнил слова врача, и лицо его омрачилось. Внезапный переход к столь серьёзной теме мигом развеял тот непринуждённый, почти интимный настрой, что окутывал их ещё мгновение назад.

– Я для себя истолковал это так: чтобы добиться такого эффекта, нужно вкладывать всего себя без остатка. В нашу стабилизацию я вложил всё своё сердце, понимаешь?

Он объяснил, что нашёл способ оказывать такое же сильное влияние, не доводя себя до критического состояния.

– То есть, если я тебя полюблю, наш процент совместимости может подскочить ещё выше?

– Возможно.

Хан Джуо не излучал уверенности, но и отрицать не стал.

– Тогда какой смысл был в том, что мы повышали... интенсивность? Это ведь тоже давало результат.

Сейчас их процент совместимости достиг двадцати. По сравнению с тем, что было вначале, – поистине гигантский скачок. Но и до цели было ещё далеко, это тоже правда.

– Вот если полюбишь, тогда и сможем проверить. Сравнить, что эффективнее: простое повышение... градуса или когда двое открывают друг другу сердца и действуют как единое целое.

– Я...

Соха открыл было рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Принять правоту Хан Джуо безропотно было выше его сил.

– Пожалуй, мне и правда нужно всё это обдумать наедине.

Чувствуя, что, поддаваясь влиянию Хан Джуо, он не сможет прийти к здравому решению, Соха отступил на шаг.

– Увидимся через пару часов.

Даже в такой момент не забыть о стабилизации! Хан Джуо не сдержал удивлённого, почти ошарашенного смешка. Но Соха, не обращая внимания на его смех, лишь неглиже помахал рукой и вышел из тренировочного зала.

Надо же, подумал он, в гильдии, похоже, совсем пусто. За всё время их долгого разговора с Хан Джуо в зал так никто и не заглянул.

***

– Так, нужно всё обдумать по порядку, – пробормотал Соха себе под нос, едва слышно, и принялся мысленно перебирать и сопоставлять всё, что услышал. Блокнота сейчас очень не хватало, но по пути в комнату для стабилизации голова была настолько забита роящимися мыслями, что оставалось лишь смириться. «Всё равно там смогу спокойно всё записать и разложить по полочкам», – решил он, а пока старался восстановить в памяти события в их хронологической последовательности.

– Хан Джуо, оказывается, был в меня влюблён.

Тут сомневаться не приходилось – он услышал это признание из первых уст.

– И это, по его словам, влияет на стабилизацию? Но ведь...

Были мысли, которые он никак не мог высказать в присутствии Хан Джуо. Именно поэтому он и попросил время подумать в одиночестве.

– Когда мне нравился Сонъи хён, процент совместимости ведь не рос!

Соха произнёс это вслух, убедившись, что его никто не слышит. Хотя он и упоминал об этом на консультации у врача в присутствии Хан Джуо, тема была слишком деликатной, чтобы легко её обсуждать.

Ему нравился Мун Сонъи, и тот отвечал ему взаимностью. Если вспомнить ещё и тот момент, когда они на волосок от смерти едва не скрепили связь импринтингом...

– А...

Внезапно его осенило то, что он упускал. Он ведь рассчитывал, что импринтинг повысит их процент совместимости. Но даже если импринтинг тогда и состоялся, проверить это он не смог, а значит, и знать наверняка не мог.

Что, если бы тогда, у врат, импринтинг с Мун Сонъи благополучно завершился? Разве их процент совместимости не подскочил бы?

– В этом ведь есть определённая логика, это не лишено смысла!

Кроме Мун Сонъи, не было других эсперов, которые питали бы к нему настолько глубокие чувства. Да и в критических ситуациях, на грани, рядом с ним оказывались лишь Мун Сонъи и Хан Джуо...

– Значит, всё дело и правда в чувствах?

Неужели причина, которую не смогли выявить ни многочисленные обследования, ни тесты на совместимость со множеством эсперов, крылась в таком эфемерном явлении, как чувства?

– Даже не знаю, верить ли в то, что какие-то психологические факторы могут управлять моей внутренней энергией...

С одной стороны, это казалось логичным, почти очевидным, но с другой – полным абсурдом. Он был так уверен, что сможет спокойно всё проанализировать и разложить по полочкам, а вместо этого запутался ещё больше.

– Как всё сложно...

Впрочем, стоило ли ожидать, что будет легко?.. От осознания всей этой сложности на миг захотелось просто махнуть на всё рукой и принять как есть. И в тот самый момент, когда Соха, погружённый в эти тягостные раздумья, брёл по коридору, перед ним возникло до боли знакомое лицо. Мужчина с внешностью вечно унылого, побитого жизнью щенка.

– Ты...

Такое лицо не забудешь, даже если не видел его целую вечность.

– Какими судьбами здесь, Хачхоль? – спросил Соха, стараясь, чтобы голос звучал дружелюбно.

Однако при звуках его имени взгляд Чо Хачхоля стал только острее, злее. Он сам преградил Соха дорогу, но ему, видите ли, не понравилось, что тот назвал его по имени.

Тогда нечего было вообще подавать виду, что мы знакомы.

Пока Соха с кислой миной разглядывал его, Чо Хачхоль презрительно скривил губы.

– А, так вот оно что! Заявлял, что завязываешь с работой проводника, а на самом деле это была просто хитрая уловка, чтобы пролезть в гильдию?

– М-м? Вовсе нет, но тебе ведь всё равно не докажешь, даже если я начну отрицать, верно?

Соха быстро сориентировался: характер Чо Хачхоля он знал слишком хорошо. Этот тип и раньше цеплялся к каждому его слову, язвил и отпускал колкости; ни о каком доверии или взаимопонимании между ними и речи быть не могло.

– Какая жалость, что между нами так и не возникло... ну, знаешь, раппорта. Я ведь и правда собирался всё бросить, просто... так уж всё обернулось.

– Ложь!

Соха намеренно повторил почти то же самое, пытаясь достучаться до собеседника, но тот, как и следовало ожидать, и слушать не хотел.

– Ты с самого начала всё это спланировал! Слыхал, здесь перед тобой все на цыпочках ходят, пикнуть не смеют, да?

«Он что, имеет в виду негласные правила гильдии?»

– Не знаю, где ты такое выкопал... но, пожалуй, не стану отрицать, что в этом есть доля правды.

Ведь благодаря стараниям Хан Джуо, людей, судачивших о нём за спиной, и впрямь стало заметно меньше – не то, что в Центре. Можно было бы, конечно, понадеяться, что шёпотки за спиной останутся незамеченным, но Хан Джуо обладал таким острым слухом, что уловил бы и малейший звук.

Соха холодно вернул Чо Хачхолю его же язвительный тон. Он совершенно не понимал, какого чёрта тот притащился в гильдию скандалить и почему так одержим идеей его затравить, но настроение было испорчено окончательно.

И без того в голове был полный кавардак, а тут ещё этот Чо Хачхоль – мастер появляться в самый неподходящий момент.

– Ты ведь всегда врёшь, как только рот откроешь! Единственной правдой были твои слова о том, что уходишь с должности проводника и подал заявление. Но всё оказалось ложью! Ты пристроился здесь и живёшь припеваючи, а на меня вылил все помои, какие только можно!

– Хачхоль.

Соха, ощущая внезапный приступ тошнотворной усталости, с силой надавил пальцами на веки.

– То, что ты сейчас изрыгаешь, больше всего похоже на дерьмо. Иначе такие слова просто не могли бы слететь с языка.

– Ах ты!.. Пэк Соха, да из-за тебя!..

Стоило Соха невозмутимо парировать, как лицо Чо Хачхоля мгновенно залила краска. Обычно можно было ещё немного поддеть его, распалить посильнее, но, видимо, с их последней встречи фитилёк у Чо Хачхоля стал совсем коротким.

Видя, как быстро тот завёлся, Соха, до этого гадавший, не случилось ли чего, вдруг запоздало осознал одну возможную причину.

– Неужели после моего ухода...

– Да! Именно так, как ты и предсказывал! Я стал самым никчёмным, самым бесполезным проводником! – Чо Хачхоль выпалил это на одном дыхании, захлёбываясь от обиды. – Ты хоть представляешь, в какой ад превратилась моя жизнь из-за тебя? Это ты всё разрушил!

– Надо же, какая жалость, – Соха развёл руками, изображая вселенское удивление, но в голосе не прозвучало ни капли сочувствия. Эта неуклюжая, откровенно издевательская игра так подействовала на Чо Хачхоля, что он побагровел ещё сильнее.

Он даже стиснул кулаки, явно напрочь забыв, что Соха на целых десять сантиметров выше и, вероятно, сильнее.

– Вернись.

– Что? – Соха коснулся уха, делая вид, что не расслышал.

– Вернись, я сказал!

– Хачхоль, ты с ума сошёл?

С какой стати он должен возвращаться туда, откуда с таким трудом вырвался? Тем более что в эту гильдию Соха вступил лишь потому, что здесь был Хан Джуо. Если бы не это обстоятельство, он бы действительно навсегда распрощался с работой проводника.

– Только если ты вернёшься, всё снова станет по-прежнему! Только рядом с тобой я могу чувствовать себя на своём месте!

– Погоди, то есть ты на полном серьёзе предлагаешь мне принести себя в жертву ради твоего комфорта? Ха!

Кроме горького, почти издевательского смешка, у Соха не нашлось другой реакции. Но, взглянув на до смешного серьёзное лицо Чо Хачхоля, он подавил даже эту усмешку; к горлу подступил неприятный ком.

– Эй, Чо Хачхоль.

В тоне Соха не осталось и тени прежней расслабленной насмешливости. Услышав своё полное имя, Чо Хачхоль невольно вздрогнул. Однако тут же, видимо, разозлившись, что его так легко продавили, он ещё яростнее вскинул глаза.

– Так тебе всё это время было плохо? Так невыносимо тяжело?

– Ч-что?.. Да... это всё из-за тебя!

– Вот как? Стало быть, я должен стать для тебя эдаким громоотводом? Живым оберегом от всех бед? Я правильно понимаю?

Видя откровенную издёвку в глазах Соха, Чо Хачхоль и сам помрачнел.

– Но с какой стати я должен это делать? Если тебе что-то не по нутру, то и мне это не нравится. Заруби себе на носу.

– Н-но... ты же всегда всё терпел! Какие бы гадости ни говорили, ты просто отшучивался и пропускал мимо ушей!..

Не успел Чо Хачхоль договорить, объясняя, почему он так отчаянно хочет вернуть Соха, как в их разговор вмешался третий голос:

– Если человек отшучивается, это ещё не значит, что ему не больно.

Соха и Чо Хачхоль одновременно обернулись на звук. Голос был до боли знакомым, так что оба уже догадались, кто это, но в тот момент, когда они увидели Хан Джуо, их реакции разительно отличались.

– Чёрт, не хотел, чтобы ты видел меня таким. А вдруг снова влюбишься? – вздохнув, пробормотал Соха себе под нос. Судя по недавним признаниям Хан Джуо, тот был способен найти повод для обожания, даже если Соха будет просто стоять и дышать.

Чо Хачхоль же, напротив, при виде человека, который казался ему страшнее самого дьявола, в ужасе замер, боясь даже вздохнуть.

Он прекрасно помнил, как Хан Джуо однажды на его глазах буквально размазал одного эспера, словно докучливую мошку. И то, что Хан Джуо материализовался именно в тот момент, когда Чо Хачхоль поливал грязью Пэк Соха, было слишком очевидным совпадением, чтобы его не заметить, каким бы тугодумом тот ни был.

– То, что у Соха низкий процент совместимости, ещё не даёт никому права обращаться с ним как с пустым местом. Изначально такого права нет ни у кого, – чеканя каждое слово, произнёс Хан Джуо, медленно подходя к Чо Хачхолю.

– Я всего лишь... И вообще, не я один так говорил!

Чо Хачхоль пятился под ледяным напором Хан Джуо, но всё ещё пытался оправдаться, выкрикивая свои обиды.

– Центр – это место, которым Пэк Соха дорожит! И если он не хочет навсегда завязывать с работой проводника, он м-может вернуться! Вот я и пришёл, чтобы его забрать! – заикаясь, но всё ещё упорно цепляясь за свою идею, твердил Чо Хачхоль.

– Забрать его, чтобы снова унижать, игнорировать и потешаться над ним?

– Ну...

Даже такой прожжённый наглец, как Чо Хачхоль, не нашёлся что ответить. Он ведь и впрямь собирался и дальше использовать низкий процент совместимости Соха как мишень для насмешек, чтобы обеспечить собственное спокойствие и безопасность, и всегда был готов подкинуть дровишек в костёр сплетен.

– Он мне нравится, – просто сказал Хан Джуо.

– А? Что? Эм?

От этого заявления Хан Джуо, сказанных без всякой предпосылки, Чо Хачхоль окончательно растерялся и пролепетал что-то нечленораздельное. Соха же густо покраснел и опустил голову ещё ниже.

– Поэтому я больше не позволю никому его ранить. Той боли, что ему уже причинили, более чем достаточно. Это и так слишком прискорбно.

– Н-но, может, он уже всё забыл... отпустил прошлое и всё такое... – предпринял слабую попытку оправдаться Чо Хачхоль, но в ответ получил лишь испепеляющий взгляд Хан Джуо.

– В таком случае, это ты сейчас выслушаешь и забудешь.

Учитывая, что это сам Чо Хачхоль не выдержал и примчался сюда за Соха, вся ситуация выглядела до крайности нелепо и смехотворно.

– О Соха позабочусь я. Утешу его. Постепенно, шаг за шагом, исцелю все его раны.

Пока Чо Хачхоль стоял, как громом поражённый, с отвисшей челюстью, не в силах произнести ни слова, Соха шагнул вперёд.

– Ну как можно говорить такое прямо при человеке, о котором идёт речь? – обратился он к Хан Джуо.

И когда это тот вообще успел проникнуться идеей исцеления его душевных ран? Соха не знал, куда деваться от переполнявшего его странного коктейля из смущения, удивления и тайной, непрошеной радости.

Таких слов в свой адрес он не слышал никогда в жизни...

«Ах, вот чёрт, я опять копаюсь в прошлом, сравниваю...»

Нужно было просто искренне, открыто принять эти слова, растрогаться, а он снова занялся самокопанием. Соха с силой прижал ладонь к груди, где отчаянно колотилось сердце, пытаясь его унять, и легонько коснулся тыльной стороны ладони Хан Джуо.

– Спасибо. Дальше я сам.

Он был несказанно, до глубины души благодарен Хан Джуо за то, что тот так решительно за него заступился. Если он будет вспоминать этот момент перед сном, то сможет уснуть с улыбкой.

Однако завершить этот разговор с Чо Хачхолем он хотел сам. Поэтому Соха одарил Хан Джуо тёплым, признательным взглядом и решительно повернулся к своему незадачливому преследователю.

Чо Хачхоль, который заметно съёжился и поник при появлении Хан Джуо, под пристальным взглядом Соха заставил себя выпрямить плечи и гордо вздёрнуть подбородок. «Ишь ты как распетушился! – мысленно фыркнул он. – А всё равно ничтожество с паршивым процентом совместимости, куда тебе до меня!»

Он был уверен: пока Соха не бросит окончательно ремесло проводника, он будет стремиться вернуться в Центр, под крыло директора Ким Бомхака. Да и вообще, по совести говоря, раз уж есть человек, который так явно благоволит Пэк Соха и так его опекает, тот просто обязан вернуться – хотя бы из благодарности за всё, что для него сделали, за то, что его, можно сказать, вырастили и вывели в люди.

– Ну что, натерпелся сегодня оскорблений? Тяжкий выдался денёк?

Голос Соха сочился мёдом, в котором явно чувствовалась горечь.

Чо Хачхоль, готовый к любой тираде, к любым обвинениям, не смог ответить сразу. Он был абсолютно уверен, что Соха начнёт с упрёков и ругани.

– Знаешь, когда я уходил из Центра, ты у меня прямо из головы не шёл. Всё думал: как же наш бедный Хачхоль будет справляться без меня? Наверное, очень ему нелегко придётся.

– Так если понимаешь, то даже сейчас...

– Если смотреть исключительно на процент совместимости, – нарочно перебил его Соха, – то в Центре есть пара-тройка проводников, почти как ты. Вот только незадача – класс у них низковат.

У самого Чо Хачхоля был С-Класс.

– Честно говоря, меня всегда это немного коробило. Ну, скажи на милость, проводник – он и есть проводник, зачем это дурацкое деление на классы – А, В, С? Это же чистое ранжирование людей, попытка всех расставить по полочкам, как скот на ярмарке.

Чо Хачхоль начал смутно что-то подозревать: Соха говорил на удивление правильные, разумные вещи.

– Мне от всего этого тоже было, знаешь ли, несладко...

Соха картинно вздохнул, и в его тоне не слышалось ни малейшей нотки враждебности. Чо Хачхоль дрогнул. Кажется, он на миг утратил бдительность, позволил себе расслабиться.

– Здесь, в гильдии, ко мне все так хорошо относятся, что я, грешным делом, постоянно сравниваю с Центром – ничего не могу с собой поделать, такой уж я человек, видимо. И служебное жильё, которое мне предоставили, – не чета той конуре в общежитии Центра, раза в два, а то и в три просторнее... В общем, куда ни кинь – всё лучше, чем было в Центре. В этом-то вся и проблема, понимаешь?

– Так ты... ты что сказать-то хочешь? Что не вернёшься? – наконец выдавил из себя Чо Хачхоль.

– А? Разве это так прозвучало? Ну, если тебе так послышалось... то да, ты угадал.

Соха широко, хищно улыбнулся.

Только в этот момент Чо Хачхоль окончательно понял, что его всё это время просто водили за нос. Он уже открыл было рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но Соха вдруг шагнул ближе, положил руку ему на плечо и крепко, почти вплотную прижался. Они оба были проводниками, и пусть Чо Хачхоль был значительно ниже ростом, он всё же был взрослым мужчиной.

Поэтому, по идее, он должен был бы легко стряхнуть руку Соха, но на практике это оказалось не так-то просто. Чо Хачхоль привык к тепличным условиям в Центре, где Соха, несмотря на свой собственный низкий процент совместимости, всегда его прикрывал и решал все проблемы. Он никогда не прилагал собственных усилий, не напрягался, и потому сейчас просто физически не мог противостоять силе Соха, который регулярно участвовал в зачистках подземелий без покрывавшего его эспера и привык полагаться только на себя.

– На самом деле, если осознать, что всё это – деньги, статус, проценты – полная чушь и суета, то и проблемы никакой не будет, верно?

– Д-да, ты прав! И ты должен отплатить добром директору Центра за его неизменную поддержку и милость!

Это ведь именно Чо Хачхоль распускал слухи об их с директором «особых» отношениях. Соха горько усмехнулся, вспомнив поток грязи, вылившийся на него в день увольнения, но тут же заставил себя улыбнуться как можно нежнее и ласковее.

– Ну конечно. Наверное, было бы просто замечательно вернуться туда, где меня ждёт глава Центра, с которым у меня такие, знаешь ли, «особые» отношения, не так ли?

Лицо Чо Хачхоля просияло, и он яростно закивал. В душе он ликовал: Соха сам, своими словами, подтвердил его тайную связь с директором! Во взгляде Соха, который читал эти жалкие мыслишки насквозь, явно сквозила брезгливая насмешка.

– Вот только есть одна маленькая загвоздка. Здесь, в гильдии, есть Джуо. И у нас с ним, представь себе, очень высокий процент совместимости.

– ...

Соха, всё ещё держа руку на плече Чо Хачхоля, без труда ощутил, как тот окаменел, и мягко усмехнулся.

– Кажется, ты не расслышал, так что я повторю специально для тебя. Мой процент совместимости растёт. И поэтому, дорогой мой Хачхоль, никуда я не пойду. Так что оставь свои тщетные надежды и постарайся как-нибудь выжить там в Центре самостоятельно.

Или, как вариант, сам подавай заявление об уходе.

– Надо же, я рассказал Хачхолю.

Он рассказал Чо Хачхолю секрет, о котором знали лишь немногие и помалкивали. Тот наверняка передаст услышанное многим, где и когда придётся, но Соха не переживал на сей счёт.

– Но кто же поверит Чо Хачхолю?

Даже если и поверят, и он расскажет другим, разве это разойдётся? Один-двое гляди и поверят, а вот большинство впадёт в отрицание. Было слишком широко известно то, как Соха силился поднять процент совместимости. Сколько бы он ни проходил тестов на совместимость, он так и не смог преодолеть порог в 3%, да ещё и попал под взрыв, войдя во врата, так что ему тем более не поверят.

– Тогда наш Хачхоль будет раздосадован.

То, какую мину Чо Хачхоль тогда состроит, уже маячило перед глазами, и смех вырвался наружу. Так или иначе, он был тем ещё психом, который велел человеку вернуться, чтобы снова его обругать, так что такая месть будет в самый раз.

Соха, думавший, что почувствует облегчение, как следует проехавшись по Чо Хачхолю словами, подпёр подбородок рукой с различимым равнодушием.

– И почему одни так хотят сожрать других?

Не понять, почему они обращают чужие обстоятельства в свои закуски. Это ведь никак не поможет им при зачистке подземелий.

Раз Чо Хачхоль страдает, Соха надеялся, что дальше ему будет только хуже. Хотя бы так же, как было ему самому. Соха никогда не пожелает того, чего не чувствует сам. От него не услышишь притворно-вежливого: «И вам не хворать».

– И всё же встреча с ним принесла и хорошее.

В голове был сумбур, но благодаря Чо Хачхолю удалось отвлечься. Не верилось, что процент совместимости может меняться из-за психологических факторов, и когда выяснилось, что причина всё же в них, чувство опустошённости не заставило себя долго ждать. Соха ведь так отчаянно желал, чтобы процент совместимости оказался высоким... Не передать словами, как он себя чувствовал.

Но после встречи с Чо Хачхолем...

– Есть партнёр, с которым процент совместимости растёт.

Хан Джуо сказал, что изменения произошли, потому что Соха ему нравится, но Соха зациклился на этом и чуть не упустил самую суть.

– Сосредоточиться не на цифрах, а на Хан Джуо.

Облегчить его ношу – вот что было главным для Соха.

– Но почему он не выходит? – пробормотал Соха, глядя на ванную, в которой скрылся Хан Джуо.

Встреча с Чо Хачхолем была главным событием дня, остальное время он просто провёл как обычно и ушёл с работы. Соха, который воспринимал как должное своё нахождение рядом с Хан Джуо для стабилизации, поднялся с дивана и без колебаний направился к ванной.

– Он что, в обморок упал?

Он не был на грани перегрузки, но накопившееся в теле за это время напряжение могло дать о себе знать. Хоть и говорили, что пяти раз достаточно, чтобы полностью очистить тело Хан Джуо, с его усталостью ничего поделать было нельзя.

Но Хан Джуо постоянно использовал свои способности, не давая провести полную стабилизацию и извести все остатки закупорившейся энергии.

– С тех пор как он стал моим партнёром, он ни разу не был полностью очищен.

Если Хан Джуо упал, нужно войти и вытащить его.

Соха мельтешил около ванной, когда Хан Джуо резко распахнул дверь, и их взгляды встретились. Соха тут же поднял обе руки, показывая свою невиновность.

– Я не пытался подглядывать. Просто волновался и ждал здесь.

– Чем длиннее оправдания, тем они подозрительнее.

– Правда? Но... – Соха откровенно окинул взглядом влажного Хан Джуо с ног до головы.

– Что это за взгляд? – Хан Джуо отстранился, словно ему это было неприятно, но Соха, наоборот, ещё активнее прилип к нему.

– Разве ты не должен радоваться, когда я на тебя смотрю?

– Ты хочешь, чтобы я смутился?

– Не то чтобы...

Соха не договорил и отвернулся.

– Подойди-ка на минутку.

Подошло время стабилизации, да и нужно было кое-что обсудить перед этим, поэтому Соха позвал Хан Джуо. Соха сел на диван, по-хозяйски скрестив ноги, а Хан Джуо устроился напротив.

– Ну... у нас всё сильно запуталось.

Если раньше они, даже не любя друг друга, должны были целоваться и соприкасаться руками, то теперь, когда один из них воспылал чувствами, им следовало соблюдать определённую черту. Соха хотел заранее заручиться пониманием на случай, если этот баланс нарушится.

– Давай сосредоточимся на причине стабилизации. Я делаю это не для своего удовольствия, а чтобы позаботиться о твоём теле, Хан Джуо, – Соха сделал акцент на Хан Джуо. – Так что, если во время стабилизации почувствуешь, что не можешь больше терпеть, скажи. Сдерживаться через силу – это ведь тоже своего рода нагрузка для тебя.

Он просил об этом, чтобы тот не чувствовал себя морально загнанным в угол.

– Чем попусту трепать языком, лучше займись стабилизацией, – Хан Джуо холодно оборвал его, словно продолжать разговор не было нужды.

Соха же упорно настоял на своём.

– Совсем не попусту. Мы ведь в самом расцвете сил.

Хан Джуо тут же перекосило.

– Сколько раз ты уже возбуждался?

– Я должен на это отвечать?

– Я несколько раз чувствовал, как у тебя там твердеет.

На слова Соха, звучавшие так, будто он даёт возможность признаться, Хан Джуо фыркнул.

– С тобой ведь то же самое.

Стрела тут же вернулась к Соха, и пока тот раздумывал, что ответить, Хан Джуо внезапно поднялся и забрался на него. Не просто на диван, а на самого Соха.

– Ты ведь тоже реагировал?

– Я тоже парень в расцвете сил.

Тот говорил так, будто всё знал, и отрицать это было бесполезно, поэтому Соха кивнул.

– Допустим, я возбудился, потому что ты мне нравишься. А ты тогда что?

– Я...

– Человек, которому не хватает самоконтроля?

– Вовсе нет!

За кого он его принимает, за какое-то животное? Соха с обидой покосился на Хан Джуо.

– Тогда можно и проверить.

– А? Ай, ты чего. Зачем одежду задираешь?

Не успел Соха и слова сказать, как его футболка взлетела до самой груди, и он, перепуганный, попытался его остановить.

– Время стабилизации.

Хан Джуо двумя словами пресёк попытки Соха вырваться и провёл пальцем по ложбинке меж его грудных мышц.

– Кх.

Соха дёрнулся в сторону, пытаясь избежать прикосновения, но, если говорить совсем честно, внутри у него всё предательски ёкнуло.

– Позже тебе придётся выбрать. То ли ты не смог сдержаться, то ли это потому, что я тебе тоже нравлюсь.

– Почему только два варианта?

Соха попытался придумать другие варианты, но Хан Джуо не дал ему и минуты покоя.

***

Они переместились из гостиной в спальню. Плотные шторы скрыли даже красный вечерний закат, и в комнате под таким тусклым светом едва можно было различить очертания предметов.

– Мхм.

Соха издал стон, словно задерживал дыхание. Хан Джуо поставил одно условие, пока его стимулировал: вытягивать энергию тонкой нитью и вливать её, но так, чтобы поток ни в коем случае не прерывался.

Соха мог бы не послушаться. Даже замотал головой, сказал: «Не буду», но стоило прикосновениям Хан Джуо обернуться невыносимо чувственными, как он невольно последовал этим указаниям.

Вливая энергию в Хан Джуо, Соха изо всех сил старался не поддаться наслаждению, которое тот ему доставлял, и несколько раз широко открывал глаза, пытаясь сосредоточиться.

– А, вот как. Хм. Если здесь ущипнуть...

Однако, когда Хан Джуо обеими руками схватил Соха за талию и сжал пальцы, тот плотно зажмурился. Талия у Соха для обычного мужчины была довольно тонкой, но руки Хан Джуо были большими, и казалось, что, приложи он ещё немного усилий, его пальцы могли бы сомкнуться.

Особенно когда Соха извивался, его талия изгибалась, словно скрученный жгут, и это было одной из причин, возбуждавших Хан Джуо.

– Когда стабилизация закончится, ты ведь отпустишь? – спросил Соха, чтобы получить твёрдый ответ.

Хан Джуо кивнул, словно говоря не волноваться. Соха спрашивал, потому что беспокоился, что Хан Джуо будет изнывать от желания, вынужденный сдерживаться, но всё это, как оказалось, было лишь его собственной самонадеянностью.

«Кажется, я сейчас умру.»

Зная, что произойдёт, если Хан Джуо прикоснётся к нему всерьёз, Соха старался не позволять себе расслабиться под чужими руками. Только так энергия могла продолжать поступать.

Для Соха 20% были увеличенным количеством, но объективно это была небольшая цифра. Однако почему передача такого количества энергии ощущалась такой долгой? Казалось, будто он вкладывает в процесс всю концентрацию, которую обычно расходовал.

«Если я сейчас не выдержу, мне в самом деле придётся выбирать одно из двух.»

Признать, что у меня нулевой самоконтроль, или сказать, что Хан Джуо мне нравится.

«Но это не так.»

Он не мог точно утверждать, что Хан Джуо ему нравится, но тело предательски возбуждалось, и несколько раз возникали критические моменты. Хорошо ещё, что на нём были штаны.

«Держись. Осталось недолго.»

Он передал почти все 20% энергии. И в тот момент, когда он закончил передавать долгожданную энергию и убедился, что цифра на часах тоже показывает 20, Соха с облегчением выдохнул и расслабился.

И тут.

– А?

Энергия по-прежнему продолжала течь в тело Хан Джуо. И Хан Джуо, обнаружив брешь чужой насторожённости, сосредоточенно прошёлся по чувствительным местам Соха, от груди до боков. И для Соха, который только что непредусмотрительно расслабился, наступил величайший кризис.

Мышцы живота резко напряглись, а то, что было скрыто в штанах, отчётливо затвердело.

♡

[~] «...чужие пальцы могли бы сомкнуться на его талии». Не буду притворяться, что не положила свои собственные руки себе на талию, чтобы представить такое получше.

Расплата за потерянную бдительность накатила волной. Энергия, покинувшая его руки, больше не поддавалась контролю. Словно недовольная медленным проникновением в тело эспера, она принялась буйствовать на полную катушку.

Изначальное предназначение энергии проводника заключалась в том, чтобы усмирять теряющих контроль эсперов. Мощная и стремительная, она успокаивала раздувшиеся органы эспера и снижала нагрузку на тело.

Заодно обостряя до предела все пять чувств Соха.

– Хх... Погоди. С-стой...

От этой энергии, что прежде вела себя смирно, а теперь вдруг заработала в полную силу, страдал её хозяин – Пэк Соха. Теперь даже простое прикосновение Хан Джуо отзывалось электрическим покалыванием. Тот прикасался к нему и раньше, но сейчас ощущения были вдвое острее, и Соха вот-вот был готов зайтись в исступлении.

Соха изо всех сил пытался выбраться из-под Хан Джуо. Его выпирающие спереди брюки, туго обтягивающие пах, начали намокать.

– Так нельзя. Всё... совсем не так, как обычно, – выдохнул Соха, тяжело дыша.

Он из последних сил цеплялся за остатки разума, но паниковал от того, что мог в любую секунду его лишиться.

– Сейчас самое время.

Но у Хан Джуо было иное мнение.

– Это наш шанс изменить процент совместимости.

Заметив, что Соха от страха перед непривычной стабилизизацией не может вдумчиво разложить ситуацию по полочкам, Хан Джуо указал на суть. Возможно, это ступенька к следующему уровню, уговаривал он, одной рукой удерживая лодыжку Соха.

Не давая далеко убежать, он и вовсе потянулся к поясу брюк Соха.

– Думай лишь о том, что это пойдёт на пользу нам обоим.

– На пользу...

– Да. Теперь, даже если ты возбудишься, я не буду говорить, что это из-за похоти, – бесстрастно успокаивал его Хан Джуо.

Соха уставился в потолок и набрал в лёгкие столько воздуха, что его грудь раздулась, а после шумно выдохнул, пока лёгкие не сжались. В голове прояснилось. Печально было то, что чем яснее становился разум, тем очевиднее был вывод – с Хан Джуо нужно дойти до конца.

Нельзя было отрицать и того, что, пока Хан Джуо бездействовал, возбуждение, ещё недавно казавшееся непосильным, теперь сменилось чувством досадной нехватки.

– Это не потому, что меня сжигает желание... – произнёс Соха с ноткой обиды, словно ему было досадно начинать вот так. – Всё ради нас, чтобы через стабилизизацию снизить нагрузку на твоё тело, а мне получить более высокий процент совместимости. Понимаешь? И тут, между прочим, присутствует и мой дух самопожертвования, и дело не в том, что ты мне нравишься, но и не в том, что ты мне противен, так что я просто, как коллега, желаю тебе всего наилучшего, и вообще, это всё во имя спокойствия родины и народа!..

Хан Джуо заткнул его губы, не дав договорить. Соха прищурился, пытаясь взглядом передать свою мысль. Подчёркивал, что принимает это из широты душевной, без всякого скрытого смысла.

Небольшая загвоздка была лишь в том, что Хан Джуо, которому предназначался этот взгляд, держал глаза закрытыми.

– Хх... Мм...

Толстый язык Хан Джуо вторгся в его рот и принялся хозяйничать там, заставляя Соха раскрыть рот так широко, что, казалось, вот-вот сведёт челюсть. Но и этого было мало: Хан Джуо наклонил голову, проникая ещё глубже, и их губы, насквозь промокшие от слюны, то и дело соскальзывали, не в силах сомкнуться.

Энергия перетекала так же обильно, как и слюна. Это было так ново, так ошеломительно, что он лишь крепче притянул к себе Хан Джуо. Раз уж решился, то больше не будет мешкать. Он смело раскрыл рот навстречу и захотел стянуть с себя тесные штаны... но на такой поступок пока не хватало смелости..

– Хаа, хаа. Невероятно, стабилизация и правда идёт, – пробормотал Соха, встретившись с Хан Джуо взглядом.

– Я тоже в предвкушении.

Хан Джуо криво улыбнулся, и на этот раз надо признать – выглядел отлично. Знал, что он красивый, но часто казался противным, а сейчас действительно был хорош.

И глубокий взгляд, и гордо вздёрнутый нос, и блестящие губы.

– Не расскажешь, как я на тебя смотрю? – спросил он, отрешённо глядя на Хан Джуо. Тот в ответ тряхнул плечами, словно услышал что-то забавное.

– Взглядом человека, который в меня втрескался.

– Что? Быть того не может.

– Нет, может. Ты поплыл. Ещё немного, и признаешься мне в любви, это лишь вопрос времени.

Соха понял, что недоразумение может зайти слишком далеко, и выставил руку, чтобы его остановить.

– Всё не настолько серьёзно. Я всего лишь подумал: «А Хан Джуо, оказывается, красавчик».

Так что не стоило заходить так далеко, но улыбка Хан Джуо только расширилась. Он улыбался одними глазами, и от этого Соха, наоборот, смутился.

– Рад, что смог тебе понравиться.

– Да не в этом дело...

Договорить Соха не успел — он резко втянул воздух, когда рука Хан Джуо расстегнула крючок на его брюках. За то короткое мгновение, что Соха провёл в ошеломлённом ступоре, Хан Джуо успел стянуть с него брюки. Не до конца, но этого хватило, чтобы почувствовать, как его набухший член освободился.

– Хуу.

С выдохом, что вырвался сам собой, тело обмякло. В голове царил сумбур, он совершенно не понимал, что происходит. Стабилизация, поцелуй, разговор, возбуждение, болтовня о том, какой тот красивый, и вот он уже со спущенными брюками.

Что вообще творится?

Но возбуждение от полученных ласк, которые, к слову, продолжались, никуда не уходило. Хан Джуо уже ухватился за резинку его трусов, а Соха даже не думал его останавливать. Несколько пальцев уже скользнули под ткань.

Он и без того знал, где именно окажутся кончики пальцев, скользящие по его коже.

– Слушай...

– Если сейчас раздумаешь, не прощу.

Не успел Соха и рта раскрыть, как прозвучала угроза Хан Джуо.

– Человека надо выслушать до конца. Я же только «слушай» сказал.

– С тебя станется какую-нибудь глупость ляпнуть.

– Это да, но у меня могут быть свои причины говорить «слушай».

– ...

Теперь и Хан Джуо дошёл до предела терпения, – помрачнел весь, – так что Соха поспешил заговорить.

– Мне ведь нельзя, да?

Бровь Хан Джуо дёрнулась.

– Нет, я имею в виду, я бы и сам справился, но в таком состоянии, боюсь, упущу момент.

– Зачем сейчас об этом? Мог бы сказать и в процессе.

– Это да, но...

А всё потому, что рука Хан Джуо медленно, но верно забиралась всё глубже ему в трусы. Странно было уже то, как его пальцы ворошили лобковые волосы, но ещё фаланга – и они коснутся самого основания. Поскольку трусы ещё не были сняты, член был прижат вниз, и пальцы коснулись бы его раньше, чем ствола.

– Слушай, я...

Снова те же слова. Не то чтобы он намеренно хотел вывести Хан Джуо из себя, но ничего не мог с собой поделать.

– Я никогда не проводил стабилизацию... ну, этим самым.

То есть он, конечно, передавал энергию через любое место, которого касался, но никогда не делал этого... ну, им.

– Я, конечно, представлял себе это, но всё равно... эм? Странно же.

Он оттуда только мочился. А выпускать что-то ещё...

«Даже не знаю, как сказать.»

Соха стыдливо сложил руки, потом развёл.

– Я же не так энергию высвобождаю... Мх!

– Всё-таки точно глупость.

Хан Джуо схватил обе руки Соха и завёл их ему за голову. А потом и вовсе заткнул рот поцелуем, чтобы тот больше не мог говорить.

Этот напор словно говорил: «Я дал тебе достаточно времени, так что теперь жаловаться поздно».

– А, мм... ахх.

Соха вскрикнул от боли, когда его прикусили за нижнюю губу, но тут же растаял от прикосновений к паху. Моргнул, и брюки уже исчезли невесть куда, и теперь его голые ноги были неловко разведены из-за стянутых до колен трусов.

От непривычного ощущения прикосновений не куда-нибудь, а прямо к его члену, Соха заёрзал всем телом, и в этот миг остатки его самообладания сосредоточились на стабилизации.

Непривычно, но надо. Обязательно надо. Надо... ведь так?

«Странно.»

Оттуда ничего не высвобождается, а чувство такое, будто всё тело в плену.

– Ты... – заметив это ёрзанье, Хан Джуо посмотрел на него сверху вниз со странным выражением, словно ему в голову пришла какая-то мысль. – Как рыба в сетях.

– ...

Самым странным было то, что даже от таких дурацких слов возбуждение никуда не делось.

– Я что, сильно трепыхаюсь? – спросил Соха, решив не уходить от ответа.

Хан Джуо рассмеялся.

– Вот это в духе Пэк Соха.

– Чего? А что я такого сделал? – возразил Соха, надув губы, но Хан Джуо, казалось, совсем ему не внимал.

Рука Хан Джуо скользнула по стволу, и нежная кожа потянулась следом. Она и так была мягкой и чувствительной и не могла устоять перед сильным хватом.

– Если так сжимать и тянуть...

– Обидно – сделай мне так же.

Хан Джуо всем своим видом показывал, что ничуть не возражает. От этой наглости Соха стиснул до боли зубы. Сначала разберусь с неотложным, а потом и сам схвачу точно так же.

– Я, я сейчас... Я хочу сам довести себя до... хочу сам, в общем.

Соха умоляюще посмотрел на Хан Джуо снизу вверх. Из члена не било никакими энергетическими волнами, но что-то определённо чувствовалось. Это не был явный выброс энергии, но прикосновения вызывали щекотливое ощущение, какой-то едва уловимый поток.

Точно определить не получалось, что расстраивало, но когда нахлынуло предчувствие оргазма, главным стало освободиться от руки Хан Джуо.

– Так кончай.

– Что? Н-но я никогда не кончал в чужую руку, и не обязан доверять это тебе.

– Соха...

Хан Джуо демонстративно сжал руку и резко потянул член вверх.

– С каких пор я стал слушаться твоих просьб?

– Что? Ах ты, мелочная зараза! А кто говорил, что я ему нравлюсь? Агх!

Хан Джуо безжалостно надавил большим пальцем на уретру, и Соха изогнулся всем телом. Он и так был на грани, а от такой точечной стимуляции едва не кончил на месте.

– То, что ты мне нравишься, не делает меня идиотом.

Хан Джуо с непреклонным взглядом плотно прижался к нему бёдрами. Соха коротко вскрикнул, но Хан Джуо лишь нежно провёл рукой по его лицу, будто находя это милым.

При этом хватки он не ослабил. Соха проклинал тот факт, что у людей всего две руки.

– Считай это проявлением моей любви.

– У нас даже нормального свидания не было, а это уже слишком... Мм. Аах.

Соха пытался договорить, но достиг предела и кончил. Удовольствие оказалось соразмерно тому, как долго он сдерживался.

«Что я только что натворил?»

Соха закрыл лицо руками. Снизу всё ещё толчками выходило семя, и Хан Джуо тщательно, до последней капли, выжимал его, так что у Соха не хватало смелости даже коснуться себя.

– Чувствуешь?

Тут Хан Джуо, который мял его низ, словно выжимая бельё, серьёзно посмотрел на него.

– Стабилизация ведь продолжается.

Только теперь Соха что-то ощутил и, замолчав, сосредоточился на том, что происходило внутри его тела.

– И правда.

Энергия из его тела непрерывно перетекала к Хан Джуо. Неважно, что её было немного. Главное – что она текла неосознанно и не останавливалась.

– Сколько... сколько процентов уже передалось?

Несмотря на прохладу внизу, его запястье под часами вспотело. Соха бросил на них взгляд и замер.

Он тут же забыл о том, что только что кончил. Настолько его потряс показатель на экране.

– С-сорок?

43%. Он никогда не видел такого значения и от удивления раскрыл рот, как на него тут же набросился Хан Джуо.

– Эй! Ты же сам сказал почувствовать, что стабилизация идёт. Так куда ты целоваться полез?

Он хотел спросить, почему тот полез к нему с поцелуями, но Хан Джуо прикусил его нижнюю губу, смазывая все слова. Процент совместимости вырос, и Соха был этому открытию рад, но Хан Джуо, казалось, радовался ещё больше, отчего у него перехватывало дыхание.

– Погоди.

– Ещё не конец.

Хан Джуо принялся вновь разжигать остывающее тело Соха. Теперь знал, что от любого прикосновения разольётся жар, но, чтобы ускорить процесс, безжалостно ласкал самые чувствительные места.

– Х-хм-м. А-ах. Ещё немного... А-ах, хорошо.

Теперь Соха не сопротивлялся и не колебался. Уже вкусил слишком большой плод, чтобы повернуть назад. Двузначное число на часах. И подумать только – ещё чуть-чуть, и можно будет достичь 50%. От этой мысли прикосновения Хан Джуо стали невероятно желанными.

Да что там желанными.

– Я тоже хочу.

Соха опёрся о кровать и приподнял корпус. Чуть не столкнулись лбами, и Хан Джуо на секунду замешкался. Этой секунды хватило, чтобы они поменялись местами. Глубоко дыша так, что вздымалась грудь, Соха смотрел на Хан Джуо сверху вниз.

Лицо Хан Джуо, который смотрел на него с полузакрытыми глазами, с любого ракурса могло вызвать только одно слово – совершенство. Да и вспомнилось, как он целую вечность назад удивлялся: как вообще он такое умудрился забыть? Настолько оно было запоминающимся.

– Нужно же проверить, – сказал он, немного успокоив дыхание и глядя в это до безумия красивое лицо. – Полежи спокойно. Я и тебе...

С недовольством оглядев Хан Джуо, который, в отличие от него самого, расслабленного и разгорячённого, выглядел так, будто ничего и не произошло, Соха без предупреждения схватился за его штаны.

– ...сделаю приятно.

Определённо не из-за того, что его там хватали... Хотя да, именно поэтому. Чтобы отплатить той же монетой, Соха торопливо стянул с Хан Джуо штаны.

– Хаа.

Хан Джуо покорно приподнял бёдра, помогая ему, – видимо, возражать он не собирался.

Выдернув рубашку, расстегнув крючок и опустив молнию – орудуя руками так быстро, что со стороны могло показаться, что он на человека банально напал – Соха, наконец, стянул с него штаны и перевёл дух.

Он даже вытер пот со лба, гордый собой, но у Хан Джуо было странное выражение лица.

– Нельзя было как-то по-человечески?

Соха широко улыбнулся.

– Для нас уже слишком поздно.

Честно говоря, о романтической атмосфере, многозначительных взглядах и жарких поцелуях можно было забыть.

– Ты же тоже говорил, что я тебе нравлюсь, а сам безжалостно лапал.

– Если мне кто-то нравится, я должен ему уступать?

– Не то чтобы, но ты даже вида не подал, что колеблешься.

Поэтому и обидно было. Соха надул губы, и Хан Джуо фыркнул и взъерошил ему волосы.

– Ну что такое, а? И почему именно правой рукой?

Соха вздохнул, думая о сперме, которая могла попасть на волосы. Ладно, всё равно после всего этого мыться. Несмотря на его жалобы, Хан Джуо продолжал улыбаться.

– Недоволен? Тогда уступай мне во всём, когда я тебе понравлюсь.

– Ха, ты значит не будешь, а я должен? Ни за что. Я отплачу тебе той же монетой.

Соха твёрдо заявил, что требования Хан Джуо выполнять не станет.

– Как хочешь.

Хан Джуо это, казалось, ничуть не задело, он лишь продолжал ухмыляться, что почему-то раздражало.

– Продолжим.

Поэтому Соха ткнул пальцем в его обнажённую плоть. То, как она тут же дёрнулась, показалось ему забавным. Внушительный размер его не удивил – он уже видел очертания в прошлый раз, – но он не ожидал, что и член у него окажется таким же красивым.

– Розовый.

Не то чтобы цвет имел значение, но приятный розоватый оттенок завораживал. А когда он прикоснулся, то удивился ощущениям.

– Как шёлк.

Проще говоря, его член был будто окутан розовым шёлком. Если ещё и перевязать его лентой из того же материала...

«Мне в голову пришла какая-то извращённая мысль, но если я скажу, ты меня обругаешь, так что промолчу.»

Игнорируя вопрошающий взгляд Хан Джуо, провёл рукой по стволу от основания до головки.

«Да, вот чего я хотел.»

Хотел отплатить тем же. Так же, как Хан Джуо поступал с ним, скользить по стволу с такой силой, чтобы кожа тянулась следом, и сжать головку, как бейсбольный мяч.

«Ого, и правда можно бросать.»

Он был таким увесистым в руке, что оставалось только цокнуть языком. А когда член начал подрагивать, Соха не сдержал смешка.

«А он ещё меня рыбой в сетях называл.»

У Хан Джуо там действительно била жизнь. Он поскрёб под головкой и надавил на кончик, стимулируя его. Не забыл и о мошонке, отчего уретра начала приоткрываться.

Почему-то показалось, что пахнет кисловато, и в этот момент прямо перед глазами брызнула сперма. Сначала выстрелила капля, а затем мутная вязкая жидкость потекла по головке, словно извергающаяся лава.

Соха нахмурился, глядя, как она стекает по его руке. Забрался на Хан Джуо, чтобы проверить, довёл его до оргазма. И вот результат.

«...Энергия закупорилась.»

Как только Хан Джуо кончил, стабилизация прекратилась, словно её выключили. Значит ли это, что дальнейшая стабилизация невозможна? Пока он смотрел на него, в голове родилась догадка.

– Нужно попробовать вставить, да?

Если и тогда стабилизация не пойдёт, то их надеждам и впрямь конец.

Когда Соха озвучил свои догадки, Хан Джуо просунул руку между его ног. Указательный и средний пальцы скользнули вверх по ноге и начали поглаживать его колечко мышц. От напряжения у Соха перехватило дыхание.

Если до сих пор они перебрасывались шутками, то теперь всё начиналось всерьёз.

Тело Соха напряглось, будто пальцы Хан Джуо вот-вот проникнут внутрь, и он инстинктивно сжал бёдра. Так что его едва приподнятые ягодицы – вместе со спущенными штанами и бельём – оказались прижаты к ногам Джуо. Не то чтобы прям плотно-плотно, но соприкоснулись точно. На Соха обрушился целый ворох ощущений: шероховатых, твёрдых, но в то же время где-то податливых и влажных.

– Хаа.

Решив перевести дыхание, Соха провёл рукой по волосам, но пальцы тут же застряли в спутавшихся прядях. Ясное дело, они слиплись после того, как Хан Джуо взъерошил ему причёску.

Выдернув руку из спутанных волос, он посмотрел на него.

– Слушай... может... – неуверенно начал он, но замялся. Пот и другие, не поддающиеся описанию телесные жидкости уже смешались, делая кожу скользкой и липкой, но этого казалось мало...

«У тебя случайно нет смазки? Да, мы и так уже мокрые, но с ней и без неё – разница огромная. Она понадобится. Если нет, сбегать купить?»

...Как, блин, это озвучить?

Казалось, весь стыд уже давно испарился, но даже первую букву «с» в слове «смазка» выдавить было сложно.

– Ну, то есть... эм... с...

Пока он мямлил, не решаясь закончить фразу, – и было неясно, то ли он про смазку, то ли что похуже, – Хан Джуо пошевелился. Он не то чтобы приподнялся, а просто потянулся рукой в сторону, но от этого движения их соприкасающиеся бёдра потёрлись друг о друга, и по пояснице Соха пробежала лёгкая дрожь.

Мог бы предупредить, прежде чем двигаться.

Соха наблюдал, гадая, что тот задумал, а Хан Джуо открыл ящик прикроватной тумбочки. Достав оттуда что-то, он протянул это Соха – тюбик со смазкой.

– Ты где это взял?

– В ящике.

– Что из ящика, я и сам вижу. Когда ты успел её приготовить? Неужели ждал, что такой денёк настанет? Ещё и с запахом клубники?

Соха указал на миленький рисунок ягодки на тюбике. Хан Джуо нахмурился и повертел тюбик в руке, разглядывая его.

– Что дали, то и купил.

– А... ясно.

Значит, посоветовали с клубникой. Пока Соха кивал, Хан Джуо резко открутил крышку. А потом со всей силы сжал тюбик. Соха, наблюдавший за ним, поздно спохватился и протянул руку, чтобы его остановить.

– Если так давить...

ХЛЮП!

От сильного нажатия внутренняя защитная плёнка лопнула, и содержимое тюбика брызнуло во все стороны. Глядя на гель, перепачкавший не только руку Хан Джуо, но и его живот, и собственные бёдра, Соха буркнул:

– Он же не одноразовый, давай поэкономнее, Джуо.

– ...

Хан Джуо молча отшвырнул тюбик в угол и приподнялся, заставив Соха откинуться назад. Тот моргнул.

– В следующий раз попрошу с другим запахом.

Соха глубоко вдохнул. Сладкий аромат клубники пробивался через запах чего-то резкого, солоноватого.

– А этот неплох. Какой хочешь купить? Банановый?

Джуо на секунду задумался, представил – и тут же скривился, энергично тряся головой.

– А чем тебе банановый не нравится? – обиженно протянул Соха, но вдруг его осенило. – Хотя да, наверное, каждый раз, когда я буду есть клубнику, мне будет вспоминаться сегодняшний день.

В таком смысле, если перепробовать все фруктовые ароматы...

– На одном и остановимся. Пусть в наших отношениях будет только клубника.

Хан Джуо согласился без возражений, и Соха тут же перешёл к делу:

– Кстати, а почему мы должны постоянно передавать друг другу инициативу?

Судя по тому, как всё развивалось, сейчас Хан Джуо снова возьмёт инициативу. Тот, соскребая разбрызганную смазку, буркнул:

– Тогда и ты действуй.

– Ага. Лёжа?

«Ты же сам меня повалил на кровать, и что я, по-твоему, должен тут делать?» – примерно такой подтекст читался в его интонации, но Хан Джуо лишь пожал плечами.

– Хочешь встать – вставай. Только когда я тебе вставлю, попробуй начать стабилизацию.

Стабилизация уже прервалась, и кто знает, начнётся ли снова. Хан Джуо чётко дал понять, что от него требуется, но принимать такое указание безропотно не хотелось, и Соха тут же выплеснул своё недовольство:

– То есть ты делай, что хочешь, а я буду делать, что хочу? Это что ещё такое?

Соха уже открыл рот, чтобы возмутиться: «Что за—», но внезапное ощущение чего-то длинного, без предупреждения вошедшего сзади, заставило его замереть. Сначала он дёрнулся, решив, что это... ну, то самое, но быстро сообразил – просто пальцы Джуо.

От неожиданности он напрягся, но боли не было: гель смягчил проникновение. Уловив обеспокоенный взгляд Джуо, Соха покачал головой.

– Один палец – нормально.

Толщина не казалась угрожающей, и, услышав его слова, Хан Джуо без возражений добавил второй.

– Ай. Какого...

– Если неприятно, буду осторожнее.

И сразу ввёл третий. Соха даже не смотрел, но откуда он знал? Да потому что это точно было не два! Больно не было, но ощущение инородного тела усилилось, и внутри всё сжалось.

– Все ведь так делают, да?

Он вроде и сам всё знал, но на практике всё оказалось таким чуждым. Единственный, кто мог бы ответить на его вопрос, – Хан Джуо, – попросту его проигнорировал.

– Вот же жмот...

Соха исподлобья зыркнул на Хае Джуо, а затем от досады резко обхватил его ногами за талию. Дёрнул на себя, и точёное тело Хан Джуо прижалось к нему вплотную, но его рука с пальцами оказалась зажата между ними.

– Ммф!

Импульсивный поступок обернулся тем, что пальцы вошли глубже, вырвав подавленный стон.

– Тц.

Хан Джуо цокнул языком, словно говоря: «А зачем притягивал?». Соха смерил его гневным взглядом, но тот за это время успел добавить ещё один палец. Да что это такое. Приятного было мало – совсем не то, что когда касались его члена.

Но он терпел, стиснув зубы, пока тошнота не сменилась дурнотой, а во рту не начала скапливаться слюна, которую приходилось постоянно сглатывать.

Все его недовольства по поводу перехваченной инициативы испарились без следа. Сейчас подвигом было просто терпеть.

Эта подготовка словно бы длилась целую вечность, но вот, наконец, она подошла к концу.

Пальцы Джуо выскользнули, и Соха облегчённо выдохнул. Но он прекрасно понимал, что это ещё не конец.

– И правда, долго.

Теперь он понимал, почему люди придают такое значение первому разу.

– Не знал, что первая брачная ночь такая изматывающая... – пробормотал он, уставившись в потолок.

Хан Джуо тут же приблизил лицо, склонившись над ним.

– А-а! Напугал... Чего так близко?

– Ты... эта фраза, «первая брачная ночь», ты правда хочешь её использовать в этой ситуации?

– А? А как это ещё назвать?

Соха хмыкнул: может, назвать это «стабилизацией через проникновение» и покончить с этим? Но Хан Джуо лишь покачал головой, будто смирившись.

– Дыши и расслабься.

Прежде чем Соха успел понять смысл этого совета, что-то массивное и округлое упёрлось в него сзади.

Вот он. Настоящий.

Даже спрашивать не нужно – Соха сразу понял, что это член Хан Джуо. Он резко вдохнул, и в тот же миг тот вошёл внутрь.

– Э? А-а? Ммм, ааах!

Сначала он лишь ошарашенно наблюдал, как его тело растягивается, но потом обалдел от толщины, которую нельзя было и сравнить с пальцами. Мягкая кожа и податливая головка обманули его, но несгибаемая твёрдость, с которой член входил внутрь, повергла в шок.

– Как я, по-твоему... должен тебя стабилизировать... в таком положении.

Очередной приступ тошноты заставил Соха прикрыть рот рукой и попытаться вывернуться, но пронзённое наполовину тело не могло вырваться и лишь покорно принимало в себя член Хан Джуо.

– Ты и до этого не стабилизировал. Не строй из себя работягу, лучше смотри на меня.

Чеканящий тон, но его рука с такой нежностью повернула лицо Соха к себе. Вечно его слова звучали как у самого чёрствого человека на свете, но стоило встретиться с ним глазами, как тонул в его до смешного ласковом взгляде.

– Перестань видеть во мне объект для стабилизации. Сегодня – просто представь, что я твой парень.

«И я буду относиться к тебе так же» – будто говорил его лёгкий намёк на улыбку. Лицо блестело от пота, волосы растрёпаны – вроде бы должен выглядеть нелепо, но почему-то казался безумно притягательным.

– Ты...

Соха, словно загипнотизированный, уставился на Хан Джуо, и его губы сами собой приоткрылись.

– Ишь, какой хитрый, решил исподтишка занять место рядом?

Кто тут у кого «парень», а?

– Я уже занял место у тебя в заднице, так что, разве это не считается?

Хан Джуо не скрывал своего преимущества и медленно двинул бёдрами. Даже Соха, пытавшийся отвлечься, вздрогнул – внизу творилось что-то невообразимое.

– Кто знает? Может, после этой «брачной ночи» ты и сам начнёшь называть меня своим парнем.

– Ты сбрендил? У нас чисто деловые отношения, о чём ты вообще... Ммф!

– Ладно. Тогда терпи.

Хан Джуо отвёл бёдра назад, почти выйдя, а затем резко толкнулся до упора. Соха вскрикнул на высокой ноте:

– Нн... Так глубоко... боже...

В его голосе не было и намёка на возбуждение, лишь боль и тяжесть. Хан Джуо молча, не отрываясь, двигал бёдрами.

Он и сам был на взводе уже давно, но на его лице застыла серьёзность, будто он пытался что-то понять. Глядя на него, Соха и сам нахмурился. Внезапно ему вспомнились его же собственные слова, брошенные когда-то давно.

Тогда он бросал их просто так... Неужели?..

Дрог.

Почувствовав что-то, Соха забегал глазами и выдавил из себя улыбку.

Раньше, когда речь заходила о его «особой точке», он лишь отмахивался от этих разговоров, потому что слишком многие несли чушь, пытаясь подкатить. Он так поступал не потому, что проверил и убедился в фактах, а чтобы просто замять тему.

«Она есть... Есть!»

Но пока Хан Джуо, что-то проверяя, понемногу прощупывал его, Соха первым ощутил неладное. Его охватило беспокойство от интуитивного предчувствия, что если Хан Джуо проникнет чуть глубже, случится нечто из ряда вон выходящее – там внутри что-то легонько щекотало.

«Чувствовать – это, конечно, хорошо, но я не знаю, понравится ли мне, если это продолжится. Я никогда не видел себя таким, поэтому и сомневаюсь.»

Он колебался, словно стоял на пороге неизведанного мира, и потому не мог честно признаться Хану Джуо, что тот вот-вот достигнет цели – стоит лишь войти ещё немного глубже.

Но ведь в мире не всё передаётся словами. А это значит...

– Хиик!

Хан Джуо всё понял по дрогнувшим бровям, полному тревоги взгляду и плотно сжатым губам Соха. Он резко толкнулся в самую глубь, и опасения оправдались.

Это как если бы ты стоял на пороге неизведанного мира, решая, войти или нет, а тебя вдруг толкнули в спину.

Потеряв равновесие, тело шагнуло вперёд, и в награду ему открылся дивный новый мир, от которого перед глазами всё побелело.

– Ох...

– Глубоко же она.

Спасибо, конечно, что нашёл родник в такой глуши, но если ты опять начнёшь рубить по нему топором, случится беда...

Соха отчаянно цеплялся за любые мысли, лишь бы не погружаться в происходящее, но Хан Джуо не планировал безучастно за этим наблюдать.

– А у тебя ещё остаются силы думать о постороннем.

– Э-э... Эй! Кх.

Хан Джуо принялся целенаправленно вбиваться в найденную точку, и у Соха не только побелело в глазах – в голове опустело совсем.

– Мм-м. Ах. А-ах. Ммм...

Соха был на грани безумия. От толчков, сотрясавших, казалось, всё его естество, рот приоткрылся. Он даже не заметил, как по подбородку потекла слюна. С каждым движением Хан Джуо его тело изгибалось, нежная плоть внутри трепетала от резких проникновений, а ноги бессильно разъезжались в стороны.

– По... помедленнее.

Жёсткие волосы, царапавшие ягодицы, руки, блуждающие по телу от сосков и ниже – всё это меркло на фоне бури, бушевавшей внутри. Ощущения были настолько сильными, что у Соха даже мысли не возникло оттолкнуть Хан Джуо.

Стабилизация? Что это? Он и так терял голову от происходящего, откуда бы взяться силам ещё и на стабилизацию.

– Ах... м-м. С ума сойти. Почему так... крышесносно... агх.

Будто весь мир сошёл с ума. Соха, утопая в наслаждении, тяжело дышал. Всё его тело, вся его воля подчинились Хану Джуо. Какая там инициатива – у него не было сил даже возмутиться и попытаться её перехватить. Он мог лишь барахтаться в волнах удовольствия, которыми его щедро одаривал партнёр.

Он до боли в пальцах сжимал простыню и лишь судорожно глотал воздух, захлёбываясь от удовольствия, от которого вставали дыбом на затылке волосы.

– Ммм, ух... Да как...

Он не мог вымолвить и слова. Каждый раз, когда Хан Джуо с силой вставлял ему, Соха содрогался всем телом.

В разгаре секса, который словно бы длился вечность, толчки Хан Джуо вдруг ускорились, и в следующий миг скапливающее внутри желание разом вырвалось наружу.

– Хаа!

Хоть он и не прикасался к себе, из его набухшего члена выстрелила струя мутной жидкости. Соха безучастно смотрел на это, пока Хан Джуо, плотно прижавшись к нему бёдрами, застыл, словно статуя. Но внутри всё ещё что-то щекотало.

Вход и вся нежная плоть внутри саднили и онемели от беспрестанных толчков Хан Джуо. Соха боялся даже прикоснуться к себе, опасаясь, что станет только больнее. И среди этого пожара единственной причиной щекотки внутри могло быть лишь одно.

– Эй! Надо было наружу кончать, – раздражённо Соха, потому что Хан Джуо кончил прямо в него, как вдруг кое-что осознал. – Ах ты!

Хан Джуо ухмыльнулся. Соха, поняв, зачем тот так поступил, мог лишь ошеломлённо выдохнуть. Дело было сделано.

Они не образовали пару эспера и проводника. Нельзя было запечатлеть друг друга без обоюдного желания. Однако, когда стабилизация происходит через проникновение, особенно в первый раз, тело «узнаёт» партнёра.

Соха впился в Хан Джуо яростным взглядом. Этот трюк срабатывал только в первый раз, и Хан Джуо, очевидно, сделал это намеренно.

– Думаешь, я из-за этого поведусь на тебя?

Тяжело дыша от злости, Соха упёрся рукой в грудь Хан Джуо, чтобы оттолкнуть его, но тут же замер.

– Ты...

Сердце Хан Джуо колотилось. Конечно, оно и должно было, он ведь живой, но проблема была в том, насколько быстро оно билось.

– Оно так не взорвётся?

Поглощённый собственным наслаждением, Соха не замечал состояния Хан Джуо. Осознав его только сейчас, он пробормотал свой вопрос. Он был в полном замешательстве – почему сердце так бьётся именно сейчас, в момент, когда тело должно расслабиться и обмякнуть? И тут Хан Джуо заговорил.

– Ты мне нравишься, Пэк Соха.

– ...

– Говорю же, ты мне нравишься.

– Совсем спятил...

Какого чёрта он признаётся в любви, всё ещё находясь внутри? От признания, прозвучавшего в ситуации, когда не по себе было даже дышать одним воздухом, Соха сначала опешил, а потом не выдержал и от смущения прыснул со смеху.

– Хан Джуо, я из-за тебя сейчас со смеху помру.

Хоть он и так знал о его чувствах, приятно было услышать признание, глядя на серьёзное лицо Хан Джуо. Настолько, что он утратил обычную бдительность и не заметил перемен, происходивших в его собственном теле.

***

– Эм...

Как бы это объяснить...

Он снова и снова смотрел на цифры на своих часах, сделал скриншот, опять посмотрел, потряс запястьем и по новой уставился на экран...

– Неужели я и вправду провёл стабилизацию на столько?

Обычно он чутко следил за потоками энергии, но в этот раз, из-за ощущений, бросавших в дрожь всё тело, то и дело терял нить концентрации.

Да и не только в этом дело.

Во время самого проникновения он, можно сказать, был не в себе.

– Слишком уж я сильно в себя верил.

Он думал, что сможет отследить весь поток энергии, ничего не упустив. Он был настолько одержим этим, что сейчас растерялся не на шутку.

– Но как ни крути, это перебор.

65%.

Он определённо должен был радоваться, но на душе скреблись кошки.

– Был ли рабочим решением с самого начала секс?

Он вспомнил, как раньше эсперы липли к нему, предлагая попробовать стабилизацию через проникновение. Но даже от поцелуев процент не рос, и Соха решил, что заходить дальше бессмысленно. А что, если он ошибался?

Тюк. Почувствовав на голове что-то тяжёлое, Соха поднял взгляд.

– Выпей воды.

Хан Джуо, уже успевший ополоснуться, протянул ему бутылку воды. Когда Соха взял её, Хан Джуо открыл вторую, принесённую для себя, и начал пить. Глядя, как ходит его кадык, Соха тоже ощутил жажду.

– Пэк Соха, выпей воды и иди прими холодный душ.

Он уже хотел с силой открутить крышку, но та поддалась неожиданно легко. Мог бы и сказать, что уже открыл. Соха сделал глоток, обдумывая слова Хан Джуо.

– Мне сейчас и встать-то тяжело, а ты меня в холодный душ. Жестоко.

Сказал он это скорее для вида; на самом деле, забота Хан Джуо была ему приятна. Тем более, что его сердце уже начало таять.

– Чтобы в себя пришёл.

– А? Я что, по-твоему, до сих пор не в своём уме?

Соха оторвался от бутылки и посмотрел на Хан Джуо. Тот уже успел помыться и выглядел свежо и бодро, отчего Соха скуксился и почесал затылок.

При виде него самому захотелось поскорее в душ, поэтому он решил побыстрее закончить разговор.

– Если бы ты был в своём уме, то не нёс бы всякую чушь.

– Да что с тобой такое? Получил, что хотел, и теперь придираешься? Джуо, так нельзя...

– Твои слова о том, что секс с самого начала и был решением.

Соха замер. Значит, Хан Джуо всё слышал. А он-то думал, тот в душе, и просто бормотал себе под нос...

– Это потому, что процент совместимости так вырос. Честно говоря, я ведь из-за него очень... переживал.

Он попытался сменить тему. Он ведь не просто переживал, он планировал всё бросить. Отчаяние из-за этого проклятого процента совместимости было настолько велико, что слова вырвались сами собой – так он, по крайней мере, попытался это объяснить.

Это объяснение вряд ли понравилось Хану Джуо, поэтому голос Соха становился всё тише.

– Прости. Не стоило мне такое говорить, даже оставшись одному.

Он извинился, понимая, что такие слова неуместны сейчас, когда жар их тел ещё не остыл. Знал бы он, чем всё обернётся, был бы осмотрительнее...

Пока он безвольно теребил ни в чём не повинную бутылку, Хан Джуо, окутанный приятным запахом чистоты, подошёл ближе. Соха поднял на него глаза, и в тот же миг его тело взмыло в воздух.

– Ты что делаешь?

– Тебе помыться надо.

– Я и сам могу.

Соха забарахтался, требуя опустить его на пол, но Хан Джуо и ухом не повёл. Его не волновало даже то, что он снова испачкается, хоть и только что из душа.

– Тебе же снова мыться придётся.

– Значит, помоюсь ещё раз.

Широко шагая, Хан Джуо занёс его в ванную и опустил в воду. Оказавшись в тёплых объятиях воды, Соха невольно глубоко выдохнул и запоздало посмотрел на Хан Джуо. А он думал, тот просто пошёл мыться...

Обычно это он заботился о других, а не о нём. Принимать заботу было так непривычно и смущающе, что Соха лишь смущённо уткнулся взглядом в воду.

– Ты же предлагал мне холодной водой мыться...

Когда это он успел всё приготовить? Только что его отчитывал, мол, ты не в своём уме, а теперь... Смущённое бормотание Соха заставило Хан Джуо опустить душевую лейку.

– Положу здесь, чтобы ты, чего доброго, не навернулся, когда будешь вставать.

Хан Джуо не только пристроил лейку так, чтобы Соха мог дотянуться, но и пододвинул шампунь, гель для душа и всё прочее. Однако вместо того чтобы выйти, он достал полотенце и замер в неловкой позе.

– Ты чего? – спросил Соха, даже не подумав взять лейку и глядя на Хан Джуо снизу вверх.

– Если упадёшь в ванне, я тебя спасу.

– Да за кого ты меня принимаешь, в самом деле.

– За Пэк Соха.

– ...

Было бы неприятно, если бы с ним обращались как с ребёнком, но то, что его видели как Пэк Соха и при этом считали, что он может утонуть в ванне, тоже было не слишком лестно. Благодарность за заботу на миг испарилась, и тут Соха, которому в голову внезапно пришла мысль, вскинул обе руки.

– Джуо!

Мало того, он ещё и громко позвал, отчего Хан Джуо нахмурился. Он и так смотрел на Соха, поэтому внезапное обращение по имени его запутало, да ещё и отдалось звоном в ушах, ведь они были в небольшой ванной комнате.

– Говори тише, я и так всё слышу, – отозвался Хан Джуо, откидывая назад мокрые волосы. Он смотрел так, будто спрашивал, с чего вдруг его имя выкрикивают с таким остервенением. Соха глазами указал на душевую лейку.

– Помой мне голову.

– ...Тебя помыть?

– Ага.

– Ты же сказал, что сам можешь.

– Я передумал, не могу. Джуо, посмотри на моё запястье.

Соха бережно обхватил левое запястье правой рукой.

– Что, если вода попадёт на часы? Эта цифра появилась впервые, а если она исчезнет, пока я моюсь?

Хотя он уже нажал кнопку блокировки показаний, он всё равно до смерти боялся, что от воды всё пропадёт.

– С ними нужно обращаться бережно, как со святыней.

Соха упрашивал Хан Джуо с невероятно жалобным видом. Так, будто ему было не по силам мыться самому, потому что даже одна капля воды на часах обернётся концом света. Очень, надо сказать, убедительно.

– И где только такие чокнутые берутся...

Даже когда Хан Джуо не выдержал и процедил это сквозь зубы, Соха продолжал непоколебимо оберегать своё левое запястье.

– Ты не поймёшь. Ты не знаешь, каково это – вечно видеть цифру «3%», когда спишь, просыпаешься, ешь или просто куда-то идёшь.

– Ты и во сне стабилизацию проводишь?

Хан Джуо хоть и отмахнулся от слов Соха, как от какой-то чепухи, но всё же взял душевую лейку.

– Наклони голову сюда.

Услышав приказ развернуться и откинуть голову назад, Соха тут же принял нужную позу. Однако Хан Джуо не спешил, и Соха, сначала удивившись, запоздало осознал, как именно он сидит.

Ванна была узкой, и он сидел, сжавшись в комок, с согнутыми и разведёнными в стороны ногами, что выглядело весьма неоднозначно. К тому же, когда Хан Джуо обнимал его раньше, он от неожиданности так напрягся, что мышцы внизу живота непроизвольно сжались, а сейчас этого не было, и он почувствовал, как из него что-то вытекает.

Заметив в воде мутноватые следы, Соха крепко зажмурился.

– Мне стыдно, так что я закрою глаза. Просто потерплю немного, и станет легче, так что ты не обращай внимания и делай своё дело. Меня это совсем не беспокоит, Джуо!

– А это не моя ли реплика?

«Закрой глаза, об остальном я позабочусь». Подобные слова должен был говорить Хан Джуо, а Соха – делать вид, что неохотно подчиняется, но всё вышло наоборот.

При виде того, как Соха отважно решил перетерпеть неловкость ради спасения своих часов, Хан Джуо лишь беспомощно рассмеялся.

– Джуо, это ты сделал мои волосы такими сальными, так что верни им мягкость. И когда будешь мыть моё тело, лучше не руками, а...

Хлыщ!

Хан Джуо направил струю воды прямо на голову Соха, и звонкий щебет, наполнявший ванную, тут же смолк.

***

– Осторожно, осторожно.

Соха шёл по коридору гильдии, неся свои часы, словно драгоценную реликвию, и ступал очень медленно. Он так плавно переставлял ноги, боясь, что от сильной вибрации цифра может исчезнуть, что лицо идущего следом Хан Джуо исказилось до неузнаваемости.

– Пэк Соха, хорош уже.

– А ты бы на моём месте прекратил? Ты хоть знаешь, насколько эта цифра для меня важна?

Соха бесстыдно оправдывал свою суету.

– Да хоть всю землю перекопай, поглядим, найдёшь ли ты такую цифру.

– Я понял, так что прекрати. Тебя не волнует собственное самочувствие?

Хан Джуо произнёс это, глядя на поясницу Соха. Сейчас под одеждой ничего не видно, но стоило её снять, и обнажилась бы покрасневшая кожа там, где он её касался.

Не только поясница, но и всё тело, должно быть, ломило, словно при простуде, и то, что Соха беспокоился лишь о часах, неимоверно раздражало.

– Тогда ты и беспокойся о моём теле. У меня сейчас все силы уходят на то, чтобы защитить вот это.

Соха продолжал идти, не отрывая взгляда от часов. Как и сказал Хан Джуо, тело было таким тяжёлым, будто его где-то избили.

Сказалось и то, что он долго держался в непривычной позе, и последствия того, что его сзади, – выражаясь прилично, – полностью раскрыли, были весьма ощутимы. При каждом шаге отдавалась тупая боль, а поясницу, казалось, вот-вот переломит.

Он всё понимал, но разве это сейчас имело значение?

Тело со временем придёт в норму, а вот цифра на часах – нет. Неизвестно, когда она появится в следующий раз, да и появится ли вообще.

Бесчисленные разочарования в прошлом превратили Соха в скептика, не позволяя мыслить позитивно. В какой-то момент он остановился и, глядя на часы, произнёс:

– Я... кхм.

Наверное, оттого что он внезапно решил создать серьёзный настрой, голос сорвался, и он поспешно прочистил горло.

– Я думал, что я бесполезный проводник.

Хан Джуо, тоже остановившись, вскинул бровь и посмотрел на Соха. По его лицу было видно, что слова Соха ему совсем не понравились и он подумывает его прервать.

– Я, конечно, не знаю судеб всех людей на свете, но мне казалось, что среди проводников вряд ли найдётся кто-то в столь же жалком положении, как я.

Соха горько усмехнулся. Если бы он вовсе не стал проводником, он бы и не задумывался, но раз уж стал, а толку от него было мало, такие мысли сами лезли в голову.

– Кто-то обращался со мной как с запасным вариантом на крайний случай, но самое смешное, что я даже слова поперёк сказать не мог.

Хан Джуо дёрнулся и не смог посмотреть Соха прямо в глаза. Было время, когда он, не зная обстоятельств Соха, и впрямь считал его не более чем аварийной батарейкой для усмирения своих вышедших из-под контроля сил.

Соха не заметил промелькнувшего в глазах Хан Джуо молчаливого извинения и по-прежнему смотрел лишь на свои часы.

– «Раз так, то пора завязывать с бытием проводника. Процент совместимости всё равно не растёт, и от моего желания ничего не изменится, так что не стоит за это цепляться». Помню, как с такими мыслями подал заявление об уходе.

Голос Соха постепенно возвращался к своему обычному тону. Признак того, что он вновь становится собой.

– В любом случае, спасибо, Хан Джуо. Если бы не ты, я бы...

Начав говорить весьма оживлённо, Соха наконец поднял взгляд на Хан Джуо и запоздало понял его состояние.

– Что у тебя с глазами?

Взгляд был поникшим, лишённым обычной самоуверенности.

– Заходи.

Хан Джуо мотнул головой, словно ничего не случилось, и взялся за ручку двери кабинета директора. Более того, он создал прозрачный барьер из воздуха, будто намереваясь лично защитить часы Соха.

Соха почувствовал на запястье прохладу, словно от охлаждающего пластыря, и, опустив взгляд, понял, что Хан Джуо применил свою способность. Он недовольно надул губы.

– Мог бы и сразу так сделать.

Видел же, как отчаянно Соха пытался защитить часы, и только сейчас создал барьер, что и вызвало безосновательное раздражение. Впрочем, ломать этот щит он не собирался. Как-никак, он понимал, что это тоже проявление заботы со стороны Хан Джуо.

– Когда закончишь свои дела, проведи со мной время.

– А? Поесть сходить? – рассеянно отозвался Соха, с любопытством разглядывая воздушный барьер.

– И поедим, и кофе попьём, а если наскучит, можем покататься на машине или посмотреть кино, мне всё равно.

Еда, кофе, поездка, кино.

Повторяя услышанное в уме, Соха поднял взгляд на Хан Джуо.

– Раз уж поедем кататься, можно и на море заглянуть. Сделаем фотографии, сходим в парк, как насчёт бара с хорошей атмосферой? Можно ещё зайти в какую-нибудь мастерскую и сделать духи.

Всё, что без умолку предлагал Хан Джуо, сводилось к одному. Соха, понимая это, молча слушал, и, видимо, это молчание показалось Хан Джуо невыносимым, потому что в его тон затесались торопливые нотки.

– Давай сходим на нормальное свидание.

– Ты...

Соха открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл. Он знал, откуда вылезло это «свидание». Это слово он сам озвучил во время проникающей стабилизации с Хан Джуо.

– Ты что, помнишь всё, что я говорил?

Честно говоря, он и сам не знал, что нёс, будучи наполовину в беспамятстве, и было бы проблемно, помни всё Хан Джуо.

Именно поэтому он и спросил, но Хан Джуо просто бестактно кивнул.

– Ладно, проехали.

Соха выдохнул и поднял руку, прося дать ему минуту. Он помнил, что Хан Джуо ему признался, но вот говорил ли он, что тот ему нравится, – этого он припомнить не мог.

– Я сказал, что ты мне нравишься?

Он спросил это с чистейшим любопытством, но лицо Хан Джуо просияло.

– Нет, в смысле, говорил ли я, что ты мне нравишься?.. [1]

Он попытался исправить недоразумение, но тут дверь распахнулась. На пороге стояла директор Ким Миён.

– Меня сейчас кондратий хватит от ваших разговорчиков. Хотите продолжать, делайте это в другом месте.

♡

[1] Соха пытается восстановить картину событий, уточняя, что именно он наговорил (или не наговорил), но формулирует мысль так, что её легко принять не за вопрос о прошлом, а как признание в чувствах в настоящем.

От их воркования перед кабинетом директора, Соха съёжился и с опаской заозирался по сторонам. Впрочем, Хан Джуо это ничуть не заботило – он всегда делал лишь то, что взбредёт ему в голову.

– У вас тут всякое стряслось, как я поняла. Выкладывайте.

Стоило директор Ким Миён выказать готовность к разговору, как Соха тут же презентовал ей своё левое запястье, не забыв учтиво поддержать его правой рукой.

– Я пришёл, чтобы показать вам вот это.

– Надо же, принесли нечто выдающееся.

Директор Ким Миён хмыкнула, словно говоря: «И это всё? Запястье проводника Пэк?», но, опустив взгляд, она тут же широко распахнула глаза.

– Поражены, да?

Соха так и знал, что она поразится. Ещё бы, он и сам сначала обомлел, так с чего бы директору Ким Миён не удивиться?

Однако директор Ким Миён не стала ахать от изумления, а лишь рассеянно кивнула.

– Да. Поразительно.

Ответ прозвучал безжизненно. И всё же Соха не сдавался и снова поднёс запястье к её лицу, призывая хорошенько вглядеться.

– Разве не чудесно?

– Чудесно.

– И даже не скажете что-то вроде: «Не могу поверить, что это правда»?

– ...Действительно.

Реакция директора Ким Миён была далека от ожидаемой, и Соха, понуро откинувшись на спинку дивана, совсем обмяк.

– Нужно было к Рою пойти. Или хотя бы к директору центра...

Пока Соха вполголоса перечислял тех, кто разделил бы с ним радость, директор Ким Миён перевела взгляд на Хан Джуо.

– Ты и вправду это сделал.

Приняв Соха в качестве парного проводника, Хан Джуо не намеревался мириться с трёхпроцентной совместимостью и взялся за поиски решения. Однако директор Ким Миён отнеслась к его намерениям скептически. Она была уверена, что проводник Пэк Соха и сам наверняка всё испробовал. И если уж он ничего не добился, то не странно ли, что ответ вдруг отыщется для Хан Джуо? Но результат оказался иным.

– И где же ты отыскал разгадку?

– Во мне.

Ответ Хан Джуо был слишком краток, и Ким Миён непонимающе склонила голову.

– Причина была во мне.

Судя по тому, как он смотрел на Соха, тот тоже был частью этой причины. Однако Соха, почувствовав на себе его взгляд, лишь беззвучно одними губами спросил: «Что?», явно совершенно ничего не понимая.

– Этот процент совместимости теперь постоянный?

Какой бы ни была причина, значение имело лишь настоящее. Если шестьдесят пять процентов совместимости будут держаться стабильно, можно подумать и о походе во врата. Однако на вопрос директора Ким Миён Хан Джуо промолчал. И даже Соха, до этого лишь выжидавший момент, чтобы вставить слово, тоже крепко сжал губы.

– Неужели вы не проверяли?

Ким Миён посмотрела на Соха. Она была уверена, что они, конечно же, всё проверили, прежде чем прийти, но в ответ ей была лишь тишина. А это могло означать только одно.

– Я боялся, что если проведу стабилизацию ещё раз, эти цифры исчезнут... – принялся объяснять Соха причину, по которой он не стал проводить повторную стабилизацию. – Мы как раз за этим и пришли.

А Хан Джуо, судя по виду, с этим утверждением был не согласен.

Директор Ким Миён, ожидавшая услышать, как продвигаются их дела, лишь растерянно переводила взгляд с одного на другого.

***

Причина, по которой Соха пришёл к директор Ким Миён, была проста. Она наверняка сможет найти им подходящего человека для проверки.

Раз процент совместимости вырос, нужно было выяснить, повлияет ли это на других эсперов, и если да, то какими будут показатели. Однако эспер, который согласится на стабилизацию, должен был уметь держать язык за зубами, поэтому схватить первого встречного на улице не представлялось возможным.

Так в кабинет был вызван один эспер. А вместе с ним и его парный проводник.

– То есть... я идеально подхожу?

– Именно так, эспер Пэк Чонхун.

Кандидатом был эспер Пэк Чонхун, с которым они уже ходили в подземелье и которому недавно как следует досталось от Хан Джуо. Проводник Чан Джинён, выслушавший вместе с ним всю историю, бросил на Соха странный взгляд.

– Ничего такого не будет, честно. Обычная стабилизация... Если вам это не по душе, можете отказаться, – поспешно добавил Соха, стараясь не давить на проводника Чан Джинёна.

Он понимал, что стабилизация эспера, у которого уже есть парный проводник, может быть неприятна его партнёру, а потому подчеркнул, что отказ вполне уместен.

– Нет-нет, дело не в этом. Я просто... Я просто перевариваю информацию.

Ответ проводника Чан Джинёна оказался неожиданным. Его вызвала директора Ким Миён и лишь попросила о содействии в проверке процента совместимости Соха. Точнее, просьба была адресована эсперу Пэк Чонхуну, но Чан Джинён и так смог уловить суть происходящего.

– Процент совместимости правда изменился?

– Эм... да.

До сих пор это держалось в тайне, и об этом знали лишь немногие. Делиться этим с проводником Чан Джинёном, доверие к которому ещё не было до конца выстроено, было... Соха охватило неописуемое чувство.

Тревога? Нет. Скорее...

– Офигеть. Поздравляю.

– ...Спасибо.

Ему было приятно.

Его всегда судили предвзято. Соха и сам это прекрасно понимал. Находились и те, кто, не таясь, насмехался над ним напрямую, и бессчётное количество раз он слышал, как его обсуждают за спиной.

Поэтому Соха всегда делал вид, что ему всё равно, хотя в душе был совершенно зажат. Иметь и не использовать – не то же самое, что не иметь возможности использовать. Из-за этой разницы Соха частенько старался незаметно исчезнуть, как только речь заходила о проценте совместимости. А когда эсперы отпускали колкости, он хоть и отшучивался с улыбкой, но их слова на несколько дней застревали в голове, терзая его.

Будь у него характер, позволяющий пропускать всё мимо ушей, он бы не подал заявление об уходе. Если бы он мог всё это вынести, то не стал бы покидать привычную среду.

Но сейчас он впервые получил признание за свои способности. Казалось, будто он, вечно прозябавший с низким процентом совместимости, наконец-то стал настоящим проводником.

Словно ребёнок, которого похвалил учитель, Соха не мог скрыть своей радости. Правая рука, до этого поддерживавшая левое запястье, теперь теребила его ухо.

Хан Джуо всё это время не сводил с Соха глаз. Поэтому он заметил, что тот впервые за долгое время оторвал взгляд от своих часов. Цифры на экране, безусловно, имели значение, но в то же время в нём жило отчаянное желание быть признанным. Поняв это, Хан Джуо коротко поклонился проводнику Чан Джинёну.

Это был жест благодарности за то, что тот успокоил его проводника, и Чан Джинён, уловив смысл, ответил ему улыбкой.

Решив, что разговор подошёл к концу, директор Ким Миён позвала секретаря. Та привычным делом принесла два листа бумаги и положила их перед эспером Пэк Чонхуном и проводником Чан Джинёном.

– Это договор о неразглашении. Обнародовать их ситуацию пока преждевременно, поэтому я бы хотела, чтобы вы оба хранили молчание до тех пор, пока мы сами не решим всё раскрыть.

При словах директора Ким Миён счастливое выражение на лице Соха тут же померкло. Просить о стабилизации эспера, у которого есть партнёр, да ещё и требовать сохранения тайны – он вдруг почувствовал себя настоящим наглецом.

Однако его накатившую хандру тут же разогнал воодушевлённый восклик эспера Пэк Чонхуна:

– Ого, давненько я такого не видел!

Эсперу Пэк Чонхуну словно бы не впервые давали такую бумажку. Он без колебаний взял документ, пробежал по нему глазами и тут же, схватив ручку, поставил подпись. Проводник Чан Джинён поступил так же. Обычно, когда людям подсовывают договор, они начинают выискивать подводные камни или уточнять, какие последствия ждут их в случае несоблюдения условий.

– Не берите в голову. Нам не сложно держать язык за зубами.

Проводник Чан Джинён, будто прочитав мысли Соха, подмигнул ему.

– Если помалкивать, столько интересностей углядишь.

Вот и причина, по которой тайна их ничуть не смущала. Директор Ким Миён подтвердила слова проводника Чан Джинёна.

– Это люди, которые ходят с Хан Джуо в подземелья. Я этого не понимаю, но им, видите ли, нравится наблюдать. Как бы то ни было, в этом деле им можно доверять, поэтому я их и позвала.

Именно по этой причине проводник Чан Джинён и пришёл, хоть и был всего лишь зрителем.

– Теперь можно проводить стабилизацию?

Эспер Пэк Чонхун спросил, требовалось ли что-то ещё, и директор Ким Миён посмотрела на Соха и Хан Джуо. Договоры подписаны, теперь ваш выход – говорил её взгляд. Соха обернулся к Хан Джуо.

– Я начинаю.

Неизвестно, каким будет результат, но это была стабилизация другого эспера. Хоть Хан Джуо и разрешил, Соха всё же опасался, что тому может быть не по себе.

Уголки губ Хан Джуо поползли вверх.

– Это будет последняя стабилизация, которую ты проводишь для другого эспера.

В этих словах крылось множество смыслов. Это могло означать, что они и дальше останутся парой, или что чувства Хан Джуо к Соха настолько сильны, что он готов закрыть на это глаза лишь единожды. А может, это был намёк на то, что с другими эсперами процент совместимости не изменится.

В голове у Соха всё смешалось. Хочет ли он сам, чтобы его процент совместимости с другими эсперами вырос? Или ему достаточно одного лишь Хан Джуо?

– Как скажешь...

Соха покачал головой и взял эспера Пэк Чонхуна за руку. Ощущение было непривычным, не таким, как от прикосновений Хан Джуо, но это замешательство длилось лишь долю секунды. Он закрыл глаза и начал стабилизацию.

Впервые за долгое время он словно вернулся в прошлое.

Проводник, не имеющий партнёра, получает запросы на стабилизацию от таких же одиноких эсперов. Если случай не исключительный, проводник, как правило, соглашается, и они берутся за руки.

Редко кто сразу тянется за поцелуем.

К тому же Соха, одержимый повышением процента совместимости, передержал в своей немало рук. Мозолистые ладони, необычайно длинные пальцы, ледяные и горячие руки – всякие.

Всё это было не так уж и давно, но теперь казалось чем-то из другой жизни – верно, из-за того, что он привык к Хан Джуо.

«Ничего страшного, если процент совместимости не вырастет.»

Такого отчаяния, как прежде, уже не будет. Просто придётся цепляться за одного-единственного, за Хан Джуо.

«А если вырастет...»

Придётся подумать, какой в этом теперь смысл. Как бы то ни было, стабилизация закончилась, и пора было сосредоточиться на настоящем.

Он отпустил руку эспера Пэк Чонхуна. По лицу не скажешь, испытывал Соха радость или разочарование. Он взглянул на эспера Пэк Чонхуна, но свои чувства ещё лучше; он взял за руку проводника Чан Джинёна и поднялся.

– Похоже, моя работа на этом закончена. Я пойду.

Эспер Пэк Чонхун, успокоив проводника Чан Джинёна, который, казалось, вот-вот лопнет от любопытства, вышел. За ними последовала секретарь с соглашением о неразглашении. В кабинете остались только директор Ким Миён, Хан Джуо и Соха.

Соха прикрывал часы на левом запястье правой рукой. Раз экрана не видно, то и процент совместимости никак не разглядеть.

Но ни директор Ким Миён, ни Хан Джуо ни о чём не спрашивали. Они ждали, зная, что всё выяснится и без лишней спешки.

– Эм... – Соха с трудом разлепил губы, но, так и не сумев продолжить, повернулся к Хан Джуо. – Какого результата ты бы хотел?

Он спросил не о том, что уже получилось, а о желании самого Хан Джуо. Тот молчал. Неловкую тишину поспешил нарушить Соха:

– Ты ведь мой партнёр. Признаю, поздновато спохватился, но всё равно хочу знать.

– А если мой ответ будет отличаться от того, что мы имеем?

Хан Джуо тоже задал встречный вопрос. Они обменивались вопросами, пытаясь прощупать друг друга, и директор Ким Миён, решив им не мешать, встала и вернулась за свой стол. У главы гильдии было слишком много дел, чтобы уделять всё внимание их разговору.

Сев за стол, Ким Миён бросила взгляд на Соха; вернее, на его спину, ведь тот не сводил глаз с Хан Джуо. После того как Хан Джуо заявил, что приведёт его в партнёры, Ким Миён навела справки о Пэк Соха. Больше всего её поразило то, что его процент совместимости до сих пор оставался практически на нуле, и что большинство от него отвернулось.

Проводник с трёхпроцентной совместимостью никому не нужен. Не приведи его Хан Джуо, и не скажешь, чем бы всё для него закончилось.

Поэтому она понимала, как много это событие значило для Пэк Соха. Было даже мило, как бережно он обращался со своими часами. Нельзя же назвать взрослого мужчину милым, поэтому на вопрос Соха, не удивилась ли она, Ким Миён и ответила первое, что пришло в голову. Окинув их взглядом, она едва заметно улыбнулась и вернулась к своим делам.

– Я первый спросил.

– А я – тебя.

Похоже, ответа сейчас не дождёшься, так что можно и не слушать.

Как только директор Ким Миён отвлеклась, Соха смерил Хан Джуо сердитым взглядом.

– Так дело не пойдёт, Джуо.

– Это я тебя не понимаю. Результат уже известен, а ты тянешь время.

– А, ну... – Соха запнулся. И впрямь, можно было подумать, что он из вредности дразнит Хан Джуо, пользуясь тем, что одному ему всё известно. – Дела закончены, пошли отсюда.

Чувствуя, что проигрывает, Соха резко вскочил. Он поклонился директору Ким Миён, и та любезно их отпустила.

Соха открыл дверь и обернулся. Хан Джуо по-прежнему стоял на месте, провожая его взглядом. Он явно пытался понять, почему Соха не говорит ему результат. Их перепалка напоминала борьбу самолюбий, но Соха знал верный способ всё исправить.

– Не идёшь на свидание?

Хан Джуо тут же вскочил. Он двинулся с места так, словно всё, что было до этого, не имело никакого значения по сравнению со свиданием, и Соха в душе обрадовался. Когда Хан Джуо подошёл, Соха, мельком взглянув на директора Ким Миён, тихо прошептал:

– В следующий раз, когда ты скажешь мне встать, я тоже тут же вскочу.

Один раз.

Он намеренно умолчал, что послушается лишь однажды, и закрыл дверь. Его часы сразу оказались на виду, но Соха не стал их прятать. Ему больше нечего было скрывать от Хан Джуо.

Пока он так стоял, Хан Джуо схватил его за левое запястье. Он обхватил часы так, словно хотел их спрятать, и Соха поднял на него глаза.

– Хочу, чтобы это было секретом, который знаю только я.

Услышав сокровенные мысли Хан Джуо, Соха улыбнулся.

На самом деле он хотел подстроиться под Хан Джуо.

Скажи тот, что не хочет, чтобы процент совместимости рос, – он бы так и ответил. Всё равно стабилизировать других эсперов ему не придётся, можно просто этого не делать.

А если бы Хан Джуо, наоборот, сказал, что хочет, чтобы Соха стал признанным проводником, он бы ответил, что это вполне возможно.

На деле процент совместимости после стабилизации эспера Пэк Чонхуна составил десять процентов. Несомненно выше, чем раньше, но далеко не тот уровень, что с Хан Джуо.

Соха не то чтобы внезапно пробудился и стал проводником А-Класса с выдающимися способностями – просто сделал ещё один шажок вперёд.

Соха смущённо сморщил нос.

– Честно говоря, будь там хотя бы 20%, я бы уже всем растрепал.

«Смотрите, я больше не трёхпроцентный!» – вот так бы и трубил на каждом углу, но результат оказался немного неоднозначным, поэтому он изначально и промолчал, зато без умолку тараторил теперь.

– Если честно, это какое-то мошенничество. Раньше, как я ни молился, ничего не менялось, а теперь, когда у меня есть партнёр, – это как назвать, а?

Жалобы жалобами, но его поднятые скулы выдавали отличное настроение. Хан Джуо не стал на это указывать. Какая разница, главное, что он доволен.

– Кстати, нам не пора разобраться с нашими желаниями?

Сказав первое, что пришло в голову, Соха перешёл к «виноградной грозди» и начал загибать пальцы.

– За то, что я всё это время тебя кормил и давал крышу над головой, и за то, что сейчас так постарался... зачеркнём штук двадцать?

Хан Джуо смерил Соха взглядом, убедился в полном отсутствии у того совести и небрежно кивнул.

– Делай что хочешь.

– Правда? Тогда решено...

Соха остановился, и Хан Джуо замер рядом. Проследив за его заворожённым взглядом, Хан Джуо увидел врата. Те самые, в которые им предстояло войти. С виду они ничем не отличались от того момента, когда только появились, но обострённое зрение Хан Джуо уловило, что тьма внутри них сгустилась.

– Перед тем как войти туда, нужно многое проверить, верно?

Причина, по которой они по-прежнему скрывали своё положение, была проста.

Объявить обо всём, когда они будут более уверены в своих силах, – лучший способ донести свои намерения. Государство, прикрываясь чрезвычайным положением, без зазрения совести предприняло попытку разлучить Хан Джуо и Соха. А они оба были слишком прожжёнными циниками, чтобы наивно полагать, будто власти обрадуются и примут их с распростёртыми объятиями, узнав о возросшем проценте совместимости.

– Времени достаточно.

Процент совместимости удалось поднять раньше, чем ожидалось.

– Но это не значит, что впору расслабляться.

Соха обернулся к Хан Джуо, словно спрашивая, согласен ли тот. Хан Джуо лишь кивнул, и Соха, будто так и знал, снова посмотрел на врата.

– Решено, с завтрашнего дня впрягаемся по полной, а сегодня – отдыхаем.

Минувшая ночь прошла бурно – в пылу страсти и возбуждения они так и не сомкнули глаз.

– Пэк Соха.

Соха, уставший, но размышлявший, каким бы свиданием скрасить усталость, поднял голову. И застыл, безучастно уставившись на лицо Хан Джуо, которое только что было совсем близко. Что-то коснулось его лба и тут же отстранилось.

– Ты ведь знаешь, что на свидания ходят влюблённые? – лукаво спросил тот, будто давая понять, что сейчас не до врат и прочей ерунды, а есть кое-что поважнее.

– Ну что ты так в открытую целуешься, – смущённо упрекнул его Соха. Но, видимо, испугавшись, что мог задеть его чувства – ведь тот просто выражал свою симпатию, – тут же прижался к нему.

Точнее, их губы соприкоснулись и тут же разомкнулись, но в это мгновение успели столкнуться и их сердца.

– Признаю. Ты мне тоже нравишься.

До любви дело ещё не дошло – от одной мысли об этом по коже проходил табун мурашек, – но во время стабилизации эспера Пэк Чонхуна он понял: с тех пор, как он встретил Хан Джуо, его собственное время потекло очень медленно.

Пусть признание Соха и вышло довольно неказистым, лицо Хан Джуо озарилось радостью. Видя, как счастлив его возлюбленный, Соха и сам воодушевился и затараторил:

– В честь этого не скинешь мне десяток желаний?

Даже в такой момент он не упустил возможности закрасить ещё пару ягод на их «виноградной грозди».

– Ты же устал, зачем тебе это? – кисло выказал своё недовольство Хан Джуо.

– Вот потому и делаю. Это моё время для подзарядки.

Соха несколько раз повертел в руках баскетбольный мяч и бросил в сторону кольца. Расстояние было небольшим, так что мяч словно втянуло в сетку. Но радоваться одному попаданию было некогда. Соха продолжал подбирать мяч, забрасывать его в кольцо и следить за счётом.

Хан Джуо, ставший зрителем, просто наблюдал за ним со стороны.

– Ты же только что говорил, что так устал, что и шагу ступить не можешь.

– Вот я и приволок сюда свои уставшие ноги, чтобы отдохнуть.

Игра подходила к концу, и Соха, ускоряясь, всё быстрее хватал и бросал мяч. Он проворно метал один за другим, и вот под финальную мелодию на экране высветился счёт.

– Недурно.

Соха посмотрел на Хан Джуо с видом «ты видел, на что я способен?». Он даже исподтишка расправил плечи и выпятил грудь – похоже, был весьма доволен своим результатом.

Хан Джуо был уверен: используй он свою способность, счёт был бы выше, но в честной игре одолеть Соха было бы непросто.

– Во что бы теперь сыграть? Да уж, игровые залы сейчас делают на славу. Всё такое интересное.

– Интересное? – в вопросе Хан Джуо сквозило сомнение.

Соха взял его за руку, разжал ладонь и высыпал на неё горсть жетонов, полученных в обмен на купюру.

– Попробуй сам. Если сомневаешься, можно ли это назвать отдыхом, – проще проверить на себе. Всё, на что тратишь деньги, – это подзарядка.

Хан Джуо лишь смотрел на жетоны в своей ладони, и Соха нетерпеливо поторопил его:

– Ну что, не будешь? Ты что, в игровом зале впервые?

– ...Бывал.

Хан Джуо сжал кулак. Жетоны бесследно исчезли в его руке. Соха тоже сунул руки в карманы.

– Тогда давай разойдёмся.

– Зачем?

– Как это зачем? У тебя ведь наверняка есть свои предпочтения. Я займусь тем, что нравится мне, а ты – тем, что интересно тебе.

От такого простого объяснения Хан Джуо нахмурился.

– И это называется свиданием?

– А что, похоже, будто мы работаем?

– Если каждый будет развлекаться сам по себе, это уже не свидание, нет?

Лишь когда Хан Джуо указал на то, что его не устраивало, Соха, кажется, всё понял и кивнул.

– Но мне будет не по себе, если ты будешь просто стоять и смотреть.

– Вместе! Нужно найти то, что понравится обоим.

Хан Джуо с таким нажимом произнёс слово «вместе», что Соха не решился снова предложить разойтись.

– Мы же в одном помещении, ну надо же. Ладно, я понял. Говори, во что хочешь сыграть ты. Потом скажу я. Будем играть по очереди.

Хан Джуо огляделся по сторонам и указал на один из автоматов.

– Bubble Bobble?

Это была игра, где миловидный динозаврик, открывая и закрывая рот, пускал мыльные пузыри, чтобы победить врагов. Соха указал на автомат, словно переспрашивая, уверен ли тот в своём выборе, но Хан Джуо уже подошёл и сел перед ним. Стоило ему опустить жетон, как раздались карикатурные «пиу-пиу».

– Другой. Совсем другой.

Соха с неохотой пристроился рядом с Хан Джуо и тоже закинул жетон.

– Как только закончим, идём играть в уличные бои.

***

Разогретая играми обстановка плавно перетекла к автомату с игрушками. Соха, деятельный даже в сидячих играх, похоже, был не новичком в этом деле – он умело управлял джойстиком.

Пока Соха выбирал за прозрачным стеклом понравившуюся игрушку и прикидывал, как бы её вытащить, Хан Джуо надулся. Ему почти не выпадало возможности заговорить.

– И чего ты так серьёзно к этому относишься?

Стоило Хан Джуо пробормотать своё недовольство, как Соха нацелился на игрушечную черепаху и тут же закинул деньги в автомат.

– Джуо. Я ко всему отношусь серьёзно.

Под задорную мелодию Соха двинул джойстик, и кран-клешня качнулся.

– А ты не устаёшь, если ко всему относишься серьёзно и выкладываешься на полную?

Хан Джуо, последовав его примеру, опустил жетон в соседний автомат. Он двигал джойстиком вяло, без всякого желания вытащить игрушку, что и неудивительно – всё его внимание было приковано к Соха. До его слуха донёсся шёпот Соха, который, не отрываясь, смотрел в стеклянную витрину.

– Иначе от навязчивых мыслей не избавиться.

Клешня упустила черепаху, и Соха, разочарованно выдохнув, предпринял новую попытку. Благодаря вовремя заигравшей музыке настроение не испортилось.

– Когда выкладываешься на полную, быстро сосредотачиваешься. И тогда в голову ничего другого не лезет.

Соха плотно сжал губы. В отличие от него, который изо всех сил старался вытащить игрушку, Хан Джуо двигал джойстиком как попало. Клешня приблизилась к голове игрушки, будто собираясь её схватить, но лишь царапнула и прошла мимо. Соха, мельком взглянув на это, усмехнулся.

– Прямо не клешня, а чесалка для спины.

Тем временем игрушка, которую пытался достать Соха, тихо упала в отсек. Соха неторопливо нагнулся, достал её и демонстративно помахал ею перед носом Хан Джуо.

– Правда, милая?

Он вертел черепашку, держа её за панцирь, и хвастался, а Хан Джуо не скрывал своего раздражения. Видя, что тот откровенно кривится, Соха лишь беззаботно рассмеялся.

– Пари?

Было очевидно, о каком пари идёт речь. Пока Хан Джуо смотрел на автомат, Соха без предупреждения сунул ему в руки все выигранные до этого игрушки.

– Отдаю тебе все три, счёт начинаем с этого момента. Только одно условие: выуживаем без способностей. Как тебе?

– Разве ты уже один раз не проиграл, когда так же опрометчиво бросался словами? Сколько там желаний у меня ещё осталось?

Много.

– Раз знаешь, так дал бы мне хоть одно закрасить. Короче, мы сейчас про это пари. Ну так что?

Хан Джуо с помощью способности заставил игрушки парить в воздухе. Окружающие удивлённо уставились на него, а на лице Соха отразилось чувство, будто его предали.

– Я же сказал, без способностей!

– Руки-то должны быть свободны. Пари будет честным.

– И не пытайся мухлевать втихую, думая, что я не замечу.

– Просто играй, – ответил Хан Джуо не менее дерзко, и Соха, перестав на него коситься, повернулся к автомату.

– Боевой дух закипает, да?

– ...И это точно свидание?

Бормотание Хан Джуо он с лёгкостью проигнорировал.

– Главное, что нам весело.

Разумеется, Соха любил ещё и побеждать. А значит, никаких поблажек – он будет вытаскивать игрушки одну за другой.

Поглощённые спором, они так увлеклись, что даже не заметили, как вокруг собралась толпа. А результат был...

– Ты точно не использовал способность?

– Когда нужно, я умею сосредотачиваться.

Вокруг Хан Джуо парило уже больше десяти игрушек, в то время как у Соха в сторонке их лежало всего семь. Не отдай он в самом начале те три игрушки Хан Джуо, сейчас была бы ничья, отчего он злился ещё больше.

– Ай, нечестно!

Пока Соха возмущался, Хан Джуо достал и глянул на завибрировавший телефон, но тут же убрал его обратно.

**

Из врат показалась группа людей. Все они были в забрызганной кровью чудовищ одежде, на лицах застыла усталость.

– Отличная работа.

Ожидавший снаружи заведующий Чхве из Центра Контроля Врат, ответственный за распределение, выделил одного человека из толпы и протянул ему бутылку воды.

– Вы ранены?

Мужчина, к которому обратился заведующий Чхве, вышел из врат первым. У этого мужчины были приметные светлые волосы; жаль, заляпанные кровью. Заведующий Чхве заговорил с ним по-корейски, и тот сразу его понял.

– Нет.

Мужчина ответил на таком же беглом корейском и улыбнулся. Его глаза превратились в щёлочки, почти скрыв голубые радужки.

– В таком случае, стабилизация вам не требуется?

– Хм... не срочно. Куда важнее то, что эти врата оказались довольно сложными, и многие эсперы перенапряглись. Думаю, стоит сперва заняться ими.

Заведующий Чхве восхитился его выдержкой, а тот обернулся, чтобы посмотреть на остальных.

– Похоже, они уже успели сдружиться.

До входа во врата состав этой группы были друг другу чужими людьми, у которых не было повода сближаться. И неудивительно: отправленный с ними эспер-блондин был прислан из другой страны по запросу правительства в связи с появлением врат S-Класса. Выслушав шёпот подчинённого, заведующий Чхве схватил эспера за руку и крепко её пожал.

– Эспер Иан, благодаря вам в этих вратах удалось избежать серьёзных потерь. Спасибо вам.

Он выказывал эсперу расположение, поскольку тот сыграл ключевую роль в зачистке этого подземелья. Всё-таки эспер S-Класса с богатым боевым опытом.

Иан принял благодарность с добродушной улыбкой и огляделся. Заведующий Чхве заметил, что он кого-то ищет, и спросил:

– Вы кого-то ищете?

– Хм... я отправил сообщение, вот и подумал, может, он не пришёл.

– Ваш знакомый?

– Да. Джуо. Я позвал своего друга, Джуо.

Имя, которое назвал Иан, показалось заведующему Чхве знакомым, и он тут же кое-кого вспомнил.

– Вы об эспере Хан Джуо?

– Да. Он мой друг.

– Если речь о нём, то он, скорее всего, не появится, – отметил управляющий Чхве, недоумённо склонив голову набок, и Иан изучающе на него посмотрел. – Я не знаю подробностей, но у него довольно щекотливая ситуация с парным проводником.

– Парный проводник?

Иан простодушно повторил за управляющим Чхве, будто не понял корейского. Хотя на самом деле он всё прекрасно понял.

– У Джуо появился партнёр?

Иан дружил с Хан Джуо. Когда-то они частенько зависали втроём с Ким Миён. Тогда же Иан и выучил корейский. Ему хотелось знать язык двух любимых друзей. Природный талант к языкам помог без труда освоить корейский.

Он так скучал по друзьям, что, едва прослышав о череде происшествий в Корее, первым вызвался в командировку. Сразу по прибытии ему пришлось отправиться во врата, но теперь, когда всё закончилось, не терпелось повидаться с ними.

Вот только Хан Джуо на связь не выходил. И всё из-за какого-то партнёра?

– Да-да, он уже какое-то время как с партнёром, а тот самый... проводник Пэк Соха.

Заведующий Чхве отслеживал реакцию Иана. Поняв, что тот ничего не знает, он счёл нужным пояснить.

– Проводник А-Класса...

– О, неплохо.

Увидев, как просиял Иан, управляющий Чхве продолжил:

– Проводник с трёхпроцентной совместимостью.

– М-м? Три процента?

Иан пробормотал цифру и по-английски, но в его реакции не было ничего удивительного, так что управляющий Чхве лишь безучастно кивнул.

– Это у проводника с Джуо такая совместимость?

– Нет. Такая у него со всеми эсперами.

– То есть...

Совместимость с Хан Джуо в три процента – уже проблема, а тут со всеми эсперами тот же показатель?

– С чего они вдруг стали партнёрами? – непонимающе пробормотал Иан, поднимая телефон.

Управляющий Чхве и так понял, кому тот звонит, а потому промолчал.

***

Наигравшись вдоволь в аркадные автоматы, они решили набить проголодавшиеся желудки. Заметив терзаемого сомнениями насчёт меню Хан Джуо, Соха сам вызвался его проводить.

– Корейский буфет...

Хан Джуо с тарелкой в руке безучастно уставился на вывеску.

– Чего застыл?

Соха ткнул его в бок. Хан Джуо так неестественно повернул голову, что почудилось, будто она скрипнула.

– Любишь корейские буфеты?

– Конечно люблю. Чеюк-поккым [1] нравится больше чем половине корейцев, а тонкацу [2] – другой половине. Выходит, здешнее меню любят все.

В подтверждение преувеличению Пэк Соха, в заведении и впрямь кишело народу.

– Раз стоишь столбом, иди садись. Я всё принесу.

Соха подтолкнул Хан Джуо к пустому столику и проворно засуетился. Вскоре он вернулся с двумя огромными тарелками, доверху набитыми всякой всячиной, и поставил их перед Хан Джуо. Дав понять, что на этом не всё, Соха велел ему начинать и снова ушёл.

Хан Джуо, так и не взяв палочки, провожал взглядом его спину. На сей раз Соха нёс не тарелки, а пиалы с чем-то, по-видимому, очень вкусным – вид у него был невероятно счастливый.

Первое свидание. Возможность наконец-то провести время в романтической обстановке обернулась игровыми автоматами и корейским буфетом. Хан Джуо грызло сожаление, но, завидев радостное лицо Соха, он отбросил все сомнения.

Главное, что Пэк Соха нравится.

– Почему не ешь? – спросил Соха, вернувшись с двумя пиалами и поставив одну перед Хан Джуо.

– Хотел вместе.

– Да брось ты.

Соха сел на место и посмотрел на принесённую им еду.

– Здешний тонкацу очень вкусный, потому что его жарят прямо перед подачей, но знаешь, что ещё лучше? – сказал Соха и, разрезав тонкацу, сунул кусочек в рот Хан Джуо. С тех пор, как Соха накормил его ссамом, принимать от него еду не казалось чем-то зазорным. – А то, что здесь подают огуречный перец. С ним жирная пища не кажется такой уж тяжёлой, и можно съесть гораздо больше.

– ...Великое открытие.

Хан Джуо съел и перец, а Соха отмахнулся, мол, ничего особенного.

– Не я открыл, а владелец. В любом случае, здесь есть салат с кунжутным соусом и кимчи, так что можно до бесконечности уплетать тонкацу.

Соха поочерёдно накормил Хан Джуо, а сам принялся за тыквенную кашу.

– А мне тут так нравится тыквенная каша. Она не слишком сладкая и с приятной текстурой – рис перемалывают не до конца, и он похрустывает. Прямо как у бабушки.

Соха никогда не ел молча. Его реакция на еду наводила на мысль, что именно в этом и заключается радость приёма пищи. Соха, должно быть, заметил его взгляд: их глаза встретились, и он улыбнулся.

– Знаешь, как мне стало жаль тебя, когда ты сказал, что ешь где придётся, лишь бы набить желудок? Есть с кем-то вместе – чудесный опыт. Да и одному неплохо. Потом ведь можно привести кого-нибудь и всё ему рассказать.

Соха помнил слова, сказанные когда-то Хан Джуо. Тот, не придававший еде особого значения, теперь сидел за одним столом с Соха и постоянно с ним ужинал.

– А я-то думал, в наказание.

– В наказание? А-а. Из-за того, что едим одно и то же?

Соха тут же всё понял и кивнул. Тем временем он порезал на удобные кусочки весь оставшийся тонкацу.

– Строишь из себя паиньку, а сам такой злопамятный. Тц. Ешь давай.

Соха, если ему что-то нравилось, мог есть только это, так что он пропустил его слова мимо ушей, ведь и в будущем ничего не изменится.

Как только Хан Джуо взял палочки и начал есть, Соха замедлился.

– Эй.

Соха, не сводя с него глаз, ковырялся в зелени. Обычно он с удовольствием уплетал этот салат из щирицы, но сейчас к нему не притрагивался.

– Я думал только о совместном ужине. А ты чем хочешь заняться?

– ...

Молчание Хан Джуо заставило Соха буркнуть:

– Давай теперь делать то, чего хочешь ты.

Он, видно, переживал, что сам затащил его в игровые автоматы и один там веселился.

– Да говори же. Чего тебе хочется? Кино посмотрим? Или в парке прогуляемся?

– Стабилизацию.

Услышав ответ поглощённого едой Хан Джуо, Соха нахмурился.

– Это само собой.

Нужно проверить показатели стабилизации, как и просила директор Ким Миён, так что этим они займутся.

– Сек...

Почуяв неладное в невозмутимом выражении Хан Джуо, Соха, дабы не дать ему договорить, сунул ему в рот огуречный перец.

– Давай есть.

Лучше бы он молчал. В корейском буфете, где длинные столы были забиты людьми, Хан Джуо чуть не ляпнул нечто ужасное.

Соха бросил на него косой взгляд и продолжил есть. Тут он снова посмотрел на Хан Джуо из-за вибрации, не унимавшейся с самого начала их ужина.

– Тебе там кто-то названивает, так и будешь игнорировать?

Телефон Хан Джуо вибрировал не переставая, так что сидящий рядом Соха не мог не заметить.

– Сейчас важен только ты.

– Тогда ответь и скажи, что для тебя важен я. А не то человек на том конце провода так и будет ждать твоего ответа.

Скажи ты хоть, что занят, и человек перестанет названивать.

Хан Джуо, осознав правоту его слов, взял завибрировавший телефон. Едва он поднёс его к уху, как донёсся радостный голос собеседника, очевидно, обрадованного, что вызов наконец приняли.

– Я занят.

Бросив короткую фразу, Хан Джуо повесил трубку.

– ...Так можно? – не выдержал и осведомился Соха, но Хан Джуо и ухом не повёл.

– Позвоню ему позже.

– Кто это?

Кроме директора Ким Миён, Хан Джуо мало кто так донимал, оттого и любопытно.

– Один приставучий тип.

– Друг, значит. А почему я его ни разу не видел?

– Он не местный. В Нью-Йорке живёт.

Соха больше не расспрашивал и принялся за еду. Бессонную ночь и впрямь лучше всего заедать. Вот так поешь, а потом только голову на подушку – и сразу в отруб.

Телефон Хан Джуо снова завибрировал, и Соха пробормотал себе под нос: «приставучий друг». У него и самого был похожий приятель, но...

Тем временем Хан Джуо раздражённо ответил на звонок.

– Иан, почему ты всё время...

– [Я в Корее.]

Голос из телефона прозвучал так громко, что его услышал даже Соха.

Хан Джуо замолчал и нахмурился, а Соха понял, чего хочет звонивший.

– [Давай увидимся.]

Кажется, на этом свидание придётся закончить. Соха тихо сказал Хан Джуо, чтобы тот поступал как знает, и начал убирать пустые тарелки.

Хоть Хан Джуо и недоволен, но раз его друг из Нью-Йорка приехал в Корею, разве ему не хочется с ним повидаться?

– Стабилизацию можно провести и после встречи с другом. Вечером, например. А, нет. Давай лучше завтра.

Соха схватил Хан Джуо за запястье и проверил уровень угрозы срыва. Показатель в норме, можно и побыть вдали друг от друга.

– Будешь дома? – спросил Хан Джуо, ловя его ускользающую руку.

– Раз уж вышел, загляну к Мун Рою.

– Я быстро.

Наверное, намекает, чтобы Соха тоже быстрее возвращался. Соха хлопнул Хан Джуо по плечу и подтолкнул его в спину.

♡

[1] Жаренная свинина с овощами в остром соусе.

[2] Свиная отбивная, обжаренная во фритюре и панировке из панко

– Слушай, Рой.

Соха, расслабившийся, словно невестка в родительском доме, только открыл рот, глядя в потолок, как его щёку кольнул угрюмый взгляд Мун Роя. Отвечать следовало, глядя в лицо, но сил не было.

– А ты знал, что в сутках сорок восемь часов?

– Судя по той чуши, что он несёт, пациент пришёл в себя. Пульс в норме, дыхание в норме, – с неподдельной искренностью, рождённой долгой дружбой, отметил Мун Рой.

– Серьёзно. Мой день всё ещё не закончился.

Если считать то время, что они провели с Хан Джуо, занимаясь известно чем. В подробности он вдаваться не мог, но другу ведь можно излить душу.

– Поэтому и разлёгся тут?

Разумеется, за этим следовала неизбежная порция дружеской ругани, но что поделать.

– Устал. Так, что могу уснуть прямо сейчас.

Процент совместимости подскочил. Поэтому с самого утра Соха сперва наведался к директору Ким Миён, затем провёл стабилизацию эсперу Пэк Чонхуну, дабы развеять сомнения, а вдобавок ещё и сходил на свидание с Хан Джуо. Сил после этого хватило лишь на то, чтобы гонять по лёгким воздух.

– Кто б увидел, решил бы, что это ты из врат вернулся.

Мун Рой подошёл к дивану, где лежал Соха, и бесцеремонно плюхнулся рядом. Диван был рассчитан на одного, так что стало тесновато. Соха, подвинувшись, повернулся на бок.

Причина проста: в силовой борьбе с Мун Роем ему не победить.

– Ну почему ты такой громоздкий.

– Поговори мне ещё. Твоя собственная туша, думаешь, холмик?

Мун Рой усмехнулся. Не все проводники были такими, но, как правило, они не отличались крупным телосложением. Точно так же, как и среди эсперов редко встречались низкорослые.

При этом и Мун Рой, и он сам оказались довольно высокими. Мун Рой со своими ста восьмьюдесятью пятью сантиметрами почти не уступал Хан Джуо. Соха, хоть и пониже обоих, но тоже перевалил за сто восемьдесят. Он ведь не по своей воле стал проводником. Странно, но факт: для человека своей профессии Соха был весьма крупным.

Мун Рой энергично затряс мокрыми волосами, вытирая их полотенцем, и брызги полетели Соха прямо в лицо.

– Иди сушись в другом месте. Да что с тобой такое, в самом деле. Я же сказал, я сегодня смертельно устал.

Соха, не вытирая брызг с лица, лишь заговорил.

– Тогда чего припёрся сюда, а не пошёл домой.

– Мне нужно было кое-что сказать. Свяжись я с тобой завтра, ты бы точно обиделся.

– Пэк Соха, ты за кого меня принимаешь...

– У меня процент совместимости вырос.

Мун Рой замер, перестав вытирать волосы. Он, по-видимому, обдумывал слова Соха, но вскоре как ни в чём не бывало принялся за своё.

– В больнице же сказали.

– Верно. Сказали.

Соха покорно кивнул.

– Но...

Соха, которому было лень что-либо объяснять, выставил вперёд запястье. Его рука свесилась с дивана, и Мун Рой, смерив её недоумённым взглядом, запоздало заметил часы.

– Э? Десять процентов...

– Вырос ведь?

Мун Рой кивнул, но лицо его сохранило неопределённое выражение. Процент, конечно, вырос, но не до заоблачных высот, оттого и реакция была столь прохладной.

– И всё же, поражает видеть на твоём запястье другие цифры.

Мун Рой постарался сказать хоть что-то ободряющее и промокнул полотенцем капли с лица Соха.

– Утром было шестьдесят пять процентов.

– ...

Мун Рой не успел и слова вымолвить, как откуда-то сбоку глухо что-то упало.

– Я сфоткал на телефон, но лень показывать. Если так хочешь взглянуть, поройся в моих карманах, м-мх!

Соха задохнулся – ему в лицо с силой ткнули полотенцем. Слова смешались в невнятное мычание, и он забарахтался, пытаясь отпихнуть чужую руку.

Он ударил Мун Роя, но тот был чертовски силён!

– Да что ты творишь!

Выхватив полотенце, он отшвырнул его в сторону. И чего он сидел смирно, когда тот начал вытирать? Лицо, понятное дело, от такого трения покраснело.

Однако устроивший всё это Мун Рой молчал.

– Ты...

– Я – что!

Соха был уронен на диван и безучастно уставился в потолок. Мун Рой тут же навис над ним.

– Что за рожа. Убери.

– Ты серьёзно? Правда... так сильно подскочил?

У Мун Роя намокли не только волосы, но и глаза.

– Угу.

Поэтому он ответил, вместо того чтобы прогонять его дальше. Подобная реакция, по правде, была ожидаема. Он знал, что Мун Рой обрадуется. Только не думал, что до слёз...

– Пэк Соха, ты...

Мун Рой, переполненный чувствами, посмотрел так, словно хотел обнять, и наконец уткнулся головой ему в грудь.

– Угх!

Соха сдавленно выдохнул и безжалостно дёрнул Мун Роя за волосы.

– Ай! Эй. Я же от радости тебя обнял.

– Не смеши меня. Знаю, что ты нарочно врезался.

– Если будешь так всё перевирать, как мы разделим этот трогательный момент!

– Разделить можно и на расстоянии. Отстань.

Он без малейшего сожаления отпихнул Мун Роя, и тот, не устояв, отстранился. «Что за выходки», – подумал Соха, но, заметив всё ещё раскрасневшееся лицо друга, не стал его упрекать.

– Я пришёл, чтобы рассказать всё сразу, ведь ты мой друг.

Он не пошёл домой спать, а приехал сюда. Приехал, чтобы сказать Мун Рою, всё это время переживавшему вместе с ним, что больше не нужно. Не нужно чувствовать вину за стабилизацию других эсперов и прятать тоску по погибшему старшему брату.

– Теперь я обычный проводник.

Обычный. Подумать только, произносить такое простое слово с гордостью. Но он так давно этого желал и никогда не скрывал своих чувств, оттого слова сорвались с губ так легко.

Услышав гордые нотки, Мун Рой перестал спорить и усмехнулся.

– Нашёл чем гордиться.

Подняв с пола полотенце, он выглядел заметно посвежевшим. Видно, сбросил наконец втайне терзавший его душу груз. Соха, заметив это, и сам немного расслабился.

Тут...

– Но почему вы делаете это здесь.

...внезапно раздался чей-то голос.

– Здесь спокойнее всего, – пришёл сухой, категоричный ответ.

Соха заложил руки за голову и прикрыл глаза. Он уже собрался ещё немного поваляться и встать, но, услышав как чьё-то тяжёлое дыхание постепенно набирало обороты, шустро спустил ноги на пол.

– Я мылся, а он позвонил и сказал, что уже здесь, – наябедничал Мун Рой.

– Понятно, но делайте это снаружи. Засранцы. Думаете, это ваша спальня! – взревел директор центра Ким Бомхак, швыряя всё, что попалось под руку.

**

– Hey [1], Джуо!

Иан помахал рукой, и Хан Джуо тут же направился к нему. Но Иана, судя по всему, не устроила скорость друга, и он сам подбежал к нему и, широко раскинув руки, заключил в объятия.

– Я скучал.

В объятиях почти двухметрового гиганта даже высокий Хан Джуо буквально утонул. Он стоял неподвижно. Не обнимать в ответ было в его духе, но и то, что не отталкивал, – уже хорошо.

– Я постоянно пытался связаться.

Иан взъерошил волосы Хан Джуо и похлопал его по плечу, выказывая свою привязанность.

– Был занят, – коротко бросил Хан Джуо и сел на стул. Иан назначил встречу в кафе и уже заказал напитки.

Пока Хан Джуо пил кофе, Иан с широкой улыбкой разглядывал лицо друга. Что ему так нравилось в угрюмом Хан Джуо, оставалось загадкой, но улыбка не сходила с его лица.

– Я вызвался сюда добровольцем, чтобы увидеть тебя.

Эспера S-Класса, самолично вызвавшегося приехать, встретили радушно. Тем, кто его встречал, была важна не цель визита, а сам факт его приезда.

– Закончил дела – уходи.

Однако Хан Джуо ничуть не был тронут. Наоборот, тон его был таким, будто он делал одолжение, не выгоняя друга прочь теперь, когда все дела сделаны.

– Всё такой же.

Иан, ничуть не смутившись, бесцеремонно придвинулся ближе. Глядя на него, Хан Джуо вдруг чему-то усмехнулся. Он опустил голову и коротко хохотнул, но от Иана такое не укроется.

– Смеёшься от радости, что видишь меня?

– Нет. Глядя на тебя, я вспомнил себя.

– Хмм. Ты бы не стал так вешаться на кого попало... Может, partner [2]?

Иан говорил без акцента. Хан Джуо не ответил. Он, разумеется, предполагал, что до Иана дошли слухи, но как реагировать на вопросы о Соха – решать было ему.

– К слову, что же ты без партнёра? Хотелось бы его увидеть.

Снова перейдя на беглый корейский, прямо спросил Иан. В ответ на безразличном лице Хан Джуо промелькнула тень насторожённости.

– Не лезь к моему партнёру.

– А я хочу его увидеть.

– Не покажу, не надейся.

– Первый партнёр у моего друга, вау... Поразительно.

Они были довольно давними друзьями.

♡

[1] эй (англ.)

[2] партнёр (англ.)

Хан Джуо опустил взгляд на свои смарт-часы, где отображался его уровень угрозы срыва.

35%.

Его тридцать пять процентов и шестьдесят пять, которым так радовался вцепившийся в часы Соха, в сумме давали ровно сто. Какой, спрашивается, смысл проверять, выйдет ли в сумме сто, вот только с недавних пор Хан Джуо принялся неотрывно следить за цифрами.

Пэк Соха проводит стабилизацию. Уровень угрозы падает на 3%.

Пэк Соха проводит стабилизацию. Уровень угрозы падает на 5%.

Пэк Соха проводит стабилизацию. Уровень угрозы падает на 6%.

Как загрузка старого, квадратного компьютера – вот с какой досадно медленной скоростью всё происходило. Однако Хан Джуо ждал. Несложно. Один взгляд на взволнованного Соха – и нетерпение улетучивалось, уступая место умиротворению.

Эта неспешность сама собой перетекла в наблюдение за Соха. Его брови, которые поднимались во время стабилизации, или дрожащие ресницы, кожа, которая то краснела, то бледнела, и гладкие губы...

Засмотришься на его выражения лица, и взгляд сам собой соскальзывал к длинной шее и прямым плечам. Его рельефное тело, даже скрытое под простой хлопковой футболкой, никак не назовёшь худощавым. Его даже можно было бы ошибочно принять за эспера: крепкое тело вкупе с гармоничными пропорциями создавали впечатление человека с богатым боевым опытом на передовой, а не позволяя спутать с неуклюжей горой мышц.

Ведь мышцы эти были развиты равномерно; он был не бугристым качком, а просто крепко слажен. Должно быть, именно поэтому его ладно скроенная, заметная при каждом движении мускулатура так радовала глаз.

Засмотревшись на Пэк Соха, он терял счёт времени. Не успеваешь моргнуть, а стабилизация уже заканчивалась. Одно лишь воспоминание о Пэк Соха сегодня утром, мокром после душа, будоражило кровь.

– Джуо?

Перед глазами замаячила огромная рука. Иан.

– Я сделал что-то не так? Или ты о своём партнёре думаешь?

Иан тут же всё понял по лицу Хан Джуо. Хоть Хан Джуо и уехал в Корею, и они прилично друг друга не видели, проведённое вместе время никуда не делось.

– Похоже, ты им очень дорожишь.

Хан Джуо ответил молчаливым согласием. Особых причин прятать Соха от Иана не было. Просто он слишком хорошо знал Иана...

– Ты вызываешь беспокойство.

Иан непонимающе пожал плечами. Его мощные плечи игриво дёрнулись. Превосходивший габаритами любого эспера Иан знал, что ни одно его малейшее движение нельзя игнорировать, и умело этим пользовался.

Потому и был неприятен.

Он и так притягивал взгляды своей внешностью, а его беглый корейский вызывал ещё больший интерес. А если прибавить к этому многогранное обаяние Иана, то на него нельзя было не пялиться.

Ревность? Пусть будет ревность. Хан Джуо не нравилось, когда Соха долго смотрел на другого. Особенно не нравилось, что, представь он Иана своим другом, тот удивлённо посмотрит, мол, «У Хан Джуо есть друг?», – нет, ещё хуже. Ким Миён тоже была ему другом, пока не стала представителем гильдии, но Пэк Соха был как раз из тех, кто притворился бы, что полностью об этом забыл.

– Я пошёл.

– Ещё увидимся.

Иан лучезарно улыбнулся и помахал рукой. Столько названивал, вытаскивал встретиться, и так просто отпустил. Эх, заподозри только Хан Джуо тогда что-то неладное.

Однако он, к сожалению, не предвидел, что его могло ждать дальше, потому что все его мысли были заняты Пэк Соха. Как же хочется получить стабилизацию, но и напрягать лишний раз не дело, так что надо делать всё в своём темпе и не торопить...

***

Бывает, устанешь, не выспишься и думаешь: только коснись головой подушки – и провалишься в сон, хоть конец света наступи, а на деле стоит закрыть глаза, и лишь урывками клюёшь носом.

Сегодня был тот самый случай.

Он мог бы крепко уснуть, но постоянно просыпался.

То вроде бы пить хочется, то, кажется, в туалет приспичило.

В общем, Соха поднимался с кровати уже в третий раз. Протирая глаза и шаркающей походкой выйдя из комнаты, он открыл холодильник. Бутылка воды на 500 мл оказалась наполовину пустой. Это он сам выпил её, когда просыпался ранее. Остатки он осушил залпом.

Проснулся он не от жажды – просто пил, раз уж пьётся. Отставив пустую бутылку на кухонный остров, он вернулся в кровать.

Как попало откинув одеяло, он забрался под него и лёг. Закрыл глаза, но сон не шёл, и он повернулся на бок. Свернулся калачиком, но этого показалось мало, и он отшвырнул подушку в сторону. Только подумал, что теперь-то уснёт, как снова захотелось в туалет.

– Ну почему мой кишечник такой примитивный?

Разве не нужно время, чтобы вода прошла по пищеводу, задержалась в желудке, а затем по порядку отправилась в тонкий и толстый кишечник?

Сколько времени прошло с тех пор, как он выпил воды, а уже снова приспичило, недоумевал Соха, поднимаясь и ковыляя в ванную.

Не дожидаясь, пока стихнет шум слива, Соха вышел из туалета, сонно моргая.

– Липкий, что ли?

Он, видно, немного вспотел во сне. Запустив руку под одежду, он потрогал живот, а потом и вовсе сорвал с себя футболку. Вернулся в ванную и включил душ.

«Вот помоюсь, и точно усну...»

***

– Ага, всё равно не идёт, – сказал Соха, не смыкая ясных, широко распахнутых глаз.

Он играл с потолком в гляделки, и когда глаза начинало щипать, крепко зажмуривал их в надежде уснуть, но тщетно.

Даже с закрытыми глазами сон не шёл, а как только резь проходила, они снова открывались.

– Да что не так.

Тело определённо вымоталось. Казалось бы, отрубиться – самое то, но почему он никак не может уснуть и всё ворочается, Соха и сам не понимал.

Так он, по-видимому, вообще до утра не сомкнёт глаз. А тело, к слову, всё ещё уставшее, тонуло в кровати, словно в трясине. Трудно пошевелить даже пальцем, так почему же только веки так суетливо хлопают...

– Эх.

Не выдержав, Соха на коленях подполз к стене и приложил к ней обе руки. Потом прижался ухом, вслушиваясь в звуки за стеной.

– Спит.

Конечно, уставший Хан Джуо должен был спать, но Соха просто хотелось знать: спит ли он крепко или, как и он сам, мается без сна. Он занёс руку, чтобы постучать, но замер.

В мире, где появлялись врата, здания, предсказуемо, строили несравнимо прочнее, чем раньше, но он не знал, как далеко разойдётся вибрация от стука.

Ничего не попишешь. Соха отстранился от стены, сел, скрестив ноги по-турецки, и взял в руки телефон. Способ связаться с ним всё же был.

В темноте комнаты экран телефона слепил не хуже прожектора маяка. Соха раздумывал, какое сообщение отправить, но решил не мудрить.

[Спишь?]

Этот вопрос лучше всего отражал его чувства.

Отправив сообщение, он положил телефон на колени, так и не выйдя из комнаты. Скрестив руки на груди, он уставился на мобильный.

Словно девица, тоскующая по бывшему... Но Соха не видел в своих действиях ничего странного. В затянувшемся молчании, напоминавшем со стороны игру в гляделки, Соха резко схватил телефон.

– Прочитал.

Хан Джуо прочитал – верно, у него стояли уведомления. Мог бы и проигнорировать спросонья, но нет, прочитал.

А ответа всё не было.

– Видно, я сам виноват, что так нагло жду ответа.

С досадой виня не Хан Джуо, а себя, он отложил телефон.

– Спать.

Уже три часа ночи. Если так и не смогу заснуть, завтра это точно аукнется...

– А?

Телефон завибрировал. Коротко, один раз, но и того хватит. Соха поспешно включил экран и открыл чат – там был ответ от Хан Джуо.

– Есть!

Соха тут же соскочил с кровати и вылетел из комнаты.

[Перебирайся сюда.]

Хан Джуо, как и ожидалось, сразу понял, зачем Соха написал.

Соха вбил знакомый пароль и вошёл. Он бывал здесь уже несколько раз, поэтому даже в темноте не заблудился и уверенно направился в комнату Хан Джуо.

Соха постучал в приоткрытую дверь, сообщая о своём прибытии, и просунул внутрь голову.

– Можно?

Лежавший на кровати Хан Джуо молча приподнял край одеяла, приглашая Соха лечь рядом. Соха радостно улыбнулся, шмыгнул под одеяло и занял своё место. Подушка не нужна. Ведь его рука куда твёрже и теплее...

– Ах, хорошо.

– Почему не спал?

– Я лёг, но постоянно просыпался. Думал, может, пить хочу – попил воды, даже умылся, а в итоге чуть всю ночь не проворочался. Но ты, по-видимому, тоже не спал?

Голос Хан Джуо, хоть и был низким из-за раннего часа, не казался сонным.

– Тебя не было.

По сравнению с тирадой Соха его ответ был до неприличия коротким. Но это не обижало. Наоборот, благодаря этому ответу Соха кое-что понял.

«Может, и я не мог уснуть по той же причине?»

Потому что не было Хан Джуо.

Хотя не факт, что в этом кроется ответ.

– Я тоже проверю. Из-за тебя я не спал или есть другая причина.

Соха крепко зажмурился. Потом, что-то вспомнив, снова открыл глаза.

– Стабилизацию, что не успели, проведём сразу, как проснёмся. Хорошо?

– Угу.

Получив ответ от Хан Джуо, Соха снова закрыл глаза.

«Хан Джуо говорит, что не спал из-за моего отсутствия, значит, и я тоже? Но что-то не сходится. Конечно, я часто засыпал пока мы болтали ни о чём, но связывать с этим причину, по которой я постоянно просыпался...»

И в какой-то момент его мысли просто оборвались.

Выспался.

Опасения насчёт постоянных пробуждений оказались напрасными: он крепко выспался и проснулся.

Приподнявшись в кровати, Соха посмотрел на свои волосы в отражении на экране телефона. По одному торчащему вверх, словно вопреки гравитации, локону можно было понять, как долго он пролежал в одной позе.

Впрочем, было и другое доказательство, помимо его причёски.

– Ты в порядке? – спросил он, глядя на Хан Джуо, сгибавшего и разгибавшего руку рядом с ним.

– Чувствительность не возвращается.

Хан Джуо с серьёзным видом посмотрел на свою руку. При каждом сгибании и разгибании его весьма мускулистой руки на ней вздувались бицепсы и трицепсы.

– Дай ей время, сама пройдёт, – без особых переживаний отозвался Соха, зная, что чувствительность не пропадёт насовсем, и тут же поймал на себе недовольный взгляд Хан Джуо.

– И тебе не кажется, что это наглость с твоей стороны?

– Разве я могу по своему желанию менять вес человеческой головы? Я просто лёг на твою руку, потому что ты её вытянул.

Он настаивал, что, какой бы маленькой ни была голова, она всё равно что-то весит, и это Хан Джуо подставил руку, не приняв это во внимание.

Разумеется, Хан Джуо ответил видом выбитого из колеи человека, но держался такой недолго. Хан Джуо знал Пэк Соха не первый день. В таких случаях лучше было просто сказать, чего он хочет.

– Дай поесть.

Хан Джуо, сгибая и разгибая руку, кивнул подбородком в сторону Соха, требуя еды. Увидев эту сухую реакцию, Соха бросил:

– Ну и... здоровое же у нас утро.

– ...

Хан Джуо обернулся и увидел, что Соха глуповато улыбается с ещё сонным, заспанным лицом.

– Верно, Джуо?

Он поднял руку и легонько помахал ею. Казалось, от этого движения раздастся какой-то звук, но электронные часы плотно облегали запястье. И всё же этого хватило, чтобы кое-что сообщить.

– Нужно провести стабилизацию.

Соха одарил его двусмысленным взглядом.

– Или потому, что мой любовник только что проснулся в постели...

Причину всегда можно придумать, но в итоге всё сводилось к одному. Хан Джуо тут же поцеловал Соха и навис над ним. Соха, опрокинутый на спину с прижатыми к его губам губами, гортанно рассмеялся.

Хан Джуо отстранился и посмотрел на Соха, а тот поднял руку и схватил его за предплечье.

– Эта пришла в норму.

Это была та самая рука, отнявшаяся из-за того, что поддерживала его голову. Ловушка, расставленная с самого начала, ведь он ни на секунду не поверил словам Хан Джуо.

Заметно расслабившийся Соха оглядел Хан Джуо с головы до ног, начиная с лица.

– Полон сил, да? Что же так раззадорило нашего Хан Джуо с самого утра? – буквально пропел Соха.

Любому было ясно, что он говорит это в шутку, – как он мог не знать ответа? – вот и Хан Джуо ответил тем, чего от него ждали.

– Ты.

Соха рассмеялся. Хан Джуо ответил без малейшей заминки. Его попытки унять своё возбуждение после пробуждения в одной постели заслуживали похвали, поэтому Соха первым делом засунул руку под его одежду и погладил живот.

– И те же силы вкладываешь в то, чтобы достигать таких результатов вот тут.

Пока он медленно поглаживал ложбинки между мышцами, дыхание Хан Джуо слегка сбилось. Вероятно, Хан Джуо возбуждало не только его прикосновение, но и энергия, проникавшая в тело.

Несмотря на то, что он вовсю дразнил Хан Джуо, лицо Соха приняло серьёзное выражение, будто ничего и не было.

– Для начала посмотрим, какой будет результат без полового акта.

Именно поэтому он, проснувшись, не вставал с кровати.

Вчера по разным причинам их время не совпало, так что сегодня он хотел всё сделать как следует.

– Прежде чем мы начнём, я хочу кое-что сказать.

Хан Джуо схватил Соха за запястье. Они уже соприкасались, и можно было начинать стабилизацию, но Соха не стал ничего делать насильно.

– Что сказать?

– Ты же знаешь, что других проводников не будет?

– Э?

Соха выглядел удивлённым. Он был так сосредоточен на своём проценте совместимости, что даже не подумал об этом. Хан Джуо и раньше не хотел вовлекать других проводников. Он в какой-то мере ожидал этого, но, когда Хан Джуо произнёс это вслух, Соха на секунду охватило странное напряжение.

Внезапно осознав всю серьёзность его решения, Соха начал стабилизацию.

Про себя он начал считать, ориентируясь на свою энергию. Мысли о том, какой результат он хотел бы получить, сейчас только мешали бы сосредоточиться.

«1, 2, 3...»

Высококонцентрированная энергия, плавно перетекая в другое тело, очищала Хан Джуо от скопившихся остаточных сгустков от своей способности. Только они начали погружаться в процесс, как стабилизация, к сожалению, закончилась.

Вопреки желанию Соха продолжить ещё немного, поток энергии резко оборвался.

Соха, даже не заметивший, что от концентрации зажмурился, отнял руку. Ещё до того, как посмотреть на электронные часы, он уже примерно представлял, каким будет показатель.

– Это, конечно...

Соха горько улыбнулся.

– Я должен радоваться, но почему же мне в первую очередь досадно?

Даже если назвать это чувство жадностью, возразить было бы нечего. На самом деле это и была жадность.

Соха приподнялся, и Хан Джуо подвинулся, освобождая место. Соха, не стесняясь, сел.

И поднял запястье с часами. 33%. Больше 30%. Однако до 40% ещё далеко. И всё же постоянные прикосновения, повышавшие процент совместимости, принесли свои плоды. Это время не прошло даром. Но...

– Когда дело дойдёт до зачистки подземелья, никто не знает, что может случиться, поэтому я не удовлетворён.

Хорошо, что показатель можно повысить через половой акт, но, учитывая, что им предстоит войти во врата S-Класса, текущее значение первичной стабилизации не могло не беспокоить.

Соха заставил себя отбросить тревоги и нацепил улыбку.

– Прости. Я должен радоваться, но не могу.

По сравнению с тем, что было раньше, этот процент совместимости в 10 раз выше – просто запредельный. Он решил заняться стабилизацией с утра, потому что, вопреки прежним попыткам, поддался некоему абстрактному чувству, что получит удовлетворительный результат и порадуется. Однако в награду получил лишь смятение.

Всё из-за слов Хан Джуо о том, что тот будет полностью зависеть от него. Но он не винил Хан Джуо.

Тот лишь обрисовал текущую обстановку, поэтому не было смысла спрашивать, зачем он это сделал.

– Вот такое на тебе бремя.

Хан Джуо крепко прижался губами ко лбу Соха.

– Потому что я ставлю на тебя всё.

– Зачем ты всё время на меня давишь?

– Чтобы ты больше старался.

– Я буду стараться, – буркнул Соха, ударив Хан Джуо по плечу.

Пусть он его и не винил, но позлить-то мог.

– Теперь пора переходить к следующему этапу.

Хан Джуо снова схватил Соха за руку и притянул к себе. Они проверили результат от контактной стабилизации, и теперь его намерение перейти к проникающей было совершенно очевидно.

– Да. Давай пробовать всё. Сейчас не время для разочарований и сожалений.

– Правильно мыслишь.

Хан Джуо рывком стянул с Соха одежду.

***

С каждым толчком Хан Джуо тело Соха немного съезжало вверх. Он поднял руку и вцепился в изголовье кровати. Ещё немного, и он ударится головой, но Хан Джуо толкался с недюжинной силой.

– Джуо.

Соха похлопал Хан Джуо по плечу. Он просил подождать, но не мог встретиться с Хан Джуо взглядом.

– Посмотри на ме... ня.

Он дёрнулся и замолчал, когда тот задел что-то внутри, но с трудом закончил фразу.

– Ах ты... читер.

Соха, не зная, что делать с заставлявшей его тело дрожать стимуляцией, испепелял Хан Джуо взглядом, пока от волны острого удовольствия невольно не запрокинул голову. Хан Джуо без предупреждения попал по чувствительной точке, отчего поясница Соха выгнулась дугой, а из горла вырвался хриплый стон.

Солнечный свет, пробивавшийся сквозь плотные шторы, освещал какой-то случайный участок комнаты, но Соха казалось, что он светит ему прямо в глаза. На самом деле перед глазами сверкали вспышки удовольствия, от которого волосы на голове вставали дыбом, и их он приравнивал к утреннему солнечному свету. Его разгорячённая от трения задница и живот Хан Джуо покрылись каплями тёплой вязкой жидкости. Кончить одновременно с Хан Джуо означало достичь с ним экстаза вместе.

Когда выровнялось дыхание, стихнув после бурного действа, и остались лишь отголоски наслаждения, Соха понял, что под его головой лежит подушка, и усмехнулся.

Звал его да звал, тот всё не реагировал, а на деле, оказывается, всё прекрасно понимал.

– Ну ты и...

Он хотел сказать: «Был бы ты паинькой – не был бы ты Хан Джуо», но тут его взгляд упал на часы. 65%.

Цифра не изменилась, оставаясь точно такой же, как он видел раньше.

Результат проникающей стабилизации, проведённой в точности так же, как и до этого. Он уже успел приесться. А значит...

– Мы ведь на этом не остановимся?

Высшая точка прикосновений – проникновение, и они её уже миновали.

Спроси его, не устроит ли его такой показатель, с ответом бы он не нашёлся. Да только признав свою безграничную жадность, просто брать и радоваться не получалось.

И тут...

Словно прочитав мысли Соха, Хан Джуо встретился с ним взглядом. Раньше, сколько бы он ни звал, тот не смотрел...

– Давай попробуем ещё раз.

– Э? А-а...

И в самом деле, он ведь проверил процент совместимости только после первого раза.

– Хан Джуо, а ты, оказывается, умён?

Соха обрадовался, словно увидел новую возможность, а Хан Джуо не смог посмотреть ему в глаза.

Раз уж они решили продолжить стабилизацию с проникновением, смена поз виделась чем-то само собой разумеющимся. С таким настроем Соха готов пойти на всё, вот только...

– Не отпускай лодыжки.

Поза, в которой он держал себя за лодыжки, широко раздвинув ноги и полностью раскрыв себя, недвусмысленно намекала на то, как он ждёт главного действа от Хан Джуо, отчего вся решимость Соха мигом улетучилась.

– Джуо. Ты ведь знаешь? У людей сердце переменчивое: минуту подумают, так могут и на попятную пойти, кх. Пощади.

Попытки Соха убедить Хан Джуо витиеватыми речами в конце концов сменились мольбами.

– Ты выдержишь.

Глаза Соха сузились. Он тут заискивал с самым жалостливым видом, моля о снисхождении, а в ответ получил лишь «ты выдержишь»?

– А если не выдержу?

– Не думай о провале, лучше подумай, как хорошо всё выдержать.

– Вы что, инструктор?

Несмотря на нытьё Соха, Хан Джуо не позволял ему отпустить лодыжки. Силы в руках иссякали, и ноги то и дело соскальзывали вниз, поэтому Соха изо всех сил напрягся, чтобы удержать их.

– Нет. Я должен выдержать. В конце концов, это всё – стабилизация...

Подумаешь, нагло. Подумаешь, стыдно. Я выдержу. К тому же, вдруг показатели вырастут? Взяв себя в руки, Соха решил держать глаза широко раскрытыми.

– Всё ради будущего. Я совершенно не хочу, чтобы процент совместимости замер на этой отметке.

Соха словно повторял заклинание, а Хан Джуо молча наблюдал за ним.

– Я готов.

Оставалось только войти. Хан Джуо приставил головку ко входу. Видимо, Соха лишь на словах готов: от сильного напряжения место, уже расслабленное и влажное после первого раза, снова начало сжиматься.

Хан Джуо медленно погладил Соха по боку. Тот заёрзал от щекотки, и, пока его тело расслабилось, Хан Джуо вошёл внутрь. Начавшее сжиматься отверстие туго растянулось, и рот Соха приоткрылся.

– Это... кх, странно.

Одно дело – просто впускать в себя, но совсем другое – делать это, держа себя за лодыжки и ограничивая собственную свободу. От чувства, будто он сам раскрывается, чтобы принять партнёра, Соха отвернулся и уткнулся лицом в подушку.

– Хоть бы это помогло... Если процент совместимости вырастет настолько же, насколько странные сейчас ощущения, я буду счастлив... ох.

Соха тяжело, прерывисто дышал, и его руки, сжимавшие лодыжки, мелко дрожали. Пока он пытался совладать с дыханием от переполнявшего его чувства, Хан Джуо с серьёзным видом коснулся его часов. Он не трогал саму кожу, но от постукивания по часам Соха повернул голову и тотчас встретился с Хан Джуо взглядом.

– Сними их.

– А?

Соха не сразу понял, о чём речь, и замотал головой.

– Но на мне и так ничего нет...

В ответ на слова, что снимать больше нечего, Хан Джуо лишь пристально на него посмотрел.

– Ещё есть что.

И, словно требуя прекратить притворяться, будто тот не понимает, о чём речь, снова повторил свою просьбу. Соха, считая это нелепым, заелозил.

– Нету. На мне всё на своих местах, так что даже не думай что-то отрывать. Ни за что...

Протестующий Соха вскоре поник.

Он знал, почему Хан Джуо так себя ведёт. Всё из-за того, что Соха постоянно зацикливался на проценте совместимости.

– Я просто хотел, чтобы он стал выше. Да и если я их сниму, процент совместимости не будет отображаться...

Понимая, что его бормотание звучит как оправдание, Соха замолчал и посмотрел на Хан Джуо снизу вверх.

– Я ненадолго отпущу лодыжки.

Вместо ответа Хан Джуо сам перехватил его лодыжки. Хотя мог бы просто дать ему свободу... Подло. Соха смерил Хан Джуо взглядом, но вздохнул и взялся за свои часы.

– Они ведь и вправду часть меня.

Хан Джуо принялся дразнить Соха, медленно двигая бёдрами. Досадно, что теперь он движется так мучительно-медленно, хотя до этого входил со всей силы. Поняв, что так, видя его нерешительность, его торопят снять часы, Соха раздражённо дёрнулся.

В его движениях, расстёгивающих безупречно водонепроницаемые часы, сквозило явное сожаление. Он не снимал их, даже когда процент совместимости оставался неизменным, поэтому и сейчас это далось нелегко, но в конце концов он справился.

Едва Соха положил часы на прикроватный столик, Хан Джуо не иначе как вознаграждение тут же отвёл бёдра назад и с силой толкнулся внутрь.

– Мм!

Неумолимые толчки не оставили Соха и возможности заговорить о часах, он лишь зажмурился. Пустоту на запястье он попытался заглушить, обвив руками шею Хан Джуо и повиснув на нём.

– Хм-мх. Аах.

Соха держал себя за лодыжку только одной рукой, поэтому вторую взял на себя Хан Джуо, и их тела, соударяясь и расходясь, издавали мерные шлепки.

От ударов, таких сильных, что ягодицы начало пощипывать, и от того, как что-то настойчиво тыкалось и давило глубоко внутри живота, мысли о часах быстро улетучились.

Накопленное возбуждение достигло пика и помутило сознание.

Погрузившись в удовольствие, ударившее в голову, он приоткрыл рот и мутным взглядом смотрел в никуда, пока тело мелко дрожало. Хан Джуо тоже достиг предела – всё его тело напряглось.

Кончив по второй раз обессиленный Соха медленно раскинул руки и выпрямил согнутые колени. Он полностью распластался на кровати, и Хан Джуо вовремя вышел, избавив его от необходимости и дальше держать в себе член.

Переводя дыхание, Соха наткнулся взглядом на всё ещё не опавший тяжёлый член Хан Джуо и тут же отвернулся. Его собственный уже обмяк.

– Да уж, с обычной выносливостью тут не справиться.

Они занимались этим второй день подряд, и, пусть это не первый раз, готовность принять не отменяла того, как тяжело такие нагрузки сказывались на теле. К тому же, раз начав, приходилось продолжать, пока из тела не выйдет вся энергия, а это занимало немало времени. Соха заговорил в том числе и для того, чтобы скрыть смущение от вида члена Хан Джуо, и тут прямо перед его лицом возникла бутылка с водой.

– Пей.

Соха не стал отказываться и сделал несколько глотков. От усталости вода показалась сладкой.

Однако Хан Джуо решил вставить свои двести вон:

– Допивай и переворачивайся на живот.

– Пфф.

Вода, которую Соха с таким удовольствием пил, тотчас пошла обратно и выплеснулась наружу. Он даже поперхнулся и теперь мучительно кашлял, а Хан Джуо вытирал капли с его подбородка.

– Я не о такой заботе просил...

Соха оттолкнул руку Хан Джуо и откашлялся.

– Кхм, ты о чём? Перевернуться на живот? Массаж мне, что ли, сделаешь?

Хан Джуо с ласковой улыбкой погладил Соха по волосам.

– Разумеется, чтобы войти сзади.

– ...Ещё? – устало спросил Соха.

А член Хан Джуо, похоже, и не думал опадать...

– Ты думаешь, что узнаешь процент совместимости, сделав это всего один раз? Соха. Так легко ты не отделаешься.

– Когда это я говорил, что хочу легко отделаться? Я всем телом стараюсь, а ты такое говоришь...

Бормоча что-то себе под нос, Соха украдкой поглядывал на Хан Джуо.

– Джуо, успокойся. Такими темпами я до того, как поднимется процент совместимости, умру от нашего с тобой секса.

– Мы сделали это всего дважды, от ещё нескольких раз не умрёшь.

– ...

– Или мне продолжать, пока ты и в самом деле не окажешься при смерти?

– Джуо.

Понимая, что слова не действуют, Соха скривился, готовый расплакаться. Он ломал голову, как бы убедить партнёра, и тут его осенило.

– Ты... ты что, предвидел, что я так отреагирую?

Ведь когда Соха по началу услышал предложение попробовать ещё и стабилизацию с проникновением, чтобы точно всё выяснить наверняка, он искренне обрадовался и назвал Хан Джуо умным.

– Сам себе яму вырыл.

Соха понурился.

– Наш Соха поумнел.

Хан Джуо улыбнулся и ткнул пальцем в щёку Соха. В спальне и так витал лёгкий аромат любовных утех, но от приблизившейся руки повеяло таким густым запахом семени, что Соха окончательно оставил надежду на спасение.

– Я серьёзно не хочу так умереть, так что, пожалуйста, в меру, – попросил с раболепной улыбкой Соха, осознав, какой глубокой оказалась вырытая им яма.

***

Хан Джуо неотрывно смотрел на крепко спящего Соха. Тот вёл себя так, будто готов выдержать ещё несколько раз, но на деле отключился почти сразу же после первого.

– Нужно подтянуть его выносливость.

Хан Джуо провёл пальцами по следу от своих зубов на плече Соха и всерьёз задумался. Услышь Соха эти слова, несомненно потерял бы дар речи.

Хан Джуо отложил в сторону полотенце, которым обтирал Соха, и взял его часы.

Само собой, часы считывают поток энергии с помощью волн, только соприкасаясь с телом. Сейчас, снятые с руки Соха, они не показывали никаких изменений. Напротив, на экране появилось уведомление о перезагрузке.

Часы он снял потому, что мог напрямую ощущать поток стабилизации внутри тела. К тому же, об изменениях в показателях стабилизации можно судить по уровню риска срыва на его собственных часах, так что он оставил их на столике.

– Похоже, это и в самом деле предел...

Из-за безумного темпа Соха, вероятно, не сразу поймёт, но повторные половые акты не приносили никакого результата.

Значит ли это, что процент совместимости, достигаемый через телесный контакт, больше не возрастёт? Эта мысль заставила его помрачнеть.

На самом деле, самого Хан Джуо это не волновало. Главное, чтобы он мог получать стабилизацию от Соха при риске срыва, поэтому нынешняя ситуация его вполне устраивала.

Но не Пэк Соха.

Узнав, что энергия, получаемая через тактильную стабилизацию, невелика, захочет ли Пэк Соха и дальше входить во врата только вдвоём?

Пэк Соха тут же заперся в комнате стабилизации. Сев за стол, он достал блокнот и принялся листать, выискивая чистую страницу. Его рука безразлично перелистывала страницы. Перелистывание блокнота служило лишь способом отвлечься от гнетущих мыслей Соха.

Настолько сейчас у Соха всё путалось в голове. Всё, что касалось процента совместимости с Хан Джуо, оставляло лишь смятение.

– Не поднялся.

Проснувшись, он понял, что энергия в его теле не движется. Хан Джуо, разумеется, тоже в курсе. Часы – лишь вспомогательное средство, он не мог не заметить происходящих в теле изменений.

Поэтому в два часа дня, далеко за пределами начала рабочего дня, они явились в гильдию. Разойдясь каждый в свою сторону, они молчаливо договорились взять время на раздумья.

Соха, подперев подбородок одной рукой, чертил в блокноте каракули.

– Как же описать эту тщетность.

Рукопожатия, объятия, поцелуи и даже секс – они перепробовали всё, что только можно. Особенно секс, то есть стабилизацию с проникновением. Пусть он сталкивался с ней впервые, но выложился на полную.

– Раз я заснул в процессе, значит, действительно выложился на полную?

Сам процесс проникновения, впервые им испытываемый, вызывал стеснение, но он старался воспринять его как должное. Соха, схватившись за ноющую поясницу и постукивая по ней, раздражённо чиркнул ручкой и отложил её.

Тяжело вздохнув, он и вовсе лёг на стол.

Вспомнился разговор с Мун Роем.

Мун Рой, недавно вернувшийся из врат, ощущал нынешнюю обстановку острее, чем кто-либо. Упомянутые Мун Роем «чувствительные контрагенты», должно быть, – Центр Контроля Врат и его вышестоящие инстанции.

Вернувшийся тогда с задания с подобранным эспером Мун Рой хмурился. Процент совместимости, пожалуй, и высок, но другие условия явно не сошлись. Например, характер, который не выносит Мун Рой.

Не всё идёт по плану. Эти слова относились и к Соха с Хан Джуо.

– До сих пор всё шло мирно.

Пытаясь поднять процент совместимости с Хан Джуо, они невольно проводили вместе приятные моменты. И вот пришла пора платить по счетам. Из-за спешных попыток уничтожить врата состав боеспособных отрядов сильно менялся.

На беспокойство Мун Роя Соха ответил, что подумает, но они не могли не знать, что поблажек не будет. Отправить Хан Джуо, эспера S-Класса, во врата А-Класса или ниже?

– Ещё бы они разрешили.

В таком случае лучше собрать большую команду во врата S-Класса, куда направится Хан Джуо. Сейчас, пока временно сняты ограничения на класс входящих во врата эсперов, чем больше присоединится хороших бойцов, тем лучше.

– Жаль, что процент совместимости больше не растёт, но пока остановимся на этом и подумаем дальше.

Он слегка приподнял голову и подпёр подбородок. Затем взял ручку и нацарапал понятные лишь ему символы.

– Хан Джуо хочет в проводники только меня, но меня-то это совершенно не устраивает.

В ситуации, требующей двойной и тройной подстраховки, чистосердечное решение ничем не помогало.

– Директор сама всё уладит, но нет ли чего-то, что я могу сделать?

Разные тревоги множились с каждой секундой.

И тут.

От резкого звука распахнувшейся двери Соха рывком выпрямился. Подумал, что пришёл Хан Джуо, но увидел незнакомца. Впервые его видел.

– А?

Ещё и иностранец.

Несуразная тишина, пока они смотрели друг на друга, прервалась, когда Соха пришёл в себя и неуклюже поднялся с места.

– Сказать ему, что он ошибся комнатой? Или заявить, что у меня уже есть партнёр? – затараторил растерявшийся Соха.

Говорить придётся на иностранном языке, поэтому он хотел подобрать одну фразу, которая бы чётко прояснила ситуацию. Пока он бормотал, иностранец заговорил.

– Проводник Пэк Соха?

– Э?

Соха, удивлённый обращением, в котором слышалось знание того, кто он, во второй раз застыл, поражённый корейским произношением незнакомца.

При подаче заявки на стабилизацию можно ознакомиться с кратким профилем партнёра. Соха, связанный контрактом с Хан Джуо, не принимал заявки на стабилизацию, за исключением особых случаев, но это не значило, что у него нет способа узнать другого эспера.

Эспер мог сам внести свои данные и отобразить профиль.

Имя: Иан Полтер

Класс: S

Тип: эспер стихийного типа (молния)

Принадлежность: гильдия Чёрная Мамба

Державший в руках планшет Соха ощутил дежавю, пытаясь вспомнить, случалось ли подобное раньше.

«А. Было.»

Не точь-в-точь, но похожая обстановка уже складывалась. Тогда, когда пришёл Хан Джуо, и он изучал его профиль! Разница лишь в том, что мужчина перед ним очень дружелюбно улыбался.

– Вы, значит, Иан Полтер.

– Зовите меня Иан.

Тёплый взгляд проникал в его голубые глаза, и Соха смущённо кашлянул. Не то чтобы в стране не было иностранцев, хорошо говорящих по-корейски, но это всё равно удивляло.

– Кхм... Вы эспер S-Класса.

Да ещё и молния – редко встречающийся дар.

– Но откуда вы меня знаете? Судя по тому, что вам известно моё имя, вы, должно быть, слышали, что у меня есть партнёр.

– Джуо.

– Да?

– Я пришёл из-за Джуо.

– А-а.

Теперь понятно. Чёрная Мамба – одна из крупнейших гильдий Америки. Прибывший из-за границы эспер, разумеется, как-то связан с Хан Джуо – догадаться нетрудно.

– Вы друг Джуо?

– Верно.

Иан протянул руку для рукопожатия в знак знакомства, и Соха на этот раз, не растерявшись, ответил. Джуо... Пока Соха не повёлся звать его «Джуо-я» [1], тот оставался очень суровым эспером Хан Джуо.

Удивительно, что кто-то так запросто называет другом этого непростого человека, к которому никто не смеет приблизиться.

– А, я старше. Но мы друзья.

Из-за непривычно хорошего произношения он упустил это из виду, но уловил едва заметную чужеродность в речи.

«Друг Джуо, иностранец. И...»

Мысли в его голове завертелись, и на лице Соха, смотревшего на Иана, появилась невиданно доселе любезная улыбка.

– Может, и нам подружиться?

***

– Набор соратников для похода во врата проходит туго. Если потом их не хватит, придётся призывать в обязательном порядке, но это, само собой, хуже, чем добровольцы.

Ким Миён, рассказывая о текущей обстановке, с досадой вздохнула.

– При таком раскладе вся нагрузка ляжет на тебя, а это серьёзно.

Хан Джуо, которому предстояло стать командиром и повести всех за собой, столкнётся с огромной нагрузкой, если способностей сокомандников не хватит.

– Что с процентом совместимости?

– Если просто держаться за руки, тридцать процентов.

– Даже это не поможет.

Все настолько свыклись с тремя процентами, что даже тридцать – цифра, для партнёрства совершенно недостаточная.

– Если бы нам выделили избыточное время на стабилизацию – другое дело, но ведь это не так.

Они лучше кого-либо понимали невозможность такого расклада.

– Не пойдёт. Я тоже должна войти.

Ким Миён, отошедшая от дел после основания гильдии в Корее, заявила о своём участии.

– Нельзя.

В ситуации, когда нужен каждый боец, Хан Джуо отказал Ким Миён.

– Это ещё почему! Я тоже когда-то блистала.

– Я не сомневаюсь в твоих способностях.

Едва Хан Джуо признал её навыки, как негодование Ким Миён слегка улеглось.

– Тогда почему ты против? Печёшься о моей репутации? Не беспокойся. Подумаешь, немного попотею...

– Ты заржавела, нельзя.

– ...

Ким Миён, только что хваставшаяся своими умениями, нахмурилась.

– Что? Ты сейчас...

Он говорил о том, что Ким Миён давно не ходила в подземелья.

– Сказал же, что не сомневаешься в моих способностях...

– Это другое. В месте, где неизвестно, что и когда произойдёт, твоё заржавевшее чутьё может среагировать с опозданием, и ты окажешься в опасности.

Того чутья, позволяющего чутко реагировать на изменения обстановки на поле боя, которое есть только у действующих бойцов, у нынешней Ким Миён не было.

– Хаа, вот же досада. И в другие врата сейчас не сунешься... Кстати, тебе можно тут оставаться?

Ким Миён, с силой массируя виски, внезапно задала вопрос. Пока Хан Джуо, приподняв бровь, смотрел на неё, Ким Миён указала на дверь.

– Они уже, должно быть, встретились.

В словах Ким Миён недоставало подлежащего, но обострившееся на передовой чутьё Хан Джуо забило тревогу.

♡

[1] К сожалению, бусти ест форматирование, но Соха довольно часто ласково кличет своего эспера Джуо-я (кликал даже до того, как они стали партнёрами). В релизах в телеграфе обращения с частицей «-я» передаются курсивом.

Едва Хан Джуо распахнул дверь, двое мужчин обернулись.

– А? Джуо, что-то случилось?

Соха, в чьих глазах ещё плясали смешинки, обернулся и спросил, а Иан неторопливо помахал рукой, ничуть не удивившись, – он его ждал.

– Ты почему здесь.

На вопрос Хан Джуо Соха недоумённо склонил голову набок.

– Почему я здесь? Так это комната стабилизации моя... ай!

Хан Джуо целенаправленно шагнул внутрь и оттащил, – или, вернее будет сказать, отшвырнул? – стул, на котором сидел Соха.

Сидевший на стуле с колёсиками Соха резко отъехал назад и инстинктивно вытянул руки вперёд. Однако никто его не поймал, и стул остановился, только стукнувшись о стену.

– ...

Соха, обработав произошедшее, криво усмехнулся. Вопрос Хан Джуо с самого начала предназначался не ему. Ладно, пускай, но зачем же стул-то так толкать?

– Эм...

Соха окликнул их, но ответа не последовало. Они так увлечённо испепеляли друг друга взглядами, что ли? С другой стороны, походило на нежность разлучённых и снова встретившихся влюблённых, так что Соха понуро замолчал.

– Я же сказал, что мы ещё увидимся.

Запоздалый ответ Иана и его ехидная ухмылка подействовали Хан Джуо на нервы.

– Ты разве не должен был уже уехать?

– Ничего страшного, если уеду на пару дней позже. Меня всё равно никто искать не станет.

– Прямо брошенный гильдией кот.

– Тогда забери меня к себе. Такой, как Джуо, в хаусмейты вполне сгодится.

– Кто сказал, что тебя кто-то подберёт?

Невозмутимость Иана, утверждавшего, что ему спешить некуда, столкнулась с раздражённым настроем Хан Джуо. Соха, потихоньку подбиравшийся к ним на стуле, хотел было вклиниться в разговор, но замешкался.

«Вроде как друзья, так что же за настрой такой?»

Раз уж давно не виделись, разве не полагается для начала улыбнуться и обменяться любезностями вроде «как дела» или «отлично выглядишь»?

Между ними висело такое напряжение, что лезть было не с руки.

«Пойду-ка я отсюда.»

Решение принято, пора действовать. Он развернул стул и, отталкиваясь пятками от пола, начал понемногу отдаляться, как вдруг его ноги оторвались от земли.

– А?

Причина, по которой его ноги больше не касались пола, выяснилась быстро. Заметив, что стул парит в воздухе, Соха впился взглядом в того, кто мог такое устроить.

– Зачем тратить силы попусту, когда их и так нужно беречь?

– Чтобы ты и думать не смел сбежать.

Хан Джуо лишь повернул голову и встретился с ним взглядом. В глазах его читалась такая решимость не отпускать, что Соха отвернулся первым.

– Я просто хотел, чтобы вы, друзья, наверстали упущенное.

Только после того, как Соха пробормотал оправдание, Хан Джуо опустил стул. Причём поставил его вплотную к себе.

– Комната для стабилизации моя, так что я тоже здесь останусь.

Иан усмехнулся – его, похоже, позабавила наглость Соха, который только что хотел уйти, а теперь запоздало разыгрывал из себя хозяина.

– Так вы друзья?

Хоть Соха и был смущён своим недавним положением, он всё же задал вопрос с очевидным намерением сменить тему. Иан снова рассмеялся.

– Причина, по которой я начал учить корейский, очень проста.

Иан прервался, чтобы отпить кофе, и Соха невольно подался к нему.

– Я хотел участвовать в разговорах Джуо и Миён.

– То есть вы хотели с ними сблизиться?

На вопрос Соха Иан в знак согласия слегка приподнял уголки губ, и эта улыбка ему очень шла.

– Язык – магия, способная сгладить любые углы в отношениях между людьми.

– Ого...

Как-то слащаво. До неуёмности странно. Они говорят на одном языке, а Соха то и дело бросает в дрожь.

– И... и что было дальше?

Но сам разговор вышел интересным, поэтому Соха попросил его продолжать.

– Пока мы не могли объясниться, Джуо был мне что айсберг в океане. Но когда я начал понимать его слова, я осознал, что он столь же тёплый, как и майское солнце.

Соха уставился на Иана. Его не покидало ощущение, будто кто-то дублирует Иана, подстраивая голос под движения его губ. И тут он едва не упустил кое-что важное.

– Джуо – тёплый как майское солнце?

Иан кивнул, и Соха повернулся к Хан Джуо. Тот молча пил кофе, всем своим видом показывая, что не в духе, и не произносил ни слова. И что же так задело Хан Джуо?

– Чтоб Джуо был для друга майским солнцем...

Соха произнёс это так, будто слышал подобное впервые в жизни, и Хан Джуо нагло прищурился. Взгляд его вопрошал: «Ну и что ты от меня хочешь, если некий Соха не верит словам некоего Иана?», на что Соха в свою очередь ответил взглядом: «А ты что от меня хочешь?».

– Он не из тех, кто хорошо относится к кому-то только потому, что тот – его друг.

Соха продолжал безжалостно принижать Хан Джуо. Сам Хан Джуо при этом молчал, а вот Иан, напротив, выглядел так, будто совсем ничего не понимает.

– Но вы-то должны хорошо это знать, да?

Вопрос подразумевал, что кто-кто, а Соха уж точно должен знать о душевности Хан Джуо. Соха твёрдно покачал головой.

– Не знаю.

Реакция оказалась настолько резкой, что Иан растерялся.

– Не зна... ете? Но ваши отношения не похожи на отношения обычных партнёров.

– А, ну, Джуо ко мне и правда пылок...

Соха счёл, что требуется небольшое пояснение, и добавил:

– Но для людей в отношениях такая пылкость – само собой разумеющееся.

Взгляд Иана заметался между Соха и Хан Джуо. Надутое выражение с лица Хан Джуо не просто исчезло – тот, казалось, вот-вот растает.

Соха похлопал Хан Джуо по плечу.

– Не растекайся, сядь прямо.

Хан Джуо расплылся в редкой для него улыбке, а Соха в открытую скривился. Если готов таять от пары слов, чего же столько хохлился?

– Теперь понятно.

Услышав Иана, Соха обернулся. Иан, в глазах которого читался интерес, успел податься вперёд.

– Я удивился, когда узнал, что у Джуо появился партнёр. Я думал, на то должна быть какая-то причина, но раз вы любовники, тогда всё сходится.

– Не совсем так...

Они стали партнёрами не потому, что встречались, хотелось возразить Соха, но он покосился на Хан Джуо. Чтобы всё объяснить, придётся выдать его секрет. Но Соха сомневался, знает ли о нём Иан, пусть они и друзья. Хан Джуо едва заметно покачал головой.

– Как-то так вышло.

Соха понял, что секрет раскрывать не стоит, и скомкано закончил фразу.

– Поздравляю. Вы хорошо смотритесь вместе.

Иан легонько хлопнул в ладоши и поднялся с места. Соха подумал, что разговор близится к концу, но Иан посмотрел на него так, будто спрашивал, почему тот всё ещё сидит.

– Чего сидите?

– Э?

– Нужно устроить поздравительную вечеринку.

И поэтому нужно куда-то пойти?

***

Рабочий день ещё не закончился, но с разрешения директора Ким Миён они приехали домой к Хан Джуо. И не просто приехали, а, прихватив с собой Иана, устроили попойку, и теперь у Соха резко зародились сомнения, а правильно ли они поступают.

– Я же совсем недавно ломал себе голову.

На руках ещё остались чернила от записей, что он наспех нацарапал в блокноте. А теперь, после встречи с другом Хан Джуо и недолгого разговора, он уже держит в руках бутылку.

– На поздравительной вечеринке без выпивки никуда. Правда, Джуо?

– Не особо.

– Да? И всё же давай отпразднуем. Я приехал в Корею, чтобы повидаться с тобой, а в итоге познакомился ещё и с твоим возлюбленным.

– Не приближайся к Соха.

– Джуо, ревнуешь?

– Вон.

Перепалка Иана и Хан Джуо была такой сочной, что молча слушавший их Соха потянулся за телефоном.

– Впервые так сильно захотелось увидеть друга.

Раз уж приехал друг Хан Джуо, Соха тоже решил позвать своего и набрал знакомый номер.

– Спишь?

– [Сдурел? Ты на время смотрел, когда спрашивал, сплю ли я?]

– Раз не спишь, приедешь? Я жду.

– [Чего пристал, как бывшая после расставания?]

Он просто сказал то, что подумал, глядя на Иана и Хан Джуо, и по одному только голосу Мун Роя понял, как тому это не понравилось.

– Вот так и должны общаться друзья.

Они с Мун Роем нормальные, а вот Иан с Хан Джуо – нет.

Опустив телефон, Соха почувствовал странную тишину и, подняв голову, встретился со взглядами двух мужчин.

– Моего друга ведь тоже можно позвать, да?

Хоть он и спросил уже после того, как позвонил, нарушив порядок, Иан охотно согласился.

До приезда Мун Роя в основном разговаривали Соха и Иан. Главной темой были истории о совместных походах в подземелья с Хан Джуо. Хан Джуо ворчал, зачем рассказывать всякую ерунду, но Соха считал, что это как нельзя кстати.

«А они, оказывается, отлично сработались.»

Один повелевает ветром и огнём, другой – молниями. На первый взгляд, досадно, что Хан Джуо не повелитель воды. Ведь обрушить на монстра потоки воды и разряды молний одновременно – что может быть эффективнее?

Впрочем, огонь тоже неплох.

Оба их дара были направлены на испепеление, поэтому они, видимо, чётко разграничивали свои зоны ответственности. Опасность того, что пламя и молнии в любую секунду могут обратиться друг против друга, если не следить за напарником, сплотила их ещё крепче.

Симпатия Иана, из которой выросла его дружба с Хан Джуо, наверняка тоже родилась из наблюдений.

«Вот почему важна коммуникация.»

Можно и о прошлом Хан Джуо узнать, и боевое чутьё оценить.

Улыбка на губах Соха оборачивалась всё лукавее и коварнее.

– Мой лучший друг, Мун Рой, пришёл.

Только на настенной панели высветилось лицо Мун Роя, как Соха босиком бросился к двери и лично открыл её с радушным приветствием.

– Ты чего вдруг?

Мун Рой вместо того, чтобы войти, попятился. На его явный намёк, что он готов в любой момент уйти, Соха лишь смерил его тяжёлым взглядом.

– И так и эдак тебе не угодишь.

– Да когда ты мне так радовался? И вообще, есть лишнее время – говядины лучше купи.

– С чего бы мне тебя говядиной кормить? Не свинья же?

– Забыл, значит. Забыл.

Соха ответил наобум, потому что не помнил никаких причин покупать Мун Рою говядину. Однако реакция друга говорила об обратном: причина всё-таки имелась.

– А-а...

И тут до него дошло.

Мало того что он пожил в доме Мун Роя, так ещё и нагло попросил его собрать свои вещи. Вот оно как.

– Сегодня пей, сколько влезет.

Соха ответил так, словно и не дулся секунду назад, – прямо сама любезность, – отчего Мун Рой прищурился ещё сильнее. Взгляд его так и говорил: «Раз уж вспомнил, так почему молчишь, когда именно купишь?»

– Ты сначала присядь.

Чтобы умаслить Мун Роя, Соха подтолкнул его в спину, направляя в гостиную. Двое беседовавших там мужчин обернулись, и один из них, Иан, тут же поднялся и протянул Мун Рою руку.

– Рад встрече.

Мун Рой не сразу пожал протянутую руку – видимо, потому, что перед ним был иностранец. Соха понимающе кивнул и вставил слово:

– Некрасиво не пожимать руку, когда тебе её протягивают.

Только тогда Мун Рой пожал руку Иана.

– Мун Рой.

– Иан Полтер.

– Какой же вы высокий. Нечасто мне приходится так сильно задирать голову...

Первое, что отметил Мун Рой после короткого приветствия, – это рост Иана, и удивление его было неподдельным. Хан Джуо, конечно, тоже выше Мун Роя, но рост Иана, переваливший за сто девяносто, делал разницу куда более разительной. А уж на фоне его мощного телосложения, которому уступал даже Хан Джуо, Мун Рой и вовсе казался миниатюрным.

– Эспер Хан Джуо, давно не виделись.

Поприветствовав и Хан Джуо, Мун Рой окинул взглядом заставленный стол и кое-как примостился на свободное место. Вот же, и без меня прекрасно справляется. Соха спокойно вышел из оставшейся открытой двери. Зайдя к себе домой, он вытащил из холодильника всё, что попалось под руку: упаковки с мясом, салат, пасту ссамджан. Когда он, с охапкой продуктов в руках, вернулся в квартиру Хан Джуо, Мун Рой обернулся и смерил его недовольным взглядом.

– Заказал бы лучше на дом.

– Никто лучше меня его не приготовит.

Бросив Мун Рою, чтобы тот немного подождал, Соха ушёл на кухню. Вскоре за спиной послышались шаги, но оборачиваться не пришлось – он и так знал, кто это.

– Чего пришёл?

– Не жарь.

– Э? А-а, это я Мун Рою говядины обещал. Долг платежом красен.

Хотя Соха просто экономил – самому приготовить всяко дешевле, – Хан Джуо всё равно буравил его недовольным взглядом. И Мун Рой, и Хан Джуо – чего они все такие недовольные?

– Давай я сам схожу готовую куплю. Ты не жарь.

– Что за ерунду ты несёшь? Когда я для тебя готовил, ты слова не сказал. А сейчас почему вдруг нельзя?

Или ему нельзя пользоваться кухней Хан Джуо? Да нет, бред какой-то. Просто вредничает, и всё. Соха присмотрелся к Хан Джуо и всё понял.

Ревнует, значит.

Поняв причину, Соха больше не колебался. Он вскрыл упаковку и выложил мясо на раскалённую сковороду. Шшш, на шипение жарящегося мяса разговоры в гостиной на секунду стихли.

– Не стой столбом, иди. Или салат помоешь?

Запах жареного мяса заполнил кухню, и недовольство Хан Джуо, судя по всему, лишь усилилось, но Соха притворился, что ничего не замечает, и перевёл разговор.

Через какое-то время с губ Хан Джуо сорвался капризный вопрос:

– Тебе понравился Иан?

– Да.

И это был не способ подлить масла в огонь ревности Хан Джуо, а чистая правда.

– Он настоящий джентльмен, умеет расположить к себе. Просто диву даёшься, где такой человек пропадал.

Этого качества Хан Джуо был напрочь лишён. Какой там джентльмен – упрямец, который гнёт свою линию и ни на секунду не даёт расслабиться. Вот кем он был.

В этом плане они с Ианом – полные противоположности.

Выкладывая на тарелку готовое мясо, Соха взял кусочек и сунул его в рот Хан Джуо. Отчасти потому, что с пылу с жару вкуснее, но в основном, чтобы тот заткнулся.

– Вы же вроде поладили. Разве не здорово будет вместе пойти в подземелье?

Брови Хан Джуо сошлись на переносице и снова разошлись. Его губы блестели от жира, но слова изрекали весомые.

– Если ты беспокоишься о предстоящих вратах, то не стоит.

– Как это не стоит? Ты же сам сказал, что не хочешь двух проводников, – Соха напомнил, как Хан Джуо отреагировал на предложение найти ему ещё одного проводника для стабилизации. – Вот потому я и войду в сопровождении двух эсперов.

Целью Соха было войти в эти врата S-Класса вместе с Ианом.

Хан Джуо молча уставился на него, и в его взгляде промелькнул целый калейдоскоп эмоций: сначала – недоумение от абсурдной идеи повести двух эсперов вместо двух проводников, затем – раздражение от того, что вторым эспером будет Иан, и, наконец, – шок, словно его предали.

– Твой партнёр ведь я.

– Да.

– Тогда почему ты всё время пытаешься втиснуть кого-то между нами?

– Тц. Я и с тобой одним с трудом справляюсь, куда мне ещё кого-то?

Он снова сунул говядину в рот Хан Джуо. Потом, соблазнившись ароматом, закинул кусочек и себе и, жуя, продолжил:

– Я просто решил взглянуть на вещи под другим углом. Не один эспер S-Класса, а двое – разве они не справятся с вратами S-Класса?

Вратам присваивали класс, чтобы подбирать для них эсперов соответствующего уровня. Какой-нибудь эспер Е-Класса просто не выживет во вратах B-Класса, поэтому и требовалось соблюдать баланс.

Но значит ли это, что во врата S-Класса могут входить только эсперы S-Класса?

Конечно нет. Эсперов S-Класса не так уж много, чтобы формировать из них целые отряды, поэтому минимальной планкой для входа установили А-Класс.

В обычных условиях, когда класс врат не повышается, стандартная команда состоит из одного эспера S-Класса и нескольких эсперов А-Класса.

Всё из-за босса подземелья, монстра, с которым может справиться только эспер S-Класса. Но если к Хан Джуо присоединится Иан, то лучшего и желать нельзя.

Поняв, почему Соха так заинтересовался Ианом, Хан Джуо покачал головой. С двумя кусками мяса во рту говорить было затруднительно.

– Я и один справлюсь. Так что не нужно перед ним распинаться.

– Знаю я, что ты и один справишься. Но двое всяко лучше одного.

Хан Джуо всё ещё выглядел недовольным, но напряжение немного спало.

– Даже если ты ему понравишься, нет гарантии, что Иан согласится. Не строй напрасных надежд, а то потом разочаруешься. Лучше забудь об этом.

– Разочаруюсь? Нет, не разочаруюсь.

Соха обмакнул свежепожаренный кусок мяса в ссамджан и скормил его Хан Джуо.

– Я уже получил его согласие.

На переносице Хан Джуо залегла складка.

***

– Пришёл ответ из Министерства Национальной Безопасности.

Директор Ким Миён взглянула на планшет, который ей подала секретарь, и тихо выругалась.

– Они что, хотят отправить Хан Джуо на верную смерть?

Она запросила у зарубежных партнёров дополнительный отряд эсперов на случай, если в текущем составе возникнет брешь. Однако ответ был однозначным: раз один отряд уже выслан, другого не будет. В мире, где за любую помощь нужно платить соответствующую цену, никто не хотел идти на дальнейшие уступки.

– Я попробую напрямую запросить подкрепление у зарубежных гильдий.

– Само собой. Начни с Чёрной Мамбы. Скажи, что мы выполним любые их требования...

Зазвонил телефон, и Ким Миён умолкла, взглянув на экран. Увидев имя «Иан», она жестом велела секретарю выйти, пообещав позвать её позже, и ответила на звонок.

– Хорошо проводишь время?

– [У Джуо появился отличный партнёр.]

– Смею предположить, проводник Пэк пришёлся тебе по вкусу.

Ким Миён с улыбкой слушала восторженное празднословие Иана. Отрадно, что они после долгой разлуки так хорошо проводят время.

– Скажи, когда будешь уезжать. Поужинаем вместе.

– [Я пока останусь здесь.]

– Что?

– [Я пойду зачищать подземелье вместе с Джуо.]

Хотя многих деталей не хватало, было очевидно, что Иан говорит о тех самых вратах S-Класса, в которые должен был войти Хан Джуо.

– Ты же уже ходил во врата, тебе можно? Гильдия вряд ли будет в восторге.

Он уже выполнил свою миссию в составе присланного отряда. Если он снова войдёт во врата и что-то случится, гильдия понесёт огромные убытки, так что ему вполне могли отказать.

– [Ага. Хочу показать, как круто мы с Джуо сражаемся.]

Показать? Кому?

– Объясни толком. Ты что, пьян?

– [А что, если я буду драться круче Джуо? Рой же там в обморок упадёт.]

– Что ты несёшь? В обморок?

От одного этого разговора по телефону у неё голова шла кругом.

Прошло время, и наступило утро дня входа во врата. С рассвета стабилизировавший Хан Джуо и потому плохо спавший Соха моргнул отяжелевшими веками.

«Три месяца вот так.»

Закрашивая гроздь винограда, он, конечно, осознавал течение времени, но неделя пролетала будто один день. Он столько времени проводил с Хан Джуо, что вчерашний день походил на сегодняшний, а завтрашний – на послезавтрашний. И поднялся ли оттого процент совместимости?..

«Нет.»

Как ни досадно, лишь при проникающей стабилизации показатель превышал шестьдесят процентов, а в остальном менялся незначительно, только если повышать уровень воздействия. Да и то разница была невелика.

– Безусловно, я должен проводить стабилизацию в нужный момент.

Раз уж энергию можно было передавать лишь раз в определённый промежуток времени, сейчас лучшим решением было поддерживать состояние Хан Джуо именно так.

Но он приготовился не только к этому. Рядом, как и всегда невозмутимый, стоял Хан Джуо, а поодаль – Иан и Мун Рой. Иан, почувствовав на себе взгляд Соха, одарил его своей фирменной расслабленной улыбкой, а Мун Рой беззвучно спросил губами: «Чего?».

Вид этих невозмутимых людей вселял в Соха уверенность.

– Подумать только, я вхожу во врата S-Класса. Век не забуду.

Соха обернулся на бормотание эспера B-класса, Пэк Чонхуна. Заходя в тренировочный зал к Хан Джуо, Соха всегда видел этого эспера рядом с ним. Он столько тренировался с Хан Джуо, оттачивая новые боевые приёмы и слаженность действий, что Соха искренне желал ему вернуться невредимым.

– Ты хотя бы не умри.

Проводник Чан Джинён, видно, думал о том же.

Окинув взглядом знакомые лица, Соха повернулся было вперёд, но тут его внимание привлёк иностранец, похожий на Иана. Соха знал почти всех эсперов, но это лицо, пусть и увиденное мельком, было ему незнакомо. Вероятно, тоже эспер, присланный по обмену, как и Иан.

– Джуо.

Напоследок он позвал Хан Джуо. И даже взял его за руку. Он передал ему всю энергию, что нарочно сберёг для момента прямо перед входом.

– Я многого могу не знать, но в одном уверен точно.

Соха с самым серьёзным видом уставился вперёд и понизил тон. Он почувствовал, как на него обернулся Хан Джуо. Более того, на него покосились даже Иан и Мун Рой. Да и Эспер Пэк Чонхун и проводник Чан Джинён тоже...

И почему все уставились на него, когда должны были настраиваться на бой?

Впрочем, раз уж Хан Джуо смотрит, надо говорить.

– Осталось две виноградины.

И с самой довольной улыбкой добавил, что всё закончится, стоит тому исполнить ещё два желания.

Лицо Соха просияло от одной лишь мысли о том, какие желания он загадает, но вот реакция окружающих была странной. Оглядевшись, он увидел их чувства как на ладони.

Мун Рой всем своим видом говорил: «Ну да, это в твоём духе», а Иан выдавил из себя улыбку.

Эспер Пэк Чонхун и проводник Чан Джинён, неясно чему так обрадовавшись, хохотали до колик в животе, и этот смех жутко раздражал.

Но больше всех раздражал Хан Джуо. Он обворожительно улыбался. Вот только в улыбке его читалось: «Я другого и не ждал».

– Соха.

Хан Джуо произнёс его имя отличительно ласковым тоном. Соха и не думал, что когда-нибудь услышит такое...

– Ты мне тоже нравишься.

– ...

И пока застывший Соха молчал, врата открылись.

***

Ким Миён вышла в кафетерий и занялась документами. Проходившие мимо люди то и дело на неё оглядывались – непривычное зрелище, ведь обычно она безвылазно сидела в директорском кабинете.

Однако Ким Миён, не обращая на взгляды внимания, спокойно пила кофе.

– Директор.

Ким Миён подняла голову и встретилась взглядом с подошедшей секретарём.

– Поступило?

– Вот, пожалуйста.

Ким Миён тут же протянула руку, словно только этого и ждала. Секретарь уже хотела было передать ей в руки планшет, но, что-то увидев, замерла.

– Врата открылись.

Ким Миён тут же выглянула в окно. Врата S-Класса, в которые должен был войти Хан Джуо, мерцали. Она и устроилась в кафетерии, чтобы увидеть собранную в последний момент команду, а теперь, взяв планшет, принялась изучать его содержимое.

Она пропустила длинные и бесполезные предисловия и перешла к сути, изложенной Центром в середине документа.

– Обиделись.

Сказать, что они «обиделись», было бы опрометчиво, ведь ответ прислало Министерство Национальной Безопасности – ключевое правительственное учреждение, – но суть это передавало верно.

На прошлое официальное письмо с требованием приставить к Хан Джуо другого проводника Ким Миён дала иной ответ. Она попросила ещё немного подождать, сославшись на изменения в проценте совместимости между проводником Пэк Соха и эспером Хан Джуо, и даже приложила результаты соответствующей проверки.

Министерство Национальной Безопасности ответило согласием, но в пополнении рядов отправлявшихся к этим вратам отказало. Не получив желаемого ответа на требование приставить к Хан Джуо другого проводника, они, должно быть, таким образом предупреждали: разбирайтесь с отправкой эсперов самостоятельно.

И вот сегодня, в день входа во врата, Министерство Национальной Безопасности затребовало данные о проценте совместимости, а Ким Миён отправила ответ, ничуть не торопясь. Она сделала это для того, чтобы у Министерства, получившего данные, не осталось времени приставить другого проводника до открытия врат.

Благодаря этому Хан Джуо смог войти лишь с одним Пэк Соха, а Ким Миён утёрла нос Министерству Национальной Безопасности.

– Утереть-то я им нос утёрла, а беспокойство никуда не делось.

Радость на лице Ким Миён тут же сменилась горькой миной. Поднялся бы их процент совместимости повыше, и она бы так не поступила.

Возможно, сейчас Ким Миён своим решением толкнула Хан Джуо на верную смерть. Она, как директор, должна была объективно оценить ситуацию, невзирая на желания друга.

– Видимо, никудышный из меня директор.

Она пошла на это, потому что Хан Джуо так хотел, и она ему верила, но неизвестность исхода тревожила. Оставалось лишь надеяться, что Хан Джуо и его команда вернутся целыми и невредимыми.

***

Обычно, войдя во врата, они проходили через пещеру. Хоть исследования ещё и шли, существовала гипотеза, что иное измерение, именуемое подземельем, на самом деле – другой мир.

Подземелья – это области иного мира, а врата – пещеры, соединяющие эти области...

«Не помню.»

Соха потому и загрузил голову сложными мыслями об исследованиях и гипотезах, что, вопреки ожиданиям, никакой пещеры не было. Он растерялся, потому что, едва миновав похожие на чёрную дыру врата, тут же очутился в другом мире.

Уже сам ветер, коснувшийся лица, был иным. Сухой и горячий, он грозил иссушить кожу до трещин. И простиравшийся перед глазами пейзаж предстал под стать.

– На пустыню не похоже.

Мун Рой был прав: воздух, сухой, как в песчаной пустыне, сушил рот, но под ногами не было ни песчинки – лишь растрескавшаяся, иссохшая земля. И ни единой живой души кругом – первое, что пришло на ум, было слово «запустение».

– С самого начала всё плохо, – пробормотал Соха.

Даже при быстрой зачистке монстров неясно, сколько времени это займёт, а теперь ещё и обстановка играла против них.

Здешние условия разительно отличались от прошлого раза в лесу, и голова шла кругом от мыслей, как им обустроиться и продержаться.

– Эспер Пэк и эспер Дэвис, возьмите на себя охрану.

Хан Джуо немедля подошёл к эсперам и распределил роли. Эспер Пэк Чонхун и эспер Дэвис, состоявший в одной гильдии с Ианом, были назначены в отряд охраны. Первым делом он отобрал эсперов для охраны проводников в отряд защиты, а тех, кто должен был осмотреть окрестности, – в поисковый отряд. Сам Хан Джуо вошёл в состав поискового отряда.

Иан решил остаться на случай непредвиденной опасности, и эсперы проворно разошлись.

– Держись рядом с Ианом, – сказал Хан Джуо, перед уходом положив руку на плечо Соха.

– Ты же меня знаешь. Кто, как не я, лучше всех находит безопасные места?

Соха в ответ похлопал его по руке, молчаливо намекая не волноваться.

– Даже в этой глуши со мной ничего не станется.

Эта уверенность, должно быть, его успокоила: Хан Джуо больше ничего не сказал и скрылся вместе с поисковым отрядом.

– Я осмотрюсь кругом и вернусь.

Когда и Иан ушёл в другую сторону, Соха остался стоять один, с единственной тяжёлой сумкой у ног.

– Обоснуемся возле врат, да? – на вопрос подошедшего Мун Роя Соха кивнул.

– Пожалуй, так и придётся.

Беды не миновать, если монстры прорвутся через врата. Конечно, оставаясь у врат, они и сами рисковали попасть под горячую руку, но что ещё им оставалось?

Как ни крути, более подходящего места здесь не найти.

– Если что, всегда можно вернуться через врата, – непринуждённо встрял в разговор проводник Чан Джинён.

Он достал из своей сумки паучи с водой и протянул по одному каждому. Соха принял пауч, но тут же замер. Здесь, за вратами, каждая такая вещь была на вес золота. И то, как запросто он раздавал их, словно угощение, сбивало с толку.

– Я не могу это взять.

– Берите. Считайте, это взятка, чтобы вы о нас позаботились, – улыбнулся проводник Чан Джинён. – Если меня не будет рядом, присмотрите, пожалуйста, за эспером Пэком.

Он заранее завёл этот разговор, чтобы Соха, который в прошлом уже стабилизировал эспера Пэк Чонхуна, и, разумеется, Мун Рой могли ему помочь.

– Он вошёл, потому что хотел набраться опыта, но для эспера Пэка это опасное место.

Взгляд проводника Чан Джинёна, устремлённый на своего партнёра, потеплел.

– Так что вы обязательно должны помочь. Хорошо?

Пауч с водой сегодня показался особенно тяжёлым.

Дэвису, эсперу из той же гильдии, что и Иан, – Чёрная Мамба, – нынешнее положение дел не нравилось. Из Чёрной Мамбы в Корею отправили двоих. Дэвис с Ианом уже сходили в одни врата, а значит, свою работу он выполнил.

Он рассчитывал сразу вернуться, но из гильдии пришло сообщение. Иан заходит в ещё одни врата, так что ему велели составить компанию. Причём за выполнение предложили сумму, от которой невозможно отказаться, да ещё и часть гонорара выслали авансом.

Деньги его устраивали, а вот ситуация – не очень. Прежде всего, ему претило дважды заходить во врата в чужой стране. Сколько бы он тут ни выкладывался, кто это оценит? Он состоял в одной из лучших гильдий и считал свои способности более чем достаточными, потому пришёл к единственному выводу.

Не высовываться и работать вполсилы.

С такими мыслями он вразвалочку встал рядом с проводником, и до него донеслись обрывки их разговора. Дэвис, эспер ментального типа со специализацией на языках, за несколько дней в этой стране быстро освоил основы для простого общения.

Партнёр-проводник эспера с низкими показателями передавал что-то другому и о чём-то его просил.

«Проводник А-Класса.»

Дэвис с первого взгляда определил, что Соха и Мун Рой – А-Класса. Поэтому он мгновенно во всём разобрался.

Два проводника с самым высоким классом из всех присутствующих. Он также знал, чьими проводниками они числились.

«Партнёр командира и временный партнёр Иана.»

Особенно выделялся мужчина, которого Иан взял временным партнёром – для проводника он слишком уж высок.

«Но в моём вкусе скорее...»

Дэвис на кое-кого уставился, и стоявший рядом с ним проводник на ломаном английском спросил, не нужно ли ему чего. Его, верно, приставили к Дэвису за знание языка, но сообразительностью он не отличался, да и B-Класс – ничто из этого Дэвиса не устраивало.

«Будь у меня партнёр, я бы хотел, чтобы он был хотя бы таким.»

Взгляд Дэвиса сам собой приковался к одному человеку. Во-первых, приятное лицо – зачёт. Во-вторых, красивая улыбка, стройное тело и не слишком миниатюрное, а идеальное для объятий, телосложение.

И голос у него приятный; во время стабилизации, должно быть, такие стоны издаёт, что закачаешься.

«А раз он А-Класса, то и энергия у него, надо думать, довольно чистая.»

Жаль только, что он парный проводник командира.

Глаза Дэвиса наполнились гнусной похотью.

***

Вернулись эсперы, уходившие на разведку. Подошёл и осматривавший окрестности в одиночку Иан. Выражения их лиц посуровели.

– Осторожнее.

Иан жестом велел Соха не подходить. Соха, быстро осмотревшись, двинулся в противоположную от взгляда Иана сторону. За ним последовал Мун Рой, а следом и остальные проводники. Со стороны Соха выглядел лидером группы проводников, но никто не высказал и слова недовольства. И неудивительно: пусть процент совместимости у него и на дне, опыта в подземельях ему не занимать даже у ветеранов.

Среди своих негласно ходила молва, что место рядом с Соха – самое безопасное, а если повторять за ним хотя бы половину его действий, можно сберечь уйму сил.

Если бы не процент совместимости, за Соха в парные проводники наверняка выстроилась бы очередь из эсперов.

– ГРААААР!

Едва все проводники собрались вместе, как раздался раздирающий рёв чудовища. От вибрации, сотрясшей землю, Соха напрягся и вынул из кармана электрошокер. Пусть их и защищали эсперы, но случиться могло всякое.

Мун Рой, как и Соха, тоже достал оружие. Только оружие его – пистолет.

– Не должны они были сюда добраться... – выдохнул Мун Рой в напряжении.

Соха, не сводя взгляда с пространства перед собой, ответил:

– Их много. Если эсперы упустят хоть одного, он набросится на нас. Не отводи взгляд.

Даже при защите со стороны эсперов, Соха и не думал на них всецело полагаться.

– Хотя да, где мы находимся, – со вздохом, полным смирения, произнёс Мун Рой.

Они внутри врат S-Класса, где произойти может что угодно.

– А пули-то у меня не простые.

– Да неужели?

– Ты послушай. Я их у начальника центра выклянчил. Вообще-то, их выдают эсперам, но мне дали, потому что я, мол, справлюсь. Убойная сила у них приличная.

Мун Рой безостановочно тараторил, пытаясь стряхнуть напряжение, но лицо его оставалось серьёзным.

– А, вот как? – невозмутимо отреагировал Соха, знавший Мун Роя не первый день. Однако, вопреки безразличному тону, взгляд его горел не менее свирепо, чем у Мун Роя.

Проводник Чан Джинён, глядя на них, вопреки всей серьёзности ситуации усмехнулся.

В том, что проводник заготавливает оружие, нет ничего странного, но Пэк Соха и Мун Рой ощущались вылитыми эсперами.

– С такими хоть на край земли.

Чем больше он их узнавал, тем привлекательнее они ему казались как сокомандники.

***

Начался полномасштабный бой. Чудовища впечатляли своей растрескавшейся кожей, точь-в-точь как у иссохшей земли. Они не походили ни на одно известное животное: на спине красовался черепахоподобный панцирь, а мордой они напоминали быков.

Они неслись с такой свирепой мощью, что удар рога, торчавшего из головы, наверняка ощущался бы как столкновение с грузовиком. К тому же, они атаковали, выставив голову вперёд, и было неясно, куда целиться. В спину, очевидно, и нож не просунуть. Но если бы только этим всё и ограничивалось. Каждая особь отличалась внушительными размерами, да и передвигались они стаями, так что бой предстоял нелёгкий.

– А самое невероятное – вожака среди них нет.

Поднялась самая нежеланная из всех возможных проблем. Соха, выровняв дыхание, сосредоточенно наблюдал за боем Хан Джуо. Сорвавшееся с рук Хан Джуо пламя подхватил ветер, и оно устремилось к чудовищам.

А Иан с другого края поля боя проредил ряды монстров разрядом молнии.

– Отлично. Против стаи чудовищ стратегия что надо.

С одной стороны тварей поглощало раздутое ветром пламя, а с другой – поражённые молнией особи передавали разряд остальным в стае. Очень эффективный подход для борьбы с многочисленным противником.

Соха, не ослабляя бдительности, цокнул языком. Привлечение эспера Иана того стоило. Он, вроде, и не переговаривался с Хан Джуо, но они работали в идеальной гармонии. К тому же, оба S-Класса, так что никто не перетягивал одеяло на себя.

Глаза Соха, неотрывно следившего за Хан Джуо, демонстрировавшим поразительные боевые навыки, наполнились гордостью.

«Вот тот – мой эспер.»

Ему хотелось прокричать на весь мир, чтобы все видели, как хорошо тот дерётся. Чтобы все знали, как эффективно нужно использовать свои способности.

– Знаешь, со стороны ты сейчас выглядишь не очень, – прокомментировал Мун Рой.

Соха с улыбкой осведомился:

– О чём ты?

– Раньше, когда проводники хвастались своими эсперами, тебя же от этого воротило.

– Да когда меня воротило? Я просто завидовал.

– А теперь и у тебя эспер появился, да?

Соха указал на Хан Джуо.

– Ну разве его физические данные не уделывают всех кругом? А дерётся-то как! Он тебе не какой-нибудь дуболом, что тупо прёт напролом. Откуда в нём столько тактического чутья? А? Ты видел, как у него бицепс дёрнулся?

Соха тряс Мун Роя за руку, требуя того, чтобы друг с ним согласился.

– Я понял, что он твой эспер, хватит... А, ладно. Валяй.

Мун Рой усмехнулся, мол, хвастайся вволю. Ведь когда партнёра не было, тебе не перепадало такой возможности.

– И как только такой стал моим партнёром? А ест он как послушно! Всё, что ни дашь, съедает, ничем не перебирает. Вся еда, видно, уходит в мышцы, ни грамма лишнего жира. Ух, а этот последний бросок – просто с ума сойти.

– Лучше бы ты до входа во врата таким был, а не про какие-то там виноградные гроздья лепетал...

От едкого замечания Мун Роя Соха, до этого без умолку моловший языком, тут же смолк. Он лишь позже понял, почему настрой так странно переменился, когда он упомянул виноград. От него, видимо, ждали какого-то признания или решительного заявления, а он...

– Я всего лишь...

Соха, попытавшийся было оправдаться, резко отвернулся и уставился перед собой. Увидев его серьёзное лицо, Мун Рой тут же повернулся следом.

Ход боя, в котором блистали Хан Джуо и Иан, начал меняться. Он присмотрелся, пытаясь понять, что изменилось, и увидел, как павшие чудовища снова поднимаются на ноги.

Соха посмотрел на землю под ногами, потом снова на панцири чудовищ. Огонь не прожигал землю. А раз чудовища обладали схожими с землёй свойствами, пламя, охватившее их снаружи, не могло прожечь их насквозь. Наблюдая, как покрытые копотью твари поднимаются, он понял, что теперь битва станет куда сложнее.

– Стихии несовместимы.

Одних лишь Хан Джуо и Иана не хватит для уничтожения чудовищ.

Хан Джуо сразу же сменил тактику. Он создал из ветра стену, чтобы не подпустить стаю чудовищ, а сам выхватил кинжал. Заметив его намерение ринуться в ближний бой, Иан тоже схватился за своё оружие.

Другие эсперы последовали их примеру. Каждый пытался применить свои способности, но рукопашная схватка была неминуема.

К счастью, здесь собрались только те эсперы, что могли выдержать прямой таран чудовища. Команда была небольшой, но каждый эспер в ней владел боевыми навыками, достаточными для самозащиты. Директор Ким Миён изначально приложила все усилия, чтобы собрать только таких отборных бойцов.

Соха молча наблюдал за ними, размышляя, чем бы помочь. Битва – удел эсперов. Но он был уверен, что это не последние чудовища, а потому искал способ одолеть их, сэкономив силы.

– А.

Что, если?..

Соха торопливо порылся в своей сумке и вытащил стальной трос.

– Зачем трос? – заметив, с недоумением уточнил Мун Рой.

Судя по длине, его хватило бы связать от силы пару чудовищ. Но Соха, надеясь, что его план сработает, крепко сжал трос. Другой рукой он пошарил в кармане, достал полученный от проводника Чан Джинён пауч с водой и обрызгал той трос. Он торопился, поэтому намочить его как следует не удалось, но ему и не требовалось.

– Хан Джуо!

Соха швырнул трос в сторону Хан Джуо. Он бросил слишком сильно, и трос полетел над головой Хан Джуо, но тот потоком ветра притянул его к себе и поймал. Недолго подумав, он с тросом в руке взмыл в воздух.

Иан, проследив за направлением полёта Хан Джуо, мощно оттолкнулся от земли и рванул вперёд. Внезапный уход двоих смутил эсперов, и они растерянно заметались. Не зная, следовать ли за ними или ждать на месте, они в замешательстве решили остаться.

Хан Джуо не отдал никаких особых указаний, так что они сочли правильным держать строй.

Их расчёт оказался верным. Хан Джуо хотел, чтобы действовали только он и Иан.

Чтобы напасть на Хан Джуо и Иана, стая чудовищ развернулась и с сотрясающим землю топотом ринулась на них. В рискованной ситуации, когда рога вот-вот могли их пронзить, Хан Джуо бросил один конец троса Иану. Иан, точно знавший, куда она прилетит, занял позицию и поймал его с первого раза.

И тут же они вдвоём натянули стальной трос. В отличие от них, слаженно остановившихся, стая чудовищ не смогла затормозить на полном скаку.

– РРРЫ!

Трос зацепился за ноги чудовищ, и бежавшие следом твари начали сбиваться в кучу. Рога, нацеленные на Хан Джуо и Иана, теперь пронзали друг друга, нанося раны. Как только Хан Джуо отпустил трос, Иан тут же вызвал разряд молнии.

Бззз! Разряд пробежал по тросу.

Падавшие одно за другим чудовища больше не поднимались. На этот раз сработало.

Хан Джуо посмотрел на Соха. С такого расстояния лица было не разглядеть, ему казалось, что тот мягко улыбался.

***

Эспер Дэвис по-новому взглянул на проводника Пэк Соха. Ситуация, которая грозила обернуться хаотичной свалкой, перевернулась благодаря одному тросу, брошенному Пэк Соха. Явно не случайная догадка – и после он не раз оказывал своевременную помощь в уничтожении чудовищ. Более того, в короткий перерыв он даже успел поставить палатку.

Хмм.

Сперва его удивило, что он взял оружие и был готов драться в любой момент, но он и обстановку оценивает неплохо, и в бою помогает. И это ещё не всё. Он основательно подготовился к возвращению эсперов после боя. Он отличался от проводников, которые просто стоят в стороне и занимаются только стабилизацией. Такого человека хорошо бы иметь рядом...

– Расскажи-ка мне о проводнике Пэк Соха.

Когда Дэвис указал на Соха, его временный партнёр-проводник понимающе кивнул. Он понял, что тот привлёк внимание своими заметными действиями.

– Это потому, что он слишком часто ходит по подземельям.

Дэвис обернулся, и проводник продолжил:

– Он много бывал в подземельях, чтобы пройти проверку на совместимость с эсперами. Я и сам с ним пару раз сталкивался, но процент совместимости оказался низким, так что проводника Пэк никто не выбрал. Раз уж приходил, а времени свободного навалом, вот и насмотрелся всякого, нахватался мелких трюков.

В голосе проводника сквозило лёгкое пренебрежение. На самом деле, ему было плевать, сколько из этого поймёт Дэвис. Хоть он и был проводником B-Класса, он считал себя лучше Соха. Но с тех пор, как он услышал, что Соха стал партнёром Хан Джуо, мужчина ощущал скрытое чувство поражения и затаил подколодную обиду.

К тому же, во время боя проводнику полагается держаться в стороне, чтобы не мешать, а постоянно лезущий на рожон Соха был для него как бельмо на глазу.

– Знаешь, какие у него прозвища? Три Процента, а ещё его называют Аварийной Батарейкой...

Проводник продолжал поливать Соха грязью, и во взгляде Дэвиса проступило презрение.

«Вместо того чтобы хоть немного пошевелить мозгами и стать полезнее, он только и делает, что завидует другим.»

– Только вот не понимаю, как у него мог вырасти процент совместимости. Все проводники эспера Хан Джуо подписывают договор о неразглашении, так что ничего не выяснить.

– Секрет?

Дэвис притворился, что понял часть сказанного, и мужчина затараторил ещё оживлённее. Шум битвы с чудовищами, превратившей всё кругом в хаос, он воспринимал как фоновую музыку.

– У эспера Хан Джуо, видать, какие-то свои обстоятельства. Какой бы проводник к нему не навязывался, он ни от кого стабилизацию не принимал. И вот он берёт в партнёры проводника с нижайшим процентом совместимости...

– Постой.

Дэвис поднял руку, прерывая его. Мужчина удивлённо воззрился на него. Дэвис нахмурился, пытаясь что-то вспомнить.

– Хан Джуо... Где-то я уже слышал это имя.

Бормоча имя, которому раньше не придавал значения, Дэвис посмотрел на Хан Джуо. И только тогда он вспомнил.

Не тот Хан Джуо, что ходил по подземельям с Ианом, а тот самый участник инцидента десятилетней давности, когда эспер едва не впал в перегрузку и не потерял над собой контроль.

«Не принимает стабилизацию не от какого проводника.»

Дэвис ухватился за эту подсказку и с интересом усмехнулся.

***

– Хаа, хаа.

В какофонии из рёва чудовищ и криков эсперов Соха громче всего слышал собственное тяжёлое дыхание. Он стоял на месте лишь раз, когда проводил стабилизацию Хан Джуо, а всё остальное время без остановки двигался, сосредоточенный как никто другой.

Он хотел быть полезным во что бы то ни стало. Оружие, которое он захватил на всякий случай, пригодилось в самый нужный момент, а дезинфицирующий спрей оказался особенно эффективен против парализующего яда.

Соха отводил проводников в безопасное место, а сам занимал опасные позиции. Мун Рой действовал с ним заодно, так что их фланг не понёс больших потерь.

– Мы же не будем так всю ночь возиться?

В ответ на слова Мун Роя Соха, утирая пот, задал встречный вопрос:

– А как было в прошлый раз?

– Там... нет. Лучше не буду говорить.

Он сменил тему, потому что ничего хорошего сказать не мог, но какой в этом толк.

Соха замолчал и принялся оглядываться в поисках Хан Джуо. Только-только он сражался в пределах видимости, а теперь – не видать. И Эспера Иана тоже. Наверняка появилось ещё одно чудовище.

– Насколько же силён босс этого подземелья?

Мун Рой вздрогнул от этого внезапного вопроса.

– Понятия не имею. Босс – не наша забота, мы всё равно не сможем вмешаться, так что давай не будем об этом думать.

– Я знаю.

Он понимал: как бы они ни старались, им не сравниться с эсперами. Всё, что они могли – это помогать из-за спины и вовремя отступать в безопасное место, так что он не станет лезть на рожон.

Соха хотел сказать, что прекрасно осознаёт пределы своей роли, как вдруг его глаза широко распахнулись.

Слова оказались пророческими?

С неба что-то падало. Скорость была так высока, что глаз улавливал лишь размытый след, но главное – при падении на землю их могло смести ударной волной.

– В укрытие!

Услышав крик эспера Пэк Джонхуна, все разом бросились назад. Соха тоже развернулся, чтобы бежать, но вдруг заметил, что стоявший рядом проводник Чан Джинён не двигается с места.

Он смотрел на эспера Пэк Джонхуна. Он знал, что нужно спасаться, но мысль о том, что его эспер в опасности, парализовала его.

Ведь его эспер не просто его партнёр, а возлюбленный.

– Нельзя.

Соха успел увидеть, как проводник Чан Джинён поднял руку в сторону эспера Пэк Джонхуна. Мун Рой тут же с силой дёрнул его на себя, и Соха, падая навзничь, потерял их из виду.

ШАРАХ!

От мощного удара, сотрясшего землю, его тело подбросило в воздух и швырнуло обратно. Он сгруппировался и принял удар на колени и руки, так что сильно не пострадал, но куда большей проблемой стала пыль, заслонившая весь взор.

Соха поднялся и осмотрелся. Все звуки разом стихли, и воцарилась зловещая тишина.

– Уф...

Он заметил эспера Пэк Джонхуна, который, в отличие от них, отлетел дальше и теперь лежал на земле с раскинутыми руками и ногами, и бросился к нему.

– Вы в порядке?

Эспер Пэк Джонхун не сразу пришёл в себя. Соха оглядывался по сторонам, когда налетел сильный порыв ветра, и он прикрыл глаза рукой. Кто-то искусственно созданным ветром разгонял пыль.

Когда ветер стих, Соха опустил руку и открыл глаза.

Боссом оказался летающий монстр. Хан Джуо как раз пропал из виду – очевидно, отправился ловить тварь, что пряталась в небе. Пытаясь стряхнуть вцепившегося в него Хан Джуо, босс рухнул на землю, и тогда всё и случилось.

Тварь оказалась настолько огромной, что падала, казалось, прямо на меня. Не увернись я, всё кончилось бы плачевно.

Эсперы во главе с Хан Джуо окружили ещё живого босса, и у них не нашлось ни секунды на что-то ещё.

– Рой...

Когда Мун Рой дёрнул меня, я не успел быстро среагировать, потому что смотрел на проводника Чан Джинёна. И Мун Рой наверняка развернул меня, да только я смог понять, что произошло, только уже постфактум.

– Только не...

Он что, заслонил меня собой? Чтобы узнать наверняка, проще всего было спросить у самого Мун Роя. Соха огляделся.

Кругом стонали поваленные на землю проводники, но того, кого он искал, среди них не нашлось, и он забеспокоился. Внимательно осматриваясь, Соха так боялся, что с Мун Роем что-то случилось, что до боли в челюсти стиснул зубы.

– Рой!

Заметив лежащего ничком Роя, он тут же подбежал к нему.

– Ты в порядке? А? Рой... Фууух.

Соха поднёс руку к носу Мун Роя и, убедившись, что тот дышит, с облегчением выдохнул. К счастью, ран не нашлось, он просто потерял сознание от удара. Соха перевернул Мун Роя на спину и стёр с его лица грязь, как вдруг со стороны эспера Пэк Чонхуна донеслись стоны. Соха поспешил вернуться к нему.

– Эспер Пэк Чонхун. Очнитесь. Вы меня слышите?

Он приложил ухо к его груди, проверил другие места, но на глаз определить проблему не получалось. Досадно, но проводник, способный здесь ещё и лечить, до сих пор не пришёл в себя. Соха нахмурился.

– Нужно понять, в чём дело...

Бормоча себе под нос, Соха уловил слабый механический звук. На треснувшем экране часов на запястье эспера мигал красный огонёк. Предупреждение о риске впасть в перегрузку.

– Проводник Чан Джинён.

Он нужен. Нужно, чтобы он скорее пришёл и вытащил эспера Пэк Чонхуна с грани перегрузки, но сколько Соха ни оглядывался, его нигде не видел.

Соха вспомнил просьбу проводника Чан Джинёна и взъерошил волосы. Сейчас ему в первую очередь нужно позаботиться о Хан Джуо, но и эспера Пэк Чонхуна он проигнорировать не мог. Если тот выйдет из-под контроля, то и другие лежащие кругом проводники окажутся в опасности; уж в этом сомневаться не приходилось.

– Он ведь не мог такого предвидеть...

Соха положил руку на грудь эспера Пэк Чонхуна и закрыл глаза. Он открыл этот способ, когда стабилизировал Хан Джуо разными методами, и эта поза оказалась эффективной. Когда он клал руку на грудь и вливал энергию, процент совместимости с Хан Джуо менялся, поэтому он надеялся, что и на эспера Пэк Чонхуна это подействует так же.

Чувствуя учащённое сердцебиение, он закрыл глаза и полностью сосредоточился на том, чтобы стабилизировать его.

По мере того как энергия вливалась в тело и вздувшиеся внутренние органы уменьшались, Соха смог усилием воли подавить и собственную тревогу.

Наконец, когда стабилизация закончилась, Соха увидел, что показатели Пэк Чонхуна упали примерно на тридцать процентов, и без сил рухнул на землю. Он не только предотвратил потерю контроля, но и выиграл время на поиски проводника Чан Джинёна.

Соха опёрся дрожащими руками о землю и поднялся. Некогда сидеть и отдыхать.

– Нужно найти проводника Чан Джинёна и ещё...

На самом деле, то, что Соха вообще оставался в сознании, уже чудо – его тоже задело ударной волной. Оглядываясь по сторонам, Соха наткнулся на пристальный взгляд. Эспер из группы сопровождения, приставленной к эсперу Пэк Чонхуну. Раньше его не видел...

Взгляд мужчины скользнул по часам эспера Пэк Чонхуна и поднялся выше. А затем на его лице появилась улыбка, в которой любой бы прочитал живейший интерес.

– Сейчас не время стоять и глазеть...

В голосе Соха проступило недовольство. В такой критический момент любая помощь на вес золота, а этот тип топтался с таким расслабленным выражением лица, будто наблюдал за всем через призму киноэкрана.

Даже такое простое действие, как опускание взгляда, он выполнял в два, а то и в три раза медленнее остальных, так что Соха решил вовсе не обращать на него внимания.

Он проверял лицо каждого лежащего проводника, выискивая Чан Джинёна. Заодно смотрел, нет ли у кого серьёзных травм, и перекладывал их на ровную землю.

– Да где же вы?

Переворачивать и тащить тела людей без сознания отняло немало времени.

Хотелось отдохнуть хоть ненадолго. Но босса всё ещё не добили, так что расслабляться нельзя.

Приближаясь к последнему лежащему на земле человеку, Соха невольно сглотнул. Волосы, хоть и перепачканные в грязи, казались знакомыми со спины. Сердце само собой забилось быстрее, а все остальные звуки отдалились.

– Пожалуйста...

Будь в порядке.

Соха медленно опустился на колени и перевернул лежащего без чувств проводника Чан Джинёна.

* * *

– Уйди оттуда!

Едва Иан крикнул, эспер А-Класса поспешно отскочил назад. Точно на то место, где он стоял, рухнуло оторванное крыло босса. Хссс, земля кругом почернела. То была чёрная кровь, хлынувшая из оторванного крыла.

– Уф.

От запаха ядовитой крови эсперы зажали носы и рты, а некоторых чуть не стошнило.

Иан тут же повернул голову и посмотрел на Хан Джуо. Лишившись крыла, босс зациклился на Хан Джуо и направлял все атаки на него, пытаясь его убить. Хан Джуо со спокойным видом уклонялся от атак, выискивая возможность для контрудара.

Даже на земле, а не в воздухе, летающий монстр обладал недюжинной силой. К тому же он неплохо соображал. Если бы Хан Джуо не взлетел и не спустил его с недосягаемых высот на приемлемую высоту, тот бы и дальше прятался за облаками, планируя напасть, только когда остальные твари вымотают их.

– Left!

Услышав крик наблюдавшего за ситуацией Иана, Хан Джуо увернулся от атаки слева. Атака была скрытной, но оставила после себя большую брешь, что дало шанс на контратаку.

Хан Джуо тут же ринулся к монстру, а Иан, чтобы поддержать его, бросился с другой стороны. Видя, как стремительно атакуют эти два эспера, остальные не осмеливались лезть им под руку.

– Трудно найти момент, чтобы вклиниться.

Стоявший рядом эспер кивнул на бормотание коллеги.

– Мало того что нам с этой тварью не справиться, так ещё и за этими двумя не угнаться.

Монстр размером с дом, и хотя его крылья не из стали, они отбивали большинство атак. И не только. Даже если атака удавалась и появлялась рана, одно попадание брызнувшей оттуда крови сулило большие неприятности. Кровь эта обладала сильными кислотными и ядовитыми свойствами, так что при контакте растворила бы и одежду, и плоть.

– Сражаться с таким монстром – просто нечестно.

– Потому он и S.

Вратам не зря присваивали классы. Монстр, с которым они столкнулись, оказался настолько силён, что в грязь растоптал гордость эсперов высокого класса.

– Соберитесь, если не хотите глупо пострадать.

После слов мужчины, который всегда занимал место Хан Джуо в его отсутствие, эсперы напряглись. Это замедляло реакцию на внезапные события, но, по крайней мере, помогало укрепить боевой дух.

– Когда этот бой закончится, я точно отрублюсь.

– Не отрубайся. У проводников сейчас тоже не лучшая ситуация.

Мужчина, крикнувший, чтобы все собрались, указал на место, где сгрудились проводники. Когда монстр упал, большинство из них накрыло ударной волной. Эсперы, охранявшие проводников, подали сигнал, что всё в порядке, так что, вероятно, те просто потеряли сознание. На ногах твёрдо стояли лишь немногие, а значит, стабилизацию тоже так запросто не получишь.

Эспер с особенно узкими глазами бросил взгляд в ту сторону и раздражённо фыркнул.

– Надо же, в сознание пришёл именно Пэк Соха.

Самый бесполезный проводник очнулся. И дело не в том, что он партнёр Хан Джуо. Просто из-за низкого процента совместимости от его стабилизации толку не больше, чем от её отсутствия.

– Плохо дело. Даже если мы убьём этого босса, нет гарантии, что не появятся другие твари.

– Если я ещё немного попользуюсь способностями, то уже рискую.

Недовольство эсперов нарастало. Их бездействие разительно контрастировало с Хан Джуо и Ианом, которые, не жалея сил, носились вокруг, чтобы убить монстра.

– Стоит ли того разбудить других проводников и получить стабилизацию?

Эспер с узкими глазами предложил свой вариант решения проблемы.

– Для начала закончим этот бой, а там посмотрим.

Лицо мужчины, знавшего, что один Пэк Соха не справится со всеми здешними эсперами, посерьёзнело.

– Но почему Пэк Соха так себя ведёт? Ему бы других проводников будить, а он...

Глаза эспера, недовольного всем на свете, сузились ещё больше. Соха, на которого он так неодобрительно смотрел, с трудом поднимался на ноги, взвалив на спину одного из проводников.

Страница книги Проводник с худшей совместимостью в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

О книге