Пролог

Я немного задержался на работе. В рекламной индустрии это обычное дело: даже когда до формального окончания рабочего дня, то есть шести часов вечера, остаётся минут десять, зачастую невозможно наверняка сказать, во сколько ты сможешь уйти домой.

Но сегодня был особый день, и я заранее предупредил своего мужа Ки У, что закончу работу не позднее восьми вечера. Однако как назло… Уже казалось, что наша команда разойдётся в шесть, но ровно в 17:58 позвонил заместитель начальника отдела планирования и заявил, что у клиента появилась очень срочная просьба, и нас задержали на работе. Так что мечты о своевременном уходе пришлось похоронить.

В итоге мы спешно выполнили совершенно неразумное и грубое требование клиента о внесении правок, и я вышел из офиса только в девять вечера. Когда я в спешке выскочил из такси у отеля, было уже 21:27. Я опоздал на запланированную встречу почти на 30 минут.

– Прости, хён… Я не думал, что сегодня придётся задержаться на сверхурочных...

– Всё в порядке, разве ты в чём-то виноват? Это всё вина компании.

Ки У хён, похоже, ждал в вестибюле. Даже в просторном холле было нетрудно заметить привлекательного альфу, выделяющегося высоким ростом и опрятным внешним видом. Я с тревогой наблюдал за его несколько угрюмым лицом, несмотря на то, что каждые 10 минут отправлял ему сообщения с извинениями за вынужденную задержку по работе, и всячески умолял о прощении. Похоже, он был очень расстроен.

Вот почему мне неловко каждый раз, когда мы встречаемся в будни как супружеская пара… У других пар нет никаких переменчивых начальников или внезапных чрезвычайных ситуаций от клиентов, и они могут приходить вовремя, поэтому они не могут понять моё положение.

– Все ждут?

– Я знал, что так будет, поэтому сказал им подняться наверх и отдохнуть в номере, пока я тебя не привезу.

– Понятно. Хорошо.

Я поднялся с хёном в лифте, он приложил ключ от отеля. Кнопка верхнего этажа, где располагались номера люкс, загорелась.

Дзинь.

Двери лифта открылись на 25-м этаже, и передо мной предстал тёмный, но опрятный коридор. В отличие от нижних этажей, где по коридору тянулись ряды дверей номеров, на этом этаже была только одна дверь. Это был самый большой по площади и приватности люкс в этом отеле.

Тук-тук-тук.

Ки У тихонько постучал в массивную дверь люкса три раза рукой. Он даже не подумал о том, чтобы нажать на кнопку звонка рядом с дверью. Вскоре дверь открылась, и оттуда нас встретила женщина, источавшая аромат цветов.

– Спасибо, что пришли, Ли Хо-щи.

– Да, извините за опоздание.

Имя этой женщины, настолько красивой, что любой на улице обернётся, - Чи Сон Хва, и мы знакомы уже больше семи лет. Когда она откинула назад рукой свои красивые волнистые коричневые волосы, цветочный аромат, который я только что почувствовал, снова усилился.

Кто-то, возможно, воспримет этот аромат как её собственный запах и восхищённо посмотрит на неё. Например, мой муж, Ки У. И я прекрасно знаю, почему она использует духи, чтобы так сильно стимулировать обоняние. Она - бета, у которой не вырабатываются феромоны и которая не может их чувствовать, поэтому она пытается компенсировать печаль от того, что она не омега и не может выйти замуж за Ки У, хотя бы этим искусственным ароматом.

Ших-ших.

– Ты здесь? Я думал, что это займёт больше времени.

Медленные шаркающие шаги становились всё ближе и ближе. Привлекательный мужчина с загорелой, крепкой грудью, на которой были расстегнуты четыре верхние пуговицы пиджака, подошёл ко мне, потягивая напиток. Это законный муж Чи Сон Хвы и альфа на три года старше меня - Бэк Чон О. И сегодня вечером он собирается заняться со мной сексом.

– Я налил напитки и подготовил закуски, пока ждал тебя, Ли Хо.

– Да…

Я без особого энтузиазма ответил, следя взглядом за тем, как Ки У, естественно обнимая Сон Хва за талию, вместе с ней вошёл в спальню. В этот момент рука Бэк Чон О проскользнула к моим губам, чтобы разжать плотно сжатые зубы. Я ещё даже не успел помыть руки после входа в номер, но я сдался под его торопливыми и настойчивыми прикосновениями.

– К чему такая спешка? Я сначала помоюсь...

– Я знаю. Ночь длинная, так что не торопись. А сейчас забудь о работе и насладись вкусняшками.

Я думал, что он просто засунет палец мне в рот и повозится там, но даже после того, как он вытащил руку, во рту что-то осталось. Макадамия*, кажется… Похоже, он положил орех в рот из закусок, которые он приготовил. Я раздробил орех зубами, и мой рот наполнился насыщенным ореховым ароматом. Было бы неплохо прополоскать рот напитком, который мне налили ранее.

Макадамия - тропический орех родом из Австралии, известный своим нежным, сладковатым вкусом и кремовой текстурой, напоминающей фундук.

Если Ки У - красивый мужчина с правильными чертами лица и полными тоски глазами, как у главного героя мелодрамы. Тот этот альфа Бэк - Чон О, который только и думает, как бы провести со мной ночь, был распущенным и сексуальным мужчиной с загорелой кожей и пленительными чертами лица.

Он взял бокал с виски и поднёс его ко рту. Лёгкий карамельный аромат опьянял. Чон О, уже прижимавшийся ко мне, пристально смотрел на меня и проводил тёплыми руками по моим волосам. От непрерывного и долгого взгляда и прикосновений у меня постепенно разгорячилась задняя часть шеи. Комната, в которую вошли мой муж и Сон Хва, уже наверняка заперта, так что мне больше незачем стесняться. Словно не в силах противостоять опьянению и прикосновениям Чон О, я полностью выпустил слабые феромоны.

– Мы вместе всего два месяца, не так ли? Ты не скучал по мне?

– Я был так занят на работе, что у меня не было времени думать о сексе.

– Какая жалость. Ты мне часто снился, и я думал, что у тебя точно такие же сны, и что мы можем встретиться там.

Чон О, без колебаний извергающий эти странные и слащавые слова, известен тем, что наслаждается свободной ночной жизнью, хотя и женат. Я, наверное, одна из многих омег, с которыми он встречается. Кажется, что, услышав только его характерные приторные комментарии, хватило бы чтобы оттолкнуть даже самого настоящего альфу, но благодаря его ослепительному лицу, соблазнительным феромонам и семейному богатству, которое только сильнее подчёркивает его происхождение, омеги жаждут провести с ним ночь.

Когда мои омежьи феромоны распространились вокруг, густые феромоны Чон О, от которых перехватывало дыхание, словно отвечая им, мгновенно наполнили комнату. Хотя они никоим образом не предназначены для подавления или угнетения меня, почему-то даже его эротические феромоны кажутся сильно сковывающими моё тело. Это чувство было похоже на то, как если бы он использовал физическую силу, чтобы заточить меня в своих руках.

Его феромоны, слегка резкие, словно глоток крепкого виски, поначалу обжигали своей свежестью, но уже через несколько минут разливали жар по всему телу. А ощущение влаги между бёдер действует лучше любого афродизиака. Опираясь на барную стойку и потягивая напиток, я почувствовал, как ноги становятся ватными. Чон О, мгновенно оценив моё состояние, ловко обхватил меня за талию и прильнул губами к моей шее.

Ах… Надо было сразу сказать ему, чтобы не оставлял следов на открытых участках тела. В отличие от него, мне завтра с утра на работу.

Меня охватило чувство, будто из-за запертой двери, за которой скрылись Ки У и Сон Хва, доносятся стоны. С трудом отводя взгляд, я отдался настойчивым прикосновениям Чон О, оплетающим моё тело.

Первая любовь

Во всём мире альфы и омеги составляют менее 5% населения. Среди этих редких носителей генов омеги встречаются гораздо реже, чем альфы. Более того, большинство омег - женщины, поэтому, когда я, мужчина, проявил себя как омега, я стал знаменит настолько, что вокруг не было людей, которые бы меня не знали.

Некоторые считают пара альфа и омега идеальна, чтобы выносить идеального альфу. Однако процесс беременности и родов альфы, чьи размеры и энергия отличаются с самого начала, неизбежно истощает организм матери. Поэтому, даже если супружеская пара уверена в своих силах, обычно они отказываются от деторождения после рождения одного ребёнка-альфы. Считается, что для рождения и воспитания, по крайней мере, двух или более альф, материнское тело должно быть сильным мужским. Именно поэтому альфы, желающие иметь многодетную семью, часто обращают внимание на таких мужчин-омег, как я.

Окружающие, имея в виду вышесказанное, постоянно внушали мне надежду, что меня, мужчину и доминантного омегу, выберут в качестве супруга богатые альфы. Говорили, что моё невзрачное происхождение не будет проблемой. Все говорили, что у меня всё наладится после поступления на факультет искусств лучшего университета страны, ведь внешность у меня неплохая, я хорошо учусь и талантлив. Из-за всего этого подстрекательства я тоже втайне мечтал о сказочной истории любви.

Когда я ходил по кампусу, даже те студенты, что презирали меня за то, что я мужчина-омега, постоянно бросали на меня взгляды. Многие девушки восхищались, как айдолом. Мои феромоны были ароматными, поэтому я был особенно популярен среди альф.

Однако по иронии судьбы я так и не смог ни с кем встречаться до выпускного курса университета. Наверное, причина в том, у меня были слишком высокие стандарты. Может быть, если бы я выбрал кого-нибудь подходящего из тех альф, что проявляли ко мне интерес в те времена, моя жизнь была бы менее запутанной, чем сейчас.

Возможно.

Переломный момент, который круто изменил мою жизнь, далёкую от любви на миллиарды световых лет, наступил внезапно на выпускном курсе. Словно чтобы скрасить слишком однообразные будни, мои однокурсницы пригласили меня на встречу 4 на 4.

Это был первый раз, когда меня пригласили на встречу, где нужно было соблюдать равенство полов, в отличие от рынка брака, где есть спрос на мужчин-омег. Дело в том, что мой тип, мужчина-омега, сокращённо «омега», обычно не приветствовался на таких мероприятиях. Я был лишь потенциальным партнёром альфы, но не подходящим партнёром для каждого мужчины. На встречах в основном присутствовали мужчины-беты, и нередко встречались альфы, которые избегали мужчин-омег, утверждая, что они не геи.

Я тоже представлял, что если отношения с альфой-мужчиной и сложатся, то, вероятно, это будет через знакомство и взаимное влечение. Если бы я просто заполнил собой недостающее количество девушек на встрече, меня, наверное, засмеяли бы.

Но в тот день организатор встречи, почему-то настаивал на моём присутствии. Мне, находящемуся на грани отчаяния из-за отсутствия идей для выпускной работы, тоже нужно было развеяться, поэтому я без колебаний принял её предложение. Мне было любопытно, что на неё нашло, что она вдруг решила позвать меня на встречу.

– А мне можно? Ты же не собираешься меня в женщину переодеть?

Услышав мой вопрос, она скривилась и выругалась, заставив меня замолчать. Наши студенты факультета изображали из себя утончённых и элегантных, но, оказавшись в аудитории, без колебаний обменивались грубыми выражениями. И в то время я уже привык к сквернословию.

– Просто я первый раз иду на свидание вслепую. Вряд ли парни хотят, чтобы пришёл другой парень…

– Эй, Ю Ли Хо. Ты думаешь, я дура? Просто приди и будь благодарен. Сегодня парни просто бомба, мы все перед ними померкнем!

– Что?! Настолько всё серьёзно?

Все участницы нашей стороны были уверены в своей внешности. Все загорелись любопытством, спрашивая, кто же там будет, что мы перед ними померкнем. Организатор ответила, что с другой стороны будут студенты-медики из нашего университета. Они ещё не закончили учёбу, но по году поступления были на курс старше нас, и все они родились с золотой ложкой во рту, альфы.

Организовать встречу, собрав вместе не одного, а сразу четверых таких многообещающих студентов-медиков, популярных благодаря своей приятной внешности, было очень сложно.

– Обязательно должна быть хотя бы одна омега. Иначе: «мы не сможем пойти, мы заняты».

Такое высокомерное условие было организатора с медицинской стороны. У них все были альфами, вот и всё. Все омеги были на художественном факультете, а я единственный - мужчина-омега. Она спросила у студентов-медиков, не против ли они, если она приведёт мужчину-омегу, и они охотно согласились. Я был довольно знаменит в университете благодаря своей привлекательной внешности, но меня редко приглашали на групповые встречи. Поэтому я был благодарен, а не обижен на то, что мне пришлось получить предварительное разрешение на моё участие. И, прежде всего, они были студентами-медиками нашего университета, куда поступают только лучшие из лучших со всей страны, так что, по словам организатора, мне просто нужно было заткнуться и пойти.

Встреча была назначена на 7 вечера, и мы с тремя моими однокурсницами опоздали на 15 минут. Студенты-медики сидели в ряд в самом дальнем углу шумного паба и наливали выпивку. И действительно, как и говорила организатор. Трудно было поверить, но все четверо были красивы, и даже сидя чувствовалось, что все они высокие и хорошо сложены. Мои однокурсницы старались сохранять спокойствие, но я чувствовал их взволнованное настроение.

В этот момент мой нос защекотал странный поток. Альфы, очевидно, почувствовали моё присутствие как омеги и незаметно выпустили феромоны. Я был доминантным омегой, поэтому мог достаточно тонко различать ароматы альф. Судя по смешению двух феромонов, по крайней мере двое из присутствующих подавали мне сигналы ухаживания. Мои однокурсницы были бетами, поэтому они не понимали, что эти парни творят.

Когда мы по очереди представлялись, стало ясно, что феромоны исходили от двух старшекурсников, сидящих ближе всего ко мне. Один был крашеным блондином, как хулиган, а другой носил обтягивающую футболку, чтобы показать свои мышцы, накачанные в спортзале. Несмотря на то, мы представились друг другу всего несколько секунд назад, я не мог вспомнить имена этих двоих. Из-за моей ненормально развитой визуальной чувствительности особенности внешность воспроизводила наиболее сильное впечатление, чем имена.

Мужчина с острыми чертами лица и крашенными волосами был красив, но слишком тонкие губы делали его лицо негармоничным. С другой стороны, парень в обтягивающей футболке не был типичным красавчиком, но обладал приятным выражением лица и крепким телосложением. С самого начала встречи они не могли отвести от меня глаз, что меня очень порадовало.

– Приятно познакомиться. Я Кан Ки У…

…Вау…

Несмотря на то, что все выглядели прекрасно, среди всех выделялся старшекурсник Кан Ки У, который представился последним . С бледной, гладкой кожей, печальными глазами и тонкими чертами лица - он был настоящим красавцем. Его голос звучал приятно и мягко, так что я чуть не начал непроизвольно источать омега-феромоны. Я даже не запомнил имена остальных парней, но имя этого, стоявшего дальше всех по диагонали от меня, сразу же врезалось в память. К сожалению, похоже, ему не нравились парни-омеги, и я не почувствовал, что он проявляет ко мне особый интерес.

Казалось, я не единственный, кто положил глаз на этого парня – мои одногруппницы с горящими глазами засыпали его вопросами.

– Ки У, какой тип девушек тебе нравится?

Я тоже, делая вид, что мне всё равно, ждал его ответа. Я намеренно отвёл взгляд, но столкнулся глазами со старшекурсником напротив меня. Он почти всем телом навалился на стол, наклонившись в мою сторону. Только сейчас я заметил татуировку на внутренней стороне его предплечья - пылающий трезубец. Довольно большая и привлекающая внимание татуировка. Пока мои глаза бесцельно блуждали вокруг, низкий, привлекательный голос Кан Ки У продолжал притягивать моё внимание.

– Мне нравятся девушки с невинной внешностью. И чтобы характер был яркий, целеустремлённый и уверенный. И мне нравятся женщины.

В этот момент я поперхнулся водой, которую пил. Шесть пар глаз, следивших за ним, повернулись в мою сторону, когда я начал кашлять. Точнее, семь пар глаз, включая взгляд самого Кан Ки У, который произнёс эти слова.

– Это значит…. что ты скорее предпочтешь альфу-женщину, чем омегу-мужчину…?

– Естественно. А что? Может быть, та, кто спросила - альфа?

Кан Ки У переспросил организатора с нашей стороны, и её лицо покраснело до ушей.

– Мы все здесь беты. Нам сказали обязательно привести сегодня омегу, поэтому мы и позвали Ли Хо… Но он мужчина….

— А, молодцы. Здесь есть ребята, которым нравятся омеги, независимо от пола. Раз уж мы собрались здесь, давайте повеселимся.

Одногруппницы внутри почувствовали надежду, подумав, что, раз самый желанный альфа на этом мероприятии не интересуется парнями-омегами и любит только девушек, они уже избавились от одного конкурента из троих.

Все, словно пытаясь сгладить немного неловкую атмосферу, начали бурно реагировать, вливаясь в оживлённое настроение. Все, кроме меня.

Что это было?

Если ему не нравятся парни-омеги, он мог бы просто спокойной нацелиться на девушек. Но то, что он так открыто целился в меня и провёл черту, ощущалось, как будто он заранее ожидал, что я к нему пристану, пытаясь отгородится от меня. Из-за его непреклонного заявления я внезапно стал нежеланным парнем-омегой. Моё лицо вспыхнуло от гнева, отчего было трудно успокоиться.

– Ки У сказал что-то лишнее, да? Просто не обращай внимания на его слова, и повесились с нами.

Пока я не мог отойти от шока после слов этого парня, старшекурсник с крашеными волосами, словно пытаясь поднять мне настроение, быстро наполнил мой стакан водой.

– Налей мне лучше выпить, а не воду.

Он удивлённо вскинул брови, услышав мои слова, и загадочно улыбнулся. А старшекурсник с татуировкой тем временем быстро нажал на кнопку вызова официанта и заказал пиво и соджу.

Так прошло три часа с начала этой встречи. Я, который плохо переносил алкоголь, был уже не в себе, выпив всего три бокала соджу с пивом. Единственный парень-омега уделял внимание двум альфам, а три девушки-беты общались с двумя оставшимися парнями. Распределение было несколько неравным, но можно сказать, что всё было довольно мирно с самого начала.

Я слишком пьян…

Спустя долгое время я был настолько пьян, что у меня почти кружилась голова, я терял самообладание. Похоже, мои омежьи феромоны вовсю выделялись, и я кожей чувствовал, как расширяются зрачки у двух альф, с которыми я обменивался рюмками и как они тоже постепенно высвобождают феромоны. В этот момент, даже в моём затуманенном состоянии, я заметил, как кто-то поднял голову и смотрит на меня с противоположного угла стола.

А, он же тоже альфа…

Я не знаю, отреагировал ли он на мои феромоны или на феромоны альф, которые испускают его друзья, но Кан Ки У, который говорил, что не станет связываться с парнем-омегой. Он смотрел на меня с холодным выражением лица, а не на своих друзей.

– Я, в туалет на минутку…

Я пошатываясь, поднялся на ноги, испытывая естественную нужду. В дешёвых пабах возле университетов есть раздельные туалеты для мужчин и женщин, но они не разделены по признаку вторичного пола. Это, в каком-то смысле, естественно. Женщин-альф и омег-мужчин было настолько мало, что их считали легендами, поэтому никто ничего подобного не усмотрел.

Несчастный случай, когда редкий парень-омега и альфа-мужчина одновременно входят в мужской туалет и устраивают беспорядок из-за нарушения феромонов, даже не приходил в голову владельцу заведения.

– Хаа…

В обычном общественном туалете, который не заботится об омегах-мужчинах, мне всегда приходится заходить в кабинку, чтобы справить нужду. Потому что может случиться что-то ужасное, если ко мне войдёт альфа, когда я занят делом. Есть общеизвестный факт, что феромоны также могут выделяться со струёй мочи, но в Корее… об этом не вспоминали.

Мне стало немного легче, когда я сделал свои дела, и прислонился головой к стене, не надевая штаны.

Просто протрезвею немного и выйду…

БАХ!

Только через несколько секунд после того, как дверь кабинки, в которой я находился, внезапно открылась и кто-то поспешно вошёл и запер дверь, я понял, что произошло. Я был так удивлён внезапной ситуацией, что даже опьянение испарилось.

Что за…

Внезапно в маленькой кабинке стало тесно из-за ещё одного человека, и я почувствовал грубую силу на своих обнажённых бёдрах и ягодицы. В мгновение ока я был охвачен ужасом и попытался обернуться, но плотное тело прижималось ко мне, и мне было трудно даже повернуть голову. Вид толстых, тёмных вен на его руках, сжимающих мои гениталии, вселил в меня ещё большую тревогу. Это альфа. Старшеклассник, который любезно наливал мне пиво каждый раз, когда мой стакан пустел и хвастался своими мышцами рук. Татуировка в форме пламени и копья на внутренней стороне его предплечья подтвердила это.

– Не смывай. От тебя так несёт.

Старшекурсник из спортивной секции уткнулся носом мне в шею, обнюхивая, и грубо стянул мои штаны и трусы с бёдер. Затем, сжав в руке мой съёжившийся от страха член, он зарычал, словно дикий зверь:

– Твои феромоны так чертовски приятно пахнут. Даже в моче чувствую их аромат. Чёрт… Как же ты аппетитен.

– Что ты творишь?!

Я отчаянно пыталась сопротивляться, отталкивая его руки, но его грубая сила, и без того огромная от мышц, а ещё и усиленной от того, что он альфа. Всё было бесполезным. Хуже того, когда он выпустил свои феромоны, всё моё тело предательски потеряло волю к сопротивлению и начало сдаваться.

– Да ладно, ты ведь сам хотел этого, раз специально зашёл в кабинку. Прикинулся пьяным, глаза такие похотливые

– Отпусти. Это… А.. Чёрт…

Он прильнул губами к моей шее и пробормотал что-то низким, влажным голосом, отчего по всему телу побежали мурашки. Мой член, уже схваченный им, медленно начал подниматься, как только он выпустил свои феромоны и начал ласкать его.

– Нет! Я ещё девственник!

Конечно, вне зависимости от того, девственник я или нет, быть изнасилованным против своей воли - это отвратительная ситуация. Но, вспоминая свои прежние страдания, когда я так привередливо отвергал множество парней, пытавшихся ко мне подкатить, мне стало ещё обиднее от мысли, что мой первый опыт может произойти вот так.

– Ублюдок! Отпусти!

– Если я ублюдок, то ты сука в течке, чёрт… Из твоей дырки течёт, а ты выпендриваешься… Фу…

Это всё из-за твоих феромонов, из-за них я не могу сдерживаться, и у меня выделяется смазка, грёбаный ты ублюдок…

Парень из спортивной секции, который ещё три часа назад был полон манер, теперь без стеснения показал свою уродливую истинную сущность. Лучше бы я соблазнил того крашеного парня с тонкими губами…

Лучше бы я вообще не смотрел в сторону парня из спортивной секции… С горьким осознанием я отчаянно пытался не потерять рассудок. Одной рукой парень из спортивной секции выжимал из моего члена все соки, а другой начал ласкать мою задницу, которую до сих пор никому не удавалось ещё потрогать.

– Вау. Как же много из тебя течёт… И запах сладкий.

– Отпусти…! Отпусти!

Я только и мог, что кричать во всю глотку, но мне не хватало сил, чтобы оттолкнуть альфу, и тело неумолимо обмякать. В этот момент:

БАХ!

С оглушительным грохотом и мощным ударом сзади, меня вместе с этим насильником впечатало в стену. Вероятно, кто-то снаружи выбил дверь кабинки, и нас двоих отбросило внутрь. В мгновение ока, зажатый между массивным альфой и стеной туалета, я почувствовал не только невыносимое сдавливание, но и острую боль, когда мой член с силой ударился о стену, отчего в глазах потемнело.

– А… Больно…

– Чёрт, что за…

Бах! Бах! Бах!

Не успел мужчина издать гневный вопль, как раздался звук ударов, тем самым усилив давление на спину. Судя по всему, человек, выбивший дверь кабинки, яростно избивал этого мужчину, который прижимался ко мне сзади. Учитывая, что я служил ему чем-то вроде подушки, удары передавались и мне.

Он ведь пришёл мне помочь, так? Но что происходит? Почему кажется, что бьют и меня тоже?

– Ах… Хватит… Кхе!

– Что здесь творится? Почему так несёт феромонами?!

Запах альфа- и омега-феромонов, наполнявший кабинку туалета, начал перебиваться слабым запахом крови. Ещё не осознав, что происходит, я взмолился о помощи:

– Мх… Спа… Спасите…

– Ты! Ты позоришь медицинский факультет!

Бах! Бах! Бах!

– По… Помогите… Мне…!

– Здесь есть кто-то ещё?

Услышав мой слабый стон, человек, избивавший ублюдка, наконец прекратил насилие и заметил меня, придавленного к его телу, словно губку. Точнее, он увидел меня, плачущего, со спущенными до колен штанами и трусами, прикрывающего рукой свой член. Лицо мужчины, схватившего меня за плечи, показалось мне знакомым. Это был альфа Кан Ки У, который заявил, что скорее умрёт, чем свяжется с омегой.

– О, прошу прощения. Вы тут развлекались?

– …Меня чуть не изнасиловали…

– А…

Он, похоже, ошибочно принял мою спущенную одежду за добровольное согласие, хотя, по сути, я был жертвой попытки изнасилования. Если он думал, что всё по обоюдному согласию, зачем надо было выбивать дверь и избивать этого ублюдка? В любом случае, я был рад, что он остановил это всё. Бросив взгляд на лицо парня, я увидел ужасную картину. Судя по его стонам, он ещё не умер, а просто потерял сознание. Но на нём не было живого места, все части тела были залиты кровью. Кан Ки У, испачканный кровью ублюдка, зачесал волосы со лба и не сводил с меня глаз. То, как алая кровь, стекала с его лба, выглядело завораживающе. В тот момент, когда я осознал, что он спас меня от изнасилования, на меня словно нахлынуло очарование и он показался мне благородным героем.

– Я знал, что вы двое зашли в туалет, чтобы уединиться, но я не думал, что дойдёт до драки.

– Простите..?

Моё мимолётное восхищение мгновенно испарилось из-за его слов. Это было хуже некуда.

– Феромоны, которые от тебя исходят, чувствовались ещё на попойке. Какими бы возбуждёнными они ни были, они не из тех, кто распыляет их на публике. Когда они уловили запах омеги, они оба словно вцепились в тебя, пытаясь перебить запахи друг друга. Это было неприятно.

– …

– Такой немного цитрусовый аромат феромонов, это твой, верно? Я уже давно не чувствовал запах омеги, поэтому сразу не понял. Но я всё ещё чувствую его здесь.

– Я… Я не пытался вас соблазнить…

Я начал оправдываться. Как ни прискорбно признавать это, но виной всему было моё состояние опьянения, из-за которого мои феромоны вышли из-под контроля. Я просто пришёл в туалет по нужде, но меня подавили силой и феромонами. Но как бы я ни старался объяснить всё, Кан Ки У, похоже, особо не собирался слушать.

– У меня есть медицинское образование, и я доминантный альфа. Я могу сразу определить по запаху, пьян ты или нет, и сколько алкоголя в твоей крови.

– И что с того?

– Не похоже, чтобы ты много пил. Чтобы феромоны начали выделяться под воздействием алкоголя, нужно быть по-настоящему пьяным Почему у тебя перед альфой начали непроизвольно выделяться феромоны, когда ты почти трезвый? С чего мне тебе верить?

– Я моментально протрезвел после того, как меня начали домогаться… Просто я слаб к алкоголю, и мне хватает пары бокалов, чтобы потерять рассудок!

Пока я оправдывался, утверждая, что не пытался никого соблазнить, слёзы навернулись на глаза. Помимо страха от сексуального домогательства, меня возмутил тот факт, что я должен объясняться перед ним, доказывая свою невиновность, когда ещё не успокоился. Вот почему этот мир дерьмовый. Когда происходят случаи сексуального насилия между людьми с разными вторичными полами, следственные органы в первую очередь обращают внимание на то, выделял ли омега феромоны. И даже если научные исследования показали, что феромоны могут выходить из-под контроля, когда омега пьян или испытывает сильную усталость и стресс, присяжные всё равно считают это сигналом согласия на половой акт. Более того, если тело омеги выделяет смазку, пытаясь справиться с сильной болью во время изнасилования, то эта смазка и вытекшие в процессе феромоны используются в качестве доказательства для заключения о согласии на половой акт.

Случайное выделение феромонов омегой строго наказывается, в то время как мизерный самоконтроль альфы, который, учуяв феромоны, становится животным и в конечном итоге совершает изнасилование, всегда находится под защитой закона. Ненавижу эти абсурдные двойные стандарты этой страны.

– Но ведь эти двое начали выделять феромоны первыми с самого начала встречи… А я был так пьян… Мне действительно обидно…

Кан Ки У, похоже, не ожидал, что я заплачу, и с некоторым замешательством смотрел на меня, бессвязно бормочущего сквозь слёзы.

– Но… если ты подумал, что мы пошли развлекаться, зачем нужно было вмешиваться… Зачем нужно было врываться сюда, ломать дверь и бить его?

– Я пришёл остановить его, потому что мне не понравилось, что занимается чем-то подобным в общественном месте…

– …?

– Я ударил его, потому что услышал громкий крик, и меня осенило, что всё может быть не по согласию. Если честно, я тогда и сам понял, что согласия на сто процентов не было.

Так что этот Кан Ки У тоже был не в порядке. Получалось, что он давно понял, что согласия не было, и просто решил проверить меня. Мне больше не хотелось смотреть на этого человека, который разочаровывал меня всё больше и больше, и я попытался выскочить из туалета.

– А, но ты ещё не надел штаны.

– Ха… Неважно.

Тем не менее, я не мог выйти, со спущенными штанами до колен, поэтому тщательно подтянул их и привёл в порядок заплаканное лицо.

Как и ожидалось, когда я вернулся на встречу, мои одногруппники были в ужасе и подняли кипиш, увидев меня. Они слышали, как мужчины за другим столом жаловались на шум в мужском туалете, что заставило их оставить свои обязанности и вернуться. Судя по этой информации, все заметили шумную стычку в мужском туалете, куда ушли трое из группы. Как хорошо, что я перед выходом успел поправить одежду.

– Ли Хо, ты плакал?

– Ки У оппа и Хо Чоль оппа ещё не вышли?

– Вы были в туалете, да? Что случилось?

Я не мог выдавить из себя ни слова в ответ на вопросы моих любопытных одногруппниц и просто сказал, что собираюсь домой, и повернулся спиной. Вероятно, мой уход приведёт к провалу встречи. Оставив позади своих одногруппниц, отчаянно пытающихся избежать отмены встречи, на которой они еще даже не успели себе взять кого-то в пару, я, к сожалению, решительно покинул это место.

– Подожди, минутку.

Кто-то схватил меня за запястье сзади, и я вспомнил о недавних домогательствах в туалете, почувствовав прилив дискомфорта.

Я грубо оттолкнул его и посмотрел назад, и заметил, что крашеный парень стоял в замешательстве от моего сопротивления.

– С тобой ничего плохого в туалете не случилось? Просто после тебя в туалет пошли одни альфы…

– …

– Может… дашь свой номер?

Это и было настоящей целью этого сонбэ. Сейчас мне не хотелось ничего слушать, но моя одногруппница, организатор встречи, смотрела на меня из-за спины крашеного парня умоляющими глазами, как бы говоря: "Будь вежлив хотя бы в последний раз". Ничего не оставалось, кроме как вбить свой номер в его протянутый телефон. В этот момент я столкнулся взглядом с Кан Ки У, который вытаскивал из туалета мужчину.

Выражение лица Кан Ки У, обращённое ко мне, выражало полное недоумение из-за "омеги, который, несмотря на изнасилование, записывает номер телефона другу этого парня". Моё настроение мгновенно ухудшилось, и я ввеёл номер телефона владельца моего любимого кафе перед университетом, а не свой. Я больше никогда не свяжусь с этими студентами-медиками-альфами…

А потом, прежде чем крашеный парень успел нажать "вызов" и проверить, появился ли его номер на моём телефоне, я выбежал из бара.

– Спасибо! Я позвоню тебе позже!

Я повернулся спиной к удаляющемуся голосу крашеного парня и поймал такси, которое только что высадило пассажира.

Может, мне стоило просто дать ему свой номер?

На мгновение меня охватило небольшое сожаление, но потом я вспомнил, что он тоже друг Кан Ки У и того насильника, и мне показалось, что лучше их больше не видеть. В конце концов… слова ребят, что встреча – это просто развлечение на один день, оказались правдой. Стоит ли вообще на что-то надеяться?

Я безучастно смотрел в окно, как яркие огни Сеула, словно освещение на сцене, разлетаются всё быстрее и быстрее. Возможно, потому, что страх от сексуальных домогательств ещё не прошёл, или, возможно, из-за слов Кан Ки У, который завуалированно пытался обвинить меня, меня охватило неприятное, липкое и дискомфортное ощущение. Даже взгляд таксиста, который время от времени поглядывал на меня в зеркало заднего вида, вызывал тошноту. Я всё ещё был пьян и находился в состоянии шока, поэтому поехал на такси, чтобы хоть немного расслабиться, но на самом деле это был не самый мудрый выбор. Да и плата за такси будет немаленькой.

После долгой поездки яркие огни постепенно исчезли, и появились унылые переулки, где даже в темноте ночи не скрыть убогость. Я наконец-то дома. Я был так рад, что вырвался из этого кошмара, что наконец-то почувствовал облегчение.

Я тащил своё тяжёлое тело, пока не оказался перед крошечным домиком с грубым фасадом. Вот как выглядит мой настоящий дом, хотя я и должен быть стильным и роскошным человеком.

Моя семья, когда-то обычная работающая семья, сильно пошатнулась после того, как мой отец пристрастился к азартным играм после моего поступления в университет.

После того, как моя семья, которая жила умеренно, если чего-то и не хватало, в одночасье оказалась по уши в долгах и несколько раз столкнулась с ужасающими ситуациями, как в кино, я стал довольно эгоистичным и раздражительным.

Куда бы я ни пошёл, меня преследовали взгляды, которые ошибочно принимали меня, изучающего искусство и имеющего аристократическую внешность, за отпрыска богатой семьи. Погрузившись в эти мирские оценки, я в какой-то момент начал винить своих родителей и тщательно скрывать истинное положение дел в нашей семье. Я даже скрывал профессию своих родителей и указывал другой адрес дома в офисе факультета. Ничто из того, что я делал, не могли изменить моего нынешнего и жалкого существования.

Но если думать позитивно, насколько мне посчастливилось, что мне, взрослому ребёнку, выделили комнату в этом тесном доме. Я должен быть благодарен своим родителям хотя бы за то, что они родили меня доминантной омегой и всё это время кормили меня. Я прошёл мимо стоптанных туфель отца, который сегодня снова слоняется по игорным домам, и мимо матери, которая равнодушно пьёт соджу и смотрит телевизор, не обращая внимания на то, вернулся ли её сын домой или нет, и вошёл в свою комнату.

Встреча с альфачами-медиками оказалась просто одним из эпизодов того дня. Спросив у одногруппниц, которые ходили на встречу вместе со мной, я узнал, что, как и ожидалось, посиделки закончились ничем сразу после моего ухода. Я внезапно уехал домой, а того ублюдка в обтягивающей футболке по имени Чхве Хо Чоль был доставили в больницу в крови. Кан Ки У поехал с ним в скорой помощи.

Когда трое из восьми участников ушли, парень с крашеными волосами, который спрашивал мой номер, как только стало понятно, что я, его цель, ушла, без всяких сожалений предложил закончить на этом. Оставшийся студент-медик неохотно пробормотал что-то невнятное, ограничился расплывчатым "увидимся в другой раз" и оплатил счёт, тем самым положив конец этой встрече.

Мои одногрупницы, возлагавшие большие надежды на эту встречу, были разочарованы тем, что им не удалось получить ни одного номера телефона медиков, и начали меня донимать. Я, по их словам, был единственным участников, получившим номер телефона одного из медиков в тот день, и они настаивали на том, чтобы я организовал новую встречу. Однако я не мог им ничем помочь.

Во-первых, номер телефона, который я дал парню с крашеными волосами, был не моим. Во-вторых, номер телефона этого парня так и не попал ко мне, оставив пропущенный вызов владельцу кафе. Я не хотел, чтобы мои однокурсники узнали о моих намерениях, поэтому мне пришлось выкручиваться, говоря, что произошла путаница с обменом номерами, и успокаивать их.

Так прошла неделя. Меня не покидала мысль о том, что я вместо своего номера указала номер владельца кафе, поэтому я решил зайти в кафе спустя долгое время. Если парень с крашеными волосами действительно звонил, назвав моё имя, владелец кафе, должно быть, был в замешательстве, поэтому я хотел объяснить ситуацию.

– Что..?!

– Это заняло больше времени, чем я думал. Видимо, ты не такой уж и постоянный клиент.

Но, придя в кафе, я столкнулся с неожиданным человеком. Это был не владелец номера, парень с крашеными волосами, а Кан Ки У. Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу. Казалось, он не случайно оказался там, а ждал меня, так как не удивился моему появлению и сразу же заговорил со мной.

– О… Что ты здесь делаешь…

– Удивлён, что это я не тот, кого ты ожидал увидеть? Мой друг, который взял номер, позвонил и узнал, что он принадлежит владельцу этого кафе. Владелец сказал, что тебя здесь не было больше двух недель.

Похоже, парень с крашеными волосами позвонил по номеру владельца кафе и узнал о его существовании.

Меня должно было насторожить, что он пришёл сюда, вместо того что бы почувствовать отвращение к моей лжи и пройти мимо, но больше всего меня ужасало то, что Кан Ки У пришёл вместо парня с крашеными волосами.

– А ты зачем пришёл...?

– Не стоит так напрягаться. Просто решил заглянуть. Хотел извиниться за свои грубые слова.

– А…

– А потом оказалось, что здесь неплохой кофе, и я стал заходить сюда перед занятиями. Но тебя всё не было, а владелец сказал, что ты здесь давно не появлялся. Так что я стал заходить сюда, когда было время.

От его улыбающегося лица мне стало немного не по себе. Я слегка удивился, что он раскаялся в своих нелепых словах в туалете и искал меня. Но что это за одержимость такая, раз он заходил сюда, как будто просто отмечаясь, когда даже не сталкивался со мной?

– Раз уж мы снова встретились, я хочу нормально извиниться. От имени всех моих однокурсников я искренне сожалею о своих неосторожных словах и о том, что этот преступник вообще был моим однокурсником.

– Мм...

– Ты простишь меня?

– Ну…. Думаю, я буду злиться ещё как минимум месяц.

– Месяц? Понятно.

В его поведении не чувствовалось искренности, поэтому я решил немного покапризничать. На самом деле, я и не надеялся на личные извинения, поэтому мог просто принять его искренность и забыть об этом.

Тем не менее, Кан Ки У, похоже, хотел взять на себя ответственность за свои слова. Он попросил меня подождать и подошёл к стойке заказов, где долго разговаривал с владельцем. Вернувшись, он сказал, что собирается извиняться целый месяц. Я скорчил гримасу, не понимая, что это за чушь, и он объяснил, что оплатил все напитки и еду, которые я буду заказывать в этом кафе в течение месяца.

– А, хочешь решить всё деньгами? - я саркастично посмотрел на него, но в душе был удивлён тем, как он потакает моим несбыточным просьбам. Он пожал плечами.

– Что ещё я могу сделать?

– А можно привести друзей и заказать всё за твой счёт?

– У тебя вообще есть совесть?

Даже если он так говорил, похоже, ему было приятно со мной общаться, ведь он всё время улыбался. Он же родился с золотой ложкой во рту, что ему убудет от лишних нескольких ртов, смешно даже…

Но мне было интереснее вот так перебрасываться с ним парой слов, чем просто отпустить его, закончить разговор и уйти, поэтому я нарочно продолжил разговор, делая вид, что торгуюсь.

– Неудобно как-то приходить сюда с друзьями и заказывать только себе что-то бесплатное. Получается, я буду приходить сюда один. А что мне одному делать в кафе?

– Можешь в телефоне посидеть.

– Не люблю я в кафе в телефоне сидеть. Если я буду здесь что-то заказывать, ты будешь приходить сюда, чтобы со мной поговорить?

– Если у меня не будет занятий, то сколько угодно.

Неожиданно легко согласившись, он заставил меня растеряться и пропустить момент для ответа. Заметив моё замешательство, он одарил меня такой лучезарной улыбкой, что моё сердце начало сдаваться без боя.

Казалось, он совсем другой человек, нежели на той встрече неделю назад. Вернее, наоборот, словно он снова стал таким, каким был на той встрече. Как и тогда, когда он спас меня от этого придурка в туалете, на ситуацию словно моментально наложился романтический фильтр. Моё сердце предательски забилось.

После этого всё зависело только от меня. Я даже подумал о том, чтобы посещать его факультативные занятия, но оказалось, что он студент-медик, так что никаких факультативов у него нет. Глядя на его расписание, состоящее только из профильных занятий и учёбы, я задавался вопросом, как он вообще находил время на ту встречу и на ежедневные походы в кафе.

Несмотря ни на что, в течение этого месяца, который он мне выделил, я при каждом удобном случае звал его в кафе. И он приходил ко мне примерно в каждом третьем случае, проводя со мной время. Даже если брать только это, я предполагал, что я был тем человеком, с которым помимо других медиков он виделся, возможно, чаще всего. Не удовлетворившись этим, я постоянно преследовал его, чтобы случайно столкнуться с ним хотя бы по дороге в университет.

– Ты что, следишь за мной в последнее время?

– …Что? Нет, что ты.

Чем чаще мы виделись в кафе, тем свободнее мы начали общаться, и мы начали обращаться друг к другу по имени. В тот день я заказал аффогато* и позвал Ки У хёна, и он появился через 20 минут, выдав эту фразу. Неужели я слишком явно за ним следил? Я прикинулся дураком, но в душе что-то кольнуло.

*Аффогато - это простой и элегантный итальянский десерт, представляющий собой шарик ванильного мороженого или джелато, «утонувший» в горячей порции эспрессо.

– Корпус художественного факультета вообще никак не соприкасается с корпусом медицинского. Но ты всё равно продолжаешь появляться в автобусе и в столовой для студентов-медиков. Почему?

– Ни за кем я не слежу. Тебе не кажется, что у тебя раздутое самомнение?

Мои попытки подстроить случайную встречу провалились, но я всеми силами отрицал это. Выражение лица Ки У хёна не говорило о том, что я ему надоел. Скорее, казалось, что он поддразнивает меня. Может быть… Поэтому я отважился время от времени проверять, есть ли у него ко мне хоть 10% симпатии. Прямо как сейчас, глупо улыбаясь во весь рот.

– Хён, ты в меня влюбился, да? Может, я тебе везде мерещусь, и ты видишь галлюцинации?

– Хо, в самом деле…

Он на несколько секунд замолчал, уставившись на меня с бесстрастным лицом. И что это значит? Сердце забилось чаще…

– Так приятно видеть, как кое-кто так радостно улыбается, даже не понимая, какой бред несёт…

– Серьёзно? Думаешь, я настолько идиот?

– Нет, просто ты выглядишь энергичным. Совсем меня не знаешь? Мне нравятся весёлые люди.

Как же не знать. Я запомнил это после той встречи. Вот почему я как дурак всё время только и делал, что улыбался. От природы я был чувствительным, робким и трусливым, и на моём лице обычно была тревожная нервозность. Но рядом с ним я нарочно вёл себя энергично и жизнерадостно, словно порог моей чувствительности к смеху был очень низким.

Его предпочтения... Я уже вышел за рамки, которые он установил из-за моего пола, но я хотел использовать другие факторы, такие как личность, чтобы найти возможность сделать наши отношения романтическими. В то время я искренне верил, что это сработает.

Незаметно пролетело время, и отведённый мне для встреч в кафе месяц закончился, но моя безответная любовь никак не хотела угасать. Казалось, я крутился вокруг него ещё месяца три. Иногда мне казалось, что он, который говорил, что не испытывает никаких романтических чувств к мужчинам, понемногу начинает ко мне привыкать. Вероятно, Ки У хён, чья повседневная жизнь состояла исключительно из учёбы, всё ещё, казалось, интересовался мной. Учитывая время, которое мы изредка проводили вместе, это было больше, чем просто забота сонбэ о своём хубэ.

Примерно в то время начали распространяться слухи о том, что у него появилась девушка, что буквально сломило мой дух. В школе было много людей, которые его любили и преследовали, как и я. По словам источника, девушкой Ки У хёна была моя ровесница, красавица, учившаяся не в нашем вузе, а на факультете танцев соседнего женского университета,. Её звали Чи Сон Хва.

Единственное, что меня утешало, это то, что она была бетой. Тот факт, что я был доминантной омегой и, следовательно, более подходящим партнёром для доминантного альфы Ки У хёна, давал мне чувство, что я, по крайней мере, в чём-то превосхожу её. Однако для самого Ки У хёна пол был абсолютно важнее темперамента, поэтому это не имело никакого значения.

– Кажется, она занимается балетом?

Прежде чем я это осознал, я стал практически его сталкером, собирая информацию о его девушке и даже отслеживая её передвижения. Однажды я издалека увидел её, когда она ждала Ки У хёна перед медицинским факультетом нашего университета. Как и подобает балерине, у неё была изящная, красивая и нежная фигура. Даже с расстояния в 100 метров было видно её выделяющийся силуэт, и, намеренно проходя рядом с ней, я украдкой посмотрел на неё и убедился, что её лицо гораздо красивее, чем я предполагал. Было очевидно, что она соответствовала идеальному типу Ки У хёна: невинная красавица, вызывающая инстинкт защиты.

– Она красивая...

Проходя мимо неё, я пробормотал это достаточно тихо, чтобы мог услышать только я. Весь мой азарт в борьбе за любовь Ки У хёна мгновенно испарился. Для меня, как для парня, изначально не было шансов на победу, но, увидев её красоту, я должен был признать это. Независимо от того, что я мог сделать, я уже потерпел полное поражение.

Обмен партнёрами

Прекрасная бета девушка Ки У хёна была рядом с ним и семь лет спустя. Родителям, не одобрявшим бету Сон Хва, так и не удалось их разлучить, несмотря на все попытки. Только посмотрите на их нежные объятия и уход в комнату… Несмотря на то, что каждый из них состоит в браке с другим человеком, они сохраняют крепкую связь, устраивая эти тайные встречи, от которых заплакали бы даже пастух и ткачиха.

– А, ах…

– Ты теперь о другом думаешь?

Я на мгновение забыл о Бэк Чон О, вспоминая прошлое семилетней давности. На его сильных предплечьях, стягивающих мою рубашку, от возбуждения выступили вены. Как и любой альфа-мужчина, Бэк Чон О казался воплощением мужественности с избытком тестостерона. Впрочем, это идеально подходит для того, чтобы подарить мне ночь экстаза, которая развеет все мои сложные чувства.

Он грубо потёр толстыми пальцами мою дырочку, давя и рыча, как хищник. Из-за его грубых прикосновений ремень на моих брюках расстегнулся и упал, хотя он ничего особенного и не делал. Мои брюки и бельё без моей помощи упали вниз, и Чон О принялся вставлять оба указательных пальца между моими ягодицами, проникая внутрь. Какой же он нетерпеливый…

– Ты не трогал себя здесь. Смотри, как всё крепко сжато. Хочешь, чтобы я сошёл с ума?

– Опять ты за своё… Где бы?.. Хы… я это сделал? В офисе? В такси?

– Неужели нельзя заниматься сексом из-за работы? Если ты будешь со мной, тебе не нужно будет работать. Почему бы тебе просто не жить со мной?

– Ки У хён тоже зарабатывает достаточно, чтобы меня содержать, почему…

Оба его указательных пальца резко вонзились внутрь до упора. В итоге внутри оказалось четыре пальца… Член Чон О намного толще, чем четыре пальца вместе взятые, поэтому подготовка к проникновению ещё не закончена, но любовные соки уже брызжут, словно я с нетерпением ждал, когда он наполнит меня.

Чавк-чавк…

Благодаря его умелым рукам, всё уже насквозь промокло. Звук влаги звучал в ушах, и я потянулся к его члену, который сильно возбудился и торчал из-под брюк. Я быстро расстегнул молнию, и его член, горячий от предэякулята, словно здороваясь выпрыгнул наружу. Но… этот человек даже нижее бельё не надел.

Его чёрные лобковые волосы были густыми, но довольно ухоженными. Если не думать о том, что это лобковые волосы, то они могли бы быть похожи на волосы новорождённого. Пока я витал в своих мыслях, перед глазами всё закружилось. Он схватил меня за талию и перевернул, хотя до этого мы стояли лицом к лицу. Опершись верхней частью тела о спинку дивана, я выпятил задницу и приготовился к его члену. Вскоре его огромный член в презервативе настойчиво и быстро ворвался в меня, как угорь, ныряющий в нору.

– Ха...

– Почему ты сегодня такой вкусный? Прямо засасываем меня всего.

В момент проникновения меня словно ударило током, пробежавшим по всему телу. Так происходит всегда с тех пор, как мы начали заниматься сексом полгода назад. Нужно признать, что он искусен в сексе, и что у нас отличная совместимость. Немного потеревшись, словно он терпеливо исследовал меня изнутри, член Чон О вскоре начал быстро толкаться, стремясь к моей точке наслаждения. Зная моё тело вдоль и поперёк, он сначала нежно ласкает меня, а затем неожиданно бросается в атаку, как только я теряю бдительность.

Хлюп! Хлюп! Хлюп! Хлюп!

Его толчки оглушали меня, словно перегорел предохранитель. Каждый раз, когда его член двигался взад и вперёд, прозрачная жидкость, липнущая к нему, выплёскивалась наружу. Каждый раз, когда он вытаскивал член почти до головки, а затем яростно вставлял его обратно, ударяясь яичками, жидкость пачкала его пах и мои ягодицы, издавая громкие хлюпающие звуки.

– Ещё!.. Ещё, ещё… Ещё!

– Ха… Мой член лучше, чем у твоего мужа?

Что-то горячее упало мне на шею и спину. Вероятно, это был его пот. Он сильно возбудился, высвободил феромоны и ускорился. Из-за сильного трения внутри мои стенки стали горячими, словно раскалённые. Хорошо, что я люблю, когда меня трахают, иначе я бы обжёгся.

Сегодня всё было особенно яростно, так что всё моё тело дрожало. Подтверждением тому был диван, на котором я лежал, который от громкого скрипа сдвигался всё ближе к окну, покидая своё первоначальное место в центре гостиной. Казалось, мы занимались сексом, наслаждаясь великолепным ночным видом с высокого этажа под нашими ногами. Я задавался вопросом, сможет ли хоть одна птица взлететь так высоко, хотя бы установить со мной зрительный контакт? Мои ягодицы, зажатые в его больших руках, болели так, словно вот-вот лопнут. Возможно, останутся синяки, которые не исчезнут как минимум неделю… Но из-за экстаза от того, как его член яростно проникал внутрь, эти мысли быстро исчезли.

Внезапно… меня осенило. Она хоть и спортсменка из-за своей профессии танцовщицы, но всё же женщина и довольно хрупкого телосложения. Не слишком ли утомительный такой секс для Сон Хва? Хотя у женщин в принципе выделяется смазка, но её количество нельзя сравнить с тем, сколько выделяют омеги. И раскрытие внутренних стенок под действием феромонов, как у омег, у беты есть в этом ограничения.

Наверное, поэтому Чон О ведёт себя так, словно всегда голоден, когда занимается сексом со мной. Он хочет выплеснуть всю ту интенсивность и одержимость во время секса за одну ночь, чего бы он не осмелился сделать бы со своей законной женой.

Бэк Чон О был в совершенно противоположной ситуации по сравнению с Ки У хёном, которого заставили отказаться от беты из-за давления семьи и жениться на омеге. И дело не только в том, что его родители разрешили ему свободно вступать в брак по любви. Чон О нравятся омеги, независимо от пола, но, к сожалению, из-за яростного сопротивления его родителей, которые ненавидят омег, ему пришлось жениться на бете Сон Хве.

Ки У хён, которому нравятся женщины, но он женился на мужчине-омеге. И Бэк Чон О, который испытывает влечение к омегам, но он женат на женщине-бете. Поэтому эта встреча супружеского обмена просто идеально подходила нам. Мой муж любит Сон Хва, и она тоже любит моего мужа. Чон О хочет моё тело, а я хочу сохранить свой брак, делая всё, что хочет мой муж.

Обмен партнёрами, от которого люди, услышав, пришли бы в ужас и назвали дешёвой драмой, тайно разворачивался в роскошном номере люкс дорогого отеля, где за одну ночь можно отдать стоимость подержанного автомобиля. Это было всё равно что запачкать отвратительным запахом деньги.

Ситуация, в которой все трое жаждут обменяться партнёрами. Здесь моё мнение об этом обмене не имело никакого значения. Даже если бы супруг Чи Сон Хва был толстым, уродливым или старым, я бы не смог отказаться от этой ежемесячной традиции.

Вот что значил для меня брак с Ки У.

Если уж быть благодарным Чи Сон Хве, то только за то, что она вышла замуж за такого великолепного и сексуального альфу, чтобы мне не хотелось откусить себе язык и умереть на каждой встрече супружеского обмена. Конечно, она, вероятно, поэтому и вышла за него замуж. Да, только такой мужчина подходит в качестве компенсации за день, когда у меня крадут мужа.

Намеренно промывая себе мозги, я изо всех сил сжимал горячий член Чон О, который яростно двигался внутри меня. Он удивлённо вздохнул.

– Вау… Где ты научилась так сжимать мой член?

– …Я… нигде…

– Ты так делаешь своему мужу дома? Ки У просто везунчик…

Хаа… Всего через несколько секунд после того, как я напряг все мышцы внутри, Чон О нахмурился и глубоко вздохнул. И в то же мгновение, я ощутил, словно кто-то вылил горячую воду мне внутрь. Это был первый оргазм Чон О этой ночью. Даже несмотря на то, что на нём был презерватив, я чувствовал что-то тёплое, согревающее живот. Вскоре из моего члена тоже потекла сперма, и Чон О с улыбкой до ушей потянулся к моему члену и собрал сперму своей ладонью. Затем он принялся перебирать её из одной руки в другую, а потом вдруг размазал по моему отверстию, которое всё ещё соединено с его членом…

Так, он уже готовится ко второму раунду…

Мы пропустили встречу в прошлом месяце, поэтому мы не занимались сексом уже два месяца. Он голодал по моему телу, которое он попробовал уже очень давно. Он сходил по нему с ума. Видимо, он не собирается так просто меня отпускать. Можно было догадаться, посмотрев на количество презервативов, разложенных на столе.

В комнате, куда ушли Ки У хён и Сон Хва, с самого начала было тихо. Похоже, в этой комнате отличная звукоизоляция. Так же, как бы громко я ни стонал и ни извивался под Чон О, они ничего не услышат. Зная это, я повернулся спиной к Чон О и, повернувшись лицом к нему, дерзко поцеловал его в губы. Грубый и горячий язык, двигаясь толчками, скользил по моему рту. Я нарочно громко издал стон, поднял одну ногу и обхватил ею его талию.

Всё ещё целуясь, Чон О протянул руку куда-то и разорвал упаковку второго презерватива. В тот момент, когда он снимал презерватив, в который только что выпустил семя, феромоны альфы стали ощущаться яснее. Они напоминали цветы и виски. Почувствовав это, моё тело снова выделило смазку. И без того блестящий от налипшей спермы Чон О отверстие было мокрым, как от наводнения, из-за новообразовавшейся смазки. Головка Чон О, одетая во второй презерватив, быстро вонзилась в мою дырочку, и она жадно поглотила его. Она продолжала сочиться, словно выделяла слюни. Чон О, проникнув внутрь меня, начал хрипло и грубо стонать. Теперь и он постепенно начинает громко кричать, как и я.

Ночь только начиналась. С этого момента я собираюсь стонать ещё больше и получить столько удовольствия, что потеряю рассудок. Я хотел, чтобы мой супруг, который отдал другому альфе только для секса на одну ночь, слышал, как я занимаюсь секса в его отсутствие...

С этого момента я буду стонать громче и заниматься сексом. Мой бунтарский дух, который я хотел выместить на Ки У хёне, был бы прекрасным подарком для Бэк Чон О, который сходит с ума от честной и откровенной сексуальной реакции. Именно так и проходили эти развратные ночи обмена, в которой цели каждого соответствовали друг другу.

– Ли Хо-я, ты ведь можешь поехать домой один?

– …

После нашей третьего раза с Чон О наступило затишье, и мне позвонил Ки У хён. Зачем звонить, если можно просто открыть дверь, сделать несколько шагов и сказать всё? Ах да, он, наверное, не может выйти из комнаты, потому что обнимает Сон Хва, будучи совершенно голым… Даже если он обнажён, Чон О и он оба альфы, им нечего стесняться. И разве не смешно, что он вдруг начал стесняться меня, перед которым уже не раз представал голым? Почему прячешься и звонишь, это на ведь тебя не похоже.

Но на самом деле меня сейчас беспокоит совсем не это. Слова хёна о том, чтобы я возвращался домой один, заставили меня содрогнуться.

– Почему?

– Завтра у Чон О есть дела, и он не сможет отвезти Сон Хва домой к её матери. Так что я её отвезу.

И это всё? Только из-за этого он останется с Сон Хва до утра?! Вообще-то, по договорённости, после окончания свингерской встречи мы с Ки У хёном должны были вернуться домой вместе, как бы поздно ни было. Неважно, останутся Сон Хва и Чон О в номере люкс на ночь или нет. Но раз он передумал ехать домой, он предлагает не остаться в этом номере, а уехать одному посреди ночи… Даже если любимый человек важнее всего, это уже перебор.

– Ты как будто растишь дочь. Она что, не может сама съездить к своим родителям днём? Вот она, принцесса танцев.

– …Я говорю по громкой связи. Выбирай выражения.

– А…?

Чёрт, я прокололся… Так и знал. Мог бы предупредить заранее.

– Ты забыл, что случилось с Сон Хва перед нашей свадьбой? Неудивительно, что ей страшно ходить одной. Что ты такое говоришь?

– Оппа… Хватит…

Голос Сон Хва, пытающейся остановить хёна, донёсся из телефона. Конечно, я признаю, что был не прав. Ах… Я так раздражён. Я – злодей, который влез между ними и говорит всякие гадости, а она – слабая женщина, которую нужно защищать… Мне так не нравится, что эта ситуация снова повторяется.

– …

– Извинись перед Сон Хва.

– …Сон Хва-щи? Простите. Я сказал глупость…

– Да, всё в порядке.

Тук

И звонок прервался. Хм… Её поступок, когда она закончила разговор первой, чтобы избежать ссоры, выглядел великодушным, даже несмотря на то, что она бросила трубку, когда я ещё говорил. Я словил в свой адрес оскорбление и потерял мужа, с которым должен был вернуться домой, и теперь в разгаре со мной ещё и сбросили звонок.

Наверное, если бы мы были с Сон Хва наедине, она бы посмотрела на меня злобным взглядом и разозлилась. Но перед Ки У хёном Сон Хва не показывает никаких признаков недовольства. Только до этого момента. Гораздо более жестокой она становится, когда мы остаёмся вдвоём.

– Почему у тебя такая кислая мина?

Раз уж мне придётся возвращаться домой одному, то оставаться в отеле бессмысленно. От мысли о том, что мне придётся добираться до дома одному на такси или автобусе, меня охватила усталость. Только что я трижды занимался страстным сексом с Бэк Чон О, и моё тело было измотали… Чон О, который вышел на балкон покурить, а затем вернулся, заметил, что с моим лицом что-то не так, и спросил. Наверное, у меня всё было написано на лице.

– Я собираюсь уйти.

– Уже? Не останешься на ночь?

– Вообще-то я не планировал оставаться на ночь. Я бы хотел побыть ещё, но если я не уйду сейчас, то опоздаю на автобус или такси…

Выражение лица Чон О, слушавшего мой ответ, отличалось от его обычного расслабленного вида. Как будто он услышал самые нелепые слова в мире. "Почему ты уходишь один? Разве ты не собирался уйти с Кан Ки У?" На его вопрос я ответил уставшим тоном: "Верно…"

– Останься здесь до утра. Мне очень жаль расставаться с тобой вот так.

– Мне нужно завтра на работу.

– Я отвезу тебя завтра на работу, чтобы ты не опоздал.

Что это значит? Разве Бэк Чон О не должен был быть занят завтра и не мог отвезти даже свою жену… Закрадывается подозрение, не солгала ли Чи Сон Хва о том, что Бэк Чон О занят, чтобы удержать Ки У хёна подольше.

– Не хочу. И у тебя же завтра дела, разве нет? Пожалуйста, заботься о своей жене больше, чем обо мне.

– А если я не хочу? Это моё решение.

– …

– Завтра я направляюсь в совершенно в другом направлении к своим родственникам, но тебя, Ли Хо, я всегда смогу подвезти до компании.

Что это за муж такой? Даже если они практикуют обмен партнёрами, разве не должен он уделять приоритет своей жене, а не партнёру? Когда я уставился на него с изумлённым выражением лица, Чон О поднял обе руки, как будто понял.

– Ладно, ладно. Если тебе неудобно, я пойду домой сегодня вечером. Ты можешь хорошенько выспаться один в этой большой кровати. Я даже могу достать выпивку.

– …А, ну… У меня та же самая одежда. Все на работе заметят это завтра… И без того на работе ходят слухи, что я встречаюсь с любовником, будучи женатым.

Это правда. В моей компании есть уродливый толстяк, который мне завидует. Помощник менеджер О… Он распространяет обо мне много слухов, и если я завтра приду на работу в той же одежде, что и вчера, снова начнутся разговоры. За ним уже числится история распространения слухов о том, что я изменяю своему мужу.

Чон О просто выплюнул: "Правда? В таком случае…" И, как только я наклонился к полу, чтобы поднять носок, упавший под диван, он обхватил меня за талию со спины. Это не было простой игрой, как будто он просто хотел коснуться меня перед расставанием. Он тёрся своим уже эрегированным членом между моих ягодиц, страстно цепляясь за меня.

Только что он, казалось, смирился с моим уходом домой, но его поступок, вновь разжигающий сексуальное желание, предвещал, что он определённо не отпустит меня домой этой ночью.

Ла-ла-ла-ла!

Я резко проснулся от странного звука будильника, который слышал впервые. Это точно не мой телефон. И уж точно не будильник Ки У хёна, который я иногда слышал.

Я сел, выпрямив затёкшую поясницу, и слегка похлопал себя по щекам, чтобы проснуться. Ах да… Я же собирался домой, но Бэк Чон О меня задержал, и я ещё несколько часов мучился, а потом потерял сознание и уснул. Всё-таки ему удалось не отпустить меня домой…

Источником незнакомого громкого будильника оказался телефон в номере отеля. Я взял трубку, и девушка с ресепшена сообщила, что сейчас восемь утра. Это был утренний звонок. Может, я говорил Чон О, что обычно просыпаюсь в восемь? Не помню.

