Глава 1 – Пролог

– Поспеши!

– Жуй'эр, ты должен забрать Янь'эр. Я оставляю Великую Империю Цинь и Янь'эр на тебя! Уходите! Отец-император приказывает вам всем немедля уйти!..

Облако пыли висело позади них, из-за преследовавших грозных врагов.

Чуть поодаль император Великой Империи Цинь сражался со своими врагами. Он был тяжело ранен.

Девочка, в возрасте примерно восьми лет, крепко вцепилась в своего брата, на два года старше ее, пока тот прикрывал ей глаза. Она ничего не видела, слыша только частые тревожащие звуки столкновения оружия.

Имперский брат бежал изо всех сил, унося ее на юг, но быстро передал ее другому человеку.

– Гу Нань Чэнь, позаботься о моей милой младшей сестре!

– Наследный принц, вы не можете умереть!

– Я – наследный принц Великой Империи Цинь. Я никогда не стану дезертиром. Если в семье возникнут проблемы, я возьму их на себя, если в стране возникнут проблемы, я возьму на себя и их! Скорее уведи мою сестру с Ледяного моря, поспеши!

Оглядевшись, девочка впала в полный шок. Она перепугалась настолько, что, казалось, утратила рассудок. Она беспомощно наблюдала, как ее брат, взмахнув кинжалом и забыв обо всем, метнулся обратно к полю боя.

Несший ее человек, направился на юг, а ее имперский брат – на север. Она прилегла на его плечо, безучастно наблюдая, как спина ее имперского брата постепенно исчезает вдали.

И тут, откуда ни возьмись!

«Вжух!» Резкий порыв ветра пронесся по всему полю боя. Прилетевшая с востока острая стрела пронзила его тело.

Девочка на мгновение оторопела, быстро приходя в себя. А затем закричала изо всех сил:

– Брат!!!...

Гу Фэй Янь резко села на постели. Ее лицо было бледным, а сердце быстро билось. Она потянулась, чтобы прикоснуться к щекам, и обнаружила, что снова плачет.

В течение последних десяти лет ей часто снились сны об этой малышке. Хотя человек, уносивший ее, каждый раз менялся, он все равно бежал изо всех сил. Гу Фэй Янь не знала, кто эта малышка, и к тому же, почему продолжала видеть о ней сны.

– Великая Империя Цинь? Ледяное море? Отец-император… брат… Гу Нань Чэнь? – пробормотала она, найдя эти слова очень знакомыми.

Она попыталась вспомнить, но ее голова начала болеть. Все в ее сне залило, словно приливной волной, накрыв ее с головой, будто собираясь утопить.

Гу Фэй Янь больше не могла этого выносить, она схватилась за голову и закричала.

– Кто ты, черт возьми?

– Кто они?

– И кто я?..

Как и в любой другой раз, Гу Фэй Янь не смогла ничего вспомнить и, наконец, потеряла сознание от боли. Одновременно во сне, в воспоминаниях, и в боли. К счастью, она не забыла свой сон, и вспомнила имена.

Гу Фэй Янь очнулась во второй половине дня.

Когда она вышла из дома, то увидела поля лекарственных трав. Теплый солнечный свет лился на гору, наполняя воздух сладким их ароматом. Этот горный лес назывался Духовным Царством Ледяного Моря. Он был изолирован от мира и процветал благодаря чудесным травам.

Вдруг на лекарственном поле появился силуэт, похожий на призрак. Только он мелькнул вдали, как тут же оказался перед ней. Пришедший, был не кем иным, как ее мастером.

Он был одет в белое и обладал высоким, красивым и богоподобным сложением. Он выглядел молодо, но лень в его глазах, казалось, превосходила все. Словно он был человеком, прожившим тысячи лет.

Гу Фэй Янь не знала его имени. Но так как он любил белые одежды, она прозвала его мастером Бай И.

Мастер Бай И с любовью посмотрел на нее:

– Дует восточный ветер, и весенние ласточки уже возвращаются. Моя малышка Янь'эр теперь стала на год старше.

Гу Фэй Янь ничего не сказала ему о своем кошмаре. За последние десять лет, каждый раз, когда ей что-то снилось, она рассказывала об этом своему мастеру. Но тот сказал, что у него плохо со слухом, и он не в состоянии ответить на ее вопросы. Мастер также сказал, что о кошмарах нельзя говорить вслух, иначе слова сбудутся. После этого она перестала о них рассказывать.

– Мастер, чем хорошим ты наградишь Янь'эр в этом году?

Гу Фэй Янь в ожидании протянула руки, а ее большие черные глаза наполнились радостью, будто в них засияли звезды.

Сегодня был ее восемнадцатый день рождения, и это был также десятый год, с тех пор как она начала изучать травы в Духовном Царстве Ледяного Моря. Ее мастер сказал, что она похожа на одинокую ласточку, поэтому дал ей имя «Гу Фэй Янь». Её день рождения был назначен на день прилета ласточек, день Весеннего фестиваля.

Мастер Бай И изящно поднял руку, вызвав из воздуха маленький треножник (1).

Он лениво улыбнулся:

– Малышка Янь’эр, так как ты выросла, я вознагражу тебя этим треножником Царя Исцеления(2).

В треножнике Царя Исцеления горело Божественное пламя, которое могло изготовить сотни и тысячи лекарственных рецептов. Внутреннее же пространство треножника было в состоянии создать сотни и тысячи акров лекарственных полей.

Он был сокровищем мастера!

Поначалу Гу Фэй Янь была ошеломлена, но вскоре ее глаза взволнованно вспыхнули. Она торопливо схватила треножник Царя Исцеления и, спрятав его за спиной, откровенно предупредила:

– Раз ты отдаешь его, не откажись от своих слов!

Мастер Бай И усмехнулся, на три десятых беспомощно, на семь десятых безумно любя. Он нежно погладил локоны Гу Фэй Янь и спросил:

– Малышка, разве я когда-нибудь отказывался от данного тебе слова?

Гу Фэй Янь показалось, что слова ее мастера были немного странными, поэтому особо не задумывалась о них. Она с радостью прикусила палец и, использовав свою кровь, заключила контракт с треножником Царя Исцеления, но в тот же момент мастер неожиданно толкнул ее в пропасть, зиявшую позади нее.

– А-а-а...

Гу Фэй Янь начала падать, но, к счастью, ей удалось схватиться за росшую там ветвь. Она в жутком потрясении закричала:

– Мастер, что ты делаешь?! Мастер…

В приятном голосе мастера Бай И звучало нежелание, но он все равно был спокоен.

– Янь'эр, ты должна отправиться на Континент Глубинного Царства. Однажды ты поймешь!

Только тогда Гу Фэй Янь поняла, что ее мастер не шутил. Она испуганно крикнула:

– Я не знаю, о чем ты говоришь. Мастер, спаси меня... Спаси меня…

Ответом ей был не голос мастера, а хруст сломанной ветки.

– А-а... Ублюдочный мастер, ты еще пожалеешь об этом! Ты обязательно пожалеешь…

Гу Фэй Янь быстро спускалась по вертикали, будто падая в бездонную пропасть. Это ощущение не было похоже на обычное падение, скорее, словно падала сама ее душа...

Примечания переводчика

1)

2) будд. царь Исцеления (старший из бодисатв, исцеляющих болезни, Bhaisajyaraja)миф. царь Лекарств (титул мифического основоположника земледелия Шэнь-нуна 神農, присвоенный ему после династии Мин; также название наиболее целительных трав)

Кстати треножник стоит у его правой руки)))

Глава 2 – Ограбление, человек в маске

Континент Глубинного Царства (Сюанькун), государство Небесного Пламени (Тяньянь).

Гу Фэй Янь очнулась в экипаже в обнимку с маленьким треножником. Это был треножник Царя Исцеления, принадлежавший ее мастеру. Вскоре, чужие нескончаемые воспоминания наводнили ее разум.

Она не умерла, а фактически переродилась в месте, названным ее мастером «Континентом Глубинного Царства!»

Душа Гу Фэй Янь возродилась в теле старшей мисс семьи Гу из города Цзиньян, государства Тяньянь. Изначальная владелица была очень на нее похожа, и ее тоже звали Гу Фэй Янь. По совпадению, изначальная владелица утонула в возрасте восьми лет, но была спасена. После проведенного в коме года она очнулась с амнезией. Как и у нее, у той тоже не осталось детских воспоминаний.

Первоначально семья Гу была знатной семьей, но со временем пришла в упадок. У изначальной владелицы не было иного выбора кроме как войти во дворец в качестве рабыни. Она стала рабыней-аптекарем (1) в Имперской аптеке, и всего пару дней назад ее повысили до девушки-аптекаря (2).

Сегодня вечером изначальной владелице было приказано отправиться в лагерь Восточной армии на окраине имперской столицы, чтобы доставить травы для отвара молодому генералу Чэну. Она должна была прибыть в военный лагерь не позднее рассвета, в противном случае того невозможно будет спасти.

– Континент Глубинного Царства, семья Гу и девушка-аптекарь? – Гу Фэй Янь глубоко задумавшись, обняла маленький треножник Царя Исцеления.

Почему она переродилась?

Случилось ли это из-за силы мастера Бай И или из-за существования особого прохода между «Континентом Глубинного Царства» и «Духовным Царством Ледяного Моря»?

Могла ли она вернуться в Духовное Царство Ледяного Моря? Существовал ли кто-нибудь на Континенте Глубинного Царства, кто знал о существовании Духовного Царства Ледяного Моря? Мастер, почему ты хотел, чтобы я оказалась на этом странном континенте?

Гу Фэй Янь не могла понять, что происходило, и ей было лень ломать над этим голову. Пока она все еще была жива, и ничего не случилось, с ней все будет в порядке!

Гу Фэй Янь не знала, из-за чего погибла в экипаже изначальная владелица, но, поняв, что ни с экипажем, ни со стражей не было ничего необычного, она успокоилась и, используя духовное чувство, вошла в маленький треножник Царя Исцеления. Несмотря на то, что маленький треножник был уже доведен ее мастером до совершенства, когда тот оказался в ее руках, все нужно было начинать с нуля.

Гу Фэй Янь проверила и обнаружила, что у ее мастера всё-таки имелась совесть. Он оставил ей несколько простых трав на лекарственных полях. Она попыталась призвать Божественное пламя Царя Исцеления и обнаружила, что ее талант был не так уж и плох – она была способна вызвать Божественное пламя Третьего уровня только из-за контракта.

Стоило Гу Фэй Янь обрадоваться, как экипаж резко остановился. Она услышала, как стражи снаружи подняли крик:

– Там убийца! Всем быть начеку!

Убийца?

Убийство незначительной девушки-аптекаря? Быть того не может!

Гу Фэй Янь осторожно подняла занавеску, собираясь выглянуть наружу, но увидела острый меч, летящий в её сторону. Она была так напугана, что немедля отступила. Острый меч остановился в дюйме от нее, едва не пронзив ей грудь. Девушка была напугана до такой степени, что покрылась холодным потом, не решаясь пошевелиться. Но едва острый меч был убран, она решительно спрятала аптечку с травами, лежащую рядом, в пространство треножника Царя Исцеления и выпрыгнула в окно!

Теперь она ясно видела ситуацию.

Возница был мертв, а шесть сопровождавших ее стражов вступили в жестокую схватку с убийцей. Убийца был одет в черное, с серебристо-белой маской на лице. Он явно был мастером боевых искусств, а его навыки были чрезвычайно высоки, ведь не смотря на то, что он сражался один против шестерых, казалось, не прилагал особых усилий.

Он пришел с недобрыми намерениями!

Гу Фэй Янь не посмела встать во весь рост. Она скрытно отползла в место с густой травой, собираясь втихую сбежать.

Кто ж знал, что убийца в маске уже заметил ее. Как только стражи были уничтожены, убийца в маске подпрыгнул в воздух и приземлился прямо перед ней. Не говоря ни слова, он поднял меч, готовясь нанести удар.

– Постой! – в самый последний момент Гу Фэй Янь, закрыв глаза, крикнула: – Лекарство молодого генерала приготовлено не мной!

При этих словах Гу Фэй Янь ощутила, что мощная ци меча неожиданно замерла перед ней. Она про себя вздохнула с облегчением, радуясь, что оказалась права.

Судя по боевым искусствам этого убийцы, он был не прост. Он не стал убивать девушку, вроде нее, вероятно потому, что прибыл сюда, чтобы украсть лекарство. Человек в Имперской аптеке ясно дал понять, что лекарство нужно доставить в казарму до рассвета. В противном случае молодой генерал Чэн будет в большой опасности!

Гу Фэй Янь уже собиралась открыть глаза, когда убийца в маске приложил меч к ее шее. Ледяное прикосновение заставило ее неосознанно вздрогнуть! Однако холоднее клинка был голос убийцы в маске.

– Где лекарство? – спросил он.

– В… в…

Гу Фэй Янь осторожно открыла глаза и увидела одетого в черное мужчину в маске, высокого и стройного. Серебристо-белая маска закрывала большую часть его лица, оставляя открытыми только рот и глаза. Уголки его рта были слегка опущены, холодный, гордый и одинокий.

Только его слова и пара глаз дарили ощущение высокомерия, почему-то приятное глазу, никто не посмел бы оскорбить его даже издали. Только небеса знали, сколь изумительно красивое лицо скрывалось под маской.

Встретившись с ним взглядом, Гу Фэй Янь была слегка ошарашена. Раньше она видела подобный свет, который мог поразить в самое сердце только в глазах своего мастера, но этот человек и в самом деле мог сделать подобное.

Примечания переводчика.

(1) медицинский раб, самая низшая ступень в иерархии лекарей/аптекарей. Фактически девочка/мальчик на побегушках у всех и каждого, часто ими становились в чем-то серьезно провинившиеся лекари.

(2) что-то вроде медсестры, помощницы аптекаря.

Глава 3 – Принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь

Человек в маске явно воспользовался техникой замены голоса. Его речь звучала несколько искаженно, но все равно очень холодно.

– Где лекарство? – переспросил он.

– Здесь… оно здесь!

Гу Фэй Янь подсознательно отступила на пару шагов, резко выхватив маленький треножник Царя Исцеления. У треножника Царя Исцеления имелось три ноги, он был бронзового цвета, с выгравированными на боках благоприятными облаками, и выглядел загадочно и просто. Он был всего около трех дюймов (7,5 см) в высоту и очень маленьким. Если человек ничего о нем не знал, то принял бы его за подвеску.

Мужчина в маске нахмурился, уставившись на него. Вдруг из маленького треножника Царя Исцеления повалил зеленый дым со странным ароматом. Мужчина в маске, задержав дыхание, сразу же отступил, но у него все равно закружилась голова.

Гу Фэй Янь презрительно посмотрела на него, подумав:

«Эта мисс не столь бесполезна как изначальная владелица, и ее не так легко запугать!»

Она развернулась, пытаясь сбежать, но мужчина в маске, не обращая внимания на запах, резко приблизился и, схватив девушку сзади за шею, прижал ту к стволу дерева. Когда Гу Фэй Янь начала сопротивляться, он просто отбросил свой длинный меч, схватил ее руки и сцепил их за спиной. Затем он откинул подальше маленький треножник Царя Исцеления.

Гу Фэй Янь от сильного шока даже не могла пошевелиться. Не была ли терпимость этого парня к ядам слишком сильна? Если бы это был обычный человек, если бы тот не упал в обморок, то давно бы утратил всю свою силу, вдохнув столько Ослабляющего благовония!

– Передай противоядие и ответь, где лекарство генерала Чэна. Я не дам тебе второго шанса!

Голос человека в маске был пугающе холоден. Свободной рукой он схватил Гу Фэй Янь за шею. На этот раз сила, которую он приложил, была настолько велика, что, если бы она не была осторожна, то немедля распрощалась бы с жизнью.

Гу Фэй Янь стало трудно дышать, а ее лицо покраснело. Ей было крайне неудобно.

Однако она не пошла на компромисс, и даже если ей было трудно говорить, она все равно четко произнесла каждое слово:

– Старший брат, ты действительно отпустишь меня, если я отдам тебе противоядие? Хе-хе... тебе лучше... не врать, потому что если я умру... никто не сможет дать тебе лекарство и противоядие!

Она больше не была слабой и глупой изначальной владелицей. Она знала принцип – убить человека, чтобы заставить того замолчать.

В конце концов, это все-таки была ее жизнь. Она предпочла бы рискнуть, чтобы узнать, что было быстрее – действие ее лекарств или навыки мужчины.

Было чревато угрожать Гу Фэй Янь, и еще хуже было угрожать мужчине в маске. Он больше не терял времени, сразу же усилив давление, чтобы добить Гу Фэй Янь. Голова Гу Фэй Янь была задрана вверх, и она невольно открыла рот от боли. Ее губы стали фиолетовыми и дрожали, а жизнь висела на волоске.

В этот решающий момент рука мужчины внезапно ослабла.

Без сомнения, яд сработал!

Именно этого момента и ждала Гу Фэй Янь!

Она сразу же начала вырываться. Мужчина все еще пытался ее удержать, но был слишком слаб. После недолгой борьбы, Гу Фэй Янь резко откинулась назад и мужчина, потеряв равновесие, упал. Однако он успел ухватиться за край одежды Гу Фэй Янь, утянув ту за собой.

«Бам!»

Гу Фэй Янь приземлилась на тело мужчины. Ей показалось, что ее спина вот-вот сломается от боли. Девушка про себя подумала: разве тело этого парня не слишком крепкое?

Мужчина нахмурился, ощутив, что его грудная клетка в любой момент треснет. Про себя он подумал: «Разве эта женщина не слишком худая? Все ее тело состоит из костей!»

– Ублюдок!

Гу Фэй Янь изо всех сил попыталась встать, но мужчина неожиданно перевернулся, прижав ее тело своим.

Гу Фэй Янь никогда не подвергалась такому издевательству со стороны мужчины, поэтому на мгновение была сбита с толку! Руки мужчины сжали ее собственные, сильнее надавив на нее. Гу Фэй Янь поняла, что было уже слишком поздно.

– Негодяй! Убирайся с моей дороги, или я больше не буду вежливой!

– Отпусти меня, слышишь?! Вонючий негодяй, ублюдок!

Огромная разница в росте заставила Гу Фэй Янь понести большие потери. Несмотря на то, что тело мужчины было бессильно, эта поза все же могла временно удержать ее.

Глубокие черные глаза мужчины холодно смотрели на нее, не говоря ни слова. Про себя он прикидывал время прибытия подкрепления.

Гу Фэй Янь больше не могла бороться, поэтому остановилась и холодно сказала:

– Спрашиваю в последний раз, ты собираешься меня отпустить?

Мужчина промолчал. Глаза Гу Фэй Янь похолодели, и она подняла голову, чтобы вцепиться зубами в маску мужчины.

Мужчина быстро уклонился, но Гу Фэй Янь была так зла, что свирепо зыркала на него.

На таком близком расстоянии их глаза встретились, и постепенно им обоим стало немного не по себе. Мужчина первым отвел взгляд.

– Ублюдок!

Гу Фэй Янь отвернулась, больше не желая на него смотреть.

Кто ж знал, что мужчина внезапно уткнется головой ей в плечо. Все его тело постепенно надавило на нее. На мгновение его аура окутала девушку, накрыв ту собой. Она была загадочной, опасной, но также и крайне неоднозначной.

Гу Фэй Янь снова оторопела. Это был первый раз, когда она была так близка с мужчиной... когда она стала ближе, она могла ясно ощутить его целиком. Могла почувствовать странный аромат, идущий от него, богатый, благородный и неожиданный. Он не был обычным ароматом, а ароматом редкого и ценного агарового дерева.

Без сомнений, мужчина потерял силу под воздействием яда.

Гу Фэй Янь следовало бы быть счастливой, но в душе она паниковала. Она даже не понимала, что происходило. Ее сердцебиение остановилось только тогда, когда она столкнула его с себя. Она встала, тут же пнув его ногой:

– Вонючий ублюдок, кто велел тебе запугивать людей! Нужно знать, кто ты есть на самом деле!

Она собиралась снять маску, когда мужчина резко открыл глаза. Его глаза были холодными и опасными, а все его тело до сих пор излучало опасную ауру. Он не был похож на отравленного человека, а больше походил на прижавшегося к земле гепарда, в ожидании возможности нападения. И она была добычей, которую он выслеживал.

Гу Фэй Янь испуганно отскочила, не смея больше рисковать:

– Хм, эта мисс спешит, поэтому не станет тратить на тебя время. Просто подожди и накорми волков!

Она встала, не забыв пнуть его перед уходом.

Рассвет почти наступил, и она должна была добраться до казарм как можно скорее. Если бы из-за ее опоздания генерал Чэн погиб, ее маленькая жизнь тоже закончилась бы.

Вскоре после ухода Гу Фэй Янь, появился человек в одежде стража. Увидев на земле лежащего без сознания мужчину, страж поспешил помочь ему:

– Ваше Высочество, принц Цзин, что с вами случилось?

Этот человек не принадлежал к семье обладающей боевыми искусствами. Он был очень особенным членом императорской семьи государства Тяньянь (Небесного огня). Не просто принцем, а уважаемым всеми принцем Цзинем, Цзюнь Цзю Чэнем.

Он получил срочную депешу о том, что рецепт был поддельным. Кто-то хотел воспользоваться возможностью, чтобы нанести вред генералу Чэну, поэтому он лично бросился сюда, чтобы перехватить лекарство. Кто бы мог подумать, что он столкнется с переродившейся девушкой, вроде Гу Фэй Янь...

Глава 4 – Критическое состояние, неотложная помощь

Гу Фэй Янь никогда не узнала бы правды, даже если бы сломала голову.

Она не осмелилась вернуться назад, чтобы найти экипаж. Вместо этого девушка заставила слабое тело изначальной владелицы бежать всю дорогу. Будто изо всех сил борясь со временем, не только ради жизни молодого генерала Чэна, но и ради своей собственной!

Конница семьи Чэн была одним из главных козырей государства Тяньянь, а также одной из армий-основательниц. Три года назад старый генерал Чэн погиб на поле боя, и Чэн И Фэй возглавил железную кавалерию семьи Чэн. А затем взял под свой контроль двухсоттысячную армию государства Тяньянь, в двадцать три года став самым молодым генералом в трех странах на Континенте Глубинного Царства.

С юных лет генерал Чэн страдал от болезни желудка. На этот раз ее вспышка была очень серьезной. Он не мог есть в течение трех-четырех дней, его рвало даже после питья воды.

Император придавал большое значение этому вопросу. Он приказал главному придворному лекарю Су отправиться в военный лагерь и даже послал главного евнуха – евнуха У, служить ему и в любое время сообщать о течении болезни.

Но позавчера император вдруг срочно призвал придворного лекаря Су обратно во дворец, а прошлой ночью что-то случилось с генералом Чэном. Его не только вырвало водой, но и кровью. Евнух У с голубем отправил сообщение во дворец. Придворный лекарь Су для начала выписал рецепт на лекарство первой помощи, приказав Имперской аптеке в течение ночи приготовить и срочно доставить его.

Лекарство в руках Гу Фэй Янь было лекарством первой помощи!

Гу Фэй Янь едва обогнав первые лучи солнца, прибыла в лагерь. Она достала аптечку с травами из маленького треножника и без промедления бросилась прямо к воротам лагеря. У нее не было времени на долгие объяснения, поэтому девушка сразу показала жетон Имперской аптеки. Когда страж увидел его, то немедля отвел ее в лагерь генерала Чэна.

Как только она прибыла ко входу в лагерь, Гу Фэй Янь услышала идущий из дома звук рвоты. В тот момент, когда она вошла, она увидела мать генерала Чэна, мадам Линь и его заместителя, поддерживающих генерала Чэна. У того была опущена голова, он непрестанно кашлял, а его грудь была залита кровью. Армейский лекарь и слуги стояли на коленях. Евнух У находился у кровати со сложным выражением лица.

Увидев вошедшую Гу Фэй Янь, все сразу же обратили на нее внимание, но никто не понял, что она прибыла, чтобы доставить лекарство. В конце концов, после битвы на грани жизни и смерти и бега, в который она вложила все силы, ее нынешний вид оставлял желать лучшего, а одежда была изодрана. Она внешне ничем не отличалась от нищенки.

Гу Фэй Янь была знатоком в лекарствах, но ее лекарские познания были минимальны. Но, видя ситуацию с генералом Чэном, она всё-таки поняла, что он уже был в полшаге от ворот в загробный мир! Она в тревоге крикнула:

– Девушка-аптекарь Имперской аптеки, Гу Фэй Янь, была послана, чтобы доставить лекарство. Где армейский лекарь? Быстрее проверьте рецепт!

Лекарства в Имперской аптеке были предназначены исключительно для внутреннего двора и императорской семьи. По правилам, придворный лекарь Су мог отправить рецепт только ради удобства, но его составляющие должен был выкупить сам генерал Чэн. Однако ситуация была неотложной, а в рецепте имелось несколько лекарственных ингредиентов, которые трудно было найти. Придворный лекарь Су приказал приготовить лекарство в Имперской аптеке.

У Имперской аптеки были свои правила. За исключением тайных рецептов императорского двора, любое лекарство, отправленное за его пределы, должно было быть проверено другой стороной, прежде чем оно будет принято. В противном случае, если возникла какая-либо ошибка, за все стал бы отвечать курьер.

Когда Гу Фэй Янь закончила говорить, все пришли в себя и осознали, что спасительное лекарство генерала Чэна прибыло. Мать генерала Чэна, мадам Линь первой взяла слово:

– Спасение людей важнее, нет необходимости в проверке. Быстро приготовьте его, поспешите!

Заместитель генерала тоже с тревогой крикнул:

– Кто-нибудь, отведите девушку-аптекаря в тыловой лагерь. Быстрее!

– Нет!

Гу Фэй Янь, не колеблясь, отказалась, ее тон был очень решительным. На мгновение все в ошеломлении уставились на нее.

Э-э... Только тогда Гу Фэй Янь осознала, что изначальная владелица была всего лишь маленькой девушкой-аптекарем из Имперской аптеки государства Тяньянь. Она была робкой, слабой неумехой. В глазах этих людей она ничем не отличалась от прислуги.

Забудь об этом, раз я переродилась, то должна просто следовать обычаям и не создавать себе неприятностей.

Гу Фэй Янь поклонилась, но ее голос все еще был настойчив:

– Старшая мадам Линь, пожалуйста, простите, но я не пойду против правил Имперской аптеки! Если мы не проверим рецепт и что-то вдруг пойдет не так, последствия будут немыслимы!

Лекарство не было поддельным. Но нужно было оставаться настороже и не рисковать. Для эксперта было достаточно всего одной травы, чтобы нарушить эффективность всей формулы. Оно не только не помогло бы спасти человека, это даже лишило бы его жизни! Естественно, лишняя проверка – лишняя гарантия.

Роль Имперской аптеки варьировалась от проверки рецепта до получения трав, приготовления сбора для отвара и доставки его к месту назначения, в присутствии, по крайней мере, трех человек, следивших друг за другом. Лекарство было доставлено одной Гу Фэй Янь. Если она не уточнила бы все на месте у военного лекаря, каковы были бы последствия? Что ей делать? Учитывая характер тех людей во дворце, для них не стало бы проблемой свалить всю вину на нее.

Будь то ради генерала Чэна или ради нее самой, Гу Фэй Янь пришлось настоять, чтобы они сначала изучили лекарство!

Глава 5 – Девчонка, ты собираешься восстать!

С напоминанием Гу Фэй Янь, мадам Линь и заместитель генерала вспомнили о правилах Имперской аптеки.

Однако евнух У неожиданно заговорил даже прежде, чем они смогли высказать свое мнение.

– Молодой генерал умирает. Как мы можем тратить время на проверку лекарства? Чем придворный лекарь Су и ваша Имперская аптека занимались? Ты потратила слишком много времени на доставку лекарства. Если что-то случится с генералом Чэном, возьмешь ли ты на себя всю ответственность?

Гу Фэй Янь подумала:

«Главный евнух, этот человек еще не умер, а ты уже хочешь переложить на меня вину? Но почему?»

Тем не менее, она все равно серьезно объяснила:

– Евнух У, по дороге сюда мы попали в засаду убийц, но давайте обсудим это позже. Сперва важно спасти человека. У нас и так не хватает времени.

Как только она закончила говорить, генерал Чэн, лежавший на кровати, внезапно поднял голову, чтобы посмотреть на Гу Фэй Янь.

Только тогда Гу Фэй Янь ясно увидела облик генерала Чэна; брови-мечи, яркие как звезды глаза, героический, благородный, если бы не болезнь, он выглядел бы намного лучше.

Генерал Чэн, казалось, хотел что-то сказать, но прежде чем мужчина успел издать хоть звук, он выплюнул полный рот черной крови. Его глаза расширились, а все его тело застыло в полной неподвижности.

– И Фэй? Не пугай свою мать, И Фэй!

– Генерал! Быстрее, армейский лекарь, армейский лекарь, иди и проверь!

На мгновение все впали в панику. Гу Фэй Янь тоже испугалась, этот парень не должен умереть!

Как только она собиралась шагнуть вперед, армейский лекарь сделал это первым, введя иглы. К счастью, после нескольких уколов генерал Чэн восстановил силы и смог откашляться.

Гу Фэй Янь про себя вздохнула с облегчением. Не дожидаясь решения старой мадам Линь, она положила аптечку на стол и открыла ее.

– Быстро проверьте лекарство, быстрее!

Согласно правилам, пакеты с травами, подвергающиеся проверке, должны быть упакованы отдельно один от другого, чтобы сэкономить время проверки. Неожиданно каждая маленькая упаковка трав внутри большого пакета с лекарствами была повреждена, в результате чего все лекарственные ингредиенты оказались перемешаны.

У Гу Фэй Янь возникли подозрения. Эта аптечка всегда находилась в экипаже. Даже если она выпрыгнула с ней оттуда, с чего она смогла так порваться?

Что-то было не так!

Аптечка с лекарствами, покинув имперскую аптеку, была передана изначальной владелице. Но несколько евнухов тоже касались ее.

Судя по всему, проверка была еще более необходима!

Руки Гу Фэй Янь осторожно касаясь ингредиентов, аккуратно и профессионально разложили все на составляющие. Затем она передала рецепт с печатью придворного лекаря Су армейскому лекарю, поторопив:

– Время имеет большое значение, поторопитесь, не тяните!

В глазах толпы на столе было не менее тридцати видов лекарственных трав. Некоторые из них были сильно измельчены, к тому же смешаны меж собой. Потребуется некоторое время, чтобы опознать и проверить их одну за другой.

Армейский лекарь не спешил принимать решение. Евнух У тут же повысил голос:

– Что происходит в вашей Имперской аптеке? Как вы могли смешать все проверяемые ингредиенты? Сколько потребуется времени, чтобы проверить эти травы? Ты сделала это специально? Говори!

Мадам Линь и заместитель генерала оба были обеспокоены. Мадам Линь очень хотела спасти своего сына, поэтому ей было плевать на все остальное, поэтому она приказала:

– Я сказала, что ничего не нужно проверять! Быстрее приготовьте его, поспешите! Быстрее!

– Мадам, я не знаю, почему лекарство так смешалось, но, несмотря ни на что, оно должно быть проверено!

Гу Фэй Янь изначально хотела предупредить мадам Линь, чтобы та была осторожнее. Кто знал, что мадам Линь согласится с евнухом У. Она была одновременно и зла, и взволнована, сказав:

– Ты – та, кто несет ответственность за доставку этого лекарства. И не знаешь, что случилось? Стража, быстрее арестуйте эту дерзкую и бесчестную девушку-аптекаря! Армейский лекарь, возьми травы и быстрее свари их! Быстрее!

Эта мать – настоящая свинья, так подвести собственного сына!

Гу Фэй Янь привыкла к дикому нраву своего мастера. Ведь поначалу его нрав был жестоким и злобным. Увидев, приближающегося стража, она холодно сказала:

– Метод приготовления отвара отличается от прочих обычных рецептов. Его не знает никто кроме меня. Вам лучше поторопиться и проверить эти травы, иначе придется нести последствия!

Она не лгала. Она должна была не только доставить лекарство, но и приготовить его. Иначе она бы так не спешила. Все, что ей нужно было сделать, это заставить стражей доставить его.

Все потрясенно ахнули. Они не ожидали, что простая девушка-аптекарь окажется настолько наглой. Мадам Линь не могла сдержать своего гнева:

– Проклятая девчонка, ты пытаешься восстать?

Глава 6 – Очень странный рецепт

Перед лицом гневного упрека мадам Линь, Гу Фэй Янь не только не струхнула, но стала еще смелее.

Серьезным выражением лица, она уверенно спросила:

– Мадам Линь, жизнь генерала Чэна поставлена на кон. Позвольте спросить в последний раз, вы собираетесь проверять это лекарство?

– Ты, ты... – лицо старой мадам Линь посинело от гнева.

Глаза евнуха У зловеще вспыхнули, и он высказался:

– Мадам, поскольку в Имперской аптеке есть свои правила, мы будем следовать им. Жизнь генерала под угрозой, мы не можем позволить себе пустить ее на ветер!

Сердце старой мадам Линь пылало от беспокойства. Но у нее не было иного выбора, кроме как послушать евнуха У и отдать приказ армейскому лекарю.

Евнух У холодно предупредил.

– Глупая девчонка, хорошо запомни. Задержка вызвана вашей Имперской аптекой!

Гу Фэй Янь не ответила евнуху У, с презрением посмотрев на него.

Она вытянула свои маленькие руки, несколько раз согнула пальцы и начала разбирать травы. Ее десять пальцев двигались на невероятной скорости, когда она поднимала левую руку, правая опускалась. Выбрать, поднять, отложить, выбрать, собрать, сдвинуть. Ее движения были плавными, как вода, профессиональными, но грациозными.

Все снова были ошеломлены. Ее руки были не просто быстрыми, а невероятно быстрыми! Прежде чем они пригляделись, Гу Фэй Янь уже разобрала все травы, разбив их по категориям. Она действительно не тратила времени даром.

Хотя все еще пребывали в шоке, Гу Фэй Янь, похоже, что-то обнаружила. Сложный взгляд мелькнул в ее глазах, когда она холодно сказала:

– Армейский лекарь, не стойте просто так. Здесь всего тридцать две травы, быстро проверьте их!

Все пришли в себя. Армейский лекарь не посмел медлить, поэтому быстро подошел, чтобы осмотреть травы, и вскоре пришел к выводу.

– Все верно, формула и ингредиенты те же, что и в рецепте!

Услышав это, Гу Фэй Янь должна была бы вздохнуть с облегчением. Тем не менее, ее сердце пропустило удар. Она чувствовала себя очень плохо!

Когда она впервые коснулась трав, то заметила, что с одной из них была большая проблема. Хотя она привезла с собой рецепт придворного лекаря Су, но у нее не было времени на него взглянуть. Ранее она думала, что кто-то преднамеренно подмешал какое-то лекарственное растение, но не ожидала, что оно будет также упомянуто в рецепте. Это растение звалось Большим Оживляющим плодом, и было весьма дорогим. Оно оказывало превосходное влияние на болезни желудка. Однако, если его использовать вместе с другими согревающими желудок травами, эффективность не только значительно снижалась, но и наносило серьезный вред легким.

Будь то ослабленный лекарственный эффект или тяжелый вред легким, это не было тем, что могло вынести тело генерала Чэна в нынешнем его состоянии!

На этот раз все вышло действительно хлопотно!

Лекарь знал болезни, аптекарь знал лекарства.

Лекари хорошо разбирались в патологиях, а аптекари – в фармакологии.

Лекари напрямую имели дело с пациентами, ставя диагнозы и выписывая рецепты. Работа аптекаря заключалась в изучении и проверке рецептов, например, в определении подходили ли лекарства для пациентов, был ли конфликт между составляющими и прочее.

Таким образом, Имперская аптека государства Тяньянь не только отвечала за выбор, доставку и приготовление лекарства, но, что более важно, отвечала за проверку рецепта и надзор за использованными травами.

Придворный лекарь Су и армейский лекарь плохо разбирались в фармакологии, поэтому это было понятно. Но что насчет имперской аптеки? В конце концов, этот рецепт прошел перед ней через руки двух аптекарей Имперской аптеки, разве они ничего не заметили! Должно быть, они сделали это нарочно!

Обдумав все, Гу Фэй Янь вдруг поняла!

Это была ловушка!

Настоящий рецепт и аптечка существовали и были проверены Имперской аптекой. Однако в руках изначальной владелицы все стало подделкой! Настоящий преступник хотел подставить ее с поддельным рецептом и тайно изменил ингредиенты!

Гу Фэй Янь внезапно вспомнила об убийце, которого встретила по дороге сюда. Этот парень пришел, чтобы перехватить лекарство, казалось, он не знал, что с этим лекарством что-то было не так. Другими словами, было по меньшей мере две группы людей, которые хотели причинить вред генералу Чэну!

Гу Фэй Янь поколебавшись, не сказала им правды. Она подумала, что с отношением мадам Линь, ей невозможно было доверять. Что касается евнуха У, он мог быть соучастником преступника!

Несмотря ни на что, жизнь Чэн И Фэя должна быть спасена! Теперь она могла только скрыть правду и попытаться тайно избавиться от Большого Оживляющего плода, добавив обратно оригинальное лекарство.

А прочие могут катиться в ад...

Глава 7 – Кормление лекарством, восхищенные взгляды

К примеру, согласно рецепту первой помощи, выданному придворным лекарем Су, любые изменения ингредиентов повлияли бы на весь организм.

Менять травы нужно было в соответствии с состоянием пациента. Учитывая все аспекты, по правде, это была сложная задача. Однако для Гу Фэй Янь с треножником Царя Исцеления под рукой это все еще было очень простым делом. На основании диагноза придворного лекаря Су, а также сочетании всех прочих лекарственных ингредиентов, указанных в рецепте, она быстро определила, что замененным ингредиентом был звездчатый анис.

Гу Фэй Янь немедленно доставили в лагерь снабжения. Несмотря на то, что за ней следили солдаты, ей все же удалось тайно спрятать Большой Оживляющий плод в маленький треножник Царя Исцеления, и извлечь из него звездчатый анис, положив тот в пакет с лекарствами.

Старая мадам Линь четыре или пять раз посылала кого-то для проверки, пока лекарство варилось. Гу Фэй Янь тоже хотелось закончить быстрее. Ей хотелось положить все травы в маленький треножник Царя Исцеления и быстро сварить все на Божественном Пламени. Однако текущая ситуация не позволяла ей разоблачать маленький треножник Царя Исцеления, поэтому пришлось воспользоваться обычными методами, сварив лекарство на слабом огне, чтобы раскрыть его суть.

Когда Гу Фэй Янь принесла отвар обратно в лагерь, то была поражена. Она не думала, что генерал Чэн окажется в худшем состоянии, чем она ожидала.

Генерал Чэн буквально умирал! У него даже не хватало сил рвать кровью. Он лежал в объятиях старой мадам Линь, его лицо было бледным, как бумага, а глаза полузакрыты, словно он был на грани смерти.

В этой ситуации было сложно скормить ему лекарство.

Увидев, что лекарство доставлено, старая мадам Линь, заместитель генерала и армейский лекарь пришли в замешательство.

– Быстрее, помогите поднять генерала, поторопитесь!

– Это не сработает, лекарство слишком горячее. Быстрее остудите его, поторопитесь!

– И Фэй, скорее выпей лекарство, не пугай маму! Открой рот! Быстрее!

У старой мадам Линь от тревоги в глазах стояли слезы, а руки дрожали. Она поднесла миску с лекарством ко рту сына, желая, чтобы он выпил все это залпом. Тем не менее, Чэн И Фэй не открыл рта. Лекари и слуги были обеспокоены и беспомощны.

В момент отчаяния мадам Линь приказала служанке скормить лекарство ртом.

Увидев это, Гу Фэй Янь запаниковала и остановила служанку:

– Тебе нельзя его пить!

Эта миска с лекарством была крайне ценна, разве не ясно?!

Мадам Линь не ожидала, что Гу Фэй Янь шагнет вперед, поэтому разозлившись, сказала:

– Чертова девчонка, чего ты еще хочешь?

Евнух У воспользовался этой возможностью чтобы сделать выговор:

– Ты все еще пытаешься тянуть время? Не думай, что сможешь уйти от ответственности только потому, что быстро приготовила лекарство! Напомню, лекарство должно быть доставлено после полуночи. Вашей Имперской аптеке придется взять на себя всю ответственность!

Время истекало, да и Гу Фэй Янь было лень спорить.

Ей было все равно, хочет ли мадам Линь, чтобы она помогла. Она просто толкнула генерала Чэна, заставив его положить голову на запястье мадам Линь.

– Мадам Линь, если вы хотите, чтобы генерал Чэн принял лекарство, немедленно поднимите эту руку и обнимите другой рукой, не позволяя ему шевелиться.

Голос Гу Фэй Янь не был громким, но в нем была сила, которую нельзя было игнорировать. Хотя старая мадам Линь не очень верила ей, она сделала, как было сказано.

Гу Фэй Янь схватила генерала Чэна одной рукой за подбородок, и кто знал, на какие точки акупунктуры она надавила, но ей легко удалось заставить генерала Чэна открыть рот. Она протянула вторую руку к служанке и холодно сказала:

– Лекарство! Быстрее!

Служанка заколебалась, бросив вопросительный взгляд на старую мадам Линь.

– Чертова девчонка, ты уверена... что сможешь скормить его? Если ты…

Нервной мадам Линь нужны были успокоительные пилюли, но Гу Фэй Янь проигнорировав ее, приказала служанке:

– Немедленно подай лекарство!

Служанка была так напугана, что не только принесла лекарство, но даже зачерпнула в ложку и передала его. Гу Фэй Янь не взяла ее. Она извлекла тонкую и длинную бамбуковую ложку для пробы лекарственного порошка, из маленькой аптечки, принесенной с собой. Зачерпнув лекарство этой бамбуковой ложкой, она прямо вылила его на основание языка генерала Чэна, а затем осторожно подняла подбородок.

Этим методом было достаточно просто заставить полубессознательного генерала Чена проглотить лекарственный суп.

На этот раз у всех возник новый уровень уважения к Гу Фэй Янь.

Эта маленькая девушка-аптекарь действительно имела кое-какие навыки!

Глава 8 – Как такое могло случиться

Видя, что ее сын действительно принял лекарство, старая мадам Линь, наконец, поверила в Гу Фэй Янь. Она была очень счастлива.

– Девушка-аптекарь, ты...

– Не беспокойте меня!

Голос Гу Фэй Янь был резким, она не могла отвлекаться. Если в своем текущем состоянии генерал Чэн подавил лекарством, у него не хватило бы сил откашляться, он даже мог задохнуться до смерти. Она должна быть очень осторожна.

Мадам Линь была уважаемым человеком, и никогда прежде не была так зла. Тем не менее, она все еще держала рот на замке, даже дала знак всем присутствующим молчать.

Гу Фэй Янь в тишине скармливала ему ложку за ложкой. Выражение ее лица было сосредоточенным, а техника – профессиональной. Она была совершенно не похожа на неопытную девушку-аптекаря, скорее на старшего аптекаря с отличными навыками.

Чем больше присутствующие смотрели на нее, тем больше чувствовали, что она была весьма необычна. Презрение к ней постепенно исчезло, сменившись признательностью и восхищением. Нужно было знать, что в Имперской аптеке хватало способных людей, но таких способных и смелых женщин, как Гу Фэй Янь, было крайне мало.

Медицинское обслуживание – это жизнь, лекарства – еще больший шанс выжить. В большинстве случаев, чтобы стать лекарем или аптекарем, требовались не только умение, но и мужество. В столь критической ситуации, любой обычный аптекарь или даже аптекарь более высокого ранга не посмел бы действовать решительнее, чем Гу Фэй Янь!

Все были сосредоточены на Гу Фэй Янь, но молчавший все это время евнух У, посмеивался про себя, чувствуя презрение ко всем ее стараниям.

«А толку, что она накормит его лекарством?»

Рецепт придворного лекаря Су был поддельным. Его мастер сказал, что это лекарство должно быть опасным для жизни, и кто-то обязан был взять на себя вину.

Уголки губ евнуха У изогнулись в самодовольной ухмылке, пока он наблюдал, как чаша с лекарством постепенно пустела. Он был совершенно уверен, что чаша с лекарством еще не закончится, как генерал Чэн умрет!

Однако лекарство медленно подходило к концу. А состояние генерала Чэна не ухудшалось, а становилось намного стабильнее, чем раньше.

Чувствуя сомнения, евнух У успокаивал себя тем, что эффект лекарства мог быть не столь быстрым.

Мадам Линь была удивлена и нервничала одновременно. Она перешла от прежнего отношения к дружескому тону, осторожно спросив Гу Фэй Янь:

– Девушка-аптекарь, можно сейчас позволить ему прилечь?

Гу Фэй Янь убрала маленькую бамбуковую ложку и осторожно помогла генералу Чэну подняться, позволив тому опереться на плечо старой мадам Линь. Затем она слегка похлопала его по спине. Вскоре генерал Чэн легонько рыгнул.

Только тогда Гу Фэй Янь ответила:

– Хорошо, дайте генералу Чэну прилечь. Служанка, пожалуйста, скажи мне время. По истечении времени, необходимого для заваривания чашки чая, позовите армейского лекаря, чтобы измерить его пульс!

Все послушно сделали, как она сказала. Гу Фэй Янь отступила в сторону, тщательно вытерев руки. Она все еще чувствовала легкие сомнения.

В конце концов, она была аптекарем, а не лекарем.

При лечении пациента самым важным был диагноз лекаря, а затем лекарство! Только при правильном диагнозе лекарство могло достичь желаемого эффекта.

Другими словами, выживет ли генерал Чэн или нет, зависело от диагноза придворного лекаря Су.

Время, требующееся на приготовление чашки чая, было не долгим и не коротким. Все нервно ждали. Когда время пришло, армейский лекарь поспешил проверить его пульс. К счастью, все они были приятно удивлены.

– Пульс генерала улучшился! Он поправляется! Придворный лекарь Су действительно заслуживает быть главой Имперской больницы, лекарство сработало очень быстро! Генерал вне опасности! Поздравляю мадам и генерала!

Гу Фэй Янь отошла в сторону и, наконец, вздохнула с облегчением. Едва она переродилась, ее вовлекли в столь опасный для жизни вопрос, но теперь, наконец, все разрешилось. Это действительно было легко!

Мадам Линь не смогла скрыть своего волнения, прикрыв рот, она смеялась и плакала. Ей хотелось обнять сына, но она не смела. Она продолжала поправлять его постельное белье, бормоча про себя:

– Хорошо, что ты в порядке, хорошо, что ты в порядке!

Евнух У был в шоке, он стоял, с потрясенным выражением уставившись в одну точку.

Рецепт и лекарство были проверены на месте, и люди наблюдали за ним, пока оно варилось. С ним не должно было быть никаких проблем!

Глава 9 – Запоздалые воспоминания о помолвке

Евнух У пришел в себя только тогда, когда к нему подошла мадам Линь.

Он быстро улыбнулся:

– Мадам Линь, я безмерно счастлив! Придворный лекарь Су сделает все возможное, чтобы быстрее прибыть сюда. Берегите генерала Чэна, этот старый слуга должен сначала отправить письмо императору, чтобы тот не волновался!

– Я обеспокоила императора. Поскольку император проявил такую заботу, надеюсь, евнух сможет поблагодарить его от меня.

– Этот старый слуга определенно передаст слова мадам.

Евнух У собирался удалиться, но когда приблизился к двери, снова посмотрел на Гу Фэй Янь. Гу Фэй Янь взглянула на него и развернулась, собираясь уйти.

Девушка чувствовала, что с евнухом У что-то не так.

После того, как придворный лекарь Су написал рецепт, его отправили в Имперскую аптеку. Имперская аптека подбирала и доставляла лекарства. В течение всего процесса, будь то рецепт или лекарственные ингредиенты, с ними имеют дело евнухи во дворце. Было не так сложно подделать рецепт.

Учитывая заслуги и военную мощь семьи Чэн, хотя император всегда был несколько насторожен, вряд ли бы он стал действовать так резко. Надо было знать, что государство Тяньянь было создано всего девять лет назад, а его основание пока не было стабильным. Однако, кроме императора, во дворце, вероятно, была всего лишь горстка людей, способных командовать кем-то с таким положением, как у евнуха У.

Пока Гу Фэй Янь размышляла, мадам Линь подошла к ней. Она даже не назвала Гу Фэй Янь «девчонкой», а «молодой мисс».

– Молодая мисс, как тебя зовут? На какого аптекаря ты работаешь?

Как только Гу Фэй Янь прибыла, она сообщила свое имя, но старая мадам Линь, вероятно, не обратила внимания. Она ответила:

– Меня зовут Гу Фэй Янь, мне только что дали звание девушки-аптекаря и я пока не получила назначения.

Неожиданно лицо старой мадам Линь резко изменилось:

– Гу Фэй Янь? Твоя семья проживает в восточной части города. Та семья Гу, которая заключила помолвку с резиденцией генерала Ци? Ты…

Помолвку!?

Гу Фэй Янь была настолько обеспокоена спасением человека, что только сейчас вспомнила об этом.

Изначальная владелица действительно была помолвлена. Ее женихом был молодой генерал из резиденции генерала Ци, Ци Юй.

Семья Ци и Семья Гу изначально были семьями, владевшими на Континенте Глубинного Царства боевыми искусствами. Они были в хороших отношениях друг с другом. Однако десять лет назад боевые искусства Континента Глубинного Царства пережили бедствие, и семья Гу пала. С другой стороны, семья Ци встала на сторону императорского клана Цзюнь, сформировала армию и стала одной из двух армий-основательниц государства Тяньянь.

По мере того как неравенство во влиянии между двумя семьями становилось все больше, семья Ци не только не стала воспринимать семью Гу всерьез, они постоянно откладывали свадьбу и даже отказались признавать помолвку.

Взглянув на сердитое лицо старой мадам Линь, Гу Фэй Янь поняла, что происходило.

Она подумала, что человек, намудривший с рецептом, должно быть хотел, чтобы она, невеста семьи Ци, приняла вину на себя!

Надо сказать, у семьи Чэн были сильные противоречия с семьей Ци!

Семья Чэн контролировала кавалерию, а семья Ци пехоту. Семья Чэн управляла восточным военным лагерем, а семья Ци западным. Две семьи были левым и правым крыльями императора государства Тяньянь. Три года назад генерал Ци допустил ошибку, решив не посылать подкрепление, в результате чего Великий генерал Чэн погиб на поле боя. Все решили, что Ци Ши Мин сделал это нарочно, но император отказывался этому верить и назначил ему очень легкое наказание.

С тех пор семья Чэн ненавидела семью Ци. Даже вся армия Чэн ненавидела семью Ци.

Чем больше Гу Фэй Янь думала об этом, тем холоднее становилась ее спина.

В конце концов, она поняла, почему убийца свалил вину на скромную девушку-аптекаря. Будучи невестой семьи Ци, она имела правдоподобный мотив для совершения преступления!

Эта ловушка была действительно слишком ужасна!

– Хммм, так ты невеста семьи Ци? Вот уж никогда бы не подумала!

Старая мадам Линь прервала мысли Гу Фэй Янь, ее голос стал резким. Будущая невестка ее врага спасла ее сына. В глазах старой мадам Линь это было большим унижением, легко компенсирующим ее благодарность Гу Фэй Янь.

Она обернулась и, даже не удостоив Гу Фэй Янь взгляда, холодно сказала:

– Кто-нибудь, дайте ей сто золотых монет и скажите, чтобы она убиралась отсюда!

Гу Фэй Янь знала, о глубокой ненависти семьи Чэн к семье Ци, но была слишком ленива, чтобы беспокоиться об этом. Но кто ж знал, что, когда мадам Линь возьмет золотые монеты у служанки, то фактически швырнет их в лицо Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь быстро увернулась, чуть не получив удар. Старая мадам Линь все еще не сдаваясь, сердито крикнула:

– Возьми деньги и катись! В военном лагере нашей семьи Чэн нет места для семьи Ци!

Гу Фэй Янь больше не могла сдерживаться. Она была в ярости!

Глава 10 – Служебное и личное, у всякого дела только одна истина

Гу Фэй Янь была в ярости!

Она действительно была невестой Ци Юя, но разве она вышла за него замуж? Но даже если бы она вышла за него, то, что с того?

У всякого дела только одна истина. Как могла мадам Линь, будучи женой Великого генерала, этого не знать?

Она с прошлой ночи и до сих пор занималась спасением человеческой жизни, и в результате все еще подвергалась такому необъяснимому унижению?

«Что это, черт возьми?!»

Гу Фэй Янь подняла мешок с золотыми монетами и холодно посмотрела на мадам Линь.

Мадам Линь уже испытала силу Гу Фэй Янь и подумала, что та собирается что-то с ней сделать. Она быстро отступила, сердито сказав:

– Самонадеянная! Что ты пытаешься сделать?

Выражение лица Гу Фэй Янь не изменилось, когда она холодно сказала:

– Старшая мадам Линь, состояние генерала Чэна лишь немного улучшилось. За ним все еще нужен тщательный присмотр, не будьте небрежны. Пусть кто-нибудь сварит пшенный суп, и когда генерал Чэн очнется, сначала выпьет его. Он сможет съесть не более семи ложек. Нет необходимости принимать до этого лекарство. Лекарство, которое прописал придворный лекарь Су, нужно принимать вовремя и в соответствии с дозировкой. Придворный лекарь Су прибудет в военный лагерь сегодня вечером. Тогда вы сможете выслушать его инструкции.

Старшая мадам Линь не ожидала, что Гу Фэй Янь скажет такое. Хотя она была немного удивлена, но повела себя еще более презрительно. Она указала на дверь и сердито сказала:

– Перестань притворяться. Кончай изображать доброту! Убирайся немедленно!

Гу Фэй Янь закрыла глаза и, сохраняя самообладание, продолжила:

– Мадам Линь, во время нашей поездки из Имперской аптеки, шесть стражей, один возница и я попали в засаду убийцы в лесу мушмулы на западной стороне военного лагеря. Убийца собирался украсть лекарство. Мне едва удалось сбежать. Я сообщу об этом в храм Дали, когда вернусь. Я поставила вас в известность.

Слова Гу Фэй Янь напомнили старой мадам Линь об убийце. Убийца собирался украсть лекарство, это было то же самое, что забрать жизнь ее драгоценного сына!

Старая мадам Линь, чей разум был омрачен ненавистью, наконец, успокоилась и повернулась, чтобы бросить взгляд на заместителя генерала. Прежде чем она успела что-либо сказать, заместитель генерала заговорил первым:

– Мадам, этот смиренный генерал понимает! Я немедленно отправлю нескольких человек для расследования!

– Иди скорее, пошли голубя, чтобы доставить сообщение в суд! Скажи им, чтобы как можно скорее выслали сюда людей.

После ухода заместителя генерала взгляд старой мадам Линь снова вернулся к Гу Фэй Янь. Прежде чем она успела что-то сказать, Гу Фэй Янь уже перехватила инициативу и продолжила:

– Старая мадам Линь, есть еще одна вещь…

Тон старой мадам Линь не был столь резким, как раньше, но она все еще была недовольна.

– Что еще? Давай заканчивай разом!

Однако Гу Фэй Янь неожиданно подняла мешочек в руке. Старая мадам Линь запаниковала:

– Ты что делаешь?

Что делаю? Поскольку деловые переговоры закончились, естественно, речь зашла о личных делах!

Гу Фэй Янь была спокойна, как никогда, и у нее на лице даже появилась улыбка.

– Мадам Линь, если бы вы знали, что я невеста Ци Юя, вы бы по-прежнему позволили мне дать лекарство генералу Чэну? – спросила она.

Эти слова заставили сердце мадам Линь пропустить удар. Она не смела думать или смотреть правде в глаза.

В этот момент руки Гу Фэй Янь расслабились, и она плюхнула тяжелый мешок с деньгами к ногам мадам Линь.

Мадам Линь громко закричала:

– А… мои ноги, Гу Фэй Янь, ты слишком самонадеянна. Кто-нибудь придите и заберите ее...

Гу Фэй Янь резко оборвала ее:

– Старая мадам Линь, пожалуйста, выслушайте внимательно. Я, Гу Фэй Янь, девушка-аптекарь Имперской аптеки и получаю там зарплату. Я просто следую приказам для этой поездки, и мне не нужна ваша жалкая подачка! И, гоните, не гоните, я не уйду! Согласно правилам, мне нужно дождаться прибытия придворного лекаря Су и объяснить ему реакцию генерала Чэна на прием лекарства перед тем, как уйти. Так что вам не стоит торопить меня, я уйду сама. Кроме того, если мадам беспокоится о моей персоне из-за личных обид, мне придется побеспокоить вас отправить кого-нибудь в Имперскую аптеку и сообщить управляющему, чтобы в будущем меня никогда больше не посылали ни на какую работу, связанную с семьей Чэн, заранее благодарна!

Услышав это, мадам Линь была ошеломлена. Гу Фэй Янь развернулась и, широко шагая, вышла. Ее спина была гордой и прямой, а тело весьма худеньким, но совсем не слабым.

– Чертова девчонка, ты, ты... Эта мадам пока не станет с тобой спорить!

Лицо мадам Линь становилось то красным, то белым, от досады и стыда. По сравнению с четкими действиями Гу Фэй Янь в отношении общественных и личных интересов, ее ранее импульсивное поведение казалось нелепым. Ей пришлось признать, что она отчасти восхищалась этой маленькой девочкой. Она невольно подумала, если бы та не была невестой Ци Юя, как это было бы замечательно!

Гу Фэй Янь была подавлена. Пока она шла к задней части лагеря, она внесла семью Чэн в черный список. По пути она также задавалась вопросом, кто же ее подставил.

Когда она прибыла в конец лагеря, то увидела, как евнух У крадется в палатку для приготовления лекарств. Она быстро последовала за ним, подумав:

«С этим старым евнухом явно что-то нечисто!»

Глава 11 – Вернуть обратно «черный горшок*»

Когда Гу Фэй Янь поняла, что поблизости никого нет, она быстро подбежала к окну лекарской палатки и прислонилась к стене, чтобы подслушать. Вскоре она услышала голоса евнуха У и слуги.

– Почему за столь короткое время лекарственные отходы пропали? Подумай как следует, куда они делись?

– Евнух, лекарственный отходы здесь не варят дважды. Должно быть, они были выброшены в реку слугами.

– В реку?

– А что с этим не так? Генерал Чэн последнее время использовал слишком много трав. Как только их отваривали, все отходы сразу же выбрасывали в реку, протекающую за лагерем.

– Можешь ли ты их вернуть?

– Но... евнух, разве эти отходы не бесполезны? Течение реки очень быстрое, и их, вероятно, давным-давно смыло. Евнух, даже если они вам нужны, какой от них прок?

– Вот приставучий! Хочу предупредить, не позволяй этому делу выйти на свет. В противном случае не сносить тебе головы!

Подслушивая, Гу Фэй Янь радовалась.

Она была так зла на мадам Линь, что забыла что-то настолько важное, как отходы! К счастью, они давно были уничтожены. В противном случае, евнух У мог бы раскрыть правду, если бы довел ее до сведения старшего аптекаря.

Евнух У, должно быть, действовал по чьему-то приказу. Кроме императора, кто еще во дворце осмелился бы возложить руки на генерала Чэна и свалить на нее вину?

Гу Фэй Янь вынула из рукава рецепт, и ее глаза медленно сузились до двух прямых линий.

Хотя ее впечатление о мадам Линь было ужасным, та решительно следовала своим принципам. Как она могла просто так отпустить убийцу, подкинувшего ей такой большой «черный горшок». Ей необходимо вернуть тому услугу! Если ее заставили играть грязно, она хотела бы посмотреть, кто будет смеяться последним!

Уже наступила ночь, когда придворный лекарь Су прибыл в лагерь, чтобы проверить пульс генерала Чэна. Гу Фэй Янь встала позади него и, пока никто не обращал внимания, тайком подсунула поддельный рецепт в его аптечку.

С личностью придворного лекаря Су, стоило тому только обнаружить странность в рецепте, он определенно тайно предупредил бы генерала Чэна. Ходили слухи, что этот молодой генерал был мятежным и неуправляемым человеком, не задумываясь обижавшим других. Кроме императора и Его Высочества принца Цзина, он не считался ни с кем другим. Если он, проснувшись, узнал, что кто-то хотел причинить ему вред, как он мог бы не насторожиться? Он знает, как мстить!

Закрыв аптечку, Гу Фэй Янь повернулась, чтобы взглянуть на старую мадам Линь, а затем на бессознательного генерала Чэна. Уголки ее губ приподнялись в безобидной улыбке, и она тихо ушла, скрывая свои заслуги и славу...

Хотя состояние генерала Чэна улучшилось, оно было не слишком стабильным. Придворный лекарь Су остался. Мадам Линь была занята хлопотами о своем сыне, поэтому не доставила Гу Фэй Янь никаких хлопот. Девушка выскользнула из палатки, заговорив с евнухом, сопровождавшим придворного лекаря Су.

В воспоминаниях изначальной владелицы было очень мало знаний о Континенте Глубинного Царства. Она пыталась получить хоть какую-то информацию, но никто в военном лагере не обращал на нее никакого внимания.

После множества разговоров Гу Фэй Янь в основном поняла все, что хотела знать.

Оказалось, что на Континенте Глубинного Царства уважали боевые искусства. Было множество семей занимавшихся ими, но десять лет назад они претерпели серьезные изменения. Все боевые искусства пришли в упадок, создав ситуацию, при которой должны были появиться другие силы, такие как императорская власть, финансовые группы, боевые кланы и прочее.

Эти огромные изменения были связаны с загадочным «Ледяным морем» находящимся в самой южной части континента. Ледяное море промерзло на десять метров, и было настолько холодным, что обычные люди не могли его пересечь.

Десять лет назад все Ледяное море за ночь было отравлено на три фута высокотоксичным ядом. В ту же ночь у всех, практикующих боевые искусства, на Континенте Глубинного Царства исчезла истинная ци, и боевые искусства Континента Глубинного Царства мгновенно ослабли. Никто не знал почему. После той ночи Ледяное море стало ужасной запретной территорией, о которой люди Континента Глубинного Царства могли только шептаться. Слухи распространялись, но никто не осмеливался приблизиться к нему, а тем более расследовать причину.

Разве это не было место из ее снов?

Гу Фэй Янь взволнованно спросила:

– Итак, Континент Глубинного Царства находится на северном берегу Ледяного моря, тогда что за место расположено на южном его берегу? Эта земля называется Духовным Царством Ледяного Моря?

– Нет, там находится еще один континент, называемый Континентом Облачного Царства (Юнькун). Духовное Царство Ледяного моря… никогда о таком не слышал, – лицо евнуха было наполнено любопытством, – девушка-аптекарь Гу, почему ты спрашиваешь об этом? Ледяное море – очень странное место. Я слышал, оно было проклято, поэтому давай не будем о нем говорить.

Гу Фэй Янь больше не поднимала этот вопрос. У нее было ощущение, что Ледяное море и Духовное Царство Ледяного моря могли иметь какое-то отношение друг к другу. Ей нужно было найти возможность больше узнать об этом месте.

Мастер Бай И действительно осмелился вот так обмануть ее. После того, как она достаточно побродит по Континенту Глубинного Царства, она обязательно вернется и уладит все счета!

Ранним утром следующего дня Гу Фэй Янь отправилась в город.

Она думала, что это дело в принципе не имело к ней никакого отношения. К сожалению, когда она проезжала место, где произошло убийство, она столкнулась с заместителем генерала армии Чэнь и людьми из храма Дали. Они окружили место происшествия, а следователь осматривал трупы.

Заместитель генерала вызвал Гу Фэй Янь для допроса. Гу Фэй Янь не хотела заходить слишком далеко, но решила тоже задать три вопроса. Однако когда она огляделось, то обнаружила, что убийца исчез.

Где он?

Нет, где его тело?

Гу Фэй Янь с тревогой спросила:

– Заместитель генерала, что случилось... вы поймали убийцу?

Заместитель генерала серьезно ответил:

– Когда этот скромный привел своих людей, то увидел только эти трупы. Убийца, должно быть, сбежал. Судя по ранам на этих трупах, каждому из них перерезали горло мечом. Боевые искусства этого убийцы определенно непросты. Девушка-аптекарь Гу, тебе невероятно повезло сбежать!

Сердце Гу Фэй Янь замерло. Ее настроение было испорчено!

Превосходила ли терпимость убийцы к яду сами небеса? Он явно упал в обморок. Могло ли быть так, что он не умер от яда?

Когда люди из храма Дали спросили о внешности и характеристиках убийцы, Гу Фэй Янь захотелось самой прямо тут нарисовать его портрет, но она все же сдержалась. Она сделала вид, что вспоминала, пересказав им все, что могла.

Чего Гу Фэй Янь не знала, так это того, что «убийца» сейчас стоял на соседнем дереве. Его лицо было холодно, как лед, когда он смотрел на нее с высоты…

Примечание переводчика.

* вернуть назад черный горшок – подставить вместо себя того, кто подставил тебя.

Глава 12 – Великолепно, одобряю

Когда он услышал, как Гу Фэй Янь подробно описала его рост, одежду, глаза, прическу и даже меч, холодное и одинокое лицо Цзюнь Цзю Чэня совершенно заледенело.

На нем все еще была серебристо-белая маска, но он уже сменил свой черный облегающий наряд. Его высокое, прямое тело было скрыто в густых ветвях деревьев, но оно не утратило своей грации и благородства.

Он смотрел на нее, слушая ее бесконечную болтовню. Его холодный взгляд проследовал от ее маленького лица вниз, постепенно изучая ее, будто исследуя свою добычу.

Вчера вечером у него не было настроения внимательно рассматривать ее. Но сегодня он снова столкнулся с ней. Наконец, он смог ясно разглядеть, как выглядела отравившая его женщина.

Ее едва ли можно было считать женщиной, на ней не было ни грамма косметики, она не обладала харизмой, и была слишком худа, совсем как маленькая девчонка.

Мало того, что ей удалось от него сбежать, она даже осмелилась использовать жизнь Чэн И Фэя как ставку, чтобы угрожать старой мадам Линь ради проверки лекарства, что было поистине удивительно. Но самым невероятным было то, что Чэн И Фэй на самом деле не умер, выпив лекарство, которое она приготовила, а вместо этого выздоровел.

Вскоре прибыл страж примерно двадцати лет отроду. Этот человек был ни кем иным, как Ман Чжуном, спасшим Цзюнь Цзю Чэня в ту ночь. Ман Чжун легко избежал внимания Гу Фэй Янь и прочих, тихо приземлившись рядом с Цзюнь Цзю Чэнем.

– Ваше Высочество, мы уже изучили отходы лекарства. Большой Оживляющий плод отсутствует, но добавлен анис. Звездчатый анис был изначальным ингредиентом лекарства, назначенного придворным лекарем Су. С этой девушкой-аптекарем явно что-то не так!

Цзюнь Цзю Чэнь тихо спросил:

– Имя? Происхождение?

Ман Чжун не только украл остатки, но и с максимальной скоростью изучил жизнь Гу Фэй Янь.

– Ваше Высочество, по стечению обстоятельств, она невеста молодого генерала Ци, Гу Фэй Янь.

В обычно спокойных глазах Цзюнь Цзю Чэня мелькнуло удивление.

– Невеста Ци Юя?

Ман Чжун быстро пояснил:

– Они были помолвлены с младенчества, пятнадцать лет назад. Семьи Гу и Ци не общались в течение семи или восьми лет, поэтому люди редко вспоминали об этом. Судя по позиции семьи Ци, они, вероятно, откажутся от помолвки.

Цзюнь Цзю Чэнь задумался на мгновение, а затем спросил:

– Может ли убийца быть из семьи Ци?

На этот раз причина, по которой он публично не остановил преступника, заключалась в том, что он не был уверен, кто был настоящим виновником случившегося. Он не хотел насторожить врага.

Отец-император был тяжело болен, а наследный принц слишком молод. У него хватало других важных обязанностей, и его амбиции не распространялись на трон. Баланс сил между армиями Чэн и Ци был самой большой гарантией стабильности военно-политической системы государства Тяньянь. Он не позволил бы ни одной из партий создать проблемы.

Кто имел смелость действовать так нагло?

Цзюнь Цзю Чэнь задумался, затем спросил:

– А где тот фальшивый рецепт?

Затем Ман Чжун сообщил обо всем, что произошло во время его слежки в военном лагере. Цзюнь Цзю Чэнь снова удивился, но кивнул:

– Великолепно.

Ман Чжуну тоже показалось, что метод действий Гу Фэй Янь был превосходным, чрезвычайно умным. Но, увидев, что Его Высочество кивнул в знак одобрения, он все же был удивлен. Он так долго прослужил Его Высочеству, но впервые видел, как Его Высочество признавал женщину.

К этому времени Гу Фэй Янь уже рассказала все, что могла, и собиралась сказать людям из храма Дали, что разрушив планы убийцы, подвергла себя опасности. Девушка почувствовала облегчение только тогда, когда судейские пообещали отправить людей, чтобы тайно защитить ее в течение нескольких дней.

Увидев, что его мастер смотрит на Гу Фэй Янь, Ман Чжун долго колебался, прежде чем напомнить:

– Ваше Высочество, придворный лекарь Ло давно ждет. Яд в вашем теле должен быть удален как можно скорее. Пожалуйста, немедленно вернитесь в резиденцию.

Цзюнь Цзю Чэнь прекрасно понимал, что происходило с его собственным телом, поэтому тихо сказал:

– Следи за храмом Дали. Если появится какой-либо прогресс, немедленно сообщи мне.

Чтобы отследить убийцу, приставы должны были сначала выяснить, как информация о лекарстве просочилась из дворца. Тогда они, естественно, узнали бы, кто соприкасался с рецептом.

Вскоре после того, как Цзюнь Цзю Чэнь ушел, Гу Фэй Янь также вернулась в город. Когда ее экипаж проезжал по шумным улицам, она вдохнула живой запах фейерверков нового мира и почувствовала себя намного лучше.

Духовное Царство Ледяного Моря было уединенным и малонаселенным местом, а она была общительным человеком.

Гу Фэй Янь вышла из экипажа у ворот дворца и направилась к Имперской аптеке, напевая легкую мелодию. Однако вскоре она обнаружила, что что-то не так. Все встреченные ей по дороге дворцовые служанки и евнухи, глядя на нее, указывали пальцами и шептались меж собой.

Что-то случилось?

Глава 13 – Провокация, «грязная вода»

Столкнувшись с осуждением с чужой стороны, Гу Фэй Янь была озадачена.

Изначальная владелица вела себя в аптеке слишком сдержанно. Она не только никого не провоцировала, но даже терпела издевательства и мирилась с происходящим.

Поэтому, не обращая на них внимания, она поспешила в «отдел доставки», чтобы сделать доклад.

Имперская аптека состояла из пяти отделов: складского, аптечного, амбулатории, общежития и доставки. Купленные травы поступали на склад и после того, как рабы-аптекари осматривали их, выбрав лучшие образцы, те отправлялись на склад. Их использовали в аптеке для изготовления лекарственных пилюль и лечебных порошков. Их также могли использовать в больнице, для приготовления пакетов с травяными сборами в соответствии с рецептами придворных лекарей. Или при срочной помощи для приготовления отваров, перед отправкой их отделом доставки.

В этих пяти отделах рабы-аптекари выполняли массу ручного труда, в то время как девушки-аптекари помогали аптекарям, получая возможность учиться. Изначальную владелицу только что повысили с аптекаря-рабыни до девушки-аптекаря, поэтому ее никому не назначили в помощники. Из-за чего ей приходилось быть на посылках у всех аптекарей во всех отделах.

Гу Фэй Янь была на восемьдесят процентов уверена, что посылка с лекарственными травами и рецепт были заменены в отделе доставки, но она не стала углубляться в этот вопрос. Она уже напомнила об этом придворному лекарю Су, и хотела увидеть реакцию придворного лекаря Су и Чэн И Фэя.

Ей хотелось побродить вокруг и больше узнать об учреждении, контролирующем лекарства во внутреннем дворе гарема, но когда она вошла во двор, то увидела нескольких девушек-аптекарей, болтающих сбившись в кучу.

– Вы видели только что вернувшуюся невесту помощника генерала?

– Невесту помощника генерала? Ты не ошиблась? Она должно быть невеста молодого генерала.

– Нет, не ошиблась, она невеста помощника генерала. Генерал Чэн, в конце концов – генерал.

– Что? Что? Разве она не невеста молодого генерала Ци? Какое отношение она имеет к генералу Чэну?

И что это было?

Гу Фэй Янь пригнулась и тихо приблизилась. Послушав некоторое время, она поняла, что ее настроение снова испортилось!

Неудивительно, что такая куча народу указывала на нее пальцами по дороге сюда. По слухам, она избежала меча убийцы и, как говорили, долгое время была влюблена в Чэн И Фэя. Чтобы спасти его жизнь, она была готова скорее пожертвовать собственной жизнью, чем отдать лекарство. А когда она поила Чэн И Фэя лекарством, то воспользовалась возможностью, чтобы броситься в его объятия. Чэн И Фэй, явно, был без сознания, но по слухам, он, устроившись в ее объятиях, смотрел только на нее и пил лекарство...

Подводя итог, она была женщиной без морали, бесстыдницей, соблазнившей Чэн И Фэя, а Чэн И Фэй унизил Ци Юя, отказавшись воспротивиться соблазну Гу Фэй Янь.

Супер!

Первая проблема была почти решена, теперь возникла другая!

Одна из ловушек только что сработала, а ей так быстро поставили другую.

Кто еще, кроме евнуха У, мог пустить слух о том, как она поила его лекарством? Слухи распространились очень быстро, значит их источником, несомненно, был человек, подделавший рецепт. Слухи такого рода унизили бы не только семью Ци, но и семью Чэн. Виновник произошедшего, явно использовал эту возможность, чтобы спровоцировать семьи Ци и Чэн, разжигая конфликт.

Кто скрывался в тени? Использовать ее снова и снова означало наступить ей на горло и ударить по черепу. Он зашел слишком далеко!

Гу Фэй Янь была очень зла!

Она сразу передумала. Девушка решила не ждать Чэн И Фэя, а тайно расследовать это дело. Собираясь вернуться в отдел доставки, она услышала позади себя сердитый женский голос:

– Гу Фэй Янь, тебе хватило наглости вернуться!

Девушка-аптекарь подбежала и, указывая на ее нос пальцем, закричала:

– Гу Фэй Янь, ты хорошо скрывала свою натуру! Ты невеста генерала Ци, но все же отправилась в военный лагерь семьи Чэн, чтобы напоить того лекарствами и броситься к нему в объятия, заставив генерала Чэна по ошибке соблазниться тобой!

Эту девушку-аптекаря звали Вэнь Юй Жоу, она родилась в семье аптекарей с обширными знаниями и состояла в Имперской аптеке три месяца.

Другие, вошедшие в имперскую аптеку, либо начинали в качестве рабынь-аптекарей, либо должны были принять участие в отборочном тесте на звание девушки-аптекаря. Она поступила напрямую и по слухам ждала, пока появится престижная должность, чтобы получить повышение до звания аптекаря.

Но все это не имело значения. Что важнее, она была фанатичной поклонницей Чэн И Фэя. Не говоря уже об Имперской аптеке, даже люди внутри и снаружи дворца знали об этом. А поскольку Чэн И Фэй и Ци Юй враждовали меж собой, а изначальная владелица носила титул невесты Ци Юя, она последние три месяца унижала и усложняла изначальной владелице жизнь, часто перекладывая на нее самую нудную работу.

Гу Фэй Янь опустила голову, посмотрев на палец Вэнь Юй Жоу, направленный на ее нос. В ярости ей на ум пришел гениальный план.

– Убери руку или я не буду вежливой! – холодно сказала она.

Глава 14 – Дать волю рукам, она сделала это нарочно

Не говоря уже о Вэнь Юй Жоу, даже аптекари рядом с ней были шокированы холодным голосом Гу Фэй Янь. Они не понимали, отчего эта скромная девушка, никогда не повышавшая голоса, так внезапно изменилась.

Вэнь Юй Жоу не волновало, изменилась ли Гу Фэй Янь или нет. Она происходила из известной семьи, кто в Имперской аптеке пошел бы против нее? Она не могла стерпеть, когда девушка-аптекарь вот так угрожала ей.

Она не только не убрала руки, но и ткнула пальцем в нос Гу Фэй Янь.

– Шлюха, ты смеешь мне угрожать…

Прежде чем Вэнь Юй Жоу закончила свою фразу, ее слова сменились жалким воплем.

Так как… Гу Фэй Янь тут же сломала ей палец.

– А-а... Моя рука! Кто-нибудь… быстрее вызовите придворного лекаря, поспешите!

– Гу Фэй Янь, ты посмела причинить мне боль, сдохнуть хочешь!

От крика Вэнь Юй Жоу, вокруг поднялся шум. Гу Фэй Янь, с неизменным выражением лица, стояла на месте, а ее глаза источали холод.

Хотя ее статус был низким, и она была миниатюрна, идущей от ее тела в этот момент ауры было достаточно, чтобы заставить людей забыть о ее личности и испытывать страх. Если бы все шло как обычно, девушки-аптекари обгоняя друг друга бросились вперед, чтобы помочь Вэнь Юй Жоу. Но на этот раз все были настолько потрясены взглядом Гу Фэй Янь, что никто не осмелился пошевелиться.

Прежде чем прибыл придворный лекарь, первой, услышав новости, прибыла главная управляющая Имперской аптеки, старший аптекарь Шангуань Инхун.

Снизу доверху чины в Имперской аптеке шли следующим образом: рабыня-аптекарь, девушка-аптекарь, аптекарь, старший аптекарь и Божественный аптекарь. Шангуань Инхун была одним из двух старших аптекарей в Имперской аптеке. Ей было за сорок, она обладала проницательным умом, любила заискивать перед власть имущими и владела средним уровнем знаний в фармацевтике. Ее главной задачей было помогать Божественному аптекарю в управлении персоналом, она пользовалась большим авторитетом, поэтому ее называли главной управляющей Имперской аптеки.

Услышав, что это Гу Фэй Янь ранила Вэнь Юй Жоу, она, не став ничего выяснять, прямо сделала той выговор:

– Гу Фэй Янь, ты посмела причинить вред кому-то в Имперской аптеке? Как ты посмела! Думаю, ты больше не хочешь здесь оставаться!

Гу Фэй Янь спокойно ответила:

– Почему вы не спросили, что сказала Вэнь Юй Жоу?

– А что я сказала? Я сказала что-то не так? Ты кое-что сделала раньше, и до сих пор не смеешь признаться в этом? Ты…

Прежде чем Вэнь Юй Жоу успела закончить, Шангуань Инхун подняла руку, чтобы остановить ее, ее глаза вспыхнули ярким светом, и она с тревогой прервала:

– Не нужно больше спорить. Несмотря ни на что, изначально неправильно причинять кому-то боль! Столь жестокой женщине не место в Имперской аптеке! Кто-нибудь накажите Гу Фэй Янь пятьюдесятью ударами доской и изгоните прочь из Имперской аптеки.

Шангуань Инхун не была дурой. Хотя она не расспросила о том, что произошло, но с ее пониманием Вэнь Юй Жоу, она могла приблизительно представить, что случилось. Наказать Вэнь Юй Жоу было непросто из-за ее знатного происхождения. У Гу Фэй Янь же не было влиятельной семьи, да к тому же она была втянута в водоворот общественного мнения. Разве это не было хорошей возможностью избавиться от нее?

Гу Фэй Янь восхищалась ею от всей души; эта управляющая была действительно умной и решительной женщиной. Однако и она не была вегетарианкой! Поскольку та осмелилась причинить ей вред, она естественно была готова ответить.

Она очень спокойно сказала:

– Старший аптекарь Шангуань, согласно вашим правилам, признаю, что делать шаг первой было ошибкой. Однако это дело не полностью в вашей власти.

Шангуань Инхун была удивлена уже тем, что Гу Фэй Янь оказалась настолько смела, что причинила кому-то боль. Услышав эти слова, она обнаружила, что те были еще более невероятными.

– Гу Фэй Янь, неужели я должна просить Божественного аптекаря изгнать девушку-аптекаря, вроде тебя? Ты слишком высокого о себе мнения!

– Нет, храм Дали, – Гу Фэй Янь безобидно улыбнулась: – Вэнь Юй Жоу злонамеренно придумывала и распространяла слухи. Уничтожение моей репутации – мелочь, разрушение репутации генерала Чэна – очень большое преступление, а нанесение ущерба его воинской репутации – еще более серьезное преступление! По закону, оскорбление армии – тяжкий грех. Какое бы наказание мне ни вынесла Имперская аптека, я должна сообщить об этом в храм Дали!

Услышав это, Вэнь Юй Жоу была ошеломлена, а Шангуань Инхун впала в прострацию:

– Проклятая девчонка, ты посмеешь?!

Глава 15 – Умно, остановить слухи слухами

Посмею?

Конечно, Гу Фэй Янь посмела бы, иначе она бы не сделала первый шаг.

Изначально она не спешила выяснять, кто распускал слухи. Однако, раз Вэнь Юй Жоу кликала свою смерть, если она не воспользовалась бы этой возможностью, то по-настоящему сожалела бы об оскорблениях и унижениях, которые когда-то претерпела изначальная владелица!

Изначальная владелица была больной кошкой, но она – тигром, который мог показать свою мощь. Было уже хорошо, что она не кусалась. Как ее могли так легко запугать?

Гу Фэй Янь проигнорировав предостерегающий взгляд Шангуань Инхун, продолжила с безобидной улыбкой.

– Я, чтобы доставить лекарство, попала по пути в засаду убийц, и храм Дали проводит расследование. Младший чиновник суда, мастер Гун, предупредил, чтобы я сообщала обо всех подозрительных людях. Вэнь Юй Жоу намеренно распространяла слухи, нанеся вред репутации генерала Чэна. Какой у нее был мотив, приказал ли ей кто-то или нет, лучше провести расследование! Как вы думаете старший аптекарь Шангуань?

Шангуань Инхун глотнула холодного воздуха. Изначально она была напугана и зла, но теперь была в полном шоке. Ей пришлось переоценить Гу Фэй Янь. Эта девушка была не только смела, но и очень умна!

Во-первых, независимо от того, совершила ли Гу Фэй Янь какие-либо неприличные поступки, подобные вопросы нельзя было открыто обсуждать или критиковать. Как только дело дошло бы до суда, Вэнь Юй Жоу определенно будут рассматривать как козла отпущения и на ее примере, убьют курицу, чтобы предупредить обезьян. Семья Вэнь была не из последних, но они, наверняка, не смогли бы противостоять давлению резиденций двух Великих генералов.

Во-вторых, она только что получила известие от Божественного Аптекаря о том, что храм Дали подозревал о существовании предателя в Имперской аптеке. В тот момент, когда Гу Фэй Янь доложила бы о Вэнь Юй Жоу, не говоря уже о Вэнь Юй Жоу, даже у нее самой возникли бы проблемы. Потому что именно она порекомендовала Вэнь Юй Жоу в Имперскую аптеку, хотя та провалила экзамены.

Увидев, что выражение лица Шангуань Инхун изменилось, Вэнь Юй Жоу, наконец, осознала, что боится и быстро объяснила:

– Я, я этого не делала! Как я могла оскорбить генерала Чэна? Гу Фэй Янь, я ругала тебя!

Гу Фэй Янь усмехнулась:

– Да, ты ругала меня. Ты обвиняла меня в том, что я склонила генерала Чэна совершить ошибку, не так ли? Ты сказала, что генерал Чэн совершил ошибку, верно?

– Я, я...

Только тогда Вэнь Юй Жоу вспомнила, что она сказала. Она была так зла и смущена, что ее лицо покраснело. Не зная, как все объяснить, она могла только умоляюще взглянуть на Шангуань Инхун.

Шангуань Инхун тоже была встревожена. Несмотря ни на что, этому делу нельзя было выйти на свет. Его нужно было решить немедленно!

Она, смягчив выражение лица, серьезно сказала:

– Хорошо, хорошо, хватит ссориться. Это были всего лишь несколько сказанных в гневе слов, не ссорьтесь. На этом дело закончено, иначе над нами будут смеяться все вокруг! Вы двое ошиблись. Вам обоим стоит пойти навстречу друг другу и перестать спорить.

– Моя рука… – обиженно пробормотала Вэнь Юй Жоу, чьи глаза покраснели от сдерживаемых слез. Шангуань Инхун сделала вид, что не слышала ее.

Гу Фэй Янь не издала ни звука, но ее маленькие губы медленно надулись от явного недовольства. Шангуань Инхун была обеспокоена, хотя ей и не хотелось, она могла только продолжить идти на уступки.

Она не желала проявлять доброты к Гу Фэй Янь, но ей пришлось обвинить Вэнь Юй Жоу.

– Юй Жоу, ты сегодня совершила ошибку! Ты уже не молода. Тебе следует обо всем подумать и изменить свой нрав!

Вэнь Юй Жоу ощутила себя еще более обиженной. Держась за свои онемевшие пальцы, слезы потекли из ее глаз.

Гу Фэй Янь, наконец, улыбнулась. Ее глаза изогнулись полумесяцами, делая ее очень красивой. Увидев это, Шангуань Инхун, наконец, вздохнула с облегчением:

– Хорошо, хорошо. Теперь все закончено. Возвращайтесь к работе!

Вэнь Юй Жоу собиралась уйти, но все же ничего не могла с собой поделать. Она повернулась и сказала:

– Гу Фэй Янь, давай подождем и посмотрим! Я обязательно заставлю тебя сожалеть об этом!

Сожалеть?

В словаре Гу Фэй Янь не было слова – «сожаление». Что бы ни случилось, если она решила что-то сделать, она ни за что не пожалела бы!

Вэнь Юй Жоу ушла, Шангуань Инхун тоже. Аптекари разошлись группами по двое или трое, перешептываясь меж собой.

Гу Фэй Янь знала, что даже если она не обратилась в суд, она, по крайней мере, подняла этот вопрос. Девушка была совершенно уверена, что скоро слухи распространятся. В этот раз речь шла бы не о том, что она поила Чэн И Фэя лекарством, а о том, что Вэнь Юй Жоу распространяла слухи.

Большинство обитателей дворца были слишком одиноки, и любили сплетничать. Во многих случаях слухи можно было опровергнуть не правдой, а другим слухом.

Решив эту проблему, Гу Фэй Янь про себя вздохнула с облегчением. Она собиралась отдохнуть, но вскоре ее нашел управляющий отдела доставки и поручил ей тяжелую задачу...

Глава 16 – Еще одна поклонница

Задача, которую была вынуждена выполнить Гу Фэй Янь, заключалась в том, чтобы доставить лечебную косметику дюжине наложниц в императорском гареме.

Если вы не были человеком знатного происхождения, то при входе в императорский гарем не могли воспользоваться экипажем или седаном. Это означало, что Гу Фэй Янь должна была обойти с большим мешком за спиной полным бутылок и банок более дюжины мест. И она не могла опоздать.

Несмотря на то, что она втихаря использовала маленький треножник Царя Исцеления для хранения этих лекарств, Гу Фэй Янь все равно сильно устала. В конце концов, она работала без отдыха три дня кряду. Почти стемнело, когда Гу Фэй Янь закончила с доставкой последней упаковки с лекарствами. Она шла по узкой аллее у дворцовой стены, и заметила в глубине ее экипаж, двигающийся ей навстречу.

Этот путь не предназначался для экипажей!

Переулок был очень узким, и экипаж еле двигался, почти касаясь стен. Даже если Гу Фэй Янь всем телом распласталась бы по стене, экипаж не смог бы проехать. Она могла только вернуться тем же путем, которым пришла.

Но когда она собиралась развернуться и уйти, служанка спрыгнула с экипажа и подбежала, чтобы ее остановить.

– Наглая служанка! Ты осмелилась не поклониться, увидев экипажу моей госпожи!

Гу Фэй Янь совершенно утратила дар речи. Она была слишком далеко от экипажа, так что для нее было нормально не поклониться! Если бы она отступив ко входу в переулок, не поклонилась, когда экипаж проезжал мимо, это считалось бы оскорблением!

Что за госпожа находилась в этом экипаже, раз могла воспитать такую нахальную и неразумную служанку?

– Простите, но чей это экипаж? – спросила она.

Служанка надменно ответила:

– Эта парадный экипаж принцессы Хуай Нин!

Услышав это, Гу Фэй Янь чуть не упала. Как говорят люди: «Удача не приходит дважды, неудача приходит не одна»!

Она только закончила решать маленькую проблему с Вэнь Юй Жоу, и теперь в мановение ока столкнулась с такой огромной бедой! Принцесса Хуай Нин была ярой поклонницей ее жениха Ци Юя.

Другими словами, если Вэнь Юй Жоу имела к ней косвенную неприязнь, то принцесса Хуай Нин питала к ней прямую ненависть и считала соперницей в любви!

Встреча соперника в любви на узкой дорожке, разве могло быть в этом что-то хорошее?

Парадный экипаж быстро подъехав, остановилась прямо перед ними. Служанка не поднимала занавески. Похоже, принцесса Хуай Нин не собиралась выходить наружу.

Гу Фэй Янь про себя молилась, надеясь, что служанка не узнает ее и что все сойдет ей с рук. Принцесса Хуай Нин в корне отличалась от благородных мисс, вроде Вэнь Юй Жоу. Даже Божественный Аптекарь Имперской аптеки должен был относиться к ней с осторожностью, а тем более девушка-аптекарь вроде нее.

Сражаться против превосходящих сил – все равно, что вести безнадежную войну!

После перерождения Гу Фэй Янь очень дорожила своей жизнью. Она намеренно опустила голову, но прежде чем успела что-то сказать, принцесса Хуай Нин с усмешкой заговорила из экипажа.

– Гу Фэй Янь, твоя смелость сильно выросла! Заметив эту принцессу, ты тут же развернулась, чтобы уйти. Не собираешься же ты выказать недовольство этой принцессе? Откуда в тебе столько гонору!

Принцесса Хуай Нин, даже не видя ее, уже знала, кто она такая.

Гу Фэй Янь сразу поняла, что происходило. Дело было не в ее невезении, а в том, что кто-то преградил ей путь, создавая проблемы!

Гу Фэй Янь была подавлена и хотела выругаться.

Что это за титул такой – «невеста Ци Юя»?! Неужели была необходимость доставлять ей столько хлопот? Сколько дней прошло с момента ее возрождения? Беда за бедой! Это было просто...

– Гу Фэй Янь, принцесса говорит с тобой!

Гу Фэй Янь подняла голову только тогда, когда служанка резко напомнила ей.

Другая группа пришла нарочно, поэтому, сколько бы она ни терпела, все было бесполезно! Она поклонилась и сказала ни смиренно, ни надменно:

– Эта простолюдинка, Гу Фэй Янь, выражает свое почтение принцессе Хуай Нин. Переулок был узок и могла пропустить только один экипаж. Когда эта простолюдинка заметила экипаж принцессы, то немедленно развернулась, чтобы уступить дорогу. Пожалуйста, прошу понимания принцессы.

– Тц-тц-тц, ты действительно стала остра на язык! – было ясно, что принцесса Хуай Нин слышала о деле Вэнь Юй Жоу. Затем она спросила: – Поскольку ты знала об экипаже этой принцессы, почему бы сначала не поклониться, а затем позволить мне проехать?

Служанка поспешила добавить:

– Гу Фэй Янь, я только что видела, как ты развернулась и ушла. Ты слишком высокомерна!

Вывод был совершенно очевиден!

Гу Фэй Янь снова и снова пыталась уговорить себя: успокойся, успокойся, успокойся!

Она, объясняя, сохраняла свою уважительную позу:

– Только что экипаж находился, по крайней мере, в двадцати шагах от этой простолюдинки. По правилам, человек должен отдать дань уважения за десять шагов. Надеюсь, на понимание принцессы.

Принцесса Хуай Нин сама подняла занавеску и, наступив на спину служанки, неторопливо и грациозно вышла из экипажа.

Она встала перед Гу Фэй Янь и, громко рассмеявшись, спросила:

– А что теперь, Гу Фэй Янь?

Глава 17 – Жестокость, между двух огней

Принцессе Хуай Нин и Гу Фэй Янь было по восемнадцати лет, но внешность принцессы была не очень красива. И она полагалась на макияж и роскошную одежду, чтобы немного улучшить ее.

Она смотрела на Гу Фэй Янь, ожидая ответа.

По правилам экипаж должен находиться не более чем в десяти шагах от нее. Если человек в экипаже спешивается, все будет определяться их статусом, и приветствие будет совершенно иным. С личностью принцессы Хуай Нин девушка-аптекарь должна преклонить колени, чтобы выразить свое почтение.

Было очевидно, что принцесса Хуай Нин сошла с экипажа, чтобы спровоцировать ее. Хотя Гу Фэй Янь была зла, она ничего не могла поделать.

Принцесса Хуай Нин, пользуясь благосклонностью императора, часто прикрывала небо одной рукой, чтобы творить зло. Однако, при столкновении с невестой Ци Юя, принцессе Хуай Нин все еще приходилось сдерживаться. Это было не по какой иной причине, а из-за того, что она положила на него глаз. И если бы у принцессы Хуай Нин не было веской причины усложнить той жизнь, это определенно спровоцировало бы сплетни и повлияло бы на репутацию Ци Юя.

Гу Фэй Янь глубоко вздохнула, мило улыбнулась принцессе Хуай Нин, а затем опустилась на колени.

Увидев, что Гу Фэй Янь не попалась в ее ловушку, в глазах принцессы Хуай Нин промелькнул след гнева. Она была в бешенстве.

Эта сука не позволяла Ци Юю жениться на ней, не говоря уже о том, чтобы быть с ней средь бела дня. Теперь она отправилась спасать Чэн И Фэя, вызвав кучу сплетен, и надев зеленую шляпу на голову Ци Юя!

Она и так долго терпела. На этот раз она больше не желала терпеть!

Она хотела немедля избавиться от этого бремени!

Чем больше принцесса Хуай Нин думала об этом, тем мрачнее становились ее глаза. Она топнула ногой и вернулась в экипаж, холодно приказав:

– Поехали!

Гу Фэй Янь про себя вздохнула с облегчением. Она собиралась встать, когда принцесса Хуай Нин сказала строгим голосом:

– Эта принцесса позволила тебе подняться?

– Что?!

Не говоря уже о Гу Фэй Янь, даже кучер и служанка были в шоке. Принцесса Хуай Нин, что... что вы имеете в виду?

Дорога была очень узкой, а Гу Фэй Янь стояла на коленях посреди нее. Если она не встанет и не отойдет, как экипаж сможет проехать?

Принцесса Хуай Нин сидела в экипаже и мрачно смотрела на Гу Фэй Янь. Затем она холодно спросила кучера:

– Почему ты все еще стоишь? Почему не едешь?

Принцесса Хуай Нин собиралась убить Гу Фэй Янь!

Кучер в ужасе посмотрел на служанку. Служанка, видя выражение лица своей госпожи, не осмелилась издать ни звука.

Угрюмые глаза Гу Фэй Янь холодно посмотрели на экипаж, находившийся неподалеку от нее. Треножник Царя Исцеления на ее талии, казалось, ощутив гнев хозяйки, начал двигаться сам по себе.

Гу Фэй Янь, наконец, поняла, почему принцесса Хуай Нин приехала в этот переулок в экипаже! Принцесса Хуай Нин, должно быть, долго следила за ней. Она все это спланировала!

Если бы она не встала, ее задавили бы насмерть!

Даже если имперская принцесса убила бы девушку-аптекаря, все осталось бы в тайне. Возница взял бы на себя вину и мирно бы все уладил.

Если бы она встала, это было бы преступлением неповиновения! Итак, принцесса Хуай Нин нашла достойный повод наказать ее, было много способов сделать ее жизнь хуже смерти.

Она оказалась меж двух огней, крайне жестокая ловушка, в которой было всего два выбора: умереть или обрести судьбу хуже смерти?

Оказалось, сильные и влиятельные люди действительно могли творить чудовищное зло, пренебрегая человеческой жизнью!

Гу Фэй Янь подняла голову и холодным взглядом посмотрела на принцессу Хуай Нин. Она не хотела умирать. Но если ей было суждено прожить жизнь хуже смерти, она была не против иметь в компаньонках принцессу Хуай Нин!

Когда Гу Фэй Янь приготовилась встать, она осторожно сжала маленький треножник Царя Исцеления и, используя свое сознание, вызвала яд. Почти в тот же момент принцесса Хуай Нин угрожающе рявкнула:

– Поехали!

Возница поднял кнут, и первая слабая струйка зеленого дыма поплыла прочь от треножника. Раз Гу Фэй Янь собиралась встать, конфликт был неизбежен. Атмосфера стала очень напряженной!

Внезапно позади Гу Фэй Янь послышались торопливые шаги, нарушившие напряженную тишину и отвлекшие всех.

Гу Фэй Янь поспешно обернулась, увидев четырех евнухов, быстро несущих утепленное кресло-седан в её сторону. Рядом с креслом-седаном следовал евнух тринадцати-четырнадцати лет.

Те, кто входили или выходили из императорского гарема только в сопровождении евнухов, а не дворцовых дам, были в основном принцами. Кто был этим человеком...

Глава 18 – Она спасена

С появлением посторонних, ситуация резко изменилась.

Гу Фэй Янь не была уверена, сможет ли она теперь незаметно использовать яд, поэтому тут же надавила на треножник Царя Исцеления, чтобы тот перестал выпускать дым, решив понаблюдать за ситуацией.

Сначала принцессе Хуай Нин было любопытно, но, когда седан приблизился, она узнала молодого евнуха. Этим молодым евнухом был ни кто иной, как евнух Ся Сяо Мань, служивший Его Высочеству принцу Цзину. Другими словами, в кресле-седане находился ни кто иной, как принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь!

Принцесса Хуай Нин была очень удивлена, и выпалила:

– Старший имперский брат Цзин? Когда ты вернулся во дворец?

Принц Цзин?!

Гу Фэй Янь была потрясена не меньше, чем принцесса Хуай Нин. В конце концов, изначальная владелица прожила во дворце столько лет, но никогда не встречала принца Цзина, не говоря уже о том, что не видела его настоящего лица. А сегодня, так уж вышло, они столкнулись в подобной ситуации.

Согласно ее пониманию, этот мастер был особенной персоной среди принцев в государстве Тяньянь. Хотя он был принцем, его статус и власть были такими же, как у наследного принца. Он был девятым сыном императора, старшим сыном покойной императрицы и братом десятилетнего наследного принца.

Когда он родился, Континент Глубинного Царства все еще находился под властью семей боевых искусств, а семья Цзюнь была одной из семей владеющих боевыми искусствами. Им еще предстояло основать государство Тяньянь. Сразу после рождения, он был увезен Великим имперским дядей своего клана, заставившим его в уединении практиковать боевые искусства. Ситуация на континенте Глубинного Царства радикально изменилась. Боевые искусства пришли в упадок, различные силы поднялись, а семья Цзюнь основала государство Тяньянь. Однако он так и не вернулся. Из-за чего всегда ходил слух, что он не занимался совершенствованием в уединении, а был похищен в момент его рождения. Также ходили слухи, что он родился уродливым калекой, заставив этим не признать его. Позже о нем постепенно забыли.

Но он вернулся три года назад!

В возрасте семнадцати лет все узнали, что он родился с прекрасным телом, которое можно было описать крепким как камень и подобным нефриту, стройным подобно зеленой сосне, простым, но элегантным. Он прекрасно владел боевыми искусствами. Можно сказать, что он мог убить человека за десять шагов и мгновенно пройти тысячи миль (1). Помимо своей отчужденной натуры, он был до крайности совершенен. В первый же день его возвращения император даровал ему титул принца Цзина, дав ему те же права, что и наследному принцу. Ходили слухи, что император передаст трон не маленькому наследному принцу, а ему.

Вскоре кресло-седан остановилось рядом с Гу Фэй Янь.

Служанка и возница принцессы Хуай Нин быстро опустились на колени, выказав почтение:

– Этот слуга выражает свое почтение Его Высочеству принцу Цзину!

Принцесса Хуай Нин тоже быстро вышла из экипажа:

– Хуай Нин приветствует Старшего имперского брата Цзина.

Гу Фэй Янь подняла глаза и увидела, что занавеска седана была плотно закрыта. Ее не могла не заинтересовать внешность этого загадочного принца. Конечно, по сравнению со своим любопытством, она больше была удивлена! Гу Фэй Янь была абсолютно уверена, что как только появился принц Цзин, она была спасена!

Человек в кресле-седане не вышел, даже не приподнял занавеску. Он только холодно сказал:

– Все могут подняться.

Гу Фэй Янь почему-то показалось, что этот голос звучал несколько знакомо, но у нее не было времени думать об этом. Встав с колен и быстро подойдя к двери кресла-седана, она громко сказала:

– Девушка-аптекарь Имперской аптеки Гу Фэй Янь приветствует Его Высочество принца Цзина!

Принцесса Хуай Нин не хотела, чтобы та вставала. Но с чего бы принцу Цзину без причины желать, чтобы она не поднималась с земли?

Принцесса Хуай Нин бросила на нее предупреждающий взгляд. Но Гу Фэй Янь проигнорировав ее, поклонилась в сторону седана:

– Пусть Его Высочество принц Цзин живет тысячи лет.

Как и ожидалось, из кресла-седана раздался чистый и холодный голос:

– Встань.

Гу Фэй Янь была вне себя от радости. Она быстро поднялась и, пригладив растрепанные волосы, отступила в сторону. Принцесса Хуай Нин сузила глаза и прошептала:

– Разве тебе не понравилось стоять на коленях? Хорошо, посмотрим, кто окажется быстрее ты или мой экипаж!

После того, как она закончила говорить, она подошла к креслу-седану, желая сказать несколько слов приветствия, но евнух вышел вперед и поклонился.

– Этот слуга отдает дань уважения принцессе.

Принцесса Хуай Нин подняла руку, подавая ему знак встать.

Но евнух не поднялся на ноги, а продолжил:

– Принцесса, уже поздно. Его Высочество принц Цзин собирается покинуть дворец.

– Да, уже поздно. Тогда я не буду...

Принцесса Хуай Нин улыбнулась, но когда оглянулась, то поняла, что ее экипаж блокирует дорогу и была ошеломлена.

В уголках рта Гу Фэй Янь появилась лукавая улыбка. Она ждала этого момента. Что касалось статуса и неполноценности, ей пришлось уступить, когда они столкнулись на узкой дорожке; но если принцесса Хуай Нин и принц Цзин столкнулись, уже принцессе приходилось уступать дорогу...

Примечания переводчика

(1) Он мог убить человека за десять шагов и мгновенно пройти тысячи миль – эта фраза из древней поэмы, она означает, что он легко мог расправиться с кем угодно и был очень быстр.

Глава 19 – Она запомнит эту милость

Принцесса Хуай Нин мельком увидев улыбающуюся Гу Фэй Янь, была в таком бешенстве, что ей аж поплохело. Она осталась на месте, совершенно не желая отступать.

Евнух снова быстро поклонился и улыбнулся ей, явно побуждая к действию. Мастер в кресле-седане не издал ни звука.

Принцесса Хуай Нин знала, что принц Цзин больше не заговорит. Если она не отступила бы, то только еще больше смутила себя. Прежде чем вернуться в экипаж, она злобно зыркнула на Гу Фэй Янь и нехотя приказала:

– Скорее, отступите! Дайте дорогу Старшему имперскому брату Цзину!

Возница и служанка не осмелились задержаться ни на секунду. Один из них вел под уздцы лошадь, а другая помогала толкать экипаж. Как только экипаж уехал, евнух окликнул носильщиков кресла-седана.

Экипаж пятился, пока седан двигался вперед. Принцесса Хуай Нин все время смотрела на Гу Фэй Янь. Гу Фэй Янь сделала пару шагов, чтобы взгляд принцессы Хуай Нин был скрыт креслом-седаном принца Цзина.

