Новый судмедэксперт

Том 1. Город грехов.

Глава 1. Новый судмедэксперт.

Утром солнце поднялось над горизонтом.

Первый луч света проник в оживленный город, играя тенями на окнах небоскребов.

Начинается новый день.

Город наполняется звуками: кричат птицы, шуршат насекомые. В жилых домах натирают полы и открывают шторы, впуская солнечный свет.

На эстакаде выстроилась длинная очередь из машин. Баннеры в торговых центрах за углом улицы начали мигать. В воздухе раздавались звуки клаксонов, шорох шин и гул перекрестков. Как только светофор менял цвет, люди — мужчины, женщины, дети — проносились мимо, разбегаясь в разные стороны.

С приходом и уходом людей весь Биньчэн оживал.

Это крупный город с десятками миллионов жителей.

На западе раскинулись поля и обширные зелёные зоны. Север украшает горный хребет, где скрыты богатые залежи полезных ископаемых. На юге процветает интернет-экономика, а восточное побережье издавна служит торговым путём.

С моря сюда легко добраться, но горные склоны покрыты пиками и отвесными скалами.       Последователи фэн-шуй знают: это место, обращённое спиной к горам и обращённое к воде, — настоящий талисман.

В утренний час пик по дороге мчалось такси. Водитель ворчал, продолжая жаловаться пассажиру на заднем сиденье.

– Наше муниципальное управление Биньчэна... Я не хочу это говорить, но всё очевидно. Снаружи город выглядит гламурно и красиво, это город первого международного уровня. Но посмотрите на эту дорогу: заплаты латаются слой за слоем, ухабы разбухли так, что когда едешь быстро, болит спина. В час пик на дорогах возникают пробки, а после дождя на них образуются реки. Строительство линии метро № 4 шло несколько лет, некоторые дороги были закрыты, но затем работы остановились, и она всё ещё недоступна для движения.

До того как промышленность на севере начала бурно развиваться, здесь были большие площади хороших сельскохозяйственных угодий и множество фабрик. Затем объявили, что это место загрязнено, и фабрики начали закрываться одна за другой. Я помню, это было несколько лет назад, тогда всё казалось серым. Цены на продукты растут, и если ситуация не изменится, мы не сможем позволить себе даже яйцо.

На заднем сиденье сидел красивый молодой человек лет двадцати. Он был высоким, немного худощавым, с белоснежной кожей.

Водитель продолжал, не обращая внимания на реакцию слушателя:

— Кроме того, район к западу от города раньше был малонаселенным. По ночам на тех дорогах продают все подряд, и этим занимаются многие. Мы, таксисты, боимся переходить эту дорогу ночью, чтобы не стать жертвами ограбления. Ночью в маленьком парке много бесцельно гуляющих людей и нелегальных такси. Когда я увидел тебя, сразу понял, что ты впервые в Биньчэне. Ты путешествуешь или приехал к девушке?

— Нет, я здесь по работе, — наконец ответил молодой человек приятным и тихим голосом. — А что сейчас?

— Недавно я узнал, что в прошлом году назначили нового руководителя, который провел реформы. По-моему, прежний начальник давно должен был уйти. Я скучаю по временам, когда руководил директор Линь. Он был настоящим служащим народа и заболел на работе. На его похороны пришло столько людей... Общественная безопасность в этом городе управляется разными людьми, каждый по-своему. Чем крепче держишь власть, тем эффективнее руководство. Но если ослабишь контроль, процесс пойдет сам собой и его уже не остановить.

Его руки лежали на коленях, пальцы были сложены вместе. Он слушал, водителя, не перебивая.

Водитель, закончив говорить, посмотрел на пассажира:

– Ты хочешь выйти на перекрестке Чанхэ?

Молодой человек ответил:

– Проедите перекресток и остановитесь через тридцать метров.

Водитель затормозил и окликнул его. Молодой человек поднял голову и увидел надпись «Бюро общественной безопасности города Биньчэн».

Водитель вздрогнул и вспотел. Он знал только дороги и не сразу понял, что это за место.

Молодой человек с равнодушным видом отсканировал QR-код для оплаты поездки.

Водитель неловко улыбнулся:

– Молодой человек, это была шутка. Не принимайте всерьез. Общественная безопасность в Биньчэне отличная, никаких проблем.

Молодой человек задумчиво ответил:

– Я не думаю, что вы ошиблись.

Оплатив поездку, он подошел к багажнику за вещами. В руках у него была коробка и маленький горшок с мятой. Саженцы источали слабый аромат.

Пройдя досмотр, он направился в отдел кадров. Молодой человек достал из сумки бумаги и передал их сотруднику.

Работники отдела кадров изучили аттестат об окончании школы, все документы и информацию из системы. В бумагах значилось имя Шэнь Цзюньци, профессия — судебная медицина. Сегодня он должен был прийти в городское бюро.

Молодой человек был красив, с белоснежной кожей и холодным темпераментом. Сотрудники не могли оторвать от него глаз, а затем обратили внимание на его рабочий график.

Подразделение, куда он должен был отправиться, им было неизвестно. Один из сотрудников отдела кадров спросил:

— Специальный уголовный отдел — это что за отдел? Я здесь много лет, но такого раньше не видел.

Шэнь Цзюньци слегка опустил голову. Солнечный свет создавал тень на его ресницах. Он избегал взглядов сотрудников и казался необщительным.

— Это новый отдел, основанный директором Дином, — ответил он. — Обычная работа остаётся за судебно-медицинскими экспертами.

Полное название Специального уголовного отдела — Отдел по расследованию особых уголовных дел. Это недавно созданная группа, состоящая из небольшого числа людей. Её можно считать специальным следственным подразделением Бюро общественной безопасности Биньчэна.

Недавно создали новый уголовный отдел, поэтому новички пока не в курсе всех деталей.

Оклады и контракты утвердили давно.

Шэнь Цзюньци перевели из провинции. Ему дали много времени на решение, поэтому он тянул до последнего.

После оформления документов ему выдали пропуск, ключ-карту и напомнили:

– Отдел судебно-медицинской экспертизы в корпусе 3, за двором, в Центре судебно-медицинской экспертизы. Зайдите в офис логистики за компьютером и канцелярией.

Шэнь Цзюньци поблагодарил и вышел.

Сегодня последний день учений в муниципальном бюро Биньчэна. Почти все полицейские на площадке за зданием, кроме дежурных. В бюро было пусто.

Шэнь Цзюньци знал, что сделал новый директор бюро.

Первым делом он начал улучшать физическую подготовку полицейских. Велел ветеранам бегать по утрам, усердно тренироваться и проходить аттестации. Директор Дин получал жалобы на проблемы в отделе, и создание Специального уголовного отдела стало одной из реформ.

Шэнь Цзюньци спускался по лестнице в судебно-медицинский центр, когда получил сообщение от директора. Тот просил его дождаться сотрудника из отдела экспертизы, чтобы привести себя в порядок и отдохнуть. Встреча должна была состояться после инструктажа.

Центр судебно-медицинской идентификации Муниципального бюро построили восемь лет назад. Он состоит из трех этажей и оснащен самым современным оборудованием.

У двери кабинета Шэнь Цзюньци встретил молодого судмедэксперта.

– Это вы, судмедэксперт Шэнь? – спросил тот.

– Да, – кивнул Шэнь Цзюньци.

Судмедэксперт Ци Иань был молод, с короткими волосами и большими глазами. Он выглядел солнечным и был разговорчивым. Встретившись с Шэнь Цзюньци, он нервно сложил руки.

– Здравствуйте, учитель Шэнь. Меня зовут Ци Иань. Я ваш помощник как судебно-медицинский эксперта. Буду рад поработать с вами.

Судебно-медицинская экспертиза — это система ученичества, встречающаяся редко. Обычно наставник — это опытный судмедэксперт, а ученик — молодой специалист. Перед ним стоял Шэнь Цзюньци, назначенный муниципальным бюро эксперт.

Шэнь Цзюньци кивнул.

Ци Иань подумал, что мастер не очень разговорчив и кажется немного холодным.

Он взял инициативу в свои руки и продолжил:

— Моё имя — «деньги», когда они собраны вместе. Некоторые зовут меня судмедэкспертом Сяо Цянь, вместо того чтобы говорить «судмедэксперт Ци».

Ци Иань произвел хорошее впечатление на учителя, но тот показался ему слишком молодым и холодным.

Ци Иань взял коробку и горшок с мятой у Шэнь Цзюньци. От горшка исходил слабый, приятный аромат.

Ци Иань почувствовал знакомый запах, но не мог точно определить его. Он напоминал аромат мяты, но был смешан с чем-то еще.

Пока они шли к офису, Ци Иань много говорил. Наконец, Шэнь Цзюньци сказал:

— Я не очень хорош в общении. Просто относитесь ко мне как к коллеге. Если вы не хотите работать в Специальном уголовном отделе, можете уйти в любое время.

Это был намек на то, чтобы Ци Иань отступил. Ци Иань подумал, что сделал что-то не так, но, посмотрев на лицо Шэнь Цзюньци, понял, что это не так. Он не стал обращать внимание на эти слова.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Как давно вы здесь работаете?

- Уже два месяца я работаю в отделе судебно-медицинской экспертизы.

Он давно здесь и успел подружиться со всеми в судебно-медицинском отделе и в отделе по уголовным расследованиям. Он не раз приходил им на помощь.

После короткой беседы Ци Иань отправился в офис логистики. Там он помог Шэнь Цзюньци получить необходимое оборудование и канцелярские принадлежности. Он установил систему и помог Шэнь Цзюньци войти в нее, а затем проводил его в центр судебно-медицинской идентификации.

Этот центр разделен на две части: судебно-медицинскую и физическую экспертизу.

Физическая экспертиза занимается вещественными доказательствами, проверкой следов, хранением доказательств, наркотиков и идентификацией судебно-медицинских документов.

Судебная медицина делится на две части: отделение аутопсии и отделение судебно-медицинской идентификации.

Аутопсия — это в основном вскрытие тел. Она проводится в трех случаях: после дорожно-транспортных происшествий, несчастных случаев на производстве и в рамках уголовных дел.

Отделение судебно-медицинской идентификации — это судебно-медицинская клиника, которая занимается экспертизой травм, обследованием родителей и детей, а также психическими обследованиями.

В здании также расположены несколько лабораторий: судебно-медицинская, обычная, лаборатория ДНК и лаборатория ядов и наркотиков.

Это комплексная структура, включающая все необходимые отделы для эффективной работы бюро уголовного расследования.

Анатомический кабинет оснащен вентиляцией и большими стеклянными окнами, выходящими в коридор, что позволяет наблюдать за вскрытиями снаружи.

Из-за сегодняшнего мероприятия большинство судебных медиков отсутствуют в офисе. В отделении криминалистической аутопсии остались только два дежурных эксперта: Чэн Гун и Вэнь Вань.

Чэн Гун работает в отделе три года, а Вэнь Вань — семь лет.

Ци Иань представил их Шэнь Цзюньци.

Чэн Гун улыбнулся, сказал несколько вежливых слов и сделал комплимент.

– С таким профессионалом, как судмедэксперт Шэнь, наш судебно-медицинский отдел в будущем будет работать эффективнее и с меньшими затратами, – сказал Чэн Гун.

Шэнь Цзюньци скромно ответил:

– У меня не так много опыта, и я многого не знаю. Буду рад если вы поделитесь со мной своим опытом.

Когда они ушли, Чэн Гун спросил Вэнь Вань:

– Это он присоединился к Специальному уголовному отделу?

– Да, его перевели из провинциального департамента, – кивнула Вэнь Вань.

Директор Дин лично подбирал сотрудников для Специального уголовного отдела. Этот отдел будет подчиняться только ему, и никто в бюро не хотел туда переходить.

Особенно это касалось судебно-медицинского отдела, который уже испытывал нехватку кадров и имел огромную нагрузку. Кто захочет работать в новом подразделении с таким давлением и неопределенным будущим? Поэтому никто не был готов менять место работы.

В отчаянии директор Дин нанял внешних судебно-медицинских экспертов и обратился за помощью в провинциальный отдел. Он пригласил молодого специалиста на работу.

Вэнь Вань изучила анкету Шэнь Цзюньци. Ему 27 лет, его университетские оценки средние. После окончания университета он взял годичный творческий отпуск, а затем работал три года. Его резюме нельзя назвать отличным.

В судебно-медицинском центре Биньчэна работают в основном высококвалифицированные сотрудники. Например, двое из них окончили факультет судебной медицины известного Университета общественной безопасности, в то время как Шэнь Цзюньци учился в колледже, что немного разочаровывает.

Чэн Гун спросил:

— В любом случае, он из Специального уголовного отдела и, скорее всего, не будет часто пересекаться с нами. Кстати, капитан отдела уже назначен?

— Есть новости. Я слышала, что их отделом будет руководить капитан Гу.

Чэн Гун удивился:

— Капитан Гу? Кто это?

Вэнь Вань объяснила:

— Он из отдела логистики.

Чэн Гун был поражен:

— Как логист может стать капитаном криминальной полиции?

- Он был примерно моего возраста, когда присоединился к городскому бюро. Начал с уголовных расследований. Тогда директор Линь еще был жив и заботился о нем, обучал как родного сына. Был очень конкурентоспособным, раскрыл ряд сложных дел, включая дело Сюй Чэнхуана.

Чэн Гун наконец понял:

– Я слышал про дело Сюй Чэнхуана. Говорят, его расследовали почти год.

– Позже директор Линь заболел и умер. Вскоре он перешел в отдел материально-технического обеспечения. Он отвечает за управление полицейскими собаками, закупку снаряжения и обучение новобранцев. Его можно считать руководителем этого отдела. Недавно директор Дин решил создать специальный криминальный отдел и решил, что никто из текущих капитанов не подходит. Он вспомнил о нашем коллеге и предложил ему эту должность. Директор Дин поговорил с командиром Гу и выбрал его.

Чэн Гун спросил:

– Но он уже несколько лет не работал на передовой. Ты считаешь это нормально?

– Разве ты сейчас не тренируешься в боевых искусствах? – спросила Вэнь Вань. – Твои успехи стали известны, и ты знаешь, кто занял первое место?

Чэн Гун удивился:

– Неужели это капитан Гу?

– И снайпер, который побил рекорд на дистанции в 100 метров, – добавила Вэнь Вань, задумавшись. – Сегодня учения вооруженной полиции, и я слышала, что командир Гу вытянул карту БОССа. Будет на что посмотреть.

В полдень Шэнь Цзюньци отвел Ци Ианя в ресторан рядом с городским бюро, сказав, что угостит его обедом.

Судмедэксперт Шэнь делал заказы, а Ци Иань надеялся, что навыки Шэнь Цзюньци превосходны и он сможет многому научиться у мастера.

Теперь, когда он начал работать, у него появились свои планы и амбиции. Он любил судебно-медицинское дело и выбрал эту профессию, несмотря на возражения семьи.

После обеда Ци Иань проводил Шэнь Цзюньци в судмедэкспертизу.

Поскольку судебным медикам часто приходится работать по ночам и иногда более восьми часов, им нужна комната отдыха.

Инфраструктура муниципального бюро Биньчэна развита хорошо. В гостиной стояли диваны и журнальные столики для отдыха, а у каждого эксперта была своя кровать.

Специальный уголовный отдел — это отдельное подразделение, поэтому гостиная предназначалась только для Шэнь Цзюньци и Ци Ианя.

Комната была небольшой. Кровать Ци Ианя уже была заправлена, и он предложил свою помощь Шэнь Цзюньци, но тот отказался.

Ци Ианю нечем было заняться. Он сел на стул, чтобы поболтать с Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци достал коробочку с тибетскими благовониями, достал ароматическую палочку и поджег её зажигалкой. Он вставил палочку в подставку.

Теперь Ци Иань понял, откуда взялся приятный запах.

Ароматическая палочка испускала тонкую струйку дыма с приятным ароматом.

В комнате судебно-медицинской экспертизы обычно стоит смесь запахов: трупов, крови и формалина. Их невозможно убрать даже с помощью вытяжного вентилятора.

Но сейчас в гостиной витал аромат тибетских благовоний. Постепенно он становился сильнее, вытесняя все остальные запахи. Аромат оседал, на одежде и стенах, немного успокаивая.

Шэнь Цзюньци застилал постель. Он достал из чемодана подушку, снял простыни из административной конторы и постелил свои, темно-синие, из тонкого тутового шёлка. На солнце они переливались, словно драгоценные камни.

Ци Иань, глядя на кровать Шэнь, подумал, что его собственное ложе выглядит как свиная лежанка по сравнению с этим великолепием.

Шэнь Цзюньци закончил и спросил:

– Кто директор отдела уголовно-криминалистической экспертизы?

– Директора зовут Лу Цунь. Ему подчиняются судмедэксперт Лю, самый опытный здесь, Вэнь Вань, Чэн Гун и ещё трое экспертов, с которыми вы уже познакомились. Есть ещё стажёр, Сун Цаньчэн.

Пока Шэнь обустраивал свою зону отдыха, Ци рассказал ему о структуре отдела.

Закончив, Шэнь достал домашние тапочки и зевнул, прикрывая рот рукой. Он выглядел очень уставшим.

– Ци Иань, хочешь отдохнуть? – предложил он.

Ци Иань удивился.

Шэнь снова зевнул:

– Я хочу немного поспать. Если ты тоже устал, можем отдохнуть вместе.

Ци Иань был в растерянности.

Кто бы мог подумать, что руководитель предложит подчиненным вздремнуть в первый же рабочий день?

Ци Иань смущенно отказался:

– Нет, я не хочу спать. Учитель, отдыхайте, а я пойду в рабочий кабинет.

Он вышел из гостиной и сел за стол, все еще не придя в себя от неожиданности.

За месяц он хорошо изучил обстановку в отделе.

В муниципальном бюро Биньчэна работа кипела. Во время обеда был час перерыва, и если удавалось найти место в комнате отдыха, это уже считалось удачей. Там можно было не только поесть, но и немного поспать. Однако на практике это случалось редко.

Причина была проста – руководство центра судебно-медицинской экспертизы было очень строгим.

Если кто-то решался вздремнуть в гостиной в рабочее время, его тут же подозревали в лени.

Поэтому комнаты отдыха в бюро чаще всего использовались во время ночных дежурств. После долгих часов работы ночью действительно было трудно не уснуть.

Такой график работы напоминает «996» в больших компаниях. Он не строгий, но все его соблюдают. Если кто-то решит работать иначе, его сочтут инопланетянином.

Ци Иань провел ладонью по лбу. Он подумал, что Шэнь Цзюньци не понимает ситуацию. Нужно тактично намекнуть ему, чтобы избежать слухов.

За дверью раздался шум и плач. Сейчас был полдень, и в отделе судебно-медицинской экспертизы находились только Ци Иань и два дежурных врача-криминалиста. Когда эксперты услышали шум, они выглянули наружу. Ссора стала громче, как только двери открылись. Казалось, что это ссора стариков с молодежью, сопровождаемая громким плачем.

Старушка кричала:

– Моя семья несчастлива!

– Выйдя замуж за вашего неудачника, вы навлечете неудачу на восемь поколений!

– Кем ты себя возомнил, чтобы издеваться над моей сестрой!

– Товарищи полицейские! Это убийство!

– Черт возьми! Полицейские еще ничего не сказали, а ты уже думаешь, что оправдана.

Криминальный полицейский пытался навести порядок:

– Это судебно-медицинская экспертиза, не устраивайте скандал. Оставьте тело здесь и  ждите результатов.

Ци Иань наблюдал, как полицейские успокаивали ссорящихся родственников. Вероятно, свекровь поругалась с родственниками. Седьмая и восьмая тёти перегородили коридор.

Чэн Гун спросил:

– Что происходит? Где капитан Шао?

Молодой полицейский ответил:

– Капитан Шао на совещании. Скоро вернётся.

Ци Иань узнал этого полицейского. Его звали Юй Шэнь. Он проработал в бюро два месяца.

Пока полиция уводила членов семьи, Юй Шэнь вытер пот и протянул заявление на вскрытие:

– Случай несложный, но с родственниками справиться трудно.

Вэнь Вань заметила на запястье Юй Шэня кровавые царапины:

– Ты ранен. Нужно перевязать.

Ци Иань скривил губы:

– Этот человек, вероятно, использовал технику «Когтя Девяти Инь», чтобы так сильно поцарапать его.

Юй Шэнь посмотрел на своё запястье и беспомощно сказал:

– Эта семья живёт в соседнем посёлке, поэтому я просто взял тело с собой... – он протянул пластиковый пакет. – Тело здесь, пожалуйста, проведите вскрытие.

Пакет был маленьким, грязным и тяжёлым.

– Это труп? – Вэнь Вань не ожидала, что Юй Шэнь принесёт тело. Она взяла пакет и заглянула внутрь. Её лицо изменилось, она застыла.

Чэн Гун подошёл ближе, но ничего не сказал.

В пакете лежал труп младенца – маленькая, помятая масса. Пуповина была разорвана, рядом лежала плацента. Тело было грязным, как будто его только что выкопали.

Перед ними был труп недоношенного ребёнка.

Вэнь Вань закрыла пакет, прежде чем прийти в себя. Она подняла голову и спросила Юй Шэня:

– Что с ним случилось?

Юй Шэнь ответил:

– Вы знаете деревню Дунсян рядом с округом Ся на острове Биньчэн? Два дня назад невестка по имени Чжао родила недоношенного ребёнка, девочку, и её не успели отправить в больницу. Невестка всё ещё плохо себя чувствует. Когда приехала скорая, свекровь сказала, что ребёнок умер, и она решила похоронить его на заднем дворе. Через некоторое время её родители узнали об этом, и пришли навестить дочь. Тогда она поняла, что что-то не так. Она сама вызвала полицию и выкопала ребёнка.

Чэн Гун нахмурился:

– Разве в округе Ся нет местного патологоанатома? Зачем вы обратились в городское бюро?

Юй Шэнь ответил:

– Ребенок родился недоношенным. Наш судмедэксперт осмотрел его и сказал, что вскрытие невозможно. Семья шумная, они поссорились, поэтому дело передали нам.

Чэн Гун уточнил:

– Невестка подозревает свекровь в детоубийстве?

Юй Шэнь кивнул:

– Мужа не было дома, остались только невестка и свекровь. Невестка родила быстро, но была слишком слаба и уснула. Она утверждает, что слышала детский крик, значит, девочка родилась живой. Свекровь забрала ребенка и, возможно, убила его. Она настаивала, что ребенок родился мертвым и не плакал. Когда она слышала плач, это были галлюцинации, считает она. Обе стороны согласились: семья матери выкопала тело и обратилась в полицию для экспертизы.

Независимо от текущего состояния ребенка, важно установить, был ли он жив при рождении.

Судебно-медицинские эксперты молчали. Юй Шэнь спросил:

– Можно провести расследование?

Вэнь Вань ответила:

– Проверим, но потребуется тест на плавучесть. Ребенок недоношенный, это усложняет задачу. Пойдем и проведем исследование.

Лучшими методами для непосредственной оценки живорождений и мертворождений младенцев являются обследования, такие как рентген легких и желудочно-кишечного тракта.

Юй Шэнь сказал:

– Результаты нужны сегодня. Они привезли целую группу людей из деревни. Если это займет много времени, семья сможет свергнуть нашу команду.

Чэн Гун взял ребенка и отнес его в прозекторскую. Он положил тело на стол. Из-за недоношенности ребенок был размером с котенка.

Чэн Гун осмотрел труп и сказал Юй Шэню:

– Это сложно. Многие эксперты из центра сегодня заняты. Судмедэксперт Лю в отпуске. Здесь нет всех специалистов, поэтому лучше заморозить тело и подождать окончания мероприятия.

Юй Шэнь встревожился:

– Нет, судмедэксперт Чэн, решайте сейчас. Если отложить, семья снова создаст проблемы.

С точки зрения судебно-медицинской экспертизы, тело со временем меняется, поэтому, чем раньше провести вскрытие, тем лучше.

Чэн Гун почувствовал себя неловко:

– Хорошо, давай попробуем… – Он обратился к Вэнь Вань: – Сестра Вэнь, это сделаешь ты или мне?

Вэнь Вань, близорукая в своих очках, с сомнением посмотрела на тело ребенка. Оно было недоношенным, с маленькими органами и покрыто землей.

– У меня плохое зрение, – сказала она. – Лучше тебе, Сяо Чэн.

Чэн Гун вздохнул, провел пальцами по столу и согласился:

– Тогда я сделаю это. Ци Иань, запиши, пожалуйста.

Ци Иань, стажёр, отлично справлялся с ведением записей вскрытия.

Юй Шэнь понаблюдал за их работой и вышел из анатомического кабинета.

Ци Иань настроил камеру, Вэнь Вань подготовила инструменты, а Чэн Гун переоделся, продезинфицировался и приступил к вскрытию.

– Длина тела – 40,5 см, рост сидя – 27,7 см, вес – 2,2 кг…

Далее следуют измерения окружности головы, груди и живота, а также бипариетальный и затылочный диаметры, диаметр родничков.

Ци Иань вел запись, склонив голову набок, фиксируя результаты.

Ребенок родился недоношенным, но в больнице у него были бы шансы выжить.

Чэн Гун сформировал мнение о новорожденном. Контур грудной клетки превышал окружность живота, были следы опухоли и гематома на голове. По его мнению, это был живорожденный.

Пока можно лишь утверждать, что младенца похоронили. Что произошло в процессе захоронения, повлияет на решение суда.

Табу на идентификацию – не путать живорождение с жизнеспособностью. Главное – тест на плавучесть для окончательного ответа.

После стандартных измерений началось вскрытие. Чэн Гун сделал первый разрез от груди до живота. Маленький труп напоминал тофу, раскрывающийся при прикосновении.

Тонкая кожа ребенка была полупрозрачной. При разрезе обнажились мелкие внутренние органы. Грудина была тонкой, а кровеносные сосуды – толщиной с волос. Скальпель прорезал брюшную полость, обнажая кишечник, похожий на пучок скрученных проводов.

Всплытие легких и желудочно-кишечного тракта — точные методы. Нужно отрезать и перевязать органы, опустить их в воду и следить за плавучестью. Ошибок быть не должно, иначе усилия будут напрасны. Определить, был ли ребенок жив при рождении, станет еще сложнее.

После первого разреза Чэн Гун растерялся, не зная, как сделать второй. Он почувствовал, что это вскрытие отличается от предыдущих вскрытий. Его руки начали дрожать.

– Я... думаю, у меня не получится. Это тело слишком маленькое, и оно уже было в земле. Возможно, через пару дней я смогу определить причину, но сейчас я не уверен. Я делал тест на плавучесть два раза с ребенком весом 7-8 фунтов. Но этот ребенок намного меньше, поэтому я сомневаюсь.

Вскрытие недоношенного ребенка — сложная медицинская операция, испытание для глаз, рук и навыков эксперта.

Ци Иань заметил, что Вэнь Вань и Чэн Гун напуганы. Он спросил:

– Есть ли кто-то еще, кто может провести вскрытие?

Вэнь Вань уже отправила сообщение директору Лу и поместила фотографии в группе. Она покачала головой.

- Лао Лу ответил, что не может это сделать. Его взгляд затуманился, и он обратился за помощью к другим экспертам.

Чэн Гун взял нож, поднял голову и спросил: – Кто еще в бюро может выполнить такую тонкую работу?

– Может, доктор Лю? — предположила Вэнь Вань.

– Но он же в отпуске, — с тревогой ответил Чэн Гун. — Как можно утолить жажду издалека?

Вэнь Вань окинула группу взглядом и нахмурилась: – Не так много людей имеет опыт в анатомии младенцев. Некоторые сказали: «Мы не можем привлекать помощь со стороны».

Очевидно, другие судебные медики не хотели брать на себя эту задачу.

Чэн Гун сначала занервничал, но, услышав это, закашлялся:

– Вы что, издеваетесь надо мной? Почему бы нам не привлечь судебного врача из провинции? Теперь все понятно… Забудьте об этом, нужно сосредоточиться и сделать это самому.

Он решил относиться к трупу ребенка как к животному. В школе он препарировал некоторых животных, и все они были очень нежными.

Но, в конце концов, этот ребенок отличался от животных. Он родился, чтобы жить.

Чэн Гун стиснул зубы, опустил голову и продолжил, но его сердце бешено колотилось, а руки дрожали. Вэнь Вань наблюдала за ним со стороны, ее сердце словно остановилось, и она едва сдерживала крик.

Внезапно позади них протянулась рука и схватила Чэн Гуна за запястье. Твердая ладонь остановила скальпель, который тот держал. Ци Иань обернулся и увидел Шэнь Цзюньци, которого здесь быть не должно — тот еще отдыхал.

Все так увлеклись происходящим, что не заметили его появления. Ци Иань удивленно спросил:

— Учитель, вы уже встали?

— Давно, — коротко ответил Шэнь Цзюньци.

Он выглядел уставшим, или это просто из-за лица, обращенного к трупу? Его черты оставались непроницаемыми, а голос звучал жестко.

Шэнь Цзюньци надел перчатки и маску. Под ярким светом бестеневой лампы его длинные ресницы казались четкими и выразительными. Брови придавали лицу еще большую красоту, но он не улыбался. Казалось, мягкость, с которой он обычно общался, была лишь маской.

Его серьезное и сосредоточенное выражение кардинально меняло его образ. Все в его облике излучало холодность, которая отталкивала каждого, кто осмеливался подойти ближе.

Тест на всплытие

Глава 2. Тест на всплытие.

Чэн Гун почувствовал, что встретил человека, который сможет ему помочь. Вэнь Вань поговорила с лидерами группы, и они дали разрешение.

Шэнь Цзюньци был готов, но Вэнь Вань все равно волновалась. Она сказала ему:

— Судмедэксперт Шэнь, попробуй сначала. Если что-то пойдет не так, мы найдем выход.

Шэнь Цзюньци уверенно взял инструменты. Его длинные и тонкие пальцы легко держали нож. Он начал вскрытие без колебаний. Скальпель плавно разрезал живот ребенка. Нож был острым и точным, лезвие скользило по телу.

Шэнь Цзюньци полностью сосредоточился на работе. Его взгляд был устремлен только на тело.

Вэнь Вань ничего не сказала. Они с Чэн Гуном обменялись взглядами и поняли, что Шэнь Цзюньци действительно мастер своего дела.

После вскрытия брюшной полости и брюшины, чтобы продолжить наблюдение, нужно вскрыть грудную клетку. Когда работаешь с грудной клеткой таких малышей, трудно отделить грудные мышцы. Скальпель должен быть близко к ребрам, чтобы не повредить кости и не разрезать грудную клетку.

Нож Шэнь Цзюньци был чистым и острым. Кости и плоть разделились с легким звуком. Скальпель разрезал по границе между реберным хрящом и ребрами, затем аккуратно проник во второй реберный хрящ ребенка. Он сделал S-образный разрез в месте соединения грудино-ключичного сустава с первым грудным ребром, и после отделения ребра обнажились внутренние органы.

Желудок был маленьким, сдутым и спрятанным под ребрами, размером не больше голубиного яйца. Шэнь Цзюньци выбрал место ниже горла и выше диафрагмы, а затем хирургической нитью начал легировать трахею и пищевод. Внутренние органы малыша были маленькими и мягкими, как пластинка ломкого желе.

Шэнь Цзюньци сосредоточенно склонил голову, ловко манипулируя пальцами. Он аккуратно потянул тонкую нить, стараясь не допустить ошибки.

Если усилие будет слишком сильным, трахея пищевода может быть повреждена. Если же сила окажется недостаточной, эффект легирования не будет достигнут. Чэн Гун внимательно наблюдал за движениями Шэнь Цзюньци. Пальцы хирурга слегка дрогнули, а затем он аккуратно разрезал и извлёк органы шеи ребенка вместе с сердцем и лёгкими.

Чэн Гун быстро положил их на поднос и отнёс лёгкие для осмотра под световой микроскоп.

— Лёгкие губчатые, с красновато-коричневой поверхностью, альвеолы слегка расширены, — отметил он.

Вэнь Вань подготовила чистую воду. Чэн Гун осторожно опустил сердце и лёгкие в ёмкость. Все четверо внимательно следили за реакцией. Сначала органы погрузились под воду под действием гравитации, затем поверхность воды слегка задрожала, и они начали всплывать.

— Тест положительный! — воскликнул Ци Иань, не сдерживая волнения.

Шэнь Цзюньци повторил процедуру, опустив лёгкие в воду, и убрал пальцы. Лёгкие снова всплыли на поверхность.

Положительный результат теста означал, что в лёгких был воздух и ребёнок дышал. Это свидетельствовало о том, что ребёнок был живорожденным. Вскрытие подтвердило, что ребёнок действительно был жив на момент рождения. Слова невестки оказались правдой: свекровь, находившаяся в это время дома, вероятно, была убийцей младенца.

— Я сообщу команде криминальной полиции, — взволнованно сказал Ци Иань.

– Подожди минутку, – сказал Шэнь Цзюньци. – Давайте заодно проверим желудочно-кишечный тракт.

Чэн Гун согласился: – Хорошо, так точнее, и это не навредит.

Проверка желудочно-кишечного тракта обычно дополняет тест на всплытие легких. Если ребенок дышал самостоятельно, воздух попадает и в кишечник. Этот тест помогает определить время, которое прожил ребенок.

Однако процедура более сложная.

Шэнь Цзюньци приступил к работе.

Его длинные и тонкие пальцы ловко оперировали тело ребенка: он перевязал кардию и привратник, затем верхний и нижний концы двенадцатиперстной, тощей, подвздошной и ободочной кишки.

Он действовал бережно и внимательно.

Кишечник недоношенных детей мал, и эта работа требует от анатома глубоких знаний и понимания теории тестов на всплытие.

Ци Иань получил эти знания в университете, сдал экзамен, но давно не практиковал и не мог четко вспомнить шаги. Однако Шэнь Цзюньци справился с задачей аккуратно и уверенно.

Ци Иань наблюдал за своим учителем и постепенно проникался к нему благоговейным трепетом.

Шэнь Цзюньци быстро завершил операцию и тщательно проверил её результаты — ошибок или пропусков не оказалось.

Мезентеральная оболочка была отделена, и желудочно-кишечный тракт ребёнка полностью удалён.

Точность этого хирургического вмешательства не уступала операциям на внутренних органах.

Вэнь Вань уже подготовила другую стеклянную емкость с водой. Органы были помещены внутрь, желудок и часть кишечника всплыли.

Снова положительный результат!

Когда ребёнок начнёт дышать, воздух сразу попадёт в желудок. Через полчаса он достигнет двенадцатиперстной кишки. Примерно через шесть часов распространится по тонкому кишечнику, а через сутки — по всему желудочно-кишечному тракту.

Двенадцатиперстная кишка также плавала в воде.

Чэн Гун заметил:

— По количеству воздуха в кишечнике можно предположить, что ребёнок был жив от одного до трёх часов.

— Ребёнок был убит! — наконец осмелился подтвердить Ци Иань.

Вэнь Вань проверила видеооборудование:

— Всё записано. Вы можете использовать эти данные для уголовного расследования.

Шэнь Цзюньци добавил:

— Во внутренних органах обнаружено небольшое скопление крови, под слизистой оболочкой — легкое кровотечение, а во рту и трахее — немного земли. Предварительно можно предположить, что ребенок умер от механической асфиксии.

Он произнес это мягко, но ясно: ребенка похоронили заживо.

Хотя результаты вскрытия уже были известны, Шэнь Цзюньци чувствовал, что работа не завершена. Он сказал:  - Я еще раз проверю голову ребенка. Результаты анализа можно пока сообщить в криминальную полицию.

Вэнь Вань была потрясена профессионализмом Шэнь Цзюньци, а Чэн Гун сердечно поблагодарил его.

В криминалистике все просто: тот, кто владеет навыками, получает уважение и статус.

Чэн Гун отправился в офис, чтобы оформить отчет о вскрытии. Он приложил два снимка и передал его Ци Ианю, попросив уведомить команду криминальной полиции. Ци Иань поспешил в здание уголовного розыска.

Учения группы уголовного розыска закончились, и капитан первой команды, Шао Чжэньен, вернулся с тренировочной площадки. Увидев приближающегося Ци Ианя, он пригласил его в конференц-зал, где две семьи продолжали спорить.

Родственники мужа и невестки перессорились, и несколько раз дело чуть не дошло до драки.

Юй Шэню было некогда перевязывать рану на руке, так как даже несколько полицейских не смогли их успокоить.

Свекровь продолжала настаивать на своем, она держалась за шею и яростно кричала:

- Я никого не убивала!

Ее громкий крик заставил мужа и свекра повернуться к ней.

Ци Иань подошел к столу и положил отчет о вскрытии:

– Результат готов. Ребенок был жив, когда родился.

Свекровь резко вскочила: – Как вы это узнали?!

Ци Иань приподнял бровь:

– Тест на всплытие показывает, что в теле ребенка был воздух. Она уже начала дышать самостоятельно. Она жила, по крайней мере, больше часа, прежде чем умерла. Результаты вскрытия доступны на видео. Хотите, чтобы я объяснил научные принципы?

Лицо сына мгновенно изменилось.

– Больше часа…я вернулся не раньше чем через час.

Дома в это время оставались только свекровь и невестка.

В шумном конференц-зале на мгновение наступила тишина.

Невестка отреагировала первой: закрыла лицо и заплакала: – Бедное мое дитя…

Все взгляды устремились на свекровь. Брат невестки схватил старушку за шею и потянул вверх. Полицейские бросились к нему, чтобы предотвратить нападение.

Рот свекрови открылся с выражением шока, как у вора, пойманного с поличным. Она задрожала:

– Невозможно, невозможно!

– Что невозможно? – командир Шао шагнул вперед и надавил на нее. – Все результаты судебно-медицинской экспертизы получены, и доказательства неопровержимы. Вам лучше объяснить обстоятельства преступления.

Молодой муж посмотрел на мать с тревогой: – Мама, ты ведь этого не делала?

Он не мог поверить: его мать совершила такое чудовищное преступление.

Свекровь задрожала всем телом, губы затряслись:

– Как это возможно... – пробормотала она. – Как возможно это доказать?

Старая леди подняла голову и холодно произнесла:

– Я должна была уничтожить её. Сжечь или бросить в колодец.

Ее голос звучал равнодушно, как у змеи. Она и не собиралась раскаиваться.

Все замерли, глядя на ее лицо.

Ци Иань смотрел на старуху, словно перед ним был не человек, а демон.

Капитан Шао повернулся к полицейскому:

– Почему ты еще стоишь? Отведи ее в комнату для допроса.

Юй Шэнь без промедлений увел старушку.

– Это моя внучка. Мне было больно, но я должна была это сделать... У девочки проблемы с желудком. Если бы это был мальчик, я бы никогда...

Старушка все еще не хотела уходить и обернулась к сыну:

– Глупый мальчик! У тебя уже две дочери. Больше девочек тебя просто убьют. Когда у тебя появится сын? А этот ребенок родился недоношенным, что с тобой не так? Вы бы  тратили все деньги на её лечение, это бездонная яма. Если вы умрете рано, кто позаботится о детях. Мама готова быть плохой. С годами ты поймешь добрые намерения своей матери...

Она хотела схватить сына за руку, но его глаза были полны страха, он не мог посмотреть ей в глаза.

Наконец, старушку увели. Невестка рыдала, муж пытался ее утешить, но семья была уже разрушена и они уже никогда не смогут вернуться назад.

Ци Иань смотрел на все это и чувствовал холод: он видел много трупов. Хотя все они были ужасными, гниющими и вонючими, они никогда не вызывали у него такого отвращения.

После того как старушку отвели в комнату для допросов, Юй Шэнь вздохнул с облегчением, он повернулся к Ци Ианю и поблагодарил его:

– Спасибо, я не ожидал, что результаты будут так быстро.

– Ты не боишься, что не выдержишь здесь? – Ци Иань не стал хвастаться. – Все это благодаря моему учителю... Я представлю вам отчет о вскрытии завтра утром.

Он мчался от здания уголовного розыска в кабинет судебно-медицинской экспертизы. Вэнь Вань уже вернулась в кабинет и изучала материалы.

Ци Иань спросил:

– Все закончили? Мой учитель еще в прозекторской?

Вэнь Вань кивнула:

– Судмедэксперт Шэнь накладывает швы. Я помочь не могу, – она сделала паузу и добавила: – Спасибо ему помощь.

Ци Иань направился в комнату для вскрытия, где все уже завершалось.

Шэнь Цзюньци аккуратно зашивал тело. Он использовал самую тонкую иглу. Кожа ребенка была тонкой, как бумага, и требовала осторожного обращения. Даже дыхание Шэня было едва уловимым.

Ци Иань, стоял рядом, и не решался его беспокоить, он тихо подошел поближе. Теперь, когда с тела смыли всю грязь, оно выглядело, так как будто ребенок спокойно спал.

Эта юная жизнь не успела познать радости и горести мира, не успела обнять мать, не успела сделать первый глоток молока и просто закончилась, не успев начаться.

Сколько еще детей в этом мире сталкиваются с такой же трагедией?

Движения Шэнь Цзюньци были нежными и осторожными, словно он боялся потревожить ее сладкий сон. Закончив последний стежок, он ловко завязал узел. Затем снял перчатки и протянул их Ци Ианю:

– С остальным ты сам справишься.

Ци Иань вздохнул, заполнил форму, отправил тело на склад и стал ждать прихода родственников, чтобы облегчить организацию похорон. Когда он вернулся в судебно-медицинскую экспертизу Особого уголовного отдела, Шэнь Цзюньци уже заварил чай и изучал дела муниципального бюро. В комнате горела, уже наполовину истлевшая тибетская ароматическая палочка.

Шэнь Цзюньци сел на стул, его холодная сосредоточенность  исчезла, и он вернулся к своему спокойному состоянию. Увидев Ци Ианя, он предложил:

– Хочешь чаю? Это Лунцзин времен династии Мин.

Ци Иань покачал головой. Он вспомнил об обеденном перерыве и, собравшись с духом, посмотрел на Шэнь Цзюньци.

– Учитель... Хотя в нашем бюро есть перерыв на обед, обычно его используют для еды. Мало кто остаётся здесь, чтобы поспать, – сказал он.

Шэнь Цзюньци вздохнул и, произнёс:

– Иначе меня уволят, не так ли?

Ци Иань растерялся и поспешно отмахнулся:

– Такого не произойдет...

В конце концов, его взяли из провинциального департамента, и его навыки были очевидны. Вэнь Вань и Чэн Гун  подтвердили, это сегодня.

Шэнь Цзюньци, опустил голову и сделал глоток чая:

– Это хорошо.

Ци Иань спросил:

– Если кто-то что-то начнет говорить...

Шэнь Цзюньци ответил:

– У меня слабое здоровье, поэтому я всегда беру перерыв на обед в полдень. Что касается работы, я буду выполнять её добросовестно. Меня не интересует, что будут говорить обо мне.

Автору есть что сказать:

Шэнь Цзюньци: «Отказ от сверхурочной работы начинается с меня».

Учения с автобусом

Глава 3. Учения с автобусом

Когда Дин стал директором, городское бюро Биньчэна стало активно улучшать физическую подготовку полиции. Для этого был выделен участок земли за муниципальным управлением, где построили профессиональное стрельбище, тренировочные площадки в помещении и на открытом воздухе, а также спортивные зоны. Здесь регулярно проходят тренировочные занятия.

«Специальное практическое обучение криминальной полиции общественной безопасности города Биньчэна» - так назвались учения муниципального бюро. Эти учения, по сути, служили оценкой работы полиции. Раньше они проводились ежегодно и были важной частью программы подготовки полицейских.

В этом году директор Дин выпустил новый приказ, который связал результаты учений с зарплатами и рейтингами сотрудников. Это значительно повысило интерес к мероприятию, и оно стало ключевым событием года, уступая по значимости только итоговому собранию в конце года.

Учения длятся неделю, и по окончании учений каждый отдел должен был получить итоговую оценку своим навыкам, сегодня как раз этот  день.

Только что были завершены учения, по обезвреживанию взрывчатых веществ. Полицейские в защитной одежде снимали свои защитные костюмы. Рядом отдыхал отдел специального назначения с оружием, а в стороне стояли щиты для борьбы с беспорядками.

Безопасность важна даже на учениях: в тени здания дежурили медики и пожарные.

Шэнь Цзюньци обратил внимание на автобус на детской площадке, куда загружали манекены. Он не принимал участие в сегодняшних событиях, поэтому обошел  группу участников и медленно направился к командному центру.

Командный центр бюро выглядел по последнему слову техники: огромный экран отображал происходящее на поле со всех ракурсов. По обеим сторонам располагались кабинки с техническим персоналом,  которые управляли компьютерами и следили за ситуацией.

Средние ряды занимали руководители. Директор Дин сидел впереди, командуя процессом. Увидев, как Шэнь Цзюньци здоровается, он с улыбкой сказал:

– Доктор Шэнь, присаживайтесь. Скоро все закончится, подождите немного, потом мы поговорим.

Шэнь Цзюньци сел на свободное место сзади и посмотрел на большой экран. На нем показывали видео последних тренировок: восхождение, стрельбу, обезвреживания взрывчатых предметов. Все операции прошли успешно.

Молодые полицейские выглядели сильными, ловкими и быстрыми. Командиры были в хорошем настроении: разговаривали, смеялись и выглядели расслабленными.

Предстоящие учения – последний симуляционный бой. В нем спецназ должен будет победить врага и спасти заложников после захвата бандитами автобуса с пассажирами.

Обучение действиям при угоне общественного транспорта является обязательным для полицейских во всех городах и это стало итоговым мероприятием для окончательной оценки работы полиции.

Камеры показывали ситуацию внутри автобуса со всех ракурсов. Было установлено несколько камер, чтобы видеть весь процесс противостояния.

Директор Дин отдал приказ, и итоговые учения официально начались. Все с интересом стали наблюдать.

Шэнь Цзюньци был единственным в командном пункте, кто чувствовал себя спокойно. Он поднял глаза и ощутил себя зрителем криминального боевика.

Под машиной укрылись полицейские, а внутри — манекены в роли заложников.

На учениях спецназ играл роль полицейских, а другие полицейские роль бандитов.

В автобус вошли шестеро грабителей, переодетых полицейскими. Их выбрали по жребию среди рядовых сотрудников.

Заместитель Чэнь, отвечающий за вооруженную полицию, обсуждал с капитаном Ваном план действий.

— Вы помните ключевые моменты? Нельзя использовать слезоточивый газ. Он не заставит бандитов сдаться, а только вызовет панику. Используйте снайперов или силовые атаки. Всё должно завершиться в течение получаса. Действуйте.

Спецназовцы сразу приступили к подготовке:

— Ищем снайперскую позицию и готовимся к стрельбе.

Снайперская стрельба была лучшим решением для безопасности заложников и быстрого завершения боя. Но для этого требовалось одновременное присутствие нескольких стрелков, чтобы гарантировать мгновенную нейтрализацию всех грабителей и предотвратить их контратаку.

После снайперской стрельбы  следует организовать мощную атаку, чтобы подавить оставшихся бандитов.

Обычно на подготовку к финальному штурму уходит много времени. Но когда он начинается, всё происходит стремительно, и бой часто завершается за считанные минуты.

Директор Дин нахмурился и тихо сказал заместителю Дуну:

– Раньше у нас не было проблем с таким подходом, но сегодняшняя тактика снайперов может оказаться сложной.

Заместитель Дун удивился:

– Почему?

Директор Дин ответил:

– Вы знаете, кого выбрали боссом грабителей?

Заместитель Дун задумался:

– Гу Яньчэна?!

Директор Дин кивнул:

– Он мастер снайперской стрельбы и наверняка сможет защититься от наших снайперов.

Директор Дин повернулся к сотрудникам:

– Покажите, что делают бандиты.

Молодой полицейский быстро включил камеру и сосредоточился на мужчине в заднем ряду автобуса. Это позволило наблюдателям лучше рассмотреть ситуацию внутри. Похоже, именно этот человек должен был стать лидером «бандитов» в этом упражнении.

Вероятно в этот момент он, скрывался от снайперов, сидя на полу в задней части автобуса, скрестив ноги. На лице у всех грабителей были надеты клоунские маски. Мужчина натянул маску на лоб, опустил голову и пересчитал тренировочное снаряжение. Затем он быстро разобрал модифицированный пистолет в руке и достал тренировочные патроны, чтобы проверить их.

Шэнь Цзюньци тоже внимательно присмотрелся. Мужчина в кадре опустил голову, но его высокая и красивая переносица была заметна. Увидев его снова спустя годы, Шэнь Цзюньци почувствовал, как сжалось его сердце. Он нахмурился и прижал руку к груди.

Через несколько секунд Шэнь Цзюньци глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он вспомнил слова Линь Сянланя, сказанные ему несколько лет назад.

– Среди новичков в нашем городском бюро  я встретил настоящую жемчужину. За много лет я не встречал такого выдающегося человека.

– Выдающегося человека? – рассеянно переспросил он.

– Спокойный, надежный, очень умный и ответственный. Я собираюсь сосредоточить все усилия на его обучении, – сказал Линь Сянлань, подбирая слова. – Даже имя у него красивое – Гу Яньчэнь.

Тогда он впервые услышал это имя.

Шэнь Цзюньци опустил голову, чувствуя, как напряжение покидает его грудь. Он поднял глаза к экрану, и наблюдал  за ходом учений.

Это были лишь учения, поэтому переговоры были исключены. Речь шла только о нападении  и защите заложников.

«Грабители» начали готовиться: они освободили места в задних рядах, где они собрались вместе и переместили заложников к окнам.

Гу Яньчэнь раздал каждому пистолет и снаряжение, поручив двоим удерживать заложников и следить за ними. Остальные четверо собрались в круг.

Затем Гу Яньчэнь достал из сумки колоду игральных карт, перетасовал их и начал раздавать.

Несколько руководителей городского бюро расположились в первом ряду командного пункта. Чтобы подчеркнуть формальность учений, одеты они были официально.

Сцена, которую они увидели, выглядела немного неожиданно в такой ситуации.

Шэнь Цзюньци, находился в позиции наблюдателя, и внимательно фиксировал каждое произнесенное слово.

Заместитель директора Чэнь, сидящий слева от него, с пристальным вниманием следил за процессом раздачи карт Гу Яньчэнем. Его лицо исказилось едва заметной гримасой, а уголки рта едва заметно дернулись. В этот момент он задал вопрос, демонстрирующий его профессиональную заинтересованность:

– Какова цель данного действия? Почему карты были принесены на территорию проведения учений?

Молодой полицейский, ответственный за мониторинг ситуации, незамедлительно ответил, проявив тактичность и профессионализм:

– Заместитель директора Чэнь, участники играют в карточную игру под названием «бей помещика».

Гнев заместителя директора Чэня усилился, что проявилось в заметном искажении его лица:

– Мне известно, что речь идет о карточной игре, но я не понимаю, какую функцию она выполняет в контексте данного мероприятия. Почему карты были разрешены к использованию на учениях?

Директор Дин, сохраняя спокойствие, предоставил разъяснения, опираясь на факты:

– Вы, заместитель директора Чэнь, совместно со мной подали заявку на получение реквизита. Согласно установленным регламентам, допускается использование определенного набора предметов на территории проведения учений. Гу Яньчэнь аргументировал свою просьбу тем, что учения продлились дольше запланированного времени, и у него не было возможности использовать мобильное устройство для развлечения. В связи с этим он обратился с просьбой предоставить ему карты.

Гнев директора Чэня вспыхнул с новой силой:

– Какое отношение они демонстрируют к нашей команде спецназа? Они считают  допустимым играть в карты на тренировочной площадке? Это проявление неуважения!

Он выразил свое мнение, считая, что игра в карты во время учений представляет собой насмешку над профессионализмом команды спецназа.

Заместитель директора Дун, занимающий должность руководителя отдела уголовного расследования, чье полное имя — Дун Юаньда, присутствовал на совещании, где обсуждались текущие задачи и перспективы сотрудников спецотдела. В частности, внимание было уделено кандидатуре Гу Яньчэня, который рассматривался для перевода в отдел специальных расследований, который находился под непосредственным руководством заместителя директора Дуна.

Дун Юаньда, проявив характерную для него проницательность, заметил:

– Заместитель директора Чэнь, не стоит беспокоиться. Мы только начали это учение. Кроме того, симуляция максимально приближена к реальным условиям. Можете ли вы предсказать, как будут действовать преступники на месте происшествия? Даже если они будут использовать воду и пузыри, вам придется адаптироваться к этим условиям и разработать стратегию захвата транспортного средства исходя из ситуации.

Данное замечание подчеркивает сложность и непредсказуемость преступной деятельности, а также необходимость постоянного совершенствования навыков сотрудников правоохранительных органов.

Директор Дин, в свою очередь, высказал мнение о предыдущем упражнении по моделированию угона:

– Лао Чэнь, вам не показалось, что прошлогоднее моделирование угона было слишком упрощенным? Гу Яньчэнь одержал победу, что также стало проверкой для вашего спецназа.

Заместитель директора Чэнь, выразил недовольство:

– Что за ерунда!

Шэнь Цзюньци, наблюдал за дискуссией со стороны, он подумал, что подобные споры между опытными руководителями напоминают детский лепет.

Он задумчиво смотрел на экран, понимая, что сотрудники высокого уровня, такие как Гу Яньчэнь, обладают глубоким пониманием ситуации и практически исключают вероятность ошибок. Это свидетельствует о наличии у них тщательно проработанного плана действий.

Шэнь Цзюньци также понимал важность продолжения тренировок, несмотря на возможные трудности и неудачи.

Заместитель директора Чэнь связался с командой под руководством Вана для получения дополнительной информации.

– Ваша снайперская команда готова?

Команда Вана ответила:

– Мы нашли три снайперские позиции, обсуждаем планы.

Заместитель директора Чэнь вмешался:

– Ускоряйтесь!

В этот момент он услышал:

– Вижу дым…

Брови Чэня дрогнули:

– Дым? Откуда он взялся?

Директор Дин ответил:

– Гу Яньчэнь заказал шесть электронных сигарет.

На экране в командном пункте наблюдали за происходящим в автобусе.

Все грабители курили электронную сигарету, выпуская клубы дыма.

Пока они разговаривали, в автобусе начался раунд карточной игры. Гу Яньчэнь ловко перетасовал колоду, и «грабители» увлеклись игрой. Время шло, и белый дым заполнил весь салон автобуса.

Окна были закрыты, а вентиляционное окошко было слишком маленьким. Дым не рассеивался, и камера начала терять четкость изображения.

Чэнь нахмурился еще сильнее и спросил у директора Дина:

– Почему вы разрешили им курить?

Прежде чем директор Дин успел ответить, вмешался заместитель директора Дун:

– Эти модели электронных сигарет не считаются опасными веществами, поэтому их нахождение на учениях вполне законно.

Директор Дин пояснил:

– Эти электронные сигареты были изъяты в ходе операции по борьбе с наркоторговлей. Мы не покупали их специально для учений.

Лицо заместителя директора Чэня излучало явное недовольство. Уголок его рта едва заметно дернулся, когда он произнес:

— Если они попросят, вы предоставите им пиво и шашлык?

Для успешного выполнения задач снайперской стрельбы критически важна оптимальная видимость. Наличие белого дыма значительно ухудшает условия, что негативно сказывается на точности и безопасности операций, особенно в ситуациях, когда рядом находятся заложники.

Заместитель директора Дун, демонстрируя глубокое понимание ситуации, заметил:

— Данное упражнение не позволяет в полной мере оценить стратегическое мышление и тактические навыки ваших спецназовцев. Лао Чэнь, вы, вероятно, осознаете, что текущая ситуация не соответствует вашим ожиданиям, не так ли?

Заместителю  Чэнь оперативно передали информацию от спецназовцев:

— Мы находимся на позиции, однако видимость значительно снижена из-за дыма, что создает риск случайного ранения заложников.

Лицо Чэня изменилось, отражая внутреннюю борьбу, после чего он погрузился в молчание.

Капитан Ван, выражая сомнения, обратился к Чэню:

— Следует ли нам начать стрельбу?

Физиологические реакции Чэня, включая повышение артериального давления, свидетельствовали о его сильном эмоциональном напряжении. Вскочив на ноги, он резко выругался, подчеркивая серьезность ситуации.

– Ты все еще готов стрелять, приготовься к атаке!

Подведение итогов

Глава 4. Подведение итогов

Спецназовцы быстро адаптировали план в стремительно меняющейся обстановке. Атмосфера в автобусе стремительно накалялась, и требовалось немедленное вмешательство. Лидеры группы, включая Шэнь Цзюньци, внимательно следили за происходящим через тактические мониторы.

К автобусу подъехали два бронированных автомобиля с вооруженными бойцами. Перед штурмом они прикрепили к окну взрывное устройство, которое сработало, частично разрушив стекла.

После взрыва спецназовцы ворвались в автобус, пытаясь нейтрализовать угрозу с помощью огнестрельного оружия. «Грабители» тоже активизировались в ответ.

Гу Яньчэнь, опытный боец, принял меры. Он разбросал колоду карт, создав иллюзию движения в условиях плохой видимости. Это дезориентировало противников,  не дав спецназу время продолжить операцию.

Гу Яньчэнь и его напарник контролировали заднюю часть автобуса. Внезапно они столкнулись с двумя бойцами спецназа, которые попытались прорваться сзади. Гу Яньчэнь вытолкнул одного из них прямо из автобуса.

«Грабители», которые мгновение назад разговаривали, смеялись и играли в карты, быстро повернулись в их сторону. Они присели на корточки под окнами автобуса, свернулись калачиком на сиденьях и подняли оружие.

Полиция атаковала бандитов, но на самом деле сражение вели спецназ и криминальная полиция. Обе стороны были хорошо обученными бойцами.

Зрение бойцов спецназа на какое-то время было нарушено, но им нужно было позаботиться о безопасности заложников. Они держали в руках оружие и пытались прицелиться.

Бандиты, друг за другом, не задумываясь о жизни и смерти окружающих, начали стрелять.

В автобусе началась стрельба. Хотя пули были учебные, они все равно производили вспышки.

Во время этой перестрелки несколько бойцов спецназа были застрелены. Их жизни оборвались, они «героически погибли».

Один из бойцов спецназа, оставшийся в живых, попытался переломить ход событий. Он поднял пистолет и выстрелил, но другой грабитель успел подставить колено и отвести дуло в сторону. Пуля угодила в крышу автобуса.

Гу Яньчэнь действовал безжалостно. Он стремительно атаковал бойца, ударив его сначала по лицу, а затем в живот. Не давая противнику опомниться, он блокировал его ответный удар левой рукой, а правой продолжал удерживать пистолет, сотрудничая с другим бандитом. Пистолет был выбит из рук, а сам он схвачен живым.

После этого грабители снова скрылись в тени. Все произошло за одну минуту. Карты рассыпались на полу, пыль улеглась. В автобусе был в беспорядок.

Бандиты одержали победу, полиция потерпела поражение.

Это была крупная победа для одной стороны и тяжелое поражение для другой.

В командном пункте никто не ожидал, что ситуация выйдет из-под контроля настолько быстро. Спецназ оказался практически беспомощным перед натиском хорошо подготовленных грабителей.

Лицо заместителя директора Чэня стало серым, грудь тяжело вздымалась. Он откинулся на спинку кресла, чувствуя, что у него вот-вот подскочит давление.

После поражения директор Дин замер, не зная, что сказать. Он прижал два пальца к вискам.

В этот момент раздался спокойный голос:

— Эй, продолжим учения? Но если вы решитесь, жертв может быть слишком много, и в автобусе станет тесновато.

Голос звучал обыденно, предложение выглядело разумным, но в контексте ситуации оно прозвучало издевательски.

У бандитов не было рации. На записи видно, как Гу Яньчэнь снял устройство с одного из захваченных полицейских и начал переговоры.

Дым рассеялся, и на мониторах появилось четкое изображение.

"Захваченные" полицейские из отдела спецназа сидели на корточках, один из них выглядел хуже всех: с синяком на переносице и опухшим лицом, он был связан веревкой.

Бандиты спокойно снимали их оборудование.

Сражение оказалось успешным, грабители захватили много оружия и боеприпасов.

Эти бандиты были обычными полицейскими из криминального отдела  и никогда раньше не видели специального учебного пистолета. И держа его в руках, они улыбались:

— А этот пистолет хорош.

Заместитель начальника бюро Чэнь пришел в ярость.

Директор Дин прочистил горло и произнес:

– Учения окончены, все хорошо потрудились.

Затем он добавил:

– Гу Яньчэнь и Ван Хаоцунь, подойдите, сделаем краткий обзор.

С этим приказом напряженность исчезла.

Королевская команда полиции начала руководить, и сотрудники спецназа с унынием вышли из автобуса.

После завершения учений у директора Дина появилось время поговорить с Шэнь Цзюньци. Подойдя к нему, директор  извинился:

–Эксперт Шэнь, вы сами все видели. Здесь возникла непредвиденная ситуация, мне надо с этим разобратся.

– Все в порядке, занимайтесь своей работой, – вежливо ответил Шэнь Цзюньци, затем спросил: – Капитан нашего Специального уголовного отдела, командир Гу, верно?

Дин Чжу рассмеялся:

– Да, он сейчас подойдет. Я познакомлю вас потом.

Шэнь Цзюньци вздохнул.

Директор Дин подошел поздороваться с сотрудниками, а доктор Шэнь остался сидеть на заднем ряду.

Полицейские, которые наблюдали за ситуацией, молчали, сдерживая гнев. Потом они тихо заговорили:

– Почему я не знал, что такой сотрудник скрывается в городском бюро?  Он действительно работал в отделе логистике? Это слишком странно. По моему мнению, он был слишком хорош …

В это время Гу Яньчэнь и капитан Ван открыли дверь в комнату командования.

В командном пункте воцарилось молчание. На большом экране производилось видео недавней борьбы.

Заместитель директора Дун, заместитель директора Чэнь и директор Дин стояли перед экраном. Увидев их приближение, люди начали делиться своими мыслями.

Директор Дин, председательствовавший на учениях, попросил:

– Командир Ван, капитан Гу, расскажите нам о своих впечатлениях от учений.

Командир Ван начал первым:

Изначально мы планировали использовать снайперов, но плохие условия видимости не позволили нам сделать это. Поэтому мы решили атаковать. Оказалось, что команда не была полностью готова.

Гу Яньчэнь серьезно сказал:

– После победы в «бандитской лотерее» мы провели базовое планирование. В автобусе мало места. Чтобы избежать поражения снайперов, нужно было тщательно поработать над созданием помех для их прицелов.

Он сделал паузу и продолжил:

– Заместитель директора Чэнь вспыльчив и теряет самообладание. Если снайпер не сможет стрелять, то он спешит напасть, создавая лазейки. Когда спецназ войдет, выйти будет уже сложно. Нужно заранее определить местоположение бандитов и их количество для успешной атаки.

Использование покерных карт и электронных сигарет кажется случайным, но они имеют большое значение. Транспортное средство маленькое, атакующих немного, выбор окон ограничен.

Гу Яньчэнь изучил записи автобусных учений и видеозаписи реальных угонов, чтобы быть подготовленным.

Он учел все факторы. Даже разозлить заместителя директора Чэня входило в его план.

Его анализ заставил всех задуматься, а директор Дин согласно кивнул.

Заместитель директора Чэнь был недоволен:

– Директор Дин, это всего лишь трюки. Учения несправедливы. Гу Яньчэнь знает все полицейские методы и отлично понимает работу спецназа.

Заместитель директора Дун резко ответил:

– Лао Чэнь, вы злитесь не из-за сомнительности методов, а потому что спецназ проиграл. Спросите себя прямо, может ли вы позволить себе проигрыш?

Чэнь был ещё более не согласен:

– Эти учения имитируют реальную боевую обстановку. Откуда у обычных бандитов такие знания о планах полиции? Наше бюро проводит учения, чтобы улучшить работу полиции, а не подорвать её репутацию!

Гу Яньчэнь спокойно сказал:

– Заместитель директора Чэнь, будь я грабителем, ваши люди были бы уже мертвы.

Его тон был спокойным, а слова – пугающими.

Заместитель директора Чэнь содрогнулся, представив себе, такую возможность. Это было правдой. В настоящем бою полиция спецназа и заложники, столкнувшись с умными грабителями, понесли бы серьезные потери.

Директор Дин молчал. Видя, что разговор почти закончен, он вышел вперед, чтобы взять ситуацию под контроль, он спросил Гу Яньчэня:

– Если бы вы были полицейским в такой ситуации, что бы вы сделали?

Гу Яньчэнь задумался и ответил:

– В реальной ситуации грабитель не стал бы убивать заложников, он был в безвыходной ситуации, но у него была цель. Важно затянуть переговоры. Грабителю нужно быть бдительным на протяжении всего процесса, он не мог сходить в туалет, поесть, попить или поспать. Полиции нужно набраться терпения и выбрать наиболее подходящее время для атаки. Тогда можно использовать снайперов.

Заместитель директора Чэнь с сарказмом заметил:

– Автобус был полон дыма, ничего не было видно. Как можно было стрелять?

Гу Яньчэнь спокойно ответил:

– Возможно, другие не могут, но я мог бы попробовать.

Директор Дин заметил, что заместитель директора Чэнь собирается еще что-то сказать, и поспешно вмешался, чтобы сгладить ситуацию.

– Я понимаю, у вас хорошие навыки, – сказал он командиру Ван. – Вернитесь, изучите и скорректируйте боевой план. Гу Яньчэнь не использовал чрезмерных средств. Военные тоже следят за противостоянием красных и синих сил. Кто победил в учениях? Разве это не мы, вся наша полиция?