Похоже, Чон О, как и обещал вчера, уехал домой, чтобы я мог спокойно отдохнуть один. Я помню, как мы занимались сексом по всей кровати, но никаких признаков того, что кто-то спал рядом со мной, не было. К тому же, простыни и подушки, которые должны быть в сперме и омежьей смазке, были аккуратно убраны в угол комнаты, а сейчас я накрыт свежим и чистым постельным бельём. Я чувствовал себя чистым, как будто Чон О помыл меня перед уходом. Надо же, какой внимательный и заботливый, хотя и не выглядит таким…

Я потёр ноющую поясницу и с трудом, опираясь на не слушающиеся ноги, добрался до ванной. За исключением слегка покрасневшей шеи, следы от укусов и засосы были в основном на тех частях тела, которые обычно скрыты под одеждой. Любой, кто увидел бы меня, сразу понял бы, что я занимался сексом, но, к счастью, это можно скрыть под одеждой. Видимо, пока он мыл меня вчера, он вымыл всю сперму изнутри, потому что живот был лёгким.

Тук-тук!

Я вздрогнул, накинул халат и открыл дверь. На пороге стоял сотрудник отеля с пакетами одежды в руках. Точно, я ведь не видел свою одежду с тех пор, как проснулся. Моя вчерашняя одежда, включая носки и нижнее бельё, была выстирана, упакована в пакеты и возвращена мне.

Сотрудник отеля принёс не только мою вчерашнюю одежду. Вместе с ней были новая рубашка и брюки, с которых нужно было только снять бирки. На вид дорогие, это был сегодняшний наряд для работы, который заказал для меня Бэк Чон О. Видимо, он запомнил, что я не могу носить одну и ту же одежду два дня подряд.

– Ха... зачем он так много делает для меня?

Я принял душ, надел новую одежду, которую он приготовил, и привёл себя в порядок. Было девять утра. В нашей компании нет чёткого времени ухода с работы, а время прихода достаточно гибкое, если нет срочных дел. Я мог просто поймать такси и быть там к 10 часам, поэтому я сел на кровать и расслабился.

Чон О, видимо, часто обнимал меня, поэтому знал мой размер. Одежда, которую он прислал, идеально сидела на мне, не была ни большой, ни маленькой. Он точно угадал мой вкус и был невероятно проницателен в выборе стиля, который хорошо подходит моему тону кожи и фигуре.

Бэк Чон О от природы внимательный и заботливый. У него много денег, он красив, полон сил, у него хорошие манеры в постели, и он даже проявляет такую заботу на следующий день. Он идеальный альфа… Интересно, почему Сон Хва не переносит свою любовь на своего мужа и до сих пор привязана к чужому мужу?

Пока я думал о Бэк Чон О, который был так добр даже к своим партнёрам по обмену, я вспомнил Ки У хёна, который оставил меня вчера, чтобы отвезти Сон Хва к её родителям. Что они сейчас делают? В комнате, в которую они вчера вошли, тоже есть ванная, так что, вероятно, они решили всё там, даже приняли душ… Должно быть, сейчас самое время отвезти её, готовую к отъезду, но дверь до сих пор не открывается, и мне стало любопытно. Поэтому я медленно подошёл к ней.

На этот раз они сняли целый большой люкс, но обычно в день обмена партнерами супруги снимают две комнаты и проводят ночь раздельно. После обмена партнёрами было неписаным правилом не вторгаться на территорию друг друга. После вчерашнего разговора, который закончился взаимными оскорблениями, если я сейчас открою дверь, на меня обрушится шквал критики за то, что я мешаю… Но я не смог побороть своё любопытство и постучал.

Тук-тук!

– Хён? Сон Хва-щи?

Изнутри комнаты не последовало ответа. Они оба ещё спят? Или у них сейчас горячий утренний секс?

– Я войду?

Я постучал ещё пару раз, а затем распахнул дверь. Может быть скандал, но я решил сначала сделать это, а потом уже думать о последствиях.

– Кажется, они уже уехали...

В комнате было пусто, как будто тепло человеческого присутствия покинуло её давным-давно. Постельное бельё было аккуратно заправлено и в целом убрано. К счастью, я не увидел откровенных следов их страстной ночи.

Похоже, все встали и разбежались по своим делам раньше, чем я думал. У хёна сегодня выходной в больнице, Сон Хва - домохозяйка, притворяющаяся безработной, а Чон О - богатый бездельник, притворяющийся инвестором. Я был единственным, у кого сегодня был рабочий день, и задержался на дольше.

Я просто бродил по пустому люксу и рассматривал его. Учитывая уровень моей зарплаты, я даже не мог мечтать о том, чтобы остановиться в таком роскошном номере отеля. Это всё привилегии благодаря браку с Ки У хёном и крохи той расточительности, на которую Ки У и Сон Хва тратят деньги ради одной ночи.

Никто бы не заметил, если бы я надел те же брюки, что и вчера. Лучше бы Чон просто купил мне рубашку, а деньги, которые он потратил на эти дорогие брюки, отдал мне наличными. Тогда я мог бы заказать много еды в номер утром на эти деньги. А на сдачу взять такси… Я на мгновение подумал о том, каким наглым я стал. Общаясь с людьми, которые могут так легко тратить деньги, я, похоже, привыкаю к халяве.

Время шло, и я больше не мог оставаться в номере. Я вышел из люкса. Когда я ехал в лифте, смешиваясь с людьми, которые поднимались с нижних этажей, мне казалось, что моё привилегированное положение возвращается к моему прежнему уровню.

Если бы я не вышел замуж за Ки У хёна, я был бы обычным человеком, который зарабатывал бы обычную зарплату и редко посещал бы роскошные отели. То, что я получаю в этом странном браке, когда хён встречается с другой девушкой и позволяет мне проводить время с другими альфами, нельзя назвать малым. Я повторял это себе, чтобы стереть воспоминания о вчерашней ночи. Это было начало нового дня, как и любой другой день после обмена партнёрами по сексу.

В такси по дороге на работу я позвонил Ки У хёну.

Щелчок.

– Чего?

Он ответил на звонок так сухо, словно мы чужие. Конечно, наши отношения никогда не были похожи на милую парочку, но от этой ледяной отстранённости веяло так, будто он до сих пор злился на меня из-за вчерашнего разговора.

– Да так… Просто хотел узнать, хорошо ли ты добрался. Мы даже не попрощались утром.

– Как будто мы когда-то прощались.

И это правда. После обмена партнёрами мы никогда не беспокоили друг друга, когда разъезжались по домам, пока не встречались непосредственно дома. Хён говорил, что не хочет ни на секунду отвлекать меня от времяпровождения со своим партнёром, пока я не вернусь "домой", в супружескую обитель. Вмешиваться или беспокоить его во время таких встреч, например, звонить посреди свинг-встречи, он разрешал только в случае крайней необходимости. Например, сообщить: "Сегодня домой вместе не поедем. Езжай один".

– Да… Эм… Ты отвёз Сон Хва к родителям?

– Только что приехали.

– Ли Хо-щи, увидимся позже.

А, он, видимо, ещё был за рулём и вёз её. Когда Сон Хва звонила Ки У хёну, когда мы были вместе, он отходил в сторону и разговаривал наедине. Но когда он был с ней, и ему звонил я, он почти всегда включал громкую связь, чтобы она тоже всё слышала. Словно наши разговоры не были чем-то сокровенным или личным, и можно было не стесняться открытого обсуждения.

– Оппа, спасибо за сегодня, - донёсся из трубки её голос. А затем, в завершение, последовал звук поцелуя. Какая мерзость… Я нахмурился. Даже когда она вышла из машины и дверь закрылась, звонок, который, как я ожидал, должен был оборваться, всё ещё продолжался. Вскоре раздался голос хёна. Я подумал, что он забыл завершить вызов, но, видимо, это было не так.

– Ну так что? Зачем звонил?

– Просто хотел узнать, как дела… И всё.

– Ясно…

Даже после того, как она вышла, голос хёна оставался приглушённым. Кажется, моя вчерашняя оплошность задела его довольно сильно. Или он специально был холоден со мной в её присутствии? Почему он так долго злится?

– Почему ты вчера не поехал домой? Я же сказал, чтобы ты ехал один.

– Ты только сказал, что не поедешь со мной, но не говорил, что я обязательно должен ехать домой.

– …

– …Откуда ты знаешь, что я не поехал домой?

После третьего раза мы с Чон О тоже стали заниматься сексом в спальне с закрытыми дверями, как и они. Я провалялся там до утра, пока не прозвенел будильник, так что, когда я выходил из номера, хён не мог знать наверняка, остался ли я в отеле… Неужели он столкнулся с Чон О, когда тот выходил из номера рано утром?

– Я утром нашёл твою сумку под диваном в отеле.

– Мою сумку? Вот как.

– Диван, который всегда стоял посередине, утром был придвинут вплотную к окну, в неудобном месте, а под ним ещё и твоя сумка. Как это можно было не заметить? У вас что, был секс с видом на ночной город?

– Ну… Это…

– Да и не только из-за сумки всё было понятно. Вы так кричали до самого утра.

Ах… Меня услышали. Я намеренно громко стонал во время секса, надеясь, что Ки У хён услышит, но не думал, что звук распространится настолько сильно. Мне стало ужасно стыдно от мысли, что хён и Сон Хва могли слышать мои стоны.

– Я понимаю, тебе было жаль расставаться с Бэк Чон О после долгой разлуки, но нужно знать меру. Всё-таки он муж Сон Хвы. Не нужно было так увлекаться, чтобы заставлять Сон Хву беспокоиться.

От этих слов хёна я просто потерял дар речи. Разве Чи Сон Хва не сама предложила эту чепуху с обменом партнёрами? Она же сама предложила мне в партнёры своего мужа. Как это могло её беспокоить? Я молчал от злости, и тогда хён, вздохнув, первым завершил разговор. Тем временем такси подъехало к офису. Было 9:48, времени до 10 ещё оставалось достаточно. На следующий день после обмена партнёрами у меня всегда было ужасное настроение. Как и в тот раз, два месяца назад. Я пошёл в кафетерий, чтобы хоть как-то поднять себе настроение, и купил кофе с кучей сахара и калорий.

– Менеджер Ю! Вы на месте?

Я уже собирался сделать глоток, когда услышал, как меня издалека взволнованно зовёт руководитель группы, и тут же бросился к нему.

– Да!

– К нам сегодня в 4 часа приедет клиент! Найдите хороший конференц-зал. И распечатайте приветственный плакат.

– Да,да.

Едва успев привести в порядок одежду, забрызганную кофе, я побежал к своему рабочему месту, где получил совсем не срочное поручение от руководителя. У него всегда была такая манера общения - выдавать любое дело за чрезвычайную ситуацию. Я должен был уже привыкнуть, но каждый раз попадаюсь. По счастливой случайности мне удалось забронировать самый большой, красивый и современный конференц-зал на 12 этаже. Теперь нужно придумать красивое приветствие для клиента и распечатать её. Кстати… А кто наш клиент?

– LK Fashion.

Будто прочитав мои мысли, ко мне приблизился мой коллега из соседнего отдела и любезно подсказал, кто наш клиент. Юн Чон Тэ, копирайтер на три года младше меня. Удивительно, но он знал даже то, чего не знал я - график работы нашей команды. Он наш главный человек в компании и популярен среди девушек.

– А, спасибо.

LK Fashion были нашими давними клиентами, но никогда не посещали наш офис. Похоже, это был первый визит после того, как недавно один из членов семьи LK стал директором, а прежнего директора уволили. Я быстро набрал огромными буквами фразу: "[Добро пожаловать в Sanhwa Planning, LK Fashion!]". На меня нахлынули сомнения, не слишком ли просто я оформил приветственный плакат для первого визита клиента. Я был в напряжении, боясь выслушать упрёки руководителя за выбор такого старомодного шрифта. Вдруг я почувствовал горячее дыхание возле уха и вздрогнул от испуга.

– Что такое?!

– Почему вы никогда не смотрите на меня?

Чон Тэ, ухмыляясь, даже не думал убирать своё лицо, приближённое ко мне. Мне не по себе от такой близости в офисе. Я понимаю, если бы я был просто парнем, но я же омега, да ещё и женат на альфе. Ему наплевать, что подумают другие?

– Менеджер Ю, пойдёмте сегодня на обед вместе?

– Нет, я занят.

– Какая досада.

Я демонстративно проигнорировал его слова и вернулся на своё рабочее место с распечатками. Как реагировать, когда этот парень, младше меня на три года, всего лишь сотрудник, проявляет такую наглость? Даже не знаю, что делать с этой ситуацией.

Всё началось месяц назад. В тот день я совершил ошибку, переспав с ним после пьянки… Устав от тяжёлой работы, я с коллегами пошли напиться, чтобы обругать нашего начальника. Юн Чон Тэ из соседней команды присоединился к нам, когда оставался в офисе допоздна, и в тот день он показался мне особенно привлекательным. Это и стало роковой ошибкой.

Я однажды пропустил наш запланированный обмен партнёрами, который происходил примерно раз в месяц, сославшись на свой плотный график. В ярости из-за того, что Ки У пошёл на свидание с Сон Хва, я напился. Я не мог рассказать своим коллегам о своих сложных семейных обстоятельствах, поэтому продолжал пить, пока количество выпитых рюмок не превысило десяти пальцев. В приступе ярости я схватил Юн Чон Тэ за лицо и поцеловал его. К счастью, остальные коллеги вышли покурить, так что никто этого не видел… Чон Тэ воспылал страстью и, как только вечеринка закончилась, потащил меня в мотель. Так произошла наша ночь, о которой я помню лишь смутно.

С того дня меня бросает в дрожь каждый раз, когда я вижу, как его взгляд изменился.

Может, мне стоит сменить работу, пока все не узнали…? Вспоминая ту ночь, когда я неожиданно переспал с младшим коллегой, я должен признать, что это была впечатляющая ночь, наполненная острыми ощущениями, возможно, из-за возбуждения или энергии молодого Чон Тэ. Было бы жаль заканчивать всё на одной ночи, но если каждый раз, когда я вижу его лицо, меня будет преследовать неловкость, может, стоит просто сделать его своим любовником? Нет, я, должно быть, сошёл с ума. Я решил больше об этом не думать.

Было 16:10. Представители отдела маркетинга LK Fashion один за другим входили в конференц-зал нашей компании, и я помогал младшему члену команды разносить напитки.

Наша компания – рекламное агентство, которое создаёт и распространяет рекламу по запросу клиентов. Я работаю дизайнером в производственной команде, моя официальная должность – арт-директор. LK Fashion – крупный клиент, который тратит на рекламу до 30 миллиардов вон в год. Мы работаем вместе уже более семи лет, но срок действия контракта истекает во второй половине этого года, и новое соглашение ещё не заключено. Возможно, поэтому даже директор нашего отдела сегодня присутствовал и изо всех сил старался угодить рекламодателю.

– Добро пожаловать! Это рекламная команда Sanhwa Planning, отвечающая за рекламу LK Fashion.

– Здравствуйте. Приятно познакомиться с новыми людьми.

Директор, команда планирования и производственная команда создавали дружелюбную атмосферу и приветствовали рекламодателя. Внезапно я почувствовал, как будто звук исчез. Я перестал разносить кофе и огляделся, пытаясь понять, что происходит. В конце концов я осознал. В самом конце вереницы входящих сотрудников отдела маркетинга вошёл красивый мужчина с выразительными чертами лица. Все сразу поняли, кто это.

Внук председателя LK Group Джу Хён Воля, единственный сын Джу Мён Хёна, любимого второго сына Джу Хён Воля, молодой директор, на которого возлагают самые большие надежды среди всех внуков. Джу Сан Квон, глава отдела, к которому руководители LK Holdings спешат выстроиться в очередь, чтобы получить его поддержку.

– Директор Джу Сан Квон, мы рады вас видеть!

Наш директор громко приветствовал его. Высокий прямой нос, западные черты лица, гладкий лоб, длинные и глубокие глаза без двойных век, слегка полные, но не нарушающие баланс черт лица большие губы и рост почти 190 см, широкие плечи и крепкое телосложение… Бледная кожа и невыразительное лицо излучали холод, но его дорогая внешность, как и подобает члену семьи чеболей, создавала впечатление, будто я вижу знаменитость.

Я даже невольно подумал, что этот красивый мужчина пришёл представить эксклюзивную модель LK Fashion.

– Рад познакомиться.

– Спасибо, что пришли, несмотря на свой плотный график!

В начале этого года он был назначен главой отдела маркетинга LK Fashion, одной из основных дочерних компаний LK Group. Благодаря тесному сотрудничеству бывшего директора по маркетингу LK Fashion и нашего директора, мы продолжали получать рекламный контракт в течение семи лет. Теперь, когда Джу Сан Квон сменил прежнего директора, он захочет всё реорганизовать по своему вкусу. Первым делом он, вероятно, захочет решить, менять или нет рекламное агентство.

Все присутствующие были напряжены. Никто не знал, хорошо это или плохо, что новый глава отдела лично прибыл, чтобы оценить существующее агентство. Атмосфера, которую он излучал, была слишком тяжёлой.

– Давайте начнём.

В любом случае, он был великолепен. Его внешность и голос низкого тона были безупречны. Я невольно засмотрелся на лицо директора Джу Сан Квона, но, встретившись с ним взглядом, быстро опустил голову и притворился, что ищу свободное место.

Несмотря на то, что конференц-зал был большим, осталось совсем немного свободных мест. Единственным местом, куда я мог быстро приземлиться, было место рядом с ним, которое освободилось с появлением директора Джу Сан Квона.

Какой приятный запах…

Я на мгновение погрузился в экстаз, ощутив едва уловимый запах одеколона, затем пришёл в себя и сосредоточился на совещании.

Переломный момент

Моя проклятая хроническая болезнь - слабость к красивым мужчинам. Когда я впервые влюбился в Ки У хёна, я отреагировал не на его впечатляющие характеристики, а на его внешность, а инцидент месячной давности с Юн Чон Тэ, если разобраться, произошёл из-за того, что он был довольно красив, и я, будучи пьяным, прилип к нему. И сегодня, не ожидав этого, я близко сидел с красивым мужчиной, и, должно быть, из-за напряжения моя нога сильно тряслась. Удивительно, что я могу думать в таких ситуациях о внешности мужчины…

– В LK Fashion линия уличных брендов стабильно увеличивает продажи, но от линии товаров для активного отдыха «Blue Rail» и линии мужской одежды «Thesis» ускоряется отток молодой целевой аудитории…

Я немного приглушил освещение в конференц-зале, чтобы данные на экране отчётливо отображались. В затемнённом  конференц-зале я чувствовал себя спокойно, но моя нога продолжала трястись. Я слушал брифинг о ситуации на рынке LK Fashion, который представлял руководитель группы рекламодателя.

– Эм…? Что это?

Внезапно я почувствовал прикосновение к своей ноге и, заглянув под стол, увидел огромную руку, сжимающую моё бедро. Из-за нереально длинной руки и большой ладони я сначала испугался, подумав, что это рука призрака, но вскоре понял, что это был директор Джу Сан Квона, сидящего рядом со мной.

Что это за домогательства?

Я был ошарашен невероятной ситуацией, но рука Джу Сан Квона уверенно продолжала сжимать моё бедро. Не понимая, что происходит, я повернул голову и посмотрел на него, и наши взгляды мгновенно встретились в тёмном конференц-зале.

– Не трясите.

– Простите…?

– Я про вашу ногу.

Я зачарованно смотрел на его губы, которые беззвучно прошептали слова, и, поняв смысл с опозданием, покраснел. Ему мешало то, что я беспокойно тряс ногой. Я немедленно прекратил трясти ногой и опустил покрасневшее лицо, и его рука, с силой сжимавшая моё бедро, наконец отпустила меня. После этого он не обращал на меня никакого внимания, а смотрел только на докладчика, и я ждал, когда поскорее закончится совещание, сидя рядом с директором Джу, от которого исходил холод.

– Почему у тебя такое красное лицо? Ты выпил перед совещанием?

Примерно через час после окончания встречи начальник Пак из той же команды пристально посмотрел на моё лицо и спросил. В темноте он не заметил, но когда в конце встречи включили свет в конференц-зале, там сидел помидор.

– Я, наверное, перенервничал. В обычной ситуации мы приходим к ним в офис, а тут сам клиент зашёл, чтобы поздороаа, это нетипично…

– Да, ты же сидел прямо рядом с директором Джу? От него исходит невероятное давление. Рядом с ним можно умереть.

– Но он действительно красивый, не так ли?

Согласилась и заместитель начальника Чхве из той же команды. Она, как и я, слаба к красивым мужчинам, и сегодня её лицо было особенно взволнованным.

– Сейчас он всего лишь директор одного из филиалов, но если он продолжит показывать свои способности, то получение LK гарантировано. Ему всего 30 с небольшим. У него невероятная харизма, он выглядит как актёр, ещё и талантлив, так что остаётся только завидовать.

– Поскольку он считает, что это будет его компания в будущем, он будет чрезмерно вмешиваться во все дела. Если ему что-то не понравится, он может попытаться сменить рекламное агентство, так что нам нужно быть начеку.

Внезапное появление Джу Сан Квона вызвало у всех смесь удивления и любопытства, и они ещё долго обсуждали его. Это не обязательно будет приятное изменение. Эпоха безмятежности, когда мы хорошо работали с дружелюбными рекламодателями, подошла к концу. Джу Сан Квон, прямой потомок семьи LK, который, как ожидается, займёт пост генерального директора LK, теперь станет единственным ключевым человеком в штаб-квартире маркетинга LK Fashion. Единственный способ успешно заключить рекламный контракт в этом году – завоевать его сердце, и все говорили о том, что способ работы с рекламодателями сильно изменится по сравнению с тем, что было до сих пор.

– Он был крут…

– Кто? Вы имеете в виду меня?

– Сегодня в нашу компанию пришли представители LK Fashion. Нам сообщили, что наследник семьи Джу был назначен директором по маркетингу, и он оказался моложе и красивее, чем я думал.

– Вы говорите о другом мужчине передо мной?

Я отказал Юн Чон Тэ, который приставал ко мне, чтобы вместе пообедать, и тогда он продолжал приставать ко мне, предлагая выпить кофе вместо обеда. На этот раз я не смог отказать ему и ненадолго зашёл в кафе компании, чтобы выпить с ним кофе. Мы обменивались историями о том, как идут дела у каждой команды, что для обычных людей выглядело как дружба между старшими и младшими коллегами, но я знал, что у этого парня таятся тёмные намерения, и он сам этого не скрывал.

– Теперь, когда вы начали работать с LK Fashion, вы, должно быть, будете заняты. Думаю, что сегодняшний день – ваш последний день отпуска, поэтому я должен развлечь вас.

– Развлечь? Меня?

– Да. Что вы делаете сегодня вечером?

Юн Чон Тэ только и ждёт возможности снова переспать со мной. Я был поражён тем, что он, должно быть, забыл, что я замужем. И независимо от моего семейного статуса, у меня были планы на сегодня. У меня была запланирована корпоративная вечеринка с представителями LK Fashion, с которыми только что закончилась встреча. Я воспользовался этой корпоративной вечеринкой в качестве предлога, чтобы отсеять Юн Чон Тэ, который продолжал ко мне приставать.

– Я слышал, что сегодня вечером на корпоратив будет проходить в ресторане рёбрышек. И новость, которая понравится девушкам, – это то, что Джу Сан Квон тоже примет в ней участие.

– Неожиданно. Такой чеболь ходит на корпоративы? Мне просто интересно, будет ли пить он соджу с пивом, которое мы обычно смешиваем.

Все вместе направились в недавно открывшийся ресторан рёбрышек напротив здания компании. Все были в восторге от корпоратива, говоря, что наедятся до отвала говядиной. Рекламодатель ещё не прибыл в ресторан, поэтому члены нашей команды могли свободно обсуждать директора Джу Сан Квона, который сегодня стал темой для разговоров. Я видел его впервые сегодня, но все, кроме меня, уже всё о нём знали.

– Я слышал, что директор Джу Сан Квон - альфа. Разве вы не чувствовали его феромоны, менеджер Ли Хо?

– Впервые об этом слышу. Обычно люди не выделяют феромоны…

– Правда? Беты не чувствуют таких вещей. Я думал, что феромоны витают вокруг альфы, поэтому можно будет узнать о их вторичном поле, встретившись с ними.

– Но кажется, что альфы часто женятся друг на друге. Он, вроде, женился на женщине-альфе.

– А, да. Я слышала, что он женился на дочери какого-то члена парламента в прошлом году вроде.

– Молодожёны. Его жена должно быть счастлива.

Заместитель начальника Чхве, казалось, была влюблена в директора Джу и выразила своё сожаление. Так вот оно что…. Он женат. Я тихонько накрыл на стол, вспоминая большую левую руку, которая сжимала моё бедро ранее, без кольца на безымянном пальце. Я начал снимать кольцо через три года после свадьбы. Интересно, почему он, женившийся в прошлом году, не носит кольцо. Может быть, это по какой-то незначительной причине, например, ему это мешает. То, что мой брак ненормальный, не означает, что все браки такие же странные, как мой.

Вскоре люди из LK Fashion шумно смеясь подошли к нашему забронированному столику. Директор Джу, казалось, был единственным человеком, чья внешность отличалась от других. Начальник Пак, слегка нервничая, расставил стаканы для пива по количеству человек и начал мешать соджу с пивом. Все с шумом аплодировали, наблюдая за тем, как разливают соджу с пивом. Однако на лице Джу Сан Квона, сидевшего напротив меня и смотревшего на это, не было никаких изменений. Возможно, он часто видел подобные представления на многих попойках, просто вместо пива и соджу были другие напитки. В таком случае понятно, почему он не впечатлён.

Я погрузился в свои мысли, глядя на процесс смешивания прозрачного соджу с желтой жидкостью. Алкоголь… Я люблю алкоголь, но большинство моих проблем начинались с него. Самая последняя ошибка, которую я совершил в состоянии алкогольного опьянения, – это, безусловно, поцелуй с Юн Чон Тэ, который привёл к совместной ночи. А если назвать мою первую ошибку, связанную с алкоголем, то это было соблазнение Ки У хёна, с которым у Чи Сон Хва были уже романтические отношения, а также секс с ним. По совпадению, в обоих случаях напитком было соджу с пивом. Мои мысли быстро вернулись к тому времени, 7 лет назад.

– Ты же вроде всегда за мной ходил, что-то ты в последнее время пропал?

Это было как раз в начале второго семестра. Несмотря на летние каникулы, многие студенты художественного факультета, готовящиеся к выпуску, по-прежнему часто посещали аудитории, работая над своими дипломными проектами. Я не был исключением, но старался избегать медицинского факультета и окрестных кафе.

И вот… Однажды Ки У хён появился перед столовой художественного факультета. Он как будто ждал меня, оглядываясь по сторонам, и, заметив меня, сразу же помахал рукой. А потом выпалил эту фразу. Это же нечестно.

У него же такая красивая девушка. Почему он снова поджигает мой угасающий огонь, когда я наконец-то собрался с мыслями и решил сдаться?

– Как дела?

– Почему ты такой подавленный? На себя не похож.

Да это всё из-за тебя, хён. Я думал, что когда-нибудь тебя добьюсь, и пытался, наверное, раз двадцать, если не больше. И все мои усилия пошли прахом, ты просто взял и ушёл к какой-то девушке. Теперь я из-за тебя плохо выгляжу и не могу спать. Эти слова готовы были сорваться у меня с языка.

А он, видимо, весь сияет от счастья. Вечно измученный учёбой в мединституте, хён сейчас выглядел свежим, словно несколько дней подряд только и делал, что спал.

Наверное, любовь заставляет его видеть всё в розовом свете. Иначе с чего бы ему лично снисходить до меня и проявлять такую любезность.

– Моя самая заветная мечта разбилась вдребезги, и жить расхотелось.

– О… Это было серьёзное желание?

Ещё какое серьёзное… Сначала я просто слегка увлёкся, но за несколько месяцев моя безответная любовь выросла до таких размеров, что с ней стало трудно справиться. Из-за моего шутливого и нагловатого поведения хён, вероятно, не понял глубину моих чувств. Иначе он бы не стал так весело заговаривать со мной, когда у него появилась девушка.

– Мне очень тяжело… Может, ты угостишь меня выпивкой?

– Выпивкой… Может быть?

Я просто бросил это вскользь, но хён неожиданно клюнул. Вечно занятой, он в тот день освободил вечер и угостил меня выпивкой. Мы впервые сидели напротив друг друга вдвоём не в кафе, а в другом месте, ели и пили. Если бы я знал, что такое возможно, то давно бы начал напрашиваться на свидания.

Мы уже несколько раз обменялись стопками соджу с пивом, закусывая рыбным супом омук и выдержанным хе из макрели, когда вдруг на экране его телефона появилось имя "Сон Хва". Он оставил меня одного и вышел поговорить с девушкой.

Мне тоже как раз захотелось в туалет. Внутри этого небольшого изакая туалета не было, поэтому я взял ключ и направился на второй этаж здания. И вот, выходя из бара, я случайно подслушал разговор Ки У хёна. Его было слышно даже на приличном расстоянии.

– Да нет… Просто профессор позвал поужинать вместе, и я не смог отказаться. Я не буду много пить и скоро вернусь… Хорошо, прости, что отменил наши планы… В следующий раз буду ставить наши встречи на первое место. Не сердись.

В разговоре с девушкой ужин и выпивка с омегой-младшекурсником превратились в посиделки с профессором. Более того, стало очевидно, что он отменил свою встречу с девушкой из-за меня.

Ладно… Допустим, можно понять, что он иногда может отодвинуть на второй план свою постоянную девушку и уделить время младшему, у которого какие-то проблемы.

Но разве хён не был честным? Мы же с ним просто друзья и коллеги. Никогда не было никакого флирта, он ни разу не дал мне ни единого намёка, несмотря на все мои попытки… С какой стати он сейчас скрывает от своей девушки, что пьёт со мной? Ему, наверное, просто лень объяснять, или он ожидал, что девушка закатит ему сцену из-за того, что он предпочёл какого-то младшекурсника, а не профессора, поэтому он и солгал, чтобы не обидеть её. Тем не менее, опьянев и потеряв всякий страх, я решил воспользоваться этим шансом. У меня появилась смелость предположить, что хён тоже не был до конца честен со своей девушкой и поэтому согласился выпить сегодня со мной.

– Ты и шагу ступить не можешь. Я тебя совсем напоил… Ты в порядке? Где ты живёшь?

– Дома… Я пьяный… Если я приду домой, меня отругают…

– Я же не могу оставить тебя на улице. Приди в себя. Может, посидим на скамейке, пока тебе не станет лучше?

– …Там холодно, губы замёрзнут… Хён, может, пойдём к тебе домой…?

– Нет, нельзя. У меня дома родители.

Тц, провал. Если бы хён жил один, я бы смог сотворить историю в его комнате. Я обвил руками его шею и ещё сильнее прижался к нему, он чувствовал себя неловко. У меня никогда не было такого опыта, но я решил применить секретное оружие, которое когда-то видел. Несмотря на разницу в росте, благодаря тому, что мои руки обнимали его за плечи, мне было легко поднять голову. Я продолжал горячо дышать ему в ухо и в шею, а затем начал тереться лбом о его лоб. Когда мои губы случайно касались его кожи, я делал вид, что не замечаю этого.

Ну же, поддайся, прошу. Даже друг хёна, Чхве Хо Чоль, был готов на всё, чтобы заполучить меня, и все альфы хоть раз да обращали на меня внимание. Даже если ему не нравятся мужчины, и у него есть девушка, он же может захотеть хоть раз изменить ей, раз уж он так напился.

Я, словно злодей из какой-то дешёвой мелодрамы, воспользовался своим состоянием, чтобы броситься на него. Откуда-то появился тонкий аромат алоэ, который вместе с опьяняющим ощущением окутал меня. Я подумал, что хён, наверное, привёл меня в какой-то магазин, чтобы купить что-нибудь отрезвляющее, но, подняв голову, я увидел ту же улицу. И только тогда я понял, что чувствую взбудораженные феромоны хёна. В душе я ликовал.

Я притворился, что ничего не понимаю, и продолжал липнуть к нему. Я не был так пьян, как на той встрече, но притворился, что не могу держаться на ногах, мои феромоны невольно вырываются наружу. Когда мои феромоны начали смешиваться с феромонами хёна, мне показалось, что температура вокруг нас слегка повысилась. Наверное, так и было. С кожи хёна, прижавшегося ко мне, действительно капал пот, как будто ему было жарко.

– Сейчас нельзя снять номер на час.

– Хорошо, сколько стоит остаться на ночь?

Я закрыл глаза, и меня полуобняли и потащили куда-то, и из разговора я понял, что это точно мотель. Хён заплатил за номер и понёс меня на руках к лифту. Он, гораздо более трезвый, чем я, наконец-то сдался.

– Ах, мне больно! Ха!

– Я же хорошо разработал, фух… Да и смазки полно. Странно…

Поцелуи и ласки промелькнули мимо, словно быстренько сделанное дело. Хён, похоже, хотел поскорее избавиться от жара, накопившейся в его нижней части тела, поэтому он, не надев презерватив, тут же принялся тереться своим толстым членом о мою дырочку, пытаясь проникнуть внутрь. Но если насильно вставить большой член внутрь, в которую всю жизнь ничего не вставляли, то вряд ли он легко войдёт.

– Хён, я… это мой первый раз… Поэтому так… Ааа…

– Что?! Девственник?

Я почувствовал, как хён, несмотря на опьянение, посерьёзнел. И тут же перестал ощущать прикосновение твёрдого предмета, видимо, отстранился. Нет, почему? Неужели он собирается сдаться, потому что у него не получается войти? Я посмотрел на него растерянными глазами. Я зашёл так далеко, что не мог просто так закончить.

– …Если бы я знал, что это для впервые… Я бы… Просто я не знал…

– Если бы я знал, что ты девственник, я бы лучше тебя разработал… Если бы я знал, что ты девственник, я бы привёл тебя не в этот дешёвый мотель, а в хорошее место… Если бы я знал, что ты девственник, я бы не спешил и делал всё медленнее, не стал бы так быстро тащить в мотель…

Наверное, это то, что хотел сказать хён. Я, ослеплённый надеждой, ждал, что он скажет дальше.

Но хён ничего не сказал. Он просто смотрел на меня сверху вниз взглядом, полным противоречивых чувств. За его виной, извинениями и смущением я прочитал похоть и желание обладать омегой, который впервые собирается заняться сексом. Для меня этого было достаточно.

– Вставь. Я готов…

Я максимально поднял бёдра и широко раздвинул ноги, чтобы моя дырочка была хорошо видна.

Не будет ли выглядеть это вульгарно, смешно или непристойно? Я не практиковался перед зеркалом, поэтому не был уверен, как это будет смотреться со стороны. Так или иначе, как только я занял нужную позу и попросил войти, концентрация феромонов у хёна резко возросла, как будто моя провокация сработала как надо.

Хён вернул своё тело в исходное положение и попытался войти медленнее, чем в первый раз. Казалось, ему что-то мешало войти, но после того, как он силой вошёл, я отчётливо почувствовал, как он постепенно проникает внутрь. Обжигающая боль пронзила меня насквозь, словно толстый деревянный брусок пронизывал мою нижнюю часть тела.

– Aаах…А, больно! Сделай это быстрее, хён!

– Это… Первый раз… Я… Хочу… Сделать это… Нежно…

Хён стиснул зубы и, тяжело дыша, полностью вошёл своим членом в меня. Казалось, ему было трудно даже закончить фразу. Выражение его лица, наслаждающегося сжатием моих стенок, было просто великолепным.

Моя нижняя часть тела онемела от незнакомой боли, но я был опьянён чувством восторга, забыв о боли, поскольку наконец-то оказался в объятиях желанного альфы. Хён несколько раз медленно двинулся вперёд и назад, а затем начал двигаться ритмично, в своём темпе.

Шлёп, шлёп, шлёп…

– Больно? Да? Больно, Ли Хо-я? Хых!

– …Хаыы… Больно… Не останавливайся…

Как и сказал хён, из моей нижней части тела выделялось довольно много смазки. Звук его движений был влажным, словно кто-то бегал босиком по воде. Хён перестал обращать внимание на мою реакцию, и словно в трансе, раскачивался. Его лицо, устремленное на меня сверху вниз, выражало первобытное, поглощенное сексуальным удовольствием. Я был на седьмом небе от счастья, видя, что хён, казавшийся таким неприступным и аскетичным, тоже умеет быть настолько страстным и откровенным.

– Aх…! Ю Ли Хо, я могу… кончить внутрь?

– Ах… Да… Да, хён!

После нескольких минут толканий он спросил, может ли он кончить в меня. Так и завершился наш первый секс. У нас обоих не было ни течки, ни гона, и запечатления тоже не было, поэтому риск забеременеть невелик, но, оглядываясь назад, это было немного безрассудно. Мы были без презерватива, оба не в себе.

Я слышал, что у большинства мужчин после секса наступает "момент озарения". Судя по всему, Ки У хён не был исключением. Его прежде возбуждённое выражение лица исчезло, и оно постепенно стало каким-то странным. У него же есть девушка, а он переспал с младшим коллегой, поэтому теперь он ломал голову над тем, как ему выпутываться из этой ситуации.

Во время своего первого раза я больше чувствовал боль, чем удовольствие, но никакого "момента осознания" у меня не было. Желая как-то подольше остаться с хёном, я напряг ягодицы и нарочно ещё раз простимулировал его, прежде чем он успел выйти из меня. "Ах!" С коротким стоном хён вздрогнул, когда вынимал свой член.

Я максимально изогнулся и окинул хёна томным взглядом, насколько это у меня получилось. В первый раз это могло сойти за ошибку, но со второго раза это уже другое дело. Я хотел, чтобы хён сегодня вновь повторил это.

И моё желание сработало. Хён собирался уйти, но снова вставил свой затвердевший член обратно и начал второй раунд. Я был рад открыться ему, надеясь, что во второй раз не будет так больно, как в первый.

Второй раз хён продолжал немного дольше, чем в первый, и теперь относился ко мне более грубо, без всякого стеснения и заботы о моей неопытности.

Туруруруру-

[Ты ушёл рано утром?

Я проснулся, а тебя рядом нет…

Ты можешь мне ответить?]

Не думал, не гадал, а оно случилось… Хён, ушёл из мотеля, пока я спал, и перестал отвечать на мои звонки и сообщения. Вот что значит "съел и выплюнул". Я всегда осуждал тех, кто позволяет так с собой поступать, удивляясь, как можно быть таким дураком, чтобы отдаться, зная очевидный результат… А теперь я, потеряв свой первый раз, оказался тем самым глупцом.

Но нет худа без добра. Несмотря на то, что отношения между нами как между друзьями закончились, стало ясно, что хён тоже чувствует ко мне сексуальное влечение. Если я не сдамся и продолжу сближаться с ним, у меня может появиться шанс стать его парнем. Тот факт, что он определяет меня как "человека, с которым можно заняться сексом", - это уже большой успех.

Тело альфы, с которым я впервые столкнулся как омега, оказалось сильнее, чем я ожидал. Во время двух половых актов прошлой ночью было только больно, но через несколько дней тело хёна начало преследовать меня в мыслях и возбуждать меня. В конце концов, я должен был удовлетворить свои желания мастурбацией, вспоминая тот день.

Ничего не поделаешь. Скоро мне придётся навестить хёна снова.

Но когда я набрался смелости и направился к медицинскому факультету, я увидел сцену, как хён и его девушка мило воркуют, словно никого не замечая. Раньше я бы просто развернулся и ушёл, но теперь всё по-другому. Я смело подошёл к ним. Увидев меня, Ки У хён сразу словно окаменел. Мне стало горько. Почему он заставляет меня так поступать?

– Хён, можешь со мной поговорить?

– Нет, я занят, так что уходи.

– Твоя девушка в приоритете? Но у меня тоже есть право быть кандидатом.

В этот момент лицо хёна стало бледным, как будто он увидел ангела смерти. Выражение лица его девушки тоже было незабываемым. Ах, как волнующе… Даже если меня ждёт куча ругательств, я никогда не забуду этот момент.

– Что ты такое несёшь?!

– Если у меня нет такого права, то почему ты поступил так со мной в тот день?

– Ю Ли Хо, если ты скажешь ещё хоть слово, я тебя убью.

Хён отчаянно пытался закрыть мне рот. В любом случае, тому, кто вытащит это наружу, будет хуже, чем мне. Зачем же он избегал меня? Думал, что просто закроет рот и пройдёт мимо, как будто ничего не произошло, и я просто позволю этому случиться? В то время во мне одновременно была слепая вера и огромная злоба.

Как и ожидалось, хён взял девушку за руку и ушёл, как будто спасался. Было вполне естественно, что он сразу же начал мне угрожать, ведь это только навредило бы ему. Он предпочитал избегать меня, как всегда.

Глаза девушки, которая продолжала оглядываться на меня, даже когда шла за ним, выглядели необычно тревожными. Так начнётся разлад между ними… Это была ситуация, о которой я всегда мечтал.

В тот день хён ответил на моё сообщение через неделю.

[Не приходи к медицинскому факультету]

[Если бы ты собирался так поступить, зачем ты соблазнил невинного человека, у которого даже опыта не было]

[Я засомневался, когда узнал, что ты девственник. Знал, что так будет]

[Что знал?]

[Что ты будешь преследовать меня и требовать ответственности]

Вместо ответа хён выплеснул на меня поток ядовитых обвинений. Это было так непохоже на него, которого я знал полгода, - таким резким и незнакомым. Пока я был в шоке от слов хёна, как будто меня ударили по голове, жестокие оскорбления продолжали поступать всё более и более злобно.

[Ты намеренно использовал феромоны, поэтому я и поддался. Ты хоть представляешь, насколько отвратительно вспоминать о сексе с мужчиной?

Мне хочется блевать от одной мысли об этом.

Твоё тело меня совсем не привлекало, для меня это было ужасно]

Сообщения хёна сыпались одно за другим, не давая мне возможности ответить. Воспоминания о первой ночи, когда я впервые был с кем-то, были для него отвратительным актом, когда он сдался своим феромонам. Безмолвно пролистывая сообщения хёна, мои глаза наполнились слезами.

Решив, что я наконец-то отстал от него, хён, наверное, вздохнул с облегчением.

Но жестокое и безответственное поведение хёна лишь подстегнуло моё упрямство. Тогда моя психика рухнула, но она побудила меня предстать перед ним и яростно кричать, а не прятаться в тени.

Однажды я набрался смелости и направился к его дому. Я позвонил в звонок, но никто не ответил. Когда я посмотрел на окно второго этажа, я заметил силуэт хёна, но, похоже, он спрятался, увидев, что я пришёл к его дому.

Какой же трус…

– Что ты делаешь?

– А… здравствуйте.

Когда я смотрел только на окно, ко мне обратилась женщина средних лет, которая собиралась войти в дом. С первого взгляда бросался в глаза её элегантный костюм и правильные черты лица. Должно быть, это мама Ки У хёна.

– Ты знаком с нашим Ки У?

– Да…

По её виду было ясно, что хён не собирался меня впускать и решил оставить стоять на улице. Но она не то что не выгнала меня, а наоборот, начала внимательно осматривать с головы до ног, как будто у неё появился ко мне интерес. От её пристального взгляда я напрягся и уже хотел было уйти, но тут она тепло улыбнулась и заговорила:

– Вы - омега, не так ли?

– Д-да…

– Мужчину-омегу я вижу впервые за десять лет. Ты доминатный?

– Д-да…

В её вопросах не было намерения унизить меня. Как доминантный альфа превосходит обычного альфу, так и доминантная омега лучше обычной омеги. Так что не было нужды смущаться. Тем не менее я съёживался, как будто меня допрашивают.

Мама Ки У хёна была очень харизматичной.

В этот момент он наконец вышел из дома. Он выскочил, боясь, что я могу наговорить его матери.

– Что тебе нужно?

– Ты сказал, чтобы я не приходил в университет. Поэтому…

– Что за бред? Раз я сказал не появляться у университета, это значит - приходи домой? Ты идиот?

– Ки У, что это за отношение к младшим?!

Мои ожидания оправдались. У мамы хёна определённо был характер. Она спокойно наблюдала, как Ки У хён сразу же начал кричать, а потом вдруг отчитала его громким голосом, вырванным из самой глубины души. Я думал, что меня сейчас же выгонят, но неожиданно оказался под её защитой.

Похоже, хён не мог перечить своей матери. Он сразу же затих под её строгим взглядом. Оставив сзади ставшего послушным, как ягнёнка, хёна, она предложила мне войти в дом и выпить чаю вместе. Это был неожиданный поворот, но для меня в этом не было ничего плохого.

Так я впервые переступил порог дома хёна.

Хён с недовольным лицом скрылся в своей комнате на втором этаже и заперся там, но это не имело значения. Его мама рассказывала разные забавные истории из детства хёна, так что мне не было скучно.

Взамен я отвечал на её вопросы о моём факультете, возрасте, типе и семейном положении, умело приукрашивая ответы. Я даже назвал дату и время своего рождения. Позже, прямо перед свадьбой, я узнал, что эта информация была использована для того, чтобы узнать мою судьбу и совместимость у известной гадалки.

Наверное, с этого всё и началось. Родители Ки У хёна стали постоянно связываться со мной.

Дзынь-дзынь-дзынь…

Я проснулся с мучительной головной болью от похмелья. Проклятый будильник разрывался над ухом. Кажется, Ки У тоже разбудила эта какофония, и я услышал раздражённый стон, доносящийся со стороны.

В полусне, не глядя, я машинально ткнул пальцем в красную иконку на экране телефона и только потом осознал, что выключил не будильник, а отклонил входящий вызов. Мгновение спустя снова зазвонил пронзительный звонок. Казалось, тот же самый механический звук теперь был полон негодования, словно звонивший обиделся на то, что его сбросили, не дав даже поздороваться.

– Алло… Ах, матушка…

– Ты нарочно сбросил, или ещё не проснулся?

– Я думал, это будильник… Простите…

– Неужели ты и правда ещё спишь? Ты вообще знаешь, который час? На работу не собираешься?

Я бросил взгляд на часы на стене – 7:40. Из-за привычки машинально выключать будильник, который должен был сработать в 8:00, я ставил себе пять будильников с интервалом в пять минут, начиная с 8:05. Сейчас же, когда до запланированного подъёма оставалось целых 20 минут, это было всё равно что гром среди ясного неба.

– Матушка, наверное, с возрастом стала меньше спать. А я вчера допоздна на корпоративе с рекламодателями был… – но я мог только шептать это про себя, не решаясь произнести вслух.

– Ки У ушёл на работу?

– Нет. У хёна сегодня во второй половине дня…

– Тогда приготовь ему завтрак. Я знаю, что ты никогда не встаёшь рано, но он сегодня позже выходит, надо же его накормить.

Почему все свекрови так помешаны на завтраке для сыновей? Я тоже хожу на работу! Матушка… Разве это справедливо, что пока сын ест завтрак, приготовленный "женой", невестка, занятая сборами на работу, должна ещё и мужу завтрак готовить? И эти слова я тоже оставил при себе.

– Мне просто хотелось узнать, как у тебя дела. Отсутствие новостей - это, конечно, хорошие новости, но ты бы хоть раз позвонил.

– Простите… Просто дел много…

– Да уж, понятно. Новых новостей о беременности пока нет?

– Мы стараемся.

В трубке раздался вздох, полный разочарования. А затем последовал поток ворчания. Поднявшись на 20 минут раньше запланированного, я рисковал опоздать ещё на полчаса, выслушивая всё это. Чтобы не терять времени даром, я включил громкую связь и направился в гардеробную выбирать наряд для работы.

– И почему я посчитала тебя подходящей парой для Ки У? Раз уж ты доминантный омега-мужчина, я ожидала от тебя получить троих внуков-альф.

– Да, конечно...

– Вы уже пять лет в браке, а детей всё нет… Ты впустую тратишь время, тебе ведь уже за тридцать. Раньше ты говорил, что дети с разницей в два года – это тяжело для организма? Тогда, чтобы родить троих детей с разницей в три года, тебе надо начинать прямо сейчас. Успеешь хоть до сорока всех родить?

– …

– Может, дом побольше вам купить? Или вы не хотите детей, потому что вам двоим тесно в квартире? 160 футов ведь вполне достаточно?

Ах, какой стресс… Сегодня у меня встреча с рекламодателями, я выбирал аккуратный и строгий наряд, но в голове всё перепуталось. Конечно, я должен хоть иногда играть роль сборщика эмоционального мусора для матушки, раз уж я живу в такой хорошей квартире, не принеся ни копейки… Что я могу сделать?

– Я приготовила травяной отвар для зачатия. Завтра привезу. Будешь отчитываться мне каждый раз, когда пьёшь.

– Спасибо.

– А с Ки У я сама поговорю. Я договорилась с клиникой по лечению бесплодия через его отца. Хватит вам обоим отговорки про занятость. Ходите и старайтесь!

Разговор, который обещал затянуться, неожиданно быстро закончился. Главной темой сегодняшнего звонка было давление с целью забеременеть как можно скорее, даже если придётся обратиться в клинику. В первые годы брака свекровь оставила нас в покое, но за последний год разговоры о беременности занимают больше половины всех наших разговоров.

– Угх…

Из спальни донёсся сонный голос Ки У хёна. Я закрыл дверь в гардеробную, прежде чем включить громкую связь, но, видимо, всё равно было слышно. Он взял выходной на полдня и хотел спокойно поспать, но я его разбудил.

Войдя в спальню, я увидел, что хён сидит на кровати, протирая заспанные глаза. Если бы не плохое настроение, я бы, наверное, умилился этому зрелищу. Но, будучи измученным похмельем и телефонным разговором со свекровью, у меня не оставалось сил для восхищения.

– Казалось, мне приснился кошмар… Я слышал голос мамы с утра.

– Тебе тоже надо ей чаще звонить. Она говорит, что ты не звонишь и достаёт меня.

– О нет… Всё равно она только о внуках и говорит. Я слышал, как она тебе тоже выносила мозг.

Ну да, он всё слышал и понимает. Что это вообще за пренебрежительное отношение ко мне? Но при этом он никогда не заступается за меня перед ней и не берёт на себя роль посредника. Впрочем, это и понятно.

До нашей свадьбы хён и его мать были злейшими врагами, а я, наоборот, был с ней в отличных отношениях. Раньше мы были как друзья, а потом меня переключили в режим объекта для нападок. С чего вдруг ему меня защищать? Для него единственная женщина, которую нужно оберегать от его родителей, – это Чи Сон Хва.

– Ты слышал про клинику..?

– Да, ерунда какая-то. Какая клиника, когда я занят…

Хён нахмурился, пытаясь прогнать остатки сна, а затем полусонными глазами окинул меня взглядом. Даже с растрёпанными волосами и отёкшим лицом он казался мне самым красивым, словно герой из дорамы. Прошло пять лет после свадьбы, а мои розовые очки всё ещё не собираются слетать.

– Готов к работе?

– Я только одежду выбрал. Душ ещё не принимал.

– Иди сюда.

От приглушённого голоса хёна по телу пробежала дрожь. Я чувствовал себя некомфортно, потому что ещё не мылся, но разве я могу ему отказать? Я подошёл к кровати, и он обнял меня за талию и притянул к себе.

Рывок – и мы оба упали на кровать. Я позволил ему стянуть с меня штаны пижамы и посмотрел на часы. Видя мою спешку, хён начал разогревать меня феромонами, без всяких прелюдий.

Под одеждой его член, как у здорового мужчины, с самого утра выпирал он, образуя палатку. По одному его жесту он выбрался из-под нижнего белья, словно знал, что должен делать. Он уверенно нашёл моё отверстие и вошёл. Наши тела были настолько знакомы и близки, что процесс проникновения занял меньше минуты.

Это кардинально отличалось от того, что было в самом начале наших отношений. Тогда хён, словно вбивая гвоздь, пытался войти силой, но ничего не получалось, и мы оба страдали.

Вспоминая тот день, я невольно усмехнулся. Хён, полностью войдя в меня, начал потираться о внутренние стенки, а затем нежно ущипнул за нос.

– Ты не сосредоточен.

– Нет, просто смешно.

– Что смешного?

Но ответа он не ждал. Как всегда, он быстро и без лишних слов начал быстро двигаться. Мы с хёном довольно часто занимаемся сексом, но в основном для того, чтобы быстро удовлетворить его сексуальные желания. Романтический секс, когда мы ласкаем друг друга, шепчем нежности и испытываем взаимное сексуальное влечение, происходит между нами не так часто, как хотелось бы. Вероятно, потому, что моё мужское тело не вызывает у хёна подобных чувств.

Я обвил одну ногу вокруг талии хёна, а другую закинул на его плечо, изо всех сил поднимая бедра и сосредоточившись на том, чтобы принимать безумную похоть альфы. Вскоре из моего отверстия вытекло большое количество смазки, с громким хлюпаньем соприкасаясь с его яичками.

– Ааа, ах… помедленнее… пожалуйста…

Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп…

Если послушать с закрытыми глазами, можно было бы подумать, что кто-то получает серию пощёчин - настолько грубым был звук трения кожи, заполнивший спальню. Он безжалостно толкался, стремясь к удовольствию исключительно за счёт трения между стенками моего тела и его членом, не обращая внимания на состояние того, кого он трахал. Но, несмотря на это, моё тело, будучи телом доминантной омеги, да ещё и мужчины, сильно не страдало. Как-то раз Ки У хён случайно заметил, что быть мужчиной в этом плане - большое преимущество, и я до сих пор помню эти слова.

Как ни странно, эти слова оставили шрам в моём сердце. Прошло уже несколько лет после свадьбы, но я всё ещё остаюсь для хёна просто мужчиной, и нам нужно "выжимать" преимущества, говоря, что я крепок, даже если я его не возбуждаю, и подтверждать, что меня можно просто грубо трахать, не проявляя заботы.

– Ха… Ты спешишь на работу? Можно кончить в тебя? Давай сегодня заделаем ребёнка, а то достали причитания матери.

– Ааа… на работу скоро… угу…

– Уф! Да? Ладно…

Тук-тук-тук - ягодицы хёна напряглись, и я увидел, как углубляются его малые ягодичные мышцы. Это был его последний рывок, и он поспешно закончил секс из-за срочности. Он должен был отложить то, что хотел сделать исподтишка - кончить в меня - из-за нехватки времени.

Изначально эякуляция внутрь было событием, которое время от времени случалось в течение цикла гона хёна. Вначале он пытался делать это только тогда, когда гон лишал его рассудка. Но после того, как он на собственном опыте убедился, что снятие возбуждения посредством семяизвержения внутрь делает половой акт гораздо приятнее, ситуация немного изменилась. В последнее время, даже если у него нет гона, он без колебаний пытается кончить в меня, если чувствует, что я это позволю. Кажется, что это желание он испытывал только со мной, поскольку с бетой Сон Хва это могло бы быть опасным. Конечно, для омеги, которому скоро нужно выходить на работу, это абсурдная просьба.

Я почувствовал, как из моего отверстия вытекает белая мутная жидкость, которую он изверг. Если я буду двигаться в ванную как можно осторожнее, я смогу избежать проливания её на пол. Пока я неуклюже шёл в ванную, примыкающую к спальне, хён, который снова завернулся в одеяло, расслабившись после утреннего секса, заговорил, как будто ему что-то только что пришло в голову.

– Ах да, насчёт этой субботы. Они придут к нам домой.

– Что? Сюда?

Я вспомнил, что мы договорились встречаться для обмена партнёрами с Чи Сон Хва и Бэк Чон О раз в месяц, но поскольку мы пропустили одну встречу в прошлый раз, мы решили собраться ещё раз в ближайшее время. Это должно было быть в эту субботу. Но место было неожиданным.

В этом доме… Разве мы не договаривались не вторгаться в личные пространства друг друга? Времени было мало, поэтому я вошёл в ванную, а затем высунул голову в дверной проём и спросил хёна:

– Тогда кто будет пользоваться спальней?

– Ты можешь пользоваться ею с Бэк Чон О. Мы поужинаем здесь и уйдём.

Не то чтобы это было важно, но выбор хёном местоимения "мы" меня раздражал. Может быть, тебе стоит употреблять "мы" только тогда, когда ты говоришь обо мне, законном супруге, а не о любовнице? Я не стал этого говорить, опасаясь, что это будет выглядеть как придирка, и вместо этого выразил своё недовольство выражением лица. Как и ожидалось, хён, увидев моё лицо, нахмурился, как будто устал. Он неправильно понял, решив, что мне не понравилось то, что он сказал, а не то, что я придираюсь к словам.

– Ты должен позаботиться о Сон Хва. В этой комнате повсюду следы нашей супружеской жизни, как она сможет здесь… а, забудь. Не стоило и говорить.

– Что ты не так понял? Мне всё равно, кто будет пользоваться спальней.

Конечно, это не имело значения. До этого момента… Но теперь я чувствую себя ужасно.

Хён думал только о её обстоятельствах, даже когда дело дошло до предоставления нашей спальни. Ему было совершенно всё равно, что я думаю о том, что мне придётся отдать супружескую кровать любовнице моего мужа, если они займут спальню. "Настроение Ли Хо не имеет значения, и я должен забрать Сон Хва, потому что она не захочет пойти в спальню…" - только об этом хён и думал.

Как и ожидалось. Даже после сотен раз занятия сексом с мужем, произнося всякие глупости о том, чтобы забеременеть, в конце концов хён во всех ситуациях ставит на первое место свою любовницу. Раньше я был готов продать свою душу, лишь бы держать его рядом, но теперь я начинаю чувствовать от этого отвращение.

Неужели я не могу быть в приоритете у хёна, даже после пяти лет брака? Станет ли лучше, если мы проживём вместе десять лет? Пока я мыл голову, смывая пену, мой разум наполнился мрачными мыслями.

Дзынь-

[Что бы ты хотел поесть?]

Во время совещания мне пришло сообщение от Бэк Чон О. Раньше мы с ним общались только в дни обмена обмена партнёрами. Будь то словесное общение или телесное… Но в какой-то момент мы начали обмениваться сообщениями.

Кажется, всё началось год назад, когда Чон О внезапно забрал мою визитную карточку компании, торчавшую из кармана пиджака. После этого он продолжал писать, и я не мог каждый раз отвечать: "Кто вы?", поэтому сохранил его контакт. Я не хотел, чтобы Ки У хён узнал об этом, поэтому схитрил, поменяв фамилию - "Чон О Бэк", а номер сохранил как "1500", чтобы только я мог догадаться.

[Что-нибудь выпить для Сон Хва? Мы купим немного алкоголя, но Сон Хва не пьёт.]

Я знаю, что в отличие от нас мужчин, которые хорошо пьют любой алкоголь, Чи Сон Хва не пьёт, избегает кофеина и мало ест. Я ничего не знаю о вкусах Чи Сон Хва в еде и напитках. И я не хочу, чтобы Ки У хён старался и купил еду и напитки для гостей, учитывая её предпочтения. Мне кажется, что Бэк О хорошо знает свою жену, поэтому я ответил, чтобы он принёс напиток, который она любит.

Дзыыыыынь-дзыыыыынь-

А, как только исчез значок "прочитано", сразу же поступил звонок. Я собирался проигнорировать его, так как я на совещании, но просто вышел из зала заседаний и ответил. Это была возможность сбежать от скучного совещания, которое ни к чему не приводило и продолжалось, как заезженная пластинка.

– Алло.

– Нет, скажи, что ты хочешь съесть. Неважно, еду или напитки.

– Хм… Я хочу выпить. Наверное.

– Хорошо. Какое спиртное?

– Я не очень разбираюсь в алкоголе, хотя и люблю его… Принеси то, что ты бы порекомендовал, Чон О-щи.

– Конечно, я принесу алкоголь и закуски, которые тебе понравятся. Но подумай, что ты сам хочешь съесть и скажи до субботы, а не только то, что нравится мне. Если возможно, я принесу что-нибудь с собой.

– Хорошо, я сообщу тебе.

Разговор закончился. Я мог бы довериться изысканному вкусу Бэк Чон О, но я просто хотел хоть раз притвориться ценителем спиртного и попросить его раздобыть определённый напиток. Я боялся, что если буду полагаться только на Бэк Чон О, он принесёт только свой любимый крепкий алкоголь.

По дороге обратно в зал заседаний кто-то поспешно последовал за мной. Я обернулся и увидел Юн Чон Тэ. Я слышал, что его команда в последнее время очень занята, но он, кажется, ленится и не работает, как нерадивый студент в групповом проекте, и меня это беспокоит.

– У вас какая-то пьянка?

– Почему ты подслушиваешь чужие разговоры?

– Я не подслушивал, просто разговор был слышен на всю округу. Так кто такой Чон Хо или Чон О? Кажется, вашего мужа не так зовут.

Я бросил на него быстрый взгляд и направился в зал заседаний. Он беспокоит меня всякой ерундой… Юн Чон Тэ, который шёл за мной, как будто собирался участвовать в совещании, в конце концов, сказал то, чего не следовало говорить, и меня это взбесило.

– Собэнним, только воздержитесь от сомэка. Будет беда, если вы напьётесь и будете приставать к Чон О-щи, как вы это сделали со мной.

– Ты что, с ума сошёл?

Юн Чон Тэ приподнял только одну бровь и гадко улыбнулся, а затем вернулся к своей команде. Если я позволю ему так болтать, то факт, что я провёл с ним ночь, станет известен повсюду - это лишь вопрос времени. Если бы я мог повернуть время вспять, я бы больше никогда не связался с этим проблемным парнем. Я немного успокоил покрасневшее от досады лицо, а затем открыл дверь в зал заседаний.

Скучное совещание закончилось, пока я выходил поговорить по телефону.

После обеда я сразу же отправился в командировку. Это было связано со встречей с LK Fashion, которая внезапно была назначена на вчерашнем ужине. Недавно в головном офисе LK Fashion установили огромный светодиодный рекламный щит, на который потратили огромные деньги, и они попросили нас совместно разработать рекламу для этого щита. Управляющий директор, которому нужны были показатели по рекламным площадкам, и руководитель группы, для которого было важно количество рекламных проектов, были в восторге, но члены команды, включая меня, только вздохнули. Никто не может не устать, если объём работы команды увеличивается, а зарплата не растёт. И так в последнее время было много работы.

– Не нойте и давайте хорошо поработаем. Хорошо? Прежде всего, нам нужно хорошо справиться с этой рекламой, чтобы привлечь внимание директора Джу, и тогда в этом году мы сможем заключить больше контрактов и снять телевизионную рекламу, верно?

– Да… Просто… Я надеюсь, что график не будет слишком плотным.

На сегодняшней встрече нашу компанию представляют руководитель отдела планирования, руководитель нашей производственной группы, копирайтер, заместитель директора Чхве и арт-директор, то есть я. Заметив, что у нас у всех унылые лица, руководитель группы изо всех сил старался успокоить нас. Что ж, хотя новый проект и раздражает, я решил, что хорошо, что у меня будет командировка в жаркое место. Поскольку я покидаю головной офис LK Fashion, я немного погуляю по окрестностям, а потом поеду домой. В конце концов, в те дни, когда Ки У хён работает после обеда, больница закрывается поздно, и он тоже поздно заканчивает работу.

Возможно, из-за того, что директора Джу Сан Квона недавно назначили, офис был полностью отремонтирован, поскольку интерьер рабочего места рекламодателя сильно отличался от прежнего. Складывалось впечатление, что туда вложили ещё больше денег, и он был похож на офис иностранной компании. С приходом LK Royal Fit генеральный директор явно потратил много денег, чтобы разместить директора Джу. И даже подумал об установке большого светодиодного рекламного щита на здании головного офиса.

У сотрудников рекламодателя, которые нас встретили, были опухшие лица из-за вчерашнего позднего ужина. Мы ждали в конференц-зале, куда нас провели, и вскоре удивились, когда вместе с руководителем команды рекламодателя вошёл директор Джу. Мы и не мечтали, что на совещании по заказу рекламы будет присутствовать руководство, и лицо директора Джу, который также до поздней ночи присутствовал на вчерашнем ужине, было не просто не опухшим, а слишком нормальным. Неужели из-за того, что он альфа со стальным здоровьем, которое не берёт даже алкоголь?

