Глава 0 - Пролог

На этом закончим.

До Квон произнёс эти слова бесстрастным голосом. Ын Су мог поклясться, что если бы не тот факт, что они находились в одной спальне обнажёнными, то создавалось ощущение, будто он закончил переговоры.

-......?

Ын Су спросил, в чём дело, не сразу поняв, что имеет тот в виду. Но До Квон не отвечал. Однако Ын Су позже понял, о чём он говорил.

До Квон схватил свой пиджак и встал с кровати, говоря спокойным голосом:

- Бом-и, нет, избавься от ребёнка.

-...... Что?

Ын Су выглядел так, будто его ударили по голове. Он выглядел как человек, у которого только что высосали всю душу, или как человек, который узнал о том, что завтра наступит конец света.

Как только Ын Су услышал слова: «Избавься от Бома, избавься от ребёнка», они ещё долго прокручивались в его голове. Он испытал тот же шок, что и тогда, когда услышал новость о смерти своих родителей.

- От кого избавиться?

- Бом-и?

- Почему?

- Как…? Как ты мог…? Как ты мог сказать такое мне? Как ты можешь просить меня избавиться от семьи, которой мне так не хватало? Как ты можешь говорить такое, когда я наконец-то смог завести семью?!

Ын Су от шока потерял дар речи. До Квон, не удосужившись нормально ответить, заговорил:

- Если это не мой ребёнок, то мне все равно, избавишься ты от него или нет. Если же он мой, то сделай аборт.

-.......

- Больше не беспокой меня.

-.......

- Если ты нуждаешься в деньгах, я тебе заплачу. Это было весело, поэтому я заплачу тебе любые деньги за секс.

-...... Весело?

Ын Су повторил слова До Квона с отчаянием в голосе.

«Если это мой ребёнок, избавься от него. Больше не беспокой меня. Я заплачу тебе. Деньги за секс. Веселье».

Слова, которые выплюнул До Квон, распадались постепенно на отдельные слоги. В конце концов, они разделились на согласные и гласные и посыпались на голову Ын Су, как камни размером с кулак. Одновременно с этим по его щекам потекли густые слезы.

«Что, как, почему, сейчас…»

В голове был полный бардак. Ошеломлённый Ын Су застыл на ровном месте. Он был слишком ошеломлен, слишком переполнен отчаянием, чтобы хоть как-то отреагировать. Единственное, что двигалось, — это его глаза, которые быстро метались из стороны в сторону, и слезы, падающие по щекам. В какой-то момент он даже перестал дышать.

Пока Ын Су падал в бесконечную пропасть, До Квон присел на кровать и посмотрел ему в глаза.

- Не пачкай себя, давай закончим на этом, Ын Су.

Его тон был успокаивающим, как у ребенка, но в то же время он настаивал на том, чтобы провести черту между ними.

-.......

Ын Су ничего не ответил.

До Квон без раздумий встал и отвернулся. Дверь спальни открылась, и он вышел. Его шаги, медленные и отдаленные, топтали рассудок и мысли Ын Су.

Глава 1 - То, что мы утратили первым

Весь мир готовился к весне. Новая жизнь прорывалась сквозь мерзлую землю. Зимний ветер, царапавший мои щеки, доносил слабый аромат цветов. Выражения лиц людей также стали ярче, поскольку сейчас было самое время, чтобы носить более лёгкую одежду.

Такая погода поднимала настроение, даже если вы просто стояли на месте и наслаждались дуновением ветра.

Ын Су стоял перед входной дверью офисного отеля. До назначенного времени оставалось 15 минут, но мужчина, которого он ждал, должен был появиться меньше чем через пять минут. Потому что он всегда приходит на 10 минут раньше. Поэтому и он пришёл пораньше на 15 минут, чтобы соответствовать ему.

Ын Су поднял каблук, затем опустил его и посмотрел на уличные деревья. Это была ветка дерева без листьев, но он продолжал смотреть на нее, потому что она казалась ему красивой. Вишня, вероятно, зацветет примерно через месяц.

Должно быть, это красиво. Они будут такими красивыми, с пушистыми лепестками и искрящимися цветами.

Ын Су нежно коснулся своего живота. Наверное, к тому времени то, что находится внутри живота, вырастит такого же размера, как и этот цветок. Нет, потребуется сезон или два, чтобы вырасти до такого же уровня.

«Но я надеюсь, он быстрее вырастет».

Ын Су сморщил переносицу и слабо улыбнулся. К обочине дороги подъехал роскошный седан. Это была знакомая машина.

Ынсу улыбнулся и подошёл к машине, но прежде чем она успела туда добраться, человек на водительском сиденье уже выглядел сердитым.

- Ын Су, почему ты уже здесь?

Это был До Квон. Он был альфой Ын Су и отцом крошечной жизни в его животе.

Он снял пальто, которое было на нем, и быстро обернул его вокруг Ын Су. Запах До Квона и уникальный сладкий феромон альфы окружили Ын Су. Мальчишка глубоко вздохнул и поприветствовал его.

- Пришел?

- Холодно, у меня даже шарфа нет…

До Квон цокнул языком, как будто был совершенно недоволен, и затем плотно застегнул пальто. Ын Су взял его за руку и прислонил к своей щеке.

- Сейчас же весна, мне даже шарф не нужен.

- И все же тебе стоит быть осторожным. Ты беременный.

До Квон нежно погладил щёку Ын Су, затем поцеловал кончик носа, подбородок и коротко поцеловал в губы.

Ын Су тихонько рассмеялся от щекочущих поцелуев и от его необычной заботы. «На мне же не была одежда с короткими рукавами, на мне было трикотажное пальто, и простоял я всего 5 минут. Он слишком сильно печётся обо мне».

- Все в порядке, правда.

- Поехали уже.

До Квон выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но милостиво сдержался. Вместо этого он сжал руку Ын Су и повёл его к машине. Он открыл дверь, усадил Ын Су и пристегнул его ремнем безопасности. При этом он не забыл несколько раз подергать ремень, чтобы убедиться в его надежности.

До Квон обошел машину наполовину и сел на водительское сиденье. Затем выключил аварийку и завел машину.

- Холодно? Может, включить обогреватель? - спросил До Квон, поворачивая руль. Ын Су сказал: «Все в порядке», монотонным голосом и посмотрел в окно. Всматриваясь в мелькающие пейзажи.

Сегодня у него день посещения гинеколога. Это был его второй плановый визит с момента беременности, и он скорее нервничал, чем радовался. Он хорошо питается, хорошо спит, и с его здоровьем все в порядке, так что он недоумевал, что его так тревожило.

Ын Су сжимал и разжимал кулаки, пытаясь успокоить свои нервы. Большая теплая рука накрыла его кулак. Ын Су посмотрел на До Квона, который не отрывался от дороги, и улыбнулся. Это было невысказанное утешение, призывающее меня не нервничать.

Вскоре До Квон снова сосредоточился на вождении. Ын Су разглядывал его. Как он всегда замечал, мужчина был очень красив. Безупречная гладкая кожа, аккуратные брови и густые темные ресницы, в меру глубокие двойные веки, переносица, возвышающаяся над остальным лицом, словно нарисованная линейкой, мужественная угловатая челюсть, полные губы. Он холоден, когда неподвижен, но при нём он всегда улыбается, и он не может не думать, что До Квон потрясающе красив.

- Ребенок.

- М?

- Надеюсь, он будет похож на господина До Квона.

Ын Су произнёс эти слова тихим голосом. При этих словах густые брови До Квона слегка нахмурились. В этот момент на светофоре загорелся красный свет, и он нажал на тормоз. Затем он нежно коснулся руки Ын Су.

- Мне не нравится эта идея. Он должен быть похож на тебя. Не думаю, что я буду любить его, если он будет похож на меня.

- Но почему? Он должен быть красивым, как вы.

- Нет, у меня не красивое лицо.

Глаза Ын Су расширились от неожиданного самоуничижения слов. Затем он звонко рассмеялся.

- Почему вы так думаете? Вы же красивый!

- А если это будет девочка? Нет, хм… Тогда думаю, что девочка должна быть на меня похожа. В мире много сумасшедших, поэтому если у неё будет такая же некрасивая внешность, как у меня, то к ней даже никто не посмеет приблизиться.

- ...

- Но что, если она будет похожа на тебя? Это будет очень плохо, потому что все будут хотеть её. Хотел бы я, чтобы Корея была страной, где люди могут свободно носить оружие. Чтобы было гораздо проще пристрелить этих грязных ублюдков, - пробормотал До Квон с серьёзным выражением лица.

Ын Су еле заметно улыбнулся, глядя на своего альфу. Это было восхитительно, что он даже задумывается о покупке оружия для своего будущего ребёнка.

- Ын Су.

- Да?

- Мы...

- Да?

- Может, поженимся?

У Ын Су упала челюсть.

Свадьба? Почему он внезапно об этом заговорил? Конечно, он задумывался об этом, ведь они уже встречались два года, да и к тому же он был беременный, но совсем не ожидал услышать эти слова в такой момент...

Ын Су судорожно перебирал пальцы. Конечно, он был очень счастлив. Но оказавшись впервые в такой ситуации, он не знал, как реагировать.

После долгого молчания До Квон заговорил.

- Ты беременный, и мы одного возраста... Нет, ты моложе, но мне уже тридцать четыре, но это неважно, хмм… Я просто подумал, может, нам стоит пожениться, чтобы облегчить некоторые ситуации.

- ...

- Тогда для посещения к гинекологу не придётся записываться отдельно, и мне будет легко ухаживать за тобой все 24 часа. А, или вдруг у тебя что-то заболит или ты захочешь поесть что-то вкусненькое, я же должен быть рядом, верно?

- ...

- Ну, тебе необязательно отвечать прямо сейчас, но я бы хотел, чтобы наши отношения стали более прочными.

Рука До Квона, лежащая на рулевом колесе, была полна сил. Сухожилия на тыльной стороне его рук были выпуклыми. Его глаза смотрели прямо перед собой, но слегка расфокусировались, а ушные раковины были красными, как будто их кто-то поджег.

Ын Су уставился на него. Почувствовав на себе пристальный взгляд, До Квон прикусил внутреннюю сторону щеки. Затем он продолжил говорить, как ни в чем не бывало.

- Вообще-то я собирался сделать предложение в эти выходные, пока ребёнок ещё совсем маленький.

-…

- Я просто захотел сделать это прямо сейчас, потому что я тебя так сильно люблю и не могу поверить, что это происходит на самом деле. Думаю, я буду чувствовать себя таким образом в безопасности, ведь ты всегда будешь рядом.

-…

Ын Су вырвал свою руку из руки До Квона. Его плечи затряслись, а румяное лицо стало задумчивым. Ын Су снова сжал его руку, но в этот раз не одной, как раньше, а двумя, крепко сжимая. Он крепко прижался к нему губами, а затем отстранился.

Брови До Квона взметнулись вверх. Некогда раньше задумчивый вид лица превратился в яркое и ослепительное, как солнце. Ын Су заметил эту перемену и улыбнулся. В тот момент, когда он поцеловал его в губы…

БАМ!

Вдруг громкий звук пронзил мои барабанные перепонки. Не только До Квон, но и я нахмурился. Но грохот сменялся на что-то оглушительное и не заканчивался.

БАМ! БАМ! БАМ!

Здесь и там звучал непонятный грохот. До Квон почувствовал дурное предчувствие, оглядевшись, он увидел огромный грузовик, промчавшийся мимо стоящей перед ним машины. К тому времени, как он увидел его, машина перед ним была уже сплющена грузовиком.

Но грузовик не остановился. Он издавал визжащий металлический звук и летел прямо на До Квона и Ын Су. До Квон тут же стал отъезжать назад. Но машина, ехавшая позади, столкнулась передом прямо в их машину. Пути для отступления не было, ведь повсюду не было места, куда можно было отъехать.

- Ын Су.

До Квон посмотрел на Ын Су.

- Господин До Квон.

Ын Су в ответ взглянул на До Квона.

Их взгляды встретились. В это же время над ними нависла тёмная тень, это был грузовик, который влетал в лобовое стекло. До Квон отстегнул ремень безопасности и прижался к Ын Су всем телом.

БАБАХ!

Раздался оглушительный звук от удара. Машина сильно тряхнулась и покатилась назад. Ремень безопасности сжимал плечи и грудь, как заострённые пилы.

При этом Ын Су ощущал тепло До Квона, который обнимал его. Он чувствовал его запах тела и феромоны, что витали в воздухе, и через несколько секунд он на своём лице почувствовал горячую жидкость.

Ын Су безучастно смотрел, будто всматривался в пустоту. Он ничего не видел. Но было настолько больно, как будто тело разрывали на куски. Он был так напуган, что не мог дышать.

Ын Су медленно закрыл глаза.

Он хотел ответить До Квону на предложение, но уже не мог пошевелить губами.

«Я согласен».

«Я хочу».

«Я собирался сказать это».

Но он не думал, что через некоторое время ему так и не удастся произнести эти слова.

Глава 2

Ын Су медленно открыл глаза. Перед глазами стояла пелена. Он не мог понять, проснулся ли он или все еще спит, так как все было совершенно размыто.

В горле першило. Оно было настолько сухим, как будто я проглотил много соевого порошка, но на вкус оно напоминало дезинфицирующее средство. Тело болело. Казалось, что я спал не семнадцать часов, а три дня. Это также было странно знакомо.

Ын Су несколько раз моргнул. Ему казалось, что таким образом ему удастся очистить сознание.

Сколько минут прошло так? Ын Су едва ли мог различать предметы вокруг себя. Белый потолок, люминесцентные лампы выключены, капельницы свисают с арматуры. Ничего не казалось знакомым. И все же он инстинктивно знал, что это больница.

Ын Су повернул голову влево, потом вправо. От одного движения шеи по позвоночнику пробежала тупая боль. Тем не менее, он заставил себя оглядеться.

Просто заставлял себя через силу проделать это. Казалось, что ему в данный момент только это и нужно было.

Больничная палата была большой. Но других пациентов он не видел. Должно быть, это была роскошная палата, потому что в ней стояли диван, мраморный стол и лампа, излучавшая мягкое сияние, чего в больницах не встретишь.

Разглядывая предметы вокруг себя, Ын Су перевел взгляд на окно. Рядом с ней стояла еще одна кровать, точнее, под окном. А на этом месте…

- До Квон?

Ын Су уставился на него. Это был не первый раз, когда он видел его спящим. После первого года знакомства количество дней, когда они спали вместе, стало меньше, чем дней, когда не спали вместе.

Но он никогда раньше не видел, чтобы он так лежал. Глаза плотно закрыты, губы сжаты еще плотнее, поза неподвижна. Он всегда мало спал, всегда ложился позже и просыпался раньше него.

Интересно, почему он на аппарате искусственной вентиляции легких, что за повязки у него на голове, что за аппараты висят вокруг?

И вдруг к нему вернулось последнее воспоминание.

«Ын Су, может, нам пожениться?»

Предложение До Квона. Проезжающий мимо грузовик. Авария.

«Ын Су».

«Господин До Квон».

Их короткий зрительный контакт. До Квон отстегнул ремень. Тепло тела До Квона, когда он обнял его.

Ын Су все вспомнил и глубоко вздохнул. Страх и боль того времени пришли как проливной ливень.

Тело Ын Су дрожало от этих воспоминаний. Он почувствовал сдавливание в груди и то, как его дыхательные пути сбивались. Было такое ощущение, будто по его венам текла холодная вода, а не кровь, и в то же время по спине пробежал холодок и выступил холодный пот.

Аппарат, что был подключен к Ын Су, среагировал, заметив его припадок. Он стал сигнализировать о чрезвычайной ситуации. Через несколько минут раздалось несколько гудков, и дверь распахнулась. Среди белых халатов и врачей показалось знакомое лицо.

- О, Ын Су, дорогой!

Это была мама До Квона.

Ын Су давали успокоительные, и он проспал весь день. И только потом он с трудом заставил себя проснуться. Открыв глаза, он первым делом спросил, что с его ребёнком. К счастью, с малышом все было в порядке. Хоть она была шокирована и напугана, но признаков выкидыша не было.

Ын Су почувствовал облегчение. Но это длилось всего несколько минут. Состояние До Квона было крайне тяжелым.

Физическое состояние Ын Су было неплохим. Конечно, по сравнению с нормальными людьми он был пациентом, но ему очень повезло, что в результате аварии такого масштаба остались только синяки, переломы и легкое сотрясение мозга. Благодаря этому отпала необходимость в операции, да и ребенок был в безопасности.

Проблема была в До Квоне.

До Квон получил серьезную травму головы. Говорили, что ему потребуется много времени на восстановление из-за внутреннего кровотечения, переломов правой руки, левой голени и ребер.

Врачи сказали, что операция прошла хорошо и опасность больше не угрожает его жизни, поскольку альфы сильны, но они не уверены, когда он очнётся.

- Господин До Квон.

Ын Су, сидевший на стуле, осторожно держал руку До Квона. Он чувствовал, как сердце разрывалось, потому что его руки были покрыты маленькими ранками. Ын Су прижался губами к этой руке, а затем отпустил ее. Он чувствовал, как глаза заслезились от слабого запаха его феромонов.

Вождение в нетрезвом виде.

Водитель грузовика, сбившего Ын Су и До Квона, был сильно пьян. Водитель машины, ехавшей перед ними, погиб на месте. Автомобиль был полностью деформирован, поэтому восстановить кузов было сложно.

Водитель смял машину Ын Су и До Квона на двух полосах движения, затем врезался в телефонный столб на третьей полосе, и от удара его выбросило из машины, в результате чего он сломал шею и мгновенно скончался.

Некого было винить в случившемся, и не на кого было злиться, ведь виновник скончался. Всё, что осталось, это его бедный возлюбленный, покрытый весь шрамами и находившийся в коме. И было неизвестно, когда он очнётся.

- Дорогой, сначала поешь.

Это была Мён Хи, мать До Квона. Она указала на еду на столе.

Мои отношения с Мён Хи были довольно близкими, поскольку с момента начала наших отношений с До Квоном мы встречались несколько раз по разным причинам. Она была очень рада, что у До Квона, которого не интересовали женщины и омеги, появился омега.

С тех пор она очень хорошо относилась к Ын Су, но когда узнала, что тот беременный, она стала приставать к До Квону, прося забрать её к себе, чтобы она тоже могла ухаживать за ребёнком.

- Извините, но я не хочу.

Ын Су медленно помотал головой. Мён Хи ласково похлопала его по плечу.

- Ребенок в твоем животе, наверное, проголодался. Тебе нужно поесть.

- Ах!

Ын Су удивлённо ахнул. Он постоянно забывает, что теперь ему нужно заботиться об ещё одном человеке. Но ведь еще не прошло и месяца, так что это вполне объяснимо.

Ын Су отпустил руку До Квона и сел за стол. Стол был завален всевозможными морепродуктами. От салата из лосося до тушеных ребрышек, супа из морских водорослей, каши и различных гарниров.

Ын Су смотрела на Мён Хи расширенными глазами.

- Это Вы приготовили?

- Нет, я купила.

Ынсу тихо рассмеялся над ее лукавым голосом.

- Спасибо, я хорошо поем.

- Да, давай.

Ын Су медленно, но уверенно двигал столовыми приборами, кусок еле лез в горло, но, как сказала Мён Хи, он должен был поесть ради ребёнка.

Мён Хи положила на тарелку Ын Су несколько гарниров.

- Как только увидишь что-то, что хочешь съесть, скажи, хорошо?

- Хорошо.

Ын Су кивнул, слабо улыбаясь.

С тех пор как он познакомился с До Квоном, многое изменилось. У меня не только появился милый, слепой и способный любовник, но и взрослый человек, который так обо мне заботится.

Давным-давно Ын Су окончил школу и поступил в дизайнерский университет в Европе. Его родители были очень талантливы, поэтому он мог делать все, что хотел. Пока их дом не загорелся, и они внезапно не умерли.

После этого ему потребовалось много времени, чтобы встать на ноги и наладить свою жизнь. Ему удалось окончить колледж и найти работу, но он не мог не чувствовать себя одиноким.

Потом он встретил До Квона, который заполнял его жизнь одной любовью. И его семью, которая полюбила его так же сильно. Жизнь Ын Су, которая была такой пустой, снова стала полной.

И вот, когда он уже начал привыкать к полноте, случилось это.

Как только он подумал, что все вернется на круги своя, как только он подумал, что Доквон мог навсегда исчезнуть, его глаза потемнели.

Пока Ынсу рассеянно ел кашу, Мёнхи цокнула языком с досадой.

- Не волнуйся слишком сильно, детка. До Квон чрезвычайно здоров. Он скоро очнётся.

- Да. Я очень надеюсь на это.

Ын Су улыбнулся, закрыв глаза. А потом он запихнул в рот уже остывшую кашу.

****

Прошла неделя. До Квон день за днём, как доминантный альфа, действительно шёл на поправку. Но только глаза его не открывались. Ын Су постоянно видел, как его раны заживают, но из-за беспокойства его собственный цвет лица ухудшился.

Это было странно, с его телом было всё в порядке, но только он никак не просыпался. Видимо, что-то произошло, чего сами врачи не ожидали.

Через четыре дня Ын Су смог выписаться из больницы, но взял отпуск, чтобы ухаживать за До Квоном.

Тёплым солнечным днём Ын Су подстригал ему ногти. Совсем недавно смог его побрить. Хоть он и пользовался электробритвой, чтобы сбрить бороду, но делал он это совсем неряшливо. На его теле волосы практически не росли, поэтому не было необходимости пользоваться подобными вещами.

Каждую минуту ему приходилось повторять извинения перед До Квоном.

Подстригать ногти было легче, чем бритьё, но все равно приходилось концентрироваться и быть осторожным. Щелкающий звук странно успокаивал.

- Сегодня я впервые подстриг вам ногти и побрил. Наверное, вы несколько раз стригли мне ногти.

Ын Су пробормотал это голосом, который мог слышать только До Квон, а затем издал небольшой смешок. Он никогда бы не подумал, что настанет день, когда он будет стричь ему ногти.

В моем присутствии он всегда был безупречен.

Он ласково будил меня, когда я хныкал от тяжелого утреннего сна, и каждый раз, когда он это делал, он был уже одет и готов к работе. Он приносил мне завтрак или варил кофе, пока я мыл посуду.

Когда на работе что-то не ладилось, он никогда не выказывал при мне раздражения, даже когда его секретарша говорила мне, что у него плохое настроение из-за срыва важного контракта, я даже и не замечал этого.

В отличие от меня, простужающегося каждый сезон, он — здоровый альфа, у него никогда не болело тело, и не было простуд.

Поэтому Ын Су никогда ничего не делал для До Квона. Точнее, у него никогда не было такой возможности, потому что он был таким идеальным. Он всегда был в роли получателя.

Но теперь, когда он стрижёт ему ногти, это было как-то по-новому. По идее, в этом не было ничего особенного, но это заметно поднимало ему настроение.

- Что же я ещё для тебя не сделал?

-.......

- Наверное, много чего, но я не могу вспомнить.

Ын Су горько улыбнулся.

Трагедия, случившаяся так внезапно, не просто печальна, а пуста и бездонна. Даже если я смотрю на До Квона с закрытыми глазами, то всё не кажется реальным. Ему казалось, что он видит дурной сон.

Ын Су выдохнул через нос и отложил щипчики для ногтей. Он зарылся щекой в чистую ладонь До Квона. Его сердце заколотилось, когда он прикоснулся к его ещё тёплой руке.

- До Квон, расскажите мне, что ещё я могу сделать для вас?

-…

- Если вы мне сейчас расскажете, то я внимательно выслушаю.

До Квон не ответил. Он даже не моргнул. Ын Су уставился на неподвижного До Квона и пробормотал:

- Я серьезно. Я не лгу. Так что расскажи мне все, пожалуйста.....

Но До Квон по-прежнему молчал.

Глава 3

Большинство бинтов на теле До Квона исчезли. К его телу было подключено меньше аппаратов, а на голове вместо бинтов появилась повязка. Но он не открывал глаза.

Врачи приходили и уходили. Они сновали туда-сюда с его анализами.

Ын Су просто сидел и смотрел, как До Квона осматривают и проверяют, но он все равно был измотан. От иголок, пронзающих кожу, по позвоночнику бежали мурашки.

Ын Су насухо вытер лицо. Его глаза были опухшими, а кожа — шершавой. Ему было нехорошо, и он ничего не мог с этим поделать.

Ын Су нежно погладил свой живот, который все еще был круглым. Он не мог сказать, растет ли ребёнок, потому что не чувствовал ничего особенного. Хотя это было забавно — жить вот так и надеяться, что он вырастет.

Врачи долго разговаривали с Ын Су. Они говорили то же самое, что и позавчера.

— До Квон хорошо поправляется и скоро откроет глаза. Давайте подождем еще немного, — говорили врачи.

Ын Су, который несколько дней назад благодарно улыбался, теперь никак не отреагировал. Врачи казались идиотами. По словам родителей До Квона, в этой больнице работают худшие врачи в стране, и он даже подумал, не является ли эта больница притоном шарлатанов.

Врачи поспешили покинуть палату, словно за ними гнались. В просторной больничной палате остались только Ын Су и До Квон.

Ын Су сидел рядом с До Квоном и бессмысленно коротал время. Изредка он брал его за руку, целовал его лицо сухими губами или вел беседу сам с собой.

Пока он сидел рядом с ним, за окном проплывал ярко-красный закат, что говорило о том, что день уже прошёл.

Дни после несчастного случая шли одновременно и слишком медленно, и слишком быстро. Сегодня я проснусь, сегодня у меня будет хорошее настроение, и жизнь с этой надеждой делает день коротким. Завтра я проснусь или, по крайней мере, послезавтра, и жизнь с этой надеждой делает день длинным.

Прошла неделя, две недели, и запах дезинфицирующего средства в больнице исчез. Палата, коридор и даже ванная казались темными, хотя все было белым. У меня мурашки бегали по коже при виде чьей-то боли и смерти в каждом углу.

Ын Су уткнулся лбом в тыльную сторону руки До Квона. Он глубоко вдыхал, всхлипывая. Его феромоны, заполнившие его легкие, на мгновение облегчили его смятенное сердце.

Затем он задремал. В последнее время он спал не более трех часов, поэтому каждый раз, когда у него появлялся короткий момент покоя, он мог внезапно уснуть.

Когда Ын Су погрузился в сон, на его плечи опустилось пушистое одеяло, и он резко проснулся, гадая, не До Квон ли это.

- Ын Су.

Разочарование промелькнуло на лице Ын Су, когда он узнал владельца этого голоса. Но он заставил себя улыбнуться, словно показывая, что с ним всё было в порядке. Это был Ки Хо, отец До Квона.

- Ах, отец… Вы здесь.

Ын Су решительно встал. Ки Хо, у которого, несмотря на солидный возраст, не было седых волос, похлопал Ын Су по плечу.

- Отдохни немного. Я побуду с ним.

- Я в порядке.

Ын Су покачал головой. Тогда Ки Хо сморщил нос.

- Сомневаюсь, что он проснется из-за того, что ты здесь. Если бы он собирался, то уже проснулся бы.

-.......

- Этот парень не умрёт, к тому же его кости уже срослись. Он спит, потому что до этого практически не спал и работал.

-.......

- Так что не волнуйся слишком сильно. Уходи сегодня пораньше и возвращайся завтра. Я беспокоюсь за тебя. Здесь есть каша с морскими ушками и фрукты. Не пропускай приёмы пиши, хорошо? – Ки Хо вложил в руку Ын Су тяжелый бумажный пакет.

Ын Су заглянул в пакет. Там были две банки горячей каши, красиво порезанные фрукты и столовые приборы, завернутые в папиросную бумагу. Было даже печенье и шоколадные конфеты.

Ын Су скривил губы и закусил её.

Родители До Квона — странные люди. Их сын попал в автокатастрофу, лежит в коме и не просыпается уже почти две недели, а они так жизнерадостны. Интересно, они притворяются или действительно не волнуются? Может, я ошибаюсь и мне кажется, что они больше беспокоятся обо нём?

- Быстро иди. Ты скоро в обморок свалишься.

Ки Хо повел Ын Су к двери. Он не забыл захватить своё пальто. Ын Су неохотно сделал шаг, затем он взглянул на До Квона. Даже когда он уходил, мужчина так и не очнулся.

Мы обнимались по несколько минут каждый раз, когда расставались, и нередко не спали всю ночь, вместе ходили на работу, работали в одном здании и все равно не отлипали друг от друга, как будто мы расставались насовсем и всем сердцем ненавидели эту разлуку.

Когда я подумал об этом, мои глаза похолодели. Это было не так давно, всего за день до автокатастрофы, но казалось, что это далекое прошлое.

Если он и продолжит оставаться в таком состоянии, то принесёт только больше беспокойства остальным. Ын Су приподнял уголок рта и попрощался.

Он проделал долгий путь и поехал домой на метро. У него была своя машина, но он не мог сесть в нее из-за последствий аварии. От вида машин на дороге у него дрожали ноги, а ещё он не мог ездить на такси или автобусе.

Дорога домой заняла час, и придя домой, он смог разогреть кашу.

Внезапно ему позвонил Ки Хо.

Он сказал, что До Квон очнулся.

****

Ын Су сел в такси без пальто. Как только он назвал водителю название больницы, его охватила дрожь. За окном проносились машины, дыхание учащалось, когда такси останавливалось на светофорах, ехало и останавливалось.

И все же он не мог заставить себя выйти. Он хотел увидеть До Квона как можно скорее, пусть даже на минуту. Поэтому всю дорогу закрывал глаза и зарывался головой в свои руки.

Приехав в больницу, чёлка Ын Су была мокрой от холодного пота. Поднявшись на лифте на верхний этаж, он чувствовал, как его ноги подкашиваются.

Дверь больничной палаты была широко открыта. Шум достиг коридора. Разговорчивые врачи, казалось, снова подняли шум. Тем не менее, все было в порядке. Сегодня я чувствовал, что могу слушать эти слова с величайшим удовольствием.

Ын Су на мгновение остановился, чтобы перевести дух. Он поправил свою одежду и привел в порядок взъерошенные волосы. Он виделся с До Квоном два часа назад, но было ощущение, что он не видел его целый месяц.

Хотелось выглядеть хорошо и сказать ему, что он знал, что тот обязательно очнётся, и что он верил в это. А также как сильно скучал. Ещё рассказать о том, что ребёнок в порядке, благодаря тому, что он смог защитить его.

Успокоив нервы, Ын Су вошёл в больничную палату. Как и ожидалось, в палате было много врачей. Ки Хо и Мён Хи стояли между ними. До Квона не было видно из-за толпы. На первый взгляд он увидел что-то похожее на его руки или талию.

Чувствуя себя незваной гостьей, Ын Су осторожно приблизилась к ним. Первой ее заметила Мён Хи.

- О, дорогой, иди сюда!

Она оживленно замахала рукой. Хихикая, Ын Су подошла к кровати, словно только этого и ждал, и наконец оказалась лицом к лицу с До Квоном.

Его глаза действительно были открыты, пронзительный взгляд и поджатые губы были действительно принадлежали ему. Он был немного бледен, но это был тот самый До Квон, которого знал Ын Су.

Ын Су сильно прикусил нижнюю губу. На глаза навернулись слезы. Он верил, что это произойдет, но боялся, что этого не случится. Видеть его таким живым подарило ему особое чувство облегчения.

Ын Су был так счастлив, что даже не мог выразить это словами. Без единой лжи он чувствовал себя самым счастливым человеком с тех пор, как родился. Он был очень, очень счастлив, когда ребенок До Квона появился у него в животе. Это была еще одна большая радость в его жизни.

- Господин До Квон...

Ын Су стоял перед До Квоном, его глаза были полны слез. До Квон спокойно посмотрел на него. Взгляд, который он встретил, был трогательным.

Не в силах сдержать переполнявшие эмоции, Ын Су упал в его объятия. Хоть и До Квон был еще пациентом, но ничего не мог с собой поделать.

Ын Су интенсивно вдыхал его запах. Он был рад видеть, как феромоны излучают энергию, в отличие от того, когда он был в коме. Душевные страдания и накопившаяся усталость испарились в один миг.

Он уже хотел открыть рот, чтобы сказать, как сильно скучал по нему, что ребенок в безопасности и что он благодарен ему за то, что он смог защитить его, как вдруг его отбросило назад. Его тело покачнулось, и он мог бы упасть на пол, если бы Ки Хо не подхватил его сзади.

Глаза Ын Су расширились от удивления.

- Омега?

До Квон сморщил переносицу, словно почувствовал дурной запах.

На мгновение в комнате воцарилась тишина. Ынсу быстро моргнул, немного растерявшись. Ведь он совсем не ожидал такой реакции. А ещё он никогда не называл его омегой, что также способствовало замешательству.

- О-омега…., верно.

Ын Су ошеломленным голосом подтвердил. Он не ожидал, что неожиданно попросят представиться, но раз уж До Квон спросил, то ему ничего не оставалось, кроме как ответить.

-.......

До Квон уставился на Ын Су. Под таким взглядом он чувствовал себя обезьяной в зоопарке или гниющим куском мусора. В его взгляде не было ни тени дружелюбия и привязанности.

- Почему омега здесь? - спросил До Квон, в его голосе слышалось раздражение.

- А......?

Ын Су переспросил, как будто ослышался. Омега, почему он здесь? Неужели омега, о котором он говорит, это я? Нет, должно быть, он говорит со мной, потому что он смотрел на меня. Но я не мог в это поверить.

По выражению его лица, взгляду и тону голоса создается впечатление, что он хочет, чтобы я исчез отсюда.

В отличие от Ын Су, который застыл на месте, не зная, что делать. Мён Хи и Ки Хо побледнели. Они были удивлены тем, что смогли увидеть своего сына, который совсем недавно очнулся, но и были поражены тем, что сын, который встречался с омегой два года, не узнавал его.

- До Квон, это Ын Су.

Ки Хо решил напомнить его имя, но выражение лица До Квона не менялось.

- Ын Су? Это имя омеги? Вы врач? Почему вы не в халате и не принимаете ингибиторы.......?

До Квон раздраженно щелкнул языком, а затем потер нос, словно не мог больше терпеть этот запах.

- О, неважно. Скажи ему, чтобы уходил, у меня от этого запаха голова болит.

Только тогда я понял, что что-то не так. Человек, который всегда называл меня милым, был тем, кто называл омегой и забыл моё имя. Был тем, кто сказал, чтобы я убирался отсюда и кривил нос, считая мои феромоны отвратительными.

Ын Су посмотрел на До Квона с опустошенным выражением лица.

Ки Хо и Мён Хи посмотрели на доктора, тот скривил рот и неловко улыбнулся.

Если не считать того, что До Квон открыл глаза, все было в беспорядке.

Глава 4

Двумя годами ранее Ын Су познакомился с До Квоном на работе. До Квон был директором компании Sungjin Group, в которой работал Ын Су. Мён Хи был председателем совета директоров Sungjin.

Sungjin Group была одной из крупнейших компаний в Тегеране, а Ын Су возглавлял там команду дизайнеров пользовательского интерфейса.

Ын Су любил свою работу, к тому же у него хорошо получалось, и он был доволен компанией. Зарплата была высокой, и ему нравилась столовая, так что неудивительно, что он хотел остаться. В такой компании он хотел бы проработать до пенсии, если это будет возможно.

Но однажды директор начал часто появляться на 14 этаже, который был предназначен исключительно для команды дизайнеров.

Каждому, кто работал в компании любого размера, знакомо это чувство. Обычно, когда вы работаете в крупной компании, то не видите своих начальников. Да и редко можно столкнуться с такими людьми, которые имеют должность управляющего директора. Лучше и не встречаться друг с другом.

Более того, Ын Су получил звание лидера команды уже в юном возрасте, хотя и был не особо амбициозен.

Он был настолько доволен своим положением, что даже и не думал, что может подняться выше по карьерной лестнице, поэтому ему было некомфортно с любым пришедшим начальником. Дискомфорт многократно усилился бы, если бы это был невежественный директор.

Однако однажды этот невежественный директор, или До Квон, пришёл на 14 этаж к Ын Су.

Взяв свою секретаршу и никому не сообщив, он попросил провести экскурсию по 14 этажу. Руководители нередко посещают другие отделы, но отдел дизайна был местом, которое они посещали нечасто. Может быть, это отделы исследований и разработок, управленческой поддержки или маркетинга?

Удивленные неожиданным визитом, сотрудники встретили его неловко, не в силах ни встать, ни сесть. Ын Су едва успел приподнять бедра и столкнулся со взглядом До Квона.

Это было совпадение.

Вот что он подумал.

Он впервые видел До Квона, но знал его лицо и основные сведения о нем как о руководителе группы. Но он знал его только на бумаге.

Тот До Квон, которого он знал на бумаге, был сыном председателя совета директоров, доминантным альфой, красивым мужчиной и обладал такими данными, о которых ходят только слухи.

И как только Ын Су увидел его вживую, он ахнул от неожиданности, потому что он действительно был таким же, как на бумаге.

Он именно такой, как написано в досье: высокий, широкоплечий, с широкой спиной, точеными чертами лица, сильным взглядом и аурой доминирующего альфы, хотя он и скрывает свои феромоны из вежливости.

Ын Су не мог не смотреть на него, то ли потому, что он был так поразительно красив, то ли потому, что он смотрел на него в ответ.

Так или иначе, он смотрел на него до тех пор, пока он не исчез.

Но это было все. Директор был действительно очень красив. Слухи оказались правдой. Нет, слухи были менее правдивы. Говорили, что он не подходит на управляющую должность компании. Каждый из членов команды жаловался, но Ын Су только отшучивался.

Это первый директор, которого он увидел с тех пор, как пришел в компанию 5 лет назад. Возможно, пройдет еще пять лет, прежде чем сможет увидеть его снова. Позже он будет помнить его только как альфу, который был настолько красив, что имел настолько сильную ауру, но и как человека, который не имел к нему никакого отношения.

Но через два дня До Квон появился вновь. На этот раз он не просто наблюдал, а проверял работу каждой команды. В команде Ын Су он задерживался дольше всего. Ын Су нервничал, но ничего важного не спросил.

Он лишь с холодным выражением лица посмотрел на мониторы, где члены команды работали над своими проектами, и ушел.

Его товарищи по команде снова принялись сплетничать.

-Почему он все время приходит?

-Я не знаю, благодаря ему у меня глаза покраснели, и сердце охладело, и мне хочется умереть.

-Думаешь, дела в компании идут плохо, и они расформировывают некоторые команды?

-Да не может быть такого. Это же Сунчжин, и вдруг? Акции не сильно изменились ни вчера, ни сегодня.

-Командир команды, вы что-нибудь слышали?

Ын Су покачал головой. Члены команды вздохнули и вернулись на свои места.

На следующий день До Квон снова появился. К тому времени, когда их стало уже пять, я был уверен, что в компании что-то не так.

А на седьмой или восьмой раз он вернулся по совершенно неожиданной причине.

В его офисе сломался автомат с водой, и он пришел за водой. Он пришел за водой в место, которое было на 8 этажей ниже, чем его кабинет

Это была очень странная и причудливая причина. В кабинете директора бывает много посетителей. Даже если очиститель воды выходил из строя, в холодильнике стояла дорогая вода в бутылках и напитки. Даже если бы холодильник был пуст, то всегда можно было напрячь помощников. Одним словом, они могли бы закупить всю воду в ближайшем магазине.

И с этого момента слухи начали распространяться в совсем ином направлении.

С этого момента разговор пошел в другую сторону.

-Может быть, директору...... чего-то не хватает?

- Может быть, потому что он сын председателя, ему позволили войти в совет директоров, хотя он не очень хорош.

- Боже мой, он недостаточно хорош, это нечестно, это немного несправедливо.

- Да, если вы собираетесь поставить его на руководящую должность, то почему бы не подобрать другого кандидата?

На этом Ын Су потерял дар речи. Кажется, он рассмеялся и подумал, что, возможно, это правда. Так вся команда дизайнеров адаптировалась к визитам До Квона.

Затем наступил день, когда с момента визитов До Квона прошёл целый месяц. Как только он вошел на 14-й этаж, то сразу же направился к команде дизайнеров пользовательского интерфейса, а точнее, к Ын Су, руководителю группы. Это было торжественное лицо. Но на первый взгляд, он выглядел рассерженным.

От неожиданности Ын Су вскочил со стула и с трудом сглотнул.

"Руководитель группы Ю?"

До Квон окликнул Ын Су.

- Да, директор.

Ын Су сцепил руки у живота и поклонился.

- Это приложение для внутреннего обучения, над которым вы работаете вместе с отделом кадров?

- Да.

- Я бы хотел взглянуть на него.

- Вы имеете в виду, а, э, сейчас?

Глаза Ын Су расширились от неожиданной просьбы. Он был похож на испуганного кота, а До Квон поджал губы. Для всех остальных это выглядело так, будто он отчитывает его.

- Какие-то проблемы?

Сказанные слова звучали как сарказм. Его глаза словно говорили: «Я знаю таких, как ты, и вижу их насквозь».

Облизав пересохшие губы, Ын Су быстро добавил.

- Нет, дело не в этом. Но мы делаем дизайн только в том виде, в каком его нам передала HR-команда. Я думаю, было бы неплохо получить от отдела кадров отчет о проделанной работе. Я сейчас с ними свяжусь…

- Не стоит, я просто хочу посмотреть на дизайн.

- Ах, о... понятно, тогда потребуется время, чтобы его напечатать... тогда я приду в Ваш кабинет через час.

Ын Су подал знак команде. Члены команды, не сводившие с него глаз, засуетились. Файлы находили, упорядочивали, сопоставляли и проверяли.

Ынсу крепко сжал кулаки, словно чувствуя себя как на экзамене.

- Ты хочешь сказать, что придешь в кабинет директора?

До Квон спросил с суровым лицом. Его выражение лица было таким свирепым, а феромоны такими сильными, что Ын Су чуть не упала в обморок. Тем не менее, он продолжал устойчиво стоять на ногах.

- Не хотите ли тогда встретиться в переговорной?

- Нет. Мне подходит. Хорошо, тогда в переговорной. Там уютно, и мы будем вдвоем.

-......?

Ын Су тихонько посмеялся. Это был чисто светский смех, ничего не значащий. Но До Квон так просто не отступал.

- Может быть, мне что-нибудь ещё принести?

- А...... это, я бы хотел кофе латте, пожалуйста.

- Вам горячий?

- Да, горячий. Вы сами хотите или мне принести?

- Нет. Я принесу.

-... Да, тогда берите распечатки и поднимайтесь наверх.

Ын Су молча поклонился. Ын Су стоял так, пока он не скрылся из виду, затем откинулся на спинку стула и посмотрел на своих сутящихся товарищей по команде и спросил.

- Что мы... сделали не так?

Встреча с До Квоном была так утомительна, как он и опасался. Ын Су продолжал говорить, а До Квон изредка кивал в знак того, что слушает. Когда он заканчивал, то ему стали задавать вопросы, потом еще один, потом еще. Это не было укором или критикой, это был просто вопрос.

Почему вы сделали это именно так, что это за иконка, когда это будет закончено, могу ли я попробовать это на своем телефоне сейчас и т. д. Раздражающие, но не сложные вопросы.

Если честно, для него было неожиданно, что директор интересуется дизайном приложений, не разработкой, а именно дизайном, и пригласил на обед. Конечно же, Ын Су не смог отказаться от приглашения.

Он просил меня ходить с ним на выставки промышленного дизайна и давать ему советы, спрашивал, чем их приложение отличается от конкурентов, или просил сходить с ним в галерею, потому что хотел купить картину для своего холла и не мог определиться.

Поначалу я ненавидел это. Но через некоторое время, после трех встреч, потом шести, потом девяти, это стало чем-то обыденным.

До Квон не был плохим и не был таким неадекватным, как опасались мои товарищи по команде.

Иногда он даже был слишком милым, всегда первым спрашивал, прежде чем что-то хотел сделать, и обладал хорошими манерами. Я думал, что он просто спрашивает совета от скуки, но он внимательно слушал, когда я высказывал свое мнение, а затем принимал решения, основываясь на этом мнении.

Самой вкусной была еда, которую мы ели вместе с ним.

Ын Су много времени учился за границей, а благодаря богатству, которое оставили его родители, и деньгам, которые он зарабатывал, ему довелось попробовать много вкусной еды, поэтому иногда он даже думал, что у него изысканный вкус, но еда, которую ему покупал До Квон, не шла ни в какое сравнение с этим.

Незнакомые блюда, названия которых он даже не мог запомнить, вызывали улыбку, как только он клал её в рот.

Он стал с нетерпением ждать встреч с До Квоном, потому что ему нравилось обсуждать с ним искусство и дизайн, еда была потрясающей. А лицо До Квона, сидящего напротив него, вызывало восторг.

Не успел он оглянуться, как они уже переписывались в приватном чате, обедали, пили вино и смотрели фильмы вместе без особых происшествий.

Это был лишь вопрос времени, когда кончики наших пальцев соприкоснулись, а наши феромоны непроизвольно переплелись, наши имена сменились с «руководителя группы Ю» на «Ын Су» и с «директора» на «господина До Квона», и это мгновенье переросло в чистую и сильную любовь.

Сначала мне понравилось его красивое лицо и манеры, а затем его большие руки, большая спина и его красивая шея.

Я с трудом сглатывал, глядя на грудные мышцы, выглядывавшие из-под рубашки, и украдкой разглядывал его рельефные бедра, а также сильные и упругие ноги сквозь брюки костюма.

Мне нравилось, как он смотрел на меня своими глубокими глазами. Губы, что открывались, когда он пил пиво. А когда он шевелил этими губами, чтобы позвать меня своим уникальным и низким голосом, я чувствовал, как начинаю плавиться. Все его действия будто высасывали из меня частички души.

Ын Су постепенно влюблялся в До Квона. И в тот момент он понял, что его визиты на 14 этаж были спланированы До Квоном.

Ын Су не знал, как давно его знает До Квон и по какой причине такой человек вообще обратил на него внимание, постоянно посещая 14 этаж. Он не знал, да и спрашивая До Квона об этом, тот ничего не рассказывал.

- Ты просто понравился мне с самого начала, Ын Су. Ты был настолько красивым, что затмевал абсолютно всех на своём фоне.

Кажется, он пытался уклониться от ответа на этот вопрос таким романтическим способом.

Какой бы ни была причина, Ын Су был безумно счастлив с До Квоном.

Но достигнув этого пика счастья, в один момент всё развалилось и разрушилось вдребезги.

Глава 5

- Это похоже на симптом избегания, что является симптомом ПТСР, или посттравматического стрессового расстройства. Нам придется сделать сканирование мозга, чтобы выяснить это, но это может быть и побочным эффектом операции.

- То есть вы хотите сказать, что у него потеря памяти или что-то в этом роде?

- Да.

Ки Хо, Мён Хи и Ын Су сидели перед доктором. Ын Су с отчаянием смотрел на подбородок доктора, Мён Хи примостилась на краешке стула и смотрела на него так, будто он собирался ее съесть, а Ки Хо нервно дергал ногами.

- Сколько он не помнит?

- Около четырех лет, судя по тому, что пациент сказал, что ему было за тридцать.

- Ах... Четыре года, а не четыре месяца? Тогда он не помнит Ын Су.

- Когда он сможет поправиться? Ын Су беременный, к тому же это ранний срок. Ему понадобится его поддержка.

- Хааа… Но он даже не помнит, что является отцом этого ребёнка?

- Чёрт. Доктор, можно ли что-то ещё сделать?

Ки Хо и Мён Хи уставились на доктора. Доктор вытер пот с висков и прочистил горло.

- Посттравматическое стрессовое расстройство зависит от того, насколько сильно на пациента повлияла авария. Побочные эффекты от операции также зависят от конкретного человека. Если они короткие, то вы можете вернуться через неделю, если длинные, то могут пройти годы. Я не могу точно сказать, когда он сможет поправиться.

-... А, это вы так долго рассказывали о том, что ничего не сможете сделать? - сказала Мён Хи, не скрывая своего недовольства. Доктор приподнял очки и быстро добавил:

- Если у него есть желание, то он совсем скоро пойдёт на поправку.

- Воли у него достаточно. Но сейчас До Квон, получается, не любит Ын Су.

- Хм… проблемы с памятью это то же самое, что и проблемы с головой.

- То же самое?

- Мозг, в конце концов, отвечает и за любовь.

При этих словах Ын Су, который все время молчал, глубоко вздохнул. Итак, если подводить итог, то мозг отвечает за любовь, а До Квон повредил мозг. Получается, что четыре года их совместных воспоминаний просто испарились. Другими словами, он сейчас не был в состоянии любить его.

- Хаа…

В этот момент Ын Су издал глубокий вздох, перед глазами всё зарябило и кружилось. В голове отдавались непонятные шумы, а живот напрягся и побаливал. Ын Су пошатнулся, и Ки Хо смог его вовремя подхватить.

- Дорогой, лучше подожди нас снаружи. Мы поговорим с доктором и сообщим тебе всё остальное.

На этих словах Ын Су послушался совету и поднялся со своего места. Для него было бы трудно услышать что-то ещё. Как бы там ни было, от этой болезни не было подходящего лечения, да и не было смысла сидеть сложа руки.

Ын Су вышел из кабинета врача, вдохнул полной грудью и сполз по стене, используя её как единственную опору. Он не мог взять себя в руки. Складывалось ощущение, что он в один момент стал вдовой и остался один в безлюдном мире. К сожалению, это чувство было сродни похожим на то, когда он похоронил своих родителей. Всё это казалось нереальным. Он чувствовал печаль и одиночество, и даже в какой-то степени обижался на До Квона, что тот забыл о нём.

На самом деле, До Квон ничего не сделал плохого. Из-за серьёзной аварии произошёл несчастный случай, в последствии которой тот утратил свои воспоминания. К тому же, Ын Су считал себя виноватым в этой ситуации, ведь До Квон пытался защитить его.

Ын Су уставился в пустоту и погладил себя по животу. Ему было невыразимо жаль ребёнка, который ещё даже не появился на свет, а уже смог столько всего пережить.

Ын Су несколько минут просидел вот так в коридоре. Мимо него проходили врачи, медсестры и пациенты, но никто не обращал на него внимания. Казалось, что проходившие люди уже видели таких, как он. Но ему даже стало легче от такого безразличия.

Ладно, на самом деле, всё не так уж и трагично. Если До Квон не помнит меня, то так тому и быть. Придётся тогда начать всё с самого начала. Как тогда, До Квон часто посещал 14 этаж, чтобы найти меня, теперь в этот раз мне придётся искать его.

Ын Су встал, опираясь на стену. Затем громко фыркнул и направился к больничной палате, где находился До Квон.

До Квон лежал, прислонившись к изголовью кровати с суровым выражением лица, и смотрел в свой телефон. Это тот самый сотовый телефон, экран которого разбился вдребезги из-за несчастного случая. Секретарь его починил и принёс ему.

Ын Су постучал в дверь, а взгляд До Квона метнулся к двери. Ын Су неловко улыбнулся, но вот До Квон продолжал смотреть на него спокойно и даже не улыбнулся. Он даже не пригласил его войти. Подождав некоторое время, Ын Су решил набраться смелости и, отбросив чувства стыда, вошёл в палату. Прямо как в тот раз, когда До Квон приходил на 14 этаж с кружкой, чтобы набрать воды, сказав о том, что очиститель воды сломался.

Ын Су пододвинул стул и уселся рядом с ним. В глазах До Квона виднелось отвращение, но Ын Су просто улыбнулся и принял этот взгляд.

— Как вы себя чувствуете? Вам не больно?

-…

- Вы голодны? Может, закажем еду? Каша была бы кстати, верно?

Ын Су с улыбкой взглянул на меню, которое лежало на прикроватной тумбочке. В палате VIP было практически такое же меню, как и в отеле. Конечно, еда была не такой вкусной, как в отеле. Но раз уж До Квон болен, то остаётся только есть больничную еду.

Что из этого будет вкусным? А что из этого придётся по вкусу До Квону?

Пока Ын Су изучал меню, До Квон протянул ему свой сотовый телефон.

- Это ты?

Плечи Ын Су вздрогнули от неожиданного уважения. Он не мог вспомнить, когда в последний раз слышал уважительную речь от До Квона. С тех пор, как они начали встречаться, с ним было всегда легко общаться, так что сейчас это было даже как-то по-новому.

Пытаясь скрыть своё смущение, Ын Су посмотрел на протянутый телефон. На экране была изображена фотография, где Ын Су улыбался и держал между губами большой пончик из белого шоколада. Эта фотография была сделана из пончиковой, которая располагалась неподалёку от рабочего места, туда они с До Квоном часто заглядывали.

- Разве я не похож на него?

Ын Су улыбнулся, вспоминая то время, он рассказал, как До Квон сделал этот снимок.

В то время была зима, но светило яркое солнце, что создало ощущение пришедшей весны. Как и всегда, До Квон и Ын Су разделили обеденный перерыв в компании и зашли в пончиковую, чтобы выпить кофе и съесть по десерту. Пока они ожидали свой заказ, то смогли найти свободный столик у окна и сделали этот снимок.

До Квону понравилась эта фотография. Он говорил, что каждый раз, когда берёт телефон в руки и видит эту фотографию, то улыбается, потому что Ын Су выглядит на ней очень милым. Даже был один случай, когда До Квон разблокировал телефон и увидел эту фотографию, то разразился хохотом прямо во время важной встречи.

Ын Су просил поменять обои на телефоне, но тот сказал, что не хочет. А ещё он пошутил, что не планирует менять эти обои ближайшие лет 10.

Глаза Ын Су дрогнули. Он отчётливо помнил выражение лица До Квона, когда он держал телефон и делал этот снимок.

-…

До Квон ничего не ответил. Он просто взял телефон обратно и с невозмутимым видом продолжил листать фотографии. Ын Су отчасти был рад этому, подумав о том, что тот пытается вернуть себе воспоминания. Ведь ничего так не может помочь, как галерея, заполненная фотоснимками и старые переписки. Должно быть, в телефоне есть много чего, что может помочь вспомнить о тех временах.

Пока До Квон просматривал свой телефон, Ын Су заказал в палату еду. Он заказал лёгкую для пищеварения кашу и гарнир, который бы соответствовал вкусам До Квона к острой и солёной пищи. От нечего делать Ын Су сначала побарабанил пальцами по своим коленям, как на пианино. Потом в его взор попал пустой стакан. Он встал и налил воду, разбавляя с холодной. Горячая вода смешалась с небольшим количеством холодной воды, чтобы немного остудить её.

Ын Су протянул стакан До Квону.

- Выпейте, - сказал он. – Через 15 минут привезут еду.

До Квон уставился на стакан с водой, который протягивал Ын Су. Затем он вдруг кинул свой сотовый телефон в стакан. У Ын Су расширились глаза от неожиданности. Почему он вдруг сделал это?

- Почему…?

- У меня такое чувство, будто я собрал чьи-то использованные вещи. Думаю, я выброшу его и куплю новый.

- Но этот не хуже этого, его починили после аварии.

- Правда?

Уголок рта До Квона скривился в усмешке, как будто он ничего не мог с этим поделать, ведь телефон уже находился в стакане с водой.

Ын Су тяжко вдохнул через нос. Почему-то До Квон выглядел сейчас моложе. Хотя это неудивительно, ведь он потерял воспоминания за 4 года. Ын Су достал телефон из стакана.

- В наши дни телефоны так не ломаются, они практически водонепроницаемы.

-…

- Это ведь хорошо, потому что не придётся покупать новый. А!

В этот момент До Квон резко схватил Ын Су за локоть. Это был грубый захват, ведь Ын Су от неожиданности выронил из рук стакан с водой, который разбился с резким треском. Мобильник также ударился о пол, разбив полностью экран. Сотни трещин появились на улыбающейся фотографии Ын Су.

Ын Су в недоумении смотрел на него. Когда он наклонился, чтобы поднять телефон с пола, то До Квон сильнее дёрнул его за руку.

- Больно!

Лицо Ын Су исказилось от боли. Но До Квон сильнее прижал к себе Ын Су, а затем зарылся носом в его шею. Ын Су издал тихий стон и перестал дышать. До Квон же вдохнул так сильно, что его грудь начала вздыматься. В одно мгновенье его зрачки уменьшились до точек.

- Этот запах, это феромон омеги?

- Отпустите меня, господин До Квон!

- Я спросил тебя, это феромон омеги?

- Да!

Когда Ын Су ответил, До Квон наконец отпустил его руку. Ын Су, пошатываясь, пытался сориентироваться и обхватил себя дрожащими руками. От такой резкой боли на глаза навернулись слёзы. Он чувствовал себя раздражённым.

Ын Су нахмурился, когда заметил, что До Квон сморщил нос.

- Твой запах слишком сильный и очень неприятный.

- Что?

- Как только ты вошёл сюда, вся комната пропиталась запахом омеги. У меня от этого запаха болит голова и тошнит.

-…

- Почему ты не принимаешь ингибиторы?

При этих словах щёки Ын Су воспылали ярко-красным. Ведь нет ничего вульгарного, чем омега, выделяющая свои феромоны просто так.

В отличие от остальных людей, альфы и омеги были рождены верными своим инстинктам. Удовольствие, получаемое от их тел, настолько велико, что многие альфы и омеги помешаны на сексе не меньше, чем наркоманы или алкоголики, и большинство из них ходят по улицам, распространяя везде свой феромон.

Сердце Ын Су заныло, когда он понял, что До Квон относится к нему как к одному из таких омег.

- Я беременный, поэтому не могу принимать обычные ингибиторы, – он прикрыл рот рукой, потому что стал заикаться.

-…

Глаза До Квона расширились. Наверное, это была самая сильная реакция с тех пор, как он очнулся. К сожалению, реакция была не самая положительная.

Озадаченный реакцией До Квона, Ын Су поджал губы, пытаясь выдавить из себя оправдание или сказать правду.

- Я был сильно занят после аварии и ещё пока не получал подавляющие препараты для беременных.

В этот момент До Квон снова дёрнул за руку Ын Су. У Ын Су отвисла челюсть, ведь их глаза столкнулись на близком расстоянии.

- Не может быть. Он мой? – спросил До Квон, его голос дрогнул, но в нём слышалась странная смесь смущения и гнева.

Ын Су с трудом сглотнул. В этот момент ему захотелось убежать. Он не делал этого ребёнка в одиночестве или не делал его на стороне. Но сейчас он чувствовал растущее желание уйти отсюда, ведь он боялся, что До Квон возненавидит этого ребёнка.

Но он не мог этого сделать. Ведь он был благодарен До Квону за спасение ребёнка, к тому же они были ответственны за него. Это был их родительский долг.

- Верно, это ваш ребёнок.

- Ты уверен? Ты спал со мной?

- Да.

- Ты ведь знаешь, что такое «спать»? Секс.

- Знаю.

- Значит, я занимался с тобой сексом?

- …

- И ты теперь забеременел?

Разговор продолжал принимать странный оборот. Непристойные слова, которые вылетали из уст До Квона, заставляли чувствовать Ын Су себя некомфортно. Ын Су вздохнул и покрутил запястьем.

- Больно, сначала отпустите меня.

Но хватка До Квона становилась всё сильнее и сильнее. Казалось, что запястье вот-вот сломается и треснет от такой силы. Ын Су стиснул зубы и попытался вырвать запястье, но До Квон опустил голову и прошептал голосом, который мог слышать только Ын Су.

- Ну, ты можешь заниматься сексом сколько угодно. Какая разница, трахаешься ли ты с течной омегой или во время гона?

Гон, омега, течка. Ын Су зажмурил глаза от этих оскорбительных слов и открыл их.

«Гон» — это биологическое явление, которое происходит с альфами пару раз в год. Можно сказать, что это своего рода период, в котором воспроизводство и рождение детей является единственным приоритетом. У омег также бывает «течка», называемый «тепловой цикл», он проходит каждые пару месяцев.

В настоящее время медицинские технологии улучшились, поэтому можно было пережить эти периоды с помощью специальных лекарств, таких как ингибиторы. Однако без лекарств жить будет неудобно, ведь в период гона и течки альфы и омеги становятся животными, которые желают только одного — получить удовольствие.

И вот теперь он говорит мне, что из-за гона он гонялся за мной в поиске удовольствия, как животное, занялся со мной сексом, и в результате у нас скоро будет ребёнок.

-…

Это был крайне отвратительный разговор. Мне также было противно от того, что мысли До Квона вышли из-под контроля.

В тот день, когда они зачали ребёнка. Всё происходило в крайне романтичной и любовной обстановке, что сейчас это звучало как очередное оскорбление. Тогда было невероятно хорошо, жарко и тепло.

Мы жаждали друг друга и жаждали удовольствия, как альфа и омега, но мы не были настолько распущенными, чтобы считаться животными. Его отрицание всех этих эмоций и проведённым временем вместе мне не было знакомо. Нет, это было не просто непривычно, это пугало меня.

Ын Су почувствовал, как его грудь сжалась, словно он проглотил камень. Голова разболелась, а глаза заливались солёной влагой. На него накатывала сильная усталость. А ещё становилось тяжелее дышать.

В одно мгновенье лицо Ын Су побледнело, и хватка До Квона ослабла. Уголки его глаз дрогнули, он не мог оторвать глаз от его лица, наполненное печалью.

Ын Су отдёрнул своё запястье. Он отдёрнул рукав, чтобы скрыть красный отпечаток руки. Он притворно улыбнулся, приподнимая уголки губ вверх.

- Уже поздно, так что я пойду… Не забудьте поужинать.

-…

- Я вернусь завтра…

Я повернулся к двери, стекло под подошвой моего ботинка захрустело. Тем не менее, я уверенно зашагал из больничной палаты. Здесь нет моих вещей, поэтому и нечего было собирать, ведь я сразу же приехал сюда, даже не накинув пальто, как только услышал, что До Квон очнулся.

Как только мои ноги переступили порог больничной палаты. Я оглянулся и столкнулся со взглядом До Квона. И я низким голосом прошептал:

- Мы занимались любовью, а не сексом…

Не знаю, услышал ли До Квон этих слов или нет. Он просто уставился на меня и ничего не говорил в ответ.

****

Ын Су приехал домой после долгой поездки в метро, как только вошёл домой, сразу же побежал в ванную.

Я не мог вынести мысли о том, что меня окружает затхлый, сырой запах, характерный только для метро, и люди, стоящие близко друг к другу, как шипы дикобраза. Я не ездил на метро со времен колледжа, так что всё было невыносимо.

Подниматься и спускаться по лестнице, терпеть людей, которые то и дело толкают в спину или врезаются в плечи, громкие сигналы тревоги и вибрация грохочущего поезда. Незнакомые ощущения мучили меня.

Он подумывал о том, чтобы взять такси, но ему показалось, что в такси он сделает что-то некрасивое. Например,

- Буээ!

Как сейчас, или же потеряет сознание.

Вцепившись в сиденье унитаза, Ын Су пытался отдышаться, но получалось лишь только задыхаться, а ещё его рвало. Его тошнило так, будто он 6 часов ехал на автобусе по изогнутому склону горы.

На унитаз капала слюна, а к ней примешивались и слёзы, но это не были слёзы печали, а скорее физиологические, вызванные приступом рвоты. Это было отвратительно.

Ын Су уже давно зарылся лицом в унитаз, когда громко зазвонил мобильный телефон. Он грубо прополоскал рот и вышел из ванной.

Звонила Мён Хи, мать До Квона. Ын Су быстро прочистил горло.

- Да, матушка.

- Ын Су, где ты, дома?

- О, да, я дома. Прости, я ничего не сказал, я немного устал.

- Нет-нет, если ты дома, то всё в порядке. Я подумала, что ты мог где-нибудь упасть, поэтому начала переживать… Ты уже поел?

- Я собираюсь поесть.

- Да, хорошо. Сразу позвони мне, если тебе что-нибудь вдруг понадобится.

После этого Мён Хи некоторое время выражала свое беспокойство. Нужно хорошо спать, по возможности не пить холодную воду, не думать о плохом, накрываться одеялом во время сна, чтобы не простудиться, и так далее. Затем она начала внезапно ругать До Квона и поспешно закончила разговор, сказав, что это может лишь вызвать ненужный стресс.

Ын Су уставился на слово «мама», мелькнувшее на экране. Затем он глубоко вздохнул, потянулся и с видом генерала, собирающегося на битву, прошествовал на кухню.

Сначала он должен поесть, потом умоется теплой водой и посмотрит телевизор. Он пил фруктовый чай за просмотром такой смешной передачи, однако он часто думал о том разговоре с доктором и До Квоном. Он пытался заснуть, забыв обо всём, но так и не получилось.

Остывшую кашу Ын Су поставил в микроволновку и закрыл дверцу, планируя свой день.

- Ах…

Ын Су лениво потер сухие глаза. Вчера вечером он лишь наполовину выполнил план, который составил в уме. Он поел и принял горячий душ. Смотрел смешную передачу и пил чай. Но смеяться он не мог. Сколько бы он ни смотрел, он не мог смеяться. Он не мог забыть слова доктора и разговор с До Квоном. Он не мог заснуть. Временами он засыпал, но дольше всего спал около часа.

- Я не должен так поступать.

Ын Су растянулся на диване и осторожно погладил свой живот. Он разочарованно вздохнул: казалось, его живот стал еще более пузатым, чем вчера.

«Я должен лучше питаться, лучше спать».

Наверное, он думал об этом сотни раз за ночь, и это стало навязчивой идеей, заставляющей меня чувствовать себя очень жалкой и ребёнком, неспособным позаботиться о себе.

Ын Су приподнял верхнюю часть тела и схватил смятое одеяло. Плотно накрывшись им до груди, он улегся в правильную позу и закрыл глаза. Он прилагал все усилия, чтобы наконец-то уснуть, но мысли поглощали с каждым разом.

Он попробовал лечь на бок, потом на живот, потом снова на бок и, наконец, на спину, плавая по кровати, как пловец.

Но заснуть все равно не удавалось.

Ын Су, обессилев, растянулся на кровати. Голова раскалывалась, а в ушах звенело. Что ему с этим делать? Пока он думал об этом и закатил глаза, его внимание привлек одноместный диван. Точнее, на диване лежало чье-то пальто.

-.......

Оно принадлежало До Квону. За день до аварии он надел его на меня после свидания, сказав, что на улице холодно, и я пришёл в нём домой.

Ын Су подошёл к пальто, словно завороженный чем-то. Черное пальто было достаточно большим, чтобы использовать его как одеяло. Тяжело сглотнув, Ын Су взял пальто в руки и зарылся в него носом.

Он вдохнул До Квона. Когда бы он ни почувствовал этот очаровательный запах, он пьянил его разум.

Ын Су вернулся на кровать, держа в руках пальто. Он обернул его вокруг большой подушки и обнял её. Он обнял её так, словно это был единственный спасательный круг, это не могло не успокаивать. Плечи и шея наконец-то смогли расслабиться.

Ын Су медленно закрывал глаза и пробормотал то, чего никто бы не мог услышать.

- Прости, что помял твоё пальто. Но ты пойми, ты сам виноват, я ничего не мог поделать с этим.

Слабая улыбка мелькнула на его печальном лице. И он смог погрузиться в сон, о котором мечтал уже долгое время.

Глава 6 - Искажённые воспоминания

Сегодня Ын Су, как обычно, пришёл в больницу. Поднявшись на лифте, он проверил свой мобильный телефон. Сообщений не было. Он надеялся, что ему хотя бы позвонит Мён Хи или Ки Хо, а было бы лучше, если бы позвонил сам До Квон, чтобы сообщить о том, что к нему вернулись воспоминания.

Я знал, что надеяться в этой ситуации бесполезно, учитывая, что прошло меньше двенадцати часов. Однако я не мог расстаться с надеждой, что, может быть, что-то изменилось. Я надеялся, что пусть даже немного, прям самую малость, он что-то да сможет вспомнить.

Дверь в больничную палату была открыта. Я не мог понять, ушёл ли врач или его кто-то решил навестить.

Ын Су выглянул, чтобы посмотреть, не пришёл ли кто-то важный. Он увидел полулежащего на кровати До Квона и стоящего перед ним мужчину. Он был не таким высоким, как До Квон, но всё равно его рост был внушительным, мужчина был одет в красивый костюм, а ещё его причёска показалась знакомой Ын Су.

Уголки рта Ын Су поднялись наверх.

Ведь он узнал этого мужчину, это был секретарь До Квона. Секретарь знал Ын Су, к тому же он работал с До Квоном уже 10 лет, что, честно говоря, вызывало зависть, ведь они по-прежнему так же близки, как и до того, как он потерял память.

Когда Ын Су заметил их двоих, то собирался войти в палату. До Квон тоже бросил взгляд на дверь, ведь заметил чьё-то присутствие.

Ын Су неловко улыбнулся и поднял руку, чтобы поздороваться, однако До Квон промолчал и ничего не сказал. По его пустому взгляду стало понятно, что он ещё не помнит его. В обычной ситуации его взгляд никогда не был таким холодным, как сейчас.

Не в силах скрыть своё разочарование, Ын Су быстро опустил руку, а До Квон не сводил с него глаз. Секретарь Чон повернулся к двери и широко улыбнулся, заметив Ын Су.

Если честно, то от этой улыбки настроение Ын Су немного приподнялось, поэтому он вошёл в больничную палату. Секретарь Чон быстро пересёк больничную палату, чтобы поприветствовать его.

- Здравствуйте, секретарь Чон, - Ын Су высунул руку.

- Здравствуйте, руководитель группы Ю, - секретарь Чон поклонился. Он сделал полшага к нему, и его красивые брови изогнулись.

- Как Ваше самочувствие? Я приехал сюда сразу после аварии, но у меня было много работы по поручению директора, поэтому не смог после приехать. Мне сообщили, что Вас выписали.

- О, конечно. Я не сильно ушибся, поэтому… Я в порядке.

- Но всё же… Это всё-таки была автомобильная авария.

- Ну, иногда у меня болит то тут, то там, как у старого деда.

Ын Су немного сгорбился и похлопал себя по спине, изображая старого дедушку. Секретарь Чон прикрыл рот рукой и рассмеялся. Ын Су тоже засмеялся, его глаза заблестели.

До Квон уставился на эту сцену. Солнечный свет, проникающий через окно, освещал лицо Ын Су. Округлые щёчки, аккуратно сложенные уголки красивых губ – зрелище, от которого ему было невозможно отвести глаза. Он ещё никогда не видел настолько невинную улыбку.

Чем больше он смотрел на его лицо, тем сильнее болела его голова. До Квон плотно прижал большой и средний пальцы к виску.

- А что с ребёнком? - спросил секретарь Чон у Ын Су.

- Пока я находился здесь, сказали, что с ним всё в порядке, но я ещё пока не был у специалиста. Однако через сайт мне напомнили о том, что я должен сегодня посетить врача, - Ын Су погладил себя по животу. – Я слышал, что на ранней стадии беременности нужно быть аккуратным со многими вещами, но я не знал, с какими именно. Поэтому я должен посетить гинеколога сегодня, чтобы быть уверенным в том, что с ним всё в порядке.

- Хотите я вас отвезу? - спросил секретарь Чон с ноткой доброжелательности. Иногда он подвозил Ын Су к До Квону, пока тот был занят делами, или отвозил домой после встречи с ним, так что это было чем-то обыденным. К тому же в этой клинике не было подходящего специалиста, поэтому секретарь Чон чувствовал себя обязанным в том, чтобы подвезти Ын Су.

Однако Ын Су покачал головой.

- Я не могу сесть в машину.

- Почему? Из-за аварии?

- Да, поэтому я просто поеду на метро.

- Ох, как же быть?

- Я скоро поправлюсь, так что не переживайте.

Ын Су слабо улыбнулся. Секретарь Чон с нотками жалости посмотрел на него. Если судить по тому, что Ын Су настаивал на скорейшем выздоровлении, то нет смысла сильно давить на него.

Ын Су слегка склонил голову и погладил слегка гладкую поверхность шеи секретаря Чона, это был необдуманный поступок. Но когда он это осознал, то убрал руку и глубоко вздохнул. Незнакомый резкий запах ужалил его ноздри и распространился по лёгким, его лицо сильно напряглось от этого ощущения. Затем он пошатнулся, словно его давили, как алюминиевую банку.

- Угх…

Короткий стон, слетевший с его губ, заставил перевести взгляды Ын Су и секретаря Чона на До Квона. До Квон, который не мог стереть странную улыбку, встретился с глазами Ын Су. В этот момент До Квон схватился за голову и скатился с кровати.

- Господин До Квон!

- Директор!

Ын Су и секретарь Чон бросились к нему. До Квон лежал на полу, а его огромное тело свернулось в клубок.

- Господин До Квон, господин До Квон, что с вами?

Ын Су пытался помочь ему подняться, но внезапно он ударился локтями о мраморный пол.

- Не трогай меня!

Ын Су не мог даже приблизиться к нему, потому что До Квон оттолкнул его.

- Отойди от меня!

До Квон смотрел на Ын Су налитыми кровью глазами. Его зубы сжимались и разжимались от боли, а рука, державшая голову, была в крови, тело сильно дрожало. Он смотрел на Ын Су как на худшего врага, а Ын Су под таким взглядом чувствовал руку у своей шеи, будто его душили.

- Господин До Квон…

Плечи Ын Су напряглись, ведь он никогда раньше не видел такого выражения у До Квона, словно его кто-то ударил топором по голове. Ын Су сделал шаг, будто инстинктивно понял, что причиняет ему боль. И в этот момент из носа До Квона потекла струйка крови. Ресницы Ын Су захлопали от удивления, и он быстро подошёл к нему, чтобы стереть кровь с его носа тыльной стороной ладони.

-…

До Квон перестал дышать.

-…

Ын Су с трудом сглотнул.

На мгновенье воцарилась тишина. Единственный звук пронзил эту гнетущую тишину – звонок экстренного вызова, на который с силой нажимал секретарь Чон. Ын Су испустил громкий и непроизвольный вздох.

До Квон сморщил нос, а затем ударил по руке Ын Су. Тыльную сторону ладони обожгло так, будто он прикоснулся к чему-то горячему, поэтому он убрал её. Нижняя челюсть До Квона дрожала, он уставился на Ын Су. От его пристального взгляда он почувствовал пронзительную боль в груди.

Врачи ворвались в комнату в тот момент, когда лицо До Квона полностью исказилось гримасой гнева и болью.

Руки, которые он не знал, как назвать поддерживающими или угнетающими, перенесли До Квона на кровать. Ему тут же вкололи обезболивающее и успокоительные, а спиртовыми салфетками вытерли кровь. К его передёргивающимся глазным яблокам посветили фонариком, а медсестры дёргающиеся конечности пристегнули крепкими ремнями.

Ын Су поднялся на дрожащих ногах и хотел подойти к До Квону, но медсестра остановила его.

-Господин, пожалуйста, выйдите отсюда.

-Что? Почему? Разве я не могу остаться?

-Это для вашей же безопасности. Пожалуйста, выйдите на минуту.

Медсестра легонько улыбнулась и подтолкнула Ын Су назад, словно выгоняла злостного нарушителя. Она совсем ничего не сказала секретарю Чону, который стоял в стороне, и от этого он почувствовал себя только хуже.

Ын Су вышел из больничной палаты, можно сказать, не по своей воле. Медсестра, державшаяся за ручку двери, улыбнулась ему. В этой улыбке не было ни капли искренности, это была дежурная улыбка, которую обычно натягивали медсестры, приветствуя пациентов или их сиделок. Затем, не раздумывая, она закрыла за собой дверь.

-…

Ын Су безучастно смотрел на дверь, которая захлопнулась перед ним. За ней он слышал слабые стоны До Квона и поглаживал тыльную сторону ладони, по которой ударили, прислушиваясь. Тыльная сторона руки была в крови До Квона.

«Не трогай меня!»

«Отойди от меня!»

В ушах звенел крик До Квона, а перед глазами стоял тот образ его красных глаз, смотрящих на него, и сморщенный нос от отвращения к его запаху. Ын Су ещё сильнее потёр тыльную сторону ладони. Он тёр и тёр её, пока вся тыльная сторона руки не покраснела и стала похожей на кровь До Квона.

«Этого не может быть».

«Не может быть, чтобы тебе было больно из-за меня».

«Что я такого сделал? Кем я был для тебя? Почему время, которое мы провели вместе, причиняет тебе такую боль?»

«Почему ты смотришь на меня с отвращением? Почему ты не смотришь на меня с прежней добротой?»

Ын Су продолжал тереть тыльную сторону ладони, он в досаде царапал её ногтями и только через некоторое время почувствовал жгучую боль. Он взглянул на неё и резко развернулся.

Было место, которое ему ещё нужно было посетить.

****

За неделю до аварии были спокойные и ленивые выходные. Ын Су лежал на ковре в гостиной дома До Квона и смотрел в свой ноутбук. Хоть это и было воскресенье, но он просматривал результаты, которые нужно было сдать к понедельнику.

До Квон прижался к нему и уткнулся лицом в его шею. В самом начале отношений они пообещали не работать в выходные дни, но поскольку Ын Су – руководитель группы, а До Квон – директор, то, скорее, это было легче сказать, чем сделать.

Но всё в порядке, пока это не мешает проводить им время вместе. Конечно, время от времени До Квон надувал губы и бормотал что-то об увольнении Ын Су с работы, о чём потом писали все газеты.

Но сегодня по какой-то причине он смирно ждал, пока Ын Су закончит свою работу. Он даже сказал, что гордится им, и пообещал наградить его крепким поцелуем, когда закончит.

Пока Ын Су что-то набирал на клавиатуре, До Квон толкнул его в талию, а затем нежно погладил и позвал.

- Ын Су.

- М?

- Ты не болеешь?

- Что? Я? С чего вы взяли?

Ын Су слегка приподнял бровь на этом вопросе. Сегодня он спал долго, ел вкусную еду, и его работа была практически закончена. Он чувствовал себя в отличной форме. Но До Квон не унимался, зарывшись носом в изгиб шеи Ын Су, он вдыхал его запах.

- Да? Просто это как-то странно…

- В чём дело?

- Ты пахнешь немного по-другому. Как будто у тебя сейчас тепловой цикл… но он же был недавно, верно? Я не знаю, как это объяснить, но это точно не он…

Ын Су понюхал своё запястье, но он ничего не смог почувствовать. Это было неудивительным, ведь он не мог чувствовать собственные феромоны. Хотя он мог почувствовать запах тела До Квона на своей коже.

- Хмм? Может, тебе показалось? – бесстрастно произнёс Ын Су и закончил писать письмо. Однако суровое выражение лица До Квона не изменилось.

- Нет, не думаю, что мне показалось.

-…

Ын Су ничего не отвечал. Хотя, конечно, он забеспокоился о том, что вдруг с его телом что-то не так, но и было кое-что другое, что тоже его волновало. Постукивая по клавиатуре ноутбука, Ын Су, не отрывая глаза от экрана, спросил:

-Мне кажется, но может, я ужасно пахну?

-Что?

-Я сказал, что ужасно пахну…

-…

-Я подумал, не пахнул ли я испорченным молоком, канализацией, отходами или чем-то ещё?

От этих слов Ын Су у До Квона отпала челюсть. Ын Су же сначала взглянул на него, а потом перевёл взгляд на монитор. До Квон взял его за подбородок и заставил посмотреть на себя.

-Ын Су.

-А?

-Не говори так, я чуть не разозлился на тебя.

-Но…

-Ты пахнешь лучше, чем всё, что я когда-либо чувствовал в своей жизни.

-…

-Так было всегда и будет в будущем.

До Квон прижался губами к щеке Ын Су, а затем отстранился. Затем он зарылся носом в затылок Ын Су и продолжал вдыхать аромат его тела. Его аромат был мягким, расслабляющим и сладким, словно рай.

Это не был запах испорченного молока, чего-то протухшего или чего-либо ещё. Это был очаровательный запах, который нельзя было отнести к той же категории.

Касание волос До Квона вызывало щекотку у Ын Су. От этой щекотки он слегка посмеялся.

-Правда?

-Да.

До Квон посмотрел на Ын Су и улыбнулся. На следующий день, во время случайного визита в больницу, Ын Су узнал, что он беременный.

«Интересно, изменилось ли что-то в моём организме?». В тот день он точно так же подумал, как и сейчас. Должна же быть причина, по которой До Квон был таким напряжённым и морщил нос, находя этот запах отвратительным.

По этой причине он отправился к гинекологу, в небольшую клинику. У него не было машины, но он сильно торопился, поэтому поехал к ближайшему гинекологу, которого смог найти. В центре города был роддом, но он находился далеко от станции метро, поэтому добираться сюда было сложно.

Ын Су посмотрел на тыльную сторону своей руки, покрытую мелкими царапинами.

-Пациент Ю Ын Су, пожалуйста, проходите.

Глава 7

Когда назвали имя Ын Су, то он быстро встал и прошёл в процедурный кабинет. Осмотр прошёл гладко. Доктором была молодая девушка с завязанными в высокий хвост волосами. Она выглядела очень строгой из-за острого подбородка и очков без оправы. Она медленно пошевелила розовыми губами и объяснила состояние здоровья.

Ын Су не слушал её слов. Эти слова он уже несколько раз слышал в предыдущей больнице, однако он хотел кое-что спросить, поэтому ждал, пока доктор закончит говорить банальности.

- Поскольку Вы омега, то Вам не нужно слишком волноваться о своём ребёнке, обычно роды и беременность у омег протекают спокойно. К тому же Вы молоды, так что с Вами всё будет в порядке. У вас остались вопросы?

Когда доктор закончил свою речь, то Ын Су быстро подвинул стул ближе и открыл стол.

- Возможно ли, что…?

- Да?

- Возможно ли, что из-за моей беременности… отец моего ребёнка может воспринимать мои феромоны немного иначе?

- Вы имеете в виду…?

- Я имею в виду, что он, кажется, ощущает их совсем иначе, не то, что раньше. Как вы думаете, если ребёнка не будет, то станет ли всё как раньше…?

-…

Доктор был ошеломлён на мгновенье. Он не мог понять, шокирован ли он бесчеловечностью омеги или отвратителен невежеством. Но Ын Су было всё равно, ведь он практически находился в отчаянии. Он даже не до конца осознавал, что несёт. На самом деле, он бы почувствовал облегчение, если бы До Квон просто бы забыл его со своей амнезией. Конечно, это было бы горько и печально, но он смог бы смириться с этим.

Это ничем не отличалось от того, чтобы увидеть его снова, как два года назад, сжимающего в руках кружку и прогуливающегося по 14 этажу. Но теперь он ненавидел его, сторонился, и дело было не в потере памяти, а в другом. Дни после аварии стали для Ын Су одной сплошной борьбой. Казалось, что его жизнь рассыпается, как песок по ветру. Это было похоже, словно ему позвонил двоюродный брат, с которым он никогда в жизни не общался, и сообщил о смерти его родителей.

Так было и сейчас, он ужасно боялся, что отчаяние захлестнёт его новой волной.

Доктор пристально смотрел на побелевшего Ын Су, слегка склонил верхнюю часть тела вперёд, заговорил низким голосом.

-Господин, отец Вашего ребёнка плохо относится к Вам с начала беременности?

-…?

-Заставляет ли он вас избавиться от ребёнка, угрожая разводом или расставанием?

-…

-Если это происходит, то лучше Вам сообщить об этом и Вам окажут помощь.

-Нет, всё совсем не так, - Ын Су покачал головой, затем энергично потёр лицо и вздохнул.

Было бы намного проще, если бы До Квон просто сказал бы избавиться от ребёнка, что он больше не нуждается в Ын Су, что он ненавидит его или потребовал расстаться, как и сказал доктор.

Было бы намного проще, если бы До Квон просто сказал ей, чтобы она избавилась от ребенка, что она ему не нужна, что он ее ненавидит, и потребовал расстаться, как и сказал доктор.

Можно было проклясть ребёнка и избавиться от него, либо смириться с этим и продолжать жить дальше. Но сейчас Ын Су не мог принять решение, потому что врачи говорили, что До Квон может восстановить свою память даже через неделю. И он был готов смириться с этим.

Ын Су просто боялся, что даже после возвращения воспоминаний его запах будет для него таким же отвратительным, как и сейчас.

-Просто мои феромоны уже не те, что раньше.

-Конечно, они другие. Ты пахнешь, как оплодотворённый омега, ведь этот запах говорит о том, что ты омега, которого ему нужно защищать.

-Ах…

Он вспомнил ясно и отчётливо момент, когда пошёл в палату без предупреждения, а До Квон посмотрел на него, будто заранее знал, что он придёт и сморщил нос, словно запах защипал ему ноздри.

Наверное, это произошло всё-таки из-за того, что запах Ын Су был слишком сильным.

Напряжённые плечи Ын Су расслабились. Он сильно боялся того, что До Квон отвергнет его без причины, но узнав, что происходит на самом деле, он почувствовал, как ему стало легче дышать.

На самом деле, ваш запах не должен сильно мешать повседневной жизни. Говорят, что беременность омеги, первым делом, альфы распознают по запаху.

-…

-Конечно, у каждого человека уникальный случай. Если Вы доминантный омега, то он более резкий, если же рецессивный – немного тусклее.

-То есть... он даже может не нравиться? Это что-то вроде диффузоров или духов: если запах слабоватый, то их приятно чувствовать, а если сильный, то это уже перебор.

-Нет, нельзя сравнивать естественный запах с искусственным. Альфы могут чувствовать запах омеги и на инстинктивном уровне защищать её. Но каждый случай индивидуален, поэтому не могу сказать наверняка.

-…

Ын Су медленно кивнул, судорожно перебирая пальцами, он собрался с мыслями и вспомнил, зачем вообще проделал весь этот путь.

-Мне нужно, чтобы Вы выписали мне препарат для подавления феромонов.

-Да, конечно. Может, Вам нужны какие-нибудь витамины или пищевые добавки?

-О, они у меня есть.

Ын Су вздрогнул, вспомнив коробки с лекарствами, сложенные одной кучей дома. Когда он узнал, что беременный, то Мён Хи и Ки Хо суетились вокруг До Квона, скупая им всё подряд. Даже секретарь Чон подарил специальные витамины, чтобы поздравить с беременностью.

Даже если бы он не ел и просто принимал бы лекарства, то смог бы прожить ещё целый год.

- Я дам Вам одну бутылку ингибиторов, - доктор сказал это, печатая что-то на клавиатуре.

- А Вы не можете дать мне больше? - спросил Ын Су, на что доктор покачал головой.

- К сожалению, нет. Вам придётся регулярно приходить за ними, и даже не думайте покупать их в аптеке, потому что их не продают без рецепта.

-... Это же просто ингибитор, верно?

Ын Су склонил голову, ведь для омеги ингибиторы были всё равно, что пить воду. Они принимали их каждый день и будут принимать до конца своей жизни, но ему дали всего лишь одну бутылочку, к тому же её достать не так-то просто. Это же не наркотик какой-то…

- Ты беременный, а подавление естественных феромонов очень вредно для беременных омег.

- Ах…

- Будет вообще лучше, если Вы не будете их принимать, но придётся, если хотите жить нормальной жизнью. Так что придерживайтесь максимум четырёх таблеток в день, не больше. И во время течки таблетки не подействуют, так что приходите снова, - твёрдо произнёс доктор.

Ын Су поджал челюсти. Всего лишь четыре таблетки в день. Он снова и снова прокручивал эти слова в своей голове.

* * *

Из родительного отделения Ын Су сразу же отправился домой, чтобы отдохнуть. Ещё в родильном отделении он смог чётко осознать свою беременность. Видя, как люди, находившиеся в больнице, поглаживают свои животы, он почувствовал себя так, словно его ударили по голове.

«Я должен заботиться о своём теле. Несмотря на то, что я омега, созданная для зачатия детей, я должен сделать всё необходимое».

Нет, на самом деле, он осознал, что ему нужно время, чтобы искупить свою вину и поразмыслить над резкими словами, которые он произнёс перед доктором.

«Всё ли будет хорошо, если я избавлюсь от ребёнка?»

Он не мог поверить, что сказал это. Это безумие. Ын Су думал, что как только у него появится ребёнок, то он сможет сделать для него абсолютно всё.

Однако исполнять свои обязанности перед ребёнком или любить ребёнка, как родитель - две разные вещи.

Ын Су узнал о своей беременности ещё до появления симптомов, благодаря острому чутью До Квона. А несчастный случай произошёл ещё до того, как он смог полностью осознать и принять этот факт, так что для патернализма не было места.

*Патернализм — система отношений, при которой власти обеспечивают потребности граждан.

Поэтому ребёнок в животе до этого момента казался не таким уж милым и драгоценным. Он всё ещё находился в шоковом состоянии.

Однако то, что он сказал гинекологу, было явно ужасным, он поступил отвратительно. Есть вещи, которые можно говорить, и есть вещи, которые не нужно говорить. Он не мог поверить в то, что сказал. Если бы До Квон узнал, то он был бы очень разочарован и расстроен, ведь он любил его.

Как только Ын Су вернулся домой, то сразу же сел за еду. Он достал все имеющиеся дома гарниры, пожарил рёбрышки, которые без ведома До Квона привез с собой, и с удовольствием их съел. Он также поискал в интернете необходимые пищевые добавки и пил чай без кофеина.

Он мог только хорошо питаться и отдыхать, чтобы искупить свою вину перед малышом.

Кроме того, ещё остались незаконченные дела, поэтому он проверил свою почту. Прошло уже две недели с момента несчастного случая и незапланированного отпуска. Из-за всех этих факторов он не смог закончить свою работу должным образом, но он не чувствовал себя виноватым перед своей командой. Он проработал около трёх часов, а потом обнял пальто До Квона и рано уснул.

На следующий день Ын Су стоял перед больничной палатой До Квона.

Дверь была плотно закрыта. Ын Су сделал глубокий вдох и тихо выдохнул. Его руки сжимались и разжимались, а колени немного дрожали. Он так нервничал, что стук сердца отдавался в ушах.

Несколько минут он не мог пошевелиться, но, собравшись с духом, он наконец открыл дверь. Однако комната была пуста. Ын Су вздохнул с облегчением, а затем рассмеялся над этой нелепой ситуацией. Почему-то это принесло ему облегчение, что также было и абсурдно.

Ын Су осторожно вошёл в больничную палату и огляделся. Он сразу почувствовал запах До Квона. Это был густой, яркий запах, который нельзя было сравнить с запахом пальто на подушке в его спальне.

Кровать, конечно же, была тем самым местом в просторной больничной палате, где его запах ощущался сильнее всего. Ын Су подошёл к кровати, словно завороженный чем-то.

На кровати лежал планшетный компьютер, а также в беспорядке валялась одежда, предположительно, этим всем добром воспользовался До Квон. Скорее всего, он смог поработать, а значит, сегодня ему было гораздо лучше, чем вчера.

«Я рад».

Слабо улыбнувшись, Ын Су положил планшет на тумбочку, а также привёл в порядок постель и повесил разбросанные вещи на вешалку в углу.

-…

И тут его осенила одна не очень хорошая мысль.

Должно быть, на этой одежде сохранился запах До Квона. Наверняка, он был гораздо сильнее, чем тот, что витает в воздухе. В горле было очень сухо. С другой стороны, между коренных зубов текла слюна. Мягкая и толстая ткань ощущалась, как желанное сокровище из золота и серебра. И тут он подумал: «Не так ли чувствовал себя Адам, когда смотрел на древо познания добра и зла».

Закусив нижнюю губу, Ын Су решил полностью отдаться своему желанию.

«Ничего же страшного не случится, если я просто понюхаю. Ведь это не чужой запах, а отца моего ребёнка, который находится в моём животе. Разве не так?»

Ын Су зарылся носом в одежду и глубоко вдохнул. Как он и ожидал, это был чудесный и манящий аромат, это был его самый любимый запах. Уголки рта Ын Су немного приподнялись вверх. До аварии он чувствовал этот аромат каждый день, засыпал с ним, просыпался с ним, что казалось, будто эти дни были так давно и так далеко.

Ын Су обнимал одежду До Квона, даже не заметив, сколько времени прошло.

- Что ты делаешь?

Если бы холодный голос не пронзил его уши, то, возможно, он бы и продолжил так стоять. От испуга Ын Су уронил вещь на пол. Подняв её, он повесил на вешалку.

- Я наводил порядок.

Ын Су не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, кто стоит за его спиной. Он сразу узнал этот голос.

Повесив одежду, Ын Су возился с рукавами. Хоть он и пришёл увидеться с До Квоном, но по какой-то причине не мог обернуться и посмотреть на него, на что До Квон выдавил ухмылку.

- Точнее, ты имеешь в виду, нюхаешь чужие вещи?

Ын Су на мгновенье перестал дышать, а затем крепко сжал кулаки. Ленточка на тыльной стороне его руки затрещала и изогнулась. Ын Су был раздражён, ведь ему не нравилось, что с ним обращались, как с бессовестным человеком.

Ын Су крепко сжал в ладони ленточку, что болталась на рукаве, а затем он повернулся через плечо и самодовольно произнёс:

- Да не могу смириться с тем, что не чувствую этот аромат каждый день.

Ын Су безразлично прошёл мимо До Квона и устроился на стуле, будто это было его собственное место. Хоть он и вёл себя уверенно, но внутри у него всё ломалось на части. Он так сильно дрожал, что боялся, как бы До Квон не заметил этого.

-…

На мгновенье До Квон просто пялился на Ын Су, но ничего не говорил. Он не стал подходить к кровати, а сел на диван. Диван стоял спинкой к стене, поэтому, подняв голову, можно было встретиться взглядом с Ын Су. Однако взгляд До Квона был прикован к горе газет, сложенной рядом с диваном.

Благодаря этому Ын Су смог вдоволь наблюдать за До Квоном. Он казался в порядке. Хотя он все еще был одет в форму пациента, на его бесстрастном лице не было никаких признаков головной боли или последствий несчастного случая.

Ын Су был немного рад этому. Похоже, эффект ингибиторов работал, ведь буквально вчера тот морщил нос, стоило ему только войти в палату. Придётся всё склеивать по кусочкам, и однажды они смогут вернуться к прежним отношениям.

- Я вчера ходил к гинекологу, и мне прописали ингибиторы, так что вы больше не почувствуете моих феромонов, — сказал Ын Су, глядя на пальцы До Квона, держащего газету. Рука без единой раны была большой и красивой, как и полагается альфе. Он не мог оторвать взгляд от выпуклых костей и выступающих суставов.

Когда он держал меня за руку, то не чувствовал холода посреди зимы. Она всегда была твёрдой, тёплой и ласковой. Особенно, когда мы занимались сексом, он мог обхватить всё моё бедро одной рукой…

- Он всё ещё витает здесь, это чертовски неприятно.

Плечи Ын Су вздрогнули, когда он неосознанно об этом вспомнил. Затем он потёр свои покрасневшие щёки, словно пытался умыть лицо. Он точно сошёл с ума. Через мгновенье до Ын Су дошло то, что сказал До Квон.

- Ммм…

Ын Су положил подбородок на кровать и промычал. От простыней доносился феромон До Квона. Это так хорошо. Он был уверен, что До Квон тоже чувствовал его феромоны. Он обижался на него за то, что он так грубо выражался.

- Тогда потерпи.

- Что?

- Потерпи. Я сделал всё, чтобы сдержать феромоны. Остальное зависит только от тебя.

- Ха…

До Квон издал короткий смешок, как будто это было смешно. Ын Су сосредоточилась на вдыхании его запаха, хотел он того или нет. Должно быть, До Квон сходит с ума. Он и так потерял память, а теперь еще и омега, которого он никогда раньше не видел, уткнулся носом в его одежду. Так еще и просит потерпеть его феромоны.

Но Ын Су имел полное право говорить такие вещи, ведь они встречались уже два года, к тому же в животе рос их совместный ребёнок. Он был в таком же недоумении, как и он, что забыл его в одночасье.

До сих пор я был настолько потрясён тем, что он забыл меня, что каждое его слово и каждый взгляд потрясали меня до глубины души.

До сих пор я была настолько потрясена тем, что он забыл меня, что каждое его слово, каждый взгляд потрясали меня до глубины души, но не теперь.

Ын Су собирался каким-то образом вернуться к прежней жизни и создать семью с ним, собой и ребёнком в животе. После вчерашнего похода к гинекологу, он пообещал себе это себе и своему ребёнку. Ын Су уставилась на До Квона с непонятным выражением лица. До Квон посмотрел на него в ответ. Некоторое время они смотрели друг на друга, но именно До Квон нарушил молчание.

- Ты сказал, что раньше чувствовал мои феромоны каждый день, значит, мы встречались каждый день. Это ты просто так сказал или мы действительно виделись каждый день?

- Мы виделись каждый день.

Глаза До Квона слегка сузились от непреклонного ответа Ын Су. Он не поверил ему, и в этом была причина. Поскольку он был директором и единственным преемником Мён Хи, то всегда был забит под завязку почасовыми встречами.

Вполне понятно, что ему покажется странным, что он каждый день виделся с ничем непримечательной омегой.

Но Ын Су, похоже, это совсем не казалось странным.

- Мы вместе обедали и ужинали. Даже секретарю Чону было несладко, потому что вы часто отменяли встречи, чтобы увидеться со мной.

До Квон был ошеломлён. Как бы он ни был одержим омегой, он бы ни за что не повёл себя так. Слушая слова Ын Су, ему показалось, что он бы не лучше собаки с закатившимися глазами.

До Квон закрыл газету, которую читал. Это была подборка, которую дал ему секретарь Чон, чтобы восполнить испарившиеся из головы экономические данные за четыре года, и он должен был прочитать ее как можно скорее, но сначала нужно было избавиться от Ын Су.

До Квон скрестил ноги и уставился на Ын Су.

- Моя мама сказала, что мы познакомились на работе.

- Верно.

- Тогда ты должен был знать, кто я и чей сын.

- Знаю. Я руководитель группы, так что, конечно, я знаю информацию о руководителях.

- Знал?

- Потому что это была моя обязанность тепло поприветствовать господина вас, если бы мы случайно столкнулись.

-....

- Вообще-то, я бы знал это, даже если бы не был руководителем группы. Любой человек, хоть немного интересующийся экономикой, знает, в какой компании работает единственный преемник Мён Хи.

Ын Су мрачно произнёс это, потому что не любил говорить о происхождении До Квона, потому что оно его не интересовало. В такой момент было бы гораздо приятнее и полезнее предаться воспоминаниям об их совместной жизни.

Однако, в отличие от Ын Су, глаза До Квона сверкнули. Он постучал указательным пальцем по подлокотнику дивана.

- Тебе нужны деньги?

-... Что? - повторил Ын Су, как будто ослышался. Он был ошеломлён, слова застыли в его голове.

Кривая улыбка появилась на губах До Квона, как будто он ударил ножом Ын Су в самое сердце. До Квон потёр подбородок и посмотрел на Ын Су.

- Так вот почему ты забеременел ещё до свадьбы? Мои мать и отец без ума от тебя. Должно быть, в подобном ты очень находчив и сообразителен.

Глава 8

- Так вот почему ты забеременел ещё до свадьбы? Мои мать и отец без ума от тебя. Должно быть, в подобном ты очень находчив и сообразителен.

-…

Ын Су рассеянно моргнул. Некоторое время он ничего не говорил, а просто смотрел в одну точку через плечо До Квона. Он пытался собраться с мыслями.

До Квон лишь предположил, что это очередной хитроумный трюк, чтобы выкрутиться из ситуации. Он подумал, что ему нужно использовать этот момент, чтобы, наконец, избавиться от омеги, и открыл рот, чтобы снова заговорить, но тут Ын Су вскочил на ноги и, спотыкаясь, направился к нему.

Стоя спиной к свету, тень Ын Су упала на До Квона.

- Господин До Квон, у меня много денег, - воскликнул Ын Су.

- Что?

До Квон заливисто рассмеялся. «У тебя много денег? Что-то не похоже. Может, он выиграл в лотерею или что-то в этом роде. Даже если и так, то нелепо, что он говорит это при мне».

Однако Ын Су не стал сопротивляться и продолжил.

- Конечно, моё состояние не такое, как ваше, которое исчисляется триллионами. Однако у меня достаточно денег, чтобы покупать всё, что я хочу, и есть всё, что я хочу.

-…

- У меня есть дом в Сеуле, машина, я инвестирую и экономлю, и хотя вам это может показаться мало, но мне этого достаточно.

- И?

- Мне не нужны ваши деньги.

Голос Ын Су звучал твёрдо. Закончив говорить, он издал протяжной вздох через нос. Затем он уставился на До Квона. Даже в своей больничной одежде он был очень и очень красив. Его волосы были зачёсаны назад, что было очень в стиле рабочей атмосферы.

Ын Су протянул руку, чтобы коснуться его лица. Брови До Квона дёрнулись, подумав, что он собирается чмокнуть его в щёку, но вместо этого он нежно погладил по щеке.

- Если бы вы спросили меня, что мне нужно: ваше красивое лицо или тело, то я бы ответил и то и другое.

- Что?

- Мне нравится ваше лицо, До Квон, и мне нравится ваше тело, а также мне нравится множество других ваших физических качеств.

Ын Су погладил большим пальцем подбородок До Квона, проводя по плавному изгибу челюсти, переходя к нижней губе. Когда он улыбался, губы всегда оттопыривались, обнажая ровные зубы. Губы всегда были тёплыми и мягкими.

Он не касался этих губ уже более двух недель. Как-то раз он пропустил обеденный перерыв, чтобы прикоснуться к этим губам в переговорной комнате.

Большой палец Ын Су вот-вот должен был коснуться губ До Квона, на что он раздражённо оттолкнул руку от себя. Ын Су послушно отстранился и разогнул спину.

- И, кстати говоря… именно вы первым заговорили со мной, приходили, чтобы увидеться, покупали еду или напитки, писали сообщения.

- Если ты собираешься накричаться на меня за то, что я не помню тебя, то ты потом очень сильно пожалеешь об этом.

До Квон нервно потёр щёку в том месте, куда коснулась рука Ын Су, как будто был недоволен.

Ын Су пустым взглядом посмотрел на его нахмуренные брови. За два долгих года знакомства он ни разу не видел, чтобы До Квон кричал, злился или даже раздражался. В последнее время он часто видел его искажённое лицо. И хотя этот До Квон – не тот прежний До Квон, он всё равно не мог не чувствовать горечь.

Ын Су сжал руку в кулак, продолжая ощущать остатки тепла До Квона на кончиках пальцев, и немного произнёс.

- Нет, это вы потом будете сожалеть.

- Я? О чём мне сожалеть?

- За то, как вы со мной разговариваете.

- Что?

- За то, как вы грубо ко мне относитесь. За то, что вы относитесь ко мне, как к человеку, которому нужны деньги. За то, что вы относитесь ко мне как к никчёмной омеге, извергающей свои феромоны. Вы очень сильно пожалеете.

Уголки рта До Квона приподнялись от такой атаки. Он смотрел на его серьёзное выражение лица, а потом разразился смехом. Он даже захлопал в ладоши, потому что ему показалось это действительно смешным.

- Ух ты, хочешь сказать, что я любил тебя настолько, что даже ни разу не говорил тебе чего-то подобного?

- Да.

- И ты уверен, что я всё ещё буду любить тебя, когда ко мне вернутся воспоминания?

- Да, уверен.

В ответе Ын Су не было ни капли сомнений. Он был как надёжная и прочная стена. До Квон тяжело и сухо сглотнул.

Ын Су подогнул колени, чтобы присесть перед ним на корточки. Его лицо было так близко, что, казалось, что До Квон был смущён. Однако Ын Су не стал приближаться к нему ещё ближе, однако резкий запах феромонов пронзил всё тело До Квона, словно иглы.

До Квон недовольно сморщил нос, это был его акт неповиновения. Однако Ын Су, заметив его выражение лица, не отступил из-за страха, а взял за руку. До Квон тут же попытался стряхнуть чужую руку, но не смог.

- Вы же знаете, что мы оба были в одной машине и попали в аварию?

На самом деле, сейчас было не самое подходящее время, чтобы рассказать о происшествии. Глаза До Квона заметно потемнели.

- Я узнал об этом от секретаря Чона.

- Да, однако вы были ранены достаточно сильно, чтобы провести несколько недель в коме, но… Вы никогда не задумывались о том, почему я в порядке?

-…

Конечно, он задумывался. Ведь у него были разбиты все части тела, к тому же ещё и память отшибло. Он задумывался, почему тогда Ын Су в порядке, и даже иногда задумывался, не подстроил ли тот несчастный случай и не хотел ли он, чтобы произошла авария.

Поэтому он не ожидал, что Ын Су первым заговорит о несчастном случае.

- Что ты хочешь этим сказать?

- В тот момент, когда грузовик врезался в машины, вы отстегнули ремень безопасности…

- Я? Я что, самоубийца?

- А потом вы прикрыли меня собой.

-…

У До Квона открылся рот от шока. «Я отстегнул ремень безопасности и обнял Ын Су. То есть он хочет сказать, что я сделал это, чтобы спасти его, и он думает, что я поверю в это сейчас?»

Нет, это просто смешно.

До Квон встал и попытался выдернуть руку из-под чужой хватки, однако Ын Су снова схватил его руку, вложив всю силу, и не отпускал.

Это была жалкая попытка, ведь омеги не могут одолеть альф, тем больше доминантных, с помощью силы. Ын Су медленно поднялся на ноги, До Квон принял попытку вывернуть запястье Ын Су, а потом они столкнулись взглядами.

- Господин До Квон, спасибо, что спасли меня. Благодаря вам я и ребёнок в безопасности. Жаль, что я не могу сказать много чего другого…

-…

- Я не могу сказать, потому что вы уже не тот человек, что спас меня, - на этих словах Ын Су отпустил руку До Квона.

В том месте, где его рука пролежала неизвестно сколько времени, было горячо. До Квон быстро прикрыл тыльную сторону ладони другой рукой, хотя и не понимал, почему. То ли он хотел стереть след Ын Су, то ли ему было неприятно, что от неё исходит тепло?

До Квон стоял, словно застыл на месте, в то время Ын Су застёгивал расстёгнутое пальто.

- Я думал, мы могли бы пообедать вместе, но думаю, что всё-таки не получится. Такое ощущение, что заработаю несварение…

Ын Су направился к двери и не стал дожидаться, пока До Квон попрощается. Он этого не ждал. Ын Су преодолел большое расстояние пешком по дороге, затем на метро, а потом снова пешком, чтобы добраться до дома.

И когда он добрался до дома…

- Мхм…

Он вцепился в пальто До Квона и зарыдал, как ребёнок.

Если бы До Квон сомневался в моей любви, то это бы просто разбило мне сердце, но когда он сомневался в своей собственной любви, то казалось, что мой мир постепенно рушится.

* * *

Отпуск Ын Су закончился, что означало лишь одно, сейчас самое время возвращаться на работу. Ын Су практически всегда любил ходить на работу, это не было чем-то ненавистным. За исключением редких дней, когда погода была плохой или он простужался, но даже тогда он с удовольствием посещал работу.

Однако сегодняшний день сильно отличался от предыдущих.

Прибыв на работу, Ын Су испустил тяжёлый вздох. Этот день заставил его осознать, насколько сложно и неприятно ездить на работу без машины. Сейчас же дорога до работы напоминало ничто иное, как восхождение на вершину горы Пэктусан. Он частенько задавался вопросом, почему в метро так много людей? Откуда они все берутся и куда исчезают? И почему мой дом находится так далеко от компании? Ему нужна была станция Ёксам. Он часто оглядывался на табло, чтобы не пропустить свою станцию.

Он беспокоился по поводу и без повода: «Что, если я пропущу станцию?», «Что, если я опоздаю?». Однако, к большому счастью, многие люди тоже вышли на станции Ёксам, что принесло ему облегчение, ведь он успел выйти. Идя по метро, он часто сталкивался с людьми. К счастью, компания находилась недалеко от станции Ёксам, поэтому ему не составило труда дойти до туда пешком.

Едва дойдя до работы, он уже чувствовал себя измотанным. Он задумался, есть ли кто-то в его команде, у кого нет машины, и подумал, что если встретит такого человека, то обязательно купит ему большой кофе, чтобы утешить и похвалить этого человека.

Прибыв на 14 этаж, где располагалась команда дизайнеров, Ын Су глубоко вздохнул. Воздух был горячим и слегка удушливым. Суматоха людей, от которых пахло шампунем и духами, такое можно почувствовать только утром.

С момента аварии прошло уже несколько недель. Он не мог не радоваться, что наконец пришёл на работу, хотя другие бы люди подумали, что он сумасшедший, однако Ын Су нравилась компания. Только здесь он мог почувствовать человеческое тепло и дружелюбие до встречи с До Квоном. Это было единственное место, где были занятые люди и люди, которые искали его и называли руководителем группы или Ын Су.

Вне работы Ын Су был совершенно одинок и отрезан от всего мира. Его родители умерли, и он потерял всякую связь со своими школьными друзьями, потому что уехал за границу в колледж, к тому же он был не из общительных людей, чтобы вступать в клубы или тусовки.

Компания его вполне устраивала, а с момента, как он встретил здесь До Квона, то здесь стало только лучше.

Поправив галстук, Ын Су направился к своему рабочему месту. Товарищи по команде заметили его и сразу же подбежали, размахивая руками. Их глаза расширились, а губы скривились в улыбке.

-Лидер команды!

-Руководитель команды, вы пришли?

-Вы в порядке?

-Боже мой, вы же попали в автокатастрофу!

-Я слышал, что это была большая авария, её даже показывали в новостях.

-Я слышал, что водитель был засранцем.

-Точно, он же был пьяным за рулём. Если ему суждено умереть, то пускай умрёт один. Я слышал, там много было жертв.

-Вы уже можете ходить?

Громкие голоса защекотали уши Ын Су. Почему-то это место дарило необыкновенное чувство дома. Ын Су повесил пальто на вешалку и взглянул на своих коллег.

-Со мной всё хорошо.

Напряжённые плечи членов команды расслабились, когда услышали нормальный голос своего руководителя и заметили, что он передвигается без особого труда. Ын Су сел за свой рабочий стол, он так давно не сидел за ним, что создавалось ощущение, будто это место не было ему знакомо. На столе стоял большой монитор, планшет, клавиатура, аккуратно разложенные стикеры и письменные принадлежности.

Ын Су включил компьютер и протер стол влажной салфеткой.

-А что насчёт директора? С ним всё в порядке? – спросил один из членов команды, но Ын Су замер от этого вопроса.

В офисе не было никого, кто бы не знал об их отношениях. Поначалу Ын Су был против этого, сказав, что они не должны попадаться под посторонние взгляды, ведь за До Квоном много кто наблюдает. До Квон же сказал, что его это не волнует, даже если сама идея не нравилась Ын Су.

Он всегда ждал перед 14 этажом за 10 минут до обеда, широко улыбаясь. Внезапно отправлял дорогие десерты всей команде дизайнеров, менял очиститель воздуха на самую дорогую модель и только на 14 этаже, а ещё он часто злился из-за того, что Ын Су работал сверхурочно, и делал такое лицо, будто ему дали пощёчину. Он делал подобные вещи бесчисленное количество раз, и так получалось, что они непреднамеренно засветили свои отношения, поэтому теперь об этом знала вся компания.

-Ах да. Он сильно ушибся, и ему сделали операцию, но сейчас уже всё хорошо, и он идёт на поправку, - Ын Су неловко улыбнулся, ведь не смог рассказать о том, что директор, на самом деле, потерял свои воспоминания. Он притворился, что всё в порядке, но лица его коллег были серьёзными.

- Операция…

- Он ведь не повредил своё лицо?

- Такое лицо никакая пластическая операция не соберёт.

- О, водитель настоящий ублюдок.

Команда сжала кулаки.

- Да, это было ужасно, - Ын Су кивнул в знак согласия.

Если бы не этот пьяный водитель, ничего бы этого сейчас не было. Если бы не этот водитель, то До Квон бы не пострадал и не забыл меня.

Ын Су вздохнул и протер глаза. В этот момент один коллега обратил внимание на его состояние.

- У вас глаза красные, вы плохо спали?

- О, я просто немного устал.

Ын Су быстро опустил руку. Правда заключалась в том, что вчера ему было настолько больно, что он плакал практически всю ночь, но и также чувствовал себя измождённым от нелёгкой поездки в метро, так что отчасти это не было ложью.

- Вы всё ещё чувствуете себя не очень хорошо, даже после отпуска?

- Вы плохо себя чувствуете?

- Могу я сделать вам кофе?

- Нет, спасибо за кофе.

Ын Су быстро отказался, он ещё не сказал своей команде, что он в положении. По идее, это не было секретом, но пока не было возможности сообщить об этой новости. Однако в сложившейся ситуации лучше пока держать это в секрете. Ын Су выбросил салфетки в мусорное ведро и улыбнулся.

- Ну, просто я сегодня ехал в метро на работу.

Все члены команды обернулись в его сторону.

- Что? Почему?

- У вас сломана машина?

- Разве вы не попали в аварию на машине директора?

- Ох, точно, у вас посттравматическое стрессовое расстройство или что-то в этом роде, поэтому вы пока не можете водить машину?

- Мгм.

Ын Су медленно кивнул. Не было смысла скрывать, что он не может водить машину. Даже если бы он скрывал это, то это бы быстро обнаружилось. При виде проезжающей мимо машины у него учащается сердцебиение, поэтому оставалось только гадать, когда он сможет снова сесть за руль.

Глаза членов команды наполнились сочувствием. Ын Су горько улыбнулся. Не имея возможности взять машину, не имея возможности взять такси, не имея возможности взять автобус, он заслуживал сочувствия.

Внезапно воздух стал неловко искажаться. Все, кто здоровался и готовился к работе, замолчали.

Ын Су и его товарищи по команде вытянули головы и осмотрелись в необычной атмосфере. Затем, когда они заметили, что кто-то ходит между перегородками, они выпрямились, как рядовые в полном военном командовании.

- Ын Су, нет, руководитель группы Ю.

Это была Мён Хи. Мать До Квона и председатель совета директоров Sungjin Group. Она была одета в элегантный костюм и окружена свитой помощников, излучая ауру президента.

Сотрудники едва ли могли дышать. Я уже подумал, что умру от нервного напряжения из-за ежедневных посещений сначала директора компании, а теперь ещё и председателя. Должно быть, 14 этаж был проклятым местом.

Глава 9

- Да, председатель.

Ын Су торопливыми шагами подошёл к ней.

- Можно вас на минутку?

- Конечно.

Ын Су последовал за ней, не говоря ни слова. Остальные члены команды уставились на них, разинув рты. Наверняка, как только они скроются из виду, то снова начнут сплетничать. Бедному руководителю Ю, которому и так нелегко со своими свёкрами, наверняка, придётся хуже всех.

Ын Су поднялся на верхний этаж компании. А если точнее, то в кабинет председателя совета директоров. Он не впервые посещал этот кабинет. С тех пор, как они с До Квоном встречались три месяца, Мён Хи впервые вызвала его в этот кабинет.

Тогда он очень сильно переживал, потому что боялся, что на него будут смотреть свысока или вручат конверт с деньгами и скажут, чтобы он убирался из страны. Он думал, что их знакомство будет в стиле третьесортной дорамы.

Однако он зря беспокоился. Мён Хи хоть и смотрела на Ын Су, как на инопланетянина или единорога, но всегда относилась к нему, как к чему-то драгоценному. Она говорила ему, что никогда бы не смогла подумать о том, что у До Квона появится возлюбленный, и что если ему что-то понадобится, или если До Квон посмеет обидеть его, то он всегда мог обратиться к ней.

После этого она часто навещала его. Они пили чай и вели светские беседы. Но если судить по чаю и угощениям на столе, сегодня будет совсем всё иначе.

- Дорогой, я же просила тебя больше отдыхать. Зачем ты вообще пришёл на работу? – сказала Мён Хи, нахмурив густые брови. Ын Су взял печенье с шоколадной глазурью и поднял глаза.

- Всё в порядке, мне уже лучше, к тому же я и так много пропустил, и у меня не осталось отпусков.

- Ты не должен об этом беспокоиться, ты взял отдых, чтобы восстановиться после несчастного случая, тебе нужно больше отдыхать.

- Всё в порядке, матушка.

Ын Су сосредоточенно жевал печенье. После напряжённой утренней поездки в метро ему не хватало сахара в крови, и сладкое печенье для него сейчас было таким желанным. У него не было привычки завтракать, но сейчас внезапно пробудился аппетит, вероятнее всего, из-за беременности.

Отпив чай, Ын Су тут же взял ещё одно печенье, отчего Мён Хи удивлённо вскрикнула.

- Ты что, не завтракал? Хочешь, я закажу тебе горячий суп? Хотя нет, там на перекрёстке есть ресторан, где подают вкусный кальбитхан. Думаю, что можем там позавтракать.

*Кальбитхан – корейский суп с рёбрышками.

- Я сегодня на завтрак съел завтрак. Если вы подскажете, где находится этот ресторан, то я сегодня схожу туда вместе с командой на обед.

Ын Су вежливо отказался от предложения, после чего наступила минута молчания. Ярко-красные губы Мён Хи приоткрывались, словно она хотела что-то сказать, но слов не последовало.

Ын Су, заметив это, заговорил первым.

- Вы позвали меня сюда, чтобы отругать за то, что я пришёл на работу?

- Нет, не из-за этого…

- Тогда?

Ын Су взял ещё одно печенье. Оно было настолько вкусным, что он не мог оторваться и подумал о том, что на выходе спросит у секретаря, что это за печенье. Мён Хи нерешительно произнесла имя.

- До Квон-и.

- Да?

- Он сегодня выписывается из больницы.

- …?

Ын Су выронил печенье.

Он быстро моргнул. Он зажевал внутреннюю сторону щеки, вспоминая, как вчера ушёл из больницы, и подумал: «Я не знал…». Если так подумать, то он был не в том положении, чтобы задавать подобные вопросы, да и До Квон бы ни за что не ответил.

После минутного молчания Мён Хи цокнула языком.

- Ему не нравятся больницы. Он чувствует себя там отвратительно, хоть и не до конца выздоровел.

- Ох… Может быть…

- Как такое возможно? Он ещё не выздоровел, у него всё ещё есть провалы в памяти.

- Матушка.

- Его голова не в порядке, не так ли?

-…

- В любом случае, я его даже не воспитывала, он вырос сам по себе…

Мён Хи в недоумении покачала головой. Ын Су не смог ни подтвердить её слова, ни опровергнуть, а лишь неоднозначно улыбнулся.

Когда его выпишут, то он сможет делать всё, что захочет. До Квон уже взрослый человек, поэтому имеет представление о своём физическом состоянии. Но Ын Су беспокоило то, как они будут взаимодействовать в дальнейшем.

В больницу попасть было легко, а вот домой – нет.

Конечно, он знал его домашний адрес. На дверном замке даже остались отпечатки пальцев Ын Су, но одно дело – попасть в больницу, другое – домой. Было бы очень тяжело, если бы его прогнали.

Если он перестанет приходить на 14-й этаж, как и раньше, то могут пойти дурные слухи. Кроме того, если он перестанет приходить, то у Ын Су не останется предлогов для встречи.

Ведь между руководителем группы и директором – большое расстояние.

Ын Су взял печенье, его лицо было поникшим, и поднёс его ко рту. Печенье, которое раньше было таким вкусным, сейчас оказалось жёстким и безвкусным. Оно было настолько жёстким, что застряло у него в горле.

* * *

Когда Ын Су заканчивал работу, то на его телефон редко поступали звонки. Если и поступали, то обычно от До Квона, да и то редко, потому что большую часть времени они были вместе. Но сегодня, когда он уже собирался ложиться спать, телефон внезапно зазвонил.

Это был секретарь Чон.

Как только он увидел имя на определителе, то у него сразу появилось дурное предчувствие. До Квон был найден дома без сознания. Ын Су сразу же выскочил из дома и поймал такси.

Как только он сообщил пункт назначения, то сразу же зарылся лицом в колени. Резкий рёв мотора и проносящиеся мимо машины угнетали его сознание.

Время от времени раздавались гудки, которые заставляли его закусить нервно губу, чтобы подавить слёзы, которые стекали по щекам. Это было уже во второй раз, когда он ехал на машине. Он даже подумал, не специально ли судьба измывалась так над ним, чтобы заставить привыкнуть к поездке.

В тот момент, когда Ын Су добрался до больничной палаты, он почувствовал, как его спина покрылась холодным потом.

В больничной палате, которая стала для него вторым домом, сегодня было многолюдно. Сквозь толпу он мельком смог разглядеть До Квона.

Он сидел на кушетке, а не в постели. Вопреки его ожиданиям, он выглядел вполне здоровым. Его глаза были ясны, и поблизости не было видно ни аппарата искусственной вентиляции лёгких, ни бинтов.

Ын Су вздохнул с облегчением. В этот момент До Квон посмотрел сквозь толпу и уставился на него.

Ын Су был готов задохнуться от этого холодного, пронзительного взгляда.

- О, о-о, Ын Су!

Ки Хо заметил Ын Су, и на его крик повернулись все и посмотрели на него, включая доктора. Но их взгляды были странными. Не то чтобы Ын Су хотел, чтобы его радостно приветствовали, но было странно, что его воспринимали как незваного гостя.

Ын Су невольно попятился назад, и доктор с Мён Хи поспешили выйти из палаты, окружив его, словно желая остановить от побега. Так это было или нет, но по крайней мере так показалось.

- Что произошло? Почему господин До Квон вдруг потерял сознание? – Ын Су, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, задал этот вопрос. От этих слов рот Мён Хи приоткрылся, а губы доктора скривились в непонятной гримасе.

- В доме пациента слишком много следов Ын Су.

- …Что? – ошарашено спросил Ын Су. Доктор громко прочистил горло и неровным голосом произнёс следующие слова.

- Сначала у него была лёгкая головная боль, но она начала усиливаться, потом у него пошла кровь из носа, а после он потерял сознание.

- Значит, это из-за меня?

Нет, следы Ын Су смогли что-то затронуть в его сознании.

- Разве это не хорошо? Это значит, что он сможет восстановить свои воспоминания.

- Лёгкая головная боль – это одно, а приступ – совсем другое.

- Что вы имеете в виду?

- Повторяющаяся боль такой интенсивности порождает избегание. Она порождает страх перед всем, что связано с Вами, Ын Су. Он, естественно, захочет избегать этого, будет отвергать это и медленнее восстанавливать свои воспоминания.

Ын Су скривил губы. В этот момент он понял, почему До Квон смотрел на него так, будто тот собирался его убить.

Будучи доминантным альфой, он, должно быть, никогда не знал, каково это болеть и испытывать боль. Он мог начать ненавидеть Ын Су за то, что им помыкают с помощью посттравматического синдрома.

И всё же… всё же… как быть? Что он сделал, чтобы причинять ему такую боль? Он даже не мог посмотреть ему в глаза, потому что не понимал, что он сделал не так.

Ын Су крепко сжал свои руки. Он уставился на доктора налитыми кровью глазами.

- Значит, вы хотите, чтобы мы больше не виделись, пока его пропавшие воспоминания не вернутся?

- Мы продолжим его лечение и консультации, предоставьте это нам.

Ын Су скрипнул зубами, услышав банальные слова врача. Он знал, что злиться на доктора сейчас не имеет смысла. Он знал, что у него не было поводов для злости, которая буквально отдавалась головной болью.

Но он был так зол. Ему было так горько от всего этого. Ын Су смотрел на доктора, его лицо выражало усталость.

- Детка.

Мён Хи взяла Ын Су за запястья. Ын Су посмотрел на неё с негодованием.

- Мы можем договариваться о встречах и периодически встречаться. Нам нужно убедиться, что До Квон будет полностью готов.

-…

- Сказали, что самое оптимальное – это два раза в неделю.

Мён Хи старалась утешить Ын Су, но это не очень хорошо помогло. Два раза в неделю. Да и то, наверное, всего на час или два. Это будет похоже на свидание вслепую или неудобное собеседование.

Ын Су понимал, что это делается к лучше. Ведь что в таком случае поделать, если До Квон болен. Он знал, что это делают не потому, что его ненавидят.

Он действительно был в этом уверен.

Но признать это было так трудно и больно. Ын Су потёр свои глаза.

Доктор внимательно посмотрел на него и сказал.

- Он не просто забыл Вас, он забыл всё. Ему не покажется, что он забыл только Вас. Ему кажется, что мир для него изменился.

-...

- Изменились люди вокруг него, изменился президент, изменилась компания, нужно выучить много информации, а самое большое изменение – это Вы, Ын Су, и ребёнок в Вашем животе.

-...

- Вот почему вы должны дать ему время и сближаться постепенно. Одностороннее и принудительное сближение может легко перезагрузить его мозг.

Это было чрезвычайно убедительно и успокаивающе одновременно. Он говорил с ним, как с ребёнком. Поэтому Ын Су ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

- Тогда сегодня… я пойду первым…

Он обернулся, чтобы пойти домой.

- Ын Су, это…

Мён Хи отпустила запястье Ын Су.

- Что нужно убрать? – спросил Ын Су, глядя на своё отражение в зеркале больничного лифта.

- Любые свои вещи. Всё, что ты использовал, - До Квон ответил уставшим голосом.

Ын Су попросили навести порядок в доме До Квона. До Квон не мог определить, какие вещи принадлежали ему, а какие – Ын Су. Его родители и секретарь тоже не смогли бы этого сделать, поэтому ему придётся заниматься этим самостоятельно.

- Нам действительно… нужно доходить до такого? – спросил Ын Су с тоской в голосе.

- Иначе я буду терять сознание по десять раз на дню, но я же не смогу так. К тому же все вещи из дома я не смогу выбросить.

До Квон ответил глубоким басовым голосом. Ын Су был ошеломлён, ему было одновременно и смешно, и грустно от того, что До Квон и вправду выкинет все вещи из дома, чтобы убрать следы феромонов.

До Квон слегка повернул голову и посмотрел на Ын Су.

- Если это хлопотно, то я съеду. Но это доставит кучу неудобств, поэтому даже если тебе это не нравится, то я ничего не могу с этим поделать.

- Я сделаю это…

Ын Су насухо вытер лицо. В голове он пытался вспомнить, что же он оставил в доме До Квона.

Он ничего не мог вспомнить, кроме зубной щётки. Придётся менять абсолютно всё, что связано с их общими воспоминаниями, а значит, выбросил кровать и диван, которые они делили. Стол, за которым они ели. Ванну, в которой они отмокали.

В таком случае, по словам До Квона, лучшим вариантом был переезд. Выражение лица Ын Су стало более серьёзным.

В этот момент лифт с грохотом остановился на подземной парковке. Секретарь Чон, ехавший с ними, вышел первым. За ним последовал До Квон, а уже потом Ын Су.

-…

Ын Су застыл на месте и напрягся. Он открыл рот и спросил: «Подземная парковка?». Что же делать?

Беспощадный лифт уже вот-вот собирался закрыть двери, не дожидаясь, пока Ын Су выйдет, но тут вмешался До Квон, который не дал лифту спуститься дальше.

- Что ты делаешь? – раздражённо спросил До Квон.

- Мы поедем на машине…? – дрожащим голосом спросил Ын Су.

- А ты собираешься идти пешком? – До Квон ответил, глядя на него так, будто он задал странный вопрос.

-…

Ын Су не смог подобрать подходящий ответ. Пока он ехал на лифте вниз, то он не думал о том, как будет добираться до дома До Квона. Да и было бы странно ехать с ним на метро.

Ын Су не знал, что делать в такой ситуации, и просто поджал губы. Брови До Квона хмурились всё больше по мере того, как их диалог затянулся.

- В чём дело? Ты приехал на своей машине? Тогда приезжай на ней. Ты же знаешь мой домашний адрес?

- О, нет, мы поедем вместе.

Ын Су быстро вышел из лифта. «На этот раз я должен продержаться. Я обязательно выдержу». От одной мысли о том, чтобы сесть в машину, у него тряслись ноги, но он успокаивал себя мыслями: «Я смогу продержаться, всё будет хорошо».

Машина, в которой они поедут втроём, была ему знакома. Роскошный седан с большим чёрным кузовом, она выглядела немного неуклюже. Именно такие машины До Квон использовал для работы, например, когда ездил по делам компании.

Секретарь Чон открыл водительскую дверь. До Квон также открыл заднюю дверь. Ын Су сглотнул сухую слюну. В этот момент глаза секретаря Чона широко раскрылись, как будто он что-то важное.

- Ох, руководитель группы Ю, вы же говорили, что не можете ехать на машине?

- Ты не можешь сесть в машину? Почему?

До Квон повернул голову и посмотрел на Ын Су. Его выражение лица будто бы говорило: «Ты раздражаешь».

Ын Су, глядя ему в лицо, вцепился ногтями в тыльную сторону ладони. Это была та самая рука, которой несколько дней назад он вытер кровь из носа До Квона. Та самая рука, которую он ударил и хватал, как тому вздумается.

- Я слышал, что это последствия автомобильной аварии, поэтому Вы в прошлый раз приехали на метро… - растерянно произнёс секретарь Чон.

Сейчас уже глубокая ночь, и я не знаю, работает ли в такое время метро. Даже если оно будет работать, дорога отсюда до дома До Квона займёт довольно много времени.

Секретарь Чон достал мобильный телефон, чтобы посмотреть расписание метро.

- В-всё хорошо! – сказал Ын Су громким голосом. В тишине подземной парковки раздался громкий голос. Секретарь Чон чуть не выронил телефон от испуга, а До Квон сморщил лицо.

В ответ Ын Су почти неслышно прошептал:

- Клянусь, я взял такси до больницы.

-…

До Квон ничего не ответил, он просто взглянул на Ын Су, а затем сел в машину. Секретарь Чон спросил, всё ли с ним в порядке, но его глаза опустились, и он неопределённо улыбнулся. Затем открыл дверь и опустился на сиденье рядом с До Квоном. Секретарю Чон, пошаркав ногами, ничего не оставалось, как завести машину.

Ын Су смотрел в окно расфокусированными глазами. Машина проехала через парковку и въехала в тёмный туннель. До тех пор всё было в порядке. Вокруг не было ни одной движущейся машины.

Но как только они выехали на дорогу, все изменилось.

Глава 10

В Сеуле ночи совсем не ощущались. Повсюду было светло: на дорогах всегда было движение, хотя сейчас ближе к полуночи, но десятки светящихся фар проносились мимо, освещая дорогу.

Ын Су плотно закрыл глаза от этого натиска. Страх, который ждал своего часа, нахлынул на него, как проливной дождь, и по позвоночнику пробежала дрожь.

В ушах стоял приглушённый звук автомобильного двигателя. Время от времени машина останавливалась на светофоре или снова двигалась.

Ын Су почёсывал тыльную сторону ладони, затем он потирал плечи и грудь. Боль от ремня безопасности во время аварии всё ещё была свежа в его памяти.

Затем он почувствовал на себе пристальный взгляд. Это заставило его напрячься, из-за паники он забыл, кто сидит рядом с ним. Он чувствовал себя глупо.

Притворившись спокойным, Ын Су выпрямил спину и посмотрел на До Квона с ничего не выражающим лицом.

- До Квон, кажется, с вами всё в порядке.

- Я не помню, чтобы попадал в аварию, так что нет причин бояться.

- Ах, верно…

Ын Су горько улыбнулся. По крайней мере, он был рад, что с До Квоном было всё в порядке. Было бы ужасно, если бы он испугался ехать на машине, когда и так запутался во многих вещах. Лучше забыть о происшествии, чем вспоминать о нём.

Ын Су небрежно откинул назад мокрую от пота чёлку. Алый свет уличных фонарей мерцал на его округлом лбу и гладкой переносице. Глаза До Квона слегка сузились.

- Ты выглядишь так, будто тебе очень больно.

- Нет, всё в порядке.

- Ты не выглядишь нормально, - сказал До Квон, его голос был лишён всяких эмоций.

Я горько усмехнулся. Похоже, нынешнему До Квону было всё равно, в порядке я или нет. Интересно, сможет ли он меня выкинуть из машины, лишь потому что я его раздражаю?

Ын Су зарылся лицом между ног и пробормотал.

- Да, нехорошо, чувствую, будто сейчас самосвал выедет из ниоткуда… и раздавит машину.

-…

- Но я держусь, так что притворитесь, что вы этого не видели.

-…

До Квон ничего не сказал. А Ын Су и не ждал ответа, так что всё в порядке. Тем временем машина продолжала двигаться. Время от времени, когда машина набирала скорость, позвоночник Ын Су пробирал озноб.

Тогда Ын Су слегка повернул голову и посмотрел на До Квона, слабо улыбнувшись, пробормотал.

- Хорошо, что господин До Квон не помнит этого.

Какое выражение лица в этот момент сделал До Квон? Кажется, его рот немного дёрнулся, но я этого не смог увидеть, потому что машина свернула на подземную дорогу.

Это был мой первый визит в дом До Квона за весь месяц. Роскошный, но простой интерьер остался прежним, а в доме по-прежнему царила безупречная чистота благодаря старательной домработнице.

Секретарь Чон высадил их и уехал. Сначала он предложил Ын Су помочь с уборкой, но тот отказался, сказав, что нет смысла загружать подчинённого по личным причинам в столь поздний час. Секретарь Чон ушёл без колебаний.

Ын Су оставил позади себя До Квона с недоумевающим выражением лица, как бы говорившим: «Почему ты распоряжаешься моим секретарём?». И нашёл свои домашние тапочки.

До автокатастрофы большинство их свиданий проходило в доме Ын Су. До Квон предпочитал именно так, потому что квартира Ын Су была гораздо меньше, да и его феромоны в ней ощущались сильнее. Ын Су считал это нелепо, называть его дом площадью тридцать с лишним квадратных метров «маленьким».

Но это не значит, что он бывал реже в доме До Квона. Поскольку его дом находился гораздо ближе к компании, поэтому он часто навещал его по разным причинам.

До Квон рассмеялся с действий Ын Су, когда увидел, что тот открыл тумбу со сломанной ручкой и положил туда свои кроссовки. В доме действительно было много вещей, которые не принадлежали ему, но, как оказалось, принадлежали Ын Су.

Он не мог поверить, что у него действительно были такие отношения с этой омегой.

Но это было тогда, а сейчас всё совсем иначе. Может быть, когда-нибудь он сможет восстановить свои воспоминания. В настоящее время он ничего к нему не испытывал.

Время от времени, даже очень редко, его посещали мысли о том, что Ын Су выглядел достаточно привлекательно.

- Давай сначала наведём порядок в гостиной.

До Квон протиснулся мимо Ын Су в прихожую. Но Ын Су прошёл мимо До Квона.

- Сначала я попью воды.

С этими словами он скрылся в небольшом коридоре, ведущем на кухню.

-…

С тяжёлым вздохом До Квон, оставшись один, вытер лицо насухо. Следов Ын Су было больше, чем он мог себе представить.

Два года отношений. Наверное, их можно назвать долгими, но… Но в то же время это не такой уж и большой срок, так что я не понимаю, что в этом тут такого. Хотя если учесть, что не было ни дня, чтобы мы не виделись, поэтому это было вполне ожидаемо.

Тем не менее в гостиной была только одна вещь. Это было толстое одеяло, в которое Ын Су заворачивался всякий раз, когда приходил к До Квону. Вообще-то одеяло принадлежало До Квону, но обычно им пользовался Ын Су, поэтому он решил забрать его с собой.

Следующим пунктом была кухня. С этим местом было всё сложнее. Здесь не было ничего из того, что принадлежало Ын Су, однако здесь была его любимая чашка, которая принадлежала До Квону. Газированная вода со вкусом грейпфрута в холодильнике, купленная для Ын Су, её тоже купил До Квон. Как и морозилка, заполненная мороженым. Как и куча капсул кофе латте и мягкое масляное печенье.

Ын Су, который всё это время находился под пристальным взглядом До Квона, повернулся.

- Это я могу съесть, но что делать с тем, что ты купил?

- Забирай всё или выброси вон в ту мусорную корзину.

До Квон кивнул подбородком в сторону мусорного ведра, которое находилось в углу.

Ын Су поджал губы и взял печенье и газированную воду. Он не мог пить кофе из-за содержания в нём кофеина, но выбрасывать было жалко, поэтому просто оставил его. Он надеялся, что До Квон, который обычно не пил ничего, кроме чёрного кофе, однажды выпьет латте и скорчит недовольную гримасу.

На этом они закончили уборку на кухне. Дальше был кабинет. Там Ын Су собрал ноутбук, беспроводную мышь и USB-накопители. Он также заглянул в ванную. Он не взял с собой ничего лишнего, кроме электрической зубной щётки, которая лежала с зубной щёткой До Квона. Обычно он пользовался средствами для душа и лосьоном До Квона.

На всякий случай Ын Су открыл шкафы и заглянул в них. Он мог бы забыть пару вещей в других комнатах, но только не в ванной. Если До Квон упадёт в обморок в этом месте, то он сможет сильно пострадать.

Ничего не найдя, Ын Су с грохотом закрыл шкаф.

- Похоже, ты сегодня не принимал ингибитор.

Его голос был настолько низким, что щекотал барабанные перепонки. Голос эхом разнёсся по ванной комнате, вызвав мурашки по позвоночнику. Испугавшись, Ын Су быстро повернул голову.

Прямо за его спиной стоял До Квон.

Я уставился на него. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я видел его так близко. Нет, я и раньше был к нему близок, но он не был таким спокойным, как сейчас. Он либо был в отключке, либо в припадке.

Когда я спокойно смотрел на него вот так, мне казалось, что я вернулся в прошлое. Растрепанные волосы До Квона и томно запавшие глаза пробуждали во мне ностальгию по тем временам. Это была уникальная атмосфера альфы.

В прежние времена я был бы заворожен его лицом и феромонами и зарылся бы в его объятия.

Ын Су оцепенел, когда понял, что он слишком сильно погрузился в мысли о прошлом. Он быстро прикрыл рукой затылок. Это никак не помогло бы скрыть феромоны, но это была своего рода привычка. Такая же привычка была у большинства омег.

- Ах, я тороплюсь.

- Торопишься?

- Потому что уже поздно, да и когда позвонил секретарь Чон, я только успел накинуть пальто.

Ын Су сделал полшага назад. Он хотел сделать ещё шаг, нет, даже три шага, но не мог, потому что прямо за ним была стена.

По какой-то причине До Квон придвинулся к нему на шаг ближе. Теперь они были гораздо ближе, чем раньше. Если бы Ын Су чуть-чуть опустил голову, то смог бы уткнуться лицом в его грудь.

-…

-…

Наступила гнетущая тишина. Обхватив шею руками, Ын Су опустил глаза, не в силах посмотреть на лицо До Квона, он специально смотрел прямо перед собой, улавливая сквозь одежду очертания его груди и широких плеч.

В этот момент Ын Су попытался вздохнуть, чувствуя, словно что-то он сделал не так. Он ощутил, как До Квон вдохнул его феромон. И от неожиданности Ын Су оттолкнул его.

- Нет!

Силы хватило, чтобы оттолкнуть его на шаг назад.

- В чём дело? – спросил До Квон, нахмурившись.

Одна из бровей взлетела вверх, а Ын Су выглядел так, будто был готов разрыдаться.

- А что, если вы почувствуете мои феромоны и снова упадёте в обморок? Пол в ванной кафельный, и если вы упадёте неправильно, то разобьёте себе голову.

- Значит ли это, что ты оттолкнул меня, потому что боялся, что я себе могу разбить голову?

- Вы сказали, что от моего запаха у вас болит голова. К тому же, в прошлый раз у вас кровь из носа пошла. Так что уйдите с дороги.

Ын Су снова толкнул До Квона. Он был таким высоким, что казался горой, преграждающей ему путь. Он загораживал единственный источник света, отбрасывая на него тень.

Едва вырвавшись от До Квона, Ын Су, спотыкаясь, вышел из ванной. Когда он потянулся к ручке полуоткрытой двери, из-за его уха внезапно высунулась рука и захлопнула дверь.

У Ын Су перехватило дыхание, а колени подкосились из-за высвободившихся феромонов. Губы Ын Су дрожали, и он пытался сказать До Квону, чтобы тот ушёл прочь, но не мог из-за того, что До Квон уткнулся ему носом в шею.

Твёрдый кончик носа был более холодным по сравнению с его затылком. Из-за медленного дыхания, Ын Су застыл как камень. Это было ничто по сравнению с теми бесчисленными разами, когда он тёрся об него, но всё это было так давно. Сердце бешено колотилось.

- О-отпустите…

- Не хочу. Будет лучше, если я привыкну к твоим феромонам.

До Квон обхватил руками талию Ын Су. Его горячее дыхание щекотало кожу, когда он говорил. Ын Су повернул голову и посмотрел на руку До Квона, которая обхватывала его талию.

- Вы… не потеряете сознание?

- Я не могу этого обещать.

- Тогда и не надо.

Ын Су поджал губы и попытался высвободиться от руки До Квона, но он не сдвинулся с места. Вместо этого он вцепился в подол одежды Ын Су.

- Не будь таким застенчивым. Ты сказал, что у нас был секс и тем более ты забеременел от меня.

Тело Ын Су напряглось. Он не понимал, почему вдруг тот начал себя так вести. Он всегда относился к его феромонам, как к отвратительной вони. Он привёз его сюда, сказав, что ему не нравятся следы Ын Су и он хочет от них избавиться.

Это по-твоему весело? Ты шутишь, что ли?

Ын Су протяжно вздохнул и невнятно пробормотал.

- Это потому, что я ненавижу…

- Что? Я тебя не услышал.

- Я не хочу, чтобы вы болели.

-…

- Печально, что вам противны мои феромоны, но ещё печальнее, что вы болеете.

Успокаивающий голос заставил руку До Квона, лежавшую на животе Ын Су, отстраниться. Он быстро убрал руку, а дыхание на шее исчезло. Но его рука по-прежнему лежала на двери. Ын Су потянул его за рукав и отдёрнул руку.

- Сейчас я уберусь в спальне.

Затем он вышел из ванной, словно убегал от чего-то.

Спальня была местом, где они проводили больше всего времени, и где точно было больше всего его вещей.

Сначала Ын Су обыскал прикроватный шкаф, но там ничего не было, кроме кое-каких вещей. Презервативы, смазка и тому подобное. То, чем пользовались Ын Су и До Квон практически каждый день, а то и по нескольку раз за ночь.

Ын Су на мгновение задумался. Получается, что эти вещи тоже связаны со мной? Тогда стоит ли мне их забирать, если их покупал До Квон? В тот момент До Квон прислонился к стене и нахмурился, как будто ему что-то не нравилось.

Ын Су поджал губы и закрыл ящик, ничего не взяв. Он огляделся по сторонам и направился в гардеробную, чтобы забрать нижнее бельё и одежду.

В этот момент До Квон остановил его.

- Хватит, иди.

- Что?

- Просто уходи...

Ын Су склонил голову в сторону, словно не понимал, что он от него хочет. Он никогда не чувствовал, чтобы До Квон был таким нерешительным. Возможно, в тридцать лет он действительно был таким.

Но До Квон и сам находился в затруднительном положении. Как только Ын Су вошёл в мою спальню, а точнее, как только я понял, что он находится в моей спальне, у меня сильно разболелась голова. В какой-то момент я даже подумал, что в мой висок вонзилась дрель.

«Господин До Квон, спокойной ночи».

«Расслабьте руки, я не могу дышать…»

«Можно мне совсем немного поспать, правда, совсем чуть-чуть, ладно?»

«Я голоден, ты хочешь что-нибудь на завтрак?»

«Ах, мх, господин До Квон, прекратите!»

Глазные яблоки защипало от бессвязных всплесков воспоминаний. В то же время запах Ын Су, который я считал вполне приемлемым в ванной, пронзил мой мозг, как игла. Казалось, будто кто-то бьёт молотком по голове.

- Просто… Уйди, - прикрыв рукой лоб, произнёс До Квон подавленным голосом.

Ын Су понял, что ему плохо, осторожно обхватил его локоть.

- Что такое? Опять голова болит? Может, нам в больницу поехать?

- Нет… Забудь об этом.

До Квон раздражённо отмахнулся от руки Ын Су, а затем посмотрел на него глазами, полными боли.

- Я просто хочу сказать, что мне будет хорошо, если ты исчезнешь с моих глаз, так что убирайся к чёрту.

От этих слов Ын Су поджал губы. Он знал, что До Квон говорит это не потому, что ненавидит его. А всё из-за боли, которую он ощущает.

Но понимание и обида — две разные вещи.

Ресницы Ын Су дрогнули. Он хотел спросить его: «Почему ты продолжаешь причинять мне боль?» Но не смог из-за его серьёзного состояния.

Я знал, что если продолжу держаться и требовать, чтобы донести, что мне тоже больно, До Квона снова могут отправить в больницу. Я не мог позволить ему ездить на машине скорой помощи дважды за один день.

Ын Су развернулся и вышел из спальни, направляясь к входной двери, словно за ним кто-то гнался. Его багаж был перегружен коробками, но ему было всё равно. Он нашёл свои кроссовки, надел их и, спотыкаясь, вышел из дома До Квона.

Ын Су рухнул на скамейку. Он поставил тяжелую коробку на землю, словно бросая ее. Это было похоже на то, как будто его выгнали из дома. Это было более чем смешно.

Ын Су вдохнул холодный воздух. До Квон уже не первый раз болеет из-за меня, но я к этому ещё не привык. Вряд ли смогу часто видеться с ним во время лечения.

Не знаю, сколько времени я просидел на этой тускло освещённой скамейке, холодный ветер обдувал моё лицо. Погода была всё ещё холодной, хотя весна только началась. Было уже далеко за полночь, а с губ сорвался слабый вздох.

Собрав свои коробки, Ын Су поднялся и, не раздумывая, вышел на главную дорогу.

Он не сможет заставить себя сесть в машину. И рассмеялся, глядя на проезжающие мимо машины.

Поставив коробку на землю, Ын Су достал мобильный телефон. Сейчас час ночи, конечно, метро уже не работает, и, скорее всего, придётся брать такси. Однако ему уже приходилось сегодня дважды кататься на машине, поэтому ему не хотелось снова проходить через это. Если он сядет ещё раз, то уже точно окажется в больнице.

Ын Су стал торопливо искать мотели и гостиницы. Но в элитном жилом комплексе не было ни мотелей, ни гостиниц. А если и были, то до них пришлось бы идти минут 30.

Тридцать минут. От одной мысли о том, чтобы идти в холодную ночь с этой коробкой, у него заболел живот.

И вдруг в голову пришла идея.

Работа. Офис находился в 15 минутах ходьбы.

Глава 11

К тому времени, как он пришёл на работу, волосы Ын Су были влажными от пота. Идти с коробкой в руках оказалось куда сложнее. Иногда по пути ему приходилось делать остановку на автобусных остановках или лавочках, чтобы отдышаться.

Как только он вошёл в офис, его тело быстро остыло. Пот высох, и его начал бить озноб. Ын Су пересёк вестибюль компании.

- Э-э, руководитель группы Ю?

Его встретил знакомый охранник с удивлённым лицом. Ын Су неловко улыбнулся.

- Я кое-что забыл.

Он ответил на незаданный вопрос и быстро нажал на кнопку вызова лифта, прежде чем охранник успел бы что-нибудь сказать. Лифт начал спускаться с верхних этажей.

Он подумал, что остановится на 14 этаже, оставит там свои вещи, умоется и рано утром поедет на метро домой, а затем вернётся на работу.

Вскоре двери лифта распахнулись, Ын Су вошёл, даже не заглянув внутрь. Но тут коробка с грохотом ударилась обо что-то твёрдое. Казалось, это была стена, но как? Лифт что ли стал меньше?

Ын Су покачал головой и посмотрел вперёд. И тут…

- Ух…

-…

Он неожиданно столкнулся с этим человеком.

- Директор, нет, управляющий директор?

- Ын Су?

Это был Сон Хон. Он был управляющим директором Sungjin и двоюродным братом До Квона, что само по себе было достаточно необычно, но они с Ын Су были очень близки по другой причине.

Впервые они встретились, когда Ын Су пришёл на собеседование в компанию. В отличие от других интервьюеров, которые обычно выглядели старыми и чопорными, он был милым парнем с красивой улыбкой.

Ын Су хоть и успокаивал его непринуждённый вид, но задавал он очень резкие и грубые вопросы, которые оставили отчётливый след в голове.

Потом, когда я пришел в компанию, мы случайно встретились снова. В то время Сон Хон был директором и в этом звании питался в столовой компании. Когда я подумал, что он такой замечательный человек, Сон Хон первым подошел поздороваться. И сказал, что интервью было впечатляющим, и оно ему запомнилось, а также поздравил с поступлением в компанию.

Он оказался приятным человеком, и после этого мы часто встречались.

Особо эмоциональной связи не было, да и общались мы больше как наставник и новичок. Я был омегой, а он – бета. Конечно, не было закона, запрещающего омеге и бете видеться, но с Сон Хоном всё было совсем иначе.

Мы вместе обедали и пили кофе, и я узнавал для себя много нового о работе, компании, отношениях и социальной жизни.

У него всегда были впечатляющие ответы на вопросы, и это помогло Ын Су стать лидером команды ещё в юном возрасте.

Сон Хон был хорошим начальником и отличным другом.

Но после того, как мы начали встречаться с До Квоном, то со временем потеряли связь. Раньше мы и так виделись не слишком часто, но сейчас же – раз или два в месяц.

К тому же в то время, когда мы начали встречаться с До Квоном, Сон Хон уехал в длительную командировку в зарубежный филиал примерно на два года. Я смутно слышал, что он уже вернулся, но никогда бы не подумал, что доведётся снова встретиться.

Ын Су непроизвольно сделал шаг назад. Ведь они давно не виделись, и сейчас было как-то неловко встретиться в такой обстановке.

Он зацепился каблуком за щель в лифте и споткнулся. Коробка, которую он нёс, распахнулась, и всё содержимое в ней высыпалось на пол. Беспроводная мышь и USB-накопители с грохотом упали.

Сон Хон схватил Ын Су за предплечье, чтобы не допустить его падение. Затем он опустился на пол, чтобы собрать вещи, которые высыпались на пол.

- Ты уволился? – удивлённо произнёс он.

- Нет, я не уволился! – ответил Ын Су, удивившись ещё больше.

- Тогда что это такое?

- О, я не забираю, а просто прибираюсь.

- В такой час?

- Да, в такой час. Я просто вдруг захотел прибраться.

- … В пижаме?

Сон Хон взглянул на то, как был одет Ын Су. Из-под пальто выглядывала ночная рубашка. Пижама была одинакового тёмно-зелёного цвета сверху донизу, а текстура казалась мягкой. Из обуви на нём были одеты кроссовки.

Пальто, пижама, кроссовки — довольно странное сочетание. К тому же было ещё страннее, что Ын Су, выпускник факультета дизайна с хорошим чувством стиля, был одет так в такое время суток.

Под вопросительным взглядом Ын Су зажмурился и открыл глаза. Затем он невнятно пробормотал.

- Ты можешь просто… не спрашивать меня ни о чём…

- Эм, хорошо, но могу я задать тебе последний вопрос?

- Что?

- Ты попал в тяжёлую ситуацию, и теперь тебе необходима помощь, верно?

Ын Су слабо кивнул в ответ на нежный голос. Сон Хон улыбнулся и выхватил коробку из рук Ын Су.

Затем они вошли в кабинет руководителя компании Сон Хона. Кабинет председателя, кабинет директора, а теперь ещё и кабинет управляющего. Вот это связи…

- Латте? – спросил Сон Хон, на что Ын Су отрицательно покачал головой.

- Нет, только воду, пожалуйста, тёплую.

Сон Хон кивнул и покинул кабинет руководителя. Он не знал о беременности Ын Су. Потому что До Квон попросил сообщить об этой новости только родителям.

До Квон предупредил его, что если расскажет обо всём внешнему миру, то это может привести к неприятностям, слухи могут прицепиться к Ын Су и грызть его, начиная с того, кто родится — мальчик или девочка, будет ли это альфа или омега, как долго они встречаются и когда поженятся, и заканчивая тем, что каждый из них может иметь любовника на стороне.

Вспоминая то время, Ын Су вздрогнул и испустил долгий вздох.

Когда мы обсуждали это, я чувствовал себя самым счастливым. Мне казалось, что До Квон действительно заботится обо мне и ребёнке. Но сейчас я рад, что я так и не рассказал другим о своей беременности. Если бы общество узнало бы об этом до потери памяти До Квона, то сейчас бы все мне сочувствовали.

Ын Су нежно потёр икры, которые устали от ночной прогулки. Мышцы внезапно стали твёрдыми. У него болело горло, а глаза казались сухими.

То ли дело было в последствиях автомобильной аварии, то ли в его беременности, но в эти дни он отчётливо ощущал, что у него осталось слишком мало сил. Хоть он и был омегой, но раньше он никогда не чувствовал себя настолько уставшим.

Ну, сегодня произошло слишком много всего, чтобы можно было просто отмахнуться от этого, как от «простой мелочи».

«Я просто хочу сказать, что мне станет лучше, если ты уберёшься с моих глаз, так что катись отсюда к чёрту».

Ын Су протяжно вздохнул, вспомнив кипящий голос До Квона. Дверь открылась, и в кабинет вошёл Сон Хон, поставив перед Ын Су кружку с водой, от которой исходил пар.

- Спасибо.

Ын Су обхватил кружку руками и сжал. Горячая вода вызвала в нём горькую улыбку. Сон Хон молча сел на диван напротив него и не задавал никаких вопросов, пока тот не выпил осушил практически всю кружку с водой. Однако даже и после этого он не заговорил, а лишь молча наблюдал за Ын Су.

- Давно не виделись, управляющий директор.

Ын Су неловко улыбнулся и поприветствовал подобающе.

- Да, давно не виделись, Ын Су.

Сон Хон рассмеялся, подражая вежливому тону Ын Су. Уголки рта Ын Су неожиданно поползли вверх. Если бы они встретились при самых обычных обстоятельствах, то он бы наверняка был бы счастлив, но сейчас было всё совсем иначе.

- Ты ведь был занят в последнее время? Я слышал, что До Квон заболел, - спросил Сон Хон.

- А… что… а-а…?

Ын Су заикнулся. Мён Хи и Ки Хо попросили держать в секрете подробности о травмах и текущем состоянии До Квона, тем более, что у него проблемы с памятью. Раскрытие правды может только навредить положению компании.

Однако Сон Хон – родственник До Квона, так что, возможно, стоит ему рассказать о случившемся, и он, как всегда, подскажет, как справиться с ситуацией. Но если он до сих пор не знает об этом, значит, Мён Хи и остальные члены семьи ничего ему не сказали. Поэтому Ын Су тоже решил ничего не рассказывать о состоянии До Квона.

- Операция прошла хорошо, и он уже идёт на поправку.

- Конечно, к тому же он альфа, так что восстановится быстро, но всё же это немного странно…

- А? – Ын Су почесал затылок от неловкости, а Сон Хон с ухмылкой пожал плечами.

- Нет, ничего. Просто он доминантный альфа, поэтому я подумал, что даже если он попадёт в аварию, то с ним всё будет хорошо.

- А…

Ын Су безэмоционально воскликнул. Да, Сон Хон был бетой. Беты, которые имели смутное представление, что из себя представляют альфы и омеги, смотрели на них как на совершенно иную расу. К омегам это относилось в меньшей степени, а вот по поводу альф было много предрассудков. Альфы были всегда красивыми, умными и подтянутыми. Они были предметом зависти и ревности.

- Я рад, что с тобой всё в порядке. Не думаю, что ты сильно пострадал.

- Да, благодаря господину До Квону.

- Благодаря?

- Да, он прикрыл меня собой во время аварии, так что я в порядке, но вот он сильно пострадал…

-... До Квон? – Глаза Сон Хона расширились. Его веки затрепетали. Его взгляд совершенно не соответствовал его утончённому образу, и было ясно, что он был чему-то сильно удивлён.

После нескольких десятков секунд молчаливого восхищения он разразился громким смехом.

- Ого… Похоже, До Квон действительно любит Ын Су.

- Да, думаю, это действительно так, - Ын Су горько улыбнулся и кивнул. Он не решился выдавить искреннюю улыбку, ведь всего час назад До Квон выгнал его из своего же дома. Но что тут поделаешь?

Я любил каждую минуту прошедших двух лет, проведённым с ним, и не мог смириться со своей обидой, а даже в какой-то степени ненавидел то, что говорил «ненастоящий» До Квон.

Ын Су постукивал кончиками пальцев по колену. В какой-то момент мобильный телефон, который он бросил в коробку, издал громкий звук. Ын Су с недоумением достал телефон, так как не мог понять, от кого в такой час могло прийти сообщение.

Его глаза расширились, увидев имя человека, что отправил ему сообщение.

[Это номер телефона Ын Су?]

[Ты нормально добрался до дома?]

[Прости меня за сегодняшний день].

[Я никогда в жизни не болел, поэтому у меня нет иммунитета к таким вещам, как головная боль].

[Давайте есть вместе на выходных].

Это был До Квон.

Глава 12 - Знакомое начало

Ын Су перечитывал сообщение снова и снова. В этом не было ничего особенного, но, учитывая обстоятельства, он всё же заслуживал извинений. Он не знал, почему был так тронут и счастлив.

Раньше…

[Ын Су, что делаешь?]

[Мы только что виделись, но я уже скучаю по тебе].

[Можно я переночую у тебя? Я буду на месте через 15 минут, если сейчас разверну машину].

[Ын Су, я на совещании и думаю только о тебе].

[Твое лицо накладывается на лицо менеджера Пака.]

[Живот доктора Пака такой же большой, как гора Намсан.]

[Ты будешь милым даже с большим животом.]

[Ты растолстеешь?]

[Ю Ын Су, я подумываю о создании ИИ.]

[Я хочу, чтобы твой голос сообщал мне погоду и составлял расписание].

[Мы должны уволить секретаря Чона и нанять ИИ Ын Су].

[Мигающие эмодзи]

[Ын Су, сейчас только два часа. Но мы сможем увидеться только в 4].

[Время медленно идёт].

[Эмодзи: «Злость»]

[Эмодзи: «Вулкан извергается из головы»]

[Может, соврать и сказать, что тебе что-то нужно в кабинете директоров, и ты придёшь ко мне].

[Я купил тебе печенье].

[У меня есть твои любимые роллы].

[Ты не придёшь?]

[Ты уверен, что не придешь?]

[Эмодзи: «Удар кулаком по земле во время плача»]

[Ын Су, спокойной ночи.]

[Ын Су, я люблю тебя].

Я получал такие сообщения ежедневно, но даже не мог поверить в то, что всё так круто изменилось.

Почему ты не спишь в такое время? Если тебе было так больно, то почему же ты до сих пор не уснул? Интересно, беспокоился ли он на самом деле, что выгнал его?

Надеюсь, что да. Я хочу, чтобы ты думал обо мне…

Губы Ын Су задрожали, а Сон Хон, наблюдавший за происходящим с другого конца комнаты, приподнял бровь.

- Кто тебя беспокоит в такой час?

- Ах, господин До Квон…

- А…

Сон Хон кивнул, словно ожидал это услышать. Только возлюбленный мог так радоваться, увидев сообщение в такое позднее время. Их отношения всё ещё продолжали развиваться после столь серьёзного происшествия.

Но вот что было странно, возможно, из-за того, что До Квон болеет, поэтому Ын Су бродит сам по себе в такое время. Он знал, что если бы До Квон был бы здоров, то не выпускал бы Ын Су из своей кровати двадцать четыре часа в сутки. Он бы держал его за руку и дремал в обнимку.

Сон Хон пристально наблюдал за Ын Су, который хихикал, читая сообщения. Он скривил лицо в недовольную гримасу. Он знал Ын Су гораздо дольше, чем До Квона. Знал с момента, как он пришёл в эту компанию. Как он стал возлюбленным До Квона? В какой-то степени это немного раздражало его, будто его накормили невкусной кашей.

Глаза Сон Хона сузились, а Ын Су отложил телефон и взглянул на него.

-Почему вы всё ещё на работе в такой час?

-О, Ын Су, ты ничего не хочешь мне сказать, но собираешься спросить меня? – глаза Ын Су удивлённо расширились от шутливого замечания Сон Хона. Он быстро замахал рукой.

-Нет-нет, вы не обязаны мне рассказывать, если не хотите.

Как только Ын Су ответил, Сон Хон поставил локти на колено и немного наклонился. Он прошептал низким голосом, как будто делился секретом.

-Неужели ты крал конфиденциальную информацию компании, чтобы потом продать её конкурентам?

-Ч-что? – маленькое лицо Ын Су покраснело от смущения. Его чёрные глаза растерянно забегали. Сон Хон смотрел на него, его лицо было лишено всяких эмоций, будто он угрожал ему.

Пальцы Ын Су дёрнулись, не зная, что сказать. А Сон Хон вдруг засмеялся и хлопнул в ладоши.

-Шучу. Даже если ты украдёшь секретную информацию и продашь её, то она не будет стоить много денег. Я уже давно это понял, но Ын Су очень весело дразнить.

-Ах… да, понял, управляющий директор, - Ын Су пожал плечами.

-Я здесь, потому что разбирался с делами американского филиала, а у них в это время разгар рабочего дня.

-Ах, вот как…

-Это какое-то безумие. Я ещё не до конца свыкся с часовыми поясами, поэтому, когда встаёт солнце, мне хочется спать, но не могу же я пропустить работу. К тому же Мён Хи потом устроит мне взбучку.

Ын Су рассмеялся над его реалистичными словами. Они ещё некоторое время болтали, обмениваясь новостями. В этот момент сонливость Ын Су ушла вовсе. На первый взгляд, сейчас было три часа ночи, поэтому это было удивительно.

Странно, что ему не хотелось спать в такое позднее время. К тому же сегодняшний день был катастрофой. Сначала он терпел всевозможные неудобства в метро, пока ехал на работу, наверстывал упущенное в рабочих моментах, после работы изучал вопросы беременности и воспитания детей, когда планировал лечь спать, ему пришло известие, что До Квон потерял сознание и проехался в такси. Затем пережил ещё одну поездку на машине до дома До Квона. А после в итоге был выгнан из его же дома и бродил ночью по улице, чтобы оказаться здесь.

Голова Ын Су была готова вот-вот взорваться. Сон Хон скрестил ноги и хмыкнул, прочистив горло и постукивая указательным пальцем по подлокотнику дивана, заговорил.

-Но чем больше я об этом думаю, тем интереснее это становится.

-О чём вы?

-То, что До Квон и Ын Су так сильно сблизились.

-А что тут такого?

-Потому что До Квону раньше не нравились омеги.

-До Квон? До Квону не нравились омеги?

До Квон и омега. Ын Су вышел из задумчивости, как будто его окатили холодной водой. Сон Хон поднял глаза, глядя на растерянное выражение лица Ын Су.

-Хотя нет, думаю, можно сказать не просто «не нравились»… Скорее, питал к ним отвращение или презирал – были бы более подходящими словами.

-П-почему он ненавидел омег?

-Было кое-что.

-Что произошло? – с любопытством спросил Ын Су. Он откинулся на спину дивана, а верхняя часть тела была немного наклонена.

-Я могу, конечно, рассказать… К тому же это было так давно, сейчас он любит тебя настолько, что был готов отдать жизнь за тебя, Ын Су, думаю, всё будет в порядке.

Сон Хон ухмыльнулся и начал рассказывать длинную историю.

Ранним утром Ын Су покинул компанию. Он оставил свою коробку на работе, поэтому с собой у него были только телефон и кошелёк, потому что его мышцы сильно забились и болели.

Выйдя на станцию метро, Ын Су опустился на скамейку и уставился на табличку, где было написано, что до нужной остановки нужно было проехать три станции. Ему хотелось, чтобы медленный и неповоротливый индикатор двигался как можно медленнее, что ему не пришлось вставать со скамейки.

-Ха…

Ын Су испустил долгий вздох и облокотился спиной на холодную стену, потому что кружилась голова. Неожиданная история, которую он услышал, вскружила ему голову.

Я не знал, что у До Квона было такое прошлое, и теперь, узнав о нём, он понял, почему смотрел на меня так, будто я пытался убить его. Как только он открыл глаза после комы, первый вопрос, который он задал, не являюсь ли я омегой, а также хмурился и говорил, что мои феромоны были отвратительны для него. А бонусом к этой истории был его вопрос о деньгах*.

*Имеется в виду, что До Квон подумал, что Ын Су с ним ошивается, потому что тому нужны были деньги.

Ын Су медленно закрыл глаза. Это был очень утомительный день, как физически, так и морально. Его беспокоило то, что, как только он вернётся домой, ему придётся умыться и снова ехать на работу. Это было поистине ужасно.

В это время на станции прозвенел оглушительный сигнал о том, что скоро прибудет вагон. Ын Су открыл свои глаза, наполненные болью.

***

В конечном итоге, Ын Су простудился. В целом, в этом не было ничего удивительного, ведь он бродил по ночным улицам, обливаясь холодным потом, который тут же высыхал на холодном ветру. Но ему всё равно нужно было приходить на работу, потому что общество было не настолько великодушно, чтобы позволить ему взять ещё один больничный. Если он снова заболеет после отпуска, то это очень плохо отразится на его работе.

Я бы хотел принимать лекарства, но из-за беременности с любыми таблетками нужно быть осторожным. У меня не было времени на посещение гинеколога, поэтому я просто ел три раза в день и надеялся, что скоро поправлюсь.

Вместо того, чтобы пойти в столовую с товарищами по команде и полноценно пообедать. Я отправился в ближайший магазинчик рядом с компанией, чтобы купить закуски. У меня не было аппетита, но я всё равно должен был хоть что-то съесть, чтобы не заставлять малыша голодать.

Ын Су занимался своими делами, пытаясь поправить своё здоровье, и не успел он оглянуться, как наступили выходные.

Они с До Квоном договорились встретиться в ресторане «Ханджонсик». Это был ресторан со специальными комнатами, чтобы можно было побеседовать без посторонних, к тому же там было достаточно тихо и блюда были легки для пищеварительной системы, и в которых содержалось огромное количество питательных веществ, которые были необходимы для беременности Ын Су.

Кроме того, еда была вкусной, и это был любимый ресторан До Квона. Должно быть, секретарь Чон об этом рассказал.

[Харимчжон, Чхондам-дон.

Суббота, 17-е.

12:00.

Забронировал: Со До Квон].

Как будто это была деловая встреча, я на мгновение улыбнулся, вспомнив те дни, когда мы еще не были в отношениях.

Ын Су, одетый в рубашку, которая была мягкой на ощупь, и узкие брюки, приехал в ресторан около 11:40. После частых поездок в метро, я стал передвигаться не спеша, это стало для меня своего рода новой привычкой. В отличие от автомобиля, здесь часто происходят вещи, которые я не могу контролировать.

Даже учитывая эти обстоятельства, я всё равно укладывался вовремя, потому что поезда всегда прибывают на 15 минут раньше.

Через пять минут, за 15 минут до назначенной встречи, До Квон так и не появился.

*Напоминаю, что до потери памяти До Квон всегда приезжал на 15 минут раньше до назначенного времени.

Ын Су горько улыбнулся. У тридцатилетнего До Квона, оказывается, ещё не было такой привычки. Однако он появился всего за три минуты до того, как часы пробили 12. Его волосы были наполовину опущены, а сам он был одет в бордовое пальто и чёрный костюм, что очень ему шло.

- Ты рано, - сказал До Квон, садясь напротив Ын Су. Он уже собирался позвонить в звонок, чтобы позвать официанта, даже не взглянув на Ын Су. Однако тот его опередил.

- Я сделал заказ.

- …

До Квон недоверчиво нахмурил брови. Ему не понравилось, что Ын Су сделал заказ без его ведома. Впрочем, это было вполне объяснимо, ведь До Квон был очень привередлив в еде и многие блюда ему не нравились.

Однако Ын Су знал о его предпочтениях, как свои пять пальцев. Было бы странно, если бы он не знал об этом, когда они в течение двух лет часто виделись и вместе ели.

Более того, это было место, куда они приходили несколько раз в месяц. Ын Су также знал здешнего директора. Когда он пришёл сюда, то поздоровался и сделал заказ. Кроме того, ему сказали, что сейчас появились сезонные блюда, которые точно понравятся До Квону.

- Не волнуйтесь, вам понравится.

- Мы здесь уже были?

- Да, мы часто сюда приходили, потому что это недалеко от компании, к тому же еда здесь вкусная.

- Может, поэтому секретарь Чон забронировал стол именно здесь?

- Да, скорее всего, поэтому.

Ын Су улыбнулся, попивая воду. Секретарь Чон был не только измученным подчинённым До Квона, но и хорошим посредником в их отношениях.

Ын Су уже подумывал о том, чтобы отправить ему сообщение с благодарностями, когда закончит есть. До Квон пристально посмотрел на Ын Су, затем налил себе стакан воды и сказал:

- Кажется, твой голос звучит иначе.

- Ох, наверное, я просто устал после долгой работы, да и в метро было тяжело добираться.

Ын Су погладил свой затылок. Его простуда ещё не прошла. К счастью, он не кашлял, но в горле першило, да и тело немного обдавало жаром.

До Квон легонько щёлкнул языком. Они не виделись всего четыре дня, но Ын Су заметно похудел за это время. Как, чёрт возьми, он заботится о себе, когда находится в положении? Для человека с таким количеством денег это было странно.

- Ты всё ещё не можешь ездить на машине?

- Да, до сих пор.

- Тогда тебе стоит переехать в дом рядом с офисом. В Каннаме есть квартиры, которые находятся под управлением компании. Или ты можешь пожить временно в отеле, пока травма не пройдёт.

Легко было сказать, но трудно было это реализовать. Но До Квон был человеком, для которого эти препятствия не имели значения. Если не ошибаюсь, то Ын Су забеременел от меня, поэтому я был готов сделать для него всё, что угодно, будь то гостиница или дом.

Сейчас, когда я думаю об этом, то, наверное, отель — лучший вариант. Там убирают, круглосуточно обслуживают номера, к тому же не останешься голодным, а если заболеешь или поранишься, то сразу же помогут. До Квон прокручивал в голове список отелей, расположенных неподалёку от офиса.

- Хм… Я думал об этом.

Его мысли прервал Ын Су.

- Но?

- Мне не понравился этот вариант, потому что я не смогу чувствовать феромоны господина До Квона.

- Что?

- В моём доме витают ваши феромоны, поэтому если я перееду, то я не смогу их чувствовать. Меня не устраивает такой вариант, потому что не могу спать спокойно без них.

Ын Су произнёс эти неловкие слова очень уверенным тоном, что До Квон моргнул от растерянности и подумал, не ослышался ли он. Как он мог сказать такое с таким невозмутимым лицом, если он говорил обо мне?

- Тебе не стыдно такое говорить?

- Раньше я бы постеснялся, но господин До Квон изменил эту часть.

- Я? Тебя?

- Да. Вам нравилось, когда я говорил подобные вещи, и хихикали с этого, как ребёнок.

Если бы передо мной сидел прежний До Квон, то он бы, наверное, смело заявил о том, что обязательно наполнит новое место своими феромонами и какое-то время будет жить у меня.

А возможно, собрал бы большой чемодан с домашними вещами и переехал бы насовсем.

-…

До Квон промолчал. В этот момент раздался тихий стук, который оповещал о том, что принесли еду, поэтому Ын Су позволил войти. Вскоре вошли две знакомые официантки и расставили еду на столе.

До Квон и Ын Су на мгновение замолчали.

Вскоре стол заполнился блюдами, официантки быстро попрощались и ушли, а Ын Су и До Квон снова остались наедине.

Ын Су взял в руки палочки для еды, а До Квон разглядывал еду, как хищник, присматривающийся к чему-то. Ын Су отправил в рот жареный кружочек молодой тыквы в рот. Он тщательно прожевал его и проглотил, а затем пододвинул к нему тарелку.

- Это любимое блюдо До Квона, — сказал он, — и каждый раз, когда он приходит, то заказывает две порции. Попробуйте.

До Квон неохотно взял палочки, посмотрел на Ын Су и скривил губы.

- Я давно хотел вам это сказать.

- Что?

- Лучше не тыкайте.

- Что?

Веки До Квона подёргивались, пока он перекладывал жареную утку на тарелку перед собой. Трудно было сразу понять, что он говорит. Что он имел в виду?

Ын Су громко рассмеялся над странным выражением лица До Квона.

- Меня зовут не «ты», меня зовут Ын Су.

-…

- Ю Ын Су. Ын Су-щи. Ын Су-я. Как бы вы меня ни назвали, зовите меня по имени.

Ын Су любезно привёл ему три примера. Лучше бы было называть его просто «Ын Су», как и раньше, но можно и по-другому. Любое имя лучше, чем «ты».

Ын Су начал есть первым. Он уже давно не ел с До Квоном, и слабый запах феромонов успокаивал его, еда казалась вкусной, и он почувствовал, как наконец может с облегчением вздохнуть.

-…

До Квон не ответил, а только ткнул палочками в утку. Она уже была мягкой, но этого было недостаточно, поэтому Ын Су цокнул языком и положил на его тарелку новую порцию.

- Хорошо, Ю Ын Су.

-…

Ын Су от неожиданности уронил кусочек утки. К счастью, он упал не на стол, а на тарелку До Квона. До Квон поднял его и тут же поднёс его ко рту. Он прожевал его несколько раз и выгнул бровь. С тех пор он ел всё с удовольствием.

Ын Су с любопытством посмотрел на него.

Что с ним случилось? Он вдруг стал таким добрым? Раньше он был похож на старшеклассника, который только недавно преодолел период полового созревания. А сейчас вдруг выглядел таким взрослым? Он извинился недавно, предложил первым поесть, да и сейчас…

- Сегодняшний До Квон отличается от прежнего, - пробормотал тихо Ын Су.

- В хорошем смысле? – спросил До Квон, нарезая палочками тушёный тофу. Руки, которые двигали палочки для еды, выглядели особо манящими. Выпуклые и выпирающие кости были необычайно сексуальны.

- Да, в хорошем смысле, - Ын Су кивнул, глядя на руки До Квона. Он положил на тарелку Ын Су новый кусочек тофу, не тот, который резал. Ын Су взглянул на него и подумал, что тот неправильно его понял, ведь он разглядывал не тофу, а его руки.

- Я думал о наших с тобой отношениях, Ын Су.

- И к чему вы пришли? – Ын Су отломил кусочек тофу, который ему положили на тарелку. Тушёный тофу был очень вкусным, с большим количеством свиного фарша и не слишком острой приправой. Наполнив свою миску, Ын Су сразу перешёл к рису.

- Ну, дело в том, что мой дом полон твоих следов. К тому же мои мать и отец, которым было обычно плевать на всех, пекутся о тебе больше, чем о родном сыне. Когда секретарь Чон рассказывает мне о прошлом, то твоё имя часто всплывает. Да и голова раскалывается, когда я вижу тебя.

- А?

- Думаю, мы действительно были влюблены друг в друга.

- О… Вы поняли кое-что важное.

Ын Су слегка рассмеялся. Его забавило это, потому что До Квон наконец смог осознать это и говорил об этом так, будто он был Колумбом, который открыл Америку.

Ын Су тут же покачал головой, чтобы выбросить лишние мысли из головы, и сосредоточился на еде.

- Наверное, когда восстановятся мои воспоминания, то я очень сильно пожалею о том, как поступал с тобой, - тихо произнёс До Квон.

- Уверен, что так и будет, и я, скорее всего, буду вас сильно ругать.

Ын Су кивнул и принялся доставать косточки из утки. Обычно он неплохо справлялся с палочками, но кости всегда было тяжело для него вынимать. Он хотел съесть много и сразу, поэтому, сжав губы, он упорно старался достать косточки.

До Квон к этому моменту закончил есть свою еду. Глаза Ын Су внезапно расширились, когда До Квон украл еду с его тарелки.

- Значит, впредь я буду стараться.

Неожиданно До Квон достал все кости из утки и переложил её обратно на тарелку Ын Су.

- Как вы будете стараться?

- Не знаю, я об этом не думал, но, может, тебе нужна помощь?

- Мне?

- Да. Ты беременный, поэтому, если что, зови меня. В остальном я буду делать всё, что необходимо, как и полагается возлюбленному.

Глава 13

До Квон положил аккуратно кусочек горбуши в его тарелку.

Ын Су уставился на белую мякоть. До Квон, вдоволь наевшись рыбы, отпил воды.

- Однако, я не знаю, люблю ли я тебя, и не знаю, как быть в этой ситуации.

-…

- Итак, Ын Су, дай мне знать, чего мне следует делать, а чего нет.

-…

- Тогда я не задену чувства Ю Ын Су, и будет легче справляться с ролью возлюбленного и отца ребёнка, что находится в твоём животе, верно?

Ын Су медленно моргнул. До Квон говорил, что сделает всё возможное, но по какой-то причине ему было не по себе. Это было похоже на подписание делового контракта, но другого выхода из этой ситуации не было. Способ, предложенный До Квоном, был самым наилучшим.

Ын Су отложил столовые приборы и выпрямил спину. Он посмотрел прямо на До Квона. Тот в свою очередь расправил плечи, почувствовав необычную атмосферу.

- Тогда я хочу кое-что сделать, - сказал Ын Су.

- Что? – монотонно спросил До Квон. Он слегка ощущал, как нервное напряжение защекотало его нервы. Он понятия не имел, о чём собирается попросить Ын Су, поэтому сжал руку в кулак под столом. Губы Ын Су зашевелились.

- Давайте вместе есть.

- Хорошо.

- И пить кофе.

А? До Квон издал дурацкий возглас. Что делать? Кофе? До Квон медленно моргнул, растерявшись, и смотрел на Ын Су. Однако Ын Су выглядел по-прежнему решительно. По выражению его лица можно было подумать, что он собирается попросить половину его состояния.

О? До Квон издал дурацкий возглас, который прозвучал неправильно. Что ты делаешь, кофе? До Квон забыл моргнуть и посмотрел на Ын Су. Ын Су по-прежнему выглядела решительно. По выражению ее лица можно было подумать, что она просит половину своего состояния.

- Это всё?

- Да, больше ничего не надо.

Ын Су решительно кивнул. В какой-то момент До Квон рассмеялся, потому что он и раньше это чувствовал, но он был непредсказуемой омегой. В этот момент он задумался, не поэтому ли он влюбился в него.

- Хорошо, - согласился До Квон.

Улыбнувшись ему, Ын Су зачерпнул ложкой немного рыбьей мякоти и поднёс её ко рту. Солёная, жевательная мякоть была, на удивление, очень вкусной.

После полудня светило яркое солнце. На улице было тепло, ведь весна только началась. Солнечные лучи не жалили и ощущались приятно на коже.

В кафе Ын Су заказал цитронный чай, а До Квон взял дополнительную порцию американо. Они взяли напитки с собой и ушли по одной простой причине, этого хотел Ын Су.

Ын Су и До Квон медленно прогуливались по улицам Сеула. Этого тоже хотел Ын Су, на что До Квон согласился, думая, что их прогулка продлится максимум 10 минут. Но оказалось, что она заняла гораздо больше времени. До Квон, который до этого момента покорно подчинялся желаниям Ын Су, заговорил.

- Нормально ли беременным столько гулять?

- Это прогулка, а не бег, так что всё в порядке.

- Но почему бы не заняться чем-нибудь более продуктивным?

- Чем-то продуктивным?

Ын Су вздохнул и погрузился в мысли. До Квон выпрямился во весь рост и стал ждать, пока он придумает что-нибудь «продуктивное». Однако в голову не приходили хорошие идеи, можно было бы, конечно, сходить в магазин за бытовыми принадлежностями, купить товары для беременных или съесть десерт, который был бы гораздо питательнее цитронного чая.

Ын Су взглянул на До Квона, его выражение лица буквально говорило «у меня сейчас очень плохое настроение» и улыбнулся. От такой улыбки До Квон невольно сделал шаг назад. У него было плохое предчувствие.

Ын Су вдруг протянул руку. До Квон прищурился, гадая, не собирается ли он влепить ему пощёчину, но его рука была схвачена.

И тут,

-…

Ничего не произошло.

Я уставился на наши сцепленные руки. Это точно была рука Ын Су, но разница в размерах рук была настолько огромной, что складывалось ощущение, что это не Ын Су держал меня за руку, а я его.

Рука Ын Су была маленькой, тёплой. Не знаю, была ли она тёплой от природы или от горячего цитронного чая, но от неё исходил небольшой жар. Я удивился, как его руки могут быть такими мягкими, гладкими.

Когда он уставился на их сцепленные руки, Ын Су высунул своё лицо в его поле зрения.

- Что-то продуктивное, - он усмехнулся, а глаза блеснули чем-то завораживающим.

-…

От неожиданной улыбки у До Квона перехватило дыхание. Улыбка Ын Су нанесла ему неожиданный удар, и До Квон слегка пошатнулся, потому что не был готов к такой атаке. Улыбка, пропитанная солнечным светом, была ослепительной, он не мог отвести взгляд.

В этот момент подул лёгкий ветерок, взъерошив чёлку Ын Су. До меня донёсся слабый аромат шампуня и сладкий запах феромонов. В тот момент, когда я вдохнул его, то почувствовал, как внутри всё сжалось. Словно кто-то сжал моё сердце. Ощущение было резким и жёстким, но это было неплохо. Раз на то пошло, то я хотел бы, чтобы моё сердце перестало так бешено биться. Когда Ын Су внезапно спросил: «В чём дело?», то я даже не смог ответить, потому что в данный момент я чувствовал себя настоящим дураком.

Пока До Квон находился в оцепенении, Ын Су шагнул вперёд, в его глазах мелькнуло беспокойство.

- Вам больно?

- Что?

- В смысле, голова болит?

- Нет, - ответил До Квон несколько безжизненным голосом.

- Это хорошо.

Ын Су улыбнулся и потянул До Квона за руку. К счастью, До Квон не стал жаловаться или сопротивляться. Волнение переполняло сердце Ын Су. На самом деле, он уже давно хотел взять До Квона за руку, но всё никак не мог решиться на это, боясь быть отвергнутым. Они уже сделали вместе абсолютно всё, что могли. Они даже занимались сексом, похотливо и распутно, как альфа и омега, подчинённые своим инстинктам.

Однако он не понимал, почему ему до сих пор так жарко от этого. Возможно, из-за того, что прошло уже слишком много времени. У Ын Су пересохло в горле, но он сделал вид, что ему всё равно, и пошёл вперёд. До Квон следовал за ним, глядя на затылок Ын Су.

Это был прекрасный день.

* * *

Ын Су согласился встречаться с До Квоном согласно его расписанию. Он был занят тем, что заполнял свои пробелы за последние 4 года, а тем временем Ын Су просто плыл по течению. На самом деле, даже если что-то случится с Ын Су, До Квон должен был быть готов к их встрече, поэтому у него не было другого выбора, кроме как согласиться с такими условиями.

Они встречались довольно регулярно: сначала два раза в неделю, потом три раза, а сейчас уже четыре раза. В основном они ходили обедать, пили чай, ходили по магазинам и делали всё то, что обычно делают на свиданиях. Никаких запоминающихся разговоров у них не было, но Ын Су иногда держал его за руку, теперь уже и сам До Квон иногда проявлял инициативу.

И До Квон, который обычно присылал сообщения, как будто назначал встречу по работе, совсем переменился.

[Что ты делаешь завтра после работы?]

[Давай поужинаем].

После этого пришло новое сообщение:

[Я увижу вас сегодня].

[Я приду к вам в офис].

Спустя какое-то время?

[Я в вестибюле компании].

- Он в вестибюле.

Ын Су был рад таким переменам. Казалось, что До Квон постепенно возвращается к прежнему образу жизни.

«Всё-таки этот парень любит меня, и неважно, что у него повреждён мозг, он любит меня», - подумал я про себя и хихикнул. Я чувствовал себя победителем в этой ситуации, ведь, похоже, слова доктора о том, что мозг отвечает за «любовь», ничто иное, как чушь собачья.

Шесть часов. Сейчас самое время идти домой. Ын Су быстро встал, попрощался с коллегами по работе и направился в холл, а точнее, к пожарной лестнице в углу вестибюля.

Открыв тяжёлую дверь, он увидел знакомую спину. Широкие плечи и спина, которая шла плавной линией от лопаток до талии, феромоны, наполнявшие просторный запасной выход.

Это был До Квон.

Даже когда он приходил на работу, ему приходилось вот так скрываться. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы бродить по городу, но он ещё не восстановился официально после аварии. Кроме того, он не хочет, чтобы кто-то знал, что с ним что-то не так.

Поэтому, когда Ын Су просит его встретиться с ним вне офиса, он не хочет, а когда спрашивает почему, тот отвечает, что его что-то беспокоит, и лишний раз упрямится. Именно по этой причине в последнее время они встречаются тайно, как будто знаменитая пара.

- Я тут.

Ын Су слегка тронул руку До Квона.

- Пришёл?

До Квон посмотрел на Ын Су, на лице которого виднелась едва заметная улыбка. На мгновенье задержав на нём взгляд, Ын Су отпустил его руку. Плечи До Квона слегка дрогнули.

- Что будем делать сегодня? – спросил Ын Су, застёгивая пуговицы на куртке, которые он не успел застегнуть, потому что спешил.

- Всё, что захочет Ын Су.

Слегка облизнув нижнюю губу, До Квон помог ему застегнуть пуговицы на куртке.

Ын Су ахнул от такой заботы, а потом вдруг вспомнил, о чём сегодня за обедом говорили его коллеги по работе. Вышла новая серия фильма о знаменитых героях. Эту серию смотрели когда-то Ын Су и До Квон.

- Хм… Хотите сходить в кино после ужина? Недавно вышел «Человек-маска 3».

- 3? А не 2?

- …

Ын Су издал короткий вздох. Должно быть, 2 часть вышла ещё 4 года назад, он и сам об этом забыл.

Ын Су поморщил нос, подумав о том, что нет смысла смотреть фильм, ведь они просто поедят, выпьют чаю и разойдутся, как обычно.

- Тогда почему бы просто не…

- Мы можем посмотреть его вместе.

- Что?

- Ты можешь прийти ко мне и посмотреть его вместе со мной, а завтра мы сходим на другой фильм.

До Квон взял Ын Су за руку, когда закончил застёгивать его пальто. Ын Су смущенно почесал щёку.

- К вам домой?

- Что, тебе не нравится эта идея?

- Нет, я не против, но… Что, если вы снова почувствуете себя плохо?

Ын Су беспокоился, ведь в последнее время они слишком часто виделись. Он считал, что встречаться два раза в неделю ещё нормально, но в последнее время это число увеличилось до четырёх… Он был рад этому, но продолжал волноваться за До Квона, вдруг у него снова случиться приступ.

- Всё будет нормально, - До Квон отмахнулся от беспокойства Ын Су.

- Откуда вы знаете?

- Потому что за все те недели, что мы виделись, я чувствовал себя нормально, так что и сейчас будет всё хорошо, - голос До Квона был полон убеждённости, однако Ын Су всё ещё беспокоился по этому поводу. Поэтому До Квон схватил его за руку.

Отсюда до моего дома 15 минут ходьбы, так что нам не придётся брать машину, и это отличное место для свидания. Жаль, что я не понял этого раньше.

Ын Су неохотно пошёл вслед за До Квоном, который выглядел несколько взволнованным.

Прошёл всего месяц с тех пор, как Ын Су побывал здесь. Всё так же опрятно и так же роскошно. В отличие от последнего раза, когда он был здесь, Ын Су чувствовал себя напряжённо. Он наблюдал за До Квоном, когда он снимал туфли. Смотрел на него, когда он снимал пальто. Смотрел на него, когда он пил воду.

- Почему ты так смотришь на меня? - спросил До Квон, открывая дверцу холодильника.

- Я боюсь, что вы потеряете сознание, - Ын Су встал со своего стула за кухонным столом и провёл пальцами по полу.

- Тебе не о чем волноваться.

- Всё равно.

В глазах Ын Су появился намёк на раздражение. Нельзя такое произносить с уверенностью. Люди, которые внезапно падают в обморок, не знают, что упадут в обморок. Это практически невозможно контролировать.

Если бы До Квон потерял сознание у меня на глазах, я не знаю, что со мной будет. Даже сейчас, когда я ложусь спать, передо мной вспыхивают воспоминания о том его презренном взгляде, как он кричит от боли, как у него из носа течёт кровь, как он хватается за голову и падает.

Увидев надутое лицо Ын Су, До Квон, закрыв дверцу холодильника, подошёл к нему. Он слегка обхватил его щёки своими большими ладонями. А затем он произнёс чётко и тихим голосом.

- Со мной всё нормально. Я скажу тебе, если буду чувствовать себя плохо.

-…

- И как бы я отвратительно себя ни чувствовал, я не выгоню, как в прошлый раз, Ын Су, не волнуйся.

- Я не беспокоюсь об этом.

- Ладно, ладно.

До Квон, громко рассмеявшись, выпрямился и поднял кардиган, который бросил на стул.

- В доме ничего нет. Хочешь чего-нибудь поесть? Я куплю.

- Не знаю, не могу ни о чём думать.

- Тогда я куплю всё, что увижу, и не выпущу тебя отсюда, пока всё не съешь.

Это была страшная угроза. Так было и раньше. Он смотрел на меня недовольным взглядом, когда я питался закусками, похожими на печенье, а потом вёл меня в ресторан и говорил, что я не смогу пойти домой, пока не всё не съем.

- Ну, я хочу… ток.

- Ток… жареный?

Брови До Квона изогнулись. Он думал, что сможет купить всё, что угодно, но нестандартное меню озадачило его.

- Да, - Ын Су кивнул, а До Квон покачал головой с суровым выражением лица.

- Нет, лучше выбери что-нибудь другое. В нём много углеводов и сахара… Это не очень полезно для ребёнка.

- Мы можем добавить колбасу и жаренных кальмаров в ток, так что белка у нас будет достаточно. А ещё возьму кимпаб, потому что там есть овощи, и сырные палочки, потому что они жирные.

- Ха… - До Квон вздохнул, как будто это прозвучало абсурдно.

Ын Су же, напротив, рассмеялся, задаваясь вопросом, что в этом тут такого. Ещё минуту назад он не чувствовал себя голодным, но по мере того, как он называл блюда, у него просыпался аппетит.

Ын Су начал топать ногами. «Хочу ток, хочу ток, хочу ток». Он посмотрел на До Квона, который всё ещё выглядел недовольным.

- Тогда давай сначала поедим корейской еды, а на десерт – ток.

- К сожалению, мой желудок недостаточно велик, чтобы всё это вместить.

- …

Глаза До Квона всё также отражали недовольство, на что Ын Су лишь улыбнулся. Внезапно в кармане куртки завибрировал телефон. Ын Су потянулся за своим телефоном и достал его.

Это была Мён Хи, мать До Квона.

Показав До Квону определить номера, Ын Су принял звонок.

- Да, матушка.

- Ын Су, ты сейчас дома?

- Ох… Нет.

- Тогда где ты? Я собиралась попросить секретаршу принести тебе ужин.

Ын Су поджал губы и посмотрел на До Квона, стоящего перед ним. До Квон лишь склонил голову вбок.

-…

- Дома… У господина До Квона.

- У До Квона?

Да. Ын Су неловко кивнул. Он не собирался с ним встречаться тайно или делать что-то неловкое, он привык часто находиться в этом месте, однако не понимал, почему он чувствовал так себя неловко.

-…

Мён Хи некоторое время молчала. Наверное, это странно, что они сейчас находятся вместе дома, учитывая, что до этого момента часто проводили время на свежем воздухе. Ын Су открыл рот, чтобы объяснить ситуацию, но Мён Хи опередила его.

- О-о-о, да-да. Отлично-отлично. Ты ведь ещё не ужинал? Тогда я отправлю До Квону домой.

- Ах, да. Спасибо.

- Есть ли ещё что-нибудь, чего бы ты хотел съесть?

Ын Су уже собирался ответить: «Не, не хочу», как вдруг злобно улыбнулся. Затем он быстро стёр это выражение со своего лица и застенчивым голосом произнёс.

- Ах… Я… Матушка.

- Да?

- Я хочу съесть токпокки.

- Ах, токпокки? Хорошо, куплю и пришлю.

- Но господин До Квон не разрешает мне их съесть.

- Что не так с этим сумасшедшим?

- Отлично, я очень рад, что матушка мне пришёл токпокки. Спасибо!

- Да-да. Я скажу секретарше, чтобы она была там через 30 минут.

Ын Су широко улыбнулся, ведь его план вышел удачным. Он попрощался и отблагодарил маму До Квона.

- Ха…

До Квон был поражён, увидев эту нелепую картину. Иногда ему казалось, что, несмотря на внешность Ын Су, он был куда более умным и проницательным. Конечно, лучше быть умным, чем наивным, когда речь идёт о социальной жизни, но его пугало это странное чувство разобщённости.

Ын Су похлопал До Квона по плечу, который до сих пор стоял в ступоре.

- Думаю, вам не нужно идти за едой, так почему бы нам не посмотреть фильм?

С этими словами он быстрыми шагами направился в гостиную, где как раз находился телевизор.

Через некоторое время Ын Су открыл коробку с едой, которую прислала Мён Хи. Она была настолько огромной, что создавалось ощущение, будто она задалась целью накормить его всеми продуктами мира. Корейская, японская, китайская еда и даже токпокки. Пришёл не один помощник, а целых два, чтобы распаковать еду и уйти. Ын Су мог бы пробыть в доме До Квона целую неделю и не съесть всё это.

Ын Су воодушевлённо двигал столовыми приборами. Всё было настолько вкусным, что у него горели глаза. В частности, произведением искусства были токпокки и жареные блюда, свернутые в черные пакеты, как будто они были куплены у уличных торговцев.

Пока Ын Су был занят токпокки. До Квон накладывал на тарелку Ын Су такие блюда, как тушёные рёбрышки, жареные овощи и бобовую пасту. Затем он постучал по тарелке палочками, как бы призывая его есть.

Ын Су съел это без особых проблем. Он не был придирчив к еде и мог съесть всё, что угодно. И это вовсе не из-за того, что в его животе растёт ребёнок.

Закончив трапезу и убрав со стола, они приступили к десерту. Мён Хи, будучи разумной женщиной, позаботилась даже о том, чтобы прислали десерт. Ын Су был в восторге, потому что обожал десерты.

Пока До Квон сосредоточился на просмотре фильма, Ын Су же сосредоточился на торте. Торт с большим количеством огромной клубники был таким вкусным. Клубника была кислой и сладкой, сливки – пикантными, а корж- воздушным и мягким.

Ын Су одним махом съел два кусочка торта. Дальше он открыл коробочку с инжиром и стал его уплетать за обе щёки.

-Ты всегда так ешь?- спросил До Квон.

От неожиданного вопроса, Ын Су испугался и выронил инжир, он грустным взглядом смотрел на то, как кусочек инжира упал на пол, а потом бросил взгляд на пакет.

-Ах, уронил!

-Ой… Я не ожидал, что ты так внезапно испугаешься, прости.

До Квон искренне извинился, затем он взял другой кусочек инжира и положил ему в рот. В этот момент его брови, которые были слегка нахмурены, расслабились. До Квон узнал кое-что новое об Ын Су. Несмотря на то, что он был достаточно умным, он питал слабость к сладостям, в какой-то степени ему это шло. До Квон улыбнулся, когда подумал об этом.

Он подумал, наступит ли день, когда он сможет сказать нечто подобное: «Не стоит идти за незнакомым мужчиной, когда он предлагает купить тебе клубничный торт. Поэтому лучше позвони мне, и я смогу купить тебе целых три коробки».

-Да. Я обычно всегда так ем. То есть, наверное, это из-за беременности, но я не ем так каждый день. Когда мне не хочется, я вообще не ем, а когда хочется, то ем много, - Ын Су ответил, усердно прожёвывая кусочек инжира.

До Квон вздохнул и добавил.

-А я-то думал, почему тебе моя мама присылает еду. Видимо, у неё были свои причины.

До Квон был придирчивым в еде, но это не означало, что ел слишком мало. Поскольку он был очень высоким и довольно мускулистым, поэтому ему в любом случае пришлось бы питаться хорошо. Но вот с Ын Су всё совсем иначе, как, ни посмотри он не выглядит слишком худым, но его руки, талия, бёдра довольно стройные.

До Квон задавался вопросом, как в него столько помещается еды, поэтому ненадолго замер, серьёзно размышляя над этим. Тем временем Ын Су вытащил ещё один кусочек инжира и альфа выплюнул неожиданные слова, которые несколько напугали альфу.

-Наверное, позже у меня начнётся токсикоз по утрам. Но когда ребёнок подрастёт, то я стану ещё больше есть, верно?

-Ах…Да, наверное… Однако, я думаю, что буду готов к этому.

До Квон, сощурив глаза, произнёс это уверенным тоном. На что Ын Су кивнул и похвалил его за хорошую работу, после этого он вернулся к поеданию инжира, а До Квон к просмотру фильма.

Не прошло и пяти минут, как вдруг Ын Су разразился звонким смехом, взгляд До Квон, естественно, переместился на него, как бы спрашивая: «Что смешного?»

-Я просто кое-что вспомнил…

- Что?

- Когда вы только начали флиртовать со мной, то всегда покупали много вкусной еды.

- … Правда? – До Квон настороженно переспросил, его глаза расширились, потому что не мог поверить в то, что слышит.

Тем не менее, Ын Су подтвердил его вопрос, кивнув головой три раза, и сразу же воткнул вилкой в шоколадный торт.

- Да. Интересно, откуда вы знали, что я люблю поесть? Вы так старались меня накормить: присылали всякие вкусности, покупали напитки и десерты.

- Ха…

- Но самое смешное, что я купился на это.

-…

- Знаете, как это бывает, когда ты ешь что-то вкусное, то и, соответственно, чувствуешь себя хорошо, верно? А поскольку я чувствовал себя всегда хорошо, то и вы казались мне ещё более милым и красивым. Со временем я с нетерпением ждал возможности, чтобы снова увидеться с вами и поесть.

Ын Су рассмеялся, вспомнив их совместное прошлое. Прошло всего чуть больше двух лет, но всё казалось таким далёким и давним. Даже после того, как они официально стали парой, то До Квон всё равно покупал что-то вкусное, но это ощущалось совсем иначе.

Ынсу смеется, вспоминая прошлое. Прошло всего чуть больше двух лет, но кажется, что это было так давно. Даже после того, как мы стали парой, До Квон всегда покупал мне что-нибудь вкусненькое, но это было совсем другое чувство.

В сравнении с сегодняшним днём, то именно сегодня он чувствовал себя так же, как и тогда, когда они ещё не встречались. Они уважительно друг с другом общались, что вызывало трепет и волнение в сердце. А иногда их руки соприкасались, вызывая лёгкий жар.

Когда Ын Су подумал об этом, то казалось, что это не так уж и плохо – встречаться вот так…

Пока он размышлял, облизывая вилку, на которой ещё остался шоколад от торта. Его губы, перепачканные шоколадом, оживлённо зашевелились.

- Однако сейчас тоже не всё так уж и плохо, ведь каждый раз, когда мы видимся, то я ем что-нибудь вкусненькое. Я будто бы вернулся в те времена, когда мы только начали сближаться, и я чувствую себя таким же счастливым, как и в те времена…

Однако, не успев договорить свою мысль, До Квон внезапно схватил затылок Ын Су одной рукой и поцеловал…

Глава 14

От неожиданности глаза Ын Су расширились, а его длинные ресницы затрепетали. Неужели это был поцелуй? Его мысли двигались в хаотичном беспорядке. Ошеломлённый Ын Су после минутного молчания опустил вилку, которую до этого держал на весу. Затем он резко обнял До Квона за шею. Альфа же, в свою очередь, словно только этого и ждал, подхватил его за подмышку и талию, притянул к себе, усадив на колени.

Поцелуй, который был всего лишь лёгким соприкосновением губ, начал набирать обороты, приобретая более страстный оттенок.

- Ымх…

До Квон обхватил нижнюю губу Ын Су и медленно посасывал её. Губы омеги от интенсивного поцелуя словно горели, он непроизвольно открыл рот, чтобы глотнуть воздуха, но До Квон предотвратил эту попытку и погрузил свой язык в его рот.

Лишь на мгновенье Ын Су вздрогнул от удивления. Феромоны До Квона, которые разливались по всему телу через поцелуй, заставили его мышцы тела расслабиться и таять в руках альфы. Внизу живота всё напряглось, а промежность слегка запульсировала от нарастающего возбуждения.

Однако Ын Су словно было этого недостаточно, он, всхлипнув, в попытке проглотить хоть чуточку воздуха, прижимался ещё сильнее к До Квону.

Его толстый язык был в то же время горячим и влажным. Ын Су слегка склонил голову и переплёл языки в медленном жарком танце. Язык До Квона проходил по всем участкам, задевая слегка нёбо и зубы, от этих прикосновений по его позвоночнику пробежали мурашки.

Губы стали влажными и липкими, и в какой-то момент До Квон испустил долгий и тихий вздох.

- Ха…

Кончики пальцев Ын Су, которые беспомощно лежали на плечах До Квона, подрагивали и сжимались в кулаки от феромонов, которые растекались по всему телу. Однако До Квон не остановился на достигнутом, и лишь склонил голову набок, чтобы углубить их поцелуй. Он обхватил весь язык омеги и жадно посасывал его.

Властно исследуя его рот, он ощущал на своих губах небольшой привкус шоколада. Он обычно не любил сладкое, но аромат шоколада, который смешивался с феромонами Ын Су, приводил его в экстаз. Его губы были такими сладкими, что он хотел бы до конца своих дней ощущать этот сладостный момент.

До Квон жадно присосался к губам Ын Су, его возбуждение было настолько сильным, словно он находился на грани. От сильной стимуляции верхняя часть Ын Су выгнулась назад. Губы, которые секунду назад не могли отпустить друг друга, отстранились. Опустив голову, он издал слабый вздох.

- Подождите… ах… секунду.

Поцелуи с До Квоном были настолько хороши, что заставляли мой разум плавиться, но отчасти это было и тяжело, потому что каждый раз, когда мы целовались, мне не хватало воздуха и я задыхался.

Он инстинктивно принимал феромоны доминирующего альфы, пытаясь насытиться этим моментом. Ын Су пытался прийти в себя после поцелуя, его тело слегка дрожало, а голова кружилась.

Пока Ын Су пытался отдышаться, будто он пробежал кросс на полной скорости, тем временем До Квон осыпал его крошечное личико поцелуями, прикасаясь ко лбу, переносице, щекам и по подбородку.

Дыхание Ын Су восстановилось, и поднял свои полуприкрытые глаза, До Квон нежно гладил его по щеке.

- Господин До Квон…

Его голос звучал очень тихо и хрипло, влажный язык показался из-под приоткрытых губ. На экране телевизора герой и злодей вели сокрушительную битву, но в данный момент это всё не имело значения. В глазах альфы, Ын Су был единственным, на что он хотел сконцентрировать своё внимание. Он смотрел только на него, на губы и ощущал феромоны, которые приводили его в небольшой экстаз, он чувствовал себя так, будто овладел всем миром.

- Завтра мы поужинаем здесь, - прошептал До Квон.

- Да…

Ын Су кивнул, словно был чем-то заворожен. Их губы снова встретились после небольшого разговора. Они яростно кусали губы, словно пытались наверстать месяцы молчания за один день.

Их губы и языки безудержно переплетались в страстном ритме. Они втягивали феромоны друг друга, а руки скользили по всему тела с вожделением, потирая затылок, шею, плечи и талию.

Все эти действия были прекрасны. По крайней мере, так было для Ын Су.

Хотя в последнее время До Квон стал мягче, но это всё ещё было далеко от того, каким он был, когда они встречались. Но сейчас этот поцелуй словно успокаивал боль в его сердце, он чувствовал себя счастливым и взволнованным, его посетила утешающая мысль, что если он подождёт еще немного, то они смогут наконец вернуться к прошлому.

Ын Су слабо улыбнулся и глубже зарылся в объятия До Квона. Его губы сильно опухли после такого страстного поцелуя, а разум был затуманен, как будто он был пьян. Он уже давно не подвергался воздействию феромонов альфы, поэтому чувствовал, как тело постепенно таяло. Он чувствовал себя кальмаром без костей и мышц.

При этой мысли ему вдруг захотелось съесть жареного кальмара. Хотя он ещё остался, может, съесть?

Пока Ын Су предавался размышлениям, к нему вернулся До Квон, который закончил уборку. Будучи чистоплотным человеком, он всегда убирался после их трапезы, тем временем Ын Су всегда любил откладывать уборку и мытьё посуды до того дня, когда можно всё сделать за один день.

Но с тех пор, когда он встретил До Квона, в этом отпала необходимость, потому что именно До Квон всегда занимался уборкой. Конечно, теперь же, когда он остался наедине с самим собой, то пришлось вернуть себе эту привычку.

Ын Су нахмурил брови при мысли о том, что у него дома накопилось много белья, которое необходимо постирать. До Квон, который сидел рядом с ним, нежно убрал с его лба чёлку.

- Ты заболел?

- Нет, - Ын Су покачал головой.

Несмотря на то, что он дал отрицательный ответ, До Квон всё же прислонил ладонь к его лбу, чтобы измерить температуру, и незаметно проверил каждый сантиметр его тела, чтобы убедиться в том, что он действительно не болен.

Ын Су слегка улыбнулся, наблюдая за ним.

- Эм, у меня есть вопрос.

- Конечно, спрашивай.

- Почему вы вдруг изменились?

- Что?

- Просто… Так было в больнице, и когда я приходил сюда, вы выгоняли и вели себя так, будто больше никогда меня не увидите, а через несколько часов прислали сообщение, в котором извинились и пригласили пообедать.

Хоть ему и было приятно получить сообщение, когда он находился с Сон Хоном, но всё-таки это немного настораживало.

Ын Су мог понять его пренебрежительное поведение по отношению к нему. Это было вовсе не странно, ведь он попал в аварию, очнулся и заметил, что мир совершенно изменился, а потом какой-то вонючий омега говорит тебе, что он твой любовник и носит в животе твоего ребёнка.

Кроме того, Сон Хон рассказал о прошлом До Квона. Однако он не совсем понимал такой внезапной перемены и неожиданной доброты. Возможно, он боялся чувства сожаления, которое испытает, когда вернёт себе память.

Но тридцатилетний До Квон, которого я видел до сих пор, не был похож на человека, который бы боялся таких тривиальных вещей. Он скорее скажет: «Плевать на то, что случится в будущем, ты — омега, отвали от меня».

-…

Рот До Квона сомкнулся в одну линию. Ын Су взглянул на него и не понимал, в чём дело и почему он молчит. Такая реакция заставила его нервничать. Не может же быть так, что ему угрожала Мён Хи, говоря: «Если ты не будешь милым с Ын Су, тебя выгонят из компании», или он притворялся милым, потому что беспокоился о мнении общества.

При этой мысли он почувствовал ужас. Что, если До Квона заставили быть рядом с ним, хотя он безразличен к нему? Он может по-прежнему считать его запах отвратительным и ненавидеть омег.

Ын Су выпрямился и сел на диван, тем временем До Квон внезапно вскочил на ноги.

- Подожди минутку.

С этими словами он скрылся в спальне. Пока он удалялся на своих длинных ногах, Ын Су в замешательстве смотрел ему вслед. Однако много времени не прошло, как он вернулся обратно, держа в руке маленькую коробочку. Она была размером с ладонь, белая и перевязана светло-голубой ленточкой. Похоже, это был какой-то подарок.

С чего вдруг?

Однако Ын Су покачал головой, чтобы выкинуть лишние мысли, тем временем До Квон, присев на корточки перед диваном, положил коробочку на его колени. Коробочка была плотно закрыта пластиковой крышкой, поэтому было невозможно разглядеть, что находится внутри.

-…

Ын Су напряжённо вздохнул и проверил содержимое. Внутри коробки лежали ботиночки. Это были маленькие детские ботиночки с палец Ын Су. Они были белыми и пушистыми, без каких-либо украшений, отчего были похожи на облачко. Создавалось ощущение, что если к ним прикоснуться, то они растают, как сахарная вата, или разлетелись бы от дуновения лёгкого ветерка.

Ын Су не мог оторвать взгляд от ботиночек, поэтому До Квон, заметив эту реакцию, спросил.

- Красивые, да?

- Да, они такие красивые…

Не найдя в себе решимости прикоснуться к ним, Ын Су мягко поглаживал коробочку большим пальцем. Он не мог поверить в то, что нога ребёнка способна вместиться в такой маленький ботиночек. Насколько же маленькими бывают малыши? В своей жизни, которая состояла в основном из работы и дома, он обычно редко имел дела с новорождёнными, поэтому ему было сложно представить, каких размеров они бывают и как выглядят.

- Я нашёл это в своей гардеробной.

- В гардеробной?

- В гардеробной было полно погремушек, игрушек, одежды и прочего. У меня целая комната посвящена детским вещам.

- …

- Судя по твоему выражению лица, ты тоже об этом не знал.

Ын Су кивнул. Он подозревал, что с тех пор, как До Квон начал приносить специальные пищевые добавки, он невольно вживался в роль будущего папы, однако это было совсем неожиданно, что он уже успел купить игрушки и одежду для будущего ребёнка.

Ын Су с лёгкой улыбкой посмотрел на ботиночки, а До Квон нежно положил руку ему на низ живота.

- Полагаю, это всё принадлежит здешнему ребёнку.

-…

-Каким бы хладнокровным я ни был, я никак не смогу смотреть на это и ничего не чувствовать.

-…

-Поэтому я решил, что должен извиниться за своё поведение и отправил то сообщение.

Ын Су понимающе кивнул.

Некоторое время они смотрели на детские ботиночки, не говоря ни слова. Ын Су чувствовал прилив эмоций, которых не испытывал никогда в жизни. Сердце колотилось в бешеном ритме, в горле встал ком, а глаза слегка защипало, и начали слезиться.

Это было похоже на отцовскую любовь, которую он не ощущал прежде. Ын Су, который некоторое время рассматривал ботиночки, тихо произнёс.

-В выходные…

-М?

-Хотите пойти со мной к гинекологу?

-…

Глаза До Квона расширились на его просьбе, он поджал губы и молчал. Расценив это как отказ, Ын Су быстро опустил глаза и пробормотал тихо.

-Нет, вам необязательно идти со мной. Я закончил приём ингибиторов и хочу узнать, хорошо ли всё с ребёнком…

-…

-Просто… когда идут к гинекологу… обычно все приходят с кем-то…

Ын Су царапнул ногтями угол коробки, отчего-то он чувствовал себя несколько жалко, словно он обратился с бесстыдной просьбой. Нет-нет. Разве это не то, что он должен делать, как отец? В его обязанности входит не только покупать лекарства и одежду. Ын Су закусил внутреннюю часть щеки и принял строгое выражение лица.

-Хорошо, - До Квон кивнул.

От его положительного ответа, плечи Ын Су наконец смогли расслабиться. До Квон нежно обхватил руку Ын Су, которая держала коробочку с ботинками.

-Что мне следует сделать? Я впервые иду к гинекологу.

-Эм… н-нет, я и сам там был несколько раз.

До Квон слегка посмеялся с неопределённого ответа Ын Су. Хоть он и помнит больше, чем я, но был таким же неуклюжим отцом, который находился только на третьем триместре беременности.

Они посмеялись с собственной нелепости, а потом Ын Су взял в руки ботиночки и сказал: «Могу я забрать себе это?».

-Конечно, - До Квон ответил без колебаний, одна из бровей Ын Су взлетела вверх.

-Что? Так просто?

-У меня есть около десяти похожих на эти.

-Ого!

Ын Су издал глупый возглас. Он не знал, что их около десяти, потому что думал, что у него есть всего одна пара ботиночек, одна погремушка и один комплект одежды, и всё. Однако прежний господин До Квон позаботился об этом слишком усердно и купил около десяти таких ботиночек. Было вполне ожидаемо, что он пойдёт в детский магазин и купит все виды, все цвета, но никто не предполагал, что так и случится.

Однажды он для меня купил любые виды макарунов, пончиков, пирожных и тортов, и все они были вкусными. Было и такое, что он купил восемьдесят макарунов, что пришлось делиться со всеми сотрудниками 14 этажа.

Ын Су мельком взглянул на часы и увидел, что стрелки часов уже давно перевалили за 10 часов. Время настолько пролетело незаметно, что это привело его в ужас. Они успели только поужинать и посмотреть фильм, но уже было позднее время.

Ын Су взял коробочку и встал с дивана.

-Мне пора домой, уже 10 часов.

-Уже?

-Да, если я уйду сейчас, то приду домой только в 11.

Ын Су нахмурил брови, от одной мысли, что ему придётся ехать через весь Сеул на метро. И всё же он должен был идти, чтобы привести себя в порядок и лечь спать. Это самые обычные рутинные задачи каждого офисного работника.

Накинув куртку, Ын Су стал обыскивать дом До Квона, чтобы найти бумажный пакет. В него он положил еду, чтобы можно было её съесть на завтрак и детскую обувь. До Квон следовал за ним, чтобы помочь.

-Возьми и это.

До Квон попытался положить в его пакет суп из говядины и морских водорослей, на что Ын Су нахмурился и попытался выхватить пакет.

- Лучше не надо, будет тяжело нести.

- А что тут такого тяжёлого?

- Нет, я имею в виду, что если взять его в руки, он лёгкий, но если я буду держать его в руках в течение часа, то это доставит мне неудобства в метро.

- Тогда почему мне…

Он уже хотел сказать: «пойти с тобой», но потом вдруг понял, что это будет звучать не слишком тактично. На самом деле, когда Ын Су сообщил о том, что собирается ехать домой, он задался вопросом: «Зачем?».

Он помнил, что Ын Су до сих пор не может ездить на машине, да и в метро передвигаться неудобно. Какой тогда смысл уезжать отсюда, когда его работа находится в 15 минутах ходьбы, да и ошиваться по улице в столь поздний час? Он мог бы переночевать здесь. Однако он не смог выплюнуть эти слова, потому что было как-то неудобно, что ли...

- Что? – спросил Ын Су.

- Ничего, - До Квон отстранился, сделав шаг назад.

Сначала Ын Су на него посмотрел пристальным взглядом, а затем быстрыми шагами направился к входной двери. До Квон следовал за ним с несколько угрюмым выражением лица.

- Тогда увидимся на выходных, - Ын Су надел кроссовки и повернулся, чтобы выйти из квартиры, однако тут же был схвачен за локоть.

- Завтра…

- А?

- Разве мы не встретимся завтра? Я же сказал, что завтра вечером мы ужинаем у меня.

Ын Су замер и вспомнил, что когда они целовались, то До Квон действительно предлагал нечто подобное, только вот из-за действия феромонов он согласился.

На самом деле он волновался, всё ли будет в порядке, если они встретятся завтра и в выходные дни? Ведь их встречи уже становятся практически ежедневными. Ын Су почесал щёку указательным пальцем и взглянул на До Квона.

На его красивом лице не было никаких признаков болезненности, да и к тому же за всё время, пока они были вместе, он не жаловался на головную боль. Они даже целовались сегодня, и всё было в порядке.

Ын Су слегка кивнул.

- Хорошо, завтра я приду сюда после работы, и завтра вечером мы сможем поесть суп из морских водорослей.

- Это замечательно.

До Квон удовлетворённо улыбнулся и отпустил его руку, на что Ын Су также улыбнулся в ответ, открыв входную дверь, он вышел из квартиры.

- До встречи, господин До Квон. Спокойной ночи.

- И тебе, Ын Су, спокойной ночи.

Глава 15

Когда дверь захлопнулась, звук закрывающегося замка эхом разнёсся по фойе.

До Квон прислушивался к шагам Ын Су за дверью. Вскоре тихий звук известил о прибытии лифта, после он услышал, как открываются и закрываются двери лифта.

К этому времени феромоны Ын Су уже начали рассеиваться в воздухе. До Квон крепко сжал кулаки.

Мне нужен был предлог.

Предлог, чтобы отвезти Ын Су домой, не создавая при этом неудобства.

Или нужно было предложить переночевать у меня в доме, рядом со мной.

До Квон ещё долго стоял в дверях, анализируя ситуацию.

* * *

Ын Су и До Квон встретились перед клиникой акушерства и гинекологии, той самой, которую Ын Су уже однажды посещал.

- Неужели нам нужно сюда? В Сеуле так много клиник.

До Квон скривил недовольную гримасу, потому что ему не нравился вид обшарпанного здания.

На то у него были свои веские причины. Клиника акушерства и гинекологии находилась на втором этаже ветхого пятиэтажного здания, здесь был узкий лифт, в котором пахло затхлостью, и маленькая аптека, где висела оборванная вывеска.

Однако внутри было чисто, окна вымыты, а само помещение было довольно просторным, со всем необходимым, включая процедурный кабинет, родильные и больничные палаты. Самое приятное, что клиника располагалась недалеко от дома Ын Су.

Ему это нравилось, что ему не пришлось бы брать такси, так как приступы до сих пор его мучают, да и не приходилось ехать на метро, ведь до неё можно было дойти пешком.

- Мне нравится доктор, - сказал Ын Су, взяв До Квона за руку.

- А разве высокооплачиваемый гинеколог не лучше? – ответил До Квон.

- Но мне здесь нравится.

Ын Су отдёрнул руку До Квона, словно попросил больше не спорить с ним. Было приятно, что врач, похожий на робота, не задавал лишних вопросов. Было сразу понятно, что он уже привык к таким ситуациям и выполнял свою работу должным образом.

Благодаря этому время лечения было коротким, и было легко спросить то, что я хотел спросить, и скрыть то, что я хотел скрыть.

Выражение лица До Квона стало немного более мрачным после того, как он поднялся на лифте и вошел в отделение акушерства и гинекологии. Мне было не очень приятно, что в таком месте родится его ребёнок, ведь даже если он золотом покроет это место, то картина не улучшится.

Независимо от того, как считал До Квон, Ын Су уже закончил регистрацию и сел на диван, что располагался в углу, а затем похлопал по сиденью рядом с собой, приглашая До Квона тоже присесть. Альфа неохотно опустился рядом с ним.

В больнице было достаточно многолюдно, но места было достаточно, чтобы найти место, куда можно было присесть.

Ын Су внимательно разглядывал людей. Было мало тех, у кого был такой же живот, как и у него, ведь по большей части было тех, у кого животы были уже круглые. Даже несмотря на то, что на них была мешковатая одежда, животы всё равно было видно.

Если честно, то он не мог представить себя, как будет в будущем ходить с таким животом. Он будет похож на воздушный шарик, который может лопнуть, если его вдруг неправильно тронешь.

О беременности и родах он узнал ещё в школе, но видеть всё это вблизи было непривычно и странно.

Ын Су погладил свой живот с озадаченным выражением лица. Его посетила мысль, что через несколько месяцев у него будет такой же большой живот. Интересно, сможет ли он и дальше работать в компании? Он вспомнил руководителя другой команды, которая тоже была беременна и выносила ребёнка до полного срока, работая в команде.

Ын Су, который на некоторое время погрузился в раздумья, вдруг вспомнил о том, что он находился рядом с До Квоном, и посмотрел на него. Это был третий визит Ын Су, но первый для До Квона, наверное, он тоже себя странно чувствует.

Как и ожидалось, он пристально смотрел на беременную женщину, сидящую на сиденье перед ним. Это был суровый взгляд. Он, не отрываясь, смотрел на её круглый живот, и Ынсу, косвенно почувствовавшая его взгляд, пожала плечами.

Как и ожидалось, беременная женщина в ответ посмотрела на До Квона взглядом, говорящим: «Что за ублюдок?».

Ын Су потянул его за руку, чтобы привлечь его внимание на себя. Ын Су молча отругал его и сморщил нос. До Квон вскинул подбородок, словно спрашивая, что это значит. Тем временем Ын Су просто покачал головой и неловко улыбнулся, глядя на беременную женщину.

- Извините.

- О, нет. Все так на меня смотрят.

Беременная женщина, слабо улыбаясь, махнула рукой. Ын Су неоднократно извинялся, добавляя, что есть еще много вещей, которым им предстоит научиться. И когда разговор уже подходил к концу, беременная женщина обернулась и серьёзно посмотрела на Ын Су и До Квона.

- Кто из вас беременный, или вы оба опекуны?

- О, я…

Ын Су поднял руку, как ученик начальной школы, которого вызвал учитель. Тем временем беременная женщина быстро моргнула.

- Боже… Вы омега?

- Да.

- Ранний срок?

- Да, я на третьем месяце.

- Ого, это самое неспокойное время, и ваш муж пошёл с вами?

Беременная женщина посмотрела на До Квона тёплым взглядом. В этот момент До Квон, который совсем недавно был «ублюдоком», в одно мгновенье превратился в любящего мужа.

- Мой муж больше не ходит со мной.

Она сказала это достаточно серьёзно. Ын Су расширил глаза от шока.

- П-почему он не приходит с вами?

- Он потерял срок. Девять месяцев – это большой срок, и то волнение, которое было, когда я только забеременела, со временем прошло.

- Ох…

- Ваш муж должен продолжать приходить с вами, особенно к гинекологу. Когда я нахожусь здесь в приёмной, меня посещают самые разные мысли.

- Какие?

- Обычные. Родится ли ребёнок здоровым, будут ли у него все пальчики на руках или ногах, смогу ли я родить и хорошо его воспитать, и тому подобное. Я думаю о многом, и из-за этих мыслей часто чувствую себя не очень хорошо.

- Ах…

- К тому же, когда ты беременный, твои гормоны постоянно бушуют. В один день ты можешь быть угрюмым, в другой день обижаешься и впадаешь в депрессию из-за пустяков. Бывают моменты, когда смотришь на обычный листопад, а у тебя от этого зрелища слёзы наворачиваются.

Беременная женщина сделала жест рукой, как будто вытирала слёзы. Брови Ын Су и До Квона слегка приподнялись, они внимательно слушали её рассказ.

Женщина, поглаживая свой круглый живот, продолжила говорить.

- Но когда живот вырастает, становиться трудно передвигаться, иногда живот сводит, спина болит, а бывает и такое, что трудно заснуть. От этого я впадаю в ещё большую депрессию. А мой ублюдок муж храпит рядом. Боюсь, что такими темпами я разведусь раньше, чем зарегистрирую роды.

Продолжая говорить, она выдохнула и откинулась на спинку дивана, проверяя свой круглый живот на предмет дискомфорта, а затем настороженно посмотрела на До Квона.

- Поэтому будь всегда внимателен к нему. Если ты что-то сделаешь не так, то это навсегда останется в его сердце.

До Квон и Ын Су кивнули в унисон. Беременная женщина улыбнулась милой паре.

- Мама Сон Миён, пожалуйста, пройдите в смотровую.

Медсестра позвала беременную женщину, на что та энергично крикнула: «Да».

- Я пошла, до встречи.

Женщина поднялась с места и ушла. Ын Су и До Квон остались в тишине, наблюдая, как она удаляется.

В тот момент, когда она скрылась в смотровой комнате, До Квон накрыл руку Ын Су и сжал её.

- Я пойду с тобой в следующий раз, нет, я буду приходить с тобой все девять месяцев.

- Да, думаю, так и будет.

Ын Су легонько рассмеялся, глядя на До Квона, который выглядел как рядовой с полной военной дисциплиной. На самом деле он совсем не волновался, ведь очень хорошо знал своего альфу, который не перестанет заботиться даже после появления ребёнка на свет.

До Квон не знал, как разрядить эту застывшую атмосферу, поэтому, подумав над чем-то, он тихо сказал:

- И… Я обычно не храплю.

Ын Су разразился хохотом, однако, вспомнив о том, что находился сейчас в больнице, успокоился и тихонько прошептал До Квону:

- Я знаю.

Он не врал, они столько раз спали вместе, поэтому знал все его привычки во время сна.

Спустя время врач позвал в свой кабинет, сказав, что сегодня они будут делать УЗИ. Ын Су занервничал, потому что это будет первый осмотр такого плана.

Лежа на кушетке, Ын Су нервно кусал губы. Некоторое время пальцы ног то сгибались, то выгибались, а пальцы рук дрожали и царапали простыни. Он не мог усидеть на месте.

Это всего лишь был осмотр, но он нервничал и боялся так, будто находился в операционной.

До Квон, стоявший рядом с кушеткой, уставился на обеспокоенного Ын Су. Затем он спросил у врача, который готовился проводить осмотр:

- Это больно?

- Что? УЗИ?

Доктор ответил несколько с недоумённым лицом. Ведь это было впервые, когда ему задают подобный вопрос.

- Нет, не больно.

Ын Су ответил вместо доктора. Он не знал, почему, но когда отвечал на этот вопрос, он слегка смутился.

- Пожалуйста, поднимите одежду, - сказал доктор.

Ын Су задрал одежду, в какой-то степени он испытал облегчение от того, что на нём сегодня было худи, а не рубашка.

- Я намажу гелем, он слегка холодный.

Прежде чем Ын Су успел что-либо ответить, доктор намазал гель. От неожиданности омега вскрикнул и сжал руку До Квона. Тем временем ошеломлённый До Квон сжал его руку в ответ и уставился на доктора глазами, полными гнева.

Однако врач проигнорировал вспышку гнева До Квона, а просто продолжил свою работу. Нанеся гель, он надавил специальным устройством на живот, что было немного неприятно.

Затем на мониторе стали появляться странные фигуры. Ын Су не мог разобрать, что из этого был плод, а что матка.

Ын Су и До Квон прищурились, пытаясь разглядеть ребёнка. Затем доктор постучал пальцем по маленькой точке на мониторе.

- Это плод.

Ын Су и До Квон одновременно повернули головы в недоумении. Доктор указал на точку размером с большой палец, даже если это был плод, то по идее оно должно иметь человекоподобную форму. Но они лишь видели нечто похожее на огурец.

Доктор, который уже не впервые сталкивался с подобной реакцией будущих родителей, спокойным голосом стал объяснять, что из этого голова, что руки, а что ноги.

- Он очень…

- Он очень маленький, да?

- Да… - Ын Су кивнул, а доктор продолжал объяснять, как робот.

- Это нормально, что на таком сроке он маленький. Скорость роста плода, которого вынашивает омега, обычно медленнее, чем у обычных людей. Они развиваются таким образом, чтобы на первых стадиях обойти риск выкидыша. Вместо этого он начинает расти очень быстрыми темпами, начиная с пятого месяца.

-…

- Вот тогда-то и начнётся нагрузка на организм: живот будет болеть, мышцы тянуть, тело отекать, и феромоны будут выделяться неравномерно, ну и живот будет расти позже, чем у обычной беременной женщины. Поэтому, когда он начнёт расти, тогда и забот прибавиться.

Ын Су слушал с внимательным лицом, будто пытался запомнить все мельчайшие детали. Он уже читал кое-какую информацию в интернете, однако слушать вживую от врача было куда убедительнее. Всё стало намного понятнее, поэтому он внезапно почувствовал зарождающееся чувство ответственности.

В любом случае, это было потрясающее чувство.

- Альфа-феромоны также важны. Омега-феромоны будут становиться более неустойчивыми, поэтому регулярно поддерживайте его и держитесь рядом с ним. Альфа-феромоны дают омеге чувство безопасности и помогают справиться с перепадами настроения. Они также могут предотвратить депрессию.

Врач говорил это, не отрывая взгляд от монитора, однако складывалось ощущение, что он явно обращался к До Квону, поэтому альфа быстро кивнул, как будто понимал.

Доктор говорил, не отрывая взгляда от монитора. Он не смотрел на Доквона, но явно обращался к нему. Доквон быстро кивнул, как будто понял.

Доктор не стал проверять, слушают его или нет, а просто сказал то, что хотел сказать. К счастью, его объяснения звучали медленно. Если бы он говорил быстрее, то его было бы сложно понять.

- Поскольку срок беременности составляет девять недель, мы можем провести сканирование на пороки развития, так что я присоединюсь к вам.

Услышав слова доктора, Ын Су вскочил.

- П-пороки развития? Почему? С ним что-то не так?

Глаза доктора расширились, он был поражён такой реакцией. Наверное, это была самая сильная реакция за всё время его работы в больнице.

- Ох, не вставайте, мы просто проверим, всё ли в порядке.

- Ах…

Ын Су неловко улыбнулся и лёг обратно.

- Результаты тестирования будут готовы к следующему визиту. Сейчас вы сможете узнать первичный пол, а в пять месяцев сможете узнать вторичный – альфа или омега. Хотите знать пол?

Услышав эти слова, Ын Су посмотрел на До Квона. Пол. Он никогда не задумывался над этим вопросом, поэтому слегка странно себя чувствовал. В нём зародилось ещё одно чувство, которого он не испытывал ни разу в своей жизни, глядя на пятнышко, похожее на огурец. Он вдруг осознал для себя, что в его животе росла ещё одна жизнь.

До Квон тоже посмотрел на Ын Су и на мгновение задержал свой взгляд на нём.

- Да, давайте, - ответил он, сжав руку Ын Су.

- Это девочка.

Доктор сказал это так сухо, будто читал меню обеда. Нет, даже если бы Ын Су читал меню обеда, то это не звучало бы так бесчувственно.

Несмотря на это, До Квон и Ын Су были тронуты этим. Дочь. Один единственный слог глубоко засел в их сердцах. Ын Су почувствовал, как его ладони покалывали, а по позвоночнику пробежали мурашки. Вдобавок к этому у него задрожали руки.

Дочь. Дочь. Ын Су, осознавая, что вынашивает девочку, горел желанием топнуть ногой. Он не был так счастлив, когда узнал о своей беременности. Но в этот краткий миг был на седьмом небе от счастья.

Он представил себе момент, когда совсем в недалёком будущем девочка сладким голосом обратится к нему «папа». Всё, что он знал, это то, что в нём сейчас находится комок, похожий на огурец. Он не знал, как она будет выглядеть, не знал её голоса, однако это не мешало фантазировать о будущем, что вызывало трепет на сердце.

Ын Су широко улыбнулся, тем временем До Квон нежно погладил его по волосам.

«Дочь. Когда я представлял себе ребёнка, то почему-то думал о мальчике. На это не было особой причины, потому что мы с Ын Су оба были мужчинами. Но поскольку это была девочка, я был одновременно смущён и взволнован. Наверное, она будет такой же красивой, как и Ын Су. По крайней мере, она должна самой прекрасной на всём свете. Пусть у неё будет всё, пусть она делает всё, что захочет, пусть с этого момента она будет видеть только красивые вещи и будет жить только в хороших местах».

До Квон поклялся самому себе, поджав губы.

Доктор посмотрел на них обоих и стал возиться с кнопкой увеличения звука.

- Не хотите послушать её сердце?

-Да!

-Да.

Ын Су и До Квон ответили одновременно.

У Ын Су взяли кровь, измерили давление и взяли другие анализы. После долгого пребывания в больнице он чувствовал усталость и голод одновременно. Ын Су погладил живот и пробормотал: «Я голоден», тем временем доктор, листавший его карту, поджал губы.

-Ешьте побольше, скоро начнёте чувствовать по утрам токсикоз.

-Токсикоз?

-Да, вы не сможете есть, то, что раньше ели хорошо и вас будет тошнить даже от того, что сидите на месте спокойно.

-Это правда? Обычно я ведь хорошо питаюсь.

-А вы пьёте алкоголь?

Ын Су вздрогнул от неожиданного вопроса. Алкоголь? Как он мог пить алкоголь, если даже не пил кофе? Ын Су покачал головой.

-Нет, конечно, нет! Я даже кофе не пью.

-Нет, не сейчас, до беременности.

-Ах, до беременности… но я пил его нерегулярно.

-Чувствовали когда-нибудь похмелье? Тошнота, першение в горле, тяжесть, жажда, которую не утолить водой.

-Да.

-В таком случае…

-М?

-Токсикоз в два или три раза хуже, чем похмелье. Это состояние может длиться всё утро или всю ночь.

Ох… Ын Су вздохнул с небольшим разочарование. Как бы ни была хороша его пищеварительная система, у него всегда отсутствовал аппетита, когда страдал от похмелья. Ын Су поцарапал колено, но тут вдруг До Квон задал вопрос.

-Тогда что нужно делать?

-Вы должны заставлять себя есть. Пробуйте разные блюда и смотрите, что вам больше нравится. Во время беременности вкусы меняются, и вы можете обнаружить, что вам нравится то, что вы обычно не ели.

-…

-И, конечно, вам нужно следить за питанием и здоровьем, - сказал доктор, щёлкая мышкой. Затем он приподнял очки и спросил Ын Су.

-Вы хотите, чтобы я прописал вам препарат для подавления феромонов?

-Да, пропишите те, что я принимал в прошлый раз.

-Вы ведь не принимаете слишком много?

-Я принимаю только три раза в день.

-Хорошо.

Врач слегка покачал головой, тем временем До Квон нахмурил брови от этого разговора.

-А разве я не должен принимать много ингибиторов?

-Конечно, нет.

-Почему?

-…

Вместо ответа доктор уставился на До Квона. Его глаза были холодными и пронзительными. До Квон погладил свой подбородок, но доктор всего лишь несколько раз клацнул мышкой и улыбнулся своей фирменной улыбкой.

Глава 16

- Мы закончили, вы можете пойти и получить лекарства, а ваш опекун остаться ненадолго.

- Что?

Одновременно спросили До Квон и Ын Су. Доктор сложил руки на столе, по его лицу было непонятно, что он хотел сказать.

- Мне нужно с вами поговорить.

- О чём?

- Поскольку это клиника акушерства и гинекологии, то это связано с беременностью, верно? Это не займёт больше пяти минут.

- А как же я?

Спросил Ын Су. Это же он был беременный, почему он должен уходить? Он был озадачен и расстроен.

Однако доктор был непреклонен.

- С тобой всё в порядке, Ын Су. Можешь идти.

В итоге Ын Су пришлось покинуть палату, чувствуя себя так, будто его выгнали.

Ын Су получил у медсестры ультразвуковое изображение и ингибиторы в аптеке, что находилась внизу. Пока он это делал, появился До Квон ровно через 5 минут, как и было обещано. Он взял из рук упаковку с таблетками.

- Что сказал доктор?

Пытливо спрашивал Ын Су. Что он сказал? Неужели он сказал, что с моим телом что-то не так? Обычно, когда сталкиваешься с какими-то серьёзными заболеваниями, то всегда первым рассказывают опекуну.

- Меня отругали, - До Квон протянул фармацевту свою карточку.

- Что? – глаза Ын Су расшились от неожиданного ответа.

- Он спросил, не говорил ли я что-то негативное о феромонах Ын Су.

- …

- И сказал, как я посмел говорить нечто подобное беременной омеге, находящейся на ранних сроках.

До Квон с досадой рассказывал, как его отругали в кабинете доктора.

После небольшой паузы Ын Су захихикал, как ребёнок. Он никогда не думал, что доктор сможет сделать что-то подобное, ведь был похож на робота. Но когда он впервые пришёл к нему, он спрашивал, не беспокоит ли его муж. Оказывается, он был наблюдательным и хорошим.

Получив карточку и квитанцию, До Квон положил их в бумажник и спросил.

- Ты сказал доктору, что мне не нравятся твои феромоны?

- Да, вы говорили это, когда ещё находились в больнице.

- …

- Вы просто закрывали нос и смотрели на меня с такой гримасой, будто от меня пахнет пищевыми отходами или мусором.

Ын Су подражал До Квону, закрывая руками нос и хмурясь. Тем временем До Квон сжимал и разжимал руку, в которой держал пакет с лекарствами, от такой силы пакет шуршал.

- Мне жаль, просто в тот момент… В тот момент Ын Су был для меня незнакомой омегой…

- Да, я понимаю Вас. Если бы я очнулся из комы, потеряв воспоминания за четыре года, а тут вдруг появляется большой доминантный альфа, как Вы, говоря: «Очнись, я твой муж, и ты носишь моего ребёнка», я бы отреагировал точно так же.

Ын Су говорил это низким и резким голосом, отчего До Квон тихо посмеялся. Ын Су взглянул на До Квона и сказал.

- Кстати, я же говорил, что он хороший доктор?

- А?

- Он отвёл вас в сторону, чтобы отругать, значит, он действительно хороший доктор. Кто может сказать что-то плохое о таком человеке, как вы? – сказал Ын Су, тем временем альфа нежно погладил его по затылку.

- Да, кажется, он хороший доктор.

«Иногда я начинаю понимать себя, почему прошлый «я» любил его. И почему мои родители так заботились о нём. Он милый, веселый, с хорошим характером, к тому же ещё и хороший работник. Был момент, что у меня в голове возникла мысль, что, наверное, к лучшему, что это был именно Ын Су, и что именно он вынашивал моего ребёнка».

В этот момент Ын Су резко дёрнул До Квона за рукав.

- Господин До Квон.

- Да?

- Купите мне это.

Он указал на витаминное желе, которые были упакованы, как жевательная резинка. Недолго раздумывая, До Квон достал всю коробку и протянул фармацевту.

Ошеломлённый Ын Су шлёпнул его по предплечью, чтобы остановить.

- Достаточно одной.

- Возможно, тебе захочется съесть ещё одну на ужин или даже завтра…

- Нет, ошибаетесь.

Ын Су выхватил коробку из рук До Квона и положил её обратно, затем взял две штучки и протянул фармацевту. Добродушный аптекарь улыбнулся и пробил товар.

До Квон протянул карточку фармацевту и повернулся к Ын Су.

- Насчёт ингибиторов…

- А?

- Не принимай их, когда ты со мной.

- Что?

- Я не знал, что они вредят беременности. Прости, я должен был лучше изучить этот вопрос, я был невнимательным.

-…

Ын Су сжал челюсти и уставился на До Квона влажными глазами. Он всегда так ненавидел его запах, но теперь он извинился и предложил больше не принимать их.

Ын Су был рад таким переменам. Казалось, До Квон мало-помалу возвращается к прежнему образу жизни.

- Хорошо, я не буду есть, - улыбнулся Ын Су, на что До Квон улыбнулся в ответ.

Выйдя из аптеки, они встали на пешеходном переходе перед зданием. Они слышали, что неподалёку находится знаменитый ресторан, где готовят пульпоги, и планировали пойти туда. Место было идеальным, так как находилось в нескольких минутах ходьбы, и если им понравится еда, то они будут заходить туда каждый раз, когда настанет очередь приехать в клинику.

До Квон начал открывать своими руками витаминное желе, а затем поднёс открытое желе ко рту Ын Су. Омега с удовольствием проглотил его.

Кисло-сладкий вкус наполнил его рот. Давненько он не пробовал ничего такого жевательного и кисленького. Когда он был маленьким, и мать тащила его за руку в больницу, он обычно мог съесть таких две или три штучки.

Ын Су жадно ел желе, но когда рот опустел, До Квон открыл ещё одну. Ын Су проглотил его и счастливо улыбнулся.

До Квон посмотрел на Ын Су с нежной улыбкой. Легкий весенний ветерок трепал волосы омеги, аккуратно взъерошивая их. Его ресницы, длинные и объёмные ресницы, слегка трепетали. Круглые глаза, аккуратный нос и пухлые губы, которые двигались в замедленном темпе.

Каждая вещь в нём была такой удивительно прекрасной. Он не знал, почему ему так нравилось наблюдать за ним, пока он поедал желе. Четыре года, которые он забыл, тоже были частью его жизни, поэтому неудивительно, что он влюбился в Ын Су. Сейчас даже стало понятно, почему он, ухаживая за ним, постоянно покупал всякие сладости.

До Квон опустил руку, чтобы взять за руку Ын Су. Теперь, когда они были вместе, ему хотелось прикасаться к любой части его тела. Будь это рука, плечи или губы.

Но в этот момент светофор поменял цвет. Красный значок сменился зелёным.

Ын Су, не раздумывая, шагнул вперед. До Квон последовал за ним с чувством сожаления. Что ж, сегодняшний день был его последним шансом, чтобы побыть с ним весь день.

- Они ведь готовят не только пульпоги? – спросил Ын Су.

- А что? Может, ты хочешь съесть что-то ещё?

- Ну, холодную лапшу, манду и всякое такое. Неплохо было бы поесть рагу из соевой пасты. Или же суп с вермишелью…

При мысли о мягком мясе у Ын Су потекли слюнки. Сладость блюда ещё больше усилила его тягу к корейской еде. Сегодня он сможет съесть две порции.

- Может, позвоним им? Если не будет, то можем сходить куда-нибудь ещё?

Серьёзно спросил До Квон, на что Ын Су разразился смехом. Он уже собирался ответить: «Нет, мы просто съедим всё, что будем, и заправим это всё десертом».

Вжж!

Звук скрежета шин пронзил барабанные перепонки Ын Су. Он рассеянно повернул голову на звук. К ним приближался белый седан, виляя по дороге. Кузов машины раскачивался из стороны в сторону, и это было очень странное зрелище.

Ын Су напрягся. Мигающие фары обожгли его сетчатку глаза, а затем зрение прояснилось. Месяц назад Ын Су сидел в машине До Квона по дороге в клинику.

Весна только началась, погода была прохладной, но солнечной.

«-Ребёнок».

«-М?»

«-Надеюсь, он будет похожим на господина До Квона».

«-Мне не нравится эта идея. Он должен быть похож на тебя. Не думаю, что смогу любить его, если он будет похож на меня».

«-Он будет таким же красивым, как и вы».

«-Ты слишком хорошего мнения обо мне».

Голос До Квона был приятным.

«-Ын Су».

«-Да?»

«-Мы…»

«-Да?»

«-Может, поженимся?»

Робко прозвучавшее предложение осчастливило меня. Резкий звук автомобильной аварии и грузовик, въехавший в нас.

«-Ын Су».

«-Господин До Квон».

Наши взгляды встретились на долю секунды, а затем раздался неимоверный рёв. Боль, сотрясшая мое тело, ремень безопасности, сдавивший плечи, и красная, горячая кровь, залившая моё лицо.

Дыхание Ын Су остановилось, его тело начало содрогаться. В ушах зазвучал гудок, и он не мог понять, был ли он реален. Он просто стоял, ошеломлённый, глядя на мчащийся к ним седан.

В этот момент кто-то резко схватил меня за запястье, а тело погрузилось в чужие объятья. Это были знакомые объятия: теплые, широкие и полные феромонов.

Ын Су сделал глубокий вдох, машина резко вильнула в сторону. Это было совсем маленькое расстояние, а затем с громким звуком машина врезалась в светофор.

Ын Су, ссутулившись, рухнул и расфокусированным взглядом смотрел на машину, из которой валил дым. В этот момент кто-то осторожно потряс его за плечо.

- Ын Су.

Голос был совсем близко. Он чувствовал дыхание его обладателя, но оно звучало так отдаленно и приглушенно, словно он находился в бездонном колодце.

- Ын Су, посмотри на меня.

Голос снова отозвал его, но разум Ын Су, опустившийся на дно бедно, отказывался подниматься. Он смотрел на разбитую машину, словно зачарованный.

Затем огромная рука схватила его за обе щеки и повернула голову в другую сторону.

-Ын Су.

Взгляд Ын Су метнулся к обладателю голоса.

-Господин До Квон?

-Ты в порядке?

-Ах… Господин До Квон, вы в порядке, вы не ранены?

Ын Су провёл дрожащими руками по лицу и предплечьям До Квона. Ему нужно было убедиться, что у него нет крови, что он не был ранен, что он не повредил голову.

До Квон снял пальто и накинул его на плечи Ын Су. Он проверил каждый сантиметр его тела.

-Я в порядке, а ты, Ын Су? Ты в порядке? С ребёнком всё хорошо?

-Ах, ребёнок…

Ын Су быстро обхватил руками живот. Он глубоко вздохнул и сосредоточился на своём животе, который не чувствовал особой боли, только лёгкое тянущее ощущение, когда мышцы по всему телу напряглись.

-Кажется, я в порядке…

Заикался Ын Су, на что До Квон с беспокойством взъерошил его чёлку.

-Почему ты так сильно потеешь?

-Это напомнило мне о несчастном случае, который произошёл. Думаю, вы сильно удивились.

Ын Су глубоко вздохнул и медленно выдохнул. До Квон похлопал его по спине и помог сойти с дороги. Он посмотрел на машину, сбившую двух человек.

Водитель вышел из машины. Было очень странно, что у мужчины, которому на вид было около тридцати лет, после сильного столкновения было красное лицо, и его взгляд устремился вверх к небу, а затем опустился на землю. И он пошатывался… Это было явно ненормальное состояние.

До Квон стиснул зубы. Он подошел к водителю широкими шагами. Его большая тень закрывала половину пухлого тела водителя. Водитель посмотрел на До Квона затуманенными глазами.

В то же мгновение До Квон отвёл одно плечо назад, вытянул руку из-за спины и ударил по лицу кулаком водителя.

-Угх!

Водитель даже не смог закричать. Он застыл, словно замороженный, его глаза закатились, и он упал назад, как бревно.

Собравшиеся вокруг люди издавали различные восклицания, такие как «О боже», «Ух ты», «Чёрт возьми» и т. д.

-Боже мой!

Я знал его уже много времени и знал, что он сильный человек. Для меня было удивительным даже то, что он мог перевернуть меня на кровати одной рукой, но никак не мог представить, что он мог кого-то обезвредить одним ударом.

Пока Ын Су в шоке моргал, До Квон схватил водителя за воротник. Водитель полупарил в воздухе, обмякнув. До Квон продолжал бить водителя по лицу. Глухой звук разносился по всей дороге.

Поскольку насилие становилось всё более и более интенсивным, окружавшие его люди пытались остановить До Квона. До Квон с раздраженным лицом пытался отбиться от их рук. Затем он указал указательным пальцем на Ын Су, сидящего на земле.

-Беременный человек.

Затем он указал на себя.

- Отец.

И, наконец, он указал на окровавленного водителя.

- Покушение на убийство.

На короткое, но четкое описание раздался короткий вздох, и они отступили назад, замешкавшись. И только когда Доквон снова поднял кулак.

Ын Су, поздно опомнившийся, бросился вперёд и обхватил его кулак.

- До Квон! Нет!

- Всё в порядке.

- Что ты делаешь? Остановись.

Ын Су с неимоверной силой пытался остановить кулак До Квона. Уголки рта альфы искривились от досады, но он знал, что не сможет оттолкнуть Ын Су, поэтому послушно отступил. Ын Су тихо вздохнул с облегчением.

До Квон отбросил водителя в сторону, одной рукой сжал руку Ын Су, а другой потянулся к мобильному телефону. Он набрал знакомый номер из списка последних вызовов и нажал на кнопку вызова.

- Секретарь Чон. Это я. Тут произошла авария, я не пострадал…

Ын Су молчал, слушал разговор До Квона. Но, как ни странно, его голова становилась всё тяжелее и тяжелее. Конечности становились ватными. Он крепко зажмурил глаза и открыл их, пытаясь успокоиться, но всё было бесполезно. Сознание всё больше и больше затуманивалось. Казалось, что он медленно погружается в бездну.

Казалось, что с ним всё в порядке… но на самом деле…

Ын Су задумался, медленно закрывая глаза: «Если он потеряет сознание, то До Квон может действительно убить водителя».

Ын Су заёрзал на месте, его хватка на руке До Квона постепенно ослабевала. Альфа бросил быстрый взгляд на него, но тот смотрел на него мутными глазами.

До Квон позвал его, но в ответ он не мог ничего сказать и просто начал падать.

- Ын Су!

Голос До Квона, казалось, разнёсся эхом по всему миру.

Глава 17 - Повторная влюблённость

Мир молчал. Это была та тишина, которую ощущаешь, когда просыпаешься утром, едва открыв глаза. Но она была странно чужой

Пшш. Было слышно, как работает какое-то устройство. А моё тело ощущалось слишком тяжёлым, как будто я слишком много выпил накануне вечером.

Пролежав в тишине с закрытыми глазами долгое время, Ын Су медленно открыл глаза.

-Ын Су?

Знакомый и мягкий голос защекотал уши. Это был голос До Квона.

Он был прямо перед ним, сидя на табурете, крепко сжимал руку. Ын Су удивлённо уставился на него. Ему было интересно, почему он сидел рядом с его кроватью. А потом вдруг осознал, что это была не его спальня

Слабый запах дезинфицирующего средства. Свободное пространство. Белый декор и сверкающий ночной вид из окна. Это была одиночная палата. Похоже, это была не та больница, в которой они были с До Квоном, а совсем другая.

Как только он понял, где находится, воспоминания нахлынули о том моменте, когда он потерял сознание. Ын Су попытался сделать глубокие и медленные вдохи и выдохи.

-Тебе плохо? Хочешь, я позову врача? – спросил До Квон, аккуратно убирая чёлку с лица Ын Су.

-Это больница…

-Да, ты вроде бы не пострадал, но я привёз тебя сюда на всякий случай. Ты был в машине скорой помощи, помнишь?

Ын Су медленно покачал головой. До Квон провёл большим пальцем по его щеке, словно испытывая облегчение. Ын Су уставился на него и поджал губы.

-Я хочу пить.

До Квон без колебаний встал, отпустив руку Ын Су, но Ын Су снова схватил его за руку.

-Ын Су?

-…

Ын слегка прищурился, глядя на До Квона. У него в горле всё пересохло, но он не хотел, чтобы До Квон отпускал его руку. Альфа, заметив, что Ын Су ещё не совсем отошёл ото сна, ухмыльнулся.

Он слегка поцеловал его в лоб, а затем потянулся и взял бутылку с водой с другой стороны кровати. При этом грудь слегка коснулась кончика носа Ын Су. От него сильно пахло одеколоном. Он был достаточно густым, чтобы скрыть слабый запах дезинфицирующих средств.

Ын Су принюхался к нему, сам того не замечая. Тем временем До Квон отпил глоток воды, чтобы проверить её температуру. Вода была немного тепловатая, но это было лучше, чем холодная.

Ын Су взял воду у До Квона и выпил. Пересохшее горло увлажнилось, и в голове словно всё прояснилось.

- Хочешь ещё? – спросил До Квон.

Вместо ответа Ын Су перевернулся на бок, передвигаясь к краю кровати. Затем он похлопал по свободному пространству рядом с собой.

- Не надо воды, я хочу обниматься.

- …?

- Идите сюда.

До Квон застыл, не в силах даже моргнуть от неожиданной просьбы. Тогда Ын Су изогнул брови, по его лицу пробежал намёк на недомогание.

- Кажется, меня сейчас вырвет.

- Тебя тошнит? Тогда нужно срочно позвать врача.

- Нет, это не то, что нужно… Сердце колотится, голова кружится, а ноги дрожат.

- …

- Гинеколог сказал, что альфа-феромоны помогают беременным омегам чувствовать себя в безопасности. Они могут даже предотвратить депрессию, поэтому мне нужны ваши феромоны.

До Квон издал короткий возглас при этих словах и, не говоря ни слова, забрался в постель. Кровать в одиночной палате была достаточно большой для одного человека, но достаточно тесной для двоих. Раздумывая над тем, как разместить свои длинные ноги, Ын Су взмахнул одной из рук и погрузился в знакомые объятия.

Он уже не раз проделывал подобное, используя большое предплечье До Квона в качестве подушки, упираясь головой в его твёрдую грудь и обхватывая его талию. До Квон издал тихий смешок и обхватил руками спину Ын Су.

Это позволило Ын Су вдыхать его феромоны в полной мере. Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он мог насытиться его ароматом, ни о чём не беспокоясь. Его тело таяло, как снеговик в весенний день.

Они пролежали так некоторое время, не разговаривая и просто наслаждаясь теплом друг друга. Единственное, что они слышали – звуки собственного дыхания, тихий шум работы увлажнителя воздуха и шаги в коридоре.

Затем Ын Су стал ворочиться, ему было жарко. Это было обычным явлением, если рядом находился человек с высокой температурой тела. Он приподнял верхнюю часть тела и снял худи. Тонкие короткие рукава, которые были многослойными, были обнажены. Ын Су, небрежно кинувший худи на простой стул, снова заполз в объятия До Квона.

- …

До Квон был удивлён поведением Ын Су, но понимал, что если покажет своё удивление здесь, то атмосфера покажется весьма странной. Знал он До Квона или нет, но Ын Су вёл себя совершенно спокойно. Он погладил указательным пальцем пресс До Квона и поджал губы.

- Раньше, когда был несчастный случай…

- Да? – До Квон тяжело сглотнул и сухо ответил.

- Я думал, что постепенно забыл об этом, но, похоже, нет.

- Я не был тогда на пешеходном переходе в тот момент, но я был в машине с До Квоном в день аварии, когда грузовик мчался к нам.

- Это была серьёзная авария, и я уверен, что ты просто так её не сможешь забыть.

До Квон нежно погладил Ын Су по волосам. «Странно, что я говорю об этом, хотя сам ничего не помню, но ничего другого сказать не могу, так как не умею утешать людей».

- Просто это немного неудобно, что я не могу сесть в машину прямо сейчас, но я боюсь, что так и будет в будущем. У меня будет дочь, и я переживаю, что не смогу её никуда возить.

- …

- Конечно, можно ездить на метро, но только один или два раза. Нельзя же ездить на метро на каждый выпускной или церемонию вручения дипломов. А если будет свадьба? Что, если метро сломается в день свадьбы? Я бы не хотел опоздать на свадьбу дочери.

- Не слишком ли ты далеко надумал?

- Правда, далеко? Даже когда я говорю об этом, всё равно волнуюсь…

Ын Су смущённо рассмеялся. Затем он осторожно погладил свой живот. Он не хотел быть таким слабым отцом и хочет, чтобы всё было идеально, однако он продолжал переживать, что так и не сможет перебороть свой страх перед машиной.

- Может быть, мне стоит обратиться к психологу или ещё куда-нибудь. Я не думал об этом, потому что в последнее время столько всего произошло.

- Хочешь, я присоединюсь к тебе?

- А разве господин До Квон не занимается этим?

- Да, но мне кажется, что это не особо помогает. Интересно, будет ли лучше с Ын Су.

До Квон вспомнил консультацию, которую он проходил несколько дней назад. У консультанта было хорошее академическое образование, он получил степень в США в одном из престижных университетов, а когда учился в аспирантуре, смог опубликовать несколько известных научных работ… Однако консультант оказался не слишком полезным, поскольку его образование и навыки были несоразмерны.

До Квон лишь хотел поскорее восстановить свои воспоминания, его не особо волновало, как был избран президент и каким изменениям подверглась корейская экономика за 4 года, он лишь хотел знать, как влюбился в Ын Су и какие разговоры были между ними.

- Ах…

Ын Су тихо вздохнул, поглаживая До Квона по груди, словно гладил кошку, и о чём-то размышлял. Затем он лег, опершись на локти, и посмотрел на альфу.

- Вам не кажется, что лучше не искать воспоминания?

- Не искать воспоминания?

- Да, несчастный случай… был очень страшным. Я живу нормальной жизнью, потому что господин До Квон обнял меня, хоть и не могу ездить на машине. Должно быть, это очень болезненное и тягостное время, зачем его тогда вспоминать?

- Я не восстанавливаю воспоминания об аварии, я восстанавливаю воспоминания об Ю Ын Су…

- Интересно, а сейчас это так важно? Ведь я всё равно нравлюсь До Квону.

- …?

До Квон выглядел ошарашенным, как будто ему только что ударили по затылку. Тем временем Ын Су хихикнул и провёл указательным пальцем по переносице До Квона.

- Вы всегда просите о встрече, хотите накормить меня чем-нибудь вкусным, а когда мимо проезжает машина, то пытаетесь укрыть. Так же было и в прошлом.

- …

- Я вам нравлюсь.

Дразнящим голосом прошептал Ын Су. Затем он лег на него сверху, а его волосы рассыпались по всему телу До Квона. Мягкий изгиб груди альфы был таким манящим, а когда он его обнимал, то испытывал чувство превосходства, что это был только его альфа.

Сейчас всё в До Квоне было всё точно так же: феромоны приносили то же удовольствие, а твердая грудь и плечи – были те же. Остальное не имело значения.

Ын Су легонько поцеловал До Квона в щёку и прошептал.

- Не хочу вас больше видеть болезненным, поэтому не ищите воспоминания.

- …

Ын Су перевёл взгляд на До Квона и улыбнулся. Он повернулся, чтобы лечь, но вдруг его схватили за талию и притянули к себе. Глаза Ын Су расшились от удивления. Прежде чем он успел что-то сказать, его подбородок приподняли, и их губы встретились.

В отличие от прежних поцелуев, До Квон просунул язык, наполняя им весь его рот. От удивления Ын Су чуть не задохнулся.

- Мхм…

Феромоны До Квона сильно колебались. Почему вдруг? Он сначала подумал, не начался ли гон, ведь такую инициативу он редко проявлял, да и ситуация была не очень подходящей.

Ын Су смущенно хотел отстраниться, но До Квон лишь закусил его губу, а потом отпустил. Затем он уткнулся носом в затылок Ын Су.

- Ха… Я хочу…

- Что?

Ын Су тяжело сглотнул, отчасти он притворялся, что не знает, о чём тот говорил, но в то же время его разум уже самостоятельно сделал выводы.

Ын Су тяжело вздохнул, сделать это было не проблемно, он всегда был готов принять До Квона, просто сама обстановка была не так… Делать это в больнице?

С тех пор, как они познакомились с До Квоном, их тела переплетались бесчисленное количество раз. Чаще всего это был дом Ын Су, иногда дома у До Квона, а иногда в отелях. Но они не занимались этим вне дома.

Ын Су снова сглотнул. Хоть это и была одиночная палата, к тому же сейчас ночь, и вряд ли придут посетители, но всё равно это было общественное место… Противоречивые мысли метались в его голове.

До Квон целовал его выступ шеи, затем он потёрся губами об линии подбородка и щеки, прошептав низким голосом, он сказал:

- Я хочу прикоснуться к тебе. Ын Су.

-…

Это прозвучало так сексуально, что Ын Су сначала зажмурил глаза и открыл их. Затем, словно заставляя его посмотреть на себя, До Квон провёл языком по уголку его глаза. Плечи Ын Су вздрогнули от горячего языка.

Он стал похож на испуганного кролика, что лишь забавляло До Квона. Затем он прикусил мочку уха Ын Су, стараясь не причинить боль.

- Я не знаю, как ты выглядишь, когда мы занимались сексом или каково в тебе внутри. Ведь это был Со До Квон, который всё забыл.

-…

- Это сводит меня с ума.

Ын Су выгнул шею, потому что низкий голос До Квона взбудоражил барабанные перепонки. Но он не останавливался на достигнутом и продолжал нежно поглаживать низ живота Ын Су.

- Я занимался этим с тобой, но совсем ничего не помню, и мне кажется, что я умру из-за этого.

- Господин До Квон…

- В тот день ты сказал, что мы занимались не сексом, а любовью.

Ын Су кивнул. В тот день, когда До Квон попал в больницу и сказал ему нечто неприятное, Ын Су тогда так и ответил. И это была правда.

До Квон высунул язык и облизал нижнюю губу. Его глаза, полуприкрытые веками, уставились на Ын Су.

- Я до сих пор не знаю, каково это.

-…

- Тогда покажи мне. Позволь мне узнать тебя изнутри и снаружи.

Прошептав это, До Квон просунул руку под футболку Ын Су.

- Мгх…

Ын Су прикрыл губы тыльной стороной ладони. Он беспокоился, что его непристойные звуки просочатся за пределы больничной палаты, поэтому упорно смотрел в потолок, стараясь не терять самообладания. В этот момент он почувствовал покалывание на внутренней части бедра.

- Ах!

Ын Су подпрыгнул и посмотрел вниз.

- Смотри на меня.

До Квон, находившийся между его ногами, то и дело вонзал свои зубы в мягкую плоть бедер Ын Су. От чего омега только сильнее сжимала губы.

Он уже миллион раз замечал это, но член До Квона был слишком возбуждающим, чтобы прекращать это. Прилив феромонов и суровость его взгляда словно разрывали его тело на части.

Уставившись на Ын Су, он проходил языком по его обнажённым бёдрам, дюйм за дюймом он проникал всё дальше и дальше, пока кончиком носа не коснулся его обнажённых гениталий. По щекам Ын Су разливался жар.

Пока он заворожено смотрел на До Квона, с него стаскивали всю одежду. Он не успел опомниться, как альфа уже широко раздвинул ноги, оставив его без трусов.

До Квон высунул язык и облизал пенис Ын Су от корня до головки.

- Аххх…

Колени Ын Су подогнулись. Он впервые за долгое время испытывал удовольствие. Он не мастурбировал с тех пор, как попал в аварию, поэтому стимуляция была для него непривычной и очень сильной.

До Квон обеими руками раздвинул колени Ын Су, затем он всерьёз принялся ласкать его гениталии.

- Д-до, ах, господин До Квон-и…

Ын Су повернул шею. У До Квона был большой рот, поэтому когда он лишь наполовину вобрал в свой рот его член, то мозг уже начал плавиться от такой ситуации, но когда он полностью захватил его в рот и сосал до самого корня, его разум словно потерялся.

Ын Су крепко зажал рот руками, чтобы хоть как-то заглушить стоны, которые только и делали, что продолжали вырываться.

Зубы До Квона слегка проходили вдоль по члену. Его язык, излишне горячий и мощный, лизнул головку с намерением растопить его, а затем прошёл по уретре.

- Ах, ух… До Квон, господин До Квон… О-остановитесь…

Ын Су был на пороге кульминации спустя три минуты после начала минета. «Он не помнит, как занимался со мной сексом, однако он начал с того, что мне больше всего нравится».

Заметив, что его эякулят попал на узкие бедра Ын Су, До Квон на мгновение замолчал. Его эрегированный член без стыда уставился прямо на него. Маленький розоватый ствол был гладким, без единого волоска, а головка напоминала стеклянный шар.

Облизав пересохшие губы, он поцеловал его нежно, как будто пытался вложить в этот поцелуй всю свою любовь. Он чувствовал сладость феромонов Ын Су, исходящие от кончика его члена.

Сперма была ещё слаще. Он хотел кусать и сосать, пока не наполнил свой желудок полностью его спермой.

- Хах, мхм, по-подождите…

Ын Су одной рукой отталкивал лоб До Квона. Он уже не мог сдерживаться. Это был не первый раз, когда они вступали в интимную связь, но он не хотел о себе оставить такое впечатление, ведь сейчас он ничем не отличался от обычных омег*.

*Здесь, скорее всего, имеется в виду, что Ын Су начал загоняться по поводу того, что он не хотел показывать эту омежью сущность, так как До Квон презирал обычно омег из-за этого.

Он хотел выглядеть намного достойнее и немного сдержаннее. Можно было спросить, почему его посещали такие мысли, когда он уже лежал с оголённой промежностью, но в любом случае Ын Су думал именно об этом.

Однако До Квон не очень-то и хотел поддерживать образ Ын Су «скромняшки во время секса». Поэтому схватил Ын Су за ладонь и провёл языком по линии ладони. Его единственные мысли были о том, что у Ын Су были безумно красивые руки, он не мог налюбоваться ими, ведь они были такие милые, с округлыми пальцами и ногтями меньше его.

- Ахх!

Ын Су быстро отдёрнул руку. Его ладони были чувствительным местом. Они были чувствительными иначе, чем гениталии. Он мог очень хорошо чувствовать слюну, шероховатый и горячий язык До Квона. Временами места, которых касался его язык, горели, словно ошпаренные.

Заворожено глядя на его ладонь, Ын Су позволил До Квону снова прикоснуться в своему пенису.

На этот раз он начал с яичек, ведь с самого начала они привлекли его внимание намного раньше. Он посасывал одно упругое яичко, а потом оба, а затем провёл языком между округлёнными шариками, Ын Су от этой стимуляции снова издал громкий стон.

-Ах, хух, ыымхх!

Пальцы неудержимо сгибались и разгибались. Его глаза закатились только от одного прикосновения к яичкам, но свисавшие волосы До Квона продолжали щекотать его эрегированный пенис. От его горячего дыхания в нижней части по всему позвоночнику пробежали мурашки.

А взгляд До Квона на его член был таким возбуждающим. Он смотрел так, будто был готов поглотить Ын Су в любой момент. Глаза альфы перед омегой всегда были похожи на глаза дикого зверя, словно горели красной искрой.

Омега, попадая на кровать альфы, никак не смог бы устоять перед этими сильными и похотливыми глазами и этими губами.

Ын Су застонал, когда его член снова глубоко погрузился в рот До Квона.

-Ымх, ах!

Он глотал выделяемую слюну, а спина выгибалась другой. Мышцы его бёдер напряглись и выпрямились, растягиваясь от колена до пят.

До Квон обхватил ягодицы Ын су и погрузил его член ещё глубже, что его нос почти касался пупка, и он энергично проходил языком по всему стволу. Он хотел, чтобы запах и вкус его феромонов заполнили весь его рот и хотел, чтобы весь живот наполнился его спермой.

Ын Су извивался и пытался оттолкнуть голову До Квона.

-Ох, не-нет… хмф…

Но До Квон не двигался. В конце концов, Ын Су, собрав все свои силы, выпустил рваных вздох. Его тело содрогалось в конвульсиях.

Удовольствие, вышедшее далеко за пределы кульминации, заставило его дряблый пенис снова встать. И в этот момент До Квон опустил его. Обмякшее тело Ын Су распласталось по всей кровати, в этот момент он выдохнул с облегчением.

До Квон в мгновение ока снял рубашку. Его великолепное тело было обнажено. Ын Су на мгновение был загипнотизирована упругой грудью и выступающим прессом. Затем он поднял свое обмякшее тело и попытался протянуть руку и коснуться тела До Квона.

-Я тоже сделаю это для тебя…

-В следующий раз.

До Квон прервал его слова своим холодным голосом, затем просунул руку под каждое его колено и раздвинул ноги, приподнимая корпус тела. Гениталии и гладкая промежность были как будто выставлены на всеобщее обозрение.

В этот момент глаза Ын Су расширились. Неужели он сразу вставит? Несмотря на его сильное возбуждение, его нижняя часть была ещё не сильно готова к тому, чтобы принять член До Квона.

-Стойте, нет-нет, п-подождите.

Ын Су пытался оттолкнуть плечи До Квона, однако он приближался всё ближе и ближе, его было не так просто оттолкнуть.

Когда Ын Су вцепился в подушку, готовясь к боли, которая вот-вот должна была пронзить его, вдруг он почувствовал то, чего совсем не ожидал. Горячее дыхание проникло его отверстие, с этой ситуацией он сталкивался несколько раз. При воспоминании об этом тело Ын Су напряглось.

-Г-господин До Квон!

От неожиданности Ын Су с силой ударил До Квона по плечу. Удар был настолько сильным, что на плече До Квона остался красный след.

Но До Квон не отступил, вместо этого он погрузился губами в маленькие складочки.

Ын Су зажмурил глаза от щекотки и накатившегося возбуждения. Так вот почему, когда он предложил сделать для него тоже самое, тот отказался и сказал «в следующий раз». До Квон был ослеплён желанием поскорее попробовать Ын Су на вкус.

Высунув язык наружу, До Квон прошёлся им вдоль складочек. Когда складочки дёрнулись от возбуждения, он ухмыльнулся и начал просовывать язык в отверстие. Его губы яростно терли о его промежность, а горячее дыхание всё больше растопляло их, большой нос тыкался в промежность.

Он двигал языком, касаясь чувствительных внутренних стеночек. Ын Су почувствовал, как всё его тело содрогалось, а по позвоночнику заструился холодный пот, температура тела была обжигающей.

Его ноги болтались в воздухе, как сухие ветки на зимнем ветру.

- Ах, ах, мне это не нравится, господин Д-До Квон…

Ын Су постучал по плечу До Квона и в раздражении поцарапал его ногтями. Только тогда До Квон поднял голову, и его тёмные глаза от желания упёрлись в Ын Су. Омега невольно опустил глаза, ему было слишком неловко встречаться с его взглядом.

Однако До Квон воспринял это по-своему, его взгляд попеременно метался между талией Ын Су и его покрасневшим от лихорадки лицом. Затем он послушно опустил его ноги.

- Хаа, - протяжно вздохнул Ын Су и расслабился полностью. До Квон обхватил руками спину и низ живота, а затем он перевернул его, как будто переворачивал блинчик на горячей плите.

Глаза Ын Су расшились в недоумении, когда ягодицы его задницы раскрыли, как яблоко. В тот момент он понял, о чём думает До Квон.

- Ах, нет-нет… ах!

«Это не значит, что мне было неудобно», - попытался закричать Ын Су, но его слова заглушил вырвавшийся стон, До Квон полностью погрузил своё лицо между его ягодиц.

Поставив Ын Су в более удобную позу, альфа с удовольствием погрузился языком в его промежность. Он проходил языком от яичек до впадинки, просовывая язык внутрь, словно целовал её, вырисовывая языком большие круги.

Ын Су беспомощно содрогался, всё, что он мог сделать – это уткнуться лицом в подушку, чтобы заглушить свои стоны.

До Квон сосал и лизал чувствительные места, пока дырочка не стала мягкой. Это было настолько хорошо, что низ живота стал полностью влажным от спермы, которая выходила, как по щелчку.

Тело Ын Су стало снова обмякшим, он смог издавать лишь сиплые стоны. До Квон наконец оторвал своё лицо от его промежности и начал покусывать выпирающие ягодицы. Ему нравилось оставлять следы на его белой коже.

Немного поласкав его ягодицы, он провёл губами по выпирающему позвоночнику и прикусил мочку его уха, которая тут же покрылась светло-розовым оттенком.

- Ха… чёрт, я хочу целовать тебя весь день.

До Квон потерся лбом об затылок Ын Су и прошептал низким голосом.

Он ничего не мог с собой поделать. Тело Ын Су было таким мягким и гладким. Он не мог оторваться от него. Каждый раз, когда он стонал и его феромоны высвобождались, нижняя часть подёргивалась и твердела с новой силой.

Он не мог поверить в то, что узнал его на вкус и смог вдыхать свободно эти феромоны. Он хотел полностью проглотить его за один глоток, это было единственное желание, которое он ощутил с момента, как вышел из комы. Он не мог поверить, что был готов позволить пропасть этому прекрасному телу зря.

- О, не сегодня, давайте позже…

Ын Су, не удержавшись, оттолкнул руку До Квона, которая сжимала его грудь, как рисовую лепёшку. Слова «я хочу целовать тебя весь день» напугали его до смерти. Ведь однажды До Квон уже сосал каждый сантиметр тела Ын Су, как конфетку.

Не то чтобы ему это не нравилось, он кончал так часто, что на следующий день даже не мог пойти на работу. Он не мог ни встать, ни сесть, потому что его ноги тряслись, а мышцы сводило.

Облизав пересохшие губы, Ын Су протянул руку назад, чтобы погладить пенис До Квона, который упирался ему в бедро. Окаменелый член ещё даже не вылез из брюк, но от него уже отдавало жаром.

Ын Су медленно потёр его рукой через ткань брюк. Затем он откинул голову назад и посмотрел на него влажными глазами…

- Господин До Квон, вставьте его в меня.

Глава 18

- Вставьте его…

-…

- Господин До Квон, вставьте его в меня…

-…

До Квон тяжело сглотнул, а его грудная клетка сильно вздымалась и опускалась. Чёлка Ын Су слегка была влажной и блестела от пота. Его щёки, губы и ягодицы приняли красноватый оттенок, он практически умолял о сексе.

Рассудок альфы был потрясён до глубины души. Он никак не мог осознать, что всё происходящее не из-за гона или течки Ын Су. Он переживал, что если гон или течка наступят, то он фактически загрызёт Ын Су.

Пока До Квон находился в замешательстве, тем временем нетерпеливый Ын Су перевернулся на спину, приподняв свой корпус, уже заученно потянул пряжку брюк До Квона, а затем одним движением стянул с него брюки и сбросил.

Член До Квона выскочил наружу. Глаза Ын Су сверкнули при виде толстого члена, которого он давно не видел. Он обхватил его руками и нежными движениями провёл по нему вверх-вниз.

- Угх…

До Квон наморщил лоб. Хотел он этого или нет, но Ын Су, лаская его член, опустил верхнюю часть тела и слегка поцеловал кончик головки, затем высунул язык, чтобы облизать блестящий ствол.

- Ха…

До Квон издал хриплый стон. Ын Су поднял на него взгляд и расположился поудобнее на бок.

Ын Су сглотнул сухую слюну и потёр его головку о свои складочки. Его дырочка уже была влажная благодаря До Квону, поэтому дополнительных ласк не требовалось.

До Квон от этого зрелища стиснул зубы, ему казалось, что его член был готов взорваться. Несмотря на то, что это происходило с его омегой, он всё равно чувствовал себя слегка неловко, однако Ын Су лишь подталкивал его.

От одного взгляда на него у До Квона по спине пробежали мурашки. Сексуальное и плотское желания, лёгкая ревность всколыхнулись в нём вместе с ужасающей потребностью разрушать и стремлением завоевать.

До Квон схватил Ын Су за стройные лодыжки и притянул к себе, его член ткнулся в дырочку Ын Су.

- Неужели это всегда так выглядит сексуально?

До Квон потёрся членом об отверстие Ын Су, а затем аккуратно ввёл. Мягкие, желеобразные складочки слегка проглотили кончик его члена, а затем выплюнули наружу. Когда он смотрел на омегу сверху вниз, кровь, бурлившая в жилах, ускорилась вдвое.

- Хм… Вот как это бывает в постели…

Ответил Ын Су, медленно закрывая и открывая глаза, затем потянулся рукой, чтобы погладить щёку До Квона.

- Вы альфа, я – омега, и мы влюблены друг друга.

-…

- Чему сопротивляться?

-…

До Квон снова стиснул зубы, он прикусил губу так сильно, что у него на виске выскочила жилка. Ын Су был для него слишком соблазнителен. Обычно он был всегда невинным и милым, и безобидно улыбался, как яркое солнце, но в постели он был совсем другим…

О чём думали Боги, когда создавали Ын Су? До Квон был одновременно поражён и возмущён, ведь если и создали его, то они точно нарушили все возможные правила.

Он был тем, о ком я забыл. Был тем, кого я не мог не жаждать. Он был моим домом, моей собственностью, моим всем, и я отчасти жалел, что чуть не упустил его.

Ын Су слегка подвигал бёдрами, прижимая к До Квону. В то же время До Квон почувствовал, как на его глаза опускается пелена.

Его член запульсировал от боли, и он тут же вонзил его глубоко в живот. Бёдра Ын Су задрожали от сладкой боли во внутренних стеночках.

Кровать сотрясалась с громким стуком, одеяло наполовину лежало на кровати, наполовину на полу, а запах антисептика, наполнявший комнату, был поглощен феромонами их двоих.

- Хааа, хмф, ах!

Его не трахали не в первый раз, но каждый раз это было как-то по-новому. Толщина и длина его члена вызывали давление на его внутренние органы. А когда он вошёл глубоко, до самого основания, его даже слегка начало тошнить, что ему хотелось убежать.

Интересно, знал ли он, что чувствует Ын Су? До Квон крепко обнял его сзади. Одной рукой он обхватил таз, другой – грудь. Медленно, но глубоко он настойчиво двигал бёдрами. Потная спина Ын Су тёрлась о его грудные мышцы.

- Ммм… а.. да!

- Ха… Ын Су.

До Квон уткнулся носом в шею Ын Су, плотно закрыв глаза. Даже пока мой разум метался, всё равно феромоны Ын Су я ощущал очень ясно и отчётливо.

Конечно, я смог ощутить вкус секса с омегой. Каждый раз, когда он стонал или тяжело дышал подо мной, когда я проходил членом по его чувствительной точке или входил глубоко внутрь, пульсирующие стеночки были невыносимо горячими и тугими.

Его тело дрожало, а мысли были сосредоточены исключительно на желании. Он хотел больше, глубже, он хотел поглотить Ын Су. Поэтому он двигал тазом, наращивая темп, вводя свой член сначала понемногу, дюйм за дюймом.

Его пульсирующая дырочка как будто проглатывала его член, при каждом толчке она напрягалась, пульсировала, сжимаясь.

Лицо Ын Су побледнело.

- Ах! Больше нет, не… До Квон, аххх!

Его отверстие сжало самую толстую часть основания До Квона. Округлая твердая головка терлась о самую чувствительную точку. Ему казалось, что его живот сейчас мог лопнуть. Его внутренние стеночки были натянуты, что если бы их потёрли не той стороной, то они бы лопнули, как воздушный шарик.

Ын Су попытался оттолкнуться от его бедёр, но твёрдые, как камень, ноги не сдвинулись с места. Вместо этого он схватил Ын Су за руку и потянул его назад, шире раздвигая его бёдра.

Это усилило проникновение. Круглые ягодицы Ын Су прижались к бёдрам До Квона.

- Слишком, ахх, слишком глубоко…

С него стекала вода, что-то из этого был пот, который стекал с кончиков волос, а что-то из этого было слезами.

Это не было больно или неприятно. С кончика его члена выходила сперма, как из сломанного крана, но это также было свидетельством удовольствия. У него покалывало внизу живота, а мурашки бегали по спине.

Он никак не мог привыкнуть к таким странным ощущениям в своём теле. Он чувствовал, как феромоны До Квона проникали в его вены. Ощущение, что его мозг и тело плавились, оставив только заднюю дырочку и пульсирующие стеночки, чтобы принять его член, делая из него не человека, а омегу.

Стоны Ын Су смешались с рыданиями. Как тут поглаживания До Квона по спине резко прекратились. Он погладил его по мочке уха и спросил.

- Больно?

- Хмпф…

Ын Су покачал головой, ничего не отвечая. По какой-то причине спокойный и нежный голос До Квона заставил его разрыдаться ещё сильнее.

-…

До Квон пристально посмотрел на затылок Ын Су. Затем он неожиданно вытащил свой член, что омега, почувствовав, как головка скользнула по внутренней стеночке, отпрянул назад.

Он уже собирался повернуться, чтобы посмотреть, в чём дело, но тут его тело перевернули. До Квон посмотрел на него сверху вниз, а на его висках выступали бисеринки пота, омега лишь поднял глаза на него.

До Квон наклонился и прижался губами к кончику покрасневшего носа Ын Су, а затем отступил. Он просунул руки за спину и талию Ын Су, приподнял его и крепко обнял.

Ын Су застыл, как дерево, но лишь на мгновение, и вскоре он обнял До Квона за шею. Он прошептал тихо извинение, прижимая грудью и животом к До Квону.

До Квон нежно поглаживал спину Ын Су. Он осыпал щеки и челюсть Ын Су нежными поцелуями и прошептал.

- Я не буду торопиться.

Ын Су кивнул. Почему-то эти слова заставили его поверить в то, что если он останется рядом с ним, то всё будет хорошо. Даже если бы его тело растаяло и стало таким же жидким, как яичный желток, то он бы не пожалел.

Поддерживая одной рукой бёдра Ын Су, До Квон медленно ввел в него свой член.

- Мм…

Ын Су тихонько застонал, когда член медленно заполнил его пустую, зияющую заднюю дырочку.

- Ха…

До Квон издал низкий стон, похожий на вздох. Когда он снова проник в него, его член был готов расплавиться от жара его внутренних стеночек.

До Квон двигал бедрами гораздо медленнее, чем раньше. Он оттянул бедра Ын Су назад, а затем снова вошёл под другим углом. «Какой сильный мужчина», подумал про себя Ын Су, выпустив глубокий стон в его затылок.

Они доходили вместе до кульминации медленно и неторопливо. Наполняя друг друга лёгкими феромонами, смотря друг другу в глаза и изредка касаясь губами.

Член Ын Су в животе начал сильнее пульсировать, и омега, зная, что это значит, крепко обнял его за шею и вдохнул его феромоны. Затем До Квон, тяжело дыша, прошептал.

- Ещё чуть-чуть… Совсем чуть-чуть…

Это было предложение без ответа, однако Ын Су легко понял, чего он хочет. Вместо ответа Ын Су лишь сжал сильнее свою дырочку, тем самым ощущая острее и чётче очертания члена До Квона.

- Ммм, ещё… ха!

Ын Су начал подмахивать бедрами, и До Квон испустил рваный вздох, прижимая его к себе. Затем он вытащил член, а затем вогнал его от кончика до основания, погружая одним быстрым движением.

- Ха… Ах, м!

Спина Ын Су непроизвольно выгнулась, плотно прижатый пенис так возбуждал его, что у него заслезились глаза.

Движения До Квона становились всё быстрее. Звук шлепков плоти о плоть резким эхом разнесся по больничной палате, а затем До Квон, надавив снова на чувствительную точку, проходил по внутренним стеночкам Ын Су.

- Ах…

Ын Су лишь издал приглушенный стон, как вдруг из кончика члена выплеснулась тонкая струйка жидкости. Его заднее отверстие плотно сжалось само по себе, а всё тело напряглось.

- Угх…

Лицо До Квона скривилось в гримасе, он пробился сквозь дырочку, что с усилием сжимала его, и вошёл в самую глубокую точку и кончил. Горячая, липкая жидкость заполнила Ын Су полностью.

Ын Су протяжно вздохнул. Ему почему-то нравилось чувствовать себя наполненным.

Даже после эякуляции До Квон продолжал медленно двигать членом, наслаждаясь послевкусием. Ын Су улыбнулся, нежно погладив уголки его глаз.

До Квон взял Ын Су за руку, крепко прижался губами к его ладони, а затем отпустил. Он долго облизывал его пальцы. От щекотки его языка плечи Ын Су дёрнулись, и он рассмеялся, как ребёнок. Он попытался выпрямить спину, но всё ещё странное ощущение не давало ему покоя?

Почему его член всё ещё был твёрдым? До Квон только эякулировал, так что он должен был уменьшиться в объёмах.

Ын Су посмотрел вниз, но ничего не смог увидеть.

В этот момент До Квон осторожно сжал подбородок Ын Су и приподнял его. Он укусил его за нижнюю и верхнюю губы и отпустил их, затем провёл пальцами по вспотевшему лбу Ын Су и прошептал.

- Один раз…

-…?

- Давай ещё один раз…

-…

Ын Су моргнул, его лицо выражало небольшой шок. Сначала он не понял, что тот имел в виду под словом «один раз», но, к сожалению, осознал, когда отчётливо ощутил, как пульсирующий пенис начал снова заполнять его заднюю часть.

Ын Су попытался вырваться из объятий До Квона, его руки только ухватились за угол кровати, но его тут же схватили за лодыжки и потащили к себе. Каменный член До Квона снова глубоко вошёл в него. Ын Су извивался, как рыба, выброшенная на сушу.

- А-а, нет-нет, До Квон!

Ын Су сильно толкнул в грудь До Квона, но…

- Нет… Ах!

Шея омеги откинулась назад, когда До Квон силой ударил бедрами по ягодицам Ын Су. Феромоны До Квона были подобно ливню и осыпали его с ног до головы.

До Квон водил кончиками пальцев по гладкой спине Ын Су, сначала он провёл по выпирающему позвоночнику, затем по выступающим лопаткам. По мере того, как он это делал, у него всё пересохло горло, и ему захотелось пить.

Это было похоже не на жажду в воде, а скорее жажду испить Ын Су.

- Нет.

Ын Су потрепал До Квона по волосам, это было похоже, будто он погладил собачку. До Квон на мгновение задумался, а потом улыбнулся.

- Не буду, я не хочу.

Он уже трижды эякулировал внутрь Ын Су, поэтому у него больше не было желания. Нет, на самом деле он бы хотел заниматься сексом до восходом солнца, как это было раньше, но не мог, потому что он был беременностию.

Несмотря на то, что они считались альфой и омегой, но всё-таки во время беременности лучше быть осторожным. Ну, а если он в третий раз обвинит До Квона в том, что он не может сдержаться, то и, возможно, он и сам одумается.

- Правда… Я больше не могу. Я умираю…

Ын Су, который наполовину лежал на теле До Квона, издал протяжный стон и растянулся.

Ощущение того, как его мышцы снова напряглись после того, как он чуть не умер от удовольствия, было не из самых приятных. Это было похоже на пробуждение от неясного и сладкого сна или на возвращение домой после захватывающего путешествия.

- Прости, Ын Су, ты так прекрасен, что я на мгновение потерял самообладание.

Прошептав эти слова, До Квон прикоснулся губами к гладкой щеке Ын Су.

- Уверен, что это было не просто мгновение.

Ын Су улыбнулся поддразнивающе. На часах было почти два часа ночи, поэтому он в самом деле не пытался пошутить. До Квон слегка рассмеялся, проводя пальцами по его спине. Они взглянули друг на друга со слабой улыбкой на лице.

- Господин До Квон.

- Да.

- Скажите, что любите меня.

- А?

Брови До Квона приподнялись от неожиданных слов, он слегка почувствовал неловкость. Ын Су приподнял голову, и его брови нахмурились.

- Раньше вы это говорили не один десяток раз в день.

-…

- Я жду.

-…

До Квон сморщил нос от слов, что он раньше это делал по нескольку десяток раз в день, но сейчас обстоятельства очень сильно изменились.

До Квон просунул руку под голову Ын Су и обхватил его плечо. Другой рукой он обхватил его талию, закрыв глаза, прошептал так глубоко и искренне, как только мог.

- Я люблю тебя.

-…

- Я люблю тебя, Ын Су.

Ын Су мягко улыбнулся, а его глаза наполнились интересным блеском. До Квон нежно погладил его по волосам.

Признаться в том, что он любит его, было несложно. Нетрудно было осознать, что он уже однажды отдал своё сердце Ын Су, и нетрудно было было отдать его снова.

Но было кое-что, что его беспокоило.

- Я буду говорить тебе это двадцать раз в будущем каждый день, и ты больше не будешь тосковать по прежнему Со До Квону.

- …?

- Я ревную.

Раньше изо рта Ын Су часто сыпались слова, означающие прошлое, такие как «в прошлом», «в былые времена», «в то время», «сначала», «изначально», и даже «прежний Со До Квон». Это действительно… угнетало До Квона.

Он, как идиот, чуть не потерял его, хотя это то, о чём он должен был вспомнить с самого начала.

Ын Су наклонил голову под углом, словно не понимал, о чём думает альфа.

- Это нелепо, ты ревнуешь к самому себе.

- Я тоже удивляюсь самому себе.

До Квон издал небольшой вздох разочарования. Потеря памяти была неожиданным ударом для него, как и всё, что произошло с тех пор, как он очнулся. Каждый новый день был совсем иной.

У него была омега, которую он любил, и он был невероятно красив и очарователен, к тому же он был беременный девочкой, и сегодня ему удалось услышать стук её сердца.

В последнее время я был в очень хорошем настроении, что совсем забыл о том, что «прежний Со До Квон» наслаждался всем этим практически 2 года. Это отчасти злило меня.

- …

Ын Су, не говоря ни слова, уставился на До Квона. По выражению лица альфы, которое менялось через короткие промежутки времени, можно было понять, о чём тот думает.

Ын Су обнял До Квона за шею и ткнулся носом в его грудь. Он глубоко вдыхал его запах и медленно выдыхал.

- Я тоже люблю вас, До Квон.

Голос Ын Су прозвучал приглушенно и невнятно. Не выдержав паузу, До Квон заключил его в крепкие объятия. Маленькое тело в его объятиях было ошеломляюще прекрасным.

Пока они дарили любовь друг другу, Ын Су поднял голову.

- Эм, тут такое дело.

- Что?

- Не хотите поесть гопчан?

- А?

Губы До Квона странно скривились.

*Гопчан/гопчанг – кишки свинины или говяжьи на гриле.

Глава 19

Разнообразные кишки жарились в шипящем масле на толстой раскаленной сковородке. Ын Су, держа палочки для еды, смотрел на них заворожено. Его голова наклонялась к сковородке, вдыхая аромат.

До Квон, сидевший рядом с ним, подтолкнул Ын Су в лоб, чтобы вернуть его в исходное положение.

- От этого они не станут готовиться быстрее.

До Квон сделал мягкое замечание Ын Су, на что тот лишь поджал губы. В этот момент прохладный весенний ветерок взъерошил его волосы, До Квон накинул пиджак на плечи Ын Су.

Они не стали посещать ресторан, а лишь присели за столик на улице, где было не так много людей. Хоть До Квон убеждал его о том, что ночью весной холоднее, чем днём, но Ын Су всё равно настоял на своём, чтобы посидеть снаружи, говоря что-то не совсем убедительное о том, что ему станет жарко во время еды.

Примерно через 5 минут подошёл официант, вытер масло и сказал, что можно есть. Ын Су тут же зашевелил палочками, как будто только и ждал этого.

- Вау… Это так вкусно, что я даже ничего поделать не могу…

Ын Су жевал кусочек мяса и причмокивал, как маленький ребёнок.

- Так вкусно! Он такой влажный, и чувствуется, как масло растекается во рту!

До Квон ухмыльнулся нечленораздельному восклицанию. Он переложил пожаренные кусочки мяса на тарелку Ын Су, а на свободное место он добавил лук и порей, также не забыл подлить воды.

Ын Су должен хорошо питаться. Было недостаточно просто много есть.

Пока До Квон обдумывал, что из этих блюд будет самое питательное для Ын Су, омега уже съела две порции за один присест. Еды было много, но ему казалось, что этого было недостаточно, поэтому, опустошив свой стакан, он позвал официанта, крикнув: «Ещё две порции!»

- Я бы даже не отказался от соджу.

Пробормотал Ын Су, глядя на маячившие в темноте уличные фонари. До Квон внезапно вспомнил разговор с доктором в клинике гинекологии и акушерства.

- Ты сказал, что любишь выпить. Часто ли мы вместе пили?

- Да, я научил вас пить макколи, а вы научили меня пить виски. Само собой, мы часто пили вино или соджу.

Ын Су с волнением рассказывал моменты о прошлом. Его лицо стало оживлённым, когда он начал рассказывать о том, что действительно любит выпить. До Квон лишь лишь прочистил горло, до родов оставалось семь месяцев, и Ын Су не сможет сразу пить после них, ему нужно время на восстановление.

Пока До Квон размышлял, чем можно будет заменить алкоголь, его мысли прервал Ын Су.

- Господин До Квон, вы ведь не занимались со мной сексом, когда были пьяны?

"......."

- Наверное, это было бы здорово, верно?

Ын Су хихикнул, как ребёнок. До Квон лишь сузил глаза. Пьяный Ын Су. Должно быть, он был бы очень милым. Он бы громко смеялся и выглядел бы намного красивее и эротичнее.

Голова До Квона стала тяжелее от этих мыслей, он сжал сильнее клещи и сделал предупреждение.

- Лучше не провоцируй меня, иначе тебе же плохо и будет.

-…

Ын Су поднял ладони вверх: «Верно, лучше мне этого не делать». Официант, поставивший на стол тарелку, включил плиту и сказал: «Подождите немного, пожалуйста», и ушел.

Ын Су уставился на шипящее мясо и сказал.

-Господин До Квон, я уже видел вас на нашем корпоративном ужине.

-На корпоративном ужине… Команды Ю?

-Да, сначала мои коллеги до ужаса ненавидели такие ситуации, но потом вы угостили нас очень дорогой едой, что у них слюни изо рта потекли.

-Тебе это не понравилось?

-Ахаха, нет, всё хорошо, а потом вы приготовили блюдо из говядины, которое стоило 280 000 вон на человека, не считая напитков.

Глаза Ын Су заискрились, вспоминая то время.

-Это было так неожиданно, что директор компании ворвется ни с того ни с сего, и я даже подумал, что не хочу есть свинину, но вы полностью изменили меню, поменяв его на говядину. Вы не спрашивали меня ни о чём неудобном, да и не доставляли беспокойств. Просто сидели рядом, поэтому я и вовсе не возражал.

-…

-С тех пор мои коллеги каждый раз спрашивают меня, придёте ли вы на ужин снова.

Ын Су взял рисовые лепёшки, положил между ними кусочки мяса и поднёс ко рту. До Квон смотрел на него, облокотив подбородок на руку.

-Неплохо.

-Да, неплохо.

-Команда…? Или ты, Ын Су?

-Команда.

Ын Су сказал это с таким видом, будто он спрашивал его о чём-то очевидном. Затем он хорошо пережевал еду и проглотил. Когда Ын Су ковырялся в еде, раздумывая, что бы съесть следующим, и потёрся щекой о предплечье До Квона, словно ласковая кошка.

-И я.

-Ха…

До Квон разразился смехом. То, как иногда поражал его Ын Су, было очень искусно. За тридцать лет жизни его ещё никто так не удивлял, от этого у него голова шла кругом.

До Квон всё ещё держал щипцы в своей руке, однако кусочек мяса, что находился в щипцах, палочками перехватил Ын Су и положил обратно на разгорячённую решётку. А затем он заговорил тоном младшеклассника.

-Конечно, неплохо хвастаться тем, что у меня есть парень, у которого много денег, к тому же он безумно красивый.

- В следующий раз куплю тебе говядину за 380 000 вон.

До Квон подавил смешок, поджав щеки. Он хотел быть прекрасным возлюбленным для Ын Су и показывать только самые лучшие стороны, заставлять его ещё больше светиться от счастья.

Это было приятно. Раньше я никогда не думал о своей внешности или богатстве как о чём-то, чем можно гордиться, но теперь, возможно, я начну лучше за этим следить.

Официантка снова подошла, чтобы повозиться с гопчаном, убрав масло, она ушла, сказав, что всё готово.

Наступила минута молчания, так как Ын Су возобновил свою трапезу. До Квон молча занимался тем, что подкладывал на тарелку Ын Су овощи и наполнял его пустой стакан напитком.

Когда тарелка почти опустела, взволнованный Ын Су напевал какую-то странную мелодию. Его щеки раскраснелись, как никогда раньше, казалось, что во время еды он становился ещё горячее.

До Квон нежно погладил Ын Су по горячей щеке тыльной стороной ладони. Однако Ын Су не особо обращал на это внимание, так как был слишком занят тем, что нарезал ложкой печёный картофель.

- Господин До Квон! – вдруг окликнул его Ын Су.

- Да? – До Квон ответил, вытирая салфеткой брызги масла.

- Наша дочь.

- Что?

- Вы думали над именем?

Рука До Квона замерла от неожиданного вопроса. Он с неким замешательством взглянул на Ын Су. Имя ребёнка. Казалось, что он никогда не столкнётся с подобной ситуацией, и даже само словосочетание «имя ребёнка» было для него каким-то чужим, что он не мог поверить в это.

- Ты уже думал над именем?

- Да. Я думал над «Соксог-и», «Тинтин-и», «Конконг-и», «Панчаг-и», «Покдон-и», «Кибым-и», что-то в этом роде.

Ын Су прокрутил в голове список имён, которые он видел в Интернете. Это распространенные имена при рождении, но поскольку они настолько распространены, они ему не очень понравились. Разве его ребенок не должен быть особенным? Так думают все родители.

- Просто называть её дочкой или малышкой будет немного скучновато.

Нажав на звонок на углу стола, сказал Ын Су. Вскоре официантка снова появилась. Ын Су поднял два пальца, заказывая две порции жареного риса.

- Я не думал об этом, поэтому ничего дельного не приходит в голову.

До Квон погладил подбородок, напряжённо размышляя. Это моя дочь, а не чья-то ещё, и я хотел бы назвать её как-нибудь красиво и мило. Хоть это временное имя, но всё же, ей уже почти десять недель.

Спустя несколько секунд До Квон поднял брови, как будто у него появилась идея.

- Думаю, я позвоню маме и посоветуюсь с ней.

- О?

Глаза Ын Су слегка расширились, пока он возился палочками в еде. Уголки его рта странным образом искривились. Посоветоваться с мамой? Разве можно так? Разве мы не можем вместе подумать?

-Эм… Ещё я думал… над «Хэсам»?

-Хэсам? Ты имеешь в виду «морской огурец»?

*Как мы знаем, в прошлый раз, когда Ын Су и До Квон были на УЗИ, то они увидели на монитору ребёнка, похожий на «огурец», поэтому Ын Су предложил такое имя. «Хэсам» - Мягкотелое морское живое существо, по форме напоминающее огурец с выпуклыми образованиями на поверхности.

На этот раз лицо До Квона сморщилось в странную гримасу. «Хэсам». Это было в то же время и странно, и необычно. Ын Су продолжил говорить тихо, объясняя ошеломлённому До Квону.

- Да, когда я видел её во время УЗИ, она была похожа на морской огурец.

-…

- Это плохо? Или… «Дэ Чан»? «Дэ Чан» значит слишком пухлый, верно? Хотя она была такой маленькой, может, «Гопчан-и»?

-…

До Квон издал протяжный вздох через нос. Нет, дело было совершенно не в этом. Просто это всё выглядело странно, представив, как они будут называть её «кишка». Он слегка поник.

Как раз в это время подали жареный рис. Пока Ын Су отвлёкся на поедание риса, До Квон изо всех сил ломал голову. Он хотел придумать хорошее имя и не мог себе позволить использоваться в качестве имени «Хэсам» или «Дэ Чан» или «Гопчан».

В этот момент в поле его зрения попал розовый оттенок, это была вишня, цветущая у обочины дороги. Её бледно-розовые лепестки были в полном расцвете. Каждый раз, когда дул весенний ветерок, десятки цветочных лепестков трепетали и разлетались.

Она была прекрасна в своей простоте. Она прекрасно сочетается с весной, а также с моим недавним хорошим настроением.

До Квон, который смотрел на это, тихо заговорил.

- Как тебе «Бом-и»?

- Весна – прекрасна, но я больше предпочитаю осень.*

* «Бом» 봄 переводится «весна». Соответственно, Ын Су услышал, что До Квон спросил «Как тебе весна?», а на самом деле речь шла об имени ребёнка.

Ын Су зачерпнул ложкой жареный рис, как вдруг До Квон рассмеялся звонко.

- Нет, я говорю об имени. Как насчёт «Бом-и»?

- А… «Бом-и»?

- Да, «Бом-и».

До Квон кивнул, глядя на цветущую вишню. Ын Су повернул голову и взглянул на то же место, куда смотрел и До Квон, его ясные глаза наполнились розовыми оттенками.

Ын Су приоткрыл рот.

«Бом-и», доченька Бом-и.