Командир Ван кивнул в знак согласия.

Гу Яньчэнь молча, слушал речь директора. Он закатал рукава тренировочной формы и скрестил руки на груди. Его обнаженные руки были сильными и мускулистыми, с тонкими пальцами и отчетливыми суставами.

Директор Дин продолжил:

– Командир Гу, мы наблюдали за вашими учениями в последние дни. Вы много лет проработали в отделе логистики, но ваши снайперские способности стали еще лучше. Если в будущем в Биньчэне возникнут чрезвычайные ситуации, вам придется принимать участие.

Заместитель директора Дун добавил:

– Да, те, кто способен, много работают. Есть примеры в других полицейских подразделениях. Вот, например, в Синьчэне был командир Пан, который не состоял в  спецназе, но был отличным стрелком и  его часто вызывали на помощь. Однажды, когда он помогал детям с домашним заданием, случился угон в метро. Он выбежал в домашних штанах и тапочках, выполнил задание и вернулся, пролежав у входа в метро всего полминуты. Этот момент сняли на видео и выложили в сеть.

Гу Яньчэнь понимал это и не возражал. Он ответил:

– Это зависит от решения руководства.

Директор Дин повернулся к Чэню и сказал:

– Лао Чэнь, объясни команде, что успех возможен только при строгом соблюдении инструкций. Преступники хитрее, чем могут показаться на первый взгляд. Эти ребята еще молоды и неопытны. Мы должны научить их работать без ошибок.

Затем он обратился к капитану Ван Хаоцунь:

– Капитан Ван, если возникнут проблемы, обсудите их с капитаном Гу. Цель учений – избежать ошибок в реальных ситуациях. Мы должны уметь защитить людей.

Эти выводы отражали результаты учений.

Закончив дела, Гу Яньчэнь собирался уйти, когда директор Дин снова позвал его. Он обернулся и увидел Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци увидев его, встал со своего места.

Гу Яньчэнь заметил Шэнь Цзюньци и спросил:

– Мы раньше не встречались?

Шэнь Цзюньци улыбнулся:

– Я никогда не видел такого человека, как вы. Если бы увидел, то запомнил бы.

– Похоже, это судьба, – сказал директор Дин. – Пойдемте в офис, я хочу вам кое-что рассказать.

Специальный уголовный отдел

Глава 5. Специальный уголовный отдел

17:30, Городское управление Биньчэна.

Директор Дин пригласил их в свой кабинет и налил чай.

– Мне очень жаль. Я думал, учения закончатся раньше, и судмедэксперту Шэню пришлось ждать так долго, – продолжил он. – Мы только познакомились, но давайте перейдем к делу. Я создал Специальный уголовный отдел и выбрал вас как его основную силу. Капитан Гу Яньчэнь – начальник отдела. Шэнь Цзюньци переведенный к нам из провинциального отдела, будет ведущим судебным врачом Спецотдела, занимаясь в основном делами специальных расследований.

Гу Яньчэнь сел на стул, напевая что-то себе под нос.

Шэнь Цзюньци взял чашку и сделал глоток чая.

Директор Дин перешел к сути:

– У вас могут быть вопросы. В городском бюро уже есть пять групп криминальной полиции, но мы создаем отдельную команду…

Старый директор ждал вопросов, его взгляд скользил по лицам подчиненных.

Шэнь Цзюньци пожал плечами, показав, что пока ничего не понимает.

Гу Яньчэнь заметил:

– Директор, должно быть, все уже обдумал.

Директор Дин прямо сказал:

– Прежде чем вы приступите к работе, я хочу четко изложить свои мысли.

Он вздохнул и продолжил:

– Эта идея пришла мне в голову после разговора с дочерью. Она работает в СМИ и однажды спросила: «Почему нам приходиться всегда  так долго ждать, прежде чем мы сможем получить информацию от полиции? Всеобщее внимание к тому времени уже потеряно. Ваше городское бюро такое большое, почему у вас нет криминальной полиции, способной быстро раскрывать дела?» С тех пор я размышлял над этим вопросом.

– В прошлом году, когда я стал руководить муниципальным бюро, я начал проводить реформы. Я понял, что в нашей работе есть проблемы, особенно в уголовном расследовании. Люди могут сказать: «Замедлитесь и стабилизируйте ситуацию», но я хорошо понимаю, что мы  много времени тратим впустую.

– В прошлом сотрудники, которые занимаются рассмотрением дел, часто сталкивались с ограничениями. Их полномочия были недостаточными, а для принятия решений требовалось одобрение на разных уровнях. Полицейские боялись за свою безопасность, а межведомственные связи были разобщены. В результате дела раскрывались медленно и неэффективно. Иногда расследование убийства затягивалось на недели или месяцы, а порой несколько отделов координировали свои действия целый день, чтобы просто наладить мониторинг.

– Сегодня ситуация изменилась. Интернет стал мощным инструментом. Мы расследуем дела под пристальным вниманием общественности. Раньше темпы уголовного расследования были неприемлемыми. Полиция должна быстро раскрывать преступления и доводить правду до людей, чтобы восстановить доверие общества.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь внимательно слушали. Директор Дин говорил о текущих реалиях уголовных расследований.

В эпоху интернета некоторые преступления становятся достоянием общественности сразу после их совершения.

Поэтому полиция должна оперативно публиковать официальные заявления в СМИ, что бы успокоит общественность.

Пока одни люди ретвитят и следят за новостями, другие выражают недовольство в интернете, и пользователи сети активно включаются в обсуждение.

Многие сходятся во мнении, что если не справиться с ситуацией должным образом, это повлияет на общественное мнение.

В такой ситуации от скорости и качества раскрытия преступления зависит доверие к полиции.

- С развитием современных методов уголовного расследования наши научные и технологические подходы становятся все более совершенными. В некоторых случаях, представляющих особый интерес для общественности, необходимо оперативно раскрыть дело, сократить количество лишних деталей и быстро разъяснить ситуацию. Однако, стремясь к скорости, важно не допускать несправедливости, лжи и неправомерных действий. Поэтому у меня возникла идея. Вы знаете, что в раньше уже создавались специальные группы уголовного розыска  для расследования крупных дел. Я хочу применить эту модель и поэтому создал Специальный уголовный отдел. Это небольшая команда, но она будет специализироваться на делах, которые привлекают особое внимание общества и вызывают наибольший интерес.

Директор Дин выпрямился и продолжил:

– Я создал Специальный уголовный отдел, чтобы разрушить барьер между департаментами. Когда возбуждено уголовное дело, важно проверить всё и установить истину. Независимо от масштаба дела, оно должно быть раскрыто быстро и точно.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци понимающе кивнули.

Директор Дин продолжил с горькой улыбкой:

– Но воплотить эту идею в жизнь совсем не просто. Этот отдел не будет заниматься обычными уголовными делами. Когда громких дел нет, отдел будет  бездействовать. Но как только дело появляется, работа становится интенсивной и будет требовать круглосуточного внимания. Многие сотрудники слышали об этом отделе, но боялись в него войти. Но я хоть и трудом, но нашел вас.

Такая работа чрезвычайно сложна и опасна. Без талантливых людей ничего не получится.

Директор посмотрел на Гу Яньчэня:

– Я просмотрел ваше резюме, командир Гу. Хотя вы раньше занимались логистикой, я уверен, что у вас отличные навыки уголовного розыска. Вы хороший полицейский. Вспомогательная работа важна не только на втором плане. Эта должность по рангу достаточно высокая, и я стремлюсь к высокому авторитету. Специальный уголовный отдел состоит из нескольких групп криминальной полиции, и вы можете использовать их, когда необходимо по своему усмотрению.

Директор Дин говорил официальным тоном:

– Мы часто говорим, о том, что подавление банд и борьба с преступностью приведут к долгосрочному верховенству закона. Но я знаю, чтобы победить зло, нужно вооружить полицию. Только тогда она сможет справиться с опасными преступниками.

– Эта команда получит особые полномочия, включая использование огнестрельного оружия, наблюдение и прослушивание. Процесс будет упрощен, вам не нужно будет обращаться в соответствующие подразделения, достаточно одобрения заместителя директора. Вы, Гу Яньчэнь, будете все контролировать самостоятельно.

Директор Дин подробно объяснил организацию всей работы. Затем они обсудили детали, штатное расписание и необходимое оборудование.

На этой встрече в основном говорили Гу Яньчэнь и директор Дин, Шэнь Цзюньци лишь внимательно слушал. В конце беседы директор Дин выглядел расстроенным. Хотя встреча была для Гу Яньчэня, слова Шэнь Цзюньци тоже были важны.

Директор Дин понимал, без взаимодействия судебной медицины и уголовного розыска криминальная полиция будет бессильна. Он решил, что Шэнь Цзюньци долго ждал, и спросил его напрямую:

– Доктор Шэнь, у вас как у ведущего судмедэксперта Специального уголовного отдела, есть идеи?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Нет директор, вы всё продумали. Я только боюсь, что не достаточно хорош и буду сдерживать капитана Гу.

Директор Дин засмеялся:

– Всё в порядке. Я рад, что у нас есть специальный судебно-медицинский эксперт. Если возникнут вопросы, обращайтесь к директору Лу.

После встречи они спустились вниз. Один направился в третье здание судебно-медицинской экспертизы, другой – в первое здание группы уголовного розыска.

Ци Иань увидел, Шэнь Цзюньци который, долго пробыл на встрече, спросил:

– Учитель, узнали что-то особенное?

Шэнь Цзюньци выделил главное и коротко все рассказал. Затем сказал:

– Завтра утром у нас встреча с новыми коллегами.

Закончив дела, Шэнь Цзюньци с сожалением поднял недопитый чай Лунцзин и пошел его выливать, после чего он тщательно вымыл чашку и чайник.

Посмотрев на часы, Шэнь Цзюньци собрался уходить.

День прошел спокойно. Он собрал вещи и попрощался с Ци Ианем. Спустился вниз и уже собирался взять такси.

Выйдя за ворота, он услышал, как рядом просигналил "Лексус".

Обернувшись, увидел Гу Яньчэня, который высунул голову из окна.

– Командир Гу, – поприветствовал его Шэнь Цзюньци.

– Куда ты направляешься? – спросил Гу Яньчэнь.

– В сад Мэйцзин, – ответил Шэнь Цзюньци.

– Нам по пути, – сказал Гу Яньчэнь, – я подвезу тебя.

Шэнь Цзюньци сел на пассажирское сиденье.

Гу Яньчэнь завел машину, и они быстро выехали из ворот городского бюро.

Сидя в машине, Шэнь Цзюньци взглянул на Гу Яньчэня. Капитан был одет довольно просто, и две пуговицы на воротнике были расстегнуты. Это выглядело естественно и непринужденно.

Сад Мэйцзин расположен рядом с городским бюро Биньчэна, поездка туда занимает около десяти минут.

Когда машина проезжала перекресток, Гу Яньчэнь глядя вперед,  сказал:

– Я видел ваше резюме.

Шэнь Цзюньци отвел взгляд и скромно ответил:

– Мои оценки в университете были средними, но потом я накопил некоторый опыт работы.

Гу Яньчэнь заметил:

– Думаю, этого достаточно.

После нескольких слов они снова замолчали.

Когда машина подъехала к Мэйцзин, Шэнь Цзюньци сказал:

– Просто оставьте меня у ворот.

Гу Яньчэнь возразил:

– Не стоит. Какой у вас номер дома?

– Номер 10, – ответил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь въехал, во двор, не останавливаясь. Подъехав, он ловко нашел парковочное место.

Шэнь Цзюньци махнул рукой:

– Этого слишком близко, я бы сам  добрался сюда.

Гу Яньчэнь поднял взгляд:

– Я тоже здесь живу.

Это было удивительно. Шэнь Цзюньци посмотрел на него с недоверием.

Гу Яньчэнь добавил:

– Я живу в квартире 501.

Шэнь Цзюньци снял квартиру 502. Он удивился и спросил:

– Вы тот домовладелец, который сказал, что недоступен при подписании контракта, и передал все полномочия агентству?

Гу Яньчэнь кивнул:

– Да, это я.

Он сказал Шэнь Цзюньци, который всё ещё был в шоке:

– Если вам неудобно идти пешком или брать такси, вы всегда можете воспользоваться моей машиной.

Они поднялись наверх, и Шэнь Цзюньци открыл дверь.

Гу Яньчэнь не торопился прикладывать отпечаток пальца к замку. Он обернулся и спросил Шэнь Цзюньци:

– Кстати, вы не знаете директора Линя?

Рука Шэнь Цзюньци, державшая ключ, остановилась. Он помолчал секунду, а потом сказал:

– Кого? Похоже, в городском бюро нет руководителя по имени Линь.

Гу Яньчэнь пояснил:

– Это бывший руководитель директора Дина — Линь Сянлань.

Шэнь Цзюньци опустил голову, не решаясь посмотреть Гу Яньчэню в глаза. Он вставил ключ в замочную скважину, стараясь казаться беспечным:

– О, я только что пришёл сюда. Откуда я могу его знать? Что-то не так?

– Ничего страшного. Директор Линь умер от болезни несколько лет назад. Его сына зовут Линь Ло, и он немного похож на вас...

Ладони Шэнь Цзюньци мгновенно покрылись холодным потом, сердце бешено заколотилось.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Но он тоже умер.

Он не мог понять, почему, но с того момента, как увидел Шэнь Цзюньци, вдруг снова вспомнил этого человека.

Шэнь Цзюньци облегченно выдохнул, стараясь не выдать своих чувств. Он произнес:

– Это грустно.

Гу Яньчэнь, наконец, ответил:

– Увидимся завтра.

Шэнь Цзюньци открыл дверь и закрыл ее с тяжелым вздохом.

Новые коллеги

Глава 6. Новые коллеги

Небо хмурилось, надвигался дождь. Метеорологическое бюро выпустило предупреждение.

Шэнь Цзюньци вошел в комнату, и долгое время сидел на диване, пока не успокоился. Он зажег тибетское благовоние, наблюдая за клубящимся белым дымом. Аромат постепенно успокаивал его.

В памяти всплыла поговорка о трех смертях. Первая — биологическая, вторая — социальная, третья — когда тебя все забывают.

Линь Сянлань, директор муниципального бюро Биньчэна, почти десять лет работал на благо города. За это время город преобразился.

Но однажды Линь внезапно заболел на рабочем месте и умер.

Сейчас, когда Линь уже ушел из жизни, в городе оставались люди, которые помнили его.

Шэнь Цзюньци открыл свой рюкзак и достал разрешение на работу судебным медиком.

Он вспомнил, как после поступления в университет Линь, только что выписавшийся из больницы, спросил его о планах на будущее.

– Что ты хочешь изучать? — спросил Линь.

Шэнь ответил:

– Я хочу изучать коммуникации в университете почты и телекоммуникаций.

Линь был удивлен:

– Ты всегда следуешь за судмедэкспертом, видел столько трупов. Я думал, ты выберешь судебную медицину.

Видя, что Шэнь молчит, Линь продолжил:

– Судмедэксперт Чжао сказал, что ты рожден для этой работы... Ты не боишься трупов и очень талантлив в идентификации костей. Даже опытные эксперты не так точны, как ты.

Тогда он опустил голову и тихо сказал:

– Я больше не хочу быть полицейским. Достаточно, одного полицейского в семье.

Линь Сянлань ответил:

– Мне действительно жаль.

Больше он ничего не добавил.

Линь Сянлань знал, что он превосходен в судебной медицине, но не подозревал, что его главная сила – предсказание.

Еще в детстве он обнаружил у себя особый дар: если он видел  начало и сопутствующие условия, он мог предсказать исход ситуации.

Примеров этому множество. Например, увидев пасмурный день, он мог предсказать, какой перекресток затопит из-за дождя, и изменить маршрут. Или, взглянув на актерский состав фильма, он мог определить, стоит ли смотреть картину и какие у нее будут кассовые сборы.

Перед ним словно выстраивались бесконечные ряды домино, и знание, какое из них следует сбить, что бы вызывать цепную реакцию.

Он думал, что такой способностью обладают многие, но потом понял, что большинство людей делают неправильный выбор, сталкиваясь с теми или иными событиями, что приводит к печальным последствиям.

Он не хотел быть судмедэкспертом, потому что представлял свою жизнь в этой роли. Судебная медицина утомляла и была сложной, а доход был невысоким.

Но он не боялся. Его мать умерла рано. Ребенок, выросший в семье полицейского, страдал больше других. С детства он видел, как другие дети были счастливы, а он всегда был одинок.

Он понимал, что отцу нелегко одному воспитывать его.

Время судебно-медицинских экспертов, а так же полицейских принадлежит только работе и трупам, им некогда уделять внимание себе или своим семьям.

Кроме того, вступительные экзамены в университет сильно расстроили его.

Он думал, что, если захочет создать семью, он не станет обременять себя карьерой.

Линь Сянланя никогда не бывает дома, и кто-то должен за ним присматривать.

Была еще одна причина, по которой он не стал судебно-медицинским экспертом, — он знал, что отец хотел, чтобы он стал полицейским. Таким образом, сын мог бы продолжить дело отца.

С детства Линь Сянлань рассказывал ему истории о том, как раскрываются преступления, и покупал книги связанные с этим.

Лао Линь говорил, что главное это правда, и объяснял, что всегда нужно помнить полицейскому.

Тогда у его наступил подростковый бунт, он просто хотел, чтобы надежды Линь Сянланя рухнули и тот почувствовал разочарование.

Линь Сянлань тогда положил руку на его голову, немного подумал и с радостью принял это, улыбаясь:

— Хорошо учись. Папа не против этого.

От его выбора профессии Линь Сянлань не столько расстроился, сколько  растерялся.

Его сердце будто опустело.

Только много лет спустя Шэнь Цзюньци понял, что его способность предсказывать события касается только посторонних, но не его самого.

Вот и сейчас, пройдя по другой дороге, он всё равно встал на этот путь. Он понял, что быть судебным медиком не так уж и плохо, как он того ожидал.

Вспомнив об этом, Шэнь Цзюньци опустил глаза.

В воздухе витали тибетские благовония, наполняя комнату ароматом.

Шэнь Цзюньци взял экземпляр Великой тибетской сутры, налил золотые чернила и начал копировать её.

Символы были написаны строчными буквами, и нужно было копировать их сосредоточенно, по одному штриху за одну мысль.

Когда снаружи загрохотал гром, Шэнь Цзюньци остановился, закрыл Священные Писания и открыл ноутбук. Он ловко вошел в учетную запись программного обеспечения.

Он оставил несколько сообщений.

Наконец, появилось диалоговое окно с именем Линь Сянлань.

«Папа, я сегодня был в муниципальном бюро. Все прошло хорошо. Меня приняли в Специальный уголовный отдел, и завтра я официально приступлю к работе».

Аватар собеседника был черным.

«Гу Яньчэнь теперь капитан Спецотдела. Я снял у него квартиру, и он будет заботиться обо мне. Не беспокойся».

Закончив писать, Шэнь Цзюньци потер подбородок  и задумался. Его длинные ресницы опустились, он тихо дышал, погруженный в свои мысли.

Спустя какое-то время он добавил: «Спокойной ночи».

На следующее утро, он умылся и переодевшись в спортивную одежду, отправился на пробежку.

Приняв  душа и переодевшись, он вышел и увидел Гу Яньчэня, выходящего из соседней двери.

Когда они встретились, Шэнь Цзюньци поприветствовал капитана:

– Доброе утро, капитан Гу.

Гу Яньчэнь потряс ключами от машины:

– Доброе утро. Не хочешь со мной прокатиться?

Шэнь Цзюньци покачал головой и отказался:

– Я могу прогуляться туда утром. Вчера вечером шел дождь, и сегодня может быть пробка. Я доберусь туда быстрее, чем ты.

Гу Яньчэнь посмотрел на него и ответил:

– Пойдем.

Шэнь Цзюньци, сам не понял как, сел в машину.

В пути они почти не разговаривали. Гу Яньчэнь включил музыку, а Шэнь Цзюньци смотрел короткие видео на телефоне.

Вода на дороге еще не ушла. На перекрестке они стали в пробку. Перед светофором выстроилась длинная очередь. Они ждали, пока машины начнут двигаться.

Гу Яньчэнь слушал музыку, держа руль одной рукой. Шэнь Цзюньци смотрел в окно, наблюдая за проходящими людьми. Они ехали так медленно, что их обгоняли пешеходы.

Шэнь подумал, что его способность предсказывать иногда мешает ему жить. Он скучал и случайно включил видео. Его рука дрогнула, и он быстро выключил звук, за это время в машине раздался пронзительный женский крик. Гу Яньчэнь удивленно обернулся.

Шэнь торопливо произнес:

– Извини, случайно нажал. Я только что смотрел трейлер к фильму ужасов.

Гу спросил:

– Тебе нравятся фильмы ужасов?

– Да, но я слишком придирчив и люблю что-нибудь покрепче.

– Наверное, тебе не хватает ужасов в реальной жизни, – усмехнулся Гу.

Шэнь ответил:

– Мне нравятся «Американская история ужасов», «Мертвец», «Проклятие» или фильмы о зомби.

Гу Яньчэнь заметил, что лицо Шэнь Цзюньци всегда было спокойным и невозмутимым. Ему даже показалось, что судмедэксперт с таким же выражением лица смотрел бы фильм ужасов, возможно, жалуясь на искусственность спецэффектов.

Прибыв в городское бюро, они направились в конференц-зал. Перед тем как войти, они услышали оживленные разговоры внутри.

Гу Яньчэнь открыл дверь. Люди, сидящие внутри, увидев их, быстро убрали телефоны, встали и поприветствовали их.

– Я капитан Специального уголовного отдела  Гу Яньчэнь,  – начал он, и указал на другого сотрудника. – Давайте представимся. Начнем с вас, Лу Ин.

Лу Ин, полицейский криминального отдела, лет тридцати пяти, встал и сказал:

– Меня зовут Лу Ин. Двенадцать лет я работаю офицером криминальной полиции. Меня считают хорошим человеком, так что, если вам понадобится помощь, просто найдите меня.

Рядом с ним стояла женщина-полицейский с короткой стрижкой, красивым лицом и в очках. Она представилась:

– Меня зовут Бай Мэн. В нашей семье три поколения полицейских. В университете я изучала компьютерное уголовное расследование и мониторинг.

Гу Яньчэнь пригласил женщину в отдел, учитывая специфику работы. Женщины-полицейские лучше подходят для допросов, личного досмотра и работы с семьями подозреваемых. Они также могут эффективно справляться с детальными вопросами и написанием отчетов.

Ци Иань сидел в углу и наблюдал за Бай Мэн, ему казалось, что в ней есть что-то необычное, и удивленно спросил:

— Значит, ты девушка?

Бай Мэн ответила:

— В нашем городском бюро женщины часто ведут себя как мужчины, а мужчины — как звери. Не беспокойтесь, я не буду тормозить вас.

Ци Иань почувствовал, что сказал что-то не то, и поспешно добавил:

— Я не сексист, просто немного удивлен.

Бай Мэн улыбнулась и сказала:

— Маленький брат, я предоставляю услугу по притворству подругой в городском бюро. Могу предложить скидку 50%.

Лицо Ци Ианя покраснело от смущения. Он никогда раньше не сталкивался с подобными шутками.

Тут он заметил, что Гу Яньчэнь смотрит на него. Ци Иань почувствовал себя неловко, быстро встал и поклонился:

— Меня зовут Ци Иань. Я помощник судебно-медицинского эксперта. Мне 24 года, и я только что присоединился к команде. Буду рад работать с вами.

Лу Ин обратил внимание на его рюкзак и спросил:

— Что у тебя там?

Все присутствующие тоже посмотрели на сумку Ци Ианя. Она была украшена множеством значков и имела защитную пластиковую пленку.

Ци Иань гордо улыбнулся и сказал:

– Это мешок боли, наполненный моими любимыми персонажами из аниме.

Затем он продолжил:

– С детства я обожал мультфильмы и американские драмы, такие как «Конан», «Киндаити», «Шерлок Холмс», «Мыслить как преступник» и «Кости». Я мечтал работать в криминальной полиции, но не смог пройти физическую подготовку, поэтому стал судмедэкспертом.

Он немного помолчал.

– Попав в эту проффесию, я понял, что судебная медицина отличается от того, что я  ожидал, но работа мне очень нравится.

Затем встал Шэнь Цзюньци и представился:

– Меня зовут Шэнь Цзюньци. Я раньше работал в бюро Жуйчэн, а теперь меня перевели сюда.

Увидев, что он почти закончил, Бай Мэн попросила:

– Доктор Шэнь, скажите еще несколько слов.

Шэнь Цзюньци коротко ответил:

– Я немногословен. Но когда дело дойдет до работы, сделаю все возможное. Рад с вами работать.

Эта группа состояла из пяти человек, молодых и сплоченных. В ней были как гражданские, так и военные специалисты. Они занимались судебной медициной и сетевым обеспечением. Как у маленьких воробьев, у них было все необходимое для работы.

Было понятно, что директор Дин выделил на это дело значительные средства. У команды было самое современное оборудование.

Им были предоставлены две полицейские машины – одна из них семиместная бизнес - класса. Всех вооружил, кроме двух судмедэкспертов.

В здании уголовного розыска были отдельные кабинеты для судмедэкспертизы, а также конференц-залы.

Бай Мэн помогла Гу Яньчэню настроить доступ к компьютеру. На нем был доступ к программам, недоступным другим командам криминальной полиции.

После установки Бай Мэн объяснила команде:

— Некоторые программы могут напрямую подключаться к системе общественного мониторинга города. Они получают доступ к информации о недвижимости, банковским данным и другим личным данным по идентификационным номерам. Самое мощное программное обеспечение может напрямую подключаться к системе Mobile Unicom, извлекая записи звонков с мобильных телефонов, определяя местоположение и даже осуществляя мониторинг.

Ци Иань удивленно спросил:

— Разве это не значит, что можно найти все, что угодно?

Бай Мэн ответила:

— Наивысший доступ дает возможность входить во все структуры, использовать основное программное обеспечение для чата, просматривать записи о покупках, загрузках, использовании браузера и других программ. Платежи, групповые чаты — пока эти вещи существуют, они оставляют след.

Ци Иань был поражен:

— Значит, можно наблюдать за всеми! Можно ли обнаружить преступление за тысячи миль?

Лу Ин похлопал его по плечу:

— Теоретически да. Но не волнуйся, большинство людей закон не нарушают.

Ци Иань понял, что его мировоззрение изменилось. Он посмотрел на Бай Мэн и тихо спросил:

– Ваши навыки работы с компьютером впечатляют. Вы, безусловно, одна из лучших в интернет - полиции, верно?

Бай Мэн покачала головой:

– Я обычная.  Но в отделе есть человек по имени Ци Шуо. Он просто полицейский № 1.

Ци Иань посмотрел на Бай Мэн:

– Эти разрешения упростят расследование?

Гу Яньчэнь прислушался и напомнил:

– Они вдвое повысят эффективность работы, но не стоит полагаться только на них.

Ци Иань смутился, его лицо стало озадаченным. Бай Мэн объяснила:

– Эти инструменты выявляют только честных людей, а не преступников. Нужно проверять подлинность информации. Они помогут раскрыть дело, но  эти каналы официальные. В реальности преступники всегда находят способы избежать слежки, иногда вводя полицию в заблуждение.

Лу Ин кивнул:

– Например, если у преступника карта с чужим номером, мы никогда не узнаем о нем.

Она снова пожаловалась:

– Ты не сталкивался с этим. Когда мы не работаем, кажется, что за всеми следят. Но когда мы занимаемся расследованием дел, видим, как преступники уходят из-под наблюдения.

Шэнь Цзюньци налил воду в стакан и слушал.

Вскоре все познакомились.

Специальный уголовный отдел был укомплектован, канцелярские товары были на месте. Гу Яньчэнь попросил Лу Ина заказать раскладной диван. Бай Мэн предложила горшечные растения для озеленения. Конференц-зал стал уютнее.

Ци Иань и Шэнь Цзюньци работали в судебно-медицинской экспертизе по утрам, дежурили в разное время и приходили в отдел днем.

Все было готово, не было только  самого дела.

Охота за костями

Глава 7. Охота за костями

На начальной стадии создания новой группы директор Дин организовал адаптационный период, не требуя от сотрудников срочных задач.

Криминальная полиция упорядочила дела, привела в порядок офис и провела учения.

Ци Иань и Шэнь Цзюньци не имели постоянной работы. Ци Иань, скучая, иногда помогал в анатомическом кабинете.

Шэнь Цзюньци ежедневно изучал новейшую литературу по судебной медицине.

В тот день, едва придя на работу, директор Лу постучал в их кабинет.

Ци Иань открыл дверь, а Лу Цунь, поправив очки, сказал:

– Судмедэксперт Шэнь, я недавно подписал отчет о вскрытии по делу детоубийства. Тест на всплытие был проведен отлично.

Шэнь Цзюньци кивнул:

– Это было сделано с помощью судмедэкспертов Вэнь и Чэна.

Лу Цунь спросил:

– У вас сейчас нет дел, верно?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Отдел только создан, дел пока нет.

Лу Цунь предложил:

– Недавно нашли кости возле горы Фэнлян. Повреждения серьезные, нужно выравнивание и восстановление. Наш судебный врач не справляется. Может ли судмедэксперт Шэнь помочь нам в этом?

Шэнь Цзюньци отложил книгу:

– Сначала разберусь в ситуации.

Ци Иань, услышав о работе, тоже встал.

Лу Цунь отвел их в анатомический кабинет № 3.

Шэнь Цзюньци стоял у стола под белой лампой и вытяжным вентилятором. Несмотря на вентиляцию, он все еще чувствовал запах разложения. На столе для вскрытия лежали разложившиеся кости.

Лу Цунь показал останки и сказал:

– Это тело обнаружили позавчера днем. Оно сильно разложилось и частично скелетировалось. Личность погибшего установить не представляется возможным.

Шэнь Цзюньци спросил:

– Нашли еще, какие ни будь предметы? Где одежда?

– Одежду нашли неподалеку, – ответил Лу Цунь, передавая Шэнь Цзюньци копии документов. – Это протокол судебно-медицинской экспертизы костей. Там указано время, место, температура окружающей среды и фотографии.

Иногда в городе находят подобные останки. Неизвестно, кто это, откуда они и как погибли. Кажется, весь мир про них забыл.

Лу Цунь продолжил:

– Этот труп нашли в лесу горы Фэнлян на юге города. Полиция обнаружила его вечером позавчера. Я осмотрел место и пришел к выводу, что тело могли обглодать дикие животные. Повреждения серьезные. Наша главная задача – установить личность и причину смерти.

Шэнь Цзюньци кивнул:

– Я попробую.

Лу Цунь, увидев, что Шэнь Цзюньци принял задание, удовлетворенно развернулся и вышел.

Ци Иань, дождался, пока директор Лу выйдет, закрыл дверь анатомического кабинета и тихо сказал:

– Вчера они обсуждали этот скелет в группе.

Шэнь Цзюньци опустил взгляд на кости и вздохнул.

Ци Иань продолжил:

– Судебно-медицинский эксперт Лю отказался от этой работы. Несколько дней назад он узнал о вскрытии ребенка и разозлился. Он сказал, что нужно было позвонить ему и дождаться его приезда.

Лю Шужун – это доктор Лю. Он вернулся из-за границы и работает в муниципальном бюро. Ему 32 года, он первый нож и преемник директора Лу. После того как у Лу начались проблемы со зрением, Лю Шужун взял на себя много сложных вскрытий.

Однако, несмотря на его навыки, Лю Шужун иногда бывает слишком занят и передает некоторые тела другим. Это можно сравнить с тем, как мясник убивает курицу одним ударом ножа.

Ци Иань почувствовал недовольство Лю Шужуна. Тот поручил эту задачу им, понимая, почему другие судмедэксперты отказались. Повреждения скелета были серьезными, а восстановление сложным и долгим процессом.

– Даже если мы соберем все воедино, что дальше? – задумался Ци Иань.

– Можно ли восстановить лицо? Установить личность? Определить причину смерти?

Слишком много неопределенностей. Дело может остаться нераскрытым.

– Не думай так мрачно, кто-то должен делать эту работу, – сказал Шэнь Цзюньци, разбирая груду костей и собирая череп.

Он быстро нашел два зуба и кусок нижней челюсти. Затем вытащил из кучи серебристо-белые волосы, он выбирал нужные кости, быстро раскладывая их на места.

Постепенно формировалась грубая человеческая фигура.

– Что ты видишь? – спросил Шэнь Цзюньци Ци Ианя.

– Это женщина, около 1,6 метра ростом, – ответил тот, разглядывая кости. – Судя по всему, она умерла больше года назад. Оставшиеся ткани реберного хряща подойдут для ДНК-теста и других исследований.

– Сколько времени это займет? – спросил Шэнь Цзюньци.

– Несколько дней упорной работы, – ответил Ци Иань.

Шэнь Цзюньци предложил начать с крупных костей, восстановить их и осмотреть.

Над и секционным столом зажглись лампы: бестеневая на верхнем уровне и белая на нижнем.

Шэнь Цзюньци разделил стол на части, разложив череп, кости туловища и конечностей.

Некоторые кости были покрыты остатками плоти, другие выглядели гладкими и чистыми, на третьих виднелись следы от зубов животных.

Шэнь Цзюньци предложил:

– Раздели кости на те в которых ты уверен и в которых не уверен. Я возьму те, что вызывают вопросы.

Ци Иань посмотрел на длинную кость и заметил лучевую бугристость. Он собрал несколько фрагментов, но столкнулся с новой трудностью:

– Учитель, что это за кость?

Шэнь Цзюньци мгновенно ответил:

– Ладьевидная.

Ци Иань засомневался:

– Но форма…

Шэнь Цзюньци объяснил:

– Это старая травма. Примерно за два года до смерти женщина упала и сломала ладьевидную кость, но она быстро зажила. Это говорит о своевременной медицинской помощи в хорошей больнице. Я думаю, что эта женьщна потерялась.

Пожилые люди часто падают и ломают ладьевидную кость, опираясь на руки.

Ци Иань знал, что взрослый человек состоит из 206 костей, и собрать их — сложная задача.

Шэнь Цзюньци оказался опытным в анатомии. Он быстро определял кости и объяснял, как читать по ним историю жизни.

За час Ци Иань узнал больше об анатомии, чем за годы учебы.

Через три часа все кости были собраны, а недостающие были отмечены стикерами.

В кабинете главного судмедэксперта другие врачи заканчивали вскрытие. Вэнь Вань вспомнила о костях, привезенных два дня назад:

– Как идут дела с теми костями? Нужна помощь?

Чэн Гун ответил:

– Директор Лу поручил это Шэню. Он должен заниматься этим.

Вэнь Вань удивилась:

– Шэнь из Специального уголовного отдела. Разве он может работать без разрешения командира Гу?

Лю Шужун вздохнул:

– Мы все здесь работаем, а они бездельничают. Так можно выполнить больше работы.

Все замолчали, и кабинет погрузился в тишину.

В городском бюро появился стажер Сун Цаньчэн примерно в то же время, что и Ци Иань. Он робко спросил Лю Шужуна:

– Учитель Лю, сколько времени нужно, чтобы собрать такое поврежденное тело?

Лю Шужун, опытный наставник, терпеливо ответил:

– Такие скелеты проверяют на знание анатомии. Новичкам, возможно, потребуется неделя, чтобы восстановить всё.

Затем он обратился к Вэнь Вань:

– Доктор Вэнь, сколько времени вам потребуется?

Вэнь Вань задумалась:

– Если работать медленно, это займет около двух дней.

Лю Шужун отметил:

– Для меня, знакомого с человеческим скелетом, это задача на день.

Сун Цаньчэн восхитился:

– Учитель Лю, вы замечательный.

В этот момент в дверь постучали. Вэнь Вань открыла и увидела Шэнь Цзюньци.

– Доктор Шэнь, что-то случилось? – спросила она.

Шэнь Цзюньци заглянул внутрь и обнаружил, что директора Лу там нет, поэтому сказал:

– Извините, я хочу увидеть директора Лу…

Лю Шужун ответил:

– Директор Лу на выезде. Если у вас есть дело, можете сказать мне.

Шэнь Цзюньци объяснил:

– Утром он поручил мне сразиться с мертвыми костями. Теперь они на анатомическом столе в третьем кабинете.

Все затихли. Прошло всего несколько часов, а задание уже выполнено? Это было неожиданно.

– Закончил? –Лю Шижун не смог сдержать эмоций и поднялся. – Я посмотрю.

С этими словами он пошел к выходу.

Кроткий и доброжелательный Чэн Гун тоже встал. Сун Цаньчэн, не упуская возможности, последовал за ними в анатомический кабинет.

Лю Шижун вошел и посмотрел на стол. Там лежал целый скелет.

Доктор Лю хотел уколоть его, но, осмотрев, понял, что все в порядке. Некоторые кости были сломаны и собраны, другие отмечены стикерами.

Вэнь Вань закончила игру:

– Просто завершите бой. Позже я свяжусь с Интерполом для сравнения записей.

Чэн Гун повернулся к Шэнь Цзюньци:

– Судмедэксперт Шэнь, у вас есть предположения о личности покойной?

Шэнь Цзюньци сразу ответил:

– Это женщина, ей было около 75 лет. Время смерти – примерно год и пять месяцев назад. Большинство повреждений на костях появились после смерти. Левая рука была сломана и зажила. Мы можем сосредоточиться на расследовании исчезновения пожилых людей возле  горы Фэнлян, особенно страдающих болезнью Альцгеймера.

Лю Шижун нахмурился:

– А причина смерти?

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Когда тело обнаружили, кости были в защищенном месте, швы черепа треснуты, а одежда лежала рядом. Никаких видимых повреждений. Я думаю, что это могло быть ненормальное раздевание.

Ци Иань спросил:

– Разделась странно и замерзла насмерть?

Шэнь Цзюньци подтвердил:

– Подозреваю, что она умерла от переохлаждения. Окончательное заключение можно сделать после проверки.

Судмедэксперты в прозекторской мгновенно замолчали. Особенно поражен  был Лю Шужун. За такой короткий срок останки собрали, и причина смерти стала ясна. Ему пришлось признать, что Шэнь Цзюньци – выдающийся эксперт.

Доктор Лю нахмурился, но это было бессмысленно. Он видел резюме Шэнь Цзюньци и спрашивал об этом друга, окончившего то же учебное заведение. По нынешним навыкам и успеваемости Шэнь Цзюньци не мог достичь таких результатов.

Шэнь Цзюньци спокойно предложил:

– У вас есть еще дела? Если нет, я пойду, поем и отдохну.

Лю Шужун задумался, как сохранить лицо. Поколебавшись, он сказал:

– Все в порядке. Спасибо за ваш труд.

Ци Иань спросил:

– Учитель, где вы научились таким техникам?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Накопленный практикой опыт показывает, что в этом мире миллиарды людей, и где-то всегда много трупов.

Автору есть что сказать:

Судебно-медицинский эксперт Лю: Должен ли я встать на колени или мне стоит пройти процедуру?

Гора усеянная трупами

Глава 8. Гора, усеянная трупами

Четыре года назад, в стране Р.

Ветер не утихал, и только что выпавший снег быстро превратился в ледяную корку, делая дорогу скользкой даже в нескользящей обуви. Две фигуры двигались по ледяному полю. Пройдя несколько сотен метров, они заметили ряд странных зданий. Вокруг них были охранные ограждения и камеры, и вход был закрыт для посторонних.

– Мы на месте, – произнес мужчина, идущий впереди. Он был европейцем с высоким носом и одет в толстое пальто с меховым воротником. Сделав несколько шагов, он обернулся к молодому человеку, тащившему чемодан позади, и сказал: – Иди быстрее. Если будешь идти медленнее, пальцы на ногах замерзнут и отвалятся один за другим.

За ним шел молодой человек лет двадцати. Его красивая внешность и худощавое телосложение придавали ему незрелый вид. Он не привык к такому холоду и время от времени прикрывал грудь, тихо кашляя.

– Вы простудились? – спросил мужчина на ломаном китайском языке.

– Проблемы с сердечным ритмом, – ответил молодой человек. – Высота здесь большая, это усиливает аритмию. Сейчас сердце сильно бьется, поэтому я кашляю.

– С вами все в порядке? – снова спросил мужчина. – Здесь далеко от больницы, попасть к врачу будет сложно.

Молодой человек упрямо покачал головой:

– Со мной все нормально, я взял с собой лекарство.

Мужчина сказал:

– Вы можете звать меня Ли. Как вас зовут? Извините, хотя я хорошо говорю по-китайски, это только один из шести языков, которыми я владею. Должен признать, ваше имя немного сложно запомнить.

– Шэнь Цзюньци, – повторил молодой человек. Он помолчал, а затем добавил: – Или можете запомнить более простое имя и звать меня Линь.

Они подошли к двери, и Ли указал вперед.

– Добро пожаловать на крупнейшую в мире ферму человеческих тел.

Он продолжил:

– После того как вы это увидите, вы поймете, что фермы человеческих тел в других странах  – это лишь детские забавы. Огромное количество и множество типов трупов,  и они лучшие в мире!

В голосе Ли звучала гордость.

Шэнь Цзюньци знал, что первая ферма человеческих тел была создана в Университете Теннесси в 1971 году. Она стала широко известной, но о той, что находилась перед ним, никогда не писали в новостях. Однако её масштабы превосходили все остальные фермы вместе взятые.

Здесь были тысячи трупов разных видов.

Шэнь Цзюньци спросил:

– Как тела доставляют сюда?

– Летом их привозят на машине. Но зимой приходится идти пешком. Если тело привозят в зимнее время, берут мешок для трупов и запихивают его в маленькую машину, – рассказывал Ли, дрожа от холода. – Черт, зима здесь действительно суровая. Ненавижу зиму.

Войдя внутрь, Шэнь Цзюньци осмотрел помещение вокруг. Хотя снаружи все было покрыто льдом и снегом, внутри здания было множество комнат.

Самая большая ферма напоминала огромный завод. В нем было много помещений, разделенных на зоны с разной температурой и влажностью. Здесь имитировали пустыни, тропические леса, болота, поля и леса средней полосы. Снаружи  находилась огромная свалка мусора, а внутри  мониторы с различными телами.

Внутри царила напряженная атмосфера. Персонал, регистрирующий трупы, был полностью поглощен работой.

Шэнь Цзюньци спросил:

– Сколько людей находится здесь сейчас?

– Вы спрашиваете о мертвых или живых?

– Обо всех.

– Тел более шести тысяч девятисот, и их число растет. Живых людей больше ста, половина из них обслуживает помещения. Иногда приезжают студенты из судебно-медицинского учреждения учиться или помогать. Они находятся здесь постоянно. Ученых из разных стран не более пятидесяти. Многие мечтают приехать сюда, но задерживаются тут ненадолго.

– Почему?

– Здесь тяжело. Каждый день приходится иметь дело с бесчисленными телами. Если так долго продолжается, у многих возникают психические проблемы. Большинство испытывают страх и тошноту, когда видят все это впервые.

– Я буду в порядке, – спокойно ответил Шэнь Цзюньци. – Я вырос в судебно-медицинском кабинете. Впервые оказался там, когда мне было около семи лет. Отец оставил меня там сделать домашнее задание, и я увидел гниющий труп...

Это была его первая встреча со смертью. Вскоре он преодолел страх.

– Вы проводили вскрытие раньше? – спросил Ли.

Лицо Шэнь Цзюньци побледнело:

– Однажды.

Он вспомнил, что тогда был один, стоял лицом к трупу, опознавал внутренние органы и резал... При воспоминании о той сцене спина Шэнь Цзюньци покрылась потом, а холодный ветер заставил его почувствовать дискомфорт.

– Не думайте слишком много, – сказал Ли. – Это место отличается от криминалистического кабинета. У старых экспертов нет возможности контактировать с таким количеством трупов. Знаете, как это место называют? В переводе на китайский – «Ад Истины». Чтобы узнать истину, нужно побывать в аду.

Ли продолжил:

– Если вы на улице, у вас все еще есть жизнь. Вы можете играть в телефоне, смотреть телевизор, общаться с друзьями. Наслаждаться вкусной едой. Но тут сигнал слабый, и для получения интернета нужно идти в компьютерный зал. Будете есть консервы и простую пищу. Ночью из вентиляционных отверстий будут доноситься жужжание мух и комаров. Здесь имеются только медицинские книги, трупы и насекомые.

Шэнь Цзюньци слушал спокойно.

– Трупы находятся в стеклянных контейнерах, даже с вытяжкой, запах не выветривается. Когда вы принимаете пищу или спите, запах сохраняется. Смерть не отпускает вас ни на минуту. Один ученый, который жил здесь полгода, покончил с собой. Перед смертью он оставил письмо о пожертвовании. Его номер — 3145. В конечном итоге, вы тоже чувствуете себя мертвецом.

– Я могу это сделать, – Шэнь Цзюньци опустил голову, уголки его рта слегка приподнялись. – Я чувствую, что между мной и этими телами нет разницы.

Если забыть о разнице между жизнью и смертью, все мы люди. Через сто лет все мы станем трупами. Это все — часть этого мира.

Глядя на ужасающие трупы перед собой, Шэнь Цзюньци не испугался. Он был взволнован и готов был начать учиться и работать.

– Вы такой же, как и я, – Ли улыбнулась, найдя с ним общий язык.

– Это кошмар для нормальных людей, но рай для сумасшедших.  Однако я предлагаю вам найти какую-нибудь навязчивую идею. Постоянные мысли о смерти делают людей ненормальными. Вам нужно что-то – человек, вещь или событие, – что связывает вас с реальным миром.

Ли замер, словно обдумывая, какие слова подобрать. Потом он придумал и радостно сказал:

– Пуповина. Без нее люди не смогут получать питательные вещества и погибнут.

С этими словами он достал маленькую фотографию и показал ее Шэнь Цзюньци. На снимке была милая девочка:

– Хотя я развелся с женой, она родила мне дочь. Иногда я посещаю бар в городе и звоню ей по видеосвязи. Линь, тебе тоже стоит радоваться, что ты живой.

Шэнь Цзюньци кивнул:

– Она очень милая.

Только тогда Ли с удовлетворенной улыбкой убрал фотографию обратно в карман. Похвала дочери сделала его счастливее, чем любые другие комплименты.

Они прошли через ряд лабораторий, где их встречал запах гниющих трупов. Он был везде: свежие тела, только что погибшие, и старые, разлагающиеся, сливались в одну удушающую вонь.

Шэнь Цзюньци огляделся и увидел внутри море трупов.

У входа в зал стоит бассейн, имитирующий подводную среду. Приглядевшись, можно увидеть несколько тел: одни привязаны камнями и лежат на дне, другие плавают на поверхности. Воду здесь меняют часто, чтобы хорошо видеть состояние тел. Они выглядят как тихие картины «Образы изменчивого мира».

Дальше, в глубине зала, лежат трупы, разрезанные на части, с расплавленными лицами, с насекомыми на телах и с содранной и обработанной кожей. Одно тело стояло в прозрачном гробу, в позе Давида.

В углу зала находился огромный скелет, похожий на останки легендарного великана. Его высота была почти два с половиной метра.

Рядом расположена стеклянная витрина с сосудами, в которых находятся сердца и легкие. Это образцы, выполненные особым способом. Кровь ярко-красная, как у дерева, растущего вверх тормашками, с пышными ветвями и листьями.

Это место – настоящая сокровищница, открывающая другую сторону внешнего мира.

Шэнь Цзюньци задумался, о том что, возможно, здесь и есть истина.

Они прошли через один зал, и стало немного теплее. Ли отвел Шэнь Цзюньци в одну из комнат, где на полу росли растения умеренного пояса, а на земле лежала почерневшая мумия. Её зубы особенно выделялись на фоне сморщенной кожи.

Ли рассказал, что большинство трупов пожертвованы, многие неизвестны, но у некоторых есть имена. Здесь можно увидеть тела разных рас и возрастов. Он взял бутылку водки со столика и сделал несколько глотков, затем предложил её Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци сделал глоток и сильно закашлялся. Его бледное лицо покраснело.

Ли продолжил:

– Иногда местная полиция приносит нам трупы для вскрытия, так что здесь всегда есть тела для изучения.

– А сколько лет этой мумии? – спросил Шэнь Цзюньци, указывая на неё.

Шэнь Цзюньци внимательно посмотрел и предположил:

– Пять лет?

Ли рассмеялся, как ребенок, успешно разыгравший кого-то:

– Двадцать пять лет. Вы ошиблись на двадцать лет. Похоже, вам еще многое предстоит освоить.

Шэнь Цзюньци молча поджал губы. Труп был старше его.

– Никто не является абсолютным гением, когда дело касается смерти, потому что все мы неопытны. Но это место поможет нам восполнить пробелы. Как только вы изучите все кости и гнилые внутренности здесь, сможете уйти. Самому быстрому потребовалось два года на это.

Шэнь Цзюньци ответил:

– Тогда я надеюсь завершить за год.

Времени у него оставалось мало.

Если он хочет стать настоящим Шэнь Цзюньци, ему некогда медленно изучать предметы дома. Это место — быстрый путь к освоению судебно-медицинских знаний. Это как сильнодействующее лекарство и опасный шаг. Возможно, он уйдет отсюда, а возможно, тоже станет трупом.

– Вы можете попробовать. Надеюсь, на этот раз вы верно оценили время, – сказал Ли.

Вскоре Шэнь Цзюньци разрешили войти в комнату.

Маленькая комната с плохим отоплением. Это место для выживания, а не для комфорта.

Он убрал багаж и снял пальто.

Достав мобильный телефон, Шэнь Цзюньци понял, что сигнал очень слабый. Он мог только просматривать фотографии.

На фото были пейзажи и селфи, но его особое внимание привлекла фотография отца. Шэнь Цзюньци долго смотрел на нее.

Его палец замер на фотографии. На снимке был изображен молодой, привлекательный мужчина.

Фотографию сделали тайком. Мужчина спускался в спешке, огляделся и не заметил его в толпе.

Шэнь Цзюньци сделал эту фотографию заставкой на экране блокировки своего телефона. Это была его страсть.

В итоге ему потребовалось восемь месяцев, чтобы превратиться из любителя в лучшего судебно-медицинского эксперта.

Автору есть что сказать:

Трупные фермы — это учреждения, где изучают трупы. Они существуют во многих странах и обладают огромной научной ценностью.

Что ты ищешь

Глава 9. Что ты хочешь?

Городское бюро Биньчэна

Ци Иань быстро подготовил судебно-медицинский отчет по костям и передал его Сун Цаньчэну, поскольку работа еще не была завершена.

Позже Ци Иань вновь обратил внимание на это дело.

После токсикологических тестов выяснилось, что погибшая не была отравлена.

Благодаря времени смерти и особенностям скелета удалось опознать старушку, пропавшую в прошлом году под Новый год.

У нее была болезнь Альцгеймера, и она бесследно исчезла. Семья развешивала объявления о пропаже и искала ее до сегодняшнего дня. Они надеялись, что она вернется домой.

Но никто не знал, что вскоре после исчезновения она ушла в горы.

В том году зимой из-за резкого похолодания старушка замерзла и укрылась в горах. Внезапно начавшийся снегопад убил ее.

Тело не нашли  и оно было съедено дикими животными.

Полиция связалась с семьей, но им было трудно смириться с утратой.

Когда муж узнал, где нашли кости его жены, он горько заплакал:

– Там есть платформа с прекрасным видом на город. Мы обещали подняться на нее вместе, чтобы посмотреть фейерверк, когда были молодыми. Но работа, дети, болезни родителей – все это помешало нам. Мы так и не сдержали данное друг другу обещание.

Ци Иань вздохнул, выслушав историю.

Потом это обещание было забыто.

Средства массовой информации освещали эту историю, и многие люди были тронуты.

В настоящее время это дело стало примером быстрого раскрытия для городского бюро.

Гу Яньчэнь внимательно выслушал все детали и направился в кабинет судмедэксперта. Там он сразу же встретил директора Лу и спросил:

– Директор Лу, я слышал, что недавно судмедэксперт Шэнь помогал собирать тело.

Лу Цунь не ожидал, что Гу Яньчэнь узнает об этом. Он улыбнулся и ответил небрежно:

– Судебный врач был занят, поэтому я попросил доктора Шэня помочь.

Гу Яньчэнь продолжил спокойно:

– Помогать — это нормально. У Бюро есть инструкции. Хотя Шэнь Цзюньци — судебный медик, он работает в нашем Специальном уголовном отделе. То, что вы сделали, нарушает все правила.

Директор Лу должен был сообщить ему об этом, но, очевидно, что он не сделал этого.

Лу Цунь признал:

– Я был занят и не подумал об этом.

Гу Яньчэнь спросил:

– Отчет о вскрытии  писал Ци Иань, верно? Почему там только ваша подпись и подписи Лю Шужуна и Сун Цаньчэна?

Лю Шужун сделал вид, что не слышит.

Лу Цунь объяснил:

– Доктор Шэнь помогал с костями, эксперт Ци написал отчет, Лю и Сун завершили анализ и отправку теста. Я подписал и отправил документ, забыв их включить.

Гу Яньчэнь улыбнулся:

– Я знал, что вы заняты и забыли. Поэтому пришел напомнить.

Лу Цунь:

– О процессе расскажу позже. За это дело тоже много наград полагается.

Гу Яньчэнь взял верх над директором Лу и Лю Шужуном в большом кабинете.

Ци Иань, сидя в маленьком кабинете по соседству, услышал голоса, но не решился выйти.

Шэнь Цзюньци отхлебнул чай, посмотрел на Ци Ианя и спросил:

– Ты сказал командиру Гу?

Ци Иань поспешно мотнул головой:

– Это Сун Цяньчэн с уголовным розыском хвастались.

Наконец он признался Шэнь Цзюньци.

Как только он замолчал, в соседнем кабинете тоже наступила тишина. Он вздохнул с облегчением, но через несколько секунд Гу Яньчэнь распахнул дверь.

Гу Яньчэнь вошел и спросил:

– Директор Лу искал вас, чтобы вы выполнили работу, почему вы не сказали мне?

Ци Иань чувствовал себя подавленным его аурой и молчал.

Шэнь Цзюньци ответил:

– Это пустяк. Нет нужды отчитываться. Мы же всё равно были не заняты.

Видя, что обстановка накалилась, Ци Иань тихо сказал:

– Капитан Гу, не волнуйтесь, такого больше не повторится...

Гу Яньчэнь сказал:

– Не думайте, что здесь все бескорыстны. Если что-то случиться, на вас могут свалить всю вину. А когда дойдет до наград, вы останетесь в стороне.

Город Биньчэн слишком велик, и здесь всё иначе, чем в маленьком городке.

Это как обычное рабочее место в крупной компании, где есть завистливые, ленивые и амбициозные люди.

И полиция, и судмедэксперт – это просто профессии. У всех есть свои интересы, но есть и приоритеты. Этот эгоизм часто не связан с тем, насколько хорошо человек выполняет свою работу.

Ци Иань поспешил, добавить:

– Я понимаю капитана Гу. Надо ценить свою работу и не быть наивным.

Гу Яньчэнь мягко сказал:

– Подумайте о своей карьере. В бою нужно бороться изо всех сил. Если у вас возникнут проблемы, скажите мне, я помогу. Это будет влиять на вашу зарплату и повышение.

Шэнь Цзюньци подул на чай:

– Спасибо, капитан, но это меня не волнует.

Гу Яньчэнь взглянул на него.

Шэнь Цзюньци поднялся и сказал:

– Капитан, пойдемте со мной, я вам кое-что покажу.

Они спустились в подвал судебно-медицинской экспертизы, где было намного холоднее.

В коридоре была сломана лампа, он был плохо освещен и выглядел мрачно.

Они дошли до последней комнаты, это был морг.

Это место, на которое редко обращают внимание. Сюда приходят семьи, чтобы забрать тела своих родственников, после подтверждения личности.

Сотрудник сказал, что семья придет около двух часов дня, и сейчас было уже два.

У двери стоял длинный серый стол, разделявший мир живых, снаружи и мир мертвых, внутри.

Шэнь Цзюньци скрестил руки и стал наблюдать.

Гу Яньчэнь посмотрел внутрь. Там стояли несколько человек.

Гу Яньчэнь узнал семью пожилой женщины из новостей.

Персонал морга вручил детям коробку. Их лица были серьезными.

В коробке лежали останки, все кости уместились в один квадратный ящик.

Пожилой муж прижался к коробке, его глаза заволокло пеленой, но слез не было. Он хрипло сказал...

– Дорогая, теперь я наконец-то могу отвезти тебя домой. Я плохо о тебе заботился, но мы больше никогда не разлучимся.

Дочь плакала и говорила:

– Мама, когда ты вернешься домой, тебе больше не будет холодно.

Это был момент прощания  жизни со смертью, момент радости и горести  для живых людей.

Гу Яньчэнь долго молчал, наблюдая эту сцену. Он был человеком с огромным сердцем и чувством сострадания. В жизни нет ничего важнее жизни и печальней смерти. Перед лицом истины все достижения кажутся ничтожными.

Шэнь Цзюньци прошептал:

– Я сделал это не ради карьеры, только для них. Не важно, знают они, что это был я, или нет. Меня не волнуют звания, деньги и похвалы.

В комнате горел белый свет, освещая половину лица Шэнь Цзюньци. Вторая половина его лица оставалась во мраке коридора.

– Все что я делаю, это не для других, а для меня самого, – сказал он, глядя на Гу Яньчэня. – Не беспокойтесь обо мне, командир Гу. Никто не сможет отнять у меня самое важное.

Гу Яньчэнь внимательно смотрел на Шэнь Цзюньци. Мужчина был красив, и в его глазах читалось нечто большее. При первой встрече капитан Гу подумал, что доктор Шэнь холоден, но теперь он понял, что в этих глазах нет места мирским заботам.

Гу внезапно осознал, что Шэнь Цзюньци  не просто красивая оболочка. Его истинная сущность проявлялась в серьезном отношении к жизни и в скрупулезном отношении к работе с телами.

Гу Яньчэнь вспомнил слова Ямамото Момо: «Вежливость и приветливость нужны не для других, а для моей защиты».

Ему показалось, что он становиться ближе  к Шэнь Цзюньци. Гу Яньчэнь стало любопытно,  что движет Шэнь Цзюньци, безразличному к славе и богатству?

Они шли по коридору. Шэнь Цзюньци нарушил тишину:

– Капитан Гу, вы действительно добросердечный человек. Вы боитесь, что нас будут использовать, поэтому пришли сегодня, чтобы помочь нам понять свою ценность? – Он сделал паузу и добавил: – Вы не из тех, кто присваивает чужие заслуги.

Гу Яньчэнь достал сигарету и честно сказал:

– Если вы на все будете соглашаться, у остальных сложится мнение, что Специальный уголовный отдел легко использовать и нам, потом станет трудно работать.

Шэнь Цзюньци кивнул:

– Я понимаю.

Они общались, понимая друг друга с полуслова. Спускаясь в здание судебно-медицинской экспертизы, они увидели площадку, на которой кто-то тренировался в стрельбе на открытом стрельбище, слышались слабые выстрелы.

Шэнь Цзюньци вдруг спросил:

– Капитан Гу, вы действительно можете определить по звуку, куда попала пуля?

Это была сплетня: некоторые говорили, что Гу Яньчэнь необычайно точен.

– Это не совсем так, но я могу сказать примерно. Звук попадания в центр отличается от звука попадания в молоко, – ответил Гу Яньчэнь. – Вы что-нибудь знаете о снайперской стрельбе?

– Немного, – признался Шэнь Цзюньци.

Глядя на мишень, Гу Яньчэнь продолжил:

– Опытный снайпер заранее знает, куда попадет пуля.

Шэнь Цзюньци спросил:

– На позиции снайперу приходиться долго выжидать?

– Иногда, но ожидание того стоит. Самое важное – это момент, когда пуля достигает цели.

Шаги Шэнь Цзюньци замедлились, и он вдруг вспомнил слова Гу Яньчэня, сказанные много лет назад.

«Я обещаю найти правду, сколько бы времени это ни заняло и каких бы усилий ни потребовало».

Судебно-медицинский центр изучил все записи и передал их дальше. Об этом узнал директор Дин.

Он был удивлен высоким уровнем судебно-медицинских навыков специалиста из провинции.

Старик специально пригласил Шэнь Цзюньци и Ци Ианя для участия в встрече с экспертами криминального отдела Центра.

Встреча началась с обсуждения недавних дел в судебно-медицинском отеле.

Директор Дин начал:

— Недавно создан особый отдел по уголовным делам. Лао Лу, у вас всегда была вакансия старшего консультанта - судебного врача. Давайте назначим на эту должность Шэнь Цзюньци. Это разрушит барьеры между отделами и поможет в дальнейшем при сложных вскрытиях.

Директор Дин придумал идеальный план: повысить Шэнь Цзюньци  зарплату и звание.

Закончив речь, директор Дин спросил Шэнь Цзюньци:

— Ты согласен на это?

Шэнь Цзюньци уточнил:

— Капитан Гу знает об этом?

Дин кивнул:

— Я рассказал ему. Он сказал, что все зависит от твоего решения.

Это была отличная возможность для продвижения, и Гу Яньчэнь не стал препятствовать этому.

Шэнь Цзюньци добавил:

— Работа в Специальном уголовном отделе сейчас простаивает, я могу помочь.

Вскоре Шэнь Цзюньци стал знаменитостью в центре, особенно у Сун Цаньчэна, который часто обращался к нему за помощью.

Автору есть что сказать:

Гу Яньчэнь:  Тем, кто занимается снайперской стрельбой, приходится терпеть трудности и сохранять спокойствие.

Шэнь Цзюньци задумался: Твоя выносливость достаточно сильная?

Гу Яньчэнь: Что тебя интересует?

Шэнь Цзюньци: Например, истина. Справедливость. Жизнь и смерть. Ты.

Времена изменились

Глава 10. Времена изменились

Биньчэн, дом Гу Яньчэня.

Наступила очередная долгая ночь, и лунный свет мягко освещал город. Большинство людей спали, и  вокруг царила тишина.

Гу Яньчэнь открыл глаза, но подумал, что еще находится во сне. Но этот сон был настолько живым, что он долго не мог очнуться.

Вокруг было шумно, пахло алкоголем. Это был торжественный прием. Люди смеялись, ели и пили, на их лица было выражение примитивного удовольствия.

Вдруг раздалась стрельба. Первый выстрел разбил подвесную лампу, и стало темно. Выстрелы продолжались, шла ожесточенная борьба.

Гу Яньчэнь наблюдал, как люди падали друг за другом. Кого-то он знал, кого-то нет. Среди них был Сюй Чэнхуан — подпольный император, который уже много лет как в тюрьме. Он дрожал, молил о пощаде и горько плакал.

Внезапно сцена изменилась. Гу Яньчэнь оказался перед больничной койкой Линь Сянланя, его лицо было серым, и он крепко держал его за руку. Он открыл рот и с трудом произнес:

— Гу Яньчэнь, ты должен позаботиться о Линь Ло... Присмотри за ним. Этот ребенок слишком упрямый... Я не уверен...

Гу Яньчэнь согласно кивнул. Только тогда Линь Сянлань вздохнул с облегчением.

Сцены из памяти превратились в обрывки снов. В этих снах он отчаянно искал Линь Ло.

Он не смог дозвониться по телефону, а потом тот и вовсе отключился.

Наконец, Гу Яньчэнь нашел молодого человека в комнате KTV. Тот, казалось, спал: глаза были плотно закрыты, а ярко-красная кровь расцветала на белой одежде, словно цветы.

Гу Яньчэнь внезапно открыл глаза и сел. На лбу выступил холодный пот, сердце бешено колотилось. Вокруг была кромешная тьма, и только тогда он понял, что сидит дома на кровати, он снова увидел сон, который был как проклятье.

Он встал, закурил сигарету и вышел из спальни. Приоткрыл уголок занавески и посмотрел на темный город. Город был тихим, как спящий зверь, как бездонное море.

Запах табака постепенно успокоил его. Прошло пять лет со дня смерти Линь Сянланя, но Гу Яньчэнь все еще вспоминал о том времени. В молодости он думал, что подобное, это   просто жизненный опыт, и со временем он забудется. Но теперь он знал точно, что некоторые вещи остаются с тобой навсегда.

Эти переживания въелись глубоко в его душу. Казалось, что часть его осталась в прошлом, включая того подростка.

Восемь лет назад, после окончания университета, его назначили в муниципальное бюро Биньчэна. Во время работы, будь то допросы, аресты или расследования директор Линь относился к нему как к сыну. Два года спустя ему поручили дело Сюй Чэнхуана и назначили руководителем оперативной группы.

Сюй Чэнхуан был опасным человеком в Биньчэне. Он занимался всеми видами нелегального бизнеса: порнографией, азартными играми, наркотиками. Половина подпольной торговли города была под ним.

Гу Яньчэнь был честным молодым детективом, готовым работать ради общих целей. Они начали с мелких дел, постепенно раскрывая сложные связи. В итоге полиция ликвидировала крупнейшее подпольное казино и огромную сеть наркоторговли.

Расследование длилось больше года, и в конце концов все ключевые фигуры бандитской группировки оказались за решеткой, включая Сюй Чэнхуана, приговоренного к пожизненному заключению.

На какое-то время темные силы, скрывавшиеся в Биньчэне, исчезли.

Это была триумфальная победа.

Директор Линь получил награду, что открывало перед ним блестящее будущее.

Но внезапно он заболел.

У старого директора всегда были проблемы с сердцем, и он часто попадал в больницу. Не придавая значения своему здоровью, он мчался в муниципальное бюро при первых признаках проблемы.