– Директор, вы вчера хорошо добрались до дома? Вчера помощник менеджера Ю был очень невежлив.

– …?

– А, всё в порядке.

Я совсем не мог понять, о чём вдруг говорит наш руководитель группы. Директор Джу не удивился и не переспросил. Не смотря на то, что я вчера был грубым, он ответил так, словно ничего не произошло, так что, похоже, он тоже понимал контекст этого разговора. Что же я наделал?

– Раз уж мы снова встретились, помощник менеджера Ю, извинитесь сейчас?

– Мне очень жаль…

– Да, хорошо.

Директор Джу коротко ответил мне, когда я склонил голову и извинился, и перешёл к другой теме. Что же это было…. Мне было слишком интересно, как я вёл себя вчера, но проблема была в том, что воспоминания были заблокированы. Было бы здорово, если бы кто-нибудь дал мне подсказку…

Мне было обидно, что руководитель группы ничего не говорил до сих пор, а заговорил только сейчас. К счастью, история о вчерашней ошибке была забыта, и тема перешла к рекламе, которая была целью сегодняшней встречи. Насколько я понял, ознакомительное совещание прошло ничем особенным. У рекламодателя не было конкретной концепции или направления, он просто просил как можно быстрее согласовать график.

Руководитель группы рекламодателя закончил совещание, пошутив, что, как обычно, они сделают все наилучшим образом, чтобы удовлетворить их. Пока руководители нашей компании отвечали, директор Джу, который с самого начала молча наблюдал за совещанием, заговорил в конце.

– Неужели это всё?

– …А, да. Директор, сегодня у нас ознакомительная встреча, поэтому совещание короткое. Когда отдел планирования представит рекламные проекты, тогда и состоится полноценное совещание.

– Кто вообще решил, что нельзя отличить обычный брифинг от презентации макетов и потому сократил время?

– …

В конференц-зале повисла ледяная тишина. Предыдущее место работы директора Джу Сан Квонв было в сфере IT, далёкой от рекламы, PR и маркетинга. Команда рекламодателя, очевидно, посчитала, что член семьи Джу едва ли адаптируется к маркетингу, скорее всего, ничего в этом не понимает. Они пренебрежительно отнеслись к директору Джу, собираясь быстренько провести брифинг по рекламе привычным способом. И, похоже, директор Джу раскрыл их замысел.

– Это огромный рекламный щит на здании нашего головного офиса, который виден каждому прохожему. Реклама на нём – это лицо компании. Я думал, брифинг – это место, где мы подробно передаём рекламному агентству выбранное нами направление. А сейчас, получается, мы пригласили представителей агентства, а у самих в голове пусто, нет ни концепции, ни мыслей. Так гордо заявлять, что вы просто хотите, чтобы мы сделали всё сами?

– Компания «Sanha Planning» давно сотрудничает с нами, поэтому, мы решили, что они смогут уловить концепцию бренда LK Fashion и без долгих объяснений, директор…

– То есть, вы и в этот раз дали задание принести наброски, какие попало, без какого-либо направления? Мне это так видится. Просто сказали: «Сделайте что-нибудь стильное и красивое. Это всё?

– … Это…

– Вы вообще знаете, что брендинг LK Fashion за последние пять лет превратился в кашу? Теперь я понимаю причину. Складывается впечатление, что вы заказываете рекламу с горячими моделями, чтобы просто привлечь внимание, без какой-либо общей идеи, пронизывающей бренд. Вы и в этот раз собирались посмотреть на макеты, которые сделает агентство, и просто выбрать то, что вам нравится. Я не прав?

Водопад критики ошеломил, но, по сути, это была точная диагностика. У LK Fashion не было чёткого позиционирования бренда, предпочитали рекламу, состоящую из модных референсов, моделей и трендовых слоганов. Изначально задания были слишком общими и абстрактными, вроде "сделайте что-нибудь трендовое". Поэтому нам, как слепым, ощупывающим слона, приходилось уделять больше внимания вкусам рекламодателя, чем взглядам потребителя, разрабатывая самые разные концепции. В результате получалась реклама, тон которой скакал из стороны в сторону, без чёткого образа, который бы стал центром бренда.

Рекламодатели LK Fashion, мягко говоря, предоставляли свободу и не были придирчивыми, а если грубо – были хаотичными и не чувствовали ответственности за свой бренд. Другими словами, они не знали концепцию своего бренда и просто перекладывали всю работу на плечи рекламного агентства.

Директор Джу Сан Квон ясно видел, что причина развала бренда кроется не в рекламном агентстве, а в маркетинговом отделе их собственной компании.

Руководителю маркетинговой команды Ко Юн Хи, казалось, было невероятно стыдно, что её отчитал директор, который младше её, да ещё и на совещании с участием другой компании. Но ей, конечно, нечего было возразить. Маркетинговый отдел должен был изучать рынок и проводить диагностику бренда, а они просто проедали зарплату, перекладывая всё на подрядчиков.

– Содержание сегодняшнего брифинга будет полностью пересмотрено сотрудниками нашего отдела и предоставлено вам повторно. Если личная встреча будет обременительной, я распоряжусь передать информацию по видеосвязи или электронной почте.

– Да… Директор, спасибо.

В итоге, в ледяном конференц-зале, где все притихли, следующий шаг определил директор Джу, а не руководители. Он сказал забыть сегодняшний провальный брифинг и предложил сам взяться за работу с сотрудниками маркетингового отдела. Для нас это был лучший исход.

Конечно, оставались сомнения, смогут ли рекламодатели предоставить что-то вразумительное, но хоть какое-то направление лучше, чем отсутствие какой-либо информации.

– Ух ты, этот директор Джу - страшный тип! – почти шёпотом пробормотала сидящая рядом со мной менеджер Чхве. Мне стало страшно от мысли, что этот тихий шёпот тоже мог дойти до слуха директора Джу.

Когда мы вышли из конференц-зала, напряжение спало. Хотя ругали не нас, я почему-то чувствовал себя виноватым, отчего затекли плечи и шея. Холодная аура, которую излучал директор Джу на совещании, немного рассеялась, но всё же лучше было не заговаривать с ним, чтобы не нарушить хрупкий мир, который он с таким трудом установил. Нам лучше всего было просто попрощаться и уйти с работы…

Но тут директор Джу, уже собираясь войти в свой кабинет, вдруг обернулся. И, о чудо, наши взгляды встретились. Он стоял и подзывал меня жестом, словно я хотел что-то сказать. На его лице читалось: "У вас что-то есть сказать?"

Если бы остальные сотрудники нашей компании были рядом, я бы просто попрощался и ушёл, но, как назло, менеджер Чхве отошла в туалет, а остальные руководители, задержавшись у двери конференц-зала, что-то обсуждали с членами команды рекламодателя.

Получилось так, что я слишком поспешно вышел из конференц-зала и остался наедине с директором Джу в коридоре.

Раз уж выпала возможность поговорить с ним с глазу на глаз, я приоткрыл рот, чтобы спросить, в чём заключалась моя вчерашняя ошибка. Но, увидев его чёрные, глубокие глаза, ярость испарилась, и вопрос остался невысказанным. Мне не хотелось, чтобы он узнал о моих пьяных привычках с потерей памяти, которое порицается в обществе.

Вместо этого я выпалил какой-то другой вопрос:

– Директор, вы любите выпивку?

– В меру.

– Если вы хорошо разбираетесь в алкоголе… не могли бы вы посоветовать мне что-нибудь… Что можно легко найти в продаже…

Забавно, что человек, который вчера натворил дел в пьяном угаре, на следующий день просит совета по алкоголю у того, кто это видел. Но директор Джу, вместо того чтобы удивиться, сделал серьёзное выражение лица и задумался. К моему удивлению, он знал моё имя и должность. Очевидно, последствия моей вчерашней пьянки были весьма серьёзными.

– Вы помощник менеджера Ю Ли Хо, верно?

–Да, это я…

– Какие напитки вы обычно предпочитаете?

– Вино. Я, честно говоря, кроме вина и пива ничего не знаю.

Для тех, кто любит выпить, но не разбирается в алкоголе, как я, вино - самый простой вариант. Он ненадолго закатил глаза к потолку и замолчал.

Неужели он так долго думает, потому что не знает, сколько у меня денег? Что я буду делать, если он посоветует вино за сотни тысяч вон? В любом случае, богатый Бэк Чон О достанет что угодно, так что это неважно. Пока я был погружён в эти глупые мысли, он сказал нечто неожиданное:

– Тогда в следующий раз я свожу вас в хороший винный бар…

– А…

Не ожидая такого ответа, я упустил момент, чтобы ответить. Я ожидал, что он посоветует мне какую-нибудь хорошую винодельню, а он вдруг предложил пойти в винный бар. Неужели теперь это выглядит так, будто я задал вопрос про алкоголь, чтобы соблазнить Джу Сан Квона? Я почувствовал, что вопрос был задан не так, как я планировал. К тому же, моя договоренность о встрече для обмена партнёрами была уже в эту субботу.

Учитывая, что сегодня четверг, я не смогу узнать о хорошем вине и передать его Бэк Чон О к послезавтра, если не пойду с ним в винный бар завтра. Наверное, он просто так сказал? В таком же контексте, как и фраза, которую часто говорят сотрудники компании: "В следующий раз давайте поужинаем в хорошем месте". Директор Джу, словно забыв о своей суровости на совещании, мило улыбнулся и, попрощавшись, вошёл в свой кабинет. Я так и остался стоять на месте, будто меня прибили гвоздями.

Карма

Однажды 7 лет назад.

– Можно с тобой поговорить?

– …

Я много раз следил за Чи Сон Хва, но слышал её голос впервые. Поэтому я понял, что она обращается ко мне, только когда поднял голову и увидел её лицо, стоявшую в непосредственной близости.

Я удивился, но постарался отреагировать как можно более спокойно. Вероятно, она тоже видела, как я надоедал Ки У хёну в этом кафе несколько дней назад, поэтому отрицать что-либо было бесполезно.

– С чего бы мне с тобой разговаривать? Я даже не знаю, кто ты такая.

– Младший Ки У оппы, Ю Ли Хо, верно? Ты уже мешал моему свиданию в прошлый раз.

Её пронзительный взгляд, словно предостерегающий меня от лжи, был непоколебим. Глядя на плотно сжатые губы и кулаки, я понял, что она всё знает.

– Ки У оппа очень добрый человек и заботится о своих младших, но никогда не думал о Ли Хо как о потенциальном партнёре или о чём-то подобном. Не нужно строить иллюзий.

– Какие иллюзии я строю?…

– Хватит бегать за Ки У оппой.

– Это ты постоянно таскаешься в чужой университет и вносишь смуту в отношения между сонбэ и хубэ.

Я подумал, что она заподозрила о моей ночи с хёном и пришла предупредить меня, но в итоге это была просто бессмысленное объявление войны.

Секс с парнем, у которого есть девушка, это не то, чем можно гордиться, но я не мог просто проигнорировать её провокацию о том, что хён вообще не воспринимает меня как сексуальный объект.

Я достал телефон из кармана и резко сунул его перед лицом Чи Сон Хва. Когда я показал ей переписку, раскрывающую обстоятельства моей ночи с хёном, на её лице, словно на прочной маске, начали появляться трещины.

[Ты ушёл из комнаты под утро? Я проснулся утром, а хёна рядом не было… Ты можешь ответить мне?]

[Не приходи больше к медицинскому факультету]

[Если всё было так, зачем ты соблазнил невинного человека без опыта?]

[Я сомневался, когда узнал, что ты девственник, потому что знал, что так будет]

[Что будет?]

[Что ты будешь цепляться и требовать ответственности]

Дальше я показывать не стал. Увидев, как она молча читает переписку, водя пальцем вверх и вниз, я испытал огромное чувство победы. Но это всего лишь ночь, я даже не смог отбить парня у девушки…

Она с трудом скрыла бледное лицо и с высоко поднятой головой вышла из кафе. Я думал, что она будет плакать и закатывать истерики, но она на удивление сохранила элегантность. Кажется, мой план по разлучению хёна и его девушки дал сбой. В итоге я сыграл лишь роль помехи, созданной на скорую руку для укрепления их отношений. Неужели мне придётся признать, что я проиграл? Меня охватила тревога.

Выйдя из кафе по дороге домой, мне позвонили с незнакомого номера. Сначала я проигнорировал звонок, потому что был в отвратительном настроении, но звонок повторился, и я решил ответить, подумав, что это может быть что-то срочное.

– Алло?

– А, наконец-то ты ответил. Как дела?

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, чей это знакомый женский голос. Мне не пришлось долго гадать, так как собеседница сразу же представилась. Это была мать Ки У хёна.

В субботу в полдень я, чувствуя себя растерянным, принял её приглашение. Она заранее предупредила меня о дне рождения отца Ки У хёна, поэтому я потратил все свои сбережения и купил ему шарф в подарок. Отец хёна, директор крупной больницы, вероятно, уже имел множество шарфов лучших брендов различных цветов и видов, но, чтобы проявить уважение, нужно было что-то принести. Если не удастся добиться расположения хёна, нужно хотя бы произвести впечатление на его родителей.

Как это часто бывает в семьях с успешными детьми, хён был единственным ребёнком. Я не мог представить, что меня неожиданно пригласят на семейный обед в честь дня рождения отца, где они втроём будут мирно отмечать праздник. Как и ожидалось, хён, увидев меня, робко подходящего с подарком, побледнел и резко встал. Он громко стал кричать, зачем я здесь, привлекая внимание посетителей ресторана.

– Это я пригласила. Он твой хороший младший, почему бы нам не пообедать вместе?

– Ха, мама…

– Здравствуйте… Поздравляю с днём рождения, отец…. Я Ю Ли Хо, младший Ки У хёна.

Я стойко поприветствовал отца хёна и вручил ему подарок. Отец хёна, как и сам хён, был альфой и очень походил на него внешне и по своей ауре.

– Студент художественного факультета, учится в том же университете, что и Ки У. Омега. Доминатный…. – мать небольшими порциями выдавала информацию обо мне ошарашенному отцу. Взгляд отца постепенно теплел.

Было бы глупо не понять, что это значит. Для родителей хёна наличие "омеги мужского пола с доминантными типом", способного родить как минимум двух альфа-детей, было главным условием. Внешность, позволяющая стоять рядом с хёном, хорошая успеваемость тоже были моим преимуществом. Хотя я лишь мечтал о свиданиях с хёном, неожиданно появилась возможность выйти за него замуж.

Хён, казавшийся таким жестоким и непреклонным по отношению ко мне, оказался не настолько сильным, чтобы пойти против воли родителей. В итоге хён не смог меня выгнать, и ему оставалось лишь кривиться, словно он жевал песок.

Кроме хёна, у меня был довольно приятный разговор с его родителями. Несмотря на мои прекрасные гены омеги, тот факт, что у меня до сих пор не было опыта отношений и что я сейчас сосредоточен на учёбе, очень понравился родителям хёна. Молодой, очень скромный омега.

Я ни разу не солгал. Хён был моим первым, и я поведал объективные факты о работе моих родителей. У отца была работа частного инструктора в академии, хотя он и любил играть в азартные игры в свободное время, а мать была домохозяйкой, хотя и страдала алкогольной зависимостью.

Я не рассказал о том, что отец из-за пристрастия к азартным играм потерял все свои сбережения, но я и не скрывал это намеренно. Это была моя семейная история, и не было необходимости раскрывать её на первой встрече.

Благодаря этому родители Ки У-хёна, похоже, рассудили, что моя семья, хотя и не из высшего общества, но вполне обычная и не представляющая никаких проблем.

Позже я узнал, что у родителей хёна были и другие причины для неприязни к Чи Сон Хва, помимо того, что она была бетой. Она была дочерью любовницы из богатой семьи, владеющей несколькими небольшими, но прибыльными предприятиями, и не была официально зарегистрирована в семейном реестре. Родители хёна считали её семью постыдной и не желали иметь с ними ничего общего. Поэтому моя простая семья прошла их критерии отбора.

После того обеда мать хёна часто приглашала меня на обеды и кофе. Другими словами, она присмотрела меня в качестве невестки. Отец тоже время от времени передавал мне подарки через матушку, тем самым демонстрируя любовь к невестке ещё до начала моих отношений с хёном. Хён просто игнорировал меня, но как бы мать хёна ни говорила, новости обо мне, похоже, дошли до Чи Сон Хва.

Поскольку хён был очень занят, визиты Чи Сон Хва в наш университет были обычным делом.

Я постоянно крутился вокруг Ки У хёна, поэтому мне приходилось видеть их встречи. С одной стороны это раздражало, но с другой - у меня была возможность следить за их отношениями. В тот момент преимущества стали перевешивать недостатки.

В тот день я просто хотел пойти домой, но случайно зашёл в кафе возле университета и стал свидетелем их ссоры. Причиной ссоры, к моей великой радости, был "я".

– То сообщение, которое ты видела… Хаа…это всего лишь раз, когда я переспал с ним, напившись.

– …

– Прости. В тот момент я принял его за тебя…

Бах!

Звук резкой пощёчины эхом разнёсся по тихому кафе, приковав к себе все взгляды.

– И ты хочешь, чтобы я в это поверила?!

Чи Сон Хва плакала.

Да, это ложь. Хён Ки У с самого начала знал, что это я… Он сам привёл меня в мотель.

Я надвинул кепку на глаза, чтобы скрыть лицо, и, спрятавшись за большим цветочным горшком, стал наблюдать за их ссорой. Не хотел пропустить ни единой детали их распада.

Люди перешёптывались, спрашивая, что происходит. Но никто не уходил, словно боясь пропустить захватывающее зрелище.

– Сон Хва, я всё исправлю. Ты же знаешь, я без тебя не могу. Дай мне шанс…

– Хы… Родители оппы уже видят в нём невестку! Он спит с оппой и общается с его родителями! Ты должен просто отпустить меня… ымх…

– Пожалуйста, не плачь, Сон Хва… Не говори так, что я должен отпустить тебя, прости…

Даже без моей помощи их отношения, казалось, были обречены. Мне нужно было просто держаться рядом с хёном, пока Чи Сон Хва не отступит. Я был одержим этой идеей. Хотя их связь была прочнее, чем я думал, в тот момент я наивно полагал, что её можно разрушить легче, чем песочный замок. Как же я ошибался, не зная ничего о любви и браке.

Родители Ки У хёна не просто были недовольны Сон Хва и противились их отношениям.

Они связывались с Сон Хва и говорили ей жестокие вещи, а также давили на её семью, требуя оставить их в покое. А у Ки У хёна, видимо, не было сил, чтобы защитить Сон Хва, жертвуя своим временем. А тут ещё и я со своим случайным сексом. Всё это стало известно Сон Хва.

Несмотря на препятствия в виде решительного протеста родителей, она, вероятно, верила, что их с хёном отношения станут только крепче. Но удар в спину от Ки У хёна сломил её волю, несмотря на всю ту боль, что она терпела. Да и кто бы не сломался? Если родители твоего парня презирают тебя и в то же время благосклонны к какой-то омеге, которая ещё и спит с твоим парнем? Кто сможет сохранить психическое здоровье в такой ситуации?

Она начала посещать психотерапевта. Однажды, когда Ки У хён, не зная ни дня, ни ночи, приходил к ней и умолял о прощении, она, исхудавшая, как никогда, вновь заговорила о расставании.

– Оппа… Мне очень плохо… Я хожу к психологу. Мне кажется, что если ты будешь рядом, мне станет только хуже. Пожалуйста, отпусти меня…

Говорят, она была на удивление непреклонна. Хён умолял её на коленях, но она не сдалась, и у хёна было предчувствие, что если он её не отпустит, она просто умрёт. В итоге он принял расставание. Даже до свадьбы со мной две трети наших разговоров были о ней. Как же я узнавал все эти подробности об их прошлых отношениях? Видимо, всё дело в болтливости хёна.

В любом случае, Ки У хён действительно расстался с ней и погрузился в учёбу, чтобы справиться с горем. Я думал, что после расставания он сразу же обратит внимание на меня, но он решил прекратить всякое общение и со мной. Раньше, если я ему звонил или преследовал его, он хотя бы встречался со мной. Иногда он раздражался, иногда интересовался, куда я пропал. После секса он открыто игнорировал меня.

Но после расставания с ней он заперся в себе и стал совершенно недоступен. Я был бы рад, если бы он хотя бы накричал на меня, как раньше. По крайней мере, я бы мог увидеть его лицо.

Когда хёну было тяжело из-за увядающей Сон Хва, я переживал из-за увядающего хёна и каждый день пребывал в депрессии.

Время шло быстро, и год сменился другим. Незаметно для себя я уже закончил учёбу и ждал только вручения диплома. Мои родители ворчали, что я не устроился на работу заранее, раз уж у меня есть свободное время, прежде чем я начну работать.

По правде говоря, большинство моих однокурсников уже определились со своим будущим после окончания учёбы. Если бы мои родители знали, что я потратил последний год, едва закончив учёбу и набрав минимальное количество кредитов, на безответную любовь, они бы схватились за голову. По правде говоря, я не мог позволить себе тратить время на любовные игры.

Спасаясь от ворчания мамы, я проводил время в уютном кафе, готовясь к поиску работы. И вдруг мне захотелось вернуться в то кафе возле университета, с которого началось моё общение с Ки У хёном. Там был вкусный кофе, низкие цены для студентов и тихая атмосфера. Во многих отношениях это было лучше, чем шумные кафе в центре города.

Около недели я проводил время в кафе возле университета, готовясь к поиску работы и работая над своим портфолио. И вот однажды передо мной возникла тень, кто-то заговорил со мной. Я поднял голову и чуть не упал со стула. Ки У хён пристально смотрел на меня.

– Хён!

– Уже выпустился, а всё таскаешься по окрестностям университета?

Он небрежно сказал это и придвинул стул передо мной. Его телосложение оставалось огромным, но, судя по плечам, шее и подбородку, он сильно похудел. Однако в его голосе и выражении лица оставалась та же умеренная весёлость, что и раньше. Неужели я, катализатор расставания, больше не так уж ему и противен? Может, он уже разобрался со своими чувствами к Сон Хва?

– Мне здесь лучше работается… Да и от дома недалеко.

– Или ты каждый день ходишь сюда, чтобы мне на глаза попадаться?

Я потерял дар речи. Да, я скучал по хёну, поэтому и вспомнил об этом месте, но у меня не было намерения видеться с ним. Я даже не мог представить, что хён, который обычно не выходил за пределы медицинского факультета, вдруг появится в этом кафе.

– Да нет… Как ты поживаешь? Я очень за тебя беспокоился.

– Да так себе.

– Ясно…

Я уставился на капли воды, выступившие на стеклянном стакане, и думал, что сказать. Может, сказать ему, что он хорошо выглядит…? Или честно признаться, что скучал по нему…? Пока я молчал, хён вдруг заговорил первым.

– Ли Хо, я тебе всё ещё нравлюсь?

– А если да?…

Честно говоря, я мог бы быть и поумнее. И всё же моё сердце бешено забилось. Вопрос хёна был всего лишь проверкой. Как будто он спрашивал, не уплыла ли рыба, которую когда-то поймали, из его аквариума, из которого он открыл все пути к морю. И всё же у меня было странное предчувствие. Это был шанс, который больше никогда не повторится. Поэтому я честно ответил, что всё ещё очень люблю его.

– Тогда выходи за меня.

– Что?!

Предложение руки и сердца было настолько неожиданным, что я даже не понял, что происходит: то ли это предложение, то ли где-то была скрытая камера. Тогда хён откровенно рассказал, что на самом деле происходит. Это точно не было предложение, сделанное по глупости или из благодарности к моей чистой любви. У него был свой коварный план.

– Есть одно условие. Я всё ещё встречаюсь с Сон Хва.

– Ах…

– И я не могу дать тебе гарантию, что окончательно с ней порву. Ты всё равно согласишься выйти за меня?

– …

– Я просто не хочу, чтобы мои родители её мучили. Родители тебя вроде как одобряют. А Сон Хва не против, потому что знает, что мне не нравятся мужчины, и у нас с тобой не будет романтических отношений. Даже после того инцидента в прошлом, ты всё такой же понимающий, верно?

Другими словами, он собирался использовать меня в качестве щита, чтобы обмануть своих родителей и продолжить свой роман в стиле Ромео и Джульетты. Эта лисица Чи Сон Хва делала вид, что решительно отвергает изменившего ей парня, а сама тихонько плела свою сеть. У неё нет гордости или она просто очень упрямая…? Я не мог не почувствовать лёгкое раздражение.

Несмотря на это странное предложение, в моей голове в тот момент был только один вариант. Тот факт, что хён сам предложил мне выйти за него, парализовал все мои мысли. В конце концов, он предложил не просто начать встречаться, а вступить в брак, что подразумевает совместную жизнь на протяжении всей жизни.

Мне казалось, что если я выйду за хёна, то все мои проблемы разрешатся сами собой. Как будто нищий сидел у ворот дворянина, умоляя подать хотя бы одну монету, а тут вдруг ворота открылись, и его пригласили войти. Как я мог устоять? Я мог только принять его предложение.

Через несколько часов я ворвался домой, чтобы сообщить новость не о работе, а о свадьбе. Даже услышав сумасшедшую новость о том, что их сын собирается вступить в брак, родители залились слёзами счастья, узнав о статусе и семье будущего зятя. Всю ночь они повторяли, как они благодарны сыну, которого они не могли должным образом содержать, что он вырос таким умным и самостоятельно нашёл себе хорошую партию.

После этого, как по волшебству, всё завертелось с невероятной скоростью. В процессе подготовки к свадьбе хён, прикрываясь учёбой в медицинском, практически от всего отстранился. Вместо него активно взялась за дело его мать, которая в кратчайшие сроки подыскала подходящий отель для церемонии. Так как это место пользовалось большой популярностью, дату свадьбы перенесли на следующий год. В течение этого немалого периода времени, пока шла подготовка к свадьбе, я, особо ни на что не надеясь, отправил документы и прошёл собеседование в рекламное агентство, и получил положительный ответ. Я начал работать в этой компании в качестве нового сотрудника и попутно занимался свадебными приготовлениями.

Оглянуться не успел, как оказался в отеле, на церемонии. Этот день до сих пор, даже спустя пять лет, вызывает у меня трепет в груди и улыбку на лице. Если подумать, выражение лица хёна не было особо радостным, да и романтического обмена взглядами не было вовсе, но тогда я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

В то время я наслаждался двойной удачей: женитьбой на любимом человеке и трудоустройством в компанию, о которой мечтал. Я купался в счастье. Искренне верил, что моя жизнь сложится как нельзя лучше. Всё потому, что я был сосредоточен исключительно на том, кто мой муж, а не на том, как сложится наша семейная жизнь в будущем.

Реальность же, скрытая за ширмой свадьбы, заключалась в том, что хён и Чи Сон Хва продолжали встречаться. Ведь причина, по которой хён предложил мне брак, была в том, чтобы я стал щитом, скрывающим Сон Хва от пристального внимания его родителей. Было вполне естественно, что их отношения продолжатся. Но я постепенно начал питать самонадеянную иллюзию, что если бы только Сон Хва исчезла, этот брак стал бы идеальным. Когда человек начинает возлагать такие несбыточные надежды, разочарование и обида только усиливаются.

И вот, в день свадьбы, сразу после того, как мы вошли в номер отеля перед свадебным путешествием, я в отчаянии украдкой вытащил телефон хёна и выключил его.

Ведь этот день должен был быть только для нас двоих. Было очевидно, что Сон Хва попытается связаться с хёном в день свадьбы, поэтому это была решительная мера для предотвращения помехи. В тот момент я и представить не мог, какую катастрофу это вызовет.

– Звонили?

– Нет, не звонили…

Хён вышел из душа в халате и вздохнул в ответ на мои слова. Звонка он ждал от Чи Сон Хва.

– Кажется, она всерьёз обиделась… - тихо пробормотал он, вытирая волосы полотенцем. Я начал нервничать. Было очевидно, что, если я ничего не предприму, хён найдёт свой телефон и позвонит ей, и все мои тайные усилия пойдут прахом.

– Ложись сюда.

– Я скоро уйду.

Я ещё не успел принять душ, но протянул руку, чтобы остановить его. Хён безвольно потянулся ко мне и сел на край кровати с озадаченным выражением лица. Я прекрасно чувствовал, что он в любую минуту был готов сорваться и уйти, если позвонит Сон Хва, и это заставляло меня сильно нервничать. Поэтому я слегка выпустил феромоны.

В конце концов, теперь мы официально женаты и являемся супругами. Не было ничего странного в том, чтобы заняться любовью прямо сейчас, в постели. Моих феромонов было недостаточно, чтобы сломить альфу, но, выпустив их совсем немного, мой посыл должен был быть предельно ясен.

– Что ты делаешь? Я выгляжу так, будто помешан на мужском теле?

– Просто сегодня наша первая брачная ночь… Если ты не хочешь, я больше не буду выпускать феромоны.

Я высказал это, но не стал убирать феромоны, и хён нахмурился, выражая недовольство. Но не прошло и десяти секунд, как он снял халат. Даже когда он раздевался, выражение отвращения на его лице было поразительным. Он реагировал на мои феромоны, но его отталкивала мысль о моём мужском теле. Это было двуличное сексуальное желание.

Более чем год назад, когда хён скрыл правду от Чи Сон Хва, а я подарил ему свой первый опыт, наш секс возобновился после долгого перерыва. Моё отверстие, не тронутое более года, снова сжалась до предела. Хён, как будто напрочь забыв, что я мужчина, с удивлением уставился на моё обнажённое тело. Словно был шокирован.

Хён прикрыл полотенцем мой член, который явно показывал мою мужественность. Затем, надавив под коленями, он приподнял мои ягодицы и сразу же без колебаний вошёл в мою приоткрытую дырочку. Слишком откровенное и быстрое проявление похоти, как для человека, утверждавшего, что ему противно мужское тело.

Но, с другой стороны, это был секс, в котором он получал удовольствие, реагируя исключительно на отверстие, а не на моё тело.

Таким я запомнил того хёна в ту ночь. Страстно желая получить звонок от своей любимой девушки, он не отказывал себе в желании проникнуть в неприятное ему мужское тело. К тому времени, как он взял в руки телефон, чтобы позвонить ей, потому что звонка от неё всё ещё не было, он уже трижды кончил в меня.

При этом, даже не заметив, что его телефон был выключен, и в процессе набора номера Сон Хва, он засовывал пальцы в мою дырочку, чтобы вытащить сперму. Зажав телефон плечом, он одной рукой проникал в меня, а другой играл с моим любовными соками, прилипшим к его пальцам, и улыбался так, что у него даже образовались ямочки на щеках. Он утверждал, что я ему не нравлюсь, но, казалось, он уже немного привык и даже наслаждался послевкусием. В тот момент я был опьянен чувством ликования.

Тогда я не воспринял всерьёз то, что хён, похоже, явно разделил свои чувства и похоть и мог жить двойной жизнью.

В тот день Сон Хва вышла на связь очень поздно. И, как и опасался Ки У хён, она не избегала звонков из-за обиды. Ровно через тридцать минут после того, как я выключил телефон, она несколько раз звонила хёну в панике. Живя одна в комнате возле университета, в тот момент она, к несчастью, подверглась нападению насильника, который пытался её изнасиловать. В течение этого времени она трижды позвонила не в 112, а Ки У хёну. По иронии судьбы, количество её звонков было равно количеству раз, когда хён кончил в меня в тот день.

Отчаянно сопротивляясь и крича, она получила много ударов от насильника. Ей поставили диагноз, требующий не менее восьми недель лечения. Это было несчастье, но это не стало концом её жизни. К счастью, изнасилование было предотвращено. Соседка, услышав её крики, быстро пришла на помощь. Она была благодарна соседке, с которой была едва знакома, и холодно относилась к Ки У хёну в больнице. Получив звонок от Сон Хва поздно ночью после страстной первой брачной ночи со мной с выключенным телефоном, хён, переполненный огромным раскаянием, опустился на колени.

– Хён! Что случилось? Я уже в аэропорту…

– Чёрт…

Хотя я разговаривал по телефону, я чувствовал, что голос хёна переполнен гневом. Получив звонок от Сон Хва и оставив меня одного в гостиничном номере, хён сразу же поехал в больницу и больше не вернулся. У меня не было другого выбора, кроме как утром собрать его вещи и направиться в аэропорт. Мою попытку связаться с ним несколько раз он игнорировал. Когда хён наконец ответил на звонок, до вылета самолёта в свадебное путешествие оставалось всего три часа. Единственным, кто переживал, был я.

– Слушай, говори правду. Это ты вчера выключил мой телефон?

– …Что? Нет… Кто… так сказал?

Моя неумелая игра и дрожащий голос были равносильны признанию. Хён заявил, что узнал всю историю прошедшей ночи, когда не мог связаться с Сон Хва, и через телефон начал изливать на меня шквал обвинений. Пока я всеми фибрами души ощущал холодный гнев хёна, мой слух уловил фоновый шум за его криками, типичный для больницы. Ах… Если он всё ещё в больнице, он уже опоздает на самолёт… Что же делать…

– Прости… Я не хотел ничего плохого… Я не знал, что так получится…

– Ха…

– Хён, так ты не сможешь приехать в аэропорт?

– Ты что, с ума сошёл?

– Что?..

– Сон Хва сейчас вся в бинтах и даёт показания полиции. А ты в это время думаешь только о свадебном путешествии? Ты больной?

– Дело не в этом…

– Отвратительно. Езжай один или оставайся - делай, что хочешь! Не звони мне, пока не вернёшься в Корею.

На этом звонок оборвался. В панике я снова набрал его номер, но он сбрасывал звонок. Разочарованный и не зная, что делать, я стоял у выхода на посадку. Вскоре пришло сообщение. В нём говорилось, что если я хоть словом обмолвлюсь его родителям и моим тестю и тёще, что я уехал в путешествие один, он аннулирует брак.

А, вот оно как… Теперь мне стало понятно, что он использовал меня в качестве щита, чтобы беспрепятственно встречаться с Сон Хва. Для всех остальных хён уехал в десятидневное свадебное путешествие, и пока его родители в это верили, он собирался провести это время в Корее с Сон Хва. Возможно, даже если бы не произошла попытка изнасилования Сон Хва, он никогда бы не собирался ехать со мной в путешествие.

Тяжело шагая, я в одиночестве сел в самолёт. У меня совсем не было сил на то, чтобы не поехать в путешествие и не оставаться вместе с ним двоими в Корее.

Моей ролью было добросовестно изображать счастливую пару, отправляя фотографии из путешествия своим тёще и свёкру. В противном случае Ки У хён аннулировал бы этот брак. Поскольку из-за моего безрассудного поступка я стал для Сон Хва самым главным врагом, я должен был в точности выполнять порученные мне хёном задачи.

Хён и Сон Хва изменяли, но крайним в этом браке был исключительно я.

[Матушка, хорошо спали? Я слышал, что здесь отличный стейк-хаус, поэтому забронировал столик. Смотрите, какой стейк с горой трюфелей! Я эти грибы впервые пробую, но аромат просто восхитительный! Хён в туалет отошёл.]

Чтобы изобразить, будто я с хёном, я заказывал в ресторане порции еды и напитков на двоих, делал фотографии стола и отправлял их матушке. После того как она изводила Сон Хва, у неё сильно испортились отношения с хёном, поэтому она не особо подозревала, что я один поддерживаю с ней связь. Тем не менее, мне приходилось придумывать алиби, чтобы объяснить, почему лицо хёна ни разу не появилось на фотографиях. Таким образом, мой план по сокрытию местонахождения хёна на территории европейской страны продолжался без разоблачения.

Я повторял действие: делал фотографию и тут же отправлял её нескольким адресатам одновременно. Я не забывал отправлять одинаковые сообщения свёкру с тёщей, своим родителям и даже хёну. Это было сделано для того, чтобы хёну было легче согласовать со мной ответы на вопросы о нашем медовом месяце, если матушка захочет что-нибудь спросить.

[Хён, интересно, Сон Хва уже лучше? Я только что отправил эту фотографию матушке. Этот город называется…]

Несмотря на то, что я нажимал на смеющиеся смайлики, из моих глаз не переставали течь слёзы.

[Прибытие в Корею ожидается около 8 часов вечера по местному времени]

Перед вылетом я отправил хёну время прибытия в корейский аэропорт. До тех пор я ещё не осознавал всю серьёзность ситуации. Я наивно полагал, что хён встретит меня в аэропорту, но, приземлившись в Корее и включив телефон, чтобы найти хёна, которого нигде не было видно, я с недоверием прочитал два сообщения, пришедшие несколько часов назад.

[Добирайся осторожно. Адрес нашей квартиры помнишь? Если нет, поищи в переписке выше.]

[Код от подъезда *#1522 / Код от домофона #0303]

– Ха… ха-ха…

Я думал, он хотя бы встретит меня. У меня было три чемодана, включая кучу подарков, купленных в путешествии, и вещи хёна… Мне было тяжело тащить всё это одному. Я надеялся, что он утешит меня, скажет, как мне было тяжело нести вещи, как одиноко было путешествовать одному, и поблагодарит за то, что я хорошо играл роль, чтобы родители ничего не заподозрили. Я считал, что раз он без предварительного обсуждения отправил меня одного в свадебное путешествие, то это, как минимум, входит в обязанности достойного мужа.

Адрес нашей квартиры находился в сверхдорогом, многоквартирном доме с большой площадью, который был известен своими престижными школами. Я догадывался, почему родители Ки У хёна выбрали для нас это место в качестве дома после свадьбы. Они хотели, чтобы мы активно плодили детей-альф, как подобает "доминантным", и воспитывали их с той же страстью и усердием в этом престижном районе, как они воспитывали Ки У хёна.

Другие, наверное, посчитали бы, что я просто капризничаю от жиру, раз только что въехал в такой дом после свадьбы, но я был несколько обеспокоен этим бременем.

Было уже за полночь, поэтому у меня не было времени внимательно осмотреть квартиру. Я даже не мог включить свет, кроме тех мест, где срабатывал датчик движения. Несмотря на такое немыслимое пренебрежение, я всё ещё надеялся, что, как только я открою дверь, хён встретит меня с вопросом о том, как прошло путешествие, но он даже не ждал меня и просто спал в спальне.

Из-за смены часовых поясов мне всё равно не спалось, поэтому я отказался от мысли бродить по тёмной квартире и просто сел на диван в гостиной, тупо глядя в окно. Под утро я обнаружил, что из окон этого дома, расположенного на королевском этаже, открывается прекрасный вид на реку.

Наступило утро, и хён, проснувшись и выйдя в гостиную, даже не высказал ни малейшего раскаяния. Безразлично спросив: «Как ты добрался?», он сразу же потребовал, чтобы я сегодня-завтра извинился перед Сон Хва.

Наверное, именно тогда я почувствовал, что в этом браке что-то очень сильно пошло не так. Свадьба прошла, и (одиночное) свадебное путешествие закончилось, но мы так и не подали документы на регистрацию брака. Если бы у меня было немного больше решимости и смелости, я бы предложил аннулировать брак ещё до его регистрации, но, к сожалению, я не был таким непреклонным.

Вместо этого я решил опустить ноги в эту грязную воду под названием "брак" ещё глубже и даже полностью промокнуть. Я выслушивал всевозможные упрёки и обвинения в связи с тем, что случилось с Сон Хва. Но я мог это вынести. Ведь я же стал самым близким человеком Ки У хёна по закону. Я не сомневался, что, пережив это трудное время, я в конечном итоге буду вознаграждён признанием и любовью хёна.

Это был третий день после моего возвращения, в тот день, когда я вернулся домой, преклонив колени в больнице у Сон Хва по настоянию хёна с просьбой о прощении. Мне было жаль её, лежащую в палате с синяками на лице, но в тот момент, когда хён придавил мои плечи и заставил меня опуститься перед ней на колени, мне было бесконечно горько и унизительно. Меня впечатлили слова хёна, который заявил, что я почти такой же преступник, как и насильник.

Как можно сравнивать то, что я выключил телефон из-за собственнической ревности, с бесчеловечным преступлением вторжения в дом женщины с целью изнасилования? В опасный момент ей нужно было позвонить в 112 вместо того, чтобы надоедливо набирать номер своего парня, до которого не дозвониться. В том, что ситуация ухудшилась, виноват не только я, но и её неправильный выбор.

– Мх…

– Чего ревешь, как будто подвиг совершил?

Когда я не смог сдержать обиду и всхлипнул в машине по дороге домой, хён, сидевший за рулём, раздражённо отчитал меня. Затем он высказал недовольство тем, что не смог остаться с Сон Хва в больнице из-за того, что отвёз меня домой. Я вообще не просил его меня отвозить… Все переменные, возникающие из-за меня, были для хёна просто поводом для недовольства. Высадив меня у дома, он пригрозил, что возьмёт вещи на несколько дней и вернётся в больницу.

Когда мы вместе вошли в дом, я едва уловимо почувствовал, что феромоны хёна отличались от обычного. Запах был тот же, но он был более влажным, вялым и липким. Я инстинктивно почувствовал, что это запах гона у альфы. Хён посмотрел на отметку в календаре в гостиной и сразу же растерялся.

– Хён, у тебя гон?

– Кажется, да. Чёрт…

Когда начинается гон, обычно невозможно заниматься повседневными делами в течение двух дней. Избавиться от него можно только через половую связь с омегой, а если заниматься сексом с бетой или альфой и пытаться снять похоть, то жар останется, как будто ты провёл гон в одиночестве. Если регулярно принимать препараты, подавляющие гон, до его наступления, то можно легко пережить его без побочных эффектов, но хён, который в последние несколько недель был не в себе из-за того, что случилось с Сон Хва, потерял чувство времени и пропустил срок приёма.

– Ты сейчас вернёшься в больницу в таком состоянии? А, это невозможно…

– …Эй, руки убери.

Это был отличный шанс остановить хёна, который собирался поехать к ней, оставив меня дома. В любом случае, опасно садиться за руль в таком нестабильном состоянии, это может только привести к аварии, а даже если ему удастся добраться до больницы, его состояние только ухудшится. Что он будет делать с ней, с её телом, покрытым следами побоев от попытки изнасилования? К тому же, даже если он будет заниматься сексом с бетой, он не сможет как следует облегчить своё состояние. Критическим фактором, из-за которого даже большинство, утверждавших, что феромонные помехи - это ложь, в конечном итоге выбирают партнёра с другим вторичным полом, были течка и гон.

– Ха… Чёрт…

Хён, ругаясь вполголоса, в конце концов, опустился на пол в гостиной, как будто сдался. Энергия гона, исходившая от хёна, воздействовала и на меня, и между ягодицами стало влажно.

– Сон Хва в больнице… Она мучается и ждёт меня… - бормотал хён, словно отчаянно отрицая тот факт, что поддался гону. Но его моральные принципы по отношению к своей девушке не были причиной для отказа мне. Если бы он был таким человеком, он бы вообще не женился на мне и изначально не стал бы заводить со мной случайную интрижку. Хён прекрасно знал, что его собственная честность не надёжнее бумаги.

Омега, который мог легко справиться с муками гона и, наоборот, привести его в наилучшее состояние, был прямо перед ним. Помимо давления со стороны родителей и цели размножения потомства-альф, эффективное решение проблемы гона также сыграло свою роль в том, почему хён женился на мне без любви. Зачем постоянно принимать препараты и тратить время на страдания от гона в течение недели? В основе этого брака лежал расчёт хёна, который ценил эффективность.

– Сначала излей это всё на меня… Ты сейчас выглядишь очень не хорошо…

– Ах, не трогай меня, ты вызываешь отвращение…

Похоже, он хотел заняться сексом, хотя и не хотел, чтобы я даже прикасался к нему. Отталкивая меня, он, тем не менее, сам сбросил с себя одежду. Хён сбросил с себя всю одежду, оставив лишь трусы. Я посмотрел на его член, который торчал, словно собирался прорвать ткань, и моё тело стало ещё более раскалённым.

Выделения, которых до этого были лишь немного, теперь хлынули наружу, словно сговорились.

Постороннему может показаться, что я обмочился в штаны.

– На колени.

– Что? Да…

– Прикрой свой член руками, чтобы его не было видно, и прими правильную позу. Даже в гоне мне противно заниматься сексом с мужчиной.

– …

– Почему у тебя нет волос? Если бы у тебя на лобке было много волос, он бы спрятал этот маленький член.

Острые, как кинжалы, слова хёна пронзили моё сердце. Как он и требовал, я опустился на колени и машинально прикрыл рукой свои гениталии. Хён неоднократно подчёркивал, что не испытывает влечения к мужчинам, но после того, что случилось с Сон Хва, его отношение ко мне стало ещё более жестоким.

Хлюп.

– Ах… Ааа… Больно… Угх…

Его член, грубый и безжалостный, ворвался в меня, словно дубина, вызывая ощущение, будто изнутри царапают и рвут. Было больнее, чем в тот раз в мотеле, когда я отдал ему свой первый раз. Он вдалбливался в меня, словно наказывая, без всякой заботы, что было излишне жестоко. Это было похоже на пытку.

– А… Ах… Больно… Хён…

– Заткнись… Эй… Хаа… Почему так… Туго… Мой член… Мне кажется… Взорвётся…

Горячие капли пота хёна упали на мою спину. Он даже не попытался расширить меня, кроме как выделял феромоны, поэтому мои внутренние стенки казались особенно узкими. Но по сравнению с моей болью от принятия такого огромного члена в такую тесную дырочку, хён чувствовал лишь незначительный дискомфорт. Он ворчал о тесноте, но при этом исправно наслаждался и тяжело дышал.

– Ха… Ха… Больше не могу… сдерживаться…

Хён не смог долго продолжать толчки и извергся горячей и обильной спермой, как никогда раньше. И это означало начало настоящего гона.

От совокупления в гостиной мы переместились в комнату, чтобы продолжить более зверский акт. За исключением тех моментов, когда хён соскребал накопившуюся сперму из меня рукой или когда мы меняли позу или место, его член оставался внутри меня целых двадцать часов. Он оставался внутри меня даже тогда, когда мы оба теряли сознание и засыпали.

На следующий день, ближе к вечеру, член хёна, который всё это время находился во мне, наконец-то вышел, и я устало переживал бессмысленные тревоги о том, что моя дырочка теперь никогда больше не закроется. Гон хёна почти закончился, его цвет лица и состояние нормализовались.

Тем временем он быстро зарядил разрядившийся телефон и позвонил Сон Хва. Он отошёл в угол комнаты, чтобы я не слышал, но после долгого совокупления мои чувства обострились, и я всё равно слышал большую часть разговора.

– Оппа! Ты сказал, что придёшь вчера, но почему ты так и не появился? Ю Ли Хо сейчас с тобой дома? Это он не пускает тебя?

– А, Сон Хва… Прости, я заснул. Мне было нехорошо.

Это была ложь. Конечно, он не мог сказать, что из-за неожиданного наступления гона он пропустил обед и занимался сексом со своей законным супругом-омегой. Беты обычно не знают, какими отвратительными и зверскими могут быть периоды гона и течки у альф и омег. Сон Хва, вероятно, никогда серьёзно не задумывалась о том, что у Ки У регулярно случается гон. Теперь для её же душевного спокойствия лучше, чтобы она этого не знала.

Хён закончил разговор и спрятал лицо в ладонях, словно испытывал отвращение к себе. Окинув взглядом разбросанную повсюду одежду, испачканную нашей спермой постель и меня, измученного и окрашенного его семенем, он с отчаянием на лице попытался отрицать реальность.

Больше не глядя в мою сторону, он вытащил свой собранный чемодан (который я таскал с собой во время медового месяца) и вышел из дома. Похоже, он оставался в больнице, где лежала Сон Хва, более трёх дней. Так началась наша странная семейная жизнь, в которой муж ставил любовницу выше супруга.

Наш брак, с самого начала полный трудностей, достиг компромисса спустя два года. Как это часто бывает у пар с особенностями, график гона хёна и моя течка, случавшиеся раз в три месяца, более или менее синхронизировались. Если хотя бы один ощущает прилив возбуждения, другой невольно вовлекается, захваченный похотью, а когда оба охвачены влечением одновременно, взрывная сила ощущений была колоссальной.

Страстные ночи повторялись, разгораясь с каждой новой встречей, превращая совместное время в безумный, полный огня секс. Со временем я чувствовал, как у хёна уменьшается отторжение к моему телу.

Меньше чем через год после свадьбы, он, казалось, перестал испытывать дискомфорт. Нельзя сказать, что он полюбил меня, но это был огромный прогресс по сравнению с тем, когда он не мог скрыть своей неприязни. Более того, всё чаще хён желал меня и вне периода гона.

Как было бы замечательно, если бы перемены были только такими… Однако в течение этих двух лет, пока наши отношения улучшались, романтическая связь хёна и Сон Хва продолжалась, по-прежнему горько-сладкая. Я наивно полагал, что он всего лишь затягивает отношения, не в силах резко порвать с ней, что это продлится лишь до первых месяцев брака.

В нашу вторую годовщину свадьбы, после формального ужина, я, потягивая вино, решился высказать всё, что у меня на душе. До каких пор он собирается встречаться с ней? Если нам нужно завести ребёнка, как того желает его мать, не пора ли ему прекратить этот роман? В ответ на мои слова хён вспылил.

– Я сразу сказал, что не могу обещать расстаться с ней. Как ты вообще понял мои слова, раз выдвигаешь такие требования

– Хён…

– Она пострадала из-за тебя два года назад. Неужели ты хочешь, чтобы я бросил её сейчас?

Я чувствовал себя так, словно меня ударили по голове, но не мог никого винить. С самого начала он предупредил, что не собирается разрывать отношения, и я сам был слишком жаден, добровольно вступив в брак, который, очевидно, должен был пойти по этому сценарию. Я вышел за него, уверяя себя, что смогу завоевать его полностью, но и спустя два года он не собирался расставаться с ней. И теперь я, жаждущий их разрыва, выглядел настоящим исчадием ада.

– Я думал, ты просто попросил немного времени, прежде чем прекратить ваши отношения…

– Ха…

– Знал бы я это, никогда бы не вышел за тебя…

Я тоже старался. Два года совместной жизни, притирки друг к другу, сформировали подобие супружества. На всех официальных мероприятиях и семейных встречах он всегда представлял меня как своего супруга. Неужели тайные встречи с любовницей, вдали от глаз родителей и других, не должны были наскучить со временем? Я рассчитывал, что, если твёрдо заявлю о том, что не могу так больше жить, он выберет меня, оставив её.

Но, видимо, я не настолько нужен ему.

– То есть ты чувствуешь себя обманутым, верно? И что я должен сделать, чтобы ты успокоился? Расстаться с ней я не смогу, даже не проси.

– …Тогда… я должен просто молча терпеть это? Всю жизнь?!

– Встречайся с другими. Если и это тебе не нравится, остаётся только развод.

Бразды правления по-прежнему были в его руках, и боялся развода явно не он. Я, словно идиот, не смог потребовать ни прекращения романа, ни развода, и замолчал. До тех пор, пока Сон Хва сама не бросит его, их отношения не закончатся, но из-за слабой надежды я отбросил гордость и продолжал цепляться за него.

Просто неисправимый идиот.

После визита с извинениями в больницу сразу после свадьбы мне не приходилось видеться с ней в течение двух лет. И вдруг она неожиданно предложила встретиться.

Немного взволновавшись неожиданным приглашением, я, в ожидании её в назначенном кафе, читал книгу, совершенно не вникая в смысл. Тук-тук-тук…

Звук каблуков, остановившихся передо мной, заставил меня оторваться от книги и поднять голову. Впрочем, я бы узнал о её приближении и без звука. С тех пор от неё исходил резкий, навязчивый цветочный аромат. Словно она заявляла, что феромоны - оружие для вторичного пола, то таким образом она обозначала своё присутствие. Свежее, юношеское очарование её студенческих лет, когда она только начала встречаться с Ки-у, спустя четыре года было подобно цветку в полном расцвете. Несмотря на то что количество духов, которым она себя "облила", меня смущало, я бы согласился, что её внешний вид в какой-то мере соответствовал цветку.

Соблазн парня, заставив их расстаться. Не только вышел за него замуж, но и довёл её до грани отчаяния. К тому же пока ту, чуть не изнасиловали, он выключил телефон, чтобы не дозвонились…Все эти ужасные вещи были совершены одним человеком, и этим человеком был я. Поэтому, думая о ней, я чувствовал вину, а вместе с ним беззащитный образ жертвы.

Однако теперь, когда я смотрел на женщину передо мной, она выглядела совсем иначе. Её атмосфера и тон полностью отличались от её беспомощной, пострадавшей версии из прошлого.

Встретившись со мной взглядом, она перешла к делу, не тратя времени на приветствия.

– Как ощущения, когда мы поменялись местами?

– Прости?

– Раньше когда ты соблазнил мужчину, у которого есть девушка, и переспал с ним, ты чувствовал себя победителем? А теперь каково это, когда твой муж любит другую?

– А…

– Если ты украл чужое и сделал своим, будь готов к тому, что у тебя это тоже когда-нибудь отнимут.

Она отбросила всякие формальности. Всё это время мы держались на дистанции и обращались друг к другу на "вы", хотя, по правде говоря, мы ровесники, так что не стоило обижаться на переход на "ты". Раздражало лишь то, что скрывалось за её словами.

– Ки У оппа - это тот человек, от которого любой бы отвернулся, и ты мне это доказал в самом начале. Я тоже не смогла с этим смириться, поэтому мы бы рано или поздно расстались. И с его родителями тягаться было бы трудно… Но чувства остались, и мы как-то продолжали встречаться.

– …

– А тут ты выходишь за него замуж, и я подумала, что это отличная новость. Доверия для брака у нас не было, но мне хотелось продолжать встречаться с ним. А раз он с тобой, то пусть и ты почувствуешь, каково это, когда твой муж крутит романы на стороне.

Я чувствовал, что эта женщина гораздо злее и подлее, чем я мог себе представить. Если он тебе так противен, уйди от него, зачем мстить мне, оставаясь рядом?

Когда я услышал, что нападение на неё в день свадьбы было инсценировкой, по коже побежали мурашки. В тот день она не смогла дозвониться до хёна и, разозлившись, попросила подругу нанести себе побoи, чтобы хён возненавидел меня. А он пытался защитить её от страха и тревоги, потому что полиция так и не поймала преступника. А она просто играла нами. Она даже не обращалась в полицию.

– Как ты могла так поступить? Я всё ему расскажу!

– А у тебя есть доказательства? Он вообще тебе поверит? Решит, что ты сошёл с ума.

Как бы я ни возмущался, я не мог этого отрицать. Хён никогда бы не поверил мне и не стал бы допрашивать её или требовать доказательств. Если пожалуюсь, только выставлю себя сумасшедшим. Если бы я знал, что так произойдёт, я бы записал разговор.

Действительно… Что за сумасшедшая женщина? … Я стиснул зубы от ярости, но не мог дать волю эмоциям. Иначе я опять окажусь в роли злодея.

Ей было забавно наблюдать за моей беспомощностью. Вскоре она встала со своего места и собралась уходить.

– Я тоже скоро выхожу замуж. С тех пор он будет только твой. А пока придётся терпеть, что он меня любит.

Она развернулась и ушла. А я сидел с открытым ртом, пытаясь переварить её слова. То, что она мстила мне, продолжая встречаться с женатым мужчиной, то, что нападение на неё было фальшивкой… Но самым сильным потрясением были последние слова.

Она скоро выходит замуж. Так что скоро она расстанется с Ки У хёном. Я почему-то почувствовал облегчение, вся злость прошла в один миг, и я ненормально улыбаясь поехал домой.

Как и ожидалось, хён был подавлен новостью о её замужестве. Увидев его в тот момент, я понял, что значит сломаться и потерять волю к жизни. Сначала я радовался, потому что она наконец-то ушла, но потом стало страшно. Он становился всё слабее, а его глаза - безжизненными. Ещё немного, и похороны хёна состоятся раньше, чем её свадьба.

– Прошу тебя, очнись! Что мне сделать, чтобы ты пришёл в себя? Скажи!

– Просто дай мне умереть…

Что же я тогда сказал? Я схватил его за руку и умолял жить. Я говорил, что сделаю всё, что он захочет, попрошу её вернуться. Лишь бы он жил… Но что бы я ни говорил, его желание жить не возвращался. Я был его супругом, самым близким человеком, но, по сути, - никем.

Он даже взял отпуск на работе и заперся в комнате. Хоть он и не выходил из комнаты после того, как я уходил на работу, он хоть иногда ел. Но такое ощущение, что этого человека нет дома. Конечно, секса у нас в это время не было. У меня было чувство, что я самый никчёмный и бесполезный человек в мире.

Через неделю после её свадьбы он пришёл в себя. Его вернул к жизни телефонный звонок от неё. Он, как будто в состоянии афазии, не разговаривал со мной. Теперь же я увидел, как он дрожит от волнения, держа трубку телефона в руках. Это наполнило моё сердце восторгом. Я понял, что мне тоже нужно будет сыграть какую-то роль. В порыве благодарности я поклялся, что сделаю всё, что в моих силах, только бы он был счастлив. Я думал, что смогу сделать всё, чего бы он ни захотел, кроме как умереть или развестись.

Кратковременное расставание хёна и Сон Хвы закончилась через месяц. Через десять дней после свадьбы она позвала его на встречу. Точнее, он и я должны были прийти вместе. Он ничего не объяснил.

– Неужели прошло пять лет?

Я молча разглядывал свадебную фотографию, на которой мы оба были одеты в белые свадебные костюмы.

Несмотря на этот брак по расчёту, заключённый для защиты «возлюбленной» от родителей, мы с хёном сделали почти всё, что делают пары перед свадьбой. В том числе и студийную свадебную фотосессию. Эта огромная фотография в рамке, висящая на стене спальни, была сделана за день до свадьбы, пять лет назад. На фото мы оба выглядим моложе, возможно, из-за освещения, макияжа и небольшой ретуши.

Бэк Чон О, стоящий позади меня, наклонился, положив свой острый подбородок мне на плечо, и тоже смотрел на свадебную фотографию. От его бокала с вином исходил лёгкий аромат винограда. Он принёс это домашнее вино, полагая, что оно мне понравиться. Говорят, его производят довольно необычным способом, закапывая в землю большие глиняные кувшины для брожения.

Аромат мне не совсем понравился, но на вкус оказалось неплохо.

Не знаю, как так вышло, но я вдруг вспомнил и свою свадьбу с хёном, и свадьбу Сон Хва. Наверное, это впечатления, вызванные вином, которое меня опьяняет. В конце воспоминаний появился Бэк Чон О, альфа и муж Сон Хва. Я повернулся назад и обнял Чон О за шею. Раз уж Ки У хён предоставил нам место в спальне, я действительно собирался развлечься по полной.

Когда я, опираясь на Чон О, перенёс на него свой вес, он слегка покачнулся. Он наклонился в сторону, чтобы поставить бокал с вином на низкий столик перед началом страстной ночи. Освободив руки, он обхватил мои ягодицы, поднял меня и бросил на кровать. Эта ночь обещает быть долгой.

– Как хорошо, что мы в спальне, но немного разочаровывает. Если бы мы были в ванной, я бы облил вином твоё тело, облизал бы тебя, а потом трахнул.

Ух… Говорит, что это дорогое вино, а сам собирается так бездумно тратить его ради сексуальных игр. Наверное, потому что он богатый. Говорят, у богатых людей более широкий кругозор и мышление, и они пользуются привилегиями, соответствующими этому. Может, это тоже часть разнообразной сексуальной жизни, доступной только богатым? В любом случае, я был не в восторге от этой идеи.

– Тебе не жалко? Разве это не редкое вино?

– Веселиться с тобой гораздо ценнее. Неважно, сколько стоит вино, которое я принёс, всё это для создания атмосферы. Ты же знаешь.

Чон О подмигнул и навис надо мной, лежащим на кровати. К счастью, он, кажется, не собирался немедленно поднять меня и отнести в ванную, чтобы вылить на меня вино.

Словно демонстрируя свой богатый опыт в различных ситуациях, он также довольно быстро раздевал. Хотя я и помогал ему, вовремя двигаясь, моё тело обнажилось за считанные секунды. Он тоже быстро снял свою одежду.

Приятное ощущение мурашек пробежало от прикосновения его горячего тела и твёрдых мышц к моей обнажённой коже.

Некоторое время назад, примерно в 7 часов вечера…

Сон Хва, даже не сняв обувь, ждала Ки У перед дверью, чтобы вместе выйти. Только Чон О, с кучей вещей в руках, уверенно вошёл в дом. Он даже выложил продукты на стол, чтобы приготовить ужин, а потом, передумав, взял вино и направился прямо в спальню. Несмотря на то, что мы оба должны быть голодны, мысли о еде испарились. Мы на собственном опыте убедились, что похоть может быть сильнее голода.

Его влажный язык прижался к моей шее, словно его приклеили. Ласки языком, которые он размазывал по моей коже, как клей, внезапно показались безумно возбуждающими.

Шлёп, шлёп…

– А, ааах!

Мой стон вырвался наружу, тело охватило возбуждение. Между ног уже начала течь смазка. Чон О, почувствовав мои феромоны, быстро выпустил свои собственные и поднял мою ногу. Я отпрянул, когда он прикоснулся языком к открывшемуся отверстию.

– Хм, Что ты делаешь?

– Разве тебе не нравится?

Хлюп, хлюп…

Он уже несколько раз делал мне куннилингус, облизывая мои складки и даже проникая языком внутрь. Мне это не противно. Просто я никак не могу привыкнуть к мысли, что мои самые сокровенные, грязные и личные части тела так откровенно исследуются чужим ртом.

Ки У, наверное, никогда бы не сделал этого за всю свою жизнь. Поэтому я утешаю себя тем, что получаю это хотя бы от другого альфы. Но всё же… Я не выдержал и потянувшись, оттолкнул голову Бэк Чон О. Я больше не мог выносить смущение.

– Что, не нравится? Не продолжать?

– Просто… Может, сразу вставишь?

Мне всё ещё безумно стыдно. Зная его характер, если я покажу, что мне неловко, он будет ещё настойчивее облизывать. Поэтому я просто попросил его сразу войти. Услышав мои слова, его глаза слегка сузились, словно у зверя.

Он надел презерватив на свой эрегированный член и быстро вошёл в меня. Наполняющее меня ощущение тяжести, как всегда, заставляет меня чувствовать, будто моё тело пронзают насквозь.

Глубокие и быстрые толчки последовали сразу, без предварительной ласки. Чон О говорил, что я становлюсь мокрым и обильно истекаюсь любовными соками быстрее по сравнению с другими омегами. Хорошо, что выделяется достаточно смазки, иначе при такой интенсивности акта у меня могли бы быть внутренние повреждения.

– Ааааах, М-м-м! Медленнее… Ах!

– Чёрт… Ты меня просто сводишь с ума.

Его рука, удерживающая сгиб под коленом, с каждой секундой сжимала всё сильнее. При каждом глубоком толчке тёмные волосы его лобка ударялись о мои ягодицы, разбрызгивая смазку.

Чвак-чвак – звук напоминал прилипание клейкой жижи к густой шерсти, создавая мерзкий шум. Его толчки были настолько интенсивными, что одна из моих ног ударилась о его нижнюю часть живота, где отчётливо были видны вены. В безумном ритме толчков моя нога, дрогнув, случайно задела его твёрдый пресс. Он, будто не почувствовав боли, воспользовался моментом, схватил обе мои лодыжки и широко развёл ноги в стороны. Моя эрегированная, но значительно меньшая часть тела оказалась полностью обнажённой перед его взглядом. Несмотря на смену позы, проникновение оставалось глубоким, и его член ни на дюйм не выходил.