Ему нравилось это слово, он даже несколько раз специально прокрутил его у себя в голове, чтобы запомнить лучше. Особенно ему нравилось, когда он произносил «Бом-и», кончик языка будто щекотало.

- Как мило. Бом-и.

Ын Су улыбнулся.

- Да, хорошо звучит. Бом-и.

До Квон широко улыбнулся.

- Бом-и, ты теперь как «весна».

Ын Су похлопал себя по животу, затем он взял руку До Квона и положил её себе на живот.

- Господин До Квон, скорее поздоровайтесь с ней.

-…

До Квон облизнул пересохшие губы, как будто этого было недостаточно, он отпил воды и прочистил горло. Создавалось ощущение, будто он выступал в качестве докладчика, который собирался сообщить важный доклад.

Через некоторое время До Квон, которого слегка трясло, открыл рот с покрасневшим лицом.

- Привет, Бом-и.

Ын Су приподнял подбородок и удивлённо уставился на него. Он ожидал какое-нибудь грандиозное приветствие, но вместо этого оно было каким-то скучным и простым.

Он неодобрительно посмотрел на До Квона, сморщив нос. В тот момент он уже собирался что-то сказать ему, но увидев выражение лица До Квона…

-…

Он не смог выдавить из себя ни одно слово. Рот До Квона неловко сжался, глаза блестели, а щёки слегка покрылись румянцем. Этого было достаточно, чтобы понять, что он сейчас чувствует.

Ын Су накрыл его руку своей и сжал её.

Он был рад, что именно он был его возлюбленным и отцом его ребёнка.

* * *

Сегодня До Квон впервые за долгое время вышел на работу, и после нескольких недель изучения экономики и бизнеса ему казалось, что он готов.

На самом деле большинство людей, с которыми он встречался, были профессионалами, и они никак не могли понять, что он потерял память, потому что не говорили ни о чем личном, но на всякий случай он был готов.

Я изучал экономические тенденции, а также текущие проекты, контракты и стадии их выполнения. Я также искал протоколы заседаний и записи встреч.

До Квон очень нервничал. Тогда для него было всё не в новинку, и он мог творить на своих условиях всё, что хотел, будь это бизнес или контракт. Но теперь приходилось идти по незнакомому пути, и это раздражало.

В это время Ын Су, наблюдавший за происходящим со стороны, тоже нервничал.

С самого утра он чувствовал себя неважно. Он ощущал себя, будто только проснулся с похмелья, желудок крутило, будто он наглотался кипящего масла. И повсюду было столько ужасных запахов.

Сегодня Ын Су впервые осознал, что в мире существует так много запахов.

Утром он проснулся от того, что его одеяло, под которым он спал каждую ночь, очень сильно пахло кондиционером для белья. Он даже подумал, не облил ли он случайно его какими-нибудь духами, пока спал.

Он хотел выпить воды, но и она тоже пахла, как хлорка в бассейне. Хотя это была фильтрованная вода. Он уже подумал, что очиститель воды сломался, и он открыл бутылку воды, но и она пахла так же.

Он открыл холодильник, чтобы достать бутылку воды, и его чуть не стошнило. От запаха кимчи и яиц у него скрутило живот. Он даже не мог нормально позавтракать.

В душе он чуть не задохнулся от запаха шампуня, а когда использовал лосьон, то его даже передёрнуло от искусственного запаха.

А в метро он чувствовал себя ещё более невыносимо.

Он никогда не считал запахи в метро приятными. Да и было бы это странно, когда ты находишься под землей, без вентиляции, и все эти люди тесно прижаты друг к другу, а пахнет хорошо.

Но такого, как сегодня, он еще не испытывал. Обычно по утрам его нос раздражается от смеси духов, шампуня, кондиционером для белья и других запахов, но это было всегда терпимо.

Но сегодня затхлый запах железа, свойственный только метро, пронзил мои ноздри, как иголки. Запах мужчины, пропитанного пота. Запах женской сумки, набитой непонятными вещами. Запах одеколона, смешанный со спертым запахом тела молодых мужчин. Запах женской косметики.

Ын Су приходилось держать себя в руках, иначе его могло вырвать, что потом могли показать по новостям.

«Сегодня утром, около 8 часов, г-н Ю, которому около 30 лет, потерял сознание в метро по дороге на работу. Причиной, как ни странно, был запах, доносившийся из метро. Железнодорожная компания расследовала, была ли утечка конкретного газа внутри метро или уровень углекислого газа был слишком высоким, но заявила, что никаких отклонений от нормы не обнаружено».

Ын Су вздрогнул, вспомнив безжизненный голос диктора. Он крепко сжал ладони ногтями, чтобы держать себя в руках.

Но,

-Руководитель группы Ю здесь.

-Доброе утро, господин Ю.

-Я слышал, что директор сегодня на работе.

-Какое облегчение, что он вернулся к работе.

Даже когда он пришёл на работу, на этом проблемы не закончились. Затаив дыхание, Ын Су неловко поприветствовал своих коллег по работе.

Большинство членов команды Ын Су были женщинами, и от них всегда хорошо пахло. Не духами или косметикой, а просто чистым запахом. Другими словами, это был хороший запах, потому что он был едва уловимым и не резким.

Но сегодня… Проблема была в самой компании. От запаха плитки на полу до запаха печатной бумаги и даже запаха компьютеров. Ну что за? Почему даже компьютеры пахли как-то по-другому?

Понимая, что ему явно нездоровится, Ын Су тихонько достал освежитель воздуха, положил его перед собой на стол, прежде чем сесть. Это был эгоистичный поступок, однако это было куда лучше, чем его стошнит в офисе.

В итоге в то утро Ын Су сходил в туалет четыре раза. Но не для того, чтобы исправить нужду, а потому что его тошнило. Он отправился в самый дальний угол кабинки, тот, которым обычно редко пользовались, и из него вышло всё содержимое желудка.

В тот момент он осознал, что такое токсикоз.

Прополоскав рот в раковине и почистив зубы, Ын Су посмотрел в зеркало. Его лицо было бледным и некрасивым. Ын Су положил руку на живот и пробормотал тихим голосом, который никто не смог бы услышать.

-Бом-и… Я понимаю, что ты ничего не сможешь сделать с токсикозом, но я хочу, чтобы это поскорее закончилось, ладно?

Твой папа — человек, который не может жить без еды.

Слабый голос эхом разнесся по просторной ванной комнате.

Как он пережил это утро? Ын Су безучастно смотрел на тускло освещенное окно. Затем его товарищи по команде попросили пойти на обед вместе. Ын Су уже собирался отказаться, сказав, что сегодня у него важная встреча. Однако…

Он почувствовал знакомый запах. Его нос, который болел, как будто много плакал или жевал чеснок, стал более расслабленным. Ын Су с улыбкой повернулся в сторону, откуда исходил запах, и увидел До Квона в нарядном костюме.

-Ын Су, пообедал? – спросил До Квон, лучезарно улыбаясь. Ын Су ошарашено уставился на него.

Давненько он не видел его таким бодрым и наряженным, как с иголочки. Он был одет в красивый костюм с галстуком, волосы были зачесаны назад. Сколько раз они встречались, он всегда видел его таким безупречным.

Кончик его носа слегка поморщился.

Он улыбнулся и встал со своего места.

- Ах… да. Пойдёмте.

До Квон и Ын Су пошли вместе, изредка касаясь друг друга предплечьями. Коллеги по работе смотрели им вслед, пока они уходили.

- Выглядит неплохо.

- В конце концов, не суди книжку по обложке, верно?

- Я не планировал жениться, но если бы будут пропагандировать брак с такими парами, то я точно подумал бы о женитьбе.

Один из членов команды почесал голову и произнёс.

- Кстати, а директор назвал его «Ын Су-щи»?

- Нет, думаю, он просто имел в виду «Ын Су-я», и сказал это как обычно сладко.

* -щи – уважительная приставка, -я, -а – более ласковые.

- Может, он решил поменять форму обращения из-за компании?

- Ну, не знаю. Он все два года к нему так обращался, а тут вдруг?

- Да какая разница, он всё равно красавчик.

- А… да, верно!

Болтовня команды не прекращалась до тех пор, пока они не покинули 14-й этаж.

Ын Су и До Квон стояли перед опускающимся лифтом. Стоя примерно в полушаге от него, он выглядел как обычный коллега.

- На работе столько всего нового можно узнать о себе.

Сказал До Квон, глядя на отражение Ын Су в дверях лифта.

- Да.

Ын Су ответил слабой улыбкой. После короткого разговора наступила тишина. Затем Ын Су заговорил.

- Как прошёл ваш день?

- Ну, это было немного странно, оказывается, тело само всё помнит. Я впервые работал в таком темпе, но ощущалось, будто это не впервые.

- О, правда?

- Да, для меня слишком естественно любить Ын Су.

До Квон слегка повернулся и посмотрел на Ын Су. Ын Су на мгновение замер, ему было трудно понять, что он только сказал. Нет, как он мог сказать что-то столько романтичное, так бесчувственно?

* Кто не понял, Ын Су спрашивал про дела на работе. А До Квон решил немного подыграть, намекнув, что даже с амнезией будет его любить.

Ын Су покачал головой, но До Квон внезапно схватил его за запястье. Его красивая бровь слегка выгнулась.

- Ты плохо выглядишь.

- Ах…

Ын Су быстро закрыл лицо свободной рукой. Но было уже слишком поздно. До Квон притянул Ын Су ближе к себе. Затем он угрюмо спросил.

- Что-то случилось? Кто-то издевается над тобой на работе?

У Ын Су расшились глаза от такого вопроса, затем он рассмеялся.

- Пфф… Да кто посмеет издеваться надо мной?

- А вдруг посмеют?

Взгляд До Квона привлекли странные слова. Ын Су пожал плечами.

- Ко мне часто приходят и директор, и председатель, к тому же я всем так нравлюсь, так кто же посмеет издеваться надо мной?

- Хм… Это имеет смысл.

До Квон кивнул, как будто понял. Затем он нежно погладил большим пальцем тыльную сторону руки Ын Су.

- Тогда что случилось с твоим лицом? Ты плакал?

Лицо Ын Су сильно отличалось от того, что он видел вчера: опухшие и впалые глаза, сухая кожа и красноватый оттенок на уголках глаз.

Он как раз собирался рассказать ему, что, скорее всего, настало время токсикоза. И он не мог придумать, что съесть подходящего для Бом-и, чтобы его не стошнило. Двери лифта открылись, оповестив сигналом.

- О?

- А?

- …?

Ын Су и До Квон одновременно издали короткий возглас. И кто-то еще в лифте сделал то же самое. Три пары глаз удивленно уставились друг на друга.

Первым заговорил До Квон, его рот расплылся в холодной улыбке.

- Сон Хон-и хён.

Это был Сон Хон. Наставник Ын Су, двоюродный брат До Квона и управляющий директор компании.

При виде До Квона одна бровь Сон Хона резко поднялась.

- …Хён?

Глава 20

-… Хён?

Он подражал словам До Квона с небольшим недоверием на лице, будто услышал что-то странное. Ын Су почесал голову от этой неловкой атмосферы, но До Квон взял его за руку и вышел с ним из лифта. Затем он заговорил с Сон Хоном.

- Давно не виделись, хён. Я слышал, ты вернулся из Штатов.

- Да, верно. Я слышал, что ты попал в аварию и сегодня будешь на работе.

- Тогда почему ты не зашёл в кабинет директора? Хотя нет, это я должен был зайти к тебе, но был занят всё утро.

До Квон ухмыльнулся, взглянув на Сон Хона.

- Ничего страшного, я зайду позже.

Сон Хон честно ответил на слова До Квона, но посмотрел на него странными глазами. Ын Су показалась странной эта атмосфера.

Да, это впервые, когда он видел, чтобы До Квон так разговаривал с кем-то. Возможно, дело было в том, что Сон Хон так долго отсутствовал на работе, хоть они и были родственниками, но всё же могли связываться иногда, верно? Тогда почему ощущалась какая-то странная неловкость.

Пока Ын Су сжимал руки и размышлял, Сон Хон улыбнулся и поприветствовал его.

- Давно не виделись, Ын Су. Ты уже месяц или около того не приходил в компанию поздно вечером?

- Да, управляющий директор, думаю, что примерно так.

Ын Су приподнял уголок рта. Как бы там ни было, Сон Хон был хорошим человеком для Ын Су, и было приятно его увидеть спустя столько времени.

Когда их глаза встретились, До Квон закусил внутреннюю часть щеки.

-… Вы знаете друг друга?

- Да, знакомы. Я принимал Ын Су на работу.

- … Правда? Как удивительно.

Почему я об этом не знал? До Квон погладил указательным пальцем бровь Ын Су. Тем временем омега сжал его руку, как бы говоря: «Потом расскажу».

До Квон крайне не любил, когда я находился рядом с другими людьми. В целом, он часто обо мне переживал, поэтому это было неудивительно. Но он никогда не позволял мне находиться рядом с другими альфами, несмотря ни на что.

К счастью, в команде Ын Су не было альфы. Если бы в команде был один или две альфы, то До Квон незаметно для всех перевёл бы их в другую команду, а может, перевёл бы самого Ын Су в другую команду.

Также повезло, что у Ын Су особо не было друзей. Когда он переехал в Европу, чтобы поступить в университет, то, естественно, потерял связь со своими школьными друзьями, иначе это принесло бы огромные проблемы.

В это время взгляд До Квона метался между Сон Хоном и Ын Су.

-Вы ведь идёте на обед? Давненько не видел вас, могу я присоединиться к вам?

С улыбкой сказал Сон Хон.

Они втроем зашли в корейский ресторан, расположенный неподалеку от компании. Найдя подходящий столик, который располагался в углу, они присели. Причём До Квон и Ын Су сидели вместе, а Сон Хон по другую сторону стола.

-Здесь вкусная еда, - сказал Сон Хон, наливая воды.

-Если мой хён любит здесь есть, то всё в порядке.

До Квон ответил это, протягивая Ын Су мокрое полотенце. Сон Хон уставился на него изучающим взглядом, как будто он был детективом, пытающимся что-то раскрыть. Его губы скривились в слабой улыбке.

-«Хён». Ты уже давно не называл меня так.

-…? Я? Ну, может, и так, я не видел тебя много лет.

-И правда.

Сон Хон поднял три пальца, показывая, что они не виделись уже почти три года. Ын Су продолжал смотреть на них и отпил воды. Затем, опустив стакан, он начал кашлять.

Сегодня он целый день мучился от токсикоза, но, похоже, сегодня ему не удастся высказать своё негодование До Квону, потому что планы немного поменялись.

Ын Су издал почти неслышный вздох через нос, а Сон Хон сцепил руки на столе.

-Но что-то изменилось. Как будто у тебя… Амнезия или что-то в этом роде.

После этих слов между ними воцарилась тишина. Ын Су быстро опустил голову, пытаясь скрыть неловкость, а губы До Квона изогнулись в одну линию.

Это было странно. Как Сон Хон мог узнать об амнезии До Квона, особенно если он был за границей почти три года из четырёх, которых он забыл?

-Верно, это амнезия. Я не помню последние четыре года из-за аварии.

До Квон честно рассказал правду. Родители, секретарь Чон сказали ему, что с его головой всё в порядке, однако он хотел увидеть реакцию Сон Хона.

-…

Сон Хон ничего не сказал, лишь удивлённо приподнял бровь и посмотрел на него, затем он погладил подбородок и скорчил гримасу.

-А, так вот почему…

-Что?

-Нет, кажется, я знаю, почему Ын Су в таком плохом настроении.

-…

-Сегодня, да и в тот день тоже.

-…В тот день?

До Квон со странным выражением лица прищурил глаза. Его раздражение росло оттого, что он совсем не знал, что Ын Су и Сон Хон были знакомы друг с другом, и что они встречались в тот день.

Как раз в тот момент, когда Сон Хон открыл рот, чтобы всё объяснить, в дверь раздался стук, и принесли еду, прервав их разговор.

Официант, закончивший сервировку, поклонился и ушел, но никто не взял в руки столовые приборы. До Квон ждал, пока Сон Хон всё объяснит, однако тот не спешил и потягивал воду, затем прочистил горло, словно собирался рассказать длинную историю. Тем временем Ын Су был на грани тошноты от запаха из-за еды.

-Хм, около месяца назад на рассвете я был на работе, потому что у меня были дела, связанные с делами компании. Когда уже собирался уходить, то столкнулся с Ын Су в холле.

-…

-Он пришёл весь потный, в пижаме и держал в руках большую коробку. Я подумал, что он увольняется.

При этих словах До Квон глубоко вздохнул.

На рассвете. В пижаме. Ын Су с коробкой. Сопоставляя эти факты, он понял, что примерно в то время он выгнал Ын Су из своего дома.

Тогда он думал, куда он пойдёт на рассвете без машины, и только сейчас узнал, что он поехал на работу, там же столкнулся с Сон Хоном.

Он ослабил галстук на шее. Это была его вина, он повёл себя, как отброс. Беременный Ын Су гулял в холодную ночь с тяжелой коробкой на руках, к тому же тогда он не принял ингибиторы.

Что, если бы он встретил хулигана или вообще безумного альфу, или вовсе бы заболел?

До Квон раздражённо потер лицо. В этот момент Ын Су под столом похлопал его по бедру, словно говорил: «Всё это было в прошлом, так что всё в порядке». До Квон осторожно взял руку Ын Су в свою.

При виде этих двоих губы Сон Зона искривились в мрачную гримасу.

-Наверное, тебе было тяжело, Ын Су, он ведь не помнил тебя.

-Ничего страшного, потому что наши отношения остались прежними.

До Квон ответил слабой улыбкой и принялся класть еду на тарелку Ын Су.

-Ешь, Ын Су.

-О, хорошо.

Ын Су пододвинул к себе миску с рисом. Зачерпнув немного риса, он поднёс его ко рту, но от металлического привкуса по всему его телу пробежали мурашки.

Испугавшись, Ын Су непроизвольно схватился за горло и задрожал. В глазах До Квона мелькнуло беспокойство.

-В чём дело? Тебе холодно?

До Квон просунул руку под подушку, на которой сидел Ын Су, и проверил температуру. На ощупь пол был тёплым, в комнате тоже было тепло.

Что ж, это было не так уж и странно. Во время беременности с телом может происходить всё что угодно. Эмоции могут колебаться по-разному.

Придя в себя, До Квон взял с вешалки свой пиджак и накинул на плечи Ын Су. Затем он подозвал официанта и заказал тёплую воду.

-Спасибо, господин До Квон.

Ын Су лучезарно улыбнулся. Пиджак До Квона был пропитан его феромонами, и запах еды, который был не самым приятным, притупился.

Немного поколебавшись, Ын Су взял рулет из баклажана и отправил его в рот. Из-за кашеобразной консистенции и сочащегося масла его подташнивало, но ничего страшного в этом не было.

У него по-прежнему не было аппетита, но гинеколог сказал, что он должен заставлять себя поесть. Он должен был позаботиться о том, чтобы Бом-и хорошо питалась.

С тех пор Ын Су продолжал есть, выбирая только те продукты, которые, по его мнению, пахли не так сильно. Раньше ему казалось, что он упадёт в обморок от одного взгляда на еду, но с феромонами альфы он чувствовал себя гораздо лучше.

Альфы потрясающие.

Ын Су как раз собирался размять рисовые зёрна, как вдруг Сон Хон наклонил голову под углом и позвал его.

-Ын Су.

-Да?

-В тот день, когда мы случайно встретились на работе, ты должен был сказать мне, что До Квон болеет, чтобы я мог помочь тебе.

-Ах, я не подумал об этом, ведь мы давно не виделись.

Ын Су, заикаясь, попытался оправдаться. Несмотря на то, что он был возлюбленным До Квона, а Сон Хон — двоюродным братом, он не мог сказать об этом вслух.

Он не мог рассказать ему, что он беременный и что у До Квона амнезия.

-Хмм, ну, это немного обидно.

Сон Хон игриво сморщил нос, глядя на смущённое выражение лица Ын Су. Ын Су лишь неловко рассмеялся.

Некоторое время все трое ели в тишине. Только ложка Сон Хона двигалась особенно медленно. Он смотрел на До Квона и Ын Су так, словно они были обезьянами в зоопарке. Нет, скорее, как учёный, наблюдающий за результатами эксперимента.

-Я никогда раньше не видел вас с Ын Су вместе. Это очень удивительно.

-Что ты имеешь в виду? – спросил До Квон, чистя рыбу для Ын Су.

-Ну, ты же ненавидел омег.

Сказал Сон Хон, ткнув палочками в жареную утку, которую он переложил себе на тарелку. Голос у него был монотонным и спокойным, но смысл вопроса воспринимался совсем иначе.

-…

Палочки До Квона перестали двигаться.

-…Кха!

Застигнутый врасплох, Ын Су закашлялся, хоть и не жевал. Это было всего лишь одно предложение, но оно перевернуло сознание и Ын Су, и До Квона. В отличие от них, Сон Хон сохранял невозмутимое выражение лица.

-Я думал, что ты никогда в жизни не заведёшь отношения с омегой.

-Хён.

Нехарактерно низкий голос До Квона оборвал слова Сон Хона, и его губы дрогнули, когда они встретились глазами.

-Это в прошлом.

Это было как предупреждение. Предупреждение о том, что он должен замолчать. К сожлению, Ын Су уже всё знал.

Ещё с того дня, когда он собирал вещи в доме До Квона. Потому что Сон Хон, с которым он столкнулся на работе, рассказал ему то, что он не хотел бы узнать, однако рано или поздно пришёл бы такой момент, когда он бы узнал эту историю.

Ын Су потягивал тёплую воду и вспомнил разговор с Сон Хоном.

Расслабленную атмосферу компании на рассвете. Наступившая темнота. Хаотичная ночь и приветливое лицо Сон Хона. И его первый визит в кабинет управляющего директора.

Пока они общались, он получил сообщение от До Квона с извинениями и приглашением поужинать с ним на выходных, отчего его сердце растаяло. В тот момент Сон Хон стучал указательным пальцем по подлокотнику кресла и сказал.

-Но чем больше я об этом думаю, тем становится интереснее.

-Что?

-То, что у До Квона и Ын Су такие отношения.

-Почему вам это интересно?

-Потому что До Квон раньше ненавидел омег.

-До Квон? Омег?

Сон Хон тогда ещё подтрунивал над ним, говоря, что До Квон не просто не любит, а именно ненавидит, но всё это было в прошлом. Сейчас же он любит его настолько, что был готов отдать свою жизнь за Ын Су.

-Когда он учился в старшей школе, он был влюблён в омегу. Он им очень сильно дорожил. Тем более он альфа, а для них любить омег было чем-то естественным, верно?

-Э-э, а, да. Да, это так.

Ын Су прищурил глаза, вспоминая свои школьные годы, которые он едва мог вспомнить. Первая любовь. Первый альфа, которого он встретил. Ни имени, ни лица, просто размытое лицо. Просто юная любовь. Ни больше, ни меньше.

До Квон был очень популярен. Доминирующий альфа, безумно красивый, к тому же сын из богатой семьи. Мечта любого омеги.

- Ах… Верно.

- Но вот До Квон влюбился в омегу.

Ын Су кивнул без особого смысла. Первая любовь. Это прекрасно. К тому же у него тоже была первая любовь, и, кроме того, сейчас, когда ему за тридцать, он мог лишь назвать это всего лишь детским увлечением.

- В тот момент До Квон был слишком наивен, не так ли? Хоть он и воспитывался председателем совета директоров, но его воспитание отличалось от сыновей и дочерей других богатых семей.

- Да, его мать рассказывала.

Ын Су неловко усмехнулся, вспоминая слова Мён Хи: «Хоть я его и воспитывала, но он вырос таким, каким захотел». Сейчас До Квон уже взрослый, он вырвался из лап Мён Хи, но когда учился в школе, наверное, ему было сложнее.

- Он хотел быть с этой омегой, поэтому приложил немало усилий к своей первой любви: разговаривал с ним, ходил за ним по пятам, дарил подарки и так далее.

-…

Ему показалось это милым. К тому же это была первая любовь До Квона, он смог узнать что-то из его прошлого, чего не знал раньше.

- В итоге они начали отношения с омегой, должно быть, для До Квона это было самое важное время.

- Наверное, да.

- А потом у него началась течка.

- Ох…

- Вот только он переспал с другим альфой, а ещё это произошло на территории школы, и всё это видел До Квон.

- Ах…

Ын Су издал короткий звук. Течка, гон. Это не являлось чем-то необычным, однако… Когда у омеги начинается течка, то он становится больше похож на животное. То же самое случается и с альфами в период гона.

Жар овладевает телом, жажда удовольствия завладевает мозгом, и не остается ничего, кроме желать феромонов и тела альфы. Как наваждение, как одержимость или как странник в пустыне, обезумевший от жажды.

Такие случаи нередки в подростковом возрасте, когда человек еще не осознает своего тела.

Но редко кто видел это воочию... Как такое может быть?

Ын Су сочувственно нахмурил брови, но Сон Хон продолжил говорить, не обращая внимания на выражение лица Ын Су.

- В то же время вот так закончились первые отношения До Квона, он был очень подавлен.

- Вы хорошо знаете… о господине До Квоне.

- Потому что я учился в третьем классе той же школы, когда он учился во втором.

- Ах… Так… Поэтому господин До Квон так ненавидел омег?

- О, нет. После этого было много чего. Не может же альфа настолько возненавидеть омег, чтобы держать их на расстоянии только потому, что это случилось всего один раз, верно?

Сон Хон негромко рассмеялся и выпрямился, а затем уставился в пустоту за пределами Ын Су. Его глаза были странно расфокусированы, как будто он вспоминал далекое прошлое.

- Но омеги, с которыми встречался До Квон, были до странности добродушными.

- Вы имеете в виду…?

-Интересно, все ли омеги такие…

-…

Лицо Ын Су напряглось. Будучи омегой, он и сам не раз сталкивался с недопониманием и предрассудками. Но когда его неправильно понял Сон Хон, ему стало не по себе.

Ын Су застыл на месте, а Сон Хон извинился с ноткой смущения.

- Прости, я не хотел тебя обидеть, Ын Су. Я бета, поэтому об альфе и омеге узнал только благодаря книжкам, прости меня за моё невежество.

-…

- В любом случае, как бета, я вижу, что все омеги, с которыми встречался До Квон, странные. Обычно они нормальные, но когда у них начиналась течка, они спали с другими альфами, и именно это зацепило До Квона. Я не беру тех омег, которые делают это за деньги.

-…

- Он не такой уж и стеснительный, но когда я увидел, как он общается с ними, то подумал, что с ним что-то не так.

На это Ын Су сощурил глаза. С До Квоном не может быть никаких проблем.

Мужчина, которого встретил Ын Су, был не проблемным, а слишком хорош, даже через чур. До Квон любил его до безумия, был всегда милым с ним и никогда не оставлял во время течки. В постели он тоже был идеальным, нет, даже слишком идеальным. Бывало и такое, что, не выдерживая его напора, он сбегал.

Значит, Сон Хон ошибался. Просто До Квону странно не повезло.

Ын Су уже собирался опровергнуть слова Сон Хона, но тот его перебил.

- В какой-то момент До Квон начал ненавидеть омег, что вполне объяснимо, ведь все омеги так ужасно поступали. Он не верит в любовь, и уж точно не верит в омег.

-…

- Вот почему председатель была так строга с ним, потому что в Корее существует традиция, согласно которой альфы обязаны возглавлять компанию. Даже если с До Квоном всё было в порядке, она не могла не волноваться за него, потому что До Квон мог потерять все свои деньги.

-…

- Даже если ты председатель, ты не можешь управлять компанией по своему усмотрению, верно? Даже совет директоров поднимал эту тему, потому что с тех пор, как До Квон присоединился к компании, не было ни одного скандала.

-…

Доминирующий альфа, который не хочет встречаться с омегами, даже когда начинается гон. Доминирующий альфа, уничтожающий вручную свои драгоценные гены. Это было бы ужасно. Даже ходили слухи, что До Квон не является доминирующим альфой.

-…

- Однако, Ын Су, тебе повезло, что тебе удалось так долго встречаться с До Квоном.

Ухмылка Сон Хона положила конец долгому разговору.

Этот разговор помог мне понять, почему До Квон смотрел на меня так, когда очнулся из комы, и почему он относился ко мне как к омеге, а не как к Ю Ын Су.

- Раньше я тоже ненавидел альф, но теперь мне очень нравится До Квон.

-…

- Что было, то было.

Ын Су отложил стакан с водой, как будто это было неважно. Затем он взглянул на До Квона и улыбнулся.

Как он и сказал, всё это было в прошлом. К тому же, Ын Су было за тридцать, возраст, в котором циклы течек были регулярными, поэтому он всегда был готов к ним. Он был не настолько молодым, чтобы с лёгкостью поддаться влиянию феромонов.

-… Да, это в прошлом.

Сон Хон посмотрел на Ын Су и поджал губы.

Ужин закончился неловко. Хоть еда была вкусной, а порции большими, всё равно никто не наелся. У Ын Су даже заболел живот.

Наконец в комнату вошла официантка с горячим чаем и лёгкими закусками.

- Мне нужно в туалет.

Ын Су встал, не в силах сдержать тошноту.

- Может, мне пойти с тобой?

Спросил До Квон, явно беспокоясь за Ын Су, который выглядел не очень хорошо. Ын Су покачал головой и вышел из комнаты.

Уборная в кафе была просторной и чистой. Повсюду стояли маленькие растения в горшках, и пахло приятно. Тем не менее, в животе у него было неприятное чувство.

Ын Су хотел избавиться от всего съеденного, но времени на это не хватало. Если бы он задержался в уборной, то До Квон явно будет переживать за него.

Поэтому он просто помыл руки и даже умыл лицо холодной водой, чтобы ему стало легче.

Сделав несколько глубоких вдохов, Ын Су вышел из ванной, но перед ванной стояла чья-то чёрная тень. Это был Сон Хон.

- Управляющий директор?

- Ын Су, ты в порядке?

- Господин До Квон…

- Он разговаривает по телефону с секретарем Чоном. Он слишком сильно беспокоился, что Ын Су плохо себя чувствует, поэтому решил позвонить ему, а меня отправил сюда.

- Ох…

Ын Су кивнул и погладил свой затылок. Сон Хон тихонько вздохнул и обеспокоенно посмотрел на него.

- Что случилось? Хоть у До Квона и амнезия, но с ним всё в порядке, да и отношения между вами тоже в порядке, однако ты, Ын Су, кажется, не в очень хорошем состоянии.

- Ах… Думаю, я немного устал.

Ын Су смог найти оправдание, но не сказал о своей беременности. Хотя он прекрасно знал причину своего недомогания.

- Ох… Хочешь, я куплю тебе что-нибудь вкусное, например, пончик или что-нибудь ещё?

- Что?

- Ын Су, ты же любишь такие вещи.

- Ох…

На мгновенье Ын Су замер, но потом он улыбнулся слабой улыбкой. Так и есть. До отъезда Сон Хона в США они часто виделись и ели десерты. Все рестораны, в которые он часто ходил, подсказал ему Сон Хон в тот момент, когда он только устроился в компанию. Всё было для него в новинку, и многое было непривычным.

Кажется, что это было очень давно.

- Уже так много времени прошло, как же назывались те э-э-э пирожные в виде маленьких пирогов.

- Тарталетки.

- Да, давайте сходим поедим туда. А ещё там отличный клубничный смузи.

- Это я тоже куплю.

Ын Су улыбнулась с блеском в глазах. По какой-то причине тарталетки и клубничный смузи показались ему чем-то приятным, несмотря на токсикоз. Ын Су уже собирался сказать, что шоколадное печенье тоже очень вкусное, как Сон Хон провел пальцами по взъерошенному воротнику Ын Су.

- Теперь ты улыбаешься.

- Ах…

- Раньше я волновался, потому что у тебя был плохой цвет лица. До Квон беспокоил тебя?

- Нет-нет, совсем нет.

Ын Су вскинул голову и развел руками. Сон Хон с облегчением кивнул.

- Если До Квон будет тебя обижать, скажи мне, хорошо?

- Да, конечно.

Ын Су энергично ответил. Сон Хон легонько погладил Ын Су по волосам. Ын Су улыбнулась, как ребенок.

Сон Хон был другом, который поддерживал его в трудные времена, но ещё он был хорошим коллегой.

На мгновение они встретились взглядами. Сон Хон первым повернулся.

- Пойдём, До Квон нас найдёт.

- Да!

Воскликнул Ын Су. Пока они шли по длинному коридору к вестибюлю. Ын Су украдкой поглядывал на спину Сон Хона. Он не собирался смотреть, но ему ничего не оставалось делать, кроме как смотреть, потому что в узком коридоре за его спиной было тесно.

Внезапно он вспомнил тот день, когда он пришёл на рассвете в компанию. Он вспомнил, что сказал Сон Хон перед тем, как они разошлись. Уже почти подошло время для приезда первого поезда в метро, он встал, чтобы подойти ближе к платформе.

- Ын Су! – окликнул его Сон Хон с томным взглядом.

- Что?

- До Квон должен быть уверен, что Ын Су не станет такой же омегой, как и его бывшие, раз он так страстно любит тебя.

Вспоминая это, Ын Су провела языком по зубам. Сон Хон имел в виду, что я ничем не отличаюсь от других омег, с которыми встречался До Квон, или что в итоге мы расстанемся из-за того, что я пересплю с другим альфой? Или он преувеличивает?

Скорее всего, последнее.

Сон Хон — бета, возможно, он не понимает, что есть общее между альфой и омегой. Интимные отношения очень важны, и они даже доминируют, но в конце концов мы были такими же людьми. Мы разговариваем, делимся и строим любовь на этом.

Течка ничего не изменит в этой системе.

Ын Су тряхнул головой, чтобы прогнать мысли, лучшим выбором было выбросить это из головы. Единственное, на чём ему нужно было сосредоточиться, — это Бом-и в моём животе.

Глава 21 - Фальшивый До Квон

Сегодня утром я весь день мучился от токсикоза. Я не думал, конечно, что она закончится за несколько дней, однако не имел понятия, что она продлится целых 3 недели. Я посмотрел где-то в интернете, что она может продлиться до трех месяцев, это было ужасно.

Благодаря этому Ын Су похудел. Неудивительно, ведь он в последнее время ест меньше трети от своего обычного рациона. До Квон беспокоился, коллеги тоже были теми, кто беспокоился за него, потому что видели, что с ним что-то не так.

Ын Су выглядел так, будто умирает, и оправдывался тем, что сейчас сидит на диете, но это не помогло.

- О, Боже. Ты и так худой, зачем тебе садиться на диету?

- Не знаю причин, почему вы сели на диету, но потеря такого количества веса намного хуже для здоровья, чем ожирение.

- Вам надо наоборот поправляться, а то совсем скоро коньки отбросите!

Всё в таком духе, они беспокоились по-разному. Ын Су был не против такого внимания. Конечно, он чувствовал себя, будто его излишне опекают родители, но было приятно осознать, что кто-то заботится о нём. Вздохнув через нос, он щёлкнул мышкой, в углу экрана высветилось уведомление.

[Приходите в зал заседаний].

Это было сообщение от До Квона. Ын Су, не раздумывая, вскочил на ноги, ведь феромоны До Квона помогают ему почувствовать себя лучше.

Как только дверь лифта открылась, Ын Су бросился в объятия До Квона. Тот в свою очередь, беспокоясь, что он может упасть, быстро отреагировал и поймал его.

- Тебе не стоит бегать здесь, мраморный пол такой твёрдый. Что, если ты упадёшь?

Ын Су уткнулся носом в его шею и вдыхал яркий аромат, не обращая внимания на причитание альфы. Вздохнув, До Квон подхватил его на руки и отнёс на диван, усадив к себе на колени. Ын Су заёрзал, пытаясь найти удобное положение.

- Ты сегодня завтракал? – спросил До Квон.

- Только… банан и…

- Банан и…?

- Лимонные конфеты.

- Это всё?

Ын Су кивнул, но вот лицо До Квона помрачнело. Он провёл пальцами по шелковистым волосам Ын Су, беспокоясь о том, что он не может есть. Он думал над тем, что бы такого дать Ын Су поесть, но всё было бесполезно, ведь его даже от запаха тошнило.

Единственное, что мог съесть Ын Су, - это фрукты и напитки, но они содержали в себе мало питательных веществ.

Он беременный и не может есть, к тому же ещё и теряет вес. Для До Квона это выходило за рамки нормы, как же так получилось. Пока До Квон размышлял над тем, как решить эту серьёзную проблему, Ын Су тихо произнёс.

- Тем не менее, я буду обедать с вами, поэтому смогу немного поесть.

На лице До Квона появилось озадаченное выражение. Он нахмурил брови и пробормотал.

- Ах, это… Мне скоро нужно уходить.

- Что?

- У меня есть кое-какие дела вне компании.

- Значит, вы не останетесь на обед?

Уткнувшись лицом в затылок До Квона, Ын Су резко поднял голову, а в глазах мелькнуло разочарование. Он понял, что тот с нетерпением ждал обеда с ним, поэтому До Квон прикусил нижнюю губу и отпустил её.

- То же самое и с ужином.

- И ужин?! – Ын Су практически закричал в ответ.

Обед в минус, так ещё и ужинать придётся одному. Такое случалось с тех пор, как у него начался токсикоз. Он не мог нормально поесть, если с ним не находится До Квон.

Лицо До Квона исказилось при виде расстроенного лица Ын Су.

- Мне жаль. Это важный покупатель. Я сказал, что не смогу приехать из-за других дел в моём графике, но они сообщили, что если удастся провести сегодняшнюю встречу, то они будут готовы изменить некоторые части контракта по нашему желанию.

-…

- Я приду домой после работы. Постараюсь сделать всё как можно быстрее и буду там до восьми.

-…

- У меня в холодильнике есть ингредиенты для смузи, так что ты можешь бросить их в блендер и смешать. Ещё я купил печенье и разные напитки со льдом.

- Я знаю. – Ын Су перебил До Квона.

Ему было всё равно, что лежит в холодильнике, пускай даже ингредиенты для смузи, хоть целая корова. Что бы там ни было, ему придётся снова проходить девять кругов ада, чтобы поесть, и от одной мысли об этом у него сводило живот. Ын Су, утешая себя, посмотрел на геометрическую скульптуру, стоящую в углу кабинета.

- Ты… злишься? – осторожно спросил До Квон.

- Нет, это работа, вы с этим ничего не поделаете, - Ын Су покачал головой. Он выглядел счастливым, казалось, что он вот-вот ударит статью и разобьёт её. До Квон быстро добавил.

- Но я всё равно буду с тобой в эти выходные: завтракать, обедать, ужинать, перекусывать, даже ночью.

- Да-а… - протянул Ын Су.

На его маленьком лице всё равно оставалось кислое выражение. Казалось, что он мог зарыдать в любой момент и убежать. Ресницы До Квона застыли от напряжения, он погладил его по щеке.

- Посмотри на меня…

Взгляд Ын Су наконец-то переместился на До Квона, он тут же сглотнул сухую слюну.

- Может, мне просто… отменить встречу? Мы потеряем немного денег.

- Сколько вы потеряете?

- Ну, десятки миллиардов, наверное. В этом нет ничего страшного, мы заключим другой контракт, - До Квон сказал это, как будто он рассказывал прогноз погоды.

-…

Ын Су глубоко вздохнул. Десятки миллиардов. Это было число, которое то появлялось, то исчезало в крупных контрактах, так что оно казалось нереалистичным. В любом случае, это не карманные деньги, а Sungjin - не та компания, которая рухнет, потеряв десятки миллиардов. Но это была позиция До Квона, а что касается самого Ын Су? Разве это не его компания? Даже если сейчас ничего не случится, то вдруг в будущем… Как можно отказаться от таких денег?

Ын Су уставился на До Квона, который был весь надутый, что выглядело очень мило. Такого обеспокоенного любовника трудно не любить. Ын Су схватил обе щёки Ын Су и слегка прижался к ним губами, а затем отстранился.

На часах уже было пять часов. Атмосфера в компании стала странной. Все по-разному суетились. Кто-то был взволнован тем, что у них оставался ещё час до окончания работы. У кого-то метались мысли, что будет, если они не закончат свою работу к этому времени. И были те, кто медленно печатал, потому что их оставили на сверхурочную работу.

Ын Су к ним не относился, потому что его работа была уже закончена, и ему не нужно было задерживаться, но даже так, он не хотел уезжать. От одной мысли о том, что он останется в доме До Квона один, без него, появлялся ком в горле.

Но несмотря на это, там хотя бы будут витать его феромоны, так что это даже немного лучше, чем находиться в этом унылом офисе. Подумав об этом, его настроение стало лучше.

Ын Су потёр заслезившиеся глаза, не понимая, почему его тело так напряжено. Каждый мускул в его теле подрагивал, а голова раскалывалась от лёгкой головной боли.

Возможно, причина была в токсикозе, а возможно, из-за недоедания.

Потянувшись, Ын Су рассеянно взглянул на календарь и тихо вздохнул.

- Ах…

До начала течки оставалось три дня, похоже, что скованность в теле была связана именно с этим.

Течка… Это была его первая течка с момента беременности. Он подумал о том, что нужно сходить к гинекологу. Раньше он мог позволить себе развлекаться с До Квоном несколько дней подряд, но сейчас из-за беременности эти обстоятельства изменились. Ын Су не сможет принимать одновременно ингибиторы и таблетки для подавления течки.

Ын Су потёр затылок, чтобы собраться с мыслями.

- Командир группы Ю. Я отправил вам черновик, пожалуйста, подтвердите.

- О, хорошо.

Перемещая курсор на общую папку, как вдруг в углу монитора появилось сообщение.

Это был Сон Хон.

Ын Су прибыл к роскошному отел. Н на встречу с Сон Хоном. Он приехал за час до работы и пригласил его поужинать вместе впервые за долгое время.

[ Ын Су, ты занят?]

[ До Квон сегодня уехал по рабочим делам, так что если у тебя нет планов на ужин, присоединяйся ко мне].

[ Я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким].

После минутного колебания Ын Су принял его предложение. Он уже почти месяц торчал то на работе, то дома из-за токсикоза, подумав, что, возможно, ему всё-таки удастся поехать хотя бы за пределами дома и компании.

В холле отеля Ын Су достал мобильный телефон и отправил сообщение До Квону.

[Я на ужине с управляющим директором. Вернусь к твоему приходу].

Он написал сообщение и уже собирался нажать кнопку «Отправить», как вдруг кто-то тронул его за плечо. От неожиданности Ын Су обернулся и выронил телефон.

- Ын Су, - перед ним стоял Сон Хон в костюме.

- Директор, - Ын Су улыбнулся и поприветствовал его. Это был первый раз, когда он увиделся с ним после того, как они вместе пообедали в корейском ресторане.

- Давно не виделись. Спасибо, что нашёл время встретиться со мной.

- Всё в порядке, вы сказали, что угостите меня, поэтому я в любом случае пришёл бы.

Они сидели в ресторане, что располагался внутри отеля, у всех было хорошее настроение. Сон Хон забронировал столик в элитном ресторане на верхних этажах. Там были и другие места, где можно было послушать классическую музыку.

Ын Су внимательно изучал меню, пытаясь выбрать что-нибудь, что он сможет съесть. Он пытался выбрать специальные блюда без рыбного запаха и сильных специй.

Трапеза шла спокойно. Блюда подавались по очереди, поэтому, если что-то пахло слишком сильно, то он пытался не обращать на это внимания. Некоторые блюда были съедобными, некоторые – нет, но ничего не было настолько отвратительным, что ему внезапно может стать плохо.

Тем временем они с Сон Хоном о пустяках. Они говорили о компании, о людях и, конечно же, об экономике. Когда пришло время десерта, Ын Су спросил.

- А у вас нет девушки?

- У меня?

- Да, вдруг у вас есть, а я об этом не знаю?

- Ху-у, нет, у меня нету.

Сон Хон покачал головой. Ын Су лишь насадил макарон на вилку и снова спросил.

- Серьёзно? Почему? Вы не можете или это из-за работы?

- Ну, есть несколько причин. Есть кое-кто, кто мне нравится.

С этими словами Ын Су откусил кусочек макарона. Хрустящая корочка разлетелась на кусочки, затем он положил вилку на место. Он положил руки на стол и слегка наклонился вперёд, в его ясных глазах сверкнуло любопытство.

- Ого, правда? Тогда кто это? Хотя, возможно, я не знаю этого человека.

- Хмм, может и знаешь.

Сон Хон приподнял бровь, попивая вино. Глаза Ын Су засияли ещё сильнее, он всегда находил любовную жизнь других людей интересной, особенно если речь шла о Сон Хоне.

- О, неужели это кто-то из моих знакомых? Это удивительно, я не знаю в компании никого, кроме управляющего директора и своих коллег по работе. Тогда кто это?

Ын Су нахмурил брови и задумался, однако ему никто не приходил на ум. Кто-то, кто мог бы понравиться Сон Хону?

Пока Ын Су постукивал подошвой по полу, Сон Хон, откинувшись в кресле, заговорил.

- Это омега.

- А?

- Человек, который мне нравится – омега.

- Ух, но…

- Да. Я бета.

Ын Су быстро моргнул. Он и представить себе не мог, что Сон Хон влюблён в омегу. Конечно, для человека нет ничего странного или удивительного, чтобы влюбиться в другого человека, но это слегка смущало. Ын Су по этой причине чувствовал себя не далёким.

Ын Су прикусил внутреннюю сторону щеки и отпустил её, а затем широко улыбнулся.

- Нет же закона, запрещающий бетам и омегам встречаться. Это не невозможно.

- Я тоже так думал, но это довольно тяжело, потому что беты не могут делать то, что делают альфы и омеги.

- Ох…

Ын Су вздохнул. Да, это может показаться лишением. Феромоны, течка, гон — есть много чего, что не понимают беты. Омега нуждается в феромонах альфы, поэтому Сон Хон, наверное, чувствовал себя несчастным.

У него было много достоинств: внешность, высокий рост, хорошее финансовое и социальное положение. Но он был влюблён в омегу… Это было не очень приятно.

Ын Су одним глотком допил остатки воды и посмотрел на Сон Хона.

- Если я его знаю, могу я чем-нибудь помочь?

- Ты, Ын Су?

- Да. Если вам нужна помощь, то просто скажите.

- Правда?

- Конечно. Вы мне нравитесь, господин управляющий директор, и помогу вам всем, чем смогу.

Ын Су кивнул с радостным выражением лица. Сон Хону нравилось то, каким был милым Ын Су. Он подозвал официантку и попросил принести стакан воды. Официантка, молча поклонившись, налила воду, спустя несколько секунд пустой стакан был снова наполнен.

Сон Хон посмотрел на него и поджал губы.

- Но я немного опоздал, у этой омеги есть другой мужчина.

- Ох… Они женаты?

- Нет, у них отношения.

- Ну, тогда, может быть, есть шанс? Я имею в виду, что часто же так происходит, что люди завязывают отношения, а потом расстаются…

- Возможно ли, что так и получится?

- Да. Пары, которые расстаются, гораздо больше, чем тех, кто женится. Так что и такое может быть.

Ын Су кивнул, как будто был убеждён. «Если люди не нацелены на брак, то, вступая в отношения, они могут расстаться. Десятки или сотни пар встречаются и расстаются каждый день, и нет никакой гарантии, что человек, который понравился Сон Хону, не окажется снова одиноким».

В любом случае, выбор будет за омегой, который ему нравится.

Было бы здорово, если бы у Сон Хона появился возлюбленный. Ходить на двойные свидания с До Квоном. Вместе путешествовать. Омега, который нравится Сон Хону, наверняка, приятный человек. Это было бы неудивительно, что ему нравится именно он, а не кто-то другой.

Ын Су улыбнулся этой мысли, поднимая стакан с водой. Он уже собирался проглотить воду, как в нос ударил странный запах. Поднеся стакан ко рту, он вскинул голову и скорчил гримасу.

- Почему вода пахнет лекарствами…

- Лекарствами? – удивлённо спросил Сон Хон.

- Да, раньше такого не было.

Ын Су снова понюхал воду. Она определенно пахла лекарством. Он не знал, что это такое, но вода имела тот терпкий горьковатый вкус, который обычно оставляют таблетки, когда их глотаешь, но они остаются в горле.

- Правда? Не знаю, - Сон Хон покачал головой, затем отпил воду.

-…

Ын Су скривил губы, гадая, может быть, дело было в его чувствительном обонянии из-за токсикоза. Сморщив нос, Ын Су сделал глоток воды. Он тяжело сглотнул, и вкус воды показался ему странным, его язык словно горел.

Он быстро отставил стакан и глотнул апельсинового сока, чтобы прополоскать рот.

- Хочешь, я поменяю воду? – ласково спросил Сон Хон.

- Нет, я уже закончил.

Ын Су покачал головой, как будто всё действительно было в порядке. Затем достал мобильный телефон и разблокировал экран, на час уже было около восьми.

[Ты уже дома?]

[Скоро буду].

Высветилось сообщение и от До Квона. Он хотел сообщить, что тот находится в отеле и обедает с Сон Хоном, но остановился, подумав, что если уедет сейчас, то успеет раньше него.

- Тогда я пойду? – спросил Ын Су, пытаясь закончить встречу поскорее.

- Уже? Я собирался угостить тебя десертом, - Сон Хон прикусил губу, как будто был разочарован.

- Может быть, в другой раз, - Ын Су улыбнулся и схватил свою куртку, тем временем Сон Хон тоже вскочил на ноги.

- Мне нужно в туалет, давай тогда выйдем вместе.

-А… да…

Ын Су кивнул, продевая руки через куртку. Затем он вытянул руки и сел в кресло. Сон Хон обогнул стол, похлопал Ын Су по плечу и взглянул ему в глаза, и ушёл.

Оставшись один, Ын Су уставился на оставшийся макарон. Ярко-красный макарон был предположительно со вкусом клубники. Он думал, съесть его или нет, если это клубника, то всё будет в порядке.

Ын Су, размышляя об этом, взял макарон.

- Кха!

Внезапно сердце сжалось, как будто кто-то схватил его обеими руками. Верхняя часть тела Ын Су выгнулась из-за сильного давления. Макарон, который он держал в руках, упал на пол. Дыхание перехватило. Грудь болела настолько, что из горла вырвался сдавленный стон. Он хотел закричать, но из его приоткрытого рта вырвался лишь хрип и прерывистый звук дыхания. Ын Су схватился за грудь, пытаясь отдышаться. Тело было охвачено жаром.

- Ха… ха…

Жар был настолько сильным и мощным, что пронзил всю грудь и с бешеной скоростью распространился по конечностям. Его кровь, казалось, шипела и кипела. Нет, ему казалось, что она вот-вот прорвётся через вены и вытечет наружу.

Дыхание вырывалось рваными вздохами, горячими, как огонь. Раскаленная желчь грозилась выплеснуться изо рта.

В одно мгновение налитые кровью глаза Ын Су дико забегали из стороны в сторону. Его дыхание было обжигающим. Температура, совершенно отличная от простуды или боли в теле. Из него вырвались феромоны, в дырочке зудело и щекотало спину.

Ощущения были знакомыми.

Течка. Это была течка.

- Почему… почему вдруг…

До неё ещё три дня. Этого не может быть.

Ын Су запыхался. Когда он сделал вдох, его тело тут же наклонилось под углом. Он пробормотал что-то и упал прямо вниз. Его конечности словно отказали его держать. Мышцы словно расправились, и он не мог контролировать ни одну часть своего тела.

Ын Су потёрся щекой о пол и застонал. Холодный пол казался спасением, поэтому он делал это неосознанно. Его корчащаяся на полу фигура напоминала змею. Или рыбу, выброшенную на берег. Ын Су почувствовал, что что-то тут не так. За все свои 30 лет жизни он пережил множество течек, но никогда не испытывал ничего подобного.

Воздух, словно острый нож, пронизывал всё его тело. Запахи, проникающие в ноздри, были одновременно отвратительными и возбуждающими. Он смутно ощущал феромоны какого-то безымянного альфы. Мозг словно плавился от жара, а глазные яблоки горели, как в огне.

Он подумал, не потому что ли, что он беременный, этот цикл течки был гораздо более жёстким, чем первый.

- Мхм…

Ын Су скривился и посмотрел на пиджак, который был накинут на стуле. Во внутреннем кармане находилась маленькая бутылочка ингибитора. Он не знал, подействует ли она на течку, но сейчас ничего другого не оставалось.

Нужно было принять таблетки и позвонить До Квон по мобильному телефону, лежащему на столе.

Дрожащими руками Ын Су схватился за край куртки. Стиснув зубы, он потянул куртку вниз, отчего стул опрокинулся. Тяжёлый стул ударил Ын Су по плечу.

- Ай…

Не в силах закричать, Ын Су подавил стон. Было больно. Кости хрустели и будто бы рассыпались, как конфеты. Но Ын Су взял себя в руки, он пошарил в куртке и нашёл бутылочку с лекарством. Его пальцы не слушались, пока он возился с крышкой, пока, наконец, ногти не зацепились за крышку, и он смог извлечь таблетку.

Как вдруг с хлопком открылась дверь.

Одновременно с этим тело Ын Су пронзил знакомый феромон.

Это был феромон До Квона.

- Господин… До Квон?

Глава 22

-Господин… До Квон?

Ын Су попытался поднять голову и посмотреть на дверь, но До Квон оказался быстрее. Он пошел к нему на длинных ногах и присел на корточки перед Ын Су, а затем протянул что-то к лицу. Это был баллончик спрея.

Ын Су попытался раскрыть глаза, чтобы посмотреть что это такое, но зрение затуманивалось. Из баллончика выплеснулась холодная жидкость.

-Ах…!

Это было не больно, но жгло, как мята. Ын Су быстро моргнул, и его зрение начало выцветать до белого цвета, а затем взор стал не размытым, а полностью искаженным.

Предметы перед его глазами сначала мелькали, а потом и вовсе стали исчезать. Он мог различать только свет, пол и потолок. Человек перед ним стал приобретать разные формы.

Ын Су крепко зажмурил глаза, а после открыл их, пытаясь разглядеть молочно-белое пятно. Но лучше не становилось.

-Господин До Квон… Вы ведь До Квон, верно?

-…

До Квон ничего не ответил, а лишь молчал. Ын Су обеспокоенно помахал рукой, его феромоны странным образом отличались от обычных. Они были немного слабоватыми, немного резкими. Может быть, дело в беременности или из-за того, у него началась течка, поэтому он стал таким чувствительным? Нет, это не было похоже на одеколон феромонов. Но и также это не мог быть До Квон, потому что он сейчас не мог находиться здесь и феромоны его были не те.

В этот момент кончики пальцев Ын Су коснулись края брюк До Квона. Ын Су схватил его и крепко сжал, его белая рука задрожала.

-Господин До Квон, п-пожалуйста, обнимите меня… Господин До Квон…

Ын Су звал его, его голос был невнятным. Не имело значения, почему здесь До Квон, откуда он знал, что Ын Су находился здесь, в какой момент придёт Сон Хон. Ему просто нужен был кто-то, чтобы сбить жар и утолить жажду, ему нужен был он.

Ын Су зажмурился, притянув его ближе.

-До Квон, пожалуйста…

Его тошнило от сильной похоти. Ему хотелось сорвать себя одежду и взять его прямо сейчас, чтобы пропитать всё тело феромонами. Заниматься сексом до тех пор, пока не будет отваливаться спина. Ему казалось, что если он сейчас не сделает этого, то он умрёт.

Он продолжал задыхаться. Его ноздри, подчиняясь инстинктам, постоянно вдыхали феромоны До Квона, но плотно закрытый рот не выпускал воздух, отчего кружилась голова.

Но До Квон, как ни странно, никак не реагировал на происходящее, и просто не двигался. Он смотрел на Ын Су.

От нетерпения Ын Су вцепился в пол дрожащими руками. Вынужденный приподнять верхнюю часть тела, он встретился взглядом с До Квоном, который сидел перед ним на корточках. На самом деле он не смотрел на него, а просто уставился мутными глазами туда, где должны быть глаза.

-Господин… До Квон…

Ын Су поднял на него умоляющий взгляд. Его красный язык беспомощно болтался между пухлыми губами. Тяжёлые веки закрывали наполовину его зрачки, а щёки горели глубоким розовым румянцем. Дыхание его было хрупким и неровным, выдохи рваными и резкими.

Омега. В этот в нём проявилась сущность омеги.

-…

До Квон бросил взгляд на Ын Су, однако ничего не предпринял.

-Ых…

Ын Су беспомощно плюхнулся на пол, как вдруг огромная рука схватила его за локоть. Этот хват был очень болезненным.

Худощавое тело Ын Су шаталось, До Квон обхватил Ын Су за талию, чтобы поддержать его. Ын Су втянулся в его объятия, словно только этого и ждал. По привычке он уткнулся в его шею, где обычно феромоны ощущались сильнее всего. Но сегодня почему-то… Он не ощущал их. Ын Су приподнялся на носочки, чтобы глубже погрузиться в объятия До Квона. Ему нужны были его феромоны, запах тела, его тепло. Но оно было не таким сильным, как обычно, поэтому Ын Су сгорал от раздражения.

И ткань, накинутая на него, была странной. Это был не пиджак и не пальто, а материал, похожий на винил. Это было похоже на спортивную куртку или плащ. Он не мог понять этого.

Пока Ын Су чесал затылок в замешательстве, До Квон обхватил его за талию. Теперь он цеплялся за него, как цикада за дерево. Его слабые ноги волочились попеременно то по полу, то в воздухе.

Он вынес Ын Су из ресторана и спустился на лифте на 20-й этаж. На двадцатом этаже царила тишина. До Квон отнёс Ын Су в комнату в самом конце 20-го этажа. Пока они шли по длинному коридору с красным ковром, Ын Су, прижимаясь губами к выступающей части его подбородка, тёрся об него, проводя руками по сильным бицепсам и стройной талии.

Он был на пределе, и всё, о чём он мог думать, — это желание раздеться и оказаться в его объятиях, где бы они ни были, и кто бы ни был рядом. Он забыл о всяком стыде и стал возиться с галстуком. И наконец, Ын Су подхватили на руки и повели в просторную гостевую комнату.

Прислонившись к стене, словно пьяный, Ын Су расстегнул рубашку, затем уставился на бледную фигуру перед собой и, спотыкаясь, направился к нему.

-Господин До Квон, я хочу поцеловать тебя.

Взмолился Ын Су, падая в его объятия. Теперь не было ни посторонних, ни кого-либо ещё. Были только они наедине. И они могли делать друг с другом всё, что захотят.

Но по какой-то причине До Квон ничего не делал. Он целовал его, как обычно, что даже губы трепетали, и не было никакой отдачи.

Обычно До Квон был всегда опьянён его феромонами, но как так получилось, что именно сегодня он был так спокоен?

Ын Су в замешательстве посмотрел на До Квона, он не мог понять, какое у него выражение лица, какими глазами он смотрит и смотрит ли вообще. Он хотел прикоснуться к нему, обнять, ощутить температуру кожи, на которой бы не было одежды. В нетерпении Ын Су протянул руку и прижался к щеке До Квона. Он попытался прижаться к нему губами. Но лицо, кожа и температура тела, наполнявшие его ладонь, были незнакомыми.

В обычной ситуации он бы не обратил на это внимания, но сейчас у него была течка, и его чувства обострились до такой степени, что даже воздух, который он вдыхал, казался резким.

Ын Су притянул своё обвисшее тело ближе к рукам До Квона. Он глубоко вдохнул. Он пах, как До Квон, без сомнений. Но ощущения были не те. Как будто кто-то другой использовал его феромоны и притворялся им.

Пахло так, будто кто-то распылил феромоны До Квона, как духи. Ын Су нерешительно сделал шаг назад.

-Ты ведь не Со До Квон?

-…

Фальшивый До Квон, или кто он там был, не ответил, и лишь молчанием он подтвердил его догадку.

Глаза Ын Су расширились от удивления.

Если это был не До Квон, то кто же тогда? Кто это может быть?

Кто это? Что, чёрт возьми, ты собрался сделать? Нет, здесь всё гораздо очевиднее. Если подумать, у омеги началась течка, он не особо сопротивлялся, поэтому и отвёл в гостиничный номер, всего намерения стали очевидными. Он даже сымитировал феромоны До Квона, так что его истинные причины, почему он всё это проделал, были явно нечистыми.

Ын Су испугался, ведь он не знал, что с ним может сделать этот человек.

Ему нужно было бежать.

Но он не мог понять, где находится дверь. Если он не смог увидеть лицо этого ублюдка перед собой, то и явно не сможет разглядеть, где находится дверь. Он не мог отличить тусклый свет лампы от света, проникающего через окно.

Ын Су замахал руками, пытаясь выбраться на открытое пространство, убежать куда угодно, но тут что-то угловатое врезалось ему в таз.

- Ах!

От неожиданной боли Ын Су упал вперёд. Судя по расположению и размеру, это была входная дверь. Когда он упал на пол, его чувства были полностью дезориентированы. Всё, что он мог ощущать, — это холодный мраморный пол под собой.

Лицо Ын Су побелело от страха. Он был напуган. Испуган тем, что во время всех течек, которые он проходил, никогда не заставляли его чувствовать себя настолько беззащитным, как сейчас. Он был похож на кусок мяса перед неизвестным альфой.

И что самое страшное, он боялся, что сможет возбудиться от прикосновений этого альфы.

Ын Су пополз вперёд сквозь размытое зрение, но его кто-то поймал за лодыжку. На глазах Ын Су навернулись слезы. Стиснув зубы, он дёргал ногами, чтобы вырваться из этой хватки, но мышцы, что были опьянены течкой, не поддавались.

Его обмякшее тело тащили за собой. Внезапно он приземлился на что-то мягкое, это была кровать. Перепуганный Ын Су начал дико извиваться.

- Нет, нет! Не делай этого!

Но неизвестный человек по-прежнему не отвечал, словно набрал в рот воды.

Неизвестный надавил на плечо Ын Су, пока тот сопротивлялся. Ын Су сжал кулаки и попытался оттолкнуть его, но все попытки были тщетны. Он раскрыл рот, чтобы закричать, но неизвестный тут же предугадал его намерения и зажал рот рукой.

Его большая ладонь закрыла нос Ын Су. Побледневшее от страха лицо Ын Су снова приобрело красноватый оттенок, он начал задыхаться. Его лёгкие болели, сердце колотилось от страха, а кровь застыла в жилах.

- Ымх… угх…

Ын Су начал судорожно бить сжатой рукой по плечу ублюдка. Его веки быстро затрепетали, указывая на то, что он находится на грани удушья. Заметив это, неизвестный быстро отдернул руку. Ын Су задыхался и попытался глубоко вдохнуть, пока его грудь не наполнилась воздухом, а затем разнёсся пронзительный кашель.

Затем неизвестный одной рукой сжал подбородок и губы Ын Су и прошептал.

- Ш-ш…

Слёзы, что застыли на глазах Ын Су, медленно скатывались по щекам. Каждый раз, когда он делал глубокий вдох через нос, его лёгкие отдавали тупую и резкую боль.

На мгновение они замолчали. Только когда дыхание Ын Су восстановилось, неизвестный убрал руку и переместил её к полурасстёгнутой рубашке Ын Су. Его тело содрогнулось, оно было полностью охвачено жаром, что не мог пошевелить ни одним пальцем. Его зрение было затуманено, дыхание затрудненным, и он с ужасом смотрел на стоящего перед ним мужчину.

Ын Су был на грани того, чтобы сорваться в пропасть, однако если он закроет глаза, то не знает, какая трагедия его настигнет.

Если ему нужно только его тело, то ему повезёт. Но если он сделает что-то плохое, например, убьёт или задушит своими огромными руками, то всё будет кончено. Неизвестный мужчина расстёгивал одну из пуговиц на рубашке Ын Су, когда он уставился на что-то, не зная, что это – люстра на потолке или лицо. Он прошептал, заикаясь:

- Я-я б-беременный.

- Что?

Неизвестный перестал двигаться.

- Я-я беременный… В-в моём животе есть ребёнок…

-…

- Так что, пожалуйста… не надо… умоляю…

По уголкам глаз Ын Су потекли слёзы, он никогда не боялся смерти. Лишь после того, как его родители погибли напрасным образом, он стал лучше понимать, что такое смерть.

До встречи с До Квоном я ни о чём не жалел, потому что был совсем один. Я думал, что раз я один в этом мире, то когда умру, смогу воссоединиться с мамой и папой. Но на самом деле, после смерти родителей я принял наркотики и перерезал себе вены. Смерть моих родителей в возрасте 22 лет стала для меня нелёгким испытанием. Но потом я встретил До Квона. Впервые за долгое время я был счастлив, и в моей жизни появился хоть какой-то смысл. Пускай сейчас я страдаю от токсикоза, но так даже лучше. Это моя кровь, это моя семья, это моя жизнь, это самая прекрасная и драгоценная жизнь, которую я должен защитить.

Поэтому я должен пройти через эту ужасную ситуацию.

Ын Су попытался извернуться, чтобы выйти из тени неизвестного мужчины. Он надавил на грудь Ын Су, схватив его за рубашку. В панике Ын Су начал махать руками, но сила омеги во время течки не сравнится с силой мужчины. Его живот был обнажён.

Он хоть и находился на четвертом месяце беременности, но его живот был практически невиден.

-…

Неизвестный громко выдохнул, как будто это зрелище доставляло ему отвращение, а Ын Су быстро прикрыл живот руками. Он свернулся в клубок, чтобы защитить живот.

Неизвестный долгое время оставался неподвижным. Почувствовав его смятение, Ын Су сполз с кровати. Он упал на пол и вскрикнул от боли, и неуклюже спрятался под стол, стул или ещё что-нибудь. Мужчина ничего не сказал и не сделал. Ын Су сложил колени и обнял их, он свернулся в позу эмбриона, чтобы забыть о кошмаре.

В этот момент его охватило головокружение. Голова кружилась, живот сводило, всё перед глазами туманилось. Сердце колотилось необычайно громко и быстро, а в ушах стоял звон.

Тело болело так, будто оно сломалось. Кости, казалось, были вывихнуты и пронзали кожу, как ножи. Он крепко сжал кулаки.

Я должен держаться, я не знаю, что сделает этот альфа, но я не могу потерять его, я должен защитить Бом-и.

Но тело отказывалось подчиняться разуму. Его глаза зажмурились. Нечто, похожее на усталость, обрушилось на его шею, словно цемент перед тем, как застыть, обволакивало всё его тело.

Ын Су был в замешательстве. Течка должна вызывать усталость, но не сонливость. Он не мог заснуть во время секса с альфой. Но почему это происходит? Неужели из-за беременности. Его течка наступила на три дня раньше, грудь вздымалась, а сон обрушивался, будто он сильно напился. Он пытался понять, как он смог попасть в такую ситуацию, почему прятался под столом и как ему выпутаться из этой передряги.

Но тут внезапно тёмная тень упала на голову Ын Су.

-Ах…

Ын Су поднял трясущуюся голову в сторону тени.

Там стоял он.

Слёзы волнами катились по щекам, а в следующее мгновение на его губы легла белая ткань. От неё исходил резкий запах.

Ын Су тут же затянуло в кромешную тьму.

Глава 23

- Аххх…

Лицо Ын Су сморщилось. Казалось, что его голова вот-вот треснет. Нет, казалось, что она уже раскололась, кровь вся отошла, оставляя после себя лишь холодный мозг. Его тело тоже было слишком холодным, как будто он спал на льду. Немного придя в себя, Ын Су медленно открыл глаза. Свет проникал сквозь затуманенное зрение. Но лишь на мгновение, потолок, пол, предметы вновь обрели свои очертания.

Перед его глазами открылся ясный мир, который он увидел за долгое время.

Ын Су медленно огляделся. Он лежал на полу в незнакомом помещении. Это было не заброшенное здание, не фабрика, не подвал и не какое-то другое унылое место, а гостиничный номер.

Номер с размером полулюкс. Здесь не было отдельной гостиной или спальни, но всё равно было довольно просторно, рядом находился диван, стол и кровать.

Из-за смятой постели ему казалось, что он всё ещё находится в том самом номере отеля, куда его затащил похититель.

Здесь не было никаких признаков присутствия посторонних людей. Неизвестный мужчина, казалось, исчез. Оценив ситуацию, в которой он находился, Ын Су рывком поднялся на ноги.

Затем,

- Ах...

Он издал громкий стон и опустил голову. Плечо сильно болело, вместе с этим болел таз, запястья, за которые его хватали, и колени, которыми он ударился, когда падал.

Ын Су приподнял брюки и осмотрел таз. Чёрный синяк расцвёл, как цветок лотоса, и вместе с ним слёзы разочарования и печали навернулись на его глазах.

Но печаль была недолгой. Тошнота подкатила к горлу.

- Ух...

Прикрыв рот рукой, Ын Су огляделся. Заметив туалет, он пополз к нему, как малыш, который ещё не научился ходить.

Всё содержимое желудка вывалилось в унитаз. Привкус кислого желудочного сока был отвратителен. Несмотря на то, что он выходил из его желудка, его ещё сильнее воротило от этого привкуса. Он задыхался практически.

После того, как он долго просидел над унитазом, он тут же рухнул на пол. Никогда в своей жизни он не ощущал себя таким усталым и тяжёлым. Ему казалось, что он всю неделю пил по ночам, а днём работал, как ужаленный, в двенадцатичасовой рабочий день на стройке.

Его тело не было похоже на его собственное.

Ын Су безучастно смотрел в потолок. Тусклый электрический свет отражал его бледное лицо. Он словно насмехался над ним, говоря: «Я видел здесь разных людей, но таких, как ты, не встречал».

Некоторое время он просто лежал беспомощный, а потом вдруг осознал.

Который сейчас час вообще? Когда он был с Сон Хоном, было уже восемь. Прошло уже несколько часов, и он должен был волноваться.

Ын Су встал и вышел из ванной, но вдруг остановился. Его мобильного телефона нигде не было. Он не смог забрать его, когда внезапно наступила течка и неизвестный мужчина утащил его. Возможно, он ещё в ресторане. А может, Сон Хон забрал его.

Я забеспокоился, что на меня уже повесили ярлык пропавшего человека.

Приведя себя в порядок, Ын Су направился к входной двери. Под диваном он заметил скомканную одежду. Это был пиджак из гладкой ткани, который он купил прошлой осенью, когда ездил с До Квоном в командировку в Нью-Йорк.

-...

Ын Су, стоя у стены, уставился на него. Неужели я привёз его с собой? Нет. Это невозможно. Носил ли я его вообще? Надевал ли я его в ресторане, когда ждал Сон Хона, готовясь уйти.

Я не мог вспомнить. В моей памяти всё перемешалось: от паники до начала течки.

Как бы то ни было, хорошо хоть верхняя одежда есть.

Ын Су, возясь с пиджаком, нащупал плоский квадратный предмет. Это был мобильный телефон.

Ын Су заметно посветлел лицом, он тут же открыл телефон. Наверняка там есть пропущенные звонки от До Квона. Главный экран был заполнен сообщениями. Разглядев получше, там были не только сообщения, но и звонки и электронные письма.

Письма были связаны с работой, а сообщения и звонки — с сайта... К сожалению, это был не До Квон.

[8 пропущенных звонков от директора Со].

[6 сообщений от господина Со].

Это был Сон Хон.

-...

Ын Су уставился на имя Сон Хона, которое он ещё не изменил на управляющий директор. Затем он посмотрел на часы. 01:17 ночи. Был час ночи. Он должен был встретиться с До Квоном в 8 часов вечера, а прошло уже больше пяти часов.

Почему он не оставил ему сообщение за это время?

Ын Су опустился на диван, его ноги дрожали, поэтому он не мог стоять. Лоб был влажным от холодного пота, который струйкой стекал по лицу. Ему определённо было нехорошо. Это было совсем не похоже на течку.

Ын Су уже собирался набрать номер До Квона, как вдруг его телефон потемнел. Экран телефона внезапно потемнел, а затем завибрировал, высветив другой номер телефона.

Это был звонок от Сон Хона.

Ын Су посмотрел на имя, в котором узнал директора Со, и с опозданием принял звонок.

- Алло?

- Ох?

На том конце раздалось короткое восклицание. Сон Хон выглядел удивлённым. Он никак не ожидал, что трубку возьмёт Ын Су.

- Ын Су?

- Да.

- Ах, Ын Су. Где ты, уже дома?

-...

Ын Су медленно моргнул. Он не знал, что сказать, и уже открыл рот, чтобы сказать, что это был не дом, и даже нельзя было сказать, что это гостиничный номер, расположенный в отеле.

Он, наверное, посчитает это странным, что же он подумает обо мне?

Я давно знал Сон Хона, но он никогда не вешал на меня ярлык «омега». Вообще это было странно, даже если он и принимал ингибиторы, то для него это не было проблемой.

В конечном итоге,

«Внезапно у меня началась течка. Я лежал на полу, задыхаясь, и вошёл какой-то неизвестный мужчина, и я подумал, что это До Квон, потому что ощущал его феромоны, и мне захотелось спать. Ещё я хотел поцеловать его и заняться с ним сексом, но когда он пошёл со мной в комнату, я понял, что это не он. Я плакал и умолял, чтобы он меня не трогал, потому что у меня ребёнок в животе. У меня болит голова, у меня жар, головокружение, меня тошнит, а ещё я хочу умереть».

Что я мог сказать? Если расскажу Сон Хону, то и До Квон узнает об этом, он подумает, что я отвратителен.

Ах.

Аах...

Ын Су тихо застонал и провёл руками по волосам.

Он не мог этого сделать. Сон Хон рассказывал ему о том, что все омеги, которых встречал До Квон в прошлом, были такими.

Он бы разочаровался во мне, если бы узнал, что произошло сегодня. Он бы посмотрел на меня с отвращением и сказал: «Ты такой же, как те омеги».

Что тогда делать? Если он порвёт со мной? А если он захочет, чтобы я избавился от Бом-и?

Я вспомнил, как он обращался со мной после того, как потерял память. Он был холодным, ледяным и свирепым. Он ненавидел меня, как омегу, и считал мой запах отвратительным.

От мысли о том, что он снова будет смотреть на меня, как раньше, у меня перехватило дыхание. Несмотря ни на что, я должен скрыть о произошедшем сегодня.

Ын Су нервно кусал ноготь большого пальца.

- Когда я вернулся, то очень сильно удивился. Ты внезапно исчез из ресторана, а стулья были опрокинуты, а...

-....

- Что-то не так, да?

-...

Успокаивающий голос Сон Хона коснулся мочки его уха, и по позвоночнику пробежал холодок при звуке его нежного и ласкового голоса. Ын Су закрыл глаза руками и тихо зарыдал.

Что-то со мной произошло, пожалуйста, помогите мне.

Я хотел произнести эти слова, но не смог, потому что беспокоился о будущем.

Ын Су не ответил, но и не скинул звонок, а просто дал волю слезам. В трубке раздалось несколько неконтролируемых всхлипов.

- Ын Су, ты плачешь?

Испугавшись этих слов, Ын Су быстро отвёл трубку от уха. Он сделал глубокий вдох, и когда его дыхание восстановилось, он снова поднёс телефон к уху и заговорил нормальным голосом.

- Ничего, ничего не случилось... Я свяжусь с вами позже... Я позвоню.

Где ты? Говори.

-...

- Я буду там, где бы ты ни был. Я приеду через полчаса, я не вру. Скажи мне, я приеду за тобой.

Почему-то его сообразительность утешала Ын Су.

На мгновение он задумался, стоит ли рассказать Сон Хону о том, что с ним случилось, вдруг это дойдет до ушей До Квона.

И тут он понял, что если он расскажет Сон Хону, то он обязательно сохранит его тайну. Сон Хон, которого он знал более пяти лет, определённо был таким человеком.

В конце концов, Ын Су рассказал ему, где он находится.

Сон Хон был немного удивлён, но не стал задавать лишних вопросов и сказал, что скоро приедет.

Завершив разговор, Ын Су уставился на стену расфокусированным взглядом, пока вдруг не оглядел свой внешний вид.

-...

Когда он был с Сон Хоном, на нём был костюм, но сейчас галстука нигде не было видно, а рубашка была расстёгнута больше, чем наполовину. Нитки, держащие пуговицы, будто были готовы вот-вот оторваться и упасть.

Встревоженный Ын Су быстро застегнул пуговицы. Он надел пиджак, чтобы скрыть свой растрёпанный вид. Он привёл в порядок волосы и попил воды, которая была предоставлена в комнате.

И тут он заметил нечто странное.

-...

Через несколько часов течка исчезла без следа. У омеги цикл течки длится не менее полусуток, и это при том, что занимаешь сексом с альфой. Но если не принимать таблетки и не заниматься сексом, то её приходится терпеть около четырёх дней.

Но сейчас он чувствовал себя так, словно у него сильно болит тело, но это не было похоже на цикл течки.

Похлопав себя по предплечью, Ын Су направился к входной двери и опустился на пол у стены. Он собирался подождать здесь Сон Хона до его прихода.

Обхватив низ живота, он медленно закрыл глаза. Его застывшие глазные яблоки щипало.

-Ха...

Ын Су испустил долгий вздох. Это был максимально странный день.

Ын Су пытался набрать До Квона, пока Сон Хон не приехал в гостиничный номер. Но по какой-то причине звуковой сигнал не прекращался. Даже после более десятки звонков.

-Он злится? - вздохнул Ын Су, глядя на номер с именем «До Квон».

Как бы он ни был зол, он никогда не переставал отвечать на звонки. Нет, на самом деле он никогда не злился на меня. Я прав насчёт того, что он был зол, ведь сегодняшний До Квон - это не тот До Квон, которого я знал всё это время.

Но всё равно я хочу, чтобы ты взял трубку. Хочу, чтобы ты сказал «алло». Хочу, чтобы ты сказал это единственное слово. Хочу, чтобы ты отругал меня своим низким голосом. Хочу, чтобы ты сказал мне, что, чёрт возьми, ты чувствуешь. Я хочу услышать твой голос...

Я так хочу услышать твой голос прямо сейчас.

Ын Су нажал на кнопку завершения вызова, когда голос снова сообщил ему о том, что абонент недоступен. Тогда он снова набрал номер.

Электронный звук «тук, тук, тук» был таким же скучным, как и звук часов, но я всё равно продолжал в четырнадцатый раз набирать До Квона.

Тук-тук.

Кто-то постучал в дверь. Ын Су просунул голову наружу.

Человек за дверью ничего не говорил, а просто стоял. Я взглянул на дверь и проверил, заперта ли она.

-...

Скорее всего, заперта. Я ждал только одного человека, но всё равно боялся, что это мог быть он. Тот человек с искусственными феромонами с большими руками.

Ын Су крепко сжал мобильный телефон.

-Ын Су, ты там?

Голос Сон Хона доносился с той стороны двери. Ын Су быстро вскочил на ноги и быстро открыл дверь. Сон Хон стоял на пороге, на его лбу выступили бисеринки пота, он тяжело дышал. Казалось, будто он бежал досюда.

-Что, ха... Что случилось, ты в порядке? - Сон Хон слабо улыбнулся.

Вопрос заставил Ын Су вздрогнуть.

-Ымх...

И тут он разрыдался. Удивлённый Сон Хон бросился в комнату. Дверь захлопнулась за ним.

Ын Су рассказал ему обо всём, что произошло. Также рассказал о своей беременности. Ему нужно было кому-то рассказать, хоть кому-то, хоть как-то, иначе ему казалось, что он умрёт от сдавленности в груди.

Сон Хон успокаивал его, иногда в его выражении лица мелькало беспокойство и тревожность. Спустя час перед Ын Су лежала стопка салфеток и бутылка с водой.

Ын Су вытер слёзы тыльной стороной ладони и посмотрел на Сон Хона.

-Спасибо, директор...

-Нет, не волнуйся об этом, Ын Су. Я позвоню в полицию.

-Это не поможет. Большинство омег, которые подвергаются циклу течки, сами делают подобные вещи, поэтому это не является юридической проблемой, и я... тоже был таким...

- Ты сказал, что думал, что это был До Квон.

- Да, но на камерах наблюдения этого не будет видно, так что я просто... омега в течку, как животное.

При этих словах глаза Ын Су снова налились слезами. Сон Хон тяжело вздохнул и сел рядом с Ын Су, заботливо вытирая его слёзы.

- У меня много денег.

- Что?...

- Деньги, связь, власть — смешно звучит, но это так. С такими полномочиями в Корее можно игнорировать закон и принимать новые законы. Я найду этого ублюдка и прослежу, чтобы он получил по заслугам.

-...

Нижняя губа Ын Су дрогнула. Слава богу, что Сон Хон оказался моим другом, как хорошо, что он оказался рядом в этот момент.

Ын Су кивнул и снова залился слезами. Сон Хон ласково погладил его по плечу.

Сон Хон был достаточно любезен, чтобы снять для них другой номер в отеле. Было уже позднее утро, и Ын Су не мог доехать до дома, но и оставаться в номере, где произошёл инцидент, он тоже не мог.

Ын Су лёг на чистую просторную кровать и ворочался до самого утра, то и дело зовя До Квона. Но его голоса он так и не услышал.

Ранним утром Ын Су попрощался с Сон Хоном и вернулся домой. Он поспешно вышел из вагона и направился в клинику акушерства и гинекологии.

После того падения у него болели таз, плечи и запястья. Но больше всего тянул живот. Мне казалось, что мой живот сморщился, как высушенная слива. То он надувался, как воздушный шарик, который вот-вот лопнет, то сдувался.

Ему нужно было срочно зайти к гинекологу, и Ын Су в костюме отправился в клинику. Он планировал после приёма сразу же отправиться домой.

После случившегося ему нужно было взять выходной, но он хотел встретиться с До Квоном. Даже если он не брал трубки, то встреча на работе будет неизбежной.

- О, так вы сегодня один?

Женский голос защекотал уши Ын Су. Он медленно поднял голову, перед ним стояла знакомая беременная женщина.

Это была та самая женщина, которую он встретил в первый раз, когда пришёл в родильное отделение.

- Ах... Здравствуйте.

Ын Су вскочил на ноги, чтобы поприветствовать.

- А где ваш муж? — спросила беременная женщина, взглянув на пустое сиденье рядом с ним.

- Хм, он на работе.

Ын Су слегка заикнулся. У него сжалось сердце, хотя он не сделал ничего плохого. Он чувствовал себя так, будто его отругал школьный учитель. Ын Су облизал пересохшие губы.

- Хм...

Беременная женщина открыла глаза и посмотрела на Ын Су. Она смотрела на него подозрительным взглядом. Под этим взором он почувствовал, как рубашка начала душить его, поэтому указательным пальцем потянул за горловину рубашки.

- Ну да, вы сильно похудели, будущая мама.

Беременная женщина ворчливо села рядом с ним, держась за свой огромный живот. Ын Су помог ей сесть и смущённо усмехнулся. Даже незнакомый человек мог сказать, что он похудел. Наверное, в последнее время он плохо спал и питался.

Его вырвало тем, что он съел вчера, к тому же он не спал всю и сегодня утром не поел, поэтому наверняка это было так очевидно.

- Ох... В последнее время меня мучает токсикоз.

- Должно быть, вы страдаете, но смогли найти что-нибудь есть?

- Ну, только фрукты, смузи, конфеты и всё такое...

- Вам стоит попробовать западную еду, а не корейскую.

- Что?

- Ну, например, пасту, без мяса и морепродуктов, только со сливочным соусом. Я не думаю, что эта штука так уж и сильно воняет.

- Ох...

Ын Су кивнул, на его лице появилось удивление. Макароны. Без начинки. Он снова обдумал её слова. Он подумал, что сегодня надо будет поесть с До Квоном пиццы, как вдруг беременная женщина похлопала Ын Су по плечу.

- Вам нужно хорошо питаться, - сказала она, - чтобы тело и ребёнок оставались здоровыми.

- Верно...

Ын Су слабо улыбнулся. В этот момент медсестра назвала его имя. Ын Су быстро попрощался с беременной женщиной и встал.

- Господин Ю Ын Су, что-то случилось? У вас сегодня незапланированный приём.

Врач, чьё лицо было всегда похоже на робота, уставилась на Ын Су безучастным взглядом. Он тяжело сглотнул, он хотел рассказать всё, как есть, но его сердце всегда трепетало, как у ребёнка, готовящегося к презентации, когда он садился в кресло для осмотра.

- Мой... живот болит.

- Тянет, как в мышцах? Это нормальное явление по мере роста плода.

- Нет. Он болит, как колющая боль, и такое ощущение, что живот скручивается, как будто кто-то выжимает полотенце.

Ын Су объяснял своё состояние и даже сымитировал выжимание полотенца двумя руками.

- ...

Врач поправил позу и сел, затем подняла очки и позвала медсестру.

- Господин Ю, давайте начнём с анализа крови.

- Что случилось?

Врач, взяв лист с анализами, напрягся и спросил: «У вас было это?». Её тон звучал напористо. После минутного колебания Ын Су послушно рассказал ей всё то, что произошло в отеле. Он подумал, что для его организма будет вредно скрывать подробности произошедшего.

Врач слушала слова Ын Су и поглядывала на лист с анализами. Ын Су был напуган, должно быть, с ним действительно что-то случилось, раз она так реагирует на происходящее и хмурится.

Ын Су схватился за живот. Он подумал, не заболела ли Бом-и, но этого не может произойти, ведь она была ещё маленькой.

Врач сняла очки и посмотрела на Ын Су.

- Вы ходили в больницу?

- Разве я сейчас не...

Ын Су переспросил с недоумением на лице, поэтому врач выглядела разочарованной и переспросила.

- Нет, я имею в виду, вы сделали отчёты об этом альфе? Вы не сообщали об этом?

- Пока что нет...

- И вы не сделали фото?

- Фотографии? Какие фотографии?

- Фотографии, чтобы предоставить их в качестве доказательства попытки изнасилования.

Ын Су покачал головой, ведь Сон Хон сказал, что позаботиться об этом, поэтому он не понимал, какое отношение больница имеет к фотографиям.

- Ха... Нам нужно собрать улики. Альфа домогался вас во время течки, верно? Но знаете, в таких случаях очень сложно...

- Сложно наказать преступника.

- Да, но, глядя на ваше тело, можно заметить явные следы насилия, признаки того, что он пытался принудить вас к чему-то, и мы не должны оставлять это просто так.

Врач посмотрела на распухшие запястья Ын Су. Одно запястье было целым, но второе распухло до такой степени, что на нём не виднелось углубления для кости. Должно быть, это вчерашние травмы.

Но это только запястья, подобные следы могут быть по всему его телу.

Ын Су потёр плечо через рубашку, глаза врача сузились.

- Снимайте одежду. Я сделаю снимок.

- Здесь?

- Если вы пойдёте в полицейский участок, то вам придётся раздеваться перед людьми, которых никогда раньше не видели, так почему нельзя это сделать здесь?

Это не было ошибкой. После минутного колебания Ын Су медленно начал расстёгивать пуговицы рубашки. Ему очень хотелось посадить этого ублюдка.

Врач даже не стала звать медсестру, а просто сфотографировала тело Ын Су. Она не испугалась его синяков и выражала ему сочувствия, что очень сильно упростило для него задачу.

Сделав снимок, он снова надел рубашку, но вдруг у него возник вопрос.

- Но плечо — это когда я упал и ударился о стул, а вот таз — когда упал, пытаясь убежать... Это всё ещё улики?

- Улик уже достаточно.

- Правда?

- Пациент?

- Да?

- Вы были под действием наркотиков, — сказала врач, тщательно перечисляя полароидные фотографии.

Глава 24

-В вашей крови обнаружили препараты.

Доктор сказал это, тщательно перебирая полароидные фотографии и анализы.

-Что вы имеете в виду? - спросил Ын Су.

-Такое ощущение, что вы приняли что-то помимо препаратов для подавления течки.

Застёгивая пуговицы рубашки, Ын Су напрягся.

-Вот. Видите эти результаты? Это уровень ваших феромонов, которые мы измеряли каждый раз, когда вы приходили сюда.

Доктор повернул монитор компьютера к Ын Су. Ын Су застегнул последние пуговицы и присел рядом. Это был ровный линейный график. Значительных изменений не было, лишь изредка наблюдались отклонения. Затем доктор отвернул монитор и положил перед ним лист с анализами.

-Это сегодняшние анализы.

-...

График внезапно взмыл вверх. Он был похож на график акций, которые подскочили на 60% за один день. От странного графика Ын Су на мгновение потерял дар речи и слегка заикнулся.

-Разве это не естественно, что уровень феромонов повышается, когда наступает период течки?

-Человеческое тело не меняется так быстро и резко. Перед наступлением течки происходят небольшие изменения в теле, и вы это сами должны знать. С этого момента уровень феромонов лишь постепенно повышается, и даже ваш альфа может это почувствовать.

-Да, это верно.

Ын Су кивнул. Он знал это по себе, за несколько дней до начала течки он всегда чувствовал слабость в мышцах. Если обычно он принимал три ингибитора в день, то теперь - не меньше пяти, а иногда число возрастало до восьми.

До Квон в такие моменты часто зарывался в его затылок, спрашивая: "Когда у тебя наступит течка?"

-Значит, единственное, что может поднять ваш уровень феромонов настолько высоко - это наркотики.

-Наркотики... о чём вы говорите?

-Вы не помните, как их принимали? Это может быть инъекция, это может быть таблетка, или даже порошок.

-Ух... но... я ничего такого не помню...

Глаза Ын Су забегали в замешательстве. Должно быть, его накачали наркотиками, но к тому времени, когда тот альфа вошёл в ресторанный зал, он уже катался по полу. Какого чёрта?

Голова пульсировала, а низ живота заболел. Он чувствовал себя идиотом, что его так одурачили.

Лицо доктора оставалось таким же серьёзным, затем он добавил.

-Обычно эти препараты смешивают с чем-то. Это может вызвать галлюцинации, как слуховые, так и зрительные. Ваши воспоминания могут перемешаться, а иногда не будете помнить, с кем вы были и что делали. Обычно вы даже можете не понять, когда и как это съели, если только это не было вашим желанием.

-Ох...

Ын Су потёр руками лицо. На мгновение он нахмурился, так как у него резко заболел живот, но потом он смог взять себя в руки.

-Значит, моё тело было в таком состоянии из-за наркотика?

-Другими словами у вас возник феромонный шок.

-Феромонный шок? Разве есть такое понятие? Это болезнь?

-Да. Это тоже самое, что и острое отправление алкоголем или наркотиками.

-...

Феромонный шок. Ын Су беззвучно пробормотал незнакомые слова. Он не знал, что это такое, но это заболевание значилось в списке наряду с алкоголизмом и наркоманией, и было очевидно, что это не обычная простуда.

-Вот только, если бы дело было только в этом наркотике, ваш уровень феромонов изначально был высоким, так как течка наступает через два дня, это не очень хорошо для вашего организма.

Доктор пролистал информацию о Ын Су.

-Ох...

Он выглядел ошарашенным. У него голова шла кругом от того, что он только что услышал. Слово "феромонный шок" жужжало в его голове, как навязчивый комар.

-Я сделаю вам инъекцию, но это мало что даст. Случай довольно серьёзный.

-Хорошо.

-Первостепенная наша задача - понизить уровень феромонов.

-Да...

-Также важно поддерживать контакт с альфой, но не глубокий обмен феромонами, как при сексе, а просто держась за руки или обнимаясь.

-Понял

-Когда вы впадаете с состояние феромонного шока, это уже стресс для вашего организма, потому что ваше тело будет постоянно переваривать феромоны, и это означает, что меньше питательных веществ будет поступать к вашему ребёнку, что грозит серьёзными последствиями. Ведь первостепенной задачей для организма станет - переработка феромонов, а потом уже плод.

-И что с ним будет?

-Тогда организм может относиться к плоду как микробу, который нужно удалить из тела.

-Ох... Понятно.

Ын Су слабо кивнул. Он должен был внимательно слушать, что говорит доктор, но всё это слишком долго до него доходило.

Его положение стало для него очевидным. Казалось, что он слушал вовсе не про себя, будто это чужая история, которую транслировали по телевизору или о которой он читал в новостях, что такое произошло с неким господином Кимом или господином Паком.

Пока Ын Су находился в оцепенении, доктор постучал по столу кончиком шариковой ручки. Ын Су резко поднял голову.

-А отцу ребёнка известно? - спросил доктор.

-Пока нет, - пробормотал Ын Су, еле живым голосом.

Доктор пристально посмотрел на него, тем временем Ын Су лишь опустил голову.

Доктор сжал губы, а затем разжал их.

-Ну... это не то, во что мне стоит вмешиваться, но лучше сообщить об этом.

Ын Су тяжело вздохнул. Если ему надо регулярно контактировать с феромонами альфы, то придётся обо всём рассказать До Квону. У него свело живот от этих мыслей.

Доктор ахнул, видя, как с каждой минутой темнее лицо Ын Су, и вдруг вскочил со своего места и налил тёплой воды из чайника. И поставил её перед Ын Су.

-Позвольте мне сказать вам кое-что, не корите себя, это не ваша вина.

-...А?

-В современном мире возможно абсолютно всё. Помимо утечки мобильных телефоном или номера счетов, случается и такое, что альфы охотятся за омегами, зная, когда у них наступает течка и накачивают специально наркотиками.

-...

-Похоже, что вы столкнулись именно с такой ситуацией, и я вам советую, как можно быстрее сообщить об этом и провести надлежащее расследование.

-...

-Виноват в этом только преступник, но никак не вы.

Слушая эти слова, Ын Су чуть не разрыдался. Но ему было уже тридцать лет, и плакать в таком возрасте - не более чем глупый поступок.

-Хорошо питайтесь, а если почувствуете себя нехорошо, сразу же приходите сюда.

"Да."

Ын Су улыбнулся. Его желудок, казалось, стал болеть чуть меньше.

* * *

Когда Ын су вернулся к работе, то он работал как сумасшедший. Поскольку утром он ушёл так внезапно, скопилось слишком много дел. Ему пришлось вместе с командой разработчиков приложений менять программу, изменяя неуклюжие иконки.

В итоге, он так и не смог пообедать, хотя почти закончил свою работу. Тело болело, запястья сводило, желудок тянуло, да и токсикоз напоминал о себе.

Однако он пережил этот день с мыслью о том, что скоро встретится с До Квоном. Его утешали мысли, что он может наконец-то что-то поесть, находясь в его объятиях. По крайне это было всё, о чём он думал.

Как только он отправил последнее письмо, пришло время ехать домой. Ын Су встал и направился к выходу, словно этого только и ждал весь день, и попрощался с коллегами по работе.

-Я пойду первым, увидимся завтра.

Уходить первым было, конечно, неуважительно, но Ын Су решил, что это сейчас была не первостепенная проблема, к тому же он являлся лидером команды.

Ын Су сразу же отправился в кабинет директора. Там как раз находился секретарь Чон. Ын Су поприветствовал его с улыбкой.

-Секретарь Чон.

-Руководитель группы Ю?

Заметив Ын Су, секретарь странным взглядом посмотрел на него. Он несколько раз моргнул, а затем нахмурился.

-Руководитель группы Ю, я думал, вы с директором?

-Я? Нет. А что? Что-то случилось? - спросил Ын Су, перекладывая пальто с одной руки на другую.

-Дело в том, что я не могу дозвониться до него.

-...А?

От этих слов у Ын Су отвисла челюсть. Секретарь Чон показал ему свой мобильный телефон, батарея которого мигала красным, и с сожалением сказал.

-Он не выходит на связь со вчерашнего дня. Не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Я думал, что он с вами, но...

-Со мной?

-Да, я так подумал, потому что у вас скоро должна начаться течка, а вы всегда пропадали на пару дней примерно в это время...

Секретарь Чон лишь прочистил горло от неловкости. Щёки Ын Су покрылись красным румянцем.

-Но это не так, я тоже не смог до него дозвониться, поэтому написал ему. Тогда где он? Неужели он снова упал в обморок или разболелась голова?

-Это странно, раз он не был с вами. Может, позвонить в полицию? Может, это пропажа или похищение? Но если мы сообщим об этом, то репортёры достанут нас, они будут суетиться рядом и придумывать всякие слухи.

-Ах...

-Не могло же что-то снова плохое случиться? Ведь директор... доминантный альфа, кто бы рискнул такое сделать?

Ын Су кивнул в знак согласия. Рост До Квона - шесть футов. Даже если ему кто-то попытается пустить пулю в голову, то он может задушить этого человека феромонами доминантного альфы.

Прим. пр: 6 футов - прим. 182 см.

Нет, не было никакого смысла в похищении. Зачем похищать директора крупной корпорации в 21 веке? Это же не организация по контрабанде наркотиков.

Пальцы Ын Су неконтролируемо дрожали.

Не он один не мог связаться с До Квоном со вчерашнего дня, осознав это, эта мысль принесла ему странное облегчение. Значит, он не просто избегал его, да и не сердился.

Но тогда... где, черт возьми, До Квон и чем он сейчас занимается?

На лицо Ын Су упала тень секретаря, он поднял голову и заметил, что тот был готов разрыдаться.

-Вы звонили председателю? - спросил Ын Су.

Секретарь Чон покачал головой.

-Нет. Прошло не так много времени... К тому же... Доложить об этом председателю - не самая лучшая затея. Если она узнает, что До Квон долго не выходил на связь, то она вышвырнет его из компании. Он смог вернуться на работу только спустя месяц после аварии, и тут вдруг такое...

-...

Ын Су понимающе кивнул головой. Он был прав. Мён Хи была добра только к Ын Су, да и к окружающим тоже, но вот с До Квоном была иная ситуация, хотя он не был ей чужим человеком.

Секретарь Чон тяжело вздохнул.

-Я, конечно, был рад, что он с головой погрузился в работу, но никогда в жизни не видел, чтобы он вёл себя так безответственно. Вчера он закончил контракт в отеле Н и внезапно пропал...

-...?

Глаза Ын Су расшились от знакомого названия.

-Что? -переспросил Чон.

-Отель Н...? Там был вчера господин До Квон? - ошарашенно спросил Ын Су, отшагнув назад.

-Да. Он пробыл там с 11 утра до 8 вечера. Это был крупный контракт, поэтому он был там долгое время.

-...

Ын Су медленно моргнул глазами. Вчера До Квон находился в том же отеле, что и он. Всё закончилось до восьми часов, и Ын Су находился в объятиях безымянного альфы, когда наступила течка.

С тех пор от него ни слуху, ни духу.

Что с ним случилось и что он успел увидеть? Видел ли он Ын Су там? Почувствовал ли он запах его феромонов, которые он излучал, и сам того не осознавая последовал за неизвестным, а потом До Квон увидел, что Ын Су висел на руках незнакомца.

Плечи Ын Су задрожали. По спине пробежал холодок, ноги внезапно подкосились, и внезапно разболелся низ живота. Он чувствовал ужасную боль. Эта боль была сравнима с тем, будто его кто-то ударил в живот.

Ын Су схватился за живот и пошатнулся.

-Ах...

Его тело мгновенно охладилось. Казалось, что вся кровь отхлынуло от кончиков пальцев. Секретарь Чон был ошеломлён реакцией Ын Су, он задыхался и пытался найти опору, чтобы поддержать вес своего тела.

-Руководитель группы Ю, что случилось? Вам плохо? Мне нужно позвонить в больницу, я сейчас же вызову скорую помощь.

-Нет-нет, всё в порядке... я в порядке...

Ын Су удивлённо посмотрел на секретаря Чона, а затем изменил мимику лица и попытался выпрямиться. Живот всё ещё болел, но сейчас на это не было времени. Он уже был в больнице сегодня, поэтому ехать туда ещё раз было бы бессмысленно.

Ему нужно было найти До Квона, расспросить его о том, что он видел и прояснить это недоразумение.

-Я пойду к нему домой...

Ын Су натянул пальто, лицо его было мрачным. Секретарь Чон по привычке помог ему надеть пальто. Ын Су поблагодарил его слабой улыбкой.

-Я заходил к нему домой несколько часов назад, но его там не было.

-Возможно, он уже вернулся, так что если вы услышите что-нибудь от господина До Квона, пожалуйста, сообщите мне.

-Да, обязательно.

Ын Су на прощание сделал поклон. Секретарь Чон тоже поклонился. Ын Су на шатающихся ногах направился к лифту. Озадаченный взгляд секретаря Чона уколол его спину, но он не стал оглядываться.

* * *

До Квона всё ещё не было дома. Зайдя в квартиру, его встретил лишь прохладный воздух, и одинокая атмосфера. Судя по слабому запаху его феромонов, витавшему по дому, его не было по меньше мере сутки. Иными словами, его не было дома с тех пор, как он вчера ушёл на работу.

Ын Су бродил по дому с разочарованным выражением лица. Он осмотрел кухню, кабинет и ванную комнату в поисках хозяина дома, но всё было безуспешно.

Наконец он вошёл в спальню, и взглянул на незаправленную постель, и тяжело вздохнул. Пустая спальня показалась ему особенно холодной, и он повернулся, чтобы уйти, но тут он резко замер.

-...

Он повозился с дверной ручкой, а потом вернулся к потрёпанной кровати и медленно опустился на неё. В воздухе витал запах табака.

Ын Су зарылся носом в одеяло и глубоко выдохнул. Это был феромон До Квона. Не феромоны фальшивого До Квона, который обманул его, а феромоны настоящего До Квона.

Ын Су долго вдыхал его запах, он не мог утолить свою жадность, так как хотел почувствовать не только его запах, но и ощутить его кожу или руки.

Ын Су перевернулся на спину и завернулся в одеяло. Он нежно поглаживал свой живот через одеяло.

Его тело продолжало болеть. Болело всё: плечи, бёдра, запястья, живот. Он не мог поесть из-за токсикоза. Хуже всего было то, что у него бешено колотилось сердце. Оно билось так сильно, что его тошнило.

Ын Су был напуган. Он боялся, что До Квон стал свидетелем того, что произошло вчера. Может, поэтому он не позвонил и не пришёл на работу?

Ын Су нащупал свой мобильный телефон и открыл переписку с До Квоном. Всё, что он смог увидеть, - это свои же сообщения.

[Простите, господин До Квон, я был занят на работе и вернулся домой поздно].

[Вы дома? Хотите я сейчас приеду?]

[Почему вы не отвечаете на звонки?]

[Вы сердитесь? Извините, я не хотел опаздывать].

[Господин До Квон, где вы?]

До Квон не ответил и даже не прочитал сообщение. Уставившись на экран, Ын Су набрал имя До Квона и нажал на кнопку вызова, ожидая услышать гудки.

Но на этот раз всё было иначе. Электронный голос сообщил ему, что телефон выключен. Поэтому в этот раз он даже не услышал уже знакомые гудки.

Ын Су уже собирался заблокировать телефон, как вдруг он завибрировал. Ын Су уставился на экран.

[Как ты сегодня себя чувствуешь?]

[Ты поужинал?].

Это было сообщение от Сон Хона. Глаза Ын Су сузились от разочарования. Он напечатал слишком короткое и простое сообщение.

Прим. пр: Сон Хон, катись колбаской по малой спасской.

[Все в порядке].

[Я собираюсь поужинать].

Действительно, он сегодня весь день не ел. Доктор сказал ему хорошо питаться. Ын Су зарылся носом в одеяло и глубоко вдохнул, а затем сел, и немного потянулся.

Поесть. Нужно поесть.

Ын Су вышел из спальни, бормоча слова, как человек с обсессивно-компульсивным расстройством.

Холодильник До Квона был забит едой. Фрукты, различные виды сладостей, газированная вода, мороженое. Всё это предназначалось для Ын Су. Это было единственное, что он мог съесть, пока его штормило от токсикоза.

С одной стороны в ряд стояли небольшие герметичные контейнеры, в каждом из которых лежали мелко нарезанные ингредиенты для смузи.

Клубника, бананы, черника, яблоки и многое другое было нарезано так, как будто здесь потрудился профессионал, то есть это не выглядело так, будто здесь постаралась домохозяйка или он где-то это купил.

Всё выглядело так, будто До квон сам вымыл, почистил и нарезал каждое яблоко своими большими руками.

-...

Ын Су смотрел на всё это, пока холодильник не запищал.

* * *

В компании царила суматоха. Эта суматоха была не такая, которая попадала в новости, а такая, о которой знали только руководители, Мёнх Хи, председатель совета директоров, и Ын Су.

Прошло уже три дня с тех пор, как До Квон пропал. Невозможно было скрыть, что директор компании отсутствовал по неуважительной причине не один день, а целых три. Сейчас об этом знали только руководители, но если всё продолжится в таком же духе, то станет известно всем остальным.

Мён Хи поручила кому-то выяснить местонахождение До Квон. Они пытались отследить его мобильный телефон и данные о его кредитной карте, но всё было тщетно.

Все заверяли Ын Су, что с ним всё в порядке. Говорили, что скоро найдут его, и что это лишь вопрос времени, а даже если и найдут, то накажут.

Ын Су ничего не говорил. Он лишь стоял с каменным выражением лица, не улыбался и не плакал.

Ему было стыдно и неловко, что люди подняли такой шум. Ведь, он чувствовал в этом и свою вину.

Ын Су испустил долгий вздох через нос. Мён Хи, сидевшая напротив него, удивлённо взглянула на него.

-Что? Тебе не нравится? Ты не можешь это съесть?

Сегодня Ын Су обедал с Мён Хи и Ки Хо. Они ели кисло-сладкие мированные рёбрышки и холодную лапшу, всё было очень вкусным. Не было никакого ужасного запаха, запах мяса маскировался обилием приправ, да и лапша спокойно пережёвывалась.

Он потягивал чай и ел печенье, однако вспомнив о До Квоне, то неволько вздохнул.

Ын Су улыбнулся и покачал головой.

-Нет, очень вкусно, наверное, это самое вкусное и большее, что я ел за неделю.

-Что это значит? Что значат твои слова "самое большее, что я ел за неделю"?

-Ах.

Пока Ын Су пытался подобрать слова. Мён Хи посмотрела на него с укором и зарычала, как тигрица.

-Это из-за него, да? Из-за него ты не можешь есть?

-Ох, матушка, нет.

-Не волнуйся о нём слишком сильно. Я достану его из-под земли или точно сломаю ему ноги... Он уже достаточно взрослый, он должен нести ответственность за свою работу и за беременного партнёра.

Мён Хи скребла ногтями по подлокотнику дивана. Она собиралась сломать ноги До Квону, когда найдёт его. Ын Су лишь нервно прикусил нижнюю губу.

В этот момент Ки Хо, сидевший рядом с ним, ласково обхватил его за плечо.

-Не волнуйся за него и подумай только о себе. Вспомни, каких он размеров, как целый медведь. Даже если он будет голодать целый месяц, то всё равно не помрёт.

Ын Су не мог рассмеяться. Медведь. Это было подходящее описание До Квона.

От смеха Ын Су лица Мён Хи и Ки Хи расслабились. Ки Хо пододвинул к Ын Су тарелку с печеньем, пирожными и макаронами.

Ын Су взял самый большой макарон и поднёс его ко рту.

Он был сладким.

Но не вкусным.

Глава 25 - Бездна недопонимания

Ын Су, сидя в очках за ноутбуком, издал слабый стон и опустился на стол. Была почти полночь, и он работал, потому что не мог уснуть. Его тело дрожало и покалывало, как будто у него был жар.

С тех пор как произошёл инцидент в отеле, он чувствовал себя только хуже и хуже, и теперь его чёлка была мокрой от пота, даже если он просто сидел неподвижно.

Тогда доктор спросил его, сможет ли он находиться в постоянном контакте со своим альфой, чтобы поддерживать уровень феромонов, на что он соглал и сказал "да".

Доктор оказался слишком проницательным и даже посоветовал контактировать с другими альфами, находясь в одном помещении. Однако он ненавидел эту идею.

Это не считается изменой или чем-то плохим, это было для его блага, но ему не хотелось так поступать и взаимодействовать только с До Квоном.

На самом деле Ын Су корил себя в одиночестве, и хотя ни одного из его действий не были намеренными или сознательными, но чувствовал он себя так, словно совершил серьёзное преступление.

Но он не ожидал, что ему будет так плохо.

-Хаа...

Ын Су безучастно смотрел в окно гостиной. Окна были сырыми от дождя, который шёл с раннего вечера, и от этого сеульская ночь казалась тусклой и пасмурной.

Он чувствовал себя очень одиноким. До смерти родителей, когда он был прилежным студентом, он любил дождливые дни. Он наслаждался тишиной и сыростью дождя. Это почему-то помогало чувствовать себя иначе.

Но теперь ему было просто грустно.

Ын Су некоторое время разглядывал рассеянные в делеке огни, которые горели в этот поздний час, а затем его взгляд упал на маленькие ботиночки на столе.

Это была детская обувь, которую он однажды принёс с собой из дома До Квона. Он даже не открыл коробку, потому что не хотел их как-то испортить.

Ын Су нежно погладил коробку, где лежали ботиночки, кончиками пальцев. Он смотрел на неё каждый день, и каждый раз она по-разному завораживала его. Он не мог понять, как обувь, что была настолько мала, куда он едва мог протолкнуть свои пальцы, могла быть такой милой и драгоценной для него.

Он не знал, сколько времени всматривался в коробку, но живот снова заболел.

Ын Су обхватил живот руками и прижался лбом к холодному столу.

Боль становилась всё сильнее. Он был уверен, что Бом-и было так же больно, как и ему. Может, ему просто найти другого альфу, как и посоветовал доктор, ему не придётся с ним контактировать физически, и всё будет не так плохо. Он тяжело вздохнул и покачал головой.

Сняв очки, Ын Су медленно поднялся и направился на кухню, где среди кучи витаминов, он нашёл гормональные препараты.

Сегодня он уже принял шесть таблеток, а так как сейчас полночь, то он сможет принять ещё одну.

С этой мыслью он открыл крышку.

Ещё доктор посоветовал ему время от времени принимать подавляющие средства, независимо от того, есть ли кто рядом или нет, нужно ли ему было скрывать свои феромоны или нет. Он сказал, что подавляющие препараты вредны для беременности, но вот повышенный уровень феромонов - это уже серьёзная проблема, так что нужно было принимать таблетки не больше шести раз в день.

Ын Су положил в руку одну беленькую таблетку. Он давно не принимал душ, но его спина была вся пропитана холодным потом. Он подумал, что ему нужно принять таблетку, принять душ и лечь спать.

Завтра был выходной, так что он смог бы поспать подольше, а потом вернуться в дом До Квона.

Ын Су только что налил из под крана тёплой воды и собирался уже закинуть таблетку в рот.

Бах, бах.

Кто-то постучал в дверь.

От силы стука плечи Ын Су вздрогнули.

Ын Су высунул голову в коридор, сжимая в одной руке стакан с водой, а в другой- таблетку.

К счастью, входная дверь была по-прежнему цела и не сломана. Ын Су облегчённо вздохнул.

Осторожно приблизившись к входной двери, он услышал ещё один грохот, будто кто-то пытался выбить ему дверь.

Ын Су в страхе уставился на дверь, гадая, не пришёл ли тот человек из отеля. Тогда как он узнал бы его место жительства? Он был в курсе его цикла течки, хорошо знал, что он встречался с До Квоном, что даже сымитировал его феромоны, но не может быть, чтобы он не знал домашний адрес.

Он должен позвонить в полицию...

В этот момент Ын Су обернулся, потому что до его кончика донесся слабый, знакомый запах.

-...

Ын Су встал, как вкопанный, пытаясь осознать происходящее. Затем он неуверенными шагами подошёл к входной двери, и запах, который он почувствовал раннее, стал отчётливее.

Это был феромон До Квона.

Прим. пр: жена, открывай дверь, тут блудный муж вернулся.

Стоя в дверях, Ын Су вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок, он начал подозревать, что этот человек мог снова воспользоваться феромонами До Квона, чтобы притвориться им.

Ын Су посмотрел в зрачок в центре двери.

-Ю Ын Су...

Сквозь щель двери доносился жуткий низкий голос. Глаза Ын Су расшились. Это действительно был До Квон.

От испуга Ын Су выронил стакан с водой и таблетки, которые держал в руках. Таблетки с лёгким звоном упали на пол, а тяжёлый стакан с глухим стуком разбился. Осколки разлетелись во все стороны.

Запыхавшись, Ын Су сразу открыл дверь.

-Господин До Квон?

Не успел он взглянуть на него через открытую дверь, как его феромоны нахлынули на него, словно густой туман. Его запах был ещё более насыщенным в дождливый день.

Теперь, когда он почувствовал его феромоны, они совсем были не похожи на те, что он чувствовал в отеле.

Это был гораздо более отчётливый, яркий, расслабляющий и в то же время возбуждающий феромон.

-Господин До Квон, где вы были?

Ын Су схватил руку До Квона и крепко сжал её. Внезапно он почувствовал посторонний запах. Это был запах алкоголя.

До Квон умел хорошо пить. Однако он всегда пил, наслаждаясь этим, и не так много, чтобы от него отчётливо чувствовался перегар.

Ын Су настороженно посмотрел на До Квона.

Он был одет в костюм, но не так аккуратно, как он обычно ходил на работу. Галстука не было, пара пуговиц рубашки были оторваны, а пиджак и брюки помяты. Если не считать его красивой внешности, он был похож на бездомного, который уже несколько дней скитался по улицам.

-...

Когда Ын Су в ужасе уставился на него. До Квон не проронил ни слова и лишь смотрел на него туманным взглядом.

Ын Су старался не замечать его пристального взгляда, ведь прекрасно понимал, почему он появился перед ним в таком виде. Он пытался успокоить себя мыслью, что всё случилось не из-за того случая, но всё-таки, как бы он не пытался этого отрицать, он находился в эпицентре этой катастрофы.

-Давайте, заходите.

Ын Су взял До Квона за руку и повёл его в дом. Не говоря ни слова, До Квон вошёл в дом Ын Су.

Ын Су плотно закрыл за ним дверь и посмотрел на него. Тот смотрел в ответ. Его глаза были тёмными и словно пытались прожечь его насквозь. Ын Су не мог понять, о чём он сейчас думает или что чувствует.

Он, честно говоря, был напуган.

Судорожно сжимая пальцы, Ын Су опустил глаза и спросил.

-Что с вами случилось?

Это был ужасный вопрос. Это был подлый, трусливый и глупый вопрос.

Но он ничего не мог с этим поделать, потому что, возможно, всё было не так, как он думал, возможно, это была не его вина, что он сейчас пришёл в таком состоянии. Да и если бы это было возможно, то он бы скрыл ту ситуацию в отеле.

Потому что он не хотел, чтобы его называли, как в прошлый раз "беспринципный омега" и не хотел, чтобы на него смотрели, как на грязь из-под ногтей.

Губы До Квона скривились в мрачной улыбке.

Прим. пр: вот давай без этого.

-В чём дело?

-...

Ын Су безвучно задышал, как только рядом с ним оказался До Квон. Настолько близко, что его дыхание защекотало лоб Ын Су. Ын Су зажумрил глаза, не зная, что делать.

Тогда До Квон заговорил так, будто читал реплику из пьесы.

-О, случилось ли что-то? Да-а. Кое-что случилось. Случилось, Ю Ын Су.

Низкий голос До Квона царапал его барабанные перепонки, а его феромоны заглушали его слух.

Ын Су пытался удержать свой вес на дрожащих ногах.

Уже сутки, двадцать четые часа Ын Су находился в состоянии феромонного шока, его чувства обострились, как у омеги на пороге цикла течки, а голос и феромоны До Квона лишь дополнительно стимулировали его состояние.

Ын Су начал отступать, но До Квон резко схватил его за запястье. Он притянул его к себе и прижал.

-Я чувствую твой запах ещё в коридое, Ын Су, и не могу от него избавиться.

-Г-господин До Квон.

Испугавшись, Ын Су попытался вырвать руку, но его хватка лишь ожесточилась.

Несмотря на то, что они вместе уже были два года, и даже несмотря на то, что в постели они вытворяли разное, как альфа и омега, но сейчас было совсем всё иначе.

Ын Су попытался как-то вырвать руку, но он не мог преодолеть силу До Квона. Если бы он захотел, то смог бы сломать ему запястье одной лишь своей силой.

До Квон усмехнулся, смотря на то, как Ын Су метался, словно испуганная белка. Он толкнул его назад, приложив к этому немало силы. Ын Су с грохотом ударился о стену.

-Угх....

Ын Су издал несколько сдавленных стонов. Болела не спина, проблема была в плече, которое до сих пор не зажило. Его плечо, на котором располагался тёмный синяк, вызывало тупую боль.

До Квону было всё равно, какую гримасу корчит Ын Су. Он схватил его за подбородок и поднял его.

Ын Су безучастно смотрел на него, когда он придвинулся ближе. При этом его губы привычно приоткрылись, готовые принять его.

Феромонный шок вызвал в нём взрыв феромонов, в нём бушевали невыразимая жажда и желание. На фоне всего этого губы До Квона были словно оазис свежести и великолепия.

Именно в этот момент их губы должны были соприкоснуться.

-...

До квон замер на месте, затем слегка опустил голову, прикоснулся губами к его губам и зарылся лицом в его затылок. Губы Ын Су смущённо разошлись.

До Квон зарылся носом в шею Ын Су надолго. Тем временем сработал датчик входной двери. Всё погрузилось во тьму. Наступила кромешная тьма. Слышно было только, как дождь стучит по окнам вдалеке, и их сдавленное дыхание.

Ын Су тихо вдыхал феромоны До Квона, как человек, пробывший долгое время под водой и только что всплывший на поверхность. Его вывернутые внутренности словно встали на место. Кровь, которая словно застыла на месте, стала более оживлённо передвигаться по сосудам.

И всё же этого было недостаточно. Как же он скучал и тосковал по нему все эти дни, когда он внезапно исчез.

Глаза Ын Су наполнились влагой. Он не должен был так себя вести, но ему хотелось быть ближе к нему, снять с себя всю бесполезную одежду и просто почувствовать его кожу и тепло тела.

Но он понимал, что сейчас не самое время, хоть и был нетерпелив. Им нужно было решить то недоразумение.

Ын Су, сузив глаза, смотрел на лежащую на полу таблетку. Он должен был принять её.

-Господин До Квон, подождите! Подождите...

Ын Су толкнул До Квона в плечо, и тот вскинул голову. Его глаза, которые мгновение назад были чёрными, наполнились неизвестными эмоциями. Он словно по щелчку пальцев превратился в другого человека.

Когда Ын Су застыл в шоке, не в силах что-либо предпринять. До Квон схватил его за запястье своей огромной рукой, Затем ворвавшись вовнутрь квартиры, потащил за собой Ын Су.

-Б-больно, господин До Квон!

Это было запястье, которое он вывихнул, упав с кровати, убегая от неизвестного мужчины. Это было то запястье, которое чертовски болело при наборе текста или нажатии на кнопку мыши. От того, что его так сильно дёрнули, у него задрожали все суставы.

Но До Квон не обратил внимание на Ын Су ни малейшего внимания. Вместо этого он обшарил дом, словно искал кого-то.

Он грубо толкнул полуоткрытую дверь в спальню и, убедившись, что там никого нет, толкнул Ын Су на широкую кровать.

Ын Су беспощно плюхнулся на кровать и обхватил рукой пульсирующее запястье. Опухоль едва спала, но завтра рука снова распухнет.

Когда До Квон забрался на кровать, рот Ын Су скривился, готовясь зарыдать.

В спальне было темно, потому что свет был выключен. Единственный свет, который проникал сюда, - это свет из гостиной, проникающий через щель в двери. Стоя спиной к свету, До Квон казался огромным, и Ын Су не мог разобрать его выражение лица в темноте.

Тем не менее он отчётливо ощущал его мрачную атмосферу. Помимо резкого запаха алкоголя, от До Квона исходили феромоны, словно пронзающие колючки. Они были настолько агрессивными, что казалось, спальня лопнет по швам от его феромонов.

Инстинктивно почувствовав угрозу, Ын Су сделал нерешительный шаг назад. Он едва успел вильнуть бёдрами, чтобы отодвинуться, как До Квон схватил его за лодыжки и одним движением потянул к себе.

Его холодная рука скользнула к поясу брюк.

Испугавшись, Ын Су схватился за пояс. Но он не мог сравниться с До Квоном по силе. Свободный пояс пижамных штанов были грубо сдёрнуты и скользнули к щиколоткам. Холодный воздух коснулся его гениталий.

-До-До Квон, что с тобой происходит?!

-...

Несмотря на крики Ын Су, До Квон не отвечал. Тёмная тень нависла над ним. Его лица было не видно. Всё это делало его совсем не похожим на До Квона, а значит, напоминало о том неизвестном мужчине, который попытался его изнасиловать в отеле...

Сердце Ын Су сильно колотилось о грудную клетку: тудум-тдум. Он задыхался. Он пожалел, что не включил свет...

Неважно, какое выражение лица было у До Квона. Неважно, смотрел ли он на него с отвращением или как на мусор. Он просто хотел убедить себя в том, что перед ним находился именно До Квон.

В этот момент До Квон зацепился за шнурок Ын Су. Ын Су вытянул руку, чтобы остановить его. Рука, ставшая тонкой за последние несколько дней, упёрлась в грудь До Квона.

-Нет-нет! Не делай этого!

До Квон стряхнул руку. Отчего Ын Су стиснул зубы. На что бы он ни злился, это был не тот способ, чтобы выместить свою злость. Даже если они альфа и омега, и для них было естественно заниматься сексом, но всё это было не то.

Кроме того, доктор велел Ын Су избегать какое-то время секса. Даже если он займётся сейчас сексом, в конечном итоге, у него мог бы потерять сознание, а в худшем случае - случится выкидыш.

Ему было плевать на это безумие. Но это может плохо сказаться на Бом-и.

Ын Су сжал кулаки, затем ударил До Квона прямо в лицо.

Бам. Раздался тяжёлый звук. Голова До Квона дёрнулась в сторону. Рука, стиснутая в кулак и горящая от удара, разжалась.

-Прекратите!

Ын Су зарычал гневным голосом, затем он быстро выскользнул из-под До Квона и встал на ноги. Обнажённые мельком ягодицы снова исчезли.

Ын Су спрятал за своей спиной пульсирующую от боли руку, пытаясь не подавать виду, что ему больно. Затем он посмотрел на До Квона и его взору предстала огромная рука.

Он зажал лицо Ын Су своей огромной рукой и повалил его на кровать. Ын Су рухнул, словно его придавили огромным камнем. Его нос и губы были сдавлены, твёрдой, похожей на тарелку ладонью.

Ын Су начал махать руками, но его тело перевернули. Рука До Квона, давившая ему на лицо, исчезла. Ын Су попытался встать снова с крови, но его потащили обратно, и заломали руки за спину.

До Квон сделал это лишь одной рукой. Он обездвижел и оборвал все попытки отступления для Ын Су, а затем сильно надвил на его спину.

-Кха!

Ын Су издал сдавленный стон, когда его грудь раздавили. Дыхание застряло в горе. Давление на грудь не распространялось на живот, но было совсем близко.

-Не надо! Не надо, господин До Квон!

Почувствовав угрозу, Ын Су вывернул спину и плечи, травмированное тело болело, но ему было всё равно.

Он ужасно ненавидел эту позу. Его бёдра выпирали вверх, когда его верхняя часть тела сгибалась, а конечности не могли пошевелиться. он чувствовал себя той самой отвратительной омегой, о которых только слышал. Он чувствовал себя ужасно униженным и злым.

Заметив это. До Квон раздражённо выдохнул. Затем он склонился над телом Ын Су и низким голосом прошептал ему на ухо.

-Почему?

-Ч-что?

-Почему мне нельзя сделать это?

Это был такой странный вопрос. Словно его спросили, почему ты не можешь умереть? Он прозвучал настолько нелепо, что он даже не смог придумать ответа.

Губы Ын Су что-то пробормотали в одеяло, но До Квон сжал его руку и произнёс.

-В любом случае, это заднее отверстие создано для альфы, почему бы нам не сделать это?

-Угх... господин До... господин До Квон... Не делайте того, о чём потом пожалеете.

Ын Су приглушённым голосом сделал предупреждение, и это предупреждение прозвучало так ясно, что его слышали абсолютно все. До Квон рассмеялся, схватил его за горло.

-Пожалею? Кто? Я? - спросил До Квон и снова рассмеялся.

Должно быть, слова Ын Су показались для него забавными, он на мгновение задумался, потом выпрямился и стянул с Ын Су трусы.

-Не переживай, я не пожалею.

-Господин До Квон.

Холодный воздух коснулся его обнажённых ягодиц, и упавший взгляд До Квона на это зрелище, заставил Ын Су зажмуриться. Он редко не слушался его и отказывал в чём-то, но сейчас было всё иначе. Стиснув зубы, Ын Су изо всех сил дёрнулся.

-...

Рот До Квон то открывался, то закрывался. Его охватило раздражение, вызванное тем, что Ын Су сопротивлялся, заставляя пойти более трудным путём. Он облегчённо выдохнул и нахмурил брови.

В этот момент феромоны До Квона, насколько это вообще возможно для доминантного альфы, обрушились на Ын Су, словно сильный ливень или обильный снегопад, они быстро окутали его тело.

-...

Ын Су не мог даже закричать. Он только хныкал и перекатывался бок на бок, как маленький зверёк, которому вкололи успокоительное. Он задыхался, его дыхание участилось. Он не мог управлять ни руками, ни ногами, ни даже глазами, которые до этого метались по сторонам.

Он никогда в жизни не чувствовал ничего подобного. Никогда прежде он не подвергался воздействию феромонов, таких обильных и интенсивных, таким сильным. Неудивительно, что он был единственным доминантным альфой, которого он когда-либо встречал.

Он был с До Квоном долгое время, спал с ним бесчисленное количество раз, но он никогда не был таким настойчивым и грозным, как сейчас. Его феромоны были всегда едва уловимыми, сладкими и возбуждающими.

Сейчас это было похоже на атаку феромонами. От него исходил не сексуальный аромат, а угроза и насилие.

Ын Су почувствовал, как дёргается каждая мышца его тела, как внутренности скручиваются в тугой узел. Его уши закладывало от стука сердца, а глаза пылали жаром.

Внутри его тела разразилась война, взрывались бомбы и летели пули, но Ын Су хранил молчание. Лишь время от времени доносился скулящий звук. Он не мог пошевелиться.

До Квон посмотрел на него с язвительной улыбкой. Затем он неторопливо разделся сам. Он снял пиджак, расстегнул рубашку и схватил Ын Су за мягкие ягодицы. Его ягодицы разошлись, обнажив задний вход, который дернулся в ответ на феромоны альфы.

К счастью или к не счастью, в тускло освещённой спальне это движение было незаметно.

До Квон не стал включать свет: у него не было сил, да и не хотелось. Сейчас он больше всего не хотел видеть лицо Ын Су.

-Омега так хорошо пахнет. Почему ты так противишься?

-Хмпф....

-Давай я вставлю его сюда.

Кончики пальцев До Квона провели по складке. В тусклом свете спина Ын Су слегла задрожала. Он провёл кончиком указательного пальца по его распластанной спине и усмехнулся, видя как его дырочка подрагивает от его прикосновений.

До Квон никогда не считал Ын Су отвратительной омегой с того самого момента, как очнулся в больнице, потеряв воспоминания. Теперь, когда он здесь, он смог это осознать. Ын Су - самая настоящая омега*.

*В новелле, когда часть идёт от лица До Квона омега - не как факт вторичного пола, а как что-то грязное и отвратительное. Запомните это.

Да, именно омега. Он задыхается, подвергаясь воздействию альфа- феромонов, извивается, раздвигает ноги.

До Квон наклонился и ткнулся носом в затылок Ын Су. А затем тихо прошептал.

-Я буду трахать тебя так сильно, так глубоко и так грубо, что ты на какое-то время лишишься рассудка.

Пальцы Ын Су задрожали от хриплого, равнодушного тона. Ын Су смотрел на тень До Квона, лениво перемещающуюся по одеялу, и гадал, сон это или явь.

Его тело болело, разум был затуманен, а зрение ускользало от него, поскольку ощущение реальности рассыпалось на сотни кусочков.

В этот момент он отчетливо услышал звук расстёгивающейся молнии брюк. Ресницы Ын Су взметнулись вверх, а глаза потемнели.

Ын Су попытался подняться, но его конечности, полностью поглощённые феромонами До Квона, не реагировали.

Вскоре пока Ын Су попытался уловить последние частики своего разума, До Квон перевернул его на спину, уложив на бок под углом. Вскоре ягодицы были раздвинуты, а его горячий член прижался к сжатой дырочке.

Затем,

-Нет... - пробормотал Ын Су, его голос был едва слышен сквозь задыхающееся горло.

Конечно, До Квон даже не притворялся, что слышит. Он развёл ягодицы Ын Су в стороны и надавил своим членом на складки, готовясь пронзить их.

Дрожащие кончики пальцев Ын Су щекотали тыльную сторону руки До Квона и он взмолился.

-Нет, нет, нет... До Квон, пожалуйста...

-Заткнись.

До Квон нервно схватил Ын Су за волосы. Из глаза Ын Су потекли ручьями слёзы. Даже в тусклом свете капельки слёз блестели.

-Бом-и... ей будет больно... - сказал Ын Су голосом, полным слёз.

-...

До Квон напрягся при этих словах. Он не дышал, а глаза не моргали.

-Если... если ты сейчас сделаешь это... то Бом-и заболеет... Ты можешь убить её...

Ын Су провёл рукой по животу- той самой, что щекотала тыльную сторону руки До Квона. Его живот был холодным. Это было странно, не смотря на то, что его кожа была горячей. От его феромонов всё его тело покрылось теплом, но живот был холодным.

Он с трудом верил, что внутри него есть жизнь. Он плохо ел, мало спал и даже не смог назвать её по имени, потому что это всё же было очень непривычно.

Однако было очевидно, что если он сейчас уступит До Квону, то его состояние ухудшится. Возможно, худшее было ещё впереди.

Ын Су с облегчением вздохнул, заметив, что До Квон перестал двигаться. Он надеялся, что его гнев не дошёл до Бом-и. Ын Су со слезами на глазах сглотнул последнюю надежду.

Глава 26

До Квон подня свой пиджак, который был брошен небрежно на кровать. Ын Су решил, что он одевается и уходит, но в том, как двигалась его тень, было что-то странное.

Ын Су повернулся, чтобы посмотреть на него. В тот момент, когда он повернул удивлённо голову, рука До Квона, похожая на летучую мышь, потянулась к нему и схватила его за подбородок.

-Угх...

Щёки Ын Су сжали, а челюсть отвисла, рот раскрылся и сквозь открытый рот ему просунули скользкую ткань.

-Кха, ух, ха...

Она была длинной, гладкой и скользкой, как змея. Это был его галстук.

С демоническим лицом, как будто только что вылезшего из ада, До Квон засунул галстук в рот Ын Су. Крошечный рот Ын Су быстро наполнился. Он был настолько наполненным, что казалось, что скрученный галстук вот-вот выскочит изо рта. Он проник в его горло, вызывая рвотный рефлекс.

Грудь Ын Су вздымалась, словно он задыхался. До Квон смотрел на него холодным взглядом. А затем он медленно скрутил его руку. Потому Ын Су попытался вытащить изо рта галстук, однако До Квон не позволил сделать этого.

Свободной рукой он закрутил его руки в узел пижамной рубашки. Свободная, лёгкая пижамная одежда сползла вверх, обнажив его голую кожу.

У Ын Су расширились глаза, когда До Квон закрутил одежду вокруг его локтей и связал запястья. Мягкая пижама быстро превратилась в тугую верёвку.

Теперь рот Ын Су был заткнут галстуком, а руки связаны. Это был не тот секс, который можно было ожидать от любовников.

До Квон был готов обращаться с Ын Су, как тому заблагорассудится, он небрежно откинул свою чёлку и начал входить между ягодиц Ын Су.

К счастью, его член не был полностью эрегирован, но он был очень большим. Толстый и горячий член уже коснулся его входа, и от этого ощущения волосы на его теле встали дыбом.

Нет, нет, нет. Не делай этого. Не надо.

Много слов крутилось в его голове, но единственное, что ему удалось сделать, - это лишь издать глупый и приглушённый стон через галстук.

По уголкам глаз Ын Су потекли слёзы.

Почему? Почему он так отличается от того неизвестного мужчины?

Какая разница между этой ситуацией и той в отеле?

Тот мужчина хотя бы прекратил, когда я сказал ему о том, что беременный. Почему... Почему До Квон ведёт себя как ублюдок, если он всё знает?

Пока разум Ын Су погружался в пучину смятения и отчаяния, член До Квона начал проникать в его задний проход. Его мышцы будто заржавели от феромонов, которыми было пропитано всё его тело, но это не значило, что он сможет принять его без предварительной ласки и подготовки.

-Хмф...

Боль пронзила спину, и Ын Су зарылся лицом в одеяло. Казалось, что он пытался задушить его. Он сжал галстук во рту, словно это был стальной ошейник.

Но это ничуть не уменьшало боли от пронзающего члена позади него. Неудивительно, что головка едва вошла, а теперь понемногу проникла внутрь.

-Хмк...

До Квон стиснул зубы, борясь с напряжением внутренним стенок. Проникать в сжавшие внутренние стенки было далеко не так приятно, но он не мог не удержаться, чтобы не вставить член внутрь. Он чувствовал, как содрогается тело Ын Су Ощущение этого немного притупило его извращённый разум.

С этой мыслью До Квон поглубже проник в него. Он остановился, когда его член наполовину скрылся из виду. Тугая дырочка была не очень приятной на вкус.

-Расслабься, - приказал До Квон.

-Ху, хмф, хых....

Ын Су медленно покачал головой. С ресниц скатывались слёзы и покатились по щекам.

Это был не отказ, не бунт. Я просто не мог найти в себе силы, потому что моё тело не слушалось.

Не было никакой возможности для того, чтобы сделать стенки более растянутыми. Ты не целовал меня, не помог растянуть дырочку пальцами. Ещё более странно, когда единственное, что ты делаешь, - это входишь и выходишь. Я не поношенный мужчина-шлюха.

Всё моё тело было охвачено феромонами До Квона, но они были далеки от сексуальной привлекательности. Скорее, это были кандалы, которые сковывали меня.

-...

До Квон молча посмотрел на Ын Су. Затем он внезапно просунул руки под подмышки Ын Су, обхватил его за плечи, и резко поднял.

-Хып...

Худенькое тело Ын Су рывком поднялось. Его колени упирались в кровать, а спина прижалась к груди До Квона. Это было твёрдое, горячее тело.

Он испустил долгий вздох. Дыхание хлынуло в ноздри Ын Су, который дышал через забитый рот. В этот момент глаза Ын Су остекленели. Как будто он выпил много алкоголя или только что проснулся от долгого сна.

Затем, мало-помалу, тугое отверстие начало раскрываться.

Перемена в Ын Су заставила До Квон криво усмехнуться. Затем, не раздумывая, он убрал руку с тела Ын Су. Тот упал на спину. Его бёдра поднялись вверх,а грудь была плотно прижата к кровати, связанные руки болтали, а выражение лица было ошеломлённым и пустым. Зрелище было не из приятных.

До Квон обхватил руками талию Ын Су. Он снова ввёл свой член. В отличие от прежнего раза, в этот раз он вошёл более плавно.

Он слегка отстранился, а затем сделал резкий толчком, его бёдра совершались толчкообразные движения, вбиваясь глубже в Ын Су.

Он резко и глубоко вошёл в отверстие Ын Су. Оба мужчины издали совершенно разные стоны.

-Хуу...

-Хмфп...Ыкх...

До Квон был доволен его тугой дырочкой, а вот Ын Су беспокоился совсем о другом.

В этот момент До Квон начал терять рассудок, ведь он был не единственным, кто истощал феромоны. От Ын Су тоже исходили феромоны, и мозг До Квона, разгорячённые многодневным пьянством без сна, теперь словно таял.

Он провёл руками по дрожащей спине Ын Су, наслаждаясь ощущениями. Глаза Ын су были расфокусированы и смотрели в одеяло, он ощущал себя пустым.

Как долго он так пролежал? Он совершенно ничего не понимал. Внезапно До Квон слегка сдул свою упавшую на глаза чёлку, затем он наполовину вытащил свой член и медленно, но глубоко погрузил его в Ын Су.

-Угх....

Ын Су выгнул бёдра и издал короткий стон. До Квон посмотрел на него, но было слишком темно, чтобы разобрать его выражение лица в темноте.

Уголок его губ дрогнул, и он опустил руку вниз и обхватил член Ын Су. Горячая упругая плоть поместилась в его руке, и там, где он ожидал увидеть вялый член, он оказался полуэрегированным. Как это было совершенно похоже на омег. Проверив его эрекцию, До Квон убрал руку с пениса Ын Су.

После этого До Квон продолжал вести себя так, как ему заблагорассудится. Он схватил ягодицы Ын Су и сжал их, пока не смог ввести свой пенис до конца. Затем он вставил только головку и пошевелил ее, чтобы защекотать чувствительную точку. Когда он почувствовал, что реакция Ын Су немного притупилась, он слегка шлепнул его по простате толчком.

Он так хорошо знал Ын Су, вернее, его тело.

-Хаа...Ха....

-Ох..Угх, кха...

Их дыхание гулко отдавалось в просторной спальне. Дождь стучал по окну, а вдалеке раздавался гудок автомобиля.

-Ыкх...

Ын Су, лишённый рук, голоса, чувств и удовольствия, мог только сглатывать и дрожать, как бездушная кукла или дешёвая секс-игрушка.

Его сознание медленно разрушалось.

Низкое, яростое действо, порочные жесты До Квона, феромоны, который он напитывал его тело, задушенное горло и связанные запястья, член, вонзающийся в его живот, печаль, разбивающая его сердце.

Всё это было выше его сил.

Ему ничего не оставалось делать, кроме как опуститься на самое дно, упасть в эту яму и грязь.

Ын Су медленно закрыл глаза.

Слёзы, наполнившие его глаза, скатывались по щекам, падая на простыни.

Ын Су резко вдохнул через нос. Толчки До Квона продолжались ещё очень долго. В затемнённой спальне было очень темно, и он не мог разглядеть часы на тумбочке из-за угла, но он примерно представлял себе время, потому До Квон уже дважды эякулировал в его заднее отверстие.

Ын Су почувствовал, как его сознание всё больше затуманивается. Утопая в феромонах До Квона, он забывал, что происходит и как ему следует реагировать. Ему хотелось отбросить разум в пользу внезапно нахлынувшего удовольствия*.

*Здесь имеется в виду, что Ын Су был настолько погружён в отчаяние, что ему хотелось погрузиться в это сомнительное удовольствие, чтобы не чувствовать себя настолько жалким. Что-то вроде смирения.

На самом деле, он уже хотел отдаться этой пучине.Он бился бёдрами о пенис До Квона, который не попадал в нужные места, и толкался бёдрами, надеясь, что он вобьёт его глубже.

Ын Су был омегой. Омегой, слабый к удовольствию перед альфой. А поскольку До Квон был доминантным альфой, ему было почти невозможно восстать против него.

-Кха, хы, ух....

С полностью эрегированного члена Ын Су стекала тонкая струйка жидкости. Его упругий зад был уже совершенно сухим, а пах влажным от вытекающей жидкости. Шлепки и непристойные звуки эхом разносились по спальне при каждом движении.

На губах До Квона заиграла лукавая улыбка. Он крепко обхватил таз Ын Су и вытащил свой пенис до самой головки. По спине Ын Су пробежала дрожь.

Ын Су озадаченно оглянулся на До Квона. Почему? У него даже эякулиции не было, так почему он вытащил его?

Даже в темноте До Квон прочитал его взгляд и ухмыльнулся, а затем вытащил свой член. Из заднего отверстия, которое он сжимал, раздался звук, похожий на лопающиеся мыльные пузыри. Холодный воздух устремился в зияющее отверстие. Сперма До Квона, застрявшая внутри, смешалась с его соками и вытекла наружу.

Как же он ненавидел это ощущение, когда его сперма вытекала наружу.

Ын Су сжал бёдра и заёрзал коленями. Если бы галстук не затыкал ему рот, он умолял сделать ещё один толчок.

До Квон провёл рукой по влажной от пота чёлке. Затем он схватил Ын Су за бёдра и талию и перевернул его. Худенькое тело легко перевернулось.

Ын Су, зажмурив глаза, нерешительно раздвинул ноги. Тогда он задвигал бёдрами перед лицом До Квона, чтобы тот продолжил. Ему хотелось заглотить его член и кружиться в экстазе, трахаться до тех пор, пока они оба не умрут.

Чем больше Ын Су думал об этом, тем больше феромонов исходило от него. Брови До Квона дёрнулись. Этого было достаточно, чтобы Ын Су ещё какое-то время оставался желанным, поэтому До Квон не смог удержаться.

Стиснув зубы, До Квон обхватил колени Ын Су и сжав их, он толкнулся силой.

-Ымххх....

Глаза Ын Су расшились, когда он увидел, что член заполняет его заднюю часть, и он откинул голову. Тонкая шея была залита потом и тускло светилась в темноте.

До Квон наклонился и уткнулся в него носом. Запах тела и феромонов Ын Су ворвался в его ноздри, но при этом зрением, поглощенное тьмой, стало ещё более расплывчатым.

До Квон приподнял талию. Его затылок покалывало от прикосновения к раздвинутому заду Ын Су. Он сжимает его член, затем мягко и ласково отпускает, а затем снова сжимает, - всё это, было для него божественным.

-Ха... ха...

До Квон схватил Ын Су за бёдра и потянул их вверх, вставляя в него свой член. Он начал вонзаться в него снова и снова, вбиваясь как можно глубже.

-Хмф, хм, ах....

Лицо Ын Су, погружённое в кромешную тьму, светилось желанием. Связанные руки выгнулись и вытянулись, а затем дрожали. Пальцы ног подвигались и дрожали.

Плоть, заполняющая его живот, доставляла невыразимое удовольствие, круглая твёрдая головка скреблась о простату, а тяжёлые яички До Квона давили на промежность.

Дрожь пробегала по спине каждый раз, когда его большая рука хватала за соски или ягодицы. Время от времени пот До Квона стекал по его промежностям.

Ын Су издавал почти звериные звуки, а его связанные руки царапали грудную клетку До Квона. Он напряг спину и приподнял верхнюю часть тела, чтобы потереться лбом о шею До Квона.

Он хотел прикоснуться к нему, умолять о большем, но его руки были заблокированы, поэтому он ничего не мог с этим поделать, это было так обидно и больно.

В этот момент До Квон раздражённо цокнул языком. Ему и так было трудно сосредоточиться на том, чтобы держать свой член внизу, но постоянное подёргивание Ын Су стало раздражать.

До Квон сильно надавил на живот Ын Су, чтобы тот не двигался. Он быстро убрал руку, удивляясь небольшой выпуклости на животе, которая не шла в сравнении с остальными худыми частями его тела.

Его тело мгновенно остыло, а феромоны Ын Су привели его в чувства.

С суровым выражением лица До Квона вытащил свой член. Затем Ын Су вывернул талию и задвигал бёдрами.

-Хмф, хым...

Кончики пальцев Ын Су беспомощно царапали отчётливо выделяющийся пресс До Квона. Он словно умолял о большем, но До Квон отбросил его руку в раздражении.

Удивлённый Ын Су сцепил руки и прижал их к груди. В его больших глазах заблестели слёзы.

Тыльная сторона руки болела от удара. Он ненавидел До Квона, и в глубине души ненавидел себя.

Но что поделать, в конце концов, он был омегой.

Ын Су было недостаточно. Феромоны, которые струились из-за течки, взорвались, встретившись с феромонами До Квона.

Каждая мышцы и кожа на его теле кричала об этом. Он хотел его пенис прямо сейчас, что бы ни случилось с его телом, к какой бы катастрофе не привели эти отношения.

Ын Су взглянул на До Квона и что-то пробормотал. Но всё, что он смог расслышать, - это негромкое бормотание, заглушаемое галстуком.

-...

Когда Ын Су уставился на него, До Квон потянулся к уголкам его рта. Он засунул большой и указательный пальцы в рот Ын Су. Ын Су задыхался от мокрой ткани, сильно прижатой к горлу.

До Квон ввёл большой и указательный пальцы по два и одним движением вытащил галстук. Его заполненный рот в мгновение опустел.

-Кха, кха... гха, гха.

Ын Су захлебнулся кашлем. Его грудная клетка вздымалась, а из глаз текли слёзы и сопли, а из уголком рта неуклюже стекала слюна. Ын Су судорожно сжимал связанные руки и пытался открыть рот.

Его челюсть застыла, язык болел. Уголки рта болели так, будто вот-вот лопнут от пощипывания.

До Квон вцепился в галстук, который он вытащил изо рта Ын Су. Его большие руки сжимали скрученную ткань. Он ждал. Ждал, гадая, что скажет Ын Су и в чём обвинит.

Спустя долгое время Ын Су резко откашлялся и наконец поднял глаза на До Квона. Его большие глаза блестели, это не могло не удивить, откуда в тёмной спальне взялся свет. Ведь они блестели так, словно поглотили весь свет, который, казалось, был рассеян вокруг них.

Ын Су, стоя на коленях пересёк кровать, пока До Квон смотрел на него, а затем остановился перед ним у изножья кровати. Их взгляды сцепились в туманном воздухе, и в тот же момент рот Ын Су открылся, а хриплый голос произнёс.

-Господин До Квон...

-...

-П-поцелуйте меня...

-... Что? - ошарашенно переспросил До Квон. Он ожидал услышать что-то вроде "ублюдок" или что-то в этом роде, поэтому от этих слов он растерялся.

Глава 27

Но Ын Су, похоже, не волновало выражение лица До Квона. Он присел перед ним на корточки, его губы были раздвинуты в слабой улыбке. Послышался звук красного языка, пересекающего скопившуюся во рту слюну.

-Поцелуйте...

-Ха...

-Что? Господин До Квон...Пожалуйста...

Рот Ын Су приоткрылся, спина выгнулась дугой, как у птенца, ожидающего пищи от матери.

Доквон вытер лицо руками. Его шея напряглась. Едва державшиеся вместе нити разума снова рассыпались. Раздражение, растерянность и гнев усиливали сонливость. Его тело содрогалось от ненависти, но Ын Су неосознанно потерся щекой о бедро До Квона. Затем он высунул язык, прося разрешения хотя бы раз прикоснуться к его губам.

Бросив галстук, который он беспорядочно сжимал в руке, До Квон схватился за спину Ын Су. Тот лишь вскинул голову.

-Заткнись, если ты не хочешь снова съесть этот чёртов галстук.

Предупреждение До Квона звучало холодно и тихо. Но Ын Су уже вышел из ума. В его голове не было ничего, кроме желания получить удовольствие.

Ын Су нащупал в темноте пенис До Квона, а затем высунул язык и лизнул кончик. Он был покрыт его спермой и его собственными соками, но ему было всё равно.

Ын Су был похож на разгоряченную собаку и потерял хватку на волосах До Квона. Затем Ын Су потёрся мягкими щеками о его большой член.

-Тогда давайте займёмся сексом... Не говорите ничего... И я тоже буду молчать... Ну, что? - сказал Ын Су с тоской глядя на толстый член До Квона.

До Квон ухмыльнулся,а затем обхватил руками горло Ын Су и перевернул его на спину.

-Да, блять. Давай сделаем это.

Везде царил беспорядок. В беспорядочных стонах, в беспорядочных действиях, в беспорядочных эмоциях. Все было в беспорядке.

-ммм, ах, мхммм

Ын Су, находясь сверху До Квона, двигал своим телом верх и вниз. От длительных толчков его руки дрожали, и время от времени он опускался на тело До Квона, но ему всегда удавалось встать и снова двигаться.

Если же он этого не делал, До Квон шлёпал его по ягодицам или сжимал талию до боли, словно наказывая.

Каждый раз, когда Ын Су двигался, раздавался неприятный хлюпающий звук. Лужа спермы и телесных жидкостей выглядели так, будто кто-то вылил ведро воды на кровать.

Он был уверен, что они занимались любовью больше суток. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь плотные шмоты, померк, и снова наступила ночь.

Всё это время Ын Су прижимался к До Квону так, словно он находился в течке, а возможно, это он и был. Но До Квон было всё равно. В конце концов, он был течной омегой.

Ын Су, который некоторое время назад дрожал, словно бился в конвульсиях, рухнул, словно обессилев, и его маленькое, мягкое, тёплое тело рухнуло на До Квона. Он схватил Ын Су за волосы и дёрнул его от себя, сильно укусив за стройную шею и опустил, оставив след от укуса.

-Хмпф...

Было больно, но у Ын Су не было сил кричать, поэтому он просто поморщился. Его тело было в полном беспорядке ещё до прихода До Квона. Ещё более странно, что в таком состоянии он принимал До Квона целых 24 часа.

Ын Су усталым взглядом пялился в потолок, До Квон лишь ухмыльнулся и рывком поднялся после долгого лежания в постели, и Ын Су оказался на нём.

До Квон быстрым движением поднял ногу Ын Су вверх, а затем быстро и непринуждённо втиснулся в его дырочку, заполняя его полностью.

-Ах....

Ын Су застонал, прогнув спину.

-Ху...

До Квон издал стон, похожий на вздох, прижавшись к его всё ещё тугим внутренним стенкам.

До Квон нетерпеливо двигал бёдрами. Он дразнил Ын Су, тыкая в его чувствительные место, а потом когда тот доходил до кульминации, быстро вытаскивал свой член и вгонял его как можно глубже.

Ын Су эякулировал с громким стоном. До Квон нахмурил брови, почувствовав внезапное сжатие его заднего прохода, и задвигал бёдрами. Ын Су вцепился в одеяло так, словно оно было прочной верёвкой, когда он кончил.

До Квон широко раскрыл рот и сильно прикусил приподнятую грудь Ын Су. Он сосал его соски, оставляя на них следы укусов, словно помечая территорию. Он выгнул спину, и Ын Су задыхался от удовольствия, свернувшись в клубок.

До Квон прошептал, притягивая бёдра Ын Су к себе.

-Ын Су, тебе нравится?

-Ах, мхм, ох!

-Говори, хорошо?

-Хорошо. очень. ах!

Ын Су ответил с опозданием. Из-за шума в ушах он не мог расслышать, что говорит До Квон. А если и слышал, то ему требовалось время, чтобы понять.

-Очень хорошо, господин До Квон...

Ын Су рассмеялся, его лицо словно светилось, а глаза блестели. Даже в темноте его смех отчётливо виднелся на сетчатке глаз До Квона.

-...

Испытав к себе отвращение, До Квон вытащил свой член.

Ын Су хныкал, как ребёнок и сполз по его телу. Он попытался вернуть его член обратно. До Квон прижал Ын Су к себе. Он схватил Ын Су за ягодицы, которые он спеклись от постоянного трения и частых толчков, раздвинул их и погрузил свой член в его извивающуюся дырочку.

Глаза Ын Су, которые были зажмурены, снова открылись. Он не пытался скрыть стон, вырвавшийся из его рта.

Дело, застопорившееся на мгновение, быстро начало идти в гору. Ын Су, лежавший лицом вниз на коленях, беспомощно дрожал и смотрел на смятое одеяло. В темноте он мог разглядеть лишь его силуэт, но всё равно продолжал смотреть на него.

Ын Су поднял руку, и мышцы словно растаяли. Он нежно погладил тыльную сторону руки До Квона. Его рука была намного больше, толще и сильнее, чем его, словно он боялся, что она сломается, если он прикоснется к нему неправильно.

-...

До Квон с отвращением отдёрнул руку, словно на неё был жук. Ынсу внезапно упал на бок.

Резкий запах ужалил его ноздри, и Ын Су пришёл в себя.

Не успел он открыть глаза, как тупая боль сдавила все его тело. Тело было влажным от пота, а руки и ноги холодными. Мышцы болели, и каждая косточка в теле болела, как ржавчина. Глаза были сухими, горло болело, спина была сырой, а к паху прилипла какая-то неопознаваемая жидкость, от которой никак не удавалось избавиться.

И больше всего болел живот.

Ын Су тихонько застонал и схватился за живот. Скручивающее ощущение в животе одновременно напоминало и отличалось от того, с которым он жил уже почти неделю. Ощущения были похожими, но гораздо более сильными.

Почему, почему вдруг стало так больно?

Ын Су поморщился и вздрогнул плечами, пытаясь найти источник боли в голове.

Он вздрогнула, вспомнив основную причину своего пробуждения. Резкий запах. Это был незнакомый, но привычный запах. Особенно если вы офисный работник.

Ын Су с усилием открыл глаза. Он был уверен, что глаза открыты, но в них была кромешная тьма. Ын Су медленно моргал, приспосабливая глаза к темноте.

Примерно на пятый раз он разлепил веки, и взору предстало несколько клубов белого дыма. Зрачки Ын Су последовали за дымом.

В нем виднелась спина сидящей в постели фигуры. Короткие волосы. Длинная шея. Широкие плечи. Крылатая спина. Туго набитые мышцы. Знакомая спина, настолько знакомая, что она мог бы нарисовать ее, если бы закрыл глаза.

Ын Су безучастно смотрел на загорелую спину. Почему До Квон здесь....... Как только он подумал об этой глупой мысли, то вспомнил, что произошло перед тем, как он закрыл глаза.

Звонок, грозивший сломать входную дверь. Феромоны и низкий голос До Квона, просачивающиеся сквозь щель в двери. Спальня, в которую его затащили. Раздет догола. Его собственный голос, умоляющий не делать этого, его рот, заткнутый галстуком. Связанные запястья. И феромоны До Квона.

Остальное - сплошное размытие, лишь короткие вспышки боли и долгие отрезки наслаждения. Он также помнил, как терся лицом о его пенис, словно собака.

Расфокусированные, рассеянные глаза Ынсу распахнулись, он рывком поднялся на ноги. Но его руки, талия и ноги не выдержали, и он несколько раз упал обратно на скомканное одеяло.

Но Ын Су не сдавался. Она полуползл, опираясь только на верхнюю часть тела, к До Квону. Его кровать, в которой он обычно спал, сегодня казалась огромной и безлюдной, как бесплодная пустыня.

Едва дойдя до До Квона, Ын Су трясущейся рукой выхватил сигарету у него изо рта.

-Ты с ума сошёл? - прорычал Ын Су, пытаясь бросить сигарету на тумбочку, но тут его схватили за запястье.

Это был невероятный захват. Он испугался, что его запястье сейчас раздавят, как печенье.

-Угх... - простонал Ын су, сведя брови вместе.

Он забрал сигарету из ослабевших пальцев Ын Су. Он крепко затянулся и выдохнул длинную затяжку. Над лицом Ын Су поплыло облако дыма.

Испугавшись, Ын Су попытался отстраниться, но ее запястья были связаны. Ын Су стиснул зубы и вывернул запястье.

-Я же говорил тебе не делать этого!

Он имел в виду не только сигарету, но и все, что делали они со вчерашнего дня до сегодняшнего. Гнев До Квона запоздал.

-Это ты попросил меня сделать это.

-Если бы только от тебя не исходили феромоны...

-Это ты на них купился.

Брови Ын Су круто взлетели вверх от неразумных слов До Квона. Он уже собирался выстрелить в ответ,

-Я видел, - сказал До Квон своим характерным низким голосом.

-Что видел? - резко спросил Ын Су.

Ын Су был похож на разъяренную кошку, и До Квон коротко вздохнул. Он был разочарован его чрезмерной самоуверенностью. Он снова затянулся сигаретой, и густой дым выветрил из головы кошмар, приснившийся ему несколько дней назад.

-Как ты вошёл в гостиничный номер с каким-то альфой.

От этих слов у Ын Су перехватило дыхание. Выкручивание запястий прекратилось.

-Как ты упал в его объятия и прижался к нему, словно собака во время течки.

Пока он говорил, До Квон поспешно втягивал дым, и полупустая сигарета из глубокой затяжки быстро превратилась в короткую. Он посмотрел на потухший окурок и вспомнил, что произошло в отеле.

Встреча с покупателем закончилась ровно в то время, на которое он рассчитывал, не больше и не меньше. Он надеялся как-то исправить ситуацию и увидеть Ын Су чуть раньше, но что, черт возьми, он говорил? Почему ты так часто ходишь в туалет, почему так много говоришь по телефону?

Я даже подумал: "Неужели эти ублюдки надувают меня, не собираясь подписывать контракт? Но приближалось 8 часов. Все условия контракта, о которых мы спорили, закончились в мгновение ока.

Процесс был тот же, но результат оказался неплохим.

До Квон поспешно попрощался с покупателем и встал, чтобы уйти. Секретарь Чон спросил, не собирается ли он снова встретиться с руководителем группы Ю, и тот ответил, что ему придется прибраться немного. До Квон отрывисто помахал рукой и ушел. Он вышел из зала ресторана на самом верхнем этаже и встал перед лифтом.

Потом. Знакомый запах защекотал кончик его носа. Это были феромоны Ын Су.

Сначала он подумал, что его запах попал на одежду, ведь днем они долго обнимались в зале заседаний, но было странно ощущать его сейчас, после того как он не чувствовал его на протяжении всей встречи.

Он почесал голову, и тут же обнаружил, что в отеле повсюду витает слабый запах Ын Су. Как будто он только что прошел мимо. Нет, это был не просто запах, а сильный аромат.

Если он задерживался в воздухе, то это был не его обычный запах.

Но этого не могло быть, почему Ын Су оказался в этом отеле, на верхнем этаже, да еще и не взял сегодня на работу ингибиторы. Утром от него совсем не пахло, просто обычный, в меру сладкий запах.

Так что была большая вероятность, что все это иллюзия.

Но любопытство к Ын Су не давали ему покоя.

Нахмурившись, он сосредоточился на запахе Ын Су, витавшем в воздухе, и последовал за ним.

У него было плохое предчувствие. Такое чувство он уже испытывал несколько раз.

'Запах любимого в незнакомом месте'.

Это было ужасное предположение, но оно было ему знакомо. Каждая омега, которую он когда-либо встречал, попадала в подобные ситуации.

Но до сих пор он и подумать не мог, что Ын Су окажется одной из них. Как я смею сомневаться в Ын Су, это же грех - сомневаться в таком милом, красивом возлюбленном.

Он поднялся на этаж, где располагались комнаты для гостей. По пожарной лестнице он пронесся по коридорам с этажа на этаж. На других этажах стоял запах сырых ковров, характерный для отеля, но здесь повсюду витал запах Ын Су.

Доквон последовал за сильным ароматом в коридор.

И тут,

-...Ын Су?

Он увидел Ынсу в своих глазах.

Ее обнимал мужчина. Ын Су терся щекой о его грудь, обнимал за талию. Он не мог понять,где он находится снаружи или внутри, и возился с галстуком. Он возился с пуговицами. Ын Су смотрел на мужчину с раскрасневшимся лицом и похотливым выражением, как будто был пьян.

-...

До Квон стоял, как будто его мир разрушился, и только когда Ын Су и мужчина скрылись в одной из комнат, он поднял глаза.

Первой эмоцией, которую он почувствовал, был, как ни странно, не гнев. Он отрицал то, что видел, и встал на сторону Ын Су. Это не должно было так произойти. Должно быть, он чего-то не заметил. Он должен был спасти Ын Су от этого неизвестного человека, сказал он себе и взял себя в руки.

Но к тому времени, как он прошёл половину коридора, его челюсть тряслась от предательства, гнева и ненависти.

Он видел это своими глазами, видел, Ын Су в объятиях незнакомца, видел, как он одаривает его своей милой улыбкой, и не мог этого отрицать.

-...

До Квон стоял у двери в комнату, куда зашёл Ын Су.

За хлипкой дверью послышался смех, он сделал вид, что не заметил усмешки, и взялся за ручку.

Дверная ручка была холодной и скользкой.

Он мог сломать ее, если захочет. Даже если бы он не смог ее сломать, он все равно должен ее открыть. Он мог бы позвать персонал и сказать им, что его любовник заперт внутри, или использовать свою власть и деньги, чтобы заставить дверь открыться.

И все же.

И все же.

До Квон не смог открыть дверь.

Не мог даже повернуть дверную ручку, не говоря уже о том, чтобы открыть ее.

Если бы он это сделал, то увидел бы тот страшный кошмар.

Как и все омеги, которых он когда-либо встречала, спавшие с другими альфами. Как у всех омег, которые обманывали и издевались надо ним. Это белое тело, стонущее под другим альфой.

Он не мог заставить себя увидеть это своими глазами.

До Квон был в ужасе. Не прошло и минуты, как он увидел Ын Су в чужих объятиях, а по спине пробежал холодок, словно ему всю ночь снился кошмар. Но если бы он увидел нечто худшее, чем это, то не смог бы представить, как бы он сломался и рассыпался.

Поэтому он наконец отпустил ручку двери.

И, обернувшись, ощутил эмоции, более темные и жестокие, чем чувство предательства и злости.

Он думал, что Ын Су совсем другой, любил его всем сердцем, никогда в жизни не испытывал ничего подобного и был уверен, что это будет в последний раз, но не ожидал, что все закончится так.

Он не помнил, но он сказал, что они вместе уже два года.

Когда он рассказывал об Ын Су, Мён Хи, Ки Хо и даже секретарь Чон улыбались от уха до уха, и он мог сказать, что он был прекрасным человеком. В его коротком опыте за время амнезии Ын Су был прекрасным человеком, который оправдал свою хорошую репутацию.

Но в конце концов, он был омегой.

Не Юн Ын Су, не его беременный возлюбленный, а именно омега.

До Квон был зол и печален одновременно. Было больно, как будто его тело разорвали пополам.

Несколько дней он пил до оцепенения и ни о чем больше не думал. Что делать в этой ситуации? Что делать с ребенком в его животе, действительно ли это его ребенок или ребенок того мужчины, которого он видел в отеле?

Тогда, пьяный, он отправился к Ын Су домой, но когда он увидел его впервые за долгое время, он сказал,

"Что случилось?

было. Он никогда не думал, что он скажет ему это. Невинное выражение лица, поведение жертвы и дрожащий голос.

Это было отвратительно.

До Квон, вспоминая это лицо, смял окурок, и Ын Су заговорил.

-В тот день...

-О! Я не собираюсь слушать твои жалкие оправдания.

Он достал свежую сигарету из куртки, которая лежала рядом с ним. Он не прикуривал сигареты с тех пор, как пришел в компанию, но после встречи с Ын Су в отеле он купил одну пачку. Наверное, он и дальше будет их покупать.

До Квон положил сигарету в рот и уже собирался прикурить. Ын Су выхватил у него сигарету и швырнул ее в угол спальни, словно говоря: "Посмотри на меня!" Затем До Квон уставился на него своим холодным взглядом, и он испустил долгий вздох.

Это был не раздраженный вздох, а вздох усталости.

Он смотрел на него, на его лице не было ни капли эмоций. Его взгляд был таким холодным, таким пустым, что Ын Су почувствовал, как его сердце заколотилось, будто раскололось, как бесплодная пустошь.

-Давай покончим с этим, - сказал До Квон, уставшим голосом.

Если бы не спальня, можно было подумать, что он только что закончил встречу. Он не мог в это поверить.

-Что?

Не сразу поняв его слова, Ын Су переспросил. Но До Квон не ответил.

До Квон схватил куртку и встал с кровати, сказав спокойным голосом.

-Бом-и, нет, избавься от ребёнка.

-... Что?

Ын Су выглядел так, будто его ударили по голове. Он выглядел как человек, у которого только что высосали всю душу, или как человек, который узнал о том, что завтра наступит конец света.

Как только Ын Су услышал слова: «Избавься от Бома, избавься от ребёнка», они ещё долго прокручивались в его голове. Он испытал тот же шок, что и тогда, когда услышал новость о смерти своих родителей.

От кого избавиться?

Бом-и?

Почему?

Как…? Как ты мог…? Как ты мог сказать такое мне? Как ты можешь просить меня избавиться от семьи, которой мне так не хватало? Как ты можешь говорить такое, когда я наконец-то смог завести семью?!

Ын Су от шока потерял дар речи. До Квон, не удосужившись нормально ответить, заговорил:

- Если это не мой ребёнок, то мне все равно, избавишься ты от него или нет. Если же он мой, то сделай аборт.

-....

- Больше не беспокой меня.

-...

- Если ты нуждаешься в деньгах, я тебе заплачу. Это было весело, поэтому я заплачу тебе любые деньги за секс.

-...... Весело?

Ын Су повторил слова До Квона с отчаянием в голосе.

«Если это мой ребёнок, избавься от него. Больше не беспокой меня. Я заплачу тебе. Деньги за секс. Веселье».

Слова, которые выплюнул До Квон, распадались постепенно на отдельные слоги. В конце концов, они разделились на согласные и гласные и посыпались на голову Ын Су, как камни размером с кулак. Одновременно с этим по его щекам потекли густые слезы.

«Что, как, почему, сейчас…»

В голове был полный бардак. Ошеломлённый Ын Су застыл на ровном месте. Он был слишком ошеломлен, слишком переполнен отчаянием, чтобы хоть как-то отреагировать. Единственное, что двигалось, — это его глаза, которые быстро метались из стороны в сторону, и слезы, падающие по щекам. В какой-то момент он даже перестал дышать.

Пока Ын Су падал вниз в бесконечный обрыв, До Квон подобрал что-то с пола.

Это был галстук. Тот самый галстук, который был во рту Ын Су. В то же время это был тот самый галстук, который До Квон подобрал у двери гостиничного номера . Тот самый галстук, который Ын Су развязал на руках у неизвестного мужчины.

До Квон покрутил галстук в руках. Он был влажным от слюны Ын Су, но теперь был сухим.

Присев на корточки, он накинул галстук на шею Ын Су и умелыми пальцами завязал узел. Это был обычный узел, но он выглядел как палач, готовящийся к повешению. Если бы он затянул узел еще туже, то расплющил бы язычок и гортань Ын Су.

Но До Квон лишь повязал галстук, а затем перевел взгляд на Ын Су.

-Не пачкайся, давай покончим с этим, Ын Су.

Его тон был томным, как будто он успокаивал ребенка, но в то же время он настаивал на том, чтобы провести линию между ними.

-...

Ын Су ничего не ответил.

До Квон без раздумий встал и отвернулся. Дверь спальни открылась, и он вышел. Его шаги, медленные и отдаленные, топтали мысли и рассуждения Ын Су.

Вскоре щелкнул дверной замок, и он ушел навсегда. Гулкий звук электроники вернул Ын Су к реальности. Она потянул за галстук на шее и сдернул его. Не думая, он попытался сесть на кровать. Это было глупо.

Нетвердые ноги подкосились, и он с грохотом упал. Запястья болели от удара о пол, а колени - от столкновения с ним, но он быстро поднялся на ноги.

Ын Су подхватил с пола свою одежду. На нём не было нижнего белья, только толстовка с капюшоном и пижамные штаны, да и то ему пришлось несколько раз выругаться, так как руки у нее тряслись, а ноги затекли.

Едва одевшись, Ын Су выбежал из дома. Он не стала обуваться и побежал босиком. Холодная прохлада коридора пробежала по ступням и быстро поднялась к макушке.

На одном этаже было всего два дома, поэтому в широком коридоре никого не было. Лифт, как он быстро проверил, уже спустился.

Поджав нижнюю губу, Ын Су смотрела на падающие цифры, а когда лифт остановился на первом этаже, побежал к запасному выходу.

Глупости. Пьяный До Квон ни за что не взял бы с собой машину. Конечно, он вышел бы на первом этаже. Он, как дурак, смотрел на лифт, гадая, остановится ли он на подземной парковке.

Когда Ын Су спустился по лестнице на двадцатый этаж, у нее болели кости: бедра болели от того, что он весь день принимал До Квона, бедро и плечо - от отеля, колено - от падения, а запястья и пальцы покалывало, когда она хватался за перила.

Но Ын Су добрался до первого этажа, не упав.

Он хотел кое-что сказать До Квону. Что все это было недоразумением. Нет, то, что он видел, не было недоразумением, но это было не то, что он задумал. У кого-то была плохая идея. Этот человек играл с ними. Он думал, что это До Квон. Иначе он бы никогда этого не сделал. В конце концов, ничего не произошло. Он должен был рассказать ему.

Иначе, как он и сказал, это был бы конец их отношений.

Поднявшись на второй этаж, Ын Су огляделся, но До Квон уже исчез. В воздухе витал только его запах.

Не раздумывая, Ын Су вышел на улицу, где его встретила прохлада ночи, которая только-только превращалась в лето.

Но Ын Су не стал медлить, а огляделся по сторонам. Она искал свой телефон, размышляя, стоило ли ему брать такси, выходить на главную дорогу или звонить секретарю Чону. Он пошарил в карманах, но он никак не мог выйти в нижнем белье с мобильным телефоном.

Люди на улице смотрели на Ын Су как на сумасшедшего. У нее было синее лицо и босые ноги. Она выглядел так, будто убегал от невидимого призрака.

Тем не менее она пробирался сквозь толпу, перебегал неровности тротуара и с недоверием смотрел на проносящиеся мимо машины.

Дорожной карты не было.

Нигде, нигде.

Ничего страшного: он мог встретиться с ним на работе, он же знал его домашний адрес, она мог прийти туда завтра объясниться, и не похоже, что конец их отношений наступит из-за недоразумения, из-за опоздания на несколько часов.

Но Ын Су чувствовал отчаяние от беспомощной смерти в апокалиптическом мире.

Отчаяние было таким тяжелым и болезненным, что она не выдержал и рухнул на землю. Его тело горело от жара. Все тело болело. Особенно болел живот.

Ын Су обхватил руками живот и сжал его. Он не должен был выходить на улицу. Не должен был бежать. Это было нехорошо для Бом-и. Это было глупо.

-Ах...

Ын Су с бледным лицом смотрел на землю, когда в поле его зрения попала пара гладких ботинок.

-Эй, ты в порядке?

Голос, полный добрых намерений, спросил. Ын Су рассеянно поднял глаза. Это был молодой человек. Максимум лет 20, но это не имело значения. Резкий запах ударил в кончик его носа. Феромон, заставляющий каждую мышцу его тела сокращаться в унисон.

...Альфа.

Зрачки Ын Су дернулись.

Глава 28

По спине пробежал холодок. Может быть, этот альфа и есть тот самый человек с отеля? Нет, такого не может быть. Как он мог узнать, что я здесь?

Головой я это понимал, но вот тело- нет. Мои плечи тряслись. Моё тело, ещё минуту назад охваченное слабым жаром, в одно мгновение стало холодным.

Мужчина протянул руку к Ын Су, которому стало заметно хуже. Испугавшись, Ын Су издал крик. Взгляды людей упали на них. Глаза мужчины стали такими жуткими. Вдруг машина выехала из своего ряда и засигналила, время словно остановилось.

Ын Су с каждой секундой будто падал в бездну, всё его душило. Казалось, будто кто-то пытается вытащить его мозг.

Ын Су встал и побежал, не оглядываясь.

В этот момент у него появилось предчувствие.

Он знал, что его жизнь будет всегда отстойной.

Вернувшись домой, он тщательно запер дверь и на мгновение замер на крыльце, испугавшись, что альфа проследил за ним.

Убедившись, что он остался один, на шатающихся ногах он пошёл в ванную комнату и убедился, что в коридоре никого нет.

Ын Су отмывался под струей горячей воды. Всё его тело было покрыто следами До Квона, и это странным образом успокаивало.

Лицо жгло, когда он энергично тёр его кончиками пальцев. Уголки его глаз болели от постоянных слёз, а в уголках рта, когда он прикусил галстук, остались синяки. Также синяки на тазу и плечах были покрыты опечатками рук До Квона.

Его запястья, за которые хватали и вывихивали, вздулись, как подушка. Ноги покалывало от бега босиком по улицам.

Но Ын Су не стал тратить время на разглядывание повреждений на своём теле. Он смотрел только на свой пухлый живот.

"Бом-и, нет, избавься от ребёнка"

"Если он не мой, то это не моё дело. Если всё-таки мой, то избавься".

Словно барабанный бой грохотал в его ушах, голос слышался громким и чистым. Он не слышал, как плещется вода из-под крана.

Ын Су, спотыкаясь, вышел из ванной, затем направился в спальню и остановился на пороге.

-...

Ему не хотелось спать в своей спальне. Одежда, которой были связаны его запястья, скомкались между кроватью и рамой, к одеялу и простыням прилипли всевозможные жидкости, а больше всего его преследовал образ, как они с До Квоном лежали друг на друге, не как любовная пара, а как альфа и омега.

Посмотрев на беспорядок в спальне, Ын Су вернулся в гостиную и плюхнулся на диван.

Он не ел уже более 24 часов, и ему следовало что-нибудь съесть, ведь Бом-и наверняка голодна.

У него не было сил встать.

Ын Су растерянно посмотрел на детские ботиночки на столе. Он смотрел на них, не мигая, а потом задремал.

Ын Су открыл глаза не менее чем через два часа. Его тело было тяжёлым, как будто на нём сидел кто-то большой и сильный. Несмотря на толщину одеяла, ему было было холодно.

Он болел уже несколько дней, но тело было горячим и липким.

Ын Су взглянул на часы в гостиной сквозь мутное зрение. Три часа ночи. Было слишком поздно, чтобы идти в больницу или аптеку.

Ын Су на мгновение задумался. Он уже достаточно взрослый и его долг - позаботиться о себе. Оставаться в таком состоянии негативно скажется на нём и Бом-и.

Всё вокруг для него было страшным и тошнотворным, но как только он пришёл в себя, то всё совсем выглядело иначе.

Ын Су поднялся на ноги и потянулся к лежащему на столе мобильному телефону.

119.

Ын Су впервые в жизни набрал этот номер. Обычно у него не было никаких заболеваний или случаев, чтобы звонить по этому номеру, поэтому никогда даже подумать не смог бы, что он наберёт этот номер впервые в своей жизни.

Ын Су связался с женщиной. Он произнёс спокойным голосом.

-Да, здравствуйте. Я болен, мужчина-омега, беременный, у меня феромонный шок. Очень сильно болит живот, высокая температура, болят мышцы всего тела, и кажется, что выпадут глазные яблоки. Адрес...

Это был первый раз, когда Ын Су позвонил в службу спасения, и первый раз, когда он ехал в машине скорой помощи. До приезда скоро помощи Ын Су сидел на крыльце дома в верхней одежде, с кошельком и мобильным телефоном, и повторял: "Мне плохо, очень плохо".

Вскоре приехали медики, они помогли ему сесть в машину скорой помощи. Всё это время, пока они ехали в больницу, он уставился в потолок.

Нет, на самом деле, он был настолько выбит из реальности, что даже не знал, что с этим поделать. Он не мог понять, находится ли он в машине скорой помощи или во сне.

Доктор проверил физическое состояние Ын Су. Он проверил температуру и провёл другие испытания, а затем достал шприц, который у него был, увидев, как Ын су задыхается и обхватывает себя руками.

Он хоть и сказал им, что беременный. К тому же он осторожно принимал ингибиторы, но не мог просто сделать укол. Фельдшер заговорил с Ын Су успокаивающим голосом.

-Всё хорошо, это лекарство, которое снимет феромонный шок.

-...

Даже не смотря на это, Ын Су не терял бдительности. Фельдшер терпеливо ждал, пок Ын Су успокоится. Зажмурив глаза, Ын Су протянул руку. Фельдшер улыбнулся и протер тыльную сторону его руки спиртовым тампоном.

Тыльную сторону руки проткнули иглой, наложили тугую повязку, и вскоре в его вены просочилось лекарство.

Почувствовав холод лекарства, Ын Су медленно закрыл глаза.

Он очень, очень устал.

Он видел своих родителей. Он не видел их уже очень давно. Они стояли в саду с зеленой травой и распустившимися цветами. Они улыбались от уха до уха и выглядели счастливыми.

Ын Су наблюдал за ними издалека, но, как ни странно, видел и слышал их улыбающиеся лица и смех так же отчетливо, как и раньше. Ын Су открыл рот, чтобы позвать их.

-Мама, папа! - раздался его голос.

Он был недостаточно громким, чтобы они могли его услышать. Ын Су широко открыл рот и собиралася закричать снова.

Мама и папа посмотрели на него. Потом тепло улыбнулись. Это была та улыбка, которой ему так не хватало, та, по которой он так тосковал.

Ын Су громко рассмеялся. Уголки его рта дернулись, и она улыбнулся как будто все печали были смыты этим мгновением. Ын Су хотел пойти к родителям, поэтому оторвал ногу от земли, но вдруг почувствовал покалывание в затылке. Что-то приближалось.

Она не мог оглянуться назад, и все же увидел, что на него смотрит другая версия себя. Это было странно, но он ему не показалось это чем-то особенным.

Сзади шел черный дым.

На него было жутко смотреть, и это был не очень хороший дым.

Но Ын Су ничего не мог с этим поделать, поэтому просто стоял на месте. Каким бы черным он ни был, это был всего лишь дым, поэтому он не представлял особой угрозы.

Но вот дым начал сплетаться в клубок, образуя клубы и искры. Сквозь густой дым мелькнула молния размером с палец и исчезла.

Ын Су наклонил голову, чтобы получше рассмотреть дым. Искры потрескивали, а затем вспыхивали. Это был не большой пожар. Это был огненный шар размером с кулак.

Ын Су прищурился: то и дело вспыхивал уголек, и весь черный дым быстро превращался в пламя.

В ужасе Ын Су побежал вперед, к смеющимся над ним родителям. Скользкий пол ничуть не мешал ей бежать. Он не задыхался, и колени не болели.

Он знала, что если ему удастся опередить родителей, то они будут в безопасности, пока не добежит до красивого сада, где они стояли. Никто не говорил ему об этом, просто так казалось.

Но пламя, накатывающее волнами, было очень быстрым. Ын Су чувствовал, как оно ускоряется, хотя и не оглядывался.

Наконец пламя достигло его шеи. Сначала ему показалось, что пламя обжигает кожу. Но на самом деле это был не жар, а просто покалывание.

Ноги задвигались быстрее, но этого было недостаточно. Не успел он дойти до сада, как его охватила огненная волна.

Ын Су плотно закрыл глаза. Но она все еще мог видеть, потому что сверху за ним наблюдал другой Ын Су, охваченный пламенем.

Но затем произошло нечто странное. Огонь прошел сквозь него. Он не сжег его, не раздавил, не прожевал. Он прошел сквозь него, словно он был призраком, словно его не существовало.

И в тот же миг оно увеличилось в размерах.

Пламя, словно волны, быстро стало размером дом и с огромной скоростью охватило сад, где стояли его родители.

Миновав Ын Су, огонь пронесся по саду. Зеленая трава и прекрасные цветы сгорели в одно мгновение. Только черный пепел плавал в дождевой воде.

За несколько секунд огонь добрался до его родителей. Ын Су перестал дышать.

-Ын Су!

-Аааа! Ын Су!

Закричали мама и папа, когда пламя поглотило их. За пламенем показались танцующие тени. Он не мог видеть, как они горят, как плавится их кожа.

Но крики были слышны, как день, а страшные вопли - еще отчетливее.

Ын Су стоял как идиот.

Сама не зная почему, он даже не мог пошевелиться. Он просто стоял на месте, как будто кто-то прижал его

Очень долго он слышал крики своих родителей.

Снова и снова, пока крики боли не превратились в тишину.

Очнувшись, Ын Су задумался. В последнее время это происходило всё чаще, то он терял сознание, то попадал в аварию.

Он никогда не любил спать много, но в последнее время не очень-то и высыпался. Просто если он ложится на пять часов поспать, то мог проснуться за это время раз пять.

Его тело словно онемело. Он не ощущал ни покалывания, ни жара. Как будто он только что принял кучу обезболивающих или анестетиков. Возможно, это действовали препараты, которые вкололи ему ещё в машине скорой помощи.

Он увидел больничный потолок и тонкие занавески. Это были не занавески на окнах, а перегородки, окружающие кровать. Кровать была маленькой и узкой, его покрывало пушистое светло-голубое одеяло. Подушки слабо пахли дезинфицирующим средством.

Ын Су медленно открыл глаза.

Ему снилось, как родители погибли. Нет, это слишком просто, чтобы так говорить. Ему снилось, что его родители сгорают заживо.

Этот сон снился ему каждый день с тех пор, как умерли родители, но с тех пор, как он встретил До Квона, он не снился. Но сегодня, впервые за много лет, он приснился.

Ын Су знал, что означает этот сон.

Его разум, рассудок и эмоции распадаются на части. Этот сон снился ему уже давно, и он побывал у нескольких психиатров. Он хотел жить.

Нет, на самом деле он хотел умереть, а в больницу попал, чтобы подпитать свое желание жить.

Он давно не видел снов, поэтому совсем забыл. Только потому, что ему приснился сон, отчаяние и грусть того времени нахлынули на него, как приливная волна.

Ын Су стоял в стороне, позволяя приливной волне захлестнуть его, и понимал, что, даже если он будет крутиться и вертеться, ему не удастся спастись.

Через некоторое время он услышала шум, доносящийся сквозь тонкие занавески, встал и отодвинул шторы на пару сантиметров.

Затем шум стал громче. В отделении неотложной помощи было более сорока коек. Здесь были медсестры и врачи, пациенты и сиделки. Запах всевозможных лекарств смешался в хаотичный, болезненный клубок.

Здесь были люди, кричащие от боли, опекуны, зачем-то спорящие с медсестрами, люди, держащие бумаги и задающие вопросы врачам, люди, только что вошедшие в больницу, и люди, выходящие из нее.

Если бы не белоснежный фон, это было бы чем-то похоже на торговую площадь. Ын Су смотрел на происходящее издалека, как будто смотрел телевизор. Он привык просыпаться в одноместной палате, когда бывал в больнице, поэтому эта сцена была для него слегка привычной.

Одна из медсестер подошла к нему. Она выпрямила сгорбленную спину и посмотрела ему в глаза.

-Пациент Ю Ын Су.

-Да.

Медсестра рассказала о лекарствах, которые сегодня давали Ын Су, и о его текущем состоянии. Все это звучало знакомо. Он слышал это от своего гинеколога.

Медсестра перечислила необходимые анализы и рекомендовала госпитализацию. Она сказала ему, что феромоны, которые он истощает, очень опасны.

-Сначала мы обработаем ваши ушибы на запястье и стопы, а потом возьмём анализы.

Она сделала небольшую паузу, после того как говорила без передышки, и Ын Су открыл плотно закрытый рот.

-С ребёнком... всё в порядке?

Вот что его интересовало больше всего. Его не так сильно интересовало своё физическое состояние. У него не было открытого перелома или чего-то подобного. Благодаря обезболивающим он был вполне подвижен.

-...

На вопрос Ын Су рот медсестры быстро закрылся, что было не очень хорошим знаком. Ын Су крепче вцепился в одеяло.

Медсестра облизнула пересохшие губы. Затем, словно вздохнув, сказала.

-Пока всё хорошо.

При этих словах Ын Су испустил затаенный вздох. "Пока что хорошо", этого было достаточно на данный момент. Ын Су осторожно похлопал себя по животу. Он был бесконечно благодарен Бом-и за то, что та поддерживала его все это время.

Медсестра посмотрела на Ын Су и достала из кармана шариковую ручку.

-Не могли бы вы дать мне имя и контактный телефон вашего опекуна?

-Что?

-О, я просто хочу узнать это на случай, если вам понадобится операция или что-то в этом роде.

-...

Опекун. Ын Су открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его. Имя До Квона не сорвалось с языка.

С тех пор как умерли ее родители, он жил без опекуна. В конце концов, когда ты перестаешь быть студентом и становишься полноценным взрослым, слово "опекун" становится для тебя далеким.

К тому же Ын Су никогда не болел настолько, чтобы ее госпитализировали, и случаев, когда у него спрашивали имя опекуна, было немного. Когда он писала свое резюме, то оставил раздел "Семья" пустым.

Но после того, как он забеременел, то и дело попадал в больницы, как в горящий дом. Он то попадал в больницы, то выписывался из них, а в графе опекуна было всегда имя До Квон.

Но сейчас, в сложившейся ситуации, никто другой в мире не мог быть опекуном Ын Су.

Прошло много времени. Он давно не чувствовал себя одиноким в этом мире. С тех пор как он встретил До Квона, ни во сне, ни наяву он не чувствовал себя таким, как сейчас, и сегодня это было для него слишком.

Ын Су потёр глаза тыльной стороной ладони. Затем почти неслышным голосом ответил.

-Нету...

-...

Брови медсестры поднимались и опускались, она то нажимала, то отпускала колпачок шариковой ручки и пристально смотрела на Ын Су. Затем, словно глядя на него, она сказала.

-По закону мы не сможем вас оперировать, если оставим эту графу незаполненной, потому что нужно будет получать формы согласия и многое другое.

Ын Су сжал губы и разжал их. Он выглядел молодым, беременным. Похоже они думали, что он выглядел незрелым, живущим вдали от дома. "Должно ли мне это нравиться?" Ын Су издал сухой смешок.

-У меня никого нет, все умерли.

-Тогда...

Медсестра снова начала говорить, но потом закрыла рот. Ын Су догадался, что она собиралась сказать. Она собиралась спросить о отце ребенка.

Но в этот час, в одиночестве, со шрамами по всему телу, она должна была понять, что его нет либо он был не в состоянии прийти.

Медсестра на мгновение закрыла глаза, а затем что-то нацарапала в карте, которую держала в руках. Затем она сунула шариковую ручку обратно в карман и одарила Ын Су банальной улыбкой.

-Тогда я провожу вас в смотровую. Вы можете идти?

Ын Су прошёл через все смотровые кабинеты. Он чувствовал себя настоящим пациентом, одетым в больничную форму, с бумажками в руке, где указаны кабинеты, в которые ему нужно зайти.

Он действительно был пациентом, физически и морально, но, осознав это, почувствовал себя ещё более грустным и подавленным. Наверное, он всё еще не стал взрослым.

Ын Су решил остаться в больнице до получения результатов анализов, и в зависимости от них срок его пребывания в больнице может увеличиться.

Пока его палату готовили, Ын Су сел на скамейку в коридоре и небрежно раскрыл мобильный телефон. В отличие от своего хаотичного раннего утра, телефон молчал. Он проверил время и дату,

-Ух...

Он понял, что сегодня понедельник, 7 утра.

Нос Ын Су сморщился в замешательстве. Ведь в пятницу, когда До Квон пришел ко нему домой, было около полуночи. Почему же сейчас уже.......? Он подумал, что сейчас, должно быть, воскресенье.

Искаженное представление о времени сбивало с толку.

Ын Су в замешательстве уставился на маленькое окошко в конце коридора. На мир опускалось утро, и коридор, который был пуст, когда он вошёл в палату, теперь был заполнен людьми.

Ын Су раздраженно вздохнул и потер лицо.

В понедельник он должен быть на работе. Через два часа он должен сидеть за своим столом. Что там по части проекта? Кажется, сегодня у него должна была быть встреча.

Хотя, в чем смысл? Невозможно прийти на работу в таком состоянии, в таком состоянии души, в таком состоянии тела. Придется использовать свой ежегодный отпуск...Возможно, завтра он не сможет выписаться из больницы.

Он должен всё равно уводиться, чтобы в дальнейшем ухаживать за ребёнком, и даже если он вернётся на работу, то вряд ли сможет сосредоточиться на работе.

Голова шла кругом.

-Угх...

Ын Су издал слабый стон.

Увольнение... Это причиняло боль. Он не знает, как дошёл до такого, а ведь он так близок со своими товарищами по команде.

Деньги тоже были проблемой. У него достаточно денег, чтобы жить, но он не знает, что ждет его в будущем, и не знает, будет ли у него достаточно денег на банковском счету, когда ему стукнет сорок или пятьдесят, когда он станет седовласым дедушкой.

Кроме того, если он хочет воспитывать Бом-и, придётся работать.

Кроме того, не было места, где платили бы столько же, сколько в Sungjin, и были бы такие же хорошие льготы.

Закрыв лицо руками, чтобы собраться с мыслями, Ын у сильно прикусил нижнюю губу и отпустил ее, после чего набрал какой-то номер.

Он не очень любил использовать людей со связями, но сейчас его тело и Бом-и в животе - его главный приоритет, поэтому он готов сделать все, что потребуется.

Телефон издавал гудки, и вскоре раздался голос, которого он так ждал. Рот Ын Су дернулся, и он притворно улыбнулся.

-Матушка, это Ын Су, извините за звонок в такой ранний час.

* * *

До Квон вошел в зал заседаний, встретив пристальный взгляд секретаря Чона. Он повесил пиджак на вешалку и включил компьютер, а секретарь Чон последовала за ним, повернувшись на пятках.

-Где, чёрт возьми, вы были? Председатель очена расстроена.

-Знаю, я просто улаживал кое-какие срочные дела.

До Квон откинулся в кресле, сжал ладони под галстуком и стал возиться с мышкой. Секретарь Чон недоуменно посмотрел на него. До Квон приподнял одну бровь.

-Что ты делаешь? Мне нужно срочно оплатить кое-что и загрузить это на сайт.

-Уже всё здесь.

Секретарь Чон положил планшет перед ним. До Квон взял планшетную ручку. Затем он заговорил, следя глазами за плотным отпечатком.

-Я всё сделаю, а потом поднимусь в кабинет председателя.

-...

-Не знаю, смогу ли остаться директором, когда выйду из кабинета председателя, но я хотел бы, чтобы ты составил мой график так, чтобы я смог приступить к работе сразу после обеда.

По какой-то причине секретарь Чон не сдвинулся с места, несмотря на неоднократные требования До Квона. Он просто уставился на красивое лицо До Квона - лицо, которого так долго не было и которое почти не изменилось.

Это было странное чувство.

Секретарь Чон был рядом с ним почти десять лет, и накопленные им за это время данные настойчиво подсказывали, что с ним что-то не так.

Под испепеляющим взглядом Чона До Квон нехотя поднял лицо, взгляд его говорил: "Что происходит?

-Вы виделись с руководителем группы Ю? - спросил секретарь Чон, словно ждал этого.

-...

Рот До Квона вытянулся в прямую линию. Секретарь не обратил на это внимание и продолжил.

-Он пришёл несколько дней назад и сказал, что не может связаться с вами, что меня озадачило. Я думал, что он с вами, потому что у руководителя группы Ю должна была наступить в это время течка...

-Течка?

До Квон нахмурился, как будто услышал незнакомое слово. У Ын Су была течка? Он и понятия не имел. Был ли он в течке, когда они были вместе? Нет, не был. Его феромоны были странно резкими и имели первичную окраску, но это не то же самое, что цикл течки.

Но тогда...

До Квон, который медленно вспоминал прошлое, в присутствии секретаря Чона рассмеялся. Когда он видел его тогда в отеле, тогда и была течка, когда он был в руках того неизвестного ублюдка.

Вены на тыльной стороне руки До Квона, в которой он держал карандаш, вздулись. Несмотря на то, что секретарь не знал, о чём думал До Квон, он продолжил говорить.

-Да, в это время года, вы всегда пропадаете, не выходите на связь, а затем появляетесь через два дня с широкой улыбкой на лице. Может, я и бета, но я всё понимаю.

-...

-Но похоже, на этот раз вы не были с руководителем команды Ю, тогда где вы пропадали и что делали?

-Я был с ним... два дня назад.

Секретарь Чон наклонил голову в сторону, и на мгновение его суровый цвет лица просветлел.

-Ах... Вот как? Тогда я сейчас уйду, чтобы согласовать график директора, чтобы вы могли приступить к делам после обеда.

Секретарь Чон поклонился и, развернувшись, покинул зал заседаний. Оставшись один, До Квон крепко сжимал и разжимал ручку в своей руке.

Он пытался отвлечься от мыслей о Ын Су, но, как только он пришел на работу, услышал о том, что у него была течка, он на мгновение почувствовал себя грязным.

До Квон отругала Мён Хи. Не очень приятно, когда в таком возрасте тебя ругают родители, но это не так стыдно, ведь это твой босс, председатель компании, а не родители.

К тому же, До Квон, безусловно, виноват в том, что стал директором Sungjin и не связался ни с кем, когда отсутствовал без уважительной причины.

До Квон услышал все слова ругательства Мён Хи. Мён Хи, которую лихорадило от этого бардака, рухнула на диван, скрестив ноги, и уставилась на До Квона.

-Из-за тебя, я не смогу посмотреть Ын Су в глаза. Я никогда в жизни не знала стыда. Ты знал, что сотворил за эти несколько дней? Мало того, что ты страдаешь от амнезии, так ещё и исчез. Угх...

-Почему ты снова говоришь об Ын Су?

-Он беременный, а ты - отец его ребёнка, что за глупый вопрос?

Мён Хи сжала кулаки от раздражение. Если бы До Квон был немного младше, она бы хорошенько отшлепала его, но он слишком вырос, чтобы его можно было так просто отшлепать. Если бы она захотела наказать его сейчас, ей пришлось бы сломать одну из ножек стола и использовать ее в качестве палки для того, чтобы забить его.

Мён Хи провела рукой по взъерошенным волосам. Но она не переставала обвинять До Квона.

-Знаешь, как за тебя переживал Ын Су? У меня чуть сердце не разорвалось, когда я видела его беременным, плохо питающимся и с бледным лицом.

-...

-Я была так удивлена, что он позвонил и сказал, что заболел...Как же я удивилась, когда Ын Су позвонил мне сегодня утром. Что за чертовщина? - пробормотала про себя Мён Хи, и уголки глаз До Квона дернулись при этих словах.

-Он болен?

-...Что, ты не знаешь? Ты не знаешь, что Ын Су заболел? Ты?

Глаза Мён Хи сразу же вспухнули. Ее глаза сверкали, как у тигра, и До Квон быстро закрыл рот.

-...

Ему казалось, что он не должен рассказывать ей о том, что случилось с Ын Су. Нелепо было сообщать о таком, когда они даже не были женаты. Если бы рассказал, они бы точно встали на его сторону, и тогда До Квона бы не просто сняли с должности директора, но и исключили бы из семейного реестра.

До встречи с Ын Су, когда он ещё не трясся от омеговских феромонов и не был заинтересован в романтике, они редко общались вот так, с глазу на глаз.

И, судя по всему, она тоже не особо об этом распространялась.

-Я был занят, собираясь на работу сегодня утром, поэтому у меня не было возможности поговорить с ним, когда мы встретились с ним недавно, он был в порядке.

До Квон сказал это неловким тоном. Его язык покалывало, ведь он никогда в жизни не лгал.

Вчера Ын Су был не в порядке. Он не знал насколько. Они весь день провели в спальне в темноте, поэтому он не запомнил его состояние. Он много пил.

Но это ненормально. После всех феромонов, которые он на него вылил, и того, как он с ним обращался, неудивительно, что Ын Су взял больничный.

Странно, что он сразу позвонил Мён Хи, чтобы сообщить ей об этом, но в компании существует своя система, своя процедура, и До Квон не знал, о чем тот думал.

Лицо До Квона слегка сморщилось. Цвет лица Мён Хи стал ярче.

-О, вы вчера виделись?

-Да...

-Всё равно. Как бы ты ни был занят, ты должен звонить ему утром, днём и вечером. К тому же он беременный, за ним нужно хорошо следить. Вдруг произойдёт что-то страшное, а ты не будешь на связи?

Мён Хи с нетерпеливым вздохом подняла чайную чашку, проверила ее на холодность и поставила обратно, не прикоснувшись к ней губами.

-У Ын Су ещё и токсикоз. Но он в прошлый раз сказал, что рёбрышки были вкусными. Я закажу ещё несколько порций, а ты встретишься с ним после работы. Я всё подготовлю, так что ты можешь сегодня даже пораньше уйти с работы, и всё передать. Главное присмотри за ним, чтобы он всё съел. А, и передашь ему ещё пищевые добавки. В общем поухаживай.

"О, было бы хорошо найти помощницу в дом Ын Су. Это как-то несправедливо, что беременная омега должна сама убирать и стирать одежду. Нужно изменить закон. Государство должно обеспечивать домработницами каждый дом, где собирается родиться ребёнок. Зато создадут новые рабочие места".

Подумала про себя Мён Хи.

-...

До Квон не ответил. Он не смеялся, не переживал, не соглашался с Мён Хи.

Он не собирался встречаться с Ын Су после работы. У него было много работы, и вряд ли он смог бы уйти раньше, а значит, не смог бы выполнить поручение Мён Хи. Он мог просто промолчать и идти дальше.

Но Мён Хи, как обычно, ничего не оставалось делать. Ее глаза сузились, и она уставилась на До Квона.

-Почему ты мне не отвечаешь? Передай Ын Су еду.

-...Да.

До Квон с отвращением вздохнул и постарался побыстрее закончить разговор, пока Мён Хи не заговорила снова.

-Ты не возражаешь, если я уйду сейчас? Если я уйду рано, то мне нужно успеть сделать кое-какие дела.

-Тогда тебе не стоило прогуливать работу.

-Мне жаль.

-Тогда почему ты пропустил работу? Что-то случилось с Ын Су?

-У меня болела голова после последствий автокатастрофы.

-Ты всё ещё наблюдаешься у доктора Ким, верно?

-...Да.

Трудно солгать один раз, но это было легко сделать, пока он общался с Мён Хи. Когда До Квон встал, словно ему больше нечего было сказать, он посмотрел на Мён Хи в поисках разрешения, и она грубо махнула рукой. Это было дозволение уйти.

До Квон низко поклонился и покинул кабинет председателя. Он оставался напряженным до тех пор, пока за ним не закрылась дверь, а затем со щелчком ослабил галстук на шее.

Моя мама не из тех, кто заботится о других людях и делится с ними своими переживаниями. Она всегда была холодна со мной, своим ребенком, но когда дело касалось Ын Су, она таяла, как снеговик в весеннюю пору, и улыбалась.

После автокатастрофы я находился в коме и был удивлен, когда очнулся и увидел Мён Хи в таком состоянии. Я был удивлен и озадачен тем, что Ын Су превратил ее в такого человека.

Но все это уже в прошлом.

До Квон сморщил нос и зашагал по коридору.

Сигарета догорала.

Глава 29 - Неспокойное прошлое

Ын Су спал лучше, чем когда-либо за долгое время. Это был такой сон, который действительно заслуживает наречия "глубокий". Он заснул под утро и проснулся, когда солнце уже садилось за окном. Наверное, он проспал шесть часов.

Выглянув в окно, Ын Су посмотрел на тыльную сторону руки, перевязанной бинтами. Рядом находилась капельница. Упаковка лекарства пожухла от усердного переливания, пока он спал.

Лекарство было, действительно, хорошим, потому что тело, которое так болело, сейчас чувствовало себя гораздо лучше.

Ын Су немного потянулся, подумав, о том, что стал похож на старика, и перевернулся на бок, натянув одеяло до пояса.

Ему было хорошо, просто хорошо, без всякой причины. Перед сном он чувствовал себя так, будто хочет умереть, а теперь, после хорошего сна, ему стало легче.

Несмотря на то что Ын Су относится к тем редким людям, которые любят работать, он не прочь иногда отдохнуть.

Одно дело - выходные, но совсем другое - валяться в будний день, когда все остальные работают. Это гораздо свободнее, томнее и необъяснимо раскрепощает, а чувство снисходительности, которое возникает при этом, доставляет щекочущее удовольствие.

Ын Су, слабо улыбаясь, лежал на узкой кровати, наслаждаясь тем, как расслабленно он лежит то так, то эдак, когда из-за задернутых штор донесся незнакомый голос.

-Студент.

Ын Су подумал, что обратились не к нему. Никто не назвал бы взрослого мужчину тридцати с лишним лет студентом, да и не похоже, чтобы в этой комнате кто-то мог бы его знать.

Ын Су настоял на том, чтобы его поселили в четырехместную палату. Одноместный номер был бы слишком роскошным, а восьмиместный - слишком шумным, поэтому он остановился на среднем варианте - четырехместном, что было не так уж и плохо. На самом деле, после завтрака он все время спал, поэтому не мог с уверенностью сказать, хорошо это или плохо.

-Студент. Всё ещё спишь?

Он снова услышал зов. Но он не стал отвечать. Ын Су на мгновение задумался, не зовут ли его, но он закрыл шторы, и было бы неловко, если бы позвали не его, а он бы отреагировал.

Пока Ын Су возился с пальцами, занавеска раздвинулась, и оттуда выглянуло незнакомое лицо. Маленькое, морщинистое лицо, седые волосы и запавшие глаза. Это была пожилая женщина.

-Ох!

Ын Су испуганно подскочил, а пожилая женщина захихикала и отодвинула шторы еще немного.

-Что, не спится?

-Ох, мы знакомы?

-Хочешь мандарин?

Ему не удалось с ней завязать разговор, но пожилая женщина протянула два мандарина своими морщинистыми руками. Удивившись, Ын Су уставилась на них, не в силах взять, а бабушка продолжала болтать о том, о чем ее не спрашивали.

-Это жена моего сына купила для меня. Она взяла дорогие в универмаге. Я уже несколько дней говорила, что хочу мандарины. К тому же сейчас лето, поэтому они не такие вкусные, но всё равно.

-...

-Ты беременный? Я видела тебя сегодня утром, и ты не мог есть из-за тошноты. Тебе понравится это, к тому же беременным полезно есть что-то свежее и новое. Это вернёт тебе аппетит.

Она говорила в быстром темпе, не пропуская ни одного слова. От её акцента, который словно волнами накатывал, у него закружилась голова.

Ын Су смущенно улыбнулся и раздвинул шторы. Стали видны другие пациенты на кроватях напротив. На каждом столике лежало по три-четыре мандарина, что говорило о том, что старушка уже сделала обход.

Ын Су с опозданием взял мандарины из рук бабушки. Затем он наклонила голову, его глаза заблестели.

-Спасибо. Я съем это.

Мандарины. Наверное, они есть дома. Когда начался токсикоз и я мог есть только фрукты, Мён Хи и До Квон накупили их столько, будто открыли зеленую лавку. Но ел ли я мандарины или нет? Я не мог вспомнить.

Почувствовав аппетит, Ын Су несколько раз откусила мандарин, а затем принялся чистить другой от кожуры. Бабушка с любопытством посмотрела на него.

-Твой малыш, наверняка, будет очень красивым.

-Правда?

Бесстрастно ответил Ын Су, разломив очищенный мандарин и поднеся его ко рту. Терпкий и кислый сок пропитал его язык. Он оказался не таким сладким, как говорила бабушка, но ему он понравился.

Ын Су быстро доел мандарин и взял следующий.

-Хочешь ещё? - спросила старушка.

Ын Су поднял глаза и кивнул. Он давно не ел ничего такого вкусного и не хотел отказываться.

Старушка тепло улыбнулась и протянула Ын Су три мандарина. Ын Су, улыбнувшись, взял их. В этот момент он подумал, что сделал правильный выбор, попросив четырёхместную палату.

-Ребёнок в твоём животе - девочка? - спросила бабушка.

Глаза Ын Су расширились, когда она отправила в рот целую половинку мандарина.

-Откуда вы знаете?

-Просто потому, что ты похож на студента.

Старушка ухмыльнулась. Ын Су уставилась на нее с открытым ртом. Он подумал, не с возрастом ли у нее появилась магическая способность узнавать то, что не видно невооруженным глазом.

-Её зовут Бом-и.

Ын Су погладил свой едва заметно вздымающийся живот и похвастался.

-Бом-и? Весна? - сказала бабушка своим акцентом. Ын Су хихикнул.

-Да. Весна.

-Красивое имя.

-Это действительно красивое имя, но я не студент. Мне уже за 30...

Оглядываясь по сторонам, Ын Су попытался исправить свой возраст. На самом деле в глазах бабушки он мог бы быть студенткой 20-30 лет, но не было смысла распространять дезинформацию. Он чувствовал, что сидящие напротив них пациенты напрягают слух, чтобы услышать их разговор. "Студент, беременный в юном возрасте' - не слишком приятно звучит.

В этот момент зазвонил мобильный телефон Ын Су, лежащий на прикроватной тумбочке.

Высветился номер Сон Хона.

Сон Хон вошел в комнату, на его лице было написано беспокойство. Зачесанные назад волосы и аккуратный костюм создавали впечатление, что он пришел с работы. Было уже около пяти часов вечера, а он еще не закончил работу.

-Управляющий директор.

Ын Су улыбнулся и помахал ему рукой. Увидев его лицо, он воспрянул духом.

-Ын Су.

Приподняв бровь, Сон Хон большими шагами направился к кровати Ын Су.

Сон Хон связался с ним, потому что он весь день не заходил в интранет*. Ын Су рассказал ему, что взял больничный, и, поговорив о том, о сем, сказал, что увидится с ним на работе после выписки из больницы и когда уволится. Сон Хон был ошеломлен: "Увольнение?" Сон Хон настоял на том, чтобы прийти к нему, поэтому у него не было другого выбора, кроме как сообщить ему адрес.

Интранет - изолированная от Интернета внутренняя корпоративная частная сеть, построенная на технологиях Интернета и использующая такое же программное обеспечение, которое используется в Интернете.

-Что случилось?

-Ох...

Ын Су судорожно сжимал пальцы. Он не знал, что сказать. По правде говоря, после того, что произошло в отеле, у него был феромонный шок, и его тело болело от секса с До Квоном весь день. Он не мог этого сказать.

Пока Ын Су колебался, Сон Хон снова спросил.

-Ты серьёзно болен?

-Нет, просто...

-Тогда почему ты в больнице, раз это не что-то серьёзное?

-Э-э-э... Мне сказали, что мне придётся пробыть в больнице около 4-х дней и пока не потребуется операция. Мне нужно принимать гормоны, следить за уровнем феромонов и не стрессовать.

К счастью, анализы не выявили ничего особенного. Чрезмерный стресс, нервное расстройство желудка, частая рвота, эзофагит* и гастрит, переломы и ушибы. Вот и все. В чем-то это было серьезно, а в чем-то вполне обыденно.

*Эзофагит - заболевание пищевода, сопровождающееся воспалением его слизистой оболочки.

Сон Хон пристально посмотрел на Ын Су, словно пытаясь определить истину. Ын Су слегка пожал плечами. Сон Хон тихонько вздохнул и откинулся в кресле.

-Ты поел? Почему у тебя такая больничная палата? Я сейчас же пойду и попрошу их перевести тебя в одноместную палату, или, может быть, тебя переведут в больницу Sungjin.

-Я ещё не ел, мне нравится эта палата, и я думаю с переводом в другую больницу будет пока сложновато, я не могу сесть в машину.

-Но...

Сон Хон хмуро оглядел больничную палату. Переполненные кровати, сильный запах лекарств, странное постельное белье и пациенты, которые теснились друг к другу, как клопы. Он боялся, что, оставаясь в одной палате, они будут распространять заразные болезни.

Ын Су похлопал Сон Хона по руке.

-Вы ведь пришли не с пустыми руками, навещая беременного? - сказал он с озорной ухмылкой. Он сказал это только потому, что, войдя в комнату, увидел в руках у Сон Хона бумажный пакет со знакомым логотипом.

Сон Хон недоверчиво покачал головой. Ын Су ухмыльнулся и раздвинула кухонный стол, барабаня ладонями по столу.

Сон Хон положил на стол бумажный пакет и высыпал из него содержимое. Он купил в магазине яичные пирожные, расположенном неподалеку от офиса. Там было все: и яичные пирожные, и печенье, и мадлен, и шоколад.

Когда он был новым сотрудником, они с Сон Хоном часто ходили туда. Когда он был расстроен из-за ошибки, совершённой на работе, Сон Хон покупал ему яичный пирожные. Он утешал Ын Су, говоря, что все совершают ошибки. Он делал так, чтобы проблемы Ын Су казались незначительными, говоря, что сам потерял десятки миллиардов долларов.

Не будет преувеличением сказать, что время, проведенное Ын Су на работе, было связано с Сон Хоном.

Улыбка расплылась по лицу Ын Су, когда он посмотрел на Сон Хона и благодарил его.

-С удовольствием всё съем.

С этими словами Ын Су вскочил на ноги и угостил пациентов в палате яичными пирожными и мадлен. Конечно, сначала он спросил разрешения у Сон Хона.

-Я сегодня много чего съел, - сказал он, - мандарины, сонпхён*, апельсиновый сок и сладкий чай, - всё было очень вкусно.

*Сонпхён- разновидность пирожков из клейкого риса (ттока).

-...

-В следующий раз я угощу вас, когда меня выпишут из больницы.

Ын Су выглядел таким взволнованным, когда говорил это. Сон Хон потерял дар речи. Он всегда чувствовал, что Ын Су любит людей. Будь то подчиненные, босс, работники кафе или водители, она всегда был добр и нежным.

Сон Хон находил это любопытным и... красивым.

Так что даже До Квон, который всегда ненавидел омег, не смог устоять перед его очарованием.

Прим. пер: Сон Хон, я бы благословила тебя, но ты слишком мутный.

Сон Хон поджал губы, поставив на стол молоко, купленное в кафе.

Ын Су ел сладости с большим удовольствием. Токсикоз, похоже, не прошёл, но от обезболивающих, которые он принимал, ему стало легче, так что все было в порядке.

Сон Хон, наблюдавший за тем, как Ын Су безостановочно надувал щёки, наклонился и положил подбородок на кровать. Чтобы наблюдать за тем, как Ын Су увлеченно ест.

-Не хочешь поужинать со мной? Я куплю тебе что-нибудь вкусненькое.

Сон Хон осторожно смахнул крошки с подбородка Ын Су. Испугавшись неожиданного прикосновения, Ын Су откинула голову назад, затем неловко улыбнулся и покачал головой из стороны в сторону.

-Всё в порядке, я поем больничную еду.

-Она же невкусная... Если ты не можешь выйти, хочешь, я куплю тебе снаружи кашу?

-Эм...

-Здесь недалеко есть гостиница, у них подают очень вкусную кашу. Вкусная каша с ушками, хотя раз у тебя токсикоз, наверное это будет слишком? - спросил Сон Хон дружелюбным голосом.

Ын Су замер, разрывая обертку мадлен. Затем он слабо улыбнулся.

-Почему вы так добры?

-Что?

-Просто вы так добры, что я даже неловко себя чувствую.

-...

-Вы же знаете, что у меня нет семьи, и, если вы будете продолжать быть таким добрым ко мне, я прилипну к вам, как пиявка и стану помехой.

Ын Су игриво сморщил носик. Сон Хон, ошеломленный этими словами, закрыл лицо рукой и пробормотал.

-Как бы я хотел, чтобы ты меня так баловал иногла... Это слишком мило...

-Что? - спросил Ын Су, не расслышав тихий голос. Сон Хон покачал головой, как будто это не имело значение. Затем он взял свою куртку и встал.

-Пойду куплю кашу. Тебе ещё что-нибудь нужно?

-Ох...

Брови Ын Су взлетели вверх, а затем опустились. Он даже не успел положить в рот мадлен, как застыл на месте, словно хотел сказать что-то. Сон Хон легонько подтолкнул Ын Су.

-Всё в порядке, просто скажи мне.

-Ну, я правда не знал, что меня госпитализируют.

-Да, и?

-У меня нет зарядного устройства для мобильного телефона, поэтому мой телефон разрядился с тех пор, как вы позвонили мне, а так как у всех модели разные, то я и не нашёл ничего...

-О, только зарядное устройство?

-Да. И ещё... Я внезапно заболел, поэтому не смог закончить работу, а ноутбук у меня дома...

-Понятно, ноутбук.

-О, и ещё... Эм... Я даже не взял с собой нижнее бельё...

Лицо Ын Су залилось краской.

Сон Хон рассмеялся. Теперь когда "альфа и омега" утвердились в обществе, то некоторые темы "между мужчинами" стали сейчас более неловкими. Его одновременно забавляло, что Ын Су так стеснялся своего нижнего белья, и радовало, что он не испытывал ничего подобного по отношению к нему, как к бете.

-Я принесу тебе зарядку для телефона, ноутбук и нижнее бельё.

-Правда?

-Да.

-Тогда я скажу вам свой домашний адрес, а это ключ от входной двери дома.

Ын Су порылся в кошельке и достал карточку. Она ввела адрес в мобильный телефон Сон Хона. Ын Су беспокоился о том, как прожить четыре дня без своих вещей, но Сон Хон предложил свою помощь.

-Я скоро вернусь.

Сон Хон улыбнулся и вышел из комнаты. Ын Су помахал ему вслед. Он подумал про себя, что ему повезло, что Сон Хон был старшим в компании, что был близок к нему, и что у него добрый характер.

После ухода Сон Хона, Ын Су снова попытался сосредоточиться на еде. Старушка, которая все это время наблюдала за ним, обернулась к Ын Су, и не только она, но и другие пациенты смотрели на него любопытствующими глазами.

Ынсу лежала в больнице одна, ее кормили в одиночестве, и ей не с кем было связаться. Когда к ней зашел красивый мужчина и передал какие-то вещи, ей стало любопытно.

-Какой он красивый. Это он отец? - спросила старушка.

-О, нет!

Глаза Ын Су расширились, и он покачала головой. В ответ бабушка втянула подбородок и удивленно посмотрела на него.

-Нет? Но что не так с его глазами?

-А что с его глазами?

-Да у него глаза, будто он влюблён.

-...?

-Всякий раз, когда он смотрит на тебя, его глаза будто только и кричат: "люблю".

Она согнула оба указательных пальца и провела ими по глазам. Как будто она имитировала улыбку.

У Ын Су расширились глаза от недоверия.

Я нравлюсь Сон Хону? Я ему нравлюсь? С каких пор? Почему?

Нет, нет, этого не может быть. Разве он не говорил, что в прошлый раз был влюблен в кого-то другого? Ну, он сказал, что он омега, но я не единственный омега в мире...

Ын Су погрузилась в раздумья, но его губы растянулись в улыбку, и он сказал.

-Нет, он говорил, что ему нравится другой человек.

-Правда? Это странно. Он ведь такой красивый. - Ын Су разразился смехом.

-Да, он красивый.

Он кивнул и подтвердил. Раньше он не задумывался о внешности Сон Хона.

Кстати, Со До Квон тоже очень красив. Интересно, где он сейчас, наверное, на работе? Странно думать об этом после всего.

Нет, но я беременный, и у нас есть ещё время и воспоминания. Увы, даже это время и воспоминания для До Квона, должно быть, незначительны, потому что он все забыл.

Ын Су отложила мадлен, который держал в руках.

Мадлен, который только что был вкусным, вдруг показался ему отвратительным. Тошнота, которая уже давно не давала ему покоя, похоже, возвращалась.

...... Он была раздосадована.

На самом деле он была скорее подавлена, чем раздосадована.

Глава 30

Ближе к ужину в кабинет директора вошла секретарша Мён Хи. Один за другим она аккуратно укладывала пакеты, которые несла в двух руках. Три бумажных пакета, мешок с рисом, большая коробка, похоже, с фруктами, и угловатая коробка, обернутая шелком.

-Поскольку сейчас тепло, нужно обязательно всё сложить в холодильник, а иначе всё испортится. Рёбрышки были приготовлены совсем недавно, поэтому их лучше не убирать обратно в холодильник, а лучше подогреть. И рис тоже свежий.

Секретарь, говорившая как робот, поклонилась и ушла, не оглядываясь.

До Квон посмотрел на груды еды и ужаснулся. Должно быть, Мён Хи планирует убить Ын Су, откормив его. Хотя для худенького омеги Ын Су ел очень много, но для взрослого мужчины съесть все это было бы невозможно.

Тяжело вздохнув, До Квон поднял трубку и позвонил секретарю Чону. Через несколько секунд вошёл секретарь Чон. Он видел, как секретарь Мён Хи несёт еду, поэтому ожидал, что его позовут.

-Отнеси это домой Ын Су.

До Квон указал подбородком на еду. Секретарь Чон нахмурил брови.

-Вы не сами отвезёте...? Мне?

-О...

-...

Секретарь Чон склонил голову набок, потом прищурился и посмотрел на До Квона.

-Почему бы вам самому не съездить...

-Я работаю. Мне столько документов принёс секретарь Чон.

До Квон постукивал обратной стороной авторучки по толстой стопке бумаг на одной стороне стола, а секретарь Чон задумался.

"Раньше он исчезал, чтобы повидаться с Ын Су, независимо от того, была ли у него работа или встреча, росли ли цены на акции или падали. Для него было важнее, чтобы Ын Су съел ложку риса, чем чтобы компания потерпела крах. Странно, что он попросил меня позаботиться о питании Ын Су, когда он был беременным и страдала от тошноты".

Секретарь Чон с подозрением уставился на До Квона, а До Квон ответил ему тем же холодным взглядом, что и Мён Хи.

-Что ты делаешь? Разве ты не идёшь?

Секретарь Чон кивнул, быстро развернулся и толкнул дверь, низкий голос До Квона зазвенел у него в ухе.

-О, и захвати сигареты по пути.

Удивленный, секретарь Чон быстро обернулся.

-Вы опять курите?

-Да.

-...

Секретарь Чон глубоко выдохнул и открыл рот, чтобы заговорить, но из него не вырвалось ни звука. Он был так удивлена, что у него запершило в горле.

В прошлом До Квон курил много сигарет. До встречи с Ын Су он выкуривал по пачке в день. Но после того, как Ын Су показал свою неприязнь к курению, он в одночасье бросил курить.

И вот теперь, внезапно, почему? Особенно когда у него есть беременный возлюбленный.

"Они что, поссорились? Они вместе уже больше двух лет и ни разу не ссорились, но я думаю, может, это потому, что он уже не тот, что был тогда?

Секретарь Чон стоял, погрузившись в раздумья. До Квон постучал по столу, призывая его продолжать. Секретарь Чон в раздражении покинул зал заседаний, прихватив с собой секретаршу, и исчез с едой.

Секретарь Чон вернулся примерно через час. До Квон по-прежнему зарывался носом в свои бумаги и деловито возился с авторучкой. Он не удосужился поднять голову, чтобы посмотреть на него.

-Хорошая работа, - сказал он, - Я собираюсь закончить в скором времени, ты можешь идти домой.

С этими словами он вернулся к работе, а секретарь Чон почему-то не сдвинулся с места. До Квон поднял голову и раздраженно нахмурил брови.

-В чём дело?

-Дело в том, что руководителя группы Ю нет дома.

-Он, должно быть, вышел ненадолго. Где еда?

-Не думаю, что просто вышел. Телефон был выключен, а почта, которая пришла сегодня, всё ещё была в ящике. Я не хотел, чтобы еда испортилась, поэтому привёз её обратно.

-...

Нижняя челюсть До Квона поджалась. Его нет дома. Его мобильный телефон выключен. Он не проверял почту. Мён Хи сказала, что он звонил ей сегодня утром, но где он, черт возьми, и что он делает?

До Квон отложил авторучку, которая уже несколько часов не покидала его руки. Его пальцы занемели, и он сжимал и разжимал кулак, глядя на секретаря Чона холодными глазами.

-Говорили, что он взял больничный. На сколько дней он его взял?

-О, да, один момент.

Он что-то пошарил на своём планшете и вскоре нашёл нужную информацию.

-Четыре дня... Но почему? Чем он заболел, что взял столько дней?

Глаза Чона расширились, когда он дословно прочитал предложение с экрана. До автокатастрофы Ын Су нечасто использовала свой ежегодный отпуск. Но в последнее время он стал слишком часто пропускать работу. Ему не следует этого делать...

Секретарь Чон с недоумение взглянул на дневник посещаемости Ын Су.

-Вы поссорились? Из-за чего? Что бы это ни было, вы должны относиться с пониманием. Он беременный и чувствительный. Он даже взял больничный и не вышел на работу.

-Ха... прекрати, ты говоришь то же самое, что и моя мать.

До Квон потер лицо обеими руками. Ын Су здесь, Ын Су там.

Но Ын Су не было. Тот Ын Су, которого он видел в выходные, был не настолько больным, чтобы взять четыре дня отпуска. Может, он действительно лёг в больницу, чтобы избавиться от ребёнка?

"Если так, то я был бы согласен двумя руками, но у меня было странное чувство. Должно быть, это из-за моих слов. Я сказал ему смириться с этим и избавиться от ребёнка, если он мой. Но то, что он решился сделать аборт, означает ли это, что он всё-таки мой. Возможно, он сдался, потому что его поймали на попытке выдать этого ребёнка за моего, хотя это было не так".

До Квон тяжело вздохнул и нахмурился. Его голова раскалывалась от тяжёлых мыслей.

Это было впервые, когда на его вопросы, он не мог найти ответы. В его жизни всегда были ответы, и даже когда их не было, он не любил тратить время на бесполезные, эмоциональные проблемы.

Но когда дело касается Ын Су, это всегда вопрос. Сколько он ни ломал голову, так и не смог найти четкого ответа.

Когда До Квон зажмурил глаза, зажав их между большим и указательным пальцами, секретарь Чон подкрался к его столу и шепотом обратился к До Квону.

-Кстати, директор.

-Что ещё? - со вздохом спросил До Квон. Глаза секретаря Чона забегали из стороны в сторону, он некоторое время подбирал слова, а затем заговорил.

-Когда я приехал на подземную парковку в доме руководителя группы Ю, то увидел, как из дома вышел господин Со.

-Сон Хон- мой хён?

-Что? "Хён"?

-А?

-Что?

-Ну...

-Что?

Разговор заикался и путался. До Квон нахмурился. Лицо секретаря было каким-то сморщенным и странным. Почувствовав недоброе предчувствие, До Квон спросил медленнее и повторил.

-В чём дело? Что не так?

Секретарь Чон запнулся и склонил голову. Это было ему несвойственно. Секретарь Чон по натуре был добрым и отзывчивым человеком, к тому же был не глупым. У него было хорошее образование и технические характеристики, он быстро соображал, хорошо справлялся со своей работой, был в меру нахальным, но воспитанным человеком. Именно поэтому он проработал у До Квона десять лет.

Но что означает этот взгляд?

До Квон положил свои мозолистые руки на стол.

-Секретарь Чон. Вам было нелегко в эти дни? Вы, наверное, хорошо отдохнули, пока меня не было.

-Ох... Нет.

Секретарь Чон, кружившийся в вихре смятения, едва сумел прийти в себя, его взгляд метался из стороны в сторону, не в силах разрешить своё замешательство.

До Квон прищурил глаза. Да что с ним такое? В конце концов, Сон Хон был его братом.

-Ты хочешь сказать, что Сон Хон был в доме Ю Ын Су?

-Ну, я не могу сказать точно, но, судя по всему, да. Похоже на то.

-Но ты же сказал, что Ю Ын Су не было дома.

-Да, но вам не кажется это странным, что он делал в доме, где не было хозяина. Но у него был бумажный пакет и он выглядел довольно тяжелым, так что это как-то странно, что руководителя группы Ю не было дома, однако не знаю, вошёл туда Сон Хон с ним или без пакета.

-...

-Ну, поскольку, я видел его на парковке, то я предполагаю, что управляющий директор остановился у дома руководителя группы Ю, но вероятность этого крайне мала.

До Квон кивнул. Дом Ын Су находится далеко от офиса. Трудно было предположить, что он был там совершенно случайно. Сон Хон и Ын Су - близкие друзья.

Маловероятно, чтобы Сон Хон просто так появился в доме Ын Су, не связавшись с ним. Он не старшеклассник, планирующий вечеринку-сюрприз, и в его возрасте просто глупо появляться в его доме без предупреждения.

Другими словами, Сон Хон был на связи с Ын Су и по какой-то причине пришел к нему домой. У Ын Су был выключен телефон, так зачем ему связываться с Сон Хоном отдельно?

По правде говоря, это было не его дело. Это он разорвала отношения с Ын Су, и теперь ему было все равно, с кем он встречается, уходит ли с работы или берет больничный, у него нет права интересоваться этим.

Но что-то ему не давало покоя. Желание знать поднялось до макушки его головы.

-Я хочу, чтобы ты навёл справки о Ю Ын Су. Отношения, финансы, семейные дела, - ровным голосом сказал До Квон. Это был грязный трюк. Если бы Ын Су узнал об этом, то наверняка плюнул бы ему в лицо. Но он очень хотел кое-что знать.

Я знал, что Ын Су предал меня, обманул, надул, но не знал, почему. Может, потому что он был просто омегой, охваченный похотью, и вцепился в руки того ублюдка в отеле? Или я хотел знать, случалось ли это более одного или двух раз.

Все, что я знал, это то, что Ын Су смотрел на этого ублюдка с большой любовью и, казалось, очень привык к тому, что он держал его на руках.

Когда До Квон напрягся, вспомния образ Ын Су и мужчины из отеля, голос секретаря Чона от смущения прервался.

-Опять?

-Что?

-Вы попросили меня снова найти информацию о нём. Вы хотите узнать, не изменилось ли что-нибудь с тех пор?

-Опять?

До Квон в замешательстве приподнял одну бровь.

-...

-....

Наступила минута молчания. Секретарь Чон прищурил глаза, а До Квон тяжело вздохнул, откинувшись на спинку стула. Прошло уже много времени с тех пор, как его выписали из больницы, а он до сих пор ничего не помнит.

"Судя по реакции секретаря Чона, похоже, что моя прошлая сущность уже навела справки о Ын Су".

Секретарь Чон, поняв свою ошибку, удивлённо заговорил.

-Ах, точно, вы не помните, извините, я на минутку.

Он обошел половину стола и опустился на одно колено у ног До Квона, точнее, перед правым ящиком стола. Его рука потянулась к самому нижнему ящику. На нем висел крошечный дверной замок, нетерпеливо возвещавший о том, что в нем находится что-то важное.

В ящике, насколько он помнил, находились все обычные подозреваемые крупной корпорации: нарушения, налоговые документы и важные контракты.

Конечно, с этими документами следовало обращаться осторожно, но сейчас они были не нужны. Но что же там у секретаря Чона?

Сосредоточенно поджав губы, он порылся в стопке папок, пока не нашёл одну, довольно толстую, и положил ее перед До Квоном.

-Это информация о руководителе группы Ю.

-...

-Здесь вся его жизнь: образование, семья, с кем он контактировал, находясь на учёбе в Европе.

Для любого другого это выглядело бы жутко, но секретарь Чон, похоже, не обращал на это внимание.

После минутного колебания До Квон открыл папку. У меня нет времени на это. Неважно, чем занимался Ын Су в колледже и что он писал в социальных сетях. У меня много бумаг, которые нужно просмотреть. Если я не успокоюсь, то не смогу сосредоточиться на работе.

На первой странице было резюме. Фотография Ын Су в правом верхнем углу выглядела очень непривлекательно. В неуклюжем костюме и с бледной улыбкой он выглядел как новый сотрудник.

Несмотря на то, что для своего возраста он выглядит молодо, на этой фотографии он был похожа на школьницу.

До Квон долго смотрел на фотографию Ын Су. Секретарь Чон стоял рядом с ним и озабоченно поджимал губы.

-Конечно, здесь также подробно описано, как вы познакомились и как стали близки, и каждое свидание.

-...

До Квон ничего не ответил, а лишь поджал челюсть. Ему хотелось, чтобы секретарь Чон ушёл. Он хотел прочитать это досье более подробно, более внимательно.

-Тогда я выясню, где находится руководитель группы Ю.

Секретарь Чон, который был наблюдательным, молча поклонился и быстрым шагом направился к двери. Затем, прежде чем открыть дверь, он резко заговорил с До Квоном, как бы предупреждая его.

-Если у вас появятся вопросы, обязательно спрашивайте.

До Квон нахмурился. Он сказал, что узнал о Ын Су все, что мог, и если у него возникнут вопросы, он должен их задать. Странно было это говорить, но он безропотно кивнул.

-Хорошо.

-Скоро вернусь.

С этими словами секретарь Чон покинул кабине. До Квон, словно ждал этого, ослабил галстук, покрутил его в руках и положил на край стола. Он расстегнул рубашку и принялся серьезно изучать папку.

В резюме Ын Су не было ничего особенного. Хороший университет, высокие оценки, множество сертификатов по дизайну, отличный результат на экзамене по иностранному языку, поскольку университет находился в Европе, и несколько наград с престижных конкурсов.

Отличное резюме, но ничего необычного для крупной компании. Единственное, что бросалось в глаза, - пустой раздел о семье. Я знал об этом, потому что секретарь Чон рассказал мне об этом после моей комы.

До Квон перевернул следующую страницу. Это был список проектов, над которыми работал Ын Су с момента его прихода в компанию, его повышения, ежегодные и полугодовые отпуска и т. д. Ничего важного, поэтому он быстро пролистал.

Но на чем остановилась рука До Квона, так это на записях Ын Су в социальных сетях. Она был записана так же, как и в анкете.

Там было полно фотографий Ын Су в возрасте от восемнадцати до двадцати трех лет. Ын Су в школьной форме выглядел настолько непривычным, что До Квон долго смотрел на него.

Ын Су, положивший руку на плечо подруги и делающая V, Ын Су, прижавшийся к симпатичному парню, Ын Су, поедающий рамен в кафе, Ын Су в неаккуратной спортивной форме, Ын Су, держащий ложку в столовой, Ын Су в летней одежде, демонстрирующий свои белые худые руки.

Страничка была украшена фотографиями друзей, рисунками, которые он, очевидно, сделал, и жалобами на нежелание изучать английский, поскольку он готовился к поездке за границу.

Юный Ын Су был солнечным, искрящийся и в нём горела жизнь. Улыбка, наполнявшая его юное лицо, заставила уголки рта До Квона дернуться.

Он прочистил горло и стал листать страницы, чувствуя легкое оцепенение.

На глаза попалась выпускная фотография, и вскоре фон Ын Су сменился чем-то экзотическим. У его друзей были желтые волосы, рыжие волосы и разный цвет кожи.

Похоже, Ын Су наслаждался своей университетской жизнью. В кафетерии его можно было увидеть за ноутбуком, лицо раскраснелось от бутылок пива. Были фотографии, на которых он был одета по высшему разряду, наслаждался домашней вечеринкой с друзьями и стоял лицом к лицу с мужчиной, который, судя по всему, был его любовником, с которым он впоследствии неоднократно встречался взглядом.

-...

Брови До Квона изогнулись дугой.

Прошлое Ын Су. Точнее, его бывший любовник. Каждый слог был неприятен, и, несмотря на то что он жил далеко и давно расстался, в горле словно камень застрял.

В социальных сетях Ын Су рассказывал о своих отношениях только с одним мужчиной. Судя по фотографиям, они встречались около восьми месяцев.

Вероятно, это были ничем не примечательные отношения. Ему было около двадцати, когда студенты колледжа находятся на пике своей жизни, поэтому он мог часто расставаться и снова сходиться с кем-то.

Уставившись на незнакомца на фотографии, До Квон перевернул страницы. Вскоре история в социальных сетях закончилась.

Ын Су было двадцать три года. С того момента, как его родители погибли в пожаре, все было прервано. Вся социальная активность сразу же прекратилась, и единственное, что последовало за этим, - череда больничных записей.

Большинство заболеваний были вызваны вялостью, включая депрессию. Уставившись на слова "депрессия", До Квон перелистнул следующую страницу.

После двухлетнего перерыва Ын Су возобновил свою деятельность: быстро закончил неоконченное обучение в университете, вернулся домой и готовился к поступлению на работу. Вся информация была написана словами, без фотографий.

Затем, спустя долгое время, появилась фотография, сделанная во время обучения новых сотрудников компании Sungjin на острове Чеджу. Это была групповая фотография, и Ын Су, который был немного худее того Ын Су, которого он видел в социальных сетях, улыбалась в центре группы.

После этого появились фотографии Ын Су, которые были До Квону хорошо знакомы. Ын Су, работающий в компании. И была отдельная папка со скрепками, в которой подробно описывались отношения Сон Хона и Ын Су.

Сон Хон присутствовал на собеседовании Ын Су. Сон Хон почему-то очень заинтересовался Ын Су, они часто встречались по инициативе Сон Хона, они были близкими друзьями в компании, Ын Су в юном возрасте получила звание руководителя группы, а Сон Хон давал ему советы и наставлял.

Когда он дочитал последнюю страницу, то закрыл папку, прошел уже час.

До Квон крепко прижал указательный палец к безымянной папке без названия.

Я знаю все о жизни Ын Су. Я знаю, в каких он отношениях с Сон Хоном.

Но почему я захотел разобраться в этом? Потому что он - омега, которая мне небезразлична? Потому что я боялся, что он предаст меня, как это сделал предыдущий омега, и мне будет больно? Или это было просто любопытство? Любопытство?

Мысли До Квона неслись вскачь, добавляя информацию к его мыслям.

-Угх...

Внезапно его голова разболелась так, будто собиралась треснуть. Макушка запульсировала, виски заныли, а мозг закипел.

Это была знакомая головная боль. После пробуждения из комы они возникали у него бесчисленное количество раз, но потом какое-то время голова не болела, и он забывал об этом. И вдруг - почему?

До Квон прижал средний и большой пальцы к вискам и застонал. Это было так больно, что он потерял интерес к делу Ын Су и отношениям между ним и Сон Хоном.

До Квон небрежно швырнул папку в ящик. И затем с силой задвинул ящик.

Потом головная боль, казалось, немного утихла.

Глава 31

Ын Су ждал Сон Хона в больничном саду. Он весь день провел в больничной палате, поэтому решил прогуляться и встретить Сон Хона.

Больничный сад был искусственным, с угловатыми клумбами, разросшимися деревьями и неухоженной травой.

Возможно, именно поэтому здесь не было людей. Единственным признаком жизни был слабый дымок от оставленного кем-то окурка.

И все же это было не так уж плохо, благодаря ночной темноте и романтике, создаваемой то тут, то там вспыхивающими фонарями. Ын Су любил легкий ветерок и тёплый воздух летней ночи, а также запах дерева, который он приносил с собой.

Откинувшись на спинку скамьи, Ын Су смотрела на беззвездное небо. Уже давно он не сидел без телефона или ноутбука, чтобы скоротать время. Он не мог оторвать глаз от черного ночного неба Сеула.

Как давно это было? У него слегка покалывало живот. Когда ему вкололи капельницы, медсестра спросила, надо ли еще, он покачал головой: обезболивающие подействовали, и его мышцы медленно таяли.

-Бом-и, тебе всё ещё больно? - спросил Ын Су у Бом-и, живот прятался под его рваным больничным халатом. Бом-и не ответила. Ын Су осторожно погладил свой живот и протяжно вздохнул.

Медсестра сказала, "пока всё в порядке". Когда он был в приемном покое, это успокаивало, но теперь он снова нервничал. Это означало, что в любой момент ей может стать хуже.

-Прости меня, дочка. За то, что причинил тебе боль, - Ын Су пробормотал извинения. Он разговаривала с Бомом раз в день, если не чаще, но каждый раз извинялся. Он хотел сказать что-то еще, но не знал что.

-Когда я выпишусь, я буду есть много вкусной еды. Твой папа очень любит много поесть, так что не волнуйся, я накормлю и тебя.

Ын Су улыбнулся, смутившись, что так долго говорил. Затем он задумся, что еще сказать.

-Ын Су?

Он услышал голос, которого так ждал. Ын Су быстро поднял глаза. Там стоял Сон Хон с бумажным пакетом.

-Управляющий директор! - Ын Су радостно помахал рукой. Сон Хон широко улыбнулся и зашагал к нему на своих длинных ногах.

-Хмпф, спасибо...

Глаза Ын Су наполнились слезами. Уголки его глаз покраснели, а кончик носа стал красным. Сидевший рядом Сон Хон судорожно сглотнул и протянул носовой платок.

-Ын Су, перестань плакать, ты делаешь мне больно

Ын Су и Сон Хон сидели на скамейке и болтали ни о чем. Они говорили о работе, обществе, о чем-то подобном. Потом тема перешла на физическое состояние Ын Су, зашла речь об инциденте в отеле, и Ын Су рассказал, как он попал в больницу.

-Как могло произойти такое совпадение? Как господин До Квон мог оказаться в том отеле и в то же время, и на том же этаже.

Ын Су говорил это, и его слезы текли по щекам. Слезы, капающие на его колени, были хрупкими. Сон Хон посмотрел на Ын Су, нахмурив брови.

Но Ын Су не смотрел на его выражение лица. Он был занят тем, что выплескивала свое разочарование, уставившись в угол клумбы с глазами, полными слез.

-Я думал, что это был господин До Квон, но когда узнал, что это не так, попытался сбежать и ничего не произошло. Но он не захотел меня слушать... Хмпф... Он сказал, что не хочет ничего слушать и просто ушёл.

Ын Су выложил Сон Хону все, что мог, и рассказал то, что не мог рассказать никому другому. Он повторял: "Я не должен был этого делать, простите меня", но не мог остановиться.

-Он попросил смириться с этим, и закончить эти отношения.

-...

-Ещё он сказал, что если это его ребёнок, то надо избавиться от Бом-и, но если это чужой, то ему нет дела.

-...

-Он такой отвратительный, да? Как он мог сказать это? Сказать, чтобы я избавился от Бом-и, и думать, что Бом-и не его ребёнок, какой же он мудак!

-...

-Я давно его знаю, но впервые говорю, что До Квон такой плохой человек.

Ын Су сжимал и разжимал кулаки. Его плечи поникли, и он разразился слезами, потом гневом, потом рыданиями.

Он задыхался, будто сначала находился глубоко под водой, а теперь вышел на сушу. Ему казалось, что он был готов умереть в этот момент, боль будто пожирала изнутри.

Один в своем доме, страдая, не в силах заснуть, просыпаясь раз в час от тревоги, что Бом-и может исчезнуть, звоня онемевшим голосом в службу спасения, перевозимый в машине скорой помощи, пахнущий железом и кровью, один в больничной палате, куда приходили и уходили чужие семьи, Ын Су хотелось исчезнуть, чтобы не чувствовать всего этого.

Было время, когда он прекрасно жил один, но одиночество никогда больше не казалось ему таким таким странным, таким пугающим.

-Это так больно... Я не знаю, что делать... Я постоянно плохо себя чувствую... Мне снятся кошмары.

Ын Су всхлипывал, уткнувшись лицом в ладони.

Ему казалось, что он идет по очень тонкому и хрупкому деревянному мосту. Мир внизу распахивался, чтобы поглотить его целиком, ветер завывал, ноги слабели, колени тряслись.

Ын Су еще не решил, стоит ли ему идти по деревянному мосту, повернуть назад или просто упасть.

Рука Ын Су, обхватившая своё маленькое личико, дернулась, Сон Хон нежно обхватил её своей большой теплой рукой.

Ын Су смотрел на Сон Хона глазами, полными слез. Сон Хон заговорил.

-Тогда почему бы не закончить это, как и сказал До Квон?

-Что?

-До Квон. Он забыл об Ын Су, вычеркнул из своей жизни, как будто ты ему больше не нужен.

-...

-Кроме того, он видит только то, что хочет видит. Слышит только то, что хочет слышать, и он бросил Ын Су, и даже своего ребенка... Не плачь, думая о нем.

Прим. пер: мне на последних словах крипово стало.

При этих словах Ын Су медленно моргнул, когда веки закрылись, по его щекам потекли густые слезы. Ын Су плотно закусил нижнюю губу и отпустил ее, повторяя слова Сон Хона, отчего его пухлые красные губы еще больше выделились.

Сон Хон посмотрел на его губы и нахмурился, как будто понял, что он имел в виду. Тем временем Ын Су заговорил низким шепотом.

-Но... всё ещё это господин До Квон.

-Что?

-Он отец Бом-и, и я его всё ещё люблю его.

-...

-Доктор однажды сказал, что он может вернуть свою память

Это было глупо. Рот Сон Хона исказился в гримасе. Он не мог поверить, насколько наивным и слепым был Ын Су, после всего, через что ему пришлось пройти, после того, как с ним обращались.

Ын Су, не успевший даже взглянуть на выражение лица Сон Хона, снова заговорил, голосом, полный надежды.

-Если его воспоминания вернутся, то...

-А что, если воспоминания вернутся, а он не изменится?

Сон Хон прервал его. Ын Су тяжело вздохнул. Сон Хон пристально посмотрел ему в глаза и продолжил низким, настойчивым голосом.

-А что, если память вернется в следующем году, или через три года, или через десять лет?

-...

-Даже если к нему вернутся воспоминания, какова вероятность, что он станет тем же Со До Квоном, что и раньше?

-...

-Это же могут быть для него просто прошлыми отношениями. Любовник, с которым произошло досадное недоразумение. Почему ты так глупо себя ведёшь?

При этих словах зрачки Ын Су дико забегали из стороны в сторону. Сон Хон не остановился, хотя видел его глаза вблизи. Он словно пытался убить его словами. Ын Су попытался вырвать свою руку из рук Сон Хона. Но Сон Хон не отпускал ее.

В этот момент лицо Ын Су, покрасневшее от слез, мгновенно побледнело.

-Ах...

Схватившись за живот, он наклонился. Сквозь тонкую больничную одежду проступал выпуклый живот. Рассердившись и встревожившись, Сон Хон отпустил руку Ын Су и обхватил его за плечи.

-Ын Су? Ын Су, ты в порядке?

-Мхм...

Ын Су выдавил из себя тихий стон и оттолкнул руку Сон Хона. Он сильно прикусил нижнюю губу, сглатывая боль, и через несколько секунд посмотрел на Сон Хона влажными глазами.

-Директор... Вы не знаете, что происходит сейчас и что ждет нас в будущем.

-Ын Су...

-Мне так страшно, я боюсь, что не смогу вернуть все как было.

-...

-Я боюсь, что снова останусь один.

По его щеке скатилась одинокая слеза. Не то чтобы он был глупым или не задумывался о пессимистическом будущем. Нет, он думал о нем больше, чем о чем-либо другом, и представлял его себе с большей ясностью и подробностью.

Никто и никогда не узнает, на что он пошел, чтобы выбраться из этой темной дыры размышлений.

Ын Су прикусил мякоть на внутренней стороне щеки. Боль становилась все сильнее. На лбу выступил холодный пот, а по спине пробежал холодок. Ын Су зажмурила глаза, и теплая куртка упала ему на плечи.

Когда он зашевелился, испугавшись внезапного тепла, нежный голос пощекотал ему ухо.

-Почему ты будешь один, Ын Су, когда я здесь?

Сон Хон слабо улыбнулся. Ын Су поднял на него глаза. Затем он приподнял уголок рта в знак подражания.

-Звучит неплохо.

Ын Су вытер ладонью слезы с глаз и поблагодарил Сон Хона. Действительно, благодаря ему он теперь не один. Он мог вот так довериться ему, спросить о таком постыдном предмете, как нижнее белье, и беспокоится о нем.

Ын Су на мгновение перевел взгляд на Сон Хона, а затем уставился вдаль, на парящую линию ночного Сеула. Его рука все еще поглаживала живот.

-После того как капельницу вынули, у меня болит тело.

Слова испугали Сон Хона, и его бедра дернулись вверх.

-Тогда скорее возвращайся...

-Для меня господин До Квон тоже самое.

-Что?

-Если его вырвать из моей жизни, как эту капельницу, мне будет очень больно.

Ын Су посмотрел на полустоящего Сон Хона и смущенно улыбнулся.

-...

Сон Хон ничего не ответил. Его виски напряглись, словно он стиснул зубы.

"Не хотите прогуляться?" Ын Су хмыкнул и встал со скамейки. За время беременности он похудел примерно на пять килограммов. Но, как ни странно, он чувствовал себя тяжелее. Спина прогнулась, словно кто-то навалился на его плечи, а подошвы ног впились в землю.

Тем не менее Ын Су продолжал идти. Он чувствовала себя так бесчисленное количество раз после смерти родителей. Он не возражал, но мог притворяться, что это не так.

Ын Су и Сон Хон некоторое время гуляли по саду, не произнося ни слова. Первым заговорил Ын Су.

-Вы нашли его?

В этом предложении было много пропусков, но Сон Хон сразу все понял. На мгновение его глаза переместились на другую сторону лица Ын Су, но затем он быстро принял вежливое выражение лица.

-Пока что ищу его. Мы не знаем, как он покинул отел, и знаем, что он уехал на машине, которая, похоже, принадлежит ему.

-Как долго времени это займёт?

Ын Су отчаянно хотел найти того, кто пытался изнасиловать его в отеле, того, кто подражал запаху До Квона, - найти и избить до полусмерти или передать полиции, которая отнесется к нему как к соучастнику, а не жертве, но в любом случае ему нужно было найти его, потому что он должен был узнать его имя и внешность.

В противном случае он стал бы бояться всех мужчин в мире, похожих на него по размеру.

-Не знаю, максимум месяц.

-Месяц...

Ын Су повторял слова с пустыми глазами. Месяц - это нормально. Он может жить с этим.

-Спасибо, управляющий директор.

-...

-Огромное спасибо. Не могу передать словами, как мне повезло, что вы оказались рядом со мной.

Ын Су выдавливал каждое слово из своего сердца. Сон Хон посмотрел на улыбчивое лицо Ын Су. Было так странно и приятно видеть Ын Су в его дешевой больничной одежде, но все еще сияющим.

Сон Хон приподнял уголок рта.

-Не за что, пойдём в палату? Ризотто, наверное, остыло.

-О, я совсем забыла, в больничной палате есть микроволновка! Давайте поедим вместе.

-Хорошо.

Ын Су с воодушевлением направился к зданию больницы. Сон Хон смотрел ему вслед и мягко усмехнулся.

* * *

Только на следующий день после того, как До Квон получил новость об исчезновении Ын Су, он узнал, где он находится и что делает.

До Квон пришел на работу рано и как раз снимал пиджак, когда в зал заседаний вошла секретарь Чон с посиневшим лицом. Привыкший к его повадкам, он бросил на него беглый взгляд и сел в свое кресло.

-Что-то насчёт председателя?

-Нет, это не председатель.

-Тогда?

-Это по поводу руководителя группы Ю.

-Ты выяснил, где он?

Взгляд До Квона, приклеенный к монитору, переместился на секретаря Чона.

-Да.

Секретарь Чон кивнул и подошел к До Квону на расстояние вытянутой руки. Не то чтобы в зале заседаний была плохая звукоизоляция, но всякий раз, когда происходит что-то "особенное", он подходит так близко и шепчет тихим голосом.

Это означало, что то, что должно было прозвучать из уст Чона, было чем-то из ряда вон выходящим.

-Руководитель группы Ю в больнице

-Больница? Какая?

-Это больница общего профиля в Ёндыпхо, его привезли на машине скорой помощи в ранние часы с воскресенья на понедельник, - сурово сказал секретарь Чон. При этом глаза Доквона резко сузились.

-Он не поехал туда сам, его увезли?

До больницы все было хорошо. Ын Су взял больничный, и в последний раз, когда я его видел, он выглядел не лучшим образом. Но слова "скорая" и "увезли" застряли у меня в горле.

Если бы Ын Су и поехал в больницу, то только по собственному желанию с целью было избавиться ребенка. Но то, что его увезли, означает, что он поехал не для того, чтобы избавиться от ребенка. Может быть, он истекал кровью, пытаясь избавиться от ребенка в одиночестве дома.

-Да, думаю он сам позвонил в 119 около полуночи, и сообщил, что он беременный и испытывает сильную боль. Прибыли парамедики, и, похоже, вскоре после этого его привезли больницу.

-...

Челюсть До Квона слегка дернулась, затем вернулась в нормальное положение. При виде его обескураженного выражения лица брови секретаря Чона сошлись. Он облизнул пересохшие губы и резко спросил.

-Вы не знали?

-Я не знал.

-...

Губы секретаря Чона поджались. Почему? Как? Почему вы не знаете? Разве вы не должны были знать? Он хотел спросить, но не хотел переступать черту. Судя по атмосфере, он ожидал, что До Квон швырнет в него клавиатурой или монитором.

Наступила минута молчания. До Квон потер лоб указательным пальцем, пытаясь собраться с мыслями. Его голова снова начала пульсировать.

-В чём дело? Просто болел живот?

-Нет. Если бы это было так, то его бы не госпитализировали. Это странное название... феромонный шок.

-... Феромонный шок? - повторил До Квон, приподняв бровь от незнакомого слова. Секретарь Чон кивнул и сделал шаг ближе.

-Да, директор. Это когда феромоны не растут и не падают, как при цикле течки, а колеблются. Вы знаете, что на переработку феромонов уходит много энергии, поэтому говорят, что это тяжело для организма, особенно для беременного.

Секретарь Чон продолжил объяснять, показывая на планшете график феромонов, который сгибались и разгибались. Затем он нахмурился, выглядя обеспокоенным.

-Какова причина? - спросил До Квон, ткнув ногтем большого пальца в ладонь. Секретарь Чон глубоко вздохнул и выдохнул, словно ожидая чего-то.

-В больнице не знают, почему с ним это произошло.

-Не знают?

-Феромонный шок не возникает из ниоткуда, так что должен был быть триггер из-за которого он был начался, но руководитель команды Ю не хочет говорить.

-Не хочет ... говорить?

-Да. Так что ему прописали только ингибиторы и обезболивающие, и его выпишу, как только уровень феромонов немного снизится.

-...

-Мне сказали, что, поскольку он беременный, ему нельзя принимать никаких лекарств, поэтому лечение и восстановление займут много времени.

До Квон сильно потер лицо своими большими руками. Это расстраивало, потому что это была совершенно неожиданная болезнь, и он понятия не имел, о чем думал Ын Су, потому что он не сказал причину. В довершение всего, его тошнило, хотя он ничего не ел.

-Тем не менее, должна быть нормальная причина болезни.

-Ух... да, верно... это слишком длительное или интенсивное воздействие альфа-феромонов, наркотиков, специальных стимуляторов, что вызывает нарушения цикла течки.

Чон зачитал список причин феромонного шоков, которые он нашел. Наркотики, стимуляторы и еще несколько слов, которые звучали не слишком похоже на Ын Су, и До Квон замер.

До Квон некоторое время молчал. Секретарь Чон внимательно наблюдал за его реакцией. Что-то происходит, но даже если спросить его, он не скажет, а подкараулить Ын Су в больнице не получится.

Пришлось самому разбираться в этой странной ситуации. Пока же важно было увидеть реакцию До Квона. Раньше он бы вскочил и покинул зал заседаний. Ему было бы все равно, какая у него сегодня работа или важная встреча.

Секретарь Чон щелкнул пальцами и уставился на До Квона, который медленно закрывал и открывал глаза, а затем спросил.

-Как ребенок?

-Что?

-Ребенок в животе Ю Ын Су. Как он?

Секретарь Чон замер. "Ребенок". А как же "Бом-и".? Теперь он снова называет его ребенком. Это был не очень хороший знак. Видимо, когда он ссорился с Ын Су, это была очень серьезная ссора.

Прочистив горло, секретарь Чон повторил слова врача.

-Он сказал, что пока все в порядке, но это не значит, что проблемы исчезли. Тело руководителя группы Ю настолько не в порядке, у него дисбаланс питания, гастрит и эзофагит, все эти мелочи могут привести к преждевременным родам или даже выкидышу. Все зависит от того, как руководитель группы Ю с этим поступит.

-...

-Но пациент... Нет, руководитель группы Ю, очень хочет сохранить ребенка, и врач думает, что он скоро поправится. Возможно, он всегда так говорит, но сказал именно так.

До Квон стиснул зубы. Головная боль, подкрадывавшаяся к нему, снова овладела его мозгом. Казалось, что его череп раздавливают. Тем временем в ушах звучали слова Ын Су, сказанные несколько дней назад.

"Нет, нет..."

"Нет, не делайте этого... господин До Квон"

"Бом-и... Больно..."

"Если вы сделаете это сейчас... Бом-и заболеет... Она может умереть...

Трепещущие предложения, влажный голос, тихий звук дыхания и его влажные глаза, смутно видимые в темноте.

Глаза До Квона вспыхнули, когда он вспомнил то время.

Тогда Ын Су уже знал о своем состоянии, о болезни Бом-и, о собственном феромонном шоке, поэтому и умолял его.

Но почему он сказал?

...А он не мог сказать. Потому что я был вусмерть пьяным, когда увидел его в объятиях с другим.

Может быть, он мог бы рассказать мне, но не рассказал. Может быть, Ын Су молчал, потому что хотел этого, или кто-то другой хотел, чтобы он молчал, или, может быть... у него не было другого выбора, кроме как молчать.

Глаза До Квона напряглись, двойные веки создавали глубокие тени.

Это может быть совершенно не связано с объятиями Ын Су с незнакомцем в отеле, а может быть одним и тем же. Чтобы выяснить это, нужно спросить самого Ын Су.

Наркотики и стимуляторы. И альфа. У него было плохое предчувствие.

Забавно, что я думаю об этом сейчас, после того как выбросил его, но в конце наших отношений не должно было быть ничего, чего бы я не знал.

Встав, До Квон снова надел пиджак и проверил ключи от машины во внутреннем кармане. Глаза секретаря Чона расширились.

-Куда вы идёте?

-В больницу.

-А, тогда я подвезу.

Секретарь Чон вышел вслед за До Квоном за дверь. До Квон покачал головой и отказался.

-Нет, спасибо. Я поеду один.

Я не мог взять его с собой, даже если бы это выглядело не очень хорошо. Если Ын Су был прав, а я - нет, если все это произошло из-за недоразумения с моей стороны, мне было бы так стыдно, что захотелось бы повеситься.

Секретарь Чон открыл дверь в зал заседаний. До Квон вышел за дверь, прошел по короткому коридору и нажал кнопку лифта. Близлежащий лифт тут же распахнулся.

До Квон только что вошел в лифт. Как тут секретарь Чон, запыхавшись, просунул голову внутрь, громко топая ногами.

-А, директор.

-Что случилось?

-Разве я не говорил вам, что вчера видел господина Со в доме руководителя группы Ю?

-Да.

-Мы получили записи камер с видеонаблюдения из вестибюля, и господин Со знал, что руководитель группы Ю находится в больнице.

-...

-Он вошел в квартиру руководителя группы Ю с помощью карточного ключа, вышел с вещами первой необходимости и направился в больницу.

Лицо До Квона опустилось. Сон Хон знал то, чего не знал я. Если он входил и выходил из дома Ын Су с помощью ключа-карты, это означало, что Ын Су сам сообщил ему о своей госпитализации, а это меняло дело.

Это означало, что он рассказал ему то, что скрывал от меня, а значит, я не должен был знать, почему он заболел, но он знал.

Моя кровь похолодела. Кондиционер в лифте был не таким уж и сильным, но от него по спине побежали мурашки.

-Он, должно быть, говорил с врачами в больнице, но он также сказал, что является его опекуном.

-Опекун...?

Темные брови Доквона дернулись.

Опекун Ын Су. Позиция, которую я отбросил своими руками, и которая, как мне казалось, была отнята у меня Сон Хоном.

Почувствовав искаженное выражение лица До Квона, секретарь Чон потрепал свои руки.

-Да. Он сказал, что его опекун... Но я не думаю, что вам стоит об этом беспокоиться, ведь руководитель группы Ю был госпитализирован один, не так ли?

-...

До Квон не ответил, но, судя по помятому выражению его лица, было ясно, что тактика секретаря Чона не сработала.

Наконец До Квон сказал, что все понял, и нажал на кнопку закрытия лифта. Секретарь Чон молча поклонился, когда двери закрылись. Когда он поднял глаза, До Квона уже не было.

Секретарь Чон вздохнул, ударившись лбом о плотно закрытую дверь лифта.

-Ха...

"Я еще так многого не знаю о До Квоне. Трудно было решить, стоит ли мне рассказать ему все, что я знаю, что он знал до автокатастрофы, или лучше подождать и посмотреть.

Ведь если я расскажу ему все, До Квон и Ын Су снова станут "ложными любовниками".

Если же я буду молчать, они смогут стать настоящими любовниками, и никто об этом не узнает.

Еще немного, еще чуть-чуть."

Секретарь Чон потер лицо и отвернулся.

Глава 32 - Ошибочные точки соприкосновения

Ын Су не мог даже прикоснуться к еде, которую подавали на завтрак в больнице. Тушеный соевый соус пах так сильно. Кимчи пахло всевозможными рыбными палочками, а к нему подавали жареную скумбрию. Этот гарнир был ничем иным, как приглашением для Ын Су умереть с голоду.

Ын Су даже не притронулся к еде. Нет, он не мог. От одного взгляда все его тошнило, и он вышел из комнаты.

Комната Ын Су находилась в конце коридора, и это было хорошо, потому что в коридоре было не так много людей. К тому же на стене было большое окно, в которое можно было смотреть.

Ын Су открыл окно, которое было маленьким, и вдохнул свежий воздух. Он подумал, что ему лучше просто выйти на улицу, но в саду было полно людей, которые курили сигареты, поэтому он не смог спуститься.

"Как же я хочу уехать из больницы".

Прислонившись к стене, Ын Су рассеянно размышлял. Прошло два дня с тех пор, как его положили в больницу, а он уже успел заскучать. Он скучал по дому, где можно поесть фруктов или еще чего-нибудь.

-Бом-и, подожди ещё немного. Я съем ризотто, когда в палате исчезнет запах. Управляющий директор купил вчера целых три порции. В соусе есть бекон, поэтому я обязательно его съем.

И еще мандарины. Вчера он не съел все мандарины, которые дала ему бабушка, и сохранил один. Представив себе терпкий вкус, Ын Су облизал губы,

-Ын...Су? Вы ведь Ын Су, верно? Как вы?

Незнакомый голос защекотал его шею.

-...

Ын Су подпрыгнул на меня из-за того, что к нему приближался незнакомец. Он надеялся, что это было не приветствие в его адрес. Потому что низкий мужской голос, кому бы он ни принадлежал, был не слишком приветлив.

Но тут в заляпанном окне появился силуэт. Силуэт пристально смотрел на него и не собирался уходить, даже если он будет делать вид, что не слышит.

Ын Су нерешительно обернулся - перед ним стоял мужчина, такой же странный, как и его голос. Мужчина лет тридцати. Высокий. Широкие плечи. Красивая внешность. И от него исходит слабый запах альфы.

Ын Су настороженно посмотрел на него. Если это тот самый парень из отеля, то как он попал в больницу? Тем не менее, здесь много людей, так что он не сможет причинить ему вреда, а если и причинит, то он закричит. Пока Ын Су размышлял об этом, мужчина улыбнулся и представился.

-Я сын госпожи Хван Сонок.

Ын Су быстро моргнул при этих словах, а затем он поднял брови и молча поклонился.

-А, ах... Да. Здравствуйте.

Хван Сонок - так звали пожилую женщину на соседней кровати. Этот мужчина, похоже, был ее сыном. И без того напряженная бдительность Ын Су ослабла еще больше. Мужчина улыбнулся.

-Я слышал, что в палате появился симпатичный студент, вот и захотел поздороваться.

-Ох... Мне тридцать лет, но бабушка все время называет меня студентом.

-Пожалуйста, не обращайте внимание. Она моих друзей, которым по сорок лет, называет студентами.

-Вам сорок? Вы не выглядите на свой возраст.

-А вот вы выглядите, как студент, Ын Су. Я бы поверил, что вы учитесь в институте.

Это были обычные слова при первой встрече. Только они будут знать, искренне это или нет. И все же Ын Су без всякой причины смутился и потер осунувшееся лицо, но мужчина осторожно открыл рот.

-Я слышал, что вы беременны...

-О, да. Я почти на пятом месяце.

-Но вас все еще мучает тошнота? Это еще далеко не конец.

У Ын Су расширились глаза. Он только что познакомился с ним, так что как он мог... Мужчина, выглядевший удивленным, быстро добавил.

-У меня у самого трое детей, так что, я своего рода эксперт по беременности и родам. Вы просто не едите, поэтому хотел дать вам небольшой совет.

-Ох...

Ын Су понимающе кивнул. Он вспомнил, как бабушка хвасталась своими внуками. И подумал, не хвастается ли она в три раза больше, потому что у нее так много внуков.

-Доктор сказал, что это редкость, но если плод развивается медленно, то токсикоз... может длиться долго.

-Вы, наверное, сильно волнуетесь.

-Да, верно..

-Это всё пересуды, что омеги легко рожают. Моей жене тоже было очень тяжело с этим справиться... Хотя я люблю детей, у меня их уже трое, мой дом- сплошная зона боевых действий.

Мужчина сморщил нос, представив себе переполненный дом. Ын Су слабо улыбнулся. Если Бом сможет разрушить его дом, то так тому и быть, лишь бы она вышла здоровой. Он задумчиво погладил свой живот.

Мужчина посмотрел на пухлый живот Ын Су. Он был слишком мал для пятимесячного ребенка. У разных людей вздутие бывает разным, некоторые не замечают его до полного срока, но ему было жаль Ын Су, потому что он был необычайно худым.

Мужчина слышал, что он хорошо ест мандарины, так что в следующий раз, когда приедет сюда, то нужно будет привезти несколько штук. Пока он по-бабушкиному размышлял об этом, Ын Су ловко сменил тему.

-Меня через два дня выпишут из больницы.

-Правда? Это здорово.

-Когда вашу маму выпишут из больницы?

-...

Впервые мужчина замолчал. Ын Су тяжело сглотнул от странной атмосферы. Наверное, он задал невежливый вопрос, подумал он. Мужчина горько улыбнулся и уставился в окно.

-Не знаю, я не хочу, чтобы её выписывали, я просто хочу, чтобы она оставалась там, где находится, как можно дольше.

-...

Ын Су стоял рядом с ним и смотрел в окно. За окном был солнечный летний день, но из-за тонированных стекол мир казался темным, как будто шел дождь.

После этого Ын Су и мужчина много разговаривали. Он рассказывал о своей матери, о том, как плохо обстоят дела в этой больнице, о беременности и родах, о том, как третья дочь мужчины выучила алфавит.

Это помогло скоротать время. Запах еды, наполнявший коридор и больничную палату, уже давно развеялся.

-Ну что, зайдём?

Мужчина улыбнулся и жестом указал на больничную палату. Он как будто вел Ын Су к двери. Он сказал, что по профессии продавец автомобилей, и выглядел так, будто привык общаться с клиентами. Ын Су улыбнулся и последовал за ним в больничную палату.

Выйдя в длинный коридор, он почувствовал запах сигаретного дыма.

Ын Cу покачал головой.

Показалось? Должно быть, ему показалось. Слабый запах принадлежал До Квону, но Ын Су решил, что это ошибка.

До Квон никак не мог оказаться здесь в такой час, в этой больнице.

-Ын Су?

Мужчина окликнул его с озадаченным выражением лица. Ын Су покачал головой и вошел в палату.

* * *

Его наконец-то выписали из больницы, и как только он вышел, ужасная утренняя тошнота закончилась. Впервые за долгое время Ын Су был счастливым. Он был подавлен тем, что не мог ничего сделать правильно, пока носил Бом-и, но теперь, когда он мог есть, все стало хорошо.

Он все еще не отошел от феромонного шока, все еще время от времени болит живот, озноб и ночная потливость, но это было гораздо лучше, чем раньше.

Он надеялся, что если он просто будет жить одним днем, то все будет хорошо.

Съев на завтрак две миски риса и тушеных ребрышек, Ын Су пришел на работу с бодрым лицом. У него даже был в руках клубничный йогурт.

Утренняя адская поездка в метро не казалась такой уж страшной после хорошей еды. Он думал о том, что будет есть на обед и что на ужин, как будто это были важные вещи, и не успел оглянуться, как оказался в пункте назначения. Это был странный опыт.

Когда Ын Су приехал на работу, она получил целый шквал обеспокоенных комментариев от своих коллег. Но это было недолго, утро выдалось суматошным. Несмотря на то, что он работал из больницы, существовали ограничения, связанные с вопросами безопасности, и многое нужно было решать непосредственно в компании, многое нужно было подтвердить и получить.

Он щелкал мышкой, проверял электронную почту, загружал и скачивал файлы, и у него заболели глаза. Наконец наступил долгожданный обеденный перерыв.

Ын Су, который утолял голод печеньем, которое купил ему До Квон, изменил свое отношение и у него появился аппетит . Он так плотно позавтракал, а еще выпил большой смузи, но уже был голоден.

Ын Су объявил команде, что сегодня он угостит обедом. Они вскочили на ноги с широко раскрытыми глазами. В каждом ресторане, куда приводил их Ын Су, было очень вкусно.

Ын Су и его коллеги отправились в итальянский ресторан неподалеку от офиса. Ын Су заказал все, что было в меню: пасту, пиццу, ризотто, стейк, а также напитки.

Официантка старательно записывала его заказ, и вскоре им приносили одно за другим блюда.

Трапеза прошла замечательно. Все было очень вкусным, разговоры с командой были веселыми, и было много смеха.

Официант извинился и собрал одну за другой пустые тарелки, а Ын Су снова попросил меню, так как в ресторане также есть отличные десерты и кофе. К сожалению, он не мог пить кофе, но его коллегам он понравится.

Ын Су передал меню команде и попросил каждого выбрать кофе. В этот момент один из членов команды, сидевший неподалеку, негромко прошептал.

-Эм, руководитель группы. У нас осталось всего 10 минут до обеденного перерыва, поэтому я думаю, что будет лучше, если мы закажем кофе с собой.

-О, уже? Ну... всё в порядке, если мы задержимся на недолго.

-Правда?

-Какая разница? Я просто скажу председателю об этом.

Ын Су пожал плечами, сказав это небрежно. Если бы он сказал, что опоздал из-за обеда и что давно не проводил время со своими коллегами, Мён Хи похлопала бы его по плечу за хорошо выполненную работу и больше ничего не сказала.

При словах Ын Су коллега, сидевший напротив него, почесал затылок и воскликнул, как старик.

-Это действительно круто, руководитель команды.

-Да, - сказал он и пожал плечами.

Команда разразилась хохотом над словами Ын Су. Затем все заказали кофе и пирожные, сказав, что доверяют руководителю команды. Ын Су заказал лимонад, чизкейк и шоколадный торт с помадкой.

Десерт принесли быстро. Ын Су сделал восторженное лицо, глядя на сладкие лакомства, и быстро начал двигать вилкой. Один из членов команды посмотрел на него и улыбнулся.

-Руководитель команды, так приятно видеть, что вы хорошо питаетесь.

Сидевший рядом с ним член команды кивнул и поднял свою чашку с кофе.

-Да, вы ведь давно мучаетесь от тошноты, да и цвет лица у вас в последнее время не самый лучший, так что мы были удивлены, когда вы внезапно заболели.

На мгновение глаза Ын Су расширились. Вилка, которую он подносил ко рту, остановилась, и пирожное на вилке соскользнуло вниз.

-Т-тошнота?

-Да. Мы думали, что с ребёнком что-то случилось.

-Ми Ён!

Другой член команды быстро прервал его, и Миён зажал губы рукой.

-О, простите.

-Вы знали, что я беременный? - заикаясь, пролепетал Ын Су.

Его сердце упало. Он думал, что если его живот вздуется еще больше, они узнают об этом и без него, но он не мог поверить, что они уже знают. Ну, это не то, что нужно скрывать, но смущение остается смущением.

Его товарищи по команде посмотрели друг на друга, а потом один из них проговорил.

-О, как мы могли не знать? Раньше вы вели себя иначе, а теперь вы дремлете во время рабочего дня, вас тошнит, вы не можете нормально поесть и даже не смотрите на свой любимый кофе.

-Верно, и вы не носите свои обычные брюки с поясом, а ваши рубашки стали странно свободными...

-Вдобавок ко всему, директор Со стал ещё более необычным, чем раньше. Ох, наверное, это было лишним?

-Но я не знаю, как еще описать его, кроме как эксцентричным. Конечно, в хорошем смысле. Он обычно приходил в обед и после работы, но когда вы забеременели, он стал приходить на 14-й этаж в любое время и высовывать голову наружу.

-Да, а на днях он попросил меня не давать вам кофе или чай с кофеином, потому что вы стараетесь заботиться о своем здоровье, а это вредно.

Ын Су прикрыл глаза руками, когда слова вырвались наружу. Он скрывал это, но теперь об этом все знают. Кроме того, о чем думал До Квон, делая такую вещь... Его голова запульсировала.

-Да, верно, я на пятом месяце.

Кротко признался Ын Су, заставив своих товарищей по команде заерзать на своих местах.

-О-о, мы не знали ваш срок.

-Уже пять месяцев? Это потрясающе. У вас будет ребёнок в этом году!

-В пять месяцев он, наверное, уже большой. Вы видели все его пальчики на руках и ногах?

-А как же имя? Как вы его назвали?

Ын Су потер затылок, смущенный таким вниманием.

-Бом-и.

-Ох... Бом-и...

-Боже мой, "Бом-и", такое красивое имя.

-Правда? Красиво, да? Господин До Квон сам подобрал это имя.

-А какого пола? Вы уже знаете?

-Да. Это девочка.

-Дочь, это здорово, думаю, ваша дочь с директором Со будет самой лучшей. Думаю, она станет точно актрисой. Вы же не будете останавливаться на одной дочери, правда? Вам бы ещё троих или четверых детей.

Он был ошеломлен этой фразой. Ын Су быстро моргнул, но вскоре кивнул.

Если бы его тело было готово к этому, он хотела бы иметь много детей - двух, трех или пять, как можно больше. Один ребенок - это так мало, да и ему будет одиноко.

После этого Ын Су и его коллеги еще долго болтали. Им так много нужно было обсудить. Странно видеть их каждый день, а им все равно есть что сказать и чем поделиться.

Сегодня Ын Су впервые за долгое время работал сверхурочно. Он отправил всех своих товарищей по команде домой и остался один, чтобы закончить работу. Он не задерживался допоздна с тех пор, как забеременел, но сегодня он привела в порядок свою работу, компенсировал дополнительный перерыв на обед и проверил работу своих коллег.

У него были более важные заботы, такие как До Квон и Бом-и, однако он должен быть профессионалом и закончить свою работу. Он не мог позволить своим эмоциям мешать работать.

Когда прошел долгий летний день и наконец наступила ночь, Ын Су был готов уйти с работы.

Вместо того чтобы сразу отправиться домой, она поднялся на вверх. Точнее, в зал заседаний.

До Квон, вероятно, был еще на работе. За два года знакомства он ни разу не видел, чтобы он уходил с работы вовремя, если только у него не было особой встречи с ним. Секретарь Чон говорил, что до того, как они начали встречаться, он был жутким трудоголиком, так что сегодня он наверняка в зале заседаний.

Зайдя в лифт, Ын Су достал из куртки шоколадку и положил ее в рот.

Сегодня он обязательно поговорит с До Квоном. Это должен быть спокойный, рациональный разговор, а не одна из тех эмоциональных, неконтролируемых, напичканных феромонами потасовок. Он расскажет ему о случившемся и посмотрит, чем все закончится - моими извинениями или его извинениями.

О, и конец не означает конец отношений. Это конец этого недоразумения.

Ын Су достал таблетку и проглотил её до того, как лифт достиг места назначения. Ему пришлось продолжать это делать, потому что феромонный шок не позволял ему жить спокойно. Приходилось еще тщательнее прятать феромоны при встрече с До Квоном. Если бы он разбрызгивал их повсюду, он бы подумал, что Ын Су - беспринципный омега.

Для его тела, особенно беременного, это было как яд, но он должен был продолжать кормить себя им, понемногу, снова и снова, если не хотел умереть.

Как раз в тот момент, когда губы Ын Су скривились от горького, терпкого вкуса таблеток, лифт пискнул. Он сделал небольшой, глубокий вдох и вышел.

В коридоре, ведущем к кабинету директора, было тихо. Все сотрудники секретариата уже ушли, и столы были пусты.

Ын Су, покачивая головой из стороны в сторону, бродил по коридорам в поисках кого-нибудь. Но там никого не было. Ын Су нетерпеливо прикусил нижнюю губу.

Он бодрым шагом пересек коридор и встал перед комнатой для переговоров. Большая массивная черная дверь, как и всякий раз, когда он входил в нее, казалась пугающей.

Глубоко вздохнув, Ын Су тихонько постучал. Он ждал ответа. Но ответа не последовало.

Судорожно сжав пальцы, Ын Су взялся за ручку двери и толкнул ее внутрь. Но дверь не сдвинулась с места. Она была заперта.

-Эм...

Ын Су раздраженно сморщил нос.

Ему следовало прийти раньше, встретиться с До Квоном до работы, но он не был готов разобраться с этой ситуацией. Однако он не думал, что До Квон мог уйти с работы раньше.

На самом деле, он мог бы узнать об этом, отправив сообщение секретарю Чону, но не сделал этого, потому что боялся, что До Квон узнает о его визите и будет избегать.

Но, как ни странно, он почувствовал облегчение, увидев, что его там нет. Его лицо нахмурилось, но колотящееся сердце успокоилось. Это было противоречиво.

Ын Су немного постоял перед закрытой дверью, раздумывая, не пойти ли ему домой и не поесть ли. Он устал, но не сможет уснуть. Как лучше поступить? Лучше разобраться с До Квоном сегодня или завтра?

Такие неразборчивые мысли пронеслись у него в голове. Затем он покачал головой.

Это он плакал, это он страдал, это он заболел и попал в больницу, он просто несчастная жертва, почему он должна бояться встретиться с ним лицом к лицу, почему он должен бояться и трястись от его взгляда, как будто он виновник.

Ын Су глубоко вздохнул и достал из кармана мобильный телефон.

Целью звонка был, конечно же, До Квон. Он звонила ему еще вчера, после того как выписался из больницы, но он не взял трубку. Сегодня утром он тоже не отвечал.

Ын Су тяжело вздохнул из-за постоянного сигнала. Интересно, он заблокировал его номер, выбросил телефон в реку Хан или сменил номер?

Ын Су посмотрел на номер на экране, затем прокрутил список вызовов вниз, пока не нашел номер секретаря Чона, и нажала кнопку вызова.

Но тот почему-то не ответил. Через 20 секунд он нажал кнопку вызова и повесил трубку, прежде чем появились гудки.

Ын Су чувствовал себя так, будто его отхлестали по щекам только что. В его возрасте трудно говорить об этом, но он чувствовал, что над ним издеваются. Ему казалось, что друзья ненавидят его и обзывают, отчего он чувствовал себя одиноким, грустным, жалким и раздраженным.

Ын Су сжал телефон так, будто собирался его раздавить, но тут он громко и коротко завибрировал. Это было сообщение.

[Руководитель группы Ю. Я на совещании, поэтому не могу ответить на ваш звонок. Что случилось?]

-...

Прочитав сообщение, Ын Су расслабился. Поправив сумку, Ын Су ответил на сообщение.

[В комнате для переговоров никого нет. Господин До Квон с вами?]

[Да. Он здесь, но опоздает на встречу, так что что мне сделать? Скорее всего, он сразу поедет домой, а не вернется на работу].

[Хорошо, спасибо, что предупредили].

После короткого разговора Ын Су, не раздумывая, развернулся.

Глава 33

Ын Су поднимал каблук, опускал его, поднимал и снова опускал. После более чем десяти минут такого действия у него разболелись колени.

Ын Су стоял перед домом До Квона. Он не хотел откладывать встречу с ним и разговор. Он мог избегать звонков, но все равно вернулся бы домой. Ын Су не сказал секретарю Чону, куда едет, чтобы не спугнуть его.

Проблема была в том, что он не мог день и ночь ждать его в коридоре, не зная, когда он вернется домой. Он не мог находиться в соседнем кафе или ресторане и не знать, когда он придет. В коридоре было прохладно, в отличие от лета на улице.

Ын Су снова позвонил До Квону. Он хотел поинтересоваться, закончилась ли уже встреча, но его телефон все еще издавал гудки.

Ын Су в задумчивости поджал губы, а затем осторожно прикоснулся тыльной стороной ладони к дверному замку. Черный дверной замок засветился сияющим светом.

-...

Ын Су сглотнул, его адамово яблоко дернулось вверх-вниз. Интересно, сменил ли он пароль или стер ли его отпечатки пальцев? После некоторого колебания Ын Су ткнул большим пальцем.

Дзинь.

Дверь распахнулась. Ын Су вошёл. Он не показывал это на своём лице, но ему было приятно, что он все еще мог сюда зайти.

Ын Су вошел в дом с широкой улыбкой на лице. Он снял туфли, привел себя в порядок и вошел в прихожую.

-...

Взору предстала груда коробок и ящиков с вещами. Ын Су направился к ней, как будто его что-то влекло. В коробке, слишком большой, чтобы держать ее в одной руке, лежали детские вещи.

Детские ботиночки, погремушки, игрушки и бутылочки. Не задумываясь, Ын Су присел на корточки перед коробкой, пока не почувствовал, что его живот сжался, и он выпрямил ноги, чтобы сесть. Затем он с тоской посмотрела на предметы, заполнявшие коробку.

-Это так... неприятно...

Почему ты это выбрасываешь? Сколько бы раз ты ни сказал избавиться от ребенка, то это все равно твое дитя, и эти вещи были куплены для него.

Зато пароль к дверному замку не изменился.

Мне стало грустно от того, что До Квон действительно пытается прекратить наши отношения. То, что он увидел в отеле в тот день, было неправильно понято, и он имел полное право злиться. Эмоции из его прошлого, должно быть, поглотили его, и я, его любовник, в одно мгновение превратился в беспринципную омегу.

Тем не менее, он мог хотя бы спросить меня: "Я видел это. О чем ты думал? Зачем ты это сделал?"

Ну, наверное, я бы не выдержал, если бы увидел затылок До Квона, когда он вошел бы в гостиничный номер с омегой на руках.

-Хаа...

Ынсу испустил долгий вздох и взял в руки погремушку. Было так грустно видеть, что погремушку выбросили, не открыв и не развернув.

Ын Су долго сидел перед коробкой. Он рассматривала содержимое коробки, осуждал в сердцах До Квона за то, что он выбросил все, потом защищал его, думая о потрясении, которое он, должно быть, испытал, потому что он любил его.

При токсикозе он мог целый день не есть и не чувствовать голода, а теперь, с чем бы он ни столкнулся и как бы себя ни чувствовал, он был голоден даже сейчас.

Протерев глаза, Ын Су встал.

Зайдя на кухню, он порылся в холодильнике, но есть было нечего. В прошлый раз, когда он приходил сюда, здесь было много фруктов, и он не смог бы их все съесть. Он подумал, не выбросила ли их горничная, когда никто больше не хотел их есть.

Тем не менее, в одном из углов лежал обычный йогурт с приличным сроком годности, и он достал его.

У Ын Су потекла слюнка изо рта, и он порылся в шкафах и под столом, где нашел печенье, конфеты и сушеный сладкий картофель, которые когда-то ел.

Ынсу села за стол и привычно нашла свою посуду. Она разломила три или четыре печенья на йогурт и наложила его в свою миску. В перерывах между укусами он грыз сладкий картофель и оглядывался по сторонам. Я тоже огляделся - вдруг я чего-то не заметил.

Ын Су, собрал всю еду, улыбнулся и встал. Было уже почти десять часов, а До Квона до сих пор почему-то не было. Что это за собрание?

Пробормотал Ын Су, убирая посуду и мусор. Затем он заметил в углу шкафа снеки и улыбнулся. Забавно было так радоваться еде, но после двух месяцев постоянного токсикоза каждый кусочек, попавший в горло, был ему дорог.

Крепко сжимая в руках сумку, Ын Су медленно двигался по дому. Он помыл руки в ванной, сел на диван в гостиной, посмотрел телевизор, полюбовался картинами в прихожей, осмотрел книжный шкаф, который была выше его, и полистал книги.

Потом он поднялся на второй этаж и плюхнулся на кровать До Квона. Он чувствовал его запах.

Ын Су глубоко вздохнул. В последний раз, когда он чувствовал его запах, его феромоны не были такими расслабляющими. Они были резкими и подавляющими. Как омегу, этот феромон заставил его покраснеть, но не потому, что он ему нравился.

Феромон До Квона, обычно имеет слабый запах. Этот феромон немного гуще и ярче, чем тот, которым он пахнет в постели. Это феромон, который расслабляет, просто чувствуя его запах.

Ын Су, завернувшись в одеяло, грыз каштаны. В меру сладкие и соленые каштаны были вкусными даже в это время. Откусывая, он вспомнил разговор, который состоялся сегодня за обедом с товарищами по команде.

"Речь о моём друге...". Ын Су косвенно рассказал о том, что произошло с До Квоном. Он впервые столкнулся с таким недопониманием и ситуацией, поэтому ему нужен был чей-то совет. Единственным человеком, которому он мог довериться, был Сон Хон, но он сказал ему забыть До Квона. И это был не тот совет, который он хотел получить.

"Друг сказал мне, что его возлюбленный видел его с другим мужчиной".

"Почему? Она что, одержим? Ему нельзя иметь друга или подругу?"

"О, они не просто были вместе, он видел, как они вошли вместе в отель..."

У его коллег отпали челюсти. В их глазах промелькнули отвращение и гнев. Ын Су отпил лимонад и быстро заговорил.

"Это... произошло не так, как вы себе представляете, мой друг был в течке и он принял парня, с которым столкнулся в отеле, за своего возлюбленного, потому что у них были одинаковые феромоны".

"Ух... Разве можно так ошибиться? Потому что я бета..."

"Хм? Это ошибка? Разве это не оправдание? Звучит как ложь".

"Феромоны нельзя перепутать. Они у всех разные. Альфа и Омега пахнут совершенно по-разному. Ну, может, случайно они и пахнут похоже, но твое обоняние обостряется во время тепловых циклов, и он принял феромоны этого мужчины за феромоны своего возлюбленного".

Их мнение стало резко настроено против. Ын Су чувствовал себя так, словно его избили битой до полусмерти. На мужчине были феромоны До Квона, но он не мог сказать им об этом. Не зная, как это описать, Ын Су запнулся и открыл рот.

"Мой друг сказал, что они были очень похоже. Он звал своего возлюбленного по имени, а тот только прижимался и не отказывался от этого".

"Боже... Это так странно, звать человека совершенно другим именем".

"Мой друг вошел с ним в гостиничный номер, думая, что это его возлюбленный, но когда они вошли, то он понял, что что-то не так, потому что все было совершенно иначе".

"А что дальше?"

"Он сказал, что просил его не делать этого, а он взбунтовался и убежал".

"О, так в итоге ничего не произошло?"

"Да. ничего не произошло, кроме того, он держал его всю дорогу до гостиничного номера, потому что не мог себя контролировать, а потом мой друг в отчаянии сбежал".

"И этот возлюбленный видел, как вашего друга держал другой мужчина?"

"Да."

Ын Су энергично кивнул члену команды, который правильно определил ситуацию. Остальные члены команды в замешательстве посмотрели друга на друга.

"Вау... это тяжело. Просто услышал об этой ситуации с разных сторон, чувствую себя иначе".

"Да, это действительно, сложно, но раз ничего в итоге не произошло, то что теперь с этим делать?"

"Если это действительно так, то лучший способ поговорить и прояснить это недоразумение".

"Я не думаю, что можно разрешить такое недоразумение обычным разговором".

"Кроме того, у него нет никаких доказательств своей невиновности. Нельзя сказать просто "ничего не было", потому что любой возлюбленный не скажет: "ладно, я тебя неправильно понял".

"Именно так, даже если они просто поговорят об этом, то сомнения всё равно останутся".

"Как только появляется какое-то сомнение, то оно будет появляться часто, вы будете придавать значение даже самым незначительным вещам, интерпретировать их по-разному, искажать, что в конечном итоге, вы будете только изматывать друг друга".

"И всё в итоге закончится? Ваш друг женился? Если это так, то это будет немного..."

Ын Су был ошеломлен обилием слов, не в силах моргнуть, но он и не ожидал, что они скажут что-то положительное. Сомнения, которые невозможно разрешить с помощью диалога, конец, который будет встречен с изнеможением, то, чего никогда не произойдет.

Коллега Ын Су был удивлен, увидев его лицо таким бледным.

"О, Боже, руководитель группы, что с вами?"

Ын Су в недоумении потер лицо, а затем быстро надел улыбчивую маску.

"Вы правы во всем, что сказали. Я пытаюсь придумать, что своему другу. Мне жаль, что он ввязался в то, из чего так сложно выбраться, потому что этот человек ему очень нравится".

"Ну... Тога скажите ему, чтобы он попытался с ним поговорить как следует. Он должен как-то заставить своего возлюбленного понять, что он невиновен, и если он захочет его отпустить, то придётся это понять."

"Да, если он так сильно его любит, то он должен убедить его. Раз он ничего не делал".

В отличие от предыдущих слов, это придавало хоть каплю надежды. Возможно, он не имел в виду ничего такого, просто пытался утешить его, хоть это и было глупо, Ын Су почувствовал себя спокойнее от его слов.

Вот почему он здесь, в доме До Квона. Чтобы умолять его признать свою невиновность, умолять его, потому что не хочет, чтобы все закончилось именно так. А также подарить Бом-и и построить безупречную семью.

Зарывшись в одеяло, Ын Су тяжело вздохнул. Он усердно грыз каштаны. Не зная, сколько времени он так пролежал. Сон приходил медленно. Он устал после утренней поездки на метро, много работал, много ел и постоянно волновался и не находил себе место из-за До Квона.

В спине и животе покалывало - последствия очередного феромонного шока. Завтра ему придется посетить гинеколога.

Ын Су покопался в карманах. Он искала свой ингибитор, но понял, что оставил свой пиджак на стуле в столовой.

Нахмурившись от досады, Ын Су плотно зажмурил глаза. Ингибиторы все равно вредны, подумал он про себя, и лучше просто погрузиться в сон. Дл Квон разбудит его, когда придет, подумал он.

Через несколько минут Ын Су уже крепко спал.

Он почувствовал тупую боль в животе. Он не мог спать, когда живот вот так болел. Ын Су зажмурил глаза и нахмурился: все тело снова покалывало. Казалось, что по венам бегут острые осколки стекла. Сердце сжалось, словно кто-то сдавил его обеими руками, а все тело напряглось, как будто у него болели мышцы.

Сжав живот и сглотнув боль, Ын Су заставил себя открыть глаза. Он уловил запах феромонов кончиком носа. Стряхнув сонливость, Ын Су моргнул мутными глазами. И тут он заметил До Квона, сидящего на одноместном диване.

Ын Су резко вскочил на ноги, зажмурился и открыл глаза, чтобы убедиться, что перед ним настоящий До Квон, что запах феромонов, проникающий в ноздри, - это настоящий До Квон, а не тот парень, которого он встретил в отеле.

Это оказалось правдой. В спальне было темно, но это точно был До Квон.

Ын Су пошарил рядом с кроватью. Он нашел лампу и включил ее. Мягкое, нежное сияние наполнило спальню. В этот момент До Квон предстал перед ним во всей красе.

Он был одет в костюм, галстук ослаблен. Пиджака нигде не было видно, а выражение его лица трудно описать.

-...

-...

Наступила тишина. Ын Су тяжело сглотнул, и в этот момент он даже перестал чувствовать боль, которая сковывала все его тело. Он был слишком напряжен.

Который час? Как долго он сидел здесь и почему не разбудил меня? О чем он думал, когда увидел, что я крепко сплю?

Смутившись, Ын Су почесал затылок. До Квон просто смотрел на него, ничего не говоря, словно смотрел неинтересный документальный фильм. Поэтому Ын Су заговорил первым.

-Это...

-...

-Я пришел сюда... Потому что хотел поговорить с вами. Я собирался встретиться с вами на работе, но там никого не было, а вы не отвечали на звонки и... Я подумал, что, может быть, смогу встретиться с вами, когда приду сюда.

-...

-Простите, что ворвался в вашу спальню. Просто ваши феромоны успокаивают меня, а у меня в последнее время были проблемы со сном.

Ын Су произнес это сонным голосом. В его словах не было ни капли фальши. Так было всегда. Ын Су всегда был правдив перед До Квоном, никогда не скрывал и не приукрашивал, потому что ему это было не нужно.

Закончив, Ын Су сделал паузу. У него горело горло от всего сказанного. Вероятно, он нервничал. Он облизал пересохшие губы. До Квон заговорил низким голосом.

-Хочешь, я уйду, чтобы ты мог поспать? Или ты хочешь, чтобы я обнял тебя и погладил по спине?

-...

Ын Су тяжело сглотнул, услышав сарказм в его голосе.

О, да. Я ожидал этих слов, этот тог голоса. Как будто я ослабил бдительность, пока спал. Мне следовало подготовиться, чтобы слова, которые До Квон выплеснет изо рта, пролетели мимо ушей, а не засели в сердце, но я не сделал этого, и теперь мое сердце сжималось.

Ын Су опустил взгляд на одеяло. Бледно-голубое одеяло, которое он сшил сам, потому что прежнее темно-синее ему не нравилось.

Сколько часов мы провели на этом одеяле и под ним. Сколько раз мы шептали «Я люблю тебя», целовали друг друга, обменивались взглядами, обменивались теплом тела, держались за руки, спали, прижавшись друг к другу всем телом, позволяя холодному ветру проникать сквозь щель между нами. Так мы проводили ночи, просыпались по утрам, начинали и заканчивали каждый день.

Я помню каждый момент, не забывая о нем. Ты забыл все до единого, и это причиняет мне огромную боль. Я не могу быть не опечален этим фактом.

Ын Су уставился на До Квона со слезами на глазах.

-Если я попрошу об этом, вы сделаете?

-Ха...

До Квон был ошеломлен. Бесстыжий Ын Су показался ему очень забавным. Но на этом Ын Су не остановился.

-Я бы хотел, чтобы вы обнимали меня каждую ночь, если это возможно. Я не имею в виду секс, просто обычные объятия. Я бы хотел, чтобы мы обедали и ужинали вместе, чтобы вы ездили со мной в больницу.

-Зачем мне это делать? Я же говорил прекратить эти отношения.

-Потому что ребенок в моем животе - ваш, и мне нужны ваши феромоны, чтобы убедиться, что он здоров, и мне нужны ... вы.

-Если ты избавишься от ребенка, то это решит проблему. Если ты сделаешь то, о чем я беспокоюсь, у меня не останется выбора, кроме как использовать закон... Господин Ю Ын Су.

-...

Ын Су стиснул зубы. Закон. Альфа и Омега, половина человеческой расы, были созданы богами исключительно для размножения. Поэтому у них были несколько иные законы относительно беременности и родов, довольно бесчеловечные.

По всей видимости, из-за удовольствия и возбуждения от секса и изменений в их телах беременность является «неизбежным» следствием секса, и поэтому рождается «нежеланный» ребенок. Чтобы предотвратить «неизбежное» и если Альфа и Омега не согласны на "нежеланного" ребенка, то омег насильно абортируют.

Правозащитные организации настоятельно требовали изменить закон, но это также было очень неудобно для государства, потому что «нежеланный» ребенок, рожденный таким образом, не мог получить ни любви, ни финансовой поддержки. Так продолжалось долгое время.

Но теперь До Квон заявил, что воспользуется законом. Если он не избавится от Бом-и своими руками, Ын Су увезут, как преступника, и положат на холодный операционный стол.

Ресницы Ын Су дрогнули. Она пытался не плакать, пытался искренним голосом прояснить недоразумение, но горло сжималось от нахлынувших эмоций.

Ын Су крепко ухватился за одеяло. Затем он заговорил дрожащим голосом.

-В тот день, в том отеле, где меня видели вы, это всё было недоразумением.

-...

-И то, что меня занем в номер другой мужчина, тоже недоразумение.

При этих словах До Квон сильно потер лицо. Слова Ын Су навеяли воспоминания о том дне. Он почувствовал раздражение. Снова мучила головная боль. Он не мог понять, почему должен слушать эту исповедь.

Он не хотел его слушать. Что бы ни говорила Ын Су, он не собирался его прощать и не мог притвориться, что не видел того, что увидел в тот день.

Как раз в тот момент, когда До Квон собирался открыть рот, чтобы сказать «нет», Ын Су заговорил снова.

-Доктор сказал, что мне, должно быть, подмешали наркотик.

-...Наркотик?

-Я принял что-то вроде... Афродизиака или стимулятора, и у меня начался цикл течки... Я упал на пол и тут подошел он. Я думал, что это вы...

-...

Веки До Квона дрогнули. Таблетки. Афродизиак. Стимулятор. Он сморщил лоб от плохого набора слов.

-Он пах, как вы, так что я подумал, что это вы.

-...

-Вам не было смысла быть там в тот момент, но я был не в своем уме... Поэтому почуствовав ваши феромоны, я подумал, что это вы...

-Не в себе?

До Квон усмехнулся, какая хорошая отговорка. Не было ничего, что нельзя было бы оправдать этим словом.

Наркотики или течка, но то, что Ын Су был «не в себе» и терся о другого мужчину, было не очень убедительно.

"То, что водитель грузовика сбил нас с Ын Су, потому что был пьян и «не в себе», с таким же успехом мог сказать любой преступник."

До Квон был разочарован.

"Я был озадачен, когда нашел туфли Ын Су в подъезде своего дома, испытал отвращение от коробки с мусором, и удивлен, когда обнаружил его спящим в моей кровати.

Что этот маленький омега, этот беззаботный омега, делает здесь, что, черт возьми, он делает со мной, проделав весь этот путь, чтобы сделать это.

И тут я понял, что результат моего ожидания - то, что он был под наркотиками и не «в своем уме». А так ли это было на самом деле? Боюсь, что, поскольку я с ним строг, он снова говорит ту же ложь, пытаясь сменить свою роль с соучастника на жертву. Либо он был все же одурманен наркотиками, либо любящий секс омега, и таким был всегда.

Если бы он действительно принял наркотик, и к нему подошел альфа с нечистыми намерениями, то ему не следовало разговаривать с альфой на виду у всех в больнице, куда был госпитализирован несколько дней назад".

Когда До Квон навестил Ын Су в больнице, он увидел, как тот флиртует с альфой в конце коридора. Он беспокоился, что он болен, но то, как он улыбался с открытым ртом и сияющими глазами, было просто нелепым оправданием.

Как глупо.

Для До Квона Ын Су больше не был тем возлюбленным, которым была раньше. Неважно, какие коварные слова он придумывал, но его не обмануть.

До Квон со скучающим видом смотрел на Ын Су. Затем Ын Су нетерпеливо добавил.

-Если бы я знал, что это не вы, я бы ничего подобного бы не сделал. У меня никогда не возникала внезапно течка и я никогда не вел себя так ужасно.

-...

-Как только я вошел в номер, я сразу понял, что этот человек не вы, так что...

-Ха... Не знаю, почему я это слушаю.

Слова Ын Су заставили До Квона вскочить на ноги, и он повернулся, чтобы выйти из спальни. От феромонного шока Ын Су источал феромоны, поэтому у него разболелась голова.

Ын Су вскочил с кровати и схватил До Квона за запястье обеими руками.

-Ничего не было! У нас не было ничего! Я попросил этого ублюдка не делать этого, сказав, что я беременный.

-...

-Я ползал по полу, умоляя! Вы знаете какого мне было прятаться под столом?!

Ын Су кричал так громко, что воздух сотрясался от напряженной атмосферы. Он подавился глотком воздуха и пустил слезу из глаза. Крупные капли падали быстро. Несколько попали на тыльную сторону ладони До Квона.

-... Простите, правда, ничего не было.

-...

-Если бы что-то случилось, я бы не смог так просто стоять перед вами...

-И что?

До Квон свободной рукой вырвал руку Ын Су из его хватки и отбросил ее в сторону, словно грязный мусор. Затем он встретился с ним взглядом.

-Ты хочешь, чтобы я в это поверил?

-Что?

-Как ты и сказал, предположим, что ничего не произошло. А даже если и случилось, что это меняет?

-Конечно, ничего...

-Таблетки, цикл течки. Ты терся о другого альфу, когда у тебя была течка. Я видел это своими глазами.

-...

Ын Су плотно закрыл рот. Он не был неправ, но сказать было нечего. Если бы не феромоны До Квона, она бы и глазом не повел на стоящего перед ним мужчину, какие бы феромоны он ни источал.

Как он мог объяснить это... Пока Ын Су жмурил глаза и размышлял, До Квон обернулся и прошептал.

-В будущем это может повториться сколько угодно раз.

-Нет! Этого больше не повторится, - твердо сказал Ын Су, быстро преграждая До Квону путь. До Квон насмешливо хмыкнул, а затем посмотрел на Ын Су своими холодными темными глазами.

-Как ты можешь быть в этом уверен, ты уже это сделал.

-Но...

-Если бы я испускал феромоны прямо здесь и сейчас, ты бы уже пускал слюни и терся лицом о мой член.

Это был грубый комментарий, но Ын Су был невозмутим. Его отношения с До Квоном не были настолько легкомысленными, чтобы так разговаривать. Ын Су кивнула.

-Конечно, это ведь вы.

-...

-Неважно, пускаю ли я перед вами слюни, раздеваюсь или делаю что-то еще. Это совершенно другой случай. Есть разница, когда я делаю это перед вами, и когда не делаю это перед кем-то другим. Это единственное, что имеет значение.

Это было пронзительное признание. Глупое, слепое и бесхитростное.

-...

До Квон несколько секунд смотрел на Ын Су, ничего не говоря. Затем он пробормотал про себя.

-Но почему ты это сделал?

-Что?

-Ты собирался скрыть это.

-Это...

У Ын Су отпала челюсть. В глазах Ын Су мелькнуло замешательство. До Квон рассмеялся, как будто ему было смешно.

-Когда я пришел к тебе домой. Помнишь ли ты, что первое ты мне сказал?

-...

-Это было: "Что случилось?"

-...

Лицо Ын Му мгновенно побелело. Он совсем забыл об этом. Да, До Квон уже знал обо всем, и о том, как он озорно улыбался, и о том, как старательно пыталась это скрыть.

Глаза Ын Су расфокусировались. До Квон продолжал, не сводя взгляда с потемневшего лица Ын Су.

-Ты так сказал, потому что не думал, что я увижу это в отеле, а может, пытался скрывать.

-До... Квон...

-Тогда как ты можешь говорить, что так уверен в себе?

Ын Су опустил голову, но слезы, которые так быстро падали, не останавливались.

До Квон протяжно вздохнул и провел рукой по челке. Это был напряженный день. Встречи с раннего вечера тянулись в разы дольше положенного времени, а покупатели были слишком подробны и требовательны.