На этот раз болезнь оказалась серьезной. Линь потерял сознание на работе и скончался от истощения.

Его последними словами были: «Позаботься о Линь Ло».

В тот год ему было всего 24 года, а Линь Ло — 21 год.

Гу Яньчэнь принял тот факт, что у него появился младший брат, хотя разница в возрасте была невелика.

Они знали друг друга уже несколько месяцев. Сначала их встречи заканчивались ссорами, но постепенно они сблизились.

Травма Линь Ло, а потом и кома сильно ранила его сердце.

Он всегда выполнял свои обещания, но не выполнил обещание данное Линь Сянланю.

Гу думал о том, как разбудить Линь Ло и найти лучших врачей. Он хотел, чтобы тот выжил.

Мальчик был в коме, он был как свеча, и Гу  не мог допустить, чтобы эта свеча погасла.

Но он получил известие о смерти мозга...

Смерть Линь Ло была внезапной. Он был в командировке и не видел его в последние минуты его жизни. Когда Гу приехал в больницу, там была только пустая кровать.

В тот день сердце Гу словно разорвалось.

Вспоминая об этом, он выпускал клубы дыма.

Он вошел в гостиную, включил свет и открыл ящик под журнальным столиком.

Яркий свет разбудил собаку, спящую на балконе. Это была крупная немецкая овчарка, известная как Хэйбэй. Когда-то она служила в полиции, но теперь была на пенсии. Гу Яньчэнь забрал её и дал ей кличку Улян.

Собака резко встала, встряхнулась, выгнула спину и с подозрением посмотрела на комнату. В ее обычно спокойных глазах мелькнула ярость.

Гу Яньчэнь выпустил дым и жестом приказал собаке сесть. Улян подчинился.

Гу Яньчэнь убрал папку в ящик стола. В ней лежали копии документов и материалы расследования. Он доставал ее по ночам, перечитывал, снова изучал улики и делал заметки.

С годами он не забыл слова Линь Сянланя.

Внешне он спокойно занимался логистикой, но втайне продолжал расследование.

Гу Яньчэнь предполагал, что в городе действует скрытая сила, подпитывающая преступность.

Правосудие меняется, адаптируясь к новым условиям. Слежка, интернет и мобильные телефоны кардинально изменили жизнь людей.

Преступники тоже эволюционируют. Раньше они были открытыми и пугающими, теперь же стали более изощренными и скрытными.

Несколько лет назад банды грабили банки, похищали детей, дрались за деньги. Но теперь такие преступления стали редкостью.

Сегодня ограбление банка — это безумие. Один заграничный сервер может привлечь тысячи игроков, заработать уйму денег и поймать их невозможно.

Злые люди тоже освоили силу интернета, они поняли, что сейчас не время для групповых сражений и насилия.

Некоторые из них преобразились: стали богатыми и влиятельными членами общества, способными управлять событиями.

Гу Яньчэнь внимательно наблюдал за происходящим. Он снайпер, привыкший к одиночеству и терпению.

Недавно его расследование зашло в тупик из-за недостатка улик.

Как раз тогда к нему обратился директор Дин с новостью о создании нового отдела. Гу Яньчэнь согласился и стал руководителем Специального уголовного отдела, получив больше полномочий и доступ к информации.

Среди множества материалов он взял досье Линь Ло. Когда тот попал в аварию, ему был 21 год, и он окончил выпускной курс. Несколько месяцев он провел в больнице, а в 22 года умер.

Затем он изучил личное дело Шэнь Цзюньци. Ему было 27 лет, как и Линь Ло.

Впервые увидев Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь почувствовал что-то знакомое. Он представил, как Линь Ло, если бы был жив, превратился в такого же красивого молодого человека, как Шэнь Цзюньци, и стал бы выдающимся, как и мечтал его отец.

Но он знал, что мертвые не возвращаются.

Он видел, как умирал Линь Ло, он видел его живым, но медленно угасающим, от бесчисленных порезов на теле и переломанных костей.

Большую часть времени, проведенного с Линь Ло, Гу Яньчэнь наблюдал за ним, когда он лежал на больничной койке, подключенный к аппаратам. Линь Ло был слаб, как свеча на ветру, готовая в любую секунду погаснуть.

Линь Ло и Шэнь Цзюньци мало чем походили друг на друга. Их объединяли лишь возраст и немного схожий темперамент.

Внешность, происхождение, образование и опыт Шэнь Цзюньци отличались от того Линь Ло. Гу Яньчэнь изучил его файлы, чтобы понять, есть ли между ними хоть какая-то связь.

Шэнь Цзюньци не был Линь Ло. У него были детские фотографии, отзывы учителей, снимки класса и все его академические достижения.

Его отец работал прокурором в Жуйчэне, столице провинции. Шэнь Цзюньци поступил на факультет судебной медицины. На последнем курсе его родители погибли в автокатастрофе. Он взял годовой отпуск, прежде чем закончить учебу.

Больше в его жизни ничего примечательного не было.

Какие пересечения могли быть у таких разных людей?

Гу Яньчэнь долго смотрел на Шэнь Цзюньци, затем обвел номер телефона и спрятал папку. Он собирался потом проверить всю информацию.

Появлеие Шэнь Цзюньци что-то изменило в расследовании.

Вернувшись на передовую, Гу Яньчэнь с нетерпением ждал новых дел.

Огонь справедливости в его сердце горел ярко. Он хотел найти истину, сдержать обещание и был готов пройти через любые испытания.

Гу Яньчэню  не хватало единомышленников, с которыми можно было сражаться плечом к плечу.

Он не думал о себе, как и директор, Линь он стремился только к справедливости.

Казалось, что все в нем осталось прежним, но что-то важное изменилось.

Труп в реке

Глава 11. Речной труп

В последующие дни в Специальный уголовный отдел не поступило ни одного дела. Сун Цаньчэн и Вэнь Вань часто водили Шэнь Цзюня осматривать сложные трупы. Гу Яньчэнь был открыт для всех и пригласил сотрудников криминальной полиции на тренировки по боевым искусствам. Бицепсы Лу Ина стали заметно больше. Бай Мэн разобрала все файлы и вырастила розы в офисе. Ци Иань чувствовал себя неловко. Он поступил в Специальный уголовный отдел, что звучало впечатляюще, но оказалось бесполезным. Это стало неожиданностью для Ци Ианя, ассистента судебно-медицинского эксперта.

Ци Иань спросил Шэнь Цзюньци, чем ему заняться?

– Нечем заняться? - Шэнь Цзюньци задумался. – Почему бы тебе не почитать книгу об изменениях трупов?

Ци Иань был разочарован. Он хотел увидеть настоящие тела, а не фотографии. Шэнь Цзюньци предложил:

– Тогда сходи к директору Лу.

Ци Иань улыбнулся:

– После прошлого визита Гу Яньчэня, директор Лу недавно появился у дверей нашего офиса.

Шэнь Цзюньци сделал глоток чая и сказал:

– Если ты больше не можешь терпеть, можешь попросить капитана Гу сменить команду?

Ци Иань покачал головой:

– Нет, я не хочу менять команду.

У него сложилось хорошее впечатление о коллегах. Было бы лучше, если бы появилось настоящее дело. Учитель отказался давать ему работу, поэтому Ци Иань во время обеденного перерыва Шэнь Цзюньци, снова отправился в криминальную полицию и спросил, чем он может помочь.

Бай Мэн сменила заставку на экране с изображением нового айдола и произнесла:

– У других пока нет возможности отдыхать.

Лу Ин отложил гантель и пояснил:

– Нам не нужно ничего делать, чтобы показать, что Биньчэн в пока безопасности, и это хорошо.

Эти слова не успокоили Ци Ианя, а только добавили тревоги. Гу Яньчэнь заметил его беспокойство и сказал:

– Не переживай, директор Дин не станет создавать бесполезные должности. Дело скоро появится.

Ци Иань спросил:

– Тогда... какое задание нам дадут?

Он понял проблему: хотя Специальный уголовный отдел был создан, у них не было  четкого понятия для приема дел. Обычные дела по-прежнему поступали в отдел уголовного розыска.

Гу Яньчэнь ответил:

– Это будет сложный случай, который привлечет большое внимание общественности.

Едва он договорил, зазвонил телефон. Бай Мэн подняла трубку, выслушала и сообщила:

– Капитан Гу, у нас появилось дело.

Гу Яньчэнь велел Ци Ианю:

– Иди, сообщи учителю и подготовься.

Час дня. Городское управление Биньчэна.

Ци Иань позвал Шэнь Цзюньци из гостиной, взял чемодан и пошел к выходу. Полицейская машина уже ждала их.

Гу Яньчэнь ждал внизу, он заметил Шэнь Цзюньци, который направлялся к машине.

Сегодня небо было хмурым, а воздух – прохладным.

Судмедэксперт Шэнь, одетый в белую рубашку, строгий черный галстук и безупречно белую униформу, выглядел сдержанно и профессионально.

Шэнь Цзюньци заметил заинтересованный взгляд Гу Яньчэня и спросил:

– Со мной что-то не так?

Только тогда Гу Яньчэнь отвел глаза:

– Нет, просто одежда выглядит очень профессионально.

Шэнь улыбнулся:

– Когда надену защитный костюм, все будет выглядеть иначе.

По опыту Шэня, независимо от чистоты костюма, он неизбежно испачкается, едва приступив к работе на месте. К тому же, новая партия синих одноразовых защитных костюмов, привезенных из муниципалитета, была сделана из материала, напоминающего мусорные мешки.

За рулем сидел Лу Ин, и весь Специальный уголовный отдел разместился в семиместном автомобиле.

Шэнь Цзюньци занял место у окна на заднем сиденье. Гу Яньчэнь сел рядом.

Ци Иань устроился сзади, а Бай Мэн – на переднем пассажирском сиденье.

В машине находилось пять человек.

Кроме их машины, прибыл еще один автомобиль от отдела вещественных доказательств городского бюро. Возглавлял команду командир группы, Чэнь Мянь.

Бай Мэн уже связалась с местным отделением и в общих чертах рассказала о деле.

– Случай не кажется сложным. Предположительно, мужчина 55 лет утонул во время рыбалки. Через два дня его тело нашли ниже по течению.

Лу Ин спросил:

– Почему это дело передали нам?

Бай Мэн ответила:

– Личность покойного. Это Фан Чжэнжун.

Как только было произнесено имя, все присутствующие сразу поняли, о ком идет речь.

Имя Фан Чжэнжун было известно всем в Биньчэне.

Он возглавлял компанию «Zhengrong Group»,  ставшую символом водного бизнеса в Биньчэне. Ещё несколько десятилетий назад идея заработка от продажи воды казалась абсурдной. Ведь вода это дар природы, источник жизни. Её должно быть в достатке для всех.

Но люди научились использовать подземные воды, и провели водопроводы в тысячи домов. Затем пришла эра бутилированной воды. Оказалось, что её можно продавать, хоть и недорого, но именно из-за низкой стоимости этот бизнес оказался невероятно прибыльным.

Так появились первые предприниматели, которые разливали воду, поставляли её в супермаркеты и быстро разбогатели. Фан Чжэнжун — один из них. Он стал известен благодаря своей компании, которая производит очищенную воду, соки, спортивные и чайные напитки.

Теперь его жизнь трагически оборвалась, и это вызывает размышления о судьбе, богатстве и успехе.

Лу Ин вспомнил слухи о Фан Чжэнжуне, которые он читал в интернете.

Бай Мэн кивнула:

— Восемь лет назад первая жена Фан Чжэнжуна умерла, и он женился на молодой звезде по имени Лань Цзе. В интернете ходили слухи, что Лань Цзе уже тогда была его любовницей, и это разозлило его первую жену. После смерти жены Лань Цзе заняла её место. Его сын, Фан Цзялян, не ладит с мачехой и всячески избегает её.

Лу Ин задумался:

— Да, помню, тогда было много шума. Но почему потом ничего не происходило?

Бай Мэн предположила:

— Вероятно, в начале негативные высказывания Фан Цзяляна были вызваны гневом, а потом, Фан Чжэнжун просто пригрозил ему. Это игры, в которые играют богатые люди.

Закончив, Бай Мэн отправила всем информацию о Фан Чжэнжуне и продолжила свой доклад.

– Место происшествия – рыболовное угодье Фансин. Сначала им управляли местные фермеры, но потом Фан Чжэнжун приехал сюда порыбачить и так полюбил это место, что купил. Сейчас рыболовное угодье работает как обычно, но когда Фан Чжэнжун хочет порыбачить, он закрывает его и запрещает рыбачить до своего ухода. Для отдыха он даже построил большую виллу ниже по течению. Именно там он и упал в воду.

Ци Иань вздохнул:

– У этого запрета на рыбалку есть один минус. Сейчас пик сезона, и если бы кто-то рыбачил рядом, то кто бы ни упал, в воду, его обязательно спасут.

Когда за окном посветлело, Лу Ин сказал:

– Горы и река. Богатые люди действительно умеют наслаждаться природой. Как удачно он выбрал это место…

Шэнь Цзюньци медленно произнес:

– Выбрал себе место, где можно навечно уснут.

Атмосфера в машине стала напряженной, и нечего было сказать.

Гу Яньчэнь вернулся к делу:

– Когда сообщили в полицию?

Бай Мэн ответила:

– Позавчера вечером его семья поняла, что он не вернулся домой, и вызвала полицию. Полицейские искали его вверх по течению, и нашли его рыболовные снасти. Сначала его считали пропавшим без вести. Только сегодня утром нашли тело и передали в уголовный отдел. Директор Дин был обеспокоен, поэтому дело передали нам.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Есть ли свидетели?

Бай Мэн ответила:

– Он отправился на рыбалку один. Но, по информации из местного отделения, за его рыбалкой следили несколько человек, кроме его новой жены Лань Цзе, его секретарь Чжун Чжичуня и его сын Фан Цзяляна.

Гу Яньчэнь давал распоряжения:

– Когда выйдем из машины, судмедэксперт пойдет осматривать тело. Бай Мэн и эксперты по сбору вещественных доказательств пойдут осмотреть место падения выше по течению. Лу Ин возьмет полицейских из отделения, чтобы расспросить людей поблизости и узнать, видел ли кто-нибудь что-либо.

Ци Иань спросил:

– Но разве рыбалка не запрещена?

Бай Мэн с раздражением посмотрела на него:

– Ты думаешь, он какой-то особенный? В таком большом водоеме кто-то наверняка ворует рыбу и промышляет рядом.

Ци Иань, впервые оказавшись на месте происшествия, нервничал и говорил без умолку. Он облизнул губы и спросил:

– Судебно-медицинские эксперты из филиала осматривали тело? Нужно ли передать тело им?

Бай Мэн резко ответила:

– Не думаю, что есть разница, передадим мы его или нет. Если вы еще не поняли, в некоторых филиалах в Биньчэне есть проблемы. Некоторые директора — близкие доверенные лица бывшего директора Вана. Второе и четвертое бюро имеют худшие профессиональные показатели. Они постоянно просят нас из городского бюро решать их проблемы. Их навыки гребли на высшем уровне, и они часто не подчиняются приказам городского бюро.

Лу Ин добавил:

– Из трех слов «способные терпеть трудности» они, вероятно, использовали только два — «способные терпеть».

Пока они это обсуждали, полицейская машина подъехала к горной дороге. Рыболовное угодье находилось примерно на полпути к вершине горы. Когда они въехали на гору, то оказались рядом с местом происшествия.

Они обернулись и увидели виллу для одной семьи с внутренним двором, которая сильно отличалась от соседних домов. Она напоминала небольшой замок и, вероятно, это  и была вилла  Фан Чжэнжуна.

Действительно, возле виллы стояли полицейские машины и люди в форме. Это были полицейские из местного отделения. Один из них, видимо, командир, вышел вперед и сказал:

– Командир Гу, сколько лет, сколько зим.

Гу Яньчэнь узнал его и шагнул навстречу:

– Капитан Цао спасибо за вашу работу.

В Биньчэне несколько полицейских филиалов подчиняются муниципальному бюро. Каждый год туда приходят новые сотрудники. Среди молодежи есть несколько высокомерных и дерзких ребят. Гу Яньчэнь был отправлен туда, чтобы "обучить" их.

Обычно таких, можно усмирить за неделю. Поэтому некоторые капитаны хорошо знакомы с ним.

Все приступили к выполнению своих непосредственных задачи.

Шэнь Цзюньци шел впереди, на ходу надевая перчатки, а Ци Иань сзади нес тяжелый чемодан.

Тело Фан Чжэнжуна только что нашли, но, зная, что городское бюро возьмет дело, его не стали осматривать.

Шэнь Цзюньци присел рядом с телом и внимательно осмотрел его.

Капитан Цао предложил Гу Яньчэню сигарету.

Гу Яньчэнь взял ее.

Капитан Цао зажег сигарету Гу Яньчэню. Тот закурил, и глубоко вдохнул, выпуская клубы дыма.

Гу Яньчэнь редко курил, но на улице не отказывался от предложенной сигареты.

Иногда сигарета помогает людям сблизиться.

Капитан Цао тоже закурил.

Глядя на занятых людей, Гу Яньчэнь спросил Цао:

– Капитан, что тут произошло?

Цао ответил:

– Я прибыл первым на место и собрал показания. Фан Чжэнжун уже стар и со здоровьем не очень. В тот день он пошел на рыбалку один. Место чистое, посторонних следов нет. Это несчастный случай...

Гу Яньчэнь кивнул, и Цао продолжил говорить. Выслушав его, Гу Яньчэнь спросил:

– Фан Чжэнжун умел плавать?

Командир Цао ненадолго замолчал, потом ответил:

– Обычно мы получаем отчеты из полиции. Утонет ли человек, не зависит от навыков плавания. Ведь многие утопленники умели плавать.

Гу Яньчэнь понимал, что капитан Цао не договаривает, поэтому подыграл ему:

– Это похоже на несчастный случай.

– Да, семья тоже не против этого. Я собирался сообщить об этом, но директор Дин забеспокоился и попросил вас еще раз все проверить.

После этих слов Гу Яньчэнь заметил, что капитан Цао немного расслабился. Он посмотрел на небрежное оцепление и понял, что если семья не создает проблем, то это будет несчастный случай, и все останутся довольны.

Хотя Фан Чжэнжуна больше нет, его сын Фан Цзялян все еще здесь. За эти годы местный отдел получил много поддержки от семьи Фан и если что-то выяснится, он не хотел бы беспокоить их.

Гу Яньчэнь взглянул на Шэнь Цзюньци, который осматривал тело, стряхнул пепел и спокойно сказал:

– Хорошо, подождите,  пока судебно-медицинский эксперт проведет осмотр. Если все действительно в порядке, я быстро все тут закончу.

Капитан Цао кивнул:

– Отлично, все под контролем.

Вскрытие

Глава 12. Вскрытие

Днем у реки.

Шэнь Цзюньци надел маску и перчатки, наклонился, чтобы рассмотреть лежащее на земле тело.

Если тело только что извлекли, оно содержит много информации. Но со временем следы на нем исчезают.

Важным этапом судебно-медицинской работы на месте происшествия является первичный осмотр тела и составление протокола осмотра. Все детали фиксируются прямо во время осмотра, что бы потом не восстанавливать их по памяти.

Фан Чжэнжун провел в воде два дня. Его тело было бледным, волосы растрепаны, живот раздут, и он весь был опухшим. Он был одет в рыболовный костюм, на ногах только один ботинок.

Шэнь Цзюньци начал озвучивать результаты осмотра:

– Мужчине около пятидесяти пяти лет, рост 175 сантиметров, вес около 150 килограммов, волосы семь сантиметров, длина ступни 31 сантиметр. На теле отсутствуют следы повреждения, приведшие к смерти.

Он продолжает анализ:

– Труп одутловатый, кожа бледная, во рту и в носу немного грибовидной пены. Вены повреждены, на руках появились «перчатки утопленника», эпидермис отслоился от дермы, кожа светлеет и отекает.

«Перчатки утопленника» обычно появляются через 48 часов нахождения в воде. Через одну-две недели кожа на руках полностью отслаивается.

Можно предположить, что смерть наступила около двух дней назад, как и было сообщено ранее.

Ци Иань взял камеру и начал фотографировать. Шэнь Цзюньци напомнил ему:

– Обрати внимание на зубы и отметь родимые пятна.

Труп несколько раз переворачивали. Его рот был приоткрыт, и от его доносился запах гнили.

Ци Иань начал кашлять, но Шэнь Цзюньци остался невозмутимым.

Каких только трупов не видел Шэнь Цзюньци.

Он смотрел на гниющие останки, на гигантские скелеты, на восковые тела  и оставался невозмутимым. Даже в самых жутких условиях он сохранял спокойствие.

К ним подошел Гу Яньчэнь. Он уже несколько лет занимался уголовными расследованиями и имел опыт работы с судебными медиками.

Молодые эксперты еще испытывали страх перед трупами. Как и Ци Иань, который был робкий по натуре. Сколько бы тел он ни видел, этот страх еще оставался с ним.

Старые судмедэксперты привыкают к виду смерти. Они могут спокойно разговаривать и смеяться стоя рядом с мертвым телом, даже наслаждаться тушеными мозгами сразу после вскрытия.

Но Шэнь Цзюньци был другим.

Выражение его лица обычно было холодным и безразличным. Он казался спокойным, в повседневной жизни, но работая с телом, его спокойствие куда-то исчезало. Он был сосредоточен только на теле, словно ничего больше в мире не существовало.

Гу Яньчэнь приблизился к Шэнь Цзюньци и спросил:

– Что показал предварительный осмотр тела? Мы можем подтвердить, что он утонул сам?

Шэнь Цзюньци осторожно сказал:

– На первый взгляд, утопление возможно. Но для более точного вывода, нужно дождаться результатов вскрытия.

Он посмотрел на тело и нахмурился.

Гу Яньчэнь заметил его выражение:

–  Стелом что-то не так?

Шэнь Цзюнь ответил:

– Труп слишком чистый.

Обычно утопающий отчаянно борется перед смертью, и у него появляется белая пена во рту и в носу, известная как крабовая пена. Эта пена состоит из воздуха, воды и слизи из-за резких дыхательных движений, она покрывает рот и нос, словно  хлопок.

Обычно пена содержит водоросли и ил, но у Фан Чжэнжуна этого не было.

Кроме того, у большинства утопленников в руках находят водоросли, ветки или ил. На ногтях остается много грязи, но руки этого трупа были относительно чистыми.

Хотя тело пробыло в воде два дня, оно выглядело почти нетронутым, без видимых повреждений.

Шэнь Цзюньци задумался и сказал:

– Возможно, он упал в воду в бессознательном состоянии или к тому моменту был уже  мертв.

Гу Яньчэнь согласился и попросил Шэнь Цзюня и Ци Ианя срочно доставить тело в городское бюро.

После этого капитан Цао предложил:

– Могу я отвезти вас познакомиться с семьей?

Вилла располагалась ниже по течению реки, недалеко от места происшествия.

Они вместе отправились туда, дверь им открыла няня.

Внезапно у капитана Цао зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и сказал:

– Это директор. Капитан Гу, подождите меня.

Гу Яньчэнь вошёл в фойе и увидел огромную стену с водным экраном. Это был стеклянный аквариум с рыбами разных размеров. В нем была прозрачная голубая вода, а внутри — настоящий подводный мир с растениями, павильонами и мостами.

Капитан Цао разговаривал по телефону, а Гу Яньчэнь смотрел на аквариум. В нем плавали карпы кои и обычные пресноводные рыбы — караси и толстолобики. Вероятно, их поймал на рыбалке Фан Чжэнжун.

Этот мир местной реки выглядел чистым и спокойным, с прозрачной голубой водой, что делало его глубоким и тихим.

Вдруг в гостиной раздался голос:

– Эту рыбу вырастил господин Фан. Он обожал воду и любил рыбу.

Гу Яньчэнь поднял голову и увидел мужчину, который шел к аквариуму. Ему было около пятидесяти лет, он носил очки, и у него было доброе лицо. Мужчина представился:

– Меня зовут Чжун Чжичунь. Я помощник господина Фан Чжэнжуна.

Услышав это имя, Гу Яньчэнь задумался, и ничего не сказав, просто кивнул. Чжун Чжичунь посмотрел на него с улыбкой.

Вернулся капитан Цао и сказал:

– Господин Чжун, не нужно скромничать. Все знают, что вы — правая рука господина Фана и важное лицо компании Чжэнжуна.

Чжун Чжичунь провёл их в гостиную. Вскоре вниз спустились ещё двое: красивая женщина в чёрном платье с заплаканными глазами и высокий молодой мужчина. Они почти одновременно вышли, но держались на расстоянии и избегали смотреть друг другу в глаза.

Гу Яньчэнь понял, что это жена Фана Чжэнжуна Лань Цзе и его сын Фан Цзялян.

Вилла, предназначенная для отдыха, выглядит весьма внушительно. Гостиная превышает 100 квадратных метров, обставленная диванами привезенными из Италии.

Когда все прибыли, Гу Яньчэнь представился и попросил их подписать форму согласия на вскрытие. Лань Цзе ничего не сказала, но ей передали документ, и она поставила свою подпись.

Гу Яньчэнь с командиром Цао начали по очереди вызывать их в отдельную комнату и расспрашивали о событиях того дня, когда произошел несчастный случай с Фан Чжэнжуном.

Первым был вызван сын Фан Чжэнжуна, Фан Цзялян. Он рассказал, что отец собирался на рыбалку во второй половине дня и после обеда ушел, а до обеда Фан Чжэнжун работал в кабинете за компьютером.

После ужина он обнаружил, что отец не вернулся, и отправился его искать. Не найдя его, он вызвал полицию.

Гу Яньчэнь выглядел расслабленным и задавал много вопросов, не относящихся к делу. Фан Цзялян отвечал на все вопросы, кроме тех которые касались его мачехи Лань Цзе,  на них он уклонялся отвечать.

Гу Яньчэнь задержал внимание на Лань Цзе:

– Я читал в интернете, что вы с Лань Цзе недавно познакомились?

Фан Цзялян, чувствуя давление, ответил:

– Мы встретились на частной вечеринке.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Я также слышал, что ваш отец встречался с Лань Цзе еще до смерти вашей матери? В интернете даже писали, что она умерла от рака груди, злясь на любовницу.

Фан Цзялян нахмурился:

– Она мне не нравится, но это не связано со смертью моего отца.

Следующим вызвали Чжун Чжичуня. Он сказал, что в тот день ушел на работу в филиал компании, где все сотрудники могут подтвердить его слова.

Гу Яньчэнь узнал, что Чжун Чжичунь звонил Фан Чжэнжуну около двух часов дня. Разговор длился около минуты.

Чжун Чжичунь спокойно признался:

– Я позвонил ему, чтобы  рассказать о делах в компании.

Гу Яньчэнь обратился к Чжун Чжичуню:

– Вы и господин Фан давно знакомы, верно?

Чжун Чжичунь ответил:

– Мы выросли вместе и учились в одной школе.

Гу Яньчэнь задал следующий вопрос:

– Значит, вы помогли господину Фану начать бизнес?

Чжун Чжичунь кивнул:

– С тех пор прошли десятилетия.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Теперь состояние господина Фана в десятки тысяч раз больше вашего.

Чжун Чжичунь улыбнулся:

– Ну… нет смысла стремиться выше. Господин Фан хорошо ко мне относится. У меня нет никаких желаний.

Затем Гу Яньчэнь сменил тему и беседовал с ним еще полчаса.

Третьей вошедшей была Лань Цзе. Она сказала, что после полуденной трапезы чувствовала себя немного нехорошо и днем легла спать.

Гу Яньчэнь расспросил Лань Цзе о ее жизни после замужества и о слухах, связанных с ее дебютом в том году.

В конце беседы Гу Яньчэнь упомянул:

– Я читал в Интернете, что ваш двоюродный брат с сестрой также работают в "Zhengrong Group".

Лань Цзе ответила:

– Лучше быть студентом, чем взрослым. Родственники попросили помощи, и я попросила Чжэнжуна устроить их на работу.

Гу Яньчэнь согласился:

– Это естественно.

Лань Цзе вытерла уголки глаз и спросила:

– Сколько вам потребуется времени, чтобы закрыть дело? Я в полном замешательстве и не знаю, как начать организацию похорон.

Гу Яньчэнь ответил:

– Если вы будете сотрудничать  полицией, результаты скоро будут.

Вернулись Бай Мэн и Лу Ин.

Бай Мэн сообщила:

– Мы нашли рыболовные снасти выше по течению, наживки было еще много. Место происшествия плохо охранялось, осталось много грязных следов. Вероятно, это то, что заметила полиция, но следов падения в реку не обнаружено.

Лу Ин сказал:

– Кто-то видел мужчину, ловившего рыбу у реки в два часа дня. Когда он вернулся в четыре, того уже не было.

Гу Яньчэнь спросил:

– Вы уверены, что это был Фан Чжэнжун?

– Я спросил, и мне сказали, что они были далеко, чтобы разглядеть лицо, но одежда была похожа. Обычно они избегают этого места, когда он рыбачит, – Лу Ин задумался, – Жители деревни говорили, что два дня назад у пруда кто-то громко спорил.

Бай Мэн опустила голову, задумалась и сказала:

– Няня и водитель отлучались днем, их не было дома, у них алиби. Эти люди выглядят более подозрительными.

Люди на другой стороне отошли, и горизонт окрасился лучами заходящего солнца.

.

Вокруг виллы было тихо: журчала вода и пели птицы.

Собрав всю информацию, Гу Яньчэнь сказал:

– На сегодня достаточно. Возвращаемся.

Криминальная полиция продолжала расследование, а машина с телом уже прибыла в городское управление.

Шэнь Цзюньци сообщили, что семья согласилась на вскрытие. Он и Ци Иань надели анатомические костюмы и вошли в прозекторскую.

В прозекторской они всегда находились в белых костюмах, в масках и головных уборах. Стоя сейчас перед телом Фан Чжэнжуна они были похожи на врачей, но это было не так.

Врачи лечат болезни и спасают человеческие жизни, а судмедэксперты занимаются только  мертвыми телами.

Крови было немного, сердце уже давно не билось. Экспертам не стоит беспокоиться о том, что происходит под ножом. Они ищут истину о причине смерти.

На столе из нержавеющей стали лежат хирургические инструменты: стальная линейка, ребристые ножницы, скальпель, иглодержатель.

Бледное тело лежало тихо и безмолвно.

Мощный вытяжной вентилятор гудел, но слабый трупный запах  все же ощущался.

Независимо от того, кем вы были при жизни — красивым или уродливым, благородным или низменным, молодым или старым — после смерти все превращаются в  холодное безжизненное тело.

Все богатства, почести и достижения, за которые вы боролись при жизни, утрачивают свое значение.

Фан Чжэнжун при жизни  владел сотнями миллионов и был окружен славой, но после смерти, ничего не смог унести с собой.

Теперь его раздутое тело лежало на анатомическом столе в ожидании вскрытия. При жизни не особо высокий Фан Чжэнжун сейчас напоминал огромный  холм.

На теле не было явных травм, кроме синяков на коленях.

Утопленники обычно плывут по течению на небольшой глубине.

Ци Иань установил оборудование для видеозаписи процесса вскрытия.

Шэнь Цзюньци взял основной нож для препарирования. Существует три основных метода вскрытия, признанных на международном уровне: Y-образный разрез (правильный и перевернутый), Т-образный дуговой и прямой, который  чаще всего используется в Китае.

Шэнь Цзюньци со всей серьезностью приступил к вскрытию и сделал первый надрез.

Утопленник

Глава 13. Утопленник

Во второй половине дня в анатомическом кабинете муниципального бюро...

Шэнь Цзюньци и Ци Иань стояли у тела Фан Чжэнжуна. Плоть трупа стала мягкой из-за  воды, к ней нужно осторожно прикасаться в перчатках.

Под скальпелем появлялись полусгнившие внутренние органы. После разреза живота открылись органы брюшной полости, затем была вскрыта грудная клетка. Ци Иань взял кусачки для костей и собирался разрезать ребра.

Шэнь Цзюньци сказал:

– Не пользуйся большими кусачками, достаточно маленьких. Учись быть изобретательным,  не будь грубым.

Ци Иань сменил кусачки и передал их Шэнь Цзюньци. Тот внимательно осмотрел их. Движения Шэнь Цзюньци были плавными и почти бесшумными.

Шэнь Цзюньци передал Ци Ианю маленькие кусачки и предложил ему попрактиковаться. Они быстро вскрыли грудную полость.

В кабинете было светло как днем.

Легкие были раздуты, желудок заполнен водой. Левая часть сердца светлее, чем правая. Это типичное состояние внутренних органов при утоплении.

Время шло, движение скальпеля было профессиональным и четким, для изъятия органов использовались гемостатические щипцы.

Шэнь Цзюньци был спокоен. Он констатировал  глубоким голосом:

– Эмфизема на водной основе. На легких видны углубления от ребер. При надавливании остаются ямки. Это следствие утопления. Также есть кровотечение в дыхательной мышце и кровоизлияние в каменистой части височной кости.

– В желудке Фан Чжэнжуна обнаружено много застойной жидкости. Смерть наступила примерно через час после приема пищи.

Ци Иань подготовил материалы для исследований.

Трупная жидкость стекала по желобу под анатомическим столом в бассейн для очистки.

Кровь, и внутренние органы  необходимые для проверки были извлечены.

Настала очередь для вскрытия черепной коробки. Когда Шэнь Цзюньци сбрил волосы Фан Чжэнжуна, он заметил небольшой ушиб на затылке. Ушиб был настолько маленьким, что его трудно было увидеть без тщательного осмотра.

Вскрытие было завершено, и тело зашили.

Перед окончанием работы, во второй половине дня закончили микробиологический анализ.

Ци Иань принес отчет:

– Утопление подтверждается, найдены несколько видов диатомовых водорослей.

Шэнь Цзюньци вздохнул с облегчением и взял прочитать отчет.

Вскрытие показало, что Фан Чжэнжун утонул. Теперь нужно было выяснить, где именно это произошло.

Шэнь Цзюньци имел опыт работы с разными случаями утопления и знал, что правду о том, где именно утонул человек можно определить по диатомовым водорослям в воде. В данном случае диатомовые водоросли проникли в кровь Фан Чжэнжуна. Это было неоспоримое доказательство.

Но оставался вопрос: есть ли еще что-то, чего они не знают?

Пора было заканчивать работу. Оба судебных медиков собрали вещи и направились домой.

Гу Яньчэня не было, и Шэнь Цзюньци некому было подвезти. Он пошел домой пешком.

Войдя в квартиру, Шэнь Цзюньци зажег тибетские благовония. Запах ароматических палочек очищал его разум, распространяя успокаивающий аромат.

После вскрытия, Шэнь Цзюньци необходимо принять душ. Войдя в ванную, он проверил  водяной клапан, который немного подтекал. Раньше это не было серьезной проблемой, но стало намного хуже.

Он включил душ, но напор воды ухудшил ситуацию. Шэнь Цзюньци поспешил закрыть кран.

С этой проблемой должен разобраться арендодатель. Шэнь Цзюньци сфотографировал кран и отправил фото в WeChat Гу Яньчэню: «Хозяин, кран протекает».

Гу Яньчэнь возвращался с работы домой, он припарковал машину, когда зазвонил его телефон.

Гу Яньчэнь посмотрел на экран и ответил: «Подожди немного, я сейчас приду».

Шэнь Цзюньци открыл Священные Писания и начал копировать отрывок. Но едва он написал пару строк, как появился Гу Яньчэнь. Он вернулся с работы, переоделся и пришел, держа в руках ящик с инструментами. Шэнь Цзюньци принес ему тапочки и проводил его.

Гу Яньчэнь заметил:

– У меня были проблемы с трубами. Я сам все починил. Это не займет много времени.

Он перекрыл кран и пошел в ванную. На полу аккуратно разложил инструменты и начал работать. Через десять минут Шэнь Цзюньци увидел его расстроенным. Он пошел в гостиную,  принес ему воды, и спросил, что случилось.

Гу Яньчэнь ответил:

– Деталь сломана, я не справлюсь сам, лучше вызвать сантехника.

Он позвонил в компанию по управлению имуществом. Сантехник уже не работал. Сказал, что придет завтра, если это не срочно.

Шэнь Цзюньци попросил:

– Помоги мне завтра уйти с работы, что бы встретить сантехника.

Гу Яньчэнь был удивлен.

– Место, протечки, странное. Я недавно все проверял.

Шэнь развел руками:

– Я только переехал и не могу это объяснить.

– Трубы в туалете и в ванной подключены отдельно. Я перекрыл клапан в ванной. Почему бы тебе не принять душ в квартире напротив? – предложил Гу Яньчэнь, собирая вещи.

Шэнь Цзюньци не любил купаться вне дома. Он считал, что для этого нужно личное пространство. Он имеет дело с трупами, но редко пользуется душевой в здании судмедэкспертизы.

Но было уже поздно, и если не пойти в квартиру напротив, придется снять номер в гостинице. Но это была квартира Гу Яньчэня.

Шэнь Цзюньци взял смену одежды и сказал:

– Извините, что беспокою.

Гу Яньчэнь подвел его к соседней двери и разблокировал замок отпечатком пальца.

Гу Яньчэнь не сразу открыл дверь, а сначала предупредил Шэнь Цзюньци:

– У меня дома живет большая немецкая овчарка. Это полицейская собака на пенсии, очень послушная и не кусается. Просто выглядит немного грозно. Не бойся, заходи.

Шэнь Цзюньци ответил:

– Я очень люблю собак.

Когда дверь открылась, из комнаты выбежала овчарка с поводком в зубах, явно просясь на прогулку.

Гу Яньчэнь погладил ее по голове:

– Погуляю с тобой позже. Сегодня у нас гости.

Собака внимательно посмотрела на Шэнь Цзюньци, принюхалась и тут же оживилась. Она начала кружиться вокруг него, вилять хвостом, высовывать язык и даже попыталась прыгнуть.

Гу Яньчэнь, удивленный таким энтузиазмом, остановил собаку, чтобы не напугать гостя.

– Обычно она ведет себя более сдержанно, – пояснил он.

Обычно Улян, так звали собаку, была спокойной и независимой. Она редко обращала внимание на людей или других животных и не лаяла без повода. Однажды она так напугала щенков во дворе, что те обмочились от страха.

Но сегодня Улян вел себя необычно оживленно.

Шэнь Цзюньци погладил собаку:

– Все в порядке. Как ее зовут?

– Улян, – ответил Гу Яньчэнь.

– Звучит как буддийское имя, – заметил Шэнь Цзюньци.

– На самом деле ее полное имя – Улянъэ, – уточнил Гу Яньчэнь.

– Интересно, – сказал Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь рассказал:

– Заводчик собак нашей команды – алкоголик. Он дает щенкам имена в честь алкогольных напитков. Например, Маотай, Улянъэ, Цзяннаньчунь, Синхуакун. Когда заканчивалась водка, появлялись Лафит и Каберне. Потом мы перестали использовать алкоголь в качестве кличек, чтобы не было недоразумений.

Шэнь Цзюньци:

– Это должно быть впечатляюще, когда выходишь на улицу с полицейской собакой.

Гу Яньчэнь:

– Да, был случай, когда женщина-полицейский не удержала собаку, и Цзянсяобай лаяла на всю улицу.

Шэнь Цзюньци коснулся лба.

Гу Яньчэнь насыпал собаке корм:

– Эта собака отлично служила, и я забрал её когда она вышла на пенсию. В этом году ей исполняется десять лет. Старая кличка звучала плохо, поэтому я дал ей другое имя, и она это приняла.

Шэнь Цзюньци осмотрелся. Эта была квартира с тремя спальнями в таком же стиле. Квартира была аккуратно убрана.

Шэнь Цзюньци заметил фотографию в рамке на стене.

Рамка была обычной и немного выбивалась из общего стиля. Внутри находилась не картина и не фотография, а обычная монета в один юань.

Блестящая серебряная монета выглядела странно в центре рамки.

Шэнь Цзюньци указал на рамку:

– Интересное украшение. В чем его смысл? – он сделал паузу. – Меня интересует современное искусство. Кажется, это похоже на произведение.

– Это не искусство, и смысла в нем нет, – ответил Гу Яньчэнь. – Кое-кто дал мне обещание. Но я сказал, что это совсем не обязательно. А он ответил, что никогда не будет лгать мне, и дал эту монету как подтверждение своих слов.

Шэнь Цзюньци улыбнулся:

– Это как уговаривать ребенка.

– Тогда я был серьезен и воспринял это как торжественное обещание, – сказал Гу Яньчэнь.

Линь Сянлань передал ему дело Сюй Чэнхуана и сказал, что после завершения он может попросить его о чем-нибудь.

Повышение зарплаты, продвижение по службе или о чем-то ещё в рамках его возможностей. Даже если он влюбиться в девушку из другого отдела, тот готов стать свахой.

Гу Яньчэнь задумался о прошлом, вспоминая те непростые времена. Сложные отношения, разветвленные торговые сети, в тот период их расследование перевернуло с ног на голову половину Биньчэна.

Иногда, устав и потеряв всякую надежду, он возвращался домой, доставал эту монету и долго смотрел на нее, словно она обладала незримой магической силой.

Шэнь Цзюньци заинтересовался и спросил:

– Что было потом? Разве вы не обменяли эту монету на желание? Вы уже знали, чего хотите?

Гу Яньчэнь взглянул на монету, висевшую на стене:

– Не обменял ни на что.

– Кто вас так обманул? Бывшая девушка или семья? – предположил Шэнь Цзюньци. Он не ожидал, что столь умный человек, как Гу Яньчэнь, попадет в такую ловушку. Не удержавшись, он добавил: – Не верьте фальшивым чекам, лучше взять расписку.

Гу Яньчэнь повернулся к нему с холодным взглядом, который заставил Шэнь Цзюньци вздрогнуть.

Сделав секундную паузу, Гу Яньчэнь произнес:

– Тот человек умер. Это директор Линь, о котором я тебе уже говорил.

Сердце Шэнь Цзюньци сжалось, и в его глазах появилась глубокая печаль. Он поспешно опустил голову, чтобы скрыть эмоции, и сказал:

– Я иду принять душ.

Гу Яньчэнь усмехнулся:

– Горячая вода слева, холодная справа.

Шэнь Цзюньци молча, развернулся и направился в ванную.

Он должен был услышать что-то знакомое с самого начала и предвидеть развязку. Но он не мог предположить, что эту монету ему подарит Линь Сянлань.

Когда его отец был жив, он всегда так делал, что-то давал в обмен на обещание.

– Возьми эту конфету. В следующем году папа отметит твой день рождения дома.

– Держи эту медаль. Позже я отвезу тебя в парк развлечений.

– Я дам тебе эту ручку. Потом папа купит тебе торт.

Он раздавал вещи направо и налево, давая обещание одно за другим. В его ящике царил беспорядок, и он не мог вспомнить, какое обещание было за какой предмет.

Со временем он перестал верить обещаниям. Когда отец снова пытался ему что-то дать, он просто возвращал подарок, не поддаваясь на обман.

Но почему коллеги отца так верили ему, утверждая, что он всегда держал слово?

В итоге он умер, оставив за собой долги. Разве это не обман?

Обманщик...

Войдя в ванную, Шэнь Цзюньци пытался сдержаться, но слезы непроизвольно потекли по его лицу. Он быстро разделся и стал под душ.

Под горячими струями воды не в силах остановиться он тихо плакал.

Поесть бесплатно

Глава 14. Поесть бесплатно

Когда Шэнь Цзюньци вышел из душа, он вновь обрел своё обычное спокойствие. Гу Яньчэнь уже выгулял собаку, запер Уляна на балконе и сидел на диване, просматривая видео с прошлого дебюта Лань Цзе на своем телефоне.

Услышав шаги, он обернулся и увидел Шэнь Цзюньци. Тот переоделся в пижаму и выглядел худым, одежда была ему слегка великовата, что делало его более хрупким.

После проведенного вскрытия на нем оставался запах, который исчез  после душа. Под искусственным светом кожа Шэнь Цзюньци вновь стала белой, почти прозрачной. Вытирая волосы, он слегка покраснел.

Гу Яньчэнь невольно отметил, насколько нежным был доктор Шэнь.

Когда Шэнь Цзюньци поднял ресницы, его глаза были красными, даже белки покраснели. Он выглядел так, что его хотелось пожалеть.

– Что с твоими глазами? – спросил Гу Яньчэнь.

– Не привык к шампуню, он раздражает, – ответил Шэнь Цзюньци, не глядя ему в глаза.

– Тогда я его поменяю, – сказал Гу Яньчэнь.

– Вы говорите так, словно я часто буду приходить сюда помыться, – пошутил Шэнь Цзюньци.

Направляясь к выходу, он заметил на столе в гостиной горячую еду, которая  вкусно   пахла.

Гу Яньчэнь поднялся, подошел к столу и выдвинул стул:

– Давай поужинаем вместе.

– Нет, я пойду, – отказался Шэнь Цзюньци, еще раз взглянув на стол.

Там стояли его любимые блюда: рубленая говядина с соевым соусом, жареные грибы и капуста, а также суп из карасей.

После долгого дня он только успел принять душ, и был ужасно голоден, и его отказ прозвучал неуверенно, в животе предательски заурчало.

– Я приготовил порцию на двоих, – сказал Гу Яньчэнь. – Уже поздно. Поужинай со мной. Считай это извинением от хозяина квартиры за неудобства.

Не в силах отказаться, Шэнь Цзюньци сел напротив. Гу Яньчэнь налил ему в тарелку суп.

Гу Яньчэнь приступая к ужину, спросил:

– Как тебе?

Шэнь Цзюньци, был поглощен вкусной едой, и просто кивнул.

– Ты себе готовишь? – поинтересовался Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци отрицательно покачал головой:

– Нет, я не люблю готовить для себя. Обычно заказываю еду на вынос.

Квартира Шэнь Цзюньци была хорошо обставлена, особенно кухня, которая была разделена на китайскую и западную зоны. Такая планировка сейчас редкость.

Шэнь Цзюньци подумал, что не готовить – это немного расточительно. Но после рабочего дня он чувствовал себя настолько уставшим, что хотел только отдохнуть. Ни физические, ни душевные силы не позволяли ему еще что-либо делать. Мысль о том, чтобы пойти на кухню, казалась ему невыносимой.

Гу Яньчэнь мягко сказал:

– Если ты можешь это сделать сам, ты должен это делать. Мы, полицейские, часто ложимся поздно спать и на работе, всегда заняты. С возрастом поймешь, что правильное питание, хороший сон и чистая вода – залог здоровья. Особенно важно правильно и вовремя питаться, даже если сильно занят.

Шэнь Цзюньци опустил голову и сложил руки:

– Мой отец тоже говорил мне это.

Гу Яньчэнь улыбнулся:

– Если не веришь сейчас, поймешь потом. Это правда.

Он всегда прислушивался к советам Линь Сянланя по вопросам здоровья.

Шэнь Цзюньци откусил еще и заметил:

– Ваша еда очень вкусная.

Гу Яньчэнь предложил:

– Если лень готовить в одиночку, приходи ко мне.

Шэнь Цзюньци возразил:

– Это не очень хорошая идея.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Есть одному скучно и расточительно. Для двоих можно купить более качественные продукты.

Гу Яньчэнь был не особо общительным с людьми, все потому, что рядом не было никого, кто бы ему нравился, но становился щедрым, если встречал такого человека.

Шэнь Цзюньци отпил ухи  и прервал молчание:

– Спасибо, капитан Гу.

Они ужинали в тишине. Шэнь Цзюньци ощутил знакомое приятное чувство. В комнате горел мягкий желтый свет, создавая атмосферу уюта.

За окном лаяла  собака, пытаясь войти в дом.

Когда ты один, есть только одиночество, но когда вас двое, вы становитесь семьей.

Кажется, раньше такое уже  было, но тогда он и представить не мог, что все вот так закончится.

После ужина, Гу Яньчэнь перевел разговор на работу:

– Вскрытие прошло успешно?

– Да, несмотря на то, что он  утонул, и жидкость в легких соответствует воде из реки,  я чувствую, что что-то не так, – Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэня. – Как вы считаете, это убийство?

– Интуиция подсказывает, что это не просто несчастный случай. Днем я навестил семью покойного, и их поведение меня насторожило. Обычно, когда умирает член семьи, родственники не ждут окончания расследования, а стремятся найти причину. Но они явно хотят поскорее похоронить Фан Чжэнжуна и не поднимать лишний шум.

Гу Яньчэнь задумался и продолжил:

– Во второй половине дня мне многие звонили, все они пытались убедить меня в том, что это семейное дело. Нам нужно разобраться с этим делом как можно быстрее.

Семья Фан – богатая и влиятельная, и после случившегося многие надеялись на быстрое разрешение ситуации, чтобы избежать проблем.

– Что сказал директор Дин? – спросил Шэнь Цзюньци.

– Расследовать строго и не поддаваться давлению. Многие следят за ситуацией в интернете, – ответил Гу Яньчэнь.

– Есть ли у кого-то из родственников мотив для убийства? – поинтересовался Шэнь Цзюньци.

– У обоих. Ни у одного из них нет алиби. Только секретарь Чжун Чжичунь, в это время был на работе, – Гу Яньчэнь, держа ложку в руке, задумался. – Но мы не знаем, как все произошло на самом деле. Возможно, Фан Чжэнжуна сбросили в озеро или накачали наркотиками, после чего он потерял сознание и утонул.

Шэнь Цзюньци задумался:

– Фан Чжэнжун – взрослый, крупный мужчина. Обычно если человек оказывает сопротивление, а потом падает в воду, он получает травмы. Но я не нашел явных следов на его теле. То же самое касается лекарств: анализы крови и тесты на наркотики могли бы выявить их, но ничего не было обнаружено. На теле Фан Чжэнжуна лишь небольшой ушиб на затылке и несколько царапин на коленях.

– Возможно, есть другие методы, – сказал Гу Яньчэнь.

Они обменялись деталями дела.

Гу Яньчэнь рассказал о том, что видел в доме. Вспомнив виллу, он подумал о стене.

– У них есть большой аквариум с рыбами, которых Фан Чжэнжун поймал на рыболовном участке.

Услышав это, Шэнь Цзюньци потерял контроль над ложкой, и часть супа выплеснулась на его одежду. Он потянулся за салфеткой, но Гу Яньчэнь опередил его, и вытер пятно.

– Обжёгся? – спросил Гу Яньчэнь, коснувшись его руки.

Шэнь Цзюньци выпрямился и прикрыл грудь салфеткой. Гу Яньчэнь заметил его резкую реакцию.

– Все в порядке, – сказал Шэнь Цзюньци, – суп остыл, я не обжегся. Сейчас вытру.

Он понял, что перегнул палку, но вдруг вспомнил:

– Вы говорили, что у него дома есть аквариум с рыбами с реки?

Гу Яньчэнь хмыкнул. Шэнь Цзюньци понял:

– Значит, утопление могло произойти не у реки, а дома.

Ему всегда казалось, что в этом деле что-то не так.

Фан Чжэнжун действительно утонул, но место происшествия другое. Обычно место смерти определяют по жидкости. Но иногда нужно подумать иначе.

Жидкость для утопления может быть одинаковой, а значит, вода в разных местах имеет схожие качества. Пострадавший мог утонуть где угодно.

Рана на колене указывала, что перед смертью он стоял на коленях.

Гу Яньчэнь был в замешательстве, и Шэнь Цзюньци продолжил объяснение:

– При выращивании рыбы вода играет ключевую роль. Рыба проводит несколько дней в одной воде, привыкая к ней, а затем её пересаживают в аквариум.

Гу Яньчэнь догадался:

– Возможно, на вилле Фан Чжэнжуна есть такое место. Это может быть ванна или небольшой пруд с рыбой.

Шэнь Цзюньци предположил:

– Травмы на затылке и коленях могли появиться из-за того, что кто-то схватил его за волосы и толкнул в воду.

Гу Яньчэнь задумался и сказал:

– Я понял, что произошло. Сцена на реке, всего лишь прикрытие.

Шэнь Цзюньци подсказал:

– Ищите внимательно. Если наша гипотеза верна, на вилле должно быть место преступления. Даже если воду в ванне сольют, в канализационной трубе останутся следы диатомовых водорослей.

Гу Яньчэнь кивнул:

– Я понял.

Он добавил:

– Если такое место есть, надо спросить у няни. Если они перевозили тела, это должно оставить следы.

Шэнь Цзюньци вспомнил о чем то и обернулся:

– Обратите внимание на грибовидную пену. Её не так сложно обнаружить, как пятна крови, но смыть её трудно.

Гу Яньчэнь ответил:

– Не волнуйся. Мы не пропустим ни одной зацепки.

Шэнь Цзюньци сказал:

– Тогда я вернусь, и буду ждать новостей.

Гу Яньчэнь проводил его до двери, быстро переобулся и вышел.

Он сел в машину, и выехал из города.

Ночью на дороге горели  фонари, а вдалеке сияли неоновые вывески.

Гу Яньчэнь включил Bluetooth-гарнитуру и связался с командой:

– Сегодня вечером предстоит спецоперация. Подготовьте больше людей. Нужно проверить не только виллу, но и главную резиденцию семьи Фан.

Воспоминание

Глава 15. Воспоминание

Шэнь Цзюньци вернулся домой, где благовония уже погасли. Он снял одежду, на его груди обнажился старый шрам, который уже давно не мешал ему жить. Переодевшись, он лег на кровать и задумался о событиях сегодняшней ночи. Ему показалось, что щеки все еще немного горели, может это, из-за горячей воды.

Он вспомнил ужин с Гу Яньчэнем в далеком прошлом. Тогда обстановка была далека от гармонии, и воспоминания о том вечере вызывали у него легкое беспокойство.

Первая встреча у них с Гу Яньчэнем состоялась в больнице. Это был день смерти Линь Сянланя. Шэнь Цзюньци получил неожиданный звонок с неизвестного номера: «Линь Сянлань серьезно болен, врачи пытаются его спасти».

Он бросился в больницу и в отделении неотложной помощи увидел, как вывозят каталку. Не глядя под белую ткань, закрывающую лицо, он сразу понял, что это Линь Сянлань – его отец.

Шэнь Цзюньци так и не успел попрощаться с ним. Врач объяснил процесс спасения и попросил его расписаться. Он, молча, взял ручку и вывел свое имя. Глядя на тело отца, он чувствовал себя словно в тумане. Грусть, страх, беспомощность – все эти чувства переполняли его.

Рядом с каталкой стоял Гу Яньчэнь, подчиненный отца, который и сообщил ему о случившемся. Шэнь Цзюньци спросил его:

– Почему ты не позвонил мне раньше?

Гу Яньчэнь ответил кратко:

– Я позвонил, когда врач сообщил о критическом состоянии. Лоло, твой отец говорил, что всё нормально. Тебя не стоит отвлекать от учёбы. Врачи обещали спасти его. Мы не ожидали, что он умрёт…

Все произошло внезапно, состояние отца резко ухудшилось.

Он понимал, что Гу Яньчэнь был не виноват, он лишь сообщал о ситуации. Но в груди всё сжималось, а злость искала выход.

Он хотел, что бы последним человеком, находившимся  рядом с отцом, был он, а не посторонний человек.

После смерти матери он не испытывал такой боли. Но увидев тело отца, боль вернулась.

Человек, который еще вчера разговаривал и смеялся, теперь лежал под белой простынёй. Он больше не дышал, и не двигался, это было лишь  безжизненное тело.

В тот день, чувствуя себя живым трупом, он остался в больнице.

В коридорах горел тусклый свет.

Он склонил голову, чувствуя тоску и растерянность.

Дядя Ян спросил:

– Ты хочешь сам провести вскрытие отца?

Он стиснул зубы:

– Я хочу все проверить.

Он почти не сомневался, что смерть отца была необычной. У него, конечно, была болезнь сердца,  но все было е настолько серьезно, что бы умереть.

Ему подавали бумаги, и он их подписывал, и даже не помнил, сколько подписей поставил.

Он снова и снова думал о его смерти.

Он много работал, надеясь, что если будет стараться лучше, отец мог бы вернуться.

Он мечтал, что отец вдруг откроет глаза и скажет: «Испугался? Почему так легко поддался?»

Если бы это произошло, он бы ответил с легкостью: «Я все знал». Но чуда не случилось.

До вечера они был заняты делами.

Тело отца забрали из больницы и увезли в морг. Он последовал за ними и сел в коридоре. Через смотровое окно он видел, как эксперты вскрывают тело.

На мгновение ему показалось, что на этом столе лежит он сам.

Февраль, самое холодное время года. Температура резко упала, и в коридоре рядом с анатомическим кабинетом было холодно, как в подвале.

В десять часов пришел Гу Яньчэнь и сказал:

– Не переживай так сильно. Пойдем со мной в полицейский участок.

Ему было холодно, и он последовал за Гу Яньчэнем.

Гу Яньчэнь шел впереди, а он неохотно шел за ним следом.

В полицейском участке Гу Яньчэнь отвел его в кабинет. Кондиционер работал, на столе стояли коробки с едой.

– Я купил ужин, тебе нужно поесть, – сказал Гу Яньчэнь.

Он покачал головой:

– Я не голоден.

– Ты не обедал. Если не будешь есть, не выживешь, – продолжил Гу Яньчэнь. – Твой отец перед смертью просил меня позаботиться о тебе...

Эти слова были лишними. Он стиснул зубы и впился ногтями в ладони. Обида снова его накрыла:

– Когда он был жив, ему было плевать на меня. Теперь это, не имеет ни какого значения.

Он закрылся, за резкими словами, чтобы больше не чувствовать боли.

Гу Яньчэнь опустился на колени и посмотрел на него.

Он тоже смотрел на него. Впервые он внимательно посмотрел на этого мужчину и понял, почему отец предпочитал его. У них разница была всего в два года, но этот человек был стабильным, надежным, и заслуживающим доверия.

После паузы Гу Яньчэнь продолжил:

– Твой отец просил меня заботиться о тебе.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он, сдерживая слезы.

Гу Яньчэнь ответил:

– Он больше всего беспокоился о тебе.

Эти слова прорвали его защиту. Слезы потекли рекой, он плакал, и не мог остановиться, беспомощно вытирая глаза. Гу Яньчэнь протянул ему пачку салфеток.

В тот вечер они впервые вместе пообедали.

Он уже не помнил, что ел тогда. Помнил только, что постоянно плакал, ел и снова плакал, успокаиваясь лишь ненадолго.

Еда остывала, но чувствуя голод, он заставлял себя поесть.

Гу Яньчэнь долго молчал, просто оставаясь рядом. Он отвел его в общежитие, и попросил немного поспать. Он лег, но не смог уснуть, а потом лоб стал горячим, поднялась температура.

Рано утром он получил результаты вскрытия. Он не мог понять иероглифы в отчете. Он долго всматривался в имя покойного, пытаясь его понять, и наконец, прочитал: Линь Сянлань. Реальность снова ранила его: отца больше нет.

Вывод в отчете гласил: "Смерть по естественным причинам". Он поднял голову, глядя на этот иллюзорным мир, в котором  он остался один.

Потом Гу Яньчэнь отправил его домой. Он принял жаропонижающее, и весь день проспал в оцепенении. Во сне он слышал стук в дверь, но не отреагировал.

Стук повторился. Он был настолько слабым, что с трудом смог встать, но дверь открылась сама, и он увидел Гу Яньчэня.

– Я трижды постучал, но ты не ответил, поэтому я вошел, – объяснил Гу Яньчэнь.

Он слышал только два стука. Он встал, посмотрел в окно и увидел, что снова стемнело – день прошел незаметно.

Тут до него дошло, он нахмурился и спросил:

– Почему у тебя ключи от моей квартиры?

– Твой отец давно дал их мне, – ответил Гу Яньчэнь. – Когда ты учился в школе, я приходил поливать цветы.

Он вспомнил, что отец купил цветы, чтобы стало уютнее. Собаку отдал полицейским кинологам, и попросил кого-то поливать цветы. Гу Яньчэнь, видимо, боялся, что что-то случится, поэтому взял ключи.

В присутствии постороннего, он, наконец, проснулся, и пошел умываться.

Он выглядел уставшим: лицо опухло, глаза покраснели. Гу Яньчэнь не торопился уходить, и не заказывал еду. Вместо этого он открыл холодильник и осмотрел его содержимое.

Он нашел три яйца, остатки риса, морковь, зеленую фасоль и креветки. Он все помыл и нарезал, поставил сковороду на огонь и начал готовить жареный рис.

К тому времени как он закончил умываться, рис был готов. Он сел за стол, перед ним стояла тарелка с жареным рисом.

Гу Яньчэнь сел за стол, напротив. Это был их второй совместный обед — жареный рис из остатков еды.

Он много плакал, потом выспался, и постепенно принял, тот факт, что жизнь продолжается, даже без Линь Сянланя. Раньше он думал, что отец о нем не заботился,  и редко бывал дома, но теперь он понял, что именно отец всегда поддерживал семью.

Он опустил голову, чтобы поесть, и тихо сказал:

— Гу Яньчэнь, тебе не нужно приходить и заботиться обо мне. Со мной все будет в порядке.

Гу Яньчэнь ответил:

— Твой отец хотел, чтобы я был рядом.

Он снова отказался:

— Я не привык, когда кто-то вторгается в мою жизнь.

Они оба замолчали.

— Я обещал твоему отцу, — сказал Гу Яньчэнь с легким упрямством. — Как ты собираешься организовывать похороны? Все детали нужно обсудить, особенно твои желания.

Он задумался. У него действительно не было опыта в организации похорон. Как выбрать плащаницу, пригласить родственников, решить, где похоронить отца? Он никогда не сталкивался с этим раньше, сейчас ему было особенно трудно, когда у него держалась высокая температура. От одной мысли обо всем этом у него начинала болеть голова.

Он спросил:

— Разве в смерти моего отца нет никаких проблем?

Гу Яньчэнь какое то время молчал, а затем произнес:

– Так говорится в отчете судебно-медицинской экспертизы.

Он взял палочками жареный рис из миски и спросил:

– Можно ли просмотреть результаты вскрытия?

– Да, – ответил Гу Яньчэнь, – но вскрытие было проведено вчера лучшими экспертами городского бюро. Думаю, стоит поторопиться с подготовкой к похоронам. Если у тебя есть сомнения, я могу помочь...

Он поджал губы и внимательно посмотрел на Гу Яньчэня. Ему показалось, что он не хочет, чтобы я углублялся в причину смерти Линь Сянланя. Вспомнив инцидент, когда он не расслышал последние слова, он сова почувствовал раздражение.

– Я слышал, что мой отец относился к тебе как к родному сыну, – сказал он с горечью. – Если твоя семья счастлива, тебе не нужно беспокоиться о похоронах моего отца.

Ему стало грустно при мысли, что Линь Сянлань, возможно, провел с Гу Яньчэнем больше времени, чем с ним. И что тот был рядом с ним перед его смертью.

Он заметил, как рука Гу Яньчэня, держащая палочки, дрогнула. С едва заметной улыбкой тот сказал:

– Я никогда не знал своего отца. Директор Линь был очень добр ко мне.

Он был шокирован его словами. Он долго молчал, а потом извинился:

– Мне очень жаль.

Если бы он знал раньше, что у него нет отца, он не сказал бы таких резких слов.

– Это не имеет значения. Мы должны позаботиться о похоронах твоего отца, – сказал Гу Яньчэнь.

Он ответил:

– Я понимаю, что нужно многое подготовить. В нашем родном городе есть родственники, которых нужно уведомить. Я скоро вернусь к учебе, и, вероятно, смогу заняться этим только в середине следующего месяца...

Он тянул время, чтобы понять, как действовать дальше.

Гу Яньчэнь сказал:

– Хорошо, можешь потом выбрать дату. Я свяжусь с городским бюро и отправлю некрологи коллегам.

Он продолжал, есть в тишине, освещенный ярким светом. Сидя за столом, он осознал, как приятно иметь кого-то рядом в такой трудный момент.

Он взглянул на Гу Яньчэня и осознал, что они оба теперь были без отцов. Между ними возникла легкая симпатия.

Он решил поблагодарить его и, опустив голову, взял ложку риса:

– Спасибо, жареный рис очень вкусный.

Он не мог объяснить, что в этом рисе было такого особенного, но он казался невероятно вкусным.

Шэнь Цзюньци вздохнул и постарался отвлечься от этих тяжелых воспоминаний.

Это было пять лет назад, когда ему было всего 22. Он был замкнутым, своенравным и наивным. Теперь, оглядываясь назад, он сожалел о своем поведении.

После смерти Линь Сянланя, Шэнь Цзюньци, как Линь Ло, показал Гу Яньчэню свою уязвимость, паранойю и вспыльчивость.

Он молчал несколько лет и теперь чувствовал себя достаточно сильным, чтобы справляться с трудностями.

Он не хотел, чтобы Гу Яньчэнь узнал его. Лучшим решением для него было, что бы они встретились снова как незнакомцы.

Шэнь Цзюньци подошел к компьютеру и по привычке отправил сообщение.

Закончив дела, он посмотрел на экран и спросил:

– Папа, если бы ты расследовал это дело, ты бы смог раскрыть его быстро, правда?

Линь Сянлань в молодости был известен как лучший детектив Бинчэня и он достиг успеха. Именно тогда он привел Гу Яньчэня.

Если бы он был здесь, дело было бы раскрыто гораздо быстрее.

Допрос

Глава 16. Допрос

В десять часов вечера виллу в рыбном хозяйстве Чжэнжуна озарили фары полицейских машин.

Люди на вилле не ожидали повторного визита полиции и ордера на обыск.

Команду возглавлял Гу Яньчэнь. Он отбросил вежливость и пригласил всех троих в машину.