Скрип-скрип-скрип…

– Эй, этой кровати лет пять? Купили, когда поженились?

– …Матрас… хык… меняли, дважды…

– Когда последний раз меняли?

– А, не помню… В прошлом году, кажется…

– Чёрт… И всё равно так скрипит? Как часто ты трахаешься с Кан Ки У?

"Такое ощущение, что лет 10 пытаетесь завести детей…", – донеслось недовольное бормотание Чон О. Было забавно… Кровать, на которой Ки У обычно спал спокойно каждую ночь, не издавала никаких особых звуков, но Чон О, видимо, не мог понять, что именно из-за его неистовых движений кровать так сильно качается.

Шлёп-шлёп-шлёп!

Спальня наполнилась оглушительными звуками, напоминая звуки рисовой мельницы. Бешеная череда толчков, нараставшая в темпе, привела его к преждевременной эякуляции. Он взревел, его тело забилось в конвульсиях.

– Хааа!

После медленного, но глубокого толчка, он вытащил член. В презервативе виднелась белёсая струйка спермы. Её накопилось так много внутри, что она вытекала наружу. При виде этого меня передёрнуло. Неужели… Неужели из-за этой капли могут возникнуть проблемы? Заметив мой испуганный взгляд, Чон О, широко улыбаясь, добавил успокаивающе:

– Я использую презервативы в качестве меры предосторожности, но не волнуйся. Я сделал вазэктомию, помнишь?

– Да…

– Тебе стало лучше после того, как я кончил?

Он кончил, а я ещё нет… Я собирался ответить, но, взглянув на свою промежность, заметил, что и у меня всё мокро. В такие моменты я думаю, что родиться омегой – это даже хорошо. Если бы я был бетой или альфой, я бы не продержался и быстро бы кончил, навсегда закрепив за собой прозвище "кролик".

В животе была пустота, так как я выпил только алкоголь и ещё не ел. Мне захотелось пойти на кухню и приготовить что-нибудь из тех ингредиентов. Я вспомнил, как Бэк Чон О как-то обмолвился, что его хобби – кулинария, и он приготовит мне всё, что я попрошу. Я слышал это много раз, но это был первый раз, когда он действительно находился в месте, где можно взять кухонную утварь и что-нибудь приготовить. Я взял его за руку и попытался вывести из спальни.

Вжух!

– Ой!

– Куда это ты собрался? Мы ещё не закончили. Я сломаю эту кровать, чтобы ты больше никогда не смог переспать с Кан Ки У, так что будь готов.

Нельзя верить словам Бэк Чон О. Всё это – лишь проявление инстинктов обладания альфы, возникающего в момент секса. Когда-то давно, когда он говорил, что ревнует меня к Ки У хёну, словно он влюблён в меня. И думал, что, возможно, он испытывает ко мне что-то похожее на привязанность. Но это были всего лишь мимолётные мысли, которые исчезали сразу после эякуляции. Для человека, который сразу после свадьбы начал заниматься свингом, чувство особой привязанности к кому-либо было бы словно одежда не по размеру.

В любом случае, он планировал продолжать заниматься сексом здесь и сейчас. Разве он не голоден? Он, кажется, двигался гораздо больше, чем я. Я обиженно сказал, что голоден.

– Хорошо, ещё один раунд, – сказал он, уговаривая меня, и мы перешли к следующему акту.

В понедельник утром, за день до работы, я как всегда чувствовал себя подавленным.

Возможно, это из-за того, что хён уезжает на работу ни свет ни заря, и я проснулся в одиночестве в пустой постели.

После субботней страстной ночи с Бэк Чон О, я еле держался на ногах и весь вчерашний воскресный день только и делал, что ел и спал. После связи с доминантным альфой логично было бы чувствовать себя превосходно, как будто я отдохнул на славу, но после дня обмена почему-то я чувствовал себя ещё более вымотанным, возможно, из-за психологического напряжения. И, наверное, потому что Бэк Чон О слишком усердствовал в субботу, я ощущаю тяжесть в теле ниже пояса.

Протерев заспанные глаза, я проверил календарь рядом с холодильником, нет ли в этом месяце каких-нибудь государственных праздников или хотя бы выходных между ними. И тут я вспомнил, что сегодня день рождения у мамы.

После моей свадьбы мама переехала жить за город и теперь проводит свои дни на пенсии. Скорее всего, она снова будет одна в этот день, и ей наверняка будет одиноко, так что, может быть, съездить к ней в эти выходные? Мой Ки У хён, как всегда, работает в больнице в ближайшую субботу, так что ехать, скорее всего, придётся только мне. Хён, в качестве извинений за своё отсутствие, выделил конверт с деньгами… К счастью, мама даже больше предпочитает наличные, чем видеть зятя.

К слову, хёну тоже не мешало бы позвонить маме в день её рождения. Он всегда ожидает, что я буду проявлять уважение к его родителям за него, но никогда сам не удосужился поздравить моих. Этот повторяющийся из года в год сценарий начал вызывать у меня недовольство.

Перед уходом на работу я достал из морозилки замороженные рёбрышки и переложил их в холодильник. Надеюсь, сегодня удастся пораньше уйти с работы.

[Сегодня вечером буду готовить рёбрышки.]

[Готовь, только закрой дверь в мою гардеробную. Не хочу, чтобы там всё пропахло.]

… Я хотел сказать, чтобы он пораньше вернулся, потому что я собираюсь приготовить ужин, а он только о своей гардеробной и думает. Ладно, отложим разговор об уходе с работы и сначала сообщу ему о дне рождения мамы.

[И ещё, сегодня день рождения у мамы, позвони ей.]

[Ой, совсем забыл утром. Я немного занят. Передай мои поздравления. Я отправлю подарок.]

Разве не лучше было бы выкроить минутку и позвонить сейчас? Моя мама не из тех, кто болтает по телефону часами… Неужели так трудно потратить ещё несколько минут в дополнение к времени, которое ушло на отправку сообщения? Наверное, это потому, что в этом браке нет любви ко мне, и поэтому у него не возникает естественного желания хорошо относиться к моим родителям.

С другой стороны, я всегда был верен родителям хёна, которые так активно поддерживали нашу свадьбу. Такое разное отношение к родителям с обеих сторон объясняется разным уровнем чувств друг к другу.

[Во сколько сегодня будешь? Вечером приготовлю мясо.]

[Извини. Сегодня не вернусь.]

[Почему? Встречаешься с Сон Хва?]

Хён больше ничего не ответил.

Тогда я позвонил маме. После поздравлений с днём рождения и вопросов о здоровье, как обычно, ничего особенного сказано не было. Ни я, ни мама не отличаемся разговорчивостью, и мы никогда не были настолько близки, как друзья. Мама сказала, что только что получила сообщение с подарком от Ки У. Позвонить ему сложно, а подарок отправить – пожалуйста.

[Передай мистеру Кану, что подарок мне понравился]

Я спросил, какой подарок он прислал, и оказалось, что это был десерт из модной кондитерской, цены на который взлетели до небес из-за пиара. Известно, что в этих десертах зашкаливает уровень сахара, но зачем дарить такое…?

Ха… Я же столько раз говорил ему о том, что у мамы диабет…

Подарок, который сразу же показал, что он не принял во внимание мои слова и никогда серьёзно не задумывался о своей тёще, мгновенно вызвал у меня слёзы. Возможно, из-за моего подавленного настроения с самого утра, разочаровывающее поведение Ки У хёна казалось ещё более отвратительным.

Несмотря на то, что я повесил трубку, мой гнев не утихал. Простое разочарование мгновенно превратилось в ярость. Наверное, он даже не знает, что у моей мамы диабет, и просто быстро выбрал и отправил самый популярный подарок из списка. И всё это потому, что он слишком увлечён мыслями о том, чтобы снова встретиться с Сон Хва, с которой виделся в субботу, сегодня вечером.

Когда я торопился на работу и уже почти надел обувь, я вдруг передумал и изменил направление. Я вошёл в спальню и, как сумасшедший, стал рыться в мусорном ведре в спальне. Так как им обычно не пользуются, мусор, выброшенный в субботу, всё ещё оставался сверху. Найти один из использованных презервативов, полной спермы и выброшенный Бэк Чон О, было проще простого. Так как конец презерватива был завязан, оставшаяся внутри сперма не затвердела и оставалась влажной и вязкой.

Я засунул его под подушку хёна и прижал её. Расчёт был на то, что он обнаружит это, когда ляжет спать, и почувствует злость. Сегодня он всё равно не вернётся, так что найдёт, в лучшем случае, завтра… Это ещё не произошло, но мысль о свершённой мести уже немного, совсем чуть-чуть, меня радует.

Обмен паринёрами начался в тот день, когда Сон Хва вызвала меня после своей свадьбы, в место нашей первой встречи с Бэк Чон О. Не зря же они сняли отель. Супруги сняли отдельные номера. Сон Хва пошла с Ки У хёном, а Чон О повёл меня в другую комнату.

Неважно, насколько привлекателен Бэк Чон О, меня, без какой-либо подготовки, против воли вовлекли в обмен почти под принуждением, спланированного заранее.

Чон О не был грубым или навязчивым в постели, у него были хорошие техники, но первая ночь с ним без моего на то желания, пугала и угнетала меня. Ки У хнён, который любой ценой втянул меня в обмен партнёрами, потому что не хотел потерять Сон Хва, был просто жесток. Тем не менее, я не смог ни разу толком отказаться и был вовлечён в эти отношения, которые продолжаются уже почти три года.

Ки У и Сон Хва считают друг друга не просто совместимыми партнёрами. Сон Хва говорила, что поддерживает отношения с хёном, чтобы отомстить мне, но, как бы то ни было, они считают друг друга настоящими возлюбленными. Я стал нежданным бедствием, помехой, и даже сейчас, когда каждый из них состоит в браке с другими людьми, их супружеские измены направлены только друг на друга.

А Чон О? Я слышал, что помимо жены и меня у него есть и другие сексуальные партнёры… Я узнал об этом в начале обмена партнёрами три года назад, так что не знаю, как обстоят дела сейчас. Но если у такого энергичного альфы есть внешность, к которой липнут омеги, он, должно быть, свободно запрыгивает на всех и наслаждается жизнью. Не похоже, чтобы у него была какая-то одна-единственная партнёрша, скорее всего, у него по-прежнему много партнёров.

Тогда я…? У меня нет ни любовника, ни многих партнёров, как у Бэк Чон О. Я люблю только своего мужа и делю ложе только с тем единственным человеком, которого он предоставил.

В отличие от хёна и Сон Хва, которые часто встречаются и ходят на свидания вне нашего «обмена», мои встречи с Чон О раз в месяц — это все мои внебрачные отношения. Конечно, у меня был опыт спонтанной разовой связи с младшим коллегой по работе, но, даже учитывая это, разве я не самый несчастный?

Три года назад, сразу после первой встречи для обмена партнёрами, я был не в себе. Тогда, движимый гневом, я заявил, что тоже буду искать партнёра и заводить отношения на стороне. Но хён яростно воспротивился этому. Не из-за чего-то другого, а из-за того, что я могу забеременеть от другого альфы.

Бэк Чон О сделал вазэктомию, потому что не планировал заводить детей. Причина, по которой он подходит, заключается в совпадении интересов, поскольку он муж Сон Хва. Но также с ним можно заниматься сексом сколько угодно, поскольку вероятность того, что он меня оплодотворит, равна нулю, поэтому он не будет вмешиваться.

Теперь, когда я думаю об этом, это подло и грязно.

Противоречие в том, что в последнее время хён иногда выражает недовольство, когда обнаруживает доказательства секса между мной и Бэк Чон О. Неважно, резвятся он с Сон Хва в это время или нет. Если это не двойные стандарты, то что это? Более того, он сам пригласил их на этот раз домой и отдал нам спальню. Так что я буду рад если он разозлился, обнаружив презерватив, который мы использовали, так близко к своему лицу. Это, конечно, по-детски, но я не собираюсь отказываться от этой мести.

Клянусь, если бы хён относился к моей маме хоть немного уважительнее, месть не была бы такой. Мало того, что я подкину доказательства секса, я ещё и осмелюсь посмеяться над опасениями хёна и заведу себе другого любовника.

Да! Я тоже заведу любовника. Почему им можно, а мне нельзя?

Как и новогодние обещания о том, чтобы похудеть, сев на диету или отказе от курения, я дал себе клятву, которую никогда не осмелюсь произнести вслух, и отправился на работу.

Поиск возлюбленного

Едва я пришёл на работу, как меня вызвал руководитель группы. Оказывается, LK Fashion попросили рекламное агентство посетить их, чтобы посмотреть образцы осенне-зимней коллекции. Сказали, что арт-директор должен обязательно присутствовать, чтобы ознакомиться с дизайном одежды. Я прекрасно помнил, как на прошлой неделе сотрудники рекламного агентства провели невнятный брифинг, за что получили взбучку от директора Джу. Вместо того чтобы побыстрее разобраться с этим делом, они вызывают нас. С понедельника это стало головной болью.

– Как бы то ни было, придётся идти. Я тоже пойду.

– Да… Но разве клиенту не важнее переделать материалы по рекламе? Если мы сегодня поедем, они же потеряют полдня…

– Это тоже распоряжение директора Джу. Едва вступив в должность, он уже вовсю гоняет своих подчинённых.

– А, так приказал директор Джу?

– А как ты думал, зачем ему понадобилось, чтобы мы лично приехали посмотреть образцы одежды?

Нечасто бывает, чтобы членов производственной команды вызывали для просмотра реальных образцов на стадии разработки дизайна, а не на этапе подготовки к съёмкам. Как и ожидалось… Джу Сан Квон не упускает ни одной мелочи и умеет выжимать из людей все соки.

Был поздний вечер, и с учётом выходных, казалось, что прошло всего 5 дней , но если считать рабочие дни, то получается, мы снова посещаем LK Fashion, всего через день. На этот раз нас проводили не на 13-й этаж, как в прошлый раз, а на 5-й. Войдя в просторное помещение, где стены были увешаны всевозможными тканями, мы увидели, как сотрудники отдела разработки продукции закидывали на стеллажи пуховики и куртки. Это были новые модели осенне-зимней коллекции бренда «Blue Rail».

– Это пока только образцы, так что многое ещё нужно доработать. Мы ещё не решили, делать ли капюшон съёмным или вообще его убрать…

– Ух ты, выглядят очень тёплыми, - руководитель группы отреагировал с широкой улыбкой и шутливым тоном.

Ну конечно, это же зимние пуховики, они и должны выглядеть тёплыми… Но я тоже не знал, что добавить после его слов. В LK Fashion дизайн наверняка уже утвердили, и нам, рекламному агентству, лезть в вопросы, касающиеся продукции клиента, было бы превышением полномочий. Нас вызвали, чтобы мы ознакомились с общей стилистикой одежды и учли её при подготовке рекламных макетов.

– Рад снова видеть. Извините, что заставил вас проделать такой путь.

В этот момент в костюмерную вошёл Джу Сан Квон, и расслабленная атмосфера снова сменилась напряжением.

Изначально это должна была быть простая встреча, где сотрудники компании-партнёра просто рассматривают одежду. Не дело для руководителя, который должен сидеть в своём кабинете на 13-м этаже с видом на модный район и обдумывать стратегию маркетинга, спускаться сюда.

Если он вызвал нас и сам пришёл, значит, у него есть какая-то причина. Не похоже, что он из тех, кто просто от скуки затевает всё это.

– Здравствуйте, директор Джу. Мы восхищены тем, как великолепно выглядит одежда.

Руководитель группы сказал, что, учитывая просьбу директора Джу, он решил проявить уважение и поехать вместе со мной, а не отправлять меня одного. Даже я никогда не отличающийся тактичностью, последовал примеру руководителю группы, склонился на 90 градусов и натянул улыбку. Помимо своего высокого положения, директор Джу обладал аурой, которая заставляла людей нервничать. Ему явно не понравились простые дежурные слова руководителя группы , и он придрался к ним.

– Вы считаете, это выглядит великолепно?

– Да, конечно!

– Может, у вас есть более честные отзывы?

– …Эм…

– Это пока ещё этап создания образцов, так что сейчас последний шанс внести изменения. Нам важно услышать мнение разных людей. Именно поэтому мы и попросили вас, представителей Sanhwa Planning, приехать сюда.

Наш руководитель группы, работающий в рекламе уже 17 лет, имеет опыт работы в сфере рекламы модной одежды более 5 лет. Несмотря на то, что у него не было причин не делиться честным мнением с точки зрения маркетолога, в данной ситуации он явно не решался говорить. Дело в том, что здесь было примерно поровну сотрудников отдела маркетинга и отдела разработки продукции. И хотя с нами непосредственно работает отдел маркетинга, перед нами стояли люди из отдела разработки, которые непосредственно участвовали в создании одежды, и указывать на недостатки, не оглядываясь на них, было непросто. Но и молчать в ответ на вопрос руководителя отдела маркетинга было нельзя. Кажется, настало время мне, младшему помощнику менеджера, высказать какую-нибудь ерунду, которая не навредит компании. Я смело заговорил.

– В целом, создаётся впечатление чего-то довольно обыденного. В цветовой гамме практически нет отклонений от чёрного и серого… Было бы здорово, если бы для рекламы в качестве основного продукта был выбран какой-нибудь яркий цвет…

– А.

Мой энергичный голос становился всё тише и тише, а сотрудники отдела разработки продукции смотрели на меня. Однако директор Джу, несмотря на мою неуверенность, коротко кивнул, слегка наклонив голову вбок, как бы соглашаясь. Он подтолкнул меня продолжать говорить, взглянув мне в глаза, и я продолжил своим умирающим голосом. Хотелось бы, чтобы это прозвучало как экспертное мнение специалиста по рекламе, а не просто мои личные мысли… Но вместо уверенности я чувствовал, как моё сердце бешено колотится. Что это вообще такое?…

– Конечно, учитывая особенности корейского рынка, обыденность кажется безопасным вариантом, но, судя по результатам маркетинговых исследований, у большинства потребителей уже есть несколько пуховиков. В ближайшие несколько лет люди, даже если и будут покупать новый пуховик, не захотят брать что-то похожее на то, что у них уже есть. А одежда Blue Rail, мягко говоря, стоит недешево… Так что, если будут смелые цвета или элементы дизайна, это привлечёт внимание. Нашивки с логотипом бренда тоже не плохой вариант…

– Согласен. Но отдел разработки продукции даже не рассматривал цвет слоновой кости. Тогда, помощник менеджера Ю Ли Хо, какой цвет заставит вас открыть кошелёк? Если вам нравятся смелые цвета, вы бы скорее купили что-то красное или жёлтое?

– Хм… Наверное, нет…

Только заикнулся о смелых цветах, как тут же выдал, что не купил бы что-то слишком броское… Я выдал какое-то непонятное мнение и покраснел, не зная, что теперь с этим делать. Руководитель группы, который до этого молчал, решил поддержать меня.

– Яркие основные цвета, такие как красный или жёлтый, могут показаться слишком смелыми. Было бы лучше, если бы было больше цветов в пастельных тонах, тогда было бы легче сочетать их с низом, и в целом получилась бы более разнообразная линейка.

– Да. Я именно так и собираюсь отдать распоряжение. Рад, что мои мысли не были просто моей прихотью. И ещё, руководитель группы Бён.

– Да?

– Отложите график работы фабрики и продолжайте работу по распоряжению, которое я отдал в пятницу вечером. Передайте директору Сон, чтобы он связался со мной, если у него есть что сказать по этому поводу, я лично к нему приеду.

Словно получив желаемый ответ, директор Джу закончил свои вопросы ко мне и руководителю группы и отдал распоряжение руководителю отдела разработки продукции. Мне показалось, или его тон по отношению к своим сотрудникам был более резким, чем по отношению к нам? На этом встреча в костюмерной закончилась. Изначально мы должны были посмотреть почти готовую одежду, но из-за того, что основной продукт, предназначенный для рекламы, оказался слишком обычным, по мнению меня и руководителя группы, его планировали сильно изменить... Разве ситуация не напоминает брифинг, прошедший на прошлой недели? Детали, которые нужно было нам передать, были полностью переработаны, и мы застряли, не в силах перейти к следующему шагу.

– Молодец, Ли Хо. Ты так хорошо говорил в присутствии директора Джу.

– Я хорошо справился? Я же нёс какую-то чушь…

– Ты про то, что тебе не нравятся красный т жёлтый цвета? Всё равно молодец. Получается, мы с тобой выдали ту реакцию, которую хотел директор Джу. Он вмешивается в производство, и похоже, что директор Сон Чжэ Хён из отдела разработки продукции уже возмущался этим недавно. Он говорил, что, мол, с чего бы новому руководителю отдела маркетинга лезть в дела другого отдела, которые велись ещё с давних времен…

– А… Вот оно что… Значит, между двумя отделами уже была перепалка.

Директор Джу был не просто руководителем отдела в LK Fashion, он был практически наследником LK. Он уже считает эту компанию своей, и, похоже, ему очень не понравился новый продукт, который он увидел, когда только вступил в должность. Поэтому он отложил график производства, который был запланирован после первого этапа создания образцов, и внёс коррективы в общую цветовую гамму и детали дизайна. Отдел разработки продукции, который изначально отвечал за это, почувствовал удар по самолюбию.

График работы фабрики был сорван, сроки производства стали сжатыми, и к тому же концепция дизайна, над которой сотрудники отдела долго работали, была полностью переделана. Директор Сон даже сказал, что руководитель отдела маркетинга должен заниматься только маркетингом и не лезть в дизайн одежды. Даже если Джу Сан Квон был из семьи основателей, это уже слишком, не стоило так рано показывать, кто здесь главный.

Директор Джу из-за раздражающего шума вызвал к себе «Sanhwa Planinng», поскольку мог их легко контролировать. Он хотел показать, что не пытается их "приручить", а стремится продемонстрировать, что даже незаинтересованный сторонний наблюдатель, такой как рекламное агентство, видит недостатки в проекте. И всё это – прямо перед сотрудниками отдела разработки продукции. Он хотел подчеркнуть, что выпуск продукта в текущем виде приведёт к падению ценности бренда и убыткам в продажах.

– Зачем мы вообще понадобились? Всё равно всё пойдёт, как решит директор Джу. Да и наш генеральный директор на его стороне. А этот директор Сон? Какой смысл сейчас устраивать эту борьбу? Директор Джу через три года может стать не начальником отдела маркетинга, а генеральным директором компании. Зачем ему перечить?

Конечно, понятно, что отдел разработки продукции расстроен, но нужно уметь оценивать ситуацию и действовать соответственно. К сожалению, слишком много людей приближают свой конец, упрямо отстаивая свою гордость в заведомо проигрышной игре. Если кто-то решит противостоять директору Джу, просто потому что он моложе и «ещё зелёный» в отрасли, то, скорее всего, повторит судьбу предыдущего начальника отдела маркетинга. В следующем кадровом сезоне имя директора Сон, вероятно, будет трудно найти в отделе разработки продукции.

Когда человек занимает высокую должность, то начинает верить, что это его истинная власть. Но как только ситуация меняется и он теряет свою позицию, вся его сила мгновенно испаряется… Огромная ошибка – считать, что можно победить кого-то только потому, что ты старше, имеешь более высокую должность или являешься старшим в отрасли. Сначала, возможно, Сон думал, что сможет победить кого угодно, но реальность такова, что единственный внук Джу Хён Воля незаменим, а вот место директора Сона легко заменить.

Это относится не только к работе. Это верно и в межличностных отношениях.

Часто люди создают иерархию в отношениях, считая себя более ценными только потому, что партнёр любит больше. Они не могут смириться с потерей своего положения, когда партнёр разрывает отношения, и начинают паниковать.

Подобные истории часто встречаются в историях о любви.

Пока меня захватывали эти мысли, вернувшийся из туалета начальник отдела поторопил меня уйти с работы. У него сегодня годовщина свадьбы, и он боялся опоздать в забронированный ресторан.

Годовщина свадьбы вызвала у меня лёгкую зависть. У меня сегодня нет никаких особых планов с мужем, а скорее наоборот – похоже, он проведёт ночь с другой женщиной. Я подумал, что пожарю рёбрышки, которые оставил в холодильнике, и съем их один. Но идти домой совсем не хотелось.

В этот момент очень дорогая машина компании "R", которых в Корее всего несколько штук, догнала меня и руководителя группы. Как только я обернулся, стекло опустилось. Из-за стекла показалось лицо директора Джу, словно высеченное из камня, оно сияло ярче, чем этот дорогущий автомобиль. Руководитель группы поклонился и приветливо заговорил:

– Директор, вы уходите с работы? Счастливого пути!

– И вам того же. Вы возвращаетесь в офис?

– Нет, мы тоже уходим с работы.

– Отлично. Если вы не ужинали, я бы вас угостил.

Какой руководитель отдела маркетинга будет так поступать с сотрудниками рекламного агентства, находящимися в зависимом положении?

Я слегка удивился и широко открыл глаза. Но руководитель группы был смущён и, казалось, испытывал растерянность, осторожно отказываясь:

– Директор, сегодня у меня годовщина свадьбы… Не думаю, что у нас получится поужинать.

– Тогда вам нужно спешить. Увидимся в другой раз.

Директор Джу охотно согласился. Я понял, что ужин с руководителем отдела маркетинга откладывается, и поклонился на прощание. В этот момент директор Джу посмотрел прямо на меня, всё ещё молчащего, и продолжил:

– А у вас, помощник менеджера Ю Ли Хо, есть планы? Мы могли бы поужинать вдвоём.

– Эм…Я-я… свободен…

Я растерялся, не ожидая, что мне, у кого не было планов, предложат составить ему компанию, и выпалил глупейшую фразу. Ужин один на один с директором и помощником менеджера… Любой бы почувствовал неловкость. Как вообще может состояться деловой ужин в таком формате?

Очевидно, руководитель группы ожидал, что я откажусь от этой неловкой ситуации, поэтому он слегка подтолкнул меня в сторону машины директора Джу, ещё до того, как я успел ответить. Он, видимо, думал, что раз уж он отказался, то я должен принять предложение, чтобы поднять настроение директору Джу. Что касается меня… Я подумал, что в день, когда Ки У объявил о том, что не придёт ночевать, это к лучшему. Директор Джу наверняка угостит меня отличным ужином.

– Наш Ю Ли Хо может быть немного неуклюжим, но, пожалуйста, позаботьтесь о нём, директор!

Руководитель группы попрощался и поспешно исчез, а я сел на заднее сиденье машины директора Джу. Это была моя первая поездка в машине с водителем. Я с восхищением оглядывал салон, когда директор Джу, сидевший рядом, тихо заговорил:

– Похоже, придётся отменить заказ, который я сделал заранее.

– Ах… Это потому что нас двое?

– Не только. Вы ведь говорили, что хотите выпить вина?

Ах да, точно… Я вспомнил, как на прошлой неделе просил его порекомендовать вино. Тогда директор Джу дал немного странный ответ, пообещав однажды сводить меня в хороший винный бар. Я подумал, что это просто из вежливости, но, похоже, он решил осуществить своё обещание, раз мы остались вдвоём.

У меня не было причин отказываться. Мне было интересно, куда он прикажет водителю ехать, и я с удовольствием наслаждалась комфортной поездкой в роскошной машине.

– …Вау, это ведь не настоящая пещера? В центре Сеула…

– Конечно, нет. Просто ресторан стилизован под пещеру, чтобы поддерживать оптимальную температуру и влажность для хранения вина.

Винный бар, куда привёз меня директор Джу, напоминал пещеру. В стены были вмонтированы настоящие камни, создавая впечатление, будто ты действительно находился на природе. Пространство было мрачным, но наполненным диким очарованием, сразу стало ясно, что продаваемое здесь вино не из дешёвых.

Внутри было прохладно, как и должно быть в винном погребе. Но в пещере были потайные комнаты. Наша комната уже не напоминала пещеру. Холодные каменные стены остались, но воздух был тёплым и приятным.

Официант, проводивший нас, понял, что директор Джу сказал что-то вроде секретного кода, поклонился и вышел из комнаты. Я осторожно спросил, что он сказал. Оказалось, он заказал вино.

– Спасибо, что дали мне возможность побывать в таком прекрасном месте.

– Это я должен благодарить. Спасибо, что согласились поужинать, хотя клиенты иногда надоедают с просьбами.

– Ха-ха…

Директор Джу был намного приятнее, когда мы разговаривали один на один. В компании от него веяло холодом, и казалось, что он зарубит ножом всех, кто скажет глупость. Если бы он чаще показывал себя таким, его популярность в компании взлетела бы до небес.

Вскоре шеф-повар принёс бутылку вина и тарелку с закусками. Еда была восхитительной, а вино прекрасным. Я, конечно, не разбираюсь в вине и даже не могу отличить дешёвое от дорогого, но это вино, которое, должно быть, стоит очень дорого, было таким ароматным, что у меня на глаза навернулись слёзы. Я не знала меры, поэтому продолжал его выпивать.

– Я вызвал «Sanhwa Planning», чтобы добиться своего, но, с другой стороны, я злоупотребил своим положением, хотя это не ваша работа. У вас ведь и другие клиенты есть, и вы заняты. Мне было неловко, поэтому я и решил вас угостить.

– Я сегодня не хотел идти домой, так что это было как раз кстати.

Как только алкоголь подействовал, напряжение спало, и я честно ответил. Произнеся это, я испугался, не прозвучало ли моё признание как преднамеренное соблазнение. Я взглянул на директора Джу, но на его лице не было никаких изменений.

– Неужели?

Тем не менее, его взгляд стал немного глубже, когда он ответил после небольшой паузы. Конечно, мне это только кажется. Я всегда был плох в подобных вещах. И вдруг мне стало интересно, какой аромат альфа феромонов у директора Джу.

– Кстати… я не умею красиво говорить и у меня ещё недостаточно опыта… я хоть чем-то помог? Мне неловко говорить об этом.

Директор Джу, услышав мои слова, приподнял один уголок рта и улыбнулся. Это была не насмешка, а скорее улыбка, вызванная тем, что он нашёл что-то забавным. Он медленно отпил вина и тихо рассказал мне о внутренних делах компании. Аромат вина, исходящий от него, когда он заговорил, казался ещё более великолепным, чем когда он просто наливался в бокал.

– Это внутренние дела компании, но сегодня утром возник конфликт с отделом разработки. В каком-то смысле это было неизбежно. В пятницу вечером один из руководителей другого отдела внезапно раскритиковал и переделал всю готовую линейку новых продуктов, так что их отдел был в ярости. Но что поделать, если получилось так ужасно? Нужно было исправить, пусть и с опозданием.

– Согласен…

– У меня не было времени тщательно изучать ни посадку, ни материалы. Как только я увидел ужасное сочетание тёмных, мрачных цветов, я надавил на руководителя отдела разработки, чтобы они применили другие цвета и показали мне снова. В итоге сегодня утром, возможно, по указанию директора, руководитель Бён принес в кабинет директора распечатанные образцы одежды, сочетающие ярко-красный и ярко-жёлтый цвета. Как будто в знак протеста.

– Ах…

– Ваш ответ, что вам не нравится красный или жёлтый цвет, был очень полезным.

Мне стало приятно от его неожиданной похвалы. Под воздействием выпитого алкоголя и слегка приподнятого настроения я почувствовал, как уголки моих губ поползли вверх. Глядя на мои сияющие глаза, он ещё долго рассказывал о внутренних делах компании.

– Сначала я от отчаяния хотел сказать, чтобы они вообще убрали чёрный цвет. Но я сдержался, потому что это было бы слишком.

– Вы правильно поступили.

Я тоже постепенно вступал в разговор. Возможно, из-за уверенности, появившейся после похвалы, я не мог остановить свой болтливый рот.

– Основные цвета, такие как чёрный, просто необходимы. Даже если покупателей в магазин привлекают яркие цвета в рекламе или социальных сетях, они передумывают в примерочной. Что-то вроде: «На манекене или модели это выглядит красиво, но почему на мне это выглядит странно и неуместно?

– Вполне возможно.

– Чтобы клиенты не уходили, обязательно должен быть альтернативный вариант, такой как нейтральный цвет – чёрный или тёмно-синий – чтобы они могли изменить свой выбор и совершить покупку. Если нет других вариантов, кроме вызывающих цветов, то есть вероятность потерять всех привлечённых клиентов.

– …

– Так получилось, что сегодня мы заказали гораздо больше тёмных оттенков, которые вы видели. Как и сказал помощник менеджера Ю Ли Хо, яркие цвета привлекают внимание, но чёрные цвета будут продаваться лучше.

Мне стало немного неловко, словно я говорил очевидные вещи человеку из этой отрасли. Но директору казалось, что наш разговор довольно интересен и не является пустой тратой времени. Более того, в какой-то момент его взгляд на меня стал более глубоким и многозначительным.

Должно быть, я слишком быстро опьянел, и у меня начались галлюцинации.

– Хм…

– Ч-что такое?

– Разве вы не говорили, что плохо излагаете свои мысли и вам не хватает опыта? Не понимаю, почему вы так думаете.

– А… Спасибо…

Я почувствовал, что атмосфера становится необычной, даже с опущенной головой. Может быть, это отличная возможность завести себе партнёра… В уголке моего сознания зародилась неожиданная мысль. Надеясь, что всё не напрасно, я вспомнил вопрос, который хотел задать раньше.

– Директор, тогда… на корпоративе… какую ошибку я совершил?

– А, ничего особенного. Помощник менеджера Ю немного выпил и внезапно сел рядом со мной.

– Понятно…

Если ничего особенного, то это, к счастью, не так уж плохо. Сомэк – это всегда проблема. Это зелье страшнее вина, которое я сейчас пью. Я надеялся, что не натворил ничего странного, сидя рядом с ним, но, к моему разочарованию, его рассказ об этом дне ещё не закончился.

– Затем несколько раз… трижды громко сказал, что я красивый, а потом внезапно положил голову мне на колени и заснул.

Ох… Я не могу поднять голову. Я опять устроил пьяный дебош. Мне всегда неприятно слышать от других о своих пьяных выходках. Обычно я просто засыпаю, когда выпью, но в дни, когда я пью соджу с пивом, я бессознательно пристаю к тем, кто мне нравится. И вот я снова это сделал… Я просто надеюсь, что директор Джу воспримет мои приставания как причуду.

– Извините… Я вёл себя неприлично…

– Хорошо, что даже в таком состоянии омега-феромоны не просочились наружу. Хотя… похоже, на корпоративе был ещё один человек, который скрывал свой пол.

– Когда вы узнали, что я омега?

– Как только увидел ваше лицо.

У него действительно хорошее предчувствие. Несмотря на то, что директор Джу внешне похож на типичного доминантного альфу, я не был уверен в его типе, пока не услышал от других. Учитывая это, интуиция директора Джу была впечатляющей, поскольку он сразу понял, что я омега, хотя я и мужчина, а не женщина.

– Ваше лицо дало такую догадку, но точно понял это, когда вы начали трясти ногой. Тогда я почувствовал лёгкий омега-феромон. Я не мог сосредоточиться на встрече.

Ах… В тот день я допоздна кувыркался с Бэк Чон О и направился на работу. Феромоны, высвободившиеся из-за секса, остались между ног даже после душа. Хоть и редко, но такое случается после бурной ночи, когда отверстие не закрывается потом должным образом. После бурного секса мои внутренние стенки продолжают стимулироваться даже небольшими движениями, и феромоны смешиваются с жидкостью и вытекают через неплотно закрытое отверстие. Похоже, в тот день аромат стал сильнее из-за того, что я тряс ногой… Мне было стыдно и неловко, что меня поймали на этом. Должно быть, директор Джу тоже был смущён рядом со мной.  У него была веская причина, по которой он схватил и сдавил моё бедро.

Он всё ещё смотрел на мою ногу, словно вспоминая тот день. Если подумать, то расположение в конференц-зале было точно таким же, как сейчас. Даже угол и разница в высоте левой руки директора Джу, тянущейся к моему бедру, и положение его мизинца, почти касающегося моего центра.

Невероятно, но и сейчас директор Джу коснулся моего бедра. В отличие от прошлого раза, его намерение явно было в том, чтобы медленно погладить мою спокойно лежащую ногу, начиная с внутренней части бедра. Это было сексуальное искушение.

Кажется, он женат, ещё с прошлого года. Раз уж я сам замужем и ищу партнёра, то лучше, чтобы он тоже был женат. Пусть даже не для постоянных отношений, а просто для мимолётного романа на одну ночь. Хочется, как сегодня Ки У хён обнимает Сон Хва, чтобы и у меня была возможность к кому-то прижаться и найти утешение.

Конечно, с точки зрения жены директора Джу, я – человек, которого нужно прикончить. Но, как это часто бывает в кругах чеболей, нельзя исключать вероятность, что у каждого из супругов уже есть свои любовники. Как бы там ни было у них, для меня это был прекрасный шанс провести ночь с красивым чеболем – альфой, о котором мечтают многие.

Я начал активно выделять феромоны. Мгновенно почувствовав это, директор Джу изменился в лице, его глаза загорелись несвойственным ему блеском. Казалось, он готов сорвать с меня одежду и съесть прямо здесь и сейчас.

– Будь осторожен, чтобы не вызывать недоразумение. Зачем ты выпустил феромоны? Специально?

– Угх…

Директор Джу, похоже, хотел убедиться, что я согласен на эти действия, которые, в принципе, можно было бы расценить как домогательство. Если так, то ему следовало бы убрать руки и спросить об этом вежливо… Но его рука, ощупывающая моё бедро, становилась всё более настойчивой. Она двигалась вверх…

Казалось, ещё немного, и его левая рука коснётся моей промежности. Меня пробила дрожь. Я испугался, что он сейчас дотронется до моего центра или промежности, и дело не только в том, что мне это неприятно, а в том, что он обнаружит, насколько у меня «там» влажно.

– Ах… Да… Я… специально…

– Намеренно.

Сразу после моего ответа рука директора Джу поднялась ещё выше. Горячее и щекочущее чувство распространилось по бедру. Взгляд директора Джу прожигал меня насквозь, казалось, будто кожу прожгли лазерным лучом.

– Ты говорил, что сегодня не хочешь возвращаться домой. Это всё ещё в силе?

– Сегодня…

Сердце бешено заколотилось. Хотя мы уже достаточно выразили свои намерения действиями, он впервые озвучил своё желание переспать со мной. Тот факт, что он – важный клиент, с которым скоро предстоит заключить контракт, уже давно испарился из моего мозга под действием алкоголя и сексуального возбуждения.

Вместо прямого ответа на его предложение остаться на ночь, я решил показать это действием. Я взял его левую руку и просунул между своих ног. Глубже, чем просто центр… Я прижал его руку к промежности, чтобы он мог поочерёдно поглаживать мою промежность и отверстие. Мой дерзкий поступок был продиктован не расчётом, а инстинктом – желанием, чтобы его длинные пальцы как можно скорее оказались внутри меня.

Директор Джу, почувствовав, что мои чёрные брюки, которые на вид кажутся сухими, на самом деле довольно мокрые, удивлённо взглянул вниз. В его расширенных от удивления зрачках всё ещё читалось возбуждение. Даже больше, чем раньше. То, как его рука сильно давила на мою промежность, определённо… усиливало моё сексуальное возбуждение.

Мне даже показалось, что его феромоны стали более концентрированными.

В этот момент оглушительный звук вибрации резко нарушил тишину комнаты.

Джи-и-и… Джи-и-и…

– Ответь, – сказал он, кивнув на телефон, всё ещё нежно ощупывая мою промежность. Только тогда я понял, что этот назойливый звонок – мой мобильный. На экране высветилось имя Ки У хёна.

– Ох, это муж. Я перезвоню позже.

– …Муж?

Не было никакого сомнения: после моих слов, атмосфера, накалившаяся до предела, мгновенно остыла. Температура упала, как будто мы оказались в пещере. Директор Джу тут же убрал свою руку между моих ног и нахмурился.

– У тебя есть муж?

– А… да…

Может, стоило сказать раньше? Но мне казалось, что его не сильно интересует, замужем я или нет, и упоминать об этом не было необходимости. Может, сейчас всё рассказать…? «Мой муж изменяет мне, и даже предлагает мне других партнёров для секса…» Если он захочет, я расскажу ему эту историю, почему нет? В конце концов, я не обманываю мужа, так что ему не о чем беспокоиться.

Однако он, не задавая больше вопросов, резко поднялся, как будто собирался выбежать из комнаты. Я удивился такому повороту событий, но мне стало обидно и досадно. Значит, сам женатый, а хочет, чтобы партнёр для развлечений был холост?

– Директор!

Я в отчаянии окликнул его, когда он уже направлялся к выходу, и выпалил первое, что пришло в голову:

– Но вы ведь тоже женаты…

– Ты это сейчас в качестве оправдания говоришь?

– Просто… я подумал, что раз мы оба в браке, у нас одинаковые интересы…

…Но после этих слов я сразу же пожалел. Его взгляд, которым он меня одарил, казался гораздо более гневным, чем до того, как я его позвал. Если раньше он был просто удивлён и расстроен, то теперь его выражение лица изменилось до отвращения.

– Я разведён.

– Ах…

– Развод – не повод для гордости, поэтому я не хотел, чтобы это получило огласку в прессе. Но я не думал, что это приведёт к такому недоразумению. Это довольно скверно.

Вот оно что… Только сейчас я понял, какую бестактность совершил, меня бросило в холодный пот. Он, по крайней мере, не из тех, кто открыто ходит налево, будучи в браке. Я, ослеплённый стереотипами о чеболях, и тем фактом, что моя семейная жизнь – полный бардак, решил, что он такой же, и довёл ситуацию до этого.

Неужели нет способа исправить ситуацию…? Я поспешно поднялся следом за ним.

Неловко стоя, я попытался извиниться. Однако подходящие слова никак не приходили на ум. Мозг словно отключился, и я не мог ничего сказать.

– Я ухожу. Счёт оплачен, можете есть и уходить, когда захотите.

Он не дал мне даже возможности ответить и просто вышел из комнаты. А винный сет, который он заказал, ещё даже не подали. Официанты вошли в комнату, чтобы принести красиво украшенные закуски и чистые винные бокалы, видимо, решив, что директор Джу просто вышел в туалет. Они заменили его бокал на новый и ушли.

На стуле, на котором он сидел, ещё оставался лёгкий аромат его феромонов. Он напоминал мускус… Я, словно парализованный, застыл на месте, не в силах пошевелиться. Как и следовало ожидать, директор Джу больше не вернулся.

Я не помню, как добрался до дома. Когда я пришёл, в доме горел свет. Это был Ки У хён.

– Разве ты не говорил, что сегодня не вернёшься домой?

– Надо чаще отвечать на звонки.

Вспомнив, я понял, что проигнорировал все звонки хёна, когда был с директором Джу, и ни разу не перезвонил. По сравнению с моим обычным поведением, когда я чрезмерно извинялся даже за один пропущенный звонок от хёна, это был необычный поворот. Сегодняшние события были настолько шокирующими, что у меня не было времени думать о нём.

– Я ждал тебя. Я просто собирался сказать, что приду домой сегодня, но ты не отвечал. Ты что, выпил?

– А, да… Ты сказал, что сегодня будешь ночевать не дома, поэтому я пошёл с клиентом в ресторан…

– Понятно.

Похоже, хён подумал об обычной корпоративной вечеринке, поэтому отреагировал небрежно.

– Если бы я знал, что ты придёшь, я бы не ждал. Я голоден… - пробормотал хён и направился на кухню. Было слышно, как включается индукционная плита, наверное, он собирался пожарить рёбрышки сам. В обычное время я бы последовал за ним на кухню, чтобы помочь, но сейчас у меня не было сил ни на что. Хотя опьянение сразу же исчезло после того, как директор Джу в гневе покинул винный бар, я чувствовал себя так, словно был пьян, и у меня не было сил во всём теле.

Ш-ш-ш-ш…

Сладкий запах маринада для рёбрышек щекотал мой нос. Ки У хён спокойно спросил, раскладывая мясо по сковороде щипцами.

– Ты много выпил? На работе трудности?

–  …Да… Похоже, новый клиент непростой.

– Он занимает высокую должность?

– Да…

Это единственное, что я мог ответить ему. Хён тоже не заметил ничего особенного в этом разговоре и, казалось, больше ни о чём не спрашивал. Он положил хорошо прожаренные рёбрышки на тарелку, сел перед телевизором и открыл банку пива.

Я и так уже был весь в феромонах, которые выпустил ранее, в запахе вина и в поту, поэтому хотел принять душ.

Однако хён принёс ещё одну банку пива и предложил мне выпить, поэтому я остановился на пути в ванную. Из-за привычки следовать предложениям хёна я в конце концов повернулся и сел рядом с ним.

– Рёбрышки вкусные, хоть и долго лежали в морозилке. Поблагодари маму.

К счастью, хён вспомнил, что это рёбрышки, приготовленные моей мамой, и выразил благодарность. Я тупо уставился в экран телевизора и кивнул. Ещё не полночь, так что сегодня день рождения мамы… Встретился ли папа с мамой сегодня? Я надеялся и в то же время не хотел, чтобы они провели время вместе.

Хотя я обычно очень любил пиво, я выпил слишком много вина, и оно не лезло в меня. Я чувствовал, как хён искоса смотрит на меня, удивляясь, почему я отказываюсь от пива, что на меня не похоже. Вскоре он взял холодную банку пива из моих рук. Я подумал, что он собирается выпить её вместо меня, но поставил её на пол. Убрав всё, что могло пролиться, с дивана, хён залез на меня. Ах, он хочет заняться сексом.

– …Хён, давай сначала примем душ.

– Почему? От меня плохо пахнет?

Хён снял футболку, поднёс её к носу и понюхал.

– Немного пахнет рёбрышками…

С этими словами он взял меня за руку и повёл в спальню. Пока мы вместе принимали душ в ванной спальни и до того как легли в постель, я впервые в жизни надеялся, что, увидев моё тело, откровенно выставленное на показ под ярким светом ванной, у хёна пропадёт сексуальное влечение. Каким бы изящным и стройным ни было моё тело, как у омеги, моя плоская грудь, узкие бёдра и выступающий низ живота неизбежно контрастировали с женскими.

Однако хён без всякого отвращения повел меня, совершенно голого, в постель.

Клянусь, это первый раз, когда я не хочу заниматься сексом, когда хён хочет моего тела. Хотя бывало и наоборот.

Чмок, чмок… Необычным был не только я.

Хён, который обычно не утруждал себя ласками, начал покрывать мою шею и уши поцелуями и жадно обсасывать их.

– Если подумать, мы женаты уже несколько лет. Может быть, я слишком мало уделял тебе внимания, поэтому тебе неловко от таких прикосновений?

– …А? М-м… Наверное…

– Попробуй делать так же, как я. Тебе нужно привыкнуть к этому, чтобы мы чаще это делали.

Он, должно быть, думал, что я кусок бревна, поскольку меня никогда не касались в таком плане. Стоит отметить, что хён не часто трогает моё тело, но это не значит, что мне незнакомы такие ласки. За три года Бэк Чон О чего только не делал с моим телом, помимо проникновения.

Несколько дней назад, в субботу, он даже сосал мой член… Чон О, который считает важным не только своё удовольствие, но и удовлетворение партнёра, воспринимал минет как обычное дело. Я прижался губами к шее хёна и засосал её так же, как это делал он. Я делал это несколько раз с Чон О, но не могу сказать, что был очень хорош в этом.

Конечно, хён захихикал и втянул шею. Он спросил, почему я такой неуклюжий, и что ему щекотно, но при этом не выглядел недовольным.

— Наш Ли Хо, мне придётся чаще тебя ласкать. Что мне делать с твоими неуклюжими прикосновениями?

– …

Что это за… Если сравнивать, то это похоже на то, как взрослый мужчина, который через многое прошёл и многое повидал, понимает, что его молодая девушка плохо занимается сексом, и выглядит очень довольным.

Хён редко смотрел на меня с любовью, поэтому я подумал, что это за день такой. Неужели он опьянел от одной банки пива? Моё настроение должно было бы подняться до небес от такого поведения хёна, но почему-то я был подавлен и не испытывал радости. Это тоже странное изменение.

Но странная атмосфера быстро рассеялась. Это было похоже на тот момент в винном баре. Внезапно хён замолчал, и одновременно с этим воздух вокруг похолодел… Я перестал быть объектом ласк. Я посмотрел туда, куда был прикован взгляд хёна, - на подушку.

– …Что это?

– Ах! Как я мог забыть об этом?

Не в какой-то другой день, а сегодня утром я сделал это… В отместку за то, что он сообщил, что будет ночевать не дома, и за то, что преподнёс матери неискренний подарок, я специально бросил под подушку презерватив, который Бэк Чон О использовал в выходные. Лучше бы сперма была разбрызгана по одеялу и успела бы высохнуть… Поскольку он бросил его так, завязав конец, мутная жидкость, заполняющая прозрачный презерватив, всё ещё находилась в жидком состоянии.

– …И что это по-твоему? Вы для этого заняли спальню в тот день?

– Нет, это не так… Ты же сам сказал, чтобы мы пользовались спальней…

– И что вы в итоге здесь оставили? А?! Этот подонок Бэк Чон О специально оставляет такое в спальне чужой семейной пары? Он что, помешан на тебе?!

– Успокойся…

Да, это было правдой, что я бросил это, чтобы он нашёл и взбесился. Я действительно хотел увидеть его недовольную реакцию, но только в том смысле, чтобы просто испортить ему настроение. От его неадекватной реакции я растерялся. Гнев хёна нарастал постепенно. В конце концов он перевернул мусорное ведро в спальне и начал считать валяющиеся там презервативы. Зачем… Зачем он это делает?

– Сколько же вы использовали? Если считать тот, что ты бросил на кровать… Один, два… Пять? Все пять использовал только Бэк Чон О или ты тоже…? Эй! Отвечай!

– Хён, ты с ума сошёл?

– Что между вами происходит? Вы встречаетесь?

– Почему ты вдруг пришёл к такому выводу?

– Иначе зачем Бэк Чон О злить меня?

На самом деле он ничего особо плохого не сделал. В этот момент мне захотелось признаться, что это не Бэк Чон О оставил это, а я достал. Просто я хотел позлить хёна. Нужно было вмешаться, пока его гнев не был направлен на невинного человека.

Бэк Чон О был мужем Сон Хва, и Ки У хён подсознательно недолюбливал его за это. Вероятно, это тоже повлияло на то, что он сейчас злился больше, чем нужно. Однако хён не дал мне шанса открыть рот и быстро принялся снимать простыню с кровати.

Бах! Бум!

Вскоре послышался шум стиральной машины. Хён засунул простыню и матрас в стиральную машину посреди ночи. Одеяло и подушки тоже были брошены перед стиральной машиной, словно ожидая своей очереди. В этом доме только одна кровать, и если он снимет все простыни, где я буду спать…?

У меня не было запасных постельных принадлежностей, чтобы постелить на пол. Моё лицо нахмурилось из-за ненормальной реакции хёна и из-за реальной обеспокоенности тем, что все необходимые для сна постельные принадлежности находятся в прачечной. Несмотря на это, хён, похоже, всё ещё не успокоился и, тяжело дыша, начал собираться на выход.

– Куда ты?

– Мне нужно где-то спать. Я пойду в отель, так что разбирайся сам. В следующий раз, когда увидишь Бэк Чон О, обязательно скажи ему, что даже в свинге нужны хотя бы какие-то манеры.

Бах! Эй?! Хён ушёл искать место для сна, оставив меня здесь одного. Я был ошеломлён произошедшим. Я на мгновение задумался, последовать ли за ним или пойти в другое место, но решил, что должен остаться дома. Кто-то должен был дождаться, пока всё, что он закинул в машинку, будет постирано, а затем переложить в сушилку.

Я открыл шкаф в спальне и достал подушки и одеяло, чтобы поспать на диване. Мои плечи были напряжены, которое я испытывал с винного бара, поэтому я немного потянулся. Сегодня произошло так много всего, поэтому надеюсь, что мне приснятся только хорошие сны.

Чёрт возьми, кажется, вот что значит, когда тебя преследуют неудачи.

Прошла неделя после моей неловкой встречи с директором Джу в винном баре. Я надеялся, что больше не увижу его, но каждый раз, когда я вспоминал тот вечер, меня охватывало чувство беспокойство, тревоги и страха.

Тем временем рекламодатель LK Fashion пересмотрел цветовую палитру осенне-зимней коллекции и внёс изменения в концепцию рекламы. На основе скорректированных образов и концепции мы разработали макеты для рекламы. Хотя это была не просто вывеска, а 30-секундный видеоролик, который транслировался на большом светодиодном экране на оживлённом перекрестке. После нескольких мозговых штурмов и заказов мы создали три довольно убедительных варианта рекламного макета. Оставалось только, чтобы руководитель группы их одобрил.

На этот раз руководитель снова предложил мне пойти вместе с ним на презентацию LK Fashion. Похоже, то, что я уже ходил на неё в прошлый раз, сыграло большую роль. Я хотел отказаться, но в социальной жизни всё не так просто. Решив держаться как можно дальше от директора Джу, я вместе с руководителем отправился в штаб-квартиру LK Fashion.

– Давайте начнём.

Директор Джу, которого я не видел целую неделю, предстал в образе профессионала, который чётко разделяет работу и личную жизнь. Мягко говоря, он был холоден как лёд. Руководитель группы продемонстрировал свои выдающиеся навыки презентации и усердно объяснил варианты макетов, а сотрудники, казалось, были удовлетворены и начали давать различные положительные отзывы.

Однако директор Джу, выслушав все объяснения, ничего не сказал. Поскольку он был лицом, принимающим решения, от его реакции зависела судьба рекламного макета и дальнейшее направление производства. Руководитель маркетинговой команды LK Fashion, Го Юн Хи, похоже, была заинтригована тем, что думает директор Джу, и начала стрелять глазками.

И затем, скрестив руки на груди, директор Джу, который долго молчал, наконец заговорил:

– Мы ещё не подписали контракт, верно?

– Да… ещё нет.

Я услышал, как руководитель сглотнул слюну рядом со мной. До того, как он открыл рот, казалось, что встреча благополучно завершится, если он выскажет своё мнение о том, какой макет лучше и что нужно улучшить. Но внезапное упоминание о контракте создало ощущение надвигающейся бури.

– Нам придётся всё переделать.

Ну конечно… ему не понравился ни один из макетов. Я подозревал, что у директора Джу будет взыскательный вкус, но наша команда приложила много усилий. Не могло быть поводов для беспокойства.

Почему-то я боялся, что мои опасения о том, что директор Джу, как новый руководитель, попытается сменить рекламное агентство, независимо от качества макетов, станут реальностью. Но когда я, застыв на месте, посмотрел на него, моргая только глазами, я был вынужден передумать.

Он открыто смотрел на меня. Новый руководитель меняет поставщиков по своему вкусу? Недоволен качеством макетов и хочет переделать работу? Ну… на самом деле, дело было не в этом, а в его личных чувствах, из-за которых он вредничал. Я беру свои слова обратно о том, что он чётко разграничивает работу и личную жизнь.

Но каким бы мелочным он ни был, его позиция позволяла одним словом свести на нет наши отношения с компанией. Руководитель группы, казалось, готов был расплакаться и отвечал директору Джу, обливаясь потом. Здесь нельзя показывать своё недовольство. Мы занимаем положение подчинённых.

– Да! Мы переделаем! Если хотя бы что-то можно сохранить, дайте нам обратную связь…

– Не думайте об исправлениях, просто переделайте всё с нуля. А руководитель Го останется ненадолго. Найдите контактные данные Widecom.

– W-Widecom?

Руководитель Го Юн Хи тоже, казалось, была слегка смущена. И не только она. Все присутствующие замерли.

Widecom была безоговорочным лидером рекламной индустрии. В нашей компании, входившая в пятерку лучших в отрасли, было в три раза больше сотрудников и огромный объём заказов. Если бы мы с ними конкурировали, мы бы не смогли сравниться с ними по количеству доступных ресурсов. Если бы это был контракт с рекламодателем, который тратит 30-40 миллиардов вон в год, Widecom могла бы привлечь три или более команды для создания рекламных макетов для всей компании.

– Директор, почему вы вдруг упомянули Widecom…

– Не понимаете, к чему я клоню? Пригласите Widecom и дайте им тот же объём работы. Не только наружный баннер, но и также телевизионный ролик.

– А, да…

Руководитель Го опустила голову в ответ, создав довольно неловкую ситуацию. Он просит нас переделать все макеты, которые мы подготовили, и в то же время приглашает другое рекламное агентство, чтобы дать им тот же объём и поручить им работу… Мы с руководителем группы потеряли дар речи. Никто не ожидал, что всё так обернется.

– А что насчёт Sanhwa Planning…

Директор Джу посмотрел в нашу сторону и продолжил говорить. Кажется, он собирался вынести нам приговор. Я почувствовал, как руководитель группы выпрямился, словно подсудимый перед судьёй, выносящим приговор.

– Вы получите те же требования, что и Widecom, и подготовите макеты в ближайшее время. Для наружного баннера и телевизионной рекламы. Если вы снова подойдёте к этому так небрежно, вы не будете иметь ничего общего с LK не только в этом году, но и в будущем.

– Директор… значит, это конкурсная презентация?

– Да. Попробуйте посоревноваться с Widecom.

Не может быть… В прочный союз, построенный на более чем десятилетнем партнёрстве, внезапно ворвалась конкурсная презентация. Это было, пожалуй, хуже, чем просто расторжение контракта. Он притворился, что обеспечивает справедливость, устроив конкурсную презентацию рекламных идей, чтобы не менять сразу рекламное агентство, с которым до сих пор не было больших проблем. Поскольку "идея" является субъективной областью, в которой нет правильного ответа, очевидно, что они будут продвигать идею о том, что Widecom справилась лучше, и приведут нашу компанию к поражению.

– Кстати…

Директор Джу, встав с «трона», остановился, прежде чем выйти из конференц-зала, погружённого в тишину. Как будто ему было что-то ещё сказать.

– Забудьте о простой победе над Widecom и заключении контракта. Если на презентации ни одно из агентств не понравится, мы отвергнем оба и устроим новый конкурс с другими рекламными компаниями. Не думайте о том, чтобы победить конкурента, думайте о том, чтобы создать хорошую рекламу для LK Fashion.

Руководитель группы, который усердно старался произвести на него впечатление и заработать очки, на этот раз не ответил. Несмотря на усилия, приложенные за последнюю неделю к созданию макетов, его слова омрачили будущее нашей команды.

Руководитель, мне очень жаль… Кажется, это всё из-за меня…

Я закрыл глаза, бормоча про себя то, что не мог сказать вслух. Дело в том, что когда директор Джу, произнося последние слова, выходил из конференц-зала, его пронзительный взгляд снова был направлен на меня.

Партнёрство, а не любовь

В такси по дороге обратно в офис руководитель команды был на грани слёз. Неудивительно, ведь ему только что объявили, что все предыдущие наброски отклонены, и теперь им предстоит официально соперничать с ведущим рекламным агентством, чтобы заполучить контракт. Это было как гром среди ясного неба.

– Нет, Ли Хо-я… это просто немыслимо… Мы же все были так довольны этими тремя вариантами, даже говорили, что, может, стоит их все запустить в производство, несмотря на нехватку времени… Неужели у директора Джу совсем нет вкуса? Как такое вообще возможно?

– Да уж… Не верится…

От жалоб руководителя команды у меня тоже опустились руки. И это не удивительно… Все члены команды были в восторге от этих набросков, и мы беспокоились только о том, что придётся запускать в производство все варианты, хотя времени в обрез. Никто из нас не мог предположить такого исхода.

Или всё-таки я подсознательно предчувствовал неладное? Думаю, где-то в глубине души я опасался, что директор Джек захочет мне отомстить. Может, поэтому я так нервничал. Но я ожидал, что он просто отстранит меня от работы с LK Fashion, но никак не думал, что он попытается уничтожить отношения с нашей компанией. Оказывается, он такой злопамятный и жестокий… Конечно, я тоже хорош, что так глупо недооценил его в тот день, но Джу Сан Квон – просто мелочный человек. Раз использует свою власть таким образом.

– Это всё из-за меня… Я виноват.

– Что вы такое говорите? Вы же больше всех работали…

– Это потому, что я тогда ушёл пораньше… Нужно было понять, что его приглашение на ужин – это не просто вежливость, а приказ рекламодателя…

От этих неожиданных слов самобичевания руководителя команды мне стало не по себе. Нет, это из-за меня… Если он способен на такое из-за одного пропущенного ужина, то лучше вообще не иметь с ним дел как с рекламодателем. Это всё я виноват, что выставил себя перед Джу Сан Квоном неверным мужем и пытался его соблазнить, вот к чему это всё привело…

Я не мог рассказать правду о том, что произошло в тот день с директором Джу… Я просто сгорал от стыда и беспомощности.

В тот же день по возвращении в офис руководителя команды и руководителя отдела планирования, словно преступников, вызвали в кабинет управляющего директора. А на производстве началась паника. Люди перешёптывались, что, должно быть, наброски были ужасны, раз рекламодатель решил устроить конкурс, чего раньше никогда не было. Мне хотелось наброситься на них и заткнуть им рты, но я не смог выяснить, кто именно распускает эти слухи.

Мне было невыносимо думать, что из-за моей глупости к нашей команде так относятся. Особенно если учесть, как усердно все работали всю последнюю неделю. Я чувствовал себя виноватым. Может, если бы я честно признался перед началом работы, что наши усилия обречены на провал, потому что я испортил отношения с директором, всё было бы иначе… Тогда руководитель команды заранее договорился бы с управляющим директором о замене производственной группы или о снижении нагрузки. Да, меня бы считали сумасшедшим в компании, но…

Спустя долгое время руководитель команды вышел из кабинета управляющего директора ещё более подавленным, чем после разговора с Джу Сан Квоном. Он объявил, что руководители отделов соберутся на совещание, чтобы найти выход из ситуации, а остальным сотрудникам можно расходиться по домам. Я покинул офис до 15:00, но настроение было отвратительное.

Может, навестить хёна…

Сегодня у Ки У хёна как раз был выходной во второй половине дня. Он не сказал почему, но, скорее всего, он собирался на свидание с Чи Сон Хва. Но на всякий случай я отправился в больницу, где он работал.

В прошлом году хён вместе с четырьмя другими выпускниками медицинского университета открыл огромную больницу. В одном здании они объединили отделения терапии, отоларингологии, дерматологии, офтальмологии и ортопедии. На первом этаже располагалась аптека, а начиная со второго каждое отделение занимало отдельный этаж. Операционная и приёмные находились на верхних этажах. В итоге здание стало своего рода многопрофильной больницей. Кроме аптеки на первом этаже было много свободного места, которое они сдавали в аренду под стоматологическую клинику. Как бы то ни было, их амбициозный проект, похоже, процветал: лифты постоянно заняты, а парковка была забита машинами. Они вышли в плюс менее чем через полгода после открытия, что было огромным успехом.

Я направился в дерматологическое отделение на четвёртом этаже, где хён был главным врачом. Планировка. где двери лифта открывались, и можно было сразу попасть в дерматологическое отделение, минуя коридоры, всегда представляла собой проблему. Я подошёл к стойке регистрации и спросил о хёне. Мне ответили, что глав врач сегодня уехал из больницы пораньше. Я тут же позвонил хёну, но он не отвечал. Что ж… Я проделал такой путь, а теперь придётся в одиночестве возвращаться домой… В этот момент из кабинета выскользнуло знакомое лицо. Это был Ли Ё Хан, заместитель глав врача, который семь лет назад пытался заполучить мой номер телефона на встрече.

– А, невестка? Ты пришёл повидаться с Ки У?

Ки У хён даже не младше меня, но он всё равно использует это странное обращение. Пока хён рядом, он себе такого не позволял… Прямо как в пословице: "Когда тигр уходит, лиса становится королём"*.

*Эта пословица описывает ситуацию, когда человек, обладающий меньшей властью или авторитетом, начинает злоупотреблять временным отсутствием человека, обладающего большей властью или авторитетом.

Русский аналог: "Когда кота нет, мыши в доме хозяева".

Сейчас он ходил со своим натуральным цветом волос, и, честно говоря, так ему было гораздо лучше. Когда мы с Ки У хёном готовились к свадьбе, Ли Ё Хан завидовал, что Кан Ки У перехватил у него омегу. Если бы он просто завидовал, я бы пропустил это мимо ушей, но он начал откровенно приставать прямо перед свадьбой.

Это было не просто приглашение на ужин или кофе. Посреди ночи он мог внезапно написать: "Можно я сейчас приеду к тебе домой?" А в те дни, когда у Ки У хёна было дежурство в университетской больнице, он засыпал меня сообщениями типа "Ки У всё равно не узнает, может, сходим в мотель?". Когда я не выдержал и всё рассказал хёну… Его реакция оказалась гораздо более шокирующей, чем домогательства Ли Ё Хана, что оставило своего рода травму.

– Видимо, он думает, что ты можешь сдаться.

Он не сказал, что поговорит с ним, чтобы прекратил, или что разорвёт с ним отношения. Он даже не извинился за него. Он просто сказал, что я выгляжу слишком доступным, раз меня домогаются. Хён ничего не предпринял, и они до сих пор дружат. И теперь Ли Ё Хан работает заместителем глав врача в больнице, которую открыл Ки У хён. Думаю, это о многом говорит...

Более того, Ли Ё Хан немного знает о странностях в наших отношениях с Ки У хёном. Именно поэтому мне так неприятно с ним встречаться.

– Вы разминулись. Не ищи Ки У. Он уехал на встречу с Сон Хва.

– Ясно. Я понял.

После свадьбы он перестал открыто приставать ко мне. Одно дело – расставание, и совсем другое – развод. Видимо, он не хотел, чтобы его обвинили в вмешательстве в чужие отношения и привлекли к ответственности. Но его взгляд и выражение лица не стали более осторожными. Он всё ещё раздумывает, как бы меня затащить в постель. Но даже если я когда-нибудь захочу завести любовника, Ли Ё Хан им точно не станет. Мне противно видеть его самодовольное лицо, когда он упоминает Сон Хва и наблюдает за моей реакцией. Он предложил подождать и купить мне кофе, но я отказался и вышел на улицу.

Его коллеги-врачи знают об интрижке Ки У хёна, о том, что его настоящая любовь – это не муж, а любовница, о моём унизительном положении в браке и о том, что хён сквозь пальцы смотрит на то, как его друг меня домогается.

Презрительное отношение Ли Ё Хана ко мне – это результат всех этих факторов. Я чувствовал стыд.

Я не хотел доводить до этого, но в порыве гнева я приехал сюда. К дому, где живёт Чи Сон Хва. Этот двухэтажный особняк на огромном участке земли, который стоит баснословные суммы, был куплен семьёй Бэк Чон О, сколотившей состояние на недвижимости.

Тук! Тук! Тук!

Прошло несколько минут, прежде чем Чи Сон Хва открыла ворота, несмотря на то, как я сильно стучался. Она не тянула время нарочно, просто шла так быстро, как могла. Ведь расстояние между воротами и входной дверью в особняк было довольно большим, поэтому потребовалось столько времени.

Скрип.

– Что происходит?!

– Сейчас Ки У хён у вас?

– Что?! Вы пришли сюда, чтобы спрашивать об этом?!

Она была вся накрашена, видимо они наслаждались романтическим свиданием дома. Как обычно, от сильного запаха её духов у меня разболелась голова. Честно говоря, у меня не было никакого права врываться сюда и устраивать разборки из-за того, как хён проводит время. Просто сегодняшние неприятности на работе, а затем неожиданная встреча с Ли Ё Ханом в больнице вывели меня из себя, и я сорвался.

– Знаете что, Ли Хо-щи? Раз уж мы встретились, скажу прямо. У оппы ведь есть высокий социальный статус в обществе.

– И что?...

– Вы же знаете, что оставлять следы на видных местах неприлично? На прошлой неделе оппа чуть не упал в обморок, когда надевал медицинский костюм. Пожалуйста, будьте внимательнее.

От возмущения у меня отвисла челюсть. Она ведёт себя, как законная жена, говорит о положении хёна в обществе и считает, что имеет право распоряжаться его телом. Она любовница, как она может говорить такое перед законным супругом? Я опешил, но быстро пришёл в себя и ответил:

– Лучше следите за своим мужем. И, кажется, вашему мужу нравится оставлять вас одну дома, хотя вы говорите, что боитесь быть одна? Наверное, радуетесь, что можете привести постороннего мужчину...

БАХ!

Что за? В глазах потемнело, и я почувствовал жгучую боль. Подняв голову, я увидел, что передо мной стоит хён. Он последовал за Сон Хва, с которой я начал препираться, и, видимо, решил, что я несу чушь, раз поднял на меня руку. Из глаз потекли слёзы.

– Что ты здесь делаешь?!

– …

– Врываешься в чужой дом и ломишься в дверь, а потом что?! Говоришь, что она радуется, когда её оставляют дома, чтобы привести другого мужчину? Ты знаешь, что с ней произошло, как ты можешь такое говорить! Ты сошёл с ума?!

– …Хаа…

Мне было обидно, досадно, и злость буквально переполняла меня. Хён не знает, что Сон Хва никогда не подвергалась угрозе насилия, находясь дома одна. Выложить всё здесь и сейчас?! На мгновение я поддался злости и выложить всю правду, но просто опустил голову. Ведь у меня не было никаких доказательств, как бы я ни старался.

Хён, видимо, посчитал, что я замолчал из-за осознания своей вины, и опустил руку, которой собирался меня ударить. Он спокойно посмотрел на мою красную щёку и, словно вбивая последний гвоздь в гроб, произнёс:

– Это ты водишь посторонних мужчин в спальню и оставляешь следы.

– …

А… Меня словно прорвало, и слёзы хлынули потоком. Хён будет презирать меня за мои слёзы, а Сон Хва, наверняка, злорадствует. Чтобы не показывать свою слабость, я быстро развернулся и ушёл. Они, должно быть, чувствовали облегчение, избавившись от сумасшедшего, который помешал их свиданию, потому что тут же закрыли за мной дверь.

Это ты отдал нашу спальню, это ты подтолкнул меня к мужу Сон Хва. Почему ты всё время выставляешь меня плохим? Я, глотая рыдания, сел в метро, не высказав всего, что должен был сказать.

Ки У хён, который закрывает глаза на то, что его друг домогается его супруга, поднимает руку на него, когда он говорит что-то неприятное его любовнице. Ко мне относятся так плохо, что нельзя сказать, что у нас просто не очень близкие отношения. Любой бы задался вопросом: "зачем ты тогда продолжаешь находиться в таком браке?"

Ты спросил, зачем я пришёл? Я хотел, чтобы ты был рядом со мной сегодня. Мне было страшно. Из-за меня команда оказалась в критической ситуации, и я даже не знаю, чем это закончится. Я боюсь, что из-за произвола Джу Сан Квона я не смогу работать в этой сфере, или что обо мне будут говорить, как об омеге, погрязшей в измене. Из-за этого мне было страшно, и поэтому я искал тебя сегодня…

Когда я добрался до дома, пощёчина хёна распухла ещё сильнее. Любое движение губами вызывало боль. Я вошёл в спальню и лёг на кровать. Было больно даже двигать губами, поэтому я решил пропустить ужин и просто заснуть.

Повернувшись на бок, я увидел свадебную фотографию нас с хёном, висящую на стене. Вспомнились слова, которые хён сказал в начале нашего "обмена". Чтобы избежать нежелательной беременности от другого мужчины, мне нельзя было спать с другими альфами, кроме Бэк Чон О, который сделал вазэктомию…. Это было эгоистичное требование, ограничивающее мои действия под благовидным предлогом.

Ты беспокоишься о семени другого альфы? Тогда с бетой можно?

Вдруг я, как будто во мне проснулась ветреная женщина, вскочил с кровати. Бета… Да, я буду спать с бетой, чтобы хёну нечего было сказать! Я достал телефон и, не читая, открыл сообщения от Юн Чон Тэ, которые накопились.

[Я слышал, в LK Fashion всё перевернулось с ног на голову. Где вы, сонбэ? В вашей команде сейчас никого, кроме руководителя. Вы уже ушли с работы?]

Младший коллега, Юн Чон Тэ, который не был ни альфой, ни геем, но удивительным образом поддался моему очарованию, кажется подходящим кандидатом, чтобы утешить меня сегодня. К тому же, он знает всё о ситуации, в которой я оказался! Я быстро написал ему ответ, сказав, что мне нужно выпить.

– Как такое могло произойти…. Ваша команда почти три дня не вылезала с работы, да?

– Какие три дня… Мы пять дней подряд работали сверхурочно…

– Этот директор такой эксцентричный. Если что-то не нравится, можно просто попросить переделать, зачем раздувать всё до конкурса. Наш директор тоже говорил, что новый проект вашей команды получился очень хорошим, и ему непонятно, почему рекламодатель так поступил.

– Верно…

Было чуть больше восьми вечера. В уличной палатке в районе развлечений рядом с работой, куда Чон Тэ пришёл сразу после работы, мы заказали тушёную кровяную колбасу и хрящи в качестве закуски и ужина, и обменивались рюмками. Я вышел из дома, чтобы выплеснуть злость на Ки У хёна и переспать с другим мужчиной, но, изливая душу Чон Тэ о том, что произошло сегодня, я начал понемногу успокаиваться.

– Это последняя рюмка. Если вы выпьете здесь ещё, это плохо кончится.

– Хорошо. Выпьем её и поедем в мотель.

Но цель должна быть ясной. Я сегодня вышел из дома, чтобы заняться сексом с другим мужчиной. Чон Тэ, видимо, не ожидал, что я сам предложу поехать в мотель, и вытаращил глаза. Но недовольства на его лице не было.

Я еле собрался с мыслями из-за лёгкого головокружения и начал шарить в кармане в поисках кошелька для оплаты, но Чон Тэ поспешно остановил меня, сказав, что заплатит сам. Да… Счёт выйдет не таким уж огромным, а сонбэ достанется в качестве бонуса. Юн Чон Тэ не упустит такую возможность.

– Не надо в мотель, поехали ко мне, сонбэ.

– Почему?

– А почему нет? Это рядом с работой. Вдруг кто-нибудь увидит, как мы вдвоём едем в мотель.

…В этом есть смысл. Даже если не учитывать то, что мы коллеги, я же замужем. Если о том, что у меня есть кто-то, кроме мужа, узнают на работе, это будет ужасно. К тому же, его дом находился в пешей доступности.

Ещё в первую ночь с Чон Тэ я смутно почувствовал это, но у него рот, словно помойка. И дело не просто в том, что он матерится. Во время секса его пренебрежительные высказывания и оскорбительные выражения раздражали меня. Но самое странное, что его самого это, похоже, заводило. Он словно ждал, что я буду отвечать ему в том же духе.

– Выделяй сейчас феромоны. Выпустил?

– Да. Ничего не чувствуешь?

– Действительно, ничего не понимаю… Значит, то, чем пахнет сейчас из твоей дырки, – это не феромоны, а просто дырка?

Боже, "дырка"? От этих вульгарных слов всё моё едва появившееся возбуждение как рукой сняло. Чон Тэ, в отличие от прошлого раза, когда я был в стельку пьян, явно хотел экспериментировать и вытворять всякое. То он просит меня выделять феромоны, которые он всё равно не почувствует… То спрашивает, не бросаюсь ли я на всех подряд во время течки. За то, что он, едва не уткнувшись носом в мои гениталии, назвал "дыркой", мне захотелось домой.

– Знаешь что, я не буду.

– А, почему?

Я вскочил с кровати, чтобы взять свою одежду, а Чон Тэ, наоборот, как раз начал раздеваться. Он перекрестил руки и снял футболку, и передо мной предстали его накачанный пресс и большая выпуклая грудь. Честно говоря, если бы его поставили рядом с альфами, он бы ничем им не уступил. И какой же я, чёрт возьми, идиот, раз, увидев это, забыл о своём желании пойти домой и снова плюхнулся на кровать. Что мне делать с этой слабостью к красивым мужчинам?..

– Я уже кончал сюда раньше, и оттуда вытекала какая-то жидкость, как из вагины. Как тебя называть, раз ты не женщина?

– А, не знаю! Просто говори, что влажно.

– Я думал, для этого есть специальный термин для омег.

Обычно это называют просто любовной жидкостью, разве нет?.. Ки У хён и Бэк Чон О тоже говорили просто "влажно" или "мокро", но никаких специальных терминов для этого не было. Если подумать, а стоит ли говорить такие слова даже женщинам?.. Что, чёрт возьми, с ним вообще не так?

– Я всегда хотел спросить, у омег-мужчин тоже совсем нет волос там?

– Похоже, я таким родился. У меня никогда не росли волосы там.

– Как интересно. У всех женщин есть лобковые волосы. Но у мужчин-омег их нет, потому что они омеги? Может, мужчины-омеги более женственные, чем обычные женщины. Наверное, потому что они предназначены быть на альфа-членах.

Что?.. Альфа-членах? А сам-то ты кто такой, если лезешь к альфа-членам, не будучи альфой? Я нахмурился и посмотрел на Чон Тэ. Но ему было совершенно всё равно.

Он восхищённо ощупывал мои гладкие гениталии, словно гладил щенка. Из-за этого мой член, несмотря на возбуждение, выглядел намного меньше. Я, конечно, никогда не планировал принимать активную позицию в сексе, но, видимо, из-за того, что Чон Тэ был младше меня, я стал сравнивать размеры и чувствовать себя немного неловко. Хотя члены Ки У хёна и Бэк Чон О были большими, я объяснял это их сущностью альф, поэтому не чувствовал себя ущемлённым.

– А у женщин-омег тоже нет волос?

– Я не знаю. У меня никогда не было секса с омегами.

На самом деле я и сам не знаю, почему у меня мало волос. Это из-за того, что я омега, или это просто моя особенность?.. В жизни я редко встречал других омег, и даже с ними мы говорили только о течке, времени пробуждения и родословной, но никогда не обсуждали такие интимные вещи, как наличие или отсутствие лобковых волос. Поэтому я понятия не имею, как обстоят дела у других омег.

– Я намеренно встречался только с бетами. Хотя сложно сказать, что я выбирал их специально, потому что их большинство… Многие идеализируют омег, но у меня наоборот, к ним негативное отношение.

– Да?

– Правда. Что особенного в омеге? Все люди одинаковые. И ты так думаешь, сонбэ, разве нет?

Чон Тэ уже возбудился, схватил наши члены одной рукой и начал тереть их друг о друга. Чвакающие звуки и жидкость, сочившаяся из его головки, обволакивала наши члены. Похоже, жидкости было много, потому что мой член тоже стал влажным, словно его полили мёдом.

– Но… Когда я смотрю на тебя… Хух, всё же омеги другие, а? Кто бы мог подумать, что я возбужусь от мужчины… Кх-х!

– Хаа…

Его хватка и трение о мой член были безумно приятными. Я никогда раньше не испытывал оргазм из-за стимуляции члена, но если так пойдёт и дальше, я скоро кончу.

Мышление Чон Тэ, наверное, типично для бет. Хотя обычно альфы-мужчины и омеги-женщины идеализируются, это происходит скорее из-за их привлекательной внешности. Тем не менее беты-мужчины, не уступающие по внешности, вполне может победить носителя вторичного пола в борьбе за привлекательность. Я вспомнил Чи Сон Хва, которая покорила сердце Ки У хёна даже не выделяя феромоны.

Если гетеросексуальный мужчина, которому нравятся только женщины, находит привлекательным мужчину-омегу… Значит ли это, что Ки У хёну тоже нравится секс со мной? Раз барьер пола не так уж и крепок… А его чувства к Чи Сон Хва в конце концов обернутся ко мне. Всё-таки это возможно.

Похоже, Чон Тэ заметил, что я задумался о другом мужчине, и перестал трогать мой член. Он торопливо раздвинул мои бёдра и, приподняв зад, приставил свой блестящий и влажный член к отверстию. Его взгляд, устремлённый на меня сверху вниз, был таким же безумным, как у моего отца, смотрящего на игровые автоматы.

– Снобэ, из твоей дырочки льётся смазка, как будто кто-то открыл кран… Придётся стирать простыню после тебя.

И в тот же миг его горячая плоть со всей силы вошла в меня. Ох, мы же не надели презерватив. Конечно, мне не стоит беспокоиться о беременности, потому что Чон Тэ – бета, но презерватив нужен не только для этого. Судя по тому, как Чон Тэ разговаривает, нетрудно догадаться, что он довольно распутен, мне вдруг стало страшно, не заболею ли я ЗППП. Но он ещё пару раз сильно толкнулся, и от того, как сжались мои стенки, все мои опасения испарились. Я невольно подался вперёд, чтобы расположить своё тело в позе, удобной для стимуляции моей эрогенной зоны.

– Как потрясно… Я с мужчиной… Мне до сих пор не верится, что я трахаю тебя.

– Хаа… Хых!.. Хух!

– После той ночи с тобой… У меня появилась фантазия о сексе с мужчиной.

Он начал быстрее двигаться, попадая прямо в мою эрогенную зону, и вскоре перед глазами всё побелело, и меня захлестнула волна оргазма. А, кажется, сейчас кончу… Но в самый последний момент он схватил мой член и остановил эякуляцию. Чёрт возьми…

– Мою фантазию разрешишь исполнить? Можно?

– …Эй, отпусти руку!.. Что ты задумал?

– Помочиться в тебя.

Что?! Кажется, я ослышался. Глядя на глаза парня, которые были полуприкрыты, как у какого-то наркомана, я понял, что он всё равно собирается это сделать. Неужели я связался с извращенцем? У меня по спине побежали мурашки.

– Ни в коем случае! Ты, блять…

– Я знал, что тебе не понравится.

– Эй! Кому бы понравилось! И почему только мужчинам?!

– Ах, это…

Чон Тэ отпустил мой член. Но от его слов я был настолько шокирован, что всё моё возбуждение давно прошло. В итоге из моего члена ничего не вышло. Он, не останавливаясь, продолжал толкаться и рассказывать о своих фантазиях.

– Омеги-мужчины же всё равно используют анус. Ха… Хаа! Из заднего прохода всё равно испражняются, так что… Если немного мочи попадёт туда, ничего страшного не случится. В унитаз же тоже и моча, и фекалии попадают.

Какую хуйню несёт этот сумасшедший придурок?

Бах!

– Кхаа!

Я изо всех сил вытянул ногу и пнул парня в нижнюю часть живота, где ярко выпирал пресс. Он издал стон и отлетел, но тут же снова прижался ко мне. Я хотел оттолкнуть его, но его член ещё глубже вошёл в меня. И всё же моё тело, вопреки всему, откликалось на его прикосновения. Это было безумно странно, всё равно что проклятие.

– Эй! Ты хочешь сказать, что я – туалет?!

– Нет, я просто привёл аналогию. Я не хотел, чтобы ты так подумал обо мне… Ах, не злись.

Секс в сопровождении грязных разговоров… Мне казалось, что я опрометчиво втянул себя в ужасную историю, и теперь пожинаю последствия.

Чон Тэ пробормотал: "Я был не прав. Я буду следить за своими словами" и стал умело двигать членом. От его быстрых и точных движений, стимулирующих мою эрогенную зону, я снова потерял рассудок. Несмотря на то, что я был раздражён его словами, мои ноги обвили его спину, чтобы добиться глубокого проникновения. Чвок, чвок, чвок. Звук моих влажных стенок, принимающих его длинный и твёрдый член, эхом разносился по всему дому.

Наверное, молодость берет своё… Мало того, что техника у него отменная, так ещё и сексуальная совместимость оказалась на высоте. Несмотря на этот хаотичный поток сознания и словесную атаку, моё тело сдавалось без сопротивления, жадно принимая его член, словно требуя большего.

В любом случае, секс был всего лишь способом выразить протест и отомстить мужу, а также ненадолго забыть о тревогах с помощью физической стимуляции. Я не собирался играть с ним в любовь. Стоило пропускать мимо ушей весь этот бред и просто наслаждаться телом. К тому же, после стольких придирок свекрови я научился игнорировать и забывать всё, что мне не нравится.

– Можно кончить внутрь?

– Хм, только кончи! Если вздумаешь что-то выкинуть…!

– Да-да… ах! Всё равно, даже если бы я захотел помочиться, сейчас ничего не выйдет…!

От его слов повеяло зловещим намерением в итоге излиться в меня. Чон Тэ яростно вбивался в меня сверху, так что кровать заскрипела, и сильно прикусил мой кадык. Оставив глубокий след от зубов в районе моего адамова яблока, он сделал финальный толчок. От этого перехватило дыхание, и меня передёрнуло, но, видимо, я невольно слишком сильно сжал его там.

– Ах, чёрт! Снобэ, твоя задница… словно пожирает мой член!

– Ааа, ах! Хааа!

– У тебя там что, суперклей? Почему так плотно обхватывает? А?! Кажется, мой член не выйдет…! Ах!

Меня пробрала дрожь от ощущения, будто горячий стержень разрывает меня изнутри перед извержением. Вскоре Чон Тэ несколько раз судорожно дёрнулся и кончил. Всё это время он терзал мою шею и плечи укусами и поцелуями. Словно дикий зверь набросился на добычу.

Когда он вытаскивал член, то как следует вытряхнул его. Казалось, он намеревался выдавить каждую последнюю каплю в меня. "Можно помочиться?" - охваченный тревогой, я приподнялся на локтях и отодвинулся назад. Чпок - и он полностью вышел из меня.

– Ах… всё-таки это так прекрасно… Твоя задняя дырочка словно мёдом намазана.

– С этого момента во время секса больше не открывай рот.

Я оттолкнул Чон Тэ от себя и встал. Выпила воду из бутылки, стоявшей на столе, и почувствовал, как утоляется мучительная жажда. В мгновение ока я осушил 330-миллилитровую бутылку.

– Так ты замучился от жажды? Твоя дырочка тоже, наверно, страдает. Надо было мне ещё туда налить.

– Ты! Хочешь умереть?!

– Ха-ха. Это шутка. Мне просто нравится, как ты бледнеешь и начинаешь дрожать от каждого моего слова. Я просто подразнил тебя. Кто бы мог подумать, что ты и правда испугаешься, что я "помочусь"?

Что смешного в этих отвратительных шутках? Я был на грани, устав от его манеры вести разговоры, когда невозможно понять, где кончается шутка и начинается серьёзный диалог. Чон Тэ встал с кровати, взял тонкое одеяло и подошёл ко мне. Накинув его на мои голые плечи, он тихо произнёс серьёзным голосом:

– Я восхищался тобой с самого начала моей работы здесь. У тебя отличное образование, ты красивый, всегда выглядишь уверенным и компетентным. Плюс, ты в молодости вышел замуж за невероятно успешного альфу. Пока наши ровесники из кожи вон лезут, чтобы купить жильё и сыграть свадьбу, ты уже живёшь жизнью высшего класса и можешь полностью посвятить себя работе… Ты казался человеком из другого мира, не такой, как все, и всегда сиял.

Я всегда думал, что он смотрит на меня свысока, а оказалось, что он восхищался мной? Его неожиданные слова немало меня удивили. Я совсем не умею принимать комплименты. От его внезапного потока похвалы я немного смутился и отвёл взгляд, кашлянув.

– Как думаешь, каково это - видеть, как тот, кем восхищался, смущается, теряется и сдаётся тебе в постели? Это вызывает зависимость. Вот что я сейчас чувствую.

Чмок. Он легонько поцеловал меня в переносицу. И моё глупое сердце начинает таять от такого, и накопившаяся злость немного отступает. Он ведь довольно милый… сразу видно, что моложе меня.

Вторая ночь с Юн Чон Тэ закончилась на такой вот щекочущей чувства ноте. Независимо от того, ждёт ли меня Ки У дома или ночевал в доме Чи Сон Хва, мне нужно было возвращаться, поэтому я не мог больше задерживаться здесь. Время уже близилось к двенадцати.

Вернувшись домой, я обнаружил, что хён уже вернулся и принимает душ. Слушая громкий звук воды в ванной, я торопливо начал раздеваться, чтобы тоже принять душ в другой ванной комнате.

Вдруг!

Дверь ванной резко открылась, и вышел хён. Я невольно натянул обратно снятую одежду. Моё решение отомстить, продемонстрировав вовсю, что я спал с другим, оказалось напрасным. Я вёл себя так, словно хотел что-то тщательно скрыть. Боюсь, что хён узнает о моей измене, рассердится и снова уйдёт к Сон Хва… или, наоборот, он совершенно не будет реагировать на мою измену… Несомненно, реакция хёна будет одной из этих двух, и оба варианта меня пугают. Если так, то зачем я вообще спал с Юн Чон Тэ и вернулся домой?

– Разве ты сегодня не рано ушёл с работы и даже заходил к Сон Хва? Где ты был, что так поздно вернулся?

– …

Я понимал, что он не поверит, если я скажу, что выпивал один до позднего времени. Если я скажу, что встречался со знакомым, он обязательно начнёт расспрашивать, с кем именно. Не желая разбираться в этом, я просто промолчал, но хёна это, похоже, не особо волновало. Ему показалось, что я игнорирую его. Он крутился вокруг меня, выжидая удобного момента, чтобы заговорить. Что с ним сегодня? Я начинаю нервничать, боясь, что доказательства моего романа на стороне всплывут наружу.

– Я и представить не мог, что ты там окажешься.

– …Я сначала в больницу зашёл, а там сказали, что ты к Сон Хва ушёл.

– А, значит, ты встретил Ли Ё Хана? Дай-ка взгляну на твоё лицо.

Хён вдруг резко притянул меня к себе, и я вздрогнул от неожиданности. Он вглядывался в моё лицо с серьёзным выражением. Если бы Чон Тэ был альфой, меня бы наверняка разоблачили из-за феромонов. К счастью, тот оказался бетой. И, как назло, я не пошёл сразу в душ. Если бы я помылся перед тем, как вернуться, подозрения пали бы на меня в первую очередь.

– Щека немного опухла. Прости, я не сдержался… ты злишься?

– …Всё в порядке…

Только сейчас я вспомнил, что забыл о том, как хён ударил меня по щеке несколько часов назад. Боль в щеке почти прошла, к тому же, у меня сильнее болела область таза, потому что мне пришлось широко раздвигать ноги во время секса с Чон Тэ. Не знаю почему, но хён слишком стал слишком внимателен ко мне… Раньше он просто давал волю своему характеру, но теперь, похоже, он начал осознавать свои поступки и пытался загладить вину.

Я оттолкнул хёна, который постоянно ко мне лип. Мне бы хотелось, чтобы он держался подальше. У Чон Тэ хоть и не было феромонов, но был свой природный запах… К тому же, он, кажется, пользуется дорогим парфюмом.

– Ты так отреагировал на травму Сон Хва, что у меня рука сама поднялась. Если бы ты знал, как долго подобный опыт может изъедать человека, ты бы так не говорил…

– Ты считаешь, я не понимаю, что такое травма после сексуального насилия? Серьёзно? Кто размазал Чхве Хо Чоля, который 7 лет назад пытался меня изнасиловать?

От моей контратаки хён опешил и потерял дар речи. Невероятно… Он всегда помнит и сочувствует несуществующей травме Чи Сон Хва, но совершенно забыл о том, что я сам чуть не стал жертвой изнасилования. И это при том, что он лично разделался с Чхве Хо Чолем! Получается, я получил незаслуженные наставления и пощёчину от лжеца и страдающего амнезией человека. Из-за нахлынувших воспоминаний у меня ещё сильнее испортилось настроение.

– Тогда ты должен понимать Сон Хва лучше всех… Зачем ты так тогда сказал?

– Она первая-!

– Ладно, ладно. Я считаю, что ты более понимающий, и забудем об этом. Хорошо? Успокойся.

Хён постоянно массировал мои плечи, стараясь поднять мне настроение. По сравнению с его прежним отношением, когда он осыпал меня жестокими упрёками за малейший упрёк в сторону Сон Хва, это был огромный прогресс. Я собирался оттолкнуть его и пойти в ванную, но рука хёна продолжала опускаться вниз, скользить по моей груди и сжимать её. Его движения становились всё более настойчивыми и явно преднамеренными.

– Что ты делаешь? Ты же только что развлекался с Сон Хва.

– Только что? Ничего не было. Ты всегда думаешь, что я сплю с ней каждый раз, когда мы встречаемся.

Я почувствовал, как нижняя часть тела хёна, прижатая к моей спине, выпирает под халатом. Зная, что у меня и так паршивое настроение, он всё равно испытывает похоть в этой ситуации… В каком-то смысле, это впечатляет. Затем, в тот момент, когда хён уткнулся носом в мою шею, в моей голове зажглась красная лампочка. В моей памяти всплыл секс, случившийся пару часов назад, когда Чон Тэ кусал и облизывал мою шею, горло и плечи. Хорошо, что в комнате горел только тусклый ночник, иначе хён, внимательно посмотрев на моё тело, наверняка бы заметил следы.

По правде говоря, сначала я хотел проверить, как он отреагирует, если я, как и хён, приду после секса с любовником на стороне. Но, видя, как он старается поднять мне настроение, я не могу показать, что занимался сексом. Боюсь, что хён расстроится. Боюсь, что он ещё больше укрепится в мысли, что для него есть только Сон Хва… В таком случае, моя сегодняшняя измена - всего лишь похоть, которую я втайне утолил. Ах… какой же я ничтожный.

Я наотрез отказался от близости, отталкивая хёна из-за того, что не было настроения для секса. Поскольку хён был главным виновником моего отвратительного настроения, он послушно согласился и лёг в постель один. Воспользовавшись моментом, я поспешил смыть с себя слюну и выделения Чон Тэ. Пока я спешил в душ и выходил из него, хён просто выключил свет в спальне и ждал, не засыпая. И как только я лёг в постель, он тут же обнял меня сзади и снова попытался успокоить. Похоже, ему нужен секс. Я проигнорировал его намерения и просто заснул в его объятиях, а хён тихонько заговорил со мной. Даже уснуть не даёт, когда я этого хочу.

– Сегодня был тяжёлый день? Ещё и в больницу приезжал…

– …Просто… из-за меня… работа нашей команды, которая шла к успешному контракту, превратилась в конкурентную борьбу. Похоже, мы потеряем рекламодателя в пользу другой компании.

– Это из-за тебя так получилось? Что случилось?

– Я… не знал, что директор рекламодателя развёлся, и совершил ошибку. Кажется, я задел его чувства.

Я почувствовал, как хён разжал руки, которыми обнимал меня, и приподнялся на локте. Очевидно, мои обрывочные слова из профессиональной сферы показались ему нелепыми. Что, если он начнёт спрашивать, что скрывается за этим?.. Сердце бешено колотилось.

– Неужели из-за такой мелочи они лишают твою команду выгодного контракта? Пусть он и заказчик, но разве так можно поступать сотруднику компании?

– Д-да, правда? Это ведь абсурдно? Но в нашей индустрии такое случается. Вполне возможно смешивать личные чувства и отвергать идеи, придираясь к ним.

Я выдавил из себя оправдания тихим голосом. Хён обычно не интересуется моей работой, но у него феноменальное чутьё на подозрительные вещи, поэтому у меня похолодело внутри. Я молился, чтобы этот разговор не вызвал у него ещё больше подозрений, и вдруг зазвонил мой телефон. Он лежал на прикроватной тумбочке, поэтому вибрация была сильной, и разговор естественно прервался, переключив внимание хёна.

– Кстати, твой телефон звонил, когда ты был в душе, какой-то "1500". Что это за номер?

– А… наверное, рекламный звонок?

"1500"… тысяча пятьсот… Это было имя, которым я специально сохранил номер телефона Бэк Чон О, записав его только цифрами. Большое преимущество сохранения имени контакта цифрами заключается в том, что его можно принять за номер, а не за имя звонящего. Это был мой хитрый ход, но как только из уст хёна вылетело слово "тысяча пятьсот", меня снова бросило в пот. Я нарушил просьбу хёна не связываться с Бэк Чон О лично, и мне показалось, что меня вот-вот поймают. Интересно, почему Бэк Чон О звонит в такое время?

– Рекламный звонок посреди ночи? А разве бывают номера, где всего четыре цифры? Похоже на какое-то государственное учреждение.

– Государственное учреждение уж точно не стало бы звонить в такое время… А, забудь. Это спам.

Я мог только твердить, что это спам, отбиваясь от навязчивого внимания хёна. Сегодня хён был необычайно разговорчив и задавал много вопросов, поэтому я поспешил лечь спать. Но, хотя я хотел заснуть как можно скорее, в то же время я не хотел, чтобы наступило завтра. Поездка в больницу, ссора в доме Чи Сон Хва, пощёчина от хёна, звонок Юн Чон Тэ и секс с ним, возвращение домой и страх… Сегодня произошло так много событий, что я на время забыл, что корень всей этой цепочки - это злость Джу Сан Квона, которую он направил на нашу компанию.

Что меня ждёт завтра на работе? Неужели управляющий директор, который хотел собрать всех руководителей отдела и выше для обсуждения контрмер, пошёл просить прощения у директора Джу вместе с нашим руководителем группы? И что, если они узнали обо всём, что произошло? Что, если Джу Сан Квон сказал: "Это Ю Ли Хо предложил себя в качестве партнёра, чтобы развлекать друг друга за спинами супругов… Если хотите заключить контракт, может, начёте следить за своими сотрудниками"? Из-за непрекращающегося беспокойства и бреда я так и не сомкнул глаз за всю ночь.

Когда я пришёл на работу, начальник отдела казался более собранным, чем вчера. Он сказал, что раз уж так получилось, то нужно отложить остальные проекты на второй план и приложить все усилия к участию в конкурсе на контракт с LK Fashion. Нам дали всего десять дней, включая выходные. Я решил, что буду работать над этим заданием с полной отдачей, не жалуясь и не высказывая никаких недовольств.

– Было бы куда проще, если бы просто сменили рекламное агентство после прихода нового директора по маркетингу… Зачем нам снова давать шанс, это выглядит как подвох.

– Точно! Директору Джу явно хочется заключить контракт с Widecom. А мы намучаемся, и нас ещё и опозорят перед всеми, выставив проигравшими в конкурентной борьбе.

– Ха… Директор Джу… Казался таким хорошим человеком, а в итоге так подставил.

Пока начальник отдела уходил курить, мои коллеги один за другим высказывали свои недовольства. Менеджер Чхве, который всегда хорошо относился к Джу Сан Квону, тяжело вздохнул и притворился, что плачет, уткнувшись в стол. Как бы руководитель группы ни старался поднять всем настроение, было понятно, что у всех опустились руки, ведь после стольких трудов в течение недели мы получили вот такой результат.

Кажется, никто в компании до сих пор не знает, что причиной этой ситуации был тот скандал, который я устроил в винном баре. Я закрыл рот, чувствуя себя виноватым. Все страдают из-за меня, и я не могу здесь сидеть и жаловаться вместе с ними.

Я докрасна протёр глаза, изучая зарубежные ролики о моде, пытаясь найти идеи для рекламы. Незаметно наступило время обеда. Я собирался немного вздремнуть в комнате отдыха, пропустив обед, как вдруг в наш отдел вошёл Юн Чон Тэ. Затем он схватил меня, единственного, кто остался в отделе, и потащил в подсобку. Почему он так беспокоит меня, когда мне так хочется спать?

– Сонбэ, у тебя есть и другие мужчины, кроме меня?

– Почему спрашиваешь?..

– Ого… Похоже, это правда. Это тот мужчина, с которым ты собирался выпить раньше?

Я не ответил. В подсобке сейчас пахло табаком, здесь все сотрудники набирают воду из кулера, пьют чай и моют посуду. Как бестактно здесь курить… Я с недоумением посмотрел на окурок в раковине и пропустил слова Чон Тэ мимо ушей. Я был очень уставшим и испытывал сильный стресс, поэтому поэтому меня захлестнуло раздражение.

– В компании и так ходят слухи. К тому же ты уже один раз попал в подобную историю со мной, поэтому я лишь наполовину верил в это...

– Ха… И что дальше? Ты наслушался сплетен от менеджера О?

Люди, которые завидуют и критикуют, всегда есть в любой группе, как нежелательные элементы. И в этой компании тоже продолжаются злодеяния одного некомпетентного сотрудника отдела из другой команды, который распространяет слухи и пытается очернить меня, плохо меня зная. Смешно то, что его необоснованные бредни о том, что я бесстыжий, да к тому же привлекательный и наверняка изменяю направо и налево, на самом деле отчасти соответствуют действительности. Поэтому у меня не возникло особого желания опровергать эти слухи перед Чон Тэ.

– Ты тоже, случайно, не рассказывал, что мы с тобой переспали?

– Я? Ни за что! Это же и мою репутацию запятнает.

К счастью, сотрудники компании не обращают внимания на слова менеджера О, и даже наоборот, пересказывают мне то, что он говорит. Скорее, сам О выглядит нелепо и попадает под встречный огонь сплетен, поэтому я особо не беспокоился. Юн Чон Тэ ещё вчера говорил, что восхищается мной и всё такое, но, оказывается, таил в сердце его клевету - это меня возмутило. Я подумывал о Чон Тэ как об офисной интрижке, с которым можно было бы утешить себя в дни, когда мне плохо из-за Ки У хёна, но это была опрометчивая мысль.

– Честно говоря, мне всё равно, если ты в браке. Это тоже часть тебя. Невозможно, чтобы мои чувства восхищения и привязанности исчезли только из-за того, что у тебя есть муж.

– Хватит, я больше не хочу иметь с тобой никаких дел, так что забудем об этом. И тебе советую заткнуться и не слушать всяких идиотов вроде менеджера О. Если не хочешь, чтобы о тебе говорили как о любовнике.

Я провёл черту, и на лице Чон Тэ отразилось смятение. А чего он ожидал? Он сам внезапно затащил меня в подсобку, чтобы поговорить об слухах обо мне, не задумываясь, как его поведение выглядит со стороны. Неужели он ожидал, что я сейчас буду шептать ему нежные слова, как это бывает между возлюбленными?

– Почему ты так прямолинеен? Я всего лишь хотел сказать, что ты можешь и дальше меня использовать. Звони мне, когда тебе одиноко или ты хочешь сменить обстановку.

– С чего мне тебе верить?

– Ты же знаешь, что я трусливый? Я боюсь того, что меня заклеймят, как "любовника", поэтому я никогда ничего не расскажу. Ты же знаешь… Я ничего не скажу, даже если у тебя есть другие любовники.

Он протянул руку и оттянул воротник водолазки, который я натянул на шею. Моя шея, до этого скрытая под свитером, оказалась на прохладном воздухе, и по коже побежали мурашки. Он провёл кончиками пальцев по засосу, который оставил вчера, его взгляд был полон волнения. Это было похоже... на взгляд ребёнка, который тайно нарисовал что-то на историческом памятнике и на следующий день приходит, чтобы полюбоваться своим творением. Мне стало не по себе.

– Делай что хочешь…

Я неохотно кивнул. Возможно, это предчувствие, что отношения с этим парнем обязательно приведут к сожалениям… Это был первый раз, когда я самостоятельно завёл интрижку, помимо Бэк Чон О с позволения Ки У хён. Поэтому неудивительно, что я чувствую себя некомфортно и тревожно.

Вскоре я решил отбросить сложные мысли. И без того я нервничал из-за конкурса, а если смогу развеяться и удовлетворить свои желания, кувыркаясь с красивым, молодым и подтянутым партнёром, то смогу убить двух зайцев одним выстрелом.

Предательство

Несколько дней пролетели в адском режиме из-за подготовки к конкурсному PT.

Направление кампании практически не изменилось с момента подготовки предыдущего варианта. Похоже, директор Джу так и не дал конкретных замечаний по поводу наших идей. Руководитель команды рекламодателя мог высказывать своё мнение, но фактически сотрудники ломали голову, пытаясь угадать намерения директора Джу.

Впрочем, какая разница? Даже если бы мы представили потрясающую идею, достойную мирового рекламного фестиваля, директор Джу всё равно не поддержал бы нас. Но наш руководитель, отчаянно пытавшийся найти хоть какую-то надежду, решил, что нужно придумать сногсшибательный визуал, способный сразу же покорить его придирчивый нрав.

Как и сказал руководитель, поскольку это реклама модной одежды, визуальная составляющая неизбежно важна. Даже без грандиозного послания или слогана, один только яркий визуальный образ мог создать впечатляющий рекламный макет.

Поэтому, бесконечно просматривая референсы образов, я наткнулся на музыкальное видео европейской инди-группы. Несколько дней подряд я копался в этой видеоработе, проникая в суть уникальных визуальных приёмов, пока не нашёл этот клип через какой-то неизвестный мне алгоритм. Представив модель в одежде «Blue Rail» и применив технику из этого видео, мне показалось, что можно создать невероятно крутую рекламу. При этом я подумал, что, возможно, это видео видел только я один во всей Корее. Взволнованный, я тут же скачал этот ролик и начал развивать идеи на его основе.

На третьем совещании по разработке концепций, среди множества идей, представленных членами команды, наибольшую оценку получила моя, основанная на том самом музыкальном видео. Количество вариантов, которые мы вынесем на конкурсный PT, было увеличено до четырёх по сравнению с предыдущим разом, и кампания, на которую мы сделаем наибольшую ставку, была разработана на основе моей идеи.

У меня всегда было тяжело на душе, но я чувствовал заметное облегчение от того, что мог таким образом приносить пользу команде. Если всё пойдёт хорошо, то, возможно, благодаря моей идее будет создана телевизионная и наружная реклама, и я гордился этим. Оставалось только надеяться, что директор Джу перестанет сердиться и объективно оценит идеи нашей компании.

[Юн Чон Тэ (Производственная группа 3/CW/сотрудник): Когда это закончится?]

Чон Тэ написал мне по рабочей почте. Я мельком взглянул через перегородку соседней команды. Среди людей из соседней команды, которые из-за невысокого роста выглядывали из-за перегородки только макушками, только высоченный Чон Тэ был виден почти по подбородок. Казалось, он был погружён в работу и усердно стучал по клавиатуре, уткнувшись в экран компьютера, но никто не мог знать, что он сейчас строчит сообщения старшему коллеге из соседней команды.

[Ю Ли Хо (Производственная группа 2/AD/помощник менеджера): Наверное, всю ночь придётся пахать…]

[Юн Чон Тэ (Производственная группа 3/CW/сотрудник): Серьёзно?? Может, в трудовую инспекцию пожаловаться?]

[Юн Чон Тэ (Производственная группа 3/CW/сотрудник): Шучу. Ха-ха]

[Юн Чон Тэ (Производственная группа 3/CW/сотрудник): Наша команда через час уходит домой]

Ясно… Время уже перевалило за восемь вечера. Мы, как и раньше, наспех перекусили гамбургерами прямо на рабочих местах и продолжали усердно работать над макетами. Несколько дней, включая выходные, мы задерживались допоздна, почти до полуночи. До дня "Х" конкурсного PT оставалось около четырёх дней, но, как бы мы ни устали, нужно было проработать всё до конца сегодня ночью, чтобы повысить качество. Я заранее сказал Ки У хёну, что буду работать всю ночь.

– Так, мы слишком долго пахали… Да и времени ещё несколько дней, чтобы довести макеты до ума. Давайте сегодня закончим работать!

– Да! Поняли!

В этот момент прозвучал неожиданный приказ начальника об уходе. Он сказал, что если мы будем продолжать работать ночами, то кто-нибудь может свалиться, и что завтра мы можем не торопиться и прийти к обеду. Моё утомлённое и болезненное состояние мгновенно улучшилось, как по волшебству, как только был отдан приказ об уходе. В этот момент я встретился взглядом с Чон Тэ, который наблюдал за мной через перегородку. Он, подслушивавший слова нашей команды, слегка подмигнул.

Я, ушедший сразу после роспуска команды, первым снял номер в бизнес-отеле возле компании и стал ждать. Примерно через 40 минут Чон Тэ, успешно сбежавший с работы, второпях прибежал в номер и тут же начал раздеваться. Мне не хотелось сразу заниматься сексом, поскольку я беспокоился о том, насколько сильно он вспотел, чтобы добежать до сюда. Я предложил сначала принять душ, но он вдруг схватил меня за запястье и затащил в ванную, чтобы принять душ вместе.

– Ах, не останавливайся… Продолжай… Продолжай…

– Сегодня дырочка сонбэ такая упругая, как резинка… Ах, как же хорошо.

Конечно, мы не просто приняли душ, а предались страстному сексу прямо под струёй воды. Всё началось с позы «сзади». Я смотрел в зеркало и чувствовал, как входит его член, ловил взгляды задыхающегося Чон Тэ за моей спиной и впадал в транс. Вода из душевой лейки, свисавшей с потолка, полностью покрыла наши тела, и брызги попали на зеркало. Не говорю уже о том, что моя промежность тоже обильно выделила жидкость.

– Ха… ха…

– Ах! Чёрт… Сонбэ, ты же знаешь, что твоя задница с ума сходит от мужского члена? Хватает и не отпускает…! Чёрт, как будто там клей.

В разгар процесса Чон Тэ выдавил гель для душа себе на руку и начал растирать пену по моей промежности.

Он провёл рукой с пеной по месту соединения, куда был вставлен его член. Как будто смазывает мылом палец, с которого не снимается кольцо.

– Так член застрянет и не вылезет… Нужно заранее намылить…

– Не говори глупости, нельзя просто сосредоточить внимание на сексе со мной?!

– Как бы то ни было, лучше это сделать…

Он немного поворчал, а затем грубо вытащил свой член, схватив меня за талию. Несмотря на все его разговоры о том, что член не вылезет, он вышел без проблем. Мои внутренние стенки, опустевшие на мгновение после исчезновения чувства полноты, зудели, словно прося его поскорее вернуться. Он повернул меня лицом к себе, поднял одну ногу, обнажив дырочку между ягодицами.

– Кажется, из дырочки сонбэ вытекает пена. Хочу на это посмотреть…

– …Что ты делаешь? Вставляй скорее, ах!

Не успел я попросить, как его возбужденный член со всего размаха вошёл внутрь! Не давая передышки, его бёдра начали долбить меня без остановки, и я чуть не потерял сознание.

– Хы! Ха-а! Ын! Ха-а!

– Ах, ха-а! Хочу трахать тебя здесь всю жизнь…

Конечно, он не надел презерватив и кончил прямо внутрь. И, оставаясь соединёнными телами, мы приняли душ, немного неудобно обтираясь друг о друга. Не вытеревшись должным образом, мы сразу же перешли в кровать и снова стали заниматься бурным сексом.

– Сонбэ, ха-а! Завтра же приходи ко мне под стол на работе…! Дай разок оттрахать тебя перед уходом….

Глупости, на которые не нужно отвечать, поэтому я не стал реагировать и просто сосредоточился на ощущениях, которые доставлял его член. Судя по энергии, с которой он, не давая передышки, снова возбуждался и энергично толкался, альфам оставалось только завидовать.

– Хм… В следующий раз давай не у меня дома, а на работе, а? Прямо перед тем, как уборщица придёт…! Даже если сонбэ испачкает пол… Всё равно всё уберут на следующий день.

– Бред…! Никогда в жизни! Не мечтай…!

Похоже, после нескольких раз секса у него дома у этого парня появились недовольства. Говорит, что после нашего секса, ему всегда приходится стирать бельё в такую позднюю ночь. Теперь он, видимо, хочет, чтобы за ним бесплатно убирали, или это одна из его фантазий, но он всё чаще просит заняться сексом на работе. Но я не извращенец… Я не хотел бы делать такие вещи, за которые меня разорвут на части, не говоря уже о нашей компании.

На красивых бровях Чон Тэ пролегла морщина. Пришло время эякуляции. Вскоре он издал рык и кончил во второй раз. Я тоже насладился ощущением кульминации.

Чон Тэ, видимо, что-то заподозрил, заметив мою более раздражительную реакцию, чем обычно, и не стал выходить, даже после того, как кончил. Напротив, он продолжал тереться своим член, который должен был уменьшиться после эякуляции, о мои внутренние стенки, и я почувствовал, как он снова возбуждается. Хлюп-хлюп! Глубокие внутренние стенки снова были раздавлены, как будто туда пихали дубинку. В одно мгновение в голове стало пусто, и спереди возникло покалывающее ощущение, отличное от позывов к мочеиспусканию.

– Я не отпущу тебя, пока ты не кончишь фонтаном.

– Ах! А-а!

Ах… Вскоре из моего члена начала вырываться прозрачная вода, не похожая ни на сперму, ни на мочу, и взлетела до потолка. Я был смущён, но это было не впервые в моей жизни. Где-то в прошлом году… У меня однажды случился фонтан во время секса с Чон О. Я подумал, что описался, и, дрожа от стыда, заплакал, но Чон О широко улыбнулся и осыпал меня поцелуями.

Получается, это снова оно… Придётся признать, что Чон Тэ хорош в сексе. Когда поток жидкости, вырвавшийся из моего члена, утих, я открыл глаза, затуманенные наивысшим экстазом.

– Вау… Не только задница может брызгать… Сонбэ, как же красиво ты кончаешь.

– …Заткнись… а-а….

Мои последние слова тут же перешли в стон. Чон Тэ, всё ещё находясь внутри меня, вытащил свой член, взял в рот мой член, покрытый капельками прозрачной жидкости, и энергично начал его сосать. Из-за того, что я только что кончил, и его, и моё тело были воажными. С самого начала мы легли в кровать, не вытеревшись после душа, и постель была мокрой, но теперь это было похоже на то, что взорвался водяной матрас. Потом уборщица, наверное, будет ругаться…

Пока в голове возникали такие бесполезные мысли, я почувствовал озноб, словно снова приближался оргазм. Чон Тэ не только вылизал всю влагу с моего члена, но и обхватил его рукой и бережно ласкал, чтобы он снова встал.

– Я только что был очень удивлён, но сонбэ так равнодушен, даже когда кончает… Кажется, это не впервые? Почему-то обидно.

– Что-то попало в рот? Какой вкус?

– Немного солоноватый? Вкуснее, чем сперма. Больше похоже на выделения сонбэ…

Чон Тэ пробовал и мою сперму, и выделения. Для первого секса с мужчиной он без особого отвращения попробовал все части моего тела. Я, обессиленный, снова закрыл глаза.

Похоже, Чон Тэ проголодался после трёх раундов секса. Он заказал через приложение всякую еду, снял мокрое одеяло и, оставив только простыню, лёг смотреть телевизор.

Казалось, Чон Тэ беспокоится о работе нашей команды над LK Fashion, поэтому я, уставший и развалившийся, немного воодушевился, взял в руки телефон. В нём можно было посмотреть и музыкальное видео, которое я скачал, и промежуточные этапы макетов, разработанные на его основе. Я объяснил Чон Тэ макет на маленьком экране, добавляя различные пояснения. Идея показалась ему хорошей, хотя он совершенно не был знаком с этой темой, и я почему-то воспрянул духом.

– Когда мужчина и женщина будут переходить дорогу вот здесь, я вырежу эту часть и покажу как референс.

– Это видео ты нашёл, сонбэ? К концепции одежды идеально подходит! Такая идея тоже хороша…

– Да, но если я просто скопирую это и покажу директору Джу, он подумает, что мы хотим снять точно так же, как в этом видео… Тогда он разозлится и скажет, что мы занимаемся плагиатом. Поэтому я покажу ему только видео в качестве примера, а раскадровки сделаю совершенно другими.

Пока я объяснял идею, привезли еду. У меня не было аппетита, поэтому Чон Тэ ел в одиночку и уговаривал меня остаться с ним в отеле на ночь. Я отговаривался тем, как странно будет, если мы оба придём на работу в одной и той же одежде, но его это не останавливало. Он сказал, что людям наплевать на чужую одежду. И что в наше время, когда все работают допоздна, как будто питаются этим, нет ничего удивительного в том, чтобы прийти на работу в той же одежде, в которой был вчера… Когда я это услышал, то понял, что в словах Чон Тэ есть смысл.

23:40… Время почти не отличалось от времени ухода с работы за последние несколько дней. Я сказал хёну, что буду работать всю ночь, так что можно просто остаться здесь… Я устал… Пока я раздумывал, зазвонил мой телефон.

Это была Ча Ён Ын, моя однокурсница из университета искусств. Она внезапно попросила встретиться, сказав, что приехала к компании, поэтому я быстро отказал в просьбе Чон Тэ и оделся. Чон Тэ нахмурился, но мы переспали три раза, так что у меня не было причин оставаться дольше.

– Ты действительно работаешь допоздна? Я думала, ты просто врёшь, потому что тебе лень со мной встречаться.

– Тогда я бы просто сказал, что мне лень, зачем оправдываться?

Ён Ын была однокурсницей, которая организовала ту встречу, где мы с Ки У хёном впервые познакомились 7 лет назад. После той встречи мы сблизились и теперь она моя лучшая подруга. Она делилась со мной своими переживаниями в том самом баре, где неделю назад я выпивал с Чон Тэ. Она не знала, расставаться ли ей с парнем, с которым она даже думала о браке. Дело в том, что парень, в целом, был хорош, но когда злился, не только повышал голос, но и швырял вещи. Я всё время качал головой, слушая её.

– К браку нужно подходить с осторожностью… Сейчас он просто швыряет вещи на пол, но после свадьбы он может начать швырять тяжёлые или острые вещи не на пол, а в тебя.

– Ах, я понимаю… Все меня отговаривают… Но я уже немолода, где я ещё найду такого мужчину? Это расстраивает.

– Почему не найдёшь? Если ты бросишь этого, то на тебя выстроится очередь из мужчин, готовых на всё. Хочешь, чтобы твоё имя появилось в новостях как жертвы домашнего насилия? Лучше не вступать в такой брак.

Со стороны легко давать объективные и рациональные суждения и советы. У меня тоже сразу появился ответ, когда я услышал историю Ён Ын. Её лицо становилось всё мрачнее и мрачнее, словно она ожидала, что я так отреагирую. Казалось, она хотела, чтобы я сказал ей, что люди могут измениться в любой момент после свадьбы, поэтому ей следует пойти на компромисс и выйти замуж, но я не хотел этого говорить. Кто захочет смотреть, как его друг идёт в ад?

Да и вообще, имею ли я право говорить такое? Ведь я сам 5 лет назад, ослеплённый любовью, вышел замуж вопреки предостережениям Ён Ын. Конечно, сейчас она не воспримет мои советы всерьёз. Как и ожидалось, она ответила строгим взглядом:

– Хватит, займись лучше своей жизнью. Ты всё ещё так живёшь со своим мужем?

– …В общем, да…

– Ах, мне нужно было возить тебя с собой и до последнего отговаривать тебя от свадьбы. Нужно было запереть тебя где-нибудь в день свадьбы! Идиот!

– Поэтому, если ты не хочешь жалеть, как я, прислушайся к мнению окружающих. Я просто расстроен, и всё, по крайней мере, я не появлюсь в новостях.

– Да неужели?! А как насчёт заголовка вроде: «Директор крупной больницы пойман на месте свинг-вечеринки»? Отец Ки У тоже очень известный человек, это вполне может попасть в новости.

Я поднял руку и заткнул ей рот. Как она смеет произносить слово "свинг" да ещё и рядом с нашей компанией! Она отталкивает мою руку и делает вид, что выплёвывает что-то грязное, как будто у неё рот запачкался. Затем она залпом выпивает соджу, словно полоща рот.

5 лет назад она завидовала мне, что я вышел замуж за самого лучшего альфу, которого встретил на первом же свидании в вслепую. Но как только я рассказал ей о секретах во время подготовки к свадьбе, она сразу же переменилась и категорически отговаривала меня от брака.

Чхве Хо Чоль, только и высматривавший возможности изнасиловать омегу, Ли Ё Хан, постоянно пристающий к «невесте»друга, Кан Ки У, заключающий фиктивный брак, имея любовницу… Она даже плакала, что привела меня, наивного, на встречу, где трое из четырёх участников были такими ублюдками. Наверное, именно тогда мы и стали лучшими друзьями. Во всяком случае, я не послушал её советов и вышел замуж….

– Ах, идиот… И я, конечно, хороша, но как ты выдерживаешь такой брак уже 5 лет… Это я виновата, что привела тебя тогда на эту встречу.

– …

– Почему бы тебе не попробовать с тем парнем, мужем Чи Сон Хва? Когда ты рассказывал о нём, он, казалось, заботится о тебе больше, чем твой муж.

– Не говори об этом… Он, наверное, просто хорошо относится ко всем омегам.

Конечно, это не подтверждено. Я узнал, что он встречался с другой омегой, когда во время нашего секса 3 года назад ему позвонила его любовница. Он сказал, что это омега, с которой он изредка встречался ещё до брака и о которой знала Сон Хва. Она знала о его привычке не связываться с партнёрами вне секса, но, узнав, что Чон О занимается свингом, она рассвирепела и постоянно звонила, мешая ему заниматься нашими делами. Тогда Чон О разозлился и сказал, что покончит с этой омегой, интересно, что с ней стало потом? Действительно ли он с ней порвал? Я не собираюсь копаться в его личной жизни, поэтому больше не спрашивал и не знаю.

Кстати, этот Бэк Чон О, который, по его словам, не связывается с партнёрами, кроме как для секса, довольно часто связывается со мной по личным вопросам. Как тогда, когда он звонил в присутствии Ки У хёна…. Видите? Нельзя ему верить. Он снова звонит.

– Эй, тебе звонят. Кто это - номер 1500?

– А…

Я не мог продолжать игнорировать звонки, поэтому решил ответить. Я не перезванивал ему после того, как проигнорировал его звонок неделю назад. Если я и сейчас не отвечу, будет немного неловко.

– Алло…

– У тебя есть девушка?

– Это моя однокурсница…Что случилось? Ты что, следишь за мной?

– Поверни голову на 11 часов.

11 часов? Я повернул голову и увидел «красивую чёрную пантеру», затесавшуюся среди пожилых мужчин. Он улыбнулся, когда заметил мой удивлённый взгляд. Он помахал рукой, поздоровался с окружающими мужчинами и большими шагами направился к нам… Зачем? Зачем он здесь? Что ему нужно? Пока я в панике оглядывался, он большими шагами подошёл к столу, за которым сидели мы с Ён Ын.

Увидев его приветливую улыбку, Ён Ын покраснела. "Боже… Вы знакомы с Ли Хо? Я Ча Ён Ын, мы учились вместе Ли Хо…" – застенчиво представилась она явно повышенным тоном. Как только она узнала из представления, что Чон О муж Чи Сон Хва, её лицо вытянулось от разочарования, и она прекратила притворяться.

Айгу… Ещё недавно она не могла расстаться с парнем, который проявлял признаки насилия, потому что слишком сильно его любила? Было нелепо наблюдать, как она, словно забыв о существовании своего парня, была полна при появлении привлекательного мужчины.

Чон О непринуждённо отодвинул стул рядом со мной и сел. Он произнёс добрые слова о том, что я, наверное, устал, работая допоздна и встречаясь с подругой. Судя по взгляду Ён Ын, она, похоже, посылала мне сигнал: "брось своего мужа и хватай этого". Я не уверен, но, зная её больше 10 лет, думаю, что она имела в виду именно это.

– Что ты здесь делаешь, Чон О? Я не думал, что ты ходишь в такие бары. Думал, ты ешь только изысканные блюда…

– А почему бы и нет? Разве это не вкусно?

Он посмотрел на меня так, будто это я был странный, и совершенно невозмутимо ответил. Он заказал ещё закусок и выпивки, а затем вклинился в наш с Ён Ын разговор. Он начал настойчиво расспрашивать, что это за работа такая, что я так занят, и я в общих чертах ответил, что работаю на филиал LK. После этого ответа меня вдруг накрыло осознание.

Осознание моей ситуации: будучи замужем, я пытался завести интрижку с руководителем из LK, навлёк на себя его гнев и поставил под угрозу всю команду. Из-за этого я работал сверхурочно несколько дней подряд, говорил мужу, что ночую на работе, а совсем недавно развлекался со своим коллегой.

Ещё до того, как сперма младшего коллеги успела высохнуть внутри меня, я привёл своего партнёра по свингу на встречу с подругой…

Увидев Чон О и Ён Ын на мгновение я потерял голову. Я не имел права её осуждать. Поскольку именно я был самой настоящей гулящей омегой.

Мне приснился эротический сон. Сон, в котором белоснежное, прекрасное, словно греческая статуя, мужское тело проникало в мои внутренние стенки. Вернее, это и была настоящая статуя, а не просто "похожая на статую".

"Как статуя может двигаться и заниматься сексом, словно живой человек?" – подумал я, ощущая пронзающее меня вторжение. У этой статуи, в отличие от её прекрасно сложенного тела, пенис был довольно маленьким. Возможно, в эрегированном состоянии он становился больше, или же это потому, что он был каменным, и из-за этого казался таким твёрдым. Но он проникал гораздо глубже, чем я ожидал, постоянно задевая мою точку. Я уже почти достиг пика наслаждения, но, к сожалению, сон оборвался.

– Э… э?!

Пробормотав что-то во сне, я проснулся и осознал, что ощущения из сна продолжаются. Первое, что я увидел, открыв глаза, был силуэт возбужденного мужчины, практически полностью заслонявший знакомый потолок спальни. Проникновение было глубоким, грубые толчки вовсю продолжались. Как он мог позволить себе войти в меня, пока я спал, без моего разрешения?.. Разве так можно?

– Эй, полегче…

– …Ты сейчас сказал «Эй»?

Я тут же проснулся окончательно. Резкий голос Ки У хёна полностью развеял сонливость, которая не исчезла даже после осознания того, что происходит секс.

– Хён? Ах… Зачем с самого утра…! Ах!… Лучше бы разбудил сначала…!

– Я будил тебя, но ты не проснулся. Так что сразу вставил. Что не так?

– А… Ах!

Хён, казалось, разозлился, и с негодованием усилил ритм своих толчков. Под напором его ярости моё тело скользило всё выше, словно вот-вот ударится о изголовье кровати. Он всегда вставал по утрам с "палаткой" в штанах, но это был первый раз, когда он набросился на меня, не дожидаясь, пока я проснусь. Что так сильно взволновало его, что вся нижняя часть моего тела была голой, а верхняя всё ещё оставалась одетой? Надеюсь, он не заметил, что Чон Тэ недавно искусал всю мою грудь… Мысли беспорядочно метались в моей голове, даже когда я стонал от этих грубых, похожих на удары дубинкой, толчков, терзающих мои внутренние стенки.

– Хаааа!

Мои внутренние стенки затрепетали, отказываясь больше сопротивляться, и сперма брызнула из моего пениса. Мгновение оргазма было, как всегда, волнующим, но вскоре наступило отрезвление. Поскольку две трети секса прошли незамеченными из-за сна, осталось неприятное чувство, будто меня насильно довели до эякуляции во сне. Если ему так сильно хотелось секса, мог бы разбудить меня вначале. Что нашёл хён такого хорошего в том, чтобы заниматься любовью с полусонным мной, который еле мог сжиматься? Мы прожили вместе больше пяти лет, но Ки У хён по-прежнему оставался для меня загадкой, полной противоречий.

Как только я кончил, хён тоже прекратил свои толчки. И тут я заметил, как он резко вытаскивает из меня свой эрегированный член, и меня одолели сомнения. Судя по всему, он тоже был близок к оргазму, так почему он прекратил всё на середине, не доведя дело до конца? Неужели я чем-то его обидел, и он из-за этого затаил обиду? За всё это время, чтобы ни случилось, он ни разу не прерывал секс на полпути.

Хён слез с меня, подобрал валявшийся на полу халат и начал его надевать.

– …Ты больше не хочешь? Ты же не кончил.

– Весь настрой прошёл из-за твоего «Эй».

Неужели это его так задело? У нас разница в возрасте - всего год , а он ведёт себя как настоящая зануда. Я надул губы, а хён, скосив глаза в мою сторону, молча ждал моей реакции. Наверное, он ожидал, что я, как обычно, начну лебезить и всячески стараться поднять ему настроение.

Но я лишь фыркнул в ответ и поспешно принялся надевать брюки и трусы. Тут он вдруг выхватил их из моих рук! Из-за этого моя правая нога запуталась в штанине и тут же выскользнула обратно. Раздражённый его ребяческим поведением, я сорвался:

– Ладно! Прости, хён! Может, мне теперь называть тебя «хённим»? Или «сонбэним»? «Муж»? Или вообще «собанним»*?!

*Собанним - устаревшее, но иногда встречающееся уважительное обращение к мужу.

– Ты никогда ко мне так не обращался.

– Что? Никогда не называла «Эй»?

– Никогда. Ни разу. Ты даже по имени ко мне ни разу не обращался.

– …

Если честно, он был прав. Среди пар, у которых небольшая разница в возрасте, довольно часто можно встретить тех, кто обращаются друг к другу как к приятелям одногодкам – просто по имени, или "Эй". Но я всегда называл его исключительно "сонбэ" или "хён". Наверное, во мне с генами заложено уважение к старшим, и мысль о том, чтобы на равных общаться с тем, кто хоть и старше всего на год, но всё же является моим старшим на жизненном пути, была мне чужда. Кроме того, с возрастом я стал избегать обращений на "ты", даже если собеседник был моим ровесником или младше. В последнее время так обращался только к Ча Ён Ын, с которой виделся несколько дней назад, и к Юн Чон Тэ.

Ах да… Похоже, я ошибочно принял его за Чон Тэ во время секса.

– Ты что, и Бэк Чон О называешь «Эй»? Он ведь старше меня.

– …Нет.

Но, видимо, мой ответ только ухудшил его настроение. Может, мне надо было просто согласиться?..

Я терялся в догадках, не понимая, почему хён так холоден со мной, и меня прошиб пот. Завершив облачение в халат, хён приблизился ко мне. От него слегка исходил властный феромон, который, казалось, сковал меня по рукам и ногам, лишая возможности пошевелиться. Он переспросил, словно требуя признания:

– Ты с кем-то ещё встречаешься?

В сгустившейся атмосфере я наконец осознал, что момент истины настал. Пришло время признаться. Признаться в том, что я соблазнил молодого парня и кручу с ним «офисный рома… И то, что этот парень был моим последним сексуальным партнёром перед хёном, поэтому я и выкрикнул "Эй" во сне.

Чон Тэ был не альфой, которого хён так опасался, да и между нами не было тех доверительных и верных отношений, которые бывают между обычными супругами. Так что, казалось бы, не было причин скрывать существование любовника, но признание давалось мне с большим трудом. Я чувствовал себя виноватым, даже больше, чем ожидал.

Диинь-диинь…

В этот напряженный момент, как по щелчку, зазвонил мой телефон. Хён тяжело вздохнул, развернулся и вышел из спальни. Но, прежде чем полностью скрыться за дверью, он обернулся и добавил раздражённым тоном, словно не мог удержаться:

– Эй. Отпишись от этого спама, чтоб больше не слали хрень с номера 1500.

– …

Как только хён вышел из комнаты, я почувствовал облегчение от того, что опасность миновала, но в то же время в голове воцарился полный хаос.

Действительно ли я хочу рассказать хёну о своей измене, или мне лучше это скрыть? И почему Ки У хён так недоволен не только моими отношениями с Бэк Чон О, к которым он сам меня подтолкнул, но и другими внебрачными связями? Если напрячь память, можно вспомнить, что хён и раньше время от времени демонстрировал подобное отношение, но… в этом году это стало происходить гораздо чаще.

Я поднял телефон, благодаря того «незнакомца», который спас меня из этой ситуации. На экран было выведено число 1500, то есть Бэк Чон О, он прислал мне сообщение. В очередной раз восхитившись остротой зрения хёна, который с такого расстояния смог различить цифры 1500, я открыл посланное Чон О сообщение:

[Ты говорил, что сегодня решающий день? Посылаю немного удачи. Прикреплённый файл (видео)]

Воспроизвелось короткое видео, на котором щенки, держа в зубах плакат с надписью "Желаем удачи!", энергично прыгали и танцевали. Мило… У меня невольно вырвался лёгкий смешок.

Сегодня был день презентации для участия в конкурсе LK Fashion. В тот день, когда я случайно встретил Чон О в пабе с Ён Ын и он присоединился к нам, я вскользь упомянул о важной дате, и он не забыл об этом. И вот с самого утра прислал мне такой милый талисман на удачу…

Тот вечер, когда Чон О присоединился к нам, оказался на удивление приятным и забавным. Когда Ён Ын поделилась своими проблемами с парнем перед Чон О, он ответил так же, как и я. Сказал, что если мужчина не может сдержать гнев по пустякам и швыряет вещи на глазах у женщины, то он определённо опасен. Ён Ын, казалось, приняла решение, и с серьёзным видом сказала, что прислушается к ценному совету Чон О. А на следующий же день встретилась со своим парнем и рассталась с ним.

Я, как супруг, практикующий свинг и имеющий низкий коэффициент попадания своими советами точно не подхожу на роль консультанта по вопросам отношений, в то время как состоящий в браке Бэк Чон О, мой партнер по свингу, удостоился звания самого мудрого и интеллигентного человека… Меня это задело.

Возможно, это было лишь моей буйной фантазией и ошибочным представлением, но в тот вечер Чон О относился к Ча Ён Ын, как к дорогой подруге своей второй половинки. Конечно, Ён Ын тоже была довольно приветлива с Чон О, да и Чон О был достаточно обходителен с женщинами. Они просто вели себя вежливо друг с другом. Однако его случайные фразы выдавали желание произвести хорошее впечатление на Ён Ын, так как она, похоже, была важной подругой для меня. Дошло до того, что Ча Ён Ын заявила: «Ли Хо, если будешь трижды заботиться о своём муже, хотя бы раз позаботься и о Чон О». Разве уместна шутка, в которой сплетаются судьбы женатых людей, состоящих в браке с совершенно разными людьми? Пусть даже эти пары связаны взаимовыгодным свингом. Разум временами затуманивался.

– Слушай, эта Чи Сон Хва – ну просто счастливица. Встречается в своё удовольствие с таким мужем, как твой, а её собственный муж – альфа - Бэк Чон О!

Внезапно в моей памяти всплыли слова, сказанные Ча Ён Ын в тот день. Я усмехнулся горьким смехом. Разве моя ситуация не является полной противоположностью? Иметь Ки У хёна мужем, а Бэк Чон О – партнёром по свингу, с которым каждый месяц заниматься жарким сексом… Конечно, есть разница в том, что с Чон О у меня только секс, а не отношения, но от этого мне стало ещё обиднее оттого, что мой брак считается неудачным, а Чи Сон Хва в этой ситуации - победительница.

Но очевидно одно: Чи Сон Хва, в отличие от меня, не испытывает отвращения к себе каждую минуту. В конце концов, хоть телом она и связана с другим человеком, у неё есть любящий её Ки У хён, который отдаёт ей своё сердце. Кроме того, Чон О, кажется, неплохой муж. Он, по крайней мере, не относится к своей супруге так холодно, как Ки У хён, и далек от своенравного характера, когда настроение тут же отражается на отношении к другим.

Немного погрузившись в унылые мысли, я поднялся. Сегодня самый важный день для нашей команды в этом году, поэтому нужно было поспешить на работу, чтобы не опоздать.

– Ну что, давайте помолимся!

– Да, всё будет хорошо!

– Вперёд!

Руководитель команды, я, заместитель начальника Чхве, а также трое сотрудников отдела планирования и даже директор производственного отдела – всего 7 человек – прибыли в штаб-квартиру LK Fashion. Полные уверенности и воодушевлённые, мы принесли с собой макеты и презентации, над которыми наша команда усердно трудилась последние десять дней.

На самом деле, мне совсем не хотелось ехать на эту презентацию. Я не знал, как может отреагировать Джу Сан Квон, увидев моё лицо. Но несмотря на мои отчаянные мольбы, руководитель команды тащил меня за собой до самого конца. Он был уверен, что во время той встречи, когда мы проверяли одежду «Blue Rail», Джу Сан Квон хорошо ко мне отнёсся. Если возможно, мне бы лучше сбежать из конференц-зала и спрятаться хотя бы в тот момент, когда руководитель команды будет представлять проект.

Время для презентации у каждой команды-участника – 50 минут. Наша компания была первой, Wide Comm – второй. Пока наши 7 сотрудников ожидали своей очереди перед конференц-залом, люди из Wide Comm толпой вошли в комнату ожидания.

У них было по крайней мере дополнительный час в запасе, поскольку их очередь была позже нашей, но я не понимал, почему они пришли так рано. Кроме того, они не просто тихо ждали, а постоянно косились в нашу сторону, мешая нашей команде сосредоточиться. Я чувствовал, будто кто-то сверлит меня взглядом, и когда поднимал голову, все, как по команде, отворачивались, делая вид, что смотрят в другую сторону. Из-за этого я не мог сказать, кто именно на меня смотрит. От моих постоянных попыток увидеть, кто же так настойчиво смотрит, кто-то издал неловкий кашель. Это раздражало.

И вот, за пять минут до начала презентации появился Джу Сан Квон, одетый в чёрный костюм, словно Мрачный Жнец. Он равнодушно окинул взглядом сотрудников Sanhwa Planning, присутствовавших на презентации. Я почувствовал своим не самым чутким чутьём, что его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем на остальных. Но прошло уже больше двух недель с тех пор, что произошло в винном баре, поэтому я надеялся, что он уже забыл о своей злости.

«Я, конечно, был недоволен и всячески досаждал Sanhwa Planning, но зачем я повёл себя так некрасиво?" – хотелось верить, что он примерно так думает и немного забыл о тех чувствах и воспоминаниях. Я искренне надеялся, что, увидев наш проект, над которым так усердно трудилась наша команда, он даст ему хорошую оценку. Внезапно в моей голове всплыло и тут же исчезло видео с щенками, присланное утром Бэк Чон О. Пусть удача будет на нашей стороне.

Руководиелт команды, как всегда, провёл яркую и уверенную презентацию, и реакция рекламных менеджеров была осторожной, но в целом положительной. Постоянно наблюдая за выражением лица Джу Сан Квона … я почувствовал, что предчувствие хорошее. Особенно когда представляли проект, разработанный по моей идее, управляющий директор Джу, казалось, заинтересовался, выпрямился и сосредоточился. Если бы нам удалось закрепить такое положительное впечатление и он поддержал нашу компанию и поставил печать на рекламном контракте, то я был бы просто счастлив.

Закончив волнительную презентацию, наша команда вернулась в офис, единодушно решив, что всё прошло хорошо. Вернувшись в компанию, мы пообедали в перерыве и провели остаток дня в приподнятом настроении. А около шести вечера, прямо перед уходом с работы, пришли результаты конкурса, как ни странно, раньше, чем ожидалось.

Wide Comm выиграла у нашей компании, и печальная новость заключалась в том, что наш контракт сорвался.

Была пятница. В то время, когда другие офисные работники, ликуя, кричали "Да здравствует пятница!" и с радостью направлялись домой, наша команда, признанная потерпевшей поражение, уныло покидала офис.

Возможно, это было своего рода проявлением заботы, хоть и сомнительной, со стороны LK Fashion, чтобы мы не питали ложных надежд на выходных, а поскорее забыли об этом… С точки зрения нашей команды, которая больше десяти дней горела душой, не жалея сил, работая даже по выходным, это было просто ужасно. Неужели им было жалко подарить нам даже краткий сон о том, что мы могли бы победить в конкурсе? Раз уж всё равно нам было суждено испытать такое горькое разочарование, зачем было так торопиться с объявлением? Не могли дать нам нормально отдохнуть в выходные?

Я сразу же направился в больницу к хёну. Его рабочий день заканчивался в 19:30 вечера, а я приехал в 18:58, и он всё ещё был в халате, работая в больнице. И хотя мы не были особо близки, и сегодня утром хён грубо отчитал меня… Я всё равно хотел быть рядом с ним, ведь он был тем членом семьи, на которого я мог положиться.

Хён, увидев меня в состоянии, близком к истерике, на мгновение замер. Услышав, как я, всхлипывая, рассказываю о поражении в конкурсе, над которым я изнуряюще работал несколько дней, включая выходные, он, кажется, проникся сочувствием и легонько похлопал меня по спине. Но он сразу же смутился на мою просьбу пойти домой вместе. Что опять случилось?

– У меня назначена операция. Сегодня вернусь поздно.

– …

Внезапно меня охватил гнев. Ведь больница хёна - это кожная клиника. И хотя он назвал это операцией, точнее было бы назвать это процедурой, и кто поверит, что он назначил её так близко к концу рабочего дня? Хён терпеть не мог, когда его приёмы затягивались после окончания рабочего времени.

– Собрался увидеться с Сон Хва, верно?

– Это всё, о чём ты можешь думать?

– Нет смысла назначать процедуру на такое позднее время…

– Я же сказал, что работаю!

От его сердитого крика сотрудники на ресепшене и медсёстры, как мне показалось краем глаза, вздрогнули. Ки У хён на людях старался казаться хорошим человеком. Наверное, они никогда раньше не видели, чтобы хён так истерично кричал.

– Ты шутишь, да? Встречаться с Сон Хва - это преступление?

– Я…

– Уже пять лет прошло, я даже не могу спокойно с ней встречаться, всё время переживаю, о чём ты можешь подумать. Ты же знал, на что идёшь, когда выходил за меня, разве это не перебор?

Интересно, когда это хён и Сон Хва оглядывались на меня, если мне приходится выслушивать это сейчас. Да, я признаю, что это был только мой эгоистичный выбор - вступить в брак, зная, что у хёна есть любимый человек. И сколько бы я ни ненавидел Сон Хва в глубине души, у меня не было права открыто выражать свою неприязнь и препятствовать их встречам.

Но хотелось бы, чтобы хоть раз супруг проявил уважение ко мне. Если я, испытывая особые страдания, пришёл в больницу, разве я не могу надеяться, что он, хоть раз, уделит мне внимание, успокоит и вернётся домой вместе со мной? Не стоило, ставя свою возлюбленную на первое место, врать и выставлять своего супруга идиотом.

Сотрудники больницы, ставшие невольными зрителями сцены, перешёптывались и наблюдали за нашей перепалкой. Обычно я, как супруг глав врача больницы, уверенно посещал больницу и поддерживал неплохие отношения с сотрудниками, но теперь моя неприглядная ситуация стала известна всем. В этот момент мне хотелось просто избить хёна.

И тут я заметил, что в дополнение ко всему, непрошеный гость Ли Ё Хан тоже высунул голову из кабинета врача, и моё настроение резко упало. Меня взбесило то, как он, с интересом наблюдая за нашей с хёном ссорой, криво усмехался. Нужно было не допускать больше проявления этих отвратительных супружеских раздоров перед сотрудниками больницы, да и перед этим человеком в том числе… Я поспешно остановил хёна, у которого, казалось, сорвало тормоза.

– Хён… Давай закончим… Поговорим дома.

– Зачем ты пришёл на мою работу, всё мне высказал, а теперь говоришь закончить?

– Да, это же твоя работа, поэтому давай поговорим позже! Тебе не стыдно перед людьми?

– Стыдно? Тебе ли говорить, у кого тоже есть любовник, с которым ты якшаешься.

Не может быть… Я чувствовал, как у всех вокруг заострились уши. Он так подробно и любезно раскрывает эту ужасную историю нашей супружеской жизни, которая могла бы попасть на телевидение. От его безрассудных излияний моё лицо покраснело, и я, развернувшись, выбежал из больницы. Чёрт… Я, наверное, больше никогда не смогу вернуться в эту больницу.

По дороге домой, сердясь, я никак не мог успокоиться из-за поведения хёна, который окончательно испортил моё и без того скверное настроение после неудачи в компании. Мне было обидно, злобно, несправедливо и грустно. Глядя на проносящиеся мимо машины, я снова впал в странные фантазии.

Будет ли хён плакать, если я брошусь под машину и умру? «Это моя вина, я во всём виноват. Я наговорил Ли Хо гадостей на глазах у сотрудников больницы… Если бы я согласился пойти домой вместе тот день…?» Почувствует ли он хоть каплю сожаления? И как отреагирует Джу Сан Квон? «Из-за личных чувств я загонял стороннего сотрудника, поэтому он покончил с собой». Я представляю, как он произносит эти слова без капли эмоций и пьёт, несмотря на напряжённую атмосферу на ужине с Wide Comm.

Но чем виноват водитель, который собьёт меня?… И я не хочу страдать - это тоже очевидно. К счастью, мимолётный порыв сразу же утих. У меня нет ни смелости умереть, ни нехватки привязанности к жизни, но я не могу прекратить эти бесполезные бредни, всё глубже погружаясь в трясину ненависти к себе.

Если подумать, то всегда один и тот же сценарий. Разговор, начавшийся без злого умысла, почти всегда заканчивается ссорой. Я вспомнил, как хён, найдя презервативы Бэк Чон О, затаил обиду в глубине души, а неделю спустя, перед Сон Хва, ударил меня и выгнал. И сегодня утром хён, интуитивно почувствовав, что я спросонья перепутал его с партнёром по сексу, обиделся, а затем публично опозорил меня в своей же больнице. Разве это не почти одно и то же? Даже когда я отчаянно нуждался в утешении, он, выставляя на первое место только своё настроение, относился ко мне пренебрежительно…

…Вспомнив, как хён ударил меня перед домом Сон Хвы, я почувствовал, что мои следующие действия будут похожи на те, что я предпринял тогда. Я позвоню Чон Тэ, с которым у меня тесная физическая связь, чтобы получить хоть какое-то утешение. В последнее время мы и так слишком часто видимся, но мне придётся снова воспользоваться его словами о том, чтобы обращаться к нему, когда мне одиноко или я хочу сменить обстановку. Прямо сейчас я испытываю максимальный стресс из-за работы и отвратительных семейных дел, поэтому мне так нужен этот парень.

Бииип-биииип.

Чон Тэ, который обычно отвечал на мои звонки сразу же, на этот раз почему-то не брал трубку до конца сигнала. Может быть, у команды сегодня сверхурочная работа? Видимо, занят. Я позвонил ещё раз, и на второй раз он взял трубку.

Щелчок-

– А, сонбэ.

– Сейчас увидимся? Занят?

– Мне сейчас немного неудобно… У меня встреча.

А, понятно. Я собирался так и ответить, а потом положить трубку. Но за простым отказом от встречи я уловил в его голосе некое чувство вины. Хм… Не в силах сдержать любопытство, я решил не класть трубку и подождать. Он, думая, что разговор окончен, продолжил разговор с кем-то рядом, и звук был довольно чётким. Это был женский голос.

– Кто это?

– Сотрудник компании.

– Неужели девушка?

– Нет, парень.

Ах… Немного напряжённая и дотошная интонация в голосе девушки разжигала любопытство. Я сразу понял, что их отношения нужно держать в секрете. Их разговор продолжался.

– Точно парень? Просто в последнее время он…

– Да парень, говорю же! Хочешь, я перезвоню и дам тебе послушать его голос?

– …

– Ха… Перестань подозревать. Это мой коллега по работе, я уже говорил о нём.

– И зачем он звонил?

Тук…

Я подслушал до этого момента и сбросил первый. Судя по разговору, я примерно понял, что происходит. В конце концов, сложно поверить, что у парня с такой внешностью и телосложением нет девушки. Общаясь с такими "золотыми ложками", как Ки У хён и Сон Хва, я совсем потерял связь с реальностью, забыв о средней заработной плате обычных молодых людей. Но, по правде говоря, сотрудники нашей компании уже считаются довольно успешными людьми, которым не на что жаловаться.

Кроме того, Чон Тэ только передо мной, перед неверным мужем, мог позволить себе грубый и вульгарный тон, а так, как и полагается копирайтеру, он был отличным оратором и очень общительным. С самого начала не стоило даже допускать мысли, что такой привлекательный и энергичный молодой человек лет двадцати может быть одинок.

Меня расстраивает то, что у Чон Тэ есть девушка, но дело не в ревности или обиде. С самого начала наши отношения были всего лишь физической связью, лишённой каких-либо эмоций. К тому же, я одержимо цеплялся за него только потому, что он обычный гетеросексуальный парень, на которого не действуют феромоны.

Мне казалось, что если я привлекаю его, то это доказательство того, что я могу быть привлекательным и для гетеросексуального Ки У хёна.

Я опять связался с человеком, у которого уже есть партнёр.

То грустное чувство, которое я сейчас испытываю, связано скорее с этим. Страдая в нынешнем браке за то, что пытался разлучить Сон Хва и Ки У хёна, я, словно в заколдованном круге, снова получаю удовольствие, связываясь с мужчиной, у которого уже есть вторая половинуа. Чужой возлюбленный Ки У хён, чужой муж Бэк Чон О, чужой парень Юн Чон Тэ… Ещё и казалось, что с Джу Сан Квоном будет удобно, потому что у него есть жена, но я, похоже, забыл о своём прошлом и испытываю бессмысленное чувство вины.

– Хаа…

Я чувствовал себя невероятно уставшим, но не хотел идти домой. Я просто стоял у входа в жилой комплекс и перебирал список друзей в мессенджере на телефоне. Может, позвать Ён Ын и немного пожаловаться на жизнь? Неужели у меня так мало друзей? С кем встретиться? Несколько раз проведя пальцем по экрану, я заметил имя Бэк Чон О, сохранённое как "1500", и на мгновение замер, но тут же энергично покачал головой. Я не мог рассказать человеку, который даже утром отправил мне ободряющее сообщение, о том, как всё обернулось.

– А, подождите…

Вспомнив о Бэк Чон О, я вспомнил ещё кое-что. Он рассказывал мне о клубе, который посещают только члены со вторичным полом. Там могут находиться только привлекательные альфы и омеги, а цены невероятно высокие. Сам я там никогда не был, но Бэк Чон О сказал, что может поручиться за меня, чтобы я мог посещать его, а потом он предложил мне пойти туда вместе. Он даже предложил оплатить дорогой членский взнос в клуб, чтобы я тоже стал членом… В принципе, они ходят туда, потому что им нравится хороший алкоголь и уютная атмосфера, но причина, по которой люди со вторичным полом тратят там огромные деньги и общаются, была очевидна. Сексуальное удовольствие.

Может быть, пойти туда? Я войду, назвав имя Бэк Чон О, и закажу кучу алкоголя на карту Ки У хёна. Ну… Если мне откажут при входу, я просто не буду заходить.

Я изо всех сил постарался вспомнить название клуба, о котором раньше говорил Бэк Чон О. Сразу же нашёл его местоположение на карте и решительно направился к нему.

Я ожидал увидеть клуб, наполненный феромонами, где люди в откровенной одежде, пьяные, беспорядочно валяются повсюду, но, войдя внутрь, не обнаружил ничего подобного. Назвав имя Бэк Чон О на входе, сотрудник попросил меня немного подождать, а через несколько минут без лишних слов пропустил. Пока меня провожали в гардероб, я узнал о правилах клуба: феромоны, наркотики, секс, насилие - ничего из этого внутри не разрешено. Если, выпивая, решите переспать с кем-то, кто вам понравится, то придётся воспользоваться отелем, расположенным этажом выше.

Увидев, что клуб оказался более приличным и обычным, чем я ожидал, я почувствовал некоторое разочарование, но больше всего ощутил облегчение. На самом деле я немного беспокоился, что, соблазняя чужих мужчин, изменяя и занимаясь свингом, я вступаю в аморальный мир. Звучит довольно смешно для меня, конечно.

Я осторожно подошёл к бару и заказал выпивку. Я не решался заказывать крепкий алкоголь и попросил порекомендовать коктейль с низким содержанием спирта. Конечно же, расплачиваясь картой Ки У хёна. Я пришёл сюда полный амбиций, но, наверное, просто выпью и пойду домой. Атмосфера была не слишком накалённой, скорее утончённой, и я чувствовал, что даже просто остаться и выпить пару бокалов будет достаточно, чтобы успокоиться.

В какой-то момент я начал замечать, что альфы поглядывают на меня. Здесь есть только альфы и омеги, и, поскольку я явно не альфа, они, видимо, решили, что я мужчина-омега, поэтому я чувствовал их пристальные взгляды. По плану я должен был выбрать одного из них и подняться с ним в номер отеля, но неожиданно почувствовал некоторое отвращение. Может, просто уйти…?

– Ты пришёл сюда, потому что сегодня всё прошло хорошо? Или наоборот?

В этот момент кто-то быстро подошёл ко мне и заговорил знакомым голосом. Я поднял голову и очень удивился. Бэк Чон О с сигаретой во рту стоял передо мной, словно по волшебству. А рядом с ним был незнакомец.

– Ты был здесь сегодня, Чон О?

– Нет. Но мне вдруг позвонили из клуба и сказали, что Ю Ли Хо попросил предоставить ему разовый пропуск, используя мои данные.

– И ты приехал сразу, как только получил звонок…? Где же ты был?

– Я как раз выпивал неподалёку. Мне повезло.

Оказывается, причина, по которой меня попросили подождать на входе в клуб, заключалась в том, что они связывались с ним, чтобы подтвердить мою личность. В любом случае, Чон О должен был просто узнать, что я вошёл, но вместо этого он пришёл сюда с другом, с которым, как он сказал, выпивал. Человек, стоявший рядом с ним, был подтянутым мужчиной, который явно был омегой. Это немного смешно, но даже я, мужчина-омега, редко встречаю других мужчин-омег, поэтому я удивлённо расширил глаза.

Но он, видимо, неправильно понял мой взгляд, в котором смешались радость и заинтересованность, и выразил отвращение, закатив глаза. Даже после того, как я протянул правую руку, чтобы поздороваться, он отвернулся и полностью проигнорировал меня. Ха-ха… Я просто обрадовался как мужчине-омеге… Смутившись из-за того, что меня проигнорировали, я поспешно убрал руку, и Чон О впервые в жизни посмотрел на него с таким выражением лица, какого я раньше не видел.

– Что ты делаешь? Разве не видишь, что с тобой здороваются?

– Мы же не собираемся дружить.

– Даже если не собираетесь дружить, есть же элементарная вежливость.

Чон О отчитал своего друга-омегу, как будто он сам был оскорблён в этот момент. Я почувствовать себя неловко.

Ситуация напомнила случай, когда Ки У хён чрезмерно заботился о Сон Хве, даже ставя меня в неловкое положение. Отличие лишь в том, что я был тем, о ком заботились. Кто-нибудь когда-нибудь принимал мою сторону таким образом раньше…? Это было неожиданно приятно.

Чон О, словно раздражаясь, выдохнул дым от сигареты прямо в лицо мужчины-омеги. Тот, казалось, расстроился из-за такого обращения, накинул на себя пиджак, который висел у него на руке. Затем, повернувшись, он бросил Чон О:

– Ты не пойдёшь со мной?

– Разве не ясно, что я пришёл сюда, чтобы оставить тебя?

Тот мужчина-омега злобно посмотрел на Чон О, его лицо покраснело от злости, а затем развернулся и ушёл. Э… И что это было? Почему он на самом деле уходит? Я осторожно спросила Чон О, кто это был, и он небрежно ответил.

– Парень, с которым я раньше несколько раз тусовался. Сегодня он связался со мной впервые за несколько лет и очень просил о встрече.

– Может, стоит пойти за ним?

– Мне? Зачем?

Разве это не был партнёр, с которым у него были хорошие отношения, даже если они и не были любовниками? Клуб создан для того, чтобы люди могли встречаться и создавать пары, так что же мне теперь делать, если они внезапно расстались прямо передо мной? Как будто это моя вина… Я чувствовал себя неловко и не понимал, как попадает этот коктейль в мой рот – через нос или через горло.

Чон О, казалось, не воспринимал его как важного человека, но я, хвастаясь своим долгим опытом безответной любви, тут же всё понял. Тот человек долго ждал, чтобы связаться с Чон О, по которому так долго тосковал, но вдруг получил новость о том, что знакомый собирается войти в клуб, и это нарушило их времяпрепровождение…. С его точки зрения я, наверное, выглядел как бельмо на глазу. Вероятно, он был очень разочарован тем, что Чон О уделял мне, незваному гостю, больше внимания. Я нерешительно продолжил:

– Это всё из-за меня… Из-за того, что я пришёл в клуб… Нарушил ваше приятное времяпровождение…

– Вовсе нет. Мне было скучно, и я подумал, что здорово, что здесь есть Ли Хо. Тот парень, который ходил за мной раньше, совсем не соответствовал моим ожиданиям.

– Вот как…

– И мне всё равно, кто назвал моё имя в клубе, я провожу время так, как хочу. В данном случае я специально пришёл сюда, чтобы увидеть твоё лицо, Ли Хо.

При этом он ухмыльнулся… Это выглядело немного наигранно, но нужно признать, что он красив. Чон О отодвинул стул рядом со мной и тяжело опустился на него. Затем заказал коньяк. Я никогда раньше не пробовал его, поэтому подумал, не попросить ли у него сделать глоток, но тут же передумал. Я бы выглядела жалким и бесстыдным.

– А где сейчас Сон Хва?

– Понятия не имею. Я не знаю всего на свете.

Понятно… Может показаться странным, что муж не знает, что делает его жена, но в этой паре это возможно. Если Чон О не знает, где сейчас Сон Хва… То она, должно быть, пошла на встречу с Ки У хёном. Да, хён, должно быть, солгал, прикрываясь процедурой. Я ещё больше разозлился.

– А вы, что, делитесь друг с другом каждым шагом? Довольно странно. Да и ваши взгляды на свинг-партнёрство тоже странный.

Чон О усмехнулся и взял новую сигарету. Я поперхнулся коктейлем, услышав его слова об взглядах на свинг-партнёрство, и Чон О, неправильно поняв ситуацию, извинился и поспешно потушил только что зажжённую сигарету в пепельнице. О, не стоило этого делать.

Что касается "этикета свинга", то Ки У хён нашёл презерватив, который использовал Бэк Чон О, на кровати и произнёс это словосочетание около двух недель назад. Сколько бы я ни думал, мне было неясно, что он подразумевал под «этикетом», поэтому через несколько дней я осторожно спросил его, и вот что он ответил:

1) Партнёры по свингу не должны связываться друг с другом в личных целях. (Ки У хён и Сон Хва пренебрегают этим правилом, ведь, по его словам, они уже были возлюбленными до обмена партнёрами, поэтому оно к ним не относится.)

2) Все следы, которые могут вызвать неприятные чувства у супруга (супруги), следует устранить после окончания проведённой ночи - это касается не только физических следов полового акта, таких как презервативы или сперма, но и следов от поцелуев, царапин, ран и т. д. После свинга я ни разу не находил следов Сон Хва на теле Ки У хёна. С другой стороны, он сказал, что ему всегда было неприятно, что на моём теле Бэк Чон О оставляет всевозможные следы, как будто поставил метку. (Если так подумать, то я несправедливо получил выговор от Сон Хва за то, что оставил следы от поцелуев на теле Ки У хёна. Ей нельзя, а мне, как его супругу, можно оставлять хотя бы следы от поцелуев, не так ли?)

3) В день супружеского обмена нельзя вторгаться в личное пространство или мешать друг другу.

4) Во время свинга нельзя подробно описывать свои отношения с партнёром или транслировать ситуацию полового акта. (Хён указал на то, что я громко стонал, когда мы с Чон О кувыркались в отеле.)

Не знаю, когда он вообще придумал эти правила свинга, но когда я обмолвился о них в прошлый раз в пабе, выражение лица Чон О было незабываемым. Он тоже был в полном недоумении. Чон О сказал, что Кан Ки У - просто смешной, и был ошеломлён.

– Между мной и Сон Хва нет конфликтов, потому что мы вообще не вмешиваемся в личную жизнь друг друга. Но у вас же всё по-другому. Кан Ки У, какое ему дело до манер свинга, если у него самого нет настроя этим заниматься? Стоит ли ему вообще говорить мне о манерах? Вы забавная пара.

– Хм… Передам Ки У хёну, что ты считаешь его забавным.

Наверное, коктейль был крепче, чем я думал, потому что после нескольких глотков я начал пьянеть. Чтобы прогнать лёгкое головокружение, я нарочно больше говорил и продолжал разговор с Чон О. С того момента, как Чон О отшил омегу, который был рядом с ним, и сел рядом со мной, взгляды альф, бросавших на меня косые взгляды, прекратились. Внутри этого клуба, где снаружи всё сияло богатством и изысканным вкусом, но внутри царили звериные инстинкты, мы с ним были будто в другом мире, сосредоточившись только на разговоре друг с другом.

Мне внезапно показалось, что я попал в ловушку взгляда Чон О. Наконец, он, казалось, обдумал то, что хотел сказать, и начал: "Я хотел спросить тебя об этом уже три года…".

– Кан Ки У говорит, что он парень Сон Хва, но смешно то, что он хочет держать тебя под контролем. А ты что? Мне кажется, что ты слишком любишь своего мужа, поэтому продолжаешь цепляться за эту странную семейную жизнь.

– …

Когда я был пьян, мне было трудно сохранять невозмутимое выражение лица и строить из себя кого-то другого, и меня поймали на самом больном месте. Чон О пристально посмотрел на меня, когда я неловко молчал, не выражая никаких возражений, и глубоко вздохнул. Его выражение лица говорило о том, что я его разочаровываю, или что он смотрит на меня с сожалением… Непонятно, на кого именно, но он, казалось, был немного сердит.

– Чем ты вообще занимаешься? Ты ведь должен был просто встречаться и выйти замуж, как нормальный человек.

– Ха-ха… Я вышел замуж за того, кого люблю, вот и всё. Другого выхода не было.

– Любовь бывает разной, но зачем тебе тонуть в этом болоте?

Бэк Чон О, который женился без капли любви и постоянно открыт для всевозможных внебрачных связей, наверное, не мог сочувствовать таким, как я, но, похоже, прекрасно понимал меня. "Да, наверное…" Ответ, который подступил к моему горлу, не вырвался наружу, а превратился в рыдание.

Хык, хны… Наверное, я действительно пьян, потому что горячие слёзы, словно выпитый алкоголь, потекли по щекам и затуманили зрение. О, этого не должно было случиться… Такого позора ещё не было.

Скрип… Я услышал, как Чон О грубо отодвинул стул. Я плакал, опустив голову, и вскоре почувствовал сильную руку, сжимающую мои плечи и предплечья. Он схватил меня и вывел на улицу, предложив подышать свежим воздухом.

Несмотря на смог и пыль в центре Сеула, на улице было намного легче дышать, чем в клубе, наполненном запахом алкоголя и табака. Мы сели на стену цветочной клумбы, оформленной на удобной высоте, и Чон О, стоявший передо мной, засунул сигарету в рот. Но, казалось, это была просто привычка, потому что он не стал зажигать её.

– Расскажи всё. Почему ты плачешь?

– …Просто… Не хочу говорить о нас с мужем… Хык…

– Не надо. Просто поплачь, пока тебе не станет лучше.

Возможно, из-за прохладного ветра… Может быть, мне захотелось поплакать человеку, который пытался развеять моё плохое настроение… Я легко сломался даже из-за такой незначительной заботы, как то, что он не зажигал сигарету, помня, что я не курю, словно это было само собой разумеющимся. Поэтому, выплёскивая свою грусть, я начал жаловаться на сегодняшние события на работе. Мы уже говорили о работе допоздна в прошлый раз в пабе, поэтому мне не пришлось начинать с самого начала и объяснение получилось ясным и быстрым. Я старался не раскрывать личные подробности о том, что это произошло из-за того, что я пытался соблазнить кое-кого…

– У меня сложилось такое впечатление с прошлого раза, это LK Fashion?

– О… Откуда ты знаешь?

– Если сказать, что это fashion-компания из крупного конгломерата, куда в этом году был назначен новый член семьи владельца, то остаётся только одно место. И это мой знакомый. Джу Сан Квон.

…!!!

Волосы встали дыбом. Не знаю, насколько тесная Корея, и случайно ли богатые люди вокруг меня оказались связаны между собой, но ситуация определённо требует осторожности. С этого момента я старался тщательно выбирать слова.

– …А, ах… Кстати, как вы познакомились…? Он тоже член этого клуба?

– Я познакомился с ним, когда пытался заключить сделку по поводу земли под особняк, на которую положил глаз. Сейчас он иногда посещает инвестиционный клуб, которым я руковожу для развлечения. Не думаю, что Джу Сан Квон является членом этого клуба… Он не из тех, кто любит так развлекаться.

– Понятно.

– Тебе интересно, что не так с этой презентацией?

– На самом деле да.

– Может, мне связаться с ними и попросить выбрать другое рекламное агентство с учётом ситуации?

– О, не надо!

Чон О говорил об этом так легко, будто его попросили порекомендовать хороший местный ресторан. Но это были опасные слова. С самого начала это был конкурс между рекламными агентствами, спровоцированный тем, что я оскорбил Джу Сан Квона, и если я продемонстрирую, что не смирился с результатом и пожалуюсь знакомому Джу Сан Квона в день объявления результатов, он действительно может уничтожить меня в этой индустрии.

Я поспешно добавил, что ни в коем случае не стоит этого делать и чтобы он поскорее забыл мои жалобы. "Я хотел помочь, но если ты так говоришь…" Чон О пожал плечами и не стал продолжать. Раньше я был пьян и мне было жарко из-за пота, а теперь пот остыл под ночным ветром, температура которого понизилась. Наверное, потому, что по спине пробежал холодок.

Из-за шокирующей новости о том, что Джу Сан Квон является знакомым Бэк Чон О, всё моё опьянение испарилось, и я вернулся домой до полуночи. Открыв входную дверь, я увидел, что хён уже здесь. Он сказал, что сегодня вернётся поздно из-за операции, но не говорил, что останется на ночь… Я думал, что операция - это свидание с Чи Сон Хва, поэтому я подумал, что хён сегодня не вернется домой. Смотря на хёна, который спал в пижаме в нашей спальне, мне почему-то захотелось плакать.

Обида за то, что он постоянно относился ко мне свысока, ненависть за то, что он ставит любовницу на первое место, досада из-за привычки засыпать молча, прежде чем я вернусь, и облегчение, что он всё-таки  остался ночевать дома… Смотря на выпуклое одеяло, я почему-то подумал, что он милый, и почувствовал щемящую нежность, любовь. Внезапно я вспомнил, что из-за меня он не может вдоволь видеться с любовницей, и почувствовал небольшую вину. Вот в чём проблема. Как я мог отказаться от предложения хёна о женитьбе, если я так сильно влюблён в него спустя столько лет?

Снова вытирая слёзы, я лёг на кровать на бок. Я почувствовал вес и тепло лежащего рядом хёна. Он неосознанно протянул руку из-за спины и обнял меня. Я закрыл глаза и тихо заснул. Наслаждаясь моментом мира, когда мы оба ничем не отличались от обычной супружеской пары.

На следующее утро хён, проснувшись довольно поздно, огорошил меня заявлением, что взял выходной в субботу. Обычно в субботу больница открыта до двух часов дня, так что не знаю, что на него нашло. Как бы то ни было, в его голосе сквозила заметная резкость. Впрочем, в последнее время редко бывало иначе.

– Во сколько ты вчера вернулся?

– Около полуночи?

– С кем ты был? Ты один ходил в этот клуб?

Я испугался, не понимая, откуда он узнал о моём визите в клуб, который обычно посещают люди со вторичным полом, но потом вспомнил, что расплатился за выпивку его картой. Раз уж всё раскрылось, я рассказал ему правду. И о том, как попал в клуб, и о том, что Бэк Чон О неожиданно появился и проболтал со мной пару часов.

Выслушав меня, хён тут же стал раздражённым тоном разговаривать.

– Зачем ты туда пошёл? Только вчера перед людьми из больницы ты опозорился, и что? Сразу после этого пошёл искать партнёра на одну ночь?

– …Что?… Что ты имеешь в виду под "искать партнёра"? Я же не спал ни с кем. С Чон О мы просто поболтали.

Изначально цель моего похода в клуб была именно такой, как он и сказал, но я старался это не показывать и отрицал его догадки. Хён немного смягчил свой суровый тон и снова заговорил о вчерашнем дне.

– У меня вчера тоже не было ничего из того, о чём ты беспокоился, и я не встречался с Сон Хва. Я закончил в больнице около половины девятого. Пришёл домой примерно в десять, а тебя нет…

– Ты правда был в больнице? Ты делал операцию до такого времени?

– Не операцию, а хирургическую процедуру! Не веришь? Ты вообще слышал про невус сальных желёз*?

*Невус сальных желез - это доброкачественное врождённое изменение кожи (гамартома), которое выглядит как желтовато-розовая, безволосая бляшка, часто на волосистой части головы или лице, возникающее из-за аномалии развития сальных желез и фолликулов.

– …Нет… Не слышал.

– Ты думаешь, я только косметическими процедурами занимаюсь? Я настолько хорош во всём, что могу лечить даже самые разные заболевания.

Я тупо уставился на хёна, у которого слегка налились кровью сосуды на лбу, когда он возражал. Хм… Значит, история с операцией была правдой. Если бы я вчера успешно реализовал свой план, от которого мне пришлось отказаться из-за того, что я встретил Чон О в клубе, и из-за Чон Тэ, который был со своей девушкой, как бы мне сейчас было стыдно перед Ки У хёном.

– В любом случае, извини, что повысил голос вчера… Тебе полегчало после того, как ты вчера выпил? Только не надо говорить, что тебе стало лучше, потому что ты пил с Бэк Чон О, и всякую такую чушь.

– Ну, а что мне ещё сказать?… Когда проснулся, стало немного лучше.

– Правда? У меня сегодня выходной, и я свободен с утра.

Я замолчал в ожидании того, что он скажет дальше. Хён улыбнулся той самой улыбкой, которую он иногда демонстрировал в студенческие годы, с ямочкой только на одной щеке.

– Ты ведь раньше хотел увидеть море. Хочешь поехать?

– …Правда?!

Я удивлённо расширил глаза от его предложения, а он ответил улыбкой. Почему? Вдруг? Что на него нашло?

Я без колебаний согласился. Поездка куда-нибудь подальше с хёном - это всегда весело, к тому же, ничто не могло быть более расслабляющим, чем путешествие, позволяющее забыть о будущем нашей команды, которое оказалось под угрозой из-за тирании Джу Сан Квона.

Действительно ли так часто встречаются пары, в отношениях которых всегда царит ровная температура, тон и манера общения? Возможно, из-за влияния моих родителей, я всегда считал, что такие отношения невозможны. Они могли ругаться и ссориться так, словно собирались убить друг друга, а на следующее утро просыпались, и всё было хорошо, словно ничего и не было. Это были отношения, как на американских горках. Поэтому я вырос в семье, где было больше тревоги, чем стабильности.

Говорят, что дети - это зеркало родителей, и отношения между мной и хёном сейчас именно такие. Если бы хён постоянно был ко мне холоден или постоянно меня игнорировал, я бы, наверное, несколько раз решил развестись, но на самом деле наши супружеские отношения были похожи на лодку в бурных водах: то всё хорошо, то всё плохо.

Он то игнорирует меня и заботится только о Чи Сон Хва, то вдруг начинает беспокоиться о моих отношениях с мужчинами и ревнует. То унижает меня, говоря, что его не возбуждает моё мужское тело, то тут же раздевает меня и пытается заняться сексом. То набрасывается на меня, словно мы больше никогда не увидимся, то на следующий день вдруг предлагает поехать на свидание и развеяться, чтобы поднять мне настроение.

Вот как сейчас… Поэтому в моём сердце всегда теплится смутная надежда, что я ему небезразличен. Так продолжаются эти мучительные ожидания уже пять лет.

Как бы то ни было, сейчас я с волнением собирал лёгкий чемодан. Хён предложил съездить на побережье переночевать. На всякий случай я сложил плавки, нижнее бельё, пижаму и всё остальное. "Зачем тебе пижама? Мы ведь всё равно будем постоянно раздеты в нашем номере," - сказал хён, проходя мимо, и от этих слов у меня запылали щёки. Предвкушая романтическую ночь, я собрал вещи и сел в машину.

Я наслаждался ветром, глядя в окно на пейзаж, быстро проносящийся мимо по шоссе. Хён тоже, как ни странно, был в хорошем настроении. Если бы наши отношения всегда были такими, как сегодня… Пусть это и кратковременная мечта, но одного такого хорошего воспоминания хватило бы на полгода.

Джжжжж -

В этот момент мой мобильный телефон в руке несколько раз завибрировал. Я посмотрел на имя звонившего и увидел, что это Чон Тэ.

– …

Я проигнорировал звонок и ничего не ответил. Было ясно, что у него нет ничего срочного, и я не хотел, чтобы сейчас кто-то мешал мне и Ки У хёну. Хён почувствовал, что я намеренно игнорирую звонок, и, не отрывая рук от руля, взглянул на мой телефон. Некоторое время мы ехали по шоссе в тишине. Я молча покрывался холодным потом. Я не позволю Юн Чон Тэ разрушить этот долгожданный покой.

Мы зарегистрировались в отеле и пошли смотреть на полуденное море. Вдоль песчаного пляжа тянулись рестораны, зазывающие посетителей, и, хотя мы с хёном не держались за руки и не изображали влюблённую парочку, торговцы обращались с нами как с парой. Большинство делало предположения, что мы - гей-пара, а точнее, супруги носители вторичного пола. Ки У хён, наверное, выделялся своим телосложением и привлекательной внешностью, поэтому его принимали за альфу, но я не знал, что так заметно, что я омега.

– Скоро снова наступит течка. Время летит быстро.

– Да уж.

– В этот раз обязательно предупреди Бэк Чон О. Почему я должен чувствовать, что занимаюсь сексом не с тобой, но ещё и с ним? После секса каждый должен возвращаться в объятия своего партнёра. Это же естественно.

– Хорошо… Но давай в этот раз снимем разные номера. Тогда никто не услышит стоны друг друга.

В разговоре мы постепенно перешли к теме предстоящей ночи свинга. Обсудили, где именно проведем её. Мы были уверены, что никто не услышит наш разговор на безлюдном пляже.

Я зашёл в магазин, чтобы купить закуски и выпивку, пока Ки У хён ждал снаружи. Ко мне подошла молодая пара, лет двадцати. Хрупкая девушка обратилась ко мне.

– Извините…

– Да?

– Мы не хотели подслушивать специально, но с самого начала всё было слышно… Мы немного подслушали ваш разговор…

– …Да…?

Я ошибался, полагая, что громкий шум волн и значительное расстояние гарантируют полную конфиденциальность. Я не учёл, что наш разговор вполне могли услышать проходящие мимо люди. Если уж они услышали, то могли бы просто перемыть нам косточки за спиной, посмеяться или просто пройти мимо, но зачем подходить и заговаривать с нами?

В этот момент мужчина из этой пары схватил меня за плечо, что показалось мне ненужным прикосновением и вызвало отторжение. У мужчины были очень широкие плечи и излишне развитая мускулатура груди, что напомнило мне Чхве Хо Чоля, который когда-то пытался напасть на меня в туалете, и я слегка испугался.

– Мы тоже альфа-омега пара. Где вы сегодня остановились?

– Это…

– Можно нам сегодня к вам прийти? Вы же омега, верно? У меня не было опыта с мужчинами, но с вами я бы попробовал.

Это же то, о чём я думаю…? Предложение о спонтанном свингерстве? Пока я, находясь в шоке, избегал ответа, я украдкой посмотрел на девушку. Этим взглядом я посылал молчаливый сигнал: "Твой парень говорит мне такое, почему ты молчишь?" Но она пошла ещё дальше.

– Мне так нравится стиль твоего парня… Хи-хи… Я первая предложила ему обменяться парами. Судя по вашему разговору, вы не впервые этим занимаетесь.

Я был слегка потрясён, но собрался с мыслями. Пара терпеливо ждала моей реакции. Они поочерёдно смотрели то на меня, то на Ки У хёна, который разговаривал по телефону возле магазина. На их лицах читалось волнение и предвкушение.

Почему пара, которая, казалась влюбленными в друг друга, вдруг делает такое предложение другой паре…? В то же время мне пришло в голову, что отношения между нами, как супругами, со стороны тоже, наверное, выглядят очень странно.

По мере того, как я медленно приближался к хёну, я всё больше погружался в раздумья. Кстати, девушка из той пары немного похожа на Чи Сон Хву. Если она ещё и омега, вдобавок к своему нежному стилю, похожему на неё… Неужели хёну это понравится? Правильно ли будет с моей стороны отказывать им? Может, сначала узнать, что он думает?

Пока я повторял эти мысли, я уже подошёл к хёну. Он только что закончил разговор по телефону и радостно улыбнулся, спросив, купил ли я всё, что хотел. А… Мы ведь так хорошо проводили время с хёном, в такой прекрасной атмосфере… Мне стало ужасно жаль, если я сегодня отдам хёна этой девушке, похожей на Чи Сон Хва. Поэтому я не мог вымолвить ни слова.

– Хён…

– Что? Ты всё купил?

– Да. Но… Посмотри туда, в сторону магазина. Вон та пара.

Он повернулся и посмотрел на ту пару, и я осторожно передал ему их предложение. Когда я выговаривал эти слова, у меня во рту пересохло.

– Они сказали, что альфа и омега. Спросили, не хотим ли мы сегодня обменяться партнёрами… Я сказал им, что спрошу твоё мнение.

– Что?!

Лицо хёна мгновенно исказилось. Он, кажется, ещё даже толком не разглядел девушку, но его реакция оказалась такой бурной, что я тоже удивился. "Я тоже не особо хотел, но подумал, что ты, возможно, заинтересуешься девушкой, поэтому и спросил…" Даже когда я тихо добавил это, выражение его лица не смягчилось.

Я почувствовал, что совершил ошибку.

– Что за чушь ты несёшь?! Я что, сюда приехал, чтобы заниматься обменом?

– Они сами предложили, поэтому я подумал, что должен спросить и твоё мнение… Ладно, пошли просто внутрь. Не злись.

Хён был очень зол. Он даже не посмотрел на ту пару, а схватил меня за руку и поспешно направился к отелю. Хён был на голову выше меня, и я почувствовал лёгкий ветерок на макушке, наверное, из-за того, что он сердито фыркал.

Я не понимаю, о чём он думает. До этого мы столько времени обсуждали место для свинга. Разве не нормально, когда пара обдумывает подобные предложения и приходит к согласию?

Я долго думал, в чём же проблема, и вдруг вспомнил тот случай, когда хён впервые подтолкнул меня к свингерству.

А… Вот какой я был дурак… Только теперь я понял свою ошибку. Хён просто получает удовольствие от обмена партнерами. Он думал, что это единственный способ поддерживать отношения с Сон Хва, поэтому даже бросил меня к Бэк Чон О. Если бы он занялся свингом с другой парой, это было бы равносильно тому, что он предаёт её. Точно так же, как семь лет назад, когда он, соблазнённый феромонами, впервые переспал со мной, хотя и не хотел этого.

– Прости. Я был недальновиден.

– Ты хоть понимаешь, в чём твоя ошибка?

– Я подумал, что раз ты спишь со мной, помимо Сон Хва, то ты всегда открыт для секса с другими людьми. Я думал, что ты спишь со мной по необходимости, а твоя настоящая любовь - только Сон Хва.

– …

– Прости, что подтолкнул тебя к предательству Сон Хва.

Хён быстро успокоился. Я подумал, что мои извинения подействовали… Но потом я понял, что он не успокоился. Если раньше хён фыркал и ворчал, выражая своё недовольство, то теперь он стал очень холодным и сдерживал гнев, который вот-вот должен был вырваться наружу. Но почему?! Прежде чем я успел задать этот вопрос, хён начал тараторить.

– Почему ты вообще заговорил о Сон Хва? Она что, единственная, кто может расстроиться из-за того, что могу спать с другими?

– Ну…

– А что насчёт тебя? Почему ты так рад, когда я занимаюсь сексом с другими людьми?

Я никогда не был рад этому… Пока я был в оцепенении, хён, похоже, пришёл к собственному выводу и несколько раз кивнул сам себе. Затем он скрестил руки на груди, посмотрел на меня сверху вниз и саркастически усмехнулся. Мне больше страшно, когда хён вдруг становится циничным, чем когда он кричит на меня. Неизбежно я начинаю вести себя как тряпка.

– А... Так тебе наплевать, с кем я и что делаю, и теперь ты просто хочешь повеселиться?

– Нет… Я не хотел развлекаться, просто подумал, что та девушка в твоём вкусе…

– Не делай больше этой жалкой ерунды.

– Что… Что ты имеешь в виду под "ерундой"?

– Ты просто прикрываешься мной, чтобы удовлетворить свои желания. Ты вообще видел, как ты смотрел на того громилу? Твои глаза загорелись, и ты радостно побежал ко мне, чтобы предложить обмен партнёрами.

Хён уже не кричал, а просто стоял, скрестив ноги, и источал холод. Наверное, даже издалека было достаточно прочувствовать его недовольство. Я украдкой оглянулся и увидел, что та пара, немного поколебавшись, направилась было к нам, но затем как будто убежала, поспешно исчезнув. Надеюсь, они всегда приходят к согласию, и у них будет мирный свинг без конфликтов… Я мысленно благословил их.

У меня не было сил отвечать на абсурдные обвинения хёна. "Почему ты не отрицаешь мои слова? Значит, тебе действительно понравился тот альфа?" - он тут же начал ещё раз насмехаться надо мной. А когда мы вошли в отель, он снова начал раздражаться прямо с порога, даже не успев переобуться в тапочки.

– Ты в последнее время стал странным. Как будто специально выставляешь напоказ, как жизнь тебя потрепала.

– …Что…?

Выставляю напоказ?! Кто угодно, но только не хён должен говорить такие вещи… На этот раз я не смогу спокойно промолчать. Я вспылил и посмотрел на хёна. Казалось, я был готов ударить его по лицу. Хотя это не принесло бы ему особого вреда… Увидев, что я, дрожа от ярости, начал сжимать кулаки, Хён выплеснул всё, что у него было на уме. И все это казалось нелепым.

– Когда я впервые увидел тебя, ты был довольно преданным и невинным, но как ты дошёл до такого? Ты набрался дурного от того подонка Бэк Чон О? Он с самого начала мне не нравился.

– Не вини других! Это всё из-за тебя!

Хён выпучил глаза, когда я заорал так, что в номере отеля всё зазвенело. Выражение его лица было таким, словно он говорил: "Ах ты, обвиняешь меня?" Как будто он забыл о ранах, которые нанёс мне. Это было так нечестно.

– В чём опять мой вина? Это же абсурд.

– Три года назад! В тот день, когда мы впервые встретились с Бэк Чон О! Ты запер меня с ним в одной комнате ещё до того, как мы успели познакомиться! А сам исчез, чтобы заигрывать с Сон Хва! Три года ты повторяешь эту рутину, и ты думал, что я ни капли не изменюсь?

– …

Выражение лица хёна изменилось. Словно оглушённый ударом, с застывшим лицом он долго смотрел на меня. Да… Ему и сказать-то нечего. Неужели, будучи виновником, он думал, что я сразу сдамся, если он начнёт кричать?

Ещё только начало вечера, сил совсем не осталось, хотелось просто упасть на кровать и заснуть. Я чувствовал, что вот-вот упаду на пол, поэтому, чтобы хоть как-то взбодриться, пошёл в ванную и умылся холодной водой. Когда я посмотрел в зеркало, слёзы внезапно покатились по моему лицу. Хорошо хоть, что хён не видел меня в таком виде - это хоть немного утешало.

В этот момент хён резко открыл дверь в ванную. Он даже не подумал, что я, возможно, стою тут, спустив штаны, делая свои дела. Вот уж действительно, никакой осторожности или чуткости. Я знал, что такое поведение хёна по отношению ко мне исходит не из-за близости, а из-за полного отсутствия уважения ко мне. С Сон Хва он чувствует себя стабильно и комфортно, но в то же время всегда относится к ней с осторожностью и заботой, словно к хрустальной вазе. А тут он просто врывается в ванную, где я нахожусь, и, не имея никаких дел, сразу начинает мне что-то говорить.

– Скажи честно, у тебя есть кто-то ещё, кроме Бэк Чон О?

– …Нет.

– Я же сказал, говори правду. Ты в последнее время всё время занят, приходишь поздно, спишь с другими альфами, да? Ты держишь меня за идиота?

– Я не спал с другими альфами.

Хён долго и пристально смотрел на моё лицо, словно намереваясь тщательно изучить, не лгу ли я. Я действительно ни разу не спал с другим альфой, кроме своего мужа и Бэк Чон О. В этом не было ни грамма лжи, поэтому на моём лице не было никакой тревоги. Конечно, я не спал, но обменивался феромонами с другим альфой и позволял ему трогать бёдра. И, хотя другой не альфа, я также сплю с ним, но вот о нём хён не знает. Но он спросил конкретно про "секс с альфами", поэтому мой ответ был честным, но только в этих рамках.

– …Ху… Ладно…

Хён опустил голову и вздохнул. "Раз ты так говоришь, я тебе поверю", - тихо добавил он, подбирая слова так, словно делал мне одолжение. Честно говоря, хён не имеет права меня упрекать или вмешиваться в мою личную жизнь, с кем бы я ни кувыркался. С самого начала наш брак был таким, что мы не могли ожидать друг от друга чего-то подобного.

Хён поднял голову и посмотрел на меня взглядом, который стал мягче, чем раньше. В его глазах читалась лёгкость после того, как он выплеснул сдерживаемую обиду, и даже намёк на сожаление по отношению ко мне. Затем он протянул руку и медленно начал вытирать мои слёзы, которые всё ещё текли. Хён всегда жесток ко мне, но его руки всегда очень тёплые. Казалось, что слёзы не просто вытираются его рукой, а испаряются от его тепла…

– Прости. Я не хотел тебя обидеть…

Он продолжал гладить моё лицо и извиняться. Хён редко испытывает ко мне сожаление, и я знаю, что, пользуясь этим моментом, я мог бы выпросить у него что-нибудь, но почему-то мне совсем не хотелось этого делать. Казалось, что пламя, которое мы извергали друг на друга, немного стихло и мы достигли некоторого затишья. Но в итоге я сам подлил масла в огонь.

Я не знаю, зачем я это сделал. Возможно, во мне проснулся протест против того, чтобы кто-то по своей воле прекращал эту ссору. Я хотел отомстить, сделав хёну как можно хуже. Не знаю, насколько мои выходки подействуют на хёна, но во всяком случае…

– Другого альфы нет, но есть другой мужчина.

– …Что?

При виде лица хёна я мгновенно почувствовал прилив триумфа, который пробежал по моим венам. Это было чистое удовольствие от того, что я нанёс удар. Каждый раз хён опускает моё настроение ниже плинтуса, а я лишь тихонько огрызаюсь и раздражаю его. Или же я как-то ненароком задеваю его чувства, даже не осознавая этого. Я никогда раньше не вытаскивал нож первым и не атаковал хёна по своей воле, но, как оказалось, это доставило мне неожиданное удовлетворение.

Я изо всех сил изобразил ехидную улыбку, чтобы ещё больше насладиться этим триумфом. Ещё даже слёзы не успели высохнуть, а я уже улыбаюсь, и это, наверное, выглядит несколько странно, но сейчас это не имеет значения.

– Что с твоим лицом? Ты злишься?

– Какой другой мужчина? Что это значит?

– Ты же раньше говорил, чтобы я не встречался с альфами, потому что могу забеременеть. Вот я и встречаюсь с бетой. Так можно же?

Разъярённое лицо, лицо, которое старается сохранять спокойствие, подавляя гнев, лицо с открытым ртом от того, что нечего сказать, лицо, которое расслабляется и становится умиротворённым… Все эти выражения поочерёдно сменялись на лице хёна с того момента, как начался этот конфликт. И какое у него лицо сейчас? Лицо, которое хён показал, как только я упомянул о Чон Тэ, подняло моё настроение сильнее, чем когда-либо. Оно было похоже на лицо известного актёра из фильма, которого я когда-то видел, в момент, когда он потерял всё своё состояние. Выражение непостижимого отчаяния и безнадёжности.

Что с тобой? Почему ты так смотришь на меня? У тебя такое лицо, будто Сон Хва сказала, что выходит замуж. Если бы я был таким же наивным, как несколько лет назад, я бы, наверное, поверил, что нравлюсь тебе…

– Выйди. Сейчас я собираюсь в душ.

Я сказал всё, что хотел, а хёну было больше нечего сказать. Казалось, что ссора только что закончилась. Я приказал ему уйти, и хён немного отстранился. Я немного подождал, держась за нижний край рубашки, чтобы снять её, как только услышу, как закрывается дверь. Но звука закрывающейся двери не последовало.

Топ, топ.

– Что…?

Не успел я договорить, как хён мгновенно сократил расстояние и, протянув руку, прижал меня к стене. Моя голова с глухим стуком ударилась о кафельную стену, и в то же мгновение мои штаны были мгновенно стянуты вниз. Мою задницу, внезапно оказавшуюся на холодном воздухе, пробрала дрожь.

Я думал, что ссора закончилась, но это оказалось не так. Теперь хён пытается подавить меня силой.

Естественно, моя задница ещё не была разработана, но хён прижал свой эрегированный член, напрягшийся от гнева, к моей узкой дырочке и начал давить. Она была очень узкой, поэтому это было даже не попыткой проникновения, а просто ударом большим поленом.

– Уйди… Я сейчас не хочу…!

– Почему не входит, чёрт...

Он мог бы использовать пальцы или выпустить большое количество феромонов. Но хён упрямо продолжал пытаться проникнуть внутрь моего узкого прохода, используя только головку члена. Если бы моё тело само начало выделять смазку, было бы немного легче, но в этой ситуации, похожей на изнасилование, я застыл, и моё тело, казалось, даже не собиралось выделять смазку. У меня не было другого выбора, кроме как схватиться двумя руками за свой член и двигать ими взад и вперёд. Если я хотя бы немного не испытаю наслаждение, мне будет ещё больнее.

Бах!

Поскольку мои руки были заняты тем, что держались за член, сила в моих руках, поддерживающих вес хёна у стены, исчезла, и моё тело, беззащитное перед толчками хёна снова врезалось в стену. Ах…. В этот раз было больно.

– Ху… Твоя дырка, постоянно пульсирует от желания мужского члена, а член мужа почему-то отвергает… Хаах!

– Ах!

Я отчётливо услышал звук разрывающейся плоти. За ним последовала боль, как от пореза кожи, и я почувствовал, как толстый член хёна царапает меня изнутри. После этого он безжалостно трахал меня, не проявляя никакой пощады. Это был первый раз, когда у нас были такие грубые и принудительные отношения. Приступ от травмы снова должен вот-вот вернуться.

Член хёна словно разрывал меня изнутри. Он не столько пытался доставить мне удовольствие, двигаясь по чувствительным местам и задевая матку, сколько, казалось, был одержим идеей причинить боль, двигаясь так, словно хотел разорвать меня. Мой проход уже был разорван с того момента, как я принял головку члена хёна, а внутренние стенки наверняка сильно распухли.

Придя в себя, я вместо стонов издавал почти рыдания. Внезапно подняв голову, я увидел в зеркале нас двоих в процессе совершения этого акта. У меня были красные и опухшие глаза, залитые слезами, а хён, непрерывно терзавший мою нижнюю часть тела, стиснул зубы, что у него выпирали мышцы челюсти от ярости. У него было суровое выражение лица, словно он не занимался сексом, а пытал человека.

Несмотря на то, что секс был наполнен только болью, хён, казалось, испытал физическое удовольствие, и вскоре тихо сказал, что скоро кончит. Но, похоже, он не собирался кончать в меня, потому что прямо перед эякуляцией он вытащил свой член и заставил меня встать на колени.

Я ненавижу больше всего, когда хён прикладывает силу, чтобы опустить мои плечи и заставить меня встать на колени. Казалось, что воспоминания о том позорном моменте, когда я был принужден встать на колени и просить прощения в палате Чи Сон Хва, оживают.

Хён два-три раза провёл рукой по своему члену и изверг сперму. Я думал, что он выплеснет её мне в рот или на лицо, но он схватил моё лицо, которое я поднял, закрыл его своей большой рукой и опустил вниз. Я склонил голову и на мгновение замолчал. И вот, на мою макушку и возле чёлки вылилась густая сперма с запахом цветов каштана. Вязкая белая жидкость потекла по чёлке и лбу, по глазам и переносице, а затем закапала каплями на пол в ванной, не доходя до подбородка. Я подумал, что это похоже не на следы секса, а на сцену из теледрамы, где хулиганы выливают напиток на голову своей жертве.

Хён засунул член обратно в штаны, вымыл только руки и вышел из ванной. А затем я услышал звук, как открывается и закрывается дверь гостиничного номера. Он ушёл… Мне нужно встать и принять душ… Но мне было трудно даже встать на колени. Мои руки, упёртые в пол, дрожали и не слушались меня.

– …Значит ли это, что я должен просто терпеть то, что хён будет продолжать встречаться с другим человеком? И так всю жизнь?!

– Ты тоже можешь встречаться с другими. Если ты этого не хочешь, то единственное решение - развод..

Хён же ясно сказал об этом… "Встречайся с другими людьми"… Я потёр свою воспалённую дырочку рукой, и вместе с болью, которую я почувствовал при прикосновении, на моём кончике пальца была алая кровь. И при виде этого мои глаза снова наполнились слезами. Отношения между нами ухудшились ещё сильнее, чем до поездки. Казалось, что я был виновником сегодняшней ссоры, и мне будет трудно пойти и пожаловаться кому-либо. Хотя именно меня жестоко изнасиловали и ранили - это была моя вина.

– Менеджер Ю, ты выглядишь уставшим. Похоже, ты совсем не отдохнул на выходных…

– Да… Я действительно очень устал…

– Я так и знал, в LK совсем не дают спокойно провести выходные, PT результаты сразу после выходных объявили и такой шум подняли… Настоящее самодурство. Говорят, этот новенький, "Джу Сон Голь", совсем людей изводит. Так что хорошо, что ты вовремя ушёл, смотри на это с хорошей стороны.

– Спасибо…

С самого утра понедельника результаты PT LK Fashion распространились по всей компании. Теперь, когда от нас ушёл рекламодатель, мы всё реже будем говорить о них, но в нашей компании для Джу Сан Квона придумали прозвище. Поскольку он из семьи чеболей, его прозвище связано с королевской семьёй – Сон Голь, которая относилась к высшему аристократическому классу в эпоху Силла. К этому имени добавили фамилию, и получилось "Джу Сон Голь". Из-за совпадения согласных в его имени возникла такая шутка, но теперь это прозвище просто прилипло ко всем.

В любом случае, моё появление на работе с тёмными кругами под глазами произвело впечатление. Каждый сотрудник компании связывал ситуацию с LK Fashion и моё состояние, подбадривая меня. На самом деле, причиной моего состояния были не LK Fashion, а стресс из-за ссоры с хёном во время поездки на выходные, а также грубый секс в субботу, из-за которого я был совершенно разбит…

Хён, который изнасиловал меня и ушёл, как казалось, навсегда, неожиданно вернулся через какие-то 30 минут. С тех пор мы не произнесли ни слова, чтобы разрядить обстановку, и вели себя как чужие. На следующий день, в атмосфере холодной войны, мы пропустили завтрак в отеле и сразу же вернулись в Сеул.

По правде говоря, всё утро субботы у меня болело сзади и поднялась небольшая температура… Но у меня не хватило смелости попросить хёна сходить в аптеку. Я лежал один в постели, тихонько стонал и провёл бессонную ночь, моё состояние только ухудшилось. А хён, который причинил мне боль, спокойно спал две ночи подряд, будь то в номере отеля или в нашей спальне дома, и просыпался в лучшем состоянии, чтобы пойти на работу.

Единственное утешение… Несмотря на то, что мне было грустно из-за того, что контракт с LK Fashion сорвался и все наши идеи оказались бесполезными, с точки зрения такого члена команды, как я, это означало, что объём работы уменьшился и условия труда улучшились. Если не считать LK Fashion, то в текущей работе команды ничего особо напряжённого не было. Члены команды, несмотря на подавленное настроение, спокойно отдыхали, занимаясь личными делами или с интересом просматривая сообщения в интернете. Короче говоря, наступил период безделья, когда дни нужно было проживать от зарплаты до зарплаты.

– Хотите кофе?

Незаметно наступило 5 часов вечера… Сегодня в команде не было особой работы, так что я бездельничал и отдыхал. Потом вдруг вспомнил о предстоящем дне рождения свекрови и начал искать в интернете "Что подарить женщине на 60 лет". В этот момент Чон Тэ, подойдя к нашей команде, а не просто окликнув из-за перегородки, предложил сходить в кафе. Время было спокойное, поэтому я согласился и встал с места.

– Почему ты не отвечал на мои звонки на выходных?

Взяв заказанный кофе и сев на место, он слегка упрекнул меня. Чон Тэ постоянно звонил не только в субботу, но и в воскресенье. У меня не было настроения болтать с ним, поэтому я не отвечал ни на один звонок. Подумав, что должен извиниться за то, что несколько раз проигнорировал звонки, я без колебаний извинился.

– Извини, у меня не было настроения разговаривать.

– Кто я для тебя, сонбэ? Что вообще происходит?

От этих странных слов я чуть не поперхнулся кофе. Что это, неуместная обида?

– Кто ты? Младший коллега по работе, конечно.

– Я думал, мы с сонбэ сблизились, а ты снова меня отталкиваешь?

– Мне что, перед тобой теперь плясать?

– Хотя бы передо мной не показывал бы, что спишь с другими мужчинами.

У меня не было сил отвечать, я мог только недоуменно улыбаться. Хочет слишком многого, встречаясь с женатым мужчиной. Увидев, что я только ухмыляюсь и не отвечаю, он, похоже, забеспокоился и продолжать бормотать. Меня больше беспокоило, что его слова могут быть услышаны за соседним столиком.

– За перегородкой всё было слышно. Ты говорил, что ездил на море с мужем на выходных. Поэтому сегодня такой уставший… По голосу понятно, что вы занимались сексом во время поездки, поэтому и сил нет, и на мои звонки не отвечал.

– Чего ты ожидал, встречаясь с женатым мужчиной?

– Значит, любовник должен делать вид, что ничего не слышал, и спокойно пропускать мимо ушей рассказы о том, как его возлюбленный трахается со своим супругом?

– Эй, я устал… Ты сам был с девушкой в пятницу вечером, чего ты придираешься?

– …А.

Чон Тэ, как из пулемёта строчивший, мгновенно затих. Мне удалось заткнуть ему рот, но меня беспокоило его выражение лица, словно он был в ужасе, словно он подумал, что я за ним слежу…

"Мне не удалось вовремя завершить звонок в пятницу, и я услышал, как ты разговариваешь со своей девушкой." Когда я объяснил всё как есть, его лицо стало ещё мрачнее. Нет, наверное, правильнее сказать, что он побледнел.

– Это твоя девушка, да?

– …Ты всё слышал? Это, это…

Я поспешил успокоить его, увидев, что он в смятении и выглядит так, словно совершил передо мной большой грех. Не стоит так извиняться. Поскольку я сплю с мужем и другими альфами, и не скрываю этого от Чон Тэ, у него тоже есть право встречаться с другими людьми. Нет, зачем так громко говорить о правах… Мы всего лишь "офисные любовники", которые встречаются только тогда, когда нужны друг другу. Другими словами, секс-партнёры.

– Я подумал, что раз сонбэ встречается с мужем или с кем-то ещё… Я же не обязательно должен быть привязан к тебе каждый день…

– Верно. Поэтому тебе не нужно передо мной извиняться, и, наоборот, не вмешивайся в то, с кем я сплю.

Чон Тэ, похоже, решил, что ему нечего сказать, и смотрел на носок своей обуви. Внезапно мне в голову пришла ненужная мысль, и я невольно спросил:

– Твоя девушка тоже из этой индустрии?

– …Да. В этом году устроилась на работу.

– Она не работает в нашей компании?

– Нет.

– Тогда в какой компании она работает?

– …

Чон Тэ был готов ответить на всё, но эту информацию предоставить не мог и занял оборонительную позицию. У меня и так мало связей, я не смог бы узнать, кто его девушка, просто зная название компании. Тем не менее, Чон Тэ, наверное, подумал, что я разузнаю всё о ней, а потом разоблачу его измену. Учитывая, что я больше всех пострадаю, если его отношения станут известны в индустрии, эти его опасения были напрасны.

– Почему ты скрываешь? Неужели боишься, что я быстро найду её, потому что наняли только одну молодую сотрудницу в этом году?

– Нет, не поэтому. В их компании больше сотрудников, чем в нашей… Ах, нельзя просто не спрашивать?

Хм… Значит, это довольно крупное агентство, что упрощает её поиск. Однако, увидев, что Чон Тэ побледнел, заметив мой загоревшийся от интереса взгляд, я решил прекратить дальнейшие расспросы. Я всё равно не собирался её искать.

В любом случае, даже девушка Чон Тэ работает в рекламной индустрии… Мир тесен. Даже если у меня с Чон Тэ нет эмоциональной связи и мы только секс-партнёры, он мой хубэ и знакомый в индустрии. Это не те отношения, когда ты встречаешься с кем-то онлайн или на улице, спишь, а потом расходишься, не оглядываясь назад, а те, с кем можно обменяться советами или добрыми словами. Отношения, когда ты поддерживаешь, когда тяжело, беспокоишься и навещаешь, когда болен, и идёшь выразить соболезнования, если кто-то умирает.

Поэтому нужно было навести порядок. Чтобы мои отношения с Чон Тэ, которые, возможно, продлятся довольно долго, в будущем никого не запятнали, и чтобы они поддерживались в чистоте… Сейчас, когда его девушка тоже работает в этой индустрии, мне лучше уйти. После такого важного решения я спокойно сказал Чон Тэ, который не мог смотреть мне в глаза и смотрел только на стоящую передо мной чашку с кофе:

– Тебе… лучше бы больше не изменять.

– …

– Может, у меня меньше опыта в отношениях, чем у тебя, но я был на всех позициях: отнимал чужую любовь, у меня отнимали любовь, я изменял. Так или иначе, всё это не самые приятные воспоминания.

Я усмехнулся, пока говорил. В таком случае, у меня вообще не было значимого или хорошего опыта отношений.

– Поэтому давай закончим с этим. Счастливо встречайся со своей девушкой.

– А сонбэ? Сонбэ тоже теперь будет жить правильно, не будет смотреть на других?

– Ну… мой брак уже разрушен.

Я погряз в болоте, где, даже если я буду один хранить верность, ничего не изменится, а у Чон Тэ всё по-другому. Независимо от того, с нынешней девушкой или с кем-то новым в будущем, ему лучше поддерживать отношения, основанные на взаимном доверии, и иметь честные и нормальные отношения. Когда я с самоиронией это сказал и встал со своего места, Чон Тэ, похоже, выбирал слова, чтобы что-то сказать, и последовал за мной. Он, должно быть, был ошарашен внезапным разрывом отношений.

Нехорошо так говорить… Но я, возможно, использовал Чон Тэ как дилдо, когда стресс из-за LK Fashion достиг пика. Теперь, когда этот рекламодатель ушёл, мне кажется естественным и правильным вернуться с ним к нормальным отношениям сонбэ-хубэ. "Использовал как дилдо" – это немного экстремально, наверное, лучше просто считать, что мы хорошо развлекались, а потом мирно расстались.

Джи-и-и-инк…

[Есть время вечером?

Мне нужно кое-что сказать, Ли Хо.]

Телефон завибрировал, когда я почти дошёл до команды. Номер "1500". Это было сообщение от Чон О, пришедшее следом за другим. Обычно он предпочитал звонить и сразу переходил к делу, даже если отправлял сообщения, поэтому тот факт, что сейчас он не перешёл к делу и сказал, что хочет поговорить лично, указывал на сложную или длинную историю.

Я знал, что он, хоть и болтлив, но довольно тактичный человек, поэтому он не стал бы тратить моё время на такие сообщения. Я сразу же ответил согласием. В любом случае, в последнее время мы с Ки У хёном как кошка с собакой, так что у него не было бы желания поужинать со мной.

– Опять кто-то? Тот человек по фамилии Чон О? Сколько у тебя мужчин, сонбэ? Ну, наверное, много, так что потеря одного меня не будет иметь значения.

– Займись своими делами и вернись на своё место.

Прежде чем я успел опомниться, Чон Тэ, который прилип ко мне со спины, уже заглядывал в экран моего телефон и сердито шипел. С самого начала было понятно, что с этим парнем хорошие и спокойные отношения невозможны. Кажется, я поспешил и совершил ошибку. Я сердито посмотрел на него, и Чон Тэ с сердитым лицом скрылся за перегородкой своей команды. Был понедельник, приближался конец рабочего дня, и мне было одновременно и легче, и неловко после того, как я порвал с ним.

Я договорился встретиться с Бэк Чон О в кафе, которое находится ровно посередине между его домом и нашей компанией и совмещает в себе и кафе и ресторан. Я приехал раньше назначенного времени и грыз ногти от беспокойства и любопытства. Чон О прибыл в кафе строго в назначенное время. Обычно он носит одежду тёмных тонов, но сегодня он был одет в тонкую летнюю вязаную кофту яркого горчичного цвета, а не просто белого, и выглядел как-то по-особенному. Раньше он был похож на чёрную пантеру, а теперь он как жёлтый леопард.

– Как насчёт еды? Или пойдём в ресторан, если ты не ел?

– Здесь тоже можно поесть, чего уж там.

Его обычное расслабленное и самоуверенное поведение отличалось, поэтому я немного напрягся. Мне было очень интересно и тревожно, зачем он меня позвал, поэтому я не мог поменять место, ради того, чтобы поесть. Я сказал, что поем простую пасту, приготовленную в кафе, и он согласился. Я подумал, что заплачу за всё в этот раз, но он категорически отказался и заплатил сам.

– Что-то серьёзное?

– Ну… для начала, послушай, не перебивай и не злись.

Чон О начал говорить, изучая мою реакцию. Даже я, слушая, с самого начала, был шокирован и даже ахнул. Он рассказывал, что сегодня пошёл в компанию Джу Сан Квона, притворяясь, что пришёл по другой причине. Он напрямую не упоминал конкурентную PT в прошлую пятницу, но пытался узнать всё о маркетинговой деятельности, задавая разные вопросы… В конце концов, он не получил никакой информации от Джу Сан Квона, и он признался, что миссия, которую я не просил его выполнять, была сложной с самого начала.

Я был просто ошеломлён. Какой нетерпеливый человек! Я пожаловался ему в пятницу вечером, а он уже в понедельник утром пошёл в компанию Джу Сан Квона! И это после того, как я явно сказал ему не делать этого!

– Этот человек не даёт никаких внятных объяснений и вообще строит железную стену вокруг всего, что касается его работы.

– Да, я и думал, что так будет. Зачем ты вообще пытался что-то узнать? Из-за этого я могу попасть в неприятности...

– Я похож на человека, который всё испортит, ведя себя так явно? Кстати...

Джи-ик! Джи-ик!

Пейджер, сигнализирующий о готовности нашего заказа, прервал его слова. Он принёс две тарелки с пастой, напитки и гарниры к каждому блюду. Я собирался встать, чтобы перенести их вместе с ним, но он положил мне на плечо руку, заставив сесть меня обратно. Затем он сам принёс все блюда. Мне сразу вспомнился Ки У хён, который давил мне на плечи только для того, чтобы заставить меня встать на колени. Даже одно и то же действие, но хён ощущался как насилие, а Бэк Чон О – нет.

– Взамен, посмотри вот это.

– Что это?

– Я подумал, что ничего не потеряю, если попытаюсь сблизится с руководителем маркетингового отдела, и неожиданно кое-что выяснил.

А, он говорит о руководителе команды Ко. Я слышал, что она старше Бэк Чон О, и даже старше Джу Сан Квона, который уже был женат однажды, но она независимая и успешная, к тому же не планирует выходить замуж. Он сблизился с ней?

До какой степени этот человек Бэк Чон О собирается заходить? Он делает всё до такой степени ради дела, о котором его никто не просил…

– Мне стало легче копать, когда я заработал немного очков у этого человека. Что ж, с моей точки зрения, это хорошо, но я беспокоюсь о том, как долго такой небрежный и беспечный человек будет занимать эту должность.

– Она же не омега, верно?

– А, не омега. Она, конечно, не в моём вкусе, но важно то, что я понравился этой женщине, разве нет?

Эх…. Я ценю его усилия, ведь он подумал обо мне, но… Не могу не восхититься тем, как он не колеблется, даже когда приходится завязывать отношения с женщиной, которая не в его вкусе. Чон О, должно быть, прочитал мой взгляд, потому что внезапно стал серьёзным и начал протестовать. Его растерянный вид, не похожий на его обычное расслабленное поведение, был немного забавным и в какой-то степени человечным.

– Эй, за кого ты меня принимаешь…? Я просто выпил с ней кофе, как пью и с тобой. Вот и всё.

– А, ясно.

– Но посмотри на это. Этот руководитель команды показал мне даже видеоматериалы, я был удивлён.

Он протянул мне свой планшет. Я посмотрел на него, потому что видео сразу же начало воспроизводиться, и я был очень шокирован. Сначала я подумал, что это наше видео, но это было не так. Это был аниматик* от Widecom. Но источник, использованный в аниматике… Был точно таким же, как то европейское музыкальное видео, которое я нашёл.

Аниматик – упрощённый черновик видеоролика или фильма (анимированная раскадровка), который объединяет статичные изображения из сториборда (комикса сценария) с черновой озвучкой, музыкой и временными эффектами, чтобы показать динамику, композицию кадра, ритм и тайминг сцен до начала полноценной дорогостоящей анимации или съемок.

– Сотрудники LK Fashion были в замешательстве, потому что исходные видео для этих макетов полностью совпадали у двух агентств.

– …Я был уверен, что это не самое распространённое видео… Но, видимо, не я один его нашёл…

Видео продолжало воспроизводиться. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это не просто повтор, а разные версии, слегка варьирующиеся в начале, конце и в промежуточных вставках с одеждой и текстом. Это были пять аниматиков, воспроизводимых последовательно: один тизер, три основных рекламных ролика (утренний, дневной и вечерний) и минутная полная версия.

Мы показали лишь фрагменты оригинального клипа в качестве справочного материала и объяснили концепцию, используя раскадровки… Widecom же умудрилась за столь короткий срок создать столько видео. Видно, они тоже серьёзно готовились.

LK Fashion – крупный рекламодатель с сильным брендом и большим объёмом заказов. Даже для Widecom, у которой и так всё хорошо с рекламодателями, это был желанный клиент. Поэтому, в отличие от нашей компании, где над проектом работала одна штатная команда, у Widecom их было целых три. Всё было именно так, как я и ожидал.

Перед Джу Сан Квоном по очереди выступали три креативных директора со своими вариантами макетов, и один из вариантов, совпадающих с нашим, был из работы одной из этих команд. Да ещё и с ненужным количеством версий, чтобы произвести впечатление разнообразия.

Проще говоря, наша компания принесла Джу Сан Квону, которого мы так хотели заполучить, невероятно вкусный ттокпокки, а Widecom преподнесла ттокпокки с тем же вкусом, что и наш исходник. Но при этом у Widecom было не одно блюдо, а целых пять, слегка отличающихся друг от друга: острый ттокпокки, королевский ттокпокки, чачжан ттокпокки, розэ ттокпокки и раппокки.

– У обеих компаний были выдающиеся макеты, но так получилось, что идеи или, скорее, референсы для этих двух макетов совпали. Но Widecom, увеличив количество версий, представила более разнообразный продукт… К тому же, у вас были раскадровки, а они принесли видео, так что сотрудники отдали свои голоса им. Руководитель команды сказал, что Джу Сан Квон был на вашей стороне.

– Директор Джу?...

– Руководитель команды тоже была в недоумении. Она думала, что Джу Сан Квон негативно относится к Sanhwa Planning, поэтому и устроил конкурс, но, оказывается, на презентации PT он постоянно поддерживал Sanhwa Planning.

Джу Сан Квон был на нашей стороне… Я был настолько потрясён тем, что всё оказалось не так, как я думал, что не чувствовал вкуса пасты, которую ел. Чон О, уверенный в своей выдающейся памяти, на всякий случай показал мне записи в заметках на своём телефоне.

В них было много опечаток, потому что он, видимо, записывал слова руководителя команды Ко в режиме реального времени, но суть была понятна.

Widecom добавила к рекламному макету тизер, затем съёмку процесса создания, несколько версий рекламы и, наконец, бамперную рекламу, увеличив количество элементов до 5-6, но всё это было лишь обманом. В любом случае, он планировал заказать только одну телевизионную рекламу и одну наружную рекламу, а не серию. Он заставил сотрудников отдела маркетинга думать об эффекте реальной рекламы и выбирать "лучший один вариант", а не поддаваться искушению "нескольких неплохих вариантов", которые казались более разнообразными… Он долго убеждал их, что реклама будет только одна.

Кроме того, он посчитал, что наше предложение, в котором техника клипа использовалась для адаптации тона, манеры и истории рекламы к LK Fashion и была реализована в виде раскадровки с компьютерной графикой, было гораздо более креативным.

Widecom же использовала клип почти целиком для создания аниматика, поэтому это было более понятно и убедительно на первый взгляд. Но если бы они сделали рекламу в том виде, в каком она была в макете, это был бы просто плагиат. Поэтому он отдал предпочтение нашей компании за продуманную идею.

Однако директор Джу не смог переубедить большинство сотрудников отдела маркетинга. Вмешался президент компании, ничего не смыслящий в рекламе и маркетинге. Он собрал всех сотрудников отдела маркетинга, помимо команды, отвечающей за рекламные проекты, показал им макеты обеих компаний и приказал им голосовать по головам, не обращая внимания на должности. Большинство людей предпочли видео макет, который воспроизводился на экране со звуком и голосом, чем раскадровки с небольшими квадратами, в которых нужно было читать текст и самостоятельно понимать содержание. Наша компания почти не получила голосов и проиграла.

За Sanhwa Planning проголосовали 13 из 61 сотрудников отдела маркетинга… Директор Джу отдал один голос, но просто принял результат.

Выяснилась правда прошлой недели, которую Бэк Чон О записал и дополнил собственными наблюдениями и чувствами. Я был встревожен и растерян. Было бы проще сдаться, если бы я знал, что Джу Сан Квон упрямился из-за моей ошибки, которую всё равно не исправить. Но Джу Сан Квон уже простил нашу компанию и был готов объективно оценить макеты. И вот что получилось. Получилось, что мы проиграли Widecom, которая увеличила количество видео из-за того, что наши исходные видео совпали.

После обеда мы пили кофе с Чон О в том же месте. Внезапно… меня пронзило острое, неприятное предчувствие. Оставив Чон О напротив, я достал телефон и начал проверять свои подозрения. Я надеялся, что всё не так…

[Где ты сейчас?]

[На ужине, а что?]

[С девушкой?]

[Ну, да. А что? Может, мне её домой отправить?

Ты, наверное, хочешь ещё раз со мной переспать?]

[Где вы с девушкой находитесь? Примерно к 10 подъеду, а ты к этому времени её проводи.]

[Окей.]

Как и ожидалось, Чон Тэ сразу же согласился, решив, что я снова на него набрасываюсь с предложением секса. Видимо, он наплевал на мои советы больше не предавать свою девушку.

Он прислал мне адрес идзакая, где он сейчас находится со своей девушкой, и я, извинившись перед Чон О, встал. Хоть я его и не просил, Чон О потратил время и силы, чтобы рассказать мне правду. Я даже не успел его нормально отблагодарить, а уже должен был оставить его в кафе и уйти первым. Если бы я упустил этот момент, я бы мог навсегда упустить то, что я хотел проверить.

Чон О, видя моё встревоженное лицо, предложил подвезти меня. Мне было стыдно просить его об этом после всего, что он для меня сделал… но я снова принял его помощь.

Чон Тэ, подумав, что у него есть время, наверняка будет держать девушку рядом с собой до 10. Он отправит её и подождёт около 10 минут, а затем, ожидая меня на том же месте, не будет думать ни о чём, кроме предстоящего секса. Но, в отличие от того, что я сказал Чон Тэ, я думаю, что приеду туда примерно в начале девятого. Если я поеду на машине Чон О, то, возможно, приеду даже до девяти.

Чон О, увидев моё необычное поведение, что-то заподозрил и лишь изредка поглядывал на меня, ничего не говоря. Моё сердце бешено колотилось. Я предчувствовал, что наш неудачный результат с LK Fashion может быть снова моей виной. Директор Джу не собирался нам пакостить, наша команда усердно работала над макетом, презентация руководителя команды была хорошей, всё шло гладко, но снова я… этот глупый я…

– Я не знаю, что случилось, но у тебя очень серьёзное лицо. Может, мне зайти с тобой?

– Спасибо, сегодня ты мне очень помог. Большое спасибо.

Вскоре я добрался до места назначения и, попрощавшись с Чон О, вышел из его машины. Убедившись, что Чон О уехал, я направился в идзакая, где был Чон Тэ.

Скрип.

– Иращяимасэ!*

*いらっしゃいませ - японское приветствие, или же "Добро пожаловать!" (как славно, что я знаю японский).

Когда я вошёл, сотрудники идзакая громко поприветствовали меня. В этот момент Чон Тэ и сидящая напротив молодая женщина одновременно повернули головы к входу. Как я и ожидал, глаза Чон Тэ расширились от смущения и ужаса. Он был в ужасе не только от того, что его встретил коллегу и "секс-партнёра", когда он ещё не проводил свою девушку. Глаза его девушки тоже забегали, когда она увидела меня. Конечно же… это лицо запомнилось мне надолго.

На прошлой неделе люди из Widecom, занявшие места в зале заседаний LK Fashion больше чем за час до начала, среди которых была женщина с самым молодым лицом, которая постоянно покашливала, тем самым раздражая мне нервы.

– Когда мужчина и женщина будут переходить дорогу вот здесь, я вырежу эту часть и покажу как референс.

– Это видео ты нашёл, сонбэ? К концепции одежды идеально подходит! Такая идея тоже хороша…

Не стоило считать руководителя команды Ко, которая бездумно болтала и раскрывала внутреннюю информацию компании обаятельному знакомому директора Джу, легкомысленной. Ведь именно с этого момента отрывочные воспоминания о том, как я беззаботно болтал с Чон Тэ в постели в отеле, терзали меня…

Я даже толком не знал Юн Чон Тэ... Разве не было ошибкой с самого начала считать, что он находится на моей стороне или он просто безобидный человек только потому, что мы из одной компании? Девушка Чон Тэ ведь тоже работала в рекламной индустрии, да ещё и работала в одном из крупнейших рекламных агентств в Корее, где работает больше сотрудников, чем в нашей компании, например, в Widecom. И судя по части разговора, который я подслушал в пятницу вечером, она наверняка знала о моём существовании. Как будто разговоры обо мне и Чон Тэ велись и раньше.

Невозможно объяснить, как две компании могли одновременно принести видео, о котором никто из корейцев не должен был знать, если только идея нашей команды не была где-то раскрыта. Поэтому мои зарождающиеся подозрения подтвердили только одну гипотезу. Таким образом, в идзакая, куда я ворвался намного раньше, чем планировал, я столкнулся с уродливой правдой о шпионаже.

– Ху-у...

Прошло несколько дней. Я собирался доложить начальству о подлом шпионаже Чон Тэ, но почему-то до сих пор медлю. Не могу решить, стоит ли рассказывать обо всём команде. С каждым днём чувствую себя как на иголках, и из моих губ вырвался вздох. Услышав мой вздох, Чон Тэ по ту сторону перегородки покосился на меня, внимательно наблюдая.

В тот день я просто вышел из идзакая, оставив в растерянности Чон Тэ и его девушку. Выбежав за мной, он грубо схватил меня за руку и стал умолять, чтобы я его выслушал. Я не собирался его слушать, но он так сильно тянул меня к себе, что я не мог вырваться. Хотя мне не хотелось его слышать, у меня не было выбора, кроме как сделать это.

– Сонбэ, это недоразумение!

– Какое же тут недоразумение?

– Это… Я не собирался сливать информацию. Я всё время переживал и хотел всё тебе объяснить…

В его оправданиях не было ни капли правды. Даже если предположить, что это и не было его подлой задумкой, он уже давно пропустил момент, когда мог честно во всём признаться. И он ещё смеет утверждать, что девушка тут ни при чём… Стоило догадаться ещё тогда, когда он спал со мной за спиной у неё, что этот тип предан девушке ровно настолько, насколько способен воткнуть нож в спину.

Он сказал, что передал своей девушке, работающей в Widecom, информацию о референсном видео и макете, которые я показал ему в отеле после секса. Случайно, по глупости. Не зная, что всё так получится. Он собрал все возможные оправдания, чтобы хоть немного уменьшить свою вину.

Он сказал, что его девушка, работающая в Widecom, случайно приняла участие в конкурсной презентации LK Fashion. Девушка попросила его рассказать о работе Sanhwa Planning, чтобы её команде было легче понять предпочтения рекламодателя в сжатые сроки. Он якобы предоставил только информацию о нашем графике работы: когда мы заканчиваем работу, сколько раз проводим мозговые штурмы, когда начинаем работу над макетом. Ну, до этого момента в этом нет ничего плохого. Разве конкуренты не следят друг за другом?

Проблемой стал тот день, когда я рассказал ему о идее макета в отеле и показал референсное музыкальное видео. Он бессознательно пробормотал название европейской инди-группы и название песни своей девушке.

За несколько дней до конкурсной презентации его девушка, одержимая желанием получить признание в своей команде, нашла и показала это видео их креативному директору. Таким образом, одна из производственных команд Widecom заранее узнала ключевую идею основного макета Sanhwa Planning и с тех пор они не спали ночами. Они расширили идею и создали целых пять видеомакетов, чтобы результат выглядел лучше, чем у нашей компании.

– Было здорово снова переспать с тобой, сонбэ, но в то же время мне было очень жаль свою девушку… Поэтому… Ха-а… Наверное, я пытался таким образом облегчить свою совесть. Поскольку я знал, что она страдает в своей компании, пока я развлекался с тобой, я пытался предоставить ей полезную информацию…

– Сумасшедший ублюдок! Если ты чувствуешь угрызения совести, перестань изменять или сдохни, зачем втягивать нашу команду и подставлять нас?! Что я сделал не так? Я узнал, что у тебя есть девушка только потом!

– Извини… Мне нечего сказать. Я действительно думал, что она просто воспользуется этим для справки. Как я мог подумать, что она скопирует идею в точности? Тем более что у них было всего около четырёх дней!

– С того момента, как видео попало в руки твоей девушки, меня уже не касалось, что Widecom сделает с ним!

– Я… Я действительно не думал, что они в точности скопируют всё! Кстати… Моя девушка думает о тебе просто как о близком друге, так что, пожалуйста, не повышай голос…

Наглый ублюдок… Когда все его проделки раскрылись, этот парень, похоже, больше не испытывал угрызений совести. Он пытался избавиться от меня на глазах у своей девушки. Вот почему у него был такой испуганный вид, когда я сказал, что подслушал его разговор с девушкой по телефону. Если бы я не прервал звонок в ту пятницу вечером, я бы узнал, что он назвал меня "тем хёном", который глупо слил видео.

Я со всей силы ударил Чон Тэ по лицу так, что раздался громкий шлепок. Затем я без остановки ругался, кричал до тех пор, пока у меня не охрип голос. Я выплеснул все свои эмоции, но мне всё равно не стало легче. В глубине души я понимал. Некого винить, кроме себя. Больше всего виноват я, поскольку опрометчиво разгласил важную информацию о проекте, который ещё даже не был начат. Это я был самым безрассудным. Члены нашей команды и наш руководитель просто пострадали ни за что, потому что были связаны со мной.

Наши отношения с Чон Тэ в компании уже закончились, но теперь они были разорваны полностью. Даже простое общение. У нас были только сексуальные отношения, но не было никакой привязанности. Возможно, я всё-таки отдал ему частичку своей души, потому что я, оказывается, совсем не умею справляться с предательством, и эта боль буквально раздирала меня изнутри. Это было похоже на предательство друга, которому я доверял.

Вот же бесстыжая морда… Сам-то не отказывал себе в удовольствиях, а теперь делает одолжение своей девушке, заканчивая всё вот так? И как вишенка на торте – слил нашу конфиденциальную информацию! Этот парень, который так любит и ценит свою девушку, что готов причинить вред своим коллегам по компании, ведёт себя совсем иначе. Предположим, что секс по пьяни на одну ночь со мной был случайностью, но после этого Чон Тэ постоянно флиртовал со мной. Если подумать, Ки У хён, который спал со мной в мотеле, пока лелеял свою любовь к Чи Сон Хва, был не так уж и ужасен. Он назвал это безумной ошибкой на одну ночь и на следующий день пытался отдалиться от меня.

Он даже более злой и эгоистичный, чем Кан Ки У…

Стоит ли всё рассказать? Или нет? Пока я раздумываю, наш руководитель снова и снова спускается на первый этаж, чтобы покурить. Я не люблю запах сигарет, но несколько раз вставал, чтобы последовать за ним, а потом снова садился.

Я боюсь, что Чон Тэ упомянет о нашей связи, если я расскажу правду. Чон Тэ станет предателем, который переспал со старшим коллегой, а затем слил идеи его команды компании-конкуренту, а я стану изменщиком, который переспал с младшим коллегой. Я просто хотел избежать необходимости доказывать правдивость грязных сплетен, которые меня преследовали.

Возмещение

Я даже не знаю, с кем обсудить эту ситуацию. Когда голова забита подобными мыслями, лучший способ отвлечься – заняться накопившимися домашними делами. Поэтому вместо ужина я решил почистить посудомоечную машину, от которой исходил затхлый запах.

Зарплату я трачу в основном на личные нужды, лишь немного покрывая расходы на дом. Иногда я расплачиваюсь своей кредиткой, чтобы купить продукты и необходимые вещи для себя и хёна, так что можно сказать, что я частично вношу свой вклад в наш общий быт. Но если смотреть в целом, то Ки У хён вносит гораздо больший вклад. Все коммунальные платежи и абонентские платежи привязаны к его счёту, а большинство продуктов, бензин и еда оплачиваются корпоративной картой его больницы.

– Я просто буду стараться делать больше по дому в свободное время».

– Почему ты так упорствуешь, если вечно ноешь, что устал? Тебе жалко этих денег?

Мы оба работаем и проводим большую часть дня вне дома, поэтому домашние дела часто откладываются. Возможно, было бы логично нанять домработницу на деньги хёна, но я отказался от этого предложения. Я не хотел заставлять и его заниматься этим после работы, поэтому решил, что буду сам убирать, стирать, иногда готовить, лишь бы не пускать постороннего человека в дом.

Причина была проста: в доме слишком много следов Чи Сон Хва, и я не хотел, чтобы кто-то ещё узнал о наших делах.

Однажды, когда в компании были напряжённые дни и мне приходилось постоянно задерживаться на работе, я из-за сильной усталости вызвал уборщицу через приложение. И каждый раз, когда она приходила, мне приходилось с трудом снимать и прятать большую фоторамку с совместной фотографией хёна и Сон Хва, висевшую в его кабинете. Но в итоге уборщица всё равно наткнулась на эту перевёрнутую рамку, когда протирала пыль.

– Ваш муж, должно быть, женился во второй раз?

В её глазах это наверняка выглядело как свадебное фото. Она, видимо, решила, что хён не смог избавиться от этой фотографии после женитьбы на мне и спрятал её в укромном месте. Я не понимаю, зачем она вообще стала об этом говорить. В тот же день я попросил заменить домработницу.

Может быть, будет лучше, если она не будет задавать лишних вопросов… Но нет, следующая домработница, которая молча делала свою работу, тоже всё заметила. На этот раз это были стикеры с фотографиями Ки У хёна и Сон Хва, разбросанные на его столе. Она, видимо, решила, что я не должен их видеть, поэтому молча собрала фотографии, перевернула их и положила в угол. Я, проходя мимо, небрежно сказал: «Хён не убрал фотографии своей бывшей девушки…»

Я до сих пор помню её взгляд, полный сочувствия. Заинтересовавшись, я посмотрел на стикеры и обнаружил, что хён очень любезно оставил на них дату свидания, произошедшего всего два дня назад.

Другая домработница, протирая дверцу холодильника, вздрогнула, увидев полароидный снимок, на котором хён и Сон Хва нежно обнимались… Я поспешно объяснил, что это двоюродная сестра моего мужа. Позже, когда я подошёл к холодильнику, я увидел, что на фотографии они целуются в губы.

После этого ещё несколько раз меня жалели, как бедную и жалкую омегу, которая терпит измены мужа.

С тех пор я перестал пускать кого-либо в дом. Лучше я буду физически страдать, чем потом...

Я убирался и мыл пол, на это ушло два часа, поскольку был полностью погружён в уборку дома. И даже тщательно почистил кофемашину, которой так дорожил хён. Когда я снимал детали, чтобы помыть их, я случайно что-то сломал, поэтому кофемашина стала издавать странный шум. Я посмотрел инструкцию, поискал информацию в интернете, но не нашёл решения.

Вот чёрт… А ведь хён пьёт из неё кофе каждое утро.

В отчаянии я добавил официальный аккаунт бренда в мессенджере и написал в службу поддержки. Я объяснил ситуацию и приложил видео со странным звуком работы машины, и мне предложили прислать замену. Я сказал, что машинке уже больше трёх лет, но мне ответили, что на неё распространяется бесплатная замена в течение пяти лет. Единственное, что должен оплатить клиент, это доставка. Обрадовавшись такому длительному сроку гарантии, я указал адрес доставки новой машинки.

Затем меня попросили перевести 789 000 вон на указанный счёт. После подтверждения оплаты курьер заберёт старую машинку, а как только она благополучно прибудет на завод (сегодня или завтра), мне сразу же вернут 789 000 вон на мой счёт. И сразу же отправят новую. Я послушно перевёл 789 000 вон.

[Уважаемый клиент, приносим извинения. Вам также необходимо оплатить доставку в обе стороны в размере 6 000 вон.]

[Хорошо, сейчас переведу ещё 6 000 вон.]

[Похоже, вы пропустили это. Вам необходимо перевести 795 000 вон, включая стоимость доставки, чтобы избежать ошибок в системе и убедиться, что платёж будет зарегистрирован на ваше имя. Пожалуйста, не переводите 6 000 вон отдельно, а переведите 795 000 вон ещё раз. Завтра после того, как товар будет собран, мы вернём вам 1 578 000 вон, включая стоимость доставки в размере 6 000 вон. Пожалуйста, укажите свои банковские реквизиты в этом чате.]

Я сделал, как было сказано. Два платежа прошли очень быстро.

Но потом я вдруг понял, что с чатом службы поддержки что-то не так. Профиль менеджера, который переписывался со мной и у которого была фотография товара, внезапно стал «неизвестным». И он больше не отвечал на мои сообщения. У меня было плохое предчувствие.

Я начал искать информацию в интернете. По запросу «Мошенничество с кофемашинами в службе поддержки» я узнал, что многие известные бренды бытовой техники используют поддельные чаты в мессенджерах, чтобы обманывать людей. Поэтому рекомендуется обращаться в службу поддержки через официальный сайт. Почему я не прочитал это раньше…

С моего счёта уже списали больше 1 570 000 вон.

Я плохо умею распоряжаться деньгами. Если бы я транжирил деньги направо и налево, я бы хотя бы не чувствовал себя таким обманутым… В моём случае я теряю деньги, инвестируя в акции или случайно совершая ошибки. Недавно я купил странные акции без ведома Ки У хёна и потерял половину своих сбережений. Хён узнал об этом и смотрел на меня с презрением.

– Если ты ничего не понимаешь в акциях, просто покупай акции S&P 500 или вообще не занимайся этим. Разве ты ничему не научился у своего тестя? Или ты становишься похожим на него? Мне стоит опасаться?

Я никогда не забуду холодный и резкий голос хёна и его колкости. С одной стороны, он критиковал моих родителей, но у него были на то причины. До свадьбы мой отец скрывал свои долги из-за азартных игр, которые выросли до огромной суммы. На дом уже наложили арест, и отец, не стесняясь, надеялся на помощь богатых родственников мужа.

Вскоре после свадьбы стало известно о том, что отец брал деньги в долг под проценты, и тогда вмешались мои свёкры. Они выплатили все долги отца, но при условии, что он разведётся с моей матерью и прекратит общение с нами. Так отец исчез из моей жизни. Он брал деньги в долг и играл в азартные игры, и никто не знал, где и когда он умрёт. Если бы он связался с ростовщиками, то это могло бы повлиять на нас с матерью, даже если бы мы отказались от наследства. Мои свёкры избавили меня и мать от этого человека.

Я понимаю, что может показаться, будто они разрушили семью, но я тоже не хотел называть отцом человека, который из-за азартных игр подвергает опасности семью. Решение свёкров было принято для моей защиты. Я знаю, что моя мама беспокоится об отце и иногда встречается с ним, чтобы проверить, жив ли он, и накормить его. Конечно, я знаю об этом, но молчу и держу это в секрете от хёна и его родителей. После этого случая я стал ещё больше зависеть от Ки У хёна, а он каждый раз, когда видел, как плохо я обращаюсь с деньгами, вспоминал моего отца и насмехался надо мной.

Итак, текущая ситуация такова… Тесть с игровой зависимостью, и супруг, унаследовавший эту страсть и спускающий всё на неудачные инвестиции в акции, а теперь ещё и угодивший в лапы мошенников. Это был верх глупости. Ни при каких обстоятельствах я не должен позволить хёну узнать об этом.

Денег на счету и так почти не осталось после неудачной инвестиции на бирже, а в прошлом месяце я отправил большую сумму матери на день рождения, поэтому у меня не было свободных средств. Лучше бы у меня на счету вообще не было денег, тогда бы я не смог стать жертвой мошенников. Но деньги были, и их украли. Теперь мой счёт почти пуст. Как я буду покупать подарок маме на день рождения? Меня ждут новые трудности.

У меня ужасный вкус в выборе партнёров, я слишком болтлив, поэтому порчу дела на работе, я глуп и меня легко обмануть… Может быть, проблема в том, что я вообще родился на свет? Я почувствовал отвращение к себе.

Дзииии-иинь.

[Какие планы на сегодняшний ужин?]

[Я не голоден, поэтому не буду есть. А ты? Может, поужинаем вместе?]

[У меня сегодня корпоратив в больнице.]

Прошло пять дней с тех пор, как мы вернулись из поездки, после которой между нами воцарился холод. После периода молчания в отношениях наступило некоторое потепление, и теперь мы можем обмениваться парой слов в день. Не то чтобы мы прилагали усилия к примирению, просто поддерживаем общение по самым необходимым вопросам, связанным с повседневной жизнью. Сообщения хёна, которые он мне присылает, в последние дни однотипны: спрашивает о планах на ужин, с кем я ем и тому подобное.

И это не для того, чтобы поужинать со мной, а просто интерес. Мне кажется, он стал как-то странно беспокоиться после того, как я признался в существовании беты-любовника.

В любом случае, сегодня хён вернётся поздно из-за корпоратива в больнице. И я решил, что сохраню в тайне сегодняшнее происшествие с мошенничеством. До зарплаты ещё далеко, а день рождения мамы уже скоро, так что, думаю, нужно срочно оформить кредит. После того как мой родной дом уже доставил экономические неприятности свёкрам, мне будет неловко и стыдно оплачивать подарок маме картой хёна.

Поэтому я включил приложение кредитной карты, чтобы узнать разные варианты, и вдруг в верхней части экрана телефона появилось сообщение, начинающееся с "1500". Это было сообщение с вопросом, всё ли в порядке после посещения того места в тот день. С каких пор Бэк Чон О стал так часто связываться со мной по личным вопросам?

– Этот человек утопает в деньгах…

Он показался неплохим вариантом, чтобы одолжить немного денег до зарплаты, и я, не закончив отвечать на его сообщение, импульсивно нажал кнопку вызова.

В конце концов я встретился с Чон О. Как только я позвонил ему и попросил в долг, он немного удивился, а потом сказал, что лучше обсудить это при встрече. Положив трубку, я понял, что моя просьба могла прозвучать грубо и бестактно. Не зря же просьба одолжить денег так широко известна как эффективный способ отвадить назойливых преследователей или докучливых бывших. И всё же, Чон О, вместо того чтобы с отвращением положить трубку, договорился со мной встретиться возле моего дома, чтобы выслушать историю.

[Извини... Я потерял последние деньги из-за мошенников].

Я всё время беспокоился, не был ли я слишком невежлив, поэтому, направляясь к месту встречи, отправил ему короткое сообщение в качестве оправдания. В спешке я допустил много опечаток, но не было времени на исправления, поэтому я просто отправил его. И сразу же получил звонок от Чон О, который прочитал сообщение. Он сказал, чтобы я сначала направился в полицейский участок и заявил о случившемся.

Я последовал его совету и пошёл в полицейский участок, но там мне сказали, что это относится к сфере киберпреступности, и попросили подать заявление онлайн. Как ни странно, меня выставили из полицейского участка и пришлось идти в ближайший компьютерный клуб, чтобы подать заявление. Когда я вернулся в полицейский участок, чтобы закончить оформление заявления, у меня было плохое предчувствие.

– А, это их типичный метод… Пострадали уже не один и не два человека…

Меня утешало только то, что есть и другие такие же дураки, как я. Судя по взгляду полицейского, который относился ко мне с выражением: "Неужели вам так нужно подавать заявление, когда мы так заняты?", моё дело, скорее всего, будет в самом низу списка приоритетов. Казалось, не было никакой надежды поймать преступников и вернуть деньги.

Когда я пришёл на место встречи, Чон О ждал меня уже почти час. Он не устанавливал точное время встречи и предложил сначала пойти в полицию, но мне всё равно было неловко.

Услышав сумму, которую я хотел одолжить, он усмехнулся. Это не было обидно, а скорее успокоило меня, потому что, похоже, мошенничество, которому я подвергся, не было таким серьёзным, как я думал.

– Ты заявил в полицию?

– Да… Но, похоже, у них нет никакого желания расследовать и ловить преступников.

– У тебя голос дрожал по телефону, а в сообщении было куча опечаток, так что я думал, что ты потерял гораздо больше.

– Для меня это большие деньги… Ты удивился, да? Я никогда не думал, что мне придётся просить об этом… До зарплаты осталось десять дней, так что верну с процентами…

– Хорошо. Не волнуйся.

Я не понимал, был ли это просто вежливый ответ, чтобы не задеть моё самолюбие, или он имеет в виду, что мне нужно вернуть только основную сумму без процентов, или вообще не нужно ничего возвращать. Это нужно было уточнить.

– Я обязательно верну. Сразу же в день зарплаты! Но будет слишком нечестно, если я верну только основную сумму с процентами по рыночной ставке?

– А, ты так серьёзно относишься к деньгам? Конечно, я считаю, что денежные дела должны быть разграниченными. Просто я не хочу получать от тебя денег, Ли Хо.

Но я не мог просто сделать вид, что ничего не произошло. Независимо от того, насколько богат человек, если я привыкну получать деньги таким образом, я могу заболеть неизлечимой болезнью, когда чужие деньги буду считать своими. Во мне течёт ДНК моего отца, поэтому я всегда должен быть осторожен. Я энергично покачал головой и настоял на том, что обязательно верну деньги. Чон О цокнул языком и поднял руки, признавая поражение.

– Кстати, ты не рассказал своему мужу?

– Не могу...

Я рассказал ему историю о том, как тайком от хёна занялся акциями, несмотря на его предупреждения, и потерял почти все сбережения. Конечно, я немного рассказал и о финансовых проблемах моей семьи. Часть денег моих свёкров перешла к моим родителям, а я отправляю маме крупную сумму на день рождения. Если между супругами большая финансовая разница, то один из них должен стараться хоть как-то компенсировать это. Но я, к сожалению, продолжаю терять даже те небольшие деньги, которые у меня есть.

Выслушав меня, Чон О продолжал спрашивать, почему я не могу рассказать мужу о мошенничестве, несмотря на обстоятельства. У меня было предчувствие, что если я продолжу позволять ему вмешиваться, то эта история когда-нибудь дойдет до Ки У хёна. Так же, как в прошлый раз, когда Чон О нашёл Джу Сан Квона и полез в дела LK Fashion, чтобы удовлетворить своё любопытство. Конечно, история с LK Fashion помогла мне развеять сомнения, но от этой истории с мошенничеством хёну не будет никакой пользы.

Я пытался найти какое-нибудь убедительное оправдание, чтобы остановить его, и в итоге сказал лишнее. "На самом деле… хён жутко разозлился, когда узнал, что я проводил время с бета-любовником, работая допоздна. С тех пор у нас с ним не всё гладко. И если он узнает об этом…"

Я замолчал, оглядываясь. Глаза Чон О широко раскрылись, как будто он не ожидал этого. Не только глаза, но и рот тоже открылся.

– А… У тебя был любовник. Я этого не ожидал.

– Почему? У Ки У хёна тоже есть любовница.

– Мне казалось, ты искренне любишь своего мужа. Я думал, что как Кан Ки У встречается только с Сон Хва, так и ты спишь только со мной, кроме Кан Ки У.

Он был удивлён моим откровением и слегка вздохнул, рассмеявшись. Хм… Как бы это сказать... Возможно, мне это кажется, но это была слегка восторженная улыбка, а не та расслабления и непринуждённая, которую он всегда носил.

– Так. Любовник - бета? И что в нём такого хорошего?

– Было удивительно, что он хотел меня как мужчину, даже без влияния феромонов…

– Только из-за этого?

– Как ни странно, но это меня утешало. Моя самооценка, которая была подорвана из-за пренебрежения хёна, как будто восполняется с той стороны, словно на качелях.

– Ха… Я не знал, что твоя самооценка настолько низкая. Полагаю, тебе даже в голову не приходило, что я о тебе забочусь.

Чон О выглядел обиженным. Судя по его реакции, мне даже не стоило рассказывать ему, что этот бета был виновником инцидента с воровством идей LK Fashion, о котором я рассказал несколько дней назад.

Пока я говорил, он всё время держал телефон в руках. Я испугался, что он собирается использовать свои навыки расследования, чтобы узнать, кто этот бета. К счастью, это было не так. Через несколько секунд он попросил меня проверить свой счёт, и когда я открыл банковское приложение, то увидел, что туда поступило 2 миллиона вон. Я просил только примерно сумму ущерба от мошенничества - 1,57 миллиона вон… Впрочем, какая разница, если я всё равно верну эти деньги. Видимо, Бэк Чон О любит сделки, в которых получается круглая сумма. Я тихо пробормотал "спасибо".

Мы допили по бокалу заказанного вина и вместе поехали в машине Чон О. Он тоже немного выпил, поэтому вызвал водителя, и мы болтали на заднем сиденье, пока ждали водителя. Неизбежно всплыла тема о браке Ки У и меня. Он сам - муж, который свободно гуляет на стороне после брака без любви с Сон Хва, но проявляет особый интерес к нашим странным отношениям.

Ранее Чон О уже знал о Ки У, его любовницы Сон Хва, и меня, его супруга, и только потом заключил брак. Поэтому он так быстро согласился на регулярный обмен партнёрами. И сегодня в машине он узнал более подробную историю о браке хёна и меня, а также о наших отношениях до сих пор.

История, которую я примерно представлял себе со слов Сон Хва, оказалась практически такой, как я и думал. Но, послушав её версию, я окончательно убедился в одном: самый настоящий мудак в этом треугольнике – вовсе не я, как утверждает Сон Хва, а Ки У хён.

– Подумай об этом.

– Подумай об этом. Сомневаюсь, что родители бы наняли киллера, чтобы убить Сон Хва. Но с другой стороны, после того как они угрожали ей по телефону и обругали, он решает жениться на тебе. Не странные ли решения он принимает?

– Хён думал, что это был самый эффективный способ угомонить родителей.

– Нет, ему не нужно было спешить с женитьбой, он мог просто тайно встречаться с ней. Разве имеет смысл жениться на другом омеге, чтобы защитить любовницу? Разве это был лучший способ для защиты Сон Хва? - спросил Чон О.

На его месте Чон О действовал бы напролом, готов был бы порвать отношения с родителями, или тайно встречался бы с возлюбленной, тщательно планируя убедить своих родителей позже. Если бы это было трудно, то он бы заставил возлюбленную забеременеть, чтобы создать ситуацию "обратного пути нет". Было много способов избежать ситуации, когда родители не одобряют любимого человека. Главное, что Кан Ки У выбрал самый странный и неестественный вариант.

– Ты действительно думаешь, что Кан Ки У просто схватил первого попавшегося омегу, который ему не нравился, и поспешно женился на нём, чтобы защитить Сон Хва? Как же ты наивен.

– А есть другие варианты…?

– Он намного подлее и эгоистичнее, чем ты думаешь. Даже те, кто не придаёт значения браку, как я, вряд ли женятся на ком попало. Мы что, живём в Средневековье? Ему воткнут нож в горло, если он не женится на том, кого навязывают родители? Да и изначально его родители только приглядывались к тебе, но не приказывали немедленно жениться. И это ещё до окончания ординатуры…

Бэк Чон О сегодня был особенно болтлив. Итак, Бэк Чон хочет сказать, что у Ки У не было особых причин жениться на мне, чтобы нивелировать все упоминания о Сон Хва…?

Я время от времени отвечал ему. В конце концов, хён и Бэк Чон О были похожи в том, что вступили в брак против своей воли. Эта дискуссия показалась мне немного нелепой.

– А как насчёт тебя, Чон О? Почему ты женился на Чи Сон Хва?

– У меня другие обстоятельства. Из-за моих родителей, которые ни за что не хотели омегу, я вообще отказался от нормальной семейной жизни. Когда мне исполнилось тридцать, они забеспокоились, что я скоро приведу откуда-нибудь беременную омегу, и подняли такой шум. В то время у моего отца диагностировали серьёзную болезнь. Он сказал, что хочет увидеть мою свадьбу до своей смерти….

Я молча смотрел на него. За три года, что мы спали вместе, мы не особо делились личными историями друг с другом, но в этом году мы стали чаще разговаривать. Чон О всегда был хитрым и болтливым, но сегодня он был особенно разговорчивым.

– Но знаешь, мой старик перенёс операцию и сейчас живее всех живых. Наверное, я зря поспешил. Я испугался, что он вычеркнет меня из завещания, и поддался воле родителей.

Он печально вздохнул. Сегодня он тоже держал сигарету во рту, но не поджигал её. Видимо, он курил в своей машине день и ночь, потому что в пепельнице было много окурков.

– В любом случае, у Кан Ки У было достаточно вариантов. Если его родители хотели омегу, он мог встретить женщину-омегу, которая ему нравится, так почему он выбрал мужчину, которого не любит? Трудно найти мужчину среди омег.

– Хён говорил, что если он не может жениться на Сон Хва, то женитьба на ком-либо другом не имеет особого значения. И поскольку я мужчина, это меньше заденет Сон Хва, поскольку не будет вызывать у неё ревность…

– И ты наивно в это поверил? Как по мне, Кан Ки У просто не хотел упускать ни один из своих лакомых кусочков. Одну он держит покорной любовью, а другого – браком. И эти слова, что "я якобы не смогу влюбиться в мужчину", - это просто способ Кан Ки У удобно расставить всех по своим местам, чтобы было легче управлять обоими сразу.

То есть, получается, формально мужем являюсь я, но настоящая любовница – Сон Хва, и, по сути, она – законная жена, а я – всего лишь "наложница"? Я всегда считал, что моя роль сводится к тому, чтобы закрывать глаза на проделки мужа и отвлекать внимание его родителей, рожая детей в нужное время. Если так, то статус наложницы – это даже выше, чем я думал. Потому что в самом начале брака мне казалось, что я и на наложницу не тяну, а просто исполняю роль суррогатной матери из старинного аристократического дома.

Пока Чон О что-то бормотал рядом, в моей голове не было никаких мыслей. Может, дело в выпитом, но я просто сидел столбом, не испытывая особых эмоций, будто слушал чужую историю о семейных проблемах.

Меня начинало клонить в сон, его голос звучал как колыбельная. Но в какой-то момент колыбельная вдруг приблизилась вплотную к уху и превратилась в афродизиак. Его голос внезапно превратился в облизывание, и его язык начал проникать вглубь моего уха, лаская и посасывая его. Чмокающие звуки и ощущения мокрого прикосновения к уху, словно по сигналу, заставили внизу намокнуть всё сильнее.

Феpомоны взорвались фейерверком. Почувствовав мои феромоны, Чон О понял их как сигнал согласия и залез рукой под мои брюки. Его указательный палец, скользивший по складке между ягодицами, уже был испачкан моими липкими выделениями и с нетерпением изучал моё влажное отверстие. Он вошёл и вышел, затем к нему присоединился средний палец, а затем и безымянный, постепенно расширяя меня изнутри.

– Трахнуть тебя? Ты так дрожишь, словно желаешь, чтобы я вставил.

– Да…! Хы-ы-ы!

– Но можно ли мне трахать тебя? А как же твой любовник или муж? Не будут ли они обижены?

– Хёну плевать, с кем я сплю… Ха-а-а-а-а...

Его рука, которая до этого просто ласкала меня, внезапно ускорилась, грубо вонзаясь в меня, словно сверля мои тараня стенки огромным сверлом. Одновременно с этим моё ухо целиком оказалось во рту Чон О.

Хлюп, чвап-чвап, чмок-

Как будто меня поместили в пещеру с извергающейся лавой, моё ухо обдало влажным и горячим воздухом. Мокрый язык исследовал каждый уголок, прямо в барабанную перепонку, заставляя её гудеть, как от сильного звука, покоряя мой разум. Всё моё тело оцепенело от удовольствия, все конечности сжались. Выделений было так много, что каждое движение его руки, массирующей моё отверстие, сопровождалось хлюпающими звуками. Мои ноздри заполнил феромон Чон О.

– Ты совсем ничего не понимаешь. Если бы ему было всё равно, он бы не злился, узнав о твоём любовнике.

С этими словами его рука исчезла, и внутри внезапно опустело. Не только вынув руку, он вообще снял с меня брюки и нижнее бельё. Одурманенное алкоголем, феротонами и его активными ласками, моё тело застонало и задрожало, а он вытянулся на заднем сиденье. Даже несмотря на то, что машина была довольно большой, его тело было намного длиннее, поэтому он сидел почти полулежа. Он грубо притянул меня за талию и посадил на себя одним резким движением. Его огромный член, уже влажный от предэякулята, вошёл в моё отверстие одним движением.

– Ах! Ах-ах…

– А-ах… Давай же… двигайся… хах…

Несмотря на позднюю ночь и полную темноту в машине, я мог видеть, как его загорелая кожа покраснела. Он приказал мне двигаться сверху, но не дал мне такой возможности. Схватив меня за талию и бёдра, он зафиксировал их и начал ритмично поднимать свою нижнюю часть тела.

Из моего отверстия, принявшего его член, вылилось столько соков, что его штаны, расстёгнутые только для того, чтобы достать член, были полностью мокрыми от моих выделений и потемнели. Настолько, что, если бы кто-то увидел, он мог бы подумать, что Чон О описался.

Зафиксировав моё тело и толкаясь снизу вверх, он вдруг остановился, схватил меня за ягодицы и поднял их вверх, затем начал энергично двигать руками. На этот раз он держал своё тело неподвижно, а моё тело поднимал и резко опускал вниз. Его упругий член стоял, как кол, и мои ягодицы попадали на этот кол, то немного отрываясь, то снова насаживаясь. Вот это силища… Не болят ли у него руки? Но у меня не было времени долго думать об этом. Моё тело падало под действием силы тяжести, и сила, с которой член давил на мою сладкую точку, значительно возросла. Я терял рассудок.

– А-ах! Ха-хм… хык, а! А-а-а!

– Ху...

Возбужденный, он приподнялся ещё выше. Моё тело тоже последовало за ним, и вдруг, во время толчка, я ударился головой о потолок машины! Возможно, потому что это была спортивная машина, потолок, на удивление, был ниже. Чон О, поглощённый сексом, ужаснулся от удара, но я особо и не почувствовал боли, хотя и ударился довольно сильно. Видимо, я тоже был настолько поглощён удовольствием, что времени на боль не оставалось.

– Прости. Не больно?

– В…всё в порядке.

Вскоре Чон О сменил позу. То ли он боялся, что я снова головой ударюсь о потолок, то ли у него устали руки, которыми обнимал и поднимал меня… Пока я размышлял о таких глупостях, он отвернул меня к окну и встал сзади, приняв позу "догги-стайл". Вскоре он резко вонзился членом в моё раскрытое отверстие. Мои внутренние стенки, всасывающие его член, и все участки тела, к которым он прикасался, горели.

– Всё-таки альфа трахает лучше всех, да? Бета тебя не удовлетворял последнее время?

– Ха-а… хы-ы-ы…

– Если тебе снова понадобится член, не ищи на стороне, а обращайся ко мне. Понял?

– У тебя… много других омег… хы-ы, зачем тебе я…

– Если ты попросишь, я всех брошу, хык!

Насколько правдивы слова этого человека? Скорее всего, он просто несёт чушь, поддавшись возбуждению от секса. Вскоре наступил оргазм. Я без сил качался в его объятиях, издавая громкие стоны.

Мне показалось, что воздух внутри машины немного увлажнился из-за нашего горячего и неровного дыхания. В этот безумный момент я посмотрел в окно. И увидел, что водитель, видимо, уже подъехал и крутится вокруг машины Чон О, высматривая что-то. Машина… сейчас трясётся? Она точно трясётся!

– Ч-Чон О! Там сейчас водитель ждёт!

– Хы-ык… Почему так быстро…

При этом он не прекращал двигаться. Его тяжёлые яички, наполненные спермой, яростно ударялись по отверстию. Его член, сокрушая оргазм, тоже был в ярости и неистовствовал. Казалось, его член увеличился в размерах, заполнив мои внутренние стенки так, что казалось, сейчас произойдёт сцепка.