Все это не сильно отличалось от его обычной работы, но он не мог сосредоточиться на задании, потому что в голове крутились мысли о Ын Су, о том, как он смеется лицом к лицу с другим альфой в больнице, гадая, тот ли это альфа, которого он видел в отеле, терлся с ним и смеялся над его тупостью.

Поэтому он потратил три часа на задание, которое в обычной ситуации выполнил бы за час.

Он был отвратителен сам себе. Ему хотелось забыть об этом, и он ненавидел, когда его контролировал омега.

-Лучше разобраться во всем сейчас. Что, если, когда появится ребенок, ты сделаешь это снова, тебе будет также неловко и стыдно?

-...

-Нет. Тогда ты скажешь: "ничего не было", как и сейчас. Ты снова скажешь, что был не в себе из-за течки, что кто-то хотел навредить тебе.

У Ын Су перехватило дыхание. От этих слов стало так больно, что захотелось заткнуть уши. Он не мог больше так поступить. До Квон заставил его почувствовать себя таким недостойным куском мусора.

Наблюдая за тем, как Ын Су разваливается на куски, До Квон спокойным голосом произнес последнюю фразу, вбив ее в череп Ын Су.

-Ты просто очередная омега.

С этими словами Ын Су выбежал из дома До Квона.

Его сердце билось слишком быстро.

Нет, оно вообще не билось.

Глава 34

-Уровень феромонов... не снижается.

Гинеколог прищелкнула языком, глядя на график феромонов Ын Су, который не появлялся уже больше недели, что беспокоило её. Конечно, состояние Ын Су было не в порядке.

Если он регулярно принимал лекарства, контактировал с альфой, чтобы обмениваться феромонами, и достаточно отдыхал, то этого не должно было случиться.

Доктор постучал по столу обратной стороной шариковой ручки, и Ын Су с бледным цветом лица спросил своими губами.

-Все так плохо? Почему? Меня даже госпитализировали...

-Что?

Глаза доктора расширились от неожиданных слов. Ее глаза резко сверкнули за очками без оправы. Ын Су почесал ногтем внутреннюю сторону запястья и бесстрастно сказал.

-На прошлой неделе я пролежал в больнице четыре дня, мне было очень плохо. Я чередовал обезболивающие и жидкие ингибиторы, и все равно мои показатели настолько плохи?

-...

Доктор на мгновение потеряла дар речи. Она не могла поверить, что его госпитализировали, но почему график выглядит так? Если только ингибиторы, которые он принимал, не были подделкой, график должен быть гораздо более плоским. Но он не сильно отличается от прежнего, а это значит, что Ын Су либо занимался сексом с альфой, либо принимал наркотики, либо снова был на таблетках.

-Что случилось? - спросил доктор, ее голос был низким и тихим. Ын Су моргнул, глядя на доктора, и в не слишком просторной смотровой комнате воцарилась тяжелая тишина.

Ын Су почесал запястья ногтями ладонь и медленно открыл рот.

-Я весь день спал с альфой...

-Пациент, я же ясно сказала вам, что нужно избегать секса...

-Я ничего не мог с собой поделать, я же омега, я сначала пытался сопротивляться, но мое тело просто не слушалось.

Ын Су сказал это сухим голосом. Не было ничего более удобного или неудобного, чем сказать это. В эти дни он не мог контролировать многие вещи, и его жизнь не казалась ему собственной.

Ын Су потер лицо ладонями: глаза красные от слез, круги под глазами, губы пухлые, а лицо явно поникшее.

Доктор ничего не сказала, только вздохнула. За время работы в родильном отделении она повидала немало странных пациентов и сиделок, но никогда не видела ничего подобного.

Она отодвинула стул и встала.

-Сначала сделаем УЗИ, чтобы проверить состояние плода.

Тудум-тудум-тудум.

Сердцебиение Бом-и эхом прокатилось по кабинету УЗИ. Как только Ын Су услышал его, ее нос сморщился, и ему пришлось с трудом сглатывать слезы. Когда он впервые услышал сердцебиение Бом-и, его переполняли эмоции и радость, но теперь его сердце болело.

Сердцебиение Бом-и стало ... достаточно тихим, чтобы заметить его с первого взгляда. Она была большой, но звук ее сердца был крошечным.

Не говоря ни слова, доктор настроила динамики, чтобы сделать звук громче, но Ын Су уже был охвачен печалью и раскаянием. Уставившись на сломанный монитор, доктор заговорила мягким голосом.

-Она хорошо растет, немного маловата, но все еще в пределах нормы, со всеми пальцами на руках и ногах и большим носом.

-...

-Вы можете почувствовать, как ребенок шевелится.

Ын Су быстро моргнул при этих словах. Эта информация была ему знакома, но казалась совсем иначе. Ну да. Она читал в книгах о родах, что уже должен был почувствовать это.

Но он никогда не чувствовал этого раньше. Ын Су опустил голову и уставился на свой мягко вздымающийся живот. В это время года он должен был отчетливо ощущать присутствие Бом-и.

С Бом что-то не так, или она слишком слаба, чтобы двигаться?

Лицо Ын Су потемнело и стало мертвецки белым. Доктор быстро добавила.

-Многие беременные не чувствуют этого, и многие принимают это за боль в животе.

-...

Ын Су медленно кивнул. Это было обычное заверение, но, исходящее от врача, оно странно успокаивало. Но это было еще не все.

Доктор сухо сглотнула и продолжила.

-Но, как вы знаете, плод очень... слаб, и ваша матка, которая была здорова стала еще хуже. Вероятно, это связано с феромоновым шоком, так что вам нужно быть осторожным.

Это звучало как удар молнии. Он знал это, он слышал это в больнице, но никак не мог привыкнуть. Ын Су провел тыльной стороной ладони по глазам.

Осторожность. Как быть осторожным?

Другой врач сказал: «Вы должны хорошо заботиться о себе». Но Ын Су и так заботился о себе как мог. С тех пор как закончился токсикоз, он много ел и, хотя плохо спал, старался ложиться пораньше. Он принимал все свои витамины.

Что еще он мог сделать? Он делал все, что было в его силах.

Голова пульсировала. Ын Су протяжно вздохнул, пока врач вытирала полотенцем гель для ультразвука на его животе.

-Вы должны держать свои эмоции под контролем, потому что с этого момента плод будет чувствовать все ваши эмоции. Грусть, счастье, все.

-Мои чувства, мои эмоции...?

Ын Су напрягся, его губы сомкнулись в одну линию. Чувствовать эмоции, он никогда не думал об этом.

Я не должен. Я не должен чувствовать что-то плохое.

Подумать только, что Бом-и тоже чувствовала отчаяние, которое он испытал, когда вчера сбежал из дома До Квона. Она тоже почувствовала грусть, когда он сидел на крыльце и плакал. Она тоже чувствовала одиночество и пустоту своего существования. снова - он не мог не чувствовать себя настолько виноватым.

Его ребра сжались внутри, а легкие разрушились. Сердце сплющилось, а все чувства спутались. Но ему не было больно. Он был больше напуган.

Что сейчас чувствует Бом-и? О чем я думал, испытывая эти эмоции? Наверное, я был настолько занят всем этим хаосом, поэтому я не чувствовал движения плода.

Зрачки Ын Су сузились до точек. По спине пробежал холодок, плечи затряслись.

Врач подвела итоги теста и добавила.

-Так что вас не стоит слишком грустить или впадать в депрессию.

-...

-Это довольно легко сказать, но так будет лучше для ребенка, и это то, что я должна сказать, как врач.

-...

-Хорошо высыпайтесь, не пропускайте приемы пищи, и принимайте подавляющие препараты... Если это необходимо, но не принимайте сразу много.

Эту фразу он слышал бесчисленное количество раз. Он мог бы прочесть ее наизусть, но Ын Су даже не кивнул головой в знак согласия. Он просто смотрел на свой живот расфокусированными глазами.

"Я хочу просто умереть" - как-то раз сказал его коллега. "Когда-нибудь я точно помру". Раньше он хихикал, когда слышал этот причудливый голос.

Теперь об этом подумал Ын Су.

Она хотел умереть.

* * *

-Хнык... Хы....

Ын Су снова приснилось, как его родители сгорают заживо. Он не знал, сколько дней подряд ему снился этот сон, поэтому он не мог спокойно спать. Когда он проснулся, крики родителей еще долго не умолкали, и ему пришлось сжимать в объятиях подушку.

Он должен спать, он не должен быть в депрессии.

Это стало навязчивой идеей. Он боялся, что если Бом-и будет страдать так же, как он, то он не смог бы вынести это чувство вины за свою безответственность.

Ын Су по десятку минут сворачивался калачиком и терпел кошмары, чувство вины и боль от феромонного шока.

Но минуты шли, а боль не уменьшалась, и, наконец, она сломалмя и заплакал.

-Хмпф...

Он хочет все сделать хорошо, он хочет хорошо воспитать Бом-и, но почему это чертово тело, весь мир и До Квон не могут ему помочь?

Он скучал по нему, и сожаление о том, что прежний он, тот, что был до потери памяти, не оставил бы его вот так, одного, не дает покоя Ын Су.

Он бы обнимал его всю ночь, укладывал спать, а если бы ему приснился кошмар, проклял бы его сны, даже если бы они ему не приснились. Он бы обнимал и прижимал его к себе, пока феромонный шок не прошел бы, и он бы быстро поправилась.

Если бы только водитель грузовика не был пьян. Если бы грузовик не был единственным транспортным средством, которым он управлял. Если бы он не раздавил их машину.

Это была нескончаемая обида. С момента аварии он испытывал и проклинал его сотни, а то то и тысячи раз.

Ын Су громко плакал. Он не всегда был плаксивым, но после беременности плакал чаще, чем за последние годы.

Раньше плач помогал ему чувствовать себя лучше. Но теперь уже нет. Слезы, казалось, скапливались в глазах, отчего становилось трудно дышать, холодно и потно.

Он не знал, что это, из-за феромонного шока или беременности.

Тяжело дыша, Ын Су наконец встал с кровати и отправился на кухню за ингибиторами.

Он опустился на стул за кухонным столом и влил ингибитор в горло без воды. Резкий горький вкус был довольно сильным, но он уже привык ко всему этому, поэтому смог проглотить его, ни разу не нахмурившись.

Ын Су оперся щекой на стол и стал ждать, пока подействует лекарство. Он почесывал ногтями запястья - эта привычка появилась у него за последние несколько дней.

После еще одной долгой и бесполезной ночи он вошел в спальню.

Но Ын Су не мог лечь в постель.

Кровать была похожа на болото. Она была похожа на выгребную яму с неприятным запахом. Если он ложился, ему казалось, что он уже никогда не встанет.

Плечи Ын Су сгорбились. Лучше встретить утро с открытыми глазами, чем спать.

Ын Су прислонился спиной к стене и тихо вздохнул.

Она скучал по родителям, но не хотел вновь переживать тот ужасный кошмар. Затуманенными глазами Ын Су смотрел на прикроватную тумбочку. Там стояла семейная фотография размером с его ладонь. Ын Су опустился на колени и включил свет.

Темнота на фотографии рассеялась, и лица улыбнулись ему. Как будто они были рады его видеть.

-...

Ын Су слабо улыбнулся, держа в руках фоторамку. Он смотрел на нее каждый день, но стоило ему начать рассматривать ее, как приходилось сидеть часами.

-Мама... Папа...

Ын Су сильно потер большим палецем о рамку, оставив размазанный отпечаток. Он быстро вытер его рукавом.

Жаль, что их нет в живых. Они бы поздравили его с беременностью и заботились о нем больше, чем Мён Хи или Ки Хо, а может, даже больше, чем До Квон.

Ему не пришлось бы ехать в больницу одному, ему не снились бы кошмары по ночам, ему не пришлось бы глотать боль и страх в одиночестве.

И... если бы их отношения с До Квоном закончились, это расставание не было бы таким болезненным и печальным. Потому что у его есть мама и папа, и он мог бы родить Бом-и в одиночку и растить его так, как он захочет.

Вот что значит иметь семью, не быть одиноким. Вот что значит иметь семью, чтобы выжить, даже если потеряешь одного или двух человек.

Его родители были добрыми, любящими и никогда не стеснялись выражать это, поэтому Ын Су никогда не знал таких слов, как голод, бедность, одиночество или недостаток. Он также жил бы жизнью, которая была полностью отрешена от дискриминации, с которой сталкиваются омеги.

Он с самого раннего детства знал, что родился в хорошей семье, гармоничной и даже благополучной, поэтому она была ему дороже, и они любили бы его больше. Он думал, что это счастье, которое подарили ему небеса.

А позже, когда Бог забрал у него родителей, было так тяжело, что его тошнило от одной мысли об этом.

Он жил не для того, чтобы умереть. Он буквально пытался умереть много раз, и и не знал, был ли он слаб или просто инстинктивно избегал смерти, но он продолжал возвращаться к жизни.

Он продолжал жить. Он понял, что время лечит, взял себя в руки, устроился на работу и жил вполне полноценной жизнью. Потом он встретил До Квона.

С этого момента жизнь Ын Су снова превратилась в цветочный сад. Когда на его стороне кто-то есть, он чувствовал себя уверенно и не мог выразить это словами.

Ын Су очень нравился До Квон.

Не из-за его внешности или богатства, а потому что он был живым человеком, человеком с теплым сердцем. Он нравился ему, потому что любил Ын Су.

Но теперь До Квон ушел, и поэтому он разваливается на части. То, что он чувствовал сейчас, было очень похоже на то, что он чувствовала, когда умерли его родители.

Слезы беззвучно стекали по щекам, Ын Су отложил фоторамку и потянулся за мобильным телефоном.

Ему хотелось позвонить кому-нибудь, кому угодно, и закричать о помощи.

Первым номером был, конечно же, номер До Квона, но он не мог заставить себя нажать на кнопку вызова. Он знал, что он не возьмет трубку, если он это сделает. Он подумал, что сойдёт с ума, если услышит привычные гудки и отбой сигнала. Это точно его доведет до отчаяния.

Ын Су сильно грыз ноготь большого пальца.

-Угх...

"Я хочу услышать голос До Квона. Я хочу сообщить тебе, что мне так больно и тяжело из-за тебя. Я хочу, чтобы ты знал. Поэтому я надеюсь, что ты пожалеешь меня. Я хочу, чтобы ты пожалел меня, посочувствовал мне, проявил интерес и побеспокоился обо мне, а потом вернулся ко мне".

Ын Су схватил телефон так, словно собирался его раздавить. Его тонкие пальцы побелели.

Но Ын Су так и не смог нажать на кнопку вызова. Как раз в тот момент, когда он собирался это сделать,

"Ты просто еще один типичный омега".

"Ты такой же, как те омеги" , - пронзил его сознание голос До Квона. Ын Су разрыдался.

-Бом-и, прости меня. Прости папу. Прости, что я плачу. Прости, что я грущу.

-Прости меня, Бом-и, мне так жаль.

Ын Су бормотал это снова и снова. Он чувствовал себя жалким из-за того, что не мог остановить слезы, но ничего не мог с этим поделать.

Мои ночи неспокойны.

Я боюсь, что и дальше будет больно.

* * *

Сегодня вечером Ын Су решил встретиться с Сон Хоном. На самом деле он планировал сразу после работы отправиться домой. Ему не хотелось ни с кем встречаться, не было сил ни с кем разговаривать, никому улыбаться.

Он уже собирался отказаться, но Сон Хон сообщил, что нашел местонахождение человека, с которым Ын Су столкнулся в отеле, и он написала ему ответное сообщение, согласившись на предложение.

Он не знал, что будет делать, если найдет его, но он хотел знать его лицо и имя.

В последнее время Ын Су многого боится. Он боится гудящих машин, боится молодых людей в метро, боится улиц, боится болезни Бом-и, боится своих кошмаров, боится, что феромонный шок не пройдет, и боится, что До Квон никогда не вернется.

Ему хотелось избавиться от всех этих страхов, чтобы стало немного легче дышать. И сегодня он надеялся, что Сонхон облегчит этот груз.

И вот наконец-то. Пришло время окончания работы.

Ын Су позволил своей команде уйти первыми и остался сам на подольше. Сон Хон перенес встречу на полчаса, потому что он задерживается.

Ын Су не спеша привел себя в порядок. Он вымыл и высушил тумблер, переставил мышь и клавиатуру, выбросил в корзину шоколадки и печенье, о которых забыл в течение дня. Только после этого он встал перед лифтом.

Нажав на кнопку, Ын Су раскрыл свой мобильный телефон и отправил сообщение Сон Хону.

[Я уже ухожу. Буду ждать вас в холле].

Он нажал кнопку «Отправить» и уставился на уменьшающиеся номера лифтов, когда его телефон снова завибрировал. Это был ответ от Сон Хона. Ын Су ожидал услышать в ответ что-то вроде: «Да, хорошо» или «Скоро увидимся». Но нет,

[Нет, Ын Су, я скоро подойду, дай мне всего пять минут].

На иностранном языке. Ын Су покачал головой. Опечатка в сообщении была нехарактерна для него, ведь он всегда отправлял сообщения с идеальной орфографией и интервалами. Должно быть, случилось что-то срочное.

Как раз в тот момент, когда он собирался ответить «хорошо», лифт распахнулся. Ын Су посмотрел вперед и затаил дыхание. В лифте находился Сон Хон.

-...

-...

-...

Вместе с До Квоном.

Ын Су не успел сообразить, как его глаза встретились с глазами До Квона.

Одетый в официальный костюм, он держал одну руку в кармане под углом. В его холодных черных глазах отражалось немного негодования и много недовольства, а рот был сжатым.

Его феромоны вырвались наружу, словно желая атаковать Ын Су. Вероятно, это произошло само собой, но Ын Су воспринял это как угрозу и невольно сделал шаг назад.

Пространство и время между ними столкнулись с силой. Ын Су почувствовал, что его тело словно горит от взгляда До Квона.

-Ын Су?

Глаза Сон Хона сузились, словно он проиграл. Он предупредил Ын Су за пять минут, надеясь, что все будет именно так, но было уже поздно.

-Управляющий... директор.

Ын Су уставился на Сон Хона расфокусированным взглядом, а губы До Квона искривились в усмешке. Он смотрел то на Ын Су, то на Сон Хона.

-Похоже, у вас двоих назначена встреча.

-А? Ха-ха. Меня сегодня ужинаем.

Сон Хон сщурил глаза и рассмеялся. Затем он снова посмотрел на Ын Су. "Ужин?" - пробормотал До Квон низким голосом. Он словно проверял, действительно ли так было.

Ын Су сжимал и разжимал кулаки. Он не сделал ничего плохого и не знал, почему его так трясет. Они с Сон Хоном были друзьями, и он это знал. Что плохого в том, чтобы поужинать с другом?

Тяжело сглотнув, Ын Су сделал шаг назад.

-Я поеду на следующем лифте, поэтому спускайтесь первым, управляющий директор.

Сон Хон сказал: «Тогда до встречи!» Он слегка поднял и опустил руку. Затем он решительно нажал на кнопку закрытия. Двери лифта начали закрываться.

Ын Су с недоверием смотрела вниз. Но он чувствовал на себе пристальный взгляд До Квона.

Его сердце забилось слишком быстро. Но его лицо было белым, как у трупа, из которого вытекла вся кровь. У него задрожали колени.

Как только дверь захлопнулась, Ын Су побежал к запасному выходу.

-Хы....

Ын Су беспощно развалился на ступеньках и тихо застонал. Он закрыл глаза и пытался привести в порядок свое дрожащее тело. Он царапал запястья в рукавах рубашки, бил и растирал свою вздымающуюся грудь.

Но депрессия, окутавшая его, словно густая слизь, не проходила. Напротив, она охватывала его все сильнее и сильнее. Наконец дыхание перехватило в горле.

Взгляд До Квона, его выражение лица не покидали его. Даже когда он смотрел на пыльный угол, даже когда смотрел на диагональную лестницу наверх, даже когда смотрел на железные перила, искаженные глаза До Квона не покидали его сознание.

Ын Су прикусил нижнюю губу, пытаясь отогнать волны эмоций от своего тела, когда услышал вибрацию своего телефона. Яркий свет исходил от мобильного телефона, который он выбросил на пол.

Это был Сон Хон. Ын Су быстро взял трубку и, сделав несколько коротких вдохов, приготовился к разговору.

-Здравствуй, Ын Су. Спускайся.

-О, простите, управляющий директор. Не думаю, что смогу прийти сегодня.

-...

-Мне вдруг стало нехорошо, так что, если вы не возражаете, мы можем увидеться завтра?

Его голос дрожал, но все же это было неплохое выступление. Так думала Ын Су. Но внимательному Сон Хону это не понравилось.

-Ын Су, где ты?

-Дом... Я иду домой.

-Я слышу эхо. Это запасной выход.

Подожди, я сейчас приду. Не успел он отказаться, как Сон Хон повесил трубку. Ын Су безучастно смотрел на экран. Ему было неловко, что его ложь так быстро раскрылась, но в то же время он почувствовал облегчение.

A...... облегчение, как будто ему не придется провести следующие несколько часов, греясь в одиночестве в болотной депрессии.

Сон Хон был верен своему слову, что скоро придет. Менее чем через три минуты дверь запасного выхода со скрипом открылась, и он шагнул внутрь. Ын Су смотрел на него расширенными глазами.

-Управляющий директор.

-Ын Су.

Сон Хон тяжело вздохнул, когда Ын Су сел, он выглядел еще более худым, чем раньше. Ему было неприятно видеть, как Ын Су прячется в тени, задаваясь вопросом, что с ним случилось, ведь он видел его всего лишь мгновение.

Тем не менее Сон Хон, не говоря ни слова, смело сел рядом с Ын Су и, сняв пиджак, накинул на его на плечи.

-Не могу позволить тебе беременному сидеть на холоде в таком виде.

-Ох... Понимаю. Мне жаль.

Ын Су произнес это тихим голосом. Он не мог понять, за кого или за что извиняется. Сон Хон вздохнул и потянул галстук.

-Это из-за Со До Квона?

-...Я бы не был таким эмоциональным, если бы не господин До Квон.

Ын Су болезненно улыбнулся. С тех пор как он встретил До Квона, в его жизни не было ничего, кроме него, и плодом этих отношений стала Бом-и.

Но теперь, когда До Квона нет, он словно потерялся в этом мире. Он думал об этом уже несколько дней, но так и не пришел к выводу. Возможно, он не придет к этому выводу еще долгие годы. Не то чтобы он не мог, просто не хотел.

Но сегодня Ын Су очень четко и остро ощутил реальность. Очень остро.

В тот момент, когда двери лифта открылись и он столкнулся лицом к лицу с До Кваном, он понял, что его отношения с ним уже закончились. Он видел это по выражению лица До Квана, по отсутствию эмоций на его лице, по скучающему взгляду в его глазах.

Он был единственным, кто не думал, что все кончено, и единственная причина, по которой он продержался так долго, заключалась в том, что он держался за жизнь, и они стали тем, что во многих песнях называется «меньше, чем».

Почему я все это время плакал? Почему я не мог отказаться от надежды, что ты вернешься? Я был глупым и чувствовал себя грязным. Но причина, по которой мне все еще было грустно и печально, заключалась в том, что я знал, что не могу отказаться от этих отношений.

Собравшись с мыслями, Ын Су извинился перед Сон Хоном.

-Простите, директор, я повел себя бестактно.

-Все в порядке, мы договорились в последнюю минуту.

-... Вы всегда так добры.

Ын Су смущенно улыбнулся. Сон Хон улыбнулся вместе с ним. Успокоившись, Ын Су медленно открыл рот.

-Итак, вы знаете что-нибудь о том человеке из отеля?

-О, да.

Сон Хон приподнял бровь, как будто только что вспомнил, затем прочистил горло и слегка повернулся лицом к Ын Су.

-Он в тюрьме.

-Он...?

У Ын Су расширились глаза и рот. Ч-что, где? В тюрьме? Это было совершенно неожиданно. Ын Су прикрыл рот рукой. Он уставился на Сон Хона. Правда? Как будто она задавал ему вопрос. Сон Хон кивнул и продолжил.

-Он был официантом в ресторане, где мы обедали в тот день. Он носил с собой таблетки и подмешивал их в воду клиентам - омегам.

-О...

-Да. Его обвинили по восьми пунктам в сексуальном нападении, и доказательства были неопровержимыми, так что его легко посадили за решетку. Вот почему было трудно найти его.

-Ах...

Ын Су тихонько вздохнул. Это было хорошо. Потому что это означало, что он больше не увидит его нигде, и он не будет среди тех мужчин, которых он встретит на улице.

Но он не знал, почему чувствовал себя подавленным. Это было похоже на то, как если бы он была окружен сырой цементной стеной после дождя.

Ын Су с ошеломленным видом разглядывал запястья. Сон Хон, наблюдавший за Ын Су со стороны, осторожно произнес.

-Если Ын Су хочет, мы можем рассказать о случившемся и строго наказать его, но тебе придется не сладко, если ты станешь свидетелем...

-Нет, нет, все в порядке, он уже в тюрьме, да и по восьми пунктам, этого вполне достаточно.

Ын Су быстро покачал головой. Он не хотел встречаться с этим человеком, не потому что хотел узнать его местонахождение, а потому что не хотел снова с ним столкнуться. Стараться максимально избежать этой ситуации. Тюрьма была неожиданным, но неплохим выходом.

-....

-...

На мгновение воцарилась тишина. Сон Хон ждал, пока Ын Су соберется с мыслями и чувствами. После долгого молчания Ын Су нарушил тишину, произнеся эти...... слова.

-Мужчина

-Да.

-Почему бы вам не рассказать об этом человеке господину До Квону?

Глава 35

-..Что?

Сон Хон повторил, как будто ослышался, на его лице проступили слабые следы раздражения и отвращения, но Ын Су не заметил этого.

-Если вы расскажете ему, за что его посадили в тюрьму, то он поймёт, что он подошел ко мне с намерением сделать со мной что-то ужасное... Разве это не прояснит возникшее недоразумение?

-Ха... Ын Су.

-Прошу вас, я действительно ошибся, принимая того человека за господина До Квона.

-Ын Су ты ничего плохого не сделал. Это несчастный случай, как и автокатастрофа.

Сон Хон сказал это Ын Су с суровым выражением лица. Его слова должны были утешить Ын Су, но по его серьезному тону казалось, что он обвиняет его.

Ын Су потер лицо обеими руками. Грубая кожа на ладонях не была похожа на его собственную.

Уткнувшись лицом в ладони, Ын Су пробормотала, его голос был полностью заглушен.

-Я знаю, что это глупо... Но как мне еще поступить? Чтобы он поверил мне.

Ничего не понимающий Сон Хон сжал руки в кулаки. ему хотелось схватить Ын Су за руку и потрясти его, чтобы он взял себя в руки.

-Ын Су, ты... Почему ты должен оправдываться перед ним? Господин До Квон уже выбросил тебя и не собирается прощать. Зачем тебе такие глупости?

-Да, я глупый, но я не могу сдаться!

Крикнул Ын Су, его пронзительный голос эхом разнесся по пустому аварийному коридору. Когда он осознал, что натворил, его глаза налились слезами. Сон Хон был единственным, кто помогал ему сейчас.

-Мне... жаль, управляющий директор...

-...

-Мне очень жаль.

Ын Су нащупал тыльную сторону руки Сон Хона. Он боялся, что он отвернется от него и уйдет. Он не хотел оставаться один.

Сон Хон на мгновение уставился на Ын Су, а затем слабо улыбнулся, как бы говоря, что все в порядке. Ын Су вздохнул с облегчением. Затем он воскликнул.

-В моей жизни есть только До Квон и Бом-и.

-...

-Вы можете думать, что раз До Квон ушел, Бом-и все равно осталась, но... Бом-и продолжается болеть, потому что я страдаю из-за того, что он ушел, поэтому Бом-и тоже больно.

Ын Су погладил себя по животу. Он не мог не пожалеть Бом-и, которая так долго не могла пошевелиться в его животе. Ему было жаль ее, он знал, что время от времени ему придется болеть, и его слезы заставят ее пожалеть своего отца.

Увидев заплаканное лицо Ын Су, Сон Хон провел ладонью по челке и со вздохом произнес.

-Прости меня, Ын Су.

-Что?

-Я не знал, что ты беременный, иначе не стал бы этого делать.

-А?

Ын Су склонил голову набок. Она не мог понять слова Сон Хона. Вы сожалете, но почему? За что вы просите прощения, говоря, что не знали о беременности. Ын Су уставился на Сон Хона.

Тогда Сон Хон неожиданно громко прочистил горло.

-... В прошлом. Когда мы встретились спустя долгое время. Я тогда не знал, и был бы с тобой поласковее.

-... Ах, господин До Квон и председатель сказали, что было бы хорошо скрыть это на какое-то время, поэтому так и получилось...

-Ты ходишь к гинекологу?

-Да. Я хожу постоянно, потому что из-за феромонного шока мне нужно продолжать принимать ингибиторы и я должен посещать гинеколога, чтобы их получить.

-Если ты не против, можно я пойду с тобой в следующий раз? - заикнулся Сон Хон. Его взгляд где-то блуждал, не в силах сфокусироваться на Ынсу.

-...?

Веки Ын Су дрогнули. Первой мыслью было: "Зачем?" "Зачем тащиться со мной в больницу?» Но, конечно же, он не сказал этого вслух, а просто уставился на него с сомнительным выражением лица.

Сон Хон почесал шею под ухом и ухмыльнулся.

-Нет, я просто подумал и... Наверное, грустно ходить одному к гинекологу, так что... я подумал сходить с тобой, если ты не против?

Он выглядел как застенчивый мальчик. Он не ожидал, что произведет такое впечатление на мужчину, который старше него, но сейчас он действительно был похож на мальчика.

-Спасибо, директор.

Ын Су приподнял уголок рта. Его глаза расширились, а на лице появилась ослепительная улыбка. Это была первая улыбка, которую Сон Хон увидел на его лице за долгое время. Красивая улыбка, сверкающая в темноте.

Сон Хон завороженно смотрел на него, а потом, опоздав на несколько тактов, сказал: "Тогда пойдем со мной в гинекологическое отделение..." Он уже собирался сказать это, но Ын Су опередил его.

-Но я не думаю, что смогу принять еще больше помощи. Самое смешное, что управляющий директор вместе со мной сидит на лестнице аварийного выхода. Это бесстыдно с моей стороны просить вас о большем.

-Все в порядке. Пока я с тобой для меня все вокруг ново и интересно.

-Должно быть, для вас это в новинку, вы работаете в компании уже больше 10 лет, а сидите здесь впервые.

-Да, это мой первый раз, и моя поясница уже затека.

Сон Хон пошевелил бедрами из стороны в сторону. Ын Су хихикнул, глядя на его неловкость, а затем быстро скривила губы в улыбку.

Сон Хон уставился на Ын Су широко раскрытыми глазами. Затем они одновременно разразились хохотом. Их смех отскочил от стены пожарной лестницы и превратился в четыре звука. На мгновение темный аварийный выход наполнилась светом.

Ын Су, который уже давно не смеялся, вытер слезы, выступившие в уголках глаз, тыльной стороной ладони.

-Как вы поживали, генеральный директор?

-Что?

-Вы сказали, что влюбились в кого-то.

-Ох...

Сон Хон посмотрел вниз по лестнице, его глаза сузились. Он задумался на мгновение, а затем ухмыльнулся Ын Су.

-Ну, думаю все не так плохо, я много работал, чтобы покончить с тем альфой, с которым он встречался.

-О, боже, правда? Ну, вы красивый и у вас хороший характер.

Глаза Ын Су загорелись интересом. Всегда интересно узнать о личной жизни других людей. Ын Су снова открыл рот.

-Тогда вы сказали, что это кто-то, кого я знаю...

-Хочешь пойти поужинать?

Сон Хон быстро прервал разговор. Ын Су удивленно поднял брови. Но вскоре он кивнул.

-Ух... да, пойдёмте. Простите за сегодняшний, я вам много задолжал, так что угощу вас ужином.

-Хорошо. Я буду есть много, так что будь готов.

Сон Хон сжал кулаки. Ын Су захихикал, а Сон Хон рассмеялся. Они одновременно поднялись на ноги. Сон Хон открыл дверь аварийного выхода и бросил взгляд на Ын Су. Он жестом велел ему идти первым.

Ын Су вышел из аварийного выхода. Он чувствовал себя гораздо лучше, чем когда вошел.

* * *

Ын Су поужинал и сразу же отправился домой. Сон Хон хотел спросить: «Хочешь, я провожу тебя до дома?», но решил, что это было бы слишком нагло. Он просто пожелал ему всего хорошего, попросил написать ему, когда он вернется домой, и некоторое время смотрел, как он исчезает в метро.

После этого он вернулся на работу. Ночью у него было больше работы, чем днем, потому что он отвечал за зарубежные операции.

Сон Хон уже собирался войти в кабинет, как к нему подбежала его секретарша и сказала.

-Господин Сон Хон. Директор Со ждет вас внутри.

-Со До Квон?

Глаза Сон Хона расширились, но быстро вернулись в нормальное состояние. Двери лифта закрылись, и ему показалось странным, что он смотрит прямо перед собой. В конце концов, он проделал такой долгий путь.

Прочистив свое горло, Сон Хон вдруг стянул с себя галстук и протянул его секретарю. Секретарь аккуратно сложил его и забрал. После этого он расстегнул все пуговицы на рубашке. Это было сделано для того, чтобы показать, насколько расслабленным он был с Ын Су.

Облизав нижнюю губу, Сон Хон ворвался в кабинет. Как только дверь открылась, он повернулся и улыбнулся.

-Директор Со, что случилось?

-...

До Квон сидел, скрестив ноги, на диване под углом. Но так получилось, что он сидел на диване во главе стола. Рот Сон Хона дернулся, но он ничего не сказал. Вместо дивана он сел на свой рабочий стул, а затем щелкнул мышкой, открыв выключенный монитор.

-Хён, - негромко позвал До Квон.

Диван и стол стояли не друг напротив друга, а в одном направлении. Поэтому Сон Хон мог видеть только затылок До Квона, а не его лицо, а До Квон - большую картину на стене. Флуоресцентная картина с ночным видом Сеула мешала ему видеть.

-Да, - Сон Хон ответил монотонно.

-Тебе нравится Ю Ын Су? - спросил До Квон характерным басовым голосом.

-...

На этот раз Сон Хон ничего не ответил. Он был ошеломлен слишком прямым вопросом. Он был настолько взволнован, что с грохотом уронил на пол беспроводную мышь, которую держал в руках.

-... Что?

-Я просто спрашиваю на всякий случай, потому что мне так кажется. Или нет.

Голос До Квона был глубоким. Даже разговор о работе не был бы таким неинтересным. Гораздо живее было бы спросить, что сегодня на ужин.

Сонхон уставился на затылок До Квона, поднял оброненную мышь и ответил таким же скучным тоном.

-Да. Мне нравится Ын Су.

-...

На этот раз До Квон промолчал. Разговор шел как-то странно. Они просто обменивались словами, но чувствовалось, что они обмениваются ударами на ринге.

Сонхон начал наносить удар за ударом, прежде чем До Квон смог заговорить снова.

-Уде довольно давно, около четырех лет.

-...

-Так получилось, что связался с Ын Су и у вас начались отношения, но на самом деле я начал все гораздо раньше, чем ты.

-...

-Думаю, что мы нравимся друг другу.

Сон Хон слегка приподнял подбородок и опустил взгляд на До Квона. Это был все тот же триумфализм. Но он хотел победить До Квона, даже в таком незначительном вопросе.

Как сын председателя, он имел все шансы стать преемником, чем Сон Хон. Как альфа, доминантный альфа, он был лучше во всем, чем он, ничтожный бета.

Чтобы догнать его, ему пришлось учиться во много раз больше, бегать больше, делать во много раз больше хороших и во много раз больше плохих вещей, так что он едва мог дышать в таком же положении.

-Если бы я был альфой, я бы все начал еще до того, как ты познакомился с Ын Су.

-...?

-Увы, это сложно назвать просто работой. Поскольку в последнее время я делал так много разных дел, это запомнилось мне, если бы я был альфой, я бы обязательно женился на Ын Су и завел бы с ним ребенка. Если бы он был похож на Ын Су, то это будет очень красиво, будь то мальчик или девочка.

-Брак и дети? Ты и Ын Су?

До Квон повторил слова Сон Хона. Ын Су, стоящий рядом с Сон Хоном, это была слишком чужой и неприятной картиной. Руки До Квона вцепились в подлокотники дивана. На тыльной стороне его руки выделялись голубые вены.

Глядя на тыльную сторону ладони, Сон Хон слегка улыбнулся. Это была улыбка победы. От ощущения, что он растоптал До Квона и одержал верх, по спине побежали мурашки.

-По крайне мере, это возможно осуществить.

-...Что?

-Ты и Ын Су, между вами все кончено.

-...

-Вообще-то, когда ты сказал мне, что вы с Ын Су будете вместе, я очень удивился.

-Удивился?

-Конечно. Ты ненавидел омег, а потом вдруг вы с Ын Су стали любовниками... Как я мог не удивиться? Я думал, может, ты ненавидишь меня, когда узнал, что мне нравится Ын Су, поэтому добрался до него.

-Ха...

-Но я говорил тебе, что ты можешь отказаться от Ын Су, если захочешь.

-Отказаться от него?

-Да. Ты доминантный альфа, умный, к тому же ты наследний Сонджина. Он не подходит тебе.

Это был ряд утверждений, которые одновременно были и искренними и неискренними. До Квон был лучше Сон Хона во всех отношениях, но Сон Хон ненавидел признавать это. Он не хотел поздравлять Ын Су с тем, что он полюбил До Квона, что он стал его возлюбленным. Если он проклинал, то будет проклинать его до конца.

Было время, когда он бросился в США, потому что думал, что лучше прикусить язык и умереть, чем увидеть, как это произойдет.

Но, но...

-Но все теперь закончилось. Немного странно это говорить, но, похоже, у меня снова появился шанс, так что я собираюсь наверстать упущенное.

Сон Хон ухмыльнулся.

Теперь у него есть преимущество. Если До Квон и дальше будет вести себя, как мусор, то с Ын Су все будет кончено и он останется совсем один, а Сон Хон станет его единственной опорой.

-...

До Квон ничего не ответил, лишь пристально смотрел прямо перед собой, и от его вида Сон Хон почувствовал себя победителем.

-Ты проделал весь этот путь только для того, чтобы спросить меня об этом?

-А разве не должен?

-Нет. Это неважно, ты же не будешь раздражаться, что я подобрал то, что ты выбросил?

Как по-детски, но мы уже не дети. Сонхон рассмеялся этой мысли. Встречаться с кем-то, с кем встречался кузен, было не принято, но и не неправильно.

Их отношения с Ын Су остались в прошлом: они не поженились, не афишировали это и, к счастью, сохранили его беременность в тайне.

Ухмылка Сон Хона стала еще глубже, а До Квон склонил голову набок, и его плоский лоб и высокая переносица стали видны.

-То, что в животе у Ю Ын Су - мое, тебя это не смущает?

-Ааа... Бом-и? - кротко спросил Сон Хон.

-....

Брови До Квона сошлись в напряженной дуге. Бом-и, от этого дружелюбного тона ему стало не по себе. Он хотел сказать, чтобы он не называл ее так, потому что это он придумал имя, но остановился.

-Я думал, ты попросил его сделать аборт.

-...

-Тогда получается, что она больше не твоя, верно?

Сон Хон спросил с недоверием в голосе, с таким выражением лица, будто не мог поверить, что речь идет о ребенке.

-Даже если я и сказал так, она все равно моя, так что...

-Ты ее выбросил, так что ее я тоже подберу.

До Квон на мгновение перестал дышать. "Ты выбросил ее, так что я подберу ее". Услышав это дважды подряд, он почувствовал себя плохо. Это правда, что он выбросил их, поэтому ни на что не имел право.

Глаза До Квона стали холодными, от него исходил тяжелый феромон, но Сон Хон не прекращал свой оживленный монолог.

-Так что можешь не беспокоиться. Бом-и никогда не узнает, что ты ее биологический отец.

-...Ю Ын Су согласился на это?

-Да, - без колебаний подтвердил Сон Хон. Ю Ын Су не был согласна, так как у них не было разговоров на эту тему. Он даже не знал, что у Сон Хона на уме.

Это была ложь от начала и до конца.

До Квон сначала отвернулся от Ын Су, потом Ын Су заболел, и вот эта ситуация. Все это было спектаклем, режиссером которого был Сон Хон. До Квон был лишь персонажем второго плана, злодеем, которого можно было выбросить, а главными героями были Сон Хон и Ын Су.

-...

До Квон стиснул зубы. Вены на его виске вздулась, а затем исчезла.

-Ты хоть знаешь, почему я отказался от него?

-Конечно, Ын Су, ничего от меня не скрывает.

Уголок рта До Квона дернулся при этих словах. Иными словами, Сон Хон знал, что Ын Су переспал с другим альфой, и пытался скрыть это от него.

До Квон глубоко вздохнул. Феромоны продолжали исходить от него. Такими темпами он задушит Сон Хона до смерти.

И все же он не мог сдержать гнев. Очевидно, что говорил Сон Хон много болтает, но он чувствовал себя преданным Ын Су.

Должно быть, они обречены. Если он так отчаянно и болезненно плачет на его глазах, значит, он влюблен в Сон Хона.

До Квон почувствовал, как по телу разливаются феромоны. Если он не хотел, чтобы Сон Хон упал в обморок, то должен был встать. Нет, на самом деле он пытался уйти, потому что знал, что скажет какую-нибудь глупость.

Например, что он еще не полностью отказался от Ын Су или что Бом-и все еще его ребенок.

Эти слова не давали ему покоя.

До Квон поспешно встал, а Сон Хон лениво улыбнулся ему.

-Ты уже уходишь? Давай выпьем чаю.

-Нет, мне нужно работать.

-Тогда ладно.

Сон Хон никогда не общался 1 на 1 с До Квоном, потому что чувствовал себя некомфортно с ним. До Квон направился к двери. Сон Хон проследил за ним взглядом. В тот момент, когда До Квон нажал на дверную ручку, Сон Хон издал слабый вздох облегчения, как будто долго ждал этого.

И тут До Квон, крепко упершись каблуком ботинка в землю, вихрем развернулся, и его длинные ноги понеслись к нему. Сон Хон напрягся.

-Эй!

До Квон положил руки на стол и наклонился вперед, навалившись на стол всем весом. Его тень заслонила лицо Сон Хона.

-А?

-Не думай, что я не знаю о той странной херне, которую ты вытворял.

-Что?

Рот Сон Хона открылся в ошеломлении. Странная херня. Это было даже не очень длинное предложение, но столько всего пронеслось у него в голове.

До Квон лукаво улыбнулся, глядя на потемневшее лицо Сон Хона.

-Что это вообще за хрень? Лаборатория для альф и омег, что ты там вообще забыл? И кажется, что ты у нас тусуешься с плохими ребятами.

-До Квон-а.

-Меня не волнует, как ты воруешь деньги компании или как ты проебываешь контракты, но если председатель узнает... твоя жизнь станет труднее. Так что будь аккуратнее.

До Квон сказал то, что должен был сказать. Он выпрямил сгорбленную спину, а затем улыбнулся кривой, добродушной улыбкой.

-Я просто волнуюсь за тебя.

Сон Хон не заплакал, но и не рассмеялся.

Глава 36 - Мы зашли в тупик

Сегодня выходной день, и Ын Су, растянувшись на диване, смотрел телевизор, который обычно никогда не смотрел. Вчера он ходил к гинекологу, а так как это был выходной, то работы у него не было, и он скучал до умопомрачения.

Когда он только пришел в компанию, он тоже работал по выходным. Sungjin была не такой уж плохой компанией, чтобы заставлять его работать по выходным, но Ын Су был трудоголиком. На самом деле он не мог жить, не работая. Время, проведенное в одиночестве, было слишком тяжелым и одиноким.

Благодаря этому он очень быстро поднялся до должности руководителя группы. Конечно, Сон Хон очень помог ему.

А когда он полностью освоился в компании, то встретил До Квона и закрутил с ним романтические отношения.

С тех пор он даже не утруждал себя работой по выходным. Он был занят тем, что ел вкусную еду, ходил в художественные музеи, пил вино, ходил по магазинам и путешествовал с До Квоном.

Время тогда казалось таким легким и тоскливым. Была пятница, вечер, он закрывал глаза и открывал их, как вдруг на дворе было уже утро понедельника.

Но сейчас. Сейчас...... время не тяжелое и не легкое, оно просто голое. Оно было сухим, пересохшим, и его кожа словно трескалась на ощупь.

По телевизору шел скучный романтический фильм. Это была обычная история о том, как красивый мужчина и красивая женщина встречаются, влюбляются, расстаются, а потом снова встречаются, потому что их разлучили. Если в фильме не было знаменитых актеров, чьи лица были узнаваемыми, то никто бы не стал его смотреть.

Ын Су смотрел этот скучный фильм уже целый час. Вообще-то это только фильм начался всего час назад, но он смотрел этот канал уже пять часов подряд.

Он не мог дотянуться до пульта на столе, а если бы и дотянулся, то смотреть было бы нечего, и он просто тратил свое время за просмотром этого канала.

Потом он почувствовал, как его живот забурчал.

Ын Су несколько раз моргнул и сел.

Пора есть. Бом-и должна поесть. Если подумать, он ничего не ел с завтрака и обеда.

Ын Су порылся в холодильнике. Но есть было нечего. Он смутно помнил, что холодильник был пуст, когда он завтракал, но потом забыл об этом.

Ын Су издал тяжелый вздох. Ему не хочется идти в супермаркет...

Выйти на улицу теперь не составляло труда, ведь его больше не пугали молодые люди.

Но он еще не умел водить машину, и это было проблемой. Он не чувствовал себя уверенно, когда посреди лета ехал на автобусе в супермаркет, делал покупки, возвращался на автобусе с покупками, шел домой пешком и наводил порядок в холодильнике.

Но он не хотел есть еду из доставки. Он хотел съесть что-то очень-очень вкусное, и он знает, что сейчас еда из доставки очень вкусна. Однако его что-то останавливало.

Звучало не прагматично, но именно так он себя и чувствовал.

Ын Су немного постоял перед холодильником и вдруг вспомнил, что хочет съесть.

Стейк. Пасту. Ризотто, что-то в этом роде. Что-нибудь сытное, но простое.

На ум приходит один ресторан. Однажды До Квон водил его туда, и там было очень, очень, очень вкусно. Настолько вкусно, что ему пришлось добавить три слова к слову «очень», потому что одного было недостаточно.

Когда он вспомнил о вкусе тех блюд, у него изо рта потекли слюнки. Сколько времени нужно, чтобы добраться до туда? Сорок минут на метро, неплохо.

Ын Су сразу же отправился в гардеробную, снял домашнюю одежду и надел тонкую льняную рубашку и брюки в полоску. Взяв сумку и телефон, он уже собирался уходить, как вдруг вспомнил о Сон Хоне.

После смерти родителей он много раз ужинал в одиночестве, но в ресторан еще ни разу не ходил, опасаясь пристальных взглядов. К тому же, беременная омега, сидящая одна в ресторане, - это как-то...

Стоя в дверях, Ын Су набрал номер Сон Хона на своем мобильном телефоне. Его большой палец завис над кнопкой вызова.

Постучав по полу передней частью ступни, Ын Су решил не делать этого. Сон Хон занятой человек, и он не хотел звонить ему в выходные, чтобы не отвлекать от драгоценного времени, слушая его жалобы.

Запихнув телефон в карман брюк, Ын Су вышел из дома.

Бом-а, пойдем с папой поедим чего-нибудь вкусненького!

Он прокричал эту неловкую фразу про себя.

Поездка на метро прошла неплохо. Кондиционер работал на всю катушку, но эту проблему можно было легко решить, накинув на себя ветровку, которую он захватил на всякий случай. Любезный гражданин уступил ему свое место, так что он вполне с комфортом доехал.

Пока он ждал вагон поезда, он позвонил в ресторан, чтобы узнать, есть ли у них свободные столики, и ему ответили, что они полностью заняты, но будут рады посадить его, если он будет один, что заставило его почувствовать себя еще лучше.

Из окна вагона он мог видеть реку Хан, которая протекала над землей. Мягкий закат и зеленые летние деревья создавали спокойную и расслабляющую атмосферу.

Ын Су напевал себе под нос песенку и поглаживал живот. Мысль о том, что Бом-и чувствует себя так же хорошо, заставляла его еще больше радоваться.

Когда он приехал в ресторан, Ын Су уже наизусть знал меню. Тем не менее, он не стал отказываться от меню. Возможно, он захочет попробовать что-то еще.

Это был вечер выходного дня, поэтому большинство столиков были заняты. Однако столики стояли далеко друг от друга, а ближайший к Ын Су был пуст, поэтому он не чувствовал себя слишком неловко в одиночестве.

Вскоре принесли салат и напиток Ын Су. Он негромко поблагодарил и быстро взял вилку.

Еда была восхитительной. Это было именно то, что он ожидал, ни больше, ни меньше. Он умял ложкой ризотто и терпеливо ждал, когда принесут стейк, не забыв заказать еще один стакан сока.

И вот наконец-то. Толстый кусок мяса начал продвигаться к нему. Ын Су с трепетом смотрел на мясо в руках официанта.

Официант подходил все ближе и ближе, и уголки его рта вытянулись в глубокую дугу. И тут случилось это.

За спиной официанта возникла высокая фигура, и Ын Су увидел знакомое лицо.

Это был До Квон.

Ын Су чуть не выронил вилку из рук. Неужели это До Квон? Правда? Почему он здесь? Почему он пришел сюда? Как он узнал, что я здесь?

Глаза Ын Су метались из стороны в сторону.

-...

А До Квон, увидев Ын Су в таком состоянии, застыл как камень. Он был одет в белую рубашку и обычные брюки. Галстука не было, а волосы были опущены - именно то, что можно было ожидать от трудяги в выходной день.

Тот самый До Квон, с которым Ын Су был всегда, проводя совместные выходные. Как и сейчас, этот образ напомнил ему о минувших днях.

Ын Су уже собирался встать со стула, как вдруг услышал.

-Тарелка горячая. Будьте осторожны.

Официант поставил еду перед ним. Коротко рассказав о блюде, он улыбнулся и ушел.

Как только официант скрылся из виду, за его спиной появилась незнакомая женщина. У нее были короткие волосы, большие глаза, смуглая кожа, и, возможно, это был просто стереотип, но выглядела она так, будто только что вернулась из Калифорнии.

-Со До Квон, в чём дело, почему не садитесь? - коротко стриженная женщина спросила.

-О, простите, - До Квон пробормотал небольшое извинение и сел.

Их столик оказался рядом с столиком Ын Су. Примерно в пяти шагах от него, но все же рядом.

Официант, проводивший их до места, налил в бокалы воды и положил меню. Женщина была так голодна, что начала быстро листать меню. До Квон, сидевший напротив нее, к меню не притронулся. Наверное, потому, что ему не нужно было смотреть на меню. Он бывал здесь бесчисленное количество раз с Ын Су.

...Только он этого не помнит.

До Квон был завсегдатаем ресторана задолго до встречи с Ын Су, так что увидеть его там было неудивительно.

А вот то, что он был с кем-то еще, было удивительно.

Ын Су уставился на До Квона, не зная, как поступить.

Нет, приходить сюда с кем-то еще можно, но почему с женщиной? Сегодня выходные, и, судя по одежде, это не рабочая встреча. Если бы это было по работе, секретарь Чон был бы с ним.

На этот раз Ын Су обратил внимание на короткие волосы. У женщины была очень привлекательная внешность. Ее нельзя было назвать красавицей, но, увидев ее, трудно было бы отвести взгляд: красивая улыбка, большие глаза с двойным веком, здоровая кожа.

Она постучала указательным пальцем по меню.

-Может,возьмем это? Звучит вкусно. Что скажете?

-Да. Я буду то же самое.

Она омега? Скорее всего, нет, ведь До Квон так ненавидит омег. Может, это бета, а может, тоже альфа. Если она достаточно хороша, чтобы общаться с До Квоном, то этот человек должен быть умным и влиятельным.

Или... кто-кто, кто достаточно близок с ним.

Ын Су была не знакома эта женщина. За два с лишним года знакомства с До Квоном он встретил нескольких его друзей, но он никогда не видел среди них такой женщины, как она.

Кто она, что ее связывает с До Квоном, почему она здесь в это время с ним, и как давно они знакомы?

У Ын Су посинел цвет лица. В этот момент женщина посмотрела на него. Должно быть, она почувствовала его пристальный взгляд.

От неожиданности Ын Су опустил глаза. Затем, делая вид, что ест, кончиком пальцем коснулся тарелки со стейком. Он почувствовал жгучую боль.

-Ах! Горячо!

Ын Су издал крик и скрестил руки на груди. Крик был коротким, но громким, и это заставило ту женщину, До Квона и всех окружающих обернуться и посмотреть на него.

Десятки глазных яблок в одно мгновение вонзились в его лицо, что заставило его смутиться. Он низко опустил голову, ожидая, пока взгляды рассеются, но тут к нему подошел менеджер зала.

-Боже мой, господин! Вы в порядке?

-Э,а, да. Я в порядке.

-Может, скорую вызвать?

-Нет-нет, я в полном порядке, извините.

После повторного отказа Ын Су менеджер ушел обеспокоенным. Через несколько минут он вернулся с холодной влажной салфеткой и мазью от ожогов. Сочувствующие взгляды не могли рассеяться.

Ын Су поспешно выдавил мазь на ожог, а затем быстро показал менеджеру свои смазанные мазью руки. «Вы сделали самое большое доброе дело, на которое только способны, - сказала он, - и теперь можете идти».

К счастью, менеджер ушел, сказав, чтобы его позвали, если ему станет плохо. Ын Су приподнял и опустил уголок рта, взял вилку и нож, и начал нарезать толстые куски мяса.

Один за другим взгляды, пронизывавшие каждый сантиметр его тела, исчезали. К тому времени, как он разрезал мясо на три части, все сосредоточились на своих блюдах. Ын Су отложил нож и испустил долгий тонкий вздох.

Подцепив вилкой кусок, она поднес его ко рту. Стейк со сливочным соусом - блюдо, которого он ждал больше всего, но почему-то не мог почувствовать его вкус. Возможно, дело в двух людях, сидящих рядом с ним.

Ын Су зажмурил глаза. Затем он резко вздрогнул и подскочил на месте, так как До Квон смотрел прямо на него.

-...

Ын Су быстро зарылся лицом в тарелку с мясом. Он поднес мясо ко рту и стал жевать его, как резиновую жвачку. Но при этом он все еще чувствовал на себе чужой взгляд.

Ресницы Ын Су дрогнули. Должен ли он притворяться, что знает и его это нисколько не цепляет? Хотя он не заслужил такого отношения. Они в буквальном смысле оказались в ужасных отношениях.

Как раз в тот момент, когда Ын Су собирался снова посмотреть на До Квона, короткое лезвие ударило по тыльной стороне ладони До Квона.

-До Квон, перестань смотреть не пойми куда, это невежливо.

До Квон медленно отвел взгляд от Ын Су.

-Я не смотрел...

-Врешь, я видела.

Женщина сузила глаза и уставилась на До Квона. В этот момент официантка начала расставлять еду перед ними. Глаза женщины сузились, и она сосредоточилась на еде, а До Квон взял вилку.

Наговорившись вдоволь о вкусной еде, женщина заказала вино. Игристое вино зазвенело и наполнило их бокалы.

Тем временем Ын Су старательно двигала вилкой и ножом. Разумеется, он не смог избавиться от пристальных взглядов.

Женщина и До Квон тихонько переговаривались. Он не мог разобрать, о чем они говорят, из-за тихо звучащей классической музыки. Время от времени они звенели бокалами с вином и смеялись.

Брови Ын Су мало-помалу опустились вниз. Уголки его рта опустились, ресницы подрагивали, а глаза стали влажными. А его запястья нестерпимо чесались, как будто к ним прилип жук. На ощупь они были влажными.

Ын Су уставился на недоеденный стейк. Его он ждал больше всего, но почему-то не мог заставить себя прикоснуться к нему. Он был сочным от сливок и соуса. При виде мутного коричневого соуса и искореженных кусков мяса у него заболел живот. Казалось, его сейчас вырвет всем, что он только что съел.

Ын Су отложил вилку и снова посмотрел на чужой столик. Женщина весело смеялась, хлопая в ладоши, только он недоумевал, что тут такого смешного. Он не мог видеть выражение лица До Квона, который сидел напротив девушки. Его место было параллельно месту Ын Су, поэтому ему пришлось бы полностью повернуть голову, чтобы увидеть его лицо.

Ему хотелось присмотреться, но... это того не стоило. Он подумал, что если До Квон улыбается, как та короткостриженая женщина, то в конце концов он был готов разрыдаться.

Ему очень больно и грустно из-за До Квона, и если он увидит, что тот смеется с кем-то еще, он окончательно сломается. Ему стало плевать на свое тело, и он совсем забыл о Бом-и.

До встречи с До Квоном у него давно не было хороших дней. Все прошло в одно мгновение. Раньше ему казалось, что будет готов умереть от счастья, если хоть мельком увидит его лицо, но теперь, когда он видит его сейчас, сердце будто опустело.

Теперь Ын Су больше боялся лица До Квона, чем скучал по нему, но в то же время он был рад его видеть, пусть даже на мгновение. Запах сигарет До Квона обжигал его ноздри, и он продолжал вдыхать его.

Долго глядя на изуродованное мясо, Ын Су встал. Ему пора домой. По дороге он решил зайти в аптеку и купить мазь для ожогов.

Ын Су едва успел выйти из ресторана, борясь с желанием подойти к До Квону.

Менеджер зала следовал за ним, пока она не нажал кнопку лифта, и неоднократно извинялся. Он извинялся снова и снова, хотя в том, что Ын Су повредил руку, не было его вины.

Ын Су отчаянно смотрел на табло лифта, уверяя, что с ним все в порядке, что это не его вина, и что еда была вкусной. Ему хотелось поскорее убраться из этого места, как можно скорее, и он ужасно скучал по своей кровати, которая была похожа на топкое болото.

Наконец лифт остановился перед ним. Ын Су одарил менеджера вежливой улыбкой и быстро вошел в лифт. Нажав на кнопку закрытия, он увидел, как менеджер обернулся.

Ын Су тяжело вздохнул и опустил плечи, когда почти закрывшиеся двери лифта снова открылись. Ын Су сделал шаг назад. Должно быть, кто-то еще заходит в лифт, подумал он.

Но перед ним стоял тот, кого он совсем не ожидал увидеть.

-Господин До Квон?

Это был До Квон. У Ын Су расширились глаза.

У Доквона было суровое выражение лица. Его брови были нахмурены, а рот сжался в плотную линию, как будто он был очень зол. Когда Ын Су уставился на него, не в силах ничего сделать, кроме как смотреть, До Квон схватил его за запястье. Он дернул его наружу. Худенькое тело Ын Су вытащили из кабинки лифта.

-Господин До Квон!

-Помолчи.

После нескольких минут блужданий по коридору До Квон направился к запасному выходу. Ын Су надавил на пятки и попытался отдернуть руку, но это было бесполезно.

До Квон распахнул дверь запасного выхода и почти толкнул его внутрь. Плечом Ын Су ударился о стену.

-Угх...

Ын Су коротко застонал и обхватил плечо руками. Тупая боль заставила его сжаться в комок. Открыв глаза, Ын Су уставился на До Квона.

-Что вы себе позволяете?!

Пронзительный голос эхом разнесся по пустой пожарной лестнице, но До Квон и глазом не повел. Вместо этого он угрожающе шагнул к Ын Су.

-Что ты здесь забыл?

-Что вы имеете в виду?

-Разве ты не знал, что я приду сюда?

Ын Су несколько раз быстро моргнул, а потом вдруг понял. У него была такая же мысль, когда внезапно столкнулся с До Квоном, поэтому, было понятно, что он тоже об этом подумал.

Ын Су потер лоб тыльной стороной ладони и ответил.

-Если бы я знал, что вы здесь... я бы не пришел.

-...

-Я пришел, потому что был голоден. Не хотел готовить и есть еду из доставки, так как хотел накормить Бом-и чем-то вкусным, - слабым голосом сказал Ын су. Тыльные стороны его ладоней покрылись потом, который был не горячим, а скорее холодным. Боль от феромонного шока усиливалась.

Он не хотел ехать в метро с болями в животе, но ему нужно попасть домой срочно. В сумке лежал маленький флакончик ингибиторов, и если он примет его, то сможет хотя бы вести себя как нормальный человек, пока не доберется до дома.

-...

До Квон ничего не ответил, просто уставился на Ын Су. Он словно пытался понять, правда ли то, что говорит Ын Су, или ложь.

Ын Су издал протяжный вздох через нос. Он никогда не думал, что настанет день, когда До Квон назовет будет считать лжецом. Как все к этому пришло, интересно?

-Вы, наверное, не помните, но об этом месте рассказали вы, и мы часто сюда ходили.

-...

-Я пришел сюда, потому что это место хорошее, но... я не ожидал, что вы будете здесь сегодня.

-...

-Если бы ожидал, то лучше бы просто не приходил.

Ын Су выдавил горькую улыбку. Если бы он знал, что увидит нечто подобное, если бы знал, что До Квон назовет его лжецом и преследователем, он бы никогда не пришел сюда. Сидел бы дома, варил рамен и тратил время на просмотр скучных фильмов.

-...Хорошо.

Неожиданно До Квон отступил. Затем он отвернулся, как будто его дела были закончены.

Ын Су прикусил нижнюю губу. Он вел себя так снисходительно... И вообще, разве не Ын Су должен сейчас злиться, а не он?

Как ты можешь быть с женщиной? Сколько времени мы были вместе? Для меня прошло два года, а для тебя всего два месяца, но это не меняет дело.

За эти два месяца ты любил меня. Ты смотрел только на меня с нежностью. Ты дал мне почувствовать себя важным.

Даже если произошло недоразумение, даже если все закончилось плохо, не нужно смеяться над этим, когда ты уже встречаешься с другой.

Меня тошнит. Такое ощущение, что у меня в горле застрял комок мяса, а феромонный шок не проходит. Я пялился на него, как круглый идиот, и пошел вслед за ним.

Почему ты не волнуешься? Как ты мог не спросить, все ли со мной в порядке? Я тебе больше не интересен? Ты ее любишь?

Ын Су схватил До Квона за запястье, когда тот собирался покинуть пожарную лестницу. Хватка была, мягко говоря, слабой, но он остановил его. Но До Квон не повернул головы, чтобы посмотреть на Ын Су.

Ын Су облизал пересохшие губы и открыл рот.

-Кто она?

-Что?

-Человек, что пришел с вами.

Ын Су не хотел задавать такой глупый вопрос, но у него не было выбора. Если он не спросит и не получит ответа, то проведет остаток ночи в раздумьях.

Вопросы сводили с ума. «Ты же не серьезно?» и «Это правда?» сталкивались друг с другом до тех пор, пока у него не запульсировало в висках.

-Ха...

До Квон усмехнулся, но Ын Су было уже все равно. Ему все еще было больно, но этого было недостаточно, чтобы сесть и зарыдать.

-Она ваша девушка? Она тоже омега?

Ын Су тряс руку До Квона, побуждая его говорить.

Отвечай быстро. Скажи «нет». Скажи, что это недоразумение. Скажи, что ты еще не забыл меня, а лучше скажи, что омеги тебе по-прежнему не нравятся, что она тебе неинтересна, что ты не хочешь ее видеть.

Заметив, что глаза Ын Су дрогнули, До Квон недовольно наморщил брови.

-Даже если она моя девушка и омега, то какое тебе дело до этого?

-...

Конечно же, у Ын Су отпала челюсть. Если она новая возлюбленная До Квона, что он может сделать? Какое право он имел что-то требовать от него? Неважно, закончились ли отношения неделю назад или вчера, Ын Су все равно был его бывшим возлюбленным.

Не для Ын Су, а для До Квона, и именно так большинство любовников описывают конец отношений.

И все же, все же... Они не были обычными любовниками. Они так сильно любили друг друга. Как они могли вот так просто выбросить все это время, проведённое вместе, и любовь?

У Ын Су потекли слезы по щекам, но До Квон схватил его за шиворот и крепко притянул к себе. Ын Су попытался сбросить его руку, но его большая и крепкая ладонь была словно каменной.

-Что? Значит, тебе можно заводить любовника, мне нельзя? - требовательно спросил До Квон.

-О чём вы говорите? - спросил Ын Су, его глаза потемнели, а сознание все больше разлеталось в щепки, по мере того, как его феромоны бушевали. Плохо. Феромонный шок явно действует негативно на него.

Тем временем он не мог понять, что говорит До Квон. Если бы их кто-нибудь услышал, то решили бы, что у Ын Су появился новый любовник.

Ын Су пробормотал что-то, но До Квон в раздражении отдернул руку. Ын Су упал на пол, не удержавшись на ногах. До Квон осторожно прикрыл свой нос тыльной стороной ладони. В горле пересохло от густого аромата феромонов Ын Су.

-Не испытывай мое терпение, раздражаешь.

Он сделал предупреждение, его голос был полон раздражения и нервозности, и он направился к запасному выходу. Тяжелая стальная дверь с грохотом захлопнулась.

-...

Ын Су в замешательстве уставился на закрытую дверь. Звук захлопнувшейся двери эхом отразился от лестницы, пока не стал еще слабее и глуше, пока его не стало совсем не слышно. Аромат До Квона еще долго витал в воздухе, рассеиваясь и исчезая.

Ын Су лежал, скорчившись, на холодной пустой пожарной лестнице.

Ещё несколько дней назад я подумал о смерти.

Теперь же мне просто хотелось умереть.

Как можно сразу,

Как можно скорее,

Я просто хочу умереть.

* * *

-Ын Су.

-...

-Ын Су, проснись, а?

Мягкий голос пощекотал его мочку уха. Ын Су хныкул и перевернулся на бок.

-Господин До Квон! Только немного... Правда, совсем чуть-чуть... ещё пять минут.

И тут послышался тихий смешок. Ын Су медленно просыпался от глубокого сна, ощущая его дыхание на своих щеках.

До Квон лежал рядом с ним все пять минут, которые ему отвели, и ласково гладили по волосам. Иногда он прижимался губами к его щеке и затылку, иногда отстранялся, а иногда прижимался к нему и вдыхал его запах.

Наконец пять минут истекли. До Квон взглянул на часы и чмокнул Ын Су в губы, чтобы разбудить его.

-Проснись.

Глаза Ын Су затрепетали. Как же была сладка любовь До Квона. Это было слаще, чем его сны, и он больше не хотел спать.

Глаза Ын Су ярко блестели в лучах утреннего солнца. Они были карамельного цвета, как латте, это выглядело так загадочно.

-...

До Квон на мгновение замер, чтобы полюбоваться Ын Су. Ын Су, лежа на животе на кровати, тоже любовался им.

Ранним утром он был неописуемо свеж и энергичен. Его кожа, еще слегка влажная от свежевымытого лица, блестела, а глаза, похожие на зеленые яблоки, были полны жизни, когда он смотрел на меня. Ее губы были поджаты.

-Ын Су.

-Что?

-Я люблю тебя.

Теплые слова любви. Ын Су улыбнулся, все его лицо засветилось. Затем он обхватил щеки До Квона и чмокнул его в губы.

-Вы мне тоже нравитесь, господин До Квон.

-Я же сказал, что люблю тебя. Просто "нравишься" недостаточно.

-Увы, я вас тоже люблю, господин До Квон. И буду любить всегда.

-Пф... Не будь таким милым по утрам. А иначе ты не выйдешь на работу.

-Может, мне позвонить матушке? Хотите, чтобы я сегодня прогулял работу?

-Ын Су, думаю, что она тебя послушает.

-Я просто шучу. Мне все равно нужно на работу.

-... А я не шутил.

-Ой, все. Давайте уже вставать. Что у нас будет на завтрак?

-Я уже сходил и купил куриный суп. А еще я купил много кимчи. Хочешь поесть?

-Почему вы говорите об этом только сейчас? Пойдемте быстрее.

-Не могу идти. Поцелуй и потом уже пойдем.

-Ладно-ладно. Нет! Вы сказали только "поцелуй"! Уберите руки от моей задницы сейчас же!

Их смех заполнил спальню, а второй Ын Су наблюдал за происходящим со стороны, не в силах скрыть улыбку.

Он стоял на месте, пока они оба не разразились хохотом и не вышли из спальни. Он хотел последовать за ними, но ноги не двигались.

Ын Су изо всех сил извивался. Напрягал бедра и колени, но тело не двигалось с места. Наоборот, он погружался в землю все глубже и глубже.

Он чувствовал себя так, словно застрял в грязи. Чем сильнее он пытался вырваться, тем крепче что-то сжимало лодыжки.

Ын Су рассеянно посмотрел вниз. Затем он громко ахнул.

Это был он, тот самый человек, который изображал До Квона в отеле. Его лицо было таким же белым, как и тогда, и я он видел его глаз, но узнал его по шуршащей виниловой одежде и телосложению. Это точно был он.

Его большая рука обхватила лодыжку Ын Су, словно желая раздавить ее. Липкие холодные пальцы впились в кожу, затем в мышцы и кости.

Ын Су закричал изо всех сил, но не издал ни звука. За пределами спальни находились До Квон и Ын Су, и ему хотелось, чтобы они помогли. Словно окруженные стеклянной стеной, словно в горле застрял ком, звук не выходил наружу. Зато сквозь плотно закрытую дверь спальни доносился смех До Квона и Ын Су.

Ын Су продолжал кричать. Руки его дрожали. Это было все, что он мог сделать.

Но такого неповиновения было недостаточно, чтобы вырваться из рук мужчины. Хватка мужчины становилась все сильнее и сильнее, и от маленького человечка стала распространяться тьма.

Он быстро превратился в яму, похожую на канализацию. Испугавшись, Ын Су закричал, будто его рвут на части и будто он сейчас умрет. Но яма становилась все больше и больше, пока не поглотила его целиком.

Мужчина смеялся, а Ын Су упал вниз, раздавленный его истошным хохотом, звуком двери за дверью спальни и собственным смехом.

В очень глубокую яму,

Он падал

И падал.

-Хаааа!

Ын Су глубоко вдохнул и вскочил на ноги. Все его тело было покрыто потом. Волосы были влажными, а челюсть болела от того, что он так сильно сжимал зубы во сне.

Ын Су учащенно дышал. Его худенькая грудь вздымалась, когда он пытался прийти в себя.

-Всё хорошо, всё хорошо.

Это обычный кошмар, сон. Это просто иллюзия, которая не имеет ничего общего с реальностью. Ын Су зарылся лицом в ладони и тяжело дышал.

-Бом-и, все хорошо, папа с тобой. Ничего не бойся...

Он в тюрьме, а не где-нибудь еще, и он никогда его больше не увидит, и он не сможет прийти и причинить ему боль, это всего лишь сон.

...... Но то, что случилось с До Квоном, не было сном, это происходило каждое утро: просыпаться в его объятиях, стряхивать сонливость его прикосновениями, просыпаться вместе. Ему не нужно было мечтать об этом, не нужно было скучать, но теперь он мог вспоминать об этом вот так.

Ын Су испустил долгий вздох.

Страх, грусть и тоска. Всевозможные негативные эмоции нахлынули на него волнами, одни проходили сквозь него и возвращались вновь, другие цеплялись за плечи, запястья, руки или ноги, вгрызаясь в них острыми зубами.

Ужас был невыносим.

Глава 37

Проснувшись, Ын Су, бегая в темноте, схватил сумку и вышел из дома, надев только пальто. Было уже около пяти утра. Не по сезону прохладная температура ударила по вспотевшему телу Ын Су, как плеть.

Но Ын Су держал рот на замке, пока шел по улице.

Бип, бип, бип.

Бип, бип, бип.

Бип, бип, бип.

Бип, бип, бип.

Неприятный механический звук дверного звонка резким эхом разнесся по широкому коридору, но Ын Су не сдавался и продолжал звонить. Он знал, что пароль скорее всего уже поменяли, но продолжал настойчиво звонить.

Но дверь не сдвинулась с места, несмотря на все его попытки. Черная входная дверь смотрела на Ын Су и будто бы говорила ему, чтобы он уходил, так как открывать ее не намерены.

Ын Су ударился лбом о дверь. Холодная дверь словно остудила его горячий лоб. Переведя дух, Ын Су снова позвонил в звонок.

Не выдержав его настойчивых прикосновений, дверной замок окрасился в красноватый цвет, а потом и вовсе перестал реагировать на его прикосновения.

-Ах... блять...

Ын Су ударился головой о входную дверь и выругался.

Я зашел так далеко. Откройте ее, пожалуйста. С этой мыслью он постукивал по уже сломанному дверному звонку. Он знал, что он не откроет эту дверь, но Ын Су уже потеряла самообладание.

И вот настал момент. Изнутри послышался громкий стук, и звук дверного звонка прекратился. И входная дверь, которая держалась как железная крепость, открылась.

Ын Су отошел в сторону и уставился в щель полуоткрытой входной двери.

-Ю Ын Су, ты с ума сошел...

Он прыгнул в объятия мужчины, открывшего дверь.

Удивленный внезапным порывом, До Квон застыл, не в силах оттолкнуть Ын Су. Воскресное утро. Пять тридцать утра. Даже самые ранние посетители еще спали.

Но когда он услышал, как безумно звенит дверной звонок, то не смог не встать. Он спустился в гостиную и в недоумении посмотрел на экран домофона. Ын Су, похожий на сумасшедшего, свесил голову в дверной проем.

Он что, напился, будучи беременным? Или у него очередная течка? Что бы там ни было, он хотел сделать ему выговор за грубость и неуважение.

Но он не ожидал, что это будет такая реакция.

-Ты...

-Господин До Квон... Извините... Простите, что я пришел сюда...

-Отпусти меня.

-П-подожите, я побуду так всего пять минут, а потом уйду, совсем немного, всего пять минут...

Ын Су изо всех сил обнял До Квона за талию, уткнувшись носом в его широкую, упругую грудь и потираясь о нее лицом.

До Квон раздраженно оттолкнул Ын Су от себя, но вдруг,

"Ын Су?"

"..."

"Ын Су, проснись, а?"

"Господин До Квон... ещё немного... всего пять минут."

Одно воспоминание пронзило мозг До Квона. До Квон коротко застонал. Открыв глаза, он увидел незнакомую кровать и тепло утреннего солнца. До Квон быстро тряхнул головой, но воспоминание или иллюзия не исчезли. К этому добавилась боль в голове, как будто ему раздробили весь череп.

Голова закружилась от боли, его огромное тело накренилось. Входная дверь выскользнула из его рук и с железным лязгом захлопнулась.

Ын Су, которая совсем не заметил этого, крепко обнял и заговорил дрожащим голосом.

-Мне приснился кошмар... Я был так напуган, что не мог оставаться дома, у меня болел живот, запястья чесались... Но все, о чем я мог думать - это вы, поэтому подождите немного, со мной все будет в порядке, если я останусь вот так... поэтому я пришел...

При звуке хнычущего голоса Ын Су брови До Квона нахмурились еще сильнее. Его глазные яблоки, ноздри, мочки ушей и дыхательные пути горели. Казалось, что кровь бурлит и вытекает из его отверстий.

До Квон вцепился в стену. На тыльной стороне его ладони вздулись вены Он схватил Ын Су за шею и отпихнул его назад, словно надоедливую пиявку.

-Ын Су.

-Хы... да...

-Пожалуйста...

-Что?

Приглушенным голосом спросил Ын Су, как вдруг его расширились, когда он увидела его лицо. Его бледное лицо было очень странным. Он был похож на человека, застрявшего во льду. Он был похож на труп, чья кровь застыла до костей. Удивившись, Ын Су положила руку на щеку До Квона.

-Господин До Квон, ваше лицо...

-Уходи... Пожалуйста...

-...

-Ых... Пожалуйста... Убирайся...

До Квон ударил по руке Ын Су. Затем он сморщил лицо от боли. Ын Су уставился на него издалека. Его глаза не могли быть настолько пустыми, но через несколько секунд его зрачки то сужались, то расширялись, словно он был не в себе.

Ын Су сжал кулаки. Он сжал их с такой силой, что тупые ногти впились в ладони. Она посмотрел на До Квона.

-Пожалуйста, обнимите меня на пять минут, нет, на десять.

-Что?

-Обнимите меня, это самое меньшее, что вы можете сделать.

Голос Ын Су был спокойным, чем прежде, но слезы продолжали литься по щекам. До Квон раздраженно взъерошил свои волосы.

-Ха! О чем ты, черт возьми, думаешь?

-Если вы обнимите меня, я никогда больше ... не вернусь.

Слегка опустив взгляд, Ын Су произнес это низким и подавленным голосом.

-Я не буду вести себя плохо.

-...

-Я притворюсь, что не знаю вас, где бы мы ни встретились.

-...

-Мхм... давайте сделаем это.

Сегодня Ын Су пришел сюда, чтобы попрощаться навсегда с До Квоном. Он все еще хотел держаться за него, обижаться на него, горевать о нем, умолять его вернуться, но знал, что это невозможно после всего, что он сказал и сделал с ним.

Ын Су решил сделать выбор между прошлым и будущим. Даже если, как сказал Сон Хон, воспоминания До Квона вернутся в будущем, она не мог быть уверен, что все будет по-другому, и не мог ждать этого, ведь временные рамки так мучительны.

Ын Су хотел перестать страдать, и впервые понял, что может устать от слез. После смерти родителей он чувствовал себя одиноким как никогда, но никогда в жизни она не ощущал себя настолько неполноценным, не болел так сильно, что его тело дрожало, даже когда он был неподвижен.

Если уж дошло до этого, то пора поставить точку.

Он гадал смогут ли его родители смириться с этим, но все со временем уляжется. Рано или поздно До Квону тоже станет легче, чем продолжать вот так мучить друг друга. По крайне мере в это верил Ын Су.

-...

До Квон просто смотрел на Ын Су, его рот был плотно закрыт. Ын Су воспринял это как подтверждение. Даже если бы До Квон в панике оттолкнул его, он бы все равно не перестал бы приближаться к нему.

Ын Су медленно придвинулся к нему, обнял за талию и уткнулся щекой в его грудь.

Но почему-то... это казалось чужим. Он не осознавал этого, когда он обнимал его раньше, но его тело ощущалось как-то странно.

Чрезмерно высокая температура тела. Феромоны, бьющие по телу. Его лицо сморщилось. Затрудненное дыхание. Красные, налитые кровью глаза.

Ын Су быстро моргнул. Какое сегодня число? Сегодня... Собравшись с мыслями, Ын Су напряг плечи. Затем она вырвался из объятий До Квона.

-У вас гон.

До Квон сдул челку. Так и есть. У До Квона начинался гон. Он принял снотворное и планировал проспать весь день.

Но тут появился Ын Су, и даже тогда его тело реагировало: его сладкие феромоны, головная боль, а теперь еще и это. Он был готов сойти с ума.

-Ха... Убирайся отсюда.

До Квон открыл для него входную дверь. Но вместо того, чтобы направиться к двери, Ын Су сбросил кроссовки и прошел в дом. Пока До Квон был ошеломлен ее неожиданным поведением, Ын Су быстро пробежал по коридору и вошел в гостиную.

Гон До Квона. Он находится дома. Так еще и пытается выгнать его.

Ын Су боялся, что, может быть, та короткостриженая женщина из ресторана здесь.

К счастью, гостиная была пуста, но в этом большом доме было много мест, где она могла находиться. Пришлось проверить их все. Спальня. Если она пришла, чтобы провести гон с До Квоном, то, скорее всего, она там.

Ын Су направился к спальне, но До Квон схватил его за локоть. Он прорычал низким голосом.

-Что ты себе позволяешь?

До Квон был очень недоволен тем, что Ын Су пришел к нему домой в 5 утра, сломал дверной звонок, а теперь рыщет в квартире. Когда он пытается его выгнать отсюда.

-Вы же не собираетесь... спать с той женщиной, которая сидела с вами в ресторане?

-Что?

-О-она здесь?

После небольшой паузы у Ын Су снова потекли слезы. У До Квона от неожиданности открылся рот. Как он мог подумать такое, недоумевал он, и в то же время, как такое возможно?

До Квон стиснул зубы, а затем сказал правду более мягким тоном.

-Никого нет.

-...

Ын Су пристально смотрел на До Квона. Он словно пытался определить, ложь это или правда. Он невозмутимо встретил его взгляд, но это не помогло. Ын Су быстро отвернулся.

-Я-я сам все проверю...

В этот момент глаза До Квона вспыхнули огнем. Он резко схватил Ын Су за предплечье и закричал.

-Какого черта ты так себя ведешь?!

Тело Ын Су дернулось и задрожало, когда крик эхом разнесся по дому.

Ын Су застыл на месте, не дыша и не двигаясь. Только слезы, падающие из его расширенных зрачков, старательно двигались.

-Угх... блять... - пробормотал До Квон одной рукой энергично растирая лицо, из которого вырывались ругательства вперемешку со стонами. Его сознание мерцало и вырывалось из колеи, и он уже готов был потерять сознание от безудержных феромонов Ын Су, которые захватывали его тело и разум.

В этот момент Ын Су без страха сделал шаг ближе, и его губы скривились, когда он поднял на До Квона решительный взгляд.

-Тогда... сделайте это со мной...

-Что?

-Вам все равно придется заняться сексом, так что сделайте это со мной. Не делайте это с кем-то другим, а сделайте со мной.

-...

До Квон до мозга костей прочувствовал, каково это - потерять дар речи. Ын Су странный. Он явно был не в себе.

-Ха... Я в порядке, я принял лекарство.

До Квон провел рукой по волосам. Он чувствовал плохо, когда смотрел на разбитого Ын Су.

Но Ын Су не отступил. Более того, он сделал шаг ближе. Их дыхание теперь касалось носов друг друга.

-Я знаю, что вы не принимаете лекарства, потому что вы доминантный альфа. Я уже несколько раз проводил гон с вами, если вы не знали.

Ын Су произнесл это ровным голосом. До Квон с раздраженно посмотрел на Ын Су.

-Ыкх. Уходи. Мы не будем этого делать, к тому же у тебя феромонный шок...

При этих словах у Ын Су отпала челюсть, а глаза забегали по сторонам.

Ты знал, что у меня феромонный шок? Откуда? С каких пор? Значит, ты знал, что я болен, и так плохо со мной обращался? Ты словесно оскорблял меня, сторонился, сжимал мою руку, преследовал?

Нет, нет. Я все равно здесь, чтобы покончить со всем этим, так что какая разница, что бы он ни знал, это не имеет значения.

Ын Су с лицом, напоминающим воск, просунул руку под рубашку До Квона.

-Все хорошо, просто займитесь со мной сексом.

До Квон в недоумении сделал шаг назад, но Ын Су быстро догнал его. До Квон схватил Ын Су за запястье, словно собираясь раздавить его, и резко затряс его руку перед его лицом.

-Ты с ума сошел?

Но Ын Су не отстранялся. Он уставился на До Квона широко раскрытыми глазами и произнес.

-Да. Я сошел с ума. Раз я приехал сюда в такое время, значит, я действительно сошел с ума.

-...

До Квон снова потерял дар речи. Он никогда не видел Ын Су таким, не говоря уже о том, чтобы представить его себе таким, поэтому не знал, что сказать и как реагировать.

До Квон уставился на него, ничего не говоря. Тем временем покрасневшие глаза Ын Су еще больше расширились.

-Почему ты молчишь? Давай ляжем в постель. Давайте займемся сексом!

-Эй.

-Что?!

Нападки продолжались снова и снова. До Квон раздраженно вздохнул и попытался оттащить от себя Ын Су, но он лишь упорствовал и пытался снять одежду с До Квона. Тем временем альфа отбросил его руку, но Ын Су не сдавался и набросился на него, как течная собака, но в этот раз До Квон заблокировал его руки

Дыхание Ын Су стало сбивчивым. Затем он топнул ногой и выругался.

-Ты, ублюдок! Я все равно сниму с тебя одежду! Просто переспи со мной, блять! Тебе же так легко это сделать, можешь сделать, как и в прошлый раз, свяжи меня и заткни мне рот галстуком! Сукин сын!

-Ю Ын Су!

До Квон попытался заткнуть рукой рот Ын Су, но он замотал головой в знак протеста.

-На этот раз я сам раздвину для тебя ноги! Тебе не нравится? Почему? Почему тебе не нравится?!

-Ты действительно...

-Я грязный? Ты боишься подхватить какую-нибудь заразу? Тогда я сделаю тебе мине, а? Как насчет этого? Давай сделаем это...

Ын Су, которая корчился, опустился на пол, его тупые ногти царапали пояс брюк До Квона. Его белое лицо, залитое слезами, было бледным, как у призрака, и он умолял его, источая непрерывный поток феромонов, с которыми не мог справиться.

До Квон почувствовал, что его глаза горели, как пламя, и трясущейся рукой схватил Ын Су за подбородок.

-Да, блять, давай сделаем это.

В воздухе витал запах До Квона. Это был совсем не его обычный феромон, а более густой и тяжелый. Он был настолько густым, что в комнате образовался туман, в нем было невозможно что -либо разглядеть.

Ын Су чувствовал, как его мозг распадается на части с каждым вдохом. Он ясно ощущал, как погружается в яму наслаждения, но это было так хорошо, так нереально. Охваченный внеземным экстазом, он мог только стонать.

-Ах.. Мхм, Ых, ах!

Ын Су стонал как заведенный, крутил бедрами, ощущая, как член заполняет его, как он скользит по его тугим складкам и как прижимается к его чувствительным точкам, он с грубой силой вонзается глубоко в живот. Он чувствовал это все до мельчайшей детали.

А потом, когда кончик члена До Квона прошелся по его простате, Ын Су скривил губы и прикусил их, кончая. Его член дрожал, извергая белую жидкость. Его ресницы взлетели вверх, а бедра подергивались.

До Квон схватил Ын Су за плечи и бедра и глубоко вогнал в него свой член. Он знал по своему бесчисленному опыту, какой экстаз испытываешь, когда в момент эякуляции Ын Су сжимает тугой задний проход.

-Мхм...ах, ух... ых... п-подожди... только...

Ын Су изо всех сил отталкивал До Квона, но его мышцы, переполненные наслаждением, были бессильны. Руки Ын Су слегка сомкнулись над его головой, и До Квон начал двигать бедрами быстрее.

-Ах, мха...

Слезы скатились из уголков широко раскрытых глаз Ын Су.

-Хаа... Ын Су.

До Квон наклонился и слизнул их языком. Затем он схватил Ын Су за бедра и притянул его к себе. Его стройные бедра прижались к его тазу, и проникновение стало еще глубже.

Ын Су крепко зажмурил глаза и стал сопротивляться. Но До Квон не вынимал член. Он мог лишь томно смотреть на него, чувствуя, как его задняя часть сжимается от удовольствия.

Это сумасшедший секс. Просто как альфа и омега, как животные, опьяненные феромонами друг друга.

После это их соитие продолжилось. Их гениталии были покрыты всевозможными мерзкими жидкостями. Каждый раз, когда их тела прижимались друг к другу и отстранялись, они издавали непристойные звуки.

-Угх...

До Квон со всей силы вцепился в ягодицы Ын Су и эякулировал внутрь него. Презерватив вздулся.

-Ахх...

Колени Ын Су подкосились, и он задрожал, почувствовав, как пенис До Квона стал еще больше.

Даже после эякуляции До Квон продолжал лениво вводить и выводить свой член, наслаждаясь послевкусием. Он откинулся назад и зарылся носом в затылок Ын Су, глубоко вдыхая. Иногда, если этого было недостаточно, он высовывал язык, и проходил им по изгибам челюсти.

-Мм...Мхм.. Ах...

Ын Су поцарапал предплечье До Квона, не причинив ему боли. Ощущение сильно набухшего презерватива, трущегося о его внутренние стенки, было настолько чуждым, что он начал сжимать ягодицы, даже не осознавая этого. Отверстие сжалось, отчего на лбу До Квона появилась неглубокая борозда.

Он провел большой рукой по челке и выдернул член. Он быстро снял презерватив, который все еще оставался насквозь пропитанным спермой. Умелыми пальцами он завязал узел на кончике презерватива, и из него вытекло огромное количество спермы.

Ын Су уставилась на него растерянными глазами. Это было как-то разочаровывающе.

Сегодня До Квон не эякулировал в него ни разу - то ли потому, что боялся, что он потеряет сознание от феромонного шока, то ли потому, чт хотел не выходить за рамки секса, то ли потому, что опасался, что с ним действительно что-то не так.

До Квон выбросил сильно растянутый презерватив в мусорное ведро в спальне. Три презерватива уже отправились в мусорное ведро, но он достал новый и надел его на свой пенис.

Ын Су сглотнул, наблюдая за тем, как массивный член До Квона проникает в тонкий презерватив. Он был готов. До Квон был более безрассудным во время гона, обычно Ын Су не справлялся с этим. Обычно он был коротким, и их секс мог длиться один день, либо он был слишком долгим, что Ын Су приходилось не вставать с кровати два дня.

Ын Су неуверенно поднялся, перевернулся и встал на колени. Он выставил задницу к До Квону, ожидая, когда он снова войдет в него.

Опустив взгляд, он увидел, что его член, уже не эрегированный, сморщился и из него капает прозрачная жидкость.

Также был виден его выпуклый живот, но он старался не обращать на это внимания. Этот поступок был не во благо Бом-и.

Это все его жадность. Это было его собственное упрямство, его собственное плохое поведение, но это был последний раз, настоящий последний раз, сегодня был конец, завтра он будет в здравом уме, он будет в порядке. Он сможет справиться со всем.

Ын Су испустил долгий вздох и уткнулся лбом во влажные простыни. Что-то прижалось к его отверстию. Это был не член До Квона: такой же твердый, но менее громоздкий. Возможно, палец.

Указательный палец Доквона провел по морщинистым складкам. Большой палец провел ногтями по гладкой промежности.

Испугавшись, Ын Су быстро оглянулся.

-Зачем?

-У тебя здесь сухо.

До Квон бесстрастно ответил, просунув указательный палец в его дырочку. Это не было таким уж сильным стимулом: он уже несколько часов принимал его член, так что палец - не такая уж большая проблема.

Но вот с движением возникли проблемы. Кончики его пальцев глубоко впились в стеночки и начали сдавливать простату. Кончики его пальцев неустанно терлись и скреблись о место, которое выделялось среди остальных.

Бедра Ын Су задвигались вверх-вниз. По спине пробежала дрожь удовольствия. Внизу живота запульсировало, словно в знак протеста.

-Ах, ыкх, мне это не нравится, мхм!

Ын Су попытался отстраниться, но его остановили руки До Квона, обхватившие его.

Прижав Ын Су к себе, До Квон начал дразнить его пальцами. Он быстро вводил и выводил пальцы из зияющей, грязной, тугой задней дырочки Ын Су. Он почесывал промежность и сжимал яички, которые были похожи на пухлый мешочек. Он широко открывал рот, чтобы покусывать или облизывать круглые ягодицы.

-Хмф, ха, ах! Остановись, хватит...

Отверстие стало влажным. Его пенис, который беспомощно был вялым, снова встал. Все его тело в одно мгновение превратилось из холодного в обжигающе горячее. Мышцы его бедер дергались и подрагивали.

До Квон играл с дырочкой Ын Су, пока не остался доволен. Он играл до тех пор, пока из дырочки не потек любовный сок.

Вскоре его толстый член вошел в складки. Ын Су прижался бедрами к тазу До Квона, словно желая, чтобы он проник в него как можно быстрее. До Квон ответил емв тем же, сильно толкаясь в его внутренние стенки.

Глава 38

Секс начался рано утром и продолжался до тех пор, пока в окно не заглянул рассвет.

Волосы До Квона были влажными от пота. Он был таким же мокрым, как если бы стоял под душем. Пот струйками стекал по его шее, пропитывая впалые ключицы и упругие грудные мышцы.

Ын Су уставилась на него уставшими глазами. Пот, стекающий по его гладкой плоти, выглядел таким сладким и освежающим.

Он уже давно не мог проглотить ни капли воды и лишь несколько раз выплевывал сперму. Ын Су мучила жестокая жажда, и он очень жаждал пота, стекавшего по его толстой, твердой шее.

Дрожащие руки Ын Су обхватили локоть До Квона. А затем он поднял руку. Он протянул через его сильные и толстые предплечья, мимо круглых плеч и, наконец, достиг шеи.

По его гладкой плоти стекала одна-единственная бисеринка пота. Ын Су перехватил ее указательным пальцем. Он быстро поднес ее ко рту, чтобы она не упала.

До Квон, который был занят своими делами, остановился на месте и уставился на Ын Су. Красный язычок соблазнительно прошелся по его указательному пальцу.

До Квон скривил губы в злобной гримасе. Он был прямо перед ним, а он сосал свой палец.

Тогда Ын Су снова протянул руку и нежно погладил наморщенный лоб Доквона. Он как будто говорил ему, чтобы он не гримасничал.

Затем, таинственным образом, хмурый взгляд До Квона рассеялся, и Ын Су ласково погладил его по щеке, как будто был доволен им. До Квон обхватил руку Ын Су.

-Господин До Квон. Я хочу пить...

Пробормотал Ын Су пересохшими губами. До Квон напрягся. На мгновение он задумался. Он раздумывал, удовлетворить ли просьбу Ын Су или просто проигнорировать его. Затем он медленно вынул свой член.

-Хмпф...

Ын Су тихонько застонал, и вскоре, со звуком лопающихся мыльных пузырей, член До Квона полностью вышел. До Квон поднял бутылку с водой, стоявшую на тумбочке. Это была та самая вода, которую он пил прошлой ночью во время приема препарата для подавления гона. Он протянул ее Ын Су. Ын Су, раскинувшийся на кровати, медленно покачал головой.

-Нет, не так...

-...

-Вы не можете поцеловать меня?

Туманные и ошарашенные глаза уставились на Ын Су. Его рот сжался в одну линию. Ын Су поднял его мускулистую руку и потерся о нее. Словно умоляя спасти его жизнь.

-В последний... раз...

-...

При этих словах горло До Квона подпрыгнуло. После минутного молчания До Квон открыл бутылку с водой и набрал в рот тепловатой воды, затем забрался на кровать, обхватил руками затылок Ын Су и медленно опустил лицо.

Он подумал: "Да. Ради последнего раза я готов на все".

Вскоре их губы встретились. За более чем полдня безумного секса это был первый раз, когда их губы соприкоснулись. Ын Су напрягся и приоткрыл рот, словно ждал этого. До Квон сквозь щель налил воды. Ын Су не пропустил ни одной капли, а когда вся вода скрылась во рту, просунул туда язык.

Ын Су обхватила До Квона за шею. Поцелуй стал еще глубже. Ын Су жадно всасывал язык и слюну, находившуюся у него во рту. Он сглотнул с большим трудом, более жадно и яростно, чем воду, увлажнившая его пересохшее горло. На самом деле его слюна была даже холоднее воды.

Их губы страстно прильнули друг к другу.

Как и прежде, они неистово гладили друг друга, скользили руками по телу, чтобы прижаться друг к другу еще ближе, и время от времени встречались взглядами. Они шептали о своей любви без остановки, разделяя одни и те же чувства.

Так было раньше...

Ын Су слабо улыбнулся, вспоминая далекое и не очень прошлое. При этом по уголку его глаза беззвучно скатилась слеза.

За окном забрезжил белесый рассветный свет. Солнце всходило. Лежа на одной стороне кровати, Ын Су медленно поднялся. Ему нужно было идти домой. Ему нужно было принять ингибиторы, умыться и собраться на работу.

Ын Су посмотрел на сидящего рядом До Квона. Он прислонился к изголовью кровати и курил сигарету. То ли он задумался о чем-то, то ли был внимателен к Ын Су, потому что кончик сигареты не был зажжен.

В спальне витал спертый воздух. До этого они страстно сплетались телами, а сейчас на них было жалко даже смотреть, потому что они отстранились друг от друга и смотрели в разные стороны.

Ын Су с легкой насмешкой поставил ногу на кровать.

-Хм...

Его тело было в полном беспорядке. Сегодня его не заставляли принимать член, как в прошлый раз, но все равно он чувствовал себя очень уставшим.Неудивительно ведь он сутки уже не спал.

Потирая худые плечи, Ын Су медленно поднялся, он подобрал упавшую на пол одежду и надел ее. Он натянул на себя нижнее белье, брюки и рубашку. Он все это время то обливался потом, то высыхал, но ему не хотелось мыться здесь, в доме До Квона. Хотелось убраться отсюда как можно скорее.

Пока не передумал.

До Квон не удостоил Ын Су ни единым взглядом. Он как будто говорил ему, чтобы он проваливал.

Наконец Ын Су надел пальто и собрался уходить. В этот момент До Квон наконец-то посмотрел на нее. Ын Су уже собирался выйти из спальни, как вдруг остановился на пороге.

-...

-...

Их взгляды встретились в голубом рассветном свете. Не отводя взгляда, До Квон потянулся к прикроватной тумбочке и взял зажигалку. Он уже собирался прикурить сигарету, которую все это время держал в зубах. В этот момент к нему, прихрамывая, подошел Ын Су. До Квон вскинул одну бровь, но, несмотря на то, нравилось ему это или нет, Ын Су присел на край кровати.

-Я должен тебе кое-что сказать.

-Что именно?

-Мне нечего сказать именно вам, но мне есть, что сказать прежнем господину До Квону, который был со мной до аварии, прежде чем потерять память.

Это было странно. Звучало так, будто он верил, что внутри него живет другой человек. До Квон сузил глаза, а Ын Су с ухмылкой посмотрел на него.

-Я знаю, что это звучит безумно, но мне очень нужно это сказать, так что вы будете слушать меня, ладно?

-...

До Квон ничего не сказал. Он не сказал ему, чтобы он убирался, так что, вероятно, это было негласное разрешение. Ын Су издал короткий и громкий вздох. Затем он уставился на До Квона.

Он был красивым мужчиной, и Ын Су понимал это каждый раз, когда смотрел на него, особенно с этими темными глазами и высоким носом. Ему нравились его густые брови и пухлые красные губы.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз улыбался этому великолепному лицу, а ведь прошло не так уж много времени. Ему казалось, что прошло очень много времени.

-Мне никогда не было трудно любить вас, господин До Квон, потому что вы всегда были милым, совершенным и прекрасным моим любимым человеком.

-...

-Но в последнее время это стало так невыносимо. Я думал, что справлюсь, что нужно просто продержаться, пока ваши воспоминания не вернутся...

-...

-Простите, но я больше не могу так.

Одно предложение за другим, звучал как монолог, хотя слушатель явно был. Ын Су провел тыльной стороной ладони по глазам. Уголки глаз щипало от слез, которые он проливала на протяжении всего диалога, но он все равно смахнул их.

-Господин До Квон.

-Мне очень больно, - сказал Ын Су, его голос был наполнен слезами.

Для меня ты - весь мир, моя любовь, мой любовник, мой друг, мой товарищ, а для тебя я - всего лишь двухмесячный ребенок, всего лишь омега, с которым ты весело флиртовал, и я так, так...

-Хмпф, это так невыносимо. Это так больно и ужасно. Иногда мне кажется, что я хочу умереть с Бом-и в животе.

По щекам Ын Су покатились слезы. Ын Су обеими руками вытирал их, ожесточенно вытирал лицо. Его сердце словно умирало. Пронзительная боль пронзила все тело, как будто ему сдавили кишки.

После этого момента, после того как я До Квона, которого так крепко сжимал в руках, я останусь совершенно один. Я пытаюсь сказать себе, что все будет хорошо, что все в порядке, что я возвращаюсь всего на два года назад, что через несколько месяцев я смогу держать Бома в своих объятиях, но это не очень хорошо помогает.

Ын Су сделал глубокий вдох и выдохнул, пытаясь перевести дыхание, прежде чем заговорить, его голос был спокойным.

-На всякий случай, когда вернешь свои воспоминания, не жалей об этом.

-... Что? - глаза До Квона сузились. Ын Су быстро добавил.

-Это не сарказм, я говорю серьезно.

-...

-Я-я больше не буду вас беспокоить, господин До Квон. На этом наши дороги расходятся.

Для До Квона эти слова, должно быть, были незначительными. Для него я был бы не более чем беспринципным омегой, бросившим своего возлюбленного ради другого. Но я был благодарен ему за то, что он не стал меня перебивать.

-Так что живи хорошо, и пусть все это останется в прошлом.

-...

-Я тоже. Обязательно.

Ын Су снова вытер слезы, пропитавшие его щеки, и улыбнулся До Квону. Он не хотел плакать в последний раз, потому что время, проведенное с ним, было поистине блаженным, даже если он будет вспоминать о нем позже. То ли потому, что не сможет забыть, то ли случайно, то ли время от времени. Он не хотел плакать, как сейчас, ему нужно было посмеяться в последний раз.

Ын Су медленно поднялся на ноги. Обхватив кровать обеими руками, он наклонился и прижался губами к щеке До Квона. Он целовал его очень трепетно, словно фея дарила ему жизнь или они заканчивали долгую историю. Через несколько секунд Ын Су медленно отстранился.

-Я действительно... очень любил вас, господин До Квон.

До Квон слегка вздрогнул от прикосновения его губ, но не отстранился. Ын Су посмотрел на него и восстановил свою искреннюю улыбку.

-Спасибо, что вы были моим миром в течение двух лет, это сделало меня счастливым.

-...

-Прощайте.

С этими словами Ын Су выпрямил сгорбленную спину и, спотыкаясь, направился к двери спальни. Открыв ее, он вышел из спальни и остановился. Мысль о том, чтобы в последний раз взглянуть на До Квона, появилась в его голове.

Но Ын Су не оглянулся.

Он закрыл дверь с ничего не выражающим лицом, спустился по лестнице, надел туфли и покинул дом До Квона. Он вошел в лифт, двери закрылись, и он остался один в маленьком пространстве.

-Хмпф...

Он смог дать волю слезам.

Ын Су погрузился в спускающийся лифт.

Слабый запах До Квона на его пустой руке, прохладный воздух, окружающий его тело, и теснота лифта, похожего на гроб, заставили его почувствовать себя плохо.

Он скучал по нему, не по тому, с которым только что расстался, а по тому, который был до автокатастрофы, по тому, который любил его так же сильно, как он его.

"Ын Су-я".

Так он всегда называл меня.

"Я скучаю по тебе"

Тот, кто обнимал меня и шептал о своей любви.

"Ын Су".

По тому, которого я больше никогда не увижу, потому что сегодня я с ним попрощался.

"Я люблю тебя".

Я так по нему скучал.

Громкие крики Ын Су заполнили лифт...

Глава 39 - Деформированный путь

-Доброе утро!

Ын Су улыбнулся и поприветствовал своих товарищей по команде. Каждый член команды поприветствовал его по-своему, пока они готовились к работе.

Ын Су тоже начал готовится к работе. Он натянул свитер, чтобы его не продуло под кондиционером, включил компьютер и вошел в интранет. В промежутках она потягивал чай, который был новинкой в кафе перед офисом.

Это была новая позиция в меню кафе перед офисом, и оно было сладким, сытным, большим - в общем в нем было все, что нравилось Ын Су.

Выбросив пустой стаканчик, Ын Су достал из ящика ингибитор и достал пилюлю, чтобы закинуть ее в рот. Это был новый ингибитор, который он получил в больнице на днях.

После разрыва с До Квоном Ын Су очень нервничал, ожидая, что уровень феромонов снова начнет колебаться и врач будет его ругать, но ничего особенного не изменилось. Видимо, презерватив, который надел До Квон, облегчил эту задачу.

Конечно, его все равно отругали за отсутствие изменений. Он всегда принимал лекарства, но изменений все равно не было. Ын Су убеждал себя, что скоро все будет хорошо, и что он очень старается заботиться о себе.

В последнее время он старается лучше питаться и спать. Он даже пообещал своему врачу, что на следующем приеме сократит свои показатели вдвое.

... На самом деле Ын Су до сих пор мучают кошмары, он просыпается в слезах и иногда представляет, что умирает. Да и До Квоне он не мог забыть. Хоть он и убеждал себя забыть о нём, но всё равно вспоминал. Как можно было так легко забыть человека?

Ын Су проглотил таблетку и запил ее водой, глядя на монитор, в этот момент к нему подошел один из его товарищей по команде.

-Здравствуйте, руководитель группы. Руководство отдела продаж связалось со мной и попросило встретиться с вами сегодня днем. Они хотели бы добавить одну функцию в предстоящее обновление приложения для умного дома.

-Сегодня днем? Подождите минутку...

Ын Су быстро проверил свой календарь. Ему нужно было сделать кое-какую работу, но срок сдачи был не сегодня, так что все будет в порядке. Ын Су кивнул в знак согласия. Член команды ушел, сказав, что назначит встречу на два часа.

Взглянув на монитор, краем глаза Ын Су увидел смутно знакомую фигуру, стоявшую за спиной члена команды.

-Вас хочет видеть председатель.

Это была секретарша Мён Хи.

Стоя перед кабинетом председателя, Ын Су перевел дыхание. Он давно ждал этой встречи, но напряжение все равно не покидало его.

Мён Хи заботилась обо нем не меньше, чем о До Квоне, и ему казалось, что он предает её.

Ын Су долго колебался у двери, потом наконец постучал, и, пока он ждал ответа Мён Хи, дверь распахнулась.

-Ын Су.

Мён Хи открыла дверь своими руками. Лицо Ын Су на мгновение застыло, но потом он улыбнулся.

-Привет, матушка!

Слово «матушка» сорвалось с его языка. Сейчас было немного неловко, но было бы невежливо называть ее председателем, иначе это бы было ударом для неё. Хотя кого его спрашивать об этом? Ему хотелось, чтобы в этот момент его родители были рядом.

Когда Ын Су замешкался, Мён Хи нежно обхватила его за запястье и повела в кабинет председателя, приказав секретарям, выстроившимся у входа.

-Принесите.

Секретари разбежались. Ын Су неопределенно улыбнулся. По его приблизительным подсчетам, она снова купила ему кучу подарков.

В последние недели Мён Хи часто ездила по делам за границу. Некоторое время они не виделись. В каком-то смысле это было удачей, а в каком-то - несчастьем. Если бы она была рядом, их с До Квоном отношения могли бы пойти по другому пути.

Но даже так это бы не изменило чувства До Квона, это все равно что держаться за его штанину и умолять.

-Почему ты такой худой, ты точно должен был поправиться.

Мён Хи приподняла бровь, усаживая Ын Су на диван. Возможно, в ее глазах Ын Су выглядел как истощенный пациент на грани смерти.

Ын Су смущенно рассмеялся.

-Я хорошо питаюсь, просто вес нелегко набирается, но мой живот стал совсем большим.

Он стянул рубашку, обнажив круглый, выпуклый живот. Он был небольшим по сравнению с другими беременными женщинами на пятом месяце, но любой мог с первого взгляда сказать, что он беременный. Месяц назад мало кто уступил бы ему место в метро, но теперь ему часто помогают.

-Так у тебя большой живот, но ты все равно не набираешь вес? Ты завтракал?

-Да. Я ел тушеное кимчи, яичные роллы и две миски риса. Токсикоз уже прошел, поэтому я могу есть все.

-А как же мясо? Почему ты его не ешь?

-Я добавил немного свинины в тушеное кимчи.

-Немного? Так не пойдет.

Мён Хи с серьезным лицом покачала головой, словно говоря "неа, не пойдет". Ын Су лишь заморгал глазами, не зная, что делать. В дверь кабинета председателя кто-то постучал.

-Войдите.

Мён Хи ответила, и появились секретарши, каждая из которых несла что-то тяжелое. Здесь были и бумажные пакеты с логотипами знакомых люксовых брендов, и коробки с неизвестным содержимым, и нечто похожее на роскошно упакованные корзины.

Вероятно, это была одежда, еда, десерты и вещи, собранные Мён Хи во время ее поездок за границу. Ын Су уставился на них, а Мён Хи с кривой улыбкой сказала.

-Я не знала, что ты так плохо ел, поэтому купила кучу макарунов и печенья. Думала, До Квон позаботится о тебе и будет хорошо кормить...

-Ха-ха, я хорошо ем... Все в порядке...

-Нет-нет, я пришлю тебе немного еды.

При этих словах Ын Су сглотнул. Ведь когда Мён Хи присылает «немного» еды, это никогда не бывает мало.

Раньше Мён Хи очень заботилась обо нем. Он очень хорошо ел, и еда, которую она ему присылала, была такой вкусной, что он втайне ждал, когда она пришлет ему такую еду.

Но сейчас он оказался в двусмысленной ситуации, придется отказаться от такой доброты, поэтому он не чувствовал себя таким счастливым.

-Я отправлю это До Квону. Мясо пришло холодным и свежим, но так как погода жаркая, перед употреблением проверьте, не испортилось ли оно. Если ты не уверен, попробуй накормить этим До Квона, он привередливый, так что быстро поймет. А еще...

-Я... матушка...

Ын Су грубо оборвал Мён Хи на полуслове.

-Хм, в чём дело?

Мён Хи улыбнулась Ын Су без намека на обиду, и цвет лица Ын Су потемнел от этой улыбки. Кончики его пальцев впились в колени, не в силах усидеть на месте. Его взгляд опустился.

-...

Мён Хи, почувствовав странную атмосферу, махнула рукой, выстроившимся секретарям. Это был жест, чтобы они ушли. Секретари, сложив подарки в одну кучу, поспешили удалиться.

-Дорогой, что случилось?

Мён Хи нежно обхватила тыльную сторону руки Ын Су теплой и мягкой ладонью, и Ын Су скривил губы в улыбке. Он думал, что заплачет, но он не заплакал. Благодаря разным моментам в жизни он научился сдерживать слезы.

Облизав пересохшие губы, Ын Су решительно раскрыл их, чтобы сказать следующие слова.

-Я...

-Что?

-Я расстался с господином До Квоном.

-...

Мён Хи поднял глаза вверх. Уголки ее глаз дернулись, уголки рта опустились вниз, а Ын Су покачал головой, как провинившийся.

В углу гудел мощный воздухоочиститель, но воздух казался спертым. Взгляд Мён Хи, словно меч, впился в его щеки, а неумолимая тишина давила на плечи, как железо.

-...Что? - спросила Мён Хи после долгого молчания. Ын Су тяжело сглотнул.

-Простите, но все кончено.

Он чувствовал себя неловко и извинялся. Он не чувствовал себя неловко в обществе Мён Хи с тех пор, как они впервые встретились, и теперь в голове крутились мысли о том, какую бы отговорку придумать, чтобы уйти из этой великолепной, просторной комнаты. У него даже мелькнула смутная мысль, что он может рухнуть на пол в обморок, чтобы избежать эту ситуацию.

-Почему? Как? - спросила Мён Хи, позади нее возвышалась статуя огромного, Ын Су казалось, что ему угрожает этот дикий зверь. Ын Су икнул и открыл рот.

-Дело в том...

Мён Хи решительно покачала головой.

-Нет, нет. Хватит. Ничего не говори. Я уверена, что в этом виноват До Квон.

Она покачивала бедрами. Она была готова в любой момент ворваться в зал заседаний До Квона. Ын Су быстро схватил ее за руку.

-Матушка.

-...

-Вы можете не спрашивать меня ни о чем...?

Ын Су посмотрел на Мён Хи влажными глазами.

Он понимал, что это эгоистичная просьба. Ее сын, ненавидевший омег, влюбился, завел со своим возлюбленным ребенка, они были настолько страстными возлюбленными, что казалось, будто пробудут так до конца своей жизни, но внезапно расстались. Конечно же, ей будет любопытно.

Ын Су прекрасно понимал, как сильно Мён Хи следила и поддерживала их с До Квоном отношения, и это заставляло его чувствовать себя еще более виноватым и сожалеть, но... он не хотел, чтобы Мён Хи злилась на До Квона.

Он не хотел, чтобы До Квон ненавидел его еще больше. Если бы Мён Хи ругала и проклинала его, то он явно подумал бы, что это проделки Ын Су.

А он этого не хотел. Он не мог заставить себя снова встретиться с ним лицом к лицу, да и какая разница, даже если он попытается произвести хорошее впечатление. Он не хотел, чтобы его запомнили в худшем свете, даже как изменщика.

Ын Су сжал руку Мён Хи.

-Просто мы с господином До Квоном ничем не отличались от обычной пары, все рано или поздно расстаются и встречаются. Мы ссорились по пустякам, и в конечном итоге расстались. Может быть, мы не были созданы друг для друга, кто знает? Разве не может быть так?

-...

-Простите, что говорю это вам, матушка, но не могли бы вы... просто закрыть на это глаза?

-...

По мере того как Ын Су продолжал умолять, лицо Мён Хи становилось все холоднее и холоднее. Лицо было знакомым, оно накладывалось на лицо До Квона. Те же глаза и та же переносица.

-Понятно. А как же ребенок?

При этих словах Ын Су почувствовал, как по спине пробежал холодок. Издалека донесся низкий голос До Квона.

"Бом-и, нет, избавься от ребенка".

"Если он не мог, то это не мое дело, если же он мой, то избавься".

"Не беспокой меня больше".

"Я дам тебе денег столько, сколько нужно. Было весело играть этот спектакль".

"Не пачкайся, давай закончим на этом, Ю Ын Су".

Интересно, хочет ли Мён Хи, чтобы я избавился от Бом-и? Может быть. Наверное, это ужасно - носить в животе ребенка До Квона после того, как мы расстались.

Ын Су обхватил живот дрожащей рукой.

-Я буду растить Бом-и так, чтобы никто не узнал, что она дочь господина До Квона.

-Что?

-Я не собираюсь зарабатывать деньги на Бом- и беспокоить господина До Квона. Мы можем даже составить договор. Если вы скажете мне уйти из компании, я уйду. Поэтому, пожалуйста, не говорите, чтобы я делал аборт...

Лицо Ын Су мгновенно посинело. Это было не обычное лицо. У него было такое лицо, будто к нему пришли и молились владельцы фабрик, которые в одночасье обанкротились из-за того, что Сончжин разорвал субподряды или расторгли контракты.

Мён Хи присела рядом с Ын Су.

-Что тебе наговорил До Квон, что ты просишь об этом? Ты не можешь сделать аборт и убить мою внучку по своему усмотрению!

От резкого звука плечи Ын Су вздрогнули. Затем он еще больше выгнул шею.

-Мне очень жаль!

-Что? За что ты извиняешься?

-...

Ын Су поджал губы. Он так много хотел бы рассказать, но его эгоистичные губы предпочли промолчать. Когда Ын Су зажмурил глаза, Мён Хи мягко сказала ему.

-Ын Су, дорогой. За тобой давно наблюдает не только До Квон. Я тоже наблюдаю за тобой уже более двух лет и знаю, какой ты человек.

-...

-Я не знаю, почему вы расстались, но очевидно, кто в этом виноват.

-Матушка.

Не то, чтобы ... Ын Су быстро покачал головой. Но Мён Хи уже перестала слушать.

-Это из-за амнезии До Квона? Ты расстроен, что он до сих пор не нашел свои воспоминания? Я могу это понять. Мне было тоже хотелось раскроить его череп и выковырять мозги, черт тебя побери.

-Нет, дело не в этом.

-Хорошо, тогда я больше ни о чем не спрошу.

Мён Хи встала со своего места. Удивленный Ын Су быстро поднялся на ноги, но Мён Хи не стала смотреть на него и твердо сказала.

-Ын Су, я не смогу тебя бросит, и не брошу свою внучку. Я позабочусь о вас.

-Матушка.

-Иди поработай. Не забудь взять с собой обед, я отправлю тебе домой подарки.

Мён Хи села в кресло председателя и взяла трубку. Она не удостоила Ын Су ни единым взглядом. Это было негласное предупреждение не говорить больше ничего и просто тихо уйти.

Сжав губы, Ын Су заставил себя покинуть кабинет председателя, но вместо того, чтобы направиться на 14-й этаж, где находилась команда дизайнеров, он направилась на 22-й этаж, где располагался кабинет директора.

Глава 40

-Руководитель группы Ю?

Глаза секретаря Чона расширились, когда он заметил Ын Су, входящего в коридор. Он подошел к Ын Су на своих длинных ногах и с улыбкой поприветствовал его.

-Здравствуйте, руководитель группы Ю.

-А, секретарь Чон...

-Давненько я вас здесь не видел.

-Да, очень давно...

Ын Су поднял глаза и улыбнулся.

Секретарь Чон улыбнулся ему в ответ. В последнее время он беспокоился за Ын Су, потому что До Квон не говорил о нем, но раз уж он пришел в кабинет директора, значит, все было хорошо.

Взволнованный секретарь Чон провел Ын Су в кабинет директора.

-Директор у себя в кабинете.

-Хорошо.

-У него важная встреча в 11 часов, поэтому, пожалуйста, верните его на работу до этого времени.

Секретарь Чон скорчила гримасу и поморщил нос. Затем он постучал в дверь и сказал: «Директор, руководитель группы Ю здесь». И сообщил о приходе Ын Су. Он даже открыл ему дверь. Не успел Ын Су подготовиться, как ему пришлось столкнуться с До Квоном.

Ын Су вошел в кабинет директора, и секретарь Чон, улыбаясь, закрыл за ним дверь.

-...

До Квон, держа в руках черную авторучку с золотым пером, пристально смотрел на Ын Су. Ын Су опустил глаза под его бесстрастным взглядом. Запястье зачесалось, и он почесал внутреннюю сторону запястья рукавом рубашки.

Тот день с До Квоном все еще стоял перед его глазами. Это был первый раз, когда он увидел его с того дня, как он пришел к нему домой. Ын Су не появлялся у его двери, а бесчисленные пропущенные звонки прекратились.

Вообще-то Ын Су и До Квон вряд ли могли увидеться даже случайно, если только специально не прикладывали к этому усилий. Их дома находились далеко друг от друга, а между их должностями на работе была огромная пропасть.

Но вот в очередной раз Ын Су пришел к нему первым.

Но в этот раз он ничего не мог с собой поделать. Это не входило в его планы, и в какой-то момент это должно было произойти.

Сухо сглотнув, Ын Су шаркающим шагом отошел от двери, чтобы никто не услышал их разговор. За дверью находились только ближайшие доверенные лица До Квона, но она решил, что лучше перестраховаться. К тому же, судя по тому, как встретил его секретарь Чон, похоже, что До Квон не рассказывал о том, что они расстались.

То ли он не сказал ему, потому что не хотел, чтобы его беспокоили, то ли по какой-то другой причине, но Ын Су не хотелось знать эти причины.

-Я решил, что вы должны узнать об этом как можно скорее, и извините, что пришел без предупреждения.

-...

-Матушка узнала, что мы...

При этих словах До Квон вскинул брови. В его холодных глазах читалось раздражение. Перьевая ручка, зависшая над бумагами, остановилась. Ын Су, чувствуя легкое нетерпение, быстро добавил.

-Она позвала меня совершенно неожиданно, поэтому я не успел подготовить оправдание, но я сказал, чтобы она не винила вас.

Ын Су запнулся. До Квон негромко рассмеялся.

-Ты уверен?

-Что?

-Ты уверен, что не винил меня?

-Да.

Ын Су безропотно кивнул. В его словах не было никаких колебаний. Он ни в чем его не обвинял, но только перед Мён Хи.

До Квон провел указательным пальцем по гладкому лбу, а затем пристально посмотрел на Ын Су. Его взгляд был свирепым, как у детектива, ведущего допрос.

-Моя мама, наверняка, спрашивала тебя, почему мы расстались, что ты ей ответил?

-...

-Ты же, наверняка, не смог сказать ей, что принял меня за другого альфу из-за течки и тёрся об него, а я это все увидел.

Ын Су перестал дышать, словно в этот момент его секрет был раскрыт всему миру.

Все верно. Ын Су не рассказал о том, почему у них с До Квоном все так сложилось, с чего все началось.

Он не рассказывал ей о том, почему он и До Квон стали такими, какими стали, и как все это началось, потому что это поставило бы Ын Су в невыгодное положение, и Мён Хи разочаровалась бы в нем.

Ын Су знал это, но не хотел этого. Он пытался скрыть свою трусость. Но теперь, когда все очевидным, он чувствовал себя так, словно получил пощечину от слов До Квона.

Теперь, когда он вспоминает о том, что произошло в отеле, ему кажется, что это была его вина.

Если бы только он не ужинал с Сон Хоном в тот вечер, если бы только он не вошел в отель, если бы только он ушел раньше, если бы только он не растерялся во время наступления течки, если бы только он понял, что этот человек притворялся До Квоном, если бы он отверг его еще более яростно, если бы только он выбежал из номера...

И все сожаления постепенно превращались в одно ясное умозаключение: "Мне не следовало рождаться омегой", "Если бы я только не был омегой".

-...

В этот момент от лица Ын Су отхлынула вся кровь, и оно стало бледным. Внезапно мир потемнел. Ему показалось, что он стоит там, где стоять нельзя, где он не заслуживает быть, где его держат силой.

Он понимал, что в тот момент, когда его родители умерли, он еще тогда должен был перерезать себе вены более правильно, он должен был проглотить больше снотворного, он должен был предусмотреть это и избавить от мучений.

Желание умереть охватило Ын Су с ужасающей быстротой. Ему почти хотелось засунуть руку в горло и вырвать свое сердце, независимо от того, был ли перед ним До Квон или нет, как будто это могло облегчить мучительную пытку, душевную боль, разочарование.

Ын Су был похож на человека, у которого вывернули душу наизнанку.

-Я понимаю, что ты хочешь сказать, так что убирайся.

До Квон кивнул в сторону двери, как бы подталкивая Ын Су. Его тон дословно звучал так: «Убирайся отсюда, я не хочу тебя видеть».

-...

У Ын Су не было сил терпеть слова До Квона, его взгляд и холодное отношение и недовольство, поэтому он быстро развернулся и ушел. Секретарь Чон посмотрел на него, как бы спрашивая, почему он уже вышел, но Ын Су помахал на прощание и быстро прыгнул в лифт.

Когда он спустился уже на 14-й этаж, резкая боль внезапно пронзила все его тело.

-Ах...

Живот заболел.

Тело Ын Су резко дернулось, он вцепился за поручень лифта.

* * *

Мён Хи смотрела на своего красивого сына. Казалось, что она может убить его одним своим взглядом. До Квон ответил ей тем же, словно у него не было другого выхода. Должен ли он убежать, оставив Мён Хи, или лечь и молить о прощении?

Секретарь Чон, неся поднос, подошел и поставил чашку с чаем перед Мён Хи, затем обошел диван и поставил чашку перед До Квоном. Затем он низко поклонился и поспешил выйти из кабинета.

Вид двух доминантных альф, сидящих вместе и излучающих зловещую ауру, заставил задохнуться даже бету.

Как только секретарь Чон захлопнул за собой дверь, Мён Хи заговорила.

-Ты расстался с Ын Су.

-Да.

-Почему?

-...Так получилось

До Квон ответил слегка с опозданием. Он не знал, что еще сказать: рассказывать обо всем, что произошло, было бы нелепо, да и Мён Хи наверняка встанет на сторону Ын Су. Он не хотел затягивать разговор.

Мён Хи сжала кулаки, заметив, что До Квон ведет себя слишком спокойно, в отличие от дрожащего Ын Су.

-Ты что, ублюдок? Как ты можешь даже думать о том, чтобы расстаться с беременным возлюбленным?

-Беременный... Не думаю, что для омеги это больно сложно.

-... Что?

-Ты знаешь, что омега может легко забеременеть, как и сделать аборт. Медицинские технологии в наши дни на высоте, так что это не слишком тяжело для организма.

Мён Хи опрокинула стоявшую перед ней чайную чашку и швырнула ее в До Квона.

-Ты сумасшедший ублюдок! Как ты смеешь такое говорить Ын Су, человеку, что носит твою дочь?!

Глаза До Квона закрылись и медленно открылись, когда крик эхом разнесся по кабинету. Горячий чай разлился по столу, но тусклая чашка столкнулась со лбом До Квона. Тонкая чашка с хрустом разбилась, глубоко оцарапав кожу До Квона.

И тут из нанесенной раны потекла липкая кровь. До Квон вытер ее рукой.

Верно. Если бы ребенок в животе Ын Су был бы действительно его, он бы не посмел сказать ему эти слова, на которые сейчас Мён Хи разозлилась.

Но он был не уверен, его это дочь или какого-то другого альфы. Вдруг бы Ын Су родил бы её, а потом генетический тест показал бы, что она не его дочь? К тому же Ын Су уже обо всем договорился с Сон Хоном, так почему он должен это делать?

До Квон уставился на кровь, окрасившую его ладонь.

Если это была цена за потерю Ын Су, то он не возражал. Слава богу, это была чайная чашка. Если бы Мён Хи было бы что-то покрупнее, он бы сразу отправился в травмпункт. Да и работы сегодня слишком много. К тому же рана не глубокая, ее можно быстро перевязать и все будет хорошо.

До Квон снова вытер кровоточащий лоб и посмотрел на Мён Хи.

-Ты же не думала, что я женюсь на омеге и создам с ней семью?

-Ты... это...

-Ты не ожидала, что я женюсь или заведу детей, поэтому Разве не поэтому Сон Хон передал акции и руководящие должности своему старшему брату и другим двоюродным братьям? Но теперь ты вдруг говоришь это, я не понимаю.

-...

-Ну, может, я не понимаю, потому что потерял воспоминания за 4 года.

Неровный голос До Квона звучал все тише и тише. Он был рваным и в то же время слишком спокойным.

Мён Хи стиснула зубы. Каждый раз, когда она видела своего сына таким, у нее по коже бежали мурашки. Она не растила его таким. Она не хотела, чтобы он таким вырос.

В детстве, когда он носил школьную форму, он был очень милым. Он много смеялся и ходил за ней по пятам, говоря: "Мама, мама, мама". Мён Хи он тоже очень нравился. Это было естественно, ведь он был ее единственным ребенком.

Но она не знала, что с ним случилось. Он саботировал работу, над которой так долго работал, плохо относился к омегам, стал грубым и был похож на социопата без эмоций.

Затем, около двух лет назад, он встретил Ын Су. Когда она услышала, что он заинтересовался омеги с 14-ого этажа, она подумал, что это всего лишь один из многочисленных слухов.

Каково было ее удивление удивление, когда за семейным ужином он упомянул, что у него появился новый возлюбленный омега.

Мён Хи тогда подумала, что это просто мимолетное увлечение. По какой-то причине. С каких пор До Квон интересовался "омегой"? Так она и думала.

Но каждый раз, когда они встречались, До Квон заводил разговор об Ын Су. В обычной ситуации он бы весь день говорил о скучных вещах.

Белоснежная кожа. Он так хорошо пах. У него такие большие и ясные глаза. Он учился в университете в Англии, поэтому говорит по-английски с очень хорошим британским произношением без акцента, что ему показалось это милым.

А когда наступала годовщина смерти родителей Ын Су, он всегда был хмурым, потому что волновался за него, или он выкупал всю галерею, потому что Ын Су порекомендовал какого-то художника. Или он был похож на дурака, мечтающего о счастливом будущем, он говорил о том, что у них с Ын Су будет ребенок. И тогда Мён Хи улыбнулась и подумала: О, мой сын действительно влюблен".

Ын Су, которого она встретила, был таким честным, любящим и светлым, что она сразу поняла, почему До Квон так отчаянно пытался повеситься на дереве по имени Ын Су.

Два года спустя у Ын Су в животе появился ребенок. Когда До Квон без предупреждения заявился ко ним домой и сообщил, что ждет ребенка, они все втроем прыгали от счастья и обнимались.

Но почему... Почему До Квон сейчас сидит перед ней с таким безэмоциональным лицом?

Неужели все из-за этой злополучной автокатастрофы, оставившей в памяти До Квона дыру, через которую вытекли все воспоминания об Ын Су.

Пока Мён Хи вытирала лоб от холодного пота, До Квон негромко произнес.

-Если председатель захочет, чтобы я снова встречался с ним, то будет по-твоему.

-...

-Но даже если я и сделаю так, то будет ли в этом какой-то смысл? Он не вызывает у меня никаких эмоций.

-...

-Я могу жить по образу, который составит для меня председатель, но сможет ли справиться с этим Ын Су?

-Ты...

-Ты сама понимаешь это, поэтому не можешь заставить меня быть с ним, жениться в следующем месяце и растить вместе Бом-и.

До Квон смотрел на Мён Хи холодными глазами. Он знал ее так же хорошо, как и она его: у нее была власть делать все, что она хотела, но она очень осторожно подходила к ее использованию.

Она знала, что, если они с Ын Су окажутся вместе, это будет отравлять их обоих. До Квон будет избегать его, а Ын Су увянет в этом болоте. Она знала это, поэтому и пришла к нему, но не для того, чтобы предложить решение, а чтобы выместить свой гнев.

Пока До Квон продолжал раздраженно вытирать кровь, Мён Хи окликнула его.

-До Квон.

-Что?

-Что ты будешь делать, когда твои воспоминания вернутся?

Мён Хи очень волновалась. Казалось, До Квон упрямо идет к точке невозврата.

Она могла простить ему то, что после потери памяти он некоторое время был груб с Ын Су. Не то чтобы не должна была, но смогла. После этого они вроде бы снова стали ладить, и цвет лица у него быстро улучшился.

Но теперь... казалось, что они мчатся к краю обрыва.

Ын Су, подталкиваемый До Квоном, несся к обрыву, а До Квон подталкивал его, казалось, не замечая, что он тоже приближается к обрыву.

На лице Мён Хи отразилось беспокойство, а До Квон издал небольшой смешок.

-Ну, не знаю, что изменится... Если я пожалею об этом, то это будет только на моей совести.

-...

По выражению его лица Мён Хи поняла, что отношения ее сына с Ын Су полностью исчерпаны, и, как он сказал, ничего хорошего из этого не выйдет, даже если она заставит его.

-Если мы закончили разговор, могу я идти? У меня важная встреча, и я не могу пойти туда весь в крови, мне нужно привести себя в порядок.

До Квон потянул указательным пальцем за горловину рубашки. Кровь, стекавшая по его шее, теперь увлажняла воротник рубашки.

-...

Мён Хи ничего не ответила, что До Квон расценил как разрешение, и встал. Капли его крови стекали на залитый чаем стол.

Мён Хи, глядя на его бледное лицо, сжимала и разжимала губы.

-Не смей причинять вред ребенку в животе Ын Су.

-Что...? А, так ты собираешься удочерить её как свою дочь?

-Нет, я ничего не собираюсь говорить.

«.......»

-Бом-и теперь... только ребенок Ын Су, не твоя дочь, не моя внучка. Мы этого не заслуживаем.

Мён Хи выглядела так, словно потеряла что-то важное. До Квон застыл, ослабив галстук.

"Мы не заслуживаем этого. Что я сделал не так? Должен ли я был принять Ын Су, узнал о его измене? Должен ли я был простить его за ложь? Должен ли я был позволить ему родить ребенка и принять его как своего, и растить так, будто ничего не знаю?"

До Квон не понимал, почему Мён Хи, которая всегда взвешивала рационально пользу и вред, вдруг говорит такие вещи.

Поэтому он ничего не ответил. Он снял пропитанную кровью рубашку и переоделся в новую, повторив тему следующей встречи.

Секретарь Чон, протирая ватным тампоном разбитый лоб До Квона, вздохнул: земля уходила из-под ног.

Разбитая чайная чашка, Мён Хи, разъяренная, как тигрица, и До Квон с разбитым лбом. Война разразилась внезапно, и он был ошеломлен. Секретарь Чон не знал, что происходит, как это случилось и вообще ничего не знал.

Он впервые в жизни видел что-то подобное.

Ему показалось, что все как-то связано с Ын Су. Да и До Квон, который всегда говорил его имя, молчит.

Он должен был заметить это раньше, но в последнее время До Квон слишком много работал, и у него не было времени обращать на это внимание. Секретарь Чон испустил еще один долгий вздох.

-Ты закончил? - спросил До Квон, не отрываясь от планшета.

Секретарь Чон в недоумении покачал головой. Глубокий порез - это не то, что можно было вылечить с помощью простой аптечки.

-Не думаю, что пластырь поможет. Думаю, вам нужно в больницу.

-Все в порядке, самое главное - это встреча.

-...

Ладно, неважно. Жаль, конечно, тратить такое красивое лицо, но он не имел право вмешиваться. Если До Квон хотел оставить на своем лице шрам, да и репортеры понапишут не пойми что, когда обнаружат это, то это уже не его проблема, которую он должен решить.

Секретарь Чон продолжил лечение, тяжело вздыхая, словно собирая весь воздух в легких в один вздох. Затем на его плоский лоб наложили тугую повязку. До Квон встал, словно он спешил.

Он грубо потер лоб и направился в маленькую гардеробную, расположенную по одну сторону от кабинета. Там он хранил запасную одежду, галстуки и простую обувь.

Пока он суетился, секретарь Чон небрежно спросил.

-Что случилось... с господином Ю?

-Все кончено, - хмуро ответил До Квон. Секретарь Чон тяжело сглотнул. Все кончено. Между Ын Су и До Квоном все кончено. Он не мог в это поверить, хотя сам слышал это из его уст.

Секретарь Чон набросился на До Квона, отбросив рабочий этикет, и словно наконечником стрелы, выстрелил в него вопросом.

-Почему? Почему вы расстались?

-Секретарь Чон. Я уже столько раз слышал этот вопрос за сегодня.

-...

Секретарь Чон смущенно сузил глаза. Странно. Это сложный вопрос? Причины расставания не должны быть такими же сложными, как вопрос о политических взглядах. «Мы поссорились, любовь остыла, мне понравился кто-то другой, работа стала важнее, мне стало скучно» или что-то в этом роде. Обычные вещи. Не так уж и сложно.

Но До Квон уклоняется от ответа на вопрос. Такое случалось нечасто.

Секретарь Чон смотрел на лицо До Квона через гладкий воздухоочиститель. Он гадал, о чем он думает, что между ними произошло, пыталась угадать.

Но До Квон был странно невыразителен. Он был слишком бесстрастен, когда говорил о своей пылкой любви.

-Я просто устал от омеги, вот и всё.

-...

Секретарь Чон скривил губы: наречие «просто» и глагол «надоело», казалось, никогда бы не сочетались.

После минутного колебания секретарь Чон подошел ближе к До Квону.

-Я... Директор.

-Что?

-Мне нужно вам кое-что сказать.

-Что именно? - спросил До Квон, поправляя галстук ловкими пальцами. Выражение его лица по-прежнему было мрачным и незаинтересованным. Секретарь Чон тяжело сглотнул и начал говорить о прошлом, о том, о чем он не мог сказать спокойно.

-Это... Я долго думал говорить вам это или нет. Два года назад, когда вы с господином Ю впервые встретились, вы мне сказали, что господин Ю тот, кто...

-Секретарь Чон, - в этот момент До Квон низким голосом прервал секретаря Чона.

-Что?

-Я не хочу больше слышать о Ю Ын Су.

До Квон затянул галстук до конца шеи. Он привел в порядок взъерошенные волосы, аккуратно уложил длинную челку, чтобы скрыть рану, и раздраженно поскреб засохшую кровь на виске.

Ын Су был ядовит. Не то чтобы у него был ядовитый характер, скорее речь шла о его существовании.

Сон Хон, Мён Хи и даже секретарь Чон были на грани помешательства, когда слышали только об Ын Су. Было ясно, что между мной и Ын Су все кончено, но я не мог понять, почему вокруг него столько суеты.

Интересно, может, он их всех привлекает? А может, они просто разочаровались во мне?

Мне не нравилось, что все они вспоминали события двухлетней давности. Я чувствовал себя обделенным и странно завидовал тому, что они ищут другого До Квона.

В тот день Ын Су поступил точно так же. В тот день он пришел искать меня на рассвете. В тот день мы переплетались телами все утро. Монолог Ын Су, обращенный ко мне, а точнее, к другому Со До Квону, был таким пронзительным.

И последний поцелуй в щеку. Я знаю Ын Су всего два месяца, но уже не могу сосчитать, сколько раз мы целовались. Но никогда раньше он не целовал меня так.

Это был поцелуй, полный нежности. Это был поцелуй, настолько полный любви, что мне казалось, что если бы я повернул голову и встретился с его губами, его душа могла бы перейти ко мне.

Но это был поцелуй не для меня, а для Со До Квона, с которым он встречался те два года.

Я чувствовала себя тошно. Я чувствовал себя оболочкой Со До Квона.

Его глаза стали холодными, когда он вспомнил те дни. Челюсть слегка отвисла, когда он стиснул зубы, а темные брови сложились в крутую дугу. От него исходили феромоны разъяренного альфы.

-...

Секретарь Чон сделал непроизвольно шаг назад, почувствовав странную атмосферу. Он никак не мог привыкнуть к разгневанному До Квону. Это пугало, это был совсем другой страх, нежели тот, который он испытывал от таких же бет, как и он.

И все же он не убежал. Ему еще предстояло рассказать ему много интересного, того, что он должен знать.

-Мне есть что вам сказать.

-Это связано с работой?

-Нет.

-Тогда убирайся отсюда.

До Квон выгнал Чона из комнаты. Чон повернулась на пятках, но не ушел.

-...

До Квон оглянулся на него, приподняв одну бровь. Это было невысказанное предупреждение, и секретарь Чон не мог не поклониться и не выйти из комнаты.

Вещи, ситуации и время продолжали необратимо переплетаться.

Глава 41

Ын Су зарылся лицом в подушку, сжимая свой живот. Выйдя из кабинета До Гвона, он почувствовал сильную боль в животе, которая продолжалась всю ночь. По ощущениям это совершенно не походило на ту боль в животе, которую он испытывал раньше.

-Бом-и, что случилось? А?

Ын Су дрожащей рукой погладил себя по животу. Он принял ингибитор, и хотя сегодня видел До Гвона, это не должно было вызвать скачок уровня феромонов. Они даже находились близко, и разговор длился меньше пяти минут.

Но почему это происходит? Почему мне вдруг стало так плохо?

Ын Су взглянул на часы. Было уже два часа ночи.

Если он снова не будет спать всю ночь, то завтрашний день будет испорчен, циркадный ритм сбился, и ей придется весь день дремать, есть и пить.

Я этого не хотел. Сколько еще мне придется страдать?

Ын Су резко поднялся и потянулся за ингибиторами на тумбочке. Он уже настолько привык к нему, что держал рядом с собой в спальне

Ногтем большого пальца Ын Су подцепил колпачок. Он достал одну таблетку и на мгновение задумался.

-...

Сколько таблеток он принял сегодня? Он не мог вспомнить. Вообще, большая часть дня прошла как в тумане. С тех пор как он встретил До Квона, у него болел живот, и он не мог вспомнить, как потом занимался своими делами, как прошла встреча и чем все закончилось.

Где, черт возьми, был мой разум?

-Ах... Угх...

Ын Су уже собирался выкрикнуть какое-нибудь ругательство, но быстро закрыл рот и посмотрел на свой живот.

-Прости своего папу, я не буду ругаться.

Ын Су положил таблетку в рот. Не разжевывая, он проглотил ее и рухнул на кровать.

Мне нужно спать. Мне нужно спать сейчас.

Ын Су, зажмурил глаза, и пытался себя заставить уснуть.

Но он не мог заснуть ни в три, ни даже в четыре часа утра. Боли в животе становились все сильнее и сильнее. Его тело было влажным от холодного пота. Его трясло, а живот словно разрывало на части. Ему казалось, что Бом-и танцует внутри него, держа в руках нож.

-Ах...

Ын Су тихонько застонал и, не удержавшись, нащупал под одеялом мобильный телефон. Сияние телефона осветило тускло освещенную спальню.

Дрожащим пальцем Ын Су набрал три цифры.

[1, 1, 9].

Ын Су посмотрел на три цифры и истерично рассмеялся. Он никогда не думал, что так скоро наступит день, когда ему во второй раз в жизни придется вызывать скорую помощь. Он не знал, как все к этому пришло.

Медленно моргая, Ын Су нажал на кнопку вызова. Он объяснил свое состояние, как мог.

После этого Ын Су, уже второй раз посещавший отделение скорой помощи, собрал пальто, сумку, нижнее белье, зарядное устройство для телефона и ноутбук и присел на крыльцо. Он оставил входную дверь открытой на случай, если парамедикам будет трудно попасть внутрь.

Холодный ветер из коридора, словно змея, пронесся по жаркому дому.

Ын Су почувствовал его сквозь расфокусированные глаза, схватился за живот и с воплем упал набок.

Не успев открыть глаза, он понял, что уже лежит на больничной койке. Одеяло, запах дезинфицирующих средств, умеренный шум.

Он посещал больницу месяц за месяцем, неделю за неделей после автомобильной аварии, и все это казалось ему таким же знакомым, как дом.

Ын Су закрыл глаза и протяжно вздохнул. Боли в животе больше не было. Вместо этого он почувствовал тяжесть. Тусклое ощущение от прикосновения пухового одеяла к коже говорило о том, что обезболивающие препараты действуют на его организм.

Ын Су с приглушенным стоном ворочался. Мне нужно встать, посмотреть, который час, через несколько минут я должна быть на работе, подумал он про себя. Кто-то натянул одеяло на плечи Ын Су.

От неожиданности Ын Су открыл глаза. Резкий флуоресцентный свет больницы резал глаза. За светом он увидел расплывчатую фигуру. Кто-то сидел на кровати. Ын Су сузил глаза. Широкие плечи. Черные волосы.

-Господин До Квон...? - тихо пробормотал Ын Су, и мужчина наклонился в одну сторону, потом обратно.

-Э-э-э... Это не До Квон.

Это был знакомый голос, низкий, но не такой низкий, как у До Квона, а более мягкий. Веки Ын Су быстро затрепетали. Постепенно зрение прояснилось.

Это был Сон Хон.

-У-управляющий... директор?

-Да. Это я.

Как насчет боли? Ты в порядке? В теле Ын Су была целая пачка обезболивающих. Сон Хон улыбнулся и ласково погладил Ын Су по волосам. Ын Су безучастно смотрел на него. Должно быть, он его перепутал, потому что у него были большие плечи и похожая прическа.

-Как я попал сюда...

Ошеломленный внезапным появлением Сон Хона, Ын Су вскочил на ноги, но Сон Хон с широко раскрытыми глазами подхватил его и уложил обратно на кровать.

-Не надо вставать, тебе нужно больше отдыхать.

Он был одет в свободную домашнюю одежду, его волосы были взъерошены, а глаза были устремлены на него. Он выглядел совсем не так, как на работе. Должно быть, он ушел из дома в спешке. Как он узнал?

Сон Хон слегка улыбнулся в ответ на вопросительный взгляд Ын Су.

-Когда я в прошлый раз навещал тебя в этой больнице, то оставил свое имя в качестве твоего опекуна, так, что думаю, они связались со мной по оставленным записям. Все хорошо.

-Ох...

Ын Су тихонько вздохнул: так и есть, имя Сон Хона было в списке опекунов, и это было странно, ведь он не знал об этом.

Пока Ын Су хлопал глазами, все еще не до конца понимая ситуацию, Сон Хон нежно обхватил его руку и сжал.

-Знаешь, как я был удивлен? Тебя так долго не было в больнице, а ты вдруг снова в приемном покое... Сейчас тебе говорят одноместную палату, но на это уйдёт время. Сейчас утро, поэтому весь персонал занят, но совсем скоро мы сможем тебя перевезти.

При этих словах Ын Су стряхнул руку Сон Хона и вскочил на ноги. В его расширенных глазах мелькнула паника.

-Который час?

-Ох... Сейчас 9:00 утра, нет, точнее 9:31.

Сон Хон посмотрел на свои наручные часы и ответил, отчего у Ын Су посинел цвет лица.

-Мне срочно нужно на работу.

-Не волнуйся, я оплатил твой больничный.

-Вы?

-Да, я же управляющий директор, поэтому могу справиться и с такими вещами, - шутливо сказал Сон Хон, разглаживая взъерошенное одеяло. Ын Су моргнул, пошевелился, а потом ойкнул и рассмеялся.

-Спасибо, я снова перед вами в долгу.

-Нет, всё в порядке.

На это Ын Су покачал головой.

-Я в долгу перед вами. Даже если вы мой близкий друг, наверное, вам было нелегко проделать весь этот путь.

-... Близкий друг?

-Да, спасибо вам большое. Я угощу вас чем-нибудь дорогим, когда выйду из больницы, - сказал Ын Су, его голос был полон решимости. Но по какой-то причине цвет лица Сон Хона выглядел не лучшим образом. Ын Су уже собирался спросить его, в чем дело.

-Пациент Ю Ын Су, ваша палата готова. Сейчас мы вас перевезем.

Медсестра откинула занавеску.

Ю Ын Су слушал слова врача в оцепенении. Врач, прищурив глаза и поджав губы, говорил долго, не делая пауз. В водопаде слов, вырывавшихся из его уст, не было ничего хорошего.

Стрессовый гастрит, опасность воспаления во время беременности, слишком сильный феромонный шок, сокращение матки, дисбаланс питания, недостаток сна, ломота в теле, плод также испытывает огромный стресс, он неподвижен, риск преждевременных родов и так далее. Он сбился со счета.

Когда я слушал, мне казалось, что из моей головы, высасывают разум, рассудок и душу.

Ын Су, пошатываясь, вышел из кабинета.

-Ын Су!

Сон Хон быстро схватил Ын Су за руку. Он крепко сжал его предплечье и медленно повел в больничную палату.

Сон Хон слушал, о чём говорил врач с Ын Су. Ын Су настаивал на том, что с ним все в порядке, но он был бесхарактерно упрям, поэтому он остался с ним, чтобы выслушать мнение врача как его опекун.

Оглядываясь назад, можно сказать, что он поступил правильно. Если бы не Сон Хон, Ын Су так бы и сидел в коридоре, рыдая и прося, чтобы мир оставил его.

Оказавшись в роскошной одиночкой палате, Ын Су обнял живот и долго плакал. Она плакал так сильно, что его голос охрип.

Сон Хон не говорил никаких слов утешения, только салфетки, полный стакан воды, изредка поглаживал его по предплечью и глубоко вздыхал, когда температура начинала повышаться.

Ын Су плакал до тех пор, пока у него не опухли глаза. Потом, когда подошло время еды и в дверь больничной палаты постучала медсестра и сказала, что заказ по меню сделать невозможно, он быстро перестал плакать.

Сон Хон, загородив своими широкими плечами проем двери, быстро заказал то, что пришлось бы по вкусу Ын Су, и отослал медсестру.

Ын Су вытер слезы с глаз и покачал головой.

-Простит, управляющий директор. Я ужасный человек, не так ли?

-Не говори так.

-Но... я не забочусь о себе, рыдаю, как ребенок. Я знаю это, но я не могу не перестать плакать, это так раздражает.

Ын Су изо всех сил скомкал одеяло. Я взрослый человек, взрослый человек с работой, и я чувству, как ухудшаюсь с каждым днем с тех пор, как забеременел. Я плакал как ребенок, постоянно нервничал, забросил работу, и теперь не знаю, как мне жить дальше.

Такое ощущение, что я издалека наблюдаю за медленным концом света.

Ын Су сильно прикусил нижнюю губу и отпустил ее.

-Это так несправедливо. Я так старался... Я пытался есть, пытался спать, но все выходит не так, как я хотел...

-Ын Су...

-Мне постоянно снялся кошмары о том, как умирают мои родители. Как мужчина, которого я встретил в отеле преследует меня. Как господин До Квон бросает меня, и все это повторяется из раза в раз, я уже не могу так.

-...

-Я не могу есть, мне становится душно до такой степени, что я не могу дышать.

-...

-То же самое с ингибиторами, я знал, что они вредны для Бом-и, но если я не принимаю их, мне становится слишком плохо, чтобы сидеть на работе, поэтому я снова пичкаю их в себя.

-...

-Это просто, это просто невыносимо больно.

-...

-Иногда я просыпаюсь посреди ночи от кошмара, смотрю в окно и думаю: "О, если бы я мог выпрыгнуть из этого окна, возможно, я смог бы возродиться и начать все сначала. Я смог бы быть самим собой, мои родители не погибли бы, и у меня мог бы быть милый возлюбленный, у меня могло бы быть здоровое тело, и у меня была бы здоровая Бом-и".

Густые слезы капали на одеяло. Сон Хон нахмурился, слушая монолог Ын Су. По какой-то причине он чувствовал себя неловко. Что он имеет в виду, говоря о выпрыгивании из окна, - хочет ли он умереть?

В этот момент Сон Хон произнес «Ын Су» и открыл рот. Ын Су безучастно посмотрел на Сон Хона.

-Раньше я часто посещал психиатров, и они мне говорили, что если я вдруг снова начну думать о смерти, или буду думать о жизни после смерти, то я должен вернуться в больницу, но... у меня нет на это времени.

-...

-Нет, я не хочу так. Я ненавижу больницы, управляющий директор. Я их так ненавижу... так сильно... Но я продолжаю приходить в это ужасное место, где повсюду так и сквозит смерть и болезни, я просто...

Ын Су бормотал это снова и снова. Его лицо, красное от слез, стало белым. Его голос становился тише, а тело напряглось.

Сон Хон быстро окинул его взглядом. И тут он понял. Он не дышит.

Сон Хон схватил Ын Су за локти и заставил его посмотреть на него.

-Ын Су, подожди. Ты не дышишь?

-Ха...

-Дыши, дыши, давай же, - сказал Сон Хон, обрывая слова. Пустые глаза Ын Су уставились на Сон Хона, но он по-прежнему не дышал.

-Дыши, Ын Су! - повторил Сон Хон. Губы Ын Су разошлись, но это не помогло: он просто пытался вдыхать и выдыхать, как будто не знал, как дышать.

-Блять!

Скрежетнув зубами, Сон Хон нажал на кнопку экстренного вызова на прикроватной тумбочке. Вскоре прибежали врачи и медсестры. Ын Су был прижат к кровати, как будто его привязали, над его крошечным лицом был натянут аппарат искусственной вентиляции легких. Тыльную сторону руки Ын Су пронзил новая игла, а врач проверил его зрачки перочинным фонариком.

Сон Хон сделал два шага назад и уставился на беспорядок.

Затем он крепко сжал кулак. По тыльной стороне его толстой руки потекла кровь.

Глава 42

-Нет.

Ын Су решительно отказался.

-Ын Су, ты должен.

Но Сон Хон не сдавался и подтолкнул Ын Су. В ответ Ын Су поджал губы.

-Я не хочу. Мне это не нравится.

-Почему ты не хочешь?

-Просто... не нравится.

Ын Су повернул голову в другую сторону, как будто не собирался больше говорить. Его округлый затылок был полон упрямства и высокомерия. Сон Хон насухо вытер лицо. Он не знал, как реагировать на упрямство Ын Су, ведь раньше он никогда не видел его таким.

Вздохнув, Сон Хон сел на кровать Ын Су и сказал.

-"Просто" - это не причина. Назови мне причину, которую я смогу понять, и я отступлю.

-...

Ын Су не ответил, и в этой тишине Сон Хон понял, что скрывалось за его «просто».

Сон Хон потёр тыльную сторону ладони большим пальцем.

-Это из-за Со До Квона?

При этих словах плечи Ын Су дернулись.

-... Нет.

Он ответил с опозданием. Сон Хон ухмыльнулся. Ын Су был намного моложе него, но он никогда не считал его молодым, а сегодня он чувствовал его особенно юным.

-Ын Су.

-...

-Между тобой и До Квоном все кончено, теперь Ын Су может встречаться с кем хочет и как хочет, так что ты не должен чувствовать себя виноватым за то, что лечишься чужими феромонами, тебя никто не осудит.

Вчера Ын Су упал в обморок от гипервентиляции, и Сон Хон долго разговаривал с врачом. Ему сказали, что все в порядке, но первое, от чего ему нужно оправиться, - это феромонный шок, для лечения которого необходим регулярный контакт с альфой, а он никогда не мог этого делать, потому что была слишком против чужих феромонов.

Когда феромонный шок пройдет, его циркадный ритм придет в норму, и он сможет сократить потребление ингибиторов, которые были подобны яду, и его метаболизм улучшится.

Сон Хон весь день пытался убедить Ын Су. Он уже выбрал альфу, с которым будет контактировать. Искренний, благородный молодой человек. И его феромоны смогут помочь Ын Су.

Ну, вообще, близкий контакт здесь совсем не нужен, скорее просто находиться вместе, держаться за руки, обниматься и обмениваться феромонами, но все же. Именно он должен прикасаться к нему, а не кто-то другой, и он не может позволить любому альфе сделать это.

Сон Хон был раздосадован тем, что Ын Су так сопротивляется. Он понимал, зачем он это делает, но не мог понять его упрямства, когда на первом месте должно стоять его здоровье.

Нет, на самом деле его раздражало то, что в его жизни до сих пор присутствует Со До Квон.

-Это просто как обычное лечение.

Сон Хон заверил его, и Ын Су снова посмотрел на него.

-Я знаю это... И понимаю, но мне так некомфортно... Я недоволен собой..

-Ты должен поставить Бом-и на первое место.

-...

-Бом- и болеет, как и ты. Поэтому тебе нужно увидеться с альфой, чтобы вылечиться и не пострадать еще больше.

-Ах...

-Как долго ты собираешься принимать ингибиторы? Как долго ты собираешься мучить Бом-и? Зачем идти по сложному пути, когда есть более лёгкий? Думаешь, Со До Квон, которому уже все равно на тебя, разочаруется в тебе еще больше?

Это было вопиюще жестоко, но Сон Хон ничего не мог с собой поделать. Он мог использовать чувство вины Ын Су, чтобы выплеснуть его наружу, сколько угодно, лишь бы его вылечили.

Сон Хон, не моргая, смотрел на Ын Су. Тело Ын Су неистово дрожало.

Каждый слог, который он произносил, был похож на огромную пулю. Они пронзали все его тело. Как будто ему оторвали ноги, сдавили бока и раздробили колени.

В том, что сказал Сон Хон, не было ничего плохо, напротив, он не ошибался. Если я буду сохранять такое же упрямство, а тем более целомудрие. До Квон не удостоит его своей честью, он не будет стоить в его глазах ровным счётом ничего. Он даже не узнает об этом.

Почему я продолжаю быть таким слепым? Думая и надеясь, что когда-нибудь, в далёком будущем, он вернётся ко мне, ведь я даже не могу сказать, когда наступит этот день. Нет, возможно, пока я буду жив, он никогда не наступит.

Ын Су посмотрел вниз на свой выпуклый живот.

Бом-и. Моя прекрасная дочь. Моя единственная и неповторимая семья.

Да, Бом-и должна оставаться на первом месте. Она должна быть в десять, а то и в сто раз быть важнее. Она не должна болеть, не должна страдать от этой боли.

Ын Су глубоко вздохнул и пристально посмотрел на Сон Хона.

-Я сделаю это.

Уголки рта Сон Хона вытянулись в глубокую дугу.

Лечение было настолько мягким, что мне казалось, что все мои опасения напрасны. Процедурный кабинет с одной стороны был полностью стеклянный, и Сон Хон и врач смотрели внутрь снаружи. В процедурном кабинете стоял просторный диван, а на теле Ын Су тут и там были размещены датчики, которые могли измерять уровень феромонов.

Альфа, который пришел дать ему феромоны, был мужчиной. Он был студентом колледжа и, похоже, уже привык к подобным процедурам. Ын Су неловко поприветствовал его, и альфа улыбнулся ему, сказав, что будет рад помочь.

-...

-...

Наступила тишина. Ын Су держал альфу за руку и смотрел прямо перед собой, точнее, на Сон Хона за стеклом. Он был единственным знакомым в этом странном месте.

Затем от альфы начала исходить струйка феромонов. Плечи Ын Су задрожали. Затем альфа скользнул к нему и сел рядом. Ын Су инстинктивно отпрянул назад, но альфа крепко сжал его руку, притягивая к себе.

-Давай закончим с этим.

-Ах... да...

Ын Су скривил губы и кивнул. Альфа смотрел на него исподлобья. Затем, ни с того ни с сего, он начал что-то рассказывать.

-Это для волонтерской деятельности.

-Что?

-Чтобы закончить университет, мы должны отрабатывать определенное количество волонтерских часов. В разных университетах варьируется по-разному, но мне нужно набрать где-то сорок часов или около того.

-О... волонтерские часы...

-Университет решает, какую деятельность можно выполнять, она бывает самая разная. Некоторые трудные, некоторые легкие, которые можно выполнить за 4-5 дней во время школьных каникул, бывают и задания, которые растягиваются на неделю.

-Понятно...

Ын Су безучастно кивнул. Он не знал, зачем альфа это рассказывает, но это было лучше, чем молчать в неловкой тишине.

-Университет, в котором я учусь, находится недалеко отсюда, нужно проехать одну остановку на метро.

-Понял...

-А чтобы поделиться феромонами, нужно минут десять, и за это задание дают целый час.

-Ого... час?

-Ага. Так что это выгодно, верно? Поэтому конкуренция большая, и вон тот мужчина, что выбрал меня, потому что я хорошо учусь, поэтому я здесь.

Альфа указал подбородком на Сон Хона за стеклом, и глаза Ын Су моргнули на этих слова, а затем он хихикнул. Значит, выбрал партнера на основе оценок? Кто так вообще делает? Это было так странно, но вполне логично, ведь это было так похоже на Сон Хона.

После этого Ын Су и альфа говорили о многом. Большую часть разговора поддерживал альфа, а Ын Су внимательно его слушал.

Альфа был неплох. Он был кокетлив, его феромоны были в меру мягкими, а рука, которую он держал, была большой и теплой. Он будет популярен в институте, подумала он про себя.

Вскоре процедура закончилась. Альфа поклонился.

-Спасибо за ваши усилия. Поправляйтесь скорее.

-Да, спасибо вам.

Ын Су молча поклонился. Альфа проследовал за медсестрой, чтобы подписать обходной лист, и исчез, не оглядываясь.

-Как все прошло?

Сон Хон поспешил к Ын Су. Ын Су слабо улыбнулся.

-Все прошло неплохо. Это не было не неприятно, и я бы повторил еще раз.

-Ты хорошо постарался.

Сон Хон погладил Ын Су по волосам, словно гордился им. От его прикосновения Ын Су загордился. Давно к нему так не прикасались.

Врач показал ему график, согласно которому феромоны начали снижаться, и порекомендовал продолжить лечение, если позволит время. Ын Су кивнул. Это несложно. Раз уж он сделал это однажды, то всегда сможет сделать это снова. На душе стало легче.

На следующее утро Ын Су разрешили покинуть больницу.

Ын Су с волнением собирал вещи. Сегодня я просто отдохну, а завтра мне нужно на работу. Приду домой, запущу пылесос, приму горячий душ, посмотрю телевизор и закажу чжачжанмён.

У меня такой прекрасный план.

Ын Су, закончив собирать вещи, закивал думая о своих планах, а Сон Хон исчез, чтобы поговорить с врачом.

-Они точно уверены, что я мог идти домой? - спросил Ын Су, в глазах которого читалось нетерпение. Сон Хон улыбнулся и кивнул.

-Да. При условии, что ты будешь принимать феромоны не реже двух раз в неделю.

-Ах.. Я сделаю это, - игриво сказал Ын Су, сморщив нос. Ын Су давно не чувствовал себя так хорошо. Да и вообще, он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как его настроение можно было назвать «хорошим».

Сон Хон в недоумении уставился на Ын Су. Затем, когда Ын Су уже заканчивал собирать свои вещи, он заговорил.

-Эм... Ын Су.

-Что?

-Если ты не против, почему бы тебе не остаться у меня после того, как ты окончательно не поправишься?

-...?

-Переезжай ко мне. Будет лучше, чтобы о тебе кто-то позаботился, чем оставаться одному, ты так не думаешь?

Ын Су быстро моргнул. Он хочет, чтобы я переехал к нему? Зачем? Чтобы позаботиться обо мне?

Когда глаза Ын Су расширились в замешательстве, Сон Хон поспешно добавил.

-Я боюсь, что ты снова упадешь в обморок. Ты говоришь, что тебе снятся кошмары и что, тебя посещают плохие мысли, когда ты смотришь в окно...

-Ах... Все в порядке, теперь я действительно буду в норме.

-...

-Кошмары- это не то, что можно исправить за один или два дня, но со временем к этому можно привыкнуть и избавиться от плохих мыслей.

Ын Су подумал, что его слова звучат очень неубедительно. Он не мог контролировать свое состояние, и ничего не получалось так, как он хотел. Но теперь, когда он зашел так далеко, все было совсем иначе.

Сонхён неодобрительно наморщил лоб. Ын Су снова заговорил.

-Все в порядке, вам больше не придется приходить в больницу, так что не волнуйтесь.

Я уже и так в долгу перед Сон Хоном, и больше не могу оставаться и дальше. Ын Су, который неоднократно говорил, что все в порядке, взял багаж, но Сон Хон посмотрел на Ын Су несколько недовольным взглядом.

-Не слишком ли ты уверен?

-Что?

-Что, если что-то случится? Что, если Бом-и умрет?

-Что...? О чем вы говорите?

У Ын Су посинел цвет лица.

"Что если Бом-и умрет?" Он и сам это понимал, и уже ни раз его мысль об этом посещала, однако он никогда не осмеливался сказать об этом вслух. От одной мысли об этом у него по спине пробегали мурашки. Как он мог сказать это настолько холодно?

Ын Су уже собирался сделать шаг назад, как Сон Хон схватил его за запястья. Затем произнес слова, будто ругал его.

-Подумай о Бом-и. Ты уже и так зашел так далеко, что если случится что-то подобное снова? Подумай об этом, пути назад не будет.

-....

Ын Су глубоко вздохнул. Он не ошибался.

Он зашел так далеко, и если это случится снова... Если ему снова будут сниться кошмары, если он будет грызть ингибиторы, смотреть в окно и желать смерти. Если он будет чувствовать себя только хуже. Тогда на кону будет стоять не только жизнь Бом-и, но и его собственная.

Кончики пальцев Ын Су подергивались в руках Сон Хона. Он встряхнул ее, сказав, что Сонхон прав.

-Может быть, ты будешь лучше спать, если сменишь обстановку? В твоем доме слишком много воспоминаний, и поэтому тебе снятся кошмары. Если ты сменишь дом и кровать, может, твой сон улучшится и тебе станет легче?

-Ах...

-Я останусь с тобой, буду заботиться о тебе, если ты вдруг почувствуешь себя плохо, давать лекарства. К тому же мой дом находится близко рядом с работой, тебе будет гораздо проще добираться.

-...

-На метро нельзя ездить на работу до родов. Это неудобно, и но и опасно. В метро много лестниц, много людей, а вдруг тебя толкнут и ты упадешь?

Это было непросто. Он ничуть не преувеличивал. Пока он говорил, я отчетливо видел сцену. Толпы людей в метро, мой живот болит. Люди натыкаются на меня, когда я медленно поднимаюсь по лестнице, потому что я на полном сроке, а потом наклоняюсь назад. И...

Ын Су поджал губы. Он был слишком гордым, чтобы сказать "да" и пока он размышлял. Сон Хон хмыкнул и легонько потянул Ын Су за запястье.

-Пойдём, я волнуюсь.

Ын Су неохотно кивнул, в его голосе слышалось отчаянное беспокойство. Рот Сон Хона раскрылся в широкой дуге.

Глава 43

-Простите... За вторжение, - сказал Ын Су, неловко снимая туфли. Он давно знал Сон Хона, но впервые посетил его дом.

Когда вы становитесь старше, независимо от того, насколько вы близки, очень редко удаётся побывать у кого-то дома. Разве что на новоселье, но и это было необычно- оставаться у кого-то на столь длительный срок.

Сунув ноги в домашние тапочки, Ын Су уже восемь раз подумал о том, что ему нужно было просто пойти домой. Но он уже собрал все свои вещи из дома, а после неловкой поездки в метро с Сон Хоном его бросало в дрожь при мысли о том, что придется делать все заново.

-Иди сюда, Ын Су, я специально выбрал комнату, где окна маленькие.

Сон Хон, несущий багаж Ын Су, кивнул головой, как бы говоря, что нужно поторопиться. Ын Су издал фырканье, похожий на вздох, и вышел из коридора.

Дом Сон Хона был просторным и аккуратным. В чем-то он напоминал дом До Квона, но был гораздо теплее, в нем то и дело попадался интерьер, сделанный из чистого дерева. В нем также слабо пахло диффузорами.

У дома не было отдельного второго этажа, а скорее был похож на лабиринт. У него мелькнула глупая мысль, что он может заблудиться в коридорах.

Сон Хон открыл дверь в комнату, расположенную рядом с гостиной. Комната выглядела как хороший гостиничный номер. Она была просторной, чистой и аккуратной. В комнате стояла мягкая кровать, письменный стол и большой шкаф для хранения вещей. Большой телевизор, небольшой диван, а также в нём имелись роскошные светильники.

С одной стороны был ряд окон, но по сравнению с комнатой Ын Су, где он раньше жил, здесь окна были похожи на мышиные норки, поэтому казалось, что ему больше не удастся загипнотизироваться, смотря в окно, и думая о том, чтобы выпрыгнуть.

Казалось бы, чтобы спрыгнуть с этого места, пришлось бы изгибаться по- всякому, а то и вовсе оторвать себе руки и ноги, чтобы хотя бы просунуть туловище. Так что эти окна далеко бы не подошли для суицида.

-Вау... это вы так оформили гостевую комнату?

Ын Су зашёл, поддавшись восхищению.

-Нет, Ын Су, я сделал её специально для тебя.

Сон Хон шутливо ответил, пожав плечами. Ын Су поняв, что это была шутка, хихикнул, на что Сон Хон широко улыбнулся.

-Я пользуюсь ванной, которая находится рядом с моей спальней, так что можешь не беспокоиться, я тебя не потревожу.

-Хорошо.

-Тогда давай ты приведёшь себя в порядок, выйдешь, и мы поужинаем. Есть ли что-то, что бы ты хотел съесть?

При слове «ужин» глаза Ын Су заблестели, он почувствовал, как проголодался. Однако он уже точно знал, что хотел съесть. Но он немного стеснялся спросить. Ын Су заколебался.

-Я хочу...

-Что?

-Чачжанмён*.

-...Чачжанмён?

Чачжанмён - лапша с черным сладким бобовым соусом.

-Да. Когда я вышел из больницы, я подумал, что должен прийти домой и съесть чачжанмён. Но если вы вдруг хотите поесть что-нибудь другое, то я не против.

Ын Су подумал: "Я раньше никогда не ел с Сон Хоном что-то подобное. Я ел с ним бесчисленное количество раз, но мы всегда ходили в аккуратные корейские или модные рестораны, поэтому мне показалось немного странным приглашать его съесть 5 000 вон за миску чачжанмёна".

Это все равно, что пригласить чеболя поесть обычной уличной еды.

Ын Су нервно посмотрел на Сон Хона. Трудно было предугадать его реакцию, и он подумал, не рассердится ли он на него за то, что он попросил его съесть нечто подобное.

Но Сон Хон ухмыльнулся.

-Чачжанмён- это хорошо. Стоит ли мне купить кисло-сладкие рёбрышки? Или канпонги*?

Канпонги -филе куриного бедра, обжаренное во фритюре в кисло сладком соусе.

При этих словах цвет лица Ын Су стал ярче. Он подпрыгнул на пятках и перечислил блюда, которые бы хотел съесть.

-Хорошо, можно мне кисло-сладкие рёбрышки или сливочные креветки? И ещё жареный рис. Нет, лучше джампонг*...

Джампонг - Китайская лапша со сладковатым бульоном, приготовленная из морепродуктов и овощей.

Ын Су говорил с восторгом, предвкушая, как он вкусно сможет поесть. Сон Хон громко рассмеялся. Успокоившись от смеха, он сказал что-то вроде: «Я закажу тебе все, что ты захочешь съесть, только скажи».

При этих словах Ын Су выглядел так, будто собирался крикнуть «ура».

Обеденный стол в доме Сон Хона был очень большим. В доме была отдельная столовая, рассчитанная примерно на десять человек. И большие тарелки, типичные для китайской кухни, заполнили стол.

Вместо того чтобы заказывать еду в обычной службе доставки, Сон Хон связался по телефону с владельцем известного ресторана и попросил доставить блюда к нему домой. Ын Су похвалил его за то, что это так типично для него.

Были заказаны джампонг и чачжанмён, жареный рис, кисло-сладкие рёбрышки, канпонги и сливочные креветки. К этому списку он добавил ещё несколько блюд, что в конечном итоге получился настоящий пир.

Ын Су ел с удовольствием. Он опустошал миски очень быстро.

Это была сытная еда. В больнице еда была безвкусной, и он скучал по соленой, сладкой и острой пище.

-Как и ожидалось, в день моего переезда это был чачжамён, - сказал Ын Су, посасывая соломинку своей колы. Сон Хон, наблюдавший за тем, как Ын Су ест, опустив подбородок, спросил.

-Переезд?

-Ох, ну это сложно назвать переездом, но всё равно. Ты перевозишь свои вещи, меняешь постель и... это не так уж сильно отличается от переезда, - сказал Ын Су с неопределенной улыбкой. Сон Хон слегка качнул подбородком в знак согласия. Отложив столовые приборы в знак окончания трапезы, Ын Су достал лекарства, и разделил на маленькие порции. Питательные и стимулирующие средства для беременных.

Ын Су уставился на ингибитор. Ингибитор, размером с ноготь указательного пальца, был сломан пополам. Это связано с тем, что в больнице рекомендовали немного снизить дозировку перед сном или когда он находится дома.

Сон Хон был перед ним, но он был бетой, поэтому можно было даже не принимать ингибиторы. Что в целом облегчало ситуацию.

Быстро поблагодарив, Ын Су засунул таблетки в рот, и запил их водой. Тем временем Сон Хон принялся наводить порядок. Ын Су быстро проглотил таблетки и последовал за ним.

-Всё в порядке, просто присядь, в холодильнике есть торт, можешь съесть его.

-Ох, как я могу просто сидеть?

-А что в этом такого? Я привёл тебя сюда не для того, чтобы ты мне помогал.

-Я хоть и пришёл к вам в дом, но я не могу просто есть торт, пока вы убираетесь, потому что это уже слишком.

Ын Су игриво сморщился. Сон Хон не смог сдержать улыбку, после они помогали друг другу в уборке.

-Ты уже подобрал имя Бом-и? - спросил Сон Хон, вымывая чашки. Этот вопрос заставил Ын Су напрячься, пока он вытирал стол.

Прим. пер: "Бом-и" не является постоянным именем, которое будет носить ребёнок после рождения, оно скорее временное.

-Пока... нет.

Она не задумывался об этом ещё. Вернее, у него не было времени думать об этом. Он ещё даже не привык её называть "Бом-и", а теперь уже надо подобрать подходящее имя.

Лицо Ын Су снова стало серьезным. Имя. Имя... Он был не слишком изобретательным в этом вопросе. Когда он подбирал имя Бом-и, то хотел её назвать "потрохами" или "морским огурцом".

곱창 - "гопчан" - "потроха"

해삼 - "хэсам" - "морской огурец" - морское живое существо.

Ын Су осторожно погладил живот и сказал.

-Бом-и, у тебя есть имя на примете?

"Дай мне знать. Я буду очень рад твоему предложению". Сон Хон посмеялся от бормотания Ын Су, тот тоже в свою очередь слегка рассмеялся, как вдруг в животе появились странные ощущения.

-...

Ын Су замер, ошеломлённый чувством, которого никогда раньше не испытывал. Его дыхание резко остановилось, а глаза расширились.

Через несколько секунд его живот оставался таким же неподвижным, как и прежде. Ын Су покачал головой, размышляя, не ошибся ли он. Потом оно снова дернулось, и что-то зашевелилось внутри желудка.

Словно что-то вытягивалось изнутри, но потом упирался в кожу живота и сжимался.

Ын Су быстро моргнул. Что это такое, на что это похоже? Сначала он задумался, а потом понял.

Это наконец-то произошло. Бом-и наконец-то пошевелилась.

-Она только что... только что двигалась! - закричал Ын Су, испугав Сон Хона, который выронил стакан из рук. Он упал в раковину и, к счастью, не разбился, но Сон Хон был искренне удивлен.

-Что-что?

Сон Хон даже не успел вытереть воду с рук, как бросился к Ын Су, который приподнял футболку, обнажив круглый, выпуклый живот, и снова закричал.

-Бом-и! Бом-и, она только что двигалась!

Ын Су вытянул одну руку вверх. Как будто подражая Бом-и. Затем он посерьезнел и пробормотал.

-Нет, что именно это было?

-Неважно, по крайне мере, она двигалась, - с ухмылкой сказал Сон Хон. Ын Су сузил глаза и энергично кивнул.

-Верно, она всё равно двигала одной из своих конечностей!

-Поздравляю, у Бом-и сегодня, должно быть, хорошее настроение.

Сон Хон слегка погладил щёку Ын Су тыльной стороной своей сухой рукой. Но выражение лица Ын Су почему-то стало странным. Удивившись, Сон Хон быстро убрал руку, но лицо Ын Су мгновенно стало влажным, как мокрая ткань.

-...Да, похоже, у неё и правда хорошее настроение.

-Ын Су.

-Если бы я был всегда в хорошем настроении, то она бы уже давно бы пошевелилась. Теперь я могу наконец расслабиться... Бом-и, тебе, наверное, было неприятно всё это время?

Ын Су с досадой похлопал себя по животу. Он не знает, как исправить все то, что сделал не так. Каков же будет правильный путь? Даже если он родит прекрасного ребенка, сможет ли он воспитать его должным образом... Он не знает, сможет ли быть хорошим отцом... Он так беспокоился о том, что может сделать что-то не так. Что если он совершит ошибку или сделает так, что Бом -и заболеет.

Если бы только она умела говорить с рождения. Что в духе: "Папа, я хочу есть. Папа, я хочу в туалет. Папа, я хочу спать. Папа, меня тошнит. Папа, мне неудобно". Если бы она могла так говорить, то было бы всё гораздо проще.*

Прим. пер: где-то плачет один родитель, потому что это офигеть какая жиза.

Как раз в тот момент, когда Ын Су все глубже и глубже погружался в свои переживания, Сон Хон легонько похлопал его по предплечью.

-Ты должен просто порадоваться этому, потому что с этого момента Бом-и будет настолько активной, что тебе будет трудно даже спать.

-Но...

Ын Су не мог избавиться от беспокойства. Сон Хон вздохнул, а затем на длинных ногах подошел к холодильнику.

-Хочешь торт? Там есть лимонад.

-...

-Может, Бом-и больше понравится, если мы съедим что-нибудь вкусненькое. И вдруг она станет ещё более энергичной, видя, что её папа есть что-то вкусное.

Ын Су посмеялся над его милым комментарием. Сон Хон - зрелый мужчина. Милый, внимательный. Наверное, тот, кто создаст с ним семью, будет очень счастлив, подуман Ын Су.

-Управляющий директор.

-Да?

-Спасибо вам, правда. Благодаря вам Бом-и пошевелилась.

-Ну, я не сделал ничего особенного, но мне приятно это слышать.

Сон Хон пожал плечами. Ын Су уже собирался возразить, что он заслужил таких слов. Чёрная тень появилась на столе, очертив мягкую дугу. Это была тень, похожая на ловкого голубя.

-Ах!

От испуга Ын Су схватился за живот и опустился на стул.

-Ын Су!

Испуганный Сон Хон бросился к нему с ножом, которым он нарезал торт.

-Что случилось, в чём дело?

-Это голубь, или ... кошка? Это кошка?

Глаза Ын Су расширились, когда он указал на чёрную тень. Чёрная кошка с гладкой шерстью и стройным телом смотрела на него, моргая своими выразительными желтыми глазами.

-Это "Наби". Она всегда появляется без звука.

Сон Хон негромко рассмеялся и нежно погладил кошку по голове. Кошка мяукнула, как бы отвечая, а затем, коротко муркнув, сползла по столу, потопталась на полу и забралась наверх шкафа, чтобы лечь.

Ын Су уставился на чёрную кошку. В своей блестящей шерсти кошка выглядела как из сказки. Осознав её присутствие, он обратил внимание на кошачий домик, стоящий в гостиной, и на миски с водой в каждом углу дома.

-У вас есть кошка...?

-Да.

-Тогда почему вы никогда не рассказывали мне, что вы её приютили?

В последнее время я часто встречался с ним, особенно в прошлом, и мы проводили много времени вместе в больнице, ели, пили чай и болтали. Но я не знал, что у него есть кошка.

-А нужно было...?

Сон Хон наклонил голову набок, и глаза Ын Су расширились от удивления.

-Конечно! Люди, у которых есть кошки и которые не говорят об этом - самые странные люди!

-Почему это должно быть... странным?

-Потому что она такая милая и её хозяин не хвастается этим!

Ын Су указала на кошку, которая лениво виляла хвостом, но Сон Хон все еще не понимал, о чем он говорит. Пока Ын Су с досадой поджимал губы, Сон Хон положил перед ним кусочек торта и вилку.

Однако Ын Су не мог оторвать глаз от кошки.

Кошка. Кошка.

Он всегда хотел завести кошку, но никогда не мог полностью принять эту идею. Но вот она появилась.

-Её зовут "Наби"? - спросил Ын Су.

-Да.

Сон Хон безропотно кивнул.

-...

Рот Ын Су странно искривился. Наби... Называть кошку "Наби" человеческим именем, как-то... Он подумал, должна ли быть какая-то особая причина для этого?

Сон Хон посмотрел на странное лицо Ын Су и спросил.

-Что с тобой?

-Нет, ничего. Просто имя подобрано в стиле управляющего директора...

Ын Су слегка посмеялся. Сон Хон по-прежнему смотрел на Ын Су с растерянным выражением лица, а Ын Су, кусая торт, не обратил на это внимание, так как находился в глубоком раздумье. Спустя время он пробормотал.

-Действительно, ваш дом- хорошая среда для выздоровления.

-А? Выздоровления?

-Да. Интерьер красивый, еда вкусная, удобная постель, даже кошка есть. Здесь прям рай.

При этих словах Сон Хон прочистил горло и рассмеялся. У Ын Су был прекрасный выбор слов: красота и рай.

-Ты имеешь в виду, что здесь хорошо?

-Да, не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я ужинал в такой обстановке, - пробормотал Ын Су, смакуя торт, крем которого таял во рту. Сон Хон улыбнулся, глядя на расслабленное выражение лица Ын Су.

-Ын Су.

-Что?

-Мы можем также поужинать завтра.

Ын Су медленно моргнул глазами при этих словах Сон Хона, а затем его глаза расширились, и он улыбнулся.

-...Да... Завтра вечером тоже.

Никаких забот. Как сегодня. С улыбкой.

Глава 44

Запыхавшись, Ын Су вошёл в холл своего офиса. До конца обеденного перерыва оставалось всего пять минут. В вестибюле было много сотрудников, которые постепенно возвращались к работе.

Он сверился с наручными часами, глубоко вздохнул, поправил растрепанную одежду, тепло поприветствовал охранника, и он проверил удостоверение сотрудника.

Ын Су заехал в больницу встретиться с альфой. Это была феромонная терапия. Сегодня это был уже седьмой визит. Раньше он проходил две-три процедуры в неделю, но теперь их стало семь.

Пока что уровень феромонов в организме Ын Су неуклонно снижался. Доктор сказал, что еще через три-четыре сеанса он снизится до абсолютно нормального уровня. Это была отличная новость.

Поэтому сегодня вечером они с Сон Хоном решили поужинать в хорошем ресторане и отведать говядину. Конечно, Ын Су настоял на том, чтобы оплатить счет.

Нажав на кнопку лифта, Ын Су заглянула в пакет, который держал в руке. Он в спешке купил в магазине сэндвичи, печенье и напитки, но не знал, успеет ли перекусить в комнате отдыха.

Ын Су постоянно получал феромоны от студента колледжа, с которым не был знаком близко. Ему действительно не хотелось контактировать с незнакомцами.

Он не может просить Сон Хона ездить с ним в больницу каждый раз, когда он занят. Мысль о том, что придется ходить на лечение одному и каждый раз встречаться с незнакомым альфой, была неприятна.

Сон Хон согласился бы, но не факт, что он будет свободен, да и договориться о времени сложновато. Он сказал, что может сделать это во время своего обеденного перерыва, что было не так просто устроить.

Из-за этого не удалось полноценно пообедать, но это не страшно, ведь лечение было гораздо важнее.

Ын Су заглянул в пакет и продумал свой план. Пока он будет работать, он сможет между делом съесть сэндвичи. После обеда у него запланирована встреча и ему нужно было посмотреть черновик, чтобы определить, на какой стадии находится работа, он бы хотел уйти сегодня пораньше с работы, потому что ему очень хотелось поесть говядины.

В это время двери лифта распахнулись с звенящим звуком. Ын Су посмотрел на сэндвич в пакете, и увидел, как двери лифта открылись перед ним. Он шагнул назад, а затем нажал на кнопку 14-ого этажа.

И тут в нос ударил знакомый запах. Он мог узнать этот аромат мгновенно, независимо от того, где и как он его почувствует. Запах, который он точно никогда не сможет забыть. Этот запах он будет помнить до конца своих дней.

Это был феромон До Квона.

Ын Су поднял голову. Сквозь распахнутые двери лифта он увидел лицо До Квона с холодным выражением лица и растерянное выражение секретаря Чона.

Ын Су тяжело сглотнул.

В лифте было слишком тихо. Хоть здесь и было много людей, которые возвращались на свои рабочие места, но похоже, здесь ещё было много места.

Ын Су разочарованно зажмурил глаза. Лифт только начал поднимать, и он добрался только до третьего этажа. Внезапно его пальцы дрогнули, он чувствовал искушение нажать на кнопку пятого этажа и сойти с пути. Но это выглядело бы нелепо, и он не стал пробовать.

Ын Су посмотрел на отражение До Квона в дверях лифта. Он не видел До Квона с того дня, когда он побывал в кабинете Мён Хи, чтобы сообщить ей о расставании.

Он ничуть не изменился. Всё то же лицо, костюм такой же, да и причёска не изменилась.

А ещё он заметил у него на лбу рану. Интересно, откуда она? Наверное, упал или что-то в этом роде.

Ын Су поджал губы. Нет-нет. С ним всё кончено. Всё уже давно кончено. Ему должно быть всё равно, что и как у него дела.

Но стоит ли ему оставаться таким и дальше? Даже если отношения закончились, он всё ещё остаётся начальником, стоит ли с ним здороваться формально? Нет, это ещё более странно.

Он почувствовал сожаление, что вообще зашёл в этот лифт. Надо было не торопиться или вообще прийти раньше.

Ын Су глубоко вздохнул. Это произошло не намеренно. Он попытался коротко выдыхать, чтобы никто не заметил его волнение, но тут в лёгкие ворвался аромат одеколона До Квона. Ын Су быстро выдохнул.

Как тут вдруг. Он почувствовал лёгкое шевеление в животе.

Бом-и начала двигаться. Но в этот раз она двигалась слишком энергично. Раньше она двигалась, но так сильно - никогда. Как будто она вытягивала все свои конечности.

-Ах...

Удивившись, Ын Су обхватил живот обеими руками и издал тихий стон. Пакет с сэндвичами, которые он нёс в руках, с грохотом упал на пол. В этот момент к нему на помощь поспешил секретарь Чон с широко раскрытыми глазами.

-Что случилось, руководитель группы Ю. Вам плохо?

В лифте резко стало шумно. В панике Ын Су быстро замотал головой.

-Ох, нет, я просто немного испугался резких движений Бом-и. Это уже не впервые, я просто ещё не освоился.

Бессвязные слова Ын Су заставили лифт погрузиться в тишину. Зрачки До Квона дрогнули. Глаза секретаря Чона расширились до предела.

-Бом-и... шевелится?

-Да, уже несколько недель.

-О боже, Бом-и шевелится... - воскликнул секретарь Чон, его лицо сияло от волнение. Не менее взволнованный Ын Су восхищённо рассказывал о Бом-и.

-Сейчас она иногда потягивается, переворачивается, и я чувствую, как она иногда пинается в животе, а ещё, как бьётся её сердце.

Секретарь Чон с счастливой улыбкой посмотрел на живот Ын Су, словно смотрел на новорождённого малыша. Ын Су улыбнулся и погладил себя по животу. Потом он вспомнил, что только что натворил, и покраснел. Хвастаться своим ребёнком было дурным тоном.

Ын Су наклонился, чтобы поднять пакет с сэндвичами, но любезный секретарь Чон подхватил его быстрее.

-Спасибо, - поблагодарил Ын Су. Секретарь Чон покачал головой.

-Это что, обед? Или перекус?

-А... обед.

-Почему вы это едите? Вы были заняты работой?

-Нет, дело не в ней, просто у меня была встреча... Поэтому я пошёл в....

Ын Су собирался сказать, что был в больнице, но быстро передумал. Он подумал, что это не слишком хорошая идея говорить о том, что он болеет. До Квон и так знает, что у него феромонный шок, но всё равно не хотелось, чтобы он слышал, как Ын Су поживал всё это время.

Да и какой смысл в этом? Бывают такие моменты, когда перед бывшим хочется выглядеть хорошо, когда случайно сталкиваешься с ним на улице. Что-то вроде: "Смотри, мне лучше без тебя". Это по-детски, но он не мог перебороть это желание.

Ын Су не мог посмотреть на До Квона, поэтому просто скрестил руки на груди. Пакет в его руках зашуршал и издавал неприятный звук.

В этот момент двери лифта с звенящим звуком распахнулись. Ын Су поспешил выйти, а аромат одеколона До Квона улетучился, и он почувствовал глоток свежего воздуха. Если раньше отсутствие запаха До Квона пугал его, то теперь же он давил на него. Он заставлял сердце колотиться в бешенном темпе, словно он выпил слишком много кофеина.

Ын Су отшагнул немного и поклонился, секретарь Чон последовал его примеру. И двери закрылись.

-Ха...

Ын Су испустил долгий вздох. Глядя на табло, где цифры этажей возрастали, Ын Су смог наконец расслабиться. Когда он вошёл в офис, то чувствовал голод, но сейчас ему не хотелось даже глотка воды. Чтобы он не съел, казалось, его вырвет.

Когда Ын Су потёр лицо, трое его товарищей по команде уставились на него с широко раскрытыми глазами. Ын Су резко ахнул и сделал шаг назад.

Но независимо от того, сделал он это или нет, его товарищи по команде бросились к нему.

-О, лидер команды. Вы пришли с директором?

-Я думал, что в последнее время, вы редко здесь бываете на 14-м этаже, но всё же вы пришли.

На это Ын Су двусмысленно улыбнулся. Он ещё не сообщил им о расставании с До Квоном.

Ему показалось, что говорить об этом слишком неловко, к тому же, учитывая их проницательность, рано или поздно они сами об этом догадаются, но это странное совпадение, похоже, прибавит времени к осознанию ситуации.

Ын Су раздумывал, стоит ли ему что-то сказать, но, к счастью, один из членом команды заговорил первым.

-Я слышал, что директор... очень занят в эти дни. Он отвечает за капитальный ремонт фабрики на Филиппинах. Говорят, тамошний владелец фабрики присвоил себе кучу денег, поэтому они стали выпускать бракованную продукцию. Его даже предупредили о том, что будет проводиться чистка среди персонала.

-Что? Директор? Но зачем ему это нужно?

-Ну, этим занималась отдельная команда, но председатель назначил его. Они планируют перестроить всю фабрику?

Ын Су не слышал об этом раньше. Он знал, что с заводом на Филиппинах были проблемы, но не знал, что этим занимается До Квон. Тамошний владелец был не всегда шёл на контакты и довольно эгоистичным, к тому же сама организация была не самой лучшей. А значит, До Квон был главным во всём этом.

Ын Су подумал, не стала ли Мён Хи наказывать его таким образом, но, вероятнее всего, что нет. Потому что эта ситуация явно мешала карьере и репутации компании.

Ын Су кивнул с серьёзным выражением лица и спрятал пакет с сэндвичи, не желая, чтобы его товарищи по команде увидели его и задались вопросом: "Разве вы только не обедали с директором, почему вы принесли сэндвичи?"

Войдя в свой кабинет, До Квон нервно дёрнул за узел галстука. Причиной его раздражения был, конечно же, Ын Су. Именно Ын Су удавалось бросать камни в его спокойные и томительные дни.

Сегодня от него пахло альфой.

Это был запах незнакомца, не слабый, а насыщенный. Его чуть не стошнило прямо на месте.

Не из-за запаха Ын Су, а из-за запаха неизвестного альфы, смешанного с запахом альфы.

Он сказал, что это была встреча. Это была настолько важная встреча, что он пропустил обед, несмотря на беременность? Почему именно с альфой?

Разве он обычно не обедал с Сон Хоном? Или это очередная измена?

Когда он стал думать об этом, его брови, лоб и даже уголки глаз извились дугой. Стоя посреди кабинета, он не стал садиться не за стол и не на диван, а подошёл к телефону. Через несколько секунд после нажатия кнопки вызова раздался негромкий стук в дверь, за которой находился секретарь Чон.

-Да, директор?

-Ю Ын Су.

До Квон не конкретизировал свой приказ, а лишь назвал имя Ын Су.

-...

Секретарь Чон недоумённо посмотрел на него, ожидая дальнейших слов.

-Узнай, чем он занимался.

До Квон потянул галстук, чтобы развязать его. Лицо секретаря в ответ на его странный приказ исказил лицо. Около десяти минут после того как ушёл Ын Су из лица, состояние До Квона было обычным, но сейчас секретарь не ожидал, что он даст именно такой приказ.

В последнее время он делал всю грязную работу вдали от глаз Мён Хи. Он уже несколько недель уходил с работы после полуночи. А ещё он до сих пор не может отвязаться от Ын Су. Если об этом прознает Мён Хи, то на этот раз она точно вышвырнет его из компании по-настоящему, - подумал про себя секретарь.

До этого момента он ничего не хотел слышать о прошлом, а теперь снова преследует Ын Су.

Секретарь Чон был на грани того, чтобы взорваться от разочарования. Ему хотелось привязать его к стулу и рассказать о том, что произошло за четыре года, о которых он забыл, рассказать о том, как он должен относиться к Ын Су, и отругать за то, что он успел натворить. Иначе он умрёт рано или поздно во всей этой суматохе.

Конечно же, ему приходилось молчать обо всём. А то если бы он завёл об этом разговор, то его бы точно выбросили из окна кабинета компании.

-...

Секретарь Чон разочарованно смотрел на До Квона.

-В чём дело?

До Квон приподнял одну бровь, отвечая на странный взгляд. Секретарь Чон отвёл глаза в сторону и пробормотал.

-Нет, просто я думаю, что это странно. Вы сами сказали о том, что разорвали отношения с руководителем группы Ю, но теперь просите о нём узнать.

-...

Рот До Квона сжался в одну линию. Его глаза стали более холодными, а лоб нахмурился.

Секретарь Чон вздрогнул, от того, что давление доминантного альфы пронеслось по его телу. Он хоть и служил много лет До Квону, но редко ощущал на себе его давление, но в этот раз этот гнёт был совсем необычный, к такому он только не привык.

-Понял, сейчас же займусь этим.

Секретарь Чон сразу же поправился и кивнул. Затем он поспешил покинуть кабинет директора.

Вечером До Квон смог полностью услышать отчёт об Ын Су, так как секретарь обещал выяснить всё "сразу же". Но это было совершенно не то, чего он хотел.

Пока До Квон читал страницы формата А4, секретарь Чон постучал в кабинет. Поприветствовав его взглядом, До Квон опустил глаза к своим бумагам. Затем он снова поднял глаза, и заметил, что выражение лица секретаря было немного странным.

Секретарь Чон- весёлый и добродушный человек, к которому всегда можно было найти лёгкий подход, но не в этот раз. До Квон много раз видел, как секретарь Чон справлялся со своими утомительными и мрачными обязанностями со спокойным лицом, поэтому он обычно никогда не удивлялся.

Но сейчас на его лице были недоумение и беспокойство - очень редкое сочетание.

До Квон отложил авторучку, которую держал в руке, на бумаги. Он был готов к тому, что его сейчас закидают бомбами.

Секретарь Чон подошёл к столу До Квона, сделал паузу, чтобы перевести дух, а затем заговорил.

-Я попытался отследить все передвижения руководителя группы Ю.

-И?

-Невозможно отследить.

-Что?

Тёмные ресницы До Квона затрепетали быстро. Он догадывался, что раз речь идёт о личной информации, то её будет нелёгко отследить, но не представлял, что её будет вообще невозможно отследить.

Секретарь Чон опустил взгляд, как будто он не верил себе самому.

-Я так думаю, что... Кто-то будто бы специально позаботился об этом. Я не могу даже найти такие вещи, как больничные записи или данные карты, даже используя нелегальные пути.

До Квон медленно обдумывал слова секретаря Чона. Нет возможности отследить передвижения, кто-то заблокировал эту информацию. Кто бы мог такое сделать, учитывая, что Ю Ын Су обычный офисный работник?

-Неужели Ю Ын Су поступил на службу в Национальную разведку без моего ведома? - со смешком спросил До Квон.

-Не думаю, что это действительно так... Но это неважно. Я бросил все силы на поиски информации о Ю Ын Су, чтобы узнать кто блокирует.

-И как успехи?

-Как вы знаете, если и делать что-то противозаконное, то это не всегда останется в секрете, верно? В стране есть всего несколько компани, которые могут блокировать маршруты биографических данных, так что я просто проверил их все.

-И ты нашёл что-то.

До Квон прикусил внутреннюю часть щеки и отпустил её. Кому-то нужно было держать информацию о Ын Су под замком, кто-то, кто имел такую возможность это сделать.

-Это моя мать.

-Нет, кое-кто другой.

Секретарь Чон покачал головой. Его глаза были тёмными, и До Квон с первого взгляда понял, кого он имеет в виду. Если бы это была Мён Хи, он бы не был таким мрачным. И говорил бы :"Я не смог ничего не узнать, потому что председатель защищает информацию руководителя группы Ю, поэтому если она узнает, что я влез туда, то я точно умру".

Оставался только один человек.

-... Со Сон Хон?

-Да.

В ответ на утвердительный ответ секретаря Чона, До Квон издал смешок. "Вы только посмотрите на них".

Было очевидно, почему Сон Хон заблокировал информацию Ын Су. Скорее он старался его спрятать от меня. Я чувствовал себя странно. Как будто бы я недобросовестно относился к Ын Су.

Может, с его точки зрения это и так, но зачем подобное делать Сон Хону? Ведь он знает о ситуации с Ын Су и о том, что произошло между нами?

До Квон стиснул зубы. Его руки были сухими, а вены на тыльной стороне ладоней вздулись. Он и так был напряжён до предела из-за недоевшей работы, а теперь тут ещё непонятно откуда взявшаяся злость.

Он чувствовал себя очень странно. Ведь это он был инициатором разрыва с Ын Су, так почему же он так себя чувствовал? Он не мог понять себя.

-...

Секретарь Чон глубоко вздохнул, чувствуя, как по телу поползли мурашки. Ему хотелось сообщить ещё кое-что, но он нервничал, ведь эта новость ничем не лучше прежней. Ему захотелось просто сказать: "К чёрту всё" и уйти.

Но он не должен был так поступать, иначе всё только станет хуже.

-И...

-Что? Есть что-то ещё?

-Да.

-И что же?

-Так как я не смог получить никакой информации, поэтому я приставил за ним одного человека.

-И?

Секретарь Чон сухо сглотнул и облизал пересохшие губы, прежде чем заговорить.

-Руководитель группы Ю не поехал на метро, а пошёл в другую сторону, поэтому за ним тот человек следовал до квартиры рядом с компанией, чтобы посмотреть, с кем он встречается. Местом назначения был дом ... Со.

-...Что?

-Я думал, что это самый обычный визит, потому что они двое близки, но странно то, что господин Со заблокировал информацию руководителя группы Ю, поэтому я провёл расследование.

-...

-Они двое живут вместе... уже несколько недель.

-...

При этих словах До Квон почувствовал себя так, словно над его головой прогремел гром.

Итак. Сон Хон и Ын Су живут вместе. Правильно ли я понял?

Воздух застрял у него в горле, и он не мог дышать. Это было так неожиданно, что его мозг и все пять органов чувств будто отключились.

До Квон надолго застыл, не в силах моргнуть. Сожительство. Ю Ын Су. С Со Сон Хоном. Даже когда мы встречались два месяца, и у нас был достаточно трепетные отношения, мы не жили вместе. Мы встречались на рассвете и расставились на закате. Но сколько времени прошло с тех пор, как он расстался со мной и переехал жить к Сон Хону?

Недовольство быстро переросло в гнев. До Квон стиснул зубы. Над виском у него выпирала жилка. Его глаза были холодны, а губы искривлены в прямую линию, как у статуи сычуаньского короля, склонившегося в поклоне.

Секретарь Чон быстро заговорил.

-Я проверил и выяснил, что руководитель группы Ю не продал свою квартиру. Думаю, что он просто временно живёт в доме директора Со, возможно, потому что так проще добираться на работу. Из-за беременности сложно ездить два часа туда и обратно на метро.

-...

-Дом Сон большой, в нём много комнат, так что я думаю, что он остался в одной из комнат для гостей или что-то вроде этого.

Это был очень убедительный аргумент. Секретарь Чон тяжело сглотнул и подумал: «Может быть, мне не стоило сообщать об этом. Надо было промолчать и сделать вид, что ничего не знаю. Возможно, так было бы лучше».

Пока кулаки Чона сжимались и разжимались. До Квон приказал ему.

-Убирайся.

Это прозвучало не очень громко, но Чон почувствовал, как его сердце вот-вот упадёт. Он снова открыл рот.

-Но...

-Хватит.

До Квон нахмурился и оборвал секретаря Чона полуслове.

-Я ничего не собираюсь делать с Ю Ын Су, так что перестань ныть и убирайся.

До Квон потёр ладонью лоб, голова начала раскалываться. Череп пульсировал так, словно кто-то с силой сдавливал его, а рана на лбу, которая быстро заживала, словно открылась заново.

-...

У секретаря Чона открылся рот. "Как вы можете в это верить?Вы уже столько всего сделали с руководителем группы Ю". Он хотел это сказать, но не смог заставить себя.

Он склонил голову и неохотно покинул кабинет.

Оставшись один, До Квон взял в руки авторучку и уставился на толстую стопку бумаг. Белые листы, с выделяющимися угловатыми краями, танцевали в воздухе. Они то приближались к его носу, то отдалялись. Он понимал, что это мимолетная галлюцинация, но в животе у меня заурчало, словно меня укачало.

Наконец, не выдержав, До Квон нервно отбросил авторучку в сторону. Блестящая авторучка упала на пол.

До Квон откинул голову на спинку стула и закрыл лицо большими ладонями.

Затем он пробормотал.

-Ах... Блять...

Я не должен ничего делать. Я нахожусь в таком положении, что не могу ничего сделать.

Это отстой, правда.

До Квон стиснул зубы. Мобильный телефон на его столе завибрировал: «Дзинь, дзинь». До Квон опустил взгляд, чтобы проверить определитель номера.

Там был номер Ын Су.

Глава 45

Ын Су вставил ключ-карту в замок двери дома Сон Хона и вошёл в дом. Он должен был поужинать с Сон Хоном сегодня вечером, но его встреча немного затянулась, и он решила подождать его дома. Сон Хон попросил прощения, и Ын Су пришлось успокаивать его, говоря, что все в порядке и что работа важнее.

По дороге домой Ын Су купил токпокки и картошку фри. Он не успел пообедать, поэтому был очень голоден.

Вымыв руки и переодев рубашку, он сел за стол. Одна порция токкпоки, картошка фри и одно мороженое. Всего получилось три порции, но это было нормально, потому что если положить их по отдельности, то получится одна большая порция.

На самом деле, если бы у него не было бы планов на ужин с Сон Хоном, он бы заказал по две порции и купил бы каждый вид кимбапа.

Мой аппетит так вырос за последнее время. Что это странно удивляет. Я то и дело думаю о том, что бы такое съесть, а даже спустя время после того, как поел, снова чувствовал голод. Если я съем сейчас то, что накупил, то смогу ещё и поужинать с Сон Хоном.

Ын Су воодушевлённо вскрыл пакет. Ему было приятно есть, не потому что это было полезно для него самого, а потому, что Бом-и, похоже, хорошо питалась. Похоже, что она растёт.

У Ын Су всё было прекрасно, он хорошо спал и ел, много работал, но не забывал регулярно посещать больницу, чтобы пройти лечение.

Он не знал, возможно, всё из-за того, что Сон Хон хорошо о нём заботился, но ему больше не снились те кошмары, даже когда он лежал в другой кровати.

В любом случае, сейчас всё было куда лучше, чем раньше.

Может быть, поэтому он сегодня не испугался, когда увидел До Квона в лифте. И не плакал у аварийного выхода, как раньше, а также не чувствовал подступающую хандру.

Он ел свой сэндвич, работал с товарищами по команде и в промежутках поглаживал свой живот. Он так гордился собой.

Ын Су осторожно взял деревянные палочки и утолил жажду водой. Затем он отправил в рот токпокки.

Жевательная, пряная, в меру пушистая рисовая лепёшка была восхитительна.

Ын Су обмакнул картошку фри в мороженое и поднёс ко рту. Всё было безумно вкусно.

Ын Су, сосредоточившись на токпокки, как раз собирался подцепить палочками картошку фри.

Плюх.

Наби, бегающая вокруг стола, мягко приземлилась на стул.

-Привет, Наби.

Ын Су осторожно погладил кончиками пальцев моську бабочки, и та тихонько мяукнула. Её жёлтые глаза трепетали, то открываясь, то закрываясь. Не выдержав, Ын Су взял и посадил Наби к себе на колени.

-Ой, как мило. Ты такая милая. Тебе кто-нибудь говорил это?

Покорная Наби ждала, пока Ын Су закончит её гладить, не вытаскивая ни одного коготка. Наконец, Ын Су отпустил её.

-Ты ела, Наби? Может, ты хочешь воды?

Ын Су оглядел гостиную. Дом был настолько большим, что он не смог разглядеть чашку Наби. Ын Су отодвинул стул, чтобы встать.

Наби схватила со стола кусочек еды и стремительно убежала.

-Ох...ох...

Слегка растерявшийся Ын Су, застыл. Затем он увидел, как чёрный комочек стащил со стола его жареную пищу и резко обернулся.

-Наби! Нет! Ты не можешь это есть!

Ын Су быстро побежал за Наби, но поймать быстро перемещающуюся кошку было непросто. Она так быстро шныряла по мебели, что Ын Су не мог до нее дотянуться.

Когда Ын Су, тяжело дыша, прислонился к стене, Наби пролетела между его ног и вылетела в коридор. Ын Су остановился, чтобы перевести дух, и последовал за ней.

Наби пролетела через кухню и в мгновение ока исчезла в конце коридора. Ын Су фыркнул и почувствовал раздражение. Это была зона Сон Хона. Она убежала в то место, где находилась комната Сон Хона.

Ын Су хоть и жил в доме Сон Хона, но старался не вторгаться на его территорию. Он не хотел вмешиваться в его личное пространство. К тому же он не хотел его лишний раз беспокоить.

Моя комната была достаточно большой, ванная находилась прямо напротив неё, и мне не нужно было проходить через гостиную и кухню, чтобы добраться до неё.

А ещё, в первый день в доме Сон Хона, он сказал, что не хочет, чтобы я заходил в его комнату и придерживался этого правила.

-Ах...

Но сейчас возникла непредвиденная ситуация. Могут ли кошки есть жареного кальмара? Это не просто жареный кальмар, это жареный королевский кальмар, и он примерно такой же длины, как моя ладонь.

Ын Су поджал губы и задумался, как поступить в такой ситуации.

Сначала он решил предотвратить катастрофу, ведь если Наби съест его целиком, то у неё будет ужасно болеть живот, либо её вырвет. К тому же если выбирать, между тем, чтобы ненадолго пробоваться на территорию Сон Хона и здоровьем Наби, то лучше выбрать последний вариант.

Ын Су с уверенным выражением лица посмотрел на три ближайшие двери. Он открывал их одну за другой. Первая дверь была заперта. Вторая дверь была приоткрыта, и это была ванная комната.

...Разве кошки ходят в ванную? Разве они обычно не ненавидят воду?

В ванной было темно, потому что свет был выключен, поэтому Ын Су оставил дверь полуоткрытой и подёргал последнюю ручку. Третья дверь тоже была заперта, а это означало, что Наби забралась в ванную.

Оказавшись в ванной, Ын Су включил свет. Ванная комната мало чем отличалась от его собственной. Она была просторной и чистой. Единственное отличие заключалось в том, что здесь был кошачий туалет. Повсюду виднелись вещи Сон Хона. Бритва в стерилизаторе, излучающем голубой свет, электрическая зубная щетка в стаканчике.

Они не были такими интимными, как нижнее белье, но все же это были личные вещи, которые ясно давали ему понять, что он находится на чужой территории.

-Наби, ты не должна это есть.

Ын Су растягивал слова, ища Наби, но ее нигде не было видно. Ни в ванной, ни за унитазом, ни в углу. Потом он заметил еще одну дверь, которая была широко открыта.

Ын Су оглянулся. Это не та дверь, через которую он вошёл, но тогда что это за дверь?

Почесав голову, Ын Су заглянул в щель двери, но там было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Он толкнул дверь локтём, и свет из ванной комнаты просочился внутрь.

Это была раздевалка.

-Ах..

Подобное часто встречалось в больших домах. Ванная комната была прорезана с двух сторон и вела с одной стороны в коридор, а с другой- в гардеробную или спальню.

Ын Су, поняв, что скорее всего Наби проникла в комнату, шагнул внутрь. Пошарив по стене, он нащупал выключатель. Щёлк. Выключатель щёлкнул, и в комнате зажёгся яркий свет.

-Ох...

Гардеробная Сон Хона была просторной и аккуратной. Больше всего у него было костюмов, а галстуки и туфли были аккуратно разложены в ряд. Гардеробная До Квона была похожей, хотя оформление и цвета отличались. У Ын Су всё было куда красочнее.

Ын Су не стал заглядывать в гардеробную. Очевидно, что это было личное пространство Сон Хона и ему не стоило сюда заходить. Он хочет забрать жареного кальмара, пока Наби не съела его целиком.

-Наби, где? Эй, куда ты спряталась?

Ын Су с беспокойством позвал Наби, оглядываясь по сторонам. Он не знал, сколько времени уже пробыл здесь, но вдргу услышал тихий звук, похожий на хруст жареной корочки.

Глаза Ын Су заблестели. Вот оно!

Он пошёл на звук, и найти кошку было несложно. Наби пряталась под комодом, где лежали свёрнутые носки, и ела жареную корочку. Она была очень милой, когда возбуждённо поедала жаренного кальмара.

Ын Су тихонько засмеялся и просунул руку под комод, схватив Наби за туловище. Он почувствовал рукой пушистый, шелковистый мех, и тут же вытащил её.

Наби не успев быстро среагировать, закричала "Мяяяу" и сорвалась. Послышался треск. Было похоже, что когти Наби за что-то сильно зацепились.

Плечи Ын Су задрожали, его охватило тревожное чувство. Пальцы Ын Су на мгновение разжались. Наби, воспользовавшись моментом, вскочила и быстро убежала. Оставив за собой жареного кальмара, Наби тихо покинула гардеробную.

Ын Су увидел, как её чёрный хвост исчез за дверью, и тихо вздохнул. Затем он сунул руку обратно под комод.

-Что ты там наделала...

Ощупав дно, Ын Су нащупал в глубине что-то твёрдое. Оно не шелохнулось, когда он коснулся его кончиками пальцев, но оказалось довольно тяжёлым. Он вытащил непонятный предмет обеими руками.

Это была открытая чёрная коробка.

Коробка была плотной. На первый взгляд она напоминала коробку из-под элитной обуви или сумки, но на ней не было логотипа, а по всему периметру виднелись следы от когтей Наби. А также были оставлены жирные пятна от жареного кальмара.

-Хм...

Ын Су на мгновение задумался. Сделать вид, что он ничего не заметил и положить коробку на место, или открыть её. Не из соображений совести, ведь ему скорее всего придётся рассказать Сон Хону правду, если вдруг то, что было внутри будет испорченным, а чисто из любопытства.

Наверное, это что-то ценное, раз Сон Хон спрятал его в углу, возможно, лимитированная коллекция знаменитых предметов роскоши? Или коллекция дорогих безделушек? Нет, вряд ли. Кто-то вроде Сон Хона для таких случаев используют сейф.

Интересно, что тогда это может быть? Может, он что-то положил туда и забыл про неё. Например, подарок от кого-то?

Это была обычная коробка, но я не мог оторвать от неё глаза. От неё исходила какая-то аура, и я почему-то чувствовал, что должен открыть её. Я чувствовал себя, будто открываю сейчас ящик Пандоры.

Пока он размышлял об этом, рука Ын Су открыла крышку коробки. Содержимое коробки предстало перед ним.

-Ох...

Внутри коробки находились белые бутылочки с лекарствами. Некоторые из них были с крышками в виде спрея, а в других была просто жидкость. Все они были без маркировки. Инструкция отсутствовала, жидкость имела белый цвет.

Ын Су сузил глаза и взял в руки один из флаконов. Наверное, из-за них коробка была такой тяжёлой. Он потряс его, посмотрел ещё раз, чтобы взглянуть вблизи, а потом издалека. Он не мог понять, что это такое.

-...Это для чистки чего-то?

Скорее так и было. Ведь в гардеробной было много люксовых вещей, наверное, он не хотел использовать обычные моющие средства. Когда Ын Су укладывал флаконы обратно в коробку, он заметил мягкий материал на дне коробки.

Материал был такой же, как у дождевика. Обычно такие вещи называют ветровкой. Ын Су нахмурился. Почему спортивная одежда лежит здесь... Или это, то что как раз и нужно было почистить?

Ын Су поднял куртку. Широкие плечи и большие рукава безошибочно принадлежали Сон Хону. Он потряс куртку, и тут кончик его носа уловил слабый запах.

Ын Су вздрогнул.

Одежда пахла как... До Квон. Это был не просто запах тела или одеколона, а именно сам феромон.

Это не было ошибкой. Он был уверен в этом. Ын Су сегодня днём столкнулся с ним, и ему хватило лишь слегка почувствовать его феромон, чтобы понять, он это или нет.

Но почему куртка так пахнет? Может, она принадлежит До Квону? Просто оставил, когда однажды заходил в дом Сон Хона? И почему она здесь вместе с инструментами для уборки?

Ын Су был слегка растерян. Всё это как-то не имело смысла.

Ын Су прижался носом в ветровке и глубоко вдохнул. До него донёсся запах сигарет До Квона. Но что-то в этом запахе было странное.

Это были феромоны До Квона, но в то же время не его. Они были немного иного качества... Что-то вроде искусственных. Они слегка обжигали слизистые, и не расслабляли, как это делали феромоны До Квона.

Скорее, это было похоже на... Точно. Поддельный феромон До Квона пах как... от мужчины, которого он встретил в отеле.

Кровь отхлынула от лица Ын Су, когда он осознал это.

Он потёр ладонями об одежду. Вот это ощущение... Сама куртка была похожа на ту, в которую был одет тот мужчина, когда он принял его за До Квона. Он тогда ещё подумал, почему он в плаще.

-...

Ын Су на мгновение замер. В его голове пронеслась странная мысль. Не может быть, чтобы этот человек имел какое-то отношение к Сон Хону. А вдруг, Сон Хон и был этим человеком? Он покачал головой.

Это нелепая мысль. Он был единственным человеком, кто помог мне тогда. Именно он вычислил местонахождение того человека, и именно он сказал мне, что тот альфа находится в тюрьме.

... Но действительно ли он попал в тюрьму?

Ведь я по-прежнему ничего не знаю об этом человеке. Я не знаю, как его зовут, сколько ему лет, в какой тюрьме он находится, и многое другое, что указало бы на личность мужчины.

Другими словами, у меня не было ничего из того, чтобы проверить действительно ли было так. Мне оставалось только довериться словам Сон Хона.

-...

Сердце Ын Су начало бешено стучать, когда увидел ещё один предмет. Тудум-тудум. Он слышал это так отчётливо.

Затем Ын Су отбросил ветровку и взял в руки флакон, напичканный таблетками. Один флакон с таблетками. Два флакона с жидкостями. Сначала Ын Су открыл бутылочку с таблетками.

Таблетки были обычной формы. Они были белыми и вытянуто-овальными. Казалось, будто сахар или соль соединили вместе и получили это. Но на них отсутствовала маркировка.

Он не мог понять, что это и не мог положить в рот, чтобы распробовать на вкус.

Долго глядя на банку, Ын Су наконец закрыл крышку. Он взял в руки спрей.

Ын Су не стал делать глупостей и распылять спрей, поэтому он слегка приоткрыл крышку и заглянул внутрь. Но прежде чем он успех понюхать содержимое.

-Кха!

Невероятно сильный запах обрушился на него. Как будто на него только что вылили весь флакон неразбавленных духов. В носу защипало, а глаза заслезились.

Ын Су закашлялся, как будто был заперт в биохимической ловушке. Нахмурившись, он быстро закрыл колпачок спрея.

Он энергично потёр нос тыльной стороной ладони. А другой рукой махал, чтобы отогнать странный запах.

Разве это не яд, от вдыхания которого можно умереть?

Ын Су прокашлялся и попытался убрать спрей.

И в этот момент, запах стал слабее, и он почувствовал знакомое ощущение.

-Угх...

Это был запах феромонов До Квона. Это был ясный и сильный запах, совсем не похожий на тот, что был на одежде. Он был настолько явным и сильным, что ему повсюду мерещились его расплывчатые видения.

Но это точно был не феромон До Квона. Как будто кто-то создал одеколон, который имитировал этот аромат, от этого осознания, у него пробежали мурашки по коже.

Сейчас на рынке продавались одеколоны, имитирующие альфа или омега феромоны, и они предназначались для бет, но обычно они не совпадали с феромонами какого-то конкретного человека. Тогда... Зачем это нужно Сон Хону?

Ын Су посмотрел на одежду, которая лежала рядом. Затем он взглянул на спрей, а потом снова на одежду.

...Если только Сон Хон не распылил спрей, имитирующий феромоны До Квона и не притворился им.

Ын Су закусил нижнюю губы и быстрым движением руки взял ещё один спрей. Он пах не так сильно, лишь слабый запах медикаментов. Вытянув руку, Ын Су швырнул спрей в противоположную сторону.

Непонятный порошок высыпался. Ын Су посмотрел на него широко открытыми глазами, и вдруг в его глазах потемнело. Было такое чувство, будто ему в глаза накапали лекарство или комната заполнилась паром.

-Ах!

Испуганный Ын Су укрылся в углу комнаты, сцепив руки за спиной. Он яростно тёр глаза обеими руками. К счастью, зрение быстро прояснилось. Как будто в глаза попало небольшое количество лекарство.

Прижавшись спиной к себе, Ын Су резко выдохнул. За это короткое время он вспомнил многое из того, что забыл.

Точно. Вошедший мужчина в ресторан, от которого несло феромонами До Квона. В этот момент у меня началась течка, и он что-то распылил мне в лицо. Это случилось настолько мгновенно, что я даже забыл об этом. Я подумал, что дело было в течки, из-за неё зрение было размытым, а память оставалась неясной. Всё было как в тумане.

Но... Мужчина очень тщательно подготовился. Он имитировал До Квона, что даже я не смог понять, он это или нет на самом деле.

-...

Ын Су уставился на неопознанную бутылочку с таблетками.

Должно быть, это...

День, когда мне поставили диагноз "феромонный шок". Гинеколог что-то сказал.

"Господин, скорее всего вы приняли таблетки."

И тогда я даже не понял, о чём она говорила.

Таблетки, что-то вроде наркотиков или стимуляторы течки, афродизиак.

Ын Су потёр лицо от досады и вдруг кое-что вспомнил. В тот день. Они с Сон Хоном закончили ужинать в отеле и пили воду. В воде чувствовался странный привкус, и тогда он сказал Сон Хону.

"Вода на вкус... как лекарство".

"Лекарство?"- удивленно спросил Сон Хон.

"Да, раньше такого не было", - я кивнул, а Сон Хон сказал...

"Правда? Не знаю".

И тогда он отпил воду. Он явно прислушивался к моим словам, хотя не почувствовал специфичного запаха. Он сразу же отпил воду, как будто всё было в порядке. Он как будто ждал этого от меня.

Если вы пьёте воду в ресторане, а другой человек говорит вам, что вода на вкус странная, разве не естественно, хотя бы поднести стакан воды к носу, чтобы почувствовать, так ли оно на самом деле. Но он просто проглотил её без колебаний.

Ын Су в комнате устроил настоящий беспорядок: бутылочка с таблетками. Спрей. Спортивная одежда. Феромоны До Квона.

Вывод был только один.

-Ах... угх...

Сон Хон и был тем самым мужчиной.

Задыхаясь, Ын Су огляделся по сторонам. Он пошарил в кармане своих брюк и достал мобильный телефон. Он должен был рассказать ему. Он должен был рассказать До Квону. Он должен был рассказать ему, что из-за Сон Хона они превратились в это, и что это он тот самый плохой человек. Он должен был заявить о своей невиновности.

Дрожащими руками Ын Су включил мобильный телефон, нашёл номер До Квона и нажал на кнопку вызова, нервно рукой по коленке.

Бип-бип-бип. Сердце Ын Су заколотилось в ответ на гудки. Он задыхался, хотя не бегал. Нижнюю губу покалывало от укуса, который он сделал раннее, а ладони, сжатые ногтями, были покрыты болезненными следами.

Но До Квон не брал трубку. Голос оператора начинал произносить уже сотню раз заученные слова: "Данный абонент не ...", но его оборвали на полуслове.

До Квон повесил трубку.

Электронный писк заставил Ын Су почувствовать в полной мере отчаяние, как будто лишился последнего спасательного круга. Он не был застрахован от отказа До Квона. С каждой минутой часть мира Ын Су всё больше выходил из строя и развалился на части.

Плотно закрыв глаза, Ын Су открыл их и снова набрал номер.

-Пожалуйста...

Пожалуйста, господин До Квон. Пожалуйста, только в этот раз, только один раз.

Бип-бип-бип. Снова раздался нудный писк. Его руки побелели от того, что он со всей силы сжимал телефон. Хватка становилась всё крепче и крепче. Настолько, что казалось, бдуто телефон будет раздавлен под его натиском.

Но гудки не прекращались. Глаза Ын Су метались из стороны в сторону. У него совсем не оставалось времени, ведь совсем скоро вернётся Сон Хон домой. Он должен убежать далеко. Если Сон Хон узнает, что он нашёл эти вещи, то он может оказаться не тем Сон Хоном, которого он знал, а тем, кто напал на него.

Перед глазами стояла пелена. Чем больше времени проходило, тем яснее он понимал, кто и как его обманул, и в какой ситуации он оказался.

Ын Су охватил глубокий страх. Давно он не испытывал такого страха и тревоги.

Откинув телефон, Ын Су ухватился за пол и попытался поднять своё тяжелое тело, но длинный гудок внезапно оборвался. До Квон ответил на звонок. Ын Су быстро поднёс телефон к уху.

-До-До Квон..?

-...

До Квон молчал. Забеспокоившись, Ын Су снова спросил.

-Это же До Квон, да?

-Ты же мне позвонил, верно? - раздраженно ответил До Квон. Низкий голос. Немного хриплый голос. Это точно был До Квон. Его глаза расширились от знакомого голоса. Дыхание перехватило в горле, а голос задрожал. Эмоции захлестнули его.

-Это был господин Сон, это было он, это всё он.

-Что?

-В тот день в отеле. В отеле, это был он, это был тот альфа, это всё был он, а не кто-то другой... Я не знаю как, но в коробке есть л-лекарство.

Ын Су заикался. Слова и слоги путались и переплетались. Предложения начинались, но не заканчивались. Его речь была в полном беспорядке.

Ын Су понимал, что говорит совсем непонятно, но исправить это никак не мог. Он постоянно вдыхал, как будто у него была гипервентиляция. Мысли путались.

-Хаа... Скажи прямо, что ты имеешь в виду.

В трубке раздался протяжный вздох. Ын Су сел на колени у стены и сделал глубокий вдох.

Ын Су попытался говорить как можно быстрее. Рот двигался медленно, и он попытался подавить прерывистые вздохи.

-Извините. Я имею в виду тот отель, где у меня началась течка... Альфа, которого я тогда встретил, на самом деле был...

Ын Су едва удалось сохранить голос ровным. И вдруг послышался звук открывающейся двери.

-...

У Ын Су перехватило дыхание. Открытая дверь означала, что кто-то вошёл. Наби не имела способности открывать и закрыть двери, а значит, что единственным, кто мог открыть эту чёртову дверь был...

Ын Су медленно поднял голову.

В дверях стоял Сон Хон.

-Ах... ха...

Зрачки Ын Су сузились до точек, а тело дёрнулось. Его рот шевельнулся, но из него не вылетело ни звука. В ответ на внезапное молчание До Квон снова и снова повторял его имя.

"Ю Ын Су".

-...

"Ю Ын Су".

-...

"Ю Ын Су".

-...

"Ю Ын Су".

-Ын Су.

Сон Хон ухмыльнулся и позвал Ын Су. Вслед за его голосом раздался голос До Квона, и эти два пересекающих друг друга голоса резко застучали в висках Ын Су.

Глава 46

Сон Хон распустил галстук и направился к Ын Су. Стоя спиной к свету. Сон Хон выглядел необычайно огромным. Он выглядел, как самый настоящий монстр.

Страх зародился внутри Ын Су, он сделал нерешительный шаг назад. Затем Сон Хон выхватил мобильный телефон из рук Ын Су. Он проверил номер на экране и лукаво улыбнулся. Затем, не раздумывая, нажал на кнопку завершение разговора.

-Ох, нет... нет...

Опомнившись, Ын Су попытался выхватить телефон из рук Сон Хона, но тот не дал этого сделать, а выбросил его как можно дальше. БАБАХ. Телефон ударился о твёрдый пол, разбив полностью экран. Ын Су уставился на него пустыми глазами.

-Ын Су.

Сон Хон присел на корточки перед Ын Су. Улыбка всё ещё не сходила с его губ.

-Я же просил тебя не заходить в комнату.

Он издал тихий вздох. Ын Су показалось, что его вздох будто бы перерезал горло. Ему нужно было уходить отсюда. Он должен бежать. Он должен был бежать отсюда, неважно, куда - в мэрию или в полицейский участок.

Ын Су, прижимаясь к стене, заикался.

-Ах ... Д-директор! .... Я никого и ничего не видел...

-...

-Я пришёл из-за Наби, она пыталась съесть что-то странное... так что...

-Правда? - сладким голосом спросил Сон Хон. Ын Су энергично кивнул. От этого движения по его щеке скатилась слеза, висевшая на ресницах.

И тут же приторное выражение лица Сон Хона исчезло. Словно он снял маску. Или как будто улыбка, нарисованная на его лице, была смыта водой.

-Ын Су, ты такой лжец.

Большая рука Сон Хона поднялась к лицу Ын Су.

-Ха... ха...

Ын Су побежал вниз по пожарной лестнице. Пол, касавшийся его босых ног, был холодным. Каждый раз его ноги сильно ударялись при каждом шаге, а лодыжки болели так, будто вот-вот сломаются.

Его вздутый живот болел от бега. Зрение то затуманивалось от падающих слёз, то прояснялось.

Сколько сейчас этажей он пробежал? Как далеко до вестибюля? Крепко ухватившись за поручень, Ын Су остановился огляделся. Вскоре он заметил табличку с номером этажа. Восьмой этаж. Совсем скоро он доберётся до вестибюля.

Поджав губы, Ын Су снова начал спускаться. Ему казалось, что из-за дрожащих ног, он может в любой момент упасть, но продолжал держаться на ногах. Держась одной рукой за перила, а другая сжимая болезненный живот, он поднялся на ноги.

Как только он спустился с восьмого этажа на седьмой. Сверху раздался скрип, а затем тяжёлая железная дверь запасного выхода распахнулась.

-Ын Су, подожди!

Это был голос Сон Хона.

Около трёх минут назад. Ын Су облил Сон Хона тем самым спреем, который затуманивал зрение. Он оттолкнул его, и он в панике замахал руками, глядя на расплывчатую фигуру перед собой. Сон Хон попятился назад, его сознание затуманилось.

Ын Су выбежал из дома. Но ждать лифт было бы слишком долго, ведь Сон Хон мог в любой момент выбежать и разорвать его глотку, как тигр, нашедший добычу. К тому же и лифт был далеко, поэтому единственным выходом для Ын Су оставалась пожарная лестница.

Но Сон Хон тоже воспользовался запасным выходом. Благодаря своим сильным и длинным ногам он смог догнать Ын Су, преодолевая по одному этажу за раз.

Из-за паники Ын Су стал быстрее перебирать ногами, но от перенапряжения его тело сковалось. Мягкие мышцы сокращались, а некогда гладкие суставы словно скрипели и выкручивалась, ка к восьмидесятилетнего человека.

В конце концов Ын Су потерял опору и рухнул вниз.

-Ах, угх!

Заострённый край лестницы ударил его по худой спине, как хлыст. Кости словно захрустели, как конфеты. Тело вращалось по кругу. Перед глазами всё менялось от потолка к полу каждый несколько секунд, сбивая его с толку.

Ын Су сжимал живот и корчился.

Только не Бом-и. Только бы не Бом-и, нет.

Тело Ын Су скользнуло вниз по лестнице, а затем, поскользнувшись, врезалось в стену. Сильный удар будто бы выбить кишки в горло.

-Угх...

Ын Су тихо застонал. Всё его тело болело. Кости спины были словно раздавлены, а позвоночник раздроблен, плечи и локти словно пронзали кожу. На первый взгляд его запястья будто бы вывернулись.

В ушах зазвенело, а зрение стало мутным, словно он только что попал под радиацию атомной бомбы. Он не мог понять, был ли это сон.

Ему просто хотелось сдаться, ему хотелось просто закрыть глаза, а потом открыть и всё встанет на свои места. Это была жизнь, в которой всё равно ничего не получалось. Хотелось оставить всё на волю случая и провалиться в долгий, глубокий сон.

Ын Су сильно трясло, по его лицу текли слёзы.

-Ын Су, остановись! Пожалуйста, выслушай меня, Ын Су!

Голос Сон Хона раздавался вдалеке, а Ын Су вернулся к реальности. Реальность, которая казалось бы, была так далека, вернулась. Ын Су стиснул зубы и поднялся на ноги, держась за стену и пол сломанным запястьем.

Его тело дико дёргалось. Он был уверен, что стоит на двух ногах, но земля словно прилипла к потолку. Ощущение положения и ориентации сбились.

Тем не менее Ын Су сделал уверенный шаг вперёд. Но его и без того избитое тело отказалось следовать разуму. Его тело накренилось набок, и он то и дело натыкался на стены и перила.

-Угх...

Ын Су крепко зажмурил глаза и открыл их. Я должен держаться прямо. Держаться прямо. Сосредоточься. Не упади снова.

Ын Су вытел слёзы с глаз и переставлял шатающиеся колени, его разум был удивительно ясен, когда он слушал низкий голос Сон Хона, который раздавался всё ближе и ближе. Его голова была настолько ясной, что его мозг будто бы окатили ледяной водой, чтобы очистить его от тумана и вязкости.

С открытым ртом Ын Су ступил на лестницу, которая, казалось, тянулась бесконечно. Табличка, которую он увидел с первого взгляда, теперь указывала на второй этаж.

Ын Су задумался.

Может быть, До Квон где-то рядом. Может быть, ему показалось странным, что мой телефонный звонок так оборвался. Может быть, он понял, что я в беде, и приехал за мной. Мы были возлюбленными, хотя и расстались, но я был беременный, он должен был заволноваться.

Вот бы выйти из этого здания, а он будет стоять снаружи. Он бы появился в решающий момент и спас меня, как это часто бывает в дорамах. Я бы смог разобраться со всеми недоразумениями, упасть в его объятия и закончить эту историю со счастливым концом.

Ын Су понимал, что это на надуманная надежда, но он от отчаяния стремился к ней. Он не мог сделать это в одиночку. Ему нужна была помощь.

Вскоре он спустился на второй этаж. В его побелевшем цвете лица появился слабый жар. Ему казалось, что он стал на шаг ближе к надежде.

Ын Су попытался взяться за ручку аварийной двери, но его вывернутое запястье не поддавалось. Не теряя надежду, Ын Су другой рукой толкнул дверь.

Тяжёлая стальная дверь со скрипом открылась, выпустив поток воздуха, который был теплее, чем у запасного выхода.

Ын Су бросился к лестнице. Он двигался быстро, как будто спасаясь от пожара и оглядывался по сторонам.

-...

В холле не было ничего и никого, огромная пустота будто бы смеялась над ним. Слишком роскошная люстра, хихикала, жаля своим светом его глазные яблоки.

Ын Су медленно закрыл и открыл глаза. Слёзы из его глаз посыпались, как град.

Сколько раз меня посещала мимолётная надежда... Это было глупо и досадно, но я должен был это сделать, чтобы выжить. Даже сейчас я это чувствовал. Эта надежда унесла моё разбитое тело в щепки с пожарной лестницы.

На несколько секунд разум Ын Су был заворожен. Доли секунды.

Но потом...

Раздался грохот.

-Ын Су!

В этот момент через дверь запасного выхода ворвался Сон Хон. Его налитые кровью глаза уставились на Ын Су так, словно собирались разорвать его на части. Испугавшись, Ын Су выбежал на улицу, не в силах закричать.

-Ын Су, подожди! Не беги! Я должен тебе кое-что сказать, Ын Су! - крикнул Сон Хон, и его голос эхом разнесся по просторному вестибюлю. От его голоса Ын Су словно получил пощёчину.

Ступни его босых ног ударялись о пол. Ын Су удалось вырваться из рук Сон Хона и пересечь вестибюль, чтобы выбежать на улицу.

Время было не позднее, поэтому людей было довольно много, и когда он увидел их, то вздохнул с облегчением.

Кто-то точно должен помочь мне. Один из них не даст Сон Хону сделать со мной ничего плохого, и даже если они не смогут мне помочь, то хотя бы доложат обо мне. Я испытал облегчение.

И всё же он не мог не перестать бежать, чувствуя, что сзади его преследует голодный, пускающий слюни зверь.

Ын Су, прихрамывая, пробирался сквозь толпу людей, которые странно косились на него, пока он не выбежал на главную дорогу. Сон Хон с сильной схватил Ын Су за запястье.

-Почему ты всё время убегаешь?

-Ай!

Плечи Ын Су задрожали. Колени ослабли. Удивившись его чрезмерной реакцией, Сон Хон отдёрнул руку. Только тогда он заметил вывернутое запястье Ын Су. Ошеломлённый, Сон Хон бросился к Ын Су с обеспокоенным выражением лица.

-Боже мой, Ын Су. Твоё запястье...

-А! Не подходи! - крикнул Ын Су, привлекая внимание всех окружающих своим пронзительным голосом. Сонхон слегка нахмурился. Он издал длинный вздох через нос.

-Ха... Ын Су. Это недоразумение.

-Я что, похож на идиота? Я всё видел, как это может быть недоразумением?!

-Я всё объясню, просто успокойся и...

-Как я могу успокоиться?!

Ын Су уставился на Сон Хона красными, налитыми кровью глазами.

-Если бы не ты, если бы не ты... я бы не оказался в таком положении с господином До Квоном!

При этих словах выражение лица Сон Хона стало холодным. Ын Су невольно затаил дыхание.

-Ах, снова Со До Квон. Ты всё ещё сожалеешь об этом чёртовом ублюдке?

Сон Хон скривил губы в недовольстве. Он крепко схватил Ын Су за локти и потянул его вперед. Худенькое тело Ын Су потащилось вслед за ним.

Оказавшись перед носом Ын Су, Сон Хон низким голосом произнес.

-Ын Су, ты должен быть мне благодарен. Ты ведь не знаешь, о чём думал этот ублюдок, когда подходил к тебе?

-Что ты имеешь в виду...?

-Ын Су. У Со До Квона нет никаких чувств к тебе, его чувства даже не были с размером ногтя. С самого начала и до сих пор он никогда не любил тебя.

При этих словах глаза Ын Су стали сухими.

-О чём ты говоришь?

Ын Су сузила глаза, как кошка, и уставился на Сон Хона. С размером ногтя. Не было чувств. С самого начала. И до сих пор.

Странные слова. Если бы кто-то услышал это, то подумал бы, что это ложь, что он любит меня. Хотя обстоятельства накладывались и накладывались друг на друга и привели к этому, до того как он потерял память. Он любил меня всем сердцем. Я чувствовал его любовь каждый день, как же я мог думать иначе?

Сон Хон снова затеял что-то нехорошее.

Он дёрнулся, чтобы вырваться из его рук, но он притянул Ын Су ближе к себе.

-Ты же знаешь, что До Квон питает отвращение к омегам?

-...

-Ты же это знаешь, что До Квон ненавидит омег, потому что все его бывшие изменяли ему.

-Ты мне это и сказал!

-Правильно, я тебе это и сказал.

-Но! Что?!

-Слушай внимательно, это я заставил До Квона ненавидеть омег.

-...Что?

Брови Ын Су изогнулись дугой. Его слова отчётливо повторялись в его голове, и Ын Су вспомнил о коробке, которую нашёл в его гардеробной.

Спортивная одежда, стимуляторы, ослепляющий спрей и аромат феромонов До Квона. Подготовка была настолько тщательной, что у него по коже пробежались мурашки. И с её помощью Сон Хон мог достать любую омегу, которая была с До Квоном.

-Как... Ты е можешь быть...

-Да. Я всё ещё до сих пор делаю с другими омегами, то что сделал и с тобой. Я не делал этого сам, но я нанимал других альф, чтобы они сделали это, потому что я не большой поклонник подобных излишеств.

-...

-Омег было всегда легко заполучить. Достаточно было дать таблетки, и они уже пускали слюни и ёрзали задницами, даже иногда не приходилось брызгаться поддельными феромонами, чтобы притвориться До Квоном.

Ын Су открыл рот. Безумие. Это слово разрасталась в его голове. Сон Хон был похож на дьявола.

-З-зачем ты это сделал?

-Просто.

-Просто?

-Просто потому что меня это раздражало. Я ненавижу Со До Квона, потому что он родился со всем.

Будущий председатель, альфа, с этой ухмылкой на лице. Я не хочу отставать от этого ублюдка ни на шаг, чего бы мне этого не стоило.

Сон Хон пробормотал что-то тихим голосом, словно записывал. У Ын Су подрагивали губы, когда она наблюдал за ним. Я не ожидал, что он будет таким. Я не ожидал, что он будет человеком, полным поражений и зависти.

Сон Хон, которого я знал, всегда был спокойным, добрым, ласковым и зрелым. Но каким-то образом...

Лицо Ын Су побелело. В этот момент один из прохожих, смотревших на Ын Су и Сон Хона, набрался смелости и подошел к ним, а Сон Хон быстро сказал Ын Су.

-Скажи, что всё в порядке, и я всё тебе расскажу.

-Не нужно...

-Ын Су, ты должен знать, вспомни, как он обращался с тобой после амнезии, он явно ненавидел омег, так почему же он был так мягок с тобой два года назад, тебе не показалось это странным?

-...

Глаза Ын Су сузились. Да, ему действительно показалось это странным ,когда он очнулся в больнице и столкнулся с До Квоном. После того как Сон Хон рассказал ему о прошлом До Квона, он даже подумал, что тот, кто так сильно ненавидел омег, влюбился в него.

Но была и другая причина.

Мне было интересно. Я хотел знать, и меня сводила с ума мысль о том, что я чего-то не знаю о нем и о себе.

Но этого не могло быть. Дьявольский шепот более соблазнителен по своей природе. Когда губы Ын Су сжались в одну линию.

-Простите, с вами всё в порядке, могу ли я вам помочь?

Глава 47

-Простите, с вами всё в порядке, могу ли я вам помочь?

Прохожий спросил Ын Су. Растрепанная одежда, босые ноги, лицо в слезах и поту, запястья, которые выглядели еще хуже, чем должны были, и беременный омега. У Ын Су был такой взгляд, от которого не мог отвести глаз ни один человек.

Ын Су уже собирался обратиться к прохожему с просьбой о помощи. Сон Хон выложил правду, которую до этого держал в тайне.

-Мне нравился ты.

-...?

-Со До Квон знал об этом и обратился к тебе, чтобы отомстить мне.

-...

Ын Су пристально посмотрел на Сон Хон. Сон Хон ответил ему тем же. Стоявший между ними прохожий тяжело сглотнул. Повисла тишина, которую нарушил Ын Су. Ын Су посмотрел на прохожего и с ничего не выражающим лицом сказал.

-Я в порядке.

-Но...

-Я в порядке, спасибо за беспокойство.

Голос Ын Су был твёрдым. В нём не было ни волн страхов, ни всхлипов. Его выражение лица и голос звучали ясно, и прохожий был вынужден отступить. Однако он не исчез, а лишь издалека смотрел на них двоих.

Сон Хон испустил небольшой вздох. Он с беспокойством посмотрел на вывихнутое запястье Ын Су.

-Ын Су, тебе нужно сначала съездить в больницу...

-Скажи мне, сейчас же.

-Тогда пойдём домой и...

-Нет, скажи мне здесь. Я не собираюсь идти за тобой, иначе я придумаю как сбежать, и если ты попытаешься сделать что-то безумное, я буду кричать и бежать, всё что угодно.

Ын Су зарычал. Его широко открытые глаза были полны гнева, разочарования и растерянности. Сон Хон пожевал мякоть на внутренней стороне щеки, затем отпустил ее и послушно открыл рот.

-Ха... В прошлом Со До Квон не знал, что я делал такие вещи за его спиной. Он и представить себе не мог. Я относился к нему как к близкому младшему брату, давал советы, когда ему это нужно было, помогал ему с работой, и он даже называл меня хёном.

-...

-Я никогда не думал, что смогу совершить такой отвратительный постпок, но потом я пришёл на собеседование и встретил Ын Су, это была любовь с первого взгляда, потому что Ын Су словно сиял.

-...

-То, как ты бегло говорил на английском, твоё портфолио, - всё было потрясным.

Ын Су ничего не отвечал, а просто слушал Сон Хона. Он сосредоточился изо всех сил, выискивая в его фразах любой намёк на обман.

Он должен был понять, не таится ли в его словах ложь.

-Я был так влюблён в Ын Су, что у меня больше не осталось сил ненавидеть Со До Квона. У меня не было столько эмоций, чтобы тратить их на него, потому что это всё было благодаря тебе.

-...

-Однажды я рассказал ему о тебе так, что он сказал: "Раз ты влюбился в кого-то и это омега, которая действительно сияет, значит, он замечательный человек".

Ещё он сказал, что хотел бы встретиться с тобой и всё в таком духе. Сон Хон облизнул пересохшие губы. Он не собирался признаваться в этом, но то, как все сложилось, было и досадно, и неловко. Легкое раздражение и злость были бонусом.

"Я пообещал себе, что когда-нибудь, в далеком будущем, я расскажу ему все, но не на улице, как сейчас. Не тогда, когда я буду всем, что у него осталось. Когда он не смог бы жить без меня, вот тогда я бы рассказал всё ему".

Сон Хон беспорядочно взъерошил челку и снова посмотрел на Ын Су.

-Но через некоторое время Со До Квон всё узнал. Похоже, он встретил альфу, которого я нанимал, чтобы он кормил омег таблетками, и когда я перестал к нему обращаться, он сам связался с Со До Квоном, чтобы получить денег.

-...

-Мне было не по себе. Я боялся, что Со До Квон всё расскажет. Что до председателя дойдут слухи, что я плохо относился к его омегам, что играл с людьми, идя против морали, что я действительно ненавидел его.

-...

Но Со До Квон ничего не сказал, он просто проигнорировал меня, не рассердился и не пошёл к председателю.

-...

-Тогда я подумал, что он собирается делать? Не собирается ли он поступить так же, как и я, использовать того, кто мне нравится, чтобы испортить мне жизнь.

Ын Су слушал слова Сон Хона не моргая, но потом он зажмурил глаза.

-Со... Со До Квон, вы хотите сказать, что он встречался со мной, чтобы отомстить тебе?

-Да.

Ын Су насмешливо посмотрел на Сон Хона. Боже, такая детская и незначительная причина, да еще и сказанная так уверенно и серьезно, вызывала у него мурашки по коже. Взрослый и вежливый Сон Хон чувствовал себя незрелым ребенком.

-Вы думаете, что я поверю в это?

-Поверь в это, это чистая правда.

Слова Сон Хона прозвучали спокойно. Он мог бы быть взволнован, зол и легко посмеяться над ним, но он говорил так спокойно, что он не мог не прийти в себя.

Ын Су протер глаза тыльной стороной ладони. Он устал. Это был долгий день. Ему казалось, что он весь день катался на страшных американских горках, то взмывая в небо, то падая на землю.

Ын Су закрыл глаза руками и слабым голосом произнес.

-Вы сказали, что я вам нравился, но когда ко мне подошёл господин До Квон, вы остались в стороне? Мне кажется, что мы перестали общаться как раз в то время.

Ын Су спросил, вспоминая туманное прошлое, на что Сон Хон ответил с горькой улыбкой.

-Я не альфа, а ты омега, и биологически ты гораздо лучше подходишь Со До Квону. Я знаю, что ты чувствуешь, но у меня были свои причины. Я завидовал тому, что он альфа.

-...

-Кроме того, тогда у меня не было уверенности в себе, чтобы победить его. Он знал обо всём, что я делал, и если я встал за твою защиту, я не знаю, что он бы сделал со мной.

-...

-Поэтому я решил, что будет лучшим вариантом уехать из страны, чтобы никто не видел моей детской мести, а Со До Квон не стал бы сближаться с тобой. Это было трусливо, но так было лучше для меня.

-...

-Но всё получилось иначе. Со До Квон был готов идти до конца. Он думал, что сможет отомстить мне, завоевать сердце председателя, встретившись с омегой, а акционеры будут счастливы получить преемника альфу.

-...

-В то время я бы уже никак не смог бы спасти Ын Су от До Квона. Тем более ты уже успел влюбиться в него и...

Сон Хон говорил долго. Ему пришлось пересказать все, что произошло за последние четыре года. Ын Су не хотел больше его слушать. Он хотел отложить выяснение истины - если таковая вообще существует - на потом,если это вообще возможно. Если он будет слушать дальше, ему покажется, что он рассыплется, что ему уже никогда не получится восстановиться после всего.

Как мне удалось выжить, я едва избежал этого адского кошмара и феромонного шока, я заслуживаю жизни.

Ын Су открыл рот, чтобы сказать ему, что с него хватит. В один миг в глазах Сон Хона появилось осязаемое безумие. Он крепко схватил Ын Су за предплечье, что тот зажмурил глаза.

-Но... но... Бог помог мне. Произошла авария, и Со До Квон забыл всё. Всё, что я сделал это подошёл к тебе, и вот почему мы сейчас здесь...

-Мне больно. Отпусти.

-Ын Су. Это судьба. Бог, который видит всё, дал мне второй шанс, и если это не показатель того, что изначально отношения Ын Су и До Квона были неправильными, то я не знаю, что это!

Густой голос ударил Ын Су по мочке уха. Глаза Ын Су сузились. Каждая косточка в его теле дрожала, но при этом он чувствовал тошноту, зрение расплывалось, и он ненавидел Сон Хона за то, что он бросает камни и сотрясает итак расшатанную его землю.

Нетерпеливый к все более тревожному состоянию Ын Су, Сон Хон заговорил быстрее прежнего.

-Я пытался спасти Ын Су, признаю, мои методы были немного радикальными, но я не хотел ничего плохого. Если ты помнишь, то я остановился, как только ты сказал мне, что беременный.

-...

Ын Су напрягся. Он вспомнил, как умолял его, как умолял Сон Хона отчаянно и безысходно.

"Нет... нет,.. Пожалуйста, не надо!"

"Прошу тебя, я беременный, не надо!"

"Остановись, я беременный!"

"Так что, пожалуйста, не надо... не надо..."

Я отчаянно умолял, зная, что он оказался не До Квоном, но Сон Хон в свою защиту сказал, что остановился только тогда, когда я сообщил о своей беременности.

Ну и что? Я должен сказать спасибо, что этого не произошло? Этого бы всего не произошло, если бы с самого начала он бы не сделал этого...

У Ын Су кровь стыла в жилах, когда он слушал слова Сон Хона. Если бы я только был больше, если бы у меня было бы достаточно силы, я бы смог разорвать его губы и глаза, чтобы он больше не смотрел на меня.

Глаза Сон Хона расширились от холодного взгляда Ын Су, а рот скривился в улыбке.

-Со До Квон никогда не любил тебя, он хотел лишь отомстить мне.

-...

-Он всегда был таким, а тебя просто использовали.

-Ложь... - пробормотал про себя Ын Су.

Это была ложь, что До Квон не любит меня. Ложь. Это точно была ложь. Это был человек, который совершил такой ужасный поступок, разлучил меня с До Квоном. Я никак не мог поверить его словам.

Ын Су дернул плечами, пытаясь высвободиться из хватки Сон Хона, но Сон Хон крепче сжал его предплечье. Кончики его пальцев словно впились в плоть.

-Больно!

Ын Су дико извивался, а Сон Хон заговорил низким, звенящим голосом.

-Разве Со До Квон не рассказал тебе, где и как он впервые увидел тебя, и не слишком ли хорошо он знал о тебе с самого начала?

-...

-Почему Со До Квон вдруг заинтересовался Ын Су? Какие могут быть отношения между директором компании и руководителем дизайнерской группы?

Светло-карие глаза Ын Су покачивались, как серебряная трава, развевающаяся на ветру. Это были точные слова. когда он впервые встретил До Квона. То же самое недоумение он испытывал десятки раз в день, когда он приходил и уходил с 14-го этажа и проявлял к нему интерес.

Я всё время задавался вопросами, откуда и как ты обо мне узнал? Не будет ли другим неловко видеть, как я встречаюсь с директором компании и общаюсь с председателем... Как он мог быть таким безрассудным?

Но его сомнения длились недолго. С тех пор как я влюбился в него, я никогда не сомневался в его намерениях или чувствах. Для этого не было места, в этом не было необходимости.

Его жизнь всегда вращалась вокруг меня, он ухаживал за мной, был милым и нежным. Поэтому я не мог поверить словам Сон Хона, вернее, не хотел верить.

Но было еще кое-что, что не давало мне покоя.

"Светился".

Каждый раз, когда это слово слетало с его уст, у меня закладывало уши.

Сегодня он произнес его дважды.

"Это была любовь с первого взгляда, потому что ты так светился".

"Я рассказал Со До Квону о тебе в двух словах. Я влюбился, и это омега. Он действительно сияет, он замечательный человек".

Потом, давным-давно. В тот день, сразу после того, как До Квон потерял память, я пришёл к нему домой, чтобы убрать свои вещи, и меня выгнали. Тогда мы встретились на работе, Сон Хон сказал примерно следующее.

"Это правда, Ын Су сияет. Он красивый, хорошо выполняет свои рабочие обязанности, добродушный, заботливый, аккуратный".

"Сияет". Обычное слово. Но оно засело у меня в голове, потому что иногда я спрашивала его, откуда он меня знает, как давно я ему нравлюсь, и он отвечал что-то вроде этого.

"Я полюбил тебя с самого начала, Ын Су. Ты был красивым и не похожим на других, ты действительно сиял."

Совпадение?

Совпадение, я полагаю. Обычно "сияет" используется для описания таких вещей, как стекло, звезды или свет, но не исключено, что его используют и для людей, так что все может быть.

Но ни Сон Хон, ни До Квон не настолько лиричны, чтобы часто использовать это слово, да и вообще они нечасто используют наречия для описания вещей.

Почему же они использовали это слово для описания меня?

Может быть, потому что, когда До Квон только познакомился со мной, это сказал Сон Хон.

Ын Су медленно закрыл и открыл глаза. По его щеке скатилась густая струйка слезы, когда он осознал свое несчастливое будущее. Смахнув слезу с подбородка, он вытер ее рукой и, воспользовавшись кратковременным потери бдительности Сон Хона, выскользнул из его рук.

Ын Су помчался, топая по скрипучим плитам тротуара. Его быстро догнал испуганный Сон Хон.

-Куда это ты собрался? Если в больницу, то я...

-Я спрошу господина До Квона.

Я смотрел прямо перед собой и думал. Отсюда до компании было десять минут ходьбы. Я смогу быстро добраться до компании. Я просто пойду и спрошу его. То, что я только что услышал, это правда?

У Сон Хона расширились глаза, а на виске всклочила жилка от злобы, и он яростно схватил Ын Су за руку.

-Как ты собираешься его о чём-то спрашивать, если он всё равно ничего не помнит?

-Я всё равно спрошу.

Ын Су отпихнул руку Сон Хона и упрямо сделал шаг вперед. Распухшая лодыжка болела от ударов и неровного спуска по пожарной лестнице, но ему было все равно.

Увидев его глупость, Сон Хон закатил глаза и обвинил Ын Су.

-Что ты собираешься делать? Ты же знаешь, что До Квон ничего не помнит, почему ты ведёшь себя так глупо?!

-Я всё равно скажу ему правду. Если он не знает, пусть скажет мне. Я заставлю его вспомнить. Мы не можем закончить всё вот так.

-Если ты пойдёшь и тебя увидят в таком состоянии, тебя просто выгонят.

-...

Ын Су ничего не ответил, просто продолжал идти вперед. Казалось, он решил не замечать Сон Хона. Сон Хон последовал за ним, осыпая Ын Су неопровержимыми фактами.

-Подумай, если бы Со До Квон действительно любил бы тебя, разве стал бы он всё бросал из-за короткой интрижки? Для него ты ничего не значил!

-...

-Даже если бы он знал, что всё произошедшее в отеле - это моя ошибка, это ничего бы не изменило. Ын Су, даже сейчас он тебя не любит.

При этих словах налитые кровью глаза Ын Су расширились, и он закричал, желая, чтобы весь мир исчез.

-Нет!Нет! Не говори так, ты ничего не знаешь!

Как сильно мы любили друг друга! Как он смотрел на меня! Как сильно он меня любил! Это не могло быть правдой!

Это была его ярость. Ярость, чтобы хоть как-то вырваться из этой ужасной реальности. Чтобы жить.

Из глаз, полных яда и зла, непрерывно капали слёзы. Ын Су кричал во всю мощь своих лёгких, его кожа и губы были бледными, как лёд. Было видно, как ему сейчас плохо, будто он окончательно сломался.

Сон Хон почти кричал от досады, тянул Ын Су за руку к себе и кричал во весь голос.

-Это ты ничего не знаешь!

-Отпусти!

-Не уходи. Я не могу тебя оставить вот так...

-Отпусти!

-Ын Су!

Крики, разнёсшиеся по всей улице, не прекращались. Сон Хон крепче вцепился в Ын Су, который извивался всем телом в знак протеста.

Очевидно, ситуация была серьезной. Но не с точки зрения Сон Хона, а с точки зрения Ын Су. Зрители, крутившиеся вокруг, снова стали приближаться, ведь еще пять минут назад Ын Су говорил, что с ним все в порядке, но на вид он совсем не выглядел здоровым.

-Эй, что вы делаете с беременным?

-...Убирайся отсюда, пока я тебя не убил.

Сон Хон предупредил, сверкнув глазами, но прохожие не отступили.

-Мы вызовет полицию.

-Вызовите полицию? Валяйте. Вы хоть знаете, кто я такой?

Сон Хон уставился на них, его лицо покраснело от гнева. Толпа зашумела и выхватила мобильные телефоны. Сон Хон стиснул зубы и повернулся, чтобы предупредить их, но Ын Су, не упустивший момент, выскользнул из его рук. Он топнул ногой, гадая, попадется ли он снова.

Товарищ по команде сказал: "До Квон сейчас занят, улаживает кое-какие дела. Поздновато, но еще нет и десяти часов. Должно быть, он на работе".

Надо бы его спросить. Сон Хон сказал мне это, но я должен спросить его, правда ли это. Если он не вспомнит, то буду спрашивать его до тех пор пока не вспомнит. Я должен был узнать.

Что До Квон любил меня. Что он говорил серьезно. Что в наших отношениях не было ни лжи. Что два долгих года не прошли даром. Что Бом-и в моём животе появилась из-за нашей любви.

Ын Су нужно было подтвердить, он был обязан и имел на это право.

-Хаа... Ха...

Ын Су бежал, глядя прямо перед собой. Затем.

-Ын Су, подожди! - раздался голос Сон Хона. Ын Су оглянулся. Сон Хон бежал навстречу, протискиваясь сквозь толпу прохожих, которые пытались не подпустить его к Ын Су.

Испугавшись, Ын Су стал быстрее перебирать ногами, то и дело оглядываясь назад. Сон Хон был всё ближе и ближе. Ын Су хоть и продолжал бежать, но Сон Хон не отставал от него.

Зрение Ын Су затуманилось.

Он был так напуган. Испугался этой ситуации, испугался реальности, испугался правды. Эта ситуация, эта реальность, эта правда - все это было выше его сил.

Ын Су бежал, находясь в полном оцепенении. От ночного воздуха закладывало уши. Взгляды людей были как толстые иглы, а асфальт под ногами был слишком твердым и неподатливым.

Асфальт?

Ын Су, задыхаясь, напрягся.

Асфальт? Не тротуарная плитка? С чего бы это асфальт? Ын Су посмотрел вниз, на свои ноги. Он стояла на дороге.

Как я здесь оказался? Ын Су повернул голову и посмотрел в ту сторону, откуда пришёл.

БИИИИИИИИП!

Пронзительный гудок пронзил его уши. Мигающие фары заслонили ему обзор, а крики людей заглушили голос Сон Хона: "Ын Су!".

Она не знал, что происходит, как он сюда попал, что ему теперь делать и куда теперь бежать.

Ын Су медленно закрыл глаза. А потом снова открыл их. Мигающие фары автомобиля пронзили сетчатку и проникли в глаза.

Раздался хлопок, и его тело взлетело в воздух. Блики фар исчезли из его зрения, и сверкающие здания Сеула стали ближе. Над головой нависло темное беззвездное небо. Прохладный ветер пронизывал каждый сантиметр его тела.

Мне казалось, что я лечу.

Это было так романтично, так экстатично.

Казалось, мир остановился.

Слезы, которые падали, не поддавались гравитации и текли каплями. Казалось, будто небо стирает их.

Но иллюзия была мимолетной. Через несколько секунд небо снова стало исчезать. Теплый ветерок прошелестел по моим пальцам и быстро унесся прочь. Мое тело выгнулось дугой, а волосы взметнулись вверх.

Вскоре по спине пробежало тупое покалывание. Казалось, что по всему телу что-то щелкает и ломается. Это было мучительно больно.

Но боль длилась недолго. Это было похоже на мягкое облако асфальта, врезавшееся в мое тело. Мое тело опускалось все ниже и ниже. Уже цепляясь за пол, как за мокрую бумагу, оно проваливалось все глубже и глубже, в другое измерение.

Ын Су не сопротивлялся этому, он смирился с этим.

На самом деле ему очень хотелось отдохнуть. Он просто хотел убежать.

Другая машина. В тот день. Он подумал, не несчастный случай, произошедший в тот день, когда поехал к гинекологу с До Квоном в машине, не было ли это его настоящей судьбой.

Я должен был умереть в тот день, но мое время остановилось, и я пытался как-то жить, и, может быть, поэтому я был так зол на Бога, и, может быть, поэтому мне было так плохо.

Ын Су обхватил живот скрюченными, истерзанными руками.

Но Бом-и невиновна, и мне все равно, как и когда будет разрушена моя жизнь, поэтому я хочу защитить её. Мою малышку.

Ын Су застыл на месте, приоткрыв рот.

Смерть стремительно приближалась, и я не мог понять, кто из нас умрёт - я или Бом-и.

Глаза Ын Су сузились.

-Бом-и, прости меня. Прости, что я не смог защитить тебя, прости, что продолжал причинять тебе боль.

Это было ужасное извинение. К тому же было слишком поздно.

Его разум и тело начали проваливаться в глубокую пропасть. Ын Су молился кому только можно было, чтобы смерть, настигшая на его тело заберёт его и Бом-и. Их вместе.

Ын Су медленно закрыл глаза. Одна-единственная слезинка, которую не смогли стереть небеса, скатила по уголку глаза и упала на асфальт.

Глава 48 - Невероятная фантастика

Телефонный звонок Ын Су был странным от начала и до конца.

-В тот день в отеле. В отеле, это был он, это был тот альфа, это всё был он, а не кто-то другой... Я не знаю как, но в коробке есть л-лекарство.

Набор слова, которые не складывались в целостное предложение.

-Хаа... Скажи прямо, что ты имеешь в виду.

До Квон раздражённо вздохнул. Я взял трубку не для того, чтобы слушать его пьяные бредни, но решил ответить на звонок, потому что в нём звучало отчаяние. Следовало просто проигнорировать его.

Я не даже не поприветствовал его в лифте, но решил ответить из любопытство, было ли у него что-то ещё сказать мне в такое позднее время, и когда он уже живёт с Сон Хоном. Если честно, я уже жалел, что вообще решил сделать нечто глупое.

-Извините. Я имею в виду тот отель, где у меня началась течка... Альфа, которого я тогда встретил, на самом деле был...

-...

Предложение оборвалось, так и не успев начаться. Отель. Течка. Альфа. Он мог бы сказать что угодно, но только не те слова, которые ему не нравились.

До Квон сжал кулак. Перьевая ручка в руке задрожала, словно могла в любой момент сломаться. Перо авторучки, которую он выбросил несколько минут, думая о Ын Су, погнулось, поэтому он достал новое. Придётся уже в десятый раз пользоваться новой.

До Квон открыл рот, чтобы спросить, по какому поводу он позвонил.

-Ю Ын Су.

Но Ын Су не отвечал, пока он не назвал его имя три раза.

-Ах...а....

В трубке послышался слабый стон Ын Су, и через несколько секунд он услышал,

-Ын Су.

раздался голос Сон Хона.

-...

Челюсть До Квона сжалась. Что это за ситуация? Какого черта они делают вместе, и почему мне звонят в такой час?

Это было странное чувство. Что бы ни происходило между ними, я не мог отделаться гадкого чувства, сидя здесь, сжимая телефон и ничего не понимая.

Второстепенный персонаж второго плана. Неглавный, который никогда не станет главным. Незначительная роль.

Именно так сейчас чувствовал себя До Квон.

Как раз в тот момент, когда он собирался спросить его, какого черта он делает, звонок сбросили.

-Ха...?

До Квон рассмеялся. Что это только что было? Он был ошарашен ситуацией.

На экране мелькнул номер Ын Су. Затем экран потускнел. На чёрном экране мелькнуло растерянное отражение самого До Квона.

До Квон забеспокоился. Стоит ли мне позвонить еще раз? Стоит ли спрашивать, что он делает в такое время? Размышляя об этом таким образом, я почувствовал, что выгляжу таким жалким и смешным, что решил не делать этого.

До Квон с грохотом отложил мобильный телефон. Он поправил авторучку и сосредоточился на своих бумагах, но это было нелегко. У него было странное чувство. Что-то покалывающее, неприятное и несчастливое.

В конце концов До Квон снова посмотрел на свой телефон. Телефон молчал. Звонок от Ын Су казался сном.

Как бы он ни был занят, Ын Су был не из тех, кто говорит быстро или бросает трубку в середине разговора. Он был хорошим собеседником и всегда говорил то, что хотел сказать.

Странно, но он был слишком взволнованным, заикался и запинался, а к концу не мог правильно произнести ни одного слова, лишь издавал странные стоны.

Может быть, что-то было не так с его беременностью?

А может, он принял слишком много ингибиторов?

Но ему незачем было принимать ингибиторы в такое время, к тому же он жил с бетой.

До Квон постучал по бумаге своей перьевой ручкой. Чёрные чернила размазались по аккуратному почерку.

Его адамово яблоко покачнулось. Не в силах игнорировать неприятное ощущение, он наконец поднял трубку.

Дзинь. Телефон снова завибрировал, экран мигнул и засветился. Глаза До Квона быстро забегали.

-...

К сожалению, это был не Ын Су. Это было не звонок, а сообщение, которое вот уже частенько приходило в течение несколько дней.

[Здравствуйте, господин Со До Квон.

Простите за столь поздний час.

Магазин скоро закроется.

Когда вы придете за своим кольцом?

Вы уже давно приехали из Парижа и не возвращались. Это очень дорогая вещь, и мы не можем держать ее в магазине. Пожалуйста, зайдите к нам.

-HW Jewelry, Чхондам]

До Квон нахмурил брови, читая длинное сообщение. Эти сообщения, приходившие два-три раза в неделю, очень раздражали.

Около месяца назад До Квон сказал, что пришлёт секретаря, но они отказались. Принцип заключался в том, чтобы приехать самостоятельно, поэтому он сказал, что скоро приедет. Мён Хи заставляла его так много работать, что он не мог передохнуть.

Нет, на самом деле у него было время. Это не было в чужой стране, а находилось в двадцати минутах езды, поэтому он мог приехать в любое время. Но всё время откладывал, потому что знал, что это как-то связано с Ын Су.

-Ха...

Наклонив голову, До Квон прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Кольцо. Это кольцо. Владелец был очевиден. Должно быть, это Ын Су, и моя глупая прошлая сущность пыталась подарить ему кольцо.

-Какой же ты мудак...

Выругался До Квон своим характерным басовым голосом. Он долго крутил мобильный телефон одной рукой. Резко оборвавшийся звонок Ын Су цеплялся за него, как грязные миазмы, не желая отпускать.

Он на мгновение пожевал щеку, затем отпустил ее. Затем он положил свой мобильный телефон на стол и даже застелил его бумагами.

Вот так До Квон пренебрежительно сбросил Ын Су в пропасть.

* * *

[Приходи в больницу].

Мён Хи отправила ему это сообщение утро, когда он собирался идти на работу. До Квон долго всматривался в сообщение. Это была больница, а не кабинет председателя. Странное место. Тем более что это была больница.

До Квон без лишних вопросов отправился в больницу. Когда он позвонил секретарю Чону и сообщил, что сегодня едет в больницу, он ответил, что уже у его дверей. Как будто Мён Хи сообщила ему об этом лично.

Это было странно, но До Квон ничего не спрашивал.

По дороге в больницу секретарь Чон быстро поздоровался и всю дорогу молчал. В зеркале заднего вида было видно, что его лицо было мрачным, как будто кто-то умер.

С этого момента даже До Квон начал немного нервничать. Мёнх Хи. Больница. Мрачная атмосфера. Возможно, Мён Хи или Ки Хи серьёзно больны.

До Квон нахмурил брови. У него не было хороших отношения с родителями, но родители были родителями, к тому же благодаря им, он жил жизнью, о которой другие могут только мечтать.

Ему не уделяли много внимания и любви, но он никогда не обижался на них и не жаловался.

Поэтому сложившаяся ситуация вызывала у него дискомфорт и тревогу.

Беспокойство До Квона достигло апогей, когда машина остановилась перед больницей. До Квон быстро вышел из больницы.

Секретарь Чон вышел вместе с ним и проводил его до лифта.

-Вы можете поднять на VIP - этаж.

Затем он молча поклонился, отчего уголки глаз До Квона дёрнулись.

-Разве ты не едешь со мной?

-Я...

-В чём дело?

-Я уже ходил... на рассвете, поэтому не хочу идти снова, - сказал секретарь Чон, отводя взгляд. До Квон наморщил лоб. Он не мог себе представить, что же такое произошло, что даже секретарь Чон ведёт себя так.

-...

До Квон уставился на него. Он не сводил с него глаз до самого лифта, поэтому ему ничего не осталось кроме как войти в лифт одному.

Лифт, предназначенный только для VIP-клиентов, даже не остановился ни на секунду, прежде чем подняться на верхний этаж. Когда двери лифта уже открылись, До Квон неосознанно дернул галстук, ослабив его, а затем снова затянул на шее.

В коридоре мелькали знакомые лица. Это были секретари Мён Хи. Один из них тепло поприветствовал До Квона и провел его в больничную палату. До Квон облизал пересохшие губы и последовал за ним.

Вскоре они оказались перед больничной палатой. Секретарь постучал и открыл дверь, не дав ему возможности подготовиться. До Квон неохотно вошел в палату

Но внутри на него набросилась огромная тень.

-Ты, До Квон! Как ты мог?!

Это был Ки Хо, отец До Квона. Ки Хо, чьи глаза были красными, яростно схватил До Квона за грудки и сильно встряхнул его. От неожиданности До Квон смог только моргнуть.

Что происходит? Почему Ки Хо плачет? Это было не в его стиле, хоть он и был добродушным отцом. Пока До Квон растерянно смотрел на Ки Хо, который обвинял его в чём-то. подошедшая Мён Хи ласково погладила Ки Хо по спине.

-Милый, выйди на минутку.

-Но, дорогая...

-Всё в порядке, иди.

Её слова звучали мягко, но настойчиво. Ки Хо отпустил До Квона. Мён Хи вытерла слёзы с его щёк тыльной стороной ладони. Затем она жестом подозвала секретаря, который выпроводил Ки Хо из палаты.

Провожая КиХо взглядом, До Квон тих вздохнул и повернулся к Мён Хи.

-Что всё это значит?

БАХ

Яростная ладно ударила До Квона по щеке. Сначала он даже не понял, что это больно. Он даже не понял и думал, неужели меня только что ударили?

Но потом всё снова повторилась. Ладонь вновь прилетела по его щеке. От сильно удара болели не только щёки, но и нос и глазные яблоки.

До Квон уставился на Мён Хи в замешательстве. Мён Хи стиснула зубы и нанесла ещё один удар, но До Квон перехватил её запястье.

-Мама.

-...Отпусти.

-Если ты хочешь меня ударить, то хотя бы назови причину.

Мён Хи никогда не была плохой матерью. Она не гнушалась бить своих детей, когда ей вздумается. Когда что-то случилось, она была холодна, но не била. Она поднимала руку в тех случаях, когда это было действительно заслуженно, и До Квон никогда не жаловался на это.

Он не жаловался, потому что всегда жил по принципу "что заслужил, то и получил". Например, когда он подрался в школе с другом и разбил ему нос, или когда открыто проявил неуважение к старому глупому профессору в колледже, или когда случайно обнюхал омегу и нагрубил в офисе, или же когда недавно бросил беременного Ын Су.

Но теперь за что? Какова причина? Получать побои, не зная за что, не было его хобби.

До Квон уставился на Мён Хи холодными глазами, и Мён Хи свободной рукой вновь ударила его по щеке. Его голова дёрнулась в сторону. А во рту появился горький привкус железа.

После небольшой паузы До Квон в ярости закричал.

-Мама!

-Сумасшедший ублюдок.

-...

-Отвратительный ублюдок...

Глаза Мён Хи наполнились слезами, когда она выплёвывала ругательства, но её голос был полным гнева.

-...Мама?

Глаза До Квона расширились. Слёзы Ки Хо были неожиданностью, но вот слёзы Мён Хи - это действительно редкость. За долгие годы их совместное проживание под одной крышей, он впервые увидел, как она плачет. Сердце заныло.

-Мама.

До Квон отпустил запястье Мён Хи и растерянно посмотрел на неё, пока она не передёрнула плечами и не отступила назад.

-Посмотри, что ты натворил.

Она указала пальцев в конец комнаты. Взгляд До Квона, естественно, устремился туда. Там был...

-Ты знаешь, кто это?

Там лежал комок, завёрнутый в белое одеяло. Его тело было обмотано бинтами, а ко рту прикреплён аппарат искусственной вентиляции лёгких, к нему были подключены и другие всевозможные аппараты, которые пищали и издавали неприятные звуки.

Глаза До Квона сузились. "Ки Хо и Мён Хи в порядке, даже секретарь Чон был в порядке... тогда кто?"

-Ын Су.

-...

При этих словах До Квон почувствовал, как его ноги словно пронзили чем-то и он был готов упасть на пол.

Кровь отхлынула от лица, а вместо неё будто холодная вода текла по его венам. Внутренности все перекрутились в тугой узел.

Когда мы вчера разговаривали по телефону, он казался в порядке, слегка заикался, но был в здравом уме.

Но как ни посмотри, это не нормально. Что с ним случилось за ночь, что он лежил в постели в таком состоянии?

До Квон подошёл к Ын Су, не отрывая от него свой взгляд. Вблизи вид Ын Су был ещё более ужасающим.

Марля и бинты закрывали маленькое лицо, шипящий респиратор, грудь слегка вздымалась, плотно закрытые глаза были все в красных пятнах, а губы, видимые сквозь респиратор, были уныло сухими.

Больше всего он не мог оторвать взгляд от его рук, что находились под гипсом, открывая большие пальцы, на которых виднелись шрамы.

Если даже в открытых местах столько рано, то сколько их ещё может быть под одеялом на его теле? Он задавался этим вопросом, но не мог заставить себя посмотреть на это.

До Квон протянул руку к ослабленным пальцам Ын Су, но, едва коснувшись их, сделал шаг назад, его плечи затряслись.

-Почему Ын Су здесь? - спросил До Квон, не сводя глаз с Ын Су.

-Это была автомобильная авария, - Мён Хи вытерла слёзы салфеткой, - Меня вызвали на рассвете, и я приехала в больницу и не узнала Ын Су, когда увидела его... Он так сильно истекал кровью... Постель вся была в крови...

Она говорила нехарактерно медленно, заикаясь и запинаясь. Её голос слегка дрожал, и по тому, как она говорила, было ясно, что она столкнулась с ужасным зрелищем.

До Квон протёр своё лицо. Теперь всё стало очевидным. Почему секретарь Чон не хотел возвращаться в больничную палату, почему Ки Хо плакал и почему Мён Хи ударила его.

До Квон крепко зажмурил глаза и открыл их, в глубине его сознания засело непонятное чувство негодования.

-Что ты сделал, чтобы довести Ын Су до такого состояния?

От этих слов До Квон нахмурил брови. Он понимал, что в нынешнем состоянии Ын Су, Мён Хи будет винить всё и вся, но почему он должен чувствовать себя виноватым? Они были совсем в разных местах, так что это буквально несчастный случай.

Если бы я был рядом с ним, то, возможно, смог бы обнять его и увернуться, как это сделал однажды, когда машина врезалась в нас перед роддомом. Но я был совсем в другом месте.

Мне не по себе от того, что случилось с Ын Су, но я никогда бы не подумал бы винить себя в случившемся.

Если уж кого и винить, так это водителя, который сбил его , а если кто и виноват, так это Ын Су, который стоял на проезжей части или был рядом с ней.

До Квон скривил губы и посмотрел на Мён Хи.

-...Ты же знаешь, что я расстался с ним, и вчера до полуночи я был на работе, так что как я мог предотвратить этот несчастный случай?

-Ты...

Мён Хи почувствовал, как по спине побежали мурашки при виде безэмоционального лица сына. Даже если он и знал Ын Су всего несколько месяцев из-за амнезии, это никак не оправдывало его чудовищного безразличия.

На лице Мён Хи вспыхнул гнев.

-Ты, ублюдок, ты так до сих ничего не понял?!

Она направилась к столу. До Квон ожидал, что она швырнёт в его ещё одну чашку или что-то в этом роде. На столе стояла небольшая ваза, и у него закралось подозрение, что если она ударит его ею, то все забытые воспоминания вернутся.

Но вместо этого Мён Хи взяла в руки пульт дистанционного управления и, что ещё более неожиданно, вместо того, чтобы бросить его в До Квона, включила телевизор.

-Посмотри! Посмотри на это!

-...

-Посмотри на то, что ты пропустил! Посмотри на то, чего ты не знаешь!

-...

Телевизор замигал и показались новости. В центре сидел диктор с затянутым на шее галстуком, а над его головой в левой части экрана красовалось предложение [Специальный репортаж - исполнительный директор Sungjin Group подвергнут подозрению в нападении], а по бокам жирным шрифтом шли предложения [Исполнительный директор Sungjin Group Со словесно оскорблял беременного мужчину] и [Граждане на улице пытались спасти его, но в итоге...].

Сам того не осознавая, До Квон сделал шаг к телевизору. Диктор начал новости аккуратным голосом, словно ждал его приближения.

-Около девяти вечера 31-го числа. В Интернете появилось видео. Сильный мужчина вступил в ссору с беременным мужчиной. Они кричали и ругались некоторое время, прохожие попытались вмешаться, но спор продолжался.

Лицо диктора исчезло с экрана, и на экране появилось видео. Лица были размыты, но До Квон сразу же узнал их. Это были Ын Су и Сон Хон.

Сон Хон держал Ын Су за предплечье, обездвиживая его, а он кричала и пытался вырваться из его хватки. Камера, установленная на улице, запечатлела всю серьезность ситуации, показав шрамы на лодыжках, вывих запястья и округлённый живот Ын Су.

-Видео вызвало споры среди пользователей социальных сетей, поскольку мужчина на нем был опознан как Со Сон Хон, управляющий директор Sungjin Group.

-Прохожие заявили, что господин Со в одностороннем порядке оскорблял беременного мужчину Ю и использовал нецензурные выражения.

На этих словах видео на мгновение остановилось, и на экране показалась область колена прохожего.

-Нет, это было очень страшно, беременный мужчина очень много плакал, а тот парень просто кричал, угрожал и тряс его...

Затем показался другой прохожий.

-Беременный мужчина выглядел так плохо, он был таким бледным, казалось, что он умрёт. У него было сломано запястье, и он пытался куда-то уйти, но мужчина не отпускал его. Беременный мужчина просил отпустить его, но тот даже не стал слушать его, похоже, что они были парой, как такое вообще допустимо...

После сочувственного интервью видео возобновилось.

-Но на этом видео не заканчивается: пока прохожие пытались остановить мужчину, господин Ю начал убегать.К сожалению, его побег был недолгим. Запаниковавший Ю вышел на дорогу и чёрный автомобиль, который превысил скорость врезался прямо в господина Ю.

-Фотография, которую вы видите здесь, была сделана после того, как скорая помощь отвезла его в больницу, а кровь на земле и обломки машины свидетельствуют о столкновении.

-Беременная мужчина, господин Ю, после аварии оказался в критическом состоянии, и, к сожалению, ребёнок, что находился в его скончался.

-По мере того как выяснялась личность водителя и состояние мужчины, пользователи социальных сетей выражали возмущение.

-В настоящее время полиция проводит расследование инцидента, и очень интересно, каков будет результат и что скажет группа Sungjin по поводу случившегося.

С этими словами Мён Хи выключила телевизор. До Квон несколько раз коротко вздохнул, его черные глаза быстро метались из стороны в сторону. Не было ни одной сцены, которая бы его не потрясла, но одна фраза засела в ушах необычайно громко.

-Не может быть, что ... ребёнок...

-... Бом0-и мертва...

Сказала Мён Хи, опускаясь на диван. До Квон сразу же посмотрел на Ын Су.

Ын Су был неподвижен, но почему-то ему казалось, что он плачет. Уголки его впалых глаз покраснели, и он подумал, не потому ли это, что он плакал во сне.

Выкидыш, смерть Бом-и, маленькое существо, которого больше нет на свете.

До Квон прикрыл рот рукой. Ему казалось, что все органы внутри него были готовы выйти наружу. Он вспомнил тот день, когда он смотрел на улицу, дул весенний ветерок, придумывая ей имя. Этот день был ещё свеж в его памяти.

С тех пор как он расстался с Ын Су, он не вспоминал о нем, но теперь оно вернулось к нему.

Господин До Квон!

- Да?

- Наша дочь.

- Что?

- Вы думали над именем?

Спросил Ын Су, обсасывая палочки для еды и выглядя гораздо пухлее, чем сейчас. Морской огурец или потроха. Пока Ын Су называл странные названия, он огляделся по сторонам и его взгляд остановился на цветущей вишне. В этот момент ему в голову пришло имя "Бом".

- Как тебе «Бом-и»?

- А… «Бом-и»?

- Да, «Бом-и».

Ын Су снова и снова повторял это красивое имя и улыбнулся.

- Да, хорошо звучит. Бом-и.

Его смех был таким милым и красивым, что и он сам не мог рассмеяться.

-Да, Бом-и.

Ын Су погладил себя по животу и впервые назвал её Бом-и.

- Бом-и, ты теперь как «весна».

Затем он взял его руку и положил на свой ещё не округлённый живот.

- Господин До Квон, скорее поздоровайтесь с ней.

Наверное, это был первый раз, когда я обратился к ней. Возможно, из-за того, что я впервые общался с ней, я чувствовал себя напряжённо. Она ещё была недостаточно большой, чтобы услышать мои слова и узнать меня. Прочистив горло, я смог подобрать слова.

-... Привет, Бом-и.

Я сказал: «Привет, Бом-и». Но Ын Су улыбнулся такому сухому приветствию.

Тот день был прекрасным. Это был день, всё для меня было впервые. Первый раз, когда я услышал биение сердца Бом-и. Первый раз, когда занимался любовью с Ын Су. Первый раз, когда мы обменялись сладкими признаниями. И первый раз, когда я впервые ощутил глубокую отцовскую любовь к ней.

Воспоминания о том днем нахлынули на него потоком, это случилось совершенно внезапно.

Глаза Мён Хи медленно закрывались и открывались, она пыталась подавить подступающую тошноту.

-Когда мы приехали в больницу, Бом-и уже не реагировала. Врач сказал, что, скорее всего, она уже умерла после такого удара и падения.

«Когда мы приехали в больницу, Бом-и уже не реагировала. Врач сказал, что, скорее всего, она умерла от удара машины и падения на землю».

Мён Хи закрыла лицо руками и зарыдала.

-До Квон, что теперь будет с Ын Су? А? Что я могу сделать?

-...

-Как этот хрупкий ребёнок сможет справиться с этим? Я бы предпочла, чтобы он не открывал глаза некоторое время... Лучше чтобы он вообще этого не знал...

При звуках тонкого, судорожного голоса До Квон почувствовал, как его тело задрожало. По спине пробежал холодок, а кости словно скрутило, так как мышцы сильно сокращались.

Это я виноват, что Ын Су стал таким?

Это я виноват в смерти Бом-и?

Причина, по которой Мён Хи и Ки Хо обижаются на меня, и причина, по которой секретарь Чон смотрел на меня такими холодными глазами, заключается в том, что я сделал что-то не так...

По правде говоря, я ничего не знал. Ын Су боролся с Сон Хоном, и я не знаю по какой причине. Я не думал, что причина может быть во мне.

У Сон Хона была сомнительная история, и он совершал довольно мерзкие поступки. Я знал об этом, но не рассказал Ын Су, потому что не чувствовал в этом необходимости. Для меня Ын Су была таким же плохим, как и все омеги.

Если бы я рассказал ему об этом, он бы не лежал сейчас здесь.

Я не знаю.

До Квон ничего не понимал.

Почему Ын Су сейчас такой. Почему Бом-и должна была уйти, так и не увидев свет. Почему Сон Хон так обошёлся с Ын Су.

И я хочу знать почему.

Почему?

Почему мне так хочется умереть?

Почему я хочу удариться головой о пол?

Почему я хочу выброситься из окна?

Глупая амнезия или дыра в моей голове не давала ни один ответ из моих вопросов.

Глава 49

Выйдя из больничной палаты, До Квон сразу же направился на автостоянку. Ему нужно было ехать в полицейский участок, где находился Сон Хон. Я должен был пойти и спросить его, о том, что случилось. Я хотел найти ответ на этот наболевший вопрос, я хотел, чтобы меня поразила молния и я в одно мгновение восстановил все свои воспоминания, или вскрыть глотку Сон Хона, чтобы позволить правде вытечь из его зияющей пасти.

Он вошел в лифт, и секретарь Чон быстро последовал за ним. Наступила тяжелая тишина. До Квон смотрел прямо перед собой, его лицо было холодным.

Чон, напротив, вышагивал. Не то чтобы он вышагивал по тесному пространству лифта, но он возился с пальцами, запускал руки в волосы, трогал галстук, шарил в карманах, тер глаза и поджимал губы.

Затем двери лифта открылись, и До Квон шагнул вперед. Он открыл рот.

-Я должен вам кое-что рассказать, директор.

-Позже, - твёрдо сказал До Квон.

Сейчас он был занят поисками Сон Хона. Но секретарь Чон не сдавался и упрямо вставал на его пути.

Брови До Квона взлетели вверх. Секретарь Чон, вдыхая струйки гневных феромонов, он открыл глаза и встретился с ним взглядом.

-Речь пойдёт о руководителе группы Ю.

-...

-И это касается вас, господин Со До Квон.

-...

-Перестаньте меня игнорировать, и пожалуйста, выслушайте, - умоляюще сказал секретарь Чон.

История секретаря Чона была длинной. Очень-очень длинной. Этот разговор длился больше часа.

Однако это была история, в которой каждое предложение было важным. История о том, как До Квон возненавидел омег, и о том, каким человеком был Сон Хон, и о том, какую месть До Квон хотел совершить.

Это был очень детский и незрелый способ, но в каком-то смысле это была и лучшая месть. Ведь он не причинил мне особого вреда или ущерба, поэтому я не мог отомстить за его обман ни материально, ни социально, ни физически.

По этой причине До Квон подошел к Ын Су, который, по словам Сон Хона, «сиял», и он быстро влюбился в него, готовясь к будущему с ним, не рассказывая ему всех фактов.

До Квон слушал рассказ с ничего не выражающим лицом.

До Квона не эти слова не особо впечатлили. Рассказ секретаря Чона казался ему, что эта история произошла не с ним, а с другим До Квоном.

Однажды было кое-что странное. В тот день мы с Ын Су столкнулись в лифте с Сон Хоном. Тогда он удивлённо поднял брови, когда я назвал его хёном, словно он втайне обрадовался, узнав, что у меня амнезия.

До Квон постукивал по своему колену. Память, время и слова, - всё это было словно масло и вода, оно смешалось до такой степени, что я не смог всё организовать в своей голове.

В это время бдительный секретарь Чон задал вопрос.

-Совпадает ли причина вашей ссоры с руководителем группы Ю и историей, которую я рассказал?

-...

При этих слова ресницы До Квона взлетели вверх. Да, ему пришлось распутывать эту странную головоломку, все нюансы "до" и "после" потери памяти, события, странности, несовпадения, - во многом всё произошло именно из-за Сон Хона.

У нас с Ын Су всё пошло наперекосяк ещё с того момента в отеле, а после я стал к нему плохо относиться.

Сон Хон играл в грязные игры с омегами, с которыми я встречался. И я всегда видел измены своими глазами, поэтому у меня и возникла ненависть к омегам.

Так что то, что произошло в отеле, тоже было спектаклем, созданный Сон Хоном.

В тот день я отправился в отель на встречу с покупателем. Помню, как накануне я испытывал раздражение из-за внезапной смены места встречи, которая по идее не должна была занимать много времени, но уже была заранее согласована. Встреча- то была обычной, но вот сама ситуация не однозначная.

После встречи, спускаясь по лестнице, я почувствовал феромоны Ын Су. Я проследил за запахом и увидел, как он входит в гостиничный номер в объятиях другого мужчины.

С этого момента мой разум был отрезан, а время и память раздроблены на кусочки. Однако то, что говорил мне Ын Су, вспоминалось мне нечасто.

Он сказал, что принял того мужчину за меня, поэтому он пошёл с ним, потому что ощущал мои феромоны, а когда понял, что это не я, убежал. Тогда я ему не поверил, но сейчас мне странно об этом вспоминать.

У Ын Су сразу после инцидента появился феромонный шок. Тогда секретарь Чон сказал.

-Феромонный шок возникает из-за слишком длительного или интенсивного воздействия альфа-феромонов, наркотиков, специальных стимуляторов, что вызывает нарушения цикла течки.

Было ясно, что Со накачал Ын Су наркотиками и тем самым запустил течку, как он делал это и с другими омегами, которых я встречал до сих пор.

Но как Ын Су мог принять Сон Хона за меня? Как такое возможно? Пока я размышлял над этим, внезапно я вспомнил кое-что ещё. Когда я проводил расследование по поводу действий Сон Хона, то смог заметить, что он то и дело появляется в странных местах. Лаборатория феромонов альф и омег.

Теперь всё стало ясно, он просто сымитировал мои феромоны и обманул Ын Су.

До Квон крепко стиснул кулаки, его челюсть затряслась от гнева. Но это была лишь верхушка айсберга.

Почему Ын Су поссорился с Сон Хоном в тот день? Он же ему настолько сильно доверял, что остался жить в его доме. И вдруг, но по какой причине?

И тут я вспомнил слова Ын Су, которые он мне сказал по телефону вчера вечером.

-В тот день в отеле. В отеле, это был он, это был тот альфа, это всё был он, а не кто-то другой... Я не знаю как, но в коробке есть л-лекарство.

- Я имею в виду тот отель, где у меня началась течка... Альфа, которого я тогда встретил, на самом деле был...

Отель. Неизвестный мужчина. Альфа. Управляющий директор.

До Квон тихо вздохнул. Его голос слегка дрогнул. Только сейчас он смог понять, что он пытался ему сказать.

Должно быть, Ын Су узнал, что то, что произошло в отеле - дело рук Сон Хона. Что Сон Хон - тот самый альфа, который пользовался моими поддельными феромонами. Поэтому он и позвонил мне.

А то, что он сразу же отключился, было ничем иным, как Сон Хон вернулся домой. Вероятнее всего, Ын Су сбежал от него и пытался прийти ко мне. Должно быть, он так старался убедить меня в том, что случившиеся - недоразумение, заговор.

До Квон опустил глаза. Его сухие глаза жгло, словно в них насыпали песок. Ноздри болели так, словно он вдохнул миллион иголок, а гортань покалывало, как будто он проглотил что-то горячее.

Когда До Квон пытался восстановить дыхание, секретарь Чон, поднял глаза и обеспокоенно окликнул его.

-Директор?

-Пождите немного, секретарь Чон.

До Квон попросил подождать. Ему нужно было время, чтобы очистить свой разум, который был шатким и душным, скользким и туманным.

До Квон некоторое время оставался неподвижным, пока ноги секретаря Чона не задрожали от волнения, и он медленно открыл глаза.

Он должен был прояснить ситуацию. Она не мог больше смотреть только на одну сторону истории, позволяя эмоциям взять верх над ним.

Я должен найти доказательства. Улики, которые раз и навсегда разрушат Сон Хона. Доказательства, которые можно будет показать Мён Хи. А после взять всю вину за случившееся на себя.

Даже сейчас, когда Сон Хон был в полиции, переломить ситуацию было несложно.

Достаточно будет одной статьи от Сон Хона о том, что беременный мужчина страдал от депрессии и психических расстройств, и пытался покончить с собой, поэтому он вышел из себя и кричал в целях самозащиты, тем самым пытаясь защитить своего ребёнка от будущих последствий, и всё перевернётся в одно мгновение.

Тем самым Сон Хон выйдет слепым, преданным мужем, а Ын Су выставят сумасшедшим, безрассудным беременным.

Поэтому нам нужно действовать быстро. Нужно выяснить, как Ын Су попал в тот отель, и как Сон Хон получил доступ к нему.

В отеле должны быть камеры видеонаблюдения, но Сон Хон бы ни за что не позаботился бы о них. Именно он согласовал время с покупателями так, чтобы мы с Ын Су столкнулись в том месте. После этого момента он тщательно заблокировал информацию о Ын Су, чтобы я не смог её отследить.

Закончив приводить свои мысли в порядок, он приказал секретарю Чону.

-Секретарь Чон, отправляйтесь в компанию.

-В компанию? Сейчас? Зачем?

-Идите и осмотрите кабинет господина Со. Узнайте всё, что сможете.

-О, хорошо.

-А ещё сходите в дом Со Сон Хона.

-Дом Со?

-Я хочу, чтобы ты забрал его ноутбук, внешние жёсткие диски, USB- накопители и коробку... Коробку тоже забери.

Ын Су точно сказал, что он нашёл коробку. Когда он её нашёл, то сразу понял, что Сон Хон- тот самый альфа, которого встретил в отеле. Это будет уликами злодеяний Сон Хона.

-Коробка? Какая коробка?

Секретарь Чон, слушал приказы До Квона и записывал всё на своём мобильном телефоне.

-Не знаю. Должно быть, в ней и находятся наркотики. Она не должна быть маленькой. В любом случае, если вам покажется что-то подозрительным, просто заберите. Я сам посмотрю.

-Да, но если пойдут слухи, что я рылся в кабинете управляющего директора.

-Со Сон Хон в полицейском участке. Я скажу матери, и ты сможешь раскопать всё, что захочешь. К тому же это касается Ю Ын Су, так что она не будет возражать, если несколько человек уволят.

-Понял.

Секретрь Чон кивнул головой, затем он поднялся на ноги, но До Квон не шёл вслед за ним. Глаза Чона сузились.

-Вы не идёте со мной? Или вы в больницу?

-Нет, мне нужно кое-куда сходить. Я загляну туда, а потом вернусь на работу.

-Могу я узнать, куда?

-В больницу.

-Больница?

Секретарь Чон нахмурил брови и огляделся по сторонам. Это же тоже больница? Он думал, что До Квон не собирается идти в VIP- палату, тогда в какую именно?

На вопрос секретаря Чона До Квон сказал.

-В клинику акушерства и гинекологии, в которой раньше лечился Ю Ын Су.

Мне нужно было кое-что проверить.

С этими словами До Квон выхватил ключи от машины из рук секретаря Чона и направился к подземной парковке.

Войдя в старую гинекологическую клинику, До Квон ворвался в коридор и направился прямо в смотровой кабинет.

-Боже! Господин, извините! Вам нужно сначала пройти в регистратуру!

Испуганная медсестра следовала за ним, но он без колебаний распахнул дверь в смотровую. Внутри смотрового кабинета друг напротив друга сидели три человека, по всей видимости это были супружеская пара, и в врач в очках с тонкой оправой.

-Извините, это срочно.

До Квон извинился с полусерьёзным выражением лица. В ответ брови врача круто взлетели вверх. Она пристально вглядывалась в его лицо. Затем она издала короткий возглас «а-а-а», как будто поняла, кто он такой.

-В чём дело, вы беременны? Я думала, что вы альфа. Вот это сюрприз.

Её голос был ровным, но в нём чувствовалось язвление, она пристально вглядывалась в него, и продолжила говорить.

-Я осмотрю вас, но, пожалуйста, зарегистрируйтесь на стойке регистрации и...

-У Ю Ын Су случился выкидыш.

-...

Внезапная откровенная информация ошеломила врача и всех присутствующих в палате. До Квон провёл рукой по слегка всклокоченной чёлке. Сцепив руки перед собой, он заговорил вежливым тоном, совсем не похожим на тот, который он использовал, когда ворвался в дверь.

-Я пришёл к вам, чтобы задать вопрос. Это займёт всего минуту, и вы поможете прояснить ситуацию.

Врач уставилась на До Квона. Тот встретил обвиняющий взгляд с прямым лицом. Он пришел сюда, ожидая, что его будут сыпать проклятиями, поэтому не стал возражать.

На мгновение воцарилось молчание, затем врач поправила очки и ровным голосом произнесла.

-Господин Ю Ын Су не появлялся у нас больше месяца, я подумала, что он обратился в другую больницу, но я совсем не знала, что у него был выкидыш.

-...

До Квон медленно покрутил челюстью из стороны в сторону. Это было понятно, почему она не знала, Ын Су -то и дело попадал в больницу общего профиля. Он совсем не чувствовал себя хорошо. Когда я снова начинаю думать об этом, мне кажется, у меня скоро голова взорвётся. До Квон перевёл дыхание и потянул галстук.

Глаза врача сузились от виноватого взгляда До Квона.

-Могу я спросить, почему у него случился выкидыш? Я знаю, что у него был феромонный шок и преждевременные роды, но не настолько, чтобы произошёл выкидыш до полного срока.

-Это был несчастный случай, автомобильная авария.

-Ах...

Брови врача почему-то поднялись. Автокатастрофа, участником который стал Ын Су. Беременного. Всё-таки к нему Бог явно равнодушен. Врач издала протяжный вздох через нос. Затем она опустила голову и снова подняла, чтобы посмотреть на До Квона.

-Но раз это была автокатастрофа, почему вы здесь?

-Мне нужно спросить вас кое о чём.

-Хорошо, говорите.

-Несколько месяцев назад Ю Ын Су, должно быть, приходил сюда с феромоновым шоком.

-Да, это так.

-Вы не заметили тогда ничего странного?

-...

Губы врача сжались в одну линию, а глаза стали холодными. Вопрос До Квона показался ей странным. Он же опекун Ын Су, почему тогда он спрашивает её о чём-то странном?

В обычно ситуации врач спросила бы: "В чём дело?", а потом порылась бы в его медицинской карте и ответила бы: "Ничего особенного". Но тут она сделала паузу, потому что с Ын Су действительно случилось кое-что "странное".

Она чётко вспомнила, как Ын Су приходил в клинику с бледными лицом. Он хватался за живот и жаловался, что боли колющие и скручивающие, как будто кто-то выжимал полотенце, а глаза щурились от этих ощущений.

Они сделали анализ крови, и результат оказался феромоновым шоком от некачественного препарата.

В тот момент Ын Су выглядел очень встревоженным. Это было лицо, которое она видела бесчисленное количество раз за десятилетия работы, потому что этот жестокий мир всегда слишком несправедлив к физически слабым людям.

Врач спрашивала его о том, что с ним произошло, и после минутного колебания он смог открыться.

Она догадывалась о том, что с ним произошло, и в тот момент она решила уточнить у него сообщил ли он об этом инциденте, и казалось, он был в замешательстве. Для неё это было странным, ведь этот пациент всегда был прямолинеен, но после случившегося выглядел очень неуверенным в себе.

А перед тем, как он ушёл, она спросила.

-А будущий отец ребёнка знает?

Она запомнила выражение лица Ын Су, когда он это сказал.

-Ещё нет...

Ответил он, опустив глаза. На белом лице отразились тревога и страх. Но это был не страх перед монстром, который накануне напал на него. Это был страх перед "отцом ребёнка".

Врач сжимала и разжимала зубы. До Квон выглядел не как жалкий отец, потерявший своего нерождённого ребёнка, он выглядел хуже собаки.

Врач сцепила руки на столе и уставилась на До Квона холодным взглядом.

-Даже если и было что-то странное, я ничего не могу с этим поделать. Таковы наши законы.

-А если я его опекун? - спросил До Квон.

Я сам лично приехал сюда, потому что врачи не стали бы разглашать информацию об Ын Су, даже если к нему пришлют секретаря или приставят нож к горлу. Но я не ожидал, что она и мне не скажет.

Врач рассмеялась в недоумении.

-Опекун? Кто? Вы?

-...Я здесь не для того, чтобы каламбурить.

-Так вы его опекун? По закону? Я думала, что у Ю Ын Су нет мужа.

-Не совсем, но...

-Тогда что насчёт Ю Ын Су? Он считает вас опекуном?

Врач не давала передышку между своими вопросами. Челюсть До Квона сжалась от яростной атаки.

-...

Опекун? Я? Нет, я и сам это знаю, что у меня нет на это права. Но всё же...

Его кулаки сжались. Тупые ногти больно впились в ладони.

До Квон потёр лицо своими большими руками, а затем заговорил низким, исповедальным голосом.

-Я не заслуживаю этого, да, знаю, но это не для меня, а для Ю Ын Су.

-...

-Я хочу найти того, кто сделал это с Ын Су, и когда найду, стану заниматься тем, чтобы его наказали, как можно строже. Либо задушу своими руками.

Кончики пальцев врача подёргивались и дрожали от холодного гнева, прозвучавшего в этом предложении. Он не выглядел испуганным, скорее взволнованным. Или, может быть, он был заинтересован в этом. В любом случае, это не было негативной реакцией.

До Квон не пропустил этого секундного колебания. Он наклонился к врачу чуть ближе и прошептал.

-Больнице никакого ущерба не будет. Наоборот, я сделаю всё, что вы захотите.

Он достал из внутреннего кармана зажим для визиток, и достал визитку и положил её перед врачом.

[Со До Квон, директор компании Sungjin Group].

-Я хочу знать, что случилось с телом Ю Ын Су. Это единственное, что я хочу знать.

-...

Врач уставилась на визитную карточку. На мгновение воцарилось молчание. Затем, словно решив что-то, она сжала губы и разжала их.

Нагнувшись, она порылась в ящиках стола, нашла толстую папку с бумагами и протянула ему.

Он быстро взял её и открыл. Бумага была испещрена печатными буквами. Но это была не информация Ын Су. Все имена были незнакомы. До Квон нахмурил брови.

-Это не то, что я ищу.

-Это будущие роженицы нашей больницы, все они омеги.

-И что?

-Они сейчас проходят иск. На них в суд подали альфы, чтобы заставить их сделать аборты.

-Скорее всего, они проиграют, и аборты будут сделаны.

-...

До Квон прикусил мякоть на внутренней стороне щеки. Альфа, принудительный аборт, судебный процесс. Это было похоже на те слова, которыми я однажды шантажировал Ын Су. Челюсть сжалась, как будто я съел что-то вяжущее.

До Квон крепко сжал папку с документами, а глаза врача сверкнули.

-Мне нужны адвокаты для этих людей. Адвокатов, которые выиграют, несмотря ни на что. По одному адвокату на каждую мать, чтобы никто не остался в стороне. Нам нужно покончить с этим как можно скорее, потому что они на полном сроке.

-...

До Квон уставился на врача. Это было совершенно неожиданно. Он думал, что она захочет расширение больцы, перевода или денег. Либо устройство в известную больцу, сделать профессором. Он думал, что она попросила о чём-то подобном, но её просьба была совершенно бескорыстной.

Я вспомнил наш разговор с Ын Су, когда давно приезжал сюда.

-Я же говорил, что она хороший врач, верно?

-Что?

-Она настолько хороша, что отвела господина До Квона в сторону, чтобы отругать его. Кто может сказать что-то плохое о таком человеке, как вы?

-Да, похоже она хороший врач.

Это было действительно так. До Квон закрыл бумаги и передал их обратно ей.

-Я куплю вам судью.

-Ч-что?

-Нет смысла приглашать адвоката, так как решение принимает судья, так почему бы не купить судью? Конечно, лучший способ - это изменить закон, но на это нужно время, которого и так нет.

-Ну... ну да, это было бы... лучше...

Врач заикнулась от неожиданности. До Квон кивнул, как будто всё было в порядке.

-Теперь, пожалуйста, медицинскую карту Ю Ын Су.

Врач порылась в углу комнаты и достала три крошечные папки. До Квон перевернул их, чтобы было удобнее читать, они были полны непонятных формул, символов и графиков. Врач начала объяснять, обводя записи шариковой ручкой.

-Вот анализ крови Ю Ын Су. Видите то, что выделено? Это препарат, так называемый стимулятор.

-...

-Здесь он проявляется только во время течки, но вот совмещение ингибиторов и этого препарата вызвали феромонный шок. Матка сокращается, мышцы крутит, и тело выделяет феромоны слишком активно во время течки, так что это очень истощает.

-Как это лечится?

-Необходим контакт с альфой.

-...С альфой?

-Да. Нужен обмен феромонами. Те феромоны, которые его переполняли, он мог бы отдавать их альфе. Это как столовая ложка холодной воды в кипящей воде. Это должен быть необязательно глубокий контакт, как например секс, это что-то вроде простого и примитивного, например, держаться за руки или обниматься.

-...

-Но он отказался от этого лечения, сказав, что не хочет это делать с другим альфой.

До Квон тяжело сглотнул. Он не понимал, почему Ын Су так глупо поступил, когда ему было так плохо, а потом понял, что в этом есть и его вина. У него запершило в горле.

Врач открыла другую папку.

-Он не хотел, поэтому я не могу заставлять его пройти подобное лечение. Я назначила ему ингибиторы, но как вы знаете, ингибиторы вредны для беременных, поэтому феромонный шок не прошёл, и он снова заболел, и всё снова пошло по кругу.

-...

-Тогда его мучил токсикоз, он не мог нормально питаться, да и продолжал ходить на работу, бонусом ко всему этому сильный стресс. Он не возвращался какое-то время, поэтому я уже начала волноваться, но потом он снова вернулся за ингибиторами, а потом его увезли в отделение неотложной помощи посреди ночи.

Глаза До Квона медленно закрывались и открывались. Он знал, что у Ын Су феромонный шок и что он попадал в больницу, но слышать это сейчас было как-то... Он словно начал задыхаться. Лёгкие были грузными, как будто он проглотил камень.

Врач подняла последний лист бумаги. Но, в отличие от предыдущих, она заколебалась.

-А, это фотография... и...

-Фотография? Ультразвук, вы имеете в виду?

-Нет...

Цвет лица врача потемнел до тускло-серого. Уголки глаз До Квона дёрнулись. Фотография. Какие ещё снимки может делать гинеколог, кроме УЗИ?

Она тихо вздохнула и протянула папку До Квону, как будто была сама не в состоянии открыть её.

-Он приходил ко мне после одного инцидента... но не стал сообщать об этом в полицию. Я не стала спрашивать, почему, а лишь предложила сфотографировать травмы, если вдруг ему это понадобится.

-...Травма? Вы хотите сказать, что Ю Ын Су был травмирован?

-Вы не знали?

Глаза врача сузились. Это был взгляд, который словно говорил: "Что за бред ты несёшь, сумасшедший ублюдок?". До Квон быстро отвёл глаза и открыл папку.

-...

У него перехватило дыхание, когда он взглянул на фотографию.

Это были полароидные снимки. Ын Су, сняв верхнюю одежду, безучастно смотрел в пространство. На первый взгляд была видна его худая часть тела, где виднелись рёбра, а ключицы словно пронизывали плоть, а низ живота едва выпирал.

Больше всего я зациклился на том, что врач назвал "травмами". Плечи и таз Ын Су были испещрены синяками размером с мою ладонь. Одно из его запястий распухло и было непропорционально большим по сравнению с другим.

Уставившись на фотографию, До Квон быстро быстро прикрыл рот рукой. Его охватила волна тошноты.

Как ни посмотри, именно Ын Су был жертвой. Тот Ын Су, которого я видел в отеле, что падал в объятия альфы с затуманенными глазами. А этот Ын Су выглядел так, словно провалился в глубины ада и едва выбрался на поверхность.

Нижняя губа До Квона дрожала.

Я не знал. Я совсем ничего не знал о состоянии Ын Су. Да и не хотел знать. Я был охвачен яростью и думал только о том, как причинить ему боль и заставить его страдать.

Я был мудаком, доверяя своим глазам. Мне и в голову не пришло посмотреть на ситуацию с другой стороны. Я направил все свои силы на то, чтобы заставить его чувствовать то же самое, что и чувствовал я.

Не моргая глазами, До Квон смотрел на фотографии, а затем поспешно прикрыл их бумагами, словно он был преступником, прячущий улики. Я скрыл это, потому что это было слишком тяжело для меня, я не мог признать свои бесстыдные грехи.

До Квон уставился на чёрную папку.

Возможно, если посмотреть на ситуацию целиком. Вина была не Сон Хона, что он сделал Ын Су таким. И не тот автомобиль, что превысил скорость.

Вероятнее всего, это была именно моя вина.

До Квон вошел в комнату для переговором с потерянным лицом, будто из него высосали душу. Фотография Ын Су, которую ему удалось увидеть, будто преследовала его. Ему хотелось вырвать свои глазные яблоки.

В комнате для переговоров царила суета и хаос. Секретарь Чон и остальные приближенные До Квона перебирали, вытряхивали и носили вещи, которые они забрали из кабинета и дома Сон Хона.

Он тупо смотрел на беспорядочное нагромождение багажа и людей. Как будто они были физическим отображением того, что было у него в голове.

-Директор, вы уже здесь.

Секретарь Чон, заметивший До Квона, подошел к нему, пытаясь отдышаться. До Квон уставился на него расфокусированным взглядом, и его брови взлетели вверх. Секретарь не мог не заметить, что До Квон выглядел так, будто был потрясён до глубины души.

-Что-то не так?

А? Не знаю, в больнице...

-Что?

-Нет, ты что-нибудь нашёл? - спросил До Квон, энергично растирая лицо обеими руками. Секретарь Чон быстро кивнул. В его глазах появился блеск.

Как только До Квон сел за свой стол, секретарь Чон стал перечислять список дел, которые он сам же и организовал. Но До Квон лишь остановил его.

-Нет, тебе не нужно показывать мне дела компании, сказал он, - просто переберите их и отправьте прямо в кабинет председателя. Она обо всём позаботится.

-Тогда...

-Видео. Вы не нашли никакой видеозаписи с того отеля, где был Ю Ын Су?

-А! А... Да, есть.

Секретарь Чон отложил папки, затем положил планшет перед До Квоном.

-Я отредактировал те части, которые вам нужно увидеть, но отснятого материала не так много.

Перед тем как посмотреть видео До Квон небрежно снял пиджак и швырнул его. Секретарь Чон тяжело сглотнул и повесил пиджак на вешалку.

Видео длилось меньше десяти минут, но в нём было всё, что нужно было знать До Квону.

Видео началось с того, что Ын Су и Сон Хон вошли в ресторан.

Они изредка переглядывались и болтали о чём-то. Персонал сопроводил их, и они скрылись в комнате в конце коридора.

Видеозаписи того, что происходило внутри комнаты, не было.

Неизвестно, была ли эта комната изначально не оборудована системой видеонаблюдения или же Сон Хон позаботился об этом.

Видео было перематывалось вперёд. На камерах видеонаблюдения в коридоре виднелось много движений. В комнату, где находились Ын Су и Сон Хон, постоянно вносили и выносили еду.

Но там был только один работник. Точнее, не один, а их было несколько десятков, и один и тот же сотрудник постоянно входил и выходил из комнаты Ын Су и Сон Хона.

В этом не было ничего необычного. За каждым сотрудником закреплён свой столик, но по какой-то причине я не мог брать это во внимание. Его походка была немного небрежной для дорогого ресторана, а кроссовки были грязными.

-По поводу этого парня, вы проводили расследование?

Поставив видео на паузу, До Квон похлопал сотрудника по спине.

-А? Нет. Я вырезал только часть с господином Со. Разве это не обычный работник?

-Просто проведи расследование.

-Ух... Да, понял.

Секретарь Чон кивнул головой и отвернулся. До Квон снова стал смотреть видео. Вот в комнату входит тот самый сотрудник с

серебряной бутылкой воды и быстро выходит. Проходит минута- другая, и первым из комнаты выходит Сон Хон. Через открытый дверной проём было видно, как Ын Су надел пиджак, но затем снял его, а потом внезапно исчез из кадра.

Как только Сон Хон пересёк коридор, ракурс поменялся. Далее камеры отсняли его передвижения по всему ресторану. Были крупные и маленькие кадры с камер видеонаблюдения, как он шагал в другое место. А где-то были кадры, где он мелькал с дальних ракурсов.

И как раз в тот момент, когда он вошёл в туалет, туда ворвался неопрятного вида служащий с бумажным пакетом.

Через несколько минут сотрудник вышел первым. Он все еще держал в руках бумажный пакет, но было непонятно, осталось ли внутри то же самое. После его исчезновения прошло несколько секунд. Из туалет вышел мужчина в чёрной спортивной куртке.

Это был Сон Хон. Это был тот самый человек, которого До Квон видел в отеле.

-...

У Сон Хона было хорошо видно лицо, и если бы До Квон

присмотрелся бы внимательнее, то увидел бы, что это он. Его внимание было настолько сосредоточено на Ын Су, что он и не подумал узнать мужчину рядом с ним.

Идиот!

До Квон раздраженно потёр лоб.

Сон Хон широкими шагами направился в комнату, где находился Ын Су. В руке он держал предмет размером меньше ладони, но качество камеры видеонаблюдения было настолько плохим, что было трудно разобрать, что это такое.

Сон Хон открыл дверь в комнату, но Ын Су нигде не видно. Ранее он видел, что он сидит там каждый раз, когда дверь открывается и закрывается, но не сейчас. До Квон нажал на кнопку паузы. Он уставился на экран.

Ын Су словно испарился. Но Сон Хон вошёл в комнату и даже не был удивлён этому, как будто он ожидал внезапного исчезновения Ын Су. Но его взгляд был направлен не вперёд, а именно вниз, как будто он увидел там что-то.

-...

Глаза До Квона быстро переместились, и он понял, что ... стул, на

котором сидел Ын Су, тоже исчез.

До Квон быстро догадался, в чём дело. Ын Су упал, вместе со стулом, и не смог подняться. Иными словами, он был слишком слаб,

чтобы поднять себя, не говоря уже о стуле. Сон Хон знал, что так и будет, поэтому и посмотрел в пол, как только открыл дверь.

Другими словами, Ын Су уже принял препарат. До Квон заскрежетал зубами и включил видео.

Сон Хон открыл крышку предмета, который держал в руке. В этот момент дверь захлопнулась. К счастью, она быстро открылась. Ын Су с поникшей головой висел на руках у Сон Хона. Его колени подкосились еще до того, как он сделал один шаг, а обычно прямая спина и талия повисли, как пережаренные рисовые лепешки.

Сон Хон непринужденно вышел из ресторана, обняв Ын Су за талию. Они вышли как будто кто-то заранее договорился об этом, ведь они не заплатили по счёту, и их никто не остановил.

Экран на мгновение становился чёрным, когда они вдвоем покинули ресторан. Следующий кадр - лифт, а затем сцена в коридоре, которую До Квон видел своими глазами.

Через несколько секунд Ын Су с мутными глазами уже жадно обнимала Сон Хона. Нет, все не так, он зарывался лицом в его шею. Он двигал головой, как крот, ищущий что-то в земле, и пристально смотрел на его затылок.

Наверное, искал мой запах.

Сон Хон был бетой, поэтому он никак не мог учуять феромоны. Ын Су инстинктивно уткнулся носом в его затылок, где феромоны можно было учуять больше всего, а раз он ничего не учуял, значит, был в ещё большем отчаянии.

На этом моменте они исчезли в гостиничном номере. Это было последнее, что видел До Квон.

Видео снова перескочило вперед. Ролик длился три секунды, но, судя по времени внизу, на самом деле он длился около семи минут. Это было недолго. Слишком мало для того, чтобы что-то произошло, тем более секс.

Дверь распахнулась, и Сон Хон выпрыгнул, словно убегая. Он вышел с таким видом, будто увидел привидение, и рухнул у противоположной стены.

Он сидел, растянувшись в коридоре, и тупо смотрел в пространство уже более десяти минут. До Квон догадался о причине такой реакции Сон Хона. Однажды Ын Су сказал.

-Ничего не было! У нас ничего не было! Я умолял этого ублюдка, который притворялся вами, не делать этого. Я говорил ему, что я беременный и у меня в животе ребёнок.

-Я ползал по полу и умолял! Знаете, каково мне было прятаться под столом?!

Сон Хон не знал, что Ын Су беременный, потому что я и Мён Хи делали всё возможное, чтобы скрыть этот факт. Мён Хи держала в секрете его беременность, так как не хотела, чтобы огласка стала стрессом для Ын Су, поэтому Сон Хон никак не мог узнать об этом.

Однако в самый критический момент Ын Су объявил о своей беременности и взмолился о пощаде. Вот почему он был так шокирован.

Посидев немного в коридоре, Сон Хон встал и исчез за кадр.

Примерно через три минуты Сон Хон появился вновь. В его руке была куртка, которая, наверное, принадлежала Ын Су. Он зашёл в комнату и через несколько секунд вышел.

А номер с Ын Су так и не открылся.

Указательный палец До Квона нервно постукивал по столу.

Как раз в тот момент, когда он задался вопросом, что там делает Ын Су и не случилось ли чего, появился Сон Хон, все еще в костюме, и, в отличие от прежнего раза, постучал в дверь. Дверь открылась, в зазоре мелькнул силуэт Ын Су и исчез.

Непонятно, в каком состоянии находился Ын Су, но, по крайней мере, было ясно, что он стоял на ногах. Перед самым закрытием двери было видно, как Ын Су упал на пол, а Сон Хон опустился перед ним на корточки. Хоть я и хотел увидеть больше, но дверь закрылась.

Сон Хон, вероятно, изо всех сил старался играть роль любящего друга. В гневе я отключил телефон и исчез, а Сон Хон, словно только этого и ждал, оттеснив меня, воспользовавшись предоставленным шансом.

Так и закончилось видео.

-Хаа...

До Квон испустил долгий вздох и откинул голову назад. Он медленно моргнул, собираясь с мыслями.

-Директор.

Подошел секретарь Чон, держа в руках ноутбук. До Квон облизнул пересохшие губы и выпрямился.

-Думаю, этот сотрудник как-то связан с директором Со.

Секретарь Чон положил ноутбук, на котором воспроизвелось видео с сотрудником, мечтательно стоящим перед автоматом с водой. В углу кухни на диспенсере стоял серебряный кувшин с водой, и он высыпал в него полдюжины порошка. По тому, как он время от

времени оглядывался по сторонам, можно было понять, что он делает что-то плохое.

-Найдите этого парня и узнайте, сколько ему заплатил Со Сон Хон.

И выясните, первый или последний раз он это делал для него.

-Да, директор. Должны ли мы обработать улики?

-Да.

Меня действительно не волновало, о чем говорит секретарь Чон. Сдать ли его полиции, закопать в землю или выбросить в море, не было моим делом.

-Эти таблетки. Можешь найти, что это?

До Квон постучал кончиком пальца по белому пузырьку в руке мужчины на видео. Секретарь Чон ответил.

-Я уже нашёл.

Он повернулся и щелкнул пальцами. В этот момент сотрудник, убиравший бумаги со стола, вернулся с чёрной коробкой. Секретарь Чон взял её и положил перед До Квоном.

-Я нашёл это в доме господина Со. Думал, что будет трудно найти, но она просто лежала открытой посреди гардеробной. Мы собрали в неё всё, что валялось рядом.

До Квон уставился на него. Затем секретарь Чон поднял крышку коробки рукой. На свет появились флакон с лекарством, два спрея и ветровка.

Одежда была знакомой. Именно в этой одежде Сон Хон мелькал на видео. До Квон поднял её и отложил в сторону.

Перед ним лениво покатилась бутылка с лекарством. Он поднял её и открыл крышку. Таблетки звякнули друг о друга, издав звонкий звук.

Секретарь Чон взяла у него таблетку. Он открыл письмо, полученное перед приходом До Квона, и положил его на стол.

-Я заказал экспресс- тест на наркотики, - сказал он, - и хотя он не дал мне точных данных об ингредиентах, но дал представление о том, для чего они используются.

-...

-Флакон, который вы держите в руках, - это средство для эструса.

Это омега-специфический эстроген, который заставляет его вступать в цикл течки, и для сильного эффекта требуется лишь небольшая доза. Он вызывает всплеск физического желания, а также оно имеет эффекты, аналогичные эффектам от приема наркотиков, такие как галлюцинации и слуховые галлюцинации.

-Ха...

До Квон крепче сжал флакон. Образ Ын Су, рухнувший на пол после приёма, образ Ын Су в объятиях Сон Хона со скрещенными ногами душили его.

До Квон по привычке погладил себя по шее. Но на его шее ничего не было, ведь он уже снял галстук, когда покидал клинику акушерства и гинекологии.

До Квон с досадой захлопнул флакон и положил его обратно в коробку. Он потрогал спрей и посмотрел на секретаря Чона.

Секретарь открыла рот, словно ждал.

-Это феромон. Альфа-феромон.

-...Альфа- феромон?

До Квон сщурил глаза от такого странного заявления. Феромон в спрее? Звучит странно. По-другому говоря, это все равно что добавлять в спрей человеческую кровь.

До Квон открутил колпачок спрея и поднес его к своему, но не успев приблизить, как в ноздри вонзился дурной запах, словно острое копьё.

-Что за!

До Квон отпрянул назад и нахмурился. Секретарь Чон быстро закрутил колпачок и положил обратно в коробку.

-Это было сделано лабораторией феромонов альф и омег, и это ваш феромон.

-... Мой феромон?

-Да, были записи о том, как вы примерно 10 лет назад пожертвовали фонду свой феромон, вы помните об этом?

-О... это...

Доминантные альфы - редкость, как и их феромоны. Я помню, как пожертвовал фонду свои феромоны, по наставлениям Мён Хи. Их можно было использовать для лечения альф и омег с нарушенными феромонными железами.

Глаза До Квона сузились, когда он вспомнил то время, которое едва мог вспомнить, но секретарь Чон продолжил.

-Один из сотрудников украл небольшое количество феромона, который вы пожертвовали, и продал его господину Со, который и сделал этот феромонный спрей.

-...

-Думаю, господин Со использовал его, чтобы притвориться вами.

"Сумасшедший ублюдок". Тихо пробормотал До Квон. Сон Хон, выбравший такой способ привязать к себе Ын Су, был действительно ужасным.

Голос Ын Су разнёсся у него в голове.

-Но я думал, что это был господин До Квон.

-От него пахло господином До Квоном. У-у меня внезапно началась течка и я упал, а он подошёл ко мне, и я почувствовал ваши феромоны, и я подумал, что это вы.

-Я ещё подумал в тот момент, что вы не можете быть в этом месте, но я был не в своём уме, поэтому я просто чувствовал ваш запах и думал, что это вы.

Я никогда не думал, что это будет по-настоящему. Я никогда не думал, что это будет правдой. Я никогда не думал, что что-то подобное действительно возможно. До Квон плотно закрыл глаза и открыл их. И пока он смотрел на баллончик со спреем, секретарь поставил перед До Квоном ещё один баллончик.

-Это тот самый, который господин Со Сон Хон держал в руках на видео.

-Что?

-Мы не уверены, что это такое, но судя по ингредиентам, оно похоже на перцовый баллончик.

-...Спрей для самообороны? Ты имеешь в виду ту штуку, которой брызгают в лицо всяким извращенцам?

-Да. Перцовый баллончик. Но если оно попадёт в глаза, то они будут чертвоски жечь, а зрение будет затуманиваться.

-Со Сон Хон использовал его против Ын Су?

Ын Су не был шибко сильным, да и Сон Хон мог легко усмирить его одной лишь силой, так зачем ему понадобился этот спрей? До Квон склонил голову набок, а секретарь Чон в недоумении покачал головой.

-У него хоть и похожие ингредиенты, но в нём нет ничего, что могло бы жечь глаза. Он просто сделан для того, чтобы сделать человека слепым на некоторое время.

-...Значит, Со Сон Хон использовал его, чтобы ослепить Ю Ын Су, потому что не хотел, чтобы он узнал его лицо?

-Судя по всему да.

До Квон глубоко вздохнул, и его грудная клетка стала тяжёлой.

В голове мгновенно помутилось. Это была пустота. Было так много дел, но он не мог расставить их по приоритетам.

Я просто, просто...... хочу увидеть Ын Су.

Я скучал по его ухмылке, по его смеху. Если бы только Сон Хон не вмешался. Нет, если бы я его выслушал. Нет, если бы я не потерял

память, нет, нет. Если бы только я не подошёл к Ын Су, чтобы отомстить Сон Хону.

Он бы жил полной жизнью, не лежал бы в больнице. Бом-и не растворилась бы во тьме, так и не увидев света.

Я почувствовал тошноту в животе. Я не ел весь день, и что-то в глубине моего горла все время пыталось вылезти наружу.

Может быть, это была тошнота, может быть, крик, может быть, ненависть к себе, может быть, желание умереть, может быть, все это одновременно.

На мгновение До Квон застыл на месте, ничего не говоря, а потом, с трудом взяв себя в руки, спросил секретаря Чона.

-Когда выйдет Со Сон Хон?

-Думаю, он проведёт 48 часов в полицейском участке, потому что председатель не хочет его выпускать, а после... Ну, всё зависит от того, как председатель сделает заявление.

-...Понял.

До Квон медленно кивнул. Реальность и правда обрушились на него, как приливная волна, и единственное, что было ясно и отчётливо ощущалось, - это его гнев на Сон Хона.

До Квон потёр щёки, которые стали грубыми. Немного отдышавшись, он посмотрел на секретаря Чона.

-Что ты хочешь, чтобы я сделал?

-О, учитывая обстоятельства, нужно сделать многое...

Чон ухмыльнулся и постучал по своему планшету, выведя на экран график акций Sungjin. Синяя стрелка торчала на сетчатке глаза как бельмо на глазу.

-Цена акций резко упала из-за господина Со. Она упала всего на восемь процентов, но акционеры уже на взводе.

-Цена акций не может упасть за день или два. Они могут упасть на некоторое время, но потом снова возрастают, разве старики этого не понимают?

-Видимо, общество очень чувствительно, когда речь заходит о правах омег и беременности, и если вы не отреагируете должным образом, цены продолжат падать. В интернете нас попытаются бойкотировать.

-Ха... И?

-И фабрика на Филиппинах также обратилась к нам с просьбой переписать контракт. Они очень громко заявили о том, чего хотят.

-К чёрту. Просто исключи их. Выплатите директору фабрики столько, сколько и раньше платили, и удвойте гонорар филиппинской

полиции, чтобы они наконец арестовали владельцев фабрик и всех их организации.

-Да, хорошо. А вот кое-что о филиале в США, в котором руководил господин Со, и я подумал, что вы захотите ознакомиться с этим.

Секретарь Чон пролистала PDF-файл. До Квон плотно зажмурил глаза от плотного шрифта. На него обрушился поток информации, с которой он раньше не сталкивался.

Он нахмурился, глядя, как секретарь Чон поднимает и опускает каблуки на место. Ему было что сказать.

До Квон спросил, на что ещё он смотрит, и она достал из внутреннего кармана что-то размером меньше ладони.

-Это мобильный телефон руководителя группы Ю.

-...

-Я нашёл его в той гримёрке, но он лежал под коробкой.

До Квон уставился на телефон. То ли кто-то бросил его, то ли Ын Су уронил, но один из углов был раздроблен, а экран весь в трещинах.

До Квон нажал и отпустил кнопку включения телефона. На телефоне, еще не совсем мертвом, засветились обои.

-...

До Квон сжал губы в прямую линию.

На обоях телефона Фн Су были изображены ботиночки ... Белые детские ботиночки, которые До Квон подарил ему однажды.

Ботиночки, греющиеся в лучах солнца на белом столе, лежали не в коробке, которую подарил ему До Квон, а в прозрачном стеклянном футляре. Наверное, Ын Су положил их туда отдельно.

До Квон не мог оторвать глаза от фотографии. Секретарь Чон без слов отступил назад.

* * *

До Квон всю ночь провёл на работе. У него было много работы, и

даже если он закрывал глаза, чтобы уснуть, казалось, что он вряд ли заснет, а время шло слишком быстро.

До Квон выглянул в большое окно. Солнце поднималось. Над небоскребами Тегерана разгорался рассвет, и от него исходило солнечное тепло.

Пока он смотрел, его глаза медленно закрывались и открывались. Он покрутил затекшую шею из стороны в сторону и помассировал пальцы, которые затекли от того, что все это время он держал авторучку.

Когда он снова открыл глаза, то увидел на столе мобильный телефон. Это был телефон Ын Су. Он смотрел на него всю ночь, и ему пришлось взглянуть на него, чтобы удостовериться в том, что прошло слишком мало времени.

До Квон коротко нажал на кнопку включения телефона. На экране появились белые ботиночки Бом-и, а затем прозвучал сигнал о низком заряде батареи. Глядя на светящийся сигнал, До Квон нажал и удерживал кнопку питания. Появилось сообщение о том, что телефон выключается, и экран мгновенно потух.

До Квон достал из комода куртку и надел её, затем сунул разбитый телефон в карман и вышел из комнаты.

Четыре крепких охранника стояли у больничной палаты Ын Су. Можно было подумать, что в больнице находится важный министр или вице -министр государства. Заметив До Квона, они поклонились и открыли перед ним дверь.

После минутного колебания он вошел в палату.

В палате было тихо. Единственным человеком в палате был Ын Су, который крепко спал. Изредка раздавался лишь пищание аппаратов и шум увлажнителя воздуха.

До Квон стоял неподвижно возле двери. Он пришел повидаться с Ын Су, но почему-то не мог подойти к нему. Воздух, насыщенный запахом дезинфицирующих средств, словно отгораживал его от него.

Он долго стоял на месте, пока подошвы его ног не стали прилипать к полу, колени не отяжелели, плечи не опустились, и тогда он медленно направился к Ын Су.

Он выглядел так же, как и вчера. Глаза были закрыты, он был худым и бледным. Он был похож на статую, тщательно выточенную мастером из белого мрамора. Каким бы прекрасным он ни был, он был бескровным и безжизненным.

Я не ожидал, что бинты, покрывавшие его, уменьшатся за день, но, увидев их на месте, почувствовал тошноту в животе. Казалось, что кто-то сдавливает мои рёбра.

До Квон прикусил нижнюю губу. Его руки то и дело высовывались из карманов, он расчесывал чёлку, щипал мочки ушей и пощипывал кончик носа, судорожно сжимая губы, а затем медленно наклонился.

Оказавшись на расстоянии волоска от Ын Су, он остановился и сделал глубокий, резкий вдох.

-...

Он чувствовал запах Ын Су. Это определенно были его феромоны.

Он был очень слабым, хоть они и были заглушены слегка дезинфицирующими средствами в палате, но он мог сказать точно, что это он.

До Квон вздохнул с облегчением. Тяжесть в груди вдруг стала легче, ведь он знал, что Ын Су жив.

Тем не менее, До Квон не выпрямил спину, а продолжал смотреть на Ын Су с близкого расстояния, отчего его жадность раздувалась.

... Могу ли я хоть раз прикоснуться к нему?

Нежный. Если бы он мог почувствовать тепло Ын Су, если бы мог прикоснуться к его гладкой коже, он бы смог лучше осознать, что он жив.

До Квон тяжело сглотнул. Стоит только удовлетворить первый импульс, как второй возрастает моментально. До Квон, решительно потянулся рукой к Ын Су.

Кончики его пальцев вот-вот должны были коснуться его лба. Как вдруг в дверь постучали. До Квон быстро разогнул спину и сделал два шага назад от кровати.

В это же время дверь открылась. До Квон обернулся, стараясь сделать бесстрастное лицо. Там стояли Мён Хи и Ки Хо.

-Ух... До Квон?

Ки Хо, державший в руках большой букет цветов, сузил глаза.

-...

Мён Хи ничего не говорила, просто смотрела на него сузившимися

глазами. Он наклонился, чтобы поприветствовать их.

Мён Хи и Ки Хо подошли к Ын Су и осмотрели его. Охранники всю ночь просидели снаружи, от доктора не было никаких вестей, но увидеть его собственными глазами было очень приятно.

Мён Хи распушила подушку Ын Су. До Квон нежно погладил его по нетронутым волосам и поправил одеяло. Ки Хо проверил уровень воды в увлажнителе, отрегулировал температуру в комнате и включил очиститель воздуха. Затем он посмотрел на букет, вздохнул так, что это слышали все присутствующие.

В чём дело? - спросила Мён Хи.

-Я хочу поставить их для Ын Су. как думаешь, какие цветы ему больше будут по душе?

-Вот эти.

Мён Хи выбрала из пестрого букета белый цветок. Ки Хо кивнул, отщипнул один и поставил его в изящную вазу на тумбочке. Затем он собрал остальные и направился к столу. Казалось, что он собирается взять вазу со стола.

Мён Хи обернулась к Ын Су и сказала До Квону.

-Что ты делаешь так рано утром?

-Подумал, что мне стоит прийти.

Мён Хи фыркнула, услышав низкий тон голоса До Квона. Какая же бесполезная, бессмысленная причина.

До Квон облизал пересохшие губы. Затем он и Мён Хи вместе посмотрели на Ын Су.

-Ты видела файлы, которые я отправил?

-Досье Сон Хона? Видела.

-И что ты собираешь с ним делать?

-Не знаю. Я обо всём знала, так что не удивлена. Хоть он меня и раздражает, но он позвонил своим родителям и попросил помочь их, так что я не смогу их просто проигнорировать.

-Мама.

До Квон позвал Мён Хи рычащим голосом. Так. Интересно, согласится ли она носить Сон Хона на руках, ведь они кровные родственники? Пытается ли она простить его?

Он ожидал, что она выбросит его, как мусор, но никогда не думал, что она скажет нечто подобное.

Кровь появилась на тыльной стороне руки До Квона, которую он крепко сжимал.

Если Мён Хи захочет прикрыть Сон Хона, то это будет конец. Как бы сильно он не старался, каким бы злым он ни был, ему никак не удастся противостоять ей, если она возьмётся за это дело.

Брови До Квона нахмурились. Мён Хи слегка повернула голову и посмотрела на него.

-Что? Это ты ведь сделал Ын Су таким, и тебе кажется странным, что я ничего с этим не делаю?

-...Да.

До Квон кивнул в знак согласия. Мён Хи не могла принять такое решение. С каких это пор она считает Сон Хона членом семьи? Если бы это было так, то я был бы президентом, а не директором, и что бы

ни случилось с Ын Су, Мён Хи не стала бы бросать мне в лицо чашку с чаем или кусать за руку.

Мён Хи усмехнулась, глядя на неловкое лицо До Квона.

-Тогда почему Сон Хон прислал тебе только этот материал?

-...?

-Я хочу знать, почему Сон Хон был с Ын Су, почему ему пришлось

убежать, и почему он лежит вот так, и почему ты оставил на меня дела компании?

-...

-Я уверена, что ты знаешь, почему. Но ты не хочешь мне говорить,

потому что либо это незначительно, либо всё сработает против тебя.

У До Квона перехватило дыхание. Это было хладнокровное поражение. Повод умолчать о том, что Сон Хон сделал с Ын Су. Да, это было верно. Как она и сказала, всё бы пошло против него.

Меня раздражало то, что я поддался на уловки Сон Хона, что из-за него бросил Ын Су. Он бесчисленное количество раз пытался поговорить со мной, чтобы прояснить недоразумения, а я его игнорировал. Даже те звонки, которые буквально просили меня о помощи, что в конечном итоге разлучило Ын Су с Бом-и. В конце концов, это был мой выбор, моя вина, и именно поэтому я не хотел говорить об этом.

Лицо До Квона покраснело. Его слабые стороны были обнажены, это не то, чтобы ударили в спину ножом, но это было так унизительно, что он даже не мог подобрать подходящих слов.

Мён Хи посмотрела на него холодным взглядом.

-Ты настолько труслив, что проделал весь этот путь сюда, чтобы что-то скрыть?

-...

Взгляд До Квона упал на пол. Мён Хи сделала шаг ближе и

провела указательным пальцем по лацкану его пиджака.

-До Квон. Сынок.

-...

-Я никогда не говорила, как тебе следует жить, но ты не должен

продолжать оставаться таким же трусом. Если это дело рук Сон Хона, что Ын Су лежит теперь в таком состоянии, разве тебе не хочется порвать его на куски, даже если и сам разлетишься в щепки?

-...

-Как ты... продолжаешь стоять на месте...?

Мён Хи смотрела на моего красавца-сына со слабым намеком на отвращение в глазах.

-...

До Квон потерял дар речи. Мён Хи прищелкнула языком. Она повернулась, чтобы уйти, как будто ей больше нечего сказать, но До Квон остановил ее низким голосом.

-Ты ведь сегодня идёшь на работу?

-...

-Я буду в кабинете председателя до обеда.

Он сказал это с ноткой сарказма в глазах.

* * *

Сон Хон пришёл на работу уставший, его кожа огрубела от

недосыпания в полицейском участке и дома.

Он не был на работе уже три дня и чувствовал себя как в незнакомом месте. Как только он вошёл в дверь, на него устремились колкие и пронзительные взгляды.

Он привык, что на него смотрят, но всегда с завистью и восхищением, а не так.

Сон Хон стоял перед лифтом, сплетни, которые щекотали ему уши, теперь царапали мочки ушей, а несколько сотрудников, стоявших рядом с ним, были заняты разговорами.

-Тот беременный омега из новостей, я слышал, что он руководитель команды дизайнеров пользовательского интерфейса?

-А? Правда? Разве руководитель группы Ю не встречается с директором Со? Разве у них не были отношения?

-Да. Но, видимо, он тоже понравился управляющему директору Со, поэтому ег заперли.

-Сумасшедший, запер его? Поэтому он сбежал и попал в аварию?

-Да. Он ведь псих, верно?

-Разве можно таких людей выпускать в общество?

Пестрые обвинения и повышенные голоса явно были рассчитаны на то, что их услышат. После того как новость разлетелась, появились статьи и видеоролики настоящая личность Сон Хона была раскрыта.

Его образ мягкого и нежного человека был мгновенно запятнан, он превратился в извращенца, сумасшедшего маньяка, а его достоинство было умалено до такой степени, что один из его сотрудников имел наглость разговаривать с ним, управляющим директором компании, свысока.

-...

Сон Хон смотрел на спускающийся лифт, его лицо было лишено

выражения. Заключение. Заключение... Я не мог насильно запереть Ын Су дома, после всего, что я сделал, чтобы вернуть его.

Слухи могли легко набрать вес. Питаясь интересом и словами людей, они обрастают жиром, отягощая главного героя слухов смесью правды и лжи. И этот вес не так-то просто сбросить. Людям не так уж интересна правда.

Но это не страшно. Сон Хон знал, что слухи не имеют огромного срока годности.

Один скандал со знаменитостью - и его имя забудут в один миг. К тому же, сколько таких людей останется в компании через три года или даже через пять лет?

Я чувствовал себя грязным, но мне было все равно.

Всю дорогу до кабинета генерального директора Сон Хон ничего не слушал. Беспринципный человек, который насильно запер Ын Су, напал на него, приревновал к До Квону, бессовестно пришел на работу и при этом использовал свои деньги и власть, чтобы уйти из полицейского участка.

Кое-что было правильно, кое-что - нет, но что в этом такого?

Мён Хи снова вызвала меня на работу. Это означало, что До Квон не рассказал Мён Хи о том, что произошло между мной и Ын Су, иначе он рассказал бы ей о секретах компании и средствах, которые я украл за её спиной.

Глупый Со До Квон - эгоист до мозга костей. Если бы Мён Хи узнала, что он сделал с Ын Су, то наверняка была бы горько разочарована.

Щелкнув языком, Сон Хон открыл дверь в кабинет. Но...

-...

В кабинете царил беспорядок. Книги валялись на полу, ящики были

широко открыты, все папки пусты, а дорогие украшения опрокинуты так, как будто по ним пронесся ураган.

Было очевидно, кто это сделал. Дом выглядел точно так же.

Сон Хон заскрежетал зубами. Со До Квон, ублюдок. Он выругался под нос.

-Хён, ты пришёл?

Низкий голос защекотал ему висок.

Сон Хон повернул голову. Он увидел затылок сидящего на диване человека. Спина была такой, что его можно было сразу узнать. Обе брови Сон Хона поднялись крутой дугой, но затем вернулись в свой спокойный вид.

-Что происходит? - спросил Сон Хон, снимая куртку. Его голос был довольно мягким, в отличие от горящих внутренностей.

Несмотря на то что Мён Хи решила оставить меня в покое, пришло время позаботиться о себе. Учитывая, какой беспорядок он устроил дома, в кабинете и в собственной жизни, До Квон наверняка знал обо всем, что я сделал с Ын Су.

Сон Хон повесил куртку в шкаф. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Он посмотрел на беспорядок в кабинет и почувствовал, что у него начинает болеть голова. Потом он вспомнил, что стол секретаря был пуст, когда он вошел в кабинет.

Сон Хон наморщил нос и принялся перебирать бумаги на столе, затем повернулся к До Квону и спросил.

-Что с Ын Су? С ним всё в порядке?

-... всё ли в порядке с Ын Су?

-Я всё равно собирался сегодня съездить в больницу. Он всё ещё в коме?

-...

-Мне очень жаль, что произошло с Бом-и. Машина превысила

скорость и сбила его....

Сон Хон сузил глаза, как будто его сердце действительно болело. Эмоции не были ложными. Он был удивлен, узнав, что Ын Су все еще не может открыть глаза. В тот день. Он не чувствовал себя настоящим, даже когда сидел на тротуаре с Ын Су на руках и смотрел, как он истекает кровью до приезда скорой помощи.

-Ха...

До Квон издал низкий смешок. "Машина, значит". Он пытался отнекиваться от своего греха до последнего, как же это было самонадеянно. До Квон почесал своё лицо большой рукой. А Сон Хон продолжал язвить.

-А что с тобой? Ты в порядке?

-...

-Ты никогда не считал Бом-и своей дочерью, а с Ын Су у вас всё

кончено.

-Хён, постарайся.

-О чём ты говоришь? Я и так стараюсь. Разве это не ты должен сам себе это говорить, а не мне.

Сон Хон ответил ровным голосом, уставившись на стопку бумаг в своих руках. Бумаги, загроможденные графиками и цифрами, неприятно резали по сетчатке глаза. От их вида его начало укачивать, и он крепко зажмурился. Бумаги смялись и скрутились. Сон Хон, что- то ворча себе под нос, бросил их в мусорное ведро.

Он окинул взглядом беспорядок в кабинете и глубоко вздохнул, но гнев, нарастающий внутри него, был неконтролируемым.

Сон Хон ослабил галстук и направился к До Квону, встав рядом с ним и глядя на него холодными глазами.

-До Квон, это ты устроил бардак в моём доме и кабинете. Ты проделал весь этот путь не из-за Ын Су, а чтобы обвинить меня? Верно?

-...

-Ты этого не заслужил.

Сон Хон изо всех сил пытался растоптать чувства До Квона. Это из-за него Ын Су стал таким, из-за него теперь все его называли сумасшедшим ублюдком, а его дом и кабинет превратился в беспорядок.

-Какое право ты имеешь винить меня? Что ты сделал с Ын Су?

Разве это не ты неправильно его понял и выбросил? - с горькой улыбкой сказал Сон Хон. При этих словах глаза До Квона затуманились. Все, что говорил Сон Хон, было чушью, но его все равно передергивало и злило. Подсознательно он понимал, что он не ошибался.

Но это не означало, что это неправда. Сон Хон не должен винить меня, это он так разлучил нас с Ын Су. Если бы не он, я бы так и остался один на один с Ын Су.

-Закрой свой рот... и перестань нести всю эту чушь, пока я не порвал его тебе.

До Квон зарычал сквозь стиснутые зубы и разжал их, заставив уголки рта Сон Хона приподняться.

Реакция была именно такой, как он ожидал, и его это слегка позабавило. До Квон был все таким же, как и в школьные годы. Его захлестнули эмоции, он барахтался в яме, которую сам себе вырыл, Сон Хон чувствовал, как доминантный альфа был у него на ладони.

-Что? Тебе не нравится это слышать от меня? Скажи правду. Ты ведь не очень-то и расстроился из-за того, что случилось с Ын Су?

-...

-Ты просто срываешься на мне, потому что думаешь, что если не

сделаешь этого, то люди будут смотреть на тебя странно. У тебя нет причин срывать на мне свой гнев.

-...

-По крайне мере это у тебя в голове дырка, и это именно ты ничего

не помнишь...

До Квон встал и ударил Сон Хона. Тупой стук эхом разнесся по просторному кабинету. Кулак был твердым, как стальной шар.

Сон Хон отлетел назад. Это был всего лишь один удар, но удар был подобен удару самосвала.

Сон Хон почувствовал, как сознание на мгновение покинуло его, а затем вернулось обратно. В ушах зазвенело, зрение помутилось, но через несколько секунд пришло в норму. Затем наступила невероятная боль.

Казалось, что все кости на его лице разлетелись вдребезги. Каждый раз, как он попытался подвигать челюстью, он слышал лишь треск и похрустывание.

Сжав щеки, Сон Хон быстро моргнул, а затем уставился на До Квона, который стоял перед ним, словно огромная гора. Его глаза пылали волнением и отчаянием. Сон Хон фыркнул и рассмеялся.

-Раз уж ты не помнишь, я тебе расскажу. Ты никогда не был влюблен в Ын Су, с самого начала, и до сих пор, так что не разыгрывай этот дешёвый спектакль, ублюдок.

-Раз уж ты не помнишь, я тебе расскажу. Ты никогда не был влюблен в Ын Су, с самого начала, и до сих пор, так что не разыгрывай этот дешёвый спектакль, ублюдок.

При этих слова у До Квона на висках проступила жилка, он сжал руку на шее Сон Хона. Сон Хон истерически захохотал, его верхняя часть тела приподнялась от вложенной силы, как вдруг До Квон снова взмахнул кулаком, и звук удара разнёсся по всему кабинету.

Бах!

-Будь ты проклят, ты ничего не знаешь.

Ты не имеешь права открывать свой рот на тему того, какие чувства мы разделяли с Ын Су. Ты не имеешь права говорить о том, что я больше не получу от него ласкового взгляда. Ты ничего не знаешь, но говоришь так, будто знаешь об Ын Су всё.

Бах, баах!

Раздался звук, будто чужие кости были сломаны. Изо рта Сон Хона хлынула кровь. Его зубы дрожали, а кровь попадала на язык.

Но удары До Квона не прекращались. С глазами, подобно якше, снова поднял свой окровавленный кулак. Глаза Сон Хона блеснули в моменте, и он бросился на До Квона всем телом.

Каким бы могущественным До Квон не был, он не смог увернуться от атаки Сон Хона. Кроме того, одна рука была поднята в воздух, чтобы нанести удар кулаком, а одно плечо также было отведено назад, поэтому центр тяжести не был смещён.

До Квон отступился. Раздался глухой звук, а за ним последовал тупой удар. Голова До Квона ударилась о столик рядом с диваном. Его череп был готов расколоться от боли. Мозг будто бы сдавили, а кровь застыла.

-Угх...

Брови До Квона нахмурились, а всё перед глазами рассеивалось.

Мир будто бы отражался сквозь разбитую линзу. Красные и зелёные цвета расплывались, а чёрные и белые мелькали перед глазами в бешеном ритме.

До Квон покачал головой, чтобы всё пришло в норму, но это лишь усилило головокружение. Всё тело будто бы охладело.

Сон Хон заметив его состояние, забрался на него сверху, и сжал плечо, чтобы он не мог пошевелиться. До Квон был выше его на полфута, так что от того, в каком положении оказался До Квон делало его только счастливее. Он давно ждал этот день , и вот теперь эта мечта сбылась. Этот день стоило отпраздновать.

Сон Хон ударил До Квона по лицу плотно сжатым кулаком. Он наносил удары снова и снова. Он уже, наверное, сломал ему нос и всё равно продолжал беспощадно избивать его.

Вся злость и комплекс неполноценности, что десятилетиями копились в нём внутри, взорвались фейерверком. И как ни странно, всё это приносило ему удовольствие.

Сон Хон нанёс ещё один удар и разразился смехом.

-Чего я не знаю? Почему ты подошёл к Ын Су два года назад?

Почему ты неправильно понял ту ситуацию в отеле? Или почему ты поступил так с ним, как мусор? Всё я это знаю!

-Кха!

-Это ты ничего не знаешь, ты смотрел на всё сквозь пальцы, это ты заткнул уши и переложил всю вину на Ын Су, как идиот. Тупой ублюдок.

-...

-Ты не знаешь, как ему плохо было. Он не мог нормально есть, хотя его токсикоз давно прошёл. Ему всю ночь снились кошмары, о том, как его родители сгорают заживо. А ты, ублюдок, где был ты?!

-...

-Его несколько раз привозили на скорой помощи. Одного! Даже

медики были удивлены! Ты знаешь, что он говорил? Он умолял, говоря: "Я беременный омега, помогите мне, пожалуйста, у меня очень сильно болит живот". Ын Су был в отчаянии. Ему нужно было спасти Бом-и, потому что хотел жить сам!

-...

-Ын Су даже не позволял другому альфе помочь вылечить его от

феромонного шока, потому что думал, что ты возненавидишь его! Мне с трудом удалось убедить его! И как только он начал поправляться... Из-за тебя... Из-за твоего ребёнка...

Глаза До Квона сузились, и он тихо застонал. Ему было больно, от того, что казалось, что голова вот-вот треснет по швам. Это была не боль от ударов Сон Хона. Такую головную боль он часто испытывал после автомобильной аварии, после выписки из больницы.

Кроме того, слова Сон Хона постепенно дробились на предложения, слова и слоги, и пронзали всё тело До Квона, словно иголки. Он чувствовал себя там, словно катался по терновому полю. В какой-то момент он подумал, что умер и попал в ад.

Сон Хон схватил горло До Квона. Он посмотрел на туманные глаза До Квона и заговорил маниакальным голосом.

-Я пытался защитить Ын Су от тебя.

-...

-Я смог бы защитить его, но ты всё испортил!

-...

-Если бы не ты Ын Су бы сейчас не было бы так плохо! - крик Сон

Хона прозвучал с треском. Эхо, отражаясь от гладких мраморных стен, ещё больше утяжелило боль До Квона.

Нахмурив брови, он повернул голову и облизал пересохшие губы.

Смазанный кровью язык высунулся и исчез. Он сморщил нос от горького вкуса крови и уставился на Сон Хона.

-Иди к чёрту... Это ты всё испортил.

-Ха, я? Нет. Это всё из-за того, что ты подошёл к Ын Су, чтобы отомстить мне...

-Какая разница? Ты же сказал, что он любит меня, значит тебе давно было пора сдаться.

Дыхание Сон Хона на мгновение остановилось. Затем он еще крепче сжал хватку на шее До Квона.

-... Но Ын Су не любит тебя, он просто... он просто обманулся на мгновение...

-Значит, он любит тебя?

-...

-Я так не думаю. Ведь обычной бете никогда этого не достигнуть.

-...Заткнись.

-Ты же знаешь, как ему нравятся мои феромоны, верно? И ты не знаешь, как мило он спит в моих объятиях. Он просит объятий, когда у него стресс. И ты никогда не узнаешь, какого это, потому что ты не альфа.

-... Заткнись!

Сон Хон злобно тряхнул До Квона. Затылок До Квоном с грохотом ударился о пол. Веки До Квона опустились, он больше не чувствовал боли. Его сознание было рассеянным, как будто он употребил наркотики. Перед его глазами мелькнуло лицо Сон Хона, словно в замедленной съёмке.

Сон Хон думал, что До Квон его игнорирует. Он моргнул медленно и огляделся по сторонам, и схватил стоящую на столе вазу.

Он хотел убить До Квона, чтобы больше не испытывать это ужасное чувство неполноценности. Если он умрёт, то компания перейдёт ему, и Ын Су, останется один, тоже вернётся к нему. Может быть, однажды Бог сделает его доминантным альфой.

В глазах Сон Хона сверкнуло безумие.

Ваза, висевшая в воздухе, внезапно взмыла над его головой, как вдруг дверь в кабинет распахнулась без стука.

Налитый кровью взгляд Сон Хона устремился на дверь, где стояли секретарь Чон, Мён Хи и её сотрудники.

-Директор!

Секретарь Чон на своих длинных ногах подбежал к ним, оттолкнул Сон Хона в сторону и помог До Квону подняться на ноги. До Квон вытер кровь с губ тыльной стороной ладони. Мён Хи посмотрела на Сон Хона холодными глазами.

На что Сон Хон выбросил вазу на пол. Он вскочил на ноги и подошёл к Мён Хи. Он извиняюще склонил голову и посмотрел на неё.

-Председатель, э-это не то, что вы подумали. директор Со первый замахнулся на меня кулаком...

-Достаточно. Ты действительно хочешь знать подробности, как я его ударил?

Мён Хи нахмурила брови и покачала головой. В её глазах они были просто двумя идиотами, которые, как животные, когда не получали своего, начинали размахивать кулаками.

Сон Хон заметно посветлел, увидев реакцию Мён Хи.

-Я закончу работу и доложу вам.

Он поклонился, на что Мён Хи склонила голову и отвернулась.

-Ты? Доложишь? Зачем?

-Что?

-Почему ты вообще работаешь в моей компании?

Сон Хон быстро моргнул, услышав вопрос Мён Хи, и сделал шаг к ней. Как вдруг секретари схватили его за плечи и попытались оттолкнуть назад. Но Сон Хон лишь нервно начал отбиваться от их рук.

-Вам же звонил председатель!

-О, да, точно. Он действительно звонил. Однако тебе всё равно понадобится персонал, чтобы собрать все твои вещи, я не мог использовать свой драгоценный персонал для такой бесполезной задачи.

-...

От непринуждённого тона Мён Хи у Сон Хона отпала челюсть.

Казалось, ему в рот могла залететь муха. Мён Хи лишь цокнула языком от глупого поведения Сон Хона.

Сон Хон с детства испытывал комплекс неполноценности на фоне До Квона. Он хранил эту ненависть глубоко в сердце, но к нему всегда относились хорошо и занимал он более высокое положение, чем До Квон.

Но, похоже, это не смогло удовлетворить его жадность. Однако

одно дело, когда это самое обычное соперничество, другое же, когда в их грязные игры ввязали Ын Су, который носил внучку Мён Хи.

Пока Мён Хи и Сон Хон обменивались многозначительными взглядами, секретарь Чон помог До Квону подняться на ноги. Тот схватился за голову и медленно открыл глаза. Его вид был слишком жалким.

Секретарь Чон с волнением на лице поклонился Мён Хи и вместе с До Квоном покинул кабинет. В тот момент, когда они скрылись за дверью, Мён Хи махнула рукой секретарю, стоявшего рядом с ней, и секретарь захлопнул дверь.

Независимо от того, кто затеял драку, всё выглядело таким образом, что До Квон стал жертвой насилия, а Сон Хон - виновником. Сон Хон тут же открыл рот, чтобы оправдать себя.

И тут... Бах. Громкий хлопок разнёсся эхом по кабинету.

Мён Хи ударила Сон Хона по щеке. Глаза Сон Хона расширились от удивления. Мён Хи никогда раньше не поднимала на него свою руку. Все знали, что она строго следит за дисциплиной в компании, но на Сон Хона это никогда не распространялось. Это было бы даже нелепо, потому что они с До Квоном приходятся друг другу двоюродными братьями.

Сон Хон посмотрел на Мён Хи с озадаченным выражением лица.

-П-председатель?

-Как ты посмел поднять руку на моего сына?

-...

Сон Хон тяжело сглотнул, услышав слова Мён Хи. «На моего

сына». Это был первый раз, когда он услышал, как Мён Хи называет До Квона своим сыном. Конечно, все знали, что До Квон - её сын, поэтому ей не нужно было говорить ему об этом, но она никогда раньше не заступалась за него.

Пока Сон Хон был ошеломлен таким необъяснимым поступком, Мён Хи провела руками по волосам, собранным в пучок. Затем она опустилась на диван, где сидел До Квон. Её длинные ноги были аккуратно скрещены, туфли на высоких каблуках сверкали на свету. Секретарь прошёл мимо Сон Хон и встал за её спиной.

-Убирайся из моей компании.

Мён Хи уставилась в окно, из которого открывался панорамный вид на Тегеран-роуд.

-...Председатель.

Сон Хон направился к ней, но секретарь заслонила её своими широкими плечами. Мён Хи, наполовину повернув голову, тихо объявила.

-Больше не появляйся здесь. Я хочу отрубить тебе все конечности и вышвырнуть отсюда, но я терплю тебя только потому, что ты долго был с нами.

-Но почему?

Мён Хи усмехнулась, от того, что он оказался таким бесстыдным.

Она была поражена тем, что так сильно ошибалась на счёт Сон Хона.

-Ты хоть представляешь, сколько денег украл?

-Наверное, там сумма была меньшая, чем я заработал для Sungjin за все эти годы.

-Понимаешь, что деньги это лишь меньшее, чем ты мог навредить.

-Тогда о чём вы говорите?

-Сон Хон, я поставила тебя во главе компании, потому что доверяла тебе. Я думала, что ты хорошо справишься с управлением компанией, неважно, сколько ты украл, будь это миллион, или миллиард, дело не в этом.

-...

-Ну, опустим этот момент с деньгами, но ты не должен был так

поступать с людьми. То, что ты сделал с Ын Су и другими омегами, с которыми встречался До Квон. это не то, что я могу простить.

Дыхание Сон Хона оборвалось. Мён Хи всё знала, что он сделал с Ын Су и другими омегами. А это значит, что До Квон рассказал ей обо всём.

Это было неожиданным ударом для него. Атмосфера становилась удушающей, ведь Мён Хи больше всего ценила людей, а не деньги.

Мён Хи закрыла лицо руками и добавила.

-Деньги - это пустяковая проблема, а вот то, что ты игрался с людьми - это не то, на что я могу просто закрыть глаза. Убирайся отсюда. Ты не заслуживаешь того, чтобы работать в Sungjin.

Глаза Сон Хона расшились. Не заслужил. Его лишили единственного права, которого даже До Квон не имел. Это определённо... Губы Сон Хона искривились в гримасе. Его кулаки сжались, и он процедил тихим голосом.

-... Вы не должны так поступать со мной. Я работал в Sungjin уже более десяти лет. Всё, что я знаю, об этой компании потрясёт страну до глубины души. Сможете ли вы справиться с этим беспорядком?

Мён Хи разразилась хохотом. Она похлопала по подлокотнику дивана. Сон Хон недоумевал: "Что здесь смешного?". Мён Хи резко повернула голову и посмотрела на Сон Хона. В её глазах мелькнула угроза.

-А как насчёт тебя, сможешь ли ты выдержать статьи, где тебя будут называть ублюдком?

-...Уверен, что смогу.

-Сон Хон, ты хоть знаешь, на чьи деньги живут твои некомпетентные родители?

-...

При этих словах ресницы Сон Хона быстро затрепетали. Он никак

не ожидал, что в разговоре с Мён Хи будут фигурировать родители.

Родители Сон Хона оказались некомпетентными. Я не мог поверить, что они одной крови с Мён Хи. Все они были бетами, не слишком-то и умелыми и не амбициозными.

К счастью, среди множества комплексов неполноценности, которые Сон Хон испытывает по отношению к До Квону, есть и его родители. В отличие от Мён Хи, которая была замечательной взрослой женщиной, его родители очень сильно отличались от неё.

Но это не значит, что они не были родителями. Именно они родили его и вырастили, поэтому он был к ним неравнодушен.

Мён Хи посмотрела на Сон Хона, чье лицо было смертельно бледным, и негромко добавила.

-Дом, в котором живут твои родители. Гольф, в который ты играешь каждые выходные. Одежда, которую ты покупаешь каждый месяц.

Машина, которую ты меняешь каждые полгода. Это всё мои деньги.

-...

-Даже через несколько лет, это всё равно будет принадлежать мне.

-...

-Тебе лучше выглядеть хорошо, Сон Хон, не только для меня, но и

для моего сына.

-...

-Если ты не хочешь, чтобы вся твоя семья жила на улице.

Сонхён заскрежетал зубами. Его глаза налились кровью, а на лбу вздулись вены. Его тело дрожало от ярости. Увидев это, Мён Хи встала со стула.

Она не любила вмешиваться в детские драки, но раз уж Ын Су лежит там, значит, пришло время наказать виновных.

Сон Хон был наказан, и До Квон получит по заслугам. Только, в отличие от Сон Хона, наказание понесет не Мён Хи. Все зависит от Ын Су, который должен проснуться.

-Джим, ты можешь выйти сегодня как-нибудь?

Мён Хи, задавшая вопрос, который на самом деле не был вопросом, прошла мимо Сон Хона и вышла из кабинета, стуча каблуками по кафельному полу. Секретарь вышел вслед за ней.

Сон Хон остался один в просторном, роскошном, но грязном кабинете.

* * * *

-Это новости на 9:00 3-го числа.

-Управляющий директор компании Sungjin Group, Со, был передан прокурорам сегодня в 14:00.

-Он незаконно получил альфа-феромон из Исследовательского института феромонов альф и омег и использовал его для изготовления так называемых «духов с альфа-феромоном», чтобы совратить омегу.

-Он также будет наказан прокуратурой по обвинению в изнасиловании путем неоднократного введения омегам запрещенных наркотических веществ, а также в нарушении правил хранения и употребления наркотиков.

-Председатель совета директоров Sungjin Group Со извинился за инцидент, заявив, что чувствует себя крайне виноватым. Со и другие сотрудники были немедленно уволены, а сам он заявил, что оставит всю дальнейшую работу прокурорам и будет искренне помогать им, если им понадобится что-то, связанное с расследованием.

-На самом деле, Sungjin - одна из самых равноправных компаний среди 10 крупнейших конгломератов Кореи, с соотношением альфа- омега 5:5 как обычнх сотрудников, так и руководителей. Кроме того, в прошлом году десятки миллиардов долларов были пожертвованы на обеспечение равных прав для омег.

Ведущий новостей говорил без остановки и громко. Мир был переполнен важными новостями. Но Мён Хи и До Квон, оказавшиеся в центре событий, смотрели на экран с ничего не выражающими лицами.

Когда в новостях на первом плане мелькнули группа «Сонджин», лаборатория феромонов «Альфа Омега» и силуэт Сон Хона, Мён Хи выключила телевизор с помощью пульта дистанционного управления. От резкого звука в комнате воцарилась тишина.

До Квон уже некоторое время стоял у кровати Ын Су и вглядывался в его лицо при тусклом свете. При этом у него снова запульсировали виски.

Доктор списал головную боль на легкое сотрясение мозга. До Квон надеялся, что внешнее воздействие - удар о тумбочку и падение на пол - прояснит его память. Однако случаи, показанные в фильмах ничего общего не имели с реальностью.

До Квон решил игнорировать эту боль, и настолько к ней привык, что почти не ощущал.

-Мама, - До Квон позвал Мён Хи своим характерным низким голосом. Мён Хи не ответила, а посмотрела в сторону До Квона. Почувствовав её взгляд, До Квон низким ровным голосом спросил.

-Когда я говорил об Ын Су, ты действительно подумала, что я влюблён в него?

-Этого невозможно было не заметить.

Мён Хи ответила без колебаний. В ее памяти еще свежи были воспоминания о том, как До Квон улыбался так, словно он выиграл лотерею. Он весь день произносил имя Ын Су, а когда он сообщал о беременности Ын Су, тот даже смущённо покраснел.

Мён Хи и не подозревала, что у До Квона бывают и такие эмоции.

Она впервые осознала, что мужчина, которому уже за тридцать, может улыбаться как ребёнок, и впервые поняла, как сильно любовь может изменить человека.

Ын Су был для До Квона другим миром, спасителем, любовью. Для этих двух людей в то время эти великие слова не были незаслуженными.

-Ты очень сильно его любил. Ты словно стал другим человеком.

-...

-Нам нравился Ын Су без причины. Без него ты был пустым и не

мог спокойно жить, но когда ты был рядом с ним, ты был слишком милым, добрым ,и самое главное, настоящим.

Мён Хи прищурила глаза, словно заново переживая прошлое, а До Квон потер лоб.

-Действительно любил...?

-Забудь о словах Сон Хона. Ты только сам сможешь ответить на этот вопрос.

-Но я до сих пор ничего не понимаю. Мне кажется, что это совсем чужая история, и это никак не связано со мной. Но... видя, как он здесь лежит, я чувствую себя слишком странно. К тому же Бом-и...

-Узнаешь, когда к тебе вернётся память...

Мён Хи испустила долгий вздох через нос. Рот До Квона при этом дёрнулся.

Когда я вспомню. Когда вспомню.

Я столько раз слышал это от Мён Хи, от секретаря Чона и от Ын Су, и каждый раз эти слова казались такими бесполезными.

Когда же ко мне вернется память? Нет, я не знаю, вернется ли она. До Квон чувствовал необъяснимый страх. Он не знал, что делать,

когда Ын Су проснётся от комы. Стоило ли ему встать на колени и просить прощения? А лучше ли склониться к земле и вымаливать прощения?

Он ничего не понимал, но знал точно, что это именно его была вина. Он неправильно его понял и чуть не отправил на тот свет.

Но если бы его спросили искренне ли он это делает. Он бы ничего не смог ответить.

Всё было слишком неопределённо. Он ничего не мог вспомнить, никогда в жизни не чувствовал себя таким неуверенным и противоречивым. Он не знал, как с этим справиться.

До Квон уставился на руку Ын Су, которая безвольно свисала.

Прошло уже несколько дней, но шрамы на его руках стали блеклыми.

-Вернутся ли мои воспоминания?

-...

-До вчерашнего дня у меня почти не болела голова. Я освоился на

работе и прочитал все экономические журналы за последние 4 года, поэтому нет необходимости срочно восстанавливать мои воспоминания.

-...До Квон.

-И всё же, смогу ли я их вернуть?

Монолог До Квона эхом разнесся по ночной больничной палате, в этот момент Мён Хи поднялась с кушетки и подошла к нему. До Квон оторвал взгляд от Ын Су и посмотрел на неё. Мён Хи медленно скривила перепачканные помадой губы.

-Воспоминания.

-...

-Верни их.

-...

-Неважно, каким способом, верни их.

-...

-Верни их и умоляй Ын Су. Проси у него прощения. Если он не

примет их, пускай он хоть задушит тебя.

При этих словах До Квон тяжело сглотнул. Ему уже казалось, что его душат.

Пускай он хоть задушит тебя.

До Квон взглянул на руку Ын Су, которая все еще была крепко сомкнута. Задушить его шею этими белыми, маленькими, худыми руками.

-...

Адамово яблоко До Квона то поднималось, то опускалось.

Ничего не было ясно, ничего не было определенно, но он чувствовал, что отдать свою шею в руки Ын Су будет не так уж сложно.

Часть 11. Потеря: то, что мне удалось потерять навсегда

До Квон вышел с утреннего совещания и потянул за галстук. Его лицо было помятым и раздраженным. Прошло уже три дня с момента его драки с Сон Хоном, а головная боль все не проходила.

Как только он вошел в кабине, то сразу же порылся в ящиках стола в поисках обезболивающего. Головная боль была невыносимой, поэтому вчера он заехал в больницу к Ын Су и взял их. Благодаря проклятому Сон Хону он никогда в жизни не брал в рот ни одной таблетки, кроме подавляющих.

Но даже это лекарство не помогало. До Квон прополоскал рот водой, а затем нетерпеливо взял в руки мобильный телефон. Открыв записную книжку, он провел большим пальцем по экрану, пока не нашел нужный контакт. Не раздумывая, он нажал кнопку вызова, поднес телефон к уху и снова сделал глоток воды.

-Ох, Со До Квон. Как поживаешь?

После серии гудков ему ответил высокий голос.

-Ты всё ещё в Корее?

До Квон ответил вопросом на вопрос.

-Пока что да. Через два дня возвращаюсь.

-У тебя будут лекарства?

-...Какие лекарства? Ингибиторы? У тебя снова гон? Уже?

-Нет, обезболивающее.

-Хм, как странно, ты бы не стал искать у меня обезболивающие.

Какие тебе нужны?

-Что угодно, - нетерпеливо ответил До Квон. Тот кому он звонила, была его подруга, с которой он познакомился во время учёбы за границей. Она была старшей дочерью одного бизнесмена ведущих фармацевтических компаний Южной Кореи, но всё своё время она

проводит за границей, поскольку большинство её увлечений и интересов запрещены в Корее.

Время от времени она приезжала в страну по делам, и До Квон получал от неё вещи, которых невозможно было купить в Корее, например, ингибиторы для доминантных альф.

Однажды он столкнулся с Ын Су, когда До Квон был с этой подругой. Гон приближался, к тому же они расстались к тому времени, а он не хотел смешиваться с другим омегой, поэтому связался со своей подругой, чтобы достать ингибиторы.

Ын Су неправильно это понял.

-Хочешь встретиться?

-Я занят, поэтому пришлю своего секретаря.

-Давай встретимся, пока я не уехала! Если я уеду сейчас, то мы не встретимся уже несколько лет!

-Я занят, отправь адрес, по поводу оплаты не волнуйся.

-Что за хрень! Ты ещё по поводу...

В тот момент, когда она начала ругаться, До Квон повесил трубку. Он бы выслушал её недовольства, но был не в тот состоянии, чтобы это сделать. Его череп сокрушала головная боль.

Он тяжело вздохнул и откинулся в кресле, в этот момент секретарь Чон, наблюдавший за ним некоторое время, заговорил обеспокоенным голосом.

-Директор, почему бы вам не уйти сегодня пораньше?

-Я не могу, у меня много работы.

-Это не срочно, я всегда смог скорректировать ваш график.

Заметив нетерпение секретаря Чона, До Квон потёр глаза ладонями, а затем с недоверием покачал головой. Даже если он выйдет из офиса, головная боль не пройдет. Он просто хотел подышать свежим воздухом.

Как раз в тот момент, когда он об этом подумал, в его левой руке завибрировал мобильный телефон. Это было сообщение, и он ожидал, что отправитель - его друг. Он включил экран и подумал, что это, должно быть, сообщение с ненормативной лексикой.

Секретарь Чон прочистил горло. Это означало, что ему есть что сказать. До Квон оторвал взгляд от телефона и уставился на него. Он шагнул вперед и, покопавшись во внутреннем кармане, достал что-то.

Это был небольшой пакет с замком-молнией, внутри которого лежал мобильный телефон. Он аккуратно положил его перед До Квоном. Ресницы До Квона дрогнули.

-Это мобильный телефон руководителя группы Ю. Я починил экран и разблокировал его.

-...

До Квон медленно кивнул. Он положил свой телефон на стол и взял в руки телефон, который находился в пакете с замком-молнией.

Ничего особенного. Он не был промышленным шпионом, так что у него не было никаких грязных трюков в рукаве, у него не было ни семьи, ни друзей, так что его сообщения будут скучными. Максимум, что у него есть, - это несколько коротких предложений Сон Хону и письма по работе.

Тем не менее До Квон не смог побороть свое любопытство и приказал секретарю Чону разблокировать телефон.

До Квон включил телефон. Через мгновение на экране появились ботиночки Бом-и. Белые ботиночки были безупречно чистыми, без единого пятнышка.

Рассматривая их некоторое время, До Квон уже собирался провести пальцем по экрану, как вдруг его телефон снова зажужжал. До Квон взглянул на телефон. Он подумал, что это была его подруга, но ошибся.

[Здравствуйте, Со До Квон Это HW Jewelry Cheongdam.

Может, вы сменили номер? Вы не ответили на мое сообщение.

Если вы не вернетесь на этой неделе, мы отправим кольцо обратно в Париж. Как я уже говорил, это очень дорогая вещь, и мы не можем держать ее в магазине.

-HW Jewelry, Чхондам] [Пожалуйста, приходите сегодня. HW Jewelry, Cheongdam store]

До Квон дважды быстро перечитал сообщение. Кольцо. Кольцо,

которое я собирался подарить Ын Су до того, как потерял память.

Раньше я считал это глупым поступком - быть обманутым Ын Су и дарить подобные вещи, но сейчас было совсем всё иначе. Мне стало интересно, как выглядит кольцо, которое стоило так много. Мне стало интересно, какое кольцо заказал бы прежний я, тот, который любил Ын Су до такой степени, что Мён Хи была этому удивлена.

Так что... Я всё равно хотел подышать свежим воздухом. К тому же было обеденное время, так что ничего страшного, если я отлучусь на некоторое время. До Квон прочистил горло, просматривая сообщение.

-Кто это? - спросил секретарь Чон, удивленный реакцией До Квона, и До Квон встал, сжимая в руках свой телефон и телефон Ын Су.

-Мне нужно, чтобы ты сел за руль.

Я бы и сам поехал, но у меня жутко болит голова. Если я внезапно упаду в обморок, как это случилось сразу после пробуждения из комы, то попаду в аварию.

-Ах, хорошо. Куда вы направляетесь, в больницу, где находится Ю Ын Су?

Секретарь Чон пошарил в кармане брюк в поисках ключей от

машины и последовал за До Квоном. До Квон покачал головой.

-Нет, в Чондам.

-Чондам? Но зачем?

-Чтобы забрать кольцо.

-Кольцо?

Брови секретаря нахмурились от неожиданного ответа, а затем он изогнул брови, словно что-то вспомнил.

-А-а, вы заказывали его до аварии...

На этих словах шаги До Квона прервались, он повернул голову и уставился на секретаря Чона.

-Ты знаешь, что это за кольцо?

-Ух... Я не знаю, как оно выглядит, но знаю, что директор заказал его, готовясь сделать предложение Ю Ын Су.

-...Предложение?

-Да, вы хотели свадьбу...

-Я?

Секретарь Чон кивнул в ответ на вопрос До Квона. На что До Квон сильно прикусил внутреннюю сторону щеки. Я не знал, что это было за кольцо, оказывается, "прежний" До Квон собирался сделать предложение.

Неудивительно. Ын Су был почти моим ровесником, да и к тому же беременность, так что свадьба вполне очевидный исход.

Просто это было совсем неожиданно. Мне было неловко осознавать, что я был действительно влюблён в Ын Су.

До Квон тяжело сглотнул и погладил себя по шее.

"Верни их и умоляй Ын Су. Проси у него прощения. Если он не примет их, пускай он хоть задушит тебя".

Внезапно он вспомнил слова Мён Хи.

Пока они ехали в Чондам. До Квон нажал на иконку на мобильном телефоне Ын Су. Как и ожидалось, сообщений было совсем мало.

Наверное, больше всего активности было именно в переписке с Сон Хоном, но и то здесь был самый обычный обмен любезностями.

Сон Хон говорил слишком расплывчато и пытался флиртовать, однако Ын Су лишь любезно отвечал, не больше не меньше. "Правда?", "Хорошо", "Спасибо, директор". И всё в таком духе. До Квон с бесстрастным лицом пролистывал сообщения, как вдруг его взгляд остановился на иконке фотоальбома.

-...

В горле До Квона словно образовалась сухость. Казалось, что кто- то сжимал его сердце, и на мгновение головная боль прекратилась.

Ему казалось, что кто-то побуждал его нажать на галерею.

После минутной паузы большой палец До Квона нажал на иконку фотоальбома. На экране появились сотни фотографий. Большинство последних фотографий были связаны с Бом-и. Здесь были бутылочки с лекарствами, снимки УЗИ, статьи из интернета о беременности и воспитании детей. Иногда попадались и фотографии, связанные с работой.

До Квон пролистывал фотографии. Пальцы сами собой устремились вниз, в прошлое, хотя он и сам не понимал, что пытался найти.

Сколько фотографий он уже просмотрел? Внезапно его движения остановились, а палец дрогнул. Это была фотография двух людей со знакомыми лицами и незнакомыми выражениями.

-...

Доквон глубоко вздохнул, выражение его лица было беспокойным, словно он готовился к чему-то, и нажал на фотографию, чтобы она заполнила экран, его большой палец медленно двигался слева направо.

Здесь было так много наших с Ын Су фотографий. После двух лет отношений я знал, что их будет много, но не ожидал, что они будут такими красочными.

Здесь было фото, где наши лица настолько находятся близко друг к другу, что было невозможно понять, где мы находились. Фото, где мы пили вино в шикарном ресторане. Фото, где мы улыбаемся и наши волосы развиваются на ветру. Фото, где Ын Су корчит лицо. Фото, где Ын Су кусает меня за ухо. Фото, где мы сидели в самолёте в первом классе. Фото, где задним планом была Эйфелева башня. Фото, где Ын Су уткнулся в мою ладонь, словно он щенок. Фотографии с конной прогулки, фотографии, где мы сидели на фоне восхода солнца над океаном. И много фотографий, где его лицо было размытым, но было заметно, что он улыбается.

На фотографиях менялись времена года, фоны и пейзажи, они хранили много воспоминаний и вместе проведённого времени.

-Угх...

До Квон издал сдавленный стон. Внезапно в висках запульсировала головная боль. Боль, которая была тупой, пока он рассматривал фотографии, усилилась.

Тем не менее он не мог остановить свои пальцы, перебирающие фотографии. Он перелистывал их снова и снова. Ему отчаянно хотелось увидеть конец. Но фотографии не кончались. Фотографий была сотня, а то и тысяча, и просмотреть их за короткое время было невозможно.

В конце концов, он быстрее добрался до Чондама, чем просмотрел все фотографии.

-Директор, мы прибыли.

Секретарь Чон сообщил о прибытии простым предложением, но До Квон ничего не ответил. Чон посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы проверить, не заснул ли он.

Но он сидел скрюченно. На его лбу выступили бисеринки холодного пота. Испугавшись, секретарь Чон отстегнул ремень безопасности и перелез на заднее сиденье.

-Директор? Директор, вы в порядке?

-Ух...

-Что случилось? У вас болит голова? Мне позвонить в больницу?

-Нет... Я в порядке.

До Квон сильно потёр лицо обеими руками. Он зажмурил глаза и открыл их, покачивая головой из стороны в сторону в попытке прояснить мысли. Он плотно прижал большой и указательный пальцы к вискам, пытаясь отвлечься от головной боли, но это не помогало.

Трясущимися руками До Квон засунул телефон Ын Су во внутренний карман. Он сделал долгий, глубокий вдох и уставился в окно машины.

-Это оно?

-Да. Белое здание.

Секретарь Чон безропотно кивнул. До Квон открыл дверцу машины и высунул одну из своих длинных ног. Секретарь Чон настойчиво спросил.

-Может, мне пойти с вами?

-Нет, спасибо.

Не обращая внимания на добрые намерения Чона, До Квон захлопнул дверь машины и направился к белому зданию.

Ювелирный магазин не представлял собой ничего особенного. Единственное, что было необычным, - отсутствие украшений на

витрине. По белому интерьеру трудно было понять, где он находится

- в ювелирном магазине или в больнице.

До Квон огляделся, застегивая пиджак, а затем вошёл в магазин.

-Здравствуйте, чем я могу вам помочь?

Пожилая женщина подошла к нему, слегка поклонившись. До Квон слегка наклонил голову, заметив золотую табличку на нагрудном кармане женщины. Владелец магазина. Он не стал читать дальше имени.

Владелец. Должно быть, это тот самый человек, который прислал мне столько сообщений.

-Я пришёл за кольцом...

До Квон достал из кармана мобильный телефон. Он показал владелице полученное сообщение. Когда она прочитала сообщение, её глаза расширились.

-А, господин Со До Квон!

-Да, верно.

-О, боже мой. Наконец-то вы приехали, обычно я всегда помню лица своих клиентов, но вы так долго не приходили, что я уже позабыла... но вы выглядите немного иначе, или мне кажется?

-...?

-Нет-нет, идите сюда.

Владелица магазина улыбнулась и провела До Квона. До Квон последовал за ней. Она провела его через главный зал, который был не очень большим, и вывела в тускло освещенный коридор.

Владелица магазина открыла тяжелую на вид дверь и провела До

Квона в небольшую комнату. Как и главный зал, комната была вся в белом. Она была обставлена большим мраморным столом и плюшевым диваном и выглядела несколько мрачновато.

Однако одна роза в вазе на столе придавала комнате свежесть и

роскошь. До Квон рассеянно огляделся по сторонам.

-Пожалуйста, подождите здесь немного. Я принесу заказанное вами кольцо.

Владелица магазина поклонилась и вышла из комнаты. Она так отчаянно пыталась найти До Квона, но даже сейчас не произнесла ни одного слова упрёка или обиды.

До Квон сел на диван и плотно закрыл глаза, а затем открыл их.

Головная боль, которая продолжала терзать его мозг, была изнурительной. Он потёр лоб и краем глаза заметил на столе красную розу.

« »

До Квон взглянул на цветок. Это была самая обычная роза, в ней не было ничего особенного. Но по какой-то причине он не мог оторвать от неё свой взгляд.

Как будто он уже видел её раньше. Он не знал, возможно, это из-за усталости его посещали разные мысли. Но он почувствовал, что на самом деле не только розы, но и стол, на котором стояла ваза, и резкий свет, освещающий её, оставили странный след на его сетчатке глаза.

Он почувствовал подступающую тошноту. Он не ел весь день, но что-то будто бы грозило вывалиться из него.

До Квон взял в руки мобильный телефон, подумав, что ему нужно в больницу. Он подумал, что подобное не простая головная боль, а уже острая проблема.

В тот момент, когда он собирался набрать номер секретаря Чона, владелица магазина появилась с красным футляром.

До Квон нахмурил брови и подумал: "Я проделал весь этот путь, чтобы забрать кольцо. Это всё, что мне нужно сделать. Это займёт всего пять минут, нет, три минуты. Я смогу это сделать".

До Квон сухо сглотнул и выпрямился. Владелица магазина села напротив него и открыла коробку руками в белых хлопчатобумажных

перчатках. Появились две красные коробки с таким же дизайном, как и внешняя коробка. По размеру они были похожи на обычный футляр для колец.

Владелица приподняла крышку одной из них. Обнаружилась мягкая на вид красная ткань. Когда она осторожно сняла ткань указательным и большим пальцами, появилось сверкающее кольцо.

До Квон уставился на него.

-Это обручальное кольцо для вашего возлюбленного. Белое и розовое золото переплетаются в нежном изгиб, а внутренняя часть, которая соприкасается с кожей, отделана жёлтым золотом.

-...

-Пятьдесят пять бриллиантов украшают кольцо, а поскольку бриллианты огранены совершенно новым способом, их тени при попадании на них света получаются круглыми и мягкими.

-...

Владелица магазина открыла ещё один футляр с кольцом и

положила его перед До Квоном.

-Это ваше обручальное кольцо. Оно полностью сделано из белого золота, а не из розового, и бриллианты в нем того же размера. Но их здесь шестьдесят пять.

До Квон в недоумении уставился на кольца. Как только он взглянул на них, его головная боль таинственным образом исчезла. Это было не так, как если бы боль была смыта, но как если бы мозг превратился в холодное желе. Как будто его мозг больше не принадлежал ему.

Потом он услышал издалека тихие голоса.

"Я не дизайнер, но я чувствителен к таким вещам. Я не хочу, чтобы это было слишком громоздко, не слишком броско и уж точно не безвкусно".

"Ему вряд ли понравится, если украшения будут большими. Ему нравится покупать аксессуары, которые сочетаются со всем".

"Я не хочу много украшений, но пусть они будут дорогими, что-то другое я не хочу надевать на его руку

"Они выглядят слишком простыми. Я проделал весь этот путь не для того, чтобы найти что-то подобное".

"Я хочу, чтобы они приехали как можно раньше, потому что я собираюсь сделать предложение, как только их привезут".

"Ох, он беременный, поэтому мне нужно, как можно быстрее сделать предложение, чтобы я смог позаботиться о нём".

"Ребёнок? Уверен, он будет прекрасным, надеюсь, он будет похож на него".

Голос был знакомым. Конечно же, это был его собственный голос. До Квон зажмурил глаза. Он никогда раньше не видел столь явных пережитков прошлого. Это было странно, несмотря на то, что эти слова говорил он сам. В то же время смутно вспоминались фон и обстоятельства того времени.

Пока он пытался сосредоточиться на эхе прошлого, владелица магазина заговорила.

-Пожалуйста, убедитесь, что вы заказали именно это украшение.

Проверьте драгоценный камень под этим микроскопом, и если обнаружится, что он поврежден или дефектен, обратитесь к оценщику...

-Нет, всё в порядке, я их заберу.

-Ох, тогда приходите ещё раз, в любое время.

Владелица магазина аккуратно упаковала кольца. Она накрыла их красной тканью, закрыла футляр, положила в белый бумажный пакет и протянула его До Квону. До Квон взял его и встал. Тяжелый бумажный пакет почему-то помог ему почувствовать себя лучше.

Владелица поднялась вслед за ним на ноги, он слегка поклонился ей и уже собирался отойти.

Как вдруг пол словно начал размываться. Словно сцена из фильма, где смешиваются сон и реальность. Всё начало расплываться в непонятном тумане не только пол, но и мебель и окружающая обстановка.

До Квон прищурился, глядя на причудливую сцену, но на этот раз его зрение было наклонено в сторону. Он не падал, но мир накренился.

Что происходит, неужели наступил конец света? А как же Ын Су? Я не могу допустить, чтобы его унесло в апокалипсис, он ещё даже не открыл глаза.

Я должен был идти. Быстрее в больницу...быстрее... С этой мыслью он сделал шаг вперёд.

Но в этот момент тягучая жидкость словно поднималась внутри

него и начала выливаться из его носа. До Квон рефлекторно зажал нос. Тонкий слой крови вытекал наружу. Её хватило, чтобы в одно мгновение пропитать широкую ладонь.

До Квон уставился на кровь. Но даже глядя на неё, он не до конца осознавал, что это была его собственная кровь. Мысли были настолько затуманены, что ему казалось, бдуто это не кровь шла, а вода.

-Ой-ой, клиент!

Кто-то закричал во весь голос, и мои уши словно пронзило, а затем все звуки словно исчезли. Как бдуто я находился на самом дне океана. Всё, что я мог слышать или чувствовать это бульканье и шум воды в ушах.

Затем он внезапно опустился на пол. Мир будто бы сокрушался.

Всё смещалось и менялось в хаотичном беспорядке, одни предметы мелькали перед его глазами, но тут же растворялись и исчезали, словно они превращались в жидкость, которая покрывала его с головы до ног.

Когда мир исчезал на глаза, за ним оставалась только тьма. До Квон быстро погрузился в эту тьму.

Но его рука силой сжимала бумажный пакет с кольцами.

-господин До Квон.

Это был приятный голос. Обладателем этого голоса был Ын Су. Его голос словно щекотал мою щёку.

-Проснитесь, господин До Квон.

-...

-Если вы сейчас проснётесь, я скажу вам, что люблю вас.

Слова были простыми, но романтичными. "Я скажу вам, что люблю вас". Это было так мило и ценно, как будто он произнес это шепотом. Слова Ын Су были из тех, которые хочется хранить в глубине души.

Я не хотел никому их показывать и хотел слышать их каждый день.

Слабая улыбка дрогнула в уголках рта До Квона.

Он уже собирался ответить, что сейчас встанет, но тут... "Руководитель группы Ю?"

Другой голос, нет, мой собственный прорвался сквозь мысли из далёкого прошлого.

-Да, директор.

Это произошло в тот день. День, когда я впервые заговорил с Ын Су. День, когда я спустя многократных посещений 14-го этажа предстал перед ним.

"Приложение для внутреннего обучения, над которым вы работаете вместе с отделом кадров..."

"А, да..."

"Я бы хотел взглянуть на него".

"Ох... Давайте я приду в кабинет директора? "То есть вы придёте в кабинет директора?"

"Если это неудобно... Тогда давайте встретимся в конференц-зале?

-Нет, это не неудобно. Давайте тогда в кабинете директора. Нас будет двое и нам никто не помешает.

До Квон закрыл глаза и предался воспоминаниям, но не успел он насладиться, как сцена снова изменилась. На этот раз он видел большую кровать, и как он гладил волосы спящего Ын Су.

-Ын Су.

-...

-Ын Су, тебе пора просыпаться.

-Господин До Квон... Совсем чуть-чуть... немного... пять минут...

Ын Су что-то пробормотал и зарылся в мои объятия. Я чувствовал запах его феромонов, которые были лёгкими, потому что было только утро. Запах Ын Су ранним утром. Это был запах, который никто больше не почувствует. Опьяненный сладким запахом, я потерся лицом о его затылок.

"Ын Су"

"Да"

"Я люблю тебя"

"Вы мне тоже нравитесь, До Квон"

"Ты сказал, что я нравлюсь тебе, этого недостаточно"

"О, я люблю вас, господин До Квон. Буду любить сейчас и в будущем"

Я вспомнил, как по-детски капризничал и мы спорили, кто из нас любит больше.

"Просто поцелуй меня ещё раз и уходи"

Я помню, как обнимал это крошечное тело и падал с ним на кровать.

"Ребёнок" "Да?"

"Я хочу, чтобы он был похож на господина До Квона"

"Я не хочу, чтобы он был похож на меня. Не думаю, что смогу его любить, если он будет похож на меня"

"Он будет очень красивым" "У тебя странные вкусы"

"Пха... Нет, ничего странного в вас"

Я также вспомнил, как мы говорили о будущем ребёнка, который ещё был меньше моего пальца.

"Ын Су" "Да?" "Мы" "Мы?"

"Может, поженимся?" "Что?"

Я также вспомнил, как предложил ему выйти из меня, слова признания вырвались из моего рта, словно цветочные бутоны весной. Воспоминания всплывали, как мыльные пузыри, одно за другим, не имея определённого порядка.

И последним воспоминанием стало... "Ын Су"

"Господин До Квон"

БАХ. Громкий гудок. Свет фар, пронзившийся сетчатку глаз. На мгновение я закрыл глаза, взглянув на Ын Су. А когда открыл заметил тень грузовика, которая надвигалась на него, словно огромная волна. Я отстегнул ремень безопасности, прикрыв собой маленькое тело. И тут... Мир погас. Горячая кровь пропитала всё моё тело и его. Она была отвратительной и липкой, но это единственное, что я помню из той сцены с аварией.

Теперь я всё вспомнил.

-Ху...

Он сел.

Его мозг, который он всегда считал дырявым, наконец восстановился.

До Квон очнулся в больничной палате, она была одноместной.

Мебель и интерьер были до жути знакомыми, похоже, это была та самая больница, где находилась палата Ын Су.

-...

На мгновение переведя дух, До Квон спрыгнул с крови с затуманенными глазами. Но мышцы, которые ещё не успели восстановиться, вышли из-под контроля, и он с грохотом упал. Послышался как шнурок, который был прикреплён к тыльной стороне его руке, зазвенел, это была капельница, которая остановила его.

До Квон выдернул капельницу, вскочил на ноги и выбежал из больничной палаты.

Его рубашка была расстёгнута, а на ногах не было обуви, только белые носки. Он выглядел не очень хорошо, но ему было всё равно.

Он должен был увидеть Ын Су. Он хотел увидеть его прямо сейчас, как можно скорее. Он хоть и заглядывал утром к нему в комнату и видел, как тот спит, но всё равно горел желанием увидеть его снова.

Тот, кто видел его сегодня утром, был До Квон с дыркой в черепе, а тот кто бежал к нему сейчас, был тот самый "прежний" До Квон.

Выйдя из больничной палаты, До Квон огляделся. В центре коридора он увидел секретаря Чона, который разговаривал с врачом. До Квон проверил номер палаты, из которой вышел. Она находилась чуть ниже палаты Ын Су.

Он побежал прямо к пожарной лестнице и с нетерпением быстро взбежал по ней, словно убегал от кого-то в страхе.

Лестниц было всего несколько, и они были не очень высокими, так что он смог подниматься по ним в быстром темпе, перепрыгивая через каждые три ступеньки.

Он чувствовал себя муравьём, застрявшим в ленте Мёбиуса. Ему приходилось хвататься за перила, чтобы удержать своё тело, так как его центр тяжести был смещён, а голова постоянно пульсировала, словно была готова взорваться.

Он переставлял и переставлял свои тяжёлые ноги, стараясь не обращать внимания на затуманенное зрение, пока наконец не смог ухватиться за ручку двери.

Он дёрнул её и открыл. В отличие от пожарной лестницы, ослепительный свет пронзил его глаза. Он огляделся и вышел.

Дальше его встретил широкий коридор, он ничем не отличался от того, что было внизу, но чувствовал он себя необычно странно.

Он не мог понять, то ли из-за того, что был здесь каждый день, поэтому привык, то ли от осознания, что Ын Су находится здесь.

-Директор?

Стук двери аварийного выхода заставил нервных охранников удивленно переглянуться. Оно и понятно, ведь в аварийном выходе появился именно До Квон, а не кто-либо другой, и выглядел он так, словно бежал сюда в спешке.

Он молча игнорировал их вопросы. В конце концов он встал перед дверью больничной палаты Ын Су, и дрожащей рукой взялся за ручку. Раздвижная дверь должна была быть легкой и гладкой, но сегодня она казалась неуклюжей и тяжелой, как железная дверь.

-...

Тяжело дыша, До Квон медленно открыл дверь.

Яркий свет, ярче, чем в коридоре, ударил в сетчатку. Он крепко зажмурился и открыл глаза. Когда глаза привыкли к свету, он увидел худенького Ын Су, сидящего на кровати.

-...Ын Су.

Имя, по которому он так скучал, было выплюнуто хриплым голосом.

***

Ын Су открыл глаза и сразу всё понял. Бом-и больше нет. Это было странное ощущение - наркотическое оцепенение, отсутствие чувств в руках и ногах, опустошение в животе, но

осознание было жестоко ясным и острым.

Ын Су на мгновение моргнул и уставился в потолок.

После беременности он не раз просыпался под потолком больницы, каждый раз оцепенев от обезболивающих, ингибиторов и всевозможных лекарств. Даже когда его привезли после звонка в 911, он несколько минут пытался понять, почему он здесь оказался, что произошло и пытался вспомнить, что видел последним.

Но сегодня все вернулось к нему с точностью и ясностью. Черная коробка, которую он нашёл под комодом Сон Хона, стимуляторы, ветровка, проигнорированный звонок До Квона,

бегство, аварийный выход, переполненные улицы, невероятная правда, затуманенное зрение, стучащие колени, жесткий асфальт и мигающие фары. И экстаз полёта.

Все это отчетливо всплыло в его памяти.

Ын Су медленно поднял верхнюю часть туловища, его тело болело.

Оно должно было быть сломано, раздроблено и взорвано, но боль была совсем иной.

"Ах, точно, я всё ещё жив, поэтому я так себя чувствую".

Я посмотрел в окно мутными глазами. Небоскрёбы плотно столяи под ясным небом. Мир остался прежним.

Но он не казался реальным. Я словно был так далеко от него, что не слышал никаких звуков снаружи. Всё, что я мог слушать, - это жужжание увлажнителя воздуха и пис аппаратов, подключенных к моему телу. Пыль, что летала в ярком солнечном свете, то появлялась, то рассеивалась.

Уставившись на неё, Ын Су медленно поднял руку и положил её на живот. Внутри не было никаких признаков жизни. Он привык чувствовать, как он с каждым месяцем становился больше и наполнял его ладонь, но сейчас он был похож на пустую бочку. Выступающие рёбра словно затрещали под его пальцами.

Ын Су долго смотрел в пустоту.

Сколько времени я проспал в этой больнице? Что мне теперь делать? Что случилось с Сон Хоном? Что случилось с компанией? Я так много хотел узнать, но в то же время, мне было совершенно это неинтересно.

Оставалось только одно. Ын Су прекрасно понимал это.

Ын Су медленно закрывал и открывал глаза, размышляя, как ему поступить. И тут. За дверью раздался небольшой шум, но он даже не взглянул в сторону двери. Ему было всё равно.

Прошло несколько секунд, прежде чем дверь открылась. И тут послышался знакомый голос.

-... Ын Су...

Низкий, хрипловатый голос назвал его по имени. Ын Су медленно повернул голову и посмотрел на обладателя голоса.

В дверях стоял До Квон. Его лицо было искажено от боли, дыхание было сбивчивым, голос приглушённым, одежда растрёпана, а глаза влажны от чувства вины и раскаяния.

Ын Су не составило труда догадаться, почему До Квон выглядел так и почему смотрел на него такими глазами.

Он вернул свои воспоминания.

Я давно не видел его. Не того, кто потерял память, не того, кто холодно смотрел на меня, не того, кто относился ко мне так, будто я грязь из-под ногтей.

Прошло столько времени, с тех пор, как я видел его. Того, кто всегда смотрел на меня ласковыми, любящими глазами, того, кто всегда ставил меня на первое место.

Слабая улыбка дрогнула в уголках рта Ын Су. Увидев лицо Ын Су, До Квон попятился вперёд и неуверенно опустился на колени.

-Ын Су... Ын Су-я...

До Квон опустил голову и снова и снова звал Ын Су. Он звал его, потому что всё никак не мог услышать его голос. Он звал его так, будто хотел восполнить все те полгода, что не звал его.

Ын Су осматривал больничную палату, словно что-то искал.

До Квон смотрел на него затуманенными глазами. Он протянул руку к руке Ын Су, что безвольно свисала. Кончики его пальцев слегка коснулись её. Он слегка отдёрнул её, будто коснулся чего-то горячего, но всё-таки смог обхватить пальцами тыльную сторону руки Ын Су. А после уткнулся в неё лбом.

-Как я... да как же я... как я мог так поступить...

-...

-Я не должен был забывать тебя.. ых... тогда.. я не должен был...

-...

-Ын Су-я... мххм.... я-я поступил дерьмово... Ын Су-я...

Прости, прости меня, Ын Су-я , - извинялся До Квон низким голосом. Он извинялся от всего сердца, пока его плечи судорожно не затряслись. Тем не менее он не мог ослабить хватку на руке Ын Су.

-Мх, Ын Су! Прости меня...

Слезный монолог До Квона продолжался долго. Каждый раз, когда он называл имя Ын Су, горькие слёзы стекали по его лицу, смачивая кончики пальцев Ын Су и промокая одеяло.

Он выкрикивал его имя снова и снова. Это было все, что он мог сделать.

Он не умел извиняться. Он не знал, с чего начать, как загладить вину.

Он не осмеливался попросить прощения, оно было на кончике языка, но он не мог его выплюнуть.

Он чувствовал себя некомфортно, от того, что выглядел высокомерно в глазах Ын Су. Он не знал, что с собой сделать.

Он предпочёл разбить голову о землю, и биться ею снова и снова, пока череп не треснут, а из щели не потеку мозги. И даже если этого не будет достаточно для Ын Су, он мог бы сломать себе все конечности, одну за другой. Но даже и этого будет недостаточно, то он будет готов вспороть себе живот, чтобы вывалить все свои

внутренности. И даже если и этого будет недостаточно, он хотел поступить, как и сказала Мён Хи, отдать свою жизнь в его руки.

Это было бы куда искреннее, чем все эти слова.

-Ын Су...

До Квон чувствовал отчаяние, и как страх новой волной накрывал его. Несмотря на то, что Ын Су был перед ним и он держал его за руку. Несмотря на то, что он чувствовал его взгляд на своей макушке, ему было невыносимо не по себе.

Ему казалось, что Ын Су внезапно раствориться в воздухе. Ему казалось, что он так сильно ненавидит его, что не захочет его больше видеть и уйдёт далеко. Ему казалось, что он раствориться, как дым, рассыплется, словно песок.

Ему понадобится всего мало времени, чтобы исчезнуть. Он боялся, что он покинет его раньше, чем До Квон успеет поймать его за руку.

Ему хотелось, чтобы Ын Су хоть что-нибудь сказал, но он молчал, а беспокойство только сильнее росло. Казалось, что душа Ын Су была не здесь. Либо он отказался навсегда от До Квона.

До Квону казалось, что Ын Су вычеркнул его из своей жизни, стёр из памяти, не простил, не обиделся, не пытался отомстить, а сделал вид, будто ничего не случилось.

До Квон сжар руку Ын Су. Он выплёвывал вереницу невнятных, исковерканных слов.

-Я не должен был так поступать...Всё из-за меня... Из-за меня ты такой... Бом-и, из-за меня она...

Ын Су вздрогнул, До Квон почувствовав его реакцию, поднял взгляд. В прекрасных светло-карих глазах Ын Су отражалось лицо До Квона.

Глядя на его залитое слезами лицо, Ын Су медленно открыл рот.

-Господин До Квон.

-...Что?

-Вы жалеете об этом?

-...Ын Су, я...

-Не жалей. Я же просил вас не жалеть об этом.

-...

-Я... Это я был инициатором разрыва.

Свободной рукой Ын Су ласково погладил До Квона по щеке.

Ладонь, покрытая рубцами, была нехарактерно грубой для Ын Су.

В ответ на это лицо До Квона снова стало влажным от слёз. Он потянулся, чтобы взять руку Ын Су, которая лежала на его руке, но тот отдёрнул её.

Тепло Ын Су, ненадолго коснувшееся его, сохранялось некоторое время. Завороженно глядя на До Квона, Ын Су вытащил свою вторую руку из его хватки.

До Квон не хотел отпускать его руки, но боялся, что обидит Ын Су, поэтому отпустил. Прямо сейчас он даже боялся сделать вдох, чтобы не спугнуть его.

Он смотрел, как Ын Су снимал с себя медицинское оборудование и вырвал из своей руки катетер. Он делал это настолько спокойно, что До Квону стало не по себе.

-Ын Су?

Пока До Квон стоял в оцепенении, Ын Су небрежно вытер кровь большим пальцем. Кровь обильно потекла по его тыльной стороне руки, а затем он опустил руки на кровать. Казалось, что он пытался встать на ноги.

До Квон резко схватил его за локоть.

-Ын Су, тебе пока нельзя вставать. Пока...

-Мне нужно в туалет.

Ын Су сказал это спокойным голосом. Брови До Квона взлетели вверх и опустились, и он ослабил хватку на его локте, но потом снова схватил. На этот раз он схватил его за локоть, чтобы поддержать его вес.

-Давай я тебе помогу.

Ын Су стоял на ногах, опираясь на руку До Квона. До Квон заметил, что он босой и подумал, что должен просто поднять его на руки и отнести в ванную, однако услышал тихий стон и увидел, как лоб Ын Су сморщился.

-Угх...

-Плохо себя чувствуешь? Позвать врача?

До Квон приобнял Ын Су. Но тот лишь покачал головой.

-Я просто хочу сходить в туалет...

-Ах, хорошо.

До Квон помог Ын Су дойти до туалет. Как бы ему ни хотелось обнять его, он не смог заставить себя это сделать, потому что знал, что как только сделает это, то ему будет очень больно.

Через несколько минут они добрались до ванной комнаты, что находилась в больничной палате. До Квон открыл дверь ванной, и Ын Су поднял на него глаза, нахмурив брови.

-Вы идёте со мной?

-А... Нет, я подожду снаружи.

До Квон неловко улыбнулся и сделал шаг назад. Ын Су придержал дверь тощей рукой, и прихрамывая, вошёл в ванную.

Ванная комната была такой же роскошной и чистой, как и ванная в отеле. Просторная ванна, большой душ, мраморная раковина, большое зеркало, безупречно чистое, и мягкий золотистый свет.

Ын Су на мгновение оглядел ванную комнату, а затем позвал До Квона.

-Господин До Квон.

-А?

-Вы случайно не помните, когда впервые увидели меня?

Он спросил это спокойным голосом, но вот у До Квона перехватило дыхание. Сердце упало с громким стуком, и ему казалось, что земля ушла из-под ног, а по спине пробежал холодок. Это был невинный вопрос, но он сразу понял, какого ответа хочет Ын Су.

До Квон быстро облизнул пересохшие губы.

-Ын Су... На самом деле...

Вообще-то... Ему удалось вымолвить слова, но это было очень нелегко для него. Чтобы он не говорил, он не смог бы скрыть тот постыдный факт, что подошёл к Ын Су с нечистыми намерениями.

Его трусливый язык загибался внутрь, не в силах произнести правду. Его пальцы судорожно подрагивали, а глаза растерянно метались из стороны в сторону.

Поколебавшись несколько секунд, До Квон поджал губы. Если он и заслуживал ненависти, то он хотел, чтобы его ненавидели, как можно сильнее. Он совершил ужасное и ему

придётся с этим смириться. Он больше ничего не мог скрывать от Ын Су.

Он уже собирался ему что-то сказать, как вдруг услышал его голос.

-Я послушаю позже.

Ын Су прервал разговор. Возможно, Ын Су услышал ответ в нерешительности и молчании До Квона.

До Квон вздохнул с облегчением, хотя и небольшим. Он чувствовал себя подсудимым, чей суд отложили.

Ын Су, шатаясь, вошёл в ванную. Затем он закрыл за собой дверь.

Прежде чем дверь полностью закрылась, их глаза на мгновение встретились, и Ын Су улыбнулся ему, как будто простил. Уголок рта До Квона дёрнулся вверх на ответ улыбку Ын Су.

В нём проснулась надежда, что возможно, Ын Су всё-таки простит его. Ведь он улыбнулся ему, ласково погладил по щеке после всего произошедшего.

Он задавался вопросами, любит ли его ещё Ын Су по-прежнему, смогут ли их отношения вернутся к прежним, смогут ли они снова быть счастливыми, как будто ничего не произошло.

Он думал об этом снова и снова.

Это была бесстыдная надежда.

В этот момент дверь ванной с лязгом закрылась. Плечи До Квона вздрогнули, но после он пожал плечами, подумав, что ему всё ещё неловко.

Однако несколько секунд спустя в ванной послышался звук чего-то разбивающегося. Это был интенсивный и громкий звук, не похожий на звук чашки или тарелки, а на звук разбитого большого окна.

-Ын Су?

До Квон стоял рядом с ванной и позвал Ын Су. Но Ын Су не ответил. Забеспокоившись, До Квон начал стучать в дверь.

-Ын Су, что случилось?

-...

-Ын Су!

Его тревога росла с каждой секундой. От лица До Квона отхлынула кровь. Он потянул за ручку двери в ванную, но Ын Су закрыл её на замок, так что дверь только скрипнула, но не распахнулась.

-Ын Су!

До Квон ударил по двери. Звук удара заставил завибрировать хлипкую дверь, но Ын Су по-прежнему не отвечал. Лицо До Квона посерело. Ему стало не по себе. Никогда в жизни ему не было так неспокойно. С Ын Су явно что-то произошло.

-Директор, что случилось?

-Директор.

Неподалёку охранники постучали в дверь, но До Квон не обращал внимание на зов.

Вместо этого он схватился за дверную ручку и со всей силы дёрнул

её в сторону. Железная ручка скрипнула и начала крутиться.

До Квон громко выругался. Затем он дёрнул и потянул ещё сильнее, чем раньше. С лязгом дверная ручка поддалась, замок с грохотом отвалился. И наконец, дверь распахнулась.

-Ын...!

-...

-Су..?

Голос До Квона понизился до шёпота, когда он позвал Ын Су.

В ванной комнате царил беспорядок. Зеркало на туалетном столике было разбито, а стекло рассыпалось по всему столику, полу и ванне. Душевая лейка валялась беспорядочно, а Ын Су притаился рядом с унитазом.

-...

Ын Су уставился на До Квона. Тот смотрел на него в ответ. Точнее он уставился на уродливый кусок стекла, застрявший на тонком запястье Ын Су.

-Ын Су, Ын Су-я...

Нижняя челюсть До Квона отвисла. Что? Почему это находится в запястье Ын Су? Он не мог в это поверить, хотя ясно видел это своими глазами.

До Квон спустя несколько секунд опомнился и поспешил к Ын Су.

Он опустился на одно колено и только собрался коснуться запястья Ын Су, как вдруг Ын Су выхватил стекло из его рук и вытащил.

Раздался звук рвущийся плоти. Звук был негромкий, но для До Квона он был настолько громким, что буквально сотрясло всю ванную комнату.

Но это был ещё не конец. Как только пропитанный кровью осколок был вытащен, кровь хлынула с огромной силой на лицо До Квона, словно кто-то усилил напор воды. Кровь капала медленно, как в замедленной съёмке, казалось, что в этот момент можно было сосчитать количество капель в воздухе.

-Ах...Ахх

До Квон тихо застонал. Однако Ын Су, из руки которого текла кровь ничего не говорил и не стонал, а просто смотрел на фонтан из крови расфокусированными глазами.

До Квон обхватил запястье Ын Су дрожащей рукой и сжал. Он сжал её так сильно, чтобы кровь остановилось, но она не останавливалась. Он лилась с такой силой, что ладонь защекотало.

Руки До Квона быстро окрасились кровью. Струйка крови стекала между пальцами.

-Ын Су, Ын Су! Нет, Ын Су...

До Квон покачал головой, он заикался, как идиот, не в силах что- либо сказать. Его разум мгновенно опустел. Мысли исчезли, как будто кто-то украл их.

В этот момент в его поле зрения попала вторая рука Ын Су. Она сжимала стекло, которое только что вытащили из запястья. Острые

края стекла впились в ладонь и пальцы, пустив новую струйку крови. Это выглядело чертовски болезненно, но Ын Су не ослабил хватку.

Он будто грозился вонзить это стекло ему в шею, если только посмеет к нему приблизиться.

До Квон попытался отнять его, но Ын Су не отпускал. Страх наполнил глаза До Квона, он чувствовал всем нутром, что Ын Су действительно искренне желал смерти.

Ын Су... Почему? Почему? Ын Су... Это неправильно...

Ху,...Понимаешь?

-....

-Лучше бы ты меня зарезал, Ын Су, не надо... - дрожащим голосом взмолился До Квон, но Ын Су не выпускал стекло из своих рук.

До Квон мог бы отобрать стекло, если бы захотел, но чем крепче Ын Су сжимал стекло, тем сложнее его было вытащить. Тем не менее, кровь с его запястья уже капала и стекала на пол. Если бы он перерезал бы вторую руку, то ситуация бы усугубилась ещё сильнее.

-Ах... Ын Су, не надо...

До Квон обнял Ын Су. Его ладонь покалывало, когда он сжимал запястье Ын Су. Его мысли, отягощённые страхом и ужасом, застыли, и он был не в силах что-либо предпринять. В этот момент он услышал позади себя крик.

-Директор?

-О, Боже!

-Врача. Вызовите врача, скорее!

Охранники бросились внутрь, озадаченные суматохой в палате.

Когда они увидели, что происходит в ванной, то быстро разбежались. Один отправился на поиски врача, а двое других стали искать в комнате что-нибудь, чтобы остановить кровотечение.

Ситуация была беспорядочной. Все были в ужасе, но сам Ын Су, зачинщик хаоса, был слишком беззаботен и спокоен. До Квон поправил руку, которая продолжала скользить от крови Ын Су, и положил осколок стекла, который упорно сжимал Ын Су.

-... Ын Су?

Странно, но этот поступок испугал его еще больше. Как будто Ын Су знал, что делает. Ему больше не нужен был тот кусочек стекла, словно он понимал, что нельзя было вернуть назад пролитую кровь. Он словно знал, что достиг своей цели.

Зрачки До Квона дрогнули, и Ын Су, который всё это время смотрел в пустоту, посмотрел на него.

-Господин До Квон.

-Да, я здесь, Ын Су.

До Квон притянул Ын Су в свои объятия. Отчаянное, умоляющее выражение его лица заставило его улыбнуться.

-Помните тот день, когда я пришёл к вам домой?

-...

-День, когда у вас был гон.

-...

-Знаете, когда я выходил из вашего дома, то подумал... Что в день, когда мы попали в аварию, не суждено ли было именно мне умереть. Но поскольку вы встали на пути моей смерти, бросив вызов судьбе, я подумал, не были бы мы счастливее, если бы в тот день забрали именно меня...

-Нет-нет-нет, Ын Су, не говори так.

До Квон энергично покачал головой. Он зарылся носом в волосы Ын Су. Сердце билось в бешеном темпе. Его охватил страх, который он никогда в жизни не испытывал прежде.

-Если я умру, то больше не придётся нам страдать - ни тебе, ни мне.

Ын Су сказал это шёпотом. Его тело становилось всё холоднее и холоднее, но слабый запах феромонов уже почти не ощущался. В воздухе поднялся горький запах крови, которую пролил Ын Су и теперь комнату заполнил густой запах крови.

До Квон крепче обнял Ын Су. Чтобы попытаться согреть его своим теплом. Если бы он мог, он бы оторвал своё запястье, чтобы восполнить недостаток крови Ын Су.

Почему доктор не приходит? Их не было меньше минуты, но казалось, что прошёл целый час.

До Квон изучал лицо Ын Су. Кожа становилось бескровно бледной.

Открытые, но затуманенные глаза были закрыты более чем наполовину. Веки Ын Су медленно опускались, как будто он хотел спать. В какой-то момент они могли бы закрыться и больше никогда не открываться.

-Ын Су!

По уголкам глаз До Квона потекли слёзы. Затем он увидел осколок стекла, который отпустил Ын Су.

Да, он не мог позволить Ын Су вот так уйти одному. Не хватало ещё, чтобы он насовсем остался один. Он был одинок как никто другой, и именно я должен был быть рядом с ним.

В тот момент, когда До Квон потянулся за осколком, Ын Су схватил его за запястье.

-Нет.

-Ын Су?

-Не смейте этого делать.

Глаза Ын Су, которые до этого момента были вялыми, открылись с новой силой. Он говорил с решимостью, что До Квон, сам того не замечая, убрал руку. Ын Су погладил его по предплечью рукой, пропитанной кровью. Он говорил мягким голосом, словно успокаивал непокорного ребёнка.

-Не нужно этого делать... Господин До Квон.

-...

-Я не хочу... быть с вами там...

-... Ын Су.

Лицо До Квона помрачнело. Ын Су посмотрел на него и слабо улыбнулся. Это не была улыбка, наполненная сарказма или насмешки, это было что-то вроде... освобождения. Казалось, он искренне радовался тому, что наконец-то свободен.

-Я буду один с Бом-и, и нам больше никто не нужен.

-...

-Не идите за мной. Если вам действительно жаль меня, не идите за мной.

До Квон не мог сказать ни "да", ни "нет". Ему казалось, что его мир просто разрушился, когда Ын Су сказал, что не хочет быть с ним даже в смерти.

Пока До Квон застыл, не в силах что-то сказать или сделать. Ын Су обмяк в его руках. И его тонкие волосы защекотали подбородок До Квона.

В это же время прибыли врачи. Вытащив Ын Су из рук До Квона, они наложили жгут на запястье Ын Су и проверили зрачки

фонариком. Обсудив что-то между собой, они вынесли Ын Су из палаты.

-...Директор.

Секретарь Чон, следовавший за врачами, с мрачным лицом окликнул До Квона. Но тот не ответил. Он просто смотрел на свою ладонь, пропитанную кровью Ын Су.

Волна эмоций, которых он не испытывал никогда в жизни, захлестнула его и поглотила. Это был вихрь неописуемых эмоций: безнадежность, одиночество, пустота, страх и ужас.

От этого глубокого одиночества, от этого глубокого отчаяния, которое Ын Су, должно быть, испытывал уже бесчисленное количество раз, хотелось умереть прямо сейчас. Но Ын Су сказал ему

о том, чтобы он не умирал, поэтому он не мог заставить себя перерезать себе горло, хотя вокруг него было так много острого стекла.

До Квон некоторое время сидел на полу, весь в крови Ын Су. Он должен пойти к нему. Он должен был пристально следить, чтобы видеть, что делают с ним врачи. Но он не мог стоять на ногах.

Он думал, стоит ли ему идти и продолжать оставаться рядом с ним, но захочет ли этого сам Ын Су? Вдруг, когда он проснётся и увидит его лицо, то снова испугается.

В итоге До Квон остался стоять посреди лужи крови Ын Су, пока секретарь Чон не сообщил ему, что Ын Су перенесли в операционную.

До Квон, пошатываясь, поднялся на ноги. Кровь Ын Су капала и стекала с кончиков его пальцев, и он сжал руки в кулаки, не решаясь стряхнуть ее.

Закрытая дверь операционной долго не открывалась. Бесчисленные пакеты с кровью вносились и выносились из операционной. До Квон в оцепенении стоял перед операционной, весь в крови.

Секретарь Чон призывал его выпить воды и сменить одежду, но он не реагировал.

Он просто стоял на месте, неподвижный, как мертвец.

Пока секретарь Чон беспомощно топтался на месте, из конца коридора появилась толпа людей. Секретарь Чон повернул голову в ту сторону. К ним спешили Мён Хи и Ки Хо.

-До Квон, что здесь происходит? Что случилось с Ын Су?

Ки Хо схватил До Квона за предплечье. В тот момент, когда он повернулся, Ки Хо заколебался и сделал шаг назад. Он понял, что произошло. Он отступил не потому что боялся крови, а потому что сразу понял, что кровь, которой был покрыт До Квон в большом количестве, принадлежит кому-то другому.

Ки Хо споткнулся, поэтому До Квон быстро помог ему сесть на стул. Ки Хо смотрел на До Квона расширенными глазами. Он хотел знать, что произошло, как всё к этому пришло, и почему Ын Су оказался в операционной.

В ответ губы До Квона сжались в одну линию, ведь он был первопричиной всего, причиной всей этой ситуации.

Когда До Квон опустил голову и сжал кулаки, а Мён Хи, тщетно ищущая имя Ын Су в углу операционной, подошла к нему.

-А, мама...

До Квон дрожащим голосом позвал Мён Хи. Но как только он это сделал, по его щекам градом полились слёзы. Едва сухие щёки снова стали влажными.

Глаза Мён Хи расширились, и она уставилась на его лицо.

-...До Квон?

По его покрасневшим глазам, зрачкам, наполненным болью и страхом, по лицу, перепачканному кровью и слезами, по его глазами, переполненными эмоциями, она поняла, что он наконец-то вернул воспоминания.

-Ты... наконец-то...

-Мама... Кх...

-...

-Ын Су, должно быть, сильно меня ненавидит.

Он ненавидит меня. Он ненавидит меня так сильно, что захотел умереть. Он хочет быть там один. Он не хочет, чтобы я следовал за ним. Он говорил, что ему было суждено умереть. Я не знал... я не знал...Что у него столько ненависти ко мне. Ын Су ненавидит болеть, его поглотило это одиночество.

До Квон бормотал что-то, словно одержимый и перечислил, что произошло. Мён Хи и Ки Хо опустили подбородки. Секретарь Чон обернулся и смахнул слезу.

Долго бормоча слова тревоги, печали и самобичевания, он медленно опустился на колени. Он опустился на колени и зарыдал, как ребенок.

В течение всей операции До Квон, Мён Хи, Ки Хо и секретарь Чон оставались неподвижными рядом с операционной. Через несколько часов вышел врач и объяснил состояние Ын Су.

Как и ожидалось, он наговорил кучу негативных слов - большая кровопотеря, шок - после чего сказал, что сделал все возможное, и только от воли пациента зависит, откроет ли он глаза.

Странно, что у Ын Су, который сам порезала себе запястье, была воля к жизни.

Мён Хи резким голосом спросила, почему он говорит такое. Ки Хо выдавил слезы, а До Квон уставился на дверь операционной.

Через несколько минут появился Ын Су. Невооруженным глазом было видно, что Ын Су выглядит вполне нормально. После автокатастрофы он был обмотан бинтами и гипсами по всему телу и

был подключен к аппаратам, но сейчас он выглядел невредимым, если не считать толстой повязки на запястье.

Но выражение его лица было другим. Лицо было таким же белым, глаза крепко зажмурены, и казалось, что он уже никогда не очнется.

И действительно, Ын Су не открывал глаза в течение двух последующих дней.

Два дня До Квон сидел рядом с ним и не отрываясь смотрел на

него. Он ждал, что он откроет глаза, дернет пальцами, сделает глубокий вдох, но он так и не очнулся. Его веки даже не дрогнули, не говоря уже о том, чтобы проснуться.

До Квон плотно пожевал нижнюю губу. Губы, над которыми он издевался два дня, затрещали, словно не в силах больше терпеть. На языке появился привкус крови, отвратительный запах которой вызывал тошноту.

Он хотел было побежать в ванную и смыть с себя все это, но ноги не слушались. Он не только не хотел покидать Ын Су, но и боялся, что не сможет побороть желание пойти в ванную и умереть.

Вспоминая, как Ын Су был весь в крови, ему казалось, что он умрёт, наглотавшись воды или попробует прожевать стекло, или удариться головой о твёрдый пол.

Ын Су сказал не умирать ему. Он сказал, что До Квон не заслуживает смерти, поэтому не может умереть. До Квон был лишён свободы умереть.

Может быть, поэтому он не чувствовал голод, хотя не ел уже два дня. Он не чувствовал сонливости, хотя и не спал. Все дело в том, что его бездушное тело перестало функционировать. Оставалось надеяться, что это разлагающееся тело продержится до тех пор, пока Ын Су не откроет глаза.

До Квон энергично потер лицо обеими руками. Кровь Ын Су засохла на его ладонях и превратилась в порошок. Часть крови упала на кровать Ын Су.

До Квон быстро смахнул её. Кровь и Ын Су. Два слова, которые он больше не хотел слышать в одном предложении.

Это всё ещё казалось ему нереальным. Даже кровь, бьющая из запястья Ын Су, и слова, которые он произнес, все еще звучали эхом в его голове.

Кровь на запястьях Ын Су и слова, которые он произнес, до сих пор отчетливо звучали в моей голове... Интересно, может, это был сон? Может, я еще не проснулся после того случая с Ын Су, и все это

- долгий сон?

Потеря памяти, разрыв с Ын Су и то, как все закончилось. Я подумал, не предупреждает ли меня Бог, чтобы я больше не совершал подобных ошибок.

Как мне проснуться от этого сна? Когда я открою глаза, Ын Су обнимет меня с улыбкой на лице. Я так ждал его. Я хотел сказать ему, как сильно скучал.

До Квон нежно погладил кончиками пальцев тыльную сторону руки

Ын Су. Она была тонкой, и он чувствовал косточки. Тепловато- холодная температура была настолько невероятной, что не верилось, будто она принадлежит живому человеку.

Мне казалось, что я сплю. Я был уверен, что вижу длинный кошмар.

Уголки рта До Квона дернулись вверх при этой мысли,

-До Квон.

Знакомый голос вывел его из задумчивости. Плечи До Квона слегка вздрогнули. Медленно выйдя из задумчивости, он уставился мутными глазами на обладательницу голоса, Мён Хи.

-Ты здесь. Что сказал доктор?

Мён Хи виделась с врачом. Он хотел пойти сам, но она сказала, чтобы До Квон оставался рядом с Ын Су, поэтому он продолжал сидеть здесь. Консультация с врачом обычно занимает меньше 10 минут.

Но сегодня Мён Хи не возвращалась больше часа, и он надеялся на хорошие новости.

-А... То же, что вчера

Мён Хи ответила, переведя взгляд на Ын Су. В глазах До Квона промелькнуло разочарование. Ын Су всё ещё не открыл глаза.

До Квон издал протяжный вздох через нос, а Мён Хи снова заговорила.

-Иди умойся.

-...

-Ты выглядишь ужасно. Если Ын Су откроет глаза, то испугается и снова их закроет.

-Ах...

До Квон коротко посетовал. Ужасно. До Квон в точности соответствовал этому слову. Он два дня просидел рядом с Ын Су, не сводя с него глаз, и выглядел как дерьмо.

Его рубашка была вся в крови Ын Су, брюки от костюма были такими же пропитанными кровью и пылью. Больничные тапочки

грубо впивались ему в ноги. Его изможденные глаза, впалые щеки и дико заросшая борода.

До Квон потёр ладонью подбородок. Ын Су ненавидел его бороду, говоря, что она делает его похожим на старика, не говоря уже о том, что она жжет. Он слабо улыбнулся, вспомнив, как Ын Су со всей силы оттолкнул его, когда он наклонился для поцелуя.

Мён Хи цокнула языком, увидев перед собой очередного идиота, а затем похлопала До Квона по плечу.

-Иди домой, помойся и переоденься. Мы здесь надолго, так что возьми с собой необходимое.

-Скажи секретарю Чон...

-Я же говорила тебе не посылать секретаря Чон с личными поручениями.

Мён Хи выпятила губу и зарычала, а До Квон тихо вздохнув, встал на ноги. Если он проигнорирует это предупреждение, то Мён Хи может просто отдать секретаря Чона другому руководителю.

-Если с Ын Су что-нибудь случится, пожалуйста, позвоните.

-Я позвоню тебе.

-Да. Тогда скоро вернусь.

До Квон мрачно поклонился. Мён Хи махнула рукой, как бы приказывая ему поторопиться. Через несколько минут До Квон вышел из больничной палаты, оглядываясь на Ын Су через каждые три шага.

Как только он закрыл за собой дверь, Мён Хи достала из кармана мобильный телефон.

* * *

До Квон стоял под душем без воды. Кровь Ын Су уже два дня оставалась на тыльной стороне его рук, пальцах и запястьях. Кровь высохла до хрустящего порошка, осыпающегося при движении. Даже в оцепенении я смутно помню, что мне было не по себе.

Я не хотел включать воду, так как думал, что это сотрет все следы Ын Су, поэтому долго смотрел на застывшую кровь и отчетливо ощущал, как кровь фонтаном бьет из запястья Ын Су, и как холодеет его тело.

По спине поползли мурашки. Я никогда в жизни не боялся призраков и чудовищ, но тут по спине пробежал холодок, словно вокруг меня собрались всевозможные демоны, высунув языки.

Переключив кран на горячую сторону, До Квон включил воду на максимальный напор, и струя кристально чистой воды хлынула на него, окрашивая его тело в кроваво-красный цвет.

-...

До Квон смотрел на красную воду, стекающую между пальцами ног.

Прошло меньше часа с тех пор, как он покинул больницу, а он уже скучал по Ын Су.

Он приехал в больницу с вещами первой необходимости: нижним бельем, бритвой и кое-какой одеждой, но бумажный пакет был тяжелым. Ему было не по себе, ведь это означало, что Ын Су надолго задержится в больнице.

Но тяжесть на четвертом пальце левой руки была приятной.

На До Квоне было кольцо. Это было то самое кольцо, которое он заказал, чтобы сделать предложение Ын Су перед автокатастрофой.

Это была небольшая жадность с его стороны. Он знал, что это эгоистично, знал, что это беспринципно, но он просто хотел носить его.

Конечно, он не стал надевать его на руку Ын Су. Когда-нибудь, если Ын Су разрешит, если простит его, если он снова сможет быть рядом с ним, то он подарит ему это кольцо. А пока это кольцо было не обручальным, а кандалами.

Оковы, на которых были четко написаны грехи До Квона. Оковы, приговоренные к пожизненному заключению. Оковы, которые никогда не будут сняты, пока Ын Су не обнимет его и не скажет, что его тюремный срок закончился, что он за все заплатил. Эти кандалы он будет носить до тех пор, пока не умрёт и не окажется в гробу.

Он будет носить это кольцо, чтобы оно каждый день напоминало ему о том, что он сделал с Ын Су. Возможно, этот день далеко.

Но это не страшно. С тех пор как он ещё не встретил его, не было ни одного целого дня. Он всегда был разочарован проходящими днями и нехваткой времени.

С появлением Ын Су границы времени и минут стали размытыми.

Одна минута могла длиться пять минут, а в следующий момент могло пройти пять часов.

Это время не отличалось от других. Он заново переживал и осмысливал свои грехи, но в воспоминаниях всё ещё присутствует Ын Су, и ему было больно видеть его мокрое от слез лицо вместо улыбки. Но таково было наказание, которое он должен был вынести.

До Квон поглаживал кольцо большим пальцем, и вдруг лифт издал короткий гудок, сигнализируя о том, что он достиг места назначения. До Квон быстро взглянул на зеркало в лифте и слегка поправил волосы.

За всё время его отсутствия, не было никаких вестей, но он хотел выглядеть хорошо, на случай, если Ын Су очнётся. Он не предстать перед ним в том виде, в котором был.

Как только усталый лифт остановился, До Квон повернулся и вышел, быстро перебирая ногами, в коридор.

Ему не терпелось увидеть Ын Су, такого красивого даже с закрытыми глазами. Ын Су, от которого слабо пахло чем-то приятным. У него были белые красивые руки. Ын Су был настолько красив, что, увидев его, невозможно оторвать взгляд.

С легким волнением в шаге До Квон подошёл к больничной палате, которая стала для него привычнее дома. Но дверь почему-то была распахнута настежь. До Квон склонил голову набок и шагнул в палату.

-Ын Су...

-Хмф, мпф, хаа...

Глубокий всхлип пронзил его уши, и, услышав его, он почувствовал, как из под его ног ушла земля. Его ноги заскрежетали по полу. Они стали тяжелее, а шаги замедлились.

В голову полезли мысли, которых не должно было быть. Он представлял себе сцену, которую не должен был представлять.

Толпа людей окружила кровать Ын Су. Врачи склонили головы, как грешники, Мён Хи прижалась спиной к кровати, а Ки Хо скорчился на полу, уткнувшись головой в постель, и рыдал.

До Квон уронил бумажный пакет, который держал в руках.

Содержимое высыпалось наружу, а он даже не поднял глаз.

Он шел к ним, прихрамывая, как человек со сломанной ногой. Протиснувшись мимо назойливых врачей, он подошел к Ын Су.

Глаза Ын Су были закрыты, как и несколько часов назад.

Но его одеяло было растрепано. Аппараты и лекарства были разбросаны повсюду, как будто в спешке оказывали первую помощь, а монитор жизненных показателей пищал ровным строем.

Ему это не понравилось. Ын Су отличался чутким сном и всегда спал в чистом месте.

До Квон бессистемно отодвинул медицинское оборудование, лежащее на боку Ын Су. Он отсоединил провода от монитора жизненных показателей и трясущимися руками привел в порядок

скомканное одеяло.

-Шумно... Что вы здесь делаете?

До Квон смотрел на них холодными глазами. Он хотел прогнать их из комнаты, нет, на самом деле он хотел выбросить их в окно, но

решил этого не делать, потому что это было бы слишком шумно для Ын Су.

-До Квон, Ын Су, кх, Ын Су!

Ки Хо схватил До Квона за брюки и потянул на себя, но До Квон не удостоил Ки Хо ни единым взглядом. Как будто он ничего не слышал. Нет, он просто пристально смотрел на Ын Су, словно не желая ничего слышать.

До Квон натянул одеяло до подбородка Ын Су, потом стянул его до ключиц, словно он мог задохнуться. Только тогда он почувствовал облегчение.

Он попытался отдернуть руку, но она словно не двигалась, и, что еще хуже, пальцы впились в ладонь. Одеяло, натянутое до предела, снова скомкалось. До Квон стиснул зубы, но не мог сдержать один всхлип за другим.

-Угх..

Запаха Ын Су не было, но, несмотря на это, температура его тела перешла от теплой к холодной, а свободные уголки рта сжались в одну линию.

Это точно был Ын Су, но не он.

До Квон нежно погладил щёку Ын Су.

-Ын Су?

-...

-Ын... Су...

Ын Су не отвчал. До Квон продолжал звать Ын Су по имени.

Внезапно он понял, что как бы он ни звал его, он не отвечал.

Мир словно закружился. Воздух тяжело давил на До Квона. Какой же он был тяжелый. Он больше не мог стоять и медленно опустился вниз.

-Ын Су?

Ын Су был прямо передо мной, но в то же время его здесь не было. В это мире больше не было Ын Су.

Ни на работе, ни дома, ни в этой больнице. Ын Су теперь нет.

Я потерял его.

Часть 12. Долгое молчание

-Эй, он идёт, идёт.

В пончиковой, расположенной в центре Тегеран, не так много покупателей по выходным. Поскольку район густонаселен компаниями, в будни сюда приходит и уходит большинство офисных работников, а на станции Каннам есть большой филиал того же бренда, так что в будни приходилось иметь дело только с офисными работниками. Поэтому по выходным здесь было тихо.

Для таких работников в эти дни существует большая проблема.

Суббота, 10 утра. Он был постоянным клиентом в это время. За пять минут до 10 часов сотрудник, смотревший на дверь,

коснулся локтем локтя другого сотрудника, стоявшего перед POS-

машиной, и тот одернул свой давящий берет и ослабил талию. Вскоре зазвенел колокольчик, и вошел долгожданный гость.

Высокий, почти метр восемьдесят, широкоплечий. Небольшое лицо.

Волосы зачесаны назад. Глаза, острые, когда они неподвижны, но кажется, что за ними скрывается грустная история. Пухлые губы. Подбородок, излучающий мужественность. Острый нос.

Такое лицо, которое заставляет вас воскликнуть «Вау». Персонал запомнил его присутствие с того момента, как он впервые вошел в зал субботним утром.

Гость в черном костюме прошагал через весь зал на длинных ногах.

-Здравствуйте!

Работник поприветствовал его, сверкнув глазами. Клиент наклонил голову.

-...Да..

Низкий голос был бонусом. В нескольких шагах от него двое служащих, вытиравших стол, на котором нечего было вытирать, обменялись взглядами и молча вздрогнули.

Покупатель подошел к пончикам, как обычно, аккуратно разложенным в стеклянной витрине. Работник, стоявший впереди, проследовал за ним к пончикам.

Пока покупатель медленно просматривал пончики, работник зачарованно следил за его лицом.

Месяц назад один из сотрудников отругал его за то, что он не знает, кто этот покупатель.

Он думал, что это знаменитость или актер, который еще не успел прославиться, но лицо показалось ему странно знакомым. Оказалось, что это наследник Sungjin Group. Второе поколение чеболей. Первый в очереди на престолонаследие, не имеющий конкурентов.

Да и имя у него красивое. Работник сморщил нос, проговаривая про себя его имя.

Но, как он и думал, когда он приходил, у него были довольно неожиданные вкусы для богача. Конечно, их пончики очень вкусные, но он никогда не думал, что они придутся по вкусу чеболю.

А он продолжает приходить каждую субботу и покупать одно и то

же. Даже если он смотрел на пончики с таким серьезным лицом, он все равно покупал два оригинальных пончика, пончик с белым шоколадом, карамель с корицей и пончик с арахисовым маслом.

Он был богачом с хорошим вкусом. Его пристрастие к сладкому, как ни странно, чуждо и другим людям. Но он также подумал, что это придавало ему особенный шарм, что он любит сладкие пончики с таким лицом...

Ошеломленный работник внезапно пришел в себя и любезно улыбнулся До Квону.

-Вам сегодня то же самое?

-Да.

До Квон кивнул, как будто ждал. «Хорошо, я сейчас же упакую», - сказал он и принялся ловко заворачивать пончики. До Квон достал бумажник из внутреннего кармана пиджака.

Завернув их, работник защелкнул упаковку с пончиками. Затем он пересказал заказ покупателю.

-Два оригинальным, с белым шоколадом, кармель-корица и с арахисовым маслом, Вам не нужен кофе?

-Нет, спасибо.

-Хорошо, я оплачу.

Кассир взял блестящую черную карточку До Квона двумя руками.

Пока он расплачивался, До Квон сделал шаг ближе к кассе.

-Послушайте...

-Да, господин?

-Когда будет клубничный топ?

-О, клубничный топ? Придётся подождать несколько месяцев... Он появится только в январе.

-Ох... хорошо.

При ответе продавца До Квон опустил взгляд, как будто был разочарован. Работник нахмурился в ответ. Моргнув несколько раз, работник сказал еще кое-что, чтобы разрядить обстановку.

-Но вам, кажется, очень нравятся пончики.

-Не мне. Они очень нравятся моему возлюбленному.

-Ах... Понятно.

У продавца отвисла челюсть. Нравится его возлюбленному, вот значит как. Было бы странно, что у такого человека с такой внешностью, не было бы возлюбленного. Но от осознания этого факта, у продавца запершило в горле.

Но он не должен был интересоваться личной жизнь своего клиента, поэтому подтолкнул пакет с пончиками к До Квону и весело

сообщил:

-Приходите к нам вместе с ним в следующий раз!

-...

Брови До Квона удивлённо взметнулись вверх. Между ними воцарилось неловкое молчание, но До Квон лишь кивнул головой и ничего не сказал.

Продавец размышляя, не совершил ли он ошибку. До Квон взял пакет и после недолгого молчания вышел из магазина. Колокольчик снова зазвенел, и все сотрудники наблюдали, как он уходит.

Стоявшие поодаль работники кафе бросились к нему и стали

возбуждённо болтать.

-Чёрт возьми, он сказал, что покупает это, потому что нравится его возлюбленному?

-Видишь, а я говорил, что такой, как он не может быть без любовника.

-Так я думал, что он просто так носит кольцо на пальце.

-Я тоже так думал, многие знаменитости так делают, но обычно те знаменитости, у которых есть отношения, об этом пишут в новостях, не так ли? Но когда я погуглил про него, ничего такого не было.

-Может, он встречается с кем-то из чеболей, а не с обычным человеком?

-О-о, возможно. Разве не поэтому он всегда приходит за пончиками один, потому что не хочет, чтобы их сфотографировали вместе?

-А чего тут не хотеть? У них же роман.

-Да, но для общественности это слишком. Вдруг их семьям это не нравится, понимаете?

-Ох, если это действительно так, то это безумно романтично.

Выводы были сделаны. Они с тоской смотрели на До Квона, который садился в шикарную машину.

-Не знаю, кто он, но этому милашке, что он несёт пончики с белым шоколадом, я безумно завидую.

-Полностью поддерживаю...

На лицах сотрудников промелькнула слабая зависть.

Неся пакет с пончиками и большой букет цветов, До Квон бодро шагал по ступеням мемориального парка, кольцо на безымянном пальце левой руки сверкало на солнце.

Идя, он не сводил глаз с цели. Он прошел мимо вотивного зала под открытым небом, мимо многоярусных могил и вошел в просторный дендрарий.

Он остановился, чтобы поправить галстук. Погладил волосы и поправил пиджак, чтобы разгладить складки.

Дендрарий был засажен деревьями одинаковой высоты. Роскошные деревья были повсюду, и это освежало. даже в середине дня, когда солнце палило вовсю.

Однако До Квон продолжал свой путь, пока не остановился на углу, где ярко светило солнце. На черном мраморном надгробии было

четко выгравировано имя Ю Ын Су. Прошло чуть больше года, поэтому мрамор был отполирован, а деревья были не такими уж большими.

-...

До Квон вглядывался в имя Ын Су. Глядя на него, казалось, что оно было слишком знакомым, но в то же время каким-то чуждым. Он шёпотом прошептал его имя, отчего во рту возник странный привкус.

Смерть Ын Су всё казалась ему нереальной. Он как будто находился в тумане всё это время, будто это всё длинный сон. Каждый день он выспался и ложился рано, но воспринимал эту жизнь, как сон.

Может быть, всё это потому, что он во сне видел Ын Су и он хотя бы так мог о нём мечтать. Если он заснёт здесь, возможно, сможет его увидеть более отчётливо.

Но Ын Су скорее всего это не понравится, он сочтёт это смешным и нелепым, но До Квон подумал, что сможет наконец-то отдохнуть, если заснёт в этом месте.

До Квон горько усмехнулся и присел на одно колено.

Наклонившись, он уже привычным движением пальцами вырвал

безжизненный цветы из вазы, что находились у надгробия. Затем он аккуратно расставил новые цветы, которые совсем недавно купил.

Он небрежно запихнул уже мёртвые цветы в бумажный пакет и

достал из кармана пиджака носовой платок. Осторожно вытер им надгробие от пыли. Он также проверил деревья и старательно очистил их от налетевших листьев.

Всё это время До Квон молчал. Даже банальной фразы "Ын Су, я здесь" не прозвучало.

В тот момент, когда на его лбу выступил пот, он снял куртку и уселся перед надгробьем. Трава прилипала к брюкам, но ему было всё равно.

Почувствовав дуновение ветерка, он достал пакет с пончиками, и расстелил на надгробие салфетки, которые ему дал продавец, и выложил в ряд пончики. Затем он взял один из них и надкусил.

Ещё даже не успев прожевать его, сладкий сироп уже растёкся по всему рту. До Квон нахмурил брови.

-Сладкий.

Он не очень-то любил сладкое, но после знакомства с Ын Су, он попробовал такое, поэтому сейчас ему было терпимо это есть. Он не знал, по какой причине не мог перестать есть пончики каждую неделю в этом месте и в это время.

Тем не менее До Квон съел всё до последнего, а затем, глядя, как плавно покачивались ветки дереве на ветру, начал свой монолог.

-Сегодня продавец из пончиковой спросил меня, люблю ли я пончики.

-...

-И я сказал, что это ты любишь их. Поэтому он сказал мне прийти как-нибудь вместе.

-...

-Я чуть было не согласился... Но ничего не смог ответить.

-...

-Но по дороге сюда я подумал и понял, что всё-таки надо было согласиться. Хоть это и ложь, но никогда не волновала она, ведь так?

До Квон рассмеялся. Ему было смешно с того, что он часами раздумывал над тем, что рассказать Ын Су. но смог рассказать лишь настолько банальную историю.

До Квон медленно моргнул.

Всё-таки тот продавец в пончиковой помог восстановить те приятные воспоминания после всего произошедшего.

Они с Ын Су часто посещали эту пончиковую. Они посещали её каждый обеденный перерыв, сидя у окна, где светило солнце. До Квон пил горький кофе, а Ын Су ел купленные свежие пончики.

До Квон не мог не заметить, как мило выглядел Ын Су, который буквально поглощал три пончика за раз, хотя они совсем недавно плотно покушали. Его пухлые щёчки сияли, как лунное свечение, а губы, липки от сиропа и выпитого кофе, были походи на спелые вишенки. Если добавить к этому его тонкий и ароматный феромон...

Наверное, для До Квона это был самый любимый момент за весь день. Иногда, если он опаздывал на обед и не успел сходить в пончиковую, то он заказывал их на вынос, сажал Ын Су в своём кабинете и мог любоваться им, пока он ест.

Это было самое обыденное и повседневное воспоминания, но кое- что делало его особенным и драгоценным.

...А именно, то, как по нему скучал по нему и по той простой причине, что они больше никогда не увидятся.

Он достал из кармана своего пиджака мобильный телефон. Нажал кнопку включения и отпустил её, на экране появилось изображение Ын Су. Эта была та фотография, где он сидел в пончиковой и во рту у него находился пончик с белым шоколадом, его глаза были широко раскрыты и он мило улыбался.

Эти были те самые обои, которые установил До Квон до потери памяти. Возможно... Он больше никогда их не сменит.

До Квон попытался погладить большим пальцем изображение Ын

Су, но всё это было тщетно.

Не успел он оглянуться, как просидел уже здесь два часа. Ему нужно было идти, хоть и очень не хотелось уходить, но таково было его правило. Только два часа, ни больше, ни меньше.

До Квон, сняв пончик с надгробия, произнёс.

-Я вернусь на следующей неделе.

-...

-Я знаю, что тебе это не нравится, но... Я вернусь. Меня не будет некоторое время, так что я в следующий раз останусь на пару часов, как и сейчас.

Два часа- это максимум и минимум. Максимальное количество времени, которые Ын Су мог бы позволить ему оставаться здесь, и минимальное количество времени, которое До Квон мог позволить себе скучать по нему.

Запихнув пончик в пакет с завядшими цветами. До Квон потёр тыльной стороной ладони уставшие глаза. Ему нельзя было жаловаться, он не имел на это право.

Он осторожно провёл пальцами над именем Ын Су на надгробном

камне.

-Ын Су, я живу ради этих двух часов... этого дня.

-...

-Это единственные два часа в неделю, когда я счастлив.

-...

-Так что даже если ты ненавидишь меня, пожалуйста, прости меня.

Прости, что я всё время возвращаюсь, мне очень жаль.

После того, как До Квон искренне извинился, он медленно встал.

Грубо скомкав свой пиджак, он собрал мусор.

-Я приду на следующей неделе.

-...

-Если тебе это не нравится... приходи в мои сны и проклинай меня.

Можешь зарезать меня ножом, застрелить из пистолета, делай, что хочешь, но только приди.

До Квон горько улыбнулся. Он уставился на надгробье, словно ожидая ответа. Но Ын Су ничего не ответил. Даже листья, которые беспрестанно шелестели, не шелохнулись.

Уголки рта До Квона дёрнулись, пытаясь скрыть разочарование. Но он не смог скрыть слезу, скатившуюся по его щеке.

Я так скучаю по тебе, Ын Су.

Дни из жизни До Квона ничем не отличались от предыдущих.

Ранним утром, он открывает глаза, и его тут же накатывает приступ головной боли, вызванной последствиями приёма снотворного.

Вспоминая, какой сегодня день недели, если это будний день, то он разочарованно отсчитывает дни до субботы. Если это было воскресенье, то он проводил утро, подавляя желание зарыться лицом в подушку и задохнуться.

Но он не мог умереть, поскольку именно Ын Су сказал ему жить.

Это не было обещанием, но для него это стало чем-то, что он был обязан выполнить, поэтому теперь мысли о самоубийстве, которые часто приходили ему в голову, были лишь чем-то обыденным.

Он тосковал по субботе и Ын Су, однако тут же звонил будильник, который оповещал, что ему уже пора встать и умыться. До Квон

проверил сообщения и электронную почту, чтобы убедиться, что ему за ночь никто не написал и стал собираться на работу.

Он приходит на работу, проводит совещания, работает и снова работает. Потом когда наступает обеденное время, он снова будет считать дни, убеждаясь, не ошибся ли он утром, но понимая, что всё- таки не ошибся, разочаровывается.

Исключительно во второй половине дня ест. Старается уходить с работы как можно позже. Не спит до рассвета и уходит только тогда, когда понимает, что может потерять сознание от усталости и недосыпа. По пятницам он ходит в родительский дом, чтобы поужинать с Мён Хи и Ки Хо.

Семья До Квона вернулся к прежнему виду, какой была до встречи с Ын Су. Она стала более холодной и сухой. Они стали мало разговаривать, ведь все разговоры были исключительно о работе.

До Квон не был особо этому против, поскольку если бы они заговорили об Ын Су, то это бы затянулось надолго. После чего ему бы пришлось снова вести ожесточённую борьбу со своим желанием

умереть и разрушить те дни, в которые он едва сводил концы с концами.

Сегодня была пятница.

До Квон закончил с работой вовремя и сразу же направился в родительский дом. За столом, где сидели Мён Хи, Ки Хо и он сам гремела посуда.

До Квон ел слишком медленно. Даже ложку риса он не мог проглотить, поэтому собственно его только и потреблял.

Однако он пришёл сюда, чтобы хотя бы здесь поесть. У себя дома он не мог притронуться даже к воде. Пятница была для До Квона днём отдыха. А завтра он смог бы спокойно встретиться в очередной раз с Ын Су.

-Насколько сильно ты уже похудел?

Резкий голос пронзил макушку головы До Квона. До Квон медленно поднял глаза. Мён Хи на него смотрела озлобленным взглядом.

-Как ты можешь стоять перед сотрудниками и репортёрами в таком виде? Любой, кто посмотрит на тебя, подумает, что я тебя тут морю голодом.

С этими словами До Квон отложил столовые приборы и почесал

свою щёку. Пальцами он ощущал впадины. Кости выпирали, а кожа выглядела сухой.

Это было странно, что он не ел совсем, плохо спал, и принимал снотворное, работая в компании с рассвета до рассвета каждый день, кроме субботы.

-...

До Квон ничего не ответил. Слова "я позабочусь об этом" было трудно произнести ему, по той простой причине, что у него не было уверенности, что ему удастся нормально поесть.

Пока До Квон раздумывал над тем, как ответить Мён Хи, чтобы лишний раз её не обидеть. Ки Хо положил большой кусочек мяса на миску риса.

-Да, До Квон, ты сильно похудел. Ты должен хорошо питаться.

-...Хорошо.

До Квон посмотрел на Ки Хо с легка заметной улыбкой, но не взял столовые приборы в руки.

Смерть Ын Су Ки Хо воспринимал так же тяжело, как и До Квон. Возможно, для Мён Хи это тоже было сильным ударом, но она этого не показывала.

Как бы то ни было за три месяца после смерти Ын Су Ки Хо

сильно похудел. У него были синяки под глазами, и совсем не было аппетита. Но однажды он вдруг пошёл на поправку. Он стал чаще ездить в путешествия с Мён Хи, хорошо питался и стал реже звонить, чтобы поболтать.

До Квон был удивлён таким изменениям. Они были сломлены горем так же сильно, как и он, но ему казалось, что его родители гораздо быстро смирились со смертью Ын Су. Он и сам понимал, что это было вполне по-взрослому.

Ему не было жаль, что они оправились от горя. Ведь не было ничего хорошего в том, чтобы проживать каждый день со слезами на глазах. Если бы не До Квон, то они бы и не встретили Ын Су в своей жизни, и уж точно бы не столкнулись с такой трагедии.

Соответственно, До Квон воспринимал, что их горе это был и его грех, который тяжким грузом лежало на его сердце.

Собравшись с мыслями, До Квон поднял столовые приборы. Ложка с рисом ощущалась для него как гантель весом в десятки

килограммов, но ему всё же удалось поднять её и поднести ко рту.

Дни, времена года и часы летели незаметно. Кажется, что прошло всего несколько дней после окончания зимы, и она снова наступила.

В Сеуле, как и в прошлые зимы, выпало много снега. В один день шёл снег, в другой было солнечно, но вот сегодня падали крупные снежинки и были лёгкими, как вата.

До Квон потягивал кофе и смотрел в окно из своего кабинета.

Наблюдая за тем, как мир с каждой минутой становится всё более белоснежным. Понятие времени становилось для него всё более размытым.

Тем не менее он, как никто другой, осознавал, что Ын Су уже нет в этом мире больше двух лет.

До Квон вёл жизнь, которая больше походила на выживание, чем на жизнь. Все его мысли вращались вокруг субботы. Наблюдая за снегом, он тяжело вздохнул.

Несмотря на то, что в дендрарии были охранники, он всё равно чувствовал себя неспокойно. Сегодня была среда, поэтому он не мог пойти к Ын Су, потому что это значило бы нарушение обещания.

Кроме того, сегодня было место, в которое ему нужно было пойти, поэтому он был одет во всё чёрное.

До Квон взглянул на наручные часы. Четыре часа дня. Ещё было рано уходить с работы, к тому же на улице шёл сильный снег, да и дороги, наверняка, были скользкими. Так что было бы хорошо уйти пораньше.

Он уже разобрался со всеми делами на день и переговорил с секретарём Чоном, так что уйти на два-три часа раньше было не проблемой.

Он поставил чашку кофе на стол. Достав пиджак и пальто, оделся.

Он поправил галстук перед зеркалом и провёл рукой по волосам. Чувствуя нервное напряжение, он прочистил горло.

Нервное напряжение не отпустило, а защекотало низ живота. В животе всё скрутилось до такой степени, что он не мог даже доесть свой обед.

Взглянув на свой внешний вид, он пошарил в карманах, чтобы найти свои ключи от машины и бумажник, а затем направился к двери. Прежде чем он успел дотянуться до ручки двери, она тут же распахнулась. До Квон нахмурил брови, потому что увидел перед собой лицо Мён Хи.

В его глазах мелькнуло удивление.

-Мама?

-...

Мён Хи ничего не ответила. Она оглядела его с ног до головы, в её глазах читалось недовольство. Он сделал полшага назад и уставился на неё, хотя ему ничего не сделали и не сказали.

Его рот приоткрылся, как вдруг Мён Хи сузила глаза и прервала его.

-Куда собираешься?

-Кое-куда.

-Это ещё что такое? Куда ты направился?

-Я же сказал...

-Ты собираешься навестить родителей Ын Су.

При этих словах До Квон глубоко вдохнул, его грудь тяжело вздымалась. Он почувствовал, как по горлу поднимается тошнота, но он сглотнул, чтобы её остановить.

-...Да.

Сегодня была годовщина смерти родителей Ын Су. Когда они с Ын Су встречались, он ходил вместе с ним, а после смерти продолжал навещать их один. Он планировал и дальше ходить.

Глаза Мён Хи расширились от слов До Квона. Она закричала.

-Зачем тебе туда идти?!

-Я ходил туда и в прошлом году...

-Ну и что?! Могу бы и в другой день, но не сегодня!

До Квон нахмурил брови, услышав пронзительный голос. Он не понимал Мён Хи. До Квон посмотрел на неё холодными глазами.

-Как ты и сказала, во всём виноват я. И даже если бы его родители бы были живы, они бы уже давно бы перегрызли мне горло,

-Зная это...

-Именно поэтому я должен пойти туда и умолять о прощении. Это я виноват в том, что Ын Су оказался в такой ситуации. Будет ли лучше, если я притворюсь, что ничего не знаю? Ты сегодня какая-то слишком странная.

Она действительно была странной. Если бы это была та Мён Хи, которую он знал, она бы заставила его умолять о прощении с рассвета до полуночи. Возможно, она бы даже приставила несколько человек, которые бы следили за ним, чтобы он просил прощения как надо.

Но то, что она просила не уходить без видимой причины, было совсем не в её духе.

Её взгляд был слишком беспокойным. Глаза До Квона сузились, но Мён Хи наоборот избегала его взгляда и пробормотала.

-Если не хочешь идти, то не иди.

-Я пойду.

-Ты...!

-Такой день бывает раз в году, так что я должен пойти сегодня.

До Квон повернулся спиной к Мён Хи и вышел из кабинета. Он слышал, как Мён Хи что-то бормотала, но ему было все равно.

Неся в руках большой букет цветов, До Квон вошел в мемориальный парк. В просторном парке было холодно и безлюдно. Он находился далеко от того места, где был похоронен Ын Су.

Возможно, когда Ын Су был совсем ещё молодым, поспешно принял решение похоронить родителей в самом старом и ближайшем к Сеулу

месте.

До Квон испустил тяжёлый вздох. Отчасти он был рад, что Ын Су не был захоронен в таком месте, а отчасти жалел, что его здесь не было.

До Квон надеялся похоронить Ын Су вместе с родителями. Но этому не суждено было сбыться.

Сразу после смерти Ын Су До Квон был в смятении. Он несколько дней бил себя в грудь и плакал, то терял сознание, то метался между реальностью и фантазией, словно был под наркотиками, то несколько дней напивался до беспамятства, а потом все закончилось.

Похороны Ын Су, его дом, его имущество. Не было ничего, к чему он мог бы прикоснуться. Мён Хи одним махом расправилась со всем. Поэтому До Квон не смог найти никаких вещей из дома Ын Су.

Вспомнив о том времени, До Квон прикусил нижнюю губу и поднялся по лестнице.

Он вошел в здание и зашёл в лифт. Родители Ын Су находились в оссуарии. На третьем этаже здания, во втором корпусе.

Он нажал на кнопку третьего этажа и глубоко вздохнул. Он нервно стиснул зубы, наблюдая за своим отражением в дверях лифта, а когда лифт добрался до места назначения, зарылся носом в букет цветов.

Он не был самым лиричным человеком, чтобы наслаждаться ароматом цветов, но сейчас он так сильно нервничал, что возился с галстуком, проводил руками по волосам, а потом его взгляд упал на букет, и он понюхал его.

Цветы пахли хорошо - в меру пестро, ярко.

В этот момент раздался звонок лифта, и двери распахнулись. До Квон опустил букет, вышел наружу и глубоко вздохнул.

-...

В ноздри ударил знакомый запах, отчего ноги До Квона подкосились.

Его глаза быстро заметались. Этот запах -...

Почему этот запах здесь... Почему он здесь...

Смятение отражалось в глазах До Квона, в то же время он тяжело вдыхал. В его ноздри проник запах феромонов Ын Су. Помимо слабого цветочного аромата, это был безошибочный запах Ын Су.

Хотя он не чувствовал его запах уже много лет, однако он любил его настолько, что не мог перепутать.

Он быстро вертел головой из стороны в сторону, его глаза пылали, и он начал следовать за запахом.

В коридоре запах был очень слабым, но в первом блоке зала он был сильнее, чем раньше. По мере того как он направлялся ко второму блоку, запах, казалось, становился всё отчётливее.

Иными словами, источник запаха становился сильнее. До Квон замер на месте.

А вдруг, Ын Су был за углом?

Нет, не может быть такого, это было бы просто нелепо. Ын Су был мёртв, и он знал это лучше, чем кто-либо другой.

Но этот феромон однозначно принадлежал Ын Су.

Противоречия яростно столкнулись. И он обманывался каждый раз, говоря себе, что это Ын Су, но в какие-то моменты думал, что нет никакого Ын Су, и этот запах не его.

Возможно, у него уже начались галлюцинации. Или нашёлся такой же безумец вроде Сон Хона, который использовал феромоны Ын Су.

Зрачки До Квона дрогнули, когда бледная тень вышла из зала. Он услышал стук каблуков туфель по мраморному полу.

Тень становилась все массивнее, и вскоре появился её обладатель.

Слабый запах тени стал отчётливо различим.

Белое лицо. Большие глаза. Слегка опущенные уголки. Длинные ресницы. Глаза цвета карамели. Пухлые губы. Бледная кожа.

Персиковые щёки.

До Квон прищурился.

-Ын...Су?

Это был Ын Су.

Это точно был Ын Су.

Живой Ын Су. Здоровый Ын Су, не тот, что лежал, подключенный к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Он стоял на ногах, одетый в строгий чёрный костюм.

Из рук До Квона выпал букет цветов. Бледные лепестки расыпались и переливались на мраморном полу. Он смотрел на Ын Су с удивлением, изумлением и некоторым оцепенением в глазах.

-...

Ын Су тяжело сглотнул, но его глаза становились с каждым разом всё шире. Как будто он совсем не ожидал увидеть До Квона.

Наступила гнетущая тишина. Их взгляды были полны растерянности. Первым пришел в себя До Квон.

Он должен был убедиться, что перед ним настоящий Ын Су. Ему нужно было понять, сон ли это, или он сошёл с ума от тоски, или кто-то еще разыгрывает его.

Если это действительно Ын Су, он хотел прикоснуться к нему. Он хотел погладить его мягкие щёки и почувствовать тепло его тела. Он хотел уткнуться носом в его затылок и вдыхать его феромоны до

потери сознания.

-Ын Су.

До Квон сделал шаг ближе к Ын Су.

-...

Ын Су сделал шаг назад. Это был всего лишь шаг, но он явно означал бегство, отказ. До Квон застыл на месте. Ын Су смотрел на него холодными глазами.

Снова наступила тишина. Тем временем пальцы До Квона судорожно сжимались. Пальцы его ног, спрятанные в туфлях, шевелились. Сердце колотилось и билось, каждый мускул его тела сокращался. Его глаза не мигая смотрели на Ын Су.

В этот момент губы До Квона разошлись, чтобы снова позвать его по имени. Вдруг телефон завибрировал: дзинь, дзинь, дзинь. Это был не мобильный телефон До Квона.

-...

Ын Су уставился на До Квона настороженными и ядовитыми

глазами и пошарил в кармане пиджака. Он достал мобильный телефон с ярко светящимся экраном.

Проверив, кто звонит, Ын Су отвернулся, нажал на кнопку принятия звонка и поднёс трубку к уху.

-Да, председатель.

-...

-Ах...Да...Понимаю, но...

-...

-Мы уже встретились с господином До Квоном.

Шёпот Ын Су раздался эхом по всему залу. До Квону не составило труда догадаться, с кем он разговаривает.

Мён Хи. Та самая, которая так старалась не пустить его сюда. Та, кто смогла выдать смерть Ын Су за правду. Она была единственной, кто мог обмануть его.

Но сейчас все это не имело значения.

Впервые за два года он услышал голос Ын Су: его характерный говор, чёткое произношение, губы, которые то сжимались, то разжимались, когда он произносила его имя. До Квон почувствовал себя так, словно молния пронзила его от макушки до пят.

Это действительно Ын Су, это действительно был Ын Су, он жив, он прямо перед ним, он разговаривает, излучает феромоны. Это не было иллюзией, это была реальность.

Он был настолько счастлив, что он жив, что не отказался бы умереть прямо сейчас.

Нет-нет. Ему ещё никогда так не везло, пока он был жив. Каждое утро, как он просыпался, ему приходилось бороться с мыслями о том, чтобы убить себя, ведь его мир без Ын Су был слишком пустым и огромным для него. Если бы он раннее скончался, то не смог бы насладиться этой встречей.

До Квон смотрел на Ын Су с выражением, как будто он был рёбенком, который впервые оказался на карусели. Смесь страха, восторга и экстаза отражались на его лице. Ын Су немного подошёл к нему и протянул телефон.

-...Возьмите.

-...

До Квон впервые за долгое время услышал, как он к нему обращается. Всего три слога, похожие на приказ, были для него божественным откровением. Он взял трубку, не задавая лишних вопросов. Он бессовестно надеялся, что сможет прикоснуться к Ын Су, хотя бы на мгновение, но, увы, чуда не произошло.

Не сводя глаз с Ын Су, До Квон медленно поднёс мобильник к уху.

Он ответил на звонок.

-Да, мама.

-Возвращайся сейчас же. Ничего не говори Ын Су, не смотри на него, а просто возвращайся немедленно.

-...

-Тот Ын Су, которого ты знал, умер. То, что ты видишь сейчас, это не Ын Су. Так что...

Слушая бессвязные речи Мён Хи, До Квон просто отбросил мобильный телефон. Голос Мён Хи звучал отдалённо.

-...

Ын Су нерешительно отступил в сторону от странной ауры До Квона. До Квон не стал приближаться, ведь видел это по его глазам, прекрасно понимая, что не имеет права приближаться к нему.

Как он мог подойти к Ын Су, который хотел сбежать от него в любую минуту, даже если бы пришлось предпринять попытку умереть, а потом инсценировать смерть, больше не в силах всё это выносить?

До Квон опустил взгляд на мобильный телефон. Время звонка на имя [Председатель] подходило к концу. Он нажал на кнопку завершения вызова, чтобы прервать его.

Он почувствовал, как Ын Су перестал дышать. В его красивых глазах мелькнул ужас. Увидев это, До Квон горько улыбнулся.

-Моя мама сказала, что я даже не должен смотреть на тебя.

-...

-Прости, но думаю, что не смогу выполнить её просьбу.

Лицо Ын Су похолодело от бесстыдных заявлений. Но даже так Ын Су был прекрасен. До Квон завороженно смотрел на него, словно был посетителем, любующимся знаменитым произведением искусства.

Воцарилась непроизвольная тишина. На этот раз Ынсу сделал первый шаг, его рот приоткрылся, будто он хотел что-то сказать, но он стремительно пронесся мимо До Квона. Его феромонный аромат разнесся с близкого расстояния.

Аромат был настолько резким и настолько чарующим, что До Квон чуть не потерял равновесие и не упал, как дурак.

Пока он стоял в оцепенении, Ын Су направился по длинному коридору к лифту. Однако лифт, на котором приехал До Квон, уже поднялся на первый этаж. Ын Су быстро нажал на кнопку.

До Квон сразу догнал его на своих длинных ногах. Ын Су, наблюдая за тем, как он приближается с каждой секундой, закусил нижнюю губу. Затем он повернулся и направился к лестнице.

-Ын Су, подожди!

До Квон, шедший за ним, почти смог остановить его словами.

-...

Но Ын Су даже не взглянул на До Квона. Он упрямо смотрел на пожарную лестницу.

-Ын Су! - воскликнул До Квон и двинулся вслед за Ын Су. Это единственное, что он мог сделать. Хотя бы так.

Он подумал, что мог бы схватить его, но если он дотронется до него, то казалось, что Ын Су возненавидит его ещё больше. Он боялся, что это была очередная его галлюцинация и боялся того, что

если он прикоснётся к нему, то тот рассыплется в порошок прямо у него на глазах.

Пока До Квон с тоской смотрел на затылок Ын Су, они вдвоем вышли на парковку мемориального парка. Ын Су достал из кармана пальто ключи от машины, направил их в воздух, и вдалеке мелькнули фары шикарного автомобиля.

У До Квона расширились глаза.

Он никогда раньше не видел этот шикарный чёрно-серый седан.

Это не та машина, на которой ездил Ын Су до аварии, нет дело даже не в этом. Удивительно, что он вообще водит машину. После аварии Ын Су не мог водить машину. Он не мог ездить на автобусе или такси, а на работу добирался на метро. Так как же так получилось...

-Ын Су, машина... как...

На неясный вопрос До Квона шаги Ын Су прекратились, и он, спотыкаясь, направился к своей машине. Он быстро обернулся и посмотрел на До Квона холодными глазами.

-Теперь я могу ездить. Я больше не боюсь смерти, это была всего лишь травма, так что ничего страшного.

-Ах...

К счастью, он больше не боялся машин. Он был рад этому. И хотел сообщить об этом, но подумал, что лучше не стоит этого делать. Ведь это было болезненно для него.

Ын Су не боялся смерти. Конечно, как может человек бояться смерти, когда собственными руками перерезал себе вены? При этой мысли сердце До Квона бешено колотилось. Слова Ын Су совпадали с его мыслями о том, что он был готов умереть в любой момент.

Пока До Квон был ошарашен, Ын Су открыл дверь машины. До Квон, задыхаясь, бросился за ним и вцепился в открытую дверь. Он не мог дотронуться до Ын Су, но мог держаться за машину.

Дверь машины была приоткрыта.

-Отпустите.

Ын Су смотрел на До Квона ядовитыми глазами. До Квон же смотрел на Ын Су с тоской в глазах.

-Ын Су, ты уже поел или хотя бы выпил кофе...

Ын Су издал смешок, слыша, как До Квон заикался. Воздух, вырвавшийся сквозь зубы, образовался в небольшой пар. До Квон застыл на месте. Ему захотелось на мгновение остановить мир и облизать каждый дюйм дыхания Ын Су.

Насколько бы это было бы прекрасно?

Пока До Квон предавался своим коварным фантазиям, Ын Су медленно закрыл и открыл глаза. Затем он посмотрел на До Квона более холодными глазами, чем раньше.

-Вы ведь знаете, какой сегодня день? Знаете, по этой причине вы сюда и пришли.

-...

-Господин До Квон, я должен сидеть напротив вас на годовщине смерти моих родителей и как ни в чём не бывало есть, смотря на вас?

- сказал Ын Су, прервав все пути отступления. В ответ До Квон поджал губы.

-Ох... Прости. Мне жаль.

Он настолько сосредоточился на Ынсу, что забыл, где находится и как его встретил. До Квон отпустил дверь машины и сделал шаг назад. Ын Су сел на водительское сиденье и протянул к нему руку.

Его ладонь была белой, а кончики пальцев розовыми, и До Квон тяжело сглотнул. Ын Су сердитым голосом сказал.

-Телефон.

-...

-Верните телефон.

До Квон уставился на телефон Ын Су, который держал в своей руке. Он постоянно вибрировал и жужжал. Звонила Мён Хи, потому что на его грудном кармане тоже вибрировал телефон попеременно. Если он вернётся, то у него наверняка будут неприятности.

До Квон покрутил мобильный телефон Ын Су в своей большой ладони. Затем он крепко сжал его.

-...Не отдам.

Глаза Ын Су расширились от произнесённого отказа тихим голосом.

Он уставился на него, как на сумасшедшего.

-...Что?

-Я не отдам тебе его, Ын Су.

-Вы серьёзно...?

-Я отдам его тебе в следующую нашу встречу...

Ему нужно было как-то придумать предлог для встречи с Ын Су. По его словам, сегодня годовщина смерти его родителей, и было бы невежливо задерживать его дальше, поэтому надо встретиться в другой раз.

Но Ын Су, которого он похоронил, не мог бы встретиться с ним, поэтому он хотел найти хоть какой-то шанс для встречи с ним. Даже если придётся пойти на что-то столь подлое.

-...

Ын Су уставился на До Квона. Затем, словно прочитав намерения До Квона, он кивнул и повернул голову.

-Не стоит... Я куплю новый.

Сколько стоит мобильный телефон? пробормотал он про себя и захлопнул дверцу машины. В чёрных тонированных стеклах отразилось отражение До Квона. Вскоре машина взревела. Затем он уехал, оставив До Квона позади.

-...

До Квон смотрел вслед удаляющейся машины Ын Су. Потом, когда он совсем скрылся из виду, он посмотрел на следы от шин, оставленные Ын Су. Всё ещё задаваясь вопросом, не сон ли это, он снова и снова смотрел на следы шин, как детектив, расследующий место преступления.

Затем на его голову посыпались крупные снежинки, покрывая все следы от шин Ын Су и его широкие плечи.

И в этот момент До Квон только сейчас осознал, что это не было сном. Ын Су действительно был жив.

Уголок рта До Квона изогнулся.

До Квон вернулся на работу только поздно вечером. У него сразу же возникло желание узнать, где живет Ын Су, чем занимается, что ест... Ын Су то, Ын Су сё. Он хотел знать о Ын Су всё, хотя причина, по которой он пошёл в мемориальный зал, была совсем другой.

До Квон посмотрел на стоящие в ряд мемориальные плиты родителей Ын Су и тихо сказал.

"Простите меня. Мне очень жаль, что я причинил боль Ын Су".

Он ничем не отличался от самого дьявола, но даже так, проделав такой путь, он не мог отказаться от Ын Су. Теперь, когда он встретил его, он хотел найти способ вернуть его.

Он был готов вставать на колени и умолять, валяться в грязи и идти по тернистой тропе, чтобы извиниться перед Ын Су. Если Ын Су не позволит этого, он не сможет жить спокойно. Он не сможет больше так жить.

Он пообещал самому себе, что вопреки будет жить только ради него и что обязательно сделает его счастливым.

До Квон не знал, как бы отреагировали его родители, возможно, они были бы в ярости или гневе, но ему было всё равно. Даже если бы они были бы действительно живы, и в конечном итоге приставили

к его горлу нож или пытались задушить, даже тогда он бы не отказался от Ын Су.

Войдя в компанию, До Квон поднялся в кабинет председателя, а не в свой. Занятая секретарша заметила его и распахнула свои круглые глазки. Должно быть, она судорожно пыталась выяснить, где До Квон и Ын Су, но была удивлена, увидев его здесь.

До Квон покрутил шеей из стороны в сторону, чтобы расслабить затёкшие мышцы, и попятился. Он постучал в дверь председателя, и не успела Мён Хи ответить, как дверь распахнулась.

Мён Хи, сжимая в руке мобильный телефон, металась по комнате, покусывая губу. Она, казалось, даже не заметила появления До Квона, так как мобильный телефон Ын Су в его левом кармане

завибрировал, указывая на то, что она звонила ему.

-Мама.

До Квон позвал Мён Хи своим характерным низким голосом. Мён Хи вскинула голову, услышав его голос. Её красные, налитые кровью глаза сузились, а затем вспыхнули огнем ярости.

-Ты! Что ты сделал с Ын Су?!

-Что я сделал с ним?

Если бы их кто-нибудь услышал, то подумали бы, что он убил его. До Квон пожал плечами и сел на диван, а Мён Хи подошла к нему,

её феромоны доминантного альфы были готовы взорваться вокруг

него, как шипы или петарды.

-Ын Су не отвечает на звонки!

До Квон быстро достал из внутреннего кармана мобильный телефон и положил его на стол.

-Это телефон Ын Су, он был у меня.

Выражение его лица было бесстрастным, а голос ровным, словно он давал квартальный отчет. Мён Хи глубоко вдохнула, затылок покалывало и мурашки пробежались по спине. Было такое ощущение, будто её вены и сухожилия натянулись, как резиновая лента.

-...Т-ты, сумасшедший ублюдок!

Мён Хи взяла со стола чайную чашку и бросила её в До Квона. До Квон быстро отвёл лицо в сторону, чтобы уклониться. Чашка полетела прямо в стену, но чай залил его лицо. Чай простоял достаточно долго, поэтому это было не опасно.

До Квон потёр лицо широкой ладонью. В прошлом он был бы рад этому, но не сейчас. Точнее, не его лицо. Отныне он должен был всегда и при любых обстоятельствах держать лицо в чистоте. Он должен был хорошо выглядеть для Ын Су.

Доквон посмотрел на свои влажные руки и раздраженно наморщил лоб.

-Почему ты так сердишься? Это я должен так себя вести.

-Что?

-Ты знаешь, как я жил эти два года, поэтому тебе стоит принести извинения. Ты же видела, как трагично и уныло прошли мои два года без Ын Су, так почему ты злишься? Это ты воспользовалась моим горем.

Это была жизнь, похожая на ад. Он скучал по нему, жалел, что не успел извиниться перед ним. Жалел, что та автокатастрофа не убила его, чтобы всё не дошло до такого. Винил Бога за то, что он поставил их в такое положение, проделав в голове дыру. Каждый день он удивлялся, как ему оставалось сил проживать эту жизнь.

Она видела всё это, но притворялась на протяжении двух лет. Тогда почему? Почему это она злится? До Квон не мог понять Мён Хи.

-Зачем ты это сделала?! Почему?!

До Квон уставился на Мён Хи красными пылающими глазами. Мён Хи уставилась на своего сына, извергающего ярость и безумие. Затем она опустилась на диван напротив него.

-Значит, тебе следовало просто оставить Ын Су в покое?

-Оставить его?

Одна бровь До Квона приподнялась при словах Мён Хи, которые были странным образом вырваны из контекста. Мён Хи исправила свои слова.

-В тот день... Как ты думаешь, что бы произошло, когда Ын Су перерезал себе вены, вдруг открыл бы глаза?

-Это...

-Идиот, ты бы был рад, но вот Ын Су...

-...

Странные слова. Если бы Ын Су очнулся, он бы порадовался за него, но как это может быть глупо? До Квон уставился на Мён Хи, стиснув челюсти. Он хотел услышать её оправдание, причину, по которой она инсценировала смерть Ын Су. Ведь мать, которую он знал, была не из тех, кто действует так беспричинно.

-А вот Ын Су... Ты уверен, что подобная попытка не повторилась бы ещё раз?

-...?

-Я просто думала, что это сделает всех счастливыми, даже если вы перестанете быть парой.

-...

-Ын Су- умный ребёнок, наверное, он не стал бы резать себе вены в следующий раз. А предпринял более действенные попытки, например, ударил бы ножом в шею, или упал бы с большой высоты, или прыгнул бы под движущийся поезд, а не под машину.

При этих словах До Квон тяжело сглотнул. Он слишком живо представил себе рассказ Мён Хи. Он уже видел своими глазами, как Ын Су был весь в крови.

До Квон, вытирая лицо, переводил дыхание, в этот момент Мён Хи бросила на него взгляд.

-В таком случае, что бы мы сделали? Взяли бы этого разбитого вдребезги Ын Су снова оперировали бы его, склеивали, сшивали, латали. И всё ради чего?

-...

-Я лишь помогла ему. Больше не хочу проливать слёзы, видя, как этот ребёнок дышит исключительно благодаря аппарату

искусственной вентиляции.

-...

-Думаю, что так будет правильно, наверное?

-...

-Если ты продолжишь находиться рядом с ним, это будет постоянно его убивать, а ты будешь страдать от этого. И в конце концов вы погрязните в это болото. Такой финал ты хочешь?

Она не ошибалась. Ын Су отчаянно хотел смерти, но Мён Хи вернула его к жизни, не спрашивая его разрешения. Возможно, для него это была ещё одна форма издевательства.

Это имело смысл. Вся жизнь для него была сплошным насилием. И До Квон был в этом виноват, он чувствовал всем телом эту вину.

Ведь это именно он столкнул его в эту бездонную яму.

До Квон был для него тем самым адом.

До Квон опустил голову, а затем прикрыл рукой опущенные веки.

-Угх...

Сквозь стиснутые зубы вырвался сдавленный всхлип, нижняя губа задрожала.

Когда Ын Су был "мертв", он всегда чувствовал себя виноватым в его смерти, но совсем другое дело, когда он был жив и страдал по вине До Квона.

Как это, должно быть, было несправедливо. Как это, должно быть, было грустно. Как неприятно, должно быть, было жить, спрятавшись под фальшивой смертью.

Всё лицо До Квона было искажено. Мён Хи быстро подошла к нему и обеими руками схватилась крепко за его руку, умоляюще сказав.

-До Квон.

-...

-Ын Су... прошло меньше года с тех пор, как он вышел из больницы. Прошло совсем немного времени, как он начал жить без твоего присутствия в ней.

Ын Су несколько месяцев залечивал порезы на запястьях и еще

несколько месяцев на восстановление после переломов костей в предыдущей автомобильной аварии. И с тех пор он находился в специализированной больнице. Это была психиатрическая больница, а не санаторий, и там Ын Су пришлось учиться воле к жизни.

Мён Хи пришлось наблюдать за происходящим со стороны и

испытывать невыразимую жалость и сожаления. Она даже не появлялась перед ним, опасаясь, что он может с собой что-то сделать. Время от времени она навещала его и их беседы были слишком короткими.

Ей с трудом удалось вытащить Ын Су в общество, и теперь, когда всё пошло на лад, она не собиралась затаскивать его в эту яму боли снова.

-Давай просто, будем жить как прежде. Мы сделаем вид, что ничего этого не было. Он умер для нас ещё в тот момент, а мы для него люди, которые не имеют ничего общего с ним. Давай оставим его в покое.

-...

-Давай дадим ему хорошо пожить без нас. Хорошо?

Услышав резкие слова Мён Хи, До Квон внезапно поднял голову.

Красные, налитые кровью глаза были полны упрямства и высокомерия.

-Мама.

-...

-Я не могу от него отказаться.

-Не можешь... отказаться...

-Я не могу сдаться, я действительно... не могу этого сделать. Я не могу жить без него.

До Квон качал головой. Теперь, когда он знал, что Ын Су жив и здоров, он не мог притвориться, что забыл о встрече с ним. Всё началось с того, как он увидел его пять лет назад, теперь же жизнь без него сведётся к нулю.

На протяжении двух лет, пока он был "мёртв", он жил ради двух часов, чтобы провести время у надгробья. Теперь же, когда он узнал о том, что Ын Су жив, надгробье стало просто каменной глыбой. А притворство лишит его последнего смысла для существования.

Ему не нужен был камень, ему нужен был Ын Су.

Заметив острый взгляд До Квона, Мён Хи снова заговорила, но уже твёрдо.

-Нет, До Квон, не надо так.

С этими словами Доквон медленно повернул голову и посмотрел на Мён Хи. Его глаза, которые раньше наполнялись слезами, теперь были сухими. Он угрюмо произнес, глядя на неё холодным взглядом.

-Мне не нужно твоё разрешение. Ын Су жив, и я сделаю всё, чтобы найти его. Как бы ни прятали его, я найду.

-Ты!

-Тогда Ын Су придётся всю жизнь бегать от меня, гадать, нашел ли я его дом, надевать шляпу, когда выходит из дома, и то и дело оглядываться, чтобы убедиться, что я его не преследую. Разве это счастливая жизнь?

-...Больной ублюдок.

Ошеломленная, Мён Хи отпустила руку До Квон, попытавшись отбросить её, но До Квон, ухмыляясь, перехватил её запястье и сильно сжал.

-Да. Я больной ублюдок. И без Ын Су, которого не будет рядом со мной, я сойду с ума, так что плохо в том, чтобы сойти с ума немного раньше?

Его голос был уверенным и звучал без запинки. Мён Хи сильно прикусила нижнюю губу, а До Квон смотрел на неё спокойными глазами.

-Мама, просто наблюдай за мной год, нет, полгода. И ты увидишь, как сильно я люблю его и как готов заботиться о нём.

-Это неважно... Неважно, что ты будешь делать. Неважно, как ты будешь заботиться о нём и как любить. Ведь важнее всего то, готов ли принять тебя Ын Су.

-Я хорошо знаю его и его слабости.

-...

-Ын Су примет меня.

Уголки рта До Квона приподнялись. Мён Хи потеряла дар речи, её губы были сжаты. Не обращая внимания на её состояние, До Квон поднялся с дивана, его взгляд был ледяным.

Больше нельзя было терять время. Он должен был подготовиться к встрече с Ын Су и вернуть его. Мён Хи не стала бы так просто скрывать местонахождение Ын Су. Потребуется время, чтобы найти его.

До Квон на длинных ногах вышел из кабинета председателя. Выйдя за порог, он обернулся через плечо к Мён Хи и сердечно поблагодарил.

-Мама, спасибо, что сохранила жизнь Ын Су.

-...

Мён Хи не смогла выдавить из себя слово.

До Квон сразу же спустился в свой кабинет. Он ослабил галстук, который был ещё влажным от перевёрнутой чашки чая Мён Хи, и расстегнул несколько пуговиц на белой рубашке. Когда он вышел из лифта, секретарши уставились на него расширенными глазами. По всей видимости, как и секретарь Мён Хи, они искали его и были удивлены его появлением.

До Квон встретил их взгляды с ничего не выражающим лицом.

Секретарь Чон поспешил к нему.

-Директор, что-то случилось?

-С чего ты взял?

-Пришла секретарша председателя и велела мне немедленно выяснить ваше местонахождение... Я никогда не думал, что когда- нибудь в жизни буду отслеживать ваш телефон.

Секретарь Чон увлечённо пересказывал события за последние

несколько часов. До Квон, державшийся за ручку двери в свой кабинет, пристально посмотрел на него.

-Так ты это сделал?

-Что?

-Ты отследил моё местоположение?

-Ох...Да.

-Правда?

-Да, было указано, что ваше местоположение - это компания, так что я сказал, что приду доложить об этом председателю, как вдруг появляетесь вы.

Его приподнятые брови словно говорили "какое совпадение". Как бесстыдно с его стороны незаконно отслеживать местоположение

своего начальника и докладывать об этом верхушке. Судя по его выражению лица, он даже не думал, что делает что-то плохое.

-Неужели у секретаря... пропала преданность к своему начальнику?

- недоверчиво спросил До Квон, и секретарь Чон странно посмотрел на До Квона, как бы говоря: "Как вы можете такое говорить?"

-Почему вы так думаете? Мне очень нравится директор, но я также предан председателю.

-Ха...?

-Скорее... Это как солдат, который предан своему генералу, но в конце концов он предан королю...

Секретарь Чон погладил себя по подбородку, его глаза сузились. До Квон издал язвительный смешок. Он хотел что-то сказать, но в итоге покачал головой, сомневаясь, что это что-то изменит. До Квон открыл дверь в кабинет и кивнул внутрь.

-Следуй за мной.

-Вы что... Хотите наказать меня?

-Нет. Зачем мне наказывать секретаря Чона, и если я это сделаю разве ты будешь об этом молчать?

-Конечно, нет. Я пойду к председателю и расскажу, что вы злоупотребляете властью, нарушаете права человека, дискриминируя бет. Могу много чего рассказать.

Секретарь Чон одёрнул подол своего пиджака и сузил глаза. До Квон скривил губы в гримасе. Это была ничья. До Квон прищёлкнул языком и прошептал таким тихим голосом, что его мог услышать только секретарь Чон.

-Ын Су жив.

-...Что?!

Секретарь Чон открыл рот от шока.

Сидя на диване в гостиной, До Квон до рассвета рассматривал телефон Ын Су. Телефон был прям совсем как новенький, на нём не было ни единой царапины.

До Квон крепко зажмурил глаза и открыл их. В голове промелькнул разговор с секретарём Чоном, который состоялся несколько часов назад.

-Я просмотрел записи о вскрытии руководителя группы Ю. В них не было никаких пометок.

Ын Су не был мёртвым на бумагах, он просто жил в тишине. До Квон перевернул всё, чтобы найти хоть какие-то записи о подтверждении смерти своего возлюбленного и проверить своими

глазами всё, его можно было за это назвать сумасшедшим, но он не был психопатом.

В похоронном брю ничего не говорили и он подумал, что над этим постаралась Мён Хи, чтобы разыграть этот нелепый спектакль.

Очень расчётливая и мрачная пьеса, зрителем которой был До Квон. До Квон выдохнул через нос и вспомнил другие слова секретаря

Чона.

"Мобильный телефон был зарегистрирован на одного из секретарей председателя. Плата за звонки поступила на личный счет председателя".

"Адрес абонента и его контактные данные были поддельными. Ну что ж, можно было бы получить ответы, обратившись к секретарю, который дал ему телефон, но я сомневаюсь, что это будет так просто..."

"Сначала давайте попробуем найти номер машины руководителя группы Ю, которую вы видели в мемориальном парке, к тому же подтвердили, что он находится за пределами Сеула".

Прошло уже двенадцать часов с момента их встречи с Ын Су, но он так ничего и не нашёл.

До Квон снова взглянул на телефон Ын Су.

В адресной книге были записаны номера Мён Хи и Ки Хо, а также несколько дальних родственников. Не более пяти человек. Журнал звонков тоже был ничем не примечателен. Он разговаривал с людьми из контактов, но интервалы между звонками были очень большими.

Он едва ли обменивался парой звонков в месяц.

В его почтовом приложении не было ни одного входа, не было установлено ни одного из его любимых приложений для обмена сообщениями. Ын Су жил жизнью, полностью лишённой общества.

До Квон пролистал приложения его телефона. Его блокнот был пуст, в галерее было несколько фотографий, но это были фото картин. Картина, освещенная слабым золотистым светом на белой стене, выглядела так, словно была взята прямо с выставки.

Найти картину было несложно. Она была написана художником, который не был знаменит, но все же считался неплохим. В настоящее время существует три выставочных площадки. Одна в Сеуле и две в провинциях, но ни одна из них не была частной, и находились они достаточно далеко друг от друга, так что отследить местонахождение Ын Су было сложно.

Зато До Квону удалось найти кое-что в его почтовом ящике. Там были обычные рекламные объявления, реквизиты карты, странное

сообщение от Мён Хи или Ки Хо с вопросами, поел ли он, а также сообщение от врача.

Он внимательно прочитал сообщение, где было чётко указано название больницы, но была уже глубокая ночь, поэтому с ней связаться было невозможно. Он поискал список пациентов по нелегальным каналам, но не смог найти ничего, связанного с Ын Су. Должно быть, Мён Хи спрятал его под другим именем.

Единственное, что он нашёл, - это платежи по кредитной карте.

Карта была зарегистрирована не на Ын Су, а на совсем другого человека.

[/Веб-уведомление/].

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 8,000 вон Ресторан «У тети»]

[/Веб- уведомление

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 8,800 вон

"Хлеб и кофе"] [/Веб-уведомление

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 6,300 вон ЕЕ Магазин Convenience_ Кёгнидо]

[/Веб-уведомление

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 83,000 вон

Home Mart_ Кёгнидо] [/Веб-уведомление

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 8,000 вон Ресторан «Имо»]

[/Веб-уведомление

Корейская карта 1*3* Одобрено Пак*Чоль

Единовременная оплата на сумму 100,000 вон Автозаправочная станция HW]

[/Веб-уведомление/]

Корейская карта 1*3* Одобрено Парк*Чоль

Единовременная оплата на сумму 12,800 вон

EE Магазин Convenience_Кёгнидо]

-Кёгнидо...

До Квон тихонько проговорил название района. Он примерно знал, где находится Ын Су. Это было не так уж далеко от Сеула, поэтому он испытал одновременно и облегчение, и растерянно от того, что это не в горах и не за границей.

В Кёгнидо было достаточно много домов. Найти дом Ын Су будет непросто. Круг поиска сузился, удалось найти фотографии и чеки из магазинов и галереи. Интересно, сколько времени уйдёт на поиски, и что если Мён Хи прячет его в другом месте.

Одна из ног До Квона неудержимо дрожала. До Квон, который сначала глядел в потолок, взял в руки телефон Ын Су и вскочил на ноги.

Придётся всё проверить самому. Даже если бы пришло обвивать все пороги и стучаться в каждую дверь в округе, он должен был найти Ын Су.

Когда До Квон прибыл в Кёгнидо, было уже далеко за девять утра.

Холод зимнего утра жалил его щёки. Не колеблясь, он двинулся вперёд.

Первым делом он зашёл в круглосуточный магазин, который обычно располагался недалеко от дома. Если бы Ын Су не жил на окраине местности, то не стал был ездить на машине.

До Квон коротко поздоровался с продавцом, который занимался своими делами и показал ему фотографию Ын Су. Продавец сначала долго рассматривал фото, а потом сказал, что не видел этого человека.

До Квон вполне ожидал такого ответы. Покупатели не проводят слишком много времени в магазинах, в среднем пять-десять минут. Да и судя по историям платежей Ын Су посещал этот магазин не каждый день. Запомнить его лицо было маловероятно.

Это было настолько очевидно, что он даже не почувствовал разочарования.

Далее он направился в галерею, где была выставка картин. Галерея, которую он нашёл в интернете, была очень маленькой по размерам.

Она была размером с небольшое кафе, и в ней было выставлено

около дюжины картин. Похоже, владелец держал эту выставку в качестве хобби.

Сев в машину, До Квон забил местоположение галереи в навигаторе. В тот момент, когда он нажал на кнопку "старт" и завёл машину, навигатор сообщил:

-Вы приближаетесь к месту назначения.

Осмотревшись по сторонам, он поднял голову и заметил мигающий значок пункта назначения на экране навигатора и выглянул в окно.

Через дорогу была та самая галерея.

Чтобы не разворачивать машину, До Квон решил просто перейти через пешеходный переход, ведь так будет гораздо быстрее и удобнее.

Стоя на пешеходном переходе, он уставился на белую вывеску галереи.

Суровое зимнее утро. Несмотря на ранний час, галерея была ярко освещена. Скромное, но роскошное золотистое сияние струилось сквозь окна, а внутри оживлённо двигался невысокий молодой человек.

Он был одет в белую рубашку и джинсы, в руках он держал метлу, что сильно отличало его от посетителя.

-...

До Квон сглотнул сухую слюну. Это был очень знакомый типаж. Лицо не было видно, и было трудно определить, мужчина это или женщина, но До Квон буквально сразу понял, кто это. Странно было бы не узнать человека, которого он так отчаянно искал.

Он нетерпеливо ждал, когда загорится зелёный свет на светофоре. Это не заняло бы много времени, но для него время будто бы совсем остановилось.

Всё это время До Квон смотрел на него, не отрываясь. Ему казалось, что если он на мгновение моргнёт или отвернётся, то человек перед ним испарится в воздухе.

Когда красный свет светофора сменился на зелёный, каблук До Квона стукнул по земле. Не оглядываясь по сторонам, До Квон помчался вперёд, быстрее всех остальных.

Он молниеносно достиг галереи и, увидев, кто находится внутри, замешкался. Он был готов закричать на всю улицу.

Это был Ын Су. Это правда был Ын Су. Он уже подумал, что мог от отчаяния перепутать его с другим человеком или то, что он видел в мемориальном зале было сном, но видя, его перед собой вновь, он почувствовал облегчение.

Ын Су действительно был жив.

Казалось, что он не верил своим глазам, поэтому ему хотелось каждый раз проверять это и убеждаться в этом. Он чувствовал, что сможет избавиться от тревоги, когда будет находиться рядом с ним, смотреть на него всякий раз, и прикасаться.

До Квон сглотнул сухую слюну. Он поправил свой пиджак и галстук, готовясь встретиться с Ын Су. Затем он разгладил волосы, растрёпанные холодным ветром и прочистил горло.

Он сделал несколько глубоких вдохов. С каждым вздохом из его рта вырывалась струйка белого пара.

Спустя некоторое время, он решился открыть дверь галереи.

Колокольчик зазвенел, а затем послышался голос.

-Добро пожаловать.

Голос Ын Су звучал сладко и чарующе, что в голове До Квона всё смешалось и он как дурак замер на месте.

Ын Су, подметавший пол, поднял глаза и встретился взглядом с До Квоном.

-...

Глаза Ын Су расширились, и метла с грохотом выпала из его рук.

-Г-господин До Квон?

-Ын Су.

-Как.. ах.. как вы?

Ын Су сделал нерешительный шаг назад, его глаза сканировали До Квона. Возможно, он, как и Доквон, пытался понять, было ли это на самом деле или сон. Возможно, для него это означало что-то совсем другое, но это было неважно.

До Квон сделал два больших шага в сторону Ын Су. Помещение было маленьким, поэтому достаточно было просто сделать несколько шагов, чтобы оказаться перед ним. Наклонившись, он поднял метлу, которую он уронил, и аккуратно поставил её у стены.

Ему не нравилось, что Ын Су убирается, но сейчас он не имел права выражать своё недовольство.

До Квон выпрямился и посмотрел на Ын Су. Тесное пространство. Близкое расстояние. Так он отчётливее чувствовал аромат Ын Су. Он был одновременно и похожим, и другим, чем тогда, когда они встретились в мемориальном парке.

До Квон смотрел на него спокойно, тем временем Ын Су смотрел на него настороженно, словно ёж, готовящийся выпустить свои колючки, затем он издал короткий вздох. После чего отвернулся и продолжил заниматься своими делами, делая вид, что эта ситуация никак не касается его.

-Вы не могли проделать весь этот путь, чтобы купить картину...

Полагаю, вы пришли ко мне, однако я не заинтересован в общении с вами, так что уходите.

Уголок рта До Квона дёрнулся. Каждый раз, когда его имя звучало из его уст, он не мог не улыбаться. Если бы его улыбку заметил Ын Су, то точно бы подумал, что До Квон сошёл с ума. До Квон прикрыл рот рукой, чтобы скрыть улыбку и заговорил спокойным голосом.

-Я пришёл, чтобы отдать мобильный телефон...

-Не нужно, я куплю сегодня новый.

-Я отдам, он у меня.

До Квон достал из кармана пальто мобильный телефон Ын Су. Ын Су взглянул на него, затем быстро отвёл взгляд.

-Тогда оставьте его...

« »

На слова Ын Су До Квон ничего не ответил и не сдвинулся с места.

Конечно же было ясно, что если он пришёл отдать телефон, то явно пришёл сюда не просто так. Ын Су фыркнул.

-Если не собираетесь отдавать, уходите. Мне нужно работать, ещё много всего нужно сделать.

-Где ты сейчас живёшь? Ты живёшь один?

-Что?

Глаза Ын Су расширились от неожиданного вопроса. Он недолго колебался, за этим последовал слабый намёк на отвращение.

До Квон понял свою ошибку слишком поздно. От нетерпения дурацкая фраза вылетела у него изо рта прежде, чем он успел её обдумать. Облизав пересохшие губы, он сделал полшага к Ын Су и переспросил.

-Нет-нет, это не то, что я хотел спросить... Ты завтракал?

-...

-Когда у тебя обеденный перерыв? Давай пообедаем вместе. Я куплю тебе что-нибудь вкусненькое.

Ын Су издал смешок. В его предложении купить ему что-нибудь вкусненькое не было ничего недобросовестного. Возможно, когда-то, когда они были в отношениях, он бы согласился не раздумывая, но не сейчас.

Ын Су отвернулся и, пройдя мимо До Квона, направился к висящей вдалеке картине.

-Я не буду обедать.

-Тогда ужин...

-Ужинать тоже не буду.

Ын Су не хотел с ним есть, он лучше бы умер с голоду. Ын Су резко покачал головой, а затем прикоснулся к картине, которая криво висела. До Квон сильно прикусил нижнюю губу, пока не ощутил горечь на ней. Это было ожидаемо, но ему было не по себе.

-Ын Су, пожалуйста.

До Квон отчаянно взмолился, глядя на его спину. Его голос был дрожащим и жалким, на что Ын Су нахмурил брови. Он окинул До Квона раздражённым взглядом.

-Я уже сказал "нет", так почему вы продолжаете...

Но Ын Су не смог закончить фразу и был вынужден закрыть рот.

Выражение лица До Квона было серьезным. Уголки его глаз были затенены. Его рот был плотно сжатым в прямую линию, а глаза были темнее, чем обычно.

И самое главное - его феромоны покалывали кожу Ын Су. Это был феромон альфы, которого он давно не ощущал.

Пока он прятался под своей ложной смертью, Ын Су почти не видел альф. Это было намеренное избегание.

Когда он очнулась от комы и лечение было завершено, его поместили в психиатрическую больницу, пациентами которой были только омеги. Врачи были либо бетами, либо омегами.

Кроме того, именно из-за альфы Ын Су поселился в этом районе, где у него было меньше всего напоминаний о прошлом. К тому же Мён Хи советовала этот район, так как альф здесь было меньше всего.

Поэтому феромоны До Квона были для него очень ядовитыми и подавляющими. Почувствовав страх Ын Су, До Квон сделал шаг назад.

-Не уходи. Я не буду подходить к тебе и даже не прикоснусь, если ты этого не хочешь.

-...

-Я просто хотел... Я до сих пор не могу поверить, что ты жив.

Это был странный монолог, в конце которого наступила минута молчания. Только слабая классическая музыка из галереи разносилась вокруг них.

Ын Су смотрел на бледное, осунувшееся лицо До Квона. Он прикусил внутреннюю часть щеки, затем отпустил ее, и его губы скривились.

-Ну тогда, вы достигли своей цели. Как видите, я жив. Хоть у меня здоровье не самое лучшее, но я мог работать на полставки, так что...

-Давай пообедаем.

До Квон повторял слова, как попугай. Ын Су плотно закрыл глаза и покачал головой. С его губ впервые за долгое время чуть не слетело ругательство.

Когда До Квон окликнул его нехарактерно низким голосом, плечи Ын Су затряслись от ярости.

-Ын Су.

-...

-Ты знаешь, я долго искал тебя и проделал весь этот путь, чтобы встретиться с тобой, так что я не могу так просто уйти.

-...

-Подумай, будет лучше продолжать спорить здесь или просто сказать "да", чтобы я поскорее убрался.

Это была сладкая угроза. Ын Су почти всерьёз задумался над его предложением. Его глаза вспхнули. Он посмотрел на До Квона с ненавистью в глазах.

-Вы ужасны...

-Всё в порядке. Если я смогу поесть с тобой, то я готов вести себя ещё более бессовестно.

До Квон, не моргнув глазом, ответил, что сделает и хуже. Ын Су был ошеломлен. Доквон был одержим, особенно когда дело касалось Ын Су. Он давно это знал.

Однако тогда его одержимость не проявлялась в такой резкой

форме, он был гораздо мягче и ласковее, поэтому было очень странно встретиться с ним таким образом.

Тем не менее, До Квон был тем самым До Квоном, который потерял воспоминания, так что в сравнении с ним такое поведение имело смысл.

Ын Су потёр лицо обеими руками. Пока До Квон вёл себя так, у него не было выбора. Возможно, если бы он был сильнее, то применил бы физическую силу, чтобы выгнать этого альфу отсюда. Или, если бы было бы достаточно связей, то вызвал полицию, которая бы вытолкнула его отсюда.

-Обед... В час дня.

-Хорошо, тогда я приду в час дня.

Ын Су холодно кивнул, гадая, скажет ли что-нибудь До Квон. Получив желаемое, До Квон без раздумий направился к двери галереи. Ын Су был готов вздохнуть с облегчением, но вдруг До Квон обернулся и спросил.

-Хочешь что-нибудь съесть?

Губы Ын Су искривились. Какой прекрасный вопрос. Ведь он не мог спокойно поесть в присутствии этого человека и насладиться вкусом.

-Не знаю, можете принести мне что-нибудь от несварения желудка?

С ноткой сарказма произнёс Ын Су. До Квон несколько раз моргнул в оцепенении, а затем кивнул с горькой улыбкой.

-...Хорошо.

И с этими словами он вышел из галереи. Ын Су наблюдал за ним, пока он переходил дорогу и садился в машину. В тот момент, когда он исчез из виду, только тогда Ын Су смог перевести дыхание.

Потом снова вдохнул, и феромоны До Квона проникли в лёгкие. Ын Су прикрыл нос, его феромоны заполнили маленькую галерею.

Плотно закрыв глаза, Ын Су медленно опустился стул.

До Квон припарковал машину прямо перед галереей и все время заглядывал внутрь, заставляя Ын Су чувствовать себя неловко. Затем, сразу после часа дня, он ворвался в галерею.

До Квон стоял в дверях и с волнением смотрел на Ын Су. Он беспокоился, что Ын Су может сорвать их совместный обед.

Ын Су не стал развеивать его опасения. В галерее не было клиентов, поэтому она не спеша осмотрелся, взял ключи и настроил свет.

Побродив немного по помещению, он неторопливо взял пальто и надел его. Плечи До Квон каждый раз вздрагивали. Тем не менее, Ын Су, наблюдая за его реакциями, получал удовольствие. Это было что- то вроде детской мести.

Каждый его жест, каждое слово, каждая интонация напоминали ему самого себя, и на мгновение он посмеялся над собой.

Одетый в пальто Ын Су, посмотрел на свой шарф. Он не планировали идти далеко, поэтому не было смысла его надевать.

Когда он был полностью готов, он прошёл мимо До Квона на выход, тем временем До Квон шагнул перед ним, преграждая путь.

-Надень шарф, на улице холодно.

-...

Ын Су взглянул на До Квона и ничего не говорил. После минутного молчания Ын Су проигнорировал До Квона и продолжил выходить из

галереи.

До Квон на мгновение приподнял бровь, но продолжал следовать за ним. Ын Су закрыл за собой дверь галереи и положил ключ в карман пальто.

До Квон направился к припаркованной машине рядом с галереей. Затем он открыл пассажирскую дверь и стал дожидаться Ын Су. Ын Су на мгновение замер и стоял, не двигаясь и смотря на него.

Глаза До Квон заморгали. Он пытался понять, в чём дело. Но вдруг подумал, что Ын Су, возможно не хотел сидеть с ним или до сих пор боялся ездить на машине. Хотя он же говорил, что травма прошла.

Может, он ещё не до конца вылечился?

Пока До Квон размышлял, Ын Су внезапно повернул в другую сторону. Удивившись, До Квон захлопнул дверь машины и поспешил догнать его.

-Ын Су, куда ты?

-Есть.

При этих словах мрачное лицо До Квона просветлело. Очевидно, у Ын Су был ресторан, в который он хотел пойти. Это была хорошая новость для До Квона. Он ломал голову с раннего утра до часу ночи, но так и не смог придумать место, которое устроило бы Ын Су.

Он мог бы целый день перечислять любимые блюда и рестораны Ын Су. Но все они находились в Сеуле. И он не мог отвезти его туда.

Конечно, было бы здорово, если бы они могли быть подольше вместе, но это было бы невыполнимой задачей. Ведь как только Ын Су поймёт, что его везут в Сеул, то наверняка выбежит из машины, когда машина остановится на светофоре.

Так какие же места есть в Кёгнидо? Ресторан при знаменитом отеле подошёл бы, но как далеко он находится от этого места? Что сегодня были за блюда? Он рылся в телефоне, как сумасшедший.

Однако Ын Су уже выбрал место и даже показал на ресторан рукой.

До Квон почувствовал себя так, словно с его плеч сняли груз.

Ын Су повёл их по незнакомому району. Это был район, где дома стояли рядами и местами были низенькие частные дома, которые выглядели не самым лучшим образом. Ночью было темно, асфальт и тротуары были старыми и потрёпанными, а телефонные столбы пестрели незаконными листовками.

Губы До Квона искривились в усмешке. Зачем его мать привезла Ын Су в такое место? Он знал, что она пыталась скрыть его, но всё это это уже было слишком.

Ын Су вошёл в ресторан, а До Квон быстро огляделся по сторонам, словно был его телохранителем. Он уже собирался последовать за ним, но тут несколько раз моргнул.

Ресторан, который выбрал Ын Су был... Точнее это был ресторан, но не тот, который представлял себе До Квон. Он представлял себе корейский ресторан, где подавали бы мясо, но не такой, где им слишком отчётливо пахнет.

Потёртые деревянные столы. Стулья с порванными кожаными сиденьями. Выцветшая вывеска. Меню с ценами, переписанными несколько раз. Стены, испещренные граффити, повсюду наклейки с надписями [ресторан Amo/ возможна доставка / приветствуются групповые заказы / принимаются платежи по карте]. В воздухе витал запах всевозможной еды.

Здесь было не грязно, но и не чисто. Атмосфера была непривлекательной.

-Добро пожаловать, присаживайтесь там, где вам удобно.

Пожилой и на вид уставший мужчина, поприветствовал их без дежурной улыбки. Здесь была немного странная атмосфера для обеденного перерыва, ведь тарелок было больше, чем самих клиентов. Хозяин складывал пустые тарелки для блюд на широкий серебряный поднос.

Ын Су бродил по залу, пока не заметил пустой столик в углу и не направился к нему. Но До Квон стоял на месте, он был ошарашен.

Ын Су посмотрел на него с раздражением.

-Разве вы не собирались поесть со мной?

-Нет-нет, давай поедим.

Пришедший в себя До Квон бодро зашагал за Ын Су.

Ын Су сделал очень простой заказ. Хозяин ресторанчика кивнул и крикнул «Два!» в сторону кухни. Затем он принёс ведро со льдом и с грохотом раскладывал на столе тарелки и гарниры.

Ын Су взяла со стола железную чашку, а До Квон быстро налил воду в его стакан. Ын Су посмотрел на него, на то, как он наливает воду. Его ресницы были слегка опущены, и альфа подумал, как это красиво. До Квон наливал воду до тех пор, пока она не перелилась через край.

-Ох, прости, выпей это.

Он налил воду в новую чашку и поставил её перед ним. Ын Су тихо вздохнул и взял стакан.

До Квон снова завороженно уставился на него. Он не мог поверить в это. Он не мог поверить в то, что он сидит и ухаживает за ним вот

так, пусть и пришлось прибегнуть к крайним методам, но он всё равно был счастлив.

-Я хотел купить тебе что-нибудь вкусненькое, - пробормотал про себя До Квон.

-Здесь тоже вкусно, - без энтузиазма сказал Ын Су.

До Квон кивнул. Если Ын Су здесь хорошо, значит этого было достаточно. Даже если бы в этом месте подавали бы испорченную еду, всё равно ничего страшного, ведь здесь был он.

До Квон улыбнулся. глаза Ын Су медленно открывались и закрывались, показывая, что ему стало скучно. Затем он протянул свою белую ладонь к нему.

-Отдайте телефон.

Они пришли на обед вместе, и теперь, когда они сидели вот так, лицом к лицу, Ын Су сделал всё, что должен был сделать. Он решил, что пора забрать телефон.

-...

Уголки улыбающегося рта До Квона опустились, и он посмотрел на Ын Су со смесью подозрительности и беспокойства. Нетрудно было понять, что его беспокоит.

-Я не собираюсь уходить. Я заказал еду, поэтому просто так уходить было бы невежливо. Но не думайте, что я проявляю вежливость к вам, я имею в в виду хозяина ресторана.

-...

-Я не сбегу, так что отдайте его. Председатель, наверное, волнуется, и мне нужно ей позвонить.

Ын Су сказал это таким тоном, словно уговаривал ребёнка. Но До Квон не стал так просто терять бдительность. Он облизал пересохшие губы и потянулся в карман за мобильным телефоном Ын Су.

-Я отдам, когда мы закончим... БАБАХ!

Ын Су ударил кулаком по столу. Глухой стук эхом разнёсся по ресторану.

-Ах, блять... Господин До Квон, не вынуждайте людей чувствовать себя плохо, отдайте мне, - прорычал Ын Су сквозь зубы.

Из-за внезапного шума сидящие в зале посетители нахмурились и посмотрели на них. Но ни Ын Су, ни До Квона это не волновало. Ын Су был слишком занят, чтобы беспокоиться о таких вещах, а До Квон был удивлен такой яростью.

Ын Су ахнул и потёр лоб, а затем посмотрел на До Квона холодными глазами.

-Отдайте.

-...

-Быстро.

-...

Кончики пальцев До Квона подёргивались от настойчивости Ын Су.

После минутного колебания он нехотя достал мобильный телефон и протянул его. Если бы он продолжал медлить, то Ын Су просто уйдёт.

До Квон отчётливо вспомнил вчерашние слова Мён Хи.

"Он мог ударить себя ножом в шею, спрыгнуть с большой высоты или прыгнуть под движущуюся машину.

Эти слова напугали бы даже самого бесстрашного человека в мире, такого как До Квон. Он боялся, что это подобное может произойти в любой момент.

Ын Су быстро взял телефон и стал писать сообщение. До Квон нахмурил брови, пытаясь понять, что же он так сосредоточенно пишет. Это позволило До Квону более открыто взглянуть на Ын Су.

Время и пространство снова ускользали от него, когда он разглядывал мягкие брови Ын Су, ресницы, кожу, которая была почему-то белее, чем раньше, пухлые губы, тонкую линию челюсти и красноватые мочки ушей.

Не задумываясь, он погладил карман своего пальто. Это был не тот карман, где совсем недавно лежал мобильный телефон Ын Су. Он потрогал квадратный мобильный телефон. Это был не его, а телефон с копией данными телефона Ын Су.

Это было первое, что он сделал, придя вчера на работу.Он скопировал все данные мобильного телефона Ын Су. Он мог в любой момент отследить его местоположение, а также просмотреть сообщения.

Периодически вибрации указывали на то, что кто-то ответил на его сообщения. Как только он попрощается с Ын Су, то узнает, какое и кому сообщение он отправил.

До Квон провёл языком по нёбу.

Как раз в это время принесли еду. Пожилой мужчина поставил два квадратных серебряных подноса: один - перед Ын Су, другой - перед До Квоном.

Блюда были неплохими. Нет, даже отличными. Мягкое тушеное мясо с тофу в глиняном горшочке, и жареное яйцо. Было три вида

кимчи, в том числе салат из огурцов и грибов, капуста и редис, а также тарелка фасоли с ломтиками рыбы.

Закончив писать сообщение, Ын Су потянулся рукой, чтобы положить телефон на стол. Он взглянул на До Квон и тут же убрал телефон в карман пальто. Он опасался, что До Квон сможет снова забрать его телефон.

До Квону показалось это мило, поэтому он сжал своё бедро, чтобы подавить смешок.

Они вдвоём, точнее, Ын Су принялись за еду. До Квон увлечённо наблюдал за Ын Су.

Ын Су всегда ел медленно. Он тщательно пережёвывал рис, а иногда зачёрпывал гарнир. Поскольку он не мог есть горячую пищу, то ставил тофу или мясо на тарелочку перед собой и дул на них.

До Квон потёр грудь, пока этого не видел Ын Су. Это было трогательно. Ын Су как обычно ел, но альфа был тронут, словно увидел одну из самых замечательных опер с пронзительным

повествованием, словно своими глазами наблюдал за сотворением мира.

Наблюдая за ним, смех, который он сдерживал вырвался наружу.

Пока До Квон посмеивался и улыбался, Ын Су посмотрел на него как на сумасшедшего. До Квон быстро прикрыл рот рукой.

-Прости... Я до сих пор не могу поверить, что ты жив...

-...

-Возможно, тебе это и не нравится, но я так счастлив, Ын Су.

-...

Ын Су ничего не ответил, а просто продолжал есть. Он аккуратно ел рис ложкой, зачёрпывая остывший тофу и бобовую пасту.

До Квон посмотрел на Ын Су и стал рассказывать о своих буднях, о которых никто даже не спрашивал. Словно он вернулся в тот момент, когда стоял над надгробием Ын Су и говорил, не дожидаясь ответов, это вошло в привычку.

-Не могу поверить, что я ем с тобой вот так... В обычной ситуации я бы пахал до субботы.

-...

-Ах, суббота - это день, когда я приходил к тебе. Ты... Был похоронен... Поэтому я навещал тебя в дендрарии.

На этом движение столовых приборов Ын Су остановились. Но лишь на мгновение. Ын Су продолжал есть, как будто ничего не слышал.

-Я ходил туда каждую неделю и приносил пончики.

-...

-Помнишь то кафе с пончиками рядом с работой? Я покупал твои любимые.

-...

-Я приносил пончики, менял цветы, собирал листья и...

-И что? Если кто-нибудь послушает, скажет, что я заставил вас этим заниматься. Вы таким образом извиняетесь?

Ын Су бросил ложку на стол. Плечи До Квона вздрогнули, он совсем не ожидал такой реакции и был растерян.

-Нет, дело не в этом...

-Вы взяли с собой лекарство от несварения?

-А? Да... Вот.

До Квон достал баночку из кармана пальто. Он купил таблетки и даже в виде напитков. Это расстраивало, но он не мог отказаться от обеда и общения с Ын Су, поэтому купил всевозможные лекарства.

Он не хотел, чтобы он заболел.

Ын Су взял лекарство и открыл крышку, но До Квон остановил его.

-Доешь... Ты даже половины не съел.

-Если я и буду есть понемногу, меня всё равно, кажется, вырвет. Ын Су сказал это, нахмурив брови. До Квон опустил голову,

чувствуя себя виноватым.

-Прости, просто я внезапно это вспомнил... И я не хотел доставлять тебе неудобства. Я больше не буду разговаривать.

-...

Ын Су посмотрел на До Квона своими усталыми глазами и снова

взял ложку. До Квон тоже взял в руки столовые приборы.

Как и надеялся Ын Су, трапеза продолжилась в тишине. До Квон молчаливо следил за каждым его движением, тем временем Ын Су опустил голову над тарелкой и даже не смотрел в сторону До Квона.

Только через несколько минут До Квон наконец поймал взгляд Ын

Су. Он не мог не заметить, что он будто бы хотел что-то сказать, поэтому он сделал выражение лица, как бы спрашивая, в чём дело? До Квон едва получив право говорить, быстро открыл рот.

-Почему ты не ешь рыбу? Ты же её любишь.

До Квон подбородком указал на жареную рыбу перед Ын Су. Рыба, к которой не прикасались за время трапезы выглядела идеально. Он знал Ын Су слишком хорошо, он бы сразу же схватился за неё, как только её бы подали на стол и отправил в рот вместе с другими гарнирами. Что-то тут было не так.

Он бы мог и сам всё сделать и положить перед ним необходимые столовые приборы, но сегодня он не мог этого сделать, потому что Ын Су был слишком резким.

-...

Ын Су уставился на жаренную рыбу. Затем он медленно взял палочки. Блестящие кончики палочек глубоко вонзились в рыбью плоть. Ын Су приподнял палочки, но так как палочки выскальзывали из его рук, кончики снова вонзились в плоть.

Ын Су нервно поджал губы. На этот раз он сосредоточенно двигал палочками, чем до этого. Но его пальцы продолжали выскальзывать. Несколько раз поправив пальцы, и взяв рыбу палочками, он наконец её поднял.

Лязг. Палочки с грохотом упали на пол и стол.

-...

В глазах Ын Су мелькнула паника.

-...

До Квон с подозрением посмотрел на него.

Ын Су был странным. Точнее у него была странная реакция на палочки для еды. Он раньше не замечал этого раньше, но сейчас всё было как-то слишком наглядно видно...

До Квон внимательно наблюдал за Ын Су, а тот подобрал упавшие палочки с пола и положил их в центре стола. Затем он достал чистую пару палочек и попытался продолжить есть как ни в чём не бывало.

Но До Квон не унимался и схватил руку Ын Су. Тот скорчил странную гримасу и попытался отдёрнуть руку, но он не мог преодолеть его силу.

В итоге его рука оказалась у него перед носом. Рукав свитера сполз вниз, обнажив худое запястье, где были виден толстый шрам.

До Квон потрясённо смотрел. Ему был знаком этот шрам. Крупный осколок стекла, вонзившийся в запястье Ын Су. Струя крови, а также капли, падающие словно дождь. И пол, на котором была лужа крови.

Ужасная сцена, что была замылена временем, всплыла перед его глазами.

Пока До Квон смотрел в оцепенении, Ын Су отдёрнул запястье. До Квон медленно перевёл взгляд на Ын Су, тот негромко сказал.

-У меня проблемы с палочками для еды.

-...

-Я не могу ими пользоваться.

-...

-Ничего необычного, просто из-за того, что порезал себе запястье.

Ын Су был слишком спокойным. Он выглядел так, будто ему было всё равно и ничего страшного не произошло. То, как он ел и говорил сейчас не были видны отголоски ни сожалений, ни боли.

До Квон то и дело поглядывал то на лицо Ын Су, то на его запястье, которое было спрятано рукавом. Шрама уже не было видно, но он всё ещё был перед его глазами. Он был еле заметным, но не настолько, что его было невозможно увидеть.

Но было кое-что странное. Шрам...

-Шрам... Он не единственный...

Он был не единственным. За большим шрамом виднелись более мелкие шрамы. Они были еле заметными.

Насколько До Квон помнил, Ын Су порезал вены всего один раз в тот день в больничной палате. В глазах До Квона мелькнуло замешательство. В этот момент Ын Су зачерпнул ложкой рис и сказал.

-А... Я всё время хотел умереть. Бом-и... ждёт меня, поэтому меня здесь не должно быть. Я был так нетерпелив.

-Ын Су...

-В больнице были запрещены острые предметы, потому что я уже резал себе вены. Я попытался порезать вены тупыми ножницами, которые случайно нашёл, но всё было бесполезно. Наверное, надо было воткнуть, а не резать.

Его голос был нехарактерно спокойным. Но было ощутимо, как он испытывал отчаяние и печаль в этот момент.

До Квон отчётливо себе представил, как он бегал по больничной палате в поиске острого предмета, пытается перерезать тупыми ножницами и огорчается, что ничего не получается.

Ын Су был человеком, которого мучило чувство вины за то, что позволил Бом-и умереть в одиночестве. Он был человеком, что отчаянно жаждал смерти и потерял эмоции до такой степени, что мог бесстрастно говорить о своей болезни.

Бом-и. Имя, которое До Квон не забывал, но не мог заставить себя произнести его, потому что повторять его было больно.

До Квон чувствовал, что умрёт сейчас без позволения Ын Су или от удушья, хотя для этого не было предпринято никаких действий. Услышав имя, о котором он так старался не думать, из уст Ын Су, а не кого-то другого, он почувствовал себя ужасно.

"Бом-и. Моя дочь. Наша дочь. Дочь, которая умерла из-за меня. Моя дочь, которую я не мог назвать по имени больше нескольких раз."

Глаза До Квона защипало, его дыхание было прерывистым. Вдохи получались рванными, как будто язычок провалился в горло, заставляя задохнуться.

-Ын Су...

-...

-Ын Су, прости меня.

-...

-Хмф... Прости, что о-оставил тебя одного...

"Это я был виноват, в том, что с Бом-и произошло такое, что Ын Су так отчаянно жаждал смерти. Это я заставил его нести эту боль и печаль в одиночестве. Я чувствовал себя ужасно виноватым".

Он не знал этих подробностей и продолжал сидеть на кладбище на

могиле Ын Су, ведя с самим собой разговор. Он бессовестно дышал всё это время, сам того не зная.

Он не должен был так жить, он должен был умереть, а они жить другой жизнью.

Глаза До Квона опустились. Его грех лёг тяжелым грузом на всё его тело, заставляя плечи затрястись. По щекам покатились крупные слёзы.

Тем временем Ын Су с пустым взглядом ел свою еду. Это была еда, в которой не чувствовался вкус.

Ын Су и До Квон закончив с едой, вернулись в галерею. Ын Су с бесстрастным лицом открыл дверь галереи. До Квон подошёл к нему и поджал губы.

-Прости, из-за меня ты не смог поесть нормально.

-Ничего страшного, - ответил бесстрастно Ын Су.

По нему было сложно сказать, что он находился в плохом настроении, но это всё равно не давало покоя До Квону. Ын Су открыв дверь, стал заходить внутрь, но До Квон попытался остановить его словами.

-В следующий раз...

-Следующего раза не будет.

Ын Су резко прервал До Квона на полуслове, его тон был холодным. До Квон почувствовал, как его сердце рассыпается на кусочки. Ын Су смотрел на него холодными глазами.

-Мне некомфортно видеться с вами.

-Ын Су...

-Нет, не просто некомфортно, а больно. Очень больно. Думаю, если я продолжу в том же духе, мне снова будут сниться кошмары.

-...

Рот До Квона сжался в одну линию. Он не знал, что сказать. Хоть и Ын Су был больше не тем, что раньше, он всё равно нравился ему.

Он скучал по нему так, что думал умрёт, если не сможет его увидеть ещё раз. Он бы мог сказать, чтобы тот потерпел и продолжать навязывать своё общество.

Тем не менее, он не хотел, чтобы Ын Су возненавидел его за то, что он ведёт себя настолько недобросовестно.

Ын Су тихо вздохнул, глядя на мрачное лицо До Квона. Он продолжал своим тихим и характерно мягким голосом резать ножом

по его сердцу словами.

-Не думаю, что вам тоже приятны эти встречи, по крайне мере, прошлому До Квону это точно было не по душе.

-...

-Вот почему нам нужно прекратить видеться. Сегодняшний день был исключением.

-Тогда я...

-Да, вы потеряли воспоминания, но... Ту боль, которую я испытывал тогда было невозможно пережить. К тому же, что сейчас, что тогда - вы один и тот же человек.

-...

-Я любил вас обоих.

Уголки глаз Ын Су, которые всё это время были спокойны, покраснели. На него с новой силой нахлынули уже потрёпанные воспоминания, которые он так старался забыть: его ужасные слова, поступки, холодный взгляд.

Ын Су потёр тыльную сторону ладони. "Не думай об этом". Он не должен об этом думать. Пришло время забыть, он должен был забыть.

Пока Ын Су пытался отогнать от себя остатки прошлого, его зубы скрипнули. До Квон сделал шаг навстречу. Поскольку его шаги были широкими, они мгновенно оказались к друг другу близко настолько, что дыхание До Квона защекотало лоб Ын Су.

-Ын Су, просто дай мне шанс, всего один шанс. Дай мне шанс исправиться, пожалуйста.

Это была отчаянная мольба. Однако на каменном лице Ын Су не дрогнул ни один мускул, он холодно посмотрел на До Квона.

-Если вы хотите извиниться, то... Больше никогда не появляйтесь передо мной.

-...

-Я действительно устал от вас. Я не хочу жить под другим именем, чтобы скрываться от вас. И уж тем более не хочу, чтобы вы появлялись в моей жизни, когда я едва свожу концы с концами. Это слишком невыносимо.

-...

-Я живу, потому что не могу умереть. И продолжаю посещать больницу, чтобы продержаться как можно дольше.

-...

-Но всё теряет смысл, когда вы находитесь рядом.

Его лицо исказилось. Бремя было слишком тяжелым на его плечах.

Он терпел это снова и снова. До Квон пришёл сюда, ни о чём не зная, и суя свой нос, куда не надо. Ын Су отдал слишком многое, чтобы оказаться сейчас в этом месте.

Ын Су прочистил горло, стараясь не обращать внимания на щекотку на запястье. До Квон осторожно обхватил рукой его локоть.

-Разве ты не можешь позволить мне всё сделать для тебя? Не надо прятаться, лучше живи в хорошем месте, смотри только на красивые вещи и ешь вкусную еду. Ын Су, просто воспользуйся мной. Нет ничего, чего бы я не мог сделать для тебя.

При этих словах брови Ын Су нахмурились. Он со всей силы отдёрнул руку и уставился на него глазами, полными гнева и отвращения.

-Вы понимаете о чём говорите?! Из-за своей дырки в голове, вы сами поставили точку!

-Ын Су...?

-Вы постоянно называли меня ничтожной и отвратительной омегой!

-Нет-нет, Ын Су.

До Квон старался отрицать это. "Ничтожная и отвратительная омега" эти слова невозможно было поставить в одно предложения с именем Ын Су. Он знал, что говорил это однажды. Но он больше никогда не собирался этого делать вновь.

Как и сказал Ын Су, тот До Квон с дыркой в голове был полным идиотом. Но сейчас он был прежним Со До Квоном, который любил его.

До Квон был расстроен. Хоть он и прекрасно понимал, за что его ненавидят, но он хотел, чтобы Ын Су понимал эту разницу. Ведь в

прошлом он был совсем другим человеком, не помнящий всех обстоятельств.

Он не просил прощения, а просто умолял дать ему шанс. Шанс доказать свою искреннюю любовь.

-Нет... Ын Су, этого больше не повторится.

До Квон потрясённо покачал головой, на что Ын Су хмыкнул.

-Блять... Знаете, что вы мне сказали, когда я рыдал и умолял вас выслушать о произошедшем в отеле в тот день? Я хотел донести, что всё это было недоразумением и что подобного больше никогда не повторится. И тогда вы сказали...

-...

-"Хаа... Я не понимаю, почему должен это слушать".

Ын Су начал подрожать голосу До Квона, и цвет лица До Квона мгновенно побелел. Он попятился назад, но Ын Су схватил его за запястье. Хватка была не очень сильной, но она была словно петля, что затягивалась на его шее.

-...Ын Су.

До Квон дрожащим голосом позвал Ын Су, но тот не слышал его от слова совсем. Он продолжал говорить слова, что были произнесены в прошлом. Он удерживаал До Квона от побега и припоминал всего его грехи.

-"В будущем подобное может произойти сколько угодно раз.

Почему ты так уверен, что этого не случится? Ведь это уже произошло."

-....

Рот До Квона приоткрылся, но из него не вылетали слова.

Воспоминания о прошлом падали на него и разбивались на миллион осколков, которые пронзали его сердце и каждый миллиметр плоти.

"У нас ничего не было, н-ничего не было! Я кричал тому ублюдку, что я беременный и умолял остановиться! Я сидел под столом и умолял! Знаешь, каково мне было страшно?!"

Голос Ын Су, в котором слышалось разочарование. "...Я говорю правду, между нами ничего не было."

Дрожащий голос Ын Су, готовый сорваться вот-вот на плачь. "Неважно, что пускаю слюни, раздеваюсь или ещё что-то в вашем

присутствии. Однако здесь есть разница. Подобное я могу делать только перед господином До Квоном, но не перед другими. Это единственное, что имеет значение."

Голос Ын Су, говоривший о слепой любви. Все его голоса перемешивались и словно град, обрушился на голову До Квона. Глаза

До Квона стали пустыми. Он не забывал об этом. Это было воспоминание, которое он пытался игнорировать.

Но вспомнив об этом сейчас, его сердце, казалось, было готово взорваться на кусочки. Он представил себе, что Ын Су чувствовал в те моменты.

Пока До Квон смотрел пустыми глазами в одну точку. Ын Су прошептал последние слова.

-Ты просто омега, это вся твоя сущность.

-...

От этих слов у До Квона перехватило дыхание. Казалось, мир остановился. Стрелы, которые он выпустил в Ын Су, вернулись в виде пушечного ядра, которое разнесло его тело на части, оторвав руки и ноги.

Пока До Квон пытался вылезти из этого шквала нахлынувшей печали, тело Ын Су начало сильно дрожать. Его конвульсии были настолько сильными, что было легко это заметить. Его лицо, покрасневшее от холода, побелело, а глаза потемнели настолько, что сквозь них не пробивалось ни единого лучика света. Зрачки расширились.

Ын Су, вспомнив слова До Квона, снова погрузился в яму прошлого, которое он так старался тщательно избегать. Он ничего не мог с собой поделать, чувствуя, как призраки прошлого тянули его за конечности в эту яму.

Он вспомнил сумасшедшего Сон Хона. Кровь. Машина, что мигала фарами. Холодное выражение лица До Квона, и... Бом-и. Бом-и. Бом- и. Его нерождённая дочь. Дочь, которую он бросил в одиночестве.

Дочь, которую он убил собственными руками.

Всё это душило Ын Су.

-Хык...

Ын Су наклонился вперёд, его колени подкосились, а тело задрожало сильнее. Встревоженный До Квон бросился к нему.

-Ын Су!

-Угх...

-В чём дело? Что с тобой? Плохо себя чувствуешь? Нам нужно в больницу!

До Квон осмотрел всё тело Ын Су. Но было заметно, что его тело было в порядке, тогда в чём дело? Стиснув зубы, он погладил его по щеки. Глаза Ын Су, полные слёз, открылись. Уголки его глаз были красными, дыхание неровным.

До Квон пошарил в кармане пальто, пытаясь найти телефон, чтобы вызвать скорую помощь.

-...Господин До Квон, - тихим голосом позвал его Ын Су.

-Да. Я здесь.

До Квон быстро взглянул на Ын Су. Ын Су накрыл его ладонь, что гладила его щёку и умоляюще произнёс.

-Пожалуйста, больше не приходите...

-...

-Я больше не хочу вас видеть...

"Это так больно, что я хочу умереть". Слова, что прозвучали тихо, были наполнены горечью. Это была отчаянная мольба. Ын Су действительно страдал из-за него.

До Квон не мог отказать ему в этом. Он подумал, что если продолжит и дальше стоять на своём, то Ын Су может действительно умереть.

Убегая, оставив позади себя Ын Су, он подумал о том, что лучше бы так и продолжал оставаться в неведении о его фальшивой смерти.

Владелец галереи любит картины, но никогда не интересовался галереями. Он открыл эту галерею, чтобы потом прийти со своими друзьями и заявить: "Это моя галерея".

После переезда Ын Су в галерею искали работников на полставки. В объявлении говорилось о том, что они ищут с опытом работы, но на деле всё было совсем иначе.

Собеседование тоже было выполнено на "тяп-ляп". Владелец галереи быстро просмотрел резюме Ын Су и сказал:"О, вы учились в европейском университете". И тут же взял его на работу. Та встреча была для них последней.

Эта была работа с минимальной зарплатой, в неё не входила компенсация за еду и чего-то ещё, но Ын Су было всё равно, ведь он начал работать не для того, чтобы зарабатывать деньги. Его врач, с которым он видится постоянно, говорил, чтобы он нашёл работу и часто выбирался наружу. В тот момент Ын Су задумался, как поступить, но вдруг наткнулся на объявление о работе.

Это была комфортная работа для Ын Су. Ему не нужно было учиться чему-то новому, редко общался с людьми. Да и его мало кто беспокоил ненужными разговорами, поскольку это была картинная галерея.

Самое приятное было то, что его начальник не особо-то и интересовался делами галереи. Возможно, он бы даже не заметил, что Ын Су не приходил на работу целую неделю.

Тем не менее Ын Су каждый день ходил на работу и проводил

время в окружении картин, потому что так он чувствовал себя намного лучше.

Ему нравилось мягкое золотистое сияние галереи, классическая музыка, которая проигрывалась с случайных сайтах, картины, которыми он мог частенько любоваться, и безмятежная тишина, когда не было посетителей.

Ын Су любовался картинами, наблюдал за посетителями, иногда пил кофе и читал книги, а когда ему становилось скучно расставлял картины в хранилище, полировал светильники или делал уборку.

Сегодня он сидел в углу и пытался настроиться на чтении книги, но смотреть на аккуратно написанные слова было как-то по- особенному странно.

Ын Су медленно перелистывал страниц книги одну за другой. В его кармане завибрировал телефон, и он достал его.

[Председатель].

Это была Мён Хи. Сделав короткий глубокий вдох, Ын Су нажал на кнопку принятия вызова.

-Да, председатель. "Привет, Ын Су, ты поел?"

-Да, я пообедал, а вы? "Да".

-Хорошо... " "

После короткого приветствия наступило молчание. Мён Хи хоть и

позвонила, но никак не решалась начать разговор, а Ын Су просто ждал, пока она скажет хоть слово. Сколько же времени это длилось? В трубке раздался вдох, и вскоре Мён Хи тяжёлым голосом позвала Ын Су.

"Ын Су?"

-Что?

"До Квон... он там?"

-...

Это был ожидаемый вопрос. Ын Су поджал губы, затем захлопнул книгу и посмотрел в окно. На пешеходном переходе стоял роскошный седан.

Там находился До Квон уже три дня. Когда Ын Су приезжал на работу, то и он появлялся ранним утром и наблюдал за ним издалека, пока он не закончит с работой. Хоть и Ын Су просил больше не показываться ему, До Квон делал же всё возможное, чтобы хоть немного увидеться с ним.

Ын Су тяжело вздохнул, его голова раскалывалась.

-Здесь.

"Этот убл... Нет, До Квон не берёт трубку".

-Ах...

"Я надеюсь, он ничего странного не творит".

-Нет, он держится подальше.

Ын Су прищурился, глядя на машину. "Чем, чёрт возьми, он занимается весь день в этой тонированной машише? Здесь ничего не происходит, так на что смотреть?"

Ын Су опустил голову, в это время Мён Хи нашла в себе силы, чтобы сказать следующее.

"Я пришлю кого-нибудь прямо сейчас, если он доставляет тебе неудобства. Они схватят его и притащат за шкирку обратно в компанию".

-Не думаю, что это сработает. Он хоть и уйдёт сегодня, но завтра снова вернётся.

"Тогда... Что делать с ним? Я знаю, что ты только устроился на новую работу, и он продолжает тебя доставать. Я говорила ему, что уволю из компании, ругалась и кричала, но всё бесполезно".

-...

Ын Су сухо потёр лицо. Он ненавидел это. Его раздражало это. Это было легко сказать, чем сделать. Даже если у Мён Хи найдутся люди, которые бы не пускали его сюда, он всё равно будет продолжать стоять на своём. А Ын Су не хотелось этих разборок. Ведь он и так чувствовал себя чужим в этом мире, ему казалось, что нигде ему не было места. Будто он находился на чужбине.

Ын Су снова глубоко вздохнул. Мён Хи вдруг спросила. "...Ты ненавидишь До Квона?"

-...

-Прости, Ын Су. Я неправильно его воспитала...

Мён Хи искренне винила себя. Тем временем Ын Су медленно открывал и закрывал глаза. С другой стороны, она извинялась искренне за тем, что не могла контролировать собственного сына, но слушать всё это было неприятно.

Ему было жаль, что Мён Хи устраняла все эти заботы, ведь в конце концов она не была виновата в том, что До Квон преследовал его.

Пускай она не очень хорошо воспитала До Квона, или делала что-то не очень хорошее за его спиной, всё это неблагоприятное стечение обстоятельств, за которое ей не нужно было извиняться.

Ведь для неё всегда было приоритетом безопасность и

благополучие Ын Су, и именно, поэтому это его беспокоило.

-Председатель, я отправлю господина До Квона обратно. Так что не беспокойтесь так сильно о...

"Мне жаль, дорогой".

Ын Су снова попытался отговорить её от извинений и завершил разговор. Он положил телефон на стол и снова взял в руки книгу. Но слова как будто на зло не читались.

-Ха...

Ын Су откинулся на сиденье. "Я отправлю господина До Квона обратно", слова которые он сказал секунду назад. Почему он вообще так сказал? Ему следовало холодно согласиться с тем, чтобы Мён Хи взяла на себя эту ответственность. Как он вообще сможет это сделать?

Ын Су, который долго смотрел в одну точку, заставил себя встать с места.

Стоя перед пешеходным переходом, Ын Су выдавил из себя белую струйку пара. Его взгляд был прикован к машине До Квона.

Возможно, он тоже смотрел на него.

Вскоре на светофоре загорелся зелёный свет. С решительным выражением лица Ын Су перешёл улицу и направился прямо к машине До Квона. Шаг, затем два шага, чем ближе он подходил, тем сильнее колотилось его сердце. Ын Су сжимал и разжимал руки в карманах пальто, пытаясь успокоить колотящееся сердце.

Наконец Ын Су подошёл к машине До Квона. Дверь открылась и из неё вышел альфа.

-Ын-Ын Су.

До Квон выглядел слегка озадаченным. Он не думал, что Ын Су вот так подойдёт к нему, ведь все эти дни он просто приезжал сюда, но тот делал вид, что не замечает его. А может, он просто позволил ему это делать? В тот момент До Квон так подумал.

Но тут неожиданно появился Ын Су. Для До Квона это был скорее знак тревоги, чем радость. Ничего хорошего из уст Ын Су не может прозвучать.

До Квон смотрел на Ын Су, как отруганный ребёнок. Его широкие плечи ссутулились, а брови слегка нахмурились, он ждал наказания от Ын Су.

-Председатель хочет, чтобы вы ответили на звонок.

-Ох...

-Делайте, что должны, и не мешайте мне.

-Да... Прости.

До Квон быстро кивнул. Он оставил телефон дома, чтобы его не смог отследить секретарь Чон, а следовательно, раз он не мог найти, то Мён Хи связалась с Ын Су.

После кивка До Квона наступило молчание. Ын Су тяжко вздохнул: "Ха...". Из его рта вырвался белый пар. В глазах До Квона внезапно появилось беспокойство.

-Ын Су, на улице холодно... Если... Если тебе есть, что ещё сказать, может, лучше сядешь в машину?

До Квон быстро открыл пассажирскую дверь. Ын Су уставился на него. Точнее смотрел на него с негодованием.

-Вы собираетесь остаться здесь?

-Тебе это не нравится...? Я же просто нахожусь здесь и не приближаюсь.

"Мне пришлось пойти хотя бы на это" - пробормотал До Квона с расстроенным выражением лица, а Ын Су устало потёр лицо. При виде этого у До Квона встал ком в горле, он боялся, что Ын Су скажет ему проваливать, потому что не хочет видеть его рядом.

-Могу ли я сделать хотя бы это? - нервно спросил До Квон. Ын Су уставился на него, словно спрашивал: "Хотя бы это?".

-Ха... Возвращайтесь в Сеул и продолжайте работать.

-Работать? Я работаю, - До Квон сказал это уверенным тоном.

Хоть и должность обязывала его работать, он продолжал усердно трудиться. Он уделял внимание новому бизнесу, который создавал, и продолжал делать дела здесь.

-Когда?

-Ночью, после того как ты уходишь с работы.

-А спите вы когда?

-Насчёт этого...

-Что?

-...Иногда.

До Квон отвёл глаза. Лицо Ын Су странным образом исказилось.

Он никогда не видел нечто подобное. "Это по-твоему хорошо что

ли?". Видимо, спал он редко, возможно, раз в два дня? Или раз в три дня?

-Кто, чёрт возьми, так делает?! -громко крикнул Ын Су.

Плечи До Квон вздрогнули, и Ын Су фыркнул и посмотрел на него.

Он не мог понять, что творилось в его головушке.

"Что, чёрт возьми, измениться от этого? Если он будет наблюдать за мной вот так, то мир изменится что ли? Или это повернёт время вспять? Я не могу понять, с чего бы вдруг ему сторожить эту галерею и день, и ночь".

Ын Су задумался над тем, как бы его убедить вернуться в Сеул.

Внезапно До Квон рассмеялся. Ын Су посмотрел на него с недоумением.

-Почему вы смеётесь?

-Эм... Потому что мне это нравится...

-...Нравится? Что нравится?

-Я даже и не думал, что смогу услышать твой голос, но вот вдруг сейчас...

-...

Губы Ын Су сжались в одну линию. Уголки рта До Квона, напротив, дёрнулись вверх. Если бы не его аккуратно зачёсанные волосы назад и костюм с галстуком, можно было бы подумать, что этому человеку точно надо в психушку.

Нет... Раз он здесь торчит целыми днями, то почему на нём вообще надет костюм?

Пока Ын Су всё сильнее морщил лоб от нахлынувших вопросов. До Квон, закрывший пассажирскую дверь, сделал шаб ближе.

Внезапно расстояние между ними сократилось. Ын Су хотелось сбежать, ведь стоя так к нему близко, было трудно и больно улавливать запах его феромонов.

-Ын Су, я сделаю всё, что в моих силах... И моя мать больше не побеспокоит тебя.

-...

-Так что... Могу ли я просто смотреть на тебя здесь, на этом месте, как и делал последние несколько дней?

-...

Ын Су посмотрел на До Квона с каменным лицом. До Квон тоже смотрел на него, не отводя взгляд.

-Я не разговариваю с тобой, не появляюсь перед тобой. Разве я не могу просто наблюдать за тобой с такого расстояния, как ты любуешься картинками, пьёшь кофе и читаешь книги?

-...

-Я знаю, что это жутко, и тебе это не нравится. Но я чувствую, что умру, если не сделаю этого.

-...

-Я скучаю по тебе. И хоть даже я наблюдаю за тобой не с близкого расстояния, мне горько, что я не могу увидеть, например, как ты просыпаешься и чем ты занимаешься после работы.

-...

Ын Су прикусил внутреннюю сторону щеки от таких слов. До Квон был ужасно властным человеком. И он всегда им был. Он никогда не скрывал своих чувств. Не в силах сдерживать свою любовь, он всегда выплёскивал её на Ын Су. Его жизнь всегда вращалась вокруг Ын Су.

Ын Су стало неловко от такого, они уже давно отвык от такой динамики, поэтому сделал шаг назад. Но До Квон быстро догнал его.

-Мне недостаточно этого, Ын Су. Я хочу обнять тебя...

Прикоснуться...

-Хватит! Всё! Достаточно! Сидите здесь, сколько вам угодно, председатель переживает за вас.

-Правда? Я могу оставаться здесь?

-Разве если я скажу, чтобы вы не приходили сюда, то что-то изменится? Вы делаете всё на своё усмотрение. Так что приходите вот сюда, работайте, и хотя бы ешьте и спите.

-Хорошо. Если я всё это буду делать, то смог прийти сюда... верно?

- снова спросил До Квон.

Ын Су неохотно кивнул, и в этот момент на лице До Квона расцвела яркая улыбка, она была ослепительной и невинной, что даже Ын Су на мгновение потерял дар речи.

После неловкого молчания Ын Су быстро отвёл взгляд.

"Нет-нет. Я не должен был этого делать. Мне нельзя связываться с До Квоном. Я должен уйти, и пускай, теперь Мён Хи заботиться об этом. На этот раз нужно спрятаться в более отдалённом месте. Нужно уехать за границу, сменить имя, мобильный телефон. Буквально всё нужно сменить, чтобы он больше не смог меня найти. Я не хочу, чтобы мы продолжали видеться".

Ын Су заскрежетал зубами и стал уходить от До Квона.

-Ын Су.

До Квон окликнул Ын су своим характерным низким и ласковым голосом. Тот замер на месте, но не стал оборачиваться. До Квон погладил его по затылку.

-Спасибо.

-...

-До завтра.

Ын Су плотно закрыл глаза. До Квон слегка ссутулился. Как же, блять, трогательно.

Часть 13. Пропасть между нами

С того дня утренние приходы До Квона прекратились, и он стал

появляться уже после обеда. Конечно же, это наступило мгновенно, чего совсем не ожидал Ын Су.

Хоть он и велел ему поработать, поспать и поесть перед тем, как приехать сюда. Он всё равно недоумевал, как ему удавалось закончить работу так рано. Возможно, он начинал работать в четыре часа утра? Он не знал этого точно, но однозначно понимал, что его подчинённым наверняка было сейчас нелегко.

Остаток дня проходил как обычно. Ын Су работал в галерее, а До Квон, обладающий полноценным правом, наблюдал за ним из переулка напротив. Ын Су старался не замечать его присутствия, а когда уходил с работы, исчезал, не удостоив его и в взглядом.

Ын Су невольно приспособился к этому присутствию.

Сегодня Ын Су читал книгу в галерее, как вдруг услышал, как в окно затарабанили капли дождя. На этот шум он поднял голову.

Моросил мелкий дождь. Сначала он был настолько мелким, что лишь слегка размывало окно, но постепенно становился чуть более сильным. А с улицы доносился гулкий шум ветра.

-...Дождь пошёл, - пробормотал Ын Су ленивым голосом. Его губы сжались в одну линию, на его лице было заметно разочарование.

Зимой погода была всегда переменчивой. Ын Су даже не взял с собой зонтик, хотя небо было пасмурным. Да и он не чувствовал в этом необходимости, поскольку галерея находилась всего в 10 минутах ходьбы от него. К тому же сейчас была холодная зима, и он ожидал снега, а не ливня.

Ын Су быстро проверил время на телефоне, уже пора было уходить с работы.

-Хмм...

Если он пойдёт сейчас домой, то однозначно промокнет, а ему не хотелось этого. Зимний дождь, наверняка, холодный, а ему и так

нездоровилось поэтому он мог бы сильно заболеть. А ближайший магазин, где можно было купить зонтик, находился через дорогу.

Ын Су захлопнул книгу, которую читал и вспомнил, как сегодня утром убирался в кладовке галереи. Однако когда он наводил порядок в кладовке, то не смог найти зонтика.

Ын Су фыркнул.

Стоит ли ему подождать, пока дождь немного утихнет, или просто побежать домой, как в старые добрые времена, а по пути заскочить в ближайший магазин?

Размышляя над выбором, Ын Су привёл в порядок галерею и натянул пальто. Оборачивая вокруг себя тёплый шарф, он тяжело вздохнул, глядя на улицу.

На улице, должно быть, холодно. А под дождём будет ещё холоднее. Он ненавидел холод и уж тем более болеть. Его тошнило от больниц и лекарств. Если его ещё раз госпитализируют, то уж лучше повеситься.

Ын Су выключил свет в галере и уставился в темень перед собой.

Перед галерей маячила большая тень.

Это был До Квон.

-...

Ын Су приподнял брови, увидев неожиданно его перед собой. Он не мог удивиться, поскольку это был первый раз, когда они увиделись после того разговора, который состоял несколько недель назад.

До Квон всегда придерживался намеченной линии.

Он не появлялся перед Ын Су, не разговаривал с ним и делал всё, что он ему велел: работал, ел и спал. К тому же от Мён Хи не было никаких вестей, так что, похоже, всё было хорошо. Поэтому его появление было очень неожиданным.

До Квон не стал заходить в галерею, а просто стоял перед ней, ожидая разрешения Ын Су.

Ын Су поджал нижнюю губу и наполовину высунулся из галереи. Перед галереей был небольшой навес, так что если стоять боком, то можно было укрыться от дождя. Приглушенный шум дождя сильно бил по ушам. Холодный воздух снаружи мгновенно остудил его лицо.

-Почему? - Ын Су задал настороженно вопрос. До Квон протянул зонт, который держал в руках.

-У тебя нет зонта... Поэтому воспользуйся им. Я только поэтому пришёл сюда.

-...

Ые Су уставился на зонт, который протянул До Квон. Длинный, чёрный зонт выглядел так, словно идеально подходил для такой же погоды, как и сейчас. С ним он не замёрзнет под таким дождём и не простудится.

Проблема заключалась в том, что был только один зонт...

-Это ваш? - спросил Ын Су.

Что, если он возьмёт его, то вместо него под дождь попадёт он?

Вопрос заставил До Квона вздрогнуть.

-Ах, эм... Я в порядке, моя машина вон там.

До Квон указал на свою машину на другой стороне пешеходного перехода. Ын Су нахмурил брови. Ему пришлось промокнуть до нитки, а теперь придётся в таком виде ехать обратно в Сеул.

Насколько бы сильно он не включил обогреватель в машине, то мокрая одежда будет долго сохнуть.

Ын Су на мгновение задумался. Воспользоваться жестом доброй воли До Квона или нет? Но что тогда будет с ним? Или стоило проигнорировать его слова о том, всё в порядке, взять зонтик и уйти одному? Хоть он и не часто болеет, поэтому какой-то дождь будет для него плёвым делом.

Однако вдруг он всё-таки простудится. И если он заболеет из-за Ын Су, то тот будет чувствовать себя не очень хорошо.

Ын Су тяжело вздохнул.

-Подождите здесь, я принесу зонтик из дома, скоро вернусь.

Это займёт где-то 20 минут. Если он пойдёт быстрым шагом, то сможет дойти за 15 минут. Ын Су нахмурился, прикидывая в уме расстояние и потянул к зонтику До Квона, но тот лишь отмахнулся.

-Тогда почему бы нам просто не сделать вот так... Я просто провожу тебя?

-...?

-Ты весь день работал, и наверняка устал. А если я провожу тебя, то тебе не придётся ходить туда-сюда. Конечно же, ты можешь поехать на моей машине, но будет лучше, если мы просто прогуляемся вместе...

-...

Ын Су быстро моргнул. Понять его слова было не так уж и сложно, но они то и дело так и продолжали вертеться в его голове. "Что он сказал? Проводит до дома?"

Ын Су ухмыльнулся и убрал руку с зонта.

-Сделаем проще, я просто возьму такси.

Да, это был лучший вариант, он не подумал об этом, поскольку его дом находился достаточно близком. Ын Су вышел из галереи, заперев дверь на ключ. Затем он внимательно осмотрел дорогу в попытке найти такси, чтобы сесть в него.

На лице До Квона виднелось разочарование и смущение. Он не должен был становиться таким жадным... Ненависть Ын Су или несчастный случай...

-Нет-нет, тогда я подожду здесь.

До Квон исправил свои слова, надеясь, хоть как-то компенсировать его плохое настроение, но Ын Су был невозмутим.

-Всё нормально.

Он шагнул, намереваясь выйти под дождь, и тем самым показывая, что он не желает находиться в том же месте, что и До Квон. Он хотел поймать такси, чтобы уехать от До Квона.

Удивившись, До Квон быстро накрыл зонтиком голову Ын Су и осторожно взял его за руку.

-Ын Су, прости меня, я был слишком жаден.

-...

-Я подожду здесь. Ты можешь не торопиться. Если устанешь, можешь передохнуть. Я могу ждать столько, сколько надо.

В его словах, что слетали мгновенно, чувствовалась искренность. Закончив, До Квон сделал большой шаг назад и встал под навесом.

-...

Ын Су уставился на него, замерев на месте. До Квон улыбнулся и махнул рукой, словно показывая, чтобы тот уходил. Ын Су нехотя отвернулся и пошёл по тротуару.

Было очень холодно.

Холодный ветер гнал дождь в разные стороны, Ын Су уже успел намочить ноги и тыльные стороны ладони. Зонт, предназначенный для двух взрослых мужчин, был неоправданно тяжелым. Ему казалось, что он несёт гантели. Кроме того, ветер так сильно мешал, что он постоянно менял руки.

Правая рука, покрытая шрамами, едва могла удержать зонт, поэтому он переключился на левую, но даже так, левая рука быстро замёрзла. Ын Су посмотрел на свою руку, которая мгновенно заледенела.

Было жутко холодно. Он не мог поверить, что До Квон стоял на улице в такую погоду.

Ын Су оглянулся и заметил, что До Квон стоял на том же месте и смотрел на него. Интересно, заметил ли он то, что Ын Су смотрел на него? Это было даже не смешно, До Квон выглядел сейчас таким жалким и ничтожным...

-...

Ын Су сильно прикусил нижнюю губу. Он не должен был принимать зонт. Он не должен был принимать его подачки. Он должен был сказать "нет". Ын Су толпнул каблуком по земле, и грязь заляпала его брюки.

-Ха... Как же это... раздражает...

Ын Су зажмурил глаза и открыл их. Холодная, тошнотворная погода была похожа на то, что творилось внутри него. Почему он должен чувствовать себя обременительно? Почему он не мог быть плохим парнем, и продолжал жалеть его? Почему он думает об этом, когда должен был посмеяться над тем, что До Квон может помереть тут от холода?

Это сильно удручало. Всё было в полном беспорядке. До Квон вёл себя как полудурок, а Ын Су не мог отвернуться от него, жалея. Небо заполнили тучи. Как же всё сложно.

Ын Су наблюдал, как дождь стекает по краю зонта, а затем когда холодный ветер всколыхнул его чёлку, он развернулся и направился к До Квону.

Глаза До Квона расширились от удивления.

-Почему?

-Ваш зонт слишком тяжёлый.

-...А?

-Помолчите.

До Квон сузил глаза, находясь в оцепенении, но через несколько секунд его губы расплылись в улыбке.

-Хорошо, я буду молчать.

Они вдвоём шли по дождливой улице. Ын Су упрямо смотрел прямо перед собой, а До Квон украдкой поглядывал на него. Давно он не видел его так близко, поэтому не мог отвести взгляд.

После он даже не смотрел перед собой, а сфокусировался просто на Ын Су. Его тянуло к нему, как магнитом. Их плечи не соприкасались, потому что зонт был большим, но тут вдруг их плечи всё-таки соприкоснулись.

Почувствовав это, Ын Су нахмурился.

-Отойдите...

-Ох... Прости.

До Квон быстро отстранился. Он высунул одно плечо из-под зонта и отодвинулся от Ын Су. Ын Су издал небольшой вздох.

-Я не собирался заходить так далеко...

-Понял.

До Квон ухмыльнулся и снова встал рядом с Ын Су. Расстояние между ними было достаточным, чтобы их плечи не соприкасались.

После минутного колебания они продолжили идти по улице.

Холодный ветер дул прямо на них, но холод чувствовался не так явно. Внимание До Квона и Ын Су было сосредоточено на другом, и никто из них не обращал внимание на льющийся дождь.

Они шли так около трех минут. До Квон украдкой поглядывая на Ын Су, тихо пробормотал про себя.

-Надеюсь, что завтра снова пойдёт дождь.

-Тогда я возьму с собой зонт, - равнодушным голосом ответил Ын Су.

-Ах...

Уголки губ До Квона дёрнулись вниз. Ын Су в недоумении покачал головой. Он задавался вопросом, не поглупел ли До Квон после возвращения памяти. Если это действительно так, то будущее Sungjin Group было мрачным.

-Тогда будет лучше, если дождя не будет. Под дождём тебя трудно разглядеть.

-...

Ын Су ничего не ответил. Он хотел было ухмыльнуться, но не смог заставить себя это сделать, поскольку боялся, что До Квон неправильно его поймёт и купит телескоп стоимостью в десятки

миллионов вон и будет наблюдать за ним.

Разговор оборвался на молчании Ын Су. Он продолжал молчать и усердно переставлял ноги. Пять минут до дома. Оставалось пять минут. Ему не терпелось попасть домой, а точнее, сбежать подальше от До Квона.

Ему было не по себе от его присутствия, от неловких пауз в их разговоре, но больше всего - от запаха его феромонов. Он делал редко вдохи и выходи, стараясь не вдыхать их, отчего его голова кружилась.

В тот момент, когда он завернул за угол, то увидел ресторан, тот самый, мимо которого он проходил каждый день, когда шёл на работу и возвращался обратно. Внешний вид был роскошным, а на просторной парковке всегда было полно машин, так что, должно быть, это был какой-то известный мясной ресторан.

Каждый раз, проходя мимо, он сглатывал слюну, чувствуя сладковатый и пикантный запах жареных рёбрышек, но не решался зайти и поесть в одиночестве.

Он думал: «Как-нибудь зайду туда, когда не будет клиентов, и смогу съесть четыре порции в одиночку, чтобы никто не заметил», но шагнуть туда было трудно.

Но почему вдруг сейчас ресторан привлёк его внимание, может, виной тому был сэндвич, который он съел на обед или потому что запах мяса чувствовался сейчас ещё более насыщеннее, или потому что ему вдруг появилось с кем поесть?

Ын Су зажевал нижнюю губу, а До Квон, заметив взгляд Ын Су, быстро открыл рот. Возможность появилась, откуда её не ждали. Он должен был воспользоваться этим единственным шансом.

-Эм, Ын Су, ты голоден?

-...Нет.

-Хочешь мяса? Я всё оплачу.

-...

Ын Су ничего не ответил. Он уже собирался пройти мимо ресторана с ничего не выражающим лицом, но тут его внезапно схватили за локоть.

Ынсу ничего не ответил. Он уже собирался пройти мимо магазина с ничего не выражающим лицом, когда его за локоть потянул Доквон.

-Пойдём. Там ещё есть холодная лапша. Ты же любишь рёбрышки и лапшу.

-...Всё нормально.

-А ещё у них есть калгуксу. На улице холодно, так что тёплый суп будет кстати. Можно будет взять холодную лапшу и калгуксу.

Это было предложение, от которого невозможно отказаться. Ын Су перевёл взгляд на ресторан. На табличке ресторана, как и говорил До Квон, были изображены холодная лапша и калгуксу. А ещё там подавали лапшу Пибим. Лапша Пибим, пропитанная кунжутным маслом, поверх которой можно было положить рёбрышки. Это было бы восхитительно.

-...

Ын Су уже хотел было согласиться, как вдруг ахнул, когда пришёл в себя. До Квон снова потянул его за локоть.

-Давай поедим, это не займёт больше часа.

-...

Час. Целый час с До Квоном.

Хотя если так подумать, то всё нормально же будет? Если он сосредоточится на еде, то не имеет значения, кто перед ним сидел бы

- До Квон или кто-то другой.

На лице Ын Су мелькнуло сомнение. Заметив это, До Квон быстро повёл его в ресторан, поэтому Ын Су неохотно последовал за ним.

Ресторан внутри выглядел куда лучше, чем снаружи. Как и в других ресторанчиках, здесь было много маленьких и больших комнат, расположенных вокруг большого зала, где можно было поесть в тишине. До Квон и Ын Су вошли в комнату, в которую их провели, и сели за стол.

Ын Су заказал всё, чтобы было в меню, решив, что раз уж ему придётся терпеть надоедливую компанию, то должен попробовать здесь всё, что ему захочется. До Квон лишь кивнул головой, когда Ын Су делал заказ.

Вскоре принесли маринованное мясо. Аккуратно нарезанные рёбрышки шипели на гриле. Сладковатый запах мяса, который он чувствовал только в рядом с рестораном, как-то сам собой улетучился.

Ын Су смотрел на подрумянивающиеся рёбрышки. До Квон скривил губы при виде него, сдерживая улыбку, чтобы не вызвать у Ын Су недоумение.

-Сначала съешь это.

До Квон отрезал кусочек мяса и положил его перед Ын Су. Ын Су сначала уставился на До Квона слегка ошарашенно, затем схватил палочки и отправил кусочек мяса в рот.

Наконец рёбрышки были готовы. До Квон разрезал мясо на кусочки и положил их перед Ын Су. Ын Су быстро отправил их в рот.

Вкус приправы и жёсткого мяса, заполнившего рот, не могли быть не вкусными. Счастье залило щёки Ын Су. Его едва излучаемое счастье проникло и в сердце До Квона.

Еда, которую он разделял с ним в другом ресторане в прошлый раз, была не из самых приятных, поэтому этот момент стал ещё более драгоценным.

Первую порцию Ын Су съел за один присест. До Квон быстро нарезал мясо и подал ему, привычно орудуя ножом. Продолжая трапезу, Ын Су вдруг бросил взгляд на угол стола. Точнее, он посмотрел на брошюру с алкоголем, лежащую на одном из концов стола.

До Квон нетрудно было догадаться, о чем он думал: Ын Су любил выпить. До беременности... Они всегда проводили любой ужин за

выпивкой. Иногда они пили по одному или два бокалу, а иногда напивались до беспамятства.

-Эм, Ын Су, хочешь выпить?

-...

-Соджу или пиво? У них ещё есть бокбунча? - спросил До Квон, взглянув на брошюру.

*Бокбунча - корейское вино.

Ын Су фыркнул. Затем он взглянул на До Квона, а после на шипящее мясо, стуча кончиками пальцев по картине. Как бы указывая на соджу.

До Квон улыбнулся и позвал официанта. Он был рад, что Ын Су выпьет. Это означало лишь одно, что трапеза продлится дольше, что было очень приятно.

Вскоре появился официант и спросил, нужно ли им что-нибудь ещё. До Квон указал на фотографию напитка, на который указывал Ын Су.

-Пожалуйста вот это.

-...А ещё лапшу Пибим.

Ын Су поднесла ребра ко рту и произнесла слова. До Гвон не смог сдержаться и закашлялся от смеха. Ын Су была такой красивой, когда хорошо ела, что это было почти жутко.

-Да, конечно. Скоро всё принесу.

Официант поклонился и собрался уходить, но До Квон быстро остановил его.

-А у вас случайно нет деревянных палочек для еды?

-Деревянные палочки? Ох... Думаю, есть, я принесу их для вас.

Покачав головой в ответ на необычную просьбу, официант на мгновение вышел из комнаты, а затем появился снова. Перед До Квоном лежали две пары деревянных палочек для еды. До Квон снял бумажную обертку и передал их Ын Су.

-Эти палочки...выглядели неудобными.

В тот момент, когда Ын Су клал кусочек еды, то опускал палочки, затем снова клал еду в рот и опускал палочки. Когда До Квон заметил это, он попросил принести другие палочки.

-...

Ын Су уставился на деревянные палочки.

Как он и говорил, палочки оказались неудобными. Их было трудно держать в руках и перемещать, потому что это были тяжелые железные палочки, характерные для корейской кухни.

На самом деле, он мог держать палочки, но ему было трудно маневрировать ими пальцами, особенно когда они такие тяжелые. После нескольких движений его пальцы сводило судорогой.

Это всё из-за шрамов на запястье. Он повредил множество мышц, нервов и сухожилий, поэтому нередко бывали и такие проблемы.

Но он не думал, что будет есть деревянными палочками. Это был новый недостаток, который он даже не замечал. К тому же редко так было, что он ел именно палочками.

Ын Су попробовал подержать палочки. По сравнению с тяжелыми железными палочками они были намного легче и удобнее в

обращении.

Полюбовавшись палочками, Ын Су продолжил есть.

Первая бутылка соджу очень быстро была выпита. Вторая бутылка уже была наполовину опустошена. Ын Су вылил последние капли в свой стакан,а затем вылил их прмо в рот.

-Угх..

Горький, крепкий алкоголь заставил горло сжаться. Ощущая, как алкогольный привкус начал жечь горло, он набрал рис с тушённым мясом и закинул себе в рот, чтобы перебить послевкусие. Это было очень вкусно.

-Вкусно? - небрежно поинтересовался До Квон, залив напиток себе в рот вместе с ним.

Ын Су кивнул, дав такой лёгкий ответ. Его щёки и губы были красными, а глаза стеклянными, что говорило о том, что он был сильно пьян.

С любовью глядя на него, До Квон снова спросил.

-Хочешь ещё выпить?

На этих словах Ын Су заёрзал и медленно кивнул. Его согласие лишь увеличивало время трапезы. До Квон улыбнулся, не скрывая своего восторга, и заказал ещё одну бутылку соджу.

Ын Су любил выпить, но сегодня это давалось особенно тяжело. Он опустошил две бутылки соджу, и скорее всего, по дороге домой ему придётся купить лекарство от похмелья.

До Квон листал меню, размышляя, что бы взять на закуску для Ын Су, и в этот момент Ын Су хлопнул ложкой по столу. До Квон быстро поднял голову на звук. Ын Су смотрел на него, его лицо было таким же суровым, как и всегда.

-Господин До Квон.

-Да?

-Я хочу кое-что спросить.

-Ох... О чём?

Выпирающий кадык дёрнулся вверх-вниз. Он заметно занервничал, но отложил меню и сел прямо, выпрямив спину. Это был первый раз, когда Ын Су заговорил с ним за долгое время. Он боялся, что его вновь обругают.

До Квон уставился на Ын Су, но его взгляд был странно отрешённым. Он смотрел на него, но в то же время его взгляд был прикован не к его лицу.

-Что это за кольцо?

-...

-Я никогда не видел его раньше.

Ын Су указал подбородком на кольцо на безымянном пальцев До Квона. Блеск кольца, пока До Квон ел жаренные рёбрышки отвлекал его всё время. Он хотел спросить не звёл ли он кого-нибудь, но решался, поскольку от подобных вопросов он бы чувствовал себя ещё более жалким и глупым. Но даже так, он не мог это игнорировать.

Скорее всего, алкоголь ударил в голову. Поэтому его взгляд постоянно возвращался к руке До Квона, который держал меню.

-Ох, это...

До Квон посмотрел на свой безымянный палец, затем на Ын Су, а потом снова на кольцо. После минутного колебания, он наконец решил рассказать правду.

-Помнишь, перед тем как попасть в аварию, я тебе кое-что сказал...

-Что вы имеете в виду?

-Тогда я тебе сделал предложение...

-...

Ын Су стиснул челюсти. "Брак". Да, До Квон действительно заводил об этом тему ни с того ни с сего по дороге в клинику.

"Ын Су... Мы... Может поженимся?" "...?"

"Ты беременный, и мы оба одного возраста... Нет, ты младше, а мне

уже тридцать четыре, так что, хмм... Нет, это не так важно. Но я подумал, что мы должны это сделать, чтобы облегчить некоторые моменты".

Это действительно было. Ын Су нахмурился, вспоминая то время, тем временем До Квон пояснил.

-Я заказывал кольцо, чтобы сделать тебе предложение. Но не смог найти его после покупки, а позже...

-Значит, вы носите его только один?

-Да.

-А что насчёт другого?

-Ах... он дома.

-Вы пытаетесь мне его навязать или что? - усмехнулся Ын Су.

Ын Су открыл новую бутылку алкоголя и наполнил свой стакан до краёв. Пока он этим занимался, До Квон нежно погладил своё кольцо.

-Ын Су, я не настолько жадный. Я буду счастлив наблюдать за тобой с расстояния до конца своих дней.

-...

-Кольцо - это своего рода поводок. Смотря на него, я не забываю о боли, которую причинил тебе и о том, по какой причине Бом-и нет здесь. Это напоминание о том, что я должен искупить свои грехи.

На этих словах Ын Су, подносивший стакан ко рту, на мгновение остановился. Затем он проглотил напиток одним глотком. Оставив стакан в сторону, он потёр руками лицо.

Слышать имя Бом-и из его уст было совершенно по-новому. Он думал, что До Квон уже забыл об этом, но да, как он мог забыть? Забавно, что он пытается искупить свою вину, нося кольцо, но да, он всё ещё винит себя.

Множество мыслей и эмоций пронеслось в голове Ын Су. После минутного молчания Ын Су отмахнулся от своих мыслей.

Обсуждать Бом-и здесь, за этим грязным столом, как это иронично. Единственное, что изменится в этой ситуации, его депрессия может усугубиться.

Ын Су налил в пустой стакан ещё алкоголя.

-Вы не жадный?

-А? Что?...

-Вы говорили, что хотите обнять меня и прикоснуться ко мне.

Не жадный... В какой-то момент лицо До Квона покраснело, и Ын Су скривил уголки рта от того, как забавно он выглядел.

Покрасневшее лицо До Квона не сразу вернулось в обычное

состояние, а Ын Су продолжал выпивать, не обращая на него внимания.

Они покинули ресторан поздно вечером. Ын Су был настолько был пьян, что не мог удержаться и захотел мороженого. Они сначала съели по мороженому, а затем зашли в магазин, чтобы купить средство от похмелья. К этому моменту он уже должен был хоть как- то протрезветь, но почему-то становился всё пьянее и пьянее.

Под конец он уже не мог идти на своих ногах, и До Квону пришлось поддерживать его. И вот так они дошли до дома Ын Су.

Он жил в новостройке, и До Квон уже успел узнать его домашний адрес с помощью своих связей, иначе бы у него возникли проблемы.

Скорее всего, пришлось бы его везти в ближайший мотели или к себе домой, но данная ситуация стала бы неуместной и неправильной, хоть и До Квон получил бы желаемое.

До Квон аккуратно усадил Ын Су перед входной дверью в дом. Ын Су слегка отклонился в сторону, но До Квон быстро успел подпереть его лицо, чтобы тот не ударился головой об стену.

-...

До Квон присел на корточки перед Ын Су и стал разглядывать его.

В алом свете уличного фонаря лицо Ын Су выглядело иначе. Длинные ресницы отбрасывали тень на его лице, а пухлые губы стали ещё более красноватыми.

-Ын Су.

-...

-Тебе пора очнуться, Ын Су.

До Квон мягким голосом позвал Ын Су.

-Ых...

Но Ын Су лишь повернул голову, не открывая глаз. На улице было холодно, поэтому нужно было зайти в дом. Будет проблематично, если он заболеет. До Квон чувствовал себя странно.

-Ын Су, идём домой.

-Да...

-Если ты не очнёшься, то у меня не останется выбора, кроме как... войти к тебе домой...

-...

-Я просто войду, помогу тебя уложить. Ты не против?

До Квон прошептал это низким голосом. Можно было подумать, что он укладывает Ын Су спать глубже. Его голос звучал очень успокаивающе. Ему отчасти хотелось, чтобы Ын Су не просыпался.

Сегодня он провёл с ним слишком много времени, но его жадность брала вверх, поэтому он чувствовал, что уже и этого недостаточно.

Он не хотел упускать возможность, которую предоставил ему внезапно нагрянувший дождь. Он хотел воспользоваться тем, что Ын Су на мгновение ослабил бдительность, чтобы увидеть, где и как он живёт, и чтобы понаблюдать за тем, как он спит.

До Квон нежно погладил взъерошенные волосы Ын Су.

-Ын Су, ты не против, если я провожу тебя до кровати?

-...

-Не возражаешь, если я уложу тебя спать?

Ын Су не отвечал на многочисленные вопросы До Квона. Его голова была опущена, и время от времени он издавал лишь негромкие, ровные звуки дыхания. До Квон вздрогнул, когда в его голове возникло кое-что зловещее.

Немного поколебавшись, он обхватил руками талию Ын Су и просунул их под мышки. Затем он осторожно поднял его. Схватив промокший от дождя зонт, он поспешил к лифту.

Было бы странно, если бы в доме Ын Су не витали его собственные феромоны. Поэтому войдя внутрь, До Квон вдыхал аромат Ын Су, который витал в каждом сантиметре квартиры. Дом был довольно роскошным, в отличие от внешнего вида снаружи.

Аккуратный ремонт с просторной гостиной и двумя комнатами. В общем, было видно, что Мён Хи явно приложила к этому руку.

До Квон сначала разместил Ын Су на диване, а затем двинулся осматривать квартиру, чтобы разглядеть планировку. Он проверил расположение спальни, ванной и гардеробной, а затем вернулся к Ын Су. Как бы ему ни хотелось исследовать каждую из комнат, первоочерёдной задачей было устроить Ын Су поудобнее.

До Квон налил тёплой воды и принёс ему, а затем нежно погладил его по спине, как бы утешая.

-Ын Су, выпей воды, я принёс её.

Ын Су слегка открыл глаза, услышав эти слова. Ему очень хотелось пить, поэтому До Квон поднёс стакан к его пересохшим губам.

Ын Су слегка склонил голову, а До Квон поднёс стакан с водой к нижней губе. После того, как он сделал пару глотков, До Квон отставил стакан на пол и погладил Ын Су по голове.

-Давай ты почистишь зубы и ляжешь спать.

-Угу...

-Просто почисти зубы.

До Квон сказал это решительно, а затем подхватил Ын Су на руки и направился в ванную.

Чистить зубы было тем ещё испытанием

"Ын Су, открой рот". "А-"

Он кивал и открывал рот, но его голова постоянно наклонялась то в одну, то в другую сторону обессиленно, поэтому это было тяжко.

Но когда наконец он прополоскал рот, он решил взять себя в руки и на своих ногах дойти до спальни. И, конечно же, не без помощи До Квона. Ведь Ын Су шатался то вправо, то влево, ударяясь о стены, поэтому без помощи ему было тяжело добраться самостоятельно.

Уложив Ын Су в постель, До Квон испустил долгий вздох облегчения от того, что он благополучно преодолел этот тяжкий путь. Но это ещё был ещё не конец. Облизав пересохшие губы, До Квон снял с Ын Су пальто и уже собирался снять кофту, как вдруг остановился.

-...

Похоже, Ын Су не понравится, если он будет к нему прикасаться. По крайне мере кофта была не застёгнута, так что дискомфорта не должно быть. До Квон опустил руку. Он осторожно расстегнул брюки, но не стал их стягивать. Затем он снял носки, а после натянул толстое одеяло до груди Ын Су.

До Квон спокойно посмотрел на него.

Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как видел его спящим. Хотя в последний раз он видел его с закрытыми глазами, но это было совсем не то...

До Квон сначала долго смотрел на Ын Су, но после того как опомнился, убавил яркость света в спальне. После этого он собрал одежду Ын Су и отправился в гардеробную, чтобы развесить её. В гостиной он убрал стакан, из которого Ын Су пил воду и выключил свет в ванной.

И на случай, если Ын Су снова захочется пить, вернулся в спальню со стаканом воды. Теперь он сможет вновь понаблюдать за Ын Су, пока тот спит.

До Квон вошёл в спальню с лёгкой улыбкой на лице.

-Ох... Ын Су, ты проснулся?

Ын Су лежал с открытыми глазами и уставил в угол спальни. Его глаза были слегка красными и полуоткрытыми, поэтому было невозможно понять, проснулся он на самом деле или нет.

От неожиданности До Квон отступил назад на пару шагов. Вода в стакане громко плеснула. Казалось, что она описывает его внутренние мысли.

Первая эмоция, которую он почувствовал, увидев Ын Су с открытыми глазами, были разочарование и сожаление. Разочарование оттого, что он больше не сможет понаблюдать за ним, поскольку ему придётся покинуть это место.

И сожаление оттого, что такая возможность выпадает не каждый день, и неизвестно, когда выпадет ещё. Скорее всего, уже завтра Ын Су пожалеет о том, что провёл с ним день, и станет ещё более озлобленным.

Как бы то ни было, было неправильно делать того, что не понравится Ын Су.

До Квон поставил воду на тумбочку. Он накрыл стакан крышкой, которую принёс с собой, чтобы туда не попала пыль, и посмотрев в приоткрытые глаза Ын Су, снова заговорил.

-Я оставлю воду здесь, так что если захочешь пить, пей.

-...

-Я... Пойду.

-...

-Спокойной ночи, Ын Су.

До Квон улыбнулся, изображая непринуждённость, а затем направился к двери.

-Господин До Квон.

Ын Су позвал До Квона. Плечи До Квона вздрогнули. Он не сделал ничего плохого, но его сердце бешено колотилось. Он на секунду задумался, что если Ын Су смог заглянуть в его голову и заметил не слишком хорошие помыслы. После того, как он отдышался, медленно повернулся.

-А?

-У меня есть ещё один вопрос.

Голос Ын Су был приглушённым. До Квон несколько раз быстро моргнул, затем всем телом повернулся к кровати. Он должен был ответить на этот вопрос.

-Да, в чём дело?

До Квон спросил, не в силах скрыть любопытство. Если честно, любые его вопросы приветствовались, он хотел, чтобы Ын Су задал ему как можно более сложный вопрос, а тот лишь постарается ответить максимально искренне и подробно, чтобы остаться в этом месте хотя бы на 5-10 минут.

Но вдруг...

-Вы действительно сближались со мной из-за управляющего директора...?

-Ах...

Неожиданный вопрос, словно ударил До Квона по лицу. На мгновение он почувствовал, как что-то сдавило его горло, перекрывая

дыхание. Пока он стоял, сомкнув губы в ровную линию и не в силах ответить, Ын Су посмотрел на него холодными глазами.

-Когда вы приходили на 14-й этаж, вы всё время думали только о том, как отомстить управляющему директору? Вы правда думали только о своей мести? Думали, что сможете отомстить ему, трахнув меня...?

-...

-Именно по этой причине вы были добры и милы со мной?

-Ын Су, дело в том, что...

-А ещё говорили, что любите меня, верно? Это тоже была ложь?

Даже сейчас... Даже сейчас вы просто... Приходите сюда из-за жалости... Просто потому что, вам жаль и нужно искупить свою вину... Поэтому вы продолжаете приходить ко мне, верно?

С каждым словом Ын Су стал запинаться, его голос дрожал. До Квон успел опомниться, и выхватил руку Ын Су из одеяло, посмотрел ему прямо в глаза и стал говорить от всего сердца и души.

-Ын Су, мои чувства к тебе никогда не были ложью, даже на мгновение. Я люблю тебя, Любил, люблю сейчас и буду любить всегда.

-Но почему...

-С самого начала да, я солгал к тебе. Я решил сблизиться только из мести, но это было буквально в самом начале. Ещё до того, как ты впервые вошёл в зал заседаний, я уже был влюблён в тебя.

-В первый день, когда я спустился на 14-й этаж, я с первого взгляда узнал тебя. Ведь ты сиял, как и говорил Со Сон Хон.

На лице До Квона мелькнула слабая улыбка, вспомнив прошлое.

Осмотрев просторный 14-й этаж, ему сразу же удалось заметить Ын Су. Он сидел у окна, солнечный свет освещал его очертания, тонкие волосы блестели в лучах солнца. А белая кожа по-особенному выделялась, словно дорогой фарфор.

Он смотрел на монитор с серьёзными выражением лица, но в тот момент, когда вокруг него все стали оживлённо разговаривать, он поднял глаза. Их взгляды встретились на мгновение.

Всего одно мгновение, как До Квон ощутил, как время по- странному остановилось. Шум вокруг постепенно угасал, а улыбающихся работников расплывались, перегородки и столы словно испарились, оставив лишь его, сияющего в золотистом солнечном свете.

-Когда я увидел тебя в первый раз, то мне показалось, что ты странно сияешь. Во второй раз я уже не мог оторвать взгляд от того, насколько ты красив. В третий раз, мне хотелось узнать, как ощущаются твои феромоны. В четвёртый мне хотелось, как можно чаще с тобой общаться. А уже в пятый раз, мне хотелось увидеться с тобой, как можно скорее.

-...

-На шестой раз... Причина, по которой я изначально решил подойти к тебе, исчезла, оставив только желание быть с тобой, Ын Су.

Причина, по которой я встречался с тобой, причина, по которой я флиртовал с тобой, была только в тебе. Я хотел быть с тобой. Я хотел только тебя.

-...

-Иногда я даже благодарил Со Сон Хона мысленно. Ведь если не этот ублюдок, я бы не смог узнать тебя, я бы не смог быть твоим возлюбленным, не смог бы обладать тобой. А когда появилась Бом-и... Мне хотелось пойти к нему лично и отблагодарить от всего сердца.

Дни с Ын Су пролетали быстро. Их любовь всегда была наполненная счастливыми моментами, не вызывая никаких сожалений. и всё время искрилась.

Медленно закрывая и открывая глаза, До Квон потянулся к руке Ын Су и сжал её. Затем он встретился взглядом с Ын Су.

-Ын Су, мои чувства никогда не были фальшивыми, даже на мгновение, даже если я подошёл к тебе не с самыми чистыми намерениями.

-...

-Когда мы попали в аварию, я никогда не жалел о том, что отстегнул ремень безопасности, прикрыв собой. Если бы это случилось снова, сто, нет, тысячу раз, я бы отдал свою жизнь, чтобы спасти твою, - сказал До Квон.

Его характерный низкий голос дрейфовал в тёмной ночи, обволакивая Ын Су, как мягкое одеяло. В ответ веки Ын Су тяжело опустились.

Было темно и поздно, но тихий голос До Квона и его феромоны, которые уже окутали его тело, словно туман, притупили разум.

Он нежно погладил его по волосам. А затем, наклонившись чуть ближе к нему, он прошептал.

-Мне всё равно, если ты меня ненавидишь, это лишь моё бремя.

-...

-Но всё же... Всё же, Ын Су, не сомневайся в моей любви к тебе.

Не воспринимай то время, когда мы были вместе, как нечто фальшивое. Это было бы слишком печально.

До Квон как никто другой знал, как сильно Ын Су любил его в прошлом. То, как он смотрел на него, как улыбался, когда звал по имени, его голос был наполнен любовью.

Поэтому, каким бы ни было настоящее, До квон не хотел, чтобы то время не было омрачено его собственными ошибками. Они любили друг друга так страстно, что никто не мог бы высмеивать их или пренебрегать их чувствами. Ведь в их отношениях не было ни капли фальши.

До Квон уставился на крепко спящего Ын Су. Как бы он хотел, чтобы он послушал всё, что он говорил, и уснул. Как бы он хотел, чтобы утром он не забыл его слова. Как бы он хотел, чтобы с завтрашнего дня он начал жизнь с лёгким сердцем. Как бы он хотел, чтобы он перестал волноваться, перестал сомневаться в прошлом, и просто продолжал винить До Квона и ненавидеть его.

-Ын Су.

-...

-Я люблю тебя.

-...

-...Спокойно ночи.

До Квон крепко прижался губами к тыльной стороне руки и отпустил её. Затем он крепко закрыл глаза и мысленно помолился.

Пусть Ын Су видит только хорошие сны.

Пусть он плывёт в мирных снах, не тронутый тьмой и печалью прошлого.

Он хотел забрать все его кошмары.

Он хотел поглотить все обиды, боль и его слёзы.

Он хотел забрать всё это, и оставить ему только счастливые моменты.

Он вновь и вновь молился.

-...

Ын Су неожиданно проснулся. Он пошарил под одеялом, чтобы найти телефон, но его почему-то нигде не было. Ворча от досады, Ын Су поднялся и огляделся.

Телефон лежал на тумбочке вместе со стаканом воды. Ын Су быстро схватил стакан с водой и одним глотком осушил его, одновременно включая экран телефона.

Прохладная вода смочила его пересохшее горло, тем самым пробудив его ото сна. К счастью до будильника ещё было достаточно времени, поэтому Ын Су рухнул на кровать, сжимая телефон в рке.

Он медленно моргнул, вспоминая вчерашний день. Неожиданно нагрянул дождь. До Квон пришёл с зонтом. Пока они шли домой, по пути зашли в ресторан и съели много мяса, выпив много алкоголя, а затем попрощались.

-Угх...

Ын Су нервно взъерошил волосы. Надо было меньше пить. Он чувствовал себя неловко из-за того, что напился до смерти на глазах До Квона... Он не пил с тех пор, как его выписали из больницы, и уже давно не ел ничего вкусного, поэтому не мог себя контролировать.

Он не помнил, как добрался до дома. Смутно он помнил затылок До Квона, когда тот оплачивал счёт. Дорогу домой он не помнил от слова совсем, а уже когда добрался до дома, воспоминания были расплывчатыми.

Он помнит, как растянулся на диване, а затем его поднял До Квон, чтобы он почистил зубы, а после уложил в постель, и...

"Господин До Квон, у меня есть ещё один вопрос".

Когда До Квон уже выходил из спальни, тот его окликнул. Также он вспомнил, что сказал До Квон. Как ни странно, а те слова чётко застряли в его голове, не упустив ни один слог.

Ын Су пустым взглядом уставился в потолок. Сказанные слова До Квона, так и продолжали вертеться в его голову. Они звучали так, будто ему всё это приснилось, но на самом деле он не спал.

Через некоторое время Ын Су медленно сел, всё ещё думая о сказанных словах До Квона. Он потянулся, чтобы расслабить затёкшие мышцы, сменил помятую одежду и направился на кухню с пустым стаканом, чтобы набрать воды.

Наверное, он вчера выпил слишком много, в желудке стоял дискомфорт, как будто был готов проглотить цело ведро воды.

Ын Су вошёл на кухню, потирая глаза. Как вдруг он оцепенел на месте, увидев стол, заваленный едой, как будто увидел призрака.

-Что это такое?

Ын Су уставился на стол с открытым ртом. На столе было столько еды, что он даже подумал, не живёт ли в его доме кто-то ещё, чтобы

всё это съесть. Ын Су, который до этого стоял отдалённо от стола, словно насторожился, решительно подошёл к загадочной куче.

Он дотронулся до сумки на столе. Пакет зашуршал и скомкался. Ын Су ещё минуту стоял, глядя на пакеты, пока у него не подкосились колени. Он пододвинул к себе стул и подпёрся на спинку.

Он начал всерьёз рыться в пакетах. Он открыл ближайший контейнер, где внутри оказалась клубника. Затем он отодвинул его в сторону и открыл другой пакет. Там оказались средства от похмелья в виде напитка, таблеток и сиропа. а также болеутоляющие средства, активаторы печени и лекарства от простуды. Были даже витаминные жевательные конфеты.

Ын Су с трудом открыл одно из средств от похмелья и тут же залил его в рот. Затем он потянулся за следующим пакетом. На этот раз это был бумажный пакет, где внутри была каша. Каша с морскими ушками. Также кимчи с осьминогом.

Ын Су с ошарашенным лицом потянул следующий пакет. Этот пакет был ещё тяжелее, чем предыдущие. Внутри оказался суп из бобовых ростков... И это была довольно огромная порция.

Ын Су, испытывая потрясение, отставил её.

-Да вы с ума сошли...

Выпрямившись, Ын Су взглянул на другие контейнеры. Коробка с макарунами. Чизкейки. Вчерашние рёбрышки так и манили.

Ын Су ухмыльнулся. Интересно, откуда он достал это посреди ноги? Неужели это и есть то самое влияние, которое характерно для семьи Со?

-Когда вы так делаете, то очень похожи на председателя.

Ын Су цокнул языком. Мён Хи тоже присылала "немного" еды.

Иногда она присылала несколько коробок, от 20 кг риса до десертов. Ын Су покачал головой и отправил в рот остатки средства от похмелья.

В тот момент, когда он встал, чтобы выбросить пустую бутылку, из пакета выглянула записка. Ын Су достал её и прочитал. Сначала он подумал, что это записка из ресторана, ведь на ней были написаны такие слова, как "Приятного аппетита", "Ждём вас в нашем ресторане", и всё в таком духе.

Но это были и записи До Квона. [Ын Су, я ушёл на работу.

Я продолжу есть и спать, Увидимся позже].

Ын Су перечитал несколько раз это котороткое сообщение. Работа.

Еда. Сон. Ын Су рассмеялся, представив лицо До Квона, когда он отчитывался о своих действиях, словно выполнял домашнее задание.

Затем он отвернулся, даже не прикоснувшись к записке.

Он просто не стал этого делать. Он н хотел прикасаться. Боялся, что феромоны До Квона на этой записке попадут на его руки.

Сегодня была консультация у врача. Ын Су должен был пойти к психиатру, с которым его свела Мён Хи, который следил за состоянием его здоровья и выписывал медикаменты. Это было обещание, данное Мён Хи. Он должен был посещать врача раз в месяц, что было не очень приятно.

На самом деле, это больше раздражало, чем приносило неудобства.

Было крайне ужасно сидеть перед врачом, на лице которого была постоянно улыбка и рассказывать о том, какой он неуравновешенный, а потом обсуждать это.

А потом ещё выслушивать напутствия и предостережения, чего ему следует остерегаться. Ему казалось, что его заставляют жить с осознанием того, какой он неполноценный.

Ын Су вздохнул уже сотый раз, пока собирался в больницу. Взяв сумку и ключи от машину, он вышел на улицу, думая о том, где сейчас находится До Квон.

Если он сегодня не пойдёт на работу, то тот будет ждать его у галереи весь день и ночи? Стоило ли ему позвонить?

Нет, какое ему должно быть дело до того, ждёт он или нет? Даже если он не придёт, тот всегда сможет найти его.

Вот бы... Он вообще не приходил. Однако раз он теперь знает домашний адрес Ын Су, то вдруг он нагрянет сюда, подумав, что с ним что-то случится? Он может и выломать дверь.

Ын Су вздохнул тяжко. Он судорожно включал и выключал телефон. Он не присылал ему сообщения с тех пор их разлуки. У него даже не был сохранён его контактный номер, но он до сих пор помнил его наизусть. Он не мог этого забыть.

Ын Су пожевал нижнюю губу. Он чувствовал себя идиотом, раз беспокоился о чём-то подобном, но мысли сводили его с ума, не давая спокойно жить.

Как вдруг его осенила одна идея. Ын Су быстро выбежал на улицу.

Он сел в машину и направился к галерее. Он подумал, что сказать ему. Наверное, следовало бы сказать, что проезжая мимо, заметил его

машину и что сегодня не придёт на работу, так как есть неотложные дела.

Машина Ын Су остановилась перед галерей. Ын Су высунул голову и посмотрел на переулок, где была всегда припаркована машина До Квона. Но её там не было.

-Не приехал...

До Квона нигде не было видно. На месте, где обычно красовался седан, было пусто. Ын Су проверил часы. В это время обычно До Квон уже был здесь, но его тут не было.

"Может, он уехал, потому что его не было на работе? Что ж, это радует, но всё же... Уже? Он не стал ждать целый час, а просто уехал?"

Ын Су почувствовал лёгкое разочарование, смешанное с раздражением. Ын Су крепко сжал руль. Ему было противно от мысли, что он проделал весь этот путь сюда, гадая, волнуется ли До Квон.

Ын Су резко вывернул руль.

Сегодняшняя консультация не сулила ничего хорошего.

-Вы хорошо спите? - задал вопрос бесстрастный голос, и Ын Су, полулёжа на мягкой кушетке, опустил голову и зашевелил пальцами.

После смерти родителей у него было сотня подобных консультаций, но всё равно он не привык к ним. Ему было неприятно рассказывать незнакомому человеку всё о своей жизни, открывать то, что он запер внутри себя.

-Хм... Я ложусь спать в одно и то же время и просыпаюсь так же, -

медленно ответил Ын Су.

-Не думаю, что это тот ответ, который мне нужен.

Консультант улыбнулась. Её голос был строгим, но в то же время каким-то ободряющим. Ын Су потёр затылок, чувствуя, что его будут ругать, если он не скажет правду.

-Я не особо хорошо. сплю... Я могу спать по часу или два, а потом просыпаюсь и снова засыпаю.

-Вы, наверное, устаёте.

-Нет, я уже привык к этому.

-Хм... Вы всё ещё видите те сны?

Ын Су сначала скривил губы, а затем расслабил их. Сон, о котором она спрашивает, должно быть, кошмары. Его родители горят заживо. До Квон бросает его и уходит. Мерцающие фары, проникающие в сетчатку его глаз. Тень лица Сон Хона с жутким выражением лица.

Образы, которые он часто видит хватают его за лодыжки и тянут. Кошмар, собравшийся воедино.

Ын Су сначала глубоко вдохнул и выдохнул.

-...Иногда.

-Насколько часто?

-Три-четыре раза... В неделю.

-Когда вы просыпаетесь от сна, вы снова засыпаете?

-Нет, я не могу уснуть...

Ын Су медленно покачал головой. Когда они начали разговор о сне, то он понял, что ещё и спит плохо. Однажды он накричал на До Квона, что тот совсем не спит, но понял, что и сам был не лучше.

Было бы неплохо попросить просто снотворное, но врач так просто его не давал. Они не дают их пациентам, что пытались покончить жизнь самоубийством.

Пока Ын Су обводил большим пальцем шрамы на запястье, консультант задал ещё один вопрос.

-Ароматическая свеча с альфа-феромонами, которую я выдал, вы ею пользуетесь?

-Да... - с опозданием ответил Ын Су.

Ароматическая свеча с феромонами. У Ын Су были нестабильны феромоны, поэтому ему приходилось её зажигать каждый день.

Это были последствия от феромонного шока. Его феромоны стали слабыми. Не то чтобы они не пахли, просто стали по-другому функционировать.

Обычно у омег был большой запас феромонов в организме. И когда они переполняются, то высвобождаются наружу.

Однако феромоны не накапливались в организме, а просто выходили наружу. Например, когда вы едите рис, то он не переваривается и не превращается в питательные вещества, а просто выводится из организма.

Но это было не так уж и плохо. Всё дело в том, что его тепловой цикл вообще стал нерегулярным. Уже два года у Ын Су не было течки. Можно было подумать, что это серьёзная проблема, но не для него.

В любом случае, после этого Ын Су пришлось жить, зажигая ароматические свечи с альфа-феромонами. Контакт с альфа- феромонами привёл бы его феромонную систему, нормализовал бы искажённые биоритмы и сделал бы его сон более крепким и здоровым. А это было именно то, что ему нужно было.

Консультант уставился на него из-за неуверенного подтверждения, а затем стал перелистывать свои бумаги. Звук шелеста страниц давил тяжёлым камнем на Ын Су.

-Если вы зажигаете её по шесть часов в день, то должны получать новую свечу каждые две недели. Но вы ничего не брали уже два месяца.

-...

Ын Су замолчал. Врач поняла, что он солгал, поэтому чувствовал себя неловко.

Но он ненавидел это. Он не знал, была ли в этом вина в тех поддельных альфа-феромонах До Квона, которые Сон Хон распылил в отеле на свою одежду, но запах искусственных альфа-феромонов для него был невыносим.

Это было жутко некомфортно. Он не мог оставаться с этой свечкой дома, потому что его тошнило. Поэтому после того как зажигал её, уходил из дома, чтобы выветрить этот запах.

Ын Су тяжело вздохнул и потёр лицо.

-Она так ужасно пахнет, что я не могу её зажигать, потому что мне кажется, что меня вырвет из-за этого запаха. Можете ли вы дать мне что-нибудь ещё, кроме ароматических свечей? Может, у вас есть какие-нибудь таблетки с альфа-феромонами или что-то в этом роде? Я мог бы принять их и спать, как мёр...

Ын Су закрыл рот на последнем слове. "Мёртвый". Это было запретное слово. Ын Су крепко прикусил внутреннюю сторону щеки и посмотрел на консультанта.

К счастью, та не ругала его за вылетевшее слово. Она улыбалась так мягко, что Ын Су подумал, всегда ли она делает такое выражение лица*

-Ын Су, сон так же важен для человека, как и еда. Если ты не будешь спать в достаточно количестве, то пострадает не только твой режим, но и эмоции будет сложнее контролировать.

-...

-Постарайтесь нюхать ароматическую свечу. У вас нет аллергии на феромоны, и способность вашей иммунной системы воспринимать феромоны - в норме. Это значит, что вы сознательно отвергаете их.

Ын Су сморщил нос. "Ну вот, опять. Это я, в конце концов виноват. Я знаю, что все проблема прорастают из меня. Но одно дело - знать, в чём кроется проблема, и совсем другое - решить её".

Консультант тихонько вздохнула, когда увидела пустой взгляд Ын Су. Он был трудным пациентом. Чтобы они не делали, он не

проявляет особых эмоций, но не потому, что ему действительно было безразлично, а потому, что он израсходывал все свои эмоции... И ему больше не хотелось их проявлять.

В нём больше не было сделать свою жизнь лучше, не было желания излечить больной разум и тело. Сколько бы она не пыталась убедить его, он просто отмахивался от всего, поэтому было нелегко идти шаг за шагом.

Консультант облизала пересохшие губы и медленно открыла рот.

-Почему бы вам не познакомиться с альфой...?

-Что? - спросил Ын Су, как будто ослышался.

Лицо Ын Су искажалось в странную гримасу, когда консультант продолжила говорить.

-Альфа и омега - пара, которая должна сосуществовать вместе. Это было заложено природой. В отличие от бет, они обмениваются полезными веществами, например, феромонами. А также должны проходить вместе цикл течки и гона, где они жаждут друг друга.

-...

-Альфа и омега - это неотъемлемая часть жизни, Ын Су. Чтобы ты ни делал, ты не сможешь это изменить.

-...

-Но вы, Ын Су, боитесь альф и избегаете их, поэтому ваше состояние не улучшается.

Ын Су казалось, что каждое слово консультанта пронзало его, как гром. Он слушал, но его мысли не что-то вроде "Ох, я должен познакомиться с альфой", а "Ох, я не должен был рождаться омегой".

"Тогда я бы не встретил До Квона, и у меня не случился бы выкидыш, и я бы не тратил своё время здесь".

Ын Су сжимал и разжимал кулаки. "Сколько времени ещё будет проходить эта консультация? Когда я уже выберусь отсюда?" Внезапно консультант повысила голос.

-Вы продолжаете думать, что это чушь.

-Что?

-Ын Су, причина, по которой вы здесь находитесь. Это ваше нежелание встречаться с альфами, разве нет?

-...Ах.

Ын Су непроизвольно кивнул. Он чувствовал себя злым, но консультант была ещё злее, поэтому у него не было возможности высказаться. Он мог только согласиться. Ын Су уставился на консультанта пустым взглядом, но затем снова заговорил, его голос звучал ещё более агрессивно.

-Но я ничего не могу с этим поделать.

-...

-Я плохо себя чувствую, не могу переварить всё, что ем, не могу спать и просто не могу быть психически здоровым.

-...

-Итак, давайте начнём с ароматической света, а потом постепенно, шаг за шагом, приспобимся к остальному.

Ын Су устало кивнул на уговоры. Он был не уверен, что когда- нибудь сможет познакомиться с альфа. Он знал, как будет тяжело привыкнуть к новому человеку, узнавать его, влюбляться, проводить с ним время. К тому же он не сможет выкинуть из головы мысли о прошлом, о До Квоне, о Бом-и, если будет встречаться с кем-то новым.

Он должен был найти другой способ жить, во чтобы то ни стало. Даже если понадобится приспособиться к свече с альфа-феромоном, как и советует консультант, или... Или же...

Глаза Ын Су расфокусировались.

-Я даю вам домашнее задание. Зажигайте ароматическую свечу не менее трёх раз в неделю.

Консультант постучала ручкой по блокноту. Ын Су кивнул, витая в своих мыслях.

Ын Су припарковал машину. Он откинулся на спинку сиденья, чтобы перевести дух, на его лице была заметна усталость.

-Ха...

Он не понимал, почему так устал, ведь с момента, как он вышел на улицу, всё, что он делал, -это сидел и разговаривал. В последнее время он сидел в галерее и убивал время в одиночестве, возможно, по этой причине он сейчас так себя чувствует.

Раньше он просыпался ранним утром, ел и ходил на работу, где усердно трудился. После работы читал книги, смотрел фильмы с До Квоном, с ним же пил алкоголь и занимался сексом... Как же раньше хватало на все эти дела сил, а сейчас от малейшего телодвижения чувствуется усталость. Учитывая своё состояние, он задумался, стоит ли сегодня вообще идти на работу.

Крепко зажмурив глаза, Ын Су открыл их. У него ещё были дела на сегодня. Нужно было купить продуктов и прибраться в доме. "Ах...Точно". Вероятнее всего, даже не придётся идти в магазин,

поскольку дома ещё осталась еда, которую купил До Квон. Он подумал, что лучше будет разогреть еду и лечь спать.

Продумав план, Ын Су вышел из машины. Он закрыл машину и пошёл в сторону дома.

-Ын Су, привет.

Тяжёлая рука легла ему на затылок.

-...

Ошеломлённый внезапными прикосновениями, Ын Су не смог даже открыть рот и закричать. Незнакомец. Никто рядом нет. Он один.

Неизвестный мужчина. Его тело, слишком чувствительное к таким вещам, покалывало, как от электричества. Мышцы напряглись, а всё тело забилось дрожью.

-Ын Су!

Большая рука помогла придержать Ын Су, когда тот чуть не упал. Ын Су наконец-то смог узнать владельца этого голоса. Это был До Квон. Хоть он и мог узнать всегда его характерный низкий голос, но сердце сжалось в тисках от неожиданности.

-Прости, напугал?

Сведя брови вместе, До Квон искренне извинился. Он помог Ын Су подняться на ноги и усадил на ступеньки крыльца, после чего тот испустил сдерживаемый вздох облегчения. До Квон погладил предплечье Ын Су с обеспокоенным выражением лица.

-Ты в порядке? Принести воды?

Ын Су покачал головой. Зачем было нести воды, если они буквально находятся в шаге от дома. Ын Су потёр дрожащие руки и посмотрел на До Квона.

-Почему... Вы здесь?

-Мама сказала, что ты сегодня едешь в больницу, поэтому я не должен тебя беспокоить.

-...

-Поэтому я весь день работал, а когда закончил, ждал тебя здесь. Я решил зайти к тебе домой и посмотреть, не вернулся ли ты.

-...

-Если бы я знал, что ты так отреагируешь, то стал бы держаться подальше. Прости.

До Квон снова извинился. Ын Су поднял на него затуманенный взгляд. Тем временем пальцы, возившиеся с его рукой, переместились на запястье. Шрам защекотало. Щекотало так, словно внутри извивался червяк.

Глаза Ын Су потеряли фокус, заметив это, До Квон заговорил, чтобы разрядить обстановку.

-Я сегодня много работал, так что завтра у меня будет свободный день, поэтому я смогу приехать пораньше.

Он присел на корточки перед Ын Су и улыбнулся. Он выглядел так, будто был искренне доволен эти. Ын Су уставился на его губы, которые расплылись в дугу. "Ты просто будешь сидеть в машине и пялиться на меня всё время, какой в этом смысл?"

Ын Су завидывал ему в том, что он может радоваться даже самым незначительным вещам. Вместе с ревностью пришло и раздражение.

Чтобы он ни делал, он не мог больше быть счастливым. А До Квон был так счастлив.

Пока Ын Су смотрел на него, До Квон встал и на длинных ногах поспешил к своей машине, стоявшей неподалёку. Он открыл пассажирскую дверь и достал большой бумажный пакет.

Это был пакет, в который обычно носили хлеб. Он был надутым, похоже, внутри было много всего.

Он протянул его Ын Су.

-Я приехал сюда, чтобы передать тебе это. Это пончики из той кофейни напротив офиса.

-...

-Помнишь? Мы часто туда ходили.

Уголок рта До Квона дрогнул от улыбки. Казалось, он вспомнил поблёкшие события того времени. Лицо Ын Су стало мрачным, но вот взволнованный До Квон лишь подтолкнул пакет к нему поближе.

-Я купил те, что ты обычно ешь. Там ещё есть с клубникой, так что, если ты съешь в следующий раз...

Как раз в тот момент, когда До Квон попытался договорить фразу, Ын Су ударил по пакету с пончиками тыльной стороной ладони. От удара пакет перевернулся. Круглые разноцветные пончики хаотично рассыпались по чёрному асфальту. На пончиках с белым кремов были пятна грязи, а пончик с клубникой был уродливо раздавлен.

-Как же это... Раздражает, - пробормотал Ын Су, сквозь стиснутые зубы.

-...Ын Су?

До Квон смотрел то на пончики, то на Ын Су, его лицо стало красным от смущения. Ын Су крепко сжал кулаки, глядя на его лицо.

-Ха... Правда, как же ты меня раздражаешь.

Плечи Ын Су затряслись. Его уголки глаз покраснели, а нижняя губа дрожала.

Казалось, что он вот-вот умрёт от обиды. "Ты просто пережил прошлое, а теперь так счастлив. Я до сих пор страдаю от этого и не решаюсь шагнуть вперёд, я боюсь утонуть в этом аду. А ты так часто вспоминаешь то время, скучаешь и делаешь счастливое выражение лица. Ты бесстыдный подонок".

До Квон нахмурился, наблюдая за тем, как лицо Ын Су меняется от красного до белого от гнева. Затем он попытался успокоить его, глаза были полны беспокойства.

-Ын Су, что случилось?

На этом вопросе глаза Ын Су вспыхнули, а зрачки сузились до точек. Ын Су гневным голосом спросил До Квона.

-Что тут такого хорошего, господин До Квон? Как вы можете так улыбаться?

-...

-Я всё ещё нахожусь в аду, почему только ты счастлив, почему?!

Сжатые кулаки Ын Су яростно тряслись. До Квон попытался откинуть верхнюю часть тела, но Ын Су в порыве страсти схватил его за воротник рубашки и смял.

Он с такой силой сжимал клочок одежды, что До Квон не мог вырвать из-под этой хватки. Ему казалось, что если Ын Су приложит ещё немного усилий, то его шея сломается.

Пока До Квон пытался перевести дыхание, на глаза Ын Су навернулись слёзы.

-Мне всё ещё трудно спать, я боюсь спать! Я не знаю, какие кошмары мне будут сниться, поэтому мне невыносимо тяжело, чтобы лечь в постель!

-...

У меня болит голова и тошнит из-за последствий феромонного шока. Мне нужно познакомиться с альфой, чтобы вылечить это, но единственные альфы в моей жизни были вы и этот ублюдок. Вы оба вызываете у меня отвратительные воспоминания, что я не могу заставить себя встретить кого-то!

-...

-Когда я смотрю на вас, я не могу перестать думать о том, что случилось. О том, как вы обвиняли меня, о том, как я перерезал себе вены, и почему... и почему Бом-и нет сейчас рядом со мной.

Слово за словом Ын Су не содержало ничего, кроме боли. Обида была настолько пронзительной и огромной, что До Квон почувствовал, как его тело было готово разрушиться под тяжестью слов Ын Су.

Ын Су ослабил хватку на воротнике До Квона.

-Мне трудно оттолкнуть вас. Я хочу ругаться, бить вас, но не могу найти в себе силы на это. Со мной никогда ничего подобного не было, поэтому я не знаю, что с этим делать.

-...

-И даже если бы я сделал всё это, я не знаю, полегчает ли мне от этого, ведь когда смотрю на вас, мне кажется, что я постепенно схожу с ума.

-...

-Поэтому мне нужно, чтобы вы сделали следующее...

-...

-Господин До Квон... Отпустите меня...

Слезы текли с глаз Ын Су. Густые капли непрерывно скатывались по его лицу. А после он разразился диким рыданием. Уголки глаз исказились, а губы разъехались в печали.

Звук его плача привел До Квона в чувство.

-Ын Су, прости меня. Я был неправ.

-Мха....

-Не плачь, а? Ладно? Пожалуйста...

Его руки беспомощно болтались в воздухе. Он хотел положить свою руку на руку Ын Су, но это только заставило бы его плакать ещё сильнее.

Сердце замерло. Он как никто другой понимал, что является для Ын Су болезненным воспоминанием, но всё равно отмахивался от этого. Он думал, что если будет продолжать тянуться к нему, то вся боль померкнет, и он в конце концов забудет.

Потому что Ын Су был одинок. Он ненавидел одиночество, поэтому До Квон верил, что вся его любовь ещё не испарилась. Он думал, что если продолжит стучаться в дверь его сердца, то тот сможет принять его.

Но это была лишь эгоистичная жадность. Он так хотел Ын Су. Он хотел держать его в руках, хотел смотреть ему в глаза. Он без спроса вторгался на его территорию и нарушил едва восстановленный покой.

Это была его вина.

Это был он виноват в том, что Ын Су снова так плачет.

И, возможно, в следующий раз он будет плакать точно так же из-за него.

До Квон осторожно вытер большим пальцем уголки глаз Ын Су и

посмотрел на его искажённое лицо от печали.

-Ын Су, я...

-Мхм, ах...

-Больше... не приду.

До Квон сказал это очень тихо. Ему не хотелось выплёвывать эти слова, но он всё-таки произнёс это.

Плачь Ын Су на мгновение затих, его круглые глаза уставились на До Квона. По его красивой щеке стекала капелька слезы. Он вытер её и посмотрел ему в глаза.

-Теперь... Вы больше не будете наблюдать за мной издалека? Глаза До Квона сузились.

-...

Губы Ын Су плотно сжались, но слёзы продолжали стекать. Вся боль прожигала грудную клетку. Плечи казались особенно тяжёлыми. А сердце билось слишком медленно.

Рука До Квона медленно оторвалась от щеки Ын Су. Кончики пальцев подергивались от сожаления.

-Если ты не хочешь, чтобы я не приходил, я не приду.

-...

-Я не появлюсь перед тобой, Ын Су.

-...

-Так что... Не плачь.

Из глаз До Квона потекли слёзы. Ын Су показалось, что слёзы падают удивительно медленно. Круглая, тяжелая капля ударилась о его щеку.

Пока Ын Су стоял в оцепенении от того, что тот плакал. До Квон встал, наклонился и прижался губами ко лбу Ын Су.

-...

Его рот открылся, казалось, он хотел что-то сказать. Ын Су подумал, что это может быть что-то очевидное, что-то вроде "я люблю тебя" или "я буду скучать по тебе" или "я не забуду тебя", а может, "позвони мне, если я тебе понадоблюсь".

Но До Квон лишь промолчал. Он не хотел ничего говорить, потому что эти слова только ещё больше будут давить на Ын Су.

Он медленно пошёл прочь. Он не оглядывался, пока не сел в машину. Ын Су тоже не смотрел на него, а просто тупо пялился на разбросанные пончики.

Вскоре машина До Квона уехала.

Оставшись наедине, Ын Су подпёр колени и зарылся в них лицом. Это было их второе расставание.

Часть 14. Ночь без снов

Зима- необычное время года. В то же время она была длинной и

короткой одновременно. В одну минуту было холодно, а как только выходило солнце становилось тепло. Прежде чем выйти из дома, Ын Су находился в гардеробной по долгу, чтобы понять была ли на улице зима или весна. Подобное происходило каждый день.

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. Поискав в гардеробной одежду, Ын Су надел джинсовую куртку вместо пальто, но на всякий случай под неё надел толстый свитер.

Он быстренько взглянул на себя в зеркало, а затем проверил время на телефоне. Пора было отправляться на работу. Захватив бумажник, он пересёк прихожую, а затем было засунул ноги в кроссовки.

-Ха...

С коротким вздохом он обернулся. Вернувшись в гостиную, задул ароматическую свечу, стоявшую на столе. Затем он поспешил обратно к входной двери.

Когда Ын Су уходил, белый дым от погасшей свечи поднимался вверх, словно туман.

Сегодня в галерее было пусто. Хоть картины и менялись каждый месяц, но вот золотисто-белые стены оставались прежними, но сегодня было необычайно странно.

Ын Су с серьёзным лицом осматривал галерею, пытаясь найти то, что поменялось здесь. И вскоре понял. Погода. Дело было именно в ней.

Галерея, у которой были окна на всю стену чутко реагировала на изменение погоды. Снежные дни, дождливые дни, весна, лето, осень и зима. Изменения снаружи привносились внутрь, меняя атмосферу всей галереи.

Весенняя пора помогла смягчить атмосферу галереи. В преображении галереи помогло сиреневое дерево, находившееся перед галереей. Ещё некоторое время назад это был всего лишь куст, а теперь это была цветущая сирень, ветки которой свисали вниз, как виноград.

Слабая улыбка заиграла на уголках губ Ын Су. Наступала весна. У него не было причин чувствовать себя плохо.

Ын Су долго любовался сиренью. Цветов стало больше, но бутоны ещё не распустились. Когда он полностью расцветёт, то станет ещё красивее и будет вкусно пахнуть. Ын Су подумал, что нужно будет в обед подойти к ней поближе и понюхать аромат.

Дзинь. Колокольчик звякнул.

Ын Су резко повернул голову, его глаза распахнулись в предвкушении первого посетителя.

-Добрый день, могу ли я посмотреть тут всё?

Женщине на вид было около тридцати, а рядом с ней стояла маленькая девочка лет четырёх. Наверное, она проводила время с мамой, осматривая окрестности. Девочка держалась за мамину руку, топчась на месте.

-Да, конечно.

Ын Су ответил на это с улыбкой и проскользнул за стол, чтобы сесть, не желая мешать просмотру галереи. Обычно Ын Су старался по возможности не смотреть на посетителей, чтобы не причинять им дискомфорт.

Но сегодня он не мог оторвать свой взгляд. Дело было в том, что девушка пришла с ребёнком.

Круглый затылок. Волосы были заплетены в косы. Лицо меньше ладони. Пухлые щёки, которые были видны издалека. Мягкие руки и ножки. Голова, которая поднимается, когда она смотрела на маму.

Губы, говорящие: "Прости". Голос был высоким. А смех звонким. Это напомнило картинку из мультфильма.

В конце концов, он продолжал пристально смотреть на девочку, не осознавая, что это может быть грубо.

Ребёнок. Какое загадочное существо. От этой мысли ему было одновременно грустно и радостно.

"Интересно, была ли бы Бом-и такой взрослой, если бы родилась живой? Нет, она была бы гораздо поменьше. Возможно, она росла бы медленнее, потому что я плохо заботился о ней, когда она была в утробе. К тому же я плохо ел и спал. Может быть, она бы только начала ходить в таком возрасте. Наверное, ещё бы умела говорить только одно слово "папа".

У него никогда не было детей, поэтому он не знал, насколько они могут быть большими в таком возрасте, умели ли ходить или говорить.

Однако он точно знал, что Бом-и была бы очаровательной. Он представил, как её маленькие пальчики были сжимались и разжимались, смотря на распустившие цветы. Возможно, она

улыбалась ему, смотря на него своими ясными глазами и болтала бы то, что он не смог бы разобрать.

Насколько же это было бы мило и красиво? Насколько очаровательно это существо под названием "мой ребёнок".

Воображение разыгралось ни на шутку. Ын Су рисовал и рисовал представление Бом-и над неизвестным ребёнком.

Время шло быстро, пока он это делал. В тот момент, когда посетительница и ребёнок ушли, он наконец пришёл в себя, понимая, что время обеда уже закончилось.

Плечи Ын Су вздрогнули. Он потёр лицо и вздохнул. Время снова шло незаметно. В последнее время с ним это происходило довольно часто, и однажды он сам для себя не заметил, как прошло уже четыре или пять дней.

Прогнав свои мысли, Ын Су рассеянно посмотрел в окно.

Естественным образом его взгляд переместился на переулок через дорогу, в том самом месте, где всегда была припаркована машина До Квона.

Тогда на тротуаре лежал нерастаявший снег, а сейчас там была зелёная трава.

Месяц назад. В тот день они попрощались, но не простились. И с тех пор До Квон ни разу не появлялся. Он не пытался связаться.

Даже не было видно его машины. Судя по тому, что от Мён Хи не было никаких вестей, он усердно трудился на своей работе.

"... Интересно, может, он просто забыл обо мне? Может, у него появилась другая омега? Тогда он встречался с женщиной с короткой стрижкой в ресторане. Я хотел спросить, кто это была, но забыл совсем."

Он усмехнулся про себя. Какой смысл был спрашивать? Даже если бы они действительно встречались или были бы друзьями. То, что с этой информацией сделает Ын Су?

Ын Су положил голову на стол, оперевшись щекой. Его рука переместилась на живот. Ему было немного горько, что он был таким плоским. Время, когда он был полным и округлённым, казалось сном.

-Ребёнок... Хотелось бы...

"Скорее бы Бом-и вернулась", - пробормотал Ын Су.

Ын Су чувствовал одиночество. Ему было ужасно одиноко. Ему хотелось иметь семью, не просто возлюбленного или друга, который мог бы бросить его в любой момент, а именно семью. Ему хотелось принадлежать кому-то полностью. Ему нужен был кто-то, кто смог бы подарить ему как можно больше любви.

Может быть, рождение ребёнка излечило бы его от душевной болезни и одиночества, но он не был в этом уверен.

"Я больной человек. Я не нормальный. Я до сих пор сплю, видя кошмары, и живу со свечами с ароматом феромонов. Каждый месяц посещаю психиатра и иногда думаю о смерти."

Он был ещё незрелым в этом вопросе. Такие риски не стоило того.

По собственному мнению, Ын Су был недостоин ребёнка, и, возможно, он больше никогда... Не будет достоин его.

Ын Су выдохнул тяжёлый вздох. Вдруг раздался звоночек, это был колокольчик на двери. Ын Су удивлённо поднял голову. В эту галерею обычно редко приходят больше двух посетителей.

-Добро пожаловать! - сказал Ын Су, поднимаясь на ноги. И как только он взглянул в дверной проём, его тело напряглось.

-Ын Су?

Там находился Сон Хон.

-...

Ын Су на мгновение перестал дышать.

Сон Хон выглядел, как и прежде. Он был одет в аккуратный костюм, абсолютно выглаженном. Он не ожидал, что он хоть как-то изменится. Но увидев его лицо, разочаровался, что у него не было уродливого шрама на лице или присутствовали все конечности. Это слегка его разочаровало.

Он слышал, что его арестовали. Услышав эту новость от Мён Хи, сначала он даже не поверил, поэтому проверил сам новости.

Оказалось, что его приговор был не большим. Но почему...

-Мне нужно с тобой поговорить.

Сон Хон начал идти к Ын Су большими шагами, но Ын Су быстро сделал шаг назад.

-М-мне не очень с вами говорить, пожалуйста, уходите, управляющий директор.

-Ын Су, это недоразумение. Выслушай меня и поговори со мной.

-Убирайтесь.

Ын Су произнёс это низким голосом. Это был самый грубый отказ, на который он был способен в этот момент, но Сон Хон не отступал. Он проделал весь этот путь, чтобы узнать, куда Мён Хи спрятала Ын Су, поэтому он не мог так просто уйти.

Он продолжал приближаться к Ын Су. А Ын Су продолжал отступать, но вскоре упёрся спиной в стену. Бежать больше было некуда.

Тень Сон Хона нависла над ним.

-Ын Су, я люблю тебя.

-Директор...

-Помнишь, как я был добр к тебе? Даже к Бом-и, помнишь же? Я хотел принять её и попытаться вырастить. Всё потому что люблю тебя.

-...

-Я пытался спасти тебя от Со До Квона.

-...

Ты же знаешь, какой До Квон ублюдок? Знаешь и живёшь вот так, скрываясь.

Сон Хон говорил не останавливаясь, словно пытался выплеснуть все слова, которые он копил годами. Ын Су почувствовал как каждое его слово, словно моток бил его черепу. Тело становилось всё тяжелее. Вскоре Ын Су сел на пол, поджав под себя ноги.

Сон Хон подходил всё ближе, как бы опуская его ниже. В конце концов кроссовки Ын Су и ботинки Сон Хона оказались друг

напротив друга.

Он присел перед ним на корточки. Хоть он и говорил спокойным голосом, но в его глазах был отблеск безумия.

-Пойдём со мной. Я буду добр к тебе, я буду лучше к тебе относиться, чем Со До Квон.

-Я-я не хочу. Не хочу, управляющий директор.

-Почему ты не хочешь?

Сон Хон наклонил голову, лёгкая улыбка заиграла на уголках его губ, от которой у Ын Су побежал холодок по спине.

Он тяжело дышал и говорил, заикаясь.

-Я...Я больше не встречаюсь с альфами.

Ын Су нечаянно обронил эти слова. Ын Су хорошо знал, что Сон Хон был бетой. Но теперь для него это бы не наставник, с которым он хорошо ладил. Это был незнакомец, который напал на него в отеле. Человек в ветровке. Альфа, от которого веяло фальшивыми феромонами До Квона.

Но Сон Хон не понимал истинных чувств Ын Су. Поэтому его лицо становилось всё холоднее.

-Что за чушь? Я не альфа.

-Ах...

-Что за... Неужели Ын Су любит только альф?

Атмосфера становилось всё более странной. Ын Су в панике покачал головой.

-Нет, я не это имел в виду. Я не то сказал...

-Раз Ын Су - омега, значит ты хочешь сосать члены только у альф?

Уголок губы Сон Хона выгнулась вверх. Он был похож на обезумевшее животное. Глаза Ын Су расширились, голова заболела, глаза заслезились, чувствуя наступающую тошноту. Зрение затуманивалось. Это состояние было похоже на то, когда ему Сон Хон прыснул баллончиком в лицо.

Ын Су дрожащим голосом заговорил.

-Нет...Директор, пожалуйста, уходите.

Забытое нахлынуло на него. Время, что было запятнано Сон Хоном давали тяжёлым грузом.

Отель. Дом Сон Хона. Телефонный звонок До Квону. Сон Хон, стоящий в дверях. Моменты, когда он убегал от него. Пожарная лестница, которая казалась ему вечной. Сломанные запястья. Холод на улице. Крики толпы. Крики Сон Хона. Гудки машин и свет фар.

Вдалеке послышался пронзительный звук автомобильного гудка. Но он не мог понять, реальность это или галлюцинация.

Тело Ын Су начало неистово дрожать. Его охватило желание исчезнуть из этого мира. Он хотел исчезнуть прямо сейчас.

Он хотел исчезнуть как можно скорее. Как можно быстрее.

-Ын Су, как ты посмел предать меня?

-Директор...

Сон Хон с налитыми кровью глазами потянулся к Ын Су. Его огромные руки были похожи на демонические крылья. Ын Су крепко зажмурил глаза. Он хотел, чтобы эта огромная рука задушила его, сломала, чтобы больше не страдать и плакать, терзая себя мыслями о прошлом.

Он устал терпеть эту боль в одиночку. Он хотел, чтобы она испарилась.

В тот момент когда одна- единственная густая слеза скатилась с уголка глаза Ын Су.

Раздался удар. Это был сильный удар. Рука Сон Хона исчезла из поле зрения Ын Су, как и тень.

Ын Су медленно открыл глаза от яркости. И тут.

-До Квон...?

Он увидел перед собой До Квона.

Одним ударом Сон Хон перелетел через комнату. Скользив по полу, он с грохотом врезался в стеклянную витрину. До Квон бросился к нему на своих длинных ногах, а затем прыгнул на него.

У него был дикий взгляд. Он обрушил удары на Сон Хона, придавив его своим весом и целясь в лицо. Кулаки врезались в щёки, лоб, глаза, нос, челюсть Сон Хона.

Сон Хон на некоторое время оцепенел от града ударов. Только в тот момент, когда его лицо окрасилось кровью, он понял, кто находился на нём.

-Ты... уб...людок...

Сон Хон схватил До Квона за горло.

-...

Но До Квону было всё равно, он просто наносил удары. Тупые ногти впивались в плоть его горло, но тот ни издал ни звука, а просто продолжал ударять, намереваясь убить его.

Глухие удары продолжались разноситься. Сила удара была столь велика, что дорогие часы на запястье До Квона сначала трещали, а потом разлетелись вдребезги. Кровь из кулака хлынула.

До Квон давно не видел Сон Хона. Точнее, не видел со времён потасовки в его кабинете. Но это был первый раз, когда он столкнулся с Сон Хоном, вспомнив всё.

До Квон хотел убить Сон Хона, и с тех пор, как воспоминания вернулись к нему, он каждый день боролся с жаждой убийства. Но он не мог этого сделать, поскольку Сон Хон находился в тюрьме.

На самом деле, будь он в тюрьме или за границей, можно было бы всё решить заказом на убийство, но До Квон хотел лично с ним расправиться, а не через чужие руки. Поэтому он ждал. Долго ждал.

И наконец, эта возможность предстала перед ним. Он не собирался упускать эту возможность.

За то, что посмел дать Ын Су наркотики. За то, что вбил клин между ними. За то, что был виновен в смерти Бом-и. За то, что оставил его умирать. Он должен был получить достойное наказание. И всё же притащился сюда. Мало того, что он следил за Ын Су, так ещё и протянул ему эту отвратительную руку.

За это преступление полагается смерть.

Глаза До Квона вспыхнули от ярости. Он с яростью ударил по лицу Сон Хона и опустил руку ему на шею. Он собирался свернуть ему шею и убить.

Как вдруг глаза Сон Хона вспыхнули, и он ударил До Квона внутренней стороне локтя. Когда тело До Квона потеряло центр тяжело, Сон Хон толкнул его.

До Квон ударился об окно. Под его тяжестью стекло разлетелось вдребезги. Стекло посыпалось вниз, как проливной дождь. Снаружи послышались крики людей.

На его щеках и ушах были многочисленные порезы. Кровь хлынула, но этого было достаточно, чтобы остался шрам, если раны не обработать.

До Квон поднялся на ноги, вытирая кровь тыльной стороной ладони. Стиснув зубы, он снова бросился на Сон Хона. Его кулак столкнулся с ухмыляющимся лицом Сон Хона, что тот попятился назад.

Он попытался оттолкнуть его, но До Квон даже не шелохнулся. Он захватил запястье Сон Хона и вывернул его.

Из губ Сон Хона вылетел душераздирающий крик. До Квон не остановился на этом, он захватил вторую руку Сон Хона и тоже её вывернул. Губы До Квона распылись в озлобленной улыбке. Его руки были не связаны, но как будто так и было. Затем тихим и слышным голосом только ему прошептал.

-Что бы ты ни сделал, я не брошу Ын Су.

-Ух...

-Ын Су -мой.

-...

-Ублодок-бета, вроде тебя, не смеет даже дышать с ним в одной комнате.

До Квон сделал предупреждение и ударил ему между глаз. Раздался звук, похожий на треск, и глаза Сон Хона закатились.

До Квон видя это, не переставал наносить удары. Он хотел убить Сон Хона, как можно более жестоко и беспощадно.

За то, что снова пришёл к Ын Су, за то, что попытался прикоснуться к нему, за то, что называл его по имени. Он не мог простить.

В тот момент, когда До Квон снова поднял свой залитый кровью кулак, толпа вдруг зашумела. Пока он бил Сон Хона были слышны возгласы, но сейчас вдруг был слышен шёпот.

До Квон инстинктивно почувствовал, что что-то было не так. Он быстро оглянулся. На том месте, где был Ын Су, забившись от Сон Хона, его там не было.

В глазах До Квона мелькнула тревога, он тут же отпрянул от тела Сон Хона и огляделся в поисках Ын Су. Не сделав и нескольких шагов, он обнаружил его стоящего на улице со стеклом на асфальте.

Сидя на корточках на тротуаре, его лицо было опущено вниз. До Квон без труда догадался, на что он смотрел.

Стекло. Повсюду было стекло. Ын Су вглядывался в стекло, которое было разбросано повсюду. Как в тот раз, когда он разбил стекло в ванной в больничной палате.

-Ын...Су...

До Квон, задыхаясь, бросился к нему. Но уже было поздно. Ын Су крепко сжимал в руке толстый кусок стекла. Между его белых тонких пальцев капала кровь. До Квон мгновенно побледнел.

-Ын Су, нет... нет...

-...

До Квон опустился на колени рядом с Ын Су, махая руками, не зная что сделать. Он не мог прикоснуться к нему, но и не мог оставить всё как есть. Тем временем кровь Ын Су капала на асфальт.

До Квону хотелось оторвать себе голову.

-Скорую, вызовите скорую. Быстрее! - крикнул До Квон окружающим.

Он обхватил запястье Ын Су дрожащей рукой и сжал его. Тем самым смог остановить кровотечение. Было бы проще сломать ему запястье, чтобы он отпустил стекло, но он не мог вынести мысли о том, чтобы причинить ему боль собственными руками.

-Отпусти это, Ын Су.

-...

-Пожалуйста...А? Пожалуйста, отпусти, Ын Су, тебе больно... Зачем ты держишь его, если тебе больно...

Глаза До Квона ярко горели. Ын Су посмотрел на него. Его глаза были расфокусированы. Они были мутными, как будто в них смешался цвет. Они были безжизненными, как у куклы.

Он видел это уже. Когда он думал о смерти. Когда перерезал себе вены. Когда прощался с ним, потерявшим память. Это были те самые глаза.

До Квон испугался, что Ын Су снова может исчезнуть из его жизни. На этот раз он боялся, что смерть заберёт его жить, не фальшивая, а настоящая.

Что же ему делать?

Глаза До Квона метались из стороны в сторону, как вдруг ему пришла идея. До Квон легонько обхватил Ын Су за подбородок. И прежде чем Ын Су успел воспротивиться, их губы встретились.

Ресницы Ын Су взметнулись вверх. От испуга он крепче сжал осколок. Но До Квон вдул в щель между губами воздух. Точнее, феромоны.

Густые феромоны потекли по горлу Ын Су. До Квон потёрся губами, вливая феромоны в Ын Су.

-Хмпф...

Тело Ын Су начало расслабляться под внезапным натиском феромонов доминантного альфы. Мышцы, что были напряжены, расслаблялись. Кости, которые были жёсткими, размякли. Смятение и страх, которые возникли из-за Сон Хона, улетучивались.

Он давно не чувствовал феромоны альфы, так что в этот раз он ощущал феромоны ещё сильнее и отчётливее. Все пять чувств сосредоточились на его феромонах. Это было похоже на состояние под действием наркотиков.

И наконец, осколок выпал из рук Ын Су. В то же время его тощее тело откинулось назад. До Квон успел его подхватить и обнял его.

-Ын Су...

Ын Су смотрел на небо затуманенным зрением.

За искажённым лицом обеспокоенного До Квона виднелись светло- фиолетовые и даже сиреневые цветки. Лепестки свободно летели. Он почувствовал зависть.

Прежде чем открыть глаза, Ын Су расплывчато подумал. "Надеюсь,

я не проснусь в больнице".

Он ненавидел больницы. Стерильный интерьер, тошнотворный запах дезинфицирующих средств. Пищащие аппараты.

Безэмоциональные глаза врачей. Он ненавидел всё это.

Если он бы просто упал в обморок, то он бы оказался дома. Но раз он сжимал стекло до такой степени, что капала кровь, то это точно была больница.

Ын Су слабо вздохнул и медленно открыл глаза. Но вместо ожидаемого перед ним предстала знакомая картина.

Тёмные обои. Мягкая постель. Светло-голубое одеяло. Тускло- освещённая комната. Свет не так сильно резал глаза, несмотря на то, что он только сейчас открыл глаза. Тишина.

Но тут...

-Ын Су, ты очнулся? Был До Квон.

Ын Су быстро моргнул. Это был дом До Квона, точнее его спальня. Последний раз он был здесь много лет назад, но не смотря на это, он не забыл это место.

Почему я нахожусь здесь...Почему снова До Квона здесь... Ын Су уставился на до Квона с растерянностью. в глазах. Однако тот лишь включил свет чуть ярче и протянул стакан с водой.

-Хочешь воды?

-...

Ын Су посмотрел на стакан чистой воды и, дрожа, потянулся к нему. Но не успел он коснуться стакана кончиками пальцев, как До Квон отдёрнул руку. Нахмурив брови, он сказал Ын Су мягким голосом.

-У тебя ранена рука, возьми другой.

-Ах...

Ын Су взглянул на перебинтованную руку. Он помнил, как держал стекло, но не помнил, как нанёс себе рану. Глупый. Ын Су протянул вторую руку. До Квон вложил ему в руку стакан с водой.

Ын Су глотнул воды. Вода, попавшая в горло, заставила его мыслить более ясно, чем раньше. Опустошив стакан наполовину, он опустил руку, и До Квон снова наполнил его.

Ын Су, ещё не до конца пришедший в себя, непонимающе смотрел на него. Затем До Квон с тревожным выражением лица рассказал всё как есть.

-Сначала я повёз тебя в больницу, но репортёры, узнавшие о случившемся, столпились, поэтому пришлось вернуться домой.

-...

-Из-за того, что в этом инциденте замешаны я и Сон Хон, какое-то время будет шумно, прости.

Ын Су слабо кивнул. Даже если бы До Квон попал в больницу, подравшись с обычным человеком, шум был бы нешуточный. Но тут двое крепких мужчин, из них был директор Сонджин, и бывший управляющий директор компании, подрались между собой на улице, где было полно людей. Это наверняка станет проблемой.

Пока Ын Су вспоминал улицу, залитую кровью, и где были разбросаны осколки стекла. До Квон заговорил.

-Мама была здесь, но ей пришлось ненадолго отлучиться по делам.

Твоего имени не будет ни в статье, ни в новостях, Ын Су.

-...Понял.

-Галерея закрылась на ремонт. Я договорился с владельцем, так что можешь не беспокоиться, Ын Су. Ты просто... Ни в чём не виноват.

-...

Ын Су посмотрел на часы на тумбочке. Десять часов. Судя по тому, что свет отсутствовал сквозь шторы, сейчас была ночь, а не утро.

Должно быть, он был в отключке более семи часов. Должно быть, До Квон и Мён Хи разобрались со всеми последствиями.

Внезапное появление Сон Хона снова разрушило его устоявший

порядок жизни. Его образ будет преследовать ещё долгое время в кошмарах, понимая это, в висках снова заныло. Ын Су наморщил лоб, а До Квон облизал пересохшие губы.

-Ты не голоден? Я купил кашу, хочешь?

-Господин До Квон.

-А, что?

-Как вы узнали?

Ын Су посмотрел на До Квона спокойными глазами.

-...Хм?

До Квон ответил с опозданием. Было видно, что он пытался уклониться от ответа на этот вопрос. Ын Су ухмыльнулся, словно поняв его намерения.

-Как вам удалось появиться в тот же момент, что и господину Со?

До Квон не мог появиться в нужный момент. Похоже, он не знал о приходе Сон Хона, иначе остановил бы его ещё до того, как тот вошёл в галерею.

Возможно, когда До Квон увидел его, что тот угрожает, поспешил туда же. Машины сигналили возле галереи, вероятно, он переходил улицу на красный свет.

Но они не виделись с До Квоном уже больше месяца, да и переулок, где обычно стояла его машина, пустовал. Так откуда он пришёл?

Глаза До Квона метались из стороны в сторону. В них чувствовалась тревога. В какой-то степени, его метавшийся взгляд напоминал вора, которого поймали на месте преступления.

После некоторого колебания и избегания зрительного контакта, До Квон наконец заговорил.

-Прости меня, Ын Су.

-За что?

-Я был там всё это время.

-Где?

-На... Напротив галереи? - нехотя признался До Квон.

Ын Су наклонил голову и отвернулся. Напротив галереи? Что там находилось? За переходом не было ничего, кроме старых зданий, в котором обычно располагались магазины, клиники и рестораны...

Ын Су вдруг открыл рот от удивления.

-Вы же не имеете в виду здание напротив?

-Да. Я купил его.

-...

-...

Тишина заполнила спальню. До Квон не удержавшись от пристального взгляда, повернул тело в сторону. Ын Су пристально смотрел на его красивое лицо.

Точно, в здании напротив месяц назад проводился ремонт. Они поменяли хорошие окна на сильно тонированные стёкла. А ещё похоже, что перевозили туда какие-то вещи.

Он думал, что это новый офис, но это было помещение До Квона, где через тонированные стёкла он наблюдал за ним.

Ын Су был так потрясён, что не смог даже рассердиться. Такого поступка он даже представить ещё не мог. Нет, было бы странно представлять себе такое.

Ын Су был ошеломлён.

-Ын Су, я... Можно ли мне .... приходить? Могу я хотя бы... смотреть на тебя издалека?

-Если тебе это не нравится... Я больше не приду... Я больше не появлюсь перед тобой Ын Су.

-Так что... Не плачь.

Всякий раз, когда он это говорил, то создавалось ощущение, что он больше не вернётся. Он не просто приходил и наблюдал за ним время от времени, а просто купил здание и сидел там, наблюдая. Было даже подозрение, что в здание может находиться телескоп или что-то в этом роде.

Но почему-то он не чувствовал злость. Может быть, потому что До Квон не забыл о нём, но оставил его, забрав с собой все сожаления, - думал про себя Ын Су.

-Просто ты ненавидишь меня... Но вот я чувствую, что умру, если не увижу тебя... Прости. Я не хотел этого делать, но тут появился Со Сон Хон.

До Квон извинился с мрачным лицом. Ын Су крепко зажмурил глаза и открыл их. Да, хорошо, что он был рядом. Сон Хон был явно не в себе, его глаза были стеклянными от безумия, а дыхание, переходящее на шёпот, было отвратительным.

Ын Су провёл кончиками пальцев по одеялу и тихо спросил.

-Что с управляющим директором?

-Он, должно быть, в больнице.

-Разве с ним... Всё в порядке?

Образ окровавленного пола был ещё свеж в памяти. Кулак До Квона, на котором были размазаны капли крови, и разбитое лицо Сон Хона.

Его вопрос не означал, что он беспокоился о нём. Просто было любопытно. Сможет ли он восстановиться? Хотелось бы даже спросить: "Не умер ли он случайно?", но этот вопрос был бы слишком жестоким, поэтому он промолчал.

-...

Глаза До Квона сначала закрылись, а потом открылись. Почесав нёбо кончиком языка, До Квон холодно ответил.

-Он не в порядке, у него сотрясение мозга, перелом двух запястий, а и зрение... Он может ослепнуть.

-Ох...

Новость была шокирующей, но в то же время он чувствовал облегчение. "Да. Я мучился столько лет, пробыв в больнице, испробовав на себе столько уколов и капельниц. Так что он заслужил это", - подумал Ын Су про себя.

До Квон поднял взгляд на Ын Су, на лице которого заиграла странная улыбка. Он подошёл к Ын Су и наклонился. От неожиданности Ын Су отстранился, а До Квон тихо прошептал.

-Когда он очнётся, я убью его.

-Господин...До Квон.

-Я убью его, чем позволю снова вам увидеться.

-...

-Больше не позволю случиться чему-то подобному.

Его слова звучали как клятва. Каждый слог был наполнен решимостью.

Ын Су сухо сглотнул. Было бы хорошо, если бы Сон Хон умер, полностью исчезнув из этого мира. Так будет спокойнее ему, больше не придутся бояться дня, подобно сегодняшнему, больше не придётся разбиваться под натиском тьмы прошлого.

Ын Су уставился на свою перевязанную руку. До Квон тоже перевёл взгляд на неё. Его лицо, наполненное холодном, вдруг побледнело от беспокойства.

-Твоя ладонь в порядке. На неё наложили швы и сказали, что всё быстро заживёт, если накладывать повязки. Возможно, останется шрам, но сказали, что если за ней ухаживать, то всё будет в порядке.

До Квон стыдливо опустил голову, что можно было подумать, что это он порезал ладонь Ын Су.

Губы Ын Су сжались в ровную линию.

О чём я только думал, когда держал стекло и пытался перерезать им себе горло? Я не понимал, что твою. Я до сих пор плохо помню, что тогда произошло. Но отчётливо помню, как стекло... так красиво блестело, и мне казалось, что я хотел взять его в руку, чтобы сберечь.

Наверное, я действительно сошёл с ума.

Ын Су издал протяжный вдох через нос. Плечи До Квона слегка вздрогнули от неожиданности. Он тихо сел на край кровати и стал говорить низким, хрипловатым голосом.

-Ах... Тебе нужно быть аккуратным из-за своей травмированной руки. Ты же сможешь остаться один?

-Что?

-Просто врачи сказали, что тебе нельзя её мочить в воде. Поэтому будет ли тебе удобно мыться, есть или переодеваться...?

Нетрудно было догадаться, к чему он клонил. Наверное, таким образом, просил остаться здесь, пока его рука не заживёт. А, возможно, и подольше.

Ын Су смотрел на До Квона, но До Квон избегал его взгляда.

Воцарилась неловкая тишина.

Первым её прервал Ын Су, натянув одеяло на плечи.

-Я хочу спать.

При этих словах глаза До Квона расширились. Он сказал всего пару слов, но тот даже наклонил голову, словно не понимал его. Ын Су зыркнул на него.

-А? А, да. Спи.

До Квон резко вскочил с кровати и стал расправлять скомканное одеяло. Он взглянул на кровать, а затем отступил на шаг назад.

Ему хоть и хотелось посмотреть, как он будет засыпать, но решил не жадничать. Ему было и достаточно того, что Ын Су не проклинал его и не выгонял со словами: "Немедленно уйти отсюда".

-Тогда... Я пойду...

-Оставайтесь здесь.

-...Что?

-...

До Квон сделал глупое выражение лица, словно не мог поверить в то, что только что сказал Ын Су. Мягкий голос словно звучал как во мне. Тяжело сглотнув, До Квон осторожно переспросил.

-Мне остаться...?

Но Ын Су не ответил. Его ответ не был ни "да", ни "нет". Поэтому До Квон решил его молчание истолковать, как "да". Он усмехнулся, а уголки его рта защипало от ран. Он сразу же вскочил на ноги.

-Я буду здесь. Я не сдвинусь с места, пока ты не проснёшься, Ын Су.

-...

На этот раз Ын Су ничего не ответил. Он просто повернулся к нему спиной. Это был очевидный игнор, но улыбка с лица До Квона не стиралась. Находиться в одной комнате с Ын Су было слишком нереальным, чтобы быть реальностью.

Сидя на диване рядом с кроватью, До Квон положил подбородок на подлокотник. Он смотрел на округлый затылок Ын Су, и, несмотря на то, что его лица не было видно, он мог разглядеть другие очертания.

Ушные раковины, из которых выбивались прядки волос. Белый затылок. Лопатки, которые проглядывали сквозь футболку. И как слегка приподнимались и опускались его плечи, когда он дышал.

Он мог бы пролежать так несколько дней, не двигаясь, просто наблюдая за спиной Ын Су. Ему не было скучно, он был настолько очарован и заворожен каждой деталью, что напрочь терял счёт времени, как будто находился в наркотическом опьянении.

Одеяло Ын Су слегка зашелестело, и тут сиплый голос позвал его.

-Господин До Квон...

До Квон тут же выпрямился.

-Да? Что случилось? Тебе неудобно?

Может, ему холодно или жарко? Какая сейчас вообще температура в комнате? Может, рука болит? Хотя доктор сказал, что дал ему сильное обезболивающее, но оно уже должно было подействовать.

До Квон забеспокоился о состоянии Ын Су.

-Мне нужно, чтобы вы выпустили немного феромонов... Ын Су сказал это почти неслышным голосом.

-...

До Квон напрягся от неожиданной просьбы. Ын Су сильно зажмурил глаза, он не хотел этого просить, но всё-таки сделал это. Лёжа сейчас в его спальне, в его постели, где витали его феромоны, его продолжала мучить жажда.

Этот запах совсем отличался от ароматических свеч с феромонами, которые он покупал в последнее время. Это был гораздо более сильный, яркий и расслабляющий феромон, от которого не тошнило, не щипало глаза и не болела голова.

И ему казалось, что он сможет проспать полдня без кошмаров. Интересно, когда ещё будет такая возможность? В сложившихся обстоятельствах Ын Су хотел использовать До Квона, а точнее, его

феромоны, чтобы расслабиться. Так что в последний раз. В последний раз, он хотел почувствовать феромоны.

Но почему он никак не реагирует?

Ын Су поджал губы, чувствуя как ударили по его гордости. Он выкупил здание через дорогу от галереи, чтобы наблюдать за ним, а эту просьбу выполнить не может. Как раз в тот момент, когда он собирался выплюнуть слова: "Если вам это не нравится, то не надо", в ноздри ударил слабый аромат.

Ын Су непроизвольно глубоко вдохнул. Его лёгкие наполнились ароматными феромонами доминантного альфы. Плечи Ын Су расслабились.

В уголках его рта заиграла слабая улыбка.

-...Спасибо.

Ын Су медленно закрыл глаза.

Впервые за долгое время он почувствовал, что наконец, сможет спать, не видя снов, как хороших, так и плохих.

Ын Су открыл глаза только спустя долгое время. Тело всё затекло от долгого лежания, но голова была лёгкой. Давно он так долго не спал.

Ын Су потянулся и застонал, как щенок. Он вытянул кончики пальцев, как кленовый листок, и ладонь тут же начала покалывать.

-Ух...

Ын Су схватился за запястье, а плечи вздрогнули. Он чувствовал, как словно кожа трескалась по швам. Это было чертовски больно. Ын Су раздражённо потёрся лбом о подушку. То, что ему не было некого винить в случившемся, кроме себя, ещё больше раздражало.

Сглотнув нарастающую боль, Ын Су медленно поднял верхнюю часть тела. Он всё ещё находился дома До Квона. Судя по отсутствию света за плотно зашторенными окнами, была ещё ночь. Возможно, уже прошёл день.

Взгляд Ын Су переместился на одноместный диван, где сидел До Квон. Он всё ещё сидел на диване, как и в прошлый раз, когда Ын Су уснул. Он не мог сказать, встал он или нет, но в любом случае он выглядел, как будто совсем не двигался за всё это время.

Только в этот раз... Он спал.

Ын Су затаил дыхание и уставился на До Квона.

До Квон спал, прислонившись головой к спинке дивана. Поза была не слишком удобное, но его уставшее выражение лица и ссутуленные плечи придавали ему некую томность.

-...

Ын Су некоторое время разглядывал До Квона. Хоть он и спал, но ощущалось так, будто они не виделись слишком много лет.

Зрачки Ын Су оживлённо двигались. Тёмные брови, слегка прикрытые веки, чёрные ресницы, ровный и вздёрнутый нос, пухлые губы. Он видел его бесчисленное количество раз, но сейчас создавалось ощущение, будто этот облик был ему незнаком.

Затем его взгляд остановился на шраме.

Похоже, он не пытался залечить раны, которые всё ещё были свежими. Он взглянул на его ушную раковину, где тоже виднелись раны. Должно быть, это было больно, раз аны оставлены стеклом. Как он оставил всё как есть? Словно выставил напоказ.

Ын Су тихо цокнул языком и огляделся. Вдалеке он увидел открытую аптечку, лежавшую на столе. Она была похожа не на домашнюю аптечку, а скорее, на ту что обычно привозят с собой доктора.

Ын Су тихонько встал с постели и подошёл к аптечке. Внутри было множество разных лекарств, он попытался найти что-то похожее на ватные диски, мази или пластыри, но разнообразие настолько сильно было огромным, что это слегка его подвергло в замешательство.

Порывшись, он смог найти антисептик, а через некоторое время и мазь. Ын Су подошёл к До Квону.

Положил лекарства на подлокотник дивана, Ын Су сначала взял антисептик и стал аккуратно наносить его на израненное лицо До

Квона. Он также не пропустил и ухо.

В комнате было слишком темно, поэтому это было сделать нелегко.

К тому же левой рукой было настолько трудно двигать, что он даже приоткрыл рот, сосредоточившись. Затаив дыхание, он нанёс средство на его кожу.

До Квон даже не хмурился, пока Ын Су наносил антисептик на раны.

Он всегда крепко спал, но обычно он никогда не спал настолько крепко, чтобы не почувствовать чьё-то шевеление прямо у себя под носом. Возможно, в последнее время он слишком много спал. "Хотя какое мне до этого дело?" - подумал про себя Ын Су.

Сжав губы в ровную линию, Ын Су закрыл антисептик и поставил его на место. Затем он взял мазь и надавил его на ватную палочку.

Он подумывал разбудить и сказать, чтобы тот ехал в больницу, но не хотел, чтобы он чувствовал себя неловко из-за порезов на лице. В конец концов, эти раны он получил, когда пытался защитить Ын Су.

Вздохнув, Ын Су наложил мазь на раны. Но мазь была более вязкой, чем жидкий антисептик, поэтому ему пришлось поднапрячься.

Ын Су старался нанести лекарство так, чтобы не разбудить его.

Поэтому он ещё больше наклонился, и затаил дыхание, стоя между ног До Квона.

Он снова поднёс ватную палочку к ране, как вдруг его схватили за подбородок и запястье.

-Что?

Большая рука До Квона схватила Ын Су за левое запястье. От испуга Ын Су попятился назад, но вдруг его лицо столкнулось с крепкой грудью До Квона.

Ын Су задержал дыхание, а До Квон пришёл в себя. Он не сделал ему ещё ничего плохого, от отчего-то ему хотелось спрятаться.

Пока Ын Су стоял в растерянности. До Квон медленно моргал налитыми кровью глазами, пытаясь разглядеть человека перед собой. Как вдруг понял, кто этим человеком был.

-Ын...Су? - произнёс До Квон надтреснутым голосом, не в силах избавиться от остатка сна. Краем глазом он заметил, как Ын Су вскинул голову, а его лицо было напуганным, словно его поймали за чем-то.

-Когда ты проснулся?

До Квон просунул руки подмышки Ын Су и поднял его, усадив на диван рядом с собой. Ын Су даже не пошевелился от его прикосновения, словно был куклой.

Глаза Ын Су расширились от шока. Он не мог поверить в то, что его так просто взяли на руки и усадили. До Квон был сильным, и он знал это слишком хорошо, но никак не мог привыкнуть к этому.

До Квон не ведая, о чём думает Ын Су, обеспокоенно взглянул на его перебинтованную руку.

-Ты из-за руки? Болит? Дать обезболивающее?

Он приподнялся, чтобы дотянуться до аптечки, как вдруг бинты и антисептик упали с подлокотника упали на пол с грохотом. До Квон, приподняв бровь, стал нащупывать упавшие предметы. "Почему это здесь?" - рассеяно подумал он.

-...

-...

Наступила тишина. Ын Су стыдливо отвернул голову, а До Квон сделал глупое выражение лица. Его глаза сначала метались по сторонам, а затем его взгляд упал на Ын Су, и только позже он мог мог разглядеть ватные диски, антисептик, мази. Да и странное липкое ощущение говорило об этом.

-Шрамы... Я думаю, что они останутся... - Ын Су сказал это, слегка запнувшись. Он попытался найти оправдание, но его голос был настолько неуверенным, что было сложно в это поверить.

До Квон сменил своё шокированное выражение лица на

ухмыляющееся, а затем сел напротив Ын Су и скорчил болезненную гримасу.

-Если не обработаешь, то останется шрам. Заканчивай.

-У вас есть зеркало... Можете и сами это сделать.

Ын Су отложил ватную палочку. Он хотел это сделать, раз он спал, но раз уж он проснулся, то вполне может и сам позаботиться о своих травмах.

Тогда До Квон схватил Ын Су за запястье. Хватка была не сильной, а даже слишком лёгкой.

-Нет, сделай это. Моя рука тоже ранена. Я не могу сделать это сам. До Квон поднял правую руку в воздух. От ударов по лицу Сон

Хона на его костяшках остались красно-синие синяки, которые доставляли боль от каждого движения, но он решил промолчать об этом, потому что эта не та проблема, которая была важна в данной ситуации.

-Вы можете левой...

-Она тоже в беспорядке.

-...

Губы Ын Су дрогнули в нерешительности. Затем он выдохнул через нос и взял ватную палочку. Он начал наносить мазь на раны До Квона.

Он делал это аккуратно и осторожно, чтобы не сделать больно. Его брови были нахмурены, потому что целиком и полностью сосредоточился на лечении. Но До Квон продолжал улыбаться,

причём он делал это постоянно, что ватная палочка не попадала по тем местам, которые нужно было обработать.

-Почему вы всё время улыбаетесь?

Ын Су раздражённо взглянул на До Квона. Ему хотелось ударить его в лоб, но тот был слишком большим. До Квон лишь прочистил горло и попытался опустить уголки рта.

Но всё было бесполезно. Уголки его рта снова поднялись вверх.

Наконец, подавив смешок, он заговорил.

-Просто нравится. Нравится и всё.

-...

-Прости, мне это нравится. Мне настолько нравится, что ничего не могу с собой поделать.

Ему нравилось, когда Ын Су находился рядом с ним. Он понимал, что это продлится всего несколько дней, но всё равно было приятно. Ему нравилось, что Ын Су не пугается его, не пытается убежать, не кричит на него, говоря, чтобы убирался с глаз долой. А ещё больше всего ему нравилось, что он сам взял мазь и беспокоился об этих несчастных ранах.

-Раз больно, то всё хорошо. Мне нравится болеть.

-Что вы имеете в виду?

Ын Су скорчил гримасу из-за его странных слов. "Мне нравится болеть". Возможно, у До Квона появились новые предпочтения с тех пор, как они не виделись. До Квон снова рассмеялся.

-Если больно, значит, это не сон.

-...

-Значит, то, что ты находишься перед мной - реальность. Это облегчение.

-...

Ын Су уставился на До Квона, который посмеивался. "Если тебе больно, значит, это не сон". Самая обычная поговорка, но сегодня она казалась особенно верной.

Ын Су посмотрел на свою руку, которая была туго перебинтована.

Внезапно он сжал руки в тиски. И почувствовал, как раны начали болеть.

-Ын Су!

От неожиданности До Квон рефлекторно схватил Ын Су за запястье. Его лицо побледнело, но Ын Су тут же разжал кулак и тихо прошептал.

-Действительно, если больно, значит это не сон.

-...

-Так вот что нужно делать, когда мне в будущем буду сниться кошмары.

Реальность окатила его, пока он не очнулся от своих фантазий. Глаза До Квона сужались, пока Ын Су продолжал говорить тихо.

До Квон имел совсем другое, говоря о том, что боль заставляет чувствовать, что это всё реальность. Что происходящее с ним не сон, а счастливая реальность. Но слова Ын Су совсем отличались от его смысла. Для него эти слова означали, что с помощью боли, он сможет избежать своих кошмаров.

Губы До Квона сжались в ровную линию. Он забрал ватную палочку из рук Ын Су и швырнул её в мусорное ведро.

-Достаточно.

-Я ещё не закончил...

-Позволь мне осмотреть твою руку. Тебе снова нужно нанести мазь. До Квон чувствовал себя злым. Он прихватил с собой всю аптечку,

положил запястье Ын Су на своё бедро и подтащил лампу, чтобы подсветить руку.

Очень осторожными движениями До Квон аккуратно снял повязки, обнажив рану. К счастью, стекло проникло не слишком глубоко, так что рана была несерьёзной, но вид крови и мази разрывал ему сердце.

До Квон первым делом вытер кровь. От того, что Ын Су недавно сжал руку, на ней открылась рана.

Кончики пальцев Ын Су вздрагивали, пока До Квон с пустым лицом осторожно вытирал кровь спиртованной салфеткой.

-Больно...

-Конечно, будет больно! Почему не...

Глаза До Квона расширились, и он резко закрыл рот. Как он смел повышать голос на Ын Су, когда был причиной всех его болей и страданий. И всё, что он мог сделать, это пожелать, чтобы Ын Су причинял ему боль, вместо того, чтобы причинять боль себе в будущем.

-...Нет-нет. Я буду аккуратным. Вздохнув, До Квон перестал говорить.

-...

Ын Су смотрел на До Квона, не произнеся ни слова. Как долго между ними длилась эта тишина? Веки Ын Су постепенно начали смыкать.

Он повертел головой, чтобы стряхнуть сонливость. Сколько времени прошло с того момента, как он проснулся? Ын Су глубоко вдохнул, но в ноздри ударил запах феромонов До Квона.

Сначала плечи Ын Су напряглись, но потребовалось всего мгновение, чтобы они расслабились.

Веки становились намного тяжелее, чем раньше. Аромат феромонов действовало на него, как успокоительные. Благодаря им он чувствовал себя так, будто сильно напился. Это было невероятное успокоительное.

-Хочешь спать? - спросил До Квон, взглянув на Ын Су.

-...

Ын Су покачал головой.

-Я скоро закончу, осталось недолго.

До Квон начал двигать руками быстрее. Однако ран от стекла было много. Он не мог пренебрежительно отнестись к рукам, заставив чувствовать боль. Поэтому процесс был таким медленным.

Поджав губы, До Квон сосредоточился на лечении. Раньше этим занимался доктор, и у него это легко получалось. Но вот До Квону было тяжело, поскольку он не умел делать ничего, кроме как наносить мазь и накладывать повязку.

До Квон нахмурился, сосредоточившись на лечении, и когда он наконец начал накладывать повязки на рану, то перед ним мелькнула тень.

Тень внезапно стала ближе, а затем - бум. Волосы Ын Су рассыпались на плече До Квона.

-...

От удивления До Квон перестал дышать. Сначала он подумал, что Ын Су упал в обморок, ведь иначе он бы не упал к нему вот так, но потом ему показалось кое-что странным. Хоть Ын Су был и не в лучшей форме, но он был не настолько слабым, чтобы внезапно падать в обморок.

-...Ын Су?

Он взглянул на него и уже позже понял, что тот уснул.

И это было удивительным. Ын Су и так проспал весь день. Прошёл целый день с тех пор, как он заснул с их последнего разговора. И с тех пор До Квон не выходил из спальни, лишь изредка заглядывали доктор, секретарь Чон и Мён Хи.

Однако даже так Ын Су ни разу не открыл глаза во всей этой суматохи. Он был удивлён тому факту, что он всё никак не просыпался, а после и сам заснул на диване.

И сейчас Ын Су снова уснул. К тому же его сон был не лёгким, а больше похожий на обморочный.

В глазах До Квона мелькнуло беспокойство. Он испугался, что с ним снова что-то не так, вдруг он заболел.

-Ын Су, проснись.

До Квон нежно погладил Ын Су по спине.

-Мм...

Но Ын Су не открыл глаза, лишь уткнулся лицом в шею До Квона.

Он думал над тем, стоит его будить или нет, но в итоге решил выбрать последнее. Возможно, он так хотел спать, потому что усталость настолько скопилась, или возможно, ему просто было удобно здесь.

До Квон отложил в сторону мазь и лекарства, затем подхватил Ын Су за талию и притянул к себе. Он тихонько двинулся к кровати, гадая, проснётся ли он.

А затем осторожно положил его в кровать. Он попытался отцепить его руки от себя, но тот лишь ухватился за его одежду крепко. Не одной рукой, а обеими. Его хватка была настолько крепкой, что рубашка под ней смялась.

-Мхм...

До Квон издал стон от смущения. Он паниковал не от прикосновений Ын Су, а от того, что его рука может снова заболеть. Неужели ему снова снился кошмар? Поэтому он пытается проснуться, причинив себе боль? Однако лицо было спокойным.

Пока До Квон беспомощно пытался выпутаться, Ын Су переместил руку на талию До Квона. До Квона словно магнитом притянуло к нему. Ын Су, уткнувшись носом в его предплечье, стал громко дышать.

-...

До Квона охватила волна паники. Находиться так близко к Ын Су, а уж тем более лежать с ним в одной постели, - роскошь.

С тех пор, как он нашёл Ын Су, которого считал мёртвым, он не был так к нему близок. Тоже самое было, когда он отнёс его пьяного домой, потому что не мог вот так оставить на улице.

Но вот лечь в постель совсем другое дело. Кровать... Кровать было местом, где прошло бесчисленное количество времени, проведённых с Ын Су.

До Квон тяжело сглотнул. Его член запульсировал, и он выругался себе под нос.

Сумасшедший ублюдок. И что я собрался делать с больным? Нет, даже если бы он не был болен, то на это надеяться уже слишком. Он чувствовал себя виноватым даже за то, что мастурбировал в ванной на кафельные стены. Похотливые фантазии Ын Су были смертным преступлением, которое заслуживало смертной казни.

-Угх...

До Квон испустил короткой вздох. Он попытался выкинуть мысли из своей головы, но дыхание Ын Су щекотало ему уши. Его спокойное, ровное дыхание никогда не было таким сладким, как сейчас.

До Квон осторожно повернул тело в сторону, и, опустив голову на руки, уставился на Ын Су. Ын Су нахмурился, почувствовав как тепло выскользнуло из его рук, и снова уткнулся в его объятиях. Не в силах сдержать смех, До Квона тихонько посмеялся.

Он долго наблюдал за Ын Су. Пока тот спал крепким сном, он нежно гладил его волосы и проводил большим пальцем по округлому

лбу. Он смотрел на его нос и губы, пытаясь уловить его вдохи и выдохи.

Он наклонился и вдохнул аромат Ын Су. Он не просто нюхал, а яростно вдыхал, словно он собирался заполнить все свои органы его запахли. Да и к тому же об этом никто не узнает.

Это было хорошее время. Даже если его сердце внезапно остановится и он умрёт, он не сожалел об этом.

Он старался не упустить эту возможность, которую ему любезно предоставили. Он снова и снова смотрел на Ын Су, вдыхал его запах, чувствовал тепло его тела, беспокоился за его раненую руку, сожалел о прошлом и страдал.

Пока он это делал, время шло. Ровная тишина давила на веки До Квона.

Он прищурил покрасневшие глаза. Завтра Ын Су снова может не стать. Возможно, он снова будет его ненавидеть, скажет слова о том, что не хочет видеть и чтобы не показывался ему на глаза.

Но он пытался противиться сну. С тех пор как он встретил Ын Су, он не спал больше четырёх часов. В данный момент была идеальная среда для хорошего сна, ведь в его объятиях был Ын Су и запах.

В конце концов его сознанием завладел сон. Улыбнувшись, он закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.

Прошло слишком много времени, с тех пор как они спали вместе.

Прошло два дня с тех пор, как Ын Су уснул. За эти два дня он ни разу не проснулся. До Квон просидел с ним рядом двадцать четыре часа, и практически не сводил взгляд, но Ын Су даже не шелохнулся.

Испугавшись, что с Ын Су что-то не так, До Квон поднёс руку к его носу, чтобы проверить в порядке ли его дыхание. Он даже ронял предметы, чтобы создать громкий шум, пытаясь разбудить его.

Но он не просыпался. Он просто дышал, словно был похож на живого мертвеца.

До Квон облизнул нижнюю губу, которая сильно потрескалась от того, что он часто её жевал. Это определённо ненормально. Ын Су никогда не спал так долго, да и сам не отличался таким крепким сном.

Здесь определённо было что-то нет. Пока До Квон наблюдал за ним, в дверь постучали. Это был врач, которого он вызвал час назад.

-У него гиперсомния.

-...Что?

Брови До Квона нахмурились, услышал незнакомое название.

До Квон, доктор и психиатр, к которому Ын Су ходил каждый месяц, сидели и обсуждали состояние Ын су.

Седовласый доктор сморщил нос и уже собирался продолжить, как психиатр перебил его суровым голосом.

-Это происходит из-за недостаточного количества качественного сна. От этого страдают пациенты с депрессией, и это может быть спровоцировано лекарствами или физическими заболеваниями.

-...

-Сон своего рода бегство от реальности, иногда пациенты дремлют, а иногда, как Ын Су вообще не просыпаются.

-...

До Квон лизнул внутреннюю сторону щеки. Он знал, что Ын Су болен, но когда ему назвали более точный диагноз, его мир будто бы перевернулся.

Затем он протяжно вздохнул и потёр лицо, как вдруг психиатр снова заговорил.

-Похоже, что в случае с Ын Су имеет место сочетание сложных факторов.

-...Сложных?

-Да. Вы знали, что у него были проблемы со сном... А ещё ему снились кошмары?

-Да. Я знаю.

-Но дело не только в этом, он не мог нормально спать, потому что его феромоны были нестабильны.

-Феромоны... Из-за феромонного шока?

-Да, это одно из последствий.

До Квон заскрежетал зубами. Чёртов феромонный шок. Как долго он ещё будет мучить Ын Су? Придётся всё-таки убить Сон Хона.

Однако даже если бы он уже очнулся, то он не мог пойти к нему и перерезать горло, поскольку не хотелось оставлять Ын Су совсем одного, поэтому он откладывал это.

Когда кулаки До Квона сжались, психиатр добавил.

-К счастью, это можно вылечить.

-Как это можно вылечить?

-Феромонный шок лечится с помощью альфа-феромонов.

-...

-Однако, поскольку Ын Су не хотел встречаться с альфой, я ему прописал ароматические свечи с феромонами, но, похоже, ему это не особо понравилось...

До Квон испустил долгий вздох. Вариант лечения немного пугал. Как же было бы здорово, если можно было просто поставить укол, выпить таблетки или даже сделать операцию. В этом случае можно было бы подобрать лучших врачей, больницу и лечение.

Метод лечения феромонами немного отличался от обычных указаний, например, хорошо питаться, не напрягаться лишний раз, - как обычно советуют врачи.

До Квону нужна была конкретика в лечении, как сделать так, чтобы Ын Су мог как можно быстрее поправиться.

Однако если это единственный выход из ситуации, то ничего другого не остаётся. До Квон хотел сделать так, чтобы Ын Су проснулся и мог уже поправиться, хотел чтобы ему перестали сниться кошмары, а также чтобы он избавился от мучительных воспоминаний своего прошлого.

-Тогда...Что мне нужно сделать? - спросил До Квон. Консультант сделал глубокий вдох и выпалил.

-Познакомьте его с каким-нибудь альфой. С кем-то дружелюбным и милым.

-...Что? - переспросил До Квон, как будто ослышался. Его брови нахмурились, а губы искривились. В его глазах сверкнули раздражение и гнев.

-Что с ним сделать? Познакомить с другим альфой? Мне? Его? - До Квон уставился на консультанта так, словно хотел порвать его на части, но тот продолжал сохранять спокойное выражение лица.

-Либо так, либо отнеситесь к нему с уважением.

-...

До Квон был ошеломлён. Его замечания звучали слишком абсурдно.

Что ещё хуже, так это то, что придётся принимать всевозможные указания врача. И идти против этих указаний, будет очень глупым поступком. Потому что состояние Ын Су зависит именно от этих врачей. И ему не остаётся другого выбора, кроме как слушать, а при желании вставать на колени и умолять.

-Тогда что именно нужно сделать? - спросил До Квон. Консультант посмотрел ему в глаза и снова заговорил.

-Нужно делиться феромонами регулярно. Достаточно близкого контакта и прикосновений. А также часто напоминать, что реальность лучше, чем его иллюзии. Часто напоминать, что Ын Су находится в безопасности.

-...

Это было непростой задачей. Обычный обмен феромонами не должен стать проблемой, особенно когда Ын Су спит, как сейчас, и До Квон может находиться рядом с ним целый день. Но как, чёрт возьми, выполнить последние пункты?

"Но это уже моя проблема".

До Квон откинулся на спинку дивана. Консультант почесал затылок, пытаясь разобраться в его реакции.

-Но захочет ли Ын Су остаться с вами?

-...Это его выбор, - вздохнув, ответил До Квон.

Что он может сделать, если Ын Су не захочет оставаться с ним? Он ничего не сможет, только если держаться за него, падать в ноги и умолять. Однако, кажется, он сойдёт с ума, если Ын Су будет контактировать с другим альфой, как и говорил консультант.

"Как бы там ни было, для меня на первом месте стоит здоровье и стабильность Ын Су, поэтому не могу допустить, чтобы он снова заболел или вообще умер".

Потирая глаза, До Квон посмотрел на доктора.

-Ын Су не ел уже три дня, пока спал.

-О, понял. Я оставлю немного пищевых добавок и глюкозы.

-Думаю, что повязки тоже надо сменить.

-Да, сделаю.

Доктор прихватил с собой аптечку и встал. До Квон поднялся вслед за ним. Поскольку этого врача привела Мён Хи, он не знал, что он может его доверить Ын Су, поэтому не переставал за ним наблюдать.

Затем встал консультант.

-На всякий случай я принесу из машины ароматические свечи с феромонами.

Он ухмыльнулся. Это было достаточно безобидное замечание, за которым скрывался злой умысел. "Такое ощущение, что он намекнул на то, что Ын Су будет отвергать мои феромоны. Поэтому и решил дать ароматическую свечу в качестве безопасного варианта."

-...

До Квон не отвечал, потому что явно не ошибался.

"Кстати, я уже думал об этом, но у меня возникло странное чувство дежавю". Аура консультанта была жутко похожа на того гинеколога, к которому ходил Ын Су. Врачиха с тонкой оправой на очках, которая ругала его.

Он не знал, почему вдруг это всплыло в его голове. Он думал, что больше никогда не столкнётся с таким человеком, раз Ын Су уже не беременный.

Сморщив нос, До Квон развернулся и посмотрел на консультанта.

-Ах, я хотел бы спросить у вас кое-что.

Консультант поднял брови, как бы спрашивая, в чём дело.

До Квон отправился на работу. Он отсутствовал почти неделю, поэтому уже не мог больше откладывать. Но всё было не настолько плохо. Ему нужно было отлучиться на четыре часа, включая дорогу. Большую часть работы он делал дома, поэтому в этот раз он поехал в компанию, чтобы сделать то, что не мог сделать дома.

Когда он вошёл домой, то заметил, что кроссовки Ын Су валялись на полу. Судя по тому, что они лежат в том же положении, Ын Су до сих пор спал.

До Квон издал вздох, не похожий ни на сожаление, ни на облегчение. Он разрывался между радостью, что Ын Су находился в его постели и не проспался, но в то же время его это беспокоило, что он так и будет спать.

Прошло уже два дня с тех пор, как врачи уехали. К счастью, Ын Су периодически открывал глаза. Он ел, хоть и не в больших количествах, и принимал душ.

Но на этом всё. А дальше он просто засыпал. Он пытался держать его в бодром состоянии, включал телевизор, показывая фильмы, предлагал разную еду, но всё было бесполезно, ведь буквально через час он снова засыпал.

До Квон с уставшим видом развязал галстук. Быстро осмотрев гостиную, в которой была пусто, он направился на второй этаж, в свою спальню. Поднимаясь по лестнице, он скинул пиджак.

-Ах...

Дверь в спальню была открыта. До Квон склонил голову. "Неужели я открыл её и вышел? Нет". Он точно, когда уходил, закрывал её плотно на случай, если Ын Су проснётся. Он не запирал её на ключ, но закрыл, чтобы сквозняк ему не мешал.

Но почему она открыта? Неужели Ын Су открыл?

До Квон ускорил шаг. Он пересёк коридор и вошёл в спальню.

-...

Кровать была пуста, а постель взъерошена. Ын Су нигде не было видно.

До Квон тяжело сглотнул. "Нет". Его охватил страх, заметив, что Ын Су нигде не было. "Нет". Над его головой словно гром загрохотал.

До Квон быстро оглядел спальню. Какой бы она большой ни была, спрятаться человеку здесь негде, поэтому он переворошил покрывало, заглянул под стол и кровать, но Ын Су нигде не было.

До Квон чувствовал, как постепенно начинает сходить с ума.

Уголки его глаз подёргивались от страха и паники. Кроссовки были в коридоре. Ушёл он сам, или снова нагрянул Сон Хон? А вдруг это был кто-то неизвестный? В голове проносились разные мысли.

До Квон с бледным лицом уже собирался выбежать из спальни. Как вдруг он заметил тарелку на прикроватной тумбочке. Это была фруктовая тарелка, но утром она выглядела совсем иначе, нежели сейчас.

Клубники не осталось, некоторых виноградинок не осталось, а косточки от вишни лежали рядом, как будто их кто-то съел. Наверное, Ын Су.

До Квон тяжело сглотнул, его грудная клетка тяжело вздымалась. Ын Су проснулся и с ним никто ничего не сделал. Он почувствовал облегчение, потому что Ын Су был где-то в доме.

До Квон привёл в порядок свои всклокоченные волосы. Он прочистил горло и вышел из спальни с таким видом, будто ничего не произошло.

Ын Су не было в ванной. Его также не было в гостиной, ведь когда он поднимался наверх, там точно никого не было. Значит, оставалась кухня или кабинет.

До Квон повернулся к кабинету, который находился ближе всего.

Дверь в кабинет была открыта. На его лице появилась лёгкая улыбка. Он постучал в дверь кабинета.

-Ын Су, ты здесь?

Возможно, он не слышал стук, поэтому позвал снова. Но ответа так и не последовало. Возможно, он снова уснул? Образ спящего Ын Су в большом кресле заставил До Квона улыбнуться ещё шире. Он вошёл внутрь.

В кабинете царила тишина. Сквозь задёрнутые шторы пробивались лучи полудённого света.

До Квон взглянул на стол, но Ын Су тут тоже не было видно. Если его здесь нет, значит, он на кухне. "Интересно, что он съест после фруктов?"

До Квон собирался уйти, как вдруг до его носа донёсся слабый аромат феромонов Ын Су. Его глаза расширились, и он принялся обшаривать кабинет. В тот момент, когда он проходил мимо письменного стола...

-Ын Су.

Ын Су сидел на корточках рядом с ножкой стула. Его голова была наклонена вниз, как будто он спал. До Квон выдохнул через нос, он уже собирался подхватить его на руке и отнести.

-До Квон.

Ын Су позвал его по имени, от такого неожиданного оклика его плечи вздрогнули. Ын Су проснулся.

-Ах, Ын Су, что ты здесь делаешь?

Притворившись невозмутимым, До Квон опустился на колено рядом с Ын Су, но когда увидел, на что он так пристально смотрел, его тело застыло.

Ын Су смотрел на туфельки Бом-и. Маленькие белые туфли Бом-и.

Чтобы объяснить, почему они здесь, придётся перенестись на два года назад.

Пока До Квон горевал по Ын Су, Мён Хи в мгновение ока обо всём позаботилась. Похороны, дом, вещи и прочее. Так что у До Квона не осталось никаких его вещей.

Но однажды Мён Хи бросила До Квону туфли, словно собаке на пороге смерти. Он не мог заставить себя выбросить их, или, возможно, посчитал, что избавиться от них, - всё равно, что забыть

обо всём. Он не мог понять точную причину, ведь как только он получил их, его охватила всепоглощающая печаль.

Он отчётливо помнил всё.

Как покупал эти туфли. Как хранил их в гардеробной и улыбался им каждое утром. Однако когда потерял воспоминания, отдал их Ын Су, а затем поддался на уловки Сон Хона, выбросив остальные вещи Бом-и. Он также помнил, что на обоях телефона Ын Су были те самые туфли.

Наверное, он никогда не забудет об этом до самой смерти. Он и не должен забывать об этом.

Именно по этой причине он спрятал эти туфли в кабинете. Он не хотел их оставлять в спальне, потому что это было бы слишком. Но решил оставить в кабинете.

Только вот Ын Су нашёл их.

До Квон стиснул зубы. Ын Су не должен был видеть этого. Что толку, от того, что он их заметил? Его снова будет разъедать печаль.

До Квон попытался помочь ему подняться.

-Ын Су, пойдём отсюда. Хочешь что-нибудь поесть? Нет, нужно сначала нанести мазь на руки...

-Бом-и.

-...

-Я так скучаю по Бом-и, - пробормотал Ын Су осипшим голосом.

В его глазах стояли слёзы. До Квон ослабил хватку на его предплечье. Было слишком поздно, ведь Ын Су уже тонул в своей печали.

До Квон сжал губы в ровную линию и проследил за тем, как Ын Су смотрел туфли. Он не мог поверить, насколько очаровательными были эти крошечные туфельки. Должно быть, в них Бом- и выглядела бы как ангелочек. Возможно, она была бы похожа на пухленького милого купидона, каких можно увидеть только на картинах.

Слабая улыбка заиграла на уголках рта До Квона, когда он представил себе эту восхитительную картинку. Напротив, уголки рта Ын Су подёргивались.

-Разве это не странно? Как я могу скучать по ней, когда даже не видел её?

-...

-Иногда мне кажется, что я слышу голос Бом-и, хотя это точно не она.

Это был сухой монолог. Голос был настолько тихим, что казалось в нём совсем не было силы. До Квон зажмурил глаза, каждое слово Ын Су вонзалось ему в сердце.

Ын Су нежно коснулся кончиками пальцев к ткани туфлей.

Пушистая ткань была такой красивой.

-Если бы я только пришёл в себя, этим туфлям бы не было так одиноко.

-Ын Су, нет.

-Сейчас было бы странно об этом думать, но раньше я был... таким глупым.

-...

-Это всё... моя вина.

Глаза До Квона беспокойно метались. Казалось, что Ын Су вот-вот засосёт в глубокую яму, поэтому он не мог стоять и смотреть. До Квон схватил Ын Су за локоть и грубо потянул его вниз. Его худощавое тело беспомощно извивалось.

До Квон заглянул в его влажный глаза и стал говорить, будто ругал его.

-Что-то сделал не так?

-Я...

-Ын Су, ты ничего плохого не сделал.

Его низкий голос пронзил уши Ын Су. "Ты не сделал ничего плохо". Эти слова показались ему совершенно новыми. Глаза Ын Су расфокусировались.

До Квон посмотрел на него и умоляюще, искреннее стал говорить.

-Бом-и, она тоже моя дочь.

-...

-Но когда Бом-и ещё была у тебя в животе. Ты помнишь, что я сделал? Ты не виноват в этом, Ын Су.

-...

-Ты ничего не сделал. Это мне было всё равно, пострадаешь ли ты, заболеет ли Бом-и.

-...

-Пока ты плакал по ночам, держась за живот, пока ты сам вызывал для себя скорую, пока ты переживал за безопасность Бом-и в отделении неотложной помощи, пока ты сбегал от Сон Хона, - я бездействовал, Ын Су.

Уголки глаз До Квона подёргивались. Его голос дрожал, а потом стал совсем безжизненный, и он слабил хватку на локте Ын Су.

Он чувствовал стыд, перечисляя свои грехи. Ему было не по себе открывать рот и напоминать о тех днях, как будто он уже забыл об этом.

"Но я ничего не могу с этим поделать. Он должен знать и должен ясно видеть это. Что он был жертвой всех обстоятельств. Что всё плохое сделал я, а не он. Что я - убийца, что я - преступник, что - я ублюдок, что я - злодей.

До Квон сухо сглотнул.

-Если бы я не потерял память, я бы ни за что бы не оставил тебя одного. Я бы ни за что не возненавидел тебя и не допустил бы смерти Бом-и.

-Ах...

Дрожь пробежала по спину Ын Су от бесконечного потока слов До Квона. Его взгляд постепенно устремлялся вниз, подбородок опустился, а плечи поникли.

Видя это, До Квон стиснул зубы. Он встряхнул Ын Су и потребовал посмотреть ему в глаза.

-Посмотри на меня.

-Ух...

-Посмотри на меня, Ын Су.

-...

-Посмотри!

Ын Су неохотно посмотрел на До Квона. Он дрожал так же сильно, как и он. В его налитых кровью глазах стояли слёзы. Губы подрагивали, но он продолжал медленно повторять слова.

-Это я убил Бом-и.

-Ах...

По щеке Ын Су скатилась слеза. На щеке До Квона тоже появилась слеза. Они оба молча плакали. Туфли Бом-и в центре комнаты блестели.

Вдруг в глазах Ын Су мелькнуло безумие. Его губы задрожали, и он прошепиал.

-Даже если бы ты... Если бы ты не сделал это...

-Да, Ын Су, я сделал это, и если бы я не сделал этого, то Бом-и была бы жива.

-Ты...

-Верно. Я сделал это.

До Квон повторял каждое слово Ын Су. "Это всё сделал я, ты ни в чём не виноват." С его губ слетали только эти слова.

Ын Су поднял руки в воздух. Его бледные руки дрожали. Они оказались у горла До Квона. Он неуклюже обхватил его за шею. Затем он надавил всем весом. До Квон свалился назад.

Двое мужчин двигались, словно в замедленной съёмке. Это был акт удушения, в котором скорее не было ничего страшного, а было только изящество. Его убийственные намерения плавно перетекали в наступление.

Не успел он опомниться, как Ын Су оказался сверху и сдавливал его шею. До Квон лежал под ним неподвижно, как пациент на операционном столе или труп в гробу.

-Ты... убил Бом-и, - сказал Ын Су хриплым и влажным голосом.

-Да, Ын Су, я убил её и ты в этом не виноват.

Из глаза Ын Су скатилась слеза и упала прямо вниз, попав на его щеку и губы.

До Квон слабо улыбнулся. Сила, с которой Ын Су вцепился ему в горло, была ничтожно мала. Он никак не мог убить его, поскольку ему было даже тяжело держать палочки для еды. С его раненными и перебинтованными руками можно пролежать так весь день, и у него даже не перехватит дыхание.

Но он знал. Знал, что если Ын Су решил убить его своими руками, то всё в порядке.

До Квон осторожно обхватил тыльные стороны ладони Ын Су и

надавил на них. От испуга Ын Су отпрянул, но До Квон тут же это предусмотрел. Он сильно надавил на тыльную сторону ладоней Ын Су. Давление на шею усилилось.

Другой рукой он потянул Ын Су за плечо вниз. Давление стало ещё сильнее.

-Угх...

Лицо До Квона стало ярко-красным. Белки покрылись кровавой паутиной, а на лбу выступила испарина. Он смотрел на Ын Су с закрытым ртом, как человек, который умрёт, несмотря ни на что.

Однажды Мён Хи сказала ему.

"Верни свои воспоминания, получится или нет, найди их. Найди их и умоляй Ын Су. Проси у него прощения. Если он не простит тебя, то сверни себе шею."

"Она должна была меня похвалить, ведь я наконец-то смогу это сделать."

Перед его глазами всё стало размывались. Уши заложило, а сердце, которое бешено билось, замедлилось. Его раскрасневшее лицо стало белеть, а хватка на руках и плече Ын Су ослабла.

Слабая улыбка дрогнула в уголках рта До Квона, когда он стал ясно это ощущать.

"Какая же идеальная ситуацию. Ын Су схватил меня за шею. Увижу Ын Су в конце своей жизни. Его феромоны, что задерживаются на кончике носа. Его красивое лицо перед моими глазами. Его волосы развеваются".

Всё идеально.

До Квон чувствовал, что сможет умереть идеально.

Но в этот момент... Тело Ын Су задрожало, и он соскользнул с тела До Квона, как будто кто-то толкнул его.

-Ах..ах....

-Кха, кхе!

До Квон закашлялся, а грудная клетка тяжело вздымалась. Из-за инстинкта самосохранения он жадно глотал остатки воздуха, пытаясь хоть как-то отдышаться. От того, что смерть обошлась неудачей, До Квон крепко стиснул кулаки.

-Нет...Нет... Только не это...

Голос Ын Су дрожал и трепетал. До Квон подавил сильный кашель и двинулся к Ын Су, который зарылся носом в свои колени. Он забился под стол, как наказанный ребёнок.

-Что случилось? Кха, Ын Су, всё ты правильно делал. До Квон сжал локоть Ын Су.

-Сделай это ещё раз.

-Мхм... господин До Квон...

-Убей меня и забудь о нас с Бом-и.

На этих словах Ын Су напрягся и замер. Его глаза широко распахнулись. Слёзы и гнев смешались в расширенных зрачках. Он отшлёпнул руку До Квона и низким голосом прорычал.

-Я... не такой, как ты.

-...Ын Су?

-Я ничего не забуду.

-...

-Ни Бом-и, ни то, что ты сделал, ни то, что сделал я. Я ничего из этого не забуду, даже если убью тебя.

В этом судорожном голосе звучали все негативные эмоции. Печаль, обида, злость, чувство вины, неуверенность. Это так ясно ощущалось.

-Не делай этого, - не выдержал До Квон.

Ын Су встал и быстрым шагом вышел из кабинета. Спустя несколько секунд ошарашенный До Квон последовал за ним.

-Ын Су, Ын Су!

Ын Су бежал по лестнице вниз, а До Квон бежал вслед за ним.

Догнать Ын Су было не просто, поскольку он не хотел его трогать. Он не хотел дотронуться до него, поскольку это ещё сильнее спровоцирует его.

-Ын Су, не уходи, твои руки ещё не зажили.

Твой телефон в спальне. У тебя даже бумажник нет. Ын Су. Ын Су.

Его губы несли всякую чушь. Он понимал, что таким образом не сможет его остановить, но другого способа не мог придумать.

До Квон продолжал мысленно проклинать себя. "Придумай что- нибудь. Что угодно, лишь бы удержать Ын Су. Придумай причину, по которой он не должен покинуть это место".

Пока До Квон терзал свой шаткий разум, Ын Су уже смог добраться до входной двери. Ему не потребовалось много времени, чтобы обуть кроссовки.

В глазах До Квона мелькнуло сожаление. Не надо было вот так оставлять кроссовки. Надо было их куда-то спрятать. Нет, он должен был их вообще выбросить. Он не хотел, чтобы Ын Су их нашёл. Он не хотел, чтобы Ын Су покидал его.

Цвет лица До Квона посинел от нетерпения. Казалось, что Ын Су может исчезнуть в любой момент. Покачав головой, До Квон остановил Ын Су и опустился перед ним на колени.

-Ух, Ын Су, прости, не уходи.

-...

-Пожалуйста, не уходи! Пока твоей руке не станет лучше. А ещё... Ещё в галерее не убрались, тебе может присниться ещё один кошмар, если ты останешься один.

-...

-Оставайся и не уходи. Я сделаю для тебя всё, Ын Су. Я сделаю всё, что угодно. Я всё смогу.

До Квон умолял. Он умолял, стоя на коленях.

Его жадность росла с каждым днём, всё сильнее и сильнее. Когда он думал, что Ын Су мёртв, он был счастлив проводить два часа за его могилой. Когда он понял, что он был жив, то был счастлив видеть его издалека, потом есть с ним, потом находиться рядом.

И вот, наконец, когда он привёл его домой. До Квон не мог заставить себя вернуться к прежнему положению вещей. Он скорее умрёт, чем выпустит его из своих рук.

Тень Ын Су становилась всё ближе и ближе, пока он хватал его за лоскутки одежды. Согнувшись в талии, Ын Су холодно посмотрел на него.

-Тогда верни Бом-и.

-...А?

-Ты же только что сказал. Сказал, что можешь сделать всё.

-...

До Квон уставился на Ын Су с ошарашенным выражением лица. На лице Ын Су не отражались эмоции.

Рот До Квона дёрнулся. Но слова не шли. Он не мог даже солгать, что вернёт Бом-и, ведь такое не под силу даже Бог. Однако он мог сделать всё, что угодно, но только не это.

Рот Ын Су сжался в ровную линию.

-Если ты не можешь сделать это, то что ты вообще способен?

Ын Су сделал шаг, а рука До Квона опустилась на холодный мраморный пол. Кольцо на безымянном пальце левой руки ударился о пол, издав звук, похожий на звон разбитого стека.

Ын Су схватился за дверную ручка, как вдруг рука До Квона схватила его за лодыжку.

-Не уходи, Ын Су.

-Отпусти, - нетерпеливо сказал Ын Су и дёрнул ногой.

Но хватка руки была слишком сильной, поэтому он не смог вырваться. Стиснув зубы, Ын Су согнулся и вырвал руку До Квона. Он без особых усилий выкрутил ему пальцы, поцарапав тыльную сторону ладони. Снизу раздался низкий голос.

-Если ты уйдёшь, я сделаю что-нибудь плохое.

-...Что? - недоверчиво переспросил Ын Су.

"Что? Сделает что-то плохое? Кому? Мне? Почему? Разве того, что он сделал недостаточно? Разве этого мало? Сколько ещё он собирался меня уничтожать?" Слова так и переполняли его голову.

Но До Квон даже не дал ему шанса задать эти вопросы, а уставился на него своими чёрными глазами.

-Я сделаю всё, чтобы ты не смог бросить меня.

-...

-Если тебе это не нравится, можешь убить меня или остаться здесь.

До Квон схватил Ын Су за запястье и притянул ближе к своему горлу. Ын Су почувствовал, как в его ладонях пульсировала жизнь.

Ын Су сильно прикусил нижнюю губу и попытался вырваться. Он ненавидел До Квона. Ненавидел до смерти. Он знал, что не сможет его убить, поэтому пользовался этим. Он слишком хорошо его знал.

Ын Су чувствовал обиду на него за то, что пользовался его слабостями.

Ын Су дёрнул рукой, освобождаясь от хватки До Квона. Он смотрел на него с ненавистью в глазах и произносил каждое слово, словно тщательно их пережёвывал.

-Нет, не хочу. Я уйду. И что, сделаете плохо? Что же вы можете сделать?

-Многое.

-Я ничего не боюсь...

-Например, вот это.

Глаза До Квона вспыхнули. Ын Су непроизвольно откинул верхнюю часть тела назад, как вдруг его окутал тяжёлый феромон.

Это был феромон До Квона. Они были очень густыми, ядовитыми, раздражающими и смертельно опасными.

Феромоны пронизывали его плоть. Они просачивались в каждую клетку его тела, притупляя разум.

-Ах...

Ын Су издал короткий стон. Пока он был в доме До Квона, то чувствовал и даже просил его феромоны, но этот раз отличался от предыдущих. Всепоглощающие, сильные феромоны начали ломать его.

Ын Су пошатнулся и упал на бок. До Квон подхватил его, словно ожидал этого. Ын Су потянулся к предплечью До Квона, но не смог оттолкнуть его. Его руки были слишком слабы. Казалось, что каждый мускул и кости расплавлялись. Лишь кончики пальцев едва заметно подрагивали.

-Ты...

Ын Су озлобленно смотрел на До Квона, но тот никак не отреагировал, лишь обхватил руками талию и колени, подхватил его на руки и поспешил в дом. Руки Ын Су неистово дрожали.

Поднявшись по лестнице, До Квон вошёл в спальню. Он аккуратно опустил Ын Су на кровать и уставился на него, извивающегося, как рыба на берегу песчаного моря. Затем резко повернулся и вышел из комнаты.

Ын Су попытался пошевелиться, но феромоны, которые рассеивались в воздухе, продолжали одолевать его.

-Ымх...

Пока Ын Су ворочался, слёзы текли по его лицу. Как вдруг До Квон появился снова, держа в руке нож. От этого зрелища по спине

побежали мурашки. Нож был настолько острым, что казалось, он проткнёт кожу при малейшем прикосновении.

Глаза Ын Су расширились. "Неужели До Квон сошёл с ума, и решил убить меня? Неужели об этом "плохом" он говорил? Я всегда хотел умереть, но точно не таким способом".

Впервые за долгое время Ын Су поистине стал бояться смерти. Он боялся крови, боялся боли. Желание жить росло в геометрической прогрессии.

Ын Су извивался и пытался вырваться, но До Квон схватил его за лодыжку и притянул к себе. Это было самое ужасное, что он когда- либо испытывал. Ын Су не мог даже закричать. Всё, что ему удавалось, это лишь тихо стонать.

-Ых, ух...

Ын Су был на грани потери сознания от страха. Тяжёлые феромоны альфы притупляли его разум, как наркотик. В этот момент глаза Ын Су расширились ещё сильнее.

До Квон внезапно вложил в его руку нож.

-Держи.

-...

-Если хочешь уйти, убей меня и уходи.

-...

-Перережь мне горло этим. Можешь вонзить нож мне в сердце.

-...

-Куда угодно. Пожалуйста.

Ын Су застыл, глядя на холодное железо, заполнившее его ладонь. До Квон постепенно начал сжимать его пальцы, чтобы тот покрепче взял нож.

Пока Ын Су своими глазами, наполненными слезами, смотрел на лезвие в своей руке, До Квон приблизился к нему ближе, обнял за талию и зарылся носом в его шею. Он шептал хриплым голосом.

-Ын Су, я лучше умру, чем буду жить без тебя. Я не смогу жить без тебя.

-...

-Когда я потерял тебя... Когда жил, думая, что ты мёрт... Я не смогу вернуться к этому...

-...

-Так что если ты собираешься оставить меня, то хотя бы дай мне умереть...

До Квон бормотал влажным голосом. Его тихое рыдание, смешанное со слезами, было душераздирающим.

Ын Су уставился в потолок пустыми глазами. Он не мог понять, что тот говорит и, что, чёрт возьми, происходит.

Однако он отчётливо ощущал, что До Квон тоже был сломлен напрочь. Сильнее, чем он думал.

До амнезии он был разумным и очень рациональным человеком. "Как мы, чёрт возьми, оказались в таком положении? Как мы

оказались в такой ситуации? И почему у меня в руке нож, а он прижимает меня к себе и плачет?"

Из глаз Ын Су потекли слёзы. До Квон аккуратно тут же их вытер.

-Ын Су.

-...

-Я люблю тебя, - прошептал он.

Как только он закончил говорить, на его щеку упала крупная слеза.

Часть 15. Странный и красивый

Как ни странно, сон Ын Су ухудшился. Хотя он и по-прежнему

спал по двенадцать часов в сути, что было гораздо больше отведённой нормы. В отличие от тех дней, когда он мог бодрствовать по два-три часа за день.

Но это не значит, что его состояние улучшилось. Он всё ещё был подавлен, и время, проведённое с До Квоном, ему было некомфортным. Ему не нравилось сидеть целый день без дела, словно он был тяжело больным пациентом, хотя у него была травмирована только рука.

Равнодушно смотря телевизор, который тихо бубнил в спальне, Ын Су повернулся к тумбочке.

На подносе, прикрытым стеклянной тарой, лежал нож. Он был хорошо заточенным, и слегка поблёскивал.

Он положил его сюда. Он положил его так, словно это был экспонат музея, ведь если оставить с ним Ын Су наедине, то тот может нанести себе вред. Ын Су рассмеялся над нелепостью происходящего, но До Квон оставался непреклонным. Лицо Ын Су бледнело, когда он смотрел на дверь.

"Если хочешь уйти, убей меня и уходи". Слова в его голове повторялись.

Ын Су уставился на нож, лежащий на подносе. Рукоятка была толще, чтобы поместиться в его руку, да и остриё было направлено на До Квона, так почему же создавалось ощущение, что это на нём висят кандалы?

-Ха...

Ын Су испустил долгий вздох и потёр лицо. В этот момент в дверь его спальни тихо постучали. Не успел он ответить, как До Квон вошёл с большим подносом.

Он поставил поднос и выключил телевизор, затем взглянул на Ын Су и улыбнулся.

-Иди сюда, Ын Су, давай поедим.

-...

Ын Су хмуро взглянул на него. Но До Квону было всё равно, и он

начал расставлять еду. Он ловко нарезал кусочки мяса, проверил температуру супа и отодвинул гарниры в сторону, чтобы Ын Су было удобно есть.

Ын Су неохотно сел, зажмурив глаза. Сначала он протестовал, что не хочет есть, но До Квон продолжал настаивать на своём.

Когда он говорил, что не будет есть, то ему сказали, что его начнут пичкать пищевыми добавками. Проклятая игла будет постоянно протыкать его тыльную сторону ладони. И рука будет постоянно медленно заживать из-за этого. В конце концов, он сел перед Ын Су с щенячьими глазами и стал просить его поесть.

Это очень раздражало. Настолько раздражало, что проще было поесть и убрать за собой, приходилось терпеть эти трапезы.

Ын Су чувствовал себя измотанным. Он устал спорить с До Квоном по одному и тому же поводу, устал от того, что он ходит за ним по пятам, устал от того, с каким обеспокоенным лицом он смотрел на его руки, которые были повязками, а не бинтами. Он ненавидел всё это.

Медленно поднявшись на ноги, Ын Су подошёл к столу, затем сел на диван с мрачным выражением лица, будто пришёл на свой смертный приговор.

До Квон же ухмыльнулся и положил перед ним ложку и вилку. Правая рука Ын Су была травмирована, поэтому палочками было сложно передвигать. Хорошо зная эти особенности, До Квон не стал настаивать на том, чтобы кормить его самостоятельно.

Он с удовольствием готовил еду для Ын Су и нарезал такие продукты, как мясо.

Ын Су неловко взял столовые приборы левой рукой. Уже несколько дней он ел левой, но так и не смог привыкнуть. Он не работал. Ему было тяжело делать повседневные дела, такие как переодевание, стирка, готовка, но он очень надеялся, что рано или поздно это всё закончится.

Ын Су ел ложкой суп из морских водорослей с говядиной. До Квон посмотрел на него и сказал:" В еде нет ничего такого, не прожигай её так взглядом". Ын Су с трудом делал вид, что не замечает пристальный взгляд на себе.

Подцепив вилкой яйцо, Ын Су поднёс его ко рту и уставился на До Квона.

-Как долго вы собираетесь держать там нож?

Он взглянул на нож, лежавший на тумбочке, и ответил с ничего не выражающим лицом.

-Пока не буду уверен, что ты не уйдёшь.

-А что... если я перережу себе вены этой штукой?

-...Что ты сказал?

Глаза До Квона сразу же стали холодными. Он посмотрел на Ын Су с укором, что тот невольно опустил взгляд.

Это было странно. Ничто в жизни ему было так хорошо не знакомо, как смерть. Однако он использовал её как лишний повод посмеяться над ним. У него не было такого желания перерезать себе вены.

Он не знал, в чём заключалась причина. Не знал, почему не хотел перерезать себе вены, даже если нож был рядом. Несмотря на то, что лезвие очаровательно блестело, у него не было такого желания.

Может быть, он не хотел причинять себе боль. Или потому что, если сделает это, то До Квон неизбежно оставит его в живых. Или потому, что хотел жить. Или потому, что желание сбежать от него было сильнее желания умереть.

Больше всего его интересовало, по какой причине он оставил этот нож там, когда знал о внутреннем состоянии. Если вдруг Ын Су умрёт, то вместе с ним последует и он? Или знает, что таким образом Ын Су не сможет умереть? Что он вообще знает?

Ын Су усердно пережёвывал яичный рулет, как вдруг До Квон положил ему на тарелку крупный кусок мяса. Вздохнув через нос, Ын Су откусил кусочек и отправил его в рот. Он был очень сочным, лёгкий маслянистый привкус ощущался на языке, он был нежным и восхитительным.

Спустя время миска Ын Су опустел на две трети. До Квон, тщательно разрезавший кусочки мяса, заговорил.

-Ын Су.

-Что?

-Может, после ужина сходим на прогулку?

Ын Су, раздражённо ковырявший вилкой яйца и тушёное мясо, перестал двигаться. Он поднял глаза и уставился на До Квона. Он не мог поверить в то, что тот сказал.

Затем До Квон осторожно взял вилку из рук Ын Су, наколол на него яйцо и вернул её в руку Ын Су.

-Весна уже не за горами, давай посмотрим на цветы и подышим свежим воздухом, пока не стало слишком жарко.

Ын Су сидел, в упор смотря на него.

-На что это сейчас похоже? Разве это не домашний арест? Не возражаете, если я выйду на улицу?

-...А?

-И что вы будете делать, если я начну кричать о помощи?

-...Прости, если ты так думаешь, Ын Су, но мне кажется, ты что-то не так понял...

Лицо До Квона покраснело от смятения. Он аккуратно положил вилку на тарелку Ын Су.

-И что я не так понял? - требовательно спросил Ын Су. До Квон провёл ладонью по своему лбу.

-Я же сказал, что сделаю для тебя всё. Ты можешь заниматься тем, чем хочешь.

-И что же это?

-Если ты хочешь снова работать в галерее, работай. Можешь поехать в Кёнгнидо. Но было бы неплохо, если бы ты жил поближе к моему дому. На Каннаме есть десятки галерей. Если хочешь, то можешь открыть свою собственную. Я могу купить её для тебя. Нет, лучше, наверное, построить новую.

-...

-Либо так, либо можешь сделать под свой вкус. А, тебе нравилось

работать. Ты можешь вернуться в Сонджин или устроиться в другую компанию. Я ни в чём тебя не ограничиваю.

Уголки глаз Ын Су дрогнули. "Я куплю тебе галерею. Можешь работать. Если хочешь уйти, убей меня и уходи."

Увидев растерянность на лице Ын Су, До Квон облизал нижнюю губу. Его ладони покрылись потом, ведь он не ожидал такого недопонимания с Ын Су.

-Так что просто... занимайся тем, что хочешь. Ты можешь спать здесь в моём доме, рядом со мной, уходить на работу и возвращаться домой.

-...

-Одно дело, когда ты бросаешь меня, другое - просто уходишь по

своим делам.

-...

-Если ты хочешь выйти, выходи в любое время. Ты можешь прийти

в любое время - не имеет значения, лишь бы ты вернулся.

Ын Су всё также смотрел на До Квона. Ему было всё равно, куда он пойдёт. С тех пор, как он вложил нож в его руку, не отходил с утра и до вечера. Он не ходил на работу, а все свои дела делал дома.

Ын Су думал, что он следил за ним, не сбежит ли он, но всё было совершенно иначе.

Ын Су горько усмехнулся. Наступила минута молчания. Постучав пальцами по колену, До Квон снова спросил.

-Так...что насчёт прогулки?

-...

Мы давненько не гуляли. Можем выпить кофе и пойти к реке Хан,

говорят, что сейчас цветёт сирень.

-...

Ын Су, продолжая сохранять молчание, выглянул в окно. Уже давно

перевалило за полдень, но небо было светлым. Трудно было сказать, распустились ли цветы сирени или нет, ведь квартира находилась на высоких этажах. Но лишь взглянув на солнечный свет, стало понятно, что весна сейчас идёт полным ходом.

Кстати, перед галерей цвела сирень. Он пытался рассмотреть её, и даже хотел понюхать её, как вдруг объявился Сон Хон. Ын Су медленно закрыл и открыл глаза.

-Как думаете, там есть сирень?

-Не знаю. Если ты хочешь её увидеть, то пошли сходим туда, где она есть, - сказал До Квон, улыбнувшись.

Ын Су неловко отвёл глаза. Впервые в жизни ему было настолько

неловко гулять. Даже когда выписался из больницы он не чувствовал себя настолько странно, как сейчас. Если тогда ему было непривычно передвигать ногами, то сейчас же вся неловкость была из-за странной атмосферы.

Тёплый солнечный свет. Лёгкие ветерок. Горячий кофе в руках и распустившиеся цветки сирени повсюду. Слабый запах цветов смешивался с запахом аромата феромонов До Квона...

Когда он жил один, то ему и в голову не приходило прогуляться.

Он был так далёк от того, чтобы найти себе хобби или досуг. Каждый день он просыпался утром, шёл на работу в галерею, ел, когда это было необходимо, ложился спать после работы. А иногда между делом занимался домашними делами.

Он проделывал всё это, поскольку консультант советовал.

Нужно было иметь распорядок дня. Вовремя есть. Ходить на работу. Поддерживать порядок в доме.

Поэтому он не делал ничего из того, что ему не говорил консультант. Например, спать дольше. Бездельничать. Сходить на

прогулку, чтобы взглянуть на цветы. И всё в таком духе. И все вышеперечисленные пункты он смог сделать, находясь в доме До Квона.

Ын Су вглядывался на цветущую сирень, которая слегка покачивалась на ветру. В уголках его рта заиграла улыбка.

Он не очень-то и любил заниматься такими делами. Ын Су был всегда обычным офисным работником, которому стукнуло за тридцать, поэтому из любимого у него был - вечер пятницы. Он мог заказать на дом жареную курочку, смотреть фильм про супергероев, попивая баночку пива. Помимо этого, он ещё любит посещать галереи и музеи.

Возможно, он чувствовал себя так из-за пустоты внутри. А может, из-за красоты распустившихся цветком. Но этот момент ему особенно нравился.

Ын Су шагал быстрыми шагами. До Квон следовал за ним, не отставая ни на шаг. Он ничего не говорил, не пытался взять его за руку или приобнять плечи. Он старался не мешать наслаждаться Ын Су прогулкой.

С такого расстояния он мог разглядеть улыбку на его лице.

До Квон и Ын Су гуляли по парку рядом с рекой Хан около получаса. До Квон взглянул на наручные часы. Они как раз успевали.

Он на всякий случай купил билеты в кино. Поэтому если уйдут сейчас, то смогут посмотреть его. А также планировал купить любимый карамельный попкорн Ын Су и газировку со вкусом винограда. Однако сомневался спросить, поскольку боялся, что тот откажет, несмотря на своё хорошее настроение.

Облизав пересохшие губы, До Квон уже собирался заговорить с Ын Су, как вдруг сзади к ним стремительно приближалось что-то. До Квон резко обернулся.

К них на большой скорости ехал велосипед, он был тяжелым огромным, сразу было понятно, что он был предназначен для езды по горам. Если он не сбавил бы скорость, то может задеть Ын Су. А что ещё хуже, травмировать его.

До Квон не стал беспокоить Ын Су, который шагал в своём темпе.

Никто и ничто не должно было помешать его отдыху.

Вместо этого он поднял ногу и с размаху пнул по заднему колесу, проносящегося мимо велосипеда.

Раздался громкий грохот. Велосипед покатился по ухоженной лужайке. Со всех сторон раздались испуганные крики. От

неожиданности Ын Су вздрогнул. До Квон шагнул вперёд, преграждая путь Ын Су.

-До Квон, что случилось?

-Ничего, - он ответил слегка с холодным выражением лица. Всё было именно так, как он и сказал. Он считал это пустяком.

Велосипедист резко свалился и закричал. Он упал, ударившись ногой. Раны обильно кровоточили через ткань одежды.

Осмотрев свои раны, мужчина уставился на До Квона.

-Какого чёрта? Что ты наделал?

-Какого чёрта? - До Квон склонил голову набок, повторив за ним ругательство.

-Ты что, сумасшедший?! Что ты только что сделал?

-...

До Квон ничего не ответил, а лишь просто сверлил лежащего на

земле человека холодными глазами. Тот попытался встать, его лицо краснело от гнева, и прихрамывая, подошёл к До Квону. Затем он схватил До Квона за воротник.

-Эй! Почему ты молчишь?!

-...

-Ты в курсе, что это покушение? Сумасшедший ублюдок!

Мужчина замахнулся кулаком. Испугавшись, Ын Су попытался оттащить его назад, но До Квон среагировал быстрее. Он схватил мужчину за запястье, блокируя удар, а затем резко потянул, чтобы сместить центр тяжести. Затем он схватил мужчину за затылок и потянул вниз.

Мужчина начал падать лицом вниз. Казалось, его нос вот-вот разобьётся, но До Квон вдруг дёрнул его за одежду, заставив висеть его в нескольких сантиметрах от асфальта.

Испуганный мужчина затаил дыхание. Его красное лицо мгновенно превратилось в бледное. Он метнулся глазами, осматривая и оценивая ситуацию, а затем стал сопротивляться.

-Эй, ублюдок, отвали от меня! Отпусти!

-...

-Отпусти!

Его крики становились всё громче. С недовольной гримасой До Квон протащил мужчину на несколько шагов вперёд, заставив его посмотреть на рисунок на асфальте. Это был знак, запрещающий катание на велосипеде.

На реке Хан были отдельные дорожки для пешеходов и велосипедистов. Но мужчина, проигнорировал это, и стал внаглую ехать по пешеходной дорожке.

-На что это похоже? - спросил До Квон.

-Что?! О чём ты говоришь?!

-Рисунок перед тобой. Что ты видишь?

Мужчина игнорировал слова До Квона, а лишь продолжал бороться и сопротивляться, пытаясь освободиться от хватки До Квона. Но тот лишь тяжело вздохнул, и стал объяснять мужчине, что это за рисунок.

-Здесь нельзя кататься.

-...

Мужчина ошеломлённо застыл. Казалось, его вдруг осенило,

почему он находился в таком положении, и До Квон ослабил хватку. Мужчина тут же упал на асфальт, это выглядело довольно болезненно. До Квон взглянул на его затылок и низким голосом сказал.

-Ты чуть не ранил кое-кого.

-Что? Кого?...

-Какая разница?

До Квон встал, загородив мужчине обзор. Он не хотел, чтобы этот невежественный взгляд падал на Ын Су. Мужчина посмотрел на До Квона, но потом отвёл взгляд.

Этот человек мог одной рукой перетащить взрослого мужчину. А ещё так ловко схватить кулак в воздухе. К тому же он был слишком высоким, да и глазом не моргнёт, чтобы своими трюками убить кого- то. И эта аура... Аура доминантного альфы, которая исходила от него.

Мужчина на уровне инстинктов понял, что этого человека лучше не трогать. Стиснув зубы, он дёрнул головой и выкрикнул.

-Чёрт, я понял- понял. Больше не буду здесь ездить!

-Хорошая мысль.

До Квон приподнял уголки рта. Мужчина испустил небольшой вздох облегчение, как вдруг До Квон стёр своё выражение лица.

-Но было бы лучше, если бы ты вообще не катался на велосипеде?

-...Что?

Мужчина нахмурил брови, как будто ослышался. Он смотрел на До Квона со смесью раздражения и страха, как вдруг До Квон поднял ногу и ударил по колену. А точнее, по месту соединения колена и остальной части ноги. Послышался хруст, как будто кость сломалась.

-Архг!

Мужчина вскрикнул от боли и свернулся. Ын Су испуганно сглотнул и отступил на шаг назад. Так же поступили и прохожие. Только До Квон выглядел спокойным. Он достал из кармана мобильный телефон и набрал номер.

-Алло, секретарь Чон. Это я.

До Квон очень быстро объяснил ситуацию и местоположение. Он также попросил вызвать скорую помощь. Затем, не удостоив мужчину ни единым взглядом, он снова повернулся к Ын Су.

Вероятно, завтра утром выйдет небольшая статься, что-то вроде: "Нарушитель на пешеходной дорожке", "Мужчина лет 30 проехал на велосипеде на пешеходной дорожке и чуть не столкнулся с прохожим", "К счастью благодаря помощи прохожего удалось избежать аварии", "Эгоистичный велосипедист ехал прямо по пешеходной дорожке", и т.д.

-Извини, может, хочешь закончить нашу прогулку?

До Квон ухмыльнулся и встал рядом с Ын Су. Ын Су мельком взглянул на него, а затем издал небольшой вздох.

-Господин До Квон, ваши феромоны слишком сильные.

Феромоны, исходящие от разгневанного До Квона просто сводили с ума. Он лишь пожал плечами и сделал большой шаг назад.

-Ох, прости.

Он потёр затылок и снова взглянул на Ын Су. Не стоило ему разводить такой спектакль, стоило просто запомнить лицо этого человека и разобраться с ним позже. До Квон выпустил длинный вздох через нос, чувствуя сожаление. Но Ын Су снова продолжил идти.

До Квон поспешил за ним, украдкой поглядывая на лицо Ын Су.

Тот не смотрел на него, а лишь смотрел перед собой. Однако внезапно задал вопрос.

-Вам действительно стоило так далеко заходить?

-Ч-что? Ах... В любом случае пришлось бы с этим что-то делать.

Вдруг он сбил бы ребёнка или щенка.

-...

-Думаете, гипс на колене заставит его больше никогда не ездить на

велосипеде?

До Квон оглянулся. Мужчина растянулся на траве, зажимая колено и ругаясь. Он пожалел, что вспылил сейчас, надо было подобрать удачное время. Уголки его рта скривились. И в этот момент их взгляды пересеклись.

У До Квона перехватило дыхание. Он не мог определить, как долго Ын Су смотрел на него. Глаза стали беспокойно метаться, но взгляд Ын Су оставался неподвижным. Он ничего не говорил, а просто смотрел. До Квон почувствовал, как к горлу подкатил ком.

Он опустил голову, словно был учеником, которого ругали за плохое поведение у доски. Но единственным человеком, перед которым он кланился, - это Ын Су. Даже когда его ругала Мён Хи, он никогда не склонял голову по собственной воле.

-...Не прав. Не нужно было так поступать в любом случае. Просто он мог сбить тебя, поэтому я разозлился.

-...

-Прости, я тебя напугал.

Ын Сы отвёл взгляд от До Квона. Тот облегчённо вздохнул. Ын Су глотнул кофе, который уже успел остыть.

-Всё ещё непривычно видеть вас таким.

-...

-До того как вы потеряли память, вы не были таким.

Глаза Ын Су сузились. Холоднокровный До Квон. Пугающий До Квон. До Квон, который мог задавить любого, используя свою силу и власть. До Квон, который не относился к людям должным образом.

Он видел бесчисленное количество раз этот образ, когда тот потерял воспоминания, но так и не привык к нему.

Ему было удивительно, что он так мил с ним. Но и было грустно, что был тем, кто причинил ужасную боль. А ещё он чувствовал себя сбитым с толку, такое ощущение, будто До Квон до потери памяти и уже после смешались воедино.

-Наверное, я был очень глупым, раз не смог разглядеть истинную личность ни вашу, ни господина Со....

Увидев помрачневшее лицо Ын Су, До Квон сморщил нос.

-Это не твоя вина. Это была вина тех, кто всё это спланировал и скрывал. Знаешь, как обычно говорят в ностях, когда ловят преступника: "О, он был хорошим человеком, даже не ожидал, что он такой", думаю это отчётливо описывает нашу ситуацию.

-...

-Виноват обманщик, а не обманутый. Ведь как понять обманутому,

что его обманули?

-...

-Но сейчас... я сделал это не чтобы пытаться показать тебе этот

образ, а потому что переживал за тебя. Правда.

-Хмм, действительно. Жаль, что всё так сложилось. Возможно, я бы смог предотвратить эти ситуации, и мы бы никогда не встретились.

-Ты правда... так думаешь?

До Квон горько усмехнулся. Если бы Ын Су смог разглядеть его нечистые намерения, то всё было сложилось совсем иначе. Но даже если бы он рассказал, что их первая встреча была подстроена, а его намерения были злыми, то появилась бы тогда Бом-и?

До Квон медленно моргул, осознавая, сколько всего они упустили.

А Ын Су почти тихим голосом пробормотал.

-Но думаю... Всё в порядке, потому что вы поступили плохо с плохим человеком.

-А?

-Как вы и говорили, этот человек мог сбить ребёнка или щенка, потому что в парке многолюдно, а он катался в неположенном месте на велосипеде.

Ын Су нахмурился и огляделся по сторонам. В хорошую погоду сюда приходило много людей погулять. А особенно было много семей, пришедших с детьми. Детский смех-то и дело разливался по всему парку.

Как вообще этот сумасшедший велосипедист додумался ездить в таком месте? Было бы ужасно, если бы он действительно кого-то сбил. Надо было тогда тому человеку просто ноги оторвать.

Ын Су сглотнул последние остатки кофе. Он огляделся в поисках мусорного ведра, но До Квон подхватил пустой стаканчик.

-Мне жаль, что прогулка обошлась нам боком.

-Всё в порядке... Я уже насмотрелся на сирень, пойдёмте домой.

Ын Су ответил равнодушным голосом, затем повернулся и направился к парковке. До Квон прикусил внутреннюю сторону щеки. Он же собирался пригласить его на фильм, но тот парень всё испортил. Слегка подумав, он только что осознал, что сказал Ын Су.

-Пойдёмте домой.

Ын Су произнёс: "Давайте вернёмся домой". Возможно, он не хотел этого, но До Квон был очень счастлив этому.

Ын Су постепенно привыкает к нему. Если так пойдёт и дальше, то, возможно, всё вернётся на круги своя и им удастся снова полюбить друг друга. Он с нетерпением этого ждал.

Он цеплялся за лодыжки Ын Су, словно цеплялся за жизнь. Это была постыдная надежда, но всё же он каждый миг мечтал о лучшем будущем.

Он мечтал о будущем, где сможет любить его ещё сильнее. О времени, которое он посвятит ему.

Ранним утром Ын Су открыл ненадолго глаза. Он чувствовал себя

голодным. Несмотря на то, что он съел на ужин целую миску бульона, он не знал, почему так голоден. В последние несколько дней это было ощутимо заметно. Сначала он ел, засыпал, а по пробуждении чувствовал голод.

Раньше он слишком много ел, иногда даже большими порциями. Но потом стал есть реже, а в последнее время ему хотелось есть постоянно.

Вот почему До Квон был так взволновал последние несколько дней.

Ын Су хоть и строил мрачное выражение лица, но всё равно продолжал говорить, что хочет чего-нибудь поесть.

Вспоминая, как он с аппетитом поедал кусочек и поглаживал свой округлившийся живот от еды. Затем он взглянул на часы. Три часа ночи. Это было не очень хорошее время, чтобы что-то поесть.

Но он чувствовал сильный голод, да и живот слегка болел, так что вряд ли получится уже уснуть.

Ын Су повернул голову и взглянул на диван. До Квон всё так же продолжал сидеть на диване и крепко спать. В это огромном было ещё три или четыре свободных комнат.

Без понятия, почему он каждый день спит в такой неудобной позе.

С тех пор как Ын Су стал жить здесь, они никогда не делили постель. Да и сам До Квон редко спал. Он пытался не отходить от Ын Су ни днём, ни ночью, лишь иногда закрывал глаза, чтобы подремать. Его как будто наказал кто-то не спать.

Он замечал уже это. До Квон засыпал после того, как заснёт Ын Су и просыпается раньше него.

-...

Ын Су скрестил руки за головой и взглянул на До Квона. Тот

уснул, вероятно, за работой, ведь планшет лежал на бедре. Широкие плечи опускались и поднимались с каждым его вздохом. Слегка приоткрытые глаза свидетельствовали о том, что его сон был неглубоким.

"Почему он продолжает спать в неудобной позе? Я же не говорил ему не спать, и уж тем более не пытался высмеивать за это. Да и к тому же не собираюсь сбегать и просто остаюсь рядом, несмотря на то, что ладонь уже зажила."

Ын Су не мог этого понять. Этот человек был красивым и странным, раздражал и был глупым. В какой-то момент хотелось ударить его в лоб, а затем выдать подушку и одеяло, чтобы нормально лёг спать.

Наблюдая за До Квоном, Ын Су смог стряхнуть остатки сна. Даже если он спит сейчас, Ын Су нужно было утолить голод. Он не собирался его поднимать в три часа ночи, чтобы поесть, ведь в холодильнике есть еда.

Обычно еду для Ын Су приносил До Квон, но он не всегда её готовил сам. Он приносил еду извне, иногда просил секретаря привезти что-нибудь, или же приглашал повара, который приходил раз в два дня.

Так что холодильник был набит едой. Поскольку ещё было слишком рано для завтрака, он решил съесть что-то простое, например, хлеб или хлопья.

Ын Су тихонько открыл дверь спальни и, прежде чем выйти из комнаты, взглянул на До Квона. Он ещё спал.

-...

Немного понаблюдав за ним, Ын Су вышел из спальни.

В доме было темно. Лишь слегка горел свет, но разглядеть в этой темноте было тяжело, поэтому Ын Су двигался осторожно и тихо. Он был похож на вора.

Ын Су удалось незаметно спуститься на кухню. Расстояние до спальни было значительным, поэтому он мог спокойно шуметь, и никто его не услышит.

Облегчённо вздохнув, Ын Су стал с любопытством искать еду.

Первым делом он заглянул в холодильник. Как и ожидалось, он был забит едой. Здесь было много разных супов, гарниров, фруктов. А также много разных десертов, которые заставили чувствовать его восторг.

Ын Су, некоторое время любовавшийся едой в холодильнике, смог остановить себя. Если он и хотел съесть что-то подобное, то потом не сможет снова заснуть. Ему нужно было найти хлопья или хлеб.

Ын Су достал молоко и поставил на стол. Затем закрыл дверцу холодильника.

Он довольно привычно расхаживал по кухе. Это был первый раз, когда он был на кухне с тех пор, как приехал сюда. Однако когда они встречались, то бывал здесь довольно часто, поэтому знал, где и что находится.

Ын Су взял большую миску с хлопьями и пошарился в шкафчиках.

В них он смог найти хлеб и багет.

Его глаза блеснули с интересом. Казалось, что в холодильнике он видел арахисовую пасту и черничное варенье, а ещё он хотел добавить хлопьям нарезанную клубнику.

Ын Су собрал всё необходимое, достал вымытую клубнику, нарезал её, достал варенье и сел за стол.

-Приятного мне аппетита.

Пробормотав себе под нос, Ын Су взял в руки столовые приборы и нетерпеливо принялся за еду. Это не шло ни в какое сравнение с тем, что ему приносил До Квон, но всё равно было вкусно.

Съев две порции, Ын Су не остановился. Он намазал на хлеб толстый слой арахисовое пасту, а другой кусочек помазал вареньем. Как вдруг порыв ветра всколыхнул его чёлку.

Это был прохладный сквозняк. Ын Су резко обернулся. В тонкой домашней одежде ему было слегка прохладно. Отложив хлеб, Ын Су огляделся в поисках источника ветра.

И тут он заметив, как занавески на окне гостиной слегка колыхались. Должно быть, балкон был не закрыт.

Ын Су подошёл к балкону. Потребовалась потратить достаточно времени, чтобы добраться до него, ведь кухня и гостиная были внушительных размеров. Подойдя ближе к балкону, он заметил странную тень.

Это было что-то высокое, и на тени было заметно очертание листьев.

-Дерево...?

Это было дерево. Лицо Ын Су тут же исказилось в недоумении.

Почему оно вообще здесь? Разве До Квон любил когда-то выращивать растения? Вряд ли. Его никогда не интересовали такие милые мысли. Неужели у него появилось такое увлечение, когда они расстались?

Или же пытался вырастить другую жизнь, чтобы забыть о смерти Ын Су и Бом-и.

Он представил себе картину. Как слепил солнечный свет, а До Квон поливает растения из лейки и смотрел на них, наслаждаясь.

...Это было одновременно и прекрасная картина, но в то же время и странная.

Ын Су, не задумываясь, задёрнул шторы. Его не касалось, выращивает ли До Квон растения или нет. Он просто хотел закрыть балкон и вернуться к своей еде.

Дерево стояло, купаясь в голубом лунном свете. Оно было высоким, примерно до пояса. Листья напоминали сосну. Он видел уже такое дерево, но не знал его названия. Ын Су совершенно не разбирался в таких вещах, он мог узнать только сосну и сирень. Да и ему было не особо это интересно.

Но было и ещё кое-что странное: на балконе не было видно других растений, только это, и оно выглядело ухоженным. Рядом стояла лейка, удобрение и ножницы.

Если ему так нравилось выращивать растения, то почему не вырастил что-то красивое? Дерево было невзрачным, да и не цветёт. А ещё у неё был горшок, который явно не предназначался для дома.

Ын Су покачал головой и прошёл мимо дерево. Закрыв балкон, он заметил, что на дереве что-то висело.

Ын Су снова открыл дверь и подошёл к дереву. На стволе дерева висела дощечка размером меньше ладони.

Прищурив глаза, он наклонился, чтобы прочесть, что там написано.

Название дерева? Однако в темноте было трудно разобрать слова.

Ын Су наклонился ещё ниже. Он взял в руки табличку и направил к лунному свету. Слова становились более читабельными.

[Ю Ын Су]

[хх.хх.19хх- хх.хх.20хх]

-...

Ын Су тяжело сглотнул. На табличке было указано его имя, и дата.

Всего несколько слов, но он сразу понял, что означает эта табличка, и что это за дерево.

Он случайно вспомнил день, когда к нему пришёл До Квон впервые. В тот день он забрал его телефон и под предлогом вернуть его, попросил поужинать с ним. И во время той трапезы он сказал...

-Не могу поверить, что я ем вот так с тобой... Я бы как обычно проспал до субботы.

-Ах, суббота - это день, когда я прихожу к тебе. Мне пришлось похоронить тебя в дендрарий.

-Я приходу туда каждую неделю и приносил пончики.

-Помнишь пончиковую возле компании? Я приносил твои любимые.

-Я раскладывал пончики, менял вазы, собирал листья и...

Да. Он точно сказал, что это дендрарий. Когда Ын Су "умер" они должны были сделать могилу. Поэтому он почтил его, оплакивал перед этой фальшивой могилой.

Но это было тогда, когда он думал, что Ын Су на самом деле мёртв. Но теперь он знает, что тот жив и здоров. Теперь, он даже находился в его доме. Фальшивая могила теперь не нужна.

Интересно, а что с ней вообще стало?

Он задумался об этом. Теперь, когда о инсценировки смерти стало известно, должно быть, всё убрали или вообще забыли про него.

Фальшивая могила без посетителей. В целом, так было логично. Но почему и как она здесь оказалась? О чём вообще думал До

Квон, перенося её сюда?

Ын Су зажал рот, ему захотелось кричать. По коже побежали мурашки. Несмотря на то, что он уже закрыл окно, холод всё равно ощущался.

Ын Су с побледневшим лицом смотрел на дерево, как вдруг раздался грохот. Он доносился изнутри дома. Ын Су вздрогнул от испуга. Он наполовину просунул голову из шторы. Отчасти он переживал, что в дом забрался вор или даже Сон Хон.

Но шум создал никто иной, как До Квон.

Он застрял в углу лестницы, ведущей на первый этаж. Должно быть, он споткнулся и упал. Встревоженный Ын Су вышел с балкона.

Независимо от того, пугали ли действия До Квона по отношению к дереву, он всё равно не мог быть не обеспокоенным тем, что человек упал с лестницы. Ын Су приоткрыл рот, чтобы позвать его. Однако До Квон вскочил на ноги и быстрым шагом спустился по лестнице прямо к входной двери.

– ...

Ын Су уставился на него с недоумением.

Он выглядел так, будто за ним гналось чудовище. Он был похож на человека, который выбегал из горящего здания. Несмотря на то, что Ын Су знал его уже очень давно, он никогда не видел его в таком состоянии. Ын Су почувствовал нетерпение и последовал за ним.

Зайдя в гостиную, он позвал его.

-Господин До Квон...? - он сказал это полушёпотом. Войдя в прихожую, он обернулся и посмотрел на Ын Су, словно сразу же смог услышать его тихий голос.

-...

-...

Их взгляды тут же встретились. Отчего-то чувствовалось

напряжение. Страх в глазах До Квона вызывал мурашки по коже.

Он не мог понять, что с ним случилось. Ему приснился кошмар?

Но обычно его не беспокоили подобные вещи. Может, что-то произошло в компании? Она обанкротилась? Или что-то произошло с Мён Хи или Ки Хо?

Глаза До Квона расширились, он не моргал, словно пытался понять, был ли Ын Су иллюзией, сном или реальностью. Затем он направился к нему.

Ын Су стоял на месте и смотрел на него, пока он приближался.

Когда он вошёл в гостиную, его шаги ускорились. Он надвигался на него, как дикий зверь. Это было настолько устрашающе, что ему хотелось развернуться и убежать.

До Квон остановился в двух шагах от него и дольно смотрел на него. Его глаза были такими чёрными и пустыми, что казалось, его что-то особенно потрясло.

-Г-господин До Квон...Что случилось?

Тихий голос заставил До Квона вздрогнуть. Вдруг он упал на колени перед ним, словно человек, у которого вытащили душу.

-Ах...Ахх...

До Квон прерывисто стонал, его плечи тряслись. Ын Су растерянно смотрел на него. Этот человек был странным. Даже видя его издалека, он показался странным, но вблизи он выглядел ещё хуже.

Ын Су открыл рот, чтобы спросить, в чём дело. Но До Квон резко поднял голову, его глаза влажно блестели. Сумрачный лунный свет отражался на его слёзах. По щекам потекли маленькие слезинки.

До Квон плакал.

С момента их воссоединения, он не раз видел, как До Квона плакал, но эти слёзы немного отличались от остальных. Раньше его слёзы были вызваны сожалением, а теперь это был страх.

До Квон заикался, проглатывая рыдания, а глаза Ын Су в панике метались из стороны в сторону.

-Мхм, Ын Су. Я- я д... Я думал, что ты ушёл...

-Ох...

-Я-я, так... Кх... Испугался, Ын Су...

Предложения составляли из себя мешанину слов, но Ын Су понял, о чём он говорит.

Видимо, До Квон подумал, что он сбежал, пока спал. Он проснулся и заметил, что в столь поздний час постель пустовала, поэтому испугался.

Неудивительно, что он бежал к входной двери, сломя голову, и выглядел так, будто за ним кто-то гнался. Если бы Ын Су его не отозвал, то он мог бы выбежать на улицу без обуви.

Ын Су тихо вздохнул. Как он мог свалиться с лестницы собственного дома? Он так громко упал, не сломал ли он себе что- нибудь?

До Квон всегда говорил, что он может уйти, когда захочет.

Но как он сможет это сделать, если так цепляется за него? Ын Су казалось, что если он даже ему покажет свою уличную обувь, то тот начнёт громить всё вокруг и кричать.

-Господин До Квон, придите в себя, вам не больно? - успокаивающе позвал его Ын Су.

Но дрожь тела До Квона не прекращалась. Его взгляд был странно расфокусирован, словно он ещё не пришёл в себя от испуга.

Казалось, что его накрыло с головой в эти чувства.

До Квон схватил штанину Ын Су дрожащими руками.

-Ын Су, спасибо тебе! Спасибо, что ты здесь...

-...

С подбородка До Квона скатилась слеза, он продолжал

попеременно звать его по имени и благодарить. При этом всё крепче сжимал штанину Ын Су, его дрожь с каждым разом становилось сильнее.

Ын Су присел перед ним на корточки и уставился на сжатый кулак.

Этот момент затянулся на долгое время. До Квон не мог перестать плакать, а Ын Су не знал, как его утешить. Он пытался, что-то сказать, но тут же закрывал рот.

Я никуда не уйду.

Я останусь здесь рядом с вами.

Он почувствовал себя глупо, от того, что пытался сказать что-то подобное. Сумасшедшие. Ын Су крепко зажмурил глаза и тут же открыл их. А затем потряс головой, чтобы прояснить свои мысли.

До Квон перед ним. Сломленный и разрушенный человек. Дерево на балконе, где был его прах.

Туфли Бом-и, находившиеся в кабинете До Квона. Туфли, которые, возможно, больше никогда не найдут своего хозяина.

Эти мысли возвращались к нему.

Всё было неправильным. И всё было ужасным.

Эти отношения были неправильными. Они были извращены с самого начала. Было очевидно, что если они продолжат в том же духе, то на этот раз оба умрут.

Выражение исчезло с лица Ын Су.

-Господин До Квон.

Ын Су позвал До Квона решительным голосом. На что До Квон тяжело вздохнул, он как будто что-то предчувствовал. Откинув верхнюю часть назад, упёрся руками в пол и прижался к нему лицом. Но Ын Су заставил посмотреть его на себя.

-Вам не кажется, что мы... слишком странные?

-...Что?

-Что мы делаем? Почему я вообще здесь нахожусь, и почему вы плачете на рассвете?

-...

-Мы вместе? Мы снова любовники?

-...Ын Су.

-Нет. Этому не бывать.

Ын Су устало потёр глаза. Если бы он внезапно не проголодался, то этого бы не произошло. Нет, отчасти он даже был рад, что могут наконец поговорить. Ведь рано или поздно этот назревающий гнойник может лопнуть в неожиданный момент. Если они оставят всё как есть, то эти раны загонятся.

Ын Су задумался, что сказать, чтобы звучать убедительно, но сделав паузу, До Квон заговорил влажным голосом. Это было похоже на отчаянную мольбу, словно просил пощады.

-Ын Су, нет. Мне просто хочется, чтобы ты оставался здесь...

-Разве это не странно? Если я останусь здесь, то что изменится?

Мы будем и дальше так жить?

-...

-Когда я смотрю на вас, мне вспоминается прошлое. Я чувствую

себя некомфортно рядом с вами. Иногда я просто обижаюсь, а иногда мне в самом деле хочется задушить вас и уйти отсюда.

-...

-Вы прислуживаете мне, как собака, ходите за мной по пятам, спите

на диване, боясь, что в любой момент я могу уйти, - спросил Ын Су, глядя на него холодными глазами.

Ему пришлось напомнить об этом До Квону. Он должен был понять, что эти отношения странные, искажённые. Он должен был понять, что их не исправить.

То, что они потеряли, уже невозможно было вернуть. Ын Су тихо прошептал.

-Господин До Квон. Мы такие странные...

-...

Рот До Квона приоткрылся, по щеке скатился густая слеза. Ын Су хотел вытереть её, но не стал этого делать.

Он не хотел, чтобы До Квон придумывал себе лишнее. Ведь это даст лишнюю надежду.

-...

-...

Гробовая тишина окутала их обоих. Тишина была настолько

тяжёлой, что они едва могли дышать. Лёгкие будто кто-то нарочно сжимал.

Первым тишину прервал До Квон, его зубы скрипнули. На висках вздулись вены. Его низкий голос прорезал воздух, похожий на рык зверя.

-Что с нами не так? Кто сказал, что мы странные?

-...

-Никто из нас не странный, Ын Су. Давай я просто убью всех

ублюдков, кто так скажет.

-...

В его глазах сверкнуло безумие. Но Ын Су смог разглядеть в этих

глазах только смесь печали, гнева, отчаяния, сожаления и безысходности.

Ын Су упал назад. До Квон забрался на него сверху. Он не обхватил его не за талию, а просто лёг сверху, переплетя ноги.

Он зарылся лицом в его шею, тяжело вдыхая его запах. Дыхание было странно незнакомым. Ын Су также стал отчётливо ощущать его запах, но из-за неожиданности не успел оттолкнуть его.

-Ын Су...

До Квон продолжал звать Ын Су. Но его голос был совсем другим, отличный от того, которым он угрожал убить всех.

-Оставайся здесь! Я сделаю всё для тебя... Я сделаю всё, что угодно...

-...

-Обращайся со мной как с псиной. Ты можешь это сделать. Я хочу

этого, и именно поэтому держу тебя здесь.

-...

-Пожалуйста, Ын Су. Пожалуйста...

Шея Ын Су становилась влажной и мокрой. Ын Су крепко прикусил нижнюю губу, стараясь сдержать те глупые слова.

Рыдания До Квона были долгими и горькими. Ын Су долго смотрел на высокий потолок, а затем медленно повернул голову в сторону. За шторками, сквозь которых просачивался, отбрасывая тень высокого дерева.

Эта тень казалась очень жалкой.

Врач воткнул иглу в руку Ын Су. Место, которое проткнула игла,

стало жечь. А затем шприц быстро наполнился алой кровью. Ын Су испуганно взглянул на него, ведь давненько не ощущал этого.

Сегодня Ын Су отправился в больницу вместе с До Квоном. Он сдавал анализы на уровень феромонов. Из-за последствий феромонного шока он должен был посещать больницу каждые пару месяцев, чтобы сдавать анализы.

Ощущение того, как игла забирает кровь, было не из приятных, но не слишком больно. К тому же пришлось недолго терпеть.

Ын Су взглянул на мужчину краем глаза.

Сидящий рядом с ним До Квон ёрзал. Его челюсть была сжата, а глаза не моргали, пальцы судорожно сжимались. А когда увидел иглу в руке Ын Су, то начал приходить в ярость. Любой бы подумал, что Ын Су истекал кровью.

-Господин До Квон, - позвал его Ын Су. Глаза До Квона расширились и он спросил.

-Да? Что такое? Тебе больно?

Такое ощущение, что он был готов ударить врача, если тот согласно кивнёт.

-Нет, не больно, просто не суетитесь.

У До Квона открылся рот. Затем он кивнул и сел прямо. Со скрещенными руками он был похож на надзиретеля.

Через несколько секунд врач вынул иглу. А затем быстро вытер сочащуюся кровь спиртовым тампоном, лицо До Квона стало ещё более свирепым.

Ын Су цокнул языком и посмотрел на врача. Дальше они ждали результаты анализов. Анализы были готовы быстро. Это не заняло много времени, поскольку ему нужно было только проверить уровень феромонов.

Врач удивлённо приподнял брови, читая результаты. Ын Су и До Квон синхронно вскинули головы. Им было любопытно узнать, что показали результаты.

Врач тут же вывел на мониторе график. На графике уровня феромонов Ын Су была показана линия, которая находилась в самом низу вначале, а затем медленно ползла вверх.

-Поздравляю. Ваш уровень феромонов приходит в норму.

-...

-...

-Наверное, из-за того, что вы часто контактировали с доминантным

альфой. Ведь феромоны доминантного альфы и ароматические свечи сильно отличаются по качестве. Скоро вы поправитесь такими темпами.

Врач улыбнулся. От этих слов губы До Квона скривились в улыбке. Лицо Ын Су, напротив, потемнело. Он ожидал, что услышит сегодня негативные результаты, и новость о его внезапном выздоровлении застала его врасплох.

-В последнее время вы чувствуете голод? Это потому, что уровень феромонов повышается, и вы сжигаете больше энергии. Убедитесь, что вы хорошо продолжите питаться, и...

Врач сделал небольшую паузу. Это было знаком того, что он собирался сказать кое-что важное.

-Скоро должна наступить течка.

-О...

-Ваша первая течка за два года.

Ын Су крепко стиснул кулаки. Он удивлён тому, что показатели улучшились, но тут же расстроился. И всё из-за течки. Он совершенно о ней забыл на два года. Иногда он чувствовал благодарность последствиям феромонного шока.

Обжигающий жар, мокрое тело, расслабленные мышцы. Плечи Ын Су затряслись, вспоминая состояние при течки. Он действительно ненавидел это. Она вызывала самые болезненные воспоминания.

Воспоминания о том, как он принял Сон Хона за До Квона, прижимался к нему, словно изголодавшиеся животное, были ясными. Словно это произошло вчера.

Впервые за долгое время Ын Су пугало будущее. Мир для всего казался всё таким же пугающим, и давил на его хрупкие плечи.

Ын Су потёр лицо руками и уставился на врача холодными глазами.

-Мне нужны ингибиторы, много ингибиторов. Я больше не беременный, поэтому могу принимать их столько, сколько захочу.

-...

-...

Врач и До Квон одновременно посмотрели на Ын Су. Сначала До

Квон хотел возрастить, но закрыл рот. Врач в замешательстве приподнял очки. А после минутной паузы опустил их на стол.

-На мой взгляд, я бы не стал вам прописывать ингибиторы.

-О чём вы говорите? У меня будет течка, а вы говорите, что не будете давать мне ингибиторы? - нервно спросил Ын Су. Он впервые в жизни слышал подобную чепуху.

Омег обучали с раннего возраста принимать подавляющие препараты во время течки. Если они не планировали беременеть, то должны были это сделать для своей же безопасности.

Но какой врач скажет настолько безответственное? Ын Су надеялся, что он не предложит ему схватить любого альфу на улице, чтобы провести с ним течку.

Врач облизал пересохшие губы и кончиком ручки постучал по графику на мониторе.

-Как видите, ваши феромоны нестабильны. Уровень, конечно, повышается, но ещё не достиг нормы. Они только достигают нормы.

-...

-И если мы внезапно заставим уровень остановиться, то неизвестно,

в какую сторону этот уровень отскочит. Он может упасть либо внезапно подскочить, как это было с феромоновым шоком.

-...

-Вам нужно дать возможность феромонам, скопившиеся в вашем

теле, выйти наружу. Они копились уже два года, и если мы внезапно их подавим, то у вас снова возникнет феромоновый дисбаланс.

Ын Су не мог понять уже, что хорошо, а что плохо. Всего несколько минут врач говорил, что уровень феромонов пришёл в норму, а сейчас он снова говорит о негативных последствиях.

К горлу стала подкатывать тошнота. В желудке словно забурлило. Немного подумав, Ын Су уставился на врача сурово.

-Разве феромоновый дисбаланс - плохо? Если до этого дойдёт, смогу ли я остаться бетой на всю жизнь?

Глаза врача расширились от неожиданного вопроса. До Квон тоже опешил. Его лицо излучавшее радость от известий об улучшении здоровья Ын Су, стало мгновенно белым.

-Ын Су, что ты хочешь этим сказать?

-Помолчите.

До Квон попытался окликнуть Ын Су, но тот пересёк все попытки.

В его голове слышалась смесь слабого гнева и раздражения. На секунду он бросил свирепый взгляд на До Квона, но затем снова посмотрел на врача. А потом он произнёс тихим, хриплым голосом.

-Я не собираюсь больше беременеть, поэтому мне нет смысла оставаться омегой. Я бы предпочёл стать бетой. Я же не стану

инвалидом, лишившись рук и ног, это обычный феромоновый дисбаланс. Ну, так что?

Его голос был полон серьёзности. Он никогда не думал, что родиться омегой - это удача, за исключением тех случаев, когда был с До Квоном и носил в животе ребёнка.

Но раз с его феромонами всё не так, это может принести лишних проблемы. Поэтому это была для него хорошая новость.

Но, похоже, не для врача. Врач тяжело вздохнул.

-Ха... Пациент, вы ведь понимаете, что омеги нужны не только для того, чтобы испускать феромоны? Их тела устроены так, чтобы была возможность зачать ребёнка и выносить его. Так что вполне естественно быть парой для альфы.

-И что?

-Альфы и омеги - это очень уникальные существа, о которых нельзя говорить только с точки зрения биологии. Проблема с дисбалансом феромонов, - всё равно что не суметь есть еду.

-...Так к каким проблемам это может привести?

-Вы потеряете важнейшую функцию. Она также важна для вашего тела, как и пять органов чувств. Прочно простроенное тело будет постепенно деформироваться и отклоняться от нормы, а в конечном итоге разрушиться.

-...

-Тогда вам придётся столкнуться с гораздо серьёзными

последствиями. Это будет тяжелее периода, когда вы сидели на ароматических свечах. Придётся регулярно делать инъекции, это во многом усложнит вашу жизнь. Ко всему прочему, вы будете испытывать головную боль, тошноту, ухудшится психологическое состояние. Это дефект самого тела.

Слова доктора не давали никакую надежду. У Ын Су в любом случае был ужасный исход. Ему придётся проходить течку без ингибиторов, либо же быть готовым к тому, что он будет не вылезать из отделения интенсивной терапии.

Боже, как же всё это несправедливо. О чём, чёрт возьми, думал Бог, создавая существ под названием "омега"?

Ын Су крепко стиснул зубы. Впервые за долгое время у него зачесалась внутренняя сторона запястья, там где был длинный шрам. Ын Су поднял руку, чтобы почесать ногтями руку... Как вдруг его схватили за запястье. Ын Су резко поднял голову, это был До Квон.

Ын Су поджал губы и попытался вырвать руку из его хватки, но тот не отпускал. Его суровое лицо, словно ругало Ын Су за его

ужасные мысли. Стиснув зубы, Ын Су собирался накричать на него, как вдруг врач прервал их.

-Почему бы вам не выписать снотворное...?

Глаза Ын Су напоминали рассерженную кошку, но услышав эти слова, он тут же успокоился.

-Снотворное...?

-Да. Вы просто проспите свою течку. Достаточно принимать их один-два раза, когда будет наступать жар, и вам станет легче.

-Снотворное, пожалуйста, и побольше.

Ын Су наклонил верхнюю часть тела к врачу. Похоже, ему понравилась эта идея. Лицо До Квона, напротив, исказилось от гнева.

"Снотворное. Ещё мало времени прошло с тех пор, как Ын Су оправился от гиперсомнии. Он до сих пор спал более десяти часов в сутки. Если только этот шарлатан не сошёл с ума..."

Врач слабо улыбнулся, глядя на их противоречивые выражения лиц.

-Вам не нужно много. Я дам вам всего лишь одну дозу. Её вам хватит, чтобы пережить течку. Если станет слишком жарко или начнутся судороги, сразу же вызывайте скорую помощь.

-...

-...

Выражения лиц До Квона и Ын Су были неоднозначными. Так или

иначе врач смотрел на монитор и что-то нажимал на клавиатуре. Щелчки клавиатуры эхом разносились по кабинету.

После минутного молчания Ын Су и До Квон одновременно открыли рты. Ын Су хотел попросить увеличить дозу снотворного, а До Квон спросить, нельзя ли помочь как-то иначе.

Но врач прервал их.

-Давайте проверим изменения феромонов после вашей течки.

Возможно, мы сможем подобрать подавляющие препараты уже к следующему циклу.

Он жестом указал им, чтобы они уходили. В итоге До Квон и Ын Су были вынуждены покинуть клинику, так и не задав свои вопросы.

Дзинь. Больничный лифт остановился на парковке. До Квон нажал

на копку, чтобы лифт открылся и жестом попросил Ын Су выйти первым. Ын Су медленными шагами вышел из лифта. До Квон шёл вслед за ним, доставая ключи из машины, как вдруг Ын Су замер на месте.

-Ын Су? - аккуратно позвал его До Квон.

Ын Су не шелохнулся. Он опустил голову и уставился на асфальтовую дорожку парковки. Почувствовав что что-то не так, До Квон поспешил к нему.

-Тебе плохо? Хочешь вернуться в больницу?

-Думаю, мне стоит вернуться.

-...?

-Я пойду к себе домой.

-П-почему?

Паника стала обуревать До Квона. Он уже хотел схватить Ын Су запястье, боясь, что тот может исчезнуть в любой момент, но не стал этого делать. Ын Су сделал шаг назад. Рука До Квона повисла в воздухе, не зная за что схватиться.

Ын Су даже не взглянул на него, а лишь смотрел перед собой.

-Врач сказал, что скоро наступит течка, так зачем мне находиться у вас дома?

-М-мне всё равно, к тому же ты примешь снотворное... Мне нужно быть рядом, вдруг что-то случится...

-Не хочу, я ухожу.

-Я пойду с....

-Достаточно, я уже довольно долго у вас был.

Ын Су огляделся по сторонам. У него не было машины. "Стоило ли взять такси? Дом находится достаточно далеко, так что поймать такси будет непросто. Может, лучше воспользоваться общественным транспортом? Интересно, есть ли поблизости место? Кстати я довольно долго не был дома, так что надо будет навести порядок."

-Спасибо, что отвезли меня в больницу, но, пожалуйста, дайте мне лекарство.

Ын Су уставился на пакет с лекарствами в руках До Квона. Это был пакет, где лежало снотворное, которое ему выписали по рецепту.

-...

Но До Квон молчал и не отдавал ему пакет. Ын Су не был удивлён,

ведь он ожидал такой реакции.

"Если не собираешься отдавать, то ничего страшного. Снотворное не наркотик. Поэтому не было никаких причин, по которым я не смогу достать такой препарат. Если даже и не достану, то я напьюсь. Всё равно нужно уснуть, так что какая разница?"

Ын Су поджал губы и пошёл обратно к лифту. Но До Квон остановил его.

-Нет, Ын Су.

-Ха...Что случилось?

-Я не могу оставить тебя одного.

-Почему? Волнуетесь?

-Конечно, волнуюсь...

-Боитесь, что я озверею и стану нападать на каждого альфу?

-Я не...

-Скажите честно, вас не волнуют последствия снотворного, вас волнует, что я буду заниматься сексом с кем-то другим, да? - он повысил голос.

Маска, которую он надел на себя с момента похода в больницу, начала трескаться.

Течка. В ней не было ничего нового для омеги, и Ын Су всю жизнь сталкивался с подобным явлением, но этот раз всё было совершенно иначе. Это был его первый цикл за два года. Точнее, первый с того момента, как Сон Хон накачал его наркотиками.

Он желал прекратить всё это. Хотель жить в теле, которое бы не имело ничего общего с альфами или омегами. Он хотел оказаться в ситуации, когда ему не придётся вспоминать о том, что он является омегой.

Но это произошло. Она вернулась. И в конце концов, он не сможет освободиться от оков "омеги".

Ын Су думал, что всё это из-за До Квона. Нет, очевидно, что это всё из-за него. Даже врач так говорил.

-Наверное, из-за того, что вы часто контактировали с доминантным альфой. Ведь феромоны доминантного альфы и ароматические свечи сильно отличаются по качестве. Скоро вы поправитесь такими темпами.

"До Квон - альфа. Он доминантный альфа и постоянно находится рядом со мной. Он таскается за мной, хочу я того или нет. Он цепляется за меня и не отпускает. Если бы не он, то уровень феромонов не стал бы повышаться."

Если бы не До Квон! Если бы только не он!

Ын Су чувствовал, будто умрёт от разочарования. В то же время он питал сильную ненависть к До Квону.

Глаза Ын Су яростно вспыхнули. Он не знал, как сдержать свой гнев, поэтому решил избежать эту ситуацию. Ему нужно убраться от До Квона, и тогда рассудок и мышление придут в норму.

До Квон ничего не ответил. Он просто стоял, ошеломлённый словами Ын Су, с пустым выражением лица.

Ын Су нажал на кнопку вызова лифта. Лифт стал опускаться, казалось, это длилось вечность. Ын Су раздражённо провёл рукой по

волосам. Он огляделся в поисках запасного выхода, но До Квон снова остановил его.

-Всё не так.

-Как раз таки так.

Глаза Ын Су сузились в презрении. Он чувствовал себя противно, что До Квон продолжал отрицать всё это. Ему хотелось ударить его по красивому лицу и накричать на него.

На мгновение взглянув на него, Ын Су отвернулся и направился к запасному выходу, но в этот момент он услышал шёпот До Квона.

-Если ты решить переспать с другим альфой, я не имею права тебя останавливать и тем более осуждать.

Прим. пер. ЧТО?! ЧЕГОООООО??!??! ВЫ ХОТЬ РАЗ ТАКОЕ ВИДЕЛИ?!

На этих словах Ын Су напрягся. Это было неожиданно. Он ожидал, что тот будет говорить "нет", вложит в руку острый нож и станет просить, чтобы его убили.

Ын Су слегка повернул голову и посмотрел на него. В тусклом, бледном свете парковки стоял До Квон с тоскливым выражением лица. Он улыбнулся Ын Су.

-Так что, как я смею так говорить?

-...

-Мне придётся запереться где-нибудь... И надеяться, что ты

вернёшься ночью или на рассвете. По крайне мере это лучшее, что я могу сделать.

До Квон потёр лицо. Конечно, он будет злиться из-за этого, за то, что какой-то альфа переспал с Ын Су, но он не мог жаловаться. Он просто пролил бы поток бесполезных слёз, собирая заново по кусочкам своё сердце.

До Квон прикусил нижнюю губу и отпустил её, и сделал шаг к Ын Су. Тот ошеломлённый сделал шаг назад, но До Квон успел схватить его за запястье и шёпотом стал говорить извинения.

-Прости меня, но ты не сделаешь этого.

-...

-Ты отличаешься от других омег... Прости ты сейчас протестуешь,

делая мне больно, потому что эти слова зацепили тебя когда-то.

Горло Ын Су слегка сжалось от этих слов. Протест. Да, сейчас Ын Су протестовал. Нет, лучше сказать - вымещал зло.

Он чувствовал себя раздражённым. Он злился. Он вымещал злобу на нём, потому что ему казалось, что До Квон является причиной

всех проблем. Поэтому ему было всё равно пострадает он от этого или нет. Но он хотел излить свой гнев.

Ын Су чувствовал огорчение. Он ничем не отличался от ребёнка с таким поведением. Не выдержав его пристальный взгляд, До Квон осторожно погладил его по щеке. Их взгляды встретились в напряжении.

-Если ты этого хочешь, то всё в порядке. Ты можешь сделать больше. Ты можешь разбить меня, сделать всё, что захочешь.

-...

-Главное, чтобы тебе не было больно или плохо. Просто я не смогу

оставить тебя одного, делая вид, что я этого не знаю, Ын Су.

Низкий голос До Квона щекотал лоб Ын Су. Он потянулся рукой вниз и взял его запястья. А затем потянул на себя.

-Сначала давай вернёмся. Я не хочу оставлять тебя одного.

-...

-Пожалуйста...

Ын Су пожевал мякоть внутренней стороны щеки от отчаянных мольб До Квона. Мысли разрывали его разум. Как и говорил До Квон, оставаться одному было бы опасно. Если он уснёт, приняв снотворное, и вдруг подскочит температура или начнутся судороги, то на этот раз ему удастся умереть, чего не получилось сделать в прошлые разы. Непреднамеренный успех, но всё же успех.

Но такая смерть не слишком ли глупая? Омега, который умер от припадка, приняв снотворное во время течки. Даже если у него не было ни друзей, ни родственников в этом мире, такая смерть была слишком позорная.

Но ему было не по себе находиться в его доме. Он- омега, а До Квон- альфа. Вдруг, когда течка наступит он начнёт сходить с ума, а До Квону будет только за радость воспользоваться ситуацией. Сама по себе мысль об этом была отвратительной.

-...

Решение давалось Ын Су нелегко. Он был расстроен тем, что

варианты не подходили под его ситуацию. Ему хотелось сбежать куда угодно.

Колебания Ын Су затянулись. И чем дольше он колебался, тем больше белело лицо До Квона. Он знал, что Ын Су откажется.

Не в силах больше терпеть, До Квон опустился на колени. Он поднял на Ын Су умоляющий взгляд.

-Не уходи, Ын Су.

-Господин До Квон, что вы делаете?!

Глаза Ын Су расширились от шока. Они находились на парковке, не самое многолюдное место, но всё это было общественное место.

Любой человек может появиться из ниоткуда и узнать лицо До Квона.

Ын Су потянул До Квона за руку.

-Придите в себя! Вы, что с ума сошли?!

-...

Но До Квон оставался непоколебимым. Он даже не шелохнулся, как

будто его колени были прибиты к земле. Ын Су стиснул зубы, пытаясь его поднять, но всё было бесполезно.

-Встаньте!

Ын Су в раздражении ударил ногой по земле. Ему казалось, что он сам скоро сойдёт с ума. Глазные яблоки будто обжигало. С таким успехом он мог прямо сейчас достать нож из кармана и просить убить его, чтобы Ын Су ушёл. Он чувствовать себя на грани того, чтобы сойти с ума от этих манипуляций.

-Ладно-ладно! Я поеду!

Чёрт... Ын Су с покрасневшим лицом с трудом проглотил

проклятие. Он выдохнул и попытался поднять До Квона на ноги.

-Хорошо. Тогда так и поступим.

До Квон отряхнул свои колени от пыли и улыбнулся Ын Су. Тот не мог поверить в увиденное. До этого он так отчаянно вёл себя, а сейчас ведёт себя так, будто ничего не произошло. Ын Су крепко сжал кулаки.

-Вы действительно худший.

-Я знаю, - коротко ответил До Квон, сжав локоть Ын Су.

Затем он направился к своей машине. Ын Су разочарованно потащился вслед за ним.

Открыв пассажирскую дверь, До Квон кивнул Ын Су.

-Садись.

-...

Ын Су поджал губы, стоя на месте.

-Тебе лучше сесть, Ын Су.

До Квон сладким голосом поторопил его. Это был намёк на то, что если он сейчас не сядет, то снова что-то выкинет. Может выплеснуть свои тяжёлые феромоны, использовать свою силу и другое. Этот человек не гнушался методами.

Ын Су стиснул зубы, всё его тело задрожало от гнева.

Но что поделать? Он не мог так просто сбежать, ведь с другой стороны ему преграждала дверь пассажирского сиденья, а с другой - До Квон.

Ын Су неохотно забрался в машину. До Квон пристегнул его ремень безопасности, после чего закрыл дверь машины. Ын Су попытался проглотить гнев, наблюдая за тем, как До Квон обошёл машину, чтобы сесть за руль.

"Когда я вернусь домой, то точно сбегу, и в этот раз уеду за границу." Пока он давал мысленно себе общения, До Квон сел на водительское сиденье. Он завёл мотор и отъехал, спросив.

-Я урод, верно?

-Да, - ответил Ын Су без колебаний. До Квон ухмыльнулся, а затем снова заговорил.

-Мы придём домой и ты можешь избить меня.

-Ха...Что?

-Ну, у меня дома есть нож и клюшка для гольфа. А, ещё где-то была бита. Я могу её найти для тебя, если хочешь.

-...

Лицо Ын Су помрачнело. "Что он имел в виду, говоря об этом? И

что значили его слова о том, чтобы найти для меня биту? Он ждёт, что я побью его ею?"

Губы Ын Су скривились в усмешке. Он не мог понять ход его мыслей. Казалось, что он мог справиться с многими вещами, но не с этим.

Нынешний До Квон отличался от того, который потерял память.

Он не знал, как на это реагировать. Ын Су полузачаровано смотрел на его профиль, и в этот момент До Квон повернул руль и спросил.

-Ты не голоден? Хочешь что-нибудь перекусить, перед тем как поехать домой? Может, хочешь чего-то особенного?

От этого вопроса у Ын Су отпала челюсть. Ему казалось, что До Квон действительно сошёл с ума.

Вскоре после того, как машина До Квона отъехала от больницы, начался дождь. Небо было пасмурным.

Он был не очень рад этому. Цветы, которые только недавно распустились, смоются сильным дождём.

Ему удалось только один раз посмотреть на цветы.

Обычно его это не очень интересовало, но сейчас он стал ждать прогулку с нетерпением. Ын Су смотрел в окно, надеясь хоть мельком увидеть распустившиеся цветки сирени. Но из-за капель

дождя, что заслоняли окно, было плохо видною Он мог только видеть отражение До Квона.

До Квон и Ын Су не разговаривали с момента их разговора о бейсбольной бите. В машине воцарилась неловкая тишина, шум дождя казалось заполнял эту тишину.

Ын Су, упортно смотревший в окно, заговорил.

-На балконе...

-...?

-Дерево. Зачем вы его туда поставили?

"Я до сих пор отчётливо помню табличку с надписью "Ю Ын Су".

Мне было интересно, о чём думал До Квон, когда принёс дерево домой, поливал его и ставил на солнце, чтобы оно грелось."

Это было не похоже на него. Зачем ему выращивать дерево, похожее на могилу, когда Ын Су жив и здоров?

-...

До Квон на мгновение замолчал. Кончики его пальцев на руле

постукивали, а затем, когда машина остановилась на красный свет, он ответил своим характерным низким голосом.

-Когда я думал, что ты умер, для меня это дерево тоже ты. Все эти два года я любил его с этой мыслью.

-...Но я здесь?

Ын Су нахмурился. На что До Квон рассмеялся тихим смешком.

-Да, ты здесь. Ты здесь, рядом со мной, это всего лишь дерево, однако... Я не могу его оставить.

-...

-О чём бы ты ни подумал, оно было со мной эти два года. И у меня

разрывается сердце от того, что ты можешь бросить меня в любой момент.

До Квон осторожно погладил себя по груди, как будто его сердце действительно болело. Когда он думал, что Ын Су мёртв, он посещал раз в неделю дендрарий, и оставался там на два часа, чтобы поговорить с ним.

Всякий раз он волновался не шёл ли снег или дождь, не было ли слишком жарко или холодно. Он волновался за дерево, как за Ын Су. Всё ли с ним в порядке, не сломалась ли у него ветка.

В этом было бессмысленно, но До Квон часто выглядывал в окно, чтобы проверить его, даже когда Ын Су появился.

Ын Су скривил губы, заметив задумчивое выражение лица До Квона, и, повозившись с ремнём безопасности, снова заговорил.

-А вас это не раздражало, господин До Квон? Вы же не интересуетесь цветами или растениями.

-Ну, это не раздражает, потому что его легко выращивать. Это папоротник, поэтому он не цветёт, а листья не отпадают. Он не погибнет, даже если несколько дней его не поливать.

-...

-Но отчасти это огорчает. Хотелось бы, чтобы он распускал цветы и

сбрасывал листья, когда холодно.

-...

-Если бы это было чувствительное растение, я бы беспокоился о

нём, заботился, любил и старался делать его красивым. Жаль, что я могу мало что сделать для него, - До Квон на мгновение нахмурился. Затем он уставился прямо перед собой и пробормотал.

-...Как и сейчас.

От этих слов ресницы Ын Су дрогнули. Ын Су сразу понял, что и кого он имел в виду, говоря "сейчас".

Он хотел беспокоиться об Ын Су, заботиться о нём, любить и делать только лучшее для него. Он хотел быть хорошим, но потом вдруг понял, что не может для этого ничего сделать.

Пытался кормить его, укладывать спать, водить к врачу, терпел его раздражительность и гнев.

Продолжая размышлять об этом, Ын Су вдруг опомнился. "О чём я вообще думаю?". Затем он зажмурил глаза и открыл их, взглянув в окно. Дождь стал лить ещё сильнее, чем раньше.

Вскоре светофор поменял цвет, и машина снова начала движение.

Часть 16. Слияние начала и конца

То ли врач накаркал, что у него вот-вот начнётся течка, то ли действительно время было подходящее, но на следующий день после визита в больницу Ын Су почувствовал, как температура его тела повышается. Мышцы горели, словно он только что закончил интенсивную тренировку, а из носа и рта с каждым выдохом выходили феромоны.

Но он не собирался пока принимать снотворное. Цикли течки не может закончиться через три-четыре часа, это более длительный процесс и может растянуться на день или два. Даже если бы он принял снотворное, то смог бы поспать больше суток, поэтому принимать снотворное лучше, как можно позже.

Некомпетентный врач советовал, как можно больше есть, но когда течка должна была вот-вот наступить, сделать это было не так просто.

С течением времени Ын Су начинал беспокоиться всё больше. Он перекусал свои губы и начал даже грызть ногти. Еда и вода не лезли в горло. Он сейчас был намного больше напуган, чем когда учился в средней школе во время своей первой течки.

Сидя спиной к изголовью кровати, он пытался отдышаться. Тут в дверь постучались и вошёл До Квон. В руках у него был поднос с бутербродами и фруктами.

-Ын Су, давай поедим.

-...

Ын Су уставился на До Квона глазами налитыми кровью. В

отличие от обычного гнева, в них чувствовалась тревога. Но До Квон был спокоен.

Он поставил поднос на стол и стал терпеливо ждать, пока Ын Су присоединится к нему.

-Я не голоден, - пробормотал Ын Су. До Квон поднял бровь, как будто предвидел этот ответ и подошёл к нему.

-Врач говорил, что ты должен хорошо питаться. Ешь понемногу. Я специально принёс тебе сэндвич.

До Квон посмотрел на лицо Ын Су. Но тот ничего не ответил, а лишь зарылся лицом в колени. До Квон тихо вздохнул через нос и присел перед ним на одно колено, а затем заговорил успокаивающим голосом, словно говорил с капризным ребёнком.

-Это твой последний приём пищи перед течкой.

-...Что?

-Ну, думаю, что до неё ещё где-то несколько часов, максимум три.

-Откуда... Вы это знаете?

-Не могу точно сказать. Я уже проводил с тобой течки, поэтому твои феромоны чувствуются повсюду.

До Квон перелизал губы и сухо сглотнул. Заметив выражение его лица, Ын Су невольно прижался спиной к изголовью кровати. Он пытался избегать его.

В ответ До Квон горько улыбнулся.

-Я ничего не сделаю. Если тебе не нравится, я никогда не прикоснусь к тебе.

-...

-Лучше поешь. Я посмотрю, как ты ешь, а потом уйду.

-...

Колеблясь, Ын Су поджал губы. Затем он медленно поднялся. До Квон улыбнулся и последовал за ним.

Сидя за столом, Ын Су пил апельсиновый сок, в котором плавала мякоть. Он ещё и наблюдал за До Квоном. Тот ничего не делал, а лишь просто смотрел, как он ест. Ын Су чувствовал феромоны, которые просачивались из его тела, но он делал вид, что не замечает этого. Это немного смущало.

Отставив стакан с соком, Ын Су небрежно спросил.

-А как вам удалось пережить гон?

До Квон приподнял бровь от неожиданного вопроса.

-Я?

-Да. Вы с кем-то переспали?

Ын Су, глядя на него бесстрастным взглядом, взял сэндвич. Глаза До Квона расширились. Затем он прикрыл глаза и рассмеялся звонко.

-Пха...Нет. Это невозможно. Я провёл последние два года, думая о твоей смерти. Я просто принимал таблетки.

-Вы же не принимаете таблетки.

Ын Су подозрительно посмотрел на До Квона.

-Обычные альфа-подавители не работают, но вот подавители для доминантных альф сработали.

-Есть для доминантных альф?

В ответ на неоднократные вопросы Ын Су он улыбнулся, а после заметил, как Ын Су отложил сэндвич. До Квон велел ему слушать и есть. Ын Су неохотно взял сэндвич. Он знал, что если не будет есть, то он ему ничего не расскажет. Ему пришлось есть, потому что было любопытно узнать.

Ын Су откусил большой кусок сэндвича с лососем и сыром, и пока он жевал, рот До Квона изогнулся дугой.

-У моего друга есть дочь, которая работает в фармацевтической компании. Она умная, поэтому занимается исследованиями препаратов, а не управлением компании, и у неё есть некое хобби...

-Что вы имеете в виду?

-Ей нравятся наркотики.

-Что?

-Ей не нравится принимать наркотики, но ей нравится их делать, скорее это даже не наркотики, а наркотические обезболивающие. В любом случае, поэтому она в основном находится за границей, потому что в Корее подобными исследованиями запрещено заниматься.

-...

-Я от неё получил ингибиторы для доминантных альф. В Корее он запрещён, потому что в нём содержатся наркотики, но за границей он легален. Я обычно получал его в больших количествах, когда она приезжала в Корею, но с тех пор, как встретил тебя, он мне стал не нужен.

Ын Су понимающе кивнул головой. Для него особенно не имело значение, что принимал До Квон для гона и чем занимался, пока не встретил другую омегу.

Ын Су откусил ещё большой кусок от своего сэндвича. Возможно, разговор помог ему расслабиться, но теперь он мог чувствовать вкус лосося.

Он усердно жевал, а До Квон бросил на него взгляд. Он почесал свой затылок, а затем погладил кончиками пальцев коленные чашечки. Затем снова заговорил.

-Ты уже видел эту девушку однажды.

-Что? Девушку?

Глаза Ын Су расшились. Его щёки надулись, как у хомяка.

Девушка? С чего бы? Кто она? Он видел эту девушку?

Насколько он помнил, единственная девушка, которую он видел с До Квоном, был психиатр. Ын Су в замешательстве вскинул подбородок, и До Квон пояснил.

-Два года назад... Мы были в ресторане, в который часто ходили.

Там была девушка с короткими волосами.

На этих словах ресницы Ын Су взлетели вверх. Он понял, о какой женщине говорил До Квон. В тот день, когда он обжёгся о тарелку со стейком. В тот день, когда он сидел рядом с До Квоном и той загадочной женщиной. Женщина, чей смех звучал звонок. Женища, с которой, как он подозревал, у До Квона было свидание.

Ын Су замер, не в силах прожевать сэндвич. Чтобы развеять молчаливое недопонимание, До Квон быстро добавил.

-Это она, исследовательница препаратов. Я познакомился с ней, когда искал ингибиторы от гона.

-Ох...

-Ну, и мы познакомились из-за необходимости. Я получаю лекарства, а она поставляет лекарства для Сонджина. Мы близкие друзья из-за работы. Обычно мы просто обмениваемся документами и видимся раз в два-три года.

Речь До Квона была быстрой. Его предложения были короткими, словно в них было нетерпение.

-Боюсь, ты тогда неправильно понял...

До Квон замялся. Он подумал, не испортил ли ему настроение, упомянув тот день, или же Ын Су успел об этом забыть. До Квон облизал пересохшие губы.

-...

Ын Су уставился на него. Ему всегда хотелось спросить его об

отношениях с той женщиной, но он ожидал, что До Квон сам ему всё объяснит, потому что неправильно понял его слова. Ын Су думал, что он будет избегать этой темы.

Но теперь, когда он рассказал об этом, Ын Су задавался вопросами, действительно ли всё понял или не лжёт ли он.

Когда Ын Су замешкался, не в силах что-либо сказать, До Квон с тоской произнёс.

-С тех пор как я встретил тебя, Ын Су, я всё время думаю о тебе.

-...

-Я никогда ни о ком другом не думал, даже на мгновение. В любом

случае, либо ты, либо ничего.

Даже когда потерял память и бросил Ын Су, До Квон никогда не думал о том, чтобы встречаться с кем-то ещё. Он всегда думал об Ын Су.

-...

Ын Су посмотрел прямо на До Квона.

-...

Тот тоже не отводил взгляд. Ему бы хотелось разорвать свою грудь,

чтобы показать, что он чувствует, это был единственный способ.

Молчание затянулось. До Квон так нервничал, что затаил дыхание. Если бы Ын Су продолжил молчать, то тот мог бы задохнуться уже.

Спустя, казалось, целую вечность, Ын Су медленно произнёс.

-...Хорошо.

На этих словах До Квон тяжело вздохнул. Его сжатые лёгкие расширились, а грудь и плечи вздымались, когда он начал дышать. Поднятые плечи опустились. Он смог расслабиться, когда наконец смог прояснить серьёзное недоразумение.

Как вдруг феромоны Ын Су пронзили тело До Квона, словно копьё. От испуга До Квон инстинктивно прикрыл нос и рот. Сэндвич выпал из рук Ын Су.

-Агх!

-Ын Су?

До Квон вскочил на ноги и двинулся к Ын Су, но тут же замер. Запах феромонов был слишком густым, и как только он подошёл достаточно близко, всё его тело стало мокрым от феромонов.

У Ын Су началась течка.

Когда Ын Су издал тихий стон и вздрогнул, До Квон непроизвольно сделал шаг назад.

-Ах...

Уголки его глаз стали красноватыми, а из губ вырывался густой феромон. Рука сами собой сжались в кулаки.

Тело становилось горячим. Он стал отчётливо ощущать вены на своих руках и ногах и в каком направлении устремляется кровь. Ын Су уставился на До Квона налитыми кровью глазами. И До Квон, оцепеневший, как идиот, тут же пришёл в себя.

Он достал из тумбочки снотворное и предложил его Ын Су вместе с водой. Ын Су дрожащей рукой потянулся к ним. Но тело словно не слушалось. Он не смог взять все три таблетки, поэтому одну уронил.

Ын Су поспешно закинул первые две в рот. Тем временем До Квон подобрал упавшую таблетку и положил её в рот Ын Су. Он хотел дать новую, но времени не было. Когда он понял, что все три таблетки оказались во рту Ын Су, он поднёс к его губам воду.

Ын Су глотал воду, словно одержимый. Его сильно мучила жажда.

Создавалось ощущение, что он был готов выпить целый океан. Ын Су высунул язык от разочарования, но До Квон забрал у него стакан.

-Проглотил таблетки? - спросил он.

Ын Су быстро кивнул. Затем он открыл рот, словно задыхался.

Заметив это, До Квон подхватил его на руки понёс в кровать.

Осторожно уложив Ын Су, он поднял одеяло и задумался. Под одеялом ему наверняка станет жарко, поэтому если раскроется, то может простудиться.

Немного поколебавшись, До Квон обернул одеяло вокруг талии Ын Су. Затем он распушил его подушку и вытер лоб, на котором уже выступили испарины от пота.

-Ын Су, я буду в гостиной. Позови меня, если понадоблюсь.

До Квон прошептал низким голосом. Ын Су сжал челюсти и закрыл глаза. Посмотрев на него, До Квон выпрямил сгорбленную спину, собрал остатки еды и направился к выходу из спальни.

Перед тем, как он вышел из спальни и закрыл дверь, он проверил всё ли в порядке с Ын Су. И тут.

-Ха....

Он выпустил дыхание, которое сдерживал. Он пытался притвориться, что ничего не произошло, но чувствовал, как и сам

начинает задыхаться от его феромонов. Он так давно не ощущал феромоны Ын Су ясно, что у него пересохли глаза.

Его аромат, аромат тела. Если бы он остался здесь на подольше, то точно бы сошёл с ума и набросился.

Даже сейчас в груди бурлило отвратительное желание открыть закрытую дверь, чтобы забраться на него.

Прислонившись к двери, До Квон стиснул зубы, его виски запульсировали.

"Нет, я не могу, нельзя. Грех было вынашивать непотребные желания по отношению к Ын Су. Как я могу? Да как посмел?"

До Квон крепко зажмурил глаза и открыл их. Затем он быстро пошёл прочь из спальни, словно убегая от чего-то.

Сев на диван в гостиной, До Квон взглянул на часы рядом с телевизором. Прошло уже три часа. Три часа с тех пор, как Ын Су принял снотворное и уснул.

Тем временем течка шла полным ходом, и весь дом наполнился феромонами Ын Су. Сначала До Квон находился в кабинете, что расположен недалеко от спальни, но потом решил спуститься вниз из- за нетерпения.

Ын Су источал свой соблазнительный аромат, словно выпускал все феромоны, которые не выпускал уже два года. До Квон чувствовал как постепенно начинал сходить с ума. Его мозг словно превратился в желе, а глазные яблоки как будто таяли.

-Ху...

До Квон бросил планшет, на который пытался сосредоточить всё своё внимание, и разочарованно взъерошил волосы.

Он старался работать, но не мог сконцентрироваться на тексте. Он даже не мог понять, на каком языке читает - на корейском или английском.

Впервые в жизни ему так остро приходится феромоны Ын Су и его течку. Раньше он с нетерпением ждал, когда у Ын Су начнётся течка, а когда она наступала раздевался полностью и нападал на него.

Чувствовать его прерывистое дыхание, как он ласкал его руками, чувствуя округлые бёдра и узкие горячие стенки, как их взгляды встречались, и как их губы сплетались, проглатывая стоны друг друга.

Он помнил это так ясно.

Закрыв глаза, его адамово яблоко качнулось. А тело стало тяжелее. Он находился в таком состоянии с тех пор, как оставил Ын Су спать. Он попытался прогнать это ощущение, но теперь решил позволить феромонам Ын Су взять над ним контроль.

До Квон потёр лицо обеими руками. Ему хотелось выбежать из дома, но всё также продолжал сидеть на месте и вдыхать аромат Ын Су. Его аромат словно угасал рассудок.

Он не мог уйти. Ему придётся через некоторое время вернуться в спальню, чтобы проверить его температуру. Если она окажется слишком высокой, то придётся ехать в больницу, или она может опуститься в середине течки. Он не мог оставить его одного.

Плотно прикусив губу, До Квон снова потянулся к планшету.

Независимо от того, был ли Ын Су рядом или нет, ему казалось, что он превратится в животное, если не отвлечётся на что-нибудь другое. Ему казалось, что он сейчас вбежит в спальню и съест Ын Су живьём.

Как только он включил планшет, внезапно феромоны Ын Су обрушились на него, как ураган. Словно стены между ними двумя испарились, и он стал ощущать этот аромат ещё более отчётливо.

Сморщив нос, До Квон рассеянно посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж. Как вдруг,

-Ын Су...?

Там стоял Ын Су. До Квон посмотрел на него, словно увидел привидение. Прислонившись к перилам лестницы, Ын Су посмотрел на До Квона. Его глаза были странными.

Веки были полуоткрытыми. Его ресницы были опущены, а в уголках глаз были покраснения. Его пухлые губы были красными, и он дышал, выпуская сладкое дыхание. Его чёлка была мокрой от пота, а шея блестела от влаги. Стройные ключицы выглядывали из- под ворота домашней одежды.

До Квон сухо сглотнул.

Почему Ын Су проснулся? Почему он стоит здесь? Почему так смотрит? Ему хотелось многое узнать, но тело не двигалось.

Но в этот момент Ын Су медленно оторвал ноги от земли. Затем он спустился по лестнице. Когда осталась одна ступенька, всё тело Ын Су дёрнулось, и уже в следующее мгновение До Квон быстрым шагом направлялся к лестнице.

На своих длинных ногах он проделал три ступеньки, и Ын Су последовал его примеру. Ему стало не по себе, поэтому он спешил, как только мог. Его стройное тело дико раскачивалось из стороны в сторону.

-Ын Су, стой там!

До Квон попытался остановить его, но тот похоже ничего не понимал и продолжал идти. Брови До Квона нахмурились. Лестница,

по которой он поднимался каждый день, сегодня показалась ему огромной.

Как только между Ын Су и До Квоном оставалось несколько ступенек. Нога Ын Су коснулась края лестницы, и он соскользнул вниз.

-Ын Су! - крикнул До Квон.

Вытянув руки, он подхватил Ын Су, словно птицу со сломанным крылом. Как вдруг его тело накренилось, а затем кувыркнулось назад.

Бабах, раздался резкий звук. Зазубренные края лестницы больно впились в спину, но он не отпускал Ын Су. Он лишь крепче обнял его, возмущаясь, что его руки не такие длинные, ведь они не доставали до коленей и ступней.

Падение казалось долгим, хотя оно точно было коротким.

-Угх...

До Квон скорчился, перекатившись на больную спину. Казалось, что ему сломали все кости. Проглотив боль, До Квон осмотрел Ын Су на своих руках.

-Ын Су, ты в порядке?

Ын Су пошевелился и поднял голову. Его щёки были красными, но не от удара, а от течки. Ведь его лицо было не помято, так что, похоже, ему не было больно. Напряжение в его теле улетучилось.

Ын Су уткнулся лицом в его шею, а До Квон смотрел на потолок.

-Ха...До Квон...

-...

До Квон снова напрягся. У него появилось зловещее предчувствие.

Он ощущал, как Ын Су уткнулся носом в его шею, как двигается на нём, поглаживая грудь, и как хочет того, чего не должен хотеть.

-Ы-Ын Су...

(*Аж запнулся)

До Квон попытался оттащить Ын Су, но он прижался к нему ещё крепче. Он даже забрался на него сверху и начал тереться о него бёдрами.

-Я так хочу этого, что не могу уснуть, потому что хочу этого. Давай займёмся сексом, хорошо? Давай сделаем это...

Его голос был лёгким и надтреснутым, в отличие от обычного ровного тона. Это было слишком соблазнительно. Его глаза смотрели на До Квона с томным и развратным выражением, а тонкие пальцы нежно поглаживали линию челюсти До Квона.

Рассудок До Квона начал крошиться с ужасающей скоростью Соблазнительные феромоны Ын Су накрыли его с головой.

Кончики пальцев подрагивали и дрожали. Он сгорал от желания обнять его, прикоснуться к нему.

Внутри него бушевал конфликт. То ли поглотить его целиком, то ли оттолкнуть его. Это была нечестная борьба, в которой одна из сторон сильно перешивала.

Но До Квон одержал верх. Он решительно покачал головой.

-Нет.

-...

-Нет, Ын Су.

-Почему нет?

Ын Су, покачав головой, стал нежно тереть о бёдра До Квона. Тело Ын Су было горячим и выделало неистово феромоны. До Квон поджал губы.

Почему он не мог сделать этого? Это был шанс, который больше никогда не представится. Конечно, циклы будут, но тогда Ын Су будет уже принимать ингибиторы. Он не знал, когда представится подобный шанс.

Гораздо лучше было притвориться, что ничего не было, притвориться, что не смог удержать внезапный порыв и взять его.

Прошло уже более двух лет, когда он был безразличным ко всему, тоскуя по Ын Су. Так что сегодня, он мог бы быть немного жадным, притвориться беспринципным альфой, движимым одним желанием. На один день. Всего на один.

Но есть кое-что, что До Квон знал лучше.

-Не надо. Ты пожалеешь об этом.

Неизвестно, как отреагирует Ын Су, когда закончится течка?

Насколько сильно ему будет больно? Любая бы омега стала бы себя ненавидеть за свою сущность. Ведь это он удержал его от возвращения в родной дом, сказав, что с ним он будет в безопасности.

Он не хотел подвести его снова. Не хотел совершать ошибки. Не хотел причинять ему боль и не собирался делать то, что ему не понравится.

До Квон схватил Ын Су за талию и попытался потянуть его вниз, но он упёрся в его бёдра и удержался.

-Я не пожалею об этом.

-Нет, пожалеешь.

Но До Квон тоже не отступал. Он крепче сжал талию Ын Су и не давал ему сдвинуться с места.

Ын Су посмотрел на До Квона с кислым лицом и спросил.

-...Ты меня ненавидишь?

-Что?

-Как в прошлый раз? Это грязно для тебя? Поэтому ты оттолкнул? Его маленькое лицо было наполнено печалью. От удивления До

Квон дёрнулся всем телом. Ын Су, потеряв ориентацию от резкого движения, чуть не свалился назад. Но До Квон обхватил его за спину и заговорил.

-Всё не так. Как я могу ненавидеть тебя, Ын Су?

При эти слова опущенные глаза Ын Су поднялись наверх. Он просунул руку под одежду До Квона и сказал.

-Тогда трахни меня, ты же можешь это сделать.

-...Ын Су.

До Квон вздохнул и позвал Ын Су. Он в течке вёл себя, как ребёнок. Он всегда был честным в своих чувствах, чётко формулирует свои желания, не жалея слов. Как будто был опьянён. Или как будто был под наркотиками.

Он видел это много раз, но никогда раньше подобного не случалось. Никогда ещё их мнения так сильно разились друг от друга.

До Квон осторожно взял Ын Су за запястье. Он умоляющими глазами посмотрел на него.

-Я просто знаю, что тебе это не понравится.

-...

Ын Су сильно закусил нижнюю губу. Он прижался щекой к груди

До Квона и прошептал нежным голосом, словно стараясь быть ласковым.

-Я не буду ненавидеть. Сделать это. Я так хочу это сделать...

-...

-У меня очень чешется там, а? Сделай это, пожалуйста.

-...

Пожалуйста, сделай это. Давай сюда...

Ын Су потянул руку До Квона, чтобы сжать свою задницу. Мягкая плоть заполнила ладонь До Квона, Ын Су промежность тёрся о его бёдра, а мягкие щёки прижимались к его груди.

Это было очень развратно. Но дело было не в том, что Ын Су был таким, проблема была в голове До Квона.

На лбу выступила жилка от напряжения, а тёмные глаза ещё сильнее потемнели от желания. Похоть, вожделение, завоевание и всевозможные похотливые желания впилась в его сознание когтями.

-Ах! Сделай это. Я больше не могу терпеть...

До Квон обхватил руками тело Ын Су и зарылся лицом в его шею.

Как бы он ни старался держать себя в руках, он всё-таки был альфой. Альфа, созданный для того, чтобы испытывать физическое и душевное влечение к омеге. Феромоны и запах тела Ын Су сводили с ума.

Более того, он - тот, о ком До Квон взывал долгие годы, по кому так скучал и хотел держать в своих руках.

Что бы ни ждало его в будущем, он хотел обнять его, залезть на него и сделать с ним всё, что угодно.

И всё же, он не должен был так поступать. Точно не так.

Крепко зажмурив глаза, До Квон открыл их и попытался оттолкнуть Ын Су. Но тут. Ын Су наклонился и прижался к его губам.

-...

Он застыл на месте. Он должен был оттолкнуть его, но не смог,

тело не слушалось.

Ын Су втянул губу До Квона, а затем переместился с нижней на верхнюю, а потом высунул язык и лизнул. Его горячий язык слишком возбуждал. Его язык настойчиво атаковывал губы До Квона. Казалось, что он хотел углубить поцелуй.

До Квон стиснул зубы и сдерживал себя. Ын Су издал хныкающий звук, а затем поднял на До Квона расстроенный взгляд.

-До Квон... Займись со мной сексом. Сделай это со мной.

Ын Су осыпал подбородок До Квона поцелуями. Его руки поглаживали упругую грудь и крепкие бицепсы. Его прикосновения были такими нежными и милыми. До Квон не смог не улыбнуться.

-...

Затем Ын Су перестал двигаться. Он уставился на улыбающегося

До Квона. Что тот неожиданно вздрогнул. Ын Су тихонько засмеялся, его глаза блестели.

Уголки глаз были приподняты. Уши слегка подёргивались, а скулы выгибались. Когда пухлые губы расходились, зубы то появились, то исчезали.

Эта улыбка отразилась на сетчатке глаз До Квона.

-Ах...

До Квон коротко ахнул. Это была первая улыбка с тех пор, как он снова его увидел.

Должно быть, это сон. После ошеломлённого молчания он обхватил руками затылок Ын Су. А затем плотно прижался к его губам.

Едва ли поцелуй, можно было назвать, спасительным глотком. Его мозг практически пересох от жажды. Поцелуй не был прохладным, но он особенно освежал.

Ын Су задрожал от ощущения феромонов и тепла тела До Квона, что словно пронизывали всё его тело. Колени подкосились, когда его большие руки стали поглаживать его талию, бёдра, предплечья и таз.

До Квон потерял разум от настойчивых приставаний Ын Су, не

сумея уйти далеко, он прижал Ын Су к дивану. Они вновь слились губами, срывая друг с друга одежду.

-Ыкх... - Ын Су хныкал, царапая твёрдые предплечья До Квона. Под его грубыми прикосновениями, мурашки бегали по коже. Всё, что касалось тела Ын Су разжигало лишь сильнее огонь.

Самым сильным и смертельным стимулом для него, конечно же, были феромоны До Квона, которые каскадом охватывали каждый участок кожи.

Глаза Ын Су остекленели, когда он снова потянулся к его губам. До Квон лишь глубже погрузил язык в его рот. Его толстый и горячий язык заполнил рот Ын Су, словно змея. Когда он языком прошёлся по мягким губам, Ын Су выгнулся. Его язык прошёлся по небам и скользнул глубже в рот.

Смешавшаяся слюна была для них как наркотик. Это было похоже на смертельный яд. Несмотря на то, что их разум был полностью испарился, между ними осталась лишь неутолимая жажда и потребность в друг друге.

Наконец вся одежда исчезла с тела Ын Су. Это заняло не более трёх минут, но До Квону этот процесс казался вечностью.

До Квон закусил губу и уставился на обнажённое тело Ын Су под лунным светом.

-Ах...

Он был изумлён. Он давно не видел тело Ын Су, поэтому сейчас он чувствовал, как земля уходила из-под ног. Его тело оставалось таким же белоснежным. Маленькие плечи, локти и кончики пальцев, колени, икры и его розоватый пенис.

Он почувствовал, как шея и спина напряглись, пока он рассматривал это великолепное тело. По какой-то причине ему казалось, что всё происходит во сне, но в то же время было реальностью.

До Квон быстро снял с себя рубашку, затем раздвинул ноги Ын Су и расположился между ними. Стройные бёдра обвили талию До Квона.

Затем Ын Су выгнул шею и приподнял бёдра вверх, издав протяжной стон.

-Хмпф...

С его губ сорвался новый стон, а затем из пульсирующего члена Ын Су вырвалась струйка белой жидкости.

Когда нижняя часть До Квона прижалась в бёдрам Ын Су, всего лишь от одного прикосновения последовала такая реакция. Ын Су поглощали ощущения от его тёмного взгляда, его феромонов и предвкушения предстоящего удовольствия.

Завороженный этим зрелищем, До Квон издал тихий смешок. Он нежно обхватил пульсирующий член Ын Су, который ещё не отошёл от послевкусия своей кульминации.

-Ах!

От неожиданного прикосновения голова Ын Су откинулась назад, и он приподнял верхнюю часть тела. В ответ До Квон прижался губами к губам Ын Су, прижимая крепче к себе. Ын Су медленно опустился на диван.

До Квон с наслаждением проглотил стоны Ын Су. Одной рукой он медленно поглаживал влажный член Ын Су, а другой его стройную шею, талию, подтянутые бёдра и упругие ягодицы.

-Мхм...Ах!

Стоны Ын Су становились всё слаще. До Квон помогал ему медленно привыкать к удовольствию. У Ын Су очень долгое время не было течки. Его феромоны были нестабильны, и он не контактировал с другими альфами. Даже снотворное не помогло ему уснуть.

Поэтому До Квону приходилось быть максимально осторожным и нежным, чтобы не нанести ему вред. Иначе Ын Су может утопиться в этом удовольствии и потерять окончательно рассудок.

Чем больше До Квон доставлял ему мягкое и нежное удовольствие, тем агрессивнее становился язык тела Ын Су. Если раньше он ненавистно относился к течке, то теперь он также гладил его с любовью, словно хотел уже давно прикоснуться к нему и почувствовать его.

Он зарывался пальцами в его волосы, тёрся грудью о его твердые грудные мышцы, царапал рельефные предплечья и время от времени тёрся коленом между ног До Квона.

Они будто бы постепенно готовились принять друг друга.

Когда их губы снова сомкнулись, До Квон прикусил губу, и Ын Су высунул язык. До Квон издал тихий смешок и поглотил его язык, а затем отпустил.

Затем он проследил линию шеи Ын Су. Прошёлся вдоль округлых ключиц, вниз к плоской, но упругой груди. До Квон потёрся щекой о его грудь, словно ребёнок.

Он смутно ощущал биение сердца Ын Су, что разом тронуло его до глубины души. Его феромоны наполняли лёгкие. Тепло тел передавалось друг другу. И звук сердцебиения, вызывающее волнующие чувства.

Ын Су был идеальным. Ничего в мире не могло быть таким совершенным.

Думая об этом снова и снова, он чувствовал себя счастливым, что чуть не разрыдался, забыв о том, чем они занимались.

Внезапно, плывя по волнам эмоций и радости, он заметил сосок Ын Су. Он их очень давно не видел.

Они всё ещё были такими же розовыми и прекрасными. Они совсем не изменились в размерах, слегка пухлые и на вид очень вкусными. У него возникло странное желание отрезать его и держать во рту до конца своих дней.

Он широко открыл рот и прикусил сосок, а затем облизнул и стал энергично посасывать.

-Ах!

Ын Су коротко застонал и задвигал бёдрами. До Квон яростно посасывал его сосок, словно пытался отделить эту маленькую плоть от кожи.

В комнате раздавался чавкающий звук.

Он чувствовал, как мягкая плоть Ын Су стала набухать во рту.

Зернистые соски щекотали нёбо, а точённые рёбра Ын Су ударялись о его подбородок, когда он вдыхал, - всё это было очень эротичным.

До Квон слегка фыркнул и сильнее присосался к груди Ын Су.

-Хорошо, ах...

Руки Ын Су сжимались на плечах До Квона, на лице появилась лёгкая улыбка. Соски сжимались под сильным напором, а по спине пробежали мурашки. Плоть покалывало, но это было приятно.

Мурашки бегали под предплечьям от его горячего дыхания.

Ын Су не мог оторваться от наслаждения, которого не испытывал уже очень давно. Его плотское тело было на грани очередной кульминации, влажный вход неудержимо пульсировал.

Прикусив один сосок, До Квон перешёл губами к другому.

В это время Ын Су, который глотал волны возбуждения и наслаждения, обхватил рукой свой член. Неловкими движениями он стал двигать рукой верх-вниз.

До Квон посмотрел на Ын Су. Сердце заколотилось в груди, когда он наблюдал, как Ын Су мастурбирует.

"Ты мастурбируешь? Прямо передо мной? Я могу же сделать всё, о чём ты меня попросишь, верно? Я же могу целовать тебя сколько угодно, лизать там, где ты хочешь, так почему ты это делаешь?"

До Квон сильно прикусил его сосок, а затем отпустил его.

-Мхы...Ах, кх!

Ын Су громко застонал, ускорив темп рук. Его ослабленный оргазмом слен уже был готов излиться, но в этот момент До Квон, сморщив нос, схватил Ын Су за запястье и резко поднял их вверх.

Глаза Ын Су расширились. Он попытался снова схватить пенис другой рукой, но До Квон схватил и эту руку и потянул её вверх.

Ын Су застонал от досады и раздвинул ноги. Затем он стал тереться бёдрами о мощное тело, жаждая достигнуть пика, которое было всего в одном дюйме от него.

До Квон поцеловал его в лоб, щёки и губы. Затем, словно желая успокоить его, он прошептал низким голосом.

-Я сделаю всё для тебя, Ын Су.

-Мхм...

-Я всё сделаю.

Басовый тон До Квона были возбуждающими. Ын Су сухо сглотнул, наклонил голову к плечу и посмотрел на До Квона.

Одной рукой До Квона обхватил запястья Ын Су, а другой стянул брюки.

Ын Су уставился на него. Прошло уже много времени, но он отчётливо помнил, как выглядел член До Квона, какой он был толстым и что он можешь почувствовать, когда он войдёт. Ын Су тяжело сглотнул.

Толстый член появился в поле зрения. До Квон просунул руку в штаны и медленным движением вытащил его наружу. Он знал, что Ын Су смотрит на него, глотая слюну.

После нескольких долгих секунд член До Квона показался.

-Ах...

Ын Су почти неслышно восхитился. Красноватый цвет. Широкий и толстый. Длина, которая бы заполнила руку До Квона. Гладкая и блестящая головка. Выпуклые вены. И густые феромоны.

Ын Су не мог не кончить, просто глядя на член До Квона. Он был таким внушительным, таким великолепным.

Пока Ын Су завороженно разглядывал его, До Квон пару раз провёл рукой верх-вниз по своему члену. Затем он обхватил свой член и Ын Су вместе.

-Ох...

Удивившись, Ын Су приподнял верхнюю часть тела. Твёрдый пенис До Квона и его собственный тёрлись друг о друга. С одной стороны был горячий член, а с другой твёрдая, слегка шершавая ладонь.

Через несколько минут Ын Су почувствовал, как внизу живота всё сжималось. Он не мог быть уверенным, кончает он или уже достиг кульминации. Пальцы его ног подогнули внутрь, плечи поднялись к мочкам ушей, а колени подогнулись.

Между бровями До Квона образовалась складка. Несмотря на то, что пенис Ын Су был эрегированным, он ощущался мягким, словно язык. Он был липким и скользким от спермы, поэтому он только сильнее сжимал руку, желая почувствовать больше.

-Ха...Ын Су -я....

Их стоны сливались в одно целое, чувствуя приближение кульминации. Член До Квона был сильно напряжён. Он стремительно подвинулся к губам Ын Су, желая ощутить его горячее дыхание.

Но Ын Су отвернул голову.

Его желудок сжался. Он не ожидал отказа Ын Су. Пенис, который был уже готов излиться, тело, утопающее в наслаждении, разом остыли. Мышцы всего тела расслабились, а пальцы, сжимающие запястья, разжались. Затем Ын Су вырвался из рук До Квона.

-Ын Су...

До Квон позвал его тихим голосом. Но Ын Су, казалось, не слышал его и продолжал двигаться. До Квон отстранился от тела Ын Су.

Словно дожидаясь этого, Ын Су сжал его колени. Он поднял ногу, тем самым обнажая свою промежность. Конечно же взору предстали розовые складочки, которые подрагивали.

Удивлённый таким поведением Ын Су, До Квон вскинул подбородок. Но вот Ын Су стал заикаться с растерянным выражением лица.

-Не там... Не там.... Здесь... Сюда...

Ын Су было недостаточно. Для чего вообще нужна течка? Всё не сводится только к тому, чтобы наслаждаться и кричать от удовольствия. Ему нужно было получить семя альфы. Только заполнив дырочку семенем альфы, он сможет утолить эту жажду.

-...

Глаза До Квона расширились, затем он низким голосом издал смешок, который был пронизан облегчением. Он резко схватил бёдра Ын Су, и стал тереться головой о промежность.

-Мхы... Ах!

Ын Су стонал, глядя на него полузакрытыми глазами. Ему было неописуемо приятно, когда твёрдая головка тёрлась об его морщинистые складки. Он хотел, чтобы он кончил внутрь. Чтобы толстая плоть заполнила до предела. Его настолько поглощало желание, что он практически задыхался.

Ын Су был настолько не в своём уме, что не знал куда себя деть от нетерпения.

Задний проход Ын Су, по которому стекал предэякулят До Квона, становился всё более эротичным и манящим благодаря сокам,

которые вытекали из его дырочки. Каждый раз, как она соприкасалась с пенисом До Квона был слышен чвакающий звук.

-Сделай...Сделай!

Ын Су вытянул руки, царапая плечи и грудь До Квона, по затылку пробежались мурашки. Ему казалось, что он умрёт от такого зрелища. До Квон не спешил войти, поэтому внутри появилось желание встать и съесть этот член, как кусок мяса.

Но До Квон сдерживался не просто так. Как бы ему не хотелось вогнать в него свой член, чтобы он быстрее кончил, он переживал о его безопасности.

Это может быть больно, и течка не даст не почувствовать эту боль.

Прищурив глаза, До Квон прижался головкой ко входу Ын Су и заглянул туда. Складки были мягкими, дырочка пульсировала, отзываясь на каждое прикосновение. Соки сочились, словно заманивая внутрь.

С открытым ртом До Квон протолкнул головку внутрь.

-Хы....

Бёдра Ын Су напряглись. Уголки его глаз резко сузились.

-Больно? - спросил До Квон, нежно взъерошив волосы Ын Су. Тот быстро замотал головой. Но До Квон не собирался поддаваться на такую очевидную ложь.

До Квон собирался отстраниться, как вдруг Ын Су вскочил на ноги, обнял его за шею и потёрся лбом о его плечо, словно ласковая кошка.

-П-просто сделай это.

-Нет.

-Сделай!

-Ын Су...

До Квон похлопал Ын Су по спине, пытаясь успокоить его, а Ын Су хныкал, его лицо покраснело от разочарования.

-Вставь, пожалуйста... Скоро станет лучше... Просто вставь...

-...

До Квон внезапно перестал дышать. Красивое лицо Ын Су

заполнилось сетчатку его глаз. Покрасневшие уголки глаз, блестящие слёзы, влажные ресницы и губы, и покрасневшая кожа от укусов.

Он почувствовал, как здравый смысл, который ненадолго вернулся к нему из-за заботы об Ын Су, снова испарился, и в то же время глаза Ын Су расшились. Ведь пенис До Квона, головка которого была внутри, стала ещё тверже.

-Ух... он стал больше...

Не успел Ын Су закончить фразу, как До Квон схватил его за бёдра и потянул вниз. Его член вонзился внутрь, скребясь о внутренние стенки и погружаясь глубоко в живот.

-Угх...

Голова Ын Су откинулась от этого агрессивного движения. Руки, обвивавшие шею До Квона, вытянулись вверх, а ноги взметнулись вверх. Его член врезался в чувствительную точку, поэтому он тут же достигнул кульминации. Сперма брызнула на подбородок До Квона.

-...

Тело Ын Су обмякло, не в силах пошевелиться. От внезапного

достижения кульминации, мозг словно был готов вытечь из ноздрей и ушей. По спине пробежался холодок. Всё его тело в одно мгновение превратилось из холодного в горячее.

Гениталии дрожали. А в ушах зазвенело, задняя часть напряглась, сжимаясь вокруг члена До Квона, которой каким-то образом помогло ещё больше стимулировать наслаждение.

Когда Ын Су ещё долго пытался прийти в себя после кульминации, До Квон нетерпеливо приподнял его бёдра и стал вводить и выходить из него.

Толстая головка стала тереться по упругим внутренним стенкам.

Ын Су, испугавшись, опомнился и похлопал До Квона по предплечью.

-Стой, п-подожди... Подожди...

-...

Но До Квон не ответил, его тёмные глаза затуманились. Они были

незнакомыми, но он уже видел такое несколько раз.

Глаза, которые можно увидеть у До Квона во время гона. Он полностью потерял рассудок. Глаза, больше похожие на похотливое животное, чем на человека.

Ын Су тяжело сглотнул. Его язычок облизал пересохшие губы. На мгновение зрачки До Квона, которое уменьшились до точек, резко расширились. Затем он открыл рот, чтобы втянуть в свой рот язык Ын Су. Его зубы были особо острыми. Ын Су почувствовал себя маленьким зверьком, которому свирепый зверь был готов перегрызть горло.

Его тело напряглось, не в силах вырваться. До Квон сильно вогнал в него свой член, отчего Ын Су издал протяжной стон удовольствия. После этого было только одно удовольствие. Они оба были в шоке, экстазе, были готовы умереть, ликовали, страх оцеплял их разум, а за

ним чередовалось счастье. Даже на американских горках не бывает таких взлётов и падений.

Каждый раз член До Квона вонзался глубоко в его живот. Каждый раз, его крепкая хватка сжимала до боли ягодицы. Каждый раз его толстые яички шлёпали о промежность. Каждый раз, когда Ын Су оказывался запертым в его тёмных глаза, его эмоции мелькали как на ладони.

Но в конце концов все эмоции вылились в оргазм.

Лицо Ын Су был измождённым, и он неуклюже покачивал бёдрами в такт движениям До Квона. Твёрдая плоть, пронизывающая его внутренние стеночки, растягивающая его складки так сильно, что он хотел кричать.

-Ах, хорошо! Да...До Квон...

Ын Су дрожал, ткнувшись лицом в шею До Квона. До Квон ещё энергичнее стал двигаться, оставив на белой коже след от зубов.

Пропитанная всевозможными жидкостями плоть то сжималась, то разжималась, издавая чвакающие и шлёпающие звуки. Даже звук для слуха не был для них особо пошлым, а приятным.

Из кончика члена Ын Су сочилась жидкость. Она совсем не походила на сперму. Взаимосвязь между удовольствием и кульминацией уже давно стёрлась. Теперь каждый раз, когда До Квон толкался, из его уретры текла липкая жидкость.

-Ммм...Ах, да!

-Ха...Ын Су!

Обняв Ын Су, До Квон уложил его диван. Затем схватил Ын Су за обе ноги и вогнал член до упора. Ын Су смотрел на него со смесью страха и предвкушения.

До Квон сдул свою чёлку со лба. Затем, словно оправдывая ожидания Ын Су он стиснул зубы и погрузил свой член внутрь. Это было очень глубоко проникновение. Бёдра Ын Су, прижатые к ногам До Квона, были раздавленными.

-Угх...

Ын Су почувствовал сдавливающее ощущение в животе, которое дошло до лёгким. Если бы он открыл рот достаточно широко, то казалось, что член До Квон был готов прорваться в его лёгкие.

Он сначала глубоко погрузил свой член в задницу Ын Су и стал ускоряться. Он словно пытался разорвать своим членом его внутренние стенки. Его движения были сильными и быстрыми, безжалостными. Ын Су захлестнула волна удовольствия, которая казалась доведёт его до крайней точки.

-Мхм..ах.. да...

-Ха...ха...

Лица обоих исказились в гримаске. Вместе они мчались к вершине наслаждения, и тут До Квон притянул бёдра Ын Су к себе и погрузил в него свой член. Дырочка сжалась, словно поглощая весь ствол.

-Ах...Ах!

Ын Су стиснул челюсти и застонал, чувствуя, как толстая и горячая плоть пульсировала глубоко внутри него, а затем что-то горячее и липкое стало заполнять его живот. Это слегка было больно, но было до странного приятно.

От этого странного ощущения Ын Су тоже кончил.

На мгновение они вдвоём замерли в экстазе. До Квон лежал на нём, прижимаясь. Он продолжал целовать линию его челюсти, переходя от ключиц к плечам.

Всё это время Ын Су пустыми глазами смотрел в потолок. Фигуры светильников сначала то увеличивались, то уменьшались, а потом и вовсе погасли.

Как ни странно, он заплакал, глядя перед собой. Он не испытывал никаких эмоций, но когда все пять чувств ощущали это странное тепло, он заплакал.

По щеке Ын Су скатилась слезы, и До Квон высунув язык, слизнул её и прошептал низким голосом.

-Ын Су, я люблю тебя.

-...

-Люблю.

Низкий голос продолжал шептать слова любки. Но эти признания не проникали в уши Ын Су, словно были заблокированы. Ын Су смотрел в пустоту и дышал.

Ын Су погладил грудь До Квона вялой рукой. До Квон зарылся носом ему в шею, вдыхая феромоны, смеясь. Ын Су заглянул в его тёмные глаза и мягко улыбнулся.

-Ещё.

-...

-Ещё, этого не достаточно...

Это был полусерьёзный тон. Но слёзы продолжали скапливаться по уголкам его глаз. До Квон не мог не посмеяться над его странным поведением.

-...Да.

До Квон коротко кивнул. Затем он нежно обхватил руками бёдра Ын Су.

"Всё, что захочешь. Если в результате этого поступка я ещё на шаг приближусь к аду, то я погружусь в него с головой, но отдам тебе всё, чтобы ты не пожелал."

Ын Су медленно открыл глаза. Они с трудом открывались из-за

сильного отёка, а тело казалось тяжёлым. Он выглядел на разбухший труп, который два месяца пролежал в реке Хан. Кости будто бы скрипели. Он едва ощущал кончики пальцев рук и ног.

Ын Су потянулся, и тут зрение прояснилось. Перед глазами возникла знакомая обстановка.

Это был дом До Квона, но не его спальня. Интерьер был немного светлее, чем в его спальне, а кровать казалась тесной. Это была дополнительная спальня, используемая гостевой.

Ын Су нахмурился. "Что за странная смена обстановки? Почему я здесь?".

После нескольких часов попыток уснуть, снотворное не помогло, поэтому он поднялся с кровати с обжигающим ощущением по всему телу. Потом он вышел из комнату, показав До Квону, какой мерзкой омегой он может быть.

Он хватался за него, умолял заняться сексом, закатывая истерику. В конце концов он не отказался. Они занимались сексом на диване,

а когда этого оказалось недостаточно, он стал ныть, что хочет ещё, затем они снова повторили это на диване, в ванной, а потом в спальне.

Ын Су был ещё более распущенным, чем животное. От одной мысли об этом по телу пошли мурашки.

Диван и кровать были в полном беспорядке. Он кончал как не в себя, и наверняка одеяло и простыни были влажными от всяких жидкостей.

Он задавался вопросом, может До Квон вызвал персонал, чтобы они убрались в спальне и в гостиной, а его временно перенесли сюда.

"Который сейчас час? Когда вообще началась течка? Когда До Квон принёс сэндвич или уже после?". Он не знал точные ответы на эти вопросы.

Ын Су посмотрел в сторону. Рядом с ним лежал До Квон. Он обнимал его за талию, зарывшись носом в предплечье и свернувшись в клубок.

-...

Ын Су облизал пересохшие губы. Затем он снова зажмурил глаза.

Ему было так стыдно и унизительно, что хотелось умереть, но он ничего не мог поделать со своими инстинктами. Он вспомнил с ясностью все те вульгарные слова, которые он говорил До Квону, хватаясь за него.

Волна стыда захлестнула его. Он чувствовал отчаяние от того, что никогда не сможет избавиться от своей омежьей сущности. Как бы он ни старалася, он испытывал отвращение к себе за то, что цеплялся так за До Квона.

Ын Су раздражённо скрипнул зубами, впервые за долгое время он снова стал жаждать смерти. Запястья стали зудеть, словно хотелось пролить кровь. Казалось, что он жаждал смерти больше, чем еды.

Ын Су тяжело вздохнул, как вдруг твёрдая тёплая ладонь стала нежно гладить его по спине. Тело Ын Су напряглось.

-Почему ты уже проснулся? Поспи ещё, - тихо прошептал До Квон.

Затем он похлопал Ын Су по спине. Ын Су безучастно смотрел на него.

Прошло уже много времени с тех пор, как они лежали вот так в постели обнажёнными. Он не имел в виду, что они уже давно не занимались сексом, хотя и это тоже было давно, но не суть. Прошло много времени с тех пор, как они были так близки, когда ни о чём не говорили, ни о чём не думали, и просто лежали, касаясь друг друга и чувствуя присутствие.

Раньше даже после нескончаемой работы, они всё равно оставались так близки друг к другу. Они могли говорить о чём-то, смотреть друг другу в глаза в лунном свете, иногда целовались и шептали слова

любви, а иногда просто обнимались, не зная, как продемонстрировать, переполняющую любовь друг другу.

Действительно...Он был так счастлив. Это был мир, когда ему ничего не нужно было. Точнее, кровать стала этим миром, а До Квон

- всем.

Сознание Ын Су металось между прошлым и настоящим, тем временем До Квон погладил его по щеке.

-Не можешь уснуть?

Ын Су кивнул головой в ответ. Он чувствовал себя уставшим, голова болела от снотворного, но он не мог уснуть.

Затем До Квон пошевелился. Тепло, окутывавшее его, исчезло, и Ын Су погладил своё предплечье, почувствовав странный холод.

Встав с кровати, До Квон зашуршал чем-то на маленьком чайном столике перед окном, что-то готовя. Ын Су наклонил голову и уставился на широкую спину До Квона. Он тут же тяжело сглотнул.

Спина До Квона была в беспорядке.

Разноцветные синяки покрывали его кожу. Словно плесень на буханке хлеба. Или это было похоже на картины Джексона Поллока. Ссадины выглядели болезненными. Удивительно, что он двигался с таким невозмутимым видом.

Ын Су задавался вопросом, что случилось со спиной До Квона, но вскоре понял, в чём дело. Перед глазами промелькнуло воспоминание, как До Квон скатился по лестнице, словив Ын Су.

Ын Су крепко зажмурил и открыл глаза. До Квон снова повернулся к нему. В его руке были две крупные таблетки и стакан с водой, которые он протянул к Ын Су. Тот покачал головой.

Наверное это было снотворным, но зачем он даёт его, когда течка уже закончилась? Неужели он дал её, потому что тот не мог уснуть?

Пока Ын Су смотрел на таблетки, До Квон заговорил.

-Экстренная контрацепция.

-Ах...

Ын Су ахнул. Это лекарства ему было хорошо знакомо, но он уже давно не слышал его названия. Экстренная контрацепция. У Ын Су была течка, и он получил семя альфы, точнее доминантного альфы, поэтому ему придётся принять её, чтобы избежать нежелательной беременности.

Иначе пришлось бы рожать...детей.

Ын Су неосознанно погладил себя по животу. Он чувствовал одновременно облегчение и сожаление. Кончики пальцев дёрнулись, и

Ын Су поднял руки и взял предложенную таблетку. Он положил её в рот и выпил весь стакан.

Таблетка была крупной, поэтому в горле стало слегка больновато.

Казалось, что таблетка впилась когтями в пищевод, чтобы её не глотали.

Пока Ын Су пытался запить водой таблетку, До Квон обеспокоенно спросил.

-Ещё воды?

Ын Су покачал головой. Наступила минута молчания. Поставив пустой стакан на стол, До Квон сел на кровать и с тревогой посмотрел на Ын Су. Он смотрел так, словно знал, о чём он сейчас думает и что чувствует.

Под его взглядом Ын Су почувствовал непреодолимое чувство стыда.

-...Простите меня.

Ын Су попросил прощения приглушённым голосом.

-А? - переспросил До Квон, словно не расслышал его слова. Почему-то этот короткий звук казался Ын Су обвинительным, поэтому он прочистил горло.

-Я сожалею о том, что произошло вчера, и что принёс неудобства господину До Квону. Простите, я не хотел так, но был не в себе.

-Ын Су...

-Я знаю, что вам не нравятся подобные оправдания, но это всё, что я могу сказать.

"Как нелепо и глупо. Как вульгарно и отвратительно я, должно быть, выглядел, пыхтя и цепляясь, как животное под действием феромонов. Я изо всех старался быть вежливым с ним, но держать дистанцию, и вот к чему всё это привело."

Ын Су обеими руками потёр лицо. До Квон схватил его за запястье, не давая причинить себе боль.

-Ты не должен этого делать. Ты не должен сожалеть.

-Но...

-Я же сказал, что буду не против, если ты будешь обращаться со мной как с собакой. Если тебе это нужно, я сделаю.

Лицо Ын Су застыло на этих словах.

Брови До Квона сошлись. Он посмотрел в глаза Ын Су и о чём-то задумался, а потом, словно что-то придумав, серьёзно сказал.

-Ты можешь использовать меня как мастурбатор. Я не буду возражать. Можешь даже не относиться, как к сексуальному партнёру, я этого не заслуживаю.

-...Ч-что?

Глаза Ын Су расширились от удивления. Как использовать? Как мастурбатор? Может он имел в виду что-то вроде фаллоимитатора? Он говорил не использовать его как человека или сексуальному партнёру, а использовать как собаку и фалоимитатор?

Ын Су уставился в пустоту, напрочь забыв о своей депрессии, и До Квон неловко улыбнулся. Его намерение состояло в том, чтобы Ын Су не стал винить себя, поэтому решил притвориться обезумевшим, чтобы вытянуть Ын Су из этого колодца.

Он нежно погладил тыльную сторону руки Ын Су большими пальцами.

-Мне понравилось, Ын Су.

-...

-Мне настолько понравилось целоваться с тобой и тереться о тебя,

что у меня возникла шальная мысль, что я не хотел бы, чтобы твой цикл закончился завтра или послезавтра.

-...

-Поэтому тебе не о чем сожалеть.

До Квон ухмыльнулся и рассмеялся. Его слова и мимика были разными. Пока Ын Су сидел с открытым ртом, не находя слов для ответа, До Квон наклонился к нему поближе.

-Быть не в себе - это нормально, для этого и существуют тепловый циклы.

-...

У Ын Су опустились плечи от таких слов. Вот для чего нужны

были тепловые циклы. Он был прав. Альфа и омега - существа, созданные Богом, который беспокоился о вымирании людей, поэтому их наделили сумасшествием во время течки и гона, чтобы воспроизвести потомство. Было бы странно в таком случае оставаться в здравом уме.

При этой мысли его нахмуренные брови расслабились. До Квон, заметив эту реакцию, быстро заговорил.

-Помнишь, когда у меня был гон?

-О каком гоне вы говорите? Он у вас был не раз и не два...

-Ох... В дождливый день. У тебя дома.

-Ах...

Ын Су вспомнил кое-что из далёкого прошлого. Это было в тот момент, когда сезон дождей шёл полным ходом. Это был их

совместный отпуск. До Квон заранее взял ежегодный отпуск и весь день просидел дома Ын Су. Они обнимались на узком диване, смотрели фильмы и пили вино до прихода гона. А потом валялись где попало по всей квартире на следующий день.

Ын Су слегка кивнул головой, словно вспомнив. Тогда До Квон с забавным выражением лица просунул свои пальцы между его пальцами и распутал их.

-Тогда я вёл себя как животное, и ты мне вдарил ногой по голове.

-Я-я?

-Разве ты не помнишь? Ты ударил меня так сильно, что я свалился на пол.

Ын Су нахмурился. Он этого не помнил, поэтому покачал головой.

Как вдруг его глаза вспыхнули, словно он что-то вспомнил.

Да, однажды такое действительно было. В самый разгар секса До Квон укусил за пальцы ног. Это был всего лишь укус, но он был таким болючим, что Ын Су закричал. Вспомнив о той боли, Ын Су пожал плечами.

-Это потому, что вы укусили меня за палец!

-Да, это было в тот день. Тогда я тоже был не в себе.

-...

-Обычно я не дохожу до такой крайности, но в тот раз мне

захотелось отгрызть твои пальцы.

Глаза До Квона сузились, и он тяжело сглотнул, вспомнив, как аппетитно выглядели тогда пальцы ног Ын Су. Они были розоватыми и сладкими, словно фрукт. Он хоть и был не в своём уме, но ему так хотелось откусить хоть маленький кусочек.

Если бы Ын Су тогда не испугался и не ударил ногой в лицо, возможно, им бы пришлось отправиться в больницу в тот день с Ын Су и отгрызанным пальцем.

Пытаясь подавить свои аппетиты, До Квон выглядел то счастливым, то мрачным.

-Пф...

Ын Су негромко рассмеялся. С первого взгляда было трудно понять, вздох это или смех.

Но для До Квона он прозвучал очень громко, отчего его сердце заколотилось. Он стал переживать, что если Ын Су снова так засмеётся, то его сердце разорвётся и он умрёт.

Уголки его рта дёрнулись, но он продолжал ругать До Квона.

-Как вам, чёрт возьми, пришла идея отгрызть пальцы на ногах?

-Вчера я подумал, что хочу отгрызть твои соски. Мне хотелось их держать весь день во рту и сосать, словно соску.

При этом Ын Су вскинул подбородок и уставился на До Квона тёмными глазами.

-...Вы иногда бываете настоящим извращенцем.

-Я и есть извращенец. Странно, что ты не знал этого раньше.

До Квон ухмыльнуться. Это не было ложью. Если честно, он был удивлён тому, что Ын Су не догадался об этом. Если бы До Квон рассказал ему о своих фантазиях, он бы испугался, бросил бы и сбежал, так что было лучшим решением молчать.

Пока До Квон думал, как бы один из трюков провернуть, Ын Су в недоумении покачал головой и упал на кровать.

-Угх... Я буду спать, а вы намажете спину каким-нибудь лекарством...

Ын Су натянул пушистое одеяло до головы. До Квон тихо рассмеялся, глядя на шевелящееся одеяло.

-С моей спиной всё в порядке, так что не волнуйся.

-...Да, конечно.

Ын Су некоторое время ворочался, пытаясь уснуть, но потом он устроился поудобнее. И До Квон, почувствовав лёгкую тоску, пытался поднял разговор с того места, на котором они остановились.

-Ты... не голоден? В холодильнике много вкусной еды, либо мы можем сходить куда-нибудь поесть.

-Я поем, когда встану.

-Ты не чувствуешь недомогание, или нет ли температуры?

-Нет, я в порядке.

До Квон нахмурился, услышав ответ, похожий на штык. Но что поделать, когда их ещё не связывали близкие отношения? Если бы они были бы любовниками, то они бы зарывались в объятиях друг друга или продолжили бы вчерашнее. Но ещё не время. Ещё нет.

-Ын Су.

-...Что?

-Спокойной ночи.

До Квон плотно прижался губами к лицу Ын Су, укрытому одеялом, а затем отступил. Он ощутил, как тело Ын Су под одеялом вздрогнуло, но он не оттолкнул или ударил.

Напротив, казалось, что его настроение, когда упало ниже плинтуса, снова поднялось. До Квон осторожно прилёг рядом с Ын Су.

Он сосредоточил своё внимание на звуках дыхания Ын Су, которое, казалось сначала быстрым, потом невероятно медленном. Как вдруг его веки стали тяжелеть, и спустя время он сам уснул.

Каким-то образом До Квон уснул раньше Ын Су, было ли так раньше? Ын Су выскользнул из-под одеяла. Его большие глаза уставились на До Квона.

-...

Ын Су долго смотрел на спящего До Квона и думал.

До Квон до потери памяти, и До Квон, потерявший память, так сильно отличались. Как будто он стал совершенно другим человеком.

Ын Су всё это время был свободным. Он никогда в жизни не был

так свободен. Он спал, ел, смотрел телевизор, переключая скучные каналы, что иногда это уже раздражало. Обычно во время студенчества он был сильно занят, поэтому когда у него появилось столько времени досуга, он чувствовал себя растерянно.

После стольких событий: смерть родителей, автокатастрофа, выкидыш, попытка самоубийства у него впервые появилась пауза от всего этого. Пауза в жизни, пауза от всего, а не свободное время.

Тогда и сейчас всё совсем отличалось.

Ын Су нервно выключил телевизор, где на экране сидели и хихикали знаменитости. Выбросив пульт в неизвестную сторону, он откинул голову на диван и издал звук, похожий на вздох. В тишине гостиной отчётливо слышался вздох Ын Су.

До Квон ушёл из дома около часа назад, пообещав принести ему ужин, а теперь, когда его крупное тело исчезло, и даже слабый запах феромонов улетучился, пустота стала как-то сильнее ощущаться.

Он чувствовал скуку, духоту и подавленность. Он ощущал себя узником в камере, как будто дом съедал его заживо.

Ын Су нетерпеливо встал, схватил пальто и мобильный телефон, который уже несколько дней не видел, и поспешил к входной двери.

Он не собирался исчезать, а просто хотел осмотреться. Он не знал, куда пойти и что делать, ему просто хотелось подышать свежим воздухом.

Ын Су только успел обуться, как вдруг послышался звук отпирания двери. Спустя секунду дверь распахнулась. До Квон вернулся как раз вовремя, в его руках были три огромных бумажных пакета. Вероятно, он обошёл несколько ресторанов, не зная, что захочет съесть Ын Су.

Когда он заметил стоящего в дверях Ын Су, его глаза расширились.

Вскоре на его красивом лице появилась смесь недоумения, растерянности, беспокойства и страха.

Не смотря на его реакцию, Ын Су уже закончил надевать кроссовки.

-Я ухожу.

-Что? Почему? Почему вдруг?

До Квон преградил Ын Су путь, бумажные пакеты полетели на пол. Настроение Ын Су в последнее время было не самым лучшим, но всё же намного лучше, чем раньше, поэтому он не мог понять, почему вдруг захотелось выйти на улицу.

На мраморный пол упали пакеты. Всё посыпалось и разлетелось в стороны.

Ын Су взглянул на лицо До Квона, оно было перекошено. Затем, тяжело вздохнув, он повернул голову в другую сторону.

-Нет, я просто выйду на улицу, тут душно. Я просто прогуляюсь по кварталу.

-...

-Я скоро вернусь...

Последние слова были произнесены так тихо, что их было сложно расслышать, если не прислушаться. Но для До Квона, который сосредотачивал всё своё внимание на Ын Су, прозвучало это громко. Его напряжённые плечи опустились.

Закончив говорить, Ын Су потянулся к дверной ручке. Как вдруг огромная ладонь накрыла его руку. Нахмурившись, Ын Су поднял глаза на него. "Что за чёрт? Я же сказал, что вернусь." В его глазах появился оттенок раздражения.

До Квон облизнул пересохшие губы, а потом сказал тихим голосом, как будто просил об очень трудной и безответной услуге.

-Это... Могу ли я пойти с тобой?

-...

-Я просто буду тихо идти за тобой.

Ын Су ухмыльнулся.

С его размерами, аурой доминантного альфы и красивой внешность, он просто будет тихо следовать за ним. Ему хотелось задаться вопросом, возможно ли пойти одному, но не стал задавать. Он знал, что донести какие-то разумные вещи до До Квона, особенно если это касается его, будет невозможным.

Нет, не получится. Даже если бы и получилось, то он всё равно будет следить откуда-нибудь. Поэтому Ын Су сказал.

-Как скажешь.

И вышел из дома. Он чувствовал, что До Квон следовал за ним, как ретривер, которому не терпится прогуляться.

В мире уже во всю царило лето. Солнце было особенно жгучим, и раскалённый асфальт просачивался сквозь подошвы кроссовок к ступням.

Ын Су сморщил нос. Ему хотелось выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, но приходится терпеть жару.

Тем не менее Ын Су не стал терять время и отправился на прогулку по окрестностям. Его дом находился недалеко от Каннама и Тегеран-ро, так что посмотреть было на что. В отличие от шума и суеты на Каннаме, этот район всегда обладал безмятежным очарованием.

Здесь были небольшие, но стильные галереи, маленькие и большое кафе с разноцветными вывесками, ухоженные клумбы и офисные работники с карточками сотрудников, висящими на шее.

Ын Су медленно шёл, наблюдая за всем этим. Потом он украдкой обернулся. До Квон шёл вслед за ним, примерно в трёх шагах. Он не заговаривал с ним, не подходил ближе и в совершенстве соблюдал, как это он назвал, "молчаливое следование".

Через несколько минут он перестал волновать Ын Су. Более того, он стал чувствовать себя комфортно. В этом районе было много альф, так что если вдруг появится какой-то обидчик, то о нём есть кому позаботиться, ведь за спиной был До Квон. Ын Су чувствовал себя так, будто у него появился телохранитель.

Ын Су долго шёл по улице, и когда на лбу выступили бисеринки пота, он остановился перед каким-то зданием. Это было кафе в большом двухэтажном доме, оно выглядело очень красивым. Ведь на балконе виднелись красивые цветы.

Его внимание привлекла вывеска с надписями "Вкусное меню", "Салат с риккота", "Паста Розе", "Токпокки", "Мороженое" и "Печенье". Это была очень гармоничная вывеска, где было всё, начиная от основных блюд и заканчивая закусками и десертами. Ын Су сглотнул и пробормотал.

-Токпокки...

Он давно не ел их. Мысль о сладких, пряных, маринованных в кисло-сладких рисовых лепёшках заставила его проголодаться. Ын Су задумчиво прикусил губу. Как вдруг До Квон молча подошёл к нему.

-Может, поедим?

-...

-Будет идеально, если ты съешь всё, что есть в меню, ведь тут есть твои любимые блюда.

Ын Су рассеяно кивнул в знак согласия, а затем вздрогнул. В тот момент, когда он собирался сделать шаг назад, До Квон кивнул в сторону кафе.

-Пойдём внутрь, Ын Су.

-...Всё в порядке.

-Сейчас жарко, так почему бы нам не съесть токкпоки, купить что- нибудь прохладное, а потом ещё немного погулять, после выпить кофе в твоей любимой кофейне, а потом отправиться домой?

-...

Ын Су поджал губы. До Квон слишком хорошо его знал... И

казалось, что он может стать счастливым, если выполнит весь этот план и отправится домой. Кончики Ын Су подёргивались в нерешительности. Затем До Квон легонько подтолкнул Ын Су в спину. Ын Су неохотно пошёл в кафе.

Ын Су съел салат, пасту, токкпоки и даже выпил холодный напиток. Приветливая официантка даже угостила его десертом.

Ын Су съел всё с аппетитом. Холодный лёд во рту слегка усиливал болезненные ощущения, но от этой боли он чувствовал себя хорошо. Ын Су нетерпеливо двигал ложкой и наблюдал за людьми за окном.

Было уже шесть часов. Люди из офиса высыпались на улицу.

Бесчисленное множество людей собирались в кучу, оглядываясь по сторонам, словно выбирая место для ужина.

-...

Когда-то и он был таким: надевал костюм, шёл на работу,

наслаждался послерабочим временем, собирался с коллегами, выпивал, приходил домой и отрубался.

Запах офиса. Стук клавиатуры, звук телефонных звонков, слабый запах кофе.

Ему вдруг стало ужасно не хватать того времени. Ын Су перестал двигать ложкой и уставился в окно, а До Квон, который пил кофе, сложил руки вместе.

-Ын Су.

-...Да?

Всё ещё завороженный тем, что происходит снаружи, Ын Су ответил с опозданием.

-У меня к тебе просьба.

С этими словами взгляд Ын Су обратился к До Квону. До Квон попросил об услуге. Он знал его уже много лет. Но это первый раз,

когда он попросил об одолжении. Даже когда они были любовниками, он никогда не просил даже о мелочах. О чём вообще может попросить человек, у которого есть всё?

Вот почему слова До Квона так удивили его. Ын Су отложил ложку и сосредоточился на словах До Квона. Вслушивался он или нет, но ему было интересно, о чём попросит сделать.

Заметив интерес Ын Су, До Квон слегка улыбнулся.

-Компания Сонджин Констракшен получила заказ на строительство нового города на Филиппинах.

-...

-Причина, по которой Филиппины выбрали корейскую компанию,

заключалась не в строительстве, а в установке уникальной корейской интернет-технологии. Они хотели, чтобы новый город был информационно-коммуникативным и доступным во многих сферах.

-Понятно. И?

-И мы установили эту программу в компьютерах, бытовой технике, машинах и всё работает замечательно. Похоже, филиппинцы очень довольны.

-...

-Но вот дизайн интерфейса ещё не закончен, Ын Су. Ты знаешь, как

это бывает, что инконки на всех устройствах должны выглядеть одинаково для единообразия, поэтому мы много работали над этим, но, филиппинцам, похоже, не нравится то, что мы сделали.

-...

-Всё красочно, но не нравится, что всё пестрит.

-Ну... Как обычно все хотят, чтобы всё было в меру красочным, но не излишне.

Ын Су фыркнул. Подобные пожелания он слышал бесчисленное количество раз. Современный, винтажный, блестящий, яркий, не слишком тёмный, лёгкочитаемый, актуальный. Это те вещи, о которых часто просят клиенты, не занимающееся дизайном.

-Да, красочный, но не слишком. До Квон кивнул.

Старпёры, которые отвечали за принятие решение, должно быть, испортили хороший дизайн. Они, наверное, потратили на него триллионы долларов, и имя не понравились обычные белые и чёрные цвета.

Они хотели чего-то другого. Они даже не разбираются в этом, поэтому просто набросали кучу слов, которые хорошо звучат и на этом всё.

Ын Су разочарованно цокнул языком. До Квон наклонился к нему и тихо прошептал.

-Так почему бы тебе не попробовать...?

-Мне?

У Ын Су расширились глаза.

-Знаешь, когда я был руководителем группы в штаб-квартире, то мне иногда приходилось заниматься дизайном для других филиалов.

-Но...

-Тебе не нужно заниматься всей работой, просто задай ориентиры, а остальное доделает корпоративная команда дизайнеров.

-...

-Мне просто нужно, чтобы были разработаны основные цвета,

шрифты, направление и атмосфера, которую мы хотим создать.

-...

Пальцы Ын Су постукивали по столу, как по пианино. Казалось, он

обдумывал предложение До Квона, но это решение не давалось ему легко. Нетерпеливый До Квон снова заговорил.

-Конечно, я заплачу тебе столько, сколько захочешь...

-Я не могу. Тенденции дизайнов быстро меняются, а я уже не работал два года.

Ын Су медленно покачал головой. Было бы неплохо поработать, да и он думал, что когда-нибудь ему захочется вернуться к дизайну, но всё слишком внезапно. Ему нужно навёрстывать упущенное, чтобы быть в курсе последних тенденций. Ещё нужно будет написать резюме, так что всё не так просто.

Получив отказ Ын Су, До Квон сжал и разжал кулак, а затем снова попытался уговорить его.

-Не думаю, что им нужен новейший дизайн, они уже и так отвергли всё, что было создано.

-Ох...Но...

-Если тебе не нравится, то ты не обязан заниматься этим. Просто попробуй. Если даже не достигнешь результатов, всё равно никто не узнает, что ты брался за это дело.

-...

В глазах Ын Су снова мелькнула нерешительность. Он сильно

пожевал внутреннюю сторону щеки и отпустил её.

Ему хотелось что-то сделать, что угодно, даже если бы это не принесло пользу До Квону. Он просто хотел включить компьютер, смотреть на экране на Illustrator и Photoshop, двигать мышкой до тех пор, пока не начнут болеть пальцы.

Почувствовав нерешительность Ын Су, До Квон заговорил мягким голосом.

-Ын Су, ты справишься.

-...

-Ты много учился и много работал, так что не стоит это всё пускать

на самотёк.

-...

-Прежде чем согласиться на это, ты можешь подумать.

До Квон знал, что Ын Су скучает дома. Он хотел бы сделать что- нибудь, чтобы оживить обстановку, но в то же время ему хотелось, чтобы Ын Су оставался весь день дома и ничего не делал.

Но он не может.

Конечной целью До Квона было вернуться в прошлое. Вернуться в то время, когда они с Ын Су были любовниками. В самое счастливое время их жизни, а чтобы это случилось, нужно чтобы сам Ын Су был счастлив.

Если бы он продолжал его держать взаперти, словно птицу в клетке, то какими бы идеальными условиями бы не были, то Ын Су никогда не станет счастливым. Поэтому До Квон должен оставить ему дверь открытой, чтобы он мог вылетать на рассвете и возвращаться на закате.

-...

Ын Су положил подбородок на стол и уставился на окно. Он

завидывал уставшим офисным работникам. Другие бы назвали его сумасшедшим за это, но он ничего не мог с собой поделать.

После этого Ын Су продолжал ещё долго размышлять. Достаточно долго, чтобы кубики льда уже успели растаять и превратиться в лёд. До Квон не произнёс ни слова, спокойно ожидая, когда он вынесет своё решение.

Сколько времени уже прошло? Как вдруг Ын Су медленно открыл рот.

-Я попробую...

На губах До Квона появилась улыбка.

На следующий день До Квон вернулся с чемоданом, полным

документов компании. Он привёз материалы, связанные с новым городом, планом зданий, проекты интерьера, электронные письма, которыми команда дизайнеров обменивалась с филиппинцами, и даже

отменённые эскизы. Он выглядел более взволнованным, чем Ын Су, который только что приступил к работе.

Ын Су без слов посмотрел принесённые им материалы. Они уселись в кабинете, перебирая бумаги и упорядочивая компьютерные файлы. На всё про всё у них шло два дня.

Около двух часов ночи он понял, что уже пора спать, потому что До Квон об этом сообщил.

Ын Су лежал в постели, продолжая думать о работе. Он даже видел, как перед его глазами в 3D разворачивается новый город, в котором он никогда раньше не был. На следующий день он снова заперся в кабинете и не выходил.

До Квон постучал в дверь кабинета и вошёл осторожно, словно мать заходит в комнату ребёнка, готовящегося сдавать экзамен. Он принёс поднос с пирогом, тремя кусочками торта и чашкой горячего чая.

Ын Су взглянул на него, потом снова на монитор. До Квон поставил поднос на угол стола.

-Съешь это, пока работаешь.

-Спасибо, - монотонно ответил Ын Су. Его глаза метались то с одного монитора на другой. До Квон в недоумении уставился на него.

Когда Ын Су находился в работе, в этом была особая изюминка.

Обычно он всегда был эмоциональным, но если дело касалось работы, то становился совершенно бесстрастным. Иногда это был леденящий душу бесстрастный взгляд, он хмурил брови и смотрел на монитор, как на своего врага.

И отчасти это было сексуально.

Если бы До Квон мог, он бы сел рядом с ним и наблюдал за ним весь день. Когда Ын Су ещё работал в той же компании, то однажды ему пришла идея установить на 14 этаже, там где была команда дизайнеров пользовательского интерфейса большую камеру с очень хорошим качеством. Он всегда хотел видеть Ын Су за работой. Когда он сообщил об этой идее секретарю Чону, то тот сказал, что его заберут в тюрьму, поэтому он не стал реализовывать эту мысль.

Погрузившись в воспоминания, До Квон внезапно вернулся к реальности. Он поставил перед Ын Су чашку и спросил.

-Так что ты думаешь об этом?

-Не думаю, что это будет сложно.

-Правда?

-Да, это старичьё не хотят причудливый дизайн. Так что если вы возьмёте даже цвета филиппинского флага и вместите какую-нибудь достопримечательность, то им понравится.

Ын Су хихикнул, До Квон уставила на его пухлые губы, которые деловито шевелились. Как он давно не слышал, что Ын Су так долго говорил. Это было удивительным.

-...Понял.

До Квон ответил с опозданием. По правде говоря, ему было всё равно, каким получится дизайн, примет ли его другой человек или нет. Ему просто хотелось оживить Ын Су и он долго думал, как это сделать.

Он не сомневался в способностях Ын Су. Потому что он и так был хорош в этом деле. У него был намётанный глаз на искусство.

Ын Су потягивал чай и яростно щёлкал мышкой. Он с беспокойством посмотрел на него.

-У тебя не болит рука?

На этих словах Ын Су перестал двигаться. Он взглянул на свою руку, сжимавшую мышку. Он уже несколько дней двигал мышкой, печатал на клавиатуре, что руки покалывало от костяшек до кончиков пальцев. Странно, что его руки едва ли могли держать палочки для его, но здесь он не чувствовал боль.

-...

Но Ын Су ничего не сказал. Он боялся, что если До Квон узнает об

этом, то поднимет шум и не даст работать.

"Я не хочу говорить этого. Может мне соврать и сказать, что ничего не болит?" До Квон легонько похлопал его по плечу.

-Не переусердствуй.

-...

-Иногда бери себе отдых. Или, может, сходишь на физиотерапию...?

Тело Ын Су напряглось от такого предложения. До Квон осторожно погладил его затылок своей большой рукой.

-Это не очень больно. Просто немного раздражает и немного муторно. Давай попробуем сходить на несколько сеансов, а если не захочешь, то не будет ходить. Прям совсем немного.

Он всегда хотел полечить запястье Ын Су. Но всё время откладывал это, как сообщить ему об этом, чтобы он согласился.

До Квону было больно видеть, как ему удобнее пользоваться вилкой, чем палочками, он инстинктивно избегал гарниров, которых трудно подцепить, а ещё он неосознанно потирал запястье при плохой погоде, поэтому он не мог дождаться, когда отведёт Ын Су к врачу.

Он знал, как сильно Ын Су ненавидит больны, поэтому не мог заставить себя сказать об этом. Он знал, что рано или поздно Ын Су будет открыт для лечения. И если боль в запястье беспокоит его, то он обязательно захочет вылечить его. Ведь если он что-то начинал, то всегда доводил до конца.

В глазах Ын Су мелькнула нерешительность. До Квон терпеливо ждал, пока он пример решение.

После минутного молчания Ын Су медленно кивнул.

-Тогда можно на этих выходных...?

-Конечно. В любое время. Давайте сходим, когда захотите.

-Хорошо...

Брови До Квона выгнулись дугой при его согласии.

Он так много выиграл от того, что дал Ын Су работу. Это оживило его скучную жизнь, заставило перестать думать о том, чтобы покинуть этот дом, а ещё он позволил подлечить запястье.

Позже он хотел посоветовать ему больницу, чтобы убрать шрамы на запястьях. Шрамы на его гладкой белой коже бросались в глаза, и это не устраивало До Квона. Всё должно было вернуться на круги своя.

-Хорошая идея, пока мы будем на улице, сможем перекусить. Ещё можно будет пройтись по магазинам за летней одеждой, а ещё можно купить планшет для работы. - радостно сказал До Квон. Ын Су неловко рассмеялся вместе с ним.

До Квон протянул Ын Су вилку. Это была не вилка для десерта, а большая вилка для салата. То, как Ын Су ел торт, было сложно назвать "ест", скорее больше походило на зачёрпывание.

На самом деле он думал принести весь торт, но потом понял, что это снизит аппетит. Поэтому он принёс три кусочка.

Ын Су зачерпнул большой кусок тота с шоколадной крошкой и поднёс его ко рту. Его пухлые щёчки были просто восхитительны.

До Квон слегка наклонился и встретился взглядом с Ын Су.

-Ын Су.

-Да?

Не в силах устоять перед его очарованием, До Квон нежно погладил большим пальцем его пухлые щёчки. Ему было невыносимо расставаться с ним.

-Я пойду по делам. Ешь торт, а если не хватит, то в холодильнике есть ещё.

-...

Ын Су кивнул. Он не стал спрашивать, что это были за дела. В целом он знал, чем тот занимается и насколько занят, но за всё время их проведённого времени вместе он лишь несколько раз отлучался в офис. Должно быть, у него были какие-то неотложные дела.

До Квон направился к двери кабинет. Ын Су смотрел ему вслед. Было странно смотреть, как его широкая спина удаляется. Вдруг он осознал, что уже давно не видел затылка, когда он уходил.

Когда До Квон потерял воспоминания. Он видел это так много раз. И каждый раз, когда он видел это, то сердце болезненно сжималось.

Когда он вдруг вспомнил об этом, казалось, что сердце упало. Его охватило необъяснимое чувство тревоги, что До Квон может не вернуться, и он снова останется один.

Не в силах игнорировать эту тревогу, Ын Су позвал До Квона.

-Господин До Квон.

-А?

-Вы поздно вернётесь...?

Ын Су вдруг захотелось зашить рот, но он уже выплюнул эти слова. Он чувствовал себя неловко, словно напуганный ребёнок, который не может остаться один. Но было уже поздно что-либо исправлять.

Хотя в целом здесь ничего такого не было. Обычный вопрос, который люди иногда задают друг другу.

-...

До Квон пристально смотрел на Ын Су, выражение лица которого

менялось с каждой секундой. Он вдруг понял, что творится в его маленькой головке.

До Квон ухмыльнулся и покачал головой.

-Нет, не поздно. Скоро вернусь.

На этих словах беспокойство исчезло с лица Ын Су. До Квон вдруг захотел взъерошить его волосы, но всё-таки вышел из кабинета, крепко сжимая зудящие ладони.

Осторожно закрыв за собой дверь, он достал из кармана мобильный телефон. Он набрал знакомый номер. И буквально через пару гудков телефон подняли.

-Секретарь Чон, я уже выхожу.

С суровым выражением лица До Квон вышел большими шагами из дома.

На VIP-этаже больницы было тихо. Это был час отдыха, к тому же

закат уже стал опускаться на город, поэтому казалось, что все пациенты уже легли спать.

До Квон вышел быстрыми шагами из лифта и направился по коридору, натягивая кожаные перчатки. За ним следовали двое крепких мужчин, в том числе и секретарь Чон. Даже с первого взгляда было понятно, что они сюда пришли не для того, чтобы навестить кого-то.

-Как этот ублюдок узнал, где найти Ын Су? - спросил До Квон у Чона.

-На самом деле он нашёл руководителя группы Ю благодаря вам, -

ответил Чон ровным голосом.

-Мне?

-Да. После того как его впустили из тюрьмы, он узнал о смерти Ю Ын Су и думаю был слишком шокирован этой новостью. Поэтому он стал сомневаться, что это действительно правда и стал его искать...

-Правда?

-Да. Просто я думаю это из-за того, что вы выглядели слишком обычно.

До Квон замедлил шаг. Он нахмурился и уставился на секретаря Чона.

-Что ты имеешь в виду?

-Я имею в виду не то, что вы выглядели хорошо и счастливо, а просто много работали и часто появились в СМИ, поэтому, должно быть, ваше лицо выглядело невредимым. К тому же это была смерть не просто кого-то другого, а самого руководителя группы Ю. Поэтому он обыскал все психиатрические больницы.

-И?

-И... Он несколько дней слонялся по офису, пытаясь проследить за вами. Ещё он шпионил за вами до подземной парковки, из кафе, из дома. А когда он понял, что вас нет дома, он зашёл к вам домой и нашёл...

-Вот же...

В глазах До Квона мелькнуло раздражение. Секретарь Чон кивнул с озадаченным выражением лица.

-Да. Думаю, что он заметил, что вы часто ездите в Кёгнидо, поэтому проследовал за вами.

-А...Бля..

До Квон плотно прижал большой и средний палец к пульсирующему веску. Он сам того не замечая, привёл ублюдка к порогу Ын Су. Его охватило раздражение, гнев, и множество сомнений.

До Квон фыркнул, словно раздражённый бык, и зашагал быстрее. Он просто хотел убить этого ублюдка к чертям собачим. Эти мысли словно пожирали его изнутри.

-Сюда.

Секретарь Чон указал на комнату. На стене висела табличка "Со Сон Хон". Мужчина, стоящий рядом с До Квоном достал из внутреннего кармана маленький футляр. На первый взгляд он напоминал футляр для очков, ведь открывался так же вбок.

Мужчина открыл его и протянул До Квону. Внутри лежал небольшой шприц. До Квон взял его. Затем другой мужчина открыл дверь в больничную палату. Ему не было смысла стучаться, потому что всё должно пройти быстро и незаметно.

До Квон шагнул в палату. Двое мужчин последовали за ним.

Секретарь Чон стоял спиной к открытой двери. Он заранее уведомил больницу, чтобы здесь никого не было, но всё равно остался на стороже.

Больничная палата, залитая лучами закатного солнца, была просторной. Даже чрезмерно шикарной и чисто. Вместо запаха дезинфицирующих средств здесь слабо пахло ароматическими свечами. Это было странное обустройство для пациента, который лежал в коме.

Пациент в палате, то есть Сон Хон, спал. Толстые бинты на его голове свидетельствовали о том, что его состояние было не в норме.

Во время потасовки в галерее он затылком врезался в толстый кусок стекла. Ему провели серьёзную операцию, поэтому он уже несколько недель не открывал глаза.

До Квон не рассказывал об этом Ын Су, так как не хотел лишний раз пугать. К тому же сам Ын Су был не в том состоянии, чтобы уведомлять о том, что Сон Хон находится на пороге смерти. Но До Квон лишь хотел, чтобы между ними это имя больше не всплывало.

Сон Хон - это тот человек, о котором нужно забыть. Даже если он умрёт, этот факт не должен дойти до Ын Су.

Двое крупным мужчин стояли по обе стороны кровати вместе с До Квоном. Их тени падали на пол. Они были чёрными, словно сам мрачный жнец пришёл за Сон Хоном.

До Квон медленно прошёл к кровати и прочистил горло. Это был сигнал открыть глаза, но Сон Хон так и продолжал лежать с закрытыми.

До Квон резко поднял одну бровь. То, как он лежал на спине, слегка настораживало. Но он мог видеть его истощённое тело, впалые глаза и чёрные круги под глазами.

До Квон жестом позвал мужчин. Их тяжелые руки обрушились на его плечи, прижимая к кровати. Они собирались похоронить его в этой кровати.

Давление было настолько сильным, что его глаза распахнулись. В глазах стояла пелена, словно он барахтался между сном и явью.

-Ч-что?!

Сон Хон стал махать руками, рассмотрев мужчин, но его плечи сжимали. Он едва мог пошевелиться.

-Что вы, чёрт возьми, творите?! Отвалите от меня!

Сон Хон закричал, словно крякающая утка. Его голос был слишком отчётливым для того, кто лежал "в коме". До Квон нахмурился, услышав его голом. Он думал о том, что надо было перерезать ему горло ещё тогда в галерее. Но он об этом не додумался, так как всё его внимание на Ын Су и Сон Хона.

До Квон разочарованно цокнул языком, а затем приблизился к нему, чтобы Сон Хон сам узнал его.

-Ты... Со До Квон...

К сожалению, глаза Сон Хона после таких ударов До Квона остались целыми. Нет, у него был выбит лишь один глаз, так что проблем со зрением и восприятием не должно быть.

До Квон, встретившись взглядом с Сон Хоном, улыбнулся ему натянутой улыбкой. Уголки его рта приподнялись.

-Привет, хён.

-Что? Почему ты здесь...

Глаза Сон Хона расшились, его сопротивление усилилось.

Мужчины, сжимавшие его плечи до этого, в этот раз прижали бёдра. Глаза Сон Хона беспорядочно метались.

Мужчины, прижимавшие его к кровати. Улыбка До Квона.

Снаружи, несмотря на крики, не пришёл никто проверить, в чём дело. У него было плохое предчувствие.

Сон Хон стиснул зубы. И вдруг широко раскрыл рот, казалось, что он вот-вот собрался громко закричать. Но тут. До Квон резко вонзил иглу, которую держал в руках, в шею Сон Хона. Если бы в его руке был нож, а не игла, он бы тут же отрезал Сон Хону голову.

До Квон нажал на кончик шприца, вводя лекарство. Прозрачный, холодный препарат вливался в организм Сон Хона.

-Угх...

Сон Хон издал сдавленный стон. Широко раскрытые глаза смотрели на До Квона так, будто он собирался его убить, но ничего не мог сделать. Его зрачки расширились, а лицо стало красным. Кровь потекла по шее. А холодный пот струился по вескам и лбу.

Сон Хон царапал ногтями кровать. Сердце словно хотело высохнуть и сморщиться, как грецкий орех. Его кровь бурлила. Точнее, это не совсем подходящее слово, она кипела. Он практически ощущал, как кровь слова была готова вытечь из вен.

-Что, ах... кха...

Сон Хон уставился на До Квона расширенными глазами. До Квон, по-прежнему улыбаясь, дружелюбно объяснил.

-Ничего страшного. Ты же знаешь, что такое наркотики? Так вот это смесь адреналина и другими препаратами. Это было сделано специально для тебя, надеюсь тебе понравился.

-Ты псих...

Сон Хон заскрипел зубами. Затем он резко откинул шею назад. Его тело дрожало, словно у него был припадок, колени подтянулись и он стал кашлять, будто хотел выплюнуть мокроту.

До Квон резко забрался на него сверху и схватил за челюсть. Сон Хон застонал от такого сильного хвата. Его челюсть словно хрустела, как печенье.

-Посмотри на меня.

-Угх..

-Кто я?- спросил До Квон своим характерным низким голосом.

Мутные и расфокусированные глаза были устремлены на него. Его зрачки были размыты, словно в них была пустота, хотя он явно смотрел на До Квона.

-Со...До, К-квон, слегка запнулся Сон Хон. До Квон покачал головой, а его лицо было невыразительным.

-Нет, я альфа.

-...

Он смотрел на него словно на идиота. Он попросил сказать, кем

является и Сон Хон назвал его по имени, но тот сказал, что альфа. Разговор принимал странный оборот, но Сон Хону не было до этого дела. Он всё ещё находился в оцепенении от наркотиков, которые ему

вколол До Квон. Перед глазами был До Квон, а его низкий голос, от которого пробегали мурашки по коже, отдавался в ушах.

Они пристально смотрели друг на друга, и никто из них не мог отвести взгляд.

-Я альфа, а ещё...

-...

-Я монстр, который пришёл убить тебя.

Глаза Сон Хона вспыхнули. Мир расплывался, но рассудок оставался чистым. Словно гипнотизируя его, До Квон повторял одни и те же слова с небольшими вариациями.

-Я альфа, и я монстр.

На этих словах Сон Хон заметил, как на макушки До Квона начали расти рога. Его глазные яблоки почернели, а зрачки стали жёлтыми.

Его лицо почернело, а рот стал длиннее. Язык, высунувшийся изо рта, извивался, словно щупальце, то и дело пытаясь проникнуть в тело Сон Хона.

-Ух, ах..

Сон Хон начал дрожать. Он видел перед собой настоящего монстра.

Само чудовище. Руки, которые держали его за подбородок, становились огромными. А ногти длинными и острыми. Всё в нём пугало.

Когда Сон Хон пытался закрыть глаза, то До Квон резко дёрнул его и заставил посмотреть на себя и людей, что сковывали его конечности. Глаза мужчин, обращённые на него, были такими же ярко-красными, как и До Квона.

-Здесь тоже альфы, и все они монстры.

-Кххх, аргх!

-Каждый альфа в мире на самом деле монстр.

До Квон шептал слова леденящим душу голосом. Каждое слово, словно крутилось в голове Сон Хона, его тело начало дрожать в конвульсиях. Кровать затряслась. Но До Квон, казалось, не обращал на это внимание. Он пытался подорвать психику Сон Хона, и делал это очень тонко и неумолимо.

- Я поднялся из ада, чтобы убить тебя, и я - предводитель этих чудовищ.

-Угх, аргх!

-Альфы повсюду, даже в самые знойные дни, и даже в полуночной тьме. Их больше сотни, больше тысячи.

Голос До Квона звучал непрерывно. Он не давал Сон Хон ни минуты на раздумья. Его голос казался демоническим шёпотом. Лицо

Сон Хона побледнело. Он был белым, словно труп, из которого выкачали кровь.

И тут. До Квон резко схватил его за горла. Для Сон Хона казалось, что отвратительная рука с острыми когтями вцепилась в его шею.

Когти, похожие на ножи, впились в его плоть, а большой палец, положий на молот, раздавил язычок.

-Все альфы хотят получить твою голову. Со Сон Хон, твою голову.

-Нет! Уйди!

-Верно, они точат клыки, чтобы укусить тебя за шею, и забрать твою голову.

До Квон стал клацать зубами, и при каждом таком звуке плечи Сон Хона дёргались вверх-вниз. По уголкам глаз текли слёзы.

-В конце концов, альфа убьёт тебя.

-...

-Ты должен сбежать туда, где нет альф.

-Нет, чёрт, аааа!

-Но однажды тебя сожрут заживо. Альфы оторвут тебе конечности, вскроют живот, выпотрошат и выковырят глазные яблоки.

-Хмпф... Нет... Чёрт, аааа!

Всё остальное время До Квон то и дело повторял про альф, монстров, и про то, как они собираются его убить. Пять минут, десять минут, двадцать минут... Прошёл час. Сон Хон, который до этого боролся и трясся, наконец потерял сознание.

До Квон слез с него. А мужчины, что держали его за руки и плечи, ослабили хватку. До Квон привёл в порядок свою всклокоченную чёлку.

Сегодня До Квон пришёл, чтобы отомстить. Социальный статус и карьера Сон Хона уже и так были на дне, поэтому он размышлял, что ещё можно сделать, чтобы окончательно сбить его с пути.

Это был сложный для него вопрос. Ему не хватало того, что он и так был болен, поэтому хотел даже ампутировать все конечности.

Он не хотел, чтобы Сон Хон снова появился перед Ын Су. Поэтому он сделал так, чтобы он не хотел жить. Чтобы он не смог вести нормальную социальную жизнь. Сон Хон должен быть полностью уничтожен. Поэтому он придумал следующее, - вернуть сполна то, что он сделал с Ын Су.

Сон Хон не был омегой, поэтому не было смысла проводить манипуляции с течкой. К тому же он не знал стыда, поэтому До Квон решил сосредоточиться на страхе.

Ровно всё то же самое, как Ын Су боялся машин и безымянного альфы. Он хотел передать тот же страх, что и был у Ын Су. Альфы есть везде. Их столько же, сколько и машин в этом мире, неисчисляемое количество.

Само существование альфы должно у него ужас.

Это была цель До Квона - заставить жить его в страхе перед альфой. Он будет бояться своих соседей, столкнувшись с альфой в лифте или в ресторане, он будет паниковать и думать, не является ли он монстром, не собирается ли он вырвать рот ему в любой момент, не собирается ли утащить за собой в ад.

Сон Хон определённо будет бояться альф. Узнав о присутствии альф, вместо зависти, он будет напуган и избегать их, кто знает, может, в конечном итоге он себе перережет горло из-за этого.

До Квон страстно желал, чтобы Сон Хону было очень больно. Пускай боится так, как боялся Ын Су.

Пускай будет плакать так, как плакал Ын Су. Пускай будет страдать так, как страдал Ын Су. Ему тоже пришлось страдать.

...Поэтому пускай страдает и он.

Часть 17. Первый сезон

Ын Су закончил работу гораздо раньше, чем думал. На самом деле

было бы слишком легко говорить так. С момента пробуждения и до позднего вечера, он не выходил из кабинета, а когда смотрел в монитор, то замечал, как уже перевалило много часов. Несмотря на то, что для него этот миг казался кратким, всё было совсем иначе.

Беспокоясь о здоровье Ын Су, До Квон пытался убедить его, что сроки сдачи не так важны, но тот не обращал на это внимание.

Ын Су вручную исправлял не только сам дизайн, но и сценарий РТ. Он смотрел на бумагу, где было много английских букв, и красной ручкой исправлял грамматические ошибки и предложения, которые выбивались из контекста. Он сидел на диване и читал сценарий вслух, тихо бормоча про себя.

До Квон сидел рядом с ним с планшетом, делая вид, что работает.

Конечно же, на самом деле он не работал. Затаив дыхание, он прислушивался к голосу Ын Су. Нечасто можно было услышать, как Ын Су болтал что-то на английском.

До Квон говорил на английском с американским акцентом, но вот английский Ын Су казался ему ещё более удивительным и классным.

Британский акцент, казалось бы, который не подходил Ын Су, подходил. То, как он говорил по-английски, с его слегка волнистыми волосами, была усладой для его глаз и ушей.

Время от времени он нажимал на кончик ручки, издавая щёлкающий звук, хмурил брови, словно размышляя о чём-то, а иногда покусывал нижнюю губу, это было настолько… ослепительным зрелищем.

Когда всё было готово, Ын Су передал USB-накопитель с файлами До Квону. Тот сразу же отправил их команде дизайнеров, и уже через неделю на Филиппинах состоялась пресс-конференция

Ын Су нервничал с момента передачи файлов и до получения результатов. Он плохо спал, мало ел и следил за каждым шагом До Квона. Он боялся, что ничего не получится, и не мог перестать волноваться.

До Квон усадил Ын Су и попытался его утешить. Атмосфера на протяжении всей презентации было хорошим, и он слышал, что в конце даже раздались аплодисменты. Выражение лиц клиентов тоже было приятным, что облегчило переживания Ын Су.

Но Ын Су было нелегко утешить. Он выглядел очень взволнованным. Такого не было даже, когда он работал в компании. Возможно, он нервничал из-за того, что ему пришлось взяться за работу, которой он давно не занимался, а также боялся, что его способности могли ухудшиться.

И в этот момент лицо Ын Су потемнело и померкло. Пришли результаты.

Он справился.

До Квон вернулся домой с улыбкой на лице, услышав новости. Он купил любимое вино Ын Су, а также сыр и фрукты. Он планировал отметить этот повод.

Но Ын Су, узнав новости, даже не улыбнулся, а лишь вздохнул и сказал, что устал и ему нужно пораньше лечь спать. А после он проспал весь день. Действительно, весь день.

До Квон забеспокоился, что к нему вернулась гиперсомния или он заболел.

Сидя на диване в своей спальне, он смотрел то на планшет, то на Ын Су. И эти перегляделки были нескончаемыми. Его беспокойство с каждым разом усиливалось.

Практически в 10 часов вечера Ын Су пошевелился. До Квон отбросил планшет и пошевелился. Он повернул шею, чтобы проверить состояние Ын Су.

-Ын Су…?

Он попытался тихо позвать Ын Су по имени. Тот дёрнул головой, услышав своё имя, и медленно открыл глаза. Его глаза всё ещё были сонными, поэтому он медленно моргал.

До Квон вскочил на ноги, чтобы не дать ему уснуть снова, подошёл к кровати и помог приподняться с кровати.

-Ты проснулся. Всё хорошо? – сказал До Квон, нежно поглаживая волосы Ын Су.

Только что проснувшийся Ын Су выглядел беззащитным. Поэтому До Квон позволял себе такие лёгкие прикосновения в такие моменты, ведь когда он бодрствовал, он не касался его. Например, как сейчас, погладить его по волосам, коснуться плеча или предплечья, погладить тыльную сторону ладони.

-Ммм…

Ын Су томно вздохнул в ответ на прикосновения. До Квон присел рядом с ним и негромко прошептал.

-Ты, наверное, сильно устал. Долго спал.

Ын Су медленно кивнул. По тому, каким напряжённым было его тело, он понял, что спал слишком долго. Как только он смог расслабиться, то уснул и спал настолько долго, будто не спал уже несколько недель.

Он не мог поверить, что спал так долго только из-за одного проекта. Когда он был руководителем группы в Сонджин, то обычно мог работать над тремя или четырьмя проектами одновременно.

Может, потому что он работал один. А может, потому, что он работал на дому, не понимая, что происходит сейчас на улице. Поэтому его тело так сильно истощилось от нагрузки.

Скорее всего, последнее, но Ын Су решил не брать во внимание этот вопрос.

Тяжело вздохнув, Ын Су потянулся, подняв руки, а затем посмотрел на До Квона. Его глаза стали ясными.

-…Я хочу есть.

Наблюдая за тем, как Ын Су потягивается, словно кошка, До Квон резко вскочил на ноги.

-Дома есть много еды. Что именно хочешь? Ещё есть мясо…

-Пиво. Хочу пива.

Глаза Ын Су сверкнули. Глаза До Квона тоже заблестели от его ответа. Если Ын Су хочет алкоголь, то это хороший знак. Он пил алкоголь последний раз после того снежного дня в Кёнгнидо, в заведении с рёбрышками.

-Пиво. Я принесу пиво.

До Квон приготовился выйти на улице. Нужно было сделать всё как можно скорее, пока Ын Су не передумал.

До Квону особенно нравилось, когда Ын Су выпивал. Когда он пьян, то становился таким милым. Его бдительность могла ослабнуть, и он всегда был весёлым. В обычной бы ситуации он бы сидел с опущенными плечами, как наевшийся енот.

Может быть, сегодня, впервые за долгое время он увидит образ того прежнего Ын Су.

До Квон собрался и взял свой бумажник, он уже собирался выйти за дверь, как вдруг остановился и посмотрел на Ын Су.

-Закуски?

Ын Су ответил так, как будто только и ждал этого вопроса.

-Курочку. Курочку и пиво.

Глаза Ын Су сузились, представляя себе курочку, хрустящую в панировке и сочную внутри. У него были готовы пойти слюнки изо рта. До Квон посмотрел на Ын Су с улыбкой и снова спросил.

-Какую именно?

После минутного колебания Ын Су негромко сказал.

-Можно часть маринованную, а другую жаренную.

-…

-Нет, лучше маринованную, а другую с соусом!

Наконец, выслушав пожелания, До Квон кивнул. Он вышел из спальни, словно генерал, отправляющийся на ответственное задание. Как вдруг остановился, тихий голосок защекотал ухо До Квона.

-Ух… или лучше жаренную… До Квон остановился.

-Я возьму всё. Маринованные, жаренную и с соусом.

Ын Су быстро кивнул. Затем он быстро добавил в меню ещё один пункт.

-…Сырные шарики тоже.

До Квон рассмеялся, издав гортанный звук.

Ын Су не мог не пустить слюни, видя жареную еду, заполнившую

стол. Здесь были не только сырные шарики и курочка, но ещё и картофель фри с маслянистым чесночным соусом, даже корн-доги. Разнообразие было ошеломляющим.

Ын Су хихикнул, опустив уголки рта, наблюдая за тем, как До Квон наливает пиво. Он не хотел показывать свою улыбку во время еды.

До Квон налил полную кружку пиво и поставил её перед Ын Су.

Ын Су быстро схватил пиво, но До Квон тут же покачал головой.

-Сначала поешь что-нибудь, ты долго спал.

-…

Ын Су надул губы. Он хотел сначала выпить пива, но замечание

было справедливым, нужно было сначала съесть сначала курочку, раз живот уже начал урчать. Предложение До Квона слегка раздражало его, но всё-таки он притащил всё это на стол, так что это было меньшее, что он мог сделать.

Ын Су, не говоря ни слова, отправил в рот кусок маринованной курицы без костей. Он хорошо прожевал его, словно напоказ.

Выражение лица До Квона стало более спокойным.

Проглотив еду, Ын Су поднёс кружку с пивом. Пузырчатая жидкость, кисло-сладкий привкус и прохладная свежесть заставили его глаза блестеть.

-Ха…Хорошо.

Плечи Ын Су опустились. Пить после такой упорной работы – самое то. Даже на работе, когда он завершал большие проекты, он всегда выпивал с коллегами, либо с До Квоном, либо один.

Ын Су лениво моргал, когда До Квон поднял бутылку пива и спросил.

-Ещё?

Ын Су кивнул, и вскоре его кружка наполнилась золотистой жидкостью. Ын Су уставился на бурлящую сквозь густую пену жидкость.

-Я так рад, что всё хорошо прошло, слишком переволновался.

-Я же говорил, что у тебя всё получится.

До Квон слабо улыбнулся и положил на тарелку Ын Су кусок курицы без костей. Затем поняв, что кусок слишком большой, разрезал его ножницами пополам. Затем разрезав ещё наполовину, До Квон убрал щипцы и ножницы.

Ын Су сузил глаза, глядя на это.

-На всякий случай.

-Хм?

-Господин До Квон, вы же не приложили к этому руку?

-Нет. Если бы я мог приложить к этому руку, то они бы не отменили проект.

До Квон разочарованно покачал головой. Он не собирался заниматься чем-то подобным, потому что не хотел вмешиваться в карьеру Ын Су.

Конечно, если бы всё сложилось иначе, то он бы возможно что-то да предпринял бы, но всё сложилось на пользу. А именно благодаря Ын Су это произошло.

-…

Тем не менее Ын Су не скрывал свои подозрения. До Квон

погладил свой лоб.

-Если ты подозреваешь меня, то можешь позвонить секретарю Чону. Или сам позвони команде дизайнеров. К тому же там до сих пор работают люди, которых ты знаешь.

Кивнув на убедительное оправдание До Квона, Ын Су снова принялся пить пиво. Он поднёс его к губам, но снова опустил, прежде чем коснуться губами кружки.

До Квон приподнял бровь, он подумал не случилось ли чего. Но Ын Су лишь поднёс кружку пива к нему.

Глаза До Квона сузились, он не понимал намерений Ын Су. Мало пива? Он налил как раз столько, сколько нужно. Пиво не то? Но он как раз купить любимое Ын Су, так в чём проблема?

Ын Су вздохнул, глядя на то, как лицо До Квона становилось всё более серьёзным с каждой секундой.

-Налейте, давайте. Пейте.

-Выпить?

-Вы постоянно только и делаете, что наливаете мне пиво и накладываете еду, вы же не раб.

Ын Су бросил взгляд на До Квона и цокнул языком.

-…

До Квон проследил за его взглядом и посмотрел перед собой. На

столе стояла ещё одна кружка пива, но она была не заполнена, а на тарелке лежали щипцы и ножницы. Как и сказал Ын Су, всё выглядело так, будто он прислуживал ему.

Но разве это не естественно? Как он мог чувствовать себя свободно рядом с Ын Су и делать всё, что ему хочется? Вместо того, чтобы порадоваться его предложению, он лишь удручённо кивнул головой.

Хорошо… Он извинился. И подумал не выглядел ли он слишком жалко? Нет, было бы хорошо, если бы так и выглядело бы. Что вообще такое раб? К нему должно быть отношение хуже, чем к собаке.

Но это был хороший знак. Возможно, это означало, что они с Ын Су становились ближе, и шансы вернуться к прошлым отношениям немного увеличивались. Но До Квон не был от этого счастлив.

Поскольку ему казалось, что он выбрасывал весь свой стыд и совесть на помойку. Оставив лишь маленькие крохи.

Ын Су надул губы, видя на растерянного До Квона.

-Быстрее.

Ын Су произнёс таким голосом, словно был роботом.

-У меня и так запястья болят.

Эти слова привели До Квона в чувства. Он быстро налил пиво в свой пустой стакан и быстро поднял его. И тут – бах! Две кружки стукнулись друг о друга. Ын Су глотнул пиво, оно уже было не таким холодным.

До Квон сделал два глотка и отставил кружку. Сердце колотилось так сильно, а от шипящего пива ему казалось, что оно вот-вот выпрыгнет в горло. Но это не мешало уголкам его губ приподняться.

Ын Су откусил небольшой кусочек сырного шарика. Несмотря на то, что сын уже остыл, оно всё равно тянулся. Это немного разочаровало его, но на вкус было чудесно, с такой мягкой и пикантной текстурой. Ын Су тяжело сглотнул и тихим голосом позвал До Квона.

-Господин До Квон.

-Что?

-Спасибо, что разрешили мне поработать. Давненько я так не увлекался.

Ын Су закрылся глаза и улыбнулся. Давненько не видел он такой улыбки. До Квон ошарашено замер на месте и резко покачал головой.

-Нет, тебе не нужно меня благодарить.

Его поразило, что Ын Су поблагодарил его за такую простую вещь.

В конце концов, он всё это делал ради того, чтобы он ни о чём другом не думал. Чтобы он привыкал жить нормальной жизнью рядом с ним. Чтобы он поверил, что ещё возможно восстановить из пепла счастливые моменты из прошлого и продолжать их создавать в настоящем.

И всё же он не мог удержаться от того, чтобы не улыбнуться.

-…

Ын Су уставился на него. Он не мог не приподнять уголки рта в ответ.

Ын Су наслаждался едой. Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он так спокойно ужинал. Но всё же многое изменилось, поэтому эти изменения повлияли и на него. Он смог доказать самому себе, что не всё ещё кончено.

Ын Су опустошил уже четыре бутылки пиво, курицы было много, но похоже его мочевой пузырь был настолько переполненным, что ему захотелось в туалет.

-Я отойду в туалет…

Раскрасневшийся Ын Су встал на ноги и ухватился за стол, так как пошатывался. Было бы здорово оставаться и дальше трезвым. Но алкоголь всегда действует по-разному в зависимости от того, что и как пьёшь. Когда ты счастлив, он делает тебя счастливее, а когда грустно, то делает печальнее.

Так что Ын Су, выпив алкоголя, оказался в ещё более худшем настроении.

-Сходить с тобой? – спросил До Квон, и Ын Су бросил на него удивлённый взгляд.

Так что Ынсу, которая и так была пьяна, оказалась в еще худшем настроении.

-Что? Нет!

-Но…

-Я не пойду с вами туалет, не надо.

Ын Су махнул рукой и направился в ванную. С тех пор, как он приехал в этот дом, он смутно чувствовал, что До Квоно особенно остро реагирует на его походы в туалет. Может быть, всё дело в том, что он однажды перерезал себе вены в больничной палате. Наверняка, он не смог забыть тот образ Ын Су, обмякшего у унитаза с кровавой рукой.

Когда Ын Су выходил в туалет, то До Квон смотрел за ним. Ын Су украдкой на него поглядывал, давая понять, что ничего не случится. Но сегодня он не решился это сделать, поскольку был пьян.

Под пристальным взглядом До Квона Ын Су добрался до ванной, не пошатнувшись, и сделал все свои дела, как полагается. Он вымыл руки и посмотрел на своё лицо в зеркало ванной. От его нелепого вида, он хихикнул, и умыл лицо холодной водой.

После этого он вышел из ванной и вернулся на кухню.

Видя, как суетился До Квон, Ын Су вдруг охватило любопытство, поэтому он остановился в гостиной и высунул голову, чтобы понаблюдать за ним.

До Квон разложил по тарелкам остатки курицы, убрал пустые тарелки, навёл порядок на столе и взял из холодильника холодное пиво. Он даже проверил, нет ли мороженого или сорбета, чтобы его поесть.

-…

Лицо Ын Су исказилось при виде этого.

Это нелегко заботиться о ком-то. Должно быть, До Квону, который

никогда в жизни не видел чего-то подобного, было нелегко. Но почему… он так улыбается?

Настроение Ын Су странным образом понемногу падало, когда он смотрел на улыбку на губах До Квона.

«Интересно, любит ли он меня до сих пор? Хотя он говорил, что любит и иногда даже смотрел влюблёнными глазами. Наверное, всё- таки любит, раз убирает пищевые отходы вручную.»

Но почему ты всё делаешь это? Потому что любишь? Потому что чувствуешь вину? Нет, это не та причина.

Должно быть, у него есть какая-то цель. До Квон всегда был мастером просчитывать хорошее и плохое.

Возможно, он хотел вернуться в прошлое.

Возможно, он сейчас представляет, как Ын Су обнимет его за спину за талию и прошепчет о своей любви. Затем он поцелуются, а когда станет жарко, отправятся в спальню. После примут душ, поговорят о том, что хорошего сегодня произошло и заснут, ощущая и даря тепло тел друг друга.

Как будто… Он действительно этого представлял.

Выражение исчезло с лица Ын Су. Поглядев некоторое время на До Квона, Ын Су вошёл на кухню, волоча ноги в домашних тапочках.

Заметив его, До Квон улыбнулся ему.

-Эм, Ын Су, ты будешь курицу или десерт?

-Просто…выпивку, - Ын Су ответил низким голосом и сел на стул.

До Квон кивнул и сел напротив него, затем он открыл бутылку холодного пива.

Его большие руки были покрыты водой после уборки, поэтому кольцо на безымянном пальце особенно выделялось на фоне остальных пальцев. Ын Су уставился на него мутным взглядом.

Как-то раз Ын Су спросил его, собирается ли он надевать это кольцо на его палец и тогда он ответил…

-Ын Су, я не такой жадный. Я буду счастлив наблюдать за тобой с далёкого расстояния до конца своих дней.

-Кольцо- это мои кандалы, я буду смотреть на него и думать о всех тех подлых вещах, которые сделал тебе, о том, почему Бом-и больше нет, искупая свою вину.

Жадность. До конца своих дней. С далёкого расстояния. Кандалы.

Искупление.

Было время, когда все эти слова действительно были уместны. И Ын Су понял только сейчас, как всё между ними изменилось.

Но этого не должно было происходить.

Ын Су сильно прикусил нижнюю губу, отчего та задрожала, и отпустил её. Алкоголь начал действовать.

До Квон опрокинул кружку пива. Ын Су тяжело сглотнул. До Квон словно заметив перемену, вопросительно посмотрел на него. Ын Су заговорил, его глаза были спокойны и неподвижны.

-Господин До Квон.

-А?

-Большое спасибо за то, что вы сделали сегодня.

-Ты лишь оказал мне услугу, но я не понимаю, за то ты благодаришь меня…

-Дело не в этом.

-Всё это ценно. Но на этом всё.

Лицо До Квона напряглось. Он ожидал этого. Но никогда не думал, что его отвергнут на самом начале. Ын Су поставил кружку на стол и посмотрел на До Квона безэмоциональным выражением лица.

-Я знаю, чего вы ждёте и что хотите от меня.

-Ын Су…

-Я не хочу слушать вас.

Ын Су слабо покачал головой. Он думал об этом очень долго.

Почему он находится в его доме? Почему находится рядом с ним? Почему не убежал?

Ответ не приходил сразу. Из-за угрозу? Потому что он предложил убить себя, если Ын Су решил покинуть его? Или потому что Ын Су было одиноко, поэтому он не хотел жить один? Как бы сильно Ын Су ненавидел его, раз он одинок, то из-за тепла, которое он получает здесь, чувствует себя менее одиноким? Потому что ему кажется забавным, что До Квон ведёт себя как послушная собачка?

Возможно, причины были в этом. Но было и кое-что другое.

Ын Су наблюдал за До Квоном. И ему становилось не по себе от мысли, что До Квон будет жить комфортной жизнью. Что, если он забудет всё это и встретит другую омегу? Ын Су ненавидел мысль о том, что До Квон будет жить счастливой жизнью, он не хотел, чтобы всё так и было, поэтому и следил за ним.

Он не хотел, чтобы он был счастлив. Не хотел, чтобы он улыбался, оставив Ын Су в этом нескончаемом аду.

Если бы он увидел бы малейший признак того, что До Квон счастлив, то пошёл бы на шаг отчаянного зла, пытаясь уничтожить его жизнь. Он хотел бы сжечь его дом, разрушить бизнес. Оставить без ничего. Он фактически обещал себе это.

Он чём он думал, улыбаясь вот так с ним? Ын Су почувствовал себя жалким и глупым, что хотелось просто расширить свою голову.

-Вам не нужно всё это делать.

-…

-Даже когда вы ведёте себя, как мой раб, и смотрите на меня так…

Боль моего прошлого никогда не утихнет, и Бом-и… не вернуть к жизни.

-…

-Насчёт сегодня это всего лишь… мгновение. Бесполезное и никому

ненужное мгновение…которое ничего не значит.

Ын Су выбрал слова, которые больше всего ранят. На самом деле его слушал До Квон, но он словно говорил с самим собой.

В последнее время он чувствовал себя всё лучше и лучше. Уровень феромонов приходил в норму, ему перестали сниться кошмары, а режим сна нормализировался. Он перестал пугаться, когда чувствует чьё-то присутствие и перестал царапать запястья до крови.

И всё это благодаря великолепной заболе До Квона.

Только… С самим До Квоном становилось всё комфортнее и комфортнее. Его феромоны уже не казались такими подавляющими и жгучими, как раньше. Он привык к его огромно тени, нависающей над ним, и он не возражал ловить на себе его взгляды. И он уже привык к его заботе настолько, что если сейчас начнёт жить один, то будет вести себя, как трёхлетний ребёнок.

Ын Су боялся, что в конце концов простит До Квона. Что вернётся в прежние времена, когда он был влюблён в него.

Нельзя забывать о том, почему он оказался в таком состоянии, почему ему пришлось провести годы в психиатрической больнице, почему он должен жить вот так сейчас, почему Бом-и не рядом с ним.

Он не должен забывать обо всём этом.

Это была ответственность на его плечах, и плечах До Квона. Ын Су говорил, спокойно глядя на него.

-Сегодня исключение… потому что у меня хорошее настроение, и я хочу отметить хорошо выполненную работу. Это всё.

-…

До Квон крепко сжал кружку с пивом. Ын Су опустил голову и

встретился с потемневшим взглядом До Квона. Как будто его задело то, что он сказал.

Он посмотрел на Ын Су, в его глазах он оставался всё таким же красивым. На лице До Квона появилась слабая улыбка, от которой складывалось ощущение, что он сейчас рухнет.

-Да…Ын Су, всё так.

После его ответа наступила тишина. Ын Су снова отпил глоток пива, делая вид, что не заметил этого. Но До Квон тоже сделал вид, что ничего не было, поэтому тоже налил себе пива.

Пустые кружки постепенно наполнялись.

Ын Су снова не смог найти себе занятие. После сделанной работы

стало нечего делать. Он ел, спал, смотрел скучные сериалы по телевизору, изредка читал книгу, гулял по дому – и всё.

В доме стало неуютно тихо. Если же раньше До Квон постоянно прицеплялся, предлагая чем-нибудь заняться, то сейчас он в основном молчал и подходил из-за необходимости.

Мало того, что время, которое проводил До Квон вне дома, увеличилось. Казалось, что он был занят работой, но Ын Су не спрашивал об этом. Они друг с другом мало говорили.

-…

Ын Су, сидевший на диване в гостиной, осмотрел дом. Без До

Квона дом был слишком большим и пустым.

Складывалось стойкое ощущение, что его дома не было целую неделю, но на самом деле он отсутствовал больше трёх часов.

Постепенно время его отсутствия увеличивалось, но если говорить точнее, то раньше он уходил куда-то на час, но потом это время увеличилось до трёх. Раньше он уходил из дома раз в три дня, теперь же он уходил каждый день.

Но его отлучки были недолгими, самыми короткими- два часа, самыми длинными – пять часов. Если он уходил в обед, то мог вернуться к ужину.

До Квон никогда не позволял есть Ын Су одному. Он всегда был рядом. На самом деле Ын Су мог поесть и один, но До Квон предпочитал наблюдать за ним со стороны, и это, казалось, успокаивало его.

Покормив Ын Су, он всегда направлялся к выходу, сказав.

-Ын Су, мне нужно на работу.

Это была обыденная фраза, но от неё Ын Су становилось не по себе. Ему хотелось задать ему множество вопросов: «Когда ты вернёшься», «Чем ты занят, раз приходишь и уходишь так?». Но он сам провёл между ними черту и попытался держать дистанцию, о чём немного сожалеет.

Ын Су крепко стиснул зубы.

«Должно быть, он работает. Надеюсь он всё-таки занят своими делами, или, может быть… Он охладел ко мне. Может, он устал от того, что я оттолкнул его?»

«Может быть, он устал от меня и я ему надоел, так как делаю минимум вещей. Стал похож на собачку, к которой нужно было покормить, но привязанность остыла.»

«Мы с ним даже не любовники, и не друзья…» Глаза Ын Су распахнулись из-за этих мыслей.

«Нет, почему я вообще об это думаю? Я же здесь не из-за него.»

Ын Су быстро встал и осмотрел просторную гостиную. В ней ничего особенного не было. На самом деле он даже не знал, что здесь искал.

Как вдруг его внимание привлекли занавески, они были раздвинуты и из окна светило солнце. Точнее, лучи солнца попадали прямо на дерево, которое всё это время было на балконе.

Ын Су бросился к балкону. Отодвинув по шире занавески, он прижался к стеклянной двери.

Дерево было ещё зелёным. Однако Ын Су думал, успели ли До Квон забыть о нём. Хотя он говорил, что это дерево, за которым не нужен постоянный уход. Его можно редко поливать, да и оно никогда не зацветёт или не замёрзнет.

Открыв балконную дверь, Ын Су медленными шагами подошёл к дереву, присел на корточки перед горшком и погрузил указательный палец в почву. Он почувствовал сырость. Почва была чёрной и влажной. А из лейки, которая стояла рядом с горшком, капала вода.

Ын Су сморщил нос.

-Так он…полил тебя.

«Твой хозяин не бросил тебя»

Ын Су потрогал листья и встал, почувствовав облегчение. Он чувствовал себя нелепо из-за этих мыслей, казалось, что он выставил себя на посмешище, но так уж было устроено человеческое сердце.

Вернувшись на диван, Ын Су положил подбородок на подлокотник.

Он больше не должен так проводить время. Он подумал, что его тело и разум уже достаточно здоровы, поэтому стоит поискать работу.

Теперь ему предстояло заново строить свою «нормальную жизнь».

На данный момент он был пациентом, ищущий на поправку и безработным, ровным счётом ничего, что его бы связывало с нормальной жизнью.

Он хотел работать, но не знал, в какую компанию было бы лучше устроиться. Он не знал, если ли компания, которая ему понравится.

В целом хотелось бы найти работу, где бы платили больше денег за тот объём, который он будет выполнять, даже если он сделает меньшее, то зарплата от этого не поменяется. Также хотелось использовать свои отпуска. А ещё было бы лучше, если бы культура компании была бы лояльной, чтобы ориентировались не только на тех, кто старше и выше по должности.

Ему не нужен был гибкий график работы, но хотелось бы иметь возможность уходить с работы, когда он захочет. Было бы лучше, если его взяли бы из-за трудового стажа, но он уже давно не работал, поэтому ничего страшного, если это будет должность начального уровня.

«Наверное, я слишком многого хочу, к тому же такая компания – редкость, чтобы воплотить все эти мечты. Но в Сонджине как раз можно такого достигнуть».

-Ха…Не могу поверить, что мне снова придётся беспокоиться о поиске работы, словно мне снова 20 лет.

Ын Су прикрыл глаза тыльной стороной ладони. Он ещё даже не начал писать резюме, но уже чувствовал себя уставшим. Ему нужно найти компанию, отправить резюме, сходить на собеседование. А если это будет какая-то крупная компания, то придётся сдавать вступительные экзамены.

Голова разболелась. Ын Су застонал и покачал головой. Всё в этой жизни пошло наперекосяк. Его состояние, непонятные отношения с До Квоном, гнев, боль, разъедаемые и притупляемые временем, неизвестное будущее. Всё было в беспорядке.

Ын Су поднялся на ноги и направился в кабинет. Наверное, стоит этим заняться прямо сейчас. Длительное пребывание в доме,

казалось, заставляло его больше думать над неловкими темами, и больше полагаться на До Квона.

Ын Су только ступил на лестницу, ведущую на второй этаж, как по длинному коридору разнёсся звук открывающегося дверного замка.

Ын Су навострил уши. Должно быть, это До Квон.

Ын Су поспешил подняться по лестнице в кабинет, затем спустился на четыре лестничных ступеньки и стал притвориться, что медленно поднимается по ним. Через несколько секунд в гостиную вошёл До Квон. Когда он заметил Ын Су, то на его лице появилась улыбка.

-Ын Су, ты уже спать идёшь? Я принёс тебе ужин.

Он потряс бумажным пакетом, который держал в руках. Ын Су притворился обеспокоенным, но он не чувствовал голосом. Он плотно пообедал и с того времени только и делал, что валялся на диване, попеременно испытывая то бесполезное беспокойство то сомнения.

Поэтому он совершенно не чувствовал голод.

-Ну…что?

Ын Су спустился по лестнице, изображая лёгкость. До Квон направился на кухню. Ын Су следовал за ним, и не удержавшись и поджав губы, спросил.

-Вы, должно быть, были заняты…

Ын Су хотелось, чтобы он дал как можно развёрнутый ответ. Ведь До Квон буквально знал о нём всё, - когда он просыпается, когда ложится спать, его состояние, когда приёмы у врача. Но вот Ын Су не знал о нём совершенно ничего.

Но вдруг он сказал.

-О…немного.

Это был неопределённый ответ. Затем, как бы показывая, что ему нечего добавить, он быстро зашагал прочь, отдаляясь от Ын Су. Затем он вошёл на кухню.

До Квон уклонился от разговора. Щёки Ын Су порозовели.

Ощущая прохладу стола щеками, Ын Су вздохнул. Он опирался щекой о стол, который словно походил на камень в кабинете.

Ын Су впал в угнетённое состояние, но оно было не похожим на то, что было раньше. На улице было солнечно, а над его головой словно чёрные тучи собрались.

Сегодня дома снова тихо. До Квон, как обычно, ушёл на работу. Да и не обедал он с Ын Су уже как два дня. Он говорил, что вдруг

накопилось много работы, поэтому Ын Су придётся обедать в одиночестве, и с извиняющим лицом он поспешил покинуть дом.

Ын Су оставался один уже десять часов, ощущая, как мир рушится вокруг него.

Он включил компьютер, чтобы начать поиски работы, но ничего не выходило. Он смог вписать в резюме только своё имя.

-Ха…

Ын Су снова вздохнул и перевернулся на другую щёку. Голова шла кругом, а всё дело в До Квоне.

Ын Су думал не устал ли он от него, потому что тот постоянно изливает гневные слова, отталкивает от себя? Возможно, он уже убрал тот нож из спальни, снял кольцо с безымянного пальца и выбросил туфли Бом-и.

Он снова начал чувствовать себя брошенным. Он не знал, почему так чувствует себя, ведь они больше не были любовниками, да и Бом- и больше нет, а пылкие чувства сгорели без остатка.

Это состояние было похоже на то, когда близкий друг стал внезапно тебя игнорировать. Как будто все дружелюбные соседи стали испытывать ненависть к тебе. Как будто все в этом мире переместились на другую планету, а он остался совсем один.

Он чувствовал себя пустым и разбитым, а также боялся одиночества.

В какой-то момент ему даже показалось, что он снова помолодел. Каждый раз, когда До Квон уходил из дома, он испытывал тревогу и страх, как пятилетний ребёнок, потерявший маму.

«Тогда ещё несколько дней назад, когда мы выпивали на кухне, я должен был понять, что уже слишком многое изменилось для меня. Я должен был понять, что забыл о прошлом и просто улыбнуться.»

Сейчас Ын Су определённо находился в подвешенном состоянии.

До Квон вряд ли бы стал открыто кем-то увлекаться, принося на рукавах запах другой омеги, да и уезжал он из дома ненадолго, но что-то было совсем не так, и это расстраивало Ын Су.

Поразмыслив, Ын Су пришёл к выводу, что скорее это у него мозг уже поплыл. Он чувствовал себя глупым.

-…

Подняв верхнюю часть тела, Ын Су глубоко вздохнул. Он

расправил плечи, выпрямил спину. А уголки рта его неестественно дёрнулись вверх, словно он желал поднять себе настроение.

«Может… я должен вернуться домой. С этим будет куда проще, да и До Квон уже не будет цепляться за меня так отчаянно, как раньше.»

«Оказавшись вдали от него, я смогу привыкнуть к самостоятельной жизни. Не то, чтобы до встречи с ним мне жилось хорошо, но, по крайне мере, я жил как человек.»

Ын Су уверенно кивнул.

«Да. Пора съезжать из этого дома. Пора прекратить эти непонятные отношения с До Квоном. Возможно, сейчас самое время сделать это. Никаких споров, никаких слёз, никаких криков, просто тихое, самое обычное, естественное расставание.»

Если всё пойдёт, как надо, то Ын Су сможет жить как «Ын Су» где угодно. А До Квон больше не будет его искать.

Ын Су сел. Собирать ему было нечего, ведь он ничего не взял с собой. До Квон приносил ему одежду, но раз уж он сам её купил, то и его право, как ею распоряжаться.

Ын Су спустился в гостиную и уселся на диван, ожидая До Квона.

Он не собирался уходить, ничего не сказав, ведь это может оставить странное послевкусие незавершённости.

Было около семи часов вечера. До Квон вернулся домой с работы.

Ын Су встал с дивана, чтобы поприветствовать его.

-Вы уже приехали?

-Да. Ты обедал? Прости, что не позаботился о тебе.

-Всё в порядке.

Ын Су слегка покачал головой. Сухо сглотнув, он открыл рот.

-Господин До Квон, мне нужно вам…

-Может, поужинаем вне дома?

До Квон прерывал Ын Су. Казалось, он сделал это не специально, поскольку его лицо было слегка покрасневшим и выглядело так, будто он был чем-то взволнован, поэтому, вероятно, не услышал тихий голос Ын Су.

Глаза Ын Су расширились.

-Так…внезапно?

Он не считал чем-то особенным пойти поесть, раз уж живут вместе в одном доме, но всё-таки был удивлён внезапным предложением. В последнее время До Квон мало разговаривал с Ын Су, и обычно его взгляд был куда-то устремлён в пространство или в угол стола, на лице было хмурое выражение лица, словно он о чём-то размышлял.

Ын Су воспринимал это как признак скуки, но вот предложение о том, чтобы куда-то сходить поесть.

Удивившись тому, как Ын Су засмущался, До Квона запаниковал. Он ожидал, что Ын Су согласится, ведь он был расстроен тем, что застял дома.

-Нет…Можно и завтра, но… вдруг захотелось пойти сегодня.

До Квон запнулся и сказал нечто нехарактерно нелогичное. Ын Су сморщил нос, и До Квон тут же добавил.

-Можно завтра, и послезавтра, можем и сегодня сходить.

До Квон стал снимать пиджак, но тут вдруг Ын Су махнул рукой.

-Нет, пойдёмте.

«Что ж, поговорить вне дома, в этом нет ничего странного. В спокойном месте мы можем поговорить о своих чувствах, о том, как странны эти неловкие отношения. Было бы неплохо ещё сказать о том, как мы доставляем друг другу неудобства»

Лицо До Квона просияло, когда Ын Су согласился на его предложение.

-Правда? Всё в порядке?

-Мы просто… поедим, и всё. Подождите, я вернусь через минуту, мне нужно переодеться.

Ын Су смущённо улыбнулся и направился в гримёрку.

Машина До Квона ехала довольно долго. На дорогу ушло где-то получаса, а всё потому что в такое время был час-пик на дорогах, но к счастью, пришлось ехать недалеко. Место находилось чуть дальше Тегеран-ро и Каннама. В том месте было не так оживлённо, как на Тегеран-ро, но там тоже располагались крупные компании.

А место, где они решили остановиться, было…

-Вы предлагаете…пойти сюда?

Это было кафе, где продавали вкусные сэндвичи. Это была популярная франшиза, поэтому у неё часто были посетители.

Рот Ын Су искривился от недоумения. Просто дело было в том, что эти сэндвичи продавали только навынос. И, конечно же, эти сэндвичи любил есть и Ын Су. Но почему вдруг? Они ведь находятся недалеко от дома, можно было просто заказать доставку или заехать сюда по пути от работы?

Ын Су не мог в этом поверить, До Квон же заехал на ближайшую парковку, вышел из машины и направился к кафе.

-Да, сходим за сэндвичами.

До Квон открыл дверь кафе и жестом пригласил войти внутрь. Ын Су открыл рот, как идиот.

В кафе было слишком светло, отчего глаза защипало. Бело-зелёный интерьер был таким… жизнерадостным. Ын Су тихо вздохнул. Он

никогда бы не подумал, что у них будет серьёзный разговор в таком месте.

Голова стала болеть ещё сильнее от мысли, что они будут сидеть здесь, каждый со своим сэндвичем, и обсуждать будущее этих странных отношений. Словно из какой-то дорамы.

Пока Ын Су думал, что сказать ему, чтобы уйти отсюда. «Стоило ли сказать, что мне не хочется сэндвича? Или сказать, что я хотел бы другое что-то поесть?». Однако пока Ын Су копался в своих размышлениях, До Квон уже успел сделать выбор.

Он заказал сэндвич с мясом и сыром, но в нём были оливки, которое Ын Су не любил, поэтому попросили добавить авокадо. Всё произошло так быстро, что Ын Су даже не успел ничего сказать и решил следовать за ним, подумав, что они вернутся домой и поговорят.

Ын Су выбрал соус и сделал шаг назад. Только после того, как До Квон заказл печенье и напитки, о которых не просил Ын Су, он достал карточку.

-Это всё? – спросила кассирша, и До Квон слегка покачал головой.

-Можно навынос?

Глаза Ын Су расширились от удивления, и он подошёл к До Квону.

-Разве мы не будем есть здесь?

-Нет, нам нужно кое-куда пойти.

До Квон ухмыльнулся. Ын Су прикусил внутреннюю сторону щеки.

Ах…Это снова было не по плану. Обычно он всегда всё мог контролировать, но сейчас всё шло не по тому месту.

Этого не должно было произойти. Разве недостаточно того, чтобы поесть сэндвичей и вернуться обратно? Куда он собрался идти?

Ын Су хотелось закричать во всё горло.

Не заметив переменчивых эмоций на лице Ын Су, До Квон расплатился своей чёрной картой. Он взял шуршащий бумажный паркет и вышел на улице. Ын Су следовал за ним с лицом, будто ему только что диагностировали неизлечимую болезнь.

Выйдя из магазину, Ын Су направился к парковке, но До Квон окликнул его.

-Ын Су, не туда, - он позвал его мягким голосом.

Ын Су даже не повернул голову. Куда они пойдут? В этом районе не было ни реки Хан, ни парков. Единственное место, где можно было поесть сэндвичей, - само кафе.

Пока Ын Су стоял на месте, До Квон подошёл к нему. Он на секунду закрыл глаза, а затем медленно и осторожно обхватил рукой его запястье и спросил.

-Ты не хочешь прогуляться?

-…Это не так.

-Это совсем рядом. Недалеко отсюда.

До Квон потянул Ын Су за собой, но несильно. Ын Су неохотно последовал за ним.

Следуя за ним, они добрались до соседнего здания. Свет в окнах не горел. Не потому, что все сотрудники, закончив работу, разошлись по домам, а потому, что оно было пустынным. Оно не было заброшенным. Здание было белым, блестящим и гладким, а на окнах всё ещё висели листы, так что создавалось ощущение, будто его только что достроили.

Ын Су непонимающе оглядел здание. Это новый филиал Сонджина? Но оно слишком маленькое для него, потому что здесь всего было 12 этажей. Все здания филиалов Сонджина были высокими и огромными, их верхушки практически достигали неба.

И все они не были бежево-белого цвета, как это здание, а изысканного тёмно-синего или чёрного, чтобы демонстрировать своё величие.

Так что же это за здание? Неужели До Квона наконец-то выгнала Мён Хи, и он решил начать свой бизнес? Если это так, то вполне логично, что в последнее время он был сильно занят.

Пока Ын Су разглядывал здание, пытаясь понять, для чего оно предназначение. До Квон улыбнулся, видя его реакцию. Когда же Ын Су повернулся к нему, он попытался скрыть своё выражение лица, чтобы не засмеяться. Затем он провёл Ын Су внутрь.

Внутри здание оказалось таким же мрачным, как и снаружи. В центре холла была установлена какая-то геометрическая скульптура, которую скрывало огромное белое полотно, а стулья и светильники стояли в стороне, как будто здесь ещё не закончили ремонт.

-А мы можем сюда зайти вот так? – нервно спросил Ын Су. Он волновался, хотя и знал, что До Квон не стал бы вот так незаконно врываться в здание. Только вот… До Квон иногда был… немного сумасшедшим…

-Нет, всё в порядке.

До Квон улыбнулся. Он был взволнован настолько, что напоминал ребёнка, попавшего в парк аттракционов. Он держал в руках пакет с

бутербродами, а другой рукой сжимал запястье Ын Су, пока они пересекали вестибюль здания.

В глубине вестибюля находилось восемь лифтов, по четыре на каждой стороне. Лифтов было очень много по сравнению с количество этажей. Ын Су подумал, что это может быть корпоративное здание, где занимаются перевозками крупногабаритными грузами и оборудованием.

Лифты работали. До Квон вошёл первым и нажал на номер этажа привычным жестом. После минутного колебания Ын Су последовал за ним в лифт.

До Квон нажал номер восьмого этажа из двенадцати.

-Куда мы? – спросил Ын Су, глядя на цифры по мере того, как они поднимались вверх.

-Хм…

Ын Су ждал ответа, но До Квон не открывал рта. Ын Су нахмурился и посмотрел на До Квона. «Нет, если уж ты притащил кого-то сюда, то должен хотя бы сказать, зачем и почему. Ты не можешь вот так тащить меня, куда тебе вздумается».

Ын Су чувствовал, будто у него пар поднимался над головой. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но двери тут же распахнулись.

До Квон быстро вышел. Он схватил Ын Су за запястье и потащил за собой.

Обстановка за пределами лифта тоже не особо отличалась. Это был обычный офис. Здесь было слишком темно, чтобы можно было понять и разобрать, что к чему. Однако помещение было аккуратным и просторным. Мраморный пол со своим блестящим цветом наводил мысль, что денег сюда вбухали немало.

Пока Ын Су, прищурившись, осматривал помещение. До Квон щёлкнул выключатель на стене, и тускло освещённый офис ожил.

-…

Офис был очень просторным. Он был почти таким же, как и в

Сонджине. Только вот холл был отделён. А ещё здесь не хватало компьютера, но кресло и стол были на месте.

Столы и стулья были расставлены вокруг большого стола овальной формой в центре комнаты, а над столами с потолка спускались светильники в форме столбиков, придавая атмосферу уютного кафе.

Интерьер был полностью белоснежным, а панели имели деревянную текстуру, нежный красный цвет придавал этому помещению роскошь.

Тут и там стояли деревянные горшки, длинные диваны и кресла- мешки. На всех стенах практически были окна, а с другой стороны выстраивался ряд маленьких и больших комнат для переговоров.

Одним словом, это был шикарный офис.

Возможно, это был офис одного успешного предприятия, а возможно, офис, специализирующийся на архитектуре или дизайне, но в любом случае здесь было уютно находиться.

Оглядев просторный офис, Ын Су поднял бровь.

-Вы переехали в другой офис, господин До Квон?

-Нет, это не мой офис.

-Тогда вы открыли новый бизнес? – снова спросил Ын Су. Это определённо был офис До Квона, поэтому он привёл сюда Ын Су. Однако учитывая то, что До Квон ничего не рассказывает, у Ын Су возникало всё больше вопросов.

До Квон облизал пересохшие губы. Он тяжело сглотнул. Бумажный пакет с сэндвичами зашуршали в его руке.

-Эм… Это вроде и бизнес, но в то же время и нет…

-…О чём вы вообще говорите?

Ын Су посмотрел на него, но До Квон лишь тяжело вздохнул и открыл рот.

-Это что-то вроде государственного учреждения, не для получения прибыли, а для оказания помощи.

-Не понимаю. Вы имеете в виду благотворительный фонд? Разве у вас уже нет такого фонда в Сонджин?

-О, это похоже на него, но немного отличается.

-И чем отличается?

В голосе Ын Су слышалось лёгкое раздражение. «Что это вообще за компания такая? У неё не было конкретной цели. Он привёл меня сюда, потому что я как-то связан с этим или что? Не похоже, чтобы он занимался чем-то незаконным. Тогда почему умный человек таким образом сейчас истолковывает свои слова?»

До Квон прочистил горло, он посмотрел прямо на Ын Су.

-Это проект, над которым я работаю уже долгое время, сотрудничая с Министерством по делам семьи.

-Сотрудничество над чем?

-Оказание помощи беременным и детям…

-А?

Глаза Ын Су расширились от этих слов.

Беременные? Дети? Помощь? До Квон? Конечно, нет ничего такого, чего он не мог сделать, но это было странно слышать от него.

Он много раз видел, как До Квон присылал пожертвование в фонды. Но это было сделано не от всего сердца, а скорее для игры на публику.

Поэтому то, о чём он говорил, показалось странным для Ын Су.

Ему было бы гораздо понятнее, если бы он говорил о бизнесе, ориентированном на беременных женщин. Так тоже можно, верно? Что-то вроде выдача страхований, производство детских товаров.

Ын Су растерянно почесал голову, а До Квон потёр лицо одной рукой, а затем с решительным видом произнёс. В отличие от прежних слов, в этот раз он говорил непрерывно и торопливо.

-Во-первых, это выдача беременным субсидий. Оплата больничных счетов, оплата на послеродовый уход, и конечно, выплаты на такси вместо метро во время беременности. Компания обеспечивает гораздо более широкий спектр услуг, чем другие.

-…

-Здесь есть служба по уходу за детьми матерей-одиночек. Есть

служба, которая бесплатно обеспечивает работу домработников и присылает их на дом, консультации по поводу депрессии или обеспечивает временным жильём, если возникают какие-то семейные конфликты.

У Ын Су на этих словах открылся рот. Он понимал, о чём говорит До Квона, но ему было тяжело поверить в то, что До Квон участвовал в чём-то подобном, хотя знает его много лет уже. До Квон продолжал говорить тихим голосом.

-Также есть горячая линия для экстренных случае, поэтому нуждающиеся могут получить здесь помощь быстрее и оперативнее.

-…

-Чтобы никто больше… не мог потерять ребёнка.

-…

-Эта компания отличается от других организаций или компания,

потому что она более оперативная, и находится на близком расстоянии.

-…

-Людям, которым не хватает услуг и поддержки в Интернете, могут

получить здесь эффективную помощь непосредственно через медицинские карты.

-…

-Здесь есть лекции по по уходу за беременными, родам и

воспитанию детей. Есть ещё много чего, но я не смог всё это запомнить, потому что я такой невежа… Бизнес- план вон там, если хочешь, то можешь взглянуть.

До Квон указал на толстую стопку бумаг на главном столе. Ын Су подошёл к столу, словно чем-то завороженный. До Квон выдвинул для него стул, чтобы он мог присесть и посмотреть. Усевшись, Ын Су стал листать бумаги. На первом листе был выбит крупными буквами логотип «Сонджин Груп», а дальше шло название «Проект «Первый сезон», и было указано имя управляющего директора «Со До Квон».

Пока Ын Су просматривал бумаги, До Квон присел рядом и

развернул сэндвич. Он выложил печенье, открыл банку газировки и вставил соломинку.

До Квон протянул сэндвич Ын Су, а тот откусил кусочек. До Квон улыбнулся и низким голосом издал смешок.

Такое уже было раньше.

Когда они встречались с Ын Су, то раньше он также себя вёл. Иногда Ын Су мог пропустить ужин из-за занятости на работе, поэтому До Квон часто уговаривал секретаря Чона отпустить поесть с ним. А Ын Су мог просто прислать сообщение: "Я сегодня занят, поэтому не смогу поесть с вами".

Переживая, что Ын Су умрёт от голода, До Квон покупал ему сэндвичи. И вот так кормил, как сейчас. До Квон вздохнул с облегчением, заметив, как Ын Су съел кусочек сэндвича, не отрывая взгляд от бумаг.

До Квон, вспоминая те дни, усмехнулся. Тогда... Единственным его беспокойством в жизни было, поел Ын Су или нет, но в то же время это было и источником его счастья.

-Когда ты был занят, чтобы даже поесть, ты всегда ел этот сэндвич.

Поэтому, вспомнив об этом, я решил купить именно их.

-...

-Если этого будет недостаточно, то давай купим токпокки по дороге

домой.

До Квон поднёс соломинку к губам Ын Су, и тот сделал небольшой глоток.

Ын Су осматривал бумаги с серьёзным выражением лица, словно он не слушал слова До Квона. На страницах, где было куча таблиц со сметой, было так много нулей, что Ын Су пришлось наклонить голову, чтобы пересчитать их.

Пока Ын Су занимался этим, До Квон продолжал давать комментарии. Ему почему-то хотелось, чтобы эта идея бизнеса и помещение приглянулись Ын Су.

-Внизу будет детский сад и детское кафе. Всё здание будет находиться в оживлённой атмосфере.

-...

-А ещё... Пришлось вложить много денег, чтобы избавиться от

закона, который принуждает омегу делать аборты. Мама тоже в этом поучаствовала.

-...

Ын Су слегка кивнул головой. Он едва слышал слова До Квона, так

как всё его внимание было сосредоточено на бумагах. До Квон слабо улыбнулся. Он на мгновение задержал взгляд на Ын Су, а затем позвал его.

-Ын Су.

-Что?

-Этот проект, я его начал после твоей смерти. Это единственное, что я мог сделать, чтобы искупить вину за Бом-и...

-...

На этих словах Ын Су ахнул, повернул голову и посмотрел на До

Квона. Его слова было невозможно проигнорировать. Предвидя реакцию Ын Су, До Квон горько усмехнулся.

-Всё, что у меня есть, - это деньги. Всё, что я мог сделать для Бом- и, - это потратить деньги. Нашей Бом-и... больше нет, поэтому я хочу дать другим детям и беременным всё, чтобы я дал для Бом-и.

-...

Губы Ын Су дрогнули. Ему хотелось так много сказать, многое

спросить. Он хотел ударить ножом в сердце До Квона, выплюнув гневные слова: "Чем ты вообще занимаешься, заботишься о детях, которые даже не имеют к тебе никакого отношения? Бом-и мертва, и она даже не узнает, что ты пытался сделать".

Но он не стал этого делать. Ему бы и самому стало грустно от того, что он будет кричать и ругать До Квона, который тратит деньги и время на то, чтобы хоть как-то искупить свою вину.

Поэтому Ын Су решил мыслить позитивно. Этот поступок был намного лучше, чем просто забыть Бом-и. Это намного лучше, чем потерять ребёнка, который даже не увидел свет, как и получилось с Бом-и.

Слёзы и обиды ни к чему не приведут. Для него было бы лучше тоже сделать что-то, как До Квон, чем сидеть и плакать в углу. Этот опыт он накапливал годами.

Понимая это, поступки, совершённые До Квоном в течении недолгого времени, казались не такими уж и плохими. Он ведь тоже

думал о Бом-и. Туфли, находившиеся в его кабинете, это не единственное, что напоминало ему о ней. Просто у него был свой способ горевать, отличный от Ын Су.

Отложив бутерброд, Ын Су вытер салфеткой соус со своих губ.

-Это и есть причина, по которой вы были заняты в последнее время?

-Да. Остался завершающий этап. Нужно было многое устроить и принять решение, нанять специальных людей. Это ведь мой проект, поэтому будет невежливо пропускать каждую встречу.

-...

-Вообще-то мне необязательно было находиться там. Ведь, что я

могу знать о детях и беременных?

-...

-Но я очень хотел продемонстрировать людям свои серьёзные

намерения, что меня действительно волнует это. Так что я пытался сделать всё возможное.

-...

-Когда всё действительно будет подготовлено. То в вестибюле

наведут порядок, и уже здесь начнут появляться сотрудники. И тогда всё будет работать, как надо. Я бы хотел показать тебе, когда уже началась бы работа, но ты знаешь, какой у меня нетерпеливый характер.

-...

-Я даже сделал тебе предложение в машине без кольца.

Снова подумав об этом, До Квон сморщил нос, выглядя немного болезненно. Ын Су, положив подбородок на стол, улыбнулся.

Да, предложение было настоящим сюрпризом. В то время... мы действительно были счастливы. Мы ждали появление Бом-и, и наши будни были наполнены безграничной любовью. Казалось, что нам больше нечего было бояться, не о чем беспокоиться.

Когда всё успело пойти не так?

Я задавал себе этот вопрос сотни раз, но так и не смог найти на него ответ.

Улыбка Ын су медленно исчезла с лица. Он посмотрел на До Квона слегка запавшими глазами.

-Почему вы решили показать мне это место?

-А? Это...

-Потому что подумали, что мне понравится?

-...

-Или... Делая это, ты выставляешь, как искупление. И вы думаете,

что если покажете мне, то я прощу господина До Квона?

Это был бесспорный факт. Ын Су слишком хорошо знал До Квона.

Рот До Квона приоткрылся, на кончике его языка висели слова "я не по этому делал это", но ему так и не хватило сил выдавить из себя это оправдание. Иначе зачем бы он приводил Ын Су в место, которое ещё было не подготовлено. Всё было слишком очевидно.

Глаза До Квона потемнели, и он кивнул.

-Ты прав, это действительно так.

-...

-Ты можешь не простить меня, но хотя бы начать думать обо мне в

лучшую сторону.

-...

-Всё началось ради Бом-и, но позже, когда я узнал о том, что ты

жив, то стал использовать этот проект, как способ завоевать твоё расположение.

Ын Су ухмыльнулся. Он, конечно, ожидал, что До Квон не будет стыдиться, когда раскроют его намерения, но он совсем не ожидал, что он будет так вести себя нагло. Пока Ын Су опирался подбородком на стол, До Квон смахнул его чёлку, и поспешно добавил.

-Ты же знаешь, что я бессовестный ублюдок, так что мне нет смысла врать тебе.

-Да, действительно... - подтвердил Ын Су.

Бессовестный ублюдок. Это было отличное словосочетание, которое подходило ему. Странно, но он почувствовал облегчение от того, что так хорошо знает его.

Ын Су прислонился губами к соломинке, которая торчала из газировки. Один глаз у него дёрнулся от терпкого вкуса. Когда он протянул руку, чтобы продолжить есть сэндвич, низкий голос До Квон тихо прозвучал у него над ухом.

-И всё же мне очень жаль.

-...

Ын Су уставился на До Квона, широко раскрыв глаза. Человек,

назвавший себя бессовестным ублюдком, склонив голову, смотрел в пол.

-Ын Су, я всё ещё с нетерпением жду тебя... и, наверное, буду ждать тебя всегда.

-...

-Меня буквально мучает жажда. Я хочу, как и раньше, иметь

возможность стоять рядом с тобой, держать за руку и обнимать.

-...

-Я стараюсь быть терпеливым, но всё выходит плохо.

До Квон крепко сжимал руки, на тыльной стороне ладони образовались вены. Он постучал по полу подошвой ботинка. Затем он медленно поднял голову и встретился со взглядом Ын Су.

-Прости меня.

Его глаза даже не дрогнули. Несмотря на то, что он вёл себя так, казалось, что его извинения были искренними. Ын Су протяжно вздохнул и взял свой сэндвич.

-Забудьте об этом. Мы оба знаем, что даже если вы извинитесь, то неважно, приму я их или проигнорируют, ничего не поменяется.

-...

И даже если я скажу, что принимаю ваши извинения, то вы уже не

станете таким нетерпеливым.

-Но...

До Квон замолчал, так как Ын Су махнул рукой, чтобы остановить его. Несмотря ни на что, это место было действительно хорошее, да и компания будет делать хорошие вещи в будущем. Всё было действительно хорошо.

К тому же... Он уже получил подтверждение, что интерес До Квона не ослабел, так что этого более чем достаточно. Ему было приятно слышать, что он по-прежнему находится для него в центре мира и что так много значит.

Сегодня он мог простить его за всё, что он сделал. Он может отложить эти заботы до завтра.

Ын Су откусил большой кусок сэндвича. Хрустящий огурец и листья салата значительно поднимали настроение. А ещё его ждало печенье. По дороге они могут купить токпокки. Ын Су сосредоточился на своём ужине, и в этот момент До Квон снова заговорил.

-Вообще-то, есть ещё одна причина, по которой я привёл тебя сюда.

-Что? - спросил Ын Су с надувшими щеками. Когда он так разговаривал и ел, то был похож на хомячка. До Квон улыбнулся, вытирая большим пальцем соус с уголка его рта.

-Я хочу, чтобы ты... возглавил команду дизайнеров.

-...

Челюсть Ын Су перестала двигаться. Его ресницы взметнулись

вверх, а губы сжались в плотную линию. До Квон забеспокоился, что совершил очередную ошибку, поэтому погладил его по спине.

-Я не знаю никого, кто бы хорошо был в дизайне, как ты. Нужно оформить сайт, приложение, плакаты и брошюры и много чего другого, поэтому я не могу нанять абы кого.

-...

-Поэтому я подумал, что ты мог бы заняться этим...

Глаза Ын Су сузились. Он не понимал, о чём говорит До Квон. В ответ на ошеломлённое молчание Ын Су, До Квон быстро заговорил.

-У тебя всё получится, Ын Су.

-...

-Здесь не нужно выслушивать комментарии клиентов, потому что

никто не будет обсуждать твои проекты. Если ты сделаешь дизайн, то его тут же примут.

-...

Ын Су молчал. Он смотрел на До Квона, как будто ничего не

понимал. До Квон дважды облизал нижнюю губу.

-Все сотрудники - бета или омеги. Альф нет, их здесь и не будет.

-...

-Конечно, если ты не хочешь, то я мог бы подобрать другого

сотрудника. Но всё равно хочу, чтобы это был ты.

До Квон чувствовал, как начинает терять терпение. Он очень хотел, чтобы Ын Су работал в этой компании. Когда он говорил Ын Су, что тот может устроиться в любую компанию, он не мог не волноваться.

В мире так много странных компаний, а ещё больше странных людей и начальников. Будет очень плохо, если Ын Су попадёт в такое место и пострадает. С его количеством денег и властью не составит труда развалить чей-то бизнес, найти всех плохих людей и наказать их, но как быть с той болью и стрессом, через которые ему придётся пройти?

Он всё ещё испытывал недовольство от того, что недостаточно хорошо заботится об Ын Су. Он и так кормил его как следует, баловал всячески, даже дал какую-то работу. Но всё ещё не решил проблему с трудоустройством.

А значит, он должен работать здесь. Это место находилось недалеко от основного офиса Сонджина и недалеко от дома. Здесь не будет альф, а собеседование будет проходить по жёстким критериям.

Благосостояние было такое же, как у Сонджина, а также здесь была хорошая столовая.

К тому же это была компания, которая находилась полностью под его контролем. Если он захочет, чтобы Ын Су много работал, то он мог бы потянуть за ниточки. Если возникнет какая-то проблема, то он без проблем сможет её решить.

Другими словами, это была идеальная среда для него и Ын Су. Ын Су медленно открыл рот под умоляющим взглядом До Квона.

-Ох...

Но это был не ответ. Ын Су ещё некоторое время продолжать хмыкать, раздумывая. Во рту за время ожидания его ответа пересохло. Казалось, что кровь сгущалась в организме. Его тело словно сплющилось, как тонкая бумага. А одна из ног неудержимо тряслась.

Он взглянул на Ын Су и решительно сказал.

-Я буду платить тебе много денег.

-Ха?

Ын Су недоверчиво приподнял одну бровь. До Квон пожал плечами и добавил.

-Я говорю серьёзно. Я буду платить больше, чем когда ты работал в Сонджине. В два раза больше.

-В два раза больше - это почти 2 миллиона вон. Это вспомогательный проект, но вы будете платить мне такую зарплату? Вы что, собираетесь платить мне из своего кармана?

Прим. пер. вот бы и мне столько платили

-Почему бы и нет?

До Квон пожал плечами, как будто в этом не было ничего особенного. Миллион или два миллиона. Если бы Ын Су захотел, он мог бы дать ему 5 миллиона или даже миллиард. Даже отдать всё это здание просто так. Тратить деньги при условии, что Ын Су будет рядом с ним, было важнее, чем что либо.

-...

Ын Су истерично засмеялся. Он всё никак не мог привыкнуть

слышать что-то подобное. Каждый раз, когда До Квон говорил так, это было так абсурдно, но так приводило в шок.

Помолчав несколько секунд, Ын Су взял печенье и сказал.

-Честно говоря, это немного чересчур, но думаю, что мне стоит взяться за эту работу.

-...Правда?

-Да. Если не придётся работать с клиентами, то это хорошее предложение.

Отсутствие клиентов означало, что Ын Су сможет сам принимать решения. Ему не нужно будет выслушивать такие слова, как "красочный, но не слишком вычурный, чтобы бросался в глаза, стильный, современный"... И гадать, чего вообще от него ждут клиенты.

Он не мог представить себе лучших условий в сфере дизайна. Это практически то же самое, что и быть директором магазина и получать

зарплату, даже если не было клиентов. Даже если он бы вернулся в Сонджин, то у него бы не было таких условий. И ему придётся получать одобрение от клиентов, а не отдела.

Однако ему не хотелось говорить: "Я уже готов к работе". Как ни крути, условия были хорошими, но всё было благодаря До Квону.

Глаза Ын Су лениво двигались из стороны в сторону. Его губы дёргались, как будто он хотел что-то сказать, но слова не приходили в голову. Нетерпеливый До Квон подтолкнул его к ответу.

-Тогда приступай. О чём ты волнуешься?

-Но... просто...

-Я могу что-то ещё сделать для тебя? Что мне сделать, чтобы ты согласился?

До Квон пододвинул стул и сел рядом с Ын Су, глядя на него широко раскрытыми глазами. Он смотрел так, будто был выслушать всё, что скажет Ын Су.

До Квон был работодателем, а Ын Су работником, но он чувствовал себя странно. Сама ситуация странная, когда До Квон сидит вот так и пытается умолять и уговаривать принять предложение. Ын Су хихикнул, глядя на него. Он не мог даже в шутку попросить о чём-то, потому что казалось, что До Квон будет согласен на всё, даже не абсурдные просьбы.

Ын Су откусил кусочек печенья. Сладкое, мягкое шоколадное печенье было восхитительным. Ын Су очень медленно доел печенье, а затем взял следующее и задал вопрос.

-Когда я могу приступить к работе?

Дата начала работы была назначена на следующую неделю.

Следующие несколько дней Ын Су провёл наполовину в ожидании, наполовину в тревоге, как будто впервые устроился на работу. Сидя за компьютером в своём кабинете, он щёлкал мышкой.

К первому рабочему дню нужно было тщательно подготовиться. Он не хотел тратить свой первый рабочий день впустую, даже если ему не предоставят работу.

Поэтому он изучал новые и обновлённые дизайнерские программы.

Читал бизнес-план и пытался представить в голове основной скетч дизайна, накидывая на него разные цвета.

Как вдруг до него дошло осознание, что ему нечего надеть на работу.

Поскольку Ын Су занимался дизайном, то и внешнему виду тоже нужно было придать соответствующий образ. Хотя он никогда не одевался в брендовые и люксовые вещи, как знаменитости, но всё равно одевался по новинкам моды. Иногда он интересовался новинками и разглядывал модные журналы.

Но он уже давно не занимался шоппингом.

Раньше он посещал торговые центры, не реже раза в месяц. Но после того как он выписался из больницы, то стало всё равно, что носить. И со временем у него накопилось куча повседневной одежды, которую можно было просто надевать на улицу. Ему не перед кем было красоваться, так что эти заботы отошли на последний план.

Конечно же, одежда, которую он носил на работе была куплена не для того, чтобы удовлетворить чьи-то ожидания. Это скорее он сам довольствовался, а точнее его способ показать, что он серьёзно относится к своей работе. Кроме того, он был руководителем группы, поэтому ему всегда надо было подобающе одеваться.

Кроме того, покупка одежды всегда поднимала ему настроение. Нет ничего приятнее, чем покупать что-то для себя, не считая каких-то внеплановых ситуаций. Однако Ын Су уже давно забыл об этом удовольствии. До Квон сказал, что будет платить ему хорошую зарплату, так что можно было сегодня что-то прикупить.

Нужно будет купить костюм, рубашки, часы, туфли и другие аксессуары. Ын Су решил для себя, что будет гулять по торговому центру, пока ноги не сотрутся.

Ын Су выключил компьютер и встал, выглядя взволнованным. Он уже собирался пойти в гардеробную, чтобы одеться, как вдруг замер на месте.

...Может, сказать До Квону?

Ын Су почесал подбородок. До Квон говорил ему, что тот может идти куда захочет, но если он уйдёт, не предупредив его, то До Квон точно сойдёт с ума.

Как в тот раз, когда он сбежал по лестнице, заметив, что Ын Су нет в постели, а когда увидел его в дверях, побледнел, словно заметил привидение.

Немного поколебавшись, Ын Су повернулся и пошёл в спальню, чтобы найти телефон, о существовании которого совершенно забыл.

"Куда я его положил?"

Ын Су порылся в ящиках, заглянул под подушки, осмотрел диван, пошарил под кроватью, но так и не смог найти свой телефон.

Надув губы, Ын Су вернулся в кабинет, нашёл планшет и вбил номер, указанный в адресной книге. Этот номер он не набирал уже два года, но был таким же знакомым, словно всегда по нему звонил.

Когда он нажал на кнопку вызова, экран изменился и раздались гудки. Поскольку он звонил с планшета, то звонок автоматически переключился на динамик, поэтому гудки эхом стали разноситься по всему кабинету.

Ын Су сидел за столом и ждал, пока До Квон ответит. Как вдруг гудки оборвались. В трубке не послышалось вежливого приветствия, была просто тишина. Собеседник будто бы сбросил звонок.

Ын Су с презрением уставился на экран планшета.

-Нет, и почему вы не отвечаете на звонки?

Ын Су знал, что он занят, но ему было неприятно, что его звонок скинули. Он вспомнил тот случай, когда так же поступал До Квон, потерявший воспоминания.

Крепко прикусив губу, Ын Су снова набрал номер. Если он снова не ответит, то просто отправит сообщение.

Примерно через десять гудков раздался низкий голос, не похожий на тот, что он привык слышать.

-Почему ты мне звонишь?

От резкого тона у Ын Су перехватило дыхание. Давно он не слышал таких грубых и требовательных слов. Он слегка испугался. Два года назад он уже слышал такой тон и эту бесчеловечную манеру общения. Голос, который обвинял его и насмехался.

Ын Су, застывший на месте, вдруг пришёл в себя. Он выпустил затаённое дыхание и сомкнул губы.

-Ын Су...? - первым окликнул До Квон.

У Ын Су расширились глаза от такой неожиданности. Он почувствовал себя так, словно его поймали в прятках. Он взглянул на экран планшета, гадая, не был ли это видеозвонок, но всё было не так. Ын Су нахмурился.

-...Вы что, можете узнать меня по дыханию?

-Я просто знаю, что это ты.

До Квон ответил слегка посмеявшись. Ын Су приподнял подбородок и скорчил гримасу. Если бы подобное произошло в самом начале отношений, он бы сильно удивился. Он бы прыгал от радости, что его узнали всего лишь по дыханию. Но сейчас это было немного пугающе. "Что за? Как он может распознать моё дыхание? Это странно..."

-Что это за номер?

-Я звоню с планшета. Не смог найти свой мобильник...

-А-а, понял. Что случилось?

-Я пойду за покупками.

-...Покупки?

-Да. Я подумал о том, что мне нечего надеть на работу, так что нужно сходить. Я вам позвонил, чтобы предупредить, а то вдруг удивитесь, что меня нет дома.

Ын Су объяснился. Было странно это говорить. Он позвонил заранее, потому что не хотел его напугать. Следовало просто оставить сообщение. Он не должен так беспокоиться о нём.

Ын Су сморщил нос, ругая себя за такие действия. Чувствуя себя неловко, он хотел повесить трубку.

-Я поеду с тобой. Уже еду. Буду примерно через полчаса, так что подожди дома.

До Квон говорил торопливо. Затем на фоне послышались шумы того, как он надел пиджак, звяканье ключей от машины и голос паниковавшего секретаря Чона, который призывал До Квона вернуться к работе.

Ын Су тихо рассмеялся, слушая это. Он понял, что у секретаря Чона по-прежнему непростая работа.

-Нет, я могу пойти сам.

-Я скоро буду. Подожди совсем немного.

В трубке послышался звук работающего лифта. До Квон быстро добрался до лифта из кабинета директора.

-Ах, директор, куда вы опять собрались?!

На фоне слышался крик секретаря Чона. Ын Су слегка усмехнулся. До Квон даже не притворялся, что не слышит крики секретаря Чона. Скорее всего, он как обычно махнул рукой с безэмоциональным выражением лица и быстро нажимал на кнопку закрытия лифта.

Через несколько секунд голос Чона прервался. Ын Су, шаркая ногами под столом, задал вопрос.

-Господин До Квон.

-Я буду через 10 минут, так что...

-Вы не видели мой телефон?

-О?

-Сколько бы не искал, не могу его найти. Я оставил его в галерее?

-...

-Вы ведь не видели его?

-Я...выбросил его. Давай купим сегодня новый.

-Да, хорошо.

В конце разговора Ын Су сказал, что будет ждать его в квартире.

Он цокал языком, направляясь в гардеробную. "Выбросил его, как же?!"

"Конечно же он его выбросил. Зачем вообще ему выбрасывать отличный мобильный телефон? Какой же странный человек".

Ын Су был их тех, кто тщательно подбирает одежду. Когда он покупает что-то, то внимательно рассматривает вещь и думает, будет ли она сочетаться с уже имеющейся у него одеждой. Он не особо обращал внимание на цену, ведь это только усложнит выбор.

Ын су решил начать с рубашек. Ведь именно с неё было проще подобрать брюки и пиджаки.

Ын Су выбрал около пяти рубашек прямого покроя из хорошей ткани. Они были разного фасона и бредов, а дизайн напоминал школьную форму. Пиджак и брюки ему было сложнее подбирать. Поскольку ему не нравились брюки, которые бы обнажали лодыжки, поэтому он выбирал с более длинным пошивом.

А ещё он вместо пиджака купил безрукавку, которая выглядела светлой и неброской.

К тому времени, как он выбирал вещи, провёл в одном магазине больше часа. Он сильно спешил. Торговый центр мог скоро закрыться, потому что только в 6 часов он встретился с До Квоном.

Когда часто сидишь дома, то перестаёшь следить не только за временем, но и за датой. Он не подумал, что торговый центр закрывается в 8. Он мог бы вернуться завтра, но ему хотелось купить, как можно больше одежды, раз он уже здесь.

Ын Су стоял перед кассой, решительно выбирая, какого бренда ему ещё купить одежду. Два продавца старательно упаковывал выбранную им одежду. Когда он достал свою карточку, чтобы расплатиться, то менеджер магазина улыбнулась и сказала.

-Вы можете идти.

-...

Ын Су быстро моргнул на этих слова. Он даже не заплатил, но ему

уже сказали, что он может идти. Ему стало интересно, не До Квон ли заплатил, но он оставался всё это время рядом с ним, пока Ын Су выбирал одежду. Одежда, которая стоила миллион вон за рубашку, не могла быть бесплатной, поэтому это точно сделал он.

-Господин До Квон, - Ын Су позвал До Квона голосом, похожим на рык.

Всё, что купил Ын Су сегодня будет учтено и выставлено на имя До Квона. Ын Су даже не сможет пересчитать и увидеть чек.

Подобное уже случалось, когда они встречались.

-...

До Квон, стоявший рядом с Ын Су, отвернул голову в другую

сторону. Ын Су потянул его за рукав.

-Когда это я просил покупать мне одежду?

-Нет, ты не просил.

-Тогда что вы сделали?

-Ну...я не понимаю, зачем тебе тратить деньги, когда они есть у меня.

-А?

-И я не просто потратил деньги. Просто я знаю владельца этого магазина.

До Квон снова превратился в бесстыжего ублюдка, и как будто хвастался. Ын Су раздражённо опустил его рукав и нахмурил брови.

-Конечно, ведь это торговый центр Сонджина, а его владелец - ваша тётя.

-...

Рот До Квона растянулся в ровную линию, а в глазах мелькнула

задумчивость, словно был поражён тем, что Ын Су так много знал о нём. Но тут Ын Су стиснул зубы и обошёл его.

-Вот из-за этого я хотел в другой торговый центр, потому что знал, что так и будет!

С момента как он увидел торговый центр Сонджина предполагал, что такое возможно, но не понимал, что так случится на самом деле. Так было неинтересно тратить деньги. Шоппинг заключается в том, чтобы разбазарить всю карту. Какой смысл оставлять здесь миллионы вон, когда на карте До Квона деньги всё равно не убавляются, как их не трать?

В общем, он ненавидел такое. Правда, ненавидел.

Как вдруг продавец протянула три бумажных пакета. До Квон потянулся за ними, но Ын Су был быстрее. Он злобно посмотрел на него, поклонился продавцу и выбежал из магазина.

До Квон догнал его на своих длинных ногах и нервно смотрел на бумажные пакеты в руках Ын Су. Любой бы кто посмотрел со стороны на эту картину, подумал бы, что Ын Су в пакетах несёт бомбу.

-Давай я понесу их, Ын Су.

-Они не тяжелые.

-Но я хочу понести.

-Они не тяжёлые.

-Но у тебя больное запястье. Доктор сказал быть осторожным, так что позволь мне понести.

Спор продолжался до тех пор, пока До Квон не выиграл. Это победа ему досталась благодаря тому, что Ын Су сдался. Ын Су прекрасно понимал, что упрямство До Квона не преодолеть, да и к тому же наставления физиотерапевта, которого он посещал каждый выходные, нельзя было игнорировать.

Ын Су тяжело вздохнул и протянул бумажные пакеты. До Квон быстро взял их и улыбнулся, Ын Су не мог понять, что же здесь такого хорошего.

Он покачал головой и отвернулся, размышляя, стоит ли ему зайти в магазин другого бренда. Как вдруг он осознал, что в торговом центре необычайно тихо. В широких залах не было ни одного человека.

Вдалеке слышалось только журчанье фонтана.

-Почему люди...

Нет... Ын Су посмотрел на До Квона, не успев закончить фразу. На бесстрастном лице До Квона уже был ответ.

-Сейчас время закрытия, так что, возможно, они уже ушли.

-Почему мы здесь, когда торговый центр уже закрылся?

-Потому что нам плевать на время закрытия.

Ын Су нахмурился на его бесстыдный комментарий. В такие моменты он осознаёт, что водится с богатым мужчиной. Конечно, он всегда знал это, но всё никак не мог привыкнуть.

Ын Су стал размышлять, стоит ли продолжить поход по магазинам, который испытал неудачу.

-Ын Су, это же тот Нью-Йоркский бренд. Ты как-то говорил, что он тебе нравится, когда был в Нью-Йорке, пойдём.

До Квон указал на серебристую отделку магазина и подтолкнул Ын Су в спину. Ын Су замер, но затем слегка цокнул языком.

Как всё к этому пришло? Ему хотелось зарядить До Квону, но решил этого не делать, оставив всё как есть.

Ын Су, лёжа на кровати, взглянул на часы. Было 1:31 ночи. Он лёг

спать в 11 часов вечера, но прошло всего два часа. Ын Су вздохнул через нос и натянул одеяло до плечи.

Завтра будет его первый рабочий день. До Квон говорил, что компания была создана путём поглощения организаций, которые

изначально выполняли смежную работу, поэтому 80% сотрудников были хорошо знакомы с работой и знали друг друга, так что они помогут Ын Су освоиться. Но это всё равно заставляло его волноваться.

Когда он был школьником, то не могут заснуть даже из-за смены классов, а сейчас из-за работы тем более не мог. Он бы так сильно не переживал, если был бы обычным штатным сотрудником.

Ын Су снова вздохнул и перевернулся на живот. До Квон, сидевший на диване, словно привратник, не громко спросил.

-Не спится?

-...Да.

-Хочешь бокал вина?

-Нет, не хочу, чтобы стоял перегар.

-Тогда хочешь я подогрею стакан молока?

Ын Су покачал головой. До Квон нахмурил брови, услышав очередной отказ Ын Су. Казалось, он размышлял, что делать.

Ын Су скрутил пальцы и стал ими елозить по одеяло. Вдруг его внимание привлекла свеча с феромонами, стоявшая на одной из книжных полок вдалеке. Её дал консультант, когда однажды заходил сюда.

Она напоминала ему о более здоровом способе заснуть. Ын Су облизал нижнюю губу и помедлил.

-Тогда...

-...

До Квон, не моргая, смотрел на Ын Су. Ын Су под этим взглядом

чувствовал себя обременённым слегка, поэтому опустил глаза. Затем он тихо пробормотал.

-Феромоны... немного...

Последние слова прозвучали настолько тихо, что даже сам Ын Су еле услышал их. Но До Квон, должно быть, всё услышал, поскольку его губы скривились в ухмылке. Отложив планшет, он спросил голосом, таким же низким, как у Ын Су.

-Могу я подойти к тебе?

-...

После минутного колебания Ын Су кивнул. Словно дожидаясь его

ответа, До Квон забрался на кровать и лёг рядом с Ын Су. Ын Су напрягся резко, словно бревно, и уставился на потолок, словно пытался пронзить его взглядом.

До Квон же казался расслабленным, поэтому он отодвинул подушку Ын Су и подложил свою руку. Поддерживая голову Ын Су своей

рукой, он обхватил талию Ын Су, притягивая ближе к себе. В одно мгновение Ын Су оказался в его объятиях, а щёки прижались к его твёрдой груди.

Глаза Ын Су расширились от удивления.

-Я же попросил всего лишь феромоны.

-Знаю, а я просто хочу обнять тебя.

-...

Ын Су не смог назвать его сумасшедшим и просто открыл рот,

чтобы глотнуть воздух. Феромоны До Квона быстро охватили его тело.

-Ах...

Глаза Ын Су становились сонными. Веки тяжело опустились, а некогда блестящие зрачки помутнели. Его мышцы, застывшие от напряжения, расслабились. Кровать казалась мягкой, как облако и его словно засасывало в неё.

Наблюдая за тем, как Ын Су опьяняется феромонами, он поправил взлохмаченное одеяло. Затем он нежно погладил плечи и предплечья Ын Су. Делал он это максимально осторожно.

Ын Су всегда чутко спал. Даже когда они встречались, из-за своего тяжелого прошлого, он мог посреди ночи иногда ворочаться, не в силах уснуть. И тогда, как и сейчас, До Квон обнимал его и вдыхал его феромоны.

Ын Су несколько раз моргнул и закрыл глаза. Его густые ресницы затрепетали. До Квон зарылся носом в его волосы. Аромат ворвался в его лёгкие. До Квон был в восторге, ведь этот аромат всегда был элегантным и сладким.

-У тебя всё получится.

-...

-Ты всегда умел это делать лучше всего.

-...

Ын Су слабо кивнул. Не то чтобы он был согласен с его словами,

просто слушал. До Квон продолжал шептать на ухо Ын Су низким голосом.

-Если кто-то скажет тебе что-то, то я просто уволю его. Внесу в чёрные списки, подам в суд, сделаю всё возможное, чтобы он больше никогда не смог работать.

-...

-И тогда я буду увольнять каждого, пока ты не останешься совсем

один в ней, чтобы переименовать её в компанию "Ю Ын Су".

Ын Су тихо рассмеялся. А вот До Квон наоборот не смелся. Это не была невинная шутка. Он осторожно расчёсывал кончиками пальцев волосы Ын Су. Ему нравилось, что его волосы были такими мягкими. А аромат феромонов, доносящийся до кончика носа, был просто чудесен.

-Так что не волнуйся.

-...

-У тебя есть я.

-...

-Я буду рядом с тобой, где угодно. В любое время, в любом месте,

всегда.

До Квон произносил каждое слово медленно и осмысленно. На что Ын Су прижался лбом к его груди. Хотя это и не было подтверждением или отказом на его слова, но такая реакция в целом удовлетворила До Квона.

До Квон выпустил ещё больше феромонов. Ын Су глубоко вдохнул и склонил голову вбок. До Квон улыбнулся ему.

-Спокойной ночи, Ын Су.

-...

-Я люблю тебя.

Искреннее признание До Квона мягко опустилось в свете ночи.

Ын Су был слегка занят. Он принял душ, надел новое бельё. Затем стал надевать новую одежду, которую купил вчера, посмотрел в зеркало и пробормотал: "Первое впечатление - важно. Надо одеться получше". Порывшись в гардеробе, он переоделся во что-то не слишком статное, но и не слишком повседневно.

К тому времени, как он оделся до работы оставалось меньше часа.

Удивившись, Ын Су схватил фен. Но он так давно не стригся, что волосы сушке не так просто поддавались.

То, что обычно занимало менее 10 минут, заняло у него 20 минут.

Ын Су вздохнул, разминая затёкшие предплечья и плечи. Тем не менее, теперь результат его полностью устраивал, так что время было потрачено не зря.

Улыбнувшись, Ын Су схватил куртку и вышел из гримёрки. Дверь открылась с щелчком. Это был До Квон, который, в отличие от Ын Су, был одет в официальный костюм.

До Квон решил, что раз уж Ын Су пойдёт на работу, то ему тоже бы не помешало сходить в Сонджин. Потому что этого хотел Ын Су.

Раз уж его не будет дома, то и До Квону здесь незачем было оставаться.

-Ын Су, позавтракай....

До Квон не закончил фразу, а его рот закрылся. Тёмные глаза прошлись по внешнему виду Ын Су.

-У меня нет времени на еду, и я всё равно не смогу нормально поесть. Мне станет плохо, если я заставлю себя. Так что поешьте сами... - покачал головой Ын Су.

-Ты убрал чёлку? - сказал До Квон, глядя на открытый лоб Ын Су.

Тонкие волосы спадали под углом, открывая лоб Ын Су. Лоб был белым и гладким, словно тофу. Чёлка открывала вид на аккуратно изогнутые брови.

Брови До Квона нахмурились, а Ын Су пощупал рукой свой лоб.

-...Разве странно выглядит? Я думал, что нужно произвести хорошее первое впечатление...

-Нет, не странно. Ничего в этом странного нет. Просто я давно не видел тебя таким, ты красивый.

-Ух... о чём вы вообще говорите? В любом случае, я не буду завтракать. Думаю мне нужно прийти пораньше.

Ын Су пожал плечами и, обойдя До Квона, вышел из комнаты. До Квон последовал за ним.

-Может, нам пойти вместе на работу?

-Хотите вместе поехать? Да, давайте.

-Нет, я пойду с тобой. В компании поздороваюсь с другими и тайком намекну, чтобы к тебе никто не приставал.

-...Вы серьёзно?

Когда Ын Су стал спускаться по лестницы, его шаги остановились.

Он поднял голову и посмотрел на До Квона. До Квон тяжело сглотнул. Ранним утром Ын Су был ещё более напряжён, чем обычно. Его чёлка была приподнята.

А кожа необычайно сияла, щёки раскраснелись от напряжения, губы были пухлыми и красными от нервозности, а феромоны, смешанные с гелем для душа, проникали и оставляли сладкий привкус на кончике носа.

Глаза До Квона потемнели. По спине поползло нечистое желание, но он смог побороть его. Он снова сухо сглотнул.

-Если ты не хочешь, то я не стану этого делать.

-...Пожалуйста. Не делайте этого. В наше время даже ученики начальной школы ходят в школу одни.

Не похоже, чтобы До Квон был типичным родителем. Ын Су разочарованно покачал головой и стал спускаться по лестнице. До Квон следовал за ним.

-Тогда я просто подвезу тебя.

-Только подвезёте, можете высадить меня...

-Нет. Я не буду заходить в здание. Я высажу тебя и поеду на работу.

-...

Ын Су уставился на До Квона. Он пытался понять по его лицу,

говорит он ложь или правду. До Квон ухмыльнулся. Его красивое, но несколько холодное лицо мгновенно стало хмурым.

-Хорошо, давайте.

Ын Су неохотно кивнул.

Машина До Квона остановилась перед белым зданием. Ын Су выглянул в окно и тяжело вздохнул. Он так не нервничал даже когда впервые устроился в Сонджин. Нет. наверное, он был ещё более взволнованным. Ын Су всё никак не мог привыкнуть к этому большому и блестящему зданию.

-Спасибо, что подвезли меня, - коротко попрощался Ын Су, открывая дверь машины.

-Ын Су, - окликнул его До Квон.

Ын Су повернул голову и посмотрел на него. До Квон поджал губы, перебирая пальцами руль.

-Комната отдыха.

-...А? Комната отдыха?

-Там есть твоё любимое печенье, так что если ты проголодаешься, то поешь.

Ын Су моргнул резко от такого замечания. "В комнате отдыха моё любимое печенье. Что за?". Ын Су на мгновение задумался, а затем открыл рот.

-Вы хотите сказать, что оставили мне печенье в... комнате отдыха?

То самое печенье, которое стоит 80 000 вон за упаковку? Зачем? Для чего? Ын Су поджал губы, но До Квон спокойно ответил.

-Ах, точно. Ещё есть каштаны, макаруны, апельсиновый сок и мороженое. Я хотел оставить токпокки, но секретарь Чон запретил.

-Ох... не нужно было...

Всё это было как-то неудобно... Это же не общая столовая...

Ын Су сухо потёр своё лицо. Он подумал, не ошибся ли он со своим выбором по поводу работы. Он знал, что влияние До Квона в

компании было могущественным, но он всё-таки иногда перегибает палку.

-В таком случае стоило открыть пекарню тогда уж, - с ноткой сарказма сказал Ын Су.

Невольно глаза До Квона вспыхнули.

-Ты действительно так думаешь?

-Нет... Простите, я оговорился. Я ухожу.

Ын Су покачал головой. Затем он вышел из машины, пока До Квон не выпалил что-нибудь ещё неразумное.

Ын Су цокнул языком и вошёл в здание. Здание было пустынным, поэтому в вестибюле было не так много людей. Нажав на кнопку лифта, слова До Квона так и крутились в голове.

Печенье в комнате отдыха. Ещё есть макароны, но не смог привезти токпокки. Ын Су не мог решить, что это - работа мечты или кошмар.

Ын Су снова цокнул языком. В этот момент подъехал лифт и он вошёл в него.

Нервозность, охватившая всё его тело, исчезла.

-Руководитель группы Ю. До завтра!

-Да, Дон Мин, до завтра.

-Руководитель группы Ю, спасибо за вашу работу.

-Да, спасибо, господин Ха Юн.

-Руководитель группы Ю, счастливого пути домой!

-Да, Со Ён, пожалуйста, будьте осторожны.

Ын Су обменивался прощаниями, постоянно кивая головой. В вестибюле они прощались с улыбками на лицах. Они провели короткую встречу в кафе на первом этаже, пообщались, а затем покинули компанию. Ын Су смотрел, как они направляются к подземной парковке и поднял бровь.

Ын Су был руководителем команды, но сама команда состояла из трёх человек. Один мужчина- омега и две женщины- беты. Это была более сплочённая команда, не похожая на ту, которая была в Сонджине. Но так было даже лучше, к тому же было проще влиться в коллектив, запомнить имена.

Ын Су смог сблизиться с ними быстро всего за один день. Завтра они смогут получше познакомиться друг с другом, ведь завтра предстояла более напряжённая работа. Нужно было всерьёз заняться созданием веб-сайта, сделать рекламные баннеры для всплывающих окон в интернете.

Выйдя из офиса, Ын Су ослабил галстук на шее и положил его в сумку. Глубокий заказ проглядывал сквозь высокие здания.

Прохладный летний ветерок обдувал щёки.

-М...

До дома потребуется идти примерно 3 минуты, но сегодня у него было хорошее настроение, и он захотел немного пройтись. К тому же было бы здорово пройтись, принять холодный душ и лечь пораньше спать.

Когда До Квон закончил свою работу? Надо было сказать ему спасибо за печенье в комнате отдыха, но в то же время отругать. Ведь он заполнил целый шкаф печеньем, у которого и так маленький срок годности.

Ын Су шёл по улице, плавно покачивая сумкой. Звук его шагов по каменной дорожке так отчётливо слышался.

Примерно через десять минут ходьбы он вышел на знакомую улицу. Это был Тегеран-ро. Неподалёку виднелось здание "Сонджин Груп". Здание, взмывающее в небо, было таким же большим и внушительным, как и всегда.

У Ын Су открылся рот. По предплечьям побежали мурашки. Летом было всегда жарко, но как только он оказался тут, то всё его тело стало холодным, словно его окунули в ледяную воду.

В голову стали возвращаться воспоминания, которые он пытался не вспоминать. Он вспомнил, как выходил из метро с большим животом, как приходил сюда, как Сон Хон ярко улыбался ему, как от До Квона пахло сигаретами, а секретарь Чон грустно улыбался ему.

Ын Су огляделся. Из офиса выходили люди, и он быстро повернулся. Он боялся, что его может кто-то узнать.

Прошло уже много времени, но статей было много. В новостях долго об этом говорили, и он слышал, как Мён Хи давала пресс- конференцию.

Так что, если и окружающие люди не знают об этом или забыли, то сотрудники Сонджина сразу же узнают его. Отношения между руководителем группы - омегой и директором компании. Генеральный директор чуть не убил руководителя группы - омегу. Руководитель группы - омега, которого с тех пор никто не видел.

Если он встретится с ними, то всё начнётся по новой. Станут разносить сплетни, и его забытое имя снова зазвучит в стенах компании. "Он вернулся". "Я видел его неподалёку". "Он вернулся к работе". "Он жертва, но всё же...". На него навешают много разных ярлыков.

Ын Су начал идти в обратном направлении. Это было противоположное направление от дома До Квона, но у него не было времени подумать об этом. Ему нужно было просто уйти. Как можно дальше. Спрятаться там, где никто его не узнает.

Ын Су стал задыхаться от быстрого шага, как вдруг внутренний карман завибрировала. Его плечи удивлённо передёрнулись. Дыхание перехватило, а груди стало тесно.

Застыв на месте, Ын Су достал мобильный телефон. Посмотрев на него, он тяжело сглотнул, а затем начал кнопку вызова.

-Ал..Алло..

-Ын Су, ты закончил?

-...Да.

-Где ты находишься? Ты на работе?

-Да. В комании. Я-я собираюсь... уже уходить...

Ын Су продолжал врать. Он не был в компании. Он находился на улице, а рядом проезжали машины. Интересно, услышал ли это До Квон? Ын Су сжал телефон в своей руке.

Он не знал, почему вдруг начал врать. Но в этом не было ничего страшного. Он просто не хотел, чтобы кто-то узнал о его истинных чувствах. Он хотел спрятаться, но До Квон слишком хорошо его знал.

-Хочешь, я заеду за тобой?

-...Нет, я возьму такси.

-Я буду на месте через минуту.

-Не нужно. Увидимся дома.

-Хорошо.

По какой-то причине До Квон послушно отступил. Звонок оборвался. Убрав телефон в карман, Ын Су продолжил свой путь, но, сделав более пяти шагов, он остановился. Резко повернул и вошёл в узкий переулок между зданиями. В переулке валялось множество окурков и бумажные стаканчики с застывшим в них кофе.

Ын Су присел на корточки перед грудой из окурков. Он хотел посидеть здесь всего чуть-чуть. Три минуты, нет, пять минут, нет... час или два, или возможно, когда большинство людей закончат работу и пойдут по домам, когда улицы опустеют.

Ын Су поджал губы. Он не понимал своё идиотское поведение.

В течении дня всё было хорошо. Что вдруг произошло? Здесь не было ни До Квона, ни Сон Хона, все источники его кошмаров отсутствовали. Он никогда не думал, что травма настигнет его посреди улицы.

Ын Су провёл тыльной стороной ладони по лбу. По всему телу пробежал необъяснимый холодок, а на лбу выступила испарина. Это было дурное предчувствие. Если он в ближайшее время не выберется из этой странной, гнетущей атмосферы, то может провалиться в глубокую яму.

У него не было сил преодолеть неожиданно всплывший кусочек из воспоминаний. Именно поэтому он был атакован в этом сражении и упал на землю, кашляя кровью.

Ын Су плотно закрыл глаза и глубоко вздохнул. Как вдруг на его плечи опустилась тёплая куртка, а всё его тело окутал знакомый аромат.

Это были феромоны До Квона.

Не может быть! Как такое возможно? Ын Су вскинул голову. Рядом с ним стоял До Квон, который бесшумно подкрался к нему. Ын Су с недоверием посмотрел на него.

-Господин...До Квон?

-Что ты здесь делаешь? - дружелюбно спросил До Квон.

Ын Су безучастно глядел на него. Снизу он казался необычайно высоким и выше, чем должен быть.

Ын Су медленно встал, его ноги заболели от долгого сиденья на карточках. Пошатнувшись, До Квон схватил его за локоть и поддержал.

-Как вы узнали, что... я здесь? - спросил Ын Су.

-Видел, как ты сюда зашёл.

-С каких пор?

-С тех пор, как ты ответил на звонок.

Глаза Ын Су расширились. Он наблюдал за тем, как Ын Су врал. Его лицо разгорелось до ушей. "Интересно, что он думает, увидев такое зрелище? Я соврал, что нахожусь на работе, но он видел, как я свернул в переулок, наверное, он считает меня идиотом".

Ын Су опустил глаза, но До Квон жестом указал на свою машину, стоящую у обочины в конце переулка.

-Вообще-то я следил за тобой с тех пор, как ты вышел с работы. Я был перед компанией за час до твоего ухода.

-...

-Я же говорил, что буду рядом в любое время и в любом месте.

До Квон пытался сделать вид, что не заметил его, как только Ын Су вышел на улице. Он просто наблюдал с расстояния за его бодрыми шагами, как он шёл по улице, а на лице красовалось волнение.

Ветер обдувал его черты лица, а его шаги были лёгкими. На первый взгляд казалось, что у него было хорошее настроение. До Квон улыбнулся. "Неплохой первый рабочий день".

Ын Су направлялся домой. Поэтому До Квон хотел притворится, что встретил его по пути и предложить подвезти, поэтому молча стал преследовать его. Как вдруг Ын Су внезапно остановился. А вместе с ним затормозил и До Квон.

Взгляд Ын Су был прикован к одному месту. Вдалеке виднелось здание компании "Сонджин Груп".

Посмотрев на здание некоторое время, и Ын Су вдруг обернулся. Улыбка, которая сияла на его лице, бесследно исчезла. До Квон не составило труда понять, что у него происходит в голове. Он достаточно хорошо знал Ын Су, поэтому позвонил ему, и терпеливо выслушивал его заикающуюся ложь.

"Стоило ли подойти и успокоить его? Будет ли ему одному лучше? Разве ты не можешь быть рядом со мной? Но источником кошмара, который его сотрясал, был я." Вот о чём думал До Квон, поэтому не стал подходить к нему сразу.

-Хочешь, я тебя обниму? - спросил До Квон, поправляя куртку на плечах Ын Су.

-А? - Ын Су резко поднял голову, До Квон нежно погладил его по щеке.

-Никто не увидит тебя, ведь я буду с тобой, я закрою тебя так, чтобы никто не увидел.

-...

-Просто... думай, что ты обнимаешь большое дерево или плюшевую

игрушку.

До Квон сделал шаг назад. Он стоял во весь рост, и никто бы не узнал бы Ын Су, если он спрячется за его широкими плечами.

Ын Су облизал губы и сухо сглотнул. Позади него он обратил внимание на группу людей, которые передвигались по переулку. Все они были одеты в костюмы, поэтому выглядели одинаково. Точнее, все они были походи на людей из компании Сонджин. Как вдруг кто- то зашёл в переулок. Это был мужчина, во рту у него была сигарета.

Наверное, кто-то шёл домой и решил зайти в переулок, чтобы покурить. Но для Ын Су всё это выглядело иначе. Для него это был человек, который узнал его и хочет посмотреть за ним.

Ын Су бросился в объятия До Квона, уткнувшись лицом в его широкую грудь, и сосредоточил внимание на присутствии ещё одного человека, что стоял неподалёку. "Что, если он увидит меня? Что, если он позовёт меня по имени?". Через несколько секунд до него донёсся запах сигарет.

Помимо дыхания До Квона, он слышал, как мужчина поджигает сигарету. Звук, с которым человек прикуривал сигарету, сопровождался выпускаемым дымом. Звук был негромким, но отчётливо звучал в ушах.

Ын Су крепко вцепился в рубашку До Квона. До Квон же стянул куртку с его плеч и натянул на его голову. Запах сигарет улетучился, и появился только аромат феромонов До Квона.

Это странно успокаивало. Из-за "толстых стен", окруживших его, ему казалось, что никто не увидит его. Одним словом, он чувствовал себя в безопасности.

Напряжённые плечи Ын Су расслабились. Но при этом он не смог удержаться, чтобы не выпустить затаённое дыхание. Глаза, скрытые чёрной курткой, метались из стороны в сторону.

Ын Су ещё долгое время оставался спрятанным в "стенках", которые создал для него До Квона. До тех пор, пока мужчина, прикуривший сигарету, не погасил её и не ушёл. Пока нос Ын Су не онемел от количества вдыхаемого феромона. Пока колени не разболелись от неподвижности.

Ын Су посмотрел вниз. Он увидел, как туфли До Квона и его спутались. Свет, освещающий их ноги, стал понемногу гаснуть. Закат превращался в ночь. Они простояли так, наверное, целый час.

Взрослый мужчина, тридцати с лишним лет, боялся взглядов окружения и находился в объятиях своего бывшего возлюбленного, спрятанный под его одеждой.

Почему он должен бояться чужих взглядов? Ну и что, что другие люди будут шептаться? Он не сделал ничего плохого. Он не понимал, почему ему приходится прятаться, не знал, почему ему так плохо, и не знал, почему всё это пугало его и ужасало.

Он рассмеялся. Этот смех был скорее похож на самоуничижение.

Ын Су стиснул зубы, но упрямые слёзы неизбежно застилали его глаза. Он чувствовал себя глупым и жалким, а сама ситуация была ещё более глупой и жалкой. Он не мог не плакать от разочарования и грусти.

-Хмпф...

Сквозь плотно сжатые зубы послышался всхлип. До Квона, стоявший неподвижно и выполнявший свой долг "стены", зашевелился.

-Ын...Су?

От неожиданности он стал стягивать куртку, но Ын Су отдёрнул её.

-Хы...Нет...

-...

До Квон медленно моргнул. Затем он тихо вздохнул и погладил Ын

Су по спине.

-Почему ты плачешь? Не плачь.

Рыдания Ын Су становились всё громче. Куртка дрожала. Костяшки его пальцев побелели, когда он сильно сжимал куртку. А слёзы, падавшие на асфальт, множились.

До Квон нахмурил брови. Он хотел что-то сделать, но ничего не мог поделать. Его слёзы смешивались с его тёмным прошлым, поэтому он не мог заставить себя говорить.

Всё, что мог сделать До Квон, это...

-Ын Су, прости меня.

-Ха...

-Прости.

Это был глупый поступок. До Квон обнял Ын Су. Его эгоизм, его желание быть ближе к нему снова причиняли ему боль. Каждый раз, проходя по этой улице, он будет испытывать ту же боль, что и сейчас.

Но даже понимая это, он не мог отпустить его.

В такие моменты ему хочется, чтобы он приказал ему просто пойти и умереть, и он, не раздумывая, бросился бы к мчащимся по дороге машинам. Ын Су был бы свободен, и ему больше никогда не придётся страдать из-за него.

Но До Квон знал, что Ын Су не сможет так поступить. Ын Су не сможет этого сделать, потому что он не был безжалостным и жестоким. И он решительно держался за него, и будет продолжать держаться.

Он чувствовал себя ужасно и отвратительно, но что поделать, если он не может прожить без Ын Су ни дня?

До Квон крепко обнял Ын Су. И на мгновение, всего на мгновение, он замер, пока его рыдания не стихли.

Гопчан жарился и шипел. Одна тарелка была уже завалена кусочками мяса, а вторая ещё готовилась. До Квон положил готовое

мясо на тарелку Ын Су перед ним. Ын Су подцепил кусочек деревянными палочками и поднёс ко рту.

Мягкое мяко было очень вкусным. Покончив с закусками, Ын су выпил соджу, который ему налил До Квон.

На одной стороне стола уже стояли три пустые бутылки из-под соджу. Ын Су, чувствуя себя подавлено, прикончил сразу первую бутылку. После первой он стал много говорить, после второй хвалить закуски, а после третьей звонко смеялся. Это означало одно, что он сильно опьянел.

До Квон сделал это неожиданное предложение, пытаясь утешить Ын Су, который рыдал в переулке. Он спросил его: "Хочешь гопчан?". Ын Су ошарашенно на него посмотрел и отказался, но ничего не мог поделать, так как До Квон заехал за ним на машине. Они высадились перед рестораном, где готовят гопчан в Каннаме, До Квон заказал столик и заказал гопчан.

Ын Су уже давно не ел гопчан, и сейчас он казался ему особенно вкусным. У него было подавленное настроение, поэтому он напился, но даже так, он радовался, так как пил после работы.

Ын Су прополоскал рот водой. Его нос уже был красным то ли от слёз, то ли от алкоголя, и он делился подробностями и впечатлениями о своём первом рабочем дне.

-Сегодня я сделал карточку сотрудника. У Сонджина были конкретные указания по поводу дизайна, поэтому я всегда следовал им, но сейчас ничего из этого нет, поэтому придётся привыкать к этому. Но это весело, давно так не испытывал восторг от рабочей рутины ещё с колледжа.

-...

-Я заказал удостоверение сотрудника в соседней компании, но оно

прибудет только на следующей неделе, потому что они заказывают их в специальных местах. Тоже самое и в Сонджине было, они тоже делали их на заказ. А ещё я договорился с начальством, чтобы мне сделали 15% скидку, потому что приду к ним ещё раз.

Было так мило слушать это от него. До Квону стало интересно, что за скидку он получил, показав удостоверение сотрудника? А ещё, представив, как мило Ын Су выглядел, когда он обрадовался скидке. Отчасти он жалел, что ему не удалось увидеть его в этот момент.

Ын Су продолжал рассказывать о своём дне. Это больше походило на записи в дневнике, чем на беседу с До Квоном.

-Обед в столовой был очень вкусным. Там были тушённые морепродукты, тонкацу с сыром и бататом. Хотя я и не завтракал, но съел много. Я взял две порции тонкацу. Но мне этого не хватило, поэтому я спросил у сотрудника, можно ли взять ещё. А он мне ответил: "Можно, потому что их пережарили". Это было самое лучшее за день.

Или,

-Одного из членов команды зовут - Ли Ха Юн, у него сыновья- близнецы, и я был удвилён этого, потому что он выглядел лет на 20. Оказывается, он был младше меня всего на год. Он сказал, что подал заявку на "первый сезон", когда его сыновья пошли в начальную школу. В других компаниях его бы заявку не одобрили, а здесь её приняли, хоть он и опоздал на 8 лет. Но 8 лет - это долгий срок.

Поэтому он слегка волновался, но всё было хорошо. Он хороший.

А ещё добавил,

-Сегодня после работы у нас была встреча. Причём мы могли собраться отдельной командой. В Сонджине нельзя было устраивать корпоративы без начальника или руководителя, но здесь это можно. В любом случае мы собрались, чтобы обсудить слоган. Каждый предлагал свою идею, так что было классно.

-Итак, что вы решили?

-Ух... У нас пока нет слогана, но мы собираемся сделать рекламный щит.

-Рекламный щит?

-Да, похожие на тех, что висят у страховых компаний или компаний, предоставляющих услуг. Что-то вроде: "На сегодняшний день 0 родителей начали новую жизнь с первым сезоном".

-...

-Возможно, на следующей неделе, когда мы начнём всерьёз

работать, 0 превратится в 1, затем в 10, а потом в 100. По этому случаю мы точно устроим вечеринку. Это будет просто потрясающе.

Ын Су проглотил рюмку соджу и хлопнул в ладоши. Все его слова заканчивались словами: "Лучше всего", значит, у него было хорошее настроение.

До Квон улыбнулся и положил кусочек мяса на тарелку Ын Су. Ын Су тут же поднёс кусочек ко рту, как вдруг их взгляды встретились.

Ын Су напрягся, а его лицо покрылось румянцем. Это был не тот румянец, которые появляются от пьянства.

-Я слишком много болтал, да? Простите.

-Нет, это интересно

-Правда?

-Да, ты интересный даже если просто дышишь.

До Квон говорил ровным голосом, и перекладывал готовые кусочки в тарелку. Затем он с отвращением взглянул на расплескавшееся масло и вытер его салфеткой. Заметив растерянного Ын Су, он улыбнулся.

-Но, когда болтаешь, становишься ещё интереснее.

-...

Ын Су не мог найти ответа на его слова, его губы слегка

подёргивались. До Квон всегда говорил непринуждённо и с улыбкой, но его тон был серьёзным.

Неважно, как будет чувствовать себя Ын Су, рассердится он или нет за эти слова. Но До Квон продолжал делать то, что должен делать. Он поджарил кусочки мяса, наполнил пустой стакан соджу, как вдргу заметил, что бутылка уже была пустой. До Квон позвал официантку, чтобы та ещё принесла соджу. Но тут вмешался Ын Су.

-Только не соджу, лучше сидр. Пожалуйста, сидр. И жаренный рис, две порции.

Официантка кивнула головой и ушла.

-Почему не соджу? - озадаченно спросил До Квон.

-Завтра на работу, поэтому я не могу больше пить, а в пятницу я должен выпить со своей командой.

Ын Су налил в стакан воды, но вот лицо До Квона выглядело хмурым.

-Будешь пить?

-Да. Все в моей команде любят выпивку. Разве это не здорово?

-Ну...Не знаю, будет ли это полезно для твоего здоровья.

До Квон прикусил внутреннюю сторону щеки. Он не мог поверить, что они уже будут выпивать вместе спустя день после знакомства.

Губы До Квона искривились в усмешке.

Не в силах скрыть раздражение, он стал переворачивать кусочки мяса, как вдруг Ын Су разразился смехом. Щипцы До Квона щёлкнули, уронив кусочек на гриль.

-...Почему ты смеёшься?

-Потому что мне кажется, я знаю, о чём вы думаете.

-О чём я думаю?

-О том, чтобы уволить всех людей, которые будут приглашать меня выпить?

-...

Челюсть До Квона сжалась. Это было в то же верным попаданием, но в то же время нет. Он думал о чём-то более суровом, чем увольнение, но он не хотел об этом говорить Ын Су. До Квон с сожалением вытер салфеткой масло.

-Да ладно, они же вроде хорошие люди.

Ын Су попытался отговорить его. Он беспокоился о том, что До Квон и в самом деле может воплотить задуманное.

До Квон кивнул в ответ. В этот момент появился официант с банкой сидра. Ын Су взял её в руки и уже собирался открыть, как До Квон перехватил банку, открыл её и протянул обратно Ын Су.

Хотя у него было больное запястье, но не настолько, чтобы он не мог открыть банку. Ын Су взглянул на сидр, который пенился и шипел. Он чувствовал себя странно.

-Господин До Квон.

-Что?

-Я... Я буду усердно работать. Я уже привык создавать всё с нуля.

Поэтому мне нравится эта работа и компания.

До Квон слабо улыбнулся. Он был рад, что Ын Су чувствовал себя счастливым, поэтому простил его коллег, которых пригласили его выпить. Если Ын Су нравится, значит, всё в порядке.

Почувствовав себя намного лучше, До Квон поднёс стакан с водой ко рту. Ын Су пристально смотрел на него.

-Поэтому вы можете вернуться к своей работу. Вам не нужно быть со мной рядом постоянно. И не ждите меня по часу. Я ценю то, что вы сделали для меня сегодня, но я не уверен, что...

Улыбка исчезла с губ До Квона и он посмотрел на Ын Су грустными глазами. Ын Су опустил голову под таким взглядом. До Квон хриплым голосом позвал его.

-Ын Су.

-Что?

-Если кто-то услышит, то подумает, что я пытаюсь тебе понравиться.

-Ч-что?

Ын Су нахмурился. Он не понимал, о чём он говорит. До Квон заговорил низким голосом, он был не очень громким, но пробивался сквозь шум ресторана и словно застрял у него в ушах.

-Я слежу за тобой, жду тебя, прислуживаю тебе, чтобы завоевать твоё расположение.

-...

-Это моё искупление. И посредственный способ завоевать твоё расположение.

-...

-Так что не беспокойся. Можешь раздражаться и злиться, но не

надо благодарить.

-...

-Это не твоя проблема.

Слова, которые выплёвывал До Квон, скапливались в сердце Ын Су.

Его лёгкие словно сдавили. Он понял, что тот имеет в виду. Теперь он осознал свою ошибку и почувствовал себя глупо, жалея его.

Жалел, но почему?

Ночи, проведённые в тоске по нему. Слёзы, которые он пролил из- за него до сих пор лежат неизлечимыми шрамами на сердце. Боль из- за потери Бом-и. Вся эта боль, что пережил Ын Су, по сравнению с тем, что делает До Квон не уравнивается. Более того, из-за кого он себя чувствовал так паршиво в том переулке? Не из-за него ли?

Поэтому это было всё, что мог сделать До Квон.

Ын Су был недоволен и чувствовал себя глупым, потому что не может быть жестоким.

Ын Су крепко сжал кулаки.

-Да...Не моя, - побормотал он про себя.

До Квон молчал проглотил свою воду. Неловкая тишина охватила их двоих.

-Ваш рис готов.

Официантка поставила тарелку риса между ними. Ын Су неловко улыбнулся и поблагодарил официантку. Затем он как ни в чём не бывало взял свою ложку. До Квон налил воды в стакан Ын Су с ничего не выражающим лицом.

Предел двусмысленности

[На сегодняшний день уже 31 родителей стали участниками программы "Первый сезон"].

На большом телевизоре проплывала рекламная строка. Число и "Первый сезон" были выделены жирным шрифтом по сравнению с остальными буквами.

Губы Ын Су дрогнули, когда он заметил это. Спустя месяц работы. Уже более тридцати человек принимали участие в программе "первый сезон". Поначалу люди не приходили, но уже после первых десяти человек прирост увеличивался с каждым днём. Как только веб-сайт и приложение начнут свою работу, то от желающих принять участие будет не отбиться. Будет много рекламы, а баннеры будут размещены на популярных порталах, также реклама будет размещена в социальных сетях и сообществах. Это было замечательно.

Ын Су был занят все эти дни. Он повернул голову и направился в комнату для совещаний, где уже собралась команда дизайнеров.

-Кнопка экстренной помощи не должна быть такой большой посередине.

Ын Су нахмурился, глядя на макет иконки приложения, который принёс её коллега по команде. Посреди других иконок службы поддержки, больницы, информации о материнства и воспитании детей и т.д. находилась большая иконка кнопки экстренного вызова.

Глаза одного из сотрудников сузились.

-Но разве она не должна быть такой большой, чтобы её можно было нажать в экстренной ситуации? Чтобы её можно было легко увидеть и нажать.

Ын Су прочистил горло, а затем низким голосом объяснил, что не так.

-Не так уж много людей смогут включить это приложение в экстренной ситуации, поскольку придётся ждать, пока приложение загрузится, пока нажать на саму кнопку. Гораздо эффективнее набрать 119 или 112.

-Но...

-Да, но это хороший вариант, поскольку можно будет избежать ложных вызовов. И я сейчас говорю не о розыгрышах, а ошибочные вызовы. Вдруг кто-то промахнётся по кнопке и позвонит случайно, или сам ребёнок случайно нажмёт.

-Ах...

-Только её нужно переставить в правильное место. Не на главный экран, а в центре помощи или на странице поддержки.

Остальные сотрудники кивнули.

-Ох, понял, переделаю макет.

-Да, спасибо за ваш труд.

Ын Су ухмыльнулся и отстранился от них. Он снова повернулся к монитору. Глаза болели от кучи текста и разнообразных иконок.

Ын Су испустил вздох через нос и потянулся. Мигающие часы под монитором показывали 15:00. Ын Су вскочил на ноги и повернулся к своим коллегам, которые всё ещё работали.

-Я собираюсь пойти в кафе перед офисов. Кто-нибудь из вас хочет перекусить?

-Вы хотите кофе? Я могу принести, - спросил самый младший, вскинув голову.

Ын Су покачал головой. В комнате отдыха можно было выпить кофе, сколько угодно. Он не хотел поступать бессовестно, прося коллегу заплатить за его напиток, ведь в комнате отдыха До Квон приобрёл потрясающую и дорогу кофеварку.

-Нет-нет, всё в порядке, я хотел не кофе, а напиток. Мятно-шоколадный или клубнично-йогуртовый смузи.

-Руководитель группы угощает?

-Да, выберите кофе.

Ын Су с замешательством почесал подбородок. Покупка кофе для своих коллег был одним из немногих случаев, когда он тратил деньги. За всё время жизни с До Квоном он ни разу не брал его кредитную карточку. Всё, что он ел и пил, оплачивал сам. Максимум, который он тратил с его кредитки, составлял 32000 вон.

32 000 вон. В месяц. В современном мире карманные деньги ученика начальной школы составляют 50 000 вон в месяц. Было как-то неловко.

Он хотел как-нибудь воспользоваться этой картой, пока работал в компании. Двусмысленной выражение лица Ын Су рассмешило команду.

-Ху, точно, я буду ванильный латте.

-Да, ванильный латте. А остальные?

-Я буду латте с матчей, двойную порцию. И холодный.

-Тогда мне дальгона латте. Горячий!

Ын Су кивнул. Он достал бумажник из пиджака и вышел из офиса.

Прохладный ветерок развевал его волосы. Жаркое лето закончилось, и наступила осень.

Ын Су очень любил осень. В такие дни небо было голубым, и можно было надеть красивую одежду. Ын Су подумал, что можно сходить в магазин на выходных и купить пальто. С этой мыслью Ын Су прошёл мимо кафе с сэндвичами, в который он однажды заходил с До Квоном, и зашёл в кафе по соседству.

В кафе было пустынно. Была середина рабочего дня, поэтому клиентов не было. Судя по всему, это место было тем, куда люди стекались по утрам, во время обеденного перерыва и после работы.

-Добро пожаловать, - сотрудник с грустным выражением лица улыбнулся и поприветствовал Ын Су. Ын Су склонил голову и стал листать меню. Он уже давно решил, что хочет съесть, но всё равно хотел разглядеть его.

-Мне шоколадно-мятный смузи, ванильный латте, латте с матчей двойную порцию со льдом и горячий дальгона латте. Пожалуйста, можно сделать всё в большом размере.

Бариста занялся приготовлением напитков. Наконец, он перепроверил заказ Ын Су и взял его карточку. Ын Су решил присесть неподалёку и подождать, пока приготовят напитки. Вот в чём прелесть работы в офисе, можно всегда найти время на побездельничать.

Ын Су выглянул в окно. Деревья уже меняли листву. Листья, которые колыхались при каждом дуновении ветра, создавали очаровательный вид. Улыбнувшись, Ын Су расслабился. Как вдруг раздался звонок, и в кафе вошёл один посетитель.

Ын су бросил взгляд в сторону входа. Это была естественная реакция, как вдруг...

-Ох...

-А...Руководитель группы Ю?

Это было знакомое лицо. Ын Су встал со своего места. Вошедший клиент бросился к нему.

-Должно быть, это вы, руководитель группы Ю!

-Ми Ён...

Это был его бывший коллега из Сонджина. Сотрудник, который всегда говорил: "Хочу умереть". Удивлённый внезапной встречей, Ын Су застыл на месте, не в силах поприветствовать его, а Ми Ён повторял: "О боже, так это вы! Какая встреча!" Его голос был взволнован.

-Это действительно вы! Боже мой, что с вами произошло? Мы так внезапно встретились! Я зашёл в это кафе, потому что оно популярно. Как вдруг встретил вас, о, и вы сотрудник другой компании? Где именно работаете? Почему решили пойти туда работать? Почему не вернулись в Сонджин? Я так удивился, когда вы внезапно исчезли после аварии. Мы все так волновались.

Ын Су был ошеломлён шквалом вопросов.

-А...Ох... как сказать...

-Вы сменили номер и просто испарились. Мы сначала очень волновались, но потом нам стало как-то совсем грустно.

-Ох...

-Это так подло. Как вы так могли поступить?

-Я пролежал в больнице почти год.

-Вы...?

Ми Ён открыл рот. Поток слов, которые выстреливались из его рта, словно пули, остановился. Ын Су вздохнул через нос от тишины. Он присел рядом с Ми Ён. Он заёрзал на своём месте и уставился Ын Су. Взгляд пробежался по его телу, словно проверяя, все ли его конечности на месте.

Ын Су улыбнулся и стал объяснять.

-Ты же знаешь, что я попал в аварию.

-Да, вы попали...

-Прости, что не позвонил тебе, но я плохо себя чувствовал, поэтому мне было не до этого.

-Ох...

-Я работаю неподалёку от сюда, но не так давно, чуть больше месяца.

-Понятно...

Ын Су и Ми Ён обменялись короткими новостями. Ын Су узнал о своих коллегах с прошлой компании, а Ми Ён о ситуации с Ын Су, но лишь в общих чертах.

В разговоре возникла пауза. Ми Ён посмотрел на Ын Су, словно хотела спросить что-то ещё. И Ын Су кивнул в знак разрешения.

-С директором Со... Вы расстались?

-Ах, господин До Квон?

Это был ожидаемый вопрос. Поэтому Ын Су задумался, как бы всё объяснить, но тут вдруг заговорил Ми Ён, как будто у него плотину прорвало.

-После несчастного случая с руководителем Ю, он некоторое время не появлялся на работе, а потом вернулся где-то через месяц. Он выглядел очень плохо. Казалось, что он вот-вот умрёт, и он очень сильно похудел...

-...

-Мы были так удивлены от того, что такой красивый мужчина может выглядит вот так. Он очень долгое время выглядел неважно. Мы задавались вопросами, что там такого произошло. Хотя он и красивый, но его лицо выглядело, как у мёртвого человека... ух.

-Я...понял.

Ын Су никогда не особо задумывался о том, как чувствовал себя До Квон, когда инсценировали его смерть и он сбежал. До Квон лишь изредка говорил о своих посещений в субботу в оранжерею, о том, как он приносил пончики, но оказывается он исключил другую часть.

Дни Ын Су тоже не были спокойными. Он лежал на больничной койке, смотря в потолок. Принимал множество таблеток. Делал реабилитационные упражнения, ходил на консультации к психиатру и плакал на рассвете, тоскуя по Бом-и.

Он не хотел возвращаться снова в те дни.

Ын Су слушал Ми Ён о До Квоне. И это было как-то странно. Странно, но в то же время интересно.

Ми Ён, казалось, был взволнован тем, что Ын Су внимательно его слушал, поэтому продолжал говорить.

-В последнее время стало лучше, но всё равно не очень.

-...Почему? Разве сейчас не лучше, когда прошло уже много времени? - спросил Ын Су с озадаченным выражением лица.

До Квон приезжал с ним домой и уходил на работу. Он занимается чем-то ещё, помимо работы в компании, или он не в себе? Ын Су подумал, что причина может быть другая.

...На самом деле он не знал всего этого. Он был настолько сосредоточен на своей работе, что не обращал внимания на то, как он одет, накормлен ли, работает ли. Его это не волновало.

Однако Ын Су не чувствовал угрызений совести, хотя кто-то другой бы сказал, что он ужасно поступает.

Ын Су покачал головой, а Ми Ён продолжил говорить.

-Да, прошло уже много времени, так что я думал, что ему станет лучше, но... Нет, я уже в этом не так уверен. Я не так часто с ним встречался, но несколько дней назад у нас была квартальная отчётная встреча, и мы собрались все вместе, включая руководителей групп, и он тоже там была. Кстати, я же стал руководителем группы после вас.

-...

-Прошёл буквально час с момента собрания, и группа поддержки руководства выступала с отчётом, а он зевал, причём очень часто.

-Ха, зевал?

-Ага, причём он делал это с открытым ртом, и даже рукой не прикрыл. Вы же знаете, что мы собираемся в большом зале, где все могут друг на друга посмотреть, так что я не мог не увидеть этого.

-Ох...

-Несмотря на то, что у выступающей команды были неплохие результаты, но всё выглядело очень плохо. Было непонятно, стало ли ему скучно, но ребята очень сильно переживали. Однако после презентации он ничего не сказал, лишь задал несколько вопросов и сказал, что они могут постараться лучше в следующий раз. И всё.

-...

-После этого он периодически зевал. Выпивал по три чашки кофе за всю встречу, и у него были красные глаза... Он выглядел скорее уставшим, чем скучающим.

-...

-Он был похож на студента, который не спит ночами, готовясь к выпускной работе в течении целого месяца. Может, у него много работы?

Ми Ён погладил подбородок, задумавшись. Ын Су смотрел на него, не в силах ни улыбнуться, ни заплакать.

До Квон устал. Ын Су был для него приоритетом, но продолжал вкалывать на работе. Он очень умный. Но зевать на работе во время встречи?

Ын Су никогда не видел, чтобы он полноценно спал. С тех пор, как Ын Су переехал в его дом, он месяцами спал на диване.

Нет, более того, спит ли он вообще? Он сидел под углом, смотрел в планшет, дремал, а иногда проверял Ын Су, в порядке ли всё с ним.

Он точно был не в порядке. Наверное, он уже несколько месяцев не спал больше четырёх часов.

Ын Су не мог поверить, что даже этого не замечал... Он даже не видел, как он зевал. Нет, скорее он не помнит, потому что не обращал на это внимание.

Уголки глаз Ын Су потемнели. Если член команды дизайнеров, находившийся на достаточном расстоянии от До Квона, видел, что он не в порядке, то близкие ему люди наверняка должны были знать больше.

Вдруг До Квона решат сместить из состава совета директоров, заявив, что он не компетентен и не подходит для этой работы.

Есть много людей, которые, как гиены, ищут любой его недостаток.

Возможно, у него начались проблемы со здоровьем? Стресс сам по себе пагубно влияет на здоровье, но он ещё и не спит по ночам.

Тогда...

Как бы Ын Су его ненавидел, он не хотел, чтобы До Квон разорился и стал скитаться по улицам. Не хотел, что он внезапно рухнул, прожив короткую жизнь. Он не хотел видеть его томящимся в больнице, ведь и сам знает, какого это.

Ын Су не умел ненавидеть и обижаться на людей. Ведь люди должны жить дальше и не страдать. Это было важнее всего.

Пока Ын Су закусывал нижнюю губу, работник кафе поставил перед ним кофейник с четырьмя напитками. Пока они долго разговаривали, напитки уже приготовили.

-Вот ваши напитки.

-О, спасибо.

Ын Су улыбнулся и поблагодарил. Затем он посмотрел на Ми Ён и неловко поднял брови.

-Ми Ён, я отлучился от работы на минутку.

-О, конечно, иди. Я только выпью кофе и сам пойду. Мысль о возвращении в офис меня просто убивает.

Ми Ён энергично кивнул и поднялся со своего места. Ын Су тоже встал.

-...

-...

Их взгляды встретились. Ын Су поджал губы. Он хотел скзазать: "Ещё увидимся!", но слова не шли с языка. Он всё ещё настороженно относился к людям.

Поэтому Ын Су завершил их беседу непринуждённой фразой: "Ну что ж, береги себя". Как вдруг его позвали.

-Руководитель группы.

Ми Ён обратился к Ын Су. Ын Су сухо сглотнул и посмотрел на него. Ми Ён приблизился на шаг и прошептал низким голосом.

-Если вы не против, могу я передать команде... что я кое-где вас встретил и, что у вас всё хорошо?

У Ын Су расширились глаза. Затем он улыбнулся и кивнул.

-Конечно, буду очень благодарен.

У руководителя группы Ю всё хорошо. Ын Су подумал, что будет неплохо, если так скажут, чтобы в будущем не бояться встретиться с ними, не зная куда себя деть.

-До свидания, Ми Ён. Давайте как-нибудь выпьем.

-Хорошо. У меня всё тот же номер телефона, так что звоните мне в любое время.

Ми Ён улыбнулся. Ын Су тоже улыбнулся в ответ. Их взгляды на мгновение задержались, а затем разошлись в разные стороны. Ми Ён направился к стойке, чтобы сделать заказ, а Ын Су - на выход.

Это была короткая встреча, но она многое дала.

Почистив зубы, Ын Су вошёл в свою спальню. До Квон, сидевший на диване, встал, словно ожидал его. В его руке был тюбик с лекарством.

В больнице, куда Ын Су ходил на физиотерапию каждый выходные, ему выдали тюбик с лекарством, чтобы он время от времени наносил на тело и втирал в кожу. При нанесении мазь сильно жгла.

Ын Су присел на кровать, а До Квон пододвинул к нему свой стул и сел напротив, затем осторожно взял его руку и положил на своё бедро.

Вскоре по запястью потекла холодная жидкость. Полупрозрачная субстанция скрыла шрамы.

-Когда ты работаешь, запястье не болит? - спросил До Квон, осторожно массируя его запястья.

-Всё нормально, просто иногда покалывает.

До Квон наморщил лоб, услышав ответ Ын Су.

-Раз болит, то ты должен пользоваться привилегиями своей должности руководителя команды. В твои обязанности входит просмотр набросков, оценка и выдача указаний. Это всё, чем ты должен заниматься. Почему бы не брать на себя столько обязанностей? Хочешь, я могу нанять побольше человек в твою команду?

-Не надо. Я получаю удовольствие от разработки.

-...

Губы До Квона скривились от отказа. Он знал, что Ын Су трудолюбив, но всё равно было немного неприятно.

До Квон стал массировать запястье Ын Су с большим усердием. Он также прошёлся по ладоням и пальцам. Когда доктор впервые попросил сделать ему массаж, это было просто из желания поддержать его за руку, теперь же он делал это с чувством долга.

Он не хотел, чтобы Ын Су страдал из-за прошлого, а точнее по вине До Квона.

Пока До Квон болезненно разглядывал шрам, который становился всё более заметный по мере впитывания мази, Ын Су позвал его низким голосом.

-Господин До Квон.

-Что?

-Я сейчас пойду спать.

-О, хорошо.

До Квон вытер руки влажной салфеткой и протянул аккуратно сложенное одеяло. Но Ын Су не сдвинулся с места. Он просто сидел и смотрел на него. В недоумении До Квон поднял бровь.

-Я хочу спать один.

Его голос словно прогремел громом над головой.

-...Что?

До Квон уронил одеяло. "Когда он сказал, что хочет спать один, значит ли это, что он хочет, чтобы я ушёл? Или он сам хочет уйти?". Тревога мелькнула в глазах До Квона. Ын Су вздохнул через нос и сел.

-Давайте спать отдельно.

-...Почему? Тебе что-то не нравится?

-Мне не нравится, что вы спите рядом.

-...А?

Его трудно было понять. "Раз он скзал, что хочет спать один, значит ли это, что он хочет, чтобы я ушёл? Может, ему не нравилось, что я сплю неподалёку? Может, я храпел? Скрипел зубами? Разговаривал во сне? Да нет. Во-первых, я никогда не спал так глубоко. Так что же расстроило Ын Су?

До Квон нахмурился, пытаясь понять причину, но Ын Су покачал головой.

-Как долго вы собираетесь лежать на диване с закрытыми глазами? Разве вы не устали?

-Ох, совсем нет, если ты об этом. Я в порядке.

Лицо До Квона просветлело. Эти проблемы были пустяком. Он уже давно привык к этому состоянию, когда приходилось уставать и не спать толком. Он жил так уже больше двух лет, с тех пор, как узнал о смерти Ын Су.

Но в отличие от До Квона, лицо Ын Су источало холод. Он смотрел на До Квона со слабым раздражением в глазах.

-С какой стати вы это делаете?

-...

-Думаете, что я сбегу, пока вы спите? Думаете, что я брошу вас и убегу далеко-далеко? Думаете, что я навсегда исчезну?

-Ын Су...

До Квон не мог отрицать этого, Ын Су был прав.

Он боялся.

Он боялся, что его бросят, пока он будет спать. Что Ын Су исчезнет, испариться навсегда. Или что, всё что было с момента их встречи в мемориальном парке до сегодняшнего дня, было сном. Что он уже окончательно сошёл с ума, создав иллюзию Ын Су.

Он боялся, что проснётся от этой экстатической фантазии. Он боялся настолько, что каждый час открывал глаза во время сна, чтобы проверить, на месте ли Ын Су. И каждый раз сердце бешено колотилось, он в панике искал Ын Су, а когда замечал, что он крепко спал в его кровати, то с облегчением вздыхал.

Но До Квон не мог сказать ему об этом. До Квон стиснул зубы, а затем расслабился. Ын Су стал ругать его.

-Если бы я собрался убежать, то сделал бы это раньше. И если бы хотел испариться, то уже давно вонзил бы нож себе, а не вам.

Он указал подбородком на нож, который всё ещё лежал на прикроватной тумбочке.

-...

До Квон проследил за его взглядом и уставился на нож. Он дал его Ын Су, чтобы убил его, если захочет уйти. Этот нож был предназначен для него. Он оставил его здесь, чтобы Ын Су в случае чего мог им воспользоваться, но он уже знал, что Ын не сможет его взять в руки.

"Как следовало бы завершить этот разговор? Какое оправдание придумать, чтобы отклонить просьбу Ын Су?" Пока До Квон размышлял над этим, Ын Су приблизился, его лицо смягчилось.

-Господин До Квон, я сейчас работаю и у меня есть команда, мне она нравится.

-...

-Конечно, это работа, которую я получил без особых усилий, но я всё равно продолжу много работать. Я не собираюсь бросить всё и исчезнуть, чтобы сбежать от вас.

-...

-Мне жаль, что вы сейчас поступаете так со мной, будто я безответственный человек.

Ын Су повернул голову, а До Квон яростно покачал головой, отрицая слова Ын Су.

-Я не отношусь так к тебе, Ын Су.

Он знал, насколько серьёзно Ын Су относился к работе. Даже когда они встречались, Ын Су никогда не пренебрегал работой, независимо от ситуации или обстоятельств. Но что бы До Квон к нему относился, как к безответственному, это было невозможным. Было несправедливо, что его неправильно поняли.

Пока До Квон прикусывал нижнюю губу, Ын Су взял телефон.

-Я буду спать в гостевой комнате. Не волнуйтесь я не сбегу.

До Квон быстро преградил путь Ын Су.

-Нет-нет. Я пойду, а ты спи здесь.

Он собрал свои вещи, в том числе и планшет. Глаза Ын Су неотрывно следили за движениями До Квона.

До Квон ёрзал, осматривал спальню, рылся в вещах. Собрав все зарядки, книги, электронные часы, он направился к двери.

Медленно открыв дверь, он оглянулся на Ын Су.

-...Спокойной ночи, Ын Су.

Его лицо было расстерянным, когда он низким голосом пожелал спокойной ночи. Можно было подумать, что его отправляли умирать. А может лицо человека, который покидает дом, уезжая за границу на год или два. В любом случае, это было лицо человека, прощающегося с жизнью.

Брови Ын Су дёрнулись, он чувствовал себя игроком, прогоняющим азартного игрока. Но затем он взял себя в руки. Он не хотел, чтобы До Квон снова клевал носом на важных встречах.

Ын Су лёг в кровать и натянул одеяло.

-Хорошо, и вам спокойной ночи, господин До Квон.

Слова прощания были заглушены одеялом, и До Квон с недовольным выражением лица закрыл дверь.

На спальню опустилась тяжёлая, гнетущая тишина ночи. Ын Су тихо вздохнул. Проспав некоторое время, Ын Су вдруг открыл глаза. Он потянулся к телефону, лежащему под подушкой, и разблокировал экран. Его глаза зажмурились от яркого света. Раскрыв глаза, Ын Су проверил время.

[3:31 AM]

Он не мог понять, почему проснулся в такой час. Он положил телефон и снова закрыл глаза. Он почувствовал облегчение от того, что можно было ещё немного поспать.

Повернувшись на бок, Ын Су просунул руки под подушку. Одеяло зажал между ног. Интересно, как долго он так пролежал?

-Ха...

Сон всё никак не шёл. Он явно чувствовал усталость, глаза закрывались, но он никак не мог заснуть.

Тем не менее, Ын Су лежал с закрытыми глазами. Это был не первый раз, когда его ночи сопровождались бессонницей. Он всегда встречал восход солнца, делая вид, что спит.

Но сейчас было немного странно. Сегодня всё было по-другому. Его не мучили кошмары, он не переживал из-за работы, но всё равно он был чем-то обеспокоен. Он задавался вопросами, что его так тревожило, но ответ не смог найти.

Какое-то чувство утраты лежало на душе. Казалось, что он что-то потерял или оставил на работе. Может, он не отправил письмо, которое должен был отправить? А может, оставил включенным свет в ванной? Может, забыл собрать вещи на завтра?

Найти загадочный ответ на этот вопрос было нелегко. Внезапно Ын Су открыл глаза. Он уставился в угол, пытаясь найти источник этой пустоты, которую ощущал. После недолгих раздумий Ын Су вдруг открыл рот.

Он нашёл причину этой пустоты.

-Ах...

Это был До Квон. Точнее, его феромон.

Прошло около пяти часов с тех пор, как он покинул комнаты. И слабый аромат его феромонов рассеялся, разбудив его. Он чувствовал пустоту без тепла, окутывающего его.

После нескольких месяцев, проведённых под воздействием феромонов, было бы странно уснуть, когда они исчезли. Одеяло казалось слишком тяжёлым, подушка слишком жёсткой, а воздух - слишком спёртым.

Веки Ын Су лениво приоткрылись.

Теперь он понял, что тоже не может спать без До Квона. Но ничего не мог с этим поделать, не может же он всю жизнь так теперь жить, поэтому нужно время, чтобы привыкнуть.

Ын Су приподнялся и потянулся. Что бы сделать такого, чтобы уснуть?

Он подумал, что можно зажечь свечу с ароматов феромонов, которую ему недавно дал консультант. Но от этого аромата его тошнило. Может, выпить тёплой воды? Да, было бы неплохо.

Тихо выйдя из спальник, Ын Су спустился по лестнице на кухню. Вдруг ему стало интересно, как там До Квон. Хорошо ли он спит? Было бы неплохо, если он сейчас крепко спал, восполняя накопленную усталость.

Недолго думая, Ын Су вышел в коридор. Это был коридор, ведущий в гостевую комнату.

Ын Су приложил ухо к двери. Было очень тихо. Ни храпа, ни сопенья слышно не было.

"Он же спит, да?"

Ын Су моргнул. Если тихо, значит спит. Но странно то, что он не мог отойти от спальник. Ын Су охватило странное желание посмотреть, не находится ли он по ту сторону двери, не спит ли он, хорошо ли спит.

На мгновение он замешкался, но в конце концов поддался своему любопытству. Положил руку на ручку двери, он очень тихо и медленно повернул её, и дверь распахнулась. Ын Су прям совсем чуть-чуть приоткрыл дверь, чтобы заглянуть внутрь. Его взгляд пробежался по спальне.

-...А?

Под тусклым светом кровать пустовала. Было видно, что на неё ложились, одеяло было откинуто. Открыв дверь, Ын Су оглядел комнату и глубоко вздохнул. Он едва смог почувствовать феромон До Квона. Здесь запах был слабее, чем в его спальне. Это значило одно, что здесь До Квон находился недолго.

Закрыв за собой дверь, Ын Су выдохнул и направился на кухню. Он почесал затылок, пытаясь определить местонахождение До Квона, как вдруг над его ногами появилось слабое свечение.

Свечение исходило из кухни. Ын Су резко поднял голову.

До Квон сидел за кухонным столом и пил.

Рядом с ним стояла крепкая выпивка, а закусок не было. Более того воды не было, а бутылка была уже наполовину пуста.

Кроме того, под таким углом света До Квон выглядел слишком измождённым. Вблизи Ын Су не видел этого, но издалека было видно хорошо, как сильно он похудел и какой дряблой стала его кожа. Было такое ощущение, что он впервые виделся с этим человеком, До Квон выглядел как незнакомец.

Ын Су не мог поверить, что он так выглядел и совсем не замечал этого. Он был потрясён этой мыслью.

-...Господин До Квон? - Ын Су шёпотом позвал его.

До Квон резко обернулся и посмотрел на Ын Су. В его глазах мелькнуло удивление.

-Ын Су, почему ты не спишь?

-А вы почему не спите? - Ын Су подошёл к нему, сел напротив и уставился на него. Он почувствовал запах алкоголя. И это был сильный запах. Более того, Ын Су отправил его спать, но он не спал... Он наверняка уже долго выпивал.

До Квон улыбнулся.

-Я решил выпить, потому что не мог уснуть. Думал, что это поможет.

-...

Взгляд Ын Су не дрогнул от его объяснений. До Квон решил сменить тему.

-Почему ты спустился?

-Я просто... хотел выпить тёплой воды.

-О, я налью тебе.

Не раздумывая, До Квон встал и подошёл к автомату с водой. Он налил полчашки горячей воды и размешал её с холодной. Подержав чашку в руке, чтобы проверить температуру, он добавил ещё немного холодной воды и поставил её перед Ын Су.

Ын Су коротко поблагодарил его. Он отпил глоток воды и недоверчиво посмотрел на До Квона.

-Вы не можете уснуть?

-Да.

-Почему?

Ын Су не мог понять, почему человек, не спавший уже несколько месяцев, не может уснуть, хотя у него была удобная постель. Даже в такой час он пил, чтобы уснуть.

В ответ на повторный вопрос До Квон постучал указательным пальцем по столу, а затем со вздохом ответил.

-Потому что далеко от тебя.

-...

Ын Су, глотнув воды, замер. Он не ожидал услышать этот ответ. Потому что далеко от него? Боится, что он сбежит? Или он чувствует ту же пустоту из-за феромонов, что и Ын Су? Но у него не было проблем с феромонами. Он же не испытывал феромонный шок на себе.

Пока Ын Су ломал голову, пытаясь понять До Квона. До Квон окликнул его, потерев лицо.

-Ын Су.

-Что?

-Когда я жил с мыслью, что тебя нет в живых. Всё было гораздо хуже.

-...А?

-На меня даже снотворное не действовало. Мне приходилось принимать горсть снотворного, смешанного с наркотиками. Только тогда я смог уснуть.

-...

Рот раскрылся от этих слов. Ему было неприятно слышать. Его рука крепко сжала чашку.

-Это потому что вы думали, что я мёртв.

-Да, однако. Даже когда ты рядом, я не могу до сих пор спать. Мне кажется, что стоит закрыть глаза, как ты исчезнешь. Иногда мне кажется,что я сошёл с ума и вижу тебя только из-за своей иллюзии. А если я вдруг открою глаза и эта иллюзия исчезнет? Я не знаю, что со мной будет. Звучит глупо, правда?

До Квон горько рассмеялся. От его дыхания чувствовался запах алкоголя.

Ын Су сморщил нос, не потому что запах был неприятным, а потому что он кое-что осознал. До Квон был в плохо состоянии. Он не мог уснуть, боясь, что сойдёт с ума, если всё исчезнет...

Психиатрическая консультация нужна не Ын Су, а До Квону.

-Ын Су, я хочу, чтобы ты позвонил мне оставаться рядом с тобой. Я ничего не буду говорить, ничего не буду делать, и просто буду тихим, как это было всегда...

-...

-И я буду просто наблюдать...

Это были отчаянные слова. Даже просто слушая, Ын Су чувствовал, как сжималась его грудь, а рёбра становились тяжелее. Плечи опускали всё ниже и ниже. Дыхание стало прерывистым, и ему пришлось выпить воды.

Допив стакан, Ын Су с грохотом поставил его на стол. Широкие плечи До Квона слегка вздрогнули.

Внезапно Ын Су вскочил на ноги. Его тень вытянулась от стола и достигла головы До Квона. Обойдя стол, Ын Су схватил До Квона за запястье.

-Идёмте со мной.

До Квон удивлённо уставился на Ын Су, но он позволил его потянуть за собой.

-Быстро.

-Ах...

До Квон встал и пошёл за Ын Су с некоторым трепетом. Ын Су поспешил через гостиную и поднялся по лестнице. До Квон следовал за ним, придерживая его поясницу, на случай если он вдруг упадёт.

Их конечной точкой стала спальня. Стоя перед кроватью, Ын Су отпустил запястье До Квона. От того, что тепло исчезло с руки, До Квон вздрогнул. Он задавался вопросами, что он задумал. Но тут Ын Су указал на кровать.

-Ложитесь?

-А?

-Ложитесь.

-...

До Квон с недоверием посмотрел на него. Лечь? На кровать? Сейчас? С чего вдруг? Зачем? Его лицо было полно вопросов. Ын Су нахмурился и сказал.

-Давайте быстрее. Пока я не передумал.

-Ах..

Чувствуя досаду Ын Су, До Квон быстро лёг на кровать. Ын Су снова нахмурился.

-Ляжьте сбоку? Где мне тогда лечь?

-Что? Лечь? Ты тоже?

До Квон чувствовал себя так, будто он катался на американских горках. У него закружилась голова, а мозг словно опустел. Он не мог понять, что говорит Ын Су.

При этом он покорно подвинулся в сторону. Ын Су лёг на другую часть кровати. Он расправил скомканное одеяло, и отдал одну часть До Квону, а другую натянул на свои плечи и повернулся к нему спиной.

-...

Он не понимал, что происходит и как оказался в постели с Ын Су. Но уголки его рта всё равно подёргивались, грозясь приподняться.

Ын Су предупредил низким голосом.

-Не приближайтесь ещё ближе.

-Хорошо.

-Просто спите вот так.

-Хорошо.

До Квон кивнул. Просто спать вот так уже было необычно. Даже если бы Ын Су сказал ему всю ночь стоять на коленях у изножья кровати, он бы даже на это согласился. Но Ын Су пожалел его. Он был не против умереть прямо сейчас. Нет, лучше не умирать прямо сейчас. Если он умрёт, то это сказочная ночь оборвётся.

До Квон улыбнулся, натянул на себя одеяло и, в отличие от Ын Су, повернулся к нему лицом. Он мог видеть спину Ын Су. Когда он спал на диване, то не мог видеть её так близко е себе. И это было реальным.

Он долго смотрел на затылок Ын Су, а потом, сон быстро нашёл на него. Сон, который не давался ему, как бы сильно он ни уставал, нахлынул на него, как неизбежная волна.

До Квон разлепил тяжёлые веки и прошептал.

-Ын Су, спокойной ночи.

-...

Ын Су не ответил. До Квон не знал, уснул ли он или притворялся, что не слышит, в любом случае неважно. Ведь теперь он лежал с ним в одной постели и слышал его слабое дыхание так близко.

-Прости, что побеспокоил тебя.

-...

-Спасибо.

Большинство слов, которые До Квон говорил Ын Су, всегда заканчивались извинениями или благодарностью. Иногда, как сейчас, за извинением шла благодарность.

Ын Су так и не ответил, но уголки губ До Квона всё равно растянулись в улыбке. Он медленно закрыл глаза. Прошло уже так много времени, когда он закрывал глаза без снотворного и так давно спокойно не спали.

А всё благодаря щедрости Ын Су.

Благодаря этому, он почувствовал, что сможет любить Ын Су ещё сильнее, чем раньше.

-Ын Су, я подожду вон там.

До Квон указал на кресло перед процедурным кабинетом. Ын Су кивнул и вошёл в кабинет.

Сегодня он впервые за долгое время попал к психиатру. Раньше он ходил на приёмы раз в месяц, но учитывая работу и посещение физиотерапевта по выходным, последний приём состоялся больше месяца назад.

-Здравствуйте, Ын Су, - психиатр улыбнулся и поприветствовал Ын Су.

-Да, здравсвуйте.

Ын Су неловко улыбнулся в знак приветствия. Теперь, когда его феромоны пришли в норму, и он не испытывал прежнего желания умереть, ему не о чем было беспокоиться. Но почему-то находясь рядом с врачами, ему становилось не по себе.

Пока Ын Су возился со своими пальцами, психиатр присел неподалёку о него, держа в руках медицинскую карту.

-Может, начнём?

-Да.

-Как вы себя чувствуете в эти дни?

-Неплохо.

-Неплохо?

-Ох... Нет. Точнее, хорошо.

-Вы хорошо спите?

-Да, всё в порядке.

Далее последовали стандартные вопросы. Они были не сложными, Ын Су отвечал на них без особых раздумий. От мысли, что этот неприятный диалог будет длиться ещё час, у него в животе заболело.

-Ого, Ын Су с момента наших приёмов, сегодня первый раз, когда вы сказали, что хорошо спали.

У Ын Су отвисла челюсть. Он не говорил ничего положительного с тех пор, как попал к этому доктору.

Что бы он ни спрашивал, он всё всегда отрицал или говорил в негативном ключе. Но было удивительно, что он ответил положительно на вопрос, хорошо ли он спал.

Ын Су уставился на край стола и подумал: "Почему же я, плохо спавший всего эти годы, вдруг сказал так?". Ын Су подумал, что он импульсивно ответил на этот вопрос. Вряд ли. Если бы это было действительно так, то он не стал бы врать все годы своему доктору. Он впервые сказал: "хорошо".

И так действительно и было. Он хорошо спал и редко просыпался посреди ночи. Интересно, почему так? Почему вдруг стал спать хорошо?

Пока Ын Су продолжал размышлять, доктор снова спросил.

-Если вы хорошо спите, значит, вам не снятся кошмары.

-Да. У меня их уже давно не было. Я много работал, поэтому уставал...И сразу же засыпаю, как только лягу в постель. У меня нет времени думать о чём-то другом.

Ын су говорил шёпотом. Раньше он много думал перед сном. Он думал о своих кошмарах, какой же приснится этой ночью? Как родители горят заживо в доме? Окровавленный живот и плач малышки Бом-и? Как До Квон бросает его и уходит? Или же Сон Хон, который выглядит как чёрная тень и пытается догнать его, чтобы разрубить на куски? Все сны повторялись, и один из них мог присниться в любой день или время.

Но сейчас у него на это не было времени. Он весь день смотри в экран компьютера, что потом уставшие глаза так и кричат, чтобы он лёг и поспал.

-Это хорошо, надеюсь, ты продолжишь этим заниматься.

Ын Су кивнул со слабой улыбкой. Возможно, он будет занят ещё несколько месяцев. Компания только открылась, поэтому ему нужно было думать о насущных проблемах, чтобы адаптироваться к работе.

Доктор что-то нацарапал на листке бумаги и задал ещё один вопрос.

-Вам нравится то место, в котором вы сейчас живёте?

-Что?

-Я думал, что вы живёте вместе с господином Со. Он сегодня приехал с вами.

-Ах... Я ему говорил, что пойду один, но он настоял на своём.

-Хм...должно быть, вас это раздражает.

Доктор сочувственно приподнял бровь. Он не ругался и не обвинял Ын Су, но его тон был слишком резким.

Ын Су потрепал мочку уха, а затем он отвёл взгляд.

-Эм...Ну...Я привык к такому... так что он недоедает. Он просто как шофёр...

Ын Су с трудом подобрал правильные слова.

-Неужели?- спросил доктор с улыбкой.

Ын Су слабо кивнул. Доктор ещё что-то начал царапать на бумаге, а затем задал другой вопрос.

-Так вам нравится то место, в котором живёте, будете ли дальше жить там?

-...

-Я знаю, что вы там уже довольно давно. Чувствуете ли вы себя скованно или некомфортно? Вы смогли освоиться?

-...

Щёки Ын Су напряглись от такого вопроса. Он облизал пересохшие губы и проглотил ответ. Как вдруг доктор снова заговорил.

-Я спрашиваю не потому, что хочу наругать вас, а потому что вы живёте с доминантным альфой, и именно он источник некоторых кошмаров.

Ын Су поджал губы, не в силах не подтвердить, ни опровергнуть. Привык ли он к дому До Квона? Не чувствует ли себя неуютно или некомфортно? Ответ лежал на поверхности.

Он приспособился. Он крепко спал ночью, не видя кошмары, но чувствовал себя не очень хорошо без его феромонов.

Но он не мог заставить произнести себя это вслух. Ему было стыдно. Стыдно, что приспособился к До Квону. Ын Су думал, что доктор будет его ругать за это, ведь как он мог так поступить? Думал, что он будет критиковать его за отсутствие самоуважение, что забыл прошлое.

Молчание затянулось. Внимательный доктор перестывая бумаги, делал вид, что ответ Ын Су его не интересует.

-Если вам неудобно, мы можем перейти к другому вопросу?

-Нет-нет.

Ын Су покачал головой. Сухо сглотнув, он медленно открыл рот.

-Я много думал, стоит мне и дальше оставаться с ним, нормальна ли эта ситуация, и как лучше определить наши отношения.

-Да, и?

-Честно говоря, я не знаю. Я так устал думать об этом, переживать, искать ответы, что теперь просто не хочу... думать об этом.

-...

-Я знаю, что это неправильно, но... я не знаю, с чего начать копать и как к этому подойти.

-...

-Это тяжело для меня. Если я решу порвать с ним и жить дальше, то у меня нет уверенности, что я смогу жить спокойно. Поэтому у меня нет желания сбежать из его дома или ударить, чтобы уйти, что смогу прятаться от него всю оставшуюся жизнь...

-...

-Ох, я не хочу сбегать прямо сейчас. Если даже и предположить, то...

Если предложить, то... Ын Су замолк.

Судя по поведению До Квона, то он уже не сможет отказаться от него. Тогда Ын Су придётся снова жить под чужим именем, за пределами Сеула, у него не будет работы, и ему придётся есть мясо в одиночестве. И ему придётся тратить время на то, чтобы не утопиться в этом одиночестве.

Он не очень хотел этого.

Лицо Ын Су стало влажным. Ему хотелось бы прояснить отношения с До Квоном, но эти ответы были сложны для него, поэтому он оставил все попытки думать об этом. Проще было притворяться, что всё в порядке и делать вид, что не замечаешь эту проблему.

Доктор заговорил тихим голосом.

-Вам не нужно отвечать на этот вопрос. Никто не заставляет вас, так что не нужно заставлять себя думать об этом.

-...

-И если ты забудешь об этом, тем лучше. Похоронить прошлое, особенно плохое прошлое, - лучшее исцеление для вас.

-...Правда?

Ын Су поднял голову. Забыть - хорошо? Это может стать исцелением? Ему стало как-то легче на душе. Это было похоже на подтверждение на его вопрос, что забывать тоже хорошо иногда. Но это чувство длилось недолго.

...Он снова подумал о тех слезах и крови, что пролил. О своей мёртвой дочери. Он снова стал чувствовать грусть. Ему казалось, что его рано или поздно укачает от таких постоянных взлётов и падений.

Ын Су закрыл глаза, чтобы унять зуд в висках. Как вдруг доктор заговорил.

-Может, ответ в том, что вы уже спите, не видя кошмаров?

-Ах..

Ын Су ахнул. Да, ответ лежал на поверхности. Но по правде говоря, он хотел игнорировать этот ответ, потому что хотел продолжать жить в спокойствии, которая давала ему эта странная жизнь.

После этого Ын Су и доктор ещё некоторое время продолжали общаться. По прошествии часа он сказал ему, что Ын Су может идти домой. Ын Су воспринял эти слова, как будто его вызволили из тюрьмы. Ын Су поднялся со стула, чувствуя облегчение.

-Увидимся в следующем месяце, Ын Су.

-Да. Спасибо.

Поклонившись, Ын Су вышел из кабинета, и как только за ним закрылась дверь, доктор достал телефон и набрал номер.

-Да, председатель, Ын Су только что ушёл.

За пределами клиники До Квон с кем-то разговаривал по телефону. Похоже, это был звонок по работе. Его лицо было хмурым, а изо рта валились бизнес-термины.

Ын Су ждал, когда он закончит разговор, и смотрел на До Квона искоса. Он прислонился к стене и с любопытством наблюдал за ним. Выражение раздражения на его лице было одновременно знакомым и странным.

Когда он потерял свои воспоминания, то Ын Су часто видел это выражение лица каждый день. Но потом, когда они встретились, Ын Су больше не видел такого выражения, только отчаяние, поэтому это было немного неловко.

"Неужели перемены До Квона сделали меня таким, какой я есть сейчас?"

Ын Су потёр глаза и вздохнул. Вздох получился не очень громким, но До Квон смог заметить его.

-Ын Су, ты закончил?

Он улыбнулся, глядя на Ын Су. Его лицо, излучавшее холодную энергию, мгновенно смягчилось. Ын Су, который наблюдал за этой драматичной сценой, криво усмехнулся. До Квон закончил разговор короткими прощаниями и затем быстрым шагом направился к Ын Су.

-...

До Квон подошёл близко, как только мог, и ничего не говорил. Его губы разошлись, как будто он хотел что-то сказать, но так же быстро сомкнулись. Он хотел задать много вопросов: "Как всё прошло? Что сказали? Что нужно ещё сделать?

Но именно из-за него Ын Су попал в психиатрическую клинику, поэтому у него нет права спрашивать. Это только ещё больше прибавит ненависти к нему.

Облизав пересохшие губы, До Квон ловко сменил тему.

-Если ты вдруг устал, то мы можем физиотерапию отложить до следующей недели?

Ын Су бросил взгляд на До Квона. Как он мог так уставать за час консультации, просто сидя и разговаривая? В прошлом этот час ему казался бесконечным, и он даже жаловался на усталость. Но не сегодня, сегодня всё было вполне терпимо.

Ын Су покачал головой.

-Всё в порядке, пойдёмте.

Лицо До Квона заметно просветлело. Было необычно, что Ын Су, который обычно отказывался от всего, стоило только упомянуть больницу, согласился.

До Квон с некоторым волнением спросил.

-Может, перекусим перед приёмом? Токпокки или кофе?

Глаза Ын Су сузились, а затем он рассмеялся. От его звонкого смеха До Квон выглядел так, будто его ударили по затылку.

-Почему ты смеёшься?

-Потому что вы похожи на маму, которая пытается успокоить своего ребёнка.

-А?

-Прямо сейчас. Или вы похожи на маму, которая пытается успокоить своего ребёнка, который не хочет идти в школу.

-А...это... отказ?

-Я не знаю.

-Так ты не хочешь?

-Не знаю.

-Но?

-Не знаю.

-Ын Су...

Нахмурив брови, До Квон жалобно позвал Ын Су. Но Ын Су не ответил на его улыбку, а лишь улыбнулся, и обошёл его. Но До Квон сморщил нос и поспешил за ним.

Что он имел в виду, говоря это? Что может сделать мать, когда ребёнок так ведёт себя? До Квон никогда в жизни не находился в такой ситуации. Большую часть времени он учился на дому, к нему изредка приходили учителя.

Он никогда не жаловался Мён Хи, что не хочет учиться, поэтому не знал, что должна делать мать, чтобы утешить ребёнка в такой ситуации.

Для него всегда было ясно лишь одно. Что ребёнок обязан учиться, а если он начинает жаловаться, то его нужно отругать в рамках родительского долга.

Но он никогда не ругал Ын Су, так как он смел бы так поступить? Сколько бы он не думал об этом, он не мог найти ответ на этот вопрос.

Вечером того же дня. Секретарь Чон получил странное сообщение до До Квона.

[Ын Су сказал, что я похож на мать, которая успокаивает своего ребенка, не желающего идти в школу. Что это значит? Это комплимент?]

Когда секретарь Чон увидел это сообщение, то громко рассмеялся. Ведь это был секрет, который До Квон никогда не узнает.

Был вечер пятницы. Вовремя отправив команду домой, Ын Су остался один, уставившись в компьютер. Он делал финальный просмотр рекламного баннера, который должен был сдан уже в следующий понедельник.

На большом мониторе вдалеке виднелась надпись "Сегодня уже 238 родителей вступили в программу "Первый сезон".

Мышка Ын Су быстро щёлкала... Уже было около девяти часов, когда его телефон на столе громко завибрировал. И как обычно звонил До Квон. Ын Су нащупал кнопку принятия вызова и поднёс телефон к уху.

-Да, господин До Квон.

-Ын Су, я перед офисом.

-О, скоро выйду.

-Нет, не нужно. Выходи, когда закончишь. Буду ждать тебя.

-Я же сказал... что выхожу.

С этими словами Ын Су завершил разговор. Трудно было привыкнуть к тому, что До Квон постоянно ждал его на улице. Было душераздирающе видеть, как занятой человек постоянно околачивается на улице и ждёт его.

Ын Су выключил компьютер, навёл порядок на столе, взял куртку и вышел из офиса. Выйдя из офиса, он увидел машину До Квона.

На самом деле у него тоже была машина. Когда он стал работать в компании, то перевёз свою машину из Кёнгидо, но практически не ездил на ней. До Квон всегда забирал его с работы. Он не обязан был этого делать, но Ын Су не мог отказать ему.

Как раз в тот момент, когда Ын Су вышел из здания компании, дверь машины распахнулась и из неё неспешно вышел До Квон. Он аккуратно выхватил сумку из рук Ын Су. Она не была тяжёлой, ведь там лежал всего лишь ноутбук и мышка, но он часто так делал.

-Сегодня холодно, почему ты не надел куртку?

Увидев куртку в руках Ын Су, До Квон небрежно сказать это. Именно в этот момент Ын Су только сейчас осознал, какое сейчас время года. Не так давно это была осень, но сейчас на улице разгоралась самая настоящая зима. Точнее, она наступит через несколько дней, но ночной воздух был уже довольно прохладным.

-Да, холодно.

Ын Су передёрнул плечами и, шаркая, направился к машине. До Квон протяжно вздохнул и сел в машину, сразу же включил обогреватель.

-Не так уж и холодно.

Пристегнув ремень безопасности, Ын Су виновато улыбнулся. Он положил руку на печку, чтобы убедиться, что она достаточно дует, чтобы согреть. Как только машина прогрелась, они отъехали. Ын Су уставился в окно.

Тегеран-ро, безлюдный район, не было видно поблизости офисных трудяг. Это было уникальное зрелище, которые могли видеть только те, кто работал допоздна.

Когда они въехали в Каннам, машина До Квона остановилась на пустой дороше. За окном разгорелся красочный пейзаж. Мигали разноцветные рекламные щиты.

-Ты голоден? Ты давно ужинал, - спросил До Квон.

-Хочу рисовую лапшу и много мяса.

Ын Су ответил так, словно ждал этого вопроса. Он даже не спросил, что тот хочет съесть, но ответил так, будто знал уже, что будет в меню. Его глаза мгновенно разгорелись ярче неоновых огней, как он с нетерпением ждал лапшу.

-Тогда я буду жаренный рис и бун ча.

До Квон ухмыльнулся и вывернул руль.

На стол стали ставить множество блюд. До Квон разломал деревянные палочки, которые он попросил отдельно и положил их перед Ын Су. Ын Су зачёрпывал ложкой горячий бульон. Его пухлые губы выгибались дугой, когда он пил бульон с ложки, и это было очаровательно

До Квон наблюдал за ним, пока ел свою еду. Ын Су быстро съел миску рисовой лапши. До Квон отодвинул миску в сторону и поставил перед ним жареный рис. Ын Су улыбнулся и стал поспешно двигать ложкой. Когда жаренный рис почти закончился, До Квон негромко позвал его.

-Ын Су.

-Что? ответил Ын Су, зачёрпывая ложкой рис.

-У меня... появилась работа кое-какая на выходных.

-Правда?

-Да, так что меня не будет дома.

У Ын Су опустилась рука. Командировка. Значит ли это, что он останется один на всю ночь? Но это не один день, а два, суббота и воскресенье. Он поедет в командировку?

В командировках не было ничего необычного. К тому же он был директором международной компании, и ему часто приходилось этим заниматься, уезжая на короткие и длинные сроки.

Когда-то они даже вместе ездили. К тому же они были влюблены, и это было одно удовольствие, летать вместе на самолёте. Но сегодня, сам того не заметив, Ын Су озадачился.

Ын Су отложил ложку, почувствовав, как его голову словно пронзила молния. Его щёки, надувшиеся от счастья от вкусной еды, разгладились.

-Сильно будете заняты?

-Я не могу её пропустить, прости.

-Ох, нет-нет, не нужно извиняться. Когда вы собираетесь?

-Завтра утром.

-О! Тогда когда приедете?

-Не знаю. Может, в воскресенье вечером, а может в понедельник, если задержусь.

На его неопределённый ответ Ын Су плотно сжал губы. Это командировка, и он не знает, когда вернётся. Разве у кого-то на должности До Квона, бывают такие неопределённые сроки? Ын Су не думал, что такое бывает.

У него были встречи, на которые он отрывался по 2-3 часа, но он никогда не уходил на целый день. Если он вернётся в понедельник, то он будет отсутствовать три дня. До Квон больше не боялся, что Ын Су уйдёт? Или работа стала важнее его?

-Вам действительно нужно ехать?

-Да. Определённо.

В ответ на твёрдое утверждение Ын Су почувствовал раздражение.

"Почему вдруг меня это беспокоит? Я с ума что ли сошёл? Более того, До Квон ещё ни разу не уделял столько внимания работе. Наверное, у него действительно много работы. Он всегда ставил меня на первое место в своей жизни, так что то, что он будет отсутствовать три дня никак не говорит о том, что его мнение вдруг изменилось."

Их отношения с До Квоном достиг предел двусмысленности. Они не были друзьями, не были любовниками. Точнее были бывшими любовниками, которые живут под одной крышей.

Поэтому не было смысла высказывать своё недовольство и жаловаться. Ын Су надел маску безразличия и заговорил.

-Да...Хорошей поездки.

С этими словами Ын Су снова взял в руки ложку. Зёрна риса трещали у него во рту, словно гвозди.

-Угх...

Ын Су потянулся, смотря на компьютер, и бросил взгляд на электронные часы на столе.

[3:47 PM]

-Ха...

Смешок вырвался из его уст. Его плечи затекли, а глаза болели, он подумал, что прошло уже три или четыре часа, но прошло всего сорок минут. Он не мог поверить в это.

Ын Су склонился над клавиатурой. Клавиатура издала щёлкающий звук, когда он упал лбом о клавиши, но ему было всё равно.

-Почему так долго?

Эти слова эхом разнеслись по всему кабинету.

Сегодня было воскресенье. Уже прошёл второй день, как уехал До Квон. За это время Ын Су успел многое сделать. Он работал, ходил на физиотерапию, потому что До Квон настоятельно рекомендовал не пропускать приёмы врача.

Хотя он сам не записывался, поскольку До Квон сам решал эти вопросы, но время проведённые в больнице, казалось таким скучным и утомительным. Хотелось сбежать.

Но он всё равно пошёл на приём. Он принял душ, посмотрел в одиночестве фильм, выпил пива и проспал до самого утра. Несмотря на свою усталость, он проснулся в 7 утра.

Он пытался поспать подольше, но всё было бесполезно. Тело чувствовало усталость, а разум был на взводе. Его мучила агония.

Он ворочался, поел, умылся, купил кофе в ближайшем кафе и сел в кабинете, чтобы немного поработать, но было только три часа дня.

Он не помнил, чем занимался по выходным, когда был с До Квоном. К тому же выходные ему казались не такими длинными.

Ын Су перевернул голову и лёг на другую сторону щеки. Его глаза встретились с блестящими туфлями Бом-и. Как вдруг тело само по себе поднялось.

-...

Ын Су встал перед белыми туфлями, и уставился на них. Затем он поправил слегка помятую туфельку. Большой палец нежно коснулся мягкой ткани, отчего сердце защемило.

Эмоции Ын Су которые балансировали на грани, стремительно упали на пол. Когда ты один, падение всегда бывает нелёгким.

Давно забытая депрессия начала опускаться на всё тело, начиная от пальцев ног. Затем стремительно поползла вверх по лодыжкам, потом по голеням и коленам.

Вдруг перед глазами всё помутнело.

Динь-дон.

Звонкий звук звонка потряс его.

У Ын Су по спине пробежали мурашки от удивление. Ему казалось, что сердце сейчас выскочит из ушей. Звонок. В доме До Квона звонок звонил крайне редко, а с учётом многочисленных систем безопасности позвонить в него было не так-то просто.

Ему редко доставляли еду, а когда приходил курьер, то охранник уведомлял об этом отдельно, поэтому слышать звонок было крайне непривычно.

"Кто мог прийти сюда?"

На лице Ын Су отразилось беспокойство. Тем не менее, он направился на первый этаж, чтобы посмотреть, кто пришёл к нему.

Наконец Ын Су встал перед домофоном. Ему потребовалось немало времени, чтобы добраться от кабинета на втором этаже до входной двери на первом этаже. Однако звонок прозвенел всего лишь один раз.

Возможно, кто-то ошибся квартирой? Или курьер перепутал адрес? Или.... Сон Хон. Мог ли он прийти сюда, узнав о том, что До Квон отъехал в командировку?

Ын Су сухо сглотнул и нажал на кнопку вызова на домофоне. Чёрный экран замерцал, и на нём появилась знакомая фигура.

Ын Су поставил перед гостей чашку чёрного чая. В воздухе поднялся аромат. Отставив свою чашку, Ын Су сел напротив и взглянул на неожиданного гостя, после чего отвёл взгляд.

Красные губы. Худое лицо. Светлая кожа, не выдающая её настоящего возраста. Дорогой сшитый костюма на заказ.

Звонивший в дверь была не кто иная, как Мён Хи.

-Прости, что пришла без предупреждения, Ын Су.

-Нет, вы же пришли в дом своего сына.

-Я пришла увидеть тебя в доме своего сына.

-...

Ын Су судорожно сжимал пальцы, спрятанные под столом. Давно он не встречал Мён Хи вот так, лицом к лицу. Он не видел её с тех пор, как его выписали из больницы после автокатастрофы. Они лишь изредка разговаривали по телефону. Мён Хи крайне не хотела появляться перед Ын Су, чувствуя вину.

Мён Хи пристально посмотрела на Ын Су. Она слышала о нём от врачей, от специальных людей, которые крутились вокруг него, но вот так видеть его было приятно.

-Ты... набрал вес, - сказала Мён Хи.

От этих слов лицо Ын Су покраснело. В последнее время он хорошо питался. До Квон кормил его завтраками, обеды тоже были питательными и вкусными, а ужинали они во всевозможных ресторанах.

Они часто выпивали и закусывали, так что он не мог не набрать вес.

Ын Су задумался, что бы ответить на это, Мён Хи улыбнулась.

-Когда ты выписался из больницы, то был таким худым, а сейчас похорошел. Думаю, будешь выглядеть ещё лучше, если поправишься.

-Правда?

-Да, ты выглядел так, будто едва мог передвигаться. Я рада, что тебе сейчас лучше. Ты выглядишь так, как в нашу первую встречу.

Ын Су неловко улыбнулся. Это был комплимент, но он не знал, почему он вызвал такое чувство неловкости в нём. Может быть, потому что место, в котором он встретился с Мён Хи, был дом До Квона. А может, потому что они давно не виделись, а ведь когда-то давно были близки.

Наступила минута молчания. Мён Хи потягивала чай, а Ын Су затаил дыхание, ожидая, что она скажет.

Мён Хи знала, что До Квона нет дома. Она сказала, что пришла к нему, потому что ей есть что сказать, но что именно?

Ын Су сомневался, что это какие-то хорошие новости. Учитывая, что их отношения с До Квоном неоднозначны, из её уст не может ничего хорошего исходить.

Может, она посоветует держаться подальше от её сына?

Два года встречались, До Квон потерял воспоминания на полгода, два года жизни врозь, инсценировав его смерть, и вот теперь. Пять лет запутанных отношений, которые не оставили после себя ничего хорошего, и, вероятно, она тоже устала от этого.

Пока Ын Су жевал внутреннюю сторону щеки, Мён Хи отставила чашку с чаем. Ын Су вздохнул.

-До Квон мне кое-что пообещал примерно полгода назад.

-А?

-Сейчас уже осень, так что прошло больше полугода.

-О чём вы говорите?

Ын Су не мог понять. Он не знал, что До Квон пообещал ей, так как этот разговор явно происходил в его отсутствие.

Мён Хи посмотрела на растерянное лицо Ын Су.

-Зимой, когда вы с До Квоном снова воссоединились. Он попросил меня дать ему год, нет, полгода. Что он каким-то образом убедит тебя остаться с ним.

-...

-Он просил не прятать тебя, иначе он может сотворить что-нибудь плохое. Он угрожал мне, Ын Су.

-Ах...

Ын Су ахнул, но не удивился этому. До Квон тогда отобрал у него телефон в мемориальном парке, ворвался в галерею, позвав его на ужин. Поэтому было ничего удивительного, что он набросится на Мён Хи, которая старалась его защитить.

Ын Су понимающе кивнул, и её светлое лицо стало серьёзным. Её шея, всегда вытянутая, вдруг опустилась.

-Это не такая уж и проблема. Я могла бы проигнорировать его, но не тебя, Ын Су. Поэтому не могла смотреть на это сквозь пальцы.

-...

-Я могла бы спрятать тебя где-нибудь ещё, отправить До Квона за границу. Могла сделать, что угодно, но не стала.

-...

-Наверное, я всё же хотела дать ему шанс, поскольку я его мама.

-...

-Ему с каждым днём становилось всё хуже... Он просто гнил изнутри, и в какой-то момент мне показалось, что он может умереть ни с того ни с сего. Мне казалось это странным, что такой сильный и выносливый человек становился всё более хрупким. Я тоже мать, и это страшно - потерять ребёнка навсегда.

-Председатель...

-Мне очень жаль, Ын Су, что До Квон оставил тебя одного, не спросив о твоих желаниях, - слабым голосом извинилась Мён Хи.

"Это я была той, кто спрятал Ын Су, сделав могилу в виде дерева, даже не спросив его согласия. Это я, кто заставил жить его под чужим именем. И я была той, кто обманул своего сына, заставив его так долго страдать. Мне нужно принять на себя всю тяжесть того, что я сделала".

Она не могла поднять голову от стыда.

-...

Ын Су заёрзал от нервозности. Он не знал, сделала ли Мён Хи что-то плохое, но она делала лучший выбор, какой только могла. Как мать, она хотела защитить своего сына, и как мать, хотела загладить вину за совершённые им грехи.

Просто многие вещи, не зависящие от неё, сложились в такую ситуацию. Выборы Ын Су и До Квона переплелись воедино, поэтому винить только её было бы неправильно.

Наступила тишина. Ын Су так и не научился успокаивать взрослых, которые были старше его. Он не научился вежливо отказываться, когда ему приносили извинения. Поэтому он просто молчал.

Как вдруг Мён Хи поправила слегка взъерошенные волосы и посмотрела на Ын Су. Её влажные глаза вдруг стали ясными, как у тигра.

-Уже прошло больше полгода с данного мне обещания До Квоном, поэтому я подумала, что с него хватит, а я сделала всё, что могла, как его мать.

-...

-Теперь выбор за тобой, Ын Су.

-...Что?

Ын Су склонил голову, он нахмурился. Мён Хи наклонилась вперёд и заговорила низким голосом.

-Если ты хочешь бросить До Квона.

-...

-Я помогу бросить его.

На этих словах Ын Су ахнул. Он ожидал подобного разговора, но совершенно не ожидал того, что она придёт к нему, пока его не было дома.

Ын Су почувствовал, как сжались его лёгкие. Горло сжалось. Дыхание было прерывистым.

Сердце бешено колотилось, он не мог понять, отчего его поглотило такое волнение: от того, что он может освободиться от До Квона, или от необъяснимой тревоги.

-Ах...ой...тогда...

Ын Су заикался, уклоняясь от ответа. Мён Хи решительно заявила.

-Твоя жизнь не изменится, ты можешь сохранить работу, а я найду тебе жильё поблизости. На этот раз я отправлю До Квона куда подальше, а не тебя.

-Куда?

-Ну, я отправлю его в офис в США, или в фиал, который скоро откроется в Индии, можно даже куда подальше.

-...

-Пока я жива и здорова, он не вернётся в Корею. А к тому времени, когда я стану уже немощной, чтобы его сдерживать, пройдёт достаточно времени, не менее десяти лет. Думаю, к тому времени он тебя уже забудет.

На мгновение Ын Су почувствовал, как его горло обхватила невидимая рука. Дыхание, которое он выдыхал с трудом, прекратилось совсем.

"Забудет меня? Забудет ли меня До Квон? Возможно ли это? Сможет ли он забыть меня даже через десять лет? А если и сможет? Встретит ли он кого-то другого, влюбится ли, заведёт ли семью?"

"Но тогда... что насчёт меня?"

"Смогу ли я забыть До Квона? Да, смогу. Но что если не смогу? Возможно, всё-таки получится даже через 10 лет? А что если всё-таки не получится? Но что если кошмары с его лицом не отпустят меня? Что будет с тем, когда воспоминания о Бом-и снова вернутся, кто сможет меня понять? Кто сможет утешить меня в своих объятиях?

Ын Су пожевал нижнюю губу, размышляя. Но ответ не давался ему так легко. Если он не был уверен даже в завтрашнем дне, то как он может быть уверен в десяти годах?

-Мне нужно сказать ответ прямо сейчас?

-Тебе нужно время, чтобы подумать? Сколько?

-Ох..

Ын Су нервно постукивал пальцами по коленям, словно играл на пианино. Сказать день, неделю или месяц? Он никак не мог решить. Когда молчание Ын Су затянулось, Мён Хи откинулась на стуле, сцепив руки перед собой.

Впервые за долгое время она оглядела дом своего сына. Просторный и опрятный, похоже, он хорошо выполняет домашние дела, хотя она сомневалась, что её сын может сам готовить или убираться...

Мён Хи подняла чашку с чаем и пробормотала про себя.

-Всё-таки он из-за гона уехал. Может, он не настолько животное?

Ын Су услышав эти слова, моргнул. Слова Мён Хи будто оглушили его.

-...Гон? У кого? У До Квона?

Ын Су быстро пересчитал у себя в голове даты. Сколько дней уже прошло? Но сделать расчёты было не так просто. Прошло уже много времени с тех пор, как он наблюдал за циклом гона До Квона.

Он уехал из дома не из-за командировки?

Если подумать, До Квон был странным. Он не раскрыл цель своей командировки. Не дал чёткий ответ на то, когда он вернётся с командировки. Сказав, что она может затянуться. Он говорил, что не может нормально спать без Ын Су, поэтому логично, что он бы предложил отправиться в командировку вместе. Но он без колебаний покинул бы дом.

Ему следовало задать вопросы ему, как у него дела в командировке, закончилась ли она, куда он поехал. Но он думал, что это будет странно спрашивать, поэтому не стал.

К тому же... Даже если бы он сделал это, то вряд ли человек, солгавший один раз, скажет правду...

Глаза Ын Су метались из стороны в сторону, а Мён Хи приподняла одну бровь.

-Разве он не сказал тебе?

-Да. Он просто сказал, что у него работа и его не будет дома все выходные... Поэтому я подумал, что он просто уехал в командировку...

-...

Мён Хи закрыла рот. Ын Су поджал губы. Между ними воцарилась тяжёлая тишина.

Повторное знакомство

Ын Су попрощался с Мён Хи. В конце встречи он сказал, что подумает и свяжется с ней позже.

После этого он связался с секретарём Чоном и узнал, где находится До Квон. Это был отель на окраине Сеула. Узнав адрес, Ын Су взял ключи от машины и вышел из дома. Только тогда, когда он подъехал к отелю, он смог подумать о своих действиях. "Зачем я проделал весь этот путь? В чём смысл? Что я собирался сделать, когда приехал сюда к До Квону, который страдал от гона? Расспрашивать его о том, почему он соглал мне? Или прикладывать к его лбу влажное полотенце, словно ухаживая за больным?

Ын Су уткнулся лицом в руль.

"Но...разве он не тот, кто не принимает подавители? До сегодняшнего дня он был один, и наверняка всё это время принимал какой-нибудь наркотический препарат."

Ын Су стиснул зубы и с решительным видом вышел из машины.

До Квон находился в номере люкса на верхнем этаже. На этаже была только один номер, поэтому когда он вышел из лифта, перед ним оказалась толстая большая дверь.

За этой дверь скрывалось неизвестное. Точнее человек, у которого был гон. Шаркая ногами из стороны в сторону, Ын Су сделал большой шаг к двери и глубоко вздохнул. Он почти чувствовал его феромоны. А может, это было его настроение...

Ын Су сжал и разжал кулаки, затем открыл глаза. Он уже зашёл так далеко. Какая разница, придёт ли он сейчас, чтобы узнать о причинах или нет? Он здесь, потому что хотел увидеть До Квона. Когда он встретится с ним, то поймёт, зачем он пришёл.

Сухо сглотнув, Ын Су нерешительно нажал на кнопку звонка, который впоследствии раздал звон.

-...

Затаив дыхание, Ын Су ждал, когда откроется дверь. Но просто десять секунд, минута, а дверь всё не открывалась. Словно там никого и не было. Он задумался, находится ли там вообще До Квон. Он забеспокоился.

После минутного колебания Ын Су снова позвонил в звонок. Звон раздался тот же самый. Но на этот раз никто не появился.

Позвонив в звонок около четырёх раз, Ын Су стал нервничать. Он боялся, что с ним что-то случилось.

Омеги могли умереть от жара, а альфы от агонии. Такое случалось нечасто, но в новостях постоянно об этом писали. Некоторые люди могут умереть от простуды, так и альфы и омеги, они могут умереть от переизбытка феромонов.

Кроме того, До Квон - доминантный альфа. Доминантный альфы, чьи феромоны настолько сильнее и интенсивнее, что обычные подавители даже не помогают.

С Ын Су губ сорвалось ворчание. Стоя перед дверью, он уже собиался снова позвонить в звонок, как вдруг достал из кармана мобильный телефон, нашёл номер До Квона и нажал на кнопку вызова.

Он услышал гудки. И к его удивлению, До Квон принял звонок.

-Ох...Ын Су?

Голос До Квона прозвучал через динамик. Он был неровным и хриплым, с учащённым дыханием. Ын Су пошатнулся из-за удивления, осознав, что это именно он первый позвонил.

-В чём дело..? - спросил До Квона низким, хриплым голосом, в его тоне чувствовалась паника.

Ын Су ахнул, подумав: "Неужели мне так неловко тебе звонить? Если подумать я никогда не звоним ему первым. Да и не нужно было, ведь он всегда приходил раньше, чем Ын Су пытался найти его".

-Ын...Су?

Ын Су вышел из задумчивости, услышав голос До Квона.

-Господин До Квон, я перед вашим номером.

-...

На другом конце телефона была тишина. А затем раздался звук чего-то ломающегося и падающего. Через несколько секунд он услышал звук удара в толстую дверь, а затем дверь распахнулась.

Появился До Квон с мобильным телефоном в руках, и их взгляды сразу же пересеклись.

-Господин До Квон...

Это был До Квон. Ын Су звонил в звонок, но тот не отвечал. Он с облегчением вздохнул, когда увидел его. Он вытер вспотевший лоб.

-Ын Су, ты...

До Квон, казалось, был очень удивлён внезапным визитом Ын Су. Ын Су уставился на него.

Состояние До Квона было серьёзным.

Его лицо было измождено. Волосы намокли от пота и воды. Пот стекал по толстым и грудным мышцам. Красные, налитые кровью глаза. Тяжёлое, неровное дыхание. Горло, адамово яблоко которого то опускалось, то поднималось. Тёмные запавшие глаза.

И... головокружительно сильный поток феромонов, который был настолько... сильным, что почти... кружил голову.

Ноги Ын Су на мгновение подкосились, ему казалось, что он упадёт, но продолжал твёрдо стоять на ногах. Он сделал шаг к До Квону, тот отступил на шаг.

-Ын Су, ты не должен быть здесь.

-Почему? Вы настолько загружены работой?

-Дело в том...

-Я никогда не видел, чтобы вы работали без одежды.

Ын Су быстро бросил эти слова и, протиснувшись мимо До Квона, вошёл в номер. Номер был настолько огромным, что занимал весь этаж. Из гостиной открывался вид на вечерний Сеул, а на балконе был бассейн. Здесь была отдельная столовая с обеденным столом, три спальни и две ванные комнаты. Быстро осмотрев комнаты, Ын Су тихо вздохнул в облегчением. Здесь больше никого не было. До Квон был один. У него начался гон, но он не приводил сюда омегу. Его колотящееся сердце успокоилось от этого осознания.

Это было забавно, но он рад, что пришёл сюда, даже если из-за ерунды.

Взору Ын Су предстал стол в гостиной: стулья были опрокинуты, словно их опрокинул подскочивший До Квон, а стол был завален различными бутылками виски и ликёра, а также непонятными таблетками.

Таблетки были разными: круглыми и овальными, а также были капсулы. Даже пустые пластиковые пакетики из-под таблеток были смяты, как будто их уже проглотили.

-Ын Су, давай выйдем.

До Квон осторожно потянул Ын Су за запястье, но Ын Су крепко упёрся ногами в пол и удержался на месте. Он с беспокойством посмотрел на До Квона.

-Что это за таблетки?

-Просто снотворное.

-Так, вы смогли уснуть благодаря таблеткам?

До Квон сжал челюсти. Это было отрицание. Губы Ын Су скривились в усмешке. Какой смысл было принимать то, что не работает? Если он принял столько снотворного, не доведёт ли это его до смерти? Если бы он принял столько таблеток, то умер бы от передоза.

Ын Су схватил мусорное ведро в углу и выбросил таблетки. До Квон вздохнул и провёл рукой по мокрой чёлке.

-Откуда ты узнал, что я здесь?

-Какое это имеет значение?

-Ты ведь... знаешь, почему я здесь?

-Да.

Ын Су был занят тем, что выбрасывал таблетки. Он собирал все таблетки, которые были рассыпан по полу и подобрал те, что упали под стол, и выбросил их мусорное ведро. И тут До Квон схватил его за запястье, на этот раз сильно.

-Тебе не следовало приходить сюда, - зашипел До Квон низким голосом. Его голом был хриплым и приглушенным, наполненный гневом и волнением. Его ладонь была настолько горячей, что Ын Су почувствовал, как его кожа плавится под ней.

-До Квон...

Плечи Ын Су напряглись. Но До Квон не остановился на достигнутом, он продолжил задавать вопрос.

-Зачем... ты пришёл сюда, зная, в каком я состоянии?

-...

-Зная, что могу сделать с тобой...

-...

-Зная, что ты можешь пострадать.

Кровь отхлынула от щёк Ын Су, слушая его угрозы. Его охватил страх. Заметив эту перемену, До Квон резко отпустил запястье Ын Су и сделал большой шаг назад.

-Я...Я здесь, потому что не уверен, что смогу сохранить рассудок, Ын Су.

-...

-Я здесь, потому что не уверен, что смогу сдержаться.

-...

-Так что уходи.

До Квон указал на дверь, но Ын Су даже не взглянул на неё. Его лицо исказилось от того, что его прогоняли.

-Нет... не хочу.

Повернувшись к нему спиной, Ын Су снова начал выбрасывать таблетки в мусорное ведро.

-Ын Су, - гневным голосом позвал До Квона.

Ын Су сжал свои губы. Феромоны До Квона становились всё сильнее с каждой секундой. Ноги Ын Су дрожали, а в животе тянуло, кожу покалывало и щипало, но он старался не убегать.

Когда наступил его цикл течки. До Квон тоже не убегал, он остался рядом. Феромоны, должно быть, сильно действовали на него, и они занялись сексом по настоянию Ын Су. Это, вероятно, закончилось бы просто лихорадкой, если бы Ын Су не подтолкнул его.

Выбросив последнюю таблетку в мусорное ведро, которая валялась у ножки стула, Ын Су выпрямил согнутую спину и с долгих вздохом посмотрел на До Квона.

-Я останусь с вами, чтобы вам не пришлось принимать таблетки...

Он не успел закончить фразу, как вдруг глаза До Квона вспыхнули, и он резко подался вперёд, и чмокнул его в губы.

-Хмпф...

Это был невероятный выпад и сила. Спина Ын Су попятилась назад. Зарычав, До Квон схватил затылок Ын Су и притянул к себе.

Ын Су почувствовал себя так, будто угодил в лапы большого зверя. Толстый и горячий язык До Квона прошёлся по его губам и проник в рот. Одновременно с этим в рот хлынул густой поток феромонов.

Застывшее тело Ын Су обмякло, словно его усыпляли. Не успев даже начать сопротивляться, как До Квон схватил его и не отпускал. Он оказался в объятиях До Квона.

-Ху...

Язык До Квона был агрессивным. Он исследовал рот Ын Су, проведя языком по нёбу, а затем втянул его язык. Язык Ын Су, болтавшийся безвольно от агрессивного всасывания, был втянут в рот До Квона.

Он с жадностью жевал язык, вторгшийся на его территорию, слегка покусывая его. Слюна Ын Су казалась ему сладкой.

В этот момент До Квона схватил Ын Су за бёдра и сжал член через брюки. Дразнящие движения его языка усилились, когда он почувствовал упругую, пухлую плоть в своей большой руке. Другая его рука схватилась за одежду Ын Су. Он провёл рукой по его плоскому живот и обхватил обнажённую грудь.

Тело Ын Су скользнуло в объятия До Квона. Его дыхание стало прерывистым, и он стал неистово тереться об него. Свет из гостинной бил по глазам.

Поцелуй был слишком напористым. Он не мог понять, был ли это секс или обычный поцелуй.

Кончики пальцев Ын Су подрагивали. Его разум был заменен феромонами, которые так и проникали в горло. Ын Су не понимал, был ли он на пике удовольствия или у него началась течка.

В конце концов, похоть Ын Су взяла верх над его разумом. Его слабая рука коснулась предплечья До Квона. Он погладил его плечо и прошёлся по спине.

Он чувствовал его плоть под кончиками пальцев. Его кожа была твёрдой и плотной, как бывает у альф, и от одного прикосновения к ней у него всё затрепетало внизу. Именно в этот момент он понял, почему До Квон рычал как зверь.

Ын Су обвил руками его шею и обнял изо всех, но он вдруг отпустил его. Как человек, который прикоснулся к чему-то горячей, а потом поспешно отпустил.

-Хаа...Хаа...

Ын Су задыхался и беспомощно опустился на пол. Толстый ковёр покрывал весь пол, поэтому он не почувствовал боли от падение. Однако резкое падение температуры, слюна на губах, и жар на коже, были для него невыносимы.

Ын Су поднял обеспокоенные глаза на До Квона, и он обеими руками потёр лицо.

-Блять...

На лбу До Квона выступила толстая прожилка. Он попятился назад, пробормотав несколько ругательств, а затем повернулся и уставился на Ын Су пустыми глазами.

-Ын Су, пожалуйста...уходи...

-...

-Пожалуйста...

До Квон стиснул зубы. Он крепко прикусил внутреннюю сторону щеки и губы. Нежная плоть порвалась, и из уголка потекла кровь. До Квон беспорядочно пытался вытереть её рукой.

Запах феромонов Ын Су заставил похоть, которую он подавлял лекарствами, бурлить, как лава. Если Ын Су будет медлить, то он точно что-нибудь сделает ужасное.

"Я не могу так. Я не могу проецировать на него свои низменные желания. Как я мог? Как я посмел?

До Квон сделал ещё один шаг назад. Он хотел уйти от него - куда угодно, да хоть с окна выброситься.

Но, вопреки его желанию, Ын Су не собирался двигаться. Он просто сидел и смотрел на него.

-У-уходи! - в отчаянии кричал До Квон.

Но всё было бесполезно. Ын Су даже глазом не моргнул. До Квон снова прикусил губу. Плоть треснула, и из ранки хлынула кровь.

Его язык облизал губы. Кроваво - красный язык, похожий на раздавленную вишню, вырвался и исчез. Ын Су увидел это и поднялся.

До Квон вздохнул с облегчением. Он хотел, чтобы Ын Су покинул это место. Но Ын Су направился не к двери, а к нему. До Квон в недоумении покачал головой, его взгляд обескураживал его.

Тем не менее, Ын Су стоял перед ним. Их феромоны переплетались, создавая смертельную ситуацию для них обоих.

Когда До Квон с гримасой закрыл нос, Ын Су обхватил его талию и томным голосом произнёс.

-Сделай это.

-...Что?

-Давай займёмся сексом.

Слова Ын Су ошеломили До Квона. Он смотрел на лицо Ын Су, не в силах поверить в то, что он говорит. Он немного не в себе, но не выглядел так, будто сошёл с ума. У него не было цикла течки. Это у него был гон. Тогда как эти слова могли прозвучать из его уст?

-Ын Су, если ты так говоришь... я не могу избавиться от этих мыслей.

-Почему вы только думаете? Я сказал, сделать это.

Рука Ын Су скользнула по талии До Квона. Он почувствовал, как по спине побежали мурашки. Казалось, что все его чувства перемещаются по кончикам пальцев.

Сжавшись, До Квон обхватил запястья Ын Су и взмолился.

-Пожалуйста, Ын Су! Не надо...

-Почему?

-Потому что я не могу быть уверенным, что всё пройдёт нормально.

-...

-Потому что я... буду точно не в своём уме...

-И что? Сойдёте с ума? Я думал, что обычно все такие в течку и гон.

-...

-Боитесь, что сделаете что-то не то? Мы уже несколько раз проходили ваш гон, До Квон, даже если вы и в этот раз откусите пальцы на ногах...

-...

-Тогда я просто пну вас снова.

От этих слов До Квон потерял дар речи. Убедить его было невозможно.

Он хотел позвать кого-то, чтобы его утащили отсюда, но он не хотел. Ему не хотелось, чтобы кто-то ещё прикасался к его телу.

Ын Су прижался к нему всем тело, пока До Квон думал, колено Ын Су плотно прижалось к его промежности, а затем он прошептал.

-Вы говорили, что я всегда могу использовать вас в качестве мастурбатора.

-Ын Су...

-Я хочу использовать его сейчас.

От этих слов До Квон стиснул зубы. Затем он обхватил его крошечное тело своими руками и впился в него жадными губами.

-Ах, мх...ух...

Ын Су крутил талией из стороны в сторону. Его низ живота щекотало, прижимаясь ягодицами к лицу До Квона. Его колени продолжали сгибаться, как вдруг До Квон схватил его за внутреннюю часть коленей и подтолкнул их вверх.

Ноги Ын Су раздвинулись, как у лягушки. Его пах и ягодица были обнажены. Это была крайне смущающая поза, но времени для смущения не было. Его отвлекал язык До Квона, который скользнул во внутренние стенки.

До Квон целовал то место уже почти полчаса. Ын Су едва мог держать глаза открытыми от ощущений, как язык До Квона скользил, чтобы облизать складочки, прощупывая дырочку кончиком языка и проводим им туда-сюда, словно растирая внутренности, пытаясь просунуть туда своё лицо.

-Ха...ым... ох...

Ын Су хватался ногтями за подушку. Пальцы болели от того, как сильно он сминал её.

Час назад сорвав всю одежду с Ын Су, До Квон не стал сразу приступать к проникновению, а стал вылизывать его со всех сторон.

Он проходил языком по его губам, подмышки, грудь, округлые соски, впалый пупок и, конечно же, он добрался до ягодиц.

Тело Ын Су было покрыто следами его зубов, оно дрожало.

-Ах! Остановитесь!

Зубы До Квона заскрежетали по его складочкам. Бёдра Ын Су задрожали от непривычных, но возбуждающих ласк. Дразнящее удовольствие было болезненным. Его член напрягся, завис на грани неясной кульминации. Не в силах эякулировать, ему хотелось, чтобы До Квон просто вошёл в него. Он хотел, чтобы его член заполнил его полностью. Его языка было недостаточно. Ему нужно было что-то толстое, твёрдое и горячее.

Ноги Ын Су затряслись. Его потная кожа то и дело выскальзывала из рук До Квона. Ын Су отчаянно пополз к изголовью кровати. Он ещё даже не проник внутрь, но его спину уже покалывало. Его спину покалывало от слюны До Квона, и он чувствовал себя невыносимо.

Ягодицы Ын Су покалывало, и он потёрся ими об одеяло. Как вдруг тень До Квона снова накрыла его. Глаза Ын Су раскрылись от удивления. Он собирался позвать его, но его тело тут же перевернули.

-Хаа...Ын Су...

До Квон высунул язык и лизнул ягодицы Ын Су. Он вцепился зубами и стал покусывать. Его горячее дыхание разносилось по чувствительной коже. Бёдра Ын Су снова задрожали, словно пудинг.

-Господин До Кво-он! Хватит....

Ын Су хлопнул ладонью по лбу До Квона. Неожиданно для него До Квон был довольно покладистым, его эрегированный пенис каменел до боли. К счастью благодаря этим ласкам, тело Ын Су оставалось в порядке.

До Квон поцелуями прошёлся по спине Ын Су, большой палец глубоко вошёл внутрь в пылающую дырочку, и, в отлмчие от языка, тело Ын Су напряглось.

Большой палец До Квона надавливал на его складочки, будто он собирался войти внутрь. Иногда он теребил опухшие стеночки, словно раздвигая. Иногда он проникал пальцем так быстро, что жар сильнее поднимался по всему телу.

Бёдра Ын Су трепетали от удовольствия. Его округлённые ягодицы выгнулись внутрь. До Квон прошептал, разводя руками его бёдра.

-Расслабься.

Это прозвучало властно. Не успел Ын Су расслабиться, как его большой палец вонзился в отверстие.

Руки и пальцы До Квона были большими, что было неудивительно для доминантного альфы. Поэтому когда он вошёл большим и длинным пальцем внутрь, размягчённый задний проход напрягся.

Но До Квон оставался невозмутимым. С ничего не выражающим лицом, вернее, сосредоточенным, он вводил и вывод большой палец. Другой рукой он обхватил ягодицы Ын Су.

Дырочка, опьянённая феромонами До Квона, быстро приспособилась к его пальцам. Более того, она словно умоляла о большем. Бёдра Ын Су вновь затрепетали. Дырочка сжималась при виде увеличивающегося в размерах члена.

-Хмф...ах, нет... ещё нет...

Ын Су удивлённо отвернул голову, и До Квон обхватил его подбородок руками, а затем прижался к его губам. Его феромоны непрерывным потоком хлынули из его открытого рта.

Перед глазами Ын Су всё помутнело. Его напряженные мышцы разгладились.

До Квон начал медленно водить рукой по его расслабленному заднему отверстию. Он уже намо и не нуждался в дополнительной ласке, но ему хотелось почувствовать его, ведь эти ощущения отличались, которые он испытывал при помощи члена.

Мягкая, гладкая и горячая. Ощущения его движений при каждом вздохе заставляло гореть. Он хотел держать свой палец в заднем отверстии Ын Су весь день, если бы мог.

Задница Ын Су таяла от его ласк, До Квон вводил свои пальцы и выводил, издавая тихие пошлые звуки. Затем, когда пальцы До Квона вошли до конца, глаза Ын Су расширились.

Он почувствовал что-то ещё на его пальцах. Оно было холоднее, чего пальцы, неровным, гладким, но твёрдым.

-Ха, к-кольцо, господин До Квон, кольцо...

Это было кольцо.

Кольцо проникало между складок, царапая стенки, когда пальцы До Квона двигались вперёд и назад. Это было странное ощущение, впервые внутри него было что-то, кроме человеческой части тела, и хотя оно было близко к размеру пальца До Квона, но его присутствие было явным и ощутимым.

-Ах, ох...кольцо... какое-то...

Затем Ын Су неосознанно сжался, отчего До Квон нахмурился. Не стоило этого делать. Его и так эрегированный член стал ещё больше.

Рот До Квона сжался в одну линию. Задняя дырочка Ын Су, которая была тугая после всех касаний, проникновений языком, была одновременно красивой и восхитительной. "Как долго он собирается заставлять меня ждать?"

После нескольких поглаживаний До Квон развел пальцы, растягивая её. Дырочка открылась.

-Ха!

От испуга Ын Су приподнял талию, но вырваться он не смог, так как До Квон обхватил его таз и ниж живота одной рукой.

-Ах...ах...

Он чувствовал проникающий холодный воздух через зияющее отверстие. Он чувствовал горячий, настойчивый взгляд До Квона и ощущал, как его дырочка пульсировала.

-Сделайте, господин До Квона... пожалуйста...

Ын Су схватил тыльную сторону ладони До Квона, обхватившую его. Как бы долго он ни был с ним, сколько бы раз они не делали вместе постель, но ему всё равно было неловко находиться в таком уязвимом положении.

Ын Су стучал ногой по кровати, как веслом по воде, пытаясь высвободиться от его хватки.

В этот момент пальцы До Квона развелись, как ножницы. Спина Ын Су напряглась. Никогда ещё он не чувствовал себя так унизительно. На его глазах навернулись слёзы. До Квон резко отдёрнул руку.

-Ах...

Тело Ын Су вздрогнуло от пустоты. Он тут же обмяк. Он ещё даже не успел принять До Квона, но его энергия уже иссякла.

К счастью, все эти ласки возымели большой эффект. Потому, что как только До Квон отдёрнул руку, дырочка всё ещё оставалась открытой, готовой принять его полностью.

Ын Су задыхался. Его задняя часть была горячей от языка и пальцев До Квона. Его пенис пульсировал, то напрягаясь от глубоких ласк, то сжимаясь от внезапного вторжения, то снова напрягался.

До Квон перевернул Ын Су на спину, раздвинул его стройные бёдра в разные сторону и устроился между ними.

До Квон стал потираться членом. Его пенис напоминал багет, а по всей длине тянулись жилки. Ствол был большим и блестящим, а головка толстой. Яички были твёрдыми и тяжёлыми.

Он был достоин звания оружия.

Ын Су сухо сглотнул. До Квон потирал свой член между промежностью Ын Су. Твёрдая головка тёрлась о размягчённую промежность, заднее отверстие и яички Ын Су, и чем больше он это делал, тем горячее и твёрже становился его член.

-Ха...Ын Су.

До Квон быстро провёл по складкам Ын Су. Из щели раздался хлюпающий звук, и соки потекли наружу.

Челюсть Ын Су сжалась от щекочущего удовольствия. Трения члена До Квона было достаточно, чтобы заставить его снова эякулировать. Он сосредоточился на ощущениях под собой. Вдруг его глаза встретились с глазами До Квона.

Он продолжал тереться своим членам и смотрел на Ын Су своими тёмными глазами. Его глаза не были похожи на человеческие. Казалось, они чем-то одержимы, а может, и вовсе бездушны.

Ын Су испугался и быстро отвёл взгляд. Как бы ругая его за это, До Квон надавил на свой член. Складки сжались в вогнутую форму, и головка вошла внутрь.

-А-ах!

Талия Ын Су приподнялась. Его рёбра выгнулись, глаза расширились, а голова откинулась назад. Когда в него проникали тремя пальцами, он подумал, что До Квона будет не тяжело принять, но как же он ошибался.

Ын Су пытался вздохнуть и выдохнуть, а До Квон проникал в него всё глубже, дюйм за дюймом. В панике Ын Су стал царапать его предплечья.

-С-стойте, подождите, ах.... подождите...

-...

Но До Квон не ответил. Он был слишком занят тем, что вводил свой член в тугую дырочку, глядя на заглатывающее заднее отверстие.

-Угх...

Ын Су издал приглушённый стон и вцепился в одеяло. Его член ещё не вошёл в него даже наполовину, а ему уже казалось, что его живот был готов взорваться. Туго натянутые стенки чувствовали боль.

"Интересно, всегда ли он был таким большим? Я помню, каким он был во время последней течки. Тогда он казался ему большим, но не таким, как сейчас. Так почему он вдруг стал таким большим? Может ли мужской пенис внезапно вырасти после 30 лет?"

Это было настолько больно, что он не мог думать ни о чём другом.

Когда член До Квона вошёл наполовину, его движения прекратились. Дело было не в том, что он захотел остановиться, а в том, что отверстие Ын Су стало слишком узким для дальнейшего проникновения.

До Квон слегка двигал бёдрами, чтобы протиснуться, но отверстие Ын Су не расширялось. Рот До Квона искривился в гримасе. После минутного колебания он потянулся к стволу Ын Су, напряжённому от болезненных ощущений. Он обхватил его четырьмя пальцами и провёл большим пальцем по кончику головки.

-Мхм...ха...

Дырочка Ын Су на мгновение расслабилась от удовольствия, и До Квона, не упустив момент, быстро вошёл в него.

-Ха...

-Мхмф...

Глаза Ын Су расширились. В тот момент, когда он подумал, что будет больно, что его живот вот-вот взорвётся, что дырочка лопнет, его пронзила молния наслаждения. Простата расплющилась о член До Квона, вызвав волну удовольствия.

-Ах!

Член Ын Су выплеснул струйку спермы, тело содрогнулось. Он глубоко втянул воздух, и его живот сжался. Силуэт члена До Квона вырисовывался под кожей его живота, и когда До Квона зметил это, то крепко прижал ладонь к нижней части живота Ын Су.

-Ах, нет, только не это!

Ын Су извивался, но ни его член, ни его рука не убирались, и он был вынужден снова достичь кульминации. Из его члена ничего не вышло, но это была определённо кульминация.

-Аххх..

В его ушах стоял звон. А худые ноги сильно задрожали. Пальцы ног напряглись, а едва ослабленные внутренние стенки сжались. Его член дёргался. А воздух, который он пытался втянуть, царапал всё его нутро, словно когти невидимого монстра.

Ын Су слегка скрутился.

-Ху...

До Квон поправил чёлку. Затем он слегка оттянул свой член назад, пытаясь вытащить его из плотно сомкнутого входа. Ын Су зажмурил глаза. Казалось, что каждый орган хочет вырваться наружу. Тем не менее всё так хорошо ощущалось, что ему не хотелось отпускать это ощущение.

До Квон вводил и выводил свой член медленно. Его виски вздулись. Ын Су заметил, как он кусает губы, желая двигаться по своему желанию. Он словно подавлял своё желание, не желая причинить боль Ын Су.

Возможно, зная, его намерения, что он не навредит, отверстие Ын Су стало привыкать к его члену. Его взгляд, прикосновения, феромоны доминантного альфы словно заполняли его. Как омеге, ему это всё безумно нравилось.

То, что казалось таким подавляющим, стало возбуждающим. Ын Су заёрзал и привычно обвил ногами талию До Квона. Он встретился с его взглядом, и они красиво блеснули.

-...

Челюсть До Квона сжалась. Он облизал пересохшие губы и схватил Ын Су за бёдра. Он вытащил его до самой головки, а затем шлёп, и он погрузился внутрь, быстро и сильно.

-Ху...

-Ах...хаа...

Веки Ын Су слегка закрылись, а рот распахнулся.

Это было безумно хорошо. Его мозг словно плавился. Ощущение члена До Квона в животе было настолько приятным, что ему хотелось, чтобы он навечно там остался.

До Квон, должно быть, видел о чём думает Ын Су, поэтому он крепко схватил его за худую талию и начал вбиваться ещё сильнее.

-Мхф...

Раздались резкие звуки трения плоти о плоть. Толстый ствол пронзал узкое отверстие Ын Су. Из-за глубокого проникновения, головка задевала простату, отчего Ын Су застонал от удовольствия. Кончики пальцев царапали бицепсы До Квона, и оставленные красные линии на его твёрдой коже, доставляли странное удовольствие.

-...

До Квон уставился на Ын Су, его лицо было невыразительным. Но вот лицо Ын Су, с которого сходил пот от каждого глубокого точка, казалось ему эротичным.

До Квон испытал странное ощущение. Его зрение постоянно расплывалось, а вот лицо Ын Су было кристально чистым. Его раскрасневшееся лицо, белая кожа, и эротические жесты словно отражались на радужке глаз.

Ноги Ын Су, лежавшие на его плечах, дрожали при каждом проникновении. Время от времени, когда он касался его чувствительной точки, то колени автоматически сводились вместе. А ещё он иногда стучал пяткой по плечу. Это странно раздражало его.

До Квон с затуманенным взглядом положил руки на бёдра Ын Су. И раздавил всем его своим весом.

-Ах... ха...

Ын Су протяжно застонал. Весь член погрузился в него глубже. Тело Ын Су сложилось пополам, а бёдра прижались к ногам До Квона. Пенис, который только входил глубоко, теперь давил только на чувствительную точку.

В этот момент До Квон стал активнее двигать бёдрами, круглая головка пронзала отверстие. Ын Су чувствовал, как стал задыхаться от резкого проникновения. Но До Квону было всё равно, и он пытался восстановить дыхание над ухом Ын Су. Ын Су крепко сжимал его шею, упираясь бёдрами. Он зарылся лицом в его шею.

-Очень... очень глубоко, ах... мой живот сейчас лопнет...я не могу... - взмолился Ын Су плачущим голосом. Однако До Квон не отвечал, вместо этого он лишь усилил скорость толчков.Скорее чем дольше жаловался Ын Су, тем активнее становился До Квон.

Ын Су издал стон, похожий на крик. Член полностью заполнил его живот, и от тяжести тела До Квона, у него перехватывало дыхание.

Было слишком жарко. По щекам стекали капельки пота, смешанные со слезами. В груди стало тесно, а внизу всё трепетало, словно он хотел в туалет. Его раздавленной простате было одновременно больно и жутко приятно.

Удовольствие было нескончаемым и с каждым разом возрастало. Он уже должен был кончить, но всё это было настолько хорошо, что он не хотел заканчивать на этом.

-Угх...!

Ын Су был зажат До Квоном. Он был вынужден терпеть удовольствие, которое изливалось на него. Его ресницы трепетали. Мир и разум начали ускользать от него, словно его всасывало в кровать.

Небо и земля смешались. Они остались одни в своём чёрном мире, где их не тревожило ни будущее, ни прошлое. Они двигались как животные, следуя лишь своим инстинктам. На самом деле Ын Су, находясь под До Квоном, ничего не оставалось кроме как принимать его, балансируя за гранью нормальности.

Движения До Квона становились ещё более активными, отчего Ын Су чувствовал головокружение. Он задыхался от пульсации в заднем проходе. Жар становился всё обильнее.

-Хмп, ах... ха...ух, До...Квон!

-...

Нахмурив брови, До Квон крепко обнял Ын Су. Он зарылся носом в его волос и быстро вводил и выводил из него свой член. Ын Су плотно закрыл глаза и обхватил руками большую спину До Квона.

Его пенис начал снова пульсировать. Он извивался и двигался, пытаясь принять более удобное положение. Толчки До Квона были быстрыми и настойчивыми, а затем член, казалось, стал ещё твёрже и больше, проник в Ын Су до самого корня. В этот же миг внутри почувствовалось, как что-то горячее вырвалось. Ын Су вскрикнул, когда плоть и спермы заполняли его живот.

-Ах!

-Ха...

Стройная нога, перекинутая через плечо До Квона, задрожала. Кончики пальцев, впивающиеся в его спину, дёрнулись. По спине пробежались мурашки. Он был на рыбу, выкинутую на бере, хотя бы совершенно неподвижен.

До Квон ещё крепче обнял Ын Су. С тихим стоном он медленно вынул член, а затем снова вогнал его, наслаждаясь послевкусием. От сладкого, жестокого удовольствия в уголках глаз Ын Су появились слёзы. До Квон вытянул язык и слизал их.

Он ещё долго продолжать входить и выходить из него, покусывая мочки ушей, щёку, кончик подбородка, линию шеи.

От его движений сперма, которую он выпустил внутри него, вытекала струйками, стекая по бёдрам. Ын Су дрожал, пытаясь прийти в себя после кульминации.

И наконец, До Квон приподнялся над Ын Су и медленно вытащил свой член. Потребовалось несколько секунд, чтобы длинный ствол выскользнул, но как только это произошло, заднее отверстие Ын Су сжалось, издавая чвакающий звук.

-Ыкх!

У Ын Су подкосились ноги. Его бёдра задрожали. Жидкость внутри него вытекала наружу, смешиваясь с его соками, слюны До Квона и его спермы.

То ли из-за размера члена, то ли из-за того, что его яички были тяжелыми, количество извергаемой спермы было очень большим. Ощущение, когда сперма бурлила в животе, было непривычным, хотя он уже подобное ощущал много раз раньше.

Пока Ын Су трогал свой низ живота и ошарашенно смотрел в потолок, До Квон слегка обхватил его подбородок и нежно поцеловал. Поцелуй был коротким и сладким.

Ын Су слегка приоткрыл рот, словно ожидая его. До Квон наклонил голову и глубоко впился в него, их языки переплелись. Его слюну на вкус напоминала сладость. Слюна стекала по пересохшему от стонов стекала по горлу. Ын Су присосался к его языку, словно птенчик.

-Ху...

Разум Ын Су снова помутился от феромонов До Квона, которые проникали в горло. Его глаза помутнели, а охлаждённое тело стало снова гореть. Его бёдра нежно потёрлись о талию До Квона, заставив его вздрогнуть.

До Квон не стал игнорировать этот милый жест. Раздвинув губы, он перевернул Ын Су, и согнув колени, стал двигать бёдрами. Под яркими лучами света обнажились округлённые ягодицы, на которых красовались следы зубов До Квона.

До Квон высунул язык и облизал пересохшие губы. Затем он рукой сжал его пухлые и круглые ягодицы. Они разошлись по обеим сторонам, обнажив зияющую дырочку. Красное и опухшее отверстие выплёскивало остатки спермы До Квона при каждом вдохе Ын Су. Уставившись на него, До Квон большим пальцем затолкал её обратно.

-Ах...

Ягодицы Ын Су задрожали. Он не понимал, как большой палец может быть таким приятным, когда он только что принимал толстый член До Квона. Ын Су ткнулся лбом в подушку и застонал. Он слегка покачивал бёдрами.

До Квон затолкал сочащуюся сперму обратно, и только после этого убрал большой палец. Затем он быстро приложил свой член к отверстию, чтобы проверить, не вытечет ли она снова.

И с этого момента у них начался второй заход.

Ын Су стонал, прижатый к стеклянной стене. Каждый раз, когда До Квон двигался позади него, член Ын Су покачивался ввер-вниз. Его соски и пенис, набухшие и опухшие от укусов и сосаний До Квона, тёрлись о холодную стеклянную стенку.

Его грудь покалывало от трения, поэтому он отталкивался ладонями о стеклянную стенку, но До Квон всё равно прижимал его.

-Хм, ах!

Ын Су откинул голову назад. Потная чёлка откинулась назад, обнажив красивый лоб. До Квон прижался к нему губами, слизывая бисеринки пота Ын Су.

В уголках глаз Ын Су собрались морщинки. По большей части его отношения с До Квоном были сложными, но стоять вот так и получать знаки его внимания было тяжело. Он чувствовал себя так, словно его пронзали насквозь.

-Хмм...господин До Квон... - сказал Ын Су, сжимая тыльную сторону ладони руки До Квона, которая держала его таз.

Но До Квон не ответил. Он не отвечал уже час или два. Словно не слыша голоса Ын Су, он продолжал двигаться взад и вперёд, как животное, охваченное похотью.

Чем больше он эякулировал, тем более одержимым он становился сексом. Будто гон, который подавляли все эти годы с помощью наркотиков, пытался насытиться всем за один день.

-Ах, мхм...До Квон... господинн... - Ын Су снова позвал До Квона вымаливающим голосом.

-Ху...

Но До Квон не ответил, лишь погладил мочку уха и затылок Ын Су.

Ын Су фыркнул и посмотрел вниз. Он видел, как его ноги висели в воздухе. Тонкая струйка белой жидкости стекала по его бедру и свисала с кончиков пальцев. Это была сперма, который До Квон уже успел выпустить несколько раз.

До Квон был на фут выше Ын Су, поэтому стоя рядом, ему приходилось приподниматься на носочки, чтобы принять его. Стоя на цыпочках, было нелегко справиться с его грубыми проникновения.

К тому же, когда он сильно перевозбуждался, как сейчас, он поднимал таз Ын Су и упирался сильнее гениталиями, отчего его ноги парили в воздухе.

Ын Су испугался, что его могут уронить, поэтому стал хвататься за стеклянную стенку. Но стекло было гладким, и потные ладони соскальзывали, поэтому держаться было не за что.

Конечно же, До Квон поймает его раньше. Внезапно его дыхание остановилось, а тело всё напряглось. Спина Ын Су напряглась, как вдруг До Квон издал горловой звук и глубже погрузил свой член.

Иногда Ын Су задумывался, не делает ли он это, чтобы сломать его. Возможно, так и было. К тому же они сначала катались по кровати, а теперь он внезапно подтащил его к окну. Он прижимал Ын Су к стеклянной стене, вытаскивал член до конца и снова вставлял.

Простата была раздавлена. Дырочка пульсировала. Его головка члена глубоко вбивалась в живот. Спина напряглась. Пальцы ног подогнулись внутрь. Глаза Ын Су на мгновение закатились, а затем опустились обратно.

-Ах...аах...

Из пениса Ын Су выплеснулась мутная жидкость. Теперь она больше напоминала густую воду, чем сперму.

Тем не менее, стекло, испачканное всевозможными жидкостями, включая слёзы Ын Су, слюну, сперму и отпечатки рук, стало ещё более грязным.

Ын Су задумался, какого же будет уборщице убирать всё это?

Когда Ын Су задрожал вновь, До Квон толкнул его к одноместному дивану, ввёл наполовину выведенный член, и стал снова двигаться. Должно быть, его возбудило то, как напряглась его спина во время кульминации.

Но для Ын Су это было очень неловко. Ын Су извивался, пытаясь вырваться из рук До Квона.

-Подождите...ах... подождите всего секунду...

-Ха, Ын Су!

-Я просто... просто... ах!

Он ещё не успел спуститься с вершины кульминации, а наслаждение вновь стало нарастать. Колени Ын Су подогнулись. Его бёдра и ляжки напряглись, а живот вздулся. По всему телу стекал холодный пот.

Туалет. Ему нужно было в туалет. Ему срочно нужно было отойти в туалет. Это было похоже не совсем на достижение кульминации. Его мочевой пузырь горел, а уретра щекотала.

-До Квон, я, кхм, ту...туалет... - взмолился Ын Су, с тревогой глядя на До Квона.

-...

Но До Квон был занят тем, что оставлял на плече Ын Су ряд следов. Иногда он кусал плечо так сильно, что это было до невозможности больно, от боли спина напрягалась, делая проникновение ещё более глубоким. Поэтому До Квон, не упуская эту возможность рычал, протискиваясь в тугие стенки, и это повторялось раз за разом.

Глаза Ын Су начали терять фокус. Его рот приоткрылся, а язык болтался безвольно. Единственное, что он чётко и ясно ощущал, - это член До Квона, который скользил внутри него.

Его ворчание становилось всё громче и громче, а толчки бёдрами только усиливались. И вот, когда член вошёл до конца, он слегка поменял угол, надавив на простату.

-Ах...нет, укх!

Из уретры потекла струйка прозрачной воды. Струйка была такой же мощной, как если бы он описался, но, к счастью или к сожалению, это была не моча.

Тело Ын Су содрогнулось. Он и раньше вздрагивал, когда достигал кульминации, но это было совсем не то.

В ушах всё заложило, и мир бдуто стал недосягаемым. Каждый мускул в его теле содрогался. Казалось, по его венам бежит электричество.

-Угх...

Он услышал короткий стон До Квона у себя за спиной и почувствовал, как пульсирует его член глубоко в животе. Как только он почувствовал, как из его члена хлынула горячая сперма, пропитывая его внутренние стенки, член Ын Су дёрнулся и выпустил ещё одну струю жидкости.

Тёмное пятно образовалось на чёрном диване. Его тело извивалось сильнее, чем раньше. Сжатие и разжатие мышц он чувствовал отчётливо. Но конечно же, пульсирующий член До Квона в своём животе он ощущал ещё отчётливее. Ын Су задыхался от горячей спермы, которая пропитывала его покалывающие внутренние стенки от постоянного трения.

Когда он снова вогнал свой член, Ын Су выгнул спину, издав глубокий и долгий вздох. Ын Су покачал головой, чувствуя, как на его простату начали снова давить.

-Нет, ах, нет...ух,нет...

Если он почувствует ещё хоть немного удовольствия, то окончательно сойдёт с ума. Страх, что его мозг вытечет через нос, разум испарится, и он останется только с задним отверстием, в котором находится член До Квона, охватил его.

Ын Су замах руками, пытаясь ухватиться за спинку дивана, но рука До Квона обхватила его низ живота и сжала. Его рука скользнула вниз по поту, пока не достигла гениталий Ын Су. Большая, твердая рука обхватила и сжала член Ын Су. Затем он начал ею двигать вверх-вниз.

-Нет, только не это...

Посиневший от ярости Ын Су пытался извиваться. Но он не мог вырваться из рук До Квона. Молния наслаждения пронеслась по его телу. Член До Квона бился в его животе, сперма скользила между внутренними стенками, его феромоны были повсюду, а рука сжимала член Ын Су.

-Нееет!

Ын Су был беспомощен, поэтому ему оставалось кончить ещё раз от бешенной кульминации. Из его уретры полилась струя прозрачной воды, сильнее, чем раньше. Спина Ын Су выгнулась дугой, а верхняя часть тела упала на руки До Квона. Его тело содрогнулось, а глаза закатились.

Перед глазами потемнело.

-Ах...

Ын Су тихо и неслышно застонал. Его голос, надтреснутый, был слабым. Он не был ни красочным, ни эротичным. Он мало чем отличался от стонов умирающего тяжелобольного пациента.

Но с До Квоном всё было иначе. От возбуждения он посасывал нижнюю губу Ын Су и быстро задвигал бёдрами. Рваное дыхание До Квона пронеслось над кончиком носа Ын Су.

Ын Су наблюдал в окно за закатом. Когда он только вошёл сюда, солнце уже садилось, и сейчас оно снова садилось. Это означалось, что прошёл ещё один день.

В течение этого дня интенсивный, неустанный секс не прекращался. Ын Су засыпал и просыпался несколько раз, и каждый раз член До Квона заполнял его заднее отверстие.

Все его тело болело. Его точки сопровождались лишь тупыми ощущениями, но он не мог различить ни боли, ни удовольствия. Кожа тоже была в полном беспорядке. На руках, а также бёдрах и икрах, было полно следов укусов До Квона. Должно быть, он оставил их ещё там, где не мог Ын Су этого увидеть.

-До Квон, ах...господин До Квон, остановитесь...

Ын Су надавил свободной рукой на грудь До Квона. Казалось, что ещё немного и он точно умрёт. Его голова раскалывалась от спермы и феромонов, наполнявших его тело. Каждый сантиметр кожи покалывало, словно его выжали, как тряпку.

Он уже не мог ощутить свою спину и пах. Казалось, что его плоть будет отстаиваться от костей с каждым его толчком. Ын Су был в ужасе.

Ын Су застонал и попытался оттолкнуть его, но его запястье резко перехватили, и оно оказалось прямо во рту До Квона. Руку Ын Су заглотил До Квон, глаза которого горели чёрным огнём. Он обсасывал его пальцы, облизывал ладонь и пытался даже перегрызть фаланги.

Воистину, он был не лучше животного. Ын Су болезненно нахмурился. Тем временем движения До Квона, казалось, ускорились, и он выпустил ещё спермы в его заднее отверстие, в котором теперь не было места.

-Угх...

С коротким стоном голова До Квона откинулась, глаза то закрывались, то открывались. По его подбородку стекала струйка пота. Ын Су уставился на него.

Насладившись минутами эякуляции, До Квон наклонил верхнюю часть тела вниз. Его тёмная тень нависла над Ын Су.

-...

Не говоря ни слова, До Квон уставился на Ын Су, лежавшего под ним. Он поочерёдно изучал его опухшие от слёз глаза, кончик красного носа, приоткрытые губы, раскрасневшиеся щёки. Затем он поцеловал его в лоб.

-Ын Су, я люблю тебя.

-...

-Хм? Я люблю тебя, Ын Су.

Он говорил эти слова своим характерным низким голосом, продолжая целовать его лицо. Наконец, он смочил его пересохшие губы.

Ын Су рассмеялся от этой переменчивости. В одну минуту он вёл себя как настоящий демон, а в другую - как милый романтик.

Тем не менее, не так уж плохо чувствовать себя любимым.

Ын Су нежно погладил большим пальцев уголок глаза До Квона. До Квон сжал его тыльную сторону ладони и потёрся щекой об его ладонь. Затем он снова ввёл свой пенис.

Несмотря на то, что он был такого же размера и толщины, Ын Су чувствовал себя ужасно.

-Хмпф...

Ын Су тихонько застонал. Свет над плечом До Квона стал туманиться. Вдруг он вспомнил, что сказал ему До Квона, когда он проделал весь путь до сюда.

-Зачем ты пришёл сюда, зная, в каком я состоянии?

-Зная, что я собираюсь сделать с тобой?

-Тебе будет плохо.

Ын Су ухмыльнулся, вспомнив рычащий голосом.

"Но...Я не знал, что ты со мной сделаешь..."

"Я не ожидал, что со мной так будут плохо обращаться..."

"Правда...правда.. я не знал"

Ын Су медленно закрыл глаза, сожалея о том, как он вел себя, придя сюда.

Ын Су ворочался, пытаясь спустить с себя одеяло, потому что были слишком жарко. Но спина сильно болела. Бёдра покалывало в местах их соприкосновения, а в паху горло, словно его плоть разрывали на части

Прошло уже много времени, когда тело настолько сильно болело.

Боль была слишком резкой, этого было достаточно, чтобы вывести его сознание из глубокой дремоты.

Ын Су открыл глаза. Глазные яблоки болели, веки казались непомерно тяжёлыми, слезные протоки жгло, а перед глазами всё белело. Всё, что он мог видеть, - это тусклый золотистый свет. Это не было похоже на солнечный свет, скорее на искусственный.

Ын Су моргнул, пытаясь прояснить зрение, но что-то снова заслонило его виденье. Это была чья-то ладонь, твёрдая и тёплая. Судя по запаху, который доносился до его носа, это была ладонь...До Квона.

-Ты можешь ещё поспать.

-...

Знакомый голос заставил Ын Су вернуться к событиям, произошедшим перед тем, как он уснул и потерял сознание. Он вспомнил тот хаотичный секс и то, как он продолжался до тех, пока ему не захотелось умереть.

Он вспомнил, как спутывались их тела, его язык, скользящий по всему телу, жидкость, пропитавшая его кожу, - и слабый след сна испарился так же быстро, как и появился.

Ын Су тряхнул голову, отмахнувшись от руки До Квона и попытался приподнять верхнюю часть тела с кровати. Но руки не поддавались. Сидевший рядом До Квон быстро помог ему подняться.

-Тебе пока не стоит вставать... Что случилось, ты хочешь пить? - с беспокойством спросил он, присев у кровати.

Ын Су покачал головой, энергично потирая глаза тыльной стороной ладони. Он огляделся по сторонам красными, налитыми кровью глазами. Он попытался найти свои часы, но всё перед ним расплывалось, и он не мог разобрать, что к чему.

-Который сейчас час?

-Ох...шесть часов.

-Утра?

-Эм...вечера.

Ын Су нахмурил брови от такого ответа До Квона. Ему было тяжело уловить нить времени. Вечер? Почему? Когда он в последний раз бодрствовал, то видел закат, а если сейчас шесть вечера, то прошло всего час или два.

Но его тело было таким, словно его только вымыли, разум был ясным и трезвым, а мышцы болели. Всё это не могло случиться за пару часов... Значит, прошёл ещё один день. А это означало, что они занимались сексом два дня.

Сколько ещё раз До Квон продолжал вбиваться в него даже после того, как он отключился? Нет, сейчас было не важно это. Компания была важнее. Сколько дней он пропустил?

-М-мне нужно на работу...

Ын Су с бледным лицом тут же спустил ноги с кровати. До Квон остановил его, легонько обхватив рукой за локоть.

-Я взял ежегодный отпуск. Можешь отдохнуть до завтра.

-Но...

-Уже почти пора уходить с работы, так что ты собираешься делать? Просто отдыхай.

-...

-Что? Тебе нужно отдохнуть, прежде чем вернуться на работу.

У Ын Су отвисла челюсть, и он поспешно закинул ноги на кровать. До Квон положил руку ему на спину и осторожно уложил его. Ын Су безучастно смотрел в потолок.

Но отчего-то...потолок казался ему странным.

Это был обычный гостиничный потолок, но он отличался от того, который он видел перед тем, как потерять сознание. Он смотрел на потолок несколько часов, лежа в кровати, поэтому запомнил его цвет.

Однако он выглядел совсем иным... Ын Су, прищурившись, задумался о том, как это возможно, как вдруг До Квон заговорил.

-Я перенёс тебя на нижний этаж. В той комнате был полный беспорядок, так что... Сказали, что уборка займёт какое-то время, поэтому я перенёс тебя сюда. Вот так...

Ын Су несколько раз обдумал слова До Квона и невесело усмехнулся.

Как много таких людей, которые бы захотели поменять комнату после беспорядочного секса, а тем более после того как обмочили диван?

Ын Су зажмурил глаза и стиснул зубы, он умирал от смущения. Персонал отеля, наверняка, будут о таком сплетничать, и, хотя До Квон сможет всё компенсировать, но стыд оставался стыдом.

Ын Су вдыхал и вздыхал, пока вдохи не смешались между собой. Он повернул голову к До Квону.

Он по-прежнему сидел у изголовья кровати, а диван и кресло оставались нетронутыми. Его лицо было мрачным, а выражение - серьёзным. Он выглядел как человек, которого постигла тяжёлая болезнь.

Ын Су перевернулся на бок и посмотрел на него.

-Почему вы так выглядите?

-...

-Прямо как грешник.

Вопрос заставил До Квона опустить голову. Он неправильно вопрос Ын Су и думал, что он его ругает сейчас. Ын Су поджал губы, размышляя, стоит ли ему сказать, что он неправильно всё понял, и что он не обижается.

-Это же я вас попросил заняться сексом. Но если бы кто-нибудь увидел бы сейчас, то подумал, что вы меня изнасиловали.

-Ох... на рассвете... тогда всё было совсем иначе...

-...

У Ын Су открылся рот, когда он он вспомнил о рассвете, о котором он говорил.

-...

До Квон тоже закрыл рот. Между ними повисло молчание.

До Квон провёл рукой по своим неухоженным волосам. Ему нужно было воздерживаться, как следует. До Квон не знал, почему он всё никак не мог отлипнуть от Ын Су все эти два дня. Он ужаснулся тому, что натворил, когда мыл его.

До Квон прикрыл глаза своей большой рукой. Он извинился, его голос был искренним.

-Мне очень жаль.

-...

-Прости меня, Ын Су, и я больше никогда не позволю...

Ын Су был ошеломлён искренними извинениями, и не мог найти, что ответить на это.

До Квон сделал всё, что мог. Он знал о цикле своего гона и знал, что ему будет опасно находиться рядом с Ын Су. Он отталкивал Ын Су снова и снова, пытаясь сдержаться. Заживляющая корка на уголке его рта была тому доказательством.

И всё же Ын Су разве не продолжал настаивать? Используя те слова До Квона о мастурбатоте, как предлог. И всё что мог поделать в этой ситуации До Квон, как альфа, - это обнять омегу, которая настаивала на сексе.

И всё же он продолжает извиняться. До Квон был доминантным альфой, у которого начался гон, но всё равно приносил свои извинения. Ын Су, который довёл всё до такого, смотрел на До Квона с ничего не выражающим лицом.

Такова была позиция Ын Су и До Квона.

В каком-то смысле Ын Су был доволен сложившейся ситуацией, ведь пережитки прошлого до сих по таятся в глубине его сердца.

Последний раз у них была похожая ситуация два года назад. Когда До Квон потерял воспоминания, и когда в животе Ын Су ещё была Бом-и. Гон протекал не таким образом, как сейчас.

Всё это время До Квон был бесстрастен, а когда всё закончилось, он прислонился к изголовью кровати и закурил, а Ын Су, пошатываясь, стал собирать свою одежду и прощаться с ним. А потом сел в лифте и закричал, заливаясь слезами.

Но сейчас всё наоборот. Это было довольно странно.

Ын Су подумал, что он тоже довольно мелочный и инфантильный.

Ын Су протянул руку к До Квону. Он хотел коснуться его волос и попытаться сказать, что всё в порядке, но в тот момент, когда он вытянул руку, мышцы в плече заболели так, будто собирались порваться. Он ахнул и опустил руку.

Испуганный До Квон вскочил со своего места и взял одну из аптечек на маленьком чайном столике. Он достал таблетки, сверился с инструкцией и протянул их Ын Су в очень знакомой манере. Он уже делал это много раз, поэтому в этом не было ничего удивительного.

Ын Су приподнялся. На ладони лежало три таблетки. Пока Ын су разглядывал их, До Квон объяснил, что это за таблетки.

-Одна- обезболивающее, а две другие - экстренные контрацептивы.

-...

-Я также купил мазь, но намажу её чуть позже.

Ын Су смотрел на таблетки, которые словно расплывались перед его глазами. До Квон медленно помахал рукой, призывая его их выпить.

Однако Ын Су не потянулся за таблетками. Вместе этого он тайком пощупал свой живот, который был скрыт под одеялом.

Должно быть, он может забеременеть. Не может быть такого, чтобы он не смог забеременеть, получив сперму доминантного альфы. Если он не примет таблетки, то его живот будет снова большим через несколько месяцев. Жизнь прорастёт, и по мере своего роста будет давать знать о своём присутствии, активно двигая ручками или ножками в животе.

Ын Су тяжело сглотнул.

Беременность. Беременность... У него может быть семья...

В глазах Ын Су помутилось. До Квон наклонился и встретился взглядом с Ын Су.

-Нет.

-...Что?

-Не думай об этом.

-...О чём ты?

-То о чём ты думаешь сейчас. Нет. Прими таблетки.

До Квон взял Ын Су за руку и протянул таблетки. Ын Су посмотрел на таблетки, щекочущие его ладонь. Его глаза расширились. Действия До Квона были сейчас...

-Почему? Потому что я недостаточно хорошо, чтобы иметь ребёнка? Потому что я неполноценный? Потому что я не заслуживаю иметь ребёнка?

Лицо Ын Су исказилось, в его больших глазах читались досада, сожаление, печаль и разочарование. До Квон, пристально, глядя на него, покачал головой, и твёрдо сказад.

-Нет. Потому это я недостаточно хорошо. Вернее, недостоин этого.

-...

-Я ещё не завоевал твоё сердце, а твой ребёнок, наш, ребёнок, это уже слишком много для меня, Ын Су.

-...

-Так что выпей их.

Несмотря на уговоры До Квона, Ын Су не смог с лёгкостью запихнуть таблетки в рот. Это был непростой выбор для него. Возможно, существование ребёнка останется для него пожизненным сожалением.

Пока нижняя губа Ын Су дрожала в глубокой задумчивости, До Квон нежно пригладил его чёлку. Но в отличие от этого жеста, его глаза были холодными, а когда он заговорил, его голос был низким и предупреждающим.

-Если ты не выпьешь её, то я перестану ждать.

-...

-Ждать, пока ты откроешься мне, ждать пока мы сможем вернуться к прошлому, ждать, когда я смогу надеть кольцо на твой палец, чтобы стать семьёй.

-...

Какая это ничтожная угроза. Ждать. Ждать что-то, что скорее всего никогда не произойдёт. И всё же он пытается помешать Ын Су, испортить эти планы.

Ын Су фыркнул, услышав слова До Квона. Он купил ему здание, взял под своё крыло, помог встать на ноги, открыл компанию и дал работу.

Когда их странные отношения начались, Ын Су не знал, чего ещё ожидать.

Так что, да. Ещё рано. Ни Ын Су, ни До Квон не были готовы к существованию ребёнка.

Ын Су положил таблетки в рот. До Квон взял стакан с водой и поднёс к его губам. Он внимательно наблюдал за тем, как он глотал воду.

Вскоре Ын Су откинул голову назад. До Квон осторожно вытер большим пальцем воду с его нижней губы, затем поставил стакан и уложил его обратно.

Ын Су выдохнул рваный воздух, прижавшись к кровати. Его грудь сжалась при мысли о том, что ему придётся жить с этой болью следующие несколько дней. Он не знал, сможет ли он есть с этой болью в горле.

Пока Ын Су предавался мрачным размышлениям, До Квон разложил подушки и натянул одеяла, так как заметил, как нога Ын Су выглядывала из-под одеяла. До Квон осторожно обхватил его худенькую лодыжку. Он нежно погладил большим пальцев по выгибу ступни.

-Ын Су.

-Что?

-На самом деле... я очень ждал тебя...

-Что?

-С тех пор, как ты пришёл в отель. Я открыл дверь и не ожидал тебя увидеть, но я тебя с нетерпением ждал.

До Квон прижался губами к ступне Ын Су, а затем отстранился. Глаза Ын Су расширились при этих словах.

Он почувствовал себя неловко, как будто До Квон видел его спрятанные, смутные и неясные эмоции.

Теперь они спят вместе в одной постели, ели и разговаривали, глядя друг другу в глаза. К тому же Ын Су проделал весь этот путь, боясь оставить его одного.

Всё это было неправильно в их отношениях, этого не должно было быть.

Глаза Ын Су затрепетали. Ему было стыдно за свои чувства, и в животе почувствовался непонятный жар. Одеяло, которым До Квон укрывал его, превратился в камень, давящий своим весом.

-Тебе не должно быть стыдно, не чувствуй себя виноватым, ты не сделал ничего плохого.

-...

-Делай, что хочешь, Ын Су.

-...

-Неважно, что скажут другие или я.

Улыбка заиграла на уголках рта До Квона. Ын Су пристально посмотрел на него. Он нежно погладил его брови, уголки глаз и губы. Реакция Ын Су на его прикосновения вселяла безмерную любовь.

До Квон медленно наклонился и поцеловал Ын Су в лоб. А затем прошептал в ухо.

-Я же сказал, что убью любого, кто посмеет указать на тебя пальцем и сказать, что ты странный. Так что делай то, что хочешь ты.

-...

Ын Су не смг даже кивнуть головой в знак подтверждения или отрицания. До Квон продолжал вести монолог, как будто ему неважен был ответ. Наклонившись, он прижался щекой к груди Ын Су и успокаивающим голосом произнёс.

-Я буду двигаться в соответствии с временем. Где-то я буду делать маленькие шаги, где-то большие.

-...

-Я люблю тебя, Ын Су.

До Квон медленно закрыл глаза. Сквозь толстое одеяло он чувствовал слабое биение сердца Ын Су. Оно было быстрым и сильным.

Улыбка заиграла в уголках его рта, когда он прислушался к этому сладкому звуку.

[Сегодня уже 831 родителей присоединись к программе "Первый сезон"].

Над светящимися мониторами суетились сотрудники, один из них был Ын Су. Самый молодой член команды вошёл в зал заседаний, неся в руках доставленный проект плаката. Вся команда дизайнеров последовала за ним в зал заседаний.

В эти дни в компании кипела работа. Число желающих присоединиться к проекту стало было расти по мере того, как в блогах стали появляться положительные отзывы. Так что отметку в 1000 пользователей было гораздо проще пересечь, чем предполагалось.

Они планировали подготовить детскую ярмарку в честь набора 1000 пользователей, поэтому торопились с подготовкой.

Изначально детская ярмарка было мероприятием, на котором могли бы продаваться товары для детей по уходу за ними. Родители могли бы купить нужные им товары, а компания получила бы отличную возможность прорекламировать новую продукцию и избавиться от излишек.

Однако на детской ярмарке можно было приобрести качественные вещи за полцены, а не по акции. Компания заключила сделки с другими компаниями, чтобы снизить цены, а также подарили посетителям подарочные сертификаты, которые можно было потратить на ярмарке.

В последний этап подготовки, у них возникли финансовые проблемы с проведением мероприятия, но компани Сонджин Груп и Тохоку, оказала им наибольшую поддержку. Благодаря им они смогли организовать лекции для родителей, розыгрыши призов, а также открыть детское кафе, которое могли бы посещать родители со своими детьми.

Команда дизайнеров Ын Су должна была создать рекламные плакаты и баннеры для мероприятия, а также брошюры с информацией о мероприятии и отметками о расположений точек, которым им было бы интересно посетить. Учитывая, что в команде было всего четыре человека, это было немного сложно.

-Цвет плаката кажется темнее, чем мы ожидали, верно?

Ын Су посмотрел на плакат и нахмурился.

-Да. Я ожидал более яркий розовый.

-Но браслеты и брошюру получились отличными.

Один из членов команды потрогал браслеты и брошюры, которые прилагались к ним.

-Они не были такого цвета, когда мы проверяли, почему так?

Другой член команды пожал плечами, а Ын Су осторожно коснулся плаката большим и указательным пальцами. На ощупь он был жёстким и плотным.

-Наверное, дело в бумаге. Поменяем формат бумаги. А у брошюры слишком острые края. Дети могут поцарапаться или случайно могут взять в рот. Что скажете?

-Ох...да. В основном приходят с детьми, которые берут в рот что попало. Я свяжусь с компанией и узнаю, смогут ли они закруглить углы.

-Хорошо. Если они откажутся, то просто попросим кого-нибудь другого сделать брошюры.

-Хорошо.

Собрание всё продолжалось. Когда горло Ын Су уже начало першить, карман его куртки слегка завибрировал. Ын Су наполовину вытащил телефон и взглянул на экран.

[Ынсу].

[Когда закончишь?]

Это было сообщение от До Квона. Ын Су проверил время. Уже было шесть часов. Ын Су встал со своего места.

-Ох...пора идти по домам. Может, закончим на сегодня?

-Ах, да!

Команда навела порядок в комнате для совещаний. Ын Су собрал свои маркеры и положил их в коробку.

Члены команды и Ын Су вместе покинули офис. Они вошли в лифт, Ын Су нажал на кнопку первого этажа, а все остальные - на кнопку подземного этажа, где располагалась парковка.

Вскоре лифт спустится.

-Я пойду первым, увидимся завтра.

Ын Су улыбнулся и помахал рукой своим коллегам.

-Счастливого пути, лидер команды.

-До завтра!

Команда помахала ему в ответ. Но сегодня по какой-то причине один из членов команды Со Ён, последовала за ним. Ын Су в замешательстве поднял брови, и Со Ён пояснила.

-Сегодня я встречаюсь с другом, чтобы выпить в Каннаме, поэтому оставлю машину здесь.

-Понятно. Сегодня вторник, а у вас встреча?

-Да. Босс моего друга- засранец, нет, немного засранец. Он немного эгоистичный и тот ещё придурок. Сегодня на него навалилось много дерьма, так что я пойду его успокаивать.

Ын Су рассмеялся и подумал, не критикуют ли его так же за спиной, называя засранцем.

-Ох, руководитель группы Ю вы всегда добрый, так что можете не переживать, что вас будут критиковать за спиной.

Ын Су снова рассмеялся. Со Ён была очень похожа на Ми Ён из Сонджина. Не внешностью, а характером, яркий, энергичный, человечный.

Они шли вместе. Когда они собирались получить удостоверение сотрудника, Со Ён спросила.

-Вы всегда выходите на первом этаже, я полагал, что ваш дом находится недалеко отсюда, или вы ездите на метро?

-А что, я не могу ездить на метро?

-Нет, не то чтобы не можете, но...это немного...

-Немного...?

-Я думаю, это немного... странно, если вы ездите в метро в такой роскоши.

Ын Су замер на месте. Он несколько раз моргнул, а затем разразился смехом. Он никогда в жизни такого не слышал о себе.

-О какой предмете роскоши вы говорите?

Глаза Со Ён расширились на этих словах.

-Одежда, которую вы носите, она слишком роскошная. По первому взгляду, это невозможно понять, так как на ней нет логотипа крупного бренда. Но такое обычно носят только богатые люди. Её покупают, потому что она качественная, а не из-за бренда.

-...Немного не понимаю.

-Ну, я купила сегодня одну брендовую рубашку не потому, что решила раскошелиться из-за бренда, а потому что она мне понравилась. Это немного отличается от вас. Я обращаю на размер цен, а вот вы нет.

-Хм...

Ын Су в замешательстве склонил голову, а Со Ён махнула рукой и покачала головой.

-Однако это не так важно.

Затем они продолжили идти. Ын Су двинулся вслед за ней. Пройдя через вестибюль, они дошли до входной двери.

-Так вы выходите, потому что ваш дом отсюда близко или вы ездите на метро? - спросила Со Ён. Ын Су слегка задумался над ответом. "Я живу недалеко от дома, но не всегда хожу пешком, да и не пользуюсь метро". Ын Су открыл рот, чтобы сказать, что он просто живёт неподалёку.

-Ын Су.

Низкий голос позвал его по имени. Ын Су быстро обернулся. К нему большими шагами шёл До Квон, припарковав свою машину на обочине. Он быстро подошёл и улыбнулся, уголки его рта дёрнулись вверх.

-Ты рано вышел. Я подумал, что ты занят, раз не ответил.

-Ох... Я вышел только после того, как получил ваше сообщение...

-Правда? Мог бы и не торопиться.

До Квон привычным движением выхватил сумку Ын Су из его рук, а затем посмотрел на него любящими глазами.

Он не мог оторвать взгляд от его лица, несмотря на то, что они виделись ещё утром, но он всё равно хотел его увидеть.

Со Ён пристально посмотрела на До Квона. Ын Су заметил этот взгляд и представил его До Квону.

-О, это одна моя коллега из команды, Ли Со Ён.

-Здравствуйте.

Со Ён поклонилась. Ын Су слегка улыбнулся и уже собирался представить До Квона, как вдруг запнулся.

-А это...ах.

Он не мог придумать, что сказать. "Что я должен сказать? Бывший возлюбленный, сосед по дому или просто друг?" Ын Су мучился над ответом.

-Мы знакомые с Ын Су. Я Со До Квон.

До Квон сам представился.

-...

Ын Су уставился на него.

-Ох...Вы... с этим человеком знакомы...

Со Ён повторила практически ответ До Квона, слегка запинаясь. Ын Су никогда раньше не слышал ни о чём подобном. Но выражение лица До Квона было слишком простым. Ын Су попытался не придавать этому значение, но его лицо странно исказилось.

Поэтому Со Ён ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать за ними.

Прохладный ветерок обдувал их троих.

Это был вечер выходного дня. Сидя в своём кабинете, Ын Су смотрел на монитор уставшими глазами. Чем ближе подходил день мероприятия, тем больше было забот. Он работал над макетом стенда, что лишь нервировало его, ведь для создания этого макета приходилось общаться с командой маркетологов.

Ын Су, долго время щёлкавший мышкой, оглянулся. В нескольких шагах от него сидел До Квон, уставший в свой монитор, где мелькали английские тексты и цифры.

Поскольку Ын Су всё больше времени проводил в своём кабинете, здесь неожиданно появился дополнительный стол. Всякий раз, когда Ын Су заходил в кабинет, то через несколько минут До Квон прокрадывался сюда и садился рядом с ним, чтобы заниматься своими делами.

С двумя письменными столами, стоящими рядом, кабинет стал похож на читательный зал. Конечно, стол был почти таким же большим, как его кровать, а кресло -удобным, но когда они сидели бок о бок и работали, то Ын Су не мог избавиться от ощущения, что он сидит сейчас на экзамене.

До Квон проводил в кабинете четыре часа: три часа украдкой поглядывал на Ын Су и один час работал. Поначалу его огненный взгляд не так сильно отвлекало, но он был рад поработать в спокойствии хотя бы час.

Ын Су бросил взгляд в сторону До Квона. Казалось, он не замечал его взгляда, пока работал. Это позволило Ын Су спокойно любоваться им.

Линия бровей до кончика носа, всегда вызывала ощущение, что он смотрит на произведение искусства. Большие губы, острая линия челюсти альфы, гладкий затылок, по которому каскадом спадали короткие волосы.

Ын Су положил подбородок на стол и стал всерьёз разглядывать До Квона. "Как долго это будет продолжаться?". До Квон, не отрываясь смотрел в монитор и моргал.

-Ын Су, пора ужинать, ты не голоден?

От неожиданности Ын Су вздрогнул и быстро отвернулся. До Квон с невидимой улыбкой на лице и посмотрел на него с опозданием.

-Ты не хочешь чего-нибудь поесть?

-Ох...хм... - Ын Су застонал, поглаживая подбородок. После нескольких вздохов он склонил голову набок.

-Рамён?

В доме До Квона не было лапши. Ын Су сам удивился своему выбору. Не то чтобы он никогда не варил рамён сам, не то чтобы ему не нравилось что-то такое острое и солёное, но всё равно вполне естественно, что рамёна дома не может быть. Ын Су жил уже несколько месяцев в этом доме, и ни разу его не захотел.

Раньше он ел его пару раз в месяц, а когда начал жить в доме До Квона, то перестал. Возможно, из-за того, что До Квон всегда приносил вкусную еду, а рамён никогда не хотелось есть.

В общем, он в спешке набрал в магазине рамёна разных видов. Ын Су вскипятил воду в кастрюле, и нашёл в холодильнике яйца и лук. К ним регулярно приходил человек, чтобы приготовить еду, однако это нисколько не помешало найти ингредиенты Ын Су самому.

Ын Су помыл лук и положил его на разделочную доску, но До Квон, стоявший рядом, быстро схватил нож.

-Я сам.

-Всё нормально, я сделаю это.

-Нет, я сделаю это. А ты сядь.

-...

Ын Су замолк. "Я не маленький ребёнок. Что такого опасного в приготовлении рамёна? До Квон боялся, что я обожгусь, переверну кастрюлю или порежусь ножом?"

Нос Ын Су стал подёргиваться, как у сердитого щенка.

-Я сделаю это.

Широкие плечи До Квона содрогнулись от настойчивых слов Ын Су. Повертев несколько раз рукоятку, он мрачно передал нож Ын Су.

Ын Су с удовольствием нарезал лук. Он проверил, закипела ли вода, и поручил До Квону перемешивать бульон. Угрюмое лицо До Квона быстро просветлело.

Готовить было весело. Ын Су был в восторге, ведь так давно не брал нож в руки, стоя на кухне. Хотя приготовление рамёна не может считаться готовкой. Он нарезал много кимчи и зажарил замороженные пельмени.

Пока Ын Су наблюдал за тем, как пельмени готовятся на сковороде, и пытался понять, когда их нужно переворачивать, До Квон неожиданно ущипнул его за шею. От неожиданности Ын Су чуть не выронил щипцы.

-Ч-что?

Ын Су расширил глаза, обхватив руками затылок, и посмотрел на До Квона. Тот прищурил глаза.

-Всё уже заживает.

-О чём вы?

-Я про следы.

От этих слов у Ын Су заложило уши. Около двух недель назад, во время гона До Квона, он оставил на коже засосы. Он имел в виду следы от своих губ.

Всё тело Ын Су было красным и искусанным, будто у него было кожное заболевание. Ын Су тогда принял обезболивающее и проспал весь день, но когда он зашёл в ванную, то ужаснулся. В тот момент он подумывал взять нож и пойти напасть на До Квона.

После этого началась череда неловких ситуаций. Помимо боли, он не мог выйти на улицу, потому что засосы и следы укусов были даже на подбородке. Его заставляли надевать шарф, но его у него было, потому что это совсем не подходило ему.

Тогда он послал До Квона купить несколько шарфов. Некоторое время он носил их на работе, но ему казалось, что он рано или поздно задохнётся от него. Это было крайне неудобно.

Следы, заживающие уже несколько недель, теперь, наконец, стали исчезать.

Отложив щипцы, Ын Су прищурился.

-Они теперь наконец-то начали исчезать. Да неужели?

-...Прости.

Ругань Ын Су заставила До Квона опустить глаза. По какой-то причине это заставило его улыбнуться, Ын Су сжал зубы.

-Не улыбайтесь, когда просите прощения.

-Да. За это мне тоже жаль.

До Квон снова извинился. Он прижал руку к уголку рта. Ын Су вздохнул, как будто на него свалились беды всего мира. А потом. Из сковороды начал подниматься белый дым.

Пельмени горели.

Встревоженный Ын Су потянулся за щипцами. До Квон тоже потянулся за щипцами. Первый щипцы схватил Ын Су, но рука До Квона накрыла его руку. Ын Су затаил дыхание. Горячая, твёрдая ладонь До Квона прикоснулась к тыльной стороне его руки, отчего по спине побежали мурашки. Пока Ын Су стоял неподвижно, До Квон переворачивал пельмени, не выпуская его руку.

Другой рукой он нажал на кнопку на индукционной плите, чтобы убавить огонь.

Дым рассеялся, и, к счастью, пельмени лишь слегка подгорели, но не сгорели.

До Квон прищурился, разглядывая пельмени. Они не подгорели, но, похоже, не подойдут для пищи Ын Су. Возможно, новая партия получится лучше.

До Квон уже собирался предложить поджарить другую партию.

-Господин До Квон, ваша рука...

Ын Су с досадой сжал запястье. До Квон только сейчас понял, что держит его за руку. Он быстро опустил руку Ын Су, смутившись.

-Прости.

-...Всё в порядке.

Ын Су опустил щипцы, чтобы отложить их на стол, и потёр тыльную сторону ладони то место, которого касалась рука До Квона. Атмосфера стала странной. До Квон смотрел на Ын Су с плотно закрытым ртом, а Ын Су упрямо смотрел на шипящие пельмени.

Их руки случайно соприкоснулись, но это было несколько неловко. Всего несколько недель назад они занимались сексом целых два дня. А теперь из-за случайного соприкосновения, каждый был взволнован.

Это было странно. Каждый чувствовал странное щекотание внутри себя, они не могли смотреть друг на друга и специально отворачивались друг от друга. Всё это было странно.

Ын Су, поджав губы, посмотрел на кипящую воду и приподнял уголок рта.

-Я думаю, что оно уже... готово.

-Ах? Кхм, точно.

Они вдвоём готовились приступить к еде, скрепя, как сломанные роботы. Еда была поставлена на стол, столовые приборы разложены, кимчи распределён по тарелкам. Это был скромный ужин, который совсем не соответствовал дому До Квона.

Ын Су с удовольствием ел рамён, который подал До Квон. Когда рамён был съеден, Ын Су съел яйцо и рис.

Наевшись до отвала, он откинулся на спинку стула, и потягивал стакан холодной воды. Он сварил четыре шутки, чтобы поделиться ими с До Квоном, то съел, кажется, три.

-У меня есть клубника. Хочешь? - спросил До Квон, убирая со стола. Ын Су смутился, отвёл взгляд и кивнул.

-Пять шесть, может, восемь штучек.

До Квон ухмыльнулся, открыл дверцу холодильника, и вскоре перед Ын Су лежала клубника с отрезанной верхушкой. Ын Су наколол на вилку клубнику и отправил её в рот. Кисло-сладкий сок перебил солоноватый привкус рамёна, который до сих пор оставался во рту.

До Квон сел напротив него и наблюдал за тем, как он поглощает клубнику. Щёки Ын Су надулись от того, как он пережёвывал мякоть. До Квон рассмеялся.

Когда на тарелке осталось всего три клубники, Ын Су заговорил.

-Несколько дней назад.

-А?

-Когда мы встретились с Со Ён.

-...

До Квон сузил глаза. Он не мог понять, о чём говорит Ын Су. Ему было трудно вспомнить другого человека по этому имени, потому что всё это время его внимание было приковано лишь к одному человеку - Ын Су. Как вдруг он вспомнил знакомое лицо. Женщина, которая вышла из офиса вместе с Ын Су.

-А, да.

-Почему вы сказали, что мы знакомы?

-А?

-Нет, ну я понимал, что по-другому наши отношения не описать, но... мне просто интересно, почему вы сказали, что мы знакомые.

Ын Су покрутил ручку вилку. Его взгляд был устремлён вниз, не встречаясь со взглядом До Квона. Он же задал не такой сложный вопрос, но почему вдруг До Квон так долго тянет с ответом? У Ын Су было множество вопросов. Он не понимал, что тут такого скрытого или постыдного.

До Квон на мгновение уставился на Ын Су, затем слабо улыбнулся и ответил.

-Я подумал, что так было бы лучше сказать.

-Что в этом хорошего? Не было ничего другого, кроме знакомых? Вы и я знаем сотни людей, но это?

"Я просто "знаю" охранника, сидящего в нашем офисе, "знаю" работника кафе напротив офиса. Почему именно "знакомый? Мы слишком долго были вместе и прошли через многое, чтобы нас можно было считать знакомыми."

Знакомые - это обыденность, такие отношения нельзя назвать драгоценными или особенными. Ын Су не понимал, как их отношения можно было так назвать.

В ответ на всё более искажённое лицо Ын Су, До Квон стиснул челюсти и низким голосом произнёс.

-Вот почему я выбрал именно это слово. Нет лучшего описания для наших отношений.

-Что вы имеете в виду...?

-Бывшие партнёры. Не слишком ли будет странно, что мы видимся в таких обстоятельствах?

-...

-Это идеальный вариант, потому что пока мы знакомые, неважно как и когда начнутся и будут развиваться наши отношения.

Ын Су обдумывал слова До Квона. После того, как он выслушал его, он понял, о чём тот говорит. Если бы он тогда сказал, что они являются бывшими партнёрами, не будет ли странно, что они видятся снова? Ын Су потёр тыльной стороной ладонью то место, которое всего час назад схватил До Квон, и поджал губы.

-Вы так легко говорите об этом.

-Это кажется лёгким?

-Да.

Ын Су кивнул. Тогда До Квон сцепил руки на столе. Он наклонился к Ын Су и хриплым голосом прошептал.

-Ты ошибаешься. Это не так легко. Я боюсь, что ты рассердишься и тебе это не понравится до такой степени, что моё сердце разрывается на части.

-...

-Если ты злишься об этом, то просто скажи об этом. И тогда я буду просить прощения и больше не стану так делать.

Тёмные глаза Ын Су наполнились его взглядом. До Квон нервничал больше всех, но как ни странно, именно у Ын Су пересохло горло. Тыльная сторона его руки зудела всё сильнее.

Наступила тишина, и они всё это время смотрели друг на друга. Первым нарушил молчание До Квон, отодвинув стул и поднявшись на ноги.

-Хочешь ещё клубники?

-Ох...

-Или манго. Хочешь?

-Да, - неопределённо ответил Ын Су.

Обойдя стол, До Квон достал из холодильника манго. Он повернулся и добрался до кухни.

До Квон посмотрел на толстое и спелое манго, потом тщательно вымыл его под струёй воды. Затем он снова взглянул на него. Лезвие двигалось, но не касалось мякоти манго. Казалось, он колебался.

Позади него Ын Су наблюдал с любопытством.

В конце концов До Квон положил манго на разделочную доску. Ын Су медленно поднялся со своего места, ощущая некое зловещее предчувствие. До Квон надавил ножом прямо поперёк, а не сбоку. Бах. Большое длинное семечко в центре манго было раздроблено злобным лезвием До Квона.

Ын Су в ужасе бросился к До Квону.

-Что вы делаете, почему так режете его?

-...Может, сначала надо было очистить от кожуры, как яблоко?

До Квон взял перерезанный напополам манго и вонзил нож в кожуру. Ын Су резко замотал головой из стороны в сторону, выхватил манго и нож из рук До Квона и, держа манго вертикально, отрезал ломтик по обе стороны от косточки.

Затем, держа манго кожурой вверх, он провёл ножом по мякоти, делая узор в виде сетки.

-Если вы не знаете, как его резать, то почему спросили меня, хочу ли я его съесть?

-Потому не знал, что не умею резать манго.

-Тогда, почему вы захотели порезать его для меня?

-Потому что ты любишь манго, Ын Су.

Это был неловкий ответ.

-Ха...

Ын Су протяжно вздохнул и принялся за манго, а До Квон, наблюдавший за ним через плечо, многообещающе сказал.

-Я научусь, обещаю

-Нет, вам не нужно учиться.

-Но я научусь.

-Где вы будете учиться резать манго?

Ын Су рассчитывал, что он ответит, что научится по видео в интернете, или спросит повара, который периодически приходит в дом. Или, возможно, спросит у Мён Хи или Ки Хо. Но ответ До Квона был совершенно неожиданным.

-...Кулинарные курсы?

Рука Ын Су остановилась. Он представил, как До Квон будет посещать кулинарные курсы, чтобы научиться резать манго. Он будет одет в белый поварской халат и серьёзным лицом резать манго. А ещё он представил, как учитель будет ругать его за то, что он сделал что-то не так.

-Пфф...

Ын Су рассмеялся. Это былая такая чуждая и нелепая сцена. Покачав головой в недоумении, Ын Су вытащил новое неразрезанное манго.

-Давайте я вас научу. Смотрите у него есть плоское семя в середине.

-Это и есть семечко?

-Да. Его есть нельзя, поэтому нужно держать манго вот так вертикально и срезать манго по бокам от семечки. Вы можете почувствовать семечко, когда воткнёте нож. Сможете?

-Да.

До Квон последовал примеру Ын Су и держал манго вертикально. Он осторожно воткнул нож и стал срезать мякоть по бокам.

Ын Су уставился на него. "Он принялся резать манго, потому что хотел сделать что-то для меня, потому что мне оно нравится. Однако... он делает это с таким сосредоточённым лицом..."

-Я закончил, что мне теперь делать?

-Потом нужно нарезать сеточку, горизонтально и вертикально.

-Вот так?

-Да, а потом переверните его вот так.

-Ох...Это выглядит как на продажу.

-Теперь можно подцеплять отделённые кусочки вилкой и есть их.

-И всё? Так легко. Тогда мне не придётся идти на кулинарные курсы.

-...Да, ва не нужно их посещать.

-Я попробую ещё раз.

До Квон нарезал пять манго, а Ын Су прислонился к столешнице и смотрел на него, размышляя.

"Думаю, было бы неплохо уже забыть всё, что было между нами и вернуться к самому началу. Было бы неплохо стать открытым к дальнейшим возможностям, став обычными "знакомыми".

Бездна противоречий

Придя в подсобное помещение для персонала, Ын Су вытянулся на стуле, чувствуя усталость от постоянного наплыва посетителей, которые идут бесконечным потоком.

Он пил кофе, который всё ещё оставался тёплым, но в конце концов поддавшись усталому напряжению, поставил его на стол, его руки слегка тряслись.

Это был воскресный вечер. Ярмарка, к которой они так тщательно готовились, наконец-то закончилась. Он не мог сказать точно, всё ли прошло хорошо, но судя по количеству посетителей, отсутствию неожиданных ситуаций и улыбкам на лицах представителей компаний, которые выставили свои стенды, мероприятие удалось.

Пока Ын Су убирал наклейки, пластиковые бутылки и пустые банки, члены команды появлялись друг за другом с измождённым выражением лица.

Несмотря на то, что компания была не большой, они проводили в его рамках достаточно крупное мероприятие, поэтому в нём были задействованы практически все сотрудники, помимо членов его команды. Ын Су и члены команды проводили время по несколько часов у входной двери, в лектории для родителей и в кафетерии.

Команда дизайнеров, состав которой составляла из 4 человек, расположились друг с другом и тяжело вздыхала. Некоторое вздохи были от восторга, некоторые - от усталости.

Сидевшие вокруг низ маркетологи решили отложить праздничный ужин на другое время и уши первым, сказав, что им нужно отдохнуть. Ын Су посмотрел на вытянувшихся членов команды и сказал.

-Может, нам тоже отложить ужин?

Команда дружно кивнула. Ын Су слегка улыбнулся.

-Тогда мы тоже пойдём домой, а встречу перенесём на следующую неделю.

-Хорошо.

-Вы, наверное, устали сильно, так что давайте по домам.

Ын Су первым поднялся на ноги. Его члены команды поднялись на ноги вслед за ним. Они вызвали клининговую компанию для уборки зала, взяли необходимые вещи и покинули помещение.

Вчетвером они направились к подземной парковке. Несмотря на то, что Ын Су уже давно не водил машину, в этот раз он приехал на своей.

Машина стояла настолько далеко, что дорога до неё заняла много времени. Подошвы его ног горели после целого дня беготни с места на места, что ходить было больно.

Когда четверо добрались до парковки, все тут же разбежались, не задерживаясь. В машине Ын Су снял обувь и вытянул длинные ноги, разминая затёкшую шею.

Несмотря на усталость, он чувствовал себя хорошо.

Проработав все выходные, команда решила, что в понедельник и вторник по очереди будут работать, а у остальных будет небольшой выходной.

Так что сегодня ему хотелось бы выпить чего-нибудь. Однако его коллеги выглядели настолько уставшими, что не было смысла их тащить в какой-нибудь паб.

Дома точно был алкоголь. К тому же он чувствовал себя голодным и было бы неплохо съесть что-нибудь. Он подумал о том, что бы заказать курицу, но курицу совмещать с вином как-то... не очень хорошая затея.

Ын Су размышляя об этом, завёл машину. Его карман слегка завибрировал. Ын Су достал мобильный телефон. Это был звонок от До Квона. Прочистив горло, Ын Су нажал на кнопку вызова.

-Алло.

-Ын Су, ты закончил?

В трубке раздался низкий голос. Голос До Квона по телефону, как ни странно, звучал ниже, чем при личной встрече, отчего-то защекотало барабанные перепонки. Ын Су почесал ухо.

-Да. Только что.

-Мне заехать за тобой?

-Нет-нет, не нужно. У меня есть машина, так что скоро буду.

-Хорошо, - мрачно ответил До Квон.

Ын Су громко рассмеялся. Мероприятие длилось все выходные дни, так что До Квон был практически один все эти дни. Он хотел пойти на мероприятие, но Ын Су запретил ему это делать.

На Ын Су налетали другие люди, он таскал тяжёлые предметы, да и бегал с места на место, До Квон точно бы не стал сидеть на месте ровно. Он вспомнил случай, когда До Квон сломал голень велосипедисту на реке Хан.

Ын Су в недоумении покачал головой. В трубке раздался низкий голос До Квона.

-Приезжай скорее. Я хочу тебя увидеть.

-...

-Я так соскучился по тебе, Ын Су.

-...

-Я видел тебя только по утрам.

Ын Су тяжело и сухо сглотнул. "Я соскучился по тебе". Давненько он не слышал от него таких слов. Кажется, он не слышал таких слов с тех пор, как они стали жить вместе, поскольку находились вместе практически 24 часа в сутки, за исключением времени, проводимого на работе.

По какой-то причине в желудке почувствовалась тяжесть.

Ын Су потёр лоб тыльной стороной ладони. На мгновение он замешкался, а затем осторожно произнёс.

-Господин До Квон.

-Что?

-Я бы хотел выпить, не хотите ли сейчас вместе прогуляться, чтобы выпить?

-Да. Скоро буду.

В ответе До Квона не было никаких колебаний. Тут же послышался шорох. Ын Су слабо улыбнулся. Ын Су подумал, что он ждал подходящий предлог, чтобы помчаться к нему. Однако он не стал упоминать об этом.

Ын Су пока размышлял о том, где бы выпить, слушая шорох в трубке.

-Тогда встретимся в баре отеля Н. Я уже выхожу, это займёт где-то полчаса.

-Да. Хорошо.

На этом разговор был окончен. До дома можно было доехать всего за 10 минут, так что До Квону не было смысла торопиться. Ын Су планировал приехать первым и заказать закуски. В том баре был отличный стейк из лосося, а ещё очень вкусные канапе. Интересно, а бургер с говяжьей котлетой ещё можно было заказать в такое время? Ын Су надеялся на это.

Отпив воды из бутылки, он вскоре нажал на педаль газа.

Ын Су приехал в отель раньше, чем думал. Он забыл, что в воскресенье в 10 часов вечера на дорогах пробок уже нет. Он с удовольствием ехал по пустой дороге и добрался до отеля за 15 минут.

Ын Су вошёл в отель. Парковщик, ожидавший его у входа, быстро подошёл к нему. Ын Су с улыбкой протянул ему ключи от машины. А ещё не забыл поблагодарить его.

Быстро окинув взглядом роскошный отель, он вошёл в холл. Нажав на кнопку блокировки телефона, он задумался стоит ли отправить До Квону сообщение о том, что он уже на месте или просто подождать, но вскоре выбрал последний вариант. Он подумал, что лучше стоит сделать, как и планировал: подняться в бар и заказать еду.

Пока Ын Су шёл к лифту, вслед за ним кто-то крался. Ын Су инстинктивно сделал шаг в сторону. Но незнакомец не прошёл мимо него, а стал следовать за ним. Ын Су повернул голову.

-Ох...

Он тут же остановился.

-Привет, Ын Су.

Второй человек тоже остановился.

-...Господин До Квон?

Это был До Квон.

-Почему вы вдруг здесь, как вы быстро добрались сюда?

Ын Су с удивлением посмотрел на До Квона, который был одет в белую рубашку и светлые брюки. До Квон улыбнулся и встал рядом с Ын Су.

-Я вышел сразу, как только ты позвонил.

Он подтолкнул Ын Су локтём. Улыбка расплылась по его лицу. Лицо Ын Су словно ожило от его прикосновения. Они не виделись практически на выходных, и ему казалось, что он сейчас задохнётся, поэтому не мог сделать вдох.

Ын Су нахмурился.

-Отсюда до дома займёт полчаса, почему вы так рано?

-Время До Квона.

-...

Рот Ын Су сжался в одну линию, уголки его глаз опустились, а зрачки сузились. До Квон, заметив изменение его выражение лица, побледнел.

-Что случилось, где-то болит?

-Нет, просто я давно не слышал эти слова...

"Время До Квона". Два года назад эти слова он часто слышал, а точнее, произносил сам, когда у них были отношения. Так выражался Ын Су всегда. Это было время, когда До Квон всегда приходил на встречу на 15 минут раньше.

Поэтому Ын Су тоже выходил пораньше, чтобы они могли встретиться на 15 минут раньше и провести это время было. Странно было слышать это словосочетание после стольких лет.

-Мы никогда раньше не встречались в назначенное время, - сказал До Квон.

Ын Су кивнул. Живя в одном доем и добираясь на работу вместе, в этом не было необходимости. Выделить время, чтобы встретиться на улице было всё равно что вернуться в прошлые времена.

Это было не очень хорошо, но и не плохо. Ын Су, ощущая странные чувства, погладил внутреннюю стороны щеки языком, а До Квон подошёл к нему ближе.

-Ты ведь голоден, верно? Я уже позвонил заранее. Так что ты сможешь поесть, как только мы поднимемся наверх.

-...

Ын Су кивнул и последовал за ним.

Бар на верхнем этаже был просторным и роскошным, со всех сторон располагались окна, из которых открывался вид на ночной Сеул, а в тускло освещённом помещении горели редкие золотистые лучи софитов.

И... клиентов не было. Сегодня был воскресный вечер, к тому же это был довольно популярный отель, но здесь никого не было?

Пока Ын Су оглядывался, гадая, что за чертовщина происходит, как вдруг сотрудник поставил у входа табличку. Вероятно, там было написано, что бар сегодня закрыт.

Ын Су вздохнул через нос. Он должен был догадаться об этом, когда До Квон сказал, что позвонил заранее.

Официант провёл их к забронированному столику с диванами, расположенным напротив окна. Стол был красиво сервирован напитками и коктейлями.

Ын Су сел. Он уже не в первой приходит в подобное место, даже когда находился в отношениях, и это был не первый раз, когда он помещал подобные места именно с До Квоном. Когда он стал наслаждаться такими привилегиями, даже не задумываясь об этом?

Ын Су надул губы и снял пальто. Официант взял их верхнюю одежду.

-Я заказал твои любимые блюда, но может быть, ты хочешь что-нибудь ещё? - спросил До Квон, постукивая пальцем по меню на углу стола. Ын Су покачал головой. Он часто бывал в этом заведении и был уверен, что До Квон заказал всё, что было необходимо.

Выпив холодной воды, Ын Су посмотрел на ряды с напитками, размышляя, что бы такое выпить. До Квон воткнул вилку в дыню и протянул ему.

-Не пей на голодный желудок.

Ын Су кивнул и взял вилку. Через несколько минут подали еду. Как и ожидалось, До Квон заказал всё, что нравилось Ын Су.

До Квон наблюдал за ним, нарезая стейк и подливая газированную воду, и вдруг нахмурился.

Почему Ын Су так спешно ел?

Ын Су любил поесть, он всегда много ел, но никогда так не торопился. Обычно он всегда тщательно пережёвывал пищу, наслаждаясь вкусом и подбирал подходящий гарнир. Однако сегодня казалось, что он спешил набить, как можно скорее желудок, чем насладиться новой едой.

До Квон спросил слегка сердитым голосом.

-Разве ты не обедал?

-Не особо. Я съел пару пончиков.

-...

-Я был так занят, что даже не заметил, как проголодался. Но к тому времени, как закончил, то почувствовал, как умираю от голода.

Ын Су обмакнул картофель фри в сырный соус. Он ел сегодня пончики, но даже не смог вспомнить, какого вкуса он и был и как съел его. Он даже не знал, был ли он вкусным из-за своей занятости.

Ын Су доел свой бургер и откинулся на спинку дивана, переводя дыхание. Кажется, его энергия восстановилась. Краем глаза он заметил лицо До Квона, которое слегка исказилось от недовольства.

Ын Су проглотил смешок. Для До Квона это своего рода миссия - заботиться о нём. Он мог делать всё, чтобы Ын Су был сыт, хорошо спал, и чувствовал себя хорошо. Поэтому наверняка, он не мог поверить, что Ын Су проработал все выходные, даже не сумев нормально поесть. Кажется, он сходит с ума.

До Квон взял бутылку и налил напиток в бокал Ын Су. Ын Су поставил перед ним полный бокал, а затем поставил пустой бокал. До Квон с улыбкой налил себе ещё.

-Та-да, давайте сделаем это.

Ын Су поднял свой бокал. До Квон, не говоря ни слова, чокнулся с ним. Бокалы звонко звякнули, и они одновременно выпили.

-Ух...

Плечи Ын Су слегка вздрогнули от крепкости напитках. В уголках глаз появились морщинки, а щёки надулись, губы искривились. До Квон ухмыльнулся. Он не понимал, что такого милого в том, что он хмурился от напитка.

Ын Су, выпив ещё несколько бокалов, томно вздохнул. Из-за слишком крепкого напитка, его щёки слегка покраснели. Атмосфера была расслабленной. До Квон поместил в руку Ын Су шампур с сыром. Затем он слегка придвинулся и сел рядом с Ын Су.

Ын Су, не подозревая о проделках До Квона, сделал вид, что не заметил этого, и откусил кусочек сыра.

До Квон повернулся к нему боком и скрестил свои длинные ноги. Затем он спросил низким голосом.

-Чем ты был занят? Когда я звонил утром, ты говорил, что будет сидеть у входной двери и раздавать браслеты?

-Так и есть, но у нас постоянно не хватало людей, поэтому я работал то тут, то там...

-Чем ты ещё занимался?

-Я был в лекционном зале и в приюте, для потерявшихся детей. Посетителей было много, чем мы ожидали, поэтому в лекционном зале не хватало стульев. Поэтому я таскал стулья, некоторым людям делал замечания, которые фотографировались, говоря им чтобы они не использовали вспышку.

-...

-А ещё я увидел там маленькую девочку, которая стояла одна посреди толпы. Она была крошечной в розовом платье, но она не боялась и даже не плакала, находясь среди этой суматохи, среди взрослых людей... и это было так душераздирающе.

-Я отвёз её в приют и сначала собирался просто высадить её и вернуться на работу, но она чувствовала себя напуганной и не отпускала мою руку. А как я мог уйти, когда её крошечная ручонка цеплялась за меня, чтобы я не уходил? Мне ничего не оставалось, как ждать, пока её родители не приду, и, к счастью, они пришли через 10 минут.

До Квон слегка кивнул головой, показывая, что слушает. Он не мог оторвать глаз от Ын Су, который так мило рассказывал. Его взволнованный голос казался сладким для ушей.

Ын Су ещё долго продолжал рассказывать о своих рабочих днях. Иногда До Квон слышал неприятные истории, например, о пьяном посетителе, который нахамил ему, или о том, как он много бегал, что его ступни горели огнём. Но в основном ему нравилось его слушать.

Их разговоры продолжались до тех пор, пока бутылка не опустела. До Квон отвёл взгляд, заметив как на предплечье рубашки Ын Су что-то прилипло, оно было небольшое размером с ноготь большого пальца. Сначала он подумал, что это был жук, но вдруг заметил, как этот объект слегка блестел на свету.

Когда он стряхнул, то заметил, что это была наклейка с рисунком пингвина. Пингвин улыбался, показывая знаменитый жест пальцами "сердечко". Ын Су обрадовался, увидев, как До Квон смотрел на него с растерянным выражением лица.

-О, это подарила мне та девочка, которую я отвёз. Забыл её снять.

-Подарила?

-Да. Я не знал, что детям так понравились эти наклейки. Когда я проходил мимо стенда с этими наклейками, то подумал: "Зачем они здесь нужны?", но оказывается он был довольно популярным.

Ын Су крепко прижал наклейку с пингвином к задней панели своего телефона. Он восторженно хихикнул. До Квон улыбнулся. Если Ын Су всё нравится, значит, всё в порядке.

-Думаю, они тебе тоже нравятся.

-Что?

-Наклейки. Хочешь, я куплю тебе несколько?

-Пффф... нет. Я не знаю, где их использовать, только если как заметку.

-Но зачем ты её наклеил на свой телефон.

-Потому что это мило?

-...Значит, они тебе нравятся.

-Ох...возможно, но я больше не хочу покупать.

-...Как сложно.

До Квон с серьёзным видом погладил подбородок. На первый взгляд, это была обычная наклейка, которая ничего из себя не представляет. Однако для Ын Су она была чем-то важным, поэтому До Квон не стал продолжать этот спор.

Ын Су расхохотался, глядя на серьёзное выражение лица До Квона. Было забавно, что он так переживал по этому поводу, но в то же время это странно кололо сердце.

Он заботился о его незначительных интересах. Ын Су вдруг понял, что что-то такое незначительное может быть быть таким важным для него.

Ын Су глотнул напиток и вытянул губу. Его губы, которые были и без алкоголя красными, стали ещё краснее. До Квон поймал его взгляд, а затем отвернулся, как будто ничего не произошло.

-Мы... довольно часто приходили сюда раньше, - отметил для себя Ын Су.

До Квон при приподнял бровь от неожиданных слов.

-Да, часто. Мы приходили сюда после работы, бывало даже приходили по выходным. Думаю, в последний раз мы были здесь... после просмотра фильма на выходных, научно-фантастического фильма.

До Квон хрустнул костяшками пальцев, вспоминая минувшие события. Дни, когда он потерял свои воспоминания, были болезненными. Однако те дни, более далёкие до автокатастрофы, были для них счастливыми. К тому же сам Ын Су часто с воодушевлением вспоминал то время.

-Ах, точно, тот фильм про монстра, который родился, получив радиацию.

Ын Су кивнул три раза подряд. Он не мог вспомнить, когда в последний раз смотрел фильм в кинотеатре. Раньше, когда они встречались, то часто ходили в кино. В конце концов они не отличались от самой обычной пары. Они не чувствовали недостаток в любви и деняк, поэтому вместе есть, пить кофе, смотреть фильмы, заниматься сексом, - было чем-то естественным.

Иногда они могли уехать в путешествие, прикрываясь командировкой, ели в очень шикарных ресторанах, занимались сексом в шикарных номерах-люкса, и время от времени дарили друг другу дорогие подарки. Но их любовь, благодаря этим благам, не подвергалась существенному влиянию. Поэтому они продолжали в ровном темпе идти дальше.

В любом случае эта была любовь, о которой говорили люди на каждом уголке света. Она была самой трепещущей и сладкой. Мечтать о будущем им было легко. Особенно когда у Ын Су в животе была Бом-и.

Я всегда думал, что мы станем счастливой семьёй.

Я никогда не думал, что мы попадём в автокатастрофу, которая оставит дыру в памяти До Квона.

Откинувшись на спинку дивана, Ын Су предавался воспоминаниям о далёком прошлом.

Время, проведённое с До Квоном, независимо от того была ли на улице осень, весна, зима или лето. Эти дни не так сильно отличались от обычных, но никогда не были одинаковыми. Чем больше он вспоминал, тем глубже становилась его улыбка.

-Вы ведь заказали тогда это же меню? Стейк из лосося и чизбургер.

-Да. Ты был не голоден, потому что съел много попкорна, но потом ты умял аж два бургера.

-Мы тогда ещё много с вами выпили. Вроде, поэтому мы остались ночевать в этом отеле.

-Точно, я тогда тоже напился, и...

-...

Разговор резко оборвался. Потому что следующее, что он хотел сказать, было чертовски неловким. Естественно, всё, что они сделали, когда так сильно напились, это зашли в номер и занялись страстным сексом. Когда они напивались, то всегда сбрасывали себя человеческую личину и полностью оправдывали смысл своего существования, как альфа и омега. Они проводили ночи, кусая и переплетаясь телами друг с другом, и эта ночь не была единственным исключением.

Ын Су отпил глоток. Даже учитывая, что это был не первый раз, когда он занимался чем-то подобным с До Квоном, он всё равно чувствовал себя неловко.

Ын Су положил ананас в рот и стал тщательно пережёвывать мякоть. Кисло-сладкий вкус, казалось, немного прояснил его мысли.

Ын Су положил ещё один кусочек ананаса и посмотрел на До Квона. Между ними расстояние было маленьким. Они находились на достаточном расстоянии друг от друга, что если кто-то из них шевельнётся, то их бёдра столкнутся. Он слышал слабый звук его дыхание сквозь тихий проигрывающий джаз.

Он не чувствовал дискомфорта от такого расстояния, однако всё=таки решил отстраниться чуть подальше. Совсем немного. Он хотел держать До Квона слегка на расстоянии, поэтому отполз.

Когда Ын Су отстранился, До Квон обхватил его талию. Затем он притянул его к себе. Стройное тело Ын Су не успело даже воспротивиться этому жесту. Он прижался к его груди.

От неожиданности Ын Су резко ахнул. Кадык До Квона качнулся вверх-вниз.

-Не отстраняйся, Ын Су, - он уткнулся в затылок Ын Су.

-Ох, хорошо-хорошо, только отпустите...

Ын Су дёрнул плечами, пытаясь выбраться из объятий До Квона, но тот настаивал на своём. Плотно сжав рот, он крепче обхватил талию Ын Су. Ын Су попытался оттолкнуться руками, но вскоре сдался.

Его желудок был полным, а алкоголь действовал на органы чувств, к тому же он чувствовал усталость, чтобы продолжать играть в непонятный игрища.

Ын Су, демонстрируя раздражение на своём лице, потянулся рукой к напитку. До Квон, придерживая его рукой, другой рукой налил ему напиток.

И вот Ын Су уже пил у него на руках. Ын Су поначалу чувствовал себя, как не в своей тарелке. Но позже он с наслаждением вдыхал аромат феромон, запах его тела. Ему нравилось горячее дыхание, которое щекотало его лоб. Это было похоже на то, как если бы он спрятался в самом безопасном месте, где никто и никогда не беспокоит его.

До Квон, казалось, тоже был доволен тем, что держал его в своих объятиях, поэтому продолжал налегать на свой напиток и вдыхать его феромоны.

Они пили неспеша, но достаточно долго. Ын Су проверил время на телефоне. Была уже полночь. Когда он осознал, насколько сейчас было уже поздно, то вместе с этим нагрянула глубокая усталость.

Ресницы Ын Су тяжело опустились. Он сморщил нос, почувствовав затхлый запах алкоголя. Он плотно прикусил нижнюю губу. Из-за алкоголя губы не чувствовались, что было совсем чуждым. Они онемели, как будто в них вкололи обезболивающее. Как будто их кто-то отрезал ножницами.

Ын Су посмотрел в окно на ночной Сеул, и закусил губу. До Квон заметил это и прижал большой палец к подбородку, а затем отпустил его.

-Прекрати кусать.

-Что? - Ын Су уставился с открытым ртом. Сквозь приоткрытые губы До Квон заметил язык, влажный от алкоголя и слюны.

Это было слишком эротично.

До Квон замер, а затем провёл большим пальцем по нижней губе Ын Су. Это было сликшмо эротично и щекотно, что Ын Су высунул язык и облизал то место, по которому провели пальцем. Кончик его языка слегка задел кончик пальца До Квона и исчез.

Глаза До Квона расширились. Его большие руки обхватили щёки Ын Су. Затем он встретился с его взглядом.

-Ын Су.

-А?

-Я хочу поцеловать тебя.

-Ах, ч-что?

-Поцелуй. Я хочу, - повторил До Квон вновь. Ему до смерти хотелось присосаться к этим влажным губам, высосать всю слюну, скопившуюся под языком, облизать гладкое нёбо во рту.

Он выпил слишком много, чтобы его разум растаял и сменился на беспринципную похоть.

Но он не собирался принуждать Ын Су, если тот откажет. Он бы почувствовал стыд, но его больше беспокоило то, что Ын Су может испытать к нему отвращение или ненависть.

-...

Ын Су посмотрел на До Квона. Чёрные глаза До Квона блестели, что придавало ему завораживающий облик. Они полностью сосредоточились друг на друге. До Квон медленно погладил большим и указательным пальцами ушную раковину Ын Су. Он нежно покрутил круглую и мягкую мочку уха.

-Ын Су? - неторопливо позвал его До Квон.

Глаза Ын Су забегали из стороны в сторону. Он опустил взгляд, почувствовав замешательство. До Квон пристально смотрел на него.

Щёки Ын Су раскраснелись в сумрачном и золотистом свете софитов. Это был совсем не тот румянец, что появляется от алкогольного опьянения. При виде этого на губах До Квона мелькнула улыбка. Он сразу понял, к какому ответу склоняется сердце Ын Су.

Ын Су осторожно смял рубашке До Квона. Затем он медленно закрыл глаза. Словно только этого ожидая, До Квон прикусил губу Ын Су.

Чувствительные губы встретились друг с другом. До Квон слегка втянул нижнюю губу, а затем отпустил её. Он давал время Ын Су, чтобы тот привык, ведь иногда поцелуи вызывали больше волнения, чем секс.

Плечи Ын Су вздрагивали при каждом прикосновении их губ. Его руки вцепились сильнее в рубашку До Квона, и вскоре он открыл рот, и впился в его губы привычным движением.

До Квон опёрся на диван, прижимаясь плотнее к Ын Су. Затем он просунул язык в рот Ын Су, в это место он жаждал проникнуть больше всего. Запах алкоголя был слабым. Но он не сильно мешал, поскольку их феромоны начали смешиваться и заполнять между ними всё пространство.

-Хыым...

Ын Су которотко застонал, почувствовав горячий язык во рту, и откинул подбородок назад. Затем До Квон обхватил его спину руками, и ближе притянул к себе.

Его голова слегка отклонилась в сторону, поэтому поцелуй углубился. От До Квона исходил слабый аромат феромонов. И тут Ын Су обмяк в его руках, а тело расслабилось.

Их губы снова встретились. Слюна смешалась на их языках, а слабые вздохи нагревали температуру их тел.

Кончик языка До Квона прошёлся по нёбу рта Ын Су. Ын Су издал приглушённый стон, и До Квон утешающе провёл языком по его щеке.

-Хым...

-Хаа...

Поцелуй становился всё глубже. Было мокро и влажно. Вокруг никого не было, а негромкий джаз, играющий в баре, словно перекрывал звуки их поцелуев.

До Квон прикусил нижнюю губу Ын Су, а когда тот издал стон от укуса, он осторожно провёл языком по месту укуса, как делал это всегда.

Иногда До Квон надавливал на его подбородок, заставляя шире открыть рот, а затем просовывал язык, как можно глубже. Как будто ему было интересно, каков на вкус язычок Ын Су. Или как будто он отчаянно хотел вылизать всю слюну изо рта.

Ресницы Ын Су подрагивали, когда поцелуй становился всё интенсивнее. Он упёрся свободной рукой в грудную клетку До Квона, сдерживая натиск феромонов, языка и слюны.

До Квон отреагировал моментально Он разомкнул губы и сцепился носами с Ын Су. Его тёмные глаза смотрели прямо на него. Ын Су, глядя в эти глаза, попытался втянуть побольше глотка воздуха. До Квон ухмыльнулся и тут же прикусил его губу.

-Хаа...ха...

-...

До Квон посмотрел на опухшие губы Ын Су. В его взгляде читалось похотливое желание. Ын Су инстинктивно откинул голову назад. Если он позволит вожделению взять над собой вверх, то он точно останется сегодня без губ.

Неожиданно До Квон отпустил Ын Су. Тем не менее, коснувшись его талии и локтя, он не мог не почувствовать чувство сожаления. Ын Су постарался не обращать внимания на его прикосновения и поднял бокал. Холодная жидкость смочила горло, и казалось, прояснила его затуманенный разум.

Не ограничившись напитком, Ын Су взял вишенку. Терпкий и сладкий вкус, казалось, смыл феромоны, застрявшие в горле.

Выплюнув косточку, Ын Су взял ещё одну вишенку. Между его губ виднелась плодоножка вишни, Ын Су хотел оторвать её, но До Квон отломил её сам.

Глаза Ын Су расширились, и он уставился на До Квона. Отбросив плодоножку, До Квон быстро поцеловал Ын Су в щёке.

-Ын Су, только ещё один раз...

Он быстро прожевал и проглотил вишню, выплюнул косточку на тарелку и покачал головой.

-Нет.

-...

На лице До Квона появилось разочарование, это было такое жалкое и тоскливое выражение лица, что Ын Су чуть не поддался на эту уловку. "Ты не должен был так много сосать и кусать губы, чего он ещё ожидал?". Чувствуя, как его губы до сих пор покалывали, Ын Су прикрыл рот рукой.

-У-у меня болят губы, так что давайте позже.

На самом деле он не хотел повторить подобное вновь, а просто хотел сделать так, чтобы исправить сложившуюся ситуацию. Но цвет лица До Квона заметно посветлел.

-Да. Позже.

До Квон уверенно кивнул и наполнил бокал Ын Су алкоголем. Ын Су с угрюмым выражением лица отпил.

До Квон улыбнулся и чокнулся с ним бокалами.

Ын Су бросил на него взгляд. "Что толку от такого обещания? Это же обычный поцелуй. Иногда До Квона так трудно понять".

Ын Су отпил ещё вина. Кислое вино показалось ему странно сладким на вкус, отчего его лицо сморщилось.

Шёл уже второй день детской ярмарки. У Ын Су было хорошее настроение. Он чувствовал себя изнурённым, как если бы сдавал экзамены, но в то же время был рад тому, что до вторника у него будет выходной. В понедельник он весь день отсыпался. Если бы До Квон не будил его изредка, чтобы поесть, он бы пропустил приёмы пиши и проспал бы все 24 часа.

Вторник он провёл в полудрёме. Он сначала лежал в постели, а потом на диване в гостиной. До Квон работал рядом с ним, а потом удалялся в свой кабинет, чтобы поработать.

Ын Су, заметив это, спросил у него, собирается ли тот на работу, но До Квон всего лишь бесстыдно сказал: "Сегодня не хочу". Ын Су было нечего добавить. Это же не детская площадка, так почему он разбрасывается своими хотелками, как ему вздумается.

-Хм...

Ын Су потянулся на диване и вонзил вилку в манго, которое для него нарезал До Квон. Теперь До Квон считался в этом доме мастером по нарезанию манго. Ын Су улыбнулся, глядя, на овальный, аккуратно разрезанный фрукт.

Ын Су доел манго и стал листать телепередачи. В будние дни в 11 часов вечера было нечего смотреть. Поэтому он переключал кнопки с пустым выражением лица.

-Ох... - издал он короткий возглас.

Его пальцы перестали нажимать на кнопки. А верхняя часть тела, приклеенная к дивану, наклонилась к телевизору. На экране телевизора появился знакомый актёр.

-Человек-маска.

Это был фильм "человек-маска". Точнее это был трейлер фильма, поскольку в нём показывались сцены, которые Ын Су раннее никогда не видел. Такие предложения, как "Вернулся спустя 3 года", "Человек-маска возвращается" и "Забудьте обо всём, что было в других фильмах" появлялись и исчезали с громкими звуковыми эффектами. Последняя строка гласила: [Человек- маска 4 — сейчас набирает успех среди зрителей].

Ын Су тяжело сглотнул. Он нашёл телефон, который был зажат диванными подушками, и открыл сайт кинотеатра. На главной странице появился баннер "Человек-маска". Ын Су нажал на баннер и снова просмотрел двухминутный трейлер. Его ноги заёрзали по дивану.

-Я даже не знал, что фильм вышел в прокат...

Поскольку в последнее время он был занят работой, то у него не было времени на такого рода развлечения. Ранее он в свободное время просматривал новости и спешил купить билеты в день премьеры.

Ын Су посмотрел на время бронирования и застонал. Стоит ли сходить и посмотреть? Он уже не мог дождаться того, чтобы посмотреть этот фильм. Трейлер был потрясающим. Но уже время было позднее, а завтра надо на работу. Но если он пойдёт сейчас, то людей, вероятно, будет мало. Он сможет посмотреть фильм в тишине. Нет ничего потрясного, чем безлюдный кинотеатр.

Он уже несколько лет не ходил в кино. Раньше он смотрел все фильмы, которые выпускались в кинотеатрах, бывало и такое, что он мог смотреть один и тот же фильм дважды. Ын Су очень любил так развлекаться.

Колени Ын Су дрожали от нетерпения. После нескольких минут раздумий он всё-таки решился, встал и поспешил в кабинет.

Стоя перед дверью кабинета, Ын Су прочистил горло. Он уже собирался постучать, как вдруг его охватило беспокойство. А что, если До Квон не пойдёт? Что, если... нет, ничего плохого нет в том, что он пойдёт один, но всё же...

Ын Су, прикусив губу, приложил ухо к двери. Он попытался прислушаться, чтобы понять, чем занимается До Квон. Однако, к сожалению, ничего не услышал.

Ын Су, вышагивая около двери, надул губы. Он сделал глубокий вдох, а затем постучал в дверь.

Ын Су ждал ответа, кивка или хотя бы приглашения войти. Но тут, за дверью послышались шаги, и дверь распахнулась. Появился До Квон, одетый в домашнюю одежду.

-Ох, Ын Су, что-то случилось?

-Эм... вы заняты?

-Нет, совсем нет. Хочешь зайти?

-Нет-нет, я... - Ын Су покачал головой и что-то пробормотал. До Квон посмотрел на Ын Су, немного не понимая, в чём дело. Ын Су отвёл взгляд на стену, словно пытаясь избежать его взгляда, но его рот всё же смог донести до него цель визита.

-Я собираюсь пойти не вечерний сеанс в кинотеатр, если вы не заняты, хотите пойти со мной?

-Конечно, хочу. Позволь мне это сделать.

-...

Ответ прозвучал настолько быстро, что Ын Су даже не смог найти слова, чтобы ответить. Ын Су растерялся, в то же время До Квон улыбнулся и спросил.

-Нам уже пора идти?

-Ох...он н-начнётся через 30 минут...

-Мы должны выдвигаться сейчас, чтобы успеть купить попкорн.

-О, да! Точно... - Ын Су уверенно кивнул.

-Я только переоденусь, - До Квон ласково взъерошил волосы Ын Су.

-...

Ын Су, стоявший в дверях, отступил в сторону. До Квон поспешил в гардеробную.

Ын Су смотрел ему вслед. Широкая спина, выпирающие кости, твёрдые бёдра и длинные ноги были по-своему сексуальны.

В былые времена Ын Су бежал за ним, чтобы обнять, когда он уходил. Ын Су плакал и говорил, что не хочет с ним прощаться, но До Квон не отказывал и хватал его за талию. После этого он отвозил Ын Су к себе домой, где они всю ночь напролёт шептали друг другу слова любви, а потом вместе ехали на работу сонными и уставшими.

Ын Су тряхнул головой, чтобы прогнать мысли о далёком прошлом, и направился в гардеробную.

Ын Су наступил на эскалатор. Вслед за ним на эскалатор поднялся До Квон с большой упаковкой попкорна в руках. Попкорн был наполовину сырный, а другая половина карамелизованная. Ын Су обернулся и посмотрел на До Квона. Он стоял на ступеньку ниже него, поэтому их взгляды были на одном уровне.

-Господин До Квон.

-Что?

-Вы даже не спросили, на какой фильм мы идём.

Они вышли из кинотеатра и приехали к кинотеатру. Они припарковались и остановились у киоска, чтобы купить попкорн и колу. Пока Ын Су поднимался на эскалаторе, разглядывая билет, До Квон так и не задал никаких вопросов, а просто молча следовал за ним.

Обычно, когда люди кого-то с собой в кино, то человек спрашивает, что это за фильм. Но До Квон ничего не спрашивал. Это было слегка увлекательно и досадно.

-Неважно, что мы будем смотреть, - улыбнулся До Квон.

-Почему неважно?

-Я же говорил тебе, Ын Су. Неважно, что делать, главное вместе с тобой.

-...

Губы Ын Су дрогнули в улыбке. До Квон улыбнулся в ответ и отправил в рот Ын Су карамельный попкорн.

-Если хочешь, то я могу спросить.

-Нет, я не это имел в виду...

-Какой фильм мы будем смотреть?

-Человек-маска...4...

Ын Су прожевал попкорн и мрачно ответил. Он подумал, был ли задан этот вопрос из вежливости. Однако До Квон поднял брови от удивления, и Ын Су стало легче.

-4 часть? Я и не знал.

-Я тоже не знал, но по телевизору показывали трейлер.

-Звучит интересно.

-Да, это будет весело, - Ын Су энергично кивнул. Он с нетерпением ждал, кого из злодеев человек-маска побьёт на этот раз.

Глаза До Квон тоже заблестели от нетерпения. Ему было ещё приятнее видеть, как искренне радуется Ын Су.

В кинотеатре, как и предполагал Ын Су, было мало народу. Сколько людей сможет приехать в Каннам, чтобы посмотреть фильм в вечерний сеанс? Ын Су с волнением проследовал на своё место. До Квон последовал за ним, слабо улыбаясь.

Когда они устроились в мягких креслах кинотеатра, на экране появилась реклама. Ын Су с широко раскрытыми глазами смотрел рекламу. Она мало чем отличалась от того, что показывали по телевизору. Но в кинотеатре было смотреть даже как-то интереснее. Да и волнение от предстоящего просмотра, похоже, сыграло в этом не последнюю роль.

До Квон поставил ведро попкорна на бедро Ын Су. Напиток был поставлен на подлокотник. Ын Су, привычно схватив ведро, стал поедать попкорн. Он давно не ел попкорн, отчего его было только вкуснее есть.

Когда Ын Су чуть-чуть отъел из ведёрка попкорна. В кинотеатре потемнел, и появился знакомый логотип кинокомпании. Ын Су слегка прикусил губу. Его плечи приподнялись в предвкушении, а глаза расширились ещё больше. Он затаил дыхание.

До Квон, сидящий в кресле, улыбнулся, глядя на Ын Су.

Он как раз сидел в кабинете, занимаясь своими делами, как вдруг его напугал стук в дверь. Он подумал, что у Ын Су возникли какие-то проблемы. Он выглядел усталым после ярмарки, поэтому До Квон старался придерживаться дистанции. Потому что подумал, что ему не понравится, если До Квон начнёт с ним заигрывать. Он действительно не ожидал, что Ын Су пригласит его в кино.

Он не считал поход в кино чем-то особенным, но раз Ын Су предложил первым сходить на фильм, то это определённо приобретало смысл.

Поэтому он естественным образом согласился. Они должны были сходить в кино. Ему нужно было проводить время вместе, как можно чаще. Они уже могли вместе есть. Иногда даже, когда До Квон не ложился спать первым, Ын Су не спал и ждал, когда До Квон придёт.

Другие и понятия не имеют, насколько очарователен Ын Су в такие моменты.

Ын Су стал привыкать к До Квону. Это было чудо, о котором До Квон даже и мечтать не смел. И когда это чудо происходило, ему хотелось умереть прям на том же месте.

Пока До Квон растворялся в своём счастье, фильм уже подошёл к середине. До Квон это понял, когда Ын Су мельком бросил на него взгляд. Иначе бы До Квон просто весь фильм наблюдал бы за выражением лица Ын Су, пока фильм не закончился бы.

-Не смотрите на меня, смотрите фильм, - тихо сказал Ын Су. При этом он дёрнул голову До Квона в сторону, что тот чуть едва не закричал от боли.

-Извини... - облизав пересохшие губы, До Квон извинился. Ын Су сморщил нос.

-...Что-то не похоже, что вам жаль.

До Квон снова сосредоточился на фильме. До Квон поднёс напиток к его губам. Ын Су одним большим глотком втянул соломинку. Его надутые щёки мгновенно стали впалыми, отчего До Квон тихо рассмеялся.

До Квон не мог сосредоточиться на фильме и то и дело бросал взгляды на Ын Су. Ын Су естественным образом чувствовал взгляды на себе, поэтому поворачивался к нему, чтобы сделать предупреждение, но До Квону было всё равно.

Ын Су вздохнул и покачал головой, но не стал его ругать. Их взгляды оставались безмолвными.

Посреди какофонии выстрелов, чьих-то криков, взрывов бомб и рушащихся зданий, Ын Су и До Квон вели себя очень тихо.

-Больше всего мне понравилась сцена превращения, она такая классная.

Фильм закончился, и они отправились на парковку. Ын Су всё ещё находившийся под впечатлением от фильма, взволнованно болтал. До Квон лишь кивал в знак согласия. Несмотря на то, что он смотрел фильм лишь наполовину, он смог понять сюжетную линию лишь по диалогам.

-Разве этого злодея не жалко? Он потерял свою семью и сошёл с ума от ярости. Здорово, что человек-маска понял это и перестал держать свои позиции, а не убил его.

До Квон снова кивнул. Ему было всё равно, умрёт злодей или нет, но если Ын Су понравилась такая концовка, то всё хорошо.

Времени на то, чтобы выйти из кинотеатра, заняло много. Приходилось дойти до мусорных баков, чтобы выбросить ведро из-под попкорна и стаканчики колы, по пути зайти в туалет, а затем зайти в гардероб, чтобы забрать свою одежду.

Ын Су разглядывал афиши, чтобы понять, есть ли среди них фильм, который бы заинтересовал его. Этот процесс был похож на то, как он любовался картинками в галерее. Как вдруг он споткнулся, и До Квон схватил его за руку и поддержал.

-Спасибо.

Ын Су улыбнулся и поблагодарил его. Он попытался высвободить свою руку, но До Квон почему-то не ослаблял хватку на его пальцах. На лице Ын Су появилось недоумение. Он дёрнул запястьем, пытаясь освободиться от его хватки, но тот лишь крепче сжал свою ладонь.

Не в силах скрыть своё смущение, Ын Су поднял глаза на До Квона.

-Господин До Квон, отпустите руку.

-Ын Су.

-Что?

-Можно я возьму тебя за руку?

-...

Это был запоздалый вопрос, ведь До Квон уже держал его за руку, а теперь вдруг спрашивает разрешение.

Ын Су не нашёл для себя подходящего ответа на этот вопрос, однако До Квон лишь улыбнулся и погладил нежно большим пальцем по тыльной стороне руки.

-Хорошо постарались.

-Ребята, мы сегодня отлично поработали.

-Действительно, сегодня было очень нелегко.

Четыре бокала, наполненные вином, звякнули. Это был вечер пятницы. Ын Су и его команда дизайнером ужинали в ресторане, где они заранее забронировали стол.

Они заказали пасту, пиццу, стейки, закуски и несколько бутылок вина. Все четверо только недавно закончили рабочий день, поэтому они сначала решили набить свои желудки, а потом расслабиться за распитием напитков.

За столом ребята делились своими историями. Кто-то говорил о своей семье, кто-то о детях, а кто-то об отношениях.

Примерно через час две бутылки вина уже опустели. Официант убрал грязные тарелки, поэтому они заказали креветок, сыр и по кусочку торта.

Еду стали только подавать, как вдруг карман пиджака Ын Су громко завибрировал. Это был его мобильный телефон. Было очевидно, кто его искал в такое время. Ын Су достал телефон и разблокировал экран.

[Ын Су.]

[Могу я приехать и подождать?]

[Я не буду заходить.]

[Я буду ждать снаружи.]

[Я просто тихонько подожду].

Ын Су улыбнулся. Он собирался ждать окончания ужина? Как... как можно ждать на улице посреди зимы? Даже если он на машине, то всё равно холодно. Ын Су явно его предупредил утром, что задержится на работе.

[Нет, я не нужно.]

[Я позвоню вам, когда закончу].

Нажав на кнопку "отправить", Ын Су собирался убрать телефон обратно в пиджак, но тут из-под руки высунулась чья-то рука и сжала тыльную сторону его ладони. От неожиданности Ын Су дёрнул рукой и поднял глаза, но там никого не было.

Оглядевшись по сторонам, Ын Су опустил голову, пытаясь вспомнить, откуда возникла рука. Затем он заметил владельца руки.

-Ты...

Перед Ын Су стояла маленькая девочка. Она была настолько крошечной, что Ын Су не сразу смог её заметить, так как она была ниже стола.

Ын Су бросил на неё удивлённый взгляд, и глаза ребёнка тоже расширились от удивления. На мгновение они уставились друг на друга, между ними повисло молчание. Первый очнулся Ын Су.

-Привет?

Наклонив голову на уровне стола, Ын Су поднял руку в знак приветствия.

-Здравствуйте, - ребёнок ответил с невнятным произношением. Ын Су улыбнулся от того, как мило звучал её голос. Затем ребёнок склонил голову, как щенок, и снова ткнул в руку Ын Су.

Ын Су посмотрел на свою руку, пытаясь понять, что это значит. Затем он заметил телефон, который держал в руках, а точнее наклейку на задней панели телефона, и ахнул. Это была наклейка с изображением пингвина, которую подарил ему ребёнок на детской ярмарке.

-У тебя тоже такая? - спросил Ын Су.

-...

Ребёнок на мгновение замешкался, а затем кивнул. Не раздумывая, Ын Су попытался отклеить наклейку. Он осторожно подцепил её ногтём, опасаясь, не порвётся ли она. И тут же приклеил наклейку к тыльной стороже маленькой руки ребёнка.

Ребёнок улыбнулся. Её пухлые щёчки приподнялись, а маленькие губки разошлись. Её лицо напоминало миленького ангелочка. Ын Су улыбнулся вместе с ней.

-Руководитель группы, что там внизу? - один из членов команды последовал примеру Ын Су и опустил голову под стол. А затем он закричал.

-О, боже, детка, почему ты здесь? Где твоя мама?

Ошеломлённые члены команды тоже заглянули под стол. Ын Су улыбнулся и осторожно сжал запястье ребёнка. Он притянул девочку к себе, затем просунул руки под подмышки и приподнял её. Ребёнок не кричал и не сопротивлялся, словно привык к тому, что с ним так обращаются. Он был занят тем, что нежно поглаживал пингвина на тыльной стороне ладони.

Ын Су усадил ребёнка к себе на колени. Девочка была такой крошечной и лёгкой, но в то же время она выглядела пухленькой. Было бы сложно не умиляться таким созданием.

Тем временем один из членов команды позвонил другому сотруднику, чтобы поинтересоваться родителями ребёнка, и тот быстро куда-то исчез.

-Боже мой, ты такая красивая.

-Твои родители, наверное, так волнуются.

-Это верно. Она такая маленькая, что я даже не заметил, как она оказалась под столом.

-...

Пока остальные члены команды переговаривались между собой, Ын Су молча смотрел на ребёнка. Не моргая, он продолжал смотреть на неё снова и снова. Он нежно погладил её крошечные ручки и пухлые запястья. Крошечные ногти были такими очаровательным, что его сердце пропустило атаку.

Примерно через пять минут после этого по улице, задыхаясь, шла молодая пара.

-Мама-а-а...

Ребёнок замах руками своей маме. Ын Су передал ребёнка родителям. Родители горячо поблагодарили его и ушли с ребёнком на руках. Ын Су смотрел им вслед, пока они исчезали из виду. Когда они исчезли из виду, он повернулся к своим товарищам по команде.

-...

Его взгляд встретился с глазами Со Ён. Она передала Ын Су бокал.

-Руководитель группы, вы, кажется, любите детей, - спросила Со Ён.

-А что? Разве нет кого-то в комании, кто бы не любил детей? - весело ответил Ын Су. Все члены команды были хорошими людьми, им пришлось многое пройти вместе, но он не хотел делиться своим горьким прошлым.

"Когда я вижу такого маленького ребёнка, то думаю о своём ребёнке, которого потерял. Как я могу сказать что-то подобное вслух? Наверняка слушателю будет не по себе."

Ын Су проглотил вино с ничего не выражающим лциом.

Однако Со Ён кивнула и задала другой вопрос.

-Кстати, вы не собираетесь замуж?

-Замуж? Может быть, когда-нибудь...

-Вы ещё не замужем? Думаю, из вас бы получился хороший отец, если бы у вас были дети.

Ын Су замер. "Хороший отец". Когда-то он тоже думал, что станет хорошим отцом.

-Возможно, я всё-таки буду плохим отцом, - с горькой улыбкой ответил он, ставя бокал вина на стол.

"Что может быть хуже родителя, который не способен защитить своего ребёнка? Когда я умру, я обязательно попаду в ад. Буду гореть там за то, что не смог защитить Бом-и."

Загадочный ответ Ын Су вызвал недоумённые взгляды его коллег. Ын Су улыбнулся и сменил тему.

-Дело вовсе не в браке, просто я чувствую себя одиноким. Я впадаю в депрессию, когда ложусь один в постель. Унываю, когда идёт дождь. Поэтому я не хочу жить один до конца своих дней.

-Боже, вам одиноко?

-Ого, я думал, что вам хорошо быть и одному. Вы выглядите довольно состоятельным.

-Правда? - Ын Су отвёл взгляд. Тем не менее, ему приносило облегчение, что другие люди не видели в нём нечто странное, или даже душевнобольным человеком.

... Но это сложно было назвать облегчением.

Он снова опрокинул бокал с вином.

Ын Су проснулся от шума дождя. Капли дождя стучали по окну. Звук был настолько громким, что казалось, окно может разбиться. Может, из-за зимы дождь был сильнее обычного? Или те, капли, что не превратились в снег, чувствовали себя раздражёнными?

Ын Су уставился на окно расфокусированным взглядом. Окно в спальне выходило на одну сторону. Каждый вечер перед сном До Квон открывал шторы, а когда просыпался, то задёргивал их. Поэтому Ын Су практически не видел вид из окна, но сейчас щель была достаточно открытой, чтобы можно было заглянуть во внешний мир.

Густые капли дождя то собирались в одну массу на окне, то исчезали. Ын Су облизнул пересохшие губы, наблюдая за происходящим. Он выпил слишком много алкоголе за ужином, поэтому его мучила сухость в горле.

Жаль, что у него не было стакана воды, но вставать не хотелось. Ему не хотелось идти на кухню в ранний утренний час.

Он продолжал смотреть в окно. Он представлял, как его поливает дождь, поэтому жажда немного утихла.

Пока он лежал так, в голову заползали разные мысли. Он подумал о работе. Отчасти он был рад, что завтра у него будет выходной. "Что мне поделать завтра? Что я буду есть на ужин? Будут ли по телевизору показывать что-то интересное? Может, стоит просидеть весь день на диване и посмотреть какие-нибудь дорамы? Можно даже от первой серии смотреть и до самого конца."

Пока он думал обо всякой ерунде, в голове всплыла маленькая ручка.

Это была ручка маленькой девочки, которую он видел в ресторане несколько часов назад. Маленькая, белая, пухлая ручка. Она указательным пальцем разглаживала наклейку. Губы были поджаты, хотя она ничего не ела. Щёки, которые на вид казались пухлыми. Маленькая головка. Тонкие волосы. И непередаваемый детский запах. У неё был такой запах, что его можно было обозначить одним словом "невинность".

Как приятно быть родителем такого прекрасного ребёнка, как они должно быть счастлив. Интересно, чувствуют ли он себя хозяевами всего мира, когда открывают глаза по утрам? Ын Су был уверен, что да. Он представил, как их глаза вспыхивают, когда ребёнок обращается к ним "папа" или "мама". с невнятным произношением.

Он чувствовал зависть то ли к ребёнку, что у него была такая семья. То ли к родителям, которые имели такого ребёнка.

Ын Су медленно моргнул. Из уголка глаза скатилась одна толстая слезинка. Ын Су понял, что он плачет.

Он не знал, почему вдруг слёзы выступили. То ли от зависти к родителям с красивыми детишками, то ли от ревности, от ли от того, что часто думает от Бом-и.

-...

Бом-и. При воспоминании об одном лишь имени, его нос дёрнулся. Слёзы, которые скатывались по щекам, хлынули разом.

Ын Су погладил свой живот, скрытый под одеялом. Его плоский живот, казался таким уродливым. Когда-то его живот был круглым и он мечтал о будущем с Бом-и.

Ын Су чувствовал себя унылым. Он чувствовал себя грустным, расстроенным и потерянным.

Он впервые за долгое время столкнулся с такой грустью. Может быть, алкоголь, который ещё не успел выветриться до конца, до сих пор действует на него? А может, из-за дождя на рассвете. А может быть, эмоции, которые он всё это время сдерживал в себе, просто вырвались наружу.

-...

Ын Су даже не издал ни единого всхлипа, а просто молча позволял слезам скатываться по щекам.

Он снова стал скучать по своим родителям. Ему нужно было место, где он мог бы выговориться о своей печали, но теперь её придётся вынашивать в себе всю жизнь. Он хотел, чтобы его утешили мамины руки. Чтобы он знал, что с Бом-и всё хорошо. Чтобы он мог быть уверенным в том, что после того, как она попала на небеса, ей там было хорошо. Это бы облегчило боль в его сердце.

Было так много людей, по котором Ын Су скучал, но не мог их увидеть.

Мама, папа и Бом-и. Он скучал по ним несколько раз в день, но что бы он ни делал, он не сможет их увидеть. Он даже не видел лица Бом-и.

Вот почему он хотел отчаянно умереть. Ему казалось, что в другом мире, с людьми, которых он любит и по которым он скучает, будет гораздо счастливее чувствовать себя, чем в этом, где нет ничего кроме чувства одиночества.

По правде говоря, его жизнь совсем не изменилась.

Ын Су по-прежнему жил, но эта жизнь скорее напоминала на выживание. Он работал, ел, спал, и продолжал жизнь, как самый обычный человек.

Всё случилось по вине До Квона, но и также благодаря ему он мог жить, как человек. До Квон спал позади Ын Су и ровно дышал.

Ын Су сильно стиснул одеяло руками. Ему нужно было встретиться с Мён Хи. Он должен был ответить на её предложение. Но в то же время он ещё не решил ничего.

Как бы он ни ненавидел До Квона, он не может бросить его. Как сегодня и сказал своим коллегам, он чувствовал одиночество. Он был склонен к депрессии.

Но всё было в порядке, когда рядом находился До Квон. Аромат его феромонов витал в воздухе. Постель всегда была заполнена его присутствием. С ним можно было в любое время разделить трапезу. К тому же он часто беспокоился, хорошо ли спал Ын Су.

Ын Су был болен из-за До Квона. Но в то же время благодаря ему он чувствовал, что живёт человеческой жизнью.

Это чёртово противоречие.

В этой бездне противоречий Ын Су умирал и жил одновременно. Его тело было слабым, но эмоции бушевали.

Он не знал, что именно было для него спасательным кругом - Бом-и или До Квоном, но он не мог отпустить его.

По его щеке скатилась слеза. Не успел он опомниться, как подушка стала влажной. Он был отчасти благодарен, что звук его влажного дыхания заглушал сильный дождь.

-...Как долго ты будешь плакать? - низкий голос, словно змея, пополз по его затылку.

-...

Ын Су перестал дышать. Он был слишком напуган, чтобы повернуться, и был слишком ошеломлён, чтобы пошевелиться. Он услышал шелест одеяла, и вскоре тёплая рука обвила его спину.

До Квон уткнулся лбом в затылок Ын Су и заговорил сонным голосом.

-Знаю, что не имею права говорить тебе не плакать.

-...

-Но не плачь слишком много, Ын Су.

До Квон нежно погладил обнажённое предплечье Ын Су через одеяло. Ын Су почувствовал, как его сдерживаемая печаль вырывается наружу от одного его прикосновения. Он попытался притвориться, что не плачет, но всё было тщетно. Его плечи поникли, грудь вздымалась и опускалась.

Тяжело отдышавшись, он спросил хриплым голосом.

-Когда... вы проснулись?

-Очень давно.

-Очень давно?

-С того момента, как ты начал плакать, и до сих пор.

-...

Ын Су стиснул челюсти, поняв, о каком моменте идёт речь.

На самом деле, это был не первый раз, когда Ын Су плакал в одиночестве на рассвете. Если он видел где-то мельком маленькую девочку, то беззвучно рыдал в эту же ночь.

Было бы намного лучше ругаться, бить, душить, обругивать, чтобы эта печаль переросла в злость или ненависть, но он просто рыдал, как дурак.

Иногда, когда он видел До Квона, который мирно спал, то чувствовал к нему отвращение. Но он не просто спал, а плакал вместе с Ын Су. Он просто не знал, что делать и как его утешить, поэтому просто молчал.

Однако сегодня Ын Су плакал дольше обычного, поэтому До Квон не сдержался и заговорил.

До Квон обнял Ын Су, но тот вывернулся и выскользнул из объятий До Квона, а затем поднялся на ноги. До Квон тоже поднялся. Они стояли лицом к лицу. По лицу Ын Су текли слёзы, а До Квон, стиснув зубы, смотрел на него с пустым выражением лица.

-Я хочу плакать.

-...

-Почему я не могу просто поплакать? Я же не умру от того, что немного поплачу.

-Ын Су...

-Почему я не могу?

Ын Су пристально смотрел на До Квона. Его маленькое лицо было наполнено сожалениями и печалью. До Квон сжал губы. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же опустил голову.

-Я был неправ. Извини.

-...

-Просто мне было грустно видеть, как ты в тишине плачешь, и я не хотел, чтобы ты прятался.

-...

-С этого момента просто плачь.

-...

-Я ничего не скажу.

При этих словах нижняя губа Ын Су задрожала. Затем он разразился рыданиями. Он плакал изо всех сил, словно пытался выплеснуть все эмоции, которые подавлял всё это время в себе.

До Квон сидел напротив него на расстоянии. Он не бросался обнимать его и утешать, не пытался слизать его слёзы языком, как обычно это делал. Да как бы он посмел, ведь все слёзы, которые проливает Ын Су, были вызваны только по его вине.

До Квон принимал на себя всю тяжесть слёз Ын Су, как окно молча принимало на себя всю тяжесть капель дождя.

Ночь выдалась сырой.

До Квон уже несколько раз вздохнул, глядя на Ын Су, который не переставал плакать с самого утра. Он настолько истощил свои силы, что попросту уснул. Беспокоясь о состоянии Ын Су, он потирал его уголки глаз холодной мочалкой.

После этого он лёг рядом и некоторое время не сводил с него глаза. Вскоре он проснулся от того, что его предплечье стало горячим, как будто он лежал с чем-то жарким.

Ын Су тяжело дышал. Его лоб и щёки были красными, как и опухшие от слёз глаза. Но губы были бледными. По лбу и затылку струился холодный пот.

-...Ын Су?

Сердце До Квона упало. Сколько бы раз он не видел его больным, но к таким ситуациям он всегда относился с паникой. Он вскочил с кровати и набрал на мобильном 119.

Прежде чем нажать на кнопку вызова, он замер.

Он знал, как Ын Су ненавидел больницы. Ын Су проплакал всю прошлую ночь, поэтому наверняка ему станет хуже, когда он очнётся в больнице.

Нажав на кнопку "домой", До Квон позвонил одному врачу из больницы Сонджин и потребовал приехать его. Он заботился об Ын Су до приезда врача. Он поднял температуру в комнате, вытер холодный пот и сменил его промокшую одежду.

Через полчаса приехал врач и поставил диагноз "обычный жар". Он также посоветовал До Квону, чтобы Ын Су хорошо питался и спал, потому что выглядит он совсем плохо. К счастью, это была не болезнь и не феромоновый шок.

До Квон поставил капельницу Ын Су, дал ему несколько таблеток и ушёл.

Ын Су проболел все выходные. У него был настолько сильный жар, что он не мог нормально соображать. Ему было трудно глотать таблетки. Точнее, ему было тяжело вообще что-либо глотать, даже обычную кашу.

До Квон старательно ухаживал за Ын Су. Время от времени он проверял его температуру, и радовался, когда она опускалась. Однако когда она повышалась, он мучился, словно мир на его глазах рушился. Он всё думал, что за чертовщину вколол ему тот шарлатан, пичкая его лекарство за лекарством, но всё было без толку.

Надо было просто отвезти его в больницу. Он должен был поступить так раньше. Нет, он не должен был позволять ему страдать. Он не должен был заставлять его плакать, злиться, расстраиваться. Если уж говорить совсем открыто, До Квон не должен был позволять ему плакать ещё тогда. Однако он просто смотрел, как Ын Су плакал, как самый настоящий мудак.

Ын Су сидел на стуле рядом с кроватью, его нога беспокойно дёргалась. Его взгляд был прикован к Ын Су, который тяжело дышал.

До Квон чувствовал себя измождённым. Прошло уже два дня, а его глаза как будто высохли. Это было неудивительно, поскольку он не спал и не ел уже более сорока часов.

За окном вставало солнце, настал понедельник. Похоже, Ын Су не сможет пойти на работу, так что придётся известить компанию от его имени.

Он нажал на кнопку питания, чтобы включить телефон. На экране блокировки высветилось время и дата. Он небрежно пролистал список контактов и замер.

-...

Он думал, что болезнь Ын Су - результат невезения До Квона, но всё было не так.

До Квон рывком поднялся со стула, и в это же время Ын Су осторожно открыл глаза.

До Квон метался перед гардеробом, как собака, ищущая, чем бы поживиться. Его пальцы двигались, как если бы он играл на пианино. Ын Су долго не выходил из гардеробной.

Чувствуя нетерпение, До Квон приложил ухо к двери. Было тихо, слишком тихо. Не было слышно звуков переодевания, но всё же. До Квон стал думать, не свалился ли Ын Су, ведь его жар ещё не спал.

До Квон осторожно положил руку на дверную ручку. Он уже собирался повернуть её, как из-за двери послышалось шарканье. До Квон быстро сделал шаг назад. Через несколько секунд дверь открылась, и появился Ын Су.

Ын Су был одет в чёрный костюм и белую рубашку. Его галстук был затянут до самой шеи, из-за чего обнажённая выглядела слегка странно. До Квон оглядел его с ног до головы и нахмурился.

-Тебе стоит надеть пальто. На улице холодно.

-Ах...

Ын Су тихо вздохнул, затем вернулся в гардеробную и вышел оттуда в чёрном пальто. Смотря на это, брови До Квона опустились.

На улице было холодно, а дождь , который шёл все выходные, превратился в снег. Спустя мгновение весь мир стал белоснежным. Улицы стали белыми. Они были настолько белыми, что у Ын Су бегали мурашки по спине при одном взгляде на них.

Ын Су собрался выйти на улицу в одном пальто. Поскольку и без шарфа ему было холодно. Его до сих пор мучил жар, и ему не хотелось выходить из дома.

-А шарф? - мягко спросил До Квон.

-...

Но Ын Су не ответил. Ему не нужен был шарф, однако До Квон не сдавался. Он вошёл в гардеробную и нашёл самый толстый шарф, какой мог только найти.

Тем временем Ын Су уже спускался вниз по лестнице.

До Квон смог догнать его, слегка запыхаясь.

-Мне не нужен шарф, мы всё равно будем в машине, так что ничего страшного, если я не надену его, - голос Ын Су был слегка сердитым, словно он отвергал заботу До Квона, однако тот был непреклонным. Будь это что-то другое, он бы уже сто раз успел был забить на это, но когда речь шла о здоровье Ын Су, он не мог уступить в этом вопросе.

-Всё равно надень его. Если ты ещё сильнее разболеешься, то завтра я не пущу тебя на работу.

До Квон сделал предупреждение Ын Су, который как раз засовывал ногу в туфлю.

-...

Ын Су уставился на До Квона покрасневшими глазами. До Квон проигнорировал его взгляд и обернул шарф вокруг шеи Ын Су. Он надел его так, что шарф полностью закрывал его нос. Он наконец смог вздохнуть с облегчением, когда заметил, что единственное открытое место у Ын Су осталось, - это глаза.

Ын Су наклонился, чтобы завязать шнурки. До Квон опустился на колено и завязал его шнурки. Его большие руки свободно завязывали узлы. Ын Су смотрел на взъерошенную макушку До Квона.

-Ын Су, - позвал До Квон его, завязывая шнурок.

-...

Ын Су не ответил. До Квон поднял голову и встретился со взглядом Ын Су. После минутного колебания он осторожно спросил.

-Мы можем пойти... вместе?

Ын Су покачал головой. Отказ не занял и скунды. В уголках рта До Квона заиграла горькая улыбка.

-...Хорошо.

До Квон закончил завязывать шнурки. Он не стал предлагать последовать за ним. В обычной бы ситуации Ын Су бы ничего не сказал по этому поводу и просто бы позволил следовать за ним, но сегодня был иной случай и ситуация. Сегодня был совершенно другой день.

До Квон встал и с тоской разгладил воротник пальто Ын Су.

-Если тебе будет плохо, или одиноко, или захочется поплакать - позвони мне.

-...

-Тогда я приду.

-...

Ын Су не ответил. Он поправил свой шарф, повернулся и открыл входную дверь.

Вскоре фигура Ын Су исчезла,и дверь захлопнулась. Звук захлопывающейся двери эхом разнёсся по просторному дому.

До Квон протяжно вздохнул и вытер на сухо лицо.

Сегодня... была годовщина смерти родителей Ын Су.

В мемориальном парке было необычайно холодно по сравнению с другими местами. Здесь всегда было безлюдно и пустынно. Несмотря на то, что сюда резко приходили люди и виднелись различные украшения, тень над головой Ын Су нависла, и не хотела исчезать.

Ын Су был рад, что всё-таки надел шарф, который всучил ему До Квон. Или он был совсем замёрз от холода, и ему стало бы ещё грустнее.

Ын Су, даже не глядя на указатели, направился к месту, где был прах его родителей. Он не был здесь уже год, но всё равно помнил дорогу. В свои двадцать лет он приходил сюда раз или два раза в месяц, утром и вечером.

Стоя перед склепом, внутри которого было две урны, Ын Су медленно моргнул.

Прошло почти десять лет с тех пор, как погибли его родители. Ын Су больше не плакал на этом месте перед этими урнами, в которых не осталось ничего, кроме белого порошка. Он не бормотал, как безумец, и его глаза не были наполнены тоской.

Было бы неправильно назвать его бесчувственным, скорее, он просто привык к этому. Он знал, что никакие слёзы, всхлипывания и выплёскивание эмоций не поможет уменьшить тяжесть его горя.

Немного посмотрел на фотографии родителей, Ын Су достал из кармана маленький ключи и отпёр стеклянную дверь. Переместив фотографии в сторону, он достал из сумки фотографию. На ней были будто изображены облака на чёрном фоне.

-Мама и папа. Это ваша внучка. Я рассказывал вам о ней, когда приезжал сюда, помните?

Ын Су положил фотографию рядом с фотографиями родителей. Это был УЗИ- снимок Бом-и.

-Я не смог позаботиться о ней... Поэтому мама и папа, позаботьтесь о ней, пожалуйста.

Когда он перерезал запястья и очнулся спустя долгое время. Мён Хи принесла этот снимок ему, сказав, что нашла его дома. Снимки УЗИ Ын Су хранил в прикроватном ящике. Одну из них он принёс с собой сегодня.

-Нет, называть её внучкой... наверное, перебор.

Поскольку она так и не родилась, поэтому вопрос её существования был неоднозначным. Она никогда не умирала, поэтому было бы нелепо оставить снимок в склепе.

Тем не менее Ын Су аккуратно поставил фотографию и закрыл стеклянную дверь. Ещё долгое время он посмотрел на любимых ему людей, которых он потерял. Тело становилось все горячее. На лбу выступили бисеринки пота, а в шарфе стало не по себе.

-...Жарко.

Ын Су развязал шарф, которым обмотал его До Квон. Порыв ветра прошёлся по его шее, но он не чувствовал прохладу.

Он сжимал и разжимал шарф. Его взгляд не отрывался от улыбающихся лиц родителей. Ему показалось, что Бом-и, напоминающая крошечную горошинку, тоже улыбнулась.

От этой мысли Ын Су стало немного грустно. Казалось,что вся семья была счастлива, кроме него самого. Он чувствовал нарастающую ревность. Он ненавидел Бога. Если он собирался извозить его в пучине отчаяния, если он собрался забрать всех, кто ему был дорог, то почему он может позволить Ын Су пойти вслед за остальными?

Он дважды попадал в автокатастрофы, страдал от феромоного шока и много раз перерезал себе вены. Каким образом он всё ещё оставался в живых? Не так уж и сложно забрать ещё одну ничтожную жизнь. Ын Су каждый раз отчаянно пытался умолять Бога забрать его с собой.

Ын Су медленно опустился на землю. Его стройные ноги подкосились, и он зарылся лицом между коленями. Его шарф волочился по земле, но ему было всё равно.

Ын Су долго сидел в таком положении. Его ноги покалывало. Холодный воздух с земли пробирал до костей. Его чёлка была влажной от пота. И всё же Ын Су свенулся калачиком.

Вдруг сверху с грохотом что-то упало. Это был ключ от склепа, который Ын Су забыл вытащить. Когда Ын Су потянулся за ним, его взгляд остановился на одной из урн на нижних отсеках склепа. А точнее, на кресте рядом с урной.

-...

У Ын Су от удивления открылся рот.

"Интересно, почему Бог сохранил мне жизнь?"

Он внезапно задумался.

Ын Су покинул мемориальный парк, когда солнце уже садилось. Он медленно тащился к парковке, его глаза были пустыми. В ушах стояло эхом его собственных шагов.

Было слишком жарко. Он скомкал шарф и натянул пальто на голову, зимний ветер хлестал его по талии , но ему всё равно было жарко.

Ын Су понял, что находился в ужасном состоянии, но ничего не предпринимал. "Я всё равно не умру, Бог меня не заберёт, так что какая разница? Я просто немного приболел, не более того."

Он бесцельно шёл по заснеженной дороге. Вдалеке виднелась парковка, и он опустил плечи, подумав, что лучше будет присесть на пару секунд. Так он подумал, пока спускался по лестницы.

Подошвы ног оказались необычайно скользкими, и туфли начинали скользить вниз. Его лихорадочное тело среагировало слишком поздно, и к тому времени, когда он осознал, что сейчас упадёт, пасмурное небо уже заслонило ему обзор.

-Ах...

Ын Су ахнул. Если ему и суждено упасть, то будет лучше, если он ударится головой об пол, чтобы у него образовалась такая же дыра в воспоминаниях, как и у До Квона. Тогда ему не будет больше больно и он не будет плакать. Он сможет и дальше жить, как дурак в неведении, и воспринимать До Квона за хорошего человека.

Ын Су медленно закрыл глаза. Как вдруг неожиданно его схватила сильная рука за талию. Его тело кувыркнулось, а затем в одно мгновение оказалось в вертикальном положении.

Ын Су оглянулся. Рядом стоял До Квон, одетый в чёрный костюм. Знакомый аромат пронёсся на кончике носа, но он подумал, что это лихорадочное тело подкидывало ему галлюцинаций. Он не мог поверить в то, что перед ним был настоящий До Квон.

Ын Су, обмякший в руках До Квона, поднял на него глаза. Он ответил на его незаданный вопрос.

-Прости меня. Я так волновался, что не смог не прийти.

-...

-Почему ты так ходишь? Ты должен быть осторожен, когда идёт снег. С твоей ногой всё в порядке?

До Квон приподнял Ын Су и осторожно поставил его на ноги, а затем наклонился, чтобы осмотреть лодыжку. Ын Су смотрел на него, пока тот разглядывал лодыжку.

Снова. Он снова не смог умереть.

Виновником, как всегда, был До Квоном.

Он был тем, кто не давал ему умереть, как он ни старался. Он был человеком, который всегда возникал из ниоткуда, словно призрак. В этот момент он задался вопросом, вдруг До Квон видел будущее то, как он разбивает голову и умирает, а теперь вернулся в прошлое, чтобы предотвратить этот случай.

Когда До Квон убедился, что с лодыжкой Ын Су всё в порядке, он вздохнул и встал, сморщив нос при виде его голой шеи.

-Почему ты снял шарф?

-Потому что было слишком жарко...

-Слишком...жарко? - с недоверием переспросил До Квон и приложил руку ко лбу Ын Су. Он был горячим, как грелка для рук. До Квон быстро схватил Ын Су за запястье.

-Давай сначала поедем домой.

-...

До Квон потащил за собой Ын Су, не говоря ни слова, потому что знал, что тот начнёт ругаться и говорить такие слова, как "нет", "отпустите", "убирайтесь". Выйдя на парковку, До Квон открыл дверь машины.

-Садись.

Ын Су посмотрел на свою стоящую вдалеке машину, и До Квон дёрнул его за рукав, привлекая к себе внимание.

-Я попрошу кого-нибудь пригнать твою машину. Давай сначала залезай в мою машину. Тебе нужно отдохнуть, ты весь горишь.

-...

Ын Су без лишних слов выполнил его просьбу. Он чувствовал себя уставшим. У него не было сил спорить с ним, но в то же время он хотел отдохнуть, лечь в свою мягкую и тёплую постель и больше ни о чём не думать.

Пока Ын Су безучастно смотрел перед собой, До Квон пристегнул его ремень безопасности и включил обогреватель. Только после этого он сел на водительское место.

Вскоре машина выехала. В машине было тихо, никто из них не разговаривал. Ын Су прислонил голову к окну под углом. Из-за его жара окно запотело. Он провёл пальцами по окну.

За окном виднелись белоснежные пейзажи, которых нельзя было назвать ни потрясающе красивыми, ни уродливыми. Ын Су с интересом наблюдал.

Белоснежный пейзаж всё продолжал мелькать перед глазами. Это было похоже на то, как будто смотришь телевизор с белым экраном. Снег падал непрерывно, и звук дворников и жужжание печки были слишком громкими.

Внезапно его грудь стала вздыматься. Перед глазами всё потемнело, а затем появились странные блики, и что-то словно горячее, густое и тошнотворное поднималось с его желудка наверх.

Верхняя часть тела Ын Су дёрнулась, как будто его чем-то ударили. Дрожащей рукой он коснулся предплечья До Квона.

-Остановите машину на секунду... пожалуйста, меня тошнит.

-...

Оглянувшись назад, До Квон вывернул руль. К счастью, на дороге была широкая обочина. Остановившись на обочине, До Квон выдернул свой ремень безопасности. Он резко вышел из машины. Ын Су открыл пассажирскую дверь, но не успел сделать и шага, как свалился на асфальт.

-Ын Су!

До Квон бросился к нему на помощь. Но Ын Су не мог подняться, он вцепился мёртвой хваткой в одежду До Квона. Как вдруг его начало рвать.

Это был рвотный позыв. Его рот то открывался, то закрывался, но ничего не выходило. Но его продолжало рвать, как будто его вот-вот стошнит или как будто он пытался что-то из себя выплеснуть.

Его худощавое тело дрожало. Лицо раскраснелось, губы разошлись, и тут у него начались рыдания. Густые слёзы, то ли физиологические, то ли от разочарования, обильно падали на белый снег.

-Ын Су...

До Квон крепко обнял Ын Су. Ему хотелось, чтобы Ын Су вырвало. Хотелось, чтобы его просто вырвало, чтобы его желудку стало легче. Но он не мог этого сделать, только рвотные позывы. Ему казалось, что он сойдёт с ума от беспокойства.

В его объятиях температура тела Ын Су становилась всё выше и выше.

Неудивительно, что он чуть не потерял сознание. Охваченный испугом, До Квон стал копаться в своём пальто. Он искал мобильный телефон. Они должны были поехать в больницу. У Ын Су не только поднялась температура. Если он оставит его в таком состоянии, то ему станет только хуже.

В этот момент Ын Су, уткнувшийся в грудь До Квона, медленно поднял голову. Его губы блестели от слюны, а щёки были влажными от слёз. Уголки его глаз болезненно сморщились. До Квон вытер большим пальцем щёки и нижнюю губу Ын Су.

-Господин До Квон, - Ын Су обратился к До Квону его голос был хриплым и влажным. До Квон поднял на него глаза, как бы спрашивая, в чём дело. Ын Су прислонился щекой к ладони До Квона.

-Мне...так тяжело...

-...

-Я хочу, чтобы всё прекратилось.

-Ын Су...

-Я хочу быть счастливым, я не хочу больше плакать, я не хочу больше болеть.

-...

-Но смогу ли я?

-...

-Заслуживаю ли я этого? Как я вообще могу думать о таком? Да как я смею? Мне так стыдно и совестно даже думать об этом, учитывая то, что произошло в прошлом. Но мне уже настолько тяжело, что я просто хочу, чтобы всё это прекратилось.

Бессвязные слова продолжали вырываться с его губ. То тут, то так. Путаница продолжала собираться в голове Ын Су.

-То, что мы потеряли... мы уже не сможем вернуть назад...

Что бы мы ни делали, мы уже никогда не сможем забыть это... Если мы продолжим и дальше держаться за остатки прошлого, то ничего не изменится...

Густая слеза скатилась по щеке Ын Су. Густые капли собирались в его глазах и хлынули прямо по щекам, падая на асфальт. Даже в этом Ын Су был очарователен, это действительно было красивым.

До Квон осторожно взял его за щеку, и повернул голову в свою сторону. Он встретился с ним взглядом.

-Почему ты думаешь, что потерянное мы должны вернуть?

-С чего бы...?

-Просто забудь об этом, Ын Су.

-...

Ын Су перестал на мгновение дышать. Эти слова как будто оглушили его. Его глаза расширились, и он уставился на До Квона.

-К-как вы можете...?

"Как ты можешь говорить такое? Не кто-то другой, а именно ты. Забыть всё? Забыть обо всём, что произошло с нами? Перестать пытаться вернуть потерянное? Вся эта трагедия началась именно с потери твоих воспоминаний. А теперь ты хочешь, чтобы я обо всё этом забыл? Это звучало, настолько нелепо, что я даже рассердился".

Когда Ын Су говорил, что хочет всё отпустить, это не значило, что он хотел обо всём забыть. Это просто означало, что он просто хотел избежать этой реальности, хотел вытащиться из этой глубокой сырой ямы.

Ын Су потянул за воротник рубашки До Квона, и До Квон улыбнулся.

-Конечно, я не забуду, Ын Су, я ничего не собираюсь забывать.

-Ах...

-Но ты можешь забыт. Я буду помнить, так что забудь ты.

До Квон ласково погладил Ын Су по затылку. Он утешал его, успокаивал, обнимал и тихо любил. Он крепко прижался губами к уголкам влажных глаз Ын Су, а затем отстранился. А потом он прошептал голосом, похожим на демонический, словно заманивал слабого человека. Или ангельским, словно вразумлял ослеплённого человека.

-Ты уже достаточно сделал. Тебе больше ничего не нужно делать. Прошло три года с того момента, как Бом-и ушла. Её больше нет. Ты можешь плакать и мучиться сколько угодно, но она больше не вернётся.

-Хмпф... но...

-Давай начнём всё сначала.

-...

-Это я буду искупать вину, это я буду плакать и мучиться от боли.

-...

-Я... смогу сделать лучше в этот раз. Так что, Ын Су, давай начнём всё сначала.

Его слова словно били по макушке головы Ын Су. Его слова врезались под ключицы, в грудь, между рёбрами. До Квон обнял его крепче и снова прошептал.

-Всё в порядке. Ты можешь забыть об этом, ты должен. Никто не будет тебя винить. Ты не виновен. Ты сделал всё, что было в твоих силах. Возможно, я не имею право так говорить, но что мне делать, когда ты продолжаешь плакать и страдаешь от жара? Нет. Ты больше не должен мучиться. Ты заслужил того, чтобы забыть обо всём этом и стать счастливым. Роль злодея в этой игре должна принадлежать мне.

Ын Су медленно потянулся и обнял До Квона за талию. Он сделал несколько глубоких вдохов.

-Хмаф... ха...ха...

-...

-Я ненавижу боль, хмпф, нет... Я ненавижу грустные вещи... ха... я ненавижу всё это... уф...

Ын Су вновь разразился рыданиями.

Ын Су плакал всем телом, всем сердцем. Рыдания продолжались долгое время.

До Квон всё это время утешал его.

Слушая его рыдания, он чувствовал странное умиротворение. Это было совсем иное чувство, чем когда он оставлял плакать на рассвете несколькими днями раннее.

Он задался вопросом, почему именно так. Но тут же нашёл ответ.

Ын Су.

Он избавился от всего, что его тяготило.

Весна за весной

-Руководитель группы Ю, я так волновалась, когда сказали, что вы заболели, но, как ни странно, вы выглядите хорошо.

Члены команды дизайнеров пришли в столовую на обед. Ын Су зачёрпывал ложкой рис и поднёс его ко рту, вдруг сидевшая напротив него Со Ён сказала эти слова. От этих слов Ын Су стало не по себе, и он перестал держать ложку на весу, а его большие глаза застыли.

Другие члены команды, сидевшие рядом с ним, кивнули в знак согласия.

-Всё верно, мы не говорим, что вы всегда плохо выглядели, просто вы похудели, но выражение вашего лица точно изменилось.

Ын Су наконец-то отложил ложку. Трое коллег уставились на него.

Никто другой не вышел бы в отпуск по причине болезни, а вернулся бы с посвежевшим выражением лица.

Это заставило их задуматься. Почему лицо Ын Су улучшилось с тех пор, как он заболел.

Ын Су слегка замолк, а потом вдруг выложил правду.

-Вчера была годовщина смерти моих родителей...

-Ох, боже!

-Мне жаль, что мы вдруг накинулись с вопросами.

-Нет-нет, всё в порядке. Я просто поплакал немного, а потом уснул, наверное, мне стало намного легче. Знаете, бывает такое, когда плачешь над грустным фильмом, а потом внезапно становится легче.

Он слегка приврал, но это было не так критично, так что всё в порядке. Ын Су был уже взрослым, чтобы мочь справиться с подобной ситуацией.

Члены команды посмотрели друг на друга. Когда Ын Су сказал, что всё в порядке, то снова взял в руки столовые приборы. Самгетан с цыплёнком был очень вкусным. Члены команды всё ещё сидели замершими, но его это не волновало.

"Надо будет съесть это ещё раз. В следующий раз надо будет поесть это с рисом. На десерт хотелось бы съесть мятно-шоколадное мороженое." Он просто думал о таких крошечных, но радостных моментах.

[Ын Су]

[Можно мне приехать?]

Без двадцати минут шестого. Как обычно пришло сообщение от До Квона. Ын Су, глядя на сообщение, постукивал указательным пальцем по столу. Затем через 3 минуты он отправил ответ.

[У меня сегодня много работы, поэтому я задержусь].

Как только он нажал кнопку "Отправить", то увидел, как сообщение тут же прочли. Он не отключал телефон, чтобы дождаться ответа. Он улыбнулся, представив, как До Квон сидел в своём кабинете, сжимая своими большими руками телефон, и глядел в него прищурившись.

[Когда?]

[Когда закончишь?]

[Ты задержишься?]

[Почему ты так много работаешь?]

[ Эмодзи: плчет и бьёт по земле кулаком].

Ын Су разразился хохотом, глядя на сообщение. Затем, с трудом взяв себя в руки, он написал ответ.

[Мне не понравился дизайн плаката для мероприятия, запланированное в следующем месяце, поэтому я был озадачен].

[Думаю, я закончу около восьми].

[Вы сможете приехать к этому времени?]

И в этот раз сообщение было прочитано сразу после отправки.

[Хорошо.]

Несмотря на то, что они договорились о встрече, До Квон продолжал спрашивать, не голоден ли он и не принести ли чего-нибудь поесть. Ын Су ответил, что в столовой полное еды, и что он занят, поэтому больше не сможет отвечать.

Без десяти минут шестого. Ын Су сохранил файлы на мониторе и привёл себя в порядок. Когда на часах было уже шесть часов, чтобы сказать своим коллегам, что они могут постепенно собираться и идти по домам. Как обычно, коллеги покинули офис с мрачными лицами.

Ын Су встал примерно через три минуты.

Он ещё раз проверил сообщение: [Подземная парковка, уровень 3, D].

За всё время работы в компании над проектом "Первый сезон", Ын Су ни разу не спускался в подземную парковку. Не было ещё такого дня, когда До Квон не подвозил и не забирал его.

Машин на парковке было немного. Видимо, на третьем этаже обычно никто не парковался.

Гладкий серый пол и белые флуоресцентные лампы подземной парковки создавали мрачную атмосферу.

До Квон озирался по сторонам. Он искал человека, который отправил ему сообщение. "Это С, значит, D...". Перед ним показался чёрный седан. Пассажирское окно опустилось, и на водительском сиденье появилось знакомое лицо.

Ын Су молчал поклонился. Водитель кивнул.

-Садитесь.

С этими словами Ын Су забрался на заднее сиденье, и машина выехала.

Машина остановилась перед большой галереей. Галерея, похожая на здание крупного предприятия или исторический храм, была самой большой в стране. Ын Су часто посещал её. Он не был здесь с тех пор, как перерезал себе вены.

Ын Су вошёл в галерею, чувствуя волнение, как будто был ребёнком, пришедшим в парк аттракционов. Один из сотрудников встретил его, как будто только его и ждал. Он повёл его к входу.

Ын Су, оглядевшись по сторонам, последовал за сотрудником. Пройдя через большой зал и пройдя по белому коридору, он попал в отдельную комнату. Комната напоминала элитную чайную компаний, и в ней находился тот самый человек, который его позвал сюда.

Женщина, одетая в безупречный костюм, разговаривала с кем-то, судя по всему, это был сотрудник.

-В нет?

-Да. Его сейчас нет в галерее. Он в Гонконге на аукционе, поэтому с ним можно связаться по этому адресу... С председателем связались, и он был очень разочарован, что не смог появиться лично.

-Тц...Думаю, в этом нет его вины, его же не предупредили заранее.

-Вместо этого он попросил оставить для вас одну хорошую картину, которая вам точно должна понравиться. Может, вам показать её?

-В? Конечно, я посмотрю, если он посоветовал.

Это была Мён Хи. Она кивнул и встала, заметив Ын Су. Ын Су поклонился, чтобы поприветствовать её.

-Здравствуйте, председатель.

-О-ох, Ын Су, ты уже здесь?

Ын Су улыбнулся и снова поклонился. Мён Хи ласково обхватила его руку. Затем она повернулась к персоналу, чтобы они уходили.

-Тогда подождите, я посмотрю картину чуть позже. Мы обойдём их сами, только дайте куратора нам.

-Да, председатель, - сотрудник кивнул головой и вышел.

Мён Хи повела Ын Су в сторону выставочного зала. Как только они вошли в зал, то один из кураторов тихонько последовал за ними. Он следовал за ними на расстоянии трёх шагов. Он больше походил на помощника председателя, чем на куратора.

Ын Су и Мён Хи внимательно рассматривали картины Картины были красочными и радовали глаза.

-Ты пришёл прямо с работы? - спросила Мён Хи.

-Да, - ответил Ын Су.

-Ты, наверное, устал. Я не хочу тебя задерживать здесь надолго.

-Всё в порядке, это не тяжелая работа.

После слов Ын Су между ними повисло молчание. Затем Мён Хи уточнила, всё ли у него хорошо, тот ответил, что да. После чего снова наступила пауза. Затем Мён Хи спрашивала о состоянии его здоровья, как у него дела и многое другое.

Не особо важный разговор длился полчаса. К этому моменту они уже успели обойти половину выставки, и Мён Хи, указывая на некоторые картины, подмигнула куратору. Куратор кивал головой и печатал что-то на планшете, который держал в руках. Наверное, картины, на которые она указывала, после окончания выставки будут переданы в её личную коллекцию.

Глядя на неё, Ын Су облизнул пересохшие губы. Он остановился на месте и обратился к Мён Хи.

-Председатель.

-Что, дорогой?

Мён Хи замерла на месте и посмотрела на Ын Су.

-Я тоже хочу картину, - слегка запнувшись, сказал Ын Су.

Брови Мён Хи взлетели вверх, поскольку Ын Су никогда и ничего не просил в своей жизни.

-Картину? Какую именно? Я куплю тебе любую.

-Вот эту.

Ын Су указал на картину рядом с собой. На картине были изображены горы, возвышающиеся над огромным озером, с деревьями и травами.

Можно было бы подумать, что это обычная и ничем не примечательная картина, но она была слегка странной.

Между горами и деревьями раскинулся туман, но мир, отражённый в озере, был чистым и прозрачным. Это была картина, которая вызывала ощущения сна, где было непонятно, что реальным, а что просто отражение.

Мён Хи без раздумий кивнула.

-Хорошо. Я куплю её. Но куда... её отправить?

Её взгляд был беспокойным, но вот взгляд Ын Су оставался спокойным. После минутной тишины он слабо улыбнулся.

-...В дом господина До Квона.

-...

Накрашенные красной помадой губы Мён Хи широко раскрылись. Уголки её глаз, всегда свирепо вытянутых, опустились вниз. Когда Мён Хи удивлённо посмотрела на него, Ын Су заговорил спокойным голосом.

-Между спальней и кабинетом есть свободная стена, и я подумал, что было бы неплохо повесить её там.

-Ын Су...

Мён Хи медленно моргнула. Слегка пошатнувшись, она встала перед Ын Су, дрожащей рукой она обхватила его руку и сжала.

-Спасибо, Ын Су.

-...

-Спасибо, правда.

-...

-И прости меня. Прости меня. Всю оставшуюся жизнь я буду извиняться перед тобой. Я буду хорошо относиться к тебе. Я сделаю всё, что ты захочешь.

Слова были искренними, в них сквозило отчаяние. И в то же время это кого-то напоминало. Это напомнило Ын Су кое-кого. Слова извинения были очень похожими.

-Даже не знаю, что сказать вам.

-А?

-Ведь господин До Квон сказал, что всё сделает для меня.

Ын Су легонько рассмеялся. Мён Хи уставилась на него слегка шокировано. А затем улыбнулся.

-Я могу сделать это лучше него. Просто открой глаза и внимательно наблюдай. Кто в чём лучше, а кто нет.

-Да... буду.

"Я буду смотреть, как он это делает, и как меняется моё отношение к нему. Я буду всегда держать глаза открытыми".

После встречи с Мён Хи Ын Су вернулся на подземную парковку компании. Секретарь Мён Хи быстро кивнула ему и уехала. Провожая взглядом отъезжающий седан, он достал из кармана пальто мобильный телефон. Там висело сообщение До Квона.

[Я перед компанией].

[Не торопись].

[Я хочу тебя немедленно увидеть].

Ын Су был ошеломлён тем, как он попросил не торопиться его, а затем написал, как бы хотел сильно увидеть его. Ын Су перечитал сообщения и написал короткий ответ.

[Скоро буду].

Стоя перед лифтом, Ын Су нажал на кнопку, чтобы подняться.

Утро субботы. Ын Су и До Квон обедали в соседнем ресторане. Ын Су вдруг проснулся и закричал, что хочет сегодня поесть яйца бенедикт. Ын Су съел две порции, а затем стал уплетать омлет, французские тосты и вафли.

После лёгкого перекуса яйцами бенедикта и омлета До Квон наблюдал за тем, как есть Ын Су, потягивая кофе.

Закончив есть, они прогуливались по улице, усыпанной кафешками. Ын Су был в хорошем настроении, чему способствовали мягкий солнечный свет и приемлемая температура зимнего утра.

Сняв пальто, Ын Су шагал по улице в толстовке с капюшоном. Его шаги никогда не были настолько лёгкими, что он слегка отскакивал от земли, поэтому До Квона слегка приподняв уголки рта, глядел ему вслед.

Он вдруг задался вопросом: "О чём думал Бог, создавая такого Ын Су? Как он может быть таким милым и очаровательным даже при обычной ходьбе. Как может мягкий солнечный свет так особенно падать на его волосы. Как клубы пара, сходившие с его губ, могли быть такими манящими. Как его смех может быть таким освежающим и волнительным?"

Он был слегка озадачен, но вдруг понял. Бог уже изначально выделял Ын Су среди остальных людей. Ещё до его рождения, он сделал так, чтобы Ын Су постоянно сиял. Существование Бога было необъяснимым, но это в целом не имело особого значения.

-Я возьму это.

До Квон выхватил пальто из рук Ын Су.

-...

Ын Су послушно отдал пальто и слабо рассмеялся. Жизнерадостная улыбка на мгновение ослепила До Квона, но затем он рассмеялся вместе с ним.

Прогулявшись минут двадцать, они повернули обратно к месту, где припарковали машину, чтобы отправиться домой.

До Квон тяжело сглотнул. Нечистые желания стали вырываться наружу.

Кончики его пальцев то сгибались, то разгибались, дрожа от нетерпения. Он взглянул на руку Ын Су. Светлые тонкие пальцы сегодня необычной блестели. Кончики пальцев были слегка покрасневшими от зимнего ветра, и они были настолько красивыми, что ему захотелось... поглотить их в себя.

Он хотел взять его за руку. Он очень хотел этого. Он хотел взять его за руку с того момента, когда они ходили в кинотеатр, но сегодня он выглядел в хорошем настроении, так что он не хотел портить это мгновение.

Губы До Квона подёргивались, а руки судорожно сжимались, кадыкто поднимался, то опускался. Ын Су, смотревший прямо перед собой, ровным голосом спросил.

-Вы так хотите держать меня за руку?

-Ах...а?

До Квон замер на месте, его тёмные брови сложились в полумесяц, а глаза расширились. Ын Су рассмеялся, увидев выражение лица До Квона, которое он очень редко демонстрировал.

-Я всё думал, почему у меня так чешется тыльная сторона руки. А это всё из-за господина До Квона.

-Ах... кхм... ну... прости.

До Квон заикающе попытался выдавить извинение. Ын Су снова рассмеялся над его глупым выражением лица.

"Раньше он уверенно держался. Он постоянно говорил: "Хочу тебя поцеловать, позволь мне сделать это и это...". А в такие моменты, как сейчас, он ведёт себя так, будто у него никогда не было отношений. Я чувствовал это и раньше, но последовательность До Квона слегка хромает... Когда казалось, что уже ничего не получится, когда казалось, что эти отношения безнадёжны и обречены на провал, он упирался до последнего. Теперь же, когда атмосфера стала более расслабленной, а эмоции уже не так сильно бушевали, он становился вот таким. Что я мог сказать по этому поводу? В отношениях, которые уже давно изжили себя, где всё было разрушено и обращено в пепел, мы стараемся собрать все разбитые кусочки воедино. Сможем ли мы собрать то, что было уже давно уничтожено? Сможем ли мы вернуться к началу? Это было страшно и тревожно."

Раньше Ын Су думал, почему этот человек так себя ведёт? Почему он такой наглый и эгоистичный? Однако спустя все пережитые моменты, он смог наконец увидеть закономерность.

-Вот.

Ын Су протянул руку До Квону. Светлая, плоская ладонь чудно приземлилась на руку До Квона.

-Возьмите быстрее.

Ын Су сжал его руку, а затем отпустил, сказав: "Нет, если не хотите...". До Квон быстро схватил его за руку, и бережно притянул к себе. Ын Су улыбнулся.

-Спасибо, Ын Су.

-...

Он улыбнулся в ответ, и тот улыбнулся вместе с ним.

Они шли по улице, держась за руки. Они проходили мимо красивых кафе, тощих деревьев, болтающих людей и метро, пока не добрались до парковки и не забрались в машину.

Телефон До Квона завибрировал у него в груди. Это был телефонный звонок. До Квон решил проигнорировать его. Он не хотел, чтобы его кто-то беспокоил, когда он проводит время с Ын Су.

Вскоре телефон перестал вибрировать. Но через несколько секунд он зазвонил снова. Он снова проигнорировал и завёл машину.

-Возьмите трубку.

Ын Су сказал это, попивая купленный по дороге дальгона латте. Это было скорее пожелание, чем приказ, но До Квон, словно прирученный пёс тут же достал свой мобильный телефон. Но номер оказался незнакомым. Слегка нахмурившись, До Квон принял звонок.

-Алло. Кто это?... Ах, что?... Да... Доставка?

До Квон склонил голову набок.

-Я ничего не заказывал... Вы уверены, что не ошиблись адресом?

Ын Су тяжело сглотнул, услышав эти слова. Он вспомнил, как они с Мён Хи ходили в галерею около месяц назад. Ын Су похлопал До Квона по предплечью и быстро заговорил.

-Я-я, я кое-что заказал, они не ошиблись местом, так что нам нужно ехать домой.

До Квон не стал медлить и нажал на педаль газа.

Люди, что привезли картину, были вежливыми. Они не только сами повесили картину на стене, но и дали указания по уходу за ней. Подписав подтверждение о получении, они улыбнулись и ушли.

Ын Су уставился на картину, которая была более двух метров в длину. Картины всегда вызывали странное любопытство. В зависимости от того, с какого места на неё смотришь и с какого ракурса, можно оценить или увидеть в ней новые детали.

Когда он впервые увидел её в галерее, то она показалась ему скучноватой, зелёные листья деревьев, отражающиеся в озере, выглядели не так свежо.

"Может быть, потому что тогда картина висела в галерее, и она принадлежала кому-то другому. А сейчас принадлежит мне."

Пока Ын Су с любопытством разглядывал картину, До Квон подошёл к нему.

-Когда ты её купил? - спросил До Квон.

-Когда встречался с председателем, - ответил Ын Су неопределённо.

-...

До Квон раскрыл рот. Ын Су встречался с Мён Хи. Он совершенно ничего не знал об этом. Однако он не стал задавать вопросы, когда они встретились, и почему Ын Су ничего не рассказал об этом. Ведь именно картина давала ответы на все вопросы.

Картина была доставлена из галереи. Картины, которые обычно покупают в галереях, доставляют долго. После окончания картинной выставки их проверяют и отправляют. Значит, Ын Су и Мён Хи встречались как минимум месяц назад.

Причина их встречи была очевидна. Должно быть, Мён Хи встретилась с ним, чтобы предложить вариант снова сбежать, ведь прошло уже больше полугода, как До Квон дал ей то обещание.

И Ын Су ничего не говорил об этом.

Однако благодаря этой картине он смог понять, какой именно дал Ын Су во время той встречи. Мён Хи не стала бы покупать ему картину просто так, она бы купила ему одежду, еду или что-то ещё. Причина, по которой она купила Ын Су картину в галерее, заключается в том, что... Ын Су хотел купить её.

Поэтому он подвёл итог.

Ын Су попросил Мён Хи купить картину.

И он выбрал место, где можно было повесить эту картину - дом До Квона. Это значило лишь одно, что Ын Су собрался остаться здесь надолго, достаточно надолго, что решил повесить здесь эту картину.

-Ах...

Догадавшись об этом, До Квон прикрыл рот рукой, словно пытаясь сдержать свой крик. Его глаза заслезились. А в животе словно всё перевернулось. Ноги подкосились, и он не успел опомниться, как упал на колени.

Глаза До Квона ярко горели. Его дыхание было прерывистым и неровным, а плечи сильно дрожали. В отличие от До Квона, Ын Су смотрел на картину со спокойным выражением лица.

-Правда красиво?

-Кх, Ын Су!

-Завтра она уже будет выглядеть иначе, и когда бы на неё не взглянул, она всегда будет отличаться от тех версий, что когда-то уже видел. Словно впервые в жизни видишь эту картину.

-Хмпф...

До Квон, стоя на коленях перед Ын Су, пустил по щеке крупную слезу. Уголки его глаз мгновенно стали красными. Его дрожащие губы задрожали, но он не осмелился вымолвить ни слова.

Ын Су продолжал шептать До Квона.

-Теперь я хочу жить в ожидании таких маленьких перемен.

-Ах... кх...угх...

-Не позволять себе зацикливаться на прошлом. Весной я буду с нетерпением жать, когда картины окрасятся весенним солнечным светом. Зимой, когда они окрасятся холодами. Я с нетерпением буду ждать, как картина будет приобретать другие цвета через год, через десять лет, даже когда краски поблекнут... Я хочу так жить.

Сладкий голос Ын Су, словно моросящий дождь, падал на голову До Квона. До Квон не знал, как выразить свою благодарность, поэтому просто сидел с открытым ртом, как идиот. Ын Су присел перед ним на корточки и уставился на его лицо, заляпанное слезами.

-Вы ведь позволите мне так жить?

-Конечно, Ын Су, я постараюсь. Я сделаю всё, что в моих силах.

До Квон закивал, словно верующий. Слеза, повисшая на подбородке, упала на пол. При взгляде на молчаливое лицо Ын Су уголок его рта дрогнул. Лицо было странным, улыбающимся и плачущим. Оно было глупым и грустным одновременно.

-Спасибо... Спасибо, Ын Су...

До Квон потёрся лбом о стройные ноги Ын Су. А затем нежно поцеловал колено.

"Я буду покорен тебе. Моя жизнь будет принадлежать тебе. Всё моим станет и твоим."

С этими словами До Квон, поджав губы, поднял голову. Ын Су вытер рукой его щёки, залитые слезами. На душе внезапно стало так легко.

Он никого не прощал, ни от чего не отказывался, не забыл прошлое, а просто немного отпустил, совсем чуть-чуть, но от этого стало как-то странно легко.

Улыбаться стало легче, встречи с До Квоном не были болезненными, а будущее не казалось таким мрачным.

Впервые Ын Су почувствовал, как понял, по какой причине Бог сохранил ему жизнь.

Человек с лейкой осторожно поливал деревья водой. Он просто поливал растения, но выражение его лица было таким серьёзным, будто он был инженером, который возился с машиной.

Ын Су сидел на балконе, который был объединён с гостиной, и наблюдал за тем, как До Квон ухаживает за деревьями. На улице только-только наступала весна, солнце светило как фонарь, и деревья, казалось, улыбались солнечному теплу и прохладной воде, которой их поливал До Квон.

До Квон тщательно осматривал листья и подрезал лишние ветки. Затем он сел рядом с Ын Су. Ему пришлось сесть, поджав ноги, поскольку они были очень длинными, но зато он был рядом с Ын Су. Это не приносило неудобств, но было по-своему приятно.

Они наслаждались днём в безмолвии , вдыхая аромат феромонов друг друга. Но вдруг Ын Су указал на дерево. Точнее, на табличку, висящую на дереве.

-Вот эта.

Табличка с именем и датой смерти Ын Су стала опознавательным знаком, чтобы можно было его отличить от других деревьев. А ещё это было наказание До Квона, который он с трудом пережил.

-Что?

-Может, переименуем её на "Бом"?

-А?

-Мне нужно что-то на память о ней, детских туфелек недостаточно. К тому же раз уж я жив и здоров, то дерево должно принадлежать ей.

У До Квона раскрылся рот от такого предложения, но Ын Су нежно погладил табличку и добавил.

-Вы же сами сказали, что оно не мерзнет, а листья не опадают. Я хотел бы, чтобы наша "весна" была зелёной круглый год. Пусть лучше это будет дерево, чем цветы, которые цветут несколько дней.

*Напоминаю, что имя "Бом" имеет значение "весна".

-...Хорошо. Я куплю новую табличку.

До Квон кивнул. Они некоторое время смотрели на табличку. Затем Ын Су снова заговорил.

-Не пишите дату. Просто "дерево - весна"

-Хорошо.

До Квон был послушным. Он был ребёнок, который слушается только Ын Су. Ын Су тихонько вздохнул.

-Не стоит этим запрягать секретаря Чона, а то так будет нечестно.

При этих словах До Квон посмотрел на Ын Су. Он несколько раз моргнул, а затем слабо улыбнулся.

-Я не собирался заставлять его заниматься этим. Это то, что именно я должен сделать. Иначе смысла не будет.

-...

-Я сам орудовал лопату и выкапывал место для этого дерева, сам выбирал горшок, а ещё и сам купил почву, чтобы посадить его.

-...

-Это то, что должен сделать только я.

Ын Су пристально посмотрел на До Квона. Затем, как бы выражая свою признательность, он нежно погладил тыльную сторону его руки. До Квон перевернул ладонь и взял руку Ын Су, крепко переплетя их пальцы.

Прикосновение их ладоней было настолько ощутимым и трепетным, что хотелось кричать.

Когда До Квон с наступающими слезами на глазах посмотрел на их соединённые руки, то Ын Су заговорил.

-Хочешь, я пойду с вами, что сделать табличку?

-Нет, я сам разберусь.

-Если сейчас весна, то и мне тоже бы стоило позаботиться об этом, так что я пойду с вами завтра.

-...Да, конечно.

До Квон которотко кивнул. Голова Ын Су приподнялась, и он постучал ногой. Белоснежные ноги задвигались.

-Могу ли я сам выбрать дизайн таблички? Мне бы хотелось сделать её красивой. Знаете, обычно в детском саду висят красивые таблички "Класс солнечных лучей" и "Класс лунных лучей"? Нет-нет. Это не подходящие таблички, так что нужно пойти в специализированный магазин, чтобы её сделать. А может, мы сами пойдём в мастерскую и сделаем её? В колледже мне пришлось изучать деревообработку.

Его пухлые губы дрогнули. До Квон уставился на Ын Су. Удивительно, что Ын Су, говоря о Бом-и, не расплакался. До Квон тихо восхищался тем, что обычно хрупкий и ранимый Ын Су, наконец-то смог стряхнуть с себя оковы печали, оставив после неё только любовь и привязанность.

Как можно не любить такого замечательного человека?

До Квон поцеловал тыльную сторону ладони Ын Су. Он зарылся щекой в его руку, как преданная собака своему хозяину, а его глаза были наполнены любви.

-Ын Су.

-Что?

-Я люблю тебя.

Ын Су приподнял бровь от неожиданного признания. Затем он слегка рассмеялся. Признание До Квона - нечто уникальное, не зависящее от времени и места. Даже когда они были в отношениях, то Ын Су часто это смущало. Ведь он осыпал признаниями независимо от времени: во время еды, за рулём, во время прогулки на улице.

К этому стоит привыкнуть, поскольку так будет уже всегда.

-Да, - Ын Су ответил монотонным голосом, проглотив признание До Квона, и чем чаще он так делал, тем больше казалось, что грудь наполняется чем-то тёплым.

До Квон и Ын Су отправились в продуктовый магазин в универмаге. Они собирались купить фрукты, молоко и алкоголь. Они были так взволнованы, что в итоге набрали много. Они купили сладости, газировку, йогурты и всё остальное, что хотели.

Машина До Квона остановилась на подземной парковке его дома. Они вышли из машины и достали из багажника пакеты.

До Квон нёс по четыре бумажных пакета, а Ын Су нёс относительно лёгкий бумажный пакет с хлебом и сладостями. До Квон постоянно ворчал на Ын Су, чтобы он взял то, что полегче из-за своего травмированного запястья. Однако независимо от того, как бы Ын Су пытался переубедить его, что всё в порядке, он в итоге согласился.

-Как только мы придём, я буду йогурт с клубникой, а ещё манго и чернику.

-Хорошо, я порежу манго для тебя.

До Квон подпёр подбородок рукой. Он хотел нарезать красиво, чтобы потом наблюдать, как маленькие жёлтые квадратики отправляются в рот Ын Су. Он почувствовал себя счастливым фермером, который собирал плоды спустя годы упорного труда.

Они шли по парковке, болтая о всяком. Каждый раз они шли одним и тем же путём, поскольку это было специально отведённое место для парковки, но сегодня они несли багаж. Поэтому дорога до лифта занимала больше времени, чем обычно.

Ын Су улыбнулся и поправил свой бумажный пакет. Он казался слишком тяжёлым, поэтому До Квон подумал, не вредно ли для его руки нести такой пакет. До Квон был сильный альфа, поэтому непреднамеренно всунул ему ещё несколько напитков, и пакет стал немного больше весить.

До Квон повернул голову.

-Тяжёлый? Давай его мне.

-Нет, он не тяжёлый, просто рука соскальзывает.

Ын Су отступил на шаг от До Квона, боясь, что у него отнимут бумажный пакет.

Как вдруг по парковке раздался визг и скрежет колёс автомобиля. Шум пронзил барабанные перепонки, что заставило его сгорбиться. Слепящий свет фар застилал ему глаза.

Ын Су зажмурил глаза. Навстречу ему и До Квону мчался огромный и чёрный автомобиль.

В тот же миг Ын Су, как в его сердце вонзилась тяжёлая арматура. Машина. Фары. Скрежет колёс. Шум мотора, стремительно приближающейся машины. Сразу же всплыли воспоминания об аварии, о которой он успел забыть, и проглотили его сознание целиком.

Ын Су тут же выронил бумажный пакет, который сжимал в руках. Пакет упал с грохотом, вывалив из себя всё содержимое.

-Ын Су...

До Квон был удивлён не меньше. Он даже не смог произнести имя Ын Су вслух, а сказал это скорее шёпотом. Но его тело задвигалось, поддаваясь своим инстиктам. Он не успел рационально обдумать всё, как протянул руки. Едет машина. Ын Су может пострадать. Я должен спасти его.

Бумажные пакеты, которые он нёс в руках, рассыпались. Тень До Квона в свете фар динамично двигалась.

До Квон не обнял Ын Су. Поскольку это машина. Сколько бы он ни обнимал его и не пытался защитить, сколько бы у него не было здоровья в крепком теле альфы, его кости не были сделаны из стали. Он определённо может пострадать.

Поэтому До Квон должен был вытолкнуть его из зоны движения машины.

До Квон толкнул Ын Су в бок. Его стройное тело отбросило назад по инерции.

-До...Квон?

Ын Су посмотрел на До Квона и потянулся к нему. Но было уже слишком поздно. Ын Су отлетел в капот машины, припаркованной неподалёку.

И в этот момент.

Тело До Квона отбросило в воздух с сильным толчком.

Он столкнулся прямо с автомобилем. Машина налетела на него с такой силой, что огромное тело До Квона перевернулось в воздухе и он упал спиной на несущийся автомобиль. Лобовое стекло машины разбилось вдребезги.

Машина резко затормозила, но До Квон уже был далеко от неё, распростершись на земле. А из головы хлынула горячая кровь.

Увидев это, Ын Су остолбенел на месте, словно человек, у которого украли душу. Почему? Почему он лежит так и по какой причине? Его голос сорвался, а в голове томились глупые вопросы, поскольку он не смог осознать происходящее.

Ын Су медленно поднялся. Он попытался подойти ближе к До Квону. Но как только его ноги коснулись пола, его тело тут же упало. Лодыжка болела сильно. Она не поддавалась ходьбе и сильно дрожала. Наверное, он вывихнул её.

Тем не менее Ын Су попытался встать, несмотря на вывих лодыжки. Это была не такая сильная травма, по сравнению с кровью, хлынувшей из головы. Он ухватился за стоящую наподалёку машину и поднялся на ноги, упираясь ногами.

Рядом с Ын Су мелькнула чёрная фигура. Это был владелец машины, сбившей До Квона. Но фигура была странно... знакомой. Высокий мужчина, не такой высокий, как До Квон. Вытянутое, стройное тело. Короткие рукава футболки, что не соответствовало сезону, мятые брюки и плотно прижатая кепка.

-Ах...

Ын Су нахмурился, глядя, как неизвестный угрожающим шагом направился к До Квону. Очевидно, что он сбил До Квона, но на первый взгляд, его походка была довольно странной.

Неизвестный остановился перед ним, глядя на лежавшего мужчину. Словно проверяя, мёртв ли он.

До Квон был неподвижным. Из его головы сочилась кровь, а тело, должно быть, было переломано, но он даже не стонал. Казалось, что он действительно мёртв.

-Нет, нет...

Ын Су зажмурил глаза. Сквозь стиснутые зубы он с трудом заставил себя подняться. Идти было трудно, но Ын Су не сдавался. Опираясь на капоты стоящих в ряд машин, он продолжил идти.

Затем. Неизвестный забрался на живот До Квона, показав своё лицо. И в этот момент рука Ын Су, державшаяся за капот, скользнула, и он рухнул на землю.

-Ха...

Дыхание перехватило в горле. Вены сузились до величины нити, кровь остановилась. Голова заболела так, будто по ней проехались.

Это был он. Тот, кто обманул его с помощью феромонов До Квона. Тот, кто хватал его, угрожал и рычал на него. Тот, кто был виноват во всём этом бардаке.

Это был Сон Хон.

-Кх...

Ын Су, растянувшийся между машинами, схватился за грудь. Он перестал дышать. Зрение затуманилось. Он ничего не видел и не слышал перед собой, только лицо Сон Хона мелькало перед глазами.

Снова Сон Хона. Это был Сон Хон. И наконец.

Голова Ын Су опустилась на землю и он крепко закрыл глаза.

Сон Хон сидел на талии До Квона и пристально смотрел на него. Его налитые кровью глаза, мутные зрачки, огромные, как огромные шары, совсем не походили на глаза нормального человека. От его дыхания несло алкоголем и резким, едким запахом наркотиков.

-Эй.

Сон Хон опустил голову и цокнул большими губами.

-...

Но До Квон не отвечал.

-Эй.

Сон Хон снова позвал До Квона. Но на этот раз он влепил пощёчину. Это было не грубое и не сильное прикосновение, как будто он испугался. Это был жест как у начинающего охотника, словно проверяющего, жив или мёртв зверь.

Голова До Квона откинулась, на его лбу стекала кровь, а голова громко пульсировала. Увидев это, Сон Хон рассмеялся. Затем он ударил кулаком по лицу До Квона.

-Ты... ублюдок.

-...

-Я точно убью тебя сегодня. Монстры? Блять, монстры? Ты шутишь. В мире нет таких существ. Это всё фальшивка. Это всё ложь, которую ты придумал. Это всё галлюцинации.

-...

-Но они не исчезают. Куда ни глянь, везде чудовища, придуманные тобой, оскаливают зубы и рычат.

-...

-Я больше не могу их выносить, их дыхание, их запах, всё это отвратительно. Это ужасно. Мне кажется, что они овладели мной. Они сказали, что если я убью тебя, то они отпустят меня. Если я убью тебя, всё будет хорошо. Всё будет хорошо.

Сон Хон продолжал говорить, его голос дрожал. Его слова звучали коротко и бессвязно. Это лишь говорило о том, что он был не в своём уме.

Гладя на До Квона, который повернул голову и лежал с закрытыми глазами, Сон Хон пошарил у себя на поясе и достал внушительных размеров нож.

Сон Хон взмахнул сложенным ножом в воздухе, но лезвие не появилось. Он взмахнул ещё несколько раз, но тупое лезвие так и не показалось.

Сон Хон тяжело сглотнул. Времени не было, он хотел перерезать ему горло, пока тот не очнётся. От нетерпения по спине побежали мурашки. А на висках выступили бисеринки холодного пота.

Он отпустил горло До Квона и взял обеими руками нож. Спустя мгновение он вытащил лезвие.

-Хык...

Его глаза встретились с глазами До Квона. Сон Хон вздрогнул, готовясь к атаке.

-...

До Квон бесстрастно смотрел на Сон Хона. Он лежал на земле, истекая кровью и, казалось, не испытывал никакого страха. Несмотря на то, что лезвие было направлено на него.

При видео ножа его тело напряглось, словно вокруг всего тела обвилась толстая петля. Не только конечности, но и каждый орган в теле, словно с воплями тёрлись друг об друга.

Чудовище. Настоящее чудовище.

Он был самым страшным и ужасающим монстром, которого когда-либо встречал Сон Хон.

Сон Хон тяжело сглотнул. До Квон спросил своим характерным низким голосом.

-Как поживал?

-Угх...

Какой же жуткий голос у него был. Плечи Сон Хона дрожали до самых мочек ушей. На лицо До Квона наложилось лицо монстра. С его губ сорвалась серия стонов, а затем он снова спросил.

-Это было похоже на ад?

-Хых...

-Ты много плакал? Так же сильно, как плакал Ын Су?

-Ху... ха...

-Ты страдал? Так же сильно, как и Ын Су?

Сон Хону показалось, что каждое слово До Квона душило его. Лезвие ножа в его руках задрожало. Его впалые щёки задрожали, а губы выровнялись в линию. До Квон с презрением посмотрел на Сон Хона и злобно улыбнулся.

-Судя по твоему виду, ты сильно страдал.

Это была явная насмешка. Он смотрел на Сон Хона свысока. Он буквально смотрел на него, как на идиота. Он обращался с ним, как с дешёвкой, как с бракованным товаром, как с низким существом бетой.

Челюсть Сон Хона яростно дёрнулась. Его зубы заскрежетали, издавая неприятный звук.

-Ты-ты... ебанный засранец...

Сон Хон направил лезвие. Заострённый кончик лезвие нацелился на лоб До Квона.

Ему было неважно, что последует в его дальнейшей жизни. Он был готов принять её, если это означало убийство До Квона. Даже если это будет дерьмовая жизнь, лишь бы монстры, которые пялились на него и скалили зубы, исчезли, и тогда он будет как в раю.

Стиснул зубы, Сон Хон опустил руки. Как вдруг на него внезапно накинулся комок плоти. Это была лёгкая и слабая атака, но он оказался совершенно не готов к этому, и он откинулся в сторону. Нож выпал из его рук и шмякнулся на землю.

Плечо и бок пульсировали от удара. Застонав, Сон Хон уставился на тень, упавшую на него.

Нож, который Сон Хон выронил, застрял у него под ключицей. Сон Хон с недоверием посмотрел на нож. Он чувствовал, как инородный предмет впивается между кожей и мышцами, но это было странно. Он никогда в жизни не получал ножевых ранений.

Уставившись на нож, Сон Хон медленно поднял голову. Подняв голову, он увидел того, кто стоял перед ним, а точнее человека, который вонзил нож ему в грудь.

-Ха, не надо!

Но не успел он разглядеть лицо, как тихий голос заговорил первым. Сон Хон напрягся.

-Ын...Су?

Сон Хон осознал присутствие Ын Су только сейчас. Он приехал сюда на машине, осмотрел пустую стоянку До Квона, ждал его приезда, а как только увидел его лицо, то сразу же надавил на педаль газа. И только сейчас он понял, что рядом с ним находился Ын Су.

Он был в растерянности, только после того, как ему проткнули грудь, он потянул рукоятку ножа. Это было слишком для его мозга, пропитанного алкоголем и наркотиками.

Сон Хон потянулся к руке Ын Су и попытался выхватить нож. Но Ын Су лишь глубже погрузил нож.

-Кха!

Сон Хон застонал. Если раньше ему казалось, как у него разрывались мышцы, то сейчас казалось, как кишки выворачиваются наизнанку. Сон Хон рефлекторно схватил Ын Су за запястье. Но Ын Су не поддавался. Он сжал рукоятку ножа, бормоча про себя.

-Ты. Я убью тебя.

-Кха...

-Теперь с меня хватит.

-...

-Никто больше не сможет ничего отобрать у меня.

Он словно был под гипнозом. Его лицо было бледным, ноги дрожали, и он казалось не держался на ногах, глаза расширены от слёз, а хватка на рукоятке ножа была слабой.

Сон Хон закашлялся хриплым и мутным кашлем. Кровь хлынула из его разорванных лёгких. Это было необычное ощущение. Кровь выходила из его тела и скапливалась во внутренностях.

Сон Хон, который на мгновение замер на месте, глубоко вздохнул и попытался оттолкнуть Ын Су. И тут. Большая рука легла поверх рук Ын Су.

Это был До Квон.

Обняв Ын Су со спины, До Квон заговорил с ним мягким, успокаивающим голосом.

-Ын Су.

-...До Квон.

-Всё в порядке, отпусти.

При этих словах Ын Су медленно моргнул. По его щеке скатилась густая слеза, и, упав на землю, он медленно ослабил хватку. Теперь нож был только у До Квона.

До Квон со всей силы выдернул нож. Кожа и мышцы, цеплявшиеся за нож, с чавкающим звуком отпустили его, и из раны начала сочиться багряная кровь.

-Кха!

Сон Хон застонал, глядя на свою рану на груди, из которой хлестала кровь. До Квон отбросил в сторону пропитанный кровью нож и прикрыл глаза Ын Су большой рукой. Фонтан крови Сон Хона выплёскивался наружу, окрасив тыльные стороны ладоней, а не лицо Ын Су.

Тело Ын Су дёрнулось. Сон Хон. Нож. Кровь. Рукоятка ножка, твердая в его ладонях. Всё это было сном. Ын Су вздрогнул. До Квон опустился на колени, нежно успокаивая его.

-Всё хорошо, Ын Су.

-Ха...До Квон, я, я зарезал человека ножом.

-Нет, ты зарезал не человека, а демона.

-Но...

-Даже если это человек, то это была самооборона. Если бы ты не ударил его, то я бы уже был мёртв.

-Ах... я не хочу, чтобы вы умерли, До Квон, я не хочу этого...

-Да. Ты не сделал ничего плохого. Это я вытащил нож, так что всё в порядке.

До Квон говорил Ын Су на ухо, будто пытался промыть мозги. Ын Су медленно кивнул.

-Хмпф...

Сон Хон протянул руки к ним двоим. Он хотел было пробормотать что-то вроде: "Помогите мне", но из-за потери крови он не смог не произнести и слова. Кончики пальцев Сон Хона вот-вот должны были коснуться нижней части колена Ын Су.

Быстро выхватив нож, До Квон ударил им по тыльной стороне руки Сон Хона.

Сон Хон издал душераздирающий крик. Плечи Ын Су дрогнули, но До Квон держа его глаза закрытыми продолжал ему шептать на ухо слова успокоения. Он повторял, что ничего в этом страшного нет, что всё в порядке, что ничего не случилось.

-Ху...

Сон Хон рухнул на землю. Его одурманенные глаза смотрела на До Квона и Ын Су. За спиной Ын Су, который изо всех сил сжимал подол пальто До Квона, виднелось улыбающееся лицо До Квона. На самом деле, оно было ещё более чудовищным.

Глазные яблоки До Квона были красными. Его зрачки вспыхивали золотом, а в зияющей пасти виднелись острые коренные зубы. Рога, возвышающиеся над его головой, были просто отвратительными и грозными.

Губы Сон Хона дрогнули в искажённой гримасе. Монстр, монстр, монстры... С этими словами он опустил голову на землю. И всё тут же исчезло.

Это были глупые и недостойные слова.

До Квон повернул Ын Су к себе и убрал руку, закрывавшую ему глаза. На глазах Ын Су выступили слёзы.

Он нежно провёл большим пальцем по уголкам его глаз, и слёзы потекли ещё сильнее. Это было настолько прекрасным зрелищем, что заставило его улыбнуться.

-Ын Су.

-Хмпф, да...

-Спасибо.

-Что?

-За то, что спас меня.

До Квон поцеловал в лоб Ын Су. Ын Су попытался покачать головой. "Нет, нет. Если бы он не оттолкнул меня, я бы попал под машину."

-Нет, это вы спасли...

Глаза Ын Су дрогнули. Тело До Квона покачнулось, а затем он зарылся лицом в плечо Ын Су. Под его веслом Ын Су чуть не упал назад. Удержавшись на ногах, Ын Су обнял До Квона и позвал его.

-...До...Квон?

-...

До Квон не ответил.

-Г-господин Д-До Квон.

Ын Су потряс До Квона, но тот по-прежнему не отвечал. Тело, которое колыхалось, когда он тряс его, было незнакомым. Он был похож на большую куклу, чем на человека. До Квон постепенно разваливался и наконец упал на Ын Су.

Ын Су попытался поднять его. Однако это оказалось непросто, ведь он был намного больше по весу. Он попытался поднять его, и случайно положил руку на затылок, как вдруг рука скользнула. Рука тут же стала липкой.

Ын Су, нахмурив брови, посмотрел на свою руку. Его рука была покрыта красной кровью. Он была не багряной, а чёрно-красной. Она была такой липкой и отвратительной.

-Ах...

Ын Су ошеломлённо потёр пальцами. Скользкая текстура была незнакомой. Нет, была очень даже знакомой...

Ын Су сидел, как идиот, не в силах ничего предпринять. Его разум был пустым. Мысли испарились, будто кто-то нарочно их украл.

Затем он снова посмотрел на До Квона. Его глаза были крепко закрыты, а со лба текла струйка крови. Ын Су инстинктивно вытер её. Но не прошло и несколько минут, как появилась ещё одна струйка.

В нескольких шагах от него Ын Су заметил лужу крови на земле, где лежал До Квон после того, как его сбила машина. Трясущейся рукой он нащупал затылок До Квона. Сквозь густые волосы он нащупал вмятину, из которой текла кровь.

Это была кровь До Квона. Кровь из его головы.

Ын Су попытался тяжело сглотнуть, но не получилось. Его мысли были полны: "Сначала надо добраться до больницы, остановить кровотечение, но где же остановка, где мобильный телефон, где вообще мобильный телефон?" Мысли смешивались от паники.

Он вновь тяжело вздохнул, и открыл глаза, чтобы прояснить мысли. С До Квоном всё будет в порядке. Он сильный, он справится, мне просто нужно быстро действовать.

Ын Су осторожно положил До Квона на землю, затемно небрежно снял пальто, которое было поверх его рубашки. Он сложил его, как простыню и положил под голову До Квона.

Затем он нащупал в кармане пальто свой мобильный телефон. Нажал на кнопку блокировки, чтобы засветился экран, и включил приложение для звонков.

Тресущимися пальцами он набрал 911. Телефон не реагировал на его перепачканные кровью пальцы.

-Ах, блять!

Ын Су выругался под нос. Он быстро вытер окровавленный о грудь телефон и вытер пальцы о брюки, прежде чем смог дозвониться до медиков. Ын Су спокойно объяснил своё местоположение и ситуацию.

Ын Су завершил разговор и бросил телефон. Он опустился на колени и сел рядом с До Квоном, вытирая рукавом кровь с его висков.

-До Квон.

-....

-До Квон, откройте глаза...

-...

-Вы не слышите мой голос? - с отчаянием в голове позвал его Ын Су. Но До Квон даже не моргнул веками. Из глаз Ын Су хлынули слёзы.

-Нет...нет..

Он не мог потерять До Квона. Ему было достаточно родителей и Бом-и. Он не мог отправить туда же на небеса До Квона. Лучше было умереть тысячу раз, чем прожить настолько жестокую жизнь в полном одиночестве.

Нет, если бы он знал, что так случился, то лучше бы умер. В тот день, когда он узнал, что родители погибли, уже тогда он должен был умереть. Он должен был исчезнуть из этого мира до встречи с Бом, и До Квоном.

Ын Су погладил До Квон по лицу. С каждой минутой он становился всё бледнее и холоднее. Он всегда был тёплым, но теперь от него веяло холодом, куда бы он ни прикоснулся. Кроме того, его феромоны постепенно исчезали.

Ын Су был так напуган этим, что ему казалось, что он постепенно начинал сходить с ума.

Дыхание перехватывало, грудь вздымалась, как при икоте.

Ын Су изо всех сил обнял До Квона. Чтобы передать ему своё тепло. Он прижался щекой к его широкой груди и отчаянно завопил.

-Не умирай! Пожалуйста...

Не оставляй меня.

Не оставляй меня одного.

Не заставляй меня грустить.

Не дай мне умереть.

Тихие рыдания Ын Су эхом заполняли подземную парковку.

До Квона возили от кабинета к кабинета, а потом отвезли в операционную. Ын Су не отрываясь смотрел на имя До Квона на мониторе в операционной.

Врачи говорят, что всё с ним будет хорошо. Он просто разбил голову, как они говорили. Однако его мозг уже был повреждён из-за той травмы в автокатастрофы, так что за ним придётся вести наблюдение. Врач попытался утешить Ын Су, говоря, что он выживет.

Он был рад, но в то же время. Страх, охвативший Ын Су, не утихал.

Ын Су дрожал от страха, но не понимал почему. От того, что До Квон пострадал? От того, что впервые за долгое время увидел лицо Сон Хона? От того, то у него впервые в жизни возникло намерение убить кого-то?

Он не знал. Его мысли хаотично двигались, поэтому ему было сложно осознать происходящее.

Ын Су сидел на стуле перед операционной и беззвучно рыдал. Он спрятался в этой темноте, словно его тут и нет.

Так прошло, наверное, полчаса, пока в коридоре не стало шумно и не появились знакомые лица.

-Ын Су!

-Ах...

Ын Су пришёл в себя и поднял глаза. Это были Мён Хи и Ки Хо. При виде их лиц голова Ын Су опустилась. Он расплакался, как ребёнок, радуясь, что наконец появились взрослые, на которых можно было положиться.

Ын Су поднял глаза на Мён Хи и заикаясь произнёс.

-Мы шли д-домой, и по по дороге домой, вдруг выехала чёрная машина и... До Квон... он оттолкнул меня....

-Я знаю. Я услышала эти новости по дороге домой. Можешь не объяснять.

Мён Хи ласково похлопала Ын Су по плечу. Ки Хо сел рядом с ним и заплакал вместе с ним. При виде их нижняя губа Ын Су задрожала.

Это родители До Квона, и они уже во второй раз сталкиваются в таких обстоятельствах, перед операционном столом, когда До Квон пытался защитить Ын Су. Это началось всё с того происшествия, поэтому у Ын Су не хватало духу поднять глаза. Они должны были проклинать его и обвинять, но воспринимали эти новости, как есть. Ын Су чувствовал благодарность и стыд.

-Простите меня...

Ын Су извинился тихим голосом.

-Детка, тебе не стоит извиняться. Это вина Сон Хона.

-Верно. Тебе не нужно извиняться, Ын Су. Ты не сделал ничего плохого.

Мён Хи и Ки Хо изо всех сил старались утешить Ын Су. Ын Су смог улыбнуться сквозь слёзы, но когда понял, что он был не в том положении, чтобы получать слова утешения, быстро замолк.

Врач сказал, что его жизни ничего не угрожает, и Ын Су собирался передать именно это. Как вдруг Ки Хо внезапно вздрогнул и завопил.

-Детка, что с твоей лодыжкой?

Все взгляды обратились к лодыжке Ын Су. Правая лодыжка Ын Су, выглядывающая из-под джинсов, была распухшей. Она распухла ещё сильнее после того, как До Квона срочно доставили в травмпункт, и сопровождал его до операционной. Она выглядела ещё ужаснее в отличие от правой лодыжки.

-Ах... ничего страшного...

Ын Су опустил брюки ещё сильнее. Это было не так плохо, когда До Квон лежал с травмой головы в операционной. Это было лишь обычное растяжение. Через несколько дней всё пройдёт. Сейчас она почти не болела. Да и он уже забыл об этой боли.

Мён Хи внезапно обхватила щёки Ын Су ладонями, выпрямив сгорбленную спину Ын Су, штанины закрывали его лодыжки. Затем, она внезапно потрогала Ын Су за плечи.

-Боже мой, Ын Су, почему ты так дрожишь?

-Ох, нет...

Ки Хо быстро снял пальто и накинул его на плечи Ын Су. Ын Су вдруг только сейчас понял, как дрожит. На нём была только белая рубашка, поэтому он не мог понять дрожит он от холода или от страха.

-Вызовите врача!

-Принести кресло-каталку и горячий чай.

Мён Хи и Ки Хо обратились к стоящим рядом секретарям. Ын Су быстро покачал головой.

-Я в порядке.

-Не тебе об этом говорить. Это должен проверить врач, - твёрдо сказала Мён Хи.

Пока Ын Су стоял на месте, врачи тут же прибежали, привезя с собой кресло-каталку. Ын Су дали бумажный стакан с горячим чаем. Для вывихнутой лодыжки на него слишком много обращали внимания.

-Пожалуйста, присядьте. Сначала нам нужно сделать рентгеновский снимок лодыжки.

Врач подкатил к Ын Су кресло-каталку. Ын Су ахнул и уставился на монитор операционной с именем До Квона. Затем он зажмурил глаза и позвал Мён Хи.

-Председатель.

-Да, Ын Су, поторопись и осмотрись...

-Я хочу быть здесь.

-...

-Я хочу увидеть До Квона.

-Ын Су.

-Я займусь лечением...позже. Мне так страшно, что даже дышать тяжело. Мне станет легче, если выйдет врач и скажет, что с ним всё хорошо и операция прошла успешно. Я буду здесь до тех пор, Пожалуйста... - с отчаянием взмолился Ын Су.

Мён Хи пристально посмотрела на него. Затем она протяжно вздохнула и жестом подозвала врачей.

-Осмотр. Проведите его здесь.

-Что? Но...

-Осмотрите его здесь и окажите первую помощь.

Врачи неохотно согласились, а затем появились из ниоткуда с целым набором медицинских инструментов. Они оборудовали небольшую процедурную в центре коридора.

Ын Су снял кроссовки. Врачи, собравшиеся вместе, обсуждали, что с костью может быть проблема. Они ощупали пальцы ног, чтобы убедиться, что нет проблем с нервами. Затем они нанесли много пасты и начали туго стягивать бинты.

Ын Су безучастно смотрел на дверь операционной. Он смотрел так безучастно, что, казалось, ему будет всё равно, если врачи отрежут ему лодыжку.

Мён Хи стало жаль Ын Су. Маленький, стройный, он совсем не был похож на самого себя.

-Ын Су.

-Что?

-Ты сейчас так напоминаешь До Квона.

-Что вы имеете в виду?

-Я сказала тебе, чтобы ты побеспокоился о себе, но продолжаешь упрямиться и даже притворяешься, что слушаешь меня...

Мён Хи цокнула языком. Она была удивлена, как два человека, не имеющих друг с другом ничего общего, могли жить и умирать одинаково. Когда-то из них сваливался, то другой бежал за другим напролом, даже если его собственное тело пострадало.

Она не виделась с родителями Ын Су, но была уверена, что его было непросто воспитывать.

-У тебя будут проблемы со мной, если с твоей лодыжкой будет всё плохо, - строго сказала Мён Хи.

-Да...

Ын Су мрачно улыбнулся и кивнул головой. Ки Хо, наблюдавший за ними, вложил в руки Ын Су стаканчик горячего чай. Затем, не говоря ни слова, он похлопал Ын Су по спине.

Операция заняла больше времени, чем ожидалось. Пока Ын Су кусал уже лопнувшую нижнюю губу, из ниоткуда появилась секретарша и что-то прошептала на ухо Мён Хи.

Знакомое имя проскользнуло мимо его ушей. И он замер.

Мён Хи кивнул в ответ, а секретарша поклонилась и ушла.

Ын Су облизал пересохшие губы. Его пальцы впились в подлокотники, словно ножи. Его глаза беспокойно метались, и наконец он не удержался и спросил Мён Хи.

-Он....

-А?

-Тот человек, которого я ударил ножом, он.... мёртв?

Щёки Ын Су напряглись. Его бледное лицо было совершенно белым.

-...

Мён Хи пристально посмотрела на Ын Су. Тот сухо сглотнул. Сердце колотилось так сильно, что грозилось выскочить через горло. "Что, если Сон Хон умрёт? Я вонзил нож с намерением убить его, но..."

Если он умрёт, то эта смерть будет лежать в руках Ын Су. Он не забудет такого до конца своей жизни.

Это было очень неприятно, и больно. Но что он мог поделать в той ситуации? Он не мог позволить Сон Хону творить всё, что вздумается.

Ын Су снова сглотнул. Мён Хи покачала головой.

-Нет. Если бы можно было сразу умереть от ножевого ранения, то он бы действительно умер. У него небольшое внутреннее кровотечение, но это несерьёзно. Он поправится через пару месяцев.

-Ах...

Ын Су вздохнул с облегчения. Его грудь, вздымавшаяся от напряжения, опустилась, как сдувшийся воздушный шарик. Губы, сжатые в ровную линию, тоже безвольно опустились, а Мён Хи скрестила ноги.

-Я больше не отправлю его в тюрьму.

-Почему?

-Теперь я точно не оставлю его в покое, надо будет поместить его в психиатрическую больницу.

-В больницу?

-Да, но не в тот санаторий, где был ты. Я собираюсь поместить его в более злачное место, где ему не разрешат выходить. Он будет привязан к кровати весь день. Ни выговора, ни освобождения, ему уже ничего не поможет. Он не сможет выбраться, пока не сдохнет.

-...

-Как он посмел моего сына... Он только встал на ноги, а уже весь в крови, будь моя воля, я бы порвала его на куски.

Мён Хи стиснула зубы, её глаза были расширены, как у тигра. Тогда Ки Хо добавил.

-По дороге сюда я чуть не позвонил врачу, чтобы приказать не оперировать его и дать ему истечь кровью.

Ын Су зажмурил глаза, а затем очень тихим голосом спросил.

-А как же я... меня... меня посадят в тюрьму?

-Что?

Глаза Мён Хи и Ки Хо расширились на этих словах. Через несколько секунд они разразились смехом в унисон. Это было слегка неуместно. Немного посмеявшись, Мён Хи указательным пальцем смахнула слезу, вытекшую из глаза, и сказала.

-Даже если бы ты перерезал глотку Сон Хона, то тебя бы не посадили.

-П-почему?

-Потому что я позабочусь об этом, чтобы ты ни сделал.

-...

-Не волнуйся, тебя не будут таскать по судам.

Ын Су сжал челюсти. Даже если и потащат в суд, то это была самооборона. Он часто лежал в больницах, поэтому можно было заявить о своей невменяемости. Это должно было прозвучать правдоподобно. Но если Мён Хи сказала так, то, значит, так и будет.

Ын Су прекрасно знал, что так и будет. Ведь Мён Хи и До Квон всегда были такими. Мён Хи обхватила руку Ын Су и прижалась к нему.

-Помнишь, я говорила, что сделаю для тебя, всё, что угодно? Я говорила это не просто так.

-...

-Если ты хочешь что-то сделать, сделай это, даже если это будет убийство, мне всё равно.

-...

-А Сон Хон, этот ублюдок заслуживает смерти.

-...

-Неважно. Если бы ты не ударил его ножом, то лезвие могло пройти через грудь До Квона.

Ын Су медленно кивнул. Это было верно. Сон Хон притащил нож, чтобы убить До Квона, и он действительно целился в него. Если бы Ын Су не набросился в него, то сейчас он бы не лежал в операционной, а пришлось бы проводить его похороны.

Подумав об этом, Ын Су почувствовал себя лучше. Он почувствовал, что сделал то, что должен был сделать.

Ын Су расслабил застывшие от напряжение плечи из-за чувства вины. Он оглянулся на операционную.

-Ох...

Дверь распахнулась.

Врач говорил только хорошее. Что операция прошла успешно, что он хорошо восстанавливается, что До Квон откроет глаза как минимум через два дня. Это были самые обнадёживающие слова, которые Ын Су слышал за все годы пребывания в больнице и после неё.

Поэтому он решил взять себя в руки. Он полечил лодыжку, помыл своё тело, которое было измазано кровью, съел еду, которую приготовили для него Мён Хи и Ки Хо.

Потом он сел рядом с До Квоном, глаза которого были закрыты. Он чувствовал странное чувство удушья. Его тело начало дрожать, а тошнота подкатывать к горлу. Как будто он нервничал или чего-то боялся.

Он думал, что это потому, что До Квон ещё не пришёл в себя, что он не забыл страшных глаз Сон Хона, что ещё не оправился от ужаса того дня, и что он наконец не смог вздохнуть с облегчением.

Но всё было иначе. Происходило что-то другое. Но сколько бы он ни ломал голову, он не мог понять, в чём причина этого странного беспокойства и нервозности.

Затем, после полуночи, сразу после рассвета. В тот момент, когда мир погрузился в кромешную тьму, Ын Су смог найти корень своих страхов.

Проблема была в До Квоне. А точнее в повязке на его голове. А если быть ещё точнее, то в словах, которые он произнёс, когда очнулся от комы после автокатастрофы три года назад. Когда его глаза были долгое время закрыты.

-Омега?

Его ноздри сморщились, словно он почувствовал отвратительный запах.

-Почему омега здесь?

В его голосе прозвучало раздражение.

-Скажи ему, чтобы ушёл, у меня от этого запаха раскалывается голова.

Ледяной взгляд.

Воспоминания о прошлом грызли изнутри Ын Су.

Что, если он проснётся и больше никогда не вспомнит меня. Что, если он снова будет смотреть тем же холодным и презренным взглядом, что и тогда?

Что, если он забудет всё. Два года, когда мы любили друг друга. Год, когда нас сломила потеря памяти, потеряли Бом-и. Два года, когда я скрывался под фальшивой смертью. И ещё год, когда мы справлялись с этими потерями.

Как мы сможем справляться и дальше, повторяя то ужасное время. Сколько ещё потерь будет грызть нас на этот раз, и сколько ещё часов мы будем плакать и страдать?

Я измотан. Я сейчас находился в слишком уязвимом состоянии для одиночества, как никогда смертельно ранен, и я скорее выброшусь из окна, чем стану проходить это снова. Я больше не смогу выносить всё это.

Если ты снова забудешь меня, что мне тогда делать?

Мне страшно. Мне холодно. Моё сердце разрывалось только от одной мысли об этом.

-Хмпф..

Ын Су прикрыл рот рукой. По его щеке скатывалась густая слеза. Его стройные плечи дрожали.

Этого не должно произойти. Разве До Квон не обещал мне?

-Не волнуйся у тебя есть я. Я буду рядом с тобой, за тобой, всегда рядом. В любое время, в любом месте, всегда.

-Вообще-то я следил за тобой с тех пор, как ты ушёл из офиса. Я приехал к офису за час до того, как ты вышел. Я же говорил, что буду рядом с тобой в любое время и в любом месте.

Он сказал, что будет рядом. Так что и в этот раз будет рядом.

Ын Су надеялся, что До Квон скоро откроет глаза. Хотелось, чтобы это беспочвенное беспокойство как можно скорее ушло.

Но в то же время эгоистически желал, чтобы он не открывал глаза.

Если он снова потеряет память, если он снова бросит меня. Если он снова будет относиться ко мне как к ничтожному омеге. Я бы предпочёл, чтобы он не открывал глаза... Я был бы счастлив, если он остался таким, какой есть.

Пускай мне будет не хватать его голоса, его глаз, смотрящих на меня с такой любовью. Я бы никогда не смог захотеть умереть, и больше бы не плакал. Это была бы скромная потеря, и я смог бы оправиться после неё.

-Ах...

Ын Су поднял голову и тихо вдохнул.

Наверное, я сошёл с ума. Как жестоко с моей стороны хотеть, чтобы До Квон оставался в таком же положении, тем более, когда он пострадал, спасая меня.

Он снова заплакал, а когда понял, что выглядит смешно и отвратительно, разразился смехом. Горячие слёзы хлынули по губам.

-Было бы намного лучше, если бы я оказался на его месте.

Если бы я поранился, я бы был спокоен. Если бы я повредил голову, и в моих воспоминаниях были бы провалы, то это было бы не так плохо, потому что До Квон гораздо сильнее и выносливее меня. Он всё равно остался бы предан мне и всё равно любил бы меня. Тогда, возможно, мы смогли бы забыть о прошлом и просто посмеяться над ним.

-Хаа...

Ын Су уткнулся щекой в ладонь До Квона. К счастью, ладонь была тёплой. Это было обычное тепло. Но когда он плакал и ему снились кошмары, эта большая ладонь нежно гладила его по спине. Он вытирал слёзы и гладил его волосы. Сейчас Ын Су нуждался в этом прикосновении, но в то же время, он испытывал сильное противоречие, боясь, что он всё-таки откроет глаза.

-Простите, что я так думаю. Мне очень жаль, правда....

-...

-Но я ничего не могу с этим поделать.

-...

-Если вы не скажете, что любите меня, и если просто не обнимите меня, я продолжу... разрушаться.

-...

-Мне кажется, что моё сердце постепенно превращается в пыль и рассыпается, поэтому мне сейчас так холодно. Одиноко. Страшно и грустно.

Ын Су уткнулся носом в ладонь До Квона. Он медленно, глубок вдыхал и выдыхал. Он чувствовал запах его феромонов. Ын Су медленно закрывал и открывал глаза. Каждый раз, когда он это делал, слёзы, свисавшие с его ресниц, падали с тупым, но тяжёлым стуком.

-Как долго мне ещё... разваливаться на части?

-....

-Сколько ещё долго мне придётся страдать, прежде чем смогу привыкнуть к этой боли?

Ты должен ответить. Никто другой не сможет. Ты должен сказать мне это. Встань, посмотри на меня, назови моё имя, скажи мне это глазами, полными любви.

Что мне больше не придётся ломаться. Что всё кончено. Что ты не оставишь меня одного. Что ты никогда не покинешь меня. Ты никогда больше не забудешь меня, чтобы я не страдал.

Что ты всё ещё помнишь меня.

Что ты всё ещё...любишь меня.

Скажи мне.

Умоляю.

Ын Су проснулся неожиданно, как будто его внезапно окунули в холодную воду. Он внезапно вспомнил о случившемся.

Мчащаяся машина. Разбитое вдребезги лобовое стекло. Тело До Квона, взлетевшее в воздух. Свои ладони в крови. И До Квон, которого вывезли из операционной с закрытыми глазами.

Подумав об этом, он больше не смог уснуть, как бы сильно не было измождено его тело. Ын Су потянулся и открыл глаза. Тёплый солнечный свет омывал его лицо.

Должно быть, он уснуть. Ын Су энергично потёр глаза, пытаясь прояснить затуманенное зрение.

Потом он вдруг понял, что лежит на кровати для пациентов. Не на раскладушке или кушетке, а на большой кровати в одноместной палате. Именно там, где лежал До Квон.

От испуга Ын Су поднялся с кровати и упал. Он совсем забыл, что его лодыжка была не в том состоянии, чтобы поддерживать тело.

Лодыжку покалывало, но Ын Су даже не издал стон. Он был слишком занят своим беспокойством.

Он тупо уставился на тупую кровать. До Квона не было. Он обвёл взглядом всю комнату. Даже на диване и за полуоткрытой двери в ванной не было До Квона. Должно быть, он отсутствовал какое-то время, потому что его феромоны были очень слабыми.

Глаза Ын Су беспокойно сузились. Если он недолго отлучился, но не было никакой причины для его ухода. Куда он мог уйти с таким телом?

Может быть, он ушёл, потому что его запах был противен, потому что он не хотел находиться в одной комнате с незнакомой омегой, спящей рядом с ним. Он стал бояться.

Ох, нет. Он же не лежал на кровати, наверняка До Квон его передвинул. Если он потерял воспоминания, то он не может быть таким добрым к незнакомому омеге. Ын Су вздохнул с облегчением, что его хотя бы не ударили.

Тем не менее он должен был узнать, что произошло с ним, что с его памятью. Нужно было найти До Квона и расспросить его.

Ын Су ухватился за раму кровати и поднялся на ноги. Подниматься было тяжело. Нога болела, поэтому он едва смог встать ровно.

Ын Су, прихрамывая, направился к двери, взяв под руки костыли. Его лицо было опухшим от слёз. А грудь давило, горло жгло, поэтому ему было трудно отдышаться.

Он чувствовал в необходимости узнать, всё ли в порядке с До Квоном, что он помнит его, чтобы вздохнуть с облегчением. Ему нужно было увидеть его лицо, которое вновь улыбнётся ему. Иначе он был готов умереть от этого удушья.

Ын Су как раз взялся за ручку раздвижной двери, когда та распахнулась, сквозь узкое отверстие показалась широкая грудь.

-...

-...

Он оказался лицом к лицу с До Квоном, которого так отчаянно искал.

Ын Су задержал дыхание. Глаза До Квона сощурились. Их взгляды задержались всего на несколько секунд, но за эти несколько секунд... Ын Су почувствовал, как его сердце бешено колотилось. Должно быть, оно билось не менее сотни раз в секунду.

На лице До Квона читался намёк на раздражение. Его рот был сжатым, а брови нахмурены.

Очевидно, он был зол. Прошло много лет с тех пор, как Ын Су видел этот взгляд, но смог отличить его с первого раза.

Ын Су сделал непроизвольный шаг назад, а тело накренилось, потеряв центр тяжести. До Квон схватил его за локоть и поддержал.

-Будь осторожен.

Расстояние между ними сократилось. Низкий голос До Квона защекотал уши Ын Су.

-Ах...

Он поднял глаза на До Квона и тихим голосом позвал его.

-Господин До Квон...

-Что?

Ответ пришёл быстро. Ответ был коротким, но таким знакомым, чтобы напряжённые плечи Ын Су мгновенно расслабились.

Это был До Квон. Тот самый До Квон, не потерявший память. Это был тот самый До Квон, с которым они вчера проснулись в одной постели и вместе поехали за покупками.

Ын Су тяжело вздохнул, чтобы успокоить колотящееся сердце. С облегчением опустив голову, он скомкал больничную одежду До Квона и спросил.

-Г-где ты был?

-Ох, у доктора. Он сказал, что твоя лодыжка выглядит очень плохо. Сказал, что какое-то время ты сможешь передвигаться на костылях.

-...

-Почему ты сразу не пошёл к врачу? А вдруг у тебя серьёзная травма? Если ты так ненавидишь больницу, ты мог на время забыть об этом и позаботиться о себе? Просто иди на поправку? Хочешь снова ходить к физиотерапевту?

До Квон стал ругать Ын Су. Если бы дело было в другом, он бы ничего не сказал, но тело и здоровье Ын Су - важный вопрос, поэтому он не мог не рассердиться. Когда он услышал, что его кости не в порядке, что лодыжка распухла, и что какое-то время ему надо будет передвигаться на костылях. Он думал, что у него голова взорвётся.

"Когда на нас выехала машину, следовало, толкнуть его помягче". До Квон злился на себя за то, что он причинил ему боль.

-Нет, извини. Не хотел обижать тебя, просто так удивился, увидев тебя в гипсе.

До Квон выдохнул через нос и извинился. Да, это была его вина, но какой смысл злиться на Ын Су? Если бы он изначально убил Сон Хона, то всего этого бы не случился. До Квон стиснул зубы от злости. Затем уголки его губ приподнялись в улыбке.

-Пока ты спал, я снял повязки. Я подумал, что с ними буду выглядеть некрасиво, поэтому снял.

-...

-Ещё я проверил больничную еду, но, похоже здесь не очень вкусно кормят. Хочешь я закажу что-нибудь? Сэндвич, или что-то другое?

До Квон осторожно помог Ын Су подняться и усадил его на диван, а сам сел перед ним на корточки. Он осмотрел его лодыжку, перечисляя меню блюд, которые, по его мнению, могли бы понравиться Ын Су. При виде его распухшей ноги сердце заныло.

До Квон осторожно погладил гипс. Он гадал, будет ли ему больно от этого прикосновения или нет. Почувствует ли что-нибудь.

Осмотрев лодыжку Ын Су, До Квон заметил, что он молчит. В обычной бы ситуации он бы стал перечислять, чего бы хотел поесть или выпить, но он был слишком тихим.

В недоумении До Квон поднял глаза на Ын Су.

-Ты... Ын Су?

Из уголков его глаз капали слёзы.

Он так сильно плакал, но делал это так, что не было слышно даже всхлипа. Слёзы, которые текли по его лицу, никогда не выглядели так болезненно.

До Квон, ошеломлённый, беспомощно замахал руками.

-Ын Су, почему ты плачешь? Где-то болит? Лодыжка? - спросил До Квон, нахмурившись. Ын Су покачал головой, не говоря ни слова. Руки Ын Су судорожно сжимались и разжимались, он не понимал, что вообще происходит.

-Ын Су... не плачь...

До Квон старательно вытирал слёзы Ын Су. В этот момент Ын Су сжал руку До Квона, а другой рукой он сжал его плечо.

-Это было не просто сжатие, это было отчаяние, как у человека, висящего со скалы и цепляющегося за тонкую ветку, чтобы спастись.

До Квон нахмурил брови, и Ын Су посмотрел на него красными и заплаканными глазами.

-Я думал, вы снова забыли меня...

-Ах...

До Квон ахнул. Его голова, которая раньше не болела, внезапно разболелась. До сих пор он об этом не задумывался. Да, у него была травмирована голова, но как он не мог подумать об этом? Он не обратил внимание на это. Всё его внимание было приковано к лодыжке Ын Су, поэтому...

До Квон опустил голову и посмотрел на Ын Су, старательно вытирая слёзы с его щёк.

-Мне очень жаль.

-Ха...

-Прости меня, Ын Су.

-Мхм...

-Прости, я был неправ.

До Квон искренне извинился. Он бы предпочёл, чтобы ему конечность оторвали или вспороли живот. Даже обычная травма головы навела на Ын Су воспоминания об ужасах прошлого. Ему следовало избежать травмы головы любой цены.

Нетрудно было представить, о чём он думал, и через какой ад проходил всё это время, пока он не открывал глаза.

Как ему было страшно, и как сильно он мучился.

Он снова заставил его плакать, снова причинил боль. Как он вообще смеет снова причинять ему боль? До Квону хотелось выброситься из окна.

Опустившись на колени, До Квон погладил щёку Ын Су и сказал.

-Ын Су, я никогда больше не забуду тебя. Не забуду. Я больше никогда-никогда так не поступлю.

-...

-Прости меня.

-...

-Прости, что снова заставил тебя плакать.

До Квон продолжал извиняться. Но слёзы Ын Су не останавливались. До Квону хотелось застонать от боли, он обнял его за талию и уткнулся щекой в бедро. Затем он с тоской в голосе спросил.

-Ын Су, что я могу сделать? Что мне сделать, чтобы ты перестал плакать? А? Что я могу сделать для тебя...

Каждый раз, когда дыхание Ын Су становилось рваным от плача, До Квон чувствовал, как сердце кровью обливалось. Ему было так жалко и больно, что хотелось плакать вместе с ним. Но он сглатывал слёзы, словно не заслуживал этого.

До Квон скорчил гримасу и попросил.

-Ах... Ын Су... Пожалуйста... Не плачь...

При звуке его дрожащего голоса Ын Су крепко зажмурил глаза и открыл их. Он глубоко вдохнул воздух, потом сделал ещё один вздох, а потом ещё. Сухо сглотнув, он вытер слёзы, заливавшие его лицо.

Уставившись в пространство, Ын Су легонько похлопал До Квона по плечу. Тот удивлённо вскинул голову. Ын Су обеими руками обхватил его за щёки, и задержал на нем свой взгляд и тихо сказал.

-Не болейте больше.

-...Да.

До Квон кивнул. Тогда Ын Су нежно провёл большим пальцем по его лицу, как будто тот был хорошим мальчиком.

-Не болейте.

-Хорошо.

-И не оставляйте меня одного.

-Да. Никогда не оставлю.

-Вы не можете так долго быть в спать. Не позволяйте мне больше видеть, как долго вы спите. Это страшно.

-Хорошо. Я буду ложиться позже и вставать раньше тебя.

-Нет, вы должны быть рядом, когда я проснусь. Вы должно.

-Да, буду.

До Квон кивнул головой.

У Ын Су сжались челюсти. До Квон поднял на него глаза. Горло Ын Су медленно перекатывалось вверх-вниз. На мгновение он замешкался, затем осторожно раздвинул губы.

-И тогда, как раньше...

-Что ещё мне для тебя сделать?

-Каждый день... каждый день говорите мне, что любите меня. И называйте по имени.

При этих словах До Квон и сам разразился слезами, которые до сих пор сдерживал.

Он обхватил ладонью руку Ын Су, которую прижал к щеке, и, улыбаясь, закрыл глаза.

-...Я буду делать это каждый час.

-...

-Ын Су, я люблю тебя.

Он продолжал снова и снова шептать эти слова. Каждое слово, каждый слог были проникновенно и были наполнены любовью. Ын Су медленно моргал, наслаждаясь потоком его любви.

Когда он сотни раз слышал эти слова, как сейчас.

Ын Су наконец-то перестал плакать.

Во всем мире наступила весна. Из промерзшей земли поднимались почки и распускались цветы. Цветы на клумбах никогда не выглядели так свежо. Зимние ветра, холодившие щёки, ушли, и щекочущий запах весны защекотал уголки рта. Это заставляло всех на улице улыбаться.

Ын Су стоял перед главным входом в компанию, до назначенной встречи оставалось ещё пятнадцать минут, ожидавший его мужчина наверняка скоро приедет. Он всегда приезжал рано, и Ын Су знал это, поэтому ушёл с работы пораньше.

Ын Су смотрел на закатное небо. Пухлые облака были красивого розового оттенка и размывались в лучах заходящего солнца. От этого вида он почувствовал комок у тебя в животе.

Ын Су похлопал себя по животу. Он чувствовал через футболку свой плоский, сплюснутый живот. Он был до странности грустным и пустым. Он до сих не мог забыть то трепещущее чувство, которое чувствовал много лет назад.

Погладив себя по животу, Ын Су задумчиво огляделся вокруг. Розовое небо. Деревья, покачивающиеся на ветру. Улыбающиеся люди, возвращающиеся домой с работы. Машины, сияющие в лучах заката.

Ын Су смотрел на обычные, ничем не примечательные пейзажи и вдруг подумал, что этот мир, что эта тёплая весна слишком прекрасны, чтобы можно было любоваться в одиночку.

Ему хотелось, чтобы рядом был с ним кто-то, с кем он мог бы разделить красоту этого мира.

Перед ним остановился роскошный седан. Это была знакомая машина.

Ын Су улыбнулся и направился к машине, но не успел он до неё дойти, как сидевший мужчина за рулём вздрогнул.

-Ын Су, почему ты уже вышел?

Это был До Квон. Он поднялся на ноги и встал перед Ын Су, выхватив у него из рук сумку и пальто. Ын Су протянул их ему.

-Просто. Погода хорошая.

-Правда? Хочешь прогуляться?

Ын Су тут же кивнул. Было бы обидно упустить такую погоду, на насладившись ею. До Квон улыбнулся. Его глаза заблестели при мысли о прогулке, и он плотно сжал губы.

Ын Су слабо улыбнулся. До Квон взял его за руку и поспешил к машине.

-Ты голоден? Хочешь перекусить и прогуляться? - спросил До Квона, поворачивая руль.

-Я в порядке, - монотонно ответил Ын Су и перевёл взгляд в окно. Мимо проносились деревья.

Когда они въехали в Тегеран, то часто приходилось останавливаться. Машины, стоящие перед ними, были медленными, как черепахи. Однако Ын Су не выразил недовольства.

Томный солнечный свет. Конец рабочего дня. Феромоны До Квона, наполняющие машину. Он был не против того, чтобы застрять в машине на ближайшие несколько часов.

Пока машина три раза останавливались, До Квон продолжал держать его за руку и крепко сжимать. Ын Су повернул к нему голову.

-Я люблю тебя.

До Квон неожиданно признался. Брови Ын Су изогнулись дугой.

-С чего бы?

-Я не делал этого уже десять часов. Так что впредь буду стараться.

-Ах...

-Я люблю тебя, Ын Су.

-Да.

Ын Су улыбнулся. Около месяца назад он пообещал говорить ему о своей любви каждый час и очень старался делать это.

Он говорил ему по утрам и вечерам, когда они были вместе, когда он звонил ему неожиданно в рабочее время, чтобы сказать, что любит его. Покупал макаруны во время обеда и ждал у запасного входа, чтобы сказать, что любит его. Он выражал свою любовь разными способами.

Иногда это раздражало, но всё равно было мило.

Глядя на улыбающегося Ын Су, До Квон прижался губами к тыльной стороне его руки, а затем отпустил её. Затем, с неожиданно серьёзным выражением лица, он потёр тыльную сторону ладони Ын Су. Как будто боялся, что этот момент исчезнет.

Ын Су уставился на него, а затем негромко позвал его.

-Господин До Квон.

-Что?

-Мы...

-А?

-Вы хотите завести ребёнка?

-...Ох?

До Квон от шока открыл рот.

-Давайте заведём ребёнка.

Ын Су тихо повторил слова. Челюсть До Квона упала.

-У меня скоро должна быть течка. Как насчёт этого дня? - тихо сказал Ын Су. Было бы разумнее поговорить об этом за обедом.

-...

До Квон молчал и выглядел так, будто его ударили по затылку. Ын Су улыбнулся. За взволнованным лицом До Квона всегда так было интересно наблюдать.

Он почувствовал вкус азарта.

В этот момент машина позади них засигналила. Свет светофора изменился. До Квон осторожно нажал на педаль газа. Его расширенные глаза смотрели вперёд. А рот был плотно закрыт.

-...

-Почему вы не отвечаете? Разве не хотите?

Ын Су не переставал его дразнить. Это был неподходящий момент, но он не мог остановиться, видя как вены тыльной стороны рук выступили сильнее, когда он сжимал руль, как он облизывал пересохшие губы, и как на его виске выступил холодный пот.

Каждый раз, когда он смотрел на него, по спине пробегала дрожь.

Ын Су попытался не засмеяться, поэтому проглатывал слюну, словно холодную воду.

-Ын Су.

-Что?

-Подожди, правда... подожди. Я тороплюсь и не хочу попасть в аварию, так что просто подожди....

До Квон сканировал дорогу, повторяя одни и те же слова. Заметив карман на дороге, он поехал в его сторону и вскоре смог остановиться в безопасном месте. Заглушив мотор, До Квон расслабил напряжённые плечи. Он смотрел на Ын Су.

-Ты... серьёзно?

-А вы думали, что я решил пошутить?

-Нет, я понял, но... Я не могу поверить в это, так что...

До Квон потёр лицо обеими руками и посмотрел на Ын Су, а затем схватился за руль и выругался.

Его глаза были стеклянными. Не прошло и нескольких минут, как слёзы наполнили его пронзительные глаза. До Квон зажал себе рот и заплакал. Он не смог повернуть голову в сторону Ын Су, а смотрел прямо перед собой и плакал.

-...

Ын Су смотрел, как небо становится всё более тёмным, а До Квон так и продолжал плакать. "Зря мы сегодня пошли на прогулку".

Странно, раньше я часто плакал, но когда он плакал, мне не хотелось плакать.

Как будто мне не нужно было грустить, как он будто он грустил вместо меня. Как будто он скорбил по мне, страдал за меня.

Это делало меня ещё сильнее. Ведь пока он плакал за меня, я смог восстановить своё разбитое и разрушенное сердце. Хотя я и не смог вернуть утраченное, но обрёл очень многое. Например,

Как справиться с трудностями.

Как восстановить то, что было уже сломано.

Как починить разрушенное сердце.

Как немного сдержаться и отпустить.

И... как умеренно скучать по потерянному.

И как заполнить пустоту любовью.

Может быть, Бог хранил меня все эти годы, не забирал к себе после всех этих трагедий, чтобы я понял эту простую истину.

Теперь я мог провожать Бом-и по-весеннему. Я мог поливать маленькое деревце, смотреть на него время от времени, любить его и наслаждаться им.

Ын Су посмотрел на До Квона. По его красивому лицо всё ещё текли слёзы. Ын Су позвал его.

-Господин До Квон.

-Ын Су, одну минуту...

-Сделайте мне предложение сейчас.

-Ах?

-Предложение. Быстрее.

До Квон медленно прищурил глаза. Когда он моргал с его глаз ещё больше капало густых слёз. Он вытер их тыльной стороной ладони и с озадаченным выражением лица потрогал кольцо на безымянном пальце. Это было то самое кольцо, единственное, которое было только у него.

-Ын Су, у меня нет твоего кольца...

-Вы и тогда сделали предложение без кольца четыре года назад. Когда мы ехали в клинику акушерства и гинекологии. Вы сделали это в пробке, на дороге. Так что сделайте это сейчас так же, как тогда.

При этих словах До Квон снова вытер слёзы с глаз, а затем нежно обхватил руку Ын Су. Он повернул шею и сладким голосом позвал Ын Су по имени.

-Ын Су.

-Да?

-Мы...

-Да?

-Ты хочешь выйти за меня?

Уголки рта До Квон дёрнулись вверх, глаза потемнели, но улыбка была такой яркой. Ын Су оторвал взгляд от улыбки и задумался.

Я прожил жизни, полную потерь, каждая из которых была тяжелее предыдущей. Я кричал, плакал, извивался и выворачивался под их тяжестью. Я держался за свои потери, как за осколки стекла, упрямо держался за них.

Но теперь я знал, как их отпустить. Я знал, каково быть опустошённым и пытаться полюбить с этой пустотой внутри.

Ын Су улыбнулся До Квону. Затем он медленно кивнул.

-Да. Давайте поженимся.

Было не слишком много того, что я потерял, и не слишком мало.

Всего в меру, идеальный финал.

Наш идеальный финал.

КОНЕЦ ОСНОВНОЙ ИСТОРИИ.

Один день из жизни До Квона

Летние ночи в городе всегда самые суетливые. Ему приходится время от времени вставать, чтобы позаботиться об Ын Су.

Когда дни становятся жаркими и наступает лето, Ын Су сбрасывает одеяло с себя, даже если кондиционер работает на полную мощность. Однако он не восприимчив к холоду, поэтому, проспав тридцать-сорок минут, он начинает дрожать и стонать, что ему холодно.

Ему приходилось время от времени проверять его, чтобы убедиться, что он хорошо укрыт и не дрожит от холода.

Около шести утра До Квон проснулся и проверил Ын Су. Одеяло было спущено до колен, поэтому он укрыл его, натянув одеяло до шеи, а потом, решив, что ему станет так душно, спустил его до груди. После он включил кондиционер.

Пока До Квон занимался своими делами, Ын Су не шевелясь, делал ровные вздохи. Вчера был вечер пятницы, поэтому он до рассвета смотрел фильм, так что имел полное право на отдых.

Лёжа на спине, До Квон лениво моргал. Отныне это было его специальное время, когда он мог любоваться Ын Су, и любить его одного.

Конечно, когда Ын Су бодрствует - он прекрасен и красив, но когда спит - это нечто иное. Можно сказать, что это одностороннее любование. Он чувствовал, что находится в другом мире. Что он был шпионом, подсматривающий за Ын Су в застывшем времени.

Это был любимый момент До Квона.

Ын Су в его постели, рядом с ним. Растворяется в мирном сне, не плачет, не видит кошмаров. Никто и никогда не узнает, как сильно он переживал из-за этого.

Он наблюдал за ним где-то около часа, как вдруг его рука сжалась в кулак. Его охватила внезапная волна страха.

Может быть, Ын Су - это иллюзия? Иллюзия, созданная его собственным безумием. Может быть тот Ын Су, который решил остаться с ним, который захотел создать семью и который улыбался ему - всё это ложь.

А вдруг, Ын Су на самом деле нет в живых.

Ему было страшно. Этот страх не тот, от которого замирает сердце на считанные секунды. Это был страх, от которого дрожало всё тело. До Квону нужно было увидеть его, прикоснуться к нему, убедиться, что Ын Су живой. Иначе его дыхание так и будет перехватывать и сбиваться.

Такое часто случалось на работе, на совещаниях, во время перелистывания бумаг. В те моменты он старался сдерживаться себя, но пока он не начинал дрожать, сдавался и звонил Ын Су.

Поводы были самыми разными. По поводу обедал ли Ын Су, не закончилась ли у него еда, не занят ли он слишком сильно, не переусердствует ли. Он звонил, чтобы сообщить о своей любви. Шепча эти слова, он всегда изучал лицо секретаря Чона.

Если бы До Квон стал бы разговаривать с самим с собой, то он уверен, что секретарь подумает, что он окончательно сошёл с ума. К счастью, секретарь иногда ворчит, что До Квон неудачно подобрал время для звонка.

До Квон придвинулся ближе к Ын Су и посмотрел на его грудь. Регулярное вздымание и опускание груди свидетельствовало о том, что он явно ещё жив. Как будто этого было недостаточно, До Квон поднёс указательный палец к носу Ын Су. Тёплое и приятное дыхание нежно щекотало его палец.

Однако он не смог почувствовать облегчения. До Квон с тревожным выражением лица положил нос на плечо Ын Су. От него повеяло ароматом феромонов. Его сердце словно обрело ритм.

Некоторое время До Квон наслаждался его запахом, а затем приподнял одеяло, чтобы посчитать пальцы.

Однажды, когда Ын Су консультировался с врачом - психотерапевтом, До Квон зашёл в соседний кабинет к другому врачу.

Когда До Квону начинает казаться, что мир становится иллюзорным, врач посоветовал искать вещи, которые могут показаться странными. Например, если он видит на руке четыре или шесть пальцев, или левая рука поменялась местами с правой, или левая нога поменялась местами с правой, или ножки стула или стола были несимметричны, то у него были галлюцинации.

После этого момента, каждый раз, когда До Квон чувствовал беспокойство, то он начинал считать пальцы Ын Су. Один, два, три, четыре, пять белых худощавых пальцев. Когда он это сделал, то его плечи облегчённо опустились.

Он легонько поцеловал обручальное кольцо на безымянном пальце Ын Су, а затем укрыл его одеялом.

Когда он убедился, что мир стал реальным, то он может наконец расслабиться и полюбоваться Ын Су. Его волосы были слегка взъерошенными. Веки были красиво опущены. Густые и длинные ресницы. Вздёрнутый носик. Округлый кончик носа. Умеренно вогнутый лоб. Припухлая нижняя губа. Острый подбородок и слегка округлённый.

До Квон долго смотрел на это лицо, думая :"Как можно так выглядеть?". А ещё он рассматривал его ушные раковины и мочки ушей.

Время застыло. Было уже семь часов, и в этот момент До Квон отключил будильник на мобильном телефоне Ын Су, пока тот не зазвонил. Он хотел ещё полюбоваться спящим лицом, поэтому будет плохо если он проснётся.

Но всё пошло прахом. Ын Су, как офисный работник до мозга костей, всегда просыпался, даже если будильник не срабатывал. Сегодняшний день не стал исключением.

Он смотрел фильм сонными глазами до рассвета, и наконец проснулся в 7:00.

Момент, когда Ын Су просыпается, До Квон мог увидеть только раз в день, поэтому он перестаёшь дышать и сосредотачивается на этом моменте.

Сквозь тонкие веки он видел, как двигаются зрачки Ын Су. Ресницы слабо дёрнулись, а затем медленно поднялись вверх, открывая светло-карие глаза. Они медленно приобретали блеск, и были более мутными, чем обычно, не в силах стряхнуть частицы сна.

До Квон сухо сглотнул и стал ждать, когда Ын Су заметит его.

Вскоре Ын Су поймал его взгляд. Уголок рта До Квона приподнялся вверх, приветствуя его.

-Доброе утро, ты рано проснулся.

-А...

Ын Су тихо ахнул и потянулся. Его руки и ноги вытянулись, а глаза зажмурились так сильно, что нос слегка сморщился. Он издал стон и посмотрел на До Квона просветлевшими глазами. Затем он перевернулся и заполз в руки До Квона.

Это было по привычке. Проснувшись, Ын Су заползает в объятия До Квона. Однажды Ын Су вскользь обмолвился, что ему не нравится быть одному, когда он просыпается по утрам. Он говорил, что не чувствует себя одиноким, когда находится в тёплых объятиях, и что это тепло делает его день намного счастливым.

По тем или иным причинам он некоторое время не мог сделать этого, но после того, как всё межу ними устаканилось, то с тех пор они обнимаются вот так. До Квон был счастлив, тронут и благодарен.

Он обнял Ын Су так крепко, как будто ждал его. Затем он от всего сердца прошептал ему на ухо.

-Я люблю тебя, Ын Су.

-...

-Люблю.

Он поцеловал его в щёку и шею. От этой щекотки Ын Су тихо засмеялся.

-Который час?

-Семь часов.

-Ох... опять рано встал, - сказал Ын Су. "Зачем я тогда вообще сидел и смотрел фильм до рассвета?". Ын Су поджал губы и взобрался на тело До Квона, уткнувшись щекой в его твёрдую и большую грудь. Он испусти долгий вздох через нос.

-Почему ты хочешь позже вставать? - спросил До Квон, поглаживая спину Ын Су. Тот на него бросил взгляд, как будто До Квон должен знать об этом.

-Чтобы мы могли пойти на поздний завтрак, как только проснёмся.

-...

"А, так вот почему..."

До Квон кивнул с серьёзным выражением лица.

Большинство ресторанов открывались только после десяти утра, так что вставать рано было немного неудобно.

-Раз ты голоден, хочешь апельсинов?

В спешке До Квон придумал лучший вариант. Он не хотел оставлять До Квона голодным. На что Ын Су застонал, упираясь подбородком в грудь До Квона и встретился с ним взглядом.

-А у вас есть дома клубника?

-Хочешь, её смешать с молоком?

-Идёт. Только измельчите её немного, прям совсем чуть-чуть. А лучше побольше добавить. Можно целых три.

-Хорошо, скоро вернусь.

До Квон крепко прижался губами к макушке головы Ын Су и отстранился. Он начал вставать, но Ын Су почему-то не сдвигался с места.

-...

До Квон посмотрел на Ын Су со слабым замешательством в глазах.

-...

Ын Су тоже посмотрел на него, словно не понимал, в чём дело, но и не двигался. Вздрогнув, До Квон улёгся обратно в кровать. До Квон никак не мог оттолкнуть его руками, поэтому ему приходилось оставаться в таком положении, пока он сам не отодвинется.

До Квон не знал, сколько времени уже прошло, но Ын Су продолжал стонать и обнимать его за талию.

-Вы не можете пойти со мной? Я не хочу сдвигаться...

Глаза До Квона сузились, и он разразился смехом. Иногда Ын Су мог вести себя как ребёнок. Он иногда мог выпячивать нижнюю губу хныкать, просить о чём-то глупом или нелепом, лишь бы убедиться, что его любят.

До Квон мог дать ему всё, что он захочет и сделает это, даже если Ын Су попросит об этом прямо, однако ему было на руку, когда Ын Су так заигрывал с ним.

-Хорошо, - коротко ответил До Квон, приподнимаясь. Положив одну руку на спины Ын Су, а другую положив под колени, он встал с кровати. Ын Су рассмеялся, как ребёнка на аттракционе в парке развлечений.

До Квон ухмыльнулся и прижался губами к его щеке.

Как только Ын Су вернулся домой после сытного завтрака, он подошёл к дереву, на котором висела табличка с именем "Бом- и♥". Оно было уже довольно большим. Казалось, что оно цветёт от внимания и любви, которые уделяли ему До Квон и Ын Су, время от времени заглядывая к нему.

Ын Су поливал его, проверял почву и подбирал удобрения. А До Квон стоял позади него, держа лейку и передавая удобрения.

Через несколько минут после ухода за деревом, они присели на стулья возле него. Дав дереву имя "Бом-и", Ын Су стал проводить больше времени на балконе. Сидеть на корточках и смотреть на дерево было неудобно, поэтому До Квон принёс ещё два стула и чайный столик.

Когда Ын Су любовался деревом, До Квон брал ласково его за руку и игрался с ней. Он слегка прижимался губами к тыльной стороне его руки или кончикам пальцев, затрагивая кольцо на его безымянном пальце.

Они могли так сидеть долго. После полудня жар солнца становился сильнее. До Квон взглянул на покрасневшее лицо Ын Су, и то как солнечные лучи сталкивались на его носике.

Когда Ын Су хмурился, то До Квон быстро протягивал руку и укрывал его лицо. Тень, отбрасываемая большой рукой До Квона накрывала маленькое лицо Ын Су.

-...

Ын Су поднял голову и посмотрел на До Квона. Его глаза ярко блестели, даже когда тень заслоняла этот блеск.

-Я люблю тебя, Ын Су.

-Да.

Ын Су повернулся и, сверкнув глазами, принял признание До Квона. До Квон завороженно смотрел на улыбающегося Ын Су и уже снова собирался признаться, как вдруг увидел, как губы Ын Су разошлись. До Квон быстро закрыл рот.

-В следующие выходные.

-Что?

-Может, сходим к председателю?

-...Зачем?

-Чтобы сказать, что мы поженимся.

-О... но мы можем просто позвонить, зачем беспокоить...

-Но кто так делает? Нужно же сходить попросить разрешение.

-Нам не нужно разрешение.

До Квон рассмеялся. Его родители будут прыгать по всей квартире, если он сообщит, что они с Ын Су женятся. Они будут в восторге, как и он несколько дней назад, когда безудержно рыдал от предложения Ын Су завести ребёнка, ведь его родители любят Ын Су также сильно, как и До Квон.

-Свадьба... как вы думаете, нам стоит её устраивать? - спросил Ын Су, на мгновение замешкавшись.

-Если ты не хочешь, это необязательно. Я всё равно буду жить с тобой, так что это не имеет значения.

До Квон покачал головой.

-Вы должны подумать о своих родителях. Они будут разочарованны, если их единственный сын не проведёт свадьбу должным образом. Кроме того, вы не просто председатель, а президент. Многие люди из мира политики и бизнеса прибегут поздравлять вас. Я уверен, что и репортёров будет много.

-Возможно и так, но что насчёт тебя?

-Не то чтобы я был против, но это просто...немного...чересчур. В отличие от вас моё происхождение самое обычное. У меня нет родителей, друзей, а единственные люди, которые окружают - это люди из компании. Разве я должен многого требовать? Обычно же чеболи женятся друг на друге... а что если начнут сплетничать за вашей спиной? Они могут заметить это и сказать что-нибудь...

-Да кто посмеет? Нет, они будут бегать за тобой, как собаки, лишь выставить себя в хорошем свете. К тому же ты станешь членом семьи, владеющей Сонджин.

На этих слова глаза Ын Су расширились. До Квон, заметивший едва заметной перемены в его реакции, испугался. Он боялся, что Ын Су может из-за этого отменить брак. Одной рукой До Квон притянул Ын Су к себе. Он придвинул стул Ын Су, и вглядывался в лицо Ын Су с беспокойством.

-В чём дело?

-О... просто брак это...

-Не очень идея?

-Нет, почему? Хорошая. У меня будет с вами семья - с вами, с господином До Квоном, с председателем и с вашим отцом. Мы будем собираться вместе каждый праздник, спрашивать друг друга, как дела, беспокоиться о вас, когда вы заболеете, и радоваться вместе с вами, когда вы счастливы. Это же хорошо?

-...Думаю, да.

До Квон медленно кивнул. Он ласково погладил Ын Су по щеке, когда он улыбнулся счастливо. По какой-то причине его собственные щёки начали гореть.

-Пойдём в дом. Солнце жарит.

До Квон помог подняться Ын Су на ноги. Выходя вслед за ним с балкона, До Квон оглянулся на дерево и, обернувшись, переставил горшок с деревом на солнечное место, а затем вышел с балкона.

Они сели вместе на диване в гостиной. До Квон нашёл пульт от кондиционера, убавил температура до предела и задёрнул шторы. Он спросил Ын Су, хочет ли тот воды, на что Ын Су лишь отрицательно покачал головой. Ын Су прислонился головой к предплечью До Квона.

-Вы тоже печёте чон* на такие случаи?

*Чон - разновидность оладьев. Их едят как закуску к алкоголю. Чон играет важную роль в церемониальном подношении к предкам.

-Ху... нет, не печём. Можно просто зайти на кладбище к бабушке и дедушке, ты можешь просто с ними поздороваться.

-О, мы пойдём на кладбище? Кажется, я никогда раньше не слышал о них. Интересно, какими они были?

-Ну... они были похожими на моих маму и папу, только между ними было всё намного слаще. Похоже, я пошёл в них.

-И это всё? Так расскажите всё, что вы помните о них.

-Ну... как-то раз был мой шестой или седьмой день рождения, и бабушка купила мне динозавра размером с дом, скорее это преувеличение. Но он был огромным. Нам пришлось поставить его в саду, а не в доме, потому мама считала его отвратительным. Ей казалось, что у неё дом превратился в музей естественной истории, поэтому так сильно ненавидела его.

Ын Су широко раскрыл рот. Он выглядел так, словно представил себе динозавра. До Квон не удержался и прижался губами к щеке Ын Су.

-Вау, никогда не слышал такие истории. Есть ещё истории? Расскажите мне что-нибудь ещё.

-Хм...

До Квон прочистил горло, размышляя. Что-то ещё. Его мысли на мгновение унеслись в прошлое, и он вспомнил несколько историй. Он не очень любил об этом рассказывать, но раз Ын Су спрашивает, то всё вывалилось наружу.

-Когда я учился за границей в Нью-Йорке, как-то раз я сказал своему дедушке, что пробки слишком длинные здесь. И он организовал для меня вертолёт.

-Ха..? Настоящий вертолёт, не игрушечный? Неужели как те, что показывают в новостях или в кино?

-Да. Мне дарили такие вещи, и это было довольно неудобно. Я пытался ему объяснить, что на лекции нельзя прилетать на вертолёте, поэтому пытался придумать, как отказаться от такого подарка. Я сказал ему, что вертолёт довольно сложно пристроить куда-то.

-И что он сказал?

-Он купил мне особняк в Бруклине с вертолётной площадкой.

-...

-К счастью, моя мама всё поняла и остановила его, а вертолёт был передарен спасательной службе.

У Ын Су поджалась челюсть. Выражение его лица стало ещё более серьёзным. Его тело, которое до этого расслабленно прислонялось к телу До Квона, напряглось.

До Квон проглотил тихий смешок. Ын Су никогда не слышал таких историй. Он просто знал, что у них было много денег, поэтому был слегка удивлён такой детальной истории.

До Квон сразу же заметил, как маленькие шестерёнки закрутились в его голове. До Квон обнял его за плечи и прошептал:

-Не удивляйся так. Это ничто по сравнению с тем, через что тебе предстоит пройти.

-О чём...

-Когда у нас появится ребёнок, будет что-то похлеще динозавра или вертолёта.

-Хлеще... чем...

-Когда ещё Бом-и был в твоей утробе, то были разговоры о том, чтобы подарить ей огромное здание на первый день рождения, или же назвать парк развлечений в её честь.

-Ах...

Ын Су прикрыл рот рукой. Его красивые глаза были полны беспокойства. Он уже стал беспокоиться о том, как ему придётся отказываться от всех этих подарков.

До Квон пристально посмотрел на Ын Су. Казалось, Ын Су поверить не мог в то, что До Квон действительно может сделать что-то такое.

Но что поделать. Если ребёнок, который родится у них с Ын Су в будущем, захочет сходить в парк развлечений или купить вертолёт, то До Квон побежит и всё купит.

До Квон украдкой взглянул на Ын Су, чувствуя себя довольным.

Вечером того же дня они решили посмотреть фильм и выпить вина. Ын Су пропустил обед и ужин, чтобы подремать, поэтому поставили большую тарелку с закусками и открыли вино.

До Квон только успел налить вино по бокалам, как в комнату заглянул Ын Су, который долгое время где-то пропадал. Увидев его, До Квон на мгновение затаил дыхание. Ын Су переоделся.

Обычно, когда Ын Су дома, он всегда в домашней одежде. Когда До Квон встаёт с постели, он переодевается в свободные брюки, рубашку или брюки, а вот Ын Су остаётся в пижаме до тех пор, пока не пойдёт вечером в душ. Ночная рубашка, в которую он всегда надевал шли комплектом со штанами, они имели лёгкую текстуру.

Но то, во что он переоделся - мешковатая футболка с короткими рукавами и короткими спортивными шортами. Этот наряд был не особо удивительным, но всё равно было невозможно оторвать взгляд.

-Скоро лето, поэтому в этом не так душно, - небрежно ответил Ын Су, присаживаясь на диван. Это была очень даже обычная одежда для похода на улицу.

Но для До Квона она была совсем необычной. Свободная футболка смялась на его худом теле при каждом телосложении. До Квон представлял себе, как мягко ощущается хлопок ткани, и как она прилипает к коже.

Глубокий вырез приоткрывает вид на ключицы. Когда Ын су наклонял голову, то из-под ткани торчали косточки. До Квон сглотнул при видел его позвоночника, проглядывающего сквозь футболку. Он был похож на адама, испытывающий искушение от плода на дереве, гранича между добром и злом.

А линия предплечий, простиравшаяся вдоль рук, - само воплощение искусства. Ын Су не был настолько тощим, чтобы торчали одни кожа да кости, наоборот таки он был в меру пухлым. Если обхватить его предплечье рукой, то оно уместится в ладонь, к тому же его руки были мягкими и нежными, как хорошо замешанное тесто. До Квон испытывал желание сосать и кусать тускло-розовые локти, выпирающие косточки запястий и длинные тонкие пальцы, особенно тот, на котором кольцо, пока они не растают.

Конечно же, больше всего его с ума сводили шорты. Они были на дюйм выше колен, но выглядели слишком... соблазнительными.

Бледные ляжки попали на радужку глаз До Квона и не хотели исчезать. Когда ему пришла мысль в голову: уткнуться туда головой, по спине пробежала волна мурашек, вызванной вульгарным и безнравственным желанием. Он также любовался его коленями, которые успели загореть.

О его ногах тут и говорить нечего. Его икры, лодыжки, - всё это сводило с ума До Квона. Когда Ын Су надевал классические брюки или скрещивал ноги, лодыжки обнажались, и До Квон украдкой любовался ими.

Наконец, пальцы на ногах... когда-то он уже пытался откусить ему пальцы на ногах, поэтому здесь и говорить не о чем.

Пока До Квон зачарованно любовался телом Ын Су, тот включил на пульте следующую серию сериала, который они смотрели вчера.

-Хватит смотреть. Можно подумать, я сюда пришёл в одних стрингах.

-Кха..кх...кха...

До Квон закашлял. Он кашлял так громко, будто лёгкие были готовы вывалиться наружу. Его лицо мгновенно покраснело. С-стринги. Пришёл в одних стрингах. Слова, которые Ын Су никогда в жизни не произносил, застряли у него в голове.

Ын Су взглянул на его лица. Его глаза блестели от озорства.

-Почему вы кашляете? Неужели смущены? Вам это нравится? Надо было прийти в стрингах?

-Нет, нет, нет, всё не так.

-Вы представили себе это?

-Это так, но... мне это никогда не нравилось. Нет, я никогда не думал об этом в таком ключе.

До Квон горячо отрицал это. Он качал головой, хотя образ Ын Су в трусах, как будто нарочно приклеился к сознанию и не отпускал его.

Округлённые ягодицы. И стринги, застрявшие между ягодицами.

До Квон смутился ещё больше. Ын Су положил руки на бёдра До Квона и выпрямил верхнюю часть. Он был похож на кошку, просящая лакомство.

-Значит, вы не знали, что вам такое не нравится?

-А? Ч-что?

-Как тогда, когда вы не знали, как резать манго?

-...

У До Квона сжались челюсти и он уставился на улыбающегося Ын Су. Затем он провёл кончиком указательного пальца по щеке Ын Су.

-Ты дразнишь меня, да?

-Да.

-Тебе весело?

-Да.

Ын Су безропотно кивнул. Его волосы колыхались, когда он это делал. До Квон хрипло рассмеялся. Затем он поцеловал кончик губ Ын Су.

-Тогда продолжай.

С этими словами До Квон налил себе ещё один бокал вина. Затем он положил кусочек горячей сырной пиццы на тарелку Ын Су. Ын Су выпятил нижнюю губу.

-Что за.... Как скучно.

-Почему?

-Вы никак не реагируете.

На этих словах До Квон рассмеялся во весь голос.

Реакция.

"Что бы такого сказать или сделать, чтобы рассмешить Ын Су?"

-...Ты хочешь, чтобы я заплакал? - подумав, он ответил.

-Нет, спасибо.

Ын Су сел ровно и выдавил чесночный соус на пиццу. Затем, распределяя соус, он сложил пиццу пополам и целиком засунул себе в рот. Его щёки тут же надулись. До Квон громко рассмеялся и потёр щёки.

Он не знал, почему Ын Су выглядит таким красивым, когда ест. До Квон чувствовал себя сытым, только взглянув на него. Он даже подумал о том, что бы приготовить для него.

Ын Су вернулся к просмотру фильма. До Квону было не понятно, почему он так с интересом смотрит это, если уже видел все серии. Его верхняя часть тела наклонилась к телевизору.

Разноцветный свет от экрана отражался на его лице.

Ын Су изредка потягивал вино и жадно жевал солёные огурцы, которые До Квон клал ему в рот.

Когда пицца с размером шину была наполовину съедена, а бутылка вина опустела, До Квон встал со своего места и тихонько направился на кухню, чтобы не мешать Ын Су смотреть фильм.

Он открыл новую бутылку вина и порылся в шкафчиках в поисках начос. Из холодильника он достал соус "сальса" с сырным вкусом и всё распределил по маленьким мискам. Он подумал о том, чтобы захватить мороженое, но до него ещё было рано.

К тому времени, когда До Квон вернулся в гостиную, ещё два куска пиццы исчезли. Ын Су доедал кусочек пиццы, где был сыр и сладкий картофель.

Когда До Квон принёс принесённую им еду и разложил её, Ын Су поднял на него голову и улыбнулся. Это был его способ сказать "спасибо". До Квон улыбнулся в ответ, прижавшись губами к его лбу.

"Действительно, у меня всё-таки есть талант к служению. Даже если бы я был его рабом, а не возлюбленным, то и этому я был бы очень счастлив".

Время шло, и вторая бутылка вина опустела. Начос был наполовину съеден, а от пиццы остался последний кусок. К этому времени Ын Су уже сидел на полу, прислонившись спиной к дивану. Между его коленями была зажата большая баночка мороженого.

Ын Су ел мороженое большой ложкой. Там нечего было жевать, но он усердно работал челюстями. Иногда он окунал лицо в ванночку с морожеными, чтобы обнаружить шоколадные кусочки, застрявшие в мороженом. А когда в фильме показывали какой-то интересный момент, то он отрывал голову и смотрел.

"Это даже не крот, роющий туннель... и даже не сурикат... но всё равно он милый"

До Квон долго лежал на диване, попеременно наблюдая то за фильмом, то за Ын Су. Он либо выключал кондиционер, когда становилось холодно, либо накидывал на плечи плед, который брал с угла дивана.

Вдруг он заметил, как колени Ын Су были влажными. Кондесат от ванночки с мороженым намочил его голую кожу. До Квон вскочил на ноги и вытащил мороженое с колен Ын Су.

Лишившись мороженого, Ын Су посмотрел на До Квона расширенными глазами.

-Почему?

-Тебе разве не холодно?

-Вполне терпимо.

-...С какой стати ты терпишь?

-Потому что оно вкусное?

До Квон испустил долгий вздох и растянулся рядом с Ын Су, вытирая его колени салфеткой. Ноги были мокрыми до самого паха. До Квон снова вздохнул, ощутив насколько его кожа стала ледяной. Но Ын Су отмахнулся от него и взял ложку с мороженым на столе.

До Квон всегда был суровым. Еда- это хорошо. Но даже если Ын Су будет есть всегда и вырастит в два раза больше, чем есть сейчас, то До Квон всё никак не успокоится. Но иногда он перегибает палку.

У До Квона пробегали мурашки по телу, когда представлял, что Ын Су может заболеть или простудиться.

Потерев ладонью о холодное колено Ын Су, До Квон заговорил:

-Я хочу тебя поцеловать.

-Что? - переспросил Ын Су, как будто ослышался.

-Хочу поцеловать, - сказал До Квон, сделав акцент на слове. Его брови изогнулись дугой.

Ын Су, глядя на него, поджал губы.

-Вы...злитесь?

До Квон решительно покачал головой. Конечно же, нет, Как он посмеет?

-Нет, я ворчу.

-Почему? Потому что у меня холодные ноги?

-Когда ты так говоришь, то это кажется чем-то несерьёзным, но это не так.

Ын Су разразился смехом, услышав ответ До Квона. Он смеялся так, что раскрыл широко рот, а широкие плечи До Квона поникли. Странно, но когда Ын Су смеётся, то всё становится хорошо. Чтобы он ни делал, всё значительно меняется.

Ын Су поставил фильм на паузу. Затем он резко потянул До Квона за рукав.

-Сделайте это. Вам нужно выпустить пар.

-Правда?

-Да.

Когда До Квон получил разрешение, то нагнулся к нему. Их губы встретились. Его пухлые губы, были холодными и сладкими от мороженого. На вкус они были как ваниль.

До Квон нежно посасывал и отпускал губы Ын Су. Затем, когда Ын Су положил ему руку на плечу, До Квон слегка повернул голову и просунул язык между губ.

-Ымх...

Слабый стон защекотал язык До Квона. До Квон лишь фыркнул и притянул Ын Су к себе. Ын Су беспомощно затащили в объятия.

Их поцелуй углубился. Чувствительные языки тёрлись друг о друга, и До Квон стал тщательнее изучать рот Ын Су.

Во рту было влажно. Его слюна была более липкой, чем обычно, из-за мороженого. Поэтому их поцелуи сопровождались чвакающим звуком.

До Квон покрутил языком вокруг языка Ын Су, а затем погрузил его глубокого в горло. Он чувствовал, как грудь Ын Су вздымалась и опускалась.

Ын Су пытался дышать через нос. Он то вдыхал, то выдыхал, пытаясь контролировать своё дыхание. До Квон царапал кончиком языка его нёбо, либо всасывал язык в свой рот до такой степени, что корень языка покалывало. Тело Ын Су напряглось, а дыхание стало неровным.

В этот момент До Квон широко раскрыл рот и вдохнул дыхание Ын Су. Его дыхание, насыщенное феромонами, приводило в экстаз, это было невероятным. Каждый мускул тела словно таял. Разумеется, нижняя часть живота тоже сильно напряглась.

Иногда Ын Су не мог дышать через нос. У До Квона в такие моменты появлялось садистское желание закрыть ему специально нос, чтобы он не мог вдохнуть.

-Мх...хы...

Поцелуй становился всё глубже, они практически не прерывались. Вес До Квона давил на тело Ын Су. Не успел он опомниться, как уже лежал на полу. До Квон был сверху.

Устроившись как следует, они ещё долго потирались губами. Они целовались то хищно, то похотливо, то романтично, то сладко. Затем Ын Су застонал.

Это был своего рода сигнал, что он вот-вот задохнётся.

До Квон слега приоткрыл рот, не сильно. Дыхание, которое они выдыхали, щекотало чувствительные губы и горло друг друга.

До Квон смотрел на Ын Су тёмными, запавшими глазами. Вид покрасневших губ, высунувшегося красного языка, блестящей слюны сводил его с ума.

Он снова потянулся к губам, но Ын Су резко дёрнул головой в сторону.

До Квон замер на месте.

-Фильм... я хочу посмотреть фильм...

Ын Су взглянул на экран с приостановленным фильмом.

-Я сделаю это ещё раз.

До Квон нежно поцеловал кончик подбородка Ын Су, на что он выгнул бровь.

-Вы просто собираетесь поцеловать меня?

-Да.

-Но ваша рука здесь.

До Квон поднял голову. Его рука оказалась на груди Ын Су. Он даже не успел это осознать.

До Квон прикусил губу, а затем снова сжал его грудь. Грудь была хоть и не пухлой, но всё равно оставалась мягкой и упругой. Розовый сосок был восхитительным.

До Квон нежно погладил большим пальцем рёбра Ын Су.

-...Я просто прикоснусь к нему.

Ын Су хихикнул, глядя на то, как ситуация обостряется. Он обхватил щёки До Квона и заставил посмотреть на себя.

-Думаете, это сделает вас менее ворчливым?

-Это поможет.

Второй рукой До Квон погладил бёдра и колени Ын Су. Холодная кожа вдруг снова стала тёплой. Теперь, когда причина для недовольства исчезла, было вполне естественно, всё это закончить.

Ын Су снова рассмеялся над серьёзностью слов До Квона. Его язык высунулся, чтобы облизать ладонь Ын Су, прижавшуюся к щеке. Ему хотелось поскорее впиться в губы Ын Су, но он лишь улыбался.

Едва сдерживая смех, Ын Су обхватил его за за шею, и чудесным образом их губы встретились.

До Квон напрягся от головокружительного возбуждения. Но лишь на мгновение. Его сердце разрывалось от любви к Ын Су. Если бы он хоть на мгновение ослабил бдительность, его тело взорвалось бы от безудержной любви.

Это было по-детски, но лучше способа выразить свою любовь он не мог найти.

До Квон сжал руку Ын Су. Затем рука, намного меньше его собственной, переплела их пальцы.

До Квон тихо рассмеялся.

Кажется, в тот момент внутри него что-то лопнуло.

Веки Ын Су заметно тяжелели, будто он был пьян. Зрачки закатывались под веки, придавая ему вялый, поникший вид. В это время его нужно было уложить спать.

Обычно он спал крепко всю ночь, и ни разу не просыпался.

До Квон привёл себя в порядок и отвёл Ын Су в ванную, где выдавил зубную пасту на щётку и передал Ын Су, чтобы он почистил зубы. Он наблюдал за ним в зеркало и вместе с ним чистил зубы.

Быстро прополоскав рот, они направились в спальню. Ын Су хотел уже упасть в постель, но До Квон остановил его. Обхватив за талию, он откинул покрывало и уложил его на кровать. Ын Су заёрзал, пытаясь найти удобное положение.

До Квон укрыл его одеяло и сполз с кровати. Он приглушил свет, отрегулировал кондиционер и приготовил воду на случай, если Ын Су проснётся рано утром и захочет пить.

Как вдруг Ын Су схватил за подол рубашки До Квона.

-...Куда вы?

-Я никуда не ухожу.

-...

-Я просто отрегулирую кондиционер, - тихо прошептал До Квон.

Пульт от кондиционера лежал на дальнем столике, поэтому он не мог до него дотянуться. Ын Су поджал губы и с тоской посмотрел на До Квона.

-Разве вы не можете просто уснуть?

-Могу...

Не раздумывая, До Квона повернулся и забрался на кровать, чтобы сесть рядом с Ын Су, который тут же соскользнул в его объятия, как будто ждал его. До Квон подложил одну руку ему под голову, а другой ласково гладил по спине.

Ночь- самое болезненное время. В это время открываются скрытые раны и забытое горе даёт о себе знать.

Иногда Ын Су открыто показывал, что чувствует одиночество, и До Квон старался сделать всё возможное, чтобы заполнить это одиночество искренностью и состраданием.

Он выделял феромонов больше, чем обычно, и не переставал прикасаться к нему и разговаривать с ним, пока Ын Су не заснёт, напоминая, что он рядом.

Ын Су мог некоторое время ворочаться, но вскоре успокаивался, и с каждым днём, необходимое время для его успокоения, становится всё короче и короче.

Это был хороший знак.

До Квон похлопал Ын Су по плечу, и тот поднял глаза. До Квон опустил голову, чтобы установить зрительный контакт. После нескольких секунд колебаний Ын Су заговорил:

-Завтра утром тоже...

-Да.

-Вы ведь останетесь со мной?

-Конечно. Я как обычно буду держать лицо совсем близко, чтобы посмотреть, как ты просыпаешься.

До Квон слабо улыбнулся и потёр уголок глаза Ын Су. Ын Су улыбнулся ему в ответ.

-Вы...должны...

-Да, должен.

До Квон притянул Ын Су к себе и обнял. Ын Су потёрся щекой о его твёрдую грудь. Он глубоко вдохнул. Должно быть, феромоны До Квона были хорошими. Потому что ощутив тепло и запах его тела, Ын Су пробормотал:

-...Скоро мне уже нельзя будет так ныть.

-Что ты имеешь в виду?

-Я не могу так вести себя, когда будет ребёнок. Я буду отцом, поэтому не могу продолжать вести себя как ребёнок, нельзя на это тратить время...

Вероятно, он будет постоянно измотан воспитанием, а глаза будут наливаться кровью от недосыпания. Лицо Ын Су стало серьёзным, а До Квон в ответ смущённо улыбнулся.

Точно. Раньше, когда он не мог водить машину из-за травмы, полученной в автокатастрофе, он жаловался, что ему придётся ехать на метро на свадьбу Бом-и и что будет, если он опоздает.

До Квон нежно поцеловал лоб Ын Су.

-Будет время. Когда есть деньги, растить детей становится легче.

-Вы так говорите, как будто...уже растили детей.

-Я их не растил. Их растили мои мама и папа, бабушка и дедушка. И все говорили, что когда деньги есть, то растить не так уж и сложно. Просто нужно ему давать много любви и внимания.

-Много любви?

-Да.

-Это так просто, что ли? - угрюмо пробормотал Ын Су.

До Квон убрал волосы Ын Су с его лица.

-Это легко. Ты и я. То, что мы делаем сейчас, должны делать и в будущем.

-Ах...

До Квон легонько чмокнул Ын Су в губы и, не отрывая губы от лица, прошептал очень низким голосом, чтобы эти слова мог услышать только Ын Су. Чтобы любовь, которая так долго копилась, не испарилась за одно мгновение.

-Я люблю тебя, Ын Су.

-...

-Я люблю тебя.

-...

-Я люблю тебя безумно.

Ын Су медленно моргнул, чувствуя любовь До Квона, которая была такой же объёмной, как проливной ливень, но такой же тихой, как морось. Затем уголки его губ приподнялись, и он улыбнулся. Он обхватил его за талию и прижался к нему всем телом. До Квон развернул его лицом к себе. Затем, прижавшись губами к его уху, тихо сказал:

-Можешь плакать сколько угодно, потому что я буду очень рад, если ты будешь плакаться мне. Даже когда у нас будут дети, даже когда тебе будет пятьдесят, даже когда тебе будет восемьдесят, даже когда твои волосы поседеют.

-...

Ын Су кивнул. Он не мог понять будет ли он вообще плакать в восемьдесят лет, но уголки его губ вытянулись дугой. Тем не менее этого достаточно.

Широко улыбаясь, До Квон легонько погладил Ын Су по затылку.

-Спокойной ночи.

-...И вам спокойной ночи.

-Да.

Несколько минут Ын Су ворочался, а потом уснул. До Квон прислушивался к его ровному дыханию, а затем выскользнул из постели, отрегулировал температуру кондиционера, принёс воды и снова лёг рядом с ним.

Он некоторое время наблюдал, как он спит. Когда он проснётся завтра утром, то сможет вновь его увидеть. От этой мысли уголки губ приподнялись. До Квон был благодарен настолько, что даже не мог подобрать слов. За то, что присутствовал при начале его дня и конце.

Размышляя об этой благодарности, он медленно закрыл глаза.

Ещё один день закончился именно так.

Ещё один день из жизни До Квона

После обеда До Квона вошёл в кабинет. Сняв пиджак и бросив его на на диван, он сразу же потянулся за мобильным телефоном. И, как обычно, отправил сообщение Ын Су.

[Ын Су-я, ты уже пообедал?]

Когда он нажал кнопку "отправить", уставился на экран, ожидая ответа. Когда До Квон переписывался с Ын Су, время на мгновение останавливалось.

И было не важно, чем он занимался. Если стоял, то продолжал стоять. Если сидел, то продолжал сидел. Это могло продолжаться до тех пор, пока Ын Су не ответит.

Зная об этом, Ын Су быстро присылал ответ.

[Да. Сегодня я ел куриный суп с лапшой и рёбрышки].

[А господин До Квон ел?]

До Квон слабо улыбнулся. Как всегда любимые блюда Ын Су, как это было и вчера. До Квон специально нанял шеф-повара, поэтому было неудивительно, что меню такое разнообразное.

"Может, завтра будет пибимпаб или юкхе*? Это тоже любимое блюдо Ын Су.

*Юкхе - блюдо из сырого мяса.

[Да, я поел].

[Тебе понравились рёбрышки?], - снова спросил До Квона и стал ждать ответа. На этот раз сообщение пришло быстрее, чем раньше.

[Я даже риса попросил!].

[Эмодзи: медведь с надутыми щёчками].

До Квон не смог удержаться от смеха. Одного восклицательного знака от Ын Су было достаточно, чтобы примерно представить о том, как замечательно он отобедал.

До Квон положил телефон на место, отправив ему ряд сообщений: "Скоро буду", "Я уже почти закончил с работой", "Не перетруждайся", "Я люблю тебя" и так далее.

В этот момент секретарь Чон, ожидавший за его спиной, передал ему папку с платёжными документами. Бегло просмотрев бумаги, До Квон поставил подпись перьевой ручкой. Острый кончик авторучки двигалось чётко, режуще и холодно.

Затем До Квон направился в гардеробную, где надел новый галстук и пиджак. Это был самый изумительный костюм, который секретарь Чон видел впервые. Он был совершенно новым, потому что его вытащили из чехла люксового бренда.

- Куда вы собрались? - озадаченно спросил Чон.

- Хм... - которотко хмыкнул До Квон.

- Вы собираетесь встретиться с руководителем группы Ю? - секретарь Чон снова спросил его. В том, что До Квон и Ын Су собирались встретиться, нет ничего удивительно, ведь это происходит каждый день. Но в рабочие часы? Да ещё и переодевшись? Хотя До Квон всегда заботился о своём внешнем виде перед встречей с Ын Су, но сегодня надел что-то неестественно красивое.

- Нет, в Будан.

- ... в Будан?

Секретарь Чон сузил брови, услышав ответ До Квона. Это было странное название. Он покачал головой и коротко вздохнул.

- Вы идёте в мемориальный парк?

- Да. Я собираюсь встретиться с родителями Ын Су и сказать им, что у нас скоро свадьба.

До Квон привычным движением поправил галстук. Когда он надевал пиджак, секретарь Чон подошёл к нему сзади и помог поправить воротник.

Одевшись, До Квон ещё раз уложил волосы, прежде чем покинуть кабинет. Секретарь Чон, взяв свой портфель, вышел вслед за ним.

- Хотите я поведу?

- Нет, я доеду сам.

- Хорошо, тогда... до свидания.

Секретарь Чон нажал на кнопку, и двери лифта распахнулись. Когда До Квон вошёл внутрь, вскоре двери закрылись.

Сложив руки, До Квон предстал перед родителями Ын Су в мемориальном парке и коротко поприветствовал их. "Как вы тут?", "у Ын Су всё хорошо", "Ын Су редко плачет и хорошо спит". "А ещё он по-прежнему любит поесть, поэтому я стараюсь его хорошо кормить".

Он облизнул пересохшие губы, продолжая говорить. Затем он сглотнул слюну и пожевал мякоть внутренней стороне щеки. После долгой паузы он осторожно заговорил о цели своего приезда сюда.

- Я... у нас с Ын Су скоро свадьба.

-...

- Было бы неприлично не спросить вашего разрешения, но... Я думаю, вы не дали бы его мне. Поэтому я пришёл, чтобы сообщить вам об этом таким трусливым способом.

-...

До Квон горько улыбнулся. А затем на мгновение замолчал. Он больше не мог игнорировать фотографию, которая попалась ему на глаза раннее.

Рядом с фотографией родителей Ын Су стоял очень знакомый снимок. Это было УЗИ Бом-и. Тот снимок, которого у До Квона не было. Он знал, что у Ын Су их несколько, но не стал просить, потому что считал, что не заслуживает такого.

До Квон сделал полшага вперёд и уставился на снимок, который представлял собой лишь размытое пятно. Не моргая, он продолжен смотреть на него.

По мере того как долго он это делал, его глазные яблоки защипало. Прошло совсем немного времени, и вскоре они уже стали гореть. До Квон плотно закрыл глаза. По его щеке скатилась одна слеза.

Он быстро смахнул её. И, прочистив горло, сделал полшага назад. А затем низко поклонился.

- Я знаю, что это ужасная просьбу, но я хотел бы попросить Вас позаботиться о нашей дочери Бом-и, если встретитесь с ней там.

-...

- А я позабочусь о Ын Су здесь. Не позволю ему плакать. Сделаю всё возможное, чтобы он был счастливым. Так что, пожалуйста, тёща и тесть, пожалуйста, позаботьтесь о нашей Бом-и.

Монолог, который никто не слышал, разнёсся эхом по мемориальному залу. До Квон слабо улыбнулся.

До Квон так простоял до конца дня. Фото с выпускного Ын Су. Фотография родителей с ним в центре. Узи Бом-и. Он долго стоял и смотрел на них.

На следующий день Ын Су подошёл к До Квону в его кабинет. Прежде чем До Квон успел что-либо спросить, пухлые губы Ын Су быстро зашевелились.

- Вчера вечером...

-Что?

- Мне приснились мама и папа.

-...

До Квон нахмурил брови. Обычно сны Ын Су о родителях сопровождались кошмарами. И когда ему снились кошмары, то он ворочался. Тогда почему До Квон не слышал этого?

Ын Су вдруг протянул руку, которую всё это время держал за спиной.

- Мне приснилось, как мы вместе жарили барбекю и отдыхали на море. А ещё мама сказала передать это вам.

- Ах...

Ын Су протянул ещё один снимок Бом-и. До Квон взял его и уставился на него. Затем Ын Су извинился и погладил его по руке.

- Простите, у меня было несколько таких снимков, но я даже не подумал дать их вам.

- Нет, тебе не нужно извиняться.

До Квон покачал головой. Пока он поглаживал фотографию, Ын Су протолкнулся между его бёдрами и сел к нему на ногу. До Квон обхватил его за талию.

Прислонившись к его груди, Ын Су вместе с ним смотрел на снимок УЗИ.

- Не странно ли? Интересно, почему моя мама вдруг так сказала?

- Да...Это странно.

До Квон нежно погладил уголок фотографии. Затем он аккуратно положил её на стол. В знак благодарности До Квон прикоснулся губами к загривку Ын Су.

-... Спасибо, Ын Су. Я буду её беречь.

- Не за что.

- Всё равно спасибо.

Пока Ын Су обнимал его, До Квон тайком улыбнулся. Родители Ын Су наверняка одобрили его, потому что иначе это было сложно объяснить.

Вдруг что-то защекотало его горло. И не в силах сдерживаться, До Квон засмеялся. Ын Су удивлённо посмотрел на До Квона, но тот ничего не ответил. Вместо этого он впился в губым Ын Су жарким поцелуем.

Действительно, свадьба была не за горами.

Великолепная свадьба

Машина До Квона остановилась на просторной парковке. Ын Су тяжело вздохнул, потянул за галстук, а затем снова поправил его. До Квон посмотрел на него с беспокойством.

-Если тебе неудобно, то можешь не надевать галстук. К тому же, на улице жарко.

-Ах... но в такой день, как сегодня, это необходимо.

Ын Су поджал губы и принял решительное выражение лица. Он крепко сжал кулаки и вышел из машины. До Квон вздохнул, но последовал за ним.

Сегодня был день, когда родители До Квона, а именно Мён Хи и Ки Хо, должны были одобрить их брак. По словам До Квона, их нужно было только уведомить об этом событии, но тем не менее.

Ын Су тяжело вдохнул и огляделся. Он впервые оказался в родительском доме До Квона. Несмотря на то, что они уже давно встречались, это был первый раз, когда он здесь находился.

Мён Хи и Ки Хо работали с Ын Су в одной компании, поэтому время от времени они могли видеться с Ын Су, не приглашая к себе в гости.

Поэтому сегодняшняя встреча показалась Ын Су особенно новой. В конце концов, это был всего лишь ужин. Они уже десятки раз ели вместе, и хотя это не было официальным мероприятием, и оно мало чем отличалось от него. Поэтому нервничать было бессмысленно.

Дом До Квона был большим. Точнее, сказать, что он был большим всё равно что приуменьшить. Он был огромным, как особняк. Он был похож на современный дворец.

Чтобы попасть в парадную дверь, нужно было проехать через ворота. Когда-то До Квон описывал, что это самый обычный дом с тремя спальнями. Поэтому и Ын Су тоже представлял увидеть нечто подобное.... однако, кто же знал, что в действительности всё будет иначе?

Когда он рассказал Ын Су, что ему на день рождения подарили динозавра с размером с дом, Ын Су подумал: "как можно уместить такое в саду?", "а вдруг соседи начнут жаловаться?". Однако сад был настолько огромным, что сюда можно было поставить даже Эйфелеву башню.

Парковка тоже была очень просторной, здесь стояла куча разных машин. Были как старые классические, так и спортивные иномарки. Все они практически блестели, как будто их протирали каждый день от слоя пыли.

Ын Су сухо сглотнул. До сих пор было странно ощущать, что До Квон не просто сын богачей, а чеболь.

Знал ли До Квон, о чём думает Ын Су? Несмотря на это, он взял его за руку. Их ладони плотно сомкнулись, а пальцы переплелись. Его большой палец нежно потёр тыльную сторону ладони Ын Су. Он как будто таким способом говорил ему не нервничать.

Ын Су улыбнулся и встал рядом с ним. В какой-то момент он даже пожал плечами. Ын Су не думал, что Мён Хи и Ки Хо отвергнут их брак, но даже если и произойдёт, то До Квон обо всём позаботится. Так чувствовал Ын Су.

"Ведь теперь он никогда не отпустит мою руку, что бы ни произошло".

Уголки его рта приподнялись, и они вместе зашагали.

Мён Хи и Ки Хо встретили Ын Су с распростёртыми объятиями. А также Ын Су протянул им вино, которое купил накануне. Мён Хи улыбнулась и приняла подарок. Ки Хо же сразу бросился на него с вопросами, о том, как он поживал всё это время. Ын Су сжал его руку и тихо отвечал.

Далее Мён Хи сообщила, что ужин уже готов, поэтому проводила их на улицу, где всё подготовили. Пока Ын Су ел вкусные блюда, к нему ни раз приходила мысль, будто он сейчас в дораме снимался. Где сцена из фильма была с ужином с семёй чеболей.

Когда они вышли в сад, то их уже ждали две машины. Это были не автомобили, а электрические машинки, которые обычно используют для перевоза пассажиров по полю для гольфа.

Мён Хи и Ки Хо, ожидаемо, сели в самую первую машину. Пока Ын Су смотрел в пустоту, До Квон взял его за руку и провёл на заднее сиденье. Вскоре машина отъехала, а прохладный освежающий ветерок взъерошил его волосы.

Ын Су с воодушевлённым выражением лица оглядывал сад. Аккуратно подстриженные деревья, ряды цветочных клумб, фонтан и статуи - всё было прекрасным.

Это было восхитительным и невероятным.

Ын Су, заикаясь, похлопал До Квона по руке.

-А я точно сейчас в Корее?

-Может, и нет, - рассмеялся До Квон, поддразнивая Ын Су. Тот не знал, как отреагировать на шутку, поэтому просто опустил глаза.

К счастью, поездка была недолгой. Примерно через 5 минут они прибыли к месту назначения. Однако эта остановка была необычной. У Ын Су раскрылся рот.

Раннее ему казалось, что здесь пахло сыростью, но он подумал, что из-за фонтана. Однако дело было в пруде. Даже не пруд, его можно было назвать озером. Неподалёку от него стояла беседка.

Это была красивая и просторная беседка, сочетающая в себе стиль ханок и современность. Роскошный и элегантный. Ын Су подумал: "неужели у правителей эпохи Чосона были такие же красивые дома?"

К дому вёл деревянный мост. Ын Су шагал по нему, с интересом оглядываясь по сторонам, словно был туристом в незнакомой стране.

Как вообще нечто подобное может называться частной собственностью? Это даже не парк в городе, а сад дома в столице? Нет, даже несмотря на то, что это место находилось в отдалённом районе от Сеула. Как частное лицо может владеть нечто подобным? И он приехал сюда, чтобы выйти замуж за....Нет, это чересчур фантастично, чтобы быть правдой. Ын Су в какой-то момент подумал, что Мён Хи и Ки Хо всё-таки будут против этого брака.

В беседке стоял большой, и тяжёлый на вид стол. К нему примыкало восемь стульев. Все четверо сели по обе стороны друг от друга. А после короткого обмена формальностями в виде приветствий люди в белых поварских костюмах стали выносить еду. Ын Су беспокоился, что это будут блюда, которые он никогда не видел. Но, к счастью, это была знакомая еда. И конечно же, аппетитно приготовленная.

Разнообразные блюда были расставлены в ряд: любимые рёбрышки Ын Су, крабовая паста с приправами, суп из морепродуктов с огромными осьминогами и омарами размером с его ладонь, юкхе. А также на тележке привезли приготовленный рис в глиняном горшке с большим количеством каштана.

Повар зачерпнул рис в красивую чашу. Первую миску с рисом поставили перед Мён Хи, но та взяла её и передала Ын Су.

-Сначала поешь. Наверное, ты голоден.

-Нет-нет. Председатель же...

-Ничего страшного. Ешь.

Ын Су смущённо улыбнулся и взял ложку. Он хотел подождать, пока Мён Хи и Ки Хо возьмут свои столовые приборы, но не смог. Они уставились на него с выражением лиц, словно говоря:" когда ты будешь есть? Почему всё ещё не ешь? Я хочу, чтобы ты уже начал есть".

Ын Су зачерпнул ложку риса и положил его в рот. Он жевал еду с плотно сомкнутыми губами. По какой-то причине он не мог поднять даже палочки, поэтому жевал до тех пор, пока До Квон не разрезал рёбрышки и положил их на ложку. Ын Су быстро отправил лакомство в рот.

Мён Хи и Ки Хо с восхищением смотрели на них двоих. И вот так, начался их ужин.

Ын Су, который до этого момента жевал только рис из-за неловкости от такого огромного сада и беседки, вскоре отвлёкся на еду и с нетерпением оборудовал приборами.

Здесь было всё очень вкусно. И в какой-то момент Ын Су даже понял, почему правителям в эпоху Чосона нравилось в таких условиях трапезничать. Местность была открытая, приятный и лёгкий ветерок, потрясающий вид и пение птиц - лучше и быть не может.

Когда Ын Су зачерпывал суп с осьминогом, который налил ему Ки Хо, Мён Хи вдруг заговорила:

-Тебе всё нравится?

-Да. Очень вкусно.

Ын Су довольно кивнул, проглотив еду. Он не был уверен, всегда ли они так ужинали или приготовили всё это специально к его прихожу, но решил остановиться на последнем предположении. Мясо и морепродукты были просто восхитительными.

-Эм...председатель...

-Что такое?

-Можно мне ещё одну порцию?

Вопрос Ын Су рассмешил Мён Хи и Ки Хо. Мён Хи кого-то позвала, поэтому вскоре принесут ещё одну миску риса. Ын Су слегка покраснел, но с блестящими глазами ждал рис.

До Квон положил перед ним нарезанные ломтики блинчики с морепродуктами. Они были обжаренными в масле и хрустящими снаружи.

-Съешь это, пока не принесли рис.

Ын Су кивнул, а затем обмакнул блинчик в соевый сок и отправил его в рот. Он чувствовал вкус ароматного масла и хрустящую панировку. А вскоре добрался до сочной начинки. Ноги Ын Су бесшумно постукивали под столом от предвкушения.

Несмотря на то, что трапеза длилась уже три-четыре минуты, Ын Су уже успел опустошить три миски риса. В какой-то момент он хотел остановиться столько есть. А то вдруг он один ел, а все только и делают, что ждут его. Однако все они смотрели на него глазами сытого щенка, поэтому Ын Су продолжил наслаждаться едой.

После основной части ужина подали десерт. Кофе со льдом, пирожные, печенье, сладости и многое другое заполнили стол. Ын Су казалось, что он умрёт от счастья.

Но перед этим нужно было оправдать цель прибытия сюда. Как только желудок наполнился, он прочистил горло. Затем сделал глоток кофе и торжественно позвал Мён Хи.

-Председатель.

-Да, дорогой?

-Что такое, Ын Су?

-Я... сегодня сюда пришёл по особенному поводу.

После этих слов Мён Хи и Ки Хо сосредоточились на нём. Ын Су глубоко вздохнул, выпрямил спину и сжал руку До Квона, произнеся с решимостью в голосе.

-Я...Я хочу выйти замуж за господина До Квона. Пожалуйста, дайте позволение.

Мён Хи вскинула подбородок и кивнула.

-Конечно.

-...

У Ын Су раскрылся рот. Ему так легко дали разрешение.

"Вот бы она хотя бы притворилась, что размышляет над этим".

Нервозность была почти неопределимой. Ын Су моргнул, соображая, что делать дальше. Как вдруг Мён Хи спросила:

-Когда ты хочешь провести свадьбу? Почему бы нам не организовать её пораньше, пока погода ещё хорошая?

-Ах...мы пока... ещё не думали... - заикался Ын Су.

Ки Хо кивнул и добавил.

-Да. Будет лучше, если вы проведёте её, когда вам будет удобно.

-А что насчёт отеля "Соджина", там же есть приличный свадебный зал, дорогой?

-Не нужен нам этот свадебный зал. Недавно открыли во дворце Чандоккуне сады. Они изумительные. Может, нам там арендовать всю территорию и провести свадьбу. Ох, или как насчёт моря?

-Море - это тоже хорошо. У нас есть отель на острове Чеджу, было бы неплохо устроить свадьбу в его саду. Как насчёт того, чтобы начать с заката и продолжить до ночи церемонию? Можно будет ещё повесить красивые фонари и растянуть баннеры. Что ты об этом думаешь?

-Где бы мы ни устраивали, надеюсь, будет не слишком жарко. Ын Су слишком чувствителен к жаркому климату, так что можем запланировать церемонию на осень.

-А что насчёт галереи? Ын Су, ты же очень её любишь. Как думаешь, мы сможем так разместиться?

-О, это хорошая идея. Галерея - классная и уникальная. А раз её оформлением займется Ын Су, то будет куда лучше.

Разговор продолжался даже без вмешательства Ын Су. Все трое продолжали обсуждение, где провести свадьбу, как лучше это сделать и какая дата будет подходящей. Решения принимались так быстро, что Ын Су едва успевал за их разговором. Через некоторое время тема перешла в осуждение дома молодожёнов.

-А ты, Ын Су?

-Ох... я просто хочу, чтобы.... на свадьбе была лучшая еда, так что....

Ын Су ответил на неожиданный вопрос тихо. Это было наполовину шуткой, а на половину искренне.

-...

-...

-...

Наступило молчание. Ын Су уже собирался что-то добавить, потому что посчитал свой ответ бестактным, как вдруг все трое одновременно разразились хохотом. До Квон нежно погладил щёку Ын Су, как будто умилялся им. Ки Хо смахнул слеза, а Мён Хи усмехнулась.

Ын Су несколько раз моргнул, а потом тихо засмеялся вслед за ними. Всё-таки он не допустил ошибку. Во время трапезы была весёлая атмосфера. Ын Су, жуя сладости, осторожно позвал Мён Хи

-Председатель...

-Что такое, дорогой?

-Могу я вас называть матушкой?

-....

За столом внезапно воцарилась тишина. Ын Су назвал Мён Хи матушкой с самого начала. И никто не знал, почему вдруг. Однако после ситуации с Сон Хоном, после выкидыша, автокатастрофы и после расставания с До Квоном, он стал называть её председателем. Между ними сложились отношения, в которых обращение "матушка" было бы неуместным.

Но теперь, когда Ын Су решил войти в их семью, то будет правильно, если он снова начнёт называть её матушкой.

После минутного молчания Мён Хи обхватила руку Ын Су и сжала её. Она ласково погладила его по тыльной стороне ладони.

-Конечно-конечно, Ын Су.

Ын Су улыбнулся.

Он обрёл новую семью.

Они вчетвером приступили к десерту и открыли вино, которое купил Ын Су. Яркое полуденное солнце заходило за горизонт, и наступали сумерки. Ын Су проверил свои наручные часы. Время близилось к пяти часам. Они провели почти четыре часа за едой и беседами в беседке. Разве будет ошибкой назвать этот момент раем?

Пока Ын Су наблюдал за прудом. Ки Хо негромко заговорил.

-Сейчас время ужина, дорогой. Почему бы не поужинать здесь, пока вы не уехали?

-Да. И давайте обсудим детали свадьбы и дома для молодожёнов, - добавила Мён Хи, сверкнув глазами. Очевидно, она не хотела отпускать Ын Су.

До Квон закатил глаза и уже собирался отказаться, но Ын Су лишь слегка кивнул.

-Хорошо, давайте.

У До Квона от этих слов перехватило дыхание. Напротив, губы Мён Хи и Ки хо разошлись в стороны.

Они вчетвером решили прогуляться, чтобы осмотреть дом и переварить еду. Сад был пышным и аккуратным, а дом-красивым. Здесь буквально стоял травяной аромат, чего не встретишь в городе.

Ын Су тяжело вдохнул и огляделся, а До Квон, который шёл рядом с ним, взял его за руку. Ын Су улыбнулся и посмотрел на До Квона. Тот посмотрел на него с любовью. А затем, не в силах сдержать переполнявшие его чувства, крепко прижался губами к щеке Ын Су и отстранился.

От неожиданности Ын Су оттолкнул его.

"Что он творит в присутствии родителей?"

Ын Су молча ругал его, глядя на него расширенными глазами. Но Ки Хо лишь хихикнул и махнул рукой, мол, всё в порядке. А потом, как ни в чём не бывало, он схватил руку Мён Хи. Она ласково погладила его по предплечью. Это было приятное зрелище.

Они шли уже минут пять, как вдруг Мён Хи, шедшая впереди, повернула голову вполоборота и заговорила.

-До Квон, со следующей неделе ты переезжаешь в другой офис.

-Что? - спросил удивлённо До Квон. Ын Су склонил голову, а Мён Хи и Ки Хо остановились на месте. До Квон и Ын Су также остановились на месте.

-Хватит с тебя быть директором. Я планирую повысить тебя до президента.

Услышав эти слова, глаза Ын Су расширились. До Квон, который обычно никогда не проявлял на своём лице признаки удивления, поднял брови. Он был скорее изумлён, чем обрадован внезапным повышением.

-А как же вице-президент и управляющий компании? Ты просто собираешься проигнорировать эти должности?

-Даже если так, то что мне за это будет?

-Но...

-Так ты не хочешь?

-...

-У тебя есть пара месяцев, не больше, чтобы убедить акционеров. Они будут против такого решения, но ты всё равно когда-нибудь станешь президентом после меня. Они должны знать это, так что это ничего не изменит. Но всё же постарайся.

До Квон молчал. Мён Хи была права, но всё равно он не был счастлив такому решению. Точнее сказать, повышение, которое ни с того ни с сего решила организовать Мён Хи, было не просто сменой должности, но и изменением объёма работы. Мён Хи ненавидела саму мысль, что она получала миллиардные зарплаты, но её сын всего лишь директор.

Однако раз работы станет больше, то будет меньше времени на то, чтобы провести его с Ын Су. Поэтому, конечно же, он был недоволен.

Пока До Квон продолжал размышлять, Мён Хи перевела взгляд на Ын Су.

-Ын Су, я хочу предложить тебе должность. Ты сможешь выбрать, где работать, будь твоя нынешняя компания или Сонджин. А если ты захочешь после замужества уйти из компании, то это решение я буду тоже уважать.

У Ын Су открылся рот. Мён Хи предлагала ему как минимум руководящую должность.

"Руководитель крупной компании".

О такой должности мечтают миллиарды людей. В одном только Соджине были сотни людей, готовых на всё, лишь бы им предоставили такую возможность.

Так что это было неплохое предложение. Может, это была удача одна на миллион. Но почему-то Ын Су не мог заставить себя согласиться.

-Ох...

Ын Су озадаченно потёр лоб, но Мён Хи снова его переспросила.

-Что такое? Ты не хочешь?

-Я знаю, что это щедрое предложение, но я не хочу брать на себя ещё больше ответственности. К тому же, когда у меня появится ребёнок, хочу всё своё внимание сосредоточить на нём. А если я буду занимать более высокую должность, то будет непросто...

Ын Су не закончил фразу и закрыл рот. Лица Мён Хи и Ки Хо мгновенно побледнели, словно они увидели призрака. Ын Су повторил сказанное и задумался над тем, что сказал не так. Ки Хо решительно подошёл к нему и переспросил.

-Ты...хочешь ребёнка? Ты правда хочешь его...?

Ын Су удивлённо ахнул. Он понял, что так изумило Мён Хи и Ки Хо. На мгновение Ын Су поднял глаза на До Квона, а затем перевёл взгляд на них и слабо улыбнулся.

-Да. Я собираюсь завести ребёнка, как можно быстрее. Пока я ещё молод и здоров.

-...

-...

Мён Хи и Ки Хо ничего не сказали. Однако уголки их губ подёргивались. В глазах мелькнула тревога и беспокойство.

Ын Су смог легко уловить их беспокойство. Он был болен, плохо себя чувствовал, да ещё и тот выкидыш. Мысль о том, что у него может быть ещё один ребёнок, одновременно радовало и тревожила.

-Не волнуйтесь слишком сильно. Я был у гинеколога, и он сказал, что всё в порядке, - сказал Ын Су, потирая низ живота. У До Квона расширились глаза. Он ничего не знал о том, что Ын Су был у врача.

-Когда?

-В обед. Я вам ничего не говорил.

Ын Су извиняюще улыбнулся и сжал руку До Квона. Прежде чем рассказать До Квону о своём желании завести ребёнка, Ын Су сходил к гинекологу. В ту самую больницу, куда он ходил, когда вынашивал Бом-и. Там был тот самый врач с толстой оправой очков.

Ын Су смог спросить её, будет ли у него всё хорошо, и нет ли проблем с рождением ребёнка. А также уточнил, стоит ли опасаться выкидышей. Врач, как обычно, объяснила ему, что нужно быть осторожны, но это не опасно. За что Ын Су был благодарен ей.

Ын Су чувствовал уверенность, что в этот раз всё пройдёт хорошо. К тому же, в этот раз с ним будет До Квон рядом, а Мён Хи и Ки Хо смогут присмотреть за ним. А главное, он теперь знал, как позаботиться о себе.

Ему больше никогда не придётся переживать горе из-за выкидыша.

До Квон смотрел на Ын Су, глаза которого были полны уверенности и предвкушения, а затем он издал короткий вздох, словно не мог сдержаться. Его губы изогнулись в улыбке.

-Тогда мне лучше отказаться от предложения. Мне нужно переехать и сосредоточиться на воспитании ребёнка...

В этот момент Ын Су потянул До Квона за рукав, а его глаза были расширены.

-О чём вы говорите? Вы должны принять это повышение.

-Ох...

-Примите его. К тому же, мы должны дать ему всё, что можно. Вы же не знаете, чем он захочет заниматься в будущем? Если учёбой или искусством, то ладно. Но что, если он захочет заняться бизнесом или стать политиком?

-Ах...

-Если он захочет этим заниматься, пусть занимается, но для этого господину До Квону нужно получить повышение. Не уходите из компании, пока он не определится, чем захочет заниматься, и не грубите своей матери.

Ын Су отругал его, сузив глаза. Мён Хи хлопнула в ладоши и так рассмеялась, что До Квон просто уставился на неё как на незнакомого человека.

-И правда. Делайте всё, что возможно, кто знает, чем захочет заниматься мой внук.

Она показала Ын Су большим пальцем вверх. Если он хочет стать родителем, то нужно сделать для этого всё возможное. Ын Су с гордостью улыбнулся.

И вот так До Квон стал президентов. У него не было никаких претензий. Как и сказал Ын Су, если его ребёнок захочет стать кем-то выдающимся или политиком, то он должен был готов обеспечить его деньгами и властью.

Ын Су был не просто красив, он был ещё мудрым и умным. До Квон сжал руку Ын Су и улыбнулся.

Прогулка продолжилась. Через полчаса прогулку они смогли преодолеть половину сада. Они как раз остановились на скамейке перед фонтаном.

Ки Хо попросил у тех, кто шли за ними далеко позади что-нибудь выпить, а когда ему подали напиток, он повернулся к До Квону.

-Послушай, До Квон, ты также должен познакомиться с родителями Ын Су.

-...

Ты должен выпросить у них позволения взять его в мужья.

Ын Су ахнул. Он совсем не подумал об этом. А затем восхищённо кивнул головой, подумав, что взрослые немного иначе смотрят на эту ситуацию. До Квон всунул в руки Ын Су стакан с апельсином и грейпфрутовым соколом и сказал.

-Я уже был там.

Услышав эти слова, Ын Су отдёрнул стакан от рта. Его глаза расширились, словно он не поверил в сказанное.

-Вы...ходили? Господин До Квон, но когда?

-В обед. Без твоего ведома.

До Квон улыбнулся. Мён Хи, которая всё это время их слушала и потягивала сок, издала небольшой смешок.

-Вот видишь, Ын Су. Я же говорила, что вы похожи.

-Как они могут быть такими разными, но такими похожими?

Ки хо кивнул в знак согласия. До Квон и Ын Су были совершенно разными по внешности, характеру и росту. Единственное, что их объединяло - их любовь.

"Думаю, это самая главная схожесть".

-Вот что делает брак хорошим, не так ли, дорогая? Весело жить вместе, когда вы в меру похожие, но абсолютно разные.

-Неважно, главное, чтобы им было хорошо. У До Квона и Ын Су всё будет хорошо.

Мён Хи и Ки Хо посмотрели друг на друга и рассмеялись. До Квон и Ын Су заулыбались вместе с ними.

Ужин проходил в украшенной люстрами столовой. Еда в западном стиле, была, конечно, восхитительной, а вино - прекрасным. Пока Ын Су с удовольствием ел десертный сорбет, Ки Хо незаметно подложил ему ещё один кусочек и предложил.

-Дорогой, раз уж ты проделал такой путь, почему бы тебе не пойти спать, уже так поздно.

-Ох...

Ын Су заколебался. Он не собирался здесь оставаться, поэтому не взял с собой никакой одежды, включая нижнее бельё. Завтра выходные, но всё же...

Ын Су опустил глаза, и Мён Хи заговорила.

-Комната До Квона в том же виде, что раньше. Он жил в ней ещё маленьким, так что там будет на что посмотреть.

-Комната господина До Квона?

-Да. Она находится в другом доме, за садом. Если даже вы там запустите петарды, то мы ничего не услышим здесь. Так что можешь пойти спать. Проснётесь и позавтракаете с нами. Утром придёт ещё один повар, и он тоже вкусно готовит.

Эти слова звучали привлекательно для Ын Су. Завтрак будет вкусным, но больше всего его интересовала комната До Квона. Формально он был в его доме, но там не было ничего настолько интимного. К тому же, дом был настолько аккуратным, что внешне мало чем от обычных частных домов.

Однако всё пространство здесь выглядело иначе. Например, здесь были его детские фотографии, школьная форма и старые игрушки.

Ын Су тяжело сглотнул. А затем он взглянул на До Квона, который сидел неподвижно, ожидая его решения. Ын Су прикусил внутреннюю сторону щеки и опустил ей, а затем забавно сморщил нос.

-Может, тогда пойдём в спальню?

Комната До Квона находилась через сад. К счастью, это был не тот большой сад, по которому они гуляли ещё днём. Он был достаточно маленьким, чтобы не приходилось брать с собой тот электрический автомобиль.

Скудно освещённый сад отличался от того, что Ын Су привык видеть днём. Ночной воздух, просачивающийся сквозь деревья, был довольно прохладным, а запах травы усилился.

До Квон и Ын Су шли, держась за руки, по саду, вымощенному гравированной дорожкой.

-Если тебе неудобно, то мы можем вернуться домой, - сказал До Квон, сжав руку Ын Су.

Однако Ын Су покачал головой.

-Мне интересно посмотреть на вашу комнату. Вы говорили, что начали жить самостоятельно после отъезда за границу и жили здесь до старшей школы. Должно быть, здесь есть на что посмотреть.

-Не особо.

-А как насчёт школьной формы? У вас она есть?

-Ох... не знаю. Мне нужно посмотреть в гардеробной.

-Надеюсь, что есть.

Ын Су сжал кулаки и пожал плечами.

"Надо будет её примерить. А ещё дать её надеть До Квону, чтобы сфотографировать."

Увидев, как глаза Ын Су заблестели от предвкушения, До Квон ухмыльнулся. Когда он давным-давно наводил справки о Ын Су, то понял, что ему было интересно увидеть его в школьной форме. Он понял его интерес, потому что сам неоднократно испытывал его.

Мы болтали на разные темы, и вскоре пришли в комнату До Квона. Она оказалась... как и говорила Мён Хи в другом доме.

Чтобы попасть внутрь нужно было ввести опечаток пальца на биометрии двери. Гостиная была размером со спортивную площадку, а также здесь была отдельная кухня. Это выглядело как дорогой пансион. Интерьер был в спокойных оттенках, и даже создавалось впечатление молодёжности. Я определённо чувствовал себя молодым в этом доме. Комната хозяина выглядела как в дорамах, с правильным сочетанием цветов и дерева. Это очень сильно отличалось от привычного интерьера в доме, в котором мы жили сейчас.

Ын Су взволнованно оглядывался по сторонам. Он заглянул в гостиную, где не было ничего особенного, и в спальню с большой кроватью. Затем он вошёл в кабинет. Комната с большим письменным столом напоминала скорее кабинет, чем библиотеку.

-Сколько лет Вы здесь жили? Не может быть, чтобы с самого детства, - переспросил с недоверием Ын Су, похлопав по столу, за которым когда-то занимался До Квон.

-Со средней школы. До этого я жил с родителям в здании, где мы ужинали, - шагая за Ын Су, ответил До Квон.

Ын Су кивнул и взял в руки подставку для карандашей. В кабинете нынешнего дома не было такой вещи, но здесь была.

Ын Су потряс подставку. Шариковые ручки, точилки и маркеры зазвенели и ударились друг о друга. На кончике языка странным образом защекотало, когда он представил ситуацию, когда рука школьника двигается, точа карандаш о точилку. И как он открывает справочник.

-Значит, Вы спали здесь один всю среднюю школу?

-Да.

-И вам не было страшно спать одному в таком большом месте?

-Не очень.

Ын Су почувствовал лёгкую обиду на такой простой ответ. Было бы странно представить, как До Квон обнимал Мён Хи, боясь темноты.

Отложив подставку для карандашей, Ын Су подошёл к книжной полке, заставленной книгами. Она была заполнена справочниками и задачниками, которые До Квон уже решал. Время от времени Ын Су замечал знакомые книги, к которым хотя бы раз прикасался каждый корейский студент.

Было удивительно видеть такие вещи, которым уже более десяти лет и которые уже были не нужны.

-Настоящий музей вашего почерка.

Ын Су взял в руки книгу на английском языке и пролистал страницы. Он проводил пальцами по бумаге, чувствуя покалывание в животе от оставленных пометок тонкой ручкой.

Просмотрев несколько книг, Ын Су поднял голову и с блеском в глазах спросил:

-А что насчёт выпускного альбома? Где он?

-Ох... подожди.

Нахмурившись, До Квон осмотрел книжные полки. В углу он заметил стопку толстых выпускных альбомов в обложках. До Квон вытащил четыре книги своей большой рукой.

-Какой именно хочешь? У меня есть все. Начиная с детского сада и заканчивая начальной, средней и старшей школой.

-Все! Абсолютно все!

Ын Су подпрыгнул. До Квон первым протянул альбом из детского сада. Взяв его, Ын Су разместился на полу и сел. До Квон последовал за ним и тоже сел на пол. Твёрдый и прохладный пол был слишком непривычным. Внезапно До Квон осознал, что впервые за десять лет жизни в этом доме он сел на полу.

С Ын Су он получал всегда новые впечатления. Из таких мелочей, как эта, складывалась вся любовь к нему. До Квон улыбнулся и прижался губами к щеке Ын Су, а затем отстранился. Ын Су был настолько увлечён, что даже ничего не почувствовал.

Найти До Квона на фотографиях было несложно. К тому же, это был элитный частный детский сад, поэтому детей было не так много. Фотографии были крупными, как в фотоальбоме. И на каждой странице был изображён один ребёнок.

-Какая милая фотография...

Выпалил нахально Ын Су. [Группа "Звёздочки" - Со До Квон]. До Квон был одет в костюм, галстук-бабочке и с шапочкой с именем. Он мало чем отличался от нынешнего До Квона, но его глаза были чуть больше, выражение лица мягче, а щёчки были пухлыми. Пухленький ребёнок всегда был милым.

Ын Су, сжимая руки в кулаки, снова и снова смотрел на фотографию. До Квон, наблюдая за его реакцией, полез в карман и достал телефон, чтобы сделать снимок. Ын Су потёр на фотографии пухлую щёчку. Казалось, что он кончиками пальцев ощущал мягкость кожи.

Он некоторое время любовался детской фотографией, а потом поднял глаза.

-У Вас есть детские фотографии?

-Они находятся в спальне моих родителей.

-Ох... обязательно покажите мне их завтра.

Ын Су захихикал и снова потрогал маленького До Квона по щеке на фотографиию До Квон улыбнулся. Но незаметно для всех уголки его рта мрачно прищурились.

Если честно, он бы тоже хотел посмотреть на маленького Ын Су. Но этому не бывать. Когда дом сгорел, то вместе с ним сгорели и все фотоальбомы. Это угнетало.

Наверняка, он был очень красивым и милым. А смех более звонким и живым, чем сейчас. Наверное, в детстве он тоже любил поесть, и было много фотографий.

До Квон никогда этого не увидит. Не сможет увидеть, не говоря уже о том, чтобы услышать, пока не умрёт. Ему хотелось упасть на пол и зарыдать.

Пока До Квон вздыхал через нос, Ын Су просмотрел фотографии начальной школы, средней и, наконец, старшей. На фото До Квон был уже с суровым выражением лица и одетым в костюм. Это мало чем отличалось от нынешнего До Квона.

-Что за чёрт, это же обычный Со До Квон.

-Конечно, это я.

-Я ожидал увидеть другое. Например, у Вас могла быть стрижка, которая была в моде в то время. Или Вы носили очки. Или Вы были маленького роста, худым или толстым.

-Пф... За мной следили репортёры ещё в начальной школе из-за влияния семьи, поэтому у меня был специальный человек, который заботился о моей одежде и причёске.

-Вот как...

-Когда я пошёл в среднюю школу, мой рост был выше 170 см. А к моменту окончания я стал ещё выше.

-Плохо...очень плохо...

Ын Су поджал губы. Он рассеянно отщипнул уголок фотоальбома и поднял глаза.

-Так у Вас есть форма?

До Квон стал искать в гардеробной. Там было больше одного комплекта формы. Были формы всех размеров, с одинаковым дизайном.

До Квон вышел с двумя комплектами: тот, что носил, когда поступил в среднюю школу, и тот, что носил до окончания школы. Ын Су нетерпеливо подошёл к нему, как будто ждал этого момента всю жизнь. Он внимательно осмотрел свитера, которые До Квон когда-то носил и улыбнулся.

Он возился с одеждой и поглядывал на До Квона, а затем покрутил пальцами школьный галстук и снял его.

-Наденьте...

-Надену, - ответил До Квон, прежде чем Ын Су успел закончить предложение.

Ын Су приподнял одну бровь.

-Правда?

-Да. Но ты можешь надеть это.

До Квон протянул форму на пару размеров меньше. Ын Су склонил голову вбок.

-Что это?

-Моя школьная форма для младших классов. Тогда я был примерно одного роста с тобой, так что она должна подойти.

-...

-Я тоже хочу увидеть тебя в школьной форме. Так что надевай.

У Ын Су поджалась челюсть. Он не мог отказаться от такой просьбы. Если он хотел увидеть До Квона в школьной форме, то должен был выполнить и его просьбу. Ын Су глубоко вздохнул и взял форму.

Они вдвоём переоделись в дальнем углу гардеробной. Ын Су выглянул из-за шкафа.

-Вы уже переоделись?

-Да. А ты?

-Я тоже! Теперь давайте покажемся?

-Да, выходим.

До Квон и Ын Су появились одновременно и медленными шагами направились друг к другу.

-Ах..., - тихо ахнул Ын Су.

Тёмно-серая школьная форма и чёрный галстук были непривычными для глаз. Он почувствовал прилив эмоций, которых не испытывал, глядя на выпускные фотографии До Квона.

Он знал, что форма и костюм отличаются, но здесь эта разница лишь сильнее ощущалась. Может быть, костюмы, которые носит До Квон были тёмных оттенков. А может, дело было в деталях, таких как распашных рукавах, дизайна карманов и воротника.

В любом случае, сейчас у него была совершенно другая аура. Ын Су казалось, что он смотрел на школьника во время перерыва. Его одежда сидела хорошо, рост, широкие плечи и прямая спина были такими же.

Благодаря своей превосходной внешности, хорошо сложенному телу и влиянию семьи он был....

-Популярным, не так ли?

Должно быть, он был невероятно популярен. Наверняка все омеги и беты в школе крутились вокруг него, надеясь получить шанс заговорить с ним.

-А?

-Вы были популярны в школе, не так ли?

-Был.

-Как же это раздражает.

Ын Су стукнул каблуком по полу. В то время у них с До Квоном не было отношений. Более того, Ын Су даже понятия не имел о его существовании. Он не знал причину своей ревности.

"Может, потому, что они знали молодого и замечательного девятнадцатилетнего До Квона, а я - нет?"

Ын Су с недовольным выражением лица ткнул До Квона в талию, на что тот громко рассмеялся и обнял его.

-Ты, наверное, тоже был популярен. Только вот я злюсь, а не чувствую себя раздражённым.

Ын Су очень молод для своего возраста. В нём есть элементы, которые обычно вспоминаются, когда разговор идёт об идеальном партнёре. У него большие глаза, упругая и белая кожа. Он всегда выглядит красивым. Поэтому, когда он появился в школьной форме, До Квону показалось, что он на мгновение перенёсся в прошлое.

Форма была слегка большевата для Ын Су. Рукава висели на запястьях, а брюки прикрывали лодыжки, отчего он выглядел ещё моложе. Он был похож на ученика младших классов, который постоянно любопытничает и пытается приспособиться к новой обстановке и людям.

Из-под зачёсанных волос выглядывал белый затылок. Его рубашка с высоким воротником не слишком бросалась в глаза, но До Квон не мог оторвать взгляд. При каждом движении рук свитер и рубашка приподнимались, обнажая тонкие косточки запястий. А кончики пальцев и мочки ушей персикового цвета были слишком соблазнительными, чтобы перед ними устоять.

Боже, неужели есть хоть какой-то синоним слова "прекрасный"?

Подлое желание прикоснуться к нему, обладать им, видеть его, разорвать в клочья эту безупречную школьную форму так и поднималось.

Подобное, наверное, испытывали к нему люди, которые ходили в одну в школу с ним. Тогдашний Ын Су, более молодой, привлекательный и солнечный привлекал внимание альф.

От мысли о том, что все эти альфы подходили к нему, разговаривали с ним, сидели рядом за обедом, наблюдал, как он бегает по игровой площадке и сглатывали сухую слюну при виде его пота, у него холодели поджилки.

Глаза До Квона резко вспыхнули, и Ын Су улыбнулся.

-Я был популярен. Но меня скорее воспринимали как друга, а не омегу. Тогда мои родители были живы, а мой характер был гораздо более энергичным, игривым и неугомонным, чем сейчас.

-...

-А ещё мне нравился футбол. Я был капитаном своего класса...

-Ах... Кажется, я начинаю злиться ещё больше от того, что я не знал этого.

До Квон издал сдавленный стон и крепче обнял Ын Су, на что тот в ответ провёл рукой по его широкой спине.

-Вы знаете то, чего не знают они. А ещё Вы знаете, что у меня нет ни одного друга, который бы мне позвонил. Вы - единственный, кто у меня есть сейчас.

Слова Ын Су заставили плечи До Квона, напрягшиеся от раздражения, расслабиться.

После того как Ын Су утешил его, он посмотрелся в зеркало в полный рост, стоявшее неподалёку. До Квон последовал его примеру и тоже посмотрелся в зеркало.

Они оба стояли рядом. С одинаковой причёской и школьной формой одного дизайна, они выглядели как одно целое. Прислонившись головой к предплечью До Квона, Ын Су задал вопрос:

-Как думаете, мы бы полюбили друга друга, если бы встретились, когда были школьниками?

-Конечно, да. Я влюбился в тебя с первого взгляда. Тогда было бы всё иначе?

До Квон потёрся щекой о волосы Ын Су. В те времена у него не было предрассудков в отношении омег, поэтому невозможно было не влюбиться в Ын Су.

"Я бы влюбился в него, как только увидел. Настоял бы на переводе в школу Ын Су. Обманом попал бы в его класс, сел рядом с ним и весь урок смотрел бы на его лицо, а не на доску".

Более того, он бы отваживал всех альф, которые пялились на них, как он. А ещё притворялся милым и крутым перед ним. Заставил бы себя поступить с ним в один институт. А затем взял бы в мужья после окончания учёбы.

Эти мысли заставили ощутить сожаление.

"Если бы мы встретились раньше, мы бы уже давно стали семьёй и без всяких проблем любили друг друга".

До Квон снова вздохнул, и Ын Су погладил его по мочке уха.

-Хотите, чтобы я Вас поцеловал?

-Да.

Ын Су улыбнулся от такого прямого ответа. В конце концов, ничего так не успокаивает, как поцелуй любимого. Ын Су просунул руку под свитер До Квона и погладил его талию поверх рубашки. Встав вплотную, До Квон обхватил одной рукой подбородок и щёку Ын Су и сжал. Он опустил голову, а Ын Су закрыл глаза и прошептал:

-Всего лишь поцелуй.

-...

До Квон замер на месте. Кончики его пальцев, готовящихся расстегнуть пуговицы на рубашке Ын Су, подёргивались. Ын Су похлопал До Квона по бедру, как бы утешая. Намерения До Квона быстро раскрыли.

-Я знаю, что Ваши родители далеко отсюда. Но всё же... это немного неловко?

-Всё в порядке...

-Что нормального в том, что Вы сейчас хотите раздеть ученика младшей школы? Это же преступление.

-Ха... ну правда...

До Квон нахмурился, словно у него разболелась голова. Это было несправедливо. Конечно, он хотел его раздеть, но... но это всё равно было несправедливо. Когда До Квон издал стон отчаяния, Ын Су приподнялся на цыпочки и прижался губами к его подбородку, а затем отстранился.

-Насладитесь пока поцелуем. Давайте продолжим завтра, когда вернёмся домой.

Уголок рта До Квона дёрнулся на этих словах.

-Мы поедем сразу после завтрака.

-Да-а... поедем сразу-у, - дразнил его Ын Су, растягивая окончания слов.

До Квон, издав глухой смешок, подхватил его на руки. От неожиданности тот обнял его за шею. До Квон усадил Ын Су на комод, где обычно хранились солнечные очки и часу, и они тут же встретились губами.

Поцелуй был манящим и щекочущим, чем обычно, ведь на них была школьная форма. Ын Су, вытянув шею, отстранился и обнял До Квона. Он обхватил его ногами за талию и притянул к себе. Это был слишком подлый поступок. Ведь это ставило в неловкое положение До Квона, которому было было запрещено делать что-то ещё, помимо поцелуев.

Поэтому он отчаянно посасывал язык Ын Су, словно умоляя.

-Мхм...

Ын Су приглушённо застонал. Язык щекотало, когда он проникал в его рот. Время от времени его толстый язык проскальзывал по острым верхним зубам, пробуждая мурашки по спине.

Губы раздвигались и шевелились. Липкие струйки слюны стекали по подбородку, а языки смешивались в блестящей слюне. Разноцветные феромоны наполнили гаредоробную.

Рука До Квона скользнула под рубашку и погладила выгнутую спину. Его рука медленно продвигалась, нежно касаясь его ребер. Ещё немного, и она достигла соска.

Ын Су оттолкнул До Квона за плечо. Затем тот остановился и прикоснулся губами к щеке Ын Су.

-Будь готов к завтрашнему дню.

-С чего вдруг такая решимость?

Ын Су ударил легонько До Квона по предплечью. До Квон был слегка ошеломлён. Он успокаивающе погладил затылок Ын Су.

-Ты ещё пожалеешь.

-Правда? Всё же зависит от него...

Ын Су слегка нажал коленом на нижнюю часть тела До Квона. Тот отреагировал мгновенно и уткнулся носом в ключицу Ын Су.

-Ха... Ын Су...

До Квон крепче вдохнул феромоны Ын Су. Его мысли хаотично метались. Разум уступил место похоти, поэтому До Квон схватил Ын Су за бёдра.

-Я сказал "нет".

Ын Су оттолкнул его. Руки До Квона сжались в кулаки, а виски вздулись от сильно стиснутых зубов.

Он издал тяжёлый вздох и провёл рукой по чёлке. Затем глубоко выдохнул и переместился к Ын Су.

Ын Су стоял перед зеркалом, а До Квон прижался лбом к его плечу, считая в уме часы до завтрашнего отъезда домой. Он тяжело вздохнул, когда понял, что придётся ждать больше десяти часов.

"Может, мне стоит позвонить родителям и попросить позавтракать в раннее время?"

-Ох, уже поздно, - сказал Ын Су, глядя на До Квона в зеркале.

-А?

До Квон медленно поднял голову, и Ын Су улыбнулся ему.

-Поздравляю Вас с новой должностью, господин Со.

-Это всё... спасибо.

До Квон улыбнулся и поцеловал Ын Су в щёку. Тот зарылся в его объятия, ласково шепча:

-Надеюсь, в будущем Вы заработаете много денег. Я много ем, поэтому ребёнок будет тоже много есть, как и я. Так что вам придётся много работать, чтобы прокормить нас.

До Квон фыркнул и рассмеялся. Эта угроза звучала мило. А мысль о ребёнке, который будет так же много есть, как Ын Су, дарила радость. До Квон был готов даже отказаться от любой пищи, если они смогут поесть побольше.

-Буду стараться.

Глаза Ын Су распахнулись от такого ответа. Он смотрел на своё и До Квона отражение в зеркале, стоящих вплотную к друг другу. Было странно видеть их одинаково одетыми. И в тот момент ему пришла мысль, не поэтому ли пары носят парные одежды.

-Думаю, мы можем пожениться прямо так. Мы как будто надели одинаковые костюмы.

-Вот так?

До Квон переместил руку на внутреннюю сторону локтя Ын Су и скрестил их. Затем выпрямил спину и уставился в зеркало. Ын Су последовал его примеру и выпрямил спину.

Некоторое время они смотрели на своё отражение в зеркале, а Ын Су напевал себе под нос свадебный марш.

– Лидер группы Ю, поздравляем!

– Господин Со, поздравляю Вас!

– Президент Со, мои поздравления!

– Лидер группы Ю, живите долго и счастливо!

Лепестки падали ему на голову. Прохладный и свежий ветерок обдувал щёки, а звуки поздравительных возгласов щекотали уши. Улыбаясь, Ын Су встречался взглядом с каждым из поздравляющих, пока идущий рядом с ним мужчина не взял его за руку, как бы говоря, чтобы он не отводил взгляд.

Ын Су посмотрел на него. До Квон смотрел на него слегка недовольным взглядом, и когда Ын Су заметил это, он улыбнулся.

Выражение лица До Квона изменилось. Он слабо улыбнулся и ещё крепче сжал руку Ын Су. Его глаза ласково смотрели на него, будто шептали о своей страстной любви.

Ын Су не смог сдержаться и рассмеялся.

Сегодня был день свадьбы. Это было масштабное мероприятие, для которого арендовали целый пятизвёздочный отель на острове Чеджу. Очень пышная свадьба, где предоставляются билеты на самолёт из Кимпхо до Чеджу, с проживанием в отеле и разнообразной едой.

Все собрались в отеле, чтобы отпраздновать свадьбу До Квона и Ын Су, а также юбилей Соджин Групп.

После свадебной церемонии, когда До Квон и Ын Су шли к алтарю, в закатном небе взорвался красивый фейерверк. Люди счастливо аплодировали, а знаменитый оркестр играл на струнных инструментах.

Замечательная погода, люди и самое главное для Ын Су - еда.

Это была идеальная свадьба.

– Не могу поверить в то, что ты мой муж, - прошептал До Квон, глядя на Ын Су нежными глазами. Ын Су прислонился головой к его предплечью, а затем отстранился.

– Я тоже. С трудом вериться, что мы стали женатой парой.

– Мне так это нравится, что боюсь умереть.

– Не умирай... Я замужем меньше трёх минут. Ты же не собираешься сделать меня вдовцом?

До Квон фыркнул и рассмеялся над серьёзным выражением лица Ын Су. Тот сморщил нос, пытаясь взять свои слова обратно. До Квон поклялся, что несмотря ни на что, он никогда не умрёт раньше Ын Су. Лицо Ын Су стало более расслабленным.

Они медленно шли вдоль цветочной дорожки. Когда они дошли до конца, их уже встретили Мён Хи и Ки Хо. Ки Хо поочередно сжимал руки Ын Су и До Квона.

– Поздравляю вас с бракосочетанием, мои дорогие.

– Удачного медового месяца. Если вам что-то понадобится, звоните, - добавила Мён Хи.

– Я...так... счастлив, что вы поженились.

Ки Хо выдавил из себя одну слезинку. Эмоции, которые он сдерживал на протяжении всей свадебной церемонии, наконец-то вырвались наружу. Мён Хи улыбнулась и утешила его.

Глаза Ын Су сузились при виде такого зрелища. Он повернул голову в другую сторону, где стоял До Квон, который жестом указывал на водителя. Это был человек, который отвезёт их в аэропорт.

Водитель поспешил к ним и открыл дверь машины.

Мён Хи взяла за руку Ын Су, и До Квон, обменявшись с ней взглядами, быстро повёл Ын Су к машине.

Как только они сели в машину, она тут же рванула. Пышное свадебное здание скрылось вдали, а взрывы фейерверков затихли. Вот так закончилась свадьба, которая была одновременно мечтательной, тяжёлой и счастливой.

Машина понеслась вдоль побережья. Ын Су смотрел на море, которое заливал закат. Он расслабил спину и обмяк.

– Может быть, это потому что я только сейчас расслабился. Я действительно... так... устал. Мне кажется, что я прямо сейчас засну...

Веки были тяжёлыми. Тело стало слабым, как будто он весь день тяжело работал, а ноги, которые всё это время были в туфлях, болели. Свадебный костюм был до странности неудобным. Он мало чем отличался от обычного костюма. Хотя может, всё дело было в том. что весь день его разум и тело были на взводе. Возможно, бесонная ночь тоже сыграла свою роль. А может, дело в том, что Ын Су так много работал, готовясь к их долгому медовому месяцу.

До Квон приподнял Ын Су, который обмяк и больше походил на мокрое полотенце, и прислонил его к своему плечу.

– Лететь больше девяти часов. а путь займёт ещё больше времени. Поспи немного. Когда мы приедем, у тебя не будет времени на сон.

– Почему? Из-за смены часовых поясов?

Ын Су подвинулся, чтобы найти более удобную позу, и обнаружил, что из-за своего роста ему легче опираться на предплечье До Квона, чем на плечо. До Квон осторожно ослабил галстук Ын Су и расстегнул рубашку, которая была застёгнута до самой шеи.

– Нет, из-за первой ночи.

– ...

Ын Су медленно моргнул. Он не сразу понял слова До Квона. Поразмыслив немного над сказанным, Ын Су тихо усмехнулся.

– Вау... На секунду мне показалось, что я хочу убежать.

– Даже не думай об этом. Сейчас у тебя не осталось и шанса.

До Квон обхватил руками талию Ын Су. Ын Су лишь беспомощно покачал головой. До Квон поцеловал его щёку и подбородок.

– Я люблю тебя, Ын Су.

– Хорошо.

Ын Су со вздохом ответил. До Квон рассмеялся, гадая, что же в этом такого хорошего. Тем временем, Ын Су, наблюдавший за ним, тоже рассмеялся. Потом он прислонился к предплечью До Квона и опустил тяжёлые веки.

– Наверное, мне лучше хорошенько выспаться, чтобы подготовиться к первой ночи.

– Да, спокойной ночи.

До Квон ласково погладил Ын Су по волосам. Этого действия оказалось достаточно, чтобы Ын Су мгновенно уснул.

Когда он проснулся, то уже оказался в аэропорту. Он быстро принял душ в гостинице и переоделся в более удобную одежду. Ын Су был рад тому, что забронировали частный самолёт, чтобы можно было без спешки собраться.

Сонный Ын Су сел в салон самолёта. Он крепко спал в спальне частного самолёта. Бывали моменты, когда он ненадолго просыпался, чтобы поесть еду, похожую из гостиничного номера, а затем снова засыпал.

На протяжении всего полёта, когда он открывал и закрывал глаза, До Квон всегда был рядом. Когда Ын Су смотрел на него сонными глазами, тот удивлялся его пробуждению, а затем целовал в лоб или щёку.

После такого Ын Су вновь засыпал с улыбкой на лице и без всякой тревоги. Он засыпал и просыпался раза три, наверное. В динамике послышался голос капитана, обрядившего, что самолёт готовится к посадке.

После прохождения иммиграционных проверок До Квон и Ын Су поднялись на борт вертолёта. Местом назначения был остров, а не обычное туристическое место и отель, на которое можно было добраться только с помощью вертолёта. Ын Су, который раньше никогда не летал на вертолёте, сначала немного нервничал, но вскоре был восторжен этому, как ребёнок.

– Хочешь, я куплю тебе вертолет? - спросил До Квон. Он знал, что Ын Су откажется от этой идеи, но не мог упустить шанс подразнить его. Конечно, если бы Ын Су попросил, то До Квон купил бы ему вертолёт. Но, как и ожидалось, Ын Су с тревогой покачал головой. До Квон фыркнул и рассмеялся.

Когда Ын Су понял, что это была шутка, его глаза широко распахнулись. До Квон тут же обнял его и осыпал поцелуями. Если честно, Ын Су ужасно волновался о будущем, гадая, как он справится с такими всплесками любви.

Пока они обменивались флиртом, за это время им удалось добраться до места назначения.

Это был остров с лазурным океаном, где их ждала великолепная вилла.

Ын Су, одетый в короткие плавательные шорты, сел на низкий деревянный мостик и опустил ноги в воду. Вода забрызгала и заплескалась под ногами. Ын Су ещё никогда не ощущал настолько прохладную и освежающую воду. Она нежно обволакивала его лодыжки.

Немного полюбовавшись экзотическими видами, Ын Су натянул на голову маску для подводного погружения. Затем он глубоко вдохнул.

Ын Су уже давно не погружался в океан. Честно говоря, он даже не был в общественном бассейне уже несколько лет. Он слегка нервничал и был взволновал тем, что так давно не плавал.

Ын Су выпрямился и прыгнул в воду. Холодная вода тут же окутала его тело.

Ын Су на мгновение закрыл глаза и ощутил море. Он слышал шум воды сквозь забитые уши. А также щекочущий звук движения воды по поверхности и из стороны в сторону, напоминающий колокольчик.

Тело расслабилось, как и разум. Руки и ноги задвигались сами собой. Постепенно погружаясь в воду, он начал медленно всплывать.

Ын Су открыл глаза и моргнул. За маской для подводного погружения был совсем другой мир. Стаи крошечных рыбок шныряли среди толстых кораллов, водоросли танцевали, солнечные блики отражались от поверхности воды.

Ын Су, слабо улыбаясь, медленно зашевелил руками и ногами. Глубина была небольшой, тут точно было не более трёх метров. Он не мог коснуться дна, но если заберётся на высокий камень, то сможет вынурнуть. Именно по этой причине он мог спокойно плавать, не боясь утонуть.

Первые несколько минут ему было непривычно махать руками, но вскоре он смог адаптироваться, поэтому руки и ноги сами собой задвигались в воде. Пока Ын Су учился в старшей школе, то он мог заниматься многими видами спорта, в том числе и плаваньем.

Ын Су некоторое время не выныривал, вдыхая и выдыхая через маску для подводного погружения.

"Завтра точно нужно заняться сёрфингом"

Пока он свободно плыл с этими мыслями, вода вдруг забурлила, а к его тени на дне приблизилась большая тень.

Ын Су, узнавший очертания фигуры только по тени, захихикал и повернул голову.

Это был До Квон. Он был одет в такие же короткие плавательные шорты с маской для подводного погружения, как и Ын Су. До Квон плыл плавными движениями.

Он осторожно взял Ын Су за руку и отпустил её, а затем поплыл впереди него, делая вокруг него большие круги, как игривый дельфин. Ын Су тихо засмеялся.

Его мускулистый и рельефный пресс извивался, когда он двигал бёдрами и плыл. А мускулистые руки медленно рассекающие воду, выглядели сексуально. Рельефные бёдра двигались быстрее, чем руки.

Ын Су сухо сглотнул.

"Чёрт, какое великолепное тело. Теперь это тело официально принадлежит мне."

Внезапно Ын Су между своими зубами ощутил слюну. Плечи затряслись от такого удовольствия.

Возможно, из-за своих длинных конечностей, а может, дело было в силе, До Квон быстро преодолел поток воды, не прилагая к этому усилий. Он попытался исследовать местность, чтобы посмотреть нет ли впереди чего-нибудь опасного. А затем вернулся назад, подстроившись под темп Ын Су.

Они вдвоём пробыли в воде ещё час. Ын Су уже чувствовал, как его конечности болели, и ему хотелось выйти из воды. Горло сжималось от морской воды, которой он случайно наглотался. Обратный путь займёт немало времени, и от одной этой мысли об этом он уже чувствовал усталость.

Ын Су посмотрел на До Квона и жестом указал ему за спину. Он этим хотел сказать, что уже пора возвращаться назад. До Квон кивнул и повернулся. Ын Су тоже согнулся в талии, чтобы повернуть, как вдруг До Квон его внезапно схватил за подмышки. И стал энергично двигать ногами.

Глаза Ын Су расширились от такого зрелища. Волосы взметнулись назад. Скорость, с которой он плыл, была невероятной. В такой момент Ын Су почувствовал себя ракетой. Внезапно он осознал для себя, что всё это время занимался не плаваньем, а водными игрищами.

Как бы то ни было, благодаря До Кону Ын Су смог спокойно вернуться на виллу. До Квон вытащил Ын Су из воды. Он обхватил его за талию и подтолкнул вверх, чтобы затащить на деревянный мостик, у которого не было ступенек.

Ын Су снял маску для подводного погружения, которая плотно прижималась к переносице. Он глубоко вдохнул свежий воздух и резко выдохнул.

До Квон тоже снял маску. Вместо того, чтобы выйти из воды, он проскользнул между ног Ын Су и обнял его за талию. Ын Су улыбнулся и погладил его по влажным волосам. До Квон взял его руку и поцеловал ладонь.

– Когда я принёс тебе сок, знаешь, как сильно удивился, когда тебя здесь не оказалось?

– По крайней мере, ты смог меня найти.

– Конечно. Я всегда найду тебя, где ты ни оказался.

Сказав это, он крепче обнял Ын Су за талию. Тот улыбнулся и похлопал его по плечу.

"Он сказал эти слова так спокойно, но я могу представить, как сильно испугался, когда меня не оказалось поблизости, а впреди простирается одно море."

– Прости, в следующий раз я подожду тебя.

Ын Су крепко прижался губами ко лбу До Квона, а затем отстранился. До Квон кивнул, уткнувшись щекой в бедро Ын Су. Ын Су некоторое время гладил волосы До Квона. Влажные волосы были странно приятны на ощупь.

И только позже он заметил, что ему принесли сок.

Вилла, в которой остановились До Квон и Ын Су, чем-то напоминала замок. Она была очень большой и просторной. Так как организацией постройки занимался Ки Хо, то было заметно, что он приложил все усилия для того, чтобы сделать её невероятно уютной. Здесь было около десяток комнат, что уж говорить о столовых, которых было около 3 штук. Здесь также работало много персонала.

До Квон приказал персоналу не беспокоить их, так как это был медовый месяц и они хотели побыть одни.

Именно по этой причине До Квон сам принёс сок. Он был домашним.

Ын Су не отрываясь посасывал соломинку, воткнутую в желто-оранжевый сок. На цвет, казалось, что это был апельсиновый сок, но вот на вкус он оказался сладким. Вероятно, это была смесь тропических фруктов, таких как: манго, ананас или кокос.

Экзотический привкус напоминал о том, что они сейчас путешествовали.

Ын Су за один раз выпил половину стакана. До Квон посмотрел на него и тихо рассмеялся.

– Тебе так понравилось?

– ...

Ын Су кивнул, не отпуская соломинку изо рта. До Квон потянулся к стакану, однако Ын Су выхватил стакан и выпил сок до конца. До Квон ухмыльнулся и потянулся к подносу. Оказывается, он взял с собой два стакана сока.

Неожиданно Ын Су схватился обеими руками за щёки До Квона. А затем он прижался губами к его губам. Рот До Квона приоткрылся от внезапного поцелуя. Через образовавшуюся щель между губ полился сладкий сок, который придержал Ын Су в своём рту. Кадык До Квона качнулся вверх-вниз.

Ын Су планировал просто напоить его соком и отстраниться, но до Квон не дал ему и шанса на отступление. До Квон вынырнул из воды и придавил Ын Су своим телом.

Ын Су от шока попятился назад, чувствуя себя так, будто попал в пасть акулы. До Квон успел во время схватить его за затылок, не давая Ын Су удариться затылком о кафельную плитку. Слегка приоткрыв губы, их поцелуй стал ещё более глубоким.

– Хмп...

Чувствуя, как влажный язык проникал всё глубже в рот, Ын Су застонал. Язык До Квона жадно скользил по рту. Он втягивал каждый участок губ, будто пытался слизать все остатки сладкого сока с губ Ын Су. Он прошёлся по нёбу, зубам и даже всасывающими движениями обхватил язык Ын Су.

Щекочущие ощущения возбуждали Ын Су, поэтому он то смеялся, то тихо стонал.

До Квон, который напал на Ын Су с жадными поцелуями, отстранился, а затем одарил его несколькими короткими чмоками.

– Действительно, вкусно.

– Очень вкусно...

Ын Су погладил шею До Квона. Когда он стоял спиной к солнцу, мочки его ушей слегка блестели на свету. Капельки воды, стекающие с кончиков волос, были холодными, а его тёмные глаза завораживали.

Ын Су развёл руки, и До Квон обнял его. Поскольку он был большим, то смог полностью захватить Ын Су в свои объятия.

Они прижимались друг к другу влажными телами, не оставляя никаких зазоров, и вдыхали аромат тела друг друга. До Квон носом прижался к затылку Ын Су, а затем легонько припал к нему губами.

– Ты восхитительно пахнешь.

– Ты тоже вкусно пахнешь, До Квон.

Влажные феромоны пахли иначе, чем обычно. Аромат был более густым и каким-то освежающим. До ушей доносился мелодичный плеск волн и тихое дыхание До Квона.

Ын Су расслабился целиком.

В тот момент, когда он подумал, что было бы неплохо остаться в такой обстановке ещё на несколько часов, До Квон внезапно отстранился. Ын Су нахмурился из-за потери тепла, но До Квон обхватил его руками и поднял.

– Не думаю, что у нас осталось много времени, так что нужно поесть.

Ын Су внезапно ахнул.

Сегодня у Ын Су должна была начаться течка. Чтобы успеть к этому дню, они специально провели свадебную церемонию как можно быстрее. Ын Су строил планы на рождение ребёнка, так что всё должно пройти хорошо.

Ын Су хотел как можно быстрее родить ребёнка, чтобы успеть повидать внуков. Он надеялся, что беременность и роды пройдут легко. Да и хотелось поскорее обрести большую семью.

Ын Су крепко сжал кулаки.

Выйдя из ванной, Ын Су стал искать глазами До Квона. Тот стоял у окна и положил себе в рот. Ын Су, накинув на голову полотенце, подошёл к нему.

– Что ты ешь?

Ын Су склонил голову. Они совсем недавно отужинали, поэтому что он мог есть? До Квон был из тех людей, кто не любил перекусывать.

Ын Су взял вы руки небольшую баночку с лекарством. Но на ней не было ни этикетки, ни инструкций, ни предостережений.

С трудом сглотнув, До Квон облизал влажные губы и заговорил.

– Ускоритель гона.

– Что?

Глаза Ын Су расширились от незнакомого слова. До Квон стянул с его головы полотенце и объяснил.

– Он ускоряет возбуждение, или, говоря простым языком, стимулятор возбуждения для альф.

– Н-но з-зачем?

– Потому что я хочу завести ребёнка так же быстро, как и ты. Разве мы не можем немного повысить шансы?

– ...

Ын Су не смог ничего ответить. До Квон был прав, но всё равно это было странно. Единственное, к чему Ын Су был морально готов - это к течке. Что касаемо гона До Квона... то тут дела обстояли куда сложнее. Ын Су сомневался, что сможет справиться с ним.

За все годы, что они знакомы, у них никогда не было течки и гона в один день. Если у кого-то начинался цикл, то как минимум один человек оставался в здравом уме. И то, даже тогда они могли заниматься сексом два или три дня, так что Ын Су всегда думал, что даже для такого слишком. К тому же во время гона Ын Су всегда царапал предплечья До Квона, плача и умоляя, его остановиться.

Но сегодня при мысли, что они оба потеряют здравый смысл, у Ын Су по спине пробежал холодок. Он тяжело сглотнул, и До Квон повёл его на балкон.

Балкон был размером с гостиную. Полы были мраморными, а поверх него каскадом был выложен белый песок. Здесь был небольшой электрический камин и чайный столик, а с потолка свисали два качающихся кресла с плотными бежевыми подушками.

Интерьер вызывал у Ын Су изумление. Но больше всего его впечатлило совсем другое. Вид на море был куда прекраснее.

Над морем, потемневшим от ночного мрака, светила яркая луна. Её тень лежала на поверхности воды, как будто белый мелкий перламутр рассыпался над волнами.

Небо было таким огромными и просторным, а многочисленные звёзды на нём сверкали. Маленькие облака лениво плавали.

Это так сильно отличалось от других видов на море. Такое не увидишь из туристического отеля.

Это был отдельный мир, где было только море, не считая здания, в котором они проживали.

Пока Ын Су завороженно наблюдал. До Квон усадил его в кресло-качели, потом сел рядом и помог высушить его влажные волосы полотенцем. Волосы Ын Су стали намного пушистее.

До Квон бросил использованное полотенце на стул и прижался к Ын Су, обняв его за плечи. Не открывая глаз от моря, Ын Су задал вопрос,

– Лекарство быстро подействует?

– Да. Минимум через полчаса, но может начаться через час. Эффект будет напоминать обычный гон.

Ын Су кивнул. Сегодня он странным образом нервничал. Раньше, когда он был влюблён по уши в До Квона, то с нетерпением ждал течки или гона. Они осыпали поцелуями, держали друг друга в объятиях, дожидаясь, когда начнётся тепловой цикл. После чего кувыркались по постели, как альфа и омега.

Но сегодня вечером сердце билось сильнее. Это будет не просто секс, а с целью зачатия. Мысли о том, что Ын Су сможет стать отцом и забеременеть, делали его счастливее.

До Квон, заметив как нервничает Ын Су, погладил его плечи. Ын Су тяжело вздохнул и положил голову на грудь До Квона. Внезапно он почувствовал, как громко бьётся сердце До Квона. Казалось, он нервничал так же, как и Ын Су.

Ын Су погладил тыльную сторону руки До Квона. Тот в свою очередь тяжело сглотнул и рассмеялся. Было забавно видеть, как они подбадривают друг друга в такой обстановке.

До Квон прижался губами к виску Ын Су, а затем отстранился. Какое-то время они смотрели на океан, не произнося ни слова. До них доносился слабый шум волн.

– Как хорошо, - тихим голосом сказал Ын Су.

– Знаю, - согласился До Квон.

– Думаю, что это была действительно хорошей идеей находиться здесь вдвоем десять дней. Нам точно никто не помешает.

– Мне нравится, что это наш медовый месяц. Ведь ты стал моим мужем, Ю Ын Су.

До Квон поцеловал линию челюсти Ын Су так, будто сама мысль об этом взволновала его. Внезапно он замер и остановился. Феромон Ын Су становились всё сильнее и сильнее. Зрачки глаз До Квона почернели, словно он был уже готов вцепиться в него.

Глаза Ын Су становились туманными. Феромон До Квона тоже становились всё более густыми. Атмосфера быстро накалилась до предела.

До Квон просунул руку под халат Ын Су. Он нежно провёл по внутренней стороне бедра. На Ын Су не было нижнего белья. До Квон гладил бедро Ын Су, словно разминая. Ему нравилось то, что бедра можно было поместить в одну ладошку.

Ын Су также провёл кончиками пальцев по затылку До Квона. Гладкая, но упругая кожа так и манила к себе. Рука постепенно опустилась и достигла его широких плечи. Халат с плеч безвольно скользнул, в лунном свете очертания верхней части До Квона ярко светились.

Ын Су посмотрел на верхнюю часть тела До Квона затуманенными глазами. Если бы у него была такая способность, то смотрел бы на неё целую вечность. Да и сегодня, когда он разглядывал её, во рту то и дело пересыхало.

Кончиками пальцев Ын Су провёл по линии плеча До Квона. Он чувствовал твёрдую кость под натянутой кожей. Лишь на секунду в голове мелькнула странная мысль: "могут ли быть кости До Квона быть такими же красивыми?"

Наверняка, они были бы толстыми длинными и вытянутыми, твёрдыми и идеально пропорциональными. Ын Су облизал пересохшие губы. Почему-то он почувствовал голод. Но не от того, что хотел есть, а от желания обладать им.

Ын Су провёл губами по ключице До Квона. Затем он высунул язык и облизнул её. Его пальцы провели прямую линию от середины ключицы до пупка.

– Ха.... Ын Су....

Его действия были слишком простыми, но на До Квона они влили сильно. Поэтому он слегка облокотился на Ын Су и обмяк. Тяжёлое дыхание, которое только учащалось достигло ушей Ын Су. Его плечи опустились.

Они чувствовали, как их феромоны поглощали друг друга. Сознание становилось всё более рассеянным. Великолепный вид на океан стал размытым, а красивые звёздные склонения на небе - неясными. Единственное, что в эту секунду было ощутимым - это то, что они находились вместе.

Он почувствовал, как из нижней части живота начал подниматься жар. Кровь, перекачиваемая через сердце, была горячая. Гениталии пульсировали, а спина дрожала, даже когда он сидел неподвижно. Ладони жаждали вцепиться в кожу другого, а губы подёргивались.

Пока не наступила течка и не начался гон, они вдвоем накапливали желание друг к другу. И Ын Су первым поддался этому желанию.

Ын Су медленно взобрался на бедро До Квона. Его веки закрывали часть зрачка, а ресницы завороженно трепетали.

– До Квон...

Ын Су позвал его низким и тихим голосом. Красный язык высунулся из приоткрытых губ, и мощный поток феромонов охватил его целиком.

Глаза До Квон потеряли фокус. В этот момент он схватил Ын Су за затылок и прикусил его нижнюю губу.

Их губы яростно потёрлись. Переместившись на кровать, До Квон крепче обнял Ын Су одной рукой, а другой проводил по его телу. Предплечья, талия, бёдра, грудь. Он трогал и гладил всё, до чего мог дотянуться.

Широко расставив ноги, Ын Су обхватил руками талию До Квона и обхватил пятками его ягодицы. Он хотел, чтобы До Квон вошёл в него как можно скорее, чтобы проник в него своим пульсирующим членом.

– Ху, Ын Су...

До Квон схватил Ын Су за талию и притянул его к себе. Два эрегированных члена потёрлись друг о друга. Горячий и твёрдые, но при этом нежные и гладкие.

Их губы на мгновение отстранились, а затем снова встретились. Их языки вырывались в похотливом порыве. Язык До Квона высунулся, не в силах сдержать возбуждение. Он покрыл слюной подбородок и щёки Ын Су.

– До Квон, подожд... ах... подождите

Ын Су направил руку До Квона к своему бедру. Тот не стал игнорировать его желания, поэтому крепко схватился за его ягодицы. Мягкая плоть сжалась под его пальцами.

До Квон стиснул зубы. Разум опустошался. Обеими руками он обхватил мягкие ягодицы. Иногда он сжимал их до такой степени, что открывал тайное отверстие под круглыми яичками.

До Квон сжимал её до тех пор, пока она не покраснела, пока на ней не остались опечатки его рук. Несмотря на то, что он был близок к тому, чтобы сойти с ума, он не хотел отпускать ягодицы Ын Су из своих рук.

Но Ын Су это волновало больше, чем До Квона. Он уже отчаянно нуждался в его толстом члене. И он с ума сходил от желания, что тот не прикасался к его дырочке, а трогал только ягодицы.

Ын Су застонал и стал шевелить руками и ногами, чтобы вырваться из хватки До Квона. До Квон нахмурил брови, словно был недоволен тем, что его рука опустела. Он снова попытался схватить Ын Су за ягодицы, но тот быстро перевернулся. Затем он согнул колени и приподнял задницу к потолку.

– Быстрее... сделайте это...

Ын Су посмотрел на До Квона широко распахнутыми глазами. При виде этого зрелища До Квон удивился. Ягодицы, на которых всё ещё виднелись следы его рук. Яички, свисающие вниз. Промежность персикового цвета, и покрасневшая дырочка. Всё это вызывало изумление.

До Квон поглаживал свой возбуждённый член вверх и вниз. Затем он упёрся головкой в ягодицы Ын Су.

– Хм... ах...

Ягодицы Ын Су задрожали от горячей штуковины. Во рту пересохло от мысли, как его горячий член войдёт внутрь. Из-за течки тело омеги становится всегда податливым и эротичным. Более того, феромоны, которые на него влияют, принадлежат доминантному альфе в гоне.

Поэтому было мало шансов остаться при здравом разуме. Каждый раз, как Ын Су вдыхал феромоны, из его дырочки стекали соки.

Ын Су покрутил талией, как будто попытался пофлиртовать. Его красивые ягодицы колыхались, словно пытались соблазнить До Квона. Кадык До Квона сильно качнулся.

Кончик его члена упёрся в его дырочку. Ын Су напрягся, почувствовав, как пенис впился в его нежные складочки. По спине пробежала дрожь. Если он резко войдёт, то будет очень больно. Он испытает ощущение, что ему попытаются разорвать живот. Но если он совсем немного потерпит, то неописуемое удовольствие поглотит его целиком.

Но всё же страх боли был настолько сильным, что тело Ын Су напряглось. Но он не собирался останавливаться. Ын Су тяжело сглотнул, дожидаясь, когда До Квон начнёт действовать.

До Квон схватился за основание своего члена. Затем он прижал головку к нежным складочкам Ын Су. Но его член не входил в отверстие. Он лишь поводил им по складочкам, разглаживая морщины.

– Хык...

Ын Су упал вперёд. Эти действия было таким приятным и щекочущим, что сводило с ума. Это было не то удовольствие, которого он ожидал, но всё же. Из кончика члена Ын Су вытекла струйка прозрачной жидкости. До Квон схватил Ын су за бёдра. Ын Су ожидал, что он наконец-то войдёт в него своим членом. Но вместо этого До Квон опустил свой толстый член между ягодицами, сжав его округлыми формами.

– Ха...

Ощущение того, что член погружался в мягкую плоть отличалось от проникновения. До Квон потёрся кончиком головки о складочки, а затем стал шевелить тазом, проходясь по всем местам.

– Нет, не... так... господин До Квон, - взмолился Ын Су, растягивая слова. Но До Квон молчал. Он просто пристально посмотрел на свой член, погружённый в ягодицы Ын Су, а затем сжал зубы.

Член пульсировал до боли, вены на нём вздувались, желая найти более тесное и тёплое место. Предэякулят, вытекающий с головки члена До Квона и соки Ын Су, выходившие из его заднего отверстия смешивались в одну массу.

Пальцы Ын Су подрагивали от досады. Его складочки зудели, потому что головка полового члена До Квона, имеющая форма шляпки, и вены, проходящие вдоль ствола, царапали их. Внутренние стенки сжимались и выплёвыали любовную жидкость, словно выражая свой голод.

Не в силах больше терпеть, Ын Су поднял верхнюю часть тела. Он хотел отругать его. Учитывая, что его член увеличился в размерах, а густые феромоны, проникавшие в каждую клеточку тела Ын Су, казалось, он тоже был перевозбуждён. Ын Су хотел его отругать за то, что он ходил кругами, вместо того чтобы достичь пика наслаждения.

Как вдруг руки До Квона, сцепленные на его ягодицах, разошлись в стороны. Заднее отверстие, которое уже многократно подвергалось стимуляции, растянулось из стороны в сторону, словно желе. Холодный воздух проник в зияющее отверстие, а половина члена До Квона одним быстрым движением проник в него, словно желая разорвать все внутренности.

– Ах!

Ын Су упал на спину. Его губы были открыты, но из них не вырвался даже стон. Дыхание остановилось. Пальцы согнулись, а шея выгнулась. Нижнюю часть тела пронзила боль.

Ын Су жаждал проникновения, но не ожидал, что размер члена будет настолько большим. Внутренние стеночки сжимались на пенисе До Квона, словно не позволяя проникнуть дальше.

– ...

До Квон посмотрел на дырочку, которая стискивала его член до предела, бесстрастным выражением лица, Он потёр влажные складки большими пальцами обеих рук, и отверстие стало расширяться.

– Хмм...

Ын Су упёрся коленями в землю и приподнял нижнюю часть тела кверху. Это была поза собачки, чтобы член До Квона смог протолкнуться дальше. Только вот он продвинулся лишь на пару миллиметров. До Квон схватил ягодицы Ын Су и притянул к себе. Тощее тело Ын Су беспомощно потащилось.

– Хэмм...

Ын Су застонал. Он почувствовал, как член проник чуть дальше. Его гениталии не знали, как реагировать ощущения, находясь на грани удовольствия и боли.

Тело Ын Су дрожало. Костяшки пальцев, вцепившиеся в одеяло, побелели. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Он облизнул пересохшие губы.

Это был не первый раз, когда они занимались сексом. Поэтому Ын Су лучше всех знал, что на этом всё не закончится, так как член ещё даже не полностью вошёл. Это пугало и возбуждало одновременно.

– Ху...

До Квон издал стон, похожий на вздох, и обхватил таз Ын Су. Затем он медленно, очень медленно стал вводить и выводить член. Это было сделано, чтобы дать время Ын Су привыкнуть к этим ощущениям. На самом деле, даже войдя наполовину в него, он еле сдерживал себя.

Давление, с которым его пенис сжимался, и обжигающие внутренние стеночки, которые обволакивали головку, заставили его мозг расплавиться. И тут его внезапно пробрал холод, от которого по спине пробежали мурашки.

Даже если бы Ын Су сейчас кричал от жёсткого проникновения, всё это было неправильным. Ведь цель секса заключалась не в получении удовольствия, а зачатии.

Поэтому ему нужно было ввести свой пенис до упора и эякуировать, чтобы с большей вероятностью оплодотворить Ын Су.

До Квон прикусил мягкую плоть на внутренней стороне щеки, сдерживая эякуляцию. Он вводил свой член, погружая в его дырочку дюйм за дюймом.

Ын Су закусил нижнюю губу, пытаясь стерпеть боль. К счастью, боль быстро отступила. Такое чувство, будто переключился переключатель, когда толстый член До Квона надавил на простату. Феромоны, задерживающиеся в теле, хлынули как проливной дождь.

Температура тела До Квона, которая до этого была тепловатой, поднялась до жара. Пенис словно пытался разорвать все внутренности Ын Су. Постепенно поясница До Квона стала совершать поступательные движения.

Веки Ын Су лениво приоткрылись. Да, это было хорошо. Плоть, заполнявшая его внутренности, была такой прекрасной. Он хотел большего, хотел, чтобы она пронзила его полностью и достигла глотки.

– Мхм, ахххх... хорошо... да.....

Ын Су плавно покачивал бёдрами, постепенно насаживаясь на член До Квона. Его действия были продиктованы неистовым желанием завладеть им полностью.

До Квон был рад удовлетворить это желание. Он схватился за низ живота Ын Су, слегка отстранил свои бёдра, а затем резко вонзил член целиком внутрь. Мягкие ягодицы Ын Су были раздавлены бёдрами До Квона.

– Ах....

Не в силах сопротивляться силе стимуляции, Ын Су барахтался, как рыба, брошенная на берег. Живот вздулся, как будто он переел. Бёдра дрожали, а горло сжималось от удовольствия, которое проходило по спине, словно электрический ток.

Казалось, что гениталии Ын Су вот-вот лопнут, а затем он изверг на одеяло беловатую жидкость, не совсем похожую на сперму.

Перед глазами появлялись белые вспышки света. На секунду у него заложило уши, а каждый мускул в теле напрягся. Ын Су, дрожа от оргазма, уставился на свою промежность, дрожащую от послевкусия кульминации. Он тяжело сглотнул.

Ын Су заметил, как затвердевшие яички прижались к его промежности, словно показывая, насколько До Квон был возбуждён. Почувствовав, как напряглись внутренние стенки, До Квон произнёс тихий стон. Затем он одним движением вытащил свой пенис. Тугие стенки и твердый член с хлюпающим звуком разошлись.

– Мхм... ахх...

Было такое ощущение, будто все внутренние органы зацепились за его головку, словно за рыболовный крючок, и вот-вот вытащутся. Он чувствовал, как нежные складки натянулись, зацепившись за основание члена.

Ын Су крепче вцепился в одеяло, и До Квон вновь резко вогнал в него свой член. Ын Су почувствовал, как бёдра вновь напряглись, пальцы его ног выгнулись.

– Хык... хаа...

– ....

После этого До Квон несколько раз вынимал свой пенис, а затем вонзал его с громким звуком. Сила была невероятной. Казалось, что живот был готов вот-вот лопнуть. Лицо Ын Су уткнулось в одеяло. Звук шлепков плоти о плоть эхом разнёсся по просторной спальне. К этой симфонии примешивались сдавленные стоны Ын Су и рваное дыхание До Квона.

– Ах... Д-До Квон... уф...

– М...Ын Су...

До Квон опустил верхнюю часть тела и поцеловал выгибающуюся спину Ын Су, а затем отстранился. Время от времени он высовывал язык, чтобы слизать бисеринки пота с затылка. Иногда оставлял следы зубов вдоль линии плеча.

Ын Су нащупал руку До Квона, державшую его бёдра. Кольца на их безымянных пальцах звенели, издавая странный звук.

– Хм... ах... ха... хорошо...

Секс становился всё более интенсивным и сладким одновременно. Вместе с удовольствием нахлынули разного рода чувства. Ын Су задыхался, когда член касался его простаты, пронзая живот удовольствием. Только вот он не мог избавиться от желания прикоснуться к До Квону и посмотреть на него.

Ын Су выгнул шею, чтобы посмотреть на До Квона. Затем протянул к нему руки, как ребёнок, умоляющий обнять его. Талия До Квона. которая до этого интенсивно двигалась, остановилась.

– Лицо... я хочу видеть твоё лицо... - пробормотал Ын Су, его глаза наполнились слезами.

До Квон слабо улыбнулся и поцеловал ярко-красные губы Ын Су, затем он отстранился и вытащил свой член.

– Хы...

Спина Ын Су слегка вздрогнула. До Квон обхватил руками низ живот и грудь и перевернул его. Взору предало разгорячённое лицо Ын Су. До Квон встал между ног Ын Су и притянул его за бёдра поближе к себе.

А затем он наполовину ввёл свой член в пульсирующую дырочку. Ын Су, который уже привык к таким ощущениям, тихо застонал.

До Квон лёг сверху. Их грудь и животы соприкасались. А затем он ввёл в него член целиком.

– Аххх...

Шея Ын Су выгнулась, как у жирафа. До Квон провёл рукой по мокрой чёлке Ын Су, приоткрывая гладкий и потный лоб. Он прижался к нему губами и отстранился.

Ын Су, обхватив ногами талию До Квона, обнял его за шею. А затем склонил голову набок. До Квон, поняв значение этого действия, улыбнулся.

Они коснулись кончиками носов, и Ын Су решительно открыл рот и высунул язык. Затем он резко облизал губы До Квона. Тем временем До Квона схватил его язык губами и втянул его в рот.

Они погрузились в страстный поцелуй, поглаживая друг друга по спине и плечам. Они отчаянно желали ощутить присутствия друг друга.

Обхватив рукой затылок Ын Су, До Квон начал медленно двигать бёдрами. Они продолжали заниматься любовью, глядя друг другу в глаза, иногда сливаясь в поцелуе и переплетаясь языками. Это была тихое, но стимулирующее мгновение.

Несомненно интенсивный секс - тоже приносить удовольствие. Но почему-то сегодня им хотелось как можно больше наслаждаться друг другом. Медленно и не спеша. Может быть, дело было в течке и гоне, которые сводили их с ума, а может быть, это безумие заставляло их ещё больше дорожить друг другом.

Движения До Квона ускорились. Ын Су издал тихий стон, когда пенис глубоко проник в его живот.

– Ха... До Квон...

– Мх... Ын Су...

Бёдра Ын Су напрягались от ещё более сильных и настойчивых толчков До Квона. Он откинул голову назад и закрыл глаза. До Квон уткнулся носом в гладкую шею Ын Су. Вдыхая аромат Ын Су, он сжал сильнее его ягодицы. На мягкой плоте остались следы его рук.

До Квон вдруг крепко сжал одну из ягодиц. Это было так сильно, что Ын Су подумал, не собирается ли он её оторвать.

Испугавшись, Ын Су сам того не осознавая, толкнулся. Бёдра До Квона ударились о ягодицы, проникая в самую глубинную часть его тела, а затем...

– Хммм....

Он достиг кульминации.

– Ах...

Тело Ын Су задрожало. Его живот, где находилось самое глубинное место для оплодвотворения, наполнился горячей спермой До Квона. Ему казалось, что он вознёсся на небеса.

Зрачки Ын Су закатились под веки, а затем с трудом вернулись в нормальное состояние. В то же время член До Квона, упиравшийся в живот, извергал из себя сперму.

Даже через несколько секунд, когда эякуляция Ын Су закончилась, у До Квона она ещё продолжалась. Большое количество извержение семени характерно для альф, находящихся во время гона. Внутренние стенки, казалось, раздулись, как если бы туда налили воды.

– Мхм...

Со стоном Ын Су пяткой прижал бёдра До Квона себе. Он приподнял талию, прижимаясь к нему всем телом, чтобы напрячь внутренние стеночки. Он не хотел, чтобы сперма До Квона вытекла наружу, он не хотел пропустить ни одной капли.

Ему хотелось принять всё без остатка. Он хотел всё.

И в итоге он поглотил всё. Ын Су растянулся на одеяле. Из уголка его глаза скатилась одна крупная слеза.

Ын Су, прижимаясь бёдрами к До Квону, обнял его за плечи. Он поддерживал своё тело, прижимаясь к нему и слегка подвигал талией. Сейчас было далеко за полночь, но слишком рано до наступления рассвета. Возбужденный член До Квона продолжал входить и выходить между ног Ын Су.

– Хмм... ах...

Ын Су тихо застонал. Он двигал телом, чтобы заглотить целиком член До Квона, но каждый раз, когда его простата ударялась о головку, Ын Су вздрагивал, а его глаза распахивались, мозг плавился.

Его взгляд был затуманен послевкусием кульминации. Губы были слегка приоткрыты, а глаза и нос щипало от слёзы, которые пролились из-за только что наступившего пика наслаждения.

До Квон нахмурился при виде этого жалкого, распутного и невинного лица. Из-за чрезмерного сексуального желания у него заболела голова, как будто он выпил крепкого виски натощак.

– Ха-а... Ын Су, почему ты такой красивый? Почему ты такой красивый, что сводишь меня с ума?

Он погладил Ын Су по щеке, которая покраснела от слёз и приподнял его за талию.

– Ах!

Ын Су громко взвизгнул от неожиданности. Головка До Квона глубоко вонзалась в его внутренние стенки, казалось, что она доберётся до глотки. Ын Су беспомощно упал на спину, но До Квон схватил его за ягодицы, заставляя двигаться вверх-вниз.

– Мхм! Ах!

Ын Су откинулся назад, а затем снова поддался вперёд. Он смотрел на свой член, беспомощно покачивающийся под прессом До Квона, а ещё ниже пах, который был покрыт различными жидкостями.

Сперма, любовный сок, слюна и пот с подбородка - все смешалось до такой степени, что было невозможно определить, что есть что.

Когда До Квон эякулировал в первый раз, Ын Су жаждал насытиться всем, что выплёскивал До Квон. Но когда его живот был переполнен спермой, Ын Су уже не был голодным, как в первый раз.

Пока Ын Су содрогался и выживал спину на встречу ему, До Квон зажал его сосок между большим и указательным пальцами и начал крутить его.

– Мха!

Ын Су задрал голову к верху, дико извиваясь.

– Ын Су, тебе нужно подвигаться, ладно?

До Квон говорил с Ын Су ласковым голосом. Он также нежно потёр его соски большим пальцем. Ын Су, тяжело сглотнув, снова начал двигаться.

Звуки шлепков, бьющейся плоти о плоть, прерванные на мгновение, возобновились. До Квону нравились неторопливые движения Ын Су, и время от времени, когда он чувствовал, что готов кончить, или когда Ын Су становился слишком медленным, он настойчиво двигал бёдрами. Каждый раз, когда это происходило, Ын Су дрожал и издавал громкие стоны.

В меру возбуждающий и умеренный секс продолжался. Ын Су двигался, а на его лице иногда играла мягкая улыбка, словно он был доволен сладким мгновением.

Время от времени он поглядывал на До Квона и улыбался ему. "Как же прекрасна была эта улыбка". Уголки рта До Квона дёрнулись в ответ.

Однако нежный секс длился недолго, ведь выносливость Ын Су была на исходе.

– Ха... Мхм... уф...

Ын Су опустил голову и резко вдохнул. С его подбородка стекала капелька пота. Достигнув кульминации пять раз, становилось сложнее двигаться.

"Лучше бы я в футбол поиграл."

Кончать было невероятно утомительно и высасывало все силы. Ын Су безучастно смотрел на свой член, с которого капала сперма, даже не достигнув кульминации.

До Квон не оценил его поступок, поэтому он обхватил его бёдра руками и стал двигать вперёд-назад, стараясь как можно глубже проникнуть. Каждый дюйм члена проникал к него.

Ын Су раскачивался взад и вперёд, словно катался на машине "родео-бык". Он положил руки на живот и упёрся конечностями в постель. Ему нужно было поймать равновесие. Но вопреки его намерениям, сила толчков была настолько мощной, что это было невозможно сделать.

Глаза До Квона, затуманенные желанием, сверкнули. Он схватил Ын Су за ягодицы и приподнял его за талию. Его твёрдый член глубоко вошёл в него.

– Нет-нет! П-подожди, х...

Ын Су испугался и завертелся, чтобы вырваться из хватки До Квона. Но это было невозможно.

Мощные удары были готовы раздавить внутренние стенки. Простату терло до такой степени, что её будто поцарапали, а складки, не успевающие за быстрыми движениями члена, болели.

–Ах... ммм... мхыыы...

Всего за несколько толчков Ын Су достиг кульминации. Пенис, к которому даже не прикасались, задрожал, а затем выплеснул ещё больше жидкой спермы.

Спина Ын Су напряглась и выпрямилась. Всё его тело дрожало, а под круглым животом виднелись очертания члена. Обычно такого не было.

До Квон уставился на него и, стиснув зубы, стал поднимать бёдра ещё быстрее, чем раньше. Его глаза потемнели при виде тугих внутренних стенок, который сжимали его пенис.

Лицо Ын Су, наоборот, побледнело. Низ живота покалывало, словно желая добиться наслаждения. Это было странное ощущение. И он уже испытывал его однажды.

Когда До Квон солгал ему, что уехал в командировку, а сам заперся в отеле из-за гона. В тот раз он прижался к нему всем телом без страха. В тот раз, когда он обмочил диван тёмного цвета и краснел от стыда.

Именно такие чувства он испытывал сейчас.

Когда Ын Су попытался оттолкнуть его, у До Квона не было выбора, кроме как схватить его и вогнать в него свой пенис. Сопротивляясь, Ын Су выгнул спину, а голова только сильнее начала давить на простату.

Зрачки Ын Су сузились до точек. Удовольствие, которое раньше пронзало только его спину, теперь распространялось по венам.

–Ах!

Ын Су застыл, не в силах терпеть это мучение. Мышцы спины сводило от спазма. Его член, обмякший после кульминации, мгновенно напрягся и выпустил очередную струю прозрачной жидкости, которая впоследствии залила кончик подбородка, ключицы, грудь и живот.

–Угх...

В это же время До Квон был на пике удовольствия. Его член дёрнулся и выплеснул густую и липкую сперму. Несмотря на достижение пика, До Квон всё ещё чувствовал, что этого было недостаточно. Ему отчаянно хотелось в него войти намного глубже, любым способом.

– Н-нет... ха... нет....

Жар пронзил живот Ын Су. Его член выстрелил ещё одну струю прозрачной жидкости, как из водяного пистолета. В ушах зазвенело, веки затрепетали, а перед глазами всё расплывалось.

Ын Су резко откинулся на спину. До Квон не отпускал его бёдра, поставив его в странную позу: нижняя часть тела была приподнята к верху. Вычурная люстра на потолке крутилась и вертелась перед глазами.

На мгновение они оказались в ловушке кульминации. По щекам Ын Су периодически стекали слёзы, а До Квон лениво моргал, причмокивая губами.

Как долго это продолжалось? Внутренние стенки, обволакивающие его член, размягчились. Прерывистое дыхание Ын Су, вскоре стало размеренным. А член До Квона, который ненадолго обмяк, снова стал твёрдым и эрегированным.

Ын Су распахнул глаза, почувствовав, как живот снова наполнился. Он опёрся на руки, пытаясь выпрямить спину, До Квон схватил его за запястья и дёрнул вперёд. Верхняя часть Ын Су рухнула на грудь До Квона. Его пенис снова запульсировал в животе.

Ын Су задрожал и уткнулся лбом в грудь До Квона. Тем временем До Квон лизнул его щёку и обхватил мягкие ягодицы. Его пенис вошёл в тугое отверстие. Удивлённый, Ын Су рывком поднял голову.

– П-подожди... перерыв... надо...

Ын Су не хотел останавливаться, а просто желал сделать перерыв хотя бы на полчаса или час. Он прекрасно понимал, что им нельзя останавливаться, поскольку течка ещё даже не закончилась. Приятное тепло и возбуждение всё ещё задерживалось на кончиках пальцев.

Ему просто хотелось выпить воды, вытереть липкие гениталии и перевести дух, прежде чем начать снова. Хотелось заниматься любовью, прижимаясь друг к другу губами и нежно поглаживая гениталии, а затем, после некоторой прелюдии продолжить.

Но До Квон, похоже, принял намерения Ын Су иначе, поскольку он обхватил его руками и крепко прижал. Это был жест собственничества, словно он не собирался отпускать его, несмотря ни на что.

Ын Су решительно закачал головой, и даже замахал руками, которые и так были неподсвластны. Он должен был хоть что-то сделать, чтобы выудить этот перерыв. Иначе следующие несколько часов, а возможно, весь день, будет тяжело.

Однако До Квон не обращал на это внимание, вытащив свой пенис наполовину, а затем снова вогнал его.

– Нет-нет! Д-До Квон, пожалуйста! Ах!

Ын Су издал стон, напоминающий крик.

Его ноги, перекинутые через плечи До Квона, безвольно покачивались. Ын Су посмотрел на него полуоткрытыми опухшими глазами и вдыхал воздух, наполненный густыми феромонами. До Квон наморщил лоб и принялся двигать бёдрами, проникая в Ын Су.

Ын Су тихо вздохнул и посмотрел в окно. Ночь, заполненная яркими звёздами, прошла. Туманный рассвет миновал, а после кожу начало пощипывать солнечный свет. После мир заполнился закатными лучами и окрасился в красноватый оттенок, а потом снова наступила ночь.

Значит, уже прошёл целый день.

Секс становился всё более невыносимым, от осознания, что уже столько времени прошло. Бёдра и гениталии болели от постоянного трения, уголки глаз щипало, а живот покалывало. Кожа была влажной от количества эякуляции. А член, из которого снова и снова выплёскивалось семя, был обмякшим и похожим на расплавленную рисовую лепёшку.

Казалось, что он мог потерять сознание в любой момент. Как бы До Квон не продолжил мучить его уставшее тело, хотелось хотя бы мысленно покинуть эту пытку.

До Квон, не ведая намерений Ын Су, наклонился и укусил за его ключицу, оставив ещё один след на искусанной груди. До Квон провёл языком по отметине, а затем, широко высунув язык, он лизнул напряжённый сосок, слегка нажимая на него. Он прикусил его и потянул.

– Хм...

Ын Су поднял глаза на До Квон, чувствуя покалывание. Его мутные глаза на мгновение приобрели блеск, но лишь на секунду.

Чувства были искажены. Он стал толерантным к боли, удовольствии, течке. Он уже израсходовал все доступные ему чувства. Несмотря на то, что он не ел уже сутки, у него не было жажды и голода. Когда член вошёл в его отверстие, с губ сорвался слабый стон, не такой сладостный, как раньше.

Веки двигались медленнее, а дыхание становилось всё более равномерным. Тьма продолжала заполнять его разум. В тот момент, когда Ын Су почти потерял сознание, До Квон схватил его бёдра и притянул к себе. Нижняя часть Ын Су приподнялась над телом До Квона, выгнувшись в талии.

Проникновение стало глубже. Ягодицы Ые Су сплющились, как и яички До Квона. Но Ын Су уже никак не реагировал. Его глаза были настолько пусты, что было непонятно, куда он смотрел: то ли на До Квона, то ли в пустоту.

Уголки губ До Квона криво изогнулись. Казалось, ему было не очень приятно видеть это. Притянув к себе Ын Су, он нежно погладил его низ живота, а затем резко надавил на него.

– Мхм!!!

Глаза Ын Су широко распахнулись. Его ресницы взметнулись вверх, а челюсть опустилась. Отверстие Ын Су было настолько растянуто после длительного секса, что теперь, как бы глубоко До Квон не проникал в него, ему не было больно. Он лишь смутно ощущал, как сперма наполняла живот и вытекала из отверстия.

Но когда До Квон надавил на низ живота, внутренние стенки сильно сжались. И в этот момент его гениталии стали ощущаться очень отчетливо. Такое чувство, будто член До Квон резко увеличился в размерах.

Пока Ын Су находился в растерянности, До Квон медленно вводил и вынимал член.

– Нет, мхм,... ах!

Ын Су покачивал головой из стороны в сторону, и облако сна, нависшее над ним, вмиг рассеялось. Он попытался грубо оттолкнуть руку До Квона, ударяя его по запястью и царапая тыльную сторону ладони. Но запястья До Квона были такими прочными, как кора дерева. Вместо этого, он всё глубже толкался и давил на его живот, чтобы ещё больше спровоцировать Ын Су.

– Хны...хыы!

Пенис Ын Су, обмякший от вынужденного удовольствия, снова эрегировал. Это было не самое приятное удовольствие. Это больше походило на пытку.

Слёзы наполнили большие глаза Ын Су.

Он смахнул их и посмотрел на До Квона. Его красивые светло-карие глаза смотрели прямо на него.

– Ха... не делай этого...

– Не делать?

– Да, не надо...

Ын Су кивнул три раза подряд. Его пухлая нижняя губа выпятилась. Казалось, что ещё немного и он расплачется, как маленький ребёнок. Похоже, ему это не нравилось.

Словно желая успокоить его, До Квон всосал его губу, а затем отпустил.

– Тогда ты позаботишься обо мне?

– ...

На этих словах Ын Су шмыгнул носом и наклонил голову, поскольку не совсем понимал, что имеет в виду До Квон.

До Квон ухмыльнулся, а затем прикоснулся губами к мочке уха Ын Су и прошептал низким голосом.

– Не думай ни о чём другом. Если ты так сделаешь, мне будет очень грустно.

Последние слова заставляли пульсировать его член всё больше. Ын Су быстро кивнул головой. До Квон, сделав вид, что не заметил этого, несколько раз двинул бёдрами. Ын Су крепко обнял его за шею и прижался.

– Ах, хорошо! Я всё... сделаю! мхм!

Только после этих слов До Квон наконец остановился. Ын Су облегчённо вздохнул. До Квон осторожно обхватил его за бёдра и приподнял. Его взгляд не отрывался от него, словно он пытался проверить, сдержит ли Ын Су своё слово или нет.

Ын Су открыл едва закрывшиеся глаза и пристально посмотрел на До Квона. Заметив его милый взгляд, До Квон мягко улыбнулся и прильнул губами к лицу Ын Су. Он обхватил его за талию, прижимаясь к нему всем телом. Спустя некоторое время член стал пульсировать, готовясь к кульминации. И войдя в него как можно глубже, он наконец извергнул сперму.

Зрачки Ын Су уменьшились до точек, а глаза расширились. На этот раз спермы было особенно много. Живот наполнило до такой степени, и казалось, что он вот-вот лопнет. Ын Су стал царапать ногтями широкую спину До Квона.

– Мой ж-живот... он... он сейчас... л-лопнет...ха...

– Ш-ш, всё в порядке.

До Квон пытался утешить Ын Су тихим голосом. Но от этого ему не стало лучше. Липкая жидкость заполняла все внутренности, казалось, она вытечет через горло Ын Су.

– Нет, хык, нет...

Ын Су покачивал дрожащим подбородком из стороны в сторону. В то же время он пытался оттолкнуть До Квона, но тот лишь обнял Ын Су крепче. Он был вынужден принять всё сперму в себя, не имея даже возможности пошевелиться.

Ын Су рыдал от боли, поэтому До Квон слизывал его слёзы и шептал:

– Тебе же нужно забеременеть, так что прими всё, Ын Су.

– Б-беременность... я-я... сделал э-это... я уже... б-беременный...

Из-за затуманенного разума, Ын Су нёс всякий бред. До Квон, пытаясь сдержать смех, спросил:

– Ты? Уже беременный?

Ын Су быстро закивал головой. Он так мило и очаровательно поджимал губы, отвечая, что До Квон не удержался и рассмеялся.

Ын Су взглянул на него с озадаченным выражением лица, поэтому До Квон ласково погладил чёлку Ын Су и попытался вытащить пенис. Нахмурив брови, Ын Су смог расслабиться, чувствуя, как живот перестал сжиматься. Прерывистое дыхание стало более размеренным.

Затем До Квон вытащил член целиком. Липкие гениталии разошлись, издав чвакающий звук, похожий на лопающий мыльный пузырь. Тело Ын Су обмякло, он чувствовал, как из его отверстия стекала сперма.

Несмотря на то, что она вытекала, живот всё ещё были наполнены спермой До Квона.

"Всё. Я больше не могу. К чёрту эту беременность, я скоро точно умру."

Ын Су пополз к краю кровати, чтобы сбежать от До Квона. За всё время, что они знали друг друга, и за все десятки и сотни раз, когда они занимались сексом, До Квон, вероятно, до сих пор не мог утолить свою похоть. Ын Су хотелось сбежать прежде чем его снова поймают.

И, конечно же, глаза До Квона потемнели, когда он заметил обнажённые ягодицы Ын Су. Ын Су даже не пришлось оборачиваться, чтобы заметить его взгляд. Он вскочил на ноги и сполз по кровати, но большая рука просунулась подмышки и подняла его. И, в конечном итоге, Ын Су оказался в объятиях До Квона.

Все его усилия на побег были напрасными. Когда Ын Су пустыми глазами посмотрел на дверь спальни, До Квон поцеловал его плечо и сказал:

– Я сделаю это ещё раз, Ын Су.

Лицо Ын Су побледнело. Он попытался освободиться от руки До Квона.

– Хмпф... это так... тяжело...

– Прости, только один раз.

– Нет... хватит... пожалуйста.

Ын Су жалобным взглядом посмотрел на свой покалывающий пенис. Гениталии были покрыты спермой До Квона, а так же была опухшей и покрасневший от трения и прикосновения к ней. Его член даже не был эрегирован. Казалось, что он попал в какой-то страшный сон.

До Квон, заметив пристальный взгляд Ын Су, нежно обхватил его член и прижал палец к уретре.

– Тебе не обязательно кончать.

Ын Су хмыкнул от этих слов. А затем, как разъярённый кот, он посмотрел на До Квона широко раскрытыми глазами.

– Блять, ты врёшь! Лжец!

Ын Су разразился шквалом ругательств. В это время До Квона ввёл в него свой член сзади. Влажная дырочка разом поглотила член До Квона по самый корень. Ын Су откинул голову назад и вместо слов проклятий, издал похотливый стон. До Квон прижался к нему губами и прикусил.

Ын Су спал, как убитый. Но внезапно, не в силах побороть мучительную жажду, он открыл глаза. Тусклый свет, заполнивший комнату, обдали его своим холодом, и в тот же миг тело пронзила невыносимая боль. Мышцы, кости, гениталии – все это причиняло ему дискомфорт, а живот ощущался твердым, словно камень. Он почувствовал себя человеком, вернувшимся с поля боя.

С уставшим выражением лица Ын Су посмотрел в окно, где рассеивался мягкий свет утреннего дня. Вид снаружи был незнакомым. Осматривая комнату, он заметил, что обстановка изменилась до неузнаваемости. Очевидно, они не спали в той спальне, потому что кровать была в полном беспорядке.

Прокручивая в памяти события предыдущего вечера, он вновь ощутил, как жажда напоминает о себе. Обхватив край кровати, Ын Су попытался приподнять верхнюю часть тела. Но его плечи казались тяжелыми и непослушными, будто в затылок вбили кол.

– Ах...

Он тихо застонал и осторожно провел рукой по спине. Неужели это последствия бурной ночи? Обычно после близости с До Квоном он страдал от болей в спине весь следующий день. Но сейчас, учитывая их страстный и интенсивный секс из-за течки и гона, ощущения были гораздо более острыми и мучительными. Его тело казалось чужим.

Только...

– ...

Что-то толстое и горячего застряло позади. То, что он принял за кол, на самом деле существовало. Вопрос только в том, что это было?

Ын Су не составило труда догадаться, что это было, а точнее кто. Скорее всего, это владелец руки, обнимающей его за талию и грудь. А точнее, владелец члена.

Ын Су улыбнулся и оглянулся. До Квон спал, уткнувшись носом в его лопатку. Вероятно, он тоже истощил все свои силы после долгой ночи секса. Тем не менее ему удалось привести всё в порядок.

Ын Су попытался погладить красивый лоб До Квона, но даже это оказалось слишком сложно. Он испустил протяжный вздох. Затем он прикусил нижнюю губу и поддался вперёд, чувствуя, как твёрдая плоть, глубоко застрявшая в дырочке, постепенно выходила наружу.

– Хм...

Ын Су издал тихий стон. Было чрезвычайно больно ощущать, как вытаскивается плоть, которая долгое время была внутри. Казалось, что внутренности были готовы разорваться на части.

Холодный пот выступил на лбу Ын Су, а по спине пробежал холодок. Ын Су стиснул зубы и медленно вытащил пенис До Квона, выгнув спину дугой. Когда головка наконец выскользнула наружу, Ын Су на мгновение замер и затаил дыхание.

И в тот момент, когда он снова поддался вперёд, за его талию схватили. Ын Су напрягся от разочарования. Глаза распахнулись и округлились, напоминая мячики для пинг-понга.

"Нет, нет, только не это!"

Он отчаянно хватался за одеяло, но его тело упрямо тащили назад. Возбужденный член До Квона мгновенно упёрся в живот Ын Су и вошёл до упора.

– А-ах!

Ын Су застонал надтреснутым голосом. По телу пробежали мурашки. Волоски встали дыбом, мышцы напряглись, вызывая спазм по всему телу. Было такое ощущение, будто кто-то шилом протыкает его внутренние стенки.

До Квон, лизнув его мочку уха, низким голосом прошептал:

– Зачем вынимаешь?

– Угх...

– Не надо. Я просто боялся, что сперма, которую я влил в тебя, вытечет. Ын Су, как же ты мне нравишься, я бы хотел навсегда остаться в тебе...

Прошептав эти слова на ухо, До Квон помассировал его округлые ягодицы. Ын Су совсем не понимал, что происходит и двигал руками, желая совершить побег. Он, стиснув зубы, схватил руку, обвившую его талию, и отбросил её.

– Серьёзно... Ты хочешь сейчас умереть? Думаю, я могу сделать это прямо сейчас.

– Мне кажется, тебе не очень понравится идея стать вдовцом сразу после свадьбы.

– Нет, теперь мне кажется, что эта идея звучит не так уж и плохо, - угрюмо ответил Ын Су.

– ...

До Квон держал рот на замке. Он понял, что в словах Ын Су не была намёка на шутку. Он медленно вытащил свой пенис, который оказался зажатым между ягодицами Ын Су. Глядя на то, как дрожит спина Ын Су, До Квона снова охватило желание, но если он позволит себе лишнего, то недалеко будущее, в котором Ын Су станет вдовцом.

А ему не нравилась эта идея. До Квон так старался стать его мужем, но вскоре умрёт, так и не насладившись медовым месяцем. Это недопустимо.

Наконец член До Квона выскользнул наружу, и тело Ын Су обмякло. Некоторое время он дрожал, пытаясь оправиться от боли, а затем он снова лёг.

– Это действительно... так тяжело... – с подавленным голосом пожаловался Ын Су, его слова звучали как эхо его боли.

До Квон посмотрел на него, затем оглядел комнату, словно ища способ облегчить его муки. Встав с дивана, он схватил подушку и осторожно положил её под голову Ын Су.

Пристально изучая его лицо, До Квон задумался о чем-то важном. Затем, сделав глубокий вдох, он произнес:

– Ты хочешь пить? Могу принести тебе что-нибудь.

Ын Су слегка кивнул.

– Чего-нибудь тёплого...

С этими словами До Квон встал. Быстро накинув брюки, он вышел из комнаты. Вернулся он менее чем через три минуты, держа в руках большую кружку.

Ын Су попытался подняться с кровати, но До Квон поддержал его, помогая занять более удобное положение. Он потянулся к кружке, однако До Квон неожиданно прижал её к его нижней губе.

– Я взял эту, потому что полегче чашки не нашлось. Просто пей, – сказал До Квон, подавая кружку.

Ын Су слегка приоткрыл рот. До Квон взглянул на его губы и осторожно наклонил кружку. Ын Су стал глотать воду, делая несколько маленьких глотков. Это давалось ему с трудом – жгучая боль в горле была настолько сильной, что он вынужден был вытягивать шею.

От боли Ын Су нахмурил брови и откинул голову назад.

– Слишком горячо, – произнес он, когда вода коснулась его языка.

– Горячо? Подожди немного, – ответил До Квон, вставая с кровати.

Он подошёл к мини-холодильнику, налил воды в кружку и вернулся. Снова поднеся её ко рту Ын Су.

– Сейчас слишком холодная, – произнес Ын Су и поморщился.

Не сказав ни слова, До Квон вышел из спальни и вскоре вернулся с чайником. Ын Су продолжал жаловаться: вода то горячая, то холодная, затем просил открыть или закрыть окно, потому что кондиционер дует слишком сильно. Вдруг он заявил, что одеяло стало недостаточно мягким. После этого он захотел принять ванну, но, когда До Квон её набрал, передумал. Он также жаловался на боли в спине, просил помассировать её, а затем требовал нанести лекарство на опухшую область.

До Квон терпеливо удовлетворял все его прихоти, на лбу уже выступали бисеринки пота. Он был настолько преданным и верным, что если бы Ын Су приказал ему умереть, До Квон без сомнений выпрыгнул бы из окна.

Лежа на кровати, Ын Су постепенно расслабился, наблюдая за метаниями До Квона. Вскоре До Квон заметил, что Ын Су выглядит утомлённым, что заставило его краем рта улыбнуться.

– Теперь тебе лучше? – спросил он.

– Да, – ответил Ын Су.

– Хочешь что-нибудь сделать?

– Иди сюда и обними меня, – попросил Ын Су.

– Хорошо, – ответил До Квон, быстро забравшись на кровать.

Он обнял Ын Су, который расслабился и прижался щекой к его широкой груди, медленно моргая. До Квон нежно погладил его лоб большим пальцем.

Ын Су издал тихий вздох от этого прикосновения. Это звучало настолько приятно, что До Квон не удержался и прикусил его нижнюю губу. Однако Ын Су был поражён этим жестом, его глаза широко раскрылись, уставившись на До Квона.

К счастью, он не стал ругать До Квона или оттолкнуть его. Вместо этого он заговорил, словно рассказывая о чем-то повседневном:

– Кажется, я проголодался. Давай поспим и поедим.

– Хорошо. Что бы ты хотел поесть?

– Хм.... креветки? Крабы? В общем, ракообразные. Очень-очень больших и мясистых.

До Квон понимающе кивнул. Он подумал о том, что надо будет позвонить на кухню, когда Ын Су заснёт, и заказать три разных варианта ракообразных, как и говорил Ын Су.

После короткого разговора они некоторое время наслаждались тишиной. До Квон поглаживал спину Ын Су, словно убаюкивая его. Когда веки Ын Су опустились, он выглядел милым и очаровательным.

До Квон погладил его уголки покрасневших глаз, и Ын Су едва слышным голосом прошептал:

– Тебя не раздражает, что я такой капризный?

– Нет, не раздражает. Мне нравится, когда ты меня наказывает, что я сумасшедший. Я же говорил, что ты можешь ударить меня битой или ещё чем-нибудь.

– Пффф... Что за бред? Ты действительно псих.

– Я и есть псих, - самодовольно сказал До Квон.

Ын Су рассмеялся, и До Квон прикоснулся губами к его щеке. Ын Су с взаимностью ответил на поцелуй.

– Ты ведь будешь со мной, когда я проснусь?

– Да. Как всегда.

Эти слова заставили Ын Су улыбнуться. До Квон продолжал шептать о своей любви, пока он окончательно не уснул. До Квон поцеловал его, сказал, что всегда будет рядом, и что их ждёт счастливое будущее. И с этими словами Ын Су погрузился в глубокий сон.

Это был девятый, а точнее последний день их медового месяца. Ынсу в солнцезащитных очках удобно устроился на шезлонге на пляже. Солнце жгло, но прохладный ветерок нежно обдувал его тело, создавая идеальные условия для отдыха.

Пляж был просторным, и на белоснежном песке стояли лишь два шезлонга. Вокруг царила тишина, нарушаемая только звуками природы — это ощущение можно было назвать истинным раем.

Ынсу переминался с ноги на ногу. Его ступни и икры выглядели так, словно их искусали бесчисленные насекомые — это были следы губ Доквона. Сначала он не мог поверить своим глазам, но около недели спустя такие отметины начали постепенно исчезать.

Это радовало. Если бы он был в Сеуле, ему, возможно, пришлось бы носить водолазку с воротником в самый разгар лета. Конечно, в этом месте были работники, но они встречались довольно редко. Поэтому Ынсу либо прикрывался, либо надевал наряды, а иногда просто выходил в купальнике, не стесняясь своего тела.

Похоже, До Квону это очень нравилось. Каждый раз, когда он стоял рядом с Ын Су, он нежно целовал следы, оставленные им на его коже. Он не скрывал своего разочарования, когда они начали исчезать.

Хотя, стоит отметить, он не сдерживался даже в особо щекотливые моменты. Наносив солнцезащитный крем на руки Ынсу, он потом не мог остановиться, намазывая внутреннюю сторону его запястий, локтей и плеч.

Чувства были смешанные — это было одновременно и щекотно, и раздражающе. Больше всего его беспокоило, как быстро на коже высыхал солнцезащитный крем. Ын Су нахмурился и вывернул руку.

– Может, не будем пользоваться кремом? Мне он не нравится — слишком скользкий…

– Нет, нельзя. можешь сгореть на солнце, — решительно ответил До Квон.

Ын Су обиженно надул губы на его категорический отказ. Это выглядело забавно, учитывая, что по всему его телу были следы от губ.

Он безучастно смотрел на океан, пока До Квон мазал его пальцы рук и ног кремом для загара. Его взгляд не мог оторваться от белоснежных волн, разбивающихся о кристально чистую поверхность моря.

Он не мог поверить, что уже девятый день. Время пролетело незаметно, но, если задуматься, они успели сделать многое: катались на лодке и яхте, пробовали всевозможные морепродукты, обнималась, дремали и смотрели фильмы всю ночь.

У них несколько раз был секс. Гуляли по пустынному пляжу, держась за руки. Вертолетом отправились на близлежащий рынок, где наслаждались уличной едой и дешевым мороженым. Ын Су купил много экзотических фруктов, редко встречающихся в Корее, и хихикал, примеряя деревянную маску с лицом обезьяны.

Ын Су также хотел сделать несколько покупок, но на рынке было много некрасивого, и ничего стоящего, поэтому решил заглянуть в большой универмаг завтра, перед отправлением в аэропорт. Он хотел купить подарки для Мён Хи и Ки Хо, для коллег по работе и, конечно, кое-что для себя.

Интересно, какие здесь бренды и дизайны? Здесь круглый год лето, у них должно быть много легкой летней одежды. Ын Су наделся подобрать себе что-то на работу.

"Ох, а что же дарить коллегам на работе? Они даже были на свадьбе на острове Чеджу. Не думаю, что это плохая идея подарить что-то роскошное, например брелок, стоимостью около 400 000 вон. Уверен, До Квон не будет против заплатить. По словам Мён Хи, я теперь член семьи Сонджин, а значит, отношусь к чеболю. Все на работе уже знают, за кого я замужем. Что касается брелока, то будет совсем несовестно отдать за него такую кругленькую сумму."

Пока Ын Су думал о покупках, До Квон приблизился к нему. Он наклонил голову и посмотрел на него поверх солнцезащитных очков, как бы спрашивая, что его беспокоит.

– Ын Су.

– Да?

– Можно я потрогаю твой живот?

Ын Су рассмеялся от его неуместного вопроса. С тех пор как закончились течка и гон, До Квон всякий раз тянулся к его животу, выглядя при этом серьезным, нежно поглаживая. Казалось, он о чем-то размышлял или даже молился в такие моменты.

Ын Су кивнул. С его разрешения До Квон протянул руку, и его ладонь оказалась приятной на ощупь — большой, теплой, твердой и в то же время мягкой. Он положил свою руку на тыльную сторону его запястья.

– Ты беременный... верно? — спросил он, глядя ему в глаза.

– Я не уверен, — ответил он.

– Когда ты был беременным Бом-и, то запах от тебя был другим, и я сразу понял, что что-то не так, — продолжал он.

– Невозможно сразу забеременеть, нужно чтобы прошло несколько недель хотя бы.

До Квон только невольно хмыкнул в ответ.

Ын Су взмолился в своей голове.

"Может, мне стоит сходить к гинекологу, как только я приземлюсь? Я знаю, что, возможно, это слишком рано, но мне нужно узнать как можно скорее. В противном случае нам снова придется постараться."

"Пожалуйста, я хочу, чтобы ты появился. Я буду стараться, я буду очень хорошим, я буду любить тебя всеми возможными способами, я действительно хочу, чтобы ты пришёл в мою жизнь."

Некоторое время они лежали вместе, положив руки на его живот и мысленно молились об одном и том же желании.

До Квон обнял Ын Су за плечи, и он прижал голову к его груди. Он нежно убрал волосы с его лица и посмотрел на море.

– Тебе нравится здесь? — спросил он.

– Да. Это похоже на рай.

– Приедем сюда в следующий раз?

– Да. Но к тому времени нас уже будет трое.

– … Да. Давай постараемся, — сказал он, не скрывая своего волнения.

До Квон крепко прижал губы к виску Ын Су, а затем нежно поцеловал его лицо, не в силах сдержать внезапный прилив любви. Он захихикал от такой неожиданной нежности.

Так прошел последний день их медового месяца. Им должно быть грустно покидать этот райский уголок и возвращаться к повседневной жизни, но почему-то Ын Су с нетерпением ждал возвращения сюда.

Он ждал этого момента, потому что к тому времени, он будет не только с До Квоном, но и с маленьким малышом. Ын Су с улыбкой на лице похлопал себя по животу.

Молодая семья

Ын Су и До Квон сидели в своём любимом корейском ресторане. До Квон заказ столик за несколько дней до этого, едва усевшись, перед ними уже поставили еду.

Официантка поставила последнюю дымящуюся тарелку в середину стола. До Квон дополнительно попросил принести деревянные палочки для еды для Ын Су. Всё-таки для него железные были пока тяжёлыми.

Благодаря постоянному лечению состояние его запястья заметно улучшилось, и, хотя он еще не мог работать на полставки, повседневные дела давались легче. Доквон всегда просил деревянные палочки в ресторане, иногда даже носил их в кармане. Первый раз, увидев их, Ын Су громко рассмеялся.

Официантка принесла ему пару деревянных палочек для еды. Он аккуратно разломил их пополам и положил перед ним. Затем, взяв тарелку Ын Су, он поднял свежее жаркое и, среди множества блюд, выбрал то, что ему нравилось больше всего.

– Ешь.

– Спасибо.

Медленно взяв столовые приборы, Ын Су зачерпнул суп. Затем он положил в большую ложку риса с грибами и каштанами, приготовленных на камнях, и, не раздумывая, поднес гарнир ко рту. Но, несмотря на это, аппетита у него не было. Он не ел со вечера, и сейчас, казалось, рисовые зерна, попадая в горло, становились словно пластмассовыми. Ын Су медленно и тщательно пережевывал пищу, не желая экономить на еде.

Трапеза проходила в тишине. Они могли бы поговорить о еде, повседневной жизни или работе, но ни До Квон, ни Ын Су не произнесли ни слова. Вдруг Ын Су потянулся за жареным морским ушком в углу и случайно взглянул на До Квона. Однако...

– ...До Квон?

– ...

– До Квон, почему ты плачешь?

До Квон действительно плакал. Ын Су широко раскрыла глаза от удивления. Он склонил голову, позволяя слезам свободно течь. Он плакал так тихо, что Ын Су даже не мог представить, как это возможно. Удивившись, Ын Су отложил столовые приборы и подошёл к нему.

– Почему ты плачешь, До Квон?

– Ын Су...

До Квон уставился на Ын Су покрасневшими глазами. По его гладкой щеке стекала одна густая слеза. Ын Су протянул руку и осторожно вытер ее. До Квон обхватил его руку и прижал к своей щеке.

– Потому что... мне это так нравится... безумно нравится...

– ...

– Спасибо. Спасибо, Ын Су.

Слезы катились по его щекам, когда он снова и снов благодарил его. Его глаза были полны слез, а уголки рта тянулись вверх, словно он плакал от счастья.

Глядя на его улыбающееся лицо, Ын Су тихо вздохнул. Затем он присел на корточки и заключил в объятия До Квона. Он крепко обнял его, как будто ждал этого момента.

По идее, это должно было успокоить его, но по какой-то причине До Квон зарылся лицом в его плечо и заплакал еще сильнее. Ын Су погладил его по широкой спине.

Он догадывался, почему он плачет и почему он счастлив. Перед тем как прийти в ресторан, они посетили гинеколога — того самого, к которому часто ходили на приём.

Она провела осмотр и, наконец, сделала заключение:

– Поздравляю, у вас три недели беременности.

Эта спокойная, короткая фраза произвела глубокое впечатление. До Квон и Ын Су, сидя за столом, задержали дыхание. Их глаза расширились, а губы напряглись.

Они ожидали этого, но в то же время не ожидали.

В оцепенении они слушали рекомендации. У Ын Су уже был выкидыш, поэтому ему нужно было быть осторожным, а в этот раз ему сказали даже не думать о приёме средств, подавляющих феромоны.

Они вышли из акушерско-гинеколологической клиники , крепко держась за руки, и всю дорогу в машине до корейского ресторана молчали, радуясь чуду. Они представляли свое будущее и улыбались при мысли о том, как будут держать в руках своего малыша через десять месяцев.

Но для До Квона всё не закончилось этим. Он стал плакать во время еды.

Некоторое время спустя он без конца повторял, что очень счастлив, что благодарен и что у них все получится. Ын Су громко смеялся и похлопывал его по спине.

Он перестал плакать только тогда, когда еда остыла. Ын Су тихо рассмеялся. Мужчина плакал от счастья, что у него будет ребенок, переполненный эмоциями и радостью — разве это не мило?

Тоже самое было, когда у них появилась Бом-и. Ын Су почувствовал грусть при этом воспоминании, но быстро отмахнулся от него.

– Прости, тебе нужно поесть, - сказал До Квон. Его дыхание было прерывистым от слёз. Ын Су улыбнулся и вытер слезы с его глаз.

– Все в порядке. Тебе тоже нужно поесть.

Он вытер слезинку, висевшую на подбородке До Квона, и поднялся на ноги, чтобы вернуться на свое место. Но До Квон схватил его за запястье.

– Ешь здесь.

– Здесь?

– Ага. Рядом со мной. Не хочу тебя отпускать.

До Квон достал подушку, на которой сидел, и положил её рядом с собой.

– Ну, мы же не по разным комнатам сидим.

Ын Су колебался, но До Квон крепко схватил её за бедра и заднюю часть коленей, аккуратно потянув вниз. Когда его тело наклонилось, длинная рука обхватила его за талию и мягко опустила на сиденье рядом. Каждое движение было невероятно нежным, словно Ын Су качался на качелях.

Ын Су ошарашенно сузил глаза.

"Чёрт возьми... что за сила такая? Он точно человек?"

Сила До Квона поражала каждый раз, когда Ын Су с ней сталкивался. Это удивительно, когда он переворачивает Ын Су в постели одной рукой, словно он на сковородке, но ещё более впечатляюще, как он использует её так непринужденно в повседневной жизни.

Иногда Ын Су задумывается: может, было ошибкой ему работать в компании? Может, стоило его отправить на Олимпиаду, где он мог бы стать великим чемпионом?

Пока Ын Су находился в раздумьях, До Квон переставил блюда с другого конца стола. Подозвав официантку, он попросил подогреть суп, а затем аккуратно вынул кости из хрустящей жареной рыбы и положил один толстый кусок мяса на миску с рисом Ын Су.

– Поторопись и поешь, ты же не ел с утра.

– Ах... да...

Не в силах избавиться от удивления, Ын Су медленно взял столовые приборы. Соленая, жевательная мякоть рыбы была восхитительна, голод не заставил себя так долго ждать. Ын Су был так взволнован новостью о своей беременности, что почти ничего не ел, но теперь аппетит разыгрался не на шутку. Должно быть, теперь он смог успокоить сердце До Квона.

Пока Ын Су пережёвывал рис, До Квон положил ему на тарелку морское ушко. Глаза Ын Су загорелись при виде пухлого ушка, и он с удовольствием его съел. Уникальная хрустящая текстура ушка заставила его улыбнуться.

Доквон посмотрел на Ынсу и улыбнулся. Он подвинул подушку, на которой сидел, чуть ближе к нему, так что их предплечья соприкасались при каждом движении столовых приборов.

Ын Су заметил это, но ничего не сказал — ему просто показалось, что это мило. "Мой муж всегда старается сесть поближе ко мне. Ему даже стол кажется слишком далёким расстоянием. Это так трогательно."

Когда Ын Су закончил с ушком, на столе появилось блюдо из тушеных ребрышек, суп из водорослей и свежеприготовленное жаркое. Официантка на мгновение задержала взгляд на Ын Су и До Квоне, которые всё ещё прижимались друг к другу, но затем поставила еду и ушла, не обращая внимания на происходящее.

– Ты должен хорошо питаться.

До Квон придвинул миску с тушёными ребрышками и поставил её перед Ын Су. Тот кивнул и взял кусочек мяса.

– Да, конечно. Можешь не беспокоится. Я отлично ем, - с уверенностью произнес Ын Су. До Квон от души рассмеялся над его словами, наблюдая, как он запихивает в рот еду, и его пухлые щеки надуваются, как у ребенка. Не удержавшись, он чмокнул его в щеку.

Пока Доквон расплачивался за еду, Ын Су подошел к автомату у входа в ресторан и налив себе какао, с удовольствием выпил его. Запах насыщенного, сладкого напитка был просто пьянящим. Однако, после двух глотков, бумажный стаканчик оказался наполовину пустым.

Она хмыкнул и с серьезным выражением лица посмотрел на автомат. "Одного не хватит, двух тоже, а три я не могу себе позволить. Что же тогда сделать? — размышляла он. Разочарованно поджав губы, Ын Су допил свой напиток.

В этот момент к нему подошел Доквон, вытащив бумажник из внутреннего кармана.

– Хочешь какао?

Ын Су кивнул, и До Квон жестом указал.

– Здесь неподалеку есть кафе...

– Н-нет. Хм... я хочу это... вот это, - настойчиво повторял он, указывая на автомат.

Это было какао, которое стоило 300 вон за стаканчик. Оно было дешевым и по вкусу напоминало сухое молок, слегка кисловатым.

Лицо До Квона стало серьезным, как и выражение лица Ын Су. Он понимал, что Ын Су не сможет насытиться маленьким бумажным стаканчиком. Немного подумав, До Квон достал из автомата еще одно какао и протянул его.

– Подожди, - сказал он, и быстро шагая, ушёл.

Ын Су остался сидеть на маленьком пластиковом табурете рядом с автоматом, потягивая какао, которое купил для него До Квон. Он вернулся менее чем через три минуты с длинной кофейным стаканчиком в руке. Она была белой, аккуратной и новой.

Глаза Ын Су расширились от удивления. Он почесал голову, гадая, где он ее достал, но До Квон, вставив монетку в автомат, пояснил:

– По соседству есть небольшое кафе.

– Ты купил пустой стаканчик, - удивился он.

– Нельзя просто так купить стаканчик. Нужно для начала купить кофе, чтобы получить стаканчик.

– Ах, и они просто так его отдали?

– Почему не должны? Я попросил любой кофе самого большого размера, но без самого кофе.

Ын Су на мгновение замер, а затем разразился хохотом. Пока он смеялся, До Квон уже наливал какао в большой стаканчик.

Она хохотал, подпрыгивая на месте, представляя себе выражение лица До Квона и официантки, услышавшей его заказ: "Любой кофе, самого большого размера, без кофе, просто стаканчик". Смахнув слезу, образовавшуюся от смеха, Ын Су продолжал допрашивать.

– И в кафе тебе продали стаканчик, ничего не сказав?

– Нет, они спросили, зачем он нужен.

– И что ты ответил?

– Я сказал, что мой беременный муж хочет много какао из автомата. поэтому мне просто отдали его. Официантка была очень доброй.

До Квон отвёл глаза, вспоминая коротко стриженную женщину. Ему повезло, что она не сочла его сумасшедшим, подумал он, улыбаясь и протягивая Ын Су стаканчик.

Ын Су стоял рядом, с легкой улыбкой на лице. Он принял какао обеими руками, и ладони стали горячими и теплыми, словно это была температура сердца До Квона и доброта официантки. Ын Су улыбнулся и посмотрел на него. Он был так очарователен: ради одной мысли о какао он проделал весь путь до кафе, чтобы найти пустой стаканчик.

– Хочешь, чтобы я тебя поцеловал? - спросил Ын Су.

– Да, - подтвердил До Квон, наклонив голову вперед.

Ын Су хихикнул, приподнялся на носки и прижался к его щеке губами, а затем отстранился. Он знал, что До Квон не удовлетворится одним разом, поэтому повторил это еще раз, и еще, и еще, и еще. До Квон громко рассмеялся, его губы расплылись в улыбке.

Они шли, держась за руки, к припаркованной машине. До Квон усадил Ын Су на пассажирское сиденье и, убедившись, что он пристегнут, пересел на место водителя.

– Давай заедем в универмаг, прежде чем поедем домой, - сказал До Квон, заводя машину.

– Зачем? - спросил Ын Су, потягивая какао.

– Нужно купить витамины, пищевые добавки и фрукты.

Ын Су застонал от досады. Пищевые таблетки, фолиевая кислота, лактобактерии... Он знал, что они необходимы, но сама мысль о том, чтобы их принимать, вызывала у него неприязнь. Эти таблетки не имели никакого вкуса, и просто наполняли желудок водой. К тому же они были такими большими, что их было нелегко проглотить.

Лицо Ын Су стало мрачным. Увидев его выражение, До Квон быстро добавил:

– Если ты устал, я могу пойти один...

– Нет, пойдём вместе, иначе ты скупишь всё.

Скорее всего, он купит все таблетки, которые, по словам продавца, подходят. Не одну или две, а целую коробку. Ын Су был уверен, что До Квон обчистит весь магазин. Мысль о таблетках, сваленных до потолка квартиры, заставила его содрогнуться.

До Квон покачал головой, не понимая, почему они не могут просто купить несколько коробок.

– Но все же это намного лучше...

Ын Су сузил глаза, и До Квон быстро замолчал.

В выходной день дороги Сеула были загружены. Они то мчались вперед, то резко останавливались. На каждой остановке До Квон держал Ын Су за руку, его большой палец нежно гладил тыльную сторону его ладони, и целовал его сверкающее обручальное кольцо.

Глаза Ын Су блестели, и он улыбался от щекочущих прикосновений. До Квон ответно улыбнулся. Вдруг Ын Су поднял бровь.

– Нам нужно позвонить твоим родителям.

– Я сделаю это позже.

– Нет, я сделаю это сам.

Ын Су достал мобильный телефон До Квона, который находился на специальной подставке. Он набрал номер Мён Хи и нажал кнопку вызова. Раздался монотонный звонок, затем гудок, и вскоре раздался голос Мён Хи.

– Что такое, До Квон?

– Матушка, это Ын Су.

– Ох, да-да. Что такое?

– Я сходил к гинекологу.

– Оу... и что сказали?

Взволнованный голос Мён Хи внезапно понизился. Она боялась, что Ын Су будет разочарован отрицательными новостями. Но Ын Су быстро обрадовал её радостной вестью:

– Я беременный. Срок - три недели.

В трубке повисла тишина. Ын Су поджал губы в ответ на гнетущую паузу, и вдруг раздался короткий вскрик. До Квон и Ын Су одновременно разразились хохотом.

Мён Хи ещё долгое время кричала от восторга, а через несколько секунд раздался еще один знакомый голос — это был Ки Хо.

– В чём дело? С кем ты болтаешь?

– Ын Су! Он беременный! Ын Су беременный!

– Ваааа!

Снова послышались разговоры. Мён Хи и Ки Хо были вне себя от радости, чередуя поздравления и благодарности. Ын Су не стал затягивать разговор, кратко спросив как у них дела, и сообщил, что они с До Квоном собираются в универмаг за продуктами.

Машина До Квона заехала на парковку универмага. Ын Су уже собирался завершить разговор, когда Мён Хи окликнула его:

– Ох... Ын Су...

– Что такое, матушка?

– Это... тут такое дело... я купила вам дом.

– Что? Дом?

– Да. Я нашла отличный дом и купила, чтобы подарить тебе, когда ты забеременеешь. С такими покупками нужно разбираться намного раньше, чтобы потом не искать в спешке. К тому же в хороших районах дома быстро раскупают.

– ...

– Там, где вы сейчас живёте - есть лестница. Поэтому я переживала, что в таком месте, тебе будет сложно растить ребёнка. К тому же, когда срок станет большим, тебе станет тяжелее подниматься. Да и может быть небезопасно.

– ...

– Дом располагается Ёксамдоне, недалеко от твоей работы. Он просторный, у него есть двор, да ещё и район тихий. Он еще не обустроен, поскольку это куплено для вас, я не стала вмешиваться. В любом случае, у тебя получится сделать его уютным.

– ...

– Почему бы тебе самому не взглянуть, когда у тебя будет время?

Мён Хи была вежлива, но в то же время слишком настойчива. Ын Су несколько раз моргнул, затем улыбнулся.

– Спасибо, матушка.

Отказываться не имело смысла. Мён Хи была внимательна к деталям, так что этот выбор можно было доверить ей. Вероятно, это было идеальное место для воспитания ребёнка. К тому же дом с двором в Ёксамдоне стоил бы больше миллиона, так что они должны радоваться такому подарку.

Благодарность Ын Су обрадовала Мён Хи, поэтому вскоре они завершили звонок. Тем временем машина заехала на парковку. Когда До Квон заглушил двигатель, Ын Су отстегнул ремень безопасности и сказал:

– Ого, это так похоже на выигрыш в лотерее!

До Квон разразился хохотом.

До Квон и Ын Су обошли универмаг. Они собирались купить пищевые добавки и фрукты, но, как говорится, жизнь не всегда идёт по плану, а покупать только это было слишком скучно. Поэтому они направились в продовольственный отдел и купили всё, что захотели.

Ын Су выбрал кусочек торта "Красный бархат", к тому же в магазине были знаменитые эклеры, и он скупил все оставшиеся запасы. Он купил немного для себя и немного для своих коллег. Также он приобрел суши, пельмени, салат с рикоттой и любимые орехи До Квона.

Вернувшись домой, Ын Су поспешила к дереву Бом-и, чтобы полить его и сообщить, что у неё скоро будет братик или сестричка, после чего с удовольствием принялся уплетать купленную еду. Возможно, из-за того, что ему сообщили о беременности, он смогла съесть больше, чем обычно.

До Квон, сидевший рядом, с улыбкой наблюдал за тем, как Ын Су ест, а затем не забыл предложить ему питательные таблетки. Ын Су с радостью проглотил их.

Приведя себя в порядок, они приняли душ и переоделись в пижамы. Порывшись в кладовке, Ын Су направился к дивану в гостиной с большим пакетом начос. До Квон последовал за ним с сальсой и сырным соусом.

Они устроились на диване и начали смотреть телевизор. Все шоу выходного дня шли одно за другим.

Ын Су поедал начос, время от времени улыбаясь. До Квон обнял его сзади и просунул руку под рубашку, медленно поглаживая его живот, который всё ещё оставался круглым. Мысль о его медленно растущем животе была настолько приятной, что он не мог нарадоваться.

Ын Су смотрел телевизор, а До Квон представлял будущее. Выходные проходили в расслабленной атмосфере.

Около одиннадцати часов они стояли в ванной комнате рядом друг с другом, почистили зубы и легли в постель.

До Квон положил руку под голову Ын Су, как подушку. Ын Су прижался к нему и провел кончиками пальцев по его рельефному прессу. До Квон ждал, пока Ын Су уснёт, нежно поглаживая его плечи и предплечья. Внезапно Ын Су поднял голову и посмотрел на него.

– До Квон?

– М? Что такое?

– Завтра...

– Хм?

– Хочу чачжанмён.

До Квон фыркнул и рассмеялся. Ему было любопытно, о чем он думает, глядя в пустоту, но вскоре выяснилось, что его мысли заняты завтрашним меню. В конце концов, в жизни нет ничего важнее еды, особенно когда ты беременный.

До Квон прижал губы к лбу Ын Су и отстранил их. Мысль о том, что завтра он сможет часами наблюдать, как будут наполняться щёки Ын Су, наполняла его волнением.

– Да, давай закажем чачжанмён, джампон, жареный рис и кисло-сладкую свинину.

– Да, а ещё сливочные креветки.

– Конечно, сливочные креветки.

До Квон крепко обнял Ын Су, а затем отпустил его. Лицо До Квона вдруг стало серьезным. "Чачжамён из ресторана был невероятно вкусным. Но что же понравится Ын Су?" Нахмурив брови, он продолжал размышлять, как вдруг Ын Су потянул его за воротник. Он опустил взгляд и встретился с его глазами, и вдруг Ын Су улыбнулся, его глаза заблестели.

– Я счастлив.

Брови До Квона удивлённо поднялись.

– Ох?

– Счастлив. Очень счастлив.

До Квон замер, не решаясь что-либо сказать. Он быстро моргнул, склонив голову набок.

– Потому что ты завтра будешь есть чачжанмён?

Это была единственная причина внезапного счастья Ын Су, которая ему приходила на ум. Поэтому он был уверен, что это правильный ответ, но Ын Су лишь рассмеялся.

– Нет, я просто счастлив быть с тобой.

– Ах...

– Сейчас так спокойно и приятно. Думаю, завтрашний день будет тоже весёлым. А в будущем будет намного интереснее. Я вдруг почувствовал себя очень счастливым.

Ын Су распахнул руки и обнял До Квона за шею. Он улыбнулся и повернулся к нему лицом.

– Спасибо, что делаешь меня счастливым, Ын Су, - прошептал он ему на ухо.

– Спасибо, что делаешь меня счастливым, До Квон, - ответил он, прижавшись губами к его щеке. Они смотрели друг другу в глаза и улыбались, как малые дети.

Ын Су болтал о том и сем всю ночь, пока не уснул. Должно быть, он устал после нескольких бессонных ночей, проведенных в раздумьях после визита к гинекологу.

До Квон тоже не спал несколько дней, но ему почему-то не хотелось. Он лежал на спине, подложив руку под голову, и смотрел на Ын Су. Иногда он нежно убирал волосы с его лба, иногда украдкой улыбался ему, а иногда целовал его очень осторожно, пока вдруг Ын Су не зашевелился.

Пока он любовался им, уже наступил рассвет. Время, проведенное в обнимку с ним, шло незаметно.

Поглаживая уголки его глаз, До Квон медленно воспроизводил в голове события дня. У них скоро будет ребёнок, и получил от него поцелуй. Более того, он получил благодарность от Ын Су, что сделал его счастливее.

Как это хорошо и приятно.

Несмотря на то, что он не спал несколько дней, и практически мало ел, он чувствовал себя так, словно хорошо выспался, хорошо отдохнул и полноценно поел. Разум и тело были свежими.

Какими удивительными умениями обладал Ын Су. Было невероятно пойти против своей природы и сделать невозможное возможным. Можно было бы даже создать такую религию?

Интересно, как бы она называлась? Что-то вроде "Ын Су Кё"? До Квон тихо рассмеялся от этой мысли, а затем зарылся носом в волосы Ын Су и вдохнул его феромоны.

Он чувствовал себя как в раю, словно его тело плавало на облаке.

У Ын Су начался токсикоз уже на пятой неделе беременности. Он постоянно был бледным, и его тошнило от любой пищи, которую ему предлагали. В результате Ын Су и До Квон сильно похудели. В больнице настаивали на том, чтобы они нашли что-то съедобное, но Ын Су казалось, что ему даже дышать трудно, а До Квон целыми днями искал еду по всему городу, надеясь, что Ын Су сможет её съесть.

Мён Хи и Ки Хо также сильно волновались. Мён Хи, занимающаяся поиском и доставкой еды, с серьёзным лицом спрашивала у До Квона: "Он раньше ел холодную лапшу и ребрышки. Отвезешь его попробовать?"

Вечером того же дня До Квон отвёл Ын Су в ресторан после работы. Он впервые за почти две недели опустошил полностью свою тарелку. До Квон едва сдерживал радость. Ын Су, который до этого питался только лимонными конфетами, мороженным и манго, с радостью стал уплетать еду.

До Квон изучил, какие продукты может есть Ын Су, и сосредоточился на холодной лапше. Он составил список блюд, в которых используется много уксуса или уксусной пасты, и попробовал каждое из них: Пибимнэмён, пибимён, уксусные соленья, и разновидности кимчи.

В основном, все блюда подходили. Даже если До Квон добавлял в суп рис, то Ын Су тоже его ел с удовольствием. Поскольку большинство блюд были холодными, До Квон заставлял его пить горячий чай после еды.

После нескольких напряжённых недель токсикоз наконец закончился. Они смогли преодолеть самый опасный период - первый триместр, и уже начался второй триместр. Низ живота Ын Су стал более округлым.

Как только беременность Ын Су стала заметной, переживания До Квона достигли эпических масштабов. Ярким примером этого стал случай, когда Ын Су обедал с коллегами в столовой компании.

В меню обеда были бараньи ребрышки, морские ушки, говядина юкгэчжан, разнообразные гарниры, включая рис, а на десерт - круассаны с кремовым сыром и клубничные пирожные. Это были блюда, которые бы не стали предлагать в бесплатной столовой. Все сотрудники были в восторге от еды, но только команда дизайнеров, похоже, была не в настроении.

Команда дизайнеров из шести человек сидела у окна и наслаждалась обедом. Причина, по которой здесь было 6 человек, а не 4, заключается, в том что около месяца назад они наняли ещё двух новых людей. На первый взгляд, два человека могут показаться незначительным количеством, но для команды это было довольно много.

С ростом компании и улучшением льгот работы становилось больше, но нехватка рабочей силы не была главной причиной нового найма. Основной причиной стало то, что Ын Су ждал ребенка. На ранних сроках его беременности До Квон задался вопросом, стоит ли увеличивать команду дизайнеров. Он, вероятно, не хотел, чтобы Ын Су слишком много работал в этот важный период.

После недолгих раздумий Ын Су согласился. Он знал, что надолго покинет компанию, и им троим будет сложно справляться с объемом работы. Даже если бы он вернётся, то не смог бы работать так же усердно, как раньше. Ын Су не хотел зацикливаться на работе, воспитывая ребенка, но и бросать ее не собирался. Все дело в жадности.

Тем не менее, он стремился хорошо выполнять свои обязанности и одновременно быть хорошей матерью. Поэтому он согласился на увеличение штата, хотя понимал, о чём на самом деле думает До Квон. В итоге команда дизайнеров расширилась до шести человек, и объем работы действительно сократился.

Пока Ын Су зачерпывал миску с наваристым супом, Со Ён и остальные члены команды внимательно наблюдали за ним. Два новичка отвели глаза, и, как обычно, Со Ён взяла инициативу в свои руки.

– Может быть, мне кажется, но с тех пор, как Вы забеременели, меню в столовой стало таким...

– Разве? Раньше же здесь был ресторан.

Другие члены команды поддержали друг друга. Ын Су со стуком отложил столовые приборы, неопределенно улыбнулся и поднял голову.

– Не думаю...

До Квон оказал большое влияние на "Первый сезон", ведь это была его компания. Естественно, когда Ын Су заметил изменения в меню столовой, то сразу понял, что это было дело рук До Квона.

Следить за питанием Ын Су - стало первоочередной задачей. Поскольку он был беременным, то До Квону было необходимо удостовериться, что тот правильно питается.

Теперь ему нужно было быть осторожным с сырыми продуктами и не есть слишком много острого. Побольше белка, и как можно больше салатов. Было слишком очевидно, что До Квон отдал такой приказ.

Это было неплохо. Благодаря маразму До Квона, остальные сотрудники могли хорошо питаться, и даже не платить за это денег. Все расходы оплачивает компания. К тому же, деньги снимаются с банковского счёта До Квона, на котором и так сплошные нули.

Очевидно, что это не то, о чем Ын Су должен сожалеть.

Придя к такому выводу, Ын Су пожал плечами и продолжил есть. Но обсуждение в команде не закончилось.

– Разве нам не повезло, что мы можем есть такую еду каждый день? Я с удовольствием пропущу завтрак, чтобы поесть здесь. Даже теперь хочется приходить на работу по выходным.

– Да, наверное, именно поэтому ты подружился с человеком с деньгами.

– Эх, руководитель команды Ю - не просто мешок с деньгами.

– Руководитель команды Ю, пожалуйста, оставайтесь с нами надолго.

Ын Су не мог ни смеяться, ни плакать при этих словах. Он подумал, что они пытаются его слегка раскритиковать, но всё же они не такие люди, которые так просто могут поступить так.

С тех пор, как все узнали о беременности Ын Су, все предлагали ему немного поспать. Вместо бара во время корпротивных ужинов они ходили в кафе, также спрашивали пожелания Ын Су при регулировке температуры обогревателя и без лишних слов брали на себя выполнение простых задач.

Ын Су закончил трапезу с широкой улыбкой.

После этого он много работал. Мысль о том, что ему придется взять отпуск по уходу за ребенком в дополнение к декретному отпуску, заставляла его чувствовать крайне неудобно. Компания хоть и была чрезвычайно щедрой, но когда дело обстоят родов и ухода за детьми, всё было иначе.

Ын Су смотрел на монитор, пока его глазные яблоки не начали уставать. И вот, около четырех часов дня, появился знакомый курьер с тележкой. Сегодня тележка была полна коробок.

Войдя в офис, он, естественно, посмотрел на Ын Су. Ынсу вздохнул, подошел к курьеру и молча поклонился. Курьер улыбнулся и тоже поклонился.

– Сегодня тоже..? - нервно спросил Ын Су. Вопрос звучал не слишком уверенно, но курьер все же ответил, кивнув головой:

– Да, сегодня тоже.

Когда Ын Су повернулся, опустив плечи, он встретил взгляды десятков сотрудников. Сверкающие глаза жаждали сладостей в такой ленивый полдень.

Смущенно улыбнувшись, Ын Су помог курьеру опустить коробки на землю. Сотрудники поспешили забрать их.

– Беременному не следует поднимать это, оставайтесь на месте!

– Но это же не тяжелое...

– Все равно не трогайте. Разве ваш муж не говорил, чтобы вы не поднимали ничего тяжелого? Он отправил вам всё это для того, чтобы вы были внимательным!

Отведя Ын Су в сторону, сотрудники понесли коробки в главную комнату для совещаний. Вытерев лицо и глубоко вздохнув, Ын Су отправил курьера обратно. Курьер сунул ему в руку квитанцию и ушел с улыбкой, обещая увидеться снова.

Ын Су направился в зал заседаний, где коробки уже ждали его. Он открывал их одну за другой. Тонко упакованные коробки раскрывались, показывая свое содержимое: яблочный пирог с крамблом, винансье, мильфей, пальмье и другие десерты, а также инджолми, пирожные с кремом, медовые пирожные и много чего другого.

Персонал был поражен. Ын Су сморщил нос — от такого количества еды ему стало не по себе. Но, словно ему было все равно, он жестом велел им есть.

Ын Су взял булочку со вкусом сыра и поднес ее ко рту. Каждый день До Квон покупал много десертов каждые два дня. После того как токсикоз Ын Су закончился и он начал нормально есть. Тогда Ын Су случайно обронил фразу: "В это время всегда хочу кушать". И он думал, что на этом всё закончится.

До Квон захотел кормить его закусками, но не мог каждый раз забирать Ын Су с работы, и также не мог просто отправить ему кусочек торта, когда в компании были все сотрудники. Поэтому он покупал большое количество десертов, чтобы разделить между всеми.

Благодаря этому в компании появились перерывы на перекусы — свободное время, около 30 минут, чтобы насладиться чем-то вкусным, отдохнуть, поболтать а после вернуться к работе.

Это было неплохо, но Ын Су, как человеку, который не любит быть в центре внимания, это не слишком нравилось. Конечно, еда, которую ему присылали, была очень вкусной, и он ел ее довольно много.

– Лидер группы Ю, я с аппетитом поем!

– Благодаря лидеру группы Ю, мой живот чувствует себя замечательно в эти дни.

– Мне больше нравятся десерты, которые приносят в это время, чем в обед.

Сотрудники благодарили его. Ын Су слабо улыбнулся. Он был рад, что все хорошо питаются.

Ын Су взял большой пирог с кремом и отправил его в рот. Воздушный корж и сладкая кремовая начинка были просто фантастическими. Подняв бровь, он взял коробку и проверил этикетку. "В следующий раз я куплю его снова."

Но тут у него возник вопрос. Откуда До Квон узнал об этом магазине? Он не очень-то интересовался десертами, поэтому не знал ни о каких других местах, кроме тех, о которых Ын Су ему рассказал. Ын Су забеспокоился, что До Квон весь день искал рестораны, вместо того чтобы работать в офисе.

Ын Су взял еще один пирог и с серьезным лицом съел его, мысленно запоминая название бренда, в то время как его товарищи по команде болтали.

– Но сегодня кое-что изменилось.

– И правда. Действительно.

– Может, дело в том, что здесь больше еды и больше разнообразия?

– Нет, обычно директор присылает продукцию из одного магазина. Но сегодня такое ощущение, будто он выкупил весь склад?

– А директор способен на такое? - спросила Со Ён, и Ын Су кивнул. Он быстро прожевал и проглотил пирог, чтобы взглянуть на квитанцию, которую ему отдал курьер.

– Да. Курьер сказал, что он из Сонджина. А значит, единственный человек, который может прислать что-то подобное - это господин До Квон.

Ын посмотрел на квитанцию с данными отправителя и получателя и напрягся.

– Ах...

В графе отправителя было имя Мён Хи. Ын Су прокашлялся, поэтому Со Ён просунула голову.

– Это ведь не директор?

– Это... не от господина До Квона, а от его мамы.

– Ого, потрясающе. Если вы говорите, о его маме, то речь идёт о председателе?

– Председатель Со из Сонджин груп?

– Ох... это...

Члены команды были впечатлены. Ын Су рассмеялся. Что ж, Мён Хи старалась нисколько ни уступать До Квону. Когда Ын Су работал ещё в Сонджине, то он мог увидеться с ней, просто воспользовавшись лифтом, чтобы поесть вместе. В последнее время она часто звонила ему, интересуясь, как Ын Су питается, набирает ли он вес и хватает ли еды, хотя Ын Су ест пять раз в день. В конце концов, она не выдержала и отправила ему еду курьером.

Когда Ын Су вернулся с работы, он решил позвонить Мён Хи, чтобы поблагодарить её, а может, даже пригласить поужинать вместе. Один из членов команды тайком задал ему вопрос. У это человека уже было двое детей, и он был женат уже восемь лет.

– Кстати, господин Ю, вы ещё называете своего мужа по фамилии?*

*Всю новеллу Ын Су обращался к нему "До Квон-щи."

– Ох, да-а... эм...

– Разве так удобно? Такое ощущение, будто вы не близки.

– Ах... это так выглядит?

– А как директор называет вас, руководитель группы Ю?

– Он обращается ко мне "Ын Су-я".

– Тогда почему бы вам не поменять обращение? Теперь, когда у вас скоро родится ребёнок. Да и мириться после ссоры проще.

– Ссориться?

– Да. Знаете сколько хлопот от частых недосыпов. Вы будете постоянно на взводе. Но чтобы расположить к себе человека, вы сможете назвать его по имени. Директор даже будет чувствовать себя проигравшим, даже не успев поругаться.

– Ах...

– Ну, даже если вы не ссоритесь, то обращение по имени может многое изменить. Вы друзья, компаньоны, семья - вы будете стареть вместе и становиться старше. Так что смена обращения может сделать вас ближе, а ещё это будет признаком уважения.

Ын Су замолчал, и понял, что это действительно так. Ему показалось странным называть его "До Квоном", когда они станут старше. Даже если До Квон не против такого обращения, то для других это выглядит странно.

"Что касается ссор... Ну, не знаю. Не думаю, что это случится. Но даже если я буду раздражён чем-то незначительным, До Квон из тех, кто попросит прощения и скажет, что был не прав. Но, как знать..."

Ын Су разломила булочку пополам и отправил её в рот.

Ассорти из гопчана зашипело. Ын Су с аппетитом смотрел на горячую тарелку, а его голова непроизвольно наклонилась, поэтому До Квон подтолкнул его лоб назад.

– Брызги масла могут попасть.

– Угу.

– Сначала съешь это.

– Хорошо.

До Квон поставил перед Ын Су только что приготовленную лапшу в горячем горшочке. Хотя лапша в горшке выглядела не очень привлекательно, это не мешало Ын Су желать её попробовать. Ему не нравился гопчан, покрытый маслом и жиром, но он не смог устоять перед соблазном съесть целую куриную грудку, ведь ему было необходимо получить порцию белка.

Зачерпнув немного горячего супа с лапшой, Ын Су с довольной улыбкой кивнул. До Квон нахмурил брови и улыбнулся, выглядя довольным. Заметив, что Ын Су нравилось это блюдо, к нему пришло облегчение.

Когда Ын Су закончил с лапшой, гопчан пожарился до хрустящей корочки. Он выбрал самые лучшие кусочки и положил их перед собой. Обмакнув их в маринад, Ын Су поднес к губам, и на его лице сразу же появилась улыбка.

До Квон усмехнулся и подвинул к его тарелке соль.

– Жаль, что тебе нельзя пить.

– Ничего, зато я смогу больше съесть гопчана.

Ын Су пожал плечами и продолжил есть. Время от времени он выковыривал зелёный лук, ел яйца, сваренные вкрутую, и доедал остатки из горшочка. Проницательный До Квон добавил ещё лапши. Ын Су улыбнулся и прижался головой к его предплечью.

До Квон рассмеялся или вздохнул — Ын Су не мог точно определить. До Квону вдруг пришла мысль, что Ын Су может последовать за любым человеком, если он поманит едой.

Когда тарелка наполовину опустела, Ын Су вдруг воскликнул:

– До Квон!

– Да?

– Сегодня мы будем очень заняты.

– Почему?

– Потому что у нас много работы.

– Много... работы? В такое время? Вам всё ещё не хватает сотрудников?

Лицо До Квона вдруг стало серьезным. Ын Су покачала головой, в то время как он усердно жевал и проглатывал кусочек мяса.

– Я думаю, что настало время придумать имя.

– Ах... внутриутробное имя...

Брови Доквона взметнулись вверх. Он тихо ахал, произнося: "Внутриутробное имя. Внутриутробное имя." Пока он серьёзно думал, Ын Су осторожно заговорил.

– Думаю, для второго ребёнка больше не стоит придумывать такие некреативные имя, как "Бом-и" или например "Ёрым*". Иначе нам придётся следующих детей называть "Каыль" или "Кёуль", чтобы завершить цикл времён года.

*Ёрым - 여름 - лето

Каыль - 가을 - осень

Гёуль - 겨울 - зима

До Квон усмехнулся, согласившись с Ын Су. Имя "Бом-и" было придумано не просто так: в тот день погода была прекрасной, а цветы цвели во всей красе. Лето, осень и зимние морозы интересовали До Квона в меньшей степени. Он не стал бы давать своему дорогому ребёнку такое некрасивое имя.

Отведя глаза и погружаясь в размышления, До Квон заметил, как Ын Су хмурится, губы его плотно сжаты. Вдруг он вспомнил, что сказал Ын Су, когда давал имя Бом-и:

– Больше никаких "Макчан*".

– Что?

– И больше никакой "лапши в горшочках"*.

– О чём это ты?

*Для тех, кто не помнит: когда До Квон и Ын Су придумывали имя ребёнку, Ын Су называл его названиями блюд. Отсюда До Квон и сделал такое замечание. (Они как раз едят макчан и лапшу в горшочках.

Ын Су покачал головой. Было бессмысленно, что До Квон предостерегал его от переедания, ведь он и так уже много съел, да ещё и заказал новую порцию лапши. Его глаза расширились от удивления, и До Квон погладил его по волосам, произнеся:

– Я про внутриутробное имя.

– Кто мог бы назвать так ребёнка? Ах...

Ын Су, едва улыбавшийся, вдруг напрягся. В голове всплыли смутные воспоминания из далекого прошлого. Тогда они были в ресторане, где подавали гопчан, и стоял прекрасный весенний день, когда они придумывали имя для Бом-и.

– Эм… Ещё я думал… над «Хэсам»?

– Хэсам? Ты имеешь в виду «морской огурец»?

– Да, когда я видел её во время УЗИ, она была похожа на морской огурец.

– ...

– Это плохо? Или… «Дэ Чан»? «Дэ Чан» значит слишком пухлый, верно? Хотя она была такой маленькой, может, «Гопчан-и»?

Вспомнив этот короткий разговор, Ын Су потер лицо. Наконец-то он понял, о чем беспокоился До Квон. Ын Су сделал глоток холодной воды.

– Нет, в этот раз надо что-то другое.

– Хм... кажется, у меня есть идеи.

– Какие?

Ын Су не хотел ничего особенного, но и не хотел чего-то банального. Он прищурился, и вдруг в его голове возник жёлтый, пухлый и сочный фрукт.

– Манго. Как насчёт манго?

– ...Манго? Почему именно он? Ты его ел, когда страдал от токсикоза, поэтому хочешь назвать так?

– С чего бы вдруг? Я просто подумал о манго, которое нарезал для меня До Квон. То невероятно вкусное.

– ...

– Да и звучит мило...

"Манго-го" - произносил Ын Су, удлиняя слог. Сначала он произносил "манго" по- английски, потом отдельно ещё раз произносил имя. Затем он схватил руку До Квона и положил на свой небольшой округлённый живот. До Квон ощущал тепло сквозь свободную рубашку.

– Мой живот сейчас размером с манго.

– А когда он увеличится, ты назовёшь его дыней, а потом арбузом?

– Ну хватит шутить!

– Хм...

– Возможно, дело в том, что я помню время, когда ты разрезал для меня манго на две половинки, не вытащив косточку. Как ни странно, но когда я ем манго, то в голову приходят эти ценные воспоминания. Да и слово звучит для меня как-то уютно и знакомо. Поэтому я предложил назвать его "манго"

До Квон рассмеялся. "Манго". Звучит неплохо. И то, как Ын Су произносит это имя, звучит мило. Пока До Квон повторял про себя это слово, Ын Су пододвинул стул и сел рядом с ним.

– Нужно сделать ещё кое-что.

– Что именно?

– На этот раз нам нужно выбрать прозвище для тебя.

– ...Прозвище? Мне?

Глаза Доквона расширились от удивления, и Ынсу не удержался от хихиканья, заметив его реакцию.

– Просто я подумал, что тебе тоже нужно дать прозвище.

– Почему вдруг?

– Эм. Дело в том, что когда я называю тебя "До Квон-щи", то это звучит так, будто мы не пара.

– Серьезно?

– Да, именно. Это не отличается от тех времен, когда мы встречались и я еще работал офисным работником. Но теперь мы женаты, и мне кажется, было бы уместнее называть тебя как-то по-домашнему или семейному.

– По-домашнему или семейному... - задумчиво произнес Доквон, поглаживая подбородок.

Он взял горсть золотисто-коричневых потрохов и положил их на тарелку Ын Су. Затем, подозвав официанта, заказал два порции жареного риса.

Прежде чем Ын Су успел сказать, что хочет еще мяса, он быстро переключился на другие пункты меню. Если этого будет недостаточно, До Квон планировал купить ему смузи, чтобы он мог перекусить по возвращении домой.

Ын Су отправил в рот сразу два потроха, тщательно их пережевал и снова поджал губы.

– Я тут подумал о нескольких вариантах, что слушай внимательно и выбирай.

– Хорошо.

– Первый вариант: дорогой.

– Кха!

До Квон закашлялся, хотя ничего не ел. Это было такое неожиданное и щекочущее прозвище, произнесенное Ын Су, что он не мог поверить своим ушам. На самом деле, она хотел услышать его ещё раз, но не мог придумать причину.

До Квон выглядел так, будто его ударили по затылку, а Ын Су поднимал пальцы, перечисляя примеры.

– Второй - милый. Третий - До Квон-хён.

– ...

– Четвертый - "папа манго". Но это не совсем правильно, я ведь тоже папа Манго, так что четвертый вариант отменяется.

Похоже, Ын Су не испытывал ни капли стыда, произнося такие слова. В то же время До Квон чувствовал, как у него горят уши от смущения. Он потер их ладонями, а Ын Су прижался к нему своим милым личиком.

– Все плохие?

– Нет, нет... Все хорошие. Все хорошие...

– Они все хорошие?

– Да, все хорошие, просто трудно определиться.

До Квон быстро моргнул. Конечно, то имя, что засело у него в ушах, было номером один. Но если бы он выбрал его... он бы не смог больше жить своей обычной жизнью. Даже сейчас внутри всё сжималось от желания слышать голос Ын Су, пока До Квон работает, спит, ест и пьёт. Если бы он назвал До Квона "дорогой", он бы бросил всё и прижался к нему, виляя задницей, как собака, ждущая хозяина, пока он не позовет.

Трудное решение. Очень, очень трудное.

Пока До Квон боролся с мыслями, на стол подали жареный рис. Ын Су орудовал своей ложкой, наслаждаясь блюдом. Когда половина была съедена, До Квон предложил выбор.

– Думаю, можешь просто называть меня хёном.

Выражение его лица было таким же потерянным. Ын Су опустил ложку и посмотрел на До Квона, который, казалось, был не в лучшем настроении. Может, он ему не нравились все варианты, и он решил оставить этот? Ын Су стал беспокоиться, и До Квон схватил тыльную сторону руки Ын Су.

– И...

– И?

– А иногда... можешь называть меня "дорогой"... Да, думаю, это не так уж и плохо.

Ын Су сморщил нос. "Называть его хёном, но иногда "дорогим". Разве это не будет выглядеть странно?

– Иногда?

– Ну, время от времени. Раз или два в неделю, нет, может быть, раз в день...

До Квон слегка заикался, пытаясь выглядеть серьезным. Ын Су уставился на него с негодованием, а затем ухмыльнулся. Он видел намерения До Квон насквозь. Наклонив голову, Ын Су посмотрел на него своими полными любви глазами.

– Если уж ты так решил, то почему бы просто не сменить "хён" на "дорогой"?

– Ах... нет, нет, нет...

До Квон закрыл лицо своими большими ладонями, и его лицо, выглядывающее из-под пальцев, покраснело. Ын Су похлопал его по бедру и рассмеялся.

"Боже, его лицо покраснело оттого, что его назвали "дорогой". И это даже не начало наших отношений. Мы вместе уже более пяти лет, и уже даже женаты, а он так смущается, когда его так называют".

Ын Су легонько ущипнул мочку уха До Квона.

– Ах, До Квон, ты сегодня такой милый.

– Ты тоже милый.

– Нет, ты сегодня милее, - твёрдо сказал Ын Су, и До Квон не стал с ним спорить. Ему было важно охладить покрасневшее лицо.

– Хорошо. Я буду называть тебя "хёном" и "дорогой" раз в день.

Слова Ын Су прозвучали по-доброму, и До Квон кивнул. Затем он стал заботиться о питании Ын Су. Он наливал ему воду, убавлял огонь и снова наполнил опустевшие тарелки гарниром. Он делал это так странно, будто ещё не до конца пришёл в себя. Жар, который не успел уйти с его лица, всё ещё не сходил.

Ын Су улыбнулся и нежно провел большим пальцем по его лицу. Если бы здесь не было так много людей, он бы непременно поцеловал его.

Когда трапеза подходила к концу, Ын Су тихо заговорил, словно это не имело значения.

– Эм... могу ли я... опустить формальности?

– А?

– Могу ли я говорить с тобой неофициально?

– Ох, да. Конечно.

– Что? Это было так просто?

– А почему должно быть сложно? - бесстрастно произнёс До Квона.

Ын Су, чувствуя себя несколько потерянным, надул губы. Он был не согласен с мнением, что если один обращается к другому с вежливой речью, это не значит, что его статус в отношениях ниже. Но если разделить преимущество между До Квоном и Ын Су, то определенно До Квон выходит на первое место.

Однако Ын Су хотелось выйти с До звоном на более глубокие отношения. Как и сказал сегодня его коллега, что обращение "До Квон-щи" делает Ын Су слегка отстранённым от него. Да и сам Ын Су с таким обращением не чувствовал себя его семьёй. К тому же теперь они собираются прожить вместе остаток жизни, поэтому Ын Су желал стать к нему ближе. Интересно, насколько бы изменились их отношения, если бы Ын Су поменял обращение на более краткое? Он не мог точно сказать, но, возможно, теперь их отношения станут лучше и комфортнее. Теперь они будут одной семьей, и Ын Су всегда сможет положиться на До Квона.

Судорожно сжимая пальцы, Ын Су тихо заговорил:

– Тогда... я буду постепенно... отпускать формальности...До Квон...хён.

– Угу.

До Квон ответил с запинкой. Ын Су выбрал называть его хёном вместо "дорогой", но До Квон не возражал. Его взгляд цеплялся за губы, которые при произнесении этих слов кривились, а взгляд застенчиво отводился.

Они улыбнулись друг другу, чувствуя, как их отношения постепенно стали ещё глубже, чем раньше.

Первым в постель лег Ын Су. Позже, после того как До Квон включил отопление и привел себя в порядок для прохладной осенней ночи, он забрался к нему. Повернув в руках мобильный телефон, Ын Су протянул к нему руки, и он обнял его, погрузившись в знакомые объятия.

Некоторое время они наслаждались теплом тел и дыханием друг друга, но вдруг Ын Су откинул через голову свою футболку. Взору открылся его слегка выпуклый, белый и гладкий живот. Встревоженный, До Квон быстро натянул её.

– Холодно же.

– Нет, мне совсем не холодно, – ответил он, снова стянув одежду. Затем он положил руку До Квона себе на живот и накрыл её своей.

– Раз мы определились с именем, не должны ли теперь представиться друг другу?

– Ах...

– Я буду первым, – сказал Ын Су, опустив голову.

Он облизал пересохшие губы, прочистил горло и обратился к Манго голосом, наполненным нежностью и любовью.

– Манго, привет.

Ын Су засмеялся, а До Квон почувствовал себя неловко и застенчиво. В груди у него зашевелилось тепло. Это было странное чувство. Пожав плечами, Ын Су посмотрел на До Квона.

Поняв, что настала его очередь, он тоже прочистил горло и, низким, спокойным голосом произнес:

– Манго, привет.

Рука Доквона нежно погладила живот Ын Су. От тепла и мягкости его ладони Ын Су слегка вздрогнул. "Мой ребенок", — пронеслось в голове До Квона. Он уткнулся лбом в его плечо, а Ын Су нежно погладил его по волосам, целуя в висок.

Оба мужчины затаили дыхание, сосредоточившись на Манго. Ын Су прильнул к его груди, и До Квон прошептал:

– Должны ли мы включить музыку для малых детей и поговорить с ним на английском языке?

– Не говори глупостей. Это наш ребенок, он справится сам.

– Ну, я не это имел в виду... просто... говорят, что светлый ум передаётся от родителей. Ты ведь знаешь, что моя мама была профессором английской литературы?

– Я знаю. А ещё знаю, что твой отец был исследователем.

– Ну, просто мои родители хорошо учились в школе, родители моего брата тоже, и сам брат тоже учились хорошо в школе. Так что он тоже будет хорошо учиться.

– В любом случае, такие вещи не настолько важны.

До Квон холодно кивнул в знак согласия. Ын Су разразился хохотом. Их разговор был настолько абсурдным, что любой, кто его услышал бы, не смог бы сдержать удивления.

После того как они немного посмеялись, Ын Су погладил уголок рта и произнес:

– Ah... На самом деле, я не против, если ты не сможешь хорошо учиться или что-то делать. Главное, чтобы ты родился здоровым.

– ...Верно. Ничего страшного, если ты не сможешь учиться, мы обо всем позаботимся.

– Да, мы сделаем для тебя всё возможное. Пожалуйста, только родись здоровым... – с серьёзным выражением лица произнес Ын Су, поглаживая свой живот, словно молясь.

Лицо Доквона потемнело. Он задумался, а затем вдруг опустился на колени и прошептал в её округлый живот:

– Манго, тебе просто нужно родиться здоровым. Тогда ты сможешь получить всё, что захочешь, ведь твой отец способен дать тебе всё. Если ты не родишься здоровым, я отдам тебе только половину своего состояния.

С этими словами он прижал губы к его животу, а затем отстранился. Ын Су рассмеялся:

– Это похоже на шантаж.

– Так и есть.

Ын Су покачал головой, не веря его словам. До Квон потянул его вниз, и Ын Су, поскользнувшись на одеяле, оказался в его объятиях. Он уже привык к тому, что До Квон постоянно носит его на руках, и не возражал.

– В эти выходные я должен поехать в дом в Ёксамдон. Они закончили его красить.

– Разве это не опасно?

– Что опасного в доме, который только что покрасили?

– Но... там будет пахнуть краской.

– Я ещё не видел его, потому что ты не пускаешь меня, считая это опасным. На фотографиях невозможно рассмотреть детали. Я надену маску. Мне нужно увидеть роботу своими глазами.

– ...

– А потом мы поедем в мебельный магазин, чтобы заранее заказать такие вещи, как обеденный стол и диван. Пока мы будем там, мы также проконсультируемся по поводу интерьера комнаты для Манго.

Кончики бровей До Квона слегка изогнулись. Ему не нравилось, что Ын Су собирается в пыльное, пахнущее токсичными веществами место. Ын Су хотел, чтобы все было готово, но До Квон не хотел отпускать его туда из-за беременности.

До Квон нахмурился, но Ын Су продолжал делиться своими планами.

– Свекор сказал, что познакомит меня с парнем, который ухаживает за садом. Когда лучше встретиться? Может, лучше всё сделать за выходные? Я хочу, чтобы трава была мягкой, чтобы Манго мог спокойно бегать по ней. И чтобы задний двор был полностью выстелен газоном, как на детской площадке в детском саду.

– Да, звучит хорошо, - медленно кивнул До Квон.

Сад - это одно, но всё, о чём он мог думать - это здоровье Ын Су.

"Нужно будет позвонить в клининговую компанию до выходных. Кажется, есть фирма, которая занимается избавлением запаха после ремонта. Я должен связаться с ними."

После этого Ын Су продолжал говорить, погружаясь в детали переезда. Дело было непростым, к тому же у него никогда не было опыта в воспитании детей. У него было много вещей, о которых было необходимо позаботиться.

Неизвестно сколько времени прошло, но веки Ын Су начали тяжело опускаться. Его речь замедлялось, дыхание стало более ровным. То, как он закрывал и открывал глаза, говорил и зевал, выглядело мило.

До Квон нежно прикрыл его глаза ладонью.

– Поспи немного. Завтра тебе на работу.

– Но...

– Сад, задний двор, комната Манго, гостиная, столовая - я всё запомнил. Просто ложись спать, я всё сделаю.

– ...

Ын Су плотно сжал губы, а затем медленно прижался к До Квону. Он мягко поглаживал его по спине. Его тело становилось всё более расслабленным, а дыхание — всё ровнее. Казалось, что через минуту он сам уснёт. До Квон ждал, когда же это произойдёт, и тогда Ын Су, приглушив дыхание, позвал его сквозь полузакрытые глаза.

– До Квон хён.

– Да?

– Дорогой.

– ...Что?

– Спокойной ночи.

– Ын Су, тебе тоже спокойной ночи.

"Спокойной ночи, Манго", - прошептал До Квон. На что Ын Су издал тихий смешок.

Он заснул с улыбкой на лице, и, глядя на него, До Квон тоже уснул с улыбкой.

Сегодня был ещё один счастливый день с Ын Су.

Как мы встретились и стали тем, кем являемся сейчас

После обеда в столовой Ын Су вместе с коллегами по команде зашел в кафе. Из-за беременности ему нельзя было употреблять кофеин, поэтому он не мог пользоваться комнатой отдыха, где были только кофе и чай. Это было ужасно - не иметь возможности выпить кофе, когда сон наваливался, как проливной дождь.

Как и большинство офисных работников, Ын Су обычно выпивал одну-две чашки кофе в день, но не считал себя слишком зависимым от него. Однако теперь, когда он не пил кофе уже пять месяцев, ему стало не хватать кофеина. Особенно после обеда ему было трудно смириться с тем, как сильно он его желал. Усталость накрывала его, и он не мог с этим справиться.

Когда на Ын Су навалился сон, его коллеги предлагали ему сходить в комнату отдыха, чтобы подремать. В комнате отдыха были раскладушки и массажные кресла - идеальное место для того, чтобы выспаться. Но Ын Су всегда качал головой. В первом триместре беременности он однажды проспал в комнате отдыха целых два часа. Он завел будильник, но так и не услышал его. Ему было так стыдно, что с тех пор он больше никогда не заходил в эту комнату.

Поэтому Ын Су решил поступить иначе: он пошел в кафе, купил самый большой смузи, который смог найти — сладкий и холодный, и пил его весь день. Он наслаждалась смузи, когда чувствовал, что сон наваливается, и каким-то образом ему удавалось бодрствовать до шести часов вечера.

Сегодня он выбрал смузи с крупно измельченным печеньем Oreo. Каждый из его коллег по команде тоже взял по стаканчику, и, как обычно, Ын Су занялся подсчетами. Шесть человек, стоя в два ряда, оживленно болтая, вошли в вестибюль компании, и тут раздалась вибрация. Карман пиджака Ын Су завибрировал. Он достал мобильный телефон и проверил номер. Это был До Квон.

Ынсу жестом попросил товарищей подняться наверх и сел на скамейку перед компанией. Было немного прохладно, но не настолько, чтобы можно было замерзнуть за несколько минут. Отставив напиток, Ын Су нажал на кнопку принятия вызова.

– Хён.

– Алло, Ын Су. Ты уже пообедал?

– Да. Я поел, сходил в кафе и собираюсь вернуться в офис.

– Вот как?

– А ты? Ты ел?

– Ну, примерно.

– ... примерно?

Глаза Ын Су подозрительно сузились. Ответ До Квона, который не был согласием или отрицанием, не понравился ему. До Квон был так занят, что пропускал приемы пищи. Как бы он ни был занята, он всегда должен находить время поесть.

После назначения на пост президента нагрузка работы на него возросла. Кроме того, Ын Су был беременным, а ещё переезд, вероятно, у него накопилось целая куча забот. Поэтому, когда он на работе, он работает очень усердно. До Квон был занят каждую минуту своей жизни. Более того, возвращаясь домой, на него тоже падала целая куча обязанностей.

Ын Су не мог поверить, что такой человек не пойми как ел. Более того, он практически мало спал.

Ын Су собирался уже отругать его, но До Квон заговорил первым.

– Ын Су...

Он всего-то позвал его по имени, но Ын Су тут же успокоился и тяжело вздохнул. Голос До Квона был не таким как обычно. Казалось, у него что-то случилось.

Лицо Ын Су наполнилось беспокойством. Рука, державшая телефон, напряглась. Он стал спокойно дожидаться слов До Квона.

– Сегодня...

– Да?

– Я не смогу тебя забрать.

– А?

– Извини, у меня возникли кое-какие дела на работе. Это касается зарубежного филиала, так что я опаздываю к тебе. Собрание начнётся в пять, и сколько бы я ни напрягался, я не смогу успеть к тому времени, когда ты освободишься с работы...

Ын Су быстро моргнул. Затем с его губ слетел тихий смешок. Напряжённые плечи быстро расслабились. Он втянул через трубочку коктейль Орео. Сладкий и прохладный коктейль коснулся кончика языка. Уголки рта Ын Су приподнялись, а затем опустились.

– И это всё? Это единственная причина, по которой у тебя такой голос?

– Это всё. Тем не менее, для меня это важно, Ын Су.

– Пф... Всё в порядке. Я же не ребёнок и смогу самостоятельно добраться до дома. Не волнуйся, и занимайся делами.

– Но... Ын Су, тебе нельзя принимать препараты, подавляющие феромоны из-за беременности, а еще на улице холодно, так что... как ты можешь пойти домой один? К тому же тебе нужно поужинать... Давай я пришлю секретаря Чона, чтобы он помог тебе? Сядешь в его машину и поедешь, хорошо?

Похоже, До Квону не нравилось, что его лишили возможности быть водителем Ын Су из-за работы. Ын Су тихо рассмеялся.

"В последние несколько дней он такой милый."

– Все в порядке. Как только я вернусь домой, отправлю тебе сообщение, так что не волнуйся слишком сильно. Ты должен много работать, чтобы оставить Манго большое наследство.

Смех До Квона раздался в трубке, но затем стих.

– Мне все еще жаль. Мне очень жаль, Ын Су. Я позабочусь о том, чтобы этого никогда не повторилось.

– Как ты сможешь позаботиться об этом? Это же работа. Когда мероприятие, мне приходится уезжать на все выходные. А ещё оставляю тебя есть в одиночестве. Ты не должен извиняться.

– Наши ситуации отличаются.

Ын Су поджал губы. Ему хотелось задать вопрос:"Чем же отличаются?", но этот разговор может затронуть болезненное прошлое его и До Квона.

Ын Су отпил напиток.

– ...Хорошо. Значит, ты вернешься домой перед сном?

– Да. я буду дома до восьми.

– Хорошо увидимся.

– Люблю тебя.

– ...Да.

Звонок закончился, и Ын Су, глядя на почерневший мобильный телефон, пришёл в себя. Это был первый вечер без До Квона с тех пор, как они поженились. Возможно, дело в том, что такое было впервые, но он чувствовал себя опустошенным.

Три часа дня. Смузи закончился. Ын Су выпил остатки и встал со своего места. Аккуратно вымыв испачканный стаканчик в туалете, он выбросил его в мусорное ведро и направился к холодильнику.

Разноцветные соки были выстроены в ряд — свежевыжатые, без сахара, которые каждое утро привозили из специализированного магазина. Это заказывал До Квон. После минутного колебания Ын Су выбрал сок с грейпфрутом, кислым лимоном и сладким апельсином. Ему пришлось немного потрудиться, чтобы прогнать подкрадывающуюся сонливость.

Налив сок в кружку, Ын Су задумался: охладить ли его льдом или выпить просто так, но решил оставить как есть. Смузи и так был холодным, а еще один ледяной напиток не пойдет на пользу Манго.

Схватив сок и несколько упаковок печенья, Ын Су уже собирался выйти из комнаты, как снаружи раздался громкий взрыв, за которым последовали раздирающие крики. Казалось, что внезапно началась война. От испуга Ын Су уронил всё, что держал в руках, и направился на улицу, инстинктивно схватившись за низ живота.

Когда он вышел из комнаты, то увидел, что офис выглядел жутко пустым. У входа толпились люди, и до него доносились чьи-то крики. Похоже, кто-то в панике кричал и метался с места на место.

Ын Су вошел в толпу людей, высунув голову, чтобы разглядеть, что происходит, но плотность толпы не позволяла ему увидеть. Вдруг сквозь толпу протиснулась Со Ён. Ынсу легонько схватил её за локоть.

– Что происходит?

– Лидер группы! Здесь один сумасшедший буйствует, разбивая стёкла.

– Буйствует? Здесь? Почему?

– Помните, что с прошлого месяца мы стали принимать беременных женщин из-за того, что они не могли получить выплаты или над ними издевались?

– Да, я слышал об этом.

– Этот человек должен сто миллионов вон, и на него недавно повесили орден на запрет к приближению, потому что он издевался над женщиной. Если он снова просрочит выплату, то ему грозит тюремный срок, по этой причине он пришел сюда.

– Ох...

– Вы не должны попасться этому уроду. Идете сюда...

Ын Су сузил глаза, услышав слова Со Ён. Он наклонил голову, чтобы рассмотреть лицо безумца, и в этот момент толпа расступилась, открывая ему вид на него.

Безумец оказался моложе, чем он ожидал — максимум лет тридцати. Ын Су не мог поверить, что в таком возрасте этот человек имеет такую задолженность по алиментам. Оказалось, у него есть трое детей, и он ни разу не заплатил.

Безумец протиснулся через стеклянную дверь, покрытую пылью. Его глаза были налиты кровью, а зубы желтыми от налета. Кожа была темной, но не от загара — скорее, от злоупотребления алкоголем.

А в воздухе витал резкий запах, напоминающий Альфа-феромон. Ынсу недоумевал, как что-то столь кислое и затхлое может относиться к феромонам альфы. Ему было стыдно ставить его в один ряд с феромонами До Квона.

Безумец разбрасывал вокруг себя горшки с растениями, сбивал с ближайшего стола предметы и пинал стулья, при этом крича:

– Чёрт! Позовите сюда своего директора! Директора!

Почему такие люди всегда обращаются к директору, не зная сути дела? Есть ответственный человек, и если есть претензии, он может подать официальную жалобу. Интересно, это из-за недостатка ума?

– Как он сюда попал?

Ын Су покачал головой. Здание, где он работает, хорошо охраняется. Интересно, как ему удалось прорваться внутрь?

Ему нужно предъявить удостоверение сотрудника не только на вход, но и на пропуск в туалет. Это было не то место, где такой отброс мог творить все, что ему вздумается.

Внезапно он заметил удостоверение, обернутое вокруг запястья мужчины. Знакомый логотип, знакомый дизайн. Это было удостоверение, изготовленное Ын Су. Одна из сотрудниц за чаем упомянула, что потеряла его в столовой. Теперь стал понятен способ его проникновения сюда.

Ын Су издал слабый вздох, и в этот момент безумец вытащил из внутреннего кармана что-то острое и сверкающее. Ын Су затаил дыхание.

– Неужели это нож?

– Похоже на то.

Глаза Со Ён расширились от ужаса. Ын Су толкнул её в спину.

– Со Ён, позвони в службу безопасности. Номер на моем столе, справа вверху.

– О, хорошо, - ответила Со Ён, вскочив на ноги. Ын Су начал искать телефон в кармане, чтобы позвонить в полицию. Их приезд займет больше времени, чем вызов охранников, но он все равно должен был это сделать. Однако телефона не оказалось под рукой, и он вспомнил, что оставил его на зарядке. Ын Су потянул за руку другого члена команды, стоящего рядом, и прошептал:

– Господин Ха Юн, нужно позвонить в полицию...

Он не успел закончить фразу, как встретился со взглядом безумца. Его глаза сверкнули, и он бросился на него с ножом, размахивая им. Толпа закричала и расступилась в стороны. Вскоре безумец оказался перед Ын Су, тяжело дыша и злясь. Его глаза расширились при звуках приближающихся полицейских.

Ын Су, напротив, смотрел на него с оцепенением. Ему не было страшно, ведь безумец - это просто безумец. Но тут внезапно ему вспомнился Манго. Держась за низ живота, Ын Су сделал шаг назад, и глаза безумца вспыхнули.

– Ты беременный, блядская омега, не так ли? - произнес он с ухмылкой, схватив его за локоть и резко дернув. От его грубой силы тело Ын Су потянуло вниз. Окружающие бросились к нему, пытаясь остановить.

– Ах, отпусти меня ублюдок!

– Что вы делаете с беременным?!

Безумец закатил глаза, как будто его раздражала эта болтовня. Затем он взмахнул ножом. Лезвие сверкнуло на свету, разрезая воздух. Сотрудники закричали и отступили назад.

– Собрались вызывать полицию? У этой беременной блюдены нож у горла! Что они сделают? Мне нужно только увидеть директора. Зовите его сюда!

– Нет, у нас нет директора, мы не организация социального обеспечения.

– Тогда позовите сюда старшего, ладно? Пусть он выйдет!

Безумец повторял одни и те же слова, не желая слушать, что ему говорят. Ын Су делал тихие вздохи. Голова начинала болеть. Лезвие, покачивающееся перед глазами, навевало воспоминания, которые он не хотел вспоминать.

В этот момент безумец агрессивно надавил на нож и рассмеялся.

– Бля, вы только посмотрите, как эта тварь воняет!

– ...

– Ты тоже кому-то принадлежишь? Нравится быть сучкой альфы, да?

– ...

– Единственное, на что способы такие, как ты - это оплодотворяться.

Ын Су ничего не ответил. Сколько здесь было мужчин, кроме этого альфы и омег? Ын Су просто был противен этот безумец, оскорбляющий его, называя сукой. Безумец, который рыпался на высокопоставленного человека, отчаянно ища директора. И безумец, который угрожал ножом и задавал такие унизительные вопросы о беременности.

Кажется, безумцу надоело его безмолвие. Внезапно лезвие ножа уперлось в шею Ын Су. Сотрудники закричали, требуя остановиться.

Ын Су взглянул на сумасшедшего и тихо произнес:

– ....Ты не должен был так поступать со мной.

– Что?

– Ты умрешь.

Слова Ын Су ошеломили его. Омега, не имеющий ничего, кроме выпуклого живота, не должен был говорить с ним таким образом.

"Боже мой" - забормотал безумец. Казалось, его слова пошатнулись остатки здравого ума.

– И это говорит альфа, который сам неприятно пахнет? У тебя даже нет сто миллионов, чтобы выплатить алименты? Боже, как отвратительно.

– Что?

– Сам же говорил. Единственное, перимущество омег - это роды и беременность, но какая омега захочет забеременеть от альфы вроде тебя? Она захочет забеременеть только от альфы, который будет способен потратить 100 миллионов вон в месяц на расходы по уходу за ребёнком, который будет красивым с приятными феромонами. Было бы что-то подобное у такого, как ты...

Сотрудники тяжело сглотнули, а Ын Су продолжал говорить без колебания. Он был прав, но это скорее беспокоило, чем обнадёживало. Провоцировать этого сумасшедшего не имело смысла; сейчас было лучше успокоить его и вырвать нож из его руки.

Странным образом брови безумца начали подниматься и изгибаться.

– Это... это...

Он заскрипел зубами, кончик ножа задрожал. Но Ын Су не дрогнул.

Этот человек был не таким сумасшедшим, как Сон Хон, но всё же оставался опасным. Как ни странно, ему не было страшно. Это потому что он знал, что До Квон придет?

Ын Су знал, что рано или поздно До Квон появится. Если его спросят, откуда он это знает, он мог лишь сказать, что знает. Ему было неясно, будет ли он лететь, как Супермен, или прорываться сквозь стены, как Халк, но Ын Су был уверен, что До Квон появится.

Потому что он всегда приходил, когда Ын Су было плохо, когда он была в опасности, когда спотыкался — он появлялся из ниоткуда и ловил его. Так было всегда.

– Ты чёртова сука!

Сумасшедший поднял нож. Вдруг раздался шипящий звук, словно воздух прорезал ветер. Ын Су крепко схватился за низ живота.

– Куда свои лапы протянул?

Внезапно сзади появилась огромная рука, схватившая безумца за лицо и дернувшая его назад. Удар пришелся по его спине, и это напоминало сцену из "Матрицы".

– Кха!

От резкого поворота безумец потерял хватку на ноже, и он с глухим стуком упал на гладкий мраморный пол. Владелец руки, сжимающая его лицо, внезапно пнула нож прямо в сторону Ын Су, тот соскользнул с ужасающим звуком.

– Ч-что?! Кто?! - в панике закричал безумец, пытаясь разглядеть появившуюся фигуру. Однако хозяин тени, не теряя времени, схватил его за шиворот и подтянул к себе. Безумец, хоть и крупный, начал барахтаться в воздухе.

И только тогда показался истинный хозяин такой силы - До Квон.

– Что ты делаешь?! Отпусти меня! Я убью тебя! - безумец беспомощно извивался, изо всех сил пытаясь вырваться из хватки До Квона.

Доквон смотрел на него с холодным, жестким выражением лица. Внезапно он отпустил его. Лицо безумца стало багровым, и он, казалось, решил, что До Квон испугался.

Однако едва качающейся мужчина смог восстановить равновесие, как что-то тяжелое пронеслось в воздухе. Это был кулак До Квона, который с силой врезался в нос безумца.

– Аргх!

Мужчина отшатнулся назад и рухнул на пол, как будто опрокинули большую деревянную бочку. Один удар кулака До Квона сломал ему переносицу, и кровь хлынула фонтаном, а его глазные яблоки были готовы вылезти наружу.

– ААААА!

Его конечности дергались, а глаза закатывались. Один удар привел его в состояние полной дезориентации. Но До Квон не собирался останавливаться: он стремительно нанес еще один удар и сломал руку, которой он схватил Ын Су.

Раздался хрустящий звук, напоминающий треск костей. Запястье, тыльная сторона кисти и пальцы безумца были скручены. Он не мог закричать, лишь хрипел от боли.

Раздавив его руки каблуками, До Квон снова поднял ногу, прицеливаясь в лоб безумца, в тот самый момент, когда тот собирался опустить ногу.

– До Квон хён!

Голос пронзил его уши, и он замер, как выключенный робот. В его черных, мертвых глазах блеснул свет. Он поднял голову и уставился на Ын Су.

Он стоял в трех-четырех шагах от него, обхватив руками низ живота. Небрежно оттолкнув безумца в сторону, До Квон на длинных ногах подошел к нему, его глаза пробежались по каждому сантиметру его тела.

– Ты в порядке? Ты ранен? У тебя ничего не болит? Живот болит? Болит? Тебе нужно в больницу?

– Я в порядке, я даже не испугался, - ответил Ын Су с слабой улыбкой, от чего До Квон беспомощно вздохнул и уткнулся лбом в его плечо.

– Прости, я опоздал.

– Нет, не извиняйся, ты как раз вовремя. Но как ты сюда попал?"

– О, я принес тебе перекусить и увидеться. Я боялся не увидеться с тобой, поэтому решил, что мне нужно провести встречу здесь. Поэтому я пришел сюда.

До Квон жестом указал позади себя, где стояли секретарь Чон и другие сотрудники с бумажными пакетами и коробками. Он ожидал его прихода, но не думал, что До Квон придет по такой причине. Ын Су улыбнулся.

До Квон протянул руку, чтобы погладить его по щеке, но быстро отдернул ее, заметив окровавленные кончики пальцев.

"Я не могу такими руками прикасаться к нему."

Сняв пальто, он накинул его на плечи Ын Су и притянул его к себе. Ын Су глубоко вдохнул его запах — феромоны, столь отличные от зловонного аромата безумца, наполнили его легкие.

Ын Су обнял До Квона за талию. Оказавшись в его объятиях, он совсем позабыл о липких и отвратительных прикосновений сумасшещгешо.

Секретарь Чон, стоявший позади, достал влажную салфетку и протянул ее До Квону. Тот яростно вытирал ею руки, когда сзади ворвались охранники. До Квон, неодобрительно глядя на них, обратился к секретарю Чону. Его чёрные глаза блеснули огнём.

– Уволь всех охранников, чтобы они близко не подходили к компании.

– Да.

– А этот мусор выброси на парковке.

– Да.

Секретарь Чон кивнул другим сотрудникам. Затем неподвижное тело безумца подхватили, словно багаж, и унесли из вестибюля. До Квон скрипнул зубами, глядя вслед удаляющемся силуэтам. Он случайно выпустил феромоны, характерные для доминантных альф, находившихся в ярости.

Сотрудники стали вокруг него задыхаться, поэтому сделали шаг назад. Феромоны альфы, исходившие по причине гнева, чем от похотливого желания, были скорее угрожающими, чем привлекательными. В компании, где было полно омег, такой феромон...

Ын Су заговорил:

– Хён, твои феромоны. Они слишком сильные. Ты не должен делать это здесь.

– Ах... прости.

До Квон позволил феромонам утихнуть. Он поправил растрёпанную челку и приподнял уголки рта, глядя на сотрудников. Затем он повернулся в их сторону. Они выглядели уловленными такой ситуацией.

– Сегодня вы все уйдете пораньше. Я буду рассматривать этот инцидент, как несчастный случай, так не беспокойтесь о своей зарплате. Просто идите домой и отдохните. А ещё я купил для вас угощение, так что возьмите его, когда будете уходить. Я поручу своему помощнику вызвать клининговую компанию, чтобы здесь всё убрали.

– Ох, хорошо, босс.

– Да...

Сотрудники поспешно стали покидать офис, некоторые выглядели озадаченными, но большинство уже привыкли к указаниям До Квона. Это было вполне естественно, ведь До Квон был тем самым "главным", которого искал безумец. До Квона часто видели сотрудники, когда компания была только на начале развития. Но теперь, когда она стала самостоятельной, До Квон уже не так часто появлялся здесь, но он всё ещё оставался её директором.

Один за другим сотрудники покидали офис. Когда помещение опустело, До Квон с беспокойством посмотрел на Ын Су.

– Давай на всякий случай съездим в больницу, Ын Су.

– Я в порядке.

– Я просто волнуюсь.

В его голосе звучало отчаяние, и Ын Су неохотно кивнул. Он чувствовал себя потрясенным, но, возможно, Манго чувствовал себя иначе.

– Ладно, но я пойду один. Ты говори, что занят работой.

– У меня встреча в пять. До этого времени всё в порядке?

До Квон посмотрел на секретаря Чона с выражением, которое говорило: "Скажи, что все в порядке". Ынсу тоже обратил внимание на его взгляд.

– Эм-м... Да.

Секретарь Чон медленно кивнул. Работа была важна, но сейчас приоритетом было крошечное существо в животе Ын Су. Если снова произойдёт трагедия, До Квон и Ын Су точно прыгнут со скалы, взявшись за руки.

– Я отвезу вас в больницу, - сказал секретарь Чон, отворачиваясь. До Квон взял Ын Су за руку и крепко сжал её.

Они втроём вышли из кабинета, шагая бок о бок. Когда они вошли в лифт, секретарь Чон подтолкнул До Квона.

– Что нам с ним делать?

– ... Позже. Не отдавайте его полиции, а держите при себе.

– Да.

Ын Су явно слышал разговор, но никак не отреагировал.

До Квон точно не отпустит этого безумца. Он, безусловно, покажет ему настоящий ад, и даже если придётся его убить, Ын Су не будет против.

Этот человек был очень, очень плохим, и если его не остановить, он снова вернётся к своим злодеяниям. Те альфы, которые используют омег с помощью феромонов и грубой силы, а затем бросают. Тех альф, которые всегда будет утверждать, что они жертва в данной ситуации - лучше бы таким исчезнуть из этого мира.

Ын Су поджал губы.

– Манго здоров.

Доктор, смотревший на УЗИ, произнёс это обычным тоном. До Квон и Ын Су, крепко державшись за руки, одновременно вздохнули с облегчением.

До Квон нежно провёл большим пальцем по его лбу и под глазами.

– Думаю, ты дейсвительно не очень-то испугался.

– Конечно, нет. Я же уже взрослый.

– И сильнее?

– Нет, я не говорю, что у меня появилось больше физической силы. Просто большинству вещей я не очень удивлён.

До Квон рассмеялся, услышав эти слова. Доктор, слушая их, тоже улыбнулась. Ын Су, которого захлестнула волна эмоций, говорил так смело, что не было причин не радоваться.

Доктор переместила ультразвуковой аппарат и более внимательно изучила состояние Манго. Затем её брови поднялись и опустились.

– Я рада, что вы пришли сегодня.

– Нужно ли сдать какие-то анализы? Или даже... - обеспокоенно заговорил До Квон, на что доктор покачала головой.

– Не нужно. Кстати, я могу сказать пол ребёнка.

Ын Су и До Квон одновременно перестали дышать. Они встретились взглядами, и кивнули доктору. Доктор поджала губы.

– Это девочка. Поздравлю вас!

На этих словах рот Ын Су плотно сжались, а рот До Квона широко раскрылся. Ын Су взглянуло на свой выпуклый живот.

В сегодняшнем мире, где вторичный пол считался важнее, чем первичный, было особо нет разницы, девочка это или мальчик. Главное, что этот ребёнок принадлежал Ын Су. Но когда он услышал, что Манго такого же пола, что и Бом-и, сердце сжалось. Поскольку он и До Квона оба мужчины, они чувствовали ответственность к своей дочери.

Доктор вытер гель, а До Квон стал собирать одежду Ын Су. Пока суета происходила на фоне, Ын Су нежно погладил себя по животу, прошептав,

– У Бом-и теперь есть младшая сестра...

До Квон улыбнулся и поцеловал Ын Су в щеку.

– Ты прав.

Будучи отцом двух дочерей, он ощущал почти чрезмерное счастье от своей роли. Машина, за рулем которой сидел секретарь Чон, направлялась домой. До Квон, прижавшись к Ын Су и поглаживая его живот, спросил:

– Может, нам зайти в...

В этот момент Чон чуть не затормозил посреди дороги. Он взглянул на До Квона в зеркало заднего вида, а Ын Су, понимая, что его ждет работа покачал головой.

– Нам нужно ехать. Ты сам сказал, что это важная встреча. Я в порядке. К тому же в больнице сказали, что все хорошо.

– Но... Я волнуюсь... Мне кажется, что сердце сейчас выскочит из горла. Что, если с тобой что-то случится, пока ты один?

До Квон уткнулся носом в шею Ын Су и заскулил в ответ. Он нежно погладил его по волосам, притягивая ближе. До Квон долго вдыхал его феромоны, а затем спросил низким голосом:

– Почему ты не испугался?

– А?

– Почему ты не испугался, несмотря на то, что в его руках был нож и он держал тебя?

– ...

Ын Су замолчал. До Квон пристально смотрел на него. И хотя он говорил, что стал сильнее, что ему было не страшно в такой ситуации, всё равно было странно видеть, как Ын Су был невозмутим, когда преступник держал нож у его горла.

После нескольких минут молчания Ын Су медленно заговорил:

– Потому что я знал, что придёт хён.

– А?

– Я знал, что ты придешь.

– Как?

– Я просто знал, потому что так было всегда.

Доквон наморщил лоб, услышав такой неодназначный ответ. Он не мог понять, как Ын Су узнал о его приходах. До Квон думал, что он возненавидит его, если тот зайдём в компанию, либо прогонит, поэтому До Квон до сих пор молчал.

"Может, он установила на мой телефон отслеживающее устройство?"

Пока До Квон размышлял об этом, Ын Су вдруг прижался лицом к его. Он улыбнулся, и его глаза заблестели.

– Хён.

– Что?

– Когда этот сумасшедший поймал меня, знаешь, что я первым делом сказал?

– ...

– "Если тронешь меня — ты труп". Это все, что я мог сказать, потому что знал, что ты придешь, и что не оставишь этого безумца безнаказанным.

– ...

– Я просто знаю, что когда я в опасности, ты появишься. Где-то, как-то, но ты всегда это делаешь. Ты никогда не оставлял меня в беде. Ты спасешь меня. Ты не позволишь мне оказаться в опасности.

– ...

– Это то, во что я верю.

От этих безрассудных слов у До Квона свело челюсти, брови нахмурились, но лишь на мгновение. Затем он обнял Ын Су, обхватив его за талию и прижавшись к его затылку.

– Ах, Ын Су! Я так люблю тебя. Боже, так люблю...

Ын Су улыбнулся в ответ на его отчаянное признание и похлопал его по спине. Доквон держал его в объятиях до тех пор, пока машина не остановилась перед их домом. Секретарь Чон, не замечавший их, объявил о прибытии. До Квон с сожалением отстранился от Ын Су.

– Тогда я пойду. Увидимся вечером.

Ын Су начал выходить из машины, но До Квон не удержался и схватил его за запястье.

– Я просто отложу встречу. Давай поужинаем вместе. Я не хочу разлучаться, и я волнуюсь...

– Нет. Сегодня вечером я встречаюсь с матушкой и свекром.

– ...С родителями?

– Да, я поужинаю с твоими родителями, пока ты занят. Я расскажу им о поле нашего Манго. Надо будет позвонить им, чтобы купили что-нибудь вкусненькое.

– Но...

– Не переживай так сильно. Честно говоря, я уверен, что с матушкой мне будет безопаснее, чем с министром обороны. Даже если начнется война, я знаю, что она будет ко мне благосклонна.

Ын Су погладил подбородок До Квона, затем достал мобильный телефон и отправил сообщение Мён Хи, напевая какую-то мелодию, что выглядело очень мило.

У До Квона сжалась челюсть. То, что произошло сегодня, было не просто мелочью. Альфа, нож и крики безумца — это было болезненное напоминание о прошлом, о Сон Хоне, и До Квон боялся, что это снова причинит Ын Су боль, заставит плакать и страдать. Он зря беспокоился.

До Квон прижал губы к щеке Ын Су и затем отстранился.

– Хорошо. Увидимся вечером.

Ын Су был очарователен и прекрасен в своем новом, закаленном обличии.

Ын Су провел замечательный вечер с Мён Хи и Ки Хо. Они отправились в шикарный ресторан, где им подали мясные блюда, а затем направились в заведение, специализирующееся на холодной лапше и пельменях, после чего посетили универмаг, чтобы купить вещи для Манго.

Мён Хи и Хи Си показали ему, насколько умели тратить деньги на бесполезные вещи, в отличие от До Квона. Одежда и обувь, детские коляски, шезлонги, автокресла, бутылочки, стерилизаторы для бутылочек, подгузники, носовые платки, различные игрушки и куклы. Они вели себя так, словно собирались выкупить весь магазин для будущих родителей.

Ын Су с радостью принимал их подарки. Доставка осуществлялась в их будущий новый дом в Ёксамдон.

Добрый и внимательный Ки Хо пообещал, что к приезду курьера пришлёт людей, которые распакуют коробки, соберут вещи и постирают куклы, одежду и полотенца. Он добавил, что делать это самостоятельно будет очень хлопотно.

Ын Су похлопал в ладоши. Наконец-то он понял, что имел в виду До Квон, когда говорил, что если у тебя много денег, то уход за ребенком не принесёт лишних хлопот.

После этого они отправились в чайную, где поболтали за чаем и сладостями. Он даже сделал фотографию и отправил её До Квону, чтобы показать, что у него всё хорошо.

Около девяти часов появился До Квон. Он коротко попрощался с родителями и ушел, забрав с собой Ын Су.

Придя домой, они умылись, переоделись и встретились в спальне. В объятиях До Квона Ын Су рассказал о том, что ел и купил сегодня. До Квон активно участвовал в разговоре, кивая в знак согласия и задавая вопросы о детских товарах.

Внезапно глаза Ын Су сузились.

– Как-то странно.

– А?

– Ты выглядишь сердитым. Почему ты сердишься?

Ын Су обхватил щеки До Квона и заглянул в его красивое лицо. Его выражение было странно строгим: губы сжаты, глаза холодные и впалые. Это был совсем не тот До Квон, которого он знал. После стольких лет совместной жизни Ын Су не мог не заметить перемену.

– ...

До Квон молчал. Это молчание звучало как подтверждение. Ын Су провел большим пальцем по его щеке.

– Скажи, почему ты злишься? Я сделала что-то не так?

– Нет, нет, нет. Ты не сделала ничего плохого. Такого не бывает.

– Тогда в чем дело?

– ...

До Квон не сразу открыл рот. Губы Ынсу скривились в гримасе, и он отстранился от него.

– Если ты не собираешься ничего говорить, то не надо.

В ответ До Квон быстро схватил его за талию и притянул обратно в свои объятия. Их взгляды встретились, и в тусклом лунном свете их лица отражались в глазах друг друга.

Облизав пересохшие губы, До Квон медленно произнес:

– Я думал об этом всю встречу.

– О чем ты думал?

– О том, если произойдёт несчастный случай. В большинстве случаев я смогу прийти к тебе, но если я не смогу этого сделать? Ын Су, ты спасёшь Манго, даже если для этого придётся пожертвовать своей жизнью, но тогда мне снова придётся потерять тебя. Я думал об этом, и это привело меня к мысли, что не хочу, чтобы ты рисковал.

– Ты...

– Я не хочу, чтобы ты ходил на работу, не хочу, чтобы ты выходил на улицу. Я хочу, чтобы ты просто оставался в пространстве, которое я создал для тебя, и видел только хорошее, ел только хорошее, слышал только хорошее».

– ...

– Я хочу, чтобы ты оставалась в моих объятиях, пусть не навсегда, но хотя бы на время беременности, на время рождения Манго, и во время восстановления после родов.

– ...Хён.

– Но я не должен об этом думать. Это неправильно, я этого не заслуживаю. И все же мысли о том, как держать тебя взаперти, не покидают меня. Но потом думаю об этом снова и снова, и снова, и снова…

– ...

– В конечном итоге, Ын Су, я думаю связать тебя, даже если ты не согласишься. Я знаю, что это безумие, но подумай над моими словами.

До Квон зажмурился и открыл глаза, как будто эта мысль его мучила. Ын Су не знал, что ответить, и просто смотрел на него.

До Квон издал тихий стон и уткнулся лицом в его шею. Он крепко обнял его, боясь, что Ын Су испугается и убежит, услышав эти слова. Он боялся, что Ын Су бросит его.

– Я думал об этом, потому что злился на себя. Прости, что побеспокоил.

– ...

– Прости меня, Ын Су.

Выслушав его отчаянные извинения, Ын Су медленно моргнул. Его слова повергли его в шок: он не ожидал такого от До Квона.

Тем не менее, он не казался страшным или угрюмым - это были лишь его мысли, верно? К тому же он не стал молчать. Даже если бы он ничего не сказал, Ын Су прожил бы всю жизнь, ничего не ведая о его мыслях.

То, что он сказал, звучало не как просьба, а как извинение за свои мысли. Источником гнева До Квона был сам Ын Су, и целью тоже был он.

После минутного молчания Ын Су обнял его. Он был удивлен и обрадован тем, что До Квон чувствует себя виноватым даже за обычные мысли.

– Спасибо, что рассказал мне.

– Ч-что?

– Спасибо. Если бы ты не сказал, я бы не узнал, как сильно ты переживаешь.

На его слова голова До Квона вскинулась, его зрачки быстро забегали из стороны в сторону. Ын Су нежно погладил уголки его глаз и прошептал:

– Я буду осторожен.

– ...

– Если что-то подобное повторится, я буду бежать без оглядки. Независимо от того, появишься ты или нет. Я просто постараюсь не пострадать.

– ...

– Что бы ни случилось, я не оставлю тебя одного.

До Квон почувствовал, как его нос сморщился от слов, полные внимания и доверия. Это было приятно слышать, но он понимал, что плакать в такой момент было бы неуместно, поэтому сдержался. Однако он не смог удержать признание, которое вырвалось у него раньше, чем успел его остановить.

– Я люблю тебя, Ын Су, - искренне ответил До Квон. Ын Су улыбнулся и поцеловал его в щеку, затем крепко обнял его.

"Когда-то До Квон сказал: Я хочу, чтобы ты плакал, когда мы станем старше, даже если нам будет пятьдесят или восемьдесят лет."

Теперь Ын Су понял, что он имел в виду.

Они обнимали друг друга, наслаждаясь друг другом, как вдруг в животе Ын Су что-то зашевелилось. Почувствовав это, До Квон поднял на него глаза и нахмурил брови.

– Что это было? Где-то болит?

– Нет, нет... Просто...

Ын Су нахмурил брови и покачал головой, размышляя, не ошибся ли он. Его живот снова сжался, как будто внутри него что-то шевелилось. На этот раз он точно это почувствовал.

Глаза Ын Су расширились, и он закричал так громко, что в спальне раздалось эхо:

– Манго! Манго пошевелилось!

– Что...?

До Квон выглядел ошарашенным. Но вместо ответа Ын Су потянул его руку к своему животу и прошептал низким голосом:

– Манго, только один раз. Подвигайся ещё раз.

Его живот снова затрепетал, прежде чем он успел произнести эти слова. Крошечное и еле заметное шевеление До Квон ощутил на своей ладони. Его глаза расширились, уголки глаз и щек напряглись, а брови поднялись до середины лба.

– Это...?

– Это ребёнок шевелится. Должно быть, Манго сильно подросла.

Ын Су лучезарно улыбнулся. Но Доквон не мог улыбнуться. Он не знал, как реагировать на эту незнакомую эмоцию. Это было впервые в его жизни. Он не был рядом с Бом-и, поэтому он не знал, какого это.

Но Манго рассказала ему. Этим маленьким, но значительным движением она сообщила ему, что жива, что растет и что скоро увидит его.

Дрожь пробежала по спине. Чувство, которое он не мог описать, заполнило его грудь. Сердце колотилось, а в горле начинало жечь.

Наконец настал этот день. До Квон не смог сдержать слёз.

До Квон и Ын Су переехали в дом, который подарила им Мён Хи в Ёксамдоне. Ын Су сам выбрал интерьер и мебель, и дом получился стильным, уютным и красивым. Внутри было светло и просторно, потому ещё не успели купить различные украшения для ещё не родившегося Манго.

Пока они обустраивались в новом доме, Ын Су взял отпуск на работе. Он находился на 36-й неделе беременности. Живот Ын Су рос, становясь все больше, и вскоре достиг размеров арбуза. Кожа натянулась так, что ему казалось, будто при малейшем столкновении живот может лопнуть.

У До Квона были и другие заботы, помимо этих воображаемых опасений, поэтому вместо того, чтобы следить за Ын Су в офисе, он остался работать дома. Он понимал, что непредвиденные ситуации могут возникнуть в любой момент, и ему нужно быть рядом с ним.

Секретарь Чон был единственным, кто страдал от этого положения. Раз или два в день он приходил с кипой документов на подпись, но в остальном До Квон мог справиться с работой. Если у него была встреча, он уходил в офис рано утром и быстро возвращался домой.

Сидя на диване в гостиной и смотря на планшет, До Квон заметил, что Ын Су уснул, погрузившись в чтение. Он прислонился к дивану, поджав живот и склонив голову набок. Его поза была довольно неудобной.

Тихонько вставая, До Квон подошел к Ын Су, поддерживая его за шею и талию, укладывая на диван. Ему хотелось перенести его в спальню, но он знал, что это разбудит Ын Су посреди ночи. Он и так плохо спал.

С увеличением живота Ын Су стали мучить бессонные ночи. Ноги болели, дыхание сбивалось, живот был тяжелым, и ему было трудно лежать прямо. Он просыпался или ворочался каждые тридцать-сорок минут. Его руки и ноги постоянно немели.

Даже когда он крепко спал, стоит Манго пошевелиться или начать пинаться, Ын Су ахал и корчил рожицы. У До Квона кровь стыла в жилах, когда он наблюдал за этим. Ему даже снились кошмары о том, как Ын Су насмерть раздавливает его большой живот.

Слабо вздохнув, До Квон принес пушистое одеяло. В этот момент в животе Ын Су Манго снова пошевелилась.

До Квон, сидя на корточках перед диваном, тихо прошептал:

– Манго. Папа спит. Не шуми.

Строгость в его голосе заставила Манго немного поджаться, как будто она была недовольна, но вскоре успокоилась, словно говоря: «Я позабочусь об этом». До Квон прижался губами к животу Ын Су, а затем отстранился, удовлетворенно вздохнув.

Он аккуратно накрыл его одеялом, которое было достаточно большим, чтобы укрыть его от плеч до пят. Некоторое время он наблюдал за ним.

С приближением родов дыхание Ынсу стало громче, чем обычно. Его вдохи и выдохи звучали отчетливо, а плечи и грудь широко поднимались.

Однажды Ын Су сказал, что Манго давила на органы до такой степени, что ему даже дышать было трудно. Около месяца назад у него болело горло, потому что он спал с открытым ртом из-за невозможности дышать. Он был беременный, поэтому ему нельзя было принимать некоторые препараты. До Квону было его жалко. Он не хотел чтобы Ын Су проходил снова через такие страдания.

Внезапно Ын Су наморщил лоб, а затем плавно поднял и опустил колени. Ступни его ног, выпирающие из-под одеяла, приподнялись, словно разминаясь. Так он делал каждый раз, когда у него немели ноги.

До Квон быстро откинул одеяло, сел на диван и положил ноги Ын Су на свои бедра. Он сжал его стройные икры своими большими ладонями, уверенно надавливая большим пальцем на заднюю часть колена, икры, и спускаясь к лодыжкам. Напряженные мышцы постепенно расслаблялись.

Примерно через пять минут лицо Ын Су, которое было изначально сморщено, стало спокойным. До Квон осторожно опустил его ноги и, откинув одеяло, поцеловал его в красивый лоб. Наблюдая за ним некоторое время, он снова взял в руки планшет.

– Скоро Манго появится на свет. Нужно много работать, чтобы зарабатывать деньги», — подумал он, уставившись на буквы на экране.

Когда Доквон просмотрел несколько PDF-файлов, Ын Су зашевелился. До Квон не мог понять, болит ли у него спина или он пытается проснуться. Подойдя ближе, он попытался развернуть его к себе, но как только его рука коснулась талии, Ын Су медленно открыл глаза.

– Поспи еще, - тихо сказал До Квон. Ын Су несколько раз моргнул и покачал головой, затем с ворчанием приподнял верхнюю часть тела. До Квон поддержал его за талию и помог подняться.

– Сколько же я проспал? - спросила Ын Су, потирая глаза.

– Около часа.

– Многовато для сна.

– Не так уж и много, - ответил До Квон, аккуратно убирая волосы с его лица. Ын Су надеялся, что сможет выспаться и проснуться завтра утром, но проспал всего час. «Наверное, я всю ночь ворочался», — подумала он.

До Квон сжал его руку, и в его глазах отразилось беспокойство.

– Итак, что ты хочешь на ужин?

– Хмм... Что-то...

– Что-то?

– Что-то лёгкое, свежее и не горячее.

– Салат?

– Нет, это слишком лёгкое...

Ын Су прищурился, погружаясь в размышления. Его большие глаза время от времени метались из стороны в сторону, и это было мило. До Квон прижал губы к его пухлой щеке. Привыкший к его осторожным прикосновениям, Ын Су не обратил на это внимание, продолжая обдумывать меню ужина.

Вдруг он моргнул.

– Снежный краб.

– Что?

– Снежный краб - это отличный выбор. Он полон белка, никаких углеводов, никаких лишних калорий, все как надо.

Ын Су кивнул. До Квон фыркнул и рассмеялся.

– Хорошо. Давай закажем снежного краба. Или мне самому сходить?

– Нет, я хочу выйти. Вчера и сегодня я весь день просидел дома, так что мне нужно немного размяться.

Ын Су попытался встать, придерживая одной рукой живот, а другой опираясь на диван. До Квон просунул руки под его подмышки, поднял его и осторожно поставил на пол, как будто обращался с драгоценной куклой.

Благодаря ему Ын Су смог встать без боли в спине.

– Мне нравится, какой ты сильный, – сказал она, показывая ему большой палец. За время беременности Ын Су сильно поправился, но До Квон по-прежнему не ощущал тяжести его веса. Как только Ын Су издавал хоть малейший стон, До Квон появлялся из ниоткуда и помогал ему, как только мог.

До Квон гордо улыбнулся, как ребенок, которого похвалили. Его лицо было таким милым, что Ын Су коротко поцеловал его в подбородок.

В гардеробной Ын Су снял с вешалки одежду для беременных и надел толстовку с широкими рукавами. Когда он попытался просунул руки, у него в животе снова пошевелилась Манго. Поэтому До Квон, взяв на себя ответственность, аккуратно просунул его руки в рукава.

Затем пришла очередь носков. Из-за того, что живот был размером с арбуз, его руки не дотягивались до ног. До Квон усадил Ын Су на комод в гардеробной, сам опустился на одно колено и наклонился, чтобы вручную натянуть ему пару уютных носков.

Ын Су посмотрел на До Квона и вздохнул.

– Как же я буду жить без тебя?

– Не переживай, я всегда буду рядом с тобой, везде и во всем.

Ын Су улыбнулся, его губы изогнулись в довольной улыбке. Это был ясный и обнадеживающий ответ.

До Квон был брюках, которые облегали его мускулистые ноги. Его ноги были длинными и стройными, он напоминал модель.

Ын Су сморщил нос и издал звук, похожий на «Вау».

"Он мой муж, но он слишком хорош, не так ли?"

До Квон взглянул на него с недоумением в глазах, но он лишь покачал головой, словно ничего не произошло.

Они вышли из гардеробной. Пока До Квон искал ключи от машины, Ын Су посмотрел на сад и произнес:

– Давай польём Бом-и и пойдём.

Когда они переехали в дом, то пересади Бом-и. Дерево с радостью выбралось из тесного горшка, и его листья сразу же расцвели. На солнце они светились зелёным светом, создавая невероятную красоту.

– Я полил её, когда ты спал.

До Квон последовал за Ын Су в сад. С наступлением вечера в саду автоматически включалась подсветка, и весенние деревья безмолвно стояли на фоне тусклого золотого сияния.

– А как же удобрение?

– Я дал ей.

Ын Су кивнул, словно этого было достаточно. Затем он махнул рукой в сторону дерева.

– Я вернусь к ужину.

Не успел он договорить, как по саду пронесся порыв ветра, заставивший листья зашелестеть в ответ. Ын Су улыбнулся.

Роды были близко. В больнице им сообщили, что пора готовиться к госпитализации, а движения Манго стали резкими и частыми. Его тошнило, а живот периодически болел.

Ын Су, растянувшись на кушетке, рассеянно смотрел в телевизор. Ему было не по себе, но он не чувствовал себя совсем плохо. Спать не получалось, есть тоже, и вообще ничего не хотелось делать. Сердце колотилось, как будто в груди бушевала буря. Он мог родить сегодня, завтра или послезавтра.

Он ощущал себя так, словно ему предстояло сдать важный экзамен или пройти собеседование. Во рту пересохло, желудок был в беспорядке, дыхание сбивалось из-за тяжести живота, а холодный пот покрывал тело.

Тяжело дыша, Ын Су не смог сдержаться и потянул за рукав сидевшего рядом Доквона.

– Хён, феромоны... дай мне феромоны...

До Квон, словно дожидаясь этого момента, поднял Ын Су и усадил между коленями, прижав его ноги к себе, чтобы живот не испытывал дискомфорта. Ын Су уткнулся носом в его грудь, и медленно выдыхал его феромоны. Он глубоко вдыхал этот аромат снова и снова, и напряжение в его мышцах постепенно уходило, а колотящееся сердце успокаивалось.

Доквон нежно погладил Ынсу по спине.

– Ты нервничаешь?

– Да.

– Ничего страшного, у тебя все получится, - тихо прошептал До Квон, целуя уголок его глаза. Ын Су кивнула в знак согласия.

По правде говоря, ничего не оставалось делать, кроме как держать себя в руках. Для мужчин-омег естественные роды не предусмотрены, и ему предстояло кесарево сечение.

Когда роды начнутся, Ын Су поместят на кушетку и поставят наркоз, а потом всё закончится. Когда Ын Су думал об этом, он закрывал и открывал глаза.

В животе станет легче, а Манго положат в отделение для новорожденных. До Квон будет похлопывать его по спине, благодарив за хорошо выполненную работу. Ын Су не боялся операции. Он ненавидел больницы и запах лекарств, но проведя в такой обстановке полжизни, он привык к врачам, процедурам и операциям.

"Это будет не серьезная операция, которая займёт несколько часов. Это не опасно. Вчера я посетил гинеколога, и я, и Манго были здоровы".

Но Ын Су не понимал, почему так нервничает. Врачи сказали, что лучше держать ребёнка в утробе как можно дольше. Если он родится раньше срока, возможно, его придется поместить в инкубатор.

"Нужно ещё продержаться."

Ын Су тяжело вздохнул.

– Ты не голоден? - спросил До Квон. Ын Су покачал головой, но вскоре простонала:

– Ммм... Мне нужно что-то съесть. Я не ел весь день.

– Хочешь рисовых лепёшек или что-то другое?

– Какао? Да, какао — это отлично.

– Подожди, я сейчас принесу.

До Квон аккуратно усадил Ын Су на диван и направился на кухню, но он схватил его за запястье. До Квон замер на месте, а Ын Су, издав стон, поднялся.

– Позволь мне. Я сам.

– Разве не трудно двигаться?

– Нет, думаю, мне станет легче, если я немного подвигаюсь. Живот не болит, просто... нервничаю.

Обхватив себя за талию, Ын Су, пошатываясь, направился на кухню. До Квон не стал его останавливать, но его охватило беспокойство, поэтому последовал за ним. Он шел недалеко, всего лишь из гостиной на кухню, но на его лице читалось волнение.

На кухне Ын Су достал чашку и начала искать какао.

"Но... есть ли оно в доме, и если да, то где?"

Он покачал головой и оглядел многочисленные шкафы. В этот момент к нему подошел Доквон и нашел в ящике упаковку какао.

Ын Су бросил на него холодный взгляд. Во время беременности он вообще не заходил на кухню, но в прежнем доме жил достаточно долго, чтобы знать, где что лежит. После переезда он лишь осматривал интерьер и никогда не заглядывал в шкафы. Ему стало смешно от этой ситуации.

Взяв упаковку, Ын Су вскрыл ее и насыпал порошок в чашку, затем подошел к автомату с водой. До Квон встал рядом с ним.

– Горячая вода опасна. Разве я не могу это сделать?

Он выглядел так, будто умолял, его лицо было бледным. Ын Су сморщил нос и протянул ему чашку. До Увон с улыбкой принял ее.

Пока До Квон наливал кипяток в какао, Ын Су остался на пару шагов позади. Казалось, он действительно прислушивался к его словам. Горячая вода казалась действительно опасной. Если он ошибется или кипяток случайно плеснет, чашка может упасть.

Доквон внимательно следил за водой. Он осторожно помешивал, пока весь порошок не растворился, а в конце добавил немного холодной воды. Какао было готово.

Ын Су радостно улыбнулся, но внезапно его тело охватил холод. Казалось, кровь оттекала от кончиков пальцев рук и ног, и он почувствовал себя как кусок мяса в холодильнике. Медленно моргнув, он задумался: в доме было достаточно тепло, но откуда взялся этот холод?

Вдруг его тело стало влажным, воды струилась по коже. Ын Су с отвращением опустил голову, осознав, что его домашние брюки насквозь промокли, и вскоре на полу образовалась мутная лужа. По его телу пробежала дрожь.

Дыхание перехватило в горле, и он сжал живот, боясь, что Манго унесут вытекающие воды. Ын Су застонал, пытаясь прочистить горло. С его губ сорвался лишь один слог.

– Хён...

На его зов До Квон резко обернулся и уронил чашку.

Толстая игла пронзила его запястье, вокруг суетились врачи и медсестры. Он ненавидел руки, касающиеся его живота, и взгляды, устремлённые вниз. Слышался шум колес кровати и разговоры людей на неразборчивом языке. В ноздрях стоял отвратительный запах лекарств, а чувства переполняли его.

Он не произносил ни слова, только всхлипывал и рыдал, не понимая, почему плачет. Ему просто хотелось увидеть До Квона, который несколько минут назад куда-то исчез.

"Где он? Почему он оставил меня одного? Он обещал всегда быть рядом, но сейчас его не было."

Ын Су старался осмотреться, но сквозь слёзы ему было трудно различить, где небо, а где земля, и от этого становилось ещё страшнее. Он дышал, боясь задохнуться. Ему казалось, что глазные яблоки вот-вот закатятся обратно в голову.

Его веки начали смыкаться, когда до него донёсся знакомый запах, и крепкая, горячая рука сжала его руку.

– Ын Су.

Это был До Квон. До Квон объяснил, что встречался с врачом, подписал согласие и выслушал указания. Ын Су отрывисто кивнул, словно говоря, что это не имело значения. Ему был важен лишь сам факт присутствия До Квона.

Ын Су крепко сжал руку До Квона. Он целовал его тыльную сторону ладони, гладил по щеке и снова и снова шептал, что всё будет хорошо, что скоро всё закончится. Говоря это Ын Су, он пытался и себя убедить в этом.

– Мы отвезём вас в операционную.

Медсестра отодвинула кровать. Не отпуская руку Ын Су, До Квон последовал за ним, и в мгновение ока они оказались перед операционной. Ын Су понял это даже по тому, как всё вокруг поплыло у него перед глазами.

Ын Су крепко сжал руку До Квона.

– Хён... хён.

– Да, Ын Су, я здесь.

– Я люблю тебя.

– ...

– Я люблю тебя, хён.

Эти слова вертелись у него на языке, но Ын Су не произносил их уже много лет. Однако сейчас он чувствовал, что должен сказать их. Какой бы легкой ни была операция, он не знал, что его ждет. Ын Су может даже не выйти из операционной живым. Он должен был сказать До Квону, что тоже его любит.

"Я люблю тебя, и моя любовь к тебе так же сильна, как и твоя ко мне. Я готов провести свои последние минуты, сделав такое скромное признание."

– ...

До Квон замер, не в силах произнести ни слова. Он даже не мог моргнуть, и просто смотрел на бледное лицо Ын Су.

– Ваш опекун рядом.

Медсестра оттолкнула Доквона. Его рука, крепко державшая его запястье, опустилась. Вскоре дверь закрылась, и Ын Су ввезли в операционную.

Резкий свет операционной ослепил Ын Су. Он моргал, пока слезы не заполнили глаза, и медленно закрыл их.

Когда он открыл глаза, то увидел знакомый диван — диван в своей домашней гостиной. Ын Су хмыкнул и потянулся, а затем огляделся. В доме стояла жуткая тишина. Где звуки маленьких ножек, бегущих туда-сюда?

Покачав головой, Ын Су встал и на мгновение замер, ошеломленный.

"Что я должен сделал? Что я делал?"

Вдруг он услышал тихий смеха.

Ын Су повернул голову в ту сторону, откуда доносился звук. В открытом саду за окном гостиной стояли два знакомых силуэта.

Ын Су, словно под влиянием невидимой силой, направился к ним. Он открыл окно и босыми ногами ступил на зеленую траву. Трава щекотала ступни, а легкий весенний ветерок нежно обдувал лицо.

Откинув волосы с глаз, Ын Су подошёл к людям. Один из них был До Квон - очень высокий и широкоплечий, а другой - крошечный ребенок, едва доставший ему до бедер.

Оба человека обернулись, взглянув на подошедшего Ын Су

– Ын Су, ты проснулся? А мы как раз поливали Бом-и.

– Папа, я полил Бом-и!

Ребёнок поднял большую лейку своими крошечными руками. До Квон осторожно поднял лейку за носик, помогая поднять её. За их спинами возвышалось зелёное дерево.

Ын Су уставился на него.

– Папа! Иди сюда! Быстрее!

– Ын Су, подойди сюда.

Они улыбались ему. Их улыбки сияли на солнечном свету.

Ын Су медленно моргнул, а До Квон и ребёнок нетерпеливо двинулись к нему. Послышалось эхо шагов. Ароматы дорогих людей смешивались с лёгким дуновением ветра.

Ын Су вдохнул этот аромат, а его уголки губ медленно приподнялись.

И вскоре, на его лице расцвела яркая улыбка.

Мама

Когда Ын Су впервые взял А Ён на руки, его поразило, насколько она была маленькой. Её лицо было размером с кулак, а пальцы на руках и ногах были настолько крошечными, что их едва можно было сосчитать. Глаза не открывались, а лицо так раскраснелось, что лишь губы иногда шевелились. Она казалась одновременно живой и нереальной.

Но одно было совершенно ясно: Ын Су был безмерно счастлив. Это была такая сильная радость, какую он никогда прежде не испытывал. Сердце сжалось, глаза наполнились слезами, а губы расползлись в улыбке.

Он повернул голову и заметил, что на лице До Квона тоже виднелась улыбка. Ын Су был рад разделить с ним этот чудесный момент. Он не мог поверить, что в мире есть ещё один человек, который чувствует то же самое, что и он.

Ын Су, лежа в кровати, смотрел на спящую А Ён. А Ён уже исполнилось 20 месяцев. Кажется, только вчера она мирно спала, и безнадёжно шевелила руками и ногами. Теперь она могла ходить, бегать, говорить "папа, папа" и есть ложкой. Она родилась доминантной альфой, поскольку ей передались гены До Квона. До Квон, казалось, был рад этому не потому, что ненавидел омег, а потому, что это означало у неё будет меньше опасностей, с которыми ей придётся столкнуться в будущем. Уникальные феромоны доминантного альфы — это всё равно что родиться с пистолетом.

Ын Су не мог не согласиться. Мысль о том, что его дочери придётся жить под пристальным вниманием альф, вызывала у него тревогу. Как родитель, он сделал бы всё возможное, чтобы этого избежать, но шанс всегда оставался, и если с ней случится что-то плохое, Ын Су будет мучиться от чувства вины.

Также Ын Су узнал, что доминантных альф воспитывать довольно легко. Это была хорошая новость для начинающего родителя — ведь был пониженный шанс совершить ошибку. На всякий случай Ын Су посоветовался со своим врачом, и тот подтвердил, что доминантные альфы действительно развиваются быстрее — это были не просто слухи, у них действительно более короткий младенческий возраст. И Вскоре А Ён научится поворачивать голову, переворачиваться, лепетать, говорить и ходить.

Так и произошло. А Ён быстро росла, и однажды перевернулась, села и забралась на диван. Ын Су и До Квон были тронуты её быстрорастущим развитием, но в то же время это вызывало у них грусть. Они хотели видеть, как она растёт каждый день.

Но ничего страшного не было. Ын Су любит А Ён, которая сейчас полна жизни и постоянно говорит "папа". Ын Су с нежной улыбкой погладил её пухлый животик. Он не знал, что такого притягательного в выпуклом животе, который при каждом вздохе поднимается и опускается.

"До Квон как-то сказал, что теряет счёт времени, когда наблюдает за тем, как я сплю, и теперь я понял, что он имел в виду".

Ын Су поцеловал сжатые пальцы А Ён, задумавшись, стоит ли взять её пухлую, красивую руку и съесть, или просто положить в рот и укусить. В этот момент дверь в спальню открылась, и в комнату вошел До Квон.

В его руках был тяжелый поднос, который он поставил на чайный столик. Ын Су вскочил с кровати, радуясь его появлению.

– Ура, кофе!

Пришло время А Ён вздремнуть. Чаепитие с До Квоном всегда приносило расслабление и блаженство, когда они наблюдали за спящим ребенком. Это был момент, который Ын Су с нетерпением ждал.

На подносе красовались айс латте, клубничный торт с сочной свежей клубникой, булочки с взбитыми сливками и масляное печенье. Ын Су с удовольствием прижал латте к губам, и его лицо озарилось счастьем. До Квон пододвинул стул и сел рядом, потягивая крепкий кофе и вдыхая аромат феромонов Ын Су, его напряженные плечи расслабились.

– Как прошла встреча? - спросил Ын Су, зачерпывая торт большой вилкой. Доквон кивнул.

– Хорошо. Как обычно было скучно, - ответил он ровным голосом.

Ын Су отправил кусочек торта в рот и нежно погладил тыльную сторону его руки. Затем, повернув запястье, он взял его за руку. Их ладони прижались друг к другу, а пальцы переплелись. Ын Су улыбнулся ему.

Он взял двухлетний отпуск по уходу за ребенком, в то время как До Квон не смог. У него не было возможности взять отпуск, так как в компании был только один начальник, и он не мог отсутствовать на работе каждый день. А раз это было невозможно, ему и самому это не нравилось.

До Квон крайне неохотно выходил из дома один, поэтому большую часть работы выполнял удаленно. Если только не шла речь о важной встрече, он предпочитал работать по видеосвязи. Все это было из-за А Ён и Ын Су. Он не мог оторваться от них. Он любил А Ён, которая взрослеет с каждым днем, и любил Ын Су, который улыбался, видя А Ён.

Поздно вечером, обнимая их обоих одновременно, он чувствовал, что в руках у него был целый мир. Он никогда ни к чему не стремился, ведь власть и богатство были в его руках с самого рождения. Но единственное, чего он по-настоящему хотел — это Ын Су. Когда он шел к алтарю, держа его за руку, он испытывал неописуемое чувство удовлетворения. Он никогда не думал, что в мире может быть что-то более приятное.

Сейчас он жил жизнью, которая с каждым днем становится все более насыщенной. Он искренне благодарен Ын Су, создателю этой обители радости и счастья. Доквон нежно коснулся губами щеки Ын Су, который был занят поеданием торта. Время ужина уже близится, и после того как А Ён поест, её нужно будет помыть, поиграть, почитать и полюбоваться весенними деревьями. Поэтому Ын Су приходилось заранее запасаться энергией.

Раньше Ын Су ел сладости просто потому, что они были вкусным, и ему нравилось есть. Теперь же это стало необходимостью. Конечно, всё это по-прежнему вкусно, но теперь он уже не ест как прежде. Теперь для него важнее, чтобы сладости оказались во рту А Ён.

Когда Ын Су допил свой латте, До Квон переместился к А Ён. Она крепко спала, и если они оставят её в покое, она сможет проспать еще два-три часа. Присев на край кровати, До Квон осторожно положил руку на лодыжку А Ён.

– Может, её разбудить? Как бы потом не получилось, что ей ночью не удастся уснуть.

– Не беспокойся. Пусть спит, - ответил Ын Су с легким недовольством в голосе. До Квон приподнял одну бровь, заметив, что что-то его беспокоит.

– А если она не заснет до рассвета?

– Что я могу сделать? Придётся поиграть с ней.

До Квон посмотрел на Ын Су, в его острых глазах читался намек на раздражение.

– Ын Су, я же говорил тебе, что ночью мы должны уделять друг другу внимание.

– ...

У Ын Су поджалась челюсть, глаза забегали из стороны в сторону, и он медленно кивнул. Это означало, что ребёнка можно разбудить.

Ребёнок — это благословение и радость. Ын Су ценил каждое мгновение, проведенное с А Ён, но, как сказал До Квон, им нужно время, чтобы побыть наедине. Только вдвоем, обнимаясь, смотря друг другу в глаза и шепча слова любви — это совсем другая радость, непохожую на воспитание детей.

Прошло много дней с тех пор, как они стали проводить наедине больше времени. Это случилось тогда, когда А Ён начала нормально спать ночами, их ночи стали куда свободными. Раньше она просыпалась каждые два-три часа, и у них никогда не было времени на сон, не говоря уже о том, чтобы побыть вдвоем.

– А Ён-а, - позвал её До Квон, нежно поглаживая по лбу, но она не шелохнулась. Он прижался губами к ее пухлой щечке, затем к губам, а потом отстранился. Затем он прошептал ей в крошечное ушко:

– А Ён-а, хочешь чтобы мамочка покормила тебя?

На этих словах глаза А Ён распахнулись. Они были большими и ясными, словно золотые колокольчики. До Квон и Ын Су одновременно разразились хохотом.

А Ён, представляя собой уникальное сочетание родителей, была наполовину похожа на До Квона, наполовину на Ын Су. Её большие, выразительные глаза унаследованы от Ын Су, а вздернутый нос — от До Квона. Пухлая верхняя губа напоминала губу До Квона, в то время как пухлая нижняя — напоминала губу Ын Су. Ее волосы были черными, как у До Квона, а кожа белоснежной и бледной. Но по мере взрослея всё может ещё поменяться, в любом случае, за этим будет интересно наблюдать. На данный момент неизвестно каким будет её рост, форма лица, но, судя по тому, как начинают вытягиваться ее конечности, можно предложить, что она будет очень высокой.

Как ни посмотри — А-Ён однозначно дочь До Квона и Ын Су. С тех пор как она перешла с молочных смесей и детского питания на обычную еду, её любовь к еде только возросла. Некоторые шутят, что за ребёнком нужно ходить по пятам с ложкой, а вот А Ён не встанет со своего места, пока тарелка не опустеет.

Однако на этом сложности не заканчиваются: Ай Ён внимательно следит за тем, что едят Ын Су и До Квон, поэтому теперь они вынуждены есть отдельно. Очевидно, что любовь к еде она унаследовала от Ын Су.

А ещё она очень чувствительна к запахам. Малейший запах кондиционера для белья приводил её к раздражению. Да и не только кондиционер, любой запах, который имел искусственный и непривлекательный аромат.

В результате теперь белье стирают без всяких ароматических добавок. Ын Су избавился от диффузоров и выбросил все духи, которые ему когда-либо дарили. Когда он покупал новую одежду, распаковывал её прямо в ванной и сразу же стирал. Мён Хи говорила, что у неё была такая проблема, когда была маленькой.

Существует еще множество других нюансов. Ын Су перестал считать их, потому что уверен, что с возрастом их станет ещё больше.

До Квон бережно поцеловал ножку А Ён, что вызвало у неё щекотку — она улыбалась и хихикала. Он подхватил её на руки, заключив в объятия, а А Ён прижалась щекой к его плечу.

– А Ён, ты хорошо спала? - Ын Су наклонился к ней и поцеловал её веко, которое всё ещё было влажным после сна. После нескольких морганий А Ён мягко улыбнулась, и Ын Су не смог сдержать ответной улыбки.

До Квон направился в гостиную, а Ын Су вышел на кухню, чтобы обратиться к экономке.

– Тётушка, А Ён хотела бы поужинать.

– Да, господин Ын Су, - ответила экономка, кивнув головой и включая индукционную плиту. Рядом с ней стояла другая помощница.

В доме Ын Су находились не одна и не две, а целых три экономки — одна занималась ребёнком, а две другие вели домашние дела. Всех их наняла сама Мён Хи.

После выписки из родильного дома Ын Су с удивлением обнаружил в своем доме незнакомцев. До Квон, по всей видимости, знал их, ведь именно он представил их, как старых знакомых. Ведь они какое-то время работали в доме родителей.

Они не были большой семью: двое взрослых и ребенок. Но трое экономок на такое количество человек? Это вызывало у Ын Су недоумение. В начале они все чувствовали себя довольно неловко. Ын Су тоже было некомфортно, когда в его доме появлялись посторонние. До переезда у него была помощница, которая занималась хозяйством и готовила для него, но это ощущение было совершенно иным.

До переезда он не чувствовал дом До Квона "своим", поэтому ему было всё равно, кто приходит и занимается уборкой. Но сейчас это определенно был "их дом". Несмотря на то, что Мён Хи предоставила жилье, Ын Су тщательно подбирал интерьер и обстановку. Он мечтал о будущем с До Квоном и А Ён, но ему было не по себе рядом с незнакомыми людьми. Тем более, когда здесь ещё есть маленький ребёнок.

Конечно, у него не было уверенности в том, что сможет самостоятельно поддерживать порядок в этом просторном доме площадью более 200 квадратных метров... Но он всё равно чувствовал себя неуютно. Как он мог не испытывать дискомфорт, когда пожилые люди называли его "господином", а А-Ён - "госпожа"? Ему очень хотелось сказать, чтобы к нему обращались не "господин", а Ын Су. Да и к А Ён не "госпожа", а просто по имени.

Ын Су думал о том, почему чувствует себя так неловко, он ведь не впервые в жизни имеет контакты с людьми. Члены команды в компании — это просто команда. Хотя Ын Су был руководителем, но их отношения не иерархические. Они были на равных, отсюда и такой диссонанс. Раньше, когда он жил с родителями, у них была помощница по хозяйству, с которой Ын Су был достаточно близок, чтобы называть ее тетей. Они знали друг друга с самого раннего детства Ын Су.

Через несколько дней он не выдержал и спросил До Квона, могут ли помощники приходить пару раз в неделю, а не оставаться в доме с утра до вечера?

Неожиданно Ын Су получил отказ от До Квона. Несмотря на то что Ын Су говорил и какое бы мнение ни высказывал, До Квон редко отвечал отказом. У него возникал соблазн спросить, почему так происходит, возразить, но решил, что у редких отказов До Квона должна быть какая-то причина. Ын Су тоже думал об этом и, примерно через три месяца, кое-что понял.

Пока ребёнка нет, то человеку будет трудно кое-что вообразить.

Конечно, Ын Су осознавал, что ребёнка воспитывать тяжело, но не знал, насколько именно это непосильный труд. Это действительно сложно и утомительно. Он знал это, но не осознавал, пока не испытал на себе. Удивительно, но он не понимал этого целых три месяца, пока заботился о А Ён. И только спустя какое-то время ему стало ясно, почему До Квон был против того, чтобы поменять расписание прихода экономок.

Сколько бы Ын Су ни использовал, ящик для их хранения никогда не оставался пустым. Подгузники были разложены в ряд, как книги на полке, и, когда он их выбрасывал, мусорное ведро тут же менялось. При использовании нескольких подгузников в день оно должно было быстро заполняться, но Ын Су не помнил, как мусорка за три месяца успевала наполниться.

Молочная смесь всегда была в достатке, бутылочки постоянно находились в стерилизаторе, даже если он их не мыл. Носовые платки, простыни для кроватки, слюнявчики, куклы и прочие вещи время от времени стирались и обновлялись.

В доме всегда царила чистота, а температура поддерживалась на комфортном уровне, независимо от того, холодно или жарко за окном. Бытовая техника работала без сбоев, даже самые мелкие приборы. Даже если Ын Су оставлял где-то салфетки, бутылочки или другой мусор, все это исчезало, как только он возвращался. Даже тоже самое бельё и посуда, которые приходится время от времени стирать.

Теперь Ын Су понимал, почему До Квон не отослал помощников, и почему он сказал так однажды:

– Когда у меня будет ребенок, у меня не будет времени на жалобы.

– У тебя будет время, потому что растить детей легче, когда у тебя есть деньги.

– Говорите так, будто вырастили троих детей...

– Я не растил, но так говорили мои родители, бабушка и дедушка. Они говорили, что вырастить ребёнка не так уж и сложно, если у тебя много денег. Нужно просто давать ему много любви и внимания.

– Много любви?

– Да.

Тогда Ын Су задавался вопросами, что значат его слова. Но теперь он понимал, что если есть деньги, его задачей только станет дарение любви и заботы А Ён. Наконец он смог согласиться с этим мнением.

Пока А Ён несколько раз приземлилась на книжки со сказками и ударила игрушку, играющую музыку, помощница сообщила, что еда готова.

Ын Су захлопал в ладоши.

– А Ён-а, пора кушать с мамочкой.

В этот момент А Ён, находившаяся на горке, резко повернула головой и без всякого страха решила спрыгнуть на пол. Ын Су широко раскрыл глаза от шока, но До Квон, который был рядом, успел поймать ее одной рукой и понес на на кухню.

А Ён захихикала, замахав руками и ногами, словно находилась на аттракционе в парке развлечений. Ын Су вздохнул, почувствовав легкое головокружение. Как бы успокаивая его, До Квон взял его за руку и повел.

Когда они дошли до кухни, До Квон усадил А Ён на стул за кухонным столом. Ын Су повязал на шею А Ён слюнявчик, расчесал ее волосы, которые были распущены, и завязал их в пучок. Затем они сели по обе стороны от нее, а А Ён расположилась посередине.

– Мама, мама, - кричала она, покачивая ложкой, которая была не больше чайной.

На ужин был рис в форме панды с водорослями нори, суп из говядины, яйцо на пару и тофу, а на десерт - банан, нарезанный на кусочки в форме звезды, и несколько ягод черники. А Ён посмотрела на панду и издала восхищенный возглас. Ее пухлые губы свернулись в милую улыбку. Экономка с гордостью улыбнулась в ответ на восторженный отзыв и вернулась на кухню.

– Папа, что это? - спросила А Ён, погружая ложку в панду.

– Панда.

– Панда, - ответил Ын Су, а А Ён вытянула подбородок и нахмурилась.

– Нет, мама.

–...

Ын Су зажал рот. Это был не вопрос, а викторина. Она скорее всего подразумевала не "что это?", а что такое вообще панда. Понимать слова А Ён ему было по-прежнему сложно. Ын Су почесал щёку и кивнул.

– Понятно. Жаль, что папа не знал.

– Ну ладно.

Великодушно простив Ын Су, А Ён взяла вилку, черпнула тофу и поднесла его ко рту. Каждый раз, открывая рот, она издавала звук "ва-а-а, ха-а-а". Ее щеки надулись, словно вот-вот лопнут, но она сжимала губы, чтобы не содержимое не вывалилось изо рта, и жадно начала жевать.

Какая же она милая... Она еще не очень хорошо обращалась со столовыми приборами, поэтому много проливала и подбирала все, что упало, но так обычно и делают дети.

А Ён послушно съела свою порцию. До Квон улыбнулся и убрал выбившиеся волосы А Ён. Потом он заметил, что остальные гарниры исчезли, но рис с пандой остался.

– Ты должна это съесть.

– Оно красивое, так что съем позже.

– Хорошо.

На слова А Ён До Квон кивнул в знак согласия. Вместо этого он попросил домработницу сварить еще немного супа.

До Квон и Ын Су наблюдали за тем, как А Ён заканчивает есть. Она зачерпнула суп и испачкала свой подбородок.

Даже если ей вытирать лицо, она всё равно будет пачкаться. Поэтому было лучше не трогать А Ён, пока она не наестся вдоволь. Ведь всё равно её придётся мыть перед сном.

В конце трапезы А Ён появилась из ниоткуда помощница, чтобы подать детский сок. Это был её любимый вкус - манго.

– Что приготовить на ужин директору и Ын Су?

– Ох... Пожалуйста, приготовьте из тех продуктов, что есть, - ответил Ын Су, засовывая соломинку в сок.

– Сегодня утром председатель прислал хорошую говядину. Я приготовила блюда для А Ён, поэтому осталось ещё немного. Хотите я приготовлю его на гриле? К тому же остались гребешки, будет очень вкусно.

– Хорошо.

У Ын Су на щеках выступил румянец. Говядина и морские гребешки. Он думал, что не очень голоден, но как только услышал меню, слюна потекла из-за рта. Вдруг ему захотелось быстрее уложить А Ён. К тому же сегодня погода хорошая. Переход от весны к лету — это одни из немногих хороших дней в году. Может, им удастся выпить с До Квоном? Ему кажется, будет хорошо поесть в саду. Наслаждаться прохладным ветерком и запахом травы во время трапезы — это ли не счастье?

Ногии Ын Су начали подергиваться под стулом, как будто танцевали.

– Тётушка?

– Да?

– Дома... случайно нет соджу?

– Ах... нет. Есть вино, шампанское и виски.

На этих словах губы Ын Су поджались. Сегодня у них будут блюда из говядины, и было бы замечательно выпить рюмку соджу и макнуть кусочек говядины в специи. Ын Су прищурил глаза, и помощница осторожно спросила:

– Купить?

– Нет, нет. Просто подайте мясо и можете быть свободны. Мы с хёном сами всё приготовим.

Ын Су покачал головой. На что помощница кивнула и повернулась.

– Хорошо, тогда я подготовлю гарнир и закуски, а также бульон.

– Тётушка, и огурцы тоже!

– Да, я принесу целую порцию.

На этих словах Ын Су встретился взглядом с До Квоном, и его глаза заблестели. На его лице было взволнованное выражение. До Квон тихо засмеялся. Было очень мило видеть, как Ын Су так радуется из-за одной лишь еды.

После того как А Ён закончила есть, До Квон поднял её и направился в ванную. Это была ванная, предназначенная только для А Ён. Умывальник был низким, унитаз маленьким, а плитка разноцветной.

– А Ён, давай умывайся, - сказал До Квон, сидя на корточках перед умывальником и включая воду.

А Ён сложила свои крошечные ручки и загребла воды. Затем, делая вид, что она умывается, она усердно тёрла своё лицо. До Квон, тихо наблюдая за этим, незаметно смыл остатки еды с её подбородка и щёк.

Он снял слюнявчик и снял её одежду, запачканную супом. Заодно поменял подгузник.

После того как вытер ей лицо полотенцем, он вышел из ванной и увидел, что Ын Су ждёт его с защитными наколенниками и налокотниками в руках.

– А Ён-и, хочешь пойти поиграть в саду?

– Угу! - ответила громко А Ён и вытянула свои ручки. Ын Су стал защёлкивать кнопки наколенников, но она продолжала топать ногами и извиваться. До Квон придерживал её сзади, словно она могла выпрыгнуть в любой момент.

Когда А Ён вышла в сад, она стала взволнованно бегать по всему пространству. Она кричала "Вау!", а также по пустякам звала До Квона и Ын Су: "Папа, смотри!", "Папа, подойди сюда!", "Папочка, что это?"...

Каждый раз, когда она что-то находила, эти двое с восторгом реагировали: "Вау, цветы!", "Ого, камень!", "Ух ты, ветка!". Они искренне восхищались её открытиями.

А Ён бегала везде, то тут, то там. Она поднялась на горку и спустилась по ней, которая была гораздо больше, чем дома. Затем она взобралась на батут.

Пока она ещё не умела хорошо держать равновесие, поэтому иногда спотыкалась и падала головой вниз. Но трава была настолько мягкой, что ей это не причиняло болит, поэтому она могла самостоятельно подняться.

Сначала, при каждом падении, она громко плакала, будто весь мир начинал рушиться. Теперь же, если она падала, смеялась и сразу поднималась. Ын Су и До Квон медленно следовали за А Ён с расстояния в пять шагов. Даже если она постоянно бегала, её скорость не отличалась от медленного шага взрослого человека. Но когда она подрастёт... Ын Су решил подумать об этом позже...

Ын Су аккуратно взял До Квона за руку, тот с улыбкой переплёл их пальцы. Затем Ын Су прижался к его телу, а До Квон обнял его, прижав к себе.

– Когда А Ён уснёт, сходим в магазин, - заговорил Ын Су.

– За соджу?

– Угу.

– Хорошо.

До Квон кивнул. Почему это лёгкое согласие было таким приятным? Ынсу слегка улыбнулся и крепче обнял До Квона за талию. Его тепло и аромат феромонов передались и ему.

Тихая и беззаботная жизнь приносила ему неимоверное счастье. До Квон, похоже, чувствовал то же, поэтому наклонившись и поцеловав его в висок, он улыбнулся.

В это время снова послышался крик А Ён. Ын Су тихо засмеялся. Одни мысли только о том, как же много энергии в этом ребёнке и о том, как он вырастет в доме До Квона, вызывали дрожь по спине.

– Дом с садом действительно прекрасен. Моя мама всё-таки не ошиблась в выборе.

– И правда, он действительно замечательный.

Серьезно глядя в сторону, До Квон оперся на подбородок.

Спустя час активной игры А Ён выглядела уставшей; её плечи были опущены. На ее одежде были пятна от травы, а руки и ноги были запачканы землёй. На лбу выступили капли пота, как у собаки после долгой прогулки.

До Квон и Ын Су быстро помогли А Ён искупаться. Они помыли её, высушили волосы и обильно нанесли детский лосьон. Также они предложили ей теплое молоко.

К этому времени глаза А Ён начали постепенно закрываться — всё-таки на её сон очень сильно повлияла активная прогулка в саду. До Квон взял её на руки и отнес в комнату. Ын Су подобрал брошенного зайчика А Ён и пошёл за ними.

Лежа на широком матрасе, А Ён протянула руки к Ын Су.

– Запах папы... приятно...

– Да, это запах папы.

Ын Су лег рядом с А Ён, обняв её маленькое тельце. А Ён, привычно уткнувшись носом в грудь, вдохнула знакомый аромат.

До Квон сидел у ног А Ён и растирал ей ножки. Однажды он выделил время, чтобы научиться детскому массажу вместе с Ын Су, и с тех пор делал его каждый вечер.

Ын Су, слегка выделяя свои феромоны, открыл детскую книжку, выбранную А Ён, и глубоким и приятным голосом начал читать историю.

Каждая перевернутая страница 3D книжки заставляла глазки А Ён блестеть с восторгом: медведи шевелелись, птицы махали своими крыльями, а феи взлетали над страницами. А Ён, наблюдая за этой картиной, с восхищением охала.

Это была настолько милая сцена, что До Квон невольно улыбнулся и стал целовать колени и щиколотки А Ён.

Когда последняя страница книги была перевернута, А Ён захлопала в ладоши, а Ын Су нежно поцеловал её в щёку.

– Тебе пора спать, чтобы завтра проснуться и поесть.

– Хорошо. Я завтра буду кушать, - повторила А Ён, крепко закрыв глаза, явно желая быстро уснуть, чтобы на утро поесть любимые вкусняшки.

Длинные ресницы, напоминающие, пёрышки ангела, медленно опустились. Выпуклые веки и крепко сжатые пухлые губы были невероятно милыми. Ын Су, нежно поглаживая волосы А Ён, шепнул:

– Спокойной ночи, наша маленькая девочка, наша принцесса.

До Квон, склонившись, зашептал ей на другое ухо:

– Я люблю тебя, А Ён-а.

– Ты же знаешь, что папы больше всего на свете любят тебя?

– Папы всегда будут рядом - в любое время, в любом месте, всегда.

Они продолжали тихо шептать о своей любви, пока А Ён не уснула. Заснув, она быстро погрузилась в сон, и Ын Су почувствовал гордость:

– Смотри, как хорошо спит наша доченька.

Осторожно накрыв А Ён одеялом, он обратил внимание на До Квона, который проверял температуру в комнате и немного уменьшал яркость звёздных ламп.

Слегка приподнявшись на носочках, он тихонько вышел из комнаты А Ён, оставив дверь приоткрытой на случай, если малышка проснётся и не сможет её открыть.

Ын Су и До Квон быстро направились в гардеробную, чтобы переодеться.

Они оставили домашние брюки, сменив только верх на уютный свитшот. Затем, поспешно направляясь к двери, они двигались тихо и осторожно, будто проводили секретную операцию, обмениваясь нежными взглядами и улыбками.

Когда они надевали обувь, к ним подошла помощница, которая обычно сидела с ребёнком. Ын Су с искренней улыбкой заговорил:

– Мы идём в магазин за спиртным. Пожалуйста, присмотрите за А Ён. Мы скоро вернёмся, но если она проснётся или заплачет, сразу дайте знать.

– Конечно, удачи вам, - кивнула помощница.

Крепко держась за руки, Ын Су и До Квон вышли из дома. Улыбка светилась на лице Ын Су, когда они проходили мимо ухоженного сада. Неизвестно, что именно придавало ему радости: возможно, то, что они давно не проводили время вдвоём, или просто хорошая погода.

Они шли по тихим, спокойным улицам, а Ын Су весело покачивал соединённые руки с До Квоном. В этом благополучном районе, где дома окружены высокими заборами, изначально всё казалось пустынным, но сейчас ему это даже нравилось. Тишина, почти безлюдные дороги, и возможность побыть немного дерзким, ведь никто не обратит на тебя внимание.

– Ты выглядишь счастливым, – произнёс До Квон, нежно гладя руку Ын Су.

Он уверенно кивнул:

– Да, мне хорошо. А Ён снова без каких-либо проболем уснула, а мы с хёном пойдем пить соджу и есть говядину. Нет причин для недовольства.

– Мне тоже это нравится.

До Квон, казалось, не мог сдержать радости и крепко обнял Ын Су, а затем осторожно отпустил. Из-за этого его ноги слегка повисли в воздухе, прежде чем снова коснуться земли.

Привыкший к силе прикосновений До Квона, Ын Су продолжил разговор с невозмутимым видом:

– Раннее ты говорил, что ночь должна принадлежать только нам двоим. И знаешь, я действительно понял, что это значит. Время, проведенное с А Ён, очень отличается от времени, проведенного с тобой. Оно имеет свою уникальную ценность.

Эти слова едва не вызвали у До Квон слезы радости. Каждый раз, слыша, что Ын Су счастлив рядом с ним, мурашки пробегали по спине. Он ощущал только большее желание заботиться о нём, чтобы Ын Су чувствовал себя счастливее и чаще улыбался.

Они продолжали беседовать, пока не подошли к магазину. Глаза Ын Су засветились, когда он увидел полки продуктов. Ему казалось, что он попал в рай. Вместо того, чтобы направится к полкам с алкоголем, он начал внимательно рассматривать витрину, будто находился на выставке искусства, с интересом разглядывая каждый объект.

До Квон, привыкший к такому поведению Ын Су, взял корзинку и пошел за ним. Это занятие было весьма увлекательным. Ему было забавно наблюдать за его сосредоточенным лицом, когда он размышлял, стоит ли покупать мармеладки за 1000 вон, а потом осторожно клал их в корзину, когда До Квон дал позволение взять несколько пачек.

Было забавно наблюдать, как Ын Су серьёзно обдумывает, хороша или плоха новая закуска, как он проходит мимо отдела с лапшой, возвращается и кладёт две упаковки, потом ещё одну. Иногда он мог повернуться, чтобы оценить реакцию До Квона, и клал в корзину четвёртую упаковку лапши.

Ему было интересно изучать состав влажных салфеток, которых у них уже было много, пробовать рисовые треугольники, а затем брать корндоги, наблюдая за тем, как Ын Су улыбается.

До Квон вдруг осознал, что давно не проводил время на прогулке с ним, ведь они были заняты заботой об А Ён. Вот почему даже такая короткая прогулка казалась ему волнующей. Он задумался, можно ли провести время с Ын Су, оставив А Ён Мён Хи и Ки Хо.

– Хён, давай уже пойдем. Я ужасно голоден! - воскликнул Ын Су, направляясь к кассе.

Трудолюбивая помощница быстро накрыла стол в саду, чтобы Ын Су и До Квон поужинали. Рядом с грилью лежали толстыми кусками говядина и множество различных закусок: суп, нарезанный зеленый лук и любимые огурцы Ын Су со специями, а также рюмки для соджу.

С радостным лицом Ын Су поднял щипцы, но До Квон, забрав их, положил мясо на раскаленную гриль. Говядина начала шипеть, и Ын Су восторженно наклонился вперед, открывая бутылку соджу и наполняя рюмки свою и До Квона. Звук алкоголя, наполняющий рюмки, наполнял тишину.

Ын Су уже собирался выпить соджу, но, заметив взгляд До Квона, взял в руки ложку. Он бы точно что-то сказал, если бы Ын Су выпил на голодный желудок.

Аккуратно положив в рот яйцо, сваренное в крутую, он тщательно его пережевал, и на его тарелке оказался кусочек говядины.

Взглянув на До Квона, он увидел, что он поднял свою рюмку. Ын Су радостно чокнулся с ним.

Сначала он одним глотком выпил крепкий алкоголь и, выдавив восхищённый звук, макнул кусок говядины в соевый соус и положил в рот.

– Ммм... Вкусно, – пробормотал Ын Су, наслаждаясь соком, который попал на его язык. Затем он съел немного огурцов, и не удержавшись от желания перекусить белым рисом, взял большую ложку.

До Квон усердно подкадывал мясо на его тарелку. Ын Су поедал мясо, иногда сочетая его с морскими гребешками, и добавляя к этому кимчи, время от времени запивая соджу, наслаждаясь очень сытным ужином.

До Квон тоже с удовольствием продолжал есть, наблюдая за Ын Су. Если Ын Су было неудобно пользоваться палочками, До Квон иногда отрывал кусочек листа или морских водорослей, кладя поверх него рис. Он также периодически проверял планшет, стоящий на одном из краев стола. Это была домашняя камера, показывающая А Ён, спящую в другой комнате.

В конце концов, Ын Су съел три чашки риса. В последнее время, заботясь об А Ён, он ел лишь понемногу. Но сегодня аппетит вернулся.

К тому времени они выпили уже три бутылки соджу. Ын Су опустошил последнюю бутылку. Под действием алкоголя его щеки налились, а веки стали тяжёлыми.

– Хочешь мороженое? – спросил До Квон, протягивая ему стакан воды. Веки Ын Су, которые до этого были тяжёлыми, вдруг распахнулись. Уличные фонари красиво отражались в его глазах, и он выглядел очень мило.

До Квон, усмехнувшись, погладил его по волосам.

– Какой вкус ты хочешь? Мятный шоколад?

– Да. Хочу, – кивнул Ын Су. До Квон тут же встал и зашёл в дом. Он принёс большой контейнер мороженого и тёплый плед.

Пока он ходил, Ын Су перебрался на качели, которые располагались в саду. До Квон, длинными шагами подошёл к нему. Сидя на качелях, Ын Су смотрел на приближающегося До Квона и улыбнулся.

До Квон открыл контейнер с мороженым и дал Ын Су ложку. Затем накрыл его плечи пледом. Ын Су крепко схватил его за рукав, как бы подзывая его сесть рядом.

Когда До Квон сел рядом, Ын Су прижался к его руке. Он медленно черпал мороженое и смотрел в небо.

– Жаль, что звёзд не видно. Ночь в Сеуле слишком тёмная.

Чёрное небо выглядело безжизненно. Он не ожидал, что звезд будет так много, как на острове, где они провели медовый месяц, но хотя бы несколько звёзд не помешали бы, чтобы украсить этот вечер.

Надув губы, Ын Су потянулся за мороженым. До Квон тихо засмеялся и нежно провел рукой по его щеке.

– Как насчет того, чтобы поехать смотреть звезды в выходные? А Ён оставим с родителями.

– …Правда? Куда именно?

– В Канвон-дон, у нас там есть вилла. Поедем туда.

На эти слова Ын Су втянул подбородок и широко распахнул глаза.

– У вас есть вилла? Ах да, раз есть остров, дача просто обязана быть. Хм, действительно. Это совершенно нормально. Конечно, у вас она должна быть.

Ын Су снова и снова убеждал себя. У них был остров, размером с шар, и там была вилла, а может, ещё и где-то яхту припрятали. Вдруг ему вспомнилось, что во время медового месяца они летели на личном самолёте Мён Хи, и это заставило его задуматься.

Ын Су вдруг стал серьезным. Его интересовало, во сколько обошёлся личный самолёт. Он считал, что этот дом - поистине огромный подарок. Возможно, с точки зрения Мён Хи и До Квона, этот подарок не так уж велик.

Забыв о мороженом, Ын Су погрузился в раздумья, когда До Квон нежно начал массировал его мочку уха и спросил:

– В чём дело? Не нравится? Или, может, лучше поедем за границу?

– Нет, как мы можем уехать за границу, оставив А Ён? Вилла звучит прекрасно, мне нравится. Это, должно быть, замечательное место. Просто... хм... я вдруг осознал, что породнился с богатой семьёй...

– Ты только сейчас это понял?

– Да. Теперь осознал. Это вдруг ощутилось так явно.

Это было странное, но не плохое чувство. Быть зятем чеболя. "Как же легко я попал сюда", - подумал он. Никто не возражал против брака, никто не упрекал его недостатками своей семьи, никто не игнорировал, и уж тем более, никто не третировал его, что он не из богатых. Это было поистине удивительно.

Конечно, происшествий было немало, но дело было не в богатстве До Квона.

Когда Ын Су затянулся в своих раздумьях, в глазах До Квона мелькнула тревога.

– Ты чувствуешь бремя, да? Теперь ты не можешь отказаться от брака.

На эти слова Ын Су рассмеялся.

– Что ты имеешь в виду? Даже если ты попросишь меня уйти, я не соглашусь! Ты должен оставаться рядом со мной всю жизнь. Никуда не уходи.

Он крепко обнял До Квона, словно большого плюшевого мишку. И, как бы предупреждая, приподнял брови. До Квон несколько раз моргнул и расхохотался.

– Да. Всю жизнь.

На его счастливый ответ Ын Су тихо захихикал. Он медленно обводил взглядом широкий сад. Как всегда, его взор останавливался на весеннем дереве. Дерево, покрытое свежей зеленью, выглядело поистине великолепно.

До Квон и Ын Су сидели рядом, прижавшись друг к другу, и смотрели на далекие весенние деревья, погруженные в свои мысли. Они смотрели так долго, что время, казалось, остановилось.

Когда Ын Су закончил есть мороженое, До Квон посмотрел на свои часы и заметил, что близится полночь. Погода похолодала, и им пора было вернуться внутрь. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но Ын Су опередил его.

– Хён.

– Да?

– Недавно, когда мы возвращались из магазина, ты помог тому мальчику, который упал с велосипеда.

На пути домой, покидая магазин, они увидели, как мальчик младших классов катится на велосипеде по спуску. Похоже, он не успел нажать на тормоза и врезался в столб, упав на землю. К счастью, он не сильно пострадал, но, видимо, был испуган и не смог сразу встать.

До Квон сам поднял мальчика. Пока Ын Су проверял его состояние, До Квон также поставил велосипед в вертикальное положение. Этот поступок вызвал у него удивление.

До Квон всегда выделялся добротой и теплотой, но это было направлено только на него и А Ён. Он не проявлял интереса к другим людям, даже испытывая легкое отвращение к ним. Это было совершенно неожиданно, и этот момент остался у него в памяти.

– Да, именно так, - кивнул До Квон.

– Когда я это увидел, я подумал, что ты изменился, - прошептал он, легонько поглаживая его руку.

– Я?

– Да. Ты стал добрее. Без колебаний помог мальчику встать... Это было удивительно. Ты вспомнил А Ён?

Говорят, что после рождения ребенка родители начинают по-другому относиться к детям, которых встречают на улице. Их реакции становятся более теплыми, появляются мысли о собственном ребенке, и возникает желание помогать другим. Ын Су подумал, что До Квон поступил так из-за этих эмоций.

Но вдруг он усмехнулся.

– Ын Cу, я не изменился. Я всегда бы так поступил.

– …Правда?

– Да. Дети безобидны.

– Безобидны?

– Я стараюсь быть добрым к тем, кто, просто существуя, не причиняет вреда. К детям, природе, животным.

Эти слова удивили Ын Су. Ему было непривычно слышать от До Квона такие рассуждения о доброте, ведь за всё время их знакомства он никогда не видела его проявляющим доброту к другим людям.

Конечно, он не был груб с прохожими, персоналом ресторанов или сотрудниками компании, но и не проявлял особой доброты. Возможно, это связано с тем, что Ын Су никогда не видел его рядом с детьми или животными, как он упоминал в своих примерах.

"Помню, давным-давно, когда мы катались на лошадях, он, кажется, проявлял доброту к лошади: нежно гладил её, следил за её дыханием и так далее".

Ын Су задумчиво произнес "м-м", пытаясь связать До Квона с добротой. До Квон пояснил:

– Моя мать всегда говорила: даже если ты вынужден быть злым с злодеями, перед добрыми людьми нужно оставаться добрым. Для того чтобы стать управляющим крупной компании, отвечающей за тысячи людей, важно строго следовать этому принципу.

– Говорить легко, а вот на практике это ужасно сложно. Это ведь как закон джунглей.

– Да, действительно сложно. Поэтому я и вел себя как полный идиот по отношению к тебе.

– ...

Неожиданные слова До Квона заставили Ын Су глубоко вдохнуть. Тишина повисла в воздухе, став тяжелой и напряженной. Прохладный воздух пронзил его тело. Он невольно съёжился, но затем сделал глубокий вдох и расправил плечи.

– ... Это всё в прошлом. Не стоит это вспоминать.

– Извини.

– Все раны, что были, давно зажили. Если не трогать их, больше ничего не произойдёт.

Ын Су произнес это ровным голосом. Прошлое осталось позади. Раны затянулись, и теперь они почти незаметны. Семейная жизнь радует, а А Ён мила и любима. У него не было времени грустить и предаваться воспоминаниям. Сожаления уже давно ушли, так зачем оглядываться назад?

До Квон осторожно и бережно взял Ын Су за руку, затем поцеловал его в висок.

– ... Спасибо.

– ...

Вместо ответа Ын Су прижал голову к его груди. До Квон гладил его мягкие волосы и продолжил:

– В любом случае, бывают исключения, но придерживаться основных правил не так уж сложно. Помнишь мужчину, которому я сломал ногу на реке Хан? Он катался на велосипеде по тротуару.

– Да.

– Такие люди вредны. Они злодеи. Поэтому не нужно проявлять к ним доброту.

– О... Не совсем понимаю, но похоже, что начинаю догадываться.

Ын Су, вспоминая кричащего мужчину, кивнула. Его первая мысль была не о том, чтобы пожалеть его из-за сломанной ноги, а о том, что это, пожалуй, справедливо. Углубившись в размышления и прищурив глаза, он вдруг поднял голову и посмотрел на До Квона.

– Так что же обо мне? Как ты думаешь, я вреден или безобиден? Учитывая, как хорошо ты ко мне относишься, я, вероятно, безобиден?

– Нет.

На это решительное отрицание брови Ын Су поднялись от удивления. Однако вскоре это удивление сменилось странной тревогой. Если он не безобиден, тогда она может быть вредителем. Но ведь он не делал ничего плохого. Он не был настолько плохим человеком, чтобы его можно было считать злодеем.

С недовольным выражением лица Ын Су переспросил:

– Значит, я вредитель? Я?

Доквон тихо усмехнулся, услышав его угрюмый голос. Он обнял его, чуть касаясь его лица, и, заметив, что его глаза покраснели от выпивки, осторожно провел большим пальцем по его векам.

– Ын Су, ты - исключение.

– Что ты имеешь в виду?

– Потому что это ты.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Если ты сделаешь что-то ужасное, тогда оно станет безобидным.

– ….

– В моем мире так принято. Поэтому эти критерии теряют всякий смысл.

Ын Су на мгновение затаил дыхание. Он медленно прокручивал слова До Квона, пытаясь осознать их, но это оказалось сложно. Однако в его душе было тепло. Он осознал, что, будучи совершенно обычной омегой, в мире До Квона он был абсолютным божеством.

До Квон всегда удивлял его своими способами признания в любви. Он не ограничивался простым «я тебя люблю». Он выражал свои чувства взглядами, жестами и всем своим существом, показывая, как много Ын Су значит в его жизни.

С легкой улыбкой Ын Су позвал его.

– Хён.

– Да?

– Я тоже тебя люблю.

– …

– Я люблю тебя.

Когда Ын Су прошептал нежным голосом, чёрные глаза До Квона расширились. Губы распахнулись, чтобы что-то сказать в ответ, но слова не шли. От переполнивших его эмоций он совсем забыл, как говорить.

Признание Ын Су было самым драгоценным. Оно было таким, потому что от него нечасто услышишь эти слова. Время от времени он говорил эти слова, но До Квону каждый раз приходилось усердно сдерживаться, чтобы не сойти с ума от счастья.

До Квон посмотрел глупым выражением лица на него, а затем нахмурился. Тем не менее Ын Су подбросил ещё одну бомбу к До Квону, который и так еле сохранял ясность ума.

– Дорогой...

– Что?

– Может, впервые за долгое время примем душ вместе?

На этих словах До Квон резко вскочил на ноги.

– Ха...

Горячая вода. стекающая по спине, создавала ощущение щекотки. Их губы то переплетались, то отстранялись. Гениталии в больших руках До Квона тёрлись друг о друга, накаляя обстановку. Из-за большой разницы в росте Ын Су приходилось приподниматься на носочках, тем не менее, когда округлые головки эротично тёрлись друг о друга, его пятки дрожали.

Когда наступал момент кульминации, Ын Су, сжимавший рукой предплечье До Квона, потянулся вниз и провёл ладонью по двум головкам члена.

– Хы...

– Угх...

Нахмуренные брови До Квона ещё сильнее сузились. Ын Су осторожно прикусил нижнюю губу. Нижняя часть живота сильно пульсировала. Колени практически онемели, и в конце концов, Ын Су не смог устоять, рухнув на грудь До Квона. Трудно было сказать, что жидкость, стекавшая по щекам была водой или потом.

Но тем временем До Квон надавил на его плечо.

– Ах! - застонал Ын Су, извергая сперму из-за сильного давления на его гениталии. Вырвавшаяся жидкость потекла вниз, смазывая их гениталии. До Квон решил использовать её как смазку и быстрее задвигал рукой. В просторной ванной эхом раздавался вульгарный и хлюпающий звук.

– Ах... да...

Плечи Ын Су дрожали от удовольствия, которое продолжалось даже после кульминации. Ему было трудно стоять, так как спина была согнута. Он попытался ухватиться за грудь До Квона, но даже это было слишком.

Как раз в тот момент, когда ему показалось, что он рухнет вниз. Из члена До Квона вырвалась струйка белой жидкости.

– Ха... Ын Су...

До Квон уткнулся носом в мокрые волосы Ын Су, медленно массируя его гениталии. По его стволу стекала струйка спермы, попадая на ягодицы. Ын Су периодически дрожал, с трудом осиливая навалившееся удовольствие.

До Квон поцеловал Ын Су в лоб, а затем посмотрел на свою ладонь, перепачканную своей и Ын Су спермой. Он промыл её под проточной водой, и после чего потянулся к Ын Су, чтобы обнять его. Только вот Ын Су уже исчез.

В это время Ын Су рылся в угловом шкафчике. Это был отдельный шкаф, где хранились их презервативы и смазка. В тот момент, когда Ын Су стал доставать смазку, До Квон схватил его за запястье и убрал бутылёк обратно.

– Уже поздно. На сегодня хватит.

– Всё в порядке, мы же сможем это сделать. У нас не было этого несколько недель.

Раньше, как бы ни был занят До Квон, они занимались сексом два раза в неделю. Но после рождения А Ён они едва ли могли заниматься этим, поэтому обходились по одному или два раза в месяц. И в основном процесс был коротким и быстрым. Неважно, насколько их дом был просторным, ведь это не имело значение, когда у них был ребёнок. Они просто не могли сосредоточиться на сексе.

Но сегодня Ын Су выпил, поэтому у него было хорошее настроение. Он собирался впервые за долгое время изменить обстановку, но как ни странно, До Квон его остановил.

– Не думаю, что в этот раз получится быстро. Если я сейчас начну, то потом не получится отпустить тебя до утра.

До Квон с сожалением закрыл шкаф, а после обнял сзади Ын Су и прижался губами к его влажному затылку. Он сделал это для того, чтобы позаботиться о Ын Су, ведь если они продолжат, то завтра он весь день проведёт в постели.

"Подожду до выходных, когда мы сможем оставить А Ён на присмотр Мён Хи и Ки Хо. А потом все выходные я буду брать Ын Су, кусать и сосать его тело, пока оно не станет влажным от моей слюны."

Пока До Квон витал в своих размышлениях, Ын Су ни с того ни с сего обхватил рукой его член. По спине До Квона пробежала дрожь.

– Ын Су?

– У моего хёна такой стояк, как я могу не обращать внимания на это?

Ын Су проводил рукой вверх-вниз по эрегированному члену До Квона. Он был настолько толстым и большим, что едва помещался в его ладони. Вены, виднеющиеся на стволе, были настолько набухшими, что у Ын Су возникал вопрос в голове: "Как он вообще терпит?"

Ын Су обернулся и стал всерьёз ласкать его член. До Квон выпустил тяжёлый вздох и схватил его за локоть.

– Ха... Ын Су, отпусти. Я сам справлюсь.

Ын Су промолчал. Он сжал рукой эрегированный член, и провёл большим пальцем по головке. До Квон нахмурил брови от головокружительного удовольствия.

Мягкая ладонь Ын Су имела своё очарование, в отличие от его заднего прохода. Он редко стмулировал гениталии Ын Су, поэтому это незнакомое ощущение сильнее возбуждало его. Несмотря на его неумелые движения, они всё равно были самыми лучшими.

"Это опасно." Зрение До Квона затуманивалось от похоти. Если он потеряет рассудок, то он может в конечном итоге уложить Ын Су на холодный, твёрдый мраморный пол.

До Квон попытался отодвинуться от руки Ын Су, но тот лишь подошёл ближе.

– Хочешь, чтобы я отсосал тебе?

– Ч-что?

– Я сделаю это.

Ын Су ухмыльнулся, и До Квон тяжело вздохнул. Казалось, слюна застряла в горле. Это было предложение, от которого он не мог отказаться. Ын Су редко притрагивался к нему руками, но оральные ласки тем более. Поэтому это было целое искушение.

Дело не в том, что Ын Су отказывался от этого, просто До Квон сам не давал шанс на это. Потому что как только они начинали заниматься сексом, До Квон настолько сходил с ума во время процесса, что изводил Ын Су, поэтому у того даже не было времени заниматься этим. До Квон никогда не думал быть принимающей стороной.

Кадык До Квона медленно дёрнулся вверх-вниз. Ему следовало отказаться, потому что сейчас глубокая ночь, но слова не выходили наружу. Ын Су издал тихий смешок, будто видел все его мысли насквозь. А затем медленно опустился вниз, сев на колени и приподняв бёдра. Член До Квона оказался прямо перед ним, отбрасывая чёрную тень размером с багет на его лице. До Квон схватил Ын Су за предплечья.

– Ын Сц, у тебя заболят колени, если будешь тут сидеть... Ах! - он даже не успел закончить говорить, как вдруг язык Ын Су прошёлся по его пенису. Его красный и влажный язычок облизывал головку.

По спине пробежала дрожь. Остывшее тело тут же стало горячим. В сырой ванной феромоны Ын Су струились на полную, а его губы тёрлись о гениталии До Квона.

У него закружилась голова.

Более того, Ын Су и сам начал получать удовольствие от процесса. Казалось, ему больше нравилось не ласкать его, а дразнить.

Какое-то время лаская его член, целуя то тут и там, ему нравилось как он пульсировал от ласк. Он проходил языком по набухшим венам, приникал губами к головке, дразнил языком, поворачивая голову в разные стороны.

До Квон тяжело дышал, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Внезапно Ын Су ярко улыбнулся...

Его лицо, влажное от воды...

Покрасневшие щёки из-за алкоголя...

Глаза изогнутые в красивую дугу...

До Квон провёл по его волосам, словно был одержим был его выражением лица. И в этот момент Ын Су раскрыл широко рот и обхватил его член.

– Ух...

До Квон издал сдержанный стон. Головка запульсировала от горячей, мягкой слизистой оболочки. Но Ын Су внезапно отстранился, даже не пососав его несколько раз.

– Ум... Он действительно большой, - пробормотал он с некой невинностью. Возможно, потому что он давно не видел пенис До Квона так близко, но эти ощущения были такими незнакомыми. В частности, дело было в размерах. Рот был уже наполненным, хотя он только просунул внутрь головку.

"Не могу поверить, что раньше я брал его в рот, и даже оставался живым. Как-то даже жаль себя."

Ын Су посмотрел на головку, блестящую от его слюны. Он облизал губы, а затем снова прикусил губу. "Мой рот был наполнен, будто я съел огромный рулет."

"Я так хотел сделать тоже самое для До Квона, чтобы он испытал это волнующее ощущение. До Квон раннее заглатывал мой член и эрнегично сосал его. Кажется, это будет трудно."

Но Ын Су хотел попробовать. Он хотел сделать так, чтобы До Квону было хорошо.

Дав себе обещание, которое от него никто не требовал, Ын Су снова заглотил головку. А затем поднял глаза, чтобы посмотреть на До Квона, наблюдающего за ним сверху-вниз.

Его глаза были такими тёмными... На висках выступали жилки, будто он силой стиснул зубы... А также его подёргивающийся кадык, будто ему было сложно проглотить слюну.

"Он всегда так выглядел во время секса..." - Ын Су почувствовал гордость. Казалось, До Квон испытывал удовольствие от этих неумелых опальных манипуляций. Тем не менее, это заставляло Ын Су делать лучше и больше.

Ын Су, оперевшись руками о бёдра До Квона, открыл рот шире. Затем он стал заглатывать ствол вслед за головкой.

– Хып...

– Ха-а... Ын Су...

До Квон тяжело вздохнул. Тело До Квона стало обильно выделять феромоны. Ын Су, нетерпелив в своих действиях, заглотил член До Квона ещё больше. Но вскоре, когда головка соприкоснулась с задней стенкой горла и прижалась к язычку, вызывая тошноту, на его глазах навернулись слёзы.

Ын Су, зная свои пределы, откинул голову назад. Затем он несколько подвигал головой, облизывая ту часть, которую мог заглотить. Половину, которую он не мог просунуть себе в рот, стал массировать руками.

Иногда Ын Су мог неправильно подвигать головой, так что головка До Квона могла попасть не в горло, а в щёчку. Тогда До Квон тихо стонал, а затем улыбался, нежно потирая большими пальцами его выпуклую щёчку, словно Ын Су съел кусочек конфеты.

Ын Су ласкал член До Квона около десяти минут, к тому времени колени начали болеть от стояния на жёстком полу ванной. Уголки раскрытого рта щипали, язык онемел, а горло болело.

Ын Су посасывая головку, откинул голову назад. Он выдохнул, а До Квон убрал волосы с его лица и спросил:

– Тяжело?

– ...Угу. У меня так болит рот, - ответил Ын Су, кивнув.

Это совершенно отличалось от того, что делал обычно До Квон. По началу его переполняли ощущения возбуждения и наполненности, но сейчас это была только боль.

– Тогда остановись, - До Квон провёл большим пальцем по красной и опухшей нижней губе Ын Су.

– Хён, но ты ведь ещё не кончил.

Ын Су извиняюще посмотрел на До Квона. Он просто хотел сделать всё правильно... Ын Су фыркнул и уже хотел встать, как вдруг...

– Всё в порядке, оставайся на месте.

До Квон взял в руки свой член и стал водить им вверх-вниз. Он был влажным от слюны Ын Су, поэтому двигать рукой было легко, как будто нанесли смазку. До Квон поглаживал свой член большой рукой.

Ын Су с изумлением уставился, ведь сила и скорость совсем отличалась от того, что делал он. Тем временем До Квон продолжал смотреть на Ын Су сверху-вниз. Красные губы, как спелая вишня. Глаза, наполненные слезами, раскрасневшиеся щёки и кончик носа. Ресницы, на которых остались капли воды. От одного взгляда на это прекрасное лицо - член твердел.

Рука До Квона ускорилась. Ын Су почувствовал, как его кожу начало покалывать от феромонов, которые он источал.

– Ын Су, рот. Открой свой ротик. Покажи мне свой язык, - настойчиво сказал До Квон низким голосом.

Ын Су удивлённо открыл рот. И До Квон увидел его влажный язык, острые зубки и то, как скопившаяся слюна исчезала с каждым выдохом. А затем, в тот момент, когда язык Ын Су нежно прошёлся по уголку рта...

– Угх!

До Квон эякулировал. Густая, липкая струя спермы рассекла воздух. К счастью, она не попала на лицо Ын Су. Вместо этого она окрасила его впалые ключицы и упругую грудь. До Квон наблюдал, как его сперма стекала по белоснежной коже Ын Су, и он стряхнул членом, чтобы выдавить из него остатки спермы.

Ын Су посмотрел на брызги семени на своей груди, а затем провёл по ним пальцами. Он не выглядел обиженным, а скорее напоминал ребёнка, играющего с красками. До Квон ухмыльнулся и включил душ, смывая грудь и руки Ын Су. Ын Су нахмурился, глядя на сперму, которая смывалась под сильным напором воды.

– Какая трата.

– Что?

– Если бы ты кончил во время полового акта, то можно было бы забеременеть. Тогда у А Ён появится брат или сестра.

– ...

До Квон не нашёл, что ответить, и промолчал. Он подумал, что Ын Су шутит, но его лицо было серьёзным. Так он и правда хочет? До Квон никогда бы не подумал, что Ын Су уже хочет второго ребёнка, ведь А Ён ещё слишком маленькая. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы завести, но нужно ко многому подготовиться.

До Квон быстро моргнул, пытаясь собраться с мыслями, как вдруг Ын Су рассмеялся. Его плечи затряслись.

– Думаешь, смешно надо мной издеваться?

– Конечно. Это весело. Я единственный в мире, кто может смеяться над тобой, так что я должен наслаждаться этой привилегией.

Ын Су аккуратно завершил мытьё своей груди, закрыв кран. В этот момент До Квон внезапно подхватил его и посадил на умывальник, подложив сложенный халат. Ын Су привычно обнял До Квона за шею, обвив ноги вокруг его талии. До Квон, слегка придерживая Ын Су за ягодицы, многократно поцеловал его в шею, прежде чем отстраниться.

– Позволь мне тоже насладиться привилегией.

– Какой привилегией? - переспросил Ын Су.

– Я хочу, чтобы ты дразнил только меня, - ответил До Квон, крепко обняв Ын Су. На губах Ын Су появилась легкая улыбка.

– Ха-ха... И это твоя привилегия?

– Да. Мне нравится, когда ты смеешься и дразнишь. Я хочу, чтобы только я видел такого тебя.

– Хорошо. Буду дразнить тебя всю жизнь.

Это не будет сложно. Ын Су слегка куснул До Квона за кончик носа. Он низко засмеялся и взял его за подбородок. Затем он слегка прикусил его пухлую губу, а затем отпустил её. После этого он прикусил уже верхнюю губу, прежде чем окончательно погрузиться в поцелуй.

В конце концов, посчитав ровно пять вытянутых пальцев, он поцеловал каждый из них.

Ын Су наслаждался его заботой и любовью.

Постепенно сон начал наваливаться. Ын Су выпил, и уже успел насладиться интимными делами, а сейчас уже переваливало за полночь. Неудивительно, что он захотел спать. До Квон, заметив это, накинул ему халат на плечи.

– Давай, я всё уберу.

Эти слова заставили Ын Су кивнуть и прижаться к его груди. До Квон умело вытер волосы Ын Су полотенцем и поправил халат.

Он подумал, что нужно будет нанести лосьон, поэтому подняв Ын Су на руки, перенёс его к кровати. Ванная была соединена со спальней, и стоило только открыть дверь, как они были уже рядом с постелью. До Квон аккуратно положил его на кровать, а когда пошёл за лосьоном, заметил, что Ын Су, который уже находился в шаге от сна, открыл глаза. Увидев его расцветающие щёки, он понял, что тот снова собирается шутить.

До Квон с лёгкой улыбкой аккуратно нанес лосьон на его щеку. Ын Су пристально смотрел на него. До Квон быстро закончил намазывание лосьона, затем отрегулировал температуру в комнате, высушил свои волосы, тоже намазался лосьоном и вернулся к кровати.

Ын Су приподнял одеяло, уступая место До Квону. Он тихо засмеялся и лег рядом с ним. Кажется, Ын Су долго ждал этого момента, потому что сразу потянулся к нему.

– Хён...

– М?

– Ты очень важен для меня.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты мой муж, друг и иногда заменяешь мне родителей.

– ...

– Спасибо, хён.

Ын Су крепко обнял его за талию. До Квон на мгновение замер в тишине, не зная, что сказать, и просто обнял его в ответ. Ему показалось, что если он заговорит, то может снова заплакать, как это было давным-давно.

Зная это, Ын Су тоже ничего не сказал.

Они оба погрузились в тихий покой, чувствуя присутствие друг друга. Это осознание того, что они рядом, приносило им невероятное счастье. Просто быть вместе стало смыслом счастья для них.

Первый заснул именно Ын Су. До Квон поцеловал его в лоб, когда он уже крепко спал.

– Я люблю тебя, Ын Су.

Мягкий голос растворился в темноте ночи.

Дом

Как только А Ён вышла из машины, она стремглав бросилась куда-то, даже не успев схватить ничего в свои ручки. Ын Су и До Квон без особого волнения начали вытаскивать вещи, которые они привезли с собой. В числе прочего было любимое одеяло А Ён и её кукла.

Шаги А Ён звучали так, будто она мчалась на помощь, и вскоре надрывающийся голос раздался издалека:

– А Ён-а!

– Наша внучка!

Знакомый голос наполнил пространство, и вскоре раздались радостные крики:

– Бабушка! Дедушка!

Голос А Ён звучал громко. Шаги замерли, а затем послышался её звонкий смех. Ын Су, с мягкой улыбкой, повернул голову. А Ён, обняв Мён Хи, запрокинула голову назад и весело посмотрела на Ки Хо, на её лице сияла улыбка. На лицах Мён Хи и Ки Хо также играла улыбка.

Ки Хо поцеловал крохотные ручки А Ён. Мён Хи, нежно поглаживая её волосы, не могла оторвать от неё взгляда.

Сегодня А Ён отмечала своё четырёхлетие. Они пришли отпраздновать этот чудесный день в доме Доквона, полагая, что будет лучше провести время в кругу семьи.

До Квон и Ын Су подошли к ним. До Квон скромно склонил голову, а Ын Су тепло улыбнулся и приветствовал:

– Здравствуйте, мама, папа.

– О, пришли? Должно быть, устали. Спасибо, что пришёл, Ын Су.

– Заходите, обед уже готов!

Дружелюбно они пригласили Ын Су в дом. Он, идя в темпе с ними, незаметно потянул руку назад. В этот момент До Квон ловко схватил его за руку.

Так пятеро людей шагнули вместе в дом. Ожидавший их дворецкий аккуратно принял вещи из рук До Квона. Ын Су, знакомый с дворецким, лишь кивнул ему, и он с доброй улыбкой отступил.

Коридор, ведущий в столовую, когда-то украшали портреты известных людей, а сейчас всё пространство было усыпано фотографиями А Ён. Начиная с её новорождённого возраста, где её кожа была розоватого оттенка и заканчивая последними снимками. Можно сказать, это был настоящий «музей А Ён».

Ын Су с недоумением смотрел на фото. Его удивляло и восхищало, что даже незнакомые ему снимки оказались здесь.

Вдруг его лицо озарил легкий смех. Он вспомнила время, когда был в роддоме.

Кажется, это было, когда Мён Хи и Ки Хо во второй раз пришли на визит. Он предполагал, что они придут только вдвоем, но за ними следовал незнакомец — профессиональный фотограф. Он запечатлел, как А Ён сладко спит, как ест молочную смесь, как щурится на руках До Квона, зевает, а также её скрюченные ручки и редкие волосики.

Они говорили, что собираются сделать фото и поставить в рамку, и в итоге так и получилось. До Квон серьезным тоном заявил, что тоже хочет получить фотографии, и передал визитку фотографу. Вспоминая этот момент, Ын Су тихо засмеялся, не в силах сдержать улыбку. До Квон посмотрел на него с вопросом в глазах: что случилось? Ын Су покачал головой, давая понять, что ничего особенного.

Когда они вошли в столовую, восхитительный аромат начал щекотать нос. С нетерпением ускорив шаги, Ын Су предполагал, какие кулинарные шедевры его ждут. Ведь еда в этом доме всегда была вкусной.

Мён Хи, заметив это, тихо рассмеялась.

– Ын Су, ты говорил, что хочешь крабов?

– Неужели сегодня нас ждет краб?

Ын Су поднял плечи и снова взглянул на До Квона. Несколько дней назад он невзначай упомянул о крабах, и, похоже, это дошло до Мён Хи. С благодарностью он крепко сжал руку Доквона, который, в свою очередь, гордо улыбнулся.

На широком обеденном столе, как и утверждала Мён Хи, лежали аккуратно приготовленные крабы. Некоторые были очищены, а мясо аккуратно уложили в виде горки. Кроме этого, на столе ожидали крабы в кляре, жареные креветки, запеченные морепродукты, пибимпаб с крабом, сырая рыба, пельмени и много другого. Настоящий праздник живота!

Ын Су сжал губы, ощущая, что не сможет сдержать восхищения. Четыре человека сели за стол парами. Горничная принесла стул для А Ён, а Мён Хи помахала ей рукой. Стул был поставлен между Мён Хи и Ки Хо.

– А Ён-а, ты хочешь поесть с бабушкой и дедушкой?

–Да! - весело ответила А Ён. Ки Хо поднял её и посадил на стул.

Как только все устроились, шеф-повар принес суп с морепродуктами, который ранее так понравился Ын Су. Сегодня в мню даже добавили ребрышки. Позже подошла другая горничная с подносом, на котором был рис для А Ён.

А Ён, как будто чувствуя, что это её еда, встала, опираясь на стол. Эта забавная сцена вызвала улыбки у всех.

Вскоре начался прием пищи. Ын Су с удовольствием ел крабы, которые были одновременно сладкими и солеными. Шеф-повар предостерег, сегодня было припасено много крабов, так что можно есть вволю, и это обрадовало его.

Мён Хи и Ки Хо уделяли все внимание А Ён, почти не касаясь своей еды. «Как она чудесно ест! Какая красавица! Чья она внучка, что такая милая? Давай еще этого? Или этого? Что тебе больше нравится?» - не умолкали их восторженные возгласы.

Каждый раз, когда А Ён ела ложку риса, ей говорили: "Какая же ты молодец!", и казалась взволнованной, поэтому вновь подняла рожу и съела рис. Затем, надутыми щеками, она поочередно смотрела на Мён Хи и Ки Хо своими круглыми глазами. Это невероятное зрелище вызывало у них смех.

Благодаря этому Ын Су и До Квону удалось спокойно и расслабленно поужинать, иногда обмениваясь взглядами и заботливо подавая друг другу блюда.

Когда процесс трапезы достиг середины, Мён Хи вдруг произнесла с задумчивым голосом:

– Всего несколько недель не виделись, а ты снова подросла.

Она нежно коснулась щек А Ён. Те, ранее пухлые щечки, сейчас казались немного менее округлыми. Похоже, молочные зубы начали выпадать, и это произвело на неё некоторое грустное впечатление. Даже пальцы, которые раньше казались маленькими, стали чуть длиннее. При этом А Ён продолжала есть аккуратно, что уже не нуждалась в слюнявчике.

Ын Су тоже немного загрустил:

– Она действительно очень быстро растет. Хотя она доминантная альфа, всё равно это немного грустно.

– Мне тоже. Мне тоже грустно, Ын Су, - печально добавил Ки Хо, касаясь запястья А Ён с нежностью.

До Квон тоже посмотрел на А Ён. Хоть он и сидел вдалеке от неё, всё равно не смог не удивиться тому, как она действительно подросла.

Конечно, было приятно видеть, что она растёт, но в то же время это нет. Если так продолжится, она скоро пойдет в школу, она станет проводить больше времени вне дома, начнёт предпочитать друзей родителям, будет сама хорошо есть и спать, а потом, возможно, не захочет возвращаться в свою комнату - эта мысль огорчала.

Атмосфера стала тягостной. В этот момент А Ён потянулась к столу, похоже, она что-то хотела из еды. Мён Хи быстро схватила палочки.

– Ты хочешь это? Это? Наша А Ён, ты хочешь это? Или вот это? Что ты хочешь? Бабушка всё даст. Всё.

А Ён хотела пельмени с креветками. Тесто было прозрачным, и в нём яснее всего виднелись пухлые креветки. Уже опустошив свою тарелку, А Ён затем съела ещё три пельменя.

Ки Хо улыбнулся.

– Как она хорошо ест.

– Это потому что она похожа на Ын Су, - с лёгкой усмешкой ответил До Квон, ставя перед Ын Су суп с морепродуктами. В ответ Ын Су недовольно сжал губы и бросил на До Квона испепеляющий взгляд. До Квон еле сдержал смешок.

– Ну... Может, это отчасти потому, что она на меня похожа... Но стоит просто отвернуться, как она начинает искать закуску и просит молока... Похоже, она так быстро растет, что испытывает постоянный голод... Или, возможно, ей просто нравится есть....

– Как бы там ни было, главное, что она хорошо ест. В этом возрасте накормить детей - настоящее испытание.

– Бывали даже забавные ситуации. Иногда А Ён не ложится спать до поздней ночи, и в такие моменты я говорю ей: "Ложись пораньше, чтобы утром смогла поесть вкусно", и она сразу же накрывается одеялом и сладко засыпает.

Вспоминая спящую крохотную А Ён, Ын Су невольно улыбнулся. В это время А Ён, увлеченно поедая креветки, слегка наклонила голову вбок.

– Мама?

На это вся семья разразилась смехом.

После ужина устроили праздник в честь дня рождения А Ён. Перед цветущей клумбой накрыли праздничный стол, а на голову А Ён надели шапочку в виде рожка. Семья и даже сотрудники дома собралиcь, чтобы спеть поздравительную песню.

А Ён весело хохотала и радостно хлопала в ладоши. Когда пришла пора задувать свечи на торте, ей было немного сложно, и До Квон из-за спины осторожно поддувал ей в помощь.

Фотограф, без усталости щелкая затвором камеры, запечатлевал этот миг. Похоже, в коридоре скоро появится новая рамка с фотографией.

Затем настало время открывать подарки. Мён Хи и Ки Хо подготовили три подарочные коробки. Несмотря на то, что количество подарков было небольшим, их размеры впечатляли. Каждая коробка была размером с письменный стол. Однако вряд ли в них скрывались настоящие столы.

Ын Су нервно сглотнул. В его памяти закружились воспоминания о подарках, которые До Квон получал от бабушки с дедушкой в детстве. Он нервно сжал кулаки, а Ки Хо, держа А Ён на руках, начал осторожно открывать подарочные коробки одну за другой.

У Ын Су на мгновение остановилось дыхание и, увидев, что скрывается внутри, вздохнул с облегчением. Это была машинка. Она блестела и выглядела очень дорого, но, к счастью, не настолько, чтобы вызвать шок.

Во всех трех коробках оказались игрушки: красный спортивный автомобиль, белый джип и симпатичный велосипед с корзиной.

А Ён радостно закричала и начала весело размахивать руками. Ки Хо бережно поставил её на землю.

Девочка, с улыбкой, подошла к машинам и внимательно их рассмотрела. Она недавно смотрела мультфильм о автомобилях, так что это моментально привлекло её внимание.

А Ён выбрала белый джип с высоким кузовом. До Квон подхватил её и усадил в машину. Затем объяснил, как работает газ и тормоз, а также как поворачивать рулём. А Ён неуклюже нажала на газ, и машина с громким «врум» начала двигаться. Несмотря на шум, скорость была невысокой – До Квон мог спокойно следовать за ней. Ки Хо шастал вокруг машины, внимательно следя за А Ён.

Тем временем Мён Хи и Ын Су, наблюдая за ними, устроились за столиком для чаепития в тенистом уголке сада. Вскоре горничные принесли десерты и кофе. Ын Су с удовольствием откусил большой кусок пирога с фруктами. Хрустящий и сладкий вкус заставил его улыбнуться от удовольствия.

Мён Хи неторопливо потягивала кофе. Недалеко раздался смех А Ён. На лицах Ын Су и Мён Хи тоже появилась улыбка. Затем Ын Су тихо заговорила:

– Матушка...

– Да, Ын Су?

– Я собираюсь отправить А Ён в детский сад со следующего года. Мне тоже нужно выходить на работу. До Квон тоже не может продолжать работать из дома. А Ён, похоже, немного скучает, играя одна дома. Было бы здорово, если бы у неё появился друг.

– Ну, хорошо. Так и сделай. До Квон тоже начал ходить в детский сад примерно в это время.

Мён Хи кивнула. Ын Су широко открыл глаза. В его круглых глазах засияло любопытство.

– Правда? Как это было? Плакал, как и другие дети, когда впервые пошёл в сад?

– Нет. Он не плакал, но показывал, что не хочет идти, поджимая губы. С детства он не любил общаться с другими.

– Поджимал губу? Ух ты, это было очень мило.

– Конечно. Он был милым. Когда он злился, он выглядел даже милее, так что я иногда его поддразнивала. Но если я это делала намеренно, он мгновенно понимал и не реагировал. Сидел вежливо и читал книжку. Это тоже было довольно мило, так что я его оставляла в покое.

– Верно! Когда ты шутишь, и он понимает, что это шутка, он становится очень серьёзным.

– А сейчас так же?

В общем, этот парень совсем не изменился. Мён Хи засмеялась, хлопая руками по бедрам. Ын Су тоже рассмеялся. Вспоминая, что До Квон тоже рос, окружённый любовью, его сердце наполнилось теплотой.

В это время Мён Хи помахала домашнему работнику. Он кивнул и исчез. Ын Су предположил, что она заказала кофе. Но когда он вернулся, в его руках была большая папка с документами.

Приняв папку, Мён Хи сразу протянула её Ын Су.

– Вот. Подарок А Ён на день рождения.

"Подарок? Ещё один?"

– Конечно. Я ведь «бабушка, у которой много денег». Неужели я буду дарить только игрушки?

Мён Хи указала подбородком, предлагая открыть папку. Ын Су открыл папку и достал бумагу. На ней были напечатаны черные буквы, а также можно было заметить красные печати.

– …

Это были документы о продаже здания. Имя покупателя значилось как А Ён. Адрес здания находился в районе Каннам в Сеуле... Когда Ын Су дочитал документы, он неожиданно закрыл глаза, а потом открыл их. Это произошло от увиденной ниже суммы, которая его поразила.

Он невольно сглотнул. Глаза начали часто моргать от неожиданности. Вскоре он отвел взгляд от бумаги, не в силах воспринимать эту цифру: она была через чур огромной.

С тревогой Ын Су снова положил документы в папку. Несмотря на то, что это всего лишь бумага, ему казалось, что не следует оставлять на ней опечатки своих пальцев.

– Эм... До Квон говорил, что в детстве на день рождения он получил динозавра размером с дом. Я ждал, что Вы тоже подарите что-то подобное...

– Зачем дарить такой ужасный подарок? Нужно дать то, что действительно необходимо А Ён.

– …

Хотя это было справедливое замечание, Ын Су не мог понять, чем подарок в виде огромного динозавра отличался от документов. Он на мгновение задумался: принять его или отказаться. Каблуки его туфель громко стучали по полу, создавая напряжение.

Наконец, он решился и выпрямился.

– Если бы это было для меня, то я бы отказался. Но так как это для А Ён, я с благодарностью приму этот подарок.

Ын Су немного поклонился. Лицо Мён Хи засияло улыбкой. В действительности, она хотела сделать этот подарок на первый день рождения А Ён, но До Квон предположил, что Ын Су обязательно откажется, из-за чего это задерживалось до настоящего времени.

– Ну, так и должно быть. Спасибо, что принял его, - сказала она, при этом погладив Ын Су по тыльной стороне руки. Мысленно она уже планировала, не подарить ли А Ён акции в следующем году, скажем, на десять тысяч, Ын Су, не ведая о её намерениях, улыбнулся.

Слышался смех А Ён издалека, а также разговоры между До Квоном и Ки Хо. Уши наполнялись шуршанием листьев от весеннего ветра и радостным щебетанием птиц.

Все эти звуки сливались воедино, создавая гармонию счастья. Это счастье подходило идеально семье, наслаждающейся отдыхом в середине дня.

До Квон завершил встречу в отеле и вернулся в компанию. Как только он вошел в кабинет директора, за ним последовали секретари, включая Чона.

Они обсудили итоги сегодняшней встречи, как продолжить контракт, что можно получить и что придётся отдать в рамках этого соглашения, а также вопросы, которые нужно будет согласовать на следующих встречах.

Прошло несколько часов. До Квон взглянул на свои часы - уже больше пяти. Его раздражало, что он не смог пообедать с Ын Су, и не мог вздремнуть с А Ён. Если он ещё немного задержится, то не сможет поужинать с семьей.

Времени, когда они все трое смогут собраться вместе, становилось всё меньше. Ын Су скоро вернётся на работу, а А Ён пойдёт в детский сад. Он хотел провести с ними хотя бы ещё один день, хотя бы немного больше времени вместе.

Но он не мог просто так сбежать отсюда. После долгого отсутствия в компании у него скопилось много дел.

До Квон начал быстро справляться с работой, почти в спешке. Он ставил подписи на документах, которые ему подавали секретари, и проверял проблемы в отчётах, которые уже изучил дома.

С течением времени его лоб всё больше морщился. Когда стрелка часов перевалила за семь, он не выдержал и встал.

– На сегодня достаточно.

Секретари, не произнеся ни слова, начали собирать разбросанные документы и встали. Никто не стал возражать против решения До Квона, потому что все знали, что он провёл в компании больше времени, чем обычно.

Когда секретари вышли из кабинета, До Квон быстро привёл в порядок свой стол, надел пиджак и достал телефон, чтобы написать сообщение Ын Су, что он едет домой.

Но, секретарь Чон, который без дела перебирал бумаги, подошёл ближе.

– Вы уже уходите?

– …Уже? Уже 7 часов. Скоро настанет время ужина.

До Квон посмотрел на Чона с недоумением, как будто тот сказал что-то глупое. Он собирался поужинать с семьей, немного поиграть с А Ён, искупать её и уложить спать, и к десяти часам завершить этот день. Тогда у него останется всего два часа, чтобы провести время с Ын Су. Как можно говорить «уже»?

До Квон покачал головой и продолжил писать сообщение, когда Чон, поморщив нос, добавил:

– Вы слишком… часто проводите время дома, не так ли?

– Что ты имеешь в виду? Часто дома? Конечно, я часто дома, а где ещё мне быть?

– Нет… просто… я беспокоюсь.

– О чем ты беспокоишься?

– Конечно, вы директор, но я думаю, что и вам, и руководителю команды Ю нужно немного личного времени. Уже четыре года в браке, и три года воспитываете ребёнка, не так ли?

– …Личное время?

До Квон слегка нахмурился от неуместной фразы. Секретарь Чон кивнул.

– Да. Это нужно для смены обстановки и профилактики депрессии.

– …Депрессия?

Лицо До Квона сразу стало серьезным. Он уронил телефон, а сердце, казалось, упало вниз с глухим стуком. Депрессия. Это слово вызывало у него тревогу и было связано с Ын Су.

До Квон крепко сжал губы, когда секретарь Чон продолжил.

– Сегодня утром я прочитал статью о послеродовой депрессии и депрессии у молодых супругов. Как только я ее увидел, сразу вспомнил о вас и руководителе Ю. Я сам не знал, но это довольно распространенная проблема.

– …

– На работе можно уйти пораньше, но в воспитании детей и семейной жизни нет такого понятия, как "отдых". Депрессия, возникающая из-за семейной жизни, тоже довольно распространена.

– Ын Су… После свадьбы он ни разу не болел.

До Квон с недовольством возразил. Ему было крайне неприятно слышать, что Ын Су упоминается в одном предложении с депрессией. Однако секретарь Чон лишь пожимал плечами, игнорируя его возражение.

– Разве депрессия похожа на простуду? Это не кашель и не температура. Да и её не так легко можно заметить, верно?

– …

Догвон плотно сжал губы. Но на самом деле никаких признаков не было. Ын Су больше не плакал по ночам.

Тем более, на недавнюю годовщину смерти родителей Ын Су они втроем вместе посетили мемориал. Ын Су все время улыбался, А Ён радовалась, а по дороге обратно они даже поужинали в ресторане.

До Квон нервно сжал и разжал руки, когда секретарь Чон, как детектив, начал расспрашивать.

– У руководителя Ю в последнее время ничего не изменилось? Например… ест меньше, спит больше или меньше, стала менее разговорчивой, что-то в этом роде?

– Нет. Совсем нет.

До Квон решительно покачал головой. На это секретарь Чон прищурился.

– Вы уверены? Может, вы видите только то, что хотите видеть?

– …

До Квон крепко сжал губы. Он видел только то, что хотел видеть. У него был опыт, связанный с этим, и он не мог дать однозначный ответ. Погладив лоб указательным и большим пальцами, он заметил, как секретарь Чон, слегка опустив глаза, произнес:

– ...Возможно, это просто моё беспокойство. Я спросил на всякий случай. В новостях говорится, что депрессия может быть такой, что ни партнер, ни сам человек не осознают ее наличие. Если бы у него была поддержка от родных, всё бы было намного проще, но у руководителя Ю… у него ведь нет родителей.

–Ах…

До Квон тихо вздохнул.

"Родители. Да, их нет. Ын Су и я стали семьей, и теперь мои родители стали для него тоже семьёй, но это совсем отличается от отношений с людьми, связанных по крови".

Если у него есть проблемы или чувства, о которых он не может сказать, он должен был бы поделиться этим с родными, но не может…

До Квон сглотнул, его кадык заметно двигался вверх и вниз. После нескольких вздохов он присел на стол. Над его красивом лице нависли тучи.

– …Что нужно делать, чтобы предотвратить депрессию? Я не хочу, чтобы он ходил на консультации. Ын Су не любит посещать больницы. Он не любит принимать лекарства. Поэтому я должен сделать так, чтобы он вообще не заболел.

– В новостях говорили, что личное время очень важно. Нужно время для себя, не как муж или отец, а просто для себя.

– Как это время создать?

– Ну… это не так сложно. Руководитель Ю часто выходит на улицу?

– Иногда по выходным мы оставляем А Ён родителям и едем в окрестности Сеула или в отель.

– Нет. Это "время" должно быть только для него. Если он проводит время с Вами, это уже не личное время. Должно быть не что-то грандиозное, как путешествие, а обычная прогулка или шопинг.

– …Нет. Он не делает этого один. Мы всегда… вместе…

Слова До Квона звучали грустно. Говоря это, он осознал, что у Ын Су действительно не было времени на себя.

"Я-то вынужден выходить на работу. Я иногда езжу на машине, чтобы что-то купить. Иногда, когда что-то срочно нужно, я быстро выскакиваю один, но у Ын Су… этого нет. С утра до вечера он всегда рядом со мной. Даже когда я отсутствую, он сидит с А Ён."

Вспоминая последние несколько месяцев, До Квон не мог вспомнить, чтобы видел Ын Су, наслаждающегося чашкой кофе в одиночестве.

До Квон вдруг испугался. Ему казалось, что Ын Су слишком сильно привязан к нему и А Ён.

Когда До Квон резко потёр лицо, секретарь Чон, не глядя, спросил с явным недоумением:

– Он всегда рядом, да? Летом и зимой, с утра до вечера, не отходит от Вас?

– …Да. Разве это плохо? Я же муж Ын Су. Мы поженились, чтобы быть вместе.

До Квон с обидой переспросил. Ему хотелось завернуть Ын Су в платок и носить с собой, прижимая к сердцу. Справа был бы Ын Су, слева - А Ён. Он понимал, что это не совсем нормально, и старался избегать таких мыслей. Он считал, что ведет довольно обычную жизнь, но теперь ему говорят, что слишком частое общение — это плохо.

Он был в недоумении и даже разозлился. Почему, почему быть близким с супругом стало проблемой?

Глядя на его мрачное лицо, секретарь Чон ловко попытался его успокоить.

– Быть вместе — это хорошо. У вас, как у руководителя Ю, есть свои переживания, и, наверное, вы поженились, потому что вам нравится быть вместе. Но все же… не стоит ли оставить немного пространства?

– Как мне оставить это пространство? Даже когда мы идем в магазин, неподалёку от дома, Ын Су беспокоится об А Ён. Даже если я оставлю немного пространства, он не будет любить оставаться один.

– Вы ведь вместе ходили в магазин, не так ли? Значит, А Ён оставалась одна, и это вполне нормально, что он беспокоится. Но если вы позаботитесь об А Ён, то, возможно, руководитель Ю не будет так сильно волноваться.

– А…

– Подумайте об этом.

Секретарь Чон бросил ему сложный и тяжелый вопрос и вышел из кабинета. До Квон глубоко вздохнул и опустил голову, а затем поднял ее.

Он посмотрел на кольцо на безымянном пальце, и нежно гладя его, До Квон прошептал:

– Как же сложно, Ын Су.

Он думал, что быть вместе — это счастье, но слишком близкое общение может стать ядом. Он не хотел ни на мгновение расставаться с ним. Ему было так противно даже выходить на работу, которая находилась всего в десяти минутах.

Тем не менее, как сказал секретарь Чон, ему стоит об этом подумать.

Он хотел, чтобы Ын Су был счастлив. И сделать всё ради этого счастья, даже если это невозможно.

[Я вернусь до ужина.]

Проверив сообщение от До Квона, Ын Су тихо вздохнул. В последнее время До Квон очень занят. С его должностью и работой он должен быть загружен весь год, но он как-то умудрялся ссправляться с делами, работать из дома и даже по утрам, делая вид, что всё в порядке.

Однако в последнее время это уже не получается, и он каждый день ходит в офис.

Каждый день ходить на работу — это нормально, но после рождения А Ён это стало для него странным, и отсутствие До Квона дома ощущалось как-то неуютно. В большом доме оставаться вдвоём с маленькой А Ён создавало ощущение пустоты.

Хотя это и не было тяжело. Даже в своей занятости До Квон старался быть хорошим отцом. Утром и вечером он кормил А Ён, купал её, играл с ней и укладывал спать. Конечно, он также заботился и о Ын Су. Говорил, что любит его, смотрел с нежностью, а когда они целовались, явно показывал, что не хочет расставаться.

Но… что-то было странно иначе.

В саду, поливая весенние деревья вместе с А Ён, Ын Су прищурил глаза. Он сидел на стуле, скрестив ноги.

– Папа, я всё полила!

А ён протянула Ын Су пустую лейку.

– Да, А Ён, ты теперь отлично поливаешь. Нет ничего, с чем ты бы не могла справиться, моя девочка.

Ын Су принял лейку и убрал её. Затем снова похвалил А Ён и нежно погладил её по волосам. А Ён весело улыбнулась.

Смотря на эту прекрасную улыбку, Ын Су проверил время. Пять часов. До Квон приходит домой после шести. Это значит, что скоро он вернётся с работы.

Ын Су присел на колени перед А Ён и посмотрел ей в глаза.

– А Ён, дорогая.

– Да?

– Может, мы пойдём за папой До Квоном?

– Пойдём за папой?»

А Ён наклонила голову вбок, похоже, не понимая, о чем говорит Ын Су. Тогда Ын Су, погладив ее мягкие щёчки, уточнил:

– Давай сходим к папе в офис.

– В офис? Здорово!

А Ён радостно закричала, поднимая руки вверх. Ын Су с улыбкой поднял её на руки.

Ын Су с любопытным выражением лица оглядывал просторный и стильный холл здания. Время до окончания рабочего дня было на подходе, и в холле царила тишина, что делало его ещё более просторным. Из-за сильного кондиционера ему было даже немного холодно.

Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз ступал в здание Сонджин. Хотя это и компания До Квона, у него не было причин сюда приходить. Раньше даже просто пройти мимо этого здания было для него неудобно, так что теперь он и вовсе не собирался сюда приходить.

Но теперь это уже не вызывало у него никаких чувств. Если кто-то из знакомых его увидит, они, конечно, знают, кто он и за кого замужем. Тем более, он — часть семьи владельца этого здания. Ему нечего стыдиться.

Тем не менее, Ын Су все равно чувствовал лёгкое волнение и сделал глубокий вдох. В этот момент А Ён потянула его за руку. Ын Су посмотрел вниз.

– Папа, А Ён всё съела!

А Ён протянула ему пустой стаканчик от мороженого. По пути они зашли в пекарню, где ей купили мороженое на основе молока, и, похоже, она уже всё съела. Из-за этого на губах и руках у неё остались липкие следы растаявшего мороженого.

– Молодец! А Ён теперь сама съела целое мороженое.

– Угу. Всё съела!

– Тебе не холодно?

– Совсем не холодно!

Ын Су выбросил стаканчик в ближайшую урну. Затем он обнял А Ён и направился к информационной стойке. Похоже, охранники сменились, и на их месте сидели незнакомые лица.

Ын Су улыбнулся и поздоровался с ними.

– Здравствуйте! Могу я взять одну влажную салфетку?

Охранники медленно подняли глаза. Затем, заметив ребёнка на руках Ын Су, они достали влажную салфетку из ящика. Ын Су поблагодарил их и принял салфетку.

– А Ён, давай протрём ротик. Ротик.

На слова Ын Су А Ён вытянула губы. Ын Су тихо засмеялся и аккуратно протёр ей рот. Когда он закончил, влажной салфетки не хватило, чтобы вытереть подбородок. Если бы он знал, что так получится, то взял бы с собой сумку с вещами А Ён. Он думал, что это будет короткая прогулка, поэтому даже не подумал об этом.

Пока Ын Cу смущённо стоял, сообразительный охранник протянул ему ещё одну влажную салфетку. Ын Су с благодарной улыбкой принял её.

– Спасибо!

После того как он вытер даже пальчики А Ён, Ын Су небрежно сложил использованные салфетки и засунул их в карман. Брюки, вероятно, намокнут, но он не хотел идти к мусорному ведру, которое находилось в другой части здания. В конце концов, среди родителей маленьких детей, кто действительно беспокоится о том, что у них могут намокнуть брюки?

– Пожалуйста, откройте дверь.

Ын Су обратился к охраннику. Охранник, который шутил с А Ён, корча странные гримасы, широко раскрыл глаза. Очевидно, что Ын Су не был сотрудником компании, и охранника смутило, что кто-то с ребёнком просит открыть дверь.

– Эм... Какой отдел вы собираетесь посетить?

– Кабинет директора.

– …Что?

– Кабинет директора. Я пришёл встретиться с господином Со До Квоном.

– …

Охранник не мог сразу ответить, только бормотал что-то и шевелил губами. Обычно он бы вежливо сказал: "Не говорите ерунды, уходите", но Ын Су не выглядел сумасшедшим или человеком, который пришёл устроить проблемы, поэтому он не мог просто так его прогнать.

Тем не менее, он не мог и сказать: "Да, кабинет директора на таком-то этаже, вам нужно воспользоваться отдельным лифтом, который находится в самом конце", и сопроводить его.

В этот момент А Ён, подняв руки, закричала:

– Со До Квон! Это наш папа!

– …Папа?

Охранник, прижав подбородок к груди, сделал удивленное лицо, и в этот момент из двери, соединяющейся с рабочим местом, вышло знакомое лицо. Это был начальник охраны, с которым Ын Су работал, когда был в компании Сонджин. Увидев Ын Су, он поднял брови и радостно поздоровался.

– Руководитель Ю, сколько лет, сколько зим?

– Здравствуйте, начальник, - ответил Ын Су, улыбнувшись. Ему было приятно видеть знакомое лицо после долгого времени. Они были довольно близки, когда он готовился к повышению и они обменивались закусками, задерживаясь на работе до поздней ночи.

– Вы пришли к директору?

– Да. Похоже, время окончания рабочего дня уже близится.

На эти слова начальник кивнул и направился к двери. Он провёл карточкой, открыв дверьки.

– Проходите.

– Спасибо, — сказал Ын Су, слегка поклонившись, и прошёл через открытые ворота. Начальник последовал за ним.

– Эм, я могу пойти один.

Несмотря на это, начальник сам нажал кнопку лифта. Затем, тихим голосом, он начал говорить:

– Он новенький, пришёл месяц назад.

– Что?

– Я говорю о том охраннике. В день приёма на работу он запомнил семьи руководства, но, похоже, еще не всё усвоил. Так что, пожалуйста, будьте к нему снисходительны."

Ын Су медленно моргнул, не понимая, что именно хочет сказать начальник. "Будьте снисходительны" - к кому? К этому новому охраннику? Что именно от него требуется? Почему нужно проявлять снисходительность? Потому что он не узнал его? А что будет, если не проявит? Неужели его уволят?

Он слабо усмехнулся и покачал головой.

– Я же не знаменитость. Как он мог меня узнать? К тому же, я не так часто здесь бываю.

–…Я был бы благодарен, если бы вы так думали. Среди членов семей руководства есть те, кто, не узнав охранника, может его уволить.

– Хм…

От этой истории у Ын Су в груди стало тяжело. Как же много злых людей в этом мире. Он обнял А Ён и сказал:

– Если кто-то действительно уволит охранника за то, что не узнал его, свяжитесь с До Квоном.

– Что?

– Доложите об этом. Вряд ли здесь есть кто-то, кто выше До Квона, так что сможет справиться с такой ситуацией. Если он не отреагирует, тогда я обращусь с председателю.

– …

– Я действительно умею хорошо доносить.

На игривый тон Ын Су начальник охраны не удержался и тихо рассмеялся, но быстро закрыл рот. В это время А Ён раскинула руки и нарисовала большой круг.

– Да! Наш папа действительно молодец!

– Что? А Ён, ты видела, как папа убеждает кого-то?

– Нет.

– Но откуда ты знаешь, что он молодец?

– А Ён просто знает!

А Ён весело покачивала головой, и это было так мило, что Ын Су не смог удержаться и поцеловал его в пухлую щёчку. А Ён, смеясь, откинулась назад. В это время лифт, который долго спускался с верхних этажей, наконец, прибыл.

Ын Су попрощался с начальником охраны и вошёл в лифт. Он нажал кнопку на этаж, где был До Квон, и с ностальгией посмотрел на 14-й этаж, где раньше часто бывал.

Наконец, лифт остановился. Ын Су, придерживая А Ён на руках, вышел в коридор. В этот момент раздался знакомый голос:

– О? Руководитель Ю?

Это был секретарь Чон, и его голос звучал радостно.

Ын Су тепло поздоровался с Чон и другими секретарями. Поскольку До Квон часто работал из дома, секретари часто навещали их, и они стали довольно близкими.

Когда Ын Су поставил А Ён на пол, секретари окружили её.

– Привет, А Ён!

– А Ён, ты меня помнишь?

– А дядю? Ты помнишь дядю? Мы тогда играли в куклы.

– Эй, подойди сюда. А Ён, хочешь что-то поесть?

Поскольку они часто приходили в дом, они уже были знакомы с А Ён, и все старались увидеть её улыбку.

А Ён, хлопая своими большими глазами, посмотрела на них, а затем, улыбнувшись, прищурила глаза. Она словно чувствовала, что её здесь любят и заботятся о ней, и с радостью улыбалась, прося ещё больше внимания.

Для Ын Су это было просто мило, но До Квон каждый день серьёзно учил её не следовать за теми, кто предлагает еду. Он считал, что А Ён может легко поддаться искушению и пойти за теми, кто хорошо к ней относится. Ын Су полностью согласен с этим.

– А где До Квон? - спросил Ын Су у Чона.

– Он готовится к уходу с работы.

Чон указал на кабинет директора. Ын Су протянул руку А Ён. В это время А Ён, схватив одну конфету, быстро подбежала и схватила Ын Су за палец.

Ын Су постучал в дверь кабинета. Вскоре раздался голос До Квона:

– Входите.

Открывая дверь, Ын Су первой впустил А Ён. Та, как ракета, вылетела вперёд.

– Папа-а!

– …А Ён-а?

До Квон, одетый в пиджак, широко раскрыл глаза от неожиданности, увидев свою дочь. Несмотря на смятение, его тело уже наклонилось, готовясь принять А Ён. Она бросилась в его объятия, и он крепко её обнял.

– Хён.

Ын Су подошёл к До Квону с небольшим опозданием. Он, не скрывая удивления, уставился на него. Как-то особенно мило, Ын Су тихо улыбнулся и чмокнул его в щёку.

– Я пришёл за тобой. Боялся, что ты заблудишься, возвращаясь домой.

Эти трогательные слова вызвали у До Квона улыбку. Он одной рукой обнял А Ён, а другой нежно обнял Ын Су за талию. Затем он прижал губы к его губам, а потом отпустил. В пустом офисе, наполненном феромонами Ын Су, раздался удовлетворённый вздох.

Он уткнулся носом в его шею и тихо прошептал:

– Я собирался уходить. Зачем ты вышел? На улице и так жарко.

– Сегодня не так уж и жарко. Настроение было хорошим. Я дошёл сюда пешком, погулял с А Ён, полюбовался погодой и поел мороженое.

– Да, А Ён ела мороженое!

А Ён повторила слова Ын Су, словно была его эхом.

– Правда? Ты ела мороженое?

До Квон, подражая А Ён, провёл губами по её щеке. Так завершилась их маленькая игра.

– Раз уж вышли, может, поужинаем где-нибудь на улице? - спросил До Квон, снимая пиджак одной рукой. Ын Су аккуратно сложил его по шву и повесил на свою руку. Затем, разрывая пакет с желейками, который протянула А Ён, он кивнул.

– Как насчёт этого? Поужинаем и потом пойдём в кино? Вышел новый полнометражный мультик, который А Ён любит.

– Отлично.

Как всегда, расписание было составлено с учётом любых вещей А Ён. Ужин также был запланирован с учётом её предпочтений: таккальби, спагетти, пельмени или корейская кухня.

Пока они разговаривали, внезапно дверь распахнулась, и появилась Мён Хи.

– Говорят, наша внучка пришла?

С улыбкой на лице Мён Хи оглядела комнату.

– Бабушка! - закричала А Ён , размахивая руками. До Квон опустил её на пол, и А Ён, весело топая, побежала к Мён Хи.

– А Ён-а! - воскликнула Мён Хи, распахнув объятия. А Ён привычно обняла её за шею.

– А где дедушка?

– Дедушка? Я позову дедушку. Он быстро прибежит, чтобы увидеть А Ён.

– Да? Но бабушка, почему ты здесь? Ты тоже пришла за папой?

А Ён спросила с невинным выражением лица. На это Мён Хи весело рассмеялась и ответила:

– Бабушка здесь — главная.

– Ух ты... А папа? А папа какой?

– Папа — второй главный.

– Ух ты...

А Ён не переставала восхищаться. Её маленький и милый ротик открывался в удивлении, и это было так трогательно. Не в силах устоять перед этой прелестью, Мён Хи обняла А Ён и начала нежно покачивать её из стороны в сторону.

– Здравствуйте, матушка. Я хотел тихо прийти и уйти, но…

Ын Су, смущаясь, улыбнулся. Мён Хи покачала головой, словно говоря, что это не так важно. Затем, помахав рукой, она добавила:

– Раз уж вы здесь, сходите вдвоём на свидание. Чем дальше, тем лучше, и если вы не вернетесь сегодня, тоже неплохо. Я позабочусь о А Ён.

– Э…

Ын Су замялся, не зная, как реагировать. Ему было трудно понять, говорит ли Мён Хи это всерьёз или просто из вежливости. Как бы ни была хороша внучка, оставаться с ней всю ночь — это не так-то просто. А Ён не из тех, кто легко устаёт.

– Спасибо, мама.

Пока Ын Су колебался, До Квон быстро выразил благодарность. С его согласия Мён Хи вышла из кабинета с А Ён. Девочка, похоже, не испытывала грусти от расставания с папами и, весело помахивая ручками, попрощалась:

– Папа, пока! Папа, тоже пока!

Ын Су и До Квон неловко помахали ей в ответ. Почему-то папы казались менее устойчивыми к расставанию, чем дочка.

Внезапно в пустом кабинете Ын Су вздохнул, и До Квон обнял его за талию, прижав к себе. Он нежно провёл рукой по его волосам. Шелковистые каштановые пряди, рассыпавшиеся между его пальцами, были невероятно красивыми.

– Куда мы пойдём развлекаться? Есть места, куда хочешь сходить?

– Хмм…

– Как насчет того, чтобы сходить поесть гопчан? Можно выпить по рюмке соджу.

До Квон предполагал, что Ын Су обрадуется этой идее. Они давно не были в любимом ресторане с гопчаном, и, конечно, с А Ён это было бы сложно: и жирно, и неудобно, и выпить не получится.

После этого он думал, может, взять Ын Су в пекарню, когда он немного выпьет. Или пойти поесть мороженого. В раздумьях, Ын Су обнял его за талию и покачал головой.

– Нет, давай лучше в наш любимый ресторан с корейской кухней.

– Хорошо, тогда так и сделаем.

До Квон сразу достал телефон, чтобы позвонить в ресторан. Нужно было предупредить, чтобы еда была готова, как только они приедут. Но Ын Су мягко схватил его за запястье и потянул вниз.

– Пусть приготовят юкхве и обжаренный деодок.

– Хорошо.

– Возьмём домой.

– ...Домой?

Неожиданное заявление заставило До Квона нахмуриться. Они же собирались провести время вне дома. Тем более, что А Ён не будет рядом. Зачем забирать еду с собой и ехать домой? Это было непонятно.

Разве дома не будет скучно? Если бы Ын Су захотел, они могли бы прямо сейчас поехать за границу. Это было странно. И выбор меню тоже.

Мясо, приправленное легким соусом, где между ним располагается прожаренный деодок — это не столько любимые блюда Ын Су, сколько До Квона.

Он тихо смотрел на его лицо. Ын Су был другим, чем обычно. Не в плохом смысле, но и не в хорошем. Сердце тревожно колотилось.

Знал ли Ынсу о его внутреннем беспокойстве? С обычным выражением лица она повёл До Квона на улицу.

Они прибыли на парковку, не перекидываясь словами. Когда До Квон достал ключи от машины, Ын Су выхватил их у него.

– Сегодня я поведу.

– ...Эм? А, да. Хорошо.

До Квон с недоумением сел на пассажирское сиденье. Ын Су, сев за руль, нажал кнопку запуска и нажал на газ. Машина плавно тронулась.

Он, казалось, наслаждался вождением после долгого времени, напевая себе под нос. В час пик машина часто останавливалась, но всё было в порядке.

– Небо красивое, хоть и жарко. Давай в выходные с А Ён поплаваем в бассейне, - болтал Ын Су о разных вещах, держа за руку До Квона. Пока они были в пути около 30 минут, его необъяснимое беспокойство немного утихло.

Ын Су выглядел счастливым, и это поднимало его настроение. Ему было приятно смотреть на него, сидящего за рулём, и с удовольствием целовать тыльную сторону его ладони и кончики пальцев, пока он умело водил одной рукой.

Вскоре машина остановилась перед рестораном. Пока До Квон получал заранее заказанную еду и расплачивался, Ын Су позвонил домой и отправил всех помощников по домам. Он попросил Мён Хи позаботиться об А Ён всего на один день.

В это время До Квон снова почувствовал беспокойство. "Что с ним"?

Почему они так стремятся остаться наедине? Он словно стал заложником какой-то ловушки. Было ли у Ын Су что-то серьёзное на уме?

Горло пересохло, и в животе поселилось неприятное ощущение. В таком тревожном состоянии они прибыли домой.

Они помылись в разных ванных комнатах, переоделись и встретились в уютной гостиной. Спустя долгое время они вместе начали заниматься едой на кухне. На самом деле всё сводилось к тому, чтобы разогреть приготовленные помощницей блюда.

Ын Су был немного взволнован. Готовить в пустом доме вместе с До Квоном, когда никого нет, напоминало ему о медовом месяце. Хотя на самом деле, как только они поженились, он забеременел, и у них не было настоящего медового месяца, но это все равно было достаточно расслабляющим и счастливым моментом, отличным от того, когда они занимались воспитанием А Ён.

Пока До Квон ставил столовые приборы, Ын Су выбрал алкоголь. Из множества бутылок он без колебаний достала дорогой напиток, который любил До Квон. Затем, как будто это было само собой разумеющимся, он сел рядом с ним, подтянув свои столовые приборы и тарелку, оставленные напротив.

Увидев это, До Квон слегка улыбнулся.

Они сидели за широким столом в доме площадью в несколько сотен квадратных метров, где было восемь стульев, и ели, сидя близко друг к другу. Неспешно наслаждаясь едой, они время от времени чокались бокалами.

Когда еда наполовину уменьшилась, Ын Су начал рассказывать о том, что произошло сегодня.

– Сегодня я взял А Ён и решил сходить к тебе в компанию.

– Угу.

– Я хотел сделать тебе сюрприз, поэтому не сообщил ни тебе, ни секретарю Чон, но когда мы прибыли, я понял, что не могу войти в Сонджин.

– …Почему ты не смог войти?

Рука До Квона, наливающего алкоголь, вдруг остановилась. Его лицо стало мрачным, и Ын Су, смеясь, погладил его по руке.

– Нет, дело не в этом, у меня нет удостоверения работника. Я не смог пройти через турникет.

– А...

– Поэтому я попросил охранника. Он спросил, куда я иду, и когда я сказал, что в кабинет директора, он был в полном шоке. Это было удивительно. Он, наверное, подумал, что я сошёл с ума».

– …Он не знает тебя?

Лоб До Квона, который немного расслабился, снова нахмурился. Это было именно то выражение лица, которое ожидал Ын Су. Он покачал головой.

– Он мог и не знать. Я не такой, как другие богатые люди, которые постоянно на виду у СМИ, не создаю скандалов и даже не веду социальные сети.

– Тем не менее…

– Да, тем не менее, он должен был знать. Как оказалось, охранникам дают списки, чтобы запомнить лица членов семей руководителей. Но, к сожалению, тот, кто был на посту, оказался новичком.

–…И что дальше?

– Я долго думал, как бы объяснить ситуацию, но вдруг А Ён закричала: "Со До Квон! Мой папа!"

Ын Су подражал её радостному голосу. Лицо До Квона, которое было напряжённым, мгновенно расслабилось. Теперь она уже могла чётко произносить имя папы — значит, подросла. До Квон с довольной улыбкой слушал, как Ын Су продолжал:

– И в этот момент появился начальник охраны и открыл дверцы турникета. Он сказал мне, чтобы я был снисходительным, потому что был случай, когда один из членов семьи уволил охранника из-за того, что не узнали его.

– …

– В чём дело? Почему молчишь? Ты не тот самый член семьи, верно?

– В моей семье, кроме родителей, есть ещё ты и А Ён.

– Хм… Да, ты прав. Люди в компании не могут не знать лицо председателя. В любом случае, я тогда с важным видом сказал, что если такое повторится, пусть докладывают тебе.

– Ха-ха… Так и было?

– Так что, если начальник охраны свяжется с тобой, обязательно посмотри, какой вредный человек издевается над подчинёнными. Понял?

– Да.

До Квон сразу кивнул. Ын Су, словно гордясь, нежно погладил его по голове. В отличие от того, как он выглядел в офисе, его опрятные чёрные волосы выглядели странно сексуально. Это была сторона, которую мог видеть только Ын Су, и поэтому До Квон казался ещё более привлекательным.

Ын Су медленно провёл рукой по его затылку, затем по красивым ушам и гладкой линии подбородка. Возможно, прошло много времени с тех пор, как он так внимательно рассматривал его лицо. Вдруг Ын Су стало ясно, что До Квон действительно очень красив.

– Я удачно вышел замуж! Мужчина должен быть красивым, это точно. Но ты не только красив, но ещё и богат, добр, заботлив и, что самое главное, любишь меня — такой муж, как ты, действительно редкость.

Поэтому Ын Су тоже хотел стать для До Квона таким же хорошим мужем. Он чокнулся с ним и одним глотком выпил. Затем, спокойным голосом, обратился к До Квону.

– Хён.

– Да?

– У тебя что-то случилось?

– …Что?

– Я спрашиваю, случилось ли что-то с тобой. Может, у тебя есть есть стресс или беспокойство, что-то такое. Так есть?

– …

До Квон плотно сжал губы, его взгляд колебался, а щёки напряглись. Адамово яблоко заметно двинулось вверх и вниз. Затем он отвёл взгляд и начал бормотать какую-то неубедительную ложь.

– Нет, у меня всё в порядке.

Однако Ын Су не собирался верить в эту глупую ложь. Он не зря знал До Квона так долго. То, что его беспокоит сейчас, явно не было чем-то, что можно было бы просто игнорировать.

Ын Су оперся подбородком на стол и пристально смотрел на До Квона. В его больших, ясных глазах отражалось его напряжённое лицо.

– Хм... Как-то странно.

– Что именно?

– Ты странный. Похоже, что это не что-то плохое, но и хорошим это не назовёшь. Как будто ты просто копаешься в своих мыслях.

– ….

– Есть что-то, что тебя беспокоит? М?

Ын Су настойчиво допрашивал его, поднося к нему своё красивое лицо, словно призывая его сказать правду. До Квон медленно открыл рот, но не произнёс ни слова.

На самом деле у него не было никаких проблем. Если бы что-то и было, то это касалось не его...

– Ын Су, а у тебя?

– Что?

– У тебя... нет никаких проблем?

Это могло касаться и Ын Су. Внезапный вопрос До Квона заставил его широко раскрыть глаза. Он поднял лицо и указал на себя пальцем.

– Я?

– Да.

– У меня есть проблемы? Какие?

Ын Су в последнее время, после смерти родителей, переживал самые спокойные и счастливые дни. Но когда До Квон так серьёзно спросил, он был сильно удивлён.

На его ответ До Квон провёл языком по сухим губам. Его пальцы нервно ёрзали, не зная, что сказать. Ын Су нежно обхватил его руку. Только тогда До Квон решился поделиться своими переживаниями.

– Дело в том, что... секретарь Чон сказал, что я слишком часто и много времени провожу рядом с тобой. Он сказал, что тебе нужно немного пространства, чтобы дышать полной грудью.

– …Что? Что ты имеешь в виду?

– Говорят, что женатым людям нужно время, когда они не являются ни мужем, ни отцом, а просто самими собой. Если этого не хватает, они могут впасть в депрессию.

– ….

Улыбка Ын Су застыла, его губы плотно сжались. Это слово, хоть и знакомое, вызывало у него дискомфорт. Похоже, До Квон заметил его настроение и крепко сжал его руку.

– Говорят, что каждому человеку нужно время побыть наедине с собой. Но я всегда рядом с тобой. Даже если меня нет из-за работы, ты всё равно проводишь время с А Ён.

– ….

– Если подумать, я никогда не видел, чтобы ты делал что-то после свадьбы. Даже не припомню, чтобы ты пил кофе в одиночестве. У тебя не было времени погрузиться в размышления. Я не отхожу от тебя ни на шаг, с тех пор как ты открываешь глаза до тех пор, как закрываешь их.

– Хён.

– Я не знал, что после свадьбы мне тоже нужно время побыть наедине с собой. Я никогда не думал об этом и не чувствовал такой потребности. Мне просто хорошо быть с тобой.

– ….

– Но ты… возможно, отличаешься от меня. Возможно, тебе это нужно. Может, дома душно, я тебе надоел, и забота о А Ён тяжела.

– ….

– Поэтому… я хотел спросить, нужно ли тебе время побыть наедине с собой…

– Хотел спросить?

До Квон вдруг замолчал. Ын Су ждал его ответа, не подгоняя его. Он несколько секунд колебался, а затем посмотрел на него грустными глазами.

– Я действительно этого боюсь. Я боюсь, что ты скажешь, что хочешь уйти, чтобы привести мысли в порядок. Я боюсь, что ты скажешь, что тебе действительно нужно время побыть наедине с собой… и поэтому не смог спросить. Прости.

Наконец, исповедь До Квона подошла к концу. Ын Су выпрямил спину, откинувшись от него. Он медленно обдумал его слова и кивнул.

– Хм… Да, ты прав. Как ты и сказал, после свадьбы я не уделял время самому себе.

"Я никогда не был в одиночестве, даже на мгновение. У меня не было времени, чтобы побыть одному. Как и До Квон, я тоже не осознавал этого. Сложно быть рядом с другим человеком, делить с ним жизнь, но я не чувствовал никакого дискомфорта. Мы провели вместе столько времени, что быть вместе стало удобнее, чем быть одному."

С трудом сглотнув, Ын Су на мгновение задумался, глядя на До Квона. Он, похоже, был очень напряжён и сильно прикусывал внутреннюю часть щеки. Ын Су нежно провёл большим пальцем по его нижней губе.

Он не собирался разводиться, и не собирался покидать семью. Но в нём жила тревога, и эта тревога пугала его. Ему было страшно делать вид, что ничего не происходит, и он боялся, что может впасть в депрессию, снова плакать по ночам, или даже схватиться за стекло. В то же время, он чувствовал и жалость, и любовь к До Квону, который так переживал.

"Как же ты можешь так беспокоиться обо мне, даже не зная, что именно меня тревожит? Эта слепая любовь была и удивительной, и отчаянной."

Вдруг Ын Су встал. Удивлённый До Квон поднял голову, и Ын Су потянул его за собой в гостиную. Он указал на широкий диван и сказал ему сесть. До Квон послушно сел на диван, и тогда Ын Су сел ему на колени. Обняв его за талию ногами, он крепко прижался к нему.

– …Ын Су? - До Квон не смог скрыть своего удивления, но всё же обнял его. Ын Су поднял голову и встретил его взгляд.

– Хён.

– Да?

– Знаешь, почему я сегодня не хотел есть вне дома и настоял, чтобы мы пошли домой?

– …Почему?

– Я хотел провести время с тобой наедине в этом доме.

– ….

– Мне нравится этот дом.

– ….

– Мне нравится, что ты здесь. Мне нравится, что здесь А Ён. И мне нравится, что мы вместе.

Его сладкий голос медленно проникал в душу До Квона. В его тёмных глазах отражалась нежность Ын Су. Он аккуратно провёл пальцами по его глазам.

– Я люблю тебя, хён.

– …Ын Су.

– Я счастлив, что ты рядом.

– …

Тихие слова Ын Су заставляли сжиматься горло До Квона, охватывая его крепкие запястья, лодыжки, талию и сердце. Каждый раз, когда он говорил, что любит его, и что с ним ему счастливо, у него возникало желание исчезнуть. Ему больше нечего было ему дать. Он отдал ему всё — своё жалкое тело и сердце. И всё же ему хотелось бы отдать что-то ещё, даже последний вздох.

Если бы Ын Су подарил ему даже самую маленькую улыбку или взглянул на него ещё раз, он был бы безмерно счастлив. Вот таким образом, он мог бы счастливо умереть.

До Квон смотрел на Ын Су глазами, полными восторга и трепета, когда тот коротко поцеловал его в губы. Не отрывая губ, он шепнул ему на ухо так, чтобы только он мог услышать. Очень тайно и интимно. Он шептал о своей любви.

– Когда я с тобой, я чувствую себя целым. Когда я один, я как будто половинка. Неполноценный.

– ….

– Поэтому я хочу, чтобы ты всегда был рядом. Я хочу проводить с тобой каждый день, каждую минуту.

– ….

– Когда А Ён исполнится десять, а потом двадцать. Когда наши волосы поседеют. Когда на руках появятся морщины, я хочу, чтобы ты был рядом.

– Ын Су… Спасибо. Спасибо.

До Квон крепко обнял его за талию, прижимая лицо к его тонкой шее и вдыхая его восхитительный запах. Ын Су тоже прижала нос к его волосам, наслаждаясь его феромонами. Он нежно гладил его широкую спину, утешая.

– Скоро я снова начну работать, и буду дома проводить время всё меньше. Иногда я буду уставать и ложиться спать пораньше. В такие моменты я буду очень скучать по этому моменту.

– ….

– Но если вдруг, действительно вдруг, мне понадобится время побыть наедине с собой, я скажу тебе.

– Да.

– Я не буду скрывать такие вещи.

– Да, я знаю.

До Квон кивнул, как послушный ребёнок, и Ын Су не удержался от лёгкой улыбки. До Квон, обняв его, перевернулся на бок. Он лёг на диван, обняв его всем телом. Ын Су с улыбкой прижался к его груди, ощущая тепло и безопасность.

Они обнимали друг друга почти час. В тихом доме, в ленивый вечер, они уютно устроились на узком диване, наслаждаясь лишь звуками своих дыханий и не желая расставаться.

До Квон поцеловал Ын Су в лоб, осторожно поглаживая его мягкие волосы. Он смотрел на его густые ресницы, а затем нежно прикусил его губы, восхищаясь его белыми и мягкими щеками, как у А Ён.

В этот момент Ын Су, игриво приподняв голову, трогал его ключицу, которая выделялась через тонкий слой одежды.

– Ты знаешь, что у меня в эти выходные течка?

– Ох, знаю.

– Забронируем номер гостиницы? - спросил он с озорной улыбкой, прижимая бёдра к До Квону и слегка теряясь о него. До Квон откашлялся, и на его щеках появился лёгкий румянец. Ын Су, смеясь, провёл большим пальцем по его скулам. До Квон взял его руку и поцеловал ладонь.

– Не обязательно. На этот раз мы поедем в другое место.

– Другое место? Куда? В тот домик, где мы смотрели на звёзды?

– Нет, просто... в другое место.

– ….

Ын Су приподнял брови, как будто удивляясь. Куда бы они ни поехали, главное, чтобы там была кровать. Это мог быть и отель, и мотель, даже машина не имела значения. Странно, что До Квон настаивал на другом месте. Она прищурился и спросил:

– …Ты ведь не собираешься меня продать, да?

– Что? Почему я должен это делать? Кому?

До Квон сразу же серьёзно ответил, и на его лбу выступила вена - одна только мысль об этом его злила. Ын Су рассмеялся. Затем он крепко обнял его за талию и с наслаждением вдыхал его приятный, немного соблазнительный запах. С ленивым выражением лица он прошептал:

– Я знаю, что ты отведёшь меня в хорошее место. Наверное, это будет что-то особенное. Я с нетерпением жду.

– …Не слишком уж надевайся.

До Квон ответил тихим голосом, обняв Ын Су. Он, шутливо, сказал: «Нет, я буду ждать». До Квон тихо засмеялся и поцеловал его в лоб, наполняя этот момент теплом и нежностью.

– Куда же дела А Ён солнцезащитный крем? - пробормотал Ын Су, обыскивая комнату девочки. В это время До Квон, собирая вещи, открыл угловой шкаф и нашёл солнцезащитный крем. Ын Су с улыбкой положил его в сумку.

Сегодня у Ын Су день течки, который совпадал с гоном До Квона. После того как До Квон использовал стимулятор для гона во время их медового месяца, их циклы стали идеально совпадать. Из-за А Ён им не удавалось часто покидать дом.

В любом случае, в честь этого они решили оставить А Ён с Мён Хи и Ки Хо на два дня. Совсем недавно Мён Хи сказала, что отремонтировала домашний бассейн, и они собирали вещи и купальники на два дня.

А Ён, не обращая внимания на занятых пап, вертела в коридоре игрушечную машинку, которую получила в подарок на день рождения.

Когда Ын Су начал заполнять сумку одеждой А Ён, До Квон остановил его.

– Одежда есть и в доме родителей.

– …Правда?

– Возможно, там даже больше, чем у нас.

До Квон начал вытаскивать из сумки вещи, которые Ын Су запихнул, и сумка стала меньше. Ын Су кивнул. В конце концов, он слышал, что Мён Хи уже купила одежду для А Ён, которую та будет носить, когда пойдёт в начальную школу. Как сказал До Квон, возможно, у Мён Хи было больше одежды для А Ён, чем у них.

После короткого раздумья Ын Су начал вытаскивать вещи из сумки, следуя примеру До Квона. Они не раз приезжали в дом Мён Хи. А Ён уже привезла свою зубную щётку и другие мелочи сюда. Тем более, у А Ён была отдельная комната, которую Ки Хо обустроил так что собирать вещи было бессмысленно.

Когда сборы подходили к концу, Ын Су выглянул в коридор.

– А Ён, давай поедем к бабушке и дедушке!

– Угу! - А Ён громко ответила и повернула руль. Звук двигателя машины раздался, и передняя часть машины врезалась в стену, застряв в коридоре. От удара маленькое тело А Ён слегка подскочило.

– …Папа?

А Ён с круглыми глазами посмотрела на Ын Су. Ын Су вздохнул. Он ведь говорил, что разворачиваться нужно в широком коридоре или в гостиной. "Интересно, на кого она так похожа, что у неё такой нетерпеливый характер?" Каждый раз она резко разворачивала машину в коридоре. Из-за частых столкновений одна фара уже давно вышла из строя.

Ын Су подошёл к А Ён и хотел сказать: «Выходи, А Ён». Вдруг сзади появился длинный силуэт, и До Квон, подняв машину с А Ён внутри, развернул её. Он был так же силен, как Супермен.

Ын Су и А Ён одновременно подняли большие пальцы в сторону До Квона. Он улыбнулся.

– А Ён, надень носки!

– Угу!

А Ён нажала на газ и направилась в свою комнату. Она так старательно управляла машинкой, что рулевое колесо вертелось у неё в руках. Её удаляющаяся спина была настолько милой, что словами не передать. Крошечная спина и круглые щёчки, которые иногда выглядывали, были просто очаровательными.

Не выдержав этой прелести, Ын Су и До Квон, как будто проглотив что-то кислое, начали подрагивать плечами.

Бассейн, который, как сказала Мён Хи, был отремонтирован, оказался не просто бассейном, а настоящим аквапарком. А Ён, даже будучи школьницей или подростком, могла бы весело проводить время здесь. Здесь были водные горки, качели, которые крутились над водой, грибки, из которых лилась вода, как дождь, и разные по высоте трамплины.

Вокруг были шезлонги, столы и зонтики для семейного отдыха.

Когда Ын Су, держа за руку А Ён, вошёл в зону бассейна, у него отвисла челюсть. "Это же целый аквапарк!" Он думал, что после ремонта здесь будет детский бассейн.

"Нет, нет, это всё из-за меня. Я уже почти четыре года как часть этой семьи, и не мог этого предсказать."

Пока Ын Су глубоко вздыхал, А Ён с радостным криком закричала: «Папа, быстрее, быстрее!»

А Ён, топая ногами, потянула Ын Су за собой. Ын Су, приподняв солнцезащитные очки, направился к бассейну. Он мельком оглянулся и увидел, что Мён Хи и До Квон стоят под террасой и о чём-то серьёзно разговаривают. Наверняка это связано с работой.

А Ён, не боясь воды, прыгнула в бассейн. У неё уже был опыт водных игр, но Ын Су всё равно беспокоился и, поймав А Ён, надел на неё детский круг.

Несколько раз покачиваясь, А Ён вскоре поймала равновесие и, используя свои короткие и пухлые ножки, быстро начала плыть. Она плескалась в воде, каталась на качелях и скатывалась с горки. Она прокатилась с горки двадцать раз подряд. Даже просто наблюдая за этим, Ын Су почувствовал лёгкое головокружение.

В этот момент раздался голос:

– Ынсу! Аён!

Глубокий и приятный голос позвал Ын Су и А Ён. Они, находясь в воде, резко повернули головы. До Квон сидел на краю бассейна с двумя стаканами фруктового сока. Ын Су, прижав А Ён к себе, поплыл к нему.

Увидев, как к нему приближаются Ын Су и его копия, До Квон рассмеялся.

Он протянул им сок. Ын Су схватил стакан и начал пить, а А Ён, получив стакан от До Квона, только сосала трубочку. До Квон с удовольствием наблюдал за ними. Не выдержав, он достал телефон и щёлкнул фото.

Ын Су поднял два пальца и сделал жест «V». А Ён, подражая ему, тоже подняла два пальца и сделала то же самое. До Квон снова начал активно фотографировать.

После этого До Квон стал играть с А Ён. Мён Хи и Ки Хо тоже вошли в бассейн и начали развлекать А Ён. Ын Су, исчерпавший все силы, лёг на шезлонг и начал жевать эклер. Затем он залпом выпил кофе с большим количеством льда. Сладкое и кофеин помогли ему немного прийти в себя.

Лёжа на шезлонге, Ын Су смотрел на бассейн. Звуки плескающейся воды, смех А Ён и голоса взрослых, зовущих её, создавали атмосферу счастья. Это было зрелище, от которого у него поднимались уголки губ.

Никто не заметил, как Ын Су незаметно погладил свой живот.

– Папа, пока-пока!

Ранний вечер. А Ён, обнятая Ки Хо, помахала руками в сторону Ын Су и До Квона. Ын Су осторожно взял её за руку, поцеловал в ладонь и прошептал:

– Наша маленькая А Ён, слушайся бабушку и дедушку.

– Угу.

До Квон поцеловал её в другую руку.

– Хорошо ешь, хорошо спи, и если соскучишься по папам, всегда можешь позвонить.

– Угу.

А Ён, кивая головой, не могла сдержать тяжёлые веки. Похоже, усталость от целого дня в бассейне наконец-то дала о себе знать. Она выглядела так мило. Ын Су с лёгкой улыбкой поцеловал её веки. Затем он снял свой свитер, который носил весь день, и обнял А Ён.

А Ён обняла свитер, как куклу, и уткнулась в него носом. Запах феромонов Ын Су наполнил её.

До Квон нежно погладил маленькую голову А Ён и поцеловал её в виски.

После того как они попрощались с Мён Хи и Ки Хо, двое с сожалением направились к выходу. А Ён, с сонными глазами, помахала рукой и вскоре уткнулась лицом в грудь Ки Хо. Казалось, ей было совершенно всё равно, куда уезжают папы — на отдых или на войну.

На пассажирском сиденье машины Ын Су с недовольным выражением лица произнёс:

– Почему А Ён не грустит из-за расставания? Обычно дети в это время, даже если просто выходишь на минутку, начинают громко плакать и капризничать. Наша А Ён слишком взрослая для своего возраста.

– Тебе не кажется, что это немного… грустно? - спросил До Квон, поворачивая руль. Ын Су трижды кивнул. Когда А Ён была младше, даже небольшое расставание вызывало у неё слёзы. А теперь ей всё равно, уходит кто-то или нет. По словам Ки Хо, А Ён очень уверена в своих папах и обладает сильной независимой натурой. Хотя это и хорошо, что А Ён так выросла, всё равно было немного грустно.

Прислонив голову к окну машины, Ын Су вздохнул:

«Я беспокоюсь, что когда она вырастет, будет нас раздражать».

– Я беспокоюсь, что, если она станет старше, она совсем перестанет к нам приходить.

– Я тоже так думаю. Мне кажется, даже когда А Ён станет взрослой, я всё равно буду кормить её и мыть ей ноги.

Десятилетняя А Ён. Пятнадцатилетняя. Двадцатилетняя. Интересно, как она будет выглядеть в более старшем возрасте. Было интересно это узнать, но так не хотелось, чтобы этот момент наступил в скором времени.

Они продолжали говорить о будущем А Ён, направляясь к месту назначения. Яркие огни ночного Сеула быстро проносились мимо. Когда Ын Су смотрел на это, его плечи вдруг задрожали.

Тепло поднималось от живота. Мысли о А Ён отвлекли его от нарастающего желания, которое медленно охватывало его тело. Судя по тому, как феромоны До Квона становились всё более ощутимыми, у него тоже, похоже, начинался цикл гона.

Ын Су повернулся. Когда же они в последний раз занимались сексом? Месяц назад? Боже, целый месяц. Конечно, они иногда касались друг друга и удовлетворяли свои желания, но это не было так, как полноценный секс. Ранее они занимались им так страстно.

Думая о том, что сегодня они наконец-то смогут удовлетворить свои подавленные желания, он почувствовал странное волнение, которое щекотало его внутри. Губы постоянно пересыхали, и ему приходилось облизывать их языком.

До Квон украдкой смотрел на красный язык Ын Су, который он высовывал. Когда он заметил его взгляд, он игриво улыбнулся и погладил его бедро. До Квон, напрягая лицо, слегка отодвинул его руку.

– Не делай этого.

– Почему?

– Не хочу раздевать тебя в машине. Я давно не занимался с тобой сексом, но в таком месте...

На эти слова кончики пальцев Ын Су дрогнули. Он понял, что До Квон настроен серьёзно, и сердце забилось быстрее. Ему предстояло провести два дня в его объятиях, и в то же время в нём боролись желание сбежать и стремление поскорее удовлетворить свои потребности.

Нервно теребя невинный ремень безопасности, Ын Су пытался успокоиться, но, к сожалению, машина не собиралась останавливаться. "В Сеуле ведь столько отелей. Зачем же они уезжают так далеко от центра города? Куда они направляются? Что за удивительное место он собирается показать мне?"

Когда Ын Су уже собирался предложить заехать в любой мотель, До Квон свернул в жилой комплекс. Похоже, машина была зарегистрирована, так как путь до подземного паркинга оказался легкодоступным.

Ын Су округлил глаза и начал осматриваться. Это явно не место, где можно остановиться на день-два. Это же квартира. "Он что, купил дом? Зачем оставлять нормальный дом? Ради одного раза? Или он собирается каждый раз приезжать сюда?"

Пока Ын Су недоуменно качал головой, До Квон, уже вышедший из машины, открыл дверь со стороны пассажира. Он, растерянный, вышел из машины.

До Квон взял его за руку и направился к лифту. Ын Су вдруг потянул его руку в другую сторону.

– А вещи? Нам нужно забрать вещи.

На заднем сиденье остались его нижнее белье, зарядное устройство для телефона и прочие мелочи. Но, почему-то, До Квон покачал головой.

– Не нужно.

– …Что?

До Квон повёл его за собой, и Ын Су лишь недоуменно смотрел на него. Он, похоже, не в первый раз здесь, так как уверенно ввёл код от входной двери и привычно нажал кнопку лифта, выбрав один из верхних этажей.

Пока лифт поднимался, он обнял его за талию и нежно прижал к себе. Ын Су не стал расспрашивать, что это за место и куда они идут. Это было похоже на тот момент, когда он впервые посетил «Первый сезон», и, вероятно, через несколько минут он всё поймет.

Наконец, лифт остановился. В коридоре, как и в любом другом жилом комплексе, было две квартиры. До Квон направился к квартире справа. Он нажал на блестящий замок, и с весёлым звуком он открылся.

Открыв дверь, До Квон кивнул Ын Су, предлагая войти. Он неуверенно переступил порог в незнакомый дом. Сенсорные лампы в прихожей ярко загорелись, и перед ним открылся коридор, ведущий в гостиную. Это был обычный коридор.

Сняв обувь, Ын Су осторожно направился внутрь. И вскоре он оказался в гостиной.

Дом был... просто домом. Он не отличался ни большим размером, ни роскошью - две спальни и одна гостиная, совершенно обычное жилище. Интерьер был оформлен в бежевых тонах с деревянными акцентами, что не совсем соответствовало стилю До Квона. Это был дом, в котором могла бы жить дружная и заботливая семья.

Ын Су неловко оглядел гостиную. Похоже, это был новый дом, но аккуратно расставленные вещи создавали ощущение, что он вторгся в чужое пространство. Поэтому ему не хотелось ни садиться, ни просто бродить по комнате.

До Квон, заметив его смущение, взял его за руку и повёл в спальню. Спальня была приятной. Почему - он не знал, но, в любом случае, это было место, подготовленное До Квоном, поэтому она была не плохой. Тем не менее, Ын Су не мог осмотреть дом. До Квон держал его за руку, и, медля, он не знал, с чего начать.

– Это твой дом.

– Что?

– Ын Су, это твой дом.

– ...Не понимаю, о чём ты. Ты предлагаешь мне здесь жить? А что с домом в Ёксам-доне?

Ын Су нахмурился, не понимая слов До Квона. Ему нужно было более подробное объяснение. До Квон нежно провёл рукой по его волосам.

– Тот дом — наш, а этот — твой. Можно сказать... это родительский дом.

– ...Родительский?

Родительский дом... Это слово звучало очень странно, и Ын Су повторил его несколько раз. Родительский дом — это его дом, который сгорел дотла. В нём умерли его мама и папа, которые спали внутри.

Для Ын Су родительского дома не существовало, и, вероятно, никогда не будет. Но вдруг До Квон заговорил об этом, и это казалось ему странным.

Тем не менее, ему хотелось осмотреть это место, ведь До Квон подготовил его специально. Нервно Ын Су начал осматривать незнакомую спальню. Она была очень тщательно оформлена.

Кровать и постельное бельё были того же бренда, что и в его доме, а в комоде аккуратно сложены новое нижнее бельё и домашняя одежда. В ванной комнате было всё необходимое, а в другой стояли его косметические средства. В нижнем ящике были видны ватные палочки и даже ножницы для ногтей.

До Квон наблюдал за Ын Су издалека. Он нажимал на кнопку настольной лампы и, вздохнув, произнёс:

– Хён, я понимаю, что ты задумал, но для меня это просто... новый дом. Это чужое место, и оно не может стать родным местом.

До Квон долго готовил это место, и это было заметно. Вероятно, он начал подготовку задолго до того, как Ын Су сказал, что ему не нужно время побыть наедине с собой. Он чувствовал его усилия всем сердце, но это не означало, что он мог сказать, что ему нравится это незнакомое пространство.

Как уже ранне он говорил, Ын Су было приятно находиться с До Квоном и его семьей. Ему не требовалось отдельное пространство. Родительский дом... Да, было бы хорошо его иметь, но Ын Су знал, что никогда больше не сможет его обрести. Его родители ушли из жизни и стали недосягаемыми. Он смирился с этой утратой уже почти 10 лет назад.

Размышляя о том, как отказать так, чтобы не разочаровать До Квона и не причинить ему боль, Ын Су нервно прикусил губу. В этот момент До Квон нежно взял его за руку и, направляясь обратно в гостиную, сказал:

– До поминального зала всего 10 минут.

– …А? Поминальный зал? Ты о том месте, где мои родители?

– Да.

– …

Глаза Ын Су заметались из стороны в сторону. Он задавался вопросом, почему До Квон купил квартиру в таком далёком и незнакомом месте. Оказалось, что находилась недалеко от поминального зала. Ын Су по дороге сюда замечал указатель с надписью "поминальный зал", но не придавал этому значение.

Однако Ын Су не часто посещал поминальный зал. Хотя было бы неплохо иметь место для отдыха поблизости, если бы он ходил туда время от времени… Но он посещал его всего два-три раза в год, неужели была необходимость покупать квартиру для такого?

Когда Ын Су замычал, До Квон остановился посреди гостиной. Он тоже остановился и невольно поднял голову. И тут Ын Су наткнулся на одну знакомую фотографию, которую очень давно не видел.

Дыхание перехватило. Вскоре глаза наполнились слезами.

– Как это… как….

Это была семейная фотография Ын Су. На ней восемнадцатилетний Ын Су и его родители в белых рубашках. Он помнил, как ворчал, что лучше сделать селфи на телефон, но родители уговорили его сделать эту семейную фотографию. Эта фотография, единственная копия которой сгорела в огне, была крупно напечатана и висела на стене.

Ын Су с недоумением смотрел на улыбающиеся лица своих родителей. Слёзы текли по щекам. У него была фотография родителей, но она была сделана в другое время и в другой день. К тому же она была старой, и висела в гостиной. К нему вдруг вернулось знакомое чувство тоски.

Неожиданно воспоминания стали становиться яснее. Ын Су лежал на диване в школьной форме после уроков. Отец, смеясь, убирал сумку, которую он бросил, а мама подгоняла его, чтобы он пошёл помыться перед сном.

Собравшаяся семья за ужином: Ын Су, настаивавший на том, чтобы заказать на ужин жареную лапшу, и ворчливая мама, ищущая телефон, чтобы сделать заказ, и отец, спрашивающий, не было ли жарко по дороге, и включающий кондиционер.

Это были воспоминания того дня, когда была сделана эта фотография. Это была обычная жизнь, о которой он уже позабыл. Обычная жизнь, которая тогда не казалась ему ценной.

Ын Су закрыл рот рукой. Но сдержать всхлипывания не получалось. Слёзы продолжали течь. До Квон, стоявший рядом, осторожно обнял его сзади.

– На письменном столе в кабинете, где стоит фотография родителей, я заметил, что на обратной стороне есть логотип фотостудии.

– Что?

– Когда я связался с фотостудией, к счастью, файл сохранился. Говорили, владелец фотостудии был знаком с твоими родителями и спрашивал о них.

– Хм, хыы…

– У меня есть ещё несколько. Хочешь посмотреть? Есть фотографии, когда ты был маленьким. Они действительно очень красивые. Знаешь, как я радовался, когда их увидел?

До Квон достал фотографии. Ын Су смотрел на них с глазами, полными слёз. Как и говорил До Квон, там были снимки маленького Ын Су. Это были не просто повседневные фотографии, сделанные в фотостудии: снимки с празднования ста дней, с первого дня рождения, а также фотографии с родителями, когда он только научился ходить, семейные снимки из начальной школы и смутно запомнившиеся фотографии из средней школы.

В отличие от семейной фотографии, висящей в гостиной, эти снимки были ему незнакомы. Лица родителей, выглядевшие странно молодыми, казались ему чужими. Поэтому он не мог оторвать от них взгляд. В конце концов, он сел на пол и продолжал рассматривать их.

До Квон с удовольствием наблюдал за детскими снимками Ын Су, вытирая его падающие слезы и поглаживая его волосы и спину, стараясь успокоить.

Ын Су, глядя на фотографии, то плакал, то смеялся. Он нежно тёр пальцем руки родителей, крепко сжимающие его маленькую руку, наблюдал за такой милой улыбающейся мордашкой, которая смотрела в камеру, и даже смеялся над довольно старомодной одеждой родителей.

До Квон аккуратно вытер слёзы, катившиеся по его щекам.

– Приходи иногда, и скучай по родителям. Только не плачь слишком сильно.

– Хён.

– Когда тебе грустно, или когда накрывает злость, можешь прийти сюда. Можешь ругать меня и своих свекровей, и просто посидеть в тишине или посмотреть телевизор.

– Хны….

– Я сюда не приду без твоего разрешения. Надеюсь, это место станет для тебя чем-то вроде родного дома.

– …

– Ты говорил, что тебе не нужно время, чтобы побыть наедине с собой, но будущее непредсказуемо. В любом случае, я всегда буду рядом с тобой. Но если даже тебе не будет хватать одного меня, тогда приходи сюда.

Низкий голос До Квона звучал мягко. Сердце Ын Су, дрожавшее от печали, постепенно успокоилось. Настроение, погруженное в глубины уныния, медленно начало подниматься на поверхность.

Для Ын Су До Квон был удивительным человеком. Он заботился о том, что Ын Су сам забыл, заполнял пустоту, обнимал его и даже нежно мазал раны, чтобы они заживали. Откуда взялся такой замечательный человек?

Сдерживая слёзы, Ын Су потянулся к До Квону и уютно устроился у него на руках. До Квон нежно обнял его и похлопал по спине. Ын Су уткнулся лицом в его шею и пробормотал:

– Спасибо, хён.

– ...

– Иногда мне хочется увидеть своими глазами, как сильно ты меня любишь. Но ты не представляешь, как я счастлив, когда ты так ясно показываешь это.

– Ын Су.

– Я люблю тебя, хён. Я тоже люблю тебя. Прости, что могу сказать это только словами.

Ын Су крепче обнял До Квона. До Квон быстро возразил:

– Сейчас этого вполне достаточно. Даже больше, чем достаточно. Ты не представляешь, как я счастлив, просто от того, что ты рядом со мной. Иногда я не могу поверить, что мы женаты, и даже заказываю копию свидетельства о браке.

От этих неожиданных слов Ын Су заморгал. А потом разразился смехом. Заказывать копию свидетельства о браке? Он никогда бы не подумал об этом. Он представил себе стол До Квона в кабинете, заваленный документами, среди которых затерялась копия свидетельства о браке. Он чуть не лопнул от смеха.

Он представил, как этот занятой человек специально заказывает копию, с облегчением и радостью смотрит на мелкий шрифт информации о семье, на их имена, стоящие рядом друг с другом… Это было слишком мило.

Ын Су не смог сдержать захлестнувшие его чувства и поцеловал До Квона в губы. До Квон на мгновение вздрогнул, а затем настойчиво подался вперед.

Губы разомкнулись, и языки переплелись. Вместе с густой слюной хлынул сладостный феромон. Забытая было течка мгновенно вспыхнула, как огонь от бензина. Всё тело вспыхнуло, и мускулы напряглись.

До Квон подхватил Ын Су за бёдра и поднял его. Ын Су, привыкший к этому, обхватил его шею руками и обвил его талию ногами.

До Квон быстро зашагал в спальню. Он положил Ын Су на кровать, не отстраняясь от губ, которые жадно впивались друг в друга.

Как только спина Ын Су коснулась кровати, он принялся раздевать До Квона. Он потянул верхнюю одежду вверх, и До Квон ненадолго оторвался от губ и одним движением сбросил её. Его великолепный торс предстал во всей красе.

Широкие плечи, толстые бицепсы, выпуклые мускулы. Ын Су смотрел на них мутным, расслабленным взглядом, как вдруг До Квон, небрежно бросив одежду на пол, резко задрал футболку Ын Су вверх. Ын Су поднял руки вверх, словно сдаваясь. В итоге одежда была сорвана. Челка затрепетала в воздухе.

До Квон смял одежду в своей большой руке и внезапно уткнулся в неё носом. А затем глубоко вдохнул. Запах Ын Су, оставшийся на одежде, ворвался в его ноздри.

Ын Су, источник этого волшебного запаха, был прямо перед ним, но ему было жаль, что этот запах остался на одежде. Он не хотел терять этот едва уловимый феромон. Ему было жаль.

До Квон жадно вдыхал запах Ын Су, оставшийся на одежде, и одной рукой расстёгивал пряжку своего ремня. Его взгляд был прикован к Ын Су, лежащему на кровати.

Ын Су, увидев это, тихо ахнул. Это было настолько откровенное зрелище, что у него зарябило в глазах.

Когда До Квон проявлял себя как альфа, а не как отец или муж, по спине пробегали мурашки. Чувство наполненности от того, что этот потрясающий мужчина принадлежит ему, и одновременно чувство превосходства от обладания тем, чего нет у других, переполняло его сердце.

Ын Су стащил свои штаны и бросил их с кровати. Из-за резинки на штанах снять их было легко. Холодный воздух коснулся промежности. Однако из-за течки это только сильнее подпитывало необъяснимую жажду. Ын Су тихо застонал

– …

До Квон выронил одежду, которую сжимал в руке. Его лицо было сильно нахмурено. Густые брови взметнулись вверх, щёки напряглись, а губы искривились, словно он проглотил что-то несъедобное. Феромоны, которые до этого нежно и сладко витали в воздухе, резко вырвались наружу, словно в гневе.

Ын Су, удивлённый внезапным изменением, широко раскрыл глаза. "Почему, что, что случилось?" Он склонил голову набок, а затем понял, что взгляд До Квона прикован к его нижней части тела. Поэтому он небрежно опустил взгляд вниз.

– Ы… Ыааа!

Он увидел чёрные стринги, гораздо более тонкие и узкие, чем обычно. Часть, прикрывающая интимные места, и соединяющие их спереди и сзади, больше походили на верёвочки, чем на ткань.

Это были стринги.

Неожиданно ему вспомнился давний разговор с До Квоном о стрингах, поэтому он и купил их. Он думал, что До Квон удивится или обрадуется. Представлял, как он широко раскроет глаза и станет ворчать, а он будет дразнить его, виляя бёдрами перед ним.

К сожалению, он напрочь забыл о своём плане. Он совсем не собирался показывать их так небрежно. Удивление и обида нахлынули одновременно. Ын Су скомкал одеяло и потянул на себя, пытаясь прикрыть низ.

Однако До Квон схватил одеяло большой рукой. Одеяло, придавленное его силой и весом, не сдвинулось с места, словно было пришито к кровати.

Лицо Ын Су покраснело, и он изо всех сил пытался прикрыть низ. Но он никак не мог противостоять силе До Квона. До Квон усмехнулся и поцеловал Ын Су в висок.

– Чего ты стесняешься? Это не я заставил тебя их надеть, ты сам на это пошёл.

– Ы… Нет, нет. Я не этого хотел.

– Тогда чего ты хотел? Скажи, я сделаю это.

Ын Су, наполовину зарывшись лицом в одеяло, прищурился и посмотрел на До Квона. Он был таким очаровательным, что До Квон захихикал. Затем внезапно его лицо стало серьёзным.

– Тогда смотреть можно? Просто смотреть? Я хочу хорошенько рассмотреть.

– …

Ын Су издал стон, погрузившись в раздумья. Он повертел глазами из стороны в сторону, а затем, словно приняв решение, перевернулся. На всеобщее обозрение предстали его белые, выпуклые и упругие ягодицы. Между ними виднелись тонкие чёрные полоски нижнего белья. Внизу виднелись розовые яички, которым не удалось спрятаться под тканью.

– …

Кадык До Квона резко дёрнулся. Он видел ягодицы Ынсу не в первый раз, и, казалось бы, на них не было никаких ярких украшений, но почему-то эта тонкая полоска ткани воспринималась так по-новому.

До Квон крепко зажмурил глаза, а затем открыл их. Ему нужно было собраться с мыслями. Во рту пересохло, и он понимал, что если потеряет контроль хоть на секунду, то сожрёт эти красивые ягодицы Ын Су без остатка.

До Квон долго смотрел на ягодицы Ын Су. Смотрел и смотрел. От этого настойчивого взгляда ягодицы Ын Су слегка задрожали. Он всегда чувствовал, что взгляд До Квона во время секса был словно другое прикосновение. Он смотрел так жадно, что можно было почувствовать, как его взгляд перемещается по коже.

Пальцы ног Ын Су зашевелились. Он скрестил лодыжки, а затем согнул колени назад. Это было небольшое движение, но ягодицы, которые были особенно мясистыми по сравнению с его худощавым телом, задрожали и заколыхались словно пудинг.

Внезапно в глазах До Квона потемнело, и он замотал головой. На него накатывал гон. Член, запертый в трусах, протестовал, требуя немедленно протиснуться между мягкими ягодицами Ын Су.

До Квон то и дело сглатывал слюну. Глядя на ягодицы Ын Су, подобные тофу, он почувствовал странное собственническое желание. Желание оторвать их и носить с собой. Чтобы можно было смотреть на них, когда захочется, и мять их, когда захочется.

Трогать их за рулём, трогать перед сном, прикладываться к ним лицом, когда не ладится работа, и так далее — в голову приходили всевозможные бредовые фантазии. Однако было очевидно, что если он скажет это вслух, Ын Су испугается и убежит. Подумав немного, До Квон тихо озвучил своё желание:

– Можно мне сфотографировать?

– Нет.

Отказ был таким же резким, как нож. Нижняя губа До Квона неодобрительно выпятилась. Он подумал, стоит ли как-то показать обиду, но после принял решение, что было куда важнее увидеть это собственными глазами, прежде чем он умрёт.

До Квон задавался вопросом, что ему следует сделать, чтобы хоть как-то оставить себе воспоминание об этом зрелище, но Ын Су одними словами перечеркнул абсолютно всё:

– Ничего не говори. Ничего не делай. Просто смотри.

До Квон почувствовал лёгкую обиду. "Что я такого сделал? Я ведь не собирался его съесть. Просто хотел как-то запечатлеть это. Если кто-то хоть раз увидел бы эту красивую попку Ын Су, точно согласился с моими словами. Конечно, в будущем никого не будет, кто сможет её увидеть."

До Квон грубо провёл рукой по лбу, чувствуя нарастающее напряжение. Затем тихим голосом начал успокаивать Ын Су. Он нежно прикусил его ухо, стараясь не причинить боли, в то время как он прижимал одеяло к лицу, словно пытаясь спрятаться.

– Ын Су.

– Что?

– Почему ты злишься?

– Не знаю. Я не думал, что всё будет так. Я просто планировал пойти в обычный номер, долго целоваться с тобой, а потом показать тебе это. Но ты неожиданно испортил атмосферу. Всё из-за тебя. Ты всё испортил.

– Да, это моя вина. Я всё испортил.

До Квон без колебаний признал свою ошибку. Действительно, это была ситуация, которая не подходила для проведения течки и гона. Если бы он только знал, что Ын Су будет так мило себя вести... или сделал бы такой подарок в другой день, а не сейчас. Это его вина, что он не смог предсказать будущее. Он продолжал повторять, что это его ошибка, прижимая губы к его изгибу спины, словно оставляя след, и успокаивал его.

Когда Ын Су слегка поднял голову, он снова проявил свои коварные намерения.

– Так давай сделаем хотя бы одно фото. Ын Су, пожалуйста. Пожалуйста. Ладно? Пожалуйста.

До Квон умолял, глядя на ягодицы Ын Су. Ему было жалко даже трогать их. Сначала он хотел сделать фото, чтобы сохранить их неповреждённый вид до того, как начнёт "пробовать".

Слюна уже давно текла между его зубами, и это было очень неудобно. Он не мог дождаться, чтобы попробовать эту пухлую попку. Он был в нетерпении. Попка Ын Су не была мороженым, которое могло растаять на солнце, но он всё равно спешил.

– …

На настойчивые мольбы До Квона Ын Су слегка поджал губы и задумался. В конце концов, он нехотя кивнул. Сегодня До Квон ведь сделал ему большой подарок. В любом случае, это были трусы, которые он надел, чтобы показать ему. Они уже сделали всё, что могли, так что одна фотография не должна быть такой уж большой проблемой, тем более что До Квон не собирался никому её показывать.

На разрешение Ын Су До Квон быстро снял свои штаны, достал телефон из кармана и бросил их в сторону, не обращая на них внимания.

Пока он спешно включал камеру, Ын Су напряг живот и слегка приподнял ягодицы, оперевшись коленями в одеяло. Он хотел, чтобы фотография получилась сексуальной.

До Квон старательно подбирал ракурс. Он размышлял, снимать горизонтально или вертикально, и в итоге выбрал вертикальный, чтобы на фоне ягодиц также была видна его стройная спина. Его большой палец неустанно нажимал на кнопку спуска затвора, и щелчки камеры не прекращались.

С каждым щелчком спина Ын Су слегка дрожала. Может, это из-за того, что его снимали в такой интимной позе? Или потому, что он впервые стал объектом такого вульгарного внимания? Чувства были странными. Он ощущал взгляд До Квона сквозь камеру. Каждый раз, когда он чувствовал этот взгляд, Ын Су примерно представлял, какие грязные мысли посещают его голову, и его член, который уже давно был в вялом состоянии, внезапно затвердел.

Сделав десятки фотографий, До Квон аккуратно положил телефон на тумбочку. Он сделал глубокий вдох, словно был марафонцем, готовящимся перед забегом, а затем чмокнул выступающую кость лопатки Ын Су.

– Могу я потрогать тебя?

– Да, - ответил Ын Су, и замер, ожидая прикосновений До Квона. От мысли, как его большие руки будут сжимать его ягодицы, снизу живота защекотало. Но вдруг его сильные руки скользнули под бёдра и обхватили ноги. Ягодицы естественным образом приподнялись.

Когда Ын Су издал смущённый стон, До Квон внезапно просунул лицо между его ягодицами.

– Ах! П-почему ты т-трогаешь там?!

Ягодицы Ын Су крепко сжались от удивления. Он протянул руку назад и оттолкнул До Квона за плечо.

Однако До Квон вертел головой из стороны в сторону, упорно впиваясь в пространство между ягодицами. Тонкая нитка едва прикрывала интимные места. Всякий раз, когда Ын Су вертелся или двигал ягодицами, прижимаясь к щеке До Квона, сквозь нитку проглядывали розовые складочки.

До Квон потёр складочку кончиком носа, чувствуя запах тела Ын Су. Это место было источником феромонов омеги - развратная дырочка, сладко пахнущая и истекающая любовными соками.

Глаза До Квона внезапно потемнели. Гон, который и так медленно охватывал его тело, наконец, поглотил его разум целиком. Другой свободной рукой До Квон сжал ягодицу Ын Су и отодвинул в сторону. Его хватка была настолько сильной, что между пальцами протиснулась мягкая плоть.

Его ягодицы были выставлены в таком вульгарном ключе. До Квон высунул язык и лизнул дырочку. Нитка стрингов цеплялась за язык, его это одновременно раздражало и возбуждало.

Лицо Ын Су мгновенно раскраснелось, когда До Квон обнажил его интимное место. Это было не впервые, и уж точно подобное случалось несколько раз. Для До Квона было вполне естественно проникать языком в это место, когда они занимались сексом. Почему-то даже сейчас, когда они были женатой парой, Ын Су всё никак не мог к этому привыкнуть.

Его горячий язык настойчиво проходился по складочкам, вызывая мурашки по спине. Горячее дыхание щекотало, а чувство стыда захлестнуло необычайно сильно.

Он пытался вырваться из объятий До Квона. Его руки ухватились за кровать, а верхняя часть тела задвигалась.

– Ах, х-хён... Мне это не нравится, мхм! Мне это не нравится...

До Квон нахмурился. Движения Ын Су казались неприятными. Он как раз собирался просунуть язык в в набухшую дырочку, желая попробовать внутренности Ын Су. Они впервые занимаются сексом спустя длительное время, поэтому ничего не должно им помешать.

До Квон еще сильнее сдавил бедро Ын Су, что тот широко раскрыл глаза. В то же мгновение феромоны альфы хлынули, словно ливень. Они были острыми, как осколки, и вязкими, как незастывший цемент. Это были властные феромоны, требующие повиновения и запрещающие противиться происходящему.

– Ах…

Бессильно простонав, Ын Су рухнул на одеяло. Его зрачки расфокусировались, словно он был пьян. Взгляд бессмысленно блуждал, не задерживаясь ни на чем.

Когда Ын Су стих, До Квон смог насладиться им в полной мере. Он разжал руку, обхватывавшую его ногу, и развел ягодицы обеими руками. Затем жадно принялся вылизывать отверстие, податливое и распаленное от течки и феромонов До Квона.

– Аы! А, ыын!

Тело Ын Су вздрагивало каждый раз, когда язык До Квона проникал в его отверстие и выходил из него. Доквон облизывал не только отверстие, но и сдавливал яички между его ног, а также долго облизывал всю промежность, отчего тот невольно сжимал колени. Иногда, когда он обхватывал всё отверстие и сильно засасывал, Ын Су выгибался, напрягая все конечности, и начинал дрожать.

Руки До Квона двигались не менее проворно, чем язык. Он сжимал ягодицы Ын Су, дергал за веревочки стрингов, гладил его гладкое бедро, трогал его таз и еще сильнее притягивал его ягодицы к себе.

– Хыы… ынг, хых, хёён…

Бессильно обмякший Ын Су слабо позвал До Квона. Стыд исчез, осталось лишь наслаждение. Вернее, тоска. То, что его сзади облизывали, было хорошо. Но недостаточно. Обычно он мог бы наслаждаться щекочущим удовольствием и достичь кульминации, но сейчас у него была течка.

Ему требовались гораздо более грубые, эротичные и беспорядочные стимуляции. Например, член До Квона.

Но, судя по многочисленным случаям секса с ним, До Квон не отрывал губ, пока сам не был удовлетворен. Обычно он присасывался к ягодицам, отверстию или члену, но иногда его внимание переключалось на палец, ступню, мочку уха или даже икру.

Тогда Ын Су оставалось лишь слабо стонать, пока До Квон жадно облизывал эти места, и ждать, когда же До Квон вонзит свой огромный член в него.

Это было нелегко. Особенно в таком состоянии, когда тело горело от желания.

Ын Су потёрся нижней частью тела об одеяло. Затем, не выдержав, стал поглаживать свой член рукой вверх и вниз. Это был способ удовлетворить своё желание, а также способ стимулировать До Квона.

До Квон был очень одержим. Он любил контролировать и держать Ын Су в своих объятиях. Возможно, это было его конечной целью в жизни.

Но обычно он хорошо скрывал это. Вернее, хорошо сдерживался.

Но не во время секса. Он не скрывал своей одержимости Ын Су. До такой степени, что ему не нравилось, когда Ын Су касался собственного тела. «Это мое. Только я могу прикасаться. Кто посмеет?» Кажется, он думал в таком ключе.

Как и ожидалось. Упорные движения До Квона, лизавшего дырочку Ын Су, резко прекратились. Он холодно посмотрел на руку Ын Су опущенными глазами. Ын Су лежал на боку, широко расставив ноги, и демонстративно тряс своим членом. Затем, полуприкрыв глаза, он смотрел на До Квона и облизывал красные губы.

– Хмм, хён. Не только лижи, а вот сюда, вот сюда…

Ын Су слегка приподнял пальцем свои трусы, влажные от слюны До Квона. И одновременно вставил указательный и средний пальцы в зияющую дырочку.

– Хаа…

Веки невольно затрепетали от более толстого, чем язык До Квона, объёма. Ын Су неловко пошевелил рукой. Он делал такое нечасто, поэтому движения были не очень плавными. Но удовольствие было заметным.

В отличие от первоначального плана спровоцировать До Квона, Ын Су погрузился в мастурбацию. Феромоны До Квона повсюду, тело, раскалённое от течки, слюна До Квона, смочившая пах..

Казалось, что он скоро кончит. Как только он кончит, это жаркое тепло, вызывающее ощущение дискомфорта, немного утихнет. Рука Ын Су задвигалась ещё быстрее. Именно тогда, когда он почти достиг пика...

До Квон крепко схватил Ын Су за запястье. Это было так сильно, что невольно тот невольно ахнул. Пальцы выскользнули из отверстия.

– Это моё, Ын Су. Только я могу войти туда. Даже твоим рукам нельзя.

До Квон прорычал своим характерно низким голосом. Это был довольно жуткий и угрожающий тон, но Ын Су несколько раз моргнул и усмехнулся. Затем он оттолкнул руку До Квона.

– Почему оно твоё, когда ты даже не вставляешь? Оно не твоё.

Сказав это, Ын Су снова потянулся к своей дырочке. Ему было невыразимо жаль, что он остановился на пороге оргазма. Независимо от того, злится До Квон или дуется, он хотел сначала унять жар. А потом уже думать.

Как только он собирался засунуть пальцы в свою дырочку, он случайно взглянул на член До Квона. Точнее, на член, всё ещё заключённым в чёрные трусы. Эрегированный, он выпукло торчал под трусами. Он был таким длинным и большим, что головка дотягивалась до резинки.

– …

Ын Су судорожно вздохнул. Нет, этот великолепный член принадлежит его мужу. Это ничем не отличается от его собственного. "Почему тогда я засовываю пальцы в свою задницу? Я должен иметь возможность использовать его, когда захочу. Вот для чего я женился".

Внезапно он почувствовал себя несправедливо.

Ын Су резко поднял верхнюю часть тела. Затем он расплылся в улыбке, глядя на До Квона, чьё лицо злобно исказилось. Разум и рассудок, захваченные циклом течки, то и дело метались из стороны в сторону.

До Квон вздрогнул, увидев невинную улыбку, а Ын Су сунул свое лицо прямо к нему.

– Хён.

– …

– Приляг.

– …Что?

– Приляг, быстро.

Ын Су оттолкнул грудь До Квона назад. Это не было сильным толчком, но До Квон, который всегда сдавался Ын Су, послушно лёг. За несколько секунд до этого он был потрясён словами Ын Су: "Это не твое". Его тело, кипевшее от гона, словно окатили холодной водой, остыло. Но, увидев, как Ын Су снова улыбается, он почувствовал покалывание в нижней части тела.

До Квон очень старательно и добровольно играл по правилам Ын Су.

Пока До Квон пытался собраться с мыслями, Ын Су залез на его бёдра. И понемногу стащил с него трусы. Когда они были спущены наполовину, его член тут же выскочил.

Ын Су, глядя на его стояк, сглотнул сухую слюну. Он смело вытащил его, но… Может быть, он давно его не видел, но почему он такой огромный? Течка, которая всё время мучила его, утихла.

Ын Су осторожно обхватил член До Квона и медленно провёл по нему вверх и вниз.

– Хаа… Ын Су.

До Квон слегка нахмурился и позвал Ын Су. Что бы он ни говорил, Ын Су был слишком занят тем, что возился с его членом. Объём, наполняющий ладонь, твёрдая текстура и жар вызывали необъяснимое чувство удовлетворения. Он даже начал понимать, почему До Квон так долго целовал и сосал его тело.

Но у него не было времени прикасаться к его телу так долго, как это делал До Квон. Так как место, к которому прикасался До Квон, зудело.

Ын Су чмокнул головку До Квона и, не колеблясь, отпустил его член. Затем он встал на колени и приставил свой зад к члену До Квона. В отличие от его смелости, поза была очень неловкой. До Квон усмехнулся и крепко схватил Ын Су за бёдра, чтобы удержать его равновесие.

Ын Су попытался вставить его член прямо туда. Но как бы ни был силен цикл течки, дырочка, в которую входили только язык и пальцы, не могла проглотить толстую головку.

Ын Су отчаянно стиснул зубы, когда член только давил на складки, но не входил внутрь. Он и так торопился, а член всё время выскальзывал, поэтому он не просто нервничал, а был раздражен.

Прикусив губу, Ын Су без колебаний опустил бёдра вниз. В тот же миг круглая головка члена, раздвинув складки, вошла внутрь.

– Ах…

Ынсу съёжился, втягивая плечи, от неожиданно сильного давления. До Квон тоже чувствовал себя странно. Вены на висках вздулись от внутреннего давления, словно головку члена пытались раздавить.

До Квон схватил Ын Су за талию, не давая ему опуститься ниже. Секс важен, но безопасность Ын Су была превыше всего.

– Не спеши, Ын Су. Можешь пораниться.

До Квон сказал это ласковым голосом. Он изо всех сил старался сдержать нарастающий гон и проявить заботу об Ын Су. Но, к счастью или к несчастью, Ын Су, казалось, ничего не слышал. Оттолкнув руку До Квона, он, извиваясь и крутя бёдрами, опускался всё ниже и ниже.

– Хыы… Нет… Не могу… Мне… Хык, мне нужно было подождать, пока хён… начнёт двигаться… Ах, зря…

Ын Су, глотая член, продолжал ворчать. Расширяющиеся внутренние стенки причиняли боль, но удовлетворение было вдвойне сильнее. Он хотел поскорее принять его всего. Проглотить до самого основания, а затем получить столько спермы, чтобы живот распух.

Ын Су опустился ниже, предвкушая стимуляцию от сильного давления на простату, ожидая сильного удовольствия, словно молния ударит в макушку.

Но этого запала хватило ненадолго.

Он проглотил примерно две трети члена До Квона. Живот казался переполненным. Его тошнило, словно сейчас вырвет. Лицо Ын Су, которое только что горело красным, мгновенно побледнело. Он посмотрел на До Квона с жалобным выражением лица.

– А… что… что мне делать… Не могу… больше… опускаться… Живот сейчас… лопнет…

Бёдра дрожали. В этот момент он остро осознал, какую безрассудную вещь сделал. Ын Су, не желая терять время, и не зная, что делать, медленно приподнялся. Плевать на этот цикл течки, нужно сначала выжить. Нужно немного больше расслабить задний проход, а потом продолжить.

Ын Су начал вытаскивать член, который с трудом проглотил. И вот, когда осталась только головка… Внезапно До Квон крепче схватил его за таз. Ын Су почувствовал неладное и резко поднял голову. Выражение лица До Квона было необычным. Он казался потерявшим рассудок, с холодной решимостью и сверкающими глазами.

Испуганный Ын Су торопливо оттолкнул руку До Квона.

– Нет, нет, нет, хён, это не…

В этот момент До Квон резко притянул тело Ын Су вниз. От огромной силы Ын Су рухнул. Толстый и прямой член сразу же вошёл до самого основания.

– Ах!

Голова Ынсу резко откинулась назад. Он почувствовал фантомное ощущение, будто его живот был разорван или в нём образовалась огромная дыра. Он даже ощупал живот, опасаясь, что он действительно разорван и что член До Квона прорвался сквозь кожу. К счастью, он только вздулся, крови не было видно.

В то же время член, поддавшийся феромонам До Квон, изверг сперму. Беловатая мутная жидкость длинным фонтаном взметнулась в воздух.

Ын Су был в ярости. Сказал же делать медленно! Сказал, что, если он будет делать неправильно, то порвётся! Зачем тогда так ласково говори? Почему вдруг? Однако изо рта вырвались лишь прерывистые жалкие стоны. В широко раскрытых глазах Ын Су стояли слезы. Потом одна капля потекла по краю глаза.

– А, ааа…

В судорогах Ын Су вскоре бессильно рухнул на До Квона. Даже от одного этого движения член До Квона взболтал его живот, и он снова задрожал и кончил. Даже достигая пика, он не мог понять, почему это глупое тело воспринимает эту боль как удовольствие.

Пока Ын Су тёрся лбом о грудь До Квона и стонал, До Квон нежно, но крепко обхватил его спину обеими руками. Затем он уткнулся носом в макушку Ын Су и жадно вдохнул феромоны.

– Ха… Прости, Ын Су. Мне было слишком трудно сдерживаться.

– Хнык, а…

– Медленно, хорошо? Я буду двигаться медленно, - прошептал До Квон тихим голосом и стал медленно отодвигать задницу Ын Су назад, а затем вперед. Его член медленно выходил и медленно входил снова.

Ынсу широко раскрыл глаза и собирался возразить, что теперь-то уж чего медленно, но в этот момент твёрдая головка члена До Квона, царапая, поднялась вверх по простате.

– Ыыыых!

Ын Су, изо всех сил обнимая До Квона, застонал. Всего несколько секунд назад казалось, что его вот-вот разорвут, но внезапно все его чувства стали ликовать. В тот момент, когда До Квон потёр что-то во вздувшейся внутренней стенке. Казалось, что-то щёлкнуло, словно переключатель.

Заметив это, До Квона снова начал вводить и выводить член. После трёх повторений на щеках Ын Су появился румянец. Веки томно опустились, а губы жадно раскрылись. Увидев это нежное лицо, До Квон беззвучно усмехнулся. Он знал тело Ын Су лучше, чем он сам. Сколько лет они вместе проводили в постели. Секс был сотни раз, и если сложить время, когда он проникал в него, можно получить несколько месяцев.

Иногда, когда Ын Су делал что-то милое, как сегодня, До Квон начинал вести себя как девственник впервые занимающийся сексом, но всё равно быстро мог вернуться в своему первоначальному поведению.

До Квон медленно толкался до тех пор, пока тот полностью не поддался наслаждению. Сначала движения были скованными, но вскоре стали плавными. Тело омеги, находящегося в течке, усердно реагировало на присутствие альфы.

– Ых, ах! Хаа, хорошо, ых…" - сладко застонал Ын Су. Подстраиваясь под движения До Квона, он нарочно покачивал бедрами. Наслаждение, которое казалось непосильным ещё недавно, теперь было недостаточно. Он хотел, чтобы его яростно терзали изнутри. Он тосковал по мощным толчкам До Квона, сотрясающим его внутренности.

– Хён, ещё. Ах, сильнее…" - капризным голосом попросил Ын Су.

Его движения, когда он попытался потереться о живот своими гениталиями, выглядели крайне непристойными. Но До Квон даже не знал, что и думать в такой ситуации. Он просто вздохнул и продолжал толкаться не так энергично, как раньше.

Не дождавшись, Ын Су упёрся руками в грудь До Квона и приподнял верхнюю часть тела. Затем, напрягая живот, он начал ритмично двигаться вверх-вниз. Это не в полной мере приносило удовольствие, но всё же гораздо больше стимулировало, чем прежние движения.

Ын Су усердно двигался, так что его чёлка развевалась. Поднимать тяжелое тело было трудно, особенно находясь под циклом течки, но ощущение, когда большой член глубоко вонзался в живот, когда он падал вниз, было невыразимо блаженным.

Ын Су закрыл глаза и издал томный стон, когда его ягодицы плотно прижались к бёдрам До Квона. У него давненько не было такого секса, так что этот момент был особенным. Ему нравился неторопливый секс, которым можно было наслаждаться в полной мере, даже во время течки.

С довольной улыбкой на губах Ын Су вдыхал феромоны До Кона, витающие в воздухе, и усердно двигал бёдрами. Хлюпающие звуки от спермы, смазки и пота кожи, его прерывистое дыхание, заполняющее уши, и тихие стоны До Квона, доносящиеся в промежутках, всё это казалось наслаждением.

Движения Ын Су становились все быстрее и быстрее. Его поясница постоянно выгибалась вперёд. Казалось, что до оргазма осталось совсем немного. Ын Су ненадолго остановился и, смахнув мокрую от пота челку, перевёл дыхание. Он собирался дойти до оргазма, не делая перерыва.

Ын Су крепко сжал губы и медленно вытащил член До Квона. И тут же, когда он собирался снова опуститься До Квон, преданно исполнявший роль секс-игрушки для Ын Су, позвал его тихим голосом.

– Ынсу.

– Ах, ч-что, а?

– Покажи мне свою задницу.

– Что…?

Ын Су озадаченно склонил голову набок. "Покажи задницу". Просьба была простой, но разум, опьянённый наслаждением, не сразу справился. В голове будто всё застыло. Как ему показать задницу? Значит, нужно повернуться. Но как это сделать сейчас, когда член До Квона так глубоко внутри? – успел подумать он.

До Квон, державший его за бёдра, чтобы Ын Су не упал, резко схватил его под ягодицами. Ын Су, не поняв его намерения, широко распахнул глаза. До Квон рывком поднял его худое тело. Член, наполовину вошедший, с влажным звуком выскользнул наружу.

Ын Су почувствовал внезапную потерю, по спине пробежала дрожь. Тело развернулось на пол-оборота. И в тот же миг член вновь вошёл, погрузившись до самого основания.

– Ах!

Ын Су подался вперёд, ударившись лбом о колено До Квона. Перед глазами всё поплыло, в голове возникла путаница – то ли от удара, то ли от ощущения члена До Квона, заполнившего его до предела.

Согнутое пополам тело пыталось обрести равновесие. До Квон сжал обеими руками пухлые ягодицы Ын Су. Встревоженный сильным прикосновением, Ын Су попытался выпрямиться, но нижняя часть его тела лишь приподнялась на несколько сантиметров.

– Ох, о…

Ын Су потерял равновесие, судорожно вцепившись в бедро До Квона. Тело рухнуло вниз, словно сорвавшись с аттракциона "свободное падение". Падение было не просто резким, До Квон с силой тянул его вниз, увеличивая скорость.

Раздался глубокий, приглушённый звук, совсем не похожий на чавкающие звуки, которые издавал Ын Су при движениях. Этот звук был намного тяжелее и плотнее, а сила удара – огромной.

– Ах…

Ынсу почувствовал, будто его живот раздавили. Словно простату поразили тупым мечом, или деревянной колотушкой. Дыхание перехватило, в ушах зазвенело. Внутренние стенки растянулись, и внизу живота возникло болезненное ощущение, похожее на позыв к мочеиспусканию. И в тот же момент член с силой изверг сперму.

– Аа…

Тело Ынсу забилось в конвульсиях, словно выброшенная на берег рыба. Это были непроизвольные движения, скорее, судорога или припадок. По кончику носа текли слезы, смешиваясь с потом и капая на бедро До Квона. Он не мог прийти в себя.

Движения бёдер До Квона всегда отличались грубостью и напором, но в сидячем положении ощущения были совершенно иными. Из-за силы До Квона и собственного веса казалось, что его член вот-вот прорвется наружу.

Самая большая проблема была в том, что это мучительное наслаждение нравилось ему. До такой степени, что если бы кто-то сейчас оторвал ему руку или ногу, он бы и не заметил. Чувствуя член До Квона внутри себя, запах феромонов До Квона, проникающий сквозь кожу, границы между реальностью и фантазией стирались.

Ын Су судорожно вздохнул, его глаза были затуманены, и До Квон снова поднял его ягодицы. Затем он начал яростно двигаться вверх и вниз.

– Ах! Угх, ах! Подожди, помедленнее… слишком быстро, ах!

Ын Су яростно царапал бёдра До Квона, но тот не отвечал.

Как он мог что-то слышать, когда перед его глазами тряслись ягодицы Ын Су? Белая кожа, чёрные стринги, врезавшиеся в розовое отверстие, разглаженное от его члена, проблески красной плоти, блестящая от хаотичной жидкости зона соединения, податливая плоть, сжимающаяся в его руках, и его член, погруженный в него.

Зрачки До Квона сузились. Вены вздулись на тыльной стороне его рук, сжимавших ягодицы и бёдра Ын Су. Напряжённые бицепсы вздулись, словно после тренировки.

– Ах, ах! Хён! Пожалуйста, помедленнее! Ах… прошу… ох…

Ын Су умолял. Слишком быстрый темп и глубокое проникновение пугали его, казалось, будто что-то в его теле вот-вот сломается. Ему казалось, что ягодицы, которые До Квон так крепко сжимал, вот-вот лопнут, как водяной шарик.

Ын Су замотал головой. Он пытался вывернуть пальцы До Квона назад, кричал охрипшим голосом, но всё было напрасно. Напротив, напрягая тело, он сжимал его задницу, еще больше возбуждая его.

Движения До Квона ускорились. Он чувствовал, как пульсирует его член. Ын Су дёргался, обхватывая свой живот. Ему казалось, что живот лопнет, если До Квон случайно ткнёт туда.

До Квон резко потянул Ын Су вниз. Ягодицы сплющились, а его член вошёл до самого основания. Ын Су резко откинул голову назад. Его спина выгнулась вперед, а ягодицы выпятились назад.

Глядя на Ын Су сзади, До Квон коротко выдохнул: "Ах…" Капли пота, стекающие по вогнутой спине. Выпирающие лопатки. Плавная линия талии. Красиво выпирающие бедра и румяные, словно персики, ягодицы. И черные стринги.

До Квон, закусив губу, достиг пика.

– Кх…Хы…

Из-за гона эякуляция До Квона была дольше, чем обычно. И объём был больше. Сперма пропитала каждую щель во внутренних стенках, которые уже были полны его членом.

Ын Су задрожал всем телом, наслаждаясь этим чувством полноты. Ему было одновременно жутко и приятно от тепла, разливающегося в животе.

До Квон закончил только тогда, когда живот Ын Су был наполненным. Ын Су протяжно вздохнул, и обессиленно откинулся назад. Лежа с ним, он чувствовал, как поясница неестественно выгибается. Рёбра выступали словно горный хребет Тэбэк. Поза была неудобной, но сил пошевелиться не было.

– Ух… Задница горит, как будто розгами били, - пробормотал Ын Су, глядя в потолок. До Квон усмехнулся и обнял его, затем начал нежно вылизывать его потную шею. Ын Су же был занят тем, что пытался отдышаться, его грудь быстро вздымалась и опускалась.

Сколько времени прошло, он не знал. До Квон уже готовился к следующему раунду. Ын Су это не удивило и не смутило. Он чувствовал, как его член набухает внутри него с каждой секундой.

До Квон, держа Ын Су за колени, медленно вытащил свой член. Из приоткрытой дырочки потекли струйки его спермы. Ын Су слегка вздрогнул. Жидкость, стекающая по ягодицам, щекотала.

На этот раз До Квон, видимо, решил взять инициативу в свои руки и осторожно уложил Ын Су на кровать. Он привычно закинул ноги ему на плечи.

Эта привычность обрадовала До Квона, и он нежно улыбнулся. Он принялся целовать его икры и колени, пока не заметил грязные от спермы стринги. До Квон с сожалением провел пальцем по тонкой полоске ткани.

При виде этого его член угрожающе дёрнулся. Было немного страшно видеть, как он двигается сам по себе, без прикосновений. Ын Су сглотнул сухую слюну.

Затем он оттолкнул руку До Квона и начал стаскивать трусики.

– Стринги… больше никогда не надену…

– Тогда сегодня надо хорошенько на них налюбоваться, - ответил До Квон, натягивая трусики обратно на бёдра.

– Не, на-дену", - прорычал Ын Су. Он собирался их снять. На самом деле, не было ничего страшного в том, чтобы показать их или носить. В конце концов, он надел их, чтобы показать До Квону.

Проблема была в том, что ему всё натёрло. От бурного секса его ягодицы и пах покраснели, хотя это и не было видно невооружённым глазом, он чувствовал покалывание. Каждый раз, когда резинка натягивалась, скручивалась или терлась, кожу жгло. Казалось, еще немного, и пойдет кровь.

Ын Су уже почти сняла трусики, когда увидел удручённое лицо До Квона. Его отвисшая нижняя губа делала его похожим на брошенного щенка. Ын Су невесело усмехнулся. "Ну, я же не собираюсь уходить из дома. И не развожусь. Просто хочу снять трусики во время секса. Неужели это так разочаровывает, огорчает и печалит? Порой, а точнее, часто, за ходом мыслей До Квона невозможно угнаться".

Но самое главное, что его печальное лицо невозможно игнорировать. Ын Су небрежно зачесал волосы назад.

– Чёрт… Ладно, надену. Держи.

Ын Су снова натянул стринги. Лицо До Квона тут же просветлело, словно включили свет. Эта перемена была такой милой, что Ын Су не смог сдержать улыбку. "Да и ладно, что немного натёрло. Зато мужу приятно".

Решительно раздвинув ноги, Ын Су слегка отодвинул в сторону стринги, врезавшиеся между ягодицами, и жестом поддразнил До Квона, приглашая его наброситься на него. От такой дерзкой провокации у До Квона дёрнулся кадык, и он усмехнулся.

Он нежно поцеловал Ын Су в лоб, а затем начал тереться членом о его дырочку.

– Ынх…

От сладостного удовольствия Ын Су тихо застонал. Ее тело, немного остывшее, снова начало разгораться.

Повседневность

После долгого перерыва на работе, к счастью, мало что изменилось. Хотя в офисе появились несколько незнакомых лиц, большинство сотрудников остались прежними, а обстановка в компании осталась такой же.

Поздоровавшись с коллегами, Ын Су занял своё давно забытое место. Несмотря на то что он долго отсутствовал, на столе не было ни пылинки. Он провёл рукой по чистой поверхности и начал распаковывать свою сумку. Из неё он достал три рамки.

В одной из них была фотография А Ён, играющей с мыльными пузырями, в другой — снимок, на котором они втроём в парке аттракционов с повязками на головах, а в третьей — До Квон, нежно держащий на руках маленькую А Ён с лёгкой улыбкой на лице. Каждая из этих фотографий была символом счастья для Ын Су. Он не мог сдержать эмоций от того, что теперь может поставить семейные фотографии на своём рабочем столе. Это было невероятно трогательно. Пока компьютер загружался, Ын Су с улыбкой разглядывал фотографии.

«Разве жизнь может быть такой счастливой?» - думал он. Семья дарит ему радость, работа приносит удовольствие, а пропуск, висящий на шее, казался ему как цветочное ожерелье. Он чувствовал себя в отличной форме. Если бы не было никого вокруг, он бы, наверное, закружился в танце от счастья.

Потрогав пальцем щёчку А Ён на фотографии, Ын Су сосредоточился на работе. Он начал просматривать все события, которые произошли за время его отсутствия, и планировать текущие и будущие задачи. Хотя во время отпуска он периодически общался с командой и помогал, когда не хватало рук, ему нужно было всё тщательно изучить перед тем, как вернуться к полноценной работе.

Кроме того, ему многое было необходимо согласовать. Когда была назначена дата его возвращения, команда подготовила множество дизайнов и концепций для предстоящих мероприятий, поэтому утро прошло в постоянных встречах.

Наконец, наступило долгожданное время обеда. С широкой улыбкой Ын Су вошёл в столовую. Хотя дома он тоже ел вкусную еду, обед в офисе всегда особенный. Атмосфера была шумной и весёлой, что придавало еде особый вкус.

Он наполнил тарелку до краев. Повар, радостно приветствуя его, щедро накладывал еду. Ын Су не стал отказываться и принял всё, что предложили.

Шестеро сотрудников дизайнерской команды устроились у окна с видом на Тегеран-ро. Ын Су, поливая салат соусом, спросил:

– Как обстояли дела с обедами, пока меня не было?

На его вопрос коллеги без колебаний кивнули.

– Конечно! Господин Со не из тех, кто экономит на еде, когда вас нет!

– Кухня по-прежнему полна угощений. Каждое время года радует новинками. Зимой даже приезжал фургон, где готовили паровые булочки!

– А месяц назад у нас поменяли кофемашину. Я сообщила, что старая не работает, и на следующий день привезли новую!

– Как здорово!

Ын Су с гордостью улыбнулся. Ему было приятно осознавать, что До Квон по-прежнему заботится о компании. В конце концов, это не просто его личный проект - он создавался с мыслью о Бом-и, и было естественно, что он продолжает уделять внимание делу, независимо от того, присутствует он или нет. Однако сохранять эту заботу на протяжении всего времени - это действительно достойно похвалы. «Надо будет его похвалить, когда вернусь домой», - подумал он, поднимая ложку.

Во время обеда Со Ён спросила:

– А где А Ён? Кого вы оставили с ней?

– С прошлой недели она начала ходить в детский сад, - ответил Ын Су, разрывая кимчи палочками. А Ён несколько дней привыкала к новому окружению. Она была более привычна к общению со взрослыми, чем с детьми своего возраста. Возможно, она даже испугалась, потому не плакала, а лишь напряжённо смотрела вокруг, что было очень трогательно.

Поэтому, после долгих обсуждений с До Квоном, они решили пригласить всех семерых друзей А Ён к себе домой. Они думали, что встреча в знакомом месте поможет ей чувствовать себя комфортнее. И, как и ожидалось, А Ён с радостью показывала друзьям каждый уголок дома. Они вместе катались на горке, играли в машинки, бегали по саду и в конце концов сломали один из батутов. С тех пор А Ён стала настаивать на том, чтобы идти в детский сад с самого раннего утра.

С одной стороны, это было радостно, но с другой - немного грустно. Она уже предпочитала играть с друзьями на улице, а не оставаться дома.

Ын Су поджал губы и положил кусочек кимчи в рот. Со Ён, не подозревая о внутренних переживаниях Ын Су, с улыбкой сказала:

– Наверное, вы теперь можете немного расслабиться.

– Пока не знаю. Просто немного грустно. Мы были вместе целыми днями, а теперь расстаемся.

– Не было тяжело с ребёнком?

– Ну... до года было сложно. Она не спала по ночам. Но как только начала спать, стало легче. Я просто укладывал её, и она сама играла. Все трудности взял на себя муж, а я просто дарил ей свою безусловную любовь.

– О, вот как!

– А Ён очень любит есть, как и я. Поэтому кормить её не составило труда. Не нужно было бегать за ней с ложкой. Она не привередлива и ест всё, что ей дают.

Ын Су с удовольствием делился своими впечатлениями, и команда смеялась над его наивной гордостью.

Машина До Квона остановилась перед детским садом, который выглядел как роскошный отель. Приходить сюда одному, без Ын Су, было как-то странно и одиноко.

Ын Су решил остаться на работе допоздна. Он давно не выходил на смену, и у него накопилось много дел, которые нужно было проверить и организовать. Похоже, что его долгое отсутствие всё ещё беспокоило.

До Квон, зная, как Ын Су любит свою работу, не стал возражать. Хотя ему было грустно, что они не увидятся целых двенадцать часов, он понимал, что вскоре увидит их дочь А Ён, которая так похожа на Ын Су, и это его радовало.

Когда До Квон подъехал к детскому саду, он достал из кошелька пропуск и приложил его к считывателю. В этом престижном детском саду, где собирались дети из богатых семей и выдающиеся альфа и омега, вход был строго контролируемым. Это было немного неудобно, но безопасность детей была важнее.

Дверь открылась, и перед ним предстал просторный двор, напоминающий школьный. Дети разного роста разбежались по площадке и играли. До Квон быстро заметил А Ён.

Она каталась на качелях с подругой, и даже с расстояния доносился её радостный смех. Каждый раз, когда качели поднимались, её волосы развивались на ветру, и это было невероятно мило. Утром Ын Су аккуратно заплёл ей волосы, но, похоже, А Ён уже распустила их, и это не имело значения, главное, чтобы ей было весело.

До Квон незаметно достал телефон и включил камеру. С серьёзным выражением лица он запечатлел А Ён. Когда кадр оказался идеальным, он нажал на кнопку спуска. Он сделал несколько снимков с разных ракурсов и сразу же отправил лучший Ын Су. На его лице появилась гордая улыбка.

– Здравствуйте, папа А Ён! - раздался дружелюбный голос.

До Квон быстро повернул голову в сторону. Воспитательница А Ён с улыбкой стояла рядом. Он вежливо кивнул.

Хотя он никогда не испытывал нервозности при встречах с людьми, при встрече с воспитательницей А Ён у него пересохло в горле. Она ведь обучает его драгоценную дочь, и он не хотел, чтобы она его недолюбливала. В то же время ему нравилось, когда его называли «папой А Ён», и от этого ладони слегка покалывало.

– Вы сегодня один?

– Да, муж на работе.

– Понятно. А Ён сегодня не плакала и хорошо играла с друзьями. Она даже дважды получила угощение!

До Квон, скрестив руки, серьёзно кивнул. Хотя это не было чем-то выдающимся или важным, он с интересом слушал.

Воспитательница сказала, что все важные объявления и список необходимых вещей записаны в приложении, и она сейчас позовет А Ён.

До Квон тихо ждал на месте. Воспитательница подошла к детям и позвала А Ён по имени. Девочка, играя на качелях, резко повернула голову.

Увидев воспитательницу, она немного приподняла брови, а затем, заметив Д Квона, расправила своё маленькое лицо в широкой улыбке. До Квон тоже улыбнулся в ответ. Воспитательница помогла А Ён надеть рюкзак, и затем она попрощалась с друзьями, склонив голову в знак уважения. И...

– Папа!

А Ён радостно закричала и побежала к До Квону, словно ветер. Он, присев на одно колено, ждал её. Вскоре к нему прижалась маленькая, мягкая фигурка. До Квон крепко обнял А Ён и прижал губы к её пухлым щёчкам, оставляя поцелуи. А Ён весело засмеялась и откинула голову назад. До Квон, не обращая внимания на её шалости, продолжал изливать свою безграничную любовь.

– Ты скучала по папе, да? А папа очень скучал по тебе!

– Да! Скучала!

На её мгновенный ответ До Квон снова наклонился и поцеловал её. Но А Ён вдруг начала оглядываться, широко распахнув глаза.

– А где папа Ын Су?

– Папа Ын Су на работе.

– Почему?

– Он занят. Папа Ын Су так хорошо работает, что без него компания не может функционировать.

– Ух ты...

– Сегодня мы с тобой поиграем вдвоём, а вечером пойдем за папой Ын Су.

– Отлично!

До Квон кивнул воспитательнице, которая стояла неподалёку, и направился к припаркованной машине. Он открыл заднюю дверь, бросил туда рюкзак А Ён и усадил её в автокресло. Аккуратно застёгивая ремень безопасности, он заметил, как А Ён болтает ногами и весело щебечет.

– Папа, сегодня Вон Хо подарил мне наклейку!

– Наклейку?

– Смотри, какая красивая!

А Ён протянула руку, показывая внутреннюю сторону запястья. На ней была наклейка с изображением пингвина, который забавно покачивал задом. До Квон узнал этого пингвина - он был знаком ему с давних времен. Это была та самая наклейка, которую Ын Су когда-то приклеил на заднюю часть своего телефона.

До Квон, внимательно рассматривая наклейку, аккуратно убрал волосы А Ён за ухо и спросил:

– Хочешь, я куплю тебе наклейки?

– Да! Много-много!

Её большие глаза сияли от радости. До Квон нежно провёл большим пальцем по её глазам.

– Но такие слова говорить не стоит, А Ён. Твой папа из тех, кто может купить тебе даже целую фабрику наклеек.

– …Фабрику?

А Ён удивлённо уставилась на него, не веря своим ушам.

А Ён, похоже, не поняла, о чём идет речь, и наклонила голову вбок, недоумевая. До Квон с улыбкой сменил тему.

– Нет-нет, я могу купить много наклеек. Поедем за ними.

Но, подумав, он осознал, что не сможет купить целую фабрику наклеек. Если бы он это сделал, Ын Су точно не обрадовался бы. Последние слова он решил оставить при себе.

До Квон провёл два часа с А Ён в магазине, где были собраны книги, игрушки, канцелярские товары и художественные принадлежности. В итоге в его руках оказалось шесть бумажных пакетов с покупками, которые А Ён выбрала.

Они время от времени покупали чуррос и корн-доги, а затем устроились в кафе рядом с компанией Ын Су. До Квон заказал кофе, а А Ён выбрала манговый смузи. Он развлекал А Ён, пока она наклеивала стикеры в свой скетчбук, иногда поглядывая на телефон, а потом снова возвращаясь к игре с ней. Когда скетчбук А Ён был полностью покрыт наклейками, пришло сообщение от Ын Су, что он заканчивает работу.

До Квон, прочитав сообщение, вскочил на ноги. Он быстро обнял А Ён и выбежал на улицу.

Ын Су появился менее чем через три минуты. Увидев его, А Ён радостно замахала руками. До Квон опустил её на землю, и она, как стрела, бросилась в объятия Ын Су.

– Я так по тебе скучала! - воскликнула она, крепко обняв его. А Ён уткнулась носом в грудь Ын Су и с наслаждением вдыхала его запах. Ын Су, медленно поглаживая её спинку, подошёл к До Квону. До Квон нежно поцеловал Ын Су в щёку. Он, не отпуская А Ён, крепко сжал руку До Квона, а потом отпустил.

А Ён, всё ещё вдыхая запах Ын Су, вдруг подняла голову.

– Папа! Папа До Квон купил мне наклейки!

– Правда?

– Да! Я наклеила их сюда и сюда. Но у меня ещё много осталось. Завтра я поделюсь с друзьями!

– Вау, ты собираешься поделиться с друзьями? Какая ты молодец, А Ён-и!

– А еще я выпила манговый смузи с папой.

– Молодец! Он был вкусным?

– Да! Но А Ён не поела. Надо покушать.

А Ён, поджав губы, задумчиво кивнула. Ын Су приподнял брови. Уже за восемь, а А Ён всё ещё не ужинала. В этот момент До Квон вздохнул и сказал:

– Она ела корн-доги и чуррос, но это не считается ужином.

Эти слова вызвали у Ын Су улыбку. Её отношение к еде было так похоже на его, что это было просто очаровательно.

– Папа тоже не ужинал. Может, поедим где-нибудь на улице?

Ын Су обратился к До Квону. Он кивнул и достал ключи от машины из кармана.

Троица направилась в ресторан, где До Квон и Ын Су часто бывали, когда только начинали встречаться. Это заведение находилось в Гванхвамун, и здесь подавали густой суп с курицей, а мясо было нежным, к тому же кимчи было просто великолепным — именно поэтому Ын Су особенно любил это место.

Хотя вокруг было много офисов и ресторан был довольно шумным, после того как они опустошали тарелки, ощущение было таким, будто они только что приняли освежающую ванну.

До Квон привычно заказал три порции супа с курицей и добавил одну порцию риса. Внутри курицы уже был клейкий рис, но Ын Су всегда заказывал дополнительную порцию риса, чтобы съесть его с кимчи. Он также не забыл попросить ножницы и детские столовые приборы.

Сначала принесли три стакана женьшеньевого вина. До Квон, как обычно, отдал их Ын Су, ведь он должен был водить, а А Ён была ещё ребёнком. Ын Су с улыбкой расставил стаканы рядом с собой, планируя наслаждаться ими вместе с горячим супом.

Через несколько минут принесли заказанные блюда. До Квон начал разбирать курицу для А Ён. Мясо было настолько хорошо приготовлено, что, просто потянув за кость, оно легко отделялось. Ын Су наливал бульон и клал клейкий рис в свою тарелку, чтобы быстрее остудить.

А Ён, держа ложку, как палочку, с любопытством смотрела на свою порцию, ожидая, когда ей подадут еду. Ын Су, попробовав бульон, добавил немного холодной воды. Суп, который только что кипел, стал тёплым. Он подал его До Квону, который положил нарезанное куриное мясо перед А Ён.

А Ён широко раскрыла глаза и посмотрела на Ын Су, ожидая разрешения.

– Можно есть?

– Да, конечно.

Ын Су немного подтолкнул тарелку к А Ён. Девочка зачерпнула ложкой еду и положила в рот. До Квон и Ын Су с интересом наблюдали за ней. Им стало немного тревожно - вдруг вкус бульона, напоминающий по вкусу лекарственные травы, не понравится ребёнку? Если А Ён не сможет есть, они подумают о том, чтобы заказать что-то другое, например, морепродукты с блинами.

– Вкусно?

Ын Су спросил, и А Ён, задумавшись, осторожно ответила. Затем она энергично кивнула головой.

– Вкусно. Рис вкусный.

– Рис вкусный?

– Да. Как желе.

– …Ну, если вкусно, то и хорошо.

Хотя это не совсем подходило для описания куриного супа, А Ён, похоже, была довольна, раз сразу же взялась за следующую ложку. Успокоенный Ын Су тоже наконец поднял свои палочки. До Квон нарезал кимчи ножницами на мелкие кусочки, и А Ён, взяв вилку, аккуратно уколола их и отправила в рот.

– Не остро? - спросил До Квон.

– Остро, - ответила А Ён с невозмутимым лицом.

– Если остро, не ешь.

До Квон попытался забрать кимчи, но А Ён энергично покачала головой. Затем, с силой ударив ложкой по тарелке с кимчи, она заявила:

– С рисом не остро.

– …

До Квон слабо усмехнулся и отступил. Он немного волновался, не будет ли у А Ён болеть живот, но, глядя на то, как она ест, успокоился. Тем не менее, он продолжал внимательно следить за тем, как А Ён ест, с серьёзным выражением лица.

Ын Су наливал в тарелку А Ён немного воды, а затем с помощью ложки перенёс кимчи в другую миску. Ярко-красный перец, который был на нем, стал менее заметным.

– Если А Ён будет есть острое, у неё заболит живот. Вот так ешь. Даже так будет остро."

– Но... Это странно.

– Не странно. Попробуй. Это то же самое. Ты знаешь, что такое белый кимчи? Это похоже на белый кимчи.

Ын Су, демонстративно взяв промытый кимчи, положил его в рот. А Ён, поджав губы, медленно повторила за ним. После нескольких жеваний она приподняла брови.

– То же самое, да? - спросил Ын Су. А Ён кивнула, а затем продолжила есть.

Наконец, До Квон смог поужинать. Некоторое время в воздухе раздавался только звук столовых приборов. Он и Ын Су поочерёдно следили за А Ён, вытирая ей губы, когда они становились грязными, и подавая ей еду, когда она опустошала свою тарелку.

Через десять минут усердного поедания А Ён положила ложку. Несмотря на то что она хорошо ела, в конце концов, она всё же была ребёнком, и её трапеза всегда заканчивалась раньше, чем у До Квона и Ын Су.

До Квон быстро достал скетчбук и наклейки. А Ён, покачивая ногами, которые свисали с края стула, начала играть с наклейками. Она болтала сама с собой, разговаривая с наклейками и придумывая истории.

Наблюдая за А Ён, Ын Су выпил рюмку женьшеньевого вина. Горьковатый и крепкий напиток заставил его нахмуриться. Да, действительно, выпить после работы - это лучшее, что может произойти. С этими мыслями он зачерпнул горячий бульон.

Вдруг А Ён неожиданно позвала Ын Су.

– Папа.

– Да?

– Папа До Квон сказал, что купит фабрику наклеек.

– …Что?

– А что такое фабрика?

– …

Ын Су медленно моргнул, не понимая, о чём говорит А Ён. Фабрика? Что это значит? Он посмотрел на До Квона, который, замерев с ложкой, не мог продолжить есть.

Рот Ын Су плотно сжался. В это время А Ён потянула его за рукав.

– Что такое фабрика-а?

– Эм, фабрика - это место, где делают наклейки. Там роботы быстро их производят.

Ын Су поднял одну из наклеек, которые были у А Ён. Глаза девочки заблестели. Она сложила руки вместе и с любопытством посмотрела на Ын Су.

– Ух ты... Значит, теперь у А Ён есть фабрика наклеек? Можно принести её домой? А в детский сад? Можно взять? Покажу друзьям!

– Эм... ну...

Ын Су колебался, не зная, что ответить. Затем, собрав толстую пачку наклеек, он разложил их перед А Ён. Их было очень много, и на самом деле это было так.

– У Аён есть столько наклеек, и этого недостаточно?

– Да. Недостаточно.

– Но если А Ён будет использовать по одной наклейке в день, ей понадобится целых сто дней! А сто дней — это десять раз по десять!

– Сто? Десять? Хм... Тогда этого недостаточно.

– Ну, тогда ещё наклеек, когда они закончатся. Как только ты используешь все эти, я куплю тебе новые.

– Хорошо!

А Ён быстро кивнула, а затем с энтузиазмом начала приклеивать наклейки повсюду: на свой скетчбук, на тыльную сторону руки Ын Су и даже на телефон До Квона. Она явно собиралась использовать все наклейки сегодня.

Однако, как бы она ни старалась, интерес к наклейкам, скорее всего, быстро угаснет. Облегчённо вздохнув, Ын Су наклонился вперёд и шепнул До Квону:

– Ты действительно собираешься купить фабрику? Фабрику наклеек?

– …Не знаю.

– Почему не знаешь? Ты сам об этом сказал.

– Просто... это была шутка. А Ён попросила купить много наклеек.

– Но она не понимает, что это шутка. Это действительно шутка, да?

– …Нет. Сначала это не была шутка. Но потом я подумал, что ты точно не одобришь, если я куплю фабрику. Поэтому я решил не делать этого.

До Квон старательно оправдывался. Он действительно думал об этом всего пять секунд, а потом отказался от идеи. Ему было очевидно, что Ын Су не понравится такая затея, так зачем же делать что-то, что вызовет недовольство?

Ын Су прищурился и внимательно посмотрел на До Квона, пытаясь понять, говорит ли он правду или лжёт. Судя по всему, он говорил правду. Он опустил плечи, и Ын Су, почувствовав это, нежно погладил его по руке.

– …Хорошое решение. Молодец.

На эти слова До Квон улыбнулся, и Ын Су тоже рассмеялся, вернувшись к еде. Он быстро доел одну порцию и попросил разогреть остатки, которые оставила А Ён. Когда к ним принесли кипящий суп, До Квон налил воду в стакан Ын Су и спросил:

– Как прошёл день на работе?

– Неплохо. Я переживал, что не смогу адаптироваться, но как только начал работать, всё пошло как по маслу. Я немного беспокоился, что дел слишком много накопилось.

– Значит, завтра ты тоже... будешь задерживаться на работе?

До Квон осторожно спросил. Если Ын Су решит остаться, он не станет его останавливать. Но, как бы там ни было, он не мог не желать, чтобы Ын Су возвращался домой вовремя. Он не против, чтобы он работал, но хотел, чтобы Ын Су старался уходить с работы вовремя. Ему казалось, что это вполне разумное желание.

Ын Су, понимая его мысли, улыбнулся.

– Я постараюсь не задерживаться.

Эти слова осветили лицо До Квона. Похоже, он уже радовал себя мыслью о завтрашнем дне, который они проведут вместе. Сложив руки на столе, он наклонился к Ын Су. Ему было немного жаль, что они не дома - в противном случае он бы с удовольствием поцеловал его в лоб. Подумав об этом, он спросил:

– Закажем паджон? Ты же говорил, что любишь его с кальмарами.

– Нет, не надо. Уже время укладывать А Ён. Нам пора домой.

Ын Су взглянул на свои часы. Близилось десять часов, и для А Ён это было уже довольно поздно. Как только он это осознал, аппетит вдруг пропал. Он положил ложку и быстро вытер рот салфеткой.

– Давай просто уйдем сейчас.

– Что?

– Поскорее.

Он быстро начал собирать вещи. Сначала сунул телефон в карман, затем положил в бумажный пакет скетчбук и наклейки, с которыми играла А Ён. Когда А Ён с широко открытыми глазами посмотрела на него, Ын Су успокаивал её, говоря, что они продолжат дома.

В такой спешке, словно они бежали из зоны боевых действий, До Квон неохотно встал. А Ён протянула к нему руки, и он поднял её на руки, забрав у Ын Су все вещи.

Собрав вещи, Ын Су достал кошелек из внутреннего кармана куртки и направился к кассе. Произнося слова благодарности, он расплатился и поставил подпись, но До Квон смотрел на него с настойчивым, полным раздражения и недовольства взглядом, который не был похож на его обычный, полный любви.

Получив чек и карту, Ын Су вздохнул и посмотрел на До Квона.

– Со мной всё в порядке. Я съел целую порцию, так почему ты смотришь на меня таким взглядом?

– Ты обычно ешь три порции, а сегодня только одну.

– ….

Ын Су поджал губы, но затем, встретившись взглядом с А Ён, улыбнулся и обнял её, не обращая внимания на то, что его куртка помнётся. А Ён привычно уткнулась носом в ткань, и её веки начали тяжело опускаться - она вот-вот уснёт.

Ын Су потянул До Квона за собой к парковке. Под ногами зашуршали камни, характерные для парковочных площадок. До Квон, хоть и с серьёзным лицом, послушно следовал за ним. Ын Су достал ключи от машины из его кармана и открыл дверь. Положив вещи на заднее сиденье, он аккуратно усадил А Ён в автокресло, пристегнул ремень и осторожно закрыл дверь.

Ын Су прислонился к машине и посмотрел на До Квона.

– Мы можем поесть дома. У нас много еды. Пороемся в холодильнике, выпьем с тобой по баночке пива и ляжем спать.

– Ха…

До Квон тяжело вздохнул и откинул волосы назад. Затем медленно кивнул.

– Да, ты прав. Извини.

– За что ты извиняешься?

– За то, что показал такое настроение. Сегодня твой первый рабочий день, и ты, наверное, был в замешательстве, а я…

До Квон закрыл глаза, как будто корил себя, а потом открыл их снова. Увидев его, Ын Су невольно улыбнулся и притянул его ближе к себе.

– Почему ты в плохом настроении? Из-за того, что я меньше поел?

– Нет. Дело не только в том, что ты меньше поел, а в том, что ты снова от чего-то отказываешься.

– …

– Ын Су, мне не нравится, когда ты отказываешься от чего-то.

– Когда появляется ребенок, приходится от чего-то отказываться. Все так живут. Одна пропущенная трапеза - это не так уж и важно.

Ын Су был готова пожертвовать гораздо большими вещами ради А Ён и До Квона. Он не собирался жалеть о том, что отчего-то придётся отказаться. Хотя мог бы почувствовать грусть, но, глядя на свою семью, он знал, что сможет даже так быть счастливым.

Он понимал, что До Квон тоже так думает. Он был гораздо более преданным человеком и, вероятно, понимал его чувства.

Но почему он так выглядит? Почему у него такое грустное выражение лица? В конце концов, это всего лишь одна пропущенная еда. И это не значит, что он голодал - просто поел чуть меньше, чем обычно.

Ын Су нежно обхватил его за запястья. В ответ До Квон уткнулся лицом в его плечо и глубоко вдохнул его запах.

– Да, одну трапезу можно пропустить.

– …

– Но, Ын Су, я не хочу, чтобы ты так делал. Что бы ни случилось, я готов пожертвовать чем угодно, только чтобы ты… не делал этого.

– …

В его тихом голосе, в каждом слове, в каждом слоге, в каждой паузе звучала любовь. Ын Су почувствовал это так сильно, что его рёбра сжались, и он с улыбкой погладил его по спине. Его спина, казавшаяся ему такой большой, вдруг показалась маленькой, как спина А Ён.

– Хорошо, тогда ты должен хорошо позаботиться обо мне.

– Эм, я сделаю всё, что угодно...

– Ты ведь выпьешь со мной пиво, когда вернёмся домой?

– ...

– У меня ведь нет никого, кроме тебя, - произнёс Ын Су эти слова с улыбкой.

– ...

До Квон плотно сжал губы. Он поднял голову и посмотрел на Ын Су, затем обнял его всем телом.

– Да, конечно.

Любовь, исходящая из глубины сердца, заставила его всё тело дрожать от волнения.

Когда ты счастлив, время летит незаметно. Кажется, только что была весна, а уже лето; казалось, осень только началась, а зима уже пришла. Сад у дома то зеленел, то желтел, то белел.

А сейчас мир был окутан белоснежной зимой. В Сеуле зимой выпадает много снега. Каждый день ведущие в новостях повторяли слово "снегопад". Благодаря этому сад был полностью покрыт снегом. Иногда снег падал в таком количестве, что доходил до голени До Квона.

Хотя в саду был человек для ухода за садом, Ын Су не позволял убирать снег на заднем дворе, где играла А Ён. Он хотела дать ей возможность в полной мере насладиться снегом, который можно было увидеть только зимой.

А Ён каждый день носила сапоги до колен и одевала дождевик поверх пуховика. Её челка была промокшей от снега, а кончик носа и щёки краснели от холода — это было так мило! Ын Су и До Квон часто развлекались вместе с А Ён, лепя снеговиков.

Сегодня было так же. Они не уставали от лепки снеговиков и продолжали делать их снова и снова. В последнее время появились разнообразные инструменты для создания снеговиков, и они могли делать их в самых разных формах. До Квон издалека наблюдал за тем, как маленький ребёнок лепит снеговика в зимней одежде под деревом Бом-и.

В последнее время каждый день к ним приходили игрушки, созданные для игры в снегу - все они были заказаны До Квоном. Ын Су начал было беспокоиться: неужели он только и делает на работе, что ищет эти игрушки?

Он только что закончил лепить маленького снеговика и поднял А Ён на руки.

– А Ён-а, тебе не холодно?

– Нет! Совсем не холодно.

Ын Су провёл рукой по щеке А Ён. Несмотря на её слова о том, что ей не холодно, щека была ледяной. Лицо Ын Су сразу стало серьёзным. Он громко позвал До Квона.

– Хён!

До Квон резко повернулся. Ын Су позвал его рукой. Он зашагал к нему на своих длинных ногах. Ын Су первым вошёл в дом, и тут А Ён, откинув голову назад, недовольно произнесла:

– Папа-а, я хочу ещё поиграть!

– Давай зайдём внутрь, согреемся и потом снова выйдем.

– Нет, не хочу...

– Я разогрею шоколадное молоко.

– ...

А Ён плотно сжав губы, обняла Ын Су. Он тихо усмехнулся. "Неужели До Квон ощущал то же самое, когда уговаривает меня?"

Было приятно, но в то же время смешно, когда она ведёт себя послушно, стоит ей только предложить какую-то вкусняшку.

Пока Ын Су снимал обувь с А Ён, До Квон подошёл и снял с неё мокрую одежду. Хотя он старался тщательно её одеть, рукава и колени были полностью промокшими.

– Нужно в ванную? - спросил он, снимая влажную одежду.

– Да. В тёплой воде умой её, - кивнул Ын Су.

– А как насчёт молока для А Ён?

А Ён посмотрела на Ын Су с выражением смешанных чувств: смущения и обиды. Ын Су нежно коснулся её маленького носика пальцем.

– Папа отнесёт тебе в ванную.

После этих слов её недовольство немного утихомирилось. Ын Су покачал головой и направился на кухню, а До Квон повёл А Ён в ванную.

А Ён приняла тёплый душ, поужинала и заснула раньше обычного. Благодаря этому вечер стал более расслабленным. Тихий и спокойный вечер субботы - редкость.

Ын Су сидел на одноместном диване рядом с До Квоном, который работал, и тихо вздохнул. Он размышлял о том, как провести это драгоценное время. Самым простым вариантом было бы поужинать вместе с ним и выпить по бокалу вина, но это можно было сделать и в будние дни.

Будучи офисным работником и отцом, он чувствовал обязанность провести этот вечер более весело и активно.

До Квон время от времени наблюдал за серьёзно задумавшимся Ын Су и тихо смеялся про себя. "Интересно, что же она собирается делать?" Чем дольше он думает, тем меньше остаётся времени для развлечений. До Квон уже подумывал о том, чтобы первым заговорить.

Вдруг Ын Су вскочил с дивана и начал что-то искать на своём телефоне.

– Хён, вышел "Максмен" 5!

Ын Су вошёл в кинотеатр, держа в руках закуски.

Субботний вечер. В кинотеатре было много людей. Это было вполне естественно, учитывая, что он находился в самом центре Каннама, где крутили популярный фильм.

До Квон и Ын Су заняли места на третьем ряду с конца. До Квон предпочитал премиум-залы, когда приходил в кино, но Ын Су не нравились такие залы: хотя сиденья там удобные, экран слишком маленький. Он считал, что если и хочется посмотреть фильм с комфортом, то лучше остаться дома.

Это было довольно разумное замечание. Поэтому До Квон задумался о том, чтобы когда-нибудь организовать зал с премиум-местами и огромным экраном, как в IMAX. Построить его дома было бы сложно, но можно было бы сделать это в родительском доме, убрав уголок в саду. Ему казалось, что это будет отличным подарком для Ын Су на его день рождения через два года.

До Квон невольно усмехнулся при мысли о том, как сильно удивится Ын Су, и передал ему попкорн. Ын Су ел попкорн и проверял видеонаблюдение. На экране появилась комната А Ён. А Ён спала в той же позе, когда они с До Квоном покинули дом. На экране было видно, как няня поправляет её одеяло. Успокоившись, Ын Су выключил телефон и положил его в карман. Затем он начал активно есть попкорн. Когда он почти опустошил ведёрко с попкорном, зал потемнел. На экране появилось знакомый логотип кинокомпании. Спина Ын Су выпрямилась от волнения; его глаза блестели от ожидания.

На экране появился знакомый персонаж, заполнивший всё пространство экрана. Ын Су смотрел на экран с выражением восторга, как ребёнок, смотрящий мультфильм. До Квон время от времени поглядывал на него и наслаждался фильмом вместе с ним. Когда Ын Су закончил есть попкорн, он поставил пустое ведёрко к ногам и взял До Квон за руку. Не отрывая взгляда от экрана, он поднял подлокотник и прижался к его руке.

Его движения были настолько ловкими и уверенными - словно годами оттачивал этот навык. До Квон прикрыл рот рукой и тихо засмеялся.

Время пролетело незаметно. Фильм достиг кульминации и приближался к концу: Маскмен одержал победу над злодеем и скорбел по погибшим товарищам. Ын Су вздохнул с сожалением, массируя руку До Квона.

В этот момент он заметил его милое выражение лица и невольно улыбнулся. Вдруг его внутренний карман начал сильно вибрировать - это был телефон.

До Квон на мгновение задумался. "Стоит ли отвечать? Фильм уже близок к завершению... Может быть не стоит? В выходной вечер в это время никто не звонит без причины... Разве что секретарь? Если это он, значит дело срочное..." В раздумьях До Квон осторожно взглянул на экран телефона, что просто проверить номер.

Звонил неожиданный человек — няня! До Квон быстро поднялся со своего места, но Ын Су схватил его за рукав, спросив беззвучно губами, куда он собрался. До Квон показал ему телефон с напряженным лицом, и тот тоже вскочил со своего места.

– А... ч-что...

Он крепко зажал рот рукой, но из-за волнения из него всё равно вырывались всхлипывания. Сердце колотилось так быстро, что казалось вот-вот разорвётся от боли; за окном машины мчались огни ночного Сеула так быстро, что у него закружилась голова.

До Квон чувствовал себя не лучше: руки крепко держали руль и дрожали от напряжения; он пытался расслабить их - сжимал кулаки в воздухе и снова распрямлял их. Его глаза были полны ярости от медленно меняющихся светофоров - сегодня они казались особенно раздражающими...

До Квон и Ын Су прервали просмотр фильма и направились в больницу, потому что няня сообщила им ужасную новость.

А Ён заболела. Всего два часа назад с ней всё было в порядке, но когда они вернулись, её тело горело от жара. Няня сказала, что её голова была мокрой от холодного пота.

Температура оказалась 39 градусов, и когда она разбудила А Ён, та начала громко плакать, зовя родителей.

До Квон, разговаривая с няней, решил не терять время и сразу поехать в больницу вместо того, чтобы возвращаться домой. Он сказал ей ждать их в приёмном покое.

После этого До Квон взял Ын Су за руку и направился к парковке. Слушая разговор, Ын Су дрожащими руками позвонил педиатру. Он кратко рассказал о состоянии А Ён и попросил приехать в больницу. К счастью, врач находился неподалёку и согласился немедленно прийти.

Ын Су всё время корил себя до тех пор, пока машина не остановилась перед приёмным покоем. Они ведь не собирались выходить из дома... А Ён должна была быть рядом....Как же так? Папа так увлёкся развлечениями...

Он вспоминал, как смеялся над А Ён, катавшейся в снегу. Надо было постоянно следить за её температурой! Он думал, что её щёки покраснели от холода. Но кто бы мог подумать, что это станет предвестником высокой температуры?

Да, А Ён была слишком спокойной и самодовольной. Она была похожа на До Квона — сильная альфа. С самого детства она никогда не болела. У неё даже не было обычной лёгкой простуды или температуры; единственное — она пару раз падала и царапала ладони или колени, но не до крови.

Поэтому они так расслабились. Как можно было не заметить, что маленькая девочка катается в снегу по два часа? Это же очевидно опасно! Но им просто нравилось видеть её улыбку; когда она говорила "Хочу поиграть", они позволяли ей делать это без оглядки на последствия.

Ын Су крепко зажмурился и открыл глаза - машина остановилась. До Квон лишь только припарковался и выключил двигатель, как Ын Су тут же распахнул дверцу и выбежал наружу. До Квон поспешил за ним.

Няня сообщила им, что прибыла в приёмный покой примерно три минуты назад. Она сказала, что А Ён находится в детском отделении скорой помощи и сейчас её осматривают врач и педиатр.

До Квон и Ын Су стремительно бежали по больнице, поражаясь её огромными размерами и запутанными коридорами. Хотя они часто бывали в детском отделении, в приёмном покое оказались впервые и постоянно терялись в лабиринте. Каждый раз, когда они оказывались в замешательстве, До Квон хватал проходящих мимо медсестёр или врачей, чтобы спросить дорогу. Ын Су же всё больше чувствовал, как у него подкашиваются ноги.

Высокая температура у ребёнка - это довольно распространённое явление, но оно может быть крайне опасным. Это могло быть началом многих заболеваний, и если жар не удастся сбить, А Ён могла бы столкнуться с серьёзными последствиями на всю жизнь.

Ын Су всё больше терял ясность в глазах и прикусил нижнюю губу. Он не мог позволить себе плакать - это было бесполезно. Слёзы не решат проблему и не принесут помощи. Он прекрасно это понимал.

Тем не менее, фокус перед глазами был вне его контроля. Ему казалось, что сознание уходит куда-то вдаль, словно он парит в воздухе вместе с разумом.

В этот момент До Квон крепко схватил его за руку. Его рука была тёплой и надёжной.

– Ын Су, нам осталось только повернуть за угол.

– …Да.

Сделав глубокий вдох, Ын Су поднял голову и собрал все силы.

Когда они вошли в приёмный покой и огляделись вокруг, то заметили свою няню на расстоянии - она махала им рукой.

– Господин!

До Квон и Ын Су поспешили к ней. Знакомый врач осматривал А Ён.

Как только А Ён увидела родителей, она начала громко плакать, протягивая руки к ним. Ей хотелось на руки, но во время осмотра это было невозможно.

– Да, А Ён, папа здесь. Папа пришёл.

Ын Су наклонился к кроватке и нежно погладил влажные от пота волосы дочери. Жар исходил от неё так сильно, что даже без термометра было понятно - температура высокая.

– Прости меня, А Ён-а. Извини за то, что пришёл так поздно...

Ын Су прижал губы к лбу дочери и почувствовал, как сердце разрывается от боли при виде её слёз.

– В чём дело? Что с ней? - спросил До Квон врача с напряжением в голосе. Его взгляд был полон решимости получить ответ.

Врач сказал, что нужно провести ещё несколько анализов. Затем он вместе с медсёстрами водил А Ён по различным кабинетам для обследования. У неё взяли кровь, сделали анализ мочи и рентген.

А Ён испугалась незнакомой обстановки и оборудования и закричала изо всех сил. Она плакала так громко, что температура продолжала оставаться высокой. До Квон и Ын Су морщились от боли при каждом её крике.

Прошло несколько часов. Врач изучал результаты анализов и наконец обрадовал их: это всего лишь простуда. Однако из-за высокой температуры А Ён нужно было сделать капельницу с жаропонижающим средством. После этого им предстояло следить за температурой и давать ей жаропонижающее до тех пор, пока она не нормализуется.

Медсестра аккуратно ввела иглу в крошечную ладошку А Ён. Девочка снова разрыдалась, и Ын Су не смог это вынести, поэтому отвернулся. До Квон, взяв А Ён за другую руку, успокаивал её, говоря, что всё уже позади и больше не будет боли.

Вскоре поставили капельницу. А Ён, чувствуя дискомфорт от прикреплённого к руке катетера и повязки, тихо всхлипывала, а вскоре заснула. Несмотря на это, по её щекам катились крупные слёзы. Ын Су осторожно вытер их рукой.

Положив руку на лоб дочери, он заметил, что температура заметно снизилась. Ын Су снял свой тёплый свитер и накрыл им А Ён. В этот момент он жалостно смотрел на опухшие веки девочки.

– Извините, господин Ын Су, - неожиданно произнесла няня с заплаканными глазами.

Ын Су поднял брови и покачал головой.

– Вам не за что извиняться. Это всё наша вина.

– Тем не менее... я должна была обратить на это внимание раньше.

– Даже если бы вы пришли раньше, это не избавило бы А Ён от боли. Если бы не вы, мы бы узнали о её болезни только сейчас. Спасибо вам.

– Господин Ын Су...

– Мы останемся здесь. Вы можете идти. Пожалуйста, возьмите такси.

Ын Су протянул няне карточку. Няня колебалась, но в конце концов покинула палату. Когда она ушла, Ын Су снова повернулся к А Ён, но тут к ним подошла медсестра.

Ын Су и До Квон напряглись. Их сердца забились быстрее от страха перед возможными плохими новостями. Но медсестра произнесла ровным голосом:

– Для Со А Ён подготовили отдельную палату.

Ын Су слегка нахмурился.

– Но... разве она не должна просто получить процедуру и уйти? Я не слышал о необходимости госпитализации.

– Ох, главный врач сказал, что пока А Ён получает процедуру, ей будет комфортнее оставаться здесь. В приёмном покое слишком шумно. Он также посчитал правильным наблюдать за её состоянием до утра. Он скоро придёт и хотел бы с вами поздороваться...

– Поздороваться...?

Улыбка Ын Су исказилась от недоумения. Какое "приветствие"? Сочувствие по поводу болезни А Ён? Или благодарность за то, что они пришли в больницу в такой трудный момент?

Мысли путались в голове. На самом деле такие "приветствия" были обычным делом каждый раз при визите в больницу по различным причинам. И у него никогда не было особых претензий по этому поводу. Это означало лишь то, что они особенные для врачей, ведь заботятся о них больше и уделяют больше внимания из-за их связи с ними.

Но сегодня эти слова почему-то сильно задели Ын Су. Он стиснул зубы, и До Квон встал перед ним, преграждая путь.

– Проводите нас в палату, пожалуйста.

Предложенная палата оказалась очень уютной. В отличие от холодного и шумного приёмного покоя, здесь было тепло и комфортно. Возможно, это было лишь ощущение, но А Ён казалась более спокойной во сне. Температура её тела действительно снизилась.

Ын Су сел на край кровати и начал осторожно гладить А Ён. Ему было одновременно грустно и гордо думать о том, что эта крошечная девочка смогла вынести такую боль.

Увидев обмотанную бинтом маленькую ручку, Ын Су тяжело вздохнул. Он спросил, зачем так много бинтов, и узнал, что дети часто двигаются, и если наклеить маленький лоскуток, они его оторвут.

С одной стороны, это объяснение казалось простым, но видеть такую крошечную руку, обмотанную медицинским бинтом, было тяжело.

Осторожно сжав ручку А Ён, Ын Су закрыл глаза.

– Мы же не собирались... идти в кино...

Он должен был быть рядом. Он должен был узнать об этом раньше. В голове были только сожаления. Сердце сжималось от боли. Казалось, будто в груди образовался чёрная дыра. Дышать становилось всё труднее.

Пока он пытался собраться с мыслями, Ын Су прижал губы к ладошке А Ён.

– Прости меня, малышка. Я не знал, что ты больна...

На глазах у Ын Су навернулись слёзы. Он знал, что плакать бесполезно, но остановить слёзы не мог. В этот момент дверь палаты открылась, и вошёл До Квон с пакетом из магазина.

Ын Су быстро вытер слёзы тыльной стороной руки. До Квон сел рядом с ним и протянул ему стаканчик с горячим чаем.

– Выпей.

– …

– Быстрее.

Ын Су покачал головой, но До Квон был настойчив. Он не мог отказаться и принял стаканчик. Сделав глоток, он почувствовала, как его пересохшее горло стало влажнее. Напряжённые плечи расслабились.

Он продолжал пить чай. Удивительно, но его блуждающие мысли начали постепенно обретать ясность. Неизвестно было только - от чая или от того факта, что До Квон был рядом.

До Квон поправил одеяло А Ён и нежно обнял Ын Су за плечи.

– Всё будет хорошо. Это всего лишь простуда. Температура уже спадает.

– Да, я знаю. Но ничего не поделаешь, когда сердце разрывается.

– Иди сюда.

До Квон крепко обнял Ын Су, притянув его к себе. Он привычно устроился у него под боком, вдыхая его успокаивающий аромат. Ын Су старался передать свои чувства.

– Помнишь, летом А Ён укусил огромный комар? Тогда мне было так больно! Как могла такая толстая ножка потерять столько крови? Тогда я хотел поймать всех комаров на свете! А сейчас... Боль в сердце не передать словами. Я просто... задыхаюсь.

Он слегка ударил себя кулаком по груди. Говоря об этом, его снова накрыла волна грусти. Он смотрел на А Ён, которая тяжело дышала, и его брови нахмурились. До Квон нежно погладил Ын Су по щеке.

– Раз А Ён похожа на меня, значит крепкая. Не переживай. Как только она проснётся завтра, снова будет жаловаться на голод.

– Если так... это хорошо... Но я чувствую себя ужасно. Мне кажется, это моя вина. Я был слишком беспечным...

– Ты не был беспечным. Ты только о ней и думал.

– Просто... у меня такие чувства. Я должен был быть осторожнее. А Ён так быстро растёт, что я подумал, будто она уже взрослая. Но ведь она всё ещё ребёнок...

Он вспомнил, как А Ён всё ещё привязана к нему, обожает наклейки и игры, как засыпает рано вечерами и не может есть острое. И вот он позволил себе думать о том, как развлечься без неё...

Чувство вины Ын Су только усугублялось. До Квон молча смотрел на него. Он никогда не видел его таким и не знал, как утешить или как уменьшить его чувство вины. Это была настоящая задача.

До Квон вздохнул, чередуя взгляд между А Ён и Ын Су. Его вздох слегка коснулся его волос и рассеялся в воздухе. В этот момент Ын Су резко поднял голову и начал пристально смотреть на До Квона. Он неловко встретил его взгляд.

– …

– …

Между ними повисло молчание... неловкое молчание. До Квон собирался спросить его о причине такого состояния, но Ын Су прервал его:

– Хён.

– Да?

– Ты... в порядке?

– Э? Почему спрашиваешь?

– Ты тоже был шокирован из-за болезни А Ён? Ты... в порядке?

Ын Су, перебирая пальцами руку До Квона, спросил его с беспокойством в ясных глазах. Это беспокойство, которое раньше касалось только А Ён, теперь полностью принадлежало До Квону.

Ын Су был уверен, что До Квон тоже не в порядке. Они были супругами и вместе воспитывали ребёнка. Оба были новичками в родительстве, и болезнь А Ён стала для них настоящим испытанием. Если ему было тяжело, то и ему не могло быть легко. Просто из-за глубокой печали Ын Су у До Квона не было возможности выразить свои чувства.

Это было неправильно. До Квон тоже нуждался в утешении.

– …

До Квон не смог найти слов. Он действительно был шокирован. Как только он услышал о болезни А Ён, мир вокруг него потух. Он едва помнил, как добрался до больницы и как оказался здесь.

В его голове всплывали мысли о Бом-и и страх потерять А Ён. Он понимал, что если это произойдёт, то они с Ын Су просто рухнут; их жизнь сгорит дотла.

Тем не менее, он пытался успокоить себя: «Наверное, всё будет хорошо». Ын Су пережил смерть Бом-и и испытал всю боль на себе. Страдания До Квона не могли сравниться с его.

Когда До Квон уже собирался сказать, что всё в порядке, Ын Су прервал его:

– Ты не в порядке.

Он нежно погладил его по подбородку. Эти слова заставили До Квона вздохнуть с трудом. Ын Су обнял его и медленно провёл рукой по его широкой спине.

– Как ты сам говорил, А Ён будет в порядке. Ведь она твоя дочь. Поэтому будет здоровой и сильной.

– …

– Завтра мы вернёмся к обычной жизни: поедим дома, поиграем...

Спокойный голос Ын Су ласково звучал в его ушах. До Квон проглотил слюну. Его сердце забилось быстрее. Все подавленные тревоги и печали вдруг исчезли - Ын Су словно поглотила их за него.

Закрыв глаза и стараясь собраться с мыслями, До Квон не смог удержаться и крепко обнял Ын Су. Он уткнулся носом в его волосы и снова вдохнул его тёплый аромат. Это маленькое тело было таким огромным и уютным - никто другой не смог бы понять этого чувства.

Тот комфорт и спокойствие, которые дарил ему Ын Су, были только для него одного. Именно поэтому они были такими особенными и ценными.

– … Да, так и будет. Завтра мы вернёмся к обычной жизни, - ответил До Квон подавленным голосом. Ын Су слегка улыбнулся и обнял его ещё крепче. Его улыбка была искренней, поэтому До Квон почувствовал прилив сил и шепнул:

– Я тебя люблю, Ын Су.

– Я тоже тебя люблю, хён.

Закрыв глаза, До Квон полностью погрузился в эти ощущения. Иногда он задумывался: о чём же думал Бог, создавая Ын Су таким удивительным? Ответа на этот вопрос у него не было.

Но он не стремился найти ответ, ведь ему просто хотелось наслаждаться этим чудом рядом с собой до конца своих дней.

Вместе с Бом

Конец весны. Ын Су, До Квон и А Ён направились в универмаг, расположенный рядом с большим торговым центром, чтобы сделать покупки. Обычно продукты питания покупали домработницы, но закуски и фрукты они предпочитали покупать сами. Это был отличный способ провести время вместе с семьёй и пообедать вне дома.

Торговый центр оказался довольно большим, оформленным как маленький городок с прудом в центре и красивыми прогулочными дорожками. Погода была тёплой и немного душной, а вокруг можно было увидеть молодые пары и семьи с детьми.

До Квон и Ын Су не отвлекались на другие магазины и сразу направились в универмаг. Если А Ён зацепится за что-то интересное, они могли бы провести там несколько часов, поэтому сначала нужно было завершить свои дела.

Наконец, добравшись до продуктового отдела универмага, они вздохнули с облегчением. Ын Су вытащил тележку, а До Квон посадил А Ён в неё. Раньше А Ён была слишком маленькой для такого, но теперь она подросла и прекрасно помещалась. Она сама вытянула ножки и крепко держалась за поручень.

До Квон улыбнулся и чмокнул её в пухлую щёчку. А Ён, привыкшая к проявлениям отцовской любви, начала нетерпеливо дёргать ногами, призывая их двигаться быстрее. Ын Су достал из рюкзака её худи и успокаивающе сказал:

– Хорошо, хорошо. Давай наденем это.

В продуктовом отделе было прохладно: много холодильников и морозильников. Это была идеальная среда, в которой ребёнок может заболеть. После того как А Ён сильно заболела ранее, Ын Су и До Квон стали особенно внимательны к её температуре и всегда брали с собой верхнюю одежду.

Увидев одежду, А Ён протянула руки. Ын Су ловко одел её в худи, застегнул молнию, натянул капюшон и завязал шнурок на бантик. В результате щёчки А Ён стали ещё более пухлыми.

– …

Увидев это, Ын Су прикусил нижнюю губу. Не выдержав, он чмокнул А Ён в щёчку так же, как это сделал До Квон.

– Наша дочка такая милая! Такая красивая!

От его восторженных слов До Квон засмеялся. После нескольких поцелуев А Ён начала отталкивать Ын Су с лёгким недовольством. Ын Су немного расстроился, поэтому До Квон решил это исправить: он обнял его за талию и чмокнул в волосы. На лице Ын Су появилась лёгкая улыбка.

– Что нам купить?

– Сок для А Ёнг, молоко, сыр и пищевые добавки. И не забудь про свои закуски и соджу. Фрукты тоже подойдут.

– Тебе ничего не нужно?

– Мне?

До Квон задумался на мгновение, а затем тихо прошептал ему на ухо:

– Презервативы?

Ресницы Ын Су затрепетали от смущения. Он быстро взглянул на А Ён, которая, казалось, не обращала внимания на разговор пап, а была полностью поглощена яркими фруктами, сложенными в огромные горы. Ын Су тихо вздохнул и толкнул До Квона локтём в бок. До Квон с игривой улыбкой ответил ему.

– У нас дома ничего не осталось?

– Нет, всё закончилось. Вчера всё использовали.

– Здесь тоже продаются подходящие по размеру хёна?

– Не знаю. Надо поискать.

– …А нельзя просто заказать в интернете?

– Нельзя. Может, понадобиться прямо сегодня.

Ын Су замолчал, размышляя о том, как он стал так серьёзно относиться к использованию презервативов. С одной стороны, это было важно, но гораздо больше его беспокоило, что он ненавидит пачкать постельное бельё. Раньше после секса он сам убирал грязное бельё, но с тех пор как в доме постоянно стала работать домработница, он полностью отошёл от домашних дел. Мысль о том, что кто-то другой будет стирать простыни, испачканные его телесными жидкостями, вызывала у него мурашки по коже. С тех пор он старался использовать презервативы всякий раз, когда это было возможно.

Ын Су не стыдился эякулировать — в конце концов, именно До Квон всегда был виновником в этом.

Внезапно Ын Су вздрогнул от своих мыслей и осознал, что сейчас находится на улице и думает о таких непристойных вещах, особенно рядом с А Ён. Он зажмурился и снова открыл глаза, стараясь избавиться от этих мыслей.

– Сегодня просто сделаем это в ванной.

– …Серьезно?

– И закажи через интернет.

Ын Су поспешно завершил разговор. Хотя их беседа была короткой, До Квон улыбнулся с довольным выражением лица. Увидев его улыбку, Ын Су покачал головой и продолжил толкать тележку вперёд.

До Квон быстро последовал за ним. Они начали наполнять тележку различными продуктами: купили фрукты и попробовали мисо-порошок на дегустации. Он оказался настолько вкусным, что они решили взять упаковку, также они купили упаковку черри-томатов.

Затем они подошли к молочным продуктам. А Ён сразу же оживилась - она знала своё "царство". До Квон аккуратно опустил её на пол. А Ён побежала к полке с детским молоком с блестящими глазами.

Ын Су и До Квон стояли немного в стороне и наблюдали за ней. Они предпочитали позволить А Ён выбирать то, что она хочет купить. Сначала она просила купить всё подряд, но теперь у неё уже сложился собственный вкус и она сама выбирала подходящие продукты.

– Папа! Я хочу это!

Сегодня она выбрала детское банановое молоко и шоколадное молоко. Ын Су присел на корточки и проверил состав выбранных продуктов А Ён. Он внимательно посмотрел на срок годности…

– А Ён хочет купить всего три упаковки бананового молока и две упаковки шоколадного, но это слишком много, - пожаловалась она, тыкая своими маленькими пальчиками в четыре связки молока. Поскольку это не магазин у дома, молоко не продавалось поштучно. До Квон с улыбкой погладил её по голове.

– Остальное может выпить папа. Папа тоже любит молоко.

– Правда?

– Да.

– Тогда… А Ён… хочет ещё клубничное молоко…

А Ён закусила губу и посмотрела на До Квона с надеждой. Её большие глаза сверкали под ярким светом магазина. От её милого взгляда До Квон чуть не подавился. Он, шатаясь, похлопал Ын Су по плечу, и тот кивнул в ответ. До Квон обнял А Ён и быстро направился к холодильнику.

А Ён с серьёзным лицом изучала различные виды клубничного молока. В конце концов она выбрала упаковку с изображением улыбающейся клубники. До Квон проверил срок годности и положил её в тележку.

Увидев, как тележка наполняется, А Ён радостно улыбнулась, и Ын Су с До Квоном невольно последовали её примеру. Какое-то простое клубничное молоко сделало их троих счастливыми.

Затем они подошли к заветному отделу с закусками. Это место было настоящим раем не только для А Ён, но и для Ын Су, который на мгновение потерял бдительность. Поэтому До Квону нужно было быть особенно внимательным - иначе он мог бы поддаться очарованию этих двух милых созданий и купить что-то вроде целой фабрики сладостей.

Ын Су без разбора набирал шоколадные батончики, чипсы и снеки. Он не обращал внимания на количество - две или три упаковки, просто бросал всё в тележку, а До Квон его не останавливал. Ын Су знал, что всё, что он выберет, будет съедено до последней крошки. Он задумался о том, не стоит ли взять ещё одну тележку для всех этих закусок.

В конце концов он положил в тележку коробку мятно-шоколадных конфет. В одной коробке было двенадцать штук, но после недолгих раздумий он взял ещё одну коробку. До Квон наблюдал за ним с интересом. Почувствовав его взгляд, Ын Су тихо оправдался:

– Это… я возьму на работу. У нас в команде все любят мятные конфеты.

– …Я ничего не говорил.

На слова До Квона Ын Су неловко улыбнулся. Тот провёл пальцем по краю коробки.

– Ты просто стыдишься.

До Квон усмехнулся. Если бы кто-то увидел это со стороны, мог бы подумать, что он запрещает своему мужу есть то, что ему хочется. Конечно, он старался избегать всего вредного для здоровья, но шоколад — это вполне приемлемо. Иногда ему было немного тревожно от мысли о том, что Ын Су может съесть целую коробку за раз, но никогда не запрещал ему этого.

До Квон смотрел на Ын Су с недовольным выражением лица в то время как А Ён с детскими сладостями вдруг подняла голову:

– Ты стыдишься? Папа стыдится? Почему он должен стыдиться?

На эти слова Ын су округлил глаза от удивления. А Ён тоже удивлённо распахнула свои глазки. Их одинаковые взгляды встретились в удивлении - это было так мило! До Квон чуть не потерял сознание от этой прелести.

Ын Су подошёл к А Ён и покачал головой.

– Папа не стыдится. Я имел в виду, что у меня на душе тяжело.

– Значит, у тебя болит сердце?

А Ён маленькими ручками коснулась груди Ын Су. На его лице от смущения появился лёгкий румянец.

– Нет… эээ…

Ын Су почесал лоб, размышляя, как объяснить это. Если сказать, что он чувствует угрызения совести, то придётся объяснять, что такое совесть. И что "пощипывать" не значит, что его уколол шип или игла. Это явно затянется надолго.

Пока Ын Су мучился с объяснениями, До Квон встал перед А Ён и наклонился к ней, встретив её блестящие глазки.

– Это значит, что его грызёт совесть.

– Угрызения совести?

– Да. Когда ты делаешь что-то плохое, твоя совесть внутри тебя начинает колоть сердце.

– У А Ён тоже есть совесть?

– Да. Она есть у тебя, у папы и даже у папы Ын Су.

– …Угрызения совести причиняет боль?

– Эммм… Это зависит от того, насколько плохое дело ты сделал. Например, папа Ын Су много съел шоколада и теперь чувствует угрызения совести. Но это не так уж плохо. Ты помнишь, как тебя укусил комар?

– Да! Огромный комар укусил меня за ногу!

– Вот это примерно настолько же больно.

– Значит, если сделать много плохих дел, то совесть будет колоть сильнее?

– Верно. Если поссориться с другом или сказать что-то плохое или не слушать учителя - тогда твоя совесть станет сильнее и будет колоть твоё сердце ещё больше.

А Ён задумалась и нахмурила брови. Похоже, понятие "совесть" было для неё новым и немного пугающим. До Квон не ожидал, что она поймет всё с первого раза, поэтому пообещал объяснить ей это снова дома. А Ён кивнула в ответ.

– Молодец, Хорошо объясняешь.

Ын Су молча слушал их разговор и погладил спину До Квона. Он был безмерно благодарен за то, что воспитывает детей вместе с ним. Каждый раз, когда возникали трудности и он не знал, как поступить, До Квон всегда появлялся и находил решение. Каким же он был надёжным человеком.

До Квон с гордой улыбкой смотрел на А Ён. Вдруг она подняла голову и задала неожиданный вопрос:

– Так кто же сильнее: совесть или папа?

На неожиданный вопрос Ын Су и До Квон одновременно замерли. Их глаза забегали, словно искали ответ. Затем они одновременно произнесли:

– Папа.

– Совесть.

Первый ответил До Квон, второй - Ын Су. Они начали обмениваться взглядами, полными недоумения, и снова одновременно произнесли:

– Совесть.

– Папа.

Ответы снова разошлись. Ын Су закрыл глаза от разочарования, а До Квон сглотнул комок в горле. А Ён смотрела на них с любопытством, скрестив руки и тяжело вздохнув.

– Хм... Папы, вы действительно не можете определиться. Скажите мне решение позже.

– Да, прости, - с улыбкой ответил До Квон. А Ён помахала рукой, как будто говоря "всё в порядке", и вновь сосредоточилась на персонаже на упаковке детских сладостей. Ын Су прижался лбом к плечу До Квона и глубоко вдохнул его аромат.

– Это сложно... очень сложно...

До Квон кивнул в знак согласия.

После этого они продолжили покупки и вскоре их тележка была почти полной. Когда До Квон потянулся за пакетом с закусками, который давил на спину А Ён, Ын Су вдруг остановился.

Рядом проходила акция орехов: если угадать количество и виды орехов, можно было получить пакетик в подарок. У стенда стоял сотрудник в фартуке с логотипом производителя орехов и улыбался.

Ын Су прищурился. До Квон заметил его взгляд и быстро развернул тележку.

– Ты хочешь попробовать?

– Эээ... может быть, посмотрим?

Когда они подошли к стенду, сотрудник с радостью протянул им маленький стаканчик с орехами.

– Здравствуйте! У нас акция на орехи. Попробуйте! В одном пакете 20 порций, 100% из Калифорнии. Один пакет стоит 27 000 вон, но если купите сейчас, то два пакета можно купить всего за 40 000 вон!

Ын Су кивнул в знак приветствия и взял стаканчик. Он положил миндаль в рот До Квона, затем дал сушёную клюкву А Ён, а оставшиеся орехи сам положил себе в рот. Вкус был насыщенным, но ему не показалось особенно вкусным - он предпочитал сладкие и соленые закуски, а не такие нейтральные.

До Квон заметил его выражение лица и тихо сказал:

— Ты же обычно такое не ешь.

Ын Су слегка кивнул в знак согласия.

– Верно. Но ты же их любишь.

– ...Я?

"Люблю? Орехи?"

До Квон приподнял брови, как будто это было для него открытием. Ын Су, отряхивая пыль с его свитера, продолжил:

– Ты же съел все, что лежали в гостиной.

После рождения ребёнка Ын Су получил множество подарков от друзей и родственников. Среди них был и набор орехов, который ему совсем не хотелось открывать. Поэтому он убрал его подальше, но когда срок годности стал подходить к концу, решил достать его и положил рядом с пищевыми добавками на кухне. Надеялся, что если они будут на виду, кто-то хотя бы попробует.

Но неожиданно До Квон начал потихоньку их поедать. Он брал немного с собой на работу, забирал в свой кабинет или ел вечером, смотря телевизор с Ын Су. Так он незаметно опустошил целую коробку. Ын Су чётко помнил пустую упаковку.

– Просто... они были под рукой.

До Квон ответил с недоумением на лице. Ын Су не удержался и улыбнулся.

– Ты же не тот человек, который ест просто потому что еда перед ним.

До Квон всегда имел чёткие предпочтения в еде и был довольно привередливым. Даже когда они ходили есть жареные потроха, он только готовил их, но сам никогда не пробовал. Человек с такими привычками вряд ли стал бы есть просто так. Ведь он ел только то, что ему нравилось.

– ...

До Квон молчал, похоже, шокированный тем фактом, что ему нравятся орехи. Ын Су легонько похлопал его по руке и посмотрел на пакетик с орехами, который протянул сотрудник магазина. В нём было много разных видов. Они выглядели интересно.

– У вас нет версии без фруктов?

– О, есть! Вот здесь! В этом варианте вместо сушёных черники и клюквы используется сушёный кокос, но орехов здесь намного больше.

– Хм...

Ын Су задумался с серьёзным выражением лица. Затем решил купить по одному пакету каждого вида. Они не слишком сладкие, но До Квон должен всё попробовать;

– Вот ваши покупки! Спасибо за покупку! Хорошего дня!

Вежливый сотрудник положил орехи в бумажный пакет и протянул его Ын Су. Он улыбнулся и принял пакет, но в этот момент А Ён потянула его за одежду.

– Папа, дай ещё!

На эти слова сотрудник магазина с блеском в глазах подошёл ближе.

– У нас есть специальные наборы орехов для детей. Хотите взглянуть?

В итоге Ын Су купил четыре пакета орехов - для А Ён и для До Квона. Он задумался, не слишком ли это много, но тут же успокоил себя: «Эй, это же полезно для здоровья».

Стоя у кассы самообслуживания, Ын Су искал штрих-код на товарах. До Квон тем временем складывал оплаченные товары в пакет. А Ён при этом крепко держалась за его ногу и сосала безсахарные конфеты, которые они купили раньше.

Когда Ын Су вставил карту и завершал оплату, До Квон вдруг обнял пакет с орехами и сказал:

– Как же их жалко есть.

– ...Что? - переспросил Ын Су, не веря своим ушам.

– Ты же купил их.

– Но... я заплатил за них деньгами хёна...

Ын Су показал только что выданный чек и чёрную карту. На карте чётко было написано [Со До Квон]. До Квон покачал головой с серьёзным выражением лица.

– Нет, ты купил их.

– ...Ну да, я выбрал их...

Ын Су неохотно согласился. В ответ на это лицо До Квона расплылось в широкой улыбке.

– Мы действительно как женатая пара. Ты знаешь о моих предпочтениях больше, чем я сам.

– Мы действительно женатая пара. У нас даже есть штамп о регистрации брака... И разве удивительно, что ты любишь орехи?

– Удивительно то, что ты знаешь о моей любви к орехам.

До Квон начал нежно гладить пакет с орехами. Ын Су не удержался и рассмеялся - было так мило видеть его счастливым из-за такой мелочи. Несмотря на его крупное телосложение и мускулы, которые заметно выделялись под свитером, он выглядел по-настоящему очаровательно. Он сам не мог поверить в это.

До Квон с нагруженной тележкой продуктами направился к парковке, но орехи бережно прижимал к себе отдельно. Ын Су не смог сдержать смешок.

После того как они загрузили все покупки в машину, пара решила немного погулять на улице. До Квон собрал в сумку для А Ён все необходимое: влажные салфетки, закуски, воду, тёплую одежду и маленькую ложечку. Тем временем Ын Су убрал тележку для покупок.

А затем они втроём вышли на улицу.

Торговый центр был оформлен как маленький городок на свежем воздухе. Тёплые солнечные лучи ярко светили над их головами, а в воздухе витал весенний аромат.

Ын Су медленно закрыл глаза, а затем открыл их. Он наслаждался запахом цветов из ухоженных клумб, слышал смех людей, щебетание А Ён, низкий голос До Квона и ощущал атмосферу весны - сезона, который не мог не быть особенным. Возможно, он останется таким до конца жизни. Всё вокруг было невероятно мирно.

Они прогуливалась по торговому центру. Они покатали А Ён на маленькой детской карусели и зашли в игровую комнату, где играли в "Найди отличия". В бутике они купили по паре обуви для А Ён и До Квона, а в магазине головных уборов приобрели милую белую кепку с кошачьими ушками для А Ён. Она была просто очаровательной! До Квон и Ын су не могли удержаться от смеха и сделали около восьмидесяти фотографий.

После весёлого времяпрепровождения они начали думать, чем заняться ещё.

– Ты голоден? - спросил До Квон.

– Немного. Но я не так уж голоден, чтобы сейчас пойти есть. А ты, А Ён-а? Хочешь поесть?

Ын Су обратился к А Ён. Девочка задумалась, прикусив губу, а затем указала на что-то вдалеке.

– А Ён хочет это!

До Квон и Ын Су одновременно посмотрели в ту сторону.

[30-сантиметровое мороженое]

[Ваниль/Шоколад/Клубника]

Там была небольшая лавка мороженого, из которой выходили люди с длинными морожеными в руках. Глаза Ын Су заблестели от радости при виде мороженого, тогда как До Квон нахмурился, но не стал возражать.

– Папа тоже должен попробовать! - заявила А Ён, когда они подошли к лавке с мороженым. Она настаивала на том, чтобы все трое вместе ели мороженое - это была ее детская упрямость.

Это было то самое упрямство: зимой идти в детский сад только в термобелье; чистить зубы шампунем; намазывать солнцезащитный крем на еду; есть рис перевёрнутой ложкой; спать в машине... Такие странные капризы были совершенно непонятны взрослым.

Но если их не выполнить, она могла закатить истерику так, будто мир рушится вокруг.

– Три порции мороженого, пожалуйста, - без лишних вопросов заказал До Квон и протянул карту. Его лицо уже выражало нелюбовь к сладкому, и Ын Су не удержался от смеха. А Ён подняла одну руку и закричала:

– Я хочу клубничное и ванильное!

– Я хочу клубничное и шоколадное. А ты, хён?

– Я... дайте мне ванильное, пожалуйста.

Ын Су снова засмеялся, хлопая себя по бёдрам. Он не мог сдержать смех, представляя, как До Квон будет есть 30-сантиметровое ванильное мороженое.

Получив порцию длинного мороженого, троица устроилась на скамейке. А Ён весело болтала ногами и лизала своё мороженое. Её маленький язык выглядел очень мило.

– А Ён, вкусно? - спросил Ын Су.

– Да! - быстро кивнула девочка, её короткие смешно взлохматились. Ын Су нежно провёл рукой по её голове.

– Если станет холодно, обязательно скажи, хорошо?

– Да!

– А ты, хён... как тебе? Вкусно? - снова спросил Ын Су. До Квон медленно кивнул после того, как откусил мороженое. Он старался не показывать свои эмоции, но Ын Су снова не удержался от смеха.

– Почему ты всё время смеёшься, папа? - удивлённо спросила А Ён с широко открытыми глазами.

– Потому что мороженое очень вкусное! - ответил Ын Су, глядя ей в глаза. А Ён кивнула и снова сосредоточилась на своём лакомстве.

– Попробуй шоколадное! - предложил Ын Су, протянув своё мороженое. А Ён высунула язык и лизнула его, затем подняла большой палец вверх в знак одобрения.

Они наслаждалась мороженым. Точнее, Ын Су и А Ён с удовольствием ели его. Это был прекрасный весенний день.

Однако радость длилась недолго. Когда А Ён с аппетитом ела мороженое и у нее на губах остались остатки, она, пытаясь смахнуть их, случайно рукой задела оставшуюся часть. Мороженое смешанное с белым и розовым цветом упало на землю.

– ....

– ...

– ...

В воздухе повисла тишина. Все трое одновременно закрыли рты. А Ён глубоко вздохнула и начала дёргать губами. Её веки задрожали, а пухлые щёчки начали подрагивать в преддверии слез.

– А Ён-а... мороженое... - тихо произнёс Ын Су.

– А Ён-а, не переживай. Папа купит тебе еще одно, - успокоил её До Квон.

– Но я уронила его... - всхлипывала девочка.

– Это не твоя вина. Такое бывает. Мороженое было тяжёлым. Я сейчас же куплю тебе новое, только уберём это...

Ын Су быстро достал влажные салфетки. До Квон нежно вытер слёзы с щёк А Ён своим рукавом и протянул ей своё мороженое, которое почти не тронул.

– У меня ванильное. Может, попробуешь его?

– … - А Ён надула нижнюю губу и смотрела то на упавшее мороженое, то на то, что держал До Квон. Затем она попыталась опуститься, чтобы дотянуться до упавшего лакомства. Ын Су быстро поднял её и посадил обратно.

– Папа сам уберёт это.

– Но это я уронила...

– Ничего страшного. Папа может помочь. Для этого я здесь, - с улыбкой ответил До Квон и начал убирать мороженое с асфальта с помощью влажных салфеток. Ын Су помог ему и выбросил в мусорку.

Они управились быстро. Когда До Квон уже собирался выбросить мусор, Ын Су быстро перервал на себя инициативу.

– Я сам выброшу. Присмотри за А Ён, - сказал он и направился к мусорному ведру.

До Квон кивнул в знак согласия и сел рядом с А Ён, держа мороженое в руках.

Ын Су быстро дошёл до урны, выбросил мусор и вытер липкие руки влажной салфеткой. Когда он обернулся...

– …

Ему открылась трогательная картина: До Квон и А Ён сидели вместе с мороженым в руках. Ничего особенного в этом не было: отец и дочь просто наслаждались лакомством.

… Или все-таки было?

Ын Су задумался, глядя на них. До Квон нежно вытирал слёзы с ресниц А Ён и что-то шептал ей на ухо. Девочка кивала, пробуя ванильное мороженое от папы, а затем вдруг расплылась в улыбке. Похоже, он смог её успокоить.

Лучи весеннего солнца мягко освещали их лица, словно сама весна благословляла эту пару на счастье.

Ын Су стоял, заворожённо глядя на них, не в силах поверить. Это действительно его муж и дочь? У него есть такая идеальная семья? И он сам является частью этого счастья?

Он на мгновение поднял глаза к небу. Весеннее небо, постепенно окрашивающееся в красные тона заката, было поистине прекрасным. Вдруг ему стало грустно по кому-то незнакомому.

Но слёзы не покатились. Он знал, что если заплачет в этот счастливый момент, то Бом-и, наблюдавшая за ними, а также До Квон и А Ён тоже будут растроены.

– Папа! - вдруг позвала А Ён.

Ын Су быстро опустил взгляд. До Квон и А Ён, держа в руках длинное мороженое, смотрели на него с одинаковыми выражениями лиц. Их удивительное сходство заставило Ын Су улыбнуться.

А Ён радостно замахала руками, призывая его подойти ближе. «Что ты делаешь?» - спросил До Квон с помощью мимики.

«Иду к вам!» - ответил Ын Су тем же способом и с улыбкой направился к ним.

Его шаги были лёгкими, напоминая сладость весны.

Это была поистине счастливая весна.

КОНЕЦ

Страница книги Умеренная потеря в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Пролог

Глава 1 - То, что мы утратили первым

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6 - Искажённые воспоминания

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12 - Знакомое начало

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17 - Повторная влюблённость

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21 - Фальшивый До Квон

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25 - Бездна недопонимания

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29 - Неспокойное прошлое

Глава 30

Глава 31

Глава 32 - Ошибочные точки соприкосновения

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36 - Мы зашли в тупик

Глава 37

Глава 38

Глава 39 - Деформированный путь

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48 - Невероятная фантастика

Глава 49

3 - 50

3 - 51

3 - 52

53 Часть 11. Потеря: то, что мне удалось потерять навсегда

4 - 54

4 - 55

4 - 56

57 Часть 12. Долгое молчание

4 - 58

4 - 59

4 - 60

4 - 61

4 - 62

4 - 63

4 - 64

65 Часть 13. Пропасть между нами

4 - 66

4 - 67

4 - 68

4 - 69

4 - 70

4 - 71

4 - 72

73 Часть 14. Ночь без снов

4 - 74

4 - 75

4 - 76

4 - 77

4 - 78

4 - 79

4 - 80

4 - 81

82 Часть 15. Странный и красивый

5 - 83

5 - 84

5 - 85

5 - 86

5 - 87

5 - 88

89 Часть 16. Слияние начала и конца

5 - 90

5 - 91

5 - 92

5 - 93

5 - 94

5 - 95

5 - 96

5 - 97

98 Часть 17. Первый сезон

5 - 99

5 - 100

5 - 101

5 - 102

5 - 103

5 - 104

5 - 105

5 - 106

107 Предел двусмысленности

6 - 108

6 - 109

6 - 110

111 Повторное знакомство

6 - 112

6 - 113

6 - 114

6 - 115

6 - 116

117 Бездна противоречий

6 - 118

6 - 119

6 - 120

6 - 121

6 - 122

123 Весна за весной

6 - 124

6 - 125

6 - 126

6 - 127

6 - 128

Один день из жизни До Квона

7 - 130

Ещё один день из жизни До Квона

Великолепная свадьба

7 - 133

7 - 134

7 - 135

7 - 136

7 - 137

7 - 138

7 - 139

7 - 140

Молодая семья

7 - 142

7 - 143

7 - 144

7 - 145

Как мы встретились и стали тем, кем являемся сейчас

7 - 147

7 - 148

7 - 149

7 - 150

Мама

8 - 152

8 - 153

8 - 154

Дом

8 - 156

8 - 157

8 - 158

8 - 159

8 - 160

8 - 161

8 - 162

8 - 163

Повседневность

8 - 165

8 - 166

8 - 167

Вместе с Бом

8 - 169

О книге