Фан Цзялян удивился:

– Разве вы не опрашивали нас днем?

Лу Ин похлопал по дверце машины и жестом пригласил сесть:

– Допрос свидетелей и допрос подозреваемых — разные вещи.

Лань Цзе, светская львица, подняла голову:

– Вы думаете, моего мужа убили?

Бай Мэн ответила кратко:

– Проследуйте в отделение для допроса, для выяснения всех обстоятельств дела.

Чжун Чжичунь молча сел в машину. Гу Яньчэнь наблюдал за ним, скрестив руки.

Полицейские обыскали виллу и даже проверили канализационный слив.

Городское бюро Биньчэна никогда не спит. Даже ночью здесь кипела работа.

Троих задержанных быстро доставили в комнату для допросов и заперли всех отдельно.

Гу Яньчэнь оставил их на некоторое время в одиночестве, наблюдая за ними через окно.

Это ожидание усиливает страх подозреваемых.

Затем он лично допросил Фан Цзяляна, а Бай Мэн и Лу Ин взялись за Лань Цзе. Чжун Чжичуня допрашивали другие полицейские.

Их сова спрашивали об имени, возрасте, месте рождения и обстоятельствах преступления.

После серии простых вопросов Гу Яньчэнь начал задавать ключевые вопросы снова и снова, не оставляя места для сомнений. Он был настойчив, и если замечал малейший недостаток, продолжал давить.

Вопросы сыпались быстро, логически связываясь между собой. Фан Цзялян, привыкший к роскоши и комфорту, оказался не готов к такому напору. Ночь шла, а он все больше уставал, его мысли путались, и он уже не мог ясно соображать.

Но Гу Яньчэнь, напротив, становился все энергичнее. Он продолжал задавать вопросы, не давая Фан Цзяляну передышки.

Фан Цзялян, избалованный молодой человек, никогда раньше не сталкивался с подобными допросами. Он чувствовал, как его тело напрягается, пытаясь найти ответ на каждый вопрос, а холодный пот стекал по лбу.

Гу Яньчэнь, объединив вещественные доказательства и результаты вскрытия, уже был уверен в своей правоте.

— Где вы были в тот день? — спросил он.

— Я был дома, — ответил Фан Цзялян.

— Что именно вы делали?

— Использовал компьютер в кабинете.

— Компьютер у вас дома показывает время загрузки только после 16:00, — заметил Гу Яньчэнь.

Фан Цзялян на мгновение замолчал, а затем тихо возразил:

— Я неправильно запомнил. Возможно, перед этим я читал книгу.

— Вы уверены, что не выходили из дома после обеда? — спросил Гу Яньчэнь, внимательно следя за его реакцией.

— Нет, — ответил Фан Цзялян, опустив взгляд.

— Вы не встречались с Лань Цзе?

— Нет.

— Я еще раз напоминаю вам, не стоит лгать, — предупредил Гу Яньчэнь, пристально глядя на него.

Когда Фан Цзялян лгал, его глаза обычно устремлялись вправо. Гу Яньчэнь понял это и внимательно наблюдал за ним.

Днем, когда они общались, Гу Яньчэнь старался не давить на Фан Цзяляна, а наоборот, пытался создать непринужденную атмосферу. Он хотел понять, как тот ведет себя в нормальных условиях.

Поведение каждого человека имеет свои особенности. Наблюдая за ними, можно определить, какие реакции являются нормальными, а какие — нет. Это помогает понять, когда человек лжет.

Теперь же Гу Яньчэнь намеренно заставлял Фан Цзяляна нервничать. Под давлением люди становятся уязвимыми, и их поведение выдает их. Гу Яньчэнь легко мог определить, когда Фан Цзялян лгал, наблюдая за его реакцией.

Одна ложь за другой беспощадно раскрывалась. Гу Яньчэнь предъявил Фан Цзяляну фотографию. Хотя камера у входа на виллу была отключена, другая камера, установленная выше по течению от рыбного промысла, все равно зафиксировала его машину. Изображение было размытым, и невозможно было точно определить, кто был за рулем. Время съемки — 15:00.

Фан Цзялян, заикаясь, ответил:

– Это было, когда я поехал искать отца...

– Разве вы не говорили, что весь день были дома? – спросил Гу Яньчэнь.

Фан Цзялян запнулся:

– Нет... я просто поехал его искать, не нашел и вернулся один. Это не заняло много времени. Я забыл об этом упомянуть.

По оценке судмедэксперта, Фан Чжэнжун был убит через час после ужина.

По словам няни, ужин был в 23:30. Значит, убийство произошло до 01:00.

Гу Яньчэнь решил, что в тот же день Фан Цзялян поехал к реке, чтобы спрятать тело. Тело Фан Чжэнжуна лежало в багажнике машины. Чтобы не вызвать подозрений, Фан Цзялян переоделся в рыбацкую одежду и остался у реки.

Кто-то видел рыбака у реки, возможно, это был Фан Цзялян.

Гу Яньчэнь не стал развивать эту тему. Без свидетелей или доказательств он не ожидал, что Фан Цзялян признает вину. Вопросы задавались, чтобы вызвать чувство вины. Когда страх и вина, достигнут предела, Гу Яньчэнь представит доказательства.

После допроса, который длился полчаса, Гу Яньчэнь обвинил Фан Цзяляна:

– Полицейское расследование показало, что вы убили своего отца, Фан Чжэнжуна.

Фан Цзялян отрицал это. Гу Яньчэнь представил доказательства:

– После обыска на вашей одежде и на теле Фан Чжэнжуна обнаружена грибовидная пена. Как вы это объясните?

В глазах Фан Цзяляна мелькнула паника. Он ответил:

– Нет... это невозможно. Я был осторожен, переоделся и все вычистил.

Гу Яньчэнь пристально смотрел на него.

Лицо Фан Цзяляна покрылось холодным потом, он с трудом смотрел в глаза Гу Яньчэню.

Фан Цзялян растерялся и, заикаясь, спросил:

– Где оно осталось?

Гу Яньчэнь с усмешкой ответил:

– Это верх ваших тапочек.

Фан Цзялян замер, осознав всю тяжесть ситуации. Он чувствовал себя мышкой, попавшей в ловушку. Все пути к отступлению были отрезаны.

– Я... я не знаю. Может быть, кто-то другой подбросил это, чтобы меня подставить.

Гу Яньчэнь не отступал. Он продолжал задавать вопросы, шаг за шагом вытаскивая правду.

Психологически сильных людей не так уж много. Обычные люди, совершившие убийство, неизбежно испытывают вину и страх. Фан Цзялян убил своего отца, и улики были против него.

После убийства он пережил шок и оцепенение, теперь его мучили сожаление и страх. Его руки начали дрожать.

Гу Яньчэнь продолжил:

– Настоящее место смерти вашего отца – ванная комната  гостевой спальни на втором этаже. В канализации нашли жидкость, по составу схожую с той, что обнаружили в органах у Фан Чжэнжуна. Это одно из главных доказательств. В тот день, когда Фан Чжэнжун вернулся на виллу и застал вас с Лань Цзе, что произошло?

Фан Цзялян побледнел и попытался отрицать:

– Офицер Гу, это лишь ваши догадки. Я никого не убивал.

Такое оправдание выглядело неубедительно.

Гу Яньчэнь спросил:

– Смерть вашего отца была запланирована или это был спонтанный поступок?

Этот вопрос поставил Фан Цзяляна в тупик. Его лицо побелело, а сердце бешено колотилось.

– Фан Цзялян, вам лучше признаться, – сказал Гу Яньчэнь. – Если у вас есть сообщница, выдержит ли она давление и не выдаст ли вас?

Это классическая дилемма заключенного. Когда сообщников допрашивают по отдельности, их прежний договор теряет силу.

Человеческая природа не выдерживает такого испытания. Фан Цзялян поднял голову:

— Где капитан Цао? Разве не он отвечает за это дело?

Гу Яньчэнь ответил:

— Дело передали в Муниципальное бюро, им занимается наш Специальный уголовный отдел.

Фан Цзялян продолжил:

— Я хочу видеть ваше начальство...

Гу Яньчэнь решил провести внезапный ночной допрос, опасаясь, что кто-то может вмешаться:

— Кто бы ни пришел сюда, он не сможет вас защитить.

Фан Цзялян заерзал на стуле и пробормотал:

— Мне нужен адвокат.

Гу Яньчэнь согласился:

— Хорошо, я позволю вам связаться с адвокатом, но если вы сделаете это сейчас, это будет воспринято как признание.

Фан Цзялян потерял терпение и вытянул руки в жесте капитуляции:

— Я должен был убить его! Это была самооборона. Мой отец хотел взять пистолет в кладовой... Если бы он его взял, он бы убил меня.

Фан Цзялян закрыл лицо руками, вспоминая тот день. Он прижал отца к ванне, но тот был очень силен. Его тело билось, как рыба, на суше. Рыбы в ванне тоже были напуганы.

Он боялся отца и его скользких существ. Вдруг в ванну ворвалась Лань Цзе и помогла удержать отца.

— Мы должны были убить его! Иначе бы погибли  оба.

Отец боролся, пытаясь схватиться за что-то, но вокруг была только скользкая ванна. Они с трудом удерживали его.

Это были самые страшные минуты в жизни Фан Цзяляна. Когда он, наконец, опомнился, отец уже лежал неподвижно рядом с ванной.

Он долго не решался перевернуть его. Увидев отца мертвым, он ужаснулся: кожа стала серой и мокрой, он больше не был похож на живого человека.

Вокруг рта и носа появилась белая пена, похожая на  бороду. Он испугался и начал вытирать её, но пена не исчезала. Его сразу же начало тошнить, его рвало, и он с трудом держался за раковину.

Через какое - то время Лань Цзе сказала:

– В доме никого больше нет. Он… он так и не вернулся. Он утонул в рыболовном угодье. Никто ничего не найдет. Он умер не дома…

После этого он отвез тело и выбросил его вверх по течению от места рыбалки, затем вымыл ванну, постирал одежду и уничтожил все улики.

Они думали, что сделали все идеально и не оставили ни каких следов. Но их все же обнаружили.

Двадцать минут спустя Гу Яньчэнь вышел из комнаты для допросов. Под давлением Фан Цзялян признался во всем. После его признания Лань Цзе тоже не выдержала и через некоторое время призналась.

Она рассказала, что вода в ванне такая же, как и в реке, и надеялась, что судмедэксперты не смогут выяснить, где именно утонул Фан Чжэнжун.

Признание Лань Цзе раскрыло некоторые тайны. До замужества она была девушкой Фан Цзяляна. Но Фан Чжэнжун влюбился в нее и боролся за свою любовь.

Фан Чжэнжун оказался чрезвычайно похотливым и после свадьбы не сдержался. Он находил девушек на улице, или среди сотрудниц своей компании. Такое поведение вызывало недовольство Лань Цзе, и они часто ссорились.

Однажды, будучи пьяной, Лань Цзе решила отомстить и завела роман с Фан Цзяляном. Они мечтали, что они как законная жена и сын, после смерти Фан Чжэнжуна унаследуют его состояние.

Но несколько дней назад Фан Цзялян случайно услышал разговор между Фан Чжэнжуном и Чжун Чжичунем в кабинете. Он решил изменить завещание и подумывал о разводе с Лань Цзе.

Два дня спустя, когда Цзялян был с Лань Цзе, Фан Чжэнжун вернулся домой и застал их в одной постели. Он разозлился и поссорился с ними.

В разгар ссоры Фан Цзялян и Лань Цзе утопили Фан Чжэнжуна в ванне. Они боялись быть пойманными, поэтому придумали версию, что он упал в воду во время рыбалки. Они выбросили тело в месте, где тот рыбачил и разыграли ссору, чтобы скрыть свою причастность.

Обстоятельства дела вскоре стали известны. Полицейские получили подписанные  признания.

Бай Мэн спросила у Гу Яньчэна:

– Похоже, Чжун Чжичунь не имеет отношения к этому делу. Должны ли мы его освободить?

Гу Яньчэнь поднялся, надел пальто и достал зажигалку.

– Я пойду и отпущу его, – сказал он и вышел из комнаты.

Чжун Чжичунь, вовсе, не удивился решению полиции. Гу Яньчэнь взял Лу Ина и пошел с ним к лифту. Лифт звякнул и остановился внизу. Чжун Чжичунь вышел и направился к боковому входу городского бюро. Рядом с ним шел Гу Яньчэнь.

Была летняя ночь, дул прохладный ветер. Чжун Чжичунь вызвал водителя и ждал у входа, пока подъедет машина.

– Я знал, капитан Гу, что вы разберетесь в этом деле, – сказал Чжун Чжичунь. – Вы быстро раскрыли это убийство и обелили мое имя.

– Это было несложно, – ответил Гу Яньчэнь, глядя на Чжун Чжичуня. – Господин Чжун, а вас не интересует, кто убил Фан Чжэнжуна?

– Этот человек уже мертв, – спокойно ответил Чжун Чжичунь. – Мне важно знать, что я невиновен.

– Господин Чжун очень добросердечен, – задумчиво произнес Гу Яньчэнь. – Вокруг него происходят убийства, но он остается таким спокойным. Кроме того, есть некоторые вопросы в этом деле, которые мне непонятны, – добавил Гу Яньчэнь.

Торговая палата Хэту

Глава 17. Торговая палата Хэту

Рано утром у городского бюро.

Гу Яньчэнь, не дожидаясь ответа Чжун Чжичуня, продолжил спрашивать:

– Например, тот звонок, который вы сделали Фан Чжэнжуну в день его смерти... Судебно-медицинская экспертиза установила, что к тому времени он был уже мертв. С кем же вы  говорили?

Чжун Чжичунь снова промолчал.

Гу Яньчэнь остановился и спросил:

– Почему Фан Цзялян услышал ваш разговор о пересмотре завещания? Почему все водители и няни покинули виллу в тот день? Наши полицейские также сообщили, что несколько дней назад слышали ссору у реки.

Чжун Чжичунь спросил в ответ:

– Капитан Гу, что именно вы хотите этим сказать?

Гу Яньчэнь ответил:

– В ходе расследования я нашел подсказку. Господин Чжун, вы женаты на младшей двоюродной сестре Лань Цзе, и через две недели у вас родится ребенок.

Чжун Чжичунь тихо рассмеялся:

– Капитан Гу, я не причастен к смерти Фан Чжэнжуна.

– Но есть косвенная связь, – Гу Яньчэнь повернулся к Чжун Чжичуню. – Фан Цзялян – избалованный богач, не слишком умный. Лань Цзе – актриса с неглубокими культурными знаниями. Вы, познакомившись с ними, легко разгадали их характеры.

Чжун Чжичунь нахмурился:

– Какой ответ вы от меня ждете, капитан Гу?

Гу Яньчэнь замедлил шаг:

– Я подозреваю, что это убийство было спланировано.

Кто спровоцировал конфликт между отцом и сыном?

Кто сообщил Фан Цзяляну и Лань Цзе о планах Фан Чжэнжуна изменить завещание?

Кто намекнул Лань Цзе, что после утопления в такой же воде трудно установить разницу?

И кто отослал всех слуг и вернул Фан Чжэнжуна на виллу, где он застал Лань Цзе и Фан Цзяляна вместе?

Дальнейшие расследования показали, что к компании присоединилась молодая и красивая двоюродная сестра Лань Цзе.

Очевидно, что после рождения ребенка Чжун Чжичунь, используя тест на отцовство, сможет получить значительную часть наследства Фан Чжэнжуна.

Таким образом, хотя Чжун Чжичунь кажется непричастным, все улики указывают на него.

Он хорошо знает людей вокруг себя.

Подозрение, подстрекательство и контроль для него – несложные задачи.

Возможно, он даже поспособствовал возобновлению старых отношений между подозреваемыми.

А что, если бы у тебя было больше денег?

Вся семья подверглась манипуляциям.

Чжун Чжичунь наслаждался плодами своего успеха.

Эти вопросы основаны на предположениях, поэтому их не задают в комнате для допросов. Даже если были проблемы, их не хватит для осуждения Чжун Чжичуня.

Мысли об убийстве давно проникли в умы двух людей.

Чжун Чжичунь даже не упоминался в их признаниях. Он достаточно умен, чтобы не оставлять следов.

После допроса Гу Яньчэнь выбрал момент и загнал Чжун Чжичуня в угол.

Только тогда Чжун Чжичунь осознал, что Гу Яньчэнь специально не задавал эти вопросы в комнате допросов в городском бюро.

Он посмотрел на молодого и красивого капитана криминальной полиции, чуть поджав губы.

Чжун Чжичунь понадеялся, что машина приедет пораньше, но это обернулось против него.

Гу Яньчэнь молчал, пристально глядя на Чжун Чжичуня, как охотник на добычу.

Молчание затянулось и стало напряженным.

Чжун Чжичунь спросил:

– Капитан Гу, должна быть причина для убийства. Каков мой мотив?

Гу Яньчэнь ответил прямо:

– Я предположу, что это деньги, ревность, месть или любовь.

– Эмоции? – улыбнулся Чжун Чжичунь. – Эти женщины меня не интересуют.

– Сначала я не понимал, пока не нашел эту фотографию, – сказал Гу Яньчэнь, открывая фото на телефоне и показывая его Чжун Чжичуню.

Фото нашли ночью в главном доме семьи Фан. Няня утверждала, что это реликвия покойной жены.

Когда Чжун Чжичунь увидел фото, выражение его лица изменилось.

Фотография была старая, и пожелтевшая. На ней трое молодых людей: двое мужчин и одна женщина. В них можно узнать Фан Чжэнжуна и Чжун Чжичуня. Женщина застенчиво улыбается, Фан Чжэнжун нежно кладет руку ей на плечо, а Чжун Чжичунь смотрит на них.

В молодости сложно скрыть взгляд на того, кто тебе нравится.

Чжун Чжичунь наконец заговорил:

– Я прожил большую часть жизни, и человеческое существование так ничтожно. Я предложил Фан Чжэнжуну идею продажи воды. Тогда у его семьи были деньги на оборудование, и он встретил Хуан Юнь, чьи родители владели сетью супермаркетов. Мы создали партнерство и заработали первый капитал. – Он сделал паузу и добавил: – Я помогал Хуан Юнь, но это не принесло мне пользы.

Хуан Юнь — первая жена Фан Чжэнжуна. В то время три близких человека начали бизнес с нуля, и появилась компания "Zhengrong". Хуан Юнь внесла незаменимый вклад в компанию.

Чжун Чжичунь опустил голову. В молодости он был беден и не хотел это принимать. Единственным человеком, кто ему нравился, была Хуан Юнь. Но она вышла замуж за Фан Чжэнжуна. Благодаря семье жены,  которые владели сетью супермаркетов, бизнес Фан Чжэнжуна процветал.

Но Фан Чжэнжун никогда не умел ценить то, что имел. Получив деньги, он тратил их на алкоголь, и не заботился о жене. Даже когда Хуан Юнь заболела, он не проявил заботы. Фан Цзялян хотел жениться на Лань Цзе что бы успокоит мать, но в Лань Цзе влюбился Фан Чжэнжун.

Узнав об этом, Хуан Юнь пришла в ярость, её состояние ухудшилось, и вскоре она умерла. Не успело тело жены остыть, как Фан Чжэнжун женился на Лань Цзе.

Чжун Чжичунь был рядом с этой семьёй и наблюдал за всем этим. Он жалел Хуан Юнь, ненавидел и завидовал Фан Чжэнжуну, а также испытывал ненависть к Фан Цзяляну и Лань Цзе.

Ревность и несправедливость мучили его, превращаясь в яд. В конце концов, он довёл свой план до совершенства, надеясь, что полиция раскроет дело и поймает убийцу. Фан Чжэнжун умер, Фан Цзялян и Лань Цзе оказались в тюрьме, а Чжун Чжичунь получил выгоду.

Подъехала машина. Чжун Чжичунь собирался сделать шаг к машине, когда Гу Яньчэнь задал вопрос:

— Господин Чжун, вы слышали о Торговой палате Хэту?

Чжун Чжичунь улыбнулся, наклонился к Гу Яньчэню и ответил шёпотом:

— Какая торговая палата? Я не знаю.

Его спокойствие его выдавало, он что-то знал. Глаза Гу Яньчэня сузились, и он уже был готов ответить.

Но Чжун Чжичунь продолжил:

— Кстати, я слышал слухи. Вы следовали за покойным директором Линем?

С тех пор как Гу Яньчэнь взялся за дело, Чжун Чжичунь, вероятно, тоже вёл расследование. Линь Сянлань мёртв уже много лет, и его имя редко вспоминали. Сейчас это было похоже на угрозу.

Но когда Гу Яньчэнь услышал вопрос, он понял, что Чжун Чжичунь сам все выдал, связывая смерть Линь Сянланя с Торговой палатой.

После того как Чжун Чжичунь закончил говорить, он быстро отошел от Гу Яньчэня и усмехнулся:

– Командир Гу, вы проницательный и честный полицейский. Надеюсь, мы больше не встретимся.

Он стремительно спустился по ступенькам и сел в машину, не оглядываясь. Лу Ин, слушавший разговор, наконец понял все.

– Возможно, за этим делом стоит Чжун Чжичунь? Теперь, когда Фан Чжэнжун мертв, Фан Цзялян и Лань Цзе в тюрьме, он должен гордиться собой, – сказал Лу Ин.

Даже если Чжун Чжичунь спланировал и спровоцировал преступление, он не мог быть наказан.

Гу Яньчэнь, возвращаясь в городское бюро, закурил.

– Как такой человек мог быть таким беспечным? У Фан Чжэнжуна должно было быть что-то, чтобы защититься, – пробормотал он.

Ему не нужно было заставлять Чжун Чжичуня признаваться в убийстве, что бы предстать перед судом.

Вечером он возглавил команду на обыск виллы и нашел множество улик, о которых доложил директору Дину. Некоторые из них Фан Чжэнжун оставил намеренно.

"Zhengrong Group" процветала много лет, и Чжун Чжичунь вставлял палки в колеса Фан Чжэнжуну. Теперь, когда Фан Чжэнжун умер, против Чжун Чжичуня было найдено множество улик.

Гу Яньчэнь использовал смерть Фан Чжэнжуна, чтобы разоблачить Чжун Чжичуня.

Лу Ин понял:

– Как только Фан Чжэнжун умрет, Чжун Чжичуню придет конец.

У этих людей были злые намерения с самого начала.

Вечером город засиял неоновыми огнями, как звездное небо в ясную ночь.

Гу Яньчэнь вернулся домой и открыл кодовый замок под журнальным столиком. Он достал документы с личной информацией по Чжун Чжичуню.

После имени Чжун Чжичуня стояла звездочка, за ней были три слова в скобках – «Торговая палата Хэту». В конце стоял вопросительный знак.

Гу Яньчэнь зачеркнул вопросительный знак и поставил галочку, завершив свои мысли.

Его расследование показало, что Фан Чжэнжун не входил в торговую палату Хэту, но Чжун Чжичунь мог быть связан с ней.

В Биньчэне торговая палата Хэту была загадкой. Некоторые слышали о ней, но мало кто знал её изнутри.

Гу Яньчэнь изучал эту организацию несколько лет и знал лишь обрывочные сведения. Её членами были богатые и влиятельные люди, включая бизнесменов, знаменитостей, звёзд и политиков.

Палата не имела юридического лица, и её не найти в официальных базах данных. Это был закрытый круг, символ статуса богатства и власти. Даже не все состоятельные люди могли к ней присоединиться.

Но оказавшись внутри, они получали доступ к информации, недоступной обычным людям. Члены палаты могли зарабатывать на информации из разных стран.

Они получали привилегии, о которых могли только мечтать: редкие животные, красивые женщины, новейшие лекарства и органы неизвестного происхождения.

Даже незаконные действия были возможны.

Торговая палата была настолько секретной, что даже Гу Яньчэнь не смог найти её руководство после долгих поисков.

Вечером он добавил новую информацию к документам и спрятал их. Он сходил в ванну, выключил свет и отправился спать.

В Биньчэне в это время наступила тишина. Город покрывала темнота ночи, но не все спали в это время.

В анонимном чате, где использовались псевдонимы, обсуждали недавние события.

«Продавец воды мёртв», — говорилось в одном из сообщений.

«Этот выскочка давно мне не нравится», — добавил другой участник.

«Слышал, что его утопили сын и жена», — прокомментировал третий.

«Убить двух зайцев одним выстрелом? Лао Чжун, что происходит? Ты же мог найти исполнителей, верно?»

Во время обсуждения численность группы увеличилась, но одного человека не хватало, неожиданно появился администратор и объявил:

— Я только что получил известие, что с Лао Чжуном случилось кое-что серьезное. Нам придется временно исключить его из обсуждения.

Исключенным оказался Чжун Чжичунь.

Это был способ избавиться от пешки ради спасения ладьи. После этого сообщения он становился изгоем.

Это означало полное исключение человека из круга общения, без следа прошлого.

Для этого выделялся специальный персонал. Мобильный телефон, сеть Чжун Чжичуня и вся информация в его записях удалялись. Даже банковскую систему взламывали, чтобы подделать данные о счетах.

Все связи с этим человеком прерывались. Даже если бы кто-то начал проверять, следов не осталось.

Кто-то спросил: «Почему так?»

Менеджер ответил: «Будьте осторожны в эти дни. Это всего лишь предупреждение».

«В чем смысл?» — не унимался кто-то.

«В городском бюро создан новый отдел. С ответственным человеком нелегко справиться. Лао Чжун просто не учёл этого и оказался в неприятной ситуации. Лучше молиться и не беспокоиться об этом».

После этого чат-группа замолчала. Никто больше не говорил.

Это было первое дело Специального уголовного отдела, которое удалось раскрыть быстро и чисто.

Слухи об этом быстро распространились.

Ци Иань улыбнулся, глядя в телефон, и поставил лайк каждому комментарию, где говорилось о быстром раскрытии дела.

Дело было завершено, а последующее расследование передали другим группам.

Через день завершили сводный отчет, и наступил выходной.

Гу Яньчэнь встал рано утром. Он надел легкую одежду, кроссовки и поехал на велосипеде на север города.

Проехав больше часа, он достиг подножия горы Люмин. Это была группа холмов высотой около 600 метров. Гора была невысокой, со сложным рельефом.

Гу Яньчэнь выбрал тропу и начал подниматься. Он шел быстро, но когда достиг склона, остановился, как обычный турист, чтобы полюбоваться растениями и сделать несколько фотографий.

На горе было немного людей. По пути он встретил старика, копавшего что-то на платформе.

Старик уже знал Гу Яньчэня и улыбнулся:

— Снова поднимаешься на гору?

Гу Яньчэнь отвечал:

– Мне нечем заняться на выходных. Хочу просто расслабиться.

Старик улыбнулся и сказал:

– Хорошо отдохнуть. Вы, молодые, сейчас слишком напряжены. Здесь, на этой горе, все так красиво. Занимайтесь спортом, дышите свежим воздухом.

Гу Яньчэнь небрежно спросил:

– Старик, сколько лет вы здесь живете?

– Уже больше десяти лет. Раньше здесь было мало деревьев, и окружающая среда была хуже... Но благодаря посадке деревьев, в последние годы гора стала зеленой.

Старик махнул рукой:

– Хватит болтать, пойду еще что-нибудь поищу, пока не стало жарко.

Гу Яньчэнь попрощался и пошел в другом направлении.

Он продолжал идти и около восьми часов, наконец, добрался до вершины. Он оглянулся вниз на подножие горы и сделал еще несколько фотографий.

На эту гору он пришел не ради развлечения. Причина была в последних словах Линь Сянланя перед смертью.

Гу Яньчэнь хорошо помнил тот день: он ждал за дверью неотложки, когда врач сказал, что пациент умирает и попросил сообщить семье.

Он позвонил Линь Ло и вошел в палату. Линь Сянлань лежал на кровати, покрытый медицинскими трубками. В последние минуты жизни он попросил врача выйти, крепко держа Гу Яньчэна за руку, и бормотал бессвязные слова, из которых можно было понять:

– Гора Люмин... там есть важные вещи...

Гу нахмурился и спросил:

– Директор Линь, что на этой горе?

Линь Сянлань не ответил, продолжая говорить сам с собой:

– Торговая палата Хэту... после моей смерти... будь осторожен... мы должны продолжать расследование... этого мы не потерпим...

Его лицо становилось все более серым, и он все крепче сжимал руку Гу. Вдруг он пришел в себя, в его глазах мелькнуло очарование:

– Гу Яньчэнь, не ищи причину моей смерти. Не отпускай Линь Ло. Проверь все. Ты должен позаботиться о нем... этот ребенок слишком упрям... я не могу не волноваться за него...

Он кивнул.

Увидев это, Линь Сянлань испустил последний вздох.

Работая офицером криминальной полиции, Гу видел много мертвых, но Линь Сянлань стал первым, кого он видел умирающим.

Когда дыхание остановилось, человек перестал жить.

Нить между жизнью и смертью такая тонкая.

Несколько слов неизвестного значения и мальчик на пару лет моложе его — вот и все, что осталось от Линь Сянланя.

С этого момента Гу Яньчэнь заподозрил, что смерть Линь Сянланя связана с Торговой палатой Хэту.

Столкнувшись с Сюй Чэнхуаном, директор Линь не дрогнул, но перед Торговой палатой Хэту он потерпел поражение, так и не найдя истины.

Легко спрятаться от открытого ружья, но трудно избежать скрытой стрелы.

Торговая палата Хэту — скрытная и могущественная сила.

Если они осмелились устранить директора, то что им мешает сделать что –то еще?

Он следовал последним словам Линь Сянланя, и не копался в причинах его смерти. Он боялся, что Линь Ло начнет расследование, и пытался его отговорить, но не мог открыто говорить об этом.

Позже с Линь Ло произошел несчастный случай...

Подумав об этом, Гу Яньчэнь вздохнул и посмотрел на горы.

Пять лет назад он начал расследование.

Он верил, что если слова Линь Сянланя имели значение, то ключ к разгадке находится на горе Люмин.

В последние годы он поднимался на эту гору по выходным.

Он ходил разными тропами, изучая каждый камень и дерево.

Он собирал информацию, расспрашивал местных жителей, копал землю и искал в опавших листьях.

Но до сих пор загадка оставалась неразгаданной.

Он не понимал, какие доказательства Линь Сянлань искал на горе Люмин.

Это следы загрязнения? Заброшенные шахты? Лесной пожар тридцатилетней давности? Или там спрятаны кости?

Этот лес обладал удивительной способностью к восстановлению, становясь все зеленее и гуще, скрывая следы прошлого.

Гу Яньчэнь стоял на вершине горы, глядя на голубое небо и город внизу.

Он решил, что Линь Сянлань, возможно, не знал, что ищет, и оставил эти неясные слова. Но пока он жив, он приложит все усилия, чтобы найти ответы.

В выходные Шэнь Цзюньци рано встал, оделся во все черное, купил в магазине букет цветов и поехал на такси, на кладбище. Он боялся встретить Гу Яньчэня. Поэтому намеренно отложил поездку на несколько дней. Хотя день рождения Линь Сянланя уже прошел, Шэнь хотел приехать и увидеться с ним. Он любил отмечать день рождения Лао Линя, даже спустя годы после его смерти. Дни рождения напоминают, что человек жив в наших сердцах. Годовщина смерти же постоянно напоминает о дне, когда его не стало.

Такси быстро доставило его на кладбище. Утром там было тихо, и никого не было. Все выглядело так, как описывал Гу Яньчэнь: много зелени, красивое здание. Недалеко от надгробия Линь Сянланя стояло надгробие Линь Ло. Перед надгробием Линь Сянланя лежал букет цветов. Очевидно, он был не единственным, кто вспомнил этот день.

Шэнь Цзюньци подошел к надгробию, присел на корточки, положил цветы и посмотрел на фотографию. Он протянул руку, чтобы коснуться ее. На фото Лао Линь был в полицейской форме и улыбался. Шэнь почувствовал, что должен что-то сказать. Он посмотрел на фотографию и произнес:

– Папа, ты был прав, Гу Яньчэнь действительно хороший полицейский. С его помощью мы скоро узнаем всю правду...

Стрельба

Том 2. Пустая комната. Глава 18. Стрельба

Гу Яньчэнь надеялся отдохнуть пару дней, но в понедельник утром его вызвал директор Дин в командный пункт. Там уже с раннего утра собрались люди, а оборудование и мониторы были включены. Заместитель директора Чэнь, ответственный за спецподразделение  полиции, тоже присутствовал там, что создавало напряженную атмосферу.

Гу Яньчэнь поздоровался с директором и спросил:

— Директор Дин, что случилось?

— Командир Гу, пару дней назад вы отлично справились с делом, — начал Дин. — Но сегодня  у меня для вас важное дело. Сегодня утром на рынке Хуасин произошел инцидент. Из-за территориальных споров между торговцем мясом и несколькими соседними лавками возник конфликт. Три человека получили ранения, а один был убит ножом. Нападавший взял в заложники восьмилетнего ребёнка и сейчас находится в противостоянии с нашими сотрудниками.

Гу Яньчэнь взглянул на камеры наблюдения. Рынок Хуасин — крупнейший продовольственный рынок Биньчэна, каждое утро сюда приходят за свежими овощами. Сейчас рынок был оцеплен, пострадавших отправили в больницу, а с очевидцев брали показания.

На месте оживлённого рынка теперь царил хаос: на земле валялись куски мяса и раздавленные овощи. За восточными воротами рынка Хуасин на ступеньках сидел крепкий мужчина и направлял нож на ребёнка, которого держал на руках. Разделочный нож мясника, был залит кровью. Ребёнок, которого крепко держал мужчина, лишь выглядывал из-за его плеча, он был напуган, и не мог даже плакать. Мужчина был эмоционально нестабилен, он громко кричал и время от времени размахивал ножом, словно был готов в любой момент убить заложника.

Гу Яньчэня стало серьезным. Он наблюдал за ситуацией по камерам, затем спросил:

— Снайпер спецназа на позиции?

Директор Дин ответил:

— Ветер сегодня сильный, шесть - восемь метров в секунду. Трудно найти удобный угол для стрельбы в радиусе ста метров и к тому же  большое дерево мешает обзору. Снайперы не смогут точно прицелиться.

Атаковать на прямую, было невозможно,  у противника был нож и заложник. Погода ухудшалась, надвигался тайфун, дул сильный ветер, собирался дождь. Стрелять в таких условиях так же было крайне сложно.

Все в городском бюро знали, что в снайперских навыках Гу Яньчэнь был лучшим. Заместитель директора Чэнь, помня недавние споры, тихо извинился:

— Командир Гу, то, что произошло  на учениях два дня назад, было нашей ошибкой.

Гу Яньчэнь пристально смотрел на экран камеры наблюдения и не слышал, что он сказал. Наклонившись, он указал на точку на юго-восточной стороне и спросил:

– Разве мы не можем стрелять с юго-восточной стороны?

Вопрос был обычным, но заместитель директора Чэнь воспринял его как насмешку. Старик сжал кулаки, стиснул зубы, на мгновение задумался, опустил голову и громко признался:

– Извините, мы проявили не компетентность.

В командном пункте воцарилась тишина. Гу Яньчэнь повернулся к нему, взмахнул рукой и сказал:

– Заместитель директора Чэнь, не стоит быть таким честным, но я приму ваши извинения.

Директор Дин вытер пот и попытался разрядить обстановку:

– Мы все здесь коллеги. Капитан Гу, вы более компетентны, так что давайте сосредоточимся на разрешении этой проблемы.

Гу Яньчэнь задумался, затем встал и сказал:

– Я пойду, посмотрю, что там. Найдите переговорщика, чтобы удерживать его в стабильном состоянии.

Директор Дин поспешно добавил:

– Да лучше, если вы отправитесь на место сами. Машина внизу, это недалеко, всего десять минут. Командир Ван уже там. Скажите ему, какое оборудование вам понадобится.

Гу Яньчэнь спустился, сел в машину спецназа, ему дали наушники, и он связался с командиром Ваном, запросив необходимое оборудование.

Пока машина ехала, Гу Яньчэнь высунул руку из окна, определяя скорость ветра. Ветер был сильным, порывистым, и неудивительно, что снайперы не могли справиться. В таких условиях сложно контролировать ситуацию, и если не удастся убить одним выстрелом, преступник может разозлиться, что только усугубит положение.

Машина остановилась возле овощного рынка. Гу Яньчэнь встретился с командиром Ваном. Совсем недавно они были противниками, но сегодня они, одна команда.

Командир Ван спросил:

– Есть ли у нас шанс?

Гу Яньчэнь ответил:

– Давайте поднимемся и посмотрим. Я предпочитаю стрелять из юго-восточного угла. Надеюсь, мы справимся.

Командир Ван согласился:

– Да, ждать слишком долго нельзя. Не знаю, сколько еще этот толстяк сможет сохранять спокойствие.

Гу Яньчэнь взял карту, выбрал позицию для снайпера и обсудил план с командиром Ваном.

Гу Яньчэнь поднялся на снайперскую позицию. Там уже находился Е Сичжи, молодой офицер из вооруженной полиции. Е Сичжи знал Гу Яньчэня и быстро уступил ему место.

– Командир Гу, это дерево стоит прямо посередине, погода плохая... – сказал он.

Гу Яньчэнь кивнул и взял снаряжение. Его сильные руки с четкими суставами держали снайперскую винтовку. На указательном пальце была тонкая мозоль.

Он сообщил в гарнитуру:

– Командир Ван, я на позиции. Готовьтесь.

Его взгляд был прикован к мужчине в тени дерева и к ребенку, которого тот держал на руках. Качающиеся ветви почти полностью скрывали его фигуру, но при ближайшем рассмотрении в их движении можно было заметить закономерность.

К счастью, мужчина заслонил ребёнка своим крепким телом, что снизило вероятность случайного попадания. Мелкие капли дождя стекали по коже Гу Яньчэня, вызывая лёгкую дрожь. Он не сводил глаз с цели, и его лицо было суровым.

Основываясь на своих оценках и опыте, Гу Яньчэнь мысленно прокрутил в голове различные сценарии стрельбы и соответствующим образом скорректировал свою позицию. Снаружи дул сильный ветер, шёл небольшой дождь, и капли падали горизонтально. Гу Яньчэнь крепче сжал винтовку, сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Сердцебиение и пульс замедлились. Воспользовавшись моментом, когда ветер раздвинул ветки дерева, он нажал на спусковой крючок. Снайперская винтовка с глушителем издала тихий свист.

Отдача мягко коснулась плеча. Он увидел кровь на боку мужчины. Сотрудники полиции бросились к ребенку.

Весь процесс занял меньше минуты. Всё произошло так быстро, что это действительно можно было назвать молниеносным и решительным действием.

– В будущем больше тренируйтесь на свежем воздухе, – сказал Гу Яньчэнь Е Сичжи.

– Командир Гу, сколько лет вы практикуетесь? – спросил Е Сичжи.

– Десять лет, – ответил Гу Яньчэнь.

Спустившись, он не взял зонтик и не обращал внимания на падающие капли дождя. Пройдя несколько шагов, он увидел ларек с булочками. Развернувшись, купил четыре булочки и продолжил путь.

Мясные булочки стоили по три юаня за штуку. О были сочным, с большим количеством мяса и тонкой кожицей.

Гу Яньчэнь нашёл укромное местечко на обочине и ел булочки на ходу. От ворот рынка до этого места было сто метров. За время прогулки он съел две булочки. Командир Ван разбирался с последствиями и наконец вздохнул с облегчением, увидев его:

– Капитан Гу, спасибо.

– А что с преступником? – спросил Гу Яньчэнь.

– Он был ранен в шею и серьезно пострадал. Его увезли. С ребенком всё в порядке. Вы сможет вернуться, когда мы закончим с показаниями, – ответил командир Ван.

– Где родители ребенка? – спросил Гу Яньчэнь.

– Его отец получил ножевое ранение сегодня утром, он в больнице. Мать поехала с ним, – сообщил командир Ван.

– Не забудьте про психологическую консультацию, – сказал Гу Яньчэнь. – После такого опыта это может оставить след на всю жизнь.

– Не волнуйтесь, всё уже устроено, – кивнул командир Ван.

С этими словами Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел на ребёнка, сидевшего в полицейской машине рядом с ним. Дверь машины была открыта, и ребёнку, мальчику в окровавленной майке с двумя завязками, на вид было лет семь-восемь. Его большие ясные глаза, из которых текли слёзы, остановились на булочках в руке Гу Яньчэня, и он сглотнул.

– Ты голоден? – спросил Гу Яньчэнь, протягивая ему оставшиеся две булочки - Ешь.

Ребенок кивнул и, взяв булочки, два раза укусил, а затем поднял голову и бессвязно пробормотал - Спасибо.

Гу Яньчэнь уже собирался сесть в машину и отправиться обратно, когда ему неожиданно позвонил Шэнь Цзюньци. Он ответил, и на другом конце провода Шэнь Цзюньци спросил:

– Капитан Гу, вы на задании?

– Выходил купить завтрак и уже возвращаюсь, – ответил Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци явно колебался и, понизив голос, сказал:

– Здесь в судебно-медицинском отделе труп. Я думаю с ним что-то не так. Можете прийти и посмотреть?

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Что происходит? Причина смерти не установлена даже после вскрытия?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Нет, просто семья подписала отказ от вскрытия.

– Подожди меня, я сейчас вернусь и посмотрю, – сказал Гу Яньчэнь.

Полчаса назад, когда он пришел на работу, в дверь офиса постучала Вэнь Вань.

– Доктор Шэнь, прошу вас помочь мне, – тихо произнесла она. – Проведите поверхностное исследование трупа в патологоанатомическом отделении.

Шэнь Цзюньци согласился и направился к двери.

– Это новый случай? – спросил он.

Каждый год в городское бюро поступает много просьб о вскрытии и опознании тел. Обычно Вэнь Вань справлялась с ними самостоятельно, но сейчас, похоже, возникли сложности.

– Нет, это не обычный случай, – ответила Вэнь Вань. – Ситуация особая. Для меня это личное дело. Пожалуйста, помогите мне с осмотром тела.

Она вздохнула.

– Это моя подруга из родного города по имени Ли Чумей. Она примерно моего возраста, замужем, у неё двое сыновей. Вчера вечером младший сын внезапно умер у себя дома. Врач заключил, что это произошло из-за низкого уровня сахара в крови. Судебно-медицинский эксперт из округа провёл осмотр и установил, что смерть наступила внезапно. Но Ли Чумей считает, что её ребёнок не мог умереть вот так. Она пришла сюда в надежде, что я смогу помочь, проведя проверку.

Внезапная смерть ребёнка ночью хоть и была редкостью, но всё же случалась. Среди распространённых причин были аллергия, внутреннее кровотечение, энцефалит, внезапные сердечные приступы и т. д. Также относительно часто встречался низкий уровень сахара в крови, и патологоанатомическое исследование могло подтвердить конкретную причину смерти.

Разобравшись в ситуации, Шэнь Цзюньци предложил:

- Если она подозревает, что это не просто несчастный случай, ей следует сообщить об этом в полицию. Если полиция проведёт расследование и решит возбудить дело, они проведут вскрытие, даже если семья будет против этого.

Вэнь Вань смутилась и покачала головой.

– Я знаю, в каком положении находится её семья. У мужа есть несколько братьев, а Ли Чумей робкая и боится неприятностей. Даже её семья не поддерживает её. Без доказательств она бы не осмелилась обратиться в полицию. Сегодня, пока мужа не было дома, она тайно забрала тело ребёнка из похоронного бюро, сказав, что не хочет, чтобы её ребёнок умер без веской причины.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Пойдем, посмотрим.

Они вышли из кабинета, где у двери сидела женщина лет тридцати, обхватив голову руками. Увидев их, она вытерла слёзы и встала. Рядом с ней стоял мальчик чуть старше, лет десяти, с большими глазами и следами от слёз на щеках. Он повернул голову и посмотрел на них.

Шэнь Цзюньци вошёл в комнату для вскрытия, где на секционном столе уже лежал труп ребёнка. Труп был крошечным, на вид очень лёгким, с редкими волосами и признаками недоедания. В свете бестеневой лампы кожа ребёнка казалась неестественно бледной. Он был одет в погребальные одежды. Одежда уже была расстёгнута.

Шэнь Цзюньци осмотрел тело. Он спросил Вэнь Вань:

- Каково точное время смерти?

Вэнь Вань ответила:

- Около трёх часов ночи у ребёнка внезапно ухудшилось состояние, и примерно в четыре часа ночи его доставили в больницу, но он был уже мёртв. Судебно-медицинский эксперт прибыл около пяти часов утра и установил, что смерть наступила внезапно. Позже тело было доставлено в городское похоронное бюро.

Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел тело ребёнка:

- Видимых внешних повреждений нет.

Затем он проверил трупные пятна, трупное окоченение и измерил температуру тела:

- Похоже, что это не отравление.

Шэнь Цзюньци обратил внимание на руки ребёнка, поднял их и внимательно осмотрел. Пальцы ребёнка были тонкими, уже холодными и почти бескровными. Ногти были очень короткими, ломкими, местами с трещинами. На коже между пальцами были следы волдырей и небольшая липкость. В складках кожи виднелись черно-коричневые следы.

Шэнь Цзюньци нахмурился, снял маску, поднёс руку ребёнка к носу и почувствовал кислый запах... Почувствовав неладное, Шэнь Цзюньци решил проверить уровень сахара в крови ребёнка. Как и ожидалось, уровень сахара был очень низким.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Мне кажется, с этим трупом что-то не так. Лучше, если  здесь будет присутствовать детектив.

Вэнь Вань, которая не ожидала, что с причиной смерти ребёнка возникнут какие-то проблемы, немного запаниковала:

- Тогда… какой команде его передать?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я позвоню Гу Яньчэню.

Ложь

Глава 19. Ложь

В десять часов утра в Центре судебно-медицинской экспертизы муниципального бюро Биньчэна.

Повесив трубку, Шэнь Цзюньци вернулся к телу.

Вэнь Вань спросила:

– Доктор Шэнь, вы можете определить причину смерти?

Шэнь Цзюньци показал Вэнь Вань руки ребенка:

– Руки ребенка не были вымыты, а на ногтях все еще остались следы. Я считаю, что они могли остаться при чистке личи. Умерший должен был съесть перед смертью много личи. Уровень сахара в крови очень низкий, на основании всестороннего анализа я подозреваю болезнь личи.

Это заболевание чаще всего возникает у детей, страдающих от недоедания, которые едят много личи и рано ложатся спать не поужинав, может развиться синдром гипогликемического острого энцефалита в ночное время, который широко известен как «болезнь личи». В тяжелых случаях это может быть опасно для жизни.

Она тихо вздохнула. Ей тоже были известны редкие случаи заболевания личи летом. Она уже осматривала тело, но не могла сделать окончательные выводы без вскрытия. Вэнь Вань никогда не предполагала, что ребенок мог умереть от фруктов.

Они закончили осмотр в анатомическом кабинете и Гу Яньчэнь вышел.

Шэнь Цзюньци все объяснил ему по телефону, поэтому он сразу направился в анатомический кабинет.

Гу Яньчэнь внимательно посмотрел на тело, а затем на Ли Чумэй, сидящую снаружи, и спросил:

– Это члены семьи?

Шэнь Цзюнь вздохнул и объяснил ему, что такое болезнь личи. Затем добавил:

– Сейчас это только предположение. Нужно выяснить детали, чтобы подтвердить диагноз.

Они вышли в коридор и встретили мать с сыном.

Шэнь Цзюньци задал вопрос:

– Какие симптомы были у ребенка до болезни?

Ли Чумэй ответила:

– Я работаю на улице и в то время не была с ними...

Закончив, она подтолкнула старшего сына и сказала:

– Цзи Хун, расскажи дяде-полицейскому, что произошло вчера вечером.

Цзи Хун, свидетель происшествия, вспомнил:

– После того как мой брат уснул, ночью он вдруг закричал. Потом начал дергаться. Я в спешке позвонил отцу, и его отправили в больницу... Я очень испугался.

Шэнь Цзюньци подмигнул Гу Яньчэню. Судороги, конвульсии и крики – это симптомы болезни личи.

Гу Яньчэнь спросил мальчика:

– Что твой брат ел вчера вечером?

Ребенок опустил голову и промолчал. Ли Чумэй снова подтолкнула сына и повторила вопрос:

– Что твой брат ел вчера вечером?

Мальчик тихо ответил:

– Тоже что и я. Ни бабушки, ни дедушки не было дома, так что я приготовил ужин.

Мальчик внезапно расплакался.

Ли Чумэй утешила сына и произнесла:

– Это не связано с моим Хун-Хуном. Предыдущий судмедэксперт тоже осматривал его и заявил, что это не отравление.

Она действительно хотела выяснить причину смерти младшего сына, но теперь её мысли приняли другое направление. Ли Чумэй почувствовала, что её старшего сына подозревают. Женщины часто обладают шестым чувством, и ей стало немного страшно.

Вэнь Вань внимательно осмотрела напряжённую обстановку, опустилась на колени и обратилась к Цзи Хуну:

– У твоего брата проблемы с уровнем сахара в крови. Скажи мне, ужинал ли он вчера вечером перед сном? Сколько он съел?

Цзи Хун несколько раз дернул носом и разрыдался ещё сильнее:

– Я делал домашнее задание. Он ужинал один, я не знаю.

Ли Чумэй обняла ребёнка и сказала:

– Мой сын и так напуган, после того, что произошло вчера. Ему всего десять лет, и он винит себя за то, что плохо присматривал за ним. Если сможете узнать причину, хорошо, если нет, забудьте.

В этот момент из коридора здания судебно-медицинской экспертизы вышел мужчина лет тридцати. Он был смуглым и в рабочей одежде. Подойдя ближе, он сказал Ли Чумэй:

– Я отпросился с работы. Почему ты привезла сюда тело ребёнка, зачем взяла выходной? Вопрос уже решён, чего ты переживаешь?

Ли Чумэй дважды всхлипнула и вытерла слёзы:

– Я услышала, что ребёнок внезапно умер, и запаниковала...

Мужчина угрожающе произнёс:

– Я разберусь с тобой, когда вернемся!

Затем он повернулся и снова улыбнулся:

– Товарищ полицейский, мы подписали отказ от вскрытия. Нам нужно разобраться с делами связанным с ребенком. Простите за беспокойство. Можем ли мы идти?

Увидев, что ситуация изменилась, Шэнь Цзюньци и Вэнь Вань переглянулись.

Гу Яньчэнь быстро отреагировал, и жестом остановил их:

– Это просто недоразумение. Тело всё ещё в анатомическом кабинете. Подождите немного, пока мы завершим процедуру и оденем его, чтобы не задерживать ваши похороны.

Гу Яньчэнь обратился к Ци Ианю:

– Отведи членов семьи в боковой конференц-зал и жди там.

Когда их увели, Вэнь Вань растерялась:

– Что, если это убийство и есть другой преступник? Мы просто оставим все как есть?

Ли Чумэй и Вэнь Вань давно знали друг друга, но как судебно-медицинский эксперт Вэнь Вань не могла игнорировать подозрительную смерть.

Гу Яньчэнь сказал:

– Задержи их, на какое-то время, мы не можем позволить им ссориться в коридоре.

Он вошел в анатомический кабинет и спросил:

– Где у вас компьютер?

Шэнь Цзюньци указал:

– Вон там.

Гу Яньчэнь пододвинул стул, ввел пароль и вошел в полицейскую систему. Вскоре он нашел нужную информацию о семье. Через десять минут он распечатал два листа бумаги.

Шэнь Цзюньци наклонился и спросил:

– Ты нашел доказательства?

Гу Яньчэнь показал их и сказал:

– Пойдем, спросим еще раз.

Ци Иань отвел семью в конференц-зал. Он налил им горячей воды, перекинулся с  ними парой слов и вошел Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци и Вэнь Вань тоже пришли. Они встали в стороне, чтобы слышать разговор.

Мужчина встал и спросил:

– Товарищ полицейский, мы можем идти?

Гу Яньчэнь поднял руку, чтобы остановить его, присел на корточки и посмотрел на десятилетнего Цзи Хуна:

– Цзи Хун, правильно? Я дам тебе шанс. Что твой брат ел вчера вечером?

Ребенок перестал плакать и беспомощно взглянул на родителей.

Гу Яньчэнь схватил его за плечо и спросил:

– Если быть точным, что ты заставил его съесть?

Цзи Хун снова начал плакать:

– Вчера вечером… он съел немного личи.

Мужчина удивился:

– Я не покупал тебе личи. Откуда они?

Цзи Хун сидел, глядя на свои дрожащие руки, и тихо плакал. Его голос был полон горечи:

– Мой младший брат украл их из сада… Я просил его не воровать, но он не смог удержаться…

Рядом с Биньчэном располагались обширные сады личи, а на юге есть целые плантации этих фруктов. У большинства владельцев садов высокие заборы, камеры и собаки, но даже это не мешает детям пробираться на территорию.

Гу Яньчэнь спросил Цзи Хуна:

– Знаешь ли ты, что употребление слишком большого количества личи может быть опасно для жизни?

Цзи Хун заплакал ещё сильнее и качал головой.

Родители, сидевшие в стороне, встревожились:

– Откуда ребенку знать такие вещи? Товарищ полицейский, если ребёнок умер от личи, это просто несчастный случай…

Гу Яньчэнь поднял глаза на мужчину:

– Цзи Цзяньань, ваш старший сын пользуется вашим телефоном?

Мужчина замер, а потом кивнул:

– Да… Я часто на работе, а старик часто в больнице, поэтому я даю ему свой телефон.

Гу Яньчэнь положил на стол лист бумаги с результатами поиска. Там были обычные запросы:

«Ультрачеловек Тига — самый сильный».

«Когда выйдет второй сезон «Отряда динозавров»?».

Но дальше шли более тревожные запросы:

«Может ли убить личи?».

«Сколько личи нужно съесть, чтобы умереть?».

«Как заболеть от личи?».

«Могут ли врачи диагностировать болезнь личи?».

И самый шокирующий запрос:

«Законно ли для несовершеннолетнего совершать убийство?».

Всего за несколько дней было сделано семьдесят восемь запросов. Это не был несчастный случай, это было спланированное убийство.

Мальчик ждал несколько месяцев, пока личи не созреют, прежде чем совершить задуманное.

Пока родители ссорились и были заняты, ребенок оставался без присмотра, но дьявол не выбирает возраст.

Если бы мать не отправила тело ребёнка на экспертизу, и Шэнь Цзюньци не обратил внимания на проблему, это было бы идеальное убийство, которое невозможно было бы раскрыть.

Гу Яньчэнь снова перевел взгляд на Цзи Хуна и надавил на него:

— В современных садах, глее выращивают личи, ведется наблюдение. Того кто укал личи моно легко вычислить. Скажите мне в последний раз, это ты или ваш брат украл личи?

Цзи Хун поднял взгляд полного страха на Гу Яньчэня и дрожащим детским голосом ответил:

— Личи действительно украл мой брат. Я не лгу...

— Ты ведь подготовил это объяснение для полиции, верно? Переложить вину на брата... — Гу Яньчэнь протянул ему ещё одну запись чата. — Удаление записей с вашего устройства – это самообман. Сервер сохраняет все данные.

Родители также изучили распечатанную историю чата:

«Наконец-то я избавился от этого надоедливого маленького ребёнка, я так счастлив».

Собеседник был явно ошеломлён: «Что это значит, что случилось с твоим братом?»

«Да, он умер. Он съел много личи и, умирая, сказал мне: «Спасибо, брат».

Вот такой разговор он вёл со своими одноклассниками сегодня утром. Несколько простых слов, но от них мурашки по коже.

На данный момент доказательства неопровержимы.

Цзи Хун опустил голову, а затем вдруг поднял её. Его лицо больше не выглядело жалким, оно было наполнено ненавистью. Ребёнок повернулся к родителям:

— Раз вы хотели меня, зачем вам понадобился ещё один ребёнок? Я ненавидел его, и хотел, чтобы он умер. Почему я должен о нём заботиться? Он только обуза для  меня  на всю жизнь!

Родители замерли, словно не узнавая сына.

Ребёнок продолжил:

— Сначала всё было хорошо, но всё изменилось, когда он появился в нашей семье. Он каждый день плакал, отнимал у меня материнскую заботу, брал мои вещи, деньги, игрушки, разбил мой телефон. Семья становилась всё беднее, вы начали ссориться, и всё из-за него...

Его глаза налились кровью,  Гу Яньчэнь хотел отойти, но ребёнок схватил его за запястье и попытался укусить. Лицо ребёнка исказилось, он выглядел как бешеная собака.

Гу Яньчэнь оттолкнул его:

— Мало того что ты убийца, ты ещё нападаешь на полицейского? Если родители плохо тебя воспитали, я не против восполнить пробелы.

Ребёнок отступил и посмотрел на стену:

— Согласно Закону о защите несовершеннолетних...

Голос Шэнь Цзюньци прозвучал холодно:

— Закон о защите несовершеннолетних создан для защиты невинных детей, а не таких мелких зверей, как ты, которые убивают без сожаления.

Парк развлечений

Глава 20. Парк развлечений

В комнате для совещаний судмедэкспертов Гу Яньчэнь надел на мальчика наручники и сообщил команде Лу Ина, что нужно приехать для ареста, чтобы официально зафиксировать его показания. Он вывел родителей в коридор и обратился к ним:

- Вы видели это; имеющиеся улики указывают на то, что это не несчастный случай. Ваш старший сын, Цзи Хун, подозревается в убийстве. Пожалуйста, отзовите заявление, об отказе вскрытия, и помогите полиции получить его показания.

Услышав это, Ли Чумей наконец пришла в себя. Ей казалось, что она впервые увидела своего сыном. Она заплакала:

- Почему, почему он так поступил?!

Хотя она и пренебрегала своими детьми, она никак не ожидала, что ситуация примет такой оборот.

Отец Цзи Цзяньань беспокоился и стал обвинять Ли Чумей:

- Я же говорил тебе не нужно вскрытия. Почему ты вечно создаёшь проблемы?

Это простое замечание произвело сильное впечатление. Гу Яньчэнь стоял в стороне, понимая причины такого поведения. Вчера вечером отец отвёз ребёнка в больницу; возможно, он уже все знал и даже убрал скорлупу от личи. Он был в курсе относительно всего произошедшего.

Плача, Ли Чумей сказала:

- Может, просто забудем об этом? Или, может, вы ошиблись?

Она потянулась, чтобы обнять Вэнь Вань, и с глухим стуком упала на колени:

- Вэнь Ван, умоляю тебя. Он мой единственный сын.

Вэнь Вань вздохнула и отдёрнула руку. После стольких лет разлуки она чувствовала себя чужой рядом с этой женщиной. Изначально Ли Чумей искала правду, но теперь она хотела защитить своего старшего сына.

Шэнь Цзюньци стоял в стороне, с холодным выражением на красивом лице, равнодушный к этой мелодраме. Ребёнок перед ним был похож на испорченное яблоко: снаружи красивое, но гнилое внутри. Для этих родителей потеря одного сына была болезненной, но потеря обоих это тяжёлая утрата. Вот почему отец подписал отказ от вскрытия, желая сохранить всё в тайне, но поступок жены всё раскрыл.

Им было всё равно, виновен ли их старший сын в том, что погиб их младший. В выборе между живым и мёртвыми родители быстро сделали выбор в пользу живого. Но как же ребёнок, лежащий на столе для вскрытия? Кто о нём думал?

Из-за слабого здоровья, длительного недоедания и постоянных издевательств со стороны брата он, вероятно, и представить себе не мог, что сладкий личи, который дал ему брат, станет для него смертным приговором.

Когда ребёнка забрали, родители продолжили сопротивляться, не желая сотрудничать со следствием.

Шэнь Цзюньци передал форму согласия на вскрытие. Стоя в стороне, он сказал:

- В столь юном возрасте он уже научился использовать обстоятельства, ради убийства. Когда он вырастет и поумнеет, кто знает, что он может сделать с людьми, которых ненавидит.

Услышав эти слова, Ли Чумей прищурилась, а муж стиснул зубы и подписал заявление. Они знали, что ребёнок затаил на них обиду тоже. Если его не воспитывать, в будущем он может их тоже убить. Мальчик умер, но жизнь должна продолжаться.

Во второй половине дня полиция, наконец, нашла доказательства того, что Цзи Хун украл личи в чужом саду. Это зафиксировали камеры наблюдения. Поскольку Цзи Хуну еще не было четырнадцать лет, его поместили под особый надзор в ожидании суда. Дело было быстро раскрыто.

Вечером Гу Яньчэнь отвёз Шэнь Цзюньци домой.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Не заказывай ничего на ужин.

Гу Яньчэнь спросил:

- У тебя есть планы?

Шэнь Цзюньци посмотрел в приложении:

-Я нашёл в «Павильоне Линчжи» неподалёку комбо-заказ на двоих. Выглядит неплохо, но для одного человека дороговато. В прошлый раз ты угощал меня, так что в этот раз угощаю я.

Гу Яньчэнь ещё не решил, что хочет на ужин, поэтому согласился.

Шэнь Цзюньци принял душ, а когда вышел, ему уже доставили заказ. Он постучал в дверь напротив. Гу Яньчэнь открыл дверь, его дом был таким же чистым, как всегда. Капитан Гу вытер лапы собаке и снял с неё поводок.

Только что освободившийся пёс с радостью покинул своего хозяина и подбежал к Шэнь Цзюньци. Шэнь Цзюньци почесал пса за ухом, и тот довольно прищурился. Затем Шэнь Цзюньци угостил его курицей.

Закончив, есть, Улян высунул язык, завилял хвостом и покатился по полу. Шэнь Цзюньци достал телефон и сфотографировал эту милую сцену.

Глядя на то, как эта благородная старая полицейская собака ведёт себя по щенячьи мило, Гу Яньчэнь не мог сдержать презрительного выражения лица. Он подумал над некоторыми практическими вопросами:

- Если я буду задерживаться на работе, ты можешь помочь мне, выгуливать собаку?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Конечно. У меня раньше была собака, так что я знаю, как её выгуливать. Просто дай мне потом ключ.

Гу Яньчэнь помог взять посуду и палочки для еды:

- Я потом запишу твои отпечатки пальцев на свой замок.

Шэнь Цзюньци сделал паузу, расставляя тарелки:

- Капитан Гу, вы не боитесь, что из вашего дома пропадут вещи?

- Чего тут бояться? - Гу Яньчэнь сказал: - Бояться, что судмедэксперт обворует детектива из соседней квартиры?

Шэнь Цзюньци улыбнулся.

Гу Яньчэнь добавил:

- Не волнуйся, Улян не просто так здесь. Он не будет так вежлив когда в дом войдут незнакомцы.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Кажется, у него отличный характер.

Гу Яньчэнь ответил:

- Это только с тобой. Когда он участвовал в операции по изъятию наркотиков, он укусил наркоторговца, который ранил двух полицейских. Он вцепился в него, и не отпустил его даже когда получил пулю в живот, и чуть не оторвал человеку руку. За это его наградили медалью за особые заслуги. По выходным он получает дополнительную банку собачьего корма.

Шэнь Цзюньци потрогал шрам на животе собаки и дал ей ещё один кусочек куриной ножки. Когда они сели есть, Гу Яньчэнь обратил внимание на разнообразие блюд — курица, рыба — и согласился, что еда вкусная. Даже коробки для еды были сделаны на заказ.

Гу Яньчэнь предложил:

- Я думаю, мы могли бы помочь друг другу и вместе ужинать.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Капитан Гу, а вы не боитесь, что ваша будущая девушка будет против этого?

- Если я действительно собираюсь найти себе девушку, нужна ли мне твоя помощь в выгуле собаки?

Гу Яньчэнь пододвинул к Шэнь Цзюньци коробку с килькой.

- Отношения зависят от чувств, человека нельзя заставить.

Шэнь Цзюньци как бы невзначай спросил:

- Капитан Гу, я слышал, вы отказались от предложения директора Хуана познакомить вас с его дочерью?

Директора отдела по борьбе с порнографией в городском бюро звали Хуан, и коллеги в шутку называли его «Я убираюсь сам». В бюро ходили слухи, что Гу Яньчэнь отверг дочь директора, и с тех пор его больше ни с кем, ни знакомили.

- Когда это было? В то время я ещё работал в отделе расследований и был очень занят делами, — Гу Яньчэнь сделал паузу. — Я сказал директору Хуану, что отношения могут повлиять на скорость раскрытия дела.

Шэнь Цзюньци задумчиво посмотрел на куриную ножку в своей тарелке. Он мог представить, как разозлился директор Хуан.

Затем разговор перешёл на планы, на выходные, они обсудили совместный поход в супермаркет.

На прошлой неделе у отдела расследований было дело, которое до сих пор не было раскрыто. Заместитель директора Дун уже облысел от переживаний и носил парик.

Гу Яньчэнь показал Шэнь Цзюньци свой проектор, который он установил во время ремонта, но почти не использовал. Шэнь Цзюньци заинтересовался:

- Он хорошо подходит для игр.

Гу Яньчэнь тут же предложил:

- Хорошо, я куплю новые игры, и мы будем играть вместе.

Закончив ужинать, Шэнь Цзюньци вернулся к себе, зажёг ароматические палочки и сел за стол, освещённый настольной лампой. Он разблокировал телефон и стал просматривать фотографии.

Среди них была фотография Уляна, которую он сделал сегодня. Шэнь Цзюньци зашёл в облачное хранилище и нашёл фотографию маленького щенка с большими глазами и растрёпанной шёрсткой. Даже у самых храбрых и опытных собак было детство.

