«Добро пожаловать в новый день». Когда дверца капсулы для сна открылась, Лянь Чуань услышал знакомое системное приветствие. Он зевнул. Этот голос был таким же, насколько он помнил, какой он услышал впервые — неизменно женским, с такой же интонацией и темпом речи. Когда Лянь Чуань вылезал из спальной капсулы, он размышлял о значении этой фразы как приветствия. Вечно одинаковое раннее утро. Он проснулся, услышал голос, дверца капсулы открылась и он поднялся, опустив на пол первой левую ногу. Действительно ли это новый день? Не предыдущий? Или, может быть, какой-то день в далеком будущем? Но его размышления не имели смысла. Каждый день был похож на предыдущий; каждый день был для него просто очередным «сегодня». Единственное, что могло помочь ему различать эти «сегодня», это периодические, но очень сильные головные боли. Его голова болела весь день вплоть до того момента, когда он уже ложился спать. Когда он просыпался утром, головная боль проходила. Значит, действительно наступил новый день. Он взглянул на часы на своем запястье и увидел на дисплее зеленую цифру 0. Сегодня был выходной. Он достал два кубика из контейнера для еды, один белый и один коричневый. Буквы на прозрачной упаковке каждого кубика указывали, что белый — это куриное яйцо, а коричневый — говядина. Значит, сегодня действительно новый день. На прошлый завтрак были зеленый и белый кубики. Однако, он не стал их есть; от одного взгляда на их цвет у Лянь Чуаня пропадал аппетит. Из коммуникатора на столе раздался шум. Когда Лянь Чуань принял звонок, из динамиков раздался голос Ли Ляна. - Первая центральная школа, - его задыхающийся голос прерывался помехами. - Приезжай сюда как можно скорее. - Избыточные? Лянь Чуань повернулся к шкафу, но уже знал, что такого не может быть. При зачистке избыточного населения никогда не было необходимости вызывать членов команды, находящихся в резерве. - Возможно, какая-то мутация, но ее невозможно извлечь, - сказал Ли Лян. - Она уже намертво закрепилась… Лянь Чуань услышал через динамик, как их капитан Лэй Ю крикнул: «Отступаем!» Затем прогремела серия взрывов.

***

Ли Лян лежал на земле, в ушах его звенело от взрыва. Все, что он слышал — непрерывное гудение, а его зрение блокировала плотная пелена дыма и пыли вокруг. Единственное, что он смог различить, были черные кусочки чего-то, кружащиеся в воздухе. Он не знал, были ли эти куски остатками кого-то из его отряда. Он откашлялся несколько раз и огляделся по сторонам, пытаясь найти оставшихся членов своего отряда. «Все учащиеся эвакуированы». Наконец, он услышал голос из коммуникатора. Далее последовал приказ капитана: «Рассредоточьте войска, продвигайтесь вперед. Отряды три и четыре, обойдите его сзади здания и вытесните на открытое пространство!» - Разве мы не ждем Лянь Чуаня? Ли Лян встал, прислонившись к, чудесным образом оказавшейся рядом, железной конструкции. Он заглянул внутрь впереди стоявшего здания, но не увидел ни одного признака присутствия там людей. «У нас здесь четыре подразделения! Как один Лянь Чуань поможет нам!? - гневно прокричал хриплый голос. - Кто он, наш Спаситель что ли? Если ты так не уверен в себе и своих товарищах, то какого хрена ты вообще здесь забыл!» Ли Лян не ответил. Когда отряд впереди двинулся с места, он сохранил между ними дистанцию в несколько метров и отправился следом, к левой стороне здания. «Смотрите в оба, - прошептал Лэй Ю, - сначала будет вспышка красного света, прежде чем он нападет». Красный огонек действительно появился, но всего на мгновение. Даже если бы им было известно точное местоположение цели, красная вспышка все равно оказалась бы настолько короткой, что у большинства из их отряда не будет возможности вовремя среагировать. Если кто-то находится в пределах досягаемости атаки, он будет мгновенно убит. В любом случае, Лэй Юю нужно было плотно окружить место происшествия. Поблизости находились школа и больница. Они должны были взять цель под контроль до прибытия Лянь Чуаня. Все знали, что он был единственным, кто мог успеть среагировать перед красной вспышкой и последующей за нею смертельной атакой, включая и разъяренного Лун Бяо. «Я в двух кварталах от вас, - из динамика донесся голос Лянь Чуаня. - Цель?» Лэй Ю всмотрелся в темноту здания, но не заметил внутри никакого движения. Вокруг было пугающе тихо. Все члены команды ждали указаний, прячась в укрытии. «Цель — учитель, - Ли Лян принялся бегло обрисовывать ситуацию по приватному каналу, отправляя координаты. - Во время урока начал болтать всякое… о времени, есть ли ему начало, есть ли конец… Что-то очень странное в общем». «Мы получили ордер на арест и пришли, чтобы забрать его, - сказал Ли Лян. - Он внезапно напал на нас». «Каким образом?» - спросил Лянь Чуань. «Взрывы, - ответил Лэй Ю. - Мы не можем четко видеть их траектории, а времени настроить нужное оборудование у нас нет. Ты должен обеспечить его поражение одним ударом». «Понятно». Лянь Чуань больше ничего не сказал. Когда Лэй Ю по коммуникатору подтвердил, что занял свою позицию, внутри оцепленного здания вспыхнул красный свет. В нескольких метрах от него местность на мгновение окутал дым, за которым последовал оглушительный взрыв, достигший его ушей. Затем перед его глазами пронеслись черные частички. Только что был ранен член его отряда. Новичок, это была его первая миссия по поиску. Или точнее, его часть. Его лицо. Лэй Ю увидел следы недоумения на том, что от него осталось. После этой атаки в крайнем правом окне на третьем этаже мелькнула тень. «Он выходит,» - крикнул Лэй Ю, вытягивая руку из-за укрытия. В тот же миг пистолет, принадлежавший к его экзоскелету, ударил выстрелом в окно. «За мной!» Лун Бяо бросился к зданию, пригибаясь и одновременно укрываясь за сломанной колонной. Колонна была бесполезна в качестве прикрытия, но Лэй Ю не остановил его. После небольшой передышки Лун Бяо снова поднялся и быстро вошел внутрь здания. Трое членов отряда последовали за ним. «На втором этаже!» - в коммуникаторе раздался быстрый возглас Ли Ляна. Никто не видел, как цель успела попасть с третьего этажа на второй, но не было времени зацикливаться на этом. Лун Бяо и его подразделение собрались атаковать цель напрямую. Согласно краткому инструктажу перед миссией, целью был молодой учитель 21 года. Однако, мужчина, который был перед ним, выглядел намного моложе 21 года и больше походил на подростка. Тем не менее, Лун Бяо без колебаний поднял руку с оружием, которое вмиг испустило темно синюю вспышку, напоминая крошечную молнию. Цель есть цель, независимо от ее возраста и личности, а миссия есть миссия, и она должна быть выполнена. Но он увидел вспышку красного. Там же, в этом красном свете, он увидел тонкую тень. Он знал, что у него, вероятно, не будет другого шанса снова дотянуться до спускового механизма своего оружия. Он также знал, что не умрет. Слева от него раздался грохот, и осколки камней, окутанные густым слоем пыли и сопровождаемые ударной волной, полетели в его сторону и отбросили его более чем на метр назад. Однако он не пострадал — атака прошла мимо. Подозрительная тень отбросила цель на несколько метров, оттолкнулась от стены и, вращаясь в воздухе, приземлилась, остановившись прямо перед целью. Коричневато-рыжий мех, черные уши торчком, стройные, но мощные задние лапы и потрясающий прыжок… Это был каракал Лянь Чуаня. Цель упала на землю, но, не дожидаясь, пока кто-нибудь угадает мишень для его новой атаки, красный свет появился снова. Эта атака не увенчалась успехом. Тело учителя уже было проткнуто. В животе у него зияла дыра, по краям которой образовалась черная копоть, которая мягко поднималась и опускалась с каждым его вдохом. Единственным человеком, способным воспользоваться преимуществом в скорости и атаковать, был Лянь Чуань. Лун Бяо вытер лицо, встал и взглянул на оставшихся членов команды — никто больше не пострадал. - Цель потеряла способность атаковать, - сказал Лянь Чуань, глядя вниз на неподвижную фигуру у своей ноги. «В утиль его,» - в коммуникаторе раздался голос Лэй Юя. Лянь Чуань снял со спины устройство утилизации. Это устройство было маленьким, похожим на пушку, и оно было настолько родным для него, что казалось продолжением его тела. Ствол скользнул в его ладонь, нацеливаясь в человека на земле. - Я не хочу исчезать. Цель посмотрела на него, на его лице не было боли, которая должна была ожидать человека после такого ранения, и она казалось странно спокойной. Лянь Чуань промолчал и нажал на кнопку. Тело на земле немедленно начало корчиться и разделяться на части, на маленькие черные фрагменты. Очень похожим способом при взрыве был ранее убит член их отряда. Фрагменты вращались, как будто подхваченные ветром, затем, наконец, их все засосало в устройство утилизации. Миссия была завершена, но все члены отряда пребывали в унынии. Такого рода рутинная миссия по поиску, которую легко бы выполнила даже одна группа, в конечном итоге потребовала четырех подразделений и привела к потере трех людей. Этого не ожидал никто. Оставшиеся члены отряда сейчас убирались на месте происшествия. Будут уничтожены все следы, независимо от того, были ли они оставлены целью их миссии или непосредственно ими. Лэй Ю лично забрал останки трех погибших участников и подошел к Лянь Чуаню. - Ты завтракал? - Нет, - сказал Лянь Чуань. - Тогда поешь со мной в штаб-квартире. Лэй Ю взглянул на часы, на экране вспыхнуло несколько строк мелкого текста. - Затем нанесем визит в городской департамент. Администрация хочет увидеться с тобой на этой неделе. Конкретного времени не назначали, так что давай просто сходим туда сегодня. - Ага, - ответил Лянь Чуань и развернулся, чтобы уйти. Каракал, который все это время был рядом с ним, запрыгнул на перила, затем на крышу у дороги и исчез за дымовой трубой. Лэй Ю посмотрел на крышу и спросил: «Кошка завтракала?» - Он не кошка, - ответил Лянь Чуань, оглянувшись. - Босс завтракал? - снова спросил Лэй Ю. - Я не знаю, - сказал Лянь Чуань, - вероятнее всего да. Он ушел куда-то прошлым вечером, мы пересеклись только по пути сюда. - Кажется более беззаботным, чем мы. Лэй Ю остановился у машины, припаркованной на краю оцепленной зоны, и открыл дверь, посмотрев на оставшихся членов отряда. - Подразделения один и два, приступайте к уборке территории. Подразделения три и четыре, сосредоточьтесь на школе и проведите патрулирование территорий в радиусе пяти километров отсюда. Если заметите что-то необычное, доложите, прежде чем принимать меры. Лянь Чуань последовал за Лэй Юем в машину, автопилот был настроен на возвращение к министерству Внутренней обороны города, которое также служило штаб-квартирой для отряда зачистки. Хотя это была их штаб-квартира, Лянь Чуань давно там не был. У отряда зачистки имелась еще одна своя база, и только капитан Лэй Ю оставался единственным, кто часто посещал штаб. - Когда он вернется? - спросил Лэй Ю. - Когда будет голоден, - Лянь Чуань выглянул в окно. Школа находилась в Новом районе Мэйн-сити — самом оживленном и безопасном, где прохожие выглядели расслабленно и непринужденно улыбались. Но если проехать немного дальше, то в мгновении ока можно оказаться в совершенно другом мире. Миссии Лянь Чуаня в основном проходили там. Каждый раз, когда он возвращался, безопасная зона Нового района казалась ему немного чужой. - Тетя Чунь скучает по тебе, - сказал Лэй Ю. - Я тоже скучаю по ней, - ответил Лянь Чуань. Тетя Чунь приходилась женой Лэй Ю, ее полное имя Чунь Сан. По оставшимся воспоминаниям Лянь Чуаня, она была очень похожа на его мать. - Получая ответ в таком тоне, кажется, что это не так, - Лэй Ю усмехнулся. - Завтра днем, - Лянь Чуань отвел взгляд от окна и повернул голову, - я зайду перекусить. Лэй Ю улыбнулся и похлопал его по плечу.

***

- Возможно, тебе придется доложить о деталях миссии начальнику Чэню, - сообщил Лэй Ю после того, как они покинули штаб-квартиру отряда зачистки. - У тебя был прямой контакт с целью. - Ага, - Лянь Чуань кивнул. - Лянь Чуань, - Лэй Ю посмотрел на него. Лянь Чуань тоже повернул голову, чтобы посмотреть на Лэй Ю. - Есть ли что-то необычное, о чем ты должен сообщить мне в первую очередь? - спросил Лэй Ю. Лянь Чуань на мгновение задумался, прежде чем ответить: - Я уверен, что ничего нет. - Хорошо, - кивнул Лэй Ю. - Его атаки были простыми, - сказал Лянь Чуань, - единственным преимуществом была скорость. Кроме этого — ничего особенного. Даже радиус поражения его атак был не таким уж большим, в отличие от... них. - Что ж, - снова кивнул Лэй Ю, - я в тебе не сомневался. - Я знаю, - сказал Лянь Чуань. Когда они вошли в здание министерства Внутренней обороны, Лэй Ю остановился и огляделся вокруг. - Кошка не сможет войти… - Он не кошка, - поправил его Лянь Чуань. - Его не пустят, - Лэй Ю повторил. - Не думаю, что ему бы очень хотелось, - Лянь Чуань кивнул. В здании министерства Внутренней обороны было настолько же шумно, насколько он помнил. Люди заходили и выходили, у всех были серьезные выражения лиц. Охрана, расставленная на расстоянии не более пяти метров друг от друга, добавляли напряженности в эту и без того серьезную атмосферу. На самом деле, кроме предстоящего «Праздника», ничего особенно необычного не происходило. Напряженная и серьезная атмосфера были нормой в штаб-квартире, что также было одной из причин, по которой Лянь Чуаню не нравилось приезжать сюда. Офис начальника Чэня находился под землей, но Лянь Чуань не знал, на каком этаже. Он пытался сосчитать этажи однажды, когда ему было скучно, но смог определить только то, что по пути туда было три поворота. - И это все? - начальник Чэнь, сидящий за столом, спросил, выслушав отчет Лянь Чуаня. - Итак, нет никакой… связи с предыдущими неудачами, верно? За исключением неудавшегося извлечения? - Основываясь на своем личном опыте, так и есть, - сказал Лянь Чуань. Начальник Чэнь и Лэй Ю переглянулись, Лэй Ю промолчал. - Вашего личного опыта достаточно, - начальник Чэнь скрестил пальцы и посмотрел на Лянь Чуаня со слабой улыбкой. - Вы готовы встретиться с администрацией? - В любое время, - ответил Лянь Чуань. Хотя название «Администрация» может показаться немного небрежным, совсем как «Городской департамент» или «министерство Внутренней обороны...» Тем не менее, три администратора Мэйн-сити были ядром всей деятельности в городе. Помимо повседневных задач, все важные стратегические решения принимались совместно с этими тремя Администраторами. Очень немногие имели честь поговорить с ними напрямую. Для кого-то вроде Лянь Чуаня, который был обычным членом команды по зачистке, такой возможности не могло бы представиться за всю его жизнь. Однако, это был уже второй раз, когда Лянь Чуань отважился спуститься в самую глубину офисов Городского департамента, чтобы встретиться с Администраторами. Возможно, это было даже не дважды, возможно, он приходил сюда уже три, четыре раза. Кто знает, воспоминания — это всего лишь образы в сознании человека без подтверждающих доказательств. Как и в министерстве Внутренней обороны, никто на самом деле не знал, насколько глубоко простираются подземные этажи и офисы Городского департамента, и насколько обширна их территория. Люди знали только, что все секретные отделы управления Мэйн-сити находились глубоко под землей, куда никогда не проникал солнечный свет. Лянь Чуань стоял один внутри транспортного сооружения, напоминающего вагон. За бессмысленно имеющимся здесь окном простиралась бесконечная темнота. Внутри вагона горела только одна лампа, наполняя небольшое пространство своим слабым светом, но она едва ли могла осветить больше метра вокруг, так что все, что он видел — была по-прежнему густая чернота. Подъемник опускался, и он ощущал непрерывное вращение вправо. Оно было настолько быстрым, что едва замечалось. Когда вагон мягко притормозил с легкой вибрацией, Лянь Чуань отвел взгляд от дверцы, наблюдая за ней только боковым зрением. Когда дверца открылась, перед его глазами вспыхнул яркий белый свет, мгновенно заполнив вагон. В прошлый раз, когда эти двери открылись, он чуть не ослеп от этого света. В случае каких-либо внезапных сюрпризов ему придется полагаться на свой слух по крайней мере в течение трех секунд — он слишком уязвим. Выйдя из вагона, он пересек коридор, освещенный так ярко, что его силуэт не отбрасывал тени, и прошел через автоматическую дверь, ведущую в комнату для совещания Администраторов. Когда Лянь Чуань вошел туда первый раз, он так нервничал, что его сердце бешено отбивало ритм, а дыхание участилось. На этот раз так не было. Не потому, что он привык, а потому что… Он взглянул на три пустых кресла за полукруглым столом. Здесь, кроме него, не было ни одного живого человека.

Помещение было очень просторным, его интерьер выполнен полностью из серебристого металла. Освещение было приглушенным, приятным для глаз, в то время как монотонный декор оказывал совершенно противоположное впечатление. Три стула за столом были единственными выделяющимися объектами в полумраке помещения. Они в буквальном смысле светились, благодаря разноцветным шарам на спинке каждого стула: красным, зеленым и синим светом. Лянь Чуань всегда отличал трех Администраторов по их цветам, называя их про себя Сяо Хун, Сяо Лу и Сяо Лань*. *п/п: перевод с кит. “Маленький красный, Маленький зеленый и Маленький синий” Сяо Хун, Сяо Лу и Сяо Лань никогда не показывали своих лиц, они общались искусственно измененным голосом. К сожалению, Лянь Чуань мог различить только два голоса — механический мужской и механический женский. Однако, эта классификация бессмысленна, поскольку слушать их было сродни ежедневному системному приветствию. - Как прошел твой день? Откуда-то сверху донесся механический женский голос. Лянь Чуань предположил, что он принадлежал Сяо Хун. - Прекрасно, - ответил Лянь Чуань. - Звучит немного несерьезно, - раздался механический мужской голос справа — в этом он был не уверен. У Сяо Лу и Сяо Лань были совершенно идентичные голоса. - Если быть точным, - Лянь Чуань на мгновение задумался, - мой день еще даже не начался. - Как он должен был начаться, по-твоему? - поинтересовался Сяо Хун. - Например, вот так. Лянь Чуань быстро отступил в сторону, уклоняясь от неизвестного существа, надвигающегося на него сзади. Лянь Чуань не почувствовал, как кто-то приблизился к нему, и он начал действовать в тот момент, когда уловил легкое движение воздуха, вызванное приближающейся атакой. Белая тень промелькнула мимо него. Без колебаний он нанес удар ладонью по нижней части спины существа. Судя по ощущениям руки, существо было гуманоидным. На его ослепительно белом теле не было одежды. Благодаря удару ладони он понял, что это действительно человеческое тело, но его кости были прочнее, чем у обычного человека. Хотя он и не знал, почему это существо появилось здесь, он не дал ему второго шанса напасть. Он даже не пытался разглядеть форму существа. Прежде чем существо развернулось, рука Лянь Чуаня пронзила его тело прямо в живот, точно так же, как того мутанта в школе. Только после того, как существо упало на пол, он увидел, что это был мужчина — человек, по крайней мере, судя по его внешнему виду. Если быть точным, это тело было не так давно извлечено из питательной жидкости, все еще сохраняя характерную бледность. - Вау! - воскликнул голос Сяо Хун. Лянь Чуань молчал, и, сделав шаг назад, больше не смотрел в сторону «человека» на полу. - Впечатляет, - сказал либо Сяо Лу, либо Сяо Лань. - Как и ожидалось от единственного человека, способного взаимодействовать с Бетельгейзе. Они, вероятно, проверяли его. Однако, Лянь Чуань не понимал, почему они должны были делать это здесь, и зачем это понадобилось Администраторам. Если не считать планового технического обслуживания, Бетельгейзе уже долгое время не включалась… Тем не менее, он хранил молчание, не выражая своего негодования и не задавая вопросов. Он мог думать о многих вещах, но никогда не высказывал все так легко. Иногда ему нужно было сосредоточиться, ни о чем не думая. Без мыслей, без слов, без эмоций — только совершенный инструмент мог чувствовать себя в большей безопасности. - Почему ты убил его сразу? - хотя скорость и громкость речи не изменились, в голосе Сяо Хун прозвучал явный вопрос. - Самозащита, - ответил Лянь Чуань. - Любая угроза моей жизни должна быть устранена. Эта мысль давно впечаталась в его мозг, сопровождаемая бесчисленными болью и шрамами, которые останутся навсегда, вне зависимости от того, сколько перезагрузок он перенесет. В конце концов, он был единственным человеком, способным взаимодействовать с Бетельгейзе. - О, - тон Сяо Хун снова изменился.

***

- В ближайшие несколько дней, если ты столкнешься с чем-либо необычным — я имею в виду, если ты почувствуешь что-то необычное, тебе нужно безопасно и сохраняя целостность извлечь это. - Ага, - Лянь Чуань кивнул. Лэй Ю имел в виду, что цель должна быть схвачена живой. Это будет нелегко, но раз Лэй Ю так сказал, значит, таков уж приказ. - Приближается начало «Праздника», - заявил Лэй Ю. - Мы не можем допустить никаких ошибок. «Праздник» был крупнейшим мероприятием в Мэйн-сити. Его отмечали каждые триста дней и длился он двое суток. Мэйн-сити откроет свои ворота, позволяя всему и всякому, что до этого скрывалось в темноте, хлынуть в Безопасный район. Два дня веселья, без комендантского часа. Каждый раз, как в последний. За день до «Праздника» каждое подразделение отряда зачистки распределят по Мэйн-сити для осуществления дежурства. - Ребята, позвольте мне кое-кого представить. Наш новенький — Сяо* Лу, - сказал Лэй Ю в проходе, затем отступил в сторону, чтобы позволить человеку войти. *п/п: Сяо 小 (xiǎo) + фамилия — младший по должности и возрасту коллега/товарищ, самый младший в коллективе - Лу Цянь, - Лэй Ю похлопал новенького по плечу. Группа Лянь Чуаня, состоящая из шести человек, спокойно поприветствовала его. Лянь Чуань, сидевший в углу, откинулся на спинку стула и вытянул ноги на стол. Бесстрастным взглядом он окинул лицо Лу Цяня. Лэй Ю наблюдал за реакцией каждого. Ему приветствие новенького показалось нормальным. - Лянь Чуань — лидер этого подразделения, - Лэй Ю кивнул в сторону Лянь Чуаня. - Следуй его примеру во всем. - Понял! - Лу Цянь громко крикнул, выпрямив спину. Лянь Чуань вздрогнул, и его нога соскользнула со стола на пол. - Не кричи. - Понял! - Лу Цянь продолжал отвечать, выкрикивая. - Уведите его, - сказал Лянь Чуань. Один из членов подразделения рассмеялся и встал, похлопав Лу Цяна по руке. - Пойдем, я покажу тебе окрестности. - Что думаешь? - спросил Лэй Ю. - Прекратите отправлять придурков в наше подразделение, - сказал Лянь Чуань. - Мы тоже рискуем своими жизнями. Один мертвый груз может погубить всю команду. Лэй Ю усмехнулся и вышел. Лянь Чуань снова положил ноги на стол и уставился в окно. Лу Цянь, новичок. Это был его первый день в шестом подразделении отряда зачистки. Однако, за день до этого он уже умер на школьной спортивной площадке. Тот день был третьим по счету с того момента, как он присоединился к первому подразделению по зачистке. - Шеф, - подошел Ло Пан, который выглядел недовольным. - Может быть, у этого парня есть покровитель? - Кто из спонсоров использовал бы связи, чтобы поместить своего протеже в команду по зачистке, где он, вероятнее всего, встретит свою смерть? - сказал Лянь Чуань. - Имеет смысл, - Ло Пан кивнул. Он больше не мог вспомнить деталей того, что произошло в школе. Единственное, что он помнил — имена погибших и более поздний приказ Лэй Юя извлекать мутации, оставляя подвергшиеся им объекты в целости и сохранности. Причины и следствия уже стали в его сознании размытыми. Лянь Чуань знал, что воспоминания всех участников той миссии уже были стерты, и кто знает, сколько раз. Это не имело существенного значения — ничто из их вещей по-настоящему им не принадлежало. А он был аномалией, которого никогда нельзя было стереть полностью. Его мозг был подобен неисправному жесткому диску с бесчисленными поврежденными секторами, ошибками чтения и записи и бесконечными поврежденными данными. Он не знал, есть ли на свете еще кто-нибудь, похожий на него, но он знал, что не мог быть первым. Мозг, который нельзя было полностью перезагрузить. Это было секретом, который он должен защитить любой ценой. «Район D, пересечение H3, лишний прохожий,» - из коммуникатора донесся голос. - Наш, - Лянь Чуань встал и сказал, - пошли. Лу Цянь собирался вернуться в кабинет, но в тот момент он услышал приказ. Он растерялся, не зная, что делать. Он наблюдал, как другие члены подразделения быстро вышли из комнаты, полностью экипированные, ожидая сбоку от входа. - Ты поедешь со мной, - сказал Лянь Чуань, проходя мимо Лу Цяна. - Да, сэр! - Лу Цянь снова выпрямился, заорав. Лянь Чуань остановился и повернул к нему голову: - Если ты еще раз так заорешь, пойдешь до адреса пешком. Лу Цянь плотно сжал губы, чтобы сохранить молчание. Его спина оставалась прямой. - Ты знаешь, как управлять оборудованием? - Лянь Чуань забрался в черный А01, припаркованный на обочине. - Да, - Лу Цянь подошел, взволнованно прислушиваясь к звукам движения экзоскелета, следующего движениям его тела. Он уставился на машину перед собой. - Все мое обучение было посвящено единственной цели — вступить в отряд зачистки. А01 были специальными транспортными средствами, разработанными для отряда зачистки. В них могли сидеть один или двое друг за другом. А01 не соприкасался с землей, что делало его идеальным средством передвижения по труднопроходимой местности. Он двигался плавно, с впечатляющей скоростью и маневренностью, способный к прыжкам на высоту пяти метров и даже взбираться по вертикальным поверхностям… Он узнал все это из учебного руководства. Лу Цянь практиковался в вождении А01 только на симуляторе, так что это был первый раз, когда он был настолько близок к тому, чтобы сесть за управление настоящей машиной. - Третий пункт на третьей странице руководства, - Лянь Чуань завел двигатель, - что там говорится о времени вылета? - Что там говорится...? - Лу Цянь был застигнут врасплох. - Если сопровождающий водитель не присоединится к основному водителю в автомобиле в течение тридцати секунд после посадки, это будет рассматриваться как отказ от выполнения миссии, - сказал Лянь Чуань. - После двух таких случаев ему придется покинуть отряд зачистки. Лу Цянь, пытаясь не застыть на месте от шока, запрыгнул в машину, чтобы занять свое место позади Лянь Чуаня. В спешке утилизатор Лу Цяня случайно задел шлем напарника. Бах! Лу Цянь поспешил поправить утилизатор, перекинув его за спину, прежде чем автоматический ремень пристегнул его к креслу. Автомобиль рванул вперед, вызывая порыв ветра. Ремень безопасности на поясе затянулся потуже. - Я… не помню этот абзац, - Лу Цянь прислушивался к свисту ветра в ушах, чувствуя себя подавленным. - Я действительно выучил все руководство наизусть! Я даже получил оценку «А» на экзамене по теории, так может ли быть, что это было в старом учебнике… - Такого абзаца не было изначально, - сказал Лянь Чуань. Лу Цянь открыл рот, но не смог ничего сказать. - Но ты должен иметь в виду это правило, когда едешь в одной машине со мной, - добавил Лянь Чуань.

***

Ветер яростно завывал, когда Нин Гу стоял на сломанной стальной раме, глядя на парящие в воздухе обломки через свои потрескавшиеся очки. - Тебе не кажется, что ветер усилился за эти два дня? Дин Цзы* за его спиной шарился в обломках под ногами, держа в руках большую металлическую палку. От его тычков в воздух поднималось еще больше частиц, которые уносило ветром — черных, серых, белых, из-за чего было трудно определить, какие это раньше были предметы. *п/п: в переводе с кит. “гвоздь” Место, где они находились, представляло собой колоссальных размеров кладбище металла, образованное кучами металлолома и выброшенной техники, с его холодными непоколебимыми холмами, восходящими вверх и опускающимися вниз, казалось, без конца. Небо покрывало черной мглой, которая не рассеивалась даже при сильном порывистом ветре. За черной мглой была еще более черная мгла, а за этой еще более черной мглой скрывалась еще более черная — никакой свет не мог пробиться сквозь нее, и никакой ветер не мог ее рассеять. «Началось это с того самого дня, как разверзлись небеса,» — так говорил Сумасшедший дядя. Однако Нин Гу не мог понять, почему в воздухе всегда было так много частиц неизвестного происхождения. Эти непрерывно танцующие частицы заставили его поверить, что за черной мглой может быть другой мир. Не то чтобы он не мог придерживаться подобных убеждений, но единственным миром за пределами черного тумана был Мэйн-сити. Реальность, как еще говорил Сумасшедший дядя, всегда жестока. - Чувствуешь? Дин Цзы взял маленький гладкий кусочек металла. Он был размером с ладонь и отражал его лицо. Он перевернул его, чтобы рассмотреть со всех сторон, затем спрятал в кожаную сумку, висевшую у него на плече. - Да, - ответил Нин Гу, поправляя воротник. Хотя ветер в той местности мог не прекращаться годами, всегда будет разница между простым ветром и штормом. Он спрыгнул со стальной рамы и двинулся вперед. - Куда ты? - крикнул ему вслед Дин Цзы, продолжая рыться в металлоломе в поисках чего-нибудь интересного. - Не ходи за мной, - сказал Нин Гу, - я найду тебя, когда вернусь. - Ты собираешься встретиться с Сумасшедшим дядей? - сказал Дин Цзы. - Его безумие заразительно, поэтому постарайся не затягивать с ним разговор надолго. Нин Гу повернул голову и улыбнулся. Сумасшедшим дядей был пожилой мужчина с лицом, скрытым за непослушными бородой и усами. Люди начали называть его сумасшедшим из-за его эксцентричной внешности, и после общения с ним Нин Гу обнаружил, что эта эксцентричность выходит за рамки его внешности. Он был просто очень странным. - Пойдем, я прочту твое будущее. Сумасшедший дядя стоял у входа в свою маленькую хижину и жестом приглашал Нин Гу войти. - Не нужно, - Нин Гу наклонился и вошел в хижину. Хижина Сумасшедшего дяди располагалась далеко от убежища, где все жили, в глубине металлического кладбища. Домик был собран из нескольких неизвестных деталей какой-то машины и издалека напоминал перевернутую чашу, в то время как вблизи выглядел как разбитая перевернутая чаша. Однако Сумасшедший дядя однажды описал свой дом как «панцирь черепахи» и даже нарисовал его для себя. Он утверждал, что знал, что очень давно, возможно, еще до зарождения мира таким, каким его знают все сейчас, растения и животные процветали повсюду, и черепахи были одними из таких животных. Однако, потом все исчезло, и человечество начало терять все свои знания о животных. Те немногие животные, которых они еще могли помнить, постепенно превращались в древних зверей из легенд. В настоящее время только пара человек из элиты Мэйн-сити могут позволить себе содержать несколько искусственно выведенных животных или пару растений, которые росли только в специально разработанных контейнерах. Нет, был еще один каракал. Он был настоящим диким зверем, не похожим ни на одного другого в прошлом или будущем. Это был единственный каракал в мире и за его пределами, известный своей свирепостью и проворством, появляющийся и исчезающий без каких-либо следов… Так говорил Сумасшедший дядя и, конечно же, он также нарисовал его. Рисунки Сумасшедшего дяди были очень уродливыми и неаккуратными, из которых Нин Гу было трудно понять, как выглядит каракал. Единственное, что он запомнил, это то, что его владельца звали Лянь Чуань. Безжалостная «гиена» Мэйн-сити, беспощадный убийца, не знавший совести. «У него нет сердца!» - говорил Сумасшедший дядя. «Но у него есть каракал», - с завистью подумал Нин Гу. - Я прочитал твое будущее, - Сумасшедший дядя вошел в хижину, снял с плитки кипящий чайник и налил себе чашку кипятка. - Хочешь послушать? - Нет, - ответил Нин Гу. - Ты прочел мое будущее, когда мне было двадцать два, и сказал, что я не доживу до двадцати. - Откуда ты знаешь, что тебе на самом деле двадцать два? - спросил Сумасшедший дядя. - А что, если тебе на самом деле всего девятнадцать? - Значит, я умру в следующем году? - Нин Гу рухнул на стул и посмотрел на него. - Кто знает, - Сумасшедший дядя налил еще одну чашку кипятка, затем вытащил из кармана маленький мешочек и вытряхнул из него что-то в воду. - Живые или мертвые… возможно, мы все уже мертвы давным давно. - Что это? - Нин Гу с интересом пододвинулся ближе. - То, что нельзя пить маленьким детям, - Сумасшедший дядя схватил чашку и отошел. - Я в любом случае должен умереть в следующем году, - настаивал Нин Гу. - Я хочу попробовать немного. - Ты можешь умереть, если выпьешь это, - сказал Сумасшедший дядя. - Мне все равно, возможно, я уже мертв, - Нин Гу следовал за ним. - Ты только что сам это сказал. - Нет, нет! Это все, что у меня есть, и я с таким трудом нашел это! - Сумасшедший дядя прикрыл рукавом чашку, бегая по хижине. - Может быть, за всю мою оставшуюся жизнь я не смогу еще раз такое найти! - Псих, - Нин Гу снова сел, откинувшись на спинку стула. - Тогда погадай мне. - Я не гадалка, - проворчал Сумасшедший дядя. - Я же говорил тебе, я — пророк. - Тогда напророчь мне будущее, - сказал Нин Гу. - Какое будущее? - Сумасшедший дядя быстро обернулся к нему. - Когда тебе суждено умереть? - Ветер усилился, - Нин Гу посмотрел на дверь. Порывы ветра продолжали врываться через дверь, унося с собой мелкие частицы, оставляя серый слой пыли даже в его чашке. - Придет ли поезд? Сумасшедший дядя продолжал пялиться на него. - Сколько времени ждать? - снова спросил Нин Гу. Сумасшедший дядя продолжал наблюдать за парнем еще некоторое время, прежде чем ответить: - Мне и не нужно предсказывать это. Исходя из моего опыта, поезд прибудет завтра. - Хорошо, - Нин Гу хлопнул в ладоши и, вскочив со стула, направился к двери. - На этот раз я поверю тебе. - Хочешь пойти? - спросил Сумасшедший дядя. - Не то что бы я никогда не ходил туда, - ответил Нин Гу. - Это другой случай. Раньше вы пробирались в поезд тайком и не смели даже шевельнуться до его прибытия обратно, - Сумасшедший дядя отхлебнул напиток из чашки. - Но на этот раз ты хочешь пробраться в Мэйн-сити. - Ну и что? - Нин Гу наклонил голову. - Не ходи, - сказал Сумасшедший дядя. - Ты умрешь. Нин Гу рассмеялся и вышел из хижины. Он поднял руку, чтобы помахать старику на прощание, повышая голос, чтобы перекричать шум ветра: - Я уже умер в двадцать лет!

Дороги Мэйн-сити напоминали многослойное колесо с расходящимися наружу лучами. Внутри колеса находился район А — Безопасный район, самое сердце Мэйн-сити. Чем дальше от него, тем опаснее становилось. Когда машина добралась до района С, пейзаж уже претерпел кардинальные изменения: кругом царили хаос и запустение, которые Лянь Чуань уже привык видеть. По сравнению с Безопасным районом, этот район стал рассадником тьмы — даже искусственное солнце здесь светило не так ярко, как обычно. Воздух медленно заполнял черный туман, похожий на капли чернил, растекающихся по воде. Район D находился на периферии Мэйн-сити, но его все еще можно было назвать частью города. Выйдя за пределы района D, минуя огромные ворота, перекрывающие перекрестки дорог, можно выйти к территориям, не подконтрольным Мэйн-сити. За пределами города простиралась Пустошь черного железа и руины — покинутые людьми районы. Хотя следы того, что руины были когда-то частью города, все еще оставались во многих местах за разрушающимися стенами, эти районы давно стали подконтрольной территорией Летучих мышей. - Разве наше подразделение не отвечает только за случаи, классифицируемые вторым уровнем и выше? - внезапно спросил сидящий сзади Лу Цянь. На лице Лянь Чуаня не дрогнул ни один мускул, он проигнорировал вопрос. - Я знаю, что согласно правилам, возникшими проблемами занимается ближайшее к району подразделение, но для многих крупных инцидентов требовалось не менее шести человек сразу, - продолжил Лу Цянь. - В конце концов, ты… - К юго-западу от Цзюсяна*, - неожиданно спокойным голосом начал Лянь Чуань, - Ло Пан и Цзян Сяогань, обойдите его с противоположной от нас стороны, все остальные продолжают придерживаться намеченного маршрута. *п/п: с кит. Винный, алкогольный переулок На половине фразы Лянь Чуань резко свернул в небольшой переулок рядом с перекрестком H1 в зоне C. Лу Цянь не был готов к этому. По инерции он схватился за Лянь Чуаня. Если бы не ремень безопасности, его бы выбросило из машины. «В округе С чрезвычайная ситуация?» - из коммуникатора послышался голос Ло Пана. Расстояние отсюда до места появления цели было большим. Теоретически, система не могла указать местоположение цели с такой погрешностью. Если у цели не было специального оборудования, то, значит, возникла непредвиденная ситуация. - Да, - коротко ответил Лянь Чуань. «Понял», - ответ Ло Пана был таким же кратким. До тех пор, пока это не влияло на цель миссии, Лянь Чуань имел право временно отклоняться от ее содержания. В случае, если Лянь Чуань не согласен с указаниями системы, члены его команды также будут полагаться преимущественно на его указания. - Отпусти, - сказал Лянь Чуань. Приказ не был передан по коммуникатору, поэтому Лу Цянь на мгновение завис, прежде чем быстро ослабить хватку на поясе Лянь Чуаня. Он изо всех сил старался показывать профессионализм на своем первом задании, но все равно не смог удержаться от вопроса: - Где сейчас цель? - Смотри на крыши, - машина Лянь Чуаня начала набирать высоту. Академические достижения Лу Цяна, несомненно, впечатляли, но трудно было определить, подходил ли его стиль работы для команды зачистки. Однако из тех немногих, кто погиб в том инциденте со школой, он был единственным, кто вернулся, и Лянь Чуань долгое время не мог до конца понять причину. - Понял, - ответил Лу Цянь, немедленно осматривая крыши домов по обе стороны. Хотя он ничего не обнаружил ни невооруженным глазом, ни с помощью сенсорного датчика, он твердо верил в суждения Лянь Чуаня. Потому что Лянь Чуань был легендой. Легендой не только министерства Внутренней обороны, но и всего Мэйн-сити. Лу Цянь мог бы бегло перечислить из его бесчисленных подвигов более пяти, и они несравнимы с тем, о чем хвастались другие в барах — всевозможные невыполнимые миссии, решение безвыходных ситуаций, разного рода… суровые убийства. Лянь Чуань не видел цель, и аномальное присутствие, которое он почувствовал ранее, также исчезло, но он не сомневался в своих суждениях. Поэтому он остановил машину. Они остановились внутри длинной аллеи. Ее называли Цзюсян из-за беспорядочно разбросанных на всех этажах вдоль нее пабов. Всего их было сорок девять — или шестьдесят один, если считать закрытые. В Безопасном районе также были пабы с напитками более хорошего качества, но, помимо завышенных цен, в Мэйн-сити также действовал комендантский час, поэтому те, кто хотел пить всю ночь напролет, могли прийти только сюда. Даже при том, что это опасный и старый, обветшалый район, для многих людей это остается отличным местом, чтобы забыть о своих проблемах. «Ничего не видно», - в коммуникаторе раздался голос Ло Пана. - Будь начеку, - сказал Лянь Чуань, прежде чем спрыгнуть с зависшего в воздухе транспортного средства, и направился вглубь переулка. Лу Цянь последовал его примеру и спрыгнул. Лянь Чуань повернул голову, чтобы посмотреть на него, намереваясь приказать ему остаться и ждать дальнейших инструкций — он был всего лишь новичком, который недавно уже умер один раз. Будет печально, если он умрет сегодня снова. Но, в итоге, после минутного колебания, он ничего не сказал. Если бы новичок умер снова, Лянь Чуань смог бы выяснить, почему он единственный, кого вернули к жизни — в конце концов, сейчас было трудно получить даже разрешение на рождение ребенка, не говоря уже о возвращении с того света взрослого человека. После того как Лу Цянь последовал за ним, сразу стало понятно, что он абсолютный новичок. Он подошел ко входу в ближайший паб и поприветствовал кивком крепко сложенного охранника, который с головы до ног был туго перетянут семью или восемью толстыми черными ремнями. - Вы, может, видели что-то необычное? Мужчина с ремнями уставился на него с недоверием в глазах и помолчал немного, прежде чем ответить: - Да. - Что это было? - спросил Лу Цянь. - Одна гиена подошла тут недавно и спросила у меня, не видел ли я что-то необычное? Ну разве это не странно? - обладатель восьми ремней рассмеялся так сильно, что почти истратил весь воздух. Его лицо выражало насмешку. Лу Цянь не ожидал подобного и впал в ступор. Лянь Чуань повернул назад и пошел за ним. Человек с восемью ремнями продолжал смеяться: - Это исключительно ненормально, не так ли? Не говоря уже о сегодняшнем вечере, вчерашнем, позавчерашнем и завтрашнем, все они весьма странные… Лянь Чуань поднял руку и прижал ее к горлу мужчины. Охранник на секунду оцепенел, затем согнулся от боли, также схватившись за горло. Лу Цянь даже не видел толком, что сделал Лянь Чуань. После того, как охранник согнулся, Лянь Чуань вошел в паб, поэтому Лу Цянь быстро последовал за ним. В пабе было довольно много людей. Посетители, обратившие внимание на зашедших, повернули головы в их сторону. Когда они заметили, какое они носят с собой оборудование, они, потеряв интерес, отвернулись. - Что здесь забыл отряд зачистки? - Тьфу, стая гиен. - Говори потише. - Чего ты испугался… Их голоса были тихими, но их все еще можно было услышать. Лянь Чуань молча пробирался сквозь толпу. Он что-то почувствовал — это точно не было целью их миссии, но это беспокойство заставляло его чувствовать себя неуверенно, а источник все еще не был обнаружен. Провожаемый приглушенными обсуждениями, Лянь Чуань толкнул дверь заднего входа в паб и вышел. Постояв некоторое время в переулке, он потерял след, и беспокойство исчезло. Лу Цянь стоял позади него и молчал, хотя дыхание его звучало несколько тяжело. - Где ты вырос? - спросил Лянь Чуань. - В Гринфилде, - ответил Лу Цянь. - Неудивительно, - Лянь Чуань повернулся к нему лицом. Гринфилд был одним из самых престижных и мирных районов Мэйн-сити — ни у кого из его жителей не было обычного происхождения. - Пришло время усвоить первый урок. Лу Цянь уставился на него. - Все ненавидят нас, - сказал Лянь Чуань. Лу Цянь молчал, нахмурившись. Лянь Чуань не был уверен, что Лу Цянь впервые слышит термин «гиены» для описания членов отрядов зачистки, но он определенно должен был знать, что во всех легендах Мэйн-сити «гиены» были синонимом смерти. Как только появлялся отряд зачистки, это значило, что кто-то исчезнет, независимо от того, каким этого человека видели обычные люди — отряд зачистки всегда ассоциировался со смертью. Аномалия в районе С исчезла. Лянь Чуань знал, что его рассудок не мог подвести его, но аномалия действительно исчезла. - Возвращаемся к исходному маршруту, - сказал Лянь Чуань. «Вас понял», - в коммуникаторе один за другим послышались голоса Ло Пана и Цзян Сяоганя. Половина подразделения снова отправилась в район D. Все оставшееся время Лу Цянь молчал. Лянь Чуань наблюдал за дисплеем, встроенным в его очки, где транслировалось, как новичок в режиме реального времени постоянно крутит головой по сторонам, не ослабляя бдительности. Лянь Чуань был очень доволен им, так было спокойнее. Они прибыли в район D, перекресток H3 находился недалеко от последней достопримечательности Мэйн-сити, то есть, от ворот. Однако, цель не прошла через ворота, чтобы покинуть город, возможно, из-за усиления патрулирования границ во время «Праздника». После того, как они прибыли на место, система показывала, что цель все еще оставалась вблизи перекрестка. - Их больше одного, - сказал Лянь Чуань. - Держите оружие наготове. Машина Ло Пана подъехала сзади и остановилась параллельно им примерно в десяти метрах справа. Это было их стандартным построением. До тех пор, пока не произошло что-то неожиданное, подобно тому, что было в школе, их задачей было приблизиться и окружить цель, чтобы схватить и «утилизировать». Всего в двух шагах. «Цель обнаружена», - сообщил Цзян Сяогань. Координаты цели появились на его визоре*. Кольцо из членов отряда быстро сжалось вокруг указанных координат. *п/п: многофункциональные очки будущего «Доложите обстановку», - спросил Ло Пан, выйдя из машины. Они были уже очень близко к цели. Цель находилась прямо за огромным перевернутым рекламным щитом. - Их двое, - ответил Цзянь Сяогань. - Не могу сказать точно, но они не похожи на обычных людей. - Система установила только одну цель, - сказал Ло Пан. - Просканируй архив данных о цели, - сказал Лянь Чуань. Когда Лу Цянь хотел последовать за ним и подойти к рекламному щиту, Лянь Чуань жестом велел ему ждать на прежнем месте. Лу Цяню не хотелось бездействовать, но он все равно остался на месте, приподнял утилизатор в руках и прицелился в рекламный щит. Лянь Чуань и Ло Пан продолжали двигаться вперед, наступая, один слева, другой справа. Через оптический прицел он мог ясно прочитать слова на рекламном щите, несмотря на облупившуюся краску и его перевернутое положение. «Пусть солнечный свет Мэйн-сити будет будить вас каждое утро». Это была старая реклама недвижимости. Можно было только гадать, каким образом рекламный щит сохранился в таком состоянии с тех пор, как Лянь Чуань впервые прошел мимо, словно доказывая, что слоган на нем «Пусть солнечный свет Мэйн-сити будет будить вас каждое утро» оказался лишь разрушенной мечтой. В Мэйн-сити не хватало ни места, ни припасов для размещения большего количества людей. - Мы из отряда зачистки, - вперед выступил Ло Пан, двигаясь рядом с Лянь Чуанем, целясь в рекламный щит. - Согласно Стандарту №109 по делам избыточного населения, утвержденному Городским департаментом, вы были опознаны системой как «избыточный». И сейчас команда по зачистке обязана исполнить приказ о вашей утилизации в соответствии с законом… Прежде чем Ло Пан успел закончить предложение, из-за рекламного щита высоко в воздух внезапно взмыла фигура, способности которой, по крайней мере в прыжках, явно превышали возможности обычного человека. Это был тот, кого система не смогла обнаружить — это человек не был «лишним» гражданином Мэйн-сити. Летучая мышь. Лянь Чуань заметил, что под гноящейся кожей на его икрах виднелись голые кости, которые были обмотаны слоем металла, и только по одному взгляду на это слишком тяжелое и грубо сделанное снаряжение можно было определить, что это бродяга с Пустоши черного железа. Бродяга подпрыгнул, чтобы затем наброситься на Лу Цяня. Первый выстрел Ло Пана прошел мимо цели, и, к тому времени, когда Летучая мышь приземлилась, она был менее чем в двух метрах от Лу Цяня. - Босс! - поза Лянь Чуаня, держащего утилизатор на прицеле, не изменилась — он не оглянулся, не спрятался в укрытие. Поджидая, когда второй высунется из-за рекламного щита и попадет под его прицел, он нажал на спусковой механизм. Он попал в цель, и вверх взметнулось облако черно-серых частиц. Когда их засосало в утилизатор, стройный и сильный силуэт выскочил из темноты, прыгнув между Лу Цянем и первым бродягой и взмахнув лапой с леденящими душу острыми когтями. Бродяга упал на землю. Из тени показался легендарный и неуловимый «партнер» Лянь Чуаня — каракал. Реакция Лу Цяня была относительно быстрой: он немедленно опустил вторую руку, чтобы взять пистолет, затем направил оба оружия на Летучую мышь. Остальные члены команды не двигались с мест, позволяя новичку убить его. - Гиены! - Летучая мышь выдавила фразу сквозь стиснутые зубы. - Сдохните, все вы! Будьте вы прокляты! Лу Цянь заколебался всего на долю секунды, но, тем не менее, он начал сомневаться в своем намерении. В любом случае, всего лишь с легким нажатием на спуск утилизатора, будь то «избыточный» гражданин, Летучая мышь или кто-то еще, все они мигом рассеятся в пыль. Все их воспоминания и они сами растворятся в черном тумане, так и не увидев в последний раз солнечного света. Все, что они когда-либо чувствовали и чем обладали, будь то печаль или радость, воспоминания, которые они хотели забыть или пытались вспомнить… Мимо стремительно пронесся тонкий луч, и тело Летучей мыши вмиг было опалено десятками тысяч градусов. Когда Лу Цянь пришел в себя, он обнаружил, что окружен пылеобразными черными частицами, оставшимися от тела Мыши, убитого Лянь Чуанем. Он даже на мгновение подумал, что задыхается. Он выглядел ошеломленным, стоя среди пепла, пахнущего смертью. - Свободны, - Лянь Чуань развернулся, чтобы уйти. Ло Пан легонько подтолкнул Лу Цяня, помогая ему прийти в себя и оставить пепел висеть в воздухе. - Второй урок, который нужно усвоить, - Лянь Чуань сел в машину. - Никогда не позволяй Летучим мышам открыть рот. Лу Цянь застыл на месте, уставившись на него. - Три секунды, - сказал Лянь Чуань. Лу Цянь запрыгнул в машину и тихо выдохнул. - А что насчет Странников? - спросил он сзади. - Скоро откроют ворота, и они смогут свободно попасть сюда. Что мне нужно будет делать, если их увижу? - Тебе? Бежать, - сказал Лянь Чуань. «Как насчет того, чтобы поехать пропустить по паре стаканчиков всем вместе, а? - в коммуникаторе раздался голос Цзян Сяоганя. - Прежде чем нам подкинут другое задание». Большинство выразило свое одобрение. - Тогда… - Лу Цянь, казалось, немного замялся. - Могу я тоже пойти с вами? «Можешь, конечно. Давай, садись ко мне машину», - сказал Ло Пан. Лу Цянь удивился. - Зачем? «Он не пьет», - сказал Ло Пан. - О, - Лу Цянь вышел из машины Лянь Чуаня, затем подбежал к машине Ло Пана, чтобы присоединиться к нему. Лянь Чуань повернул машину в другую сторону и исчез за перекрестком. Тень, промелькнувшая на крыше, исчезла вместе с ним. - Эта кошка…, - Лу Цянь поднял голову. - Это не кошка, - сказал Ло Пан. - Запомни, его зовут Босс. - Босс, - Лу Цянь кивнул.

***

С каждым днем солнечного света в Мэйн-сити становилось все меньше, и каждый следующий день был темнее предыдущего. Хоть это и было едва заметно невооруженным глазом, если бы кто-то наблюдал за этим тридцать, шестьдесят или сотню раз, он бы точно смог заметить. - Как прошло? - Цзю И сел на камень… Нет, он сел на кусок металла, который выглядел как камень. Сидеть было не очень удобно. Такие куски металла могли быть только в Пустоши черного железа. И это место было единственным, откуда он мог видеть самую высокую башню Мэйн-сити. Башня называлась «Световой пик». Очень простое название для прямой и светящейся остроконечной башни. Солнце уже село. Цзю И сидел здесь весь день, наблюдая, как этот самый высокий и яркий шпиль в городе теряет свое сияние, как будто весь свет мира был заключен там. Это был его первый визит на поверхность с последнего Праздничного дня. Воздух был приятным, но запустение вокруг угнетало. - Мы не смогли их вытащить, - ответил человек, сидящий на корточках рядом. - Я не о том спрашиваю, этого следовало ожидать, - Цзю И нахмурил брови. - Тогда зачем соглашаться на это? - спросил человек, сидевший на корточках. - Мы тоже потеряли одного. - Тебе что, заменили мозги? Ты так долго работаешь со мной и все еще не понимаешь? - Цзю И взглянул на человека рядом, убедившись, что это был его надежный подручный, Фу Лу*, который работал с ним уже довольно долгое время. - Если они готовы платить такую цену, тогда пусть платят. Живые или мертвые — не имеет значения, никого это не волнует, если это ради всеобщего блага. В любом случае будут смерти. *п/п: в кит. его имя значит счастье и благословение -… О, - Фу Лу ненадолго задумался, - я понял. Если вы спрашивали о главных городских улицах — они перекрыты. Шоу Си повел людей в обход, двое потерялись. Городская стража превратила их в пыль. Цзю И вздохнул. - Если не видишь смысла жить, то можешь пойти работать пушечным мясом. - Не знаю, - вздохнул Фу Лу, глядя вдаль и скрипя зубами, - но это же была наша территория! - Тсс, не дай Странникам услышать, - Цзю И поднял палец к губам и усмехнулся. Его голос отозвался странным эхом в пустой металлической глуши. - Они считают, что это тоже их территория.

Ветер стал сильнее, чем вчера, и температура воздуха опустилась еще ниже. Теперь ветер начал приносить с собой крошечные частички льда вместе с обломками мусора. Нин Гу присел на корточки у разрушенной стены, натягивая кусок ткани на переносицу. Это была балаклава, которую когда-то подарил ему Сумасшедший дядя. Она была старой и не слишком спасала от сильного ветра. Обычно на улице он надевал поверх нее большую меховую шапку, но сегодня он слишком спешил, поэтому забыл ее надеть. Недалеко горел небольшой костер, окруженный низкой полуразрушенной стеной. Благодаря особому топливу костер дрожал на порывистом ветру, но не гас. Около него можно было быстро согреться, но Нин Гу прошел мимо. Как правило, теплые места привлекали всевозможных странных существ, которые могут быть как безвредными, так и чрезвычайно опасными, поэтому он обычно предпочитал не рисковать. Кто-то приближался к нему, его шаги были легкими и едва слышными через заглушающий слух ветер. - Ты принес это? - спросил Нин Гу. Шаги прекратились, и лишь через мгновение Лэнд Кинг* перемахнул через стену. *п/п: “король земли”, на кит. звучит как Ди Ван (地王) Лэнд Кинг сел рядом с ним, бросив на него беглый взгляд. - Что на тебе надето? - Это защищает мое красивое лицо, - Нин Гу повернул голову. - Так ты принес? - У тебя что, очки сломались? - Лэнд Кинг ткнул в очки, спрятанные под балаклавой. - У меня есть новая пара, хочешь? Нин Гу нетерпеливо отмахнулся, приподняв верх балаклавы. - Я дам тебе еще один шанс ответить — ты принес это или нет? Если ты не ответишь, я дам тебе еще две секунды на то, чтобы убежать, но если ты не успеешь, считай себя мертвым. - Я принес, - ответил Лэнд Кинг. - Отдавай, - Нин Гу протянул руку. Лэнд Кинг взглянул на его руку. - Нин Гу, не то что бы я тебе не доверял, но мы не можем нарушать правила. Обмен есть обмен, одна рука дает, другая берет. Нин Гу взглянул на протянутую руку собеседника. Его защитные очки действительно уже были старыми и пропускали ветер, и даже в них он щурился, пытаясь что-нибудь разглядеть. Ему было трудно держать долгий взгляд на Лэнд Кинге, его глаза слезились от ветра. Пытаясь сдержать слезы, он прорычал: - Тогда катись к черту. Лэнд Кинг уставился на него. - Я покажу, если ты сначала дашь мне взглянуть на то, что принес ты, - сказал он, - я не могу тебе доверять. Лэнд Кинг заслужил себе такое прозвище не потому, что владел большим количеством земли, а благодаря своим обширным знаниям о Городе-призраке. Название «Город-призрак» было придумано жителями Мэйн-сити. Эта отдельная территория не имела прямой связи с Мэйн-сити и находилась далеко за его пределами. Население этих двух мест даже сомневалось в существовании друг друга. Но все же кое-что объединяло эти два места в определенное время, о чем никто не догадывается. Мэйн-сити когда-то рассматривал идею назвать это место Городом-спутником, но, очевидно, к согласию с другой стороной они не пришли. Кто будет чьим спутником пока неясно, но для жителей Мэйн-сити это место останется безграничным, вечно темным и продуваемым холодными ветрами пространством, напоминающим город-призрак. Хорошо, что жители Мэйн-сити не пошли на поводу у этой идеи — называть живущих здесь людей призраками. Вместо этого они приняли название, каким жители Города-призрака сами себя называли — Странники. Лэнд Кинг был старейшим среди них, первых беглецов из Мэйн-сити из-за нелегального использования запрещенных системной властью мутаций, что привело к тому, что на них началась охота. Никто не был знаком с этим местом лучше, чем он, поэтому если кто-то захочет приобрести что-то необычное или заполучить в свои руки редкий товар, в большинстве случаев Лэнд Кинг мог помочь. Однако Лэнд Кинг был коварным торговцем. Очень хитрым. Многие пострадали от его руки, и Нин Гу не хотел быть одним из них. Несмотря на то, что Нин Гу был редким экземпляром среди своих, в настоящее время не проявляя никаких признаков мутации и не умея «создавать искру», в его глазах Лэнд Кинг был такой же редкостью, как и он сам. Для людей, которые обладали совершенно бесполезными мутациями, такими как, например, розовые сопли, Нин Гу, который вырос, избивая детей с розовыми соплями и надирая зад «людям-зажигалкам», мог считаться местным хулиганом. Поэтому, Лэнд Кинг, не колеблясь, сделал несколько шагов назад. Нин Гу не отрывал взгляда от рук Лэнд Кинга. Одна из них исчезла во внутреннем кармане куртки, и Лэнд Кинг достал оттуда сложенный лист бумаги, быстро помахал им перед собой и так же быстро вернул его в карман. - Ты принес то, что я просил взамен? - спросил Лэнд Кинг. Нин Гу не сомневался, что этот листок бумаги поддельный. То, что он хотел получить, должно было быть настоящей картиной, нарисованной красками, такой, которая могла бы четко передать сюжет, в отличие от грубых каракулей Сумасшедшего дяди на стене, сделанных какой-то палкой, которые, как утверждал старик, изображали каракала. На свету было видно, что бумага, сложенная в руке Лэнд Кинга, была чистой, и на ней не было следов краски. Такие редкие предметы, исходя из его знаний о характере Лэнд Кинга и опыта местного хулигана, должны быть спрятаны не в кармане, откуда их легко достать, а хотя бы в нижнем белье. Потому что любой хулиган может с легкостью вытащить листок из обычного кармана. - Одна рука дает… Не дожидаясь, пока Лэнд Кинг закончит, Нин Гу бросился вперед. Чтобы обокрасть. Реакция Лэнд Кинга была быстрой — он развернулся и бросился в темноту. Однако, Нин Гу был еще быстрее. Прежде чем Лэнд Кинг успел сделать хотя бы пару шагов, Нин Гу ударил его рукой в затылок, и тот повалился на землю. Нин Гу набросился на него, надавив коленом на поясницу и обездвижив его. Лэнд Кинг мог только повернуть голову в его сторону и крикнуть: - Что ты делаешь! Нападаешь и грабишь бедного старика? Я доложу обо всем главе! Подумать только, такой добрый и уважаемый всеми человек, как он, вырастил такого бандита, как ты! Из группы живущих в убежище формируется отряд, и тот, кто возглавит его, будет называться главой. Главой был дядя Нин Гу, который так же воспитал его. Нин Гу испытывал здоровый страх перед ним, но это проявлялось только тогда, когда он оказывался с ним лицом к лицу — чего сейчас не могло произойти. Он сорвал куртку с Лэнд Кинга и достал из внутреннего кармана тот сложенный листок. Хотя он уже знал, что это подделка, разворачивая его, он все еще чувствовал какое-то необъяснимое предвкушение в своем сердце. Возможно, он просто слишком сильно хотел увидеть настоящую картину. И, когда он обнаружил, что лист был действительно пустым, даже холодный ветер не смог развеять его разочарования. - Ты смеешь обманывать меня вот этим? - Нин Гу уперся коленом в спину Лэнд Кинга, схватив его за шею. - Твои мышцы, должно быть, затекли в ожидании побоев? - Не смей жаловаться, у тебя самого вообще есть то, что я просил достать!? - с трудом прокричал Лэнд Кинг. Нин Гу некоторое время пристально смотрел на него, затем потянулся к своему сапогу. - Что! Ты хочешь прирезать меня?! - рявкнул Лэнд Кинг. - Нужно ли мне марать свой нож о кого-то вроде тебя? - Нин Гу медленно достал из потайного кармашка на внутренней стороне своего сапога небольшое красивое перо. Оно переливалось градиентом от серого к белому. - Хм? - Лэнд Кинг в отчаянии пытался оглянуться на Нин Гу. - Оно у меня, - Нин Гу взял перо и помахал им перед его глазами. Лэнд Кинг молчал, но его глаза расширились. - Нет ли у тебя новых очков? - Нин Гу осторожно спрятал перо, затем принялся ощупывать карманы Лэнд Кинга. - Перо в обмен на очки? - спросил Лэнд Кинг. Нин Гу внезапно разозлился, он схватил его за волосы и сильно ударил головой о землю. Глаза Лэнд Кинга медленно закатились, и он потерял сознание. Нин Гу открыл сумку торговца и порылся в ней, найдя пару защитных очков, конечно же новых. Он снял свои старые очки, закрепил их на поясе и надел новые. Старые можно было починить и отдать Дин Цзы. В последнее время ветер стал таким сильным, что если не носить защиту для глаз, можно было повредить зрение. Однако, когда Нин Гу вернулся в убежище, чтобы найти Дин Цзы, он его не нашел. Вместо этого, когда он вернулся в свою комнату, там его уже ожидал глава. - Дядя, - поприветствовал он, быстро убирая сваленные в кучу вещи на кровати, - садитесь. Когда Нин Гу был моложе, он жил вместе с главой. Когда он вырос, капитан выделил ему маленькую комнату, где он уже жил один. Там было немного мебели — кровать, небольшой металлический шкаф и стол. Его кровать была небрежно сооружена из нескольких старых матрасов. Практически все односпальные комнаты напоминали эту, только разве что у молодых пар в таких комнатах было намного чище. Однако, комната Нин Гу была еще в более плачевном состоянии, чем у других одиночек, заполненная грудами всевозможных вещей, которыми он часто обменивался, как полезных, так и бесполезных… Хотя в глазах главы все они были в основном бесполезными. - Здесь негде сесть, - заметил глава. - Разве я не распорядился принести тебе стул? Куда он делся? Нин Гу кашлянул и сел на край кровати, не сказав ни слова. - Ты смог обменять что-то из этого на что-нибудь полезное? - глава наклонился, чтобы посмотреть на него. - Можно ли вообще получить что-нибудь полезное в обмен на это? - Все можно обменять, - ответил Нин Гу. - О, - глава продолжал наблюдать за ним, - я думал, ты только воруешь их. Нин Гу нахмурился, удивленный тем, что Лэнд Кинг, этот старый и хитрый лис-вор, действительно успел нажаловаться главе. - Сейчас ты можешь быть честным со мной, - брови главы сдвинулись к переносице, и он больше не упоминал о кражах. - Я, скорее всего, завтра повезу людей на поезде, так что постарайся не создавать проблем… - Завтра? - Нин Гу поднял голову. - Ага, - глава кивнул. - Так что просто сиди дома и веди себя… - Я хочу поехать с вами, - Нин Гу прервал его. Глава посмотрел на него с удивлением. Нин Гу с детства мечтал побывать в Мэйн-сити. Вероятно, он был единственным из всех детей в убежище, кто был так увлечен этой идеей, что даже дважды тайком пробирался на поезд. Но поскольку он не выходил из него, глава предпочел закрыть на это глаза и притвориться, что ничего не знает. Нин Гу понимал, что глава не пустил бы его в Мэйн-сити, поэтому он всегда пробирался тайком, не выражая открытого желания отправиться туда на людях. Это было впервые, когда Нин Гу прямо заявил о том, что хочет поехать. Глава не знал, что следует ответить. - Отпустите меня, - настаивал Нин Гу. - Даже старший брат Дин Цзы поедет, а он примерно одного со мной возраста, разве нет? - Дело не в возрасте, - ответил глава, - ты не можешь пойти. Мэйн-сити может казаться красивым и безопасным местом, но на самом деле там гораздо опаснее, чем здесь. - Это потому, что я обычный человек? - Нин Гу встал. - Разве все жители Мэйн-сити не обычные люди? Они уничтожают всех, кто обладает хоть какими-то мутациями, а тех, кого они не смогли убить, отправляются сюда. - Ну хватит, - глава нахмурился. - Я не боюсь смерти, - сказал Нин Гу, - я только боюсь умереть, так ничего и не увидев и не испытав. - Ты, - глава указал на горы обмененных предметов в комнате, - ты видел больше, чем я. - Вы знаете, что я не об этом, - несколько раздраженно ответил Нин Гу. Обычно он не разговаривал с главой так грубо. - Что бы ты ни имел в виду, ты не можешь поехать, - заключил глава и вышел из комнаты. Нин Гу хотел последовать за ним и продолжить разговор, но дверь с грохотом закрылась у него перед носом. Он схватился за ручку и попытался повернуть ее, но не смог. Это была способность главы. Ему пришлось подождать, пока тот отойдет на определенное расстояние, прежде чем дверь снова открылась. На самом деле, это вряд ли бы удержало Нин Гу, но это действие выражало нежелание главы продолжать с ним разговор. Возможно, глава думал, что если они продолжат разговор, Нин Гу будет настаивать на своем и ляпнет то, чего бы ему не хотелось слышать. - Ты не сможешь остановить его, - Ли Сян вышел в свет фонаря и взглянул на дверь комнаты Нин Гу. - Он не из тех, кого можно переубедить всего парой слов. Уже хорошо, что он после стольких лет решил признаться. - В этот раз ему нельзя, - сказал глава спокойным тоном. - Будешь перевозить товар? - спросил Ли Сян. Глава ответил не сразу. Он сделал несколько шагов, затем остановился, глядя на два ряда красных фонарей перед ним, уходящих в темноту, напоминая мост, подвешенный в темноте над пустотой. Все фонари были стеклянные, внутри них из-за сильного ветра мерцало красное пламя, но не гасло. В убежище использовали эти фонари, чтобы отмечать дорожки, ведущие в разные места в темноте, и были назначены люди, отвечающие за их постоянное освещение, которых Нин Гу называл «людьми-зажигалками». - Ты чувствуешь это? - Ли Сян остановился, затем спросил. Земля дрожала. Такое было не редкостью — скоро должно было произойти еще одно землетрясение. Однако, что значили эти толчки, никто не знал. Однажды кто-то предположил, что эти подземные толчки могут влиять на появление способностей у некоторых людей, но это было всего лишь предположением. Этот человек обладал самой опасной мутацией, которого опасались все. Однако он исчез после одного из таких подземных толчков, и больше его не видели. Получение способностей было непредсказуемым. Появятся ли они у того или иного, какими они будут, насколько сильными — этого никто не знал. Но все эти способности были величайшей ценностью, были частью их личности и тела — как рука или нога. Каждое исчезновение способности было для ее обладателя сильным ударом. - Проверь полученные от них данные еще раз, - глава продолжал идти впереди. - Все подтверждено, - сказал Ли Сян. - Есть только одно. - Я говорю не об этом, - глава огляделся, затем пошел вдоль фонарей по узкой дороге, пройдя весь путь до выхода из убежища, прежде чем остановиться и повернуться, чтобы посмотреть на Ли Сяна. - Система самоуничтожения должна быть у нас. Никаких больше ошибок допускать нельзя. - Понял, - Ли Сян кивнул. - Нелегко обеспечивать безопасность этого места, - глава поправил воротник. - Нам нужно устранить все помехи. Скажи им, что если они не смогут гарантировать безопасность, дальнейшего сотрудничества не будет. Ли Сян взглянул на него и коротко кивнул. - Мы все еще ищем его, но все еще не нашли… Может быть, использование устройства самоуничтожения просто отложили. - Не тешь себя подобными фантазиями, — сказал глава. - Мы должны быть готовы к худшему. - Худшему…, - Ли Сян нахмурил брови, говоря тихим голосом. - Это было спланировано? - У нас нет союзников, - глава взглянул на него, затем развернулся и пропал в темноте.

***

Нин Гу шел по холодной, неровной и твердой земле с флаконом ярко светящейся жидкости. Он направлялся к свалке, планируя пройти через нее на другую сторону. Когда он был маленький, он спросил главу, насколько велик Город-призрак. Глава не ответил. В глазах остальных у Города-призрака не было границ. Или, на самом деле, границы у него были, просто никто не возвращался, достигнув их. С того дня, как появился Город-призрак, там постоянно бушевали ветры и город был окутан густой черной мглой. За черным туманом было еще больше черного тумана и те места, где он был гуще и чернее всего, обозначались «границами», которые не пересекали даже странники. Ближайшая «граница» находилась на другом конце свалки. Когда Нин Гу и Дин Цзы были маленькими, они ходили туда, сидели на самом высоком холме и смотрели, как ветер гоняет клубы черного тумана. «Похож на язык», - однажды сказал Дин Цзы. Позже Нин Гу узнал, что это место действительно называлось Заливом Шеван*. *п/п: с кит. “залив языка” При обычных обстоятельствах Нин Гу никогда бы не отважился прийти сюда один. Странники редко ходили на свалку в одиночку, а остальные, живущие в убежище, вообще не пошли бы туда, не говоря уже о том, чтобы посетить залив Шеван. Все хорошо знали, что жители Города-призрака не были странниками — настоящие скрывались глубоко во тьме. Сумасшедший дядя однажды сказал: «Знаешь, у них нет ни формы, ни зрения, ни слуха, однако, они могут почувствовать все, что теплее ветра...» А затем, сожрать. Нин Гу часто посещал залив, оставаясь там надолго. Вместо того, чтобы опасаться встречи со странниками, его больше интересовало, что находится около залива. Сумасшедший дядя держал в руках чашку, сидя на корточках на куче старого металлолома, похожей на шпиль. Он наблюдал, как Нин Гу медленно исчезал в темноте. Также вдалеке показалась вспышка тени, далеко от неспособного заметить это Нин Гу. Сумасшедший дядя отпил немного уже холодного напитка. - Что ж, сейчас посмотрим, кому повезет.

Этот “Праздник” был таким же, как и все предыдущие — грандиозным и хаотичным. Несмотря на то, что даже в такой день Администраторы не показывали своих настоящих лиц, никто не был разочарован. Разнообразие еды, которого у них не было, алкоголь, который они и не мечтали попробовать, отмена комендантского часа, который нельзя было нарушать — все это делало людей довольными. А еще был фейерверк. Двух масштабных фейерверков уже было достаточно, чтобы Лянь Чуань задумался, сколько людей на самом деле может вместить Безопасный район, и где все эти люди прятались до «Праздника». Этим утром стена одного из старых зданий треснула от всеобщего ликования, оставив после себя трещину шириной в ладонь. Ни один человек из министерства Внутренней обороны не мог взять выходной в этот день, и отряд зачистки не был исключением. Их работа была такой же, как обычно — заставлять людей исчезать. Единственное отличие заключалось в том, что сейчас у них было больше задач для выполнения. Хотя все въезды в Мэйн-сити были перекрыты, что позволяло участвовать в праздновании только жителям города вплоть до района D, всегда находились лазутчики извне. Кто-то все равно найдет способ проникнуть внутрь, чтобы понаблюдать за празднованием, украсть какие-нибудь припасы, насладиться солнечным светом города и ночным весельем. Даже просто ради того, чтобы пройтись немного по ровной земле. В это время система сыпала оповещениями, сообщая им координаты неопознанных системой лиц, «избыточных» граждан и неопознанных форм жизни… Были задействованы все восемь подразделений отряда зачистки. Лянь Чуань стоял на крыше здания в районе B, его машина парила неподалеку, в то время как Босс сидел в тени позади него. Сегодня Лу Цянь не поехал с ним. Ли Лян из первого подразделения недавно был переведен в шестое после потери напарника, поэтому ему в пару поставили Лу Цяня. Ли Лян был надежным и осторожным, а также терпеливым человеком, поэтому он хорошо подходил для того, чтобы брать с собой таких дураков, как Лу Цянь. У каждого во время миссии должен быть напарник. Мэйн-сити был не намного безопаснее внешнего мира, так что даже если бы Лянь Чуань был тем самым Лянь Чуанем из легенд, он все равно не стал бы действовать в одиночку — в качестве партнера у него всегда был Босс. Из всех членов команды только Лун Бяо был очень недоволен таким раскладом. В конце концов, помимо него, только у Лу Ляна было больше всего опыта в первом подразделении, и он был единственным, кто спокойно мирился со вспыльчивостью Лун Бяо. Сзади раздался очень тихий звук — это лапа Босса мягко опустилась на землю. «У меня болит голова», - сказал Лянь Чуань. Босс подошел ближе по соседней крыше и сел рядом, наклонив морду, чтобы обнюхать его лицо. Лянь Чуань испытывал головную боль уже много лет. С тех пор, как он обнаружил, что их воспоминания стирают, головные боли стали побочным эффектом каждой перезагрузки воспоминаний, и каждый раз эта боль была мучительной. Кроме Босса, больше никто не знал об этом. Бесчисленные травмы, которые он получал с детства и до сих пор на протяжении своих тренировок, даже боль от разрыва бедренных мышц — ничто из этого даже близко нельзя было сопоставить с головной болью. Но не было ни одного человека, который бы знал об этом. Лянь Чуань мог вынести любую боль и участвовать в тренировках любой сложности и интенсивности, и даже во время тренировок на Бетельгейзе он не допускал ошибок. «Ты живешь не своим телом, - говорил Лэй Ю, - ты всегда жил только своей силой воли». Это было не все. Он также жил желанием выжить. Голова единственного человека, совместимого с Бетельгейзе, всегда болела. Это определенно требовало обследования — всестороннего и тщательного. Если бы его начали проверять, то определенно заметили бы неисправность его жесткого диска… Босс глухо зарычал, вскочил и быстро исчез за зданием. Лянь Чуань посмотрел вниз на улицу, где собрались люди со всего города. Их число росло с каждой секундой, а шум и суета маскировали едва заметный постепенный упадок в Мэйн-сити. Возможно, именно по этой причине Городской департамент настаивал на сохранении традиции праздника. Многолюдные улицы, запах алкоголя в воздухе. Это были неизменные воспоминания Лянь Чуаня о “Празднике”. «Внимание командирам подразделений, - передал по коммуникатору Лэй Ю, - начинаем патрулировать назначенные территории». «Патруль?» - голос Лун Бяо казался озадаченным. «Патруль», - повторил Лэй Ю. «Шестой отряд, вас понял». Лянь Чуань не стал расспрашивать дальше. Босс убежал именно потому, что почуял что-то неладное. Лэй Ю не сообщил точных координат цели, только приказал начать патрулирование. На это могло быть две причины: либо система не смогла обнаружить цель, либо местоположение цели не может быть раскрыто, и для устранения угрозы нужны были специально обученные люди. Лянь Чуань запрыгнул в машину и, спускаясь с крыши, услышал по коммуникатору голос Лэй Юя: «Подразделения один и шесть, цель находится прямо между вами». Координаты, отображаемые на визоре, были зашифрованы и видны только Лянь Чуаню и Лун Бяо. Более того, точки на карте были желтыми. Они отличались от обычных зеленых, указывая на неточное местоположение цели. В то же время объект классифицировался уровнем секретности I2. Это был убегающий нелегал. «Какой метод утилизации применить?» - спросил Лун Бяо. «Самоуничтожение, - ответил Лэй Ю. - Расчистите территорию и убедитесь, что нет свидетелей». Городской департамент когда-то давно начал реализовывать проект под названием “План контроля над нелегальным населением”. Основным объектом исследования являлись нелегалы. По постановлению Городского департамента нелегальными считались лица, которые не прошли процедуру подачи заявки на регистрацию, и не были учтены в общей численности населения, и не считались его частью, что юридически признает их незаконное нахождение в городе. Цель проекта была простой: повысить адаптивные возможности человечества перед лицом все более враждебной окружающей среды и бороться с чудовищами за пределами города. Причина реализации проекта была столь же простой: Мэйн-сити пришлось уменьшить свою территорию, исключив из нее Пустошь черного железа, которая когда-то была настоящим плодородным раем. Рано или поздно Мэйн-сити тоже придет в упадок и станет всего лишь ее продолжением. Как только этот день настанет, у людей может не остаться и шанса на выживание... А этот день наступал уже бесчисленное множество раз. Тем не менее, никто не знал, с чего все начинается и чем заканчивается, и никто не знал, свидетелем чего они станут, останутся ли собой или станут чем-то еще. Однако даже если этот проект казался разумным и необходимым для выживания, он сталкивался с постоянным сопротивлением со стороны крупнейшей общественной организации Мэйн-сити, которая называлась “Программой улучшения положения людей”, а их целью было «позволить природе идти своим чередом». В этой организации также была фракция под названием “Сообщите Администраторам”. Лянь Чуань на самом деле не был уверен, что они хотели «сообщить» - если Администраторы чего-то не знали, то никто другой кроме них просто не мог бы знать. Они верили, что все в этом мире отклонилось от естественного порядка вещей. Они стремились разрушить все, созданное человеком, и вернуть миру его первоначальную форму, следуя естественному ходу событий, вне зависимости от того, приведет ли это к выживанию или вымиранию. У Лянь Чуаня не было собственного мнения на этот счет. Он просто надеялся, что если они когда-нибудь поднимут восстание, то сохранят хотя бы воссозданный человеком солнечный свет. Если бы солнечный свет исчез, и членам организации пришлось проводить свои собрания, бродя на ощупь в темноте со светящимися флаконами в руках, Летучие Мыши и странники, вероятно, умерли бы со смеху от этого зрелища. В конце концов, отсутствие необходимости “пускать природу на самотек” было основной причиной, почему Мэйн-сити привлекал к себе жителей Пустоши и Города-призрака. И именно поэтому Лянь Чуань не мог до конца понять, почему эти люди протестуют так долго и яростно, когда их требования можно было легко удовлетворить, просто покинув пределы Мэйн-сити. Пустошь черного железа приветствует вас, и если она вас не устроит, всегда есть возможность отправиться в Город-призрак. «Проверьте улицу Е, параллельную району D», - Лянь Чуань дал указания своему отряду. Он никогда не ставил под сомнение приказы Лэй Юя и никогда не сомневался в нем. Нечасто случается, что нелегалы сбегают, но всегда будут исключения. Члены отряда зачистки сталкивались с таким несколько раз. Кажется, их физическая форма была не совсем такой, как у обычного человека, но помнил ли кто-нибудь точные детали, сказать трудно, так как даже Лянь Чуань не мог вспомнить. В такие моменты молча выполнять приказы — лучший выход. Отсутствие части воспоминаний давно научило его оставаться хладнокровным в любой ситуации. «Фейерверк состоится в парке у Светового пика. Пожалуйста, избегайте столпотворения, занимайте очередь на вход и следуйте инструкциям персонала. При входе, пожалуйста, предъявите удостоверение зарегистрированного жителя Мэйн-сити. В целях обеспечения безопасности ваша личность может быть повторно проверена. Тех, кто не сможет подтвердить свою личность, заберет персонал. Цените жизнь и наслаждайтесь ею...» Инструкции транслировались на каждой улице Мэйн-сити механическим, бесстрастным мужским голосом. Машина Лянь Чуаня пролетела над толпой, чтобы быстрее доехать, а также чтобы не вызывать лишней паники. И не слышать очередных оскорблений в сторону отряда зачистки. Босс показался на крыше справа от него, не отставая по скорости от движущейся машины. Лянь Чуань взглянул на координаты и подал знак Боссу, повернув на восток на перекрестке, в то время как Босс продолжил бежать по прежнему маршруту. Система не отображала статус цели рядом с координатами, в результате чего он не мог прогнозировать действия цели или координировать действия членов своего отряда. Единственным оставшимся вариантом было следовать имеющемуся протоколу и прижать цель с двух сторон с помощью Босса. Хотя Лун Бяо и его партнер тоже были там, судя по его натянутым отношениям с Лун Бяо, он не мог положиться на него. Лэй Ю упомянул, что методом утилизации должно было быть “самоуничтожение”. Все нелегально находящиеся на территории города существа имели в теле вживленные устройства самоуничтожения, то есть задача отряда зачистки в этот раз заключалась в том, чтобы убедиться, что цель самоуничтожилась без лишних свидетелей. Несмотря на то, что миссия была относительно простой, требование «без свидетелей» делало ее намного сложнее. В конце концов, это был не обычный вечер, а праздничный, и комендантский час был отменен. Люди были повсюду, и даже маленькие полуразрушенные улочки, по которым трижды пройдя, обычно ни на кого не наткнешься, теперь были переполнены радостно смеющимися толпами людей. Лянь Чуаню пришлось найти укромное место, чтобы оставить свой А01, так как он был слишком заметным. «Иди сюда», - в коммуникаторе раздался голос Лун Бяо. Сообщение было адресовано Лянь Чуаню и смысл, стоящий за ним, был оставлен на усмотрение самого Лянь Чуаня. Основываясь на многолетнем опыте сотрудничества с Лун Бял, это означало, что он заметил цель и не смог выполнить задание самостоятельно. Ему нужно было проглотить свою гордость и попросить помощи у Лянь Чуаня, своего самого ненавистного спасителя. «Принято», - Лянь Чуань взглянул на местонахождение Лун Бяо на визоре. Между ними было приличное расстояние, и без машины Босс, скорее всего, прибудет туда быстрее. Лянь Чуань трижды нажал на передатчик сбоку на бедре, и вскоре Босс объявился на ближайшей крыше. С помощью экзоскелета Лянь Чуань моментально взобрался к нему наверх и махнул каракалу рукой. Босс побежал в сторону Лун Бяо. Лянь Чуань последовал за ним, подпрыгнув в воздух и помчавшись по крышам. Когда он перепрыгивал с одной крыши на другую, ветер свистел у него в ушах, сопровождаясь слабыми механическими звуками движения его экзоскелета. Он слышал множество звуков — вздохи снизу, когда он проносился над толпой, шепот, когда он перепрыгивал через оконные проемы на крышах. Гудение старых труб, звон упавшего на землю стеклянного бокала в переулке, подпрыгивание маленьких шариков в автомате патинко*, журчание воды в канализации, стук каблуков на лестнице… *п/п: японский игровой автомат, вертикальный пинбол, за игру в который можно получить деньги И тяжелое дыхание. Необычное дыхание. Лянь Чуань резко остановился у окна башни с часами на перекрестке и пригнулся. В поле его зрения не было никаких посторонних объектов, и визор также ничего не показывал, но дыхание он слышал отчетливо. Место, где он сидел, находилось на границе районов С и D, и здесь должно было быть меньше людей. Но все же на углу улицы стояли двое прохожих. «Он собирается уходить», - прошептал Лун Бяо в переговорное устройство. «Ты видишь его?» - спросил Лянь Чуань. «...Вижу тень, - сказал Лун Бяо, - но она исчезла». «Он остановился», - сказал Лянь Чуань. «Ты видишь его? - спросил Лун Бяо. - Координаты». «Я слышу его», - ответил Лянь Чуань. «Мог бы просто сказать, что просканировал его, - недовольно прорычал Лун Бяо, - Бог министерства Внутренней обороны». Лянь Чуань промолчал и показал ему свои координаты. «Я как раз и шел в этом направлении, - сказал Лун Бяо. - Твоя кошка должна быть недалеко». Лянь Чуань по-прежнему не отреагировал и скрыл свои координаты, затем спрыгнул с края башни, чтобы быстро пересечь перекресток. «Ты идешь? - спросил Лун Бяо. - Почему ты перестал передавать свои координаты?» Лянь Чуань молчал, приземлившись на крыше заброшенного кинотеатра на противоположной стороне перекрестка. Босс не кошка. «Лянь Чуань, - в коммуникаторе раздался другой голос. Это был партнер Лун Бяо, Цуй Пин. - Босс уже на месте?» «Да», - ответил Лянь Чуань. «Мы можем пройти вперед и свернуть на улицу Синпань*, - предложил Цуй Пин. - Там никого». *п/п: с кит. Астролябия - математический и астрономический инструмент, предназначенный для наблюдений за звёздами Приказ не допускать свидетелей уже подразумевал “устранить любого свидетеля”. Однако, отряд зачистки не стал бы действовать столь опрометчиво, даже несмотря на такое разрешение, даже не пытаясь оправдать свою репутацию кровожадных гиен. Причина, по которой улица называлась Синпань, была утеряна в истории — в конце концов, звезды тоже были всего лишь легендой. В прошлом Мэйн-сити каждый раз после захода солнца украшал черный туман над головой с парой редких пятен огней, напоминающих звезды. Но эту практику осудили за растрату ценных ресурсов, и поэтому эти похожие на звезды огни больше никогда не освещали ночное небо. Последним напоминанием о таком прошлом Мэйн-сити была непонятно названная улица. Из-за хаотичной планировки, где не было ни одной прямой улицы или переулка, этот район был самым уникальным в городе. И самым опасным. Неизвестные закоулки и щели, рухнувшие стены и балки, за которыми могли скрываться проникшие в город Летучие мыши, заброшенные канализационные туннели, где прятались нелегалы, пытаясь безопасно покинуть город. На улице Синпань было ужасающе тихо. Всем, что осталось от прошлых звуков в ушах Лянь Чуаня, был шелест ветра. Продолжая красться вглубь улицы, он услышал, как Босс издал короткий рык. Это было предупреждение — Босс уже заметил цель. Рык был близок к Лянь Чуаню. Он быстро запрыгнул на крышу ближайшего здания. Несколькими ловкими прыжками он взмыл в воздух, пролетев над улицей, и приземлился на углу соседней крыши. Босс сидел на частично обвалившейся металлической лестнице напротив него. Голова была опущена, хвост поднят — все его тело было в состоянии боевой готовности. В это же время Лянь Чуань заметил белое существо, скорчившееся посреди улицы. «Мы нашли цель», - Лянь Чуань прижал оружие к своему плечу, начиная сканировать непонятное существо перед ним. Данные были отправлены Лун Бяо и Цуй Пину, и в голосе второго послышался намек на сомнение, когда он спросил: «Это нелегал?» Лянь Чуань промолчал. Это был, безусловно, нелегал и, судя по всему, неудачно мутировавший — сканирование показало, что существо передвигалось на четвереньках. Стоит присмотреться повнимательнее, пока у них есть такая возможность. В конце концов, трудно сказать, сколько воспоминаний сотрут, а сколько останется в памяти, когда они увидят что-то подобное перед собой. Лянь Чуань смог кое-что собрать воедино по оставшимся фрагментам своей памяти. Данная мутация являлась следствием проекта по “улучшению выживаемости населения”. Это почти выходит за грань человечности. Лянь Чуань никогда раньше не видел ничего подобного, а если и видел, то не мог вспомнить. Он не мог разглядеть все четко, зрение будто застилал туман. Хотя он знал, что дымка исходит от самой цели, было сложно увидеть, что находится за ней. Он мог различить только грубые очертания. У цели было высокое и стройное тело с длинными конечностями, покрытое чешуей. У него были выпуклые глаза, а туловище выглядело переломанным, отчасти напоминающим… «Почему это существо похоже на К29?» - в коммуникаторе послышался голос Лун Бяо. Он и Цуй Пин уже сидели на краю ближайшей крыши. Верно, это был К29. Почему их называли так — неизвестно, и были ли еще какие-нибудь К28 или К30, они не знали. Но у них оставалась какая-то часть памяти, где была информация о К29. Это было кодовым названием жителей Города-призрака.

Будто понимая слова Лун Бяо, это существо резко подняло голову. Все тут же притихли. - Оно нас не слышит, - сказал Лянь Чуань. «Откуда ты знаешь? - Лун Бяо приглушенно тявкнул в ответ. - Оно повернуло голову». Лун Бяо был более разговорчив, чем обычно, возможно, из-за того, что миссия не требовала от него каких-то конкретных действий, и он мог просто наблюдать. Обычно, когда нужно было сотрудничать для выполнения миссии, Лун Бяо хранил молчание, полагаясь на Лянь Чуаня и предоставляя ему возможность разобраться со всем самостоятельно. По иронии судьбы, это создавало иллюзию того, что они хорошо ладили, что сильно раздражало Лун Бяо. - Оно может чувствовать вибрации, - Лянь Чуань закрыл глаза. - Кто-то приближается. Босс на противоположной стороне тоже отреагировал, медленно отступая по лестнице на крышу. Те люди были еще далеко, но Лянь Чуань мог слышать их или, скорее, чувствовать вибрации. Он даже смог различить, что эти шаги отличаются по весу и темпу от шагов обычных людей. Скорее всего, на это влияло специальное снаряжение. Он нахмурился. Оказалось, что это была Служба безопасности министерства Внутренней обороны. Группа из трех человек отвечала за безопасность и порядок внутри Мэйн-сити. В день «Праздника» Служба безопасности и Городская стража усилили охрану как внутри, так и снаружи города, также были задействованы дополнительные боевые силы. Если люди из Службы безопасности подойдут сюда и увидят сбитого с толку монстра класса К29, то… Ситуация может стать очень неприятной. Теоретически, отряд зачистки также был детищем министерства Внутренней обороны, но по сравнению с Городской стражей или Службой безопасности, отряд зачистки был больше похож на внебрачного сына, существование которого лучше держать в секрете. Их делом было выполнять грязную работу в самых темных уголках города, в то время как два старших брата смотрели на это свысока, потешаясь. Это было, своего рода, сложившейся традицией в министерстве. «Кто идет?» - спросил Цуй Пин. - Отряд Службы безопасности, - Лянь Чуань глянул в сторону приближающихся звуков. К сожалению, так совпало, что они вот- вот должны были приступить к патрулированию улицы Синпань. - Они почти здесь. «Что за дерьмовая миссия?» - Лун Бяо был недоволен. Хотя он и не продолжил говорить, Лянь Чуань мог догадаться о намерениях Лун Бяо по его дальнейшим действиям. Он хотел отогнать подальше существо внизу, чтобы оно не попало в поле зрения отряда Службы безопасности. Этот метод не соответствовал системному протоколу. Им было поручено не вступать в контакт с целью, и их единственные знания о цели были ограничены базовыми биологическими данными, которые они недавно получили, благодаря сканированию. Очевидно, Лун Бяо действовал импульсивно. Лянь Чуань подал знак Боссу, чтобы тот был готов защитить Лун Бяо. Он не стал предупреждать об этом Лун Бяо, потому что этот парень всегда оставался верен своей импульсивной и вспыльчивой натуре, никогда не отступая с намеченного пути. Лянь Чуань понимал, почему Лун Бяо предпринял подобное действие. Когда Лун Бяо выскочил из бокового переулка, Цуй Пин последовал за ним, выбежав с другой стороны дороги, чтобы окружить монстра. Пока Лянь Чуань и Босс хорошо контролировали обе своих стороны, вокруг не происходило ничего необычного. Такими темпами они скоро смогут завести монстра в лабиринтоподобные глубины переулков улицы Синпань. Это было очень рискованно, но Цуй Пин должен был сотрудничать с напарником. Муж и жена могут подать на развод, но вот члены отряда зачистки, ставшие напарниками, больше не смогут ничего изменить. С той минуты их жизнь целиком зависела от партнера. И поэтому, когда Лун Бяо выбежал из укрытия, Цуй Пину тоже пришлось выбежать. В критические моменты он не мог позволить Лун Бяо творить глупости в одиночку, поэтому они проходили через подобное вместе. Сейчас они рассчитывали, что цель не станет атаковать и, испугавшись, убежит в нужном им направлении. Однако, когда они выбежали на улицу, не успев рассмотреть свою цель поближе, их надежде на успех пришел конец. Цель внезапно подняла голову и поднялась на ноги. Выпрямленные конечности и сильно вытянутая шея во мгновение ока сделали фигуру существа намного выше. Казалось, после такого, существо вряд ли убежит, тем более от испуга. Оно даже было готово атаковать. Когда существо издало глухой утробный рев, даже Лянь Чуань, который гордился своей потрясающей реакцией, не успел вовремя отреагировать. Это было не только потому, что рев раздался внезапно или был оглушающе громкий, как сигнал тревоги, который информировал о вторжении Странников на территорию города. Это было потому, что Лянь Чуань никогда не слышал, чтобы существо так кричало, словно тупой нож, вонзившийся прямо в его мозг. В первые секунды ему показалось, что даже время остановилось, и весь мир опустел. Когда Цуй Пин пришел в сознание, он уже стоял на коленях на земле. Казалось, что он не контролирует свое тело, и, если бы он пришел в себя чуть позже, то возможно, попал бы под удар существа. «Отступаем, быстро!» - голос Лянь Чуаня эхом раздавался в его ушах, а затем он почувствовал, как его подняли с земли. «Я вызываю подкрепление», - сказал Лун Бяо, отступая в другой переулок. «Не надо», - решительно ответил Лянь Чуань. У Лун Бяо не было времени спросить «почему», так как серое существо, окутанное полупрозрачной дымкой, устремилось прямо к нему, вытянув длинные руки. Не атаковать — было приказом, который они не могли нарушать. Лун Бяо не оставалось выбора, кроме как отступать назад, пытаясь увести это существо другим путем, чтобы избежать его появления на людной улице. Но, несмотря на то, что с виду существо казалось не очень разумным, оно обладало впечатляющей силой и скоростью. Только приняв оборонительную позу, Лун Бяо был отброшен к стене прежде, чем успел среагировать. Длина рук существа превзошла ожидания Лун Бяо, но у него не было времени зацикливаться на собственной ошибке. Несмотря на смягчение удара благодаря экзоскелету, его спина все еще болела. Вторая атака догнала его еще до того, как он рухнул на землю. Он получил удар в живот. Однако это сделал каракал Лянь Чуаня. Босс вытолкнул его из зоны поражения следующей атаки. - Кто это там? - кто-то выкрикнул сердито, и по тону голоса можно было определить, кто это был. - Приготовиться к атаке! Отряд Службы безопасности прибыл, как и было обещано. Потрясенные открывшимся перед ним зрелищем, все трое одновременно подняли оружие. В отличие от отряда зачистки, работа в Службе безопасности была не такой сложной. Все, что могло представлять угрозу жизни или имуществу жителей Мэйн-сити, было их целью. Если они поднимают оружие, значит, не обойдется без пиу-пиу-пиу. Лун Бяо ничего не сказал — не имело бы значения, если бы он что-то сказал в данный момент. Появились свидетели. И они собирались атаковать цель. Личности свидетелей были скрыты системой. У Лун Бяо не было времени посоветоваться с Лэй Ю относительно дальнейших действий. Босс громко зарычал рядом, и Лун Бяо посмотрел в его сторону через аллею. Там стоял Лянь Чуань, и его оружие было направлено в их сторону. - Кого он собирается прикончить? - тихо пробормотал Лун Бяо. *** - Что это? - Дин Цзы откинулся на матрас, указывая ногой на предмет в руке Нин Гу. - Светошумовая граната, - объяснил Нин Гу, аккуратно укладывая ее в свою сумку. - Все будет в порядке, если ты будешь во всем слушаться моего старшего брата, - сказал Дин Цзы. - Глава сказал, что его способности почти наравне со способностями Ли Сяна. - И что в нем такого хорошего? - Нин Гу продолжил собирать свою сумку. - А еще глава говорил, что любое оружие Мэйн-сити может обладать неподконтрольной ему мощностью. - Но он каждый раз возвращается живым, - сказал Дин Цзы. - Я тоже еще не умер, - возразил Нин Гу. - Но ты еще не ходил в Мэйн-сити. - А ты никогда и не решишься на такое, - Нин Гу посмотрел на него. Дин Цзы рассмеялся и взглянул на очки в своих руках. Это были старые очки Нин Гу, отремонтированные и подаренные ему. Хотя они больше не пропускали воздух и пыль, на линзе все еще оставалась черная полоса, сквозь которую смотреть было неудобно. Он постучал по оправе. - Если ты на этот раз попадешь на черный рынок, найди мне новые. - Ага, - Нин Гу кивнул. Дин Цзы замолчал, наблюдая, как Нин Гу укладывает в сумку различные мелкие предметы, которые он собирал долгое время — некоторые для избиения людей, некоторые для принятия побоев, некоторые для побегов и для еды. - Ты вернешься? - Дин Цзы не мог не задать этот вопрос. Руки Нин Гу на мгновение замерли. - Почему ты спрашиваешь? - Просто, - сказал Дин Цзы. - У меня такое чувство, что если бы у тебя был шанс не возвращаться сюда, ты бы им обязательно воспользовался. - Мэйн-сити не кажется мне таким уж привлекательным, - с пренебрежением сказал Нин Гу. - Снаружи туман, - сказал Дин Цзы. Нин Гу стоял молча, затем застегнул карман сумки и поднял голову, чтобы посмотреть на Дин Цзы. - Те же старые правила. Никому не говори, что я сел в поезд. В противном случае, когда я вернусь, ты бросишься спасать свою жизнь. Опоздаешь хоть на шаг, и я прикажу похоронить тебя у залива Шеван.

***

Поезд вынырнул из черного тумана, из закрытой передней части локомотива валил пар. Никто никогда не входил туда, и они знали только то, что он следовал по рельсам, не имеющим начала или конца, придерживаясь неизвестных правил прибытия и отбытия. Начальным и конечным пунктами для Странников были всего две остановки. Он еще не приехал, и никто не знал, когда он приедет. Но когда это произойдет, все будут в курсе. В черном тумане его звук напоминал рев мистического чудовища, когда он пронзал небо над Городом-призраком. Он был далеким, жутким, одиноким и неземным, достигая ушей, но находясь далеко в небе. «Это пение кита», - говорил Сумасшедший дядя. Нин Гу не знал, что такое кит, а Сумасшедший дядя никогда не рисовал его для Нин Гу. Однако каждый раз, когда он упоминал о нем, то чиркал несколько непонятных линий. Вот почему Нин Гу обоснованно предположил, что Сумасшедший дядя на самом деле не знал, что такое кит, и именно поэтому он даже не мог представить, как нарисовать его несколькими кривыми линиями. Но Сумасшедший дядя настаивал, что это было пение кита, и Нин Гу думал, что единственной причиной так считать было то, что машины не могут издавать подобный звук. Далекий и долгий свист с небес заставил группу людей, сидевшую уже который день в ожидании у груды металлических рам и балок, встать. Все они одновременно зажгли в руках колбочки и подняли их вверх. Такое яркое свечение появлялось только в подобные моменты, пытаясь осветить хоть что-то в черном тумане. Ли Сян, как и все остальные, посмотрел направо. Не потому, что звук доносился справа — никто не мог сказать, откуда на самом деле исходил звук. Однако все знали, что как только звук стихнет, поезд прибудет с правой стороны, следуя старому маршруту, протянувшемуся из глубин черной мглы. - Время прибытия, которое мы рассчитали, оказалось довольно точным, - заметил глава. - Вы проверили все? - А? - Ли Сян взглянул на него. Они ездили на этом поезде в Мэйн-сити бесчисленное количество раз, и глава редко интересовался подобными вопросами. Тем не менее, Ли Сян не стал далее рассуждать на эту тему, только кивнул головой. - Я все проверил, ничего не пропало. - На этот раз едет много людей, - глава огляделся. Люди вокруг стояли, не двигаясь, пока глава не даст команду. Хотя все эти люди не раз видели поезд, они никогда не теряли бдительности. В конце концов, он прибывал из мест, куда они не могли попасть, путешествовал по местам, до которых им было не добраться. Количество людей, пропавших без вести в этом поезде, не поддавалось подсчету, и даже среди путешествующих на поезде не было единого мнения, был ли этот поезд живым существом или металлической машиной. - Да, - тихо ответил Ли Сян. - я не видел Нин Гу, так что, вероятно, на этот раз он послушался. - Ты наблюдал, как он рос, и все же ты действительно до сих пор ему доверяешь? - глава усмехнулся. - Если ты когда-нибудь заметишь его, то это только потому, что он захотел был замеченным. Когда он не хочет, чтобы его заметили, кому когда-нибудь удастся его найти? Ли Сян тихо вздохнул. - Если на этот раз он сядет в поезд, то отправится прямиком в Мэйн-сити, - взгляд главы был прикован к поезду, который медленно тормозил перед ними. Ли Сян несколько удивленно повернул голову. Все они знали, что Нин Гу обычно тайно пробирался на поезд, но, по словам главы, он никогда не выходил из него. Замечание главы вызывало у Ли Сяна смешанные эмоции — сочетание меланхолии, беспокойства и замешательства. Его не покидало ощущение, что вот-вот что-то случится. Поезд бесшумно остановился на железнодорожных путях. Он был не очень длинным, иногда состоял из семи вагонов, иногда из восьми. Все вагоны были одинаковыми, полностью лишены каких-либо предметов мебели и даже окон, только с двумя противоположными открытыми дверными проемами. - Разве это не похоже на пасть монстра? - прошептал Дин Цзы, присаживаясь на корточки рядом с ногой Нин Гу. - Хм, неизвестно, когда я войду, меня «выплюнут» или я «выйду естественным путем», - сказал Нин Гу. Те, кого «выплюнули», обычно выживали, а те, кто «вышел», все встретили свой конец. Нин Гу рассеянно провел пальцами по маленькому металлическому кубику в своей руке — у Лэнд Кинга иногда можно было найти действительно ценные вещи. Маленькая круглая кнопка на кубике, нажимая на которую можно было временно скрыть все свои биологические следы, помогала становиться невидимым даже для людей с такими способностями к восприятию, как у Ли Сяна. Хотя людей у поезда собралось так много, что даже такое мощное восприятие, как у Ли Сяна, не смогло бы помочь ему различить всех, Нин Гу все равно хотел сделать все возможное, чтобы его не заметили, и отправиться посмотреть на Мэйн-сити. Он никогда раньше не испытывал такого сильного желания. Глава подошел к двери в вагоне, ступив через порог одной ногой, чтобы заглянуть внутрь. Когда он, наконец, сел, ранее тихие Странники внезапно зашумели, выкрикивая приветствия, и восторженно засвистели, рассаживаясь по вагонам. Некоторые люди запрыгивали в вагоны, другие забирались на крышу, а некоторые бежали вдоль путей, подпрыгивая и пиная воздух, что казалось, как будто они парят над землей рядом с поездом. Хотя все знали, что кто-то из них не вернется, и что их путешествие в Мэйн-сити это игра с жизнью, никто не хотел верить, что на этот раз настанет их очередь умереть. Или, возможно, они просто решили вообще не думать о том, как они встретят свой конец. Они были Странниками. Как и в этом поезде, у них не было ни отправной точки, ни пункта назначения, у них были места сбора, но не было дома. У них был инстинкт выживания, но не было страха перед лицом смерти. Это было просто очередное путешествие. Время между тем, как первый человек зашел в поезд, и тем, как поезд тронулся, было очень коротким. Нин Гу не мог дождаться начала поездки. Ему пришлось ворваться в поезд вместе с толпой, чтобы избежать встречи с Ли Сяном. - Защитные очки! Не забудь! - Дин Цзы тихо крикнул ему вслед. - Привези мне пару! Нин Гу ободряюще махнул ему рукой через плечо. Очки не были так уж необходимы Дин Цзы. Он круглый год ходил, прищурившись, но при этом смог найти для друга перышко даже при сильном ветре. На самом деле он просто боялся, что Нин Гу больше не вернется.

***

- Лянь Чуань, тебе придется ответить на несколько вопросов о сегодняшней миссии, и ты должен отвечать честно. - Хорошо. В конференц-зале было четыре человека, Лянь Чуань сидел на стуле в центре. На противоположной стороне у длинного стола в ряд сидели трое. В центре был госсекретарь Чэнь, справа от него — старший офицер отряда Службы безопасности Сяо Линь, а слева — секретарь дисциплинарного комитета министерства Внутренней обороны. Лянь Чуань много раз сталкивался с подобным. Обычно это было после завершения миссии неординарным способом. Но, если он правильно помнил, это было впервые, когда член отряда зачистки стрелял в сотрудника Службы безопасности. Лицо Сяо Линя было мертвенно-бледным, и с того момента, как тот вошел в зал, его взгляд был прикован к Лянь Чуаню. - Во время сегодняшней миссии вы расстреляли трех членов отряда Службы безопасности, - секретарь Чэнь посмотрел на него. - Все верно? - Да, - ответил Лянь Чуань. - В чем причина такого поступка? - секретарь Чэнь продолжил допрос. - Одним из требований к выполнению миссии было отсутствие свидетелей, - ответил Лянь Чуань. - Почему ты не использовал для атаки другое устройство? - Сяо Линь подавил свой гнев. - Было ли так необходимо использовать смертельное оружие? Лянь Чуань посмотрел на него и, спустя мгновение, ответил: - Гарантировать отсутствие свидетелей значит и то, что уже ставшие свидетелями люди должны исчезнуть. - Почему ты не посоветовался с руководством? - Сяо Линь продолжил. - Не было времени, - ответил Лянь Чуань. - Я должен был также убедиться, что цель самоуничтожилась. - Убедился? - с усмешкой кивнул Сяо Линь. - Все они были твоими соотечественниками, твоими товарищами по оружию, и ты даже не удосужился спросить совета? - Не было ни необходимости, ни времени, - снова повторил Лянь Чуань. - В миссии было только два важных фактора — самоуничтожение цели и отсутствие свидетелей. - Значит, ты думал, что они простые свидетели? - спросил Сяо Линь. - Да, - ответил Лянь Чуань. Сяо Линь долго смотрел на него, прежде чем выплюнуть: - Безжалостный. Прежде, чем Сяо Линь продолжил бы допрос, секретарь Чэнь поднял руку, чтобы остановить его. В то же время, как будто в ответ на замечание Сяо Линя, свет ламп в помещении погас, и все вокруг погрузилось во тьму. Это длилось всего мгновение. Только после того, как свет вернулся, люди в помещении поняли, что это значило. Погасли не только лампы в конференц-зале. Солнечный свет Мэйн-сити тоже погас вместе с ними. Всего на мгновение.

Лянь Чуань уже стоял у длинного стола. Три человека за столом одновременно замерли. У них не было возможности как-либо среагировать — скорость Лянь Чуаня вошла в легенды, которые периодически о нем рассказывали. Даже если они видели подобное тысячу раз до этого, это все равно казалось удивительным. Он был готов обороняться и без оружия. Однако, под маской удивления секретарь Чэнь и Сяо Линь скрывали и другую эмоцию: непреодолимое беспокойство. Свет солнца Мэйн-сини постепенно тускнел, это был факт. Независимо от того, заметили ли это жители Мэйн-сити, Городской департамент уже проводил несколько собраний для решения данного вопроса. Но все оборудование работало нормально, и подача электроэнергии оставалась стабильной, поэтому причин подобного сбоя так и не смогли найти. В итоге это явление занимает первое место среди всех проблем Мэйн-сити. Было и другое явление, известное как Вспышка — необъяснимое мерцание, которое появлялось и исчезало в одно мгновение, за которым следовали аномалии. Что касается природы этих аномалий и того, насколько они отличались друг от друга, все оставалось на усмотрение судьбы. У секретаря Чэня, однако, были свои версии. — Продолжим? — спросил секретарь после того, как Лянь Чуань вернулся на свое место. — Может, у тебя есть что добавить? — Сяо Линь посмотрел на Лянь Чуаня. — Нет, — сказал Лянь Чуань, — я продолжу отвечать на вопросы. Сяо Линь никогда не относился хорошо ни к Лянь Чуаню, ни к Лэй Ю, так что его гнев был вызван не только гибелью троих членов его отряда. Вполне вероятно, что это была только одна из причин. По его мнению, реальность такова, что наименее важная часть органа Внутренней обороны, которой как раз был отряд зачистки, имела наглость использовать миссию в качестве предлога для расправы над членами отряда Службы безопасности без получения разрешения. Это непростительно. Если бы не благословение Бетельгейзе, Сяо Линь, вероятно, потребовал бы немедленной ликвидации Лянь Чуаня без каких-либо шансов вернуть его обратно. — Во время сегодняшней миссии вы не должны были вступать в контакт с целью, — секретарь Чэнь уставился на парня. — Вы знали о намерениях Лун Бяо, когда тот выбежал из укрытия? — Знал, — сказал Лянь Чуань. — Он не хотел, чтобы мы сидели здесь и слушали ответы на вопросы после завершения миссии. — Отвечай прямо! — рявкнул Сяо Линь. — Приближался отряд Службы безопасности, — Лянь Чуань взглянул на него. — Лун Бяо хотел отвлечь цель на себя, чтобы избежать ненужных жертв и свидетелей. — Почему вы не вмешались? — настаивал секретарь Чэнь. Лянь Чуань вздохнул. — Наша миссия заключалась не в уничтожении отряда Службы безопасности. Если бы можно было избежать смертей, мы бы к этому непременно стремились. — Но у Лун Бяо не вышло то, что он задумал, — сказал секретарь Чэнь. — После этого он хотел вызвать подкрепление — почему вы остановили его? — Чтобы защитить членов своего отряда. Сяо Линь холодно усмехнулся. — Защитить? Защитить от чего? Лянь Чуань откинулся на спинку стула. — Защитить их воспоминания от перезагрузки. Секретарь Чэнь оперся локтями о стол, сцепив руки в замок с такой силой, что его суставы издали характерный хруст. *** — Ты ведешь себя странно, — Лэй Ю вел машину, держа в зубах сигарету, и периодически поглядывал на Лянь Чуаня. — Неудивительно, что ты вывел из себя Сяо Линя, но даже секретарь Чэнь пришел в ярость. Он бы поднял на тебя руку, если бы мог сравниться с твоими способностями, ему действительно потребовалось бы очень много терпения, чтобы сдержаться… Даже если все знают о стирании памяти, об этом не стоило говорить публично. Раньше ты бы так себя не вел, почему же сегодня ты такой импульсивный? — В будущем я буду осторожнее, — ответил Лянь Чуань. — Не давай Сяо Линю повода еще больше ненавидеть нас, — Лэй Ю достал из кармана маленькую черную сигарету и протянул ему. — Хочешь покурить? Лянь Чуань покачал головой. Табак был роскошным товаром для высшего общества, и Лэй Ю мог получить к нему доступ. Если другие хотели курить, им приходилось прибегать к покупке контрабанды из Затерянной долины, но качество таких товаров оставляло желать лучшего. Сегодня он не хотел прикасаться к сигаретам. Лэй Ю намеренно избегал упоминания Вспышки с того дня. Лянь Чуань чувствовал, что за такого рода намеренным избеганием скрывается чувство беспокойства и страха. Вероятность возникновения Вспышки обычно была очень низкой, настолько низкой, что Лянь Чуань никогда ранее не видел ее, и поэтому был взволнован. В те дни, когда ничего не менялось, он ловил себя на мысли, что с нетерпением ждет все, что спровоцирует перемены, неважно, хорошее это, плохое, последует ли за этим хаос и разрушение. Когда машина подъехала ко входу в штаб-квартиру отряда зачистки, со стороны Светового пика послышался оглушительный звук, похожий на рев, вмиг нарушивший мирную атмосферу, заставляя все вокруг вибрировать с частотой этого звука. Сразу после этого раздался второй рев. С того момента как раздался третий, Лянь Чуань и Лэй Ю уже выскочили из машины и бросились ко входу в здание штаб-квартиры. Все члены отряда рванули в аппаратную, вне зависимости от того, дежурили ли они сегодня или нет. Три гудка с равными интервалами подняли на уши весь город. Прибыли Странники. При входе в комнату с оборудованием коммуникатор Лянь Чуаня издал негромкое «дзынь». Звук означал подключение к приватному каналу Лэй Юя. Он запрыгнул на стойку перед экзоскелетом, ожидая, когда тот подключат к нему. Убедившись, что рядом никого, он, наконец, произнес: «Так безопаснее». «Немедленно отправляйся в штаб, я получил приказ, — сказал Лэй Ю. — Экстренно активировать Бетельгейзе». Лянь Чуань редко удивлялся, но эти слова заставили его на мгновение остановиться, когда он сошел со стойки. «Цель миссии неизвестна», — заявил Лэй Ю. «Принято». Лянь Чуань быстро повернулся к выходу и покинул аппаратную, активировав передатчик на ноге. Когда он уже садился в А01, рядом с ним бесшумно объявился Босс. «Подкрепления не будет, никто не в курсе об этой миссии, только ты и Босс. Не забывайте о безопасности», — сказал Лэй Ю. Лянь Чуань нахмурился. *** Нин Гу сидел у дверей поезда. Из-за сильного ветра здесь осталось мало людей. Ранее некоторых унесло ветром в черный туман, не оставив после себя ни единой частицы. Нин Гу тоже боялся, но он всегда сидел на одном и том же месте, выглядывая наружу через защитные очки. Вагон был освещен лампой с холодным светом, в то время как снаружи царила неподвижная тьма. Черный туман был здесь еще плотнее, чем в Городе-призраке, до такой степени, что Нин Гу мог ощущать всю его тяжесть. «Неважно, что ты плохо видишь, — однажды сказал ему глава, — ты все еще можешь слышать и прикасаться. В человеческом теле нет ничего лишнего. И даже если все остальное не будет в порядке, твое сознание* останется». *п/п: абстрактное обозначение чего-то вроде внутреннего голоса разума, интуиции или предчувствия Черная мгла, шум ветра, постоянно меняющиеся потоки горячего и холодного воздуха. И участок, по которому ехал поезд, подвешенный над путями. Летел ли он, скользил или, может быть, пересекал какое-то неизвестное пространство? — Мы приближаемся, — прошептал Чуэй Цзы*, тыча его сзади в спину. *п/п: с кит. 锤子 переводится как Молоток Нин Гу натянул шапку, чтобы прикрыть нос, прежде чем повернуться к Чуэй Цзы. С ними путешествовало так много людей, что ему нужно было хорошо маскироваться. Он не был так осторожен во время своих предыдущих поездок, но на этот раз все должно быть по-другому. Он не знал, почему глава был против того, чтобы отпускать его в Мэйн-сити, но он понимал, что если его обнаружат на этот раз, у него не будет возможности посетить даже залив Шеван. С ним сделают то же, что и с бывшими Странниками, имена которых давно забыты, запертыми в подземельях Города-призрака. — Когда мы сойдем, держись поближе ко мне, — напомнил Чуэй Цзы. — Первая волна — самая опасная. Городская стража перекроет все выходы со станции, и гиены тоже будут там. Они лучше оснащены, чем Городская стража, но численно их обычно меньше. В основном они не выходят за пределы города. — Хорошо, — Нин Гу кивнул. Существовало множество способов попасть в Мэйн-сити после высадки. Дороги, соединяющие районы Мэйн-сити, разветвлялись, как спицы колеса, от его центра, и если кому-то достаточно повезет, после дикой погони по главным дорогам, перейдя через мост или под большой аркой, они смогут начать свою экскурсию по Мэйн-сити. Однако, поймав на мосту, Городская стража превратила бы их всех в обугленные фрагменты, поэтому Странники предпочитали пробираться в Мэйн-сити через тайную систему тоннелей для контрабанды, созданную Летучими мышами. Эти тоннели пересекались с выходами со станции и тянулись через руины к самой пустоши Черного железа. Некоторые из них были безопасными, в то время как другие могли привести к неприятностям, особенно в день «Праздника», когда охрану Мэйн-сити особенно усилили. Все зависело от удачи — за каждое веселье придется заплатить. Для поиска нового выхода со станции требовалась помощь Летучих мышей. Каждая Летучая мышь была похожа на Лэнд Кинга десятого уровня, совершенно не заинтересованного в альтруизме. Странникам приходилось вести с ними переговоры, обычно обеспечивая им безопасный въезд в Мэйн-сити. В конце концов, в случае стычек с Городской стражей, только мутации Странников могли противостоять их огневой мощи. Только розовые сопли не в счет. Как правило, среди Странников было много людей со способностями на уровне розовых соплей, которые можно было использовать только если для саморазвлечения. Однако были и те, кто обладал потрясающими способностями. Одно только присутствие Ли Сяна или главы могло обеспечить им безопасность, поэтому Нин Гу не мог понять, почему люди по-прежнему исчезали каждый раз во время их «праздничного» путешествия в Мэйн-сити. — Уууууу! — внезапно по вагону раздался вой. Вслед за ним череда криков наполнила один вагон за другим. Восторженные Странники начали синхронно выть и топать, создавая ритмичный шум. Да, именно так. Должно быть, это одна из причин смерти. Среди восторженных возгласов и топота кто-то стремительно пронесся мимо Нин Гу и выпрыгнул из поезда с пронзительным криком. Шум в вагоне немедленно усилился, превратившись в оглушительный гул одобрения этого бесстрашного исчезновения — даже если оно было бесстрашным, безрассудным и отчасти заслуженным. Чуэй Цзы схватил Нин Гу за локоть и нервно сказал: — Мы еще не приехали. — … Я знаю, — ответил Нин Гу. Парень, выпрыгнувший из экипажа, уже исчез из их поля зрения, но Нин Гу продолжал смотреть в темноту. Это было впервые, когда он стал свидетелем всего этого лично, хотя он знал, что люди выпрыгивали из поезда, не доезжая до Мэйн-сити, вероятно, из-за безумия, охватившего их. В тот момент, когда парень прыгнул в черный туман, казалось, что он протягивает к кому-то руки, чтобы обнять. Этот образ запечатлелся в сознании Нин Гу на долгие годы. И на краткий миг он даже позавидовал парню. Те, кто выпрыгнул, те, кто исчез в черном тумане, живые или мертвые, существовали они или нет, возможно, они уже нашли ответ, который искали. Когда они достигли остановки, Странники хлынули из вагонов подобно приливу с криками и визгом. Чтобы избежать встречи с Ли Сяном, Нин Гу и Чуэй Цзы остались в поезде, не бросившись вперед с толпой. Чуэй Цзы нетерпеливо постукивал ногой. — Давай, давай, давай… — Пойдем, — сказал Нин Гу. В тот момент, когда он заговорил, Чуэй Цзы уже схватил его за руку и вытаскивал из вагона. Это было в третий раз, когда Нин Гу выезжал в Мэйн-сити, и третий раз, когда он выпрыгивал из вагона. Но это было впервые, когда он не остался стоять на месте. Ветра не было. Не было безжалостных, завывающих порывов ветра. Не было никаких черных частиц, танцующих на ветру. Казалось, даже его дыхание стало ровнее. Он последовал за Чуэй Цзы в окружении большой толпы Странников, бежавших вперед. На самом деле он не знал правильного пути, в каком направление находится выход со станции или где ожидают Летучие мыши, которые проведут их в Мэйн-сити, но он все равно бежал впереди, переполненный легким волнением. Именно в этот момент Нин Гу выявил вторую причину, по которой не все из них возвращались обратно. Люди, которые вместе выскочили из поезда, вскоре разошлись во все стороны, как пыль, развеянная ветром. Поскольку они не могли использовать флаконы со светом, они хаотично разделились на несколько групп, каждая из которых побежала вперед, а некоторые люди даже полностью игнорировали толпу и побежали в другом направлении. — Мы движемся в правильном направлении? — Нин Гу не мог не спросить. — Смотри, — Чуэй Цзы указал вперед, — видишь свет вдалеке? Источник света был действительно настолько далеко, что казалось, что они не доберутся до него, даже если будут бежать всю ночь — сейчас он был всего лишь маленькой точкой на горизонте. — Это Световой пик, — сказал Чуэй Цзы. — Ты слышал о нем? Это главная достопримечательность в городе. Нин Гу слышал об этой башне тысячу раз. Он замедлился, глядя на эту светящуюся точку. Башня располагалась в самом центре Мэйн-сити. В Безопасном районе, в районе А. В месте, где когда-то жили Странники. *** Это было больно. Казалось, что каждый дюйм его плоти разрывается на части, и ломается каждая кость. Лянь Чуань даже помнил, что слышал треск своих ломающихся костей. Быстрые вспышки иллюзорного света окружали его, сопровождаясь непрерывным, интенсивным звоном в ушах. «Бетельгейзе, — раздался голос. — проснись». Это был голос создателя Бетельгейзе, если точнее, только копия его сознания. Сам создатель исчез еще до того, как Бетельгейзе была завершена. Когда он услышал этот голос, это означало, что Лянь Чуань больше не был самим собой. Он был Бетельгейзе. Вся боль и все чувства ушли за пределы его сознания. Когда он поднял голову, его голос был ровным, будто механическим. — Принято. «Проверка совместимости пройдена, — голос выразил удовлетворение, — все соединения работают нормально». — Принято, — ответил Лянь Чуань. Хаотичные вспышки в его глазах ослабевали, хотя и не исчезли полностью. Однако они не мешали реакции Бетельгейзе. «Давно не виделись», — сказал создатель. — Лучше бы так продолжалось и дальше, — ответил Лянь Чуань. «Код безопасности», — голос усмехнулся. 9761, 8455. В голове Лянь Чуаня вспыхнули два числа, значения которых он не мог запомнить из-за сброса воспоминаний. Одно из которых было поддельным кодом. И прямо сейчас ему нужно дать единственный правильный ответ без каких-либо раздумий. — 8455. «Надеюсь, что твоя миссия пройдет гладко». «Проверка безопасности пройдена, — на этот раз звучал голос системы. — Ждите дальнейших инструкций, как только достигните координат». — Бетельгейзе просит разрешения приступить к миссии, — сообщил Лянь Чуань. Фигура Бетельгейзе вышла из тайного тоннельного прохода через здание Внутренней обороны. Каракал, который ждал у выхода, шагнул вперед и коротко коснулся Бетельгейзе. После обмена командами каракал запрыгнул на ближайшую крышу и скрылся из виду. Бетельгейзе последовала за ним, направляясь к южной окраине района D. — Просто прекрасно, — секретарь Чэнь просматривал камеры наблюдения. Кто-то подошел к нему со спины. Шаги остановились рядом, и из-за спины раздался женский голос с оттенком сожаления: — Жаль, что замена — это его неизбежная судьба. — Пока рано говорить об этом, — секретарь Чэнь слегка сжал пальцы в кулаки. — На этот раз глава привез совершенно особенный груз. Возможно, это связано со Вспышками. Нам нужно подождать и понаблюдать, прежде чем мы получим груз. — Надеюсь, так и будет, — в голосе женщины не слышалось особого восторга. — В следующий раз не приходите без приглашения ко мне в офис, — секретарь Чэнь взял со стола стакан воды и сделал глоток. — Слишком много любопытных глаз. Женщина позади него промолчала. Повернув голову, он увидел лишь пустой стул и недопитый стакан воды на маленьком столике. *** В Мэйн-сити был экстренно введен комендантский час, и улицы, которые целый день были переполнены людьми, теперь опустели. Бетельгейзе пронеслась по небу серебристо-черным мазком над безмолвными улицами. Коммуникатор получал обрывки разговоров на различных частотах, что позволяло лучше оценить ситуацию. Теперь Лянь Чуань знал, что Странники уже вошли в район D через новый тоннель, ведущий от станции. Он совсем не был удивлен этим. Вдоль обширной границы между Мэйн-сити и пустошью Черного железа было великое множество тайных проходов. Летучие мыши могли в любое время проникнуть внутрь, не говоря уже о Странниках, которым помогали мыши. После достижения назначенной точки перед ним предстала миссия для Бетельгейзе. Извлеките организм из контейнера. Лянь Чуань посмотрел на результаты сканирования. Контейнер находился прямо перед ним, за углом под полуразрушенной стеной. Что касается его глаз… Глаза Бетельгейзе были полезнее, чем простое сканирование, позволяя ему видеть сквозь завалы и обломки рухнувшей стены. Там стоял чемодан. Он даже смог разглядеть, что внутри него свернулось калачиком человекоподобное существо. Результаты сканирования показали, что объект безопасен, а других подозрительных предметов поблизости не было. Босс прошел мимо него и приготовился к прыжку. Когда каракал прыгнул, желая осмотреть чемодан поближе, Лянь Чуань поймал его за хвост, заставляя Босса мгновенно обернуться и обнажить свои острые и блестящие клыки. — Там кто-то есть. Когда Лянь Чуань произнес это, не только Босс выглядел удивленным, но и он сам удивился своим словам. Этого человека не заметили ни Бетельгейзе, ни сканер, ни городские камеры с датчиками. И даже когда Лянь Чуань почувствовал опасность, он не мог определить, где находится этот человек.

Нин Гу сидел на корточках, прячась за стеной у большого железного шкафа, брошенного в углу. Он понятия не имел, что в нем хранилось раньше, но сейчас от него исходил запах не только ржавчины, но и неприятный запах гари. В любом случае, ему приходилось терпеть. По другую сторону стены точно кто-то был. Он не знал, откуда возникла такая уверенность, но он всегда безошибочно чувствовал опасность. Хотя для опасности не было никаких оснований, так как он ничего не видел и не слышал рядом, и тем более не мог это потрогать, он чувствовал, что там кто-то был. Как говорил глава, даже если ты лишишься зрения и слуха, сознание все равно останется. Возможно, как раз его сознание и обнаружило опасность — оно подсказывало ему, что там кто-то есть. Поэтому он замер в ожидании, пока этот человек пройдет мимо. Но… несмотря на внешнее спокойствие, он встал, прислонившись к плохо пахнущему сломанному шкафу в ожидании подходящего момента, чтобы убежать… Глава и Ли Сян скрылись из его виду, Чуэй Цзы тоже исчез, и он все еще не был уверен, пришло ли время для следующего его действия и для какого именно. Итак, он начал немного нервничать. Не так давно он бежал в толпе среди Странников по пустоши Черного железа. Впереди шли несколько тощих Летучих мышей, одна из которых могла очень высоко прыгать. У этой Летучей мыши не было ног, ее тело поддерживалось парой металлических каркасов, технологическое строение которых невозможно было разглядеть невооруженным глазом. Такого рода модификации обычно предназначались не для инвалидов, по крайней мере он о таких не слышал. Это Летучие мыши решили подвергнуть себя подобному типу изменения тела, чтобы получить дополнительные способности. Увидев это своими глазами, он счел это решение довольно удачным — эти металлические каркасы для ног, несомненно, давали их обладателю возможность прыгать выше всех. Хотя на данный момент он не видел смысла прыгать так высоко. Выход со станции, к которому их вели Мыши, находился очень далеко. По пути количество людей, бегущих за ними, уменьшалось, и Нин Гу не знал, куда они подевались. После того, как они свернули к длинной траншее, напоминающей обрушившуюся шахту, с ними осталось всего тридцать четыре Странника. Хотя на этом пути они еще не встретили ни Городской стражи, ни гиен, оставшаяся группа выглядела так, будто они уже не раз попадали под их прицел. В конце траншеи их ждала высокая металлическая стена, зарытая глубоко в землю. Она была вся в залатанных дырках, но достаточно толстая, чтобы Летучие мыши не смогли ее пробить. Ее верха не было видно, и поэтому Летучие Мыши не смогут перепрыгнуть ее на своих «металлических» ногах. Но Странники смогут. - Место с нарисованным кругом! - одна из Летучих мышей крикнула. - Там стена тоньше всего! Глава махнул рукой из толпы, и металлическая стена покрылась вмятинами, как будто по ней ударили несколько раз каким-то невероятно тяжелым предметом. Все с радостными криками бросились вперед, и после того, как глава взмахнул рукой во второй раз, в стене уже зияла дыра. Нин Гу на мгновение ослеп. В Мэйн-сити был вечер, поэтому солнечный свет был уже довольно тусклым. Однако их вечер и близко был не похож на вечер в Городе-призраке, в котором никогда не знали ни дня, ни ночи, где единственным источником света были световые колбы и где не было никаких ярко светящихся башен, видимых издалека. Нин Гу не знал, как описать то, что он чувствовал, но его самой первой мыслью было то, что свет в Мэйн-сити оказался таким… всеобъемлющим. Он последовал дальше за группой, прыгнул через дыру в стене и ступил на землю Мэйн-сити. По другую сторону стены остались заброшенные здания, повсюду валялись горы выброшенного хлама — столов, стульев, каких-то вещей, названия которых он не знал. С первого взгляда Нин Гу уже приметил немало вещей, которые, по его мнению, стоило забрать, чтобы выменять у Лэнд Кинга на что-то стоящее. Глава и Ли Сян, вероятно, уже заметили его, или, по крайней мере, точно обнаружил последний. Что-то случилось с металлическим кубиком, который дал ему Лэнд Кинг, после того, как они сошли с поезда, и он начал светиться. Нин Гу не осмелился нажать кнопку еще раз, опасаясь, что Лэнд Кинг оставил ему сюрприз, и кубик, искрясь, взорвется, если парень нажмет на кнопку еще раз. Ему нужно было сохранять дистанцию, поэтому он намеренно отстал. После бесчисленных минут бега по запутанному лабиринту городских улиц он понял, что не только отстал от главы и Ли Сяна, но и потерял Чуэй Цзы. Нин Гу, печально известный на весь Город-призрак хулиган, впервые вошел в Мэйн-сити, ни схваченный Городской стражей, ни уничтоженный гиенами. Но, помимо того, что Нин Гу случайно нашел чемодан, который до этого нес глава, он необъяснимым образом оказался совсем один. У него даже не было возможности поближе рассмотреть, как выглядела пустынная окраина района D, прежде чем он оказался пойман, прячась за стеной. Скорее всего, за стеной была гиена. По его мнению, гиены были в тысячу раз страшнее городской стражи. И то, что он почувствовал, могло оказаться желанием гиены убить его. *** Лянь Чуань присел на краю крыши, уставившись на чемодан. Передача полученных данных о находящемся внутри организме была завершена — у Бетельгейзе не было разрешения на просмотр этих данных. Ему самому также было неинтересно знать, что находится внутри. Хотя Бетельгейзе и Лянь Чуань отличались внешне, с биологической точки зрения они все еще были одним и тем же человеком. И, несмотря на то, что Бетельгейзе в настоящее время было самым совершенным оружием в Мэйн-сити, у нее был доступ к секретным данным только в особо редких случаях. Это чем-то напоминало временный доступ, поскольку все данные и воспоминания, которые Лянь Чуань получил во время доступа к Бетельгейзе, будут стерты при их разделении. Лянь Чуань не хотел, чтобы его секрет раскрыли, поэтому не давал повода лишний раз залезать в его голову из-за новых воспоминаний, и поэтому, естественно, не испытывал любопытства к запретным данным. Босс сел рядом с ним, они оба уставились на чемодан внизу. После долгого молчания, каракал вытянул лапу и слегка поскреб ею землю. Прошло всего несколько минут, но для их миссии это было уже слишком долго. Но, несмотря на продолжительное время, человек, чье присутствие он ощущал все это время, так и не появился. «Цель подтверждена», - в коммуникаторе раздался голос секретаря Чэня. Скорее всего, секретарь таким образом пытался выяснить, почему Лянь Чуань так долго не предпринимал никаких действий. «Подтвердите, что цель оказывает воздействие на сенсорную систему», - ответил Лянь Чуань, слегка наклонившись вперед. Босс спрыгнул с крыши одновременно с ним. Случаи, когда цель воздействовала на сенсорную систему, были редко, но в их существовании не было ничего удивительного. Он не сообщил секретарю о человеке, которого не смог найти в базе данных. Это было его негласным правилом — кроме Босса, не было никого, кому бы он смог доверять. Он ответил только для того, чтобы объяснить, почему он медлит. Они с Боссом быстро подошли к чемодану, окружив его по обе стороны. За стеной послышалось легкое движение, затем оно тут же прекратилось. Он убежал. Странник. С оружием. Активированным оружием Городской стражи. Странник, которого он не смог засечь, держал в руках оружие, для активации которого требовались биологические данные его пользователя. Теперь он убедился, что на сенсорную систему воздействовало не существо внутри чемодана, а этот убегающий Странник. С такой ситуацией Лянь Чуань никогда раньше не сталкивался. Но после того, как понял, что тот человек убегает, он никак не отреагировал. Босс сделал себя так же — даже ухом не повел. Они далее действовали как обычно, взяв с собой чемодан, чтобы отнести его в министерство Внутренней обороны, выполнив таким образом свою миссию. *** За стеной была гиена! Какое счастье, что он умеет быстро бегать! Нин Гу бежал, не останавливаясь, намного быстрее, чем когда добирался сюда. Он не знал, в каком направлении двигаться, но, в любом случае, чем дальше отсюда он убежит, тем лучше. Когда прибыли Странники, во всех районах Мэйн-сити уже объявили ночной комендантский час. Улицы были пусты, и если кто-то находился снаружи, то это наверняка были члены Городской стражи или гиены. Пробежав вдоль пустой улицы, Нин Гу свернул в переулок поменьше, а затем в еще более узкий переулок. Район D действительно выглядел запущенным, но в нем все еще чувствовалась жизнь — некая атмосфера, в которой при отсутствии опасности можно было расслабиться и жить импровизированной, но довольной жизнью. Иногда он замечал вокруг закрытые магазины. Снаружи они выглядели заброшенными, а внутри их обстановка была едва ли лучше того, что они имели в Городе-призраке. Вот тебе и Мэйн-сити. Его никто не преследовал, и по пути он не замечал никого подозрительного. Это позволило Нин Гу немного расслабиться, хотя он все еще не сбавлял скорость. Он продолжал бежать, потому что по его опыту бег помогал согреть тело и ускорить реакцию. Ну, это если не оглядываться каждый раз. Когда он миновал очередной поворот, то увидел перед собой мужчину. Разворачиваться назад было уже поздно. Мужчина тоже заметил его. - Нин Гу? - тихим голосом спросил потрясенный Чуэй Цзы. Услышав знакомый голос, Нин Гу на мгновение почувствовал облегчение. Он, ускоряясь, побежал к нему. - Чуэ… - Гиены? - ответ Чуэй Цзы поразил его. Не дожидаясь, пока Нин Гу закончит говорить, парень быстро развернулся и бросился бежать. Волосы Нин Гу встали дыбом — гиены? Они нашли его? А он даже не понял?! Он, не медля, ускорился, обогнав Чуэй Цзы, который, в свою очередь, тоже ускорился, чтобы обогнать его. Они оба бежали молча, по очереди обгоняя друг друга. Хотя они и дружили, Нин Гу сейчас понял, что дружба все еще была не такой прочной, как у них с Дин Цзы. Возможно, из-за сильного испуга Нин Гу на удивление легко нашел обратный путь к дыре в высокой металлической стене. - Сваливаем! - крикнул Чуэй Цзы. Нин Гу со свистом вылетел наружу и только потом повернул голову. Через дыру в стене он мог видеть обшарпанное полуразрушенное здание, а так же совершенно пустую улицу перед ним. Он удержал Чуэй Цзы от падения, когда тот перепрыгивал через дыру и споткнулся. Затем Нин Гу спросил: - Почему ты побежал? Чуэй Цзы был застигнут врасплох этим вопросом. Он сначала обернулся назад, затем вернул свой вопросительный взгляд на Нин Гу: - Почему ТЫ побежал? -… Хорошо, - Нин Гу не мог внятно говорить, поэтому присел на землю. - Я понял. - Я думал, что за тобой гнались! - Чуэй Цзы потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он ошибся в своих прошлых суждениях. Он плюхнулся на землю рядом с Нин Гу: - Ты не мог просто спокойно подойти? - Тогда какого черта ты так испугался? Ты тоже хорош! - Нин Гу парировал. - Дин Цзы говорил, что ты точно сможешь меня защитить! - Ну так ты умер что ли? - Чуэй Цзы огрызнулся в ответ. - Не умер. Нин Гу сердито посмотрел на него, затем прислонился спиной к стене и рассмеялся. - Куда ты пропал? Я думал, что ты следовал за мной, а потом, когда оглянулся, тебя рядом не было, - нахмурился Чуэй Цзы, - я волновался. - Возможно, я почти столкнулся нос к носу с гиеной, - тихо ответил Нин Гу. - Нас разделяла только одна стена. Чуэй Цзы махнул рукой: - Невозможно. Если бы это действительно была гиена, ты бы сейчас был огромной кучей пепла, а если бы это произошло при буре в Городе-призраке, от тебя и пепла бы не осталось… На самом деле гиен не так уж много, ты не встретишься с ними, если будешь осторожен. Нин Гу промолчал. - Нам нельзя здесь оставаться, - Чуэй Цзы поднялся на ноги. - Городская стража скоро придет сюда, чтобы заделать этот проход. - Тогда как мы выйдем из города, когда прибудет поезд? - спросил Нин Гу. - Через мост, - ответил Чуэй Цзы. - Они никогда не останавливают нас, если мы уходим. - Почему? - снова спросил Нин Гу. - Не знаю, так было всегда, - Чуэй Цзы огляделся и проскользнул обратно в город через дыру. - Во-первых, нам здесь изначально были не рады, так зачем пытаться удержать нас тут, когда мы все равно собираемся уйти? Они скорее обрадуются нашему уходу. - Куда мы пойдем? - Нин Гу следом пролез через дыру. - Мы пойдем искать место, где можно спрятаться, - сказал Чуэй Цзы. - После того, как охрана потеряет бдительность, мы отправимся в Затерянную долину. Там нас никто не тронет, и именно туда направляется большинство Странников. *** На экране друг за другом мелькало множество изображений. На такой скорости обычный человек не смог бы различить их содержание, но система могла тут же идентифицировать любое изображение подозрительного содержания. Это были воспоминания Бетельгейзе во время миссии. Изображения, наконец, остановились на серебряной двери, и на экране появилась зеленая надпись: «ИДЕНТИФИКАЦИЯ УСПЕШНО ПРОЙДЕНА». - Его память не нуждается в перезагрузке, так что, может, разбудим его? У нас мало времени, - сказал Лю Донг. - Тогда зачем вообще спрашивать меня? - Лэй Ю нахмурился. Взаимодействие с Бетельгейзе вызвало у Лянь Чуаня огромное психическое напряжение. При обычных обстоятельствах было рекомендовано не превышать двух часов использования Бетельгейзе, поэтому ему следовало бы отключиться от нее прямо сейчас. Но Лю Донг хотел проверить кое-что еще. Люди из министерства Внутренней обороны, возглавляемого Лю Донгом, вообще не рассматривали Бетельгейзе как личность — даже при том, что они знали, что как только Лянь Чуань сломается, они не найдут другого человека, способного объединиться с Бетельгейзе, эти люди все равно были готовы заплатить такую цену. В конце концов, все текущие испытания были направлены на замену уникального «оружия», у которого может быть только один пользователь. Уникальности здесь быть не может, так как уникальность — это бесконечное ограничение. - Ты вырастил его, он тебе как сын, - сказал Лю Донг. - Так что я был обязан спросить. - Ох, вы так любезны, - кивнул Лэй Ю. - Тогда начинайте разделение прямо сейчас. Лю Донг улыбнулся и нажал на клавишу перед собой. - Начинаем тестирование, приведите образец. «Образец 009 готов», - пришел ответ по коммуникатору. - Активируйте, - сказал Лю Донг. Лэй Ю уставился на экран, разделенный на множество окон, на которых с разных сторон транслировалось помещение с Бетельгейзе. Она находилась в большой металлической клетке, опустившись на одно колено. Эта клетка была знакома Лэй Ю, но больше всего с ней был знаком сам Лянь Чуань. Неизвестные «образцы» появлялись в клетке, начиная непредсказуемо атаковать только что пробудившуюся Бетельгейзе. Единственное, что было понятно об «образцах», это то, что они были чрезвычайно агрессивны. Все испытания новых «образцов» проводились в этой клетке. Бетельгейзе… Нет, это был Лянь Чуань. Причина, по которой Бетельгейзе могла сосуществовать с ним, заключалась в ошеломляющей умственной и духовной силе Лянь Чуаня. Без Лянь Чуаня не было бы Бетельгейзе. В этой прочной клетке Лянь Чуань снова и снова подвергался нападению различных «улучшенных» форм жизни, продолжал получать ранения и каждый раз испытывал сильную боль, но, тем не менее, оставался в сознании и способности уничтожать этих существ, тем самым разочаровывая тех, кто надеялся на его смерть. - Подтверждено, - Бетельгейзе заговорила, но не была готова к бою, так как ее поза осталась неизменной. 009 медленно вышел из двери в углу, двигаясь медленно, как на прогулке, приближаясь к Бетельгейзе сзади. Лэй Ю невольно нахмурился. В тот момент, когда 009 сделал свой пятый шаг, Бетельгейзе встала, сделав два шага, и подпрыгнула вверх, в полуобороте назад ухватившись за прутья верхней части клетки. 009 замер. Бетельгейзе отпустила прутья и спрыгнула вниз. Серебряный шип света образовался вокруг ее запястья и пронзил сверху голову 009. Лю Донг ударил ладонью по столу, и Лэй Ю повернулся к нему. 009 даже не успел совершить атаку, как Бетельгейзе обнаружила его слабое место. Независимо от того, какой соперник будет следующим, исход очевиден. - Как, черт возьми, ему это удается? - прошептал Лю Донг. - Это способности Бетельгейзе, - сказал Лэй Ю. - Я знаю, - Лю Донг выскочил из-за стола. - Как, черт возьми, у него получается объединяться с Бетельгейзе? Как он это делает? На этот вопрос не было ответа с того момента, как родилась Бетельгейзе. Лэй Ю молчал. Потому что, если ему не удастся объединиться с Бетельгейзе, он исчезнет. Конечно, это звучало не очень убедительно. Тем не менее, Лэй Ю знал, что это было единственной причиной, по которой Лянь Чуань мог объединиться с ней. Он не хочет исчезать, поэтому ему пришлось сделать для этого все. *** - Ах! - резко воскликнул Нин Гу, сидя на земле и дернувшись, как будто его ударили ножом. Чуэй Цзы, который смотрел в окно в этот момент, так испугался, что чуть не выпал из него. - Что ты делаешь? - он зашипел, прижимая Нин Гу к земле. Схваченный Нин Гу оказался не в силах пошевелиться или заговорить. - Так ты спал? - спросил Чуэй Цзы. Нин Гу моргнул. Чуэй Цзы ослабил хватку, и парень вздохнул с облегчением. - Почему ты так громко заорал? - Я не знаю, - Нин Гу сел, почесав затылок. - Мне редко снятся сны, поэтому я испугался. - Ты довольно смелый, раз решил поспать в Мэйн-сити, будучи Странником, - усмехнулся Чуэй Цзы. - Что тебе снилось? Нин Гу поднял голову, чтобы посмотреть на друга. - Монстр, убивающий монстров. Там был темнокожий человек, металлические прутья пронзали его тело в нескольких местах, но он все еще мог сражаться. Монстры по очереди нападали на него, но он все равно убил их всех. Чуэй Цзы некоторое время молча смотрел на Нин Гу. - Что? - Нин Гу снял сапоги. - Я напугал тебя? Но ты выглядишь не слишком напуганным. - Тебе кто-нибудь рассказывал о Бетельгейзе? - спросил Чуэй Цзы. - Нет, - Нин Гу взглянул на него. - Что это? - Это она уничтожила всех Странников в городе, - Чуэй Цзы говорил тихо, как будто боялся, что его услышат. - О, тогда я немного слышал об этом… Почему ты вдруг заговорил о ней? - спросил Нин Гу. Это запрещалось обсуждать в Городе-призраке, и поэтому он имел об Бетельгейзе лишь смутное представление. Глава не позволил ему расспрашивать о ней, и если бы они до сих пор были в Городе-призраке, Чуэй Цзы не осмелился бы начать подобный разговор. - Тот, кого проткнули металлическими прутьями в твоем сне…, - сказал Чуэй Цзы. - Это Бетельгейзе.

Лянь Чуань открыл глаза в тот момент, когда Лэй Ю остановил машину и повернулся к нему, чтобы разбудить. На его лице не было усталости, а взгляд был таким ясным, что можно было подумать, что он только притворялся спящим. — Хочешь, поехали ко мне? Тетя Чунь приготовит что-нибудь поесть, чтобы ты питался не одними только сухпайками. — Нет, — Лянь Чуань открыл дверцу машины и вышел, — я хочу спать. Каракал встал с заднего сиденья и грациозно выпрыгнул через открытое окошко машины на улицу, направляясь к дому, где жил Лянь Чуань. — Лянь Чуань, — Лэй Ю окликнул его через окно. Лянь Чуань повернулся к нему, оперевшись локтем на дверцу. — Да? В этот краткий миг на его лице промелькнула легкая усталость, но она быстро исчезла. — Ты заметил что-нибудь необычное в 009? — поинтересовался Лэй Ю. Лянь Чуань оттолкнулся от окна и отодвинулся от машины. — Нет, способности образцов никогда не повторяются, каждый раз они разные. Если бы пришлось это считать необычным, то все они были бы в равной степени необычными. — Мне кажется, что… — начал Лэй Ю, но Лянь Чуань развернулся и был уже далеко. — Тебе кажется, — сказал он на ходу. — Возвращайся домой, уже поздно. Вопросы Лэй Юя о «необычном» были основаны на реакции Лю Донга. До сих пор ни одно уничтожение образца руками Бетельгейзе не вызывало у него такой бурной гневной реакции. Однако, задавая этот вопрос, он не ждал, что Лянь Чуань ответит на него честно. Лянь Чуань был исключительно скрытным, до такой степени, что никто не знал, скрывал ли он что-либо когда-либо в своей жизни. Однако, чего уж он точно никогда не скрывал, так это глубокого недоверия к людям. «Я бы не сказал тебе, если бы в 009 было что-то странное — я не могу тебе доверять». «Я никому не могу доверять». Кто знает, откуда это взялось — эта осторожность, которая, казалось, была неотъемлемой его частью с тех пор, как он начал постигать окружающий мир. Он вырос в здании Внутренней обороны, проходил через ежедневные тренировки, после которых выживали немногие. С годами эта осторожность трансформировалась в «холодность» и «безжалостность», которые замечали в нем чаще всего посторонние. Лэй Ю вздохнул и развернул машину. Ему было не о чем беспокоиться, пока с Лянь Чуанем был кот. Возможно, только Босс смог заслужить доверие Лянь Чуаня. По крайней мере, Босс не был человеком. *** Его тошнило. Он хотел очистить желудок, когда принимал душ, но его так и не вырвало. Когда он вышел из ванной, Босс сидел у двери. — Это не совсем прилично, — Лянь Чуань подтянул сползающее на бедрах полотенце. — Что, если я забуду, что ты здесь, и выйду голым? Босс развернулся и ушел. — Хочешь что-нибудь поесть? — Лянь Чуань подошел к контейнеру с сухпайком, открыл его и увидел там сегодняшний ужин, автоматически распределенный системой. Он стал изучать этикетку. — Сегодня у нас на ужин яблоко, овощи и говядина. Босс запрыгнул на диван и устроился там. — Ты когда-нибудь пробовал настоящую еду? — Лянь Чуань поставил контейнер обратно на стол. — Не паек и не стряпню тети Чунь, а ту, о которой говорится в исторических записях. Несинтетические продукты питания. Босс закрыл глаза. — Мы разве уже обсуждали это? — Лянь Чуань потер полотенцем лицо, затем подошел к капсуле для сна. — Я пойду спать, осталось всего пять часов. Ночное время в Мэйн-сити начиналось с полуночи и заканчивалось в восемь часов утра. Дисплей на капсуле для сна показывал обратный отсчет, начиная с восьми часов. Использование спальных капсул в Мэйн-сити строго контролировалось. Далеко не у каждого была возможность ими воспользоваться. Использование капсулы не только помогало восстановить физические силы и энергию, но с ее помощью можно было даже обнаружить и устранить некоторые проблемы со здоровьем. Для Лянь Чуаня капсула была очень полезна. Согласно правилам, их профессия требовала, чтобы они использовали их ночью. Однако, никто и не подозревал, что во время сна в капсуле их сознание и тело разделяется. Как только датчики и свет в капсуле погаснут, останется только тусклая желтая цифра вверху, которая показывает оставшееся время сна. Все обычно засыпают до начала запуска обратного отсчета. Независимо от того, с какой цифры начался обратный отсчет, нельзя будет увидеть следующее число — в тот момент, когда они проснутся, они всегда будут видеть число ноль. Число сверху изменилось с пяти до четырех. Иногда Лянь Чуань не мог понять, зачем он существует — с бесчисленными дефектами, возможно даже единственный такой в Мэйн-сити или, возможно, тот, у кого их больше всего. Независимо от того, с какой цифры начинался обратный отсчет, он всегда мог видеть следующую цифру, затем ту, что за ней и так вплоть до нуля. Он чувствовал, что покинул свое тело, и хотя уже не мог свободно двигаться, он все еще мог чувствовать, но все казалось таким нереальным. Но он чувствовал, будто сливается с бесформенным туманом, и в поле его зрения остается только эта бледно-желтая цифра. Кроме этого, он ничего не слышал и не видел, и ни к чему не мог прикоснуться. Это происходило не каждый раз, и не было закономерно, поэтому он мог только привыкать и использовать это «несуществующее время» для созерцания. Притворяться, что ему снится сон. Этот Странник, прячущийся за стеной, смог активировать оружие Городской стражи. В чемодане, который они с Боссом отнесли в министерство Внутренней обороны, находился 009. Он был уверен в этом, даже несмотря на то, что они успели его как-то модифицировать. У него возникали мысли и сомнения, когда он относил чемодан — зачем им понадобилась Бетельгейзе, чтобы доставить этот образец? Подобное не требовало особой секретности и тем более активации Бетельгейзе, чего старались избежать любой ценой, даже во время миссий первого ранга. Однако, его сомнения рассеялись, когда он столкнулся с 009 напрямую. Его атаки были мощными, создавали плотный ветряной поток, сотрясающий воздух тысячами острых лезвий. Каждый черный порез на коже причинял острую боль, и эти лезвия могли легко перерубить Лянь Чуаню кости. Однако, среди многочисленных экземпляров эту способность нельзя было назвать выдающейся. Она не стоила всех потраченных усилий на транспортировку 009 из Города-призрака, не говоря уже о том, что Бетельгейзе пришлось лично доставить 009. Но когда Бетельгейзе сражалась с 009, Лянь Чуань испытал страх, какого никогда раньше не ощущал. Даже просматривая свои прошлые воспоминания, он не мог найти и близко похожего случая. Кто-то наблюдал за ним. Это были не камеры, не человек, просматривающий их, и даже не 009. Его пугала не просто мысль о том, что «кто-то наблюдал за ним»… это было осознание того, что кто-то наблюдает за ним, используя не только зрение. То, чего он боялся больше всего, и то, что ни в коем случае не должно произойти. То, что способно раскрыть все его секреты. 009 был медиумом. Люди в министерстве наверняка не знали о том, что 009 обладал этой способностью, или знали о ней, но не вдаваясь в подробности ее изучения. В противном случае, они не позволили бы столкнуться с ним напрямую, чтобы Бетельгейзе так быстро уничтожила этот редкий экземпляр. Однако Лянь Чуань не мог расслабиться. 009 был всего лишь медиумом. Ему нужно было срочно найти человека по ту сторону стены — Странника, которому удалось ускользнуть от взора Бетельгейзе. *** Из соображений безопасности Чуэй Цзы вынудил Нин Гу остаться в этом полуразрушенном здании на некоторое время, прежде чем безопасно совершить вылазку на улицу. На самом деле, за все время своей беготни они не встретили ни одного человека, даже бродягу. — В Мэйн-сити есть бродяги? — спросил Нин Гу. — Как думаешь, для чего существуют гиены? — спросил Чуэй Цзы. — В Безопасном районе их точно нет, я слышал, что если заметят хоть одного, то разорвут его на куски. Несколько может встретиться по пути за пределами Безопасного района, и если захочешь, то можешь найти их на подземном черном рынке. — Не захочу, — сказал Нин Гу. — Как нам попасть на подземный рынок? Мы же с виду похожи на Странников, верно? — О чем ты? — возразил Чуэй Цзы. — На первый взгляд мы выглядим просто как бродяги. Нин Гу некоторое время смотрел на друга, затем опустил взгляд и принялся долго рассматривать себя. Его одежда была определенно очень старой. Он носил ее много лет, и, хотя регулярно чистил ее, о ее первоначальном цвете никто уже не смог бы догадаться. Он действительно раньше не задумывался об этом. Действительно ли у бродяг в Мэйн-сити были такие высокие стандарты? В Городе-призраке человека звали бы бродягой, если бы он был завернут только в рваные тряпки. Его наряд был больше похож на модный образ местного хулигана, дополненный стильными деталями типа маленьких кожаных сумочек на ремешках. Прежде чем Чуэй Цзы успел среагировать, Нин Гу пинком распахнул дверь ближайшего магазина. — Что ты делаешь? — Чуэй Цзы испугался, быстро и нервно оглядываясь по сторонам. Как правило, Странники не доставляли проблем в таких относительно регулируемых районах, так как система безопасности в Мэйн-сити была очень продвинутой, не такой, как в Городе-призраке. — Ищу одежду, — Нин Гу зашел внутрь. Он уже заприметил несколько вещей, висящих внутри, но ни одна из них не выглядела новой. Это было похоже на магазин, продававший подержанные вещи. Как раз в тот момент, когда он собирался взять одну из вещей, из-за угла донесся звук. Нин Гу повернул голову на звук и увидел там мужчину и женщину, прижавшихся друг к другу. На их лицах был ужас. — Я просто возьму… — слова Нин Гу прервали, когда мужчина внезапно метнулся в сторону, протягивая руку, чтобы схватить что-то. Нин Гу, не колеблясь, ударил мужчину по запястью, а затем пинком отбросил его в стену. После того, как мужчина упал, Нин Гу заметил кнопку на полу рядом со стулом. Похоже, это было устройство экстренного вызова, которое можно было активировать, наступив на него в случае нападения или кражи со взломом. Нин Гу внезапно почувствовал, как его прошиб холодный пот. — Не убивайте нас, не убивайте! — женщина закричала, обхватив голову руками, слезы текли по ее лицу. — Прекрати орать! — Чуэй Цзы встал у входа, его голос был низким и рычащим. — Еще раз крикнешь, и вы оба точно покойники! Нин Гу хранил молчание. Он схватил с вешалки пальто и поспешно надел его, затем пошел к выходу. Странники никогда не молили о пощаде. Среди тех, с кем он сражался, некоторые не переставали ругаться, а другие вовремя сбегали, спасая так свои жизни. Однако никто из них никогда не просил сохранить им жизнь. Именно поэтому ему было так неловко слышать, как кто-то умолял. — Бежим, — сказал Чуэй Цзы, выходя вслед за ним. Нин Гу кивнул, мгновенно перейдя на бег. Та кнопка — эти двое нажмут на нее, как только те уйдут, и тогда гиены немедленно прибудут сюда. *** Район D, зона А6. Ли Лян был к ней ближе всего, но его напарник, Лу Цянь, все еще был новичком, поэтому они ждали помощи от Лянь Чуаня и Босса, которые находились поблизости. Оповещение системы безопасности указывало на двух Странников. Странников описали как «очень злобных», хотя они вынесли с собой из магазина только один предмет одежды. Странники не теряли времени даром, добравшись до Мэйн-сити. Обычно они забирали с собой припасы, еду, алкоголь, обменивали краденое на предметы первой необходимости. Однако для двух «очень злобных» мародеров украсть только один предмет одежды было необычным. Лянь Чуань никогда не встречал таких скромных Странников. Система не смогла идентифицировать их, поэтому она указала только на периметр, в пределах которого их видели. В конце концов, новые поколения Странников не были в базе данных Мэйн-сити. Ли Лян и Лу Цянь сначала направились в магазин, в котором произошло ограбление, чтобы собрать хоть какие-то данные о целях. Им нужно было собрать любые данные, чтобы узнать о способностях сбежавших Странников. «Они, судя по всему, направляются в Затерянную долину, — А01 Лянь Чуаня сделал поворот, ускоряясь в сторону окраины района D, в то время как Босс следовал за ним по крышам, где его можно было заметить время от времени. — Босс и я пойдем вперед, чтобы перехватить их». «Принято», — ответил Ли Лян. *** Затерянная долина была тем самым черным рынком на границе между Мэйн-Сити и пустошью Черного железа. Эта граница располагалась одной частью под пустошью, а другой прямо под Мэйн-сити. Настоящий подпольный рынок, не только в том смысле, что там нельзя торговать в открытую, но и в том, что он действительно находился под землей. Благодаря многочисленным входам и выходам и лабиринтоподобной планировке те, кто входил или выходил, должны были тщательно запомнить свой маршрут, иначе, один неверный шаг, и они не смогут найти дорогу обратно. Если бы Летучие мыши вышли с рынка на территорию Мэйн-сити, они бы определенно встретили там свой конец. То же самое было бы, если бы они вошли туда с территории города. Что было еще страшнее, так это наличие бесчисленных развилок, ведущих в неизвестность, куда, войдя однажды, ты уже никогда не сможешь вернуться. Затерянная долина попадала под ответственность отряда зачистки, но даже если координаты целей были показаны в ее пределах, они устраивали засаду только у выходов. Это происходило не потому, что Мэйн-сити отказался от Затерянной долины, потому что она была труднопроходимой и опасной, а скорее из-за ее наследия, оставленного с древних времен неизвестными поколениями. Это наследие нельзя было устранить или воспроизвести — оно существовало исключительно в этом месте. — Мы почти добрались до Затерянной долины, — крикнул Чуэй Цзы на бегу. — За нами никто не гонится? — Не знаю, — ответил Нин Гу, ускоряясь. — Оглянись, чтобы проверить. — Почему бы тебе не обернуться? — спросил Чуэй Цзы. — Это повлияет на мою скорость, — Нин Гу залез рукой в маленькую сумочку на поясе и достал оттуда небольшой кусочек металла. Он насильно позаимствовал его у Дин Цзы, который требовал в целости вернуть его обратно. Он поднял этот блестящий кусочек металла, чтобы посмотреть на то, что он отражал. — Кажется… — Что? — Чуэй Цзы наклонил голову. — Над крышами домов летит машина… — Нин Гу увидел далеко позади них черную машину и неясный силуэт человека в ней. Увидев такое высококлассное оборудование, ему не пришлось долго думать, чтобы догадаться, что это был. — Гиена! — он еле сдержал свой крик. Чуэй Цзы молчал. Пока Нин Гу набирал скорость, пытаясь следить за машиной, отражающейся в металлическом кусочке, Чуэй Цзы внезапно остановился так резко, что услышал звук трения своих ботинок, царапающих землю — подошвы его ботинок определенно протерлись от такого. — Что случилось? — хоть Чуэй Цзы и был братом Дин Цзы*, но он все еще не мог доверять ему и его действиям. Более того, именно его испуг заставил их бежать, как сумасшедшие, когда они только попали в город. Поэтому Нин Гу немного замедлился, но не остановился. *п/п: напомню, что Дин Цзы — «гвоздь», Чуэй Цзы — «молоток» Однако, когда он перевел взгляд с приближающейся машины на дорогу впереди, он тоже резко затормозил, даже более резко, чем Чуэй Цзы, и быстро отступил назад. Что-то лежало впереди посреди дороги. Его тело было стройным, покрытое блестящим мехом, а его глаза, сузившиеся в игольчатые щелочки, были устремлены на него. Несмотря на то, что он никогда не видел настоящих животных, несмотря на то, что не было никакого сходства между этим животным и тем, что он видел на рисунках Сумасшедшего дяди, и даже несмотря на то, что это животное выглядело больше, чем он его себе представлял… Он все равно сразу узнал это животное. Это был каракал. И его легендарный хозяин, кровожадная гиена Мэйн-сити, скорее всего, был в той черной машине позади них. Нин Гу развернулся. Машина остановилась, зависнув примерно в двадцати метрах над ними. С такого расстояния он уже мог ясно видеть человека у руля. Черная униформа, серебряный экзоскелет, покрывающий его тело, оружие, излучающее темно-синее свечение и дуло, направленное прямо на них, за которым виднелась половина лица его обладателя. Он не мог видеть его глаз, только плотно сжатые губы и, казалось, точеные черты под черной оправой очков. На его лице было безразличие, и холод, который он излучал изнутри, заставлял всех чувствовать, что в этот момент должен был появиться какой-то закадровый голос. — Это Лянь Чуань. Нам конец, — пробормотал Чуэй Цзы.

«Это отряд по зачистке, - Лянь Чуань следил за Странником слева, за тем, что повыше, в оптический прицел. - Вы окружены. Любое движение спровоцирует открыть огонь». Ни один из Странников не пошевелился. «На месте происшествия не наблюдается использования каких-либо способностей, - в коммуникаторе раздался голос Ли Ляна, - но сканирование обнаружило гравитационные следы в соседнем здании, однако такие способности часто встречаются среди Странников, поэтому неясно, были ли это они». «Понял, - сказал Лянь Чуань. - Цель окружена». Стандартная процедура обращения со Странниками была простой — подтвердить их личность, затем уничтожить или извлечь из них способности. Большинство странников, перехваченные отрядом зачистки, в конечном итоге, уничтожается. Даже тех, у кого были необычные способности, уничтожали без извлечения и без необходимости предварительного разрешения — в конце концов, Мэйн-сити понес слишком большие потери из-за их способностей, а особенно пострадал отряд зачистки, который имел с ними дело чаще всех. Однако Лянь Чуань не стал сразу действовать в отношении тех двоих. Когда он был еще далеко от них, он уже обнаружил, что один из этих Странников был тем самым, кто прятался за стеной — у него все еще было с собой активированное оружие Городской стражи. И прямо сейчас результаты сканирования появились на его визоре. «Странники с оружием из Мэйн-сити? - голос Лу Цяня звучал испуганно. - И оно еще и активировано?» «Оружие второго поколения, - сказал Ли Лян, - сейчас таким никто не пользуется, но для активации все еще нужны биоданные пользователя. Утилизируем их?» «Давай», - сказал Лянь Чуань. Нин Гу взглянул на Чуэй Цзы, на лице которого отражалось явное отчаяние. В отличие от Нин Гу, Чуэй Цзы много раз бывал в Мэйн-сити, поэтому он лучше разбирался что к чему, особенно в гиенах. Для таких, как они, опытных и оставшихся в живых, Лянь Чуань был гиеной среди гиен, псарь среди собак. Встреча с ним означала, что у них почти не было шанса уйти живыми. - Что нам делать? - тихо спросил Нин Гу. Чуэй Цзы молчал. Черная машина спустилась вниз, Лянь Чуань вышел из нее, держа оружие наготове. Нин Гу видел четкую красную точку, нацеленную прямо ему в грудь. Она не сдвинулась с места ни на дюйм. - Ты, - сказал Лянь Чуань, - брось свою сумку на землю. - Зачем? - Нин Гу внимательно посмотрел на говорившего. Лянь Чуань промолчал, вместо этого он резко опустил дуло, и Нин Гу в это же мгновение почувствовал, как сильная боль пронзила его правую ногу. Боль превосходила в своей мучительности все, что он испытывал ранее за все двадцать лет драк в Городе-призраке. Она пронизывала его до костей, перемещаясь по нервам, и затем поглотила все его тело. Это было слишком неожиданно для него. Нин Гу не смог сдержаться и закричал: - Ааа! Он потянулся к своей ноге и судорожно начал тереть ее. На самом деле он все еще мог стоять и двигаться. Лянь Чуань слегка поднял голову, сильно удивленный стойкостью этого Странника. Эта боль не была смертельной, но должна была быть невыносимой и превышающей то, что сможет вынести любой нормальный человек. Этот выстрел мог практически любого вывести из строя, и при поимке целей было достаточно одного такого выстрела, чтобы взять их живыми без особых усилий. - Имя, - потребовал Лянь Чуань, не сводя глаз с Нин Гу. - С какой стати я должен тебе его называть? - Нин Гу скривился от боли, но все еще сохранял манеру поведения любого Странника — проклинать все и вся перед лицом смерти, не жалея воздуха в легких. - Ты умеешь думать? Тогда подумай, есть ли мне дело до твоих требований! «Хорошо». - Сумка, - Лянь Чуань снова нажал на кнопку, целясь в левую ногу парня. - Ааааа..! - Нин Гу не смог больше стоять и упал на одно колено. Странник рядом хотел помочь ему, но заколебался, когда перевел взгляд на оружие в руке Лянь Чуаня. Тем не менее, он все еще оставался прирожденным Странником — после этого секундного колебания он все же схватил своего спутника под локоть, глядя при этом на гиену напротив. - Какого черта тебе от нас нужно? Лянь Чуань не стал обращать на его слова внимания, сосредоточившись на парне, стоящем на коленях на земле. «Это были вы?» «Вы под прицелом, но то чувство не объявилось».  «Тот страх, будто за мной следят». - Меня зовут Нин Гу, - парень оперся рукой о землю, задыхаясь. «Нин Гу». Лянь Чуань проверил это имя. Оно не фигурировало ни в одной из записей, связанных со Странниками. Однако всего минуту назад Нин Гу был таким упрямым и грубым, бросал ему вызов, заставляя считаться с его мнением, а теперь он вдруг так охотно сообщил ему свое имя… Взгляд Лянь Чуаня оторвался от прицела и медленно скользнул по Нин Гу. - Что бы ты ни хотел, ищи это сам! Не трогай остальные мои вещи! - Нин Гу поднял руку и подбросил в сторону гиены кожаную сумочку, которая крепилась к его ноге. Ничего необычного не было в его движениях в тот момент, когда он подкинул сумку, и ничего странного не было в том, куда он ее кинул. Она даже не успела загородить Лянь Чуаню обзор. Однако смутила сама последовательность его действий — как он сначала прекратил сопротивление и затем покорно отдал свою сумку. Лянь Чуань быстро перевел взгляд на руку Нин Гу только чтобы увидеть, как он в этот момент сжал пальцы, испуская слабый свет через промежутки между ними. В это же время Странник рядом с ним уже воспользовался возможностью наклониться и прижать руку к земле — бросая сумку, Нин Гу и не думал, что их командная работа с Чуэй Цзы будет даже слаженней, чем с Дин Цзы. Лянь Чуань не сказал, какую сумку бросать, поэтому у Нин Гу сейчас в руках была единственная необычная вещица, которую он принес с собой -  тот самый металлический кубик, излучающий свет. Он взял его в руку, когда тер ногу. Затем он бросил Лянь Чуаню сумку. Чуэй Цзы успел активировать свою способность. Нин Гу нажал на кнопку на кубике. Независимо от того, что делал этот куб, у него и у Чуэй Цзы, вероятно, не было бы и шанса выбраться оттуда живыми. Так что, даже если бы их разорвало на куски, они, по крайней мере, прихватили бы с собой и гиену. Странники могли бояться боли, но в критический момент их никогда не пугала смерть. О Лянь Чуане ходило много легенд, и хотя не все в них верили, в легендах его изображали безжалостным, жестоким солдатом, обладающим исключительным боевым мастерством. Однако, возможно, из-за того, что мало кто мог пережить встречу с ним, был один факт, который никем никогда не упоминался. Он был очень быстрым. Прежде чем Нин Гу успел нажать пальцем на кнопку, Лянь Чуань уже оказался прямо перед ним. У Нин Гу даже не было возможности увидеть, насколько быстро двигался Лянь Чуань. И что там говорилось насчет того, что все жители Мэйн-сити были обычными людьми? Можно ли достичь такой скорости исключительно при помощи экзоскелета? Маленький кубик был выбит из руки Нин Гу. Лянь Чуань подхватил его в воздухе. Затем Нин Гу был отправлен в полет ударом ноги Лянь Чуаня, а Чуэй Цзы каракал сбросил в ближайшую открытую канализацию. Все это произошло за то мгновение, когда сумку подбросили в воздух. Когда она, наконец, упала на землю, Нин Гу уже был уверен, что не сможет победить эту гиену и сбежать, и что ему никогда не удастся приукрасить очередную легенду о Лянь Чуане. Он не мог повернуть время вспять. Дин Цзы в этот момент определенно заплакал бы. Даже глава бы заплакал — он мог казаться пугающим, но Нин Гу не раз видел его плачущим. Пророчество Сумасшедшего дяди действительно сбывается… Неудивительно, что глава и Ли Сян запретили ему путешествовать в Мэйн-сити. Если бы он знал, чем все закончится, он бы спокойно передал то перо Лэнд Кингу, попросив взамен присмотреть за Дин Цзы в его отсутствие… Но в итоге за всю свою жизнь он ничего толком не увидел. И ничему не научился. «Как там снаружи за черным туманом? Что там есть? Куда делись все исчезнувшие люди?» «Откуда я взялся?» «Почему у меня нет родителей?» «Я все еще ничего не узнал». «Даже в свои последние минуты жизни я ничего не пойму...» Прицел Лянь Чуаня снова застыл на лежавшем на земле Страннике. Он чувствовал, что у этого Странника не было особых способностей. Но что тогда позволило ему выдержать агонию от двух выстрелов, так никто никогда и не узнает. Точно так же никто никогда не узнает, как Лянь Чуань вырос в условиях всех тех адских тренировок. Кончики пальцев Лянь Чуаня коснулись спускового механизма. Внезапно Нин Гу поднял голову, и их взгляды встретились прямо через оптический прицел. - Нет, - ответил Нин Гу. После этого простого слова Лянь Чуаня обуял страх. То самое ощущение вернулось, парализовав его тело. Взгляд Нин Гу не дрогнул — он пронзал сквозь прицел и визор, как меч, вонзаясь прямо в мозг. Тогда это точно был тот парень! Суждение Лянь Чуаня о том, что 009 был медиумом*, не было неверным, однако он упустил тот факт, что этому парню, возможно и не нужен был никакой медиум. *п/п: проводником в чужой разум Возможно, медиум бы даже ограничивал его способности. Ограничивал его умение заглядывать за пределы чужого разума. И из-за этой способности Лянь Чуаня посетило смутное чувство дежавю. Ему встречались Странники, которые могли читать мысли или нарушать привычное течение времени — Лянь Чуань не знал, было ли это просто иллюзией, или он действительно испытывал это. Он не осознавал, остановилось ли время или сильно замедлилось, или пролетело мимо в одно мгновение. Он также не понимал, находился ли человек, манипулирующий временем, с ним в одном пространстве или нет. Или, возможно, это была какая-то другая способность, например, увеличенная в тысячу раз гравитация. Он никогда не испытывал ничего подобного, поэтому у него не было на уме слов, способных описать эти ощущения. Последнее, что услышал Лянь Чуань, был голос Нин Гу. - Бежим! - воскликнул он. Течение времени не изменилось, не было никакого ускорения или замедления. Все, что Нин Гу делал, не было необычным. Но Босс рухнул на землю, и он дважды пытался встать на лапы, чтобы подняться. Спусковой механизм так и не был нажат. Нин Гу и второй Странник уже исчезли из его поля зрения. «Лянь Чуань?» - в коммуникаторе раздался голос Ли Ляна. «Я слушаю», - ответил Лянь Чуань, взглянув на Босса. Каракал фыркнул носом, показывая, что он в порядке. «Что произошло?» - машина Лу Цяня появилась над ближайшими крышами и спустилась к Лянь Чуаню. Лянь Чуань молчал. Он не знал, что сказать в такой момент. Он тоже не понял, что здесь произошло. Все, что он знал, что этот Нин Гу может представлять для него реальную угрозу. - Еще одна Вспышка, - Ли Лян тоже прибыл, выпрыгнув из припаркованной машины, и подошел к Лянь Чуаню, нахмурив брови. Он проверял записи оборудования, на встроенном в экзоскелет экранчике и прошептал: - Оборудование только что вышло из строя? Оружие не работает. - Да, - тихо ответил Лянь Чуань. - Это из-за способностей тех Странников? - Ли Лян выглядел удивленным. - Я не знаю, - сказал Лянь Чуань, бросив взгляд в сторону Затерянной долины. В прошлом подобные сбои в работе оборудования происходили только во время Вспышек. На этот раз он не знал причины и даже не заметил неисправности ранее, что означало, что система не зафиксировала необычные способности этого Странника. Это сделал Нин Гу? Или кто-то другой? «Внимание всем подразделениям, доложите обстановку,» - Лэй Ю скомандовал в коммуникатор. «Шестое подразделение, цель сбежала в Затерянную долину, - сказал Лянь Чуань. - У них с собой оружие второго поколения». «Какие у них способности?» - поинтересовался Лэй Ю. «Гравитационные всплески, - ответил Лянь Чуань, - Вспышки не было». «Понял, - сказал Лэй Ю. - Отступаем». - Отступаем? - Лу Цянь был потрясен. Он указал в сторону Затерянной долины. - Мы не пойдем за ними? Лянь Чуань молча взглянул на него. - Я помню, ты говорил мне убегать, когда я увижу Странника, - сказал Лу Цянь. - Что насчет тебя? - Я бы тоже убежал, - ответил Лянь Чуань. Лу Цянь на мгновение растерялся, затем повернулся к Ли Ляну. - Вероятно, они собираются попасть в Затерянную долину, - объяснил Ли Лян. - И что такого? - снова спросил Лу Цянь. Ли Лян вздохнул. Он не мог просто ответить на этот вопрос. *** - Что это только что было? - спросил Чуэй Цзы на бегу. - Я не знаю, - ноги Нин Гу все еще болели, причиняя ему такую сильную боль, что он едва мог стоять. Но прямо сейчас он не осмеливался остановиться, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок, и поэтому бежал так быстро, как только мог, стиснув от боли зубы. Путешествия других Странников по Мэйн-сити были наполнены всевозможными чудесами и острыми ощущениями, но его собственное путешествие туда стало ничем иным, как непрекращающейся беготней, в результате которой он чуть не умер. - Ты сказал мне бежать? - продолжал спрашивать Чуэй Цзы. - Похоже на то, - Нин Гу задумался, но все еще не мог понять, что произошло. - Когда я пришел в себя, я уже бежал. - Уже можно остановиться, - Чуэй Цзы постепенно замедлялся. - А? - Нин Гу не обратил на эти слова внимания и продолжил бежать вперед. - Стой! - Чуэй Цзы взволнованно крикнул. - Остановись! Впереди Затерянная долина! Нин Гу остановился. - Разве мы не туда направляемся? - Да, но, - Чуэй Цзы порылся в одном из своих карманов и, наконец, достал оттуда полупустой тюбик краски, нанеся несколько мазков себе на запястье, - есть ли что-то, что тебе нужно сделать или купить перед тем, как мы войдем туда? - Нет, - Нин Гу посмотрел на друга, - я просто хочу зайти и посмотреть. - Тогда все равно сначала сделай пометку, чтобы была возможность вспомнить о ее значении потом. После этого следуй за мной, - Чуэй Цзы отдал ему тюбик и с серьезным выражением лица оглядел окрестности. - Держись поближе ко мне. Затерянная долина… очень странное место. Пошли. - Нельзя поконкретнее? - Нин Гу остался стоять на месте. - Просто… - начал Чуэй Цзы, - некоторые не возвращались в Город-призрак не потому, что были уничтожены Городской стражей или гиенами. Они были внутри Затерянной долины и, по какой-то неизвестной причине, просто не вышли оттуда. Они как будто сходили с ума и отказывались уходить оттуда, ощущая крайнее блаженство и забыв, зачем они туда пришли… Поэтому, просто в качестве меры предосторожности, лучше нарисовать несколько отметин на своем теле. Когда ты их увидишь, ты сможешь обо всем вспомнить. - Почему тогда все до сих пор ходят туда, если это место такое опасное? - нахмурился Нин Гу. - Не все сходят с ума. Если есть метка, большинство людей могут прийти в себя, - сказал Чуэй Цзы, - кроме того, внутри безопасно. Городская стража и гиены боятся заходить внутрь. - О… Интересно, внутри действительно так хорошо? - Нин Гу опустил голову, чтобы нарисовать на своем запястье три маленьких точки. Он не умел писать, поэтому просто нарисовал, что смог. Возможно, он сможет найти на этом подземном рынке настоящую картину. - Ничего хорошего! Не пугай меня! - Чуэй Цзы взглянул на него. - Мы только что сбежали из лап Лянь Чуаня и все еще должны вернуться домой в целости и сохранности, чтобы похвастаться всем, что мы избежали страшной смерти! Если ты не выйдешь оттуда, мне не будет смысла возвращаться — глава повесит остывать мой труп в заливе Шеван. Нин Гу рассмеялся и махнул рукой. - Пошли! *** - Он еще не появлялся? В темном углу сидел мужчина, дым от сигареты, зажатой между его пальцами, медленно рассеивался в воздухе. - Нет. Ребенок уже вырос, поэтому для него нормально не хотеть возвращаться домой, - Чунь Сан облокотилась на стол. - В конце концов, не мы же растили его с рождения. - И капитан Лэй не заметил ничего необычного? - спросил мужчина. - Нет, - вздохнула Чунь Сан. - В поведении господина Лэя тоже не было ничего необычного? - мужчина стряхнул пепел с сигареты. Чунь Сан ответила не сразу, уставившись на сигарету в руке собеседника, и только через некоторое время заговорила. - Больше не задавай мне таких вопросов. Наши с Лэй Ю отношения не похожи на брачные. - Даже если оружие дало сбой, это длилось всего мгновение, а Странники просто сбежали. Это слишком необычно, - сказал мужчина. - На месте происшествия был не только он один, - напомнила ему Чунь Сан. - Да, их было четверо, включая кошку. Все они сказали, что произошел какой-то внезапный гравитационный всплеск, - сказал мужчина, - и система действительно обнаружила только это, но… Я не могу поверить, что кто-то смог сбежать от Лянь Чуаня, даже если его оружие вышло из строя! - Даже если Ли Лян не сказал правду, потому что проводил с ним много времени, Лу Цянь все равно один из ваших людей — стал бы он врать? - Чунь Сан усмехнулась. - Если они врут, вам действительно стоит задуматься. - Ты понимаешь, что означает это активированное оружие в руках Странника? - мужчина сделал паузу, - тот, кто сбежал… Если мы не сможем докопаться до сути, мы не сможем контролировать последствия и нести за них ответственность. - Я сделаю все, что в моих силах, но ты знаешь, что человеческое сердце — самое непредсказуемое, - ответила Чунь Сан. - У вас есть новейшие технологии и оборудование, и вы работали над ними столько лет, и разве вы не в состоянии отслеживать не только память человека, но и его мысли? Обладаем ли мы технологией, способной понимать сердца людей?  - Если вы действительно заботитесь о Лянь Чуане и не хотите, чтобы тот исчез, - мужчина затушил окурок и встал, его голова почти касалась потолка, - тебе лучше приложить максимум усилий, чтобы понять, о чем он думает. Вы должны осознавать, что даже лучшее оружие — это всего лишь оружие. Если будет необходимо, он с легкостью станет ничем в наших глазах.

Один из входов в Затерянную долину располагался в конце узкого переулка. Чуэй Цзы всегда ходил сюда осторожно, следуя определенной последовательности действий, чтобы не заблудиться и не поддаться неконтролируемому восторгу. По обе стороны переулка были жилые здания, иногда они разделялись магазинами, продающими товары, похожие на украденное Нин Гу ранее пальто. Однако, не смотря на их однообразный внешний вид, эти дома выглядели все равно лучше, чем жилища жителей Города-призрака. Даже глава не жил в настолько ухоженном доме, как эти. Чтобы выдержать сильный ветер, их дома были особой формы, что иногда даже не позволяло стоять внутри в полный рост. Небольшая хижина Нин Гу была исключением, где можно было стоять, выпрямившись. Тем не менее, это не обошлось ему без потерь, его дом сносило четыре раза, поэтому он лишился многих собранных вещей. В то время, как ему удавалось собрать какие-то предметы, другие в это же время бесследно исчезали. Был даже трагичный случай, когда вещи, которые он обменял у Лэнд Кинга, были возвращены этим хитрым торгашом обратно, что вынуждало Нин Гу обменивать их у него снова.Аллея была пуста, и понятно почему. Когда раздался сигнал тревоги, оповещающий о прибытии Странников, все попрятались по домам. Некоторые очень боялись Странников, в то время как другие не беспокоились о них так сильно. Тем не менее, было ясно, что Странникам тут не рады, так же, как сами Странники питали своего рода обиду на жителей Мэйн-сити. Пересекая аллею, Нин Гу чувствовал на себе пристальные взгляды, наблюдающие за ним со всех сторон. И когда он оборачивался, чтобы поглядеть на смотрящих, он видел только колышущиеся занавески и внезапно погасший свет… Они все еще чувствовали страх перед Странниками. «Мы действительно так их пугаем?» —подумал Нин Гу про себя. Он на мгновение задумался: «Конечно! Странники чудовища, вы двое только что ограбили магазин и дважды ударили ногой его хозяина. Мы все еще излучаем угрожающую ауру из-за недавнего ограбления». - Мы на месте, - Чуэй Цзы указал вперед. - Держись меня и давай без шуток. Мы не должны разделяться. - Я понял, - Нин Гу махнул на него рукой. Пейзаж впереди был немного жутким. В отличие от других частей Мэйн-сити, которые были огорожены друг от друга высокими металлическими стенами, отсюда они могли беспрепятственно увидеть пустошь Черного железа. И переулок, словно прорубленный ударом какой-то огромной силы обрывался впереди. Словно там была проведена невидимая линия. На одной стороне был город, который одинаково встречал и ночь, и день, а на другой были тысячи обломков, что остались от зданий, конца и края которым не было видно, и суровая, безжизненная и жестокая пустошь. Вход находился внутри полуразрушенного здания. Толкнув дверь, они увидели спуск вниз по лестнице в кромешную тьму, откуда не доносилось ни звука. Нин Гу обернулся, чтобы окинуть взглядом переулок, который они только что оставили позади. - Его тоже скоро не станет, - сказал Чуэй Цзы, - я слышал, что раньше этот переулок был длиннее, и этот вход находился в черте Мэйн-сити, как и вон тот. И здесь тоже жили люди. - Почему все стало таким? - Мэйн-сити рушится. В конечном итоге все это станет частью пустоши, - Чуэй Цзы взгляну на метку краски на своей руке, а затем начал спускаться по лестнице. Нин Гу так же взглянул на свою метку. «Картина! Я здесь, чтобы найти картину! Меня зовут Нин Гу! Я здесь, чтобы найти картину! И я должен вернуться домой!» После того, как он последовал за Чуэй Цзы, спускаясь вниз, он стал чувствовать запахи, которых никогда раньше не встречал, но они были приятные и со сладким оттенком.  Однако был еще один, который он ранее мог чувствовать только в хижине Сумасшедшего дяди. Проживая в Городе-призраке, трудно чувствовать какой-то конкретный запах - ветер слишком сильный, что даже пердеж, въевшийся в одежду, немедленно сдует ветром, поэтому запахи можно было ощущать только в помещении… И еще он помнил запахи предметов, которые он собирал. Все они пахли старостью и древностью, и немногие из них пахли приятно. - Что это за запах? - спросил Нин Гу, заметив за углом в конце лестницы слабый красный свет. - Мы пришли, - Чуэй Цзы остановился и сделал глубокий вдох, как будто готовился к чему-то необычному. Нин Гу не уверен, что то было необходимостью, но он последовал примеру Чуэй Цзы и тоже сделал глубокий вдох, что придавало ситуации некую обрядность. Повернув за угол, Нин Гу увидел мир, кардинально отличавшийся от того, что он видел в Городе-призраке, в пустоши и даже в Мэйн-сити. Черная пещера, необъяснимым образом существующая и растущая среди всего этого металлического мира. Стоя у входа, они не могли оценить размеры этого помещения, но они заранее знали, что долина находилась под землей, поэтому это действительно была пещера. Лестница под их ногами тянулась дальше вниз, каждый этаж светился определенным светом. Бесчисленные проходы и тоннели беспорядочно располагались на каждом этаже и уходили в невидимую подземную глубину. Красный свет, который просачивался через различные щели и трещины, не был особенно ярким, но обеспечивал достаточное освещение. Нин Гу долго смотрел на это, чтобы прийти к выводу, что это был гигантских размеров подземный город. - Пахнет чаем, - ответил Чуэй Цзы на предыдущий вопрос. - Чай - это редкий товар. Не думай, что получить его так же легко, как уловить его запах. Даже если бы ты обшарил всю Затерянную долину, ты, скорее всего, не нашел бы даже и одного пакетика. Люди здесь любят опрыскивать себя водой с ароматом чайных листьев, здесь это модно. - Тогда я возьму немного такой воды для Дин Цзы, - заявил Нин Гу. - У тебя есть чем платить? - спросил Чуэй Цзы. - Что мне нужно для оплаты?- спросил Нин Гу в ответ. Он не думал об этом, пока не пришел сюда, до этого он просто хотел посмотреть. - Это должно быть что-то из стекла, например, ваза для цветов, - ответил Чуэй Цзы. - У меня нет такого, - задумался Нин Гу. - Может, просто украсть это? Чуэй Цзы взглянул на него. - Не говори такие вещи в открытую, это гадко. - Хорошо, - Нин Гу кивнул. У входа не было людей. Чуэй Цзы провел его вниз по лестнице на уровень ниже. Еще до того, как они дошли до следующего уровня, Нин Гу услышал, как кто-то разговаривал. Справа он увидел большое углубление, ведущее в какой-то зал. Вокруг было полно хижин, напоминающих магазины, но не во все можно было войти, и многие были просто закрыты. Здесь, наконец, он начал замечать людей. Оглядевшись, он увидел довольно много Летучих мышей, бродивших вокруг. Их было довольно легко отличить — как говорили, они не чувствуют боли, поэтому довольно часто подвергают модификациям свои тела. При этом внешний вид этих модификаций часто и близко не имел ничего общего с их кожей и плотью, поэтому узнать Летучую мышь можно было по металлическим костям, выступающим из их тел. Конечно, они не ограничивались только металлическими костями... Помимо Летучих мышей, которые бродили вокруг с выражениями лиц от загадочного до удивленного или подозрительного, было много других, происхождение которых было менее очевидно. По словам Чуэй Цзы, многие из них, вероятно, были Странниками или городскими бродягами, которые были счастливы находиться в этой «ловушке». - Многие из них сами сбежали сюда, - сказал Чуэй Цзы, - но здесь таких очень мало. Обычным людям редко выпадает шанс спастись здесь от гиен. Нин Гу ничего не ответил, уже испытав подобное на своей шкуре. Но даже не смотря на то, что он только что сбежал от гиен, в частности от Лянь Чуаня, он все еще не испытывал никакого особого триумфа по этому поводу. Он понятия не имел, как ему вообще удалось сбежать. Когда Лянь Чуань приблизился к нему, окруженный запахом смерти, разум Нин Гу был занят только одной мыслью: «Я не хочу исчезать, ведь я еще много чего не видел». И он как-то использовал эту мысль, чтобы победить Лянь Чуаня. Если бы он рассказал об этом кому-нибудь из Странников, это вызвало бы у них приступ неконтролируемого смеха. Ситуация относилась к тому виду хвастовства, которым не знаешь, как похвастаться. - Я прихожу сюда каждый раз, как посещаю Мэйн-сити. Тут можно увидеть много интересного. Некоторые вещи можно выменять, некоторые недоступны для обмена. Конечно, все можно купить, если у тебя имеется с собой валюта Мэйн-сити, - Чуэй Цзы повел его по помещению, вкратце рассказывая обо всем. - Если ты не будешь лезть не в свое дело, то можешь подслушать, как они болтают, и поспрашивать о нужных тебе вещах. Но они все живут здесь, поэтому, возможно, знают не намного больше нас… О, точно, здесь есть еда и напитки, которые можно обменять на выдаваемые в Мэйн-сити пайки. Этого никто из нас раньше не пробовал, а еще есть выпивка… - Чуэй Цзы огляделся вокруг. - Но нам нельзя пить алкоголь. Если глава узнает, меня повесят в заливе Шеван и оставят там на три дня, когда мы вернемся. - Нельзя пить? - Нин Гу посмотрел на него. - Ставлю бутылку на то, что первое, что ты будешь здесь делать, это искать выпивку. Ты слишком предсказуем. - Правда так очевидно? - Чуэй Цзы выпрямился и на мгновение задумался, прежде чем улыбнуться. - Дин Цзы всегда говорил, что я ужасный актер. - Ты определенно не так хорош, как он, - кивнул Нин Гу. Вспомнив о Дин Цзы, он посмотрел на красный огонек, трепещущий внутри маленькой хижины сбоку. Ему хотелось бы достать новые очки для Дин Цзы, но он не знал, сможет ли обменять их на что-нибудь из своей одежды. - Видишь эти проходы? - спросил его Чуэй Цзы. - Ммм, да, я вижу их, - Нин Гу заметил несколько ведущих в тоннели пещер по всему периметру. Честно говоря, он чувствовал, что не может до конца насладиться всем этим. Он родился в Городе-призраке, вырос там и никогда никуда не ездил. Аккуратные здания Мэйн-сити уже открыли ему глаза на новый мир, но этот подземный мир, который он видел прямо сейчас, был полон еще большим количеством чудес, куда не посмотри. - Запомни тот, откуда мы пришли, затем три следующих справа, - Чуэй Цзы указал на них пальцем. - Все они безопасны. Я был во всех трех вместе с главой, в конце каждого есть пещера поменьше, без развилок. В оставшихся двух я не был. - Угу, - Нин Гу постарался все запомнить. - А что насчет других пещер? Я видел, что на каждом этаже их много… - О чем ты только думаешь?? - обеспокоенно перебил его Чуэй Цзы. - Это все! Я больше никуда не пойду. Я знаю только это место, его нам и достаточно! -...Ох, - Нин Гу был шокирован его внезапной вспышкой гнева. Чуэй Цзы пристально посмотрел на него, затем, наконец, ткнул себе пальцем в грудь. - Нин Гу, я знаю, о чем ты думаешь, но это место — не Город-призрак. Я знаю, что там ты для всех опасный хулиган, и все тебя боятся, в то время как ты не боишься ничего, но здесь ты — никто, понял? Ты просто глупец, который впервые приехал в Мэйн-сити. - Я понял, - Нин Гу уставился на него в ответ. - Тебе не обязательно быть таким грубым, ты сам дурак. - Дурак, - внезапно к нему наклонился мужчина. - Ты здесь впервые? Хочешь чему-нибудь поучиться у меня? Нин Гу не поверил своим ушам. Он повернул голову и увидел мужчину с длинной бородой, растущей от его носа, который подошел к ним. Судя по тому, как тот был одет, казалось, что он бродяга. К тому же, при нем не было никаких металлических модификаций. - С кем ты говоришь? - спросил Нин Гу. - Ты, - нетерпеливо ответил бродяга, - ты действительно дурак, раз я ясно смотрю прямо на тебя, но ты все равно спрашиваешь… Нин Гу поднял ногу и пнул бродягу в грудь, отчего тот отлетел прямо в одну из хижин, вызвав небольшой переполох. Поблизости сначала бродило всего несколько человек, но внезапный удар привлек внимание других необычных компаний. Когда бродяга выбежал из хижины, выкрикивая проклятья в адрес Нин Гу, еще двое, похожие на Летучих мышей, вышли сразу за ним. У одного из них была цела только одна половина лица, а другую половину заменил плохо обработанный металл — Нин Гу мог видеть вмятины на металле даже на расстоянии. У другой Летучей мыши были модификации более распространенные — сквозь поврежденную плоть на ногах виднелись металлические кости. - Пойдем, - сказал Чуэй Цзы. - Что? - Нин Гу повернул голову. Чуэй Цзы не был честным человеком, который избегал неприятностей даже в Городе-призраке. Он никогда не боялся конфликтов и никогда не сбегал, несмотря на то, что большинство Странников были далеки от обычных людей, даже если они были в разы сильнее, чем он. Как же так случилось, что теперь его напугала всего лишь одна пара механических ног? - Земля под нами полая, - объяснил Чуэй Цзы. Нин Гу растерялся, но потом вспомнил, что сила Чуэй Цзы требует твердой поверхности, и что этот рынок был пронизан сверху донизу пещерами и тоннелями… Для Нин Гу, выросшего на бескрайних просторах твердой земли Города-призрака, эта ситуация оказалась неожиданной. Это означало, что здесь они были для всех обычными высокомерными людишками. - Пошли! - Чуэй Цзы дернул Нин Гу за рукав и быстро двинулся к проходу в стене. Когда Нин Гу обернулся, Мыши с половиной лица и механическими ногами внезапно рванули вперед. Благодаря многолетнему опыту Нин Гу в избиении и терпении побоев, он сразу понял, что их целью сейчас был Чуэй Цзы — без своих способностей тот выглядел обычным тощим юнцом. Нин Гу немедленно пришел в ярость — не из-за того, что преследователи целились в слабого, что часто делал он сам, а потому, что эти люди действительно осмелились напасть на его друга прямо у него на глазах! - К черту побег! - его голос стал суровым, когда он бросился на двух Летучих мышей. Модификации ног приносили Мыши некоторую пользу, позволив ему бежать впереди того, что был с половиной лица. Однако, основываясь на предыдущих предположениях и поспешных суждениях о Летучих мышах, Железноногий определенно был менее опасен, чем  Полуликий. Итак, когда он был уже на полпути к ним, Нин Гу подпрыгнул и изо всех сил толкнул в бедро Железноногого как раз в тот момент, когда он делал шаг. Учитывая, что такие Летучие мыши могут высоко прыгать, этот тоже должен был это уметь. Его предположение оказалось верным, поскольку нога этой Летучей мыши стала для него своеобразным трамплином, позволив ему оттолкнуться и подпрыгнуть в воздух. Сама же Мышь рухнула с болезненным воем на землю. Только когда он ударился головой о потолок пещеры, он понял, почему Летучая мышь только бегала, а не прыгала. Он даже услышал звук удара своего черепа о каменную поверхность. Бум! Эти пружинистые ноги действительно были настолько упругими? Хорошо, что у него, вероятно, был очень прочный череп, и в итоге его не вырубило от такого удара. Когда он начал падать вниз, он изогнул свое тело в воздухе и использовал падение, чтобы нанести удар кулаком в половину живого лица Полуликого. Это стало мощной атакой, в результате которой Полуликий рухнул на землю без сознания. Когда Нин Гу приземлился на землю, вокруг него собралась толпа. Возможно, они давно не видели ничего более зрелищного, поэтому решили объединиться, чтобы всем вместе побить его. Пока он был местным хулиганом Города-призрака, групповые разборки там были не в моде. Его быстро настиг кулак, и он повалился на землю, схватившись за голову. Пытаясь выползти из толпы, он быстро огляделся по сторонам, но не смог найти Чуэй Цзы. - Бейте! Бейте его! - кричала толпа собравшихся вокруг него. Он изо всех сил старался пробиться сквозь нее, нанося удары всем, кто был близко. Среди хаоса кто-то с такой силой схватил его, что это было почти сравнимо с его ударом в Полуликого. Его быстро вытащили из толпы, и прежде чем он успел сообразить, что происходит, его уже затащили в темную хижину без света. Снаружи кто-то из толпы свистящих и кричащих указал в том направлении, куда его утащили, в результате чего шум значительно стих, превратившись в низкое гудение. После этого, показалось, что все внезапно потеряли интерес и разбежались. Нин Гу привел в порядок свою одежду и ощупал лицо, прежде чем обернуться. - Спа… Позади никого не было. Он повернул голову обратно и никого не увидел. Повертев головой раза четыре, он, наконец, убедился, что в этой маленькой темной хижине со множеством щелей, забитых досками, абсолютно никого не было. - Спасибо, - он все же высказал свою благодарность, прежде чем быстро направиться к выходу. В этот момент легкий ветерок коснулся его шеи, и он услышал голос над ухом: - Кто ты?

Первым делом Нин Гу предположил, что это один из Странников подшутил над ним. В конце концов, он знал по крайней мере троих, кто способен говорить, не выдавая себя. Однако, он быстро отбросил эту мысль, поскольку не мог узнать этот голос. Если бы это оказался не Странник, которого он знал, то уже неважно было, кому принадлежал этот голос, была ли это какая-то способность или специальное оборудование… ему нужно было бежать. Скорость Нин Гу была впечатляющей при любых обстоятельствах, как и его боевые навыки. После того, как он со скоростью ветра выбежал из темной хижины, ему показалось, что этот голос все еще звучал внутри. Но несмотря на то, что он быстро выбрался из помещения, Чуэй Цзы нигде не было видно. Нин Гу стоял в центре площади, внимательно осматриваясь вокруг, но не смог найти Чуэй Цзы. Этот проклятый трус уже наверняка скрылся в одном из тоннелей. Для такого столь решительного побега было очевидно, что он не доверял хулигану из Города-призрака. Нин Гу не стал следовать советам Чуэй Цзы и не пошел к тоннелям, чтобы найти его. Он не был знаком с местностью и поведением здешних жителей и посетителей, и не был уверен, сбежал ли все-таки Чуэй Цзы или столкнулся с какими-либо неприятностями. Изначально он хотел понаблюдать за окружающими. После такого сильного переполоха большинство обычно было сосредоточено на том, чтобы найти беглеца. Однако, к своему разочарованию, он понял, что подобный опыт здесь не пригодился. Люди все так же хаотично перемещались вокруг и, казалось, что их ничего не беспокоило, но когда он случайно встречался взглядом с некоторыми, он был уверен, что они наблюдают за ним. Он переходил взглядом от одного к другому и, казалось, что они не ожидали такого скорого разоблачения, поэтому атмосфера вокруг вмиг сделалась напряженной. Когда Ли Сян подошел к Нин Гу сзади, тот рывком обернулся, как только услышал шаги, и лицо, которое он скорчил, когда увидел правую руку главы, не поддавалось никакому описанию. - Ты идешь со мной, - сказал Ли Сян, проходя мимо. Нин Гу был доволен тем, что у него все еще была хорошая реакция в такой хаотичной и непредсказуемой обстановке. - Чуэй Цзы пропал, - Нин Гу заговорил без каких-либо доводов в свою защиту. - С ним все в порядке, - сказал Ли Сян, собираясь зайти в самый левый тоннель. Нин Гу остановился перед входом. Когда Ли Сян оглянулся, Нин Гу в это время смотрел на свое запястье. Ли Сян взглянул на Летучих мышей с черными кольцами на пальцах, которые двигались за ними небольшой группой, а затем снова обратился к Нин Гу, который уставился на свое запястье с несколькими нарисованными на нем синими точками. - Чем ты занят? Уходим. - Кто ты? - Нин Гу прислонился к стене тоннеля, не сводя взгляда с Ли Сяна. - Ли Сян, - ответил мужчина. - Кто такой Ли Сян? - Нин Гу продолжал пристально смотреть на него. - Ли Сян — это тот, кто молил о пощаде для тебя, когда ты в детстве попадал в беду, - ответил Ли Сян, - тот, кто помогал тебе чинить хижины, которые ты ломал, кто снял тебя с часовой башни, когда глава оставил тебя висеть там на три дня на всеобщем обозрении, кто заштопывал твои дырки на штанах, когда ты рвал их в драке… Этому методу проверки собеседника определенно учил его не Чуэй Цзы. Странники, часто посещающие Мэйн-сити, не вели бы себя так глупо. На первый взгляд, эта проверка была собственным творением Нин Гу. Он был очень осторожен. - Ладно, ладно, ладно, - Нин Гу быстро подошел к Ли Сяну и махнул рукой. - Достаточно, ты можешь остановиться. В любом случае, твои навыки шитья были ужасны, но ты, кажется очень хорошо все запомнил. - Чуэй Цзы научил тебя этому? - Ли Сян продолжил идти вперед. - Я про след на твоей руке. - Да, - кивнул Нин Гу. - Это помогает? - Тот парень, которого ты недавно пнул, - сказал Ли Сян, - оставил похожую отметину у себя на лице лет десять назад. Он так и не вернулся в Город-призрак. Нин Гу на мгновение замолчал. Ли Сян оглянулся, чтобы сказать: - Ты слишком непослушный. - Никто никогда толком не объяснял мне эти вещи, - нахмурился Нин Гу. - С чего бы мне тогда оставаться послушным? Ли Сян не стал продолжать этот разговор. Летучие мыши приближались, поэтому он старался не останавливаться. - Нас преследуют, - сказал Нин Гу. - Они все носят черные кольца. - Они преследуют тебя, - ответил Ли Сян, похлопывая Нин Гу по плечу. - Почему? - спросил Нин Гу. - Потому что я устроил драку? Не может же быть, что только за это… Кажется, в этом месте нет абсолютно никаких правил. Ли Сян резко втолкнул его в одну из хижин, когда они прошли длинный темный тоннель, затем протянул руку и указал ею на группу Летучих мышей с черными кольцами, которые преследовали их. Они сразу же остановились, как вкопанные, затем развернулись и ушли, делая вид, что ничего не произошло. Нин Гу был недоволен грубостью Ли Сяна, но увидев, кто был внутри хижины, он быстро отступил ко входу, со всем должным смирением признавая свою ошибку и пытаясь сбежать. - Я был неправ! Я был неправ! Я не буду больше так делать! Внутри хижины, кроме Ли Сяна , который снова втолкнул Нин Гу обратно внутрь, было еще три человека: глава, его помощник Линь Фан и самая могущественная женщина в Городе-призраке — сестра Ци. - Что тебе не следовало делать? - спросил глава. Сестра Ци одарила Нин Гу улыбкой, а он тут же запрыгнул на ближайший стол, затем схватился за металлический прут, воткнутый в щель на потолке, чтобы повиснуть в воздухе. Способности сестры Ци были очень сильны, но он был хорошо знаком с ними. Пока он не коснется земли, невидимые руки женщины не повалят его на землю, лишив всех чувств. - Если хватит сил, не спускайся, малыш, - сказала сестра Ци. - Если у тебя хватит терпения, то продолжай караулить меня внизу, - парировал Нин Гу. - Красавица. - Что ты сделал не так!! - заорал глава. Улыбка на лице сестры Ци сменилась испугом, вызванным этим криком, и она даже немного закашлялась. - Мне не следовало тайком пробираться в Мэйн-сити, - Нин Гу быстро перешел к главному. - Где ты был? Кого встретил? - спросил Линь Фан. Этот человек никогда не улыбался, и никогда не проявлял никаких других эмоций. Нин Гу труднее всего было угадать его возраст по внешности среди всех оставшихся в живых из первого поколения — возможно, потому, что он так давно перестал пользоваться эмоциями, что на его лице из-за этого не было ни следа от морщин. Нин Гу боялся его даже больше, чем главу. Глава был подобен кувалде, которая издавала громкий звук при взмахе, так что был выбор: принять удар на себя или увернуться. Линь Фан же был похож на тонкую острую металлическую проволоку, натянутую в темноте, которую нельзя заметить, прежде чем она перережет пополам. - Я погулял по трем улицам Мэйн-сити, затем зашел в разрушенное здание, чтобы вздремнуть, - Нин Гу отвечал честно, оставаясь висеть над потолком. - Затем я зашел в магазин, забрал оттуда пальто, которое сейчас на мне, а потом следовал за Чуэй Цзы, и на пути сюда мы столкнулись с Лянь Чуанем и его кошкой. Услышав концовку его рассказа, все в комнате синхронно подняли головы. - Я был напуган до смерти! Он дважды стрелял мне в ногу! Было так больно, что я чуть не упал в обморок, и он еще украл мою сумку, - Нин Гу воспользовался возможностью вызвать сочувствие. - Если бы мы не умели так быстро бегать… - Ты бежал быстрее, чем Лянь Чуань? - Ли Сян не смог удержаться от вопроса.- Чуэй Цзы тоже был быстрее него? - Разве мы не можем быть быстрее, чем Лянь Чуань? - Нин Гу задумался. - Похоже, он просто не гнался за нами. - Ты уверен, что говоришь правду? - глава уставился на него. - Если то, что скажет Чуэй Цзы, не будет соответствовать твоей версии, когда он вернется, я брошу тебя в залив Шеван. - Это правда, - сказал Нин Гу. Все, что он сказал действительно было правдой. Однако кое о чем он, конечно, умолчал. Нин Гу вырос в Городе-призраке под присмотром главы, поэтому не нуждался в еде или одежде, но он часто бродил в одиночестве и без цели, причиняя неприятности направо и налево. Несмотря на маленькую драку каждые три дня и на большую каждые пять, он прекрасно понимал, что Странники не были всего лишь доброй и жалкой кучкой беглецов. Побег они совершили, но те, кому удалось сбежать в такое место, как Город-призрак, и выжить, как правило, не были добрыми и жалкими. Все добрые и жалкие уже давно вымерли в Мэйн-сити. Поэтому, оставленный главой чемодан, его странный сон и странное поведение Лянь Чуаня, позволившее ему сбежать, и даже маленький светящийся куб, который у него украли — с точки зрения Нин Гу были вещами, которыми он мог поделиться только с главой, в то время как о некоторых из них он не стал бы рассказывать даже ему. Кроме того, ему лучше хорошенько поколотить Чуэй Цзы, чтобы убедиться, что тот никогда не проболтается. - Ты остаешься здесь, - сказал глава, - и никуда не уходишь. Когда мы закончим со всеми делами, ты вернешься в Город-призрак в нашем сопровождении. - Я проделал сюда такой долгий путь… - Нин Гу висел на железном пруте, не желая сдаваться. - Ты проделал сюда такой долгий путь, - глава свирепо посмотрел на него, - и если бы что-то случилось, ты не смог бы жаловаться мне сейчас, потому что был бы уже мертв! - Просто попроси Ли Сяна следить за мной, - предложил Нин Гу. - Почему он должен следить за тобой?! Кем ты себя возомнил! - Я останусь с ним, - сказал Ли Сян. - Если он будет сидеть здесь, тогда мне нужно будет присмотреть за ним. Кто-то пришел. - С кем ты успел поругаться? - спросил Линь Фан. - Скажи правду. После того, как пришел в долину. - С кучкой сумасшедших, которые напали на меня, - объяснил Нин Гу. - Ли Сян, ты должен был это видеть, верно? Я столкнулся с ним рядом с местом нападения, как только вышел из укрытия. - Откуда ты вышел? - Линь Фан продолжил расспрос. - Я вышел из темной хижины, - Нин Гу взглянул на трещины в потолке у себя над головой. - Там не было красного освещения, как здесь… - Поэт? - пробормотал Линь Фан. - Хм? - Нин Гу сделал паузу, не уверенный, что вопрос был ему. Только позже он понял, что Линь Фан обратился к Ли Сяну. - Не уверен, - прямо ответил Ли Сян, - те, кто следовал за нами, были бандой Цзю И. Их называют «Черные кольца». Линь Фан закончил с вопросами. Возможно, из-за того, что им еще нужно было сделать кое-какие покупки или у них были какие-то другие дела, глава вместе с Линь Фанем и сестрой Ци собрались уходить. - Теперь можешь спуститься, - сестра Ци взглянула на Нин Гу, который все еще висел на потолке. - Нет, - сказал Нин Гу, - мне нравится тут висеть. Сестра Ци закатила глаза и последовала за главой к выходу. Теперь в комнате остались только он и Ли Сян. Нин Гу, наконец, отпустил железку и спрыгнул вниз, внимательно осматривая помещение. Оно было совершенно пустым. - Для чего это помещение? - спросил он. - Просто пустое помещение, - ответил Ли Сян. - Здесь много таких мест. Когда нужно что-то продать, соблюдая конфиденциальность, часто используют такие помещения. - А… Давай тоже уйдем, побродим по знакомым тебе местам, а? - С кем ты столкнулся? - спросил Ли Сян. Нин Гу уставился на него. После долгого разглядывания, он прислонился к стене хижины позади него и скрестил руки на груди:  - Угадаешь? - Хозяева Затерянной долины — не Летучие мыши, не жители Мэйн-сити, не Странники и уж точно не бродяги, - сказал Ли Сян. - Настоящего хозяина Затерянной долины все зовут Поэтом. - Что такое поэт? - спросил Нин Гу. - Один человек. - О, - кивнул Нин Гу. Он думал, что поэт — это какая-то группа или община, вроде Странников. - Тогда это был не Поэт. Выражение лица Ли Сяна было полно сомнения, ведь Нин Гу на самом деле не приложил особых усилий к этой лжи, но Ли Сян ничего не сказал по этому поводу. Он только добавил: - Когда появляется Поэт, вокруг гаснет свет. Я слышал, что все, кто слышал его голос, забывали о том, кто они. Нин Гу застыл. Для него не имело значение, что в той хижине было темно, но вторая половина предложения напугала его. Теперь он просто обязан вернуться. - Все-таки встретился с ним? - снова спросил Ли Сян. - Возможно, это произошло случайно, - сказал Нин Гу. - В том помещении было темно. - Он что-нибудь сказал тебе? - Ли Сян продолжил расспрос. - Нет, - ответ Нин Гу был прост, и он дал его без колебаний. На мгновение, Ли Сян, казалось, почувствовал облегчение, но тут же снова нахмурился. - Это и странно. Он не знал, почему это было странно, и Нин Гу предпочел не обращать на это внимания. Ли Сян был мягким человеком, единственным из знакомых ему Странников, кто никогда не повышал на него голос. У Нин Гу было свое представление о том, что такое «опасность». Сейчас у него не было возможности убедиться, что все, что Ли Сян рассказал ему о Поэте, было правдой, тем более, что он никогда раньше не слышал, чтобы кто-нибудь упоминал о таком. Поэтому, на тот момент, он решил, что намек Ли Сяна о «странном» был попыткой вытянуть из него информацию. - Куда ты хочешь пойти? - спросил Ли Сян. - Мне нужны защитные очки для Дин Цзы, - сказал Нин Гу. - И еще я хочу найти… - Картину? - вмешался Ли Сян. - Угу, - кивнул Нин Гу. - Возможно, найти ее не получится. Я никогда не видел их здесь, - ответил Ли Сян. - Тогда просто поищем очки, - Нин Гу быстро сократил свой список. - Пойдем, - Ли Сян вышел из помещения. Когда они проходили через центральную площадь, вокруг было много людей, так что Нин Гу было тяжело дышать, но Ли Сян все еще слышал следующие за ним шаги. Однако, когда Ли Сян, беспокоясь, оглянулся назад, то обнаружил, что за ту дюжину шагов, которые они сделали, Нин Гу успел сбежать. - Вот же крысеныш, - Ли Сян нахмурился и выругался себе под нос. *** Очки в красной оправе — просто великолепны. В монотонном Городе-призраке обладатель таких очков определенно стал бы мишенью для множества желающих заполучить такие очки, первым, кого побьют в драке и первым, кого поймают. Нин Гу взял очки и посмотрел в сторону человека, сидящего в углу, неуверенный, спит тот или бодрствует. - Ваше? - Если они тебе нужны, тогда мои, - сказал сидящий в углу человек. - Что ты хочешь взамен? - спросил Нин Гу. - А что у тебя есть? - мужчина пошевелился и почесал левую ногу правой. Нин Гу обыскал свои карманы, но в данный момент ничего в них не нашел. Изначально у него в сумке были кое-какие вещи для обмена, но он не знал, что с ними стало после того, как Лянь Чуань забрал их. Нин Гу не знал, куда он их отдаст или оставит себе, но если они встретятся еще раз, то он определенно заставит Лянь Чуаня все компенсировать. Ведь это были его драгоценные сокровища. - Одежда, - Нин Гу продемонстрировал украденное пальто, которое было сейчас на нем. Мужчина ничего не сказал, только протянул руку. Нин Гу снял пальто и бросил ему. Мужчина поймал пальто, встряхнул его и махнул Нин Гу рукой. Нин Гу, радуясь, повесил очки на пояс штанов. Это было впервые, когда он заключил сделку с кем-то за пределами Города-призрака, и он был очень доволен этим. Перед ним как будто открылось маленькое окошко — несмотря на то, что вид на ту сторону был не особенно красивым, и даже несмотря на то, что там была все та же куча мусора, по крайней мере, эту кучу он раньше не видел. Выйдя из хижины, он огляделся, но не заметил ни Ли Сяна, ни банды Черных колец. Избавиться от Ли Сяна было легко. За свою жизнь он убегал от более чем сотни людей, если не больше пяти сотен. И если их было не больше пяти сотен, то наверняка больше ста. Однако Ли Сяну не составило бы большого труда найти его снова, поскольку Нин Гу не осмеливался бродить по незнакомым местам, он ходил только по тем, на которые ему указал Чуэй Цзы. Ему нужно было найти Чуэй Цзы раньше Ли Сяна, чтобы убедиться, что тот не успел ничего разболтать. Гуляя некоторое время, Нин Гу, наконец, понял, почему Чуэй Цзы посещал только указанные несколько мест. Все эти тоннели были очень длинными, со множеством поворотов, и помимо больших пещер в конце, в середине было также несколько пещер поменьше. Везде были люди, а также множество интересных вещей. Книги, исписанные символами, деревянные чаши, игральные кости, которые, предположительно, были сделаны из отполированных костей древних животных, песочные часы с крошечными шестеренками… а также вещи, природу которых Нин Гу не знал и не мог разгадать. Некоторые товары были свалены в кучу на столах, некоторые разложены прямо на земле, а некоторые висели на самом одеянии их владельца. Нин Гу остановился перед черным железным столом. На нем было много всякой всячины, сваленной в беспорядке. Согласно первому, по опыту Нин Гу, принципу торговли в Городе-призраке — любой, кто мог выставить столько товаров и не обращать на них внимания,  являлся человеком влиятельным и часто нечистым на руку. И согласно второму закону, о работе которого здесь Нин Гу не был уверен — чем более привлекателен товар, тем меньше он стоит. Это были те товары, от которых продавец желал избавиться и ждал, пока какой-нибудь дурачок захочет обменять их. Вот почему, когда он посмотрел в сторону, то его взгляд быстро заметил темно-зеленый металлический шар. Он был достаточно маленький — он поместился бы во рту, и не очень гладкий — со множеством мелких вмятин на поверхности, явно оставленных кем-то, кто пытался его раскусить или погнуть. Он не знал, для чего был нужен этот шар, но, помимо защитного и боевого снаряжения, Нин Гу всегда нравились такие бесполезные, но красочные и интересные на вид вещи. - Что это? - спросил Нин Гу. - Это секретный ключ из легенд, - загадочно объяснил ему подошедший продавец. У владельца лавки был только один глаз, вместо второго в его глазнице был вставлен металлический цветок, выкрашенный в желтый. Нин Гу не верил ни в какие «секретные» ключи и безделушки, используемые для обмана людей. - Секрет спрятан внутри, - Цветочноглазый жестом велел ему встряхнуть маленький шарик. - Только избранный может открыть его. И если тебе удастся открыть, это значит, что ты Спаситель. Нин Гу потряс шар. Он был полым, но внутри что-то гремело, когда он встряхивал его. На ощупь он также казался металлическим. Возможно, это просто был обычный и не очень ценный стальной шар. - Я уже не помню, сколько раз я менял эту вещь, до сих пор никому не удавалось открыть его. Вы, вероятно, тоже не сможете этого сделать. Если вы захотите ее купить, но открыть ее у вас не получится, вы можете вернуть ее мне, но цена изменится, - Цветочноглазый наблюдал за ним, скрестив руки на груди. - Я вас раньше не видел. Впервые здесь? Нин Гу молча взглянул на него, держа маленький шарик в руке, легонько встряхивая его время от времени и сжимая. - Будете брать? - спросил Цветочноглазый. - Не буду, - Нин Гу положил шар обратно на стол. - Ты получаешь прибыль от разницы в цене с помощью этих обменов, верно? - Проваливай, - Цветочноглазый указал на него пальцем. Нин Гу усмехнулся, сунул руки в карманы и пошел прочь. Спустя несколько шагов кто-то ударил его по плечу. Когда он повернулся, чтобы выругаться, он понял, что это был Чуэй Цзы, одетый в наполовину железный капюшон, наверху которого было что-то, напоминающее шип. - Что, черт тебя дери, это такое? - спросил Нин Гу. - Неужели этот хлам действительно стоило обменивать? - Глава нашел тебя? - спросил Чуэй Цзы. - Это я только что нашел. - Ли Сян нашел меня, - Нин Гу огляделся по сторонам. - Сегодня мы вошли в Мэйн-сити, пробежали три квартала, вздремнули, украли пальто, наткнулись на Лянь Чуаня, который нас избил, затем сбежали в Затерянную долину,  прежде чем ты бросил меня и смылся — понял? - Я не бросал тебя. Я думал, ты побежишь за мной, но ты не побежал! - нервно объяснил Чуэй Цзы. - Понял? - Нин Гу сердито посмотрел на него. - Понял, - быстро ответил Чуэй Цзы. - Давай найдем место, где поменьше народу, - сказал Нин Гу. - Подождем, пока Ли Сян придет за нами. - Тогда… - Чуэй Цзы поднял руку, чтобы указать дорогу, как вдруг позади них внезапно началась суматоха. - Это он! - Цветочноглазый встал на стол, наступив на груду своих товаров и, указывая в их направлении, закричал: - Он взял ключ! Все, кто был вокруг, смотрели в их сторону. - Какой ключ? - Чуэй Цзы развернулся, чтобы посмотреть на Нин Гу, отчего капюшон на его голове также описал полукруг. - Беги, - Нин Гу схватился за шип на верхней части капюшона, чтобы стащить его с головы Чуэй Цзы, затем швырнул его прямо в Цветочноглазого, прежде чем начать бежать. - Направо! - тихо напомнил ему сзади Чуэй Цзы. Справа от них на земле лежали кучами товары, и у них не было достаточно времени, чтобы обежать их, поэтому Нин Гу просто перепрыгнул через них, нечаянно наступив на пару вещей. - Ловите их! - вокруг начался беспорядок из людей, кричащих, проклинающих и бросающих в них вещи. Взявшаяся из ниоткуда толпа уже начала преследование Нин Гу и Чуэй Цзы, когда те только вошли в тоннель. - Не беги за мной! - Нин Гу хватал все, до чего смог дотянуться, и швырял это себе за спину, крича на бегу: - Они преследуют только меня! - Чушь собачья, я уже все равно бегу за тобой! - Чуэй Цзы бежал позади, схватившись за голову для защиты. - Быстро, выходим и поворачиваем налево, там лестница! - Куда?! - Мэйн-сити! Где еще нам спрятаться сейчас? - крикнул Чуэй Цзы. Даже среди хаоса Нин Гу чувствовал многочисленные удары по спине, заднице и ногам брошенными в него предметами. Ему также показалось, что что-то прилетело ему в затылок, отчего у него начала кружиться голова. Похоже, здесь действительно осталось много Странников, и они уже не принадлежали к одной группе с жителями Города-призрака. Если бы выход был слишком далеко, они с Чуэй Цзы, возможно, не смогли бы выдержать избиения, ожидая, пока Ли Сян и глава придут за ними. Когда он забежал на лестницу, Нин Гу потянулся назад, чтобы схватить Чуэй Цзы за руку, а затем дернул его вперед, выталкивая. Когда Чуэй Цзы не мог использовать свои способности, он был просто бесполезным юнцом, даже не таким полезным, как Дин Цзы. Если бы он остался позади, то, вероятно, не смог бы успеть подняться по лестнице, поэтому лучше позволить ему бежать первым. Когда под ногами у него окажется твердая почва, он снова станет грозным союзником. Когда Нин Гу увидел Чуэй Цзы, выбегающего в зал, он развернулся и ударил ногой в лицо одного из ближайших преследователей. Следует сказать, что большинство Летучих мышей было очень проворным из-за своих модификаций. Удар ногой двух из них не помешал остальным Мышам довольно быстро устремиться за ними к выходу. Он пробежал несколько шагов вперед, вздохнув с облегчением, когда ступил на твердую землю Мэйн-сити. Затем он увидел, как Чуэй Цзы наклонился, протягивая руки к земле. Но прежде чем Чуэй Цзы смог высвободить свою силу, сзади раздался механический лязг. Когда он обернулся на шум, яркий луч света пролетел к выходу прямо перед ним. Среди сильного порыва ветра и разлетающихся в стороны черных осколков в земле появилась глубокая дыра. У людей, гнавшихся за ними, не было ни шанса выбраться на поверхность до того, как ударная волна отбросила их всех обратно в тоннель. Те из толпы, в кого влетели со свистом острые обломки испускали болезненные крики. Ударная волна отбросила Нин Гу назад. Когда он поднялся с земли, то, наконец, увидел виновника всей этой взрывоопасной сцены. Всего в пяти метрах отсюда. Лянь Чуань вышел из своего автомобиля. Сцена выглядела очень знакомой. Черная форма, серебристый металл экзоскелета, оружие, поблескивающее синим светом, дуло, направленное на них, и холодное, безжалостное выражение лица смотрящего в прицел. Каракал отрезал им путь к отступлению. «Это отряд по зачистке. Вы окружены. Любое движение спровоцирует меня открыть огонь». Если эта фраза была формальностью, которую обязательно должен был соблюдать Лянь Чуань, это означало, что у них в запасе было еще около пяти секунд. Но прежде чем эта мысль могла окончательно оформиться в сознании Нин Гу, он узнал, что слухи о репутации Лянь Чуаня, убивающего людей, не моргнув и глазом, были слишком поверхностны. Не говоря ни слова, Лянь Чуань активировал оружие, и оно испустило темно-синий сияющий луч.

Кроме людей, которые сталкивались с Лянь Чуанем напрямую, те, кто только слышал о нем из разговоров, на самом деле не понимали, насколько он опасен. Ли Сян сделал вывод, что атаку на выходе совершил Лянь Чуань. Если бы их целью было разогнать толпу, гиены бы обстреляли проход, использовали бы ослепляющий свет или дымовую завесу, чтобы дезориентировать их. Однако Лянь Чуань для разгона толпы воспользовался только лишь своим ботинком. Трещина в земле, из-за которой по сторонам разлетелись острые обломки, образовалась от удара о землю его ботинка. Тяжесть и прочность снаряжения позволяли это сделать, но требуемые силы и умения для такого удара не были доступны обычным гиенам. Вскочив на ноги, Нин Гу взглянул на Лянь Чуаня. Если бы ему суждено было умереть, он бы уже умер в этот самый момент. «Нужно защитить Нин Гу. Он не должен пострадать». Позади Нин Гу произошел колоссальный выброс энергии. Это была сила главы. Подброшенный этой силой, Ли Сян вылетел вперед и оказался прямо перед Нин Гу как раз в тот момент, когда Лянь Чуань совершил выстрел. Синий луч света взорвался стеной мерцающих золотых осколков примерно в метре перед ними. - Ли Сян! - Нин Гу побежал к нему. Но как только он сделал первый шаг, слева к нему метнулась черная тень, и он почувствовал острую, колющую боль в левой руке и в боку. Посмотрев вниз, он увидел, что его сильно ранили. Если бы он затормозил хоть на секунду, его бы разорвало надвое… Он взглянул направо: каракал развернулся, низко пригнувшись передними лапами, и смотрел прямо ему в глаза. «Ли Сян». Лянь Чуань наклонился, затем глава…  Лянь Чуань был немного удивлен, когда глава следом выскочил из прохода. Не было ничего удивительного, что глава и Ли Сян появились вместе. Они были давними партнерами и хорошо слаженной командой, где один отвечал за наступление, а другой за оборону. Но неожиданно, что они оба явились на устроенный Нин Гу переполох. Многие Странники не боялись смерти, и их отношение к жизни было также необычно. Пока это приносит им интерес, жизнь или смерть — это всего лишь один и тот же финал. Его можно предугадать, но никогда нельзя выбрать. Поэтому часто случается так, что они борются за свою жизнь, а не спасают своих соратников от смерти, особенно в такой ситуации, когда задействованы две ключевых для существования Странников персоны… Лянь Чуань не колебался, он оттолкнулся от земли и бросился вперед. Глава, не успев перевести дыхание, начал атаковать, оставив после атаки глубокую яму в земле. Даже нетронутая земля содрогнулась от мощной ударной волны. Но Лянь Чуаня в том месте уже не было. К тому времени, когда Нин Гу уже мог хоть что-то увидеть, Лянь Чуань появился перед Ли Сяном всего в шаге от него, что можно было даже протянуть к нему руку. С самого начала барьер Ли Сяна оставался нерушим. Насколько понял Нин Гу, оружие гиен не могла пробить его защиту. Однако Лянь Чуань не был обычной гиеной. И он действовал, даже не дочитав свои реплики*, поэтому его нельзя было судить по обычным стандартам. *п/п: конец 12 главы, когда Лянь Чуань не стал церемониться и сразу напал Сердце Нин Гу бешено колотилось — не только от тревоги, но и от глубокого осознания собственного бессилия. Внезапно Лянь Чуань подпрыгнул, его тело в развороте отклонилось назад и, когда он взлетел, то нанес удар ногой выше головы Ли Сяна. Несмотря на то, что он ударил в пустоту, вокруг разлетелись искры. Это была граница защитного барьера Ли Сяна. Вторая атака главы последовала за прыжком Лянь Чуаня, и она была настолько мощной, что по воздуху прошла видимая рябь. Однако Лянь Чуань снова успел уклониться. К тому времени, когда Нин Гу поймал его взглядом, он уже был высоко в воздухе, снижаясь так быстро, что никто бы не успел вовремя среагировать. Барьер Ли Сяна мог защитить от огнестрельного оружия, но этого было недостаточно, чтобы остановить Лянь Чуаня. Нин Гу не ожидал, что во время его первого визита в Мэйн-сити у него будет возможность лично встретиться с Лянь Чуанем. И прямо сейчас его лицо было в двух кулаках от Нин Гу. Каждый раз, когда Нин Гу видел Лянь Чуаня раньше, часть его лица была скрыта за прицелом. Прямо сейчас он мог ясно видеть все его черты, кроме глаз. Когда они вдвоем находились так близко друг к другу, глава больше не мог использовать свои способности, поэтому у Нин Гу не было никаких шансов спастись в этот момент. «Если мне суждено умереть, то так тому и быть — чего тут бояться? Кто знает, может после смерти я попаду в другой мир», - подумал про себя Нин Гу. Пока он пытался прокрутить в голове все предсмертные слова, голова Лянь Чуаня слегка наклонилась, и цвет его очков внезапно изменился. Черная непрозрачная поверхность постепенно потускнела, а затем просто исчезла. За прозрачным стеклом Нин Гу увидел глаза Лянь Чуаня. Атака Линь Фана была подобна невидимому клинку, несущему ветер, когда он был нацелен прямо в затылок Лянь Чуаня. Ли Сян бросился в сторону каракала, но сам Лянь Чуань уже пронесся мимо Нин Гу и запрыгнул на крышу здания напротив. Нин Гу тяжело рухнул на землю. - Нин Гу! - Чуэй Цзы дополз до него, но не осмелился прикоснуться к нему руками, лишь задрал его одежду, чтобы осмотреть рану. - Нет времени, - Ли Сян схватил Нин Гу за одежду в районе груди и поднял его, помогая главе забросить парня к нему на плечи. Хотя Чуэй Цзы и раньше несколько раз бывал в Мэйн-сити, он никогда не сталкивался с гиенами, поэтому был совершенно сбит с толку произошедшим.  С момента их побега из Затерянной долины до настоящего момента прошло секунд десять, а весь бой уже завершился. Нин Гу был серьезно ранен, и его жизнь была под угрозой. Чуэй Цзы был в полном замешательстве. И не он один. Любой Странник, переживший подобную встречу, был бы сбит с толку — в конце концов, для большинства из них, это было бы первым и последним опытом, и они, к счастью, никогда бы не смогли пережить подобное еще раз. Из-за беспорядков многие Странники выбежали из своих укрытий с близлежащих улиц, и их примеру последовало также немало Летучих мышей. Во время комендантского часа Летучие мыши редко совершали столь рискованные поступки. Всем было известно, что выходы из Затерянной долины обычно окружены Городской стражей даже в обычное время, не говоря уже о том, когда Странники посещали город. Глава и Ли Сян в сопровождении сбежавших Странников побежали всей толпой к окраинам города. - Что вы наделали! - спросил Линь Фан, схватив Чуэй Цзы и оглядываясь по сторонам. Лянь Чуань исчез после того, как забрался на крышу. Каракала тоже не было видно. Однако, его машина все еще была здесь, так что он определенно скрывался где-то поблизости. - Мы ничего не делали! - закричал Чуэй Цзы. - Если вы ничего не делали, то почему за вами гнались Летучие мыши? - Линь Фан повысил голос и свирепо посмотрел на парня. - Это был какой-то сумасшедший тип, утверждавший, что Нин Гу что-то украл! - объяснил нервный Чуэй Цзы, - но это чушь собачья! Как мог Нин Гу что-то украсть, он обычно только отбирает! - Эта Летучая мышь упоминала, что было украдено? - продолжил Линь Фан. - Не говорил, - нахмурился Чуэй Цзы. - Он просто обвинил Нин Гу в краже… *** Лянь Чуань преследовал отступающих Странников по крышам, направляясь в сторону пустоши Черного железа, под голоса членов команды, сообщавших свои координаты и ситуацию, поступавшие через коммуникатор. Городская стража тоже начала преследование. До тех пор, пока Странники не нанесли существенного ущерба городу, они не будут вмешиваться, останавливая их побег, чтобы избежать ненужных жертв. В обязанности Городской стражи входило выгонять нелегалов и следить, чтобы никто из группы Странников не отделялся и не задерживался в Мэйн-сити. «Сбор данных о Страннике Нин Гу завершен», - Лянь Чуань услышал голос Лэй Ю. - Принято, - ответил Лянь Чуань. Затем Лэй Ю переключился на их приватный канал связи. «Ты не заметил ничего необычного?» - Нет. Не было ничего странного даже после их попытки атаковать. «Значит, он просто потерял сознание?» - поинтересовался Лэй Ю. - Да, - ответил Лянь Чуань. Он не отрывал взгляда от дороги внизу, по которой с криками и радостными возгласами неслись Странники, из-за чего было трудно определить, напуганы они или взволнованы. Сильная защита Ли Сяна влияла на результаты сканирования, поэтому он не мог точно определить местоположение главы и Нин Гу. «Не беспокойся об остальном, вы с Боссом можете разделиться, - сказал Лэй Ю. - Нужно немедленно отправить его биологические данные в министерство Внутренней обороны». - Понял. Лянь Чуань указал на Босса, затем взглянул на пробирки в его набедренной сумке. Внутри были фрагменты кожной ткани, которые Босс срезал когтями, когда напал на Нин Гу. Было подтверждено, что оружие, которое они отобрали у Нин Гу, было устройством создания помех второго поколения. Оно устарело еще до момента, как Странников полностью изгнали из Мэйн-сити. Однако на самом деле целью этого устройства было поспособствовать самоуничтожению члена команды зачистки в экстремальной ситуации. Согласно серийному номеру, его предыдущим пользователем был бывший капитан Лэй Ю, Ци Хан. В архивах отряда зачистки есть записи о том, что он исчез во время битвы, когда Странники были полностью изгнаны из Мэйн-сити, и никто не знал, куда он делся и выжил ли он. То, что это устройство появилось снова, по мнению министерства, может подтвердить по крайней мере две вещи: Ци Хан не самоликвидировался, и Нин Гу был каким-то образом связан с Ци Ханом. Но Лянь Чуаня не волновало ни то, ни другое. Ему было интересно, почему начальство так волновалось о судьбе Ци Хана. И почему личность Нин Гу так интересовала их. На этот раз его целью было собрать образцы его биоматериала и попробовать атаковать Нин Гу. Было очевидно, что парень привлек внимание начальства. Он больше не мог просто убить его, как обычного Странника. Поэтому сейчас он использовал другие методы. *** - Он проснулся? - глава стоял в центре вагона. Нин Гу лежал на полу в углу, его окружили несколько человек. Поезд должен был вернуться обратно следующей ночью, поэтому им все это время пришлось охранять Нин Гу у путей. К счастью, ни гиены, ни Городская стража не покинули стен города, но Нин Гу за это время ни разу не проснулся. - Еще нет, - ответил Чуэй Цзы. С тех пор, как Нин Гу потерял сознание, его лицо оставалось одинаково спокойным. - Вы обыскали его? - спросил Линь Фан, сидевший сбоку. - Ничего, - вздохнула сестра Ци, - даже то, что он брал с собой, пропало. - Его сумку скорее всего украла гиена, - сказал Чуэй Цзы. - Вы смотрели в его ботинки? - продолжал спрашивать Линь Фан. Ли Сян, который всю дорогу до станции молчал, наконец поднял голову, чтобы посмотреть на Нин Гу. - Просто спросим его, когда проснется. Он же не маленький ребенок, не слишком ли много усилий для его обыска? Линь Фан замолчал. - Заприте его после того, как вернемся, - сказал глава. - Он не сделает ни шагу из города без моего ведома. - Где мы его запрем? - спросил Ли Сян. - В часовой башне. *** Нин Гу никогда не испытывал ранее такой боли. Тревога, страх, отчаяние. Мучительная боль, которая приходит внезапно в любое время и с любого направления. Невероятное терпение, с которым он переносил то, что не мог двигаться, не мог говорить, не мог ничего выразить. Все это не имело никакого смысла. Почему никто никогда не упоминал, что Лянь Чуань обладает такими способностями? Нин Гу мог слышать только нечеткие голоса и видеть мутные отблески света. Его мозг был занят созерцанием нечетких фигур, картинок и образов, которые словно навязывались ему, но он не мог различить ничего из того, что ему показывалось. Этот ублюдок Лянь Чуань! Нин Гу должен был отреагировать в тот момент, когда стекла очков Лянь Чуаня изменили цвет. Что за дерьмовый трюк он выкинул, внезапно открыв свои глаза сопернику прямо посреди боя? О, его на самом деле не назовешь никаким соперником Лянь Чуаню, ведь он даже не дрался с этим хладнокровным убийцей… Он просто принимал побои в одностороннем порядке. Лянь Чуань не использовал никакого оружия, чтобы нанести порез, он использовал только свою руку. Когда он оказался рядом с Нин Гу, на его лице даже не было никаких эмоций, он просто разрезал броню, которую Нин Гу носил под пальто — на которую он потратил три стеклянные вазы, чтобы выменять ее у Лэнд Кинга. И эту бронь также разодрала ранее когтями его кошка! … Нет, рана не была главной целью. … В чем же был смысл? *** Поезд вернулся в Город-призрак, и, казалось, что ничего не изменилось с того момента, как они сели в него. Под шум, будто после праздника, они не грустили о своих падших товарищах, не страдали от полученных ран и не уставали от хаоса, через который им пришлось пройти, как вечно вращающийся механизм, у которого никогда не иссякнет энергия… Дин Цзы приветствовал шумную толпу, выбегающую из вагонов со свистом. Он внимательно вглядывался в их взволнованные лица. Когда он увидел Чуэй Цзы, то вскочил на ноги и побежал к нему навстречу. Затем он заметил идущего за ним главу, а также того, кого глава нес на плече. Он не мог видеть его лица, но Дин Цзы узнал его обувь. Нин Гу прятал найденное им перо в эту обувь. - Нин Гу? - губы Дин Цзы дрожали. - Нин Гу? - Пойдем, - Чуэй Цзы подошел к нему и потащил брата прочь. - Это же Нин Гу? - Дин Цзы пытался вырваться из его объятий. - Это Нин Гу? - Да…, - прошептал Чуэй Цзы. Дин Цзы взвыл, не дожидаясь, пока он закончит. - Нин Гу! Нин Гу! Чуэй Цзы зажал ему рот и оттащил подальше. - С ним все в порядке! Если продолжишь шуметь, глава закроет нас троих! - Закроет? - Дин Цзы едва успел почувствовать некоторое облегчение, прежде чем его волосы встали дыбом, когда он услышал вторую часть. - Где? - В часовой башне, - ответил Чуэй Цзы. -… Как будто я боюсь! - Дин Цзы усмехнулся. - Если он запрет нас вместе, так тому и быть… - У тебя что, совсем мозгов нет? - Чуэй Цзы крепче сжал рот брата, ругая его пониженным тоном. - Как он выберется, если мы будем заперты с ним! Дин Цзы на мгновение замолк. Башня с часами находилась в центре Убежища №3 — самого большого поселения, построенного Странниками. Эта круглая башня из сварного металла была самым высоким зданием в Городе-призраке — ее металлические опоры уходили глубоко под землю, позволяя ей безопасно стоять на сильном ветру вот уже сто лет. Кроме часов на ее вершине, в часовой башне не было никаких других механизмов. Даже сами часы были просто для украшения — они не показывали время, у них даже не было стрелок, только циферблат. Не говоря уже о Городе-призраке, даже жители Мэйн-сити не обращали внимания на такие вещи, как время. Все знали, что такое секунда, две, три, знали, что значит минута или несколько минут, час или пара часов. Помимо этого, они знали о десятках и сотнях лет, но никто никогда не знал, сколько сейчас времени. Для них время было периодом перемен, с которых можно было видеть начало и отсчитать конец. Либо их отсутствием. Часовая башня было построена самыми первыми Странниками в память о том дне, когда они покинули Мэйн-сити. С того дня они потеряли счет времени. - Хорошо, - Ли Сян осмотрел перебинтованную талию Нин Гу. - Лао Ба* хорошо позаботился о ране, так что через какое-то время ты будешь в полном порядке. *п/п: «лао» — обращение к старшему, «ба» — с кит. восемь, в анлейте перевели как «Старина Восьмой» Нин Гу сидел у окна, низко опустив голову, прислушиваясь к свисту ветра снаружи. Сейчас он находился на самой высокой точке часовой башни. Комната была даже меньше его и так маленькой хижины. На полу были разложены несколько постельных принадлежностей, и они уже занимали все пространство. - Твоя версия практически совпадает с версией Чуэй Цзы. Он сказал, что не видел, чтобы ты что-то украл, а ты говоришь мне, что просто взял мяч, но положил его обратно, - сказал глава. - Я не знаю, вы сговорились или это действительно правда, но я намерен поверить вам обоим. - Спасибо, дядя, - сказал Нин Гу. - Теперь мы должны прояснить одну вещь, - голос главы стал резким. - Вам запрещено посещать Мэйн-сити без моего разрешения. Я попрошу кого-нибудь присмотреть за тобой, и если я когда-нибудь узнаю, что ты сбежал тайком, у тебя больше не будет права покидать территорию убежища. Нин Гу поднял взгляд, но ничего не ответил. - Ответь мне, - настаивал глава. Нин Гу продолжал смотреть на него. - Я могу пойти, если ты дашь мне разрешение, верно? -… Да, - глава кивнул. - Но сделаешь ли ты это когда-нибудь? - спросил Нин Гу. Ли Сян отвернулся, чтобы посмотреть в окно. Глава хранил молчание. - Тогда скорее запри меня, - голос Нин Гу стал тяжелым. После того как глава и Ли Сян ушли, Нин Гу долго сидел на полу, пытаясь расслабиться, прежде чем, наконец, лег. Рана на его теле не болела. Как говорил глава — немного сна определенно пойдет на пользу. Но прямо сейчас он не осмеливался заснуть. В тот момент, когда он закрывал глаза, он все еще видел те беспорядочные образы из прошлого: детей, взрослых и монстров непонятных форм. Раздавались голоса, кто-то обвинял, кто-то приказывал, а также чудовищно кричал. Он как будто наблюдал за этим всем со стороны, но все еще был способен чувствовать, поэтому несущие боль крики ощущались ярче, чем любые побои, которые он получал в Городе-призраке. Он не понимал, что происходит. Почему встреча с Лянь Чуанем оказала на него такое сильное влияние? Верно — в тот раз он потерял сознание не из-за раны, он все еще мог продолжать сражаться и в гораздо худшем состоянии. Настоящей причиной, по которой он больше не смог стоять на ногах, были его глаза. Его поездка в Мэйн-сити оказалась такой беспорядочной и запутанной. Он как будто разом утонул в тысячах вопросительных знаков вокруг. Поэт, шепот на ухо, маленький шарик… Но чего он сейчас больше всего не мог понять, так это взгляд Лянь Чуаня. Если бы у него были какие-то способности, в Мэйн-сити ему не позволили бы остаться. Они определенно пристально следили за вожаком всех собак и не допустили бы никакой аномалии в их рядах. Еще более невозможным было применить эти способности у всех на виду — они, как никто другой, должны были знать, за что Странников уничтожали, ведь это они начали резню. Значит, у Лянь Чуаня не могло быть способностей? … Это были способности красавчика Нин Гу? Он не смог сдержать смех от таких мыслей, отчего его рана немного заныла. Невозможно. Он был местным хулиганом, и никогда не делал ничего подобного в драках. А когда вдруг у него появились способности, то он использовал их себе во вред? Когда сталкиваешься с врагом лицом к лицу, самое лучшее, это с грохотом упасть первым… Вероятно, это будет самая нелепая способность со времен основания Города-призрака. *** - Ты никуда не пойдешь, - Дин Цзы загородил дверь, свирепо глядя на Сумасшедшего дядю. - Нин Гу постоянно приходил навестить тебя, а теперь, когда его заперли, ты даже не придумаешь, как ему помочь? - Хорошо, что он заперт, - сказал Сумасшедший дядя. - О чем ты говоришь! - Дин Цзы взволнованно указал на него пальцем. - Нин Гу помогал тебе находить так много хороших вещей! Все эти годы, когда другие сторонились тебя, Нин Гу всегда приходил к тебе поболтать и помогал тебе ремонтировать хижину! Он даже приносил тебе еду! - Хорошо, что он заперт, - снова повторил Сумасшедший дядя. - Давай, скажи это еще раз! - взревел Дин Цзы. - Ему не следовало уходить, - Сумасшедший дядя поднял руку, и прежде чем Дин Цзы успел осознать, что произошло, он уже вывалился из хижины на холодный ветер. *** Когда Нин Гу поднялся, острая боль все еще ощущалась во всем теле. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прислониться к стене и отдышаться, прежде чем он, наконец, успокоился. Оказалось, что он не смог выспаться. Сон тоже оказался насилием над собой, потому что он все еще видел образы. Но на этот раз все не сливалось в одно большое сплошное пятно. Он увидел куски сломанного металла и мельком поймал взгляд Лянь Чуаня. Он был немного моложе, но Нин Гу все равно смог узнать его. Несмотря на то, что его тело сотрясала дрожь, и он чувствовал боль, его взгляд ничем не отличался от нынешнего Лянь Чуаня — острый и полный безразличия. Нин Гу медленно опустился обратно на пол. Он наконец понял. Все, что он видел и чувствовал, было воспоминаниями Лянь Чуаня.

Проснувшись после дневного сна, Нин Гу сорвал с себя бинты и увидел, что рана уже зажила. Способности Лао Ба действительно были очень полезными — он мог мгновенно исцелить любую незначительную травму простым прикосновением. Но самым неприятным в его лечении было то, что ему приходилось плевать на рану, и это отличало его способности среди других целебных, хотя среди Странников такие способности не были редкостью. Нин Гу встал, чтобы найти немного воды и помыться, но в комнате ничего не нашлось. Он обошел помещение и заметил кого-то, стоящего снаружи у башни. Этот человек стоял рядом с маленьким красным фонарем, за которыми ухаживали «люди-зажигалки», но все равно нельзя было разглядеть, кто именно это был. Нин Гу подошел к окну и помахал ему рукой, но человек просто развернулся и ушел по тускло освещенной аллее. Это был точно не Дин Цзы — он был бы слишком напуган, чтобы стоять вот так на открытой местности, освещенной фонарями. Этот человек был похож на Линь Фана. Он хотел обыскать его обувь в поезде, Нин Гу точно это слышал, но не мог в тот момент ни на что реагировать. К счастью, Ли Сян помешал Линь Фану провести обыск, потому что Нин Гу действительно украл этот так называемый «ключ», и он действительно был спрятан в потайных карманах обуви рядом с пером. Нин Гу ни с кем еще не делился этой информацией. Похоже, Чуэй Цзы быстро сообразил и помог ему скрыть информацию о «ключе», хотя они не успели вдвоем это обговорить. Нин Гу прислонился спиной к стене и достал из сапога шарик. Похоже, он был железным, и он все это время позвякивал о металлический ремешок на его обуви. На поверхности шара было множество крошечных отверстий, но их назначение было не совсем понятным. Казалось, что этот предмет может действительно иметь ценность, потому что Цветочноглазый упомянул, что это «ключ», чтобы заставить других погнаться за ним, не задаваясь вопросами. Кроме того, Нин Гу подозревал, что это как-то связано с Мэйн-сити. Действия Линь Фана, несомненно, наталкивали на мысли об этом. Металлическая сфера, защищающая вещь внутри, была покрыта небольшими вмятинами, как будто ее много раз пытались сломать, но безуспешно. Если слова Цветочноглазого были правдой, то действительно, никому еще не удалось открыть его. Однако в тот момент, когда он взял шарик в руки, он сразу почувствовал пальцами кнопку, на которую можно нажать, чтобы открыть его. Поэтому сейчас он нажал на нее несколько раз. И действительно, сфера открылась, и внутри лежал предмет. Ключ? Откуда он? Каково его предназначение? Нужно будет найти подходящую дверь, чтобы использовать его? Диапазон поисков слишком велик. Но, если Летучие мыши знали об этом предмете, значит, это не было большим секретом. ...Или, может быть, кто-то уже открывал его раньше и заменил содержимое? В любом случае, эта вещь, которую он украл, была из мест, где он раньше не был, и открылась она довольно просто.  Обычный человек, родившийся и выросший в Городе-призраке, не знавший своих родителей… «Кто ты?» Он до сих пор помнил голос из той маленькой хижины. Кто я? Нин Гу, местный хулиган, в одиночку воспитанный главой вовсе не для того, чтобы стать последующим лидером Странников и не для того, чтобы просто светить красивым лицом… Так кто же ты? Он столько раз спрашивал главу об этом, когда был ребенком: «Кто я? Почему у меня нет родителей? Почему никто не знает, кем они были?»  Ответом главы всегда было молчание. Нин Гу подбросил маленький шар, который держал в руке. Возможно, ответы на все эти вопросы ждут его в Мэйн-сити. Возможно, именно поэтому глава и остальные не хотели, чтобы он отправлялся туда. Это значило, что ему непременно нужно вернуться в город. Кроме того… у него была и другая веская причина вернуться. Почему Лянь Чуань хотел, чтобы Нин Гу увидел его воспоминания? Нин Гу был уверен в том, что Лянь Чуань знал, что он может их видеть. Он намеренно открыл ему свои глаза, чтобы позволить Нин Гу увидеть все и всецело прочувствовать. Почему?

***

«Объект под прицелом», - доложил Лянь Чуань. Машина промчалась вперед по воздуху, развернулась и остановилась прямо перед парой отчаянно пытавшихся убежать людей. Мужчина и женщина, крепко державшие друг друга за руку. Они явно были парой. - Это отряд по зачистке, - Лянь Чуань наблюдал за ними в прицел, повторяя строки, которые он произносил уже бесчисленное количество раз, - согласно городскому закону о регулировании рождаемости, женщина №70135 не имеет права рожать… - У нее есть имя! - молодой человек закричал, его голос был полон гнева. - Она не какая-то там цифра! Ее зовут… Лянь Чуань нажал на курок, и световой луч ударил мужчину в ногу, заставив его мгновенно упасть на землю. Он судорожно хватал ртом воздух от слишком сильной боли и не мог издать ни звука. Я не хочу знать ее имени. Лянь Чуань направил прицел на женщину. Она смотрела на дуло и улыбалась. Он нажал спусковой механизм, прежде чем она успела что-либо сказать. Спустя мгновение, единственным, кто остался на улице, был мужчина, лежавший на земле с мокрым от слез лицом. Боль еще не утихла, из-за чего он не мог ни двигаться, ни говорить, а только с ненавистью смотреть, как Лянь Чуань садится обратно в свою машину. - Смерть гиенам! - кто-то крикнул вместо него. Лянь Чуань запустил двигатель А01. - Дьявол! Жнец! Мясник! - присоединился еще один голос. - Ты не нужен Мэйн-сити! Убирайся к черту! Лянь Чуань поднял голову. Запрыгнув на крышу, Босс бросил на него быстрый взгляд и побежал за ним. «Хочешь посидеть с нами недолго? - он услышал голос Ли Ляна по коммуникатору, - ты сейчас вроде недалеко». «Не хочу», - ответил Лянь Чуань. «Мы не пьем, если что», - усмехнулся Ли Лян, - я у Гуан-гуан с Лу Цянем. В это время не так много народу, поэтому мы решили устроить перерыв у нее». Гуан-гуан была подругой Ли Ляна. Девушка из Гринфилда, чей бунтарский характер не позволил ей работать в министерстве Внутренней обороны или Городском департаменте, открыла ничем не примечательный развлекательный магазин в районе С. Такие магазины были повсюду в районах А, В, С и D, но по мере того, как эти районы разрушались изнутри, способы развлечения в этих магазинах варьировались от игр в карты, общения и других игр до различных представлений, массажа и других всевозможных услуг. Ходили слухи, что у Летучих мышей были свои версии подобных заведений, сильно модернизированные их собственным жестоким стилем, как, например, бои полностью модифицированных Летучих мышей, которые заканчивались только тогда, когда одна из них полностью разваливалась. Лянь Чуань никогда их не видел, и они его не интересовали. Самое  большее, что он был способен захотеть — это массаж головы. Для человека с нескончаемой головной болью, как у него, это был очень приятный опыт. -Ты действительно не хочешь попробовать массаж чего-то кроме головы? - Гуан-гуан прислонилась к столу, скрестив руки на груди, и беспомощно смотрела на Лянь Чуаня. - Плечи, руки, ноги, всему не помешает немного расслабиться. Вы все так устаете от беготни целый день, неужели массажа головы достаточно? -Ты говоришь так, будто мы весь день бегаем на голове, - Лянь Чуань закрыл глаза.  - Просто начни с головы. Оборудование помогает остальным частям тела не уставать. - Точно, для головы нет никакого оборудования, и еще нам нужно носить шлем, это так утомляет, - Ли Лян лег на ближайшую кушетку. Поскольку они могли получить еще одно задание в любое время, он был полностью одет. - Прекрасно, - Гуан-гуан подошла к Лянь Чуаню и начала массировать ему голову.  - Хочешь чего-нибудь выпить? Лу Цянь в это время стоял за барной стойкой и готовил напитки, пока не было клиентов, смешивая жидкости разных цветов. - Нет, - сказал Лянь Чуань. - Можешь попробовать то, что я приготовил, - предложил Лу Цянь. - Должно получиться вкусно. - Нет, - повторил Лянь Чуань, заставив Ли Ляна усмехнуться. Лу Цянь сделал глоток напитка, который он смешивал, затем нахмурился. - Почему вкус один и тот же? - Потому что эти ингредиенты без ароматизаторов, - сказала Гуангуан, - так что, конечно, вкус один и тот же. Машины для приготовления ароматизаторов и специй были не очень доступными по цене, поэтому кроме состоятельных жителей Безопасного района, ими пользовались только в различных развлекательных заведениях и барах. Ингредиенты без ароматизированных добавок были одинаковыми на вкус. По сравнению с едой, которую выдает система, еда и напитки с такими добавками отличались большим вкусовым разнообразием и были немного лучше на вкус. Именно на такую еду приглашал его к себе домой Лэй Ю. Тетушка Чунь очень умело обращалась с такой машиной, она могла придать блюдам лучшую текстуру и более сложный вкус. Но Лянь Чуаня не интересовало, какой у блюда вкус. Вместо этого он всегда задавался вопросом — был ли этот вкус чем-то, что машина добавила в ингредиенты, что потом попало на его язык, или она напрямую передавала информацию о вкусе в его мозг? Эти ингредиенты были как пустой сон без звуков, запахов и вкусов, но при этом мозг понимал, что услышал, какой запах почувствовал или что человек съел. Все это было понятно только благодаря мозгу. Язык был нужен только для того, чтобы говорить. Гуан-гуан любила, когда ребята из отряда зачистки приходили к ней в магазин. Они все были тихими, мало разговаривали и никогда не делали ничего дурного. Район С сильно отличался от того, что она помнила в детстве: серая, но в целом мирная картина. Теперь район С постепенно становился похожим на район D, темный, погруженный в хаос и беззаконие, и люди, живущие там, стали злее и опаснее. Ругань и драки происходили там ежедневно. Каждое изменение - это дело рук человека. Поскольку ресурсы Мэйн-сити стремительно сокращались, многие люди начали беспокоиться, что они могут стать свидетелями того, как Мэйн-сити будет поглощен и станет частью пустоши Черного железа. Но так было даже лучше. Гуан-гуан предпочла бы видеть, как мир увядает, чем молча ждать неизбежной переработки или смерти. В момент, когда она закончила массаж головы, коммуникатор Лянь Чуаня издал звук, и у нее даже не было времени убрать руки, прежде чем он встал. Когда он вышел на улицу, то наконец услышал голос из устройства: «Первый и шестой отряд, осмотрите выход со станции», - это был приказ Лэй Ю. «Отряд шесть, вас понял», - Лянь Чуань оглянулся. Ли Лян и Лу Цянь уже следовали за ним. «Первый отряд, вас понял», - сообщил Лун Бяо. Ли Лян обменялся взглядами с Лянь Чуанем. В последний раз они получали приказы о проверке выхода со станции из-за системной ошибки, вследствие которой открылась дверь склада экспериментальных образцов проекта «нарушений»*, и один из них вырвался наружу и скрылся в городе. *п/п: этот же проект упоминался в 5 главе «Пожалуйста, сообщите детали миссии»,- попросил Лун Бяо через коммуникатор. «Необходимо схватить образцы VB39 и VB45, - сказал Лэй Ю. - VB39 наиболее опасен». Лянь Чуань залез в машину. Код образца означал, что эту взрослую особь уже тестировали, и что она была готова к стадии производственного эксперимента. Такие особи должны находиться под строгим наблюдением, почему же им удалось сбежать? Или это снова ошибка системы? Но вероятность подобного не была высокой. «Почему с этим не разбирается Городская стража?- неуверенно спросил Лу Цянь через групповой канал группы, когда они уже отправились в путь. - Они ближе всего к станции, но почему-то именно мы должны поспешить туда и уладить все». «Городская стража защищает от внешних врагов, а Служба безопасности сдерживает беспорядки внутри города, - сказал Ли Лян. - Остальная работа достается нам». «Масштабы этой «остальной» работы намного больше, чем я думал, - вздохнул Лу Цянь. - Неудивительно, что мой тренер предложил мне проверить мозг, когда я подал заявку на вступление в отряд зачистки». «Для этого никогда не поздно», - ответил Лянь Чуань. «А?» - Лу Цянь повернул голову и посмотрел на Лянь Чуаня, ехавшего через улицу от него, когда они летели вдоль крыш. Затем из динамиков послышался смех других членов отряда. *** Когда поезда не было, станция выглядела лишь куском заросшего пустыря. Рядом не было зданий и никаких признаков жизни. Только одинокие железнодорожные пути, уходящие далеко вглубь черного тумана. Мэйн-сити остался позади, и если не оборачиваться к нему, можно наблюдать впереди безжизненный пустынный пейзаж, как будто уже переживший не один конец света. В сравнении с этим даже руины пустоши Черного железа с ее полуразрушенными конструкциями казались более приветливыми. Первый и шестой отряды уже прибыли. Согласно протоколу, они должны были растянуться в полукруг по периметру, чтобы найти цель и быть готовыми ее окружить. «Отряд зачистки прибыл на место, - доложил Лун Бяо. - Начинаем сканирование». Они уже получили информацию о цели — сейчас она отображалась на их визорах. VB45 был стандартным образцом, женщиной, не имеющей особых способностей. VB39 тоже был женской особью, но его координаты были отмечены красным, что указывало на то, что она представляла большую опасность из-за своих способностей. Лянь Чуань нахмурился. Направление исследований этого проекта, похоже, не соответствовало первоначальному заявлению — стремление пробудить скрытый потенциал человеческого организма и повысить его выживаемость… Если он все еще мог согласиться с тем, что побег K29 был чистой случайностью, то внешний вид VB39 заставлял задумываться о другом. Он выглядел более завершенным, полностью отличался от 009 и, очевидно, был создан для того, чтобы противостоять Странникам. Возможно, это был результат совершенно другого секретного проекта, о котором не знал даже Городской департамент. Чей это проект? Зачем они его создали? Лянь Чуань не хотел знать ответов на эти вопросы, но в одном он был уверен. … На следующий день у него снова будет болеть голова. Они быстро получили координаты обоих образцов. Образцы находились близко, но их положение было неудобным, так как они находились недалеко от уже небезопасного участка железнодорожных путей. Чуть дальше был только черный туман — никто еще не возвращался оттуда живым. «Соблюдайте безопасную дистанцию», - напомнил Лун Бяо. Под безопасной дистанцией он имел в виду держаться подальше от черного тумана. Дугой они продвигались вперед, и довольно скоро Лянь Чуань заметил в густом тумане две покачивающихся фигуры. Они обе казались гуманоидными, но тело VB45 было на размер меньше обычного взрослого. Казалось, оно достанет обычному мужчине только до пояса. «Целься, - приказал Лун Бяо. - Первый отряд, берете того, кто слева, шестой берет правого». Слева был VB39, справа — VB45. Лянь Чуань не думал о том, что Лун Бяо хочет взять выполнение самой трудной части миссии на себя, главное, чтобы миссия завершилась успехом. «Объект под прицелом», - Лун Бяо поднял оружие. Лянь Чуань никогда не сомневался в силе этого оружия, но с тех пор, как он увидел, что Нин Гу после двух выстрелов был способен бежать от него со скоростью ветра, он просто… И в этот раз цели миссии были довольно необычными. Прицеливаясь, он уже предугадал все возможные направления, в которых цель могла убежать, чтобы в любой момент спроектировать новый сценарий захвата и атаки. Оба подразделения открыли огонь одновременно, и скрещенные в сетку лучи света устремились к двум целям. VB45 c глухим звуком рухнул на землю. VB39, однако, отскочил назад в тот момент, когда стреляли, сумев избежать атаки. Несколько шагов хватило, чтобы VB39 вошел в черный туман. Несмотря на то, что его скорость уклонения при атаке была невысокой, он сумел подгадать момент, и этого времени хватило, чтобы отступить в густую мглу. Лянь Чуань уже был рядом с VB45, как только убрал оружие. Редеющие волосы, серые, словно пепел, глаза, чернеющая кожа… Если бы такое будущее ожидало людей в Мэйн-сити, вероятно, более половины людей захотело бы, чтобы их поработила пустошь Черного железа. Он схватил за руку VB45 и подтолкнул ее к приближающемуся Лун Бяо. Затем он добрался до VB39. Оба этих действия он выполнил почти мгновенно. Все знали, что Лянь Чуань был быстрее любого пистолета. Сражаясь голыми руками, он мог бы использовать всю свою скорость. Однако каждый раз, когда он вступал в ближний бой, подобный этому, он всегда рисковал собственной безопасностью. Легенда о том, что Лянь Чуань был безжалостным мрачным жнецом, в основном возникла из-за его непоколебимого желания успешно завершить любую миссию. Его удар пришелся в плечо VB39. Хоть и несмертельный, он мгновенно бы сразил большую часть противников. VB39 упала на колени. Второй удар Лянь Чуаня пришелся ей в спину. Он заколебался на мгновение, незаметное даже для него самого, как только заметил на образце метку транспортировки — черный круг на задней части шеи VB39. Эта транспортная метка принадлежала учебному отделу министерства Внутренней обороны. Они сбежали не из лаборатории, а во время транспортировки. И местом их побега оказался единственный перекресток между Мэйн-сити и Городом-призраком. Несмотря на все усилия Лянь Чуаня не думать об этом, он сразу же пришел к определенному выводу. Министерство Внутренней обороны намеревалось тайно перевезти эти образцы в Город-призрак. После того, как они забрали с собой тела VB39 и VB45, Лун Бяо бросил взгляд в сторону Лянь Чуаня. Они оба заметили эту метку. Это означало, что все уже поняли, что происходит и смирились с этим. - Лянь Чуань, - Лун Бяо уставился на него. - Да, - ответил Лянь Чуань. - Я тебя действительно терпеть не могу. - Тебе уже сбросили память? - заметил Лянь Чуань. - Все и так это знают. - Справедливо, - Лун Бяо пнул багажник. - Добавь еще один электрический замок и отвези их в министерство Внутренней обороны. Когда Лянь Чуань вернулся к своей машине, туда подошел Босс и потерся о его ногу своим хвостом — его ленивое утешение перед новой потенциальной мигренью. Лянь Чуань сел в А01 и завел двигатель, заметив небольшую кожаную сумку, лежащую в отсеке для снаряжения. Ранее он забрал эту вещь у Нин Гу, но в ней не было ничего примечательного, о чем можно было доложить. Изначально он планировал выбросить ее, но так и не сделал этого, случайно оставив ее в своей машине. Он взглянул на железную дорогу, уходящую в черный туман, и развернул машину. Нин Гу. Странник, который встретился на его пути случайно, теперь стал для Лянь Чуаня настоящей угрозой после того, как обнаружилась тесная связь между министерством Внутренней обороны и Городом-призраком в передаче каких-то секретных экспериментальных материалов.

Прошло семь дней. Запертый в маленьком помещении на вершине часовой башни, Нин Гу измерял течение времени по количеству съеденных им порций еды. Его кормили три раза в день, и он считал каждую. Всего он поел двадцать один раз, что значило, что закончилась неделя. Если бы не люди, приносящие ему еду, Нин Гу начал бы, наверное, задаваться вопросом, а не забыли ли о его существовании жители Города-призрака. Никто не искал его все эти семь дней, и к часовой башне никто из знакомых не приходил. - Ааааа! Нин Гу высунул голову из окна, пытаясь перекричать вой ветра: - Аааа! Дин Цзы! Диин Цзыыы! Ли Сян! Лиииии Сяяяян! Ветер был слишком силен, чтобы расслышать что-то, особенно с высоты часовой башни. Его голос, казалось, растворялся в порывах ветра, прежде чем хоть какой-то звук срывался с его губ. Он смотрел на густой туман, на текстуру которого влиял ветер. Поезд снова должен приехать? Если бы он действительно был живым, то, вероятно, это был бы самый причудливый поезд из всех существующих. За короткие двадцать с лишним лет жизни Нин Гу поезд прибывал бесчисленное количество раз. Самым большим промежутком между появлениями поезда был промежуток между двумя днями рождения Нин Гу, а самым маленьким — всего лишь день. В то время даже самые безумные Странники не могли рискнуть отправиться в следующее путешествие только после одного ночного сна. Если поезд приближался снова, то как он сможет сбежать отсюда? Как он выберется из часовой башни и покинет территорию Убежища, чтобы сесть на поезд и не попасться при этом людям со способностями? - Ааааа! - Нин Гу крикнул снова. - Лииии Сяяяян! По его опыту единственным, кто мог спасти его сейчас, был Ли Сян, который делал подобное уже много раз прежде. - Ли Сян и глава ушли к заливу Шеван, - внезапно позади Нин Гу раздался голос. Испуганный Нин Гу поспешно обернулся и увидел половину лица Линь Фана через маленькое окошко в двери. - Что ты здесь делаешь? - осторожно спросил Нин Гу. - Смотрю, сбежал ты или еще нет, - ответил Линь Фан. - Как давно они ушли? - только сейчас Нин Гу отреагировал на первые слова Линь Фана. - Несколько дней назад, - лицо Линь Фана опустилось ниже, теперь были видны его глаза. - Тебе скучно? - Нет, - Нин Гу сел на пол. Обычно он мало общался с Линь Фаном. Этот человек жил уединенно, для него было нормальным запереться у себя на месяц или два, не показываясь. Но если бы не его опыт в посещении Мэйн-сити, тщательные расспросы Линь Фана и желание обыскать его вплоть до обуви, Нин Гу не придал бы большого значения его появлению здесь. Но сейчас ему стало немного не по себе. - Ты размышлял о случившемся за эти несколько дней? - спросил Линь Фан. Нин Гу взглянул на него. Когда глава и Ли Сян ушли, логично, что именно Линь Фан пришел бы вместо них убедиться, что Нин Гу вел себя хорошо и подумал над своими ошибками. - Нет, - ответил он честно. Линь Фан нахмурился. - Глава сказал мне, что тебе будет разрешено выйти только в том случае, если ты пообещаешь мне не уезжать в Мэйн-сити без разрешения. - Тогда давай подождем, - Нин Гу прислонился к стене. - С таким успехом я вряд ли выйду отсюда. Линь Фан молча наблюдал за ним. Нин Гу через мгновение напрягся, затем тоже посмотрел на него. Окошко на двери было маленьким, как раз такого размера, чтобы в него поместилось лицо Линь Фана. После долгой паузы Нин Гу не смог сдержаться и спросил: - У тебя что, лицо к окну прилипло? - Хм? - Линь Фан сначала удивился вопросу, затем вдруг рассмеялся. Это было впервые, когда Нин Гу видел его улыбающимся. Он не выглядел красиво, когда улыбался, потому что улыбка проявляла на лице все его обычно незаметные морщинки. Но как бы это ни выглядело, это все равно поразило Нин Гу. Значит, он может улыбаться. - Ты такой же, как твой отец, - сказал Линь Фан, пряча улыбку. Нин Гу не успел оправиться от предыдущего удара, как получил следующий, отчего у него возникло ощущение, что он задыхается. Он пришел в себя только после того, как несколько раз прокашлялся. - Что ты только что сказал? - Нин Гу вскочил и подошел к двери. Линь Фан ничего не ответил. Он отвернулся от двери. - Линь Фан! - взволнованный, Нин Гу высунул голову в окно только чтобы увидеть, как Линь Фан покидает башню. Он несколько раз сильно пнул железную дверь, и металлические ремешки на его ботинках громко звякнули об нее. - Не уходи! Что ты имел в виду? - закричал Нин Гу. - Когда прибудет поезд, охраны здесь не будет, - голос Линь Фана удалялся. - Сможешь ли ты попасть на поезд — зависит от тебя. - Линь Фан! - Нин Гу вытащил голову из отверстия и распахнул окно, пару раз дернув ручку двери. Конечно же, дверь не поддавалась, а голос Линь Фана окончательно исчез. *** «Добро пожаловать в новый день». Головная боль не прекращалась, и у Лянь Чуаня начало звенеть в ушах, как только он услышал приветствие системы. На завтрак опять были мясо и яйца, но он не почувствовал вкуса, пока ел. Все, что он мог чувствовать, это горечь во рту. Прошла неделя, поэтому его головные боли повторялись значительно реже. В ближайшие два дня они должны были полностью исчезнуть. Лянь Чуань переоделся в повседневную одежду, собираясь выйти и купить кое-что из вещей первой необходимости, прежде чем ненадолго зайти в гости к Лэй Ю. Он не привык носить повседневную одежду и ходить по улицам пешком, и особенно не привык к толпе. В повседневной одежде он не чувствовал на себе взглядов, полных ненависти, не слышал проклятий в свой адрес и не сталкивался с таким давлением, как обычно. Но, похоже, он больше предпочитал быть гиеной, чем обычным человеком. У гиены есть цели, страхи, и она будет бороться за выживание, несмотря ни на что. Поэтому, не совсем обычный человек Лянь Чуань, имея удостоверение гражданина Мэйн-сити второго класса, не смог ничего придумать за весь день, кроме как купить зубную пасту. - Какой вкус вам больше нравится? - кассирша отсканировала его удостоверение личности. - В этом месяце у нас в продаже лимон, яблоко, болгарский перец и черный молотый перец. - Яблоко, - ответил Лянь Чуань. - Что-нибудь еще? - кассирша достала из-за прилавка тюбик зубной пасты и опустила его в автомат рядом с собой. Через несколько секунд розовый тюбик выпал в маленький контейнер в руках Лянь Чуаня. -… Нет, - Лянь Чуань немного подумал, прежде чем взять зубную пасту. - Почему она розовая? - Паста со вкусом яблока всегда розовая, - ответила кассирша. - Разве яблоки не зеленые? - спросил Лянь Чуань. - Зеленые. Если хотите пасту зеленого цвета, вы можете выбрать вкус болгарского перца. - Не нужно, - Лянь Чуань взял зубную пасту и собирался уйти. После покупки зубной пасты ему больше нечего было делать, кроме как выйти на улицу. Он огляделся по сторонам и решил пойти в сторону дома Лэй Ю. Тетя Чунь заранее купила ингредиенты, сказав, что хочет сегодня приготовить для него кое-что особенно вкусное. Она также попросила его взять с собой Босса. Он пытался позвать его, но Босс всегда куда-то исчезал, если не требовалось выполнить задание, поэтому Лянь Чуань не знал, сможет ли он прийти и перекусить с ними. Чтобы добраться до дома Лэй Ю, нужно пересечь четыре перекрестка. Хотя они оба жили в районе B, общежитие Лянь Чуаня, предоставленное министерством Внутренней обороны, располагалось по диагонали от дома Лэй Ю. Лэй Ю мог возвращаться домой, только когда у него было свободное время. Хотя они виделись не каждый день, узы этой пары оставались крепкими. Неудивительно, что брак, основанный на свободной любви, хоть и не был совершенным, как, например, брак, одобренный системой, но преодолевал все недостатки со страстью и трепетом обоих сердец. Лянь Чуань шел, устремив взгляд себе под ноги. Он направился ко входу в тоннель. Транспортная сеть в Мэйн-сити была очень простой — на поверхности не было общественного транспорта. Была только подземная железная дорога, соединяющая четыре района города. Каждая станция была огромной, их размеры напоминали о величии былого процветания Мэйн-сити так же, как рекламные щиты, стены и пол внутри. В те времена «Пусть солнечный свет Мэйн-сити будет будить вас каждое утро» было убедительным лозунгом. Сейчас все великолепие этих станций осталось прежним, но количество людей, пользовавшихся ими каждый день, упало ниже половины в сравнении с тем, что было раньше. Большинство станций было окутано черным туманом, рекламные щиты давно погасли. На немногих оставшихся стенах были вывешены объявления и запреты, изданные Городским департаментом. Даже бродяги предпочли бы сбежать в Затерянную долину, чем искать убежища здесь. Лянь Чуань стоял на платформе, бесцельно глядя вперед, но все его органы чувств работали. По привычке он всегда был бдителен. Он уже заметил позади себя мужчину в серой куртке, когда спустился на станцию. Хотя мужчина и выглядел как обычный мирный житель, Лянь Чуань ощутил что-то необычное в его взгляде. Его не волновала личность этого человека. Прямо сейчас он не был гиеной, поэтому, даже если бы перед ним стоял BUG*, ему не было разрешено предпринимать какие-либо действия. В Мэйн-сити сотрудники правоохранительных органов без формы должны были вести себя как обычные граждане. *п/п: пер. “ошибка”, в анлейте и в китайском оригинале было именно так, возможно имеются в виду те мутанты из лабораторий или нечто иное Его также не волновало, что намеревался сделать этот человек — в Мэйн-сити при обычных обстоятельствах никто не мог угрожать его безопасности. Что его беспокоило, так это то, что подобного рода граждане начали появляться в районе B. Мужчина в серой куртке последовал за Лянь Чуанем, когда прибыл поезд, держась в метре от него. Лянь Чуань не смотрел на него прямо, но всегда следил за тем, чтобы мужчина был на периферии его зрения. Когда Лянь Чуань вышел из поезда, мужчина последовал за ним. В районе B в зоне А5 было два крупных населенных пункта, поэтому на станции было много людей. После того, как Лянь Чуань вышел, мужчина, протискиваясь сквозь толпу, попытался обогнать его. Чтобы выйти на поверхность, потребуется пройти шесть поворотов, а это было довольно большим расстоянием. После третьего поворота мужчина в серой куртке оглянулся. За ним никто не следовал, в тоннеле была только толпа спешащих туда-сюда пассажиров. Он немного затормозил, прежде чем сунуть руку в карман куртки, но он не смог высунуть из кармана спрятанный предмет, потому что почувствовал, как что-то ударило его слева, мгновенно заставив его тело оторваться от земли. К тому времени, когда он понял, что произошло, его уже прижали к стене тоннеля, сдавливая горло. - Не двигаться, - Лянь Чуань сжал сильнее горло мужчины. - Молчать. Замешательство во взгляде мужчины исчезло, сменившись страхом, но он был слишком напряжен, чтобы двинуться или издать любой звук. Лянь Чуань сунул свободную руку в карман мужчины, доставая оттуда свое удостоверение личности. Он потряс им перед лицом мужчины, прежде чем положить его во внутренний карман своего пальто. Он был невнимателен, когда убирал свое удостоверение после покупки зубной пасты, так что, вероятно, этот парень увидел, как оно выпало и, подобрав, стал преследовать его владельца. - Не сообщайте обо мне, - взмолился мужчина, продолжая с осторожностью, - я умоляю вас… Я просто хотел купить что-нибудь поесть… Лянь Чуань надавил сильнее, заставив мужчину замолчать. - Я же сказал тебе молчать, - предупредил он. - Ты уйдешь после того, как я уйду. Мужчина в сером удивленно моргнул. Лянь Чуань отпустил его, затем развернулся и пошел на выход из тоннеля. Даже если кто-то получит чужое удостоверение, его нельзя будет использовать для покупок. Данные не совпадут, что приведет вора к немедленной «переработке». Чтобы суметь им воспользоваться без последствий, нужно будет отправиться в Затерянную долину и найти там Летучую мышь, способную переписать данные на удостоверении. Но прежде чем найти Мышь, можно заблудиться или, например, быть избитым до смерти, или умереть с голоду, так и не успев никого найти. Наконец, если удалось найти нужную Летучую мышь, не имея достаточно средств на оплату такой услуги, существовала опасность, что удостоверение отберут, изобьют до смерти или оставят голодать — в конце концов, с удостоверением личности можно было сделать много чего. Одно такое стоило целой руки или ноги. Лянь Чуань не хотел слушать, о чем говорили подобные личности, будь то во время его миссии или в обычной жизни. Он не хотел слышать никаких слов отчаяния или беспомощности. Они могли затянуть его в глубокую пропасть, из которой не было выхода. *** - Босс пришел сюда раньше тебя, - тетя Чунь протянула ему напиток, - попробуй. - Мне нужно было кое-что купить перед визитом. Лянь Чуань взял из рук тети стакан и отпил немного. Напиток был вкусный, с легкой кислинкой среди общей сладости, благодаря чему напиток был не слишком приторным, и его можно было пить непрерывно. Дом Лэй Ю совсем не изменился: он был таким же просто обставленным и уютным. В меру своих возможностей и муж, и жена с энтузиазмом приносили в дом различные украшения. У них даже было несколько комплектов диванов и кресел, сделанных в разных стилях и из разных материалов. Босс в данный момент занимал мягкий одноместный диван, пытаясь там вздремнуть. Лянь Чуань на самом деле не знал, действительно ли тот дремал или просто притворялся, но в любом случае, он лежал там с закрытыми глазами, не обращая внимание на находящихся в комнате. Когда тетя Чунь ушла, чтобы заняться едой, Лэй Ю сел рядом с Лянь Чуанем с пачкой сигарет в руке. - Хочешь одну? - Нет, - Лянь Чуань махнул рукой. - Что ты купил? - Лэй Ю закурил и посмотрел на него. - Зубную пасту, - Лянь Чуань достал розовую зубную пасту из кармана и сжал ее в руках. - Мило, не правда ли? Лэй Ю рассмеялся. - Тебе с детства не нравился розовый цвет. Лянь Чуань молча улыбался. В тот момент, когда Лэй Ю упомянул его детские годы, у него начало ломить кости. Хотя у него было и много других воспоминаний с того времени, например, тетя Чунь, которая играла с ним в игры, водила смотреть на маленьких животных и готовила ему еду… Мучительная боль и страх все равно оставались самыми отчетливыми из всех воспоминаний. Тело никогда не запомнит смех. Но боль тело запомнит. Радость никогда не оставляет свой отпечаток в сердце. Страх оставит. - Как в последнее время идут дела? - сделав две затяжки, Лэй Ю помолчал мгновение, прежде чем спросить. - Отлично, - ответил Лянь Чуань, изучая выражение лица Лэй Ю. Он редко задавал подобные вопросы, и в большинстве случаев, он это делал, чтобы узнать что-то о самом Лянь Чуане, нежели о секретах, которые он скрывает. Босс определенно притворялся, что дремлет. Когда Лэй Ю снова заговорил, он приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть на них. - Этот Нин Гу, - начал Лэй Ю, - если он снова посетит Мэйн-сити, тебе, возможно, опять придется иметь с ним дело. - А посетит ли? - Лянь Чуань нахмурился. - Из того, что нам известно, он едва может защитить даже себя. - Я так не думаю, - возразил Лэй Ю. - Он сумел сбежать от тебя, да еще и со своим спутником. Босс закрыл глаз и фыркнул. - Он сбежал от меня, поэтому я обязан поймать его в следующий раз, - сказал Лянь Чуань. - Ты это имеешь в виду? - Не совсем, - Лэй Ю затушил сигарету, которой затянулся всего дважды, и долго смотрел на ее тлеющий кончик. Лянь Чуань молчал, ожидая, когда он продолжит. - На этот раз его нужно поймать живым, - наконец продолжил Лэй Ю. - Чего бы это ни стоило, и где бы он ни прятался. Только ты можешь это сделать. - Где бы он ни спрятался, - рассмеялся Лянь Чуань, но затем его выражение лица стало вновь холодным. - Это включает в себя и Затерянную долину, верно? Лэй Ю кивнул. Когти Босса злобно впились в диван. - Эй, это новое кресло! Как ты компенсируешь мне его, если испортишь? - вошла тетя Чунь с подносом в руках и поставила его перед Лянь Чуанем. - Сначала закуски, остальное еще не готово. - Ммм, - Лянь Чуань отреагировал на ее слова. - Чуань, - тетя Чунь посмотрела на него. - Ты единственный, кому удалось пройти эксперимент на совместимость. - Никто не может превзойти тебя в силе, - сказал Лэй Ю. - Будет лучше, если ты поймаешь Нин Гу снаружи. Но если он попытается скрыться в Затерянной долине и будет пойман Цзю И, Нин Гу станет для него козырем. Мы не можем этого допустить. Лянь Чуань ничего не ответил. Затерянная долина не была для него каким-то слишком пугающим местом. По его мнению люди, живущие там, не сильно отличались от тех, кто жил в Мэйн-сити. Но, кроме Летучих мышей, имеющих информацию о Мэйн-сити, люди, которые заходили туда, так и не выходили обратно, поэтому он не знал, зачем тетя Чунь и Лэй Ю уговаривают его посетить долину. - Ты должен это сделать, - тетя Чунь схватила его за руку, ее собственные слегка дрожали, когда она сказала тихим голосом: - Дело не только в том, чтобы поймать Нин Гу. Лянь Чуань взглянул на нее, внезапно осознавая, что они имели в виду. Для начальства не было ничего необычного в том, чтобы хотеть заполучить живым Странника с необычными силами. Таких отряд зачистки ловил часто. Однако слова тети Чунь были для него напоминанием. Он должен был войти в Затерянную долину, чтобы доказать свою силу. Как и ранее, когда он должен был доказать, что способен взаимодействовать с Бетельгейзе, теперь он должен был доказать, что может справиться и с этой задачей, что он незаменим. В конце концов, незаменимость была единственной ценностью, из-за которой его все еще оставляли в живых. *** За те примерные двадцать лет, что Дин Цзы успел прожить в Городе-призраке, он никогда не проживал свои дни с такой осознанностью. Когда он вышел за дверь, то взглянул на отметины на металлической табличке рядом с ней, потрогал их и сосчитал — всего шестнадцать. Нин Гу уже шестнадцать дней был заперт в часовой башне, и у Дин Цзы не было ни единой возможности приблизиться к ней. Это было оскорблением их с Нин Гу крепкой дружбы. В тот день он больше не мог ждать — глава и Ли Сян как обычно отправились вместе к заливу Шеван. Каждый такой раз они отсутствовали примерно двадцать дней, оставляя все под присмотром Линь Фана. Линь Фан редко показывался. Если бы Дин Цзы не воспользовался этой возможностью, пока глава и Ли Сян не вернулись, чтобы вытащить Нин Гу, потом у него не осталось бы ни единого шанса. Зная характер главы, он может держать Нин Гу взаперти до тех пор, пока тот не превратился бы в груду костей. - Куда ты? - спросил Чуэй Цзы у выхода. - Я собираюсь найти Лэнд Кинга, - сказал Дин Цзы. - Ты уже трижды ходил искать его, - вздохнул Чуэй Цзы. - Как он может помочь, не получив ничего взамен? - Этот старый дурак живет здесь уже столько лет, что у него наверняка припасены какие-нибудь хитрости в рукаве, - нахмурился Дин Цзы, надевая защитные очки. Их передал ему Чуэй Цзы. Нин Гу купил ему эти очки в Затерянной долине. - Я обменяюсь с ним на что-нибудь. Чуэй Цзы схватил брата за руку. - Чем ты собираешься обмениваться? - Когтем обезьяны, - Дин Цзы посмотрел на него. - Это орлиный коготь, - поправил его брат. - По-моему, он больше похож на обезьяний. - У обезьян не было когтей. - Ты когда-нибудь их видел? - не сдавался Дин Цзы. - А сам-то? - Чуэй Цзы тоже не уступал. Дин Цзы больше ничего не ответил. Он приподнял свой воротник и пошел вперед. - Такого когтя нет ни у кого во всем Городе-призраке, - Чуэй Цзы последовал за ним. - Он исчезнет, как только ты его обменяешь. - Нин Гу тоже один такой, - возразил Дин Цзы. - Неужели он стоит меньше обезьяньего когтя? - Ладно, - кивнул Чуэй Цзы, - я пойду с тобой. - Ты не обязан, это мое дело, - сказал Дин Цзы. - Я боюсь, что он обманет тебя и уйдет, не оказав взамен помощи, - Чуэй Цзы потер руки, чтобы согреть их. - Если он будет играть нечестно, я устрою ему взбучку. *** Время для сегодняшнего ужина уже пришло, поэтому Нин Гу был голоден. Исходя из его чувства голода, он прикинул, что прошел уже по меньшей мере час с того времени, когда ему обычно приносили еду. - Эй! - он пнул стальную дверь. - Я могу умереть с голоду в любой момент!

Снаружи была мертвая тишина. Конечно, в этом месте всегда было тихо, но у Нин Гу было смутное ощущение, что нынешнее спокойствие отличалось от обычного. Ему вдруг стало не по себе. Он вспомнил слова Линь Фана. Поезд действительно скоро прибудет? Он снова попытался дернуть железную дверь, но она не поддалась. Затем он подбежал к окну, чтобы прислушаться… Звук, оповещающий о прибытии поезда, очень громкий, он бы вряд его пропустил. Если раньше он хотел поехать в Мэйн-сити, потому что поездка оставила в его голове множество вопросов, то теперь, после того как Линь Фан упомянул его отца, ему захотелось поехать еще сильнее. Никто никогда не упоминал при нем о родителях, и всякий раз, когда он спрашивал про них, ему отвечали неизменным молчанием. И, учитывая его отношения с Линь Фанем, было странным для него сказать, что Нин Гу напоминал ему своего отца. В такой ситуации слова Линь Фана должны были намекать на что-то. Или это была ловушка. Верно, это может быть ловушка. Нин Гу не доверял Линь Фану. Он всегда с опасением относился к тем, что проявлял к нему доброжелательность без какой-либо веской причины. Это было одним из правил выживания в Городе-призраке. Но даже если это была ловушка, он все равно должен был отправиться в Мэйн-сити. Жизнь Странников была далеко не легка. Условия их жизни были суровыми: аборигены, которые прятались в черном тумане, постоянные стычки из-за нехватки припасов и драки, вызванные чрезмерной скукой — любое из этого могло привести к смерти. Кто знает, какой из будущих дней станет его последним. Он просто хотел жить более осознанно, прежде чем наступит такой день. Кто я такой? Где я нахожусь? Для чего я существую в этом мире? Из глубин черного тумана, пронзив небеса над Городом-призраком, раздался гудок поезда. Почти в тот же момент, когда Нин Гу услышал его, он вскочил и подбежал к двери. После того, как он несколько раз сильно дернул ручку, она распахнулась. Если бы дверь не открылась, он определенно точно высунул бы голову в окно, чтобы выкрикивать различные непристойные выражения и заставить Линь Фана выслушать все проклятья в его адрес… Но теперь, когда дверь действительно открылась, он на несколько секунд замер на месте. Линь Фан действительно сказал правду. У него не было достаточно времени обдумать, зачем Линь Фан это сделал. Времени между гудком и отправлением поезда оставалось совсем немного, поэтому он пулей выбежал из часовой башни. Согласно плану, который он обдумывал в течение последних дней, он должен был найти по пути Лэнд Кинга, чтобы приобрести у него несколько необходимых ему вещей. Дул сильный ветер, но, к счастью, его маршрут пролегал там, куда ветер не попадал, поэтому Нин Гу бежал так быстро, что почти летел. Многие Странники уже покинули Убежище, оставшихся людей было немного. Хотя у них не было расписания времени прибытия поезда, опытные Странники могли положиться на свое внутреннее чутье, чтобы примерно подгадать момент. Некоторые даже ждали день или два заранее. В небольшом количестве оставшихся людей были свои преимущества. Чем меньше людей, тем меньше врагов, о которых нужно беспокоиться. Несмотря на то, что, как и сказал Линь Фан, охраны не было и никто не помешал ему сбежать, у него накопилось немало врагов в Городе-призраке, о которых стоило беспокоиться. Он редко посещал Убежище №3, так как был всегда вовлечен в драки между убежищами… - Эй, Да Пигу*! - Нин Гу увидел перед собой мужчину, сидевшего на корточках и ломавшего что-то возле фонаря, и крикнул ему на бегу: - Помоги мне! *п/п: с кит. «большая задница» Даже в Убежище №3 у него были друзья, достойные того, чтобы стать гордостью Города-призрака. - Вот ты где! - крикнул ему в ответ Да Пигу, вскакивая, чтобы с размаху нанести удар. Нин Гу на мгновение почувствовал, как его подбрасывает огромная сила. Воспользовавшись моментом, он прыгнул, пролетая в воздухе более десяти метров. Как только он приземлился, последовал второй удар, поэтому он прыгнул снова, перелетев сразу несколько низких хижин.

***

- Так ты скажешь или нет? - Дин Цзы пнул Лэнд Кинга под зад. - Как мне его вытащить?! Ты предложил мне послать кого-нибудь, чтобы тот поменялся с ним местами, но кого я, черт возьми, могу туда отправить! Как бы я поменял их местами? Говори! Рука Чуэй Цзы, касавшаяся пола, ослабла, и Лэнд Кинг воспользовался этой возможностью, чтобы подняться. - Ты сказал мне, что у тебя есть коготь. Сначала дай мне посмотреть на него. Я уже сообщил вам часть плана, так что теперь я должен узнать, что вы собираетесь дать в обмен… У Лэнд Кинга даже не было возможности договорить. Его попытка подкрасться ближе к Дин Цзы и проверить, действительно ли у него есть коготь, была прервана. Крепкая металлическая дверь в хижину с лязгом распахнулась. Внутрь вошел человек в черном пальто — прежде чем люди в помещении успели отреагировать, этот человек уже прижал Лэнд Кинга к земле и сел на него сверху. - Нин Гу?! - голос Дин Цзы дрогнул от неожиданности. Этот отработанный прием — валить людей на землю, забраться сверху и бить их кулаками, был характерным для Нин Гу. Он использовал его много раз еще с детства. Нин Гу схватил Лэнд Кинга за шею и оглянулся на Дин Цзы. - Почему вы здесь… О, тебе идет! - А? - Дин Цзы на мгновение задумался, что Нин Гу имел в виду. Затем он коснулся очков на лице. - Это из-за красной оправы… - Даю тебе три секунды, - Нин Гу ткнул пальцем в глаз Лэнд Кинга. - Отдавай мне карточку. - Какую карточку? - одновременно спросили трое оставшихся в комнате. - Удостоверение личности, пустое, которое можно переписать, - Нин Гу продолжал тыкать в глаза Лэнд Кингу. - Я знаю, что оно у тебя есть. Дай сюда. - Зачем оно тебе? - Лэнд Кинг в недоумении уставился на Нин Гу. - Просто отдай! - у Нин Гу не было времени объяснять или возиться с Лэнд Кингом. У него даже не было времени найти что-нибудь в обмен на удостоверение. - Перо, - после того, как недоумение прошло, Лэнд Кинг вернулся к своему жадному до прибыли естеству. Жадному до прибыли и хитрому. Ценность удостоверения личности не могла и сравниться с чем-то вроде пера, части плоти и крови вымершего животного. Хотя получить удостоверение личности было нелегко, они были неотъемлемой частью для жизни в Мэйн-сити. Те, кто не выжил, те, кто не хотел продолжать жить, те, кто был вынужден отказаться от жизни или пропал и больше не могли использовать свои удостоверения личности — в конечном счете, небольшая часть этих карточек всегда попадала в Затерянную долину. Карточки стали очень востребованы для торговли, и их запасы никогда не заканчивались. У Лэнд Кинга были удостоверения. Те, кто уезжал в Мэйн-сити и не планировал возвращаться, приходили к нему за ними. Другой вопрос, удастся ли им найти Летучую мышь для изменения данных на удостоверении, чтобы сделать их пригодными для использования. - Отдай! - Нин Гу ударил Лэнд Кинга кулаком в лоб. - Иначе я начну выдирать волоски на твоих ногах! С его ревом в хижину ворвался порыв сильного бушующего ветра, переворачивая стол и сметая с поверхностей различные мелочи и безделушки. - Лучше отдай ему перо, - внезапно заговорил Дин Цзы. Даже Лэнд Кинг был потрясен. Он замер с полуоткрытым ртом, не обращая внимания на боль. - Что за хрень ты несешь! - Нин Гу повернулся и наорал на Дин Цзы. - Ты опоздаешь! - Дин Цзы настаивал. - Я смогу найти другое! Нин Гу продолжал сжимать шею Лэнд Кинга, но больше не смотрел в его сторону, уставившись на Дин Цзы. - Отдай ему перо, - повторил Дин Цзы. - Сделай это, - Чуэй Цзы вмешался, стоя сбоку, и добавил: - Если сегодня ты не попадешь на поезд, другого шанса у тебя не будет. Нин Гу стиснул зубы, затем медленно достал из потайного кармана в ботинке перо и положил его в руку Лэнд Кинга. Лэнд Кинг осторожно положил перо во внутренний карман одежд поближе к телу. - Карта! - Дин Цзы бросился в сторону Лэнд Кинга, рыча на него с такой силой, что даже шея покраснела. Лэнд Кинг с трудом согнул ногу, подтянул штанину и, открыв маленький кармашек на голени, достал карточку, держа ее между пальцами. Он посмотрел на Нин Гу. - Вы, ребята, сумасшедшие. Нин Гу схватил карточку, бросил быстрый взгляд на Дин Цзы, затем выбежал за дверь.  Дин Цзы вскочил и побежал за ним. Он не спрашивал, как Нин Гу покинул часовую башню, и что тот планировал делать. Но он знал одну вещь. С того дня, как он впервые встретил Нин Гу, он знал, что такой день рано или поздно наступит. На первый взгляд Нин Гу был хулиганом, который дрался со всеми, не имея равных по силе, просто чтобы развеять скуку. Но в глубине души он был полон тревожащего его любопытства, многочисленных вопросов, которые, будучи однажды озвученными, повергли бы любого в отчаяние. Дин Цзы с детства знал, что настанет день, когда Нин Гу покинет Город-призрак, не оборачиваясь назад. Пожалуй, только Дин Цзы, выросший вместе с ним, знал, что это было единственное желание Нин Гу, которое тот скрывал ото всех. - Мы действительно сможем найти еще одно? - спросил Нин Гу, перекрикивая ветер. - Да! - выкрикнул Дин Цзы, используя всю мощь своих легких. - Прибереги его для меня! - крикнул Нин Гу. - Вернись за ним! - Я вернусь за ним! - Нин Гу развернулся, чтобы посмотреть на друга. - Не поворачивай голову, это замедлит тебя! - Дин Цзы махнул рукой. - Не беги за мной, не дай главе узнать, что ты в курсе о моем посещении Мэйн-сити! - Я тебя не слышу! - Дин Цзы не останавливался, крича на бегу. - Не беги за мной! - Нин Гу снова крикнул. - Кто-то может подумать, что ты моя жена, которая не хочет меня отпускать! - Отвали! - Дин Цзы остановился, ругаясь ему вслед. - Оставь перо для меня! - Угу, - ответил Дин Цзы, подняв руку, чтобы вытереть слезы. Когда он снова поднял глаза, Нин Гу уже исчез в облаке слез, ветра и черного тумана.

***

Глава стоял посреди залива Шеван, молча глядя в сторону Убежища. Ветер вокруг него кружил черный туман, который поднимался вверх подобно длинной узкой бочке, в которой невозможно было дышать.  Время от времени он видел пепельные тени, а иногда слышал какие-то звуки, похожие на шуршание босых ног по опавшим листьям или на звук ломающихся костей. Этот звук был почти не слышен из-за окружающего ветра, в то время как лязг металлической цепи, волочащейся по земле, был намного отчетливее. Он наклонил голову, когда кто-то приблизился к нему сзади. - Это твой единственный шанс. - Мне этого не нужно, - из густого тумана ответил напряженный, задыхающийся голос. - Крах и разложение, все это необратимо. Как только это начнется, пути назад не будет, оглядываться будет не на что. - Не нужно оглядываться, - сказал глава. - Нужно идти только вперед. Человек, скрытый в тумане, начал смеяться, кашляя через раз, его голос был хриплым и часто обрывался. - Вы думали, что люди из Мэйн-сити не обнаружат Ци Хана? Вы думали, что один Ци Хан… Нет, одна часть Ци Хана может что-то изменить…? Глава ничего не ответил, шагая вперед в густой туман. Сразу же за его спиной послышался шум, похожий на хаотичное бормотание и грохот вперемешку с лязгом металла, но он быстро стих, не оставив после себя ничего, кроме завывания ветра.

***

«Я на позиции». Лянь Чуань присел на корточки на полуразвалившейся крыше, его взгляд был устремлен вперед. Менее чем в пятидесяти метрах он него находился один из проходов, который, вероятно, могли использовать Летучие мыши, чтобы провести Странников в Мэйн-сити. Он был ближайшим к Затерянной долине. Никто не знал, приедет ли Нин Гу, и какому маршруту он будет следовать. Странники и Мэйн-сити всегда держали друг-друга в узде. Каждый раз им удавалось предсказать пару проходов, но у Странников всегда был один, о котором они не знали. Когда Лянь Чуань решил сначала оставить охрану у того, что ближе всего к Затерянной долине, Лэй Ю в частном порядке спросил его, почему он так сделал. - Пытаешься избежать посещения Затерянной долины? - Только оставшись в живых я смогу доказать, что я незаменим. Все восемь подразделений ожидали на своих местах, все данные о Нин Гу так же отображались на визорах каждого. Как только он появится, Лянь Чуань немедленно получит его координаты. Все, что останется сделать — схватить Нин Гу. Нин Гу, который дважды сбежал из-под носа у Лянь Чуаня после двух выстрелов. Из коммуникатора донесся короткий звук, и Босс, который сидел на противоположной крыше, мгновенно пригнулся, готовый атаковать. Лянь Чуань поднял голову. Он не держал в руках оружие. Когда ему нужна была скорость, что угодно, кроме экзоскелета, тянуло его вниз. Далеко в черном тумане мелькнул металлический отблеск. Лянь Чуань оперся руками о край крыши — это была какая-то крайне неосторожная Летучая мышь, крадущаяся поблизости. Они были наполовину правы насчет этого прохода. Летучие мыши доставляют Странников в Мэйн-сити через заброшенную канализацию под руинами, приводя тех, кому посчастливилось выжить, прямо в Затерянную долину. Первая фигура появилась на краю черного тумана. Она не пошла вперед сразу, осторожно осматривая окрестности, прежде чем быстро броситься вперед. В то же время сильный ветер яростно завертелся перед ним, поднимая с земли песок, гравий и мусор, загораживая обзор вокруг. Под этим прикрытием более дюжины теней высыпалось из люка, используя свою силу, чтобы приподнять обломки, отодвинуть разрушенные крыши или воздвигнуть защитные барьеры. Эта защитная способность была явно слабее, чем у Ли Сяна, но она все равно ненадолго выводила из строя сканер. В подобные моменты Лянь Чуань мог использовать только свои глаза, на которые он и полагался большую часть времени за все свои двадцать лет. «Странники у входа CH2, Затерянная долина», - сообщил Лянь Чуань. «Странники в районе D, зона B2»? - голос Ло Пана послышался следом. Восемь отрядов, и только два сообщили о появлении Странников. Все остальные были свободны. «Отправляйтесь на подкрепление в соответствии с планом», - скомандовал Лун Бяо. Одна из размытых теней, которые мчались к выходу из Затерянной долины, привлекла внимание Лянь Чуаня. Первым выбором Странников всегда было отправиться в Затерянную долину, но они отчаянно и самонадеянно выбирали смерть в качестве стимула, поэтому особо не торопились. Лишь один человек, который сразу побежал в укрытие, не отдавая приоритет развлечению, сильно выделялся. Через секунду Лянь Чуань смог убедиться, что это был Нин Гу. «Цель обнаружена, - Лянь Чуань спрыгнул с крыши, пока произносил слова, и , оттолкнувшись ногами от земли, бросился вперед. - Начинаю захват». Когда Нин Гу ясно увидел, что кто-то приближается к нему на большой скорости, он все еще находился более чем в десяти метрах от входа в Затерянную долину. Единственное, что он знал о Мэйн-сити, было связано с долиной, так что для него это было единственным относительно безопасным местом. Однако он не ожидал, что столкнется с гиенами еще до того, как увидит вход. И гиена, которая могла просто проигнорировать защитный барьер и появиться в двух метрах от него прежде , чем кто-либо успел это заметить — это мог быть только Лянь Чуань. Нин Гу показалось, что никто из других Странников, кто бежал впереди, даже не заметил Лянь Чуаня. Нин Гу схватили за руку, а затем швырнули внутрь входа в Затерянную долину, до которого, как он думал, у него никогда больше не будет шанса добраться. В отличие от того входа, к которому Чуэй Цзы приводил его раньше, у этого входа не было лестницы — просто наклонная дорожка, ведущая вниз. После падения у него даже не было возможности встать прежде, чем Лянь Чуань догнал его. Получив от него удар ногой, Нин Гу быстро скатился вниз шахты, врезавшись в стену пещеры. У него не было времени заметить, как к нему подошел Лянь Чуань, и он смог разглядеть только двойное сияние его оружия, четко видного на фоне темноты. Затем воротник его одежды затянулся у него на шее, когда его подняли и прижали к стене, а рука Лянь Чуаня переместилась на его горло. - Одно движение, и ты труп, - пригрозил Лянь Чуань.

«Цель пропала с радаров. Странник Нин Гу ступил на территорию Затерянной долины, подтверждаю», - Лун Бяо наблюдал с крыши, как Странники вступили в бой с членами Городской стражи, рассредоточившись по разным сторонам. Следом он добавил: «Потеряна связь с Лянь Чуанем из отряда номер шесть, предположительно, он тоже пересек территорию Затерянной долины». «Миссия выполнена, - услышал он слова Лэй Ю. - Соберитесь в одном месте и ожидайте приказа». Лун Бяо смотрел вперед. Когда он только занял свою позицию, каракал в это время сидел на противоположной крыше, наблюдая за ситуацией внизу. Теперь, когда он посмотрел туда, кота не было видно. «Каракал исчез, - он переключился на частный канал с Лэй Ю. - Мне нужно сообщать об этом остальным?» «Нет необходимости, - ответил Лэй Ю. - Он просто партнер Лянь Чуаня и не является членом отряда зачистки». «Понял», - сказал Лун Бяо, не отключаясь. «Спрашивай, что еще хотел», - разрешил ему Лэй Ю. «У Лянь Чуаня какая-то личная миссия? Может, ему нужно преуспеть в поимке цели или что-то в этом роде? - спросил Лун Бяо. - Хоть у меня и есть сомнения насчет чрезмерно восхваляемых способностей Лянь Чуаня, это не мешает мне считать, что подобного рода испытания слишком жестоки». «Собери свой отряд», - Лэй Ю отдал приказ. Миссия не была секретной, поэтому, хотя Лун Бяо и упомянул о личном задании Лянь Чуаня, Лэй Ю это не очень волновало, поскольку с выполнением самой миссии проблем не было. Однако слова Лун Бяо вызвали неловкость. Этот человек всегда был враждебен к Лянь Чуаню, и они всегда ссорились с самого первого дня их встречи. Но, будь то Лун Бяо или Лянь Чуань, они всегда делали все возможное, чтобы защитить своих товарищей во время миссии. Их капитан, однако, не смог. Лэй Ю вздохнул и вошел в здание министерства Внутренней обороны. Лэй Ю доложили о действиях Лянь Чуаня, поэтому ему не обязательно было приходить сюда. Однако, поскольку все в Городском департаменте и в министерстве Внутренней обороны уже догадывались, что он проявлял к Лянь Чуаню чрезмерную заботу, он мог спокойно отбросить притворство и лично понаблюдать за ходом событий. В комнате для наблюдений был только Лю Донг. Лэй Ю вздохнул с облегчением. Он не хотел, чтобы рядом был секретарь Чэнь*. Несмотря на то, что этот человек имел прямое отношение к делам Городского департамента и министерства Внутренней обороны, он все еще казался ему посторонним. Расспросы о событиях, особенно связанных с Лянь Чуанем, лучше проводить без присутствия посторонних. *п/п: еще его должность можно перевести как «начальник» или «министр», но это определенно кто-то с высокой государственной должностью - Я знал, что ты придешь, - Лю Донг с энтузиазмом пожал Лэй Ю руку, и на лице его появилась улыбка. - Как у него дела? - спросил Лэй Ю. - Есть какие-нибудь новости? - Нет, - нахмурился Лю Донг. - Беспокойство, вызванное Странниками, когда Нин Гу и Лянь Чуань оба оказались в Затерянной долине, имело слишком широкий масштаб. Нам не удалось получить ни одного четкого изображения. - Вы точно уверены, что они оба вошли туда? - Тебе не очень хочется, чтобы Лянь Чуань входил туда? - Лю Донг посмотрел на Лэй Ю. - Лично я, конечно, этого не хочу, - ответил Лэй Ю. - А разве он сам этого не добивался? - подперев подбородок, Лю Донг наблюдал за размытыми фрагментами видеозаписи на экране. - В конце концов, это же Лянь Чуань. С такой скоростью, как у него, может ли вообще кто-либо из Странников даже с неизвестными способностями улизнуть от него в Затерянную долину? - Вы предполагаете, что он сделал это намеренно? - Лэй Ю скрестил руки на груди. - Тогда зачем было выбирать место для наблюдения рядом с Затерянной долиной? Он мог выбрать другое, дождаться, пока Нин Гу войдет в долину, и тогда ему пришлось бы в любом случае следовать за ним внутрь. Лю Донг медленно кивнул, добавив: - Ты спрашивал его? О том, почему это должна быть именно Затерянная долина. - Спрашивал, - сказал Лэй Ю. - Необходимым условием для того, чтобы доказать его ценность, является то, что при любых условиях он всегда остается в живых.

***

«Только оставшись в живых я смогу доказать, что я незаменим». Независимо от того, что Нин Гу значил для Мэйн-сити, для Лянь Чуаня он был большой угрозой. Если бы Нин Гу остался на поверхности, то его легко могли поймать остальные, и у Лянь Чуаня не осталось бы шанса перехватить инициативу. Его единственным вариантом было добровольно зайти в Затерянную долину, создавая иллюзию, что он хочет избежать этого. В месте, куда даже бойцы министерства Внутренней обороны, оснащенные самым передовым снаряжением, решили не вмешиваться, опасаясь заблудиться, исчезнуть или даже умереть, у него был последний проблеск надежды на то, что он еще может контролировать свою судьбу. - Ты меня понял? - Лянь Чуань посмотрел на Нин Гу. Нин Гу моргнул, и Лянь Чуань отпустил его. Возможно, способности Нин Гу еще не полностью пробудились. Лянь Чуань не испытывал того самого чувства каждый раз, когда приближался к нему. Также не произошло ничего необычного, когда их взгляды встретились. Было ли это в тот раз нападением или защитой, Лянь Чуань никогда не слышал о Странниках с не поддающимися контролю способностями. Со стороны входа доносились голоса людей. В тоннель периодически заглядывали какие-то Странники. - Пошли, - Лянь Чуань подтолкнул его вперед. Нин Гу колебался, но воздержался от криков о помощи. Во-первых, чтобы сохранить лицо, во-вторых, чтобы не поспособствовать гибели своих товарищей, в-третьих… потому что он хотел знать, почему Лянь Чуань заставил его прочувствовать всю жестокость своих воспоминаний. Он чувствовал, что это было ключевым аспектом, что могло помочь ему выжить в лапах Лянь Чуаня. Возможно, это могло быть даже рычагом давления, который Нин Гу мог использовать против него. Причину, почему Лянь Чуань предоставил ему этот «рычаг», он еще не понял. Странники приходили и уходили, как ветер, их мысли в такой же манере следовали за ними. В любом случае, ему все равно предстояло умереть, так что сейчас пришло самое время обдумать все. Продолжая идти по тоннелю, Нин Гу услышал позади себя негромкий звон металла. Обернувшись, он увидел, как Лянь Чуань снимает с себя экзоскелет и все остальное снаряжение. Он сразу забеспокоился и отругал его шепотом: - Ты действительно думаешь, что ты такая важная шишка в отряде зачистки? Не слишком ли ты высокомерен? Вторгаться на чужую территорию безоружным? Разве ты не знаешь, что… Лянь Чуань скинул все снаряжение в сторону и ткнул в него пальцем. Рука Нин Гу тут же потянулась к своему горлу, и он быстро развернулся, продолжая идти вперед. Он сделал всего пару шагов, когда внезапно почувствовал, как его воротник сдавило и плечи напряглись. Затем его руки завели за спину, и, в мгновение ока, пальто, которое было на Нин Гу, уже оказалось на Лянь Чуане. - У тебя совсем нет стыда? - Нин Гу в шоке оглядел себя, убедившись, что его длинное пальто прибрала к рукам гиена, не оставив ему, главному хулигану Города-призрака, времени на сопротивление. Это действительно заставило его впасть в ярость. - Пошел, - Лянь Чуань посмотрел на него, отдавая короткий приказ. Нин Гу думал, что за всю жизнь только в присутствии главы он мог так контролировать свой характер. Он угрюмо шел впереди с опущенной головой, на ходу делая разрезы на подоле своей куртки. На длинном пальто уже была подобная отметина. Несмотря на полезность одежды, он последовал совету Чуэй Цзы и сделал пометку. Входящие в долину Странники пробегали мимо с радостными криками, а один из них даже подпрыгнул, придерживаясь за плечи Нин Гу, и был явно очень взволнован. Нин Гу тоже ускорился и уже мог видеть красное зарево Затерянной долины. Он остановился и обернулся, чтобы посмотреть на Лянь Чуаня. - Я хочу кое-что сказать. Лянь Чуань молчал. Нин Гу тоже замолк, уставившись на него. Вероятно, он снял свое снаряжение и отобрал пальто у Нин Гу потому что боялся, что другие узнают в нем гиену. Именно поэтому он также снял свои высокотехнологичные очки, специально разработанные для гиен, которые закрывали почти все его лицо. Хотя Нин Гу ранее уже мельком видел его лицо, но это было не так четко, как сейчас. Увидев лицо Лянь Чуаня полностью, он, наконец, смог убедиться, что оно соответствует всем описаниям и слухам — в его ничего не выражающем лице была определенная холодность. Но он оказался намного моложе, чем представлял себе Нин Гу. - Если молчишь, тогда иди вперед, - сказал Лянь Чуань. - Я только второй раз в Затерянной долине, - продолжил Нин Гу. - Не жди, что я буду твоим гидом, я не знаю дороги. - Пошел, - сказал Лянь Чуань. - Я еще не закончил, - Нин Гу посмотрел на него. Лянь Чуань молчал, не двигаясь. - Если мы встретим кого-то, кто будет создавать нам неприятности, ты должен будешь мне помочь. Я не знаю, почему ты позволил мне увидеть часть твоих воспоминаний, но если ты мне не поможешь, мне будет уже все равно, зачем ты это сделал, я не буду сотрудничать. Лицо Лянь Чуаня по-прежнему было непроницаемым, даже его глаза ничего не выражали. - Договорились? - спросил Нин Гу. - Согласен, - ответил Лянь Чуань. Нин Гу кивнул и развернулся, чтобы войти в Затерянную долину.

***

Цзю И никогда не считал, сколько всего этажей в Затерянной долине. Летучих мышей это никогда не интересовало. Единственное, что он знал наверняка, так это то, что в этом, казалось бы, бесконечном огромном воронкообразном подземном мире был этаж, до которого не добраться ни одному нормальному человеку. Это было его логово. Цзю И склонился в тусклом темно-красном сиянии. Вокруг никого не было. Отличное время для уединения. Странники пришли снова. Шумная толпа смельчаков, живущая за черным туманом. Металлические блоки различных форм под его ногами улавливали всевозможные вибрации из верхних этажей лабиринтообразных пещер, а сорок девять металлических цилиндров, расположенных по кругу вокруг блоков, собирали оттуда всевозможные звуки. Разговоры, крики, смех, вопли, визги, проклятия… Ничего не разобрать, он мог только угадывать смысл. Но по этим звукам он мог понять, какой была Затерянная долина сегодня: безопасной или опасной, спокойной или полной шума, унылой или же… интересной. Сейчас это стало интересным. Цзю И взмахнул рукой и металлический шип, встроенный в его указательный палец издал звук. Несколько его подчиненных выбежали из пещеры и столпились за его спиной. Красный свет падал на их лица, а глаза были полны желания действовать, только чтобы развеять чрезмерную скуку. - К нам забралась гиена, - сказал Цзю И. - Что? - Фу Лу был шокирован. - У гиен хватило наглости залезть в Затерянную долину? - Да, я тоже удивлен, - Цзю И потер подбородок. - Даже гиена осмелилась проникнуть сюда… Когда к нам в последний раз забиралась гиена? - Меня здесь еще не было, - сказал Фу Лу. - Меня тоже, - вмешался Шоу Си. - И меня… - И я… Несколько Летучих мышей последовали примеру Фу Лу и начали говорить одновременно, прежде чем Цзю И махнул рукой. - Заткнулись все. - Что нам делать? - Фу Лу не мог молчать. - Отведи несколько людей к выходам, ведущим в Мэйн-сити, на разведку. Проверьте, не происходит ли чего снаружи...Черные кольца. - Здесь, - кто-то отозвался из темноты. - Идите и узнайте, что за смельчак проник к нам, - приказал Цзю И. - Нам следует принять меры? - спросил лидер Черных колец. - Вы действительно думаете, что гиену так легко поймать? - в голосе Цзю И чувствовался намек на презрение. - Если бы гиену было так легко поймать, нужно ли было нам тогда скрываться от них здесь? - Но это Затерянная долина, - сказал Шоу Си. - Она потеряется сразу, как только войдет сюда. - Я не думаю, что она заблудится, - Цзю И поднял голову, чтобы посмотреть вверх. Вид множества этажей, состоящих из пещер-лабиринтов, залитых красным светом, одурманивал. - Гиена не пришла сюда без причины. Потеряется ли она или нет, выясните, зачем она здесь. А то, зачем она здесь, должно стать моим.

Этот проход в Затерянную долину сильно отличался от того, которым Нин Гу пользовался ранее. Это была пещера с единственным тоннелем, ведущим в неизвестное место. Пещера была довольно маленькой, и в ней не было той шумной атмосферы, которую он наблюдал в прошлый раз. Вокруг не было торговых хижин, не было торговцев, прогуливающихся неподалеку, оставляя свои товары валяться кучами на земле. Здесь было только несколько человек, одетых в поношенную одежду, которые сидели вместе в одном углу пещеры. Когда они услышали, что кто-то вошел, то никак не отреагировали. Из-за их опущенных голов было непонятно, живы они или же мертвы. Однако, в отличие от прошлого раза, здесь был только один тоннель, что исключало риск пойти не в ту сторону. И не может быть, чтобы тоннель от этого входа вел только во тьму, откуда нельзя было выбраться. ...Но что, если бы все так и случилось? Через несколько мгновений сомневавшийся Нин Гу оглянулся на Лянь Чуаня. - Лучше ты иди впереди. - Тогда ты иди за мной, - Лянь Чуань не сказал ничего лишнего и, пройдя мимо Нин Гу, направился к тоннелю. - Тебе не удастся сбежать. - Тогда ты слишком самоуверен, - заметил Нин Гу. - Мне несколько раз уже удавалось сбегать от тебя. Лянь Чуань не обратил на его слова внимания и вошел в тоннель. Нин Гу не сразу пошел за ним, наблюдая за его удаляющейся спиной, пока стоял у входа. Он вошел за ним только тогда, когда убедился, что Лянь Чуань не «потерялся». На самом деле, Нин Гу понятия не имел, что значит «потеряться». Шаги Лянь Чуаня, однако, оставались ровными и уверенными, ничем не отличаясь от предыдущих. Слова о том, что гиены и Городская стража не осмеливались войти в Затерянную долину, потому что боялись, что с ними будет покончено в ту же секунду, как они войдут туда, оказались не совсем правдивыми. Тоннель был довольно длинным и тянулся еще дальше. Нин Гу уже чувствовал усталость в ногах и ему казалось, что скоро их путешествие закончится прямо здесь, но затем он услышал шум голосов впереди. - Там кто-то есть, - сказал Нин Гу. Лянь Чуань резко схватил его за руку и дернул на себя. - Почему ты все время распускаешь руки, прекрати это! - Нин Гу разозлился и дважды пытался вырваться. Перед лицом такого человека, как Лянь Чуань, любое движение которого не оставляло никому времени на реакцию, Нин Гу даже пожалел, что разрешил ему следовать за ним в качестве телохранителя. “Было бы лучше просто бежать! Но я не могу позволить себе потерять этого человека!” По мере того, как голоса впереди становились все отчетливее, Нин Гу начинал чувствовать волнение. В конце тоннеля была еще одна пещера, намного больше предыдущей. Она напоминала торговый зал, который он видел во время первого своего визита. Однако истинное назначение этой пещеры было явно другим. Просторный зал был до краев заполнен совершенно разными людьми. Было даже несколько Летучих мышей с модификациями, которых он никогда раньше не видел. Кроме того, толпа людей впереди была настолько плотной, что не было практически никакой возможности отличить бродяг от Странников. Но, несмотря на разницу в одежде и стиле, все они разделяли одни и те же эмоции — все восторженно приветствовали все, что происходило в центре пещеры. А в центре была большая платформа, высотой примерно в человека, и на ней стояли две Летучие мыши… Нин Гу не мог подобрать подходящих слов, чтобы описать этих двоих, но он знал, что это точно были Летучие мыши. Однако они были не совсем такими, каких он видел раньше — по сравнению с Летучими мышами, которые заменяли себе только определенные части тел, эти двое на платформе, казалось, потерпели полную модификацию. Их тела были полностью покрыты трещинами, обнажавшими сеть металлических конструкций под поврежденной кожей. И в этот самый момент эти два металлических тела готовились к жестокой схватке. Окружавшие их зрители восторженно кричали, размахивая руками. Многие из них держали в руках что-то вроде карточек… скорее всего для того, чтобы делать ставки. Металлические тела не обращали внимание на хаос вокруг, концентрируясь только друг на друге. «Судья» сидел в железной клетке, подвешенной под потолком пещеры, держа железный прут. Он несколько раз стукнул им по прутьям клетки, отчего раздался оглушительный лязг металла о металл. Он вызвал крики и вопли в толпе, а двое металлических тел на платформе одновременно подпрыгнули вверх, врезавшись друг в друга прямо в воздухе. По слухам это было «представлением» из тех самых развлекательных заведений Летучих мышей. Лянь Чуань пронесся мимо, не сумев отвести взгляд. Как раз в тот момент, когда он хотел пробраться к любому из входящих сюда тоннелей, чтобы найти менее людное место, он внезапно осознал, что Нин Гу нигде нет. Он нахмурился. Как он позволил ему снова бежать? Лянь Чуаню было трудно в это поверить. Он никогда не сталкивался с ситуацией, когда его цель сбегала прямо у него из-под носа. Он прижал пальцы к переносице. Могло ли быть так, что на него повлияло что-то в Затерянной долине? *** Нин Гу заметил впереди двух Странников. У обоих в руках были сумки, вероятно, они собирались торговать. Он догнал их, чтобы спросить: - В какой стороне торговый рынок? Один из Странников обернулся: - Нин Гу? Разве глава не запер тебя в часовой башне? Этого Странника не было с ним в одном вагоне. По пути сюда его уже завалили подобными вопросами. - Меня освободили, - Нин Гу придерживался того же ответа, что и раньше. - Отвечай, быстро. - Иди вперед и налево, - ответил Странник с ноткой беспокойства в голосе. - Ты тут один? - Чего ты переживаешь? - Нин Гу бросился по указанному пути. Ему действительно было о чем переживать, но только не о том, что он свернет не туда. В подобных ситуациях Странники никогда не стали бы обманывать своих же. Чего он боялся, так это того, что Лянь Чуань догонит его. В конце концов, этот парень двигался словно призрак, всегда появляясь в наименее ожидаемых местах и в самое неожиданное время. Как только Нин Гу добежал до выхода из тоннеля, он увидел внутри две фигуры. Это были Летучие мыши, о которых ему рассказывал Ли Сян и которых он встретил в прошлый раз — банда «Черных колец», которыми руководил Цзю И. Что за невезение! Не медля ни секунды, Нин Гу развернулся и побежал назад. Конечно же, эти двое немедленно бросились за ним в погоню. Они были удивительно быстрыми. Как только Нин Гу забежал в тоннель, ведущий к арене Летучих мышей, топот позади был настолько громким, словно бегущие уже дышали ему в затылок. Как раз в тот момент, когда Нин Гу уже собирался вынуть из кармана светошумовую гранату, он поднял глаза и увидел Лянь Чуаня, стоящего посреди тоннеля. - Быстрее! - его больше не волновало, потеряет он Лянь Чуаня или нет. - За мной… Прежде чем он успел закончить, Лянь Чуань уже пронесся мимо него. Когда Нин Гу в изумлении повернул голову ему вслед, он уже увидел Мышей из Черных колец, распластавшихся на земле. - Они мертвы? - спросил Нин Гу. Лянь Чуань молчал, медленно приближаясь к нему. На этот раз он шел спокойным шагом, но от произнесенных им слов по спине Нин Гу пробежали мурашки. - Если ты еще раз сбежишь, - Лянь Чуань пристально посмотрел на него, - то закончишь лежа вместе с этими двумя. *** - Кто это сделал? - Цзю И спрыгнул с металлического помоста, яростно размахивая руками. Металлические когти, торчащие из его пальцев, сверкнули холодным серебристым светом и со свистом рассекли воздух. Приземлившись, он ударил кулаком по земле под ногами, вонзив все пять когтей на правой руке в землю. - Кто это был? - Цзю И медленно поднялся, глядя на Шоу Си, который только что вернулся с докладом. - Свидетелей не было. Черные кольца просили меня сообщить вам, что двое их братьев были убиты одним ударом. Шоу Си нахмурился. - Без какого-либо оружия. Удар пришелся обоим прямо в сердце. - Одним ударом? - Цзю И резко повернулся. - Так они сказали, - подтвердил Шоу Си. Цзю И помолчал немного, затем внезапно рассмеялся. Сначала это началось тихо, но быстро переросло из хриплых смешков в резкие, пронзительные вопли, выдавая все неконтролируемое хозяином безумие. - Это почти наверняка был он, - Цзю И стал ходить кругами, смеясь. - Кто бы мог подумать, кто бы мог подумать… Самая сильная из гиен Мэйн-сити действительно зашла в Затерянную долину. - Лянь Чуань? - с удивлением спросил Шоу Си. - Смертельные удары голыми руками не являются чем-то сверх необычным. Из того, что я знаю, Лэй Ю, Лун Бяо и Ли Лян все способны на такое, но чтобы убить одним ударом сразу двоих, - Цзю И взволнованно потер подбородок, затем с яростью воскликнул: - Это были мои Черные кольца! После этой вспышки гнева он сразу же улыбнулся. - Так это, должно быть, Лянь Чуань. Шоу Си присоединился к нему, не сдерживая восторга. - Лянь Чуань! - Иди, - Цзю И махнул на него рукой, - скажи Черным кольцам и другим своим братьям, что независимо от того, зачем Лянь Чуань пришел сюда, они обязаны его поймать. - Как они его поймают? - спросил Шоу Си. - Ценой их жизней! - Цзю И взвыл, затем поднял голову, чтобы поглядеть наверх. - Не волнуйся, как только Поэт проснется, Лянь Чуань обязательно это почувствует, так что поймать его будет несложно… Разве ты не хочешь посмотреть, какая Летучая мышь получится, если сделать ее из самой сильной гиены? - Хочу! - Шоу Си подпрыгнул на месте, его голос дрожал от волнения. - Тогда вперед! - крикнул Цзю И. *** Нин Гу быстро шел в направлении, указанном его попутчиками Странниками. Он увидел знакомое помещение, где был в последний раз, когда Чуэй Цзы привел его сюда. Тогда у него не было даже возможности прогуляться и осмотреться вокруг, так как его выгнали из Затерянной долины, благодаря Цветочноглазому. Будь он проклят! Вспомнив Цветочноглазого, Нин Гу пригнулся и быстро метнулся в ближайший тоннель. Когда Лянь Чуань присоединился к нему, он объяснил: - У меня здесь враги. Лянь Чуань молчал. Хотя и сам Нин Гу не был особенно разговорчив, Странники обычно вели себя более оживленно в сравнении с Лянь Чуанем. В отличие от Лянь Чуаня, все они казались по-настоящему живыми во время драки, словесной перепалки, при побеге или в момент смерти. Посмотрев на Лянь Чуаня, Нин Гу не стал думать, что еще сказать, и, неловко отвернувшись, пошел вперед, собираясь отвести гиену в маленькую хижину, куда Ли Сян привел его в тот день. Он не решался заходить куда-либо еще, потому что не был уверен в том, что может их там поджидать. - Давай сделаем небольшую передышку, - Нин Гу вошел в помещение. Оно было по-прежнему пустым. Он прислонился к каменной стене и посмотрел на Лянь Чуаня. - Раз теперь мы поладили, то давай обсудим… Лянь Чуань стоял перед ним, молча наблюдая. Нин Гу понял, что поскольку этот парень, вероятно, не делал ничего, кроме выполнения миссий, он всегда смотрел на людей вокруг, как на мишени. В этом не было никакой тайны — как только он остановит на тебе свой взгляд, он будет пялиться на тебя до твоей смерти. Нин Гу поднял воротник куртки, чтобы прикрыть нижнюю половину лица. - Давай сначала расскажем друг другу о целях нашего визита в Затерянную долину. - Поймать тебя, - ответил Лянь Чуань. - Прекрасно, - Нин Гу сделал паузу, - я пришел сюда, чтобы… - Меня не касается, - перебил его Лянь Чуань. Нин Гу поклялся себе, что если ему удастся пережить сегодняшний день, то он заставит свою силу пробудиться любой ценой, чтобы выбить из Лянь Чуаня все это дерьмо. - Как скажешь, - Нин Гу сполз по стене вниз и сел на землю. Лянь Чуань продолжал стоять, не шелохнувшись. Они вдвоем молчали какое-то время, один сидел, другой стоял. Однако Нин Гу все же не смог это больше терпеть. Что это за дерьмо? С таким же успехом он мог бы выйти на улицу и задать трепку Цветочноглазому. Как раз в тот момент, когда он собирался встать, Лянь Чуань внезапно покачнулся. Его качало из стороны в сторону не потому, что он собирался куда-то пойти, а скорее потому, что ноги его больше не держали. Нин Гу поднял глаза на Лянь Чуаня и заметил, что красный свет лампы в этом маленьком помещении резко начал тускнеть. - Уходим, быстро! - Нин Гу среагировал немедля. Неважно, был ли Поэт ложью, придуманной Ли Сяном, чтобы напугать его, но с местами, где пропадал свет, явно было что-то не так. Он вскочил на ноги и выбежал из хижины. После того, как Нин Гу выбежал на улицу и остановился, он понял, что Лянь Чуань не воспользовался своими легендарными умениями, чтобы выбраться оттуда раньше него. Когда он повернул голову, чтобы проверить, Лянь Чуань все еще стоял на том же месте. - Выходи оттуда! - Нин Гу был немного встревожен и поэтому настойчиво крикнул: - Лянь Чуань! Стоявший внутри помещения Лянь Чуань наклонил голову, чтобы взглянуть на него, затем внезапно упал на пол без каких-либо признаков сопротивления. Нин Гу застыл на месте, с ужасом наблюдая за этим.

Тоннель был не очень длинным. Из обоих концов раздавались громкие голоса. Одни ругались, другие спорили, торговались или весело смеялись. Нин Гу стоял у входа в лишенное света помещение и смотрел на замершего на полу Лянь Чуаня. Он не был плохим человеком. Несмотря на довольно трагическую динамику их с Лянь Чуанем отношений, которые больше были похожи на отношения убийцы-жертва, трагичные сны и видения, которые были у Нин Гу подтвердили, что он мог бы получить от Лянь Чуаня некоторую ценную информацию. В таком случае, он должен продемонстрировать все свое дружелюбие, помогая Лянь Чуаню, и вернуться с ним вместе на поверхность. В тот момент нужно было сделать три вещи. Во-первых, выяснить, мертв ли Лянь Чуань — если он мертв, то, конечно больше не о чем было бы беспокоиться. Во-вторых, убедиться, что в помещении безопасно. И, в-третьих, придумать, как ему помочь. Нужно ли вытащить его оттуда или следует просто зайти и дать ему несколько пощечин? Подобный метод часто использовался для спасения в Городе-призраке. - Лянь Чуань! - Нин Гу позвал его снаружи. Лянь Чуань неподвижно лежал на земле, не проявляя никаких признаков жизни. Казалось, что даже если он пока не умер, его нынешнее состояние вскоре приведет его к неминуемой смерти. Нин Гу на несколько секунд замер в раздумьях, прежде чем сердито пнуть стену. - Черт его побери! Он ворвался в помещение и схватил Лянь Чуаня за воротник. Когда он попытался вытащить Лянь Чуаня на улицу, его пальцы пронзила невероятно сильная боль. Мучительное ощущение, подобное тому, которое он испытывал, когда Лянь Чуань дважды выстрелил в него, на мгновение охватило почти все его тело. Было так больно, что Нин Гу чуть не упал лицом вниз. Вероятно, это было вызвано каким-то устройством на униформе гиены. Нин Гу стиснул зубы, готовый вспыхнуть от ярости, затем вскочил на ноги и пнул ногой Лянь Чуаня. - Просто сдохни ты, гиена! “Ты даже не позволяешь мне прикоснуться к своей одежде, но зато сам ты без проблем крадешь ее у других!” Внезапно кто-то появился в самом дальнем, самом темном углу комнаты, принеся с собой легкий ветерок. Затем прямо у его уха раздался вздох. Нин Гу не знал, как ему это удалось, но он схватил Лянь Чуаня за запястье и почти вышвырнул его из хижины. Он даже мог видеть, как голова гиены ударилась о дверь. Нин Гу почувствовал вину, когда следом за ним выбежал из помещения. ...Если Лянь Чуань умрет, это может случиться из-за его действий. Однако, он не стал зацикливаться на угрызениях совести. Мурашки, вызванные чьим-то вздохом, еще не прошли. Он развернулся и снова посмотрел в кромешную тьму комнаты, но там не было заметно никакого движения. Подпитываемый собственным гневом, Нин Гу вернулся к двери. - Не получилось? - Нин Гу спросил в пустоту. - Может, дать тебе еще шанс? Ответа из темноты не последовало. - Вот и не надо, - кивнул Нин Гу. - Тогда я оставлю все, как есть. Тебе лучше не менять своего решения. В противном случае, ты когда-нибудь выведешь меня из себя, и, даже если я разобьюсь вдребезги, я больше не позволю этому подпольному рынку прожить ни единого спокойного дня.

***

Вокруг была бескрайняя пустота. Когда Лянь Чуань пришел в себя, он оставался неподвижен. Убедившись, что его тело функционирует нормально, и что он в безопасности, он поддерживал свое текущее состояние, прежде чем приступить к оценке ситуации. Он находился в маленькой комнате, похожей по размерам на ту, в которой они с Нин Гу были до его отключки. Однако эта комната была не пустой. Он мог понять это по движению человека слева от него. По некоторым признакам Лянь Чуань опознал, что это был Нин Гу. Его движения звучали расслабленно, указывая на то, что здесь не должно быть опасно. Но как раз в тот момент, когда Лянь Чуань собирался открыть глаза, он услышал шаги еще одного человека, женщины, которая только что вошла. - Он все еще без сознания? - спросил женский голос. Женщина, должно быть, была примерно одного возраста с Чунь Сан. - Если ты торопишься, то можешь подойти и потрогать его прямо сейчас, - ответил Нин Гу. Потрогать что? - Так скучно, - сказала женщина. - Мне не нравится пользоваться положением спящего человека. - То есть когда он проснется, трогать его уже не будет в твоих личных интересах? - И то верно, - согласилась женщина. Что за бардак? Хотя он чувствовал, что его жизни ничего не угрожает, разговор Нин Гу с этой женщиной заставил Лянь Чуаня чувствовать себя неуютно, поэтому он вскоре открыл глаза. Он лежал внутри одной из торговых лавок в центре пещеры, а снаружи и вокруг были разбросаны груды странных предметов, пахнущих так же странно. Старостью и древностью. Нин Гу сидел рядом на стуле, согнув одну ногу, а вторую вытянул на полу, медленно покачивая ею из стороны в сторону. Он взглянул на Лянь Чуаня, и его брови приподнялись. - Похоже, мы уже проснулись. Он обращался не к Лянь Чуаню. Не дожидаясь ответа, позади Нин Гу внезапно возник человек, так плотно закутанный в одежду, что нельзя было разглядеть его лица. - Дай-ка взгляну. Это была та женщина. Лянь Чуань молчал. Когда он попытался сесть, то понял, что его конечности скованы. Другой конец цепи был надежно закреплен на полу. Это вряд ли удержало бы его, но использование его силы на полную могло вызвать ненужный хаос вокруг. - Позволь ей прикоснуться к тебе, ненадолго, - Нин Гу все еще оживленно болтал ногой. - Что? - Лянь Чуань был шокирован. - Она разрешила нам спрятаться здесь, - сказал Нин Гу, поставив локоть на подлокотник и наклонив голову, чтобы опереться на руку. Его тон был очень расслабленным, когда он сказал: - Просто позволь ей слегка прикоснуться к твоему лицу, и мы будем с ней квиты. Лянь Чуань ничего не ответил. Не то что бы он не хотел разговаривать, он просто не знал, что ему на это ответить. За свои двадцать лет жизни он сталкивался со всевозможными опасными и трудными ситуациями, полными дилемм и трилемм*, имел дело со всевозможными опасными существами, но это было впервые, когда он оказался в подобной ситуации. *п/п: Полемический довод с тремя взаимоисключающими посылками, которые исчерпывают варианты выбора. В обыденной речи использование слова означает, что все варианты выбора трудно принять, и выбор делается по принципу «меньшего из трёх зол». Он не представлял, как ему реагировать на ситуацию, в которой ему ничего не угрожало. - Ты правда очень красивый, - женщина подошла к нему и протянула руку. Как раз в тот момент, когда она собиралась тронуть его лицо, Лянь Чуань отклонился в сторону. -Такой красивый, - женщина пыталась снова дотронуться до него. Лянь Чуань снова уклонился от ее прикосновения. - Да что такое! - женщина была очень недовольна. Она развернулась, чтобы посмотреть на Нин Гу. - У нас был уговор! Если он не позволит мне прикоснуться к нему, я пойду и позову сюда Фу Лу и остальных! - Я же говорил, что он тебе не позволит, - Нин Гу начал смеяться. - И как быть? - рявкнула женщина. - Прикоснись к нему, - сказал ей Лянь Чуань. - Она хочет прикоснуться к гиене. Странников она видит каждый день, мы здесь не новички, - глаза Нин Гу слегка сузились, но он по-прежнему выглядел довольным. Выражение лица Лянь Чуаня сразу же стало холодным. Нин Гу встал и потянулся, разминая руки и спину. Затем он подошел к нему и, наклонившись к его лицу, прошептал: - Летучие мыши ищут здесь гиену. Тебя раскрыли. - Она не выйдет отсюда, - Лянь Чуань был холоден. - Ты действительно не умеешь ничего, кроме как убивать? - спросил Нин Гу. - Да, - ответил Лянь Чуань. Нин Гу был ошеломлен. Этот ответ был настолько честным, что он какое-то время не мог прийти в себя. Через некоторое время он вздохнул и повернул голову, чтобы обратиться к женщине: - Я прикоснусь к нему для тебя. - Почему я должна быть на это согласна? - женщине не понравилось его предложение. - Тогда еще волосы, - сказал Нин Гу. - Я не думаю, что в Затерянной долине был бы кто-нибудь, кто мог бы заполучить себе волосы гиены. - По рукам, - женщина немедленно протянула ему руку с металлическими костяшками под поврежденной кожей и крошечными вставками из блестящего стекла. - Так пойдет? - Нин Гу повернулся, чтобы посмотреть на Лянь Чуаня. Лянь Чуаню не хотелось сейчас спорить. Ему все еще нужно было выяснить, как сработала способность Нин Гу, была ли она подконтрольна ему или нет, и что именно этот парень видел в своих воспоминания, насколько сильно он это прочувствовал. На этот раз он решил смириться. - Не прячься, - Нин Гу прошептал, протянув руку. - Я знаю, ты быстрый. Лянь Чуань не шевелился. Нин Гу нежно взъерошил его волосы, выдернув одну прядь, прежде чем коснуться рукой его лица. В тот момент, когда он коснулся кожи Лянь Чуаня, железные цепи, сковавшие его руки и ноги, внезапно с лязгом лопнули! - Не подходи ко мне! Я закричу, если ты тронешь меня! - женщина сбоку в страхе отступила на несколько шагов. - И если я закричу, все в Затерянной долине узнают, что ты здесь! - Вряд ли ты успеешь дожить, - Нин Гу повернулся, чтобы взглянуть на нее. - Подойди. Женщина колебалась мгновение, прежде чем вернуться назад. Поднятая рука Нин Гу опустилась, коснулась лица Лянь Чуаня, затем он вытянул ее вперед ладонью вверх. Женщина хлопнула его по руке, схватив волосы, которые он держал между пальцами, и осторожно поместила их в колбочку. - Я найду ему какую-нибудь одежду, чтобы он переоделся. Его униформа слишком выделяется. - Хорошо, - ответил Нин Гу. Лянь Чуань сидел, пока женщина рылась в беспорядке вещей на столе. Нин Гу вернулся к своему стулу и спросил Лянь Чуаня: - Это ты сделал? Лянь Чуань молча смотрел на него. - Хорошо, я приму это за отказ, - Нин Гу указал на себя. - Это сделал я. Лянь Чуань хранил молчание. - Я такой крутой, да, - Нин Гу ткнул в себя пальцем. Ничего не произошло. Он пытался ткнуть себя еще несколько раз. Женщина кинула им какую-то одежду. - Это должно подойти. - Здесь есть какая-нибудь еда? - спросил Нин Гу, продолжая тыкать пальцем себе в лицо. Абсолютно ничего не произошло. Какая жалость. Лянь Чуань взял одежду, чтобы рассмотреть ее. Она была очень похожа на ту, что носили Летучие мыши, со множеством металлических ремешков, нашитых повсюду. Вероятно, в таком месте, как это, невозможно было и мечтать об отдельной раздевалке. Лянь Чуань тоже не хотел тратить время на подобные вопросы, поэтому он просто встал и снял с себя форму. Под одеждой у него было облегающее нижнее белье. Женщина, наблюдавшая за ним, казалась разочарованной, но вскоре смекнула и быстро протянула руку: - Отдай мне свою форму. В качестве платы. Лянь Чуань небрежно бросил ей форму. Под ее тяжестью женщина, не успев издать и звука, рухнула на землю. - Не будь такой жадной, - вздохнул Нин Гу, наблюдая за ней. Когда Лянь Чуань переодевался в костюм Летучей мыши, Нин Гу заметил на его руке две длинные черные раны. Если смотреть под углом, казалось, что они начинались от лопатки и заканчивались у локтя. - Когда ты поранился? - Нин Гу нахмурил брови. - Такого не может быть. - Старая травма, - коротко ответил Лянь Чуань, надевая пальто. - Старая? Сколько ей лет? - спросил Нин Гу. Даже у Странников не было старых ран. Те раны, которые не заживали за ночь, уже считались серьезными, и все же сильнейшая гиена из грозного отряда зачистки все это время разгуливал по Мэйн-сити с незаживающими ранами? Лянь Чуань повернулся к Нин Гу и долго молчал, прежде чем сказать: - Некоторые из моих ран не заживут никогда. После этих слов Нин Гу почувствовал головокружение. От быстро мелькающих образов перед глазами у него перехватило дыхание, и когда последняя из теней бросилась к нему, он не мог сказать, была это иллюзия или реальность. Все, что он мог почувствовать, как что-то острое пронзило его живот, и мучительная боль заставила его припасть к ближайшей стене и схватиться за рану. К тому времени, когда к нему постепенно вернулось самообладание, Лянь Чуань уже переоделся и аккуратно складывал форму в сумку. - Что ты видел? - спросил Лянь Чуань. Нин Гу молча уставился на него. - Это было там? - Лянь Чуань взглянул на свой живот. - Хочешь знать? - Нин Гу медленно встал и скрестил руки на груди. - То, что я видел и чувствовал — хочешь знать об этом? На лице Лянь Чуаня не отразилось никаких эмоций. - Ты пришел сюда, чтобы поймать меня, это должно быть целью твоей миссии, - Нин Гу потер подбородок, затем посмотрел на женщину, все еще неподвижно лежащую на земле, и тихо сказал: - Но ты не поймал меня, ты просто пошел за мной. Лянь Чуань оставался неподвижным. Его лицо было лишено эмоций. Нин Гу пришлось признать, что он чувствовал себя неуютно перед лицом такого человека, как Лянь Чуань, которого, казалось, не волновало ничего, в какой бы ситуации тот ни оказался. Ни одно из его предположений насчет Лянь Чуаня не подтвердилось, потому что тот ни на что не реагировал. Поэтому, ему пришлось продолжать допытываться. - Теперь ты снова задаешь мне вопросы о видениях, - усмехнулся Нин Гу, затем наклонился прямо к уху Лянь Чуаня. - У тебя есть тайна, и ты не уверен, что я о ней знаю, верно? Лянь Чуань не избегал его, он тоже наклонился к Нин Гу и прошептал: - Теперь я уверен в том, что, во-первых, ты можешь не только видеть, но и чувствовать, а, во-вторых, эта проблема будет решена, когда ты умрешь. - Ты не посмеешь убить меня. Цель твоей миссии — взять меня живым, - в голосе Нин Гу слышались самодовольные нотки. - Травм, которые я получил, было бы достаточно, чтобы убить тебя десять раз, - ответил Лянь Чуань. Нин Гу на мгновение замолк, затем медленно отступил к стене. Посмотрев на Лянь Чуаня, он, наконец, сказал: - Есть кое-что важное, что мне нужно сделать. Я расскажу тебе все, как только ты мне поможешь. Лянь Чуань продолжал наблюдать за ним. - Договорились? - спросил Нин Гу. - Да. С того момента, как они вышли из хижины, Нин Гу почувствовал, что он все еще может неплохо вписаться в окружающую среду Затерянной долины. Поэтому, нужно было быстро найти Летучую мышь, которая могла бы помочь ему переписать данные удостоверения личности, а затем незаметно уйти. В конце концов, сейчас в Затерянной долине было много Странников, но когда поезд отправится обратно, картина здесь, вероятно, кардинально поменяется. Ему будет очень трудно избегать Летучих мышей, которые по какой-то причине пристально следили за ним. Особенно с… он оглянулся на Лянь Чуаня. Даже одежда Летучей мыши не может скрыть ауру Мэйн-сити внутри него. Даже если сотня Летучих мышей будет идти рядом прямо сейчас, он все равно будет выделяться на их фоне. - Эта женщина… - позади раздался голос Лянь Чуаня. - Почему я разрешил ей прикоснуться к тебе? Потому что, когда я сказал ей, что она может прикоснуться ко мне, она отказалась, - нетерпеливо перебил его Нин Гу. - А что касается того, почему я не убил ее, чтобы заставить замолчать, а вместо этого выполнил ее просьбу, это потому, что мы на чужой территории. У меня есть дела, поэтому я бы предпочел не создавать проблем. Что еще более важно, я понял, что не могу полностью рассчитывать на тебя. Скорость, с которой ты потерял сознание в той хижине, была быстрее, чем когда ты ударил меня. - Двигай ногами, - сказал Лянь Чуань. - Изначально я хотел спросить ее, где я мог бы найти Летучую мышь, способную переписать данные, - продолжил Нин Гу, - но, в конце концов, из этого ничего не вышло. - Какие данные? - спросил Лянь Чуань. - Данные удостоверения личности жителя Мэйн-сити, - Нин Гу похлопал по сумке на ноге. - Я хочу отправиться туда. - Ты не сможешь им воспользоваться, - заявил Лянь Чуань. - Почему это? - Нин Гу оглянулся на него. - Ты умрешь либо здесь, либо в лаборатории, - сказал Лянь Чуань. - Третьего варианта не будет. Нин Гу сердито посмотрел на него. - Лянь Чуань, позволь мне спросить тебя. Лянь Чуань спокойно слушал Нин Гу. - Ты робот? - Нин Гу нахмурился и оглядел его с ног до головы. - Тебе не стыдно говорить такие вещи? Как бы то ни было, я спас тебя. Тебе не становится совестно, когда ты думаешь о том, как я должен буду умереть? Лянь Чуань по-прежнему не отвечал, словно находясь в трансе. - Я отказываюсь умирать.

Солнечный свет в Мэйн-сити уже начал тускнеть. Через некоторое время его выключат, и в городе наступит ночь. Лэй Ю несколько часов сидел неподвижно в своем офисе перед экраном компьютера. За окном виднелся двор штаб-квартиры отряда зачистки. Здесь было намного комфортнее, чем в других подпольных офисах министерства Внутренней обороны. Но сегодня наличие окна в офисе было для него не настолько важным. Босс уже несколько часов сидел на крыше А01 Лянь Чуаня. С тех пор, как он пришел в офис, Босс оставался там. Все, кто проходил мимо каракала, опускали голову и в спешке проходили мимо. Лянь Чуань зашел в Затерянную долину. Это уже было известно всем в отряде зачистки, и все они сохранили этот момент в своей памяти. Полчаса назад секретарь Чэнь предложил идею стереть воспоминания членов отряда, если Лянь Чуань не вернется. Однако это предложение было быстро отклонено как Городским департаментом, так и министерством Внутренней обороны. Было бы слишком сложно стереть из головы каждого воспоминание о Лянь Чуане. С его исключительной силой воли и физической мощью он прочно укоренился в воспоминаниях каждого. Насильное удаление этих воспоминаний может привести к серьезным последствиям. Иногда Лэй Ю задавался вопросом, было ли это его способом бороться с судьбой, которую определил для него город. Даже если бы его однажды заменили или он исчез, он навсегда бы остался легендой. Босс ждал возвращения Лянь Чуаня. Каждый член команды ждал возвращения Лянь Чуаня. Однако, возможно, кроме Босса, все уже хранили в своих сердцах определенный пессимистичный ответ. Затерянная Долина была раем для Летучих мышей, убежищем для Странников и страной мечты для изгнанных. Тем не менее, даже те, кто владел информацией об оружии, которое использовали в Мэйн-сити, не осмеливались ступать туда. Они не увидят возвращения Лянь Чуаня. К такому выводу пришли члены отряда. Лэй Ю встал, открыл дверь офиса и вышел. Он знал, что где-то глубоко под зданиями Городского департамента и министерства Внутренней обороны люди обсуждали еще один вопрос. Какова вероятность потерять Нин Гу? И если Лянь Чуань не сможет привести его, то что делать дальше? Когда Лэй Ю проходил мимо Босса, то на мгновение остановился рядом с ним и посмотрел на него. - Хочешь зайти ко мне перекусить? Босс махнул ухом и отвернулся, демонстрируя явное нежелание, и, казалось бы, намеренно вытряхивая голос Лэй Ю из своих ушей. - Я сообщу тебе, как только у меня появятся какие- либо новости. Лэй Ю оставил коммуникатор на капоте автомобиля вместе с радиопередатчиком. - Возьми и это тоже. Тебе это понадобится, когда... когда Лянь Чуань вернется. Это было устройство, которое Лянь Чуань использовал для связи с каракалом. Оно было найдено у входа в Затерянную долину вместе с оружием и экзоскелетом Лянь Чуаня. Босс повернулся, схватил передатчик, положил его рядом и нажал на него задней лапой. Лэй Ю не понимал, хотелось ли ему вернуться домой. Если он вернется, то не будет уверен, сможет ли удержаться от того, чтобы расспросить Чунь Сан о вещах, которые им нельзя было обсуждать. Чунь Сан работала в Городском департаменте. На первый взгляд она отвечала за управление отделом образования, в то время как ее основная роль была тайной - она была техником проекта «нарушений»*, суть которого необходимо было держать в секрете. Но они оба хорошо знали друг друга. Он знал, и она это знала. На протяжении многих лет они согласованно не обсуждали ничего касаемо ее работы. *п/п: этот же проект упоминался в главе 5 и 14 Лэй Ю сосредоточил свое внимание исключительно на отряде зачистки, стремясь защитить каждого его члена от общественного давления, которое ощущал на себе каждый, но часто выглядел холодным и бесчувственным из-за нехватки сил на это. Чунь Сан, с другой стороны, была обеспокоена будущим Мэйн-сити. - У меня нет настроения, - Чунь Сан сидела за столом, потирая лоб. - Поедим сегодня сухпайки? - Все хорошо, - Лэй Ю снял пальто и встал позади нее, чтобы легонько погладить по голове. - Есть какие-нибудь новости? - Ничего, - вздохнула Чунь Сан. - Когда я только вернулась домой, все сканеры в районе D работали исправно целый день. Но кроме оборудования у входа, они не нашли никаких больше следов. Мы можем точно сказать только то, что он оттуда еще не выходил. - Как связаны между собой Ци Хан и Нин Гу? - Лэй Ю не стал ходить вокруг да около и спросил прямо. - Я не могу тебе сказать, - ответила Чунь Сан. Лэй Ю не стал продолжать эту тему. Ранее он мог предположить, что Нин Гу и Ци Хан не имели родственной связи, и то, что они могли использовать одно и то же оружие, можно было бы объяснить личными причинами Нин Гу. Но слова Чунь Сан только что стали подтверждением тому, что эти двое как-то связаны. И хотя ему нужно было знать об этом, чтобы оценить безопасность Лянь Чуаня, он не мог продолжать спрашивать напрямую. - Где сейчас Ци Хан? - он задал другой вопрос. - Хватит спрашивать меня о вещах, на которые я не могу тебе ответить, - рассмеялась Чунь Сан, поднимая с подноса белый кубик, чтобы передать его Лэй Ю. - Может быть это займет ненадолго твой рот? Лэй Ю рассмеялся вместе с ней. После минуты молчания Чунь Сан вздохнула. - Честно, я знала, что настанет такой день. Чуань отличается от других. Его единственная причина существовать - это разрушение. - Он действительно особенный ребенок, - отметил Лэй Ю. - Помнишь его маленьким? Он задавал так много вопросов, - Чунь Сан откинулась назад, коснувшись головой живота Лэй Ю. - Остальные дети не были столь любознательны. Однажды он спросил меня, куда пропадают все «извлеченные» люди. Я не знала, как ответить ему на это... - В то время он был слишком молод, поэтому я думаю, что он не понял бы тебя в любом случае, - Лэй Ю почувствовал, как его сердце дрогнуло. - Я также помню, как он приставал и к тебе с этими вопросами, - Чунь Сан усмехнулась, в ее глазах появился радостный блеск. "Они превратятся в пепел и рассеются в воздухе." "Тогда они исчезнут или продолжат существовать?" "Я не знаю, но их тела определенно исчезают, их больше нет." "А что насчет их разума? Их сознания? Люди, вещи, все, что было в их воспоминаниях, исчезнут ли они тоже?" "Почему ты никогда не задаешь простых детских вопросов... Это все, может быть, всегда будет где-то рядом." *** Лабиринты, подобные Затерянной долине, всегда не очень дружелюбны к новичкам. И для тех, кто здесь уже во второй раз, они тоже недружелюбны... Нин Гу прошел с Лянь Чуанем через торговый зал, в котором он уже был, тщательно скрываясь от Цветочноглазого, затем выбрал первый попавшийся знакомый тоннель, которым пользовались Странники, и проследовал туда. Они обнаружили похожий рынок в конце этого тоннеля, и затем дважды прошли через идентичные помещения. После этого Лянь Чуань остановился. - Куда мы идем? - спросил он. - Я не знаю, - Нин Гу обернулся, заметив нотки сомнения в вопросе. Это сильно расстроило его, и хотя эти сомнения были обоснованы, Нин Гу все равно вздернул подбородок. - Если хочешь сказать, что знаешь дорогу, выйди вперед и веди за собой. - Ты идешь внутрь, - сказал Лянь Чуань. - Да? - Нин Гу оглянулся. Ему действительно не нравился Лянь Чуань, но он не был глупым. В данной ситуации, он был готов смиренно следовать за человеком, которого он ненавидел. - Что ты имеешь в виду под «внутрь»? - В глубины Затерянной долины. - Откуда ты знаешь? - Нин Гу интересовался искренне. Вокруг не было чего-то, что помогло бы ему понять направление. Лянь Чуань не ответил. Вместо этого он залез в сумку, в которую он ранее положил свою форму. Из сумки он достал небольшой предмет в форме диска и бросил его на прилавок у входа в торговый зал. Владелец лавки, спавший неподалеку, внезапно поднял голову и поймал предмет с поразительной скоростью, даже не успев до конца разлепить глаза. - Блокнот, ручка, - попросил Лянь Чуань. Продавец проворно выудил из-под прилавка коробку и достал оттуда блокнот и две черных ручки. - У вас есть какие-нибудь другие цвета? - спросил Нин Гу, наблюдая. Торговец бросил на прилавок маленькую коробочку. - Красный, желтый. - Какой угодно, только не черный. Продавец забрал обратно черную ручку, бросив ему красную и желтую. Отойдя от лавки, Лянь Чуань схватил блокнот и шел с ним, пока не дошел до угла, где было меньше людей, прежде чем присесть и положить его на землю. - Что ты обменял только что на бумагу и ручки? - Нин Гу стало немного любопытно. Гиены действительно были будто из другого мира. Им было так легко найти у себя вещи для обмена в Затерянной долине, и им не нужно было беспокоиться о том, что сделка может закончится дракой из-за цены. - Общепринятая валюта, - сказал Лянь Чуань. - О, - Нин Гу вспомнил, как Чуэй Цзы говорил, что если у тебя есть общая валюта, ты можешь спокойно заключать сделки. - Дай мне одну, - Лянь Чуань протянул руку. Нин Гу посмотрел на ручки в своих руках и дал ему красную. Увидев, что Лянь Чуань открывает блокнот, ему внезапно стало неловко, поэтому он присел рядом с ним на корточки и закрыл страницы руками. - Подожди. Лянь Чуань посмотрел на него. - Что ты собираешься написать? - спросил Нин Гу. - Не писать, - сказал Лянь Чуань. - Я буду рисовать. -... Ох, - Нин Гу вздохнул с облегчением и убрал руки. Лянь Чуань опустил голову и пролистал страницы. Это был старый использованный блокнот, полный беспорядочных каракулей внутри. Выглядело все так, будто бы им пользовался скучающий школьник. Он нашел чистую страницу и начал рисовать, начиная с нижнего правого угла. Изначально Нин Гу ожидал услышать от него что-то в роде «Ты что, неграмотный?», и если бы Лянь Чуань действительно осмелился сказать это, то Нин Гу, черт возьми, наверняка бы осмелился проклясть его. Однако Лянь Чуань этого не сказал. Этот человек, казалось, воспринимал мысли и слова как какой-то исчерпаемый ресурс, из него было трудно вытянуть даже одно лишнее слово. В углу страницы он нарисовал тоннель, затем круг, затем еще несколько тоннелей, но схематично, и только один из них был изображен детально. Нин Гу наблюдал за этим почти завороженно. Хоть это и не было картиной, он должен был признать, что даже если Лянь Чуань рисовал только круги, они все равно были круглее, чем те, что рисовал Сумасшедший дядя. Жаль, что, хотя ручка и была красной, стержень оказался черным, так что рисунок не был цветным. Нарисовав кучу кругов и тоннелей, Лянь Чуань провел по ним длинную линию, добавив стрелки по всей длине. Затем он бросил блокнот перед собой. - Вот весь путь, который мы прошли со всеми местами, которые видели. - Ах, - шокированный Нин Гу взял блокнот в руки. В каждой пещере, через которые они проходили, было несколько тоннелей и торговых залов, и Лянь Чуань нарисовал их все. - Как ты все это запомнил? - Своим мозгом, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу не ожидал, что он так заговорит. Он цокнул языком и снова уставился на него. - Неудивительно, у меня ничего подобного нет. - Ты собираешься идти глубже? - спросил Лянь Чуань. - Да, - Нин Гу заглянул в блокнот. - В последний раз, когда я приходил сюда, я видел пещеру со множеством этажей вниз. Я не знаю, сколько там уровней и насколько она глубокая, но в тот раз я не увидел ничего, что могло бы привести меня вниз. Я думаю, что там есть какая-то лестница или проход. - Это необходимо? - Необходимо для чего? Чтобы перезаписать данные? Конечно нет, я уверен, что смог бы легко найти Мышь, которая сумела бы сделать это, прямо здесь. Лянь Чуань ничего не ответил. - Тебе разве не любопытно? - спросил Нин Гу. - Почему ты потерял сознание? Почему он потерял сознание? Он не знал. Но за секунду до того, как он потерял сознание, у Лянь Чуаня было предчувствие. Это было то, что трудно выразить словами, такое же неописуемое, как ощущение того, как Нин Гу копается в его сознании. Он даже не мог быть уверен, было ли реальным то, что он сейчас видел, слышал или чувствовал. Даже если все это еще не было искажено какой-то неизвестной силой, он мог сделать лишь такой смутный вывод. Мощная сила, оставшаяся в Затерянной долине с неизвестных времен, та, которая препятствовала проникновению в нее вооруженных сил Мэйн-сити, вероятно, имела своего рода психическое воздействие. Или это кто-то, кто был уничтожен или исчез... И все же всякий раз, когда Нин Гу сталкивался с этой силой, казалось, он вообще ничего не чувствовал. - Это таверна? - Нин Гу показал вперед. - Я слышал, что там можно пить алкоголь. Лянь Чуань уже заметил вывеску с соответствующей надписью, висевшую над входом, поэтому он ответил, не сомневаясь: - Нет. - Нет? - Нин Гу засомневался. - Я даже чувствую запах. Ты уверен, что на вывеске ничего не сказано об алкоголе? - Не сказано. - Тогда скажи мне, что это за слово. - Вода, - сказал Лянь Чуань. - Я что, по-твоему, похож на идиота? - Нин Гу указал на свое лицо, приблизившись, чтобы Лянь Чуань мог его рассмотреть. - Разве ты не говорил, что тебе не хватает мозгов? -... Да, чуть не забыл, - Нин Гу кивнул и развернулся, чувствуя, что его гнев вот-вот вырвется наружу. Как раз в тот момент, когда он хотел зайти внутрь таверны, оттуда вышло несколько человек. Нин Гу с первого взгляда заметил сестру Ци, идущую впереди всех. Он быстро закрыл лицо руками и развернулся, подталкивая Лянь Чуаня к выходу. - Быстрее, иначе сестра Ци узнает... - Нин Гу! - сестра Ци заметила его и окликнула потрясенно. Нин Гу притворился, что не расслышал, и рванул вперед, не заботясь о Лянь Чуане. - Остановись немедленно! - сестра Ци сдерживала громкость своего голоса. - Почему ты здесь?! Нин Гу нервно огляделся по сторонам в поисках места, которое позволило бы ему быстро оторваться от земли пещеры. Способности сестры Ци были сильнее, чем у Чуэй Цзы, ей не нужна была твердая земля... Но после прошедших двух секунд он, наконец, заметил, что с ним все в порядке. Когда он повернул голову, то понял, что человек позади него даже не лежит на земле. Лянь Чуань прижал сестру Ци к ближайшей стене, схватив ту за горло. Несколько Странников окружили их, но никто не осмеливался пошевелиться. - Что вы делаете! - Нин Гу быстро подбежал к ним, схватив Лянь Чуаня за руку. - Отпусти! Лянь Чуань взглянул на него, затем перевел взгляд на сестру Ци, ослабляя хватку. - Ты собираешься забрать его с собой? - Зачем мне это делать! Я сейчас не работаю! - она дважды кашлянула. - Надеюсь на это, - сказал Лянь Чуань. Сестра Ци не могла поступить иначе, она повернула голову и свирепо посмотрела на Нин Гу. - Почему ты с гиеной? Скажи мне, он угрожал тебе?! - Нет, мне нужно кое-что сделать, поэтому он пока мой телохранитель, - Нин Гу почувствовал себя беспомощным. Почему же это было так просто догадаться, что Лянь Чуань — гиена? Он потянул Лянь Чуаня за запястье, за которое схватился, но понял, что его руки с таким же успехом могли схватиться за застрявший от старости механизм — парень не сдвинулся ни на йоту. Возможно, он действительно был роботом. Теперь Нин Гу вспомнил глубокую трещину, которая образовалась у входа в Затерянную долину после удара Лянь Чуаня. - Телохранитель? - сестра Ци была потрясена. - Гиена в качестве твоего телохранителя? - У меня на него кое-что есть, - Нин Гу бросил взгляд на Лянь Чуаня. - Отпусти ее. Ты собираешься разорвать наш уговор? Лянь Чуань наконец отпустил женщину. Сестра Ци потерла шею, глядя на Лянь Чуаня широко раскрытыми глазами, прежде чем спросить Нин Гу: - Кто-нибудь знает, что ты здесь? Сказав это, она еще раз взглянула на Лянь Чуаня. - Никто не знает, сказал Нин Гу. - Было бы лучше, если бы вы тоже НЕ знали об этом. - Ерунда! Куда еще ты мог сбежать, если не в Мэйн-сити! - воскликнула сестра Ци. - Что ты собираешься делать здесь? - Не могу тебе сказать. - Тогда я попробую спросить о том, что ты можешь мне сказать, - сестра Ци склонилась к его плечу, прошептав вопрос на ухо. - Этот парень — Лянь Чуань? - Нет, не он, - Нин Гу быстро опроверг ее догадки. Он не мог позволить главе узнать, что он был с Лянь Чуанем. - Его зовут... сяо Лаба*. *п/п: маленькая труба Сестра Ци и несколько Странников вокруг были поражены, и даже всегда невозмутимый Лянь Чуань повернул голову, а его невыразительное лицо приобрело оттенок удивления. Сестра Ци расхохоталась, согнувшись пополам, и хлопнула его по плечу. - Малыш Гу, ты действительно думаешь, что жители Мэйн-сити будут называть друг друга такими же простыми именами, как мы? - Как тебя зовут? - Нин Гу повернул голову, чтобы посмотреть на Лянь Чуаня. Лянь Чуань знал, что Нин Гу не хотел, чтобы глава знал, с кем он общается. Он боялся, что если глава услышит об этом, то в следующий раз, когда прибудет поезд, все Странники Города-Призрака ринутся в Затерянную долину на его поиски. В таком случае... хотя это имя и сбило его с толку, он все равно спокойно ответил: - Сяо Лаба. - Видишь? - Нин Гу посмотрел на сестру Ци, которая смеялась так сильно, что едва могла стоять. Она отмахнулась от него. - Меня не волнуют твои дела, и глава не поручал мне присматривать за тобой... - Тогда я ухожу, - сказав это, Нин Гу развернулся, чтобы уйти, но остановился, сделав два шага. Он указал на вывеску таверны. - Разве там не продают алкоголь? - Ах! - глаза сестры Ци расширились, когда она услышала вопрос. Она быстро развернулась и убежала. Несколько следовавших за ней Странников тоже исчезли в одно мгновение. - Это определенно таверна, - Нин Гу был очень доволен собой. - Глава не разрешал Странникам употреблять алкоголь. Только посмотри, как она испугалась, должно быть, она пила его там! Лянь Чуань ничего не сказал. - Только один раз глотну, - Нин Гу подошел к нему. - Давай, сяо Лаба.

Различия между блюдами, предлагаемыми в тавернах Затерянной долины и теми, что подавались в Мэйн-сити, были небольшими. Здесь было побольше разнообразия в еде и напитках, чем в Мэйн-сити, где выдавали строго нормированную переработанную еду. И помимо этого здесь был еще один особый вид пищи — для Летучих мышей. Лянь Чуань предположил, что они совмещают здесь вывезенное из Мэйн-сити оборудование и технологии производства сырья, разработанные в Затерянной долине. Со стороны было трудно сказать точно, и не было никакого интереса оценить эти блюда на вкус. Атмосфера в тавернах Затерянной долины также была более напряженной. Даже работающие ночью бары в районе D не могли сравниться с... хаосом, царившим в этой таверне. Тускло освещенное красным помещение было пропитано запахом алкоголя. Люди стояли, сидели и даже лежали на полу, кто-то непрерывно разговаривал, кто-то спорил, но в основном все смеялись. Трудно было сказать, из-за чего все смеялись, но смех был таким искренним, что многие периодически кашляли из-за недостатка воздуха... Лянь Чуань не привык к подобному безумному поведению. Когда он прошел чуть больше десятка шагов от входа до прилавка, четверо или пятеро человек схватили его за ноги, и он нечаянно наступил кому-то на руку, выслушивая проклятья в свой адрес. Для Нин Гу подобное не было чем-то новым, но он с любопытством смотрел по сторонам. - Выпивку! - закричал Нин Гу и ударил кулаком по металлической барной стойке. Хотя Лянь Чуань никогда раньше не заходил в Затерянную долину и не сталкивался близко с Летучими мышами, он знал о пустоши Черного Железа и ее богатых ресурсах. Все, что изготавливалось из материалов оттуда, было прочным и сохраняло грубый внешний вид и форму. Металл оттуда можно было использовать как угодно. Если на него что-то клали, то это был стол, а если на него кто-то ложился, то это становился кроватью. Однако эта барная стойка казалась другой. Когда Нин Гу стукнул по ней, раздался громкий, протяжный звук, который эхом отразился в помещении среди грохота и гула голосов. Полая металлическая стойка. Это было довольно необычно, поэтому, должно быть, владельцем таверны была какая-нибудь влиятельная Летучая мышь. Чувствуя себя неуютно, Лянь Чуань опустил голову и, достав из кармана пальто шапку, быстро надел ее. Она была слишком большой, поэтому скрыла половину его лица. - Сколько? - официантка Летучая мышь, половина тела которой была покрыта темно-красными металлическими пластинами, перегнулась через стойку и спросила. - Один, - ответил Нин Гу. - У вас есть газированные напитки? - Да. Сладкий, соленый? - взгляд официантки постоянно бегал по сторонам, из-за чего было трудно определить, на что она смотрит. - Сладкий, - сказал Нин Гу. - Сделайте два, я тоже хочу попробовать. - Ожидайте, - с тем же самым отсутствующим выражением лица она повернулась и пошла прочь. У входа началась суматоха. Лянь Чуань обернулся, чтобы увидеть металлического громилу, очень усердно пытающегося пройти внутрь. - Чжуан-Чжуан! - кто-то крикнул. Все присоединились к ликованию, чокаясь стаканами и кубками, и вскоре воздух снова заполнил запах алкоголя. Должно быть, в таверну пытался попасть один из участников сражения на арене, и, судя по всему, он вышел победителем. Однако... Металлический громила отвечал на приветствия, махая руки, но прежде чем он смог полностью поднять голову, он с лязгом рухнул на пол. Он не сломался на арене, но в конечном итоге встретил свой конец здесь на полу таверны под одобрительные возгласы. Толпа ринулась к нему, и Лянь Чуань быстро отступил назад, не уверенный в их намерениях. Первый человек, которому удалось добраться до громилы, схватил его за руку и потянул, оторвав ее, прежде чем второй подошедший начал отламывать у него ногу. После этого Лянь Чуань уже не мог разобрать, что происходит. Половина Летучих мышей в таверне бросились вперед, полностью растащив Чжуан-чжуана по разным углам, в то время как бродяги и Странники продолжали радостно смеяться и свистеть. - Чокнутые, - Нин Гу стоял рядом с открытым ртом, явно потрясенный. - Тот, кто говорит, что мы, Странники, чокнутые, явно не видел этого. Я не думаю, что мы сумеем приблизиться к этому хоть на дюйм. - Ваш алкоголь и напитки, - раздался голос официантки. Три черных железных стакана были расставлены в ряд на стойке. Было невозможно различить, в каком из них выпивка, а в каком газированный напиток, поскольку черные железные стенки окрашивали цвет жидкость в один и тот же оттенок черного, как смоль. Нин Гу потянулся за одним стаканом, чтобы попробовать, но официантка быстро шлепнула его по руке своими металлическими пальцами. - Вы думали, я налила вам за бесплатно? Нин Гу, привыкший всегда «добиваться» своего, на мгновение забыл об оплате. - Три монеты, - заявила она. - Заплати ей, - Нин Гу кивнул в сторону Лянь Чуаня. - У меня больше нет, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу был потрясен. - Ты серьезно? - Да, - ответил Лянь Чуань. Он редко носил с собой общую валюту, используя для большинства покупок свое удостоверение личности. Общая валюта использовалась, если кто-то не хотел, чтобы система узнала о совершенной покупке. Лянь Чуань, помимо выполнения миссий, выходил из дома только для того, чтобы купить зубную пасту. Единственная монета, которая у него была — за выигрыш спора у Ли Ляна во время исполнения предыдущей миссии. - У нас их нет, - сообщил Нин Гу официантке, повернувшись к ней. Лянь Чуань не мог не восхититься его уверенным тоном. - Может обмен? - спросил он далее. - Мы принимаем только монеты общей валюты, - нетерпеливо ответила официантка. - Вы здесь впервые? Каждый раз, когда вы, Странники, появляетесь здесь, вы приносите сюда обычные монеты специально для того, чтобы выпить спиртного. И теперь у вас их нет? И у вас еще хватает наглости заказывать целых три напитка? - Можем мы вместо оплаты совершить обмен? - настаивал Нин Гу. - Какие способности у вас есть? - официантка подперла подбородок рукой. - Посмотрим, как я могу их использовать. - У меня их нет, - ответил Нин Гу. Официантка махнула рукой, поставила три стакана обратно на поднос, развернулась и ушла, не сказав ни слова. Как раз в тот момент, когда Лянь Чуань тоже собирался уйти, мужчина в цилиндре перехватил официантку, забирая поднос из ее рук. - Позвольте мне, - сказал он. Официантка закатила глаза и ушла. - Следуйте за мной, - мужчина в цилиндре махнул подносом, приглашая им следовать за ним. - Зачем это? - спросил Нин Гу, самоуверенный как всегда. - Потому что каждый из Черных колец ищет по всей долине Лянь Чуаня, - заговорил он, слегка склонив голову набок. Нин Гу быстро повернулся к Лянь Чуаню, который даже не поднял глаз, все еще стоя в той же позе, что и раньше. - От тебя действительно одни неприятности. Мне не следовало просить тебя идти за мной, - прошептал Нин Гу, нахмурившись. - Тогда беги, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу пристально посмотрел на него. Он не знал, сколько еще времени потребуется, чтобы его сдерживаемый гнев, наконец, достиг критической точки. Пока он не умрет, даже если ему придется испытать свою удачу, он заставит свои способности работать, чтобы побороться за жизнь... - Пойдем с ним, - сказал Лянь Чуань. - Не слишком ли это безрассудно? - прошептал Нин Гу. - У тебя все в порядке с головой? Он знает, что все Черные кольца ищут тебя, но ты все равно хочешь пойти с ним. Что если он заманит нас в ловушку, чтобы потребовать у них награды? - В таком случае ты можешь претендовать на половину, - сказал Лянь Чуань. - Я не против, - Нин Гу поднял большой палец и отвернулся, чтобы последовать за мужчиной в цилиндре. На теле этого мужчины не было никаких модификаций, поэтому было трудно сказать, был ли он просто консервативной Летучей мышью, беглым преступником из Мэйн-сити или, возможно, бывшим Странником. Но на данный момент Лянь Чуань не сопротивлялся контакту с жителями Затерянной долины. Мощная сила, которая заставила его потерять сознание, наряду с тем, что сказал ему Лэй Ю, медленно превращалась в смутный, но тревожащий вывод. Это была сила, с которой ему не справиться. Нин Гу не чувствует ее влияния. Нин Гу может активировать оружие Мэйн-сити. Оружие, которое принадлежало Ци Хану. Ци Хан исчез. Мэйн-сити проявляет особый интерес к судьбе Ци Хана. Они также проявили особый интерес к Нин Гу. Все эти связи, собранные воедино, сформировали ответ. Но что его беспокоило, так это неуверенность в том, было ли это результатом его собственных суждений, или в его разум насильно поместили вывод об этом. Лянь Чуань и Нин Гу последовали за мужчиной через грязную таверну, войдя в другую ее часть через маленькую закрытую ранее дверь. К их удивлению, помещение было в два раза больше предыдущего. Что поразило их еще больше, так это то, что помещение было полуоткрытым. Будто огромная терраса, подвешенная на скале. Вид, открывшийся им оттуда, дал Лянь Чуаню первое настоящее представление о масштабах Затерянной долины. Посмотрев наверх, Лянь Чуань увидел купол Затерянной долины, что служил поверхностью для Мэйн-сити и пустоши Черного железа. Посмотрев вниз, он увидел пещеру, уходящую глубоко в землю, как огромный колодец. Бесчисленные подобные «террасы» украшали окружающие стены, каждая из которых светилась различными оттенками тусклого или яркого красного света, медленно мерцая, как будто дыша. - Это отличается от того, что я видел в прошлый раз, - заметил Нин Гу. - В прошлый раз вход, через который я прошел, вел в большую пещеру со множеством этажей пещер, большими наверху и более мелкими внизу. - Это было логово Цзю И, - объяснил мужчина в цилиндре. - Здесь четыре таких ямы. - А это чье логово? - спросил Нин Гу, затем, не дожидаясь ответа, добавил еще вопрос: - А как нам спуститься глубже? - Есть вагонетка, - сказал мужчина в цилиндре. - Где? - снова спросил Нин Гу. Мужчина с интересом взглянул на него. - Странники обычно не отваживаются заходить в глубины. - Но я не обычный Странник, - настаивал Нин Гу. - Я — лицо Города-призрака. Мужчина в цилиндре промолчал, затем повернул голову, чтобы взглянуть на Лянь Чуаня. - Зачем ты привел нас сюда? - Нин Гу вспомнил главное, и его голос внезапно стал серьезным. - Выпить, - сказал мужчина, наклоняясь, чтобы поставить поднос, затем медленно сел. Наблюдая за его движениями, Лянь Чуань прикинул, что этот мужчина был довольно стар. Если бы они были в Мэйн-сити, он, вероятно, уже стоял бы в очереди на системную утилизацию. Мужчина снял шляпу, обнажив лоб с растрепанными вокруг него волосами, которые падали на глаза. Несмотря на это, было очевидно, что ему за пятьдесят или шестьдесят, учитывая морщины на его лице. - Ты Летучая мышь? - Нин Гу уставился на него. - Нет, - ответил Лянь Чуань. - А? - Нин Гу повернулся к Лянь Чуаню. - Он из учебного отдела министерства Внутренней обороны Мэйн-сити, - Лянь Чуань медленно подошел к мужчине, разглядывая черную отметину у него за ухом*. - Или, по крайней мере, когда-то был им. *п/п: эта метка упоминалась в главе 14 Мужчина с цилиндром усмехнулся. - Ты был товарищем Ци Хана, - заключил Лянь Чуань. - Разве вы все не должны были заблудиться здесь? Почему с вами и Лянь Чуанем ничего не случилось? - любопытствуя, Нин Гу тоже присел на корточки перед мужчиной, взял с земли стакан и сделал глоток. Это был алкоголь. - Тьфу, - он выплюнул жидкость на землю. Вкус у напитка был странный и отвратительный. - Я заплатил за него, - снова усмехнулся мужчина. - Сколько? - Нин Гу взял второй стакан и сделал глоток. Это была сладкая газировка с гораздо более приятным вкусом, чем у предыдущего напитка. Он взял последний стакан и передал его Лянь Чуаню, но тот не взял его. Раздраженный Нин Гу поднял глаза, собираясь обругать его, но заметил, что Лянь Чуань пристально смотрит на мужчину, поэтому он проследил за направлением его взгляда. Мужчина с цилиндром поднял волосы у себя на лбу, открывая взору две зияющие дыры вместо глаз. - Обязательно было выкалывать глаза? - Нин Гу был потрясен, поэтому снова смотрел на Лянь Чуаня. - Необязательно, - мужчина снова прикрыл глаза волосами. - Все зависит от того, что потребует от вас Поэт. Нин Гу встал и медленно отступил к Лянь Чуаню. - Что-то не так... Прежде чем он успел закончить предложение, Лянь Чуань схватил его за руку и побежал к выходу. Но дверной проем в стене исчез. Лянь Чуань резко затормозил. По инерции Нин Гу врезался в неровную стену пещеры, и у него закружилась голова. Никто из них не знал, когда изменился вход, но Лянь Чуань вообще этого не заметил. Обернувшись, Лянь Чуань посмотрел на мужчину. Этот старик был быстрым — к тому времени, как Лянь Чуань обернулся, он уже спрыгнул с террасы в глубину ямы снаружи. С пронзительным визгом, донесшимся снизу, возникла огромная черная тень, в мгновение ока подхватившая падающего мужчину. Голова, похожая на собачью, пара крыльев, тонких, как бумага. - Что это? - спросил шокированный Нин Гу. - Летучая мышь, - сказал Лянь Чуань. Живая гигантская летучая мышь. Нин Гу поднял с земли один из стаканов и бросил его, целясь в голову зверя. Бросок был удивительно точным, он попал зверю прямо между глаз, заставив его дергаться и метаться из стороны в сторону. - Не беспокойтесь, - мужчина схватил мышь за уши. - Я столько лет ждал столь ценной сделки, что никак не могу позволить вам уйти. - Какой сделки? - спросил Лянь Чуань. - За будущее Мэйн-сити! - мужчина повысил голос. - Тебе никогда не понять! Лянь Чуань никак не отреагировал на это. - Но я действительно не ожидал, что мне удастся встретиться с тобой, - в его голосе слышалась взволнованность, когда он жестикулировал. - Когда я покинул Мэйн-сити, ты был совсем крошкой... И вот, более двадцати лет пролетели во мгновение ока. Какая жалость... - К черту твою жалость, - парировал Нин Гу. - Жаль, что я не увижу тебя своими глазами, - вздохнул мужчина. - Единственный оставшийся в живых из десяти тысяч испытуемых на совместимость с Бетельгейзе. Это заявление ошеломило Нин Гу, и он уставился на Лянь Чуаня. Бетельгейзе? Мужчина восхищенно улыбался, прежде чем быстро исчезнуть в яме внизу. Лянь Чуань стоял на краю террасы, осматривая окрестности. Каждая соседняя пещера находилась на большом расстоянии от них. Их шансы выбраться оттуда были не очень обнадеживающими. Даже если бы он использовал свою скорость, чтобы прыгнуть к одной из пещер на нижнем уровне противоположной стены, он не смог бы забрать Нин Гу с собой. - Ты и есть та самая Бетельгейзе? - голос Нин Гу слегка охрип. - Да, - кивнул Лянь Чуань. - Когда Бетельгейзе сражается, из тела торчат стержни...? Лянь Чуань обернулся. - Это кости, - поправил Лянь Чуань. - Тогда могу ли я предположить, - уставился на него Нин Гу, - разве это не делает каждую Летучую мышь Бетельгейзе? У них же тоже всегда торчат кости... Лянь Чуань перебил его. - Это две разных вещи. Нин Гу замолчал, задумчиво нахмурив брови. Только когда Лянь Чуань принялся снова осматривать окружение, Нин Гу заговорил: - Мне снилась Бетельгейзе. Лянь Чуань дотронулся рукой до стены пещеры и замер.

Лянь Чуань полностью проверил половину помещения, но по-прежнему не нашел никакого выхода или места, через которое они могли бы пробраться наружу. Он сел на землю, сделав глоток из стакана, который ему перед этим предлагал Нин Гу. - Почему ты так спокоен? - Нин Гу присел перед ним на корточки. - Ты же понимаешь, что мы в ловушке? Этот слепой чудик может вернуться и доставить нас к Поэту в качестве разменной монеты. - Было бы идеально, - сказал Лянь Чуань. - В смысле? - Нин Гу посмотрел на него. - Это избавит нас от поисков Поэта. - Зачем тебе искать Поэта? - Нин Гу сел рядом и протянул руку, чтобы взять еще один стакан с газировкой, но понял, что разбил его ранее, поэтому он взял только что поставленный Лянь Чуанем стакан, чтобы отпить из него. - Я думал, это мой напиток, - сказал Лянь Чуань. - Мне очень жаль, но это так. Лянь Чуань взял другой стакан. - А это тоже мой, - сказал Нин Гу. - И я должен предупредить тебя, что на вкус он очень мерзкий. Лянь Чуань потерял интерес к напиткам, откинулся назад, опираясь на руки, и посмотрел на Нин Гу. - У меня есть вопрос. - Спрашивай, - Нин Гу кивнул ему. - Ты что-нибудь почувствовал, когда я упал в обморок? - Нет, - ответил Нин Гу. - Не буду скрывать, что я встречал этого Поэта дважды. Ли Сян говорил, что когда он появляется, гаснет свет, и любой, кто услышит его голос, сойдет с ума. - Ты слышал, как он говорил, - сказал Лянь Чуань. - Да, он спрашивал у меня «кто ты?» - кивнул Нин Гу. Если бы это произошло раньше, он не был бы так честен с Лянь Чуанем, потому что Лянь Чуань был гиеной… О нет, это даже не похоже на обмен. Он предоставлял гиене информацию абсолютно бесплатно, до чего еще не опускался ни один Странник. Но, глядя на текущую ситуацию, было ясно, что все происходящее было так или иначе связано с Поэтом, и, вероятно, если бы Нин Гу встретился с ним один на один, это была бы верная смерть. Присутствие Лянь Чуаня могло бы немного помочь, в конце концов, как сказал мужчина с цилиндром, Лянь Чуань был единственным выжившим из десяти тысяч, был избранным. - Кто ты… , - тихо повторил Лянь Чуань. Нин Гу сразу ответил: - Я из Города-призрака… - Кто дал тебе оружие, которое ты взял с собой? - Лянь Чуань перебил его. - То, которое ты у меня отнял? - Нин Гу посмотрел на него. - Лэнд-кинг, старый торговец из Города-призрака. Он прибирает к рукам все, и ходят слухи, что однажды он видел Бетельгейзе… Но это не может быть правдой… - Их было несколько, - сказал Лянь Чуань. - Их принудительно синхронизировали с Бетельгейзе, несмотря на очень высокую вероятность ошибки и смерти. - И теперь остался только ты один, кто может взаимодействовать с ней, - Нин Гу похолодел от этой мысли. - Все остальные умерли, верно? - Угу, - Лянь Чуань кивнул. - Все десять тысяч? - спросил Нин Гу. Лянь Чуань не ответил. Нин Гу понял, что всякий раз, когда Лянь Чуань говорит, он не делает никаких лишних движений. Кроме того, что он время от времени поворачивал голову или поднимал взгляд, он почти не проявлял никаких признаков обычного человека, что практически не оставляло возможности прочитать его «язык тела» или понять, что он чувствует. - Это оружие самоуничтожения принадлежало Ци Хану, - сказал Лянь Чуань.- У нас есть данные об этом. В общедоступной информации о нем нет никаких особенных данных, известно только то, что он исчез… - Самоуничтожения? - Нин Гу в шоке разинул рот. - Ты хочешь сказать, что если нажать на кнопку, то умрешь? - Если ты смог его активировать, то смог бы и умереть, - сказал Лянь Чуань. - Ты не сожалеешь об этом? Тебе было бы гораздо легче, если бы ты не выбил у меня его из рук в тот день. Если бы я активировал его, возможно, ты бы сейчас не оказался здесь, - Нин Гу говорил убедительно. Лянь Чуань взглянул на него. - И правда. - Давай тогда поговорим, в чем заключается твоя проблема, - Нин Гу лег на землю, удобно растянувшись. - Если ты объяснишь мне все, я возможно, найду способ помочь тебе. Помочь тебе. Лянь Чуань не привык к таким словам. Он знал, что это были искренние слова, потому что их владельцем был осторожный, но неряшливый и грубый Нин Гу. Но в воспоминаниях Лянь Чуаня слова о помощи приносили только страдания. Я здесь, чтобы помочь вам. Мы готовы помочь вам, если вы в силах… Вы должны понимать, что только это может вам помочь. - Ты можешь видеть мои мысли и воспоминания, - сказал Лянь Чуань. - Да, я тоже чувствую это, твою боль, твою… боль, твою… - попытка Нин Гу использовать близкие по значению этих чувств слова провалилась, поэтому он вздохнул. - Боль. Хорошо это или плохо, но ты самая крутая гиена в Мэйн-сити, и все же ты более несчастен, чем даже те же Странники с трущоб Города-призрака, у которых нет воспоминаний, не связанных с болью. - Моя память не в порядке, - Лянь Чуань не опроверг мнение Нин Гу о своей персоне. - Вот почему мне нужно знать, как много ты можешь видеть и чувствовать. - Чтобы помочь тебе восстановить память? - Нин Гу сел и обнаружил, что поза Лянь Чуаня ничуть не изменилась. Такое невероятное владение собой и концентрация, должно быть, были редкостью даже среди гиен. - Помоги мне сохранить секрет, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу удивился его просьбе. Лянь Чуань молчал. После продолжительного молчания Нин Гу почувствовал, что его задница начинает болеть от сидения на твердой земле, поэтому он, наконец, сменил позу и спросил: - Какой секрет? - Я все еще не уверен, знаешь ли ты о нем, - сказал Лянь Чуань. - … Хорошо, тогда что будет, если я не сохраню секрет? Ты можешь избавиться от меня, но твоя миссия заключается в том, чтобы схватить меня живым. Если бы я умер, боюсь, тебе бы было ничуть не лучше, чем если бы твой секрет раскрыли. Лянь Чуань молчал. - Я прав? - Нин Гу, довольный собой, приподнял бровь. - Да, - согласился Лянь Чуань. - И что ты будешь делать? - теперь Нин Гу был доволен еще больше. Ему очень хотелось увидеть выражение лица Лянь Чуаня, когда он столкнется с трудностями. - Вот почему должен быть другой вариант, - сказал Лянь Чуань. - Какой? - Нин Гу придвинулся ближе, вглядываясь в его лицо. - Встретиться с Поэтом, - Лянь Чуань был откровенен. - Возможно, я смогу найти способ обезопасить себя. - Как ты хочешь это сделать? Подождать, пока этот слепой чудак придет сюда с Поэтом? Если у них действительно намечается сделка, то, боюсь, у тебя не будет шанса вставить туда свое условие. Думаю, тебе стоит быть осторожнее, - Нин Гу был очень осторожным, и даже если этот «второй вариант» лишит его влияния на Лянь Чуаня, но Лянь Чуань выживет и будет рядом, все еще останется надежда. Нин Гу должен сделать все возможное, чтобы справиться, иначе как он умрет, так ничего и не узнав? - Ты, - Лянь Чуань наконец пошевелился и повернул голову на Нин Гу, - ты можешь вызвать его. - Я? - Нин Гу указал на себя. - Как бы я это сделал? - Не знаю, - ответ Лянь Чуаня был «очень» полезным. - Разберись сам.

***

В те дни, когда ветра в Городе-призраке были невероятно сильными, Странники редко выходили на улицу, предпочитая оставаться в своих маленьких хижинах, пока ветер не становился настолько свирепым, чтобы заставить их уехать. Это было особенно распространено среди тех, кто только что вернулся из Мэйн-сити. Большинство из вернувшихся хорошенько вздремнут, предаваясь воспоминаниям об огнях города, о Затерянной долине, откуда они привезли различные товары и вкусности, и, самое главное, те, кто пил, немного протрезвеют. Если в это время не произойдет никаких драк между жителями убежищ, то Город-призрак действительно начинает соответствовать своему названию — город, куда даже настоящие призраки не отважились бы войти. Сегодня их впервые остановили по пути в свои убежища сразу после прибытия поезда. Их собрал глава, Ли Сян и Линь Фан, стоявшие в его тени — эти трое представляли высшую власть в Городе-призраке. - Где Нин Гу? - спросил глава. Никто не ответил. Некоторые были в замешательстве, в то время как другие нервничали. На самом деле глава не задал им вопрос — это было утверждение, на которое он уже знал ответ, но все равно убил бы любого, кто осмелился бы ответить на него, а также любого, кто не осмелился бы ответить. Ветер разогнал туман, разметав его черные волны вокруг главы. Все Странники опустили головы — если и был кто-то, кто мог заставить их всех чувствовать животный страх, то это был он. - Есть ли кто-то, кто видел Нин Гу в Мэйн-сити? - спросил Ли Сян. Его вопрос звучал мягче, намного мягче в сравнении с предыдущим. - Я видела его, - сестра Ци подняла голову. - В Затерянной долине, недалеко от входа в таверну в вертикальной пещере. Ли Сян наклонил голову и жестом дал ей знак подойти ближе и продолжить. Когда сестра Ци пошла вперед, Странники с опущенными головами разошлись во все стороны, как по команде. Глава не обратил на это внимания, уставившись на сестру Ци. Он подождал, пока она подойдет, прежде чем продолжить допрос. - Кто был с ним? - Гиена, - сказала сестра Ци. Глава и Ли Сян шокировано переглянулись, и даже Линь Фан позади них немного приподнял голову. - Гиена вошла в Затерянную долину? - Ли Сян нахмурился. - Как это возможно? Даже если она не потеряется в лабиринтах пещер, будет ли Цзю И игнорировать ее появление на территории Летучих мышей. - Это точно была гиена, - сестра Ци нахмурила брови. - Даже несмотря на то, что он не был одет в форму, трудно ошибиться в его намерениях убивать. - Ты узнала, кто конкретно это был? - спросил глава. - Лянь Чуань, - сестра Ци ни капли не сомневалась, - я не знаю, как он выглядит, но эта скорость… У меня даже не было времени использовать свою способность. Это точно был Лянь Чуань. - Почему ты не привела Нин Гу обратно? - глава взревел в гневе. Сестра Ци мгновенно отбежала от него на несколько метров, подняв руки и готовая использовать свою способность. Но, видя, что глава никак на это не отреагировал, она, наконец, всплеснула руками и тоже закричала: - Ты серьезно?! Как мне надо было вернуть его?! Мы говорим о Лянь Чуане! Если бы это не произошло в Затерянной долине, я бы умерла, не оставив после себя даже трупа! Даже если это был Нин Гу, маленький щенок, кто не знает, насколько хорошо он умеет прятаться? Даже часовая башня не смогла удержать его, так как, черт возьми, я смогла бы вернуть его сюда! Даже часовая башня не смогла удержать его. Глава махнул рукой сестре Ци, и она поспешила прочь по аллее, освещенной фонарями. Он повернул голову к Линь Фану. - Даже часовая башня не смогла удержать его. Линь Фан сделал медленный вздох. - Он выбрал подходящий момент, чтобы сбежать. В такие моменты охрана всегда в замешательстве… - Может быть, двери тоже открылись сами по себе? - спросил Ли Сян. Они были заперты способностью главы, только он мог открыть их. - Кто знает, - Линь Фан поднял голову, уставившись на черный туман, перекрывающий все небо без единого просвета. - Когда в последний раз способности главы подводили? Это было, когда сбежал образец, присланный из Мэйн-сити? Или когда тот старый псих проник в подвал… - Заткнись! - глава сердито посмотрел на него. Линь Фан не стал продолжать, медленно развернулся и пошел прочь. - Искать, как и почему он сбежал сейчас, бессмысленно. Это уже случилось. С того дня, как вы узнали, что от Ци Хана что-то осталось, вы должны были знать, что все так обернется. Время пойдет вперед, и вы не сможете сделать ни шагу назад. - Не имеет значения, выпустил ли его Линь Фан или нет, - тихо сказал Ли Сян. - Сейчас важно то, что Нин Гу с Лянь Чуанем, и мы не знаем намерений гиены. - Ты тоже считаешь, - глава посмотрел на него, - что Поэт действительно… - Поэт существует уже очень давно. С того дня, как появилась Затерянная долина, Поэт уже был там, - Ли Сян на мгновение задумался. - Форма Поэта дает ему огромную силу влиять на разум и заражать его, так что… трудно сказать. - Нужно начать пораньше, - сказал глава. - Мэйн-сити не будет честен с нами и не станет сотрудничать. Для них Город-призрак — не более чем склад сырья. - У нас в подвале достаточно образцов. Мы можем начать прямо сейчас, но это будет просто репетицией. - Этого хватит, - сказал глава. Нин Гу крепко спал на земле уже больше часа. Лянь Чуань все это время наблюдал за ним, понимая, что он действительно спит. Он не знал, насколько стойкой и сильной была его психика или же его мозг действительно был не в порядке. Когда Нин Гу сказал, что ему снилась Бетельгейзе, он сначала ему не поверил… Он поднял стакан и ударил им о землю. Динь. Нин Гу застонал, поднял руку к лицу, чтобы почесать его, затем снова замер. Динь-динь. Динь-динь-динь. Теперь он в это поверил. Бетельгейзе можно было считать тем же самым человеком, что и Лянь Чуань, после того, как он объединяется с ней, поэтому было разумно предположить, что Нин Гу мог чувствовать именно часть Бетельгейзе. Глядя под этим углом, способности Нин Гу были гораздо сильнее, чем он себе представлял. Бетельгейзе можно было описать как могущественную психическую сущность, с которой было чрезвычайно трудно взаимодействовать, но Нин Гу мог видеть ее в своих снах. Лянь Чуань почувствовал, что его предположения были слишком идеализированы. Возможно, он пережил слишком много дней, которые слились в один, каждая из его догадок выходила за рамки, которые он пытался контролировать. Как только подобные мысли будут обнаружены, у него, вероятно, не будет и шанса выжить. Если способность Нин Гу проявится полностью, возможно, он сможет… - А! - внезапно вскрикнул Нин Гу, вскакивая с земли. Лянь Чуань наблюдал, как он подскочил и рухнул обратно на землю. Если бы он все это время не следил за окружением и не знал, что ничего странного не происходит, такая реакция заставила бы его броситься бежать и прыгнуть в другое отверстие пещеры, которое находилось на противоположной ее стене. - Ты что-то слышал? - Нин Гу посмотрел на него, сел, все еще пребывая в недоумении. - Нет, - сказал Лянь Чуань. - Что ты слышал? - Кто-то звал меня, - Нин Гу потер глаза и нахмурился. - Я думал, это ты звал меня. - Поэт, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу задумался, затем внезапно вскочил на ноги и направился к выходу в пещере. Повернувшись лицом к яме, он закричал: - Ааааа! Это поразило Лянь Чуаня — пребывание вместе с такими неуравновешенными и нервными людьми, как Странники, действительно могло сократить ему продолжительность жизни. - Что ты делаешь? - Лянь Чуаня неотрывно преследовал Нин Гу взглядом. - Отвечаю ему, - Нин Гу посмотрел в сторону. - Ты сам сказал, что он позвал меня. Разве это не значит, что я должен ответить? Лянь Чуаню не хотелось это никак комментировать. - Что ты ему отвечаешь… -Ааааааа! Поэт! - Нин Гу снова закричал. Лянь Чуань взял один из стаканов и запустил ему в голову. - Замолчи. - Лянь Чуань! - Нин Гу потер голову. - Ты можешь так поступать только сейчас. Когда мы покинем Затерянную долину… - Я буду только злее, - съязвил Лянь Чуань. - В тот момент, когда я смогу пробудить свои способности, - указал на него Нин Гу, - первым, кого я побью, будешь ты, просто дождись! - Я помогу тебе. Когда раздался этот голос, Нин Гу резко рванул вперед, внезапно почувствовав, как перехватило дыхание. Он не успел заметить, когда и как Лянь Чуань, который до этого момента сидел у стены пещеры, преградил ему путь. Он понял, что происходит, только когда тот оттолкнул его. - Не подходи близко к выходу из пещеры. Нин Гу пришел в себя и сделал два шага назад. Он не мог сказать, откуда доносился голос, только смог различить, что он не принадлежал ни Лянь Чуаню, ни мужчине с цилиндром. Это был даже не тот, кто спрашивал в темноте, кто он такой. В это время в яме что-то изменилось, настолько тихо, что они могли слышать шум лишь отдаленно, и непонятно, из какой части Затерянной долины он исходил. Бесчисленные золотые частицы появились в воздухе, как будто подхваченные ветром, но также и как будто движимые чем-то, хаотично танцуя.

По неведомой причине в лаборатории FD-1 прозвучал сигнал тревоги. Это была одна из лабораторий, занимающихся проектом «нарушений». Она была оснащена оборудованием для наблюдения за образцами и испытуемыми, а также за аномалиями, появлявшимися в Мэйн-сити. Чунь Сан никогда ранее не слышала этого сигнала. Он был так похож на тот, который издает машина для обогащения пищевых продуктов, когда заканчивает свою работу. Это был сигнал предупреждения от системы наблюдения за психической активностью в Затерянной долине, и этот сигнал звучал только тогда, когда показания этой активности превышали норму в десять раз. Это означало, что Поэт полностью пробудился. Почти никто в лаборатории не слышал ранее этот сигнал тревоги, поэтому когда он прозвучал, все замерли. - Откройте программу наблюдения, мне нужно посмотреть на полученные данные, - Чунь Сан отреагировала первой, бросившись к ближайшему экрану. На экране появилось множество беспорядочно расположенной информации, смешанной с цифрами и графиками. Чунь Сан не стала вчитываться в них, вместо этого сосредоточившись на поиске. Среди незнакомых мерцающих строчек и цифр она пыталась выцепить нужную ей информацию. Она не хотела, чтобы то, что она искала, появилось на экране, но если это было неизбежно, то ей необходимо быстро найти нужные данные... CC1Q. У нее на мгновение перехватило дыхание, когда она увидела это на экране среди беспорядка данных. - Скопируйте эти данные, затем зашифруйте , - приказала Чунь Сан. - Уровень А1, немедленно отправьте это Администраторам. - Вас понял, - пришел ответ оператора. Чунь Сан вошла в самую центральную комнату лаборатории, которая служила как комнатой отдыха, так и комнатой связи для передачи конфиденциальной информации. Установленное на стене устройство предназначалось для одноканальной связи, соединяя ее напрямую с секретарем Чэнь. За исключением нескольких раз, связанных с ошибками, допущенными в процессе испытаний, от этого коммуникатора было мало толку. Когда Чунь Сан взяла устройство, она заметила, что у нее вспотели руки. «Докладываю из комнаты наблюдения», - сказала Чунь Сан. «Это Чэнь Фэй», - раздался голос секретаря Чэнь. «Мы обнаружили психическую аномалию высокого уровня в Затерянной долине. Психическая активность в десять раз превысило норму», - сообщила Чунь Сан. Секретарь Чэнь молчал. «Поэт пробудился», - добавила Чунь Сан. «Вы обнаружили его код?» - наконец спросил он. «СС1Q, это точно он», - ответила Чунь Сан. Секретарь Чэнь некоторое время молчал, прежде чем пробормотать: «Оказалось, что наши прогнозы верны». CC1Q. Это был показатель психической активности Ци Хана. «Жду дальнейших указаний», - сказала Чунь Сан. «Вы сообщали в министерство Внутренней обороны?» - спросил секретарь Чэнь. «Пока нет, я успела сообщить об этом только Администраторам, - сказала Чунь Сан. - Вы хотите, чтобы я уведомила их сейчас?» «Нет, подождите, это сделают Администраторы, - сказал секретарь Чэнь. - Есть ли какие-нибудь новости о Лянь Чуане?» «Вам не следует спрашивать меня об этом, - нахмурилась Чунь Сан. Нынешнее положение Лянь Чуаня было даже хуже, чем она ожидала, и поэтому она была очень зла на тех, кто подталкивал его войти в Затерянную долину. - Разве вы и отряд зачистки не должны знать о нем больше, чем я?» «Биоданные Нин Гу действительно очень необычны, но мы не обнаружили следов, - сказал секретарь Чэнь, - так что, возможно, Ци Хан заметит его не сразу, а единственное, что нужно Поэту — это психическая энергия Лянь Чуаня, так что если...» «Так, может быть, если Лянь Чуань сдастся и не станет сопротивляться, это поможет сохранить то, над чем вы так сильно трясетесь, - перебила его Чунь Сан, - верно?» «Мне тоже неприятно говорить об этом, - парировал секретарь Чэнь. - Я наблюдал за тем, как Лянь Чуань вырос. Министерство Внутренней обороны пристально наблюдало за мной с его первого дня в отряде зачистки, так что пока был хоть какой-то шанс, я тоже не мог…» Чунь Сан усмехнулась. «Но прямо сейчас вы такой же, как они, готовый пожертвовать им, чтобы защитить Нин Гу, свой драгоценный ресурс. Вы хотите избавиться от нынешнего единственного сосуда Бетельгейзе, который все это время контролировал порядок в Мэйн-сити, и хотите получить бесконечный ресурс...» «Чунь Сан! - секретарь Чэнь повысил голос. - Контролируйте свои эмоции! Вы должны ценить то, что это частный разговор». «Но все это зависит от Лянь Чуаня, - Чунь Сан немного смягчила тон. - Вы думаете, он сделает это?» «Почему вы думаете, что он этого не сделает?» - спросил секретарь Чэнь. «Вам лучше помнить, что за двадцать шесть лет его жизни, каждый день, каждую секунду, мы причиняли ему боль, чтобы он запомнил, - медленно проговорила Чунь Сан мягким голосом, - любая угроза его жизни должна неизбежно исчезнуть». Секретарь Чэнь замолк. «Он будет жить несмотря ни на что, - продолжила Чунь Сан, - иначе как, по-вашему, он смог стать единственным совместимым с Бетельгейзе?» Все эти люди видели только идеальные результаты выполнения миссий Лянь Чуаня и Бетельгейзе. Как машина, она никогда не совершит ошибки, всегда верна в своих суждениях и решительна в своих действиях, никогда не ослушается приказов. И все же они стали забывать… Что это стремление к выживанию наложило отпечаток на всю его жизнь. Мягкий золотой свет освещал все подброшенные в воздух песчинки, которые собирались вместе и рассеивались только для того, чтобы собраться снова. Нин Гу наблюдал, как этот золотой вихрь танцует и кружится на фоне черного и темно-красного металла. Их появление было ослепительным, но также немного странным… Но сочетание света и цвета было очень красивым. Нин Гу оказался им околдован. Единственное, чем он был недоволен, так это тем, что Лянь Чуань загородил ему обзор. Он знал, что Лянь Чуань хотел защитить его. Учитывая его собственную силу, если он выйдет вперед и попытается противостоять ему, чтобы сохранить лицо, то он потерпит весьма унизительное поражение. Так не пойдет. В момент опасности ему лучше просто сделать так, как сказал ему Лянь Чуань, и встать у стены, наблюдая за развитием ситуации. Вскоре золотые частицы света начали формироваться в какой-то образ, заполняя все пространство пещеры. Силуэт был немного размытым, но он все еще мог разглядеть в нем человеческие черты. - Поэт? - тихо прошептал Нин Гу. Он действительно не ожидал увидеть его таким. Он думал, что Поэт, даже если это не человек, при первой встрече должен хотя бы обрести оболочку, ведь у Летучих Мышей существует так много различных модификаций. - Нет, - голос Лянь Чуаня был серьезным. - Что? - потрясенный Нин Гу посмотрел на лицо призрачного силуэта, затем снова спросил шепотом: - Ты его знаешь? - Это Ци Хан, - сказал Лянь Чуань. Золотое лицо вдруг озарила улыбка. Они не видели, как двигаются его губы, но слышали его голос. - Это все я. Как и раньше, этот голос, казалось, исходил отовсюду, из разных направлений. Хотя этот ответ был немного странным, но раз «это все был он», то значит, по крайней мере половину тех стремных вещей, таких как дыхание и шепот над его ухом, делал он. Нин Гу это разозлило. - Притворяться призраком вызывает привыкание? - в его голосе прозвучало легкое презрение. - Где твой слепой последователь? Разве он не пришел с тобой? Разве ты не собирался заключить с ним сделку? - Ты не нужен, - лицо из золотой пыли усмехнулось, затем медленно приблизилось к ним, и Нин Гу смог разглядеть, что «его» глаза смотрят на Лянь Чуаня. - Не подходи ближе, - заговорил Лянь Чуань. - Это угроза? - спросило Золотое лицо. Точного источника звука по-прежнему было не найти. Но кое-что удивило Нин Гу настолько, что заставило его забыть, что Золотое лицо спокойно проигнорировал колкость красавчика номер один в Городе-призраке — лицо могло говорить голосом Лянь Чуаня. - Последнее предупреждение, - Лянь Чуань произнес эти два слова с той же черствостью и спокойствием, что и тогда, когда он впервые представился и сообщил о своих намерениях, и от него не последовало никакой реакции на то, что лицо из золотой пыли использовало его голос. Следует сказать, что если Нин Гу и покорило что-то в Лянь Чуане, так это то, что он так небрежно сводил своих противников с ума — неважно, был ли враг слабаком или громилой, способным метать молнии, он бы и глазом не моргнул. - Как интересно, - лицо из золотой пыли вернулось к своему голосу. - Похоже, ты мне так легко не доверишься. - Я доверяю только себе, - сказал Лянь Чуань. - Я доверяю только себе, - повторило Золотое лицо своим голосом. - Ты вообще знаешь, кто ты? - Это неважно, - ответил Лянь Чуань. - Неважно, даже если ты скажешь кто он, так что лучше скажи что-нибудь более значимое, - Нин Гу начал терять терпение. Он вырос в Городе-призраке, а Странники всегда были теми людьми, кто быстро ввязывался в драку из-за любых незначительных разногласий без каких-либо долгих разговоров. Если бы не потребность в еде, через сто лет их рты бы исчезли за ненадобностью. - Так что лучше скажи что-нибудь более значимое, - снова повторило Золотое лицо, но теперь это были слова Нин Гу. - Хорошо. Все тело Нин Гу напряглось, он был готов действовать в любой момент. - Лэй Ю когда-нибудь рассказывал тебе, кто твои родители? - спросило лицо. Хотя Нин Гу тоже был интересен этот вопрос, сейчас была не его очередь говорить. Лицо из золотой пыли задало вопрос Лянь Чуаню. Нин Гу не ожидал, что Лянь Чуань тоже не знал своих родителей. - Нет, - ответил Лянь Чуань. - Ты когда-нибудь думал, что у тебя их на самом деле не было никогда? - Меня не интересуют мои родители, - голос Лянь Чуаня оставался ровным, и только явное намерение убить пронизывало его суровый тон. - У кого не было бы родителей? - спросило лицо. - У экспериментальных объектов, предшествующих проекту «нарушений», - сказал Лянь Чуань. - О чем ты говоришь? - Нин Гу почувствовал, как холодная дрожь пробежала вдоль его спины. Суть проекта «нарушений» была известна всем в Мэйн-сити. Но за все эти годы они так и не смогли добиться успешного результата. Нин Гу и Дин Цзы всегда использовали это как довод, чтобы шутить о бесполезности Мэйн-сити и о том, что им лучше бы опробовать все эти эксперименты на Администраторах. Лянь Чуань был объектом экспериментов проекта «нарушений»? Нет, не так… Его предшественником? - Что за экспериментальный объект проекта-предшественника? - спросил Нин Гу. - Основа проекта «нарушений», - терпеливо объяснило ему лицо из золотой пыли. - Только потому, что у них был этот объект, проект «нарушений» смогли пустить в работу. - О, - Нин Гу не знал, что сказать, и продолжил смотреть на профиль Лянь Чуаня. Он действительно не был обычным человеком — неудивительно, что он был таким могущественным, и неудивительно, что Мэйн-сити продолжил этот проект. В конце концов, кто бы не хотел иметь такой легион солдат? - Как ты узнал? - лицо наклонилось в сторону. - Никто не знает об этом, кроме курирующего персонала, и они не могли тебе об этом сообщить. Если бы Лэй Ю и Чунь Сан раскрыли тебе этот секрет, их бы утилизировали. - Я только что узнал об этом, - Лянь Чуань посмотрел на лицо. - Ты мне рассказал. На лице из золотой пыли, казалось, появилось выражение удивления. - Ты способен имитировать только мой голос, - Лянь Чуань на мгновение взглянул на Нин Гу. - Но ты не можешь сделать то же самое с его голосом. - Верно, если ты так хорош, то не смог бы не подражать мне, а если не подражаешь, значит не можешь, - вмешался Нин Гу. У Нин Гу в голове был полный бардак, но единственное, что ему было ясно, это то, что Лянь Чуань заслуживал быть сильнейшей гиеной Мэйн-сити и Бетельгейзе, которую все знали и боялись. Он не знал, как отреагировать на это внезапно полученное знание. Человек превратился в золотую пыль и смешался с другим человеком, превратившимся в пыль, и, прожив более двадцати лет в лишениях и претерпев столько несправедливостей, в конце концов оказался всего лишь подопытным. - Ты исчез за десять лет до меня и задолго до появления «нарушений». Затерянная долина находится под наблюдением, и у тебя не было возможности узнать обо мне хоть какую-то информацию, - сказал Лянь Чуань. - Узнать об этом можно было бы, только если мои данные, как предшественника, уже были в системе. - Умно, - вздохнуло лицо из золотой пыли. Оно подплыло немного ближе и было уже менее чем в пяти метрах. Часть золотых частиц, танцующих по его краям, залетело внутрь пещеры, подобно пыли. Некоторые тут же падали на землю, в то время как другие продолжали парить в воздухе. - Если бы мы могли договориться… Лянь Чуань ничего не ответил, затем внезапно прыгнул. Нин Гу был все еще поражен тем, как много говорил Лянь Чуань, как вдруг стена пещеры справа взорвалась на осколки железа и камня, а удар оставил в стене глубокую дыру. Зазубренные металлические куски со свистом вылетели из прохода в пещеру, на большой скорости пронзили насквозь золотую пыль и упали вниз ямы. Последнее предупреждение. Лянь Чуань действительно был человеком слова… Когда Нин Гу поднял руки, чтобы заслониться от нескольких обломков, летящих в его сторону, он увидел, как маленькая золотая частица, унесенная воздушным потоком, оказалась перед его глазами. Ее свет был мягким, как далекое окно в кромешной тьме или как открытая дверь в конце коридора. Лянь Чуань заметил, что произошло, в тот момент, когда Нин Гу сделал шаг вперед. Этот Странник действительно доставлял одни проблемы… Если бы его сила внезапно пробудилась в этот момент, гибридная сущность сразу заметила бы это, а у Нин Гу не было о нем никаких знаний, чтобы суметь взять его на себя. Он мог только рискнуть, сделав ход первым. Он бросился к Нин Гу, схватил его за воротник и метнулся с ним к краю входа в пещеру. Они вдвоем пронеслись в прыжке через яму, пересекая скопление золотого света, парящего в воздухе. Бесчисленное количество потревоженных золотых частиц пролетело мимо, танцуя и сталкиваясь меж собой. В ослепительном свете покачивалось множество человеческих фигур. Нин Гу никогда в жизни не видел такого яркого света. Он изо всех сил старался держать глаза открытыми. Было больно. Знакомая боль, которая однажды мучила его всю ночь, снова настигла его. Он стоял на коленях, поставив одну ногу на землю, боль в спине пронзила все его тело, словно разрывая изнутри. Он изо всех сил пытался встать, и было слышно его тяжелое и напряженное дыхание. Человеческие фигуры медленно слились в одну и подошли к нему. Он попытался открыть глаза, приветствуя слепящий белый свет. Человеческая фигура держала в руке длинный черный стержень и поднимала его над собой. Он должен жить. Он не мог умереть. Несмотря ни на что, он должен выжить. Он рванул вперед изо всех сил. Как будто в его сознании что-то переключилось. Когда он встал, боль затеснилась в самые глубокие уголки его памяти. Он оттолкнулся от земли, подпрыгнул и развернул свое тело в воздухе, размахнувшись, чтобы нанести удар… Он со всей силы целился в расплывчатую фигуру. Но это не было ощутимо. Человеческий образ рассеялся воздушном потоке и разлетелся в стороны. Ошеломляющая боль снова пронзила его, и он едва мог дышать. Золотистое облако, казалось, рассеялось ударом кулака, его форма сразу же разрушилась, словно золотой фейерверк в последний день Праздника. Предыдущее предположение Лянь Чуаня оказалось верным — на самом деле было невозможно вдвоем перепрыгнуть через яму в пещеру на противоположной стене. Но с этим внезапным взрывом массы света он понял, что для него Нин Гу больше не будет просто проблемой. Впервые за свою жизнь он принял решение, которое шло вразрез с его инстинктами. Он взмахнул рукой, швырнув Нин Гу вперед. Когда Нин Гу с тяжестью рухнул в пещеру, траектория полета Лянь Чуаня прервалась, и он стал падать в глубину ямы.

Больно. Болит голова. У него болело все: голова, задница, спина, руки и ноги тоже… Нин Гу знал, что эта боль принадлежит красавчику номер 1 в Городе-Призраке — ему. Хотя предыдущие болевые ощущения были столь же реальны, после того, как он испытал их трижды, он уже мог выделить ее среди всего остального — это была боль, наполненная отчаянием и борьбой, и она принадлежала Лянь Чуаню. Но он не был уверен, почему ему тоже было больно. Основываясь на своем прошлом опыте, он знал, что после прихода в сознание ни в коем случае нельзя открывать глаза, независимо от причины, по которой они были закрыты, потерял ли он сознание, заснул и прочее. Если кто-то ожидает, когда он проснется, чтобы избить, допросить или пытать его, это начнется именно в тот момент, когда он откроет глаза. Крайне важно сначала оценить ситуацию, особенно в таком полном необъяснимых явлений месте, как Затерянная долина. И особенно после столкновения, о котором было неизвестно, переросло ли оно в драку или нет. - Перестань притворяться, - сказал ему кто-то прямо над ухом. Этот голос застал Нин Гу врасплох — он звучал слишком близко, и он даже чувствовал дыхание говорившего на своем лице. - Я знаю… Нин Гу махнул рукой в направлении звука, затем вскочил и открыл глаза. Бах! По ощущениям и треску было похоже на то, что он ударил кого-то по лицу. Когда он развернулся и посмотрел в сторону, с которой послышался треск, он увидел там человека в маске собаки, который стоял в двух метрах от него и держался за лицо. Не тратя времени, Нин Гу быстро огляделся и понял, что находится уже не в том месте, где был раньше, а на дне конусообразной ямы, которую он видел во время своего первого визита в Затерянную долину. Когда он поднял взгляд, то увидел уровни пещеры, уходившие далеко вверх, залитые красным светом. Этот вид завораживал. А что с Лянь Чуанем? Что там произошло? И этот парень… эти двое… нет, трое… В какой-то момент рядом с Летучей мышью в маске собаки появилось семь или восемь человек — очевидно, что они все были Летучими мышами. Откуда они все взялись? Нин Гу внезапно вспомнил слова того слепого придурка. Это логово Цзю И. Цзю И — главный среди Летучих мышей — был именно тем, кого Нин Гу только что ударил. Он действительно был достоин называться хулиганом, он действительно ударил Цзю И в его собственном логове. - Я же говорил, что мы должны связать его, - сказала тощая Летучая мышь рядом с Цзю И. - Может сделаем это сейчас? - Принеси веревку, - Цзю И отдал приказ, и пара Летучих мышей сразу бросились его выполнять. Цзю И медленно подошел к Нин Гу, оглядывая его с ног до головы. Нин Гу не ограничился вежливостью и ответил взаимностью на оценку. Однако Цзю И совсем не был похож на то, что представлял себе Нин Гу. Кроме маски, закрывающей половину лица, в его теле не было никаких модификаций. - Где Лянь Чуань? - Цзю И вытянул палец и указал им на лицо Нин Гу. Он был в полуметре от Нин Гу, поэтому его ноготь, сверкнув острым металлом, вытянулся вперед, ткнув Нин Гу прямо в лицо. О, так у него все же были модификации. Похоже, босс Мышей был гораздо более искусен в этом деле. - Кто такой Лянь Чуань? - Нин Гу поднял руку, чтобы оттолкнуть когтистую лапу Цзю И от своего лица. - Перестань притворяться дурачком, - усмехнулся Цзю И. - Как могут Странники не знать, кто такой Лянь Чуань? - Я родился всего шесть месяцев назад, - сказал Нин Гу. - Я впервые приехал в Мэйн-сити. Что за важный человек этот Лянь Чуань? Я хочу знать, кто он. Цзю И остановился и долго смотрел на него, прежде чем повернуться к рядом стоящей Летучей мыши, чтобы отдать приказ: - Проверь, не повредил ли он свой мозг. - Ты действительно не знал, что Странники быстро растут? - фыркнул Нин Гу. - Только посмотри на себя, как ты стал боссом, не зная даже этого? Цзю И обернулся и свирепо посмотрел на Нин Гу. Нин Гу не обратил на это внимания, пользуясь моментом, чтобы быстро оглядеться и по возможности найти путь для побега. - Быстро растут! - внезапно крикнул Цзю И. Раскатистый крик так напугал Нин Гу, что тот даже забыл о боли в спине. - Быстрорастущие — это те, кто может отрастить свои отрубленные конечности! Единственный быстрорастущий умер десять лет назад! - Цзю И снова закричал. - Я никогда не слышал о тех, кто может вырасти во взрослого парня из шестимесячного младенца! - И правильно, что не слышал, - уголки губ Нин Гу приподнялись. - Я тебя разыгрываю. - Давай побьем его, - предложила одна из Летучих мышей. - Когда он будет связан, - ответил Цзю И. Нин Гу был уверен, что справится с Мышью. Они просто могут выше прыгать, а их металлические модификации могут выдержать немного больше ударов. Некоторые модификации, правда, могут вызывать боль при соприкосновении с ними, но только если они наэлектризованы. Однако, они дрались иначе чем Странники, не обращая внимание на честность поединка — все восемь набросились на него одного. К тому времени, когда Нин Гу смог ударить одного посередине, его тело уже пострадало от более чем дюжины ударов. Он секунду колебался, не зная, бежать или остаться, затем развернулся, чтобы запрыгнуть на огромный металлический блок сбоку, получив еще несколько ударов в спину. Он отбросил ногой двух Летучих мышей, но вокруг почти не осталось шансов, чтобы нанести еще удары, так как его плотно окружили нападавшие. Еще одна Летучая мышь прыгнула прямо на него. Он быстро спрыгнул оттуда, но почувствовал, что что-то вонзилось ему в спину. И на этот раз его действительно ранили. Он был в ярости. Он, гроза Города-Призрака… Или, к черту это все, после того, как он покинул Город-призрак, его постоянно избивали, снова и снова, до такой степени, что у него даже не было времени выпустить пар! И снова эти проклятые Летучие мыши хотели связать его, чтобы избить! Он даже не знал, сможет ли вернуться в Город-призрак, а Лянь Чуань, его последний шанс на выживание, просто куда-то исчез. И теперь он застрял тут, вынужденный терпеть побои от этих ублюдков в их логове, в то время как их босс довольно наблюдал за этим просто как за какой-то игрой. Эта ситуация была похожей на ту сцену, которую он видел ранее, наблюдая за дракой железяк на ринге. И это почему-то заставляло его чувствовать себя очень… оскорбленным. Такой! Великий! Странник! За всю его жизнь даже то, что его повесили на часовой башне всем на обозрение, не заставляло его чувствовать себя таким оскорбленным. Он был вне себя от ярости! Пылал! - Вы, ублюдки, - Нин Гу свирепо посмотрел на пытавшихся схватить его Летучих мышей, чувствуя такую ярость, что его глаза почти горели. - Пошли к черту. Когда он произнес последнее слово, все вокруг почувствовали дрожь. Она, будто поступала изнутри их тел. Вокруг была тишина, и воздух, казалось, затвердел. А затем по нему пробежала рябь. Это длилось всего мгновение. Красные огоньки в логове Цзю И совсем погасли. К тому времени, когда стены пещеры снова засветились, все до единой Летучей мыши, кроме Цзю И, лежали на земле, держась за голову, и скулили от боли. Нин Гу не знал, что произошло. Единственное, что он понимал — место, в которое его ударили чем-то острым, все еще болело. - Впечатляет, - Цзю И поднял руки, чтобы похлопать. - Действительно, впечатляет. Неудивительно, что Мэйн-сити необходимо, чтобы Лянь Чуань поймал тебя. - Где он? - Нин Гу больше не ходил вокруг да около. Цзю И казался загадочным персонажем, но он вряд ли был из тех, кого можно смягчить, если ходить вокруг да около, обсуждая условия. - Не знаю, - Цзю И наблюдал за своими приспешниками, которые медленно поднимались на ноги, - но я могу тебе помочь его отыскать. Нин Гу молчал, уставившись на него. - Я могу помочь тебе найти Лянь Чуаня. Здесь, будь то человек или предмет, если Летучая мышь говорит, что его нельзя найти, то никто не сможет его найти, - Цзю И подошел к железному блоку и сел, вытянув коготь, чтобы постучать по маске. - Я также могу помочь тебе безопасно выбраться отсюда. - Твои условия? - спросил Нин Гу. - Лянь Чуань мой, - сказал Цзю И, - и когда вы сровняете с землей Мэйн-сити, вы оставите его половину Летучим мышам. На этот раз молчание Нин Гу было вызвано не гнетущей атмосферой, а его замешательством от того, стоит ли говорить этой Летучей мыши, что у него проблемы с головой. - Ты думаешь, я сумасшедший? - спросил Цзю И. - Немного. - Мэйн-сити кишит неудавшимися подопытными, некоторые из которых находятся прямо на свету, некоторые прячутся в тени, уничтоженные, выброшенные. Их количество настолько огромно, что даже не сосчитать, - Цзю И подпер подбородок, ритмично постукивая когтями по маске. - И ради чего это все? А как насчет тех, кого бросили на Туманном хребте? - Что еще за Туманный хребет? - спросил Нин Гу. - Один из затерянных тоннелей, - Цзю И посмотрел на него. - Тебе правда всего полгода? Ты не знаешь даже об этом? - Я просто не знал названия, - возразил Нин Гу. - Ты не понял ничего из того, что я только что сказал? На самом деле он действительно не понимал, но сейчас его не интересовали никакие темы, кроме Лянь Чуаня. - А с тобой точно все в порядке? - Нин Гу уставился на маску Цзю И. Что бы с ним ни случалось ранее, Цзю И не выглядел пострадавшим. - Я? - Цзю И наконец перестал стучать по своей маске и слегка качнулся пару раз. - У меня нет мозгов. «Мою реплику украли», - подумал Нин Гу. - У меня нет мозгов! - Цзю И раскинул руки в стороны, поднял голову и взвыл от радости. - Мэйн-сити ничего не может со мной сделать! И Поэт ничего не может сделать! Даже Ци Хан не может! Нин Гу шокированно смотрел на него. Он впервые видел, чтобы кто-то так радовался отсутствию мозгов. - Но, - Цзю И опустил руки и улыбнулся ему, снова подперев щеку, - я тоже не могу покинуть Затерянную долину. Я могу выйти на свежий воздух только раз в год. - Там у тебя пусто? - Нин Гу указал на свою голову. - Набито до краев! - воскликнул Цзю И. - Просто все мертвое. Нин Гу молчал. - Что ты об этом думаешь? О моих условиях, - Цзю И вернулся к главной теме. Разговор с ним был не таким продуктивным, как с Лянь Чуанем. Лянь Чуань хотя бы не отвлекался от темы. - Лянь Чуань — мой, - сказал Нин Гу. - Что касается разрушения Мэйн-сити… Он не мог собраться с духом, чтобы произнести это: - После того, как он будет разрушен, половина территории будет твоя. - Он же хочет убить тебя, - Цзю И пристально посмотрел на Нин Гу. - Он сдаст тебя Мэйн-сити, когда поймает, ты же знаешь об этом? Им нужны подопытные, такие, как ты, иначе они дальше не продвинутся, оставляя после своих экспериментов одни ходячие трупы. Ты должен отдать мне Лянь Чуаня, я помогу тебе избавиться от него. - Подопытные, - сказал Нин Гу, немного подумав, - для чего они им нужны? - Такие, как ты? - Цзю И встал и подошел к нему, непрерывно тыча в него острым когтем. - Они бы связали тебя, вживили провода в твой мозг, а потом, как из бесконечного источника, залили бы его в пустые оболочки… - Не прикасайся ко мне, - Нин Гу ощутил, как по его спине побежали мурашки. Он не знал, было ли это правдой, но он отмахнулся от руки Цзю И. - Как насчет того, чтобы спросить Лянь Чуаня? - Цзю И отступил назад. - Хотя он вряд ли вспомнит. - Он — прототип всех этих экспериментов, - сказал Нин Гу. - Ах, точно, вы двое познакомились с Поэтом, - кивнул Цзю И. - Поэту тоже нужен Лянь Чуань… Нин Гу собирался что-то сказать, как внезапно Цзю И хлопнул его по бедру. - Тогда нам нужно поторопиться, Поэт может схватить его первым, если мы опоздаем! - Отведи меня к нему, - сказал Нин Гу. - Условия, - настоял Цзю И. - Мы не договорились. - Лянь Чуань мой, - повторил Нин Гу. - Половина Мэйн-сити твоя. - Лянь Чуань мой, - поправил Цзю И. - Я сам отправлюсь за ним, - сказал Нин Гу, - и тебе не достанется даже доли в Мэйн-сити. Цзю И долго наблюдал за ним, прежде чем спросить: - Почему? Зачем тебе его спасать? - Он спас меня. - Это я! - в ярости закричал Цзю И. - Это я, черт дери, спас тебя! - Где ты спас меня? - спросил Нин Гу. - Я нашел тебя в одной из заброшенных частей Вертикальной пещеры. - С чего мне там быть? Мое последнее воспоминание связано с тем, как Лянь Чуань схватил меня и прыгнул. - Откуда мне знать! - взвыл Цзю И. - Значит, это он спас меня, - сказал Нин Гу, - а не ты. Он пропал, потому что помог мне. Цзю И расхохотался и смеялся довольно долго, прежде чем внезапно поднял руку, а когти из его рук зажужжали, когда он щелкнул пальцами. На стенах вокруг появилось несколько темных теней. - Идите, поищите Лянь Чуаня, - приказал он. - На дне Вертикальной пещеры. Поторопитесь, найдите его, пока Поэт не проснулся. *** Отряду Черных колец было проще найти Лянь Чуаня, чем если бы пошел один Нин Гу. Они были лучше знакомы с местностью, и никто не стал бы им мешать. Тем не менее, Нин Гу по-прежнему настаивал на своем участии в поисках. Он не хотел бездельничать с Цзю И, опасаясь заразиться от этого безмозглого монстра. И он был встревожен. Ему нужно было быть с ними, когда они найдут Лянь Чуаня. Он не мог довериться Цзю И с его вспыльчивым характером, а еще был тесно связан с Мэйн-сити, поскольку Затерянная долина была раньше частью его территории. Также он был встревожен из-за того, что сказал ему Цзю И. Среди подопытных Мэйн-сити, тех десяти тысяч или даже больше, возможно, были те, кого бросили в Затерянную долину. Он подозревал, что, возможно, Цзю И, который все еще жив, несмотря на отсутствие мозга, и сам мог быть подопытным. Это заставило его задуматься о тайном подвале под Городом-призраком. Никто не мог туда попасть, и многие даже не представляли, что там может быть внутри. «Бывшие Странники» хранятся там… Он чувствовал, что с тех пор, как он узнал, что Лянь Чуань был подопытным, он не удивился бы, даже если бы им оказался какой-то другой знакомый. Живой, дышащий человек. Хотя, большую часть времени казалось, что у Лянь Чуаня нет эмоций, Нин Гу знал, что он чувствовал их раньше, даже если они были только болезненными. Боль — самое настоящее чувство. Однажды глава сказал ему: «Ты вспомнишь об этом, только когда тебе будет больно». Лянь Чуань был подопытным. Почему он его спас? Нин Гу не был до конца уверен в своих предположениях. Он знал только, что у него есть козырь в виде возможности влиять на Лянь Чуаня, но единственная причина, по которой Лянь Чуань сделал бы такую огромную ставку… заключалась в том, что он был уверен, что Нин Гу тоже спас бы его в подобной ситуации. Поскольку так произошло, он должен был спасти Лянь Чуаня. Только так он сможет узнать больше секретов. О Странниках, тех, кто всегда выступал против Мэйн-сити, кто был его врагом, тех, кто грабил и кто был убит его рукой… Что же за существование они ведут? И глава, который был ему как отец, воспитывал его с любовью, но твердой рукой, который хвалил и наказывал его, внушая одновременно и страх, и чувство безопасности… Его родители… - Тебе лучше не считать себя Спасителем, - сказала одна из маленьких Летучих мышей, следуя за ним. Цзю И поручил этой Мыши по имени Фу Лу присматривать за ним. Нин Гу оглянулся на него. С таким тощим телосложением, как у него, Нин Гу мог вырубить этого парня одним ударом. - Тогда ты, должно быть, один из них, - сказал Нин Гу. - Конечно нет, - возразил Фу Лу, - я просто хочу напомнить тебе, что таких ключей, как у тебя, сотни. - Чего? - слова Фу Лу застигли его врасплох. - Тот, который ты украл. Несмотря на то, что его хотят получить многие, таких в Затерянной долине еще несколько сотен. Говорят, что их можно использовать только тогда, когда будут собраны все ключи, и половина этих нескольких сотен находится в Туманном хребте, откуда просто невозможно достать их. - Ты умеешь считать? - не удержавшись, спросил Нин Гу. - Я просто говорю тебе, что от этого ключа нет никакой пользы, даже если ты оставишь его себе. Не думай, что можешь бросить вызов Цзю И только потому, что у тебя есть этот ключ. Нин Гу был глубоко тронут. Фу Лу просто ходил кругами, чтобы защитить своего босса. Без посетителей Странников Затерянная долина казалась немного пустынной. Во многих местах было очень тихо, и даже когда они проходили мимо нескольких торговых залов, торговцев нигде не было видно, и только груды товаров все еще оставались на своих местах. Черные кольца уже разделились и отправились в Вертикальную пещеру, и только один из них остался, чтобы указать Нин Гу путь. У Нин Гу не было крутых модификаций, он не мог карабкаться и прыгать по стенам пещеры, поэтому ему пришлось ехать в вагонетке. Путь был сложным, и без Лянь Чуаня Нин Гу уже после третьего поворота потерялся в пространстве. Он мог утверждать только то, что они спускаются вниз. Наконец, они остановились перед узким проходом в пещеру, залитым красным светом. Мышь из Черных колец, которая шла впереди, повернула к нему голову, чтобы сделать предупреждение: - Не говори, пока механизм не остановится. Если Поэт проснется, никто из нас не сможет уйти живым. - Поехали, - сказал Нин Гу. Вагонетка была похожа на железную чашу, в которой уже стояли три человека. Нин Гу прислонился к краю, и когда они тронулись с места, он увидел, что внизу под ними тянутся рельсы. Они спускались кругами по огромным утесам в гигантской пропасти, словно собираясь нырнуть в бездну. Вагонетка двигалась довольно быстро. Нин Гу никогда не падал с такой высоты, поэтому он на мгновение напрягся и крепче ухватился за край. Дно Вертикальной пещеры уже не подсвечивалось красным, погрузившись в полную темноту. Когда вагонетка остановилась, Нин Гу почувствовал пронизывающий до костей холод. Хотя здесь не было ветра, холод был сильнее, чем в Городе-призраке, и у него по спине пробежал ряд мурашек. Дно ямы было неровным. Из земли торчали острые сталагмиты, достигавшие в высоту более чем два человеческих роста. Это место будто бы идеально подходило для пыток. Пара из Черных колец ловко карабкалась по сталагмитам и прыгала между ними, быстро добравшись до вагонетки. Один из них подал рукой сигнал. Это был очень грубый жест, в котором не было никакой секретности — Нин Гу понял его с первого взгляда. Рука, режущая по шее и наклон головы. Они нашли Лянь Чуаня. И они нашли его мертвым. Нин Гу не мог понять, что он чувствовал в тот момент. Ему было не так уж и грустно — Лянь Чуань был просто гиеной, которая всегда пыталась убить его, схватить и бесчисленное количество раз избить, и он не был с ним дружелюбен. Если он умер, то так тому и быть. Не то что бы без него было совсем невозможно раскрыть интересующие его секреты. И даже без него он все равно мог бы договориться с Цзю И и защитить себя. Но… Он почувствовал, как холод проникает в его сердце, и его настроение резко упало вниз вместе с температурой его тела. В конце концов, насколько он понял, Лянь Чуань умер, чтобы позволить ему жить. Вокруг были слышны только тихие шаги, как будто в сталагмитовом лесу больше ничего не было. Он не обнаружил никаких следов Поэта или Ци Хана. Когда они проходили через этот лес, перед ними возникло небольшое ровное пространство. За ним был гигантских размеров вход в еще одну пещеру. Внутри него Нин Гу увидел знакомую черную мглу, а также красный свет, скрывающийся за ней. Когда он посмотрел в сторону входа в эту пещеру, все его тело напряглось. Лянь Чуань завис в воздухе. Несколько струек золотого свечения среди черного тумана непрерывно кружились вокруг него. Не дожидаясь, пока Нин Гу сообразит, что происходит, из груди Лянь Чуаня повалил черный туман.

Нин Гу не мог сказать, что в данный момент происходило с Лянь Чуанем. Действительно ли он умер или потерял сознание или, возможно, притворялся, чтобы подготовиться к чему-то важному. Однако, он помнил, что Лянь Чуань оказался наиболее подходящим подопытным для требования проекта «нарушений». Его различные физические качества были исключительными — его скорость, сила и выносливость поразительны. Кроме этого, невероятными были его умственная устойчивость и восприятие. Но, ему не хватало способностей, как, например, у Странников. Поэтому, он, вероятно, мог исключить вариант, что сейчас произойдет что-то важное. Его смерть… тоже казалась маловероятной. Лянь Чуань, будучи решительным и безжалостным, спас бы кого-нибудь, только если бы выгода превышала риск, но, жертвуя собой ради других, он точно не выиграет ничего для себя… Этот вариант казался маловероятным. Значит, скорее всего, он снова потерял сознание. Это означало, что Нин Гу должен поторопиться и спасти его, пока не станет слишком поздно! Он взглянул на Фу Лу и Мышь из Черных колец, стоявшего рядом, неуверенный в их намерениях в данной ситуации. Мышь упоминала ранее, что им нельзя разговаривать, иначе они рискуют разбудить Поэта. Они уже вышли из вагонетки, и золотистый свет внутри черного тумана напомнил ему о предыдущем появлении Поэта, так что, даже если он еще не проснулся, он мог бы уже давно быть на пути к пробуждению. - Так мы пойдем забирать его? - тихо спросил он. Фу Лу шикнул на него, приложив палец к губам. - Просто понаблюдаем? - одними губами произнес Нин Гу, указывая на пещеру. Один из Черных колец подпрыгнул и забрался на вершину ближайшего сталагмита, и несколько других последовали его примеру в молчаливом согласии. Посмотрев наверх, Нин Гу заметил, что «маленький» отряд Черных колец Цзю И не был таким уж «маленьким» — правильнее было бы назвать его «средним» или «большим». Многие из них бесшумно взобрались на сталагмиты и окружающие стены пещеры, напоминая какие-то нечеловеческие фигуры, и подбирались все ближе к пещере, в которой в воздухе висел Лянь Чуань. Фу Лу подал Нин Гу знак следовать за ним, и они пошли вперед под прикрытием Черных колец. В гробовой тишине Нин Гу остановился у входа в пещеру. Пара из Черных колец свисала сверху и что-то показывала Фу Лу, который затем толкнул Нин Гу в плечо и кивнул в сторону пещеры. Нин Гу мог догадаться, что он имел в виду — они хотели, чтобы он пошел первым и забрал оттуда Лянь Чуаня. Тогда для чего вообще были нужны эти Черные кольца? Чтобы показать дорогу? Понаблюдать, как Странник спасает гиену из отряда зачистки? И как он должен будет спустить Лянь Чуаня вниз? У него не было никаких устройств для того, чтобы высоко прыгнуть… Фу Лу и Черные кольца все смотрели на него, что заставило его чувствовать себя немного неловко. Но Лянь Чуань, вероятно, точно бы умер к тому времени, как эти ни на что не годные Мыши что-нибудь придумали, поэтому Нин Гу решил попробовать применить свою способность, несмотря на то, что он был еще более капризным, чем Цзю И. “Ну, вперед!” Он уставился на черный туман, пронизанный золотым свечением, окружавшим тело Лянь Чуаня. Он пристально всмотрелся. Даже его глаза сверкнули. - Иди поешь дерьмо, - с ненавистью сквозь зубы прошипел Нин Гу. Летучие Мыши разом повернули к нему головы, и Фу Лу тоже в шоке уставился на него. Черный туман не изменился и по-прежнему обвивал тело Лянь Чуаня, но теперь сквозь него прошла еще одна золотая нить. Лянь Чуаня заколят до смерти. Хотя Нин Гу и не был доволен этим, он сразу же отказался от своего плана использовать способность и посмотрел наверх. Две Летучие мыши, свисавшие с потолка пещеры, помахали ему — Нин Гу внезапно понял, что они хотят закинуть его туда. “Почему вы не сообщили об этом раньше!” Откуда у них взялась уверенность, что Странник может так легко угадывать мысли Летучих мышей! У Нин Гу не было времени долго думать. У Фу Лу были металлические ноги, и, хотя он не знал, были ли внутри них пружины, он все равно должен был помочь ему забраться повыше… Он потянулся, чтобы опереться на плечо Фу Лу и прыгнул, оттолкнувшись и подбрасывая себя в воздух. Ноги Фу Лу подогнулись, раздался скрип. “На самом деле в них не было пружин…” Когда Нин Гу достиг высшей точки своего прыжка, двое из Черных колец схватили его за руки и с силой зашвырнули в пещеру. Нин Гу развел руки в стороны. Во время полета в его голове проносилось множество мыслей — это самая проблемная часть для обладателей мозга. Время летит быстро, когда начинаешь думать. Но его полет был слишком коротким, поэтому он не мог за это время придумать способ спасти Лянь Чуаня. Долетев до него, Нин Гу решил воспользоваться самым дурацким способом. Он схватился за Лянь Чуаня, пытаясь повалить его на землю своим весом. Но, ни для кого не стало сюрпризом, что это не сработало. Обнимая Лянь Чуаня, Нин Гу повис в воздухе вместе с ним. Однако, Нин Гу сразу проверил, что Лянь Чуань был все еще жив. Когда он схватил Лянь Чуаня, десятки Черных колец одновременно двинулись вперед, словно море изодранной ткани, подхваченной ветром, и мгновенно хлынули внутрь пещеры. Затем в черном тумане замелькали серебряные полосы — их когти. Похоже, Черные кольца действительно были достойны называться «личной» охраной Цзю И. Даже все их модификации были одинаковыми. Черный туман в пещере, казалось, чувствовал внезапное нападение и начал меняться, постоянно сгущаясь и рассеиваясь, окутывая золотой свет, который проносился по пещере. Когда клочок черного тумана, обвивающий Лянь Чуаня, был готов пронзить его тело в третий раз, одна из Мышей появилась сзади и рассеяла его ударом когтей. - Лянь Чуань! - Нин Гу не хватало сил что-либо предпринять. Он выкрикивал имя Лянь Чуаня, держась за него ногами, а руками двигаясь по всему его телу, но не нашел ничего, что могло бы удерживать его в воздухе. - Лянь Чуань! Собака Лянь*! - Нин Гу крепко обнял его и потянул вниз изо всех сил. Тело Лянь Чуаня покачнулось вместе с ним, но не упало. *п/п: Нин Гу обозвал Лянь Чуаня 猎狗 - гончая, но на свой манер, используя иероглиф 连 — «Лянь» от имени Лянь Чуаня. Получилось Собака Лянь :) - Проснись! - Нин Гу влепил Лянь Чуаню пощечину, затем снова дернул его вниз. Брюки Лянь Чуаня почти сползли от его покачивания, но спустить его вниз все равно не удалось. Казалось, что Поэт еще не проснулся. Этого золотого лица нигде не было видно, но Черные кольца не имели большого преимущества в борьбе с этим черным туманом — он собирался снова всего за несколько мгновений после того, как его рассеяли. Нин Гу стиснул зубы и с силой разомкнул закрытые веки Лянь Чуаня, свирепо глядя на него. - Эй! Псина! Краем глаза он заметил, как черный туман заклубился вокруг и полетел на него, а Черные кольца вокруг не заметили этого или были равнодушны. У Нин Гу не было и доли секунды на раздумья, чтобы отпустить Лянь Чуаня и увернуться. Поэтому черный туман пронзил его спину. Внезапно все звуки вокруг стихли. Черный туман начал медленно рассеиваться. Казалось, что даже саму пещеру смыло водой. На ее месте было лишь огромное белое пространство пустой белизны. Хотя он и не чувствовал света, он ослеплял отовсюду, куда бы он не посмотрел. Нин Гу нахмурился и прикрыл глаза рукой только чтобы заметить, что он стоит на земле, а Лянь Чуань куда-то исчез. - Где ты? - закричал Нин Гу. Его голос звучал истощенно, словно его нарезали ножом. Казалось, что его громкость и окончания, кроме самих слогов, пропадают в воздухе. Это были воспоминания Лянь Чуаня. Нин Гу уже мог сразу распознать это состояние, так как стал довольно искусен в этом. Он огляделся и заметил огромный столб воды, беззвучно вращающийся посреди белого пространства позади. За всю свою жизнь Нин Гу никогда не видел такого количества воды, не говоря уже о том, что вода могла сохранять свою форму и вне какого-либо сосуда. И в воде был человек. Не было никакой необходимости думать над этим ответом. Это был Лянь Чуань. - Лянь Чуань! - приглушенным голосом крикнул Нин Гу, подойдя к нему и пытаясь дотянуться до водяного столба и вытащить его. Когда его рука прошла сквозь воду, он сразу же почувствовал приступ колющей боли, как будто когти двух сотен Черных колец пронзили его руку одновременно, а за этим еще и последовало восемь тысяч ударов молота. Нин Гу поспешно отдернул руку и услышал голоса. - У четырех испытуемых из партии LC13 произошел сбой при инъекции. - Реакция была такой же? - Да. Нин Гу обернулся, но никого не увидел. - Можем ли мы снизить ментальную силу предшественника? - Нет, болевой порог уже достиг критического значения. Это были голоса из воспоминаний Лянь Чуаня, как понял Нин Гу. Поскольку его глаза были закрыты, Нин Гу тоже не видел этих людей. - У нас есть еще образцы? - Только последние две партии. Мы уже использовали двоих сегодня, и тех, кто из проекта «нарушений», тоже хотят испытать сегодня. Им нужно отчитаться о данных. - Оставьте им одну партию, а потом приготовьте еще одну. А от этих избавимся. - В Затерянной долине отказываются принимать еще. - Это решают не они. - Партия LC14, подготовьте образцы. Когда эти слова достигли ушей Нин Гу, он почувствовал сильный и неподдельный страх, как будто ему предстояло столкнуться с болью, которая была ему хорошо знакома, но от которой не было способа сбежать. Он повернулся, чтобы посмотреть на Лянь Чуаня внутри водяного столба. Неважно, было ли это реальностью, воспоминанием или иллюзией… Он стиснул зубы и быстро погрузил руку в воду. Боль мгновенно пронзила его руку и отдавалась в сердце, не оставляя ему времени подготовиться. Он почувствовал, как его сердце резко сжалось. Как раз в тот момент, когда он был близок к пределу своего терпения, кончики его пальцев коснулись запястья Лянь Чуаня. Он уже собирался схватить его, но рука Лянь Чуаня внезапно сама схватила его за руку. Нин Гу немедленно усилил хватку и вытащил его из воды. Мощный толчок подбросил их обоих в воздух. Все, что мог видеть Нин Гу, было белым. Было невозможно отличить верх от низа, левое от правого, и на мгновение он даже был в замешательстве, в какую сторону смотрит его голова. Все, что он знал точно, это то, что на протяжении всего времени он крепко держал Лянь Чуаня за руку. Одной из причин тому был страх, что Лянь Чуаня снова засосет в тот водяной столб, но по другой причине он просто не хотел снова терпеть ту боль вместе с ним. Как ему, получается, не повезло, что у него такая связь с кем-то вроде Лянь Чуаня, которому было суждено постоянно страдать… По мере того, как окружающее пространство постепенно прояснялось, белый свет исчезал из поля зрения, возвращая знакомый черный, за которым следовал темно-красный. Дезориентация, которую он испытывал, исчезла, и к Нин Гу вернулось ощущение реальности. Сейчас его тащили вниз головой, со свистом падая в самую глубину ямы. Судя по форме пещеры, они были уже в логове Цзю И. Затем он заметил, что все еще держится за что-то и, сжав это, понял, что он держится за руку. Но она была твердой, как будто сделанной из металла. Он быстро взглянул на обладателя руки и понял, что она принадлежит Фу Лу, который несется вместе с ним вниз пещеры! - Зачем ты хватаешься за меня! - закричал Нин Гу. - Отпусти! - Ты сломал мне ногу! - сердито рявкнул Фу Лу. - Как бы я смог бежать, если бы не опирался на тебя! Мне прыгать на одной ноге?! Нин Гу увидел, как его голень была изогнута под прямым углом, поэтому больше не смел его дергать. Но потом он вспомнил: - А что насчет Лянь Чуаня? Мне удалось вытащить его?! Я… - Я здесь, - услышал он сбоку голос Лянь Чуаня. Нин Гу повернул голову и увидел его, связанного поперек туловища веревкой, которого несли Черные кольца так же вниз головой рядом с ними. - Понял, - с облегчением вздохнул Нин Гу и закрыл глаза. Для Нин Гу возвращение в логово Цзю И уже не казалось таким расстраивающим, как раньше, даже если сейчас он был привязан к железному столбу. В любом случае, без Черных колец он бы не смог спасти Лянь Чуаня, только зря подвергнув себя опасности. Лянь Чуань привязали к столбу напротив. Он выглядел нормально, с абсолютно спокойным выражением лица, что не позволяло догадаться, о чем он думает. - Парень спасен, пора обсудить условия сделки, - Цзю И встал перед Нин Гу, его глаза блестели. - Как мы и договаривались, Лянь Чуань м-… - Хватит нести чушь, - Нин Гу в нетерпении прервал его. - Я не несу чушь, - ответил Цзю И. - Потому что она уже в твоей голове? - спросил Нин Гу. - У тебя нет мозгов, поэтому голова полна дерьма? - Я потерял четверых Черных Колец, ты в курсе? - Цзю И уставился на него. - Лянь Чуань мой, - сказал Нин Гу. - Если ты не держишь свое слово, то я не отдам тебе половину Мэйн-сити. Лянь Чуань не обращал особого внимания на перепалку этих двоих. Он пытался вспомнить, что случилось ранее, но в его памяти было пусто. Он не мог ничего вспомнить. После того как он закинул Нин Гу в пещеру, в его памяти были только бесчисленные острые сталагмиты, которые он видел, когда падал на дно ямы, затем он вспомнил только то, как руку Нин Гу, схватившую его, вырвали Черные Кольца. - Ты не думал об этом? - Цзю И развернулся и подошел к Лянь Чуаню, разговаривая с Нин Гу с задранной кверху головой. - Давай объединимся. У меня будет Летучая мышь, сделанная из самой сильной гиены, а у тебя… Лянь Чуань встал, и веревки, связывающие его, лопнули разом. Он толкнул Цзю И в сторону. - Измени его. Цзю И был потрясен тем, как его тщательно сделанный Изысканный Железный трос Летучих мышей, которым связывали бесчисленное количество людей, был для Лянь Чуаня всего лишь обычным ремешком. Цзю И посмотрел на Нин Гу. Нин Гу не был удивлен. Когда он увидел, как легко Лянь Чуань освободился, он тоже приготовился встать, но веревка оставила на нем глубокие следы, поэтому он прекратил попытки встать и просто сел обратно. - Кем ты себя возомнил? - Цзю И свирепо посмотрел на него. - Лянь Чуань! - Нин Гу проигнорировал Цзю И и повернулся к Лянь Чуаню. - Так ты обращаешься со своим спасителем? Лянь Чуань подошел к нему и потянул на себя веревку. Веревка с характерным звуком разорвалась на несколько частей. - Убейте их! - замахал руками Цзю И. Прежде чем Нин Гу успел поправить на себе одежду, Лянь Чуань схватил его за руку и бросился вперед. Затем он с разбега прыгнул, уклонившись от атак двух Мышей, и забросил Нин Гу в одну из пещер повыше. - Ай, - Нин Гу с криком упал на землю. Ему было больно. Обычно, подобную боль он мог игнорировать, но сейчас она заставила его вспомнить все, что с ним происходило ранее. - Вставай, - Лянь Чуань следом запрыгнул в пещеру. С другой стороны от входа был небольшой тоннель. Как только он направился туда, он пнул Нин Гу по ноге. - Черные Кольца быстры. Нин Гу пришлось подняться и быстро следовать за ним в тоннель. Тоннель напоминал лабиринт и, возможно, потому что они были рядом с логовом Цзю И, вокруг почти не было людей. Пройдя три поворота и два зала, Нин Гу спросил: - Куда мы идем? - Не знаю, - ответил Лянь Чуань. - Не знаешь? - Нин Гу поразил его ответ. - Разве ты не рисовал карту? - Я узнаю путь, только если пройду по нему. - И ты не боишься потеряться и забрести в Туманный хребет? - Я только что вернулся оттуда. Нин Гу был в замешательстве, затем к нему пришло осознание. - Дыра, в которую ты угодил, это был Туманный хребет? Один из входов туда? Лянь Чуань огляделся вокруг и вошел в одну из маленьких пещер. - Я прав? - Нин Гу поспешил за ним. Пещера была настолько маленькой, что туда могли протиснуться максимум трое, и они все должны присесть на корточки, потому что стоять в полный рост было невозможно. Лянь Чуань сел на землю, прислонившись к стене. - Что ты видел недавно? - В твоей голове? - Нин Гу сел рядом и говорил шепотом. - Ты разве ничего не увидел? - Там пусто, - сказал Лянь Чуань. - Расскажи мне, что было, во всех подробностях. Нин Гу какое-то время молча пялился на него, затем хмыкнул. - Ты все еще не поблагодарил меня. Лянь Чуань молча наблюдал за ним, его лицо не выражало никаких эмоций. - Ты такой скучный, - Нин Гу начал хихикать, затем не смог сдержать смех и откинулся назад. - Я тоже видел сплошную пустоту. Там был только водяной столб, а ты спал внутри него. - Это лаборатория, - сказал Лянь Чуань. - Угу. Затем, кто-то начал говорить, но я не видел кто. - Что они говорили? - спросил Лянь Чуань. - Ты все еще не поблагодарил меня, - настоял Нин Гу. - Спасибо, - сказал Лянь Чуань. - Ты во всем ищешь выгоду, - вздохнул Нин Гу. - Но у меня тоже есть условие, после которого я расскажу. Ты должен объяснить мне значение того, что я услышал. - Хорошо, - согласился Лянь Чуань. - Они проводили эксперименты. Кто-то сказал о том, как четыре сосуда не удалось наполнить, - Нин Гу пытался вспомнить, нахмурившись. - Другой спросил, были ли реакции одинаковы, и ответ был положительный. Затем, он отдал приказ продолжить эксперимент с новой партией. Из того, что я понял, они использовали ресурсы проекта «нарушений», однако далее было сказано сказал, что они должны оставить одну партию для этого проекта... - Мм, - Лянь Чуань издал тихий звук. - Затем им приказали бросить неудавшихся подопытных в Затерянной долине, - Нин Гу посмотрел на него. - В Затерянной долине были против, но, похоже, у них не было выбора. - Понятно, - сказал Лянь Чуань. Нин Гу продолжил наблюдать за ним, но даже спустя какое-то время, Лянь Чуань не принялся ничего объяснять. - Эй, - он помахал рукой перед глазами Лянь Чуаня, - я все еще не получил объяснений. - Помимо проекта «нарушений» существует еще один, и испытуемых для него они добывают из Города-призрака. Информация о проекте засекречена, - объяснил Лянь Чуань, - некоторые детали я не могу вспомнить четко, у меня остались лишь обрывки воспоминаний… - Подожди, - Нин Гу наклонился ближе, - откуда у них испытуемые? - Город-призрак, - Лянь Чуань посмотрел на него, - бродяги и Странники. Нин Гу уставился на него с открытым ртом, затем отодвинулся и ткнул в него пальцем. - Лучше тебе говорить правду! Ты спас меня, а я спас тебя, это связь на всю жизнь, поэтому говорить такое, чтобы спровоцировать… - Обычно их присылает либо глава, либо Ли Сян, - продолжил Лянь Чуань. - Чушь собачья! - заорал Нин Гу, его глаза покраснели от ярости. - Я предупреждаю! Еще одно слово, и я отнесу тебя обратно в ту пещеру и сдам Поэту!

Дин Цзы сидел у двери ветхой хижины Сумасшедшего дяди. Он сидел там уже четвертый день, его лицо онемело от холодного ветра. Сумасшедший дядя все это время отсутствовал, и Дин Цзы не знал, куда тот ушел. Он мог только гадать, не отправился ли старик куда в одиночку, и не сожрали ли его аборигены, блуждающие в черном тумане. Рядом с хижиной послышались приближающиеся шаги. Сначала Дин Цзы обрадовался, но его радость быстро сменилась разочарованием — эти слишком знакомые шаги принадлежали его брату. — Ешь, — Чуэй Цзы бросил ему коробку с бледно-желтыми кубиками внутри. Он привез их из Мэйн-сити, и они были намного вкуснее, чем вся еда в Городе-призраке. — Я не голоден, — сказал Дин Цзы. — Глава ищет тебя, — Чуэй Цзы сел рядом с ним. — Я не знаю, что с Нин Гу, так зачем ему искать меня? Кроме того, разве он уже не спрашивал тебя о том, что случилось с Нин Гу в Мэйн-сити? — Не знаю, — Чуэй Цзы дважды похлопал брата по голове, — это не срочно, так что просто зайди к нему, как будет время. Кто знает, может у него самого есть новости о Нин Гу. Не дожидаясь, пока брат закончит фразу, Дин Цзы вскочил на ноги и побежал к Убежищу, окутываемый ветром. *** — Вы двое с детства были вместе, — Ли Сян сел за стол, не сводя глаз с Дин Цзы. — Иногда вы пропадали на несколько дней. Куда вы ходили? — Мы побывали во всех убежищах. Иногда мы ночевали у незнакомых людей, и мы часто ходили на свалку, чтобы найти что-то интересное… Но разве ты всего этого не знаешь? — Тогда есть ли что-нибудь, о чем мы не знаем? — спросил Ли Сян. Дин Цзы замер. — Что-нибудь, что вы не знаете? — Что-то, что мы не знаем, — Ли Сян внимательно наблюдал за ним. — То, чего ты не знаешь…- Дин Цзы помедлил, — залив Шеван? — В какую его часть? — продолжил спрашивать Ли Сян. — В самый конец, — Дин Цзы выглядел озадаченным, — но мы не часто туда ходили. Нин Гу говорил, что там легко наткнуться на аборигенов, и никто даже не найдет тело, если ты умрешь там. — Тебе не стоит ходить туда в будущем. Нин Гу слишком самоуверен, а ты слепо следуешь за ним, — вздохнул Ли Сян. — Он не слишком самоуверенный, — Дин Цзы почувствовал, что у него защипало в носу, поэтому он разлегся на столе, — он просто любопытный, всегда хочет все знать. — Что, например? — наконец задал вопрос Глава, который все это время стоял рядом, скрестив руки на груди. — Что находится за пределами черного тумана, насколько велик Город-призрак, кто… — Дин Цзы сделал паузу. Все эти вопросы мучили его с детства. — Кто были его родители, помимо Мэйн-сити и Города-призрака, где еще есть земля… Очень много вопросов. Глава вздохнул. — От него до сих пор никаких известий, я прав? — робко спросил Дин Цзы. — Поезд не приехал, — сказал Ли Сян. — Никто не поехал в Мэйн-сити, поэтому мы не можем получить никаких новостей. — Ох, — Дин Цзы вытер слезы. *** Когда он вернулся к хижине Сумасшедшего дяди, Чуэй Цзы все еще сидел у двери и ждал его. — Что он спрашивал? — Чуэй Цзы посмотрел на брата. — Ничего важного, — глаза Дин Цзы все еще выглядели опухшими. Он снял очки и снова вытер слезы. — Но они задавали очень странные вопросы. — Что случилось? — Чуэй Цзы был удивлен его состоянием. — Почему ты плачешь? — Просто захотелось, — сказал Дин Цзы, затем понизил свой голос. — К тому же, как они поверят мне, если бы я не плакал? — Ты снова притворялся? — Чуэй Цзы тоже заговорил шепотом. — В заливе Шеван, — сказал Дин Цзы тихим голосом, что его почти не было слышно из-за ветра, — там должно быть что-то. Чуэй Цзы с удивлением посмотрел на него. — Ли Сян спросил меня, есть ли такое место, куда мы с Нин Гу ходили, и они не знают об этом. Если бы я сказал, что мы не ходили в залив Шеван, он бы точно мне не поверил, поэтому я просто сказал, что мы туда ходили. В конце он спросил меня, куда именно. — Это действительно странный вопрос. Вы двое наверняка были там, но вы бы точно не осмелились дойти до «кончика»*, — Чуэй Цзы задумался. — Или Нин Гу уже был там? * п/п: залив Шеван — залив Языка, тут имеется в виду кончик языка — Не был, когда мы гуляли там вдвоем, — Дин Цзы потер нос, — кто знает, может, и был. Он всегда хочет знать все… — Ты не мог никому сказать об этом, если бы рассказал, нам всем конец, — вздохнул Чуэй Цзы, — но почему-то мне кается, что… Нин Гу… — Не смей этого говорить! — закричал Дин Цзы. — Молчу, я молчу, — Чуэй Цзы встал, — я возвращаюсь. Ты собираешься ждать здесь? — Да, — Дин Цзы прикусил губу, — я подожду возвращения Сумасшедшего дяди. Даже если он мне ничего не расскажет, я все равно его как следует побью. — Хорошо, — Чуэй Цзы оставил ему еду, затем развернулся и ушел. *** К тому времени, когда силуэт Сумасшедшего дяди наконец появился в черном тумане, словно комок развевающихся лохмотьев, задница Дин Цзы уже онемела от сидения, и он чувствовал, что вот-вот умрет с голоду. Увидев старика, он вскочил на ноги и побежал в его сторону, но когда он с разбегу подпрыгнул, чтобы нанести удар, тот был еще далеко. Нин Гу научил его этому приему, как научил и множеству других боевых техник — в конце концов, любой Странник без способностей должен был уметь чертовски хорошо драться, если не хочет, чтобы с ним связывались. Однако, когда он был в метре от него, Сумасшедший дядя поднял руку, и Дин Цзы рухнул на землю. — Ты, старый придурок, — Дин Цзы поднялся с земли и указал на него пальцем, — ты точно что-то скрываешь! Я никогда не слышал, чтобы Нин Гу говорил о твоих способностях. — Я умею предсказывать будущее, — внезапно наклонившись к нему, сказал Сумасшедший дядя. — И я предсказываю, что ты, должно быть, голоден. Дин Цзы собирался выругаться, когда его желудок заурчал так громко, что это было слышно даже сквозь завывания ветра. — Возвращайся и поешь, — сказал Сумасшедший дядя, входя в свою хижину. — Ты, должно быть, знаешь больше, чем я, — Дин Цзы просунул руку в щель между дверью и косяком, прежде чем та закрылась, — поездка в Мэйн-сити опасна для Нин Гу? Почему Глава и остальные никогда его туда не отпускали? Сумасшедший дядя попытался закрыть дверь, еще сильнее сдавив лицо Дин Цзы, но тот все равно остался стоять, не давая ему закрыть дверь. — Ты говорил, что ему не следовало туда ехать — почему? — Береги себя, — сказал Сумасшедший дядя. — Жди его возвращения. — Если ты сейчас же не скажешь мне, то не доживешь до его возвращения, вот увидишь! — сердито закричал Дин Цзы. — Я вернусь завтра с бомбой и разнесу тебя и твой дом на куски! — Не ходи в залив Шеван, — спокойно сказал Сумасшедший дядя. Дин Цзы уставился на него. — Я знаю, о чем ты думаешь, — предупредил Сумасшедший дядя. — Не ходи туда. — Я возьму и пойду туда! — Ты не боишься, что больше не увидишь своего лучшего друга? — Сумасшедший дядя высунул голову в дверь. Дин Цзы был упрямым и преданным до безумия, как и Нин Гу, вот почему им удавалось ладить столько времени. Даже когда его выгнали на улицу, он не сдался, и его проклятия все еще были слышны в хижине Сумасшедшего дяди, пока он расхаживал вокруг. Сумасшедший дядя вздохнул и больше не обращал на него внимания. Он опустил голову и быстро собрал со стола уже приготовленные вещи в мешок, а затем положил их в рюкзак. Теперь, когда Нин Гу ушел, казалось, что спокойствие Города-призрака вот-вот нарушится. Хотя он знал, что рано или поздно это должно было случиться, Сумасшедший дядя все равно с тоской вспоминал о тех счастливых годах, которые провел в Городе-призраке. Это был веселый беспорядок — вездесущий, но все еще наполненный жизнью. Он не знал, куда ему идти, если все вокруг погрузится в хаос, но все равно должен был подготовиться. «Что за пределами черного тумана? Там люди? Или монстры?» *** Нин Гу довольно долго сидел в пещере, неподвижный, как статуя. Лянь Чуань никогда не видел его таким спокойным дольше пяти минут, кроме тех случаев, когда он спал. Он уже раньше замечал, что отношения между Нин Гу и Главой отличались от отношений между другими Странниками. В конце концов, чтобы Глава и его команда пришли на помощь, они должны были быть очень близки. Но, несмотря на такие близкие отношения, Нин Гу, казалось, совершенно не замечал связей между Городом-призраком и Мэйн-сити. Более того, эти откровения стали довольно сильным ударом для Нин Гу, который больше не разговаривал с ним после того, как накричал на него. Однако Лянь Чуань в тот момент тоже был погружен в свои мысли. Глава и Ли Сян тайно поставляли образцы в Мэйн-сити — это не считали секретным в Городском департаменте и в министерстве Внутренней обороны. Если бы программа «нарушений» полагалась только на образцы, полученные от освобожденных заключенных, незаконнорожденных детей и BUG-ов, удовлетворить спрос было бы сложно. Из-за чрезвычайно строгого контроля было невозможно получить образцы от законнорожденных граждан, и Городской департамент не допустил бы такой «бесчеловечной» практики. Вот почему часть образцов привозили из Города-призрака — Лянь Чуань знал об этом. Однако фрагмент воспоминаний, о котором Нин Гу рассказал ему сегодня, вероятно, уже стерли. Он вообще его не помнил. Причиной перезагрузки было то, в чем он всегда сомневался: помимо проекта «нарушений» они действительно проводили еще эксперименты. Сбежавшие подопытные, с которыми пришлось иметь дело отрядам зачистки, эти странные образцы, вызывающие подозрения в том, что проект вышел за рамки своей первоначальной цели, и те, кого пришлось вернуть в Город-призрак… Министерство Внутренней обороны было в курсе, но Городской департамент вряд ли — в конце концов, именно отряд зачистки выполнял всю грязную работу. — Я возвращаюсь в Город-призрак, — Нин Гу внезапно повернул голову. — Сейчас ты не можешь, — ответил Лянь Чуань. — Я подожду, когда приедет поезд, — настаивал Нин Гу. — Не препятствуй, дай мне вернуться. Лянь Чуань посмотрел на него. Голос Нин Гу звучал мрачно — Лянь Чуань впервые за все время их знакомства услышал его голос без ноток гордости или гнева. — Я помню, что у тебя есть задание, — начал Нин Гу, — но для тебя будет лучше, если ты не отдашь меня им, иначе они поместят меня в столб воды и сделают десять тысяч таких же, как я… Честно говоря, я не знаю, зачем, но в любом случае это будет конец для тебя и Бетельгейзе. — После всего этого ты все еще угрожаешь мне? — Договорились, — Нин Гу протянул руку, — ты отпустишь меня, и если я тебе понадоблюсь, я сделаю все, что угодно. — Ты подумал о последствиях, если я не выполню задание? — спросил Лянь Чуань. — Да, — Нин Гу все еще держал руку протянутой, — но я не обязан был этого делать, ты уже знал о последствиях, когда бросил меня в Затерянную долину. И сейчас ты тоже знаешь, что для тебя будет означать моя поимка. Согласно твоему первоначальному плану, у тебя есть только два варианта: первый — я помогаю тебе, второй — я не помогаю тебе, и ты убиваешь меня. Какой бы вариант ты ни выбрал, ты не сможешь выполнить задание. Лянь Чуань посмотрел на его руку, и прошло некоторое время, прежде чем он сказал: — А у тебя действительно есть мозги? — Ерунда. Это у Цзю И нет мозгов, — нахмурился Нин Гу. — Мне нужно вернуться. Ты поможешь мне, а я обещаю вернуться, когда придет следующий поезд, чтобы найти тебя. — Почему ты должен вернуться? — спросил Лянь Чуань. — Я не верю в то, что ты сказал. Мне нужно убедиться самому. — Ты правда мне не веришь? — снова спросил Лянь Чуань. — Не знаю, — взгляд Нин Гу не отрывался от его лица. Лянь Чуань поднял руку и слегка похлопал по протянутой ладони Нин Гу. — Договорились, — Нин Гу подтвердил. — Я дам тебе совет, — внезапно сказал Лянь Чуань. — Какой совет? — Не спрашивай напрямую. Иначе я боюсь, что ты не вернешься. Нин Гу ничего не ответил, молча смотря на гиену. Лянь Чуань тоже замолчал. — А что, если я собираюсь спросить напрямую? Лянь Чуань бросил на него взгляд, затем повернулся. — Я тебе не верю! Ты понимаешь? Не верю! — Нин Гу внезапно повысил голос. — Ты совсем не знаешь Главу! Я не верю, что он мог так поступить! Даже если бы ты сказал, что он поставляет образцы аборигенов, я бы тебе поверил, но Странников? Я не верю. Лянь Чуань протянул руку и сжал его горло. — Не кричи. Ты правда хочешь, чтобы Цзю И нашел нас? — А что, если я закричу! — голос Нин Гу дрожал от ярости. Лянь Чуань слегка сжал пальцы. Нин Гу затих. Когда Лянь Чуань отпустил его, Нин Гу оперся на стену пещеры, пребывая в подавленном состоянии. Его голос стал намного тише. — Я никогда не знал своих родителей. Глава мне как отец. Лянь Чуань молчал. — Он очень строгий и очень страшный, — сказал Нин Гу. — Я его очень боюсь. — Тебе не понять, — снова сказал Нин Гу.

Линь Фан неподвижно стоял на вершине часовой башни и долго смотрел в небо, подняв левую руку в перчатке. Когда он опустил руку, перчатка была покрыта темно-серой сажей. Он снял ее и положил в сумку, а затем, зайдя в помещение башни, закрыл там окна. Только после этого он достал перчатку из сумки и поднес ее к носу, чтобы понюхать. От нее едва заметно пахло. Даже в закрытом помещении обычный человек вряд ли учует этот запах, не говоря уже о ветре снаружи. Перчатка пахла пеплом. На лестнице послышались шаги Главы, поэтому Линь Фан встряхнул перчатку и положил ее в карман. — У тебя есть свободное время? — спросил Глава, стоя за дверью. — Есть, — Линь Фан повернулся к двери. — Что случилось? — Мне нужно спуститься в подвал, я хочу, чтобы ты пошел со мной. Линь Фан замер на месте. — Мы просто зайдем осмотреться, — заверил Глава. — В последнее время патрулирующие там Странники заметили кое-что необычное. Трудно сказать, аборигены это или тот подопытный, о котором мы говорили ранее. — А что с Ли Сяном? — спросил Линь Фан. — Ты мой помощник, а не он, — сказав это, Глава развернулся и начал спускаться по лестнице. Линь Фан тихо последовал за ним. Они шли вдоль ряда тусклых фонарей, миновали несколько Убежищ и, наконец, добрались до конца дороги. Затем они продолжили путь по кладбищу металла, проходя в тени мимо всевозможного мусора. Чем дальше они уходили, тем сильнее становился ветер. Помимо звуков столкновения разбрасываемого ветром легкого мусора, они начали слышать вдалеке еще что-то и, казалось, будто звуки не принадлежали этому миру. Они напоминали сбивчивую болтовню или приглушенный хаотичный смех с периодическим скрежетом чего-то острого об землю. Ветер в заливе Шеван был сильнее, чем где-либо еще, но он все равно не мог пробиться сквозь тьму, окутывавшую его небо. — Полагаю, тебя здесь давно не было? — снова спросил Глава, пока они шли вдоль краев этой всепоглощающей тьмы. — Очень давно, — сказал Линь Фан. — Почаще проверяй это место. Мы не знаем, когда придет поезд, и мы не можем допустить, чтобы что-то случилось до того, как мы найдем Нин Гу. — А что будет после того, как мы его найдем? — спросил Линь Фан. Глава повернул голову, чтобы посмотреть на своего помощника. — Ты поклялся оберегать Нин Гу, — Глава прожигал в нем дыру взглядом. — Ты сам отпустил его в Мэйн-сити, а теперь спрашиваешь, что будет? — Может, это был и не я вовсе, — сказал Линь Фан, — но для него лучше было отправиться туда сейчас, чем позже. Я по-прежнему придерживаюсь мнения о том, что не стоит держать его в неведении. Дай ему возможность сделать свой собственный выбор. — Тогда он выберет для себя глупую смерть! — разозлился Глава. Внезапно справа от них во тьме раздался нечеткий утробный рык. Он не был похож на звук, издаваемый человеческим голосом, он будто вибрировал откуда-то изнутри. Глава жестом напомнил Линь Фану быть осторожным. Двое мужчин замолчали и больше не двигались с места. Они внимательно прислушивались, чтобы определить, откуда доносится звук. Затем, в следующий момент, они оба действовали одновременно. Атака Главы сотрясла воздух так сильно, что черный туман сдвинулся с места и закружил вокруг, а Линь Фан следом наклонился и взмахнул рукой, попав в кого-то во мгле, не позволив существу оттуда издать более ни звука. Через минуту то, что осталось от существа, начало потихоньку рассеиваться ветром. — Он уже был заражен, — Линь Фан наклонился, чтобы рассмотреть останки поближе. — Это больше не абориген, у него присутствовал ген самоуничтожения. Глава молчал, смотря в сторону черного тумана. — Мы больше не должны разрешать Мэйн-сити отсылать их сюда, — заявил Линь Фан. — Не нужно беспокоиться об этом, — ответил Глава. Линь Фан повернулся к нему. — Просто делай свою работу, — Глава пошел обратно. — Не сиди весь день в своей хижине. Выйди и посмотри на мир, и как он меняется день за днем. — Как бы он ни менялся, его конец неизбежен, — Линь Фан выпрямился. — Нет никакой неизбежности. За его судьбу мы должны бороться своими руками. *** — Ты голоден? — спросил Нин Гу. — Да, — ответил Лянь Чуань. — Тогда почему ты все еще сидишь здесь и ничего не делаешь? — Нин Гу уставился на него. — Я бы проголодался сильнее, если бы двигался, — сказал Лянь Чуань. — Что… — Нин Гу потерял дар речи, — возьми и принеси еды! — Как? Ограбить кого-нибудь? Или украсть? — Что ж, — Нин Гу привстал и потянулся, — давай хотя бы сменим локацию? Я здесь даже прямо стоять не могу! После того, как они перешли в другую пещеру, ничего не изменилось. Оказавшись внутри, Лянь Чуань все так же сидел в одной позе, как робот, поэтому Нин Гу вышел оттуда один. — Я собираюсь найти поесть, — Нин Гу, встав у входа, объявил о своем намерении. — Тебе лучше? — спросил Лянь Чуань. Нин Гу все это время выглядел подавленным, по крайней мере, пока не заявил, что голоден. — Неважно, лучше мне или нет, я все равно хочу есть, — сказал он. — Однажды меня подвесили на башне с часами, когда я еще был в Городе-призраке, но даже там я не пропускал ни одного приема пищи. — Каким образом? — Дин Цзы помогал мне найти кого-нибудь, кто подбросил бы мне еду, — Нин Гу наугад выбрал один из проходов. В любом случае, его выбор не имел большого значения — он уже видел хозяина Затерянной Долины, и даже Глава был всего лишь очередным заговорщиком. — Странники не так безнадежны, как жители Мэйн-сити. — Ты имеешь в виду человека, который был с тобой в прошлый раз? — Нет, то был Чуэй Цзы, брат Дин Цзы, — сказал Нин Гу. — Мы с ним тоже друзья, но не такие близкие, как с Дин Цзы. Когда я ушел из города в этот раз, Дин Цзы даже заплакал… Нин Гу замолк, не закончив предложение, и больше не продолжал. Некоторое время они шли молча, а потом он наклонил голову, чтобы украдкой взглянуть на Лянь Чуаня. — А ты когда-нибудь плакал? — Нет, — ответил Лянь Чуань. — Звучит так… печально, — сказал Нин Гу. — Разве ты не плакал, даже когда был совсем маленьким? — Нет, — Лянь Чуань замолчал на мгновение, — проявление слабости означало смерть. Нин Гу осекся, посмотрев на него. — Я понимаю. Лянь Чуань продолжал идти вперед. — Тот человек из воспоминания спросил, можно ли еще немного ослабить твою ментальную силу, но другой ответил, что твой болевой порог достиг критической точки, — Нин Гу догнал его. — Они использовали боль, чтобы ослабить твою силу духа, верно? Если бы ты был слишком силен, образцы бы не смогли это вынести. Лянь Чуань молча слушал. — Они не могли увеличивать боль, потому что ты не покажешь никому свой предел, а если они его превысят, ты можешь умереть. — Да, — Лянь Чуань, наконец, отреагировал. — Что значит «критическая точка»? — спросил Нин Гу. Лянь Чуань с недоверием ответил: — Разве ты только что сам не сказал, что это значит? — Хм, — Нин Гу был озадачен. — Хм? Они не могли продолжить разговор — пройдя некоторое расстояние, они стали замечать людей, Летучих мышей и бродяг, которые, казалось, бесцельно бродили вокруг. Когда они проходили мимо небольшого торгового зала, Лянь Чуань принялся искать, нет ли там еды для продажи, но Нин Гу толкнул его в бок, чтобы он остановился. — Это картина? — Нин Гу указал на кучку вещей на земле. Лянь Чуань взглянул на лист бумаги, прижатый кучей всякого хлама, на котором было изображено несколько цветных линий. — Это… — Лянь Чуань не успел договорить, как Нин Гу наклонился, чтобы убрать в стороны весь хлам, и схватил этот лист. Оказалось, что на листе было всего лишь несколько неаккуратных линий, нарисованных карандашом. Немного разочарованный, Нин Гу бросил листок обратно в кучу. — Какую картину ты хочешь увидеть? — спросил Лянь Чуань. — Настоящую, написанную красками. Такую, чтобы было понятно, что на ней изображено… А не просто несколько небрежных линий… — Ты не найдешь их в Затерянной долине. — Почему? — Нин Гу нахмурился. — Это привилегия Мэйн-сити, точно так же, как растения и животные, — сказал Лянь Чуань. — Как нагло, — возмутился Нин Гу. — Всего лишь картинка, но она все равно требует каких-то привилегий. — Это потому, что их некому рисовать. Нин Гу был очень разочарован, и это разочарование только поддразнивало его голод. — Там, — Лянь Чуань внезапно указал на один из тоннелей, — там есть таверна. — Ты собираешься пить алкоголь? — Нин Гу взглянул на большую вывеску. — Я не хочу, это отвратительно. А вот сладкая газировка была хороша. — Там есть и еда, — Лянь Чуань направился в таверну. — У тебя есть общая валюта? — спросил Нин Гу. — Разве ты не говорил, что у тебя ее не осталось? Ты что, солгал? — У меня ее нет. — Значит, собираешься грабить? — Нин Гу сразу же оживился, и его плохое настроение наконец-то немного улучшилось. Лянь Чуань не ответил на вопрос и вошел в заведение. Хотя он не сказал, как они будут грабить, Нин Гу имел опыт в подобном деле. Если бы Лянь Чуань мог сравниться с ним в скорости, они были бы самыми лучшими грабителями на пути через Затерянную долину. — Здесь есть еда? — Лянь Чуань остановился у барной стойки. Эта таверна не была такой роскошной, как та, в которую они попали до того, когда наткнулись на Поэта. Официант был одет примерно так же, как и любая другая Летучая мышь, и даже металл на его лице был покрыт легкой ржавчиной. — Вам пайки или фирменное «блюдо Затерянной долины»? — спросил официант. — Паек, две порции, — сказал Лянь Чуань. — Десять общих кредитов, — официант осмотрел обоих парней. — У нас их нет. Стоя позади, Нин Гу очень хотел вышвырнуть Лянь Чуаня из заведения. Как они должны были красть, если он признался, что не может себе позволить эти блюда до того, как их принесли? Их сейчас просто выгонят! Что за гиена так себя ведет? Он вел себя еще глупее, чем Цзю И. — Иди и скажи Цзю И, что мы здесь, — предложил Лянь Чуань. — Он заплатит тебе. Официант таращился на них пару секунд, затем развернулся, достал из-под прилавка две порции пайков и бросил их на стойку, после чего подал знак кому-то позади. Внезапно в таверне образовалась толпа Летучих мышей, которые загородили выход и окружили их двоих. — Отлично, — кивнул Нин Гу, — твой стиль ограбления впечатляет. Сначала предупреждаешь всех, а потом делаешь свое дело. — Ешь, — Лянь Чуань принялся разворачивать один из пайков. Знакомая еда совсем не вызывала у него приятных ощущений. Напротив, она напоминала ему об отчаянии, которое преследовало его каждый день. — На вкус не так плохо, — Нин Гу прожевал кусочек. — Пойдем, Цзю И скоро будет здесь. Они знают местность, а Черные кольца довольно быстрые, так что от них будет труднее скрыться. — Мы ждем Цзю И. — Давай не будем, — возразил Нин Гу. — Не заходи слишком далеко. Достаточно было подразнить Цзю И один раз. — Если хочешь выбраться отсюда, то он должен показать тебе дорогу. Только он знает, где здесь безопасно. *** На прицеле Ли Ляна вспыхнул оранжевый огонек. Это было оружие патрульных. «Что здесь забыл патруль?» — он поделился своим местоположением. Отряд зачистки получил приказ от Лэй Ю расположить людей у нескольких выходов из Затерянной долины и у проходов в пустошь Черного железа. В свободное от миссий время они по очереди следили за ними, чтобы первыми узнать о появлении Лянь Чуаня. Но прямо сейчас у входов появились люди из охраны. «Докладывайте о ситуации на каждом посту, — услышал он голос Лун Бяо. — Патрулей в районе D в это время быть не должно». Все подразделения быстро отчитались — прибыли не только патрули, но и городская стража. Все они расположились в соответствии со своими позициями около проходов в Долину. «Что происходит? — спросил Ло Пан. — Они собираются схватить его?» Все знали, что если Лянь Чуань выйдет один, это будет означать, что он провалил задание. А для Лянь Чуаня, который раньше ни разу не терпел неудач, провал означал бы невообразимые последствия. Хотя отряды зачистки никогда не были в почете и не пользовались уважением даже в Службе Безопасности, с того дня, как они вошли в состав министерства Внутренней обороны, они поклялись защищать своих товарищей. Только так они могли справляться с опасными заданиями. Они должны были первыми найти Лянь Чуаня. Если бы он не справился с заданием, они бы попытались защитить его, насколько это было возможно. «Это слишком, — осмелился возразить Цзян Сяогань. — Лянь Чуань из команды по зачистке, так что, независимо от цели миссии, они должны сначала доложить нам, прежде чем принимать какие-либо меры?» «Где кошка? — спросил Лун Бяо. — У Лянь Чуаня есть запасной коммуникатор, чтобы поддерживать с ней связь». «Откуда ты знаешь?» — удивился Ли Лян. «А почему не должен? — раздраженно проворчал Лун Бяо. — Неужели, вы думаете, что он такой умный? Это всего лишь уловка». «Давайте поищем Босса, — сказал Ли Лян. — Пусть он предупредит Лянь Чуаня, что, когда он выйдет, его будем ожидать не только мы, но и городская стража с патрульными».

— Ты правда думаешь, что можешь просто войти и выйти из Затерянной долины, когда захочешь? Ты думаешь, ты в отпуске? Может быть, мне еще и провести для тебя экскурсию? — Цзю И сел на груду металлолома. — Ты думаешь, что нам, Летучим мышам, больше нечем заняться? — Так тебе больше не нужна часть Мэйн-сити? — спросил Нин Гу. — Мне кажется, ты и не собирался делиться. Нельзя доверять ни Странникам, ни гиенам. Взгляд Цзю И переместился на коготь на указательном пальце, потряс его, и тот засверкал серебристыми переливами. Если не обращать внимание на то, что у него нет мозгов, он выглядел довольно серьезно. — Найди нам безопасный выход, — сказал Нин Гу. — Я всегда держу свое слово. Цзю И ничего не ответил на это, обдумывая слова Нин Гу. Лишь спустя какое-то время он, наконец, признался: — Честно говоря, я даже не знаю, что бы я с ним сделал, я же не могу выйти отсюда. — Ты мог бы превратить свою половину в Затерянную долину, — предложил Шоу Си. — Не нужно даже выходить. — Звучит разумно, — Цзю И постучал когтем по своей маске. — Договорились? — спросил Нин Гу. — По рукам, — ответил Цзю И, затем посмотрел на Лянь Чуаня и добавил: — Я доверяю Странникам, но не гиенам. — Как угодно, — невозмутимо ответил Лянь Чуань. Цзю И спрыгнул с кучи металлолома и поманил их пальцем. — Пойдемте со мной, я покажу вам безопасный путь. Нин Гу посмотрел на Лянь Чуаня, тот молча проследовал за Цзю И. — Куда ведет этот проход? — спросил Нин Гу. — Пустошь черного железа, разумеется, — сказал Цзю И. — А ты надеялся, что он приведет вас прямо в центр Мэйн-сити? — Ладно, — кивнул Нин Гу. Цзю И повел их по извилистому тоннелю, и после продолжительной ходьбы они, наконец, остановились перед пещерой. — Я не пойду дальше. Посмотрите сами. Я не хочу туда заходить. — Почему? — спросил Лянь Чуань. — Там есть могила. Она принадлежит тому, кого я не хочу видеть. — Кому? — А зачем мне рассказывать об этом тебе? — Цзю И рассердился. — Ммм, — хмыкнул Лянь Чуань. — Что он хочет этим сказать? — Цзю И развернулся, чтобы обратиться к Нин Гу. — Откуда мне знать? — Нин Гу пожал плечами. — Если ты не собираешься рассказывать, то ладно, просто покажи нам, куда идти. — Сюда, внутри, — Цзю И вошел в пещеру. Вход в пещеру был небольшим, примерно такого же размера, как и всякий вход на обычный торговый рынок, но, войдя внутрь, они обнаружили, что на самом деле помещение было в несколько раз больше обычного. И вокруг не было видно ни одного прохода, кроме того, откуда они пришли. Однако Лянь Чуань все равно чувствовал слабый поток воздуха — сюда был по крайней мере еще один проход. Побывав в ситуации, когда проходы вдруг внезапно исчезали, Лянь Чуань внимательно следил за любым движением позади, когда они вошли. — Что… это? — Нин Гу не разделял его осторожности и просто уставился на огромный объект, покрытый толстой черной тканью, который стоял внутри. — Вам очень повезло, что вы это видите, во всей Затерянной долине не больше… — Цзю И попытался сообразить, — не больше… Возможно, он начал считать про себя, потому что не закончил свою фразу. — Показывай, — сказал Лянь Чуань. — Не больше ста человек. — Нин Гу не поверил ему и, вероятно, то же самое можно было бы сказать и о Лянь Чуане, но по его выражению лица этого было не понять. Даже когда Цзю И дернул за ткань, стягивая ее и заставляя Нин Гу с открытым ртом смотреть на то, что под ней оказалось, Лянь Чуань по-прежнему сохранял невозмутимый вид. Невозможно было описать точную форму этой штуковины. Она была высотой в три человеческих роста, а ее основной корпус состоял из четырех вертикальных колонн. Бесчисленные трубки разной толщины сверху донизу переплетались друг с другом, а между ними располагались выпуклости и углубления разной формы и размера. Вся эта штука светилась голубым светом и выглядела здесь совершенно неуместно. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это не могло принадлежать Цзю И. — Что это? — снова спросил Нин Гу. — Карта Затерянной долины, — сказал Лянь Чуань. — Карта? — Нин Гу удивился, услышав это слово. — Все правильно, карта, — Цзю И с восторгом обошел вокруг этой штуки. — Объемная карта. Тебе не кажется, что она напоминает муравейник? — Что такое муравейник? — спросил Нин Гу. — Не знаю, — ответ Цзю И был очень прост. — Тогда почему ты говоришь, что это похоже на то, что ты имеешь в виду, но не знаешь, что это? — Нин Гу не находил подходящих слов. — Тот, кто это сделал, так сказал, — Цзю И развел руками. — Так что это похоже на гигантский муравейник. Конечно, Цзю И не был создателем этой карты. — Вот тут неправильно. Разве твое логово не должно быть шире сверху, чем снизу? — хотя четыре ямы, на которые указал Нин Гу, были не совсем ровными, они все равно выглядели примерно одного размера с обоих концов. — Это оно, — Цзю И указал на одну из ям, — когда была сделана эта карта, мое логово еще не начало рушиться. Оно стало таким, как ты сказал, только позже. — Почему оно рушится? — Нин Гу коснулся одной из стен пещеры. — Все вокруг ведь сделано из черного железа. — Идиот! — Цзю И начал смеяться, его голос был пронзительным, как скрежет металла. — Даже Мэйн-сити рушится, так что, конечно, и Затерянная долина тоже, даже Город-призрак не сможет избежать этой участи. Разве где-то есть безопасное место? Однажды и весь наш мир рухнет… — Как нам выбраться отсюда? — Лянь Чуань прервал пылкий монолог Цзю И. Цзю И поднял палец, и из него выскочил коготь, который вытянулся вперед и указал на пустую пещеру в центре. Он слегка постучал по ней когтем. — Прямо сейчас мы здесь. Металл зазвенел от его постукивания, эхом разносясь по всей пещере. Лянь Чуань смотрел туда, куда указывал Цзю И, медленно обходя карту по кругу. — Вы пройдете по этому тоннелю, — Цзю И провел когтем вдоль одной из труб, — до самого конца, где он разделится на три. Вы повернете в левый — и обязательно избегайте остальные два, они ведут к Туманному хребту… Нин Гу уставился на карту. Поскольку она была объемной, многие тоннели и пещеры накладывались друг на друга, поэтому когда он следил взглядом за когтем Цзю И, то особо не понимал, куда конкретно тот указывает. — По этому пути тоже лучше не идти, он приведет в Вертикальную пещеру. Ци Хан может уже спит, но если он проснется, Поэт проснется вместе с ним. Ради моей обещанной половины Мэйн-сити просто держись подальше от Вертикальной пещеры. — Значит, этот тоннель… — Нин Гу хотел убедиться, что понял правильно. — Продолжай, — сказал Лянь Чуань. Прекрасно, похоже Лянь Чуань все запомнил. Вспомнив, как Лянь Чуань смог по памяти нарисовать маршрут, которому они следовали, Нин Гу убедился, что беспокоиться не о чем. И, судя по характеру Лянь Чуаня, если бы он не понял, то не позволил бы Цзю И продолжать. Нин Гу расслабился. А когда человек расслабляется, его внимание и реакции замедляются. Он не только не запомнил указаний, которые дал им Цзю И, но и забыл все остальное, что он говорил им раньше. — Пойдем, — сказал Лянь Чуань, отвернувшись от карты и пройдя мимо Нин Гу. — Ты запомнил все? — спросил Нин Гу. — Если нет, это будут уже ваши проблемы, — напомнил Цзю И. — Мы не договаривались о том, чтобы я следил, правильным ли путем вы идете. — Никто не будет больше нам препятствовать, верно? Как тот слепой старик в прошлый раз. — Слепой старик? — Цзю И склонил голову на бок и ненадолго задумался. — О, ты имеешь в виду Большой Свет*? Если не зайдете на территорию Вертикальной пещеры, то не столкнетесь с ним. *п/п: Да Цзюнь (кит. «da jiong») — большой и блестящий Цзю И очертил в воздухе перед картой круг. — Он здесь. — Большой Свет? — Нин Гу не совсем понял. Лянь Чуань сказал, что этот человек из учебного отдела министерства Внутренней обороны Мэйн-сити, так что, судя по этому, у него не должно быть такого дурацкого, как и у всех Летучих мышей, имени*. — Блестящая благодать**, — Цзю И изобразил жестами мерцания вокруг. — Кому какая разница, как его на самом деле зовут. *п/п: перевод имен мышей — Цзю И — «девять крыльев», Фу Лу — «процветание», Шоу Си — «долголетие»; **п/п: значение имени Да Цзюня. — Почему он не может просто покинуть Вертикальную пещеру? — спросил Лянь Чуань. Выражение лица Цзю И стало холодным. — Это тоже не входит в сделку. У вас так много вопросов, почему вы думаете, что я готов ответить на все? — Понял, — кивнул Лянь Чуань. — Что понял? — Цзю И не мог оставить его ответ без внимания. — Его жизнь поддерживается силой Поэта, — сказал Лянь Чуань напоследок, перед тем как выйти из пещеры. Скорее всего, он оказался прав, потому что Цзю И начал ругаться у него за спиной и, вероятно, не погнался за ним, чтобы продолжить словесные оскорбления, только потому, что ему нужно было накрыть тканью карту. Нин Гу последовал за Лянь Чуанем и прошептал ему свой вопрос, когда они скрылись в тоннеле: — Это правда? — Подозреваю, что так, — признался Лянь Чуань. — Ты не уверен? — спросил Нин Гу. Лянь Чуань не ответил. — Ты запомнил, куда идти? — тогда Нин Гу наконец вспомнил, зачем они здесь. — Да, — Лянь Чуань повернул голову и взглянул на Нин Гу. — Этот выход находится очень далеко от Мэйн-сити. — Городская стража не сможет до него добраться, верно? — Нин Гу нужно было убедиться. — Городская стража не в курсе о его существовании. Нин Гу был озадачен. — Ты хочешь сказать, что если бы они знали о нем, то отправились бы и туда? Разве Городская стража не отвечает за район D и его окрестности? Пустошь черного железа не является частью территорий Мэйн-сити. — Я должен был выйти через день, — сказал Лянь Чуань. — Сейчас возможно все. Ни Гу нахмурился. Неудивительно, что Лянь Чуань должен был найти Цзю И, ведь никто, кроме него, не знал, какой выход из Долины неизвестен Мэйн-сити. Но в таком случае Цзю И поставил на кон свою часть Мэйн-сити, чтобы раскрыть такой секрет гиене… Что заставило его поверить, что он может пойти на такой риск? И быть уверенным, что Нин Гу сможет уничтожить Мэйн-сити? Цзю И, вероятно, отдал приказ, потому что по пути кроме обычных Летучих мышей, они не встретили ни его личной охраны, ни Черных колец. Нин Гу шел позади Лянь Чуаня. Он немного разволновался, когда увидел карту впервые, но затем успокоился. Он не знал почему, но когда он думал о возвращении в Город-призрак, его охватывало необъяснимой смесью чувств. Уходя, он не думал о том, когда сможет вернуться. Теперь, с одной стороны, ему очень хотелось домой, но с другой — он начал подсознательно сопротивляться этому желанию. Он был напуган. Он боялся, что ничего не знает. И он боялся узнать. Затерянная долина была огромной. Несмотря на то, что Нин Гу видел карту, он все еще не до конца осознавал, насколько та была огромна. А насколько большим был Мэйн-сити? Затерянная долина? Пустошь черного железа…? Город-призрак? Он начал уставать. Ему никогда не приходилось так долго и утомительно идти, и по какой-то причине Лянь Чуань не подхватил его, чтобы быстрее пронестись по тоннелям. Поначалу вокруг них все еще было полно людей. Не так шумно, как при прибытии поезда, но все равно было на что посмотреть. Кто-то что-то невнятно бормотал в углу, кто-то затеял драку на рынке из-за маленького осколка стекла, и все это во время того, как в соседнем тоннеле, похоже, дрались Летучие мыши… Мрачная и полная беззакония Затерянная долина, почти как Город-призрак, но в то же время совсем чуждая. В конце концов, кем бы ни были Цзю И или Поэт, они оба отличались от главы. Глава… Невозможно было сказать, как далеко они уже ушли, как далеко были от выхода — окружающие звуки постепенно стихали, вокруг уже не было ни людей, ни товаров на продажу, ни смеха, ни ругани, ничего. Оставались только их с Лянь Чуанем шаги, и шаги Лянь Чуаня были очень легкими — хотя он шел быстро, если не прислушиваться, их было очень трудно заметить. Похоже, обувь гиен была лучше и совершеннее, чем его, не шумела и была удобной. — Я устал, — Нин Гу остановился. — Больше не могу идти. Лянь Чуань тоже остановился и повернулся к нему. — Сколько еще осталось? — спросил Нин Гу. — В двадцать раз больше уже пройденного расстояния. — Ты уверен? — Нин Гу был шокирован. — Могло быть и больше. Ничего не сказав, Нин Гу просто сел на землю. Посидев у стены две секунды, его начало клонить в сторону, и он упал плашмя на землю. — Давай отдохнем чуть позже, — Лянь Чуань развернулся и продолжил идти. -Там будет небольшая пещера. — У меня нет сил, чтобы встать, — Нин Гу безвольно лежал на земле. Для Странников такой утомительный и спешный поход был равносилен пытке. Ему хотелось найти ближайший выход и выбраться оттуда как можно скорее, не заботясь ни о чем. Лянь Чуань вернулся обратно и остановился рядом с Нин Гу, опустив голову. От этого у Нин Гу волосы встали дыбом. — Что? Лянь Чуань не ответил. Он наклонился, чтобы взять Нин Гу за ногу, и тот не успел ее отдернуть. Во мгновении ока Нин Гу вынесли из тоннеля, держа за лодыжку. Когда он пришел в себя, то уже лежал на земле в пещере в другом конце тоннеля, и даже его положение лежа не изменилось. — Мы отдохнем здесь, — сказал Лянь Чуань. — Ты! — Нин Гу указал на него пальцем. — Если ты еще раз осмелишься прикоснуться ко мне без разрешения, не вини меня в том, что я буду невежлив! — Не нужно, — Лянь Чуань сел. Нин Гу очень хотелось ударить себя в грудь, чтобы выбить оттуда застрявший воздух. Он перевернулся на другой бок, отвернувшись от Лянь Чуаня, слишком уставший, чтобы злиться. — Голоден? — внезапно спросил Лянь Чуань. Это было совершенно неожиданно. Мгновение назад Нин Гу собирался игнорировать его присутствие, но когда Лянь Чуань взял на себя инициативу, чтобы задать вопрос, не голоден ли он, он просто не смог сдержаться и повернул к нему голову. — Голоден. Лянь Чуань достал из кармана пальто маленький контейнер с пайками и положил ее на землю перед собой. — Где ты это взял? — Нин Гу вскочил, схватил контейнер и заглянул внутрь. Внутри были кубики трех цветов — зеленого, белого и желтого. Все они выглядели очень аппетитно. — Таверна, — сказал Лянь Чуань. — Я взял его. — Ты украл его, — Нин Гу поднял на него взгляд. — Положи на место, если не будешь есть. — Буду, буду, буду, — Нин Гу быстро открыл контейнер и положил желтый кубик в рот. — Что это за вкус? В Городе-призраке не так много известных мне вкусов, поэтому я никогда не пробовал такой. — Банан, — ответил Лянь Чуань. — Очень вкусно. Если я могу и похвалить за что-то Мэйн-сити, то это за вашу еду, — добавил Нин Гу, пережевывая. — Она определенно лучше нашей. Лянь Чуань хотел сказать ему, что не все в Мэйн-сити могут позволить себе такое разнообразие, и что он понятия не имеет, каким образом Летучие мыши добывают такие пайки. Раз они отправляют в Затерянную долину подопытных, значит, могут доставлять и пайки. Но он не сказал об этом Нин Гу. Тот присел рядом с Лянь Чуанем на корточки, держа в руке контейнер. — Можешь взять один, — сказал он. — Раз это твое, ты должен съесть два, но, я, честно говоря, просто умираю от голода, а твой аппетит, похоже, не такой большой, как мой… — Я не буду есть. — Не нужно быть вежливым, я же не вежлив с тобой. Я съем два, а ты ешь один, — настаивал Нин Гу. — В конце концов, это твое. — Не буду есть, — Лянь Чуань не изменил своего решения. — Как скажешь, — Нин Гу забрал контейнер и сел чуть в стороне, засунул в рот оставшиеся два кубика и повернулся к Лянь Чуаню, демонстративно пережевывая их. Может быть потому, что Нин Гу наконец что-то поел, его настроение значительно улучшилось. Он удобно устроился на земле и погладил свой живот. — Лянь Чуань, как ты думаешь, кто сделал эту карту? — Не знаю, — Лянь Чуань наблюдал за ним со стороны. — Тогда человек, которого Цзю И не хотел видеть, — Нин Гу немного подумал, — может ли эта карта принадлежать ему? — Может. — Этот человек из Мэйн-сити? — Нин Гу взглянул на Лянь Чуаня. — Мне кажется, карта не похожа на то, что можно смастерить в Затерянной долине. — Ммм, — Лянь Чуань окинул голову назад, прислонившись к стене пещеры, — этот свет… — Да! — Нин Гу поднял руку, указывая на него, — я бы не вспомнил, если бы ты не упомянул об этом, но синий свет! Разве он не такой же, каким светится оружие твоей команды гиен… Оружие твоей команды зачистки? — Да, — Лянь Чуань кивнул в ответ. — Но я не думаю, что это Ци Хан. Цзю И, похоже, не в восторге от этого парня, — Нин Гу нахмурился. — И это не Большой Свет, этот старик еще не умер… Кстати, сколько людей из Мэйн-сити ходят в Затерянную долину, если не считать бродяг? — А я-то думал, что ты никогда не спросишь, — сказал Лянь Чуань. — Вообще-то я люблю думать, — рассмеялся Нин Гу, затем положил затылок на руки и уставился в потолок пещеры. — Знаешь, в Городе-призраке очень ветрено. Каждый день, каждый час, каждую минуту дует ветер… И мне особенно нравится думать на ветру — как только он разгоняется, все, что приходит мне в голову, развеивается им, и никогда никому не будет об этом известно. Лянь Чуань повернулся к нему. Размышление никогда не доставляли ему удовольствия. Он старался избегать их, насколько возможно. Чем больше он думал, тем больше было вопросов. А вопросы были очень опасны — они разрушали все его убеждения. — Но откуда берется ветер? Куда он дует? — спросил Нин Гу. — Не знаю, — честно ответил Лянь Чуань. — Все говорят, что миру придет конец, что он уже на грани упадка. Пустошь Черного железа разрушается, Мэйн-сити разрушается, и Город-призрак, возможно, тоже разрушается. Почему? — тихо прошептал Нин Гу. — Разрушения снова и снова… Что это значит для нас? Зачем мы здесь? Что нам делать? Все привыкли к тому, что происходит у них на глазах. Мы приходим сюда и уходим. Наша жизнь такая, потому что такова жизнь, потому что таков мир… Но почему? — Лянь Чуань, позволь спросить, — наконец сказал Нин Гу. — Спрашивай, — Лянь Чуань ожидал вопроса. — Если однажды мир рухнет, — пробормотал он, — что бы ты хотел сделать в этот момент? — Смотреть.

Это была седьмая по счету пещера, совершенно пустая и лишенная каких-либо следов присутствия человека. Лянь Чуань огляделся, затем вошел в один из тоннелей справа. Он выглядел очень длинным и тянулся вверх. Это был самый длинный прямой тоннель на их пути к выходу. Затерянная долина была странным местом. Несмотря на то, что они, несомненно, шли к выходу, казалось, что они погружались все глубже и глубже в ее недра. Вокруг не было ни людей, ни каких-либо голосов, даже воздух стал тяжелее. Иногда казалось, что и их здесь не существует. Лянь Чуань был настороже с той самой минуты, как оказался в этом месте. Замкнутое, тихое, постоянно однообразное пространство утомит любого, и если он перестает обращать на это внимания, то постепенно потеряет бдительность. Он повернул голову, чтобы взглянуть на Нин Гу, чей пристальный взгляд был сосредоточен на чем-то справа от него. Странник не встретился с ним взглядом в ответ. Спустя несколько секунд, когда Нин Гу все еще не обращал на Лянь Чуаня внимание, тот быстро поднял руку. Когда он собрался влепить Нин Гу пощечину, Странник внезапно остановился, как вкопанный и отступил на несколько шагов назад. Он обвиняюще ткнул в Лянь Чуаня пальцем: — Что это было? — Я думал, что ты… — Лянь Чуань не закончил говорить, и вместо этого просто развернулся, чтобы продолжить путь. — Ты думал, что я вот-вот потеряю себя? — Нин Гу рассмеялся. — У меня просто было некое предчувствие. — Да, — тихо ответил Лянь Чуань. — Ты не спросишь меня, что это было за предчувствие? — Голоден? — спросил Лянь Чуань. — …Не то, — вздохнул Нин Гу. — меня не так легко уморить голодом, я просто почувствовал, что, возможно, нам в другую сторону. Разве этот путь не ведет в противоположном направлении, чем тот, по которому мы шли до поворота? — Эта дорога, — объяснил Лянь Чуань. — Она идет вверх. — О, — Нин Гу сделал несколько шагов вперед. — Неудивительно, что я так быстро устаю просто от ходьбы. Лянь Чуань остановился и посмотрел на него. — Это не значит, что я хочу отдохнуть, — сказал Нин Гу. — Ты сможешь отдохнуть чуть позже, перед выходом. — Я не говорил, что хочу отдыхать! — Нин Гу ускорил шаг и прошел мимо Лянь Чуаня. Несмотря на его настойчивость, Лянь Чуань все же остановился в двухэтажной пещере, в которую они вошли, покинув длинный тоннель. — Отдохни здесь, — попросил он. — Я же сказал тебе, что мне не нужен отдых, — пожаловался Нин Гу, а потом вдруг подумал, что эта просьба была странной. — Мне нужно отдохнуть? Может, тебе? — Я поднимусь наверх и осмотрюсь. — Я пойду с тобой, — мгновенно заявил Нин Гу. Лянь Чуань ничего не ответил. Он поднял голову и посмотрел вверх. — Что там будет? — спросил Нин Гу. — Та могила. — Я тоже пойду, — повторил Нин Гу еще более настойчиво. Лянь Чуань по-прежнему молчал. Он запрокинул голову и долго смотрел вверх. — Что там? — Нин Гу тоже поднял голову. Отверстия в пещере между этажами напоминали цифру 8. Они находились прямо под ними, а за отверстиями были еще несколько небольших пещер, но Нин Гу не мог разглядеть, где именно находилась та «могила». На самом деле, само слово «могила» было очень странным. Помимо Мэйн-сити, ни в пустоши Черного железа, ни в Городе-призраке ничего подобного не было, и даже кладбище металлолома в Городе-призраке на самом деле не предназначалось для захоронения мертвых. Что касается Мэйн-сити, то там не нуждались в чем-то вроде места для захоронения — Нин Гу слышал, что люди, живущие там, достигнув определенного возраста, должны вставать в очередь на утилизацию… — А где могила? — спросил Нин Гу. — Я не знаю, — Лянь Чуань поднял руку и нарисовал в воздухе несколько линий, — но то помещение и тоннель отсюда не пересекаются. Там огромное пустое пространство. — Я не понимаю, — сказал Нин Гу. — Я ничего не помню из той трехмерной карты. — Может быть, у Цзю И действительно есть брат. Услышав это, Нин Гу замолчал, а затем рассмеялся. Когда приступ смеха прошел, он повернулся и в шоке посмотрел на парня рядом. — Лянь Чуань? Лянь Чуань повернулся к нему. — Это был ты, сяо Лаба? — Нин Гу помахал рукой перед глазами, — ты действительно умеешь шутить? — Держись за мной. Я не смогу позаботиться о тебе, если что-нибудь случится, а ты будешь слишком далеко, — Лянь Чуань прыгнул и поднялся по стене, перебравшись на этаж выше через отверстие в потолке. Забраться выше было для Нин Гу проще простого. Хотя отверстие было параллельно земле, и ему пришлось полагаться на силу рук, чтобы пролезть, он вырос, ползая по свалкам и металлолому, поэтому он просто прыгнул, слегка подтянувшись, и оказался наверху. В таких обстоятельствах, он был ничуть не хуже гиены, может быть, даже быстрее. Помещения наверху были пустыми. Ничего и никого не было видно. Он снова последовал за Лянь Чуанем, минуя пару тоннелей и пещер. Вскоре Лянь Чуань остановился. — Дальше тоже пусто. — Как ты думаешь, здесь никогда не было людей или они исчезли позже? — Нин Гу с любопытством огляделся. — Если второй вариант, то почему? Куда они делись? Так же, как и в Мэйн-сити? Но это место еще не разрушилось… Лянь Чуань никогда не сталкивался с таким количеством вопросов одновременно. Те же вопросы давно засели у него в памяти, в месте, где система не могла их обнаружить, но он больше не мог быстро их вспомнить. Почему? Ему нужно поскорее сопроводить Нин Гу наружу. Его вопросы вызывали у Лянь Чуаня беспокойство. Но он не стал мешать Нин Гу говорить. Все его вопросы и на секунду не задерживались в голове гиены. Из этой пещеры было только два выхода, а вокруг них симметрично расположились несколько пещер поменьше. Снаружи они не казались большими. В Затерянной долине полупещеры, окружавшие яму, были достаточно открытыми, чтобы заглянуть внутрь, не заходя. Везде, в тоннелях, в пещерных залах, в помещениях поменьше не было «окон», через которые можно было увидеть, что находится по другую сторону каменных стен. Согласно карте, вокруг этой пещеры было огромное открытое пространство, через которое не проходили тоннели. Коготь Цзю И дрогнул, когда он коснулся этого места на карте, возможно, даже сам того не замечая. Однако Лянь Чуань был уверен, что снаружи что-то есть. — Что мы ищем? — спросил Нин Гу. — Проход, — сказал Лянь Чуань, — который позволит нам увидеть то, что снаружи. — Хорошо, — Нин Гу развернулся на пятках и уже был готов самостоятельно исследовать местность. Лянь Чуань тут же схватил его за локоть. Нин Гу оглянулся на него. — Понял, я должен следовать за тобой, иначе я умру, и никто мне не поможет. — Никто не сможет, если ты уже будешь мертв, — сказал Лянь Чуань. — Только если ты еще жив. Нин Гу сделал паузу, затем сказал: — Я понял. Всего вдоль стен располагалось шесть пещер. По сравнению с другими местами в Затерянной долине, расположение пещер здесь казалось наиболее упорядоченным, совершенно не похожим на грубый и примитивных стиль в других районах. Лянь Чуань вошел в пятую по счету пещеру, но вышел не сразу, остановился в центре и завороженно смотрел в потолок. — Что там? — Нин Гу немедленно последовал за ним, но сначала не поднял головы. Если бы Лянь Чуань что-то увидел и потерял самообладание, Нин Гу не стоило следовать его примеру. Поэтому он сначала окликнул Лянь Чуаня: — Эй? Лянь Чуань? — Это она, — Лянь Чуань все еще смотрел вверх. — Ты в порядке? — Нин Гу спросил еще раз, усмирив свое неистовое любопытство. Лянь Чуань наконец оторвал взгляд от потолка и посмотрел на Нин Гу. — Я в порядке. Здесь — та могила, о которой говорил Цзю И. — Дай-ка мне посмотреть, — Нин Гу не стал дожидаться разрешения и запрокинул голову, чтобы посмотреть вверх. В потолке действительно было небольшое отверстие площадью около одного квадратного метра, но поскольку сама пещера была небольшой, они могли хорошо видеть часть того, что было снаружи. Все вокруг них было черным, даже красный свет не пробивался сквозь щели, но пространство за пределами этой пещеры было залито мягким светом. — Это… — у Нин Гу от удивления отвисла челюсть, и ему потребовалось время, чтобы подобрать подходящее слово. — Гроб? — Да, — Лянь Чуань снова посмотрел вверх. Это был большой прозрачный гроб, который парил в воздухе и излучал мягкий белый свет, не яркий и не слепящий. Но внутри гроба не было «человека, которого Цзю И не хотел бы видеть». Внутри не было человека, и рядом тоже никого не было. Но там было что-то. Синий, но не такой синий, как тот, каким цветом светилось оружие, которое использовали отряды зачистки. Он был легким, как нежный ветерок. Даже чуть более яркий оттенок этого синего растворил бы его в себе. Нин Гу никогда не видел такого цвета, такого далекого, пустого и такого прозрачного синего, что казалось, будто он делает воздух кристально чистым. На этом нежно-синем фоне виднелись скопления белых туманных облачков, которые медленно плыли по его просторам. Они оба долго наблюдали за происходящим, прежде чем Лянь Чуань наконец закрыл глаза и опустил голову. У него затекла шея и плечи, и он потер их. Когда он оглянулся на Нин Гу, тот все еще смотрел вверх, приоткрыв рот. — Нин Гу, — позвал его Лянь Чуань, но тот не сдвинулся с места. Лянь Чуань протянул к нему руку, но тут из уголка глаза Нин Гу выкатилась слеза. — Нин Гу! — Лянь Чуань почувствовал себя неловко и, опустив голову, двинулся вперед. Нин Гу, пошатываясь, тоже сделал несколько шагов, прежде чем обрести равновесие. Он все еще выглядел растерянным, когда повернул голову к Лянь Чуаню, и на его щеках все еще были видны следы от слез. — Ты в порядке? — Лянь Чуань внимательно наблюдал за ним. Нин Гу сначала смутился от этого вопроса. Он прислонился к стене пещеры, прежде чем покачать головой и ответить: — Я в порядке. — Ты плакал. — Неужели? — Нин Гу дотронулся до лица, чтобы проверить. Лянь Чуань посмотрел на парня и понял, что с ним все в порядке. — Наверное, я правда…- Нин Гу вытер лицо, затем повернулся к Лянь Чуаню. — Это действительно красиво, не так ли? — Да, — согласился Лянь Чуань. — Что это? — спросил Нин Гу. — Я не знаю. — Это что-то за пределами черного тумана? — спросил Нин Гу. — Я никогда не видел ничего подобного, я даже не слышал о таком. Лянь Чуань развернулся и медленно вышел из пещеры. — Пойдем. Нин Гу молчал до конца их путешествия. Он следовал за Лянь Чуанем, и всякий раз, когда Лянь Чуань оглядывался, он опускал голову и шел вперед. В который раз Лянь Чуань снова обернулся, и Нин Гу, наконец, заговорил: — Ты боишься, что я умру или потеряюсь? — Я боюсь, что ты снова заплачешь, — сказал Лянь Чуань. — Ты сам никогда не плакал, но при этом не позволяешь плакать другим? — проворчал Нин Гу. — Я просто немного расчувствовался. Я не могу плакать все время, даже дети не плачут так долго. — Ммм, — Лянь Чуань отвернулся и продолжил идти. Он не знал, много ли детей живет в Городе-призраке, но в Мэйн-сити они были редкостью. В последний раз он видел их, когда избавлялся от BUG-а в Центральной школе, но даже тогда он видел их лишь мельком издалека — дюжину или около того. Так что он действительно не знал, могут ли маленькие дети долго плакать. — Однажды, — сказал Нин Гу у него за спиной, — я пойду туда. — Пойдешь куда? — спросил Лянь Чуань. — За пределы черного тумана, — объяснил Нин Гу. — Без тумана и ветра, где светло и множество красок. Должно быть такое место, и оно должно находиться за пределами тумана. — Да, — кивнул Лянь Чуань. — Ты хотел бы туда пойти? — спросил Нин Гу. Лянь Чуань не ответил. Когда они остановились передохнуть в одной из пещер, Нин Гу, который всю оставшуюся часть их путешествия хранил молчание, думая неизвестно о чем, внезапно сел на землю, прежде чем снова прилечь. Только тогда он разразился протяжным воплем. — Ааааа.! — Что? — его внезапный крик заставил Лянь Чуаня напрячься. — Я смертельно устал, — Нин Гу развел руками, — я устал и проголодался. — Мы почти пришли, — заверил его Лянь Чуань. — Правда? — Нин Гу взглянул на него. — Разве ты не говорил, что нам еще очень долго идти? — Мы уже очень долго шли. — Ах, — вздохнул Нин Гу. — Неудивительно, что я так устал. Лянь Чуань пошарил в кармане пальто, достал маленькую коробочку и бросил ее на живот Нин Гу. Странник поднял коробочку, чтобы посмотреть на нее, и тут же вскочил в удивлении. — Паек? — Да, — кивнул Лянь Чуань. — И сколько ты их украл? — спросил Нин Гу, открывая коробку, чтобы взять кусочек. Он засунул кусочек в рот, все еще пребывая в шоке. — У тебя есть еще? — Взял, — сказал Лянь Чуань. — Хорошо, хорошо, взял, — кивнул Нин Гу. — Сколько коробок ты взял? — Две. — Вот, — Нин Гу протянул ему коробку. — Возьми один, нет, два кубика. Ты ведь еще ничего не ел. — Я поем, когда вернусь в Мэйн-сити, — сказал Лянь Чуань. — А ты нет. Нин Гу взглянул на него. — Какой смысл так показушничать? Ты думаешь, это круто? — Если у тебя когда-нибудь появится возможность, сходи и спроси Цзю И, — сказал Лянь Чуань. — Что спросить? — растерялся Нин Гу. — Есть ли у него брат. Нин Гу съел все три порции, больше не уговаривая Лянь Чуаня есть. В глазах Нин Гу эта функция Лянь Чуаня была самой роботизированной — неудивительно, что он был подопытным проекта, предшествующего проекту «нарушений». Хотя эти три кубика были для Нин Гу всего лишь как небольшая закуска, он все равно почувствовал себя немного бодрее после приема пищи. Они определенно были более питательными, чем те, что производили в Городе-призраке, и вкус у них был намного лучше. Когда он подумал о Городе-призраке, то невольно нахмурился. Глава точно разозлился, когда вернулся и не смог его найти, поэтому он не знал, все ли в порядке с Дин Цзы. Его снова повесят на часовой башне? Нет, этого не может быть. Если он вернется в Город-призрак, испытывая недоверие к главе… — Возьми это, — Лянь Чуань протянул ему карточку. — Мое удостоверение личности. — Что? — Нин Гу уставился на него. — Когда мы дойдем до выхода, я выйду первым, — сказал Лянь Чуань. — Что бы ни случилось, тебе лучше не выходить. Тебе придется самому отсчитать время и выйти отсюда только через день. — Почему? — Нин Гу был озадачен. — Разве мы не уйдем вместе? — Это для твоей же безопасности, — продолжил Лянь Чуань. — Найдешь выход к поезду сам и не показывайся, пока он не прибудет. Мэйн-сити не поверит мне так легко. — Не поверит во что? — В то, что тебя забрал Поэт. — Но… — Нин Гу нахмурился. Что бы он ни думал, он чувствовал, что Лянь Чуань слишком рискует, как будто другого способа не было. Он указал на голову Лянь Чуаня. — Неужели они… — У меня есть способ, — сказал Лянь Чуань. — Что за… — начал Нин Гу, но Лянь Чуань прервал его, не давая закончить. — Мы не знаем, когда прибудет поезд, — сказал он. — Так что, если придется ждать слишком долго, Босс найдет тебя и приведет в Мэйн-сити. Возьми мой пропуск… — Они узнают? — Нин Гу был обеспокоен. — Я придумаю, как изменить данные. Пока я не заявлю о пропаже удостоверения, никто не будет его искать и проверять. Я нечасто им пользуюсь. А если я не смогу найти способ изменить его, Босс подскажет, что делать дальше. — …Ох, — Нин Гу долго колебался, держа в руках удостоверение Лянь Чуаня, а затем осторожно положил его в потайной карман обуви. Лянь Чуань больше ничего не говорил. Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Нин Гу долго отходил от шока. Тем не менее, он не смог удержаться от вопроса: — Зачем ты это делаешь? Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, было бы достаточно сбежать со мной, и тогда ты мог бы спокойно разобраться, что происходит с твоей памятью. Конечно, если ты солгал мне про главу, то тебе конец… — Этого недостаточно, — Лянь Чуань говорил, по-прежнему не открывая глаз. — Чего недостаточно? — спросил Нин Гу. — У тебя еще много вопросов в запасе? — Ну, — Нин Гу немного подумал, — это так. Но я не знал, как спросить об этом раньше, потому что если бы спросил, то не получил бы ответов. — Моя жизнь, — тихо произнес Лянь Чуань, — это один большой вопрос.

Босс стоял на крыше одного из зданий напротив места, куда из Затерянной долины вело больше всего выходов в Мэйн-сити. Вокруг не было ни души, кроме мелькающих время от времени бедняков, населяющих район D, из-за чего место выглядело пустым и заброшенным. Однако, если бы у людей, проходивших здесь, были обострены чувства, они, вероятно, чувствовали бы себя здесь в большей безопасности. Шестеро солдат из Городской стражи стояли у окна заброшенного здания неподалеку, особо бдительно наблюдая за окрестностями в поисках чего-нибудь необычного. Каракал величественно стоял на крыше — его уже заметили солдаты, поймавшие его под прицел. Но ему было все равно. Каракал не подчинялся никаким правилам и был единственным… животным, лично одобренным Администраторами. Хотя он добровольно стал партнером Лянь Чуаня и Бетельгейзе, он не принадлежал никому и ни от кого не получал приказов. Многие считали, что такое существование бессмысленно — он даже не был занесен в реестр Мэйн-сити. Если бы однажды он пропал, в системе не осталось бы от него ни следа. Каракал был просто животным, которого никогда не существовало, но слово «добровольно» было для него важнее, чем любая власть или привилегии. А для Лянь Чуаня это было словом, о котором он часто думал, но перестал на это надеяться. Босс царапнул когтями край крыши, слегка отклонившись назад перед тем, как спрыгнуть. Он приземлился на лапы посреди улицы бесшумно, но у всех на виду. Затем он пробежал мимо одного из выходов из Долины, свернул за угол и направился к следующему. За каждым выходом следили члены команды зачистки, а патрульные и Городская стража вели открытую слежку со своих мест. Все понимали, что если Лянь Чуань появится один, у него не будет возможности объясниться. На данный момент единственным, к кому он мог напрямую обратиться, был Босс. Где бы ни появлялся Босс, это наверняка то место, где мог появиться Лянь Чуань, поэтому Босс проверял каждый выход. Бегал, прыгал, потягивался, царапал землю или почесывался. «Какого черта гоняет этот каракал?» — Сяо Линь посмотрел на данные, отображаемые системой на визоре. Маршрут, который выбрал каракал, проходил мимо всех выходов из Долины, как будто он составлял карту. Более того, он два дня подряд оббегал их в разной последовательности. Система подсчитала, что в один из дней он выбрал самый длинный маршрут, а на следующий день — самый короткий. «Он пытается запутать вас», — сказал Лю Донг. «Есть ли вокруг что-нибудь необычное? Кроме каракала», — спросил Сяо Линь по коммуникатору. Главный патрульные доложил: «Ничего необычного, но… отряд зачистки минут десять назад устроили засаду около одного конкретного выхода». «Лянь Чуань выйдет оттуда?» — спросил Сяо Линь. «Похоже, что нет, — услышал он в ответ. — Похоже, они просто пытаются предугадать наши действия». Сяо Линь прервал связь и оглянулся назад. — Капитан Лэй знает о действиях его отряда зачистки? Сидя на диване с сигаретой во рту, Чунь Сан неохотно заговорила: — Капитан Лэй взял отпуск, чтобы не вызывать подозрений, его оружие и другое снаряжение были возвращены в отдел. Он все еще в капсуле для сна, поэтому о сложившейся ситуации нужно сообщать его заместителю. Лю Донг, стоя в стороне, усмехнулся. — На данный момент заместитель капитана еще не получил ни одного отчета. — Доложите начальству и отклоните заявление Лэй Ю об отпуске, — приказал Сяо Линь. — На то, чтобы отклонить заявление, полагается три дня, — сказал Лю Донг. — Сейчас его уже нельзя отклонить. — Отряд зачистки устроил коллективный протест? — Сяо Линь посмотрел на Чунь Сан, продолжая говорить с явным гневом в голосе. — Капитан Лэй хорошо обучил своих псов. — Вы ему льстите, ведь защищать своих товарищей по команде — это приоритет, — Чунь Сан стряхнула пепел с сигареты. — Судя по вашему восхищению, старший офицер Сяо, я предполагаю, что у Службы Безопасности и патрульных такое требование отсутствует. В конце концов, им нечасто приходится полагаться на товарищей. — Что ты имеешь в виду? — Сяо Линь повернулся к ней полностью. — Я имею в виду то, что, возможно, вам следует разделять служебное и личное, старший офицер Сяо, — Чунь Сан потушила сигарету, и ее тон стал холоднее. — Хотя Лэй Ю мой муж, я все равно всего лишь техник. Я здесь только для того, чтобы делиться с вами информацией о Лянь Чуане. — Давайте прервемся на небольшой отдых, — перебил Лю Донг, прежде чем Сяо Линь успел ответить, — мы трое не работали вместе с тех пор, как изгнали Странников, так что подобные стычки неизбежны. — Тогда позвольте напомнить вам, — Чунь Сан встала, — что сотрудничество было между ДВУМЯ сторонами. Ни один из мужчин ничего не ответил, когда женщина развернулась и вышла из помещения. *** — Вот и все, — Лянь Чуань остановился, — выход впереди. Нин Гу посмотрел туда. В конце тоннеля он видел только темноту — единственным признаком того, что это выход, было отсутствие тусклого красного света, который освещал трещины в стенах пещер Затерянной Долины. И еще он чувствовал щекой поток воздуха оттуда. -Ты уйдешь прямо сейчас? — спросил Нин Гу. — Который час сейчас в Мэйн-сити? — Время не имеет значения, — Лянь Чуань взглянул на парня, — ты просто не должен следовать за мной, что бы ты дальше ни услышал. Нин Гу нахмурился. — Ты же сказал, что они не знают о существовании этого выхода? Почему тогда твои слова звучат так, будто мы умрем сразу, как только выйдем… — Просто будь осторожен, — сказал Лянь Чуань, снимая с себя одежду. — Ты собираешься переодеться в костюм гиены? — Нин Гу презрительно наблюдал за ним. — Тебе правда так сильно не нравится эта одежда? Ведь она даже почти новая. Лянь Чуань ничего на это не ответил и достал из сумки форму. Быстро переодевшись, он нажал на боковую часть ноги, и костюм загорелся синим. — Понял, — кивнул Нин Гу. — Твоя одежда может помочь. — Ты помнишь, что я сказал? — Да, — Нин Гу отмахнулся, — просто уходи уже, я же не Цзю И. Лянь Чуань молча развернулся и пошел к выходу. Когда Нин Гу смотрел ему вслед, он вдруг почувствовал себя одиноко. Он не знал, когда прибудет поезд, и не мог предсказать, что будет после того, как Лянь Чуань уйдет. Вскоре ему предстоит в одиночку столкнуться с неизвестностью. Он открыл рот, чтобы попрощаться с Лянь Чуанем, может быть, сказать ему, чтобы тот был осторожен или что-то подобное, но прежде чем он успел это сделать, Лянь Чуань внезапно ускорился. Свечение его костюма оставило после себя длинные синие полосы в воздухе, прежде чем исчезнуть. Нин Гу вздохнул. Теперь он никуда не спешил, да и до поезда еще далеко. Согласно инструкциям Лянь Чуаня, он должен был ждать здесь больше суток и уйти только после того, как убедится, что снаружи безопасно. Внезапное изобилие свободного времени сбило его с толку. Такого не было в Городе-призраке. Там он мог целыми днями бродить по свалке или кладбищу металлолома, взбираться на горы мусора, чтобы ветер остудил его голову, или даже отправиться в залив Шеван, чтобы подумать над теми вопросами, ответы на которые он не найдет. В этом чужом и опасном месте он ничего не мог делать, кроме как напряженно ждать в тишине. Чтобы развеять скуку, он сел на землю и схватил брошенную Лянь Чуанем одежду. Он небрежно свернул ее, собираясь взять с собой — в конце концов, кто знает, как долго ему придется здесь оставаться. Но когда он начал складывать одежду, то заметил, что внутри карманов пальто было что-то твердое. Он быстро развернул его обратно — в обоих карманах что-то было. У Лянь Чуаня не было личных вещей, которые он носил бы с собой, так что, кроме двух украденных коробок с пайками… Он нащупал в правом кармане коробочку. Паек? Потрясенный Нин Гу отдернул руку и увидел в кармане маленькую коробочку с пайками. — Что за черт? Он быстро обыскал левый карман и нашел еще один. Две коробки с пайками, и обе закрытые. Эта сволочь Лянь Чуань! Он украл уже четыре коробки! *** Земля под ногами ощущалась не такой, как обычно. Если дороги в Мэйн-сити были ровными, на каждом сантиметре виднелись следы человеческой деятельности, то пустошь Черного железа, с другой стороны, представляла собой скопление первобытного, твердого черного металла. Под его ногами лежали острые зазубренные металлические куски, вонзившиеся в землю, а некоторые из них возвышались высокими стенами, преграждая путь. Даже если в прошлом эта местность была частью Мэйн-сити с искусственным освещением и множеством жителей, сейчас его, казалось, поглотил первобытный мир. За исключением территории на границе с Мэйн-сити, где все еще можно было увидеть разрушающиеся остатки домов, на территории внутри Пустоши уже были стерты следы всякой цивилизации. Вокруг было темно, и Лянь Чуань мог полагаться только на свет Мэйн-сити вдалеке, что помогало ему найти правильное направление. Получалось лучше, чем он ожидал. В Мэйн-сити еще действительно не обнаружили этот выход — Цзю И не обманул. Это, по крайней мере, даст ему возможность решить, с какой стороны войти в Мэйн-сити. Ему нужно было появиться как можно ближе к Городскому департаменту. Слева послышался какой-то шум. Без своего визора он не мог ничего узнать об объекте в темноте, поэтому ему оставалось только достать нож, ножны которого крепились ремнями к его бедру. Устройство на ноге дважды пискнуло — этот короткий сигнал заставил его вздохнуть с облегчением. — Босс? — он остановился. Из темноты выпрыгнула черная тень, и затем он услышал низкое рычание. — Как ты здесь оказался? — Лянь Чуань огляделся. Он подумал, что даже если Босс будет искать его, он все равно не стал бы забираться так глубоко, ведь сбить с толку патрульных и Городскую стражу было очень непросто. Он взял одну из лап Босса и перевернул ее к себе подушечками вверх, но ему не нужно было смотреть, так как он, коснувшись, почувствовал, что кожа на его лапах содрана, местами порезана острыми железками. Боссу пришлось бежать очень быстро, чтобы добраться сюда. При обычной скорости он не получил бы таких ран. Каракал отдернул лапу, а затем легонько коснулся носом руки Лянь Чуаня. — Я в порядке, — Лянь Чуань смотрел на далекие огоньки, — мне нужно в Городской департамент. Босс подошел ближе, и Лянь Чуань снял с него коммуникатор, висевший на поясе. Это был его коммуникатор для связи с отрядом зачистки, также на поясе висел визор. Лянь Чуань надел их. Он не мог подключиться отсюда к системе Мэйн-сити, но визор мог обеспечить улучшенное зрение и функцию сканирования. Босс не просто так принес ему это снаряжение — отряд зачистки должен был помочь ему. — Я пойду один, а ты оставайся здесь, — Лянь Чуань похлопал Босса по спине. — Если поезд не приедет в течение нескольких дней, тебе придется присоединиться к Нин Гу. Босс фыркнул. — Он очень важен, — сказал Лянь Чуань. — Что бы ни случилось, он не должен попасть в руки города. Пока он жив, я не умру. Босс боднул Лянь Чуаня головой, показывая, что он понял. — Я ухожу, — сказал Лянь Чуань. — Босс. Босс протянул лапу и поставил ее на ботинок Лянь Чуаня. Лянь Чуань, в свою очередь, сжал руку в кулак и дважды хлопнул им по лапе. У него не было ни оружия, ни экзоскелета. В следующий раз, когда он встретит кого-нибудь, скорее всего начнется бой, и у него не будет возможности поговорить. Если не считать жестких тренировок, полных боли, которые навсегда остались в его памяти, он никогда не дрался безоружным за пределами лаборатории. Ни огневой мощи, ни поддержки, он мог рассчитывать только на себя. Самый первый подопытный. Чтобы не привлекать отряд зачистки, Лэй Ю и Чунь Сан, ему нужно было как можно скорее добраться до Городского департамента и использовать все ресурсы, чтобы получить шанс высказаться. *** «Где Босс?» — Ли Лян спросил по коммуникатору. «От него давно нет вестей, и сегодня никто его не видел, — сказал Цзян Сяогань. — Может быть, он нашел Лянь Чуаня?» «Он взял с собой коммуникатор, — сказал Лун Бяо. — Только не переключайтесь на частный канал». «Не создаст ли старший офицер Лю проблем капитану Лэю? Ведь мы все это время притворялись, что не слышали его приказов», — спросил Лу Цянь. «Это будет нелегко, — прокомментировал Лун Бяо. — Более того, отряд зачистки каждый день выполняет всю грязную работу Министерства — кто сможет занять его место?» Ли Лян собрался что-то сказать, как вдруг услышал два сигнала оповещения из коммуникатора. -На частном канале оповещение! — крикнул он, вскакивая на ноги в заброшенном здании. Он пинком отбросил в сторону панель, скрывавшую его А01, и быстро забрался в машину. «Я захожу в город со стороны района D, улица А1, — услышали они голос Лянь Чуаня. — Мне нужно попасть в здание Городского департамента». «Ты не один?» — спросил Лун Бяо. «Один». «Отправляю вам безопасный маршрут, — сказал Ло Пан. — Мы следуем ему». «Нужно торопиться, — добавил Ли Лян. — Мы должны добраться туда раньше всех». «Близко не подходите», — приказал Лянь Чуань. «Кем ты себя возомнил? — усмехнулся Лун Бяо. — Даже в такой ситуации думаешь, будто ты сильнее и умнее всех?» Более десятка машин А01 внезапно ожили и выскочили на улицу из своих укрытий, не обращая внимание на любопытные взгляды окружающих. Такого в Мэйн-сити еще не видели. Городская стража и патрульные не успели среагировать. А01 были быстрейшими машинами в Мэйн-сити, и только у команды зачистки был доступ к ним — в конце концов, именно они выполняли всю грязную работу, поэтому им нужно быть самыми быстрыми и мобильными. «Следуйте за ними!» — Сяо Линь стоял у экранов и смотрел, как А01 со свистом и голубым свечением пронеслись мимо камер, и в ярости прорычал в микрофон: «Выясните, куда они направляются!» «Мы пока не можем отследить! — голос капитана патрульной службы звучал так же яростно, но в нем также слышалась беспомощность. — Скорость А01…» «Преследуйте их! Они все едут в одном направлении! — приказал Лю Донг. — Остановите их, пока не стало слишком поздно, усильте контроль за окрестностями Мэйн-сити — Лянь Чуань наверняка уже где-то рядом». — Заместитель капитана? Вы отдаете приказы патрульным и городской страже? — Сяо Линь пристально посмотрел на него. — Разве вы не должны прежде всего отдать приказ остановиться этой своей своре бешеных псов? — Тогда как насчет того, чтобы ты заменил меня в качестве заместителя? — Что происходит? — двери распахнулись, и в помещение поспешил зайти секретарь Чэнь. — Гиены заполнили все главные улицы, горожане выходят, чтобы посмотреть! — Вам действительно нравится ваша должность, сэр, раз вы присоединились к нам только сейчас, — сказал Лю Донг. — Мы засекли местоположение Лянь Чуаня! — крикнул один из техников. — Он уже прошел улицу А1 в районе D — двое из Городской Стражи мертвы, они не смогли его остановить. — Не смогли остановить? У А1 сейчас четыре отряда Городской Стражи, и все они не смогли остановить безоружного Лянь Чуаня? — Сяо Линь посмотрел на секретаря. — Мы говорим о Лянь Чуане, — секретарь Чэнь потер подбородок, — было бы еще более невероятным, если бы им удалось остановить его. — Чем вы так довольны, сэр? — Сяо Линь указал на экраны. — Он собирается привезти этих гиен, чтобы они ворвались в Городской департамент, где мы все сейчас находимся! — Чунь Сан, — позвал секретарь Чэнь, — вы сможете его остановить? Чунь Сан, молча сидевшая на диване позади всех, встала. — Я уже говорила вам — он не желает умирать. Пока он чувствует, что его жизни что-то угрожает, никто не сможет его остановить. Он должен взять ситуацию под контроль, это неизбежно. — Давайте попробуем, — сказал секретарь Чэнь. — Я собираюсь поговорить с министерством Внутренней обороны. В этой ситуации все могут оказаться в проигрыше. Мы до сих пор не знаем, где находится Нин Гу, и если Лянь Чуань умрет, все наши усилия будут напрасными. За эти несколько лет команда зачистки уже обнаружила большинство укрытий патрульных и Городской стражи. Хотя противник теперь знал их маршрут и цель и значительно превосходил в количестве, команда зачистки уже перехватила инициативу. После присоединения к Лянь Чуаню они не будут в таком невыгодном, с точки зрения численности, положении. Без своих командиров, Лэй Юя и Лянь Чуаня, команда зачистки под командованием Лун Бяо и Ли Ляна двинулась к Городскому департаменту по сектору А1. Никто не сомневался и не говорил о последствиях, но все знали, что Лун Бяо и Ли Лян привлекли к этой операции всю команду, чтобы все работали сообща и избежали негативных последствий по отдельности, взяв всю ответственность коллективно. Принудительная перезагрузка памяти не могла быть реализована из-за такого количества информации и участников, ею владеющих. Лянь Чуань пробежал по крыше трехэтажного жилого дома и спрыгнул вниз. В конце дороги показались знакомые А01. Когда они понеслись ему навстречу, справа сверкнула оранжевая вспышка. Он быстро развернулся в воздухе, уклонившись от первого выстрела. Второй выстрел задел его бедро, и стена позади него с громким треском обрушилась. Первый А01, который добрался до него, принадлежал Ли Ляну, а машина Лун Бяо следовала прямо за ним. — Запрыгивай! — крикнул Ли Лян. Лянь Чуань уже собирался залезть в машину, когда его настиг очередной оранжевый луч. Лун Бяо быстро активировал защитный щит, но он не смог полностью блокировать выстрел. Ли Лян, который как раз разворачивал машину, получил выстрел в правое плечо и потерял сознание, бросив управление. Оружие, которое использовали патрульные, было не обычным для правоохранительных органов, оно было смертоносным. Все правое плечо Ли Ляна начало распадаться на черные частицы. — Ублюдок! — закричал Лун Бяо и поднял свое оружие, но прежде, чем он успел прицелиться, Лянь Чуань метнулся к перекрестку, словно размытая тень. Когда он увидел Лянь Чуаня в прицел, тот уже одним ударом перерезал глотки двум патрульным и вонзил кончик ножа в шею их капитана. Это не было смертельным ударом, но при такой скорости Лянь Чуань мог лишить жизни любого, прежде чем кто-либо успеет открыть по нему огонь. — Одно движение, и тебе конец, — Лянь Чуань держал нож в одной руке, а другой схватил коммуникатор капитана патруля. «Сяо Линь». «Я здесь, — раздался голос Сяо Линя из коммуникатора. — Если ты посмеешь тронуть моих людей, ты не уйдешь оттуда живым». «Уже посмел, — сказал Лянь Чуань. — С этого момента я буду убивать любого, кто попытается меня остановить».

Нин Гу провел уже много времени лежа посреди тоннеля. У него не было столько навыков, сколько у Лянь Чуаня, поэтому он не мог точно сказать, сколько времени прошло — обычно он мог оценить время лишь между тремя приемами пищи. По ощущениям, прошло не менее десяти часов, потому что он был очень голоден, по крайней мере, так, как бывает, когда дважды не ел за день. Он достал коробку с пайками и открыл ее, чтобы достать один кубик. Только сейчас он понял, почему Лянь Чуань прятал от него пайки. Если бы Нин Гу с самого начала знал, что у него четыре коробки с пайками, он мог бы съесть их все еще до того, как они добрались бы до выхода. Конечно, было возможно и то, что Лянь Чуань забыл, что украл четыре коробки. Тем не менее, эти редкие приемы пищи помогли Нин Гу, поскольку он сможет, по крайней мере, продержаться до отъезда. Однако он все еще не знал, где искать еду снаружи. В Мэйн-сити была строгая охрана, особенно сейчас, когда они ищут Лянь Чуаня. После того, как он выйдет отсюда, ему придется не только искать еду, но и скрываться в городе от всех вооруженных сил. Полагаться на его силу тоже было нельзя, она была ненадежной, он не знал как ее активировать, не говоря уже о том, чтобы использовать… Ранее он дважды использовал фразу «иди поешь дерьма», но она сработала только один раз. Он не осмелится попробовать третий раз. Если он оскорбит своего противника во время боя, и способность не сработает, это только ускорит его смерть… Как бы то ни было, слишком много думать об этом бессмысленно. Он разберется со всем этим, когда выйдет отсюда. Доев свой паек, Нин Гу лег на землю и медленно пополз к выходу, пока снаружи не показался черный туман. Он остановился, а затем пополз обратно в тоннель. От невыносимой скуки он делал так больше десятка раз, остановившись только тогда, когда почувствовал, что его одежда начинает протираться. Он так устал. Он закрыл глаза. Кто знает, как сейчас обстоят дела у Лянь Чуаня. Жив ли он еще? Может, его уже поймали… Нет, он вышел с целью, чтобы его поймали. Достиг ли он своей цели, в таком случае? Будет ли он страдать, если его поймают, будет ли у него еда… *** - Лянь Чуань хочет встретиться с секретарем Чэнем, - Сяо Линь нахмурился. - Охрану снаружи Городского департамента мы усилили, но я предлагаю вам не выходить туда. - Я должен, - секретарь Чэнь поправил на себе одежду, - этот вопрос рано или поздно пришлось бы решить. - Цель операции — выяснить, что Лянь Чуань делал в Затерянной долине, - сказал Сяо Линь. - Должна быть причина, по которой он смог выйти оттуда невредимым. Неважно, из-за того ли, что его психика настолько сильна или по какой-то другой причине, но ему необходимо немедленно пройти сканирование памяти. У кого-нибудь есть возражения? - Теоретически, необходимо, - ответил секретарь Чэнь, - но применение силы сейчас будет не лучшим решением. Сяо Линь не ответил. Его бы ничего не убедило. Мэйн-сити всегда стремился изменить ситуацию, сложившуюся из-за уникальности Бетельгейзе, и хотел полностью избавиться от Лянь Чуаня, поскольку он представлял опасность, будучи сильнейшей личностью, которую невозможно контролировать. Нин Гу был их надеждой на то, что они найдут Лянь Чуаню достойную замену. В тот момент, когда Лянь Чуань получил приказ поймать Нин Гу даже если ему придется войти в Затерянную долину, он уже знал об их планах. Вот почему он не стал бы так просто отдавать Нин Гу Мэйн-сити, не говоря уже о том, чтобы оставить его Поэту. Ему нужно было не только доказать, что он незаменим, но и устранить всех, кто стоял у него на пути. В течение последних дней патрули и Городская стража были задействованы исключительно для того, чтобы немедленно взять под контроль Лянь Чуаня и заполучить от него информацию. Теперь, когда он внезапно объявился, стало очевидно, что он заключил какую-то сделку с Нин Гу или уже избавился от него. Поэтому самым очевидным способом найти Нин Гу было принудительное сканирование воспоминаний Лянь Чуаня перед тем, как уничтожить его, чтобы избежать проблем в будущем. Лучшим решением для него было бы уехать подальше от Мэйн-сити и избежать расследования. Но сейчас они точно знали, что после попытки сбежать от контроля Мэйн-сити, он все равно вернулся, рискуя своей жизнью. Почему? И несмотря на все это секретарь Чэнь проигнорировал опасность и настоял на разговоре с Лянь Чуанем лицом к лицу… Просто он и его «применение силы сейчас будет не лучшим решением» не очень-то устраивали Сяо Линя. - Почему? - спросил Сяо Линь. - Мне нужна причина. - Пока мы не убедимся, что Лянь Чуаня можно заменить, он остается нашим единственным кандидатом, - сказал секретарь и направился к выходу. Лю Донг молча последовал за ним. Сяо Линь смотрел им вслед. - Теперь у меня есть повод усомниться. Лю Донг остановился, но секретарь Чэнь продолжал идти вперед. - Городской департамент и Учебный отдел что-то скрывают от Министерства Внутренней обороны, - обвиняющим тоном заявил вслед Сяо Линь. - Старший офицер Сяо, - оглянулся Лю Донг, - делайте свою работу, а мы свою, и вам не следует прибегать к таким безосновательным обвинениям. *** Кончик ножа Лянь Чуаня все еще был прижат к шее капитана патрульной стражи, черный порез был хорошо виден издалека. Чтобы избежать дальнейших травм от лезвия, капитан двигался очень медленно и осторожно. Лянь Чуань никогда раньше не видел открытую рану так близко. Он подчинял, убивал, уничтожал, ловил — выполнял всевозможные задания, но никогда не видел вблизи, как медленно рана расширяется или как человек за считанные секунды превращается в куски плоти. Он намеренно избегал любых деталей, способных повлиять на его решения, чтобы сохранить ясность ума. Патрульные никогда ранее не взаимодействовали с отрядом зачистки. Он даже не знал имени этого капитана. Это был самый длинный путь, который он когда-либо совершал, преследуя свою цель — от перекрестка А1 в районе С до перекрестка А1 в районе А. Пешеходы быстро исчезли с улиц, спрятавшись за шторами и дверями. На каждом перекрестке мигали оранжевые и красные огни — уже прибыли подкрепления из города. Кроме Праздника, даже в барах Мэйн-сити огни не светили так ярко. Над каждым зданием в округе висели синие огни парящих в воздухе А01. С ними рядом были ребята из команды зачистки. Изначально предполагалось, что подразделение должно было действовать незаметно для жителей Мэйн-сити. Увидев, что Ли Лян ранен, все держали оружие наготове — любая атака могла привести к массовой перестрелке. Лянь Чуань знал, что секретарь Чэнь согласится встретиться с ним, и потому он мог сделать два вывода. Помимо проекта «нарушений», была еще одна причина сотрудничества с Городом-призраком, и в этом сотрудничестве участвовали как минимум Городской департамент, министерство Внутренней обороны или Учебный отдел, либо все сразу. Если бы все стороны были в курсе, у него, вероятно, не было бы и шанса зайти так далеко. В конце концов, без снаряжения и какой-либо помощи, и с учетом того, что вся Городская стража и патрульные были здесь, даже с командой зачистки это было бы тяжелое сражение. И если секретарь Чэнь не принимал участие в секретном сговоре, то уж точно подозревал об этом, поэтому ему нужно было добраться до Лянь Чуаня раньше остальных, чтобы первым завладеть информацией. Однако у Лянь Чуаня были другие планы. Он не собирался позволять этим людям помыкать собой. Он всю жизнь старался изо всех сил, чтобы доказать, что его существование имеет ценность для Мэйн-сити. И затем они потребовали доказательства ценой своей жизни, что стало для него последней каплей. Любая угроза его жизни должна быть неизбежно устранена. Теперь каждый дюйм позади него означает смерть. Любое правило, которое они вырезали на его теле — он будет следовать ему до победного. Проблеск оранжевого света показался из комнаты на втором этаже здания слева. Это был не тот свет, что менял направление по мере движения цели, это был свет оружия, готового выстрелить. Лянь Чуань без колебаний схватил капитана за воротник и дернул на себя. Он поднял колено и ударил им капитана по правой руке, в которой было его оружие. Руку от удара отбросило вверх, и, описав в воздухе полукруг, она нацелилась вместе с оружием влево. Мужчина не успел среагировать, а Лянь Чуань уже нажал своей рукой поверх его на спусковой механизм. Луч оранжевого света устремился к окну на втором этаже, вызвав громкий взрыв. На мгновение поднялась суматоха. Бойцы с обеих сторон собрались вокруг Лянь Чуаня, подняв оружие, но тут из коммуникатора капитана раздался голос Сяо Линя: «Не стрелять без приказа!» Лянь Чуань отпустил руку капитана. Стоя у входа в Городской департамент, секретарь Чэнь взглянул на Сяо Линя рядом с ним: - Прикажи своим людям прекратить безрассудные действия. Никто не может быть быстрее Лянь Чуаня. Не нужно без необходимости тратить ресурсы. - Понял, - голос Сяо Линь сделался мрачным. Когда Лянь Чуань добрался до небольшой площади перед Городским департаментом, он пошел прямо по центральной улице лицом к главным воротам в здание. - Начинать активацию? - спросил техник, подходя сзади. - Включай, - секретарь Чэнь медленно вышел за ворота, наблюдая, как Лянь Чуань шаг за шагом приближается, удерживая перед собой капитана патруля. Лянь Чуань отпихнул капитана и убрал нож в ножны, висевшие у него на бедре. Теперь расстояние между ним и секретарем Чэнем было достаточным, чтобы Лянь Чуань мог убить его раньше, чем тот успеет оказать сопротивление, поэтому никто не осмеливался напасть на него первым. Парень поднялся по ступенькам. Секретарь Чэнь спокойно наблюдал за ним сверху. В тот момент, когда его нога опустилась на третью ступеньку, Лянь Чуань внезапно почувствовал пронзившую его ногу острую боль, которая мгновенно заполнила все его тело, знакомая и кошмарная даже наяву, мучительная пытка. Она пробуждала воспоминания, которые могли утащить Лянь Чуаня в бездну — ужас и отчаяние от каждой тренировки, глубоко засевшие в его костях, охватили его целиком. Он пошатнулся, упал на одно колено, опираясь рукой на землю. Капли холодного пота одна за другой падали на ступени. Чунь Сан стояла далеко от главных ворот и могла лишь неясно видеть, как фигура Лянь Чуаня внезапно остановилась. Оборудование для тренировок было активировано за воротами. Как только Лянь Чуань ступит в его пределы, мучительная боль, вызванная бесконечными тренировками, вернется. Секретарь Чэнь считал, что независимо от того, зачем Лянь Чуань хотел его видеть, они должны были ясно дать ему понять, кто здесь главный. Неважно, что он пережил в Затерянной долине и что изменилось внутри него. Теперь, когда он осмелился так бесцеремонно ворваться в здание Городского департамента и угрожать безопасности Мэйн-сити, Лянь Чуань должен осознать свое место в качестве единственного совместимого с Бетельгейзе подопытного. *** - Ааа! Нин Гу обхватил голову руками, катаясь по земле. Жестокая боль, пронзившая все его тело, заставила его задыхаться настолько, что он даже не почувствовал, как ударился о стену пещеры. Чистейшая боль. Всеобъемлющая пытка. Это ощущение было на самом деле даже слишком знакомым. Даже когда его сознание затуманилось от этой агонии, он все равно сразу понял, что эти ощущения принадлежат Лянь Чуаню. Но на этот раз он ничего не видел и не слышал. Что с тобой происходит, Лянь Чуань? Нин Гу вжался головой в землю. Зазубренные края пещеры из черного железа рассекли кожу на него лбу, но он ничего не чувствовал кроме боли, ужаса, отчаяния… Лянь Чуань, где ты? Что случилось? - Лянь Чуань! - взревел Нин Гу, голос его охрип от ярости. Ты невезучий ублюдок… *** Когда Лянь Чуань внезапно поднял голову, это застало секретаря Чэня врасплох. Хотя он не мог видеть глаза Лянь Чуаня за визором, все его тело излучало ярость, которую секретарь раньше не видел. Прежде чем Лянь Чуань научился испытывать гнев, он выживал на тренировках, полагаясь только на отчаяние и выносливость… Когда Лянь Чуань покинул пределы действия тренировочного оборудования и появился перед секретарем с непостижимой для него скоростью, тот все еще был в замешательстве. Рука Лянь Чуаня сжала его горло. - Секретарь Чэнь. - Ты вернулся, - с трудом прохрипел секретарь. - Я хочу увидеть Администраторов, - сказал Лянь Чуань. - Что? - секретарь Чэнь был настолько потрясен, что его голос стал на октаву выше. - Сейчас. *** Нин Гу лежал на земле. Он не знал, когда покинул Затерянную долину, и не знал, пришло ли уже время покинуть ее. В любом случае, он лежал на земле в пустоши Черного железа. Когда мучительная боль прошла, он уже лежал там, глядя на черный туман, заполонивший небо. Только когда он почувствовал, что твердый металл впивается в его спину, он медленно поднялся на ноги. Вокруг не было ничего, только непроглядная тьма. Он долго стоял на одном месте и смотрел вдаль, пока наконец не увидел слабое пятно белого света. Должно быть, в этом направлении Мэйн-сити. Он поправил одежду, немного пошевелил руками и ногами, затем пошел на свет. За пределами Убежищ в Городе-призраке было так же темно, бушующий ветер не утихал ни на секунду, и аборигены могли появиться в любой момент, но по сравнению с вязкой тишиной пустоши, в Городе-призраке он чувствовал себя в большей безопасности. Прямо сейчас, будь то шорох его одежды или звук стальных пластин на ботинках, ударяющихся о выступающие из земли железные предметы, все это заставляло его нервничать. И еще он идет пешком. Кто знает, как долго ему придется идти. В последний раз, когда он приезжал в Мэйн-сити, он все время бежал, а в этот раз приходится ходить. Он столько лет с нетерпением ждал путешествия в Мэйн-сити, а в итоге получил вот это. Он не знал, как долго уже идет, но он так проголодался, что у него заболел живот, и ему захотелось снять с себя одежду и съесть ее. Теперь он отчетливо видел огни Мэйн-сити, но до него было еще очень далеко. Нин Гу остановился. Из Затерянной долины рядом с Мэйн-сити было довольно много выходов, так что, возможно, кто-то мог их сторожить. Он размышлял, какой маршрут будет для него самым безопасным, как вдруг услышал что-то позади. Это был звук не от его одежды или ботинок. Это были даже не шаги. Это было… низкое гортанное рычание… Такие звуки иногда можно было услышать в черном тумане, окружавшем Город-призрак. Он резко повернул голову назад, сжав кулаки, и круглые глаза, которые он увидел в темноте, отражали в себе далекие огни Мэйн-сити. Это были не человеческие глаза. - Каракал? - Нин Гу был шокировн. - Ты каракал Лянь Чуаня! Круглые глаза медленно приближались к нему, и он наконец смог различить коричневую спину в черных пятнах и пару заостренных ушей с кисточками. - Ты пришел за мной? -Нин Гу настороженно отступил на шаг. - Я не причинил ему вреда, он вернулся в Мэйн-сити! Ты знаешь об этом? Каракал сел, наблюдая за ним. Он не выглядел враждебно, как в первый раз, когда Нин Гу его увидел. Нин Гу выдохнул с облегчением, затем осторожно придвинулся ближе и присел перед ним на корточки. - Эй, ты что, просто бродишь здесь без хозяина? Каракал все еще наблюдал за ним. - Лянь Чуань сказал, что позже его босс встретится со мной. Нин Гу стал рассматривать каракала. Он никогда раньше не видел животных, не говоря уже о том, чтобы рассматривать их так близко. Он даже разглядел на морде каракала усы. - Как насчет того, чтобы ты подождал со мной, пока придет его босс, и мы отдадим тебя ему? Каракал фыркнул, раздув ноздри. Заинтересовавшись, Нин Гу придвинулся еще ближе: - Ты даже вздыхать умеешь? Каракал с шипением оскалил на него зубы. - Эй, не надо! - Нин Гу отступил на несколько шагов, затем нахмурился. - И что я должен делать? Я не знаю, когда сюда придет его босс, я даже не знаю, сможет ли этот босс прийти сюда, так что прямо сейчас… Нин Гу замолчал, не закончив фразу, и очень долго смотрел на каракала. В конце концов, он не выдержал и растерянно поинтересовался: - Ты ведь не можешь быть боссом?

Нин Гу не знал, где сейчас находился Лянь Чуань, и была ли боль, которую он чувствовал ранее, воспоминанием из прошлого Лянь Чуаня или чем-то из его недавнего опыта, но в тот момент, когда он увидел Босса, Нин Гу почувствовал себя немного спокойнее. В конце концов, это была кошка, которая терроризировала Мэйн-сити и убивала людей так же легко, как мух, на равных работая вместе со своим псом-напарником. — Я — Нин Гу, ты ведь уже знаешь мое имя, да? — Нин Гу сел, упираясь руками в землю и морщась от боли, затем немного поерзал, чтобы найти чуть менее болезненное место для своей задницы. — Ты не знаешь, где можно найти еду? — он погладил свой живот. — Я вот-вот умру с голоду. Лянь Чуань украл четыре коробки с пайками, и я съел их все, но теперь я снова голоден… Босс посмотрел на него. Было слишком темно, поэтому Нин Гу не мог разглядеть, что выражал его взгляд, но он видел, что Босс слегка наклонил голову. — Ты только вдумайся, — Нин Гу довольно рассмеялся, — Лянь Чуань, номер один среди твоих дружков из команды зачистки, гиена, от имени которого враги в страхе разбегаются, стащил четыре коробки с пайками из Затерянной долины! Босс не обратил на него внимания и даже не смотрел в его сторону. — Если бы я знал, что он оставит мне еще две упаковки, я бы точно не съел первые две в одиночку, — Нин Гу вздохнул. — Из-за этого я теперь кажусь неблагодарным. Босс встал и подошел к нему. Нин Гу осторожно наблюдал за ним, опасаясь, что каракал укусит его за то, что он заставил Лянь Чуаня голодать. Даже если он обычно считал себя королем-тираном Города-призрака и никогда ни перед кем не пресмыкался, сейчас окружение вынуждает его идти на уступки. Он понимал, что находится не в тех обстоятельствах, чтобы давать отпор. Но Босс все-таки не укусил его, а остановился прямо перед ним. Нин Гу не поверил своим глазам, когда увидел на его спине маленькую кожаную сумку. Это была та самая сумка, которую Лянь Чуань отобрал у него при первой их встрече! — Это Лянь Чуань попросил тебя отдать ее мне? — Нин Гу снял сумку со спины Босса. Его пальцы коснулись шерсти каракала. Она выглядела очень пушистой, но на ощупь была немного жесткой, хотя ее было очень приятно касаться. Он никогда не прикасался к чему-то с похожей текстурой, разве что к собственным волосам. Он очень медленно убрал руку, украдкой проведя пальцами по пушистой спине еще раз. Прежде чем он успел убрать руку, Босс ударил его лапой. — Какой жадный, — Нин Гу вытянул ноги и открыл сумку. — Забирай себе, прикасайся сколько хочешь. Босс отошел. Когда Нин Гу открыл свою сумочку, то увидел, что все безделушки, которые он принес с собой в тот раз, были на месте, а сверху лежали два контейнера с пайками. Они были поменьше тех, что Лянь Чуань украл в Затерянной долине, но пахли вкуснее. — Это мне? — Нин Гу открыл контейнер. — Ты кушал? Может, поедим вместе? — не успел он договорить, как понял, что Босса нет рядом, и он перестал его слышать. Он тут же забеспокоился и вскочил на ноги, запихивая пайки в рот, затем быстро огляделся. — Босс? — он тихо крикнул после того, как прожевал. Каракал не ответил и назад не вернулся. Нин Гу засунул в рот еще один паек и привязал сумочку к бедру, затем попытался пройти немного в сторону. Он снова позвал каракала, но его голос был приглушен едой во рту: — Босс? На этот раз он наконец уловил какое-то движение рядом. Босс снова медленно вышел из черного тумана, и, дойдя до него, развернулся обратно, бросив многозначительный взгляд. — Следовать за тобой? — спросил Нин Гу. Босс отвернулся и пошел вперед, поэтому Нин Гу поспешил за ним. Каракал двигался почти бесшумно во время их путешествия, и Нин Гу приходилось идти быстрее, чтобы не отставать. За Боссом было еще труднее угнаться, чем за Лянь Чуанем, и он точно не стал бы оглядываться и ждать его. Босс сменил направление, которому следовал ранее. Хотя они по-прежнему двигались в сторону Мэйн-сити, они приближались к нему с другой стороны. Обычно Нин Гу все ставил под сомнение, но в этот раз он не стал возражать. Это был каракал Лянь Чуаня, и он мог ему верить. И даже если бы он начал спрашивать, кот наверняка бы проигнорировал его так же, как Лянь Чуань. Он вряд ли умеет говорить. Но, пройдя еще немного, Нин Гу все же не удержался и спросил: — Что случилось с Лянь Чуанем? Ты слышал что-нибудь о нем? Он в безопасности? И, как он и ожидал, каракал даже не повернул головы. Он знал, что задал вопрос, на который сложно ответить, но, по крайней мере, он надеялся, что каракал как-то отреагирует. К сожалению, каракал не зря был напарником Лянь Чуаня — их характеры были очень похожи. В своей голове Нин Гу уже придумал для него имя. «Тебя будут звать Да Лаба* «. *п/п: Большая труба Поев и присоединившись к Боссу, Нин Гу быстро восстановил свою энергию и смог уже потихоньку обращать внимание на окружающие его объекты. Прошло немного времени, прежде чем он заметил, что мех по бокам Босса неравномерно отражает свет. — Твои передние лапы… руки… предплечья…повреждены? — спросил Нин Гу. Разумеется, каракал никак не отреагировал на его вопрос. Нин Гу тоже не ожидал ответа и лишь добавил: — Я не тороплюсь, так что мы можем немного передохнуть, если хочешь. А если ты не можешь идти, я могу тебя нести… Каракал оглянулся и оскалил зубы, издав низкий рык. Какой злобный. Совсем не милый. Нин Гу больше ничего не добавил и молча следовал за ним, скучая еще больше, чем когда был один. Однако теперь, по крайней мере, у него было преимущество: каракал знал дорогу и безопасный короткий путь. К тому времени, когда он снова почувствовал голод из-за долгой ходьбы, в черном тумане снова показались огни Мэйн-сити, и земля под его ногами постепенно становилась более различимой. Нин Гу посмотрел вниз. Земля была усеяна острыми кусками металла — если бы не его ботинки на толстой подошве с металлическими пластинами, к этому моменту его ноги наверняка были бы изрезаны в кровь. Неудивительно, что Летучие Мыши модифицируют свое тело. Если бы они этого не делали, жить в таком месте было бы невозможно. Вот почему он был уверен, что после столь долгого пребывания на такой земле лапы каракала должны быть серьезно повреждены. Ему было немного не по себе. Он провел столько лет, сражаясь в Городе-призраке голыми руками, но, несмотря на то, что он дрался, он никогда никого не подставлял, чего уж говорить о кошке. Чувство вины длилось всего несколько секунд, потому что, подняв взгляд, он обнаружил, что каракал уже вывел его на дорогу, ведущую в Мэйн-сити. В конце виднелась высокая металлическая стена, уходящая прямо в черный туман. Нин Гу знал, что многие части Мэйн-сити окружены высокими стенами, но даже если бы у некоторых проходов была охрана, они не стали бы рассчитывать, что кто-то войдет в город сверху? У него даже не было времени спросить. Каракал бесшумно запрыгнул на стену и за считанные секунды растворился в черном тумане наверху. — Босс? — Нин Гу был шокирован. Разве Лянь Чуань не сказал каракалу, что он всего лишь Странник, а не Летучая мышь? Из черного тумана донеслось низкое рычание. Вероятно, его торопили. Нин Гу не знал, почему каракал решил, что он сможет взобраться на стену. Если бы это было так просто, разве Странникам бы понадобились Летучие мыши, чтобы провести их в город… Но он все равно потер руки в знак готовности. Даже если он упадет, пытаясь удержаться, это все равно лучше, чем не попытаться. В конце концов, теперь он действовал не только от своего имени — сейчас он представляет всех Странников Города-призрака. Его многолетний опыт в драках позволил ему запомнить, с какой позиции прыгал каракал. Там может быть что-то, что поможет ему оттолкнуться и добраться до вершины. Он сделал глубокий вдох, пробежался, чтобы набрать скорость, затем прыгнул вверх. Он оттолкнулся от стены, чтобы подняться еще выше, и потянулся рукой к месту, от которого оттолкнулся каракал. Его пальцы нащупали углубление размером с ладонь, и он быстро зацепился за него. Затем он поставил левую ногу на самый первый выступ, где было такое же отверстие. Это было легко сделать. Все, что нужно было в моменте — это скорость. Если бы он замедлился, то непременно бы упал. Он понятия не имел, насколько высоко ему еще нужно подняться, чтобы добраться до следующего углубления или, может быть, он найдет новое, но ему было все равно. Он решил сначала действовать, а потом думать — если он упадет, то максимум получит травму, но вряд ли умрет. Оттолкнувшись левой ногой от первого выступа, он полез вверх. Когда его правая нога коснулась еще одного выступа, он снова подпрыгнул. Его рука быстро нашла еще одно углубление, и он продолжил отталкиваться ногами. Для Нин Гу, который всю жизнь карабкался и взбирался по металлическому кладбищу и свалкам, преодоление этой стены оказалось не слишком сложной задачей. Дальше был только густой черный туман. В нем он не мог ясно видеть поверхность стены, так как же ему продолжать? Он не думал об этом. Легкомысленные Странники никогда не думают так далеко наперед. Несмотря на то, что падение с такой высоты могло легко его убить, он ни на секунду не колебался и прыгнул еще раз. Но, в отличие от Цзю И, у которого действительно не было мозгов, Нин Гу не был лишен здравого смысла. Подпрыгнув, он тихо отозвался: — Я иду! Каракал не стал бы звать его за собой только для того, чтобы позволить ему вот так умереть. Возможно, он ждет наверху, чтобы помочь. Как только Нин Гу подпрыгнул вверх, он увидел, что ему предстоит дальше, и его бросило в холодный пот. Откуда-то сверху в двух-трех метрах над ним свисала слабо заметная веревка. Если бы прыжки Нин Гу были чуть менее мощными, он бы вообще не допрыгнул! Для человека с более короткими конечностями или более низкого роста это стало бы концом. Каракал заставил бы человека, которого Лянь Чуань поручил ему доставить в Мэйн-сити, разбиться насмерть. Нин Гу ухватился за конец веревки и уперся ногами в стену, чтобы быстро подняться. После того, как он преодолел какую-то часть пути, не упав, оставшаяся часть была намного проще. Оказалось, что веревка свисала не с вершины стены, а из прямоугольного отверстия в нескольких метрах от него. Если бы он весил больше килограммов на пять, то даже не смог бы протиснуться туда. Когда он покрепче перехватил веревку и втянул живот, собираясь лезть внутрь, из отверстия высунулась рука, схватила его за воротник и потянула на себя. Нин Гу не ожидал, что рядом будет кто-то еще, поэтому, когда его затащили внутрь, он уже потянулся к светошумовой гранате, лежавшей в его набедренной сумке, чтобы держать ее наготове. Внутри в трех метрах под отверстием была платформа. Нин Гу упал прямо на нее, когда его протащили через отверстие. Приподнявшись, он сначала увидел лапы каракала и сразу почувствовал облегчение. — Он один? — спросил мужской голос. Каракал ответил коротким рычанием. Нин Гу поднял голову на голос. Ночной свет Мэйн-сити позволил ему ясно разглядеть лицо человека. Старик лет пятидесяти, может, и шестидесяти. И он был довольно силен — ему хватило одной руки, чтобы удержать его и затянуть внутрь. — Нин Гу? — спросил старик. — Ммм, — промычал в ответ Нин Гу, встав, чтобы убрать гранату обратно в сумку. — Очень предусмотрительно даже для тебя, — заметил старик с ноткой пренебрежения. — Просто ради осторожности. Если бы я знал, что здесь находится только такой, как ты, я бы не стал ее доставать. Старик внимательно оглядел его, а затем рассмеялся. Его смех показался Нин Гу знакомым или, может быть… В самом старике было что-то такое, что заставило Нин Гу доверять ему, хотя он и не мог понять, почему. — Раз Босс хочет, чтобы ты остался здесь, давай сначала обговорим условия, — старик подошел ближе к нему и поднял указательный палец. — Во-первых, не трогай здесь ничего. Нин Гу молча уставился на него. Остаться? — Во-вторых, — старик поднял второй палец, — тебе нужно спрашивать у меня разрешения, если захочешь выйти… Пока он говорил, порыв ветра поднял шарф, повязанный вокруг шеи старика, и швырнул ему его в лицо. Он поправил его и продолжил: — В-третьих… Нин Гу внезапно застыл. — Ты слушаешь? — старик заметил его странное выражение лица и пристально всматривался в него. Нин Гу ничего не ответил, но приподнял пальцами шарф старика, снова закрыв его лицо. — Что ты делаешь?! — старик оттолкнул его руку. — Сумасшедший дядя? — спросил Нин Гу. *** — Все, покиньте помещение, — сказал секретарь Чэнь, распахивая дверь своего кабинета. — Отключите все средства связи и наблюдение. — Но секретарь Чэнь… — обеспокоенно обратился к нему кто-то из сотрудников и попытался последовать за ним. Лянь Чуань повернулся, чтобы посмотреть на этого сотрудника. — Со мной все будет в порядке, — секретарь Чэнь махнул рукой, — уходите отсюда, а если что-нибудь случится, идите к директору Су. Никто не шелохнулся, наблюдая, как Лянь Чуань и секретарь Чэнь закрываются в его кабинете. Директор Су был самым высокопоставленным лицом в Городском департаменте и самым важным человеком во всем Мэйн-сити. Помимо Праздника, он очень редко появлялся на людях. Вероятно, он сидел сейчас перед экраном в каком-нибудь из самых глубоко расположенных подземных кабинетов под зданием Городского департамента и наблюдал за сложившейся ситуацией. Секретарь Чэнь остановился и слегка наклонил голову. — Здесь безопасно. Ничто из того, что мы скажем в пределах этих стен, не будет записано, и я обещаю, что мы не будем копаться в твоей памяти. Лянь Чуань ослабил хватку на горле секретаря. — Я никогда не думал, что настанет день, когда ты ворвешься в мой кабинет вот таким образом, — сказал секретарь Чэнь, потирая шею. Он подошел к своему столу и медленно сел в кресло, глядя на Лянь Чуаня. — Не хочешь ли чего-нибудь выпить? — Я хочу видеть Администраторов, — сказал Лянь Чуань. — Никто не имеет права просить о встрече с Администраторами, ты должен знать об этом. Если они хотят кого-то видеть, они уведомляют об этом систему. Мы никак не можем это изменить. — Просто доложите им, — сказал Лянь Чуань. — Доложить? — секретарь Чэнь взглянул на него. — Доложить о чем? — Что один подопытный вышел из-под контроля, — ответил Лянь Чуань. Рука секретаря Чэня, потянувшаяся за стаканом, на пару секунд застыла в воздухе, прежде чем он убрал ее. Он обратился к Лянь Чуаню: — Что еще ты знаешь? — Я знаю то, что вы хотели бы знать. — Это обмен? — спросил секретарь Чэнь. Лянь Чуань промолчал. — Чуань, — секретарь встал и медленно подошел к нему, — в такие моменты нужно сотрудничать, а не диктовать свои условия. Ты очень силен — в Мэйн-сити нет никого сильнее тебя, но это не значит, что тебя нельзя устранить… — Я знаю, — сказал Лянь Чуань. — Хорошо, что знаешь, — секретарь Чэнь похлопал его по плечу, — так что… — Я знаю, что вы не посмеете. Рука секретаря застыла на плече Лянь Чуаня, и его лицо вмиг помрачнело, когда он смерил его взглядом. — И кроме того, — продолжил Лянь Чуань, — как бы Мэйн-сити ни хотел избавиться от меня, я все равно незаменим. Секретарь Чэнь долго молчал, затем медленно вернулся за стол, положил на него руки и спросил: — Зачем тебе нужно видеть Администраторов? — Мне нужно задать им вопрос о себе. Это не связано с нашей сделкой. Сделка. Лянь Чуань не был уверен, почему он использовал это слово. Может быть, из-за Нин Гу — этот парень целыми днями заключал со всеми сделки. — Как я могу тебе доверять? — спросил секретарь Чэнь. — Ты хочешь обойти контроль Мэйн-сити и встретиться с Администрацией напрямую, но не объясняешь причин. Как я могу быть уверен, что у тебя нет скрытых мотивов? — Вы не можете, так же, как я не могу доверять вам. Секретарь Чэнь возразил: — В данной ситуации риск, который я беру на себя в связи с этой сделкой, намного больше твоего. — Вы привыкнете, — сказал Лянь Чуань. — Я никогда никому не доверял. Я ежедневно рисковал своей жизнью в течение двадцати шести лет. — Какие проводятся секретные эксперименты, кто в них участвует, каковы способности Нин Гу, — секретарь Чэнь пристально наблюдал за ним, — что произошло в Затерянной долине — мне нужно знать все после твоей встречи с Администраторами. — Договорились, — Лянь Чуань кивнул, соглашаясь.

— Я Фань Лю, — сказал старик, открывая дверь, — но ты можешь звать меня дядей Фанем. — М-м-м, — промычал Нин Гу в ответ, следуя за стариком. — Дядя Фань. — Тот «Сумасшедший дядя», о котором ты упомянул, — спросил Фань Лю, — кто он такой? — Один из Странников из Города-призрака, — сказал Нин Гу. — У вас обоих похожий взгляд. — О, — Фань Лю задумался на мгновение, — разве мы не похожи и в остальном? — Не особо, — осторожно ответил Нин Гу. Он мог доверять Боссу, но не этому старику. — Поэтому я и прикрыл твое лицо. Фань Лю не стал развивать эту тему и просто кивнул: — Не может существовать двух одинаковых людей. В Мэйн-сити строго следили за численностью населения. Ни в одной семье не могло быть больше одного ребенка. Даже у Странников, живущих в Городе-призраке, было очень мало детей из-за ограниченных ресурсов на их содержание, поэтому семьи с более чем одним ребенком встречались очень редко. Дин Цзы и Чуэй Цзы были единственными братьями, и то потому, что Дин Цзы усыновили. Однако Фань Лю и Сумасшедший дядя были очень похожи. Несмотря на то, что лицо Сумасшедшего дяди было почти скрыто бородой и спутанными волосами, Нин Гу провел с ним достаточно времени, чтобы заметить сходство и запомнить знакомого человека по силуэту. Но он ничего не сказал — кто знает, кем на самом деле был этот Фань Лю. Дом Фань Лю находился по другую сторону металлической стены в подвале старого заброшенного здания. Когда-то это место, должно быть, было оживленным торговым центром. Путь от входа вел по извилистым, запутанным коридорам, но, к счастью, у Нин Гу был опыт путешествия по Затерянной долине, так что не заплутать в этом месте было относительно легко. Ему нужно было лишь запомнить количество поворотов направо и налево, чтобы найти дорогу обратно. — Здесь безопасно, — Фань Лю подошел к столу и поставил на него поднос с водой и едой. — У Городской стражи здесь нет поста, а патруль проходит мимо всего раз в день. — М-м-м, — Нин Гу присел к столу. — Ты можешь лечь спать в той маленькой комнате, там есть кровать, — сказал Фань Лю, указывая на маленькую дверь. — Мы с Боссом будем здесь. — Босс живет здесь? — удивленно спросил Нин Гу. Оглянувшись, он заметил в углу три больших, висящих друг над другом гамака. Босс уже запрыгнул в самый верхний и лежал в нем с закрытыми глазами. — Нечасто, — ответил Фань Лю. — Он остается с Лянь Чуанем, когда у них совместное задание. — Как там Лянь Чуань? — сразу же спросил Нин Гу, услышав это имя. В конце концов, этот человек знаком с Боссом, он должен знать, как обстоят дела у Лянь Чуаня. — Он еще не выходил из здания Городского департамента, — Фань Лю налил себе стакан воды и сделал медленный глоток. — Он поднял на уши весь Мэйн-сити — даже сейчас половина вооруженных сил все еще охраняет здание. — Он был ранен? — спросил Нин Гу. — Его привели туда силой или он пришел добровольно? — Не так-то просто причинить ему вред, — усмехнулся Фань Лю. — Он взял в заложники министра Городского департамента и сам вошел в здание. — Как скоро он может выйти? — Нин Гу продолжал спрашивать. — Этого я не могу сказать, — ответил Фань Лю. — Может быть, он никогда больше и не выйдет… — Что? — Нин Гу вскочил со стула, — он не сможет выйти? — Нападение на высших должностных лиц главного административного органа Мэйн-сити — тяжкое преступление. Оно карается немедленным уничтожением, — Фань Лю, казалось, не был удивлен его резкому порыву и спокойно смотрел на собеседника. — Даже если Городской департамент учтет все, что Лянь Чуань сделал для Мэйн-сити, и попытается смягчить приговор, это, скорее всего, в лучшем случае грозит ему перезагрузкой… Босс поерзал в гамаке и раздраженно засопел. — Ты прав, перезагрузка была бы невозможна, — задумался Фань Лю. — Кто в Мэйн-сити не знает о гиене по имени Лянь Чуань? Так что единственный вариант — пожизненное заключение, что, по сути, то же самое, что и уничтожение. В любом случае, его больше никто не увидит. Так что, может быть, он будет изгнан. — Изгнан? — Нин Гу уставился на него. — Куда? — О Затерянной долине не может быть и речи, там Поэт. Наверное, это был бы… — задумался Фань Лю, — Город-призрак. — Если бы его сослали туда, то это было бы не так плохо, — Нин Гу расслабился и откинулся на спинку стула. Эти слова заставили Фань Лю громко рассмеяться. — Что тут смешного? — Нин Гу раздраженно посмотрел на него. — Гиена, убившая бесчисленное количество Странников, изгнанная в Город-призрак без какого-либо снаряжения, без поддержки, без ресурсов для выживания — чем, по-твоему, это может закончиться? Фань Лю все еще смеялся, когда добавил: — Думаешь, для него это каким-то образом хорошо закончится? — У него есть я, — сказал Нин Гу. — Я смогу защитить его. — Глупый мальчишка, — вздохнул Фань Лю. — Ты даже не увидишь его. Думаешь, глава настолько добр, чтобы оставить его присутствие без внимания? Человек, который столько лет поддерживал мир между Городом-призраком и Мэйн-сити совсем не филантроп. Рука Нин Гу замерла в воздухе, когда он потянулся к пайкам. — Тебя воспитал глава, верно? — с интересом спросил Фань Лю, наклонившись к Нин Гу. — Тогда ты… Нин Гу кинул кубик обратно в контейнер, встал, оттолкнул Фань Лю в сторону и ушел в маленькую комнату, хлопнув дверью. — Я что-то не так сказал? — Фань Лю посмотрел на Босса. Но каракал только зевнул и прикрыл глаза лапой, полностью игнорируя вопрос. — Эй, Нин Гу, — позвал Фань Лю, стоя за дверью маленькой комнаты, — ты можешь пользоваться удостоверением личности Лянь Чуаня, я уже изменил данные на нем. Но ты должен сообщить мне, если захочешь выйти — я не могу позволить кому бы то ни было раскрыть это место. Дверь распахнулась, и в проеме показался Нин Гу: — Тогда я сообщаю тебе, что ухожу прямо сейчас, и неважно, поймают меня или нет, я не вернусь сюда. — Научись терпению, — сказал Фань Лю закрытой двери. — Терпение — ключ к выживанию. Комната выглядела обычно. В ней все было аккуратно расставлено, гораздо аккуратнее, чем в жилище Нин Гу в Городе-призраке, и на кровати был даже толстый и мягкий матрас. Нин Гу огляделся, не совсем понимая, что ищет, но желая убедиться, что тут нет ничего необычного. Он лег на кровать. Честно говоря, он не спал на чем-то столь удобном с тех пор, как покинул Город-призрак. После всей этой суматохи он чувствовал себя совершенно измотанным. И все же он не мог заснуть. Он прикоснулся к своей сумке, затем осторожно вынул оттуда все предметы, чтобы осмотреть их по очереди. Пока он убирал все обратно, Дин Цзы сидел напротив и разговаривал с ним. В то время он впервые хотел посетить Мэйн-сити, но Дин Цзы боялся, что он не вернется… Как сейчас поживает Дин Цзы? Что творится в Городе-призраке? А глава… «Не бери в голову.» Раздраженный, он сел, поднял свой сапог и пошарил внутри, чтобы достать «ключ». Фу Лу уже высмеял эту вещь, сказав, что она совершенно бесполезна, и что таких, как она, еще сотни. Однако Нин Гу ему не поверил. Зачем кучке Летучих мышей преследовать его до самого Мэйн-сити из-за чего-то бесполезного? В таком случае, их не может быть сотни. Даже если этот «ключ» не единственный в своем роде, таких «ключей» может быть не больше десятка. Он поднес металлический шар поближе к лицу и внимательно рассмотрел его, закрыв один глаз. Он снова не нашел в нем ничего особенного, лишь заметил множество крошечных отверстий на его поверхности. На прикроватной тумбочке стояла лампа, ее свет был намного ярче, чем холодный свет фонарей в Городе-призраке. Нин Гу поднес шар ближе к лампе и поморщился от яркого света, который резал ему глаза. Он прищурился и медленно повернул шар. Он уставился на него так пристально, что чуть не ослеп. Именно тогда он наконец обнаружил, что эти крошечные отверстия были разного размера. Некоторые были чуть больше, другие чуть меньше. Различия были незначительными, и поначалу они казались хаотично расположенными, но при рассмотрении он заметил закономерность — отверстия находились в упорядоченной последовательности. Он смотрел так внимательно, что у него начали болеть и слезиться глаза, но Нин Гу продолжал рассматривать «ключ», пока не убедился, что каждые восемь отверстий разного размера образовывали группу, были расположены в одинаковом порядке и покрывали всю сферу. В этом должен быть какой-то смысл. Нин Гу запомнил последовательность и убрал шар обратно в маленький внутренний карман своего сапога. *** — Я ничего не могу обещать и дать гарантий, что ничего не произойдет после твоей встречи с Администраторами, — сказал секретарь Чэнь, глядя на Лянь Чуаня. — Потеря контроля над первым экспериментальным образцом — серьезное дело. Система отреагирует раньше Администраторов, поэтому ты должен позаботиться о собственной безопасности. — Я знаю, — сказал Лянь Чуань. Секретарь Чэнь сделал шаг назад, и дверь кабины закрылась. Лянь Чуань начал спуск в неизмеримые глубины. Как в прошлый раз, его окружали лишь тишина и кромешная тьма вокруг. Согласно его просьбе, секретарь Чэнь сообщил Администраторам о потере контроля над первым экспериментальным образцом. Эта информация была передана системе, но прежде чем Администраторы бы увидели непокорного подопытного, система должна была обеспечить их полную безопасность и нейтрализовать любые потенциальные угрозы, исходящие от подопытного. Лянь Чуань не знал, что будет после того, как дверца кабины откроется, и до того, как он встретится с Администраторами. В Мэйн-сити еще не было подобных ситуаций, поэтому никто не знал, как система поведет себя и как обеспечит безопасность Администраторам. Подъемник остановился. Лянь Чуань посмотрел вниз, чтобы не ослепнуть от неизбежного яркого света. Краем глаза он увидел, как дверцы разъезжаются в стороны. Даже когда они открылись всего наполовину ширины человеческого тела, он уже заметил красную точку на потолке ясно освещенного коридора. Прежде чем оттуда вырвался луч, Лянь Чуань проскользнул через дверь и бросился вперед, не попадая под траекторию луча. В тот момент он не стал утруждать себя вычислениями. Вместо этого он подпрыгнул, оттолкнулся от стены и нанес мощный удар ногой в сторону машины. Грохот от столкновения металла с металлом эхом разнесся по коридору. Лянь Чуань понял, что на месте столкновения с его ногой останется вмятина. Красная точка исчезла. Однако система не могла полагаться только на это, чтобы остановить его. Лянь Чуань не мог терять время. Как только он приземлился на пол, то бросился в конец коридора и еще раз ударил ногой в дверь для заседаний с Администраторами. Дверь открылась в зловещей тишине. На полукруглом столе за дверью лежали три знакомых ему оружия — ими чаще всего пользовалась команда зачистки. Прежде чем какое-либо из них успели использовать против него, он схватил то, что посередине, развернулся и выстрелил в коридор. Экспериментальный объект, который еще не успел добраться до двери, распался на маленькие черные фрагменты. Оставшиеся два оружия на столе были выключены. Двери зала тоже закрылись. — Опусти оружие, — раздался голос Сяохун*. *п/п: Сяохун — маленький красный, Сяолу — маленький зеленый, Сяолань — маленький синий. Так Лянь Чуань называл Администраторов. Лянь Чуань бросил оружие обратно на стол и прошел в центр зала. — Разве ты не «вышел из-под контроля»? — спросил Сяохун. — Ты солгал, — сказал Сяолань или Сяолу. — Зачем ты солгал? — Мне нужно было встретиться с Администраторами, — ответил Лянь Чуань. — Твои действия нарушают правила, — сказал Сяохун. — Причина заключается в том, чтобы выжить любой ценой, — сказал Лянь Чуань. — Поэтому я должен устранить все, что этому мешает. Администраторы на мгновение замолчали, прежде чем Сяолань или Сяолу заговорили: — Несомненно. — Несомненно, — подхватил Сяохун. — Кто я? — спросил Лянь Чуань. — Первый результат проекта «нарушений», — ответил Сяохун. — Каково мое происхождение? — снова спросил Лянь Чуань. — Сохраненные данные указывают на предыдущее поколении Мэйн-сити, — ответил Сяохун. — Возможно ли, — Лянь Чуань посмотрел на три пустых стула, — специально расширить возможности Бетельгейзе в нелабораторных условиях? — Этот вопрос выходит за рамки дозволенного, — ответил Сяолу или Сяолань. *** Когда Лэй Ю вышел из капсулы для сна, Чунь Сан сидела в гостиной и смотрела в окно. Услышав его шаги, она повернула голову и улыбнулась ему: — Вот и закончился твой отпуск. — Скоро уже вернусь на службу в министерство Внутренней обороны, — сказал Лэй Ю, надевая куртку. — Как обстановка? — Нам нужно вместе отправиться в Городской департамент, — сказала Чунь Сан. — Чуань взял в заложники Чэнь Фэя и собирался нанести визит Администраторам. — Что? — Лэй Ю остановился, как вкопанный. — У него есть час на встречу с Администраторами, — сказала Чунь Сан. — После Городской департамент объявит Лянь Чуаню приговор. — Администраторы согласились его принять? — спросил Лэй Ю. — По какой причине? — Самый первый экспериментальный образец вышел из-под контроля, — ответила Чунь Сан, потирая виски. — Он знает. -… Поехали, — сказал Лэй Ю. Городская стража по-прежнему ожидала у здания Городского департамента, и их было столько, сколько ни разу не видели прежде, даже в день Праздника. У всех, кого они видели по пути в здание, были хмурые лица. В приемной собралось много людей: присутствовали руководители всех отделов департамента, кроме главы министерства Внутренней обороны Шэнь И, который находился на совещании. Когда Лэй Ю вошел, все повернули головы в его сторону. Лучший из команды зачистки, член команды, которого капитан Лэй ценил больше всего, сейчас встречался с Администраторами после того, как взял в заложники секретаря. Каждый взгляд, направленный на него, был полон множества труднообъяснимых эмоций. Мир, который с таким трудом поддерживали в Мэйн-сити на протяжении долгих лет, упадок, который все старались игнорировать, но не могли избежать — все это, казалось, было вмиг раскрыто действиями Лянь Чуаня. Теперь, принося с собой чувство тревоги и беспокойства, все это предстало перед людьми. Даже если в глубине души каждый знал, что так произойдет, тот, кто первым нанесет удар и раскроет правду, всегда будет объектом нападок и критики. Лэй Ю тихонько отошел в угол помещения и остановился рядом с Сяо Линем. — Уже проснулся? — спросил Сяо Линь. — И да, и нет, — Лэй Ю потер лицо. — Совещание еще не завершилось? Они пришли к какому-то решению? — Пока нет, — Сяо Линь взглянул на него, — но похоже, что Лянь Чуань не будет уничтожен. — Все же от него еще есть польза, — вздохнул Лэй Ю. — И в этом заслуга команды зачистки, — сказал Сяо Линь. Лэй Ю уже знал о действиях команды зачистки. Когда Лун Бяо спросил его о миссии Лянь Чуаня, он понял, что они в итоге сделают что-то, что разозлит Мэйн-сити. Однако он не остановил их и не предупредил. Теперь, слушая голос Сяо Линя, в котором сквозило злорадство, он даже почувствовал легкое удовлетворение. *** — Пойдем. Я выведу тебя на свежий воздух, — Фань Лю толкнул дверь и вошел в комнату. Нин Гу остался лежать на кровати. — Я не хочу. — В это время немноголюдно, — сказал Фань Лю. — Я отведу тебя в развлекательный магазин, чтобы ты смог развеяться. Туда часто заходят ребята из команды зачистки. Нин Гу немедленно встал. — Но тебе придется замаскироваться, — напомнил ему Фань Лю. — Даже если магазин находится в районе С, твоя личность все равно довольно узнаваема. — И как мне замаскироваться? — спросил Нин Гу. — Смотри на меня, — сказал Фань Лю. Босс лежал в гамаке снаружи, но застыл, как только увидел, что Нин Гу вышел. — Что думаешь? — Фань Лю указал на Нин Гу. — Ты бы его узнал? Фань Лю нарисовал чем-то на лице Нин Гу несколько шрамов, затем сверху нанес грязь. Он также надел на голову Нин Гу потрепанную шляпу с полями. Теперь он был неотличим от бродяг, скитавшихся по району D. Босс отвернулся. Фань Лю вывел Нин Гу за дверь, и Босс последовал за ними. Но как только они вышли из заброшенного торгового центра, Босс бесследно исчез. — Где Босс? — спросил Нин Гу. — Кто знает, — Фань Лю поправил свою, такую же уродливую шляпу, чтобы она прикрывала большую часть его лица, когда они вышли на улицу. — Запомни дорогу, по которой я тебя веду. В некоторых районах система безопасности Мэйн-сити активна, поэтому нужно стараться ее избегать. — Понял, — Нин Гу кивнул в ответ. — Раньше в районе С было много таких зон, но теперь многие районы отключили ради экономии энергии, — объяснил Фань Лю. — Если не заходить в район B, то перемещаться незаметно не составит труда. — Откуда ты это знаешь? — спросил Нин Гу. — Кто ты такой? — Я? — Фань Лю немного подумал, — бывший капитан команды зачистки. — И как ты тогда оказался в таком положении? — Нин Гу окинул его взглядом. — Как так получилось? — Фань Лю приподнял брови. — Теперь я свободен, как птица. Нин Гу не ответил. Он не совсем верил Фань Лю, но чувствовал, что тот, возможно, говорит правду. Пройдя некоторое расстояние, они начали понемногу встречать жителей Мэйн-сити. Люди спешили, бросали на них настороженные взгляды, затем быстро опускали головы и шли дальше. Из-за угла выкатился красный мяч. Когда он прокатился мимо ноги Нин Гу, тот быстро шагнул вперед, чтобы остановить его. — Это мой, — раздался тихий и тоненький голосок. Из-за угла выглянула маленькая фигурка. С ракурса Нин Гу была видна лишь половина маленькой головы. Это был ребенок, хотя Нин Гу не мог точно сказать, был ли это мальчик или девочка. Как только Нин Гу собирался пнуть мяч ребенку, кто-то подхватил ребенка сзади, и он исчез за углом. «Я действительно так страшно выгляжу?» Нин Гу коснулся своего лица. «Да, наверное так и есть.» Он легким пинком отправил мяч туда, где стоял ребенок. К тому времени, как Нин Гу и Фань Лю завернули туда, там уже никого не было. — Должно быть ребенок рожден нелегально, — сказал Фань Лю. — Если это выяснится, ребенка «утилизируют». — Утилизируют? — Нин Гу в шоке повернул голову. — Ты так много времени проводил с Лянь Чуанем, — Фань Лю посмотрел на Нин Гу, — и не знал? Нин Гу промолчал. — Это одна из обязанностей команды зачистки, — объяснил Фань Лю. — Как ты думаешь, почему их называют «командой зачистки», почему люди называют их «гиенами»? Только потому, что они избавляются от Странников? Они избавляются от всего — от всего, что Мэйн-сити считает ненужным, от всего, что не должно существовать. Кто-то приближался к ним, и Фань Лю замолчал. Когда человек прошел мимо них, он вынул руку из кармана. Нин Гу сразу почувствовал неладное, но как только он собирался что-то предпринять, чтобы взять контроль над ситуацией, Фань Лю схватил его за локоть. Человек прошел мимо, а у ног Фань Лю раздался слабый звон. Нин Гу заметил на земле узкую металлическую трубу шириной с мизинец. Фань Лю взял трубу, и тут внезапно с ближайшей крыши спрыгнул Босс. Нин Гу сразу понял, что Фань Лю и Босс вывели его на улице не просто чтобы тот подышал свежим воздухом. Они хотели передать ему послание. Фань Лю вытащил из трубы свернутый листок бумаги. Когда Нин Гу заметил, что в металлической трубке был листок бумаги с какими-то записями, он быстро придвинулся ближе. К тому же, было уже слишком поздно возмущаться. Прочитав записку, Фань Лю положил ее на землю, чтобы и Босс смог прочитать, а затем посмотрел на Нин Гу. — Это примерно то, чего я и ожидал, но о чем только думает Лянь Чуань? Нин Гу встретился с ним вопросительным взглядом, чувствуя себя неловко. Заметив недоумение в его глазах, Фань Лю наконец спросил: — Ты не умеешь читать? — Да, — кивнул Нин Гу. Фань Лю вздохнул. — Городской департамент объявил, что Лянь Чуань будет изгнан из Мэйн-сити. Сейчас он находится под стражей, вероятно, ждет поезда, который доставит его в Город-призрак. Но в этом сообщении еще говорится, что Лянь Чуань попросил о заключении без связи с внешним миром. — Что за заключение без связи? — спросил Нин Гу. — Полное отключение, — прошептал Фань Лю. — По сути, кома — состояние, когда ничего не знаешь, нет снов, нет сознания… Но почему? Нин Гу молчал. Почему Лянь Чуань просил об этом? Он мог догадаться.

Страница книги Тающий город в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

О книге