Кто знал, какое выражение было сейчас на лице принцессы Хуай Нин? Гу Фэй Янь не могла сдержать смешок. Она собиралась сбежать, но остановилась, обернулась и в благодарность глубоко поклонилась задней части седана, перед тем как уйти.

Хотя это было просто совпадением, принц Цзин все же спас ее. И пусть она не могла увидеть лица этого легендарного принца, она все еще запомнила его доброту.

Откуда взялись все эти совпадения!

В это время Цзюнь Цзю Чэнь, сидевший в своем кресле-седане, уже давно приподнял задний угол занавески. Он смотрел на удаляющуюся фигуру Гу Фэй Янь, в его глубоких глазах появилось игривое выражение, которое никогда раньше не было направлено на женщин.

Пока с этой девушкой ничего не должно было случиться. Но как только Чэн И Фэй выздоровеет, тот обязательно проверит рецепт. Ему было любопытно, какую информацию Чэн И Фэй сможет извлечь из ее рта.

Гу Фэй Янь покинула переулок так быстро, как только могла, намеренно сделав длинный крюк обратно к аптеке. К тому времени, как она добралась до отдела доставки, уже взошла луна, а она была сильно измотана.

Она подумала, что почитатели Чэн И Фэя доставляли неприятности, а поклонницы Ци Юя – проблемы. И пока хватало тех, кто хотел доставить ей неприятности, будет ли у нее время на передышку?

Тем не менее!

Той ночью главный виновник всех этих проблем, Ци Юй, пришел к ее дверям!

Гу Фэй Янь крепко спала, когда управляющая общежитием мама(1) Ли постучала в дверь. Она сказала, что у входа во дворец ее ждут люди из семьи Гу. Дома было срочное дело, и нужно было немедленно ехать!

Любая девушка-аптекарь получала один выходной, отработав десять дней. Они работали в три смены: с утра до полуночи, и большую часть времени проводили во дворце. В основном им не разрешалось покидать дворец помимо отпуска. Было ясно, что управляющая мама могла напрямую отказать любому из семьи Гу, если бы не получила взятки.

Родители изначальной владелицы скончались рано. После того, как ее дед умер, Второй дядя стал главой семьи Гу. Второй мастер Гу был лицемерным скрягой! Что такого случилось с семьей Гу, что заставило Второго мастера Гу потратить кучу денег, чтобы посреди ночи вывести ее из дворца?

Мама Ли велела ей поторопиться. У Гу Фэй Янь даже не было времени переодеться. Закутавшись в рваную хлопчатобумажную куртку, она потрусила ко входу во дворец, сопротивляясь порывам северного ветра. Только увидев слуг семьи Гу, она поняла, что так называемое срочное дело заключалось в том, что семья Ци неожиданно прибыла к ее порогу, чтобы аннулировать помолвку.

– Сейчас? – недоверчиво спросила Гу Фэй Янь.

– Совершенно верно, Первая мисс должна поспешить и сесть в экипаж. Вас все ждут! – тон слуги был не очень вежливым.

Гу Фэй Янь подняла голову и посмотрела на яркую луну, затем опустила глаза и выругалась:

– Черт!

Кто приходил посреди ночи, чтобы разорвать помолвку?

Мог ли этот засранец Ци Юй, быть настолько нетерпеливым? Как сильно он презирал ее! Умрет ли он, если отсрочил бы все до рассвета? Была ли необходимость так кого-то оскорблять?

– Что вы сказали? – слуга плохо расслышал проклятия Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь не ответила, а забралась в экипаж и сказала глубоким голосом:

– Возвращайся, скорее!

Если хотел разорвать помолвку, то разорви ее!

Из-за титула «невесты» у нее были сплошные неприятности, куча неприятностей. Даже если бы он не пришел, она пришла бы сама...

Примечание переводчика

(1) Мама – напоминаю чисто для новичков, это старшая служанка, при императорских особах они иногда имели даже чиновничьи звания.

Глава 20 – Вежливость, не дождетесь

После прибытия в резиденцию семьи Гу, Гу Фэй Янь привели в экстравагантный парадный зал.

Достигнув двери, она увидела Второго мастера Гу и его Первую жену, мадам Ван, сидящих на главных местах и двух человек из семьи Ци – Ци Юя и Ци Фу Фан.

Белый нефритовый пояс Ци Юя придавал ему великолепия. Хотя он служил военным чиновником, ему не хватало дерзкого героического духа, присутствовавшего во внешности Чэн И Фэя, из-за чего он походил на ученого. Конечно, в глазах Гу Фэй Янь все это было обманом.

Рядом с ним сидела его сестра Ци Фу Фан. Эта Молодая мисс была лучшей подругой принцессы Хуай Нин. Они с принцессой Хуай Нин были очень похожи, и за исключением золота и нефрита, обе были внешне приятными, но злобными женщинами-змеюками внутри.

В комнате было полно народу, все говорили, смеялись и, казалось, никто не обсуждал разрыва помолвки. Второй мастер Гу даже производил впечатление старейшины, а лицо мадам Ван было полно лести. Когда Гу Фэй Янь появилась у дверей, в комнате сразу воцарилась тишина.

Увидев, что Гу Фэй Янь не была накрашена, с растрепанными волосами и одета в старую стеганую куртку, Ци Юй сразу нахмурился и отвернулся, словно взглянув на Гу Фэй Янь, запачкал глаза. С другой стороны, Ци Фу Фан начала серьезно оценивать ее глазами полными критики.

Гу Фэй Янь проигнорировала их, выпрямила спину и грациозно вошла в зал.

Однако, когда она проходила мимо Ци Фу Фан, та рассмеялась:

– Второй мастер Гу, это с таким этикетом семья Гу, относится к гостям? Как она осмелилась войти в парадный зал в таком ужасном виде? Ваша семья Гу совсем не уважает нас двоих, брата и сестру, верно?

Второй мастер Гу не выносил Гу Фэй Янь, он нахмурился и строго сказал:

– Фэй Янь, почему ты так неуважительна? Соблюдай этикет. Иди, приведи себя в порядок, а потом возвращайся.

Неуважительна? Этикет?

Гу Фэй Янь резко остановилась, на ее лице было написано недоверие.

Они пришли посреди ночи, чтобы разорвать помолвку, вытащив ее из постели посреди глубокого сна, так что ей пришлось бежать из дворца, сопротивляясь порывам северного ветра. Как они могли говорить с ней об уважении? Кстати об этикете? Если сегодня вечером она не научила бы их уважению и этикету, Бог знал, когда они очнулись бы от своих самодовольных фантазий!

– Конечно!

С готовностью согласилась Гу Фэй Янь, затем повернулась, чтобы посмотреть на Ци Фу Фан, и добавила:

– Тем не менее, мне придется побеспокоить мисс Ци и молодого мастера Ци, чтобы они некоторое время подождали у ворот.

– Что ты имеешь в виду? – недовольно спросила Ци Фу Фан.

Гу Фэй Янь очень вежливо улыбнулась ей:

– Этой Молодой мисс нужно одеться, освежиться, а затем выставить группу людей вдоль улиц, чтобы поприветствовать вас, потому что вы пришли, чтобы расторгнуть нашу помолвку! Разве так будет не более уважительно?

Когда она это сказала, все были ошеломлены. Хотя они слышали, что Гу Фэй Янь полностью изменилась, для них все еще было немыслимо увидеть это собственными глазами.

Ци Фу Фан быстро пришла в себя и рассердилась:

– Гу Фэй Янь, ты слишком самонадеянна!

Второй мастер Гу резко осадил ее:

– Фэй Янь, не груби!

Гу Фэй Янь отнеслась ко Второму мастеру Гу, как к воздуху. Она посмотрела прямо на Ци Фу Фан, уголки ее рта скривились в насмешке, когда она сказала:

– Похоже, что Первая мисс Ци еще не удовлетворена, моему Второму дяде стоит заставить слуг зажечь в доме огни и всех разбудить, чтобы приветствовать вас. А то вдруг кто-нибудь подумает, что вы пришли сюда посреди ночи заниматься постыдными делами!

От слов Гу Фэй Янь лицо Ци Фу Фан покраснело.

Ци Фу Фан была жутко сердита и смущена, она закричала:

– Гу Фэй Янь, ты очень хорошо знаешь, кто сделал что-то постыдное! Шлюха вроде тебя, со злобным нравом, не знающая стыда, способная повсюду соблазнять мужчин и недостойная быть связанной с нашей семьей Ци! Говорю тебе, мы даже минуты не хотим иметь с тобой ничего общего, поэтому и пришли ночью, чтобы разорвать помолвку! После сегодняшнего вечера можешь забыть использовать имя будущей жены семьи Ци, чтобы красоваться повсюду!

После того, как она закончила говорить, она резко смахнула чашку со стола в сторону Гу Фэй Янь. К счастью, Гу Фэй Янь быстро уклонилась, иначе получила бы ранение.

Гу Фэй Янь и прежде была в ярости, но теперь совершенно вышла из себя.

Ты идешь против меня?

Сегодня она собиралась использовать слово «уважение», чтобы ответить этой парочке – брату и сестре, прежде чем трижды перевернуть их взгляд на жизнь и заставить усомниться во всем. Даже если она... проиграла бы!

Глава 21 – Брак, тоже мне ценность

Ци Фу Фан собиралась продолжить оскорбления, но Гу Фэй Янь резко оборвала ее!

Она холодно сказала:

– Хорошо, если хотите разорвать помолвку, переходите к делу. Но позволь спросить, сегодня вечером, только ты из семьи Ци представляешь здесь своего брата, как свидетеля ее отмены, верно?

Ци Фу Фан повела себя крайне высокомерно:

– Тот факт, что мы здесь лично, разве уже не проявление уважения к покойному Старому мастеру Гу. Кого еще ты хочешь пригласить?

Гу Фэй Янь тихонько рассмеялась:

– Как говорится, когда оба родителя умирают, старшая сестра становится матерью. Тебе было тяжело сопровождать Ци Юя, в качестве старшей сестры!

Как только слова были произнесены, весь парадный зал погрузился в тишину. Не говоря уже о брате и сестре Ци, даже Второй мастер Гу и его жена были ошеломлены, не имея возможности тут же отреагировать.

Если оба родителя умерли, старшая юная мисс считается матерью?

Гу Фэй Янь, это… что это значило? Почему она вдруг сказала такие слова?

Ци Фу Фан задумалась и тут же взорвалась на месте, как воспламенившийся порох:

– Гу Фэй Янь, ты осмелилась проклясть моих родителей!? Сдохнуть хочешь!

Гу Фэй Янь не испугалась, а выражение ее лица стало серьезным, когда она сказала:

– Брачный контракт, воля родителей и слова свахи одинаковы для ее разрыва. Независимо ни от чего, при разрыве помолвки, должны присутствовать все родители, что еще живы!

Ци Фу Фан потеряла дар речи, но Гу Фэй Янь все еще была серьезна, когда спросила:

– Ты старшая сестра вашего поколения и привела сюда своего младшего брата, чтобы разорвать помолвку. Значит, ваши родители уже умерли? Как же иначе?

Наступила полная тишина.

Даже не упоминая Ци Фу Фан, лицо всегда сияющего Ци Юя, покраснело. Кто знал, было ли это из-за смущения или гнева. Второй мастер Гу и его жена переглянулись, до них, если честно, не доходило. Все девушки семьи Гу были очень нежными. Откуда у Гу Фэй Янь взялись такие способности?

Ци Фу Фан хотела возразить, но не могла. Она была так зла, что ее легкие казалось вот-вот лопнут, она хлопнула по столу и, встав, сердито закричала:

– Гу Фэй Янь, как ты смеешь оскорблять нашу семью Ци! Если хочешь сдохнуть, эта мисс прямо сейчас исполнит твое желание!

– Смело, Гу Фэй Янь, ты действительно заслуживаешь урока! – Ци Юй, наконец, больше не мог усидеть на месте и встал.

Фактически, он хотел разорвать помолвку много лет назад, но боялся, что на него наклеили бы ярлык «презирающего бедных и заискивающего перед богатыми» за нарушение своего слова. В конце концов, семьи Ци и Гу когда-то были очень близки, и их отношения были весьма хорошими. Более десяти лет назад его дедушка выступил с инициативой помолвки с семьей Гу. Конечно, главная причина заключалась в том, что он не хотел так быстро жениться на принцессе Хуай Нин, поэтому и не пытался разорвать помолвку.

Он никогда не ожидал, что Гу Фэй Янь, всегда знающая свое место, напоит Чэн И Фэя спасительным лекарством и даже сделает это лично, вызвав кучу сплетен, и надев ему на голову зеленую шляпу. Он ни на мгновение не мог вынести подобного унижения! Поэтому он помчался обратно в город из западного лагеря, даже не разбудив своих спящих родителей, вместо этого притащив за собой старшую сестру. На его взгляд, для таких бедняков, вроде семьи Гу, у которых не было никакого статуса, аннулирование помолвки было вопросом нескольких предложений.

Кто бы мог подумать, что Гу Фэй Янь и в самом деле превратилась в совершенно иного человека. У нее теперь был острый язык, и она была чрезвычайно смела!

Ци Юй сжал кулаки и подавил гнев. Ци Фу Фан действительно хотела преподать ей урок.

В это время Второй мастер Гу, наконец, оправился от шока. Он хлопнул по столу рукой, встал и сердито отругал:

– Абсолютное беззаконие! Беззаконие! Гу Фэй Янь, проклятая девчонка! Приказываю тебе немедленно извиниться перед мисс Ци и молодым генералом. Не смей идти против семейных правил!

Мадам Ван еще больше боялась, что что-то пойдёт не так. Не смея больше задерживаться, она поспешно крикнула:

– Кто-нибудь! Кто-нибудь! Поторопитесь и налейте чаю. Юная мисс не в себе, поэтому сказала что-то не так. В качестве компенсации она должна подать чай гостям из семьи Ци.

Ци Фу Фан не купилась на это. В глазах Ци Юя мелькнуло сложное выражение, он жестом быстро велел ей сесть и сохранять спокойствие.

Ци Фу Фан неохотно села. На самом деле, в ее сердце было легкое сожаление. Если бы она знала, что у Гу Фэй Янь такой острый язык, она бы не стала влезать и позволила бы Второму Мастеру Гу вести переговоры. Уж Второй-то мастер Гу преподал бы Гу Фэй Янь урок, это было верным и мудрым решением!

Вскоре в комнате снова воцарился порядок. Служанка принесла Гу Фэй Янь чашку чая.

Гу Фэй Янь взглянула на нее и сжала кулаки, долго не двигаясь с места. Она посмотрела на Второго мастера Гу, разочарованная как изначальной владелицей, так и покойным Старым мастером, но его она презирала больше всех.

– Чего ты ждешь? Быстрее извинись! – строго приказал Второй мастер Гу.

Гу Фэй Янь глубоко вздохнула. Ее взгляд медленно опустился на чашку чая, и она взяла ее обеими руками.

При виде этого уголки губ Ци Юя презрительно искривились. Больше всего он ненавидел подобных болтливых и тщеславных женщин. И что, если она была красноречива? Даже если бы у нее не было ни статуса или положения, она все равно не должна столь послушно признавать поражение!

Сердце Ци Фу Фан, наконец, успокоилось, она поправила сидячую позу и, приняв надменное выражение, стала ждать.

Неожиданно...

Гу Фэй Янь не поднесла им чай, но резко запрокинув голову, залпом выпила его, а затем со злостью разбила чашку.

Изначальная владелица была робкой и слабой, и боялась, что Второй дядя выгонит ее из дома до второго экзамена. Она, Гу Фэй Янь, совершенно этого не боялась!

Она холодно произнесла:

– Извиниться? Даже не думайте об этом. Если хотите разорвать помолвку, эта мисс готова! Даже если вы не вернетесь, завтра утром я уйду из дворца, чтобы вернуться к этому вопросу! Эту мисс никогда не волновал этот брак, то же мне ценность! Причина, по которой эта мисс вернулась сегодня – научить вас писать слово «уважение»!

После того, как она закончила говорить, она медленно привела в порядок свои растрепанные волосы и поправила изношенную хлопковую куртку. Девушка элегантно развернулась и вышла, оставив всех в парадном зале в шоке.

Вот так?

Разве это не было оправданием для отказа от разрыва помолвки, о котором Гу Фэй Янь так долго спорила? Разве с ними не договорились об условиях? Как это сражение могло быть чисто ради слова «уважение»?

Ци Юй был потрясен больше всех. Он был зарезан репликой Гу Фэй Янь «тоже мне ценность». В этот момент он посмотрел на свободную и легкую спину Гу Фэй Янь и почувствовал, что она просто ослепительна.

Сколько женщин мечтали стать его женой! Даже нынешняя принцесса вцепилась в него по собственной инициативе. Как могла Гу Фэй Янь не считать его ценностью? Как она могла сдаться, даже не обсудив условий?

Нет, он не верил этому!

Гу Фэй Янь определенно устраивала шоу!

– Гу Фэй Янь, сейчас же остановись!

Гу Фэй Янь обернулась и недовольно сказала:

– Если тебе есть что сказать, скажи это быстрее. Если тебе нужно пернуть, не сдерживайся. Я устала!

– Как вульгарно! В какую игру ты играешь, Гу Фэй Янь? Ты, скромная девушка-аптекарь, много лет носила титул будущей жены генерала Ци. И все еще недовольна? С чего ты вдруг согласилась разорвать помолвку?

Неизвестно, было ли это из-за изначальной владелицы, но Гу Фэй Янь испытывала необъяснимую ненависть к семье Ци. Услышав это, она недовольно сказала:

– Ци Юй, если ты не понимаешь человеческого языка, я скажу это в последний раз. Меня, Гу Фэй Янь, не волнует этот брак. Я не хочу выходить за тебя замуж. С сегодняшнего дня наш брачный контракт расторгнут. Ты можешь жениться на ком угодно! Перестань меня беспокоить! Кроме того, пожалуйста, отправь завтра объявление, чтобы сообщить миру, что мы больше не имеем друг с другом ничего общего!

Он всегда и везде был популярен, где ни побывал, и никогда раньше его так не презирали. Кожа на его лице внезапно казалось, запылала.

Ци Фу Фан, Главный старейшина и другие присутствующие, услышав эти слова, тоже не поверили.

В глазах Ци Фу Фан мелькнул намек на неуверенность, она быстро вынула контракт о расторжении помолвки и бросила его Гу Фэй Янь:

– Гу Фэй Янь, если то, что ты сказала, правда, то подпиши его!

Только тогда Гу Фэй Янь вспомнила, что еще существовал контракт о расторжении помолвки. Она открыла его и собиралась подписать, но потом поняла, что что-то не так...

Глава 22 – Дать им два варианта

Письмо о разрыве помолвки семьи Ци можно было описать парой слов: «чушь собачья!»

В контракте о расторжении помолвки говорилось следующее: в течение многих лет семью Ци не заботил упадок семьи Гу, не заботило то, насколько обычной была Гу Фэй Янь, поскольку она смогла стать только рабыней-аптекарем, не заботили сплетни, положение в свете. Они, согласно брачному контракту, продолжали оказывать семье Гу всяческую помощь. Тем временем Ци Юй часто навещал Гу Фэй Янь и заботился о ней. Гу Фэй Янь же зная, что она не достойна его, всегда была благодарна и не просила сдержать обещание. На этот раз из-за миссии Имперской аптеки по доставке лекарств она вызвала недоразумение и сплетни, затронувшие репутацию Ци Юя. Почувствовав себя еще более виноватой, она попросила его расторгнуть помолвку. Он согласился на ее просьбу и был готов дать ей компенсацию за все годы ее любви.

Когда Гу Фэй Янь закончила читать последнее слово, она, наконец, поняла, почему весь такой из себя благородный генерал Ци все-таки осмелился разорвать помолвку, несмотря на все слухи!

Оказалось, что он не только хотел разорвать помолвку, но также воспользовавшись этой возможностью, заставить ее прояснить слухи, сняв с себя зеленую шляпу и восстановить достоинство.

План был действительно превосходным!

Но разве не было хулиганством клеветать на нее, чтобы похвалить себя?

Гу Фэй Янь резко закрыла контракт о расторжении помолвки и холодно сказала:

– Я не приму такой контракт о расторжении помолвки!

Он должен был рассердиться, но почему-то почувствовал облегчение.

– Ты притворялась.

– Я почти поверила, что она знает собственные границы. Оказалось…

Даже Ци Фу Фан ощутила, что ее лицо было спасено, она высокомерно посмотрела на Гу Фэй Янь и спросила:

– Тц-тц, так это все были трюки – игра в кошки-мышки! Гу Фэй Янь, давай закончим. Так ты собираешься разрывать помолвку? Сколько ты хочешь? Три тысячи золотых, достаточно?

Взгляд Гу Фэй Янь стал даже еще надменнее, чем ее, когда она холодно сказала:

– Мне придется побеспокоить вас, чтобы кое-что разъяснить. Я согласилась только разорвать помолвку, но не соглашалась позволить вам использовать подобный контракт о расторжении помолвки! Поскольку вы все так хотите вести переговоры, хорошо! У меня есть для вас два варианта!

– Давайте послушаем.

Гу Фэй Янь сказала:

– Либо мы вместе с вами объявляем, что наша помолвка расторгнута безо всяких оговорок и пусть мир судит кто прав, а кто виноват, либо эта мисс идет к вашей семье Ци, чтобы расторгнуть помолвку и оставить контракт о расторжении пустым, позволив миру судить!

Как только эти слова прозвучали, не только Ци Юй, но и все прочие были ошеломлены, а их челюсти отвисли.

«Безоговорочное расторжение помолвки», «Мужчина, расторгающий помолвку», «Женщина, расторгающая помолвку» – это три совершенно разные вещи!

Холодный взгляд Гу Фэй Янь упал на потрясенные глаза Ци Юя, ожидая его ответа. То, что она смогла сегодня вечером согласиться на безоговорочное расторжение помолвки, было с её стороны уже проявлением большой доброты и избавлением от сложностей. Надо знать, разрыв помолвки – большой позор для женщины, это черная пятно, которое невозможно было стереть!

Какая девушка всю жизнь стремящаяся к браку, готова была пережить расторжение помолвки? Если бы она была заинтересована в браке, как она могла так легко его отпустить?

Чтобы иметь возможность воспользоваться ситуацией и стремится продвинуться еще дальше, это просто свинство!

Бог знал, как он был удивлен. Он смотрел на Гу Фэй Янь и долгое время ничего не говорил.

– Конечно, молодой генерал Ци может не выбрать ни того ни другого. Он может настаивать на том, чтобы расторгнуть нашу помолвку с помощью этого дерьмового контракта о расторжении помолвки, но я, Гу Фэй Янь, никогда и ни за что не соглашусь на подобное до конца своих дней!

Гу Фэй Янь посмотрела на Второго мастера Гу и холодно сказала:

– Ты мой Второй дядя, а не мой отец! Я уже взрослая, если ты осмелишься поставить свою подпись без моего согласия, готовься нести ответственность!

После того как она закончила говорить, она яростно бросила на землю контракт о расторжении помолвки, развернулась и ушла.

Спустя долгое время, после того как Гу Фэй Янь ушла, все, наконец, пришли в себя.

Лица Второго мастера Гу и мадам Ван побледнели. Второй мастер Гу поспешно взял контракт о расторжении помолвки и серьезно сказал:

– Молодой генерал Ци, не сердитесь! Оставьте все этому старику. Обещаю, этот старик заставит ее покорно подписать его в течение трех дней!

Тот был жутко зол, проигнорировав Второго мастера Гу, он уставился на исчезнувшую спину Гу Фэй Янь. Когда спина Гу Фэй Янь исчезла, он взмахнул рукавами и ушел.

В этом деле Второй мастер Гу и мадам Ван рассчитывали получить преимущества и деньги. Теперь же они оба боялись не только потерять собственные деньги, но также, что Гу Фэй Янь нанесет вред семье Ци. Эти двое наперебой начали умолять Ци Фу Фан.

– Мисс Ци, все случилось слишком внезапно. Этот старик тоже не ожидал подобного!

– Да, да. Старшая мисс, мы не знаем, что за дьявол вселился в эту проклятую девчонку, раз она вдруг повела себя столь высокомерно! Вы можете дать мне еще несколько дней. Не волнуйтесь, когда придет время, у Второго мастера найдется множество способов позаботиться о ней.

Хотя Ци Фу Фан была зла, она, похоже, не была в таком плохом настроении, как Ци Юй. Она усмехнулась:

– Она просто ужасна!

Мадам Ван сразу поняла, что имела в виду Ци Фу Фан, и быстро пообещала:

– Мисс Ци, она обязательно подпишет этот контракт о расторжении помолвки. Каждое неправильное слово, которое она сказала сегодня вечером, также будет исправлено. Не беспокойтесь об этом!

– Хорошо, я снова поверю вам. Но если вы создадите еще какие-нибудь проблемы, не обвиняйте нашу семью Ци в том, что она не помнит нашей старой дружбы!

Когда Ци Фу Фан собралась уходить, мадам Ван лично проводила ее, все время что-то шепча той на ухо.

Как только Ци Фу Фан ушла, Второй мастер Гу больше не мог сдержать свой гнев. Он в бешенстве собирался пойти и позаботиться о Гу Фэй Янь. Мадам Ван быстро остановила его.

– Мастер, не будь нетерпеливым! Ты только что видел, что эта сука действительно изменилась. Нам... нам снова придется сразиться с ней лицом к лицу. Если слухи разойдутся и у нас возникнут проблемы с молодым генералом, быть беде.

Второй мастер Гу пробормотал:

– Как странно. Даже ее родители не были такими разговорчивыми. В кого она пошла?

– Может быть, ее кто-то спровоцировал, – мадам Ван затащила Второго мастера Гу обратно в комнату и зашептала ему на ухо: – Как насчет такого, мы…

До глубокой ночи мадам Ван и Второй мастер Гу обсуждали меры противодействия, в то время как Гу Фэй Янь полагаясь на свои воспоминания отправилась в павильон Яохуа (Нефритового Цветка), обиталище изначальной владелицы.

Она не могла вернуться во дворец посреди ночи и хотела остаться в Павильоне Яохуа на одну ночь, но когда прибыла туда, то была ошеломлена.

Павильон Яохуа был недостоин своего названия; он был неописуемо прост и груб. День был холодным, но в печи не было даже угля. Остался только тонкий слой пепла. Постельное белье на кровати было еще тоньше. Северный ветер сотрясал окна и двери. Эти двери и окна не мылись и не ремонтировались годами, поэтому были все в щелях!

Заработная плата изначальной владелицы и награды за службу во дворце почти все были отданы мадам Ван на «поддержку домашнего хозяйства и сохранение для приданого». Мадам Ван всегда была отзывчива к желаниям своих сыновей и дочерей, но экономила деньги на изначальной владелице. Все ее три приема пищи были объедками, ей не давали даже самых элементарных предметов первой необходимости!

Гу Фэй Янь глядя на заброшенный дом, думала о том, как бывшая хозяйка всегда тащила домой свое усталое тело, голодала и страдала от холода. Ей было жалко ее. С этого месяца, подумала она, мадам Ван может больше не рассчитывать получить от нее еще золота.

Снова подул северный ветер, проникая в щели в дверях и окнах. Гу Фэй Янь не сдержавшись, зевнула. Она быстро сняла треножник Царя Исцеления с талии и дважды потерла его стенку, отчего тот стал немного больше.

Достаточно скоро в треножнике Царя Исцеления загорелось невидимое Божественное пламя, и он начал нагреваться, как небольшая печка. Гу Фэй Янь отнесла треножник Царя Исцеления на кровать и легла на нее, наконец, согревшись.

По какой-то причине она изначально была очень сонной, но теперь, когда ей стало тепло, она взбодрилась. Глядя на пустынную комнату, она не сдержавшись крепко сжала треножник Царя Исцеления, думая о своем ублюдочном мастере и восьми годах потерянных воспоминаний. Кем был ее мастер? Кем была она? Была ли у нее семья?

Гу Фэй Янь не знала, когда она, в конце концов, заснула, но когда проснулась на следующий день, был уже полдень. Она быстро привела себя в порядок, собираясь вернуться во дворец, но тут слуга принес отпускное письмо, управляющая имперской аптекой предоставила ей десятидневный отпуск.

Прошлой ночью, когда она покидала дворец, ей сказали, что она получила отпуск на день! Что происходило?

Глава 23 – Байкот, голод

Гу Фэй Янь внимательно посмотрела на письмо и обнаружила, что подпись на письме принадлежала Шангуань.

Не говоря уже о простой девушке-аптекаря, даже самому аптекарю было бы сложно взять отпуск на десять дней, не говоря уже о получении одобрения Шангуань Инхун?

У Второго мастера Гу и мадам Ван не было денег, чтобы подкупить Шангуань Инхун. Скорее всего, причиной этой проблемы были брат и сестра Ци? С какой целью они заставили ее остаться в резиденции Гу?

Вместо того чтобы рассердиться, Гу Фэй Янь была на самом деле счастлива. Надо знать, что она никогда не могла получить у своего мастера десяти дней отпуска. Наконец-то она могла развлечься! Ей хотелось прогуляться и получше узнать мир полный искушений – континент Глубинного Царства.

Что касалось намерений брата и сестры Ци в отношении Второго мастера Гу, она была слишком ленива, чтобы думать об этом. В любом случае все шло так, как должно было идти. Она не боялась.

Вскоре мысли Гу Фэй Янь были прерваны урчанием её живота. Голодная!

В Павильоне Яохуа не было слуг. Гу Фэй Янь побежала на кухню, и как только она подошла к двери, почувствовала ароматный запах еды. Было время обеда.

Гу Фэй Янь хотела войти, но домоправитель Сюэ остановил ее и холодно сказал:

– Старшая мисс, Второй мастер отдал приказ. Вы нарушили семейные правила, неуважительно относились к старейшинам, не повиновались им и были наказаны лишением еды. Второй мастер сказал, что после того, как вы все обдумаете и поймете, что совершили ошибку и захотите признать ее, можете найти его. Иначе вы не сможете коснуться даже единого рисового зерна!

Договорив домоправитель Сюэ, резко оттолкнув Гу Фэй Янь, приказал слугам подавать обед. Этот обед был весьма роскошным. Были поданы ароматная и мягкая «львиная голова», тушеная в пикантном соусе свинина, нежная рыба, свежий ароматный грибной суп и множество других блюд.

Однако голодная Гу Фэй Янь уже потеряла аппетит. Она прикоснулась к маленькому треножнику Царя Исцеления на своей талии и, не говоря ни слова, повернулась, чтобы уйти.

Если Второй Мастер Гу хотел заставить ее подписать контракт о расторжении помолвки, пусть попробует! Если он хотел заставить ее просить еды, то выдавал желаемое за действительное! Изначальной владелице приходилось обращать внимание на отношение других, чтобы иметь возможность поесть. Что касаемо ее... она могла прокормиться за счет маленького треножника Царя Исцеления!

Подойдя к двери Гу Фэй Янь, загибая пальцы, начала рассчитывать. Она должна сходить в ресторан, чтобы перекусить, найти мастера, который отремонтировал бы Павильон Яохуа, а затем заготовить немного припасов на зиму. Во сколько обойдется покупка припасов на зиму? Она подумала, что сможет выкопать на продажу тысячелетний кровавый женьшень на лекарственном поле внутри треножника Царя Исцеления, чтобы получить достаточно денег. И должно еще много остаться, верно?

Раньше она ходила на рынок лекарственных трав, чтобы продавать свои травы, и ей также удалось купить несколько лекарственных трав, которых не было в треножнике Царя Исцеления, а также кое-какие семена. Поля трав в треножнике Царя Исцеления отличались от полей в других землях. Высаженные здесь лекарственные травы росли быстрее, а при использовании их эффект был намного мощнее.

Гу Фэй Янь вышла из главных ворот и, обнаружив в переулке безлюдное место. Прислонившись к стене, она сосредоточила свой разум и позволила своему сознанию войти в пространство маленького треножника Царя Исцеления.

Если ей были нужны обычные лекарственные травы, ей стоило только мысленно вызвать их с поля трав. Однако, чтобы найти что-то вроде кровавого женьшеня, ей пришлось бы лично отправиться на лекарственное поле, чтобы выкопать его.

Гу Фэй Янь осторожно держа маленький треножник Царя Исцеления, сосредоточилась на нем. Однако даже спустя долгое время ее сознание не смогло войти в маленький треножник Царя Исцеления. Как странно! Она попыталась снова, но не только не смогла войти, но и была отброшена.

Гу Фэй Янь резко открыла глаза, будто, наконец, что-то поняв. В ее глазах промелькнула тень страха. Вскоре она попыталась снова. Ее сознанию снова было оказано сопротивление.

– Этого не может быть, верно?

Гу Фэй Янь, бормоча себе под нос, попыталась использовать свое сознание, чтобы получить обычные лекарственные травы. Однако маленький треножник Царя Исцеления не подчинился ее воле и не сдвинулся с места!

Гу Фэй Янь была потрясена. Она обхватила маленький треножник Царя Исцеления и потерла его пару раз, как вчера вечером, призывая Божественное пламя. Неожиданно Божественное пламя не появилось!

Вне всякого сомнения, треножник Царя Исцеления устроил тотальный бунт!

Гу Фэй Янь, наконец, вспомнила единственный недостаток этого малыша. Он не мог использовать яд. Как только вы применяли яд, он выходил из себя. Как долго это продлится, не знал никто. В последние несколько дней она использовала его только для создания двух ядов!

Когда Гу Фэй Янь подумала об этом, то невольно ощутила стойкий страх. К счастью, этот маленький предок не устроил бунт, когда она меняла лекарство для Чэн И Фэя, иначе с ней было бы покончено!

Яды на самом деле представляли одно из семейств, и обладали не только токсичностью, но и лечебными свойствами. Но в маленьком треножнике Царя Исцеления запрещалось извлекать, создавать и готовить яды. Она дважды использовала яд, насильственно извлекла, синтезировала его, прежде чем изготовить, поэтому из него исходил ядовитый дым. Можно было сказать, что она нарушила все табу маленького треножника Царя Исцеления, неудивительно, что тот объявил тотальную забастовку.

На самом деле Мастер Бай И не разбирался в ядах. Однако она была чрезвычайно чувствительна к токсичности лекарственных трав. Она не знала, был ли это врожденный дар, или она усвоила все до восьми лет.

На самом деле, когда она была маленькой, она часто тайно использовала треножник Царя Исцеления своего мастера, чтобы изготовить яды. Но на этот раз она не хулиганила и не шутила, она лишь защищала свою жизнь!

Гу Фэй Янь, держа в руках маленький треножник Царя Исцеления, жалобно спросила:

– Маленький предок, ты не должен быть неразборчивым! Я изготовила яд, чтобы спасти себя, а не ради развлечения и не потому, что хотела причинить кому-то вред!

– Эй, я хотела заработать денег, продав лечебные травы! Как долго ты собираешься устраивать сцену? Можешь сначала дать мне кровавый женьшень, а потом снова вредничать?

– Давай обсудим это. Я, например, могу купить для тебя больше семян лекарственных трав? Или почищу тебя позже, используя для этого лучшее благовонное масло, договорились?

В конце концов, они уже заключили контракт, и маленький треножник Царя Исцеления мог чувствовать эмоции своего хозяина и понять ее намерения. Однако, когда он был в гневе, его восприятие, казалось, выходило из-под контроля. Он не ответил на недовольство или протесты Гу Фэй Янь.

Живот Гу Фэй Янь снова заурчал. Ей очень хотелось плакать, но не было слез.

В последние несколько дней она была похожа на воина, защищавшегося от толп врагов, когда бы те ни приходили. Но она никогда не думала, что, в конце концов, падет от рук союзников.

Что ей делать?

Гу Фэй Янь обыскала все свое тело, но не нашла ничего ценного, что можно было бы сдать в ломбард за деньги, да и в павильоне Яохуа ничего не нашлось.

Если бы она была за городом, девушка все еще могла бы найти для продажи ценные травы в горах и лесах. В городе даже думать об этом не приходилось.

У Гу Фэй Янь не было иного выхода, как пойти к воротам дворца только для того, чтобы испытать удачу. Она показала свой жетон, но дворцовая стража отказала ей на том основании, что ей не нужно было входить во дворец во время отпуска.

Как она и ожидала, брат и сестра Ци не только помогли ей получить отпуск, но даже запретили входить во дворец. Это явно было для того, чтобы дать Второму мастеру Гу и его жене возможность заставить ее пойти на компромисс!

Гу Фэй Янь не стала настаивать, развернувшись, чтобы уйти. Она нашла на рынке несколько аптек и спросила, не могут ли они нанять ее на временную работу, но все оказалось бесполезно. Не говоря о том, что ей действительно оказалось трудно заработать денег на еду, она никогда не беспокоилась о еде и одежде. Девушка не могла не попенять на изначальную владелицу. Та прожила так долго, как получилось, что у нее не было ни одного знакомого, за чей счет она могла бы поесть?

Когда солнце уже садилось, Гу Фэй Янь направилась к своему дому с голодным желудком, надеясь пережить ночь и дождаться завтрашнего утра, когда маленький треножник Царя Исцеления вернется в нормальное состояние. Как только она приблизилась к главному входу, девушка заметила внушительный отряд верховых солдат, сопровождавших экипаж, украшенный строгим орнаментом, направляющийся в её сторону. Человеком, ехавшим рядом с экипажем, был ни кто иной, как заместитель генерала Чэна Чжоу Тао!

Это не может быть, правдой?

После поклонницы Чэн И Фэя, поклонницы Ци Юя и самого Ци Юя, теперь еще и Чэн И Фэй не оставил ее в покое, придя к ее дверям?

Гу Фэй Янь оторопев, остановилась. Она посмотрела на занавес экипажа. В этот момент он поднялся.

Глава 24 – Этот генерал приглашает тебя поесть

Занавес экипажа поднялся. Человек сидевший внутри был ни кем иным, как самим Чэн И Фэем!

Если бы Гу Фэй Янь не видела его недавно в критическом состоянии, то увидев его сейчас, она бы ни за что не поверила, что он всего два или три дня назад вернулся от адских врат.

У него было по-настоящему красивое лицо с бровями вразлет и яркими, как звезды глазами. По сравнению с тем, что было несколько дней назад, когда он был очень вялым и болезненным, мужчина был наполнен уверенностью, которую намного сложнее было игнорировать.

Гу Фэй Янь была совершенно уверена, что этот парень еще не выздоровел, но как ни крути, он казался намного энергичнее обычного человека.

Если бы старый генерал Чэн не погиб в бою три года назад, Чэн И Фэй до сих пор был бы молодым генералом. Он был всего на три года старше Ци Юя. Однако, если бы Ци Юй пожелал встать рядом с ним, ему сразу бы пришлось убавить свой гонор!

Чэн И Фэй смотрел на главные ворота резиденции, не замечая Гу Фэй Янь. Экипаж медленно остановился. Сердце Гу Фэй Янь екнуло, девушка сразу же развернулась и пошла прочь.

Когда идет дождь, везде течет. Как она могла не сбежать?

К сожалению, прежде чем она сделала пару шагов, стрела просвистела мимо ее спины и, пройдя мимо ее уха, вонзилась в землю у ее ног.

– Маленькая девушка-аптекарь, этот генерал уже у твоего порога, но ты все же развернулась и уходишь? Этот генерал настолько страшен? Ха-ха-ха!

Он уже давно заметил ее.

Что за дела. Как он узнал ее? Может быть, он на самом деле не был без сознания, когда болел?

Из-за смеха Чэн И Фэя всем было трудно понять, действительно ли он сердился или просто шутил. Однако Гу Фэй Янь прекрасно понимала, что выпущенная только что стрела имела один смысл.

Она коснулась ушей и, успокоившись, обернулась.

Чэн И Фэй уже вышел из экипажа. На нем были серебристо-белые доспехи и широкий кроваво-красный плащ, отороченный по краям белым лисьим мехом. Он был высоким и крепким, и в любой обстановке становился центром внимания.

У него была сила солдата, но не солдатская праведность. И в этот момент он шаг за шагом шел к Гу Фэй Янь, а уголки его рта кривились в слабой издевательской ухмылке.

Что еще могла сделать Гу Фэй Янь, кроме как утешать себя и пытаться приспособиться к ситуации?

Неожиданно Чэн И Фэй, посмеиваясь, остановился перед ней.

– Маленькая девушка-аптекарь, ты спасла жизнь этому генералу, так какую награду ты хочешь за это? Поторопись и скажи!

Э... может быть, он специально приехал поблагодарить ее, а не пытаться повесить на неё вину? Невозможно! Даже если бы его не волновали ее статус будущей жены семьи Ци или клеветнические слухи, упрекавшие его за развратность, он бы не прибыл так поспешно!

Как бы она ни ломала над этим голову, что-то казалось неправильным. Чэн И Фэй ждал с большим интересом, словно обладал бесконечным терпением.

В конце концов, Гу Фэй Янь улыбнулась и сказала:

– Генерал, вы слишком серьезны. Я только сделала свою работу, вот и все. Мне не нужно никаких наград. Мне необходимо немедленно вернуться во дворец. Пожалуйста, простите меня за то, что я не смогла составить вам компанию. Я... я уйду первой?

Чэн И Фэй ничего не сказал, но улыбка на его лице стала еще игривее.

Гу Фэй Янь повела себя так, будто получила от него молчаливое согласие. Она быстро развернулась, но прежде чем девушка успела сделать шаг, Чэн И Фэй уже стоял перед ней, преграждая путь.

– Маленькая девушка-аптекарь, этот генерал только что вернулся из Имперской аптеки. Я слышал от твоего начальства, что ты подала заявление на десятидневный отпуск.

Гу Фэй Янь смутилась, не смея посмотреть ему в глаза. Чэн И Фэй вынул рецепт и развернул его перед ее глазами.

– Маленькая девушка-аптекарь, ты помнишь этот рецепт?

Гу Фэй Янь была немного удивлена. Разве это не поддельный рецепт, который она тайком подложила в аптечку придворного лекаря Су?

Даже если бы придворный лекарь Су обнаружил что-то подозрительное, он бы не заподозрил ее так скоро. Там было немало служанок, которые могли приготовить лекарство!

Подделать рецепт было очень сложным делом. В нем было задействовано множество людей, а настоящий виновник, скорее всего, был могущественной фигурой. Она не была дурой. Она просто хотела сыграть грязно, и у неё не было намерений публично вмешиваться в это дело, создавая себе проблемы!

Гу Фэй Янь притворилась, что всерьёз задумалась. После долгих гляделок, она ответила:

– Я видела слишком много рецептов, и не могу вот так сразу вспомнить.

– Тогда не спеша подумай.

Чэн И Фэй специально наклонился, поднеся рецепт ближе, чтобы девушка видела его яснее.

Прежде чем мозг Гу Фэй Янь смог придумать контрмеры, ее живот отчаянно заурчал. Она хотела проигнорировать это, но Чэн И Фэй тоже его услышал.

Он вздрогнул, затем рассмеялся и спросил:

– Проголодалась так рано? Ты не обедала?

Мало того, что она не ела днем, она не ела с прошлой ночи!

Прежде чем Гу Фэй Янь успела что-то сказать, Чэн И Фэй быстро убрал рецепт и сказал:

– Пойдем, этот генерал приглашает тебя поесть!

Гу Фэй Янь не обманешь, бесплатных обедов не существовало. Однако живот предал ее, безостановочно урча. Взгляд Чэн И Фэя упал на ее живот, от чего уши девушки покраснели от смущения.

– Пошли!

Чэн И Фэй рассмеялся и повернулся, чтобы уйти, но, увидев, что Гу Фэй Янь все еще стояла, не двигаясь, он повернулся и спросил:

– Этот генерал хочет угостить тебя едой, а не съесть тебя. Чего ты боишься? Виновной совести?

– Нет!

Гу Фэй Янь сразу же все отрицала. Она совсем не чувствовала себя виноватой. Если он по какой-то причине хотел угостить ее едой, пусть так и будет! Только после того, как она насытится, у нее будут силы продолжать играть тупицу! Она обернулась и сказала:

– Тогда я лучше приму с благодарностью, чем вежливо откажусь!

Гу Фэй Янь села в экипаж Чэн И Фэя стоящий у входа. Она думала, что Чэн И Фэй отвезет ее в место, где было мало народу. В конце концов, ее личность была особенной, поэтому он должен был ее избегать. Однако кто бы мог подумать, что этот парень действительно отправится на самую оживленную улицу города Цзиньян?

К тому времени, когда девушка поняла, что что-то не так, она уже не могла выйти из экипажа. Увидев, что выражение ее лица изменилось, Чэн И Фэй улыбнулся и сказал:

– Поехали в «Башню удачи», там хорошая еда.

«Башню удачи»?

Это был самый оживленный ресторан города Цзиньян. Будь то простолюдины или дворяне, все любили посещать его. Ходили слухи, что принцу Цзину особенно понравились здешние блюда, и он чуть было не пригласил здешнего повара в свой дворец.

Что, черт возьми, этот парень пытался сделать с такой большой помпой?

Отряд кавалерии, сопровождавший экипаж по улице, явно был нужен для большей шумихи.

Проехав по всему городу, экипаж остановился перед входом в «Башню удачи». Несомненно, экипаж Чэн И Фэя был узнаваем. Казалось, что снаружи было много народу, и временами даже слышались возбужденные женские крики.

Поклонницы Чэн И Фэя за пределами дворца были не менее одержимы и безумны, чем Вэнь Юй Жоу!

Брови Гу Фэй Янь сильно нахмурились, ей было совершенно ясно, что, если бы она вышла из экипажа Чэн И Фэя на глазах у всех, ее предыдущие попытки дать отпор Вэнь Юй Жоу оказались бы напрасными, а слухи стали бы еще безумнее!

Снаружи было шумно, но внутри экипажа стояла мертвая тишина.

Чэн И Фэй, очевидно, не собирался выходить из экипажа. Он достал рецепт и с улыбкой протянул его Гу Фэй Янь:

– Скажи этому генералу, ты узнаешь этот рецепт? Возможно, этот генерал подумает о том, чтобы перекусить в другом месте. В конце концов, еще довольно рано.

Так вот что это было!

Этот парень на самом деле не собирался угощать ее едой, но использовал такой метод, чтобы угрожать ей!

Гу Фэй Янь незаметно приподняла оконную занавеску. Увидев, что на улице творилось настоящее столпотворением, их уже окружала толпа народа.

Чэн И Фэй выглянул в окно и сказал:

– Маленькая девочка, скажи этому генералу, почему ты намеренно оставила рецепт в аптечке придворного лекаря Су? О чем ты хотела напомнить придворному лекарю Су?

Гу Фэй Янь с невинным выражением лица спросила.

– О чем вы говорите генерал Чэн?

Голос Чэн И Фэя резко похолодел:

– Ты действительно думаешь, что этот генерал в тот день был без сознания? Я собственными глазами видел, как ты тайком подложила этот рецепт!

Чего?

Невинное выражение лица Гу Фэй Янь тут же застыло…

Глава 25 – Сесть и посплетничать

Гу Фэй Янь не ожидала, что оставила за собой маленький хвост, а Чэн И Фэй ухватился за него.

И все же, что за беда?

Да, она положила рецепт в аптечку придворного лекаря Су, но это ничего не значило, верно?

Она всего лишь хотела быть хорошим человеком, скрывшим свои заслуги и известность. Откровенно говоря, она не хотела испытывать на себе чужую ненависть. Она незаметно напомнила Чэн И Фэю о своем тайном расследовании, в то же время сообщив о настоящем виновнике, пытавшемся свалить на нее вину. Не было никакой необходимости продавать себя.

Гу Фэй Янь сделала вид, что задумалась, прежде чем притвориться, будто у нее только что случилось просветление:

– О… помню. Этот рецепт был выписан придворным лекарем Су. Мне было приказано отправить изготовленное по нему лекарство в казармы в тот же день.

– О, сейчас ты все вспомнила.

Чэн И Фэй сначала был вполне удовлетворен, но его терпение сразу же сошло на нет, после следующих слов Гу Фэй Янь.

– Генерал Чэн, нельзя небрежно выбросить подобный рецепт первой помощи. В тот день, когда я увидела, что придворный лекарь Су проверяет ваш пульс, я не осмелилась потревожить его, и положила рецепт в его аптечку.

Договорив, Гу Фэй Янь, изобразив любопытство, спросила:

– С чего вы решили, что я тайно подложила его? Это рецепт придворного лекаря Су, почему я должна тайно подкладывать его?

– Ты!

Чэн И Фэй почти исчерпал терпение, он резко поднял подбородок Гу Фэй Янь, с опасным блеском в его суженных глазах.

– Маленькая девушка-аптекарь, этот генерал даст тебе еще один шанс. Ответь мне, ты тайно подложила его?

Когда эта девочка пригрозила его матери с проверкой лекарства, та не заметила подсказки, но он заметил. У него просто не было сил ничего сказать. Если бы не тот факт, что с тестом не было проблем, он бы не открыл рта, даже если бы она могла его им напоить.

Изначально он не принял близко к сердцу то, что она положила рецепт в аптечку придворного лекаря Су. В конце концов, это было совершенно нормально. Но когда придворный лекарь Су сказал ему, что рецепт был подделкой, что был добавлен Большой Оживляющий плод, а звездчатый анис отсутствовал, он понял, что она сделала это специально. И должно быть, она изменила лекарство.

Её только что повысили из рабыни-аптекаря до девушки-аптекаря, где она обрела навыки заметить проблемы с рецептом и откуда получила возможность восстановить его действие? Кроме того, почему она скрывала все от него? Ладно бы она не сообщила об этом, но зачем ей возвращать рецепт придворному лекарю Су?

Эта девушка действительно спасла его, но на её счёт у него было слишком много сомнений и противоречий. Теперь, когда у него не было ни единого ключа к разгадке, если он хотел найти настоящего виновника, ему сначала пришлось бы заставить ее заговорить.

– Ответь мне! – Чэн И Фэй стал еще более жесток, а его угловатое бронзовое лицо стало еще непреклоннее.

Гу Фэй Янь была полна решимости ничего не признавать, и до конца прикидывалась дурочкой:

– Генерал Чэн, что именно вы имеете в виду? Что-то не так?

Чэн И Фэй не ожидал, что эта девушка все еще будет упорствовать даже после столь сильного принуждения.

Он медленно приблизился к ней, излучая опасную ауру:

– Вонючая девчонка, похоже, ты очень голодна.

Когда он собирался выйти из экипажа, в животе Гу Фэй Янь внезапно громко заурчало. Гу Фэй Янь хотела заплакать, но не было слез. Ей было так стыдно, что девушке захотелось разбить голову о стенку.

– Выходи из экипажа и поешь.

Чэн И Фэй отпустил ее и собирался выйти из экипажа первым. Кто бы мог подумать, что Гу Фэй Янь опередила его и, подняв занавеску, выпрыгнула наружу.

– До встречи!

Чэн И Фэй даже не успел остановить ее, потому что был совершенно ошарашен!

Он просто угрожал ей! Первоначально он думал, что как только выйдет из экипажа, она определенно не сможет усидеть на месте и быстро сдастся!

Но эта девушка на самом деле...

Как помолвленная девушка, разве она не знала, как избегать табу? Утром, отправившись в Имперскую аптеку, он услышал о Вэнь Юй Жоу. Разве она не была сильно обеспокоена этим и очень рассержена слухами?

Она... она... неужели она настолько проголодалась?!

В то время пока Чэн И Фэй все еще прибывал в шоке, толпа у экипажа уже закипела.

– Она действительно с генералом Чэном… Как она посмела сидеть в экипаже генерала Чэна? Невозможно!

– Слухи верны. Разве кто-то не говорил, что это все слухи? Разве не говорили, что их распространяла аптекарь из Имперской аптеки?

В разгар пересудов, под всеобщими недоверчивыми, пренебрежительными, сердитыми и потрясенными взглядами, Гу Фэй Янь ведя себя так, будто рядом никого больше не было, пошла к главному входу в «Башню Удачи».

Конечно, сплетни ей не нравились. Однако Ци Юй ей не нравился еще больше.

Она уже использовала Вэнь Юй Жоу, чтобы прояснить слухи, но Ци Юю все равно не терпелось прийти и запугать ее. Он осмелился заставить ее голодать, а она осмелится заставить его не показывать и носу из дому!

Насколько много предположений вызвало ее публичное появление из экипажа генерала Чэна? Сколько сплетен? Она знала, что Чэн И Фэй не выйдет. Однако, если она пообедает в «Башне Удачи» и отправит счет на имя Чэн И Фэя, она определенно вызовет слухи, которые разнесутся по всей столице, как ураган.

Она хотела посмотреть, сможет ли Ци Юй еще усидеть на месте. Как долго он сможет выдержать?

Как только слух распространится, даже если Ци Юй в одностороннем порядке аннулирует помолвку, он все равно будет носить огромную зеленую шляпу!

При мысли об этом, шаги Гу Фэй Янь стали тверже, а ее сердце успокоилось. Как только она вступила на высокий порог «Башни Удачи», сзади вспыхнуло волнение.

Что происходило?

Гу Фэй Янь обернулась и увидела, что Чэн И Фэй небрежно вышел из экипажа, ступив на спину слуги.

Окружающие крики и пересуды походили на последовательные взрывы, одна волна за другой.

– Боже, это действительно генерал Чэн! Слухи не врали! Гу Фэй Янь, генерал Чэн... вместе?

– Как это может быть? Такая женщина абсолютно не достойна генерала Чэна! Я не верю...

– Она невеста молодого генерала Ци! Она, она… она обманывает семью Ци! Бесстыдство!

– Кто не знает о вражде между семьями Чэн и Ци? Должно быть, генерал Чэн сделал это нарочно... хе-хе, это слишком мелочно!

– Тебе не разрешено оскорблять генерала Чэна. Во всем виновата эта бесстыжая девка, Гу Фэй Янь, соблазнившая генерала Чэна!

Большинство из них оскорбляли Гу Фэй Янь. Многие люди не стесняясь присутствия Гу Фэй Янь и Чэн И Фэя, громко ругали их. Было даже несколько женщин, пытавшихся убедить Чэн И Фэя не поддаваться влиянию духа лисицы.

Если бы не преграждавшие путь солдаты, эти люди действительно бросились бы к ним.

На этот раз была очередь Гу Фэй Янь оторопеть.

Она не ожидала, что Чэн И Фэй выйдет из экипажа! Она только хотела воспользоваться возможностью, чтобы уклониться от его вопросов. Но с его репутацией и именем?

Почему этот парень вышел из экипажа? Может ему плевать на свою репутацию?!

Все верно!

Должно быть, он вышел из экипажа, чтобы развеять слухи?

И в тот момент, когда Гу Фэй Янь подумала об этом, Чэн И Фэй подошел к ней, тут же обнял за плечи и повел к двери:

– Малышка Янь'эр, вино из цветов сливы в «Башне Удачи» самое ароматное. Старший брат выпьет сегодня с тобой, и ты не уйдешь, пока не будешь пьяна!

Старший брат?

Этот «Старший брат» ей совсем не «брат»!

Как только Чэн И Фэй закончил говорить, все прохожие и посетители за дверями взорвались.

Сердце Гу Фэй Янь екнуло. Она подсознательно хотела вырваться, но Чэн И Фэй крепко держа ее, повернул голову, чтобы едва слышно прошептать на ухо.

– Маленькая девушка-аптекарь, в чем дело, испугалась? Боюсь, ты не желаешь со мной развлекаться. Еще не поздно признаться, что ты тайно подложила рецепт.

Глава 26 – Унесена, необузданный

Бояться?

Гу Фэй Янь никогда ничего не боялась, кроме гнева своего мастера.

Она была просто шокирована тем, что он, Великий генерал, нисколько не заботился о своей репутации. Было бы лучше, если бы он обращал на это внимание. Так с чего ей было волноваться, не говоря уже о чувстве вины!

Гу Фэй Янь перестала сопротивляться и сказала:

– Поскольку старший брат И Фэй в таком хорошем настроении, младшая сестра будет следовать за тобой до конца!

Сначала Чэн И Фэй был ошеломлен, но вскоре от души расхохотался. Не говоря уже о других, даже Гу Фэй Янь подумала, что у него было хорошее настроение.

Чэн И Фэй изначально просто хотел ей пригрозить, но, видя, что она настолько смела, он, естественно, пошел до конца. Он никогда не заботился о своей репутации. К тому же, вместо того, чтобы заставлять людей критиковать его за то, что он достаточно никчемен, что его пришлось спасать невесте Ци Юя, было бы лучше позволить им критиковать его за то, что он надел на Ци Юя зеленую шляпу!

Чэн И Фэй не знал, что Ци Юй пришел к ней домой посреди ночи, чтобы разорвать помолвку. Ему было любопытно, как отреагировал бы Ци Юй, услышав об этом. Разве эта женщина не боялась рассердить семью Ци и лишиться помолвки?

Таким образом Гу Фэй Янь и Чэн И Фэй в обнимку прошли в частную комнату на втором этаже. Как только они вошли туда, Гу Фэй Янь воспользовавшись невнимательностью Чэн И Фэя, вырвалась из его рук и немедленно отступила, стараясь держаться от него подальше.

То, что она не возражала против сплетен, не означало, что она была бесцеремонной женщиной!

Чэн И Фэй приподнял брови и посмотрел на нее, но не стал усложнять ей жизнь. Он быстро подозвал официанта и заказал гору еды и вина. Затем специально напомнил:

– Подайте блюда скорее.

Гу Фэй Янь села в самом дальнем от него углу и тайно потерла живот. Она была так голодна, что ее грудь присохла к спине, а живот болел.

Чэн И Фэй с интересом посмотрел на нее, но не сказал ни слова. Гу Фэй Янь опустила голову и, приставив руку ко лбу, закрыла ему обзор.

– Ха-ха!

Чэн И Фэй снова рассмеялся, его настроение казалось было очень хорошим. Вскоре после этого он спросил:

– Маленький аптекарь, ты не боишься, что Ци Юй отменит вашу помолвку?

Гу Фэй Янь ответила:

– А что я могу с этим поделать?

Чэн И Фэй не мог больше выдавить ни единого слова. Он тихо прокашлялся, но решил промолчать. Помещение выходило на улицу, а шум за окном все никак не стихал. Несомненно, многие ждали, когда они спустятся вниз. Чэн И Фэй молча подошел закрыть окно, чувствуя раздражение из-за шума. Гу Фэй Янь взглянула на него, но ничего не сказала.

Вскоре прибыли еда и вино. Перед ними был накрыт полный стол с восхитительным вином и едой. Поднимавшийся пар, наполнял воздух чудесным ароматом.

Гу Фэй Янь глубоко вздохнула и ощутила аппетит каждой порой своего тела! Она не могла дождаться буквально пожрать эту еду, но, в конце концов, стерпела. Она попросила официанта принести рисовую кашу и две тарелки свежих овощей.

Видя, что она не собиралась пить и есть, Чэн И Фэй был разочарован:

– Разве ты не согласилась составить мне компанию до конца и не возвращаться, пока не напьешься? И что, ты сдаешься, едва закрыв дверь?

Гу Фэй Янь проигнорировала его. Чэн И Фэй лично налил большую чашку горячего вина и плюхнул ее перед ней. Циничная злая улыбка появилась на его губах, пока он медленно говорил.

– Маленькая девушка-аптекарь, мы, солдаты, ненавидим тех, кто смеет говорить, но не смеет делать! Этот генерал даст тебе последний шанс. Либо выпей все вино на столе, либо скажи этому генералу, что ты тайно подбросила рецепт…

Опять!

Прежде чем Чэн И Фэй успел закончить, Гу Фэй Янь резко встала и поставила перед ним миску рисовой каши. Она посмотрела на его дикие, необузданные глаза и сурово начала отчитывать его:

– Генерал Чэн, мы аптекари, ненавидим пациентов, которые не следуют указаниям лекарей. Ваш желудок только пришел в норму. Нельзя даже сказать, что вы пошли на поправку, а тем более, полностью выздоровели! В подобной ситуации придворный лекарь Су, должно быть, сказал вам, что все ваши три приема пищи должны быть легкими, хорошо усвояемыми и приниматься по расписанию. Кроме того, никогда не забывать не употреблять алкоголь или крепкий чай, не есть кислую, острую, липкую или твердую пищу!

Говоря это, она принесла еще одну тарелку с овощами и небрежно плюхнула ее перед ним. Ее тон был по-прежнему суровым и холодным, как будто она отдавала приказ:

– Ешьте только эти овощные блюда и даже не думайте о вине!

Чэн И Фэй был весьма непокорным человеком, как его можно было просто отчитать. Однако, когда он встретился с яркими глазами Гу Фэй Янь, казалось, словно он стал одержим каким-то заклятием. Он долго не двигался и не говорил, и даже его взгляд, казалось, выражал уважение.

Гу Фэй Янь не заметила изменений в его глазах. После того, как она закончила читать ему лекцию, она вернулась на свое место, опустила голову и продолжила есть, ни торопливо, ни медленно, стараясь как можно лучше разжевывать еду. Она так долго голодала. Если бы она проглотила такую большую кучу еды, ее желудок стал бы сильно болеть.

Чэн И Фэй оправился от потрясения и заговорил гораздо мягче.

– Маленькая девушка-аптекарь, у тебя… у тебя тоже болит желудок? – Гу Фэй Янь ответила «Эн» и больше не произнесла ни слова.

Чэн И Фэй посмотрел на ароматное вино и прекрасные блюда, затем перевел взгляд на простую кашу и овощи стоящие перед ним. В конце концов, он послушал, что сказала Гу Фэй Янь, и послушно съел кашу и овощи.

Хотя, Чэн И Фэй без возражений ее выслушал, но не забыл о главном. Как только он доел кашу, он подвинулся к ней и с интересом спросил:

– Маленькая девушка-аптекарь, набив желудок, у тебя появились силы говорить правду?

– Генерал Чэн, я говорила правду. Если вы мне не верите, я ничего не могу с этим поделать.

Гу Фэй Янь ожесточила свое сердце и не признала бы этого, даже если бы ее забили до смерти. Она не верила, что этот парень что-нибудь сделает с ней после того, как она уже потеряла репутацию.

Однако реальность доказала, что Чэн И Фэй из тех кто уходил не извлекши прибыли. Не говоря ни слова, он резко поднял ее и закинул себе на плечо!

Гу Фэй Янь была застигнута врасплох и ее голова повисла вниз. Она была ошеломлена! Однако девушка быстро пришла в себя и начала сопротивляться:

– Отпусти меня! Отпусти! Чэн И Фэй, ты же уважаемый Великий генерал, а ведешь себя как бандит. Тебе не стыдно?

– Ты тайно подкинула рецепт? – Чэн И Фэй был очень настойчив.

Гу Фэй Янь была сердита, но она не стала сопротивляться и попусту тратить слов. Она двинулась вперед и яростно укусила его за спину. Мало того, что Чэн И Фэй не закричал от боли, он даже громко рассмеялся и, открыв дверь, широкими шагами вышел наружу.

Гу Фэй Янь никак не ожидала, что он будет настолько смел. Она была потрясена и подсознательно отпустила руку. Она хотела остановить его, но было слишком поздно. Вокруг послышались возмущенные крики. Несомненно, это были голоса фанаток Чэн И Фэя, стороживших дверь. Кроме криков хватало и разных комментариев.

Неизвестно, было ли это вызвано ее перевернутой головой или смущением, но ее уши и щеки покраснели. Было так жарко, что казалось, будто они собирались сгореть.

Какой бы спокойной она ни казалось, она все равно была девушкой! Действия Чэн И Фэя были поистине хулиганскими! Как бы у нее еще хватило духу укусить его? Она уткнулась лицом в его твердую спину, боясь оглянуться.

Неся ее вот так, Чэн И Фэй спустился по лестнице и направился к главному входу. Однако, прежде чем он даже приблизился к двери, он увидел, что к нему навстречу идет высокий красивый мужчина.

Чэн И Фэй остановился, а его необузданные глаза загорелись радостью. Человеком, идущим в его направлении, был никто иной, как Его Высочество принц Цзин, принц, которого он любил и которым больше всего восхищался.

Принц Цзин... он действительно пришел!?

Глава 27 – Как бы не старался, он не сможет справиться с этим

Встретить принца Цзина было не так просто!

Многие говорили, что Его Высочество принц Цзин обожал блюда в «Башне удачи» и часто приходил сюда. Но мало кто действительно его видел и знал.

Чэн И Фэй не видел этого принца почти три месяца, и был приятно удивлен. Во всем государстве Тяньянь, единственным человеком, которого он действительно уважал, был Его Высочество принц Цзин.

Когда он собирался опустить Гу Фэй Янь и шагнуть вперед, чтобы выразить почтение, то заметил, что принц Цзин многозначительно взглянул на него. Только тогда он вспомнил, что здесь было полно народу. Его Высочество принц Цзин не желал раскрывать свою личность. Он посмотрел на окружающих его людей и про себя усмехнулся. Если бы он и Гу Фэй Янь не украли всеобщего внимания, благородная манера поведения принца Цзина привлекла бы к нему всеобщие взгляды, стоило тому просто появиться в толпе.

Не имея возможности официально поклониться, Чэн И Фэй тайком заменил ноги пальцами, сделав ими жест, что встает на колени(1).

Однако Цзюнь Цзю Чэнь не обратил на него внимания. Пока генерал шел, принц неотрывно смотрел на Гу Фэй Янь, которую тот нес на плече. По какой-то необъяснимой причине Чэн И Фэй почувствовал себя виноватым. Несмотря на то, что Цзюнь Цзю Чэнь смотрел на Гу Фэй Янь, он не остановился, словно ничего особого не происходило. Он неторопливо прошел мимо Чэн И Фэя и поднялся по лестнице, и почти никто его не заметил.

Чэн И Фэй не осмелился оглянуться под зоркими взглядами толпы, но Цзюнь Цзю Чэнь снова повернулся на лестнице. Он все еще смотрел на Гу Фэй Янь, но к сожалению та не знала, что сейчас произошло. Чэн И Фэй остановился. Она думала, что Чэн И Фэй хотел сделать что-то из ряда вон выходящее на публике, чтобы пригрозить ей.

Чэн И Фэй постоял некоторое время, прежде чем продолжить путь к двери. Гу Фэй Янь тайно вздохнула с облегчением.

Когда они только подошли к двери, заместитель генерала Чжоу поспешил вперед:

– Генерал, в ресторан только что вошел Его Высочество принц Цзин. Вы встречались с ним?

Когда Гу Фэй Янь услышала это, она тут же поняла, почему Чэн И Фэй внезапно остановился и так долго простоял на месте.

Как, оказалось, пришел принц Цзин!

Какое совпадение...

Гу Фэй Янь подсознательно подняла голову, чтобы посмотреть на дверь, но не заметила экипажа принца Цзина. Вместо этого она увидела толпу зевак, поэтому поспешно опустила голову.

Она подумала, что Его Высочество принц Цзин вряд ли раскрыл свою личность, даже если она увидела его, она не смогла его признать. Это была вторая случайная встреча. К сожалению, она все еще не смогла увидеть лица этого легендарного принца.

Чэн И Фэй не обратил внимания на заместителя генерала Чжоу. Он направился к экипажу и бросил в нее Гу Фэй Янь. Затем сам сел в экипаж и направился в военный лагерь.

Экипаж уехал, но оживление у «Башни удачи» все еще не утихло. С момента открытия «Башни Удачи» здесь, наверное, никогда не было так оживленно. От шумных споров с ресторана чуть не сорвало крышу.

В этот момент Цзюнь Цзю Чэнь уже достиг частной комнаты на втором этаже. Он открыл окно, чтобы выглянуть наружу, и увидел заднюю часть экипажа Чэн И Фэя. Его взгляд стал холоднее и глубже, пока он наблюдал за медленно удаляющимся экипажем, делая невозможным понять, о чем он думал. Он все еще наблюдал за экипажем даже после того, как тот исчез из виду. Было неизвестно, глубоко ли он задумался или просто был ошеломлен.

Вскоре страж Ман Чжун сделал отчет.

– Ваше Высочество, все было расследовано. Десятидневный отпуск для Гу Фэй Янь устроила Ци Фу Фан, старшая мисс из резиденции генерала Ци. Прошлой ночью семье Ци не удалось разорвать помолвку, вынудив мисс Гу согласиться на это. Судя по расследованию, проведенному этим подчиненным за последние несколько дней, похоже, что семья Ци не испытывала ни малейших подозрений относительно рецепта. Что касается девушки-аптекаря Гу Фэй Янь, тут действительно есть множество сомнений.

Цзюнь Цзю Чэнь закрыл окно и обернулся:

– Что ты имеешь в виду?

– Этот подчиненный исследовал только ее биографию, и ее работу за последние два дня в Имперской аптеке. Ее аптекарские навыки всегда были посредственными, и она довольно сильно страдала в Имперской аптеке. Но в ту ночь ее характер и способности изменились.

По мере того как Ман Чжун говорил, он становился все более и более озадаченным.

– Ваше Высочество, эта девушка не может быть самозванкой, верно? Или ее подкупили? Может, есть кто-то, кого мы не знаем, кто догадался, что рецепт поддельный и решил спасти ситуацию?

Цзюнь Цзю Чэнь задумался, но не пришел ни к какому выводу. В тот день он лично перехватил Гу Фэй Янь и послал кого-то приготовить и доставить лекарство. К сожалению, Гу Фэй Янь сделала ход первой.

– Ваше Высочество, поведение генерала Чэна слишком шумное и ненадежное! Он до сих пор ничего не узнал о евнухе У. Как насчет того чтобы мы…

Прежде чем Ман Чжун успел закончить свое предложение, Цзюнь Цзю Чэнь прервал его, холодно сказав:

– Пусть Сяо Мань внимательно следит за евнухом У. Тебе не нужно беспокоиться о Гу Фэй Янь.

– Тогда кто будет… – Ман Чжун остановился и подумал, неужели Его Высочество собирался лично наблюдать за ней?

Хотя попытка убийства генерала Чэна была крупным событием, это не значило, что Его Высочество лично наблюдал за ним. Болезнь императора ухудшалась, а наследный принц был слишком молод, поэтому Его Высочеству приходилось помогать наследному принцу решать множество проблем. Оставались и его собственные дела.

Ман Чжун тут же стал настаивать.

– Ваше Высочество, Сяо Мань уже следит за евнухом У. Доказательства почти собраны. Если вы передадите Гу Фэй Янь этому подчиненному, я разберусь с этим.

Цзюнь Цзю Чэнь спросил:

– Даже Чэн И Фэй не сможет справиться с ней, а ты справишься?

Э...

Ман Чжун на какое-то время утратил дар речи. Его Высочество только что решил, что Чэн И Фэй не сможет справиться с этой девушкой, Гу Фэй Янь, на основании того, что произошло сегодня. Он не знал, говорило ли это о том, что Его Высочество переоценил Гу Фэй Янь или недооценил Чэн И Фэя. Он очень хотел спросить:

«Кто тогда сможет это сделать?» Но не осмелился.

Цзюнь Цзю Чэнь сел и начал молча есть. Сегодня он был в белом халате, что делало его менее властным. Даже когда он ел, у людей возникало ощущение, будто он был потусторонним существом. Он не казался бессмертным, но был до крайности холоден!

В «Башне удачи» по-прежнему было шумно, но эта комната была подобна тихому миру. Он не любил разговаривать во время еды, поэтому Ман Чжун стоял в стороне, не смея издать ни звука.

После обеда Цзюнь Цзю Чэнь покинул город и направился в восточный военный лагерь.

Менее чем за полдня все в столице узнали, что случилось в «Башне удачи». Сколько бы слухов ни распространялось, две вещи были неоспоримы. Во-первых, Чэн И Фэй в обнимку отвел Гу Фэй Янь в «Башню удачи», а вторая – Чэн И Фэй вынес ее из «Башни удачи» и увез в военный лагерь.

Не было необходимости говорить о реакции двух старейшин из семьи Гу. А вся семья Ци кипела словно котел!

Генерал Ци и мадам Сюй были в бешенстве, особенно после того, как услышали, что Ци Юй той ночью ушел, чтобы отменить помолвку, а словесные угрозы Гу Фэй Янь были оскорбительными. Они не могли больше этого терпеть.

Генерал Ци был в ярости:

– Этот маленький ублюдок Чэн И Фэй зашел слишком далеко! Он зашел слишком далеко! Нет, такое не может продолжаться. Этот генерал сейчас войдет во дворец и попросит императора оценить ситуацию!

Мадам Сюй поспешила его убедить.

– Генерал, вы не можете этого сделать! Если об этом деле будет доложено императору, разве это не значило бы… что этот мальчишка Чэн И Фэй добился того, чего хотел. Разве это не будет равносильно признанию, что этот негодяй Чэн И Фэй надел зеленую шляпу на главу нашей семьи!

– Зеленая шляпа уже надета!

Генерал Ци не мог успокоиться. Как только он собирался выйти за дверь, Ци Юй, молчавший до сих пор, внезапно бросился к нему и остановил его.

– Отец, отец! Чэн И Фэй определенно сделал это специально! Он умышленно хотел усугубить ситуацию! Как только вы войдете во дворец, ваш сын станет главным посмешищем.

Генерал Ци всегда дорожил своим сыном, поэтому редко повышал на него голос. Но на этот раз он чуть ли не кричал:

– Ты знаешь, что дело не в потере лица, а кое в чем другом!

Ци Юй был сбит с толку. Больше всего его волновало лицо. Кроме этого, он действительно не мог думать ни о чем другом.

Кое в чем другом?

В чем именно?

Примечание переводчика

(1) такая традиция возникла в период династии Цин. Император Цяньлун инкогнито путешествовал по Поднебесной, ему очень хотелось узнать, что народ думает о правительстве. Однажды император в трактире подсел к двум людям, распивающим чай, и завел с ними беседу. Мужчинам сразу стало понятно, что с ними разговаривает не простой житель. Они хотели пасть перед ним на колени, но поняли, если всем станет известно, что это император, их могут казнить. Молодые люди беседовали с императором, как с равным, а такой правитель считался величественным и неприкасаемым.

Закончив чаепитие, мужчины встали и один из них сделал жест пальцами: указательный и средний положил на край стола, затем повторил тот же жест, но уже с согнутыми пальцами. Властитель не понял жесты и попросил объяснить. На что молодой мужчина ответил: «Мы знаем – перед нами Ваше Величество. За разговор с Вами нас теперь казнят. Но мне очень хочется выразить Вам от нас, от всего народа огромную благодарность. Эти жесты означают, что Ваш народ перед Вами преклоняется!» После этих слов мужчины ушли. Император был очень удивлен и рад тому, что думает народ. С той поры принято подобным жестом показывать уважение человеку за чаепитие.

Глава 28 – Просьба остаться в армии

Увидев смущенное лицо Ци Юя, генерал Ци придя в еще большую ярость, начал громко ругаться.

– Глупый! Невежественный идиот! Когда вчера вечером ты взял на себя инициативу разорвать помолвку, почему тебя ничего не заботило? Твой отец говорил тебе раньше, что нам не нужно хранить хоть какое-то лицо перед педантичными гражданскими чиновниками, раз мы ведем войска в бой. Если бы ты раньше расторг помолвку и женился на принцессе Хуай Нин, разве ты не получил бы намного больше? Если тебе нужно лицо, пусть будет так. Но разве теперь ты полностью не потерял его! Теперь, когда все изменилось и дошло до этой точки, спроси себя... позволит император тебе жениться на принцессе Хуай Нин с такой огромной зеленой шляпой?

Когда Ци Юй услышал это, на него, наконец, снизошло озарение.

Хуже потери лица было то, что он потерял шанс жениться на члене императорской семьи. Он потерял Хуай Нин! Он всегда считал, что принцесса Хуай Нин принадлежала ему. Он никогда не думал, что все обернется так.

– Чтобы ни случилось, этот старик хочет, чтобы император выразил свое отношение! И преподал этому парню, Чэн И Фэю, хороший урок! Что касается этой презренной девчонки из семьи Гу, она никогда не сможет жить хорошей жизнью!

С этими словами генерал Ци выскочил за дверь и направился прямиком во дворец. Однако, когда он прибыл к императорскому кабинету, евнух Мэй сказал ему, что император болен и никого не желает видеть.

Конечно, генерал Ци знал, что император болен, но он думал, что, поскольку у придворного лекаря Су было время совершить поездку в военный лагерь, у императора не должно быть никаких серьезных проблем. Поскольку император не хотел встречаться с ним, он, должно быть, знал о случившемся в «Башне удачи» и намеренно избегал его. Он ничего не сказал евнуху Мэю и просто продолжил ждать у входа в кабинет императора.

Генерал Ци ждал до наступления темноты. Он ждал не аудиенции императора, а того, что Ци Юй станет ждать вместе с ним.

Отец и сын намеревались ждать до ночи, но Чэн И Фэй и Гу Фэй Янь ничего об этом не знали.

Они прибыли в военный лагерь посреди ночи.

По дороге ничего не случилось, потому что, как только Чэн И Фэй выехал из города, он связал Гу Фэй Янь, заткнул ей рот и, бросив девушку в экипаже, сам поехал верхом.

Прибыв в лагерь, Чэн И Фэй снова взвалил Гу Фэй Янь на плечо и зашагал к своей большой палатке.

Если Чэн И Фэй мог так дико вести себя на улице, как бы он повел себя оказавшись на своей территории?

Он вел себя как бандит, похитивший чужую жену. По дороге он махал рукой своим братьям-солдатам, и те только поддерживали его. Каждый встречный присвистнул, от чего молчаливый военный лагерь внезапно стал оживленным.

Как только они вошли в палатку, Чэн И Фэй бросил Гу Фэй Янь на кровать. Гу Фэй Янь сдерживала свой гнев в течение дня, но теперь весь он был в ее глазах, когда она пристально на него смотрела.

Чэн И Фэй собирался уходить, когда увидел ее глаза. Он не сдержавшись повернулся и, вытащив у нее кляп, спросил с улыбкой:

– Что? Ты вспомнила, что тайно подложила рецепт?

– Я хочу в уборную! – громко крикнула Гу Фэй Янь.

Чэн И Фэй громко рассмеялся. Он не развязал ее, но нашел служанку, чтобы служить ей. Когда все было закончено, он придвинул стул и сел у края кровати, с большим интересом изучая Гу Фэй Янь. Он никогда раньше не видел настолько упрямой девушки, но не верил, что не сможет ее подчинить!

Гу Фэй Янь, позволив ему оценивать ее, закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Ведь было уже довольно поздно.

Ей всегда казалось, что Вэнь Юй Жоу, принцесса Хуай Нин и Ци Юй были «лучшими». Но теперь оказалось, что самым лучшим был сидящий перед ней парень. Поскольку она уже оказалась в военном лагере, то хотела увидеть, что Чэн И Фэй собирался с ней сделать!

Ее мастер сказал, что она похожа на родник. Его невозможно подавить. Чем сильнее давление, тем мощнее отдача!

Гу Фэй Янь закрыла глаза, и Чэн И Фэй некоторое время смотревший на нее, в конце концов не смог сохранить самообладания.

Он встал и крикнул:

– Кто-нибудь!

Гу Фэй Янь презирала его в своем сердце, но кто бы мог подумать, что Чэн И Фэй на самом деле скажет:

– Отправьте кого-нибудь в Имперскую аптеку, найдите Божественного Аптекаря, и скажите ему, что этот генерал наймет эту девушку-аптекаря! Эта девушка останется здесь и станет служить при армии!

Гу Фэй Янь резко открыла глаза:

– Я отказываюсь!

Чэн И Фэй улыбнулся уголками рта:

– Этот генерал хочет посмотреть, осмелится ли Божественный Аптекарь отказать мне!

Гу Фэй Янь была в ярости.

– Ты!

Чэн И Фэй был в восторге, от души рассмеявшись.

– Девушка-аптекарь, ты такая милашка, когда злишься!

Он сильно заинтересованный склонился к ней, и только собирался поддразнить Гу Фэй Янь, из-за двери раздался голос заместителя генерала Чжоу:

– Генерал?

Чэн И Фэй был раздражен тем, что его прервали, и спросил:

– Что случилось посреди ночи?

Заместитель генерала Чжоу ответил:

– У солдата в кухонном лагере внезапно случился приступ астмы. Это очень опасно. Проходившего мимо военного лекаря окружила толпа солдат, заставив того начать лечение.

Услышав это, выражение лица Чэн И Фэя стало серьезным, он встал и вышел.

– Лечение прошло успешно?

– Лекарь Го уже трижды делал иглоукалывание, но вскоре после того как пациенту полегчало, приступ повторился снова. Военный лекарь понаблюдав, сделал вывод, что тот должен принять лекарство как можно скорее, иначе не сможет дожить до завтрашнего полудня.

– Тогда пусть поторопится и примет лекарство!

– Генерал, в рецепте есть одна из важнейших лекарственных составляющих, которой не осталось на складе! Этот заместитель генерала уже давно послал людей в город на ее поиски, но они не смогут вернуться к завтрашнему полудню, потому что на обратный путь потребуется не менее шести часов. Лекарь Го наедине сказал мне, что не сможет спасти его жизнь. Все солдаты в кухонном лагере очень взволнованы. Этот заместитель генерала уже ходил успокоить их, но все было напрасно.

Услышав это, Гу Фэй Янь замолчала. Она изучала медицину в течении десяти лет, и каждый раз, когда слышала о лекарственных травах, то уделяла этому больше внимания и становилась более чувствительной, чем обычный человек. Она забыла о своей ситуации и внимательно слушала, нахмурив брови.

Однако из-за дверей больше не доносилось ни звука.

Чэн И Фэй ушел?

Она запаниковала:

– Чэн И Фэй, ты все еще здесь? Вернись! Мне есть, что сказать тебе!

Что за шарлатан служил военным лекарем!?

Как аптекарь, она считала, что до последнего мгновения не должна отказываться от пациента. Но лекарь на самом деле так легко сдался. Кто он такой чтобы сдаваться судьбе!?

Чэн И Фэй подумал, что Гу Фэй Янь просто шутит с ним, поэтому проигнорировал ее и, стоя у двери, продолжил разговаривать с заместителем генерала Чжоу.

Гу Фэй Янь запаниковав, закричала:

– Вам нужна эфедра, верно? У меня она есть!

Услышав это, Чэн И Фэй и заместитель генерала Чжоу ворвались внутрь, они были очень удивлены. Заместитель генерала Чжоу с тревогой спросил:

– Девушка-аптекарь Гу, как вы узнали, что нам нужна эфедра? У вас она действительно есть?

Основным средством при лечении астмы, являлась эфедра, особенно при первой помощи.

Гу Фэй Янь, проигнорировав заместителя генерала Чжоу, посмотрела на Чэн И Фэя с невероятной серьезностью:

– Немедленно развяжите меня и отведите туда. Я хочу увидеть рецепт! Быстрее!

На кону стояла жизнь, поэтому Чэн И Фэй быстро развязал Гу Фэй Янь и отвел ее в кухонный лагерь.

В кухонном лагере солдат Сюй Бинь только пережил еще один приступ. Военный лекарь проводил иглоукалывание, пока солдат дышал так часто, будто не мог остановиться. Лекарь Го не лгал. Иглоукалывание оказалось малоэффективным. Если бы он быстро не принял лекарство, то не смог бы пережить столь частых приступов.

Когда лекарь Го увидел Чэн И Фэя, то воткнув последние несколько игл, встал, чтобы приветствовать его. Чэн И Фэй отмахнулся от его поклона.

Когда Гу Фэй Янь увидела, что последние несколько игл военного лекаря Го помогли пациенту, она быстро взяла рецепт со стола и просмотрела его...

Глава 29 – Давайте сделаем ставку

Гу Фэй Янь совершенно не доверяла лекарю, так легко отказавшемуся от человеческой жизни.

Сначала ей нужно было проверить, разумна ли комбинация и дозировка лекарств в этом рецепте. Иначе, даже если бы у нее была эфедра, все было бы бесполезно!

К счастью, рецепт того стоил.

После того, как Гу Фэй Янь убедилась, что с рецептом все в порядке, она продолжила изучать его. Хотя, казалось, что она изучала рецепт, на самом деле она фокусировала свое сознание, пытаясь воспользоваться маленьким треножником Царя Исцеления. Неважно, какого вида была эфедра, в маленьком треножнике Царя Исцеления ее было много. Если бы треножник Царя Исцеления был немного мощнее, все было бы намного проще. Если нет, ей придется искать ее в горном лесу.

Увидев это, военный лекарь тихим голосом спешно спросил заместителя генерала Чжоу, что происходило. Когда заместитель генерала Чжоу упомянул, что у Гу Фэй Янь есть эфедра, военный лекарь был вне себя от радости.

– Этот мой рецепт не может быть ошибочным. Девушка-аптекарь Гу, у тебя действительно есть лекарство, поторопись и достань его.

Гу Фэй Янь проигнорировала военного лекаря.

Она изо всех сил старалась сосредоточить свое сознание, надеясь, что маленький треножник Царя Исцеления сможет почувствовать ее. Но, к сожалению, маленький треножник Царя Исцеления все еще продолжал забастовку и не показывал ни малейшей реакции.

Гу Фэй Янь больше не стала терять времени и серьезно сказала Чэн И Фэю:

– У меня нет эфедры, но я могу пойти в горный лес, чтобы найти ее!

Когда прозвучали ее слова, все оторопели.

Чэн И Фэй быстро выразил недовольство:

– Хорошо, вонючая девчонка, ты солгала этому генералу! Думаешь если уйдешь, то не вернешься?

– Не солги я тебе, ты отпустил бы меня и привел сюда? У меня нет времени шутить с тобой, когда жизнь поставлена на кон. Нужно найти лекарство, и прямо сейчас я должна...

Прежде чем Гу Фэй Янь успела закончить свои слова, лекарь Го серьезно сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, ты явно лжешь генералу! Хотя в лесу много лекарственных трав, эфедра ценный ингредиент. Она давно собрана и распродана осенью на пике своего роста. Как ты сможешь найти ее посреди зимней ночи? Если в лесу действительно есть эфедра, разве этот старик все еще стал бы смотреть, как умирает этот солдат?

Поначалу Гу Фэй Янь не хотела тратить время на разговоры с этим шарлатаном-лекарем, но, услышав столь громкие слова, она всерьез разозлилась.

Она серьезно спросила:

– Лекарь Го, вы ее искали?

Военный лекарь Го откровенно ответил.

– Если бы это было месяцем раньше, этот старик пошел бы на гору искать ее. Но сейчас мы никак не сможем ее найти. Теперь подниматься на гору совершенно бесполезно.

Гу Фэй Янь усмехнулась:

– Лекарь Го, можете ли вы поставить свою жизнь на то, что не сможете найти эфедру в этом огромном лесу?

Военный лекарь Го со всей серьезностью объяснил:

– Девушка-аптекарь Гу, в глубине горы действительно много целебных трав, но эфедры там уже не может быть. Этот старик ходил в лес в прошлом месяце, и давным-давно…

Гу Фэй Янь резко перебила его:

– Не нужно говорить столько глупостей. Я просто спросила, осмелитесь ли вы поспорить со мной. Если я принесу эфедру, совершите ли вы на глазах у всех самоубийство?

Лекарь Го тяжело вздохнул.

– Маленькая девочка, ты! О чем это ты? Нет ничего плохого в твоем желании найти эфедру, но ты не можешь говорить такого. Ты пытаешься выделиться. Ты…

Гу Фэй Янь снова прервала его:

– Жизнь поставлена на карту. Я не в настроении с вами болтать! Меня волнует только то, ищете ли вы лекарственные травы или нет!

Военный лекарь Го пришел в ярость:

– Девчонка, ты, явно, хочешь сменить тему и заморочить всем голову! Прекрати воспринимать…

Гу Фэй Янь в третий раз прервала его:

– Лекарь Го, позвольте спросить. Смеете ли вы использовать жизнь этого солдата как гарантию того, что в лесу нет эфедры?

Лекарь Го не знал, что сказать.

– Я, я...

Гу Фэй Янь продолжила, решительно перебив его:

– Вы посмеете!? Разве ваше нынешнее отношение не использует чью-то жизнь в качестве ставки? Даже если ситуация с этим солдатом неотложна, с вашими навыками иглоукалывания вы сможете продержаться только до завтрашнего полудня, не так ли? До него остается еще несколько часов. Почему вы отказались от поиска лекарственных трав, основываясь на собственном опыте? Просто потому, что это чужая жизнь, а не ваша собственная, вы осмеливаетесь ставить ее на кон?

– Я, я не это имел в виду! – лекарь Го был в ярости. Он хотел объяснить, но не мог. – Я, я...

Гу Фэй Янь разозлилась на него еще сильнее:

– Лекарь Го, пациент ставит свою жизнь и смерть на кон с Ямой. Мы, практикующие медицину – игроки, ставящие на кон жизнь других. Мы никогда не должны проигрывать жизнь, на которую сделали ставку. Ради этого, мы должны делать все, что в наших силах! Осталось еще куча времени, как можно сдаваться до последней минуты? Это потому, что он повар?

Военный лекарь Го, который раньше не мог оспорить слова Гу Фэй Янь, наконец, рассердился и спросил:

– Как аптекарь, ты должна очень хорошо понимать, что не все лекарственные травы можно собирать и использовать напрямую. Рецепт первой помощи этого старика отличается от прочих. В нем нужно проварить эфедру с медом. Даже если ты сможешь выкопать эфедру, знаешь ли ты, как варить ее с медом? У тебя будет на это время?

Хотя Гу Фэй Янь не открыла рта, она была полна уверенности, если заговорила.

Она спросила:

– Эфедра обладает лучшим эффектом против астмы. Даже без меда она все равно обладает отличным противодействием ей. По крайней мере, она сможет выиграть время, чтобы доставить лекарство из города. Более того, даже если она неэффективна, по крайней мере, вы сделали все, что могли, не так ли?

Военный лекарь Го изначально вел себя праведно и резко, но после такого допроса Гу Фэй Янь он, наконец, почувствовал себя виноватым. Но он не хотел этого признавать. Если он признал свою неправоту, что о нем подумал генерал Чэн. Что о нем подумали бы солдаты? Как он остался бы тут в будущем?

Военный лекарь Го на мгновение заколебался, прежде чем поспешно сказать Чэн И Фэю:

– Генерал Чэн, если эфедра не будет проварена в меду, лекарство не подействует. Военные условия ограничены, разве можно легко приготовить лекарственные травы с медом? У этой проклятой девчонки очень хорошо подвешен язык, она обвинила меня, только чтобы попытаться сбежать.

Чэн И Фэй был обывателем и ничего в этом не понимал. Он посмотрел на лекаря Го, затем на Гу Фэй Янь, будто размышлял о том, кого выбрать.

Военный лекарь Го поколебавшись, сказал.

– Генерал Чэн, я могу гарантировать своей жизнью, что в этом лесу невозможно найти эфедру!

Чэн И Фэй потер подбородок и серьезно посмотрел на лекаря Го, все еще размышляя.

Гу Фэй Янь не могла в это поверить, и сердито сказала:

– Чэн И Фэй, если кто-то недостаточно старается, даже использование своей жизни в качестве гарантии бесполезно! Если вы боитесь, что я сбегу, то следуйте за мной на гору! Я считаю, что как генерал вы можете позволить своим солдатам умирать только на поле боя. Даже если он всего лишь повар!

Когда эти слова прозвучали, все были ошеломлены. В большой палатке внезапно воцарилась тишина.

Никто никогда не осмеливался так властно разговаривать с Чэн И Фэем, не говоря уже о том, чтобы обращаться к нему по полному имени. Однако по-настоящему всех шокировали не три слова «Чэн И Фэй», а последнее ее предложение!

Солдаты могли умереть только на поле боя; они не должны умирать в своих палатках!

Чэн И Фэй тоже был потрясен до глубины души, он не ожидал, что эта слабая и строптивая маленькая девчонка скажет такие сильные и героические слова.

Из-за ее слов, он поверил в нее!

Он немедленно отдал приказ:

– Заместитель генерала Чжоу, приготовь факелы и найди нескольких элитных солдат, чтобы расчистить путь. Мы поднимемся на гору за лекарствами!

Гу Фэй Янь, наконец, вздохнула с облегчением. Она поспешно сказала:

– Подождите, дайте мне сначала кисть и бумагу.

Военный лекарь Го сначала обиделся, но, услышав это, оглянулся.

Кисть и бумагу?

Что еще хотела сделать эта девчонка?

Глава 30 – Какое совпадение, встреча с убийцей

Гу Фэй Янь потребовала кисть и бумагу, чтобы нарисовать рисунок.

Лес был просто огромным, она была не настолько глупа, чтобы лично искать травы. Она нарисовала три разных типа эфедры: хвойник хвощовой, промежуточный хвойник и травяной хвойник. Хвощовая эфедра имела лучший эффект среди трех видов эфедры, за ней следовали промежуточная и травяная эфедра.

У нее не было много времени на объяснения. Рисуя, она серьезно рассказывала Чэн И Фэю.

– Все это три вида эфедры. Вы можете найти кого-нибудь, чтобы скопировать рисунки, сделав несколько экземпляров. Затем отправьте больше людей на поиски в близлежащих горах, лесах, лугах и полях. Помните, эфедра любит продуваемые ветрами места, песчаную, хорошо освещенную почву, и не любит влажных мест. Если вы нашли проветриваемое, песчаное место, то должны внимательно осмотреться, если место влажное, то не стоит понапрасну терять время. Кроме того от военного лагеря до ближайшей деревни можно съездить туда и обратно за пару часов. Стоит послать кого-нибудь в деревню на ее поиски. Возможно, у кого-нибудь из фермеров в доме найдется эфедра.

Услышав эти слова, военный лекарь Го покраснел, втайне восхищаясь более искренним отношением Гу Фэй Янь. Чэн И Фэй немедленно приказал заместителю генерала Чжоу сделать то, что сказала Гу Фэй Янь. Слезы уже выступили на глазах Сюй Биня и нескольких кухонных работников. Они никогда не думали, что к их жизни отнесутся столь серьезно. Вскоре отряды солдат начали выходить с факелами в руках.

Перед тем как уйти, Гу Фэй Янь повернулась и посмотрела на лекаря Го. В отличие от агрессивности и настойчивости, проявленных, когда она спорила с ним, ее взгляд теперь был серьезным и искренним, когда она сказала:

– Лекарь Го, все оставшееся время я буду полагаться на вас! Пожалуйста, проявите настойчивость! – лекарь Го был ошеломлен. Он явно хотел воспротивиться, но по какой-то причине мог только ответить Гу Фэй Янь вслух:

– Не волнуйся! Несмотря ни на что, этот старик сделает все возможное, чтобы дождаться твоих хороших новостей!

Но только Гу Фэй Янь и Чэн И Фэй собирались уйти, достигнув двери, они столкнулись с мадам Линь.

Когда мадам Линь услышала, что ее сын похитил Гу Фэй Янь, то собиралась прийти, чтобы узнать подробности. Но ей сообщили, что что-то случилось в кухонном лагере. Некоторое время она стояла в дверном проеме, обдумывая все, что происходило в палатке. Когда она увидела, что Гу Фэй Янь вышла, она изначально хотела укрыться, но было уже слишком поздно. Они столкнулись лицом к лицу. Гу Фэй Янь поклонилась и пошла дальше, не сказав ни слова. Старая мадам Линь посмотрела на ее спину, почему-то ощутив потерю.

– Эта девчонка действительно проявила инициативу, чтобы поклониться мне? – Разве она не помнила былую вражду? Раз она не затаила обиду, почему она не поздоровалась с ней и не сказала нескольких слов? Видя, что ее сын собирается догнать ее, мадам Линь быстро оттащила его и прошептала: – И Фэй, почему ты привез ее обратно?

– Ради спасение жизни, разве не видишь? Мама, в нашей армии не хватает аптекаря. Я уже послал кое-кого в столицу просить забрать ее из Имперской аптеки, – Чэн И Фэй был немного взволнован, но собираясь уйти, он повернулся и серьезно добавил: – Я должен получить ее!

– А?

Мадам Линь была ошеломлена. Она хотела задать больше вопросов, но Чэн И Фэй широко шагая, догнал Гу Фэй Янь.

Эфедра – небольшой сравнительно невысокий травянистый кустарник. Хотя многие растения в горном лесу засохли, все еще оставалось много растений, которые смогли пережить заморозки. Найти среди ночи короткий стебель лекарственной травы было по-настоящему сложно.

Гу Фэй Янь и Чэн И Фэй долго искали на востоке, но безуспешно.

Спустя долгое время после рассвета пришел солдат и доложил:

– Генерал, аптекарь Гу, я нашел несколько стеблей на южном склоне холма. Они выглядят точно так же, как те, что были на рисунке. Быстрее идите, взгляните.

Гу Фэй Янь и Чэн И Фэй были вне себя от радости и как можно быстрее бросились за ним.

Чэн И Фэй прибыл первым и, сравнив с рисунком, собирался сорвать ее. Однако Гу Фэй Янь беспомощно покачала головой:

– Это не эфедра, а хвощ зимующий!

– Что?

Чэн И Фэй и несколько других солдат были удивлены.

Хвощ зимующий и хвощовая эфедра выглядели очень похоже, но, в конце концов, они все равно были разными травами, и их эффекты отличались еще сильнее.

Все, наконец, поняли это после того, как Гу Фэй Янь все им объяснила. Надо сказать, все были немного обескуражены. В конце концов, времени оставалось не так много.

Гу Фэй Янь не отразила разочарование на лице, но поддержала всех:

– Продолжайте все время искать. Тот, кто найдет эфедру, спасет жизнь своего брата!

Даже если он был солдатом-поваром, он все равно был для них близким братом! Солдаты взбодрились и снова взялись за поиски.

Когда Чэн И Фэй увидел, что белое, худощавое лицо Гу Фэй Янь покраснело, а ее хлопчатобумажная куртка сильно изношена и тонка, он невольно почувствовал боль в своем сердце. Он быстро снял плащ и протянул ей.

– Надень его.

Гу Фэй Янь взглянула на него и фыркнула. Затем она повернулась и ушла.

– Незачем!

Окружающие солдаты, которые еще не ушли, оглянулись, услышав суету. Чэн И Фэй был крайне смущен. Наконец он понял, что еще не заключил мир с Гу Фэй Янь!

Гу Фэй Янь увидев перед собой небольшой лес, бросила его и быстро пошла к нему.

Неожиданно, когда она вошла в лес, то увидела мужчину в черной одежде, стоящего впереди и следящего за ней издалека!

Она остановилась, почти закричав.

О Боже!

Это был он…

Это на самом деле был он!

Храм Дали и заместитель генерала Чжоу пытались отследить местонахождение этого человека, но кроме улик, найденных в Имперской аптеке, никаких других следов не было обнаружено. Пока что даже в Имперской аптеке не было найдено никаких зацепок.

В лесу всю ночь кипела жизнь, повсюду сновали солдаты. Этот парень действительно осмелился здесь появиться?

Что он здесь делал?

Он не только пришел, но и намеренно появился на ее глазах. Разве он не боялся, что она позовет Чэн И Фэя и солдат? Военный лагерь находился у подножия горы. Обладая силой восточного военного лагеря, Чэн И Фэй определенно имел возможность окружить весь лес так, что даже птица не могла вылететь оттуда!

Гу Фэй Янь находилась довольно далеко, и не могла ясно видеть выражение его лица, но на треть ее сердце все еще было наполнено страхом. Она действительно боялась только своего мастера, но теперь, похоже, она еще боялась его.

Надо знать, что этот парень определенно был необычным человеком. Он смог выжить после того, как она отравила его смертельным ядом.

Сердце Гу Фэй Янь бешено забилось. Обычно она была медлительной и спокойной, но в этот момент ее разум был совершенно пуст. Она подсознательно отступила.

Однако Цзюнь Цзю Чэнь не приблизился. Вместо этого он стоял далеко впереди нее, глядя ей в глаза. Вскоре после этого он повернулся и пошел к горной тропе, лежащей за ним.

Только тогда Гу Фэй Янь пришла в себя. Она не знала, почему никого не позвала. Может быть, потому, что не сказала всей правды, а может потому, что была напугана до одури? Она не знала наверняка.

Она пришла в себя только тогда, когда Чэн И Фэй погнался за ней. Девушка почему-то поспешила в том направлении, в котором скрылся убийца, подсознательно желая, чтобы Чэн И Фэй сам нашел его.

– Эй, почему ты бежишь? Подожди, ты нашла эфедру?

Чэн И Фэй погнался за Гу Фэй Янь и вскоре догнал ее. Гу Фэй Янь проигнорировала его и побежала по тропинке так быстро, как только могла. По обеим сторонам дороги были крутые каменные стены, и это был единственный путь для спасения убийцы.

К сожалению, когда Гу Фэй Янь дошла до конца дороги, она не увидела даже спины убийцы.

Куда он делся?

Глава 31 – Доказательства, стопка рецептов

Чэн И Фэй ощутил, что с Гу Фэй Янь что-то не так, и серьезно спросил:

– Куда ты, черт возьми, сбежала?

– Я думала, здесь будет эфедра. Пойдемте, поищем в другом месте.

Избегая пристального взгляда Чэн И Фэя, она пошла обратно тем же путем, которым пришла. Чэн И Фэй не стал ничего выяснять, заметив ее встревоженный взгляд.

Однако вскоре позади нее вдруг раздался его крик:

– Эй… иди сюда! Иди сюда!

Гу Фэй Янь оторопела, подумав, что Чэн И Фэй заметил убийцу.

Она поспешно обернулась и увидела, что он кричит, указывая в сторону крутого склона. Она посмотрела и снова оторопела!

Там действительно росла эфедра!

Какое совпадение!

На крутом склоне росло пять или шесть растений, и не все они засохли. По крайней мере, два кустика еще можно было использовать. Что касалось прочих, у нее должно получиться выбрать кое-что и на них.

Чэн И Фэй был очень счастлив и спросил:

– Девушка-аптекарь, откуда ты узнала, что здесь есть эфедра? Я думал, ты просто бегаешь вслепую!

Гу Фэй Янь была шокирована! Ей-то откуда знать? Она вообще была тут не причем!

Все солдаты в полном восторге бросились к ним, когда услышали эту новость.

– Это эфедра? Девушка-аптекарь Гу, на этот раз нет ошибки, верно?

– Отлично! У Сюй Биня есть надежда!

– К счастью, мы поверили в девушку-аптекаря Гу...

Скальный склон был слишком крутым, чтобы солдаты могли по нему спуститься, поэтому им приходилось по очереди, держась за руки спускаться вниз. Чэн И Фэй был особенно взволнован и первым начал спуск. Он хотел лично собрать эфедру, поэтому не заметил изменений в выражении лица Гу Фэй Янь.

Как только он добрался до эфедры, то закричал:

– Девушка-аптекарь, как ее собирать? Говори!

Только тогда Гу Фэй Янь пришла в себя, и поспешно сказала:

– Обрежьте стебли, сохранив корни. Будьте осторожны.

Собственно говоря, лекарство эфедра – относилось к стеблям растения, но корни эфедры тоже были эффективны. Стебли эфедры вызывали пот, чтобы рассеять холод, прочищали легкие для облегчения астмы. Корень эфедры в основном лечил физическую слабость организма и ночную потливость, ценность его тоже была не так высока, как у стеблей. Если весна будет теплой, от корней эфедры отрастут новые побеги. Гу Фэй Янь могла сказать, что эта эфедра была старым растением, вероятно, ее несколько раз собирал кто-то другой.

Чэн И Фэй сделал, как ему сказали, но Гу Фэй Янь все еще пребывала в панике. Она подумала, глядя на нее.

Разве это не совпадение?

Может быть, человек в маске намеренно заманил ее сюда? Однако здесь находился военный лагерь, а этот парень был убийцей. Почему он был так хорошо знаком с этой областью? Кроме того, они враждовали, а он не был хорошим человеком. Зачем ему помогать ей?

Гу Фэй Янь показалось, что она действительно слишком много чего напридумывала!

Собрав эфедру, Чэн И Фэй отпустил руку солдата и взлетел в воздух. Он приземлился перед Гу Фэй Янь и вручил ей эфедру, продолжив задавать вопросы.

– Девушка-аптекарь, как ты узнала, что здесь растет эфедра? Разве мы не проходили по этому месту вчера вечером?

Гу Фэй Янь не смела посмотреть ему в глаза, и наобум выдумала оправдание про местность, освещение и почву, чтобы избежать подозрений. Ее не волновало, поверил ли ей Чэн И Фэй или нет, она только призвала его быстрее спуститься с горы и спасти пациента.

Цзюнь Цзю Чэнь появился на маленькой тропе после того, как большая толпа людей ушла. Он казался тенью, внезапно возникшей из воздуха. Он был быстрым и тихим, поэтому трудно было сказать, откуда он взялся.

Естественно, он был знаком с восточным военным лагерем. Он был знаком не только с восточным, но и с западным военным лагерем. Эти обе армии походили на ноги государства Тяньянь. Если бы он не был знаком с ними, как он мог заставить государство Тяньянь стоять твердо и двигаться вперед?

Обычно, если его не было в городе, он прятался в горном лесу возле военного лагеря. Он мало что знал о лекарском искусстве или фармацевтике, но у него была фотографическая память на вещи, связанные с медициной. Он не знал, была ли это врожденная способность, или то чему он научился в молодости. Он не мог вспомнить ничего до четырнадцати лет.

Когда Гу Фэй Янь и остальные ушли, Цзюнь Цзю Чэнь все еще стоял на месте. Он легко подпрыгнул и уселся на огромной ветви дерева. Мужчина снял с запястья нитку бусин и тихонько начал перебирать их. Всего на ней было сто восемь бусин. Это были не обычные буддийские четки из сандалового дерева, они были сделаны из очень редкого агарового дерева. Он также не помнил, как получил эти буддийские четки. Он только знал, что для него они были очень важны.

Цзюнь Цзю Чэнь опустил голову и, словно задумавшись, молча перебирал их. Его холодная и одинокая фигура безмолвно сливалась с горой, полной увядших растений и трухлявых деревьев, образуя одинокую и безлюдную картину.

Спустя долгое время рядом с ним приземлилась черная тень, прибыл Ман Чжун.

– Ваше Высочество, мы получили все доказательства относительно рецептов евнуха У. Придворный лекарь Ло нашел трех надежных аптекарей в отставке, но те не смогли найти никаких улик.

– Кто был автором всех этих рецептов?

– Я уже сравнил почерки всех придворных лекарей, но ни один из них не совпал. Это должен быть кто-то за пределами дворца. И я, и придворный лекарь Ло подозреваем, что эти рецепты являются секретными письмами, скрывающими инструкции настоящего убийцы евнуху У. Боюсь, если мы хотим решить проблему, нужно будет допросить евнуха У.

– Вы хотите сказать, что хозяин евнуха У не из дворца?

Цзюнь Цзю Чэнь был удивлен. Он спрыгнул с дерева и взял солидную стопку рецептов. Пролистав несколько страниц, он смог приблизительно сказать, от какой болезни были эти рецепты, но не смог разгадать скрытую за ними тайну.

Ман Чжун тихо сказал:

– Ваше Высочество, почему бы нам просто не дать делу ход? После допроса евнуха У правда будет раскрыта! Очень опасно оставлять евнуха У.

Цзюнь Цзю Чэнь не придал этому большого значения. Было еще слишком рано арестовывать евнуха У. Даже если бы он это сделал, то, возможно, не смог бы заставить евнуха У раскрыть рот. У него была куча терпения и времени, чтобы разобраться с врагами. Будь то внутренние или внешние враги дворца, он должен был позаботиться обо всех!

– В этом нет необходимости, не стоит тревожить змею.

Цзюнь Цзю Чэнь спустился с горы и отправился в другом направлении, отличном от пути, по которому пошла Гу Фэй Янь и другие.

Гу Фэй Янь и Чэн И Фэй вернулись в армейский лагерь на максимально возможной скорости. На данный момент до полудня оставалось всего пару часов. Состояние Сюй Биня, как и предсказывал лекарь, ухудшилось.

Раньше приступ астмы случался у него каждые полчаса, но теперь каждые четверть часа. Фактически, временной интервал сокращался, а сила увеличивалась. Иглоукалывание было в основном неэффективно, но лекарь Го все еще продолжал делать иглоукалывание и прижигание.

Когда Гу Фэй Янь закончила анализировать ситуацию, то приняла быстрое решение. Она велела служанке быстро сварить «сырую эфедру», чтобы Сюй Бин сначала принял ее. Что до оставшегося эфедры, она собиралась проварить ее с медом!

Не все лекарственные травы подходили для прямого употребления. Прямое употребление называлось «сырым потреблением», а обработанные лекарственные травы – «переработанным потреблением». Было много способов приготовить лекарственные травы. Варка в меду была одним из них. Она могла усилить лечебные свойства, повысить лечебный эффект и улучшить усвоение организмом. Существовали также специальные рецепты, по которым можно было приготовить лекарственные ингредиенты.

Гу Фэй Янь собиралась уйти, но лекарю Го было наплевать, и он серьезно сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, я ошибался! То, что этот старик сказал только что, было просто софизмом. Эта трава не так хороша, как все прочие, если ее использовать в сыром виде. Если лечебного эффекта будет достаточно, она поможет продержаться еще немного. Если она будет проварена с медом, это

займет слишком много времени!

Гу Фэй Янь успокоило отношение лекаря Го.

Она обернулась, заметив, что лекарь Го был не единственным, кто смотрел на нее. Все в комнате, включая умирающего солдата, тоже смотрели на нее. В их глазах не было сомнений, но они волновались...

Глава 32 – Я должен тебе две жизни

Даже перед лицом всеобщего беспокойства Гу Фэй Янь не стала ничего объяснять.

Уголки ее рта изогнулись в красивой улыбке, когда она ответила:

– Будьте уверены, все! Я скоро вернусь!

Обработка лекарственных трав была обязательным курсом в фармакологии. Гу Фэй Янь научилась всему у мастера Бай И, но все, что она узнала, было секретными методами, бросающими вызов Небесам. Для нее это было раз плюнуть.

Менее чем через час Гу Фэй Янь передала сваренную в меду эфедру лекарю Го. Лекарь Го был ошеломлен. Наконец он понял, что эта девушка-аптекарь была весьма непроста. Солдаты, стоявшие вокруг, испытывали восхищение и уважение к Гу Фэй Янь.

Чэн И Фэй посмотрел на Гу Фэй Янь, но не сказал ни слова. Его губы всегда были чуть изогнутыми в улыбке. Все видели, что он был очень счастлив.

После приема лекарства состояние Сюй Биня не улучшилось сразу, но оно явно не было таким серьезным, как прежде. Хотя у него случилось еще два приступа, но интервал между ними стал больше, а состояние менее критичным, чем раньше. Гу Фэй Янь тоже ушла не сразу, а молча ждала. Лишь к вечеру, когда Сюй Бинь был вне опасности и спокойно заснул, последняя натянутая струна в разуме Гу Фэй Янь, наконец, ослабла.

Она серьезно сказала:

– Ладно, лекарь Го, я оставлю здесь все на вас!

Увидев, что она собирается уходить, лекарь Го подошел к ней и, сложив руки, поклонился.

– Девушка-птекарь Гу, на этот раз, если бы не ты, этот старик стал бы губителем жизни! Этот старик... этот старик...

Лекарю Го было так стыдно, что ему захотелось встать на колени.

– Лекарь Го, не ведите себя так. Если бы не вы, этого человека не удалось бы спасти! – как только Гу Фэй Янь помогла лекарю Го встать, пять или шесть поваров в палатке внезапно сложили кулаки и отсалютовали ей.

Видя, насколько серьезны были солдаты, Гу Фэй Янь ощутила легкую беспомощность. Она быстро сказала:

– Вы тоже внесли свой вклад в поиски эфедры. С Сюй Бинем сейчас все в порядке. Все устали за ночь, давайте отдохнем.

Однако, как только она закончила говорить, из-за палатки раздался громкий голос:

– Отдать честь! Благодарим, девушку-аптекаря Гу!

Гу Фэй Янь обернулась и увидела, что в общей сложности с ними на поиски эфедры последовали пять отрядов солдат. Более трехсот человек сложили руки, отдавая ей честь.

Слова, которые сказала Гу Фэй Янь, споря с лекарем Го, уже распространились, и все знали о них.

Хотя солдаты не произнесли ни слова, их искренние и серьезные выражения лиц, их крепко сжатые кулаки выражали не только благодарность, но также своего рода признательность и уважение.

Гу Фэй Янь посмотрела на них, на мгновение не зная, что делать. Ее эмоции были очень сложными.

Надо признать, что военный салют был очень грандиозным, но ее личность – не подходящей. Она была маленькой девушкой-аптекарем, да к тому же будущей невесткой врага семьи, похищенной их Великим генералом!

Семья Ци убила их самого уважаемого генерала, нанеся им унизительное поражение. Не только старая мадам Линь и Чэн И Фэй ненавидели семью Ци. Каждый солдат семьи Чэн ненавидел все, что было связано с семьей Ци.

Тем не менее, в этот момент они, таким образом, действительно выразили ей признательность.

Чэн И Фэй тоже был удивлен, но более того счастлив! Он был даже рад, что эта маленькая девушка-аптекарь, еще не вышла замуж за Ци Юя. Ее все еще нельзя было считать членом семьи Ци.

Он вышел из палатки и крикнул:

– Жизнь этого генерала тоже была спасена ею! Этот генерал изначально чувствовал, что это было унижением! Хе-хе, похоже, сегодня мне оказана честь! Из-за нее этот генерал не умер так легко в палатке! Братья, мы обязаны этой маленькой девочке двумя жизнями. В будущем тот, кто захочет запугать ее, должен будет спросить армию нашей семьи Чэн, согласны мы или нет!

Ни один из солдат не возразил, но все в унисон ответили:

– Да, господин!

Кажется… у нее тоже могли появиться друзья!

Она заколебалась на мгновение, затем вышла из палатки и, имитируя движения солдат, серьезно поприветствовала всех:

– Все не так серьезно, как говорит ваш генерал, спасение людей – долг аптекаря. Вы устали за ночь и должны пойти отдохнуть!

Только после того, как Чэн И Фэй отдал приказ, солдаты осмелились подняться и разойтись. Что касалось лекаря Го, то Чэн И Фэй снял с него только трехмесячную зарплату, не назначив тяжелого наказания. Чтобы искупить грехи, лекарь Го взял на себя инициативу остаться и продолжить наблюдать за Сюй Бинем.

Когда все ушли, Гу Фэй Янь, не сдержавшись, зевнула. Увидев это, Чэн И Фэй нежно спросил:

– Устала? Пойдем, этот генерал уложит тебя в постель! – как бы она ни слушала, Гу Фэй Янь казалось, что что-то с этой фразой было не так, поэтому впилась в него взглядом.

Чэн И Фэй громко рассмеялся и быстро позвал служанку:

– Отведи девушку-аптекаря Гу отдохнуть, служи ей хорошо!

Гу Фэй Янь не знала, будет ли Чэн И Фэй по-прежнему принуждать ее рассказать про поддельный рецепт, и она не знала, позволит ли он ей вернуться в город. Пока что у нее не было времени думать об этом. Она слишком устала. За столько дней с момента перерождения, не было ни одной ночи, когда она могла бы спокойно поспать. Она решила сначала хорошенько отдохнуть, прежде чем продолжить войну с Чэн И Фэем из-за поддельного рецепта лекарства.

Вскоре после того, как она ушла, из-за угла вышла старая мадам Линь. Она серьезно спросила:

– И Фэй, видно, ты действительно собираешься оставить эту девушку здесь?

– Похоже что я шучу? – спросил Чэн И Фэй.

– Пришли новости из дворца. Отец и сын семьи Ци преклонили колени перед императорским кабинетом в течение дня и ночи, и все еще стоят на коленях сегодня, говоря, что они хотят подать в суд на тебя за похищение их будущей невестки, – старая мадам Линь усмехнулась с явным презрением.

Чэн И Фэй изначально был в хорошем настроении, но, услышав новости, оно стало еще лучше. Он рассмеялся и сказал:

– Пусть подают в суд! Я наоборот боюсь, что они этого не сделают!

Чэн И Фэй не заботился о своей репутации и похитил Гу Фэй Янь, потому что он уже давно это планировал.

Клан Ци стал причиной смерти его отца, но император назначил им лишь легкое наказание. На этот раз он хотел посмотреть, накажет ли его император и как! Во-вторых, он сделал все настолько плохим, что хотел посмотреть, сможет ли Ци Юй по-прежнему жениться на принцессе Хуай Нин!

Все было в пределах его ожиданий, но Гу Фэй Янь застигла его врасплох. Теперь, если отбросить все прочее в сторону, он действительно хотел оставить ее при себе.

Старая мадам Линь на мгновение задумалась и только смотрела на сына, не упрекая его. Она просто серьезно сказала:

– Хорошо, мать последует за твоим решением. Однако твоя болезнь только что пошла на убыль. Ты не можешь больше быть таким буйным. Ты же не принимал сегодня никаких лекарств, не так ли? Почему не торопишься...

Старая мадам Линь собиралась что-то сказать, когда Чэн И Фэй сбежал. Старая мадам Линь хотела бы рассердиться, но ничего не могла с этим поделать. Ей не терпелось увидеть Гу Фэй Янь. Однако после долгих колебаний она решила сдаться.

Гу Фэй Янь так устала, что давно забыла, что Чэн И Фэй послал кого-то в Имперскую аптеку. Ее отвели в палатку, которая была теплее той, в которой она жила раньше.

Как только служанка ушла, она бросилась на теплую постель, думая, что тотчас же уснет. Но кто знал, что в тот момент, когда она закрыла глаза, ледяные глаза убийцы неконтролируемо всплыли в ее сознании…

Глава 33 – Проклятье, принцесса перехватила человека

Гу Фэй Янь закрыла глаза, и словно наяву увидела стоящего перед ней убийцу.

Хотя она не очень хорошо разглядела его в последний раз, но когда встретила снова, этого было более чем достаточно, чтобы девушка не смогла забыть его на всю оставшуюся жизнь.

Она совсем не чувствовала себя сонной. Поразмыслив над этим какое-то время, она, все же, не могла поверить, что этот парень намеренно заманил ее к месту произрастания эфедры.

– Он здесь, чтобы заставить нас замолчать?

При этой мысли она резко села, полная идей. Чтобы ни делал этот парень, он никогда не сделает ничего хорошего! И все же она ничего не сказала Чэн И Фэю! Ей следовало позвать Чэн И Фэя следовать за ней и повести войска, чтобы окружить весь горный лес!

Что на нее нашло? В то время она не объяснила ситуацию, поэтому не было возможности объяснить ее сейчас!

С этой мыслью, Гу Фэй Янь больше не могла заснуть. От накопившейся усталости и невозможности заснуть, у нее вскоре разболелась голова. Вначале она думала, что просто слишком устала и не восприняла этого всерьез, но со временем поняла, что что-то не так. Прикоснувшись ко лбу, девушка осознала, что у нее жар. Тело изначальной владелицы было очень слабым, вероятно, поэтому она прошлой ночью простудилась в горах.

Гу Фэй Янь не стала звать приставленную к ней служанку из-за такой мелочи. Она с силой похлопала по маленькому треножнику Царя Исцеления и, поняв, что от него все еще нет никакой реакции, встала, чтобы умыться, прежде чем приготовить лекарство от простуды.

Только она собиралась выйти из палатки, пришла ее служанка с плохой новостью: имперская аптека прислала двух человек ждущих ее в лагере.

Гу Фэй Янь, наконец, вспомнила, что вчера вечером Чэн И Фэй послал кого-то в имперскую аптеку искать Божественного аптекаря!

В обычных обстоятельствах Божественный аптекарь не отказал бы военным. Другими словами, имперская аптека могла послать кого-то, чтобы сообщить ей о решении Божественного аптекаря.

– Чэн И Фэй, вот поганец!

Гу Фэй Янь была так разгневана, что ее даже не волновало что у нее жар, когда в мрачном настроении последовала за своей служанкой в лагерь, намереваясь урезонить Чэн И Фэя. Поскольку он сказал, что обязан ей двумя жизнями, эти две жизни должны быть равны ее свободе, верно?

Она не желала оставаться в военном лагере и ежедневно сталкиваться с человеком вроде него, от которого не было никакой прибыли!

Гу Фэй Янь всю дорогу была полна негодования. Однако как только она вошла в лагерь, сразу поняла, что атмосфера была очень странной. Все было не так, как она себе представляла!

Она увидела Чэн И Фэя, властно сидящего с мрачным выражением лица! Перед ним стояли два человека. Одним была управляющая мама Ли, другим был евнух, который, похоже, не принадлежал к имперской аптеке.

Неужели... Божественный аптекарь не согласился на просьбу Чэн И Фэя? Они же не послали кого-то, чтобы передать ее в восточный военный лагерь, а специально послали людей, чтобы отказать Чэн И Фэю?

Гу Фэй Янь была вне себя от радости, подумав про себя:

«Как и ожидалось от Божественного Аптекаря государства Тяньянь, его личность все еще была в теме!»

Она быстро вошла и с улыбкой сказала:

– Мама Ли.

Мама Ли повернулась к ней и тоже улыбнулась.

– Девушка-аптекарь Гу, поздравляю!

Поздравляю?

Поздравляет с чем?

Гу Фэй Янь остановилась и неосознанно посмотрела на недовольного Чэн И Фэя.

В это время евнух, стоявший сбоку, подошел и, остановившись перед Гу Фэй Янь, громко сказал:

– Принцесса Хуай Нин приказала направить девушку-аптекаря Гу Фэй Янь из имперской аптеки на службу во дворец Фанхуа сроком на один год. Пожалуйста, заберите девушку-аптекаря Гу и быстро отправьте во дворец вместе с нами, не позволяйте принцессе долго ждать!

После того, как евнух закончил говорить, он саркастически улыбнулся и продолжил:

– Поздравляю девушку-аптекаря Гу с получением повышения. Хотя это временное назначение, вы будете выполнять поручения при принцессе Хуай Нин. Не каждому так везет!

Эти слова были для Гу Фэй Янь, как гром среди ясного неба!

Она наконец поняла, почему необузданное красивое лицо Чэн И Фэя было таким мрачным. В этот момент ее настроение определенно было в сто раз мрачнее его лица!

Какая «замечательная» принцесса Хуай Нин! Просто потрясающий удар!

Мама Ли, казалось, немного побаивалась Чэн И Фэя, поэтому быстро пошутила:

– Евнух Сюэ прав. Девушка-аптекарь Гу, ты получила высокий пост. Как сильно вам недавно везет? Принцесса Хуай Нин хочет тебя и генерал Чэн тоже. Если бы принцесса Хуай Нин не проявила инициативу, я никогда бы не увидела тебя снова.

Высокий пост?

Высокая задница!

В имперской аптеке она была, по крайней мере, девушкой-аптекарем, но если ее отправят к принцессе Хуай Нин, она станет простой служанкой, выполняющей грязную работу! Более того, судя по злобному выражению лица принцессы Хуай Нин после попытки сбить ее каретой, ее, должно быть, постигнет катастрофа в тот момент, как она попадет туда!

Гу Фэй Янь нахмурилась, ее сердце сжалось, и она долго ничего не говорила. Чэн И Фэй внезапно легонько фыркнул:

– Мама Ли имеет в виду, что если бы принцесса Хуай Нин опоздала на шаг, этот генерал не проиграл бы ей, не так ли?

Изначально имперская аптека предназначалась для обслуживания императорского гарема, прежде чем служить прочим членам императорской семьи, а также гражданским и военным чиновникам. Каждый дворец в гареме имел право обратиться за помощью в имперскую аптеку. Таким образом, будь Чэн И Фэй первым или последним, до тех пор, пока Божественный Аптекарь не принял иного решения, Чэн И Фэю было бы отказано в его просьбе! Даже если Гу Фэй Янь уже была бы переведена в военный лагерь, принцесса Хуай Нин все еще могла приехать туда и забрать человека безо всяких объяснений.

На этом континенте уважали боевые искусства, и статус зависел от их уровня. Однако непредвиденные изменения, произошедшие десять лет назад, привели к упадку боевых искусств. Установление императорской власти и создание семейных кланов, полностью изменили порядок почитания и неполноценности.

Каким бы способным ни был Чэн И Фэй, ему все равно пришлось бы относиться с уважением к принцессе Хуай Нин.

Тон Чэн И Фэя был чрезвычайно саркастичным.

– Эта старая служанка не это имела в виду. Эта старая служанка оговорилась, пожалуйста, простите меня, генерал!

– Оговорилась?

Чэн И Фэй злобно ухмыльнулся и лениво сказал:

– Кто-нибудь, дайте ей двадцать пощечин!

Мама Ли была потрясена и, быстро преклонив колени, стала молить о пощаде. Однако Чэн И Фэй был равнодушен. Служанка быстро подошла и начала бить ее по вздрагивающим щекам, заставив маму Ли, крича, просить пощады. Чэн И Фэй оставался равнодушным, молча уставившись на евнуха Сюэ.

Гу Фэй Янь видела гнев Чэн И Фэя и его беспомощность. Ему очень хотелось избить евнуха Сюэ, поэтому он мог только использовать маму Ли для выражение своего гнева и неудовлетворенности.

Мирные жители не воюют с чиновниками, а чиновники не воюют со дворцом.

Чэн И Фэй мог открыто спровоцировать семью Ци, и бросить вызов любому высокопоставленному сановнику при императорском дворе, но не мог напрямую бросить вызов принцессе Хуай Нин. Но, что насчет нее?

Вот такие дела!

Благословение не было проклятием, но проклятия нельзя избежать. С проклятием нужно было только справиться, а дальше жизнь покажет!

Гу Фэй Янь не боялась!

Она тихо сделала глубокий вдох, и улыбка, подобная цветку, распустилась на ее лице, когда она специально повернулась всем телом к Чэн И Фэю.

– Генерал Чэн, мне очень жаль. Я должна уйти!

Она взглянула на евнуха Сюэ и повернулась, чтобы уйти.

– Генерал Чэн, этот слуга уйдет первым! – евнух Сюэ был безмерно доволен собой. Он проигнорировал маму Ли и последовал за Гу Фэй Янь из палатки.

Однако, как только они достигли двери, Чэн И Фэй сразу же вскочил с кровати и погнался за ними. Он отвел Гу Фэй Янь в сторону и сказал тихим голосом:

– Девушка-аптекарь, ты тупица? Ты же умрешь! Слушай, пока ты признаешься, что рецепт поддельный, я могу оставить тебя в армии для проведения расследования!

Гу Фэй Янь была удивлена, но прежде чем она успела что-то сказать, Чэн И Фэй добавил:

– Клянусь, я не стану привлекать тебя к ответственности за изменение лекарства без разрешения и не сообщение об этом! Если храм Дали привлечет тебя к ответственности, вся армия семьи Чэн встанет на твою защиту! Поверь мне!

Глава 34 – Так тепло, так уютно

Чэн И Фэй был серьезен, но еще более импульсивен.

У него была военная власть, но он все еще был простым генералом. У него должно было быть хотя бы подобие законной причины противостоять принцессе Хуай Нин и защитить эту маленькую девушку-аптекаря!

Гу Фэй Янь посмотрела на Чэн И Фэя и обнаружила, что когда его мятежное лицо становится серьезным, в сердцах людей почему-то необъяснимо возникает боль.

Этот парень был довольно хитер, почему он вдруг стал таким глупым?

Гу Фэй Янь прошептала:

– Чэн И Фэй, забудьте об этом. Признаю, я давно обнаружила, что рецепт был поддельным. Однако я никогда не хотела причинить вам вреда и не скрывала этого, чтобы кого-то защитить. Я обнаружила, что что-то не так было с рецептом только после проверки, поэтому у меня не было выбора, кроме как тайно изменить его. Я не хочу создавать проблемы, но и вы не должны так легко потревожить змею.

– Пока ты признаешься в этом, все получится!

Чэн И Фэй тут же схватил ее за руку, собираясь спорить с евнухом Сюэ, но Гу Фэй Янь остановила его другой рукой.

– Чэн И Фэй, с тех пор как мы двое устроили такой шум, Ци Юй ни за что не сможет жениться на принцессе Хуай Нин. Пока семья Ци не принадлежит к императорской семье, ваши две семьи всегда будут равны. Ситуация очень для вас хороша, так что не влипайте в неприятности. Во имя армии Чэн, если вы пойдете против храма Дали, против законов Тяньяня, как думаете, что император подумает о вас? Вы действительно хотите, чтобы семья Ци поймала вас в ловушку?

Услышав это, Чэн И Фэй, наконец, успокоился.

Его красивое лицо, которое всегда было высокомерным и распутным, теперь напряглось от гнева. Его недавнее обещание все еще было свежо в его ушах, но он ничего не мог сделать, если что-то случиться с этой маленькой девушкой-аптекарем. Это ощущение было таким же, как и три года назад. Он хотел отомстить за отца, но имелись сотни и тысячи причин, по которым ему не позволили этого сделать.

– Чэн И Фэй, раз ты купил мне обед, я открою тебе секрет.

Гу Фэй Янь прошептала ему на ухо:

– Евнух У – сообщник преступника. Вам следует исследовать его. Берегите себя!

Закончив говорить, она отпустила руку Чэн И Фэя и широкими шагами пошла к евнуху Сюэ.

В конце концов, Чэн И Фэй не остановил евнуха Сюэ. Сжав кулак, он молча последовал за ними до самого входа в военный лагерь, наблюдая, как конная повозка исчезает вдали. Солдаты в армии не знали, что происходит, но когда они увидели его невозмутимое отношение, никто не осмелился сделать шаг вперед и спросить.

Задняя часть повозки исчезла, но Чэн И Фэй все еще стоял там…

Кортеж уходил прочь, евнух Сюэ ехал в одной конной повозке, а Гу Фэй Янь в другой. Один спереди, другая сзади, по обе стороны охраняемые стражей. Повозка вздрогнула, и только когда у Гу Фэй Янь снова заболела голова, девушка поняла, что забыла принять лекарство.

Когда дело касалось принцессы Хуай Нин, желание принять лекарство было невыполнимой мечтой. Она прислонилась к стенке и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Девушка безмолвно молилась, чтобы ее тело стало сильнее и смогло все выдержать. Она также молилась, чтобы маленький треножник Царя Исцеления быстрее закончил бастовать.

Но постепенно ей начало становиться все холоднее. Она свернулась калачиком, чувствуя сонливость от покачивания повозки.

Внезапно повозка остановилась, а охранник снаружи крикнул:

– Убийца!

Убийца!

Та же дорога, та же ночь, кто это был?

Гу Фэй Янь внезапно проснулась. В отличие от прошлого раза, она была совершенно бессильна и даже не имела сил поднять шторы, не говоря уже о том, чтобы выпрыгнуть из повозки, чтобы спастись.

Услышав снаружи яростный звон от столкновения оружия, она подсознательно крепко вцепилась в маленький треножник Царя Исцеления. Несмотря на то, что она знала, что это невозможно, она все же изо всех сил старалась сосредоточиться на вызове яда. К сожалению, чем больше она пыталась сосредоточиться, тем отчетливее становился в ее голове образ убийцы в маске.

Она знала, что это, скорее всего, он!

Даже сейчас она все еще не могла понять, почему не позвала Чэн И Фэя, когда увидела его на горе.

И тут!

Другой меч проник сквозь стену прямо перед Гу Фэй Янь, почти ранив ее. Гу Фэй Янь была так напугана, что забыла увернуться, но острый меч не двинулся дальше. Вместо этого он, качнувшись туда-сюда, разбил тяжелый занавес.

Среди дрейфующих кусочков шелка Гу Фэй Янь смогла различить пару черных как полночь глаз, глубоких, холодных, далеких. Это действительно был он – убийца в маске. Позади него шел бой. На этот раз он пришел не один, он взял с собой нескольких помощников в масках. Его способностей было более чем достаточно, чтобы справиться с этими стражниками. Почему он привел с собой столько народу?

У Гу Фэй Янь не было времени на долгие раздумья, настолько она была поражена.

Глаза Цзюнь Цзю Чэня потемнели. Он безжалостно взмахнул своим длинным мечом, в мгновение ока разрубив пополам лошадь и повозку. Мощная энергия меча отправила Гу Фэй Янь в полет.

– А-а-а...

Гу Фэй Янь закричала, думая, что пришла ее смерть. Однако фигура Цзюнь Цзю Чэня внезапно, словно тень, метнулась вперед, он обнял ее за талию и отнес в сторону. Прежде чем стражники смогли прийти в себя, он уже держа ее в объятиях, легкими шагами рванул в сторону леса.

Это было… похищение? Значит, он здесь не для того, чтобы ее убить?

У Гу Фэй Янь больше не было сил думать, не было сил бороться. Она могла только позволить Цзюнь Цзю Чэню держать ее. Изначально ей было жарко, но после того, как на какое-то время ее обдало ледяным горным ветром, все ее тело начало дрожать. Постепенно ее сознание затуманилось, и она бессознательно укрылась в объятиях Цзюнь Цзю Чэня, надеясь впитать немного тепла. Ей было совершенно наплевать на то, кем он был.

Цзюнь Цзю Чэнь вскоре обнаружил, что с Гу Фэй Янь что-то не так. В прошлый раз он сильно пострадал, но на этот раз был настороже. Видя, что Гу Фэй Янь не сопротивляется, но на самом деле по собственной инициативе приблизилась к нему, он еще сильнее насторожился.

Убедившись, что за ними больше нет преследователей, он немедленно хотел оттолкнуть Гу Фэй Янь, но прежде чем он смог что-либо сделать, Гу Фэй Янь уже обвила руками его талию, будто цепляясь за последнюю соломинку надежды. Это плотно прижавшееся маленькое тело, отчаянно липло к нему.

В глазах Цзюнь Цзю Чэня промелькнул след отвращения. Он, без колебаний, сбросил ее. Гу Фэй Янь упала на землю, свернувшись калачиком. Ее глаза были полузакрыты, а сознание находилось где-то между реальностью и бредом. Ее маленькие ручки инстинктивно крепко держались за маленький треножник Царя Исцелений.

Цзюнь Цзю Чэнь заметил движение ее рук и холодно сказал:

– Не нужно притворяться.

Гу Фэй Янь ответила ничем, кроме дрожи.

Цзюнь Цзю Чэнь подошел к ней большими шагами и, глянув на нее сверху, слегка пнул ногой.

Однако Гу Фэй Янь осталась равнодушной.

Цзюнь Цзю Чэнь больше не сдерживался. Он наступил ей на запястье, чтобы защититься от атаки, наклонился и выхватил маленький треножник Царя Исцелений.

Пока что Гу Фэй Янь никак не отреагировала.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь убедился, что в маленьком треножнике Царя Исцелений нет яда, он также окончательно удостоверился в том, что эта женщина не притворяется. Она была больна. Он коснулся ее лба и, после долгого колебания, поднял ее и закинул себе на плечо. Только тогда он вошел в лес.

Гу Фэй Янь изначально была без сознания, но когда ее повернули вниз головой, она отчасти пришла в себя. Девушка совершенно не осознавала свою текущую ситуацию и могла только чувствовать, что опирается на что-то теплое. Ее руки подсознательно потянулись, чтобы коснуться спины Цзюнь Цзю Чэня.

Когда она коснулась Цзюнь Цзю Чэня, несшегося вперед словно метеор, тот резко остановился. В его глазах появилось невиданное доселе удивление.

Гу Фэй Янь все еще продолжая касаться его, своими маленькими ручками скользнула от его спины к передней части, крепко обнимая мужчину. Она была похожа на маленького ленивца, цепляющегося за его прямую спину, жадно поглощающего его тепло. Она даже пробормотала:

– Так тепло, так уютно…

Глава 35 – Угадать человека во дворце

Удивление в глазах Цзюнь Цзю Чэня давно исчезло, сменившись пугающим холодом. Он с силой оторвал руки Гу Фэй Янь, и она вниз головой сразу же упала на землю.

Гу Фэй Янь только всхлипнула, ее брови сдвинулись, глаза закрылись, а руки все еще шарили по земле, будто пытаясь найти источник тепла.

Бог знает, как ей было холодно!

Цзюнь Цзю Чэнь равнодушно взглянул на нее. Он прислонился к стволу дерева, скрестил руки и посмотрел на звезды. Он не желал снова прикасаться к этой женщине, с таким же успехом можно было дождаться прибытия Ман Чжуна. Однако через некоторое время он подсознательно оглянулся. Он увидел, что Гу Фэй Янь больше не возилась, а, слегка дрожа, свернулась калачиком.

Цзюнь Цзю Чэнь посмотрел на дорогу, но не увидел и следа Ман Чжуна. Между его бровями появилось редкое чувство беспокойства. В конце концов, он все же подошел, поднял Гу Фэй Янь и закинул ее на плечо. Откуда он мог знать, как держать женщину? Он узнал этот способ, наблюдая за тем, что делал раньше Чэн И Фэй.

Прикоснувшись к источнику тепла, она тут же вцепилась в него сильнее, чем раньше, будто боясь, что он снова исчезнет. Цзюнь Цзю Чэнь покинул сцену так быстро, как только смог, благодаря своему мастерству цигун. Его плотно сдвинутые брови не расслаблялись все это время.

Спустя неизвестно сколько времени Гу Фэй Янь, наконец, потеряла сознание. Несмотря на то, что она упала в обморок, она все еще крепко обнимала Цзюнь Цзю Чэня. Пока она была в Духовном Царстве Ледяного Моря, не считая того кошмара, ей никогда ничего не снилось. Однако на сей раз ей приснился странный сон.

Во сне было бескрайнее ледяное море. Ее вел какой-то человек, и рука этого человека была особенно большой и теплой. Она изо всех сил пыталась увидеть его лицо, но не могла. Девушка спросила его, куда он ее ведет, но он просто рассмеялся. Внезапно она ступила в пустоту и упала в прорубь во льду, а человек просто отпустил ее руку.

– Нет.

Гу Фэй Янь закричала и вскочила с постели, поняв, что ей приснился кошмар. Она ощутила во рту вкус лекарства, а ее температура спала. Голова у нее все еще кружилась, а воспоминания о том времени, когда ее похитили, и о том источнике тепла, были ей давно забыты.

– Где я?

Сопротивляясь головокружению, она оглядела незнакомую комнату и ненароком повернула голову. Внезапно она обнаружила мужчину в маске, который молча стоял рядом и холодно смотрел на нее.

Этот человек был не кем иным, как убийцей в маске!

– Что…

Гу Фэй Янь оторопела. Ее первой реакцией было прикоснуться к талии, но та была пуста.

Где ее маленький треножник Царя Исцелений?

Цзюнь Цзю Чэнь сразу заметил ее действия. Он подошел, достал из-за спины треножник Царя Исцелений и медленно наклонился к Гу Фэй Янь.

– Ты все еще хочешь меня отравить?

Он был одет в черную одежду, его тело было худым и высоким. Даже его легкие движения выглядели элегантно и мощно, а аура очень сильна. Хотя это было не впервые, когда Гу Фэй Янь увидела его на таком близком расстоянии, она все еще была шокирована таинственностью, величием и властной аурой, исходящими из его бровей.

Гу Фэй Янь подсознательно отступила, чувствуя, что давление усиливается по мере приближения этого человека. Воздух между ними, казалось, медленно выдавливался, из-за чего ей стало трудно дышать и правильно мыслить.

К счастью, Цзюнь Цзю Чэнь не подошел слишком близко. Он холодно спросил:

– Где ты обучилась навыкам отравления?

Гу Фэй Янь немного успокоилась и ничего не ответила. Вместо этого она внезапно протянула руку, чтобы схватить маленький треножник Царя Исцелений. К сожалению, Цзюнь Цзю Чэнь так высоко поднял руку, что она не смогла до него дотянуться.

– Ответь на мой вопрос, – холодно сказал Цзюнь Цзю Чэнь.

– Кто ты, черт возьми? Почему ты настолько устойчив к яду? Кроме того, почему ты похитил меня, а не убил?

Гу Фэй Янь знала, что этот парень не ответит ей. Она просто хотела отвлечь его внимание, поэтому, допрашивая его, сосредоточила все свое внимание на нем и, внезапно бросившись к Цзюнь Цзю Чэню, попыталась дотянуться до его поднятой руки.

– Верни мне мою вещь! Подлец, сволочь!

Гу Фэй Янь была одновременно и зла, и встревожена. Хотя она сказала себе, что будет в безопасности, если переселится, и также сказала, что вернется и отомстит своему мастеру, она, если честно, не знала, сможет ли все еще вернуться. Ее мастер был ее единственной семьей, а маленький треножник Царя Исцелений единственным памятным даром, врученным ей мастером. В этом странном мире маленький треножник Царя Исцелений был ее единственной памятной вещью. Бастует маленький треножник Царя Исцелений или нет, она не позволит ему попасть в чужие руки!

– Отпусти! – холодно сказал Цзюнь Цзю Чэнь.

– Верни его мне! Воровать у женщины, ты…

Руки Цзюнь Цзю Чэня нанесли резкий удар, и он смог освободиться от хватки Гу Фэй Янь. У нее закружилась голова, и девушка упала с кровати и ударилась лбом. Ее лихорадка только что спала, и голова все еще кружилась, от удара та стала кружиться еще сильнее, а зрение надолго потемнело.

Пара холодных глаз Цзюнь Цзю Чэня оставалась бесстрастной, когда он посмотрел на нее сверху.

Гу Фэй Янь стиснула зубы и, терпя головокружение, встала, глядя на него.

– Ублюдок, верни мне мою вещь!

На ее лице появилось упрямое выражение. Хотя она была намного ниже его ростом, ее внушительные манеры не уступали ему.

Глаза Цзюнь Цзю Чэня вспыхнули от восхищения. Он редко чем восхищался, но мужчина все равно не стал вести себя вежливей, холодно спросив:

– Откуда простая маленькая девушка-аптекарь может не только знать навыки отравления, но и с первого взгляда определить, подделан ли высокого уровня рецепт? Откуда у тебя такие способности?

Это…

Гу Фэй Янь внезапно затихла. Она была шокирована!

Дело о фальшивом рецепте было чрезвычайно конфиденциальным, откуда этот парень мог все узнать? Он не был на той же стороне, что и подделавший рецепт человек! Той ночью он пришел перехватить рецепт!

Может ли быть...

– Ты, ты уже знал, что возникла проблема с рецептом, поэтому хотел той ночью перехватить рецепт?

Смело предположила Гу Фэй Янь, поскольку не могла быть уверена.

Цзюнь Цзю Чэнь не ответил, но вручил ей рецепт и большой пакет с лекарствами. Гу Фэй Янь всерьез посмотрела их и была шокирована еще больше.

Без сомнения, ее догадка была верна!

Этот рецепт был не чем иным, как настоящим рецептом, который придворный лекарь Су написал для Чэн И Фэя. Травы в аптечке были точно такими же, как и в настоящем рецепте.

Другими словами, она с самого начала неправильно поняла этого парня. Этот парень был здесь не для того, чтобы украсть лекарство и погубить Чэн И Фэя, а перехватить поддельный рецепт и спасти того!

Она посмотрела в ледяные глаза Цзюнь Цзю Чэня и спросила:

– Может, ты тоже из дворца?

Если у него была возможность получить оригинальный рецепт, то он также смог бы узнать, каким путем она доставила лекарство той ночью. Либо он был человеком из дворца, либо ближайшим родственником кого-то оттуда.

Как бы она ни смотрела на него, этот парень не казался тем, кто подчиняется другим. Он должен быть мастером!

Кроме того, его преследовали Чэн И Фэй и храм Дали. У него был оригинальный рецепт, так почему он не обратился к Чэн И Фэю для защиты? Может быть, он был таким же, как она, хотел спасти его, но боялся неприятностей? Маленькая девушка-аптекарь вроде нее, боящаяся неприятностей – это нормально, но отчего же ему бояться их?

Хотя у Гу Фэй Янь кружилась голова, она изо всех сил старалась сохранить голову ясной, пока ее мозг работал на полную.

Что касается боевых искусств, ее первой мыслью был принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь. Однако она сразу отвергла ее. Несмотря на то, что Его Высочество принц Цзин был принцем, он был кровным братом наследного принца и имел ту же власть, что и наследный принц. Наследный принц был слишком молод, и все дела Восточного дворца были возложены на принца Цзина. Откуда у него хватило бы времени беспокоить ее? Самым важным было то, что такой легендарный человек, как принц Цзин, никогда не оказался бы негодяем вроде этого парня, таким мерзавцем!

Гу Фэй Янь подумала о нескольких принцах, которые были в хороших отношениях с резиденцией генерала Чэна, но она никогда их раньше не видела и не осмеливалась делать какие-либо выводы.

Она снова спросила:

– В каком дворце ты хозяин?

Однако холодные глаза Цзюнь Цзю Чэня оставались невозмутимыми, так что Гу Фэй Янь не обнаружила ни малейшей подсказки. Поскольку он осмелился показать ей оригинальный рецепт, он не боялся, что она опознает его...

Глава 36 – Попасть в ловушку

Гу Фэй Янь изо всех сил пыталась угадать кто он, но все-таки хотела получить подтверждение.

Цзюнь Цзю Чэнь прервав ее, сказал:

– Похоже, ты подтвердила, что тайно изменила ингредиенты.

Э-э-э...

Все мысли Гу Фэй Янь застыли, настолько она была ошеломлена.

Она так старалась проанализировать его личность, что упустила из виду тот факт, что он уже поставил для нее ловушку. Так что то, в чем она не призналась Чэн И Фэю, даже если бы умерла, она фактически призналась ему добровольно.

«Должно быть, я отупела от того что у меня поднялась температура», – подумала она.

Когда она снова встретилась с холодными глазами Цзюнь Цзю Чэня, то не могла не почувствовать себя виноватой. Ей оставалось только утешать себя тем, что неважно, кем был этот парень, по крайней мере, его позиция не была враждебна. Ее маленькая жизнь не должна быть потеряна!

– Поскольку мы на одной стороне, почему бы не перейти к делу? Почему ты похитил меня? – просто спросила она.

Цзюнь Цзю Чэнь был еще более прямолинеен:

– Сначала скажи мне, кто ты? И почему прячешься в Имперской аптеке вместо мисс Гу?

Гу Фэй Янь не ожидала, что этот парень задаст ей такой страшный вопрос, поэтому подсознательно избежала его пристального взгляда.

«Не то чтобы я была глупа», – подумала она, – «но этот парень слишком умен».

Холодный и жестокий взгляд Цзюнь Цзю Чэня проследил за глазами Гу Фэй Янь, терпеливо ожидая ответа.

Изначально он хотел, чтобы Чэн И Фэй повоевал с ней еще несколько раз, но не ожидал, что принцесса Хуай Нин вмешается. Принцесса Хуай Нин всегда беспокоилась о репутации Ци Юя, поэтому ничего не смела сделать с этой девушкой. Но теперь, когда повсюду ходили слухи, что та осмелилась последовать за Чэн И Фэем, принцесса в открытую взялась за нее. Весьма вероятно, что та заберет жизнь этой маленькой девочки. Конечно, он должен был допросить ее до того, как до нее доберется принцесса Хуай Нин.

Гу Фэй Янь чувствовала себя виноватой, но вскоре она открыто посмотрела Цзюнь Цзю Чэню прямо в глаза.

Столкнувшись с таким проницательным мужчиной, она не могла не чувствовать себя виноватой. Она бы проиграла, будь у нее нечистая совесть!

Она не знала, почему изначальная владелица умерла в карете, но была уверена, что ее тело рухнуло в бездну в Духовном Царстве Ледяного Моря. Ее душа возродилась, не оставив после себя никаких следов. Пока она не говорила правду, никто на этом континенте не сможет узнать, что она не Гу Фэй Янь, включая этого холодного парня стоящего перед ней.

«Так чего она боялась?»

– Эта девушка – Гу Фэй Янь, стоило ли менять имя, чтобы тихо сидеть в углу, подвергаясь издевательствам из-за фальшивой личности. В отличие от некоторых индивидов, которым хватает смелости грабить людей, но не хватает смелости показать лицо и даже назвать имя.

Гу Фэй Янь не только ответила, она даже намеренно спровоцировала его.

К сожалению, Цзюнь Цзю Чэня было нелегко задеть. Не меняя выражение лица, он холодно сказал:

– Когда ты была ребенком, у тебя был превосходный талант в боевых искусствах. В возрасте восьми лет ты утонула, а через год проведенный в коме, утратила все свои боевые навыки и стала изучать фармацевтику. Пять лет назад ты прошла тест в Имперской аптеке и получила только оценку «C». Последние пять лет ты работала рабыней-аптекарем, перебиваясь случайными заработками. Тебя повысили до девушки-аптекаря менее трех месяцев назад, но ты продолжила выполнять случайную работу. Где ты изучила фармацевтику и яды?

«Он изучал ее прошлое?»

Но как бы он ни старался, он смог исследовать только изначальную владелицу! Изначальная владелица была самым мирным человеком в городе Цзиньян! Что он мог узнать?

Гу Фэй Янь была по-прежнему спокойна:

– Я самоучка, что с этим неправильно? Так как ты провел расследование, то должен знать, что в семье Гу хватало талантливых в медицине людей!

Цзюнь Цзю Чэнь продолжил задавать вопросы:

– Чтобы скрыть свою силу, ты снизошла до того, чтобы стать рабыней-аптекарем, притворившись трусливой и слабой, каковы твои мотивы?

Гу Фэй Янь сразу же ответила:

– Никаких скрытых мотивов. Я девушка добрая, с широкой душой и не любящая привлекать внимания. Я просто люблю улаживать дела мирным путем.

– Подбрасывание фальшивого рецепта, сваливание вины – добрые и нежные чувства, отказ подписать контракт о расторжении брака и использование Чэн И Фэя, чтобы унизить семью Ци и вызвать хаос во всем городе, – уголки рта Цзюнь Цзю Чэня изогнулись в насмешливой улыбке, когда он сказал: – Какое еще «мирным путем»!

Гу Фэй Янь сердито сказала:

– Ты следил за мной!

Этот парень даже знал, что она унизила Ци Юя, когда тот пришел к ней домой поздно ночью, чтобы разорвать помолвку. Без сомнения, он тайно наблюдал за ней!

Цзюнь Цзю Чэнь крепко сжал маленький треножник Царя Исцеления и предупредил:

– Скажи мне, кто ты и что ты знаешь о поддельном рецепте и настоящем убийце? В противном случае я немедленно уничтожу его!

Гу Фэй Янь, наконец, потеряла самообладание.

– Прекрати!

Однако Цзюнь Цзю Чэнь был как всегда спокоен, будто его эмоции никогда не менялись.

– Похоже, ты признала, что эта вещь очень важна для тебя.

Закончив говорить, он без малейших колебаний сжал маленький треножник Царя Исцеления, увеличивая силу в своих руках.

Гу Фэй Янь ахнула, осознав, что снова попалась в его ловушку. Он не знал, что маленький треножник Царя Исцеления был ее слабостью. С самого начала, когда он протягивал ей маленький треножник Царя Исцеления, он испытывал ее, и даже эта угроза была только проверкой.

Этот парень был не только умен, но и проницателен!

У каждого сказанного им до сих пор слова, была чрезвычайно важная цель!

Гу Фэй Янь если честно не знала, в какое дерьмо она в прошлый раз вляпалась, если ей удалось одолеть этого парня. Он был намного страшнее, чем она представляла.

Гу Фэй Янь молча смотрела на Цзюнь Цзю Чэня, тайно велев себе, что должна сохранять спокойствие перед подобным человеком. Но Цзюнь Цзю Чэнь до сих пор смотрел на нее, не говоря ни слова. Однако сила его рук постепенно возрастала. Очень скоро она осознала силу рук Цзюнь Цзю Чэня и не могла успокоиться.

Маленький треножник Царя Исцеления был древним божественным артефактом, поэтому она не была уверена, сможет ли этот парень его уничтожить.

Если этот парень сможет уничтожить маленький треножник Царя Исцеления, то все кончено. Если не сможет, он определенно обнаружит, что треножник Царя Исцеления был хорошей вещью. Что, если он тогда захочет завладеть им?

У Гу Фэй Янь не было выбора, поэтому она холодно спросила:

– Эта вещь действительно очень важна для меня, чего ты хочешь? Давай, просто спроси это!

Голос Цзюнь Цзю Чэня был холоднее ее голоса:

– Правду!

«Правду?»

Если она скажет, что переродилась свыше, поверит ли он?

Гу Фэй Янь глубоко вздохнула и, приняв серьезный вид, начала лгать.

– Я действительно Гу Фэй Янь! Я не добрая, и не широкой души человек! Я могу затаить злобу, на время отложив месть, но все равно отомщу! Кто посмеет запугать меня десять раз, я отплачу в миллионы! Причина, по которой я ничего не предпринимала раньше, прячась в тени, потому что была слишком слаба и слишком невежественна! Что могут сделать слабые, кроме как терпеть? Год назад я нашла книгу по фармакологии среди реликвий моего деда и тайно изучила ее. Лекарства и яды имеют общее происхождение, поэтому я знаю как те, так и другие. Почему надо мной издевались ни за что? Мне было нелегко стать аптекарем, и когда у меня, наконец, появился шанс проявить свои таланты, я наткнулась на этот поддельный рецепт! Сказать по правде, первой, кто пострадал бы в тот момент, была бы я! Если бы я тайно не изменила лекарство, и генерал Чэн умер, я стала бы первой, кого похоронят!

Рот Гу Фэй Янь был полон лжи, но она совсем не чувствовала себя виноватой. Вместо этого она вела себя праведно и возмущенно.

То, что она сказала, было ложью, но это также был жестокий закон выживания сильных в этом мире! Это были печаль изначальной владелицы, ее собственные обиды и неудачи по этому поводу!

Она встретила холодный взгляд Цзюнь Цзю Чэня и серьезно спросила:

– Что бы ты сделал на моем месте?

Впервые в жизни Цзюнь Цзю Чэнь проявил такое терпение, выслушав так много от женщины. Кто знает, насколько он поверил Гу Фэй Янь. Он молча опустил голову, будто глубоко задумался, но сила давления в его руках не ослабла.

То, как он молча размышлял, заставляло его казаться холодным и отстраненным, будто он был одиноким миром. Никто никогда не мог попасть внутрь, и никто не мог его понять.

Эта тишина заставила Гу Фэй Янь забеспокоиться...

Глава 37 – Обещаю, я заберу тебя

Несмотря на то, что Гу Фэй Янь не закончила свою речь, Цзюнь Цзю Чэнь до сих пор не прекратил использовать силу.

Гу Фэй Янь впервые встретила настолько сложного человека. Наконец, она осознала, что должна сказать что-то ценное, чтобы убедить его в обратном.

Она серьезно сказала:

– Настоящий убийца – евнух У. Он хотел проверить осадок, но я поймала его. Сначала я подозревала, что настоящим виновником был кто-то из дворца, но, немного поразмыслив, поняла, что настоящим виновником был кто-то другой.

Услышав эти слова, Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, прекратил давление и холодно спросил:

– Почему?

Гу Фэй Янь про себя вздохнула с облегчением и ответила:

– Потому что настоящим мотивом виновника было не убить Чэн И Фэя, а спровоцировать армии семей Чэн и Ци! Во-первых, я – невеста Ци Юя, и не должна быть отправлена в военный лагерь армии Чэн для доставки лекарства. Но меня отправили туда, чтобы доставить его. Во-вторых, настоящий преступник имел возможность не только изменить рецепт, но к тому же оставить поддельный в качестве доказательства. Если бы Чэн И Фэй умер той ночью из-за поддельного рецепта, что подумала бы обо мне семья Чэн? Вероятно, заподозрили, что за этим стояла семья Ци?

Цзюнь Цзю Чэнь кивнул, а Гу Фэй Янь продолжила:

– На следующий день после того, как я вернулась во дворец, начали распространяться слухи, оскорбляющие семью Ци, а также унижающие семью Чэн. Этот шаг тоже должен был спровоцировать их и создать противоречия. Как только две армии погрузятся в хаос, Тяньянь тоже погрузится в хаос. Я подозреваю, что настоящий мотив виновника – посеять хаос в нашей стране. Если этот человек не был предателем, то он определенно является внешним врагом! Будь то предатели или враги, они все должны быть готовы к шансу восстать или отправить войска!

Услышав это, Цзюнь Цзю Чэнь был удивлен.

Фактически, он похитил ее, чтобы попытаться получить некоторые зацепки о настоящем виновнике. Он не ожидал, что она сможет проанализировать так много информации с ее ограниченными знаниями. Она провела такой тщательный анализ! Даже Чэн И Фэй, отец и сын семьи Ци еще не подумали об этом. А эта маленькая девочка, действительно подумала.

Эта малышка была довольно интересной!

Он был готов поверить ей только потому, что она осмелилась сказать ему эти слова.

Цзюнь Цзю Чэнь поставил маленький треножник Царя Исцеления на стол и сел.

Увидев это, Гу Фэй Янь втайне обрадовалась. В ее глазах мелькнула вспышка хитрости. Она быстро села и продолжила свой анализ.

– Секретный рецепт придворного лекаря Су можно назвать первоклассным. Разгадать его было не так просто, но убийца смог с легкостью преодолеть эффект лекарства с помощью Большого Оживляющего плода, опасного для легких. Это означает, что, если преступник не был мастером в фармацевтике, ему определенно понадобилась бы помощь знающего аптекаря. Если на этот раз он не смог убить Чэн И Фэя, он определенно планирует сделать шаг в следующий раз. Ему даже удалось использовать имперскую аптеку, чтобы выступить против нескольких могущественных и влиятельных людей Тяньяня. Другими словами, лекарство – оружие убийцы!

Сказав это, Гу Фэй Янь украдкой взглянула на Цзюнь Цзю Чэня и увидела, что он, похоже, не возражает против ее предположения, поэтому она смело продолжила.

– Я буду очень рада помочь тебе в области фармацевтики!

Гу Фэй Янь задумала небольшой трюк. Перед этим грозным парнем такая мелочь, как принцесса Хуай Нин или семья Ци, даже Чэн И Фэй не представляли большой проблемы. Поскольку она не могла сбежать из его хватки, то могла положиться на него.

Если бы он действительно был принцем, разве это не означало бы, что принцесса Хуай Нин бросила ему вызов? Ведь принцесса Хуай Нин все еще ждала ее во дворце.

Неизвестно, понял ли Цзюнь Цзю Чэнь ее мысли или нет, но он поднял брови и холодно посмотрел на нее.

Гу Фэй Янь тут же сверкнула лукавой улыбкой:

– Мой уровень знаний в фармацевтике удовлетворит тебя! Почему бы тебе пока не довериться мне и оставить при себе? – Цзюнь Цзю Чэнь не ожидал, что эта упрямая маленькая девчонка временами может быть такой изворотливой.

В его глазах промелькнула радость, но он ничего не сказал.

Гу Фэй Янь в глубине души была недовольна, но пыталась убедить себя, что не следует упускать возможность сделать это. Прогнуться, чтобы служить этому парню было все же лучше, чем служить принцессе Хуай Нин!

Сжимая руки, она моргнула своими большими слезящимися глазами и с горечью сказала:

– Обещаю, что не доставлю тебе никаких проблем. Я ничего не расскажу о тебе храму Дали. Просто возьми меня к себе!

После того, как Цзюнь Цзю Чэнь долгое время любовался ее жалким видом, он, наконец, открыл рот и сказал:

– Хорошо!

Гу Фэй Янь была вне себя от радости, но не успела она поблагодарить его, как Цзюнь Цзю Чэнь передал ей рецепт и добавил:

– Этот рецепт был скопирован в доме евнуха У. Весьма вероятно, что это секретное письмо, написанное убийцей. Если сможешь расшифровать его, я приму тебя.

Гу Фэй Янь не ожидала, что этот парень перейдет к делу так быстро. Он не только исследовал евнуха У, но и получил доказательства! Судя по всему, ее предположение было верным. Его личность определенно была не простой.

Гу Фэй Янь сразу же избавилась от жалкого выражения лица и внимательно просмотрела рецепт. Однако, просмотрев его налево и направо, она не увидела в нем ничего плохого.

– Этот рецепт предназначен для наружного применения. Он используется для лечения синяков и травм, поэтому нет необходимости уделять слишком большое внимание дозировке. Однако, дело обернется плохо, если использовать ингредиенты не должным образом. И все же это не повлияет на эффективность лекарства, если с ним не переборщить.

Цзюнь Цзю Чэнь поспешно спросил:

– Какой ингредиент к примеру?

– Например, Кровавая скорбь(1), – Гу Фэй Янь на мгновение задумалась и быстро поправила себя: – Нет, если быть точным, это не неправильное применение, а недостаточно хорошее применение. Это лекарство горькое, холодное по своей природе, ослабляет жар и удаляет токсины, снимает отек и боль, рассеивает застой крови. Если нет застоя крови, применять его следует с осторожностью. И лучше не добавлять много этой травы.

Цзюнь Цзю Чэнь от всей души втайне восхищался Гу Фэй Янь, глядя на ее строгое, профессиональное и серьезное отношение.

Ман Чжун уже посоветовался с несколькими вышедших на пенсию из императорской аптеки знающими аптекарями, дав им просмотреть эти рецепты, но они не нашли никаких подсказок. Но эта женщина, хотя и была молода, оказалась строгой и профессиональной, ничуть не уступая старшим.

Он спросил:

– Есть ли другие проблемы с этим рецептом?

Гу Фэй Янь ответила очень уверенно:

– С этим лекарством могут возникнуть проблемы. Но что можно узнать по одному рецепту?

Цзюнь Цзю Чэнь передал ей оставшиеся рецепты:

– Все здесь. Шпион обнаружил несколько испорченных рецептов в доме евнуха У, которые он прятал там.

Гу Фэй Янь поспешно взяла их и прочитала один за другим. Прочитав все, она не нашла ничего подозрительного:

– Все эти рецепты совершенно идеальны, независимо от выбора лекарственных ингредиентов или дозировки. Никаких проблем.

Прежде чем Цзюнь Цзю Чэнь успел что-то сказать, она начала перечитывать их, снова и снова бормоча себе под нос:

– Если в рецепте нет никаких проблем, это не значит, что в нем нет более глубокой тайны. Может это разновидность написания слов?

Ее глаза сосредоточились на рецепте. Выражение ее лица было на семьдесят процентов серьезным и на тридцать задумчивым. Никто не решился бы легко побеспокоить ее. Хотя ее лихорадка только что спала, а лицо девушки было бледным и изможденным, волосы и одежда в беспорядке, но по какой-то причине, когда ее тонкие и красивые брови сошлись вместе, она источала неописуемую красоту. Будто всю благодать небес забрали ее слегка нахмуренные брови.

Цзюнь Цзю Чэнь непреднамеренно поднял глаза, и его взгляд случайно упал на ее брови. Он отвел взгляд, а слова, которые собирались вырваться из его рта, неосознанно замерли на языке. На самом деле ему не хотелось ее беспокоить.

Время медленно текло в тишине. Она смотрела на рецепты, а он смотрел на нее. Оба будто забыли обо всем вокруг.

Снаружи дома Ман Чжун, скрывавшийся от посторонних, увидев эту сцену, в шоке прикрыл рот.

Его Высочество повидал целую толпу красивых женщин, способных разрушить города. Но когда его взгляд хоть раз останавливался на несравненной красавице? Не говоря уже о том, чтобы увлечься! Ман Чжун подумал, что ошибся, но когда он выглянул снова, то увидел, что его мастер явно потерялся в мыслях.

Ман Чжун не осмелился войти без предупреждения. Он мог только ждать у двери с лекарством в руке...

Примечание переводчика

(1) такое страшное название я сохранила для общей атмосферы, на самом деле растение – дубровник (Germander). Эссенцию из свежесобранных цветущих растений применяют в гомеопатии. Цветущую надземную часть в отечественной и зарубежной народной медицине использовали как средство, повышающее аппетит, мочегонное при заболеваниях почек, отёках, для лечения фурункулов, гнойных ран и воспалении глаз, тонизирующее, ранозаживляющее, противовоспалительное, кровоостанавливающее средство, при лёгочных кровотечениях, геморрое, ревматизме, подагре.

Глава 38 – Почему ты беспокоишься из-за иероглифа «девять»

В комнате воцарилась тишина.

Гу Фэй Янь, казалось, что-то обнаружила, но когда неожиданно подняла глаза, встретилась с глубоким взглядом Цзюнь Цзю Чэня.

Она снова испугалась. Она безрассудно предположила, что он ее проверяет и все еще не верит в ее способности. Поэтому девушка, взглянув Цзюнь Цзю Чэню прямо в глаза, серьезно сказала:

– Тебе не нужно так на меня смотреть. Я уже сказала, что удовлетворю тебя, поэтому даю гарантию, что ты останешься довольным.

Цзюнь Цзю Чэнь явно почувствовал себя немного неловко, но быстро восстановив свою обычную холодность, спросил:

– Что ты нашла?

Гу Фэй Янь серьезно сказала:

– Дай мне кисть и бумагу! Поторопись!

Цзюнь Цзю Чэнь лично подал ей кисть и бумагу, Гу Фэй Янь отложила первый рецепт в сторону, а затем выбрала по одной лекарственной траве из каждого из оставшихся десяти рецептов и попросила Цзюнь Цзю Чэня записать их одну за другой.

Названия десяти лекарственных трав были: ухо ветряного зайца(Айнслия ароматная), жимолость японская, заурусус китайский, красный падуб, ягоды лимонника, желтые колокольчики, лист когтя дракона/тупинандус, псевдо-женьшень, прицветник и дикая спаржа.

У Гу Фэй Янь было серьезное выражение лица:

– Десять рецептов содержат эти десять ингредиентов, и тайна кроется в них.

Цзюнь Цзю Чэнь, похоже, ничего не понял.

– Что ты имеешь в виду?

– Псевдонимы!

Гу Фэй Янь терпя головокружение, лично записала их псевдонимы под названиями этих десяти лекарственных трав: первый вдох благовоний, два заветных цветка, три белых травы, четыре сезонных зелени, пять ароматных плодов, шестой колокольный звон, розетка из семи листьев, трава восьми бессмертных, десять парных листьев, сотня частей.

Цзюнь Цзю Чэнь сразу понял, что происходит, когда увидел эти прозвища.

Ему пришлось снова взглянуть на женщину перед собой. Надо сказать, что эти рецепты были даны для проверки целому ряду ушедших на пенсию опытных аптекарей, и ни один из этих экспертов не смог разгадать скрытой за этим тайны. Что касается этой женщины, она смогла решить проблему примерно за время, необходимое, чтобы выпить чашку чая.

– Иероглиф девять отсутствует! – пробормотал он.

Гу Фэй Янь была полна уверенности:

– Да! Не хватает одного слова!

Цзюнь Цзю Чэнь знал об уловках секретного письма, поэтому спросил:

– А как насчет Кровавой скорби? Какой и нее псевдоним?

Гу Фэй Янь ответила:

– У этого растения много псевдонимов, и один из самых редких это... Фэй!

Иероглиф «Фэй», как следовало из названия означал Чэн И Фэя.

Что касается слова «девять», первое, что ей пришло в голову, был принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь. Его Высочество не только имел иероглиф «Девять» в своем имени, он также занимал девятое место среди принцев!

Гу Фэй Янь не могла и подумать, что стоящий перед ней мужчина – никто иной, как сам принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь, поэтому забеспокоилась:

– Его Высочество принц Цзин в опасности. Мы должны немедленно найти способ предупредить его!

Цзюнь Цзю Чэнь был очень спокоен:

– Не ожидал, что евнух У также окажется экспертом в области фармацевтики.

Евнух У обладал некоторым навыком, чтобы понимать значение секретного письма.

Гу Фэй Янь не волновали способности евнуха У, поэтому она снова подчеркнула:

– Их следующая цель – Его Высочество принц Цзин. Они проиграли с Чэн И Фэем, поэтому определенно начнут беспокоиться. Они, должно быть, очень хотят выступить против Его Высочества принца Цзина!

Увидев взволнованный взгляд Гу Фэй Янь, Цзюнь Цзю Чэнь не мог не спросить:

– О чем ты так волнуешься?

Гу Фэй Янь, не задумываясь, ответила:

– А разве ты не волнуешься? Я слышала, что император болен. Если что-то случится с Его Высочеством принцем Цзином, как такой малолетний наследный принц сможет со всем справиться? Конфликт между семьями Ци и Чэн по-прежнему очень велик, что помешает им создать хаос?

На самом деле то, что сказала Гу Фэй Янь, не было настоящей причиной ее беспокойства. Ее истинная мысль заключалась в том, что Его Высочество принц Цзин спас ей жизнь, поэтому она хотела вернуть долг благодарности. Она не хотела говорить этому парню правду, поэтому могла найти только другую причину.

Цзюнь Цзю Чэнь заинтересовался ее анализом, поэтому задумчиво кивнул и сказал:

– Продолжай.

Гу Фэй Янь задумалась на мгновение, а затем продолжила:

– Я слышала, что Его Высочество принц Цзин никогда не вступал ни с кем в союз. Он был еще более беспристрастен по отношению к семьям Ци и Чэн. Если ты сможешь узнать, кто настоящий виновник и поможешь принцу Цзину избежать возможных проблем, тогда уважение Его Высочества к тебе будет на совершенно новом уровне.

Согласно пониманию Гу Фэй Янь, до того, как принц Цзин вернулся в город Цзиньян, борьба за трон была крайне ожесточенной. Многие принцы издевались над наследным принцем, потому что тот был молод, и часто устраивали против него заговоры. После того, как принц Цзин вернулся, принцы больше не осмеливались запугивать наследного принца. Сам Его Высочество принц Цзин не боролся за трон и не позволял никому сражаться за него со своим собственным младшим братом. Было бесполезно провоцировать или привлекать его на свою сторону. Они боялись его, ненавидели, но также хотели быть с ним в хороших отношениях.

Увидев, что Цзюнь Цзю Чэнь хранит молчание, Гу Фэй Янь поспешно добавила:

– Вместо того, чтобы быть врагом принца Цзина, почему бы не подружиться с ним? По крайней мере, принц Цзин будет должен тебе услугу. Это то, что нельзя купить даже за тысячу золотых монет.

– Хе-хе, ты не можешь купить это даже за тысячу золотых монет?

Уголки рта Цзюнь Цзю Чэня изогнулись в непостижимой улыбке. Он встал, перегнулся через стол и подтолкнул маленький треножник Царя Исцеления к Гу Фэй Янь. Он посмотрел ей в глаза и серьезно сказал:

– Ты действительно удовлетворила меня. Я верну тебе треножник. А ты… я приму тебя.

Неизвестно, было ли это из-за того, что его глаза были слишком серьезными или потому, что он был слишком близко, но Гу Фэй Янь слегка оторопела, а ее сердце екнуло.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь собрался уйти, Гу Фэй Янь внезапно пришла в себя. Она была невероятно счастлива, поэтому бросилась к Цзюнь Цзю Чэню и спросила:

– Принцесса Хуай Нин забрала меня на время из имперской аптеки. Ты же сможешь защитить меня, верно?

Хотя она легко отвергла добрые намерения Чэн И Фэя, в своем сердце девушка очень четко понимала, что, попав к принцессе Хуай Нин, она обязательно умрет. Девушка ничего не могла с этим поделать. Поскольку этот парень сам пришел искать ее, ей определенно нужно было крепко за него держаться!

Волнение и ожидание Гу Фэй Янь были написаны на ее маленьком лице, но Цзюнь Цзю Чэнь оставался бесстрастным.

– Будь добра остаться здесь, чтобы выздороветь. Завтра утром кто-нибудь придет за тобой.

Гу Фэй Янь была очень счастлива. Она повернулась и спросила:

– Мастер, как мне тебя называть?

Она подумала, что этот парень ведь должен был раскрыть свою настоящую личность, верно? Однако Цзюнь Цзю Чэнь только один раз взглянул на нее, затем развернулся и ушел.

Что он имел в виду?

К тому времени, когда Гу Фэй Янь погналась за ним, Цзюнь Цзю Чэня уже нигде не было видно.

Она забормотала себе под нос:

– Тебе все равно рано или поздно придется его сказать, кого ты из себя корчишь? Если ты не скажешь мне своего имени, я буду звать тебя «вонючим поганцем»!

Она задумалась на мгновение и поняла, что это звучит неправильно. Она немного изменила слова и сказала:

– Он похож на айсберг. Я буду звать тебя Вонючим Айсбергом!

Ман Чжун вслушивался в бормотание Гу Фэй Янь, прячась за дверью. Выражение лица под его маской было поистине пугающим.

Вонючий поганец? Даже если бы все мужчины на свете были поганцами, их хозяин точно им не был! Вонючий Айсберг? Его мастер действительно был холоден, но он совершенно не соответствовал слову «вонючий»!

Ман Чжун даже представить себе не мог, как его хозяин отреагирует на это прозвище. Только после того, как Гу Фэй Янь вошла в комнату, он отправил лекарство. Только тогда Гу Фэй Янь обнаружила, что там был еще и охранник. Она попыталась его разговорить, но Ман Чжун ничего не ответил. Он, притворившись глухонемым, поставил лечебный суп и ушел.

Гу Фэй Янь не слишком долго ломала голову и с радостью выпила лекарство.

Хотя она полностью проиграла этому Вонючему Айсбергу, девушка была в особенно хорошем настроении.

Личность девушки-аптекаря была слишком низкой, а личность невесты семьи Ци не всегда приятной. Какой бы способной она ни была, найти точку опоры в имперской аптеке было ей крайне сложно. Любому аптекарю более высокого уровня было легко ее запугать, не говоря уже о принцессе Хуай Нин.

Глава 39 – Не дай мне увидеть тебя снова

В ту ночь Гу Фэй Янь спала очень спокойно.

На следующее утро она проснулась рано. Простуда, казалось, прошла. Девушка потянулась, чувствуя себя чрезвычайно расслабленной.

Приведя себя в порядок, Гу Фэй Янь не могла дождаться, чтобы открыть дверь и уйти. Только сейчас она поняла, что это был простой совершенно пустой маленький дворик в горах.

– Здесь никого нет?

Гу Фэй Янь обошла двор и вернулась обратно в дом. Не было видно даже тени людей. Ей стало не по себе, и она сразу же решила уйти!

Только она собиралась выйти во двор, в комнату неожиданно ворвались трое мужчин в масках и черной одежде. Эти люди были из тех, что похитили ее прошлой ночью с тем убийцей Вонючим Айсбергом!

– Вы все...

Гу Фэй Янь была озадачена, Вонючий Айсберг мог убить нескольких охранников в одиночку. Прошлой ночью он привел с собой много народу, неужели он все еще не избавился от тех солдат?

Прежде чем Гу Фэй Янь смогла понять, что происходит, она увидела отряд солдат, преследующих их от входа.

Что происходит?

Гу Фэй Янь прибывая в шоке, быстро спросила:

– Где ваш хозяин?

Убийца в маске не обратил на нее никакого внимания. Гу Фэй Янь все еще хотела кое-что спросить, но ворвавшиеся солдаты окружили их. Убийцы в масках сразу встали наизготовку. Хотя они были очень близко к Гу Фэй Янь, но не взяли ее в заложники. Вместо этого они бросились сражаться с солдатами.

Военные быстро оттащили Гу Фэй Янь в сторону, ради ее защиты. Чем больше она думала об этом, тем больше понимала, что что-то не так!

«Завтра утром вас кто-нибудь заберет».

Она внезапно вспомнила, что вчера сказал Вонючий Айсберг. Казалось, она что-то, наконец, поняв, застыла в оцепенении.

Убийцы в масках были в меньшинстве и вскоре сдались.

Солдаты повязали всех убийц и сразу же сняли маски. У всех них были незнакомые ни кому лица.

Через некоторое время в комнату тяжело дыша ворвался евнух Сюэ. Увидев, что Гу Фэй Янь все еще стоит на своих ногах, он был сильно разочарован.

– Девушка-аптекарь Гу, твоя жизнь действительно хороша. Ха-ха-ха!

Гу Фэй Янь просто его проигнорировала. Ее ошеломленное лицо давно помрачнело, а гнев в ее сердце стал еще сильнее.

Наконец она поняла, что ее снова обманули!

Прошлой ночью она задавалась вопросом, почему этому ледяному парню обладающему такими хорошими навыками боевых искусств, понадобилось привести толпу народу, чтобы перехватить конвой. Теперь до нее, наконец, дошло, что все это было устроенной им ловушкой!

Этот парень на самом деле пришел не для того, чтобы похитить ее, и при этом он искренне не хотел принимать ее на службу. Прошлой ночью он намеренно привел кучу народу, чтобы похитить ее, а сегодня утром так же намеренно заставил этих людей заманить солдат, чтобы те ее нашли!

Это было слишком!

Вспоминая, как вчера вечером она впервые в жизни потратила столько усилий и слов, Гу Фэй Янь почувствовала себя полной тупицей!

Евнух Сюэ увидев, что Гу Фэй Янь проигнорировала его, начал допрашивать убийцу.

– Кто велел тебе похитить ее? Кто твои сообщники?

– Чэн И Фэй заслуживает смерти, и спасший его человек, тоже заслуживает смерти!

Убийца в маске был в ярости. Любой, кто видел его, поверил бы, что он сильно ненавидит Чэн И Фэя! Однако Гу Фэй Янь очень ясно понимала, что убийца притворяется. Он помогал этому Вонючему Айсбергу отвлечь внимание Чэн И Фэя и храма Дали.

Она так подробно описала внешний вид и боевые искусства этого Вонючего Айсберга, что казалось, следователи должны были выйти на след. Однако, если эти убийцы дали сегодня ложные признания, это помешало бы розыскам. И храм Дали никогда его не найдет.

Неудивительно, что вчера вечером он не раскрыл свою личность. Неудивительно, что вчера вечером он сказал, что кто-то заберет ее сегодня утром!

Гу Фэй Янь так разозлилась, что ей захотелось кого-нибудь покусать!

Из допроса убийц евнух Сюэ узнал кучу лжи. Они даже признались, что человек, в прошлый раз укравший лекарство, был одним из их сообщников, заклятых врагов Чэн И Фэя.

Слушая, Гу Фэй Янь в своем сердце проклинала Цзюнь Цзю Чэня:

«Ублюдок! Сукин сын! Вонючий поганец! Вонючий Айсберг!»

Увидев, что евнух Сюэ и солдаты верят этой лжи, ей очень хотелось рассказать им правду. К сожалению, за ложь приходилось расплачиваться. Когда в последний раз она не сказала правды, это означало, что она никогда не сможет ее сказать. В противном случае она не сможет выжить.

После того, как евнух Сюэ закончил допрос убийцы, их сначала отправили в суд. Только тогда он подошел к Гу Фэй Янь с насмешливой улыбкой на лице.

– Девушка-аптекарь Гу, как говорится, ты будешь благословен, если переживешь катастрофу. Пойдем, пора отправляться во дворец и наслаждаться благословением!

Надо сказать, что эти слова были подобны ведру холодной воды, пролившейся на голову Гу Фэй Янь. Они погасили ее гнев и отрезвили.

Пройдя по кругу, все показалось ей сном.

В конце концов, ей не удалось избежать катастрофы – принцессы Хуай Нин.

Что делать? Увидев окружающий их круг солдат и многозначительный взгляд евнуха Сюэ, Гу Фэй Янь пришлось признать, что она ощутила себя совершенно бессильной.

Разве у людей не должно быть надежды? Но с надеждой всегда легко было разочароваться.

«Вонючий Айсберг! Никогда не дай мне увидеть тебя снова!»

Пробормотала Гу Фэй Янь и быстро подняла голову. Девушка очень старательно улыбнулась.

– Так как это благословение, давай поспешим. Я с нетерпением этого жду!

Голос евнуха Сюэ пронзил уши, когда он вдруг резко велел:

– Кто-нибудь, отведите ее в повозку! Не спускайте с неё глаз!

Еще до того, как она добралась до дворца, ситуация уже усложнилась.

Евнух Сюэ не дал ей ни капли воды, не говоря уже о том, чтобы поесть. К счастью, тело Гу Фэй Янь восстановилось, поэтому она все еще могла вытерпеть это.

Было уже утро следующего дня, когда они достигли города. После допроса во дворце правосудия евнух Сюэ немедленно отвез Гу Фэй Янь во дворец.

Они отправились не прямо во дворец Фанхуа принцессы Хуай Нин, а сначала в имперскую аптеку.

Как только они приблизились ко входу в имперскую аптеку, евнух Сюэ заговорил странным тоном:

– Шлюха, принцесса Хуай Нин больше всего ненавидит кого-то ждать. Я дам тебе время, достаточного чтобы выпить чашку чая, чтобы собрать вещи и немедленно выйти. Если ты задержишься дольше, я обязательно заставлю тебя проползти весь путь, чтобы встретиться с принцессой Хуай Нин!

Гу Фэй Янь знала, что это уловка, поэтому собрала все вещи так быстро, как только могла. Вернувшись, она увидела, что двор заполнен людьми. Казалось, все знали, что она вернулась и пришли специально.

Как и в прошлый раз все по-прежнему перешептывались меж собой, но на этот раз все вели себя гораздо откровеннее. Они сразу начали громко критиковать ее. В каждом взгляде были – презрение, отвращение, насмешка, безразличие и даже ненависть… Все они были устремлены на Гу Фэй Янь, словно она действительно была очень грязной и презренной женщиной.

Вэнь Юй Жоу тут же выскочила из толпы. Она была очень взволнована и сразу же открыла рот, начав ругаться:

– Гу Фэй Янь, шлюха! Что еще ты можешь сказать? Семья Ци всем составом пошла доложить императору! Ты уничтожила генерала Чэна! Ты бесстыжая женщина! Отвратительно!

– Ответь, что еще ты можешь сказать? Как я оклеветала тебя? Как я могла оклеветать тебя! Вся столица видела это! Ты была той, кто соблазнил Великого генерала! Ты была той, кто его соблазнил!

Гу Фэй Янь подняла брови и посмотрела на Вэнь Юй Жоу, но ничего не сказала, продолжая идти вперед.

В прошлый раз Вэнь Юй Жоу сильно пострадала и не осмелилась сделать первый шаг. Однако она все же бросилась вперед, чтобы преградить ей путь, сердито допрашивая ее без остановки.

Увидев это, большая толпа рабынь-аптекарей последовала за Гу Фэй Янь и окружила ее.

– Гу Фэй Янь, что еще ты можешь сказать? Говори!

– Шлюха, когда я клеветала на тебя? Было ли с моей стороны ошибкой ругать тебя? Что еще ты должна сказать? Скажи это! Скажи!

– Гу Фэй Янь, что ты думаешь? Разве ты не очень хороша в этом? Говори?

Гу Фэй Янь вскоре обнаружила, что ей трудно продвинуться и на дюйм. Время медленно шло. Время, необходимое для приготовления чашки чая, было исключительно коротким.

В какой-то момент принцесса Хуай Нин подошла к двери и встала за евнухом Сюэ...

Глава 40 – Врождённый темперамент

Гу Фэй Янь спешила и, столкнувшись с таким количеством вопросов, была жутко раздражена. Даже если она и сделала что-то постыдное, это не имело к этим людям никакого отношения!

Она вдруг холодным голосом сказала:

– Довольно!

На мгновение все притихли, будто были ошеломлены холодным голосом Гу Фэй Янь. Однако больше всего толпу шокировал взгляд Гу Фэй Янь. В этот момент ее ясные глаза наполнились ледяным светом. Он был холодным, отчужденным, благородным и даже властным. Такого рода холодность и достоинство были тем, с чем человек рождается, а не приобретает с годами.

Не говоря уже о людях во дворе, даже у принцессы Хуай Нин, стоявшей за дверью, сильно забилось сердце. У нее даже возникло странное чувство, что она по рождению ниже Гу Фэй Янь.

Как такое могло случиться? Наверное, это иллюзия!

Даже если бы семья Гу не пала, в лучшем случае, это была семья с долгой историей. Она даже не входила в рейтинг на Континенте Глубинного Царства!

Как могла Гу Фэй Янь сравниться с ней!

Изначально принцесса Хуай Нин хотела только посмотреть хорошее шоу с участием Гу Фэй Янь, но теперь она совершенно об этом забыла. Она желала лично подавить ауру Гу Фэй Янь.

Она медленно вошла и надменным тоном сказала.

– Тц-тц, имперская аптека такая оживленная!

Аптекари были шокированы. Все они повернулись посмотреть, и как только увидели принцессу Хуай Нин, тут же отошли в сторону, чтобы выразить почтение. Гу Фэй Янь не ожидала, что принцесса Хуай Нин так быстро придет в имперскую аптеку!

Это было не благословение, а проклятие которого невозможно избежать!

Как и все аптекари, она отошла в сторону, чтобы выразить свое почтение. Однако в ее стройной фигуре не было ни капли смирения, ни высокомерия, свойственных дворцовой прислуге.

– Все могут подняться.

Увидев, что Гу Фэй Янь собирается встать, она добавила:

– Девушка-аптекарь Гу, пожалуйста, подожди.

Гу Фэй Янь стояла там, не двигаясь и не спрашивая, только ответила «да».

В прошлый раз это был пустой переулок, на этот раз имперская аптека. Она хотела посмотреть, что сделает на глазах у всех принцесса Хуай Нин.

Перед такой толпой народа, даже если ей нужно было усложнить жизнь Гу Фэй Янь, она должна была сделать это изящно и искренне.

Она надменно спросила:

– Младший аптекарь Гу, ты знаешь, почему я заставила тебя подождать?

Гу Фэй Янь опустила голову, ответив спокойным голосом:

– Принцесса, пожалуйста, просветите меня.

Принцесса Хуай Нин улыбнулась, будто шутила:

– Девушка-аптекарь Гу, раз ты вернулась во дворец так поздно, не значит ли это, что ты хотела, чтобы я лично пришла за тобой? Я специально пришла сюда, чтобы спросить, если ты хочешь пойти, принцесса сама заберет тебя, а если нет, тогда я выберу другую.

Гу Фэй Янь ненавидела слова, которые звучали «разумно», но на самом деле были полны ловушек.

Эта злая принцесса не только хотела запугать ее, но даже собиралась позаботиться о своем лице?

Даже не думай об этом!

Гу Фэй Янь серьезно ответила:

– Неважно, счастлива эта служанка или нет. Важно, счастлива принцесса или нет. Если принцесса счастлива, я буду счастлива служить вам в сотни раз усердней.

Эти слова были не только красивее, чем слова принцессы Хуай Нин, но и полны сарказма.

Принцесса Хуай Нин тут же не выдержала, она моментально взбесилась и отбросила стыд:

– Хорошо, раз уж у девушки-аптекаря Гу такое доброе сердце, то я приму это! Кто-нибудь, принесите мне пятьдесят килограмм жемчужной пудры. Отнеси ее во дворец Фанхуа, она мне срочно нужна! Пятьдесят килограмм!

Все вокруг ахнули, перешептываясь меж собой. Как могла такая слабая девушка, как Гу Фэй Янь, сдвинуть пятьдесят килограмм жемчужной пудры? Кроме того, имперская аптека была очень далеко от дворца Фанхуа принцессы Хуай Нин.

Гу Фэй Янь опустила голову и промолчала.

Увидев это, принцесса Хуай Нин была в очень хорошем настроении:

– Гу Фэй Янь, сможешь ли ты отнести ее туда, скажи же что-нибудь? Если сможешь отнести этот мешок с жемчужной пудрой, эта принцесса будет очень счастлива!

Быстро доставили пятьдесят килограмм жемчужной пудры. Большой пакет с жемчужной пудрой был помещен в большой мешок и брошен к ногам Гу Фэй Янь.

Принцесса Хуай Нин с интересом наблюдала, ожидая, когда Гу Фэй Янь станет молить о пощаде. Кто бы мог подумать, что Гу Фэй Янь на самом деле наклонится и начнёт тащить мешок.

Она крепко ухватилась за мешок обеими руками и начала тянуть его изо всех сил. К сожалению, она не смогла сдвинуть его даже спустя несколько попыток.

Гордая улыбка все еще сияла на лице принцессы Хуай Нин. Окружающие говорили между собой, беспрерывно смеясь.

Однако все выглядело так, будто Гу Фэй Янь погрузилась в свой собственный мир. Она наклонилась, изо всех сил стараясь снова и снова, тянула снова и снова, терпя неудачу она продолжала, продолжала и продолжала до бесконечности!

Есть такая безграничная сила, называемая упрямством!

Под всеобщий смех Гу Фэй Янь неожиданно сдвинула мешок. Увидев это, все замолчали. Гу Фэй Янь не остановилась, она выдохнула и снова сдвинула мешок, прежде чем остановиться.

Пот катился по ее лбу и капал на тыльную сторону ладоней. Что касается ее ладоней, то они уже давно были покрыты ранами, нанесенными мешком.

Наконец она отпустила мешок и, выпрямившись с улыбкой на лице и блеском в глазах, спросила:

– Принцесса Хуай Нин, теперь вы счастливы?

Принцесса Хуай Нин рассердилась из-за испытанного смущения. Ее не волновали слова «причина» или «лицо». Она подошла и наступила на мешок, глядя на Гу Фэй Янь.

– Кто-нибудь, добавьте еще пять килограмм! Сегодня эта принцесса увидит, насколько способна эта шлюха!

Гу Фэй Янь улыбнулась еще шире.

– Принцесса, похоже, вы очень недовольны!

– Ты!

Наконец, принцесса Хуай Нин поняла, что больше не может продолжать издеваться над Гу Фэй Янь. Если это продолжиться, лицо потеряет не Гу Фэй Янь, а она!

Ей действительно не следовало приходить лично. Почему она не могла сохранить самообладания? Что Гу Фэй Янь могла сделать с ней после того, как прибудет во дворец Фанхуа и закроется дверь?

– Счастлива! Хе-хе, эта принцесса счастлива!

Сдерживая гнев, принцесса Хуай Нин холодно приказала:

– Евнух Сюэ, чего ты ждешь? Забери ее!

Услышав это, Гу Фэй Янь была немного ошеломлена, и ее упрямая улыбка наконец померкла.

В своем сердце она понимала, что, если она войдет во дворец Фанхуа, то либо умрет, либо будет жить хуже смерти.

Принцесса Хуай Нин повернулась и ушла. Евнух Сюэ сделал ей знак:

– Девушка-аптекарь Гу, пожалуйста!

Гу Фэй Янь опустила голову, собираясь уйти, когда из-за двери послышалось объявление:

– Евнух Мань прибыл…

Евнух Мань?

Все были удивлены и заметили, что принцесса Хуай Нин тоже остановилась. Гу Фэй Янь показалось, что это имя было ей хорошо знакомо, но не могла сразу вспомнить его.

Евнух Мань... Евнух Мань...

Кем был этот евнух Мань?

Евнух Мань был евнухом, служившим Его Высочеству принцу Цзину, Ся Сяо Манем!

Ему было всего тринадцать лет, но он был исключительно красив и хорошо сложен. Однако у него был чрезвычайно зрелый темперамент, его речь и манеры были очень схожи с манерами семидесяти- и восьмидесятилетних евнухов в главном дворце. Более того, с принцем Цзином в качестве его покровителя, даже если дворцовые слуги были недовольны и завидовали ему, они все равно предпочли бы выслужиться, а не оскорблять его.

Обычно, когда слуги приходили в имперскую аптеку, они не сообщали об этом. Однако из этого объявления было ясно, что он имеет высокий статус.

Гу Фэй Янь вскоре вспомнила, где раньше видела этого евнуха. В последний раз, когда она была в переулке, именно он уговаривал принцессу Хуай Нин уступить дорогу.

Какое совпадение! Она встретила его снова, когда оказалась в руках принцессы Хуай Нин.

Было ли в этот раз все настолько же случайно, как в прошлый раз? К тому же Его Высочество принц Цзин тоже не появился…

Глава 41 – Выбор человека, иероглифы даты рождения

Кресло-седан осторожно опустили, и евнух лениво сошел с него, медленно оправляя одежду.

Гу Фэй Янь посмотрела на него, подумав о секретных словах рецепта, хотя сейчас она не могла защитить даже себя.

Она молилась, чтобы Вонючий Айсберг не был таким ненадежным. Врать ей – это нормально, но, по крайней мере, он должен был сообщить Его Высочеству принцу Цзину об опасных для жизни вещах. Лекарства предназначены для спасения жизни, но в тот момент, когда они будут использованы для убийства, от них станет невозможно защититься.

Когда евнух вошел в зал, и увидел принцессу Хуай Нин, то поспешно поприветствовал ее:

– Этот слуга приветствует принцессу Хуай Нин.

Принцесса Хуай Нин не хотела, чтобы больше людей узнали о том, что сегодня произошло. Она только сказала слово «поднимись» и, бросив взгляд на евнуха Сюэ, вышла широкими шагами.

Евнух Сюэ поторопил Гу Фэй Янь уйти. Кто знал, что евнух Мань остановит их и оценив Гу Фэй Янь спросит.

– А это…

Все были удивлены. Почему евнух Мань внезапно обратил внимание на Гу Фэй Янь?

Принцесса Хуай Нин снова остановилась и оглянулась. Гу Фэй Янь тоже была удивлена, но поскольку это было простым совпадением, у нее не было большой надежды. Каким бы высоким ни было положение евнуха Маня, в конце концов, он все равно оставался слугой. Как он мог соперничать с принцессой Хуай Нин?

Она ответила:

– Эта служанка – девушка-аптекарь имперской аптеки, Гу Фэй Янь.

Когда она это сказала, евнух Мань тут же резко рассмеялся:

– Хе-хе, так это ты! У генерала Чэна болезнь желудка, а не глаз. Соблазнившись такой внешностью, он точно не слепой?

Публика сначала молчала, а затем разразилась смехом.

Так вот что имел в виду евнух Мань!

Сердце Гу Фэй Янь екнуло. Было трудно сказать, разочарование это или неловкость. Она считала, что люди под командованием принца Цзина будут отличаться от людей во дворце. Раз даже евнух был настроен таким образом, разве Его Высочество принц Цзин не должен иметь такое же отношение?

– Хе-хе, неважно, ошибся ли генерал Чэн или нет. Молодой генерал Ци не ошибется. Такая бесстыдная женщина, кто женится на ней, окажется в беде! – говоря это, евнух Сюэ сильно толкнул Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь тяжело шагнула вперед. Принцесса Хуай Нин была очень довольна. Она улыбнулась и вышла из комнаты.

Однако как раз в это время евнух Мань снова заговорил, он сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, сейчас же остановись. Разве я говорил, что ты можешь уйти?

Но…

В третий раз принцесса Хуай Нин обернулась, озадаченная случившимся. Как Ся Сяо Мань мог не заметить, что она здесь, чтобы забрать ее? Что он пытался сделать?

Мысли Гу Фэй Янь были похожи на мысли принцессы Хуай Нин; она была сбита с толку.

Неожиданно евнух Мань оглядел толпу и холодно сказал:

– Согласно приказу Его Высочества принца Цзина, я специально пришел нанять девушку-аптекаря. Я собираюсь забрать ее сегодня! Прежде, чем этот евнух сделает свой выбор, если это не вопрос жизни и смерти, ни единому аптекарю не позволено уйти!

Когда прозвучали эти слова, весь зал погрузился в тишину! Все были в недоумении. Надо было знать, что самой известной особенностью резиденции принца Цзина было отсутствие служанок!

Говорили, что даже слугами, стирающими одежду и готовящими еду – были мужчины. В резиденции принца Цзина есть лекарь. Почему Его Высочество принц Цзин вдруг захотел нанять девушку-аптекаря?

– Евнух, раз уж ты знаешь, кто она, то что еще ты хочешь с ней сделать? Как такой мусор может получить право войти в резиденцию принца? – евнух Сюэ не забыл, что его хозяйка стояла за дверью, и поспешно добавил тихим голосом: – Сяо Мань, вторая дочь моей тети работает в имперской аптеке. Если ты сделаешь мне одолжение, я щедро тебя вознагражу!

Возможность войти в резиденцию принца Цзина и стать его служанкой была сама по себе чрезвычайно почетным делом, не говоря уже о том, чтобы стать первой служанкой в особняке принца Цзина! Это было, как раньше всех достичь луны! Случайно попасть на глаза принцу Цзину было бы просто... неописуемо!

Независимо от того, была ли девушка лекарем или аптекарем, все они были взволнованы и воодушевлены. Они рванули к евнуху Маню. Мгновенно окружив евнухов, они стали нахваливать себя одна за другой. Не говоря уж о работе аптекаря, все они торопились сказать, что знают, как делать домашнюю работу: в том числе стирать одежду, готовить и печь, а также подавать чай и заправлять постель. Они конечно не упомянули об согревании постели или рождении детей.

Все тут же забыли о принцессе Хуай Нин стоящей за дверью, а Гу Фэй Янь вообще оттолкнули в сторону, оставив ошеломленной.

Она всегда знала, что принц Цзин был более чем в двое популярнее Чэн И Фэя и Ци Юя, но не думала, что положение обычной служанки в особняке принца может свести всех с ума.

Она не могла не подумать: если Его Высочество когда-нибудь соберется жениться, что это будет за сцена? Но какая женщина могла удостоиться чести стать женщиной Цзюнь Цзю Чэня?

Гу Фэй Янь быстро пришла в себя и перестала волноваться о том, что не имело к ней никакого отношения. Даже если принц Цзин хотел выбрать аптекаря, он бы не выбрал женщину с испорченной репутацией. Она отошла в сторону и посмотрела на мешок с жемчужной пудрой, гадая, как ей решить эту проблему, как ей выжить у принцессы Хуай Нин.

Среди шума она услышала крик евнуха Маня:

– Довольно!

В мгновение ока шум прекратился. После этого, они снова услышали яростный крик евнуха Маня:

– Назад! – все начали отступать. Миниатюрное тело евнуха, наконец, показалось из толпы. Эти женщины едва не затоптали его. Он сделал несколько глубоких вдохов, наконец, придя в себя.

– Я тоже не знаю предпочтений Его Высочества принца Цзина. Однако на этот раз выбор девушки-аптекаря, не зависит от предпочтений принца Цзина. Мы пришли с условиями, поэтому, если вы не сможете пройти первый этап, тогда нет никакой надежды! Выстройтесь здесь и приведите сюда управляющего.

Когда евнух Мань сказал это, все немедленно выстроились в ряд.

Увидев, что Гу Фэй Янь тупо стоит в стороне, евнух Мань спросил странным тоном:

– Девушка-аптекарь Гу, почему ты все еще стоишь там? Ты не понимаешь человеческих слов?

Гу Фэй Янь действительно не могла понять, что сказал евнух Мань. Может ли она быть кандидатом с такой плохой репутацией? Она собиралась открыть рот, но принцесса Хуай Нин, стоявшая у двери, не могла больше сдерживаться. Она подошла большими шагами и сердито спросила:

– Ся Сяо Мань, что ты имеешь в виду? Как мог старший имперский брат Цзин принять женщину с низкими моральными принципами? Ты настолько понизил планку?

Неожиданно, евнух Мань ответил серьезно:

– Докладываю принцессе, на этот раз первый выбор будет сделан на основе восьми знаков даты рождения! Независимо от того, насколько хороша мораль человека, я бы не осмелился выбрать кого-то без правильных восьмизначных символов. Если восемь знаков совпадут, неважно, кто она, даже если она не захочет уходить… она все равно должна послушно следовать за мной!

Восьмизначные символы даты рождения?

Все снова удивились. Глаза Гу Фэй Янь расширились. Она, несомненно, была удивлена больше всех.

Только тогда принцесса Хуай Нин поняла, что что-то не так. Она стала серьезной:

– Ся Сяо Мань, эта девушка-аптекарь моя. Я уже проинформировала Божественного аптекаря несколько дней назад. Она больше не одна из ваших кандидатов!

Евнух Мань, который по-прежнему был крайне почтителен, как и раньше, ответил:

– Отчитываюсь перед принцессой, принц Цзин очень четко сказал мне, что хочет, чтобы я собрал всех аптекарей в имперской аптеке. Если принцесса настаивает на том, чтобы забрать ее, я могу только сообщить об этом Его Высочеству.

– Ты! – принцесса Хуай Нин была в ярости.

Однако евнух Мань продолжил:

– Несколько дней назад Его Высочество принц Цзин отправился в храм Великой доброты, чтобы попросить сделать предсказание, и настоятель храма рассчитал его судьбу. Он сказал, что ему нужно как можно скорее найти аптекаря, который соответствует восьми символам Его Высочества. Она будет держать в своих руках лечебное благополучие резиденции принца Цзина в течении трёх месяцев, иначе в эти три месяца…

В этот момент евнух Мань остановился. Сцену давно накрыло мертвой тишиной. Все были ошеломлены, в том числе Гу Фэй Янь. Никто не мог представить, что причина, по которой принц Цзин внезапно отправил забрать девушку-аптекаря была такой. Хотя евнух Мань не сказал, что будет в противном случае, какой бы глупой она ни была, она могла догадаться, что после слова «иначе» не было ничего хорошего!

Дело было очень серьезным!

Глава 42 – Вонючий Айсберг не мог сравниться с ним

Одним из трех знаменитых храмов Континента Глубинного Царства был храм Великой доброты, посвященный Будде-целителю Люлигуану, и тамошние предсказания практически всегда сбывались.

Хотя он не сказал этого вслух, но все же принцесса Хуай Нин была до смерти напугана.

Она подумала, что должна во чтобы то ни стало увести Гу Фэй Янь. Но что, если Ся Сяо Мань не найдет девушку-аптекаря, совместимую с восьмизначными символами старшего имперского брата Цзина? Что если что-то случится со старшим имперским братом Цзином в следующие три месяца? Разве он не обвинит во всем ее? Не говоря уже о ней, даже принцы не справятся с последствиями! Старший имперский брат Цзин для Тяньяня был гораздо важнее, маленького наследного принца!

Видя, что принцесса Хуай Нин колеблется, евнух серьезно сказал.

– Принцесса, этот слуга должен выполнить приказ, принц Цзин все еще ждет в резиденции. Понимаете…

– Старший имперский брат Цзин – важный человек. Мне просто не хватает одной служанки. Еще не поздно дождаться, пока старший имперский брат Цзин закончит свой выбор.

Хотя принцессе Хуай Нин очень не хотелось, она могла только уступить. Она бросила презрительный взгляд на Гу Фэй Янь и, спокойно отойдя в сторону, в ожидании села на каменный стул. Она не верила, что шлюха, вроде Гу Фэй Янь, окажется достойной её старшего имперского брата Цзина!

Гу Фэй Янь не успела обратить внимание на презрение принцессы Хуай Нин, как уже пополнила ряды девушек-аптекарей. В этот момент она в голове искала дату рождения изначальной владелицы. Хотя она не осмеливалась питать особых надежд, она все же не могла не мечтать о таком совпадении.

У нее еще оставались надежды, вдруг появится шанс!

Лучше всего иметь в качестве ее покровителя принца Цзина! Даже этот Вонючий Айсберг не мог сравниться с ним!

Очень скоро Божественный Аптекарь Наньгун Цинъюнь узнал об этом, и в сопровождении Шангуань Инхун бросился к месту событий. Хотя Его Высочество принц Цзин не прибыл лично, вполне нормально, что такое важное дело встревожило Божественного Аптекаря.

Божественному Аптекарю Наньгун Цинъюню было за пятьдесят. Его виски были совершенно седыми. На нем был белый халат лунного цвета и длинная борода. Он был настоящим целителем.

Он, естественно, еще до того, как пришел сюда понял ситуацию. Поклонившись принцессе Хуай Нин, он поспешно обратился к евнуху Маню:

– Евнух, выбор девушек-аптекарей принцем Цзином – важное событие. Пожалуйста, войдите и давайте его обсудим.

По сравнению с принцессой Хуай Нин, при столкновении с Божественным Аптекарем, тот больше не проявил былого уважения. Он служил главным управляющим резиденции принца Цзина и серьезно сказал:

– Господин Наньгун, пожалуйста, сначала задержите всех собравшихся уйти девушек-аптекарей. Это дело не терпит отлагательств. Мы должны до наступления ночи забрать кандидатку в нашу резиденцию. Принц Цзин сегодня вечером остался в своей резиденции, поэтому сегодня до ночи нужно решить, кто станет окончательной претенденткой! Нет необходимости говорить дольше. Проверьте для начала восьмизначные символы даты рождения.

В этот момент евнух Мань достал из рукава парчовый мешочек, все повернулись, чтобы посмотреть на него. Это был поистине момент, когда восьмизначные символы даты рождения решали судьбу!

Какими будут восемь символов, соответствующих дате рождения Его Высочества принца Цзина?

Они видели, как евнух вытащив из сумки листок бумаги, взял его в руки.

При этом все стали нервничать еще больше. Принцесса Хуай Нин тоже сильно нервничала. Она хотела встать и подойти, но все же осталась сидеть. Евнух Сюэ подкрался к Божественному Аптекарю, надеясь хоть мельком их увидеть. Однако евнух Мань злобно зыркнул на него, заставив того послушно отступить.

– Господин Наньгун, восемь символов даты рождения по просьбе принца Цзина были написаны на этом листе бумаги. Если есть девушки-аптекари с теми же восемью символами, что и на нем, мы заберем их и позволим принцу Цзину лично сделать выбор!

Сказав это, евнух Мань передал листок Божественному Аптекарю. Взгляды толпы теперь застыли на Божественном Аптекаре, заставив того слегка занервничать. Он специально отошел в сторону, прежде чем открыть листок и внимательно его прочитать.

Кто знал, какие восемь символов были у даты рождения, но когда Божественный Аптекарь посмотрел на них, можно было сказать, что выражение его лица стало довольно сложным!

В зале стало еще тише, все нервно ждали.

Гу Фэй Янь слегка нахмурила брови. Ей больше было любопытно другое, чем восемь символов даты рождения.

Когда дело касалось просьб о гадании и составлении гексограмм, существовало множество табу. Кроме того, это было связано с безопасностью Его Высочества принца Цзина, поэтому обнародовать его не следовало. Если евнух хотел выбрать человека, он должен был велеть Божественному Аптекарю тайно все организовать! Разве он не боялся новостей, которые могут вызвать слухи о Его Высочестве принце Цзине?

Или это было и правда настолько срочно?

Если бы кто-то присмотрелся, он бы наверняка заметил, что на его висках уже выступил тонкий слой пота.

Очень скоро евнух Мань окликнул:

– Господин Наньгун, вы ясно все видели?

– Да, ясно видел, – господин Наньгун сжав листок бумаги в руке, немедля отдал своим людям приказ: – Скорее попросите департамент доставки приостановить все задания. Если нет срочных дел, ни одной из девушек-аптекарей не разрешено покидать аптеку. Немедленно сообщите их даты рождения.

Он заколебался на мгновение, затем поспешно сказал Шангуань Инхун:

– Принесите мне регистр. Немедленно найдите всех девушек-аптекарей, которых отправили наружу.

Изначально все очень нервничали, но с приказами Божественного Аптекаря занервничали еще больше.

Гу Фэй Янь подумала, что на листке бумаги было написано больше, чем восемь символов. Должно быть что-то еще, что нельзя было обнародовать. В противном случае Божественный Аптекарь не стал бы так нервничать. Может, если он не найдет человека, который соответствует восьми символам, последствия будут очень серьезными? Гу Фэй Янь не особо задумывалась об этом. Она последовала за другими девушками аптекарями в свою комнату, чтобы написать свои восемь символов.

Евнух остался на своем месте и не вошел в приемную, чтобы присесть. Божественному Аптекарю оставалось только составить ему компанию. Казалось, Божественному Аптекарю было что сказать евнуху Маню, но, видя, что принцесса Хуай Нин смотрит на них, ему ничего не оставалось, кроме как сдаться.

Вскоре после этого Шангуань Инхун принесла регистр. Всего в имперской аптеке работало пятьдесят семь девушек-аптекарей, семь из которых были взяты на службу, четыре еще не вернулись, в итоге осталось сорок шесть.

Евнух просмотрел регистр, но не сказал ни слова.

Через некоторое время все девушки-аптекари вернулись, каждая из которых написала свои восемь символов на листе бумаги и передала его евнуху Маню. По одному на каждую, сорок шесть листков – солидная стопка.

Евнух Мань торжественно объявил:

– Господин Наньгун, пожалуйста, сначала объяви дату рождения, чтобы никто не сказал, что Ся Сяо Мань наживается на благах чужих домов и обманывает ради личной выгоды.

Божественный Аптекарь, казалось, боялся спровоцировать сплетни. С осторожным выражением лица он серьезно сказал:

– Кто-нибудь, подойдите и помогите мне с кистью и тушью. Дата рождения каждого будут проверена публично!

Принцесса Хуай Нин не верила, что Гу Фэй Янь сможет совершить подлог. Но услышав слова Божественного Аптекаря, она почувствовала еще большее облегчение.

Вскоре кисть, тушь и бумагу принесли и положили на каменный стол во дворе. Первоначально тихий двор стал еще более тихим. Евнух Сюэ последовал общему примеру.

Под бдительными взглядами толпы Божественный Аптекарь написал слова «Год Тигра», заставив Шангуань Инхун показать их всем.

Когда Шангуань Инхун показала это, все девушки-аптекари занервничали.

Год Тигра. Это был год ее рождения! Самой младшей девушке-аптекарю было десять лет, старшей около сорока, а одной почти шестьдесят. Другими словами, если девушка-аптекарь родилась в Год Тигра, ей должно быть только восемнадцать лет!

Восемнадцатилетних аптекарей было немало. На мгновение все были взволнованы, и многие из них не могли удержать язык за зубами. Гу Фэй Янь тоже было восемнадцать лет. Она не улыбнулась, но ее сердце наполнилось надеждой. Выше надежды, больше тревоги...

Глава 43 – Приподнятое настроение

Гу Фэй Янь нервно ждала.

Очень скоро Божественный Аптекарь снова поднял кисть и написал слова «Цзя Шэнь».

Иероглифы «Цзя Шэнь» обозначали месяц. В Год Тигра «Цзя Шэнь» приходился на июль.

Какое совпадение, изначальная владелица тоже родилась в седьмом месяце. Год и месяц совпали!

Гу Фэй Янь стала нервничать еще сильнее. Она бессознательно стиснула руки, забыв о боли от ран на них. Казалось, ее мечта стала немного ближе к реальности. Ее несбыточные мечты превратились в надежду!

Божественный Аптекарь больше не стал откладывать. Он быстро написал на бумаге два иероглифа:

– «У Сюй»!

В седьмом месяце Года Тигра «У Сюй» был седьмым днем.

Седьмой день седьмого месяца?

– Седьмой день седьмого месяца! – пробормотала Гу Фэй Янь, ее большие глаза загорелись. Изначальная владелица родилась в седьмой день седьмого месяца во время фестиваля Ци Си (п.п двойной семерки, китайский день влюбленных).

У нее действительно совпали день, месяц и год! Другими словами, если время будет таким же, то она станет кандидаткой на отправку в резиденцию принца Цзина!

Гу Фэй Янь так нервничала, что все ее тело было напряжено. Ей было все равно, есть ли рядом с ней люди, родившиеся на седьмой день седьмого месяца. Она смотрела на кисть Божественного Аптекаря, ожидая окончательного результата.

В полной тишине Божественный Аптекарь написал последние из восьми символов – время, и позволил Шангуань Инхун показать их всем.

Последние два слова были: «Бин Чэнь».

Бин Чэнь (7:00-9:00)!

Изначальная владелица родилась тогда же!

О Боже!

Слова Год Тигра, «Цзя Шэнь», «У Сюй» и «Бин Чэнь» точно совпадали с символами рождения изначальной владелицы! Слова, которые она только что написала, были такими же.

Гу Фэй Янь была так взволнована, что ее сердце пропустило удар. Она не решалась в это поверить, но в то же время боялась, что это ошибка.

Она стояла на том же месте с ошеломленным выражением лица, но ее эмоции так сильно накалились, что она не могла успокоиться.

В этот момент евнух Мань открыл рот и сказал:

– Хе-хе, те у кого восемь знаков даты рождения точно такие же, должны это знать. Тем не менее, мы все равно должны следовать правилам и проверить всех одну за другой, чтобы проявить справедливость.

Только услышав это, Гу Фэй Янь поняла, что может быть более одной кандидатки. Другими словами, могут быть люди, родившиеся в то же время, что и изначальная владелица.

Было очень мало людей, родившихся в одно время, но в этом мире никогда не было ничего абсолютного. Сердце Гу Фэй Янь снова екнуло. Ее возбужденное настроение внезапно сменилось нервозностью, даже большей, чем раньше.

Ее статус был слишком неловким. Если бы был другой выбор, принц Цзин не выбрал бы ее.

Что касается исхода, ей оставалось только ждать.

Евнух Мань в тишине медленно начал листать толстую стопку записок, начиная читать имена одно за другим, сравнивая их с восемью символами.

– Цзо Ань, нет.

– Ся Сяомэн, тоже не то…

– Хуан Лань… нет.

– Линь Сяо Бу… Нет… Нет… тоже не то!

Евнух Мань не только сам проверял их, но даже передавал имена для проверки Божественному Аптекарю. Закончив читать, Божественный Аптекарь немного поколебавшись, передал бланки Шангуань Инхун для третьей проверки. Таким образом, весь процесс отбора казался строгим, открытым и беспристрастным.

Список за списком имена постоянно отклонялись. Вскоре была передана большая пачка имен. Постепенно многие люди начали разговаривать меж собой, подозревая, что ни одни символы даты рождения девушек-аптекарей не соответствуют требованиям.

– Гу Фэй Янь...

Неожиданно евнух Мань прочитал имя Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь, державшая голову опущенной, подсознательно посмотрела вверх. Однако, кроме нее, окружающие аптекари не обратили внимания на ее имя. Даже принцесса Хуай Нин просто бросила на Гу Фэй Янь презрительный взгляд, не приняв ту всерьез.

Неожиданно евнух Мань не передал лист с ее именем, как это делал раньше. Вместо этого он смотрел на список символов в своих руках и долгое время ничего не говорил.

Может ли быть...

В это время все занервничали. Принцесса Хуай Нин с тревогой спросила:

– Ся Сяо Мань, на что ты смотришь? Скажи что-нибудь!

– Подчиняюсь принцессе, восемь символов Гу Фэй Янь…

Евнух нахмурил брови со сложным выражением лица. Он хотел что-то сказать, но заколебался и передал список символов в своей руке, Божественному Аптекарю. Божественный Аптекарь внимательно посмотрел на него. Он нахмурился сильнее, чем евнух Мань, а выражение его лица было даже сложнее, чем у евнуха.

– Наньгун Цинъюнь, говори!

Принцесса Хуай Нин забеспокоилась. Однако Божественный Аптекарь беспомощно посмотрел на принцессу Хуай Нин и передал список Шангуань Инхун:

– Пожалуйста, проверьте его еще раз, мастер Шангуань.

На лице принцессы Хуай Нин появилось недоверчивое выражение, а окружающие были потрясены. Шангуань Инхун уже видела имена в списке. Она не хмурила бровей, и на ее лице не было сложного выражения. Вместо этого она была совершенно ошеломлена и не могла оправиться от шока даже по прошествии долгого времени.

Принцесса Хуай Нин вконец рассердилась:

– Шангуань Инхун, чего ты ждешь? Говори!

Только тогда Шангуань Инхун пришла в себя. Но заговорила не сразу, просто не посмела!

Семья Ци сделала большую ставку на эту проклятую девку, желая чтобы эта вонючая девчонка умерла, дуэт отца и сына семьи Ци все еще стояли на коленях у императорского кабинета и до сих пор не ушли! Принцесса Хуай Нин больше не боясь критики, лично пришла просить о помощи, желая, чтобы эта проклятая девка жила жизнью хуже смерти!

Но теперь Гу Фэй Янь фактически стала кандидаткой в аптекари резиденции принца Цзина.

Ну…

Принцесса Хуай Нин быстро встала и, шагнув к Шангуань Инхун, выхватила список символов из ее рук.

В этот момент и так тихий двор словно превратился в безмолвный мир.

Спустя некоторое время принцесса Хуай Нин подняла голову и посмотрела на Гу Фэй Янь. Ее глаза сузились до прямой линии и были полны глубокой ненависти.

Все было предельно ясно.

Даже если принцесса Хуай Нин не упомянула об этом, все были уверены, что Гу Фэй Янь является кандидаткой.

Гу Фэй Янь всегда знала, что происходит. Она нервно ждала не своего имени, а чужого.

Несмотря на то, что она очень нервничала, она не показала ни малейших признаков страха, когда принцесса Хуай Нин с ненавистью посмотрела на нее. Вместо этого она провокационно улыбнулась принцессе.

Ей было все равно, есть ли другие кандидатки или нет.

Если смерть была для нее единственным исходом, то она могла бы до тех пор наслаждаться жизнью!

Если бы был только один исход, она обязательно вернула бы назад все пережитые сегодня унижения. Это была провокация… и что?

Гу Фэй Янь улыбнулась и громко сказала:

– Принцесса Хуай Нин, вы сами собираетесь помочь объявить имя кандидата мастеру Шангуань?

Принцесса Хуай Нин была зла с самого начала, поэтому она сжала список Гу Фэй Янь в шар.

Гу Фэй Янь все еще улыбалась, но не останавливала ее. Она знала, что кто-нибудь ее, естественно, остановит.

Как и ожидалось, евнух Мань забеспокоился.

– Принцесса, Его Высочество принц Цзин все еще ждет этого слугу в своей резиденции. Надеюсь, принцесса даст лицо Его Высочеству и проявит к этому слуге некоторое снисхождение.

Слова евнуха казались вежливыми, но на самом деле он напоминал принцессе Хуай Нин не вмешиваться в дела резиденции принца Цзина. Принцесса Хуай Нин была хорошо осведомлена о ситуации. Она сердито вскричала:

– Поскольку старший имперский брат Цзин ждет, почему бы вам быстрее не проверить остальную часть списка!? Может есть еще одна кандидатка!

– Да, да, да!

Евнух Мань снова и снова кивал головой, но не сразу стал проверять список имен. Вместо этого он сказал:

– Принцесса, согласно правилам, должны быть объявлены символы даты рождения девушки-аптекаря Гу. Этот список все равно нужно будет передать Его Высочеству принцу Цзину для проверки.

Гу Фэй Янь не сдержала смеха. Это был не вынужденный смех и не провокация, а по-настоящему счастливый смех. Принцесса Хуай Нин была так разгневана, что ее лицо позеленело. Она бросила листок в руку евнуху Маню...

Глава 44 – Испытать на себе судьбу

Ся Сяо Мань медленно расправил скомканный принцессой Хуай Нин лист бумаги, заставив Шангуань Инхун показать его всем.

Несмотря на то, что все давным-давно догадались, что увидят названные восемь символов даты рождения, они все равно сочли случившееся невероятным, не желая этому верить.

– Наверняка в списке все еще есть имена. Определенно должно быть больше кандидаток!

– У кого из вас есть такие же символы, как у нее, поторопитесь и выйдите!

– Эта шлюха наступила в собачье дерьмо? Я не верю!

Принцесса Хуай Нин, не желая больше ждать ни секунды, забрала все списки из рук Ся Сяо Маня и прочитала их один за другим. Однако она не нашла ни единой девушки-аптекаря с такими же восемью символами.

По мере того, как имен в списке становилось все меньше и меньше, дыхание принцессы Хуай Нин учащалось. Люди вокруг нее тоже становились все тише и тише.

Наконец, в списке осталась только одна фамилия. Принцесса Хуай Нин взглянула, но не сразу отбросила его.

Увидев это, сердца присутствующих нервно сжались в ожидании.

Может быть...

Все тело Гу Фэй Янь напряглось. Она не могла описать, насколько нервничала в этот момент. Ей хотелось надавить на грудь, заставив свое сердце биться медленнее. Однако, глядя на постепенно становившееся все злобнее выражение лица принцессы Хуай Нин, она решительно удержала провокационную улыбку.

Говорят, что хорошо смеется тот, кто смеется последним. Однако те, кто мог позволить себе проиграть, даже если оказались в проигрыше, все равно могли смеяться последними!

Гу Фэй Янь, улыбаясь, сжала полные ран руки.

Вдруг принцесса Хуай Нин, порвав в клочки последний список, бросила его наземь. Она не сказала ни слова, но метнув в Гу Фэй Янь предупреждающий взгляд, развернулась и ушла.

Это…

Итак…

Во дворе установилась такая тишина, что не было слышно даже шума ветра. Неизвестно, кто вдруг воскликнул:

– Так в качестве кандидата есть только Гу Фэй Янь!

Через мгновение весь двор взорвался криками.

– Невозможно!

– Не верю, не верю!

– Как такое может быть? Невозможно! О Боже…

– Как это могла оказаться она? Как такое случилось?

Ситуация полностью вышла из-под контроля. Никто не хотел верить, что девушка вроде Гу Фэй Янь, действительно стала этой счастливицей – первой служанкой резиденции принца Цзина!

Улыбка на лице Гу Фэй Янь становилась все шире и шире. Она улыбалась и это была искренняя, от всего сердца улыбка!

Удивление, волнение и даже восторг, что она чувствовала в тот момент, невозможно было описать.

Она была так счастлива, что ей хотелось плакать. Она смеялась до слез!

Она была спасена!

На этот раз она действительно была спасена! Это не было обманом!

На этот раз ее хотел принять ни кто иной, как самый могущественный, самый уважаемый и самый красивый среди всех принцев. Это была скрытная личность, принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь!

Слово «судьба» внезапно всплыло в голове Гу Фэй Янь. Если первая их встреча в переулке была случайностью, то она твердо верила, что это судьба!

Мастер Бай И сказал, что если судьбы будет достаточно, все возможно! Она думала, что Его Высочество принц Цзин, должно быть, ее счастливая звезда! Абсолютно верно!

Пусть этот Вонючий ублюдочный Айсберг опять соврал ей, и снова обманет в будущем! Если он не принял ее, ей на него плевать!

Вдруг среди всего этого хаоса раздался голос помрачневшего евнуха Маня:

– О чем вы все бормочете? Так шумно, что у меня разболелась голова.

Только тогда все успокоились.

– Эх… похоже у Его Высочества принца Цзина нет иного выбора.

Евнух Мань выглядел очень недовольным и расстроенным:

– Господин Наньгун, раз уж так вышло, то придется на три месяца приставить к резиденции принца Цзина девушку-аптекаря Гу Фэй Янь. Ситуация особенная. Этому евнуху нужно забрать ее прямо сейчас. Мне придется побеспокоить господина позаботиться о связанных с этим проблемах.

Божественный Аптекарь быстро ответил:

– Для этого чиновника большая честь служить Его Высочеству принцу Цзину. Евнуху Маню не нужно быть столь вежливым.

Евнух Мань удовлетворенно кивнул головой. Даже не взглянув на Гу Фэй Янь, он повернулся, чтобы уйти, сказав странным тоном:

– Хе-хе, это все судьба! Девушка-аптекарь Гу, следуй за мной!

Гу Фэй Янь не в силах успокоиться даже спустя долгое время, быстро последовала за ним, про себя подумав:

«Даже если я пережила «грандиозную катастрофу» (п.п. Хуай Нин), мне все равно повезло. Хотя это всего на три месяца, как только я попаду в резиденцию принца Цзина, я должна хорошо себя показать!»

Когда евнух Мань и Гу Фэй Янь ушли, толпа снова подняла шум. И самыми нервными мадам казались, шептавшиеся меж собой Шангуань и Вэнь Юй Жоу.

Божественный Аптекарь пробыл недолго. Он в спешке ушел, чтобы найти место, где нет людей. Затем он вытер пот со лба и с облегчением вздохнул.

Он жутко испугался!

Это было не по какой иной причине, кроме того факта, что на листке бумаги, который ему передал евнух Мань, были написаны не только слова год Тигра, Цзя Шэнь, У Сюй и Бин Чен, но и слова: «Принц Цзин хочет, чтобы Гу Фэй Янь, получила опыт самопознания».

Опыт самопознания?

Слово «самопознание» было определенно самым трудным для понимания словом на свете.

Недавно он пребывал в полном шоке, не зная, что делать. Он мог только подыгрывать евнуху Маню и изо всех сил стараться, чтобы процесс отбора казался честным и открытым, словно все происходило по воле случая.

Он никак не мог понять, что Его Высочество принц Цзин хотел от женщины, вроде Гу Фэй Янь. Это было слишком сложно понять!

Чтобы спасти Гу Фэй Янь? Для этого не было причин!

Украсть Гу Фэй Янь у Чэн И Фэя? Для этого тоже не было никаких причин!

Чтобы предотвратить обострение конфликта между семьями Чэн и Ци? Вряд ли!

В конце концов… почему?!

Как бы много Божественный Аптекарь ни ломал над этим голову, он так ничего не смог придумать. Он не осмеливался ни с кем обсуждать этот вопрос, поэтому мог только позволить этой тайне гнить в своем нутре. Надо было понимать, что это дело касалось не только подделки предсказания храма Великой доброты, но и двух великих генералов Чэн и Ци. Это действительно не было шуткой.

Как только принцесса Хуай Нин вернулась во дворец Фанхуа, она повернулась и трижды ударила евнуха Сюэ. Евнух Сюэ умоляя о пощаде, попытался ее убедить.

– Принцесса, не упоминая принца Цзина, даже евнух Ся Сяо Мань не любит Гу Фэй Янь. Возможно, не так уж и плохо, что Гу Фэй Янь войдет в резиденцию принца Цзина. Методы издевательств Ся Сяо Маня были хорошо известны. Кроме того... благородному человеку еще не поздно отомстить и через десять лет, не говоря уже о трех месяцах!

Стоило принцессе Хуай Нин услышать это, ее гнев немного улегся. Когда она отправляла кого-то сообщить об этом Ци Юю, она также попросила Ци Фу Фан встретиться с ней.

Отец и сын семьи Ци все еще стояли на коленях перед императорским кабинетом. Когда они услышали об этом, они были ошеломлены.

Обычно спокойный генерал Ци пребывал в смятении. Тихим голосом он сказал:

– Юй'эр, скажи мне… как такое могло случиться? Разве это не слишком большое совпадение? Принц Цзин же не может…

– Отец, чем еще это может быть кроме совпадения?! У принца Цзина нет для этого никаких причин!

Император так и не встретился с ними, значит принц Цзин не мог вмешаться в это дело. Даже если бы он это сделал, ему стоило только намекнуть Чэн И Фэю или им. С чего ему было начинать с этой женщины, Гу Фэй Янь!

– Какое совпадение, – пробормотал себе под нос генерал Ци, а затем быстро добавил шепотом: – Давай сначала вернемся. Мы не можем больше стоять здесь на коленях!

Гу Фэй Янь стала членом резиденции принца Цзина. Если бы они в этот критический момент настаивали на аннулировании ее брака, это означало бы их отказ от Его Высочества принца Цзина. К счастью, три месяца не такой уж долгий срок. Сейчас им оставалось только терпеть и ждать, чтобы увидеть чем все обернется.

– Отец, Гу Фэй Янь пока нельзя двинуть с места. Разве Чэн И Фэй может теперь подать в суд? – с несчастным видом сказал генерал Ци. – Разве мы не в одинаковой ситуации? Давайте сначала вернемся. Мы не можем позволить себе быть тщеславными. Нужно все тщательно обдумать! Эта деваха из семьи Гу – настоящая катастрофа!

Отец и сын Ци покинули дворец, а весть об их отбытии молниеносно разнеслась по дворцу. По сравнению с ситуацией с Башней Фортуны, сегодняшний инцидент был еще более невероятным. Он определенно вызовет в городе бурю!

Гу Фэй Янь уже давно сидела в принадлежавшей резиденции принца Цзина повозке, направлявшейся прямо в его дворец. Думая о том, что она сможет увидеть лицо Его Высочества принца Цзина, девушка чувствовала одновременно волнение и надежду...

Глава 45 – Переживания, сразу приступить к работе

Резиденция принца Цзина находилась к востоку от имперской столицы и довольно далеко от императорского дворца.

Хотя резиденцию принца Цзина занимали только его люди, она не была маленькой. Она была величественной, внушительной и элегантной, с архитектурными характеристиками, присущими только императорскому дворцу.

Вся резиденция была разделена на три части: передний двор, главный двор и задний двор. Передний двор был местом встречи гостей и делопроизводства. В главном дворе располагались спальные залы. Слева и справа были боковые залы, за которыми находилось несколько отдельных двориков. Задний двор представлял собой обширный сад.

Войдя за евнухом Манем через боковую дверь, Гу Фэй Янь прошла через передний двор, следуя дальше по коридору.

Евнух Мань объяснял на ходу:

– Перед нами главный двор – место отдыха Его Высочества, и если там нечего делать, тебе не позволено туда входить, также на заднем дворе есть сад, ты ни в коем случае не должна входить туда! Ты обязана это запомнить.

– Ясно.

Гу Фэй Янь думала, что принц Цзин будет ждать их в главном дворе. Чем глубже она заходила в резиденцию, тем больше нервничала. Неожиданно евнух Мань не повел ее в главный двор. Вместо этого, пройдя по узкой дорожке справа, они прибыли в маленький дворик под названием павильон Минъюэ (п.п. Яркой прекрасной жемчужины).

– Девушка-аптекарь Гу, с этого момента ты будешь здесь жить. Что касается отправленных в резиденцию принца лекарственных трав, то они и рецепты будут под твоим контролем. Тебе следует быть очень внимательной. Если что-то пойдет не так, ха-ха, не говоря о тебе, все девять колен семьи Гу последуют за тобой!

Только евнух Мань закончил говорить и собрался уйти, Гу Фэй Янь в спешке спросила:

– Евнух Мань, разве мне не нужно выразить почтение Его Высочеству принцу Цзину?

Евнух Мань уклонился от ее взгляда и резко сказал:

– Пожелает Его Высочество увидеть тебя или нет – решать ему. О чем ты беспокоишься?

Гу Фэй Янь показалось, что что-то не так.

Почему сейчас евнух Мань ничуть не спешил, разве раньше в имперской аптеке он не говорил что это срочно? Более того, ее личность была особенной, поэтому евнух Мань должен был немедленно сообщить об этом Его Высочеству принцу Цзину.

Гу Фэй Янь серьезно спросила:

– Его Высочества принца Цзина… нет во дворце?

Молодое, но зрелое лицо евнуха Маня было полно высокомерия, но если честно его сердце было на грани краха.

День назад он получил голубиной почтой от Его Высочества принца Цзина секретное письмо. Оно содержало только один приказ: обратиться в храм Дали и украсть человека у принцессы Хуай Нин.

Он даже не знал, какого человека собирался украсть. В тот момент, когда он узнал, что это Гу Фэй Янь, то впал в шок.

У Гу Фэй Янь был особый статус, и в последнее время о ней повсюду ходили слухи. У принца Цзина должно быть была веская причина, чтобы привести ее в свою резиденцию. В противном случае это привело бы к сплетням и подозрениям семей Ци и Чэн, вызвав массу проблем!

Он взвесил все «за» и «против» каждого аспекта и чуть не сломал себе голову, прежде чем подумать о божественном методе предсказаний храма Великой доброты. Он безумно обрадовался, что в имперской аптеке не было никого, кто родился бы в один день того же месяца в том же году, что и Гу Фэй Янь. В противном случае он не знал, как довести дело до конца.

В имперской аптеке он сказал, что это была чрезвычайная ситуация, но это было обычным блефом. Прошло несколько дней с тех пор, как он в последний раз видел Его Высочество принца Цзина, поэтому он не знал, где тот сейчас был. Как он мог отвести к нему Гу Фэй Янь?

Под подозрительным взглядом Гу Фэй Янь Ся Сяо Мань, чье сердце было на грани краха, с усилием принял вид зрелой молодости, спокойной и собранной.

Поигрывая ногтями, он спросил Гу Фэй Янь:

– Есть ли у тебя право спрашивать о местонахождении Его Высочества? Этот евнух забрал тебя только для того, чтобы доставить сюда. Был ли у Его Высочества другой выбор? На что тут смотреть? Какой выбор? Его Высочество должен быть рад встрече с тобой? Если Его Высочество будет недоволен, как этот евнух может быть спокоен?

Ум Гу Фэй Янь был заполнен записями из секретных рецептов, и, услышав слова евнуха Маня, она вспомнила, что была единственной кандидаткой. Девушка была сильно разочарована, но все же кивнула:

– Все верно…

– Хмм, я сам сообщу об этом. Тебе нужно просто послушно ждать здесь!

Ся Сяо Мань хотел ускользнуть, но Гу Фэй Янь снова окликнула его:

– Евнух Мань, пожалуйста, подожди минутку.

Чем более виноватым чувствовал себя Ся Сяо Мань, тем более свирепым он выглядел:

– Ты, такая малявка, почему от тебя столько проблем? Этот евнух сказал тебе, что ты пришла в резиденцию принца Цзина в качестве слуги, и тебе следует больше слушать и меньше спрашивать. Ты хотя бы понимаешь эту логику? Не побоюсь сказать, если Его Высочество будет недоволен, забудь о трех месяцах, даже если ты останешься на три года, все равно можешь забыть о встрече с Его Высочеством!

Гу Фэй Янь была разочарована, но не стала колебаться, когда дело доходило до профессиональных вопросов. Она серьезно сказала:

– Евнух Мань, мне не нужно встречаться с Его Высочеством принцем Цзином, но есть пара вещей, которые я должна прояснить прямо сейчас!

Евнух Мань мысленно вздохнул с облегчением и не стал торопиться сбегать. Он медленно сказал:

– Какие пару вещей? Давай послушаем.

Гу Фэй Янь сказала с серьёзным лицом.

– Во-первых, не называй меня по всякому случаю «девушкой». Я на несколько лет старше тебя, и могла бы быть твоей старшей сестрой. Конечно, я не могу позволить себе называться твоей сестрой. Ты будешь звать меня в будущем девушкой-аптекарем Гу или Гу Фэй Янь.

Ся Сяо Мань не ожидал подобного, его глаза расширились! Все знали, что принц Цзин ценил его больше всех прочих. Слуги в этом дворце никогда не осмеливались ослушаться его. Даже личный охранник принца Цзина, Ман Чжун, всегда был с ним вежлив и добр. Гу Фэй Янь только в первый день появившись тут, осмелилась так с ним говорить? Да ещё и с такой серьёзностью?

Он собирался преподать ей урок, но Гу Фэй Янь прервала его.

Выражение ее лица стало еще серьезней, чем раньше.

– Во-вторых, лекарства – это жизнь. Прежде чем я официально приму на себя ответственность за них, я должна как можно скорее их проверить. Во-первых, я хочу убедиться, что все лекарственные ингредиенты, имеющиеся во дворце принца, безопасны. Во-вторых, я хочу знать источник лекарственных ингредиентов во дворце принца. И, в-третьих, хочу знать физическое состояние каждого живущего здесь: от слуг до Его Высочества принца Цзина, чтобы убедиться, что все лекарственные ингредиенты необходимые для срочного использования есть в наличии и в достаточном объеме. Евнух Мань, мне придется побеспокоить тебя, чтобы ты как можно скорее принял меры по этим вопросам.

Гу Фэй Янь думала, что, учитывая ее личность, даже если правда будет раскрыта, принц Цзин не обязательно ей поверит. Вместо того, чтобы тратить все свое время на то, чтобы намекнуть Его Высочеству принцу Цзину сохранять бдительность, она сама могла быть более бдительной. В любом случае, с ее нынешним статусом, она могла жестко контролировать все лекарства этого дворца, особенно лекарства Его Высочества принца Цзина.

Видя серьезное выражение лица Гу Фэй Янь, слова, которые были в устах евнуха Маня, почему-то были проглочены. Он несколько раз кашлянул и сказал:

– Эти вещи… этот евнух уже подумал о них и все устроил. Тебе не нужно быть слишком нетерпеливой! Просто пока отдыхай!

Гу Фэй Янь сразу же попросила:

– Так как все уже было организовано, передай ответственному лицу прийти и все объяснить. Я хочу немедленно приступить к работе!

Она не усложняла жизнь евнуху Маню намеренно, но не была уверена, что убийца уже не сделал шаг. Поскольку она уже была здесь, ей нужно было как можно скорее разобраться в сути вопроса о лекарствах в резиденции принца и заранее принять меры предосторожности, тем самым повысив безопасность Его Высочества.

Ся Сяо Мань все еще не знал о тайном шифре в рецептах, поэтому думал, что Гу Фэй Янь специально пыталась оторвать его от дел. Он был так зол, что холодно сказал Гу Фэй Янь.

– Поскольку ты так жаждешь работать, пойдем со мной!

Гу Фэй Янь без колебаний последовала за ним.

Ся Сяо Мань отвел ее во флигель с правой стороны главного двора. В тот момент, когда дверь открылась, их встретил сильный запах лекарственных трав. В ее глаза бросились бесчисленные ряды шкафов с лекарствами, каждый из множества их ящиков, был забит до краев, что делало невозможным подсчитать количество.

Гу Фэй Янь была напугана. В резиденции принца Цзина на самом деле был медицинский павильон? Трав было слишком много. Разве их не хватило бы, чтобы открыть небольшую аптеку?! Почему принц Цзин хранил такое множество лекарств?

Глава 46 – Возвращение, он все слышал

Ся Сяо Мань был очень доволен потрясенным выражением лица Гу Фэй Янь. Только он собирался что-то сказать, Гу Фэй Янь первой задала вопрос:

– Евнух Мань, откуда взялись все эти лекарственные травы? Что вы собираетесь с ними делать?

Хотя принц Цзин не жил в императорском дворце, он мог использовать лекарственные ингредиенты из императорской аптеки, как и внутренний двор. Для поместья было нормально хранить некоторые часто используемые лекарственные ингредиенты, но, поскольку их было так много, что он собирался с ними делать? Согласно пониманию Гу Фэй Янь, принц Цзин был в прекрасном состоянии. Он редко болел и принимал лекарства.

– Все эти лекарства закупил этот евнух. Что касается прочего, тебе не нужно об этом спрашивать. Просто сделай тщательную инвентаризацию и тщательно все проверь, – ответил евнух Мань, передавая ей весы. – У меня есть только они. Не знаю, точны они или нет. После инвентаризации составь список и подробно запомни все типы и количества. Затем сравним все с инвентаризационным списком.

Что такое инвентаризация? Естественно, проверка и сравнение имеющегося в наличии с существующим списком. Евнух не принес список, а лишь дал ей весы, явно чтобы усложнить задачу. Даже если разновидности трав не достигали сотни, их было не менее девяноста, и каждую из них можно было разделить на группы. Если бы она ничего не знала о них, она была бы сбита с толку, просто перечисляя ингредиенты один за другим.

Ся Сяо Мань ждал, когда Гу Фэй Янь сдастся, но та сказала:

– Мне не нужны весы, просто дай мне бумагу и кисть. Да три дня времени на эти ингредиенты.

Евнух Мань был ошеломлен.

– Что, что ты сказала?

Ей даже не нужны весы, а это займет всего три дня? Что за шутку выдала эта маленькая девушка-аптекарь?

– Я сказала, что весы не нужны, дай мне кисть, бумагу и три дня.

Гу Фэй Янь была серьезна. Она вошла внутрь и стала оценивать шкафы с лекарствами один за другим. Евнух подошел к ней и серьезно спросил:

– Ты уверена?

Гу Фэй Янь была бы дурой, если бы не осознавала, что евнух Мань усложняет ей жизнь. Однако у нее не было времени воевать с евнухом Манем. Она должна была проверить здесь все травы в кратчайшие сроки!

Надо было знать, что настоящий преступник, желавший убить Чэн И Фэя, теперь нацелился на принца Цзина.

Первоначально она думала, что все, что ей нужно сделать, это контролировать лекарственные ингредиенты, отправленные из императорской аптеки, но кто знал, что во дворце принца Цзина было так много скрытых лекарств! Только небеса знали, сделал ли уже настоящий преступник свой ход. Пока она могла игнорировать все остальное, но обязана была как можно скорее обеспечить безопасность имеющихся лекарственных ингредиентов!

Евнух Мань знал, что Гу Фэй Янь спасла Чэн И Фэя, но не мог представить, как она собирается с пустыми руками составить тщательный перечень этих трав в течение трех дней!

Он догнал ее и недоверчиво спросил:

– Маленькая девушка-аптекарь, ты только что получила повышение до должности младшего аптекаря. Насколько ты хороша? Разве ты не слишком бесстыдна?

Слово «девушка» явно разозлило Гу Фэй Янь, поэтому она холодно сказала:

– Евнух Мань, ты мне не веришь? Как насчет того, чтобы сделать ставку?

«Ставку?»

Евнух Мань не задумываясь согласился.

– Тогда давай сделаем ставку. Что будет, если ты проиграешь?

Гу Фэй Янь серьезно сказала:

– Если я проиграю, решать тебе. Если проиграешь ты, я возьму на себя полную ответственность за все вопросы, связанные с лекарствами. Ты не станешь мешать мне и должен безоговорочно помогать!

Евнух был очень уверен в себе, сказав:

– Тогда, если ты проиграешь, твоя трехмесячная зарплата и вознаграждения пойдут мне. Если я проиграю, я сделаю, как ты говоришь!

Гу Фэй Янь была очень серьезна:

– Договорились, если ты не сдержишь слово – будешь щенком!

Евнух Мань усмехнулся:

– Договорились! Если ты осмелишься не сдержать слово, у этого евнуха есть много способов расправиться с тобой!

Как только евнух Мань ушел, Гу Фэй Янь сразу же закрыла дверь и приступила к работе!

В глазах всех она была не более чем бесполезной женщиной безо всяких способностей. Принц Цзин определенно не доверит ей все дела. Другими словами, было много вещей, которые она не могла контролировать или от которых не могла защитить. Следовательно, она могла использовать эту возможность для того, чтобы вызвать неприятности у евнуха Маня. Евнух Мань был приравнен к главному управляющему поместья принца Цзина. Он вполне мог править от его имени.

Эту ставку также можно было рассматривать, как возможность для нее продемонстрировать свои навыки аптекаря евнуху Маню. Она должна была показать себя, и должна была выиграть!

За последние десять лет, кроме мастера Бай И, все, что у нее было в жизни – лекарственные ингредиенты. Бросив взгляд на ингредиенты, она могла приблизительно понять, сколько их было, а взвесив в руке, могла убедиться в их точном количестве. Даже без помощи маленького треножника Царя Исцеления, трех дней было более чем достаточно.

Гу Фэй Янь не спешила проверять травы. Она обошла аптеку и записала названия трав. Пройдя вокруг, она обнаружила, что большая часть этих лекарственных трав использовалась для борьбы с внутренним холодом.

Евнух ненадолго заглянул в дверь, но ничего не увидел, поэтому быстро ушел. Только он достиг ворот, как столкнулся с Ман Чжуном. Он тут же улыбнулся и взволнованно бросился расспрашивать:

– Брат Чжун, где Его Высочество? Он вернулся?

Эти голос и улыбка, больше не были зрелыми и надменными, со странной аурой. Он ничем не отличался от подростка. Любой, кто этого не знал, не мог предположить, что это был евнух Мань. Люди снаружи были не в курсе, но все в поместье принца Цзина знали, что евнух Мань на самом деле был не так уж и страшен. Он был всего лишь ребенком!

Ман Чжун рассмеялся и показал ему большой палец:

– Сяо Мань, ты сделал это! Ты действительно осмелился похитить кого-то у принцессы Хуай Нин! Отличная работа!

Ся Сяо Мань был очень горд, прежде чем серьёзно спросить:

– Зачем Его Высочеству понадобилась эта девушка? Если в нашем дворце будет посторонний, всем станет не по себе!

Ман Чжун сразу же шепотом начал рассказывать о том, что случилось Ся Сяо Маню, особенно о секретном рецепте. Когда Ся Сяо Мань услышал это, он был потрясен.

– Что? Она осмелилась отравить Его Высочество? И даже пнула Его Высочество?

– Тсс! Говори тише. Его Высочество не упоминал, что его кто-то пинал. Это я увидел следы на его одежде!

– Что, кто-то хочет убить Его Высочество?!

– Ш-ш-ш, понизь голос!

– Она попросила Его Высочество принять её? Почему Его Высочество послушался её? Лекарственные материалы, присланные в наш дворец должны быть кем-то проверены, чтобы не было проблем?! Разве может эта малявка обладать лучшими навыками, чем опытные аптекари? Его Высочество сел не на того коня?!

– Ш-ш-ш...

Ман Чжун вспомнил сцену на горе, когда Его Высочество рассеянно наблюдал за Гу Фэй Янь. Он огляделся и, убедившись, что рядом никого нет, начал тихо рассказывать сплетни Ся Сяо Маню. Ман Чжун твердо верил, что Его Высочество иначе относился к Гу Фэй Янь, но Ся Сяо Мань твердо отказывался в это верить.

А в это время Цзюнь Цзю Чэнь сидел на высокой стене поблизости, лицом к дворику Гу Фэй Янь и спиной к ним. Казалось, он вернулся не так давно, а серебристо-белая маска на его лице все еще не была снята.

Он определенно слышал разговор двух своих подчиненных, но никто не знал, о чем он думал. Он смотрел на занятую фигуру Гу Фэй Янь в Медицинском павильоне, но его глаза, черные, как ночное небо, были непостижимы.

Ся Сяо Мань и Ман Чжун поделившись всем, о чем могли рассказать, и всем, о чем могли догадаться, разошлись. После того, как они ушли, тело Цзюнь Цзю Чэня несколько раз повернулось, и он полетел в сторону окна Медицинского павильона. Он увидел, как за окном Гу Фэй Янь взяв две лекарственные травы, истолкла их в пасту.

Цзюнь Цзю Чэнь не знал, что она собиралась делать, поэтому был несколько озадачен.

Вскоре после этого Гу Фэй Янь намазала лечебной пастой свои ладони. Только после одного применения, ее брови нахмурились, будто ей было очень больно.

– Она ранена? – пробормотал Цзюнь Цзю Чэнь, неосознанно сдвинув холодные брови. Он не знал...

Глава 47 – Вы все жуткие лжецы

Гу Фэй Янь нужно было не только проверить количество и тип лекарственных трав, но и провести детальную идентификацию и проверку качества и подлинности каждой лекарственной травы. Вся эта работа зависела от ее рук. Ей пришлось подождать, пока лекарство подсохнет, а рана перестанет болеть, прежде чем она смогла приступить к работе.

Закончив применять лекарство, она подошла к окну. Увидев это, Цзюнь Цзю Чэнь молча отошел. Он явно хотел уйти, но внезапно остановился, и замер у окна, прислонившись спиной к стене.

Гу Фэй Янь распахнула полуоткрытое окно и прилегла на подоконник. Она подняла голову, чтобы посмотреть на ночное небо. Девушка и не предполагала, что Цзюнь Цзю Чэнь будет стоять рядом с ней, разделенный только окном.

Сегодня был первый день месяца. Хотя из-за новолуния луны не было, звезды были яркими.

Гу Фэй Янь посмотрела на звездное небо, уголки ее рта бессознательно изогнулись в слабой дуге. Ей очень нравилось смотреть на звезды. Она не знала, выработалась ли у нее с детства такая привычка, но насколько она помнила, они ей всегда нравились.

Мастер Бай И часто говорил ей, что тяжелые души не могут достичь небес. Если человек жил простой жизнью, его душа после смерти становилась звездой, ярко сияющей в ночном небе и освещающей дорогу домой для людей, о которых человек заботился.

Дорога домой?

Есть ли у нее дом? Есть ли родители, братья и сестры?

Мастер Бай И сказал, что подобрал ее, но он не знал, откуда она или что она за человек. Мастер Бай И также сказал, что кем бы она ни была, он никогда ее не бросит. Она всегда верила в него, но с того момента, как он столкнул ее со скалы, она знала, что он жуткий лжец и больше не нуждался в ней!

Звездное небо Континента Глубинного Царства ничем не отличалось от звездного неба Духовного Царства Ледяного Моря. Оно так же было светлым и далеким, живым и одиноким.

Первоначально пребывавшая в хорошем настроении Гу Фэй Янь, внезапно почувствовала, что с людьми что-то не так. Она проигнорировала боль в своем сердце и сердито выругалась, сквозь стиснутые зубы, выплевывая слово за словом:

– Жуткий, отвратительный, лжец!

В это время Цзюнь Цзю Чэнь тоже смотрел на звездное небо, но тут внезапно услышал проклятия Гу Фэй Янь. Он ошибочно подумал, что Гу Фэй Янь его обнаружила, поэтому сразу же повернулся, чтобы посмотреть на нее. Он увидел в окне силуэт Гу Фэй Янь, но та не замечала его присутствия.

Почему эта женщина внезапно начала без всякой причины ругаться? Кого она ругала?

Цзюнь Цзю Чэнь солгал ей, поэтому она вполне могла ругать его. Но он совершенно не чувствовал себя виноватым, поэтому естественно не возражал. Он снова поднял голову и посмотрел на звездное небо.

Неожиданно Гу Фэй Янь продолжила бормотать:

– Лжец! Тупой лжец! Ублюдочный мошенник, проклятый лжец…

Она определенно была решительным и жестоким человеком. Но когда девушка была подавлена, она легко меняла тон. Раньше, когда она была несчастна, она доставал своего мастера. Но теперь доставать было некого, поэтому она могла только бормотать себе под нос.

– Чертов лжец, проклятый лжец, вонючий мошенник, мерзкий мошенник, ублюдочный мошенник...

Гу Фэй Янь прошептала это про себя уже пять раз, но она не знала, что чувствовал Цзюнь Цзю Чэнь. Он больше не смотрел на звезды. Он закрыл глаза, молча скрестил руки и прислонился к стене. Было очень тихо.

Слышал ли он что-то или просто терпеливо ждал... знал только он сам.

Гу Фэй Янь, побормотав себе под нос, внезапно остановилась. Она почему-то вспомнила еще одного лжеца – Вонючего Айсберга.

Сегодня был хороший день, и повод радоваться. Так почему она думает об этих лжецах?

– Обмани меня один раз, парень, я не поверю тебе до конца своих дней!

Гу Фэй Янь не хотела влиять на свое хорошее настроение. Увидев, что руки у нее высохли, она сразу закрыла окно и принялась за работу.

Мгновение спустя Цзюнь Цзю Чэнь пробормотал:

– Парень?

Кто еще, кроме него, обманул эту женщину?

Цзюнь Цзю Чэнь так и не ушел. Он медленно открыл глаза и посмотрел на яркое звездное небо. Казалось, он о чем-то думает, но при этом очень старается что-то вспомнить.

Молча размышлять, глядя на ночное небо – было обязательным ежедневным занятием. Он знал, что воспоминания могут быть кем-то стерты, но привычки не могут быть изменены никем, кроме него самого.

По мере того, как ночь сгущалась, в первоначально тихом дворце принца Цзина становилось все тише, будто все заснули. Однако имперская столица становилась все беспокойнее.

На следующий день весть о том, что Гу Фэй Янь была нанята Его Высочеством принцем Цзином, распространилась по всей имперской столице. Народ обсуждал это дело, будь то в домах или на улице.

Никто не осмеливался распространять слухи о Его Высочестве принце Цзине и Гу Фэй Янь, поэтому все начали обсуждать аптекарские навыки Гу Фэй Янь. За исключением военного лагеря Чэн И Фэя, никто не знал, что способности Гу Фэй Янь не ограничиваются только званием девушки-аптекаря, почти все думали, что Гу Фэй Янь была обычной аптекарем-рабыней, знающей только, как перебирать лечебные травы и делать простые отвары. Никто из них не верил, что у нее есть способности готовить лекарства во дворце принца.

В конце концов, все пришли к одному выводу: принц Цзин будет относиться к Гу Фэй Янь только как к украшению. А через три месяца Гу Фэй Янь обязательно отправят обратно в имперскую аптеку.

Но один человек был очень взволнован и счастлив.

Этим человеком был никто иной, как Чэн И Фэй. Он отчаянно искал повод поговорить с принцессой Хуай Нин. Услышав эту новость, он несколько раз взволнованно пробежался по лагерю. Хотя он знал, что способности Гу Фэй Янь велики, он не верил, что Его Высочество принц Цзин оставит ее у себя. Он начал задаваться вопросом, как он сможет заполучить ее через три месяца из имперской аптеки раньше принцессы Хуай Нин.

Ему всегда нравилось жить в армейском лагере, но в тот день он решил под предлогом выздоровления от болезни вернуться в город и остаться в резиденции генерала. Во-первых, так была возможность встретиться с маленькой девушкой-аптекарем. Во-вторых, это было сделано для того, чтобы храм Дали мог расследовать дело убийцы, а он сам – тайно расследовать дело евнуха У. Он хотел узнать, кто стоит за евнухом У, чтобы осмелиться составить против него подобный заговор!

Цзюнь Цзю Чэнь был одним из тех, кто спровоцировал этот инцидент, поэтому ему было все равно. Что касается Гу Фэй Янь, то та уделяла еще меньше внимания внешним делам, сконцентрировавшись на лекарственных травах.

Она не знала, что Его Высочество принц Цзин был во дворце. Каждый день, возвращаясь в павильон Минъюэ, она, проходя мимо, обращала особое внимание на спальный зал. К сожалению, каждый день она видела, что входные двери и окна спального зала были закрыты.

Три дня прошли невероятно быстро.

Вечером третьего дня Гу Фэй Янь разобрала все ингредиенты и составила полный список. Девушка просто ждала, когда евнух придет для проверки и отправит деньги.

Ся Сяо Мань прибыл, как и обещал. Глядя на большие шкафы с травами, которые ничуть не изменились, он был в отличном настроении. Он потер подбородок и спросил:

– Девушка-аптекарь Гу, как насчет того, чтобы я дал тебе еще одну ночь?

Гу Фэй Янь так сильно расхохоталсь, что ее глаза изогнулись в форме полумесяцев, выглядя особенно безобидно. Она вынула из-за спины список и протянула его обеими руками:

– Евнух Мань, пожалуйста, проверь его. Если есть какие-нибудь расхождения, мы сможем проверить это на месте.

Ся Сяо Мань не поверил своим глазам. Он взял список Гу Фэй Янь и, внимательно его прочитав, был полностью ошарашен! Перечень предметов в списке Гу Фэй Янь был точно таким же, как тот, что был у него в руках.

Евнух был дотошным и скупым человеком. Не говоря уже о лечебных ингредиентах, на которые он потратил деньги, он узнал бы даже, если кирпич или травинка были утрачены в резиденции принца Цзина. Список в его руках был абсолютно верным.

Другими словами, инвентаризация, проведенная Гу Фэй Янь за последние три дня, тоже была абсолютно точной!

Возможно, даже Божественный Аптекарь господин Наньгун из имперской аптеки не смог бы сделать подобного, верно?

Разве эта маленькая девушка-аптекарь не была полна загадок?

Глава 48 – Личные дела принца Цзина

Увидев ошеломленное выражение лица Ся Сяо Маня, Гу Фэй Янь ощутила полное удовлетворение. Ее голос был чистым, словно колокольчик.

– Евнух Мань, если я не ошиблась, мне придется побеспокоить тебя сдержать свое обещание.

– Ты…

Ся Сяо Мань медленно поднял голову. Выражение его лица было не только изумленным, но и по-детски глупым.

Только сейчас Гу Фэй Янь осознала, что когда этот ребенок не притворялся зрелым и не важничал, он, если честно, был довольно симпатичным малым.

– Евнух, ты же не скажешь, что это не считается? – спросила Гу Фэй Янь.

Излишне говорить, что обычно высокомерный и избалованный Ся Сяо Мань к этому моменту был полностью убежден. Однако, как бы он ни был убежден, он все равно не хотел легко верить Гу Фэй Янь. В конце концов, Ман Чжун также сказал, что даже сейчас принц Цзин все еще сомневается в ее личности и в том, что она была настоящей дочерью семьи Гу!

Ся Сяо Мань лишь небрежно ответил:

– Хорошо, в будущем все вопросы, связанные с лекарственными травами, будут решаться тобой. Этот евнух также будет слушать тебя! Что касается принца Цзина, то этот евнух также сообщит ему хорошие новости. Тебе не о чем беспокоиться.

Гу Фэй Янь была вне себя от радости:

– Большое спасибо, евнух Мань. И все же я кое-чего не понимаю в отношении этих лекарств. Поэтому хотела бы сейчас посоветоваться с тобой.

Только Гу Фэй Янь закончила фразу, Ман Чжун внезапно ворвался снаружи, почти сбив их обоих с ног. Он был крайне взволнован:

– Сяо Мань, поспеши, приготовь лечебную ванну для Его Высочества, поспеши, Его Высочество, он…

Ман Чжун, очевидно, не знал, что Гу Фэй Янь все еще находилась в Медицинском павильоне. Увидев, что Гу Фэй Янь все еще там, он резко замолчал и просто взглянул на Ся Сяо Маня.

Ся Сяо Мань сразу же все понял, проявив нескрываемое выражение паники. Он немедленно вызвал тайного охранника:

– Проводи девушку-аптекаря Гу в павильон Минъюэ. Без моего приказа ей не позволено выходить оттуда!

Что случилось?

Гу Фэй Янь была очень удивлена! Разве в такой неожиданной ситуации Ся Сяо Маню не требовалось бы сначала сообщать ей о случившемся. Однако это означало, что кто-то должен проводить ее в павильон Минъюэ, чтобы она находилась там под домашним арестом?

Буквально минуту назад он сказал, что она станет контролировать лекарства, а он должен слушаться ее. Теперь же он мгновенно отказался от своих слов! Ставка была просто шуткой?

Хотя ставка была пустяковой, ситуация с лекарствами Его Высочества принца Цзина была ужасной, она больше всего беспокоилась о последнем.

«Его Высочество собирался принять лечебную ванну? Тем более, лечебную ванну посреди ночи? И в такой спешке?»

«Его Высочество болен?»

«Кто выписал рецепт? Его просматривал аптекарь? Он безопасен?»

Ум Гу Фэй Янь был полон вопросов, она увернулась от тайного стража и серьезно спросила:

– Евнух Мань, что случилось с Его Высочеством? Почему он собирается принять лечебную ванну в такое время? Рецепт лечебной ванны прописан придворным лекарем?

Ся Сяо Мань проигнорировав Гу Фэй Янь, схватил большую бамбуковую корзину, спешно начав собирать лекарственные травы на втором этаже.

– Евнух Мань, ты…

Как только Гу Фэй Янь собиралась броситься вдогонку, Ман Чжун остановил ее:

– Девушка-аптекарь Гу, это не твое дело. Пожалуйста, вернись!

Ман Чжун подмигнул тайному стражу и поспешно ушел, не дожидаясь, пока она заговорит.

Гу Фэй Янь все еще хотела подняться наверх, но охранник схватил ее, а затем выволок наружу.

– Отпусти меня! Ся Сяо Мань, позволь мне взглянуть на рецепт. Я хочу проверить его еще раз!

Гу Фэй Янь была так взволнована, что чуть не рассказала ему о секретном письме с рецептом, но, в конце концов, все же успокоилась. Что ни говори, ее слова не были доказательством. Кроме того, это было связано с тем Вонючим Айсбергом. Кто ей поверит?

Однако ее ничего не было противопоставить охраннику, и вскоре ее увели. Когда она проходила мимо главного зала, она внимательно посмотрела на него. Девушка обнаружила, что двери и окна все еще были плотно закрыты. В огромном дворе было тихо, будто туда еще никто не заходил.

«Где Его Высочество принц Цзин?»

«Может он на заднем дворе, куда евнух Мань не велел мне заходить даже на полшага?»

«Что случилось с принцем Цзином?»

Гу Фэй Янь была отправлена обратно в павильон Минъюэ, но тайный охранник не ушёл, а встал на страже у дверей, так что она никак не могла выйти. Ей оставалось только ждать, но чем дольше она ждала, тем больше волновалась.

По ее опыту, неотложная лечебная ванна посреди ночи определенно не была к добру. Скорее всего, это была болезнь, которую нельзя было вылечить даже лекарственными пилюлями или иглоукалыванием. У принца Цзина всегда было отличное здоровье, так почему же он внезапно заболел? Что это за болезнь, которую нельзя вылечить даже иглоукалыванием и лекарственными пилюлями?

Ся Сяо Мань поднялся наверх за травами? Однако она не видела, чтобы охранник передавал ему рецепт! Был ли у него давно этот рецепт? Если этот рецепт был у него с самого начала, то у Его Высочества принца Цзина было какое-то хроническое заболевание.

Поразмыслив, Гу Фэй Янь все еще продолжала волноваться. Она снова вышла за дверь и серьезно сказала охраннику:

– У меня срочное дело, пожалуйста, передай сообщение!

К сожалению, охранник полностью проигнорировал ее, обращаясь с ней как с воздухом.

В этот момент в главном дворе бурлила жизнь.

Слуги неустанно носили кипяток и травы на задний двор. Ся Сяо Мань не осмеливался останавливаться, заваривая травы одну за другой.

Вскоре после этого прибыл Ман Чжун.

– Сяо Мань, почему лекарство больше не действует!? Ты уверен, что не взял не те травы?

Ся Сяо Мань был до крайности потрясен. Он быстро проверил все принесенные ингредиенты, но все было в порядке. Он пробормотал:

– Может быть проблема с горячим источником? Что сказал Его Высочество?

Ман Чжун был в шоке.

– Его Высочество тоже не знает. В настоящее время он использует свою внутреннюю ци, чтобы избавиться от простуды.

Ся Сяо Мань сказал:

– Так не годится. С нынешним состоянием тела Его Высочества он не может принудительно использовать внутреннюю ци. Если она выйдет из-под контроля, последствия будут немыслимы.

Ман Чжун беспомощно сказал:

– Другого пути нет! Как насчет того, чтобы вызвать придворного лекаря Ло?

Ся Сяо Мань сразу же отверг это:

– Ни в коем случае!

Хроническая простуда принца Цзина всегда была секретом, и никто не знал о ней, кроме его доверенных помощников. Придворный лекарь Ло был верен Его Высочеству, но в то же время он был доверенным лицом императора. Как только придворный лекарь Ло узнает об этом, император тоже обязательно об этом узнает.

Его Высочество не имел намерений занять трон и всем сердцем поддерживал наследного принца. Между ним и наследным принцем в государственных делах не было разногласий. Однако Его Высочество не любил слишком много говорить о личных делах и держал все в секрете.

Внезапно Ман Чжун задрожал и с тревогой сказал:

– Сяо Мань, почему бы тебе не позволить Гу Фэй Янь попробовать!

Ся Сяо Мань заколебался, но Ман Чжун продолжил:

– Его Высочество позволил Гу Фэй Янь жить во дворце, по крайней мере, он должен верить в нее! Кроме того, мы всегда удачно использовали рецепт, но теперь что-то пошло не так. Маловероятно, что кто-то действительно что-то с ним сделал. Сяо Мань, мы бы предпочли, чтобы Его Высочество отругал нас, чем проявить беспечность!

Ситуация была неотложной, и у Ся Сяо Маня не было другого выхода. Он заколебался на мгновение, прежде чем, наконец, кивнуть. Ман Чжун немедленно бросился в павильон Минъюэ.

Гу Фэй Янь с тревогой ждала. Когда она увидела Ман Чжуна, она сначала обрадовалась, а потом испугалась. Так как этот стражник сейчас пришел найти ее, это означало, что что-то случилось с Его Высочеством принцем Цзином!

Она, дрожа от страха, спросила:

– Что случилось с Его Высочеством?

Ман Чжун вручил рецепт:

– Аптекарь Гу, нет времени. Следуй за мной, поговорим по дороге!

Пока Ман Чжун говорил, Гу Фэй Янь узнала, что у Его Высочества принца Цзина странная хроническая простуда. Когда он не болел, все было нормально. Но когда он заболевал, его тело становилось холодным, как лед, и это было совершенно невыносимо. Ему приходилось отмокать в лечебном горячем источнике, чтобы избавиться от простуды.

Рецидив возникал редко, только раз в два-три месяца. Обычно, горячий источник с добавкой лечебного отвара действовал довольно быстро, но на этот раз это не сработало.

– Хроническая простуда?

Гу Фэй Янь, наконец, поняла, почему в шкафах было так много лекарств от простуды. Однако она никогда не слышала ни о какой «хронической» простуде...

Глава 49 – Принц пришёл в себя

Гу Фэй Янь внимательно изучила рецепт, который дал ей Ман Чжун, и обнаружила, что в нем не было ничего особенного. Он мог вылечить многие недуги, вызванные холодным ветром. Все травы использовались для лечение простуды.

Она серьезно спросила:

– Каково качество воды и лечебные свойства горячего источника? А также, какой придворный лекарь диагностировал эту болезнь? Когда Его Высочество начал болеть и как он заболел?

Ман Чжун не хотел слишком много говорить о личных делах Его Высочества, но ситуация была неотложной. Он поколебался и, в конце концов, сказал:

– Я ни в чем не уверен, эта болезнь была у Его Высочества еще до того, как он вернулся в город Цзиньян. Его Высочество только дал нам этот рецепт. Девушка-аптекарь Гу, евнух и я рискнули своими жизнями, чтобы рассказать тебе об этом. Ты должна держать все в секрете и никому не рассказывать! В противном случае ни ты, ни любой из нас не сможет выжить!

Этот вопрос позволил Гу Фэй Янь узнать, что принц Цзин вернулся в город Цзиньян один. Даже Ся Сяо Мань и Ман Чжун не знали о его прошлом.

У Гу Фэй Янь возникло предчувствие, что странная болезнь принца Цзина была как-то связана с его уходом из семьи Цзюнь, когда он был ребенком. Однако в этот момент у нее не было настроения думать об этом.

В рецепте ничего не было сказано о лечебных свойствах горячего источника. Ей нужно было проверить качество воды в горячем источнике, чтобы получить полный рецепт, а также расспросить о состоянии принца Цзина, чтобы выяснить причину проблемы.

Гу Фэй Янь торопясь, последовала за Ман Чжуном в сад на заднем дворе.

Сад на заднем дворе дворца не был маленьким, но засажен только цветами форзиции. Зимние цветы еще не распустились, но можно было сказать, что сад был запущен. В центре сада находилось круглое святилище под названием зал Цин Лю. В этом зале располагался лечебный бассейн с горячим источником.

В тот момент, когда Гу Фэй Янь вошла в дверь, ее сразу же встретил влажный водяной пар, насыщенный запахом большого количества лекарственных трав. Даже тот, кто был в контакте с целебными травами круглый год, вроде нее, не выдержал бы такого. Количество используемых трав было слишком велико. Верно!

Гу Фэй Янь слегка нахмурила брови и, прикрыв нос, вошла внутрь. Вскоре маленький треножник Царя Исцеления на ее поясе внезапно задрожал, будто проснулся.

Гу Фэй Янь была очень удивлена! Эта мелюзга действительно очнулась в столь критический момент! Разве это не совпадение!

Заметив, что Ман Чжун не обращает внимания, Гу Фэй Янь поспешно надавила на маленький треножник Царя Исцеления. Однако, сделав несколько шагов в зал, она быстро поняла, почему треножник Царя Исцеления пробудился!

Что происходит?

Гу Фэй Янь не сделала и нескольких шагов в зал Цин Лю, как смутно ощутила специфический лекарственный запах. Она сразу определила, что это был запах лечебной руды!

– Неудивительно, что маленький треножник Царя Исцеления очнулся. Неудивительно…

Даже самые редкие травы в этом мире не могли бы пробудить треножник Царя Исцеления, но лечебная руда определенно могла!

Лечебные руды, как следует из названия, могли использоваться в лечебных целях. Лечебные руды были самой редкой вещью в мире медицины. Ее типов было немного, и они были чрезвычайно редки. Кроме того, они обладали лечебными свойствами, которые нельзя было заменить растениями и материалами животного происхождения, и их нельзя было вырастить снова.

На лекарственных полях маленького треножника Царя Исцеления можно было вырастить любые лекарственные травы, но нельзя было вырастить собственную лечебную руду. Поэтому к лечебным рудам у него практически не было сопротивления. Как он мог не проснуться, учуяв запах руды? Гу Фэй Янь даже показалось, что маленький треножник Царя Исцеления вот-вот двинется, желая засунуть эту руду в свое нутро.

Каким бы хорошим ни было лекарство принца Цзина, его все равно нельзя было желать!

Несмотря на то, что она презирала маленький треножник Царя Исцеления, Гу Фэй Янь все же тайно вздохнула с облегчением. Теперь, когда треножник Царя Исцеления пробудился, она почувствовала необъяснимое чувство безопасности, будто мастер Бай И все еще стоял рядом с ней.

Гу Фэй Янь подумала, что эта лечебная руда, должно быть, спрятана под бассейном с горячим источником, являющимся ключом к особым эффектам воды в нем! Расстояние было довольно большим, поэтому она пока не могла сказать, какой это тип руды, а тем более судить точнее. Ей оставалось только пойти быстрее, чтобы попасть внутрь. Однако хотя она заходила все дальше, запах лечебной руды не усиливался. Напротив, запах других лекарств становился все сильнее и сильнее. Она, казалось, заметила, что что-то не так, и ее брови нахмурились еще сильнее.

Вскоре после этого Гу Фэй Янь остановилась, ошеломленная происходящим.

В тумане на бортике бассейна лежал мужчина с обнаженной грудью, вода источника доходила ему только до пояса.

Бог знал, насколько хороша была его фигура. Даже если он лежал в бассейне, от его фигуры шло ощущение гордости и величия. Голая спина была широкой и сужалась к низу, мускулистой и хорошо очерченной. Она была достаточно сексуальна, чтобы заставить разыграться воображение.

Когда она увидела сцену в лечебном бассейне горячего источника, Гу Фэй Янь, не сдержавшись, сглотнула слюну. Ее сердце необъяснимо забилось быстрее. Она поняла, что этим человеком был Его Высочество принц Цзин, но не ожидала, что ее первая встреча с ним будет такой.

«Это правда нормально?»

Перед Богом-мужчиной, которым она восхищалась, Гу Фэй Янь быстро пришла в себя. Было ясно, что с запахом лекарств в зале что-то было явно не так. Определенно что-то не так! Она не могла не заволноваться, что Его Высочество принц Цзин уже потерял сознание.

– Ся Сяо Мань, что случилось с Его Высочеством? Разве ты не говорил, что он использует свое совершенствование для изгнания простуды? – у Гу Фэй Янь не было времени сводить счеты с Ся Сяо Манем, спросила она, заходя внутрь.

– Его Высочество в порядке, ты можешь уйти.

Ся Сяо Мань, который всегда вел себя очень заносчиво, был каким-то поникшим, а тон его речи несколько странным. Он значимо подмигнул Ман Чжуну. Очевидно, Его Высочество принц Цзин не хотел, чтобы Гу Фэй Янь входила, и им за это достанется.

Гу Фэй Янь заметила взгляд Ся Сяо Маня, но не обратила на него особого внимания. Теперь, когда она была уверена, что принц Цзин не был без сознания, она, наконец, могла расслабиться. Она остановилась у края бассейна и подняла руку, позволяя влаге осесть на ладони. Очень скоро ее ладонь намокла. Она сосредоточенно понюхала ее, и чем дольше девушка нюхала, тем сильнее хмурились ее брови.

Видя, что Гу Фэй Янь не уходит, Ся Сяо Мань и Ман Чжун окружили ее.

Ман Чжун был по-прежнему вежлив.

– Девушка-аптекарь Гу, Его Высочество сейчас в порядке. Пойдем!

Ся Сяо Мань немедленно приказал:

– Тебе здесь не место. Убирайся!

Гу Фэй Янь проигнорировала его. Ся Сяо Мань потянул ее за руку, но Гу Фэй Янь воспротивилась. Она бросила на него резкий взгляд.

– Не беспокойте меня!

Ся Сяо Мань и Ман Чжун были ошеломлены. Они ощутили, что эта маленькая девушка-аптекарь излучает неописуемо властную ауру и благородство, которых не было ни у одной из прочих женщин.

Казалось, будто огромный зал Цин Лю внезапно погрузился в молчание. В этот момент послышался холодный голос.

– Все вы, уходите.

Цзюнь Цзю Чэнь лежал в бассейне совершенно неподвижно. Хотя все его тело тряслось от холода, он все еще не позволял себе дрожать. У него не было особой силы, и голос его был крайне тихим, но при этом особенно холодным. По сравнению с холодным и властным голосом Гу Фэй Янь он звучал еще более ужасающе.

Сердце Гу Фэй Янь ёкнуло, но она всё же серьёзным тоном сказала:

– Ваше Высочество принц Цзин, боюсь, что мы трое не сможем уйти. Если я не ошибаюсь, этот туман ядовит!

– Что?!

– В чем дело?

И Ся Сяо Мань, и Ман Чжун были в полном шоке. Цзюнь Цзю Чэнь тоже был удивлен. Гу Фэй Янь еще немного понюхала, а затем слегка лизнула влагу на своей ладони. Вскоре она нашла ответ.

Девушка серьезно сказала:

– Листья пурпурной полыни токсичны, передозировка может вызвать отравление. Хотя количество листьев пурпурной полыни в бассейне недостаточно, чтобы вызвать отравление, но все же случилась серьезная передозировка. Как только летучие лекарственные компоненты испаряясь попадут в водяной пар и скопятся в нем, они начнут вырабатывать быстро распространяющийся токсин.

Глава 50 – Жажда убийства, ваш секрет

Сделав вывод, Гу Фэй Янь втайне вздохнула с облегчением, что всего лишь чрезмерное количество листьев пурпурной полыни вызвало токсин. С вопросом о том, что Ся Сяо Мань использовал слишком много трав, вызывающих токсин, было справиться проще, но если бы за этим стоял убийца, с делом было разобраться сложнее.

Ся Сяо Мань и Ман Чжун были ошеломлены. Они не ожидали, что все так обернется.

Гу Фэй Янь не стала откладывать и сразу сказала:

– Токсинов сейчас недостаточно, чтобы вызвать дискомфорт. Но если мы задержимся дольше, будет слишком поздно. Вы оба, быстрее откройте двери и окна! Еще мы должны быстро вскипятить немного воды с листьями красной шелковицы, которая может поглотить яд из водяного пара.

– Но Его Высочество!

Ся Сяо Мань был обеспокоен и заколебался. Его Высочество страдал от странной простуды. Как в такой холодный день Его Высочество мог выдержать, если открыли бы окна и подул холодный ветер?

– Слушайтесь её.

– Поторопитесь, я возьму на себя ответственность за все, что случиться с Его Высочеством!

Цзюнь Цзю Чэнь и Гу Фэй Янь высказались одновременно.

После того, как принц Цзин заговорил, Ся Сяо Мань и Ман Чжун не осмелились больше откладывать и немедленно разбежались.

Взгляд Гу Фэй Янь, наконец, вернулся к сексуальной спине Цзюнь Цзю Чэня. Она очень нервничала, но не решалась больше задерживаться. Ей оставалось только собраться и быстро подойти к Цзюнь Цзю Чэню.

Его Высочество принц Цзин опустил голову. Даже когда она подошла ближе, она не могла видеть его лица. Но как только она оказалась вблизи, она увидела, что он слаб и почти без сил. Подойдя ближе, она остановилась и ахнула.

Боже, она действительно могла ощутить холод, исходящий от его тела.

В такой жаркой среде она действительно могла чувствовать идущий от него холод. Насколько ему было холодно?

Гу Фэй Янь запаниковала:

– Ваше Высочество, эта служанка – новая девушка-аптекарь Гу Фэй Янь. Вашу ситуацию мне объяснили, но не полностью. Вы можете подробнее описать болезнь для этой служанке? Хотя эта служанка не лекарь, я могу сочетать диагноз с рецептами.

Цзюнь Цзю Чэнь опустил голову, будто не хотел ее видеть, и сказал:

– Просто помоги этому принцу найти какое-нибудь первоклассное лекарство от простуды.

Гу Фэй Янь серьезно сказала:

– Ваше Высочество, не используйте лекарство небрежно! Если у вас есть какие-то скрытые недуги, поведайте этой служанке, и я никогда никому о них не скажу!

Цзюнь Цзю Чэнь не ответил. Он закрыл глаза и начал направлять свою ци на борьбу с холодом.

Гу Фэй Янь не понимала, что он имел в виду:

– Ваше Высочество?

Цзюнь Цзю Чэнь, казалось, игнорируя ее, продолжал пытаться рассеивать холод.

В глазах Гу Фэй Янь мелькнуло сложное выражение, и она решительно сказала:

– Пожалуйста, простите эту служанку… за неуважение, эта служанка должна немедленно спуститься в воду для проверки.

Ему было так холодно, что он больше не мог управлять своей внутренней ци, не говоря уже о задержке! Хоть он не сказал этого четко, ей, по крайней мере, нужно было выяснить, какая лекарственная руда находится в лекарственной ванне горячего источника, чтобы она могла подтвердить рецепт.

Едва закончив говорить, Гу Фэй Янь, не раздумывая, прыгнула в бассейн. Цзюнь Цзю Чэнь не ожидал подобного. Он оглянулся и увидел Гу Фэй Янь погружавшуюся в воду, но не способен был остановить её, даже если бы захотел. Поверхность воды была покрыта туманом, а вода в нем была мутной из-за лекарственного отвара, вскоре он уже не мог её видеть.

Что пыталась сделать эта женщина?

Знала ли она секрет на дне бассейна? Цзюнь Цзю Чэнь этому не верил.

В этот момент его защита была на самом минимуме. Даже слабый человек мог легко убить его. Он должен был немедленно вызвать охрану, но все же этого не сделал. Он смотрел на воду, настороженно выжидая.

На поверхности воды не было никакого движения. Цзюнь Цзю Чэнь не знал, где взял силы и холодно крикнул.

– Гу Фэй Янь!

В воде не было никакой реакции.

– Гу Фэй Янь!

Цзюнь Цзю Чэнь крикнул снова, на этот раз с большим трудом. Когда он собирался крикнуть в третий раз, Гу Фэй Янь внезапно появилась из воды. Казалось, она что-то придумала и явно была очень взволнована. Одной рукой она вытерла капли воды с лица, а другой что-то протянула ему.

– Ваше Высочество принц Цзин, вы видите, что это…

После того, как она закончила говорить, туман перед ней рассеялся, и она внезапно смогла ясно увидеть лицо Цзюнь Цзю Чэня. Она была ошеломлена!

Итак, выяснилось, что ее мужчина-бог был столь же красив, как гласили легенды!

Черты лица были четкими, как у скульптур, высеченных небесами. Независимо от того, были ли это брови, рот или нос, независимо от того, под каким углом, она не могла найти никаких изъянов. Его темные глубокие глаза создавали ощущение отчуждения, но аура, исходившая от его лица, была еще более холодной и отчужденной.

Хотя его лицо было бледным, а губы багровыми, это нисколько не сказалось на его красоте.

Как может существовать на свете столь красивый мужчина?

Гу Фэй Янь не была одержима внешностью и не кокетничала. Однако она все еще была ошеломлена. В то же время в ее сердце всплыло знакомое чувство.

Казалось, она где-то раньше видела такой взгляд и такие черты лица.

Это чувство близости было одновременно далеким и близким. Будто это случилось не так давно, но при этом и очень далеко. Она не могла сказать, видела ли его она сама, или его видела изначальная владелица, видела ли она его в этой или в прошлой жизни.

Чем больше она пыталась вспомнить, тем серьезнее выглядела. Даже она не знала, какими глупыми были ее глаза в тот момент.

Цзюнь Цзю Чэнь ненавидел такие взгляды. Хотя его голос был слабым, он был полон отвращения:

– Гу Фэй Янь, ты насмотрелась?

После такого вопроса Цзюнь Цзю Чэня, Гу Фэй Янь резко пришла в себя. Ей было крайне неловко!

Увидев отвращение в его глазах, она и правда испытала знакомое чувство. Она не знала, как объяснить, поэтому поспешно подплыла. Девушка даже не осмелилась встретиться с ним взглядом и только передала предмет в своих руках.

– Ваше Высочество, это лекарственная руда Алого Пламени. Она должна быть самым важным ингредиентом для вашей лечебной ванны в горячем источнике. Этот вид лечебной руды обладает непревзойденным эффектом лечения простуды. В сочетании с пурпурной полынью, белым горным имбирем, дурманом и дягилем, она не только помогает избавиться от простуды, но и способствует успокоению рассудка.

Цзюнь Цзю Чэнь был совершенно потрясен, когда увидел предмет в руке Гу Фэй Янь и услышал ее слова!

Надо было знать, что только он сам знал секрет этой лечебной руды Алого Пламени. Даже его самые доверенные подчиненные – Ман Чжун и Ся Сяо Мань, служившие ему столь долго знали только, что горячие источники обладали лечебными свойствами. Они не знали ключа этих эффектов, и тем более не знали правды о его «хронической простуде».

Менее чем за время, которое потребовалось, чтобы выпить чашку чая, как эта женщина вошла в источник, она не только смогла догадаться, что в воде есть лекарственная руда Алого пламени, но и смогла найти ее там! Насколько сильна она была? Сколько других способностей она скрывала, о которых он не знал?

Хотя аптекари не могли точно диагностировать болезнь, по виду, запаху и опросу, как только они получали нужный рецепт, они могли точно определить болезнь, которую лечили.

Могла ли эта женщина разгадать секрет «хронической простуды»?

Признаки жажды убийства мелькнули в глубоких и холодных глазах Цзюнь Цзю Чэня, когда он посмотрел на красный камень в руке Гу Фэй Янь!

Гу Фэй Янь не осмелилась посмотреть в глаза Цзюнь Цзю Чэню, поэтому она, естественно, ничего не заметила в его глазах. В этот момент она всего лишь хотела помочь ему как можно скорее выяснить причину неудачи лечебной ванны в горячем источнике.

– Ваше Высочество, я только что проверила и обнаружила, что в источнике все еще достаточно лекарственных руд Алого пламени. Однако эффективность на поверхности руды уже исчерпана, поэтому эффект очень медленный и влияет на лечебные эффекты всего источника. Я уже разбила несколько лечебных руд Алого Пламени, эффект очень скоро проявится. Пожалуйста, подождите еще немного, – у Гу Фэй Янь было серьезное выражение лица. На самом деле, она не разбивала лечебную руду на дне источника. Вместо этого девушка поместила лечебную руду в маленький треножник Царя Исцеления, и тот позаботился о максимальной скорости достижения лечебного эффекта.

Цзюнь Цзю Чэнь смотрел на ладонь Гу Фэй Янь, не говоря ни слова. Он изо всех сил сопротивляясь холоду, медленно протянул руку к Гу Фэй Янь.

Хотя он сделал этой неизвестной женщине несколько уступок, он не хотел делать ей послабления в этом вопросе...

Глава 51 – Ваше Высочество, пожалуйста, не надо...

Цзюнь Цзю Чэнь страдал не от «хронической простуды», а от холодного яда.

Это был самый большой секрет в его жизни, лечебная ванна в горячем источнике должна была только рассеять холод и защитить его жизнь. Несмотря на то, что ему снова и снова приходилось терпеть горький и пронизывающий кости холод, он не мог излечиться.

Цзюнь Цзю Чэнь не взял руду из рук Гу Фэй Янь. Он на мгновение вцепился в ее руку, а затем неожиданно, использовав оставшиеся силы, безжалостно прижал ее к себе.

– Ваше Высочество принц Цзин!

Гу Фэй Янь не могла понять ситуацию и сильно смутилась.

Цзюнь Цзю Чэнь должен был действовать немедленно, но на мгновение остановился. Когда он собирался что-то предпринять, он внезапно ощутил, как по его спине пробежал холодок, и все его тело неудержимо задрожало.

«Как такое могло случиться?»

Даже если лечебная ванна не удалась, он был уверен, что сможет пережить вспышку холода.

Ему никогда не было так холодно после вспышки болезни. В этот самый момент он не мог не задрожать. Он отчаянно желал тепла.

Гу Фэй Янь тоже очень удивилась:

– Ваше Высочество, что с вами случилось?!

Гу Фэй Янь долгое время пробыла в лечебном горячем источнике. Все ее тело было теплым, особенно ладони. В этот момент это стало роковым искушением для Цзюнь Цзю Чэня! Несмотря на то, что он изо всех сил старался сохранить свой рассудок, в конце концов, он все же утратил его. Инстинктивно он крепко обнял Гу Фэй Янь, чтобы согреться!

Все тело Гу Фэй Янь напряглось:

– Ваше Высочество, пожалуйста, не… отпустите меня. Просто подождите немного дольше, эффект лекарственной руды Алого Пламени скоро проявится.

В то время как она была в панике, она в полной мере ощутила холодность его тела. Будто все его тело постоянно источало холодный воздух. Его объятия, ощущались так, будто тебя окружала холодная аура! Ей пришлось признать, что она больше не могла этого выносить.

Вместо того, чтобы отпустить ее, Цзюнь Цзю Чэнь положил руку на талию Гу Фэй Янь и крепче обнял ее, будто хотел, заключив полностью ее тело в своих руках, поглотить все ее тепло.

– Ваше Высочество, отпустите.

– Ваше Высочество…

Запаниковав, Гу Фэй Янь начала сопротивляться, но у Цзюнь Цзю Чэня совершенно не осталось сил. Как только Гу Фэй Янь толкнула его, он ударился о край бассейна и не смог нормально держаться на поверхности. Вскоре все его тело начало тонуть.

– Ваше Высочество!

Гу Фэй Янь поспешила помочь ему подняться, но Цзюнь Цзю Чэнь инстинктивно обнял ее, как только она стала ближе. На этот раз Гу Фэй Янь не посмела вырываться. С большим трудом сопротивляясь холоду, она, наконец, поняла, что что-то не так.

Эффект лечебной ванны с горячим источником в основном восстановился. По логике вещей, состояние Его Высочества принца Цзина должно было начать улучшаться. Однако его нынешнее состояние явно ухудшилось!

Это означало, что лечебная ванна в горячем источнике больше не помогала против его болезни! Либо он принимал одну и ту же лечебную ванну в течение длительного времени, и его тело выработало к ней иммунитет, либо его состояние изменилось, и лечебная ванна в горячем источнике больше не оказывала лечебного действия.

Какова бы ни была причина, это было очень плохо!

Что ей делать?

Эта «хроническая простуда» была слишком странной. Даже если бы она знала рецепт, Гу Фэй Янь могла только сделать вывод, что он использовался для борьбы с простудой. Она не могла придумать ничего другого.

В этом случае лекарю было совершенно необходимо определить, подействовал ли рецепт.

Гу Фэй Янь была обеспокоена. Она собиралась позвать Ман Чжуна и Ся Сяо Маня, но остановилась.

Они могут не успеть найти придворного лекаря в нужное время.

Более того, в такой ситуации единственное, что мог сделать придворный лекарь – изменить рецепт. Лечебная руда Алого Пламени в сочетании с обычными лекарственными ингредиентами уже оказывали чрезвычайно сильный эффект в лечении простуды. Если это лекарство не могло его вылечить, другие обычные лекарственные ингредиенты были бы абсолютно бесполезны. Необходимо добавить еще лечебную руду.

Но где в столь критический момент найти другую лечебную руду? Даже если бы она могла ее найти, она не смогла бы немедленно использовать ее. Для двух разных типов руд требовался определённый ингредиент, иначе они были бы бесполезны. Более того, этот лечебный катализатор найти обычно было даже труднее, чем лечебную руду!

Что касается безопасности принца Цзина, Гу Фэй Янь не осмеливалась рисковать. Она задумалась на мгновение. Был только один способ сделать это.

В это время Цзюнь Цзю Чэнь снова задрожал. Несмотря на то, что он был погружен в лечебную ванну горячего источника, его тело было ледяным. Даже Гу Фэй Янь было трудно противостоять холодной энергии, идущей от всего его тела.

Гу Фэй Янь приняла решение на месте. Она взяла маленький треножник Царя Исцеления и несколько раз осторожно потерла его, призывая Божественное пламя Царя Исцеления. Даже в воде маленький треножник Царя Исцеления постепенно увеличился в размере, и в нем загорелось невидимое, бесцветное Божественное пламя.

Изготовление различных лекарственных материалов требовало разных температур. Божественное пламя Царя Исцеления имело градацию от первого до десятого уровня, чем выше уровень, тем выше температура пламени и тем больше тепла передаётся стенкам треножника. Одновременно тем больше становится треножник Царя Исцеления.

Гу Фэй Янь не так давно заключила контракт с маленьким треножником Царя Исцеления, поэтому она еще многого не знала о нем, и ей еще предстояло начать совершенствоваться. В лучшем случае она могла вызвать только третий уровень Божественного пламени Царя Исцеления.

Она использовала Божественное пламя первого уровня, чтобы согреть свое тело. Оно было определенно бесполезно против Его Высочества принца Цзина. Она также не знала, годятся ли второй или третий уровень. В ситуации, когда у нее не было другого выхода, она могла только попробовать.

Когда разгорелось Божественное пламя, маленький треножник Царя Исцеления начал медленно нагреваться. Только тогда Гу Фэй Янь оторвала от себя руки Цзюнь Цзю Чэня, позволив ему взять маленький треножник Царя Исцеления обеими руками. Цзюнь Цзю Чэнь явно находился без сознания, но все же был очень разборчив. Ему явно понравилась температура тела Гу Фэй Янь, поэтому он тут же выпустил маленький треножник Царя Исцеления и снова обнял ее.

Гу Фэй Янь была несколько ошарашена. Она снова потянула его за руку и, удерживая ее, поспешно вызвала Божественное пламя второго уровня. По мере того, как Божественное пламя продолжало разгораться, маленький треножник увеличивался в размерах.

Не было сомнений, что Цзюнь Цзю Чэню понравилась температура Божественного пламени второго уровня, поэтому он не ослабил хватку. Подождав некоторое время, Гу Фэй Янь ощутила, как холодная аура вокруг него постепенно ослабевает, но его тело все еще было таким же холодным, как и раньше.

Гу Фэй Янь запаниковала, когда поспешно призвала Божественное пламя третьего уровня. Если даже Божественное пламя третьего уровня не могло помочь принцу Цзину изгнать холодную ци из его тела, она не знала, что тогда делать.

Использовать свое сознание для управления маленьким треножником Царя Исцеления было непростой задачей.

Гу Фэй Янь потребовалось немало усилий, чтобы вызвать Божественное пламя третьего уровня. Когда загорелось Божественное пламя третьего уровня, маленький треножник Царя Исцеления продолжил расти, и бесцветное пламя в нем также постепенно стало сильнее.

Несмотря на то, что она держала треножник над руками Цзюнь Цзю Чэня, Гу Фэй Янь не могла выдержать жар. Ей оставалось только отпустить руки и с тревогой ждать. К счастью, этот огонь был достаточно теплым для Цзюнь Цзю Чэня! Гу Фэй Янь ясно ощутила, что холодная ци в его теле постепенно слабеет, и его тело тоже постепенно нагревается.

Сердце Гу Фэй Янь, которое было полно беспокойства, наконец, расслабилось.

Если что-нибудь случилось с этим ее мастером, она даже не осмеливалась представить, каковы были бы последствия.

Тело Цзюнь Цзю Чэня согревалось, но его сила постепенно слабела. Он оперся на ее спину, обеими руками обвивая ее талию и держа маленький треножник Царя Исцеления. Все его тело постепенно прижалось к ее спине, уткнувшись головой в ее плечо.

Ся Сяо Мань и Ман Чжун вернулись. Эти двое не знали, что происходило в воде. С их точки зрения они могли видеть, что спина принца Цзина обращена к ним, и он крепко держал Гу Фэй Янь в своих руках. Их лица были очень близко друг к другу, и казалось, что они о чем-то шепчутся.

Ся Сяо Мань и Ман Чжун остановились почти одновременно. Оба они были ошеломлены!

Его Высочество, это... он выздоровел?

Гу Фэй Янь была действительно способной!

К слову сказать, как Гу Фэй Янь попала в воду? Она упала сама, или Его Высочество затащил ее?

С этой точки зрения, как бы вы ни смотрели на это, выходило, что Его Высочество держал Гу Фэй Янь, а не Гу Фэй Янь хваталась за Его Высочество! Даже если Его Высочество в настоящее время был очень слаб, пока он не хотел, он мог в любой момент вызвать своих тайных охранников.

Следовательно, Его Высочество проявил инициативу!

Однако эта женщина была невестой Ци Юя. Также ходили слухи о том, что она была с Чэн И Фэем, так что Его Высочество не мог зайти так далеко! Для этого не было никаких причин!

Тогда почему?

После долгого обсуждения Ман Чжун, наконец, пробормотал про себя:

– Я знал это! Я знал это! Отношение Его Высочества к ней отличается, Его Высочество любит ее!

Ся Сяо Мань не хотел этому верить, но никак не мог опровергнуть…

Глава 52 – Мужчина-бог, богохульство недопустимо

После долгой дискуссии ни Ся Сяо Мань, ни Ман Чжун не были уверены, стоит ли им подойти и подтвердить ситуацию, или избежать ее.

Гу Фэй Янь не заметила, что Ман Чжун и Ся Сяо Мань вернулись. Выдерживая давление со стороны Цзюнь Цзю Чэня, она внимательно следила за температурой его тела.

Его холодная аура медленно таяла, она уже снизила Божественное пламя своего треножника Царя Исцеления до второго уровня и собиралась погасить его.

Надо было знать, что лечебная ванна в горячем источнике была очень теплой. Как только холодная энергия в теле принца Цзин рассеялась, она больше не могла продолжать использовать Божественное пламя Царя Исцеления. В противном случае, когда холодная энергия исчезнет, его тело опалит жаром и он окажется в большой беде.

С исчезновением Божественного пламени Царя Исцеления маленький треножник Царя Исцеления мгновенно сжался и приземлился на пояс Гу Фэй Янь. Руки Цзюнь Цзю Чэня схватили пустой воздух, и он в замешательстве начал искать маленький треножник Царя Исцеления на талии Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь была напугана и быстро потянулась к нему, чтобы схватить его руки и предотвратить его… случайные прикосновения! Этот трюк обманул его, и он быстро успокоился и прислонился к ней. Гу Фэй Янь с облегчением вздохнула. На ее сердце, наконец, полегчало.

Огромный зал Цин Лю погрузился в тишину, и весь мир, казалось, тоже затих.

Гу Фэй Янь спокойно выдержала давление за спиной и начала постепенно ощущать тепло тела Цзюнь Цзю Чэня. Когда холод рассеялся, его тело стало очень теплым.

Хотя запах лекарств был силен, она все еще чувствовала окутывающую ее неописуемую мужественность. Она даже не осмелилась повернуть головы, боясь, что если она это сделает, ее лицо будет прижато к его лицу. Они были очень близки, слишком близки, чтобы заставить людей фантазировать.

У нее возникли дикие фантазии!

Как она могла дать волю своему воображению?

Принц Цзин был человеком, обладающим как талантом, так красотой и властью, мужчиной-богом, которому поклонялись и кого боготворили миллионы людей. Однако самым важным было то, что он спас ее дважды. В глубине души она питала к нему большое уважение и привязанность, так как же она могла совершить такое кощунство?!

Говорят, что лекари не делают различий между полами. Пока это была болезнь, она, как аптекарь, должна воспринимать все так же! Несмотря на то, что ее сердце билось быстрее, Гу Фэй Янь все еще контролировала свои мысли.

Подождав некоторое время и убедившись, что холод не вернется, она, наконец, вырвалась из его рук и, поддерживая его, подтащила к берегу.

Именно в этот момент Ся Сяо Мань и Ман Чжун обнаружили, что их хозяин был без сознания! Оба они были потрясены, когда бросились к ним, один более злобный, чем другой.

– Гу Фэй Янь, что ты сделала с Его Высочеством?

– Гу Фэй Янь, что ты сделала? Что случилось с Его Высочеством?

Внезапное прибытие Ся Сяо Маня и Ман Чжуна напугало Гу Фэй Янь. Она нырнула в воду, оставив на поверхности лишь голову. Ее тон был жестче, чем у них.

– О чем вы тут бормочете? Разве вы не видите, что Его Высочество уже выздоровел? Он просто без сознания. Почему бы вам не отнести его в спальню? Это лекарство на тридцать процентов яд, вы все вдохнули его столько, что оно практически отравило нас всех!

– Девушка-аптекарь Гу, Его Высочество действительно в порядке?

– Девушка-аптекарь Гу, есть ли проблема с рецептом? Или проблема с водой в источнике?

У Гу Фэй Янь не было времени ответить, она могла только напомнить:

– Поторопитесь и отнесите Его Высочество обратно в его комнату. Он только что поправился и все еще очень слаб. Он должен быть осторожен, чтобы не простудиться. Одному из вас нужно быть начеку, а другой, пожалуйста, идите во дворец, чтобы найти придворного лекаря. Состояние Его Высочества, вероятно, изменилось, поэтому мы не можем больше хранить это в секрете. Мы должны найти придворного лекаря для обследования!

Разве это не была проблема рецепта? Изменилось ли его состояние? Как Гу Фэй Янь помогла Его Высочеству выздороветь? Почему Его Высочество обнимал ее только что?

Несмотря на то, что они были полны подозрений, Ся Сяо Мань и Ман Чжун не осмелились задержаться ни на минуту. Они поспешно вынули толстую, просторную и теплую меховую мантию и унесли принца Цзина.

Убедившись, что они ушли, Гу Фэй Янь, наконец, выбралась из воды!

Если бы не прибытие Ман Чжуна и Ся Сяо Маня, она бы даже не поняла, что все ее тело насквозь промокло. Она пришла в спешке и даже оставила ватную куртку в резиденции Минъюэ. На ней было белое платье, которое стало просвечивать, как только она вышла из воды!

Гу Фэй Янь огляделась и вскоре обнаружила на вешалке одежду принца Цзина и его большой плащ.

Ей очень повезло!

Гу Фэй Янь огляделась, чтобы убедиться, что никого рядом нет, прежде чем быстро выбраться из горячего источника. Она схватила плащ Цзюнь Цзю Чэня и поспешно ушла, не заметив буддийских бус, висящих на вешалке для одежды. Всего в нитке было сто восемь бусин, каждая из которых была маленькой и изысканной, темно-коричневого цвета. Все они были сделаны из благовонного агарового дерева. Сильный запах лекарств полностью заглушил их аромат.

Гу Фэй Янь поспешно вернулась в резиденцию Минъюэ, переоделась и заснула на кровати. Она не сдержавшись несколько раз чихнула. В этот момент ее сердце все еще бешено колотилось. Она явно спасла его, и принц Цзин даже «непреднамеренно» воспользовался ей. Почему она так нервничала из-за этого, разве она совершила что-то плохое, если ей кто-то воспользовался?

Ей потребовалось время, чтобы успокоиться. Она просто чувствовала, что все, что только что произошло, было всего лишь сном, а эти теплые объятия тем более были фантазией.

Бог знает, когда пришли Ся Сяо Мань и Ман Чжун, и что они видели? К счастью они не видели истины под водой, иначе она не знала, как все объяснить. Его Высочество принц Цзин наверняка спросит, когда проснется? Она не хотела так просто рассказывать о маленьком треножнике Царя Исцеления.

Гу Фэй Янь настолько глубоко погрузилась в мысли, что не заметила, как вскоре заснула.

На следующий день в полдень, когда Гу Фэй Янь все еще приходила в себя ото сна, Ман Чжун постучал в ее дверь и сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, Его Высочество принц Цзин желает тебя видеть!

Гу Фэй Янь быстро привела себя в порядок и пошла открывать дверь. Она серьезно спросила:

– Стражник Ман, придворный лекарь уже приходил?

Ман Чжун покачал головой. Гу Фэй Янь хотела спросить еще, но Ман Чжун сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, пожалуйста. Его Высочество не любит ждать.

У Гу Фэй Янь возникли подозрения. Насколько большим секретом была «хроническая простуда» Его Высочества? Его болезнь уже изменилась, так почему он не вызвал придворного лекаря? Учитывая нынешнее состояние Ман Чжуна, он, вероятно, уже получил урок.

Что касается столь опасного для жизни вопроса, Ман Чжун и Ся Сяо Мань даже не знали о существовании лечебной руды Алого пламени? Гу Фэй Янь слабо чувствовала, что все не так просто, как она представляла. Она узнала секрет, так что принц Цзин, должно быть, очень несчастен, верно?

Она не стала усложнять жизнь Ман Чжуну, а широкими шагами просто следовала за ним.

Когда они подошли ко входу в спальные покои, Ман Чжун не последовал за Гу Фэй Янь. Он только сказал, что принц Цзин внутри, и позволил ей войти одной.

Как только Гу Фэй Янь вошла, дверь закрылась.

Она была поражена не по какой иной причине, кроме темноты перед ее глазами. Она не могла открыть двери или окна, она не могла даже зажечь ни единой лампы.

Хотя принц Цзин выглядел немного одиноким и холодным, он не был мрачным человеком. Почему в спальне было так темно?

– Ваше Высочество? Ваше Высочество принц Цзин? Ваше Высочество, вам лучше?

Гу Фэй Янь попыталась нащупать дорогу, но было слишком темно, и она продолжила идти. Однако очень скоро она увидела свет. Продолжая двигаться вперед, она была потрясена прекрасным пейзажем, представшим перед ее глазами. Она действительно видела звезды и луну.

На потолке был вставлен круглый белый нефритовый кристалл вроде нефритовой пластины, похожий на яркую луну. На четырех стенах были инкрустированы маленькие нефритовые кристаллы, сверкающие, словно звезды. Эта «яркая луна» излучала теплый нефритовый свет, а звезды были яркими и сияющими. С каждым шагом Гу Фэй Янь чувствовала себя так, будто идет по звездному небу.

– Как прекрасно!

Пробормотала она про себя, больше не чувствуя, что это место было мрачным. Только в полной темноте можно было видеть звездный свет!

Гу Фэй Янь продолжила идти вперед. Вскоре она увидела мужчину, стоящего перед ней у стены. Это был никто иной, как принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь...

Глава 53 – Она была ошеломлена, и он тоже был ошеломлен

Цзюнь Цзю Чэнь совсем не был похож на человека, который прошлой ночью перенес серьёзную болезнь. Прямая фигура, издалека излучала чувство собственного достоинства и гордого величия.

Стоя лицом к стене, заложив одну руку за спину, он другой играл с куском нефритового кристалла, похожего на звезду, и, казалось, о чем-то размышлял.

Красивые мужчины были по-настоящему красивы, просто стоя в одиночестве.

Гу Фэй Янь почему-то казалось, что он стал одним целым с луной и звездами, будто был частью прекрасного пейзажа. Он не казался таким холодным, как обычно, но излучал неописуемое ощущение спокойствия.

Гу Фэй Янь приблизилась, ее шаги были очень легкими, у нее не хватило духу нарушить это спокойствие. Она сложила руки в приветствии и тихо сказала:

– Девушка-аптекарь Гу Фэй Янь, выражает свое почтение Его Высочеству принцу Цзину.

Встреча вчера вечером была слишком внезапной, возможно, только сейчас ее можно было считать официальной. Гу Фэй Янь подумала, что, поскольку она была выбрана Ся Сяо Манем, то принц Цзин сначала спросит о ее личности и скажет несколько слов.

Но он этого не сделал!

Возможно, он уже знал о ее личности от Ся Сяо Маня, а возможно, его вообще не волновала ее личность. Казалось, он уже молчаливо признал тот факт, что она стала аптекарем резиденции принца. Его внимание все еще было приковано к нефритовой звезде, и он холодно спросил:

– Что случилось прошлой ночью?

Вопрос был довольно интересным. Он не сказал, что он запомнил, и не спросил ее о конкретных деталях. Это было простым – «что случилось», но с неявным намеком на искушение.

Хотя Гу Фэй Янь узнала о его секрете и была немного обеспокоена, она по-прежнему сохраняла свой серьезный настрой.

– Ваше Высочество, эта служанка не смогла определить вашу болезнь, но правда в том, что ваша болезнь, похоже, изменилась, и вы должны лечить её как можно скорее. Этот служанка первоначально подумала, что лечебные эффекты лекарственной руды Алого Пламени не проявились. Ведь после того, как ее действие прекратилось, ваше состояние продолжало ухудшаться. Это доказывало, что первоначальный рецепт больше не работал, и я должна составить новый рецепт как можно скорее.

Цзюнь Цзю Чэнь не торопился и холодно спросил:

– Поскольку рецепт неэффективен, как я излечился?

Хотя Гу Фэй Янь не хотела обманывать этого бога-мужчину, но у нее не было другого выбора.

Она уже давно придумала отговорку:

– Вчера, когда я разбила всю лечебную руду Алого Пламени на куски, можно сказать, что эффективность лечебной ванны в горячем источнике достигла своего пика, но Ваше Высочество все же не смог восстановиться даже немного. В прошлом, когда Ваше Высочество болел, принятие лечебной ванны могло быстро облегчить состояние. Но вчерашняя ситуация, Ваше Высочеству, тоже должно быть очень ясной, ее можно было рассматривать только как совпадение. Поскольку состояние Вашего Высочества изменилось, обратитесь к лекарю как можно скорее, иначе последствия будут катастрофическими!

Гу Фэй Янь подумала, что это невозможно опровергнуть. Как бы то ни было, состояние принца Цзина действительно изменилось. Даже если бы пришел лекарь, он не смог бы опровергнуть ее слова, не говоря уже о принце Цзине.

Однако Цзюнь Цзю Чэнь спросил:

– Тогда что я обнимал прошлой ночью? Если этот принц правильно помнит, эта штука должна была помочь мне развеять простуду, верно?

Он вложил нефритовую звезду в своей руке в стену и повернул голову. Его холодный взгляд остановился на глазах Гу Фэй Янь, будто он хотел увидеть ее мысли.

Гу Фэй Янь была так удивлена, что не могла скрыть ошеломленное выражение.

Его Высочество принц Цзин действительно помнил об этом!

Цзюнь Цзю Чэнь сразу же заметил испуганное, несколько взволнованное выражение Гу Фэй Янь, и стал еще более уверен, что его предположение было правильным. Причина, по которой он выздоровел вчера, определенно была не в лекарственной руде Алого пламени.

Его воспоминания были в значительной степени такими же, как и то, что объяснила Гу Фэй Янь, и он понятия не имел, что произошло после. Однако у него сложилось впечатление, что он взял какую-то очень теплую вещь. Похоже, что именно этот маленький предмет рассеял холодную ци в его теле, а не лекарственная руда Алого Пламени.

Цзюнь Цзю Чэнь ничего не сказал. Он смотрел в глаза Гу Фэй Янь и ждал, пока она ответит. Его ледяной взгляд, казалось, мог проникнуть в сердце любого.

Гу Фэй Янь больше не могла этого вынести и быстро избежала его взгляда.

Это действие еще раз подтвердило предположение Цзюнь Цзю Чэня. Его тон стал жестким:

– Что это было?

Даже если Гу Фэй Янь не смотрела на него, она все равно ощутила давление. Она опустила голову и ответила:

– Эта служанка… Эта служанка не осмеливается сказать.

Цзюнь Цзю Чэнь был озадачен. Она узнала о его секрете, но осмелилась говорить в такой праведной манере и убеждала его обратиться к лекарю. Какую вещь он использовал? Не осмеливается сказать?

Он нарочно наклонился и повернул голову, чтобы посмотреть на нее, холодно сказав:

– Девушка-аптекарь Гу, не позволяй этому принцу спрашивать тебя в третий раз!

Гу Фэй Янь продолжая избегать его взгляда, опустилась на колени.

– Ваше Высочество принц Цзин, простите мой грех! Ваше Высочество вчера вечером ничего не держал, это была… это была… это была эта служанка!

– Чего?!

На ледяном лице Цзюнь Цзю Чэня появилось выражение, которого раньше никто никогда не видел!

Гу Фэй Янь боялась, что он может заподозрить ее, поэтому она поспешно добавила:

– Ваше Высочество, простите меня! Эта слуга вошла в воду только для того, чтобы найти лечебную руду Алого Пламени. Когда эта служанка отдала руду Алого Пламени Вашему Высочеству, Ваше Высочество… Ваше Высочество…

Виноватое сердце Гу Фэй Янь было явно более полно стыда, чем смущения, но пока она говорила, ее лицо не могло не покраснеть, а уши полыхали все жарче.

– Ваше Высочество...

Гу Фэй Янь больше ничего было сказать, так что она с тревогой пробормотала:

– Позже, Ваше Высочество, крепко держал эту служанку за руки. Эта служанка… это было благословением для этой служанки, что она смогла согреть тело Вашего Высочества и защитить вас от холода. Эта служанка никогда бы не посмела обидеть вас, тем более оскорбить. Я надеюсь, что Ваше Высочество сможет отнестись развеиванию к этой служанкой, вашей простуды, как к заслуге, и пощадить эту служанку! Эта служанка обещает держать язык за зубами и никогда никому не скажет ни единого слова по этому поводу!

Гу Фэй Янь не осмелилась сказать больше после того, как сказала это. Было бы ошибкой говорить лишнее перед этим мужчиной.

Она не знала, насколько принц Цзин поверил ей, и не осмелилась поднять голову, чтобы посмотреть на него. Ее сердце бешено колотилось!

Цзюнь Цзю Чэнь нахмурился, изо всех сил стараясь вспомнить.

Излишне говорить, что у него было некоторое впечатление о том, о чем  говорила Гу Фэй Янь. Тогда он заключил эту женщину в свои объятия, потому что хотел убить. А потом...

Он долго вспоминал. Казалось, что случившееся с ним произвело на нее какое-то впечатление, но сказанное все же не было правдой.

Он не поверил всему, но промолчал.

Изначально тихий зал стал еще тише. Ярко сияли только лунный свет и свет звезд.

Чем больше он ждал, тем тише становилось.

Чем больше она ждала, тем больше волновалась. Она боялась, что принц Цзин вспомнит о ее маленьком треножнике Царя Исцеления.

Дело было не в том, что ее сердце было недостаточно сильно, а в том, что аура Цзюнь Цзю Чэня была просто слишком сильна. Он спокойно стоял там, не злясь. Большинство людей не выдержали бы этого. Было уже неплохо, что Гу Фэй Янь была в состоянии вот так солгать.

В конце концов, Гу Фэй Янь не осталась спокойной и взяла на себя инициативу сменить тему.

– Ваше Высочество, лечебная руда Алого Пламени уже является лекарством высшего класса для рассеивания холода. Никакая другая трава или лекарство не смогут сравниться с ее эффективностью. Эта служанка ничего не знает о симптомах «хронической простуды», но если эта служанка не ошибается, то по новому рецепту придется искать другую лечебную руду сочетаемую с лечебной рудой Алого Пламени, а для одновременного использования двух разных лечебных руд определенно потребуется лекарственный катализатор.

Гу Фэй Янь немного подождала, но, поняв, что принц Цзин не прерывает ее, продолжила:

– Эта служанка провела довольно много исследований лечебной руды от простуды и готова полностью сотрудничать с придворным лекарем, чтобы помочь Вашему Высочеству создать другой рецепт. Он возможно… уравновесит все их достоинства и недостатки! Независимо от того, будь то эти лечебный руды или целебные травы, их будет нелегко найти. Надеюсь, что Ваше Высочество передумает и как можно скорее найдет лекаря и обратится за рецептом!

Глава 54 – Только между тобой и мной

Было неизвестно, поверил ли Цзюнь Цзю Чэнь словам Гу Фэй Янь, но он все-таки заинтересовался новым рецептом. Наконец, он сказал:

– По твоему мнению, какой тип руды мы должны использовать с лечебной рудой Алого пламени? И что должно стать лекарственным катализатором?

Когда принц Цзин заговорил, Гу Фэй Янь, наконец, вздохнула с облегчением.

Она подняла голову, ее розовое лицо было наполнено серьезностью:

– Насколько я знаю, кроме лекарственной руды Алого Пламени есть три типа лечебных руд, рассеивающих простуду. Различные комбинации, разные лекарственные катализаторы. Эта служанка не является лекарем, так что в этой ситуации мне все еще нужен лекарь, чтобы поставить диагноз и прописать лекарство. Эта служанка может только дать вам рекомендации по рецепту.

Цзюнь Цзю Чэнь задумчиво посмотрел на нее.

– Ты всего лишь девушка-аптекарь, откуда у тебя такие навыки?

В этот момент Гу Фэй Янь охватило знакомое чувство. Она подумала о убийце Вонючем айсберге, который тоже смотрел на нее так же раньше, и спрашивал то же.

Хотя Гу Фэй Янь чувствовала, что личность убийцы Вонючего айсберга была похожа на личность принца Цзина, она никогда не включала Цзюнь Цзю Чэня в список подозреваемых. Втайне девушка думала, что ей следует найти возможность узнать, какой из принцев имел темперамент, похожий на принца Цзина.

Ответ Гу Фэй Янь был таким же, как и раньше, она сказала:

– Я унаследовала от своих предков старинные записи по аптекарскому искусству, и после нескольких лет изучения они принесли большую пользу, но я не так хороша в сравнении с аптекарями имперской аптеки.

Уголки рта Цзюнь Цзю Чэня поднялись в улыбке, и он холодно сказал:

– Этот принц даст тебе три дня, чтобы составить новый рецепт, который будет более эффективен, чем лечебная руда Алого пламени.

Хотя Гу Фэй Янь знала, что это секрет, она все равно была очень удивлена и серьезно сказала:

– Ваше Высочество, вы не должны! Без диагноза лекаря эта служанка не осмелится случайно прописать лекарство! Правильное лекарство – это исцеление, неверное лекарство – яд!

– Этому принцу нужно просто рассеять простуду, – Цзюнь Цзю Чэня, казалось, не волновала опасность этой болезни, и он холодно добавил: – Тебе не о чем беспокоиться.

– Но Ваше Высочество…

– Если хочешь остаться во дворце принца, знай, что этот принц не любит назойливых людей!

В глазах Гу Фэй Янь мелькнуло сложное выражение. В конце концов, она не осмелилась спросить, а только сказала:

– Эта служанка подчиняется приказу.

Было множество способов развеять простуду! При простуде, вызванной разными причинами, рецепты использовались по-разному. У Гу Фэй Янь возникло слабое ощущение, что Его Высочество принц Цзин, похоже, хотел изгнать холод, чтобы защитить свою жизнь, а не лечить болезнь.

Другими словами, ему нужно было лекарство, которое не избавилось бы от корня болезни. Но какой лекарь дал раннее ему этот рецепт? Почему он не нашел того лекаря?

Здесь должен быть секрет, огромный секрет!

Пока Гу Фэй Янь впала в глубокое раздумье, Цзюнь Цзю Чэнь вдруг присел на корточки и посмотрел ей в глаза. Гу Фэй Янь была поражена. Она подумала, что он что-то заподозрил, но услышала его низкий и холодный голос:

– Гу Фэй Янь, помни, это дело, только между мной и тобой. Как только случится утечка...

Цзюнь Цзю Чэнь не продолжил фразу, холодно взглянув на Гу Фэй Янь. Его глаза были такими холодными, что казалось, могли заморозить любого, взглянувшего на него даже за тысячу миль!

Хотя Гу Фэй Янь и была напугана, она все же воспользовалась возможностью, чтобы сказать:

– Ваше Высочество, эта служанка готова сохранить все в секрете и помочь вам с лекарством, чтобы рассеять простуду. Эта служанка обещает никому не рассказывать об этом, и сделает все, что в моих силах, только может Ваше Высочество через три месяца оставить эту служанку при себе.

Три месяца. Не коротко, но и недолго.

Если три месяца спустя, она покинет дворец принца Цзина, ей при любом исходе придется столкнуться с семьей Ци и принцессой Хуай Нин. В этом пугающем и опасном для жизни мире, прежде чем она станет достаточно сильна, чтобы самой кому-то покровительствовать, ей нужно было найти себе покровителя, чтобы обеспечить собственное выживание!

Она не знала, о чем думал Цзюнь Цзю Чэнь, но его взгляд по-прежнему был холодным и безмятежным. Он долго смотрел на Гу Фэй Янь, а затем холодно сказал:

– Мы обсудим это через три месяца.

Он встал и ушел.

Однако Гу Фэй Янь была приятно удивлена. Она подумала, что, поскольку Его Высочество принц Цзин не отказался, это хороший знак. Девушка молча подбадривала себя. Ей необходимо усердно работать!

Гу Фэй Янь хотела уйти, но когда увидела, что спина принца Цзина медленно расплывается в темноте, девушка остановилась и почувствовала необъяснимую боль в своем сердце.

Как может существовать в этом мире больной человек, не желающий излечиться?

Сколько ему было лет, когда он заболел? Что могло заставить его столько лет терпеть пронизывающий до костей холод? Если бы не эта «хроническая простуда», стало бы его настроение немного теплее? Он был таким красивым мужчиной, насколько он стал бы красивее, если бы потеплел?

Она ясно понимала, что чем больше знала, тем опаснее это было, но не могла не желать узнать больше.

Гу Фэй Янь так погрузилась в обдумывание самых разных вопросов, и только когда мимо прошел слуга, она пришла в себя и в спешке ушла.

Она вернулась в павильон Минъюэ и, закрыв двери, без отдыха занялась обдумыванием рецепта. В конце концов, лекарственную руду было трудно найти, а состояние Его Высочества изменилось. Чем раньше вы найдёте её, тем меньше риск.

Гу Фэй Янь потратила три дня, чтобы придумать три рецепта. Эти три рецепта соответствовали сочетанию трех различных лекарственных руд для рассеивания холода и лечебной руды Алого пламени, а также важнейших лекарственных ингредиентов. Хотя принц Цзин хотел только развеять простуду, у нее было много мыслей. Например, после ее изгнания он мог бы согреть свои меридианы, а так же минимизировать побочные эффекты лекарственных руд.

Раним утром Гу Фэй Янь, завернувшись в старую ватную куртку, ждала у входа в спальню принца Цзина. К тому времени, как он, наконец, вышел, она почти превратилась в ледышку.

– Ваше Высочество, Ваше Высочество...

Гу Фэй Янь быстро шагнула вперед и уже собиралась открыть рот, но, не сдержавшись, чихнула. Она быстро смущенно отвернулась. Убедившись, что ее больше не тянет чихать, она повернулась и, передав рецепты, серьезно сказала:

– Ваше Высочество, это рецепты, которые вам нужны. Эффект от этих трех рецептов не слишком различается, он одинаков. Ингредиенты нелегко найти. Я надеюсь, что Ваше Высочество не задержит поиски. Если вы найдете лекарство раньше, тогда риск станет меньше.

Девушка не пользовалась пудрой, ее щеки и кончик носа покраснели от холода. Она не была красавицей, но когда становилась серьезной, у нее появлялось неописуемое очарование.

Цзюнь Цзю Чэнь долго смотрел на нее, но ничего не сказал.

Гу Фэй Янь, не поняв в чем дело, запаниковала.

– Ваше Высочество…

Цзюнь Цзю Чэнь оправился от шока, взял рецепты и, прочитав их один за другим, сказал:

– Тебе не стоит беспокоиться о поиске лекарственных трав.

Гу Фэй Янь просто кивнула. Она подумала, что, поскольку Его Высочество принц Цзин смог добыть так много лечебных руд Алого пламени, ему не составит большого труда найти прочие руды. Поскольку он так сказал, у него должны быть связи.

Цзюнь Цзю Чэнь собирался уйти, но остановился и позвал Ся Сяо Маня:

– Выдай девушке-аптекарю Гу десять тысяч золотых. Кроме того, с сегодняшнего дня ты не должен отдавать ей приказы, все вопросы о лекарствах будут в ее ведении.

Полностью ли доверял ей Его Высочество? И он, и Ман Чжун ничего не понимали в рецептах, но эта маленькая девочка знала все!

И десять тысяч золотых!

Разве это не слишком экстравагантно? Месячная зарплата Гу Фэй Янь в императорской аптеке составляла всего пятьдесят золотых монет. Эти десять тысяч золотых – более десяти лет работы Гу Фэй Янь!

Ся Сяо Мань четко осознал, что его статус самого важного человека в особняке принца Цзина находится под угрозой!

Даже после того, как Цзюнь Цзю Чэнь ушел, она все еще не осознавала, что до сих пор не поблагодарила его.

Счастье пришло слишком внезапно!

Глава 55 – Лечебная диета, быть бдительной

Гу Фэй Янь была погружена в счастье, пока Ся Сяо Мань завидовал, ревновал и был обижен.

Он строго отругал ее:

– Гу Фэй Янь, почему ты до сих пор не поблагодарила Его Высочество?

Только тогда Гу Фэй Янь пришла в себя. Она медленно изогнула губы в лукавой улыбке. Несмотря на то, что Его Высочество принц Цзин уже ушел, она все еще с несравненной искренностью выразила свое почтение в направлении его ухода!

За такую доброту его, конечно, стоило поблагодарить.

Принц Цзин определенно был ее счастливой звездой. Это не было ошибкой.

Хотя Ся Сяо Мань ощущал крайнее нежелание, он все-таки извлек банкноты на десять тысяч золотых и отдал их Гу Фэй Янь. Но держась за свою гордость, он преподал ей странный урок.

– Девушка, вопрос о лекарственных рецептах связан с безопасностью принца Цзина. Ты должна быть осторожна, не недооценивай их и не пренебрегай ими!

Гу Фэй Янь еще не успевшая свести с ним счеты, рассердилась, услышав слово «девушка». Она холодно взглянула на него и сказала:

– Недоверчивый щенок!

– Ты! – выражение лица Ся Сяо Маня сразу изменилось.

Гу Фэй Янь не собиралась играть с ним, поэтому серьезно сказала:

– Мне придется побеспокоить евнуха Маня, чтобы перечислить лекарственные травы, которые были использованы вчера и проверить запасы в павильоне Медицины. Говорю это в последний раз, с этого момента, будь то твои покупки или травы, присланные императорской аптекой, я должна лично проверить все. Более того, если это лекарство, используемое Его Высочеством, выбор трав, приготовление, и последующая отправка, будут сделаны лично мной!

Теперь, когда она пользовалась доверием принца Цзина, Гу Фэй Янь поклялась себе, что возьмет на себя ответственность за все это и никогда не даст настоящему преступнику ни единого шанса!

Столкнувшись с просьбой Гу Фэй Янь, Ся Сяо Мань усмехнулся.

– Хм, если не эта девушка выполнит всю работу, кто еще её сделает?

И снова «девушка»!

Глаза Гу Фэй Янь тут же сузились. Увидев это, Ся Сяо Мань немедленно развернулся и сбежал!

Помимо неверия в то, что принцу Цзину нравилась Гу Фэй Янь, Ся Сяо Мань на самом деле был вполне убежден в прочем. Он хорошо сотрудничал со всем, с чем нужно было сотрудничать.

Гу Фэй Янь потребовалось два дня, чтобы узнать все, что ей нужно было знать. Она также добавила все необходимые ей лекарственные ингредиенты. Резиденция принца Цзина не была имперской аптекой. Гу Фэй Янь отвечала только за лекарства принца Цзина, так что ей нечего было делать. Если Его Высочество принц Цзин не был болен и не использовал особую лечебную диету, тогда Гу Фэй Янь была вполне свободна.

Когда она закончила, она сказала Ся Сяо Маню, что пойдет по магазинам, чтобы купить зимнюю одежду.

У изначальной владелицы было всего две пары обуви и два комплекта одежды. Они не только не защищали от холода, но еще были старыми и поношенными. Теперь, когда девушка принадлежала к резиденции принца Цзина, несмотря ни на что, она не могла опозорить Его Высочества! Однако покупка одежды была второстепенной, самой важной была покупка лекарственных трав. Потому что она была связана с развитием маленького треножника Царя Исцеления.

Было два способа развития маленького треножника Царя Исцеления. Первый метод заключался в развитии духовного сознания контрактника, что увеличивало его контроль над маленьким треножником Царя Исцеления, увеличивало скорость сбора лекарственных ингредиентов и призывало Божественное пламя более высокого уровня. Второй метод расширить пространство маленького треножника Царя Исцеления, посадив определённые лекарственные травы и открыв неизведанные области.

Поскольку она переродилась, это все еще было связано с аптекарским ремеслом. Конечно, Гу Фэй Янь должна была должным образом развивать свой маленький треножник Царя Исцеления. Кроме того, ей всегда казалось, что замыслы ее мастера против нее, позволившие ей переродиться на Континенте Глубинного Царства, не были связанны с ее контрактом с маленьким треножником Царя Исцеления.

Если бы она могла развить этот маленький треножник Царя Исцеления до совершенства, как ее мастер Бай И, она могла бы узнать правду о своем перерождении и выяснить, кем она была на самом деле!

Менее чем за полчаса Гу Фэй Янь купила три комплекта простой, но удобной одежды, пополнила запас некоторых часто используемых лекарственных ингредиентов, а потом, с оставшимися девятью тысячами золотых монет, посетила несколько известных залов медицины государства Тяньянь. Тщательно отобрав семена трёх драгоценных лекарственных трав, она засадила ими три новых участка в маленьком треножнике Царя Исцеления, в области лекарственных полей.

Как только эти драгоценные травы будут выращены, она сможет обменять их на другие драгоценные травы. Со временем она сможет постоянно открывать лекарственные поля, пополняя запасы лекарственных трав и иногда продавая их. Ей не придется беспокоиться о том, что она окажется на мели.

Купив лекарство, Гу Фэй Янь пошла в чайную и расспросила о двух вещах: о Ледяном море и о нескольких первых принцах во дворце.

Поспрашивав вокруг, она обнаружила, что два слова «Ледяное море» были практически табу, и лишь немногие люди были готовы их упомянуть. Что касается «Духовного Царство Ледяного Моря», о нем знало еще меньше народу. Надо сказать, она была крайне разочарована.

Что касается принцев, об их положении было очень легко узнать. Она выбрала чайную, наградила рассказчика тремя золотыми монетами, заказала чашку хорошего чая и села послушать.

От первого старшего принца Цзюнь Яо Шэна до младшего, наследного принца Цзюня Цзы Цяня, особо известного своей скромностью.

В конце концов, основываясь на росте, темпераменте, боевых искусствах, местонахождении и отношениях между ним и Чэн И Фэем, Гу Фэй Янь определила, что подозреваемым был восьмой принц, Цзюнь Хань Инь.

У восьмого принца был холодный и отчужденный характер. Он был умен и проницателен и не зарился на трон. Он занимал высокое положение в императорском дворе и был в хороших отношениях с Чэн И Фэем. Самым важным было то, что его боевые искусства были чрезвычайно высоки, и он не жил во дворце круглый год, предпочитая, скрыв свою личность, бродить по миру боевых искусств. Эти обстоятельства были очень схожи с тем Вонючим Айсбергом.

Хотя Гу Фэй Янь не особо доверяла рассказчику, у нее всё-таки возник план. Если она снова столкнется с тем Вонючим Айсбергом, то сможет проверить все на нем.

Днем Гу Фэй Янь вернулась в резиденцию принца. Она переоделась в новую одежду и привела себя в порядок, а затем села перед зеркалом и серьезно посмотрела на себя. Изначальная владелица выглядела так же, как и она. После переодевания девушке, если честно показалось, что это тело изначально принадлежало ей.

Как раз перед тем, как Гу Фэй Янь собиралась отдохнуть, прибыл кто-то из императорского дворца. Человек сказал, что вдовствующая императрица послала лечебную еду и велела направить за той кого-нибудь в имперскую аптеку.

Лечебное еду?

Когда Гу Фэй Янь услышала эти два слова, она сразу насторожилась!

Лечебные блюда – это как лекарство, так и еда, лекарственные травы и нужные пищевые добавки, не столько лечат, сколько питают организм, предотвращая возможность заболеть.

Уважаемая вдовствующая императрица уделяла большое внимание поддержке здоровья и часто собирала большую группу придворных лекарей и аптекарей для изучения лекарств и рецептов лечебного питания. Она не только наслаждалась этим сама, но и любила награждать лечебными блюдами не только членов императорской семьи, но и членов семей влиятельных чиновников. Если имперская аптека сама готовила и отправляла рецепт, он принадлежал совершенно секретным рецептам. Если кто-то мог получить его в имперской аптеке, то это был открытый рецепт. Бывали так же пакеты с едой и рецептом, которые по возвращении, было желательно приготовить самостоятельно.

Это была хорошая возможность для практики. Предпримет ли что-нибудь настоящий убийца?

Гу Фэй Янь надеялась, что настоящий преступник сделает ход. В конце концов, настоящего преступника можно будет раскрыть, только если тот сделает шаг.

Гу Фэй Янь не стала медлить и лично отправилась в имперскую аптеку.

Только она вошла, как увидела на главном дворе имперской аптеки длинную очередь. Слуги со всех дворцов выстроились в очередь, чтобы получить лечебную еду в приемной.

Все заметили ее и оглянулись. Хотя их взгляды не были дружелюбными, и даже хватало пренебрежительных, все они ограничивались «взглядами». Даже такой человек, как Вэнь Юй Жоу, ненавидевшая ее до мозга костей, не осмелилась подойти и создать ей проблемы.

Она вспомнила, что два предыдущих раза ее окружали люди, оскорблявшие и обвинявшие ее в чем-то. По сравнению с этим временем Гу Фэй Янь по-настоящему ощутила силу своего великого покровителя – резиденции принца Цзина.

Хотя она не возражала против мнения других, она была рада, что ей создавали меньше проблем и высказывали меньше обвинений. В своем сердце она еще раз молча поблагодарила своего мужчину-бога… Цзюнь Цзю Чэня.

Резиденция принца имела особые привилегии и она не нуждалась в том, чтобы стоять в очереди.

Очень скоро подбежала девушка-аптекарь и довольно вежливо сказала:

– Аптекарь Гу, пожалуйста, пройдите сюда, чтобы получить свою лечебную еду.

Гу Фэй Янь ушла, а две фигуры, прятавшиеся в углу, вышли на свет. Это были не кто иные, как принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан...

Глава 56 – У пакета с травами большая проблема

Принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан пришли в императорскую аптеку, не только чтобы дождаться Гу Фэй Янь, но и по своим делам.

Глядя на спину Гу Фэй Янь, Ци Фу Фан тихо высказала обеспокоенность:

– Принцесса, я слышала, что Гу Фэй Янь спасла жизнь человека в лагере Чэн И Фэя. У нее видно есть кое-какие способности. Она… что если она все поймет?

Принцесса Хуай Нин холодно рассмеялась:

– Какие способности могут быть у девушки-аптекаря? Не волнуйся, мое лекарство – не из тех, которые могут распознать обычные люди.

Услышав обещание принцессы Хуай Нин, Ци Фу Фан почувствовала себя более непринужденно. В конце концов, хотя об этом просила принцесса Хуай Нин, но именно она все сделала.

Принцесса Хуай Нин уже давно считала себя невесткой семьи Ци и у неё не было никаких претензий к Ци Фу Фан, как к будущей старшей сестре. Она взяла ее за руку и засмеялась:

– Сестра Фу Фан, я думала, что смогу разобраться с ней только через три месяца! На этот раз все благодаря твоей помощи.

– Три месяца? Даже спустя всего десять дней, она может забыть об этом! – но вскоре Ци Фу Фан стала серьезной. – Принцесса, это дело касается Его Высочества принца Цзина. Поэтому ни в большом, ни в малом, мы не можем позволить ничего узнать третьему лицу!

– Естественно, старшая сестра Фу Фан, не волнуйся, – счастье принцессы Хуай Нин было написано на ее лице: – Не переживай, обещаю, я никому ничего не скажу. После того, когда все закончится, мы не расскажем даже старшему брату Юю!

С гарантией принцессы Хуай Нин Ци Фу Фан почувствовала большое облегчение. Она заколебалась на мгновение, прежде чем спросить:

– Принцесса, император болен?

Император явился ко двору несколько дней назад, но после этого чиновники при дворе больше его не видели. Хотя генерал Ци и Ци Юй не спешили подавать жалобу, они хотели проверить отношение императора, но не смогли найти шанса. Генерал Ци начал подозревать, что император не избегал их намеренно, а что его состояние сильно ухудшилось. Наследный принц был еще молод. Хотя ему покровительствовал принц Цзин, он вернулся всего три года назад. Его авторитет был велик, но его основание было недостаточно прочным. Если что-нибудь случится с императором, ситуация внутри императорского двора, естественно, изменится.

Когда Ци Фу Фан вошла во дворец, генерал Ци особо напомнил ей ранее – она должна была узнать о болезни императора.

Принцесса Хуай Нин совсем не задумывалась об этом. Она надулась и пожаловалась:

– Во всем виновата Гу Фэй Янь. Я даже не осмеливаюсь пойти к матери-наложнице, не говоря уже об отце-императоре. Иначе они сразу начнут говорить о случившемся. Но передай старшему брату Юю, что он может расслабиться, даже если отец-император и мать-наложница не согласны, я все равно выйду за него замуж!

Ци Фу Фан еще хотела кое-что спросить, но принцесса Хуай Нин прижала ее к себе и прошептала:

– Сестра Фу Фан, это не лучшее место для разговоров, давай пойдем ко мне и там поговорим. Ты останешься со мной во дворце сегодня. Мы вместе посмотрим хорошее шоу!

Принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан избегая толпы, вышли через боковую дверь. Бог знал, для чего они приходили в приемную и что затевали. В это время рабыня-аптекарь уже привела Гу Фэй Янь в боковой зал приемного покоя.

Войдя туда, Гу Фэй Янь нашла лекаря, аптекаря и старую маму из гарема, проверявших лекарство.

Независимо от того, подбирали ли травы, варили или отсылали лекарственный материалы, на каждом этапе должны были присутствовать как минимум два аптекаря (лекаря). Даже аптекарям приходилось проверять ингредиенты вместе, чтобы не допустить ошибок и контролировать друг друга.

Гу Фэй Янь с первого взгляда узнала аптекаря. Этот аптекарь был никем иным, как тем, кто передал поддельный пакет с лекарствами и рецепт изначальной владелице, Чэнь Саньюань. Она не была уверена, что поддельный рецепт и поддельная упаковка уже были таковыми в руках Чэнь Саньюаня, но все-таки сохраняла бдительность.

Увидев, как вошла Гу Фэй Янь, Чэнь Саньюань и лекарь немедленно оставили старую маму и подошли к ней.

Лекарь нес пакет с лекарствами, а Чэнь Саньюань вежливо сказал:

– Девушка-аптекарь Гу из резиденции принца Цзина… пакет с лекарствами готов, я проверю его для тебя.

Гу Фэй Янь вежливо сказала:

– Не торопитесь, сначала закончите проверку, которую начали, иначе вам придется начинать все заново.

Чэнь Саньюань не настаивал. Гу Фэй Янь присела сбоку, казалось, совершенно не интересуясь происходящим. Фактически, все ее внимание было сосредоточено на лекарственных травах на столе.

Она заметила, что в пакете было почти десять разных трав, а также много разных ингредиентов. Чэнь Саньюаню и лекарю требовалось только сверить по очереди каждый лекарственный ингредиент, а также сравнить состав с рецептом.

Они проверили их один за другим на глазах старой мамы, при этом подробно объясняя, на что ей следует обратить внимание при приготовлении еды. Например, какие травы будут приготовлены в первую очередь, а какие позже, какие травы нужно будет сначала замочить, а какие можно готовить напрямую, и так далее.

Пока Гу Фэй Янь смотрела и слушала, она вскоре получила представление о рецепте диеты. Этот рецепт подходил для питания ци и крови, успокоения ума и рассудка, а также тушеный суп со старой курицей – лучшая формула питания зимой.

Старая мама забрала пакет с лекарственными ингредиентами и, наконец, настала ее очередь.

Лекарь открыла пакет с лекарствами, а Чэнь Саньюань с улыбкой вручил рецепт Гу Фэй Янь:

– Девушка-аптекарь Гу, хотя ты можешь сама проверить эти ингредиенты, согласно правилам, нам все равно придется это сделать.

Гу Фэй Янь кивнула. Она взглянула на рецепт, который держала в руке, и убедилась, что это тот же рецепт, который дали старой маме.

Рецепт был правильным. Следующим шагом было проверить, все ли в порядке с лекарственными травами.

Чэнь Саньюань и лекарь повторили ту же процедуру, что и раньше, открывая каждый пакет с лекарственными травами перед проверкой рецепта, а также сообщая Гу Фэй Янь о мерах предосторожности.

Гу Фэй Янь не только проверила ингредиенты, но и прикинула их количество. Несмотря на то, что рецепт лечебной кухни был прост, но истинный убийца не был! Тот, кто мог испортить рецепт придворного лекаря Су с помощью одного ингредиента, поставив Чэн И Фэя на грань смерти и даже написать столь совершенное секретное письмо, настоящий убийца должен быть экспертом, от которого невозможно защититься!

Проверив несколько лекарственных трав, Гу Фэй Янь не обнаружила ничего странного. Она все еще серьезно смотрела и слушала.

Лекарь продолжил открывать маленькие пакеты, и тут девушка увидела внутри трехдюймовые корешки женьшеня.

– Девушка-аптекарь Гу, это однолетний женьшень, всего их три. Они – ключ ко всему лекарству, и их нельзя резать. Спрячь их в животе старой курицы и зашей его, не позволяя ему вывалиться во время приготовления пищи. После приготовления, эти три корня женьшеня нужно съесть без супа и мяса, – серьезно пояснил Чэнь Саньюань, передавая три маленьких стебля женьшеня Гу Фэй Янь. Гу Фэй Янь внимательно посмотрела на них, и ее сердце екнуло.

О Боже!

Как эти три лечебные травы могли быть молодым женьшенем?! Очевидно, это были корни Лю Дань Лу Шана (п.п Лу Шан шесть эликсиров)! Она на самом деле столкнулась здесь с корнями Лю Дань Лу Шана, и даже с тремя!

Вид обычных корней Лу Шана (п.п. фитолакка) и некоторых разновидностей женьшеня был очень похож. Хотя стороннему наблюдателю было трудно их различить, специалист мог различить их с первого взгляда. Однако драгоценные корни «Лю Дань Лу Шана» в рецепте были почти идентичны женьшеню, их было чрезвычайно трудно различить. Даже ведущие аптекари могли его не узнать, а многие лекари даже не знали о существовании «Лю Дань Лу Шана». Если бы не обучение мастера Бай И, Гу Фэй Янь тоже не смогла бы сказать наверняка.

Лю Дань Лу Шан стоил невероятно дорого. Если правильное лекарство было использовано неправильно, оно превращалось в смертельный яд! Судя по методу потребления, предложенному Чэнь Саньюанем, не говоря уже о трех растениях, даже половина корешка стала бы смертельной.

Настоящий убийца действительно сделал ход!

– Девушка-аптекарь Гу, три маленьких корня женьшеня, верно? – Чэнь Саньюань с серьезным выражением лица все еще держал в руках три корешка «женьшеня».

Глава 57 – Обещаю, я сделаю это

Мог ли Чэнь Саньюань оказаться шпионом?

Заменил ли он маленький женьшень? Или случилось так, что он не знал личности преступника?

Гу Фэй Янь все еще не могла принять решения. Она заколебалась. Что ей делать? Должна ли она разоблачить его тут же или стоило сохранять спокойствие?

Чэнь Саньюань ждал и смотрел. У Гу Фэй Янь не было лишнего времени на колебания, поэтому она решила не тревожить врага и прикинуться дурочкой!

Она не знала, как предупредить Его Высочество принца Цзина, чтобы тот был осторожен с настоящим преступником, но теперь, когда у нее были доказательства, все оказалось легче! Чэн И Фэй не мог обнародовать свой рецепт, поэтому ему приходилось проводить расследование тайно, но разве генералу будет так уж просто тайно расследовать дела людей при дворе? Что касаемо того Вонючего Айсберга, тот давно не появлялся, кто знал, собирается ли он все еще искать его? Она подумала, что для Его Высочества принца Цзина было немного проще расследовать дело евнуха У. Кроме того, у него было бы больше вариантов, чем у этого Вонючего Айсберга!

Гу Фэй Янь нарочно сосредоточенно осмотрела его, а затем кивнула:

– Да, это маленький женьшень, все верно.

Чэнь Саньюань продолжил проверку следующей лекарственной травы. Гу Фэй Янь по-прежнему сохраняла бдительность, не смея ни в малейшей степени терять ее. Но со следующими травами не было никаких проблем.

Закончив осмотр, Гу Фэй Янь взяла с собой свой пакет и немедленно ушла. Она поспешила обратно в резиденцию принца Цзина, чтобы найти Его Высочество принца Цзина.

Однако Цзюнь Цзю Чэнь только что прибыл в покои императора Тянь У, дворец Юнмин.

Император Тянь У не был одет в одежды дракона. На нем было только ярко-желтое нижнее белье, и он полулежал на кровати.

Ему было за пятьдесят, но его виски уже поседели. Неизвестно, было ли это потому, что он был болен, но выглядел он намного старше, чем на самом деле. Несмотря на это, его пара спокойных глаз все еще источала внушительную и величественную ауру, которая вызывала у других по отношению к нему чувство трепета.

Цзюнь Цзю Чэнь немного поговорил с придворным лекарем во внешней комнате, прежде чем войти, почтительно поклонившись.

– Этот сын отдает дань уважения отцу-императору.

Император Тянь У посмотрел на Цзюнь Цзю Чэня исключительно теплым взглядом. Он улыбнулся и спросил:

– Чэнь'эр, с каких это пор Боги храма Великого милосердия так хорошо контролируют ситуацию? Они даже смогли организовать для тебя аптекаря?

Выражение лица Цзюнь Цзю Чэня было намного теплее, чем обычно, но он не улыбался. Он ответил:

– Ее прибытие в резиденцию – лучшее решение богов. Семьи Ци и Чэн не должны вступать в драку, пока этот сын не обнаружил лиса за кулисами.

– Я слышал, что эта маленькая девочка недавно из рабыни-аптекаря поднялась до девушки-аптекаря. Боюсь, она была «похоронена» в имперской аптеке бог знает на сколько лет, раз обладает такими «невероятными способностями».

Император Тянь У взволнованно вздохнул, но Цзюнь Цзю Чэнь не стал ничего комментировать. Что касается поддельного рецепта Чэн И Фэя и секретного письма евнуха У в рецептах, он правдиво сообщил обо всем императору Тянь У, хотя и не стал вдаваться в подробности процесса.

– Три месяца? Как долго ты собираешься его ловить? – спросил император Тянь У, похлопав по краю своей кровати, показывая, что Цзюнь Цзю Чэнь должен сесть. Если бы это были другие принцы, они бы бросились вперед, как стая уток. Но Цзюнь Цзю Чэнь не подошел и не сел. Вместо этого он сел на ближайший стул.

Строго говоря, это было нарушением императорского указа. Однако император Тянь У, похоже, привык к этому. В его глазах мелькнул след беспомощности, когда он тихонько убрал руку с постели. Он был одновременно полон надежд и виновен перед своим сыном. Этот его сын вернулся много лет назад, и он уже был близок к нему и наследному принцу. Было жаль, что разрыв все еще оставался, как бы близки они ни были.

Цзюнь Цзю Чэнь легкомысленно ответил:

– Следующей целью настоящего преступника должен быть я, но сейчас кажется, что ожидание в этом направлении не должно быть долгим.

Пока они болтали, император Тянь У внезапно закашлялся. Цзюнь Цзю Чэнь поспешил вперед, но прежде, чем император успел дважды кашлянуть, его сильно стошнило кровью. Его дыхание стало прерывистым.

Цзюнь Цзю Чэнь был в шоке:

– Придворный лекарь!

Влетел придворный лекарь и дал императору пилюлю. Цзюнь Цзю Чэнь стоял в стороне, наблюдая за происходящим с холодным и сложным выражением лица. Он не знал, что делать с болезнью отца-императора.

Спустя долгое время дыхание императора Тянь У, наконец, успокоилось. Придворный лекарь робко напомнил ему:

– Ваше Величество, вам следует отдохнуть.

– Отец-император, сначала отдохни. Этот сын снова придет в другой день, чтобы засвидетельствовать свое почтение.

Цзюнь Цзю Чэнь больше не осмелился оставаться. Состояние его отца было очень серьезным, и он скрывал его от внешнего мира. Он не был уверен, сможет ли отец-император пережить этот год.

– Чэнь'эр, состояние тела твоего отца-император – очень ясно для меня. Сядь, отцу-императору есть о чем тебя спросить.

Император Тянь У махнул рукой, и придворный лекарь благоразумно удалился. Остальные слуги тоже вышли. Цзюнь Цзю Чэнь молчал и не уходил.

Император Тянь У снова похлопал по кровати рядом с собой, жестом пригласив Цзюнь Цзю Чэня сесть. В глазах Цзюнь Цзю Чэня мелькнуло сложное выражение, но он, не колеблясь, сел.

– Чэнь'эр, если отцу-императору придется уйти, все еще считается то, что ты обещал своему имперскому дяде в том году?

Глаза Цзюнь Цзю Чэня стали еще более сложными, даже более глубокими, когда он услышал эти слова. Он молча сжал буддийские четки на своем запястье.

Через некоторое время он, наконец, встал и мягко сказал:

– Отец-император, будь это то, что я обещал тебе, или то, что обещал имперскому дяде, этот сын обязательно выполнит это. Отец-император, пожалуйста, успокойся и выздоравливай.

Даже после того, как он покинул дворец Юнмин, рука Цзюнь Цзю Чэня все еще сжимала буддийские четки из агарового дерева. Весь обратный путь в резиденцию его брови хмурились, будто он был в глубокой задумчивости.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь вернулся во дворец, была уже ночь. Он даже не добрался до своей спальни, когда увидел издалека Гу Фэй Янь. Гу Фэй Янь сидела на ступенях спальни и смотрела на звездное небо. Казалось, она смотрела на звезды, но в то же время, похоже, кого-то ждала.

Цзюнь Цзю Чэнь остановился, посмотрел на небо и увидел, что сегодня ночью не было луны, только звезды. Он не подошел, а стоял в углу, молча глядя на Гу Фэй Янь.

Спустя какое-то время голос Ся Сяо Маня внезапно раздался сбоку:

– Ваше Высочество, вы вернулись!

Гу Фэй Янь была так счастлива, что сразу же встала, но, увидев, что вокруг никого нет, спросила:

– Его Высочество вернулся? Где он?

Ся Сяо Мань подошел с другой стороны, но прежде чем он смог издать хоть звук, он был встречен холодным взглядом Цзюнь Цзю Чэня. Он был так напуган, что не осмелился заговорить, совершенно сбитый с толку. Цзюнь Цзю Чэнь широко шагая, приблизился к ним. Когда Гу Фэй Янь увидела его, она немедленно подошла и сказала:

– Ваше Высочество, у этой служанки есть важное дело, о котором необходимо сообщить. Это очень важно!

Когда Цзюнь Цзю Чэнь вернулся, он даже не знал, что она ходила во дворец за лечебной едой.

– Что случилось?

Гу Фэй Янь понизила голос и сказала серьезным тоном:

– Ваше Высочество, эта служанка отправилась сегодня во дворец, чтобы забрать лечебную еду, и обнаружила, что в ней был яд. Это чрезвычайно странное дело, и эта служанка не осмелилась раскрыть его. Поэтому я сначала решила забрать лечебную еду.

– Лечебная еда?

Цзюнь Цзю Чэнь был на семьдесят процентов удивлен и на тридцать процентов подозрителен.

Он знал, что на этот раз истинный преступник сделал свой ход, но не ожидал, что тот будет настолько быстрым и небрежным!

Было самым неразумным вмешиваться в лечебную еду, так было не только легко быть обнаруженным, так было проще найти улики связанные с этим случаем. Истинный убийца уже провалил попытку с Чэн И Фэем, поэтому он должен быть настороже. Даже если он спешил, не следовало действовать так опрометчиво.

В этом было что-то подозрительное.

Цзюнь Цзю Чэнь серьезно спросил:

– Что случилось?

Гу Фэй Янь быстро открыла пакет с лекарствами и подробно объяснила ситуацию:

– Ваше Высочество, хотя маленький женьшень очень дорогой, его можно считать весьма распространенным. Тем не менее, получить корень Лю Дань Лу Шана нелегко. Вы можете не встретить ни единого растения даже через тридцать лет! Даже если аптека совершила ошибку при покупке лекарственных ингредиентов, это все равно не приведет к тому, что все три корня Лю Дань Лу Шана окажутся в рецепте Его Высочества. Очевидно, кто-то сделал это нарочно, и намеренно пытался причинить вред Его Высочеству!

Глава 58 – Арест. Ситуация изменилась

Цзюнь Цзю Чэнь взял корень Лю Дань Лу Шана и внимательно осмотрел его. Он подумал про себя, что этот метод замены ингредиента лекарства может показаться небрежным, но травы, использованные в этом обмене, по правде были весьма необычными. Несмотря на это, Цзюнь Цзю Чэнь все еще не мог развеять в своем сердце сомнений.

Видя, что принц Цзин долгое время молчал, Гу Фэй Янь заколебалась. Она хотела напомнить ему, но не решалась быть слишком очевидной.

Она задумалась на мгновение, а затем сказала:

– Ваше Высочество, корень Лю Дань Лу Шана нелегко отличить. С помощью этого лекарства вы можете легко скрыть его от аптекарей из имперской аптеки. Если бы эта служанка сегодня не была осторожна, все могло остаться в тайне. Кроме того, стоимость трех корней Лю Дань Лу Шана довольно высока, поэтому приобрести их мог только неординарный человек. Тот, кто посмел причинить вред Его Высочеству – необычный человек. По моему мнению, настоящий преступник – человек не из имперской аптеки, но его шпион может быть кем-то из имперской аптеки.

Цзюнь Цзю Чэнь больше не колебался и немедленно приказал Ся Сяо Маню:

– Сообщи Божественному Аптекарю Наньгун Цинъюню и главе храма Дали Цзян Ли Аню. Помни, сделай это скрытно!

Поддельный рецепт все еще находился в руках Чэн И Фэя, а свидетелем была Гу Фэй Янь. У него не было никаких общедоступных доказательств, чтобы просить суд и имперскую аптеку сотрудничать со следствием. Теперь, когда у него были доказательства, он, естественно, должен был вызвать представителей суда и имперской аптеки. Во-первых, ему будет удобнее проводить расследование. Во-вторых, если бы дело рассматривалось судом, ему не нужно было слишком часто выходить на свет.

Менее чем через час прибыли глава храма Дали, господин Цзян, и Божественный Аптекарь имперской аптеки, господин Наньгун.

Они вдвоем впервые посетили резиденцию принца Цзина, поэтому совершенно не могли догадаться, почему принц Цзин тайно вызвал их. Двое посмотрели друг на друга с тревогой и страхом.

Цзюнь Цзю Чэнь ничего не сказал. Он просто велел Гу Фэй Янь на глазах у всех открыть пакет с травами.

Господин Наньгун взглянул на него и сразу понял, что это был набор лечебной кухни, подаренный вдовствующей императрицей. Он также принимал участие в изучении этого рецепта. Он испугался еще больше:

– Ваше Высочество, это… пожалуйста, простите глупость этого скромного чиновника!

Цзюнь Цзю Чэнь ничего не объяснил, просто сказав три слова:

– Проверьте это лекарство!

Проверить лекарство?

Услышав эти слова, не только господин Наньгун, но даже господин Цзян были потрясены. Тот факт, что принц Цзин вызвал их к себе домой для проверки, означал, что с рецептом определенно была проблема!

Господин Наньгун немедленно начал осматривать каждую траву. Однако после тщательного осмотра он не нашел в них ничего подозрительного. Он решил проверить все еще раз, но все равно не нашел ничего плохого.

Господин Наньгун забеспокоился:

– Ваше Высочество, в этом рецепте содержится в общей сложности девять лекарственных ингредиентов для тонизирования ци и питания крови. Рецепт был принят придворными врачами и подчиненными им должностными лицами. Проблем не возникло. Что касается лекарственных ингредиентов, с ними нет проблем.

Бах!

Цзюнь Цзю Чэнь с холодным выражением лица хлопнул по столу:

– Проверьте снова!

Господин Наньгун был так напуган, что по его спине побежал холодный пот. Он продолжил исследовать их, но даже после третьего и четвертого раза все еще не мог ничего найти.

Цзюнь Цзю Чэнь посмотрел на Гу Фэй Янь, и только тогда та вышла вперед и тихо сказала:

– Господин Наньгун, это корень Лю Дань Лу Шана.

Корень Лю Дань Лу Шана.

Господин Наньгун на мгновение был ошеломлен, а затем быстро откусил кусочек молодого женьшеня. С одного укуса господин Наньгун сразу определил, что молодой женьшень в его руке и есть корень Лю Дань Лу Шана! Он был так потрясен, что утратил дар речи. Со стуком он упал на колени. У него не было времени спрашивать, как девушка-аптекарь вроде Гу Фэй Янь могла его узнать.

Хотя внешний вид корня Лю Дань Лу Шана и молодого женьшеня были почти одинаковыми, вкус был совершенно другим. Женьшень можно было есть сырым, его вкус был сладким и сочным. Вкус корня Лю Дань Лу Шана был терпким и вяжущим. Если съесть слишком много, онемеет весь язык! Самым важным было то, что после варки корень Лю Дань Лу Шана не заставлял людей чувствовать онемение, а сразу забирал их жизнь!

– Ваше Высочество, пощадите! Пожалуйста, пощадите мою жизнь! Это действительно корень Лю Дань Лу Шана. Если вы воспользуетесь этим лекарством не должным образом, оно будет очень токсичным! Надзор этого скромного чиновника недостаточен, этот скромный чиновник не справился со своими обязанностями! Я прошу Ваше Высочество дать этому чиновнику несколько дней. Этот чиновник должным образом будет сотрудничать с судом в проведении расследования. Я обязательно дам объяснения Его Высочеству принцу Цзину!

Господин Наньгун кланялся снова и снова и был так потрясен, что утратил способность связно говорить.

Столкнувшись с таким редким предметом, ему не нужно было ничего говорить принцу Цзину. Он уже догадывался, что в имперской аптеке завелся шпион, который хотел убить принца Цзина!

Хотя господин Цзян не понимал ситуации, он сразу уловил запах заговора. Он поспешно шагнул вперед и сказал серьезным тоном:

– Ваше Высочество, с точки зрения этого чиновника, настоящий преступник не из имперской аптеки. Кто-то из имперской аптеки, должно быть, получил взятку! Я надеюсь, что Ваше Высочество позволит господину Наньгуну помочь в расследовании и внести достойный вклад в компенсацию за его преступления!

Цзюнь Цзю Чэнь не стал специально усложнять жизнь Божественному Аптекарю, он просто был осторожен.

Судя по реакции Божественного Аптекаря, корень Лю Дань Лу Шана действительно был необычным. Другими словами, ход настоящего преступника не был поспешным. Если бы Гу Фэй Янь не обнаружила этот ключ, даже Божественный Аптекарь не смог бы найти в этом проблемы!

Поколебавшись Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, рассеял подозрения в своем сердце.

Он собирался поручить суду провести тайное расследование, когда вбежал Ман Чжун.

– Ваше Высочество, у этого подчиненного есть срочные дела, о которых нужно сообщить!

Цзюнь Цзю Чэнь кивнул, и Ман Чжун немедленно выступил вперед и зашептал ему на ухо. Никто не знал, что сказал Ман Чжун, но выражение лица Цзюнь Цзю Чэня резко изменилось.

Он передумал.

– Господин Цзян, немедленно опечатайте императорскую аптеку. Арестуйте любого, кто покажется подозрительным. Помните, этот принц хочет, чтобы это было сделано тихо!

Господин Цзян первоначально хотел подробнее расспросить о ситуации, но, услышав слова принца Цзина, не осмелился больше откладывать и поспешно бросился в имперскую аптеку. Вопросы о деле можно задавать медленно, но если кто-то сбежит, возникнут проблемы.

Господин Наньгун все еще в страхе преклонял колени:

– Ваше Высочество, этот чиновник… этот чиновник…

– Этот вопрос оставлен на усмотрение суда для полного расследования. Делайте то, что должны!

Цзюнь Цзю Чэнь был сильно взволнован. Сказав эти слова, он поспешно ушел с Ман Чжуном.

Не говоря уже о господине Наньгуне, даже Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань были сбиты с толку! Господин Наньгун бросил вопросительный взгляд на Ся Сяо Маня, который сердито проворчал:

– Почему вы еще не вернулись, чтобы сотрудничать с расследованием господина Цзяна. Если вы сможете внести достойный вклад в компенсацию своих преступлений, этот евнух поможет ходатайствовать за вас!

Когда господин Наньгун ушел, Гу Фэй Янь вопросительно посмотрела на Ся Сяо Маня. Ся Сяо Мань сделал вид, будто не видит этого, и повернулся, чтобы уйти. Гу Фэй Янь быстро догнала его.

Но прежде чем Гу Фэй Янь успела что-то спросить, Ся Сяо Мань серьезно сказал:

– Без комментариев! Девушка-аптекарь Гу, просто занимайся своими делами. Тебе не о чем беспокоиться!

Закончив говорить, он ушел. По правде говоря, он не знал, что Ман Чжун сказал Его Высочеству. Его интересовали только внутренние дела резиденции принца Цзина.

Гу Фэй Янь думала, что, хотя Его Высочество принц Цзин лично не расследовал это дело, по крайней мере, он дал господину Цзяну все полномочия. Суд не посмеет откладывать столь большое дело. Она просто будет ждать новостей.

В этот момент Цзюнь Цзю Чэнь покинул город, чтобы лично преследовать евнуха У. Ман Чжун сообщил новость о побеге евнуха У. Евнух У, казалось, что-то обнаружил, уничтожил все свои рецепты и забрал с собой двух молодых евнухов. Ситуация была неотложной, и Ман Чжун послал кого-то следовать за ним, но был обнаружен евнухом У.

– Ваше Высочество, у евнуха У чрезвычайно высокие боевые навыки, и он определенно необычный человек. Боюсь, что его не подкупили, а он намеренно проник во дворец.

Цзюнь Цзю Чэнь ответил только «эн» и больше ничего не сказал. Какой бы ни была причина, дело теперь не могло быть расследовано тайно, когда оно вышло на свет. Если он не сделает шаг сейчас, даже шпионов в имперской аптеке не поймают, не говоря уже о шпионе вроде евнуха У!

Лошадь проскакала через городские ворота, и Цзюнь Цзю Чэнь с Ман Чжуном покинули город...

Глава 59 – Предательство, плохи дела

Менее чем за час господин Цзян, объединив свои силы с имперской гвардией, плотно окружил имперскую аптеку, не позволяя никому ни входить, ни выходить из нее.

С помощью господина Наньгуна господин Цзян тщательно допросил всех рабынь-аптекарей, девушек-аптекарей, аптекарей и даже старших аптекарей принимавших участие в выдаче лечебной еды, а также всех евнухов и дворцовых служанок, соприкасавшихся с лекарственными ингредиентами. Все были под подозрением.

Господин Цзян сказал только, что кто-то подменил пакет с лекарственной едой. Подробности не разглашались, ни говоря уже о том, употребил ли Его Высочество принц Цзин ее или нет. Как только эта новость стала известна, во дворце поднялся переполох. Даже вдовствующая императрица лично поспешила в резиденцию принца Цзина, беспокоясь о его самочувствии.

Тем временем принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан находились во дворце Фанхуа, делая маникюр и болтая меж собой. Евнух Сюэ ворвался в комнату, чтобы сообщить о ситуации в имперской аптеке. Двое молча понимающе переглянулись и улыбнулись друг другу.

После того, как евнух Сюэ ушел, Ци Фу Фан не могла дождаться, чтобы сказать:

– Принцесса, пойдем, посмотрим шоу!

Принцесса Хуай Нин сказала с улыбкой:

– Не надо торопиться. Давай подождем, пока тот человек расскажет о Гу Фэй Янь, тогда мы сможем пойти посмотреть хорошее шоу!

Ци Фу Фан и принцесса Хуай Нин остались терпеливо ждать во дворце Фанхуа.

На следующий день, когда принцесса Хуай Нин еще спала, господин Цзян лично пришел искать Ци Фу Фан, а не принцессу Хуай Нин.

Господин Цзян был крайне вежлив.

– Мисс Ци, аптекарь Чэнь Саньюань, в своем признании упомянул ваше имя по делу о лечебной кухне. Пожалуйста, пойдемте с нами и сотрудничайте со следствием.

– Вы, что вы сказали? – Ци Фу Фан резко вскочила, слишком удивленная происходящим.

Вместе с принцессой Хуай Нин она подкупила работников аптеки, подменив упаковку с лекарственными ингредиентами, и попросила их свалить вину на Гу Фэй Янь, сказав, что та без разрешения подменила лекарственные травы, чтобы убить Его Высочество принца Цзина. Разве господин Цзян не должен был отправиться на поиски Гу Фэй Янь?

Как все могло так обернуться?

Может быть, аптекарь предал ее?

Вскоре господин Цзян дал ответ, сказав:

– Мисс Ци, аптекарь в отделении доставки, признался, что вы приказали ему подменить лекарственные ингредиенты в пакете и намеренно оклеветать Гу Фэй Янь в попытке убийства принца Цзина. Его Высочество принц Цзин поручил мне тщательно расследовать это дело. Пожалуйста, сотрудничайте со следствием и следуйте за мной в суд.

Ци Фу Фан оторопела:

– Клевета! Господин Цзян, это клевета! Кто-то ложно обвинил меня! Этого аптекаря, должно быть, кто-то подкупил!

Господин Цзян вежливо сказал:

– Мисс Ци, еще неизвестно, клевещет ли на вас этот аптекарь. Мисс Ци, пожалуйста, отправляйтесь в суд и сотрудничайте со следствием. Если мисс Ци невиновна, я обязательно воздам вам по справедливости.

– Я не пойду! Это клевета! Это все клевета!

Ци Фу Фан отступила, умоляюще посмотрев на придворную даму стоящую рядом с ней, в надежде, что та пойдет искать принцессу Хуай Нин.

Однако господин Цзян не дал ей времени. Видя, что она не собирается идти, он сурово сказал:

– Мисс Ци, Его Высочество принц Цзин уполномочил меня взять на себя полную ответственность за это дело. Я тоже выполняю приказы. Извините, если я оскорбил вас!

– Его Высочество принц Цзин поверил тому аптекарю?

– Мисс Ци, пожалуйста, простите, но я пока не могу ответить ни на что, связанное с этим делом, – сказав это, господин Цзян немедленно приказал яменским бегунам увести ее.

Когда принцесса Хуай Нин бросилась на помощь, господина Цзяна и Ци Фу Фан давно уже и след простыл. Услышав признание аптекаря по поводу Ци Фу Фан, она упала в кресло, ее сердце учащенно забилось, а ноги ослабли.

Евнух Сюэ более или менее смог понять, что случилось, поэтому он поспешно закрыл дверь и прошептал:

– Мой маленький предок! Как вы могли. Чтобы ни случилось, вы не должны были касаться лекарств Его Высочества принца Цзина! Если что-нибудь случится с принцем Цзином, это будет преступление, караемое смертной казнью!

– Я, но я... во всем виновата Гу Фэй Янь!

Чем больше она думала об этом, тем больше сожалела о содеянном. Она не знала, почему настолько осмелела и поспешно сказала:

– Евнух Сюэ, ты... быстро пойди и расспроси обо всем. Как там старший имперский брат Цзин?

– Принцесса, разве можно так легко узнать о происходящем в резиденции принца Цзина! – евнух Сюэ тоже запаниковал.

Принцесса Хуай Нин немного подумала, а затем сказала:

– Пойди и узнай обо всем у моей имперской бабушки! Разве имперская бабушка не ездила навестить старшего имперского брата Цзина?

Евнух Сюэ немедленно ушел. Вскоре он радостный, вернулся назад.

– Принцесса, хорошие новости! Его Высочество принц Цзин не употреблял лечебной еды. Он вчера покинул город. Уважаемая вдовствующая императрица даже не встретилась с ним, когда навещала его.

Принцесса Хуай Нин вздохнула с облегчением и пробормотала:

– Если старший имперский брат Цзин не принимал никаких лекарств, то как они все узнали?

Евнух Сюэ покачал головой. Он просто не мог о таком расспрашивать.

У принцессы Хуай Нин не было времени думать об этом. Она знала только, что со старшим имперским братом Цзином все в порядке, поэтому дело не должно быть настолько серьезным, чтобы его нельзя было уладить.

В худшем случае она могла просто пойти и признать себя виновной. В конце концов, корень Лю Дань Лу Шана не привел бы к смерти. В худшем случае, он только на некоторое время вызвал бы у старшего имперского брата Цзина дискомфорт. При самом плохом исходе отец-император заключил бы ее на несколько дней под домашний арест. Что еще могло случиться?

Конечно, если бы ей не пришлось признавать себя виновной, это было бы лучшим вариантом. В конце концов, в этом деле были замешаны Гу Фэй Янь и семья Ци. Если бы об этом узнали, она стала бы посмешищем.

Принцесса Хуай Нин, приняв решение, не осмелилась больше откладывать и поспешно сказала:

– Скорее приготовьте паланкин! Отправляемся в резиденцию Ци!

Резиденция Ци.

Генерал Ци и Ци Юй еще не ложились спать. Они все еще обсуждали дело о лечебной кухне. Когда прибыла принцесса Хуай Нин, она была настолько взволнована, что не могла подобрать слов:

– Генерал Ци, старший брат Юй. Старшую сестру Фу Фан арестовал храм Дали. Аптекарь все рассказал о ней!

– Что?

– Рассказал о ней? Что она сделала?

Генерал Ци и Ци Юй удивленно посмотрели на нее. Принцесса Хуай Нин хотела сказать правду, но, увидев реакцию отца и сына Ци, внезапно заколебалась и долгое время не отвечала.

Генерал Ци вспомнил, что вопрос о лечебной кухне решался храмом Дали и очень разозлился. Больше не заботясь о личности принцессы Хуай Нин, он сердито спросил:

– Что, черт возьми, происходит? Что сделала эта проклятая девчонка? Говори!

Принцесса Хуай Нин никогда не видела генерала Ци таким суровым. Она была так напугана, что быстро спряталась за Ци Юя. Хотя Ци Юй тоже был обеспокоен, он, однако, изо всех сил пытался утешить ее.

– Принцесса, не бойся. Сядь сначала сюда. Что происходит?

Генерал Ци понял, что был груб, и быстро пригласил принцессу Хуай Нин сесть, а также позвал прислугу подать чай.

Принцесса Хуай Нин заколебалась. Испугавшись генерала Ци, она еще больше боялась сказать ему правду. Она сразу же рассказала обо всем связанном с Ци Фу Фан, утверждая, что узнала об этом после случившегося.

После того, как принцесса Хуай Нин закончила говорить, лица генерала Ци и Ци Юя стали совершенно белыми.

Это был невероятный шок!

Генерал Ци на мгновение замолчал, затем хлопнул по столу и взревел:

– Что за чушь! Вот дура!

Настроение Ци Юя стало еще мрачнее, и он сердито спросил:

– Она осмелилась прикоснуться к лекарству Его Высочества принца Цзина? Старшая сестра сошла с ума!

Увидев это, принцесса Хуай Нин еще больше побоялась оказаться втянутой в это дело, поэтому уверила:

– Великий генерал, старший брат Юй, старшая сестра Фу Фан просто ненавидит Гу Фэй Янь. Она, она… она сделала это для меня и старшего брата Юя, и ради репутации семьи Ци.

Генерал Ци очень не хотел упоминать имени Гу Фэй Янь, поэтому у него не было желания говорить об этом. Он серьезно спросил:

– Принцесса, кроме аптекаря, кто еще знает об этом деле? Кто рассказал Фу Фан о рецепте? Кроме того, что такое корень Лю Дань Лу Шана? Что произойдет, если съесть его? Где Фу Фан его нашла?

Глава 60 – Случайность, неправильные выводы

Только сегодня генерал Ци услышал, что существует такая вещь, как корень Лю Дань Лу Шана. Он был уверен, что за этим инцидентом кто-то стоит, именно он указал его дочери на это растение.

Столкнувшись с разъяренным генералом Ци, принцесса Хуай Нин не осмеливалась поднять головы, а тем более сказать правду.

На самом деле Ци Фу Фан просто упомянула ей, что Гу Фэй Янь находилась в резиденции принца Цзина и что она может подставить ее. Что касается того, как это сделать, было ее идеей. А сестра Фу Фан пришла только для того, чтобы помочь ей подкупить аптекарей.

– Да, это была аптекарь Цзянь из имперской аптеки. Она рассказала сестре Фу Фан о рецепте лечебной кухни и даже порекомендовала ей корень Лю Дань Лу Шана. Он выглядит точно так же, как молодой женьшень, и обладает той же эффективностью. Однако после употребления руки станут чесаться, но через полдня все будет в порядке, он не вызовет серьезных проблем.

Услышав это, генерал Ци и Ци Юй вздохнули с облегчением. Пока замененный лекарственный ингредиент не причинит вреда Его Высочеству принцу Цзину, проблема, скорее всего, не будет настолько серьезной, чтобы ее нельзя было исправить. И это не сильно повлияет на семью Ци.

Принцесса Хуай Нин украдкой взглянула на генерала Ци и Ци Юя и, поняв, что они не подозревают ее, сказала:

– Сестра Фу Фан подкупила двух аптекарей, одним из которых был Чэнь Саньюань из службы доставки, а другой – Ли Гэ Цунь из той же службы. Фу Фан сказала им, чтобы Чэнь Саньюань первым назвал имя Гу Фэй Янь, а затем Ли Гэ Цунь подтвердила его показания. Этот Чэнь Саньюань не так прост. Он взял кучу денег у сестры Фу Фан, но как оказалось предал ее!

Генерал Ци серьезно спросил:

– Ли Гэ Цунь тоже была арестована? А где аптекарь Цзянь?

Принцесса Хуай Нин честно ответила:

– Ли Гэ Цунь тоже была схвачена. Аптекарь Цзянь не имеет ничего общего с этой лечебной кухней. Никто не заподозрит ее!

Генерал Ци заложил руки за спину и стал расхаживать взад-вперед, раздумывая, что с этим делать.

После долгого молчания Ци Юй не сдержавшись хлопнул по столу.

– Старшая сестра и правда… не только не преуспела, но с треском провалилась!

Услышав это, принцесса Хуай Нин так испугалась, что из-за нечистой совести не осмелилась даже взглянуть на него. Она невольно волновалась, что, если Ци Юй узнает, что она предложила идею, не будет ли он презирать ее за то, что она оказалась настолько глупа? Разозлится ли он на нее?

Чем больше она думала об этом, тем больше пугалась, а чем больше пугалась, тем решительнее становилась. Несмотря ни на что, она не признает себя виновной и не позволит сестре Фу Фан признаться. Чтобы она ни сделала, она должна как можно скорее спасти сестру Фу Фан!

В этот момент генерал Ци оглянулся и серьезно сказал:

– Принцесса, пожалуйста, возвращайтесь во дворец. Напомните аптекарю Цзянь, чтобы она держала рот на замке! Что касается прочего, просто оставьте все этому скромному генералу. Мы с моим сыном сейчас отправимся в храм Дали. Мы должны встретиться с Фу Фан перед допросом господина Цзяна, иначе, если она признается, тогда…

«Нет, нет, нет!»

Принцесса Хуай Нин пришла в восторг.

– Генерал Ци, господин Цзян из храма Дали очень высокомерен благодаря авторитету Его Высочества принца Цзина и ордеру на арест, выданному моим отцом-императором. Он может не дать вам лица. Я пойду лично, я, я... возьму с собой старшего брата Юя! Я буду свидетельствовать в пользу сестры Фу Фан. Скажу, что все эти дни она всегда была со мной и никуда не отлучалась, тем более в имперскую аптеку! – принцесса Хуай Нин заколебалась, но затем добавила: – Генерал Ци, не волнуйтесь. Если не будет другого выхода, я, я… я скажу, что тот аптекарь был подкуплен Гу Фэй Янь и хотел подставить сестру Фу Фан! В любом случае, тот пакет с лечебной едой также был проверен Гу Фэй Янь!

Генерал Ци до сих пор не понял, какие доказательства находились в распоряжении суда, поэтому не хотел поступать опрометчиво. Он очень хотел, чтобы принцесса Хуай Нин первой разведала обстановку. Он подмигнул Ци Юю и сразу же согласился:

– Мне очень жаль, что я так беспокою вас посреди ночи.

Принцесса Хуай Нин быстро сказала:

– Дело старшего брата Юя... нет, нет, нет, дело семьи Ци – мое дело. Генералу Ци не нужно быть вежливым.

Генерал Ци остался ждать новостей в резиденции, в то время как Ци Юй и принцесса Хуай Нин выйдя, поспешили в суд. Практически в то же время Ся Сяо Мань рассказал эту новость Гу Фэй Янь, которая была очень удивлена!

Она всегда была уверена, что все сделал тот старый лис, пытавшийся убить Чэн И Фэя. Девушка никак не ожидала убить по дороге Ци Фу Фан!

Даже господин Наньгун не мог получить в свои руки столько корней Лю Дань Лу Шана, как могла Ци Фу Фан найти их?

Гу Фэй Янь была удивлена, но больше волновалась. Она отчасти переживала из-за того, что старый лис замышлял убить не принца Цзина, а пытался подставить семью Ци!

Целью старого лиса всегда были две армии Ци и Чэн! Потеряв армию семьи Чэн, он, похоже, сменил свою цель на семью Ци!

Кто был этим старым лисом? Какое коварство!

Из-за отсутствия достаточных доказательств Гу Фэй Янь не решалась слишком сильно строить догадки. Все, что она хотела, узнать подробности как можно скорее.

Она, не колеблясь, силой потянула Ся Сяо Маня за собой и бросилась прямо к храму Дали.

Под руководством Ся Сяо Маня Гу Фэй Янь вскоре встретилась с господином Цзяном. Она не могла дождаться, чтобы спросить:

– Господин Цзян, какой аптекарь назвал имя Ци Фу Фан? Вы удостоверились, что подмененными ингредиенты были корнями Лю Дань Лу Шана?

Лорд Цзян, казалось, заколебался. После минутного молчания он ответил:

– Это аптекарь из службы доставки. Его зовут Чэнь Саньюань.

– Чэнь Саньюань!

Выражение лица Гу Фэй Янь стало сложным, и она поспешно спросила:

– Господин Цзян, есть ли у этого Чэнь Саньюаня какие-нибудь доказательства? Или у него есть свидетель?

Лорд Цзян не хотел раскрывать ничего другого, потому что не совсем доверял Гу Фэй Янь.

Он слышал сплетни о Гу Фэй Янь и всегда скептически относился к ее характеру. Более того, он был весьма озадачен, когда она оказалась в особняке принца Цзина. Главный фармацевт Наньгун проверил четыре раза, но все еще не смог распознать корни Лю Дань Лу Шана. Как могла простая девушка-аптекарь, вроде Гу Фэй Янь, распознать такие редкие ингредиенты?

Он не знал, какое отношение принц Цзин имел к Гу Фэй Янь, но он хотел прояснить этот вопрос перед принцем Цзином. Тот настоял на отправке его в имперскую аптеку, чтобы арестовать людей, из-за чего он задержался.

Если бы сегодня Гу Фэй Янь не привела с собой Ся Сяо Маня, он бы точно ничего не рассказал Гу Фэй Янь.

Господин Цзян мгновение поколебался, прежде чем серьезно сказать:

– В этом деле все еще есть много сомнительных моментов. Поэтому я хотел бы посоветоваться с евнухом Манем. Может ли евнух Мань уделить мне минуту своего времени?

Неожиданно, стоило ему это произнести, принцесса Хуай Нин и Ци Юй появились у главного входа. Все были в шоке, даже Ся Сяо Мань ничего не мог сказать.

Охранник не мог их остановить, да и не осмеливался этого сделать. Принцесса Хуай Нин и Ци Юй сразу же ворвались внутрь.

Лорд Цзян знал, что принцесса Хуай Нин придет, но не ожидал, что это произойдет так скоро. Более того, он не ожидал, что Ци Юй, редко открыто появлявшийся с принцессой Хуай Нин, тоже придет. Он быстро шагнул вперед и поклонился:

– Этот скромный приветствует принцессу Хуай Нин и молодого генерала.

Принцесса Хуай Нин и Ци Юй не обратили внимания на господина Цзяна. Как только они вошли в дверь, их внимание сосредоточилось на Гу Фэй Янь. Они не ожидали, что Гу Фэй Янь так поздно тоже окажется здесь. На мгновение они забыли о Ци Фу Фан.

Увидев Гу Фэй Янь снова, Ци Юй не только ощутил презрение, но и отвращение к ней.

Взгляд принцессы Хуай Нин был полон ненависти. Дважды кряду Гу Фэй Янь уходила из ее рук и она очень не хотела снова ее отпускать. Теперь, когда Гу Фэй Янь устроила такой беспорядок, она жутко хотела убить ее своим взглядом...

Глава 61 – Посещение храма Дали ради доказательств

Гу Фэй Янь была не из тех, кого можно было запугать одним лишь взглядом.

Следуя за Ся Сяо Манем, она ни смиренно, ни высокомерно поприветствовала принцессу Хуай Нин. Что касаемо Ци Юя, стоящего рядом с принцессой Хуай Нин, девушка отнеслась к нему как к воздуху.

Ци Юй до сих пор думал, что Гу Фэй Янь надела на его голову зеленую шляпу и прячется от него из-за чувства вины. Кто ж знал, что она публично проигнорирует его? Он был так зол, что весь позеленел. Шаг за шагом он двинулся в сторону Гу Фэй Янь, взгляд его глаз помрачнел. Первоначально принцесса Хуай Нин хотела посильнее надавить на Гу Фэй Янь перед ним, но, увидев, что Ци Юй идет к ней, она приготовилась смотреть представление.

Когда он подошел ближе, взгляд Гу Фэй Янь, наконец, упал на его лицо. Она была спокойна и не показывала страха.

Его шаги становились все тяжелее и тяжелее, а глаза темнели, будто он в любой момент мог прийти в ярость.

Боясь нести ответственность, господин Цзян поспешно попытался убедить его:

– Молодой генерал, давайте поговорим спокойно.

Ся Сяо Мань потянул Гу Фэй Янь за себя, защищая, и с улыбкой на лице заговорил.

– Молодой генерал Ци, уже так поздно…

Прежде чем он успел закончить, Гу Фэй Янь отодвинула его и прошептала:

– Евнух Мань, я не боюсь его!

Вскоре Ци Юй остановился перед Гу Фэй Янь, остававшейся такой же спокойной, как и всегда. Хотя ее миниатюрное тело казалось очень маленьким и худым перед высоким Ци Юем, аура, которую она источала, нисколько не уступала ему.

Чистая совесть, сильный дух.

Одно дело, когда посторонние считали, что она опозорила семью Ци. Но как семья Ци относилась к изначальной владелице все эти годы? Сам Ци Юй сделал кучу позорных вещей, разве он не видел за собой греха?

В прошлый раз, если бы не Чэн И Фэй, он и Ци Фу Фан, вероятно, заставили бы ее умереть! Разве не из-за него принцесса Хуай Нин издевалась над ней? Прямо сейчас его старшая сестра была фактически обвинена аптекарем в попытке подставить ее!

Все эти вещи были невыплаченными долгами!

Сегодня она хотела посмотреть. Что именно он собирался делать с такими широко открытыми глазами?

Гу Фэй Янь не отступила, и его глаза медленно сузились до прямых линий. Они двое оказались в тупике, и атмосфера постепенно накалилась.

Господин Цзян было хотел успокоить Ци Юя, но Ся Сяо Мань остановил его взглядом. Ся Сяо Мань обнаружил, что маленькая девушка-аптекарь соперничающая с ним за благосклонность принца Цзина не так уж раздражает. По крайней мере, у нее хватило смелости не опозорить резиденцию принца Цзина!

Со временем атмосфера становилась все более напряженной.

Чем больше Гу Фэй Янь ждала, тем спокойнее она становилась, а Ци Юй постепенно столкнулся с дилеммой. На самом деле, он просто хотел напугать Гу Фэй Янь и заставить ее проявить некоторую слабость. Он не желал начинать спор или шутить в храме Дали. Откуда он мог знать, что эта женщина окажется такой смелой? Чем больше она была напугана, тем агрессивнее становилась?

Пока он смотрел на Гу Фэй Янь, он невольно ощутил любопытство. Каким человеком была эта женщина? Были ли все ее прежние слабость и глупость притворством?

В этот момент подошел яменский бегун:

– Господин Цзян, все подозреваемые заперты. Должны ли мы начать допрос немедленно или подождать до утра?

Только услышав это, принцесса Хуай Нин и Ци Юй вспомнили, что у них было здесь дело.

– Старший брат Юй, давай пока не станем опускаться до ее уровня. Важнее сейчас разобраться с делом!

Отступив, Ци Юй тайно вздохнул с облегчением. На первый взгляд, однако, он все еще казался несогласным, будто принцесса Хуай Нин насильно отвела его в сторону.

У Гу Фэй Янь не было времени заботиться о фальшивых манерах Ци Юя, она стала размышлять об их «деле».

Ци Фу Фан была опознана, почему эти двое пришли сюда посреди ночи? Кого-то спасать?

Господину Цзяну тоже было любопытно. Хотя его только что проигнорировали, он все же снова вежливо поклонился:

– Ваш покорный слуга приветствует принцессу Хуай Нин и молодого генерала Ци. Уже так поздно, интересно, что вы двое здесь делаете…

Сложив руки за спиной, Ци Юй выпрямился и отвернулся с самодовольным видом. Он не собирался ничего говорить. Принцессы Хуай Нин было вполне достаточно, чтобы высказаться за него.

– Что мы здесь делаем? – в тот момент, когда принцесса Хуай Нин заговорила, она бросила вызов господину Цзяну: – Цзян Ли Ань, ты пришел во дворец принцессы, чтобы арестовать человека, и даже не озаботился поприветствовать меня! Как смело с твоей стороны! Судя по всему, ты не ставишь эту принцессу в глаза!

Господин Цзян поспешно извинился.

– Этот чиновник не смеет, не смеет. Все произошло очень быстро и ситуация была срочной, этот чиновник действовал по приказу Его Высочества принца Цзина. Прошу принцессу, простить меня! Простите этого чиновника!

В тот момент, когда господин Цзян упомянул принца Цзина, гнев принцессы Хуай Нин несколько угас.

Она потянула его к сиденью сбоку и сказала:

– Поскольку эту задачу тебе поручил старший имперский брат Цзин, эта принцесса не станет тебя больше беспокоить. Однако в настоящее время резиденция генерала просит у этой принцессы вернуть человека, а у этой принцессы нет представления, что происходит. Перед лицом старшего брата Юя, скажи мне, кто в этот раз оклеветал сестру Фу Фан? У них есть какие-нибудь доказательства?

Господин Цзян серьезно ответил:

– Принцесса, я уже объяснял это раньше. Мисс Ци опознал только аптекарь Чэнь Саньюань. Правду еще предстоит узнать и подробно изучить.

Принцесса Хуай Нин забеспокоилась и быстро спросила:

– Только Чэнь Саньюань? Какие у него есть доказательства? Это вещественные доказательства?

Господину Цзяну было трудно ответить:

– Принцесса, этот... этот чиновник пока не в состоянии обнародовать это.

Принцесса Хуай Нин привела сюда Ци Юя, чтобы «испытать воду». Она притворилась, что разозлилась и сердито спросила:

– Господин Цзян, что ты имеешь в виду? Ты подозреваешь эту принцессу и старшего брата Юя?

– Этот чиновник не смеет.

Конечно, у господина Цзяна не хватало смелости заподозрить принцессу Хуай Нин, но он не исключал возможность причастности семьи Ци. Следует знать, что корень Лю Дань Лю Шана был смертельно-опасным ингредиентом. Если бы не поддержка семьи Ци, как могла Ци Фу Фан совершить столь возмутительный поступок?

Конечно, господин Цзян не осмелился выразить свое отношение из-за отсутствия достаточных доказательств. В конце концов, статус семьи Ци был необычным.

Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань все это время стояли сбоку. В этот момент они обменялись взглядами, но промолчали.

– Вы не смеете?

Принцесса Хуай Нин отказалась сдвинуться и на дюйм, пытаясь выдавить из него правду:

– Тогда почему ты не ответил? Может... у тебя нет доказательств? Хе-хе, господин Цзян, ты осмелился кого-то схватить из-за одного свидетельства аптекаря? Разве ты не слишком смел?

У господина Цзяна не было иного выбора, кроме как снова упомянуть имя принца Цзина.

– Принцесса, этот подчиненный действовал по поручению Его Высочества принца Цзина. Принцесса... пожалуйста, поймите.

– Ты…!

Принцесса Хуай Нин неохотно уступила:

– Хорошо. Если не хочешь этого говорить, не говори. Где ты заключил сестру Фу Фан? Эта принцесса и старший брат Юй хотели бы увидеться с ней!

Господин Цзян снова был обеспокоен, когда ответил:

– Принцесса, мисс Ци в настоящее время находится под подозрением, и ее нельзя посещать.

Принцесса Хуай Нин в гневе хлопнула по столу:

– Цзян Ли Ань, что именно ты имеешь в виду? Это не годится, и это тоже запрещено? Если ты не объяснишь все этой принцессе, тогда эта принцесса просто... тогда... я просто не уйду!

Принцесса Хуай Нин, как известно, была властной и деспотичной натурой, и император обожал ее. Хотя господин Цзян действовал по приказу принца Цзина, он не осмелился пойти против ее воли.

Он собрался с духом и объяснил:

– Принцесса, члены семьи подозреваемого не могут навещать заключенного. Это правило практикуется с тех пор, как был создан храм Дали.

– Ты…

Принцесса Хуай Нин собиралась вести себя перед ним с величием принцессы, но как мог господин Цзян не дать ей лица? Она была так зла, что хотела преподать ему урок, но Ци Юй быстро остановил ее.

Ци Юй напустив на себя серьёзный и величественный вид, сказал.

– Принцесса, господин Цзян также должен соблюдать правила. Хотя старшая сестра невиновна, наша семья Ци не будет нарушать правила храма Дали. Как насчет такого, у меня есть идея, которую я хотел бы представить на рассмотрение господина Цзяна.

Господин Цзян вежливо кивнул. Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань насторожили уши и стали ждать...

Глава 62 – Не все так просто

Этот лицемер Ци Юй, говорил лучше, чем пел!

Он сказал:

– Что ж, я подожду здесь, пока принцесса одна навестит старшую сестру. Мне придется побеспокоить принцессу передать сообщение старшей сестре от имени моего отца. Мой отец сказал, что если она действительно совершила ужасное преступление и опозорила себя, семья Ци определенно не признает ее своей дочерью! Если ее оклеветали, семья Ци обязательно будет расследовать это дело до конца!

– Старший брат Юй, не волнуйся. Я обязательно все передам.

Конечно, принцесса Хуай Нин поняла, что он имел в виду. Она посмотрела на господина Цзяна и спросила:

– Что ты все еще стоишь? Почему не указываешь дорогу?

У господина Цзяна все еще были сомнения, но, к сожалению, у него не было других причин останавливать ее, поэтому он мог только уважительно шагнуть вперед.

– Принцесса, сюда, пожалуйста. Этот чиновник будет сопровождать вас.

На этот раз всегда спокойная Гу Фэй Янь заволновалась. Она тайно наступила Ся Сяо Маню на ногу, напоминая ему, чтобы тот быстро нашел способ остановить ее.

В случае подобном покушению на убийство Его Высочества принца Цзина, храм Дали никогда бы не смог расследовать настолько громкое дело, полагаясь на показания аптекаря, не говоря уже о господине Цзяне не осмеливавшимся обвинить Ци Фу Фан. Учитывая проницательность генерала Ци и высокий статус Ци Юя, они должны были проявить инициативу, чтобы избежать подозрений. Почему они так спешили? Не говоря уже о том, что он даже посреди ночи притащил принцессу Хуай Нин, чтобы та послужила пушечным мясом, не только расспросив об уликах, но и для посещения тюрьмы.

Подобная реакция семьи Ци возникла, скорее всего, потому, что они боялись того, что Ци Фу Фан признается. Другими словами, у них была виновная совесть.

Гу Фэй Янь изначально подозревала, что Ци Фу Фан была за кулисами подставлена «старым лисом». Но теперь она не могла не подозревать, что Ци Фу Фан сделала что-то постыдное, чем воспользовался «старый лис».

Если бы принцесса Хуай Нин увиделась с Ци Фу Фан и успокоила ее, то этот случай, вероятно, стало бы трудно расследовать.

Ся Сяо Мань был умным человеком. Он быстро понял сложившуюся ситуацию.

– Принцесса, господин Цзян, пожалуйста, подождите! – вежливо сказал со знающим выражением лица Ся Сяо Мань: – Господин Цзян, принцесса Хуай Нин, перед тем как придти сюда, я уже проинформировал Его Высочество принца Цзина. Его Высочество сказал, что если кто-то находится под подозрением, кто бы это ни был, его не разрешено посещать! Его Высочество уже возвращается в город, и завтра утром он лично допросит подозреваемого.

– Вот как, – господин Цзян погладил свою бороду и сказал: – Принцесса, видите. Поскольку Его Высочество принц Цзин уже дал свои инструкции, почему бы вам не вернуться завтра? Уже так поздно, должен ли этот скромный чиновник проводить принцессу обратно во дворец?

На этот раз Ци Юй потерял хладнокровие и с сомнением спросил:

– Разве Его Высочество принц Цзин не только что уехал из города? Он действительно вернется завтра?

Принцесса Хуай Нин сузила глаза. Этот взгляд мог убить Ся Сяо Маня.

Она не знала, вернется ли старший имперский брат Цзин завтра, но ей было совершенно ясно, что как только он вернется, она определенно не сможет встретиться с сестрой Фу Фан! Вдобавок, как только старший имперский брат Цзин решит лично допрашивать сестру Фу Фан, та, скорее всего, не сможет оказать сопротивления.

Что ей делать?

Принцесса Хуай Нин тихо сказала:

– Старший брат Юй, трудно сказать, где сейчас находится принц Цзин.

Ци Юй не решился рисковать. Он тоже прошептал:

– Ты принцесса, как тебя может запугивать слуга?

Услышав это, принцесса Хуай Нин без колебаний встала и рявкнула:

– Ся Сяо Мань, ты смеешь прерывать разговор этой принцессы с господином Цзяном? Ты всего лишь слуга, но осмелился использовать старшего имперского брата Цзина, чтобы запугивать эту принцессу! Какая дерзость! Сегодня вечером эта принцесса обязательно встретится с сестрой Фу Фан, и ты не сможешь воспрепятствовать этой принцессе! Эта принцесса, естественно, сама ответит перед старшим имперским братом Цзином!

Гу Фэй Янь была втайне удивлена, она никогда не думала, что принцесса Хуай Нин поведет себя столь властно, раз Ся Сяо Мань уже упомянул имя Его Высочества принца Цзина. Она все больше и больше убеждалась, что с этим делом что-то не так.

Ся Сяо Мань был удивлен еще больше. Он не думал, что принцесса Хуай Нин пойдет против принца Цзина ради семьи Ци. Знала ли принцесса Хуай Нин, что трав, которые подменила Ци Фу Фан, было достаточно, чтобы совершить убийство? Знала ли она, что наказание за это преступление –истребление семьи до девятого колена?

В конце концов, Ся Сяо Мань был слугой. Он не осмелился спорить, и у него не было возможности напрямую бросить вызов принцессе Хуай Нин. Он мог только оказать давление на господина Цзяна:

– Господин Цзян, я уже передал приказ Его Высочества, что нам делать? Вам придется быть осторожным. В противном случае, когда придет время, принц Цзин обвинит вас. Не вините меня в том, что я не напомнил вам!

Кто ж знал, что принцесса Хуай Нин действительно пойдет во все тяжкие? Она сразу же указала пальцем на господина Цзяна:

– Цзян Ли Ань, приказы старшего имперского брата Цзина не могут быть нарушены. Как так вышло, что эту принцессу можно легко запугать?

Господин Цзян был поражен.

– Этот, этот... этот чиновник не смеет!

Господин Цзян боялся Его Высочества принца Цзина, но он также боялся и принцессы Хуай Нин. В конце концов, принцесса Хуай Нин была не только любимой дочерью императора, но и получила поддержку Первого принца и имперской наложницы Юнь, пользующейся его благосклонностью в течение многих лет.

Среди ночи он не мог найти Его Высочество принца Цзина, как и императора. Кожа головы лорда Цзяна покалывала от онемения, и он не знал, что делать!

Принцесса Хуай Нин не могла больше ждать ни секунды. Она хлопнула по столу и сердито закричала:

– Господин Цзян, чего вы ждете? Судя по всему, вы думаете, что эту принцессу легко запугать!

– Нет-нет, принцесса, этот чиновник не смеет, этот чиновник…

Прежде чем лорд Цзян смог объяснить, принцесса Хуай Нин прервала его:

– Вот что я скажу, эта принцесса здесь сегодня вечером не только ради того, чтобы увидеть мисс Ци, но и дать для нее свидетельские показания! Рецепт лечебной кухни имперской бабушки был объявлен только накануне вечером. С позавчерашнего дня и до сегодняшнего вечера старшая мисс Ци всегда была с этой принцессой, ни на минуту не покидая меня. У нее не было возможности подкупить аптекарей. Эта принцесса готова свидетельствовать в ее пользу. Даже две мои придворные дамы и евнух, могут свидетельствовать в ее пользу! Этот аптекарь Чэнь Саньюань явно подставил и оклеветал нас!

Господин Цзян про себя подумал: неужели мисс Ци действительно подставили?

Ся Сяо Мань про себя подумал: неужели Ци Юй так беспокоится, что не боится быть обнаруженным?

Гу Фэй Янь подумала: неужели ее предположение было ошибочным?

Это дело касалось жизни Его Высочества принца Цзина! Говоря прямо, это было громкое дело о покушении на убийство! Независимо от того, насколько принцесса Хуай Нин любила Ци Юя, она не пошла бы на такой большой риск, чтобы дать ложные показания! Следует знать, что в громком случае, вроде этого, если принцесса Хуай Нин совершит лжесвидетельство, она не только потеряет свою жизнь, но так же подставит свою мать, имперскую наложницу Юнь, а также своего биологического брата, Первого принца!

Глядя на решительное отношение принцессы Хуай Нин, Гу Фэй Янь ощущала все больше и больше, что все не так просто, как казалось. Однако она не могла понять, что было не так.

В это время Ци Юй тоже жестко добавил:

– Господин Цзян, принцесса уже дала показания, а вы все еще не отпускаете ее? Может быть, вы хотите, чтобы моя семья Ци подала жалобу императору на храм Дали?

Господин Цзян не осмелился больше задерживаться и немедленно отдал приказ.

– Идите и быстро освободите мисс Ци! Приведите ее сюда!

В глазах Гу Фэй Янь мелькнуло сложное выражение. Она намекнула Ся Сяо Маню, что нужно уходить, но неожиданно принцесса Хуай Нин указала на нее и высокомерно спросила:

– Господин Цзян, что здесь делает посреди ночи эта низкая служанка? Это она принесла пакет с лечебной едой, значит, она тоже под подозрением, верно?

Не говоря уже о Гу Фэй Янь и прочих, даже Ци Юй был удивлен. Хотя он тоже хотел позаботиться о Гу Фэй Янь, но, в конце концов, она была из резиденции принца Цзина. Более того, ему еще предстояло выяснить, почему Чэнь Саньюань подставил его сестру. Он не хотел создавать лишних проблем.

Ци Юй прошептал:

– Принцесса, сначала нужно спасти человека. Остальное мы обсудим позже.

У принцессы Хуай Нин был скрытый мотив. Она хотела продемонстрировать свой авторитет имперской принцессы перед Ци Юем, и хотела как можно скорее найти для себя козла отпущения. Она прошептала:

– Старший брат Юй, тебе не о чем беспокоиться. Я гарантирую, что это дело будет красиво разрешено еще до возвращения старшего имперского брата Цзина!

Глава 63 – Правда, 90% уверенности

Ци Юй конечно же знал, что принцесса Хуай Нин хотела «сначала действовать, а потом доложить», но все еще колебался, поскольку они имели дело с Его Высочеством принцем Цзином.

Однако принцесса Хуай Нин не стала ждать его согласия, а сразу же спросила:

– Господин Цзян, ты арестовал всех людей, которые были в контакте с лекарственным набором еды, но не задержал только Гу Фэй Янь. Каковы твои намерения?

Гу Фэй Янь сразу же ощутила амбре ответного нападения и клеветы. Она посмотрела на принцессу Хуай Нин, но ничего не сказала. Вместо этого ее брови слегка нахмурились, будто она о чем-то задумалась.

Ся Сяо Мань был разгневан, он бросился к господину Цзяну, объясняя с серьезным выражением лица:

– Отвечаю принцессе, как аптекарь из резиденции принца Цзина, девушка-аптекарь Гу отвечает за проверку лекарств в резиденции принца Цзина. Сегодня вечером, она, выполняя приказ, следовала за этим евнухом, чтобы помочь в расследовании! По правде говоря, принцесса то, что в пакете с лекарственными ингредиентами была ошибка, обнаружила девушка-

аптекарь Гу. Она определенно не вызывает подозрений!

– Что? Это она нашла ее?

Ци Юй не ожидал, что у Гу Фэй Янь будет такой козырь в рукаве. Принцесса Хуай Нин тоже была удивлена, но она спешила выдвинуть обвинение, и не восприняла этого всерьез.

– И что, если она это сделала? Кто знает, не была ли она вором, назвавшим вором других? От получения лекарства до его доставки, только у нее был шанс прикоснуться без свидетелей к пакету с лекарствами, верно?

– Ну…

Ся Сяо Мань на какое-то время утратил дар речи. Хотя он был на сто процентов уверен, что Гу Фэй Янь была вне подозрений, он все еще не мог найти причины, чтобы опровергнуть слова принцессы Хуай Нин. Он не мог рассказать историю о старом лисе и о том, как Гу Фэй Янь несколько дней назад спасла жизнь Его Высочества принца Цзина.

Что он должен делать?

Гу Фэй Янь была на удивление спокойна. Она взглянула на принцессу Хуай Нин, многозначительно изучая ее. Принцессе Хуай Нин показалось, будто та видела ее насквозь и быстро избежала взгляда Гу Фэй Янь.

Она ни капли не верила, что Гу Фэй Янь сможет узнать правду, не говоря уже о том, чтобы дать Гу Фэй Янь возможность узнать ее. Она внезапно яростно хлопнула по столу и сердито сказала:

– Цзян Ли Ань, ты не схватил ее и не допросил. Посреди ночи ты даже попросил ее прийти и помочь с этим делом. Как ты стал чиновником храма Дали? Эта принцесса прямо сейчас отправится на поиски отца-императора и скажет ему, что ты вместе с подозреваемой подверг сомнению верность семьи Ци!

Сначала господин Цзян был ошеломлен, но вскоре он громко вскричал:

– Я был несправедливо обвинен! Этот чиновник невиновен!

Согласно правилам имперской аптеки, два-три человека должны были наблюдать друг за другом с момента выдачи трав по рецепту до момента проверки лекарства. После некоторого расследования стало ясно, что Гу Фэй Янь была единственной, кто в одиночку касался пакета с лечебной едой. Более того, у господина Цзяна в отношении нее были свои подозрения. Если бы не внезапное прибытие принцессы Хуай Нин и Ци Юя, он бы уже прояснил свои сомнения у евнуха Маня.

Столкнувшись с вопросами принцессы Хуай Нин, как мог Цзян Ли Ань не испугаться?

Он был напуган до такой степени, что начал заикаться:

– Принцесса, этот чиновник также считает, что девушка-аптекарь Гу – самая подозрительная личность! Этот скромный чиновник изначально хотел послать кого-нибудь в резиденцию Его Высочество принца Цзина, чтобы арестовать ее сегодня вечером, но кто бы мог подумать, что евнух приведет ее сюда. Этот чиновник только что… я только что собирался арестовать ее. Если бы я не… если бы я не наткнулся на вас и молодого генерала Ци, то я… я бы уже сделал это.

Несмотря на то, что господин Цзян боялся, он все же помнил, что Гу Фэй Янь была из резиденции принца Цзина. Он посмотрел на Ся Сяо Маня и объяснил:

– Евнух Мань, сомнения принцессы – это так же сомнения этого чиновника. Кроме того, лекарство нелегко отличить. Этот чиновник также очень озадачен тем, как девушка-аптекарь Гу смогла обнаружить это лекарство. Пожалуйста, сообщите об этом Его Высочеству принцу Цзину как можно скорее.

Выражение лица Ся Сяо Маня было полно отчаяния. Если бы он лично не засвидетельствовал способности Гу Фэй Янь, он бы не поверил, что Гу Фэй Янь сможет обнаружить ингредиенты лекарства, которые не смог даже узнать Божественный Аптекарь. Не имело значения, лжесвидетельствует ли принцесса Хуай Нин, клевета была несомненна!

Ся Сяо Мань был полон сожаления. Он ни за что не должен был приходить на этот раз!

Увидев, что Ся Сяо Мань не ответил, принцесса Хуай Нин стала настаивать:

– Цзян Ли Ань, если ты тоже подозреваешь ее, то чего же ты ждешь? Тебе все еще нужна эта принцесса, чтобы научить тебя вести дела?

Господин Цзян принял быстрое решение.

– Кто-нибудь, арестуйте подозреваемую Гу Фэй Янь. По правилам, она должна содержаться в изоляции. Никому не разрешается приближаться к ней без моего приказа!

Практически в то же время Гу Фэй Янь подняла голову. По сути, она нашла ключ к делу. Только что она не ошиблась. Ци Фу Фан действительно участвовала в этом деле, а то, что сделала принцесса Хуай Нин, было лжесвидетельством. Судя по тревоге принцессы Хуай Нин, весьма вероятно, что та тоже была замешана.

Эти две идиотки просто пытались подставить ее, воспользовавшись набором лечебной еды Его Высочества принца Цзина. Они не пытались навредить Его Высочеству принцу Цзину и не осмелились бы этого сделать. Другими словами, ими не только воспользовался старый хитрый лис, но они до сих пор не знали истинных эффектов корня Лю Дань Лу Шана.

Настоящей целью старого лиса была семья Ци. А потом… будет хорошее шоу!

Яменские бегуны быстро вошли. Гу Фэй Янь не сказала ни слова. У нее не было никакого намерения защищаться. Она могла догадаться, что принцесса Хуай Нин будет сначала действовать, а потом докладывать.

Она хотела рискнуть. Какой бы храброй ни была принцесса Хуай Нин, она не осмелилась бы убить тех, кто принадлежал к резиденции принца Цзина. Она посчитала, что может позволить себе развлечься несколько часов. После того, как эта ночь закончится, когда принц Цзин вернется завтра утром, начнется настоящее хорошее шоу!

Когда яменский бегун подошел, Ся Сяо Мань внезапно встал перед Гу Фэй Янь, раскинув руки, чтобы защитить ее. Он сердито сказал:

– Цзян Ли Ань, Его Высочество принц Цзин полностью доверяет девушке-аптекарю Гу! Если вы осмелитесь задержать человека из резиденции принца Цзина, то можете попробовать!

Ся Сяо Мань был на полголовы ниже Гу Фэй Янь, а его тело было очень худым. Однако, в этот момент, со спины он уже не казался юным и незрелым, но весьма упорным и неуступчивым.

Гу Фэй Янь знала, что этот маленький негодяй защищал лицо Его Высочества принца Цзина, а не ее, но на ее сердце стало немного теплее. Она прошептала:

– Не волнуйся, со мной все будет в порядке. Поторопись и доложи Его Высочеству, просто скажи... просто скажи, что я буду ждать его возвращения.

– Прекрати, как ты можешь ждать Его Высочество? – проворчал Ся Сяо Мань. Он не только не ушел, но и продолжил запугивать господина Цзяна: – Цзян Ли Ань, скажу это в последний раз, что Его Высочество принц Цзин полностью доверяет девушке-аптекарю Гу. Если вы мне не верите, вы можете задержать и меня! Когда Его Высочество вернется в город, хе-хе, вам придется нести ответственность!

– Это…

Прежде чем господин Цзян успел закончить свои слова, принцесса Хуай Нин снова ударила по столу:

– Ты, собачий раб, осмеливаешься угрожать чиновнику храма Дали!? Ты просто сторожевой пес резиденции принца Цзина. Разве ты не переоцениваешь себя! Итак, евнух Сяо Мань совершил преступление, укрывая подозреваемую, арестуйте его вместе с ней для этой принцессы!

– Принцесса, успокойтесь, успокойтесь принцесса, евнух Мань…

Господин Цзян совершенно не хотел арестовывать евнуха Маня. Однако принцесса Хуай Нин бросила на него свирепый взгляд, и он мог только махнуть рукой, давая знак яменским бегунам сделать то, что было велено.

Ся Сяо Мань по-прежнему прятал Гу Фэй Янь за своей спиной, не позволяя яменским бегунам схватить ее. Он легонько фыркнул:

– Давайте, ведите!

У Гу Фэй Янь возникло слабое подозрение, что Ся Сяо Мань намеренно отправился в тюрьму вместе с ней. Она не понимала почему, поэтому пока могла только молчать.

Вскоре после того, как они вышли за дверь, они столкнулись с Ци Фу Фан, идущей им на встречу. Ци Фу Фан посмотрела на них, а затем на людей в зале и сразу же поняла, что план принцессы Хуай Нин удался.

Обрадованная, она остановилась рядом с Гу Фэй Янь и тихо сказала:

– У тебя не хватает способностей, чтобы сражаться с нашей семьей Ци! Ха-ха, если у тебя есть возможность, пусть твой любовник спасет тебя! О, как я могла забыть? Когда твой любовник встретит принцессу Хуай Нин, ему все равно придется склониться и поприветствовать ее. Хе-хе...

Глава 64 – Что ещё мы можем поделать

Глядя на надутое лицо Ци Фу Фан, Гу Фэй Янь прищурилась и тихо сказала:

– Лучше действительно окажись невиновной, не проси меня о помощи, когда придет время.

Она была человеком, наиболее близким к истине. Как бы та не гордилась, Гу Фэй Янь не поверила бы, что принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан, эти две идиотки, могут сравниться со старым лисом.

– Извини?

До Ци Фу Фан не доходило, почему Гу Фэй Янь внезапно сказала это. Она просто подумала, что та сошла с ума:

– Хорошо, подождем!

Она больше ничего не сказала Гу Фэй Янь, а с улыбкой на лице вбежала в зал:

– Принцесса, наконец-то вы здесь. Господин Цзян действительно кого-то несправедливо обвинил! Вы должны отстоять для меня справедливость!

Гу Фэй Янь не обернулась. С легкой улыбкой на губах она тихо ушла с Ся Сяо Манем. Господин Цзян не осмелился действовать слишком опрометчиво, поэтому устроил для них отдельную камеру.

Убедившись, что все яменские бегуны ушли, Гу Фэй Янь быстро подтащила Ся Сяо Маня к себе и тихим голосом спросила:

– Почему ты не поторопился уйти и вызвать подмогу? Зачем пришел сюда?

Ся Сяо Мань с презрением оттолкнул ее руку и резко ответил:

– Что за чушь ты пытаешься сказать? Если бы этот евнух не вошел, ты бы потеряла все лицо дворца Его Высочества принца Цзина?

Гу Фэй Янь чувствовала, что что-то не так. Ее острый взгляд был прикован к глазам Ся Сяо Маня, а брови медленно нахмурились. Ся Сяо Мань тут же отвернулся. Закинув руки за спину и слегка наклонившись, он безразлично отошёл прочь.

– Это будет сложно, это будет сложно!

– Ся Сяо Мань! – глубоким голосом сказала Гу Фэй Янь: – Ты что-то от меня скрываешь?

Ся Сяо Мань сделал вид, что не слышит, и продолжал бормотать себе под нос:

– Так сложно… это действительно неприятно...

Гу Фэй Янь все больше и больше чувствовала, что что-то не так, поэтому она погналась за ним и, схватив за воротник, холодно сказала:

– Ублюдок, ты скажешь это или нет?

Ся Сяо Мань был напуган силой Гу Фэй Янь. Если бы она приложила чуть больше усилий, то точно задушила бы его.

–Ты… отпусти меня, я скажу. Скажу!

Только тогда Гу Фэй Янь отпустила его. Ся Сяо Маню хотелось плакать, но не было слез, когда он увидел свирепый вид Гу Фэй Янь, он прошептал:

– Его Высочество принц Цзин, он, он... маловероятно, что он вернется завтра...

Ещё до того как он смог закончить, Гу Фэй Янь была ошеломлена:

– Что ты сказал?

Ся Сяо Мань собрался с силами, чтобы продолжить:

– Я тоже не знаю, где находится принц Цзин. Если я сказал, что Его Высочество завтра вернется в город, то только для того чтобы… просто припугнуть их. Я не знал, что на этот раз принцесса Хуай Нин настолько осмелеет!

Лицо Гу Фэй Янь побледнело.

Принцесса Хуай Нин определенно станет пытать их, чтобы заставить признаться. Через несколько часов с ними будет покончено. Если бы это длилось несколько дней, она даже представить себе не могла, чем бы все закончилось.

Ся Сяо Мань воспринял эту логику от всего сердца и серьезно сказал:

– Девушка-аптекарь, не волнуйся. С этим евнухом они не посмеют быть слишком самонадеянными!

Гу Фэй Янь сердито уставилась на него:

– Если ты не будешь выпендриваться, то умрешь? С тех пор как принцесса Хуай Нин осмелилась заключить тебя в тюрьму, чего еще тебе не стоит бояться? Тебе не следовало влезать! Ты такой глупый!

Ся Сяо Мань тоже был в ярости, когда выпалил:

– Глупая девчонка, а я еще беспокоился о тебе!

Гу Фэй Янь внезапно застыла. Она уставилась на Ся Сяо Маня, не говоря ни слова. Это был первый раз, когда она услышала, как кто-то сказал, что он беспокоился о ней. Подумать только, что это будет такой наивный голосок.

Гу Фэй Янь быстро пришла в себя. Ей не хотелось сидеть на месте и ждать смерти. Поскольку местонахождение принца Цзина было неизвестно, она только сама могла спасти себя. Если бы она могла заманить старого лиса и предъявить поддельный рецепт Чэн И Фэя, то выиграла бы много времени. Она лучше понесет ответственность, что не сообщила об этом, чем столкнется с пытками и издевательствами принцессы Хуай Нин!

– Ся Сяо Мань, скажи им, что я хочу увидеть господина Цзяна. У меня есть...

Прежде чем Гу Фэй Янь закончила фразу, среди глубокой тишины послышались шаги. И Гу Фэй Янь, и Ся Сяо Мань одновременно посмотрели в ту сторону. Они увидели, что это была никто иная, как принцесса Хуай Нин. Более того, ее сопровождали лишь несколько незнакомых слуг. Не было никаких следов господина Цзяна, брата и сестры Ци, не было даже ни единого яменского бегуна.

Гу Фэй Янь была втайне удивлена. Принцесса Хуай Нин пришла так быстро, даже не позволив людям храма Дали сопровождать её. Этого было достаточно, чтобы показать, что она полностью подавила господина Цзяна. Другими словами, Гу Фэй Янь не сможет увидеть его и не сможет сообщить о поддельном рецепте.

Что ей делать?

Что еще она могла сделать?

Она могла только стиснуть зубы и нести это бремя!

Принцесса Хуай Нин не знала, что Ся Сяо Мань солгал и не хотела терять времени. Она даже не дала возможности Гу Фэй Янь заговорить. Она остановилась у камеры и немедленно приказала:

– Идите вперед, и допрашивайте ее, пока она не скажет правду!

Как только дверь открылась, несколько слуг вошли внутрь. Ся Сяо Мань был очень встревожен, он поспешил встать перед Гу Фэй Янь, делая паузу после каждого слова:

– Его Высочество принц Цзин очень доверяет этой девушке-аптекарю Гу! Принцесса, подумайте, пожалуйста! Чтобы не упасть, лучше обуздать лошадь!

– Собачий раб, очередь принцессы преподать тебе урок!

С кивком принцессы Хуай Нин, двое слуг схватив Ся Сяо Маня, заткнули ему рот. Ся Сяо Мань боролся изо всех сил, но не смог освободиться.

Гу Фэй Янь знала, что борьба тщетна. Она замерла, не произнося ни слова, но ее ледяной взгляд вызывал у людей неописуемое чувство уважения. Принцесса Хуай Нин явно была победителем, но под взглядом Гу Фэй Янь снова ощутила чувство неполноценности.

Она не понимала, откуда взялось достоинство Гу Фэй Янь, и еще больше не желала его признавать. Она сердито сказала:

– Кто-нибудь, давайте допросите её для этой принцессы! Тщательно допросите!

Хотя говорилось о допросе, на самом деле это были пытки!

Двое слуг держали Гу Фэй Янь, а двое других достали орудия пыток. Это орудие пыток было не чем иным, как устройством для защемления пальцев. Если использовать его в лёгком варианте, у человека прихватит сердце, при интенсивном использовании можно сломать кости. Однако это устройство отличалось от обычного. Его специально использовали во дворце. Если вы защемляли им руки, на них не оставалось ни ран, ни синяков. Однако при его использовании боль была сильнее, чем от обычного устройства!

Крепко сжатые пальцы Гу Фэй Янь были насильно раздвинуты и вставлены в это устройство. Она знала, что будет больно, но продолжала смотреть на принцессу Хуай Нин, не обращая внимания на свои руки.

Сначала принцесса Хуай Нин хотела медленно истязать Гу Фэй Янь, но взбесилась от подобного взгляда. Она окликнула слугу:

– Почему ты стоишь там? Поторопись!

Слуга тут же потянул за веревку, заставив тело Гу Фэй Янь задрожать от боли. Ей казалось, что ее душа вот-вот покинет тело. Однако она продолжала смотреть на принцессу Хуай Нин, даже не взглянув на свои руки.

Боль трудно было вынести, но глядя на лицо врага вполне возможно. Еще оставалось много времени. Ей нужно было упорствовать, держаться, пока она не сможет отомстить!

Принцесса Хуай Нин не ожидала, что Гу Фэй Янь даже не закричит от боли. Она оттолкнула слугу и лично потянула веревку рукой, шепча:

– Гу Фэй Янь, я дам тебе последний шанс. Либо ты скажешь правду, либо… я искалечу твои руки!

В конце концов, взгляд Гу Фэй Янь упал на ее руки, но вскоре он вернулся к лицу принцессы Хуай Нин.

– Хорошо, я скажу вам правду.

Принцесса Хуай Нин была тайно обрадована, но неожиданно Гу Фэй Янь громко сказала:

– Я, Гу Фэй Янь, никогда не признаюсь в том, чего я не делала раньше. Если принцесса так хочет подчинить меня, значит, она чувствует себя виноватой?

– Ты!

Принцесса Хуай Нин была так рассержена, что потянула за веревку изо всех сил. Гу Фэй Янь сильно вспотела от боли, но даже не нахмурилась. Вместо этого она начала громко смеяться.

Есть люди радующиеся своей боли, поэтому она решила «посмеяться над болью»!

– Похоже, принцессе не нравятся эти слова. Почему бы мне не изменить их. Принцесса не только не замужем за семьей Ци, но и Ци Юй обручен со мной, так что не только принцесса чувствует себя виноватой, но и также действует ради себя! Как насчет того, чтобы я отдала своего старшего брата Ци принцессе, тогда принцесса отпустит меня?

– Гу Фэй Янь! Ты ищешь смерти!

Принцесса Хуай Нин была так разгневана, что снова потянула веревку изо всех сил. Она не могла дождаться, чтобы сломать Гу Фэй Янь пальцы...

Глава 65 – Слезы счастья

Гу Фэй Янь испытывала неописуемую боль, но она продолжала злить принцессу Хуай Нин:

– Похоже, у меня все в порядке!

Принцесса Хуай Нин выглядела так, будто вот-вот сойдет с ума. Она заставила слуг помочь ей, как можно сильнее натянуть веревку.

Гу Фэй Янь сильно вспотела от боли, не в силах сказать ни слова.

Она стиснула зубы и молча терпела, ожидая, пока принцесса Хуай Нин сломает ей кости пальцев! Если она продолжит, то фаланга будет сломана и останется рана. К тому времени принцесса Хуай Нин должна будет остановиться.

Гу Фэй Янь закрыла глаза, ожидая самого болезненного момента.

Но! Один из слуг вовремя напомнил принцессе Хуай Нин:

– Принцесса, если вы не остановитесь, появится рана. Не торопитесь!

Принцесса Хуай Нин оправилась от гнева и в спешке отбросила веревку.

Не говоря уже о сломанных костях пальцев Гу Фэй Янь, у нее даже хватило бы духу убить ее. Однако на этот раз все было иначе. Она не могла убить человека в храме Дали, не говоря уже о том, что она не могла оставить никаких доказательств в этом деле! Ей требовалось заставить Гу Фэй Янь признать свою вину перед господином Цзяном и положить конец этому делу до того, как старший имперский брат Цзин вернется в город.

В любом случае, корень Лю Дань Лю Шана не был опасным для жизни ингредиентом. Если бы старший брат Цзин занялся бы этим вопросом, она бы всего лишь пошла бы искать своего отца-императора и повела бы с ним себя по-детски! Если бы ее защищал отец, она не верила, что старший имперский брат Цзин пойдет против нее ради маленькой девушки-аптекаря!

Если ее руки не могли быть повреждены, то оставались ноги!

Она хотела посмотреть, как долго Гу Фэй Янь сможет выдерживать такую душераздирающую боль!

– Эта принцесса позволит тебе побыть упрямой! Позже не умоляй меня признать себя виновной!

Как только взгляд принцессы Хуай Нин переместился к ногам Гу Фэй Янь, слуги сразу же все поняли. Они грубо стянули с нее туфли и носки и используя устройство сжали пальцы ее ног. На этот раз они намеренно сдавили сильнее и ранили ее. Однако на это у них ушло целых полчаса.

Полчаса!

Тело Гу Фэй Янь начало бесконтрольно дрожать. Это действительно, было слишком больно!

Однако она даже не посмотрела себе под ноги. Вместо этого она упрямо продолжала смотреть на принцессу Хуай Нин, как нераскаявшийся ребенок. Ся Сяо Мань, которого удерживали рядом с ней, не мог говорить и все время качал головой. Его обычно суровое лицо было наполнено болью.

Принцесса Хуай Нин никогда не ожидала, что Гу Фэй Янь сможет справиться с этим. Она была полна разочарования, так что ей пришлось на время отпустить Гу Фэй Янь и взяться за Ся Сяо Маня.

За окном на востоке просветлело небо, скоро должен был наступить рассвет. Это дело нельзя было откладывать до рассвета. Если Гу Фэй Янь не признавала себя виновной, тогда единственным, кто мог признать себя виновным, был собака-раб, Ся Сяо Мань!

Она прошептала на ухо Ся Сяо Маню:

– Евнух Мань, ты умный человек. Хочешь попробовать вкус щипцов или обвинишь Гу Фэй Янь в том, что она настоящий преступник? Эта принцесса даст тебе время, необходимое, для заваривания чашки чая. Подумай как следует!

Ся Сяо Мань уже пришел в ярость, но когда он услышал это, он ещё сильнее разозлился. Как только комок ткани был вынут из его рта, он тут же взорвался и громко закричал:

– Принцесса Хуай Нин, почему вы хотите, чтобы я предал Его Высочество? Вы осмеливаетесь действовать так опрометчиво?! Как только Его Высочество принц Цзин вернется, он обязательно позаботится о вас!

Гу Фэй Янь была повернута спиной к Ся Сяо Маню и не знала, что там происходит. Услышав слова Ся Сяо Маня, она поняла, что принцесса Хуай Нин хотела заставить Ся Сяомань признаться. Она сильно заволновалась. В конце концов, Ся Сяо Мань был всего лишь ребенком. Его тело и кости еще не полностью выросли. Как он мог перенести такие пытки?

Гу Фэй Янь испытывала такую сильную боль, что не хотела говорить, но все же открыла рот:

– Принцесса Хуай Нин, почему не заставив меня говорить, вы взялись за евнуха Маня? Вы признали поражение от моих рук? Я думала, у вас еще остались кое-какие навыки, но похоже это просто блеф, хе-хе!

Если она не искала смерти из-за такой провокации, что еще она могла делать?

– Гу ФэйЯнь, ты…

Прежде чем Ся Сяо Мань успел закончить, Гу Фэй Янь прервала его. Это был не только вызов, но и провокация.

– Принцесса Хуай Нин, у вас есть возможность заключить меня в тюрьму, но нет возможности заставить меня признаться. Хе-хе, неудивительно, что Ци Юй не решился жениться на вас!

Эти слова попали прямо в больное место принцессы Хуай Нин. Она в ярости повернулась и снова надела на Гу Фэй Янь зажимы.

– Гу Фэй Янь, эта принцесса позволит тебе стать свидетельницей способностей этой принцессы!

Не заботясь о последствиях, принцесса Хуай Нин потянула за веревку. Слуга попытался ее уговорить, но она не обратила внимания. Она даже заставила его тянуть вторую веревку, делая это изо всех сил!

Гу Фэй Янь испытывала такую сильную боль, что не могла не поднять голову. Ее разум был пуст, и наконец на ее лице возникло болезненное выражение. Ся Сяо Мань боролся изо всех сил, он громко кричал, а его слезы уже давно текли по щекам.

– Принцесса Хуай Нин, отпустите ее!

– Принцесса Хуай Нин, если вы хотите пытать меня, то пытайте меня. Отпустите ее!

Внезапно, как раз в тот момент, когда Ся Сяо Мань кричал, раздался громкий и ясный голос:

– Его Высочество принц Цзин прибыл... Его Высочество принц Цзин прибыл!

Ся Сяо Мань остановился; его первой реакцией была мысль, что он ослышался.

Гу Фэй Янь тоже услышав этот голос, втайне рассмеялась над собой, решив что у нее начались слуховые галлюцинации. Не потому ли, что она знала, что это невозможно, но все же хранила некоторые ожидания, поэтому у неё возникли такие галлюцинации? Даже если бы ложь Ся Сяо Маня сбылась, это все равно не случилось  бы так быстро. Небо было по-прежнему темным!

Конечно, принцесса Хуай Нин тоже услышала это. Ее руки застыли, и она подсознательно обернулась, чтобы посмотреть на дверь. Она не видела Его Высочества, но в этот момент снова раздался другой голос

– Его Высочество принц Цзин прибыл...

Три объявления, приближающихся издалека, это не могло быть ошибкой!

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена, и Гу Фэй Янь поняла, что у нее нет галлюцинаций. Она успокоилась и быстро оглянулась на дверь, только чтобы увидеть высокую фигуру, медленно приближающуюся из темноты. Это был никто иной, как Его Высочество принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь.

Он не остановился у дверей, но вошел внутрь, прежде чем замереть на месте. Он был таким высоким и мощным, таким красивым и холодным, таким высокомерным. Его холодные красивые брови нахмурились, и он казался очень несчастным. Но и его недовольный вид был столь же красив.

Внезапно натянутые нервы Гу Фэй Янь расслабились. Она не собиралась плакать от боли, которую чувствовала раньше, но в этот момент она была так счастлива, что ей захотелось заплакать.

Ее покровитель вернулся. Она была в безопасности!

Гу ФэйЯнь была так счастлива, что утратила дар речи, но Ся Сяо Мань вскричал задыхающимся голосом:

– Ваше Высочество, с этим слугой поступили несправедливо, девушка-аптекаря Гу была обижена! Если Его Высочество пришёл бы немного позже, вы не застали бы нас в живых! Ваше Высочество... у-у...

Цзюнь Цзю Чэнь не сразу обратил внимание на Ся Сяо Маня. Его ледяные глаза скользнули по босым ногам Гу ФэйЯнь и сразу заметили зажимы на ее пальцах.

Принцесса Хуай Нин, наконец, пришла в себя. Она была так напугана, что ее руки и ноги затряслись. Она поспешно стащила зажимы с рук Гу ФэйЯнь. Десять пальцев Гу Фэй Янь уже испытывали мучительную боль, но от рывка все  стало только хуже. Она не могла не вдохнуть холодного воздуха.

Взгляд в глазах Цзюнь Цзю Чэня становился все холоднее и холоднее. Казалось, он хотел подойти, но остановился. Он не задал ни единого вопроса и только холодно сказал:

– Кто-нибудь, передайте мой приказ. Это дело будет рассмотрено немедленно. Ся Сяо Мань, отведи сначала девушку-аптекаря Гу применить лекарство!

После того, как он закончил говорить, он еще раз взглянул на Гу Фэй Янь, затем решительно повернулся и ушел.

Принцесса Хуай Нин застыла на месте. Слуги отпустили Ся Сяо Маня, не осмеливаясь пошевелиться. Ся Сяо Мань бросился на помощь Гу Фэй Янь.

Ноги и руки Гу Фэй Янь болели, и Ся Сяо Маню пришлось помочь ей встать. Она встала, но не ушла немедленно. Вместо этого она холодно сказала принцессе Хуай Нин:

– Три нападения, и вы упустили свой шанс. Я не дам вам другого шанса!

Принцесса Хуай Нин трижды усложняла ей жизнь.

В самом-то деле… Довольно!

Глава 66 – Хуай Нин, я обидел тебя

Его Высочество принц Цзин лично явился в суд, чтобы добиться справедливости по важному делу.

На рассвете все чиновники верхних и нижних инстанций храма Дали уже заняли свои места. Прибыл даже Божественный Аптекарь господин Наньгун. Никто не осмелился пренебречь им. Главные двери двора были распахнуты настежь, а яменские бегуны стояли в три ряда слева и справа. Вся сцена была серьезной и тихой, с торжественной, строгой атмосферой.

Несмотря на то, что Цзюнь Цзю Чэнь был одет в повседневную одежду, а его чернильно-черные волосы были собраны в пучок, властная аура, исходящая от его тела, не ослабла ни в малейшей степени. Он сидел на самом верху в кресле главного судьи, его лицо было холодным, как лед. Он не сказал ни слова, но одного его случайного взгляда было достаточно, чтобы все дрожали от страха!

Главе храма Дали, господину Цзяну, полагалось сидеть на первой скамье присяжных, но прямо сейчас он стоял. Его лицо было бледным, ноги дрожали, и он был полон сожалений. Брат и сестра Ци тоже выглядели не лучше. Даже непоколебимо высокомерный Ци Юй не осмеливался поднять голову перед Его Высочеством принцем Цзином.

Только принцесса Хуай Нин держалась. Она подошла к Ци Юю и прошептала:

– Старший брат Юй, не волнуйся слишком сильно. Чтобы ни случилось, я справлюсь сама. Я уже отправила людей, чтобы найти свою мать-наложницу и моего имперского брата. Гарантирую, что он сделает так, что никто не сможет прикоснуться к семье Ци!

Что касаемо того, сможет ли Его Высочество принц Цзин выступить против семьи Ци, он понятия не имел. Однако он знал, что, пока принцесса Хуай Нин будет готова взять на себя вину, семья Ци выживет.

Он тайно взял принцессу Хуай Нин за руку. Его голос стал намного мягче, чем обычно.

– Хуай Нин, я обидел тебя.

– Старший брат Юй, ради тебя я готова на то, чтобы со мной поступили несправедливо.

Ци Фу Фан, взявшая на себя вину за принцессу ХуайНин, подслушала их разговор. Она буквально потеряла дар речи. Из-за своей личности у нее не было выбора, кроме как признать это. Она даже не осмелилась сказать Ци Юю правду.

Весь зал долго молчал, но Цзюнь Цзю Чэнь все еще не сказал ни слова и не начал процесс. Никто не осмелился его подгонять. Он несомненно ждал Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь не стала дожидаться прибытия императорского лекаря. Она приготовила рецепт в маленьком треножнике Царя Исцеления и поспешно применила его. Она попросила Ся Сяо Маня помочь ей быстрее добраться до суда. Хотя ее ступни и пальцы ног были столь же болезненными, как и во время пыток, она по-прежнему была прилично одета и находилась в хорошем состоянии.

Тюремная камера располагалась перед задним двором, не слишком далеко друг от друга, но девушка едва могла передвигать ноги. Она долго шла, прежде чем добралась до двора.

Большинство людей не ожидали, что она придет, и сразу же послышались перешептывания.

В конце концов, кроме господина Цзяна и прочих, люди за пределами зала не знали, что произошло прошлой ночью. Зачем она пришла? Что случилось с ее травмой? Что касается Ци Юя и остальных, их лица, несомненно, стали еще более уродливыми.

Гу Фэй Янь не волновали эти люди. Видя, что Его Высочество принц Цзин еще не приступил к заседанию суда, она про себя вздохнула с облегчением и быстро вошла внутрь. Она встала сдерживая боль, прежде чем поклониться:

– Ваша служанка Гу Фэй Янь выражает свое почтение Его Высочеству принцу Цзину.

Трудно сказать, было ли это из-за того, что Цзюнь Цзю Чэнь долго ждал, или по какой-то иной причине, но он казалось стал еще недовольнее, чем раньше. Он взглянул на ноги Гу Фэй Янь и холодно сказал:

– Иди сюда и сядь.

– Спасибо, Ваше Высочество!

Как только Гу Фэй Янь заняла свое место, Цзюнь Цзю Чэнь стукнул деревянным молотком и холодно сказал:

– Начинаем суд!

Гу Фэй Янь про себя подумала: Его Высочество принц Цзин, должно быть, с нетерпением ждал этого момента.

Громкий стук сделал и без того безмолвный двор еще более серьезным и торжественным. Все чиновники заняли свои места, но господин Цзян и Ци Юй до сих пор оставались стоять. Увидев это, все поняли, что что-то не так.

Господин Цзян не мог больше сдерживаться и собирался выйти, когда Цзюнь Цзю Чэнь внезапно открыл рот и сказал:

– Хуай Нин, кто позволил тебе допрашивать людей в храме Дали?

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена.

Это была просто подмена лекарства, а эта женщина была не более чем скромной рабыней. Каковы были намерения Его Высочества принца Цзина? Как она могла быть так смущена на публике?

Все были ошарашены. Что происходило?

Гу Фэй Янь тоже была очень удивлена. Она думала, что  Его Высочество принц Цзин преподаст урок принцессе Хуай Нин наедине. В общественном суде единственное, что он мог сделать – наказать господина Цзяна. В конце концов, принцесса Хуай Нин была членом императорской семьи и была зеницей ока императора. Даже если принц Цзин не заботился о чести императорской семьи, ему все равно пришлось бы дать императору какое-то лицо.

Может быть, Его Высочество принц Цзин хотел использовать эту возможность, чтобы подавить имперскую наложницу и высокомерие первого принца, стоявшего за принцессой Хуай Нин?

У Гу Фэй Янь не было таких глубоких мыслей. Она была скорее взволнована, чем удивлена!

Она никогда не собиралась отпускать принцессу Хуай Нин. Теперь, учитывая отношение принца Цзина, она подумала, что сможет вернуть все три долга за один раз.

– Я, я...

После долгого колебания принцесса Хуай Нин, наконец, придумала абсурдную причину:

– Господин Цзян осмелился ворваться в мой дворец и арестовать человека! Конечно, эта принцесса должна выяснить, что произошло. В противном случае... как эта принцесса утвердится в будущем?

Цзюнь Цзю Чэнь не стал это комментировать и снова спросил:

– Кто позволил тебе применять пытки, чтобы заставить человека признаться?

Принцесса Хуай Нин снова начала заикаться:

– Я пугала ее, но не заставляла ее признаться! Пакет с лекарствами забрала Гу Фэй Янь. Она самая подозрительная, я... если бы я не напугала ее, разве она сказала бы мне правду?

Цзюнь Цзю Чэнь по-прежнему не удосужился прокомментировать или продолжить этот вопрос. Он отмахнулся от нее, позволяя отойти.

Принцесса Хуай Нин облегченно вздохнула. Однако лицо Ци Юя, стоявшего рядом с ней, потемнело. Принц Цзин не наказал принцессу Хуай Нин, но сильно ударил по лицу ее и семью Ци!

Даже глупый человек мог понять, что принцесса Хуай Нин пыталась прикрыть семью Ци и пытала невесту Ци Юя, чтобы выбить для него признание! Люди за пределами зала перешептывались друг с другом, и несколько знакомых лиц смотрели на него с презрением.

Гу Фэй Янь улыбнулась, тайно смеясь в своем сердце. Она так смеялась, что забыла о боли в руках и ногах.

Все думали, что, поскольку Его Высочество оскорбил принцессу, он больше не станет заниматься этим делом. Даже господин Цзян втайне вздохнул с облегчением. В конце концов, Его Высочество принц Цзин принадлежал к тому же поколению, что и принцесса Хуай Нин, и если дело дойдет до императора, он действительно не сможет прикоснуться к ней.

Тем не менее!

Цзюнь Цзю Чэнь снова превзошел все ожидания.

Он посмотрел на господина Цзяна и немедленно отдал приказ:

– Кто-нибудь, сместите Цзян Ли Аня с должности чиновника храма Дали, понизьте его в должности и отправьте в северный региона. Позвольте ему задуматься над своими ошибками. Вы знаете, что вы сделали неправильно?

Господин Цзян больше не мог держаться, дрожа, он опустился на колени наземь. Ему все еще нужно было подумать? Конечно, он знал, что сделал не так!

Вся публика погрузилась в молчание, даже Гу Фэй Янь почувствовала, как ее сердце бешено забилось. Говорили, что принц Цзин был безжалостным человеком. Всего несколькими словами он мог решить жизнь и смерть человека. Сегодня она, наконец, увидела это.

Если только что это была дана пощечина принцессе Хуай Нин и семье Ци, то этот шаг можно было бы считать суровым наказанием!

Ни суда, ни обсуждения, прямо к увольнению и понижению в должности. Это было явным предупреждением гражданским и военным чиновникам императорского двора. Кто бы ни предстал перед принцессой Хуай Нин и семьей Ци в будущем, кто осмелился бы практиковать фаворитизм и обман, в конце концов, итогом станет судьба как у Цзян Ли Аня!

Наблюдая, как уводят Цзян Ли Аня, принцесса Хуай Нин ощутила себя крайне униженной, но все же хотела сохранить лицо любой ценой. Она прошептала:

– Старший брат Юй, это была моя халатность. Не волнуйся. Я обязательно защищу вас по делу сестры Фу Фан!

Ци Юй был подавлен и не хотел разговаривать, но все же ответил:

– Мне жаль беспокоить вас, принцесса.

После того, как Цзян Ли Аня увели, Цзюнь Цзю Чэнь официально начал суд. Он велел:

– Кто-нибудь, приведите Чэнь Саньюаня!

Глава 67 – Какая отличная драма

Вскоре Чэнь Саньюань был препровожден яменскими бегунами во двор и поставлен на колени.

– Аптекарь Чэнь Саньюань выражает свое почтение Его Высочеству принцу Цзину!

На нем все еще был халат аптекаря, он выглядел изможденным и испуганным. Поклонившись, он украдкой взглянул на Ци Фу Фан.

Хотя это действие было скрыто, все присутствующие заметили, как это произошло. Глаза Гу Фэй Янь подозрительно вспыхнули, пока она смотрела на него, не издавая ни звука.

Цзюнь ЦзюЧэнь прямо сказал:

– Чэнь Саньюань, повтори свое свидетельство.

Только тогда Чэнь Саньюань поднял голову, но снова робко посмотрел на Ци Фу Фан. Он не ответил, а вместо этого отодвинулся в сторону с испуганным выражением лица, будто хотел держаться подальше от Ци Фу Фан.

При таком очевидном действии любой мог сказать, что между ним и Ци Фу Фан возникла большая проблема. Он очень боялся Ци Фу Фан.

Ци Фу Фан была в ярости. Она хотела объясниться, но боялась вызвать еще большее подозрение.

Цзюнь Цзю Чэнь продолжил:

– Чэнь Саньюань, тебе не нужно бояться. Повтори свое признание еще раз.

Чэнь Саньюань снова поднял голову. На этот раз он посмотрел на Ци Юя, и по-прежнему отшатнулся после первого взгляда. Казалось, теперь он испугался еще больше.

Что такое «момент, когда молчание значит больше, чем слова»?

Это был именно такой момент!

Все были крайне шокированы и начали подозревать, что не только Ци Фу Фан подкупила Чэнь Саньюаня, но и Ци Юй тоже был замешан.

Ци Юй с трудом выдержал это. Он немедленно встал и сердито сказал:

– Чэнь Саньюань, что ты имеешь в виду, не отвечая на вопрос Его Высочества принца Цзина, но глядя на меня и мою сестру? Может, ты чувствуешь себя виноватым и больше не осмеливаешься говорить? Я… я предупреждаю тебя. Тебе лучше иметь доказательства, иначе ты будешь обвинен в клевете на меня!

Когда Ци Юй открыл рот, как Ци Фу Фан могла сдержаться?

Ци Фу Фан бросилась к Чэнь Саньюаню, указала на его нос и закричала:

– Ты, собака-раб, ты ведешь себя так фальшиво! Если ты действительно боишься меня, то почему разоблачил? Коварный злодей! Гу Фэй Янь приказала тебе это сделать? Говори!

Реакция Ци Фу Фан была великолепной. Кто бы мог подумать, что реакция Чэнь Саньюань будет даже сильнее, чем ее? Чэнь Саньюань был похож на испуганную птицу, когда резко вскочил и бросился к возвышению, где сидел Его Высочество принц Цзин.

Кланяясь изо всех сил, он громко крикнул:

– Ваше Высочество принц Цзин, спасите меня! Спасите меня! Вчера было решено, что, если я скажу правду и представлю доказательства, храм Дали защитит мою жизнь и не позволит мисс Ци встретиться со мной! Суд не может нарушить свое обещание!

Это...

Ци Фу Фан была ошеломлена, она подкупила Чэнь Саньюаня. Но она всегда вела себя добродушно, и никогда ничем ему не угрожала!

Он сделал это специально! Он притворялся!

Он признался не из-за страха; его кто-то подкупил!

Когда Ци Фу Фан осознала это, она была так разгневана, что полностью утратила рассудок. Она бросилась к Чэнь Саньюаню и изо всех сил сдавила его горло:

– Перестань притворяться! Сколько ты собираешься притворяться! Я больше не позволю тебе притворяться! Почему ты это делаешь? Почему?

Яменские бегуны поспешили оттащить ее, но Ци Фу Фан все еще сопротивлялась:

– Чэнь Саньюань, ты клевещешь на меня! Ты намеренно пытаешься обмануть меня? Гу Фэй Янь подкупила тебя? Скажи это!

Хотя ее имя называлось снова и снова, все выглядело так, будто Гу Фэй Янь смотрела шоу, от чего ей хотелось смеяться. Если раньше она только сомневалась в Чэнь Саньюане, то теперь была полностью уверена, что Чэнь Саньюань был человеком старого лиса!

Какой хороший актер, он начал играть, как только вошел в дверь, намеренно провоцируя брата и сестру Ци. Она хотела посмотреть, какие доказательства он может привести.

Цзюнь Цзю Чэнь, казалось, все прекрасно знал. Он позволил Ци Фу Фан вызвать шум, оставаясь спокойным и собранным.

То, что Ци Фу Фан выглядела так, будто собиралась съесть кого-то живьем, в этом месте выглядело особенно подозрительным. Некоторые из судебных чиновников, участвующих в слушании, начали перешептываться друг с другом, обсуждая этот вопрос.

В конце концов, именно Ци Юй понял, что они попали в ловушку Чэнь Саньюаня. Он быстро оттащил Ци Фу Фан назад.

– Старшая сестра, не проявляй неуважение к суду. Если принц Цзин будет допрашивать вас лично, он, естественно, устроит вам справедливый суд. Как член семьи Ци, ты должна стоять прямо и не бояться теней. Посмотрим, какие доказательства может придумать этот ублюдок.

Принцесса Хуай Нин тоже с тревогой сказала:

– Сестра Фу Фан не волнуйся. Сегодня никто не сможет оклеветать тебя!

Ци Фу Фан, наконец, успокоилась.

Для Цзюнь Цзю Чэня было редкостью такое терпение. После того, как все успокоились, он, наконец, сказал:

– Чэнь Саньюань, тебе нужно, чтобы я спросил тебя в третий раз?

– Нет, нет! Этот слуга не смеет! Этот слуга скажет, этот слуга все расскажет!

Чэнь Саньюань так нервничал, что заикался.

– Это, это… это мисс Ци приказала мне украсть… украсть пакет с лечебной едой Его Высочества. А затем… когда все откроется переложить вину на девушку-аптекаря Гу Фэй Янь.

Все знали о показаниях, поэтому ждали подробностей.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно ответил:

– Расскажи мне подробности!

– Это... все было в ночь перед раздачей пакетов, мисс Ци лично пришла в императорскую аптеку. В то время этот слуга не знал рецепта лечебной кухни, и не знал, где мисс Ци все выяснила. Мисс Ци узнала о трех корнях молодого женьшеня в составе рецепта. Она дала мне пять тысяч золотых монет и сказала, чтобы я поменял весь женьшень в пакете Его Высочества…

Драма Чэнь Саньюаня была сыграна очень хорошо. Сказав это, он снова украдкой взглянул на Ци Фу Фан.

Ци Фу Фан снова заволновалась и собиралась возразить, но Ци Юй остановил ее.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно спросил:

– Чем ты его заменил?

Чэнь Саньюань на мгновение заколебался, прежде чем ответить:

– Я заменил его уникальным лекарством, оно выглядит точно так же, как молодой женьшень, это был… это был…

Цзюнь Цзю Чэнь строго велел:

– Говори!

– Корень Лю Дань Лю Шана.

Чэнь Саньюань был так напуган, что снова ударился головой об пол:

– Ваше Высочество принц Цзин пощадите мою жизнь! Этого скромного заставила мисс Ци! Этот скромный все рассказал, пожалуйста, пощадите Ваше Высочество!

Когда Чэнь Саньюань говорил, он достал пачку золотых банкнот и сказал:

– Ваше Высочество, это пять тысяч золотых, которые мне дала старшая мисс Ци. Она сказала, что после того, как вопрос будет решен, она даст мне еще пять тысяч золотых и защитит, дав возможность покинуть город Цзиньян. Если… если я откажусь, она… она… она грозилась убить меня!

Пять тысяч золотых были немалой суммой. Это определенно было не то, что мог себе позволить незначительный аптекарь вроде Чэнь Саньюаня. И их было нелегко приготовить! Эти золотые банкноты уже более или менее являлись доказательством.

Все посмотрели на Ци Фуфан, а Ци Фу Фан была очень взволнована. Как она могла дать Чэнь Саньюаню столько денег? Она дала ему всего пятьсот золотых!

– Чэнь Саньюань, ты…

Когда она открыла рот, чтобы отругать его, Ци Юй снова остановил ее. Потерпев поражение, он все еще был очень осторожен. Прежде чем Чэнь Саньюань выявит своего вдохновителя, он больше не сделает и шага.

Пять тысяч золотых были доказательством, но их было недостаточно, чтобы доказать, что его сестра была истинной виновницей. В конце концов, никто не мог исключить того факта, что Чэнь Саньюань был подкуплен кем-то другим.

Гу Фэй Янь не могла найти столько денег. Кто подкупил Чэнь Саньюаня? Когда он размышлял об этом, он подумал о своем самом большом враге, Чэн И Фэе!

Чэн И Фэй уже слышал эту новость и спрятался в толпе за дверью, чтобы посмотреть представление. Он был не в настроении заниматься этим делом. Он продолжал смотреть на идеально перевязанные руки Гу Фэй Янь с чрезвычайно болезненным выражением лица.

Когда яменские бегуны представили перед Цзюнь Цзю Чэнем пять тысяч золотых банкнот, он не обратил на них особого внимания. Все думали, что он попросит больше доказательств у Чэнь Саньюаня. Неожиданно он серьезно спросил:

– Чэнь Саньюань, ты знаешь, каковы последствия употребления корня Лю Дань Лю Шана?

Глава 68 – Эффект лекарства, убийство

Это было впервые, когда многие люди в суде и за его пределами слышали о «корне Лю Дань Лю Шана», и всем было очень любопытно. Ци Фу Фан и остальные не особо заботились об этом.

Однако Чэнь Саньюань удивил Ци Фу Фан и иже с ней, ответив:

– Этот слуга никогда не слышал о корне Лю Дань Лю Шана. Когда мисс Ци дала этому слуге три его корня, только тогда этот слуга… этот слуга узнал о том, что корень Лю Дань Лю Шана…

В этот момент Чэнь Саньюань твердо поклонился и больше не осмеливался вставать. Его голос сильно дрожал, когда продолжил:

– Мисс Ци сказала... она сказала, что корень Лю Дань Лю Шана был смертельно опасным лекарством. Она, она... она хотела убить Его Высочество и подставить Гу Фэй Янь... а также оклеветать генерала Чэна! Это такое большое дело; этот слуга действительно не осмеливается это скрывать. Ваше Высочество, этот слуга знает свои ошибки, этот слуга знает свои ошибки…

Никто не обратил внимания на слова Чэнь Саньюаня. Огромный двор уже погрузился в тишину. Даже за пределами судебного зала не было ни звука.

Все были шокированы словом «смертельно опасным». Даже Чэн И Фэй, прятавшийся в толпе, ахнул.

Покушение на жизнь Его Высочества принца Цзина было немалым делом!

Ци Фу Фан пытается восстать? Нет, следует сказать, что это семья Ци. Семья Ци пытается восстать?

В тишине все задрожали от страха. Однако принцесса Хуай Нин и иже с ней совсем не нервничали.

Когда она впервые пошла подкупать Чэнь Саньюаня, то не уточнила, что такое корень Лю Дань Лю Шана и каковы его лечебные эффекты. Она только сказала, что это лекарство так же ядовито, как корень Лу Шана, и его нельзя употреблять в избытке. Этот собака-раб, должно быть, сошел с ума, пытаясь очернить семью Ци. Он говорил не задумываясь? Он действительно мог сказать о чем-то похожем на заговор с целью убийства Его Высочества!

Как смешно!

Достаточно просто понять это, чтобы доказать, что он сознательно на них клеветал!

У Ци Фу Фан все еще были мозги, она вспомнила, что корень Лю Дань Лю Шана был редким лекарством. Она не указала прямо на ловушку Чэнь Саньюаня. Вместо этого она действовала согласно словам Чэнь Саньюаня.

– Несправедливо обвинена! Ваше Высочество принц Цзин, эту скромную женщину несправедливо обвинили! Это первый раз, когда эта скромная женщина слышит о корне Лю Дань Лю Шана, не говоря уже о том, что это лекарство могло кого-то убить! Пожалуйста, просветите меня, Ваше Высочество!

Казалось, что принцесса Хуай Нин забыла про то, что ее только что опозорили. Она тоже вышла, притворившись заинтересованной. Она посмотрела на Божественного Аптекаря, господина Наньгуна, и сказала:

– Господин Наньгун, этой принцессе тоже интересно, что такое корень Лю Дань Лю Шана. Быстрее, расскажите мне!

Ци Юй заколебался на мгновение, затем тоже встал, поклонившись господину Наньгуну.

– Так же, как и моя сестра, я впервые слышу об этом лекарстве! Мою семью Ци нельзя несправедливо обвинить. Я надеюсь, что господин Наньгун сможет просветить нас.

Гу Фэй Янь посмотрела на троих, уголки ее рта слегка изогнулись в улыбке. Она, явно, изо всех сил старалась сдержать смех. Она знала, что здесь идет настоящее шоу!

Господин Наньгун погладил свою бороду и серьезно сказал:

– Это лекарство является редким родственным корню Лю Шана растением. Обычный Лю Шан горький и холодный, вреден для селезенки и желудка, токсичен, может вызвать диарею, самопроизвольный аборт и дизентерию. Но, корень Лю Дань Лю Шана совсем иной…

Услышав это, принцесса Хуай Нин и брат с сестрой Ци немного заволновались. Они ждали, когда господин Наньгун ударит Чэнь Саньюаня по лицу и опровергнет его слова.

Неожиданно лорд Наньгун на самом деле сказал:

– Корень Лю Дань Лю Шана более терпкий и холодный, чем обычный корень Лю Шана. Это хорошее лекарство, но оно также чрезвычайно ядовито. Небольшого количества достаточно, чтобы убить. Если вы примете три корня Лю Дань Лу Шана одновременно, тогда… вы обязательно умрете!

– Что?!

Выражения предвкушения на лицах принцессы Хуай Нин и брата с сестрой Ци застыли почти одновременно.

Они были ошарашены, но все резко пришли в себя.

Как такое могло произойти?

Ци Юй первым пришел в себя, ему было уже наплевать на собственный образ, и он громко спросил:

– Что вы сказали?

Ци Фу Фан пробормотала себе под нос:

– Чрезвычайно ядовито? Обязательно умрете? Это, это…

Принцесса Хуай Нин подсознательно прикрыла рот, будто боялась, что потеряет контроль и скажет то, чего не следовало. Как такое могло произойти? Аптекарь Цзянь ясно сказала, что это лекарство встречается редко, но оно не вредно. После его приема кожа в худшем случае начнет чесаться, но она заживет сама собой!

Аптекарь Цзянь не могла обмануть ее. Невозможно!

Как она посмела?

Преступление, связанное с убийством принца Цзина, было ужасным до крайности!

Господин Наньгун, что это было… произошла ошибка?

Принцесса Хуай Нин собиралась что-то сказать, но Ци Юй опередил ее:

– Господин Наньгун, то что вы сказали... правда?

Господин Наньгун посерьезнел:

– Молодой генерал Ци, вопрос лекарств – не то, что можно оставлять двусмысленным. Кроме того, этот вопрос чрезвычайно важен, так как же этот чиновник может осмелиться говорить чушь!? Если молодой генерал не верит в это, то может найти собаку и попробовать на месте.

Ци Юй знал, что господину Наньгуну не было смысла лгать, поэтому он сделал два шага назад и посмотрел на Ци Фу Фан. Лицо Ци Фу Фан было белым, как бумага. Конечно, она знала, о чем хотел спросить Ци Юй. Откуда она могла знать, что корень Лю Дань Лю Шана был подобным лекарством! Кто бы знал, что аптекарь Цзянь солгала принцессе Хуай Нин!

Она покачала головой и быстро посмотрела на принцессу Хуай Нин. Она не могла дождаться, чтобы сказать Ци Юю, что все это случилось из-за принцессы Хуай Нин. Она была вдохновителем!

Если бы она знала, что корень Лю Дань Лю Шана был смертельно опасен, она бы не помогла принцессе Хуай Нин подкупить аптекарей, даже если бы это стоило ей жизни!

За такое большое дело семья Ци должна быть уничтожена до девятого колена!

Ци Фу Фан пришла в себя. В конце концов, она не посмела проявить своеволие в этой ситуации. Ци Юй не знал, что имела в виду Ци Фу Фан, поэтому он последовал за её взглядом, чтобы посмотреть на принцессу Хуай Нин.

Доказательств Чэнь Саньюаня было недостаточно, чтобы осудить преступника. Он думал, что, если принцесса Хуай Нин сможет дать лжесвидетельство, как прошлой ночью, тогда все обернется к лучшему. По крайней мере, они могли выиграть время, чтобы найти настоящего виновника!

Разум принцессы Хуай Нин был... пуст!

Первоначально она задавалась вопросом, как принц Цзин мог так серьезно относиться к такой скромной служанке, как Гу Фэй Янь, даже не сохранив ей лицо. На этот раз она, наконец, поняла серьезность ситуации. Если бы это дело достигло ушей отца-императора, даже не говоря о ее защите, у него хватило бы духа убить ее, верно?

Лжесвидетельство? Она больше не смела дать его. Однако ей все же нужно было как-то помочь.

– Чэнь Саньюань, у тебя есть другие доказательства?

Чэнь Саньюань робко ответил:

– Этот слуга сказал все, что знал!

В глазах принцессы Хуай Нин мелькнул след злобы. Она решительно подняла руку и указала на Гу Фэй Янь:

– Принц Цзин, она тоже подозреваемая!

Поскольку она не могла защитить Ци Фу Фан, ей пришлось привлечь кого-то в качестве козла отпущения. По крайней мере, она могла отложить рассмотрение дела, чтобы дать ей возможность расследовать дело аптекаря Цзянь.

– Пяти тысяч золотых недостаточно, чтобы доказать это. Это правда, что мисс Ци является подозреваемой. Однако Гу Фэй Янь еще более подозрительна! Люди, эта принцесса слышала, что корень Лю Дань Лу Шана был обнаружен Гу Фэй Янь. Я хотела бы спросить; как могла простая девушка-аптекарь идентифицировать такое редкое лекарство, как корень Лю Дань Лу Шана? Может, кто-то указал на него? Или, может быть, она была той, кто подменил корень Лю Дань Лу Шана в пакете!

К этому моменту брат и сестра Ци несколько успокоились. Ци Фу Фан быстро опустилась на колени.

– Ваше Высочество принц Цзин, вы собираетесь обвинить меня в моем грехе только на основании пяти тысяч золотых. Я не могу принять этого. Семья Ци не может принять этого!

Ци Юй также опустился на колени:

– Семья Ци действительно верна. Мы никогда не совершили бы что-то столь возмутительное. Кто-то замышляет против семьи Ци. Прошу вас, Ваше Высочество, пожалуйста, подумайте!

Цзюнь Цзю Чэнь достаточно насмотрелся на шоу, поэтому не обратил внимания ни на кого из них. Вместо этого он посмотрел на Гу Фэй Янь и спросил:

– Девушка-аптекарь Гу, тебе есть что сказать?

– Да!

Гу Фэй Янь была очень спокойна и собрана. Она хотела встать, но Цзюнь Цзю Чэнь, казалось, был недоволен этим и холодно сказал:

– Сиди и говори.

Глава 69 – Божественный Аптекарь, вы ошибаетесь

Все могли сказать по внешнему виду Цзюнь Цзю Чэня, что он не был в хорошем настроении, не говоря уже о его тоне. Кто был бы счастлив оказаться убитым?

Гу Фэй Янь подумала о том же, поэтому поблагодарила его и послушно села на место. Хотя ее руки и ноги ужасно болели, она выпрямила спину и села прямо, прежде чем серьезно ответить.

– Ваше Высочество принц Цзин, принцесса Хуай Нин клевещет на меня! Распознать корень Лю Дань Лю Шана – в способностях этой служанки. Этого недостаточно для подозрений, не говоря уже о доказательствах…

Прежде чем Гу Фэй Янь успела закончить свои слова, принцесса Хуай Нин прервала ее и сказала:

– Гу Фэй Янь, ты совсем обнаглела? Эта принцесса думает, что у тебя нет никаких реальных способностей. Ты просто хвастаешься, не так ли? Господин Наньгун, пожалуйста, решите и скажите мне, подозрительна ли Гу Фэй Янь?!

Господин Наньгун на мгновение поколебался, прежде чем бросить вопросительный взгляд на Его Высочество принца Цзина.

Цзюнь Цзю Чэнь ничего не ответил, а просто сказал:

– Говорите, что думаете!

Только тогда господин Наньгун высказал сомнение в том, что скрывал в своем сердце в течение долгого времени:

– По сравнению с обычным Лу Шаном, внешний вид и запах корня Лю Дань Лу Шана не отличается от молодого женьшеня. Они практически идентичны. Не попробовав, вы не сможете их отличить. Все три корня Лю Дань Лю Шана были целы. Хотя девушка-аптекарь Гу никогда не пробовала их, она все же смогла их идентифицировать. Этот чиновник... тоже был озадачен!

Эти слова сразу же вызвали бурю негодования в зале и за его пределами.

Хотя все долго слушали о корне Лю Дань Лу Шана, они все еще не могли понять, насколько он редок и насколько похож на молодой женьшень. Однако когда они услышали сравнение от господина Наньгуна, то смогли понять суть проблемы.

Божественный Аптекарь императорской аптеки не смог определить эти лекарственные ингредиенты, но простая маленькая девушка-аптекарь смогла. Это было явно нелогично! Гу Фэй Янь, должно быть, уже знала, что в пакете был корень Лю Дань Лу Шана!

На самом деле принцесса Хуай Нин тоже мало что знала о корне Лю Дань Лу Шана. Она просто искала козла отпущения, чтобы тот взял на себя вину за ее действия. Слушая сравнение господина Наньгуна, она вдохнула глоток холодного воздуха. Она не могла не задуматься, а что если это не она готовила заговор против Гу Фэй Янь, а Гу Фэй Янь хотела подставить ее?

Но Гу ФэйЯнь никогда не дружила с аптекарем Цзянь!

Как бы она ни думала об этом, она просто не могла этого понять. Ей было все равно, кто настоящий виновник! В любом случае господин Наньгун признал ее сомнения. Она собиралась бросить это обвинение на Гу Фэй Янь!

– Гу Фэй Янь, что еще ты можешь сказать за себя? Ты та, кто подменил корень Лю Дань Лу Шана, верно? Ты ведь та, кто подкупил Чэнь Саньюаня, верно?

Заметив, что ситуация изменилась, Ци Юй поспешно добавил:

– Гу Фэй Янь, где ты взяла пять тысяч золотых? Кто дал их тебе? Из-за того, что я не хотел на тебе жениться, ты вступила с кем-то в сговор, чтобы подставить мою семью Ци. Ты слишком зла!

Гу Фэй Янь даже не взглянула на принцессу Хуай Нин и остальных, но ее слова взволновали всех еще больше. Она сказала:

– Господин Наньгун ошибается. Хотя внешний вид корня Лю Дань Лу Шана и молодого женьшеня почти одинаков, все же можно найти разницу, основываясь на их внешнем виде, и для этого его не нужно пробовать.

Это...

Маленькая девушка-аптекарь осмелилась возразить Божественному Аптекарю! Это явно бросало вызов авторитету Божественного Аптекаря!

Все взорвались. Даже господин Наньгун счел это невероятным!

Если бы это был кто-нибудь другой, он бы давно рассердился, но перед Гу Фэй Янь он, если честно, не осмелился проявить беспечность. В конце концов, он все еще твердо помнил слова на листке с предсказанием из храма: «Принц Цзин хочет, чтобы Гу Фэй Янь получила опыт самопознания». Он всегда чувствовал, что Гу Фэй Янь была не простым человеком. В противном случае принц Цзин не сделал бы ничего подобного.

Господин Цзян уже упомянул об этом подозрительном моменте. Если он осмелился заключить в тюрьму Гу Фэй Янь и Ся Сяо Маня, то это должно быть из-за принцессы Хуай Нин?

Все действительно было непросто!

В то время как господин Наньгун был погружен в свои мысли, принцесса Хуай Нин не могла дождаться, чтобы помочь ему преподать Гу Фэй Янь урок:

– Гу Фэй Янь, ты сомневаешься в способностях Божественного Аптекаря? Хе-хе, ты настолько способна!

Гу Фэй Янь просто проигнорировала принцессу Хуай Нин. Она легко улыбнулась и сказала господину Наньгун:

– Господин, слова этой служанки не лживы. Это можно проверить на месте.

Принцесса Хуай Нин снова ухватилась за слова господина Наньгуна и пренебрежительно сказала:

– Тогда скажи мне, чем отличается внешний вид этих двух трав? Как ты смогла отличить их невооруженным взглядом?

Гу Фэй Янь даже не взглянула на принцессу Хуай Нин, но все же сказала господину Наньгуну:

– Господин, метод определения является секретной техникой и не может быть раскрыт. Надеюсь, вы понимаете.

На этот раз, прежде чем принцесса Хуай Нин смогла что-то сказать, кто-то за пределами зала рассмеялся:

– Гу Фэй Янь, это означает, что у тебя вообще нет доказательств? Ты думаешь, все дураки?

– Простая маленькая девушка-аптекарь осмелилась сказать столь надменные слова?! Воистину, ты не прольешь слез, пока не увидишь гроб!

– Мисс Ци, должно быть, невиновна! Она гораздо подозрительнее мисс Ци!

Гу Фэй Янь проигнорировала даже принцессу Хуай Нин, не говоря уже о других. Ее глаза не отрывались от лорда Наньгун, когда она продолжала:

– Господин, этот слуга может проверить лекарство на месте.

На этот раз толпа сочла это еще более невероятным. Принцесса Хуай Нин громко ответила:

– Хорошо, я дам тебе шанс! Эта принцесса хочет, чтобы ты сегодня показала свое истинное лицо!

Господин Наньгун был очень огорчен, но не мог выразить это словами. В конце концов, он смог только вопросительно взглянуть на принца Цзина, но увидел, что выражение лица принца Цзина стало еще более уродливым, чем прежде.

Что имел в виду принц Цзин?

Он не хотел, чтобы Гу Фэй Янь проводила проверку? Но если Гу Фэй Янь не проверит лекарство, то другого способа снять подозрение не было!

Господин Наньгун был в ужасе!

Принцесса Хуай Нин не хотела ждать ни секунды, поэтому нетерпеливо окликнула:

– Господин Наньгун, поторопитесь и приготовьте лекарство!

Когда он увидел, что принц Цзин не издал ни звука, то мог только подчиняться приказам принцессы Хуай Нин.

Естественно, он не смог использовать предыдущие три корня Лю Дань Лу Шана. Господин Наньгун лично вернулся в императорскую аптеку и извлек из секретного хранилища единственный корень Лю Дань Лу Шана, взял еще несколько корней молодого женьшеня и три корня обыкновенного Лу Шана и поместил их все на одну тарелку.

Он собирался попросить яменских бегунов передать ее Гу Фэй Янь, когда принцесса Хуай Нин схватила тарелку и лично принесла ее ей.

Холодная улыбка появилась на ее лице, когда она сказала:

– Девушка-аптекарь Гу, пожалуйста.

Все глядели, ожидая увидеть, как Гу Фэй Янь разберётся с ситуацией.

Гу Фэй Янь не двигалась, а просто посмотрела на тарелку и сказала:

– Слева направо, третий, пятый и шестой обычный Лу Шан.

Достаточно было одного взгляда, чтобы сказать, что это не было проверкой лекарства? Никто ей не поверил, а принцесса Хуай Нин была еще более не убеждена:

– Господин Наньгун, она, должно быть, выдумала, верно?

Господин Наньгун был удивлен.

Хотя практикующие могли различить женьшень и обычный Лу Шан, разница между ними была очень тонкой. По крайней мере, им нужно было поднять их и осмотреть, прежде чем принять решение. Например, разница формы женьшеня и корня Лу Шана была очень легкой, например, цвет женьшеня был серовато-желтым, а корень обыкновенного Лу Шана – землисто-желтым; женьшень имел множество вертикальных и горизонтальных линий, а корень обычного Лу Шана имел множество пор; верхняя часть корневища женьшеня была изогнута, а корня Лу Шана плоской; и так далее.

Гу Фэй Янь только взглянув, определила правильно. Более того, она определила сразу три корня. Немногие аптекари в императорской аптеке могли сравниться с ней в способностях.

Господин Наньгун становился все более и более уверенным в своей догадке и думал про себя:

«Все не так просто, все не должно быть так просто».

Принцесса Хуай Нин была нетерпелива, и окликнула:

– Господин Наньгун, говорите!

Глава 70 – Несчастный вид

Лорд Наньгун все еще не мог понять, о чем думал принц Цзин, поэтому не хотел говорить слишком много. Однако он не мог не почувствовать отвращение, столкнувшись с шумной принцессой Хуай Нин.

Он ответил с серьезным лицом:

– Отчитываюсь перед принцессой, этот чиновник руководил императорской аптекой в течение десяти лет. Я никогда не встречал никого, кто мог бы определить корень обыкновенного Лу Шана с одного взгляда! Я действительно обидел девушку-аптекаря Гу тем, что назначили ее просто девушкой-аптекарем!

Вот те на…

Принцесса Хуай Нин чуть не прикусила язык. Все удивленно переглянулись. Несмотря на то, что все здесь были любителями, они знали, что способность определять лекарственные травы с одного взгляда – редкая способность!

Может быть, эта Гу Фэй Янь была скрытым экспертом?

Близстоящие брат и сестра Ци были больше чем удивлены, они были в полном ужасе. Что, если Гу Фэй Янь обладала реальными способностями, тогда не станет ли единственной подозреваемой Ци Фу Фан?

Ци Юй не мог в это поверить!

Разве он не знал ее достаточно хорошо, так как был помолвлен с Гу Фэй Янь с детства? Хотя предки семьи Гу подготовили множество экспертов-лекарей, эти эксперты родились сотни или даже тысячи лет назад, и их навыки не передавались по наследству! Даже если бы Гу Фэй Янь обладала большими способностями, она не могла быть лучше Божественного Аптекаря!

Как только Ци Юй собирался напомнить ему об этом, принцесса Хуай Нин первой открыла рот:

– Гу Фэй Янь, я велела тебе выбрать корни Лю Дань Лу Шана, а не обычного Лу Шана. Прекрати обманывать людей!

Ци Юй промолчал. Он про себя от всего сердца поблагодарил принцессу Хуай Нин. Ради семьи Ци принцесса Хуай Нин сделала все, что могла.

Гу Фэй Янь по-прежнему не обращая внимания на крики принцессы Хуай Нин, сказала:

– Господин Наньгун, мне придется побеспокоить вас убрать Лу Шан, чтобы я могла продолжить.

Сказав это, она повернулась и протянула забинтованные руки к Ся Сяо Маню, жестом показывая ему развязать повязки.

Только сейчас все поняли, что все ее десять пальцев были повреждены и ей было неудобно пользоваться руками. Сначала она выбрала обычный Лу Шан не для того, чтобы обмануть их, а чтобы облегчить бремя.

На мгновение все замолчали.

Принцесса Хуай Нин, сама устроившая спектакль, наконец, смутилась и закрыла рот. В конце концов, это сделала она.

Ся Сяо Мань двигался очень легко и осторожно. Сняв все повязки, он увидел, что пальцы Гу Фэй Янь на всем протяжении были покрыты синяками, а в нескольких местах, где было применено лекарство, сочилась кровь.

Многие люди больше не осмеливались на них смотреть, но Гу Фэй Янь, казалось, могла вынести это, и ее лицо оставалось спокойным. Однако, когда она попыталась пошевелить пальцами, то не могла не нахмуриться и показать выражение боли.

Слова «нервы пальцев рук связаны с сердцем» вовсе не были ложью. Травмы пальцев отзывались болью в сердце. Такая боль походила на порезы на сердце, она не уступала пыткам.

Однако она выдержала пытки, не говоря уже о теперешнем.

Гу Фэй Янь стиснула зубы, но не замедлилась:

– Господин Наньгун, простите за беспокойство.

Господин Наньгун быстро убрал три корня обычного Лу Шана и оставив семь корней лекарственных трав. Гу Фэй Янь терпя сильную боль, взяла первый корень, чтобы изучить его.

Скорость ее рук обычно была столь высокой, что было почти невозможно сказать, что она делала. К сожалению, у нее были повреждены пальцы, поэтому ей только оставалось снизить скорость. Она, держа корень в руке, понюхала его. Затем она начала поглаживать и ощупывать все части растения, включая верхнюю часть, туловище, «плечи», «ноги», ответвления корней и их мочки (п.п женьшень похож очертаниями на человеческую фигуру, поэтому и такие описания).

Осмотрев первый корень, она не дала ответа. Она скрипнула зубами и продолжила брать растения – второй корень, третий и четвертый...

Все в молчании смотрели на Гу Фэй Янь. Ее брови хмурились от боли, но это не уменьшило ее серьезности и сосредоточенности. Несмотря на то, что она была молода и имела низкий статус, ее профессиональный, уравновешенный и спокойный вид не уступал виду Божественного Аптекаря.

Такая женщина вызывала в душе не жалость, а восхищение. Даже Ци Юй был немного тронут, когда увидел это.

Когда Гу Фэй Янь положила седьмой корень лекарственного растения, все, наконец, пришли в себя.

Принцесса Хуай Нин заговорила первой:

– Ну что? Ты смогла его определить?

– Девушка-аптекарь Гу, ты закончила свою проверку?

Господин Наньгун нервничал, но ему было и любопытно. Хотя он признал, что Гу Фэй Янь обладала истинными способностями, он не верил, что Гу Фэй Янь сможет идентифицировать корень Лю Дань Лу Шана. Судя по тому, как Гу Фэй Янь только что исследовала травы, не было большой разницы с общим процессом тестирования лекарств!

Гу Фэй Янь улыбнулась и ответила:

– Всего здесь шесть корней женьшеня и один корень Лю Дань Лу Шана.

Это правда? Или она ошиблась?

Все посмотрели на господина Наньгуна, ожидая его ответа. Сердце господина Наньгуна забилось быстрее.

– Все правильно!

На этот раз все стали нервничать еще больше. Господин Наньгун не мог больше ждать и спросил:

– Девушка-аптекарь Гу, пожалуйста, четко укажи, какой из них является корнем Лю Дань Лу Шана.

– Первый, третий и пятый – десятилетний женьшень, а шестой и седьмой – тридцатилетние, – Гу Фэй Янь на мгновение остановилась, прежде чем продолжить: – Лорд Наньгун, второй – корень Лю Дань Лу Шана. Ему двадцать лет, верно?

Господин Наньгун был ошеломлен. Хотя он уже знал, что Гу Фэй Янь была непроста, ему все же было трудно поверить, когда она раскрыла свои истинные способности. Чтобы иметь возможность идентифицировать корень Лю Дань Лу Шана, не пробуя его на вкус, такой способ должен быть внесен в историю медицины Тяньяня! Не говоря уже о том, что Гу Фэй Янь даже удалось определить его возраст!

Надо сказать, что выражение лица господина Наньгуна напугало принцессу Хуай Нин. Она поспешно спросила:

– Она права или нет? Скажите мне!

– Да, она права. Второй действительно корень Лю Дань Лу Шана, – господин Наньгун был предельно честен и добавил: – Про двадцать лет, тоже правда!

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена, и в зале стало очень тихо. Никто бы не подумал, что Гу Фэй Янь обладает не только настоящими, но и столь замечательными способностями! Если Ци Юй не хотел жениться на ней, он совершал ошибку!

Гу Фэй Янь, наконец, обратила внимание на принцессу Хуай Нин. Она улыбнулась, ее глаза заблестели, когда она спросила:

– Принцесса Хуай Нин, я больше не подозреваемая, не так ли?

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена и больше не могла ничего сказать. Только тогда Гу Фэй Янь повернулась и посмотрела на Его Высочество принца Цзина. Когда она это сделала, то заметила, что принц Цзин скривился, и выражение его лица стало еще страшнее, чем раньше!

Этим ходом она не только очистила себя от подозрений, но это также можно рассматриваться как очищение лица дворца принца Цзина. Разве принц Цзин не должен стать счастливее? О чем он думал?

Гу Фэй Янь было наплевать на толпу людей. Она искренне сказала:

– Ваше Высочество принц Цзин, поясните, пожалуйста, эта служанка под подозрением!

Реакция Цзюнь Цзю Чэня была чрезвычайно прямой, и он холодно спросил:

– Ци Фу Фан, ты признаешься или нет?

Ци Фу Фан испугалась, встала на колени и закричала:

– Несправедливо обвинена, с этой скромной женщиной поступили несправедливо! Эту скромную женщину несправедливо обвинили!

Ци Юй тоже был напуган. Он подмигнул принцессе Хуай Нин, пытаясь подтолкнуть ее выразить недовольство. Пять тысяч золотых не были достаточным доказательством. Если принцесса Хуай Нин выступит вперед для дачи показаний, у них все еще будет огромный шанс решить проблему.

Конечно, принцесса Хуай Нин все поняла. Пока она колебалась, внезапно в зал ворвался яменский бегун:

– Сообщаю Вашему Высочеству, в тюрьме есть кто-то, кто говорит, что хочет признаться!

В этот момент все были в шоке. Они никогда не думали, что наступит такой поворотный момент. Однако никто не знал, было ли это благословением или проклятием для Ци Фу Фан.

Ци Фу Фан и принцесса Хуай Нин очень четко понимали это!

Ци Фу Фан помогла принцессе Хуай Нин подкупить не только Чэнь Саньюаня, но и Ли Гэ Цуня!

Цзюнь Цзю Чэнь спросил:

– Кто этот человек? В чем он хочет признаться?

Яменский бегун честно ответил:

– Это аптекарь по имени Ли Гэ Цунь. Он сказал, что его подкупили и что у него есть доказательства. Только когда он увидит Его Высочество, он осмелится сказать это.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно ответил:

– Приведи его!

Услышав это, сердце Ци Фу Фан почти перестало биться. Она медленно повернула голову и посмотрела на принцессу Хуай Нин, лицо которой было пепельно-бледным и совершенно ошеломленным...

Глава 71 – Ужасающе безупречно

Ли Гэ Цунь был мужчиной средних лет, на несколько лет старше Чэнь Саньюаня. В тот момент, когда его привели, он был испуган и паниковал, не хуже Чэнь Саньюаня. Как только он вошел в дверь, он все время с испуганным выражением лица поглядывал на Ци Фу Фан.

Ци Фу Фан давно утратила былое высокомерие. Она взглянула на Ли Гэ Цуня, затем опустила голову, не осмеливаясь взглянуть на него во второй раз.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно спросил:

– Ли Гэ Цунь, кто тебя подкупил и что ты натворил? Какие доказательства у тебя есть, скажи все сейчас же! Если это окажется ложью, преступление будет таким же, как и у вдохновителя!

Ли Гэ Цунь казался настолько напуганным, что не мог устоять на ногах. Он пробормотал в ответ:

– Ваше Высочество принц Цзин, мисс Ци велела этому слуге оклеветать Гу Фэй Янь. Она, по ее словам, хотела избавиться от самого имени Гу Фэй Янь. Я должен был подождать до начала допроса, чтобы этот слуга солгал, оклеветав Гу Фэй Янь в том, что она попросила замене женьшеня на корень Лю Дань Лу Шан.

На этот раз все были впали в оторопь. Они с тревогой переглядывались, не осмеливаясь издать ни звука. Если Ци Фу Фан действительно виновна, тогда это дело... огромно!

На этот раз Ли Гэ Цунь робко посмотрел на Ци Юя, и все взгляды сразу же последовали за ним. Ци Юй был ошеломлен.

В глазах Цзюнь Цзю Чэня мелькнуло сложное выражение, когда он спросил:

– Где доказательства?

Ли Гэ Цунь поспешно ответил:

– Мисс Ци повысила двоюродного брата этого слуги, отвечавшего за западный военный лагерь, до должности командира. Она также сказала, что, пока этот слуга выполнит задание, она найдет способ повысить этого слугу до старшего аптекаря в течение следующих трех лет.

Когда он сказала это, Ци Фу Фан в ярости подняла глаза и закричала:

– Ты лжешь! Ты клевещешь на меня!

Она дала Ли Гэ Цуню всего несколько сотен золотых, но никогда не обещала ему подобных вещей. Западный военный лагерь отвечал за западную сторону обороны города Цзиньян и в любое время был готов к развертыванию по приказу императора. Хотя он был сформирован армией семьи Ци, военная система была очень строга. Может ли женщина из семьи вмешаться в это?

Как и Чэнь Саньюань, Ли Гэ Цунь был подкуплен кем-то еще. Они не только хотели разоблачить ее, они также хотели оклеветать ее и семью Ци!

Ци Юй тоже смог понять это. Он в ярости бросился вперед и спросил:

– Ли Гэ Цунь, как мы можем позволить тебе клеветать на Западную армию? Я думаю, ты устал жить! Ты…

К сожалению, прежде чем он закончил говорить, Цзюнь Цзю Чэнь снова ударил молотком.

Ци Юй не осмелился снова создавать проблемы, поэтому почтительно сказал:

– Ваше Высочество. Принц Цзин, это клевета, это…

Цзюнь Цзю Чэнь проигнорировал его и холодно приказал:

– Кто-нибудь, сходите в военное министерство для проверки.

Вскоре после этого яменские бегуны вернулись стражи в сопровождении министра военного ведомства господина Чена. Господин Чен принес с собой военное досье и просмотрел его на месте. Как и ожидалось, он нашел имя двоюродного брата Ли Гэ Цюня, Ли Бин Цзе, служившего в западном лагере. Так же было записано, что четыре дня назад Ли Бин Цзе был назначен командиром. И тот, кто продвинул его, был одним из заместителей генерала Ци Юя.

Господин Чен закончил свой доклад, погрузив весь зал в полную тишину.

Даже Гу Фэй Янь, прекрасно знавшая правду, ощутила, как ее сердце бешено забилось. Не слишком ли страшен этот закулисный ход старого лиса? Так легко спрятать столько нитей, стало ясно, что семья Ци погибнет!

В этот момент спина Ци Юя была залита холодным потом.

Услышав имя Ли Бин Цзе, он потерял всякую надежду. Поощрение Ли Бин Цзе было предложено его заместителем, поэтому он согласился! Это было нормальное повышение, но кто ему теперь поверит? Поверят ли они его заместителю?

Без всяких колебаний он повернулся и умоляюще посмотрел на принцессу Хуай Нин.

В настоящее время, даже если бы принцесса Хуай Нин дала ложные показания, это было бесполезно. Она могла только взять на себя вину за старшую сестру. Только если принцесса Хуай Нин выступила бы вперед и сказала, что она была вдохновителем всего этого, что она была той, кто заставил старшую сестру попасть в подобную ситуацию, семья Ци была бы спасена. Принцесса Хуай Нин сама сказала об этом семье Ци, что встанет и возьмет на себя вину, если не сможет уладить этот вопрос!

Однако принцесса Хуай Нин, минуту назад кипевшая энтузиазмом и продолжавшая шуметь, не решалась издать ни звука. Она посмотрела на Ци Юя повлажневшими глазами, но не более того.

Корень Лю Дань Лу Шана был смертелен!

Это было крупное дело о покушении на убийство принца Цзина!

Она не могла себе этого позволить!

– Ци Фу Фан, я спрашиваю тебя в последний раз, ты признаешься или нет?

Ледяной голос Цзюнь Цзю Чэня нарушил тишину зала, и только тогда онемевшая Ци Фу Фан пришла в себя и резко повернула голову, чтобы тоже взглянуть на принцессу Хуай Нин.

Умоляющий взгляд в ее глазах был даже более очевидным, чем у Ци Юя. Она не умоляла принцессу Хуай Нин о поддержке, но она умоляла принцессу Хуай Нин… признать себя виновной!

Принцесса Хуай Нин была главным виновником, она же была просто сообщницей!

Если бы принцесса Хуай Нин не уверила ее, что употребление корня Лю Дань Лу Шана не станет проблемой, она бы не осмелилась подкупить людей, не говоря уже о том чтобы попросить заменить лекарство в пакете с лекарственной диетой для принца Цзина!

Теперь, когда доказательства были убедительными, только принцесса Хуай Нин могла спасти ее.

Принцесса Хуай Нин с трудом могла смотреть в глаза Ци Юя, и в тот момент, когда она увидела, что Ци Фу Фан смотрит на нее, она... струсила! Она отвернулась, запаниковала и сделала вид, что не видит ее.

Это…

Ци Фу Фан была ошеломлена.

Гу Фэй Янь заметила реакцию брата и сестры Ци, и в уголках ее рта неосознанно появилась саркастическая улыбка. Она подумала, что чувства принцессы Хуай Нин к Ци Юю были не так уж сильны! Она действительно не знала, чем можно было похвастаться, если такая женщина любила его.

Цзюнь Цзю Чэнь тоже все видел, поэтому он, не колеблясь, быстро приказал:

– Кто-нибудь, заберите Ци Фу Фан! Передайте приказ, запрещающий любому из семьи Ци делать даже полшага за пределы Цзиньяна! В случае нарушения – немедленная казнь! Этот принц доложит обо всем отцу-императору, а затем примет решение!

Все кончено!

Ци Фу Фан была так потрясена, что ей стало на все плевать. Она закричала о несправедливости:

– Ваше Высочество принц Цзин, эта скромная женщина была обижена, ошибочно обвинена, ах! Чэнь Саньюань и Ли Гэ Цунь действительно были куплены этой скромной женщиной. Но корень Лю Дань Лу Шана был, был... был вручен мне принцессой Хуай Нин!

Эти слова были подобны молнии, внезапно ударившей в суд, потрясая всех.

Принцесса Хуай Нин тоже была ошеломлена. Человеком, который был сбит с толку еще больше, был Ци Юй!

Попытка убийства принца Цзина означала казнь семьи до девятого колена. У Ци Фу Фан не было иного выбора, кроме как указать на принцессу Хуай Нин и продолжить:

– Пять тысяч золотых для Чэнь Саньюаня вручила мне принцесса Хуай Нин! Ли Гэ Цунь солгал. Я не помогала его кузену продвинуться по службе, я не помогала! Принцесса Хуай Нин к тому же сказала, что после приема корня Лю Дань Лу Шана не случится ничего плохого. В противном случае я бы не осмелилась причинить вред Его Высочеству принцу Цзину! Ваше Высочество, я невиновна!

Ци Ю был абсолютно уверен, что у его сестры не хватило бы смелости оклеветать принцессу Хуай Нин. Он недоверчиво посмотрел на принцессу Хуай Нин и сжал кулаки.

Значит, это сделала принцесса Хуай Нин! Принцесса Хуай Нин все это время лгала им!

– Принцесса Хуай Нин, ты, ты…

Ци Юй был так зол, что утратил дар речи. Его красивое лицо постепенно стало свирепым. Принцесса Хуай Нин никогда не видела его таким рассерженным. Она была так напугана, что ее глаза покраснели. Она не могла ничего толком объяснить:

– Я, я…

В этот момент у дверей раздался суровый голос.

– Вы намеренно пытались убить принца Цзина и оклеветать принцессу Хуай Нин. Кто дал вашей семье Ци такое мужество? Вы пытаетесь бунтовать?

Все повернули головы, только чтобы увидеть благородные и героические черты лица высокого и мощного мужчины. Он был никем иным, как старшим сыном императора Тяньяня, биологическим братом принцессы Хуай Нин, Первым принцем Цзюнь Яо Шэном...

Глава 72 – Безмерная ненависть

Цзюнь Яо Шэну было около тридцать лет. Он был доблестным и аристократичным мужчиной, высокого и крепкого телосложения. Как только он вошел, все чиновники встали, чтобы выразить ему свое почтение. Даже Цзюнь Цзю Чэнь поднялся.

Увидев это, Гу Фэй Янь терпя боль в ногах, тоже встала и выразила почтение.

Хотя Цзюнь Цзю Чэнь встал, он был не очень вежлив, а только холодно произнеся слова «старший имперский брат», попросил людей принести ему стул, чтобы сесть на него. Цзюнь Яо Шэн был очень вежлив, дав знак Цзюнь Цзю Чэня сесть первым. Что тот и сделал, велев всем садиться.

Гу Фэй Янь не могла дождаться, чтобы сесть. Она тайно вздохнула в глубине души. Его Высочество принц Цзин действительно был самым благородным среди принцев. Несмотря на то, что Первый принц был старшим братом, было очевидно, что тот просто хотел дать первому принцу хоть какое-то лицо!

Гу Фэй Янь знала всех принцев, включая Первого принца.

Как старший сын императорской семьи, Цзюнь Яо Шэн должен был стать лучшим кандидатом на место наследного принца. К сожалению, он родился не от первой жены. Матерью его и принцессы Хуай Нин, была имперская наложница Юнь, Цзи Юнь Чжи, происходящая из скромной семьи.

До того как императором государства Тяньянь был провозглашен Цзюнь Син Кунь имперская наложница Юнь была простой личной служанкой. Она стала наложницей только после рождения Цзюнь Яо Чэна, а позже родила принцессу Хуай Нин.

Десять лет назад, когда клан Цзюнь объединил северную часть Континента Глубинного Царства, установив имперскую систему правления, Цзи Юнь Чжи, наконец, была назначена имперской благородной супругой. Цзюнь Яо Чэн стал Первым принцем, а принцесса Хуай Нин получила титул принцессы.

Когда Цзюнь Син Кунь был молод, он был весьма элегантным мужчиной. У него было множество наложниц и немало детей. Став императором, в его гареме было бесчисленное количество красавиц. Однако его фавориткой по-прежнему оставалась имперская наложница Юнь, но Цзюнь Цзю Чэнь и наследный принц были сыновьями, которых он ценил больше всего.

Ни по какой иной причине, кроме собственной родословной.

Первая жена Цзюнь Синкуня, Мэн Ши, которая была матерью Цзюнь Цзю Чэня и наследного принца, происходила из благородной семьи. Она умерла десять лет назад от эпидемии чумы и была коронована посмертно в качестве императрицы. Цзюнь Цзю Чэнь не присутствовал на ее похоронах, и именно тогда распространились слухи об его исчезновении. Цзюнь Цзю Чэнь вернулся в город Цзиньян три года назад, и об этом инциденте постепенно забыли.

Только увидев Цзюнь Яо Шэна, Гу Фэй Янь вспомнила эту информацию. У нее была масса сомнений относительно Цзюнь Цзю Чэня. Однако у нее не было времени думать ни о чем другом при столь хорошем шоу.

Цзюнь Яо Шэн должен был стать спасителем принцессы Хуай Нин. Чтобы заручиться поддержкой семьи Ци, Цзюнь Яо Шэн всегда выступал за брак принцессы Хуай Нин и Ци Юя. Однако слова, которые он сказал у входа, означали, что он оставил эту цель, ради своей защиты.

Конечно же, как только Цзюнь Яо Шэн сел, он сразу же отругал принцессу Хуай Нин:

– Хуай Нин, Ци Фу Фан так жестоко оклеветал тебя. Разве ты не знаешь, как постоять за себя?

Ци Юй напугал принцессу Хуай Нин до смерти. Но как только Цзюнь Яо Шэн отругал ее, она полностью пришла в себя. Такое ужасное преступление, не говоря уже о ней, даже ее имперский брат и мать-наложница не могли себе этого позволить!

Она не хотела, но у нее не было иного выбора, кроме как избегать взгляда Ци Юя и сесть рядом с Цзюнь Яо Шэном.

Однако Цзюнь Яо Шэн все еще не был удовлетворен. Он строго сказал:

– Говори!

Принцесса Хуай Нин чуть не расплакалась. Через некоторое время она, наконец, сказала:

– Мисс Ци клевещет на меня, я никогда не приказывала ей этого делать!

Ци Юй был поставлен на колени и совершенно бессилен. Он слишком хорошо знал Цзюнь Яо Шэна и понял, что надежды нет.

Ци Фу Фан была так напугана, что утратила рассудок. Она внезапно воскликнула:

– Аптекарь Цзянь! Да, там была еще аптекарь Цзянь! Ваше Высочество принц Цзин, аптекарь Цзянь могла бы дать показания! Корень Лю Дань Лу Шана был передан принцессе Хуай Нин аптекарем Цзянь. Аптекарь Цзянь может свидетельствовать в мою пользу!

Только тогда Ци Юй вспомнил, что принцесса Хуай Нин тоже упоминала аптекаря Цзянь. Он с ненавистью посмотрел на принцессу Хуай Нин и закричал:

– Я умоляю Его Высочество принца Цзина вызвать аптекаря Цзянь и вернуть невиновность нашей семье Ци!

Принцесса Хуай Нин, наконец, посмотрела на Ци Юя. Ее сердце колотилось, и она стала неописуемо нервничать.

В это время Цзюнь Яо Шэн крикнул:

– Принц Цзин, поскольку она может вырвать слова из уст свидетелей, не следует ли привести ту для публичного слушания, чтобы не подвергнуться насмешкам!

Излишне говорить, что Цзюнь Цзю Чэнь, естественно, собирался вызвать аптекаря Цзянь.

Кто знал, что после того, как яменский бегун вернется, он не приведет аптекаря Цзянь. Вместо этого он принес обрывок белой бумаги. Не так давно аптекарь Цзянь повесилась из страха перед своими преступлениями. Она написала на этом листе, что приняла просьбу Ци Фу Фан и выкупила на аукционе корень Лю Дань Лу Шана за огромную сумму денег. Она очень сожалела об этом и хотела умереть, чтобы искупить свои грехи.

Принцесса Хуай Нин не знала, почему это произошло, но ее напряженные нервы наконец расслабились, и она не могла не вздохнуть с облегчением.

Между тем у Ци Юя не было сил даже посмотреть на принцессу Хуай Нин, не говоря уже о том чтобы оправдываться. Ци Фу Фан, казалось, онемела, продолжая бормотать себе под нос:

– Несправедливое обвинение, несправедливое обвинение…

Вся публика молчала, а бормотание Ци Фу Фан казалось особенно грустным.

Цзюнь Цзю Чэнь опустил голову и посмотрел на слова, написанные на белой бумаге, будто о чем-то размышляя. Его длинные ресницы отбрасывали тени под глазами. Этот спокойный вид заставил его казаться еще более одиноким и холодным, из-за чего другие не осмеливались его беспокоить.

Цзюнь Яо Шэн собирался что-то сказать, но проглотил слова, когда увидел выражение лица Цзюнь Цзю Чэня. Его совесть была нечиста, и он боялся, что совершит еще больше ошибок.

В этот момент Гу Фэй Янь тоже глубоко задумалась.

Ей было интересно, как корень Лю Дань Лу Шана попал в руки принцессы Хуай Нин, и теперь она узнала о существовании аптекаря Цзянь. Без сомнения, аптекарь Цзянь тоже была одним из людей старого лиса. Однако она не могла понять. Была ли смерть аптекаря Цзянь делом рук старого лиса или Цзюнь Яо Шэна?

Она подумала о недостатках в плане старого лиса. Теперь казалось, что смерть аптекаря Цзянь вполне могла стать местом прорыва этой схемы!

В тишине Цзюнь Цзю Чэнь повернул голову и прошептал стражнику ямена:

– Иди, вели провести вскрытие трупа и не позволяйте никому касаться его.

Яменский бегун поспешил прочь. Всем было любопытно, что он сказал, но никто не осмелился спросить.

– Стража, заключите Ци Фу Фан и прочих в камеры смертников до вердикта императора! Верните Ци Юя в резиденцию Ци. Без моего разрешения никому не позволено ступать даже на полшага в резиденцию Ци!

Приговор Цзюнь Цзю Чэня был намного суровее, чем раньше.

Ци Юй ничего не мог сказать. Он позволил яменским бегунам сопроводить его, посмеиваясь над собой. Как только Ци Фу Фан была схвачена яменскими бегунами, она начала яростно сопротивляться. Она кричала, будто сошла с ума:

– Я не виновна! Я не виновна! Помогите! Принцесса Хуай Нин, спасите меня! Я не виновна, я ничего не сделала. Принцесса Хуай Нин, спасите меня, спасите меня…

Она кричала и пыталась прорваться к принцессе Хуай Нин, но принцесса Хуай Нин была слишком напугана, чтобы что-то сказать. Она пыталась спрятаться за Цзюнь Яо Шэном. Двое яменских бегунов пришли на помощь, и только тогда им удалось скрутить Ци Фу Фан и утащить ее.

Увидев, как его обезумевшую сестру утаскивают, Ци Юй ощутил себя беспомощным. Внезапно он остановился и обернулся, чтобы посмотреть на принцессу Хуай Нин. Казалось, ненависть в его глазах никогда не исчезнет.

Принцесса Хуай Нин больше не могла сдерживаться. Она уткнулась головой в объятия Цзюнь Яо Шэна и заплакала. Разве она не сделала все это из-за Ци Юя? Почему он не мог подумать о ней? Она не хотела, чтобы все так вышло! Именно потому, что она не могла ничего поделать, она не могла сказать правду!

Гу Фэй Янь видела все в ее глазах, но совершенно не сочувствовала. Гу Фэй Янь не знала, подозревал ли принц Цзин, что в смерти аптекаря Цзянь было что-то странное. Про себя она думала, что должна как можно скорее напомнить ему о существовании того старого лиса. Иначе, если ситуация затянулась, с навыками старого лиса в этом случае не было бы поворотного момента.

Семья Ци была ей ненавистна, но даже в этом случае принцесса Хуай Нин не могла уйти безнаказанно. Что было более важно, старый хитрый лис не должен был добиться успеха в своих планах!

Подумав об этом, Гу Фэй Янь внезапно вспомнила о Вонючем Айсберге. Этот парень тоже должен обратить на это внимание, верно? Станет ли он снова вмешиваться?

Гу Фэй Янь была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как Цзюнь Цзю Чэнь встал и подошел к ней...

Глава 73 - Оскорбление, похищение по дороге

Цзюнь Цзю Чэнь почти приблизился к Гу Фэй Янь, когда она узнала об этом.

Ей пришлось признать, что Цзюнь Цзю Чэнь был слишком красив. Несмотря на то, что у него было недовольное лицо, он по-прежнему выглядел так же хорошо, как и всегда.

Гу Фэй Янь хотела ковать железо, пока горячо, желая вызвать сомнения в смерти аптекаря Цзянь. Но прежде чем она успела что-то сказать, Первый принц Цзюнь Яо Шэн уже последовавший за Цзюнь Цзю Чэнем, посмеиваясь, сказал:

– Я признаться не ожидал, что простая девушка-аптекарь будет способна на такой подвиг. Принц Цзин, когда ты собираешься научить меня своей способности находить таланты?

На первый взгляд, он был вежлив и даже польстил принцу Цзину, но на самом деле он ревновал и был обижен. В конце концов, если бы принц Цзин не вернулся, наследный принц не был бы ему ровней.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно ответил:

– Я никогда не отнесся бы легкомысленно к священному предсказанию из храма Великой доброты.

Цзюнь Яо Шэн оглядел Гу Фэй Янь, так будто на самом деле не видел в ней способного человека и даже не посмотрел бы на нее. Он быстро сменил тему и стал серьезней.

– Принц Цзин, дело семьи Ци – серьезный вопрос, и его нельзя откладывать. Мы должны быстрее вернуться во дворец и собрать всех чиновников, чтобы обсудить его с отцом-императором.

Цзюнь Яо Шэн не чувствовал бы ни капли спокойствия, если Цзюнь Цзю Чэнь отправился бы к отцу-императору один. Он боялся, что Цзюнь Цзю Чэнь может пожаловаться на принцессу Хуай Нин. Более того, он давно не видел своего отца. Ходило много слухов о том, что его отец находился в критическом состоянии, но принц Цзин скрывал это. Он, естественно, хотел использовать эту возможность, чтобы узнать правду.

– Я прямо сейчас сам войду во дворец, чтобы доложить отцу-императору. Собирать ли чиновников, решать отцу-императору.

Цзюнь Цзю Чэнь краем глаза взглянул на ноги Гу Фэй Янь, будто хотел что-то сказать. Однако в итоге он ничего не сказал. Выражение его лица оставалось холодным, когда он прошел мимо нее и медленно исчез вдали.

Цзюнь Яо Чэн немедленно приказал своим слугам отправить все еще плачущую принцессу Хуай Нин во дворец, потом шагнул во след Цзюнь Цзю Чэню. Несмотря ни на что, сегодня он должен был увидеть отца-императора!

Гу Фэй Янь смотрела на исчезающую за воротами фигуру Цзюнь Цзю Чэня, чувствуя в своем сердце ощущение потери. Даже она сама была этим потрясена.

Она не осмелилась думать дальше и поспешно сказала:

– Ся Сяо Мань, давай вернемся или я умру от боли.

Ей хотелось немедленно снять обувь и носки!

Ся Сяо Мань немедленно подошел к ней и присел на корточки.

– Садись, я понесу тебя.

Гу Фэй Янь выглядела разочарованной:

– А ты можешь меня донести? Я не хочу упасть. Быстрее, помоги мне добраться до повозки.

Ся Сяо Мань раздраженным тоном сказал:

– С твоим тощим телом этот евнух без проблем донесет тебя и до дворца принца Цзина! Поднимайся, быстро!

Гу Фэй Янь собиралась возразить, когда Ся Сяо Мань встал и сердито сказал:

– Я никогда никого не носил. Ты первая. Ты можешь либо забраться на меня, либо ползти обратно сама!

Как человек, нуждающийся в помощи, что могла Гу Фэй Янь поделать? С темным лицом она жестом пригласила Ся Сяо Маня вернуться. Ся Сяо Мань ухмыльнулся и сразу же присел на корточки.

В конце концов, это не было приятным зрелищем. Ся Сяо Мань пронес Гу Фэй Янь через черный ход.

Хотя Гу Фэй Янь была очень худой, Ся Сяо Мань, в конце концов, был еще ребенком. Ему все равно было немного трудно нести ее на спине. Гу Фэй Янь не сдержавшись, прошептала:

– Ты усердно для меня поработал.

Ся Сяо Мань на мгновение помолчал, а затем неловко ответил:

– Все верно. В тюрьме ты тоже пострадала за этого евнуха.

Если бы она намеренно не спровоцировала принцессу Хуай Нин, защищая его, она бы не пострадала так сильно!

Гу Фэй Янь чуть не рассмеялась, когда услышала его неловкость. Она тихо кашлянула, нарочно глядя на него сверху вниз:

– Я делала это не для тебя. Я боялась, что ты под пытками дашь ложные показания и оклевещешь меня!

– Ты! – Ся Сяо Мань был в ярости.

Гу Фэй Янь не хотела шутить с ним, поэтому серьезно спросила:

– Его Высочество вернется сегодня вечером?

На этот раз Ся Сяо Мань был честен:

– Не уверен. Однако при таком важном деле, боюсь, он не сможет вернуться дня два-три.

Гу Фэй Янь была обеспокоена. За два-три дня могут произойти большие перемены! Что ей делать?

В этот момент кто-то внезапно обнял сзади Гу Фэй Янь за талию. Гу Фэй Янь была очень напугана. Но едва она собиралась развернуться, как ее внезапно сдернули со спины Ся Сяо Маня, и она упала в крепкие объятия.

Гу Фэй Янь оглянулась и увидела, что человеком, державшим ее, был ни кто иной, как тот, кого она не видела долгое время, Чэн И Фэй. Этот парень сегодня не носил доспехов. Он был одет в повседневную одежду темно-синего цвета. Ему не хватало привычного непреклонного духа, но он казался еще более энергичным и неудержимым.

Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань были ошеломлены.

Чэн И Фэй долгое время страдал за пределами двора. Если бы не тот факт, что председательствующим судьей был принц Цзин, его бы не волновало  дело и он бы проигнорировал честь суда, чтобы вмешаться. Он спросил:

– Евнух Мань, почему вы не позвали придворного лекаря, если девушка-аптекарь Гу была так сильно ранена? Нужно было обработать ее раны на месте?

Прежде чем Ся Сяо Мань успел ответить, Чэн И Фэй добавил:

– Придворный лекарь в повозке этого генерала. Вернитесь первым. Как только ее раны будут обработаны, этот генерал лично отправит ее обратно.

Ся Сяо Мань тут же принял вид домоправителя дворца Его Высочества принца Цзина и серьезно спросил:

– Генерал Чэн, что это за логика? Быстро опустите ее! Как вы смеете нападать на людей из дворца принца Цзина? Вы ели…

– Если Его Высочество захочет рассмотреть этот вопрос, этот генерал готов объяснится! – Чэн И Фэй развернулся и, неся Гу Фэй Янь, ушел широкими шагами.

Ся Сяо Мань погнался за ним, но, в конце концов, Гу Фэй Янь сказала:

– Ся Сяо Мань, вернись первым. У меня есть, что обсудить с генералом Чэном, так что мы вернемся, когда закончим.

Конечно, Гу Фэй Янь не хотела иметь ничего общего с Чэн И Фэем. Но, если она не могла предупредить принца Цзина, то могла начать со стороны Чэн И Фэя!

С Чэн И Фэем было намного проще говорить о старом лисе.

Ся Сяо Мань не особо задумывался об этом, он просто посчитал, что между Гу Фэй Янь и Чэн И Фэем действительно были неоднозначные отношения. Перед тем как уйти, он бросил на Гу Фэй Янь презрительный взгляд.

– Хм, Его Высочество никогда не полюбил бы женщину с распущенными моральными принципами, вроде тебя!

Эти слова, естественно, не были услышаны Гу Фэй Янь и Чэн И Фэем.

Решив, что Ся Сяо Мань ушел достаточно далеко, Гу Фэй Янь спешно сказала:

– Чэн И Фэй, есть ли какое-нибудь движение со стороны евнуха У? В этом деле определенно замешан тот же человек, что и в вашем. Мы должны придумать способ предупредить Его высочество принца Цзина!

Когда Чэн И Фэй услышал это, в его глазах промелькнул шок. Однако он все еще беспокоился о травмах Гу Фэй Янь. Он не ответил ей и вместо этого быстрым шагом пошел к повозке.

Гу Фэй Янь серьезно сказала:

– Чэн И Фэй, это очень важно. Если мы будем тянуть дальше, переменные определенно изменятся!

– Что важнее твоей травмы? Разве ты не боишься боли?

Обычно циничное лицо Чэн И Фэя было наполнено серьезностью, из-за чего Гу Фэй Янь подсознательно успокоилась. Она всегда думала, что этот парень никогда не будет таким серьезным.

Подойдя к повозке и увидев женщину-лекаря, Гу Фэй Янь могла пока только молчать.

Чэн И Фэй посадил Гу Фэй Янь в повозку. Его движения были очень медленными, а лицо полно тревоги.

– Поторопитесь и помогите ей применить лекарство. Ее руки и ноги ранены. Будьте осторожны.

Говоря это, он преклонил одно колено, чтобы помочь Гу Фэй Янь снять туфли и носки. Гу Фэй Янь была ошеломлена. Даже женщина-лекарь перепугалась. Она не думала, что этот великий генерал с сотнями тысяч солдат под его командованием действительно преклонит колени перед женщиной. Может быть, у него был роман с Гу Фэй Янь, но не для того, чтобы отомстить семье Ци, а из-за того что по-настоящему влюбился в нее?

Гу Фэй Янь пришла в себя и с тревогой выпалила:

– Чэн И Фэй, убирайся отсюда! Разве твоя мать не учила тебя, что мужчины и женщины не должны быть близкими?

Женщина-врач была еще более потрясена, когда услышала это. Как посмела Гу Фэй Янь, маленькая девушка, говорить с генералом Чэном в такой манере? Она должно быть бесстрашна перед тем, кто ее балует!

В этот момент Гу Фэй Янь наконец заметила чрезвычайно сложное выражение лица женщины-лекаря. Она чувствовала отчаяние, которое невозможно было смыть, даже прыгнув в море. Она не могла не бросить умоляющий взгляд на Чэн И Фэя…

Глава 74 – Под наблюдением Вонючего Айсберга

Глядя в умоляющие глаза Гу Фэй Янь, Чэн И Фэй был удивлен. В конце концов, судя по тому, что он знал, эта маленькая девушка-аптекарь не возражала против сплетен и оскорблений людей, и нелегко просила о помощи.

Он, ничего не сказав, не колеблясь, вышел из повозки.

Некоторое время спустя ее руки были заново перебинтованы, туфли и носки были сняты, а пальцы ног туго забинтованы.

Как только женщина-лекарь ушла, Гу Фэй Янь не могла дождаться продолжения разговора.

– Чэн И Фэй, о евнухе У…

Глаза Чэн И Фэя были заняты только ее ранами, когда он прервал ее.

– Маленькая девушка-аптекарь, тебе больно?

Гу Фэй Янь была сильно взволнована:

– Генерал Чэн, у меня есть серьезное дело, которое необходимо обсудить с вами!

Чэн И Фэй понизил голос и сказал:

– К чему ты так торопишься? Евнух У находится в руках этого генерала.

Гу Фэй Янь ахнула, совсем не удивившись:

– Что вы сказали?

Оказалось, что Чэн И Фэй следил за евнухом У с тех пор, как вернулся в город. Три дня назад он узнал, что евнух У внезапно покинул дворец с парой евнухов, поэтому немедленно начал преследование. К сожалению, стоило покинуть город, он потерял их. Буквально вчера в полночь кто-то внезапно зашвырнул евнуха У к нему во двор. Евнух У был связан и имел при себе пакет неизвестных трав и несколько странных рецептов.

Он за мгновение взвесил все за и против, прежде чем задержать евнуха У и тайно допросить. Евнух У держал рот на замке и не сказал ни слова.

Изначально он хотел прийти и поучаствовать в веселье, но не ожидал ее увидеть. Если бы она не сказала, что евнух У имеет какое-то отношение к делу принца Цзина, он бы не связал эти два вопроса.

Он узнал, что Его Высочество принц Цзин находился в храме Дали и лично разбирался в этом деле, сначала он просто хотел присоединиться к веселью, не ожидая увидеть ее. Если бы она не сказала, что евнух У имеет отношению к делу Его Высочества принца Цзина, он бы не стал связываться с этими двумя вещами.

Выслушав его историю, в разуме Гу Фэй Янь возник Вонючий Айсберг неизвестного происхождения. Она была на девяносто процентов уверена, что причиной этого был тот самый Вонючий Айсберг!

Судя по всему, он обращал внимание на это дело!

Хотя он обманул ее, не похоже, что он станет обманывать Его Высочество. Зная, что он все еще тайком приглядывал за ней, Гу Фэй Янь, наконец, стала меньше беспокоиться.

Однако она не понимала, неужели этот Вонючий Айсберг действительно был восьмым принцем? Очевидно, он все это время помогал Чэн И Фэю, так зачем ему это скрывать?

Гу Фэй Янь спросила:

– Странно, кто это сделал?

Чэн И Фэй ответил:

– Этому генералу тоже было очень любопытно. Этот человек наверняка очень хорошо знает правду.

– Он помог вам.

Чэн И Фэй холодно рассмеялся:

– Если евнух У причастен к вопросу о лечебной кухне, этот человек не помог этому генералу, а использовал меня!

Зная правду, Гу Фэй Янь могла только воздержаться от оценки. Глаза Чэн И Фэя блеснули холодным светом ненависти.

– Маленькая девушка-аптекарь, какое отношение имеет евнух У к этому делу? Не говори этому генералу, что семья Ци невиновна!

Хотя Гу Фэй Янь ненавидела семью Ци, она все же честно ответила:

– Семья Ци не невинна, но казнить девять колен семьи – лишнее!

Чэн И Фэй недовольно уставился на Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь боялась, что Чэн И Фэй спрячет евнуха У и не поможет в расследовании. Она хотела убедить его, но Чэн И Фэй небрежно пожал плечами и сказал:

– Забудь, этому генералу нужна жизнь старого вора Ци. Это не займет много времени. Иначе появятся недовольные внутри страны и могущественные враги, а пострадает именно этот генерал! Этот генерал поможет этому старому мерзавцу Ци, а когда придет время, старые и новые обиды будут улажены вместе!

Несмотря на то, что голос Чэн И Фэя звучал небрежно, Гу Фэй Янь все же могла сказать, что он хорошо оценил ситуацию и видел настоящие мотивы старого лиса.

Чтобы иметь возможность ясно видеть ситуацию с точки зрения своей ненависти, быть объективным и отказаться от кровной мести своей семьи ради безопасности страны, этот парень действительно был настоящим мужчиной. Он не опозорил армию семьи Чэн и был достоин поддержки сотен тысяч солдат армии государства Тяньянь.

Глядя на мятежный профиль Чэн И Фэя, Гу Фэй Янь поняла, что она спасла верного человека и не так уж сильно не любила его.

Она быстро спросила:

– Могу я взглянуть на пакет с лекарствами евнуха У?

Она думала, что секретные рецепты евнуха У были слишком загадочными и использование их в качестве доказательства не могло всех убедить. Поскольку этот Вонючий Айсберг передал евнуха У Чэн И Фэю, у него должны иметься другие намерения, верно?

Чэн И Фэй, казалось, глубоко задумался, когда заговорил.

– Маленькая девушка-аптекарь, следуй за этим старшим братом обратно в его резиденцию. К слову, этот старший брат счастлив позаботиться о тебе!

Старший брат?

Разве это не имя данное ему Гу Фэй Янь, в последнее ее публичное выступление у Башне удачи? Гу Фэй Янь очень хотела выпнуть его из повозки, но, к сожалению, ее ноги были повреждены.

Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться:

– Чэн И Фэй, тебе нравится раздувать слухи и сплетничать. Ты не боишься, что не сможешь обзавестись женой?

Если люди узнают, что она уехала в резиденцию семьи Чэн, кто знает, каковы будут последствия.

Чэн И Фэй внезапно наклонился и серьезно спросил:

– Этот генерал не боится, а ты? Разве ты боишься не больше, чем этот генерал?

Она не боится?

Страх не означал, что вам это нравится. Более того, теперь ее статус был другим.

Гу Фэй Янь выпрямилась, заставив Чэн И Фэя вернуться на место, ответив очень серьезным тоном:

– Генерал Чэн, эта служанка теперь является членом дворца Его Высочества принца Цзина, я не могу потерять лицо Его Высочества принца Цзина! Пожалуйста, проявите немного самоуважения!

Чэн И Фэй был слегка ошеломлен. Он долго молчал, будто не хотел расставаться с этой идеей. Но, в конце концов, серьезно кивнул.

– Хорошо. Вернись со мной проверить тот пакет с лекарствами. А потом я отправлю тебя обратно во дворец принца.

Когда они прибыли в резиденцию семьи Чен, Чэн И Фэй вел себя как совершенно иной человек, став весьма серьезным. Он больше не нес Гу Фэй Янь, а нашел для нее инвалидное кресло.

Гу Фэй Янь подумала про себя: говорят, что этот парень уважает Его Высочество, похоже, это была правда. Она полагалась на большое дерево, Его Высочество принца Цзина. Преимущества не могли быть лучше.

Чэн И Фэй и Гу Фэй Янь спустились в темницу, но Гу Фэй Янь не вышла на свет. Она взглянула на евнуха У со стороны и увидела, что он висит с опущенными руки и головой, а выражение его лица безжизненно.

Чэн И Фэй тихо сказал:

– Если у кого-то есть желание смерти, похоже, суд не сможет ничего получить.

Гу Фэй Янь на мгновение заколебалась:

– Вы должны быть осторожны и не дать ему умереть. Даже если он не откроет рот, он все равно будет свидетелем.

Чэн И Фэй кивнул:

– Не волнуйся, я буду настороже.

Они перешептывались друг с другом. Вскоре слуга принес им пакет с лекарством. Когда Чэн И Фэй открыл его, Гу Фэй Янь был сильно потрясена.

О Боже!

Этот пакет лечебных ингредиентов был того же уровня, что и корень Лю Дань Лу Шана. Все это были редкие и ценные сокровища! Вдруг внимание Гу Фэй Янь привлек пакет с порошком цвета хаки. Она быстро попросила Чен И Фэя подать порошок и осторожно понюхала. Она могла только подтвердить, что в порошке было множество ингредиентов, но не могла почувствовать точный их запах.

Ее руки были малоподвижны, а время ограничено. Гу Фэй Янь некоторое время поколебалась, прежде чем найти тему, чтобы отвлечь внимание Чэн И Фэя, тайно используя свой разум, чтобы заставить маленький треножник Царя Исцеления украсть немного порошка и изучить его.

Когда маленький треножник Царя Исцеления исследовал ингредиенты, он сразу же дал результат. В лекарстве было более десяти видов женьшеня… и  корень Лю Дань Лу Шана!

Он был доказательством!

Корень Лю Дань Лу Шана было определенно нелегко достать. Во всей императорской аптеке был только один экземпляр. Если бы он отдал пакет Его Высочеству, учитывая его интеллект, он определенно подумал бы, что с этими двумя случаями возникла огромная проблема! Если оба случая будут расследованы вместе, старый лис рано или поздно будет пойман!

Гу Фэй Янь была счастлива и собиралась сообщить Чэн И Фэю хорошие новости. В этот момент подбежал слуга и доложил:

– Генерал, младший чиновник храма Дали, господин Гун, просит аудиенции!

Чэн И Фэй был удивлен. Почему этот человек из храма Дали искал его в столь критический момент? Гу Фэй Янь была удивлена еще больше. Разве господин Гун не расследовал убийство и похищение лекарств?

Глава 75 – Идиотка, его недовольство

Боясь, что она проголодается, Чэн И Фэй договорился, чтобы служанка подала ей ужин, прежде чем он пошел на встречу с господином Гуном.

Как только Гу Фэй Янь увидела рисовую кашу и овощи, в ее сердце вспыхнуло теплое чувство. Она не ожидала, что Чэн И Фэй, человек, фактически живший в армии, окажется настолько внимательным. Пока она ела, она размышляла о цели визита господина Гуна.

Через некоторое время Чэн И Фэй вернулся с улыбкой на лице и сказал.

– Маленькая девушка-аптекарь, хорошие новости. Угадай какие.

Гу Фэй Янь поторопила его пока ела:

– Перестанте тянуть, скажите быстрее.

Чэн И Фэй сказал:

– Евнух У связан с аптекарем Цзянь.

– Какое совпадение! Как она оказалась замешана?

Гу Фэй Янь не особо поверила. Кто-то только что дал ей подушку, когда она хотела спать?

– Убийцы, похитившие тебя прошлый раз, раскрыли евнуха У, сказав, что именно он подкупил аптекаря Цзянь, чтобы та узнала, как доставляется лекарство. Они только собирались попросить разрешения войти во дворец, чтобы арестовать кого-то, когда обнаружили, что евнух У исчез. Господин Гун, пришел, чтобы…

Прежде чем Чэн И Фэй успел закончить говорить, изо рта Гу Фэй Янь вырвался фонтан каши, расплескавшись по всему его лицу.

Чэн И Фэй был ошеломлен, когда она поспешно извинилась:

– Я сделала это не нарочно.

Все служанки находившиеся поблизости подумали, что генерал вот-вот выйдет из себя, и были так напуганы, что упали на колени. Однако Чэн И Фэй наугад вытер лицо и сердито спросил:

– Разве это не всего лишь связь между двумя делами, что тебя так взволновало?

Гу Фэй Янь была не взволнована, но испугана!

Убийцей, собиравшимся похитить лекарство, был не кто иной, как Вонючий Айсберг. Эти убийцы были устроены Вонючим Айсбергом в качестве козлов отпущения, чтобы их схватил храм Дали. Более того, Вонючий Айсберг знал, что путь доставки лекарства был раскрыт не евнухом У и не имел ничего общего с аптекарем Цзянь.

Теперь, когда Вонючий Айсберг подставил евнуха У, чтобы позволить этому злодею взять вину на себя, евнуха У и аптекаря Цзянь было легко вовлечь. И два случая тоже теперь были объединены.

Он явно воспользовался ситуацией!

Другими словами, настоящая причина, по которой Вонючий Айсберг организовал это фальшивое похищение, заключалась не в том, что он боялся, что храм Дали узнает о нем, а в том, что он хотел, чтобы его подчиненные оказались в храме Дали и использовать их в качестве лжесвидетелей. Неудивительно, что он оставил евнуха У здесь с Чен И Фэем. Он уже принял меры, чтобы используя Чен И Фэя отослать евнуха У в тюрьму!

Разве такая проницательность не была слишком глубокой?

Гу Фэй Янь всегда чувствовала, что старый лис был очень дотошным, а его методы зловещими. Теперь она поняла, что Вонючий Айсберг ничуть не уступал ему, а может даже превосходил!

В этом большом шоу участвовало так много народу, но на самом деле это было тайное соревнование между ними двумя. Разве это не страшно?

– О чем ты думаешь?

После того, как Чэн И Фэй спросил, Гу Фэй Янь, наконец, освободилась от своих мыслей. Конечно, она не осмелилась сказать правду, и только объяснила:

– Конечно, я взволнована таким неожиданным совпадением! Его Высочество принц Цзин вошел во дворец, чтобы увидеться с императором. Если император примет решение, тогда все будет плохо. Поторопитесь, придумайте, как передать евнуха У и украденные вещи.

Теперь все думали, что за аптекарем Цзянь стоит семья Ци. Если Чэн И Фэй передаст евнуха У, дело можно будет повернуть вспять, и у семьи Ци появится возможность выразить свое недовольство!

Чэн И Фэй поколебался, прежде чем спросить:

– Маленькая девушка-аптекарь, ты... подождешь моих новостей?

Гу Фэй Янь задумалась о состоянии своих рук и ног. Было бы трудно снова увидеть Чэн И Фэя, когда она вернется во дворец принца Цзина. Она кивнула.

– Я подожду ваших новостей, прежде чем уеду. Поторопитесь и возвращайтесь!

Чэн И Фэй был вне себя от радости, и только после того, как позвал нескольких горничных прийти и служить Гу Фэй Янь, расслабился и ушел.

Гу Фэй Янь действительно нужна была помощь. С помощью горничной она вымылась и выглядела так, будто избавилась от всей грязи на своем теле. Все ее тело стало намного свежее.

Гу Фэй Янь попросила у горничных указать комнату для гостей, прежде чем отпустить ее. Она села на кушетку, помедлила, а затем перекусила зубами повязку на руке. Затем она морщась от боли сняла повязки со стоп.

Другого пути не было. Если она хотела, чтобы ее раны зажили быстрее, ей оставалось только пострадать еще раз.

Хотя лекарство, которое придворная женщина-лекарь помогла ей применить, было превосходным, в конце концов, оно не могло сравниться с лекарством, которое приготовила она сама. Ее лекарство не нужно было менять после того, как оно было нанесено. Так она сможет вылечиться через два дня.

Сняв повязки, Гу Фэй Янь с трудом начала концентрироваться, используя свой разум. Она мысленно придумала рецепт и отправила его в маленький треножник Царя Исцеления. В мгновение ока маленький треножник Царя Исцеления сумел собрать травы и превратить их в пасту с помощью своего Божественного Пламени. Со следующей мыслью, мазь упала ей в руку.

– Невероятно хорош!

Гу Фэй Янь так привыкла к этому, что забыв о травме руки, погладила маленький треножник Царя Исцеления. От боли она несколько раз вдохнула холодный воздух, но ничего не могла поделать.

В этот момент сзади неожиданно раздался недовольный голос:

– Идиотка!

Гу Фэй Янь на мгновение замерла, она резко обернулась, только чтобы увидеть, стоящего позади нее человека в серебряной маске, в черной одежде, высокого и гордого, холодного и тихого, как Бог ночи.

Гу Фэй Янь в шоке выпалила:

– Вонючий Айсберг!

Цзюнь Цзю Чэнь слегка нахмурился. Ему явно не понравилось это прозвище, поэтому он недовольно сказал:

– Кто позволил тебе кричать, что попало?

Гу Фэй Янь действительно не ожидала увидеть парня, который так жестоко обманул ее, но у него все еще было лицо, чтобы прийти к ней. Она сердито рявкнула:

– Вонючий лжец! Ты все еще осмелился придти? Для чего ты здесь, снова хочешь меня обмануть?

Кто знает, то ли Цзюнь Цзю Ченю нечего было сказать, то ли он не хотел говорить ерунду. Он посмотрел на ее пострадавшие руки и ноги, а затем его взгляд упал на кучку мази в руке и он холодно сказал:

– Лекарство возникло из воздуха, твой треножник Царя Исцеления действительно необычная вещь.

– Как давно ты здесь? Ты подсматривал за мной, ты...

Гу Фэй Янь взволнованно встала, и тут же, пальцы ее ног жутко заболели. Инстинктивно, она подогнула пальцы и, не сдержавшись, откинулась назад.

– А-а…

В тот же момент, Цзюнь Цзю Чэнь даже не подумав, шагнул вперед, наклонился, обнял ее одной рукой за талию, а другой прикрыл рот.

Они уставились друг на друга, казалось, не находя слов.

Цзюнь Цзю Чэнь первым оправился от шока, и недовольно сказал:

– Идиотка!

Гу Фэй Янь потрясла головой и, избавившись от его рук, отругала его:

– Вонючий негодяй, отпусти меня!

Цзюнь Цзю Чэнь взглянул на теплую кровать позади нее, затем элегантно убрал руку. Гу Фэй Янь упала на тёплую кровать, и… это было совсем не больно. Только тогда она поняла, что если она начнет падать назад, ей не будет больно, как бы высоко она ни падала.

Вспомнив, как громко она кричала только что, даже Гу Фэй Янь не могла не почувствовать смущения. Она стала послушной и не смела вести себя опрометчиво. Ее пальцы напряглись, когда она осторожно повернула свое тело в сторону и уперлась локтем в наклонную доску. Ей потребовалось некоторое время, прежде чем она смогла сесть.

Цзюнь Цзю Чэнь уже давно сидел рядом с ней.

Он взял мазь и внимательно осмотрел ее, только чтобы увидеть, что она находится в большом неизвестном листе. Он был зеленым, кристально чистым и имел легкий, освежающий аромат.

Он спросил:

– Ты хотела изменить лекарство? Каков эффект этой мази?

Изначально он не произвел на Гу Фэй Янь хорошего впечатления, поэтому она опасалась его. Более того, узнав, что его проницательность глубже, чем у старого лиса, она стала относиться к нему еще более настороженно.

Она недовольно сказала.

– Не трогай мои вещи! Что ты здесь делаешь? Говори прямо!

Цзюнь Цзю Чэнь не ответил. Вместо этого он опустил голову и двумя пальцами подцепил мазь, принюхался и сказал.

– Руки.

Руки?

Гу Фэй Янь не поняла?

Цзюнь Цзю Чэнь протянул другую руку и сказал холодным и властным тоном:

– Я применю лекарство, дай мне свои руки.

Глава 76 – Нахал

Применю лекарство?

Этот парень настолько добр? Он беспокоится и проявляет заботу!?

Первой реакцией Гу Фэй Янь было спрятать руки за спиной, и она усмехнулась:

– Я не могу себе этого позволить!

Кто знал, что Цзюнь Цзю Чэнь тут же скажет:

– Верно, позови служанку.

Гу Фэй Янь сразу забеспокоилась.

– Что, черт возьми, ты пытаешься сделать?

Как ей объяснить, откуда она взяла эту мазь, если позвала бы служанку? Этот парень явно ей угрожал!

Цзюнь Цзю Чэнь не ответил, но по-прежнему дорожа своими словами, будто они были золотом, сказал:

– Руки.

У Гу Фэй Янь вытянулось лицо, девушка долго не могла пошевелиться.

Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, поднял на нее холодный взгляд, будто предупреждая, не позволять ему просить в третий раз. Гу Фэй Янь сердито посмотрела на него, прикусила верхнюю губу, и ее личико стало крайне неприглядным и жестоким. Она неохотно протянула руки, почти закатывая на него глаза.

Перед Цзюнь Цзю Чэнем все женщины обычно надевали свои лучшие наряды, флиртовали с ним и изо всех сил старались показать свои самые очаровательные и идеальные стороны. Это был первый раз, когда ему продемонстрировали такое «призрачное лицо», как у Гу Фэй Янь.

Уголки его рта, которые весь день были напряжены, не сдержавшись, поползли вверх. К счастью, ему удалось сдержаться.

Он проигнорировал ее, склонил голову и схватил ее за запястье.

После этого захвата Гу Фэй Янь по-настоящему занервничала, и ее тело бессознательно напряглось. Она нервничала не впервые, но не потому, что боялась! Она боялась, что этот парень окажется слишком злобным и причинит ей боль.

Цзюнь Цзю Чэнь сначала с трудом сдерживал смех. Но когда он внимательно рассмотрел поврежденные пальцы Гу Фэй Янь, уголки его рта начали медленно опускаться. В один момент ему хотелось рассмеяться, в следующий он был крайне недоволен… Казалось, его настроение было унесено этой женщиной, но, к сожалению, он сам этого пока не осознавал.

Он взял мазь, но, похоже, колебался и ничего не мог с собой поделать. Откуда Гу Фэй Янь могла знать, что его настроение изменилось? Она нервно смотрела на его руку, боясь, что он приложит слишком много сил, но, видя, что он колеблется, она заподозрила, что он взбешен.

В конце концов, она предпочла закрыть глаза. Однако мгновение спустя ее опухшие пальцы ощутили прохладу и легкую боль.

Она быстро открыла глаза и поняла, что движения Цзюнь Цзю Чэня были исключительно легкими, настолько легкими, что их можно было даже назвать нежными. Он использовал только подушечки пальцев, нанося лекарство и осторожно распределяя его по ее ранам, прежде чем медленно и осторожно растереть круговыми движениями.

Хотя это было не совсем безболезненно, при столь тяжелых травмах подобное не имело значения.

Гу Фэй Янь была удивлена! Первая мысль, пришедшая ей в голову, была... Этот парень изменил свою натуру? Она тайно подняла глаза, чтобы взглянуть на него, только чтобы увидеть, что под серебристо-белой маской его глаза были особенно сосредоточены, словно… словно они смягчились на двадцать-тридцать процентов.

У Айсберга есть нежная сторона?

Разве тогда он не должен был растаять?

Гу Фэй Янь вскоре поняла, что слишком много раздумывает. Поскольку ее руки не болели, она немного расслабилась. После некоторого колебания она начала зондировать:

– Эй, ты же не мог прийти сюда, чтобы выразить свои извинения после того, как тебя одолела совесть?

Цзюнь Цзю Чэнь не сказал ни слова.

Гу Фэй Янь снова спросила:

– Это ты схватил евнуха У? Ты такой коварный! Сколько еще секретов ты нашел?

Цзюнь Цзю Чэнь продолжал хранить молчание.

Гу Фэй Янь снова спросила:

– Что насчет пакета лекарств евнуха У? Они его собственные. Или это ты их подкинул?

Цзюнь Цзю Чэнь молчал.

Гу Фэй Янь продолжила:

– Ты узнал, кто такой старый лис? Не боишься напугать змею, схватив евнуха У?

Цзюнь Цзю Чэнь по-прежнему не ответил.

Гу Фэй Янь не остановилась:

– У тебя в рукаве все еще есть козыри? То, что ты сделал не является секретом, тогда почему ты скрываешься? Или… ты сделал что-то плохое и боишься, что люди узнают об этом?

***

Гу Фэй Янь продолжала спрашивать, не переставая. Но Цзюнь Цзю Чэнь похоже вообще не слушал ее слов. Он от начала до конца, держал голову опущенной, сосредоточившись на ее ранах, смазывая пальцы один за другим, не отвлекаясь, осторожно и нежно.

Когда все десять пальцев были обработаны мазью, он выбрал из бинтов несколько годных к употреблению и тщательно перевязал руки Гу Фэй Янь, не причинив той вреда.

Гу Фэй Янь была в своем сердце тайно удивлена . Иногда даже ее мастер Бай И не выносил ее трепа, верно? Она болтала без умолку, но этот парень действительно все стерпел?

Гу Фэй Янь не верила, что он злой и хотела продолжить зондирование. Неожиданно Цзюнь Цзю Чэнь без всякого предупреждения наклонился, поднял ее ноги и, потянув их на свои, устроил там!

Слова, которые собирались сорваться с ее губ, внезапно оборвались. Она была ошеломлена!

С тех пор, как Цзюнь Цзю Чэнь упомянул, что хочет помочь ей применить лекарство, она не осознавала, что ее ступням также понадобится лечение, так как она боялась боли. Только сейчас она это осознала.

Несмотря ни на что, она не могла позволить мужчине коснуться ее ног!

– Нет!

Гу Фэй Янь собиралась убрать ноги, когда Цзюнь Цзю Чэнь, схватив ее за лодыжку, холодно сказал недовольным тоном:

– Не двигайся!

Но голос Гу Фэй Янь был даже холоднее, чем его собственный:

– Мужчины и женщины не должны быть слишком близки друг другу. Ты действительно хочешь мне помочь или ты просто нахал!

Цзюнь Цзю Чэнь ненадолго оторопел, и действительно выпустил ее ногу.

Гу Фэй Янь уже хотела подтянуть ногу, но Цзюнь Цзю Чэнь быстро схватил ее за лодыжку и надавил на нее. Его голос был холоден, как лед, как приказ:

– Тебе некогда тратить время зря. Позаботься о своих конечностях, как можно скорее. Следующий шаг – проверка лекарства.

Гу Фэй Янь знала, что этот парень не был таким добрым, чтобы помогать ей за так!

Она холодно сказала:

– Тебе не о чем беспокоиться. Я помогаю в этом деле не тебе, а Его Высочеству принцу Цзину. Я обязательно поправлюсь как можно скорее! Отпусти меня!

Цзюнь Цзю Чэнь отказался ее отпускать.

Чем сильнее она сопротивлялась, тем крепче Цзюнь Цзю Чэнь сжимал ее.

– Отпусти меня проклятый нахал! Если ты сейчас же не отпустишь меня, я позову на помощь!

Цзюнь Цзю Чэнь не сказал ни слова. Он плотно обхватил ее пятку своей ладонью, не давая девушке пошевелиться даже немного.

Хотя Гу Фэй Янь продолжала кричать, она не смела делать этого громко. В конце концов, ей оставалось только отвести глаза, чтобы ничего не видеть. Она тихо поклялась в своем сердце, что должна найти способ сообщить Его Высочеству принцу Цзину о существовании этого парня!

По сравнению с тем старым лисом, что неоднократно перекладывал вину на нее, этот парень был во сто раз более презренным!

Цзюнь Цзю Чэнь не обращал внимания на пыхтение Гу Фэй Янь. Он промолчал, продолжая осматривать травмы на ее пальцах ног. Только, в отличие от предыдущего, на этот раз его взгляд неудержимо стремился вверх.

Он обнаружил, что ноги Гу Фэй Янь были маленькими и нежными, и очень красивыми.

Постепенно его внимание обратилось к его собственным рукам. В этот момент он держал в них ее пятку. Та была гладкой, мягкой и нежной.

Он впервые увидел женскую ступню и впервые прикоснулся к ней.

Впервые после того как он стал сильным, его застали врасплох. Кроме того, у него, казалось, мелькнула какая-то мысль, которую он не знал, как объяснить.

Он поколебался, но, в конце концов, продолжил накладывать мазь.

Промежутки между пальцев ног были меньше, чем у рук и в тот момент, когда его пальцы проникли туда, Гу Фэй Янь ощутила резкую боль. Изначально Гу Фэй Янь втихаря стиснув зубы, молча терпела ее. Однако, в конце концов, она не смогла сдержать дрожь.

Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, открыл рот.

– Если ты не перестанешь дергаться, я буду мягче.

Гу Фэй Янь не ответила.

Цзюнь Цзю Чэнь отпустил ее пятку, одной рукой осторожно раздвинул пальцы ног, а другой нанес мазь. Гу Фэй Янь оглянулась и обнаружила, что она каким-то образом действительно перестала двигаться. Она бессознательно прикусила нижнюю губу, на семьдесят процентов от раздражения и на тридцать от смущения…

Глава 77 - Слушай внимательно и запомни, я хочу тебя

Цзюнь Цзю Чэнь молчал, Гу Фэй Янь тоже молчала.

Они оба сели выдыхая от облегчения, Гу Фэй Янь сейчас оказалась между ног Цзюнь Цзю Чэня.

Это был мир тишины. Казалось, время остановилось. Эти двое были похожи на молодоженов. В этой тишине они превратились в картину, которая была вечна и прекрасна.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь помог Гу Фэй Янь справиться со всеми ее травмами, в комнате все еще стояла тишина. Гу Фэй Янь увидев, что его две тонкие и красивые руки оказались испачканы мазью, почувствовала некоторое сожаление в своем сердце. Даже она считала это невероятным.

Она собиралась заговорить, когда за дверью послышались шаги.

Цзюнь Цзю Чэнь быстро собрал свои вещи и собирался уходить, когда Гу Фэй Янь быстро спросила:

– Эй, ты восьмой принц?

Цзюнь Цзю Чэнь уже подошел к окну, но, оглянувшись, не ответил ей. Вместо этого он спросил:

– Хочешь переночевать здесь?

Гу Фэй Янь не ответила, вместо этого снова спросила:

– Почему ты все еще не ушел? Ты, должно быть, восьмой принц, верно?

Цзюнь Цзю Чэнь не обратил на нее никакого внимания. Он повернулся и, перепрыгнув подоконник, растворился в воздухе. Гу Фэй Янь не впервые видела его скорость, поэтому не удивилась. Она подумала про себя, этот парень был настолько быстр, что по ее оценке, мог даже осмелится ворваться во дворец принца. В будущем ей все же следует быть немного осторожнее.

Служанка, подошедшая к двери, принесла Гу Фэй Янь новое одеяло и почтительно сказала:

– Девушка-аптекарь Гу, уже очень поздно. Пожалуйста, сначала отдохните. Когда генерал вернется, эта служанка позовет вас.

Гу Фэй Янь кивнула, но только отдыхала на кровати, а не спала. Она думала, что Чэн И Фэй вернется посреди ночи, но он вернулся примерно через два часа.

За такой короткий промежуток времени у него как раз хватило бы времени, чтобы совершить путешествие туда и обратно.

Гу Фэй Янь обеспокоенно спросила:

– Как дела?

Чэн И Фэй хотя был измучен поездкой, все же ответил:

– Я уже передал пакет с лекарствами в храм Дали. Я не видел ни Его Высочества принца Цзина, ни императора.

Гу Фэй Янь продолжила спрашивать:

– Вы узнали отношение императора к делу?

– Как только я вошел во дворец, то узнал, что Его Высочество принц Цзин вообще не входил во дворец, но все же тайно допросил нескольких аптекарей в тюрьме храма Дали, – выражение лица Чэн И Фэя было полно сожаления: – Если бы я знал, я бы не вошел во дворец!

Гу Фэй Янь тоже была удивлена.

– Тогда что насчет Первого принца?

Чэн И Фэй ответил:

– Он ждал у входа в кабинет императора более двух часов, но Его Величество не дал ему аудиенции. Если Его Высочество принц Цзин не пойдет туда, у него, вероятно, не будет шанса, даже если он прождет до рассвета. Когда я покидал дворец, то услышал, что императорская наложница Юнь тоже бросилась к нему.

Вспоминая тревожное выражение лица Цзюнь Яо Шэна во время суда, Гу Фэй Янь не могла не рассмеяться. Она подумала про себя, что даже если Первый принц и имперская наложница Юнь встретятся с императором, это все равно будет бесполезно. Дело еще не окончено.

Чэн И Фэй с сомнением спросил:

– Маленькая девушка-аптекарь, над чем ты смеешься?

Гу Фэй Янь не осмелилась ничего объяснять, а только вяло ответила:

– Я смеюсь над вами. Почему вы так спешили?

– Смелая! Как ты смеешь смеяться над этим генералом!

Чэн И Фэй резко наклонился вперед, приподнял подбородок Гу Фэй Янь своей большой рукой, но как раз когда собирался подразнить ее, он внезапно остановился и отпустил ее.

– Маленькая девушка-аптекарь, этот генерал пока запомнит твои слова. Я… я займусь тобой через три месяца!

Гу Фэй Янь усмехнулась, не удосужившись ему ответить.

Чэн И Фэй казался очень несдержанным и раскованным человеком, но так же был весьма принципиальным. Он даже не прикоснулся к Гу Фэй Янь. От кушетки до инвалидной коляски и повозки – все делала прислуга. Он лично сопроводил Гу Фэй Янь к задним воротам дворца принца Цзина и проследил за тем, чтобы рядом никого не было. Только после этого он позволил Гу Фэй Янь выйти из повозки.

Гу Фэй Янь собиралась постучать в дверь, когда Чэн И Фэй внезапно заговорил позади нее.

– Маленькая девушка-аптекарь, этому генералу есть что сказать тебе. Внимательно слушай каждое слово и хорошо его запомни.

Что тут такого серьезного?

Гу Фэй Янь хотела повернуться, но Чэн И Фэй остановил ее. Его тон был более искренним, когда он сказал тихим голосом:

– Девушка-аптекарь, этот генерал хочет тебя. Меня не волнует брачный контракт семьи Ци. Три месяца спустя я отправлюсь в семью Гу, чтобы предложить брак!

На самом деле, он не был уверен, почему хотел ее, но знал, что должен это сделать. Может, он уже думал об этом, когда говорил с матерью в армейском лагере?

Он никогда раньше так не жалел женщину. Он думал, что если бы он мог дать ей статус жены генерала и поддержать ее сотнями тысяч солдат его армии, ей бы не пришлось так сильно страдать, верно?

Закончив говорить Чэн И Фэй сразу же громко постучал в заднюю дверь дворца принца Цзина.

Гу Фэй Янь опешила. И только спустя долгое время она обернулась, чтобы посмотреть на него.

Чэн И Фэй уже вернулся в повозку. Он сидел сутулясь, опустив одну руку на кнут, а другую на колено согнутой ноги. Когда он увидел, что Гу Фэй Янь смотрит на него, то сразу же цинично и несдержанно рассмеялся.

Гу Фэй Янь показалось, что он шутит с ней. Однако его голос сейчас был явно очень серьезным.

– Чэн И Фэй, езжайте… – Прежде чем Гу Фэй Янь успела закончить свои слова, задняя дверь отворилась. Почти в то же время Чэн И Фэй тоже взмахнул кнутом и уехал.

Дверь открыл Ся Сяо Мань, поэтому, естественно, Гу Фэй Янь не хотела болтать лишнего.

Ся Сяо Мань смотрел, как повозка уезжает, а затем повернулся, чтобы взглянуть на Гу Фэй Янь. Его молодое и нежное лицо было особенно отвратительным и устрашающим.

Гу Фэй Янь была шокирована:

– Что с тобой случилось?

Ся Сяо Мань некоторое время смотрел на нее, прежде чем выдавить сквозь зубы несколько слов.

– Проклятая девчонка, если ты в будущем не послушаешься слов этого евнуха и самовольно покинешь дворец, я обязательно преподам тебе урок!

Гу Фэй Янь смутилась:

– Что случилось-то?

Ся Сяо Мань фыркнул, но ничего не ответил. Заложив руки за спину, он ушел широкими шагами. Вскоре из ниоткуда появился Ман Чжун и втолкнул Гу Фэй Янь в дверь.

Гу Фэй Янь спросила:

– Что случилось с евнухом Манем?

Сначала Ман Чжун не осмеливался что-либо сказать, но после неоднократных вопросов Гу Фэй Янь, тихо ответил:

– Его Высочество вернулся и не смог тебя найти, поэтому он оштрафовал его на полгода.

– Это, это...

Гу Фэй Янь внезапно не знала, что сказать. Однако, Ся Сяо Мань был чертовски прижимистым человеком, разве для него не стало бы потерей куска собственной плоти, если бы его оштрафовали? Неудивительно, что он выглядел таким свирепым.

Но разве наказание Его Высочества не было слишком суровым?

Гу Фэй Янь быстро спросила:

– Его Высочество вернулся? У него было ко мне срочное дело? Это имеет какое-то отношение к судебному разбирательству? Почему вы не отправили кого-нибудь в резиденцию Чен?

– Его Высочество ничего не сказал. Он уже заснул.

Гу Фэй Янь не удивилась:

– Его Высочество больше не хочет входить во дворец?

Первый принц ждал все это время. Неужели принц Цзин просто лег спать? Разве это сделано не слишком умышленно?

– Император тоже спит в этот час. Боюсь, что для ссоры нет места, –объясняя, Ман Чжун прошептал в своем сердце: – Разве Его Высочество не хотел найти тебя? Разве все нельзя было отложить на потом?

Сначала Гу Фэй Янь хотела спросить, когда Его Высочество принц Цзин проснется завтра, но когда подумала о том, что евнух У будет отправлен в храм Дали, она сдалась. Люди из судебных инстанций, естественно, появятся завтра, поэтому она продолжит притворяться дурочкой и тихо ждать, как изменится завтрашнее дело.

Прибыв к входу в павильон Минъюэ, Ман Чжун не мог не посоветовать:

– Девушка-аптекарь Гу, Его Высочество герцог Цзин, не любит людей бегающих повсюду. Если у тебя нет важных дел, лучше не покидай дворец. Если Его Высочеству это не понравится, Ся Сяо Маню будет непросто это объяснить.

Гу Фэй Янь была сильно озадачена. Когда она вошла во дворец принца Цзина, Ся Сяо Мань только предупредил ее о местах, в которые ей запрещено ходить. Он не сказал ей, что принц Цзин не любит, когда его слуги выходят на улицу!

Однако она все же согласилась.

– Я запомню это.

Как только она закончила говорить, Ся Сяо Мань неожиданно открыл дверь изнутри, напугав Гу Фэй Янь и Ман Чжуна.

Гу Фэй Янь робко спросила:

– Ты, ты…

Ся Сяо Мань сказал без гнева:

– Я буду служить тебе в течение следующих двух дней. Его Высочество сказал, что наградит тебя служанкой, она придет через некоторое время.

Ман Чжун едва успел прикрыть рот, а Гу Фэй Янь даже улыбнулась угрюмому выражению лица Ся Сяо Маня…

Глава 78 – Сопровождение, оценка

Гу Фэй Янь очень устала, но когда закрыла глаза, то вспомнила как серьезный взгляд Вонючего Айсберга, так и дикую улыбку на лице Чэн И Фэя. Она, которой обычно было на все плевать, по сути больше не могла заснуть.

На следующий день.

Когда Гу Фэй Янь проснулась, Цзюнь Цзю Чэнь уже вошел во дворец. Она послушно оставалась в павильоне Минъюэ, ожидая новостей, пока выздоравливала.

Днем она не слышала никаких новостей из дворца. Вместо этого дождалась, что ко дворцу приехали второй дядя и вторая тетя изначальной владелицы.

Конечно, эти двое не могли сделать даже и шагу во дворец принца Цзина. Им оставалось только ждать у черного хода. Охранник доложил Ся Сяо Маню, проявившему к ним крайнее презрение, все же рассказавшему о визите Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь не подумав дважды, попросила Ся Сяо Мань отослать тех восвояси. Эта пара из семейки Гу, несомненно, заметила, что что-то не так, и переметнулась от семьи Ци, чтобы выслужиться перед ней. У нее не было времени возиться с ними. Сначала она запомнит все их долги, а затем расплатится по ним, когда у нее будет время.

Когда Ся Сяо Мань снова заговорил, Гу Фэй Янь узнала, что новости о ее умелой проверке лекарств в суде распространились за пределы имперской столицы, но ее репутация все еще была довольно плохой. Многие люди говорили, что она наступила в собачье дерьмо и просто на удачу оказалась знакома с Лю Дань Лу Шаном, в то время как другие говорили, что даже если у нее были способности, она была обычной ветреной женщиной. Даже люди в императорской аптеке говорили, что несмотря на все, если женщина вроде нее, обладала способностями, ее медицинская этика была не к черту.

Лицо Ся Сяо Маня было полно злорадства, когда он сказал:

– Ты не следуешь женским правилам. Так тебе и надо!

Гу Фэй Янь изначально хотела дать наедине Ся Сяо Маню немного денег, чтобы компенсировать половину годовой зарплаты, но, услышав это, она просто бросила ему несколько слов:

– Сколько месяцев зарплаты это будет стоить для женщины?

Ся Сяо Мань вел себя как ребенок, он был так зол, что хотел бросится в драку. В этот момент снова пришел охранник.

– Сообщаю евнуху Маню, несколько командиров семьи Ци привели отряд солдат. Все они преклонили колени у входа, желая помочь семье Ци выразить свое недовольство. Главный сказал, что пока он не встретится с Его Высочеством принцем Цзином, не встанет!

И Гу Фэй Янь, и Ся Сяо Мань были удивлены.

Не говоря ни слова, Ся Сяо Мань и Гу Фэй Янь толкая друг друга, быстро, как могли, направились к главным воротам. Они выглянули за ворота и увидели ряд людей, стоящих на коленях снаружи. Их командиры были одеты в боевые плащи с символами клана Ци, а солдаты в официальной военной форме, но ни у одного из них не было оружия. Что касается окрестностей, то их уже окружали простолюдины, поднимая вокруг них шумиху.

Если эта группа людей осмелилась выступить от имени семьи Ци, они, должно быть, добились некоторого прогресса в том деле.

Хотя у Гу Фэй Янь были свои догадки, она все же предложила Ся Сяо Маню все разузнать. После того, как Ся Сяо Мань послал кого-то во дворец, чтобы спросить Его Высочества принца Цзина, выяснилось, что тот лично отправился в храм Дали.

Ся Сяо Мань принес два важных известия. Во-первых, евнух У и старший аптекарь Цзянь были причастны к ограблению Чэн И Фэя, а во-вторых, следователь подозревал, что старший аптекарь Цзянь была убита вместо самоубийства.

Первое известие было вполне понятным, а второе – слишком неожиданным. Она не ожидала, что с двумя свидетелями одного и того же уровня принц Цзин так скоро заподозрит этого простого аптекаря.

Учитывая эти два события, неудивительно, что солдаты семьи Ци пришли и кричали о несправедливости. Судя по всему, дуэт отца и сына Ци, заключенные в резиденции, были хорошо осведомлены о случившемся.

Вечером люди только что вернувшиеся из дворца доставили не только приказ принца, но и сплетни. Что касается главных ворот, принц Цзин сказал всего несколько слов:

– Не нужно обращать на них внимание, а то появится еще больше сплетен.

Например про то, что Первый принц и имперская наложница Юнь прождали всю прошлую ночь у входа в императорский кабинет. А когда утром они собрались уговорить евнуха впустить их, то обнаружили, что император прошлой ночью спал в своих покоях. К тому же принцесса Хуай Нин была строго наказана наложницей Юнь, а Первый принц предложивший в спешном порядке чиновникам двора обсудить вопрос о лечебной диете, был жестоко отруган императором.

Два дня спустя Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, вернулся во дворец.

Травмы Гу Фэй Янь уже полностью зажили. Когда она услышала новость о возвращении принца Цзина, то сразу же взволнованно бросилась к спальному залу. Она еще не приблизилась к дверям, когда увидела, что принц Цзин вышел оттуда.

Он только что принял ванну и переоделся в лунно-белую повседневную одежду. Его черные волосы были скреплены заколкой из белого нефрита, из-за чего он казался исключительно холодным. По сравнению с его черной мантией, в этой одежде он казался более высокомерным и отстраненным.

Гу Фэй Янь была особенно чувствительна к запаху трав. Несмотря на то, что они были не очень близко, она все-таки чувствовала слабый запах трав на его теле. Она поняла, что ему нравилось принимать лечебные ванны, даже когда холодный яд не действовал.

Как только Цзюнь Цзю Чэнь вышел за дверь, он увидел Гу Фэй Янь. Однако выйдя наружу он сделал вид, что не видит ее.

Гу Фэй Янь на мгновение поколебалась, прежде чем свернуть на перекресток впереди. Увидев, что он вот-вот подойдет, она резко бросилась вперед, сделав вид, что эта случайная встреча.

Она почтительно сказала:

– Эта служанка приветствует Ваше Высочество!

Цзюнь Цзю Чэнь все видел, но кивнул, не остановившись при этом.

Гу Фэй Янь уже придумала, как начать разговор:

– Ваше Высочество в последнее время хорошо себя чувствуете? Есть ли следы лечебной руды?

Цзюнь Цзю Чэнь ответил на последнюю часть вопроса.

– Еще нет.

У него были длинные ноги, и он шел очень быстро. И только после того, как она делала по три шага на один его, ей удалось его догнать:

– Ваше Высочество, если бы не вы, боюсь, что эта служанка уже потеряла бы свою жизнь и не имела бы возможности исследовать лекарство, доказывающее мою невиновность.

Говоря это, она бросилась к нему:

– Эта служанка давно ждала вас, желая поблагодарить за вашу доброту.

На самом деле, Гу Фэй Янь очень хотелось сказать, что она знакома с корнем Лю Дань Лу Шана больше, чем даже Божественный Аптекарь. Она ждала два дня, чтобы он доставил ее в суд для оказания помощи в расследовании. К сожалению, она не решилась выразить это напрямую.

Цзюнь Цзю Чэнь остановился и посмотрел на ее руки.

– Ты поправилась довольно быстро.

Гу Фэй Янь усмехнулась.

– Это все благодаря хорошему лекарству придворного лекаря.

Цзюнь Цзю Чэнь одобрительно кивнул, затем сказал:

– Тебя можно считать наполовину человеком этого принца. Обидев тебя, они оскорбили этого принца. Тебе не стоит благодарить меня за подобные вещи.

Гу Фэй Янь впервые слышала, как Его Высочество говорил так долго. Ей казалось, что тема разговора лишила ее причины, по которой она могла продолжить тему. Она могла только беспомощно поклониться:

– Да, эта служанка подчиняется.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь прошел мимо нее, ее маленькое лицо постепенно поникло. Однако Цзюнь Цзю Чэнь не уйдя далеко, бросил ей предложение:

– Поскольку ты знакома с Лу Дань Лу Шаном, пойдем со мной.

Внезапно Гу Фэй Янь наполнилась энергией. Она была подобна вновь распустившемуся цветку, так ярко она улыбалась. Она знала, что Его Высочество принц Цзин был мудрым человеком!

– Да, эта служанка подчиняется!

Она взволнованно догнала его, но не осмелилась пойти впереди Цзюнь Цзю Чэня и не смела стоять плечом к плечу с ним, поэтому нетерпеливо последовала за ним. Она давно ждала второго дня суда. Сегодня в суде обязательно будет хорошее зрелище!

К тому времени, как Гу Фэй Янь и Цзюнь Цзю Чэнь прибыли в суд, вход туда уже был окружен зеваками, слышавшим эту новость. В присутственном зале собрались все чиновники храма Дали. Отец и сын семьи Ци тоже прибыли и стояли на коленях в зале. Казалось, генерал Ци, постарел на несколько лет. Он был стар и изможден. Что касается Ци Юя, всегда обращавшего внимание на свой имидж, его лицо сейчас заросло щетиной, и он был в очень плачевном состоянии.

Все были удивлены, увидев, что Его Высочество принц Цзин привел только Гу Фэй Янь. В конце концов, это был первый раз, когда они видели, как Его Высочество принц Цзин покидает дворец в сопровождении служанки. Никто не знал правды. Все думали, что Его Высочество принц Цзин воспринял Гу Фэй Янь всерьез из-за ее прошлого выступления.

Вдруг оказалось, что независимо от того, были ли это чиновники в зале суда или простолюдины за пределами зала, все они невероятно завидовали и хотели оказаться на ее месте, особенно... женщины!

Ци Юй тайно поднял голову, чтобы посмотреть на Гу Фэй Янь. В глубине души он уже давно пожалел о содеянном…

Глава 79 – Похоже, она получит повышение

Все в зале и за его пределами преклонили колени в знак приветствия.

Гу Фэй Янь, следующая за Цзюнь Цзю Чэнем, проходя сквозь толпу склонившихся к земле людей в душе ощутила чувство гордости. Возле Его Высочества принца Цзина все было иначе. В очередной раз она была рада, что Вонючий Айсберг не забрал ее.

Сегодня Цзюнь Цзю Чэнь не председательствовал на процессе, а сидел сбоку и слушал. Он передал место судьи молодому чиновнику храма Дали, господину Гуну, который также вел дело о попытке похищения лекарства Чэн И Фэя.

Как только Цзюнь Цзю Чэнь занял свое место, Гу Фэй Янь послушно подошла и встала позади него.

Поведение Цзюнь Цзю Чэня сегодня было гораздо более раскованным, чем на месте главного судьи. Как ни крути, он все равно выглядел очень элегантным. Он велел всем подняться и, повернув голову, взглянул на Божественного Аптекаря и спросил:

– Господин Наньгун, как насчет того, чтобы позволить девушке-аптекарю Гу помочь вам?

– Ваше Высочество мудро! – Божественный Аптекарь не колеблясь согласился и похвалил Гу Фэй Янь: – Девушка-аптекарь Гу знающая, опытная, ловкая и умелая. Мне очень приятно получить ее помощь!

Цзюнь Цзю Чэнь был очень доволен результатом, поэтому кивнул, жестом попросив яменского бегуна принести сиденье для Гу Фэй Янь.

Все на мгновение были очень удивлены, но потом с тревогой переглянулись. Умные люди смогли понять, что принц Цзин не только одобрял Гу Фэй Янь, но также хотел поддержать и развить ее способности! По окончании этого дела Гу Фэй Янь определенно получит повышение. Она может даже подняться на несколько рангов и стать преемником Божественного Аптекаря.

Чэн И Фэй тоже был сегодня в зале, и его взгляд не отрывался от Гу Фэй Янь. Он втайне гордился ею. Если даже Его Высочество принц Цзин признал ее, то он определенно не ошибся.

Мысли Гу Фэй Янь не были столь сложными, как всем казалось. Она была счастлива, что Его Высочество принц Цзин предоставил ей возможность участвовать в этом шоу.

Господин Гун дал знак страже. И после официального начала слушания евнуха У сопроводили в зал суда.

Голова евнуха У поникла, будто он только что упал в пропасть. Он словно утратил все силы, как человек, лишившийся шанса выжить.

Господин Гун громко сказал:

– Евнух У, этот чиновник, спрашивает тебя, почему ты покинул дворец без разрешения? Ты скрылся из страха перед разоблачением твоих преступлений?

Евнух У стоял на коленях, будто ничего не слышал и никак не реагировал.

Господин Гун продолжил:

– Этот чиновник снова спрашивает тебя, кто приказал тебе подкупить старшего аптекаря Цзянь и сговорится с убийцами чтобы перехватить спасительное лекарство генерала Чэна?

Евнух У не ожидал подобного обвинения. Сначала он опешил, но вскоре поднял голову и крикнул:

– Я невиновен!

Аптекарь Цзянь действительно была одним из его людей, но он и аптекарь Цзянь не имели никакого отношения к делу о краже лекарства! Пакет с лекарством, который дали Гу Фэй Янь, был передан им, так с чего бы им его красть?!

Что происходит?

Господин Гун спросил:

– Почему ты ничего не говоришь? Ты невиновен? Если тебя несправедливо обвинили, почему ты сбежал из дворца? Как ты получил эти лекарственные травы?

Евнух У сбежал не потому, что боялся быть обнаруженным, но потому что его хозяин хотел, чтобы он ушел.

Он не ожидал, что его поймают и вернут, и не думал, что тот человек подбросит его Чэн И Фэю. Он не знал, кто был тем человеком в маске. Даже если бы он захотел, то не мог понять, почему человек в черном подбросил его Чэн И Фэю.

Услышав вопросы господина Гуна, он внезапно все понял.

Человек в черном хотел воспользоваться возможностью, чтобы украсть пакет с лекарством и связать его с пакетом с лечебной диетой принца Цзина! Другими словами, человек в маске наблюдал за ним долгое время и уже знал, что он шпион.

Евнух У понимал, что есть много вещей, которые он не сможет объяснить, когда откроет рот, но если он не заговорит, чтобы заявить о несправедливости, значит он согласен с обвинением!

В конце концов, запаниковав, он объяснил:

– Господин Гун, этот слуга невиновен! Этот слуга не может позволить себе столь ужасного преступления! Этот слуга не думал о побеге! Этот слуга шесть месяцев назад крупно проигрался, и сильно задолжал. В момент замешательства я украл лекарства из аптеки, чтобы выплатить долг.

Господин Гун не стал опровергать его слов, а громко велел:

– Стража, приведите сюда двух убийц.

Когда оба убийцы явились, они стали настаивать на том, что евнух У подкупил старшего аптекаря Цзянь, чтобы та выяснила маршрут доставки лекарств, прежде чем раскрыть его им.

Евнух У не обращал особого внимания на дело об ограблении лекарств и понятия не имел, что храм Дали схватили убийц. Оторопев на мгновение, он немедленно начал спорить с двумя убийцами, но те категорически отказались сдвинуться и на дюйм. Вскоре эти трое перегрызлись меж собой.

Гу Фэй Янь мысленно вздохнула, наблюдая за ними:

«Разве эти два козла отпущения Вонючего Айсберга не слишком хороши в своей роли?» – она посмотрела на толпу за дверью и подумала: «Этот парень, должно быть, прячась в темноте, восхищается своим шедевром, верно?»

Цзюнь Цзю Чэнь неподалеку пил чай, искренне восхищаясь евнухом У и прочими.

Господин Гун не позволил им спорить слишком долго и быстро велел яменским бегунам разнять их и сказал:

– Заключенный У, ты все еще осмеливаешься спорить. Этот господин искренне убедит тебя сегодня.

Господин Гун взглянул на Божественного Аптекаря, который немедленно встал и серьезно сказал:

– В течение последних двух дней этот аптекарь уже велел людям провести подробное расследование. За последние три месяца на складе императорской аптеке не пропало никаких лекарственных ингредиентов.

Евнух У сжал кулаки, не в силах опровергнуть свои слова, поэтому еще больше взволновался.

Господин Гун снова сказал:

– Кто-нибудь пойдите и принесите украденное, чтобы господин Наньгун осмотрел его!

Яменский бегун передал ему пакет евнуха У и его публично открыли. Гу Фэй Янь взглянула и поняла, что внутри ничего не пропало, ни рецепты, ни травы.

Божественный Аптекарь достал все ингредиенты и перечислил их, прежде чем приступить к их изучению. Очень скоро Божественный Аптекарь впал в шок.

– Сообщаю Его Высочеству принцу Цзину, генералу Чэну и господину Гуну, во всех этих лекарственных ингредиентах есть что-то странное. Они явно не входят в рецепты для лечения болезней. Эти травы редки и драгоценны. Только через несколько десятков лет можно вырастить хоть одну…

В этот момент Чэн И Фэй прервал его:

– Хех, я слышал, что Лю Дань Лу Шан также является редким лекарством сравнимым с этими?

Божественный Аптекарь быстро ответил:

– Все они одного уровня и очень недешевы.

Услышав это, преклонившие колени отец и сын Ци пришли в восторг. Генерал Ци не сдержавшись поклонился Цзюнь Цзю Чэню:

– Ваше Высочество принц Цзин, как евнух У, простой слуга, получил столь драгоценные лечебные ингредиенты? Он находился в сговоре с простым аптекарем! Они должно быть были кем-то подкуплены, чтобы навредить нашей семье Ци. Семью Ци ошибочно обвинили!

Евнух У стал еще больше взволнован. У него даже не было времени высказать свое недовольство, когда он с тревогой пытался придумать оправдание. В этот раз Чэн И Фэй снова открыл рот, на это раз его тон был довольно грубым.

– Хотя и те и другие являются редкими лекарственными травами, хе-хе, их пока нельзя считать вещественным доказательством того, что они тесно связаны Лю Дань Лу Шаном, и аптекарем Цзянь. Старший генерал Ци, кто-нибудь задавал вам вопрос? Кто-нибудь позволил вам говорить?

Чэн И Фэй верил словам Гу Фэй Янь и считал, что евнух У причастен к делу с лекарствами, как и с лечебной кухней, пусть и имевшим другую подоплеку. Таким образом, он был готов к сотрудничеству и готов дать шанс клану Ци. Однако это не означало, что он полностью верил в невиновность семьи Ци!

Если бы старший генерал Ци промолчал, он смог бы проигнорировать его. Однако в тот момент, когда тот открыл рот, он не мог при взгляде на него не  вспомнить смерть своего отца... Ненависть наполнила его глаза.

Он втайне радовался, что самой главной целью этого дела стал Его Высочество принц Цзин. Если бы это был кто-то другой, он не был бы уверен, что император не продолжил бы отдавать предпочтение семье Ци!

Столкнувшись с унижением со стороны Чэн И Фэя, старший генерал Ци и Ци Юй пришли в ярость. К сожалению, что в этот критический момент они не смели вслух возразить Чэн И Фэю. В конце концов, их единственная надежда была на то, что дело о лекарственной диете связано с ограблением Чэн И Фэя.

Генерал Ци больше ничего не сказал, но обиженно склонил голову.

В этот момент Цзюнь Цзю Чэнь спросил:

– Господин Наньгун, что это за порошок, это тоже какая-то редкость?

Услышав это, Гу Фэй Янь прямо воспылала. Уголки ее рта тихонько изогнулись в хитрой улыбке. Она была здесь, чтобы проверить упаковку с лекарственным порошком. Зрение Его Высочества принца Цзина было действительно хорошим!

Она не могла не взглянуть в сторону Цзюнь Цзю Чэня. Чем больше она смотрела на него, тем более уютно и расслабленно становилось у нее на сердце.

Цзюнь Цзю Чэнь, казалось, почувствовал ее взгляд и внезапно обернулся, чтобы посмотреть на нее…

Глава 80 – Смена подозреваемого

Цзюнь Цзю Чэнь резко обернулся и неожиданно посмотрел прямо в глаза Гу Фэй Янь. Гу Фэй Янь оторопела, ее прищуренные глаза мгновенно расширились от испуга.

Выражение лица Цзюнь Цзю Чэня стало озадаченным. Он всего лишь так спрашивал ее, что она собирается делать.

Как могла Гу Фэй Янь осмелиться ответить ему? Она просто смотрела на него с напряженным выражением лица, а потом медленно повернула голову в сторону зала, будто ничего не произошло.

Цзюнь Цзю Чэнь был втайне озадачен. Эта девушка явно была очень умна, но почему иногда она казалась такой глупой?

Он не стал вдаваться в подробности и внимательно выслушал доклад Божественного Аптекаря.

– Сообщаю Вашему Высочеству, этот порошок содержит множество видов женьшеня, возрастом от десяти до ста лет, в нем есть также корень ложного женьшеня, листья папоротника, побеги бамбука, Лу Шан…

Как и ожидала Гу Фэй Янь, Божественный Аптекарь не упомянул ни слова о Лю Дан Лу Шане перечислив кучу названий. В конце концов, он сделал вывод, что порошок – яд.

Господин Гун сразу же спросил:

– Заключенный У, откуда ты взял эти лекарственные травы? Для чего тебе этот яд? Какие у тебя отношения с аптекарем Цзянь, занимавшейся переработкой лекарств?

Евнух У уже предсказал выводы Божественного Аптекаря. Поскольку он осмелился взять с собой Лю Дан Лу Шан, он не боялся, что его обнаружат.

Он больше не мог найти никаких оправданий, объясняющих источник лекарств, поэтому решил просто оставить все как есть! Он был полон решимости ничего не говорить. Даже если его казнят, он промолчит!

Признания двух убийц могли только доказать, что он имел какое-то отношение к старшему аптекарю Цзянь, но не могли доказать, что он имел отношение к делу с лечебной диетой. Более того, эти лекарственные ингредиенты не имели прямого отношения к Лю Дан Лу Шану, поэтому ничего нельзя доказать.

В лучшем случае он будет считаться подозреваемым, что замедлит процесс суда над семьей Ци. До тех пор, пока он не скажет правду, семья Ци навсегда останется под подозрением до завершения расследования!

Можно сказать, что семьи Ци и Чэн были левой и правой рукой императора государства Тяньянь. В течение последних десяти лет император поддерживал ситуацию, при которой две семьи были на равных. Мастер давно планировал сломать эту стабильную ситуацию.

В любом случае он не мог испортить его планы!

– Заключенный У, ты ответишь на вопросы этого чиновника? Не говори, что  уже согласен с приговором?

Услышав вопрос господина Гуна, евнух У не обратил на него никакого внимания, а только молча склонил голову. Он был полон решимости молчать.

Господин Гун сильно ударил молотком и сердито сказал:

– Заключенный У, спрашиваю в последний раз. Ты собираешься отвечать или нет? Если не ответишь, не вини меня за невежливость!

Только Гу Фэй Янь собиралась встать, как два стражника ямена принесли труп, следователь вышел вперед и заговорил:

– Сообщаю Его Высочеству принцу Цзину, этот подчиненный подтвердил, что старший аптекарь Цзянь была убита, а затем ее смерть замаскирована под самоубийство, чтобы все подумали, что она повесилась!

Все были шокированы, услышав это!

После столь долгого допроса евнуха У, все, что смогли доказать – евнух У является подозреваемым и что в этом деле может быть секрет. Когда вскрытие было проведено, оказалось, что за этим делом и в самом деле что-то скрывалось!

Аптекарь Цзянь оставила предсмертную записку, обвинив семью Ци в своем самоубийстве.

Теперь, когда было доказано, что ее убили, это означало, что ее последняя воля, естественно, была ложной! Другими словами, кто-то убил аптекаря Цзянь и оклеветал семью Ци!

Старший генерал Ци и Ци Юй подняли головы и посмотрели на Цзюнь Цзю Чэня, удивленные и счастливые.

– Ваше Высочество принц Цзин, кто-то хотел оклеветать семью Ци! Моя сестра была ошибочно обвинена!

Евнух У, уже ожесточивший свое сердце, чтобы не поднимать голову, в шоке поднял ее.

Как такое могло случиться?

Когда он покидал дворец, он очень ясно передал замысел мастера. Тот приказал аптекарю Цзянь подставить семью Ци и повеситься. Как мог простой аптекарь быть кем-то убит?

Неужели коронер ошибся?

Как такое могло случиться?

Гу Фэй Янь нисколько не удивилась, она уже получила новости от Ся Сяо Маня. Однако коронер прибыл слишком быстро, поэтому она не спешила исследовать лекарство. Она будет радоваться в финале.

Цзюнь Цзю Чэня не волновали отец и сын Ци, поэтому господин Гун мог только подать им сигнал, чтобы те успокоились. Коронер проанализировал рану трупа на месте и подтвердил, что аптекарь Цзянь действительно была кем-то убита.

После объяснения коронера генерал Ци больше не мог сдерживаться. Он крикнул:

– Клевета! Семья Ци невиновна! Настоящая виновница – принцесса Хуай Нин! Это принцесса Хуай Нин убила старшего аптекаря Цзянь, так должно быть все и было!

Этот вопрос был связан с выживанием семьи Ци.

Наконец, все вспомнили как несколько дней назад, именно здесь Ци Фу Фан безумно кричала, что настоящей виновницей была принцесса Хуай Нин, сказав, что принцесса Хуай Нин приобрела Лю Дан Лу Шан, найденный по словам принцессы Хуай Нин старшим аптекарем Цзянь. Она успокоила ее сказав, что прием Лу Дан Лу Шана безвреден, и что она только помогала принцессе Хуай Нин.

Но сейчас...

Принцесса Хуай Нин стала самой подозрительной!

Принцесса Хуай Нин опасаясь, что аптекарь Цзянь разоблачит ее, заткнула той рот?

Господин Гун, естественно, тоже подумал об этом, но не решился продолжить допрос. Он вытер холодный пот и быстро слез с места главного судьи, почтительно шагнув к Цзюнь Цзю Чэню.

– Ваше Высочество принц Цзин, похоже, за этим делом стоит другая история. Как насчет…

Господин Гун хотел сказать, что нужно сделать небольшой перерыв, прежде чем продолжить. В конце концов, будет неловко, если дело окажется связанным с принцессой Хуай Нин.

Однако Цзюнь Цзю Чэнь хлопнул по столу и сердито вскричал:

– Кто-нибудь, вызовите принцессу Хуай Нин!

При этих словах, у Первого принца, скрывавшегося в толпе, чуть не подломились ноги!

К слову, предсмертная записка старшего аптекаря Цзянь была написана им, и она была убита его собственными руками!

В тот день, когда он узнал, что Лю Дань Лу Шан был смертельно-опасным лекарством, он сразу же догадался, что старший аптекарь Цзянь обманула Хуай Нин. Он явился на суд из-за аптекаря Цзянь, но та промолчала. В конце концов, он мог только убить ее, сфальсифицировав улики, свалив все на семью Ци.

Он думал, что, поскольку уже было два свидетеля, Чэнь Саньюань и Ли Гэ Цунь, принц Цзин быстро завершит дело, верно? Кто знал, что появится евнух У? Однако с добавлением евнуха У он не стал спешить и решил, что, возможно, ему удастся найти виновного.

Откуда он мог знать, что коронер раскроет правду в столь критический момент! Когда в ту ночь он собирался увидеться с отцом-императором, Цзюнь Цзю Чэнь даже не упомянул об этом!

Что ему делать?

Если Хуай Нин будет признана виновной, он тоже окажется замешан!

Более того, если принц Цзин продолжит свое расследование, и обнаружит, что старший аптекарь Цзянь была убита им, он не сможет это объяснить, даже если бы у него было бы для этого десять ртов. Теперь никто не поверит, что он делал это, чтобы защитить принцессу Хуай Нин. Люди скорее всего поверят, что это он спровоцировал принцессу Хуай Нин!

В этот момент Первый принц был так зол, что хотел убить принцессу Хуай Нин.

В суде стало тихо. Никто не осмеливался ничего сказать, даже отец и сын семьи Ци не решались подать голос. В конце концов, Его Высочество принц Цзин хлопнул по столу.

Цзюнь Яо Шэн взглянул на него и сказал себе, что он должен сохранять спокойствие. Хуай Нин была только самым подозрительным человеком. Она не была осуждена. Аптекарь Цзянь уже была мертва. Пока ничего не найдут, не будет никаких доказательств!

Он собирался вернуться во дворец, когда услышал, как чистый голос Гу Фэй Янь нарушил тишину зала.

Она сказала:

– Ваше Высочество принц Цзин, этой служанке есть что добавить.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно ответил:

– Говори!

Когда Гу Фэй Янь подошла к столу с лекарствами, она сказала:

– Когда Божественный Аптекарь проверял лекарство, он пропустил один ингредиент, не сумев его найти.

В этот момент всеобщее внимание по-прежнему было приковано к подозрению принцессы Хуай Нин, поэтому никто не обратил особого внимания на ее слова.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно спросил:

– Что за ингредиент?

Гу Фэй Янь взяла пакет с порошком и серьезно сказала:

– Лю Дан Лу Шан. Эта служанка может на месте доказать, что в этом порошке находится Лю Дань Лу Шан! – на этот раз почти все посмотрели на Гу Фэй Янь, снова впав в шок.

Невероятно!

Если евнух У владел Лю Дан Лу Шаном и если был связан со старшим аптекарем Цзянь, могло ли случиться так, что евнух У был также подчиненным принцессы Хуай Нин?

Тогда!

Евнух У подкупил двух убийц, чтобы те похитили лекарство генерала Чэна?

Откуда у девушки, вроде принцессы Хуай Нин, хватило смелости сделать подобное?

Почти все подумали о старшем брате принцессы Хуай Нин, Первом принце Цзюнь Яо Шэне.

За дверью лицо Цзюнь Яо Шэна смертельно побледнело, а ноги, казалось, налились свинцом, он совершенно не мог ими пошевелить...

Глава 81 – Настоящий мастер

Дело настолько изменилось, что все испугались. Тишина давно превратилась в ропот.

Голос Цзюнь Цзю Чэня быстро заставил всех замолчать.

– Проверяй немедленно! – сказал он.

Евнух У был схвачен им, значит, не он подбросил лекарство. Сегодня он просто хотел, чтобы Гу Фэй Янь пришла и присоединилась к развлечению. Он действительно не желал, чтобы она помогала Божественному Аптекарю, но не ожидал, что эта женщина снова его удивит! Если бы они узнали, что у евнуха У был Лю Дан Лу Шан, с этим делом было бы намного легче разобраться.

– Да мастер!

Гу Фэй Янь специально смотрела на евнуха У, пока говорила.

Евнух У долго смотрел на нее. На его лице было сложное выражение, одновременно шокированное и сомневающееся. Было невероятным уже то, что Гу Фэй Янь смогла распознать Лю Дан Лу Шан в лекарственном порошке, не говоря уже о том, что это можно было проверить. Как она собиралась это сделать?

Евнух У не верил, что кто-то кроме мастера сможет разложить порошок на составляющие!

Он не мог не подозревать, что Гу Фэй Янь на самом деле не заметила Лю Дан Лу Шана. Причина, по которой она сказала это, скорее всего, заключалась в том, чтобы испытать его и устроить для него ловушку.

Евнух У подумал и решил промолчать. Он хотел увидеть, как Гу Фэй Янь будет продолжать.

Лукавый взгляд вспыхнул в глазах Гу Фэй Янь, когда она сказала:

– Господин Наньгун, этой служанке также нужны мельничка, медицинская ступка, сито и пробы лекарственных материалов женьшеня, который вы только что проверили.

Что она собиралась делать?

Евнух У подумал про себя, что эта девушка, должно быть, разыгрывает представление. Всем стало любопытно. Господин Наньгун не осмелился больше откладывать и немедленно приказал яменским бегунам все подготовить.

Вскоре у Гу Фэй Янь было все необходимое. Проверив все одно за другим, чтобы убедиться, что они верны, она по очереди выстроила все десятки проб с женьшенем на длинном столе, чтобы убедиться, что она ничего не перепутала.

После этого она превратила все лекарственные ингредиенты в порошок – измельчила, просеяла и снова измельчила. Она была умелой и опытной, ее движения плавными и естественными, быстрыми, но изящными.

Цзюнь Цзю Чэнь посмотрел на ее руки и остался вполне доволен. Что касалось того, доволен ли он ее техникой или состоянием ее травм, знал только он сам.

Через некоторое время Гу Фэй Янь превратила все ингредиенты в порошок, показывая всем цвет, запах и ощущение. После этого она смешала весь лекарственный порошок в одну кучку и повторила процесс трижды. Наконец, она получила кучку порошка одного цвета и однородной текстуры.

Этот порошок был почти идентичен порошку евнуха У.

Она представила две части лечебного порошка Цзюнь Цзю Чэню и серьезным тоном сказала:

– Ваше Высочество принц Цзин, пожалуйста, взгляните.

Цзюнь Цзю Чэнь посмотрел на него, но не увидел ничего странного. Он только кивнул, показывая, что видел это.

Гу Фэй Янь не забыла и другую жертву, Чэн И Фэя. Она взяла порошок и подошла.

– Генерал Чэн, пожалуйста, взгляните.

Чэн И Фэй был счастлив. Он собирался улыбнуться ей, но внезапно осознал их статус и мог только сдаться. Он взглянул и ничего не сказал.

Затем Гу Фэй Янь представила порошок господину Гуну и нескольким другим судьям. Никто не смог заметить в порошках никакой разницы. В это время господин Гун не мог не открыть рот:

– Девушка-аптекарь Гу, эти два набора лечебного порошка… какая в них разница?

Гу Фэй Янь слабо улыбнулась:

– Эта служанка проверит его сейчас. Прошу господина Гуна найти трех кроликов.

Кроликов?

Как только она это сказала, все поняли, что она пыталась сделать. Она собиралась проверить эффективность лекарства, точнее говоря, проверить ядовитость! Господин Наньгун только что сказал, что этот порошок чрезвычайно токсичен.

Этот метод действительно был замечательным!

Евнух У был удивлен. Он не думал, что, кроме растворения порошка, существует такой окольный способ проверить состав порошка. В его глазах неосознанно появился намек на восхищение, но он не боялся.

Как он мог не понимать лекарства, которое сам придумал? Даже если бы Лю Дань Лу Шан отсутствовал, не было большой разницы в токсичности яда. Результат будет тот же самый. Эта маленькая девочка была действительно способной и умной, но все же не специалистом. Яды – целое семейство, даже настоящие мастера медицины должны хорошо разбираться в них!

За время, необходимое для приготовления чашки чая, яменские бегуны уже доставили трех живых кроликов.

Гу Фэй Янь сразу схватила одного из них и всыпала ему в рот порошок евнуха У. Мгновение спустя кролик, который был жив, рухнул, его конечности сильно задергались. Вскоре он умер, из его семи отверстий начала сочиться кровь.

Все вздохнули, подумав:

«Лекарство евнуха У действительно ядовито!»

Выражение лица Гу Фэй Янь было спокойным, когда она схватила другого кролика и всыпала ему в рот только что приготовленный порошок. На этот раз огромный двор замолчал. Все нервно уставились на кролика.

Они увидели, как кролик сначала прыгнул, а затем быстро лег. Его четыре конечности задергались, и из всех семи отверстий потекла кровь. У него была такая же реакция отравления, как у первого кролика!

Это…

В и без того тихом зале стало еще тише. Евнух Ву был вполне уверен в себе и уголки его губ изогнулись в холодной улыбке. Все еще стоящий за дверью Цзюнь Яо Шэн, наконец, вздохнул с облегчением. Он подумал:

«Хорошо иметь на одно преступление меньше!»

Господин Гун открыл рот:

– Девушка-аптекарь Гу, яд точно такой же. Две порции... в чем разница?

Гу Фэй Янь не ответила, но вывернула уши двух мертвых кроликов наизнанку. Ей незачем было объяснять. Все тут же увидели разницу между двумя типами кроличьих ушей!

У кролика, принявшего ее порошок, не было никаких изменений. Однако у кролика, принявшего порошок евнуха У, появилось довольно много крошечных черных пятен. Очевидно, это тоже был признак отравления.

Это!

Евнух У был ошеломлен, так как не мог поверить в то, что только что услышал.

Почему такая разница в признаках отравления? Даже он этого не знал. Он не знал, но Гу Фэй Янь действительно знала об этом!

Итак, эта девушка знала яды? А еще была гением?

Разве эта проклятая девушка не была просто неумелым аптекарем? Как глубоко она скрывалась!

Конечно, Гу Фэй Янь знала техники отравления, и она даже выучила их, полагаясь на свой чрезвычайно высокий врожденный талант. В этот момент на ее лице все еще сохранялось серьезное выражение. Она сказала:

– Ваше Высочество принц Цзин, может ли эта служанка одолжить украденный Лю Дан Лу Шан для проверки?

Цзюнь Цзю Чэнь сказал:

– Да.

Гу Фэй Янь взяла лишь небольшой кусочек Лю Дан Лу Шана и превратила его в порошок. Затем она добавила его к только что приготовленному порошку и просеяла его. Вскоре у нее появился новый порошок. Этот новый порошок выглядел точно так же, как и порошок евнуха У.

Гу Фэй Янь не медлила, сразу накормив последнего кролика новым порошком. Результат был весьма убедительным. Вскоре после того, как у кролика пошла кровь из всех семи отверстий, у основания его ушей появились небольшие черные пятна. Это было отвратительно.

Правда была очевидна!

Порошок евнуха У действительно содержал Лю Дан Лу Шан!

Он был в сговоре со старшим аптекарем Цзянь. Они хотели убить генерала Чэна, а также хотели убить принца Цзина. Кто их сподвиг на это?

Неужели это действительно принцесса Хуай Нин?

Гу Фэй Янь хлопнула в ладоши и молча вернулась на свое место. Евнух У уставился на уши кролика, не в силах оправиться от шока. Цзюнь Яо Шэна за дверью уже давно не было.

Бум!

Господин Гун с силой ударил молотком и сердито сказал:

– Заключенный У, как ты посмел! – единственное предложение, которое господин Гун осмелился произнести, было это, и он действительно не осмелился продолжить допрос. Надо было знать, что, поскольку старший аптекарь Цзянь была убита, а семья Ци утверждала, что вдохновителем была принцесса Хуай Нин, то дело следовало продолжить. И тут возникал вопрос, был ли евнух У подкуплен принцессой Хуай Нин?!

Господин Гун вопросительно посмотрел на Цзюнь Цзю Чэня. Цзюнь Цзю Чэнь не стал расспрашивать евнуха У, но холодно сказал:

– Сколько времени нужно для прибытия принцессы Хуай Нин?

Принцесса Хуай Нин была заключена под домашний арест во дворце, поэтому время, когда она должна предстать перед судом, можно было рассчитать.

Яменский бегун доложил:

– Около часа.

Цзюнь Цзю Чэнь кивнул.

– Подождем!

Глава 82 – Плач принцессы Хуай Нин

Цзюнь Цзю Чэнь не собирался покидать зал суда ради отдыха, поэтому никто не осмелился двинуться с места в молчаливом ожидании.

Цзюнь Яо Шэн почти потерял полжизни, пока добирался до ворот дворца и останавливал повозку, везущую принцессу Хуай Нин.

В конце концов, он был Первым принцем. Даже чиновники, получившие приказ принца Цзина, не осмелились бы повести себя грубо.

Цзюнь Яо Шэн притворился, что не знает о происходящем и, помолчав, сказал:

– Этот принц сопроводит принцессу. Я хотел бы посмотреть, кто осмелился оклеветать ее!

Затем он сел в повозку. Яменские бегуны переглянулись, не решившись его остановить.

Когда чиновники арестовывали принцессу, они уже объясняли произошедшее имперской наложнице Юнь. Принцесса Хуай Нин все осознав долго плакала в повозке. Как только она увидела, что ее брат садится в повозку, тут же бросилась в его объятия, заплакав еще горше, чем раньше.

– Брат, ты должен спасти…

Прежде чем она успела закончить, глубокий голос Цзюнь Яо Шэна оборвал ее:

– Говори тише, думаешь, что проблема недостаточно велика?

Только тогда принцесса Хуай Нин понизила голос и с тревогой спросила:

– Брат, что нам делать? Казнит ли меня отец-император? Не подставлю ли я тебя и мать-наложницу?

– Утихомирься!

Цзюнь Яо Шэн заколебался на мгновение, а затем раскрыл тот факт, что он убил аптекаря Цзянь и оставил ложный след. Он не рассказал об этом даже своей матери-наложнице и хотел до конца сохранить все в секрете. На этот раз у него не было иного выбора.

– Почему ты это сделал?

Принцесса Хуай Нин не была удивлена. Она сразу поняла, что ее использовали, как только узнала о яде содержащемся в Лю Дань Лу Шане, она поняла, что за этим стоял настоящий убийца. Она всегда думала, что аптекарь Цзянь была настоящей преступницей, намеренно оставившей доказательства, чтобы оклеветать семью Ци.

Она недоверчиво посмотрела на Цзюнь Яо Шэна и внезапно воскликнула:

– Ты настоящий убийца! Ты…

Цзюнь Яо Шэн поспешно прикрыл ей рот, чуть не задушив до смерти!

– Проклятая девчонка, почему у матери-наложницы не хватило для тебя мозгов?

Как он мог быть настоящим убийцей? Даже если бы он хотел убить принца Цзина, он бы не стал втягивать в это Чэн И Фэя и семью Ци! Разве он убил аптекаря Цзянь не потому что пытался прикрыть ее задницу, а не для того чтобы стать козлом отпущения? Она же действительно осмелилась сделать такое предположение!

Принцесса Хуай Нин была так напугана гневом брата, что не осмелилась пошевелиться.

Цзюнь Яо Шэн сделал пару глубоких вздохов, а затем прошептал.

– Хуай Нин, запомни. Когда мы доберемся до суда, ты сдашься и расскажешь правду. Ты должна дать понять, что не знала, что Лю Дань Лу Шан ядовит. Что касается смерти аптекаря Цзянь, ты примешь вину на себя.

Принцесса Хуай Нин была в таком ужасе, что не смела пошевелиться. Она почти перестала дышать. Через некоторое время она покачала головой и сказала:

– Не хочу!

Цзюнь Яо Шэн прищурился и предупредил:

– Если ты не возьмешь вину на себя, у нас не останется выхода, если принц Цзин когда-нибудь узнает обо мне! По крайней мере, мы с матерью-наложницей все еще можем тебя защитить и умолять от твоего имени отца-императора. Решай сама!

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена. Глядя на Цзюнь Яо Шэна, она долгое время молчала, а потом слезы хлынули из ее глаз, словно прорвав плотину.

В конце концов, она закричала:

– Брат, я обо всем сожалею! Я сожалею! Ву-уу… Я действительно обо всем сожалею!

Но разве может существовать на свете лекарство от сожаления?

У принцессы Хуай Нин не было иного выбора, кроме как согласиться на просьбу Цзюнь Яо Шэна. Прибыв ко двору, Цзюнь Яо Шэн с угрюмым лицом прошел перед принцессой Хуай Нин.

Глаза принцессы Хуай Нин были похожи на глаза обиженного кролика. Стоило ей войти, как она заметила отца и сына Ци, стоящих на коленях посреди зала. Когда она увидела, что они смотрят на нее, то сразу же опустила голову. Ей хотелось развернуться и сбежать, но, к сожалению, она не могла этого сделать. Ей оставалось только шаг за шагом идти вперед.

Гу Фэй Янь поиграла пальцами, а ее глаза загорелись, когда она увидела принцессу Хуай Нин. Те, кто не знал, о чем она думала, посчитали бы, что она увидела какое-то сокровище.

Уголки ее рта изогнулись в улыбке, когда она про себя подумала:

«Наконец-то она здесь».

Взгляд Цзюнь Цзю Чэня случайно скользнул по ней и резко остановился. Он посмотрел на ее руку, а затем на выражение ее лица и не смог сдержать улыбки.

Но все же, он быстро отвел взгляд и холодно сказал:

– Кто-нибудь, приведите Ци Фу Фан!

Поскольку здесь была принцесса Хуай Нин, Ци Фу Фан тоже должна была присутствовать, чтобы противостоять ей.

Услышав это, принцесса Хуай Нин вспомнила обезумевшую во время ареста Ци Фу Фан. Она испугалась еще больше и, не сдержавшись, взглянула в сторону Цзюнь Яо Шэна.

Цзюнь Яо Шэн опасаясь ее взглядов, заставил себя успокоиться и громко сказал:

– Хуай Нин, имперский брат считает, что ты невиновна. Не волнуйся, твой Девятый имперский брат поможет тебе добиться справедливости.

Принцесса Хуай Нин едва сдержала слезы. Она опустила голову, больше не желая смотреть на Цзюнь Яо Шэна.

Вскоре после этого из-за двери внезапно послышался женский смех. Толпа обернулась и увидела, что прибывшей была ни кто иная, как Ци Фу Фан.

Только с ней было что-то не так.

Ее волосы были взлохмачены, она шаталась, будто… будто сошла с ума.

Люди переглядывались, не решаясь заговорить. Принцесса Хуай Нин, казалось, что-то придумала, но не решалась это осуществить. Ее лицо побледнело. Внезапно генерал Ци встал и подошел к дочери.

– Фу Фан, что случилось?

Ци Фу Фан казалось испугалась и быстро спряталась за яменским бегуном:

– Уходите! Вы все плохие люди! Вы оба в одной лодке с принцессой Хуай Нин! Вы хотите причинить мне вред, вы хотите причинить вред семье Ци!

Это…

На мгновение все были ошеломлены.

Боже мой! Молодая мисс семьи Ци… Может ли быть, что она сошла с ума?

Ци Юй тоже бросился к ней:

– Старшая сестра, что случилось! Это отец! Ты не узнаешь отца?

Ци Фу Фан испугалась еще больше, потянув за собой яменского бегуна:

– Бегите, вы все люди принцессы Хуай Нин, они все люди принцессы Хуай Нин.

Цзюнь Цзю Чэнь тоже был удивлен, поэтому холодно спросил:

– Что происходит?

Яменский бегун поспешил ответить.

– Ваше Высочество, с мисс Ци было что-то не так уже в тот день, когда ее заключили в тюрьму. За прошедшие несколько дней она не сказала ни слова, поэтому этот подчиненный не обратил на это внимания. Однако как только этот подчиненный вывел ее, она вдруг стала такой. Все заключенные в тюрьме говорили… говорили…

– Все говорили…? – холодно спросил Цзюнь Цзю Чэнь. – Что говорили?

Только тогда яменский бегун правдиво ответил:

– Все говорили, что принцесса Хуай Нин хотела причинить ей вред.

Генерал Ци резко упал на колени, низко поклонившись.

– Семья Ци невиновна! Ваше Высочество принц Цзин, вы должны добиться справедливости для семьи Ци!

Ци Юй тоже опустился на колени и, бросив на принцессу Хуай Нин ненавистный взгляд, сказал:

– Принцесса Хуай Нин, я действительно не ожидал, что ты окажешься таким человеком! Порочным и зловещим, способным подставить любого и несущим беду! Я, Ци Юй, действительно был слеп!

– У-у-у…

Принцесса Хуай Нин больше не могла сдерживаться и начала рыдать:

– Нет, я не такая! Старший брат Ци Юй, выслушай меня. Я не хотела! Я не думал, что все так обернется. Я не хотела навредить семье Ци...

Услышав это, Ци Юй на мгновение удивился, но потом обрадовался.

– Ваше Высочество принц Цзин, пожалуйста, прислушайтесь! Она призналась! Она созналась в преступлении!

Увидев взволнованное выражение его лица, сердце принцессы Хуай Нин чуть не разбилось. Она заплакала и, взглянув на Цзюнь Цзю Чэня, сказала:

– Имперский брат Цзин, больше не нужно никого допрашивать. Я признаю себя виновной! Я была той, кто дал Лю Дань Лу Шан старшей сестре Фу Фан, это все моя работа!

Прежде чем Цзюнь Цзю Чэнь смог открыть рот, Цзюнь Яо Шэн сделал вид словно был в невероятном шоке, и вскочил со своего места.

– Хуай Нин, что ты сказала?

Глава 83 – Ты согласен

Цзюнь Яо Шэн вышел вперед, и его возбужденный вид почти сменил центр внимания с принцессы Хуай Нин.

Принцесса Хуай Нин могла только подыгрывать ему:

– Мой имперский брат, я была неправа... Я была неправа! Я не хотела этого, я не хотела этого. Я также не знала, что Лю Дань Лу Шан ядовит, аптекарь Цзянь солгала мне!

Цзюнь Цзю Чэнь холодно сказал:

– Объясни ясно, как все было!

Принцесса Хуай Нин, рыдая, ответила:

– Аптекарь Цзянь сказала мне Лю Дань Лу Шан и маленький женьшень...

Цзюнь Цзю Чэнь оборвал ее, прежде чем она успел закончить фразу.

– Как ты связалась с аптекарем Цзянь? Разве подмена лекарственных трав не является преступлением и почему?

– Я, я...

Принцесса Хуай Нин долго не могла ответить. Она посмотрела на Гу Фэй Янь и когда увидела выжидающее и злорадное выражение на ее лице, она внезапно почувствовала обиду и не захотела отвечать. Ей было еще более неловко признаваться в том, что стало мотивом совершения преступления, чем признаться в самом преступлении!

Цзюнь Цзю Чэнь был слишком нетерпелив и рявкнул:

– Говори!

Принцесса Хуай Нин испугалась. Она вдруг указала на Гу Фэй Янь и закричала:

– Это все из-за нее! Все из-за этой суки! Она, как всем известно, была невестой старшего брата Ци Юя, но не следовала пути женщины. Ее натура оказалась подобна воде (п.п непостоянная), она спуталась с Чэн И Фэем, заставив его потерять лицо! Я, я ненавижу ее! Я узнала, что моя имперская бабушка хочет назначить мне лечебную диету, поэтому я нашла старшего аптекаря Цзянь, сообщившую мне рецепт, а также сказавшую, что Лю Дан Лу Шан очень похож на маленький женьшень, и что его добавление вызовет серьезные проблемы. Я заставила старшую сестру Фу Фан подкупить Чэнь Саньюаня и остальных, чтобы те обвинили Гу Фэй Янь. Я просто хотела, просто хотела преподать ей урок от имени старшего брата Ци Юя. Я не думала, что аптекарь Цзянь солжет мне. Я не лгу. Не думала, что все так обернется. У-у-у… я совершенно невиновна! Во всем виновата Гу Фэй Янь, во всем виновата она!

Когда прозвучали эти слова, все… все были ошеломлены. Некоторые люди смотрели на Гу Фэй Янь, некоторые на Чэн И Фэя, и, конечно же, также был кое-кто, кто смотрел на Цзи Юя.

Чтобы принцесса Хуай Нин упомянула такое в суде... Это правда?

Она должна была рассказать, в чем были ее мотивы совершения преступления, не могла же она просто преуменьшить его значение? Неужели все должно оказаться настолько постыдным?

Прямо сейчас, не говоря уже о Ци Юе, даже лицо генерала Ци позеленело. Хотя слухи о супружеской измене между Чэн И Фэем и Гу Фэй Янь ходили долгое время, но впервые, когда кто-то упомянул об этом публично. Это было слишком постыдно!

Лицо Чэн И Фэя тоже было уродливым. Он прищурился и сжал кулаки.

Выражение лица Гу Фэй Янь также изменилось. Выходит не семья Ци заставила ее и Чэн И Фэя вытащить все эти проблемы? Прямо сейчас ее также можно было считать наполовину человеком принца Цзина. Она жутко ненавидела людей, находившихся во дворце и распускавших неподтвержденные слухи! Она действительно опозорила Его Высочество принца Цзина!

Принцесса Хуай Нин дошла до такого состояния. Откуда она набралась наглости, чтобы притворяться обиженной? Откуда взялась эта наглость? А какие у нее были отношения с Ци Юем? Она думала, что никто не знает?

Лицо Гу Фэй Янь похолодело, когда она хлопнула по столу. Звук «па» разнесся по всему залу.

Все были в шоке.

Гу Фэй Янь встала и сердито спросила:

– Принцесса Хуай Нин, как отношения между мной и Ци Юем связаны с вами? Какие у вас права преподавать мне уроки за Ци Юя?

Гу Фэй Янь была очень зла и добавила:

– Кто вы для него? Почему вы это делаете? Вы его мать или бабушка!

Это…

Атмосфера изначально была очень напряженной, но после того, как все услышали последнее предложение Гу Фэй Янь, многие люди не смогли сдержать смеха. Хотя вопрос Гу Фэй Янь был немного вульгарным, он был слишком умным и слишком интересным! Он, очевидно, был издевательством над принцессой Хуай Нин и Ци Юем. В последние несколько лет ходило больше слухов о супружеской измене между принцессой Хуай Нин и Ци Юем, чем о Гу Фэй Янь и Чэн И Фэе.

Ци Юй не хотел ничего, кроме как найти дыру в земле и спрятаться в ней. Однако следующего ответа, который он получил от принцессы Хуай Нин, было достаточно, чтобы он захотел разбить голову об стену.

Принцесса Хуай Нин была так зла, что потеряла голову. Не задумываясь, она ответила громким голосом:

– Потому что я нравлюсь старшему брату Ци Юю!

– Довольно! Черт! – вдруг взревел Ци Юй. – Черт, черт, черт, черт, черт,– он больше не мог сдерживаться. Он очень боялся, что, если принцесса Хуай Нин продолжит говорить, она разоблачит его тайную поездку, которую он и его сестра совершили в семью Гу, чтобы разорвать помолвку.

Принцесса Хуай Нин оторопела, поняв, что сказала что-то не то. Она со слезами на глазах посмотрела на Ци Юя, ощутив еще большую обиду.

Ци Юй больше не хотел обращать на нее внимания и усугублять эту тему. Он поспешно посмотрел на Цзюнь Цзю Чэня:

– Принцесса Хуай Нин уже признала себя виновной. Я надеюсь, что Его Высочество принц Цзин сможет восстановить невиновность семьи Ци!

Генерал Ци тоже поспешил добавить:

– Ваше Высочество принц Цзин, семья Ци никоим образом не могла совершить убийства. Аптекарь Цзянь пыталась обмануть принцессу Хуай Нин, потому что кто-то хотел навредить Его Высочеству! Этот скромный генерал оказался неспособен достаточно хорошо воспитать свою дочь, поэтому моя дочь была готова прислушаться к подстрекательству принцессы Хуай Нин и навлечь на себя беду! Этот скромный генерал готов взять на себя все грехи за свою дочь! Пожалуйста, просветите меня, Ваше Высочество принц Цзин!

Только тогда все вспомнили о деле. В конце концов, по сравнению с выяснением того, кто был настоящим преступником, роман между Гу Фэй Янь и Чэн И Фэем и принцессой Хуай Нин и Ци Юем – не был ничем особенным.

Гу Фэй Янь снова села и глубоко вздохнула. Она не хотела больше тратить время на эту грязь. Она особенно презирала генерала Ци. Несмотря ни на что, принцесса Хуай Нин сделала это ради Ци Юя. Где он набрался наглости, чтобы использовать слово «подстрекать»?

Гу Фэй Янь больше не хотела заниматься этим вопросом. В конце концов, главным был – старый лис!

Тем не менее!

Цзюнь Цзю Чэнь холодно сказал:

– Господин Ци, правда ли то, что сказала Хуай Нин?

Что это значило!?

Никто не понимал, что происходит, не говоря уже о том, что происходило с кланом Ци. Ци Юй ошибочно подумал, что король Цзин все еще не верил в показания принцессы Хуай Нин и с подозрением относился к клану Ци. Он быстро объяснил:

– Отчитываюсь перед Вашим Высочеством, принцесса Хуай Нин и моя сестра…

Цзюнь Цзю Чэнь нетерпеливо прервал его, прежде чем он успел закончить:

– Этот принц спрашивает тебя, Хуай Нин сказала, что она тебе нравится. Она намеренно подставила Гу Фэй Янь из-за тебя. Это правда?

На этот раз все знали, что принц Цзин хотел подтвердить мотив убийства принцессы Хуай Нин.

До того, как случилось столь грандиозное событие, он не желал публично признавать, что ему нравится принцесса Хуай Нин. А что сейчас?

Однако ему ничего не оставалось, как признать это!

Если бы он не признал мотив преступления принцессы Хуай Нин, кто знает, что произошло бы, если бы дело было отложено? Надо было признать, что настоящей целью убийцы была его семья Ци!

Он собрался с духом и ответил:

– Да, да. Это правда!

Цзюнь Цзю Чэнь не был удовлетворен, поэтому он снова сказал:

– Дай мне четкий ответ!

– Этому генералу, этому генералу нравится принцесса Хуай Нин. Вот почему принцесса… – Ци Юй не смог продолжать, став на колени и ударившись головой об пол. – Этот скромный генерал тоже виновен!

Как только он это сказал, тихий двор быстро наполнился шепотом. В конце концов, как бы ни распространялись слухи, это всегда были слухи. Как бы его ни критиковали другие, это всегда была чужая вина. Но если бы обе стороны признали это, то это было по-настоящему ужасно и неизменно!

Цзюнь Цзю Чэнь усмехнулся:

– Вы двое очень гармоничны, мне это нравится!

Когда Гу Фэй Янь услышала это, у нее появилось слабое чувство, что что-то не так. У нее возникло ощущение, что принц Цзин не из тех людей, кто любит оценивать чьи-то чувства. Казалось, его слова преследовали другую цель.

Пока она размышляла, Цзюнь Цзю Чэнь не стал больше поднимать этот вопрос. Вместо этого он продолжил допрос:

– Если аптекарь Цзянь намеренно подменила лекарства, то почему ее убили?

Глава 84 – Удивлен, застигнут врасплох

Когда Цзюнь Цзю Чэнь поднял вопрос об убийстве аптекаря Цзянь, Цзюнь Яо Шэн сидевший рядом с ним, занервничал и тайком подмигнул принцессе Хуай Нин, опасаясь, что та забудет о том, что было сказано ранее.

В этот момент все внимание принцессы Хуай Нин было сосредоточено на Ци Юе. Ее заплаканные глаза были полны печали. Она ждала, когда ее брат Юй расскажет ей о своих чувствах, но не ожидала, что это случится вот так.

Теперь она не была в таком отчаянии, но все же, ей еще приходилось ждать.

Принцесса Хуай Нин вытерла слезы и решительно посмотрела на Цзюнь Цзю Чэня:

– Это я! Старший имперский брат Цзин, я была той, кто приказал убить старшего аптекаря Цзянь. В тот день в суде, когда я узнала, что Лю Дань Лу Шан был ядовит, я послала людей во дворец допросить аптекаря Цзянь. Но она отказалась признаться, я, я... когда старшая сестра Фу Фан призналась, решив что я отказалась от нее... они по моему приказу убили аптекаря Цзянь и сфальсифицировали улики.

Когда прозвучали эти слова, все сочли это невероятным.

Одно дело для принцессы Хуай Нин не признавать свою вину, другое дело – убийство аптекаря Цзянь, и совсем другое – фальсификация улик для обвинения семьи Ци.

Это было слишком хитро, слишком злобно!

Разве она не была без ума от Ци Юя? Выходит больше всего ей нравилась она сама?

Ци Юй молчал, крепко сжав кулаки в рукавах. Генерал Ци не смог удержаться и холодно фыркнул на принцессу Хуай Нин, почти плюнув в ее сторону.

Гу Фэй Янь озадаченно смотрела на это.

Время смерти аптекаря Цзянь совпадало с признанием принцессы Хуай Нин. В то время евнух Сюэ несколько раз покидал дворец. Однако, учитывая ум и личность принцессы Хуай Нин, как она могла так спокойно и быстро отреагировать на ситуацию? Это казалось невозможным!

Гу Фэй Янь подозрительно посмотрела на Цзюнь Яо Шэна, сидевшего рядом с Цзюнь Цзю Чэнем. Вместо того, чтобы поверить в то, что аптекаря убила принцесса Хуай Нин, она с большей готовностью поверила бы, что ее убил этот человек, сидящий с улыбкой на лице. В конце концов, Цзюнь Яо Шэн присутствовал, когда Ци Фу Фан рассказала об аптекаре Цзянь.

Цзюнь Цзю Чэнь не стал допрашивать принцессу Хуай Нин. Некоторое время он молчал. Затем он внезапно повернул голову и посмотрел на Цзюнь Яо Шэна.

Цзюнь Яо Шэн глядел на Цзюнь Цзю Чэня, но когда заметил смотрящего на него Цзюнь Цзю Чэня, отвернулся, сделав вид, что не видит этого, притворившись, что утратил дар речи от откровений Хуай Нин и разозлился.

Даже спустя долгое время Цзюнь Цзю Чэнь все еще не открыл рта. Цзюнь Яо Шэн внезапно поднял руку, и изо всех сил хлопнул ей по столу, злобно зарычав:

– Хуай Нин, ты очень сильно меня разочаровала! Я так сильно тебе доверял, а ты, ты на самом деле… ты на самом деле обманула не только меня, но даже мать-наложницу и отца-императора! Ты, ты, ты… тебе лучше молиться за себя!

После того, как он закончил говорить, он тут же встал и с сердитым выражением лица вышел из главной двери.

Принцесса Хуай Нин была ошеломлена. Что имел в виду имперский брат? Разве он не сказал, что пойдет и будет умолять Его Высочество принца Цзина ради нее? Собирался ли он все еще защищать семью Ци?

Он... он действительно так сбежал?

Он солгал!

Даже если принцесса Хуай Нин была недовольна, она не могла этого выразить.

Она могла только плакать и умолять:

– Старший имперский брат Цзин, я подвела тебя, я подвела семью Ци. Я действительно сделала это не специально. Если бы я знала, что лекарство ядовито, я, я… я не подменила бы его, даже если бы умерла! Старший имперский брат Цзин, прими во внимание тот факт, что я все рассказала. Ради отца-императора, прояви снисхождение и на этот раз отпусти меня! Так же пощади сестру Фу Фан и семью Ци! Умоляю тебя, умоляю тебя… у-у…

Цзюнь Цзю Чэнь намеренно молчал, и даже пытался понять, сделал ли все Цзюнь Яо Шэн намеренно. С такой реакцией его подозрения в отношении Цзюнь Яо Шэна только усилились.

Однако уже не имело значения, являлась ли истинной виновницей убийства аптекаря Цзянь принцесса Хуай Нин или Цзюнь Яо Шэн.

Он оборвал плачущий голос принцессы Хуай Нин и холодно спросил:

– Хуай Нин, ты знала, что аптекарь Цзянь и евнух У – сообщники?

Самой большой причиной признания принцессы Хуай Нин было то, что она не хотела иметь ничего общего с евнухом У. Она нервно начала все отрицать.

– Аптекарь Цзянь солгала мне и использовала меня! Почему ты мне так много говоришь? Конечно, я не знала! Старший имперский брат Цзин, евнух У должен знать, кто настоящий преступник, он должен знать!

В этот момент евнух У стоял на коленях рядом исполненный глубокого сожаления. Он винил себя за то, что не устроил все должным образом для аптекаря Цзянь, когда покинул дворец! Если бы она не была убита, а покончила жизнь самоубийством, Цзюнь Цзю Чэнь не обнаружил бы той ошибки, а принцесса Хуай Нин не призналась бы и не пришла сдаваться!

В конце концов, он все же разрушил планы своего мастера. Если он не завершит миссию, данную его мастером, а Цзюнь Цзю Чэнь обнаружит его существование, и тогда даже если он умрет, он не сможет искупить вину!

Евнух У, казалось, принял решение, поскольку в его глазах вспыхнула решимость.

Цзюнь Цзю Чэнь смотрел на него издалека. У него не было намерения продолжать допрос. На днях он поймал евнуха У и прямо подбросил его Чэн И Фэю. Он еще даже не подвергался пыткам!

Для таких людей допрос был бесполезен. Были только пытки. Чэн И Фэй не мог заставить евнуха У говорить и он хотел попробовать!

Глаза Цзюнь Цзю Чэня вспыхнули холодным светом. Он собирался заговорить, когда евнух У внезапно схватил мертвого кролика и швырнул в него.

Окружающие этого не ожидали, вовремя отреагировал только Чэн И Фэй. Чэн И Фэй поспешно вытащил свой меч и рассек мертвого кролика!

– Нет! Он очень токсичный!

Громко воскликнула Гу Фэй Янь. Она не задумываясь бросилась к Цзюнь Цзю Чэню, и резко оттолкнула его. В то же время мертвый кролик развалился пополам, и повсюду брызнула черная кровь!

Кто знал, сколько сил приложила Гу Фэй Янь, чтобы сбить Цзюнь Цзю Чэня на землю. Она стояла прямо перед ним, защищая его своим собственным телом. Черная ядовитая кровь мгновенно залила Гу Фэй Янь спину, сразу же проедая дыры в ее одежде и продолжая просачиваться внутрь. Было трудно представить себе последствия, если бы яд пролился на лицо Цзюнь Цзю Чэня!

Увидев это, все были в шоке! Чэн И Фэй был ошарашен. Ман Чжун появился вовремя, чтобы скрутить евнуха У!

Гу Фэй Янь слишком хорошо знала о токсичности черной крови в животе кролика. После смерти кролика токсичность сохранялась. Помимо отвратительной черной сыпи, которая появлялась за ушами кролика, его внутренние органы через какое-то время превращались в ядовитую кровь.

Если не разрезать живот, все будет в порядке. Однако, как только живот будет рассечен, а вся ядовитая кровь попадет на свет, токсичность возрастет и разъест плоть и кости. Ей нужно было немедленно переодеться!

Она не осмелилась терять ни секунды, и с тревогой поспешно сказала:

– Ваше Высочество, эта служанка пойдет на задний двор, чтобы переодеться. Мне придется побеспокоить вас, чтобы ваши слуги отправили мне…

Прежде чем она успела закончить свои слова, Цзюнь Цзю Чэнь уже догнал ее и потащил за собой. Евнух У воспользовался невнимательностью Ман Чжуна, чтобы схватиться за его меч и перерезать собственную шею; он покончил жизнь самоубийством!

С мертвым евнухом У будет трудно найти настоящего убийцу!

Однако Цзюнь Цзю Чэнь даже не обратил на это внимание, его беспокоил только яд на спине Гу Фэй Янь. Он привел Гу Фэй Янь в заднюю комнату и закрыл дверь. Не теряя времени, он резко сорвал с Гу Фэй Янь одежду, но применил слишком много силы, порвав платье Гу Фэй Янь в клочья, оставив только нижнее белье.

Застигнутая врасплох, Гу Фэй Янь была ошеломлена, а ее разум опустел…

Глава 85 – Что подумают люди?

Цзюнь Цзю Чэнь тоже был явно озадачен собственной выходкой, в шоке глядя на Гу Фэй Янь.

– А-а-а! – неожиданно закричала Гу Фэй Янь, испуганно защищая собственное тело. Она была в таком ужасе, что на мгновение, забыв о собственном статусе, приказным тоном крикнула ему: – Повернитесь! Вам нельзя смотреть!

Цзюнь Цзю Чэнь вышел из оцепенения, повернулся и закрыл глаза. Его уши слегка покраснели, но он не осознавал этого, не говоря уже о Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь никогда не была в такой панике. От вида своей разорванной и залитой кровью одежды, ее голова совершенно опустела. Цзюнь Цзю Чэнь успокоился, решительно снял свой халат и передал ей.

– Надень.

Гу Фэй Янь пришла в себя, быстро накинула верхнюю одежду, и завернулась в нее. Она вздохнула с облегчением, и хотя девушка пришла в себя, ее сердце все еще пребывало в смятении.

Он был Его Высочеством принцем Цзином!

Как он мог… Как он мог такое сделать?

Этого не должно было случиться!

Неужели ему нужно было так спешить? Он был взволнован даже больше, чем она! Он негодяй?

Только что... что он только что видел?

Гу Фэй Янь не смела больше раздумывать. Она посмотрела на спину Цзюнь Цзю Чэня, и все ее лицо постепенно покраснело.

Цзюнь Цзю Чэнь знал, что она уже оделась, но не стал оглядываться, а просто открыл глаза.

Его брови уже были нахмурены, но нахмурились еще сильнее, он даже испытывал легкое раздражение. Возможно, он был удивлен своей ранней оплошностью даже больше, чем Гу Фэй Янь.

После минуты молчания он вернулся к своему обычному ледяному тону и сказал:

– Подожди здесь, этот принц велит Ся Сяо Маню прийти и забрать тебя. Сегодня ты оказала мне большую услугу, сэкономив много времени. По возвращении тебя снова ждет награда, – он сделал паузу и тут же добавил: – Однако, этот принц мог бы и сам избежать ядовитой крови. В следующий раз тебе нужно просто предупредить об этом, не будь столь безрассудной как Чэн И Фэй. Это дело еще не окончено. Если с тобой что-нибудь случится, кто мне поможет? Божественный Аптекарь?

Не колеблясь ни секунды, он развернулся и ушел.

Гу Фэй Янь выглядела удивленной. Она до смерти смутилась. Она думала, что принц Цзин тоже будет смущен, но не ожидала, что он отреагирует так спокойно. Будто произошедшее было вполне нормальным.

Она обдумала только что сказанное. Он имел в виду, что она важна для дела, поэтому не мог допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось.

Гу Фэй Янь не знала, что происходит, но было очевидно, что ею попользовались, но, подумав некоторое время, она не стала винить Цзюнь Цзю Чэня, вместо этого ощутила, что повела себя слишком мелочно.

Она подумала, что Его Высочество принц Цзин спас ее, это ее благословение. Если бы это был кто-то другой, он бы ее точно не спас! Как она могла заподозрить его в домогательствах? Если Его Высочество пожелает... разве ему есть нужда пользоваться случайной возможностью для домогательств? Разве не стоило просто этого захотеть, как множество женщин выстроится в очередь?!

Его Высочество герцог Цзин не был таким же бессовестным как Вонючий Айсберг!

Когда она вспомнила, насколько жестко она действовала, когда приказала принцу Цзину отвернуться, Гу Фэй Янь снова почувствовала себя неловко. Она не знала, как принц Цзин отреагирует на ее прежнее грубое поведение.

Дав волю своему воображению, Гу Фэй Янь неосознанно завернулась большую шелковую мантию Цзюнь Цзю Чэня. Поначалу она была в раздражительном и вспыльчивом настроении, но после того, как почувствовала слабый аромат лекарственных трав, ее настроение внезапно улучшилось. Она, не сдержавшись, подняла рукав и осторожно, как воровка, понюхала его. Ей жутко хотелось зарыться носом в рукав, чтобы тщательно его обнюхать, но, в конце концов, она не решилась.

Его Высочество принц Цзин не должен быть осквернен! Ей сегодня уже было очень стыдно, надо проявить… самоуважение!

Пока Гу Фэй Янь осталась ждать в задней комнате, Цзюнь Цзю Чэнь не пошел прямо в суд. Вместо этого он отошел в сторону и стал ждать, пока Ся Сяо Мань принесет его одежду. Он не хотел выходить в суд без верхней одежды.

В это время в суде было очень шумно. Все перешептывались друг с другом, обсуждая меж собой увиденное.

Хотя все знали, что принц Цзин восхищался Гу Фэй Янь и хотел поспособствовать ее развитию, они все же были очень удивлены, когда увидели с какой тревогой принц Цзин лично потащил Гу Фэй Янь сменить одежду.

Вначале они обсуждали просто беспокойство принца Цзина. В конце концов, никто из них не мог представить, что он войдет в комнату с Гу Фэй Янь.

Однако, услышав крики и вопли Гу Фэй Янь из задней комнаты, все потеряли покой.

Почему Гу Фэй Янь кричала?

Кому Гу Фэй Янь сказала отвернуться и не смотреть? Не смотреть на что?

Кто еще был в задней комнате, кроме Гу Фэй Янь?

Служанка?

Если это была служанка, разве Гу Фэй Янь стала бы так кричать?

Может ли это быть…

У всех в голове была одна и та же догадка, но никто не осмеливался высказать ее вслух. Более того, они не могли представить, что между Гу Фэй Янь и принцем Цзином могли существовать какие-либо другие неизвестные отношения кроме отношений хозяина и слуги.

Среди возникших шума и суеты Чэн И Фэй с тревогой ходил взад и вперед. Несколько раз он чуть не побежал вослед. Он не был похож на тех, кто так много всего навоображал. Его разум был наполнен беспокойством, он опасался, что яд причинит вред Гу Фэй Янь. И чем больше он волновался, тем больше винил себя за то, что поспешил!

Была еще и принцесса Хуай Нин, подумавшая посетить заднюю комнату, чтобы узнать в чем дело. Она хотела, чтобы Гу Фэй Янь была отравлена до смерти. Из-за Гу Фэй Янь она создала проблемы семье Ци, но та вместо этого оказалась в центре внимания. Как она могла не ненавидеть ее?

По сравнению с принцессой Хуай Нин дуэт отца и сына Ци был умнее. Хотя они были очень заинтересованы тем, что произошло в задней комнате, их беспокоило в основном то, жива ли Гу Фэй Янь!

Они понимали, что дело еще не закончено!

Аптекарь Цзянь была мертва, и евнух У тоже был мертв. Найти настоящего виновника будет очень сложно. Теперь единственной оставшейся подсказкой было происхождение трех корней Лю Дань Лу Шана. Хотя это было трудно выяснить, другого выхода не было.

Если бы с Гу Фэй Янь, хорошо знакомой с корнем Лю Дань Лу Шана, случилось бы какое-то несчастье, это дело было бы намного труднее расследовать, и оно могло бы затянуться надолго.

Будь то принцесса Хуай Нин или семья Ци, они находились в разных ситуациях, нежели Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань. Гу Фэй Янь и Ся Сяо Мань были оклеветаны и чисты перед законом. Их могли освободить, как только будет доказана их невиновность. Что касается принцессы Хуай Нин и семьи Ци, и та и другие были виновны. Они не знали правды, но оставались сообщниками.

В случае, если настоящего убийцу невозможно будет поймать, ни  Его Высочество принц Цзин, ни император не вынесут вердикта так быстро. Каждый следующий день пока не будет вынесен приговор, они еще день будут бояться и еще день следить за действиями храма Дали.

Спустя некоторое время Ся Сяо Мань, наконец, прибыл. Он был достаточно сообразителен, чтобы пройти не через главный вход, а сделать крюк.

Увидев, что величественный, холодный, будто владыка небес хозяин его семьи сидит в коридоре без верхней одежды, Ся Сяо Мань был ошеломлен.

Ему только сказали принести комплект одежды для Гу Фэй Янь, верхний халат Его Высочества. Больше он ничего не знал.

– Ваше Высочество, что случилось?

– Младший аптекарь Гу находится в задней комнате, – больше ничего не объяснив, Цзюнь Цзю Чэнь просто надел верхнюю мантию и ушел.

Ся Сяо Мань был сбит с толку и постучал в дверь:

– Гу Фэй Янь, открой дверь!

Гу Фэй Янь чуть приоткрыла дверь и протянула руку, чтобы забрать одежду.

Как только Ся Сяо Мань увидел рукав, он сразу узнал в нем халат принца Цзина. Он был ошеломлен и, казалось, что-то поняв, тут же бросил принесенную одежду Гу Фэй Янь, а сам рванулся в погоню за Его Высочеством принцем Цзином.

Если сейчас Его Высочество принц Цзин, сменив свою верхнюю мантию, выйдет к людям, что они подумают!

Глава 86 – Не забывай о третьей молодой мисс семьи Хань

Ся Сяо Мань поспешил в погоню.

Однако к тому времени, когда он добрался до суда, было слишком поздно. Его Высочество принц Цзин уже вошел во двор, и шумный зал сразу же стих.

Все в потрясении переглядывались меж собой. Казалось, что все они о чем-то догадывались, но вроде бы чего-то не понимали! Только Чэн И Фэй шагнул вперед и спросил:

– Ваше Высочество принц Цзин, с девушкой-аптекарем Гу все в порядке?

Цзюнь Цзю Чэнь взглянул на него, но прежде чем смог ответить, ему показалось, что что-то не так. Ему быстро объяснили:

– Ваше Высочество принц Цзин, евнух У покончил жизнь самоубийством. Ли Гэ Цунь и Чэнь Саньюань, возможно, не смогут сильно помочь. Теперь единственный способ узнать настоящего виновника – найти источник украденных трав. Боюсь, нам придется положиться на девушку-аптекаря Гу.

Цзюнь Цзю Чэнь кивнул, выразив свое одобрение.

– С ней все в порядке, – сказал он.

Чэн И Фэй, наконец, вздохнул с облегчением. Он сложным взглядом посмотрел на верхнюю одежду Цзюнь Цзю Чэня и быстро сел обратно.

Когда Ся Сяо Мань увидел это со стороны, он сразу же вернулся, чтобы найти Гу Фэй Янь. В глубине души он подумал… как все это бесит!

В задней комнате Гу Фэй Янь только что закончила переодеваться. Ее первоначальный набор уже был полностью разъеден ядовитой кровью.

Когда она подумала о том, что ей предстоит встретиться с Его Высочеством принцем Цзином, то ощутила невероятное смущение. Однако она не стала медлить и поспешно открыла дверь, собираясь выйти.

Однако она не увидела принца Цзина. Вместо этого там со скрещенными на груди руками и угрюмым выражением лица стоял Ся Сяо Мань. Он загораживал вход и был похож на маленького бога дверей, обидевшегося на нее.

У Гу Фэй Янь не было времени обращать внимания на его вонючее лицо, она поспешно протянула халат, который держала в руках:

– Где Его Высочество? Поторопись и верни его ему.

Ся Сяо Мань схватился за халат и сердито спросил:

– Что случилось между тобой и Его Высочеством? Говори!

Он только сейчас понял, что Его Высочество отдал свою верхнюю одежду Гу Фэй Янь, но все еще не понимал, что вообще произошло.

Гу Фэй Янь вспомнила, что только что случилось, и ее уши снова обдало жаром. Она уклончиво сказала:

– У меня на одежде было много ядовитой крови, поэтому я должна была немедленно ее сменить. Его Высочество, просто одолжил мне свою верхнюю одежду.

Только после этих слов выражение лица Ся Сяо Маня смягчилось. Гу Фэй Янь быстро всунула мантию в его руки и велела:

– Поторопись и отдай ее Его Высочеству!

– Это бесполезно!

Ся Сяо Мань не мог не пожаловаться на поведение своего мастера. Мастер всегда был спокойным, неторопливым и внимательным к деталям, почему на этот раз он сглупил? Он на самом деле велел ему принести новый комплект одежды, чтобы переодеться? Разве он не знал, что как только Гу Фэй Янь оденется, она может просто вернуть ему халат?

Император был очень болен, и больше всего его беспокоил брак его мастера. Он уже давно начал тайно подбирать девушек. Если слухи о его мастере и Гу Фэй Янь распространятся, разве император не станет беспокоиться еще сильнее? Мастеру не нравились кандидатки, выбранные императором, так что же он тогда станет делать?

Чем больше Ся Сяо Мань думал об этом, тем больше злился. Гу Фэй Янь была удивлена и с тревогой спросила:

– Что ты имеешь в виду? Где Его Высочество?

Ся Сяо Мань печально сказал:

– Он давным-давно переоделся в новое, и вернулся в суд! Проклятая девчонка, ты просто возмутитель спокойствия, ты...

Прежде чем Ся Сяо Мань успел закончить, Гу Фэй Янь поспешно побежала ко двору.

Его Высочество принц Цзин на самом деле переоделся и пошел в суд, что подумают большинство чиновников и людей снаружи? Все знали, что Его Высочество только что прилюдно увел ее. Ее репутация и так была плохой, но что, если возникнут ненужные домыслы, которые заставят Его Высочество быть вовлеченным в бродящие повсюду слухи, тогда совершенный ей грех будет слишком велик.

Гу Фэй Янь даже не добралась до двора, когда увидела, что к ней идут принц Цзин, Чэн И Фэй, господин Гун и еще несколько человек. Без сомнения заседание суда закончилось.

Когда она заметила, что принц Цзин смотрит на нее, ушам Гу Фэй Янь снова стало жарко. Ей было слишком неловко смотреть прямо на него, но она не знала, куда еще перевести взгляд. Цзюнь Цзю Чэнь был, как всегда холоден и отстранен. Его лицо было совершенно безразличным, будто раньше ничего не произошло. Он остановился и сказал господину Гуну:

– Схватите всех людей, связанных с евнухом У, и не спускайте глаз с Чэнь Саньюаня и Ли Гэ Цуня. Также позвольте Ци Фу Фан вернуться домой и продолжите следить за семьей Ци. Насчет остального, когда этот принц отчитается перед отцом-императором, тот вынесет решение!

Господин Гун уважительно ответил:

– Да!

После того, как он закончил говорить, он сказал несколько слов господину Наньгуну, прежде чем направиться к Гу Фэй Янь.

Гу Фэй Янь нервно опустила голову, не осмеливаясь снова поднять глаз.

Он не стал останавливаться или смотреть на нее, только сказал:

– Вернемся во дворец.

– Да, Ваше Высочество! – Гу Фэй Янь выразив почтение, послушно последовала за ним.

Взгляд Чэн И Фэя все время следил за ними. Теперь увидев, что девушка-аптекарь в порядке, он был чрезвычайно благодарен принцу Цзину. Однако, несмотря на то, что он столкнулся с принцем Цзином, в чьих способностях был наиболее уверен, он все равно не мог не чувствовать в своем сердце легкую неловкость. Он очень надеялся, что эти три месяца пройдут быстро!

Господин Наньгун часто вспоминал о фальшивом предсказании храма Великой доброты. Убедившись, что принц Цзин ушел, он, наконец, перестал скрывать шок на своем лице, будто узнал какой-то потрясающий секрет. Что касается господина Гуна и прочих чиновников, они, не сдержавшись, начали перешептываться меж собой. Они терпели с тех пор, как пришли в суд!

Гу Фэй Янь следуя за Цзюнь Цзю Чэнем к задней двери, не решалась подойти слишком близко.

Цзюнь Цзю Чэнь забрался в паланкин, но статус девушки-аптекаря Гу Фэй Янь в особняке принца был лишь на ступень выше, чем у слуг. Как и Ся Сяо Мань, у нее не было иного выбора, кроме как следовать за паланкином.

Она шла одна справа. Ся Сяо Мань, потянув за собой Ман Чжуна, пошел слева, шепотом рассказывая ему о том, что случилось. Он только что видел реакцию чиновников и простых людей, в конце концов, он не верил что все так просто.

Когда Ман Чжун упомянул ядовитую кровь, Ся Сяо Мань был потрясен:

– Черт бы побрал, евнуха У! Как он посмел! В таком случае этот евнух неправильно понял Гу Фэй Янь.

Он чувствовал себя несколько виноватым в том, что отругал Гу Фэй Янь, но Ман Чжун спросил его тихим голосом:

– Сяо Мань, что недавно произошло в задней комнате? О чем кричала Гу Фэй Янь? Кому она велела отвернуться? Не может быть… чтобы Его Высочеству?

Ся Сяо Мань не понял:

– Что ты сказал?

Ман Чжун быстро рассказал о том, что услышал в суде. На этот раз Ся Сяо Мань, наконец, полностью понял, что произошло в задней комнате. Он резко повернулся и злобно зыркнул на Гу Фэй Янь! Он уже мог предсказать, что сегодня вечером этот вопрос дойдет до ушей Императора, а завтра утром слухи распространятся по всей столице!

Увидев реакцию Ся Сяо Маня, Ман Чжун тоже понял, что происходит. Он усмехнулся:

– Я уже говорил, что наш мастер интересуется ею! Но ты все равно не верил! Забудь об этом, позволь мне рассказать тебе еще кое-что. В тот день мастер не вошел во дворец, потому что отправился в поместье Чэн. Он любит ее! Не провоцируй ее в будущем, или… потом тебе придется страдать!

Ся Сяо Мань был в ярости.

– Ман Чжун, не забывай о третьей молодой мисс семьи Хань?

Обычные женщины не осмеливались восхищаться принцем Цзином. По крайней мере, они не осмеливались открыто выражать свое восхищение. В лучшем случае они могли только надеяться войти во дворец и стать служанками. Среди всех женщин, самой выдающейся и единственной, кто открыто осмелилась выразить свое восхищение была Третья молодая мисс семьи Хань. Она также была той, кого Ся Сяо Мань и Ман Чжун сочли наиболее приятной для глаз и единственной, к кому принц Цзин не испытывал отвращения.

Ся Сяо Мань думал, что, если однажды император станет настаивать на свадьбе, принц Цзин может использовать третью юную мисс семьи Хань чтобы воспрепятствовать этому. В конце концов, подноготная семьи Хань была непроста. Их родословная была благородной, и император до сих пор признавал это.

Ман Чжун задумался на мгновение, а затем серьезно сказал:

– Ставка? Сто золотых – согласен!

Лицо Ся Сяо Маня помрачнело.

– Я не могу мечтать даже об одной золотой монете.

С тех пор, как его зарплата была вычтена на полгода, Ся Сяо Мань перестал делать ставки.

Гу Фэй Янь не слышала, о чем они говорили, поэтому ее беспокойство несколько улеглось. В этот момент она пыталась решить, как использовать имеющиеся у нее подсказки, чтобы найти старого лиса!

Она нежно погладила треножник Царя Исцеления. Хотя она не была уверена, поможет ли он, она очень хотела вернуться и попробовать…

Глава 87 – Расчеты императорской наложницы Юнь

Наступила ночь.

Цзюнь Цзю Чэнь в одиночестве вошел во дворец.

Только он приблизился ко входу в кабинет императора, как услышал изнутри вопли принцессы Хуай Нин. Этот случай был особенным. Независимо от того, был ли то принц Цзин или храм Дали, они не могли легко осудить принцессу Хуай Нин и семью Ци, не говоря уже о том, чтобы приговорить их к смерти. В настоящее время принцесса Хуай Нин все еще была свободна, а семья Ци по-прежнему не была под стражей.

Император должен был решить, осуждать их или нет, и по какому уголовному закону их нужно наказать. Естественно, принцесса Хуай Нин пришла просить снисхождения.

Цзюнь Цзю Чэнь знал, что принцесса Хуай Нин придет, но не ожидал, что его отец-император встретится с ней. Болезнь отца становилась серьезнее. Помимо посещения суда, большую часть времени тому приходилось проводить в постели. Как давно пришла Хуай Нин? Сможет ли отец-император выдержать это? Цзюнь Цзю Чэнь нахмурил брови и быстро вызвал евнуха, чтобы они сообщили о его прибытии.

Цвет лица императора Тянь У в кабинете был не из лучших. На нем была ярко-желтая повседневная одежда, и он с угрюмым, устрашающим лицом сидел на кушетке алохань. Он молча смотрел на принцессу Хуай Нин, пока его пальцы тяжело барабанили по столу.

Принцесса Хуай Нин стояла на коленях на полу и рыдала так сильно, что не могла открыть глаз. Она все время говорила, что сделала это не специально, что ее подставили. Первый принц стоял на коленях сбоку, выглядя так, словно ему только что преподали урок, поэтому он не осмеливался издать ни звука.

Присутствовали не только принцесса Хуай Нин и первый принц. Имперская наложница Юнь тоже была здесь. Ее брови имели красивый изгиб, а глаза были яркими. Она выглядела очень достойно и величественно. Хотя ей было за сорок, она была в хорошей форме, а ее обаяние было не меньше, чем в прошлом. Рядом с ней стояла молодая девушка, и если бы не ее невероятная красота, какой бы молодой она ни была, она все равно уступала бы ей. В течение стольких лет ей удавалось оставаться в фаворе не только из-за своей красоты, но и из-за отношения императора. Ее слова и действия всегда удовлетворяли императора и снискали его расположение.

Обычно она сидела рядом с императором, лично обслуживая его.

Сегодня она не решилась сесть, а молча стояла на коленях за спиной принцессы Хуай Нин. Она уже высказала все, что ей нужно было сказать, и попросила о том, о чем ей следовало просить. Она знала, что говорить дальше бессмысленно. Она надеялась, что император примет свое решение до прихода принца Цзина.

К сожалению, она была разочарована.

Евнух быстро вошел в кабинет.

– Сообщаю Вашему Величеству, Его Высочество принц Цзин просит аудиенции.

Пальцы императору Тянь У, стучавшие по столу тут же замерли, он немного поколебался и сказал:

– Вы все уйдите первыми.

– Отец! – принцесса Хуай Нин резко бросилась к нему и обняла его за ноги, плача еще громче, чем раньше: – Отец, дочь признает свои ошибки! Твоя дочь никогда не осмелится сделать это снова. Твоя дочь обязательно вымолит прощения у старшего имперского брата Цзина!

Сказав это, она встала и выбежала из кабинета, только чтобы столкнуться у дверей с Цзюнь Цзю Чэнем. Она опустилась на колени и собиралась обхватить Цзюнь Цзю Чэня за ноги, но тот уклонился от ее рук.

Цзюнь Цзю Чэнь вошел и почтительно поклонился императору Тянь У.

– Этот сын приветствует отца-императора. Правда о лечебной диете уже раскрыта. Этот сын пришел с докладом.

После некоторого колебания император Тянь У тихим голосом отдал приказ:

– Имперская наложница Юнь, сначала забери Хуай Нин в Запретный дворец. Когда дело будет завершено, я накажу ее!

– Да, господин!

Имперская наложница Юнь, быстро приняв приказ, попросила Цзюнь Яо Шэна немедленно увести принцессу Хуай Нин.

Покинув кабинет императора, Цзюнь Яо Шэн, наконец, заговорил:

– Мать-наложница, обвинит ли нас принц Цзин?

Имперская наложница Юнь не могла не знать мыслей принца Цзина. Она сказала тихим голосом:

– Ваш отец-император встретился с нами сегодня вечером. В своем сердце он все еще питает к нам чувства.

Императорская наложница Юнь огляделась и, поняв, что посторонних нет, шепотом велела Цзюнь Яо Шэну найти кого-нибудь, кто распространит слухи о том, что у принца Цзина и Гу Фэй Янь сомнительные отношения.

Когда она только что умоляла за Хуай Нин, она рассказала о том, что принц Цзин прилюдно потащил Гу Фэй Янь переодеваться. Она даже добавила несколько лишних деталей, сказав, что принц Цзин сам помог Гу Фэй Янь переодеться. Она сделала все только для того, чтобы вызвать у императора отвращение к Гу Фэй Янь.

Пока император предвзято относился к Гу Фэй Янь, он не стал бы так сердиться на Хуай Нин. Что наиболее важно, если принц Цзин продолжит цепляться к Хуай Нин и решит ее сурово наказать, император неизбежно заподозрит в этом заступничество за Гу Фэй Янь.

Таким образом, во время вынесения приговора император более или менее проявит милосердие к Хуай Нин.

Первый принц, наконец, понял намерения матери-наложницы и прошептал:

– Мать-наложница, ты очень умна. Если бы Хуай Нин была хотя бы наполовину такой же умной, как ты, она бы так не кончила!

Хуай Нин все еще плакала. Услышав его слова, она почувствовал себя несправедливо обиженной и сердито сказала:

– Имперский брат, если бы ты не убил старшего аптекаря Цзянь, откуда бы взялось так много проблем?

Императорская наложница Юнь была потрясена:

– Что?!

Первый принц поспешно прикрыл рот принцессы Хуай Нин, опасаясь, что она снова ляпнет что-то не то. Но имперская наложница Юнь была умным человеком, ей даже не нужно было спрашивать, чтобы предположить, что на самом деле случилось.

Она свирепо посмотрела на Цзюнь Яо Шэна, почти утратив дар речи от ярости:

– Вы… вы действительно посмели скрыть это от меня… Как вы со своими тупыми мозгами собираетесь противостоять принцу Цзину? Вернитесь и подумайте над этим!

Первый принц и принцесса Хуай Нин не осмелились задерживаться. Больше всего они боялись не своего отца-императора, а мать-наложницу.

Имперской наложнице Юнь потребовалось много времени, чтобы прийти в себя, прежде чем она повернулась и посмотрела на императорский кабинет.

Хотя цвет лица императора был неплох, она все же чувствовала, что с телом императора возникли большие проблемы. Посторонние этого не знали, но человек, отвечающий за императорский гарем, четко понимал, что прошло два или три месяца с тех пор, как император брал к себе наложниц.

Император был любвеобильным мужчиной, и как бы он ни был болен в прошлом, он никогда не был таким сдержанным, как сейчас. Последние два-три месяца он был «вегетарианцем». Она опасалась, что на этот раз все может пойти не так.

Имперская наложница Юнь очень хорошо знала, что, если император умрет, а наследный принц взойдет на трон, принц Цзин станет принцем-регентом и его сила достигнет небес. В то время, не говоря уже о том, что у них не останется шансов бороться за трон, даже их нынешняя власть и статус будут потеряны!

Ей нравилась семья Ци, и она втайне сделала в голове несколько приготовлений. Если император не согласился бы на брак Хуай Нин, она женила бы своего сына на Ци Фу Фан. Теперь, похоже, с семьей Ци больше нельзя связываться, а репутация Хуай Нин настолько испорчена, что будущий брак под большим вопросом, поэтому ей необходимо как можно скорее найти другой брак для сына!

Имперская наложница Юнь в своем сердце была слегка обеспокоена, и в спешке ушла. В этот момент император Тянь У уже лег. На самом деле, он не должен был сегодня сидеть и так много говорить, потому что полагался исключительно на лекарства.

Цзюнь Цзю Чэнь не стал сразу обсуждать дела. Он помог императору Тянь У поставить чашку, отступил в сторону и сел.

Он сказал:

– Отец, ты сегодня не плохо выглядишь.

Император Тянь У глубоко вздохнул и сказал:

– Если кто-нибудь из вас позволил бы мне немного расслабиться, тогда у меня, естественно, был бы еще лучший цвет лица!

Из вас?

Несомненно, сюда входил и Цзюнь Цзю Чэнь.

Причина, по которой Цзюнь Цзю Чэнь не поднял этот вопрос, была в завтрашнем приговоре императора. В его ледяных глазах промелькнул след гнева, который было трудно обнаружить. Однако он не продолжил ни говорить на эту тему, ни объяснять, а вместо этого сказал:

– Я полагаю, отец-император уже знает об этом деле, поэтому не буду говорить лишнего. Намерен ли отец осудить семью Ци сейчас или дождаться пока истинный виновник предстанет перед судом?

Когда император Тянь У услышал о настоящем виновнике, он начал размышлять о том, как наказать Хуай Нин и семью Ци. Если наказание будет слишком суровым, оно было бы именно таким, как задумал убийца. Если наказание было слишком легким, можно легко утратить доверие. Кроме того, Чэн И Фэй еще больше почувствует, что он защищает семью Ци.

Император Тянь У долго размышлял, прежде чем спросить:

– Чэнь'эр, что ты думаешь?

Ответ Цзюнь Цзю Чэня был неожиданным; на самом деле он умолял о снисхождении от имени семьи Ци!

– Хотя Ци Фу Фан сделала это, она была спровоцирована Хуай Нин, а Хуай Нин... – он вздохнул и сказал: – А Хуай Нин сделала это ради Ци Юя. Сегодня они оба говорили в суде о любви друг к другу. На мой взгляд, это довольно жалкая и ясная ситуация.

Глава 88 – Всего лишь пешка

Император Тянь У был искренне удивлен. Когда Первый принц и имперская наложница Юнь ранее рассказывали ему о произошедшем, они не упомянули об этом.

Он всегда выступал против брака Хуай Нин и Ци Юя не потому, что семья Ци не имела веса в его глазах, а потому, что у Ци Юя уже был брачный контракт. Он не хотел, чтобы его любимая дочь была унижена, не говоря уже о том, чтобы имперский клан нес потери.

Он сердито спросил:

– Ты имеешь в виду взаимные чувства? Любят друг друга? Что именно происходит?

Слова «любят друг друга», произнесенные Цзюнь Цзю Чэнем в суде, на самом деле предназначались для тех, кто слушал дело за пределами зала. Хуай Нин и Ци Юй уже много лет вели себя несдержанно. Как они могли быть настолько бесстыдными, чтобы обвинить Гу Фэй Янь? Люди в имперской столице, любящие критиковать других за их поступки, поливали грязью Гу Фэй Янь, но не пора ли было полить грязью Хуай Нин и Ци Юя.

Он никогда не любил вести разговоры о браке со своим отцом-императором, будь то его собственном или чьем-то еще. Но на этот раз болтливый язык имперской наложницы Юнь разозлил его.

Цзюнь Цзю Чэнь мало что сказал, а только повторил слова принцессы Хуай Нин и Ци Юя, публично признавшихся в симпатиях друг к другу.

Имперская наложница Юнь не упомянула об этом, да и Цзюнь Цзю Чэнь не стал вдаваться в подробности. Откуда император Тянь У мог знать, что принцесса Хуай Нин публично сказала, что ей нравился Ци Юй, чтобы объяснить мотивы преступления? Откуда император Тянь У мог знать, что Ци Юй признался в своих чувствах, чтобы подтвердить ее мотив совершения преступления?

Император Тянь У был разгневан до такой степени, что снова начал кашлять, и потребовалось некоторое время, прежде чем он пришел в себя.

– Превосходно! Замечательно! У одного брачный контракт, а другая ясно знала об этом. На глазах у всех это… это позор!

Цзюнь Цзю Чэнь больше не стал говорить от имени Хуай Нин и семьи Ци, но добавил:

– Пожалуйста, успокойте свой гнев, отец-император, ваше здоровье важнее.

Первоначально, когда император Тянь У увидел горько рыдающую Хуай Нин, он больше не мог этого выносить. В конце концов, он всегда любил Хуай Нин. Изначально он думал о том, что не может сурово наказать ее, не повредив сердце имперской наложницы Юнь. Теперь ему придется пересмотреть свое решение.

– Когда настоящий виновник будет найден, я вынесу решение. Отдай приказ – никому из членов семьи Ци не разрешается покидать столицу без моего разрешения до вынесения приговора! – он поколебался, затем холодно велел: – Пошли кого-нибудь сегодня вечером присмотреть за западным лагерем. Ци Ши Мин – собака, которая может укусить в ответ. Ты не должен давить на него слишком сильно, но иногда необходимо преподать ему урок!

Цзюнь Цзю Чэнь, естественно понял слова своего отца-императора.

Отец-император не был на стороне семьи Ци. Когда дело касалось семей Ци и Чэн, отец-император всегда относился к ним одинаково, так как опасался их. В конце концов, государство Тяньянь было создано всего десять лет назад, поэтому ему приходилось остерегаться, из-за его нестабильного основания.

– Да! Этот сын запомнит.

Цзюнь Цзю Чэнь встал и снова напомнил:

– Тело отца-императора очень важно, этот сын не станет задерживаться. Если дело сдвинется, этот сын еще раз сделает доклад.

Однако император Тянь У серьезно сказал:

– Чэнь'эр, раз уж ты потянул за такую длинную нить, когда истинный виновник будет найден, мы должны отказаться от послания из храма Великой доброты. Мы с твоим дядей очень ценим тебя. Отныне ты будешь поддерживать наследного принца, поэтому должен знать, как со всем справиться.

Лицо Цзюнь Цзю Чэня ничего не выражало. Его пара холодных глаз была темной и глубокой, как ночное небо, казалось, что никто и никогда не сможет увидеть, что скрывается в них.

Он кивнул, повторив те же слова, что и раньше:

– Да, этот сын запомнит.

Когда Цзюнь Цзю Чэнь подошел к двери ведущей в императорский кабинет, он не сразу покинул дворец. Он отправился в имперскую больницу найти придворного лекаря Су. Он был хорошо знаком с состоянием отца- императора и делал все возможное, чтобы помочь с его лечением. Судя по цвету лица отца-императора сегодня вечером, это не было похоже на нормальное выздоровление, поэтому у него, естественно, возникли подозрения.

Только после расспросов придворного лекаря Су, Цзюнь Цзю Чэнь узнал, что отец-император уже долгое время принимает чудодейственные пилюли под названием «Божественные восстанавливающие пилюли», но даже они были эффективны только на пятьдесят-шестьдесят процентов. Эти пилюли могли помочь тяжело раненому человеку и даже заставить человека на грани смерти почувствовать себя в сто раз энергичнее за короткий промежуток времени. При ежедневном употреблении они даже могли продлить жизнь.

Цзюнь Цзю Чэнь спросил:

– Придворный лекарь Су, когда все началось?

Придворный лекарь Су был крайне смущен, но не осмелился не ответить.

– Докладываю Вашему Высочеству, это началось три месяца назад. Ваше Высочество, император не позволил этому чиновнику рассказывать об этом, так что вы должны держать все в секрете, иначе… жизнь этого чиновника будет кончена!

– Просто сделай вид, что этот принц не спрашивал.

Цзюнь Цзю Чэнь повернулся и ушел, в его глазах промелькнуло разочарование. Если отцу-императору понадобились эти лекарственные пилюли, он, естественно, приложил бы все усилия, чтобы их найти. Почему отец-император не сказал ему?

Он всегда знал, что его отец-император по-настоящему не доверял ему, но никогда не думал, что его отец-император станет скрывать такое важное дело и таиться от него.

Ради отца-императора, ради наследного принца он всегда делал все возможное.

В душе отца-императора он всего лишь пешка?

Когда ему было четырнадцать, он очнулся от комы. Его тело было тяжело ранено, и он был на грани смерти, но он все-таки держал не отпуская буддистские четки из ароматного агарового дерева. Он забыл обо всем и даже забыл, кто он такой. Первым, кого он увидел открыв глаза, был его отец-император. Его отец-император сказал ему, что из-за его исключительного таланта и особого телосложения имперский дядя с детства увел его на тренировку.

После этого, чтобы оправиться от травм он оставался с дядей на северной границе государства Тяньянь, на заснеженных просторах клана Снов откуда была родом его мать. В течение трех лет его отец постоянно писал письма, спрашивая о его ранах и обучая его, как вести войны и управлять страной. В возрасте семнадцати лет, в первый же день по возвращении в город Цзиньян, его отец-император даровал ему титул принца, и он пользовался теми же привилегиями, что и наследный принц.

Отец-император даже сказал, что был смущен потому, что трон должен был достаться ему.

Его не интересовал трон.

Больше всего в жизни он хотел вернуть утраченные воспоминания. Он не знал, откуда взялись эти четки из ароматического агарового дерева, но инстинктивно считал их связанными с ним судьбой.

В его сердце были сомнения и даже подозрения, но он никогда не расспрашивал своего отца-императора или имперского дядю.

Только после глубокой ночи Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, вернулся в свой дворец.

Он дотащил свое сильно уставшее тело в сад за домом и попросил Ся Сяо Маня приготовить лечебную ванну. Он прислонился к бортику горячего источника и поднял голову, чтобы посмотреть на сияющие в ночном небе звезды и луну. Только тогда одиночество в его глазах немного отступило.

Хотя он потерял более десяти лет своих воспоминаний, он никогда не терял своих привычек. Задний двор был заполнен форзицией, была горячая лечебная ванна, но ночное небо было северным, пусть на нем была луна и звезды привычного Южного Ковша. Он подумал, что это, должно быть, было его любимым занятием, когда он был мальчиком.

Все говорили, что люди, потерявшие память – были как ряска без корней. Они будут чувствовать себя в безопасности, только если будут скрывать ото всех свои привычки, только тогда они смогут почувствовать себя в безопасности и понизить защиту. Может так оно и есть.

Глядя на луну и звезды, Цзюнь Цзю Чэнь бессознательно закрыл глаза. Он очень устал, но когда закрыл глаза, в его голове возникло ошеломленное лицо Гу Фэй Янь.

Цзюнь Цзю Чэнь тут же открыл глаза, будто боялся, что если он будет держать их закрытыми, в его голове всплывет еще больше мыслей.

Он бросил взгляд в сторону павильона Минъюэ, только чтобы понять, что двор уже давно погрузился в полную темноту.

Чем занималась эта женщина так поздно? Она ведь уже должна спать, верно?

Как могла Гу Фэй Янь заснуть?

Хотя она была сонной, она все еще ворочалась на кровати. Как только она закрывала глаза, перед ее мысленным взором представала сцена, как Цзюнь Цзю Чэнь яростно рвал ее одежду. К счастью, хотя она устала, ее разум был трезв. Иначе эту сцену легко было бы принять за... фантазии!

Она долго пыталась, но, в конце концов, не смогла заснуть, поэтому просто решила встать…

Глава 89 – Треножник Царя Исцеления

Глубокой ночью лунный свет создавал вокруг легкий полумрак, Северный Ковш (п.п. Большая Медведица) висел поперек, а Южный по диагонали на юг.

Весенние заморозки прошли, и погода становилась все теплее. Было даже немного жарко, приближалось лето.

Гу Фэй Янь не могла заснуть, поэтому прилегла на подоконник. Она смотрела на звезды в ночном небе, натирая душистым маслом маленький треножник Царя Исцеления.

Хотя маленький треножник Царя Исцеления вроде бы был бронзовым, он не был сделан из бронзы. Она не знала, что за материалы пошли на изготовление маленького треножника Царя Исцеления для нее они казались медью или железом. Мастер Бай И говорил, что он был сделан из мистической древней руды, которую нужно часто обрабатывать с помощью душистых масел. Мастер Бай И также сказал, что уход за ним – не обычное протирание. При этом нужно быть очень осторожным, даже сама техника должна быть особенной.

Однако Гу Фэй Янь часто была в таком положении, что несколько раз просто протирала его руками. С самого начала она не особо ухаживала за маленьким треножником Царя Исцеления, но все было в порядке.

Уже было довольно поздно. Принц Цзин еще не вернулся?

Как его тело? Были ли еще приступы той странной болезни?

Что он за человек?

Где он вырос? Почему стал таким холодным и отчужденным? Чем он занимался перед возвращением в город Цзиньян? Есть ли у него друзья?

Когда Гу Фэй Янь подумала об этом, она внезапно нахмурилась.

Черт побери!

Зачем ей тосковать по нему, когда она закрывает глаза, и почему до сих пор неосознанно думает о нем, когда их открывает? Что за магию он сотворил?

Она очень серьезно предупредила себя:

– Если хочешь остаться, ты ни в коем случае не должна иметь самонадеянных мыслей!

В прошлый раз Его Высочество принц Цзин пообещал ей, что через три месяца обсудит ее пребывание в его дворце. Она не могла подтолкнуть себя к смерти, уничтожив эту редкую возможность!

Если она вернется в аптеку, кто знает, со сколькими проблемами она столкнется.

Гу Фэй Янь решительно закрыла окно, заставляя себя работать и больше не предаваться безумным мыслям.

Первоначально вернувшись из суда, она намеревалась попросить Его Высочество принца Цзина дать Лю Дань Лу Шан, чтобы проверить его в треножнике Царя Исцеления. Она хотела посмотреть, сможет ли найти какие-нибудь зацепки.

Жаль, что принц Цзин не вернулся в свою резиденцию, а прямо вошел во дворец.

Хотя ей и не удалось заполучить Лю Дань Лу Шан, по крайней мере, она могла сначала попытаться узнать, в какой степени треножник Царя Исцеления может анализировать другие лекарственные травы на Континенте Глубинного Царства.

Самой главной способностью маленького треножника Царя Исцеления являлись традиционная медицина, производство пилюль и выращивание растений. Помимо этого, он также мог сделать расширенный анализ информации о лекарственных травах. Например, по внешнему виду и составу лекарственного растения, он мог определить состав почвы, качество воды, погоду и, таким образом, узнать происхождение лекарственного растения.

Собственно, у нее тоже была подобная способность, как и у любого опытного фармацевта. Однако она ограничилась анализом лишь нескольких наиболее типичных лекарственных трав. Она не изучала их все, и это могло дать некоторую погрешность.

С другой стороны, маленький треножник Царя Исцеления мог точно определять происхождение лекарственных трав или даже расположение травяных полей. Однако маленький треножник Царя Исцеления был самым драгоценным сокровищем Духовного Царства Ледяного Моря. Он был знаком только с качеством воды и погодой на полях в Духовном Царстве Ледяного Моря, но мало что знал о Континенте Глубинного Царства!

Что касается лекарственных ингредиентов, выращиваемых на Континенте Глубинного Царства, хотя он мог определить свойства лекарственных ингредиентов, он не мог точно узнать их место происхождения.

Гу Фэй Янь не могла заснуть, поэтому решила сначала мысленно взаимодействовать с маленьким треножником Царя Исцеления.

Она вернулась на свою кровать и, скрестив ноги, села на нее. Она успокоила свое сознание и сфокусировала разум, используя духовное чувство, чтобы управлять маленьким треножником Царя Исцеления. Она вызвала мушмулу, ранее купленную в аптеке, и приказала маленькому треножнику Царя Исцеления изучить ее и вынести суждение.

Она нахмурила брови, изо всех сил стараясь сохранить сосредоточенность своего духовного чувства, позволяя маленькому треножнику Царя Исцеления сделать детальный анализ.

Сначала она думала, что это потребует много усилий, но через некоторое время маленький треножник Царя Исцеления дал ответ.

Эти плоды мушмулы были мясистыми и пухлыми, сладкими и сочными, сердцевина плода белая, отличная от прочих, и выращена в Ся Чжоу.

Сначала был проведен анализ категории по внешнему виду мушмулы, а затем, исходя из конкретного лекарственного состава мушмулы, определено ее конкретное происхождение.

Гу Фэй Янь была потрясена и, быстро достав мушмулу, внимательно осмотрела ее и обнаружила, что анализ треножника Царя Исцеления был верным. Эта мушмула была из Ся Чжоу государства Тяньянь.

В конце концов, изначальная владелица пробыла в имперской аптеке в течение долгого времени, поэтому была хорошо знакома с происхождением некоторых распространенных лекарственных ингредиентов на Континенте Глубинного Царства. Она унаследовала воспоминания изначальной владелицы, поэтому, естественно, все поняла.

Но маленький треножник Царя Исцеления был другим!

Он был из Духовного Царства Ледяного Моря! Как он мог быть знаком с распределением лекарственных ингредиентов на Континенте Глубинного Царства?

Гу Фэй Янь первоначально думала, что маленький треножник Царя Исцеления сможет проанализировать почву, климат и качество воды только в области выращивания мушмулы, но не сможет определить точного местоположения.

Но... откуда он узнал о месте под названием Ся Чжоу в государстве Тяньянь?

Может быть, из-за ее контракта с маленьким треножником Царя Исцеления тот понял, о чем она говорила?

Гу Фэй Янь всегда чувствовала, что что-то не так, и взяла несколько лекарственных трав с Континента Глубинного Царства для анализа в маленьком треножнике Царя Исцеления. Результат поверг ее в шок.

Маленький треножник Царя Исцеления действительно смог проанализировать их все. Более того, было несколько мест, о которых она никогда не слышала, но маленький треножник Царя Исцеления знал о них все.

Гу Фэй Янь открыла глаза, взяла в руки маленький треножник Царя Исцеления и серьезно сказала:

– Маленький треножник Царя Исцеления, ты уже бывал на Континенте Глубинного Царства? Мастер брал тебя сюда? Или…

Или могло случиться так, что маленький треножник Царя Исцеления принадлежал Духовному Царству Ледяного Моря, а также Континенту Глубинного Царства?! Духовное Царство Ледяного Моря и Континент Глубинного царства – это не два независимых, параллельных мира, а один и тот же мир? Духовное Царство Ледяного Моря находилось в определенном месте на Континенте Глубинного Царства. Однако она всегда жила в уединении среди леса и лекарственных трав, поэтому была изолирована от остального мира. Как она этого не поняла?

Думая об этом, Гу Фэй Янь не могла в своем сердце не проклясть своего мастера Бай И. Она была уверена, что ее мастер Бай И знал о ее происхождении. Должна быть причина, по которой ей снился тот кошмар о ледяном море.

«Ледяное море» и «Духовное Царство Ледяного Моря», эти два названия были так похожи. А что если Духовное Царство находилось рядом с Ледяным морем?

Ледяное море было запретной темой, которую большинство людей не решалось обсуждать. Она давно планировала найти способ выяснить это у какой-нибудь гильдии искателей. К сожалению, у нее не было на это времени.

Она подумала про себя, что, раз уж она имела дело с пакетом с лекарственной диетой, она сделает все возможное, чтобы досконально все выяснить. А когда придет время, то сможет лично поехать туда.

Гу Фэй Янь приняла это близко к сердцу и перед сном проверила множество трав.

Поскольку маленький треножник Царя Исцеления мог получить так много информации, она еще больше захотела использовать его для проверки Лю Дань Лу Шана. По крайней мере, чем больше у нее будет информации, тем больше у нее будет ключей к разгадке.

На следующий день Гу Фэй Янь проспала почти до полудня, прежде чем проснуться. После долгого ощущения неловкости, она, наконец, забыла о своем смущении и набралась храбрости, чтобы отправиться в спальный зал. Она хотела попросить у Его Высочества Лю Дань Лу Шан, но ей сказали, что он уже ушел.

Ся Сяо Мань вел себя так, будто был зол на нее, зыркая на нее холодными глазами, закатывая их и игнорируя ее.

Она узнала у Ман Чжуна, что случилось. Выяснилось, что известие о том, что Его Высочество вчера утащил ее переодеваться, распространилось, вызвав в городе настоящую бурю. Никого больше не волновал пакет с лекарственной диетой, потому что все ругали ее. Они ругали ее за властный характер, что не успев начать встречаться с Чэн И Фэем, она положила глаз на Его Высочество принца Цзина. Ее ругали за то, что она не знала, как быть благодарной. Несмотря на то, что принц Цзин ценил ее, она опозорила резиденцию Цзин и запятнала его репутацию.

Лицо Гу Фэй Янь побледнело, она сердито спросила:

– Они ругают меня одну?

Ман Чжун подумал, что она сердится на Его Высочество. В конце концов, вчера она не сделала ничего плохого. Его Высочество по собственной инициативе утащил ее и дал ей одежду.

Ман Чжун собирался утешить ее, но Гу Фэй Янь сердито сказала:

– Разве они не должны ругать Ци Юя и принцессу Хуай Нин? Не смешно ли всегда ругать меня? И как они смеют порочить Его Высочество принца Цзина!

Ман Чжун не ответил, не смея сказать лишнего. Он знал, что Гу Фэй Янь крайне уважительно относилась к Его Высочеству, и была очень благодарна, а также готова защищать его, несмотря на все недостатки. Однако он не ожидал, что все будет так.

Он даже не осмеливался представить, как она отреагирует, если однажды узнает, что Его Высочество принц Цзин был тем человеком в маске.

Гу Фэй Янь была так зла, что не хотела больше разговаривать, поэтому решила пойти прогуляться.

Ман Чжун с тревогой спросил:

– Девушка-аптекарь Гу, куда ты идешь? Почему бы тебе не сказать евнуху Маню?

Гу Фэй Янь холодно посмотрела на него и закатила глаза, как только что делал Ся Сяо Мань:

– Ни за что!

Глава 90 – Они никуда не спешат

Обычно Гу Фэй Янь не выходила на улицу, и ощутила себя еще более подавленной, когда вышла.

Когда она зашла в ресторан поужинать, она неожиданно услышала, как кучка людей за боковыми столиками обсуждает ее. Когда она отправилась в чайный домик выпить чаю, она на самом деле услышала, как сказитель рассказывал о придворной даме с брачным контрактом, и о том, как она флиртовала с генералами и принцами, история была довольно путаной, но прообразом явно была она!

Гу Фэй Янь изначально планировала отправиться во дворец, чтобы найти Божественного Аптекаря и побольше узнать о рынках и аукционах лекарств на Континенте Глубинного Царства. Она хотела обсудить происхождение тех трех Лю Дань Лу Шанов и медицинских навыках старого лиса.

Но, выслушав столько сплетен, она заколебалась.

Хотя многие люди видели то, что произошло вчера в суде, и это вызвало некоторые недоразумения, она все же считала, что все не было чем-то большим. Никто не обращал внимания на обвинение принцессы Хуай Нин или Ци Фу Фан, никто не обращал внимания ни на одну из них. Будто общественное мнение кем-то контролировалось, и вся грязная вода была вылита на нее и Его Высочество принца Цзина.

Была большая вероятность, что за этим кто-то стоял. Это был клан Ци? Или принцесса Хуай Нин?

Они даже осмелились затащить в воду Его Высочество принца Цзина. Эта группа людей была действительно в отчаянии, действуя в спешке!

Ей было все равно, если бы ругали только ее.

Однако оказавшись в центре внимания, она по прежнему не хотела причинять слишком много хлопот Его Высочеству принцу Цзину. Из-за того, что люди из семьи Ци и принцесса Хуай Нин попали в столь ужасную ситуацию, они, должно быть, очень хотели отомстить и создать проблемы ей и принцу Цзину, верно?

Уровень опасности во дворце был намного выше, чем снаружи.

Если бы Божественный Аптекарь чего-то не понимал, разве он не пришел бы к ее дверям и не попросил о помощи. Она пришла сюда подумать, но, в конце концов, решила не ходить во дворец и не создавать себе проблем. В любом случае, принцесса Хуай Нин и Ци Фу Фан уже признали свою вину, и принц Цзин знал о существовании старого лиса, им был начеку. Когда расследование дела достигло такой стадии, больше всего тревожиться должна была не она, а пока не осужденная принцесса Хуай Нин и семья Ци.

После некоторых размышлений настроение Гу Фэй Янь, наконец, улучшилось.

Она потратила большую сумму денег, чтобы тайно найти в городе Цзиньян нескольких известных «искателей», которые помогли бы ей узнать о ледяном море. В конце, она пошла продать много лекарственных трав, прежде чем вернуться в особняк принца Цзина. Она была готова правильно культивировать треножник Царя Исцеления, Божественное пламя и размер полей лекарственных растений!

В этот день Цзюнь Цзю Чэнь провел в Верховном суде, чтобы допросить Чэнь Саньюаня и Ли Гэ Цуня. Чэн И Фэй господин Гун и Божественный Аптекарь весь день сопровождали его. Жаль, что эти двое получали приказы только от евнуха У и не знали, кто их хозяин.

Господин Гун сказал серьезным тоном:

– Ваше Высочество, ранее принцесса Хуай Нин сказала, что Лю Дань Лу Шан, который дала ей аптекарь Цзянь, был получен с аукциона лекарственных трав за пределами города. Этот чиновник подтвердил, что Лю Дань Лу Шан еще ни разу не продавался на этом аукционе.

Чэн И Фэй быстро спросил:

– А как насчет других мест? А как насчет долины Шэньнуна (п.п бог-земледелец)?

Долина Шэньнун была долиной лекарственных трав. Она была названа в честь легендарного «бога-земледельца Шэньнуна», объединив в себе множество талантливых аптекарей. Люди оттуда открывали аптеки, выращивали странные травы и создавали удивительные рецепты. Хотя ее репутация в мире медицины была великолепна, она всегда оставалась в тени. Однако с тех пор, как десять лет назад мастер долины объявил соревнования по созданию лекарств, долина Шэньнун приобрела чрезвычайно высокий статус.

Примерно через десять лет или около того соревнование долины Шэньнун затмило все аукционы по продаже лекарственных ингредиентов. Рынок лекарственных ингредиентов долины Шэньнун стал самым крупным и прибыльным местом на Континенте Глубинного Царства.

По крайней мере, семьдесят процентов редких лекарств, которые появлялись каждый год на Континенте Глубинного Царства, поступали из долины Шэньнун. Вполне вероятно, что Лю Дань Лу Шан прибыл из долины Шэньнун, поскольку это было весьма ценное растение.

Господин Гун быстро ответил:

– Генерал Чэн, этот чиновник уже послал кое-кого выяснить это. Мы узнаем ответ только через несколько дней.

Услышав это, Божественный Аптекарь поспешно напомнил:

– Если бы такое ценное растение было выставлено на публичную продажу в долине Шэньнун, было бы легко узнать об этом. Но боюсь, что это лекарство стало наградой, и его будет невозможно найти.

Открытые сделки долины Шэньнун были предназначены для аукциона лекарственных ингредиентов, в то время как тайные продажи были наградой за лекарственные ингредиенты. Пока кто-то мог позволить себе цену, независимо от того, насколько редким было лекарство, в долине всегда найдется аптекарь, который примет награду и передаст лекарственные ингредиенты в установленный срок. Возможно, долина Шэньнун вырастила эти травы, а, возможно, им пришлось покинуть долину, чтобы найти их.

Было непросто узнать о наградных лекарственных материалах. Что касается личности получателя, это был секрет, который хранился долиной Шэньнун. В большинстве случаев даже аптекари, принявшие задание, не могли точно определить личность человека, назначившего награду.

Долина Шэньнун не находилась под юрисдикцией семьи Цзюнь, поэтому они, естественно, не подпадали под юрисдикцию храма Дали. Храм Дали мог только послать людей для выяснения ситуации, но провести расследование было невозможно.

Цзюнь Цзю Чэнь на мгновение задумался, затем спросил:

– Если Лю Дань Лу Шан не участвовал в торгах на аукционе, тогда где он был приобретен и кем продан?

Эти слова, можно сказать, стали пробуждением для тех, кто погрузился в мысли.

Если Лю Дань Лу Шан не продавался на аукционе, то он был собран настоящим преступником или даже был выращен им. Другими словами, навыки настоящего преступника были непростыми!

На всем Континенте Глубинного Царства, кроме мастера долины Шэньнун и нескольких других мастеров-аптекарей, была лишь горстка людей, обладающих такими способностями.

Божественный Аптекарь задумался, а затем внезапно серьезно сказал:

– Ваше Высочество, у одного и того же лекарства может быть разное происхождение. Будут отличия как во внешнем виде, так и в лечебных свойствах. Девушка-аптекарь Гу хорошо знакома с Лю Дань Лу Шаном, поэтому, если она сможет что-то посоветовать, это определенно будет очень полезно!

Чэн И Фэй и господин Гун не были экспертами, и никто из них не ожидал, что между ними будут такие различия. Чэн И Фэй быстро сказал:

– Замечательно! Сейчас же идите и найдите ее!

Когда эти слова прозвучали, господин Гун и Божественный Аптекарь резко замолчали. Точнее, они ощутили легкую неловкость.

Ходили слухи, что между Гу Фэй Янь и Его Высочеством принцем Цзином что-то происходит. Разве в качестве «предшественника», Чэн И Фэю не было неловко говорить о том, что Гу Фэй Янь находится во дворце?

Выражение лица Чэн И Фэя было спокойным, он действительно не был смущен.

Он знал характер Гу Фэй Янь и доверял Его Высочеству. Он знал, что слухи снаружи были ложными. Даже если он был чем-то обеспокоен, то опасался скорее, что Его Высочества принц Цзин обратит на нее внимание, как и он сам.

С прошлой ночи он думал, насколько лучше было бы, если бы маленькая девушка-аптекарь была немного глупее! Если бы она была глупее, Его Высочество принц Цзин смотрел бы на нее свысока!

Если Чэн И Фэй не смутился, то и Цзюнь Цзю Чэнь определенно не был смущен.

– Вам не нужно беспокоиться об этом. Этот принц лично спросит ее.

Вечером Цзюнь Цзю Чэнь вернулся в особняк принца.

Ман Чжун быстро сообщил:

– Ваше Высочество, девушка-аптекарь Гу искала вас в течение долгого времени. Она хотела попросить Лю Дань Лу Шан. Она сказала, что может определить происхождение этих трех трав.

Похоже, Цзюнь Цзю Чэнь не очень беспокоился об этом деле. Он холодно фыркнул:

– Куда спешить?

Это...

Ман Чжун был сбит с толку. Он не мог понять, что имел в виду Его Высочество, но не осмелился спросить. Он долго колебался, но все-таки не осмелился сказать ей, что Его Высочество вернулся.

Вскоре после этого вернулся отсутствующий Ся Сяо Мань. Несмотря на усталость и голод, он бросился прямо в спальню мастера и сердито сказал:

– Ваше Высочество, я провел тщательное расследование. Кто-то намеренно распространил злонамеренные слухи и клевету, этот человек – Первый принц!

Ся Сяо Мань был просто недоволен Гу Фэй Янь. Но он был полон ненависти к Первому принцу.

Цзюнь Цзю Чэнь играл сам с собой в шахматы. Он даже не поднял глаз, и холодно сказал:

– Иди и распространи слухи о том, что предсказание из храма Великой доброты фальшивое. Этот принц намеренно отобрал Гу Фэй Янь у Хуай Нин.

– Ваше Высочество, что вы сказали?

Цзюнь Цзю Чэнь поднял глаза, полные недовольства.

Только сейчас Ся Сяо Мань понял, что он был груб. Он был так напуган, что не решился больше задавать вопросов и сразу принял приказ.

Глава 91 – Семья Ци не может ждать

Пока первый принц распространял злонамеренные слухи о том, что Цзюнь Цзю Чэнь публично опозорился, отец и сын семьи Ци, заключенные в столице под домашний арест, тоже не сидели сложа руки.

Ци Юй дал четкие указания своему слуге:

– Помни, все нужно сделать тщательно и скрупулезно, не оставляя никаких следов!

Генерал Ци был обеспокоен и добавил:

– Будь осторожен!

Для Ци Юя больше всего в этом деле было ненавистно то, что принц Цзин заставил его в суде публично признать, что ему нравилась принцесса Хуай Нин. Он много лет усердно поддерживал свой образ, но тот был полностью разрушен. Это стало черным пятном на его жизни, которое он никогда не сможет смыть. Более того, этот инцидент сделал понятной и простительной измену ему Гу Фэй Янь с Чэн И Фэем.

Мысли генерала Ци были похожи на планы императорской наложницы Юнь. Он надеялся, что император воспользуется этой возможностью, чтобы допросить принца Цзина и смягчит наказание семьи Ци.

Стоногий червь был ранен, но все еще жив, не говоря уже о большой семье, стоящей за семьей Ци. Прямо сейчас отец и сын клана Ци были под домашним арестом. Но их глаза, уши и связи все еще были очень широкими.

После того, как слуга ушел, прибыл шпион.

– Докладываю генералу и молодому генералу, сегодня утром император направил команду из имперской гвардии и двух чиновников военного департамента в западный пригород. Они намерены пробыть в западном лагере в течение полугода…

Отец и сын семьи Ци на пару впали в шок, прежде чем он даже закончил говорить.

– В чем дело?

Шпион сообщил:

– По слухам, в армии широко процветает взятничество. Необходимо провести тщательное расследование!

– Черт возьми! – Ци Юй сразу же вспомнил о повышении двоюродного брата Ли Гэ Цуня. Чувствуя себя обиженным, он ударил кулаком по столу. – Это клевета!

Лицо генерала Ци резко изменилось.

– Верно! Император собирается принять меры против армии семьи Ци!

Хотя кузен Ли Гэ Цуня был повышен в звании обычным способом, его примером воспользовался настоящий преступник. Однако в армии Ци было довольно много тех, кто брал взятки, особенно в Западном лагере. Некоторые из них были взятками за продвижение по службе, другие – взятками за уклонение от военной службы. Под его командованием состояло немало способных людей замешанных в этом! Сколько человек можно найти за полгода? Если они будут обнаружены, это станет огромным преступлением! Если он потеряет этих людей, это будет равносильно потере левой руки и правого плеча. Он уже и так был намного слабее Чэн И Фэя, не говоря уже о прочем.

Только услышав анализ своего отца, он понял, насколько серьезна была ситуация.

Дело о лекарственной диете еще не было завершено, по преступлению старшей сестры еще не был вынесен вердикт, и причастность к преступлению семьи Ци, тоже еще не была выяснена. С другой стороны, император первым нанес удар по армии!

Когда дело будет закрыто, кто знает, в каком преступлении их обвинит император! Судя по текущей ситуации, все явно шло не очень хорошо.

Ци Юй сжал кулаки и сказал хриплым голосом:

– Отец, лучше…

Он не закончил фразу, но генерал Ци понял, что он имел в виду. Семья Ци раньше была одной из четырех великих семей боевых искусств Континента Глубинного Царства. Десять лет назад северная часть Континента Глубинного Царства была исконной основой семьи Ци. Семья Цзюнь была всего лишь тайным кланом, и их настоящим козырем был Снежный регион на северной границе.

Ледяное море резко все изменило. Боевые искусства в одночасье исчезли. Затем тайные кланы начали появляться один за другим, сражаясь с разными семьями за территории Континента Глубинного Царства. В прошлом, если бы не внезапное исчезновение главного старейшины, он бы не подчинился семье Цзюнь и не отдал бы жирный кусок, находящийся в северной части Континента Глубинного Царства!

Дело не в том, что за все эти годы он ни разу не думал о захвате власти, а в том, что он ждал, пока наследный принц взойдет на престол. Откуда он мог знать, что Цзюнь Цзю Чэнь вернется три года назад?

Глаза генерала Ци вспыхнули холодом, когда он сказал тихим голосом:

– Ци Юй, успокойся. Твой отец все очень хорошо понимает!

– Отец, неужели нас вот так растопчут?

Генерал Ци долго смотрел на него, затем сказал:

– Следи за судом! Сейчас наилучший курс действий суда – как можно скорее найти настоящего преступника и как можно быстрее завершить это дело. Только вернувшись в армию, мы сможем остановить там расследование!

Хотя Ци Юй не хотел этого принимать, он знал, насколько сильными были эти отношения. Он кивнул и немедленно послал людей в суд, чтобы узнать новости.

На следующий день он выслушал все о том, как продвигается дело, и узнал, что Божественному Аптекарю нужна помощь Гу Фэй Янь, чтобы продолжить исследование Лю Дань Лу Шана. Однако Гу Фэй Янь пока не ответила.

Предполагалось, что это станет возможностью подставить Гу Фэй Янь, но, в конечном итоге, ему была нужна помощь Гу Фэй Янь, чтобы поймать настоящего преступника. Какая ирония!

Забудьте о нем. Даже генерал Ци испытал в своем сердце сотню разных эмоций! Он сейчас уже сожалел об этом. Он подумал, что ему с самого начала не стоило смотреть на Гу Фэй Янь свысока. Он должен был позволить своему гордому и высокомерному сыну отступить на шаг и сделать Гу Фэй Янь своей наложницей. Теперь, не слишком ли поздно идти на уступки? Не говоря о наложнице…

Что насчет женитьбы на ней как первой супруге?

Хотя в тот день отношения между принцем Цзином и Гу Фэй Янь, казалось, были двусмысленными, правда до сих пор была неизвестна. Он не верил, что принц Цзин действительно обратит внимание на девушку с брачным контрактом и ведущую себя столь недостойно.

Дуэт отца и сына Ци продолжал ждать, их сердца полнились сложными эмоциями, пока они строили разные предположения.

Три дня спустя в храме Дали был, наконец, достигнут хоть какой-то прогресс. Господин Гун получил известие о том, что отправленные им следователи, вернулись из долины Шэньнуна, но они не узнали ничего о продаже Лю Дань Лу Шана. Еще три дня спустя господин Гун получил новости от следователей, отправленных на несколько других крупных аукционов лекарственных трав – там о Лю Дань Лу Шане тоже не было никаких записей.

Божественный Аптекарь погладил свою бороду и пробормотал:

– Если я был тем, кто получил столь ценную траву, то сомневаюсь, что она бы легко сменила владельца. Судя по всему, Лу Дань Лу Шан либо был получен настоящим преступником в качестве вознаграждения в долине Шэньнуна, либо это была его личная собственность.

Эти две гипотезы было очень трудно проверить. У господина Гуна больше не было никаких идей, когда он спросил:

– Господин Наньгун, что насчет девушки-аптекаря Гу… есть ли какие-нибудь новости?

Божественный Аптекарь с беспомощным выражением лица, задал встречный вопрос:

– Есть ли новости от Его Высочества принца Цзина?

Он думал, что Гу Фэй Янь найдет его, но спустя столько времени, она так и не появилась. Может быть, у нее тоже не было никакого прогресса? Значит, ни она не появлялась в имперской аптеке, ни принц Цзин не приходил в суд?

Божественный Аптекарь и господин Гун обсудив ситуацию, в конце концов, приняли решение продолжить следствие, пока ждали новостей.

Они не могли понять, о чем думал принц Цзин, но не хотели навлекать на себя насмешки. Учитывая личность принца Цзина, он не оставил бы это дело лежать мертвым грузом, пока не обнаружил настоящего преступника. Так что вполне обосновано, если они будут ждать его прихода.

Чэн И Фэй тоже ждал. Со своим темпераментом он бы даже ворвался к императору, чтобы расспросить его о деле. Однако, столкнувшись с принцем Цзином, он не колеблясь, терпел.

Остальные тоже ждали. Чем больше все ждали, тем тревожнее становились.

Отец и сын Ци беспокоились больше всех. Они даже начали подозревать, что Гу Фэй Янь воспользовавшись возможностью отомстить, намеренно тянула время.

На самом деле Гу Фэй Янь вообще ничего не знала!

Она ждала у входа в покои принца, но уже несколько дней не могла встретиться с ним. Ся Сяо Мань также не знал, куда подевался Его Высочество принц Цзин, но даже если бы и знал, ничего не сказал. Что касается прогресса в суде, Ся Сяо Мань не имел о нем понятия. Она посчитала, что Ся Сяо Мань все еще дуется, поэтому особо не ломала над этим голову.

Еще два дня спустя Гу Фэй Янь так и не увидела принца Цзина и не получила Лю Дань Лу Шана. Она сидела во дворе павильона Минъюэ и размышляла о том, что случилось.

В этот момент лицо Ся Сяо Маня помрачнело.

Как только Ся Сяо Мань приблизился, то бросил ей письмо, холодно сказав странным тоном:

– Его послали твои бедные родственники!

Бедные родственники?

Гу Фэй Янь открыла письмо, поняв, что оно было написано Вторым мастером семьи Гу. Что до содержания письма… Это просто невероятно! Она сердито бросила письмо наземь.

– Да вы издеваетесь!

Ся Сяо Мань с сомнением поднял его, не обращая внимания на то, что все еще был в ссоре с Гу Фэй Янь. Он сердито выругался:

– Твою бабушку!

Это письмо было написано Вторым мастером Гу, но оно передавало мысли Ци Юя, там говорилось, что пока Гу Фэй Янь может помочь ему найти преступника, он готов игнорируя слухи, исполнить брачный контракт и принять ее в супруги. Если она согласна, то должна завтра утром вернуться домой и обсудить это с ним.

Глава 92 – По слухам, принц Цзин был отправлен к стенам храма Великой Доброты

Гу Фэй Янь не собиралась тянуть время, но, рассердившись на это письмо, решила никуда не спешить.

Игнорировать прошлое? Игнорировать слухи? Отчего он с таким гонором заявлял о желании жениться на ней?

Семье Ци никогда никого не приходилось умолять, верно?

Тогда она должна научить их правильно умолять о чужой помощи!

Гу Фэй Янь взяла письмо и сказала Ся Сяо Маню:

– Вернись и скажи им, что меня здесь нет.

Ся Сяо Мань был очень доволен отношением Гу Фэй Янь, но он все же не стал сам отвечать на письмо. Он только послал людей прогнать Второго мастера семьи Гу.

Увидев, что его лицо было не таким вонючим, как раньше, Гу Фэй Янь улыбнулась и спросила:

– Сяо Мань, Его Высочество еще не вернулся?

Ся Сяо Мань закатил глаза, он собирался уйти, но затем остановился и мрачно спросил:

– Скажи, почему ты кричала в тот день, кому ты велела не смотреть на себя? Не смотреть на что? Тогда этот евнух ответит тебе! – безо всякого стыда спросил Ся Сяо Мань, но при этом уши Гу Фэй Янь покраснели.

Она постаралась избежать взгляда Ся Сяо Маня и, сделав вид, будто ей все равно, тихо фыркнула:

– Если не хочешь отвечать, то не отвечай.

А потом тут же ушла.

Ся Сяо Мань замер на месте и почесал затылок. Последние несколько дней он думал о поведении Его Высочества столько, что его волосы почти поседели. Почему Его Высочество хотел, чтобы она выглядела плохо? Почему Его Высочество специально потратил время на семью Ци!

Он всегда с гордостью заявлял, что лучше всех понимает Его Высочество, но с тех пор, как появилась эта девушка, Гу Фэй Янь, он больше не мог видеть его насквозь.

Два дня спустя Второй мастер Гу пришел снова и послал еще одно письмо.

Гу Фэй Янь открыла его и обнаружила, что Ци Юй сдался. В письме говорилось, что, пока она выдвигает свои условия, он будет рассматривать их. В конце, он даже предупредил, чтобы она не создавала никаких проблем Его Высочеству.

Ся Сяо Мань наблюдавший со стороны, усмехнулся:

– Раздула огонь? Хе-хе, семья Ци искренне хвалит тебя!

Внимание Гу Фэй Янь было сосредоточено на слове «условия». Пока она обдумывала это, уголки ее рта медленно изогнулись в хитрой ухмылке.

– Появилась возможность, – решила она.

Она немедля рванула к задней двери. Ся Сяо Мань погнался за ней:

– Что ты делаешь?

– Отменяю помолвку!

Отвечая, Гу Фэй Янь бежала все быстрее и быстрее. Чем больше она думала об этом, тем больше волновалась.

Если бы не тот факт, что ее внезапно выбрали для входа в поместье принца Цзина, клан Ци давно бы в одностороннем порядке аннулировал помолвку! Теперь все было иначе, ситуация изменилась, и удача пришла к ней в дом. Если она не воспользуется этой возможностью, чтобы избавиться от своих отношений с семьей Ци, то как долго она останется здесь? Она хотела смыть былой стыд, с блеском разорвав помолвку!

Как только Гу Фэй Янь открыла заднюю дверь, то увидела стоящего снаружи Второго Мастера Гу. Он больше не казался таким хмурым, как раньше. Выражение его лица было льстивым, но в то же время несколько виноватым и робким.

Он улыбнулся и сказал:

– Янь'эр, Второй дядя, наконец, увидел тебя!

Гу Фэй Янь спросила:

– Ци Юй сейчас в доме Гу?

Второй Мастер Гу сначала немного опешил, но затем кивнул:

– Да, это так. Он все еще ждет, когда вернется Второй дядя. Янь'эр, что ты думаешь, прочитав письмо?

Гу Фэй Янь ответила:

– Я согласна, но вам придется подождать. Я скоро вернусь!

Второй мастер Гу вне себя от радости, немедленно вернулся назад, чтобы сообщить об этом.

Ся Сяо Мань стоял позади Гу Фэй Янь со сложным выражением лица. Он пробормотал себе под нос:

– Может, это намерение Его Высочества? Нет-нет-нет, это совпадение, это должно быть совпадение!

Гу Фэй Янь привела себя в порядок и ушла. Изначально Ся Сяо Мань послал только двух скрытых охранников, чтобы тайно следовать за ними, но, немного подумав, почувствовал легкое беспокойство, и добавил еще двоих.

Когда Гу Фэй Янь прибыла в резиденцию семьи Гу, то направилась прямо в главный зал.

Надо сказать, что ситуация была на удивление похожа. Люди в зале вели беседу, но тут же смолкли, когда увидели ее.

Присутствовали Ци Юй, Второй мастер Гу и мадам Ван, и не хватало только Ци Фу Фан. Когда он в последний раз сидел здесь, он повел себя претенциозно и высокомерно, лишь взглянув на нее. Однако теперь он смотрел на нее с такой обидой, будто не желал идти на попятный.

Гу Фэй Янь подумала, этот молодой генерал раньше никогда никого не просил, он не знал, что просьба должна выглядеть как просьба!

Уголки ее рта изогнулись в слабой улыбке, когда она медленно вошла в зал.

Второй мастер Гу и мадам Ван поспешно встали. Мадам Ван по-матерински улыбнулась и сказала:

– Янь’эр, сядь рядом со Второй тётей.

Гу Фэй Янь было так тошно, что она даже не удосужилась обратить на нее внимание. Вместо этого она выбрала место напротив и села. Она приподняла брови и посмотрела на Ци Юя. Ее глаза были яркими и ясными, а аура необыкновенной.

Она не собиралась начинать разговор, потому что хотела посмотреть, как надменный Ци Юй опустит голову. Кто бы мог предположить, что он холодно скажет:

– Сколько подарков на помолвку ты хочешь? Просто скажи свои условия! У меня нет времени на болтовню с тобой!

Гу Фэй Янь втянула холодный воздух. Это было крайне неожиданно!

Она действительно недооценила гордыню характера Ци Юя! Она хорошо понимала смысл слов – «согласование условий», но со стороны Ци Юя слова «согласование условий» – были условиями брака!

Его семья Ци совершила столь ужасное преступление, что даже не могла защитить себя. Откуда это чувство превосходства над ней? Хотя семейное прошлое первоначальной владелицы не было таким уж хорошим, оно не было настолько низким, чтобы на нее смотрели свысока, верно?

Все зашло слишком далеко!

Гу Фэй Янь сузила глаза и холодно спросила:

– Ты один пришел от семьи Ци?

После последнего раза он насторожился и объяснил:

– Давай сначала уладим дела. Тебе также стоит проявлять уважение!

Все еще щуря глаза, Гу Фэй Янь холодно улыбнулась.

– Молодой генерал Ци, боюсь, вы не можете принять решение об условиях, которые эта молодая мисс хотела сегодня обсудить. Я буду ждать здесь до полудня, если не придет кто-нибудь, кто может принимать решения, мы больше не встретимся!

– Ты! – Ци Юй зло рявкнул. – Чего еще ты хочешь, кроме подарков на помолвку?

Заметив, что атмосфера стала какой-то не такой, Второй мастер Гу поспешно бросил многозначительный взгляд на мадам Ван. Мадам Ван тут же села рядом с ней, притянув ее к себе, одновременно пытаясь шепотом убедить.

– Янь'эр, люди на улицах сейчас ругают тебя! Как можешь ты даже помыслить о человеке вроде принца Цзина? Даже если Его Высочество относится к тебе с большим уважением, думаешь, он может оставить тебя в своей резиденции на всю оставшуюся жизнь?! По слухам, ходящим в городе, император был зол из-за предсказания из храма Великой Доброты и сурово наказал Его Высочество принца Цзина. Его Высочество принц Цзин даже не появился в суде. Он только что был отправлен к стенам храма Великой Доброты. По мнению Второй тети, это, скорее всего, правда! Янь'эр, ты очень умный и сообразительный ребенок. Теперь, когда семья Ци готова пойти на уступки, ты можешь просто принять это!

Мадам Ван дала ей еще несколько советов и добавила:

– Почему бы тебе не выпить чаю на заднем дворе и немного отдохнуть. А насчет вопросов, касающихся подарков на помолвку, а также деталей брачной церемонии в день свадьбы, Второй дядя и Вторая тетя помогут тебе договориться обо всем с молодым генералом. Не волнуйся, Второй дядя и Вторая тетя определенно не позволят тебе понести никаких потерь. Эти свадебные дары… семье Гу, они не нужны семье Гу, поэтому мы оставим все тебе!

Услышав это Гу Фэй Янь, наконец, поняла, почему семья Ци вела себя так высокомерно с этой парой, и почему они не вцепились в «большое бедро» – резиденцию принца Цзина, а вместо этого объединились с семьей Ци против нее.

Так вот что они задумали!

Последние несколько дней она не обращала внимания на слухи, ходящие по городу, и не знала, что отправленное из храма Великой Доброты предсказание использовалось для создания слухов. Намерения распространителя слухов были слишком зловещими!

Принц Цзин был занят последние несколько дней, и от него не было никаких вестей. Мог ли он разобраться с этим неприятным вопросом? Ваше Величество, пожалуйста, не верьте этим слухам!

– Ты приняла решение?

Нетерпеливый вопрос Ци Юя прервал ход ее мыслей. Гу Фэй Янь теряла больше, чем он:

– Нет! Ты можешь вернуться и обдумать все это позже!

Она действительно хотела разорвать помолвку, но прежде, чем она это сделает, ей пришлось бы склонить перед ним голову!?

Потом она встала и ушла, Ци Юй был зол и сбит с толку. Эта женщина действительно хотела, чтобы он вернулся и подумал, прежде чем принять решение? О чем она хотела, чтобы он подумал?

Глава 93 – Старый лис тоже встревожен

Вернувшись в резиденцию принца Цзина, Гу Фэй Янь сразу же забыла о семье Ци, поспешно отправившись на поиски Ся Сяо Маня.

– Я слышала, что Его Высочество принц Цзин был наказан императором и отправлен в храм Великой доброты, чтобы подумать над своими ошибками?

– Хм!

Ся Сяо Мань повернулся и гордо ушел, но как только он покинул поле зрения Гу Фэй Янь, то побежал к Ман Чжуну, чтобы расспросить об этом. В конце концов, он тоже не знал, где его мастер.

В этот момент Цзюнь Цзю Чэнь играл во дворце в шахматы с императором Тянь У.

Выражение лица императора Тянь У было довольно хорошим, но он не мог сидеть слишком долго. Цзюнь Цзю Чэнь сидел напротив кушетки, на которой возлежал император.

Шахматная доска, изготовленная из дерева цзинсинань, была изысканна и великолепна; черно-белые шахматы из нефрита роскошны и элегантны. Отец с сыном только начали партию, и она еще не завершилась.

Император Тянь У, похоже, не обращал особого внимания на доску, поскольку иногда поднимал глаза, чтобы посмотреть на Цзюнь Цзю Чэня. Напротив, Цзюнь Цзю Чэнь был сосредоточен на игре.

В комнате их было только двое, слуги и придворный лекарь оставались снаружи.

В полной тишине Цзюнь Цзю Чэнь поднял белый камень, но не стал его ставить. Вместо этого он легонько постучал им по шахматной доске, будто находился в глубоких раздумьях, словно бы колеблясь. Костяшки его пальцев были длинными и прямыми, а их красота настолько поразительна, что нефритовый камень на их фоне потерял свой блеск.

Император Тянь У взглянул на него и равнодушно сказал:

– Мое сердце неспокойно. Ты все еще не можешь найти настоящего преступника?

Несмотря на то, что император Тянь У тоже ждал новостей из суда, он не очень интересовался деталями.

– Все еще идет проверка, – сказал Цзюнь Цзю Чэнь, опустив камень. Хотя он казался спокойным и собранным, он сделал опасный ход, давая императору Тянь У чрезвычайно хорошую возможность для победы.

Император Тянь У посерьезнел и долго размышлял, прежде чем опустить черный камень. У него была явная возможность пойти в наступление и победить, но он решил использовать консервативный метод – отступить и защищаться.

На этот раз Цзюнь Цзю Чэнь, не колеблясь, сразу поставил еще один камень. Он сделал еще один опасный ход, а император Тянь У продолжил отступление. Дуэт отца и сына больше не разговаривал. Вот так: ход сына и ход отца, ход сына, ход отца, ход сына, ход отца. Через несколько мгновений ситуация, которая казалась обычной, все же оказалась скрытой в нахлынувших волнах эмоций, и император Тянь У одержал победу.

Едва одержав верх, император Тянь У расслабился. Во-первых, он устал, а во-вторых, он не решался быть беспечным. Он слишком хорошо знал шахматные навыки своего сына. Каждое его движение казалось опасным, но на самом деле это была тщательно продуманная ловушка. Он мог только идти шаг за шагом, не имея возможности свернуть с пути отступления. Ни один принц не осмелился бы обыграть его, но принц Цзин мог это сделать. Если бы он не был осторожен, то определенно с треском проиграл.

Вскоре после этого император Тянь У резко закашлялся. Цзюнь Цзю Чэнь собирался вызвать придворного лекаря, но император остановил его.

– В этом нет необходимости. У Чжэня (п.п. обращение императора к себе самому) редко бывает возможность поиграть с тобой в шахматы. Если ты вызовешь придворного лекаря, чтобы он беспокоил меня, Чжэнь просто прогонит тебя!

– Да.

Цзюнь Цзю Чэнь не стал никого звать. Он налил чашку воды, и лично напоил той императора Тянь У. Его движения были осторожными и уважительными, но в них не было чувства близости. Когда он закончил, то сразу же сел.

Он сказал:

– Цвет лица отца-императора в течение последних нескольких дней выглядел лучше. По словам придворного лекаря Су, рецепт этого сына привезенный из долины Шэньнуна нужно принимать ежедневно. Через некоторое время отец-император определенно сможет выздороветь.

Болезнь императора Тянь У была в его легких. Его кашель не проходил, и он становился все слабее и слабее.

Согласно диагнозу придворного лекаря Су поставленному в конце прошлого года, он не был особо оптимистичным. Если бы он не восстановился зимой, то летом все стало бы еще хуже. А осень он уже не смог бы пережить. В прошлом году Цзюнь Цзю Чэнь потратил полгода на поиск рецепта и, наконец, назначил за него награду в долине Шэньнуна.

Подняв этот вопрос, Цзюнь Цзю Чэнь, несомненно, пробовал воду.

– Я знаю собственное тело, тебе незачем меня утешать, – сказал император Тянь У, медленно погладив себя по груди, потом резко сменив тему, спросил: – Я просил тебя проверить западный военный лагерь. Почему вместо того чтобы заняться этим, ты велел военному министерству расследовать взятки?

Тон его голоса звучал как обычный разговор, но на самом деле это был вопрос. Цзюнь Цзю Чэнь переложил на других такое важное дело, и император Тянь У был очень этим недоволен.

– Этот сын передал слова моего отца-императора в военное ведомство. Лорд Линь из военного ведомства, вероятно, неправильно их понял. Этот сын узнал об этом на следующий день. Было уже слишком поздно что-то менять. Этот сын пришел сегодня сообщить о случившемся отцу-императору! Этот сын доставил проблемы, поэтому прошу отца-императора наказать меня.

Цзюнь Цзю Чэнь дал явный намек лорду Линю, и выразил это в нескольких словах.

После того, как император Тянь У получил известие, он уже размышлял в течение двух-трех дней. Но так и не понял цель действий принца Цзина и какую пользу он собирался из этого извлечь. Теперь, когда он услышал объяснения принца Цзина, он мог только сдаться.

Позавчера он уже дал инструкции главе военного ведомства Линю проявлять снисходительность к подчиненным семьи Ци. Он не хотел нарушать баланс между семьями Ци и Чэн. Надо сказать, что два клана Ци и Чэн были связаны не только с двумя основными армиями, но и с двумя основными фракциями династии государства Тяньянь. Он очень не хотел, чтобы семья Чэн подавила семью Ци. Подкупить подчиненных великого генерала Ци было несложно, но все подчиненные Чэн И Фэя были верны своему генералу.

Солдат верных только своему генералу, но не императору, стоило опасаться.

Император Тянь У очень боялся клана Чэн. Хотя смерть старого генерала Чэна была спланирована великим генералом Ци, он также дал свое молчаливое согласие.

Император Тянь У кивнул и больше не задавал вопросов.

Он немного отдохнул, а затем спросил:

– Ты узнал, кто раскрыл дело о храме Великой доброты?

Придворный лекарь Су уже раньше видел поддельный рецепт, поэтому, естественно, император Тянь У знал о случившемся с Чэн И Фэем. Когда Цзюнь Цзю Чэнь использовал храм Великой доброты в качестве предлога, чтобы забрать Гу Фэй Янь во дворец, император Тянь У тоже узнал об этом. Однако он не думал, что Хуай Нин и семья Ци будут вовлечены в это дело, не говоря уже о том, что его самый ценный сын станет объектом таких грязных слухов о маленькой девушке-аптекаре.

Взгляд Цзюнь Цзю Чэня снова вернулся к шахматной доске, и только тогда он сказал:

– Этот сын не смеет разглашать секретов. Боюсь, что в этот критический момент кто-то намеренно распустил слухи.

Когда эти слова были сказаны, император Тянь У, казалось, о чем-то догадался, и в его глазах блеснула вспышка гнева. Он вдруг снова закашлялся. Цзюнь Цзю Чэнь стал настаивать на вызове придворного лекаря, но император Тянь У настоял на продолжении игры в шахматы.

И только поздней ночью Цзюнь Цзю Чэнь, наконец, покинул дворец. Звук конских копыт нарушил тишину столичного города. Он проехал через город, но не вернулся в резиденцию принца. Вместо этого он покинул город.

После того как спина Цзюнь Цзю Чэня скрылась из глаз, неподалеку на крыше появился молодой мужчина. В полумраке было трудно разглядеть его внешность, только смутно видеть черты лица, в которых явно присутствовал злой шарм.

Он был высокого роста, с половиной связанных прядей черных волос и носил простую пурпурную мантию без каких-либо украшений. Если бы этот пурпурный халат носил кто-то другой, он, вероятно, был бы совершенно обычным. Однако когда он был одет на его теле, он дарил людям неописуемо роскошное, томное и благородное ощущение.

Он стоял в ночи на крыше, в слабом лунном свете, прекрасный, как картина.

Он наблюдал за медленно закрывающимися городскими воротами, и уголки его рта изогнулись в улыбке. Только этот изгиб создавал у людей дьявольское, ленивое и непокорное ощущение, как у нефритового лиса, скрывающего свои истинные глубины.

Убедившись, что Цзюнь Цзю Чэнь не вернется, он повернулся и направился к резиденции принца Цзина. Он был не кем иным, как старым лисом, о котором упоминала Гу Фэй Янь, мастером евнуха У, вдохновителем плана с лекарством и набора с лечебной едой.

Его целями действительно были семьи Чэн и Ци, но теперь его целью стала Гу Фэй Янь. Он всегда ненавидел проигрывать, но на этот раз он был очень счастлив проигрышу.

Однажды потерпев неудачу, он встретил столь интересную маленькую девушку-аптекаря. Это того стоило!

Он с нетерпением ждал, когда Гу Фэй Янь найдет его...

Глава 94 – Принести извинения и расторгнуть брачный договор

Хотя даже старый лис волновался, Гу Фэй Янь становилась все спокойнее и спокойнее. День проходил за днем, и так незаметно миновало пять дней.

Наконец, сегодня днем Гу Фэй Янь получила еще одно письмо от Второго мастера Гу. На этот раз содержание письма заставило ее почувствовать себя намного комфортнее. В письме говорилось, что Ци Юй собирается принести ей извинения от имени своей сестры, попросит ее встретиться с ним в резиденции семьи Гу на следующее утро.

Принести извинения?

Та уже призналась в своих преступлениях по такому важному делу, но только одному человеку нужно было простить ее?

Неужели семья Ци, наконец, опомнилась?

Ся Сяо Мань выхватил письмо, прочитал его и снова почувствовал себя несчастным. Увидев нежелание на его лице, Гу Фэй Янь улыбнулась:

– Евнух Мань, мы можем вместе пойти туда завтра утром.

Они явно были в ссоре, но никто не знал, когда между ними возникло молчаливое понимание. Ся Сяо Мань понял, что имела в виду Гу Фэй Янь, поэтому воровато улыбнулся, как маленький ребенок, без спроса съевший конфету.

На следующий день Гу Фэй Янь, как и обещала, прибыла в резиденцию Гу с Ся Сяо Манем.

В отличие от прошлого раза, поведение Ци Юя в главном зале семьи Гу, было куда скромнее. Когда он вернулся домой, он весь кипел от гнева, но когда генерал Ци узнал о поведении Гу Фэй Янь, он был так зол, что собирался с этого момента игнорировать ее.

Однако после долгого ожидания, они не могли дождаться прогресса в суде, все, что их ждало – плохие новости из западного лагеря. Они со своим отцом спорили изо дня в день, и у них не было иного выбора, кроме как серьезно задуматься о том, чего хотела Гу Фэй Янь.

Увидев, что Ся Сяо Мань тоже прибыл, Второй мастер Гу немедленно оставил почетное место и почтительно пригласил Ся Сяо Маня занять его:

– Евнух Мань, я не знал, что вы посетите нас, поэтому не оказал должного приема. Пожалуйста, пройдите сюда!

Даже госпожа Ван не могла не попенять Гу Фэй Янь.

– Янь'эр, что с тобой? Если евнух Мань собирался приехать, почему ты не сообщила об этом Второму дяде и Второй тете. Второй дядя и Вторая тетя повели себя грубо!

Увидев высокомерное выражение лица Ся Сяо Маня, уголки рта Гу Фэй Янь изогнулись в насмешливой улыбке. Больше ничего не сказав, она нашла место и села. Второй мастер Гу и мадам Ван с обеих сторон подчевали евнуха Маня чаем и выпечкой. Ся Сяо Мань был в прекрасном настроении, он ел семена дыни, болтая с парой Гу.

Они, очевидно, игнорировали Ци Юя.

Хотя личность евнуха была необычной, он все же оставался евнухом. Как он мог сравниться с молодым генералом, вроде него? Ци Юй чувствовал себя оскорбленным, поскольку в семье Гу к нему всегда относились как к ВИП-персоне.

Кулаки мужчины крепко сжались в рукавах. Он мог только попытаться убедить себя, что человек с хорошим характером обязан быть гибким, пока семья Ци не преодолеет свои невзгоды. Затем он позаботится о семье Гу и Гу Фэй Янь.

Ся Сяо Мань болтал, а Гу Фэй Янь просто сидела одна, играя пальцами, с которых только сегодня утром сняла повязки. Ци Юй ждал и ждал, но, в конце концов, ему пришлось проявить инициативу и начать разговор.

Он сдержанно прокашлялся, встал, сложил руки в приветствии Гу Фэй Янь, и сказал:

– Мисс Гу, я пришел сюда сегодня по поводу случая с лечебной диетой, хотя сестры со мной нет, я надеюсь, вы примете... надеюсь, вы примите мои извинения, – сказал он, нехотя склонив голову.

Улыбка на лице Гу Фэй Янь исчезла. Ее тон был спокойным, но в голосе не было тепла. Будто она отдалилась на тысячу миль. Она спросила:

– Ты знаешь, что случилось?

Внезапно гнев Ци Юя вспыхнул, но у него не было выбора, кроме как сдержать себя, когда он ответил:

– Моя сестра была виновата, мне очень жаль.

Гу Фэй Янь кивнула, а затем сказала:

– Генерал Ци, вы тоже были там той ночью. Вы, вероятно, не забыли, что евнух Мань тоже оказался замешан и заключен вместе со мной в тюрьму, верно?

Ци Юй на мгновение опешил, потом поднял голову и бросил на нее предостерегающий взгляд, но Гу Фэй Янь совсем не была испугана. Она окинула его провокационным взглядом.

Просьба о помощи, должна выглядеть как просьба о помощи, а извинения – как извинения!

Поскольку она пришла сюда, чтобы дать ему лицо, она собиралась довести дело до конца!

Они посмотрели друг на друга, в конце концов, именно он проиграл. Он повернулся, чтобы взглянуть на Ся Сяо Маня, сидевшего на почетном месте, почтительно склонил голову и сказал:

– Евнух Мань, я позволил вам пострадать, мне очень жаль!

Ся Сяо Мань был очень доволен. Он знал, что Гу Фэй Янь должна была заняться серьезным делом, поэтому не стал откладывать и высокомерно сказал:

– Хорошо, это все. Это просто мелочь. Мы не беспокоимся об этом.

В конце концов, как мастер, он сказал:

– Поднимись.

Эти слова почти заставили Ци Юя взорваться от гнева. Когда он снова сел, он сразу же спросил:

– Гу Фэй Янь, каковы твои условия? Можешь ты теперь назвать их?

Гу Фэй Янь ничего не сказала. Она вынула записку и бросила ее Ци Юю.

Когда Ци Юй открыл ее, выражение его лица резко изменилось. Он, без колебаний, бросил записку на пол и сердито крикнул:

– Гу Фэй Янь, не испытывай удачу!

Гу Фэй Янь также встала и холодно сказала:

– Я уже говорила это раньше, это не то, что ты можешь решить. Вернись и скажи своему отцу, эта мисс даст семье Ци три дня. Если я не увижу это объявление через три дня, пожалуйста, проявите мудрость сами! – после того, как Гу Фэй Янь закончила говорить, она больше не обращая на него внимания, сказала: – Ся Сяо Мань, давай вернемся!

Ся Сяо Мань немедленно встал и последовал за ней. Второй мастер Гу и мадам Ван были ошарашены. Независимо от того, с какой стороны не взгляни, этот евнух резиденции принца Цзина казался не непосредственным начальником Гу Фэй Янь, а скорее ее маленьким слугой.

Положение Ся Сяо Маня в резиденции принца Цзина было необычным. Если он вел себя как слуга Гу Фэй Янь, то каким могло быть положение Гу Фэй Янь в резиденции принца Цзина…

Может, они ошиблись, и обращение принца Цзина к Гу Фэй Янь было не слухом, а реальностью?

Второй мастер Гу и мадам Ван переглянулись. Они посмотрели на черное лицо Ци Юя, затем на записку на полу и быстро ушли, больше не став развлекать его.

– Эй, вернитесь!

Он поднял записку, собираясь порвать ее, когда вспомнил резкие слова, сказанные Гу Фэй Янь. В конце концов, он не смог заставить себя это сделать. Он мог только взять записку и вернуться домой.

Генерал Ци прочитавший объявление, был жутко зол и жалел, что не может повернуть время вспять.

Они даже подумали о том, чтобы сначала позволить Гу Фэй Янь вступить в брак, прежде чем за закрытыми дверями позаботиться о ней. Кто бы мог подумать, что Гу Фэй Янь не будет волновать положение молодой хозяйки семьи Ци, а вместо этого она пожелает разорвать брачный контракт с их семьей!

То, что Гу Фэй Янь написала в записке, было не про это. Там было публичное заявление от лица патриарха, в котором говорилось, что семья Ци не соблюдала правила в своей семье, что утратили моральную целостность, что опозорили свою семью, причинив ей боль. Поскольку Ци Юй что не был ее достоин, он был готов расторгнуть их помолвку и заплатить в качестве компенсации пять тысяч золотых.

Хотя это объявление было похоже на предыдущее письмо семьи Ци о расторжении брака, оно не было таким бесстыдным. Напротив, оно было намного разумнее, чем письмо семьи Ци. Там только говорилось, что он оскорбил общественную мораль, но не разъяснялось всему свету о нем и принцессе Хуай Нин. Однако оно не упомянуло Ци Фу Фан, хотя она была из семьи Ци, поэтому не казалось подделкой. Никто бы не подумал, что семью Ци принудили к этому, но ясно было видно, что семья Ци извиняется, а Ци Юй сожалеет.

Ци Юй сердито сказал:

– Отец, я никогда не пойду на это! Сын, этот сын… этот сын не может позволить себе потерять лицо!

Генерал Ци отбросил записку в сторону. Он долго ничего не говорил.

Генерал Ци думал всю ночь, и ему ничего не оставалось, кроме как пойти на компромисс. Он изменил уведомление, чтобы усилить самообвинение и раскаяние, и пообещал, что в будущем будет строго наказывать своих детей и подчиненных.

Поскольку он собирался напоказ опустить голову, все, что он мог сделать, это устроить хорошее шоу. Он надеялся, что император узнает об этом объявлении и будет тронут его раскаянием. Он надеялся, что в будущем тот сможет проявить милосердие к семье Ци и Ци Фу Фан.

Семья Ци разместила по одному объявлению на востоке, юге, западе и севере столицы. Всего за одно утро новость разлетелась по улицам и переулкам, а также распространилась по дворцу, вызвав волну бурных споров.

Гу Фэй Янь была в прекрасном настроении после получения пяти тысяч золотых от семьи Ци. Она небрежно бросила золотую банкноту Ся Сяо Маню.

– Эй, это твоя компенсация. Этого должно хватить на полгода!

Глаза Ся Сяо Маня загорелись от волнения! Однако после получения денег его лицо снова помрачнело. Эта была женщина испортившая репутацию принца Цзина, непростительно!

Гу Фэй Янь давно к этому привыкла. Она как раз собиралась выйти на прогулку, когда к ней поспешил молодой евнух.

– Евнух Мань, девушка-аптекарь Гу, случилось нечто грандиозное!

Ся Сяо Мань с тревогой спросил:

– Что случилось? Что-то не так с Его Высочеством?

Тем не менее, евнух сказал:

– Это не Его Высочество, это, это генерал Чэн. Генерал Чэн тоже разместил объявление…

Чэн И Фэй?

Зачем ему-то присоединяться к веселью?

Глава 95 – Извинения, благодарность, поздравления и признание

Чэн И Фэй тоже разместил уведомление?

Почему в этот критический момент он решил выставить себя дураком?

Гу Фэй Янь с тревогой спросила:

– Что написал Чэн И Фэй?

Евнух тут же озвучил первую часть уведомления. Гу Фэй Янь не удивилась, услышав его, но какое-то время не знала, как реагировать.

Чэн И Фэй написал исключительно длинное уведомление, оно было как минимум в трое длинее, чем уведомление семьи Ци.

Содержание выражало три основных мысли, первая – объяснить, что произошло между ним и Гу Фэй Янь в Башне удачи. Там говорилось, что изначально он хотел пригласить Гу Фэй Янь на обед, чтобы поблагодарить ее за спасение его жизни, но затем, выпив слишком много, он унес ее. Он приносил публичные извинения за ненужные неприятности, причиненные Гу Фэй Янь.

Во-вторых, Гу Фэй Янь не только спасла его жизнь, но и его братьев в военном лагере. За что он пользуясь случаем, хотел выразить свою благодарность.

Что касается третьей мысли, она была особенно интересной.

Там говорилось, что Гу Фэй Янь хорошая девушка и заслуживает встречи с достойным мужчиной, поэтому он особо написал в объявлении… Поздравляю Гу Фэй Янь и Ци Юя с разрывом помолвки! В то же время он считал себя достойным мужчиной и посоветовал Гу Фэй Янь подумать над этим.

Гу Фэй Янь была смущена и сердита, но ей все же хотелось рассмеяться. Настроение у нее было крайне сложное! Несмотря на то, что оно было сложным, она в душе не могла не похвалить Чэн И Фэя. Этот парень… настоящий талант!

Ся Сяо Мань расхохотался. Он подошел к Гу Фэй Янь и, потерев свой нежный подбородок, с интересом оценил ее. Первоначально Гу Фэй Янь не была особо смущена, но после того, как ее оценили подобным образом, ее лицо покраснело.

Этот парень Чэн И Фэй, разве не лучше было не посылать разъяснений и поздравлений с разрывом помолвки? Почему ему обязательно нужно сказать последнее слово? Боишься, что в мире не будет хаоса?

– Тц, тц.

Ся Сяо Мань вздохнул:

– Похоже, ты действительно нравишься генералу Чэну! Что ты об этом думаешь?

Гу Фэй Янь избежала его взгляда, но Ся Сяо Мань продолжал преследовать ее. Внезапно он весело рассмеялся и сказал:

– Эй, девчонка, генерал Чэн – настоящий мужчина, лучше следуй за ним! Ты наверняка будешь пользоваться почетом, не испытывая горечи, это намного лучше чем быть здесь служанкой!

Гу Фэй Янь знала, что Ся Сяо Мань очень хотел, чтобы она ушла, поэтому закатила глаза и ушла.

Это не было ее целью!

Этот парень Чэн И Фэй все еще годился быть другом, даже братом, но он мог забыть обо всем остальном!

Что касается того факта, что Ся Сяо Мань хотел, чтобы она покинула резиденцию принца, у него не было ни единого шанса! Надо было знать, что она все еще надеялась, что три месяца спустя принц Цзин будет доволен ею и решит оставить ее при себе.

Оскорбить принцессу Хуай Нин и семью Ци было равносильно оскорблению половины императорского двора. Ей пришлось прислониться к большому дереву – Его Высочеству принцу Цзину, чтобы быть в безопасности и иметь силы на исследование секретов Ледяного моря!

Настроение Гу Фэй Янь в основном улучшилось. Она ждала, когда принц Цзин вернется в резиденцию. Девушка хотела подождать еще два дня. Если принц Цзин не вернется обратно, она сама отправится в храм Дали.

Старый лис был опасным человеком, его нельзя было отпускать!

Менее чем за день объявление Чэн И Фэя, как и объявление семьи Ци, с невероятной скоростью распространились по улицам и переулкам города. В то же время они распространились и за пределами города, и внутри дворца.

Надо сказать, извинения семьи Ци и разъяснения семьи Чэн позволили позаботиться о репутации Гу Фэй Янь.

Но это также принесло неожиданный результат. То есть… Пока толпа обсуждала объявления резиденций двух Великих генералов, они также ждали, когда принц Цзин отправит свое объявление.

Помимо Чэн И Фэя, у принца Цзина тоже были неоднозначные отношения с Гу Фэй Янь! Более того, слухи распространились даже больше, чем слухи о Чэн И Фэе. Независимо от того, было ли это правдой, принц Цзин должен был использовать эту возможность, чтобы прояснить ситуацию, верно?

Все ждали и ждали. Небо уже стало темным, а из поместья принца Цзина все еще не поступило никаких объявлений.

На следующий день общественное мнение резко изменилось. Никто больше не беспокоился о семье Ци, и никого не волновало признание Чэн И Фэя. Все были обеспокоены реакцией принца Цзина.

Например, отправит ли Его Высочество принц Цзин уведомление? Когда выйдет уведомление? Что будет сказано в нем?

Гу Фэй Янь не ожидал подобного. Она тоже была удивлена, когда Ся Сяо Мань рассказал ей об этом. Девушка подумала:

«Его Высочество принц Цзин все еще не знает об этом, верно? Если бы он знал, он, вероятно, воспользовался бы возможностью, чтобы все прояснить».

В конце концов, разъяснение было бы полезно как для нее, так и принца Цзина.

Фактически, Цзюнь Цзю Чэнь давно знал об этом объявлении и знал, что стал центром общественного мнения. Последние два дня он жил за пределами города в храме Великой доброты, совершенно не заботясь о спорах людей.

Он не верил ни в будд, ни в богов, но ему очень нравилось умиротворение храма, звуки пения сутр и запах благовоний.

В этот момент ночь была безмолвна, на востоке светила луна, а его сопровождала Вечерняя звезда(п.п. Венера).

В главном зале храма Великой доброты курились благовония. Настоятель храма Хуэй Гуан в настоящее время возглавлял группу монахов, певших буддийские сутры. Их голоса были чистыми и благочестивыми, и в них была своя магия, успокаивающая беспокойные сердца.

Цзюнь Цзю Чэнь, одетый в тонкий белый халат, сидел на ступенях перед главным залом с буддийскими четками из агарового дерева в руке. Его глаза были закрыты, когда он молча слушал. Все его существо было наполнено исключительным спокойствием, словно он стал единым целым с этим храмом, монахами, звуком сутр, ночью, яркой луной, ночным небом и звездами, и общим безмолвием.

После того, как монахи закончили пение, его глаза все еще оставались закрытыми. Однако он перебирал буддийские четки в руке, считая бусины одну за другой.

Храм Великий доброты был императорским храмом, и Цзюнь Цзю Чэнь часто приходил, поэтому настоятель знал его характер и никогда не осмеливался его беспокоить. Однако, когда монахи разошлись, молодой послушник подбежал к Цзюнь Цзю Чэню и сел рядом с ним.

Маленького послушника звали Нянь Чэнь, ему было около девяти лет. Черты его лица были словно вырезаны из нефрита, что делало его очень хрупким и нежным, как если бы он сам был безупречным белым нефритом. На нем было черно-серое монашеское одеяние, а на шее висела длинная связка буддийских бус. Несмотря на то, что он был молод и незрел, он все равно выглядел как настоящий монах.

Он был единственным, кто во всем храме Великой Доброты осмеливался подходить к Цзюнь Цзю Чэню. Цзюнь Цзю Чэнь не обращал внимания на настоятеля храма, а предпочитал говорить с маленьким послушником.

Маленький послушник склонил голову и посмотрел на Цзюнь Цзю Чэня. Он взял буддийские четки в руке Цзюнь Цзю Чэня и понюхал их, а затем с любопытством спросил:

– Ваше Высочество, аромат агарового дерева исчез?

В последний раз, когда из-за вспышки холодного яда Цзюнь Цзю Чэнь принимал лекарственную ванну, эти буддийские четки оставались на всю ночь на краю горячего источника. На следующий день их аромат полностью исчез, остался только запах лекарств.

Цзюнь Цзю Чэнь открыл глаза и ответил только «эн» (п.п. кто не помнит, это звук согласия у китайцев). Его тон был не таким холодным, как обычно, и в нем была нотка мягкости.

Маленький послушник с сожалением посмотрел на него, но быстро улыбнулся и сказал:

– Должно быть, это изменения в судьбе. Ваше Высочество, не беспокойтесь.

Трудно было сказать, пытался ли он утешить себя или Цзюнь Цзю Чэня.

Он поджал губы и улыбнулся, его глаза сузились став как два полумесяца, невинными, нежными и милыми. Ему было всего девять лет, но когда он улыбался, казалось, что у него была сила превзойти все буддийские искусства. Она была похожа вечерний весенний ветерок, дававший ему ощущение спокойствия и умиротворенности.

Каждый раз, когда Цзюнь Цзю Чэнь видел его улыбку, он испытывал неописуемое чувство. Независимо от того, было ли тяжело у него на сердце, был ли это гнев или беспокойство, все они мгновенно исчезали.

Он пришел в храм Великой доброты, чтобы послушать сутры и увидеть этого ребенка.

Цзюнь Цзю Чэнь погладил блестящую лысину маленького послушника, дал ему конфету и ушел.

Той же ночью он вернулся в город…

Глава 96 – Возвращение, ни в коем случае не обычный

На следующий день.

Гу Фэй Янь проснулась рано утром. Она ждала до полудня, но Цзюнь Цзю Чэнь так и не вернулся.

Ся Сяо Мань по-прежнему ничего не сказал, и никто из евнухов и охранников в особняке не сказал ей о местонахождении принца Цзина, поэтому она решила больше не ждать.

Однако, когда она собиралась выйти, она внезапно столкнулась с входящим снаружи Цзюнь Цзю Чэнем.

– Ваше Высочество…

Гу Фэй Янь не сделала этого специально, но в своей голове не могла не вспомнить о неловком инциденте, случившемся между ними. Она даже забыла, что ждала его несколько дней. Девушка подсознательно повернулась, чтобы спрятаться.

Однако Цзюнь Цзю Чэнь давно ее заметил.

Он холодно сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, чего ты прячешься?

Гу Фэй Янь резко остановилась, взяла себя в руки и повернулась. Когда она увидела красивое лицо Цзюнь Цзю Чэня, то, не сдержавшись, покраснела.

После того как Цзюнь Цзю Чэнь прожил в храме Великой доброты два дня, его сердце наконец успокоилось. В конце концов, все было в пределах его расчетов, и даже мелкие неудачи не повредили бы общей ситуации. Однако, увидев покрасневшее лицо Гу Фэй Янь, он также почувствовал себя немного неловко. К счастью, Гу Фэй Янь этого не заметила.

Цзюнь Цзю Чэнь холодно спросил:

– Куда ты идешь?

Только тогда Гу Фэй Янь пришла в себя, и быстро уважительно поклонилась.

– Приветствую вас, Ваше Высочество, эта служанка направляется в храм Дали, – она сделала паузу, а затем быстро объяснила: – Ваше Высочество сказал в суде, что хотите, чтобы я помогала Божественному Аптекарю. Эта служанка видя, что у Божественного Аптекаря и господина Гуна не было никакого прогресса, поэтому я хотела пойти и взглянуть.

Не должно было так неловко говорить на эту тему, говорить о деле и прочем, верно?

Однако, пока говорила, Гу Фэй Янь снова отвлеклась. Она вспомнила объявления семей Чэн и Ци. Она подумала, что раз Его Высочество вернулся, он должен знать об этом, верно? А может, он специально вернулся, чтобы сделать объявление?

Конечно, Гу Фэй Янь размышляла только про себя. Даже если бы ее забили до смерти, она не посмела бы спросить об этом в присутствии Его Высочества.

– Нет необходимости идти.

Цзюнь Цзю Чэнь заложил руки за спину и отвернулся, глядя в другую сторону. В нескольких коротких предложениях он рассказал Гу Фэй Янь о догадках господина Гуна и Божественного Аптекаря, а также о некоторых подсказках, которые получил он сам.

К этому времени господин Гун и Божественный Аптекарь определили два источника Лю Дань Лу Шана. Одно было лекарственным растением из долины Шэньнуна, а другое – принадлежало самому старому лису.

В то время Гу Фэй Янь побывала снаружи, она наконец поняла ситуацию в лекарском сообществе на Континенте Глубинного Царства, о распределении лекарственных ингредиентов, о способах их покупки и продажи, и даже некоторых талантливых людях в мире медицины. Она, естественно, знала о таком известном месте, как долина Шэньнуна.

После того, как Цзюнь Цзю Чэнь закончил говорить, в ее глазах промелькнула тень подозрения.

Хотя на этот раз евнух У был схвачен, тайного письма-рецепта не было. Даже Чэн И Фэй не знал, как общались евнух У и старый лис. Это поняли только она и тот Вонючий Айсберг.

Теперь принц Цзин и господин Гун только подозревали, что старый лис был экспертом в медицине, но она была на сто процентов уверена, что старый лис был мастером-аптекарем, причем высшим знатоком.

Другими словами, Гу Фэй Янь не особо сомневалась в долине Шэньнуна, но предпочла, чтобы Лю Дань Лу Шан принадлежал старому лису.

Кроме того, Лю Дань Лу Шан был особенным. На участке земли обычно рос только один Лю Дань Лу Шан, и редко когда появлялись одновременно два растения, не говоря уже о трех. Что касается растений старого лиса, то они были примерно одного возраста, что и остальные корни Лю Дань Лу Шана. Подумайте только, насколько случайной была возможность собрать в разных местах растения одного возраста?

Поэтому, прежде чем Гу Фэй Янь позволила маленькому треножнику Царя Исцеления осмотреть Лю Дань Лу Шан, она уже вынесла предварительное суждение. Она догадалась, что эти три корня Лю Дань Лу Шана были посажены старым лисом!

Гу Фэй Янь была особенно серьезна, когда дело касалось ее собственной профессии. Она была так глубоко погружена в свои мысли, что бессознательно забыла смущаться и краснеть.

Она подняла взгляд и посмотрела на Цзюнь Цзю Чэня, и хотя тот смотрел в другую сторону, она по-прежнему серьезно смотрела на него.

– Ваше Высочество, гипотеза Божественного Аптекаря разумна. Однако я не осмелилась бы делать поспешные выводы, прежде чем тщательно не проверила эти три корня Лю Дань Лу Шана. Если это удобно, я хотела бы попросить Ваше Высочество, дать этой служанке три корня Лю Дань Лу Шана, для детального осмотра.

Цзюнь Цзю Чэнь повернулся, чтобы посмотреть на нее, только тогда поняв, что Гу Фэй Янь смотрит на него. Он казался несколько удивленным, но не проявлял особых эмоций. Наконец он встретился с ней взглядом. Его взгляд давно вернулся к своему обычному холодному и отстраненному состоянию, не оставляя никаких других следов.

– Что ж, я велю Ся Сяо Маню позже прислать его.

Гу Фэй Янь на мгновение задумалась и сказала:

– Ваше Высочество, не могли бы мне так же прислать пакет с порошком евнуха У?

Цзюнь Цзю Чэнь не понял.

– Какой в этом толк?

Гу Фэй Янь серьезно сказала:

– Три корня Лю Дань Лу Шана все еще целы. Но Лю Дань Лу Шан в порошке, должно быть, был произведен из другого растения, выходит у преступника было по крайней мере четыре корня! Эта служанка хотела попробовать, если я смогу узнать возраст порошка Лю Дань Лу Шана, то, может я смогу найти какие-нибудь подсказки.

Глаза Цзюнь Цзю Чэня вспыхнули от восхищения, и он кивнул головой:

– Хорошо, его тоже пришлют.

Они закончили обсуждать дело, и слова закончились.

Конечно, Гу Фэй Янь хотела ускользнуть как можно скорее, но как только она собиралась уйти, Цзюнь Цзю Чэнь внезапно повернул голову, чтобы посмотреть на дальнюю правую стену, и резко спросил строгим голосом:

– Кто там?

Кто там?

Там кто-то был?

Гу Фэй Янь сначала вгляделась, но никого не увидела. Верх стены был пуст; и не было слышно ни звука.

Однако почти одновременно со всех сторон вылетело несколько темных охранников, и все они перепрыгнули через стену, чтобы броситься в погоню. Они не остановились на вершине стены.

– Ман Чжун, присмотри за ней! – холодно крикнул Цзюнь Цзю Чэнь, быстро приняв решение лично преследовать их. Его скорость была настолько высокой, что даже Гу Фэй Янь не могла ясно видеть его. Однако, хотя его скорость была высока, она была не столь быстрой, как когда он маскировался под человека в маске.

После того, как Цзюнь Цзю Чэнь ушел, Ман Чжун немедленно появился рядом с Гу Фэй Янь. Он серьезно сказал:

– Девушка-аптекарь Гу, этот убийца определенно не обычный человек. Пожалуйста, вернись в павильон Минъюэ. В следующие несколько дней я буду защищать тебя.

Гу Фэй Янь была достаточно умна, чтобы понять слова Ман Чжуна.

– Вы подозреваете, что это был убийца от старого лиса, и он пришел за мной?

Ман Чжун честно ответил:

– Его Высочество, вероятно, имел это в виду, я тоже так думаю.

«Вот гад! Он не осмелился сделать это лично, или боялся, что расследование коснется его? Эта девушка-аптекарь обязательно вытащит твой лисий хвост! Новые и старые обиды будут улажены вместе!» – про себя сказала Гу Фэй Янь. После того как она получила три корня Лю Дань Лу Шан и лекарственный порошок, она вернулась в павильон Минъюэ и, сразу же закрыв окно, поместила все в маленький треножник Царя Исцеления.

Маленький треножник Царя Исцеления хоть казался маленьким и имел ограниченный объем, но когда предмет был помещен в него, он сразу же бесследно исчезал, войдя в пространство.

Лю Дань Лу Шан не был обычной травой, поэтому дальнейшее изучение, естественно, потребовало времени и усилий. Что касается порошка, Гу Фэй Янь хотела исследовать не только Лю Дань Лу Шан, но и прочие травы. Это требовало усилий.

Гу Фэй Янь отложила ингредиенты в сторону и села на кушетку лоухань, прежде чем сосредоточиться на активации маленького треножника Царя Исцеления.

Никто не знал, что случилось с Цзюнь Цзю Чэнем, но через четверть часа маленький треножник Царя Исцеления представил Гу Фэй Янь свое заключение. Оно было крайне шокирующим…

Страница книги Гениальная жена по ядам 2: Ласточка Императора в интернете

Table of Contents

Глава 1 – Пролог

Глава 2 – Ограбление, человек в маске

Глава 3 – Принц Цзин, Цзюнь Цзю Чэнь

Глава 4 – Критическое состояние, неотложная помощь

Глава 5 – Девчонка, ты собираешься восстать!

Глава 6 – Очень странный рецепт

Глава 7 – Кормление лекарством, восхищенные взгляды

Глава 8 – Как такое могло случиться

Глава 9 – Запоздалые воспоминания о помолвке

Глава 10 – Служебное и личное, у всякого дела только одна истина

Глава 11 – Вернуть обратно «черный горшок*»

Глава 12 – Великолепно, одобряю

Глава 13 – Провокация, «грязная вода»

Глава 14 – Дать волю рукам, она сделала это нарочно

Глава 15 – Умно, остановить слухи слухами

Глава 16 – Еще одна поклонница

Глава 17 – Жестокость, между двух огней

Глава 18 – Она спасена

Глава 19 – Она запомнит эту милость

Глава 20 – Вежливость, не дождетесь

Глава 21 – Брак, тоже мне ценность

Глава 22 – Дать им два варианта

Глава 23 – Байкот, голод

Глава 24 – Этот генерал приглашает тебя поесть

Глава 25 – Сесть и посплетничать

Глава 26 – Унесена, необузданный

Глава 27 – Как бы не старался, он не сможет справиться с этим

Глава 28 – Просьба остаться в армии

Глава 29 – Давайте сделаем ставку

Глава 30 – Какое совпадение, встреча с убийцей

Глава 31 – Доказательства, стопка рецептов

Глава 32 – Я должен тебе две жизни

Глава 33 – Проклятье, принцесса перехватила человека

Глава 34 – Так тепло, так уютно

Глава 35 – Угадать человека во дворце

Глава 36 – Попасть в ловушку

Глава 37 – Обещаю, я заберу тебя

Глава 38 – Почему ты беспокоишься из-за иероглифа «девять»

Глава 39 – Не дай мне увидеть тебя снова

Глава 40 – Врождённый темперамент

Глава 41 – Выбор человека, иероглифы даты рождения

Глава 42 – Вонючий Айсберг не мог сравниться с ним

Глава 43 – Приподнятое настроение

Глава 44 – Испытать на себе судьбу

Глава 45 – Переживания, сразу приступить к работе

Глава 46 – Возвращение, он все слышал

Глава 47 – Вы все жуткие лжецы

Глава 48 – Личные дела принца Цзина

Глава 49 – Принц пришёл в себя

Глава 50 – Жажда убийства, ваш секрет

Глава 51 – Ваше Высочество, пожалуйста, не надо...

Глава 52 – Мужчина-бог, богохульство недопустимо

Глава 53 – Она была ошеломлена, и он тоже был ошеломлен

Глава 54 – Только между тобой и мной

Глава 55 – Лечебная диета, быть бдительной

Глава 56 – У пакета с травами большая проблема

Глава 57 – Обещаю, я сделаю это

Глава 58 – Арест. Ситуация изменилась

Глава 59 – Предательство, плохи дела

Глава 60 – Случайность, неправильные выводы

Глава 61 – Посещение храма Дали ради доказательств

Глава 62 – Не все так просто

Глава 63 – Правда, 90% уверенности

Глава 64 – Что ещё мы можем поделать

Глава 65 – Слезы счастья

Глава 66 – Хуай Нин, я обидел тебя

Глава 67 – Какая отличная драма

Глава 68 – Эффект лекарства, убийство

Глава 69 – Божественный Аптекарь, вы ошибаетесь

Глава 70 – Несчастный вид

Глава 71 – Ужасающе безупречно

Глава 72 – Безмерная ненависть

Глава 73 - Оскорбление, похищение по дороге

Глава 74 – Под наблюдением Вонючего Айсберга

Глава 75 – Идиотка, его недовольство

Глава 76 – Нахал

Глава 77 - Слушай внимательно и запомни, я хочу тебя

Глава 78 – Сопровождение, оценка

Глава 79 – Похоже, она получит повышение

Глава 80 – Смена подозреваемого

Глава 81 – Настоящий мастер

Глава 82 – Плач принцессы Хуай Нин

Глава 83 – Ты согласен

Глава 84 – Удивлен, застигнут врасплох

Глава 85 – Что подумают люди?

Глава 86 – Не забывай о третьей молодой мисс семьи Хань

Глава 87 – Расчеты императорской наложницы Юнь

Глава 88 – Всего лишь пешка

Глава 89 – Треножник Царя Исцеления

Глава 90 – Они никуда не спешат

Глава 91 – Семья Ци не может ждать

Глава 92 – По слухам, принц Цзин был отправлен к стенам храма Великой Доброты

Глава 93 – Старый лис тоже встревожен

Глава 94 – Принести извинения и расторгнуть брачный договор

Глава 95 – Извинения, благодарность, поздравления и признание

Глава 96 – Возвращение, ни в коем случае не обычный

О книге