Шэнь Цзюньци вспомнил, что щенка принёс домой Линь Сянлань во время Праздника середины осени. Он сказал, что это подарок ему на Праздник середины осени. Поняв уловку отца, Шэнь Цзюньци разоблачил его:

- Папа, ты забыл, какой сегодня день, и просто взял собаку в полицейском участке?

Линь Сянлань был пойман с поличным, но не выказал ни капли смущения. Он поставил на стол пакет с лунными пряниками. Из-за того, что он опоздал, ему удалось найти только пряники с пятью орехами.

- В нашем отделе появился помёт чистокровных немецких овчарок, всего пять щенков. Этот малыш был слишком слаб, он не мог конкурировать за еду с остальными. Капитан Лю предложил найти семью, которая вырастит его, а потом провести повторную оценку.

Он утешил сына:

- Когда они сегодня сказали мне об этом, я вдруг вспомнил, что сегодня Праздник середины осени. Должно быть, это судьба!

Услышав это, Линь Ло вдруг проникся сочувствием к щенку. Оставшись без матери, маленький пёс был вынужден сам о себе заботиться, и люди в столь юном возрасте уже отвергали его. Он обнял малыша. Щенок был маленьким, тёплым и таким радостным.

Он спросил:

- Можно я его оставлю себе?

Линь Сянлань ответил:

- Пока можешь оставить его себе. Когда он вырастет, мы отдадим его на дрессировку в полицию. Если он не пройдёт испытание, то станет твоим. Можешь дать ему имя.

Посмотрев на собаку, он перевёл взгляд на лунные пряники на столе и сказал:

- Давай назовём его Ужэнь (Пять орехов).

Это был его первый питомец в жизни — маленькое пушистое существо, которое шаталось при ходьбе. Куда бы он ни шёл, щенок следовал за ним.

Потом, он стал усердно дрессировать собаку, прошло полгода, и маленькое существо превратилось в большую собаку. Он понимало человеческую речь. Линь Ло изучил несколько методов дрессировки в интернете и обучил собаку базовым командам: ползать, лежать, бегать, прыгать, ловить фрисби, преодолевать препятствия и всё это с большим энтузиазмом.

Когда собака выросла, Линь Сянлань отвёл Ужэня в полицейское управление на экзамен.

После школы Линь Ло тоже пошёл посмотреть. Он с волнением наблюдал за тем, как полицейскую собаку проверяют на агрессивность, обоняние, послушание и способность к поиску.

Результаты были отличными, экзамен был сдан с первой попытки. Линь Сянлань подозвал Ужэня и торжественно произнёс:

- С сегодняшнего дня ты будешь питаться полицейскими пайками.

Пёс, казалось, всё понял: он высунул язык и протянул лапу для рукопожатия. Линь Сянлань серьёзно сказал:

- Запомни, нет таких задач, которые нельзя было бы выполнить, вы храбрые псы!

Кинолог, отвечающий за собак, широко улыбнулся, услышав имя Ужэнь.

- Это кличка очень хорошая. У нас уже есть Маотай, так что давай назовём его Улянъе.

Собаку, которую Линь Ло так усердно растил, забрали. Линь Ло впервые почувствовал себя инструментом в чьих-то руках. Он горько плакал.

Линь Сянлань поддразнил его:

- Можно подумать, что собака умерла. Если ты будешь скучать по нему, можешь в любое время навещать его в полицейском участке.

С тех пор прошло больше десяти лет. Некогда маленькая собачка стала полицейским псом на пенсии, с выдающимися достижениями.

Шэнь Цзюньци понял, что Улян, узнал его.

Он пролистал свою галерею и провёл пальцем вперёд. За последнее время в его телефоне накопилось много фотографий.

Это были снимки Гу Яньчэня, сделанные на местах преступлений, и в офисе. Некоторые из них были сделаны спонтанно, и он не успел их отфильтровать.

Шэнь Цзюньци удалил размытые снимки, оставив только чёткие и красивые. Он выбрал один из них в качестве фонового изображения для переписки с Гу Яньчэнем.

Около шести часов вечера, на окраине северного пригорода Биньчэна.

Небо постепенно темнело, и последние отблески заката освещали гигантское колесо обозрения в вышине, отбрасывая смешанный жёлтый свет.

Огромное колесо обозрения давно не работало и покрылось ржавчиной. Время от времени оно издавало скрипучие звуки. Рядом тихо стояли различные аттракционы: пиратский корабль, аттракцион свободного падения, гигантские качели, это был парк развлечений.

Парк развлечений был пуст, если не считать пролетавших мимо птиц. Он был давно заброшенным.

Двое мужчин вышли из такси у входа в парк. Водитель, выглядел так, будто увидел привидение, быстро развернул машину и уехал, оставив их позади.

Мужчины были вооружены оборудованием для фото и видео. Один держал в руках смартфон, а другой — зеркальную камеру, и они вели прямую трансляцию своего приключения.

Это были популярные создатели приключенческого канала. Один из них был пухлым, другой — худым, и во время прямой трансляции они подшучивали друг над другом, как комики.

Благодаря своему каналу и юмористическому стилю они набрали сотни тысяч подписчиков.

- Дайте нам больше лайков! Оплатите нам такси. Это место слишком далеко, мы потратили 120 юаней. Оно так далеко, кто посмеет сюда приезжать ради развлечения? — сказал один из них.

- Ты ничего не знаешь. Раньше здесь было полно детей, — задумчиво произнёс пухлый.

- Я понял. Раньше в парк развлечений ходили дети. Детские площадки, развлекательные центры — теперь в парки развлечений ходят в основном взрослые. Посмотрите на Universal Studios и Disney — там каждый день очереди, — заметил худощавый.

- Ты глупый. Наши родители мало развлекались. Я думаю, что те дети, которые в прошлом ходили в парк развлечений, теперь выросли и стали занудами, — пошутил пухлый парень.

Худощавый достал средство от комаров и распылил его на себя и толстяка с головы до ног. Толстяк включил маленький динамик, и заиграла жуткая музыка. Они официально начали свою трансляцию.

- А теперь мы отведём вас в заброшенный парк Биньчэна, — сказал худощавый.

- Да, он заброшен уже почти десять лет, — добавил пухлый.

- Для начала давайте окунёмся в эту атмосферу. Это место идеально подходит для съёмок постапокалиптических сцен! — воскликнул худощавый, делая обзор своим смартфоном.

Порыв ветра заставил его вздрогнуть, и объектив в его руке задрожал.

Пухляш рассмеялся:

- Здесь немного холоднее, чем в городе.

Худощавый возразил:

- Это потому, что я только что побрызгался средством от комаров. Из-за ветра становится прохладнее.

Они продолжили идти вперёд, и тишину нарушали только звуки фоновой музыки и шорох травы под ногами.

Парк развлечений был не большим и не маленьким, в нём сохранились едва заметные следы человеческой деятельности. На земле валялись обертки от снеков, пухлый поднял одну из них и рассмотрел:

- Десять лет!

Худой парень таинственным тоном сказал:

- Ходят слухи, что это место забросили из-за несчастного случая с гигантскими качелями. Ось внезапно сломалась, и более десятка человек погибли на месте. Владелец парка обанкротился, и с тех пор никто не купил эту землю.

Шквал комментариев в чате быстро заполнил экран.

- Боже мой, гигантские качели, которые падают вниз, — это как потолочный вентилятор, который падает в классе, — две мои детские травмы!

- Фейк, в сети нет ни одного упоминания о смерти на гигантских качелях.

- Эй, стример, смени фоновую музыку, эта слишком жуткая.

- Я не понимаю, здесь совсем не страшно, всё дело в этой жуткой фоновой музыке.

- Лучшая награда за выступление: фоновая музыка.

- Другие ведут прямые трансляции ночных исследований, а сейчас только начало седьмого, солнце ещё не село, а вы, ребята, уже начинаете? Не можете справиться с ночными приключениями?

Худой парень взглянул на шквал сообщений и ответил на вопросы:

- Не можем с этим справиться? Позвольте мне сказать вам, что сегодня мы не планируем возвращаться. Мы останемся здесь на ночь.

Зрители в прямом эфире были очень довольны, они аплодировали и подбадривали участников.

- Вот как выглядит приключенческий стрим!

Они шли к центру парка развлечений. Им пришлось перелезть через несколько проволочных ограждений, чтобы попасть в парк. Земля была покрыта жёлтой увядшей травой.

Многие деревянные конструкции разрушались, а старые украшения отваливались и путались друг с другом. Стены были покрыты граффити, а клоуны и воздушные шары выглядели старыми и  жуткими.

Двое стримеров шли и болтали, подшучивая друг над другом.

- Будь осторожен с проволочным ограждением. Если ты поранишься, я не пойду с тобой делать прививку от столбняка.

- Смотри, карусель! Хм, кажется, мы ещё можем на ней покататься.

- Учитывая твой вес, будь осторожен, чтобы не упасть. О, что это на земле?

- Мёртвая птица!

- Ты ничего не чувствуешь?

- Кажется, я только что наступил на лягушку.

Они продолжили болтать и идти дальше, пересекли пути игрушечного поезда и оказались в западной части парка. Там стояло большое здание, самое большое в парке развлечений. В здании были разбиты окна, вывеска на крыше упала, и надпись было не разобрать.

В чате спросили:

- Это что, дом с привидениями?

Стройный парень помахал картой в руке:

- Дом с привидениями? Это Центр молодёжных мероприятий. Разве вы не слышали, что в парках развлечений раньше были такие центры? Это пережиток прошлого.

Молодёжный центр «Парк Биньчэнь» был довольно известен: там регулярно проводились художественные выставки, научные экспозиции и лекции. Сейчас такие мероприятия уже не так популярны, но в то время родители высоко ценили это.

Худощавый ловко забрался в окно, двигаясь, как персонаж из Assassin’s Creed. Внутри он обнаружил помещение со стеклянной крышей, через которую проникал солнечный свет, принося с собой летнюю жару.

- Как жарко!

Худой парень сильно вспотел, снял верхнюю одежду и повязал её вокруг талии.

Пухляш последовал его примеру, двигаясь неуклюже. После того как он дважды подтянулся ему помог худой парень, он наконец добрался до подоконника. Уже собираясь спрыгнуть, он вдруг замер, уставившись на дверь в углу комнаты.

Худощавый обернулся и спросил:

- Почему ты не прыгаешь?

Пухлый ничего не ответил, уставившись прямо на дверь и нервно сглатывая.

- Прыгай, быстрее! — поторопил его худощавый.

Только тогда пухлый указал, на какой то предмет в дверях:

- Что это? Похоже на волосы.

Худощавый включил фонарик и, при свете, подошел посмотреть:

- Похоже на парик.

Фоновая музыка по совпадению достигла своей самой жуткой части.

Чат взорвался:

- Черт возьми, из-за этой музыки мне немного страшно смотреть...

- Играешь в таинственность.

- Знаете ли вы, что многие стримеры приходят пораньше, чтобы осмотреть локации, положить несколько трупиков мелких животных, нарисовать жуткие картины, брызнуть красной краской, чтобы имитировать пятна крови, — все это старые трюки.

Худощавый парень стоял у окна и смотрел на шквал сообщений:

- Чёрт, если мы играем, я поменяю местами свою фамилию.

Шквал сообщений заполнился цифрами 66666.

Кто-то заметил ключевую деталь:

- А ты не стример по фамилии Ван?

Стройный парень проигнорировал шквал вопросов, снял пухлого с подоконника, и они продолжили путь.

В руке он держал палку для селфи, готовый открыть дверь. Дверь была заперта на старомодный замок. Похоже, кто-то взломал его, и замок уже не держался.

Пухлый парень, державший зеркальную камеру, переключился в режим видеосъёмки.

Они смело воспользовались палкой для селфи, чтобы взломать замок. Дверь, наконец, открылась. Внутри была пустая комната с белыми стенами и стеклянной крышей.

Когда они открыли дверь, что-то, упало, показав кусок рыжего материала, который приземлился у ног худощавого, почти задев его.

- Что это? — спросил пухлый.

- Похоже на…

Стройный парень смело прикоснулся к нему, а затем отпрянул:

- Мягкое, на ощупь как кожа. Что это?!

Он по шире распахнул дверь и заглянул внутрь. Камера запечатлела свернувшийся на полу предмет. Внезапно его глаза расширились, и он выругался:

- Чёрт!

Оказалось, что это мумифицированный женский труп в платье. Рука, которую они увидели, принадлежала этому трупу.

Худой был слишком напуган, чтобы говорить.

Лицо толстяка тоже резко изменилось.

- Ах! А-а-а!!!

На этот раз ему не нужна была поддержка. Со скоростью бегуна, преодолевающего полосу препятствий, он вылетел из здания.

Они оба как сумасшедшие выбежали из парка развлечений, плача и крича. В комментариях быстро появилось сообщение:

- Отличная игра, я действительно испугался. Но меня напугал крик стримера.

- Я не очень хорошо разглядел, что они снимали.

- Это подделка, манекен, должно быть, подделка. Они сами принесли поддельное тело.

- От того, как они бежали, меня чуть не стошнило.

Комментарии были насмешливыми и беззаботными.

Оба стримера были напуганы до смерти. Они бежали, пока не оказались далеко за пределами парка. Худой наконец вспомнил, что они всё ещё ведут стрим, взял телефон и направил его на толстого.

Зрители, наблюдавшие за происходящим на своих экранах, не могли почувствовать тот шок, который испытали они. У обоих были бледные лица, они тяжело дышали, на лбу выступил холодный пот, а по всему телу побежали мурашки.

Пухляш, тяжело дыша, сказал:

- Я, я только что это записал...

В прямом эфире худощавый парень показывал кадры, которые он только что снял. У пухлого парня ракурс был лучше. В тот момент, когда дверь открылась, из пустой комнаты высунулась мумифицированная рука, а затем показалась человеческая фигура.

- Нет, это не может быть бутафория. Я видел бутафорию для домов с привидениями, она не может выглядеть так реалистично.

По лицу толстяка текли слёзы вперемешку с потом.

- Это человек! Мёртвый человек! Это труп! Вызовите полицию, давайте вызовем полицию…

В это время в третьей прозекторской на секционном столе уже почти десять часов лежал обнажённый и безжизненный труп мужчины средних лет. При свете лампы кожа была белой.

Шэнь Цзюньци, как экзаменатор, спросил Сун Цяньчэна:

- Как вы думаете, что стало причиной смерти?

Сун Цяньчэн взглянул на отчёт о происшествии и ответил:

- Согласно показаниям жены погибшего, он упомянул, что почувствовал запах горького миндаля. Вскоре после этого он внезапно скончался. Вероятно, это было отравление цианидом.

Изучив записи детектива, Сун Цяньчэн предварительно пришёл к выводу, что это был случай отравления, который произошёл на фоне конфликта с соседями, но результаты токсикологической экспертизы ещё были не готовы.

Шэнь Цзюньци продолжил спрашивать:

- Есть другие признаки отравления цианидом?

Сун Цяньчэн задумался и ответил:

- Синюшность, трупные пятна вишнево-красного цвета, цианоз, ярко-красная кровь, застойные явления в органах и мгновенная смерть.

Шэнь Цзюньци снова спросил:

- Всё совпадает?

Сун Цяньчэн внимательно осмотрел труп и сказал:

- Синеватые губы, фиолетовый язык…

Судя по этим наблюдениям, всё указывало на отравление цианидом.

- У покойного нет трупных пятен вишнево-красного цвета, — сказал Шэнь Цзюньци, переворачивая труп, чтобы показать спину.

- Когда покойный скончался, он лежал ровно, и трупные пятна были на его спине. Здесь видны посмертные травмы и синяки фиолетового оттенка.

На спине покойного были видны синяки от недавней ссоры с соседом. Синяки были коричневого и зелёного цвета. Хотя изменение цвета может происходить во время заживления ран, состояние трупа было иным.

Ци Иань, который вёл запись, воскликнул:

- Это не просто синяки, это синюшность! Может быть, это отравление нитробензолом?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Причина смерти — отравление, но нитробензол и цианид — это совершенно разные вещи. Не стоит сразу связывать горький миндаль с цианидом; нам также нужно исключить нитробензол.

Цианид был более известен, но нитробензол относился к ароматическим амиловым нитро соединениям, которые широко использовались в промышленности и были более доступны.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Это всего лишь предположение, основанное на состоянии поверхности тела и трупных пятнах. Конкретную причину смерти можно установить только после вскрытия.

После этого объяснения Шэнь Цзюньци посмотрел на часы и сказал:

- Мы закончили работу .

Ци Иань игриво похлопал Сун Цяньчэна по плечу и сказал:

- Судмедэксперт Сун, удачи вам сегодня.

Они уже заканчивали работу, когда Сун Цяньчэн пригласил их для краткого анализа. Сун Цяньчэн  задержал их, что бы спросить:

- Доктор Шэнь, я хотел бы уточнить то, о чём вы говорили в прошлый раз. Что значит «базовый труп»?

Он вспомнил, что Шэнь Цзюньци недавно упоминал этот термин во время записи, и это не давало ему покоя.

- Базовый труп — это идеальный труп, — объяснил Шэнь Цзюньци. — Это самый стандартный среди всех трупов. Трупы различаются по многим аспектам, как треугольники с тупыми углами, острыми углами или даже неполными треугольниками. В ходе наших судебно-медицинских исследований нам иногда везёт препарировать базовый труп, как в случае с идеально равносторонним треугольником. Такой труп становится вашим эталоном.

Шэнь Цзюньци продолжил, и Сун Цяньчэн, младший судмедэксперт, уловил в его тоне некую тоску и начал представлять себе то-же, что и он.

Он спросил:

- Так как же выглядит идеальный труп?

- Труп может принадлежать взрослому мужчине или женщине с идеальным телосложением, равномерно распределённым жиром и здоровыми внутренними органами. Как только вы столкнётесь с таким экземпляром, вы сразу поймёте, как выглядит идеальный труп и вы ждали именно его.

Шэнь Цзюньци добавил:

- Короче говоря, не слишком высокий, не слишком низкий, не слишком толстый, не слишком худой. Мышечная масса должна быть в норме. Форму ствола головного мозга можно определить по коже. Самое главное — внутренние органы должны быть здоровыми, с низким содержанием жира. Каждые несколько секунд сердце наполняется кровью, которая разносится по всему телу. Сердце, печень, селезёнка, лёгкие и почки имеют здоровый цвет, и каждый орган выполняет свою функцию. Такой свежий труп действительно идеален.

Сун Цяньчэн сказал:

- Теперь я немного понимаю. В мире искусства это как скульптура Давида Микеланджело или «Мона Лиза» да Винчи!

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Как только ты тщательно изучишь такой труп и запомнишь эти знания, твои навыки качественно улучшатся.

Ци Иань вздохнул и окатил их холодной водой:

- Учитель, не говоря уже о трупах, на улицах почти не встретишь таких людей.

Сун Цяньчэн тоже понял:

- Да, кажется, я никого такого не знаю.

Шэнь Цзюньци на мгновение задумался и сказал:

- В городском бюро есть такие, например Гу Яньчэнь.

- Капитан Гу...

Ци Иань на мгновение задумалась. Гу Яньчэнь был высоким, хорошо сложенным и физически здоровым мужчиной. Его действительно можно было бы назвать идеальным трупом на секционном столе.

Если такое тело вскрыть, мышцы будут иметь отличную осязаемость и эластичность, без кучи жира, с которым трудно справиться, без необходимости искать сморщенные кровеносные сосуды и внутренние органы. Все будет хорошо видно. Просто идеальный образец.

Ци Иань несколько раз кивнул:

– Кажется… неплохо.

– Что неплохо? – Внезапно снаружи раздался голос. Ци Иань был напуган. Когда он оглянулся, он увидел Гу Яньчэня, стоящего у двери прозекторской.

Когда он увидел этот «идеальный труп», появившийся здесь, Ци Иань чуть не прикусил язык.

Реакция Сун Цаньчэна была еще сильнее, и он встал, заикаясь:

– Гу, командир Гу.

Только Шэнь Цзюньци равнодушно смотрел на Гу Яньчэня, его глаза падали на него, словно тающий снег, даже слепой мог что-то заметить.

Ци Иань вспомнил, что только что сказал Шэнь Цзюньци, и бессознательно вздрогнул.

О чем думал доктор Шэнь? Хотел ли он препарировать своего начальника?

Гу Яньчэнь вошел в комнату и кратко сказал:

– Есть дело, и сегодня вечером нам придется работать сверхурочно. Шэнь Цзюньци, Ци Иань, вы двое идете со мной.

Ци Иань сказал: «Ох», и поспешил за чемоданом.

Шэнь Цзюньци снял перчатки и последовал за Гу Яньчэнем вниз.

Гу Яньчэнь не слышал весь разговор. Он только почувствовал, что эти люди странно посмотрели на него, повернул голову и спросил Шэнь Цзюньци:

– О чем ты только что говорил?

Доктор Шэнь сохранял спокойствие:

– Я ничего не говорил.

Гу Яньчэнь не ожидал, что получит от него какую-то информацию, и повернулся к Ци Иань.

Ци Иань глядя на этот «идеальный труп» сказал:

- Капитан Гу, мы вас хвалили. Доктор Шэнь сказал… что у вас идеальное телосложение.

Услышав это, Гу Яньчэнь взглянул на Шэнь Цзюньци, и тот едва заметно кивнул в знак согласия. Капитан Гу почувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно.

Было уже больше семи вечера, и небо над Биньчэном совсем потемнело. Полицейская машина, выехавшая из участка, освещала дорогу, направляясь к окраине на севере города.

Шэнь Цзюньци и его команда спешили и не успели поужинать. К счастью, Гу Яньчэнь предусмотрительно поручил Лу Ину купить семейное ведёрко с жареной курицей, гамбургеры и пакет фруктов, как только они получили сообщение.

Они ужинали в машине, и салон наполнился ароматом жареных куриных крылышек. Шэнь Цзюньци взял гамбургер и стал медленно, его есть.

Бай Мэн, как обычно, ввела их в курс дела, просматривая документы, объясняла:

- Об этом случае сообщили два блогера - экстремала с YouTube. Они исследовали заброшенный парк развлечений и обнаружили труп в одном из зданий. Судебно-медицинский эксперт из местного отделения прибыл первым и подтвердил, что это женский труп, уже мумифицированный.

Ци Иань воскликнул:

- Мумифицированный?!

Это было необычным явлением в их работе как судмедэкспертов.

Лу Ин добавил:

- Кажется, я знаю этот парк развлечений. Когда его только построили, там всегда было многолюдно.

Бай Мэн продолжила:

- Да, это был первый парк развлечений в Биньчэне с колесом обозрения и качелями. К сожалению, времена изменились.

Лу Ин предался воспоминаниям:

- Я помню, как мы в начальной школе организовывали там мероприятия. Потом в городе построили парк под названием «Счастливая долина», и туда больше никто не ходил.

Гу Яньчэнь спросил:

-Личность погибшей установлена?

Бай Мэн покачала головой:

- На данный момент у меня есть только эта информация, больше ничего не известно. Двое ютуберов вели прямую трансляцию, когда нашли тело, и многие люди были свидетелями всего процесса. Вот почему директор Дин передал это дело нам, подчеркнув, что его нужно раскрыть как можно скорее, чтобы минимизировать социальные последствия.

Выслушав все, Гу Яньчэнь протянул Шэнь Цзюньци апельсин:

- Вот держи.

Шэнь Цзюньци замешкался, не протягивая руку. Он объяснил:

- Я вышел в спешке и не помыл руки.

Во время работы в городском бюро он помогал Сун Цяньчэну осматривать труп, и хотя он был в перчатках, не было времени вымыть руки после этого.

Гамбургеры были покрыты бумагой, а употребление фруктов грязными руками было неприемлемо.

Гу Яньчэнь спросил:

- Хочешь его съесть?

Шэнь Цзюньци слегка кивнул.

- Я вымыл руки, ты не против? — сказал Гу Яньчэнь, очищая апельсин.

Он отделял дольки и кормил Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци съел несколько долек апельсина вместе с гамбургером. Апельсин был очень сладким.

Во время еды Лу Ин обернулся:

- Капитан Гу, я тоже хочу апельсин! — и открыл рот: - А…

Увидев, что его подчинённый пользуется ситуацией, Гу Яньчэнь бросил ему апельсин:

- Сам почистишь, когда не будешь за рулём.

Поскольку ночью на дорогах меньше машин, полицейские прибыли на открытую площадку парка развлечений до 20:00. Местные полицейские уже установили фонари, чтобы облегчить себе работу в ночное время.

Офицеры вышли из машины, Шэнь Цзюньци, оказавшись на улице, заметил неподалёку необычное сооружение. Он не смог удержаться и остановился, вглядываясь в темноту.

Вокруг этого места были проложены рельсы. Неподалёку стоял неподвижный маленький поезд, заросший сорняками.

— Учитель, что это там? — тихо спросил Ци Иань.

- Ничего, — Шэнь Цзюньци повернул голову, и последовал за всеми в сторону развлекательного центра.

Двое ютуберов не воспользовались главным входом, а проникли напрямую.

Команда Гу Яньчэня, вошедшая через главный вход, увидела несколько обшарпанных столов и стульев. На полках лежали устаревшие карты и путеводители. Толстый слой пыли на полу был освещён лампами и фонариками, что немного разбавило жуткую атмосферу.

Двое свидетелей как раз заканчивали давать показания местной полиции.

Лу Ин отправился записывать официальный отчёт и увидел, что худой парень пришел в себя, а пухлый всё ещё извинялся, постоянно повторяя:

- Прости… прости…

Бай Мэн утешала их:

- Всё в порядке. В этом мире нет призраков. Вы нашли её и избавили от страданий. Может быть, она будет вам благодарна.

Лу Ин протянул им две бутылки воды. После того, как они выпили, пухлый парень почувствовал себя немного лучше. Они повторили историю о том, как обнаружили труп во время прямой трансляции. Благодаря тому, что прямая трансляция оставила визуальные доказательства, это сэкономило много времени. Чтобы не уничтожить улики, после того как были собраны следы и сфотографировано место происшествия, Шэнь Цзюньци и Ци Иань получили разрешение войти.

Подойдя ко входу в комнату, они внимательно осмотрели труп женщины.

Ци Иань достал бланк для осмотра места преступления, а Шэнь Цзюньци надел маску и перчатки.

Перед ними лежало частично мумифицированное тело, покрытое тусклым серым налётом. Когда они подошли ближе, от трупа исходил неприятный запах.

Это тело почти превратилось в мумию, кожа плотно прилегала к костям. Глаза впали, рот слегка приоткрыт, волосы доходили до плеч. Женщина была одета в длинную юбку льняного цвета, её нижнее бельё осталось нетронутым. Рядом с ней лежала маленькая дамская сумочка, в которой были ключи, несколько банкнот и пачка салфеток.

Ци Иань впервые увидел мумифицированный труп. Он протянул руку, чтобы потрогать кожу, которая на ощупь была как затвердевшая кожа. Несмотря на то, что это была явно человеческая кожа, от вида этого тела у него по коже побежали мурашки.

Шэнь Цзюньци сохранял самообладание, изучая труп.

Наблюдая за ним, он делал записи:

- Женский труп в возрасте от 24 до 26 лет, рост примерно 1,58 метра. Труп цел, мумифицирован, без видимых внешних повреждений,  особых примет в виде татуировок.

Закончив описывать состояние трупа, он начал осматривать её одежду.

- Подошвы чистые, но на спине и каблуках есть грязь. Она пришла сюда не сама, похоже, её притащили.

Ци Иань сверился с картой и сказал:

- Скорее всего, она вошла через ближайшие западные ворота. У покойной была стройная фигура, взрослый человек мог бы её притащить.

Шэнь Цзюньци осмотрел её руки и обнаружил, что они прилипли к нескольким разорванным карточкам. Предположительно, когда женщина умерла, она упала, на эти карточки. Со временем они въелись в её кожу, и теперь на них трудно разобрать надписи.

Шэнь Цзюньци попросил у команды по сбору улик пакет и с помощью пинцета аккуратно извлёк фрагменты карт.

Гу Яньчэнь распределил задачи на месте преступления. Подойдя, Шэнь Цзюньци протянул ему пакет с картами.

Гу Яньчэнь присел на корточки и стал рыться в мусоре на полу за пределами комнаты. Вскоре он нашёл ещё одну половинку разорванной карты и, рассмотрев её на свету, с трудом различил букву «ё» в слове «йога».

Порывшись в пакете с уликами, он пощупал карту:

- На ней есть выступающий номер, может быть, мы сможем его восстановить.

Несмотря на то, что изображение на карте выцвело, выпуклое углубление осталось нетронутым. Иногда для установления личности погибшего требуются такие мельчайшие детали.

Гу Яньчэнь осмотрел замок на двери:

- Покойная пыталась открыть этот замок при жизни, поэтому дверца немного деформирована. Возможно, она пыталась взломать замок с помощью этой карты, из-за чего она сломалась.

Шэнь Цзюньци счёл свои выводы обоснованными. Он внимательно осмотрел её ногти и попросил Ци Ианя записать:

- На ногтях трупа множество царапин. Проверьте комнату ещё раз на наличие других следов.

Услышав это, Гу Яньчэнь в перчатках и с фонариком в руках перешагнул через труп и вошёл в комнату.

Комната площадью около десяти квадратных метров без окон, со всех сторон окружена белыми стенами. В ней не было ничего, кроме изношенного ковра на полу. В верхней части комнаты было что-то вроде светового люка, в котором, возможно, были плотные шторы, но сейчас их не было. Потолок слегка покачивался, но был не очень грязным. Сквозь стекло виднелось абсолютно чёрное ночное небо. На одной из стен возле двери были видны многочисленные царапины с пятнами крови.

Гу Яньчэнь поручил группе по сбору улик принести камеру и заснять царапины. Судя по всему, женщина пыталась забраться повыше, чтобы разбить стекло наверху и сбежать.

Ци Иань подытожил, подняв глаза:

- Эти следы указывают на то, что она была жива, когда её заперли здесь.

Шэнь Цзюньци кивнул.

- Это… действительно ужасно, — Ци Иань посмотрел на тело с некоторой долей сочувствия. По его руке побежали мурашки.

Быть запертым в таком месте, голодать, испытывать жажду, не иметь возможности позвонить, не иметь возможности вырваться на свободу — это была невообразимая пытка. Женщина, умерла в отчаянии.

Лу Ин посмотрел на тело и спросил:

Почему она превратилась в мумию?

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Перед смертью у покойной было сильное обезвоживание.

Он указал на стеклянную крышу над головой:

- Эта стеклянная крыша работает как теплица: здесь высокая температура и плохая вентиляция. В жаркие летние дни температура может подниматься выше пятидесяти или даже шестидесяти градусов. Влага из тела быстро испарялась, а условия не подходили для размножения бактерий, что привело к мумификации.

Даже сейчас, ночью, температура здесь была значительно выше, чем снаружи. Можно было представить, что днём это место как солярий.

Бай Мэн тоже присоединилась к разговору:

- Итак… как давно здесь лежит этот труп?

Шэнь Цзюньци заявил:

- Чтобы взрослое тело превратилось в мумию, даже при благоприятных условиях, потребуется как минимум несколько месяцев. Этот труп пролежал здесь около года. Причина смерти — травма затылочной части головы, точнее скажу после вскрытия.

Мумии исключительно хорошо сохраняют внешние повреждения и первоначальное состояние тела, вплоть до следов проникновения. Это помогает точнее установить причину смерти при вскрытии.

Гу Яньчэнь встал и огляделся по сторонам. В его голове всплывали образы. Молодая девушка с окровавленной головой заперта в комнате. Когда она очнулась, то увидела лишь тесное пространство. Женщина громко кричала и отчаянно пыталась выбить дверь, чтобы сбежать. На её крики никто не отвечал. Позже она достала из сумки карточку для занятий йогой и попыталась открыть запертую дверь, но карточка сломалась от первого же усилия.

Жажда, голод и страх нахлынули на неё, как приливная волна, и она впала в отчаяние. Женщина царапала стену, сопротивлялась и прыгала, пытаясь взобраться наверх, но гладкая поверхность не давала ей зацепиться. Её ногти были сломаны.

В конце концов, из-за недостатка воды она потеряла сознание в замкнутом пространстве и умерла.

Гу Яньчэнь задумался о том, какие эмоции испытывал убийца во время совершения преступления. Где мог находиться убийца во время её борьбы? Это не было похоже на обычное убийство, скорее, это было наказание.

Он перевёл взгляд с двери на окно, через которое вошли двое искателей приключений. По другую сторону окна стояло несколько стульев.

Гу Яньчэнь подошёл ближе и заметил, что пыли на одном из сидений было значительно меньше, чем на остальных, как будто кто-то сидел там и смотрел на закрытую дверь. Затем Гу Яньчэнь осмотрел пол и нашёл тёмное пятно. Он обернулся и позвал Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, подойдите и посмотрите.

Шэнь Цзюньци подошёл и присел на корточки, внимательно изучая это.

- Возможно, это кровь убийцы.

Затем он посмотрел на стоявший рядом полуразрушенный шкаф с торчащим длинным гвоздём, испачканным кровью.

Шэнь Цзюньци указал на высоту:

- Возможно, убийца не заметил, когда, затаскивая её внутрь, он поцарапал руку.

Затем он изучил кровь на полу, восстанавливая последовательность событий.

- Убийца, отдыхал здесь. Его одежда была в пыли от стула, а кровоточащая рана оставила это пятно крови.

Автору есть что сказать:

Шэнь Цзюньци: Поскольку влюбленность повлияет на твою скорость в раскрытии дел, почему ты меня преследуешь?

Гу Яньчэнь: Влюбленность в других повлияет на скорость. Влюбленность в тебя ускорит решение дел.

Мумифицированный труп

Глава 21. Мумифицированный труп

Осмотр мумифицированного трупа был завершён, его поместили в чёрный мешок для трупов, застегнули молнию и отвезли в городское бюро.

В девять часов вечера Шэнь Цзюньци уже вошёл в первую комнату для вскрытия. Они с Ци Ианем внесли труп. Тело было очень лёгким, и им двоим, вполне хватило сил. Ци Иань уложил труп на место и измерил его вес.

- Всего 27,3 килограмма.

Шэнь Цзюньци не удивился такому результату.

- После мумификации тело теряет большую часть своего веса.

В городском бюро было тихо, и в помещении для вскрытия слышалось только гудение вентиляционной системы. После основных измерений Шэнь Цзюньци взял мензурку, отрезал указательный палец женщины по сустав и погрузил его в воду.

Когда палец упал в мензурку, на нём появились небольшие пузырьки, а затем произошли видимые изменения, он начал впитывать воду. Шэнь Цзюньци закончил обработку пальца и повернулся к столу для вскрытия.

Из-за обезвоживания у женщины впали щёки и выпирали зубы. Если посмотреть на грудь, то можно было заметить выступающие рёбра, а живот был сильно втянут, напоминая внутренности корабля, или, как ещё говорят, имел форму лодки. Нож для вскрытия вошёл под шею и разрезал тело женщины. Лезвие прошло сквозь потрескавшуюся кожу, издав хрустящий звук, как будто оно разрезало искусственную кожу.

Резать мумифицированный труп было гораздо сложнее, чем свежий. Шэнь Цзюньци приложил некоторые усилия, чтобы сделать надрез. В отличие от обычного трупа, из которого вытекают жидкости и кровь, мумифицированный труп остается сухим.

Органы в брюшной полости приобрели тёмно-коричневый цвет и значительно уменьшились в размерах. После вскрытия грудной полости было обнаружено, что лёгкие женщины почти почернели, затвердели и плотно прилегали к спине.

Можно было представить, что мозг выглядит точно так же: вся влага испарилась, а кровеносные сосуды сморщились. Весь труп, словно увядший цветок, потерял влагу и высох. Шэнь Цзюньци полностью сосредоточился на проведении различных исследований…

Два часа спустя, в одиннадцать часов вечера, Гу Яньчэнь наконец закончил работу на месте преступления и вернулся в городское бюро. После того как он собрал улики, его первоочередной задачей было проверить, как обстоят дела в комнате судмедэксперта.

Гу Яньчэнь, высокий и статный мужчина, вошёл в комнату, где и без того низкий потолок, которая казалась ещё теснее.

Шэнь Цзюньци зашивал труп, и из-за жёсткой кожи это было непросто.

Гу Яньчэнь предусмотрительно надел маску и перчатки.

- Образцы крови отправлены? Что сказали в лаборатории?

- Оба набора образцов крови отправлены, — ответил Ци Иань. — Сотрудники лаборатории сказали, что они на дежурстве, и нам нужно дождаться очереди. Получение результатов анализа ДНК может занять два дня.

- Свяжитесь с ними, — предложил Гу Яньчэнь, — было бы лучше, если бы мы получили результаты к завтрашнему дню.

Ци Иань снял перчатки.

- Я свяжусь с ними потом.

Увидев, что вскрытие завершено, Гу Яньчэнь спросил:

- Причина смерти установлена?

- На затылке жертвы имеется травма от удара тупым предметом. Предварительная причина смерти — высокая температура и обезвоживание. Кроме того, на подошве её стопы есть родимое пятно, которое можно использовать для идентификации.

- Можно ли установить более точное время смерти? - Гу Яньчэнь повернулся и снова спросил.

- Я предполагаю, что это произошло в разгар лета, — ответил Шэнь Цзюньци, — примерно с июля по сентябрь, во время летних каникул.

Если бы дело было зимой, температура могла бы быть недостаточно низкой, и труп мог бы разложиться, что затруднило бы процесс мумификации.

Гу Яньчэнь продолжил спрашивать:

- Есть ли ещё что-то, что может нам помочь?

- Я провёл сканирование черепа и попытался восстановить лицо, — сказал Шэнь Цзюньци.

Это была относительно новая технология.

В городском бюро был полный набор оборудования для 3D - моделирования, которое позволяло в значительной степени воспроизводить внешний вид. Голова и скелет женщины хорошо сохранились, что не слишком затрудняет обратную реконструкцию.

Пока они обсуждали это, компьютер в комнате для вскрытия издал звуковой сигнал. Шэнь Цзюньци подошёл и увидел, что реконструкция уже завершена. Компьютер автоматически сгенерировал изображение на основе реконструкции черепа и мышечной ткани.

Шэнь Цзюньци щёлкнул мышкой, и на экране появилась очаровательная молодая женщина. На вид ей было около двадцати, у неё были волосы до плеч и милая, привлекательная внешность.

Шэнь Цзюньци внёс ряд корректировок, основываясь на строении скелета, причёске и чертах лица трупа. Затем он ввёл данные о росте, весе женщины и одежде, в которой она была найдена.

Вскоре программа выдала портрет в полный рост, который выглядел как обычная фотография. Шэнь Цзюньци распечатал изображение и протянул его Гу Яньчэню со словами:

- Можешь использовать это как образец.

Гу Яньчэнь сделал снимок и поблагодарил его. С помощью смоделированного изображения они смогли быстро установить личность погибшей.

Шэнь Цзюньци показал Гу Яньчэню вымоченный в воде указательный палец правой руки. Обезвоженный палец был похож на тонкий коготь. Шэнь Цзюньци объяснил:

- После полного вымачивания отпечатки пальцев восстанавливаются примерно за десять дней. Если восстановление будет проходить медленно, мы введем парафин.

Услышав это, Ци Иань понял, что информации достаточно и что для получения более подробных сведений нужно дождаться результатов дополнительных исследований.

Гу Яньчэнь Еще задал вопрос:

- Доктор Шэнь, может есть ещё какие-нибудь подсказки?

Разные эксперты, осматривающие один и тот же труп, могут получить совершенно разную информацию. Кто-то может узнать больше, а кто-то — меньше. Что можно узнать о безымянном трупе? Скрытые внутри него детали могут превзойти ожидания большинства людей.

Судебные эксперты, используя антропологические методы, могут собрать больше информации об умершем с помощью наблюдений, измерений, статистического анализа и другими способами. Это своего рода головоломка для судмедэкспертов, которая проверяет не только их опыт и внимание к деталям, но и врождённые способности.

- Остальное не имеет прямого отношения к делу, и многие выводы — это просто мои догадки без теоретической основы. Они не будут включены в отчёт.

По словам Шэнь Цзюньци, некоторые находки могут даже не считаться уликами, а иногда эти незначительные детали могут сбить полицию со следа.

Гу Яньчэнь, облокотился на ближайший стол, и попросил:

- Всё равно расскажи мне. Я буду действовать в зависимости от ситуации.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- На момент смерти покойной было около 25 лет. В детстве она жила в хорошей семье, и её родители придерживались консервативных взглядов. Судя по ногтям, волосам и растительности на теле, она следила за личной гигиеной, не вела половую жизнь и сохранила девственную плеву.

Шэнь Цзюньци подошёл к трупу и указал на него Гу Яньчэню:

- Она приобрела много навыков, но, похоже, забросила все на полпути. Судя по строению её спины, лодыжек и пальцев ног, она занималась балетом ещё до того, как у неё сформировались кости. Асимметрия её ключиц указывает на то, что она играла на скрипке, а на руках у неё мозоли от игры на фортепиано. По её горлу видно, что она профессионально занималась вокалом.

Ци Иань, присутствовавший при вскрытии, не заметил этих деталей. Он вернулся к трупу и снова внимательно его осмотрел. Многие детали действительно соответствовали описанию Шэнь Цзюньци, но без тщательного осмотра их было не разглядеть.

Гу Яньчэнь сказал:

- Если у неё были все эти навыки, значит, она происходила из хорошей семьи и была талантлива.

К этому моменту у Гу Яньчэня сложилось более чёткое представление о жертве, и он, наконец, получил ответы, которые искал. Выполнив свою работу, Шэнь Цзюньци и Ци Иань отправились в морг, а Гу Яньчэнь помог им докатить тележку до морозильной камеры в подвале.

Температура здесь была на несколько градусов ниже, чем наверху. Ци Иань достал ключ-карту, открыл дверцу морозильной камеры и вместе с Гу Яньчэнем поместил туда труп.

Шэнь Цзюньци поднялся наверх, чтобы переодеться, а когда спустился, увидел припаркованную снаружи машину Гу Яньчэня. Гу Яньчэнь посигналил.

Шэнь Цзюньци открыл дверь машины:

- Ты тоже уже освободился?

Гу Яньчэнь ответил:

- Мы продолжим завтра. Иногда спешка приводит к ненужным результатам.

Шэнь Цзюньци сел в машину, пристегнул ремень безопасности, и автомобиль медленно выехал за пределы городского бюро. На улице уже стемнело, многие вывески погасли, горели только уличные фонари. Когда Гу Яньчэнь доехал до поворота, он вдруг сказал:

- Мне кажется, на этот раз место преступления выглядит иначе.

— Что ты имеешь в виду? — Шэнь Цзюньци поднял на него глаза.

- Парки развлечений, это места, куда родители водят своих детей, и у большинства людей это место ассоциируется с приятными воспоминаниями... но здесь умер человек, — сказал Гу Яньчэнь.

Сегодня вечером он долго осматривал парк развлечений.

- Может, быть случайно, было выбрано заброшенное место, — тихо предположил Шэнь Цзюньци.

Ему стало не по себе:

- Не у всех остались хорошие воспоминания о парке развлечений.

Гу Яньчэнь деликатно спросил:

- Что ты пережил?

Шэнь Цзюньци вспомнил об этом, и перевел взгляд, на окно машины, вглядываясь в темноту.

- Сегодня, когда я проходил через парк, я кое-что вспомнил. Когда я был маленьким, школа организовала поездку в парк развлечений. Я очень хорошо это помню. Одним из аттракционов был маленький поезд с двумя рядами сидений, всего двадцать четыре места, не считая машиниста и персонала. Но в нашем классе было двадцать пять детей.

Шэнь Цзюньци сделал паузу, прежде чем продолжить:

- Я радостный встал в очередь, чтобы сесть в этот поезд. В этот момент учитель вдруг окликнул меня по имени и отвёл в сторону. Я понятия не имел, что происходит, и просто смотрел, как другие дети радостно садятся в поезд, а затем поезд уезжает.

Гу Яньчэнь был озадачен:

- Почему они тебя не взяли?

- Наверное, им пришлось отказаться от одного ребенка и выбрали меня, — сказал Шэнь Цзюньци, — и тогда я решил, что не нравлюсь учителю.

- По крайней мере, твой учитель должен был отправить тебя с другим классом, чтобы ты мог прокатиться с другими детьми. - Гу Яньчэнь утешал его.

Шэнь Цзюньци равнодушно посмотрел в окно:

- Семеро одного не ждут. В жизни случаются ситуации, когда на тебе что-то заканчивается, и ты остаешься в стороне, но в то время я был еще очень мал.

В тот день они катались на многих аттракционах, и всегда приходила его очередь, но он больше никогда не смеялся от души. Он не был самым некрасивым или непослушным ребёнком в классе, но именно его оставили в стороне. Он постоянно задавался вопросом, был ли он слишком непослушным или совершил ли он где-то ошибку, чем разозлил учителя.

Этот случай из детства заставил его сомневаться в себе.

Став старше, он попадал в похожие ситуации. Если людей было больше, чем свободных мест, он сам отказывался, чтобы не быть отвергнутым другими. Только став взрослым он понял, что иногда такое происходит просто, без причины.

Во взрослом мире это все равно, что пропустить прибавку к зарплате или не быть приглашенным на званый ужин. Это неприятно, но не оставляет таких глубоких шрамов, как в детстве.

Может из-за этого он старался не проявлять инициативу, не сближался с другими людьми и никогда не старался кому-нибудь угодить.

В те времена Линь Сянлань часто описывал его как упрямого, холодного и высокомерного человека, который презирает даже саму мысль о притворстве. Линь Сянлань не знал, что послушный и полный энтузиазма Линь Ло, который наслаждался жизнью, остался в том парке развлечений.

Прошло много лет, и многие детские воспоминания стёрлись из памяти. Но даже сейчас эта сцена словно отпечаталась в его душе. Иногда ему снился тот маленький поезд, он видит, как стоит на платформе и смотрит, на проезжающих мимо него детей.

Автомобиль въехал в жилой район, и Гу Яньчэнь припарковал машину в подземном гараже. Они вместе поднялись наверх, и у двери Гу Яньчэнь сказал:

- Ничего страшного, что ты не сел на этот поезд. Возможно, тебя ждёт специальный автомобиль.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Спасибо.

Он знал, что, в какой бы ситуации они ни находились, Гу Яньчэню всегда удавалось растопить его сердце всего несколькими словами.

Городское бюро, раннее утро. Бай Мэн всю прошлую ночь проверяла данные о пропавших без вести женщинах в городе за последние два года, но не нашла ничего похожего. Она приехала в городское бюро рано утром с тёмными кругами под глазами, закапала капли, чтобы снять усталость.

Гу Яньчэню искать другие зацепки. Он собрал воедино всю имеющуюся информацию, в том числе номера на членской карте жертвы. Судя по номеру, членство в организации принадлежало человеку с номером 1049.

Судя по номеру этот спортзал, посещали более тысячи человек, это, был довольно крупный фитнес-центр.

Лу Ин применил прямолинейный подход и отправил две команды проверять каждый спортзал по очереди. После проверки тринадцатого спортзала они, наконец, получили информацию. Год назад одна из посетительниц посещала занятия йогой в течение шести месяцев, но потом перестала выходить на связь.

Лу Ин показал инструкторам по фитнесу восстановленное изображение, и некоторым из них оно показалось знакомым.

По номеру 1049 они отследили телефон, который использовался при регистрации. Зарегистрированным пользователем была Сюй Япэй, её возраст и рост совпадали.

Гу Яньчэнь ввёл в систему информацию, предоставленную Лу Ином, и быстро получил все необходимые данные, включая идентификационный номер, номер телефона и данные банковской карты.

- Это должна быть она, телефоном и банковской картой не пользовались больше года, — заметила Бай Мэн, просмотрев информацию в системе.

- Фотография на удостоверении личности очень похожа на реконструированное изображение.

В современном обществе человеку сложно прожить год, не используясь телефоном или банковской картой.

- Сюй Япэй, бросила аспирантуру, и устроилась работать воспитательницей в детский сад. Уволилась год назад, — добавила Бай Мэн.

Игра на фортепиано, танцы и другие навыки, которыми она обладала, подходили для работы воспитателем в детском саду и это согласуется с результатами вскрытия.

- Наконец-то мы её нашли… - Бай Мэн с облегчением вздохнула и лениво потянулась.

Она подошла к компьютеру Гу Яньчэня, чтобы сравнить информацию.

Тан Лу, 52 года  была матерью Сюй Япэй, в 32 года она овдовела. Тан Лу была старшим научным сотрудником в исследовательском институте. У Сюй Япэй есть младшая сестра Сюй Цзыюэ, ей 23 года, и сейчас она училась в аспирантуре Биньчэнского университета.

Гу Яньчэнь опубликовал соответствующую информацию в рабочей группе и дал указание:

- Сообщите семье, чтобы они явились на опознание.

Бай Мэн позвонила семье, сначала пыталась связаться с Тан Лу, но она не ответила. Затем она позвонила Сюй Цзыюэ. Девушка удивилась, услышав, что полиция говорит о её сестре Сюй Япэй:

- Моя сестра? Вы… вы нашли её?

- Вам нужно как можно скорее приехать в городское бюро на опознание, — дипломатично ответила Бай Мэн.

Сюй Цзыюэ замялась и тихо сказала:

- Мне нужно обсудить это с мамой. Я сообщу вам точное время позже…

Гу Яньчэнь, слушая их разговор, написал что-то на листе бумаги и протянул его Бай Мэн.

Бай Мэн посмотрела в листок и спросила:

- Твоя сестра пропала больше года назад?

Сюй Цзыюэ ответила:

- Мы давно её не видели…

Бай Мэн продолжила расспрашивать:

- Почему никто из вас не заявил о её пропаже?

Сюй Цзыюэ замялся и сказала:

- У моей сестры был парень. Они сильно поссорились с матерью, и она сбежала из дома. Я думала, она избегает нас, чтобы быть с этим мужчиной…

Гу Яньчэнь, слушая разговор, написал ещё одну строчку.

Бай Мэн, прочитав её, спросила Сюй Цзыюэ:

- Какие у вас были отношения с сестрой?

- Мы росли вместе, но когда сестра пошла, учиться, мы стали видеться редко – голос Сюй Цзыюэ дрожал, - сейчас, когда я услышала эту новость… я ничего не понимаю.

Бай Мэн снова спросила ее, есть ли у нее контактная информация этого мужчины, но Сюй Цзыюэ ответила, что не знает, попросила номер телефона городского бюро и сказала, что обсудит это с Тан Лу.

Через некоторое время Тан Лу перезвонила и сообщила, что они приедут в городское бюро в 13:30, на опознание.

После разговора с семьёй Гу Яньчэнь наблюдал за тем, как Бай Мэн собирает информацию о социальных связях Сюй Япэй. Были перечислены все школы, в которых она училась, и места, где она работала.

Гу Яньчэнь на мгновение задумался:

- Я подозреваю, что убийца знаком с жертвой, возможно, он из её близкого окружения.

Отсутствие следов насилия и ограбления позволяет предположить, что это не было преступление на почве страсти, совершённое незнакомым человеком.

- Молодая воспитательница детского сада — что могло послужить мотивом для её убийства? Убийцей мог быть родственник, коллега или парень, — размышлял Лу Ин.

- Расширьте поиск, сосредоточьтесь на друзьях и коллегах Сюй Япэй, — распорядился капитан.

- Кроме того, с этого момента начните отслеживать онлайн - аккаунты Сюй Цзыюэ и Тан Лу.

Детективы приступили к работе, быстро установили работодателя Сюй Япэй и опросили её друзей и знакомых. Информация поступила незамедлительно.

Сюй Япэй пропала во время перехода с одной работы на другую, во время летних каникул. Она уволилась с последней работы, но на новую работу еще не устроилась, поэтому в детском саду не сообщили о её пропаже. По отзывам, Сюй Япэй была красивой, жизнерадостной и придерживалась строгих моральных принципов. Многие парни добивались её внимания, но у неё уже был таинственный парень.

Раньше уже бывали случаи, иногда Сюй Япэй внезапно переставала отвечать на сообщения, но через некоторое время снова появлялась в сети, поэтому её отсутствие не вызывало особого беспокойства у друзей и родственников.

Ни друзья, ни коллеги не знали о её местонахождении. В ходе расследования полиция всё больше убеждалась в том, что жертвой действительно была Сюй Япэй. Они ждали подтверждения от членов её семьи.

Личность погибшей была установлена, и это было очень важно.

Гу Яньчэнь немного расслабился, после обеда заместитель директора Дун на свои деньги угостил всю команду криминальной полиции арбузами, он купил десять штук.

Гу Яньчэнь выбрал арбуз с самым ярким рисунком и разрезал его в отделе. Сочный красный арбуз так и манил.

Бай Мэн и Лу Ин подошли и спросили Гу Яньчэня:

- Капитан Гу, сколько вы хотите съесть?»

Гу Яньчэнь махнул рукой:

- Вы ешьте. Я пойду к доктору Шэнь, подожду  семью, а потом мы поедим вместе.

В кабинете судмедэксперта Ци Иань был занят составлением отчётов о вскрытии, Шэнь Цзюньци в отделе не было. Увидев приближающегося Гу Яньчэня, Ци Иань обернулся и сказал:

- Капитан Гу, мой учитель пошел вздремнуть. Если это срочно, я могу его разбудить.

Гу Яньчэнь махнул рукой:

- Не нужно. Я просто зашёл, чтобы принести арбуз. Вы вчера допоздна работали, пусть поспит.

Ци Иань посмотрел на часы:

- Хорошо, он уже скоро проснётся.

Гу Яньчэнь заметил в кабинете холодильник и открыл его, чтобы положить туда арбуз. Как только он открыл дверцу, то почувствовал запах крови и увидел, что холодильник забит под завязку.

Ци Иань поспешил, и вскочил из-за компьютера.

- Извините, капитан Гу. Холодильник в патологоанатомической лаборатории переполнен, поэтому мы временно позаимствовали этот. Я сейчас приберусь.

Ци Иань подошел к холодильнику и стал раскладывать по полкам мозги, печень, почки и мягкие ткани. Гу Яньчэнь, державший в руках арбуз, на мгновение замер, но потом решил положить его обратно на стол.

– Разве большого холодильника для хранения образцов в отделении патологии недостаточно? Тебе приходится занимать этот?

Пока они разговаривали, вошёл Шэнь Цзюньци и увидел, как Ци Иань чистит холодильник, а Гу Яньчэнь стоит рядом с арбузом. Он понял, в чём дело.

Доктора Шэня это не волновало:

- Всё в порядке. Этот холодильник обычно пуст.

Шэнь Цзюньци позвал Ци Ианя:

- Хватит чистить, иди есть арбуз. Капитан Гу, вы еще не ели, не так ли?

Гу Яньчэнь вдруг подумал, что, придти в отдел судебно-медицинской экспертизы, что бы съесть  арбуз, было не лучшим решением. Он боялся, что они достанут скальпель, чтобы разрезать арбуз.

К счастью, Ци Иань закрыл холодильник, достал из ящика стола нож для фруктов, помыл руки и нож и вернулся, чтобы разрезать арбуз.

Половина арбуза была разделена на девять больших ломтиков. Ничто не сравнится с удовольствием от поедания сладкого и сочного арбуза в жаркий полдень.

Ци Иань откусил большой кусок:

- Этот арбуз очень сладкий.

Шэнь Цзюньци ел изящно, используя салфетки в качестве подставки под арбуз.

Гу Яньчэнь тоже взял ломтик и ел его смелее, чем эксперты, проглатывая большой кусок за один раз.

Ци Иань поставил посередине мусорное ведро для семечек.

Гу Яньчэнь пнул его ногой:

- Мне это не нужно.

Обычно он проглатывал семечки вместе с арбузом.

Ци Иань посоветовал ему:

- Капитан Гу, это плохая привычка. Когда я был ребёнком, взрослые говорили, что если глотать арбузные семечки, то в животе вырастут арбузные ростки.

Гу Яньчэнь возразил:

- Прибереги эту историю, чтобы обманывать своего сына.

Шэнь Цзюньци согласно кивнул:

- Да, если проглотить немного арбузных семечек, ничего не случится. Обычно они просто не перевариваются.

Воодушевлённый поддержкой, Гу Яньчэнь стал, есть арбуз ещё усерднее.

Затем Шэнь Цзюньци продолжил:

- Я помню, как в прошлый раз вскрывал труп. Я нашёл в кишечнике целые арбузные семечки. Кроме того, если они попадут в аппендикс, это может вызвать аппендицит. Если съесть слишком много, это может привести к кишечной непроходимости.

Движения Гу Яньчэня внезапно замерли:

- …

Арбуз внезапно перестал быть сладким. Он тихо взял салфетку и выплюнул арбузные семечки.

Расследование

Глава 22: Расследование

Когда арбуз был почти съеден, Шэнь Цзюньци сова заговорил о работы.

Утром он проверил рабочую группу:

- Члены семьи придут, что бы опознать тело?

- Да, в районе часа. На самом деле личность почти установлена, это просто формальность, — Гу Яньчэнь сделал паузу и добавил: — Нужно понаблюдать за реакцией семьи.

Гу Яньчэнь видел многие семья — одни громко скорбели, другие, молча, оплакивали утрату. Если в деле была скрытая правда, полиция могла распознать её по поведению семьи. Их эмоции могли выдать скрытую правду, которую не смогла бы скрыть даже самая лучшая актёрская игра.

Время поджимало, и Ци Иань остался, чтобы закончить отчёт о вскрытии, а Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь спустились вниз, чтобы дождаться родственников, которые должны были опознать тело.

Шэнь Цзюньци посмотрел во двор и указал на женщину:

- Это она?

Гу Яньчэнь посмотрел в сторону, куда он указывал, и увидел приближающуюся женщину в чёрном. Она шла по двору, держа в руках чёрный зонт. Её волосы были аккуратно уложены, каждая прядь. Женщина была одета в длинное чёрное платье, похожее на то, что носят монахини, но оно плотно облегало её фигуру. Как ни странно, несмотря на жаркую погоду, она почти не вспотела.

Когда она подошла ближе, Гу Яньчэнь заметил еле заметные морщинки в уголках её глаз, свидетельствующие о хорошем уходе за кожей. Особенно его удивила её фигура, такая редкостью даже для двадцатилетней девушки.

Он спросил:

- Вы Тан Лу?

Женщина кивнула:

- Полицейский сказал, что мне нужно прийти в морг, чтобы опознать тело...

Шэнь Цзюньци провел её внутрь, а Гу Яньчэнь наблюдал за выражением её лица.

Тан Лу шла прямо, закрыв свой чёрный зонт, и следовала за ними, не показывая никаких эмоций.

В морге на первом этаже Шэнь Цзюньци взял журнал регистрации. Тан Лу аккуратно записала своё имя и идентификационный номер. Затем Шэнь Цзюньци подошел к морозильнику и открыл его.

Из шкафа вырвался поток холодного воздуха. Сначала показались иссохшие ноги.

- Подожди минутку.

Тан Лу внезапно вскрикнула, прикусив губу. Её взгляд упал на родимое пятно на ноге трупа.

Шэнь Цзюньци остановился, обнажилось только бедро женского тела.

Тан Лу била дрожь. Она прикрыла рот рукой и, дрожа, сказала:

- Это моя дочь.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Вам нужно ещё какое-то подтверждение?

- Нет. Это моя дочь. Я её узнаю... — Тан Лу сдержалась. — У неё на ноге родимое пятно.

Шэнь Цзюньци аккуратно закрыл шкаф.

Гу Яньчэнь стоял в стороне и наблюдал. Тан Лу заплакала, и Шэнь Цзюньци попросил её сесть и принёс ей салфетки. Через некоторое время Тан Лу подняла голову и спросила Шэнь Цзюньци:

- Как она стала такой?

Шэнь Цзюньци сказал правду:

- Она мертва уже больше года, и тело хорошо сохранилось.

Поплакав немного, Тан Лу успокоилась и снова спросила:

- Можно спросить, как вы её нашли?

Прежде чем Шэнь Цзюньци успел ответить, Гу Яньчэнь сказал:

- Полиция получила заявление.

Он повернулся к Тан Лу:

- Можете рассказать, что произошло в тот день, когда она ушла из дома?

Тан Лу прикрыла лоб рукой:

- В тот день… мы сильно поссорились. Она собрала чемодан и ушла.

Гу Яньчэнь спросил:

- Из-за чего вы поссорились?

Тан Лу вытерла слёзы:

- Период бунтарства у моей дочери начался поздно. С тех пор как она стала взрослой, мы постоянно ссорились. В основном из-за её парня… После смерти мужа я одна воспитывала дочерей. Я никогда не думала, что моя дочь выберет такого мужчину…

- Мы также ищем её парня. Вы знаете, как его зовут?

Тан Лу покачала головой:

- Я знаю только, что он окончил школу, у него нет ни дома, ни машины, и он часто меняет работу. Какое-то время он работал в парикмахерской, потом его уволили, а потом он, кажется, устроился на автомойку. Его задерживали за драку, но я не знаю, почему моя дочь выбрала такого неумелого и непостоянного мужчину.

Гу Яньчэнь добавил:

- Мы позвонили и сообщили Сюй Цзыюэ.

Тан Лу сказала:

- У неё занятия во второй половине дня, и она ещё совсем юная. Она сказала, что хочет пойти со мной, но я её не пустил. Ей и так пришлось пережить смерть отца. А теперь ещё и это…

Она не договорила, но все поняли, что она хотела сказать. Было слишком тяжело смотреть на то, как её сестра, с которой они росли с детства, превратилась в мумию.

Гу Яньчэнь продолжил расспрашивать её:

- Как вы думаете, кто мог убить Сюй Япэя?

Тан Лу скомкала салфетку в руке:

- Я не знаю, может быть, она столкнулась с плохим человеком... может быть, это её парень. Я всегда считала его подозрительным. Я советовала им расстаться, но Япэй меня не послушала...

После того как она вытерла слёзы, Гу Яньчэнь снова её спросил:

- Вы упомянули, что Сюй Япэй сбежала из дома, поэтому вы не стали её искать. Есть ли какие-либо доказательства, подтверждающие ваше заявление?

Тан Лу замялась и подняла голову:

- Доказательства? Прошло столько времени, как я могу это доказать?

Гу Яньчэнь сказал:

- Ваша дочь пропала год назад. Даже если вы знали, что она ушла со своим парнем, вы не искали её весь этот год и не сообщали об этом в полицию. Я думаю, что это невероятно.

Эти два вопроса были заданы резким тоном, без особого внимания к чувствам Тан Лу. Это было своего рода дознанием.

- Я звонила ей, но её телефон всегда был выключен, — Тан Лу опустила голову. — Я думала, она сменила номер. Я всегда верила, что она сдастся, что она не сможет долго жить одна и вернётся, чтобы просить прощения. Я ждала, не желая первой склонять голову. Но я не ожидала, что она просто исчезнет без следа и в итоге умрёт на улице…

Женщина глубоко вздохнула, взяла себя в руки и снова подняла голову.

- Мне нужно, подписать еще что-то?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Чтобы подтвердить результаты, мне нужно взять у вас образец ДНК для сравнения.

Городское бюро работало строго, и, чтобы избежать ошибки при опознании тела, им нужны были убедительные доказательства.

Он принёс набор для анализа ДНК и взял образец со слизистой оболочки Тан Лу. Затем Шэнь Цзюньци достал бланк согласия, и Тан Лу подписала его.

После завершения процедуры Тан Лу спросила:

- Офицер, что мне делать дальше? Когда я могу забрать вещи моей дочери и тело?

Гу Яньчэнь ответил:

- После завершения расследования мы сообщим вам, что можно их забрать.

Тан Лу сказала:

- Я надеюсь, что вы как можно скорее найдёте убийцу моей дочери.

После того как Тан Лу вышла из морга, Гу Яньчэнь повернулся к Шэнь Цзюньци и спросил:

- Ты что-нибудь заметил?

Шэнь Цзюньци сравнил две подписи, сделанные Тан Лу: одну — до опознания, а другую — после того, как он показал тело. Обе подписи были одинаковыми, аккуратными и изящными.

Шэнь Цзюньци прошептал:

- Её эмоции слишком стабильны.

Будучи матерью-одиночкой, которая увидела, как её родной ребенок превратился в мумию, она отреагировала слишком спокойно. Несмотря на то, что она плакала и дрожала, она быстро взяла себя в руки. Даже когда она плакала, прижав к лицу салфетку, её спина оставалась прямой, и она всегда следила за своей осанкой.

Гу Яньчэнь сказал:

- Она спросила, как, мы её нашли, а не, где мы её нашли, и не стала спрашивать, как её убили.

Эти вопросы были немного резкими, и он не слишком задумывался о чувствах Тан Лу, но это был способ проверки.

- Она слишком спокойна, — сказал Шэнь Цзюньци.

Пообщавшись со многими родственниками, он понял, что перед лицом сильного потрясения рациональность иногда превращается в твёрдую защитную оболочку. Люди часто притворяются перед полицией, не желая показывать свою слабость. Но тихой ночью, когда они думают о своих умерших близких, на поверхность выходят их истинные эмоции.

Шэнь Цзюньци продолжил, бормоча себе под нос:

- Но если она и есть убийца, разумная и достойная мать, то какова причина убийства собственной дочери? Только потому, что её дочь бунтовала и встречалась с парнем, который ей не нравился?

Это казалось нелогичным.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я хочу проверить дом Тан Лу и встретиться с сестрой Сюй Япэй.

Шэнь Цзюньци спросил:

- А заместитель директора Дун одобрит? -  он выразил некоторое беспокойство, - Сейчас у нас недостаточно доказательств…

Обыск и арест означали, что к человеку относились как к подозреваемому, и каждый шаг требовал одобрения начальства.