Почему-то такое чувство наполненности… И тут Чон О кончил. Сегодня это произошло внезапно в машине, поэтому у нас не было презерватива, и его мощный поток заполонил мои внутренние стенки. Я тоже вместе с ним кончил и сжался. В это же время меня схватили за голову и резко повернули назад. Он бешено целовал мой затылок и спину, схватил подбородок, повернул к себе и впился поцелуем в губы. Мы оба, не стесняясь, открыли рты, чтобы проглотить слюну друг друга и сплести языки. Язык Чон О был таким же грубым и откровенным, как и его член, который только что перевернул меня вверх дном. После грубых ласк, которые буквально встряхнули меня, я словно оцепенел.

– Может, просто заплатить водителю и отпустить его? А? Может, ещё разок здесь?

– …Нет… нам пора ехать.

Но, глядя на водителя, который ждал рядом с машиной…. Может, стоит просто заплатить ему щедрые чаевые, как сказал Чон О, и отпустить его. Как мне теперь сесть в одну машину с ним от стыда? К моему ужасу, Чон О без колебаний открыл дверь и позвал водителя. Он даже попросил его немного подождать, а сам выбросил кучу салфеток с признаками секса в ближайший мусорный бак.

– Кхм… кхм.

У меня не было другого способа пережить эту ситуацию, кроме как кашлять всю дорогу домой и упрямо смотреть в окно.

С самого утра зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер, но я сразу понял, кто звонит. Чи Сон Хва, одновременно заклятый враг и любовница моего мужа. Не думаю, что она позвонила просто поздороваться – наверняка, чтобы придраться. Так и есть, не успел я ответить, как она выпалила ледяным тоном:

– Ты вчера был с моим мужем?

– …

– Отвечай! Ты спал вчера с моим мужем?

Как бы она ни вопила, я не отвечал. Не то чтобы я спал с Бэк Чон О впервые… С чего вдруг у неё появилась такая привязанность к мужу? Тем более, кроме обмена партнёрами, она сама то и дело тайно встречалась с Ки У и ходила с ним на свидания. Звонить и обвинять меня в том, что я тайно встретился с Бэк Чон О и переспал с ним, – это притянуто за уши и нелепо.

Как же это раздражает… Похоже, она решила распространить свою многолетнюю борьбу за внимание Ки У и на своего мужа. Я-то вышел за Ки У потому что люблю его, а ей вдруг что не понравилось? Сама же предложила обмениваться мужьями, неужели теперь решила проявить собственничество? Смех да и только.

Когда я продолжил молчать, Сон Хва вдруг бросила трубку. С самого утра испортили настроение.

– …Можем поговорить?

– Я занят.

На работе Чон Тэ и сегодня увивался вокруг меня, как побитая собака. Видимо, боится, что я всем расскажу о его подлой выходке. Я специально делал вид, что вот-вот побегу к генеральному директору и выложу всё как на духу, так что Чон Тэ изводился от нетерпения. В какой-то момент он даже попытался включить режим тоскующего бывшего и сказал, что хочет нормально извиниться. Мне оставалось только отмахнуться от него, сказав, что я занят. Хотя, на самом деле, у нашей команды сейчас не так много работы, ведь крупный рекламодатель ушёл.

В конце концов, я долго колебался, стоит ли рассказывать о его предательстве, но так ничего и не сделал до конца дня. Вернувшись домой, я увидел, что хён тоже рано освободился и ждёт меня на ужин. После нашей поездки на море, когда наши отношения были на грани разрыва, мы иногда перекидывались парой слов, но вместе за стол садимся впервые. И даже приготовил что-то, чего обычно никогда не делал.

– …Это что? Свинина, пожареная в остром соусе?

– Ну, типа того. Свиная грудинка в устричном соусе.

Что на него нашло… В рисоварке дымится свежий рис. В полном замешательстве я сел за стол и взял ложку. На душе было странно. Вспомнились те времена, когда я, между бесконечными переработками и выходами на работу по выходным, умудрялся иногда освободиться пораньше. Тогда я с воодушевлением готовил ужин и с замиранием сердца ждал возвращения хёна. А он, как правило, ел молча, не проявляя ни восторга, ни благодарности. Как же мне тогда было… Наверное, обидно. Значит, мне нужно показать ему такую реакцию, чтобы он не обиделся?

Обычно я бы надел маску жизнерадостного человека, которым хён всегда хотел меня видеть, хлопал бы в ладоши и шумел бы, но сегодня, хотя работы было немного, мне почему-то не хотелось ему подыгрывать. Всё казалось таким утомительным.

– Спасибо. Приятного аппетита.

– …Ты уже поел?

– Нет, а что?

– Просто такое ощущение, будто ты ешь через силу.

Неужели так заметно… Но дело не в том, что мне не хотелось есть, скорее, я остался равнодушным к его неожиданному угощению. А я, между прочим, был жутко голоден. Кажется, он думал, что я буду в восторге, но, увидев мою вялую реакцию, немного скис. Он ведь, наверное, впервые приготовил для меня что-то, а я так слабо отреагировал… И вообще, разве у нас закончилась холодная война?

Я собрал все силы и натянул самую искреннюю улыбку, на какую только был способен.

– Вкусно. Спасибо.

– …Я тоже впервые это готовлю. Рецепт не смотрел, всё на глаз делал, но раз тебе нравится, значит, получилось.

Хён тоже попробовал пару кусочков и продолжил рассказывать о том, что во всех рецептах, которые он видел, слишком много сахара и соли. Он долго говорил, но смысл сводился к тому, что его собственное чутьё важнее чужого мнения. Я понимающе кивал головой, стараясь казаться заинтересованным. Похоже, он собирался говорить до конца ужина, расхваливая себя во всём.

В этот момент зазвонил его телефон, и, ответив на звонок, он нахмурился. Я отчётливо услышал резкий голос Сон Хва. Не думаю, что она когда-либо так громко повышала голос перед ним, разве что когда его поймали на измене со мной. Я положил в рот ложку риса и равнодушно наблюдал за этим. Лучше бы хён готовил по рецепту, который нашёл в интернете. На мой вкус, нужно было добавить чуть больше специй.

Кстати, впервые хён ответил на звонок от Сон Хва у меня на глазах. Пока я обдумывал это открытие, он вздохнул, встал из-за стола и вышел из столовой. Значит, он не нарочно ответил на её звонок при мне… В последнее время хён ведёт себя немного иначе, поэтому я не знаю, что и думать.

До меня доносились обрывки его голоса из гостиной. По интонации можно было предположить, что он то ли успокаивает, то ли убеждает Сон Хва.

– Да понял я, хватит… Ха, Ли Хо… брак только до тех пор, пока ребёнок не появится… Нет, родители хотят внука… Ты же знаешь, что мы поженились из-за этого… Зачем ты об этом сейчас… Да, мы редко это делаем… Мы только подстраиваемся под его течку и мой гон… Да… Только в это время… Ну хватит уже, что ты…

Судя по обрывкам фраз, я примерно понял, в чём дело. Утром она звонила мне и ругалась, почему я сплю с Бэк Чон О, а вечером звонит Ки У и спрашивает, почему он спит со мной. Что на неё нашло сегодня? Ей бы не помешало заглянуть в словарь и посмотреть, что такое свинг и брак… И в его голосе звучала лёгкая усталость от её воплей. Конечно, он врёт. Он не только делает это во время течки и гона, но и гораздо чаще в обычное время. А ей он пытается внушить, что это не так.

Через некоторое время тема разговора, видимо, сменилась. Уставший тон, которым он пытался успокоить Сон Хва, вдруг сменился на требовательный. Он как будто что-то проверял или в чём-то её подозревал. Повесив трубку, он помолчал немного, а потом молниеносно вернулся в столовую.

– Закончил? Я ещё не доел, поэтому решил подожд...

– Эй, ты почему ходишь и просишь в долг?

– Что?

– Я тебе что, денег не даю? Я же не лезу в твои сбережения, а тут что? Опять всё на акциях потерял? Почему у тебя опять нет денег, что ты ко всем пристаёшь?

Видимо, Сон Хва в конце разговора проболталась о том, что я просил у Бэк Чон О в долг. Утром она возмущалась, почему я тайком пригласил его ночью, а теперь жалуется Ки У на мои долги. Что за…

В сложившейся ситуации мне ничего не оставалось, кроме как рассказать ему всю правду о своём финансовом положении. После того как спасли нас от долгов, я отправлял очень много денег матери, поскольку она осталась без копейки после развода с отцом. Остатки сбережений, которые у меня были после провала на акциях, ушли на помощь маме. Мне было стыдно признаваться ему, но раз мы женаты, то скрывать это было бы глупо. Он вздохнул, как будто так и знал.

– Я понял, что у тебя нет сбережений, но зачем тебе деньги? Почему ты просишь в долг у Бэк Чон О? Насколько же он меня посчитает нелепым? Он же будет насмехаться надо мной: «Кан Ки У, видимо, совсем не даёт денег своему мужу, раз он ко мне пришёл просить».

– Не думаю, что он так подумает...

– Это ещё что такое? Почему ты его защищаешь?

Его лицо стало свирепым. Кажется, мне лучше было помолчать.

– И зачем тебе так срочно понадобились деньги? Отвечай!

Вау… Как же страшно… Казалось, он хотел, чтобы меня вырвало всей жареной свиной грудинкой, которую я съел. Я чувствовал себя так, будто мой желудок и пищевод уже готовы избавиться от съеденного.

– Ты что, опять связался с тем придурком? Ты разве не понимаешь, что он из тебя деньги вымогает?!

– Ах, нет! Я с ним покончил.

– Покончил? Ещё на прошлой неделе хвастался, что ты с ним водишься, и вдруг вот так?

– Да… так получилось.

Услышав мои слова, он тут же прекратил свою бомбардировку. В столовой воцарилась тишина. Только рис и закуски остывали на столе. Я осторожно поднял голову. Я ожидал увидеть полный презрения взгляд, но на удивление его лицо было спокойным. Как будто он и не злился.

– Ладно, скажу правду… Деньги… Я копил маме на подарок, а потом меня обманули мошенники…

– Обманули?

– Да… Но я боялся, что ты опять будешь ругаться… Поэтому я не смог честно сказать, а потом попросил у Бэк Чон О в долг. У него много денег, так что я думал, что он не откажет…

Сегодня я выложил столько правды. О том, что я даю маме больше денег, чем он думал, о том, что мои сбережения пропали из-за мошенников, и о том, что я скрыл это от него и попросил денег у Бэк Чон О. Мне было так стыдно, что у меня похолодели пальцы. Мне казалось, что я никогда не смогу стать для него полноценным супругом.

– Ну, молодец.

В чём "молодец"? Что меня обманули? Я тупо моргал глазами. При этом он сохранял то же тёплое и спокойное выражение лица.

– Ты с ним точно закончил, чтобы он больше не приставал?

– А? Да, да…

Из всего, что я сегодня рассказал, его больше всего заинтересовала новость о том, что я расстался со своим любовником-бетой. Он трижды переспросил, действительно ли я произнёс слова «давай расстанемся» и убедился, что он понял, что между нами всё кончено.

Почему хён ведёт себя так странно… Хорошо, что меня больше не ругают. Я снова положил в рот холодную жареную свинину и попытался успокоиться.

Хён стал каким-то странным. Мало того, что вчера ужин приготовил, так сегодня ещё и завтрак соорудил.

– …У тебя разве сегодня не рабочий день?

– Я сказал Ли Ё Хану, чтобы по субботам он работал один. Буду как все нормальные люди два дня в неделю отдыхать.

Понятно. Он же главврач, ему виднее… Я отодвинул стул и сел за стол, любуясь его спиной. Кажется, он готовит скрембл, но, несмотря на всю простоту этого блюда, он явно нервничает. На сковородке рядом лежат две почерневшие с одной стороны сосиски. Он даже не надрезал их.

Дзынь!

Таймер сработал, и из тостера выскочили два золотистых тоста. Видимо, время выставил правильно, не пережарил. Да и аромат кофе уже давно витает в воздухе. Кофемашина, которую он раньше обожал, сейчас в ремонте, поэтому он сварил кофе вручную из зёрен, купленных возле больницы.

Получается… он сам, без моей помощи, готовит полноценный завтрак. Пусть и неумело, но процесс он худо-бедно имитирует. Может, он так всегда делает, когда встречается с Сон Хва по утрам? Не знаю, как реагировать: радоваться или ревновать.

– Кстати, деньги за тебя я Бэк Чон О вернул. 2 миллиона, да? Наверное, он посмеялся, что муж-врач не даёт супругу таких копеек.

– Вернул? Ах… Я бы смог вернуть в ближайшее время…

– Смог бы?

«Смог бы?»… Иногда кажется, что он забывает про мою зарплату. Кстати, запах этого кофе, который он так и не доварил, пока возился с другими ингредиентами, просто манит. Я взял чайник и долил остальное, хён несколько секунд смотрел на меня, прежде чем снова заговорить.

– Варить кофе по утрам довольно сложно. Теперь я понимаю, почему ты так старался починить кофемашину и в итоге всё испортил. Но нельзя же так просто переводить такие большие суммы. Пообещай, что больше такого не повторится.

– Да, обещаю… Спасибо, что вернул долг.

Два миллиона вон, которые он пренебрежительно назвал «копейками» в разговоре о Бэк Чон О, вмиг превратились в «огромную сумму», когда речь зашла о моей зарплате или проигранных сбережениях. Это выглядит на оправдания по типу: ночные посиделки с омегой-коллегой вдруг становятся ужином с профессором, а частые интимные отношения с супругом превращаются в редкое явление, если об этом узнает Сон Хва. Мне вдруг вспомнились слова Бэк Чон О о том, что хён женился на мне без любви, чтобы защитить свою возлюбленную, но при этом пытается удержать обоих в своих руках.

Суть остаётся той же, но отношение хёна постоянно меняется. Можно назвать это переменчивостью, но для меня это двуличие. Вся его жизнь как будто разделена на две стороны одной медали. Вспомнить хотя бы то, как он, заявляя, что ему не нравятся парни, не отказался от свидания, где были одни омеги, или как он, подозревая о чувствах, всё равно не отказался от моих ухаживаний.

Не будь у меня к нему чувств, я бы давно перестал доверять Кан Ки У и держался от него подальше.

– Кстати, в этом месяце у нас не будет обмена парами.

– Что?

Я был так увлечён утилизацией кофейной гущи, что сначала не расслышал его слова. Хотя я ясно слышал его слова, я не совсем понял, поэтому переспросил ещё раз.

– У них что-то случилось? Они хотят пропустить или перенести на потом?

– …

Не пожалев молока, он приготовил невзрачный скрембл и аккуратно разделил его на две тарелки. Движения неуверенные, но умудряется ничего не уронить. Занятый этим делом, он, должно быть, пропустил мой вопрос, потому что, закончив раскладывать еду, он вдруг произнёс:

– Может, нам пока не стоит продолжать обмен партнёрами?

– …В смысле?

– Мы с ними ещё и в денежные дела ввязались, да и у тебя с Сон Хва отношения натянутые. Давай пока не будем участвовать в этих встречах.

…Он предлагает временно прекратить изменять? Я растерялся и не знал, что ответить. Хён поставил тарелки со скрэмблом и сосисками на стол, посмотрев мне прямо в глаза, словно ожидая моего ответа.

Хён всегда умел убеждать и добиваться своего. Он просто хочет опять меня привязать к себе? Он же, в любом случае, встречается с Сон Хва, когда захочет, так что для него это ничего не изменит. А я не смогу видеться с Бэк Чон О. Словно прочитав мои мысли, хён тут же добавил:

– Я тоже пока не буду встречаться с Сон Хва, ладно?

– Н-но… Ты уверен?

– Мы с ней уже столько лет вместе. В общем, долго мы с ней встречаемся.

«Долго мы с ней встречаемся»… Я подпёр подбородок рукой и задумался. Как это понимать? Неужели он устал от своей возлюбленной только потому, что они так долго вместе? И вот он сидит со мной за завтраком, давая понять, что она ему надоела. Как-то это всё… странно.

Впервые за всё время нашего брака, когда в наши отношения всегда вмешивалась Сон Хва, у меня появился шанс заполучить хёна в единоличное пользование. Теоретически я должен был радоваться и говорить себе: "Вот видишь! Надо было просто подождать, и такой день настал!", но почему-то я не чувствовал особого воодушевления. Это ведь то, чего я так долго ждал…

– Что-то не так? Скучаешь по Бэк Чон О? Я, между прочим, твой муж, можно хоть немного скрывать свои эмоции?

– Дело не в этом… Значит ли это, что мы в будущем возобновим обмен парами? И… И даже если это будет не Сон Хва, ты планируешь когда-нибудь найти себе другую любовницу?

– Не забегай вперёд. У тебя слишком развито воображение. Хотя в других ситуациях ты, наоборот, не умеешь думать головой и всё портишь.

Хён шлёпнул меня по лбу лопаткой, которой готовил скрембл. На лбу осталось жирное пятно, но я не мог встать из-за стола и умыться. Я взял вилку и молча принялся за еду. Завтрак, который я бы приготовил намного лучше, оказался вполне съедобным.

– Фух…

В последнее время у нашего руководителя команды какой-то мрачный вид. Конкурентный тендер мы проиграли больше недели назад, так что, наверное, он ещё не отошёл от последствий. Хотя обычно он быстро забывал о неудачах, в этот раз что-то затянулось. Я начал немного беспокоиться. Я ведь перед нашей командой в большом долгу.

– Как думаешь, что теперь будет с нашей командой?

– В смысле?

– Я тут слышала… В последнее время у нашей команды низкий процент побед в тендерах. Но мы как-то держались на плаву благодаря крупным клиентам, и казалось, что ничего не угрожает… А тут ещё и LK Fashion увели в Widecom, работы резко стало меньше… В других командах говорят, что наверху поговаривают, не уволить ли нашего руководителя до конца года.

От слов Чхве я почувствовал, как мне словно переломали кости. Конечно, соревнование между командами всегда было, но… Производственный отдел обычно оценивали не по количеству крупных клиентов, а по качеству рекламы, по хорошим отзывам и креативным идеям.

Наш руководитель команды умел воплощать идеи команды в отличные кампании. Пусть он и не привлекал новых клиентов, как некоторые, зато создавал такую крутую рекламу, что клиенты сами приходили к нам. У него был огромный потенциал. Но после того, как LK Fashion, сославшись на слабый концепт, устроили тендер и нас победили, мнение о компании пошатнулось. Все решили, что у нашего руководителя пропало чутьё.

Помимо давления, связанного с необходимостью показывать высокие результаты, его также преследовало клеймо потери клиентов, которых он так хорошо умел привлекать, и всё из-за его недальновидности. Теперь понятно, почему руководитель команды вздыхает и выглядит таким мрачным. Нас, рядовых сотрудников, в случае чего просто переведут в другую команду, а руководитель несёт ответственность за судьбу всего отдела. И если слухи правдивы, то компания решит эту проблему, уволив его… Мне становится страшно.

На самом деле, это не он виноват в том, что наша команда дошла до такого. Это моя вина. Мне хотелось бы обвинить директора Джу, крысу Чон Тэ и мерзкую Widecom, но, по сути, корень всех бед – я. Но что я могу сейчас сделать?

Может, пойти к управляющему производственным отделом и рассказать всё, как было? Но в итоге виноватым всё равно сделают руководителя, скажут, что не умеет управлять своими подчинёнными.

А наша компания станет ли просить LK Fashion пересмотреть контракт, рассказав о грязных играх Widecom? Вряд ли. Какая бы ни была Widecom, клиенту неинтересны разборки между агентствами. Это вызовет лишь раздражение и усталость. LK Fashion либо просто смирится с результатом и уйдёт в Widecom, либо вообще откажется от обеих компаний и устроит новый тендер. Как и предсказывал директор Джу. Так что, предъявлять претензии бессмысленно.

Я решил действовать другим путём. Ведь именно директор Джу устроил этот тендер, придравшись к нашему концепту. И об этом знаем только мы вдвоём. Используя его первую ошибку – неспособность отделить личное от рабочего, из-за которой он всё испортил, – я постараюсь изо всех сил донести несправедливость, постигшую нашу компанию. Если информация Бэк Чон О о том, что он был на нашей стороне, верна, то директор Джу не такой уж и плохой человек. Может, он хотя бы выслушает меня… Если у него есть хоть немного чувства вины перед нашей компанией.

[Здравствуйте, директор Джу Сан Квон. Это Ю Ли Хо, менеджер из Sanhwa. Простите, что беспокою вас.]

– Пожалуйста… Пожалуйста, прочитайте…

Я достал визитку, которую получил от него, и отправил сообщение на указанный там номер. Звонить сразу занятому и важному человеку было бы невежливо, поэтому я сначала отправил сообщение. Но что, если он даже читать его не будет? А вдруг телефоном заведует его секретарь? Может, она увидит, что это сообщение связано с работой, и покажет его Джу Сан Квону? Или он решит, что это просто сообщение от незнакомого человека, с которым больше нет деловых отношений, и проигнорирует его? Во рту пересохло.

А, пока я думал об этом… Он прочитал моё сообщение. Сердце бешено заколотилось, но прошло уже три минуты, а он не только не ответил, но даже не показал, что пишет ответ. Может, он сейчас занят и ответит позже? Или думает, что ответить? Может, секретарь сначала прочитала сообщение, а потом передаст его директору Джу? Или он решил проигнорировать его?

[У меня к вам важный разговор. Не могли бы вы уделить мне немного времени? Если вам неудобно встречаться лично, то, пожалуйста, разрешите хотя бы поговорить по телефону.]

Я не выдержал и отправил второе сообщение. Что делать, если он проигнорирует и его?

И второе сообщение было прочитано сразу же. Видимо, он не отвечал, но держал окно сообщений открытым. Маловероятно, что секретарь просматривает его сообщения вместо него. И вскоре пришёл ответ.

[Сегодня в 10 вечера. У меня есть только 30 минут]

– А… Слава богу…

Я облегчённо вздохнул. Джу Сан Квон выделил мне целых 30 минут! Этого хватит, чтобы рассказать о крысе в нашей компании и о бесчестной игре Widecom. Нужно было доказать, что мои обвинения не беспочвенны, поэтому я отправил сообщение Чон Тэ, чтобы получить от него косвенное признание в шпионаже.

Но затем я вспомнил об ужине с хёном, про который совсем забыл. Ехать домой, а потом снова возвращаться к десяти – слишком хлопотно. Поэтому я сказал хёну, что задержусь на работе, и решил остаться в офисе. В компании хороший интернет, так что можно убить время, развлекаясь.

И вот, уже почти десять. Как и обещал директор, около 9:55 возле офисного здания остановился чёрный автомобиль. Водитель выскочил из машины и открыл заднюю правую дверь. В дверном проёме я увидел Джу Сан Квона, ровно сидящего, закинув ногу на ногу. Разве правое заднее сиденье не самое почётное? Тем не менее, Джу Сан Квон, как только открылась дверь, пересел на левое сиденье, чтобы мне было удобнее сесть. Я мог обойти машину и сесть слева, но мне было неловко…

Директор Джу нахмурился, увидев моё замешательство.

– Чего стоите? У меня нет времени.

– Да, сейчас…

Я поспешно сел в машину, и мы плавно тронулись. Можно было бы поговорить и в машине, но директор Джу повёз меня куда-то. Неужели эти 30 минут включают в себя время в пути?

А вдруг мы будем ехать 20 минут, а потом он высадит меня, не дав и оставшихся 10 минут на разговор?… В голову лезли всякие мысли.

С тех пор, как мы виделись в винном баре, прошло довольно много времени. Хотя с тендера прошло всего десять дней, кажется, что прошла целая вечность. Джу Сан Квон, как и прежде, излучал ауру спокойного хищника или острого клинка, которую редко встретишь в моём окружении. Если он направит свою силу в правильное русло, то она будет мощной и острой, но я знаю, что если этот клинок будет направлен на меня, то он безжалостно меня уничтожит.

Вдруг я почувствовал лёгкий запах табака, смешанный с его одеколоном. Присмотревшись, я понял, что это не парфюм, а его феромоны, похожие на мускус. В машине он не собирался начинать разговор, и мы ехали молча. Не прошло и пяти минут, как машина остановилась возле винного бара при отеле.

Неужели это совпадение?… Единственное, что он знает обо мне – моя любовь к вину. Неужели он привёз меня сюда из-за этого? Но я не уверен, что смогу донести свою мысль, попутно попивая вино. Может, стоило начать разговор ещё в машине?

В баре ни в кабинетах, ни за столиками не было свободных мест. Нам оставалось только сесть на высокие стулья у барной стойки. Когда бармен поставил перед нами вино и отошёл, директор Джу сразу же перешёл к делу.

– Итак, что ты хотел сказать?

– По поводу тендера… Я хочу рассказать вам правду о том, как концепт Widecom был выбран.

– Разве это не закрытая тема? Зачем ворошить прошлое, если всё уже решено?

Я был удивлён, что он так раздражён. Я молча достал телефон и наклонил экран, чтобы ему было хорошо видно. Я переписывался с Юн Чон Тэ и создал доказательства, подтверждающие, что идеи нашей компании были переданы Widecom. Окно с перепиской было открыто на экране, чтобы он мог сразу всё увидеть.

[Чон Тэ, твоя девушка работает в арт-отделе CD команды в Widecom?]

[Да… А что?]

[Просто интересно… Когда ты передал ей идеи и видео, которые я тебе показывал?]

[На следующий день после того, как мы были с сонбэ в отеле. Но я не специально.]

[За 4 дня до тендера? Ты рассказал ей название видео и идеи нашей команды, да?]

[Наверное, за 4 дня до. Она очень просила меня дать ей хоть какие-то подсказки по Sanhwa Planning… Простите меня… Я не думал, что они скопируют всё.]

Я ещё долго переписывался с Чон Тэ, но я остановился именно на этом, чтобы показать Джу Сан Квону. Я украдкой наблюдал за его лицом, нервно попивая вино. Хватит ли этих косвенных доказательств?… Если он не поверит, мне придётся привести сюда Юн Чон Тэ и его девушку… В голове проносились разные мысли.

Вдруг Джу Сан Квон выхватил мой телефон. Что, он плохо видел? Рано же ему ещё очки носить… Я изо всех сил попытался не дать ему забрать телефон, но его хватка оказалась сильнее моей. До сегодня ещё не видела, чтобы его взгляд был таким тёмным, а выражение лица – таким суровым. Его голос был напротив, равнодушным. Он начал читать сообщения. Причём не все, а только некоторые.

– На следующий день после того, как мы были с сонбэ в отеле.

– Э…

Я растерялся, потому что он заострил внимание совсем не на том. Пока я стоял в ступоре, он стал пролистывать переписку ещё дальше.

– …Это номер 606, да? Может, мне что-нибудь купить для тебя? Ты голоден, сонбэ?

– Д-директор…

– У вас не болит задница? Вчера я потерял контроль и не сдержался.

– Хватит! Не надо это читать.

– Слышу голос сонбэ рядом, и у меня член стоит. Хочу отвести тебя в конференц-зал и оттрахать.

Кровь отлила от моего лица. Джу Сан Квон читал вслух одно за другим сообщения Чон Тэ, полные двусмысленных намёков сексуального характера. Период нашего "приятного времяпровождения" был не таким уж и долгим, но, как оказалось, Чон Тэ присылал довольно много подобных сообщений.

Ах, придурок Ю Ли Хо, почему же ты вообще не удаляешь переписки?

– И что это значит? Значит, у вас с младшим коллегой что-то есть?

– …

– Удивительно. Похоже, у менеджера Ю Ли Хо повсюду любовники.

Он вернул мне телефон и криво усмехнулся, но выражение его лица было совершенно незнакомым. Его глаза не улыбались.

– Директор, сейчас важно не это…

– Я всё понял. Widecom узнали об идее Sanhwa Planning для тендера и скопировали её, так?

– Да…

– И как я должен этому поверить?

Я вполне ожидал, что он не поверит. Похоже, настало время вызвать Чон Тэ и его девушку, поэтому я поднял голову, которую до этого держал опущенной. Глаза Джу Сан Квона смотрели на меня так, будто были готовы разорвать меня на куски прямо сейчас.

– Как я могу поверить? Вдруг менеджер Ю Ли Хо специально подговорил своего любовника Чон Тэ солгать и сфабриковал эти сообщения.

– …Это не поддельные доказательства! Пожалуйста, выслушайте меня…!

В спешке я схватил Джу Сан Квона и, вспоминая анимацию концепции Widecom, подробно её описал. Насколько маловероятно, что две компании найдут одно и то же малоизвестное справочное видео и конкретизируют его в идею. И что Widecom, предоставив несколько вариантов концепции и даже сделав видео, а не просто раскадровку, блефовала, чтобы получить больше баллов, использовав ту же идею, что и Sanhwa Planning.

Джу Сан Квон, слушая меня, слегка расширил глаза, но это не было сочувствием к нашей компании, которая подверглась неправомерным действиям. Как только я закончил говорить, я пришёл в полное замешательство. Его реакцией была просто ярость. И направлена она была на меня…

– Забудьте об этом! Какая разница, утечка это и копирование, или нет? Сейчас это что, самое главное?

Голос и настроение Джу Сан Квона резко контрастировали с его прежним циничным тоном. Я, не в силах привыкнуть к его резкой перемене, моргнул.

– Кто вам это рассказал? Откуда вы знаете, какие сцены одинаковые, сколько вариантов концепции было у Widecom? Кто вам всё это рассказал в таких подробностях?!

– …Директор, я…

– В рекламной индустрии так принято? Важные концепции, по которым, возможно, будут съёмки, идеи для рекламы, запланированной на вторую половину года, агентства тайно делятся и распространяют друг с другом?!

– Нет… Я не делился ими с Widecom…

"Руководитель команды Ко из отдела маркетинга, которая вас всегда раздражает и которую вы ругаете. Она слила информацию моему знакомому Бэк Чон О и всё ему рассказала…" Но признаться в этом я не мог.

Ситуация приняла совершенно неожиданный оборот. Отклонённые концепции, предложенные клиенту, иногда распространяются в отрасли спустя какое-то время. Но чтобы концепция, которую клиент принял и по которой должны были начаться съёмки, перешла в другую компанию до того, как чернила на контракте успели высохнуть, это говорило о серьёзной проблеме с безопасностью. И было очевидно, что когда Джу Сан Квон узнает об этом, разразится буря. Руководителя Ко в лучшем случае понизят в должности, а в худшем уволят, а Бэк Чон О перестанут доверять. Я не мог подвергать риску других людей, чтобы избежать своей опасности.

– Я узнал об этом случайно… У моего коллеги, с которым я встречался, оказалась девушка, и я узнал, как наши идеи попали к этой девушке… Конечно, я не знал, что у моего коллеги есть девушка…

– Мне всё равно, заводит ли менеджер Ю Ли Хо интрижки с коллегами, у которых есть девушки, или нет. То, что вы поддались уговорам в постели и рассказали всё о концепции для LK Fashion, разочаровывает, но меня это не удивляет.

– …

– Но это уже слишком! Значит, в нашей компании есть крысы, а вы только и делаете, что прикрываете этих людей. Вы сошли с ума?!

– Нет… Не то… Кх!

Я не знаю, почему, но в горле вдруг стало неприятно и болезненно. У меня нет аллергии на продукты, но если бы я съел что-то, на что у меня аллергия, то реакция была бы примерно такой же – тело подавало тревожный сигнал, что что-то не так.

– Почему вы не говорите, кто шпион? Неужели вы внедрили любовника в нашу компанию.

"Нет… Это какое-то недоразумение…" Но могу ли я уверенно сказать, что это недоразумение на 100%? Руководитель Ко не имеет никакого отношения к моей грязной личной жизни, и у меня нет любовника, работающего в LK Fashion, но всё меняется, если вспомнить о Бэк Чон О, который заставил её заговорить. Оказалось, что в том, как я узнал о концепции Widecom, действительно был замешан мой другой любовник, как и подозревал Джу Сан Квон.

Я перестал отрицать, признавая его подозрения, и Джу Сан Квон пришёл в ещё большую ярость и недоумение. Его выражение лица стало ещё более свирепым, и он выдохнул:

– Похоже, это правда.

Вслед за этим я наконец понял, что происходит с моим телом. Виноваты его феромоны. Он намеренно выделял чрезмерное количество феромонов, чтобы заставить меня ответить. Очень неприятные и грубые феромоны, без всякого намерения соблазнить.

– Чем больше я узнаю, как всё обстоит, тем хуже. Неужели человек может пасть так низко.

– Д-директор… Кхе-кхе…!

Феромоны, выделямые от ярости альфы, совершенно отличались от феромонов, выделяемых после напряжённых упражнений или феромонов, нарочито используемых для соблазнения. Они обычно выделяются, когда альфы борются за власть, и я почти никогда не чувствовал ничего подобного. И директор Джу распространял их намеренно передо мной, омегой. Было ощущение, будто острый и колючий воздух, похожий на него, проникает в моё тело и разрывает мои лёгкие на куски. Конечно, никакой физической силы в этом не было. Это была просто метафора, но этого было достаточно, чтобы привести меня в состояние паники.

– Кхе-кхе! П-простите… Директор… Ха, кх!

– Не связывайтесь со мной больше, и не попадайтесь мне на глаза, иначе пожалеете.

– Хык… Кха!

Если бы я, как омега, посетил армию, от которой меня освободили, возможно, я бы испытал нечто подобное… Неужели та самая химическая атака на учениях, о которой с ужасом рассказывали парни с моего курса, – та, от которой, по их словам, люди умирали – похожа на это…? В этом винном баре, вероятно, только Джу Сан Квон и я были людьми, кто имеет вторичный пол. И только я был в панике из-за сильной атаки феромонов Джу Сан Квона. Я почувствовал, как на меня обращают внимание окружающие, когда у меня началась истерика, как при остром приступе астмы. Но сейчас у меня не было возможности думать об этом.

Я непрерывно лил слёзы и кашлял, и в конце концов упал на пол. Упав со стула, который был довольно высоким, я рухнул на пол с глухим стуком. Джу Сан Квон, который намеренно нападал на меня, похоже, испугался и быстро поднялся. Это был результат аномальной реакции моей гормональной системы, стимулированной атакой феромонов Джу Сан Квона.

Приближалась течка, а я, как дурак, забыл принять таблетки. Хотя атака феромонов Джу Сан Квона не могла свалить человека с ног, она была как яд для моего тела, которое было чрезвычайно чувствительным из-за приближающейся течки. И, что ещё хуже, я выпил алкоголь. Неудивительно, что я потерял сознание. Я кашлял кровью и выплёвывала на пол слюну, пока мои глаза не закрылись.

– Эй! Менеджер Ю Ли Хо?!

– …

Я думаю, что постепенно терял сознание, слушая встревоженный голос Джу Сан Квона. Как будто это была анестезия, которую я получил во время медицинского осмотра…

– …Вы в своём уме? Что вы делаете с феромонами… Если я подам в суд на это…

– …М? Что происходит?

Открыв глаза, я увидел потолок того же винного бара. Я, похоже, немного переместился в пространстве и теперь лежал на боку на мягком диване. Когда я пришёл в сознание, в ушах раздался резкий, прерывистый разговор. Казалось, что Джу Сан Квон коротко отвечал, а другой голос, который изливал ему упрёки, был мне очень знаком.

– …Я позабочусь об извинениях… Нет, я не могу извиниться перед ним.

– Почему вы так уверены в себе?!

Наконец, я услышал все слова отчётливо. Знакомый голос принадлежал моему Ки У хёну.

Как он, чёрт возьми, оказался здесь? Я сел, и мои глаза расширились от удивления, когда перед Джу Сан Квоном стояла знакомая фигура. Вид моего хёна, внезапно появившегося здесь и рассердившегося, казался сном.

– Хён! Как ты сюда попал-…

– Эй, чёрт побери… Я покажу тебе, когда мы вернёмся домой.

Хён грубо схватил меня за шиворот и поднял, и моя и без того кружащаяся голова сильно закружилась.

Повернув голову насколько это было возможно, я посмотрел на Джу Сан Квона, и он, казалось, удивился и уставился на меня с открытым ртом. Пока меня, схваченного за шиворот, тащили прочь, я не забыл поклониться Джу Сан Квону. "Простите за грубость". Я не мог говорить громко, и просто пробормотал, пошевелив губами.

– Ты извиняешься перед ним? Что ты, чёрт возьми, здесь делаешь? И это твои сверхурочные?!

– М-мне… У меня болит горло… Кха! Отпусти меня…

– Чёрт, как отвратительно. Почему ты так себя ведёшь?!

Начиная с того, как хён появился в месте моей личной встречи с Джу Сан Квоном и заканчивая тем, почему он сейчас злится, я ничего не понимал, поскольку только пришёл в себя после обморока. Чувство обиды за то, что я вызвал недовольство у хёна, отошло на второй план. Я просто стыдился того, что хён ругался, не заботясь о том, что подумают окружающие. Джу Сан Квон, конечно, тоже здесь, и все люди, которых я никогда не смогу встретить в этом винном баре, увидели меня в позорном виде… Каждый момент, который я провожу с хёном, наполняется всё более неловкими и тревожными воспоминаниями.

Мой амбициозный план сообщить Джу Сан Квону о несправедливом поражении нашей компании и искупить свою вину с треском провалился. Я только разозлил его и, возможно, поставил под угрозу своё социальное положение. Он наверняка лишь укрепился во мнении, что к счастью, ему больше не придётся видеть эту сумасшедшую омегу из Sanhwa Planning.

Из-за того, что хён всё ещё держал меня за шиворот, мне было трудно дышать, но больше всего мне было грустно думать о реакции Джу Сан Квона.

Сколько же я вчера выпил…? Голова раскалывалась с самого утра, отчего я скривился.

Вдруг в памяти пронеслись вчерашние события. Я пил вино с немного повышенным градусом, но его не хватило бы для такого жуткого похмелья. Похоже, основная причина головной боли – последствия нарушения феромонов, который произошёл вчера.

Я вышел в гостиную и увидел хёна, занятого утренними сборами. Со временем головная боль немного утихла, но общее состояние оставляло желать лучшего. Я, покачиваясь, схватился за угол стола, и хён, прервав свои приготовления, взглянул на меня.

– Хён… вчера… это сон? Это ведь ты привёз меня домой?

– Какие к чёрту сны.

Опять этот его колючий тон. Наверное, разбудил его среди ночи… Когда я спросил, как он узнал, где меня искать, и приехал, его лицо стало ещё более угрюмым.

– Мне позвонили посреди ночи и сообщили, что ты упал в обморок. Почему-то у меня возникло ощущение, будто я твой муж. Поэтому я и пришёл.

– Ах, вот оно что.

– Я уже представил, как ты без сознания валяешься где-нибудь в офисе, и собрался ехать к тебе в компанию, и тут вдруг - что? Мне называют адрес отеля! У меня просто слов нет…

Похоже, Джу Сан Квон в панике позвонил с моего телефона по первому попавшему номеру. Ещё я сразу вспомнил, как хён позвонил мне, когда мы с Джу Сан Квоном сидели в винном баре, и ту неловкую атмосферу. Возможно, тогда Джу Сан Квон увидел имя на экране и вспомнил его.

– Эй.

Пока я был погружен в свои мысли, перед моим лицом возникла тень. Холодный взгляд хён прожигал меня насквозь, его голос был как лёд.

– И что вообще в твоём понимание моё предложение о том, чтобы пока не заниматься обменом партнёрами?

– … Ну… не встречаться с другими людьми… так?

– Именно. Чтобы мы оба пока завязали с изменами. Ты, оказывается, всё понимаешь.

Похоже, мои предположения оказались верны. Странное, нетипичное для него предложение. Но при чем тут то, что он сейчас злится…? И как это связано с…

– И что получается? Только избавился от чёртовой беты, как уже с другим встречаешься?

– Это рекламодатель. Вчера мы встретились по работе, и всё.

– Какая ещё работа… Сидели вдвоём в отеле, пили до потери сознания, выпуская феромоны - и это по-твоему работа? Ты, что, со всеми клиентами так работаешь?

Его реакция была вполне предсказуемой. Но если бы он хотя бы начал с нашего случая в винном баре… А так выходит, что он обвиняет меня только из-за вчерашних событий - это несправедливо. Эта встреча была моей единственной попыткой исправить тот немногий хаос, который я сам и устроил.

– Мы же не развлекались! Просто у меня был очень важный вопрос, который нужно было передать лично, а у него время было только в этот момент… Мы должны были поговорить всего 30 минут и разойтись.

– Но что со взглядом этого типа, когда он смотрел на тебя? Да и на меня он так же смотрел! Почему он был таким? Хочешь сказать, у него не было никаких грязных мотивов?

– И что не так с его взглядом..?

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же замочал. Ему не хотелось, чтобы я проявлял интерес к этой теме и удовлетворял своё любопытство. Схватив ключи от машины, он направился к выходу. Каждый его шаг отдавался гулом, словно он хотел специально показать, как сильно он зол.

– Хорошего дня. Давай сегодня обязательно поужинаем вместе.

– Не дождёшься. Можешь даже не пытаться разговаривать со мной какое-то время.

– …

От его холодного тона у меня снова упало настроение. В этот раз я вроде бы не сделал ничего, что могло бы его разозлить.

В наших отношениях опять возникла трещина, так что у меня просто нет сил обижаться. Я лишь устало вздохнул. Дыхание стало прерывистым, как раз перед началом течки.

Придя на работу, я ещё какое-то время чувствовал головокружение. Сознание затуманивалось, течка давала о себе знать.

На этой стадии уже бессмысленно принимать какие-либо профилактические препараты. Коллегам, обычным людям, не обладающим вторичным полом, моё состояние, должно быть, казалось обычной простудой, раз они советовали мне обратиться в больницу. Но я лучше всех знал, что это не поможет. В таких случаях лучше пойти домой, принять снотворное и проспать несколько дней подряд… Либо самый эффективный и быстрый способ – переспать с альфой.

Пока я был сосредоточен на своём теле и не обращал внимания на происходящее, в компании воцарилась какая-то суматоха.

Услышав шёпот коллег из других отделов, я насторожился.

– Почему это он вдруг решил уволиться?

– Обычно хотя бы за месяц предупреждают, чтобы успеть дела передать.

Эти разговоры о чьём-то внезапном увольнении вызывали у меня тревогу. А что если речь идёт о нашем руководителе?

– … Что-то случилось?

– А, Чон Тэ увольняется.

Вот как…

Я обратился за уточнением к заместителю директора Паку и, к счастью, это был не наш руководитель. Отставка Чон Тэ тоже была неожиданной, но с другой стороны - даже к лучшему. Мало того, что этот младший коллега, с которым мы работали в паре, строил козни за моей спиной (и об этом, кроме нас с ним, знал ещё и Джу Сан Квон), так ещё и как после этого видеть его, не чувствуя неловкости? Так что, если он сам решил уйти, то мне же лучше.

И вдруг.

Тук-тук.

– Ох?

– Предлагаю напоследок выпить вместе кофе.

Я уже мысленно радовался увольнению Чон Тэ, и тут он внезапно, высунув голову из соседнего отдела, постучал по перегородке. Признаться, я даже немного испугался. В последний раз выпить кофе… Почему бы и нет? У меня в отделе сейчас всё спокойно, так что я согласился пойти с Чон Тэ в кафе компании.

– Вы ведь слышали? Я увольняюсь. Кроме того, я хотел извиниться как следует, а не просто отпустить формальные извинения перед сонбэ.

– То есть ты увольняешься из-за чувства вины?

– Отчасти, да. На самом деле, я сам был очень разочарован в себе из-за этого случая. И это стало одной из причин увольнения.

Его манера говорить была такой же странной, как у преступников, которые утверждают, что совершили злодеяние не по своей воле, а под влиянием дьявола.

Если бы у него была хоть капля совести, чтобы разочароваться в себе, то не стал бы и пытаться что-то выносить из компании. Но, похоже, Чон Тэ считает, что показать информацию одному человеку - это ещё не утечка.

– Хоть я и изменял своей девушке, это было ужасно с моей стороны, но и её поступок - это всё равно что удар в спину. Я ведь несколько раз предупреждал, чтобы она просто посмотрела материалы для ознакомления, не вздумала навредить команде старшего коллеги, ведь мы с ним приятели. Но она меня не послушала и поступила подло… Получается, она устроила проблемы моему месту работы ради собственной выгоды. Я тоже пострадал от этого.

– …Хорошо. Я понял, что ты не хотел ничего плохого.

– Мне очень жаль. Я расстанусь с ней из-за этого.

– Хорошо.

– На самом деле, мы встречались недолго… Но мне было приятнее проводить время с сонбэ, чем с девушкой. Я обдумывал ваши слова о том, что мне стоит завести нормальные отношения. Думаю, мне будет лучше начать всё сначала с другим человеком.

– Угу. Хорошее решение.

Затем он добавил, что хоть внешне в их отношениях и не было проблем, но если бы он действительно любил свою девушку, то не стал бы изменять ей. А после того, как он был разочарован в ситуации с украденной идеей, он решил расстаться с ней и совершенно ни о чём не жалеет.

Часто те, кто изменяет, ищет оправдания в своём нынешнем партнёре. Чон Тэ, конечно, не исключение, но, учитывая, что его девушка ради собственной выгоды создала проблемы его работе, им лучше расстаться.

Я поддержал его в решении порвать со всем и начать новую жизнь. Увидев, как спокойно я принял его извинения, он облегчённо вздохнул и пожал мне руку. Для таких запутанных и неприятных отношений это было довольно мирное завершение.

Чон Тэ, внезапно объявивший об увольнении, собрал вещи и ушёл из офиса ещё до обеда. Как будто он и вовсе никогда не работал в Sanhwa Planning. Это оставило небольшую горечь. Вернувшись на своё место, я понял, что у меня остались дела поважнее. Моё состояние становилось всё хуже.

Обычно во время течки я всегда был с хёном, если, конечно, заранее принимал лекарства для профилактики. Но сегодня утром он, злой, ушёл, наказав мне не разговаривать с ним. Согласится ли он и на этот раз провести со мной течку?

Финансовый долг между мной и Чон О - лишь предлог, чтобы на время прекратить встречи для обмена партнёрами. Поэтому попросить его переспать со мной будет сложно. И с Чон Тэ всё кончено. Даже если хён оставит меня на произвол судьбы, мне не у кого будет попросить помощи. Внезапно я вспомнил холодное лицо Джу Сан Квона и его феромоны.

Пф-ф…

Да что за чушь! Чего я ожидаю от этих исковерканных отношений?

Судя по изменениям в моём теле, течка обострится завтра вечером. Если я не найду альфу, то мне придётся как минимум два дня не выходить на работу. Поэтому я быстро зашёл во внутренний портал компании, чтобы подать заявку на трёхдневный ежегодный отпуск.

В этот момент в офисе снова воцарилась суматоха. Услышав шум из кабинета директора производственного департамента, сотрудники стали оборачиваться в ту сторону. Вскоре оттуда выскочили взволнованный директор отдела планирования, его заместитель и сам директор. Этот отдел планирования давно работает с LK Fashion… Почему директор производственного департамента идёт к нам вместе с ними? В голове пронеслись разные мысли.

Может быть, Чон Тэ, уходя, рассказал всю правду о провале на конкурсе? Или…

Неужели компания собирается уволить руководителя команды? Я надеялся, что этого не произойдёт, но директор уверенно направлялся к нашему отделу.

– Итак, обратите внимание!

Директор вошёл в наш отдел, сложил руки вместе и облизнул губы.

Разве не принято увольнять людей тихо и конфиденциально? Чтобы потом не говорили, что он находит людей и прямо заявляет: «Ты уволен!». Тогда я заметил, что он смотрит не только на руководителя. Его взгляд скользнул по каждому из шести человек, работающих в нашем отделе, и у меня побежали мурашки по коже.

Может быть… Они увольняют не только руководителя, но и весь отдел целиком? От этой мысли у меня пересохло во рту.

– Вы, ребята, из второй производственной команды очень много работали.

– …

Все молча переглядывались, пытаясь понять, что происходит. Обменивались неуверенными взглядами, гадая, чего он хочет. Я замер в напряжении, ожидая следующего слова, словно знал, что он скажет дальше. Например: "С этого месяца контракт со второй производственной командой расторгнут. Знаю, что вы много работали и благодарны вам за это".

– Теперь у второй производственной команды большие проблемы. Что же делать?

– …Директор, что случилось…? - руководитель не выдержал и спросил.

Такое ощущение, что директор издевается, хотя обычно он не обращает ни на что внимание, не ходит и не привлекает к себе внимание сотрудников. Значит, что-то произошло.

– Уха-ха-ха! Теперь эта команда будет занята как никогда!

– Что?

– Только что позвонили из LK Fashion! Они сказали, что хотят разорвать контракт с Widecom и снова заключить контракт с Sanhwa Planning! И предложили контракт на 40 миллиардов вон, что на 10 миллиардов больше, чем в прошлом году!

– П-правда?

– Я и сам не поверил! Прямо сейчас директор отдела планирования поехал в LK Fashion с контрактом. Если у кого-нибудь из второй производственной команды есть время, давайте тоже пойдём!

Руководитель команды открыл рот от удивления, а Чхве чуть ли не закричала от радости. Естественно, это было неожиданно. Но я молчал, поскольку знал, почему так внезапно всё изменилось.

Честно говоря, я этого не ожидал. Джу Сан Квон услышал мою просьбу.

В итоге, довольно большая делегация отправилась в LK Fashion. Обычно отдел планирования просто привозит контракт на подпись, и всё. Но в этот раз, когда рекламодателя чуть не упустили, а потом вернули, были мобилизованы все, вплоть до руководителей отделов планирования и производства, которые и отправились туда вместе с нами.

Когда едут руководители, то у подчинённых особо нет выбора, все стараются не выделяться и едут следом. Я тоже не был исключением. Здесь, конечно, никто не знает, но мне-то как раз и нужно было выразить благодарность Джу Сан Квону за возобновление контракта.

Ужин в LK Fashion, начавшийся поздно днём, плавно перетёк в корпоративную вечеринку с рекламодателями. Поскольку на вечеринке присутствовал и сам Джу Сан Квон, LK Fashion тоже пришлось отказаться от своих личных планов, и к нам присоединились восемь их сотрудников. В итоге в вечеринке участвовал 21 человек.

Место Джу Сан Квона было рядом с руководителями нашей компании. Хоть сотрудники агентства и рекламодатели сидели вперемешку, но на таких мероприятиях всегда негласно соблюдают иерархию по возрасту и должности, так что моё место было довольно далеко от него. Я пару раз ловил на себе его взгляд, но, возможно, я просто слишком остро реагировал. Может, он просто смотрит на всех участников вечеринки.

– Ну что вы, директор! У нас людей больше и едим мы больше, с чего бы это вам платить?!

– Еще чего, как будто мы взятку получаем за ужин. Да и мы сами предложили корпоратив.

– Нет… Мы должны быть безмерно благодарны вам за то, что вы изменили решение. Знали бы, что так получится, приехали бы не в такой дорогой ресторан. Мне очень жаль.

Судя по словам наших руководителей, директор Джу собирался оплатить всё из своего кармана. Пусть он и не рядовой сотрудник с лимитом по корпоративной карте, а человек из семьи LK, которому деньги некуда девать, и он может заказывать дорогое саке на сотню персон, но всё равно ради приличия нужно продолжать выражать благодарность.

Из-за этого чрезмерно взволнованный директор отдела планирования приказал сотрудникам нашей компании по очереди вставать и произносить тосты в честь директора Джу Сан Квона. Ну что за прошлый век… Но самое смешное, что Джу Сан Квон даже не пытался остановить это безумие. Что, правда, думает выслушивать тосты от десяти с лишним сотрудников? Должно быть, это утомительно.

И действительно, началась эта тягомотина с благодарностями и опрокидыванием рюмок. Наши сотрудники, чувствуя давление, нехотя принимали участие, но вскоре в них проснулось творческое начало, закалённое в рекламном бизнесе, и они начали соревноваться в остроумии.

Если предыдущий тост вызывал бурную реакцию, то все старались придумать что-то ещё лучше. Особенно старались копирайтеры, которых постоянно заставляют быть находчивыми. И вот настала моя очередь.

– Спасибо, что поверили в нас и дали нам ещё один шанс. Обещаю, что больше вас не разочаруем.

Хлоп-хлоп-хлоп…

Мой тост был самым скучным и банальным, но атмосфера накалилась из-за пристального взгляда Джу Сан Квона. Может быть, он захотел послушать эти тосты только для того, чтобы я мог выделиться и сказать ему что-то лично? Конечно, это неловкое напряжение чувствовали только мы вдвоём. Меня внезапно бросило в жар.

– Что, это всё? Что-то не особо весело. Ли Хо обычно такой забавный парень!

Красный от выпитого саке директор попытался разрядить обстановку: «Я так-то тоже не особо интересный…", видимо, он почувствовал, что атмосфера совсем унылая, и начал вести себя так нарочито. И как раз перед тем, как очередь должна была перейти к менеджеру Чхве, сидящей рядом со мной, директор выпалил что-то действительно лишнее.

– Кстати говоря, у нас был один молодой сотрудник, который отлично умел произносить тосты. Жаль, что он сегодня внезапно уволился. Надо было привести его сюда, чтобы он заменил Ю и произнёс тост!

– Да, у Чон Тэ невероятное чувство юмора. Жаль, что он вдруг ушёл.

К их разговору присоединился и наш руководитель команды, привлекая внимание окружающих. Мне показалось, что Джу Сан Квор, до этого смотревший на стол, вдруг оживился. Наверное, просто показалось.

– Это о сотруднике из соседнего отдела, директор. Юн Чон Тэ… Мы тут немного о своём.

– А, он внезапно уволился, значит.

– Да, не понимаю я эту молодёжь. Ничего, что уходит, но мог бы заранее предупредить и дать компании время подготовиться… Эх.

– Он был очень популярным среди сотрудниц из-за своей привлекательной внешности, и вдруг подал заявление об увольнении.

– Вот как?

Хватит, пожалуйста… Я делал вид, что ничего не слышу о разговорах про Чон Тэ, которые вели руководители. Джу Сан Квон лишь делал вид, что поддерживает разговор, но на самом деле внимательно прислушивался к их словам.

Но тут к нам присоединилась и директор рекламного отдела Ко Юн Хи, тем самым оттягивая тост Чхве, которая явно не хотела произносить. Мне хотелось сбежать.

– Раз он был так популярен в вашей компании, значит, он действительно красивый? Красивее, чем наш Ю Ли Хо?

– У него другой типаж красоты. Ко Юн Хи наверняка предпочла бы его. А как вам наш Ли Хо?

– Ох, Ю хорош. Но он же женат на альфе. Что я могу сделать?

Ко Юн Хи и Чхве, у которых оказалось много общего из-за их любви к красивым мужчинам, начали обсуждать мои личные дела. Когда они дошли до моей семейной жизни, с меня градом полился пот. Они говорили вполголоса, но у Джу Сан Квона отличный слух, да и есть проницательность. Наверняка, он слышит абсолютно всё. Почему бы им не прекратить обсуждать Чон Тэ или моего мужа, которые не имеют отношения к этому ужину…

– О, Ю женатый? Ещё и на альфе?

– Вас только недавно перевели, поэтому не знаете. Менеджер Ю - омега.

– Вау! Впервые вижу омегу-мужчину… Никогда бы не подумала, что он женат на мужчине! Он выглядит слишком молодо для женатого.

Так не пойдёт. Разговор вокруг меня становился всё громче, и даже руководители начали поглядывать в мою сторону. На корпоративах так заведено, что любая тема становится пищей для обсуждения.

– Да, директор. Наш Ю Ли Хо выглядит молодым, но он замужем… - голос начальника, сообщающего Джу Сан Квону о моём семейном положении, прямо врезался в мой мозг.

Я больше не мог выдержать и поспешил в туалет. Если бы не наш флирт с Джу Сан Квоном в винном баре, я бы мог избежать этой щекотливой темы. Я хотел злиться на сотрудников, разглашающих чужую личную информацию, но это было следствием моих неосторожных попыток соблазнить Джу Сан Квона. Почему-то от этого взгляд Джу Сан Квона казался ещё более многозначительным, и мне было трудно его выдерживать.

– Фух…

Я просто умылся в туалете, дважды вымыл руки и старался убить время. Сейчас я вернусь на своё место, и все уже забудут про меня, а Чхве уже произнесёт свой тост.

Вытирая руки о штаны, я возвращался к столу. Возле курилки я заметил высокую фигуру. Это был курящий Джу Сан Квон.

– …

Не знаю, о чём я думал в этот момент, я просто машинально подошёл к нему. Он заметил меня, но ничего не сказал, просто стоял и ждал. Его сигарета была крепче, чем те, что курил Бэк Чон О. Обычно я, как некурящий, не чувствую разницы, но сейчас, когда ко мне приближалась течка, я начал замечать тонкие нюансы.

– Директор… Ещё раз спасибо.

– Не за что.

Его ответ был кратким и бездушным, но если бы я действительно был для него ничтожным существом, он бы просто меня проигнорировал. Вероятно, в нём всё же есть толика уважения к сотруднику подрядчика и желание исправить ошибку, поэтому он так быстро отменил своё решение и снова выбрал нашу компанию.

Я посмотрел на него снизу вверх с искренней благодарностью. Казалось, он не смотрел на меня, был погружён в свои мысли, но я отчётливо чувствовал, что он незаметно меня изучает.

– Кхе-кхе! - я закашлялся, и он, посмотрев на меня сверху вниз, спросил:

– Не курите?

– Да…

– Тогда почему не заходите внутрь?

Действительно, почему? Зачем я стою здесь, в зоне для курения, хотя и не выношу табачный дым? Но казалось, что другого шанса остаться с Джу Сан Квоном наедине в ближайшее время не предвидится.

– У меня есть вопрос, можно задать?

В ответ на мой осторожный вопрос он лишь скользнул по мне взглядом сквозь клубы табачного дыма. Мне вдруг пришло в голову, что если бы на его месте был Бэк Чон О, он бы тут же затушил сигарету, чтобы мне не было плохо. Даже несмотря на то, что я сам решил прийти в зону для курения.

– Давайте просто зададим друг другу по вопросу, которые у нас есть.

– Хорошо.

– Спрашивайте.

– Как вы… как вы решили снова дать нам шанс?

Чжу Сан Квон бросил окурок в урну и неторопливо ответил:

– Риск невелик. Я вызвал рано утром Квон Мун Сона, креативного директора Widecom, и спросил напрямую. У меня не было никаких конкретных доказательств, но он, видимо, решил, что я что-то знаю, и во всём признался. Поэтому я тут же сообщил ему о расторжении контракта.

– Но ведь проблема была только в команде Квона, другие две не сделали ничего предосудительного…

– В работах остальных двух команд не было ничего стоящего. Ваша компания была автором лучшей идеи, так что всё вернулось на круги своя.

Я кивнул, соглашаясь. Джу Сан Квон и большинство других рекламодателей отдали больше всего голосов моей идее, которую я придумал и воплотил в жизнь.

Как только стало известно, что Widecom украла её и добилась успеха, было логично разорвать контракт с ними и заключить его с нашей компанией.

– Теперь моя очередь.

Я ответил на его вопрос, теперь он должен задать свой. Интересно, что он спросит? Скорее всего, спросит, кто в их компании слил информацию о Widecom. И что тогда мне отвечать? Похоже, я поспешно схватил наживку, не подумав о последствиях.

Я слегка испугался, ожидая его следующего вопроса. Джу Сан Квон пригладил слегка растрепавшуюся чёлку назад. Мой взгляд невольно задержался на его гладком лбу, и вдруг он, словно обухом по голове, задал совершенно неожиданный вопрос:

– Ваш муж… он всегда так с вами обращается?

– …Что?

– Я имею в виду… он всегда так ругается и проявляет насилие, как вчера?

Я ожидал, что он спросит, кто в их компании крыса , или, в крайнем случае, расспросит о Чон Тэ, который сегодня уволился. Но спрашивать о Ки У хёне – это было совершенно неожиданно. Мои глаза невольно округлились от недоумения.

– Какое-то недоразумение… Мой муж совсем не такой агрессивный или опасный.

– Разве насилие между супругами – это не опасная ситуация?

– Ну… понимаете… между мужчинами это не так серьёзно, как насилие между мужчиной и женщиной.

Сам того не осознавая, я встал на защиту Ки У хёна. Скорее не потому, что хотел его защитить, а из-за инстинктивного желания отрицать то, что в моей семейной жизни есть какие-то проблемы. Джу Сан Квон прищурился и пожал плечами, словно знал, что так и будет.

– Я слышал от руководителя группы Ли Чон Сона, что ваш муж – врач.

– Да…

– Если у него достаточно медицинских знаний, то должен понимать разницу в физической силе между альфой и омегой. Он знает, что разница почти как между мужчиной и женщиной.

– …

– И как альфа может швырять омегу на пол, тем более своего партнёра? Как можно ударять по лицу, таскать за шкирку, а потом сходу осыпать оскорблениями, когда тот только пришёл в себя? Это противоречит здравому смыслу.

При этих словах, описывающих вчерашние зверства хёна, я замер, забыв, как дышать. Мне было стыдно слышать о случившемся, которое я и сам не мог вспомнить. Со стороны я будто слушал чужую историю.

– Как вы знаете, директор… я склонен создавать проблемы, когда выпиваю. Хён всегда меня предупреждал, но вчера я снова перебрал и, видимо, спровоцировал его на такую реакцию… Он решил, что я вёл себя неподобающе.

Я снова сам того не осознавая, встал на защиту Ки У хёна. Но что я должен был сказать? «Спасибо, что поняли меня. Мне так тяжело было всё эти время…»? Какой в этом смысл?

В конце концов, хён был мужем, которого я выбрал, а Джу Сан Квон – всего лишь клиент. Не стоит ожидать, что он проявит сочувствие и будет меня жалеть. Прошлая ошибка в винном баре должна была впечататься в мою память.

– Это не первый раз, когда он вас бьёт, верно?

Это был не вопрос, а скорее утверждение. От острого, как лезвие, вопроса Джу Сан Квона я не смог сдержать себя. Я вдруг вспомнил тот день, когда хён дал мне пощёчину перед домом Сон Хва. Если бы я не отступил, то, вероятно, получил бы ещё пару раз. И это не всё. Вспомнилась и та ночь во время поездки на море, когда он толкнул меня в туалете так, что я ударился головой о стену, а потом изнасиловал.

Хён был далек от образа домашнего тирана, который регулярно избивает жену. Но не стоит утверждать, что он ни за что бы не поднял на меня руку. Если он считал, что имеет право наказать, он был готов это сделать.

В ответ на моё молчание, не выражающее ни согласия, ни возражения, Джу Сан Квон вздохнул и посмотрел вперёд. Я понял, что он не собирается лезть в чужую семью.

Пошёл мелкий дождь. Я заметил, как креативный директор и ещё пара рекламодателей, вышедшие покурить, замялись, не зная, возвращаться ли им в ресторан. Джу Сан Квон бросил им короткую фразу о том, что он уходит, и быстро скрылся в дверях.

Мне не было никакого смысла оставаться в курилке, но я не решился сразу пойти за Джу Сан Квоном и, как дурак, несколько минут простоял под дождём.

Страница книги Неверность омеги в интернете

Table of Contents

Пролог

1 - 1 Первая любовь

1 - 2

1 - 3 Обмен партнёрами

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7 Переломный момент

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11 Карма

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16 Поиск возлюбленного

1 - 17

1 - 18

2 - 19 Партнёрство, а не любовь

2 - 20

2 - 21

2 - 22

2 - 23 Предательство

2 - 24

2 - 25

2 - 26

2 - 27

2 - 28

2 - 29

2 - 30

2 - 31 Возмещение

2 - 32

2 - 33

2 - 34

2 - 35

2 - 36

О книге