Даже если прокурор давал согласие, задержать без весомых доказательств, можно на срок не более 12 часов, а если за это время ничего не появиться, придется отпускать, что нанесет ущерб расследованию.

Гу Яньчэнь сказал:

- Мы должны попытаться.

Разобравшись с делами, Тан Лу, Гу Яньчэнь вернулся в отдел по расследованию особо тяжких преступлений.

Гу Яньчэнь взял материалы дела, составил заявление и пошел к замдиректора Дуну.

Как и ожидалось, заместитель директора не одобрил:

– Сяо Гу, я боюсь, что вы слишком торопитесь. Результаты теста еще не получены. Выходит, свидетелей нет, и информации недостаточно. Вы встретились с семьей жертвы, и хотите вызвать их на допрос в качестве подозреваемых. Это противоречит правилам. Я не смогу объясните это в прокуратуре.

Заместитель директора Дун пролистал файлы:

– В этом деле еще много не подтвержденной информации. Этот парень может быть последним, кто видел Сюй Япэй. Вы можете продолжить расследование, найдя его.

Узнав об этом деле, заместитель директора Дун посчитал, что парень вызывает больше подозрений, поэтому добавил:

– Что означает это предложение: «Это наверняка парень»?

Гу Яньчэнь сказал:

– Я думаю, что этот человек не убийца. И Тан Лу намеренно подвела к нему.

Заместитель директора Дун сказал:

– Мы не можем полагаться на шестое чувство, чтобы раскрыть дело. Вам нужно найти этого человека и понять всю историю.

Гу Яньчэнь спросил:

– Значит, в отношении Тан Лу не проводить расследование?

– Проверяйте, – сказал заместитель директора Дун, – Я прошу вас не торопиться. Если вы найдете доказательства, я одобрю этот процесс для вас в любое время.

Смысл слов замдиректора очень ясен: они полицейские, а не детективы. Возможно, это неправильный, но это общепринятый образ мышления. Если поступать, таким образом, никто не сможет придраться. Если она не убийца перед общественным мнением, полиция будет бессильна.

Гу Яньчэнь пошел на компромисс:

– Хорошо, я сначала проверю парня и поищу доказательства. Но если окажется, что это Тан Лу, я хотел бы попросить вас одобрить процесс как можно скорее.

Замдиректора посмотрел на Гу Яньчэня, он знал, что тот определенно не был импульсивным человеком и никогда не делал ничего, в чем был не уверен.

Заместитель директора Дун чувствовал себя так, будто перед ним расставили ловушка, ожидая, как он в нее попадет. Но когда дело дошло до этого, директор Дун смог только кивнуть головой и сказал:

– Тогда мы обсудим этот вопрос. Если будут доказательства, я никогда вас не остановлю.

После переговоров Гу Яньчэнь вернулся в офис Специального уголовного отдела.

Гу Яньчэнь знал, что вызывать Тан Лу сейчас запрещено правилами, но у него был скрытый мотив для этого шага.

Как только заявление будет подано, это будет отказ от ответственности.

Если убийцей, наконец, окажется Тан Лу, причина, по которой она не была арестована вовремя, – это ошибка руководства и не будет, имеет ничего общего со Специальным уголовным отделом.

После установления личности Сюй Япэй найти её бывшего парня не составило труда. Команда детективов получила информацию из социальных сетей, быстро определила несколько аккаунтов, которые, скорее всего, принадлежали её парню, и, в конце концов, нашли человека по имени Гао Сюань.

Бай Мэн начала звонить Гао Сюаню. Первый звонок звучал так:

- Алло, это Гао Сюань?

Её голос звучал немного грубо, как обычно при разговоре с подозреваемыми. Человек на другом конце повесил трубку.

Бай Мэн несколько секунд смотрела на трубку, а затем, спустя минуту, снова взяла её в руки. На этот раз она произнесла нежным и мягким женским голосом:

- Здравствуйте, это Гао Сюань?

Собеседник сразу же стал вести себя вежливее:

- Да, слушаю. В чём дело?

Бай Мэн продолжила:

- Это городское бюро Биньчэна. Вы знаете женщину по имени Сюй Япэй?

На другом конце провода несколько секунд молчали, а затем спросили:

- Что произошло?

Бай Мэн сказала:

- Полиция недавно выяснила, что она...

Прежде чем она успела договорить, Гао Сюань перебил её:

- Я ничего о ней не знаю.

Трубку снова бросили. Атака обаянием не сработала. Бай Мэн выругалась себе под нос:

- Чёрт.

Она повернулась к Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, разве замдиректора Дун не заполнил форму? Разве мы не можем принудительно вызвать членов семьи?

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Лу Ин, пойдём.

.

Бай Мэн быстро нашла место работы Гао Сюаня — автомастерскую среднего размера в южной части города, где он работал мойщиком. Чтобы убедиться, она проверила местоположение Гао Сюаня по его телефону и подтвердила, что он там.

Гу Яньчэнь в сопровождении Лу Ина поехал в мастерскую и около 17:00 прибыл на место работы Гао Сюаня.

Подъехав к автомастерской, Лу Ин опустил стекло в машине, и Гу Яньчэнь почувствовал запах моторного масла. Рабочие мыли машины, и воздух был влажным.

Кто-то с энтузиазмом подошёл к машине и спросил:

- Мойка или ремонт? Если мойка, то, придётся постоять в очереди.

Гу Яньчэнь сразу заметил в толпе высокую фигуру в форме механика. Лу Ин высунулся из окна и позвал:

- Гао Сюань!

Гао Сюань не был глупцом. Он сразу же вспомнил о недавнем телефонном звонке, отбросил шланг и выбежал на улицу. Гу Яньчэнь открыл дверь машины и бросился за ним. Гао Сюань не успел пробежать и нескольких метров, как Гу Яньчэнь ударил его локтем, сбил с ног и прижал к стене.

Движение было чётким и эффективным, и Гао Сюань, рост которого составлял почти шесть футов, не смог сопротивляться. Другие рабочие, застигнутые врасплох, были ошеломлены и не могли понять, кого из важных персон оскорбил Гао Сюань.

Гао Сюань начал умолять:

- Полегче, офицер... Я, правда, не сделал ничего плохого.

Лу Ин, стоявший рядом, сказал:

- Если ты не сделал ничего плохого, зачем убегать?

Гао Сюань ответил:

- Это был просто рефлекс...

Гу Яньчэнь поднял его:

- Мы из городского бюро Биньчэна, хотим разобраться в ситуации и задать вам несколько вопросов. Как только мы закончим, вы можете уйти.

Он всё больше убеждался, что Гао Сюань — не тот, кого они ищут. Если бы Гао Сюань действительно убил Сюй Япэя, он бы, скорее всего, сбежал, получив звонок от полиции. Он бы не стал ждать их здесь. Задержав Гао Сюаня, Лу Ин вернулся, чтобы запереть машину.

Гу Яньчэнь помахал сотрудникам своим полицейским значком:

- Полицейское расследование, мы по официальному делу. Мы здесь, чтобы поговорить с Гао Сюанем и задать ему несколько вопросов.

Человек, который, судя по всему, был здесь главным, махнул рукой:

- Задавайте, не стесняйтесь.

Сотрудники не решались подойти и держались на расстоянии, работая и наблюдая за происходящим, а также перешёптываясь между собой. Рядом с ремонтной мастерской стояли столы и стулья для клиентов, ожидающих, пока их машины помоют. Гу Яньчэнь отошёл в сторону, отодвинул стул и жестом пригласил Гао Сюаня сесть. Лу Ин достал ручку для записи, чтобы фиксировать разговор.

Столкнувшись лицом к лицу с двумя полицейскими, Гао Сюань утратил высокомерие, с которым он разговаривал по телефону. Сидя в кресле и нервно потирая руки, он начал:

- Я уже не встречаюсь с Сюй Япэй, мы давно расстались. Я, правда, ничего не знаю о ней. Кроме того, это было довольно болезненно, и я не хочу об этом говорить.

Лу Ин сказал:

- Мы пришли, чтобы узнать о смерти Сюй Япэй.

Услышав это, Гао Сюань широко раскрыл глаза:

- Умерла? Вы сказали, что Сюй Япэй умерла?!

Гу Яньчэнь заметил его потрясённое выражение лица.

Гао Сюань спросил:

- Когда это случилось?

По сравнению с Тан Лу, мужчина, выглядел  удивлённым, а его реакция была более рациональной. Гу Яньчэнь не стал скрывать информацию о деле и сказал:

- Вчера мы получили сообщение о том, что её тело было найдено в северной части города.

- Как она умерла?

- Полиция подозревает, что это убийство.

- Я думал, что она злится, и заблокировала меня…

Гао Сюань достал телефон и открыл чат с Сюй Япэй. Там было несколько скромных приветствий, но не было ответов. От этих слов глаза Гао Сюаня наполнились слезами.

- Я много раз звонил ей, но её телефон всегда был выключен.

Гу Яньчэнь взглянул на телефон и сказал ему:

- Возможно, она умерла прошлым летом. Мы расспросили мать Сюй Япэй, и она сказала, что в последний раз видела Сюй Япэй, когда та собиралась сбежать с тобой. Они поссорились, и, возможно, ты был последним, кто видел Сюй Япэй.

Выражение лица Гао Сюаня изменилось:

- Не слушай эту женщину. Сюй Япэй никогда не собиралась сбегать со мной. Я не видел её прошлым летом, и то, что она говорит, скорее всего, попытка подставить меня или скрыть какую-то правду.

Он сделал паузу и добавил:

- У всех в этой семье есть свои проблемы.

Обида

Глава 23. Обида

Было уже больше пяти часов вечера, они сидели в зоне отдыха рядом с автомастерской. Гао Сюань наконец решил рассказать о своих отношениях с Сюй Япэй:

- Если быть точным, я не могу считаться парнем Сюй Япэй. Она редко соглашалась пойти со мной куда-то, мы просто иногда переписывались. Однажды, когда мы вместе вошли в ресторан, я попытался взять её за руку, но она быстро отдёрнула её с отвращением на лице. Когда она встречалась со мной, она одновременно отвечала на сообщения других мужчин. Тогда я всё понял.

Сказав это, Гао Сюань горько усмехнулся:

- Кем я был для неё? Запасным вариантом? Куклой на ниточках? Или рыбкой в её пруду? В то время я был немного сбит с толку, верил всему, что она говорила, и даже готов был на многое, чтобы угостить её и подарить дорогие подарки. Как могла такая девушка, как она, сбежать с таким парнем, как я?

Гу Яньчэнь спросил:

- Так почему же она встречалась с тобой и рассказала о тебе своей маме?

Гао Сюань объяснил:

- Она использовала меня, как инструмент для бунта против своей семьи, особенно против матери, потому что мы воспитывались совершенно по-разному. Она притворялась, что встречается со мной, чтобы разозлить свою мать. Когда она сказала, что хочет сбежать со мной, это, вероятно, было сделано лишь для этого.

- Она тебе ещё что-нибудь рассказывала? — спросил Лу Ин.

Гао Сюань немного поколебался, а затем ответил:

- Я мало что знаю, только то, что мне рассказала Сюй Япэй.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ничего страшного, просто скажи нам что знаешь. Ты упомянул, что её семья больна, что это значит?

Гао Сюань объяснил:

- Хотя я с детства плохо учился, в моей семье всё было хорошо. Я никогда не видел такой семьи, как эта, где отношения больше напоминали вражду, чем любовь. Всё, что они делали, было направлено на то, чтобы причинить друг другу боль. Сюй Япэй хорошо училась в аспирантуре, но настояла на том, чтобы бросить учёбу и стать воспитательницей в детском саду, просто чтобы насолить матери. Похоже, она использовала меня как инструмент для своего бунта, потому что моё воспитание шло вразрез с её понятиями.

Он на мгновение задумался и привёл примеры:

- Сюй Япэй жаловалась мне, что в детстве мама записывала её в разные кружки, где она занималась тем, что ей не нравилось: пела, танцевала, играла на музыкальных инструментах. Это занимало всё её свободное время. Это делалось не для развития талантов, маме было всё равно, нравится ей это или нет, она никогда не разрешала ей сдавать экзамены, она должна была  заниматься искусством. Всё это делалось лишь для того, чтобы выступать перед родственниками. Каждый китайский Новый год она чувствовала себя куклой, которую выставляют напоказ, и ей с сестрой было очень некомфортно. Её мама жаловалась родственникам, как трудно растить двоих детей, как много сил она вкладывает в их образование и какие лишения она терпит ради них. Сюй Япэй понимала, что мама хвастается своей так называемой великой материнской любовью. Так продолжалось из года в год, пока Сюй Япэй не исполнилось пятнадцать, и она не отказалась участвовать в представлении, чем привела маму в ярость.

Гу Яньчэнь вспомнил о результатах вскрытия, и понял, почему в костях Сюй Япэя были обнаружены такие изменения, но он промолчал, притворившись, что ничего не знает, чтобы побудить Гао Сюаня продолжить:

- Но это не кажется чем-то из ряда вон выходящим. Может быть, это просто такой стиль воспитания.

Гао Сюань продолжил:

- Иногда мать провоцировала её, но не вульгарными выражениями, а унизительными словами. Например: «Не надо было тебе рождаться», или «Посмотри на чужих детей», или «Я делаю это для твоего же блага», или «Сможешь ли ты отплатить мне за деньги, которые я на тебя потратила?» Иногда мать прибегала к эмоциональному насилию, долго не разговаривала с ней, выбрасывала её вещи, отдавала их родственникам или соседским детям…

Многое из того, что описал Гао, казалось чрезмерными, но на самом деле они были вполне обычными, и многие родители могли бы сказать, что такое поведение в порядке вещей.

Гу Яньчэнь подумал о Тан Лу, которую он встретил днем.

Строгая, серьезная, рациональная, склонная к тотальному контролю и агрессивная.

Кажется, это действительно то, что она могла бы сделать. Он продолжил:

- А что насчёт характера Сюй Япэя?

- Она все держала в себе и не с кем не делилась. Может быть, она рассказала мне, потому что думала, что для меня такое неприемлемо. Сюй Япэй была немного упрямой, но она была лучше младшей сестры. Вы встречались с её сестрой? — спросил Гао Сюань.

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Еще нет.

Гао Сюань продолжил:

- Я видел её однажды, когда мы ужинали с друзьями. Её младшая сестра казалась тихой и хрупкой, обычно она молчала, но в тот раз подруга случайно сказала:

- Твоя сестра выглядит мягче, чем ты.

Сестра Сюй Япэй внезапно разбила свой бокал об пол и ушла, прихватив сумку. Позже Сюй Япэй рассказала мне, что её мама перед ней критиковала её и хвалила сестру, но перед сестрой она хвалила Сюй Япэй и критиковала сестру.

Итак, отношения между двумя сёстрами не были гармоничными.

Услышав это, Лу Ин вздохнул, показывая, что ему трудно это понять:

- Зачем матери сеять раздор между собственными дочерьми? Чего она добивалась?

- Мне это тоже казалось странным.

В этот момент Гао Сюань вдруг кое-что вспомнил:

- А ещё, представляете, Сюй Япэй уже за двадцать, а её мать вдруг заходит в её комнату и бесцеремонно роется в её телефоне, одежде, компьютере. Так она узнала о нашем с ней чате и в гневе набросилась на неё. Я думаю, что именно тогда Сюй Япэй решила использовать меня, чтобы разозлить свою мать.

Услышав это, Гу Яньчэнь добавил:

- Кстати, когда ты в последний раз видел Сюй Япэй?

Гао Сюань просмотрел переписку:

- Наверно, это было в конце мая прошлого года. Она сказала, что скоро накопит достаточно денег и съедет. Потом она уволилась и хотела перейти в другой детский сад, поэтому её планы пришлось отложить.

Гу Яньчэнь просмотрел переписку Гао Сюаня. Действительно, после июля Сюй Япэй не выходила на связь.

Продолжая разговор, Гао Сюань спросил:

- Как… как она умерла? Было ли ей больно?

Гу Яньчэнь промолчал.

Лу Ину было трудно ответить на этот вопрос. Поразмыслив немного, он сказал Гао Сюаню:

- Это было похоже на тюремное заключение. Она не могла выбраться из той комнаты.

Гао Сюань замер, опустил голову, и его глаза покраснели ещё сильнее:

- Могу я попрощаться с ней?

Лу Ин сказал:

- Тело скоро передадут семье.

Он знал, что Тан Лу, не обрадуется визиту Гао Сюаня.

Допрос прошёл относительно гладко. Перед уходом Лу Ин уточнил подробности у Гао Сюаня и посоветовал ему в ближайшее время не покидать город.

Лу Ин напомнил ему:

- В следующий раз не стоит убегать от полиции.

- Я бы не осмелился, даже если бы ты придал мне смелости, — Гао Сюань махнул рукой. — Раньше я думал, что если не говорить об этом, то будет не так больно. Теперь, когда я все рассказал, мне стало немного легче.

Они вернулись к машине. Для Гу Яньчэна образ Сюй Япэй наконец-то стал более чётким в его сознании. Она больше не была просто телом в пустой комнате. Она больше не была марионеткой, как говорили её друзья, у неё появилась своя личность и характер.

Лу Ин выехал из ремонтной мастерской.

- Капитан Гу, что будем делать дальше?

Гу Яньчэнь сказал:

- Нам всё ещё нужно разобраться с Тан Лу и Сюй Цзыюэ.

Он посмотрел на часы:

- Уже поздно, давай сначала перекусим. Я угощаю.

Как только машина Лу Ина выехала с улицы, Бай Мэн позвонила Гу Яньчэню.

- Капитан Гу, вы просили меня присмотреть за Сюй Цзыюэ? Что-то не так. Она опубликовала прощальное сообщение в Weibo. Отследив её телефон, я выяснила, что она вышла из школы и в одиночку пришла на берег реки. Я звонила ей, но, возможно, её телефон был на беззвучном режиме, никто не ответил.

Бай Мэн поделилась несколькими скриншотами в группе. Система мобильного мониторинга показала, что Сюй Цзыюэ движется. Была уже ночь, и сегодня она узнала о смерти своей сестры. Она не в школе и не направлялась домой. После публикации странного поста в Weibo она неожиданно появилась у реки. Была вероятность, что она собиралась покончить с собой.

Лу Ин нахмурился:

- Может ли быть, что эта она убила свою сестру, а теперь, когда правда раскрылась, она хочет...

Ци Иань спросил:

- Стоит ли нам её спасать? Она может быть убийцей...

Бай Мэн ответила:

- Независимо от того, убийца она или нет, мы должны её спасти. Не забывайте, кто мы, мы носим полицейскую форму!

Шэнь Цзюньци добавил:

- Если она не совершала убийства, то не должна из-за этого умирать. Если же она виновна, то избежать законного наказания было бы слишком просто для нее. Мы не должны допустить, чтобы она умерла вот так.

- Мост Бинлу! - Гу Яньчэнь взглянул на карту, - Надо  спешить туда. Бай Мэн, быстро свяжись с командой детективов и ближайшими станциями. У реки есть три моста, которые не соединены друг с другом. Мы должны задействовать достаточное количество людей, чтобы как можно скорее найти Сюй Цзыюэ.

Гу Яньчэнь позвонил замдиректора Дуну, который тоже был в шоке. Он дал им добро и подчеркнул, что они должны найти девушку. Бай Мэн поделилась в рабочей группе фотографией удостоверения личности Сюй Цзыюэ.

Шэнь Цзюньци предложил:

- Найди ещё пару фотографий в её социальных сетях. Фотография в удостоверении личности может значительно отличаться от её нынешнего облика. Так мы её не найдём.

Бай Мэн поискала в соцсетях Сюй Цзыюэ и нашла ещё две фотографии. Она поделилась ими в группе и пошутила:

- По этим фотографиями даже её фальшивая мать может не узнать её, верно?

Она быстро нашла ещё две фотографии из сетей одноклассников Сюй Цзыюэ и поделилась ими. В группе начался хаос.

Шэнь Цзюньци, встал, подумав немного, он открыл ящик, достал запасной телефон и набрал номер:

- Здравствуйте, я хочу узнать точное местоположение человека…

Собеседник, похоже, что-то сказал.

Шэнь Цзюньци добавил:

- Я немедленно отправлю вам её номер телефона, подробную информацию и фотографии. Мне нужен самый быстрый поиск, будь то дрон или система наблюдения.

Ночью движение по мосту Бинлу не прекращалось. Река Бин была главной рекой Биньчэна, она пересекала весь город и делила его на две части. Центр Биньчэна был построен по обеим сторонам реки Бин.

Мост Биньлу через реку Бинь был построен тридцать лет назад. Мост представлял собой единое целое, но был разделён на три части: широкий центральный мост и два более узких боковых моста по обеим сторонам. Общая длина моста составляла более шестисот метров. Ширина центрального моста составляла сорок метров, а боковых — более двадцати метров.

Сюй Цзыюэ шла по правому боковому мосту и плакала. Девушка долго бесцельно бродила, пока не добралась до середины моста. В её голове проносились сцены из её жизни, и мысли становились всё более навязчивыми. Её глаза опухли от слёз, а из-за слёз, проезжающие мимо машины превращались в размытые силуэты. Сюй Цзыюэ наконец остановилась и перекинула ногу через перила на мосту.

Она легко перелезла через первые перила, высотой около одного метра, за ними были еще одни высотой полтора метра. Сюй Цзыюэ опустила голову, посмотрела на реку, протянула руку, схватилась за железные перила и полезла наверх. Она встала на цыпочки, а затем медленно наклонилась вперёд…

Внезапно позади неё раздался голос:

- Сюй Цзыюэ?

Девушка остановилась и обернулась, увидев позади себя высокого стройного мужчину. Он был одет во всё чёрное и стоял в темноте. Мужчина был красивым, и он ровно дышал.

При обычных обстоятельствах Сюй Цзыюэ, наверно, ещё раз взглянула бы на симпатичного парня. Но сейчас она была не в настроении. Она только что заметила его краем глаза, но так как она плакала и не обращала внимания на окружающих, возможно, этот мужчина уже давно следил за ней.

- Что у тебя случилось? Можешь мне рассказать? — спросил мужчина.

Сюй Цзыюэ взглянула на него и снова отвернулась. На её лице не отразилось никаких эмоций. Сейчас ей хотелось только одного — спрыгнуть вниз, и ничто не могло поколебать её решимость.

Мужчина сделал шаг вперёд, словно пытаясь её остановить. — Это из-за твоей сестры?

Это был обычный вопрос. Но как только Сюй Цзыюэ услышала слово «сестра», она вдруг разозлилась и закричала:

- Я ненавижу её. Из-за неё моя жизнь стала такой!

Шэнь Цзюньци прибыл на место, получив информацию, он взял такси, чтобы добраться сюда. Он заметил в толпе Сюй Цзыюэ и последовал за ней. Он только что отправил группе информацию о точном местоположении и ситуации, но полицейские силы были рассредоточены, и остальные не могли вовремя подоспеть.

Шэнь Цзюньци изо всех сил старался успокоить Сюй Цзыюэ, чтобы выиграть время.

- Ладно, давай не будем об этом. Можешь рассказать мне что-нибудь ещё? Где ты учишься? Есть ли у тебя хорошие друзья?

- Ты… ты не знаешь, как я живу. Я ненавижу её! Я ненавижу их всех. Я ненавижу свою мать тоже…

Сюй Цзыюэ говорила бессвязно, а потом ее глаза внезапно широко распахнулись.

Девушка пробормотала:

- Это я, я убила свою сестру. Моя сестра мертва, и они нашли её. И теперь мне конец…

Сказав это, она без всякого предупреждения отпустила руку, и её тело соскользнуло с моста.

Всё произошло слишком внезапно. Шэнь Цзюньци бросился вперёд, перемахнул через перила, протянул руку и в последний момент поймал падающую девушку. Вес мгновенно упал на его руки. Шэнь Цзюньци напрягся, пытаясь поднять девушку. В этот момент он вдруг почувствовал острую боль старой раны на груди. Словно его пронзил острый клинок, а сердце обливалось кровью, бешено, стуча.

Тук, тук...

С каждым ударом сердца у него перед глазами появлялись тени. На лбу выступил холодный пот. Его тело полностью обмякло, и в глазах потемнело. Он держал ускользающую Сюй Цзыюэ, но и сам терял устойчивость…

Маленький поезд

Глава 24. Маленький поезд

В Бинчене наступила ночь, и всё произошло молниеносно, от того момента, как девушка перелезла через перила, и до того, как она спрыгнула с моста, — прошло несколько секунд. Мосты были длинными, и, несмотря на то, что туда спешило много полицейских, все они были разбросаны по разным местам.

После того, как Шэнь Цзюньци схватил девушку, подъехала машина Гу Яньчэня но с другой стороны моста.

- Там, за мостом!

Лу Ин нажал на тормоз, и машина со скрипом остановилась.

Гу Яньчэнь только что разговаривал по телефону, но, обернувшись, он увидел Шэнь Цзюньци. Он повесил трубку и выскочил из машины, словно стрела, перемахнув через перила.

Он лавировал среди нескончаемого потока машин на другой стороне. Через несколько секунд Гу Яньчэнь оказался рядом с Шэнь Цзюньци, схватил его сзади и протянул другую руку, чтобы перехватить Сюй Цзыюэ.

От ночного ветра у Шэнь Цзюньци закружилась голова, и ему показалось, что он вот-вот упадёт в реку вместе с Сюй Цзыюэ. Но в этот момент его удержали…

Хватка Гу Яньчэня стала намного сильнее, Сюй Цзыюэ наконец-то стабилизировали, но она продолжала кричать. Первоначальная смелость исчезла, когда она спрыгнула с моста, её тело повисло в воздухе, ветер свистел в ушах, а под ногами бурлила река. Она была в ужасе и отчаянно сопротивлялась.

Гу Яньчэнь крикнул:

- Если не хочешь умереть, прекрати сопротивляться!

Сюй Цзыюэ, внезапно очнулась и стала помогать им. Они оба с силой потянули её, и подняли на мост. Оказавшись в безопасности, у неё подкосились ноги, и она опустилась, на колени, громко рыдая.

Гу Яньчэнь не обращал на неё внимания, он повернулся, чтобы помочь Шэнь Цзюньци. С трудом развернувшись, Шэнь Цзюньци сел. Гу Яньчэнь помог ему, прислонив к перилам. Он схватился за грудь и тяжело дышал. Те несколько секунд были невыносимыми, от сильной боли в груди он чуть не потерял сознание, как будто снова пережил свою смерть.

Гу Яньчэнь, говорил ему на ухо что-то важное. Шэнь Цзюньци пытался сосредоточиться и наконец, услышал несколько слов.

- Ты в порядке?

Шэнь Цзюньци выглядел бледным и тяжело дышал, он ждал, пока успокоится его сердцебиение, и тихо кашлянул.

- Я в порядке, просто мне нужно немного отдохнуть.

Гу Яньчэнь решил, что тот просто обессилил, и вернулся к решению текущей проблемы.

В это время подъехал Лу Ин вместе с патрульными и детективами из отдела.

Гу Яньчэнь не стал церемониться с Сюй Цзыюэ, а просто достал наручники и затащил её в полицейскую машину.

Он приказал Лу Ину:

- Следуй за патрульной машиной и доставь её в городское управление.

У Шэнь Цзюньци, пока он сидел на мосту и смотрел на собравшихся вокруг людей, звенело в ушах. Возле него шёл оживлённый разговор, а по мосту туда-сюда сновали машины. После недолгого отдыха мучительная боль в груди, наконец, утихла, и слух постепенно восстановился.

Шэнь Цзюньци услышал, как Лу Ин ругает Сюй Цзыюэ:

- Чёрт возьми, сколько же ты проблем доставила?!

Офицер сказал:

- Может быть, она чувствует вину за то, что случайно убила свою сестру, поэтому так себя ведёт…

Лу Ин усмехнулся в ответ:

- Если она действительно чувствует вину за смерть своей сестры, почему она не сдалась властям на год раньше? Почему она тогда не попыталась броситься в реку?

- Ну… - Офицер не знал, что на это ответить.

Ночью на мосту было довольно ветрено, и молодые офицеры, стоявшие на мосту, замолчали.

Гу Яньчэнь безжалостно прервал молчание:

- Она, наверное, только сейчас решила прыгнуть в реку, потому что нашли тело её сестры. Она боится юридических последствий, в конечном итоге она просто эгоистка. Она чуть не утянула за собой доктора Шэнь.

Лу Ин тоже посмотрел на Шэнь Цзюньци с нескрываемым волнением:

- Это было слишком опасно.

Шэнь Цзюньци встал, опираясь на перила, и подошёл к Гу Яньчэню.

Независимо от того, была ли она убийцей или нет, если бы он позволил Сюй Цзыюэ спрыгнуть с моста прямо у него на глазах, не спасая ее, он не смог бы пройти свое собственное испытание.

Выяснить правду, докопаться до сути. Эти несколько простых слов были крылатой фразой Линь Сянланя, и его девизом.

Старина Линь прожил так всю свою жизнь и требовал того же от других. В каком-то смысле это был девиз всей его семьи.

Увидев, что все почти улажено, Лу Ин сказал:

- Я поеду за патрульной машиной, с Сюй Цзыюэ.

Остальные офицеры ушли, и на мосту остались только они вдвоем.

Гу Яньчэнь взглянул на Шэнь Цзюньци. Обычно Шэнь Цзюньци носил белую одежду. Не только его форма судмедэксперта была белой, но и повседневная одежда тоже была в основном белой — белые рубашки, белые футболки, он всегда выглядел безупречно. Но сегодня на нём была чёрная рубашка, и его кожа казалась ещё бледнее. Его красивые черты лица излучали печаль, а фигура казалась ещё худее.

Гу Яньчэнь знал, что даже если бы Шэнь Цзюньци понимал, что Сюй Цзыюэ может утянуть его за собой, он всё равно поступил бы так же, если бы ситуация повторилась. Иногда он был равнодушен к тому, что его не касалось, иногда демонстрировал своё уникальное отношение к миру, а иногда проявлял решимость в вопросах жизни и смерти. Вот таким был этот человек.

Гу Яньчэнь помолчал несколько секунд, а затем спросил Шэнь Цзюньци:

- Ты, правда, не пострадал?

Когда он поднял Сюй Цзыюэ, лицо Шэнь Цзюньци было бледным, безжизненным, даже взгляд его был расфокусирован. Тогда он сильно испугался. К счастью, это состояние длилось недолго, иначе Гу Яньчэнь вызвал бы скорую.

Если не считать тех нескольких минут мучительной боли, Шэнь Цзюньци быстро пришёл в себя и скрыв этот факт, покачал головой:

- Я в порядке.

Гу Яньчэнь сказал:

- Мне нужно вернуться работу. Тебя подвезти?

- Я тоже поеду в городское бюро, — ответил Шэнь Цзюньци. — В лаборатории сказали, что результаты анализа ДНК будут готовы сегодня вечером.

Это было важным доказательством в этом деле.

Гу Яньчэнь кивнул. Машина всё ещё стояла на другой стороне моста. Гу Яньчэнь перелез через перила моста и протянул ему руку. Шэнь Цзюньци не нуждался в его помощи и просто перелез сам. Когда они оба сели в машину, воцарилась тишина.

Была поздняя ночь, и ночной город, освещался городскими огнями. Это был центр города, где даже ночью было много машин, толпы людей, а на высотных зданиях светились гигантские рекламные щиты.

Гу Яньчэнь направился в сторону городского бюро. Из-за поступка Сюй Цзыюэ, никто, так и не успел поужинать. Проехав несколько улиц, Гу Яньчэнь увидел на обочине ресторан быстрого питания и сказал Шэнь Цзюньци:

- Подожди меня.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Хорошо.

Гу Яньчэнь вышел из машины, не глуша двигатель, и купил большую упаковку фастфуда. У входа в ресторан быстрого питания Гу Яньчэнь вдруг остановился. Он заметил рядом магазин игрушек. Внутри на рельсах были расставлены игрушечные поезда. Рельсы были довольно длинными, с несколькими уровнями, и игрушечный поезд постоянно курсировал по ним.

Поддавшись порыву, Гу Яньчэнь развернулся и вошёл в магазин игрушек. К нему подошёл продавец с энтузиазмом в глазах:

- Здравствуйте, добро пожаловать в магазин игрушек. Вы пришли купить игрушки для своего сына?

Слово «сын» застало Гу Яньчэня врасплох. Другой продавец, стоявший рядом, быстро сориентировался и с милой улыбкой сказал:

- Ты такой молодой, красавчик. Должно быть, тебе нужна игрушка для своего маленького друга.

Это значительно расширило значение слова. Маленькими друзьями могут быть родственники, коллеги или дети друзей.

Гу Яньчэнь подумал о Шэнь Цзюньци, сидящем в машине, и не смог сдержать улыбку:

- Да, для маленького друга.

Он быстро выбрал самый большой набор игрушечных поездов, расплатился и вышел. Сев в машину, Гу Яньчэнь положил еду на сиденье и протянул Шэнь Цзюньци подарок.

Шэнь Цзюньци не был готов к этому, - Что это? — спросил он.

- Это подарок для тебя.

Шэнь Цзюньци осмотрел упаковку и понял, что это игрушка.

- Капитан Гу, ты думаешь, я ещё ребёнок?

Хотя в его словах слышалось пренебрежение, он всё же открыл коробку. Заглянув внутрь, Шэнь Цзюньци увидел набор игрушечных поездов «Паровозик Томас». При виде этого неожиданного подарка ресницы Шэнь Цзюньци слегка дрогнули, а рука замерла.

- Доктор Шэнь, в следующий раз будь осторожнее, — сказал Гу Яньчэнь, трогаясь с места и глядя в окно. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Шэнь Цзюньци сидел рядом с ним и молчал. Он вспомнил тот момент на мосту, когда рука Гу Яньчэня обвилась вокруг его талии, а тепло и сила пробудили его от кошмара. Это было похоже на то, как много лет назад он держал его, окровавленного, и умолял не сдаваться, и не засыпать.

Шэнь Цзюньци нежно обнял игрушечный поезд.

Глубокой ночью в городском управлении Бинчэна всё ещё горел свет. Для полицейских не было выходных, когда работа кипела и все к этому привыкли.

Сюй Цзыюэ отвели в комнату для допросов в главном здании. После пережитого вечером потрясения она была сама не своя, и до смерти напуганной. Казалось, Сюй Цзыюэ наконец осознала, что смерть гораздо страшнее, чем она себе представляла.

Пока она сидела в полицейском участке, её эмоции, наконец, немного улеглись. Дежурный детектив принёс ей воды, и поесть, пока она ела, не переставала плакать. В допросную вошёл Гу Яньчэнь со своей командой.

Подтвердив свою личность, Сюй Цзыюэ вытерла глаза салфеткой.

- В прошлом году я случайно убила свою сестру. Тогда я просто не выдержала…

Гу Яньчэнь попросил рассказать в деталях, и Сюй Цзыюэ продолжила.

- С самого детства мы были не сёстрами, а скорее соперниками. Всякий раз, когда моя сестра делала что-то плохое, она притворялась, что это я, и заставляла меня брать вину на себя. Она щипала меня, дразнила, била. Мне всегда казалось, что она никогда не видела во мне сестру. Когда я заболела и попала в больницу, мама была слишком занята, чтобы приехать, поэтому она осталась, чтобы ухаживать за мной. Она сидела у кровати, ела фрукты, которые мне приносили, делала уроки и ругала меня за то, что я не умерла. Мама говорила, что нам нужно соревноваться друг с другом, быть агрессивными. Она говорила: «На семейные деньги я куплю новый телефон только одной, той у кого лучше оценки и кто послушнее. Я могу позволить себе отправить в престижную школу только одну, ты должна стремиться к этому». И я всегда проигрывал сестре. Я никогда не могла позволить себе вкусную еду или хорошие вещи. Хотя у нас были деньги, мама всё равно заставляла меня носить старую одежду и обувь сестры. Мама ругала меня и спрашивала, почему я не могу быть такой же хорошей, как моя сестра. «Ты, правда, мой родной ребёнок, почему ты такая глупая? Если ты даже не можешь занять первое место, тебя не стоит кормить».

Гу Яньчэнь слышал об этом от Гао Сюаня, но то, как Сюй Цзыюэ рассказывала об этом сейчас, было ещё более отвратительным. Здесь не было ни материнской любви, ни сыновней почтительности, ни родственных, ни дружеских отношений.

Гу Яньчэнь понимал, что Сюй Цзыюэ завидовала Сюй Япэй. Это были патологические отношения, в которых доминировала мать, и всё было под её контролем.

Кажется, что мать рациональная, сильная, высокообразованная и богатая, и она пытается мотивировать своих детей. Много работала, над их воспитанием, и развивала их таланты, что бы они обе были приняты в аспирантуру.

Но на самом деле мать всячески подавляла их, унижала и разжигала в них негатив. При этом обе девочки чувствовали себя ничтожествами.

Сюй Цзыюэ сказала, плача, немного бессвязно, –...Моя мама говорила  мне, какая хорошая моя сестра, и кормила ее вкусной едой. Мне казалось, что мать всю свою любовь отдает ей. А меня запирала в маленькой темной комнате без еды и питья, если я совершу ошибку. Я так ей завидовала...

Услышав это, Гу Яньчэнь обвёл «маленькую чёрную комнату» кружком. Похоже, на протяжении нескольких лет  Тан Лу использовала этот метод, чтобы пытать своих дочерей.

Он спросил:

- Твою сестру тоже запирали в «маленькой темной комнате»?

Сюй Цзыюэ на мгновение замолчала.

- Когда она совершала ошибки. Например, когда она отказалась выступать перед родственниками, её надолго заперли.

Гу Яньчэнь снова сделал пометку, является ли пустая комната, где Сюй Япэй была, наконец закрыта, той же темной комнатой из её детства?

- После того как моя сестра поступила в университет, она начала противоречить маме и часто с ней спорила. Я тогда была так счастлива, я чувствовала, что она больше не послушная девочка, и пока я веду себя хорошо, мама будет относиться ко мне лучше. Но мама всё равно часто упоминала её, ругала её, когда говорила о ней, приводила сестру как плохой пример, угрожала мне, чтобы я её слушалась. Позже у сестры появился парень, однажды она взяла меня с собой, используя как противовес. Её друзья хвалили сестру, говорили, что она красивее, добрее и талантливее меня... Я разозлилась и просто ушла. Тогда я возненавидела её ещё больше. Я даже желала ей смерти.

Гу Яньчэнь молча, сидел напротив девушки, глядя на искажённое лицо Сюй Цзыюэ, красивое, и все в слезах. Зарождающееся убийственное намерение было подобно шипам, пронзающим сердце Сюй Цзыюэ и терзающим её день и ночь. Демон в её сердце рос с каждым днём. Кровные родственники, испытывающие такую сильную ненависть, напомнили ему мальчика из дела о личи.

Если в том случае причиной ненависти стало пренебрежение родителей по отношению к своим детям, то в этом случае причиной стало вмешательство матери в жизнь своих детей.

В прошлом, когда ресурсы были ограничены, между братьями и сёстрами не было такой сильной конкуренции. Но с ослаблением политики «одна семья — один ребёнок» и с появлением возможности иметь второго ребёнка в обществе, где материальные ресурсы казались изобилием, но на самом деле их не хватало, родители много работали и не могли поровну делить свою любовь между детьми. Дети могли разорить семью, при постоянном росте стоимости обучения в университете и проживании.

В борьбе за любовь родителей и материальные ресурсы, отношения между братьями и сёстрами превратились в соперничество, а семейная любовь, превратилась в фейк.

Сюй Цзыюэ со слезами на глазах рассказывала свою историю. Она впервые говорила об этом посторонним людям, и это прошлое было похоже на огромные камни, тянувшие ее вниз.

Гу Яньчэнь спросил:

- Так что же именно произошло в тот день?

Мать

Глава 25. Мать

- В тот день…

Сюй Цзыюэ вытерла слёзы и глубоко вздохнула:

—  В ту ночь сестра пришла домой и поссорилась с мамой. Даже, несмотря на то, что я была в наушниках, звуки их ссоры, мешали мне сосредоточиться. Я тогда проходила стажировку и готовилась к вступительным экзаменам в магистратуру. Я не знала, из-за чего они ссорятся, но это было очень громко. Потом сестра начала собирать вещи, чтобы съехать. Я сказала:

— Если уедешь, можешь не возвращаться.

Эта фраза разозлила её, и она набросилась на меня с кулаками.

Она сказала, — Ты что, сплетничала обо мне за моей спиной, пока меня не было дома? Думаешь, я оставлю всё тебе, маленькая сучка?

—  Она схватила меня за волосы, ударила коленом, и я больше не могла это терпеть, поэтому толкнул её, и она ударилась головой о прикроватный столик. У неё потекла кровь, и она перестала двигаться…

Сюй Цзыюэ снова заплакала:

— Я позвала её, но она не ответила, поэтому я подошла и проверила её дыхание. Я не… не хотела этого.

Она схватила себя за волосы.

— Потом вошла мама, и я спросила, не нужно ли отвезти сестру в больницу. Мама сказала…

Внезапно её прервал шум за дверью. Снаружи донёсся слабый женский голос:

— Зачем вы её арестовали? Она ничего не знает…

Сюй Цзыюэ колебалась.

Это был голос Тан Лу.

Гу Яньчэнь проигнорировал её, сделал шаг вперёд и упёрся руками в подлокотники кресла, в котором сидела Сюй Цзыюэ. Его прищуренные глаза смотрели прямо на девушку. — Что она сказала?

Сюй Цзыюэ почувствовала, как нарастает напряжение, и инстинктивно ответила дрожащим голосом:

— Она сказала не вызывать скорую и полицию, что она сама со всем справится.

Согласно результатам вскрытия, Сюй Япэй, вероятно, была ранена и потеряла сознание во время борьбы с Сюй Цзыюэ, что привело к шоку. Когда человек находится без сознания, его дыхание становится слабым, поэтому Сюй Цзыюэ решила, что убила сестру.

После того как Сюй Цзыюэ закончила своё признание, Гу Яньчэнь открыл дверь комнаты для допросов.

Тан Лу стояла у двери и уже хотела возразить, но, увидев Гу Яньчэня, опустила голову и проглотила вои слова.

Внутри полицейского участка запрещено шуметь, и она это знала.

Сегодня Сюй Цзыюэ сказала, что придёт домой к ужину, Тан Лу накрыла на стол и не стала ждать дочь. Поняв, что что-то не так, она поспешила в городское бюро.

Сейчас Тан Лу молча стояла в стороне и молилась, чтобы Сюй Цзыюэ не сказала лишнего. Если она не проговорится, то можно нанять адвоката и переломить ситуацию…

Но Гу Яньчэнь сказал:

— Госпожа Тан, ваша дочь призналась в преступлении. Теперь вы подозреваетесь в убийстве Сюй Япэй.

Сказав это, он открыл дверь в соседнюю комнату для допросов и жестом пригласил её войти.

Тан Лу на мгновение опешила, ей показалось, что её тело внезапно погрузилось в ледяную воду.

Она опоздала.

Её дочь уже всё рассказала.

Тан Лу машинально вошла в комнату для допросов, села на стул, оглядывая стены и полицейских, сидевших напротив.

После не долгого молчания женщина взяла себя в руки, выпрямилась и сказала:

- Цзыюэ случайно убила Япэй. Я отвезла тело Япэй в заброшенный парк развлечений и оставила там…

Гу Яньчэнь посмотрел женщине в глаза. С того самого дня, как было опознано тело, он чувствовал, что с ней не все в порядке. Но тогда не было прямых доказательств её причастности к делу.

На данном этапе следствия возникает ряд  важных вопросов, знала ли Тан Лу, что Сюй Япэй была жива, когда её запирала? Если знала, то это было убийство. Если не знала, то смерть Сюй Япэй была несчастным случаем.

Лу Ин спросил:

- Ладно, вы выбросили тело, но зачем вы заперли ту комнату?

Тан Лу ответил:

- Я сделала это, потому что не хотела, чтобы её нашли.

Гу Яньчэнь не стал ходить вокруг да около. Он положил перед ней фотографию руки со сломанными ногтями. Это было жуткое зрелище.

- И судебные медики, и улики с места преступления доказывают, что Сюй Япэй была ещё жива, когда её запирали.

Тан Лу взглянула на неё, а затем подняла голову. Её взгляд был спокойным и безразличным.

- Я не знала об этом. Я только что услышала об этом.

Гу Яньчэнь нахмурился, глядя на неё. В её взгляде не было ни вины, ни удивления. Это определённо не была естественная реакция матери, обнаружившей, что она случайно убила своего ребёнка. Он ещё больше утвердился в мысли, что это было умышленное убийство. Но насколько сложно будет доказать это?

Если Тан Лу будет настаивать на своем, это может изменить исход судебного разбирательства.

Глядя на эту холодную как лёд женщину, Гу Яньчэнь размышлял, как пробить её психологическую защиту.

Шэнь Цзюньци переоделся в рабочую форму и прибыл в здание уголовного розыска с отчётом об экспертизе в руках.

Войдя в комнату для наблюдения, он увидел Бай Мэн, которая вела запись.

Шэнь Цзюньци отложил отчёт и сказал:

- Результаты сравнения ДНК готовы. Погибшая действительно Сюй Япэй. Кровь у двери принадлежит близкому родственнику погибшей и соответствует группе крови Тан Лу.

Он спросил Бай Мэн:

- Как продвигается дело?

Бай Мэн ответила:

- Сюй Цзыюэ призналась. Капитан Гу сейчас допрашивает Тан Лу. По её словам, Сюй Цзыюэ толкнула Сюй Япэй, и та получила травму головы. Тан Лу сказала, что помогла своей дочери избавиться от тела, но отрицает, что кого-то убила.

Услышав это, Шэнь Цзюньци посмотрел через смотровое окно в комнату для допросов.

Бай Мэн добавила:

- Не волнуйтесь, капитан Гу — настоящий детектор лжи. От него ничего не ускользнёт. Просто у этой женщины сильная психологическая устойчивость, неизвестно, как долго продлится допрос.

Глядя на документы в допросной, Гу Яньчэнь нахмурил брови.

Тан Лу отвечала на его вопросы:

- Я пробыла там недолго. Затащив её внутрь, я несколько минут посидела у двери, а потом ушла.

Во время допроса, Тан Лу инстинктивно дотронулась до шрама на левой руке.

Гу Яньчэнь тоже заметил эту деталь.

- Рана на твоей руке была получена на месте преступления?

Тан Лу опустила взгляд, не стала отрицать и ответила:

- Это случилось, когда я тащила Япэй.

Шэнь Цзюньци прищурился и внимательно присмотрелся к шраму. Это был шрам от гвоздя длиной около четырёх сантиметров на левом предплечье. Судя по длине железного гвоздя и степени загрязнения кровью, рана была примерно 1,5 сантиметра в глубину и находилась в том месте, где можно было задеть только вену.

Послушав ещё немного, Шэнь Цзюньци вдруг кое-что вспомнил, присел и сказал:

- У меня есть способ доказать, что она лжёт.

Бай Мэн с любопытством спросила:

- Что за способ?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Это может занять некоторое время.

- Не волнуйся, эта женщина уже задержана на сегодня, - Бай Мэн успокоила его.

Шэнь Цзюньци вернулся в здание судебно-медицинской экспертизы. Дежурных экспертов было немного, и в здании царила тишина.

Он нашёл несколько фотографий с места преступления, в том числе одно фото с пятном крови на земле и линейкой для измерения размера пятна. Хотя кровь засохла, площадь пятна можно было приблизительно рассчитать, как и количество капель крови, упавших на землю. Поскольку на месте происшествия не было камер наблюдения, они не могли знать, как долго Тан Лу там просидел. Об этом может свидетельствовать только пятно крови как вещественное доказательство.

Основываясь на своём опыте, Шэнь Цзюньци предположил, что пятно не могло появиться всего за несколько минут. Для более точного расчёта времени лучше всего было бы провести имитационный эксперимент. Шэнь Цзюньци достал лист бумаги и  обвёл край пятна, а затем поставил сверху стеклянный контейнер.

Приготовление искусственной крови требовало участия двух человек, и было сопряжено с большой погрешностью. Лучше всего было использовать человека с таким же процентным содержанием жира в организме, как у Тан Лу…

Подумав об этом, Шэнь Цзюньци спокойно закатал рукав и нашел то же место на своей руке. Он выбрал такой же гвоздь, продезинфицировал руку, и орудие.

Высота стула должна быть точной. Рука Шэнь Цзюньци, была твёрдой, когда он разрывал свою руку.

Было немного больно, и свежая красная кровь, начала капать, заполняя бумагу, капля за каплей. Он приближался к истине…

Гу Яньчэнь всё ещё находился в допросной с Тан Лу. Он не верил, что эта женщина была такой бесчувственной, какой казалась на первый взгляд. Тан Лу была умной женщиной. Она была врачом и работала в исследовательском институте, изучая современные химические материалы. После смерти мужа она не решилась больше выходить замуж и вырастила двух дочерей.

Говорят, что тигр не ест своих детёнышей, поэтому Гу Яньчэнь не мог понять, как Тан Лу могла так безразлично относиться к своим дочерям.

Допросу подверглись все причастные к делу лица, выяснялись подробности, события до и после инцидента, собрались показания и улики.

Постепенно выяснялись подробности. Время шло, Тан Лу находилась в допросной уже два часа. Она казалась очень разговорчивой, рассказывала всё в деталях, но держалась за свою версию о том, что её дочь была мертва, и она избавилась только от тела.

- Если бы вы позвонили в больницу, возможно, удалось бы спасти Сюй Япэй.

- Я тогда не знала.

- Почему вы не вызвали полицию?

- Я подумала, что если я это сделаю, то Сюй Цзыюэ обвинят в убийстве. Я хотела защитить свою вторую дочь, поэтому не стала вызывать полицию.

Тан Лу сохраняла самообладание, как будто обсуждала не смерть своей дочери, а химическую реакцию.

- Сюй Япэй была вашим первым ребёнком. Неужели вы совсем не переживаете из-за её смерти? — спросил Гу Яньчэнь.

Он больше не пытался выяснить, знала ли Тан Лу, что её дочь жива, когда она запирала её комнате, а начал давить на эмоции.

Он надеялся, что чувство вины Тан Лу за смерть дочери хоть немного, но проснётся в ней.

- Я всё ещё испытываю некоторые чувства, — Тан Лу поправила волосы и продолжила, — Рождение Япэй было случайностью, и она чуть не стоила мне работы. Только благодаря настойчивости моего мужа я не сделала аборт. Она родилась недоношенной и весила всего два килограмма и пятьдесят граммов. Она была маленькой, как котёнок. Муж сказал, что она может не выжить. Медсестра положила её в инкубатор, и она протянула свою маленькую ручку и коснулась меня...

В этот момент в глазах Тан Лу наконец-то мелькнуло что-то иное — теплота, которую может испытывать только мать.

- Но почему потом ваши отношения испортились?

Тан Лу заговорила тише:

- Почему всё изменилось? Я была занята на работе и часто пренебрегала заботой о ней. До двух лет, с ней сидели старики. Я не часто брала её на руки. Потом у меня появилась Цзыюэ. Япэй была отличницей с юных лет, но непослушной. Её характер был совсем не таким, как у меня.

Тан Лу сделала паузу и продолжила:

- У вас, наверное, нет детей. Когда у  вас появятся свои дети, вы поймёте. Отношения между родителями и детьми никогда не бывают ровными. Родители обязаны кормить, одевать и обеспечивать своих детей всем. Этот неравный обмен порождает ожидания.      Вложенные любовь, деньги и эмоции требуют отдачи. Мы хотим, чтобы наши дети были послушными, хорошо учились и хорошо к нам относились. Но дети не дают этого родителям. Точно так же, как у детей есть любимые куклы, игрушечные машинки, модели динозавров, у всех есть свои любимые игрушки. У взрослых тоже есть любимые способы общения с детьми. Полной и равноценной любви не существует. Если в семье два или более детей, их обязательно будут сравнивать.

Тан Лу говорила красноречиво, как будто обсуждала с подругой свой родительский опыт и делилась жизненными наблюдениями.

Гу Яньчэнь сменил тему и заговорил о маленькой тёмной комнате:

- Ваша дочь сказала, что, когда они были маленькими, вы запирали их в маленькой комнате без еды и воды.

У слабых духом девушек маленькая комната может вызвать чувство беспомощности и страха. Она также может породить огромные психологические проблемы.

- Это потому, что они были такими непослушными. Когда Япэй было пять лет, мой муж узнал, что она украла деньги из дома, и в наказание запер её в маленькой тёмной комнате. Тогда я думала, что это хорошее наказание.

Тан Лу сделала паузу и продолжила:

- Дети не такие, какими вы их себе представляете. Они независимые личности, которые могут внезапно сказать то, чему вы их никогда не учили, или даже солгать. Они будут лгать даже самым близким людям. Они создают проблемы и совершают ошибки, последствия которых не исправить.

- Так какая из ваших дочерей вам дороже, Япэй или Цзыюэ?

- Сначала я сосредоточилась на воспитании Япэй, но после того, как она отвергла мои просьбы, я переключилась на Цзыюэ. Вскоре я обнаружила, что моё благосклонное отношение к Япэй стимулирует амбиции Цзыюэ.

- То есть вы заставляли их соревноваться друг с другом, провоцируя их?

Тан Лу ответила:

- Разве это не то, с чем мы сталкиваемся в обществе? Ресурсы в этом обществе ограничены. Если ты не будешь лучшим, тебя растопчут. Я надеялась, что они это поймут.      Соперничество в школе, интриги на работе — разве вы не сталкивались с этим?

Тан Лу опустила голову.

- Думаю, я просвещённый родитель. Я не заставляла их вступать в брак и заводить детей. Я просто просила их не связываться с плохими людьми, ведь это для их же блага. Но Япэй намеренно бросила мне вызов…

- Почему вы выбрали этот молодёжный центр для того, чтобы избавиться от тела? — спросил Гу Яньчэнь.

- Это место, куда я водила детей на каникулах. Тот, кто хорошо учился и вёл себя хорошо, получал награду. Она могла играть там весь день, а непослушную оставляла в центре, где она весь день слушала лекции. Там часто проводили образовательные мероприятия, рассказывали о вреде наркотиков и героических поступках революционеров-мучеников. Я заставляла их заучивать эти лекции.

- Вы использовали это, чтобы заменить идеологическое воспитание своих детей? — снова спросил Гу Яньчэнь.

Тан Лу на мгновение задумалась и кивнула:

- Моя жизнь была полна трудностей. Из-за ненормированного рабочего дня я не переносила шума. Поэтому иногда становилась немного раздражительной, это могло навредить детям, потом я это поняла. Но я всегда давала своим детям самое лучшее. У них было всё, что у других. Даже если я была занята на работе, я всё равно готовила для них три блюда и суп, чтобы они росли здоровыми. Я жертвовала своим свободным временем, чтобы водить их на различные занятия...

Внезапное появление Шэнь Цзюньци в допросной комнате изменило атмосферу. Одетый в форму судмедэксперта, он подошёл к Гу Яньчэню и попросил разрешения задать несколько вопросов Тан Лу. Гу Яньчэнь жестом пригласил Шэнь Цзюньци так как по протоколу во время допроса должны присутствовать как минимум два полицейских, и судмедэксперт.

Шэнь Цзюньци положил на стол, перед Тан Лу отчёт с результатами испытания.

- Тан Лу, судя по следам крови, найденным на месте преступления, вы пробыли там как минимум полтора часа, а возможно, и больше двух, вы пытались остановить кровотечение. Можете ли вы рассказать нам, что вы делали всё это время?

Он подтвердил, что вена на её руке была повреждена, из-за чего замедлился кровоток, и рана плохо заживала. Чтобы оставить такое кровавое пятно, нужно было немало времени.

- Я…

Тан Лу на мгновение запнулась, просматривая результаты теста не в силах их опровергнуть, потому что это было правдой. Она действительно долго сидела на том стуле. Это были самые мучительные два часа в её жизни, за которые её сердце остыло. Тан Лу попыталась взять себя в руки и сделать вид, что всё в порядке.

- Возможно, я сидела там какое-то время. Я слишком устала тогда. Я не помню, сколько я там просидела.

Шэнь Цзюньци положил на стол отчёт о вскрытии.

- Травма на затылке Сюй Япэй могла привести лишь к кратковременной потере сознания. Затем вы с Сюй Цзыюэ положили её в машину, и вы в одиночку отвезли её к восточным воротам парка развлечений. Вы тащили её в развлекательный центр и так долго держали её на своих руках, как вы могли не понять, что она ещё жива?

Ощущения от прикосновения к живому человеку и к мёртвому сильно отличаются. Тело живого человека тёплое и мягкое. Даже если человек без сознания, у него все равно будет слабое дыхание.

- Я, правда, ничего не заметила тогда, — голос Тан Лу задрожал.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Если вы не хотите говорить, я предположу. В течение этих двух часов вы сидели у входа в комнату и размышляли, стоит ли оставить её там?

Тан Лу отвернулась, избегая его взгляда, и отказалась отвечать.

- И в этот момент Сюй Япэй могла очнуться. Она могла заплакать, начала барабанить в дверь и даже назвала тебя «мамой»…

Голос Шэнь Цзюньци был мягким.

Но эта фраза была подобна острому копью, пронзившему защиту Тан Лу. Её тело задрожало:

-Пожалуйста, остановитесь…

Шэнь Цзюньци не дал ей опомниться. Он достал фотографию тела Сюй Япэй и положил её на стол.

- Вот то, что ты не захотела видеть сегодня в морге, — нынешнее состояние твоей дочери.

На фотографии был высохший труп с почти неузнаваемыми чертами лица. Тан Лу не хотела смотреть, но краем глаза всё же зацепилась за него. Из-за того насколько тело высохло ей было трудно узнать в нем свою дочь. У Тан Лу разболелась голова, и ей показалось, что она снова слышит крики Сюй Япэй. Голос становился всё громче.

- Мама… Мама…

Это слово, проникло в самое сердце Тан Лу, как проклятие. Когда она была ребёнком, если её запирали в комнате, она громко кричала. И в тот день, когда Сюй Япэй очнулась, она тоже кричала. Тан Лу до сих пор отчётливо помнила:

- Мама, я была неправа, пожалуйста, выпусти меня…Мама, я обещаю, что больше не буду так поступать. Пожалуйста, прости меня. Я больше не буду тебя обманывать! Мама, пожалуйста, я умру здесь!

Она рассказала о своих детских проблемах и обо всём, что пережила с тех пор. Она кричала в отчаянии и горько плакала. Звук эхом разносился по пустому парку. Как бы Тан Лу ни старалась притворяться, этот отчаянный крик навсегда остался в её сердце. Тогда она сидела на стуле у двери, чувствуя себя потерянной и беспомощной.

Тан Лу больше не могла держать спину прямо и оа склонилась.

Это стало последним ударом, который сокрушил Тан Лу. Её некогда непробиваемая броня разлетелась вдребезги.

- Я всегда хотела дать им самое лучшее, но я никогда не думала… Я никогда не думала…

Она заплакала, задохнувшись, а затем продолжила:

- Я никогда не думала, что это приведёт к её смерти.

Шэнь Цзюньци спросил её:

- Значит, когда ты заперла её, ты знала, что она жива?

- Она была слишком непослушной. Я думала о том, чтобы запереть её на какое-то время и заставить помучиться. Я даже думала о том, чтобы выпустить её… но потом она начала ругаться на меня как сумасшедшая, и я ушла. На следующий день, когда я вернулась, внутри было уже тихо.

Тан Лу наконец призналась, что это она собственными руками убила свою дочь. Её плечи задрожали, она впервые потеряла самообладание. Наконец-то были получены самые важные показания. Даже если Тан Лу позже откажется от своих слов, эта запись послужит доказательством, которое позволит судье вынести справедливый приговор.

Гу Яньчэнь посмотрел на Тан Лу, а затем перевёл взгляд на Шэнь Цзюньци. Шэнь Цзюньци сидел, опустив голову, и собирал  бумаги. В свете лампы он показался еще бледнее. Ночной допрос, наконец, закончился. Тан Лу и Сюй Цзыюэ были задержаны и ожидали перевода в следственный изолятор рано утром.

Гу Яньчэнь, как обычно, ждал, пока Шэнь Цзюньци закончит работу.

В машине Шэнь Цзюньци держал в руках игрушечный поезд, они молчали, словно всё ещё размышляли о деле. Счастье и несчастье в одной семье могут настолько сильно отличаться, что это может изменить всю жизнь человека. Эти несчастные дети, за всю свою жизнь так и не смогли залечить свои детские раны. Они думали, что смогут сбежать, когда вырастут, но последствия, словно запертая темная комната, дали о себе знать спустя годы и не выпустили их наружу. Примирение — это всего лишь несбыточная мечта. Но те, кто пережил такое, знают,  примирение невозможно.

Правда

Глава 26. Правда

Вечером после работы Гу Яньчэнь заехал за Шэнь Цзюньци, и они вместе отправились домой. Они быстро добрались, вышли из машины, и поднялись на лифте. Когда они вошли в коридор, зажглись датчики движения.

Гу Яньчэнь молчал, погрузившись в свои мысли склонив голову.

Почувствовав странную атмосферу, Шэнь Цзюньци заговорил:

-Я всё ещё не совсем понимаю, почему Тан Лу убила Сюй Япэй…

В ту ночь у неё было много возможностей предотвратить трагедию. Было ли это просто из-за бунтарства её дочери? Или она чувствовала, что дочь выходит из-под её контроля? Поэтому она жестоко убила собственную плоть и кровь? Такое поведение трудно объяснить.

Гу Яньчэнь не ответил, но вместо этого потянулся к руке Шэнь Цзюньци. Шэнь Цзюньци понял, что его поступок не остался незамеченным. Он попытался увернуться, но обо что-то ударился, и ему стало больно. Он поморщился.

Гу Яньчэнь взял его за руку и закатал рукав, обнажив бинты. На бинтах было пятно крови. Увидев эту новую рану, Гу Яньчэнь нахмурился, почувствовав необъяснимую тяжесть в груди.

Поддерживая Шэнь Цзюньци за запястье, он спросил:

- Доктор Шэнь, о чём ты только думал…

Гу Яньчэнь думал над этим всю дорогу до дома. Была поздняя ночь, и даже помощника судмедэксперта не было на месте. Откуда Шэнь Цзюньци взял результаты эксперимента? У него были смутные догадки, и теперь, увидев это, он, наконец, всё понял. Расположение раны было точно таким же, как у Тан Лу.

Шэнь Цзюньци нахмурил брови, его губы побледнели от потери крови, но голос оставался спокойным:

- Я промыл, обработал и зашил рану. Она скоро заживёт.

Гу Яньчэнь поджал губы, думая, что сказать. Хотя ситуация, разрешилась, он не знал, как вести себя. Должен ли он спросить, не больно ли Шэнь Цзюньци, или упрекнуть его за безрассудство? Он боялся, что Шэнь Цзюньци воспримет его утешение как поощрение. Если оставить всё как есть, что будет в следующий раз? Какие неожиданные действия он может предпринять? Гу Яньчэнь привык всё контролировать, но Шэнь Цзюньци был аномалией, и его мысли были непредсказуемы. Он уже давно не чувствовал ничего подобного. В последний раз он был в такой ситуации с Линь Ло.

Почувствовав нерешительность Гу Яньчэня, Шэнь Цзюньци смягчил свой обычно холодный тон:

- Капитан Гу, мне искренне жаль, что я не сообщил вам об этом заранее.

Он сам признал свою ошибку.

Как будто, сообщив об этом, он заслужил бы одобрение Гу Яньчэня.

- Я не хочу, чтобы такое повторилось, — сказал Гу Яньчэнь, отпуская запястье Шэнь Цзюньци, он повернулся, открыл дверь и вошёл в квартиру. Дверь захлопнулась.

Шэнь Цзюньци смотрел на закрытую дверь, а затем вошёл в свою квартиру, сжимая в руках игрушечный поезд. Он включил свет, собрал игрушечный поезд и поставил его на стол. После того как он вставил батарейки и включил поезд, тот начал двигаться. Он быстро ехал, жужжа, вверх и вниз, по туннелям, через мосты, бесконечно повторяя этот цикл.

Шэнь Цзюньци несколько раз внимательно посмотрел на круг, обозначающий место, где остановился поезд. Затем он подошёл к столу и открыл ноутбук. Свет экрана осветил его лицо, на котором читались одиночество и усталость. В кабинете судмедэксперта не было обезболивающих препаратов. Рана на его руке всё ещё пульсировала.

Шэнь Цзюньци подумал, что его сегодняшние действия разозлили Гу Яньчэня, поэтому он так быстро ушел. Ни один руководитель не одобрит подобное со стороны подчинённых. Более того, большинству людей сложно понять такое поведение, направленное на причинение вреда себе. Он слишком торопился, и его действия действительно были импульсивными.

Через некоторое время в дверь постучали.

Шэнь Цзюньци пошёл открывать. Он увидел Гу Яньчэня, который стоял снаружи с чем-то в руке. Войдя в дом, Гу Яньчэнь поставил термос на стол и открыл его. Внутри была красная жидкость.

Гу Яньчэнь объяснил:

- Дома ещё остались лонган, дереза и красные финики, поэтому я приготовил для тебя чай из лонгана и красных фиников.

Он долго пробыл дома, но всё равно не мог успокоиться, поэтому приготовил это и пришёл навестить Шэнь Цзюньци. Он последовал своему внутреннему порыву, желая утешить его.

Шэнь Цзюньци посмотрел на красный чай с финиками на столе и растерялся.

— И ещё, — продолжил Гу Яньчэнь, доставая что-то из кармана и откладывая в сторону, — я заметил, что твоя рана плохо перевязана, поэтому раздобыл  бинты и купил антибиотики.

Шэнь Цзюньци перевязывал себя сам, и из-за неудобства, повязка была наложена неаккуратно. Он вдруг понял, почему Гу Яньчэнь так поспешно ушёл. Шэнь Цзюньци впервые столкнулся с такой ситуацией. Немного поколебавшись, он сказал:

- Спасибо.

Они сели на диван, и Гу Яньчэнь заметил игрушечный поезд на столе.

- Ты так быстро его собрал?

- Его довольно легко собирать, — Шэнь Цзюньци сделал паузу, а затем добавил: — Это лучший подарок, который я когда-либо получал.

Гу Яньчэнь потянулся к нему. Шэнь Цзюньци протянул ему поврежденную руку. Гу Яньчэнь опустил голову и взял его за руку. Его пальцы были тонкими, и прохладными. Он осторожно размотал повязку.

Рана была длиной в несколько сантиметров, она проходила через кожу и плоть и выглядела болезненно. В отделении судебно-медицинской экспертизы не было недостатка в иглах и нитках, поэтому Шэнь Цзюньци сам зашил рану. Но когда Гу Яньчэнь подумал о том, что он делал это в одиночку, у него невольно защемило сердце.

Пока он промывал рану, Шэнь Цзюньци не издавал ни звука, но его брови были слегка нахмурены, он явно терпел боль. Гу Яньчэнь старался действовать аккуратно. Он тщательно промыл рану и спросил:

- Всё ещё больно?

Почувствовав его ладонь, Шэнь Цзюньци слегка покачал головой, поджав губы.

- Ты потерял много крови? — спросил Гу Яньчэнь

Шэнь Цзюньци ответил:

- Около 190 мл, это не так много, как при сдаче донорской крови.

- Твои губы выглядят совсем бледными. Тебе нужно больше есть, чтобы восстановить силы, — сказал Гу Яньчэнь, перевязывая рану. — Будь осторожен, не намочи повязку. Если она опухнет, тебе придётся обратиться в больницу.

Шэнь Цзюньци тихо кивнул. Наконец то, он кому-то всё-таки небезразличен.

Гу Яньчэнь очень аккуратно наложил повязку.

Когда всё было готово, капитан Гу прибрался и сказал:

- Я пойду. Пейте чай, пока он тёплый. Когда придёт время менять повязку, приходи ко мне, не стесняйтесь просить о помощи. Если завтра ты будешь плохо себя чувствовать, возьми выходной. Это дело почти раскрыто, можешь отдохнуть.

Гу Яньчэнь не задержался надолго и поспешно ушёл. После его ухода Шэнь Цзюньци посмотрел на свежую белую повязку на своей руке. Он сел за стол и сделал глоток чая с финиками. Чай был подслащён коричневым сахаром.

Шэнь Цзюньци вспомнил о произошедшем в кабинете судмедэксперта, и болезненные воспоминания, наполнились теплом, прогоняющим ночной холод.

В последующие дни все силы были брошены на обработку материалов по этому делу. Подозреваемых перевели в другое место. Когда дело было, наконец раскрыто, отдел по расследованию особо тяжких преступлений вздохнул с облегчением. Затем следовали различные отчёты и сбор документов.

Пару дней спустя, в пятницу, когда они пришли на работу, Гу Яньчэнь сообщил рабочей группе:

- Завершите еженедельный отчёт пораньше. Недавно в полицейском департаменте прошла просветительская акция. Мы собираемся прочитать лекцию по технике безопасности в детском саду.

Ци Иань был особенно удивлен:

- В какой детский сад мы идём? И судмедэкспертиза тоже?

Гу Яньчэнь ответил:

- Мы идём в детский сад Бене. Ты и доктор Шэнь пойдёте со мной, так как у вас ротация дежурства с другими отделениями.

Бене, был частным учреждением, известным во всём Биньчэне. Из-за этой аббревиатуры родители верили, что, отдав своих детей в этот детский сад, они обеспечат им успех, поэтому в детском саду никогда не было недостатка в воспитанниках.

На этот раз директор Дин лично возглавил команду, в которую вошли более десяти элитных детективов из городского бюро, а также несколько человек из отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Они отправились в путь во второй половине дня. Было очевидно, что директор Дин придавал большое значение этой совместной операции. Он раздал брошюры, купил иллюстрированные книги по технике безопасности и даже специально приобрёл несколько воздушных шаров и плюшевых игрушек, которыми до отказа заполнил багажники нескольких машин.

Перед лекцией по технике безопасности, которая должна была состояться во второй половине дня, они провели опрос по технике безопасности. Директор Дин и воспитательница детского сада встретились и выбрали несколько сотрудников для выполнения этой задачи.

Директор Дин сначала выбрал Бай Мэн и Лу Ина, а затем подозвал Шэнь Цзюньци:

- Малыш Шэнь, у тебя дружелюбное лицо, так что попробуй и ты.

Шэнь Цзюньци думал, что будет просто наблюдать, но неожиданно его тоже втянули в игру.

Директор Дин дал каждому из них по коробке конфет. Задача была простой: «похитить» ребенка и проверить их осведомлённость о безопасности. Через полчаса они должны были выяснить, кто «похитит» больше детей.

Прежде чем отправиться в путь, офицеры поговорили с родителями.

Каждый родитель клялся:

- Мой ребёнок хорошо осведомлён о правилах безопасности и точно не пойдёт с чужим.

- Мой ребёнок никогда не ест эти конфеты.

- Не разговаривать с незнакомцами — это самое главное. Я неоднократно напоминал своему ребёнку:

- Мой ребёнок не глупый.

Все трое вошли в класс и стали присматриваться к детям во время свободной игры. Бай Мэн быстро нашла повод, чтобы отвести четверых детей к котятам. Лу Ин, будучи высоким мужчиной, столкнулся с более настороженными детьми и смог увести только одного. Когда пришло время, Шэнь Цзюньци увёл всех остальных детей.

Родители, которые хвастались тем, что их дети знают правила безопасности, теперь чувствовали себя неловко. Один из родителей, который только что сказал, что его ребёнок очень осторожный, подошёл к малышу и спросил:

- Разве я не говорил тебе не разговаривать с незнакомцами? Почему ты всё равно пошел?

Ребёнок выглядел обиженным. Маленькая девочка оправдывалась:

- Но брат сказал, что он полицейский, а такие старшие братья, как он, не могут быть плохими.

Другая девочка добавила:

- Брат такой красивый, он точно не будет нас обижать.

Родители закатили глаза. Чёртова эстетика!

От таких результатов даже директор Дин опешил.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Я не скрывал, кто я такой. Я сказал, что я судмедэксперт из городского бюро, попросил их помочь мне поймать плохих парней и даже сказал, что могу отвести их в офис судмедэксперта…

Ци Иань воскликнул:

- Учитель, к счастью, вы не похититель.

Директор детского сада покрылся испариной:

- Я никогда не задумывался об этой проблеме. Плохие парни могут выдавать себя за полицейских и похищать детей.

Директор Дин сказал:

- Нам нужно срочно устранить эту брешь в системе безопасности!

После этого была проведена лекция по технике безопасности, на которой обсуждались такие темы, как «Что делать, если ребёнок потерялся» и «Как вести себя с незнакомцами на территории сада». Наконец, они провели практическое занятие по боевым действиям, в котором приняли участие несколько офицеров, в том числе Гу Яньчэнь. Он был одет в тактическую полицейскую форму с короткими рукавами, которая плотно облегала его талию, подчёркивая стройную фигуру и особенно длинные ноги.

Офицеры продемонстрировали, как выхватывать нож без оружия, как применять боевые искусства и как разбирать огнестрельное оружие. Их движения были быстрыми и отточенными, что привело в восторг детей, которые один за другим подбадривали симпатичных полицейских. После демонстрации детям разрешили поиграть, и офицеры раздали им книги и игрушки. Эти детективы привыкли к самым ужасным сценам и никогда не дрожали перед лицом преступников. Но теперь, глядя на каждого невинного и жизнерадостного ребёнка, они чувствовали себя немного растерянными.

Крики были почти оглушительными, а слёзы — самым действенным оружием. Всякий раз, когда ребёнок начинал плакать, полицейские тут же отступали. Некоторые дети просили полицейских поиграть с ними в салки, а другие надевали на полицейских кроличьи уши и рисовали им глаза панды. Были даже дети, которые обращались с полицейскими так, будто те были лошадками.

Директор Дин усмехнулся, наблюдая за происходящим:

- Неплохо, неплохо. Когда полиция и народ объединяются, эти дети должны познавать радость заботы о других.

Ци Иань махнул рукой:

- Директор Дин, у меня спина вот-вот переломится. Я решил оставить эту радость кому-нибудь другому.

- Я не хочу детей, — сказала Бай Мэн, —  Меня немного пугает сама мысль о том, чтобы взять на себя ответственность за чью-то жизнь.

Тише, — поспешно добавил директор Дин, — не дай бог отцу такое услышать. Он с нетерпением ждёт внуков.

В детском саду царила суматоха. Гу Яньчэнь всё ещё был в тактическом костюме и не снял защитные очки. Он подошёл к Шэнь Цзюньци, который раздавал книги, и отвёл его в сторону:

—  В этом детском саду раньше работала Сюй Япэй.

Шэнь Цзюньци не понимал, почему Гу Яньчэнь подозвал его и снова заговорил о предыдущем деле.

— Знают ли дети об убийстве Сюй Япэй? — спросил он, — В каком они классе?

Гу Яньчэнь указал на табличку:

— Пятый класс, выпускной класс детского сада. Я был здесь до того, как дело закрыли.

С этими словами он жестом пригласил Шэнь Цзюньци следовать за ним. Разумеется, дети в этом классе уже знали Гу Яньчэня. Увидев его, они подняли головы и поздоровались:

— Здравствуйте, дядя полицейский!

Гу Яньчэнь протянул им несколько воздушных шаров, а Шэнь Цзюньци достал из кармана оставшиеся конфеты и отдал их детям.

Гу Яньчэнь встал рядом с ними и спросил:

— Вам нравится учитель Сюй?

Радостная атмосфера внезапно изменилась, и воздух словно застыл. Через некоторое время маленькая девочка с плюшевым мишкой в руках прошептала:

— Мне не нравится учитель Сюй.

Следуя её примеру, другие дети тоже набрались смелости и заговорили.

— Мне тоже не нравится учительница Сюй.

— А учительница Сюй вернётся?

— Лучше бы она не возвращалась…

Шэнь Цзюньци был ошеломлён; он не ожидал такого ответа. Он присел на корточки и спросил детей:

— Почему? — Затем он добавил, — Учитель Сюй плохо с вами обращалась?

Первая девочка, которая заговорила, покачала головой и тихо сказала:

— Да, так и было. Учитель Сюй запирала нас в машине.

Шэнь Цзюньци нахмурился:

—Что значит, запирала вас в машине?

Девочка объяснила:

— Во время дневного сна некоторых детей забирала учитель Сюй и запирала в машине.

Сердце Шэнь Цзюньци ёкнуло. Он огляделся по сторонам: территория детского сада была небольшой, а игровая зона для детей находилась рядом с парковкой для воспитателей, и их разделял лишь хлипкий забор. Перелезть через него было очень легко.

Другой маленький мальчик поблизости добавил:

— Некоторых детей она запирала в ванной.

Шэнь Цзюньци спросил:

— За что вас наказывала учительница?

Дети заговорили все разом:

— Потому что мы неправильно ели, и оставалась еда.

— Однажды учительница заставила нас выстроиться в шеренгу, и когда я ее не услышал, она толкнула меня, и я упал.

— Когда я заговорил во время дневного сна, она вытащила меня.

— Я случайно довел Юньюн до слез, и она хотела наказать меня. Она заставила меня есть зубную пасту и горчицу.

— Я забыл надеть белые туфли на церемонию поднятия флага, и она уколола меня иголкой.

— Я сказала своей однокласснице, что мне не нравится учительница Сюй, и она заперла меня в машине. В машине было так жарко и душно, моя одежда и волосы промокли насквозь, и я плакала до тех пор, пока не охрипла...

Всё это было пустяком, но наказания были суровыми. Запирать маленьких детей в машине, особенно летом, было опасно для жизни, о чём Сюй Япэй не могла не знать. Весь класс, от детского сада до подготовительной группы, вспомнили то, что не хотели вспоминать.

Шэнь Цзюньци нахмурился и спросил:

—  Разве вы не рассказывали родителям?

Девочка ответила:

— Учитель Сюй не разрешила нам говорить. Она сказала, что может определить, лжём мы или нет.

В детском саду у родителей часто бытовало ошибочное представление о том, что дети им всё расскажут. Точно так же они были уверены, что дети не уйдут с незнакомцами. Но на самом деле из-за авторитета воспитателей дети боялись высказываться, а воспитатели были для них абсолютными правителями.

Дети закончили осуждать Сюй Япэй, и один мальчик сказал:

— Мисс Хуан, наша новая учительница, очень милая.

— Да, мисс Хуан очень добра к нам. Я надеюсь, что учитель Сюй никогда не вернётся.

Получив свои книги и игрушки, дети быстро убежали играть.

Шэнь Цзюньци долго стоял во дворе, ошарашенный.

Гу Яньчэнь всё это время молчал, скрестив руки на груди, и слушал его разговор с детьми. Затем он подошёл.

— В конце расследования у меня остались некоторые сомнения. Поэтому я посетил детский сад, где раньше работала Сюй Япэй. Там я и узнал правду. На первый взгляд Сюй Япэй казалась доброй и знающей своё дело, но когда она оставалась с детьми наедине, она менялась. Когда она начала преподавать в этом классе, дети были ещё маленькими, и общение между ними и учителем было не таким гладким. Учительница постоянно наказывала детей и угрожала им, чтобы они молчали, поэтому никто ничего не замечал до самого конца.

В этом деле, Гу Яньчэнь постоянно чувствовал, что что-то не так. Сюй Япэй жила в такой семье и получила хорошее образование, почему же она решила стать воспитательницей в детском саду? Кроме того, он не мог забыть слова Гао Сюаня: «У всей этой семьи проблемы».

У Тан Лу и Сюй Цзыюэ были свои проблемы, так в чём же заключалась проблема Сюй Япэй? Только когда он вошёл в детский сад, невинные дети, наконец, дали ему ответ.

Шэнь Цзюньци спросил:

— И что произошло?

— Это случилось во время дневного сна. Сюй Япэй заперла маленького мальчика, который не хотел спать, в машине. Только когда другой воспитатель заметил, что что-то не так, они нашли ребёнка. К тому времени мальчик был обезвожен и находился в шоковом состоянии.

— Почему этот инцидент не был расследован сразу?

— Этот скандал мог повлиять на набор в детский сад, поэтому руководство и учителя, которые знали об этом, скрыли правду. Детский сад выплатил компенсацию в размере ста тысяч юаней, а родители предпочли урегулировать вопрос в частном порядке. Сюй Япэй не наказали, а просто позволили ей уволиться. Но Сюй Япэй быстро нашла работу в качестве учителя в другом месте…

Шэнь Цзюньци сопоставил информацию:

— Но Тан Лу знала об этом, так вот почему они с Сюй Япэй поссорились той ночью?

Гу Яньчэнь кивнул:

— Тан Лу знала, что дочери не нравится эта профессия. Она срывалась на детях, чтобы выплеснуть свои эмоции, переложить на них свои детские травмы и удовлетворить свои желания.

— Но Сюй Япэй не послушала Тан Лу…— Шэнь Цзюньци сказал, — Я помню статистику, согласно которой дети, подвергавшиеся насилию в семье, с большей вероятностью сами станут насильниками, когда вырастут.

— Я в какой-то степени понимаю этот феномен. Когда дети, подвергшиеся домашнему насилию, вырастут и столкнутся с вещами, с которыми ничего не могут поделать, они вспомнят свое детство и пойдут по тому же пути, что и их родители. Они будут отвергать себя, совершая преступления, и даже почувствуют желание отомстить.

Шэнь Цзюньци понял, почему Тан Лу так долго колебалась, но, в конце концов, решила убить Сюй Япэй... Почему она сказала:

- Иногда дети совершают невообразимые ошибки.

Её дочь выросла и стала ужасным человеком. Они часто ссорились, и Сюй Япэй постоянно защищалась. Она поняла, что не может контролировать свою дочь.

Тан Лу знала, что, если её дочь выживет, это может привести к ещё более серьёзным последствиям. Ещё более беспомощной она чувствовала себя из-за того, что сама взрастила этого дьявола. Это было похоже на замкнутый круг, когда дети вырастали, они использовали те же методы, которым их учили родители, чтобы издеваться над другими невинными детьми. И это был истинный мотив Тан Лу.

Она действительно колебалась, стоя у двери. Она могла бы выпустить Сюй Япэй, но что было бы дальше? Начался бы новый семестр, и она пошла бы в новый детский сад, где столкнулась бы с новыми детьми. Всё это было похоже на нескончаемый кошмар. Просидев у двери два часа, Тан Лу наконец встала и ушла…

Понимание этого поступка не изменил бы ни исход дела, ни тот факт, что Тан Лу убила свою дочь. Но он позволил Шэнь Цзюньци узнать всю правду. Он тихо спросил:

- Но у меня всё ещё есть вопрос, почему Тан Лу не призналась в этом?

Если бы она это сделала, то, возможно, получила бы более мягкий приговор.

- Это означало бы, что Тан Лу была не только плохой матерью, но и тем, кто своими руками создал монстра. Поэтому она скорее предпочла бы, чтобы её считали убийцей, лишившей жизни свою дочь, чем раскрыла бы этот факт.

Гу Яньчэнь сделал паузу, прежде чем добавить:

- Кроме того, именно она всё это начала. Если бы она не сделала того, что сделала, она бы не разрушила жизни двух своих дочерей. Она предпочла признать вину, чувствуя, что действительно виновата.

Увидев, что Шэнь Цзюньци замолчал, Гу Яньчэнь спросил его:

- Тебя устраивает такая правда?

Доктор Шень с нежной улыбкой на губах смотрел на играющих вдалеке детей.

- Я доволен. Я всегда считал, что истина особенно притягательна. Многие люди всю жизнь гоняются за ней.

Гу Яньчэнь добавил:

- Звучит знакомо.

Похоже, Линь Сянлань уже высказывал ему подобные мысли.

Шэнь Цзюньци опустил взгляд.

- Должно быть, многие говорили что-то подобное.

Затем он продолжил:

- В прошлом у меня были дела в Линьчэне. Были матери, которые жертвовали собой, чтобы защитить своих детей в автомобильных авариях. Были дети, которые имели шанс спастись при столкновении с грабителями, но стояли за своих родителей. Была сестра, которая десять лет упорно искала убийцу своей сестры. Позже я почувствовал облегчение. В этом мире есть зло, но есть и красота.

- Конечно, в отношениях между матерью и ребёнком, между братьями и сёстрами есть много хорошего, но мы вспоминаем об этом только тогда, когда кого-то убивают.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Несмотря ни на что, я считаю, что, правда важнее, чем правильное или неправильное поведение.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Это подобно иллюзии, но зато совесть чиста.

Маленький принц

Глава 27. Маленький принц

Наступили очередные выходные, и вечером у Гу Яньчэня была назначена встреча. На этот раз он не ужинал с Шэнь Цзюньци. Вместо этого он поехал в ресторан. Это был новый ресторан в китайском стиле с интересным оформлением и вкусной едой. Это было редкое собрание друзей. За одним столом с Гу Яньчэнем сидели несколько его друзей, с которыми он познакомился во время специальной подготовки. Все они были элитными сотрудниками полиции из городского управления из близлежащих городов.

Они давно не виделись и теперь обменивались новостями. Многие из них занимались расследованием, поэтому разговор естественно зашёл о недавних делах.

Кто-то похвалил Гу Яньчэня:

- Капитан Гу, ваш спецотдел за последнее время раскрыл множество дел, приковав к себе всеобщее внимание.

Тут же кто-то другой вмешался в разговор:

- Всё верно. Я видел объявления полиции. Дела раскрываются быстро. Готов поспорить, что премии вашей команды в конце года будут немаленькими.

Гу Яньчэнь скромно ответил парой слов. После нескольких порций выпивки капитан Гу отвёл одного из них в сторону. Этого человека звали Инь Минцин. Он был соседом Гу Яньчэня по комнате во время специальной подготовки и работал в соседнем бюро Линчэн. Недавно он приехал сюда в командировку.

Небо за окном уже потемнело, и они стояли под деревьями и болтали.

Инь Минцин предложил ему сигарету, Гу Яньчэнь принял её и закурил. Пока они курили, Гу Яньчэнь как бы невзначай спросил:

- Кстати, ты ведь из Линьчэна, верно?

Инь Минцин кивнул:

- Да.

- Ты знаешь третий детский сад Линчэна?

- Я там был.

Инь Минцин усмехнулся.

- Брат Гу, как тебе удалось раздобыть информацию о детском саде, не выходя из дома?

Гу Яньчэнь сказал:

- Недавно мы проводили инструктаж по технике безопасности в детском саду. У меня есть коллега, который вырос в Линьчэне, и, похоже, вы ходили в один детский сад.

Он изучил личное дело Шэнь Цзюньци и запомнил информацию о детском садике.

Инь Минцин спросил:

- Кто? Парень или девушка? Линьчэн не такой уж большой. Там всего несколько школ. У меня всегда была хорошая память. Возможно, я его вспомню.

— Шэнь Цзюньци, — сказал Гу Яньчэнь, — наш судмедэксперт.

— Шэнь Цзюньци? Инь Минцин выпустил колечко дыма. — Я его помню. Мы были в одном классе в детском саду. Он всегда был очень красивым, вежливым и спокойным. Девочки в детском саду любили с ним играть, и учителям он тоже нравился.

- Когда вы были в детском саду, вы когда-нибудь ходили в парк развлечений, покататься на маленьком поезде? — Гу Яньчэнь выбросил окурок и спросил.

Инь Минцин покачал головой.

— В те годы мы не ходили в парк развлечений. Ну, не только в парк развлечений, мы даже из сада не выходили.

Это противоречило тому, что Шэнь Цзюньци рассказывал ему.

Голос Гу Яньчэня оставался спокойным:

— Звучит не очень правдоподобно, не так ли? В детских садах обычно проводят такие мероприятия.

Инь Минцин сказал:

— Ну, это из-за того, что до этого во время похода в зоопарк произошёл несчастный случай. У ребёнка был перелом кости. Родители подняли шум в детском саду. Из соображений безопасности все последующие весенние и осенние прогулки были отменены. Три года мы сидели в саду и никуда не ходили.

Гу Яньчэнь спросил:

— Ты уверен?

— Не уверен! — Инь Минцин усмехнулся, — Старший брат, ты спрашиваешь о детском саде. Прошло столько лет. Даже если у меня хорошая память, я могу ошибаться.

Гу Яньчэнь спросил:

— Ты слышал об этом человеке в начальной или средней школе?

Инь Минцин вспоминал:

— В начальной и средней школе мы учились в разных классах. Мы учились в одной старшей школе. Он был известен всей школе. Он был очень симпатичным, и многим девочкам он нравился. Его считали школьным красавчиком. Я помню, как девочки из нашего класса собирались группами, чтобы посмотреть на него во время урока физкультуры или чего-то в этом роде. Но, кажется, учился он средне и не очень любил спорт. Он был таким же, как в детстве: тихим и сдержанным, никогда не конфликтовал.

— Что еще ты помнишь?

— Когда стали известны результаты вступительных экзаменов в колледж, я узнал, что он выбрал судебную медицину в качестве своей специализации. Его отец помог ему с выбором. Мы все были удивлены, когда узнали, что он выбрал эту специализацию. Позже его семья попала в автомобильную аварию. Оба его родителя погибли, и он тоже пострадал. После окончания колледжа я остался в Линчэне, а он некоторое время работал, прежде чем поступить на службу в провинциальное управление. Я не помню, что произошло потом. Похоже, директор Хэ очень ценил его, но я не ожидал, что его отправят сюда, в Биньчэн.

В конце своей речи Инь Минцин как-то странно спросил:

— Капитан Гу, почему вы так интересуетесь им? Он ведь не совершил никаких ошибок в качестве судмедэксперта, не так ли?

Гу Яньчэнь сказал:

—Не думай слишком много. Я просто сплетничаю с коллегой.

— Не думаю, что ты из тех, кто сплетничает, — ответил Инь Минцин.

— Я помогаю кое-кому наводить справки.

Когда разговор зашёл об этом, Инь Минцин ухмыльнулся и намеренно понизил голос:

— Он довольно популярен среди девушек, но за все эти годы у него не было ни одной девушки. Кажется, он многим отказал. Я слышал, что некоторые говорили, будто у него другие предпочтения, но это всего лишь слухи.

Поболтав ещё немного, они вернулись в ресторан, чтобы продолжить трапезу. Ближе к концу ужина Гу Яньчэнь подошёл к стойке регистрации, чтобы оплатить счёт, сославшись на срочные дела в бюро и необходимость уйти пораньше.

Вернувшись, домой, Гу Яньчэнь взял список воспитанников детского сада за год, когда учился Шэнь Цзюньци. Он просмотрел его и действительно обнаружил, что Инь Минцин учился в том же классе, что и Шэнь Цзюньци. Он подсчитал, в классе было всего 22 ребёнка. Затем Гу Яньчэнь просмотрел личное дело Линь Ло. В отчёте о его пребывании в детском саду было указано, что в классе было 25 детей.

Гу Яньчэнь достал записную книжку, в которой он фиксировал все полученную информацию. Линь Сянлань научил его, что острый ум лучше тупого карандаша, а в криминалистике нужно быть внимательным и не упускать из виду ни одной подозрительной детали. Поэтому он взял за правило записывать всё, что кажется ему странным, а потом пересматривал записи и, находил связь между ними.

Одна страница в блокноте была посвящена Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци отрицал, что знает Линь Ло, его любимые блюда были похожи на те, что любил Линь Ло, он говорил то же, что и Линь Сянлань, и жители его района особенно любили его…

Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел в сторону, где жил Шэнь Цзюньци. Он пробормотал себе под нос:

- Шэнь Цзюньци, что же ты скрываешь?

Он чувствовал, что Шэнь Цзюньци что-то скрывает, возможно, без злого умысла. Но Гу Яньчэнь не знал, почему он так поступает и какое отношение он имеет к Линь Ло.

Поздно вечером, выгуливая собаку, Гу Яньчэнь сел на каменную скамейку за пределами жилого района, достал сигарету и закурил. Сидя во дворе и глядя на собаку, Гу Яньчэнь погрузился в раздумья.

Он не просто так взял эту собаку к себе; он уже видел её однажды. Он знал её благодаря Линь Ло.

Вскоре после смерти Линь Сянланя он неожиданно встретился с Линь Ло. Воспоминания, связанные с этим именем, были обрывочными, но теперь они всплыли в его памяти очень чётко.

В прошлом капитан Линь всегда вздыхал, говоря о Линь Ло, что с ним одни хлопоты. Чаще всего он его называл «этот маленький негодник». Однажды во время обеденного перерыва эта тема снова всплыла. Линь Сянлань сокрушался по поводу выходок Линь Ло.

Гу Яньчэнь сказал:

— Никто не идеален. У Линь Ло такие хорошие оценки.

— Он определённо умный, — ответил Линь Сянлань, — но он упрямый и своенравный.

— Линь Ло, кажется, послушным.

Гу Яньчэнь попытался его успокоить.

В то время Гу Яньчэнь видел только фотографии Линь Ло в бюро — красивого и утончённого молодого человека.

Капитан Линь покачал головой и вздохнул:

— Ты не знаешь. Линь Ло всегда был смелым, ещё с начальной школы. Он не боится делать то, на что другие дети не осмелились бы. Наш район находится рядом с тренировочной базой ВВС, там есть скалодром высотой около десяти метров. Однажды я пошёл его искать и увидел, что он стоит на вершине этого скалодрома. Между перекладинами было расстояние больше метра. Стоило ему поскользнуться, и он бы упал. Тогда я испугался до смерти. Когда он спустился, то сказал, что другие боялись подниматься наверх, поэтому он решил попробовать. Он сказал, что был очень осторожен. Как вы думаете, этот ребёнок напрашивается на неприятности?

Гу Яньчэнь рассмеялся:

— Это доказывает, что он подходит для службы в ВВС.

Капитан Линь покачал головой:

— Нет, он слишком неуправляемый. Когда он немного подрос, многие мальчишки стали задирать его из-за того, что он выглядел хрупким, и он научился драться. Я тогда был капитаном, и меня часто вызывал к себе классный руководитель. Я боялся, что этот ребёнок собьётся с пути.

Гу Яньчэнь успокоил его:

— Это просто детские шалости. Кто из нас в молодости не совершал глупостей?

—Ты не такой, как он.

Капитан Линь прищурился.

— Малыш Гу, думаю, ты сможешь с ним справиться.

Гу Яньчэнь поднял глаза и спросил:

— Почему вы так говорите, капитан Линь?

Капитан Линь ответил:

— Ты спокойный и осторожный. Ты никогда не теряешься и не следуешь правилам вслепую, но и не проявляешь жёсткости. Именно этого не хватает Линь Ло. Есть такая поговорка: «Противоположности притягиваются». Такой человек, как ты, который видит его насквозь, сможет взять Линь Ло под контроль и найти его слабые места.

В этот момент офицеры, стоявшие рядом, рассмеялись.

— Капитан Линь, с таким же успехом вы могли бы взять капитана Гу в приёмные сыновья.

Другие присоединились к ним:

— Если бы Линь Ло был девушкой, капитан Линь, возможно, уже принял бы капитана Гу в зятья.

Тогда Гу Яньчэнь воспринимал это как пустую болтовню после ужина и не придавал этому особого значения. Что касается того, что Линь Ло был маленьким проказником, то Гу Яньчэнь понял это только после смерти Линь Сянланя. Он чувствовал себя ответственным за смерть Линь Сянланя и присматривал за Линь Ло, чтобы тот не попал в беду. Он даже оставил свой номер телефона классному руководителю Линь Ло в школе. Но он не ожидал, что что-то произойдёт менее чем через неделю после начала учебного года и перед похоронами Линь Сянланя.

Однажды вечером учитель позвонил ему в спешке. Голос в трубке звучал взволнованно, но суть была такова: Линь Ло подрался с одноклассником и ранил его. Учитель сначала отвёз пострадавшего в больницу, а потом они договорились встретиться в школе, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Гу Яньчэнь поспешил в школу и увидел Линь Ло и ещё одного мальчика, в учительской. Одноклассник Линь Ло был сильно избит, его лицо было в синяках и опухло, на голове были ссадины. Там были его родители, женщина средних лет, которая, судя по всему, была его матерью, плакала и вытирала слёзы, а его отец стоял рядом с ней с неприятным выражением лица.

Там была вся семья, а в центре — учительница, из-за чего Линь Ло, стоявший в стороне, казался ещё более хрупким. Но Линь Ло, казалось, был невозмутим, его лицо оставалось спокойным, и он смотрел в сторону. Гу Яньчэнь шагнул вперёд. Услышав, как учительница и Гу Яньчэнь приветствуют друг друга, Линь Ло повернул голову и посмотрел на него.

Классный руководитель, женщина в очках, обратилась к Гу Яньчэню, когда тот вошёл:

— Это Чжоу Чэнь и его родители. Они с Линь Ло живут в одной комнате в общежитии и сегодня вечером подрались.

Избитый парень выглядел немного обиженным и что-то бормотал себе под нос. Гу Яньчэнь чувствовал запах не только лекарств, но и алкоголя. Следуя своему принципу решать проблемы по мере их поступления, Гу Яньчэнь сразу перешёл к делу:

— Сколько стоят медицинские услуги? Я всё оплачу.

Отец Чжоу Чэня сказал:

— Медицинские расходы — это основное требование. Мой сын получил травму головы и руки, что может привести к осложнениям. Кроме того, ему нужно отдыхать дома, а значит, нужны расходы на питание, оплата пропущенных занятий в школе и компенсация.

Мать Чжоу Чэня вытерла слёзы.

— Мы обязательно сообщим об этом в полицию. Нарушителей порядка, которые дерутся, нужно исключать из школы!

Гу Яньчэнь, видя ситуацию, почувствовал себя немного беспомощным и показал свой полицейский значок.

— Я полицейский. Я сообщу об этом в управление.

— О, — мать Чжоу Чэня презрительно посмотрела на него, — ну и что с того, что ты полицейский? Неудивительно, что он смеет избивать людей!

Не обращая на неё внимания, Гу Яньчэнь повернулся к отцу Чжоу Чэня:

— Что касается этого дела, я разберусь с ним по справедливости. Вы хотите, чтобы оно было решено публично или в частном порядке?

Поразмыслив немного, отец Чжоу Чэня сказал:

— Публично.

Чжоу Чэнь добавил:

— Я хочу, чтобы он попал в тюрьму.

Гу Яньчэнь спросил:

—Тогда расскажите мне, что произошло сегодня? Кто начал драку?

Гу Яньчэнь подумал, что, хотя мальчик и выглядел сильно избитым, это не обязательно означало, что это не он начал драку. Линь Ло казался спокойным и тихим; возможно, это его задирали.

Линь Ло взял инициативу в свои руки и сказал:

— Я начал драку.

Гу Яньчэнь был ошеломлён. Эта фраза изменила ситуацию. Гу Яньчэнь уже собирался задать ещё несколько вопросов, но Линь Ло достал свой телефон.

— Я записал всё, что произошло.

Не дожидаясь согласия остальных, он включил запись. На телефоне было запечатлено, как парни злонамеренно сплетничают. Запись была довольно длинной и чёткой, и в маленьком кабинете воцарилась тишина. Гу Яньчэнь уловил суть.

Парень, который пил, ухаживал за девушкой, но она отвергла его и добавила Линь Ло в WeChat. Чжоу Чэнь и другие студенты в общежитии сплетничали и насмехались над ним из-за того, что он получил отказ. Не в силах терпеть оскорбления, Чжоу Чэнь начал оскорблять Линь Ло.

—Ты полагаешься на свою привлекательность, не так ли? Зная, что я ухаживаю за Сун Лан, ты всё равно выставляешь себя напоказ перед ней. Ты! Ты вечно ходишь с кислым лицом, кто ты такой, по-твоему? Тебе нужно преподать урок? Ублюдок, притворяешься глухим и немым. Каждый день своим мрачным видом ты навлекаешь беду на это общежитие. Может, твой отец перед смертью сделал что-то не то. Он что, кого-то подкупил или переспал не с той женщиной? Это карма.

После этих слов послышались звуки падающих на землю предметов, а затем началась драка.

Лин Ло остановил запись и сказал:

— Он сломал мой MP4, последний подарок на день рождения, который сделал мне отец перед смертью.

В этот момент Чжоу Чэнь немного протрезвел, и его лицо изменило цвет. Говорить такое, когда у кого-то только что умер отец, было по-настоящему отвратительно.

Гу Яньчэнь подумал, что Линь Ло недостаточно сильно ударил Чжоу Чэня. Если бы не его статус, который не позволял ему сделать это, он бы сам дал Чжоу Чэню пару пощёчин.

Родители Чжоу Чэня тоже выглядели обеспокоенными, и в офисе воцарилась тишина.

Гу Яньчэнь всё понял. Линь Ло вёл себя довольно сдержанно в школе, и его одноклассники не знали, что его отец был бывшим главой городского бюро. Они начали издеваться над Линь Ло сразу после смерти Линь Сянланя. Он вполне заслуженно дал им отпор.

Разобравшись в ситуации и не желая решать её сиюминутно, Гу Яньчэнь решил немного подыграть, а заодно проучить Линь Ло. С этой целью он достал наручники и подошёл к Линь Ло.

Учительница была шокирована происходящим и быстро вмешалась:

— Капитан Гу, это всего лишь небольшая ссора между учениками, она не требует...

Гу Яньчэнь перебил её, произнеся назидательным тоном:

— Драться — это неправильно. Лин Ло начал первым, а это всегда неправильно. Если мы разберёмся с этим публично, его задержат.

Но затем Гу Яньчэнь сменил тон и обратился к родителям:

— Поскольку мы разбираемся с этим публично, это должно быть справедливо по отношению к обеим сторонам. Вы все только что слышали запись. Отец Линь Ло только что скончался, его отцом был мой бывший начальник. Вашего сына подозревают в клевете и оскорблении государственного служащего, а также в порче имущества Линь Ло. У меня есть доказательства, и я подам на него в суд, что может привести к тюремному заключению сроком до трёх лет.

Услышав это, родители переменились в лице.

Отец Чжоу Чэня на мгновение замялся и сказал:

— Это всего лишь небольшая ссора между детьми. Это были пьяные бредни…

Мать Чжоу Чэня тоже сменила тон:

— Давайте разберёмся с этим наедине.

Стоя рядом с Линь Ло, Гу Яньчэнь, казалось, упрекал его, но его слова были полны смысла:

— Тебя задержат на несколько дней. Я приеду за тобой позже. Ты уже не ребёнок, ты учишься на четвёртом курсе колледжа. Взрослые должны нести ответственность за свои поступки.

Лин Ло подыграл ему, кивнув:

— Хорошо.

— Ничего страшного, мой сын тоже был неправ, — поспешно вмешалась мать Чжоу Чэня.

Отец Чжоу Чэня тоже понял, что произошло, и извиняющимся тоном сказал:

— Прости, это всё из-за моего сына. Он слишком много болтает и действует импульсивно. Мы сами оплатим медицинские расходы и ремонт, не нужно привлекать школу и полицию. Вы все заняты своей работой.

Затем он подтолкнул Чжоу Чэня:

— Извинись перед Линь Ло.

В этот момент Чжоу Чэнь немного испугался, его глаза налились кровью, и он начал заикаться:

— Я-я прошу прощения… Я не хотел…

Гу Яньчэнь повернулся к Линь Ло:

— Что скажешь?

Линь Ло даже бровью не повел и холодно ответил:

— Забудь об этом, это пустяки.

Гу Яньчэнь не стал настаивать и повернулся к учителю:

— Пожалуйста, организуйте для Линь Ло переселение в другую комнату общежития.

Когда вопрос был улажен, Гу Яньчэнь проводил Линь Ло до выхода.

Он спросил его:

— Ты ранен?

Линь Ло покачал головой:

— Меня пару раз пнули, ничего серьёзного.

Гу Яньчэнь не до конца поверил ему и осмотрел его руки и ноги. Не обнаружив явных повреждений, он вздохнул с облегчением.

— Если тебе станет плохо, обязательно скажи мне. Иногда внутренние повреждения могут быть опасны, если их не лечить.

Линь Ло тихо кивнул. У него были тонкие черты лица, а запястья были такими хрупкими, что Гу Яньчэнь мог обхватить их двумя пальцами. Он не был похож на человека, который прибегает к насилию при малейшем поводе.

Гу Яньчэнь сказал:

— Я не ожидал, что ты так хорошо дерёшься.

Линь Ло ответил:

— В драке важна не только физическая сила, но и смекалка.

Гу Яньчэнь упомянул:

— Капитан Линь сказал, что ты часто ввязывался в драки и твоих родителей вызывали в школу.

— Какое-то время он не обращал на меня особого внимания. Только когда моего отца вызвали в школу, он вспомнил о моём существовании, — с некоторым сожалением сказал Линь Ло. — Но я давно не дрался, и мои руки отвыкли от этого.

Гу Яньчэнь нахмурился.

Линь Ло спокойно продолжил:

— После того как мой отец стал главой бюро, я перестал ввязываться в драки, потому что не хотел позорить отца, попадая в поле зрения городского бюро. Я не хотел ставить Старого Линя в неловкое положение.

Он спокойно смотрел вперёд.

— Но теперь, когда моего отца не стало, мне больше нет дела до того, что думают другие. Я наконец-то могу, как следует подраться.

Тогда, глядя на выражение лица Линь Ло, Гу Яньчэнь наконец понял, почему Линь Сянлань часто называл Линь Ло маленьким безумцем. Разумный безумец, немного опасный, но в то же время притягательный. На мгновение он даже почувствовал желание завоевать его, стать ближе к нему и лучше его понять.

Через два дня после этого инцидента разразился тайфун. В пятницу вечером ветер и дождь усилились. Как только он закончил работу, ему неожиданно позвонил Линь Ло. Он взял трубку, и Линь Ло заговорил взволнованным голосом:

- Капитан Гу, я не могу вызвать такси из-за дождя. Мне нужно попасть в клинику. Вы не могли бы меня подвезти?

Хотя Линь Сянлань и просил его позаботиться о Линь Ло, он впервые обратилась к нему за помощью. Он не стал спрашивать, в чём дело. В тот день не было сверхурочной работы, и его машина была свободна. Несмотря на затопленные улицы, он быстро доехал до ворот университета. Линь Ло уже ждала его там, промокший до нитки.

— Куда тебе нужно? — спросил Гу Яньчэнь.

Лин Ло назвал ему адрес.

— В третью ветеринарную клинику рядом с городским бюро.

— Твой питомец заболел? — спросил Гу Яньчэнь.

Гу Яньчэнь не раз бывал в доме Линя и видел поводок, но никогда не видел собаку.

— Это одна из полицейских собак вашего подразделения, — ответил Лин Ло.

Гу Яньчэнь отвёз Линь Ло в ветеринарную клинику. По прибытии Линь Ло сразу же отправился на поиски старого полицейского, который ухаживал за служебной собакой, и вместе с ним вошёл в послеоперационную палату для наблюдения.

Старый полицейский объяснил Линь Ло:

— Сегодня днём кто-то пытался перевезти наркотики во время дождя. Их обнаружила группа по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, и два человека получили ранения. Из всех полицейских собак он был самым храбрым. Если бы он не выбил пистолет из рук противника, жертв было бы ещё больше.

В комнате сильно пахло кровью. На столе лежала чёрная полицейская собака, явно только что прооперированная и ещё не пришедшая в себя. Живот собаки был забинтован толстым слоям. Увидев Линь Ло, она попыталась встать, но из-за тяжёлых ранений ей это не удалось.

Старый полицейский продолжил:

— Он серьёзно ранен. Врач не знает, переживёт ли он эту ночь. После операции он всё время скулил. Офицеры, которые привезли его сюда, не могли его успокоить, поэтому я подумал о тебе… В конце концов, ты растил его с щенячьего возраста.

На глазах у Линь Ло выступили слёзы, когда он подошёл и обнял собаку за шею, поглаживая её по шерсти. Собака постепенно успокоилась.

— Я останусь с тобой. Ты справишься, — тихо утешал его Линь Ло, поглаживая собаку по голове. — С тобой всё будет в порядке. Я жду, когда ты с честью уйдёшь на покой и вернёшься со мной домой.

Словно поняв его слова, пёс успокоился. В его глазах стояли слёзы, а тело слегка дрожало от боли. Линь Ло крепче обнял пса.

— У меня больше нет отца. Теперь у меня есть только ты…

В тот день дождь действительно лил как из ведра, падая с неба и образуя на земле глубокие лужи. Снаружи непрестанно бушевал ветер, пытаясь снести клинику в любой момент, как будто это был эпицентр бури.

Линь Ло остался в комнате с собакой, а Гу Яньчэнь сидел снаружи и наблюдал за ним. В тот момент он подумал, что Линь Ло раньше держал собаку. Он был таким заботливым. Чего ещё он не знал об этом юноше?

Помимо собак и кошек, в приюте содержались овцы и даже альпака из зоопарка. Их крики смешивались с шумом бури за окном. Они оставались там до рассвета, и собака пережила критический период.

В тот день тайфун был слишком сильным, и Гу Яньчэнь не смог отвести Линь Ло обратно в школу. Поэтому он отвёл Линь Ло к себе домой. Он сказал ему, чтобы тот сначала принял душ, а затем дал ему чистую одежду, чтобы тот мог переодеться.

После того как Линь Ло принял душ, Гу Яньчэнь пошёл умыться. Выйдя, он увидел, что Линь Ло сидит на подоконнике и спокойно читает книгу.

Взгляд Гу Яньчэня задержался на Линь Ло. Это была книга, которую его сестра оставила во время своего последнего визита, «Маленький принц» французского автора. Он перечитывал ее несколько раз, и содержание все еще было свежо в его памяти. Ему нравились многие отрывки, и каждый раз, когда он перечитывал ее, он находил новые интересные места.

Снаружи продолжала бушевать гроза. Линь Ло только что вышел из душа. Его кожа была бледной, а волосы слегка завивались. На нём была футболка оверсайз, открывавшая часть его белой, похожей на нефрит ключицы. Когда он опустил голову, его длинные ресницы отбрасывали тень на щёки.

По какой-то причине, то ли из-за прочитанного отрывка, то ли из-за мыслей об отце или раненой собаке, на лице молодого человека, освещённого лампой, появилась тень одиночества и тоски.

Гу Яньчэнь понял, что, когда Линь Ло тихо опускал голову, он чувствовал себя Маленьким принцем со звёзды. Но он вспомнил, что Маленький принц, в конце концов, вернулся на свою планету.

Позже собака поправилась и продолжила службу на передовой.

Много лет спустя Гу Яньчэнь снова увидел эту собаку на церемонии проводов полицейских собак на пенсию. Он узнал её с первого взгляда, та же шерсть, те же грустные глаза, собака низко опустила голову.

В этот момент Гу Яньчэнь вдруг задумался, не думает ли собака, что хозяин бросил её, потому что никто не пришёл забрать её домой?

Но на самом деле человека, который обещал забрать её домой, больше не было.

В этот момент он остановился. Несмотря на то, что у него никогда не было домашних животных, он поддался порыву и пошёл в отдел, отвечающий за полицейских собак, со словами:

- Эту собаку не нужно отдавать в добрые руки. Я хочу забрать её.

В тот вечер, закончив работу, он взял поводок и подошёл к собаке. Он провёл рукой по шерсти, ощущая тепло её тела. Шерсть была короткой, но гладкой на ощупь.

Он сказал:

- С этого момента ты будешь жить со мной.

Пёс, словно понимая человеческую речь, поднял голову, чтобы посмотреть на своего нового хозяина, и, тяжело дыша, послушно последовал за ним.

Гу Яньчэнь сидел во дворе. Пес подошёл к нему, посмотрел на хозяина, и лизнул его руку. Гу Яньчэнь вздрогнул и очнулся от своих мыслей. Он выбросил почти догоревшую сигарету в ближайший мусорный бак. Теперь он всё понял.

Шэнь Цзюньци мог казаться спокойным и мягким, но в нём было что-то такое, что всегда напоминало Гу Яньчэню о молодом человеке, которого он не смог защитить. Особенно в тот день, когда он увидел рану на руке Шэнь Цзюньци в коридоре. Ему стало больно за него. Точно так же, как много лет назад, когда он увидел одинокое и опустошённое лицо Линь Ло, сидящего на подоконнике, его сердце вдруг забилось быстрее.

Расчлененное тело

Глава 28. Расчлененное тело

И снова раннее утро на северо-западе города Биньчэнь, городская свалка. По мере того как температура повышалась, мусоровозы, которые работали в основном по ночам, уже свозили городские отходы в одно место. С высоты птичьего полёта открывалась шокирующая картина. Различные виды мусора были сложены в высокие горы разных цветов.

В центре свалки находилась огромная яма, куда на телегах свозили мусор из разных частей города и где его накапливали перед захоронением. В глубокую яму непрерывным потоком сбрасывали мусор.

Каждый день здесь хоронили сотни тонн мусора. Мусоровозы работали шумно. На свалке смешивались разные запахи, создавая сильную вонь. В таких суровых условиях рабочие занимались окончательным захоронением. Они рылись в мусоре в специальной обуви и толстых перчатках.

Они отбирали опасные предметы, которые было неудобно закапывать, а также собирали пригодные для переработки отходы, которые не следовало выбрасывать здесь. Они научились быстро определять ценность мусора и даже судить о его содержимом по внешнему виду.

Внезапно один из рабочих остановился и указал на упакованный дорожный чемодан.

- Что там внутри?

Снаружи чемодан выглядел целым, он был заперт и несколько раз обмотан скотчем. Чемодан был тяжёлым и слегка деформированным. Из него уже начала вытекать жидкость кофейного цвета, издавая сильный и необычный запах.

Бригадир покачал головой.

- Это немного странно.

Люди переглянулись, испытывая смутное беспокойство.

- Давайте откроем и посмотрим, — сказал самый смелый из них, беря чемодан и разрезая скотч.

Они с легкостью взломали замок. Когда они открыли чемодан, оттуда донёсся отвратительный запах, из-за чего рабочий вскрикнул и отступил назад, чуть не упав в кучу мусора. Другой рабочий подошёл, чтобы посмотреть. Даже бывалого ветерана, который повидал всякое, чуть не стошнило.

Чемодан был наполнен частями человеческого тела. Работники свалки поспешно вызвали полицию.

Прошло больше года с тех пор, как в Биньчэне в последний раз происходило жестокое расчленение. Как только об этом случае стало известно, директор Дин поручил расследование спецотделу по борьбе с преступностью.

Шэнь Цзюньци уже прибыл в городское бюро, и его вызвали на происшествие. Лу Ин, как всегда, был за рулём, и вся команда отправилась на свалку. Бай Мэн сообщила им, что на этот раз они обнаружили чемодан, в котором находились части тела.

Ци Иань немного забеспокоился и, нахмурив брови, спросил Шэнь Цзюньци:

- Учитель, если на этих частях тела нет отличительных признаков, можно ли будет установить личность?

Шэнь Цзюньци, отдыхал, закрыв глаза, он покачал головой.

- Расчленение само по себе является характерной чертой.

- Что это за характерная черта? — спросил Ци Иань.

Шэнь Цзюньци спросил его холодным тоном, описывая крайне жестокое деяние:

- Если бы ты увидел труп женщины, разрезанный пополам от живота, с аккуратно сложенными органами и вытекшей кровью, что бы ты подумал?

Ци Иань всё ещё размышлял, но Гу Яньчэнь вмешался:

- Чёрный георгин.

Это произошло в Калифорнии, где молодых девушек жестоко расчленяли, а виновного поймали лишь спустя десятилетия.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Если бы труп разрезали на куски и сварили в скороварке, что бы вы подумали?

- Нарезана на кусочки? Дело о расчленении в университете 1-19?

На этот раз первой ответила Бай Мэн. Это тоже было нераскрытое дело многолетней давности, в котором фигурировала студентка.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Если внутри куклы спрятана человеческая голова...

Прежде чем он успел закончить, Лу Ин выпалил:

- Дело об убийстве Hello Kitty.

Ци Иань опешил. Как судмедэксперт, он не мог ответить ни на один из трёх вопросов, которые задал Шэнь Цзюньци. Но судмедэксперт, похоже, прозрел. Ци Иань понял:

- Способ расчленения — это своего рода подпись убийцы!

В отличие от удушения, утопления, нанесения тяжких ножевых ранений, сожжения, поражения электрическим током и других способов умерщвления, расчленение имело свои особенности. Разрезать человека на части, зверская жестокость. Тем не менее, с древних времен и до наших дней многие убийцы отдавали предпочтение расчленению. Во многих нашумевших делах расчленение было одним из этапов. Этот способ избавления от тела использовался в основном для того, чтобы скрыть преступление, облегчить избавление от тела и продемонстрировать крайнюю жестокость убийцы.

Шэнь Цзюньци заключил:

- В делах о расчленении на самом деле остаётся больше улик.

По мнению судмедэкспертов, разные преступники расчленяют тела по-разному, в зависимости от того, где они делают надрезы, какие методы используют, какого размера части тела и как обращаются с органами. В этих различиях и были скрыты ключи к разгадке дела. К тому времени, как сотрудники отдела по расследованию особо тяжких преступлений прибыли на свалку, было уже 9:30 утра.

Лу Ин припарковал машину рядом со свалкой, и Гу Яньчэнь приготовился вести команду внутрь.

Глядя на бескрайние горы мусора впереди, Ци Иань не мог не воскликнуть:

- Откуда здесь столько мусора?

Бай Мэн прищурилась, глядя на огромную свалку, и, зажав нос, произнесла философскую фразу:

- Пока люди живы, они производят мусор.

Рабочие, нарушая тишину, с помощью бульдозеров разгребали ближайший мусор, расчищая путь.

Опасаясь, что они могут поранить ноги, руководство полигона специально выдало им специальную резиновую обувь и защитную рабочую одежду. После того как все переоделись, они были полностью экипированы. Но даже, несмотря на это, дорога впереди была ухабистой и трудно проходимой.

Время шло, и погода постепенно становилась всё жарче. Летом здесь температура может подниматься выше сорока градусов по Цельсию, превращая всё вокруг в настоящую печь. Высокая температура и открытый труп привлекали мух со всей свалки, которые жужжали вокруг как бешенные.

Шэнь Цзюньци сначала посмотрел на возвышающуюся перед ним гору мусора, а затем, не меняя выражения лица, опустился на корточки перед телом. Они с Ци Ианем начали осмотр. Сначала они осмотрели чемодан, пропитанный трупной жидкостью, а затем выслушали рассказ рабочих о том, как был найден чемодан.

Когда крышку полностью открыли, внутри оказались две руки и две ноги принадлежащие женщине. Все конечности были сильно согнуты в суставах и завернуты в пищевую пленку на срезах. Эти конечности были особым образом уложены в коробке, а на одной руке ногти были накрашены розовым лаком…

Увидев эту картину, Бай Мэн быстро отвернулась.

- Это слишком жестоко…

Пока Шэнь Цзюньци ждал, когда Ци Иань закончит фотографировать, он начал внешний осмотр трупа.

Он спокойно сказал:

- Покойная — молодая женщина. Поскольку весь труп не поместился в этот чемодан, возможно, есть и другие чемоданы или разбросанные части тела.

Гу Яньчэнь связался с управляющим свалки и попросил его временно не закапывать мусор на свалке и продолжить поиски оставшихся частей тела.

Шэнь Цзюньци опустил голову, чтобы внимательно рассмотреть.

- Порезы неровные, с множеством царапин. Раны нанесены топором. Судя по текущей температуре, степени разложения трупа и трупным пятнам, смерть наступила около суток назад, расчленение посмертное.

Он внимательно изучил следы на конечностях и обнажённые кости.

- Возраст погибшей — примерно двадцать лет.

Ци Иань записывал за ним.

Шэнь Цзюньци провёл пальцем по конечностям.

- Убийца — мужчина.

Гу Яньчэнь спросил:

- На чём основано это заключение?

Шэнь Цзюньци ответил:

- В основном по следам от порезов. Сила, с которой они были нанесены, была велика, и действовал он быстро. Судя по силе, вряд ли это была женщина.

Гу Яньчэнь кивнул, соглашаясь с его выводом.

Шэнь Цзюньци продолжал внимательно наблюдать.

- Кроме того, судя по направлению и следам порезов, убийца мог быть левшой.

Гу Яньчэнь тоже отметил это.

Тем временем Лу Ин и Бай Мэн закончили осмотр места происшествия. Это место отличалось от обычных мест преступлений, здесь не было следов от обуви и отпечатков пальцев.

Гу Яньчэнь спросил ответственного руководителя:

- Можем ли мы узнать, откуда был доставлен этот мусор?

Если бы они могли это знать, то смогли бы отследить, кто был рядом с мусорными баками, и, возможно, найти виновного.

Руководитель нахмурился.

- Каждый день сюда привозят половину городских бытовых отходов, но у мусора нет названий… Мы не знаем точно, откуда он.

Тогда Гу Яньчэнь спросил:

- Какой ещё мусор привезли на том же грузовике?

Начальник указал примерную территорию.

- После того как этот мусор привезли, его почти не трогали. Трудно сказать точно, но, эта куча должна быть от туда.

Гу Яньчэнь сказал:

- Пожалуйста, попросите свою команду помочь нам собрать весь мусор в округе и доставить его в городское бюро для проверки.

Руководитель быстро созвал рабочих и вызвал грузовик. Как только они закончили осмотр этого участка, из другой части свалки пришли хорошие новости.

Один из рабочих крикнул:

- Мы нашли ещё один чемодан с частями!

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци снова прошли половину свалки. Они нашли ещё один чемодан с частями тела. Он был таким же, как и первый. Открыв его, они увидели туловище с внутренними органами и голову, завёрнутую в пищевую плёнку.

Шэнь Цзюньци посмотрел вовнутрь и предположил:

- Сначала убийца намеревался избавиться от тела с помощью чемодана, но чемодан был недостаточно большим. Поэтому он купил ещё один такой же, расчленил тело, отделил голову и туловище и уложил в два чемодана. Так можно было незаметно избавиться от тела.

К полудню Гу Яньчэнь с работниками свалки договорились с мусоровозом, чтобы он вывез весь мусор, рядом с чемоданами.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань собрали тело и погрузили его в катафалк.

Когда они приехали в городское бюро, мусоровоз уже ждал их.

Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн обратиться за помощью к команде детективов. Все спустились вниз и, начали сортировать мусор, выбросили бесполезные предметы, а важные отнесли в конференц-зал наверху для дальнейшей проверки.

Лу Ин несколько раз прошёлся туда - сюда,  и уныло произнес.

- Наконец-то я понял, насколько важна сортировка мусора…

Бай Мэн была в отчаянии, по её лицу текли слёзы, но она продолжала поиски без остановки.

Гу Яньчэнь собрал все найденные в одном месте вещи, которые могли помочь.

Мусор казался разбросанным как попало, но тщательный поиск принёс свои плоды.

Раньше Лу Ин и представить себе не мог, что в мусоре может быть так много информации. Срок годности на упаковках молока могли указать на временные рамки, а квитанции о доставке — на район. Билеты на такси, чеки из супермаркета, заказы на доставку еды… Вскоре все эти предметы были собраны вместе.

Места, куда выбросили тело, становились всё более определёнными, а временные рамки сужались.

Видя прогресс, Бай Мэн взяла маркерную доску и начал систематизировать информацию, по порядку её записывая.

В конференц-зале царила оживлённая атмосфера.

Директор Дин заткнул нос папиросной бумагой, когда пришёл проверить, как продвигается работа.

- Это дело слишком отвратительное. Убедитесь, что вы всё тщательно обыскали и не упустили ни одной улики.

Директор уже собирался уходить, но вдруг обернулся и сказал серьёзным тоном:

- И ещё, когда закончите, всё тщательно уберите. Не закрывайте окна сегодня вечером, пусть помещение проветривается всю ночь, иначе эта комната будет непригодна для использования.

В кабинете судмедэксперта городского бюро Биньчэна проводилось вскрытие. Из-за того, что тело пролежало целый день, начался процесс разложения, и из него сочилась жидкость.

Шэнь Цзюньци аккуратно развернул полиэтиленовую плёнку, покрывавшую голову, и положил её на стол для вскрытия. Погибшая была без одежды, это молодая девушка с волосами до плеч.

Ци Иань помог ему собрать труп вместе.

Руки и ноги были переломаны, из-за чего труп был похож на куклу Барби с вывернутыми конечностями. Если бы Ци Иань увидел такой труп сразу после окончания учёбы, он, наверно, испугался бы. Но сейчас, проработав уже несколько месяцев и повидав немало трупов, стал гораздо спокойнее. Он  равнодушно вел протокол.

Шэнь Цзюньци продолжил внешний осмотр тела.

- Тело жертвы было разделено на шесть частей. Суставы были разрублены топором. Чтобы труп поместился в чемодан, убийца сломал жертве руки в локтях  и ноги в коленях.

Он предложил Ци Ианю:

- Давай начнём с отпечатков пальцев.

Ци Иань снял и отсканировал отпечатки пальцев, чтобы отправить на проверку в систему.

Шэнь Цзюньци продолжал вскрытие девушки.

Доктор Шень умело вскрыл брюшную полость и раскрыл грудину.

- Вес жертвы, предположительно, составляет около 50 килограммов. В лёгких наблюдаются признаки застойных явлений и отёка, в горле тоже отёк, стенки желудка не повреждены, кровотечений нет, в желудке около 120 грамм не переваренной пищи.

С этими словами он достал желудок жертвы, а Ци Иань протянул ему мензурку и воронку. Вместе они выпотрошили желудок. В мензурку вылили остатки еды, и помещение наполнилось кислым запахом.

Шэнь Цзюньци сказал:

- В содержимом желудка почти нет ничего кроме  напитка. Судя по перевариванию, смерть наступила примерно через час после приёма пищи. Потом отправь содержимое желудка и кровь на анализ.

Ци Иань ответил:

- Хорошо, я потом заполню формы.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Мне нужно провести процедуру окрашивания среза селезёнки. В мочевом пузыре содержится около 200 миллилитров мочи, также есть следы проникновения, есть сперма…

Это позволяет получить образцы ДНК, которые помогут полиции легче установить личность убийцы. Вскрытие было проведено быстро, и Шэнь Цзюньци сшил тело, чтобы семье было проще забрать его. В конце, он протер  лицо и привёл её в порядок. Теперь, для этой женщины, им оставалось только как можно скорее раскрыть дело и упокоить её душу.

Ци Иань убрал инструменты и отправил труп на хранение. После нескольких часов работы у Шэнь Цзюньци наконец появилось свободное время. Он чувствовал, что пропитался запахом свалки и разложения, поэтому принял душ в бюро. Переодевшись, он вернулся, взял 1%-ный раствор толуидинового синего, чтобы провести окрашивание срезов селезёнки.

Гу Яньчэну сообщили, что вскрытие завершено, и поспешил из отдела.

Прежде чем он успел произнести хоть слово, Шэнь Цзюньци остановил его. Гу Яньчэнь уловил отвращение в глазах Шэнь Цзюньци.

Капитан Гу понюхал свой рукав.

- Запах слишком сильный?

Он провёл на свалке большую часть дня и уже ничего не чувствовал.

Шэнь Цзюньци тактично предложил:

- Тебе стоит принять душ здесь. К тому времени, как ты закончишь, я, уже получу результаты анализов.

В половине четвертого в центре судебно-медицинской экспертизы. Гу Яньчэнь вышел из душа, вытирая волосы. Шэнь Цзюньци всё ещё был сосредоточен на окрашивании срезов.

Гу Яньчэнь достал телефон.

- Ты ведь почти ничего не ел в обед, да? Как насчёт послеобеденного чая? Я угощаю, можем заказать доставку.

Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

- Тебе что? Хочешь суп с утиной кровью и вермишелью?

Гу Яньчэнь какое то время кормил Шэнь Цзюньци разными видами крови. Даже когда они заказывали горячее блюдо, он добавлял для него к заказу свежую утиную кровь. Если крови не было, он заказывал печень — гусиную, свиную, куриную… В конце концов Шэнь Цзюньци это надоело. Его тошнило при виде всего красного.

Он тактично отказался:

- Что-нибудь лёгкое подойдёт.

Гу Яньчэнь сказал:

- Как насчёт лапши вонтон?

Шэнь Цзюньци не прекращал работать.

- В вонтонах должны быть свежие креветки.

Гу Яньчэнь сказал:

- Понял, без кориандра.

В ожидании доставки Ци Иань спросил:

- Капитан Гу, вы нашли много улик, перебирая мусор?

Гу Яньчэнь ответил:

- Достаточно. Мы отсортировали две мусорные кучи и определили время, когда был выброшен мусор, на основе различной информации. Мы восстанавливаем маршрут, по которому убийца избавлялся от тела. Как только мы найдём записи с камер наблюдения, мы сможем установить личность того, кто выбросил тело.

Теперь в городе повсюду были установлены камеры наблюдения. Если время и место были определены, то выбросить такой большой чемодан в городе, и остаться незамеченным было практически невозможно.

Ци Иань нашёл это очень интригующим.

- Неужели можно найти столько подсказок, перебирая мусор?

Пока они болтали, Шэнь Цзюньци продолжал усердно работать.

Гу Яньчэнь сказал:

- Доктор Ли Чанъюй однажды сказал, что каждый раз, возвращаясь домой, он проверяет, какой мусор выбросила его жена. Таким образом, он точно знал, чем его жена занималась в течение дня. Однажды он раскрыл очень известное старое дело, в мусоре, выброшенном много лет назад, найдены важные улики. ДНК на нескольких куриных костях и чек из мусорного ведра помогли установить личность убийцы. Таким образом, определение времени и места по мусору — это только начало, иногда это помогает полиции раскрывать дела.

Услышав это, доктор Шэнь замер.

- ...Люди всегда оставляют следы, — сказал Гу Яньчэнь, пнув мусорную корзину, чтобы Ци Иань понял, о чём речь.

- Как и это, йогурт в этой корзине тот самый, который ты выпил. Твоя ДНК на трубочке и крышке. Если ты причастен к этому делу, тебя уже вычислили.

Ци Иань быстро взглянул на него. Поскольку сегодня он был на задании, в мусорной корзине в кабинете судмедэксперта не было ничего, кроме нескольких салфеток и упаковки от йогурта. Это была обычная упаковка с бумажной крышкой. Да, это был тот самый йогурт, который он выпил утром. Он облизнул крышку от йогурта и небрежно бросил её в мусорное ведро.

Ци Иань был немного озадачен.

- Капитан Гу, почему вы решили, что этот йогурт выпил я, а не мой учитель? К тому же Сун Цяньчэн может прийти к нам.

Гу Яньчэнь объяснил:

- Твой учитель обычно разрывает упаковку с помощью соломинки. Закончив пить, он заворачивает соломинку в упаковочную бумагу и выбрасывает их вместе. Йогурты, которые пьёт Сун Цяньчэн, продаются в бутылках, а не в такой упаковке. Кроме того, он обычно приносит с собой какие-нибудь закуски. Зачем ему приносить коробку с йогуртом, чтобы потом выбросить её?

Он на секунду замолчал.

- И самое главное…

Шэнь Цзюньци с пониманием кивнул и посмотрел на своего ученика, который признался во всём без лишних вопросов.

- И самое главное, даже если он не подтвердил это раньше, он может сделать это сейчас, услышав твои слова.

Ци Иань:

- …

Его осенило, его снова обманули.

Гу Яньчэнь не стал больше его дразнить и посмотрел на стол:

- Результаты готовы?

Шэнь Цзюньци снял маску и оторвался от микроскопа:

- Все подтвердилось. После окрашивания на срезах селезёнки видны гипертрофированные клетки и эозинофилы.

Ци Иань и Гу Яньчэнь подошли и склонились над его столом. Ци Иань изучил результаты окрашивания под микроскопом.

Гу Яньчэнь, сбитый с толку профессиональной терминологией, спросил:

- О чем это говорит?

- В сочетании с отёком лёгких и горла…

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Причиной смерти стал анафилактический шок.

Ци Иань нахмурился:

- Анафилактический шок, это была случайность? Почему они не сообщили об этом в полицию и почему они жестоко расчленили жертву?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я предполагаю, что это связано с тем, что аллерген был довольно уникальным.

Он распечатал отчёт об исследовании и протянул его:

- Согласно результатам, погибшая могла принять внутрь γ-гидроксимасляную кислоту.

Гу Яньчэнь слышал об этом препарате:

- Так называемый «Препарат для изнасилования»?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Этот препарат бесцветен и не имеет вкуса. Он подавляет центральную нервную систему, временно вызывая у людей потерю памяти. Он широко используется в качестве седативного средства, а также является новым видом наркотиков. Многие мужчины используют этот препарат, чтобы одурманить девушек, но это крайне опасно, он может вызвать у людей рвоту и удушье, а также есть вероятность анафилактического шока или остановки сердца.

Ци Иань собрался с мыслями:

- То есть вы хотите сказать, что жертву могли накачать, но из-за аллергической реакции она впала в шоковое состояние и умерла?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Смерть наступила в результате употребления наркотика насильников, поэтому преступник, естественно, уничтожил тело, чтобы замести следы и избежать наказания.

Пока они обсуждали это, компьютер рядом с ними издал звуковой сигнал, означающий, что поиск по отпечаткам пальцев дал результаты, и личность погибшей была установлена.

Ци Иань взглянул на информацию на компьютере:

- Этой девушке было всего 22 года, её звали Лу Инъин, она была студенткой Беньчэнского университета.

Гу Яньчэнь сказал:

- Отправьте копию Бай Мэн, пусть она как можно скорее свяжется с семьёй.

Когда они забрали свой заказ и приступили к еде, в групповом чате появились хорошие новости.

Бай Мэн сообщила:

- Капитан Гу, благодаря наблюдению за мусорным баком я нашла видеозапись того, как человек выбрасывает тело.

Камера наблюдения зафиксировала, как поздно ночью появился мужчина в чёрном, в маске плотно прилегающей к лицу и шапке. Он подозрительно огляделся, затем выбросил чемодан в мусорный бак, порылся в нём и прикрыл другим мусором. В этом чемодане полиция и обнаружила тело жертвы. После этого мужчина ещё некоторое время оставался на месте, убеждаясь, что никто не заметил ничего необычного, а затем вернулся в машину и уехал.

Система Sky Net быстро сопоставила номерной знак с именем владельца. После установления личности подозреваемого спецотдел быстро систематизировал имеющиеся улики, выпустил полицейское уведомление и начал розыск преступника.

В тот вечер был задержан 32-летний мужчина. Его звали Ван Шаохуэй. Под предлогом поиска моделей на неполный рабочий день он договорился о встрече с Лу Инъин, которая ещё училась в школе. Воспользовавшись тем, что Лу Инъин была неосторожна, Ван Шаохуэй подсыпал ей в напиток наркотик, привёл её в свой уединённый дом и убил.

Ван Шаохуэй не сообщил о случившемся, но решил избавиться от тела. Он хотел положить труп Лу Инъин в чемодан, но тот оказался слишком маленьким, и ему пришлось купить другой. Опасаясь, что его раскроют, Ван Шаохуэй жестоко расчленил тело Лу Инъин и выбросил тело в двух разных местах, расположенных в нескольких километрах друг от друга. Он не ожидал, что его настигнет карающая рука закона. Полиция быстро обнаружила тело женщины, установила причину смерти и задержала подозреваемого.

Записи с камер наблюдения, на которых видно, как избавляются от тела, следы спермы на теле жертвы, записи о покупке чемодана, переписка — все улики указывали на Ван Шаохуэя как на преступника. И действительно, как упомянул Шэнь Цзюньци, Ван Шаохуэй был левшой.

Ван Шаохуэй признался в том, что у него были похотливые намерения, что он накачал девушку наркотиками и изнасиловал её, а также в том, что он  расчленил её. Он также раскрыл источник наркотика, вызывающего сексуальное возбуждение. На следующий день полиция провела оперативное расследование, арестовала многих причастных лиц и изъяла большое количество наркотика, вызывающего сексуальное возбуждение. Заявление полиции принесло многим облегчение.

Следующее утро было солнечным, и Гу Яньчэнь спустился вниз, чтобы выгулять собаку. Уже собираясь возвращаться, домой, он увидел, как Шэнь Цзюньци спускается по лестнице с мешком мусора.

Гу Яньчэнь поприветствовал его издалека:

- Доброе утро, доктор Шэнь.

В бездонных глазах пса читалось волнение. Он вилял хвостом и тяжело дышал, готовый в любой момент бросить Гу Яньчэня и побежать к Шэнь Цзюньци. О тот, заметив их, сделал вид, будто не заметил.

Внезапно доктор Шэнь остановился, развернулся на 180 градусов, всё ещё держа в руках пакет с мусором, и поднялся обратно наверх.

Пёс убрал язык, поднял голову и выглядел несколько озадаченным. Он посмотрел на спину Шэнь Цзюньци, затем перевёл взгляд на Гу Яньчэня. Гу Яньчэнь, в свою очередь, повернул голову и задумчиво посмотрел на мусорный бак, стоявший примерно в десяти метрах от него.

Первое вскрытие

Глава 29. Первое вскрытие

Начался новый день, и за эти дни уборщики дважды вымыли весь конференц-зал отдела по расследованию особо тяжких преступлений, прежде чем туда смогли войти.

В конце концов, Гу Яньчэнь всё же одолжил у Шэнь Цзюньци несколько палочек благовоний и зажёг их в конференц-зале, что немного улучшило запах. После этого случая отдел по расследованию особо тяжких преступлений подводил итоги, а в отдел судебно-медицинской экспертизы поступило новое дело.

Пришло сообщение о том, что в отдалённой придорожной канаве было найдено полуразложившееся мужское тело.

Жертве было за пятьдесят, на теле присутствовали следы от наезда автомобиля, тело протащили по дороге. Сначала это дело рассматривалось как дорожно-транспортное происшествие. После того как дорожная полиция провела расследование, выяснилось, что дело не так просто. Тогда его передали в отдел расследований. Шао, руководитель отдела расследований, поручил своим детективам разобраться в ситуации.

На первый взгляд это выглядело как наезд, где водитель скрылся с места ДТП.

Инцидент произошёл тёмной ночью. Несколько задержанных водителей утверждали, что это был несчастный случай, и заявляли, что труп находился в слепой зоне. Они считали, что жертва, скорее всего, была уже мертва, когда они её переехали, и что они лишь слегка задели тело.

Полиция проверила записи с камер наблюдения, на которых было видно, что мужчина сначала был в слепой зоне. Затем его сбил большой автобус и оттащил в зону видимости камер. После этого мужчину переехали еще три машины, и, в конце концов, последняя машина откинула его в канаву. Труп был доставлен в судебно-медицинский центр для вскрытия. По нему проехалось несколько машин, и он пролежал в канаве несколько дней, что привело к серьёзным повреждениям.

Чэн Гун вместе с Сун Цяньчэном провели вскрытие. Основные травмы были получены в результате наезда, и по характеру ранений не было видно реакции организма, что указывает на то, что они были получены после смерти. Но после того как  сбрили волосы и вскрыли череп, они обнаружили необъяснимое явление.

На черепе жертвы была глубокая рана размером 5×5, расположенная в центре передней части. Судя по всему, она была нанесена тяжелым тупым предметом и привела к перелому черепа и повреждению мозга. На голове жертвы также были обнаружены признаки субдурального кровоизлияния, указывающие на то, что эта рана и стала причиной смерти.

Чэн Гун осмотрел рану и пришёл к выводу, что такое повреждение не могло образоваться в результате столкновения с автомобилем. Судя по всему, перед смертью жертва получила серьёзный удар.

Это делало ситуацию ещё более странной. Мог ли человек получить удар тупым предметом, упасть на дорогу, а затем попасть под машину?

Сомневаясь в причине смерти, Чэн Гун попросил Сун Цяньчэна привести Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци в сопровождении Ци Ианя прибыл в третью комнату для вскрытия и осмотрел уже вскрытый труп.

Вскрытие было завершено, грудная клетка, брюшная полость и черепная коробка были вскрыты.

Кожный покров бледный, с выступающими кровеносными сосудами, образующими гниющие наросты. Глаза были слегка приоткрыты и казались мутными. На теле были следы от столкновения с машиной и волочения по дороге, а также переломы правой ноги, правой руки и рёбер.

После того как Чэн Гун объяснил ситуацию, он добавил:

- Проведена токсикологическая экспертиза, признаков отравления или интоксикации не обнаружено. Рана на голове, по-видимому, нанесена тупым предметом с острым концом, но внутренние повреждения указывают на удушье. Множественные очаги застоя в органах. Что могло стать причиной смерти? Могло ли это быть убийством, замаскированным под автомобильную аварию?

Осмотрев труп, лежащий на столе для вскрытия, и изучив отчёт о вскрытии, Шэнь Цзюньци быстро вынес вердикт:

-  Это не похоже на автомобильную аварию после убийства. Могу предположить, что смерть наступила в результате удара молнии. Если в покойного ударила молния, на голове будет такая рана.

Удар молнии — это особый вид смерти, и его проявления могут быть разными. Некоторые травмы, полученные в результате удара молнии, очень заметны и сопровождаются обширными повреждениями поверхности тела, в то время как другие не имеют видимых признаков.

Наиболее очевидным признаком смерти от удара молнии был узор на теле, напоминающий ветви дерева. Это происходило потому, что после удара молнии кровеносные сосуды расширяются и переполняются кровью, но со временем эти узоры на теле исчезают. Обычно молния попадает в определённую местность, и к тому времени, когда находят тело, гроза уже проходит, и эти признаки постепенно исчезают. Неопытные судмедэксперты могут не рассматривать удар молнии как возможную причину смерти во время вскрытия.

Шэнь Цзюньци видел несколько трупов, в которые ударила молния, и сразу узнал этот признак. Рана на голове жертвы была нанесена не тупым предметом, а молнией, которая пробила кожу.

Чэн Гун внимательно изучил рану на голове и действительно обнаружил небольшие следы от ожогов. Чтобы убедиться в правильности этой гипотезы, он спросил Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, у вас есть какие-то основания для такого заключения?

Шэнь Цзюньци указал на выбритые волосы покойного.

- У покойного не вились волосы  от природы. Волосы завились из-за ожогов, полученных от удара молнии.

Услышав это, Ци Иань посмотрел на спутанные волосы, сбритые с головы покойного, а затем взял увеличительное стекло, чтобы рассмотреть волосы на теле и подмышечные волосы на теле.

- Действительно, все волосы завиты!

Чэн Гун наконец определился с заключением и поблагодарил его.

- Спасибо, доктор Шэнь. Я уточню детали, и предоставлю, следственной группе, окончательный отчёт о вскрытии.

После составления отчёта о вскрытии Ци Иань и Сун Цяньчэн отправились в отдел расследований, чтобы передать отчёт Шао. Юй Шэнь быстро проверил прогноз погоды и обнаружил, что в день смерти жертвы действительно прошёл короткий, но сильный локальный ливень.

Участок дороги, по которому шла жертва, был очень ровным, поблизости не было ни высоких деревьев, ни других зданий. Дождь шёл недолго, он лишь немного намочил землю, но были гром и молнии. Окружающая обстановка указывала на то, что в пешехода могла ударить молния. Детективы также опросили местных жителей, некоторые из которых видели сильный дождь, а также удар молнии неподалёку.

Шао во всём разобрался. Вероятно, в жертву сначала ударила молния, он упал на дорогу, а затем его оттащило на дорожное полотно, переехали несколько раз и, в конце концов, сбросили в канаву проезжавшие мимо машины. Просто к тому времени, как машины скинули жертву, молния уже прекратилась, а труп пролежал в канаве несколько дней, поэтому полиция изначально не рассматривала версию о том, что жертва могла погибнуть от удара молнии.

По мере развития событий Шао вздохнул:

- Доктор Шэнь действительно так хорош, как о нём говорят. И я никогда не думал, что молния может ударить вот так.

Сун Цяньчэн уловил суть:

- Капитан Шао, этот человек сделал что-то ужасное перед смертью?

Юй Шэнь ответил:

- Этот покойный когда-то был директором школы интернет - зависимости.

Ци Ианя внезапно озарило:

- Неудивительно… это действительно карма.

После завершения дела в кабинете судмедэксперта воцарилась тишина. Было уже время уходить, и Сун Цяньчэн в знак благодарности принёс им закуски и фрукты. Он всё ещё размышлял о завершённом деле, облокотившись на стол и болтая с Ци Ианем.

Они были примерно одного возраста и оба любили смотреть драмы, так что у них было много общих тем для разговора. В процессе беседы они как-то незаметно перешли к обсуждению своего первого опыта вскрытия.

Ци Иань сказал:

- Первое вскрытие, которое я провел. Тело принадлежало мужчине средних лет, погибшему в автокатастрофе. Его голова и ноги выглядели нормально, но когда мы вскрыли его, то обнаружили, что его грудная клетка была полностью раздроблена, а внутренние органы повреждены осколкам костей. Я с нетерпением ждал своего первого вскрытия, но после того, как я увидел этот труп, мне несколько дней снились кошмары.

Тем временем Сун Цяньчэн хрустел картофельными чипсами и вставил свои пять копеек:

- Со мной всё было в порядке. Первое тело, с которым я столкнулся, было естественной смертью. Это была пожилая женщина, которая перед смертью пожертвовала своё тело для исследования. Перед смертью она отдала свою сетчатку для трансплантации, поэтому труп отправили в наш отдел судебно-медицинской экспертизы.

Ци Иань удивился:

- Твоим первым телом был женский труп.

Сун Цяньчэн махнул рукой:

- Не упрощай. Это было моё первое вскрытие. Иначе, если другие узнают, где будет моя невинность?

Ци Иань всё понял и рассмеялся:

- В те времена женские трупы были большой редкостью. Тебе повезло, что ты наткнулся на такой.

Сун Цяньчэн добавил:

- У нас они тоже были редкостью, особенно молодые. Было много трупов младенцев, но самыми ценными были трупы детей. Обычно свежие трупы отправлялись прямиком в медицинский отдел нашей школы. Иногда директор нашего отдела так старался добыть для нас труп, что чуть не подрался с медицинским отделом.

Шэнь Цзюньци сидел напротив них, наводя порядок на столе и доливая чайник.

Ци Иань, увлечённо болтая, поднял на него глаза:

- Учитель, а какой ваш первый труп, который вы вскрыли?

Шэнь Цзюньци помолчал, а потом сказал:

- Я не помню.

Ци Иань опешил.

Сун Цяньчэн вмешался:

- Доктор Шэнь, как вы могли забыть? Вы, должно быть, не хотите говорить. И вам даже в голову не пришло соврать.

Ци Иань добавил:

- Да, наш преподаватель анатомии сказал, что для судмедэкспертов первый труп, который они осматривают, — это как первая любовь, оставляющая глубокий след, который трудно забыть.

В мире судмедэкспертов это была обычная тема для разговора. Но реакция Шэнь Цзюньци была явно ненормальной.

Доктор Шэнь заварил чай и плавно сменил тему:

- Ци Иань, ты уже закончил свой ежемесячный отчёт?

Как только речь зашла о работе, лица двух «ребят» помрачнели.

Сун Цяньчэн встал и сказал:

- Я возвращаюсь. Прежде чем уйти, мне нужно подать отчёт эксперту Чэну.

Когда Сун Цаньчэн ушёл, в кабинете стало тихо.

Шэнь Цзюньци сделал глоток из своей чашки, его руки были ледяными и слегка дрожали. Тёплый чай, похоже, не помогал. Другие судмедэксперты часто с энтузиазмом рассказывали о своих первых встречах с трупами. Но для него это была рана, к которой он не хотел прикасаться. Поэтому он всегда избегал подобных тем.

Первым телом, которое он исследовал, был не кто иной, как Линь Сянлань.

После смерти Линь Сянланя он долго не мог организовать поминальную службу. В итоге она была назначена на субботу, 15:30.

В тот день Гу Яньчэнь сопровождал его. Пообедав, они прибыли на место раньше назначенного времени. Прежде чем тело покойного поместили на украшенную цветами платформу, семье покойного дали немного времени, чтобы попрощаться. Он уже знал об этом и заранее побывал в комнате. Чтобы живые могли попрощаться с покойным, в   маленькой комнате, без окон и камер.

Он сказал Гу Яньчэню:

- Я хочу как следует попрощаться с отцом. Не мог бы ты немного подождать снаружи?

Гу Яньчэнь без раздумий согласился.

Он добавил:

- Мне нужно многое сказать отцу, так что это может занять некоторое время.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я подожду тебя в коридоре.

После ухода Гу Яньчэня он запер дверь и вернулся к трупу. Труп достали из морозильной камеры и разморозили. Линь Сянлань лежал, с закрытыми глазами, бледный, без следов крови. Потом ему нанесут макияж, чтобы он выглядел лучше.

Он поставил телефон на подставку, включил функцию записи, глубоко вздохнул и сказал:

- Папа, прости, но чтобы выяснить причину твоей смерти, я должен провести вскрытие.

Он задержал дыхание и расстегнул пуговицы на одежде Линь Сянланя, его бледное тело было обнажено, труп был сшит чёрными нитками.

Он посмотрел на тело, и его руки задрожали. Но он взял себя в руки и достал из кармана скальпель и кровоостанавливающие щипцы. Он специально надел свободную одежду, чтобы скрыть под одеждой  инструменты.

Все это он придумал незадолго до сегодняшнего дня. Он всё ещё не верил, что Линь Сянлань умер от сердечного приступа. Он также не доверял результатам экспертизы, проведённой в городском бюро. Коллеги его отца несколько раз убеждали его кремировать тело и как можно скорее заняться организацией похорон.

Казалось, что повсюду были глаза, и он не знал, кому можно доверять. Он всегда был очень чувствительным, с самого детства. Хотя он не знал подробностей произошедшего, он понимал, что ситуация была очень серьёзной. После кремации многие улики будут утеряны. Но он не мог больше откладывать.

Поэтому лучшим способом проверки было взять образец внутренних тканей Линь Сянланя и провести анализ позже. В колледже он специализировался на коммуникациях, что не имело никакого отношения к криминалистике.

За последние несколько дней он купил в книжном магазине учебник по криминалистике, скачал несколько видео со вскрытиями, тайком приобрел, инструменты и полностью погрузился в самообучение. До этого он часто бывал в морге и видел трупы, но смотреть видео и делать самому — это совсем не одно и то же. Видеть тело незнакомого мертвеца и лично препарировать умершего близкого человека — совершенно разные вещи.

В тот момент он немного пожалел, что не послушался Линь Сянланя и не выбрал судебную медицину в качестве основной специальности. Если бы он послушался его и стал судмедэкспертом, возможно, всё сложилось бы иначе. В комнате похоронного бюро была зловещая тишина. Он чувствовал, как колотится его сердце, а руки стали ледяными. Он разрезал швы, собрался с духом и засунул руку в перчатке в холодное тело Линь Сянланя.

Он всегда считал, что у него хорошая психологическая устойчивость. Когда он смотрел фильмы ужасов, другие пугались и кричали, а он оставался невозмутимым. Но то, что он увидел, было слишком жестоко.

В конце концов, это был отец, который растил его более двадцати лет, его единственный родственник. Он сдерживал эмоции, чтобы не расклеиться, и пытался отвлечься, переключить внимание и по возможности унять дрожь в руках. Он различал органы человеческого тела по цвету.

Сердце Линь Сянланя было извлечено, его желудок полностью удалён и не возвращён на прежнее место. К счастью, его печень осталась нетронутой. В тот момент его мозг был крайне напряжён, но мыслительный процесс протекал необычайно активно. В его голове проносились сцены из прошлого, слова, сказанные Линь Сянланем, и его поступки.

Перед глазами продолжали мелькать обрывки воспоминаний.

Внезапно Линь Ло кое-что вспомнил.

Когда Линь Ло окончил начальную школу и поступил в хорошую среднюю школу, он всегда говорил, что приготовит для него что-нибудь вкусненькое. В тот день Линь Сянлань купил все ингредиенты, и блюдо было почти готово, но внезапно что-то случилось, и ему пришлось ненадолго уйти.

Линь Сянлань быстро вышел из комнаты:

- Я потушил говядину, остался только морской окунь, он в холодильнике. Я позже пришлю тебе видео с рецептом, попробуй приготовить сам.

Он не думал, что в этом есть что-то подозрительное, в прошлом Линь Сянлань часто так поступал.

Увидев, что уже пора, он ещё раз просмотрел видео, затем подошёл к холодильнику, открыл дверцу и достал морского окуня. Рыба уже немного разморозилась. Он уже собирался приступить к её приготовлению, как вдруг понял, что она не потрошена. На уроках биологии он уже препарировал мелких животных и видел, как разделывают рыбу на рыночных прилавках.

И он начал разделывать рыбу, ориентируясь на свои воспоминания.

Брюшная стенка морского окуня была толстой и твёрдой. Он с трудом разрезал её ножницами, извлёк внутренние органы рыбы, а затем соскрёб слизь с её тела и промыл его водой. Вода шумно стекала, оставляя тело рыбы ледяным и липким. Он уже собирался извлечь жабры, когда его рука оказалась в жаберной полости, произошло нечто неожиданное. Рыба внезапно открыла рот, вдохнула и ожила.

Он понял, что рыба, не была мертва, а просто потеряла сознание из-за того, что замёрзла в холодильнике. Пока рыба была без сознания, он вырезал её внутренние органы и сердце. Внезапно огромная рыба упала в раковину и начала бешено биться, забрызгивая кровью стены кухни. Он смотрел, как рыба беспрестанно подпрыгивает, и хотел ударить её, чтобы она умерла, но рыба двигалась слишком активно, и ему было трудно даже крепко схватить её.

Он знал, что рыба не выживет, но процесс борьбы с умирающей рыбой приводил его в ужас. Он боролся с рыбой больше десяти минут, пока её движения не замедлились. Будучи ещё ребёнком, он изо всех сил размахивал ножом, отрубая рыбе голову. После расправы над рыбой стены были забрызганы кровью, и вся кухня выглядела как место кровавой бойни.

Он, молча, прибрался на кухне, а затем приготовил морского окуня на пару.

Потом Линь Сянлань бесконечно хвалил это блюдо.

Поскольку рыба была только что выловлена, от неё не исходил рыбный запах, мясо было свежим и нежным, а приправы были в самый раз. И всё же он не съел ни кусочка.

С тех пор он стал избегать кухни и не любил готовить для себя.

Тогда, стоя у гроба в похоронном бюро и осматривая тело отца, он вспомнил ту несчастную рыбу. Столкнувшись с такой ужасной картиной, он почувствовал сильный страх, в своем сердце. Он преодолел тошноту и стал ощупывать скользкие, холодные внутренности, используя свои скудные знания судмедэксперта, чтобы оценить состояние органов.

Он делал запись на телефоне, неуклюже отрезая куски ткани печени и помещая их в пробирки с разными растворами. В одних был чистый спирт, в других — формалин. Пока он это делал, у него по коже бегали мурашки, всё тело онемело, и он думал только об одном: «Я должен закончить это», «Я должен выяснить причину смерти Линь Сянланя», «Раз начав, я уже не смогу остановиться».

К счастью, труп пролежал уже давно и был вскрыт, так что крови вытекло немного. Подготовив срезы органов, он зашил тело, стежок за стежком. Замёрзший труп был твёрдым и скользким, и несколько раз игла вонзалась ему в пальцы. Он стиснул зубы, заставил себя успокоиться и продолжал шить, пока всё не было готово.

Весь процесс занял больше времени, чем он рассчитывал, и к тому моменту, как он закончил, его спина была вся мокрая.

В дверь постучали. Сотрудникам нужно было сделать макияж Линь Сянлань и подготовить его для похорон.

Он хрипло крикнул:

- Сейчас.

Он взял себя в руки, снял перчатки, одел его, завернул инструменты для вскрытия в салфетки и спрятал их на себе. Всё вернулось на круги своя, как будто ничего и не было. Только после этого он встал и открыл дверь. Сотрудники похоронного бюро вошли, чтобы накрасить Линь Сянланя, а Гу Яньчэнь остался ждать снаружи, сидя на стуле.

Он пробыл там, в общей сложности пятьдесят минут, и другие, вероятно, подумали, что он скорбит в душе, и пришли утешить его, особенно Гу Яньчэнь, который его нежно обнял.

Его мать умерла рано, и он впервые официально присутствовал на поминальной службе, причём неожиданно для своего отца.

Линь Сянлань лежал с закрытыми глазами среди белых цветов.

Атмосфера на поминальной службе была тяжёлой, все были в тёмной одежде и сидели молча. Цветочные венки, присланные людьми, выстроились в ряд от зала похоронного бюро до входной двери. Гу Яньчэнь вёл поминальную службу, а коллеги из городского бюро выступали с короткими речами. Люди вспоминали этого преданного своему делу начальника Бюро общественной безопасности, рассказывали о его достижениях и о том, какие изменения он привнёс в жизнь города.

Многие из тех, кто присутствовал на поминальной службе, были спасены Линь Сянланем.

Люди говорили с чувством, не сдерживая слёз.

Он сидел в первом ряду как родственник, его глаза были слегка красными и ничего не выражали. После поминальной службы тело сразу же отвезли в крематорий. После сожжения оно превратилось в пепел.

Когда он получил урну, окружающие, казалось, наконец, вздохнули с облегчением. Лишь позже он поймет, что некоторые боялись, что он приблизится к истине. А некоторые боялись, что он может столкнуться с опасностью, когда приблизится к истине.

Он оставил урну на хранение и отправился посмотреть на место захоронения, выбранное для Линь Сянланя.

У надгробия он сжёг несколько бумажных денег в память о Линь Сянлане. Чёрные клочки бумаги развевались на ветру. Люди разошлись, и наконец, всё закончилось.

Остался только Гу Яньчэнь, он подошёл к нему и сказал:

- Линь Ло, я знаю, ты подозреваешь, что смерть твоего отца была подозрительной.

Он на мгновение задумался, а затем отверг это предположение:

- Мне просто было трудно смириться с его уходом.

Но Гу Яньчэнь прошептал:

- Я разберусь с этим. Сколько бы времени это ни заняло, я узнаю для тебя правду.

Он помнил тот день. На Гу Яньчэне было чёрное пальто, выражение его лица было очень серьёзным, как будто он давал торжественное обещание. Он тихо ответил, но про себя подумал, что ему не нужно, чтобы Гу Яньчэн говорил ему правду, он и сам может её найти.

Тогда никто не знал, что у него с собой были образцы тканей Линь Сянланя.

Тогда он не знал, что этот рискованный шаг подвергнет его смертельной опасности…

Когда он об этом вспоминал, в дверь кабинета постучали.

Шэнь Цзюньци глубоко вздохнул, поднял голову и увидел в дверях Гу Яньчэня.

Время шло, и все изменилось, это был другой мир.

Он взглянул на время, на компьютере, и понял, что рабочий день уже закончился.

Он выключил компьютер, встал и вышел из кабинета.

Разрыв легких

Том 3. Идеальное убийство

Глава 30. Разрыв лёгких (Баротравма)

Ближе к концу августа, в полдень, в заливе Биньчэна солнечный свет озарял золотистый пляж, а издалека доносился шум волн. За последние несколько дней температура поднялась, и количество туристов на побережье увеличилось.

На пляже в заливе Беньчэна купались люди, заплывая в море, кто-то загорал на пляжных скамейках, а дети строили замки из песка.

Был почти полдень, и многие начали возвращаться на берег, чтобы пообедать. Людей на пляже значительно уменьшилось.

В этот момент из моря вынырнул человек в гидрокостюме и поплыл к мелководью, держа на руках миниатюрную женщину.

Из воды можно легко подняться на поверхность, используя плавучесть снаряжения для дайвинга.

На поверхности поддерживать человека гораздо сложнее.

Мужчина выплюнул трубку, которую держал во рту, и громко закричал:

- Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Двое спасателей на пляже и несколько туристов поспешили в ту сторону. Все бросились на помощь, вошли в воду и вытащили на берег мужчину и женщину, которую он держал.

Мужчина пошатнулся, женщину подхватили спасатели, сняли с неё кислородный баллон и уложили на песок.

С мужчиной, похоже, всё было в порядке. Он снял маску для дайвинга и взволнованно закричал:

- Пожалуйста, спасите мою жену!

Спасатели подумали, что женщина утонула. Они уже собирались сделать ей искусственное дыхание, но, прикоснувшись к её груди, поняли, что что-то не так.

Они сняли с женщины маску для дайвинга. Её глаза женщины были полуоткрыты. Она дергалась  в конвульсиях, издавала хрипящие звуки и кашляла, но из неё вытекала не морская вода, а свежая кровь.

Это явно не было утоплением и не требовало проведения сердечно-лёгочной реанимации. Опытные спасатели поняли, что у женщины внутреннее повреждение и спасти её, скорее всего, не удастся.

Мужчина подошёл и обнял женщину:

- Дорогая, милая, что с тобой?

Женщина смотрела на него, не в силах произнести ни слова. Сначала она билась в конвульсиях, а затем её тело успокоилось.

Туристы на пляже оцепенели. Дети закричали, и зеваки начали снимать происходящее на телефон.

Спасатели проверили её пульс и подтвердили, что она мертва.

Поднявшись, один из них сказал:

- Вызывайте полицию.

- Не ходите на пляж! В заливе что-то случилось, женщина погибла!

- Её укусила акула? Или какая-то другая причина?

- Я не знаю. Весь залив перекрыт, пляж очищен, а выезды из залива заблокированы.

- Я слышал, это связано с дайвингом.

- Я давно слышал, что дайвинг небезопасен!

Эти новости быстро стали самыми обсуждаемыми в городе. В сети появились различные предположения, а также короткий размытый видеоролик.

От отчёта городского бюро, который затем был передан в отдел по расследованию особо тяжких преступлений, до прибытия полиции на место происшествия прошёл час.

Когда Гу Яньчэнь и его команда прибыли на место, сотрудники отдела уже оцепили территорию и очистили бухту.

На некогда оживлённом пляже осталось всего несколько сотрудников правоохранительных органов.

По дороге Бай Мэн уже ввела всех в курс дела.

Дайверы были молодожёнами, мужчину зовут Ляо Инхань, а женщину — Чжун Сяокэ. Это была их последняя остановка во время медового месяца.

Сотрудник, отвечающий за залив Биньчэна, шёл рядом и рассказывал:

- Дайвинг здесь разрешён уже пять лет, потому что в заливе Биньчэна морское дно глубиной около тридцати метров, а подводные пейзажи просто великолепны. Мы развиваем дайвинг как вид отдыха. У нас есть специализированный спасательный персонал, и мы тщательно проверяем каждого дайвера. У этой пары были лицензии на дайвинг, а их снаряжение соответствовало требованиям. Утром мы проверили кислородные баллоны, которые они взяли с собой для погружения. Это первый несчастный случай в рамках нашего дайвинг - проекта...

Смерть Чжун Сяокэ была подтверждена. Тело не трогали, оно оставалось в той же позе, в которой её вытащили. Она лежала на пляже, её глаза были слегка приоткрыты, а изо рта и носа по лицу и шее текла свежая кровь, окрашивая песок в красный цвет.

Шэнь Цзюньци подошёл, надел перчатки и огляделся. Сегодня была ясная погода с хорошей видимостью, так что это был подходящий день для дайвинга. Отсюда открывался прекрасный вид, волны разбивались о берег и медленно отступали.

Ци Иань тоже подошел к телу и присел на корточки, чтобы осмотреть его.

Чжун Сяокэ была накрашена, причём использовала водостойкую косметику. Морская вода не смыла её макияж, но её лицо было покрыто кровью.

На ней было профессиональное снаряжение для дайвинга, в кармане — сертификат дайвера и водонепроницаемая сумка с телефоном. Кислородный баллон и очки для дайвинга были сняты и лежали на пляже рядом.

На месте происшествия были только море  и песок, а на пляже было много следов, которые не могли дать никакой полезной информации.

Ци Иань записал основную информацию:

- Погибшая женщина, 29 лет, по имени Чжун Сяокэ…

Шэнь Цзюньци задал Ци Ианю вопрос:

- Можешь определить причину смерти?

Ци Иань применил метод исключения:

- Это не похоже на утопление…

Тело явно не соответствовало картине утопления.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Нет.

- Тогда это мог быть несчастный случай во время погружения. Может, её ужалила медуза? Или она внезапно заболела под водой? - Ци Иань не был в этом уверен.

Поскольку труп был свежим, и кровь ещё не свернулась, Шэнь Цзюньци осторожно надавил на грудь покойной пальцами. От этого лёгкого прикосновения изо рта покойной потекла кровь, которая ещё не полностью свернулась.

Ци Иань нахмурился:

- При такой большой кровопотере это может быть связано с повреждением сердца и лёгких? Или с желудочно-кишечным кровотечением?

Он пытался объяснить:

- Я сухопутный человек, я никогда не осмеливался плавать, не говоря уже о нырянии. Я не помню, чтобы читал об этом в учебнике по судебной медицине.

Люди — хрупкие создания, и встречаются  разнообразные причудливые способы смерти, но в книгах по судебно-медицинской экспертизе описываются только типичные случаи.

Не получив ответа, Шэнь Цзюньци не стал давить:

- Такой тип смерти встречается редко, но дайвер должен знать о нём. Обычно его называют «разрыв лёгкого» или «баротравмой лёгких».

Получив эту подсказку, Ци Иань всё понял и поспешно начал записывать.

Гу Яньчэнь и несколько детективов тоже собрались вокруг, чтобы обсудить причину смерти.

Они были незнакомы с термином «разрыв лёгкого».

Шэнь Цзюньци дал им более простое объяснение:

- Проще говоря, во время подъёма женщина не выдыхала воздух из лёгких. Из-за перепадов давления объём воздуха увеличился, что в конечном итоге привело к разрыву альвеол и лёгких, это цепная реакция внутри тела.

Затем он добавил:

- Даже если бы жертва была ещё жива, когда добралась до берега, спасти её было практически невозможно.

Это принцип базовой физики для старших классов. Давление воды вызывает изменения давления в организме. Когда человек находится под водой, его лёгкие похожи на сжатые воздушные шарики. Если в лёгкие попадает слишком много воздуха, и он не выходит вовремя при подъёме на поверхность, воздушный шарик лопнет.

Эластичность альвеол даже ниже, чем у воздушных шаров. В течение нескольких секунд в лёгких образуются сотни трещин, из-за чего они перестают функционировать и превращаются в месиво.

Вот почему покойная обильно харкала кровью. Это быстрый, но мучительный способ умереть.

Услышав о таком способе смерти, Бай Мэн ахнула и схватилась за грудь:

- От одного описания у меня начинает болеть в лёгких.

Шэнь Цзюньци сказал:

- На самом деле существует множество видов несчастных случаев при погружении, но наиболее распространёнными являются утопление и декомпрессионная болезнь. Если быстро всплывать с большой глубины, это может привести к разрыву кровеносных сосудов и клеток.

Ци Иань, немного испугавшись, почесал ухо:

- Я в жизни не стану нырять…

Лу Ин спросил:

- Тогда что могло стать причиной разрыва лёгкого у Чжун Сяоке?

Шэнь Цзюньци на мгновение задумался:

-Вариантов слишком много. Инструкторы обычно рассказывают о разрыве лёгкого во время дайвинга, но подводное давление, судороги, травмы, внутренние заболевания — всё это может привести к тому, что дыхательный аппарат отсоединится. В экстренных ситуациях пострадавший может задержать дыхание при подъёме. С точки зрения судмедэксперта, сложно определить причину.

Солнечный свет может проникать под воду на глубину до тридцати метров. На момент происшествия окружающая среда под водой была неизвестна.

Иногда проплывающая рыба, мерцающие тени или любое другое незначительное изменение могли представлять потенциальную угрозу для дайверов. Паника могла заставить человека забыть всё, чему его научили.

В момент страха первой реакцией многих людей часто становится попытка всплыть на поверхность. Если в этот момент они забываются и задерживают дыхание, то это верная смерть.

Гу Яньчэнь спокойно проанализировал ситуацию:

- У погибшей был сертификат дайвера, и это было не первое её погружение. Убедитесь, что кислородный баллон погибшей сохранён надлежащим образом, это тоже важное доказательство.

Бай Мэн усмехнулась:

- Под водой нет людей, боюсь, только рыбы знают правду.

Лу Ин повернулся к Ляо Инханю, который обсуждал ситуацию с сотрудниками полиции:

- Разве муж не жив?

Бай Мэн искоса взглянула на мужчину:

- Я не слишком склонна верить показаниям мужа.

- Нам всё равно нужно услышать, что он скажет, — напомнил ей Лу Ин.

Гу Яньчэнь взял информационный лист, составленный вспомогательной полицией, в котором уже была указана основная информация, имена, возраст и идентификационные номера.

Чжун Сяокэ была торговым представителем крупной фармацевтической компании.

Ляо Инхань был на год моложе своей жены, в этом году ему исполнилось 28 лет, и он работал тренером по фитнесу в тренажёрном зале.

Они были женаты год, и у них не было времени на медовый месяц до недавнего времени, когда Чжун Сяокэ взяла ежегодный отпуск, и они решили провести время вместе.

Гу Яньчэнь не спешил допрашивать мужа. Он сказал Бай Мэн:

- Сначала помоги мне проверить кое-какую информацию.

Бай Мэн открыла блокнот и села на пляже.

Гу Яньчэнь попросил:

- Сначала проверь, есть ли у них страховка.

Чтобы предотвратить мошенничество в сфере страхования, информация о дорогостоящих страховых полисах была интегрирована в полицейскую систему, и её можно найти в режиме реального времени.

Бай Мэн проверила:

- У них высокий уровень покрытия, и они оба являются бенефициарами друг друга.

Гу Яньчэнь взглянул на мужчину издалека:

- Во-вторых, проверь их семейное положение.

Закончив поиск, Бай Мэн сказала:

- Этот мужчина женат второй раз, брак с Чжун Сяокэ не первый.

Бай Мэн также поискала банковские карты и сопутствующую информацию об этих двух людях.

- До того как Ляо Инхань женился на Чжун Сяокэ, он едва сводил концы с концами, в то время как финансовое положение Чжун Сяокэ было хорошим. До свадьбы она купила дом и машину.

Услышав эту новость, Гу Яньчэнь взял Лу Ина и подошёл к мужу.

Глаза Ляо Инханя покраснели, очевидно, он долго плакал.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Расскажи нам, что сегодня произошло.

Ляо Инхань был ошеломлён. Предыдущие полицейские спрашивали о том, что произошло под водой, а этот офицер спрашивал о том, что произошло сегодня. Он начал вспоминать всё, начиная с пробуждения утром и заканчивая тем, как они погрузились под воду.

Записав всё, Гу Яньчэнь спросил:

- Как умерла ваша жена?

Ляо Инхань вытер лицо и рассказал:

- Мы погрузились под воду около десяти часов утра и остались на мелководье. Мы, то ныряли, то отдыхали. Я всегда был рядом с ней. Около полудня я хотел позвать жену, но, обернувшись, увидел, что она в беде…

Ляо Инхань собрался с мыслями:

- В тот момент на ней не было дыхательного аппарата. Он лежал рядом с ней, как будто у неё свело ногу, или, она наглоталась воды и не может дышать.

- В тот момент вы были перед ней или позади неё?

- Позади неё, примерно в двух метрах. Я быстро подплыл к ней и жестом показал, чтобы она расслабилась. Я хотел отдать ей свой дыхательный аппарат, но она отмахнулась. Затем мы вместе всплыли, она торопилась, хотела поскорее оказаться на поверхности, двигалась быстро…

Он закрыл лоб рукой, словно не желая вспоминать эту кошмарную сцену.

- Под водой невозможно общаться или разговаривать. Мы оба были в панике. У меня было такое чувство, будто мой мозг взорвался, и я почти ничего не помнил из того, чему меня учили. Когда я это понял, мы уже всплыли, и она начала обильно харкать кровью. Я держал её и звал на помощь. Мы были недалеко от берега, и спасатели пришли нам на помощь. Но она… не смогла.

- Вы оба с женой брали уроки дайвинга, верно?

- Да. Я получил сертификат дайвера несколько лет назад, а она — в этом году.

- Вы знаете, что стало причиной её смерти?

— Да. Инструктор по дайвингу упомянул об этой ситуации. Я не знаю, задержала ли она дыхание тогда. — В этот момент глаза Ляо Инхань снова покраснели. — Когда мы сегодня ныряли, она с восторгом рассказывала мне, как хочет увидеть подводные пейзажи. Как я буду объяснять это своим родителям и родственникам жены…

Гу Яньчэнь заметил, что у мужчины идёт кровь из носа. Он указал на это:

- У тебя идёт кровь.

Ляо Инхань быстро вытер кровь:

- Возможно, это декомпрессионная болезнь. Мы слишком быстро всплыли.

Гу Яньчэнь задал ему несколько вопросов об их супружеских отношениях. Закончив, он попросил сотрудников отдела провести медицинский осмотр.

Через некоторое время криминалисты вернулись и доложили:

- Кровотечение из носа прекратилось. На его руке, на костяшке левого пальца, есть небольшой шрам. Он сказал, что получил его, когда поднимал морскую звезду под водой.

Гу Яньчэнь спросил:

- Образцы крови и ДНК взяли?

Сотрудник, занимающийся сбором улик, поднял сумку с уликами:

- Судмедэксперт только что забрал их у меня, всё в порядке.

Только после этого Гу Яньчэнь отпустил его и попросил Ляо Инханя быть готовым к тому, что полиция вызовет его в любой момент.

Первичное место происшествия было в море. После того как место смерти на пляже было осмотрено, тело поместили в мешок для трупов, чтобы увезти его.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Есть ли серьёзные подозрения в отношении мужа?

Гу Яньчэнь сказал:

- При погружении под воду, помимо жертвы, на месте происшествия был только муж. Таким образом, в этом деле возможны только два варианта, несчастный случай или убийство. Муж является главным подозреваемым, и теперь всё зависит от улик.

Без улик, даже если Ляо Инхань кого-то убил, привлечь его к ответственности будет невозможно.

На улицах есть камеры наблюдения, в горах — свидетели, а огонь оставляет следы, но если это произошло на глубине десятка метров под водой и без свидетелей... Это может быть «идеальное убийство» жены.

Рецидивист

Глава 31. Рецидивист

Труп быстро доставили в прозекторскую судебно-медицинской экспертизы городского бюро Биньчэна.

Первым делом Шэнь Цзюньци и Ци Иань осмотрели одежду.

В тихой и светлой прозекторской судебно-медицинской экспертизы всё выглядело яснее, чем на месте преступления.

Ци Иань наблюдал за происходящим и делал фотографии, пока Шэнь Цзюньци осматривал одежду погибшей.

Из-за начинающегося трупного окоченения было довольно сложно снять одежду, не повредив возможные улики. Они потратили на это некоторое время. После раздевания следующим шагом был осмотр поверхности тела, в основном с помощью зрения, обоняния и осязания.

Ци Иань делал фотографии, заполняя протокол осмотра.

Этот поверхностный осмотр занял около получаса.

После второго измерения температуры тела Ци Иань сделал пометку:

- Температура тела снизилась относительно быстро.

- Поскольку она ранее находилась в морской воде, температура её тела была низкой, к тому же она потеряла много крови, — объяснил Шэнь Цзюньци.

Осмотрев глаза, нос и лицо покойной, обратив особое внимание на губы, он кое-что заметил.

Шэнь Цзюньци тихо воскликнул, указывая на внутреннюю поверхность губ:

- На губах ссадины, а на языке и в ротовой полости есть небольшие ранки.

Эти раны были очень маленькими и скрывались под пятнами крови. Без тщательного осмотра их можно было не заметить.

Водолазный респиратор обычно держат во рту, и в обычных обстоятельствах он не мог бы нанести такие травмы, если бы его не тянули с силой.

Ци Иань быстро схватил фонарик и наклонился, чтобы посмотреть. Повреждения были на внутренней стенке рта.

Он воскликнул:

- Значит ли это, что её водолазный респиратор мог не слететь сам по себе?!

Шэнь Цзюньци ещё раз внимательно осмотрел его:

- Строго говоря, эти повреждения указывают лишь на то, что респиратор упал и поцарапал внутреннюю поверхность рта. Под водой всё сложно, и трудно сказать, был ли он снят намеренно.

После осмотра поверхности тела они взяли кровь на анализ.

Как только Ци Иань завершил осмотр поверхности тела, он изменил форму.

Работа судмедэксперта заключается не только в вскрытии. Каждый раз, когда находят труп, проводится осмотр на месте, затем следует осмотр поверхности тела, составление протокола вскрытия, и в результате по каждому телу накапливается целая куча документов.

Без Ци Ианя Шэнь Цзюньци был бы совершенно беспомощен.

Всё оборудование было уже подготовлено.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Давай приступим к вскрытию. На этот раз ты делаешь это.

Чтобы лучше видеть, они отмыли тело от крови.

Ци Иань вскрыл грудную клетку женщины скальпелем. Как только кожа была разрезана, из тела хлынула кровь, наполнив комнату сильным запахом. Ци Иань редко видел столько крови в трупе. Опасаясь ошибиться, он невольно поднял взгляд на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци сохранял спокойствие.

- Это посмертное кровотечение, вызванное декомпрессией, — сказал он.

Затем он объяснил:

- После декомпрессии разрыв альвеол, может продолжаться некоторое время. При посмертном кровотечении кровь не сворачивается вокруг окружающих тканей и не образует тромбов.

После того как был сделан надрез, обнажились внутренние органы. Ци Иань руками раздвинул брюшную стенку и с помощью костных щипцов вскрыл рёбра. Он наклонился, чтобы посмотреть на лёгкие женщины. Лёгкие были покрыты бесчисленными очагами воспаления, и нежные ткани были разорваны.

Даже Ци Иань, который никогда не ругался, не смог удержаться от проклятия:

- Чёрт, это слишком ужасно.

Гу Яньчэнь уже связался с бывшей женой Ляо Инханя, женщиной по имени Чжао Юйшань, которая была независимым дизайнером. Поскольку она была всего лишь свидетельницей, Гу Яньчэнь не стал вызывать её в полицейский участок, а отправился прямо к ней в офис, чтобы навести справки.

Чем непринуждённее будет разговор, тем больше шансов получить от неё информацию.

У Чжао Юйшань был собственный кабинет на втором этаже офисного здания. Она была одета в белый повседневный костюм с чёрной майкой под ним. У неё длинные волосы, губы накрашены помадой сливового цвета, что придавало ей решительный вид.

Гу Яньчэнь посмотрел на неё и заметил сходство с Чжун Сяокэ, обе были молодыми женщинами, финансово независимыми и успешными в карьере.

После того как Лу Ин вкратце изложил ситуацию, Чжао Юйшань пригласила их войти и налила им по чашке кофе.

Она села напротив и стала слушать, как Гу Яньчэнь и Лу Ин подробно рассказывают о случившемся.

Чжао Юйшань приподняла брови и спросила:

- Это случилось сегодня в полдень?

Лу Ин кивнул.

- Да, около половины двенадцатого утра. Сначала мы расспросили Ляо Инханя, а потом пришли к вам.

Отставив кофе, Чжао Юйшань вздохнула:

- Что за несчастный случай? Это явно убийство!

Гу Яньчэнь спросил:

- На чем основаны ваши обвинения?

- Потому что три года назад со мной произошло почти, то же самое. Если бы я не была начеку, то могла бы погибнуть, — сказала Чжао Юйшань.

Судя по всему, история на этом не заканчивалась.

Лу Ин поправил ручку для записи, и Гу Яньчэнь спросил:

- Не могли бы вы подробно рассказать нам обо всём, что произошло, в том числе о том, как вы познакомились с Ляо Инханем и как развивались ваши отношения?

Чжао Юйшань провела рукой по волосам.

- Я познакомилась с этим мужчиной в элитном спортзале. Хотя я выбрала личного тренера-женщину, я всё равно была с ним знакома. Он начал активно ухаживать за мной, делая комплименты моей внешности. Я люблю путешествовать, и он тоже любит путешествовать. У нас было много общего. Потом я случайно увидела, как он работает волонтёром в моём районе. Он поздоровался со мной, и я вдруг прониклась к нему симпатией. У него была хорошая фигура и внешность, и на какое-то время мы стали парой. Во время наших отношений он вёл себя как послушный домашний питомец, каждое утро готовил роскошный завтрак, отвозил меня на работу и забирал после неё. Он был нежным и внимательным, очень романтичным. Он беспрекословно выполнял все мои требования, и даже когда я злилась на него, он оставался невозмутимым. Когда я напилась, развлекая клиентов, он всю ночь заботился обо мне, не нарушая моих границ. В тот момент я подумала, что нашла своего идеального мужчину.

Чжао Юйшань горько улыбнулась.

- Оглядываясь назад, я понимаю, что на самом деле он не любил меня. Он просто изо всех сил старался мне угодить и создал себе образ в соответствии с тем типом мужчин, который мне нравился.

Гу Яньчэнь спросил:

-Включая волонтёрство?

Чжао Юйшань кивнула.

- Возможно, я как-то вскользь упомянула, что мне нравятся мужчины, которые заботятся об общественном благе, и поэтому он так поступил. После того как мы начали встречаться, он больше никогда так не делал. Потом он сделал мне предложение и устроил грандиозную церемонию. Я была не готова, но, увидев множество друзей и членов семьи, согласилась. После свадьбы он постоянно уговаривал меня пойти с ним куда-нибудь, в том числе заняться дайвингом. Он сказал, что с детства мечтал заниматься дайвингом, показал мне много видео и рассказал о красоте подводного мира

Гу Яньчэнь молча, слушал. Хотя Чжун Сяокэ уже была мертва, у него было подозрение, что то, что случилось с Чжао Юйшань, случилось и с Чжун Сяокэ.

– Я независимая женщина, которая любит путешествия и спорт. Я также хороший пловец и всегда интересовалась дайвингом, поэтому он уговорил меня без каких-либо усилий. Мы договорились поехать в свадебное путешествие и нырять вместе. Увидев подводные пейзажи, я записалась на курсы дайвинга, изучила различные приемы по дайвингу и получила сертификат.

В этот момент Чжао Юйшань усмехнулась:

– Следующим шагом, вы, наверное, догадываетесь, что он сделал.

Гу Яньчэнь этого ожидал:

– Купил страховку.

Чжао Юйшань кивнула и сказала:

– Купил максимальную сумму страховки от несчастного случая.

Затем она продолжила:

– В то время у нас еще был период медового месяца, и я не особо защищалась по отношению к мужчине рядом со мной. Он отвез меня к морю, где было немноголюдно, и мы вместе вошли в воду. Подводные пейзажи были действительно прекрасны. Я сделала снимки на камеру и последовала за ним на глубину. К тому времени, как я все поняла, мы были уже на глубине около 20 метров, я посмотрела вверх, чтобы найти Ляо Инханя, но не смогла его увидеть. Я внезапно обернулась и обнаружила его позади себя, его рука тянулась к моему кислородному баллону.

Чжао Юйшань, казалось, погрузилась в воспоминания, и её речь стала медленнее:

- В тот момент я вдруг поняла, что у меня проблема. Мы были под водой, и вокруг не было никого, кроме нас. Под водой практически ничего не слышно, солнечный свет не такой яркий, и вокруг никого. Я находилась там, и всё, что у меня было, — это маленький баллон с кислородом. Можете себе представить это чувство? Беспомощность, и не к кому обратиться. В голове у меня промелькнула мысль: этот человек хочет меня убить. Я была в панике. В моей голове, как на карусели, проносились сцены из моего прошлого, начиная с детства. Я отчаянно плыла к берегу. К счастью, я помнила, что говорил мне тренер, поэтому, несмотря на панику, я не допустила ни одной ошибки. Оставив его, я доплыла до берега и побежала к людям. Я громко спорила с ним, просила держаться от меня подальше. Он выглядел немного обиженным и сказал, что просто проверял уровень кислорода в моём баллоне. Но я не поверила ни единому его слову. С того дня я его боялась. Я старалась не оставаться с ним наедине и попросила спать в разных комнатах. Он ничего не сказал, а через месяц подал на развод. Я подписала документы, и на этом наш брак закончился. Этот опыт вызвал у меня талассофобию, и я больше никогда не хотела заниматься дайвингом.

Вздохнув, Чжао Юйшань заключила:

- Я почти уверена, что бедная женщина, о которой вы упомянули, столкнулась с тем же, но у неё не было ни моей бдительности, ни моей удачи.

Опустив взгляд, она добавила:

– Такие мужчины не только найдут женщин, чтобы подняться на горы, но и обманом заставят вас нырять.

Следуя процедуре, Лу Ин попросил поставить свою подпись, подтвердив, что сказанное ею соответствует действительности.

Гу Яньчэнь спросил:

- Если понадобится, сможете ли вы дать показания в суде?

Чжао Юйшань ответила:

- Я могу это сделать, но не думаю, что мои показания что-то изменят. После того инцидента я изучила похожее дело, которое произошло в 2003 году в другой стране. 26-летняя женщина погибла во время дайвинга со своим мужем, и её семья заподозрила мужа в убийстве. Но в итоге суд постановил, что муж не выполнил свой долг по спасению жены, и приговорил его к пяти годам заключения. Не говоря о том, что это произошло в нашей стране, и, похоже, что Ляо Инхань активно искал помощи.

Гу Яньчэнь кивнул.

— Я понимаю.

Это дело было одновременно простым и сложным. Оно было простым, потому что они почти наверняка знали, что Ляо Инхань причастен к смерти жены. Оно было сложным, потому что им было трудно найти прямые доказательства и выстроить полную цепочку обвинений, в отношении Ляо Инханя.

Попрощавшись с Чжао Юйшань, Гу Яньчэнь вернулся в городское бюро. Он спросил Бай Мэн:

— Есть какие-нибудь подвижки?

— Мы встретились с родителями погибшей, — Бай Мэн ответила.

Гу Яньчэнь спросил:

— Они рассказали, что-нибудь интересное?

— Родители Чжун Сяокэ оба учителя, они очень воспитанные и не говорили ничего лишнего.

Бай Мэн объяснила:

— Но я могу сказать, что они тоже подозревают, что это мог сделать муж.

— У них есть какие-то конкретные причины?

— Ничего существенного. Родители Чжун Сяокэ упомянули, что этот брак был заключён в спешке и что в то время они были категорически против этого. Ляо Инхань моложе Чжун Сяокэ, уже был женат и происходил из бедной семьи. На свадьбе никто из семьи Ляо Инханя не присутствовал, кроме одного дяди, других родственников не было.

— А что насчёт других? — спросил Гу Яньчэнь. —

— Вы допрашивали других причастных лиц?

Бай Мэн сказала:

— Есть несколько не существенных показаний. Инструктор по дайвингу, у которого училась Чжун Сяокэ, не мог понять, почему произошла такая трагедия. По его словам, Чжун Сяокэ всегда была очень осторожна во время погружений.

Она сделала паузу, а затем добавила:

— Есть также информация, предоставленная спасателем, который участвовал в операции по спасению. Он сказал, что, когда они спасали Чжун Сяокэ, он вроде бы увидел что-то плавающее на поверхности моря, размером с ладонь. В тот момент он спешил спасти человека и не успел выловить предмет, чтобы посмотреть, что это было. Но спасатель уточнил, что не он приглядывался, так что это мог быть просто мусор.

Обсудив эти вопросы, Гу Яньчэнь снова спросил:

— А что насчёт её телефона и аккаунтов? Не показалось ли тебе что-то необычным?

Бай Мэн покачала головой.

— Мы проверили последние записи, и там нет ничего существенного. Но в некоторых записях, сделанных до их свадьбы, есть кое-что интересное. После того как Ляо Инхань развёлся со своей первой женой, он практически жил на две семьи. Он был активен, как осьминог. И только после того, как поймал в свои сети Чжун Сяокэ, он постепенно отдалился от других женщин.

Бай Мэн немного задумалась, а затем добавила:

— Чжун Сяокэ любила вести видеоблог. Все их недавние путешествия были записаны в нем, а некоторые даже были опубликованы в интернете. Я скачала их и могу показать вам.

Настойчивость

Глава 32. Настойчивость

Городское бюро Биньчэа, отдел по расследованию особо тяжких преступлений.

Гу Яньчэнь открыл аккаунт Чжун Сяокэ в Weibo, где на всех изображениях были два человека, держащихся за руки. Должно быть, она очень любила Ляо Инханя.

Затем он получил видео, отправленное Бай Мэн.

У женщины на видео было сияющее, как цветок, улыбающееся лицо. Она держала палку для селфи и делала снимки.

- Всем привет, извините за долгое ожидание. Сегодня мы приехали в отель на берегу моря. Завтра мы отправимся на дайвинг! Для этого тура мы подготовили много снаряжения!

Камера показала снаряжение и гидрокостюмы в чемодане. Розовый явно принадлежал Чжун Сяокэ, а синий — Ляо Инханю. Затем камера переключилась на Ляо Инханя, который собирал вещи:

- Дорогой, иди поздоровайся со всеми!

Ляо Инхань, стоявший позади, слегка смутился и помахал рукой.

Камера Чжун Сяокэ повернулась.

- Давайте я покажу вам вид из номера на море.

За окном на закате виднелось бескрайнее море, над головой летали морские птицы, и всё вокруг выглядело очень красиво.

- Сегодня вечером мы поедим морепродуктов! Креветок и морских ушек! Но больше всего я жду возможности заняться дайвингом. Мне не терпится все посмотреть. Завтра я покажу вам подводный мир, который я запишу!

Вся запись длилась не больше двух минут.

После того как полиция опубликовала заявление, кто-то нашёл этот аккаунт, и теперь им делились все, кто хотел узнать о последних мгновениях её жизни. Эта женщина навсегда уснула у любимого ею синего моря.

Закончив просмотр, Гу Яньчэнь закрыл компьютер и собрался идти домой, чтобы проверить оставшуюся информацию. Он отправился в офис судмедэксперта, чтобы забрать Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци закончил сегодняшнее вскрытие и собирался уходить с работы, поэтому они спустились вместе.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Доктор Шэнь, у тебя есть что-нибудь новенькое?

Шэнь Цзюньци рассказал Гу Яньчэню о ране во рту, а затем спросил:

- А у тебя есть какие-нибудь подвижки?

Гу Яньчэнь, идя рядом с ним, сказал:

- Мы допросили бывшую жену Ляо Инханя. По её словам, этот Ляо Инхань, похоже, закоренелый преступник, который убивает своих жён ради страховых выплат. Просто его методы более изощрённые.

Текущая проблема по-прежнему связана с доказательствами.

Шэнь Цзюньци вздохнул:

- Если бы только можно было вести наблюдение под водой.

Как только он это сказал, Гу Яньчэнь внезапно остановился как вкопанный:

- Я кое-что вспомнил…

Он собрался с мыслями и сказал:

- Чжун Сяокэ вела видеоблог и говорила, что хочет снять подводный мир. Должно быть, она взяла с собой водонепроницаемую камеру, но мы не нашли камеру ни у неё, ни у Ляо Инханя.

Шэнь Цзюньци продолжил рассуждения:

- Значит, камера могла утонуть под водой!

Подумав об этом, Гу Яньчэнь сказал:

- Если камера что-то сняла, это будет самым весомым доказательством!

Шэнь Цзюньци спросил:

- Но… можно ли её достать?

Гу Яньчэнь сказал:

- Она упала в воду совсем недавно и находится не далеко, так что шансы ещё есть.

Поскольку в последние дни штормов не было, они могли бы попробовать. Они поспешили домой, поужинали.

Гу Яньчэнь не стал торопиться и спрашивать о камере Ляо Инханя, чтобы не насторожить его. Сначала он попросил техников проверить телефон Чжун Сяокэ и нашёл несколько селфи, сделанных перед погружением, на которых у женщины на шее висела водонепроницаемая камера. Затем он поинтересовался у спасателей, и все подтвердили, что не видели, чтобы на Чжун Сяокэ была камера  на берегу.

Убедившись в этом, Гу Яньчэнь посмотрел на часы, было уже больше восьми вечера.

Поднять камеру со дна было непросто. Им не только понадобился персонал из городского бюро, но и придется координировать свои действия с морской полицией.

Первым делом нужно было получить одобрение руководства.

Гу Яньчэнь позвонил заместителю директора Дуну. После нескольких гудков никто не ответил. Гу Яньчэнь снова позвонил замдиректора Дуну домой.

После некоторого ожидания кто-то, наконец, взял трубку. На другом конце провода раздался голос миссис Дун:

- Алло…

Гу Яньчэнь сказал:

- Здравствуйте, могу я поговорить с замдиректора Дуном.

Как только он это произнёс, с другого конца провода донёсся голос замдиректора Дуна, который, похоже, с кем-то ссорился.

Гу Яньчэнь немного смутился:

- Может, я перезвоню позже…

Миссис Дун не возражала:

- Всё в порядке, он помогает нашему внуку с домашним заданием. Давай я позову его.

Через несколько секунд заместитель директора Дун ответил на звонок:

- А, капитан Гу. Извините, я только что учил Цзюнь Цзюня, и не услышал звонка.

Цзюнь Цзюнь — прозвище внука заместителя директора Дуна.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я только что кое-что услышал.

- Кхм! — закашлялся господин Дун. — Домашние задания всегда такие. Узнаешь, когда женишься.

Гу Яньчэнь почувствовал неладное:

- Я помню, что Цзюнь Цзюнь ещё в детском саду, верно?

- Да, он из среднего класса, — сказал замдиректора Дун. — Он ещё не выучил пятьсот китайских иероглифов, может складывать только в пределах ста, и ему ещё предстоит долгий путь.

Гу Яньчэнь не ожидал.

- Что, сейчас в детском саду так трудно?

- Да, — сказал заместитель директора Дун, — и это без дополнительных занятий. Всё из-за родительских воплей. О, кстати, зачем ты мне звонишь?

Гу Яньчэнь объяснил, какую операцию он хотел бы провести.

Замдиректора Дун сказал:

- Это дело привлекло большое внимание общественности, а камера является важным вещественным доказательством. Я одобряю проведение операции. Но вам нужно предоставить мне бюджет и план действий. Я отвечу вам позже по электронной почте, а затем свяжусь со Старым Дином. Кроме того, давайте сразу проясним, что эта операция дорогостоящая и трудоёмкая. Каким бы ни был наш прогресс, мы потратим на это максимум три дня. — Замдиректора Дун добавил: — Кроме того, свяжитесь с инструкторами по дайвингу на их морском курорте и попросите их провести поиски вместе со спасателями. Если выяснится, что это убийство, мы не должны портить им репутацию.

Гу Яньчэнь повесил трубку и за ночь разработал план операции.

Морская полиция отлично справилась со своей задачей и назначила погружение на следующее утро.

Рано утром следующего дня на пляже собрались десятки людей. Место для дайвинга находилось недалеко, поэтому вскоре вся территория была размечена. Из-за недавнего убийства этот район всё ещё был оцеплен. Гу Яньчэнь уже сообщил об этом морской полиции, и они прислали несколько небольших лодок. Он занял одну из них.

Это была совместная операция, и дайвинг-клуб в заливе был готов помочь. Несколько инструкторов из учебного центра по дайвингу, который посещала Чжун Сяокэ, тоже приехали. Эти инструкторы были опытными.

Начиная с семи утра, они начали поиски в прибрежных водах.

Несмотря на то, что поисковая операция была хорошо организована, продвигалось все медленно. Найти потерянную камеру в таком огромном море было всё равно, что найти иголку в стоге сена. Дайверы поднимались и погружались, сменяя друг друга.

К полудню видимость под водой ухудшилась, и капитан Лю из морской полиции подошёл к Гу Яньчэню, чтобы обсудить ситуацию:

- Капитан Гу, может, на сегодня закончим?

Гу Яньчэнь сказал:

- На сегодня хватит. Когда водолазы поднимутся, мы отправимся обратно.

Детективы были немного разочарованы тем, что целый день поисков не принёс результатов, но Гу Яньчэнь их успокоил.

Не успел он договорить, как в воде послышался плеск и на поверхность вынырнул ныряльщик, размахивая чем-то в руке. Он выплюнул изо рта дыхательный аппарат и сказал:

- Нашёл, нашёл камеру!

Капитан Лю обрадовался и даже не стал поднимать водолаза, а с помощью крюка подцепил камеру и передал её Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, взгляните, это она?

Гу Яньчэнь взглянул на камеру, сравнил её с фотографиями Чжун Сяокэ и подтвердил:

- Да, это та же марка и модель.

Возможно, камера была в режиме записи и разрядилась, поэтому её нельзя было сразу посмотреть.

- Хорошо, что мы её нашли. Ребята, постарайтесь как можно скорее раскрыть это дело, — усмехнулся капитан Лю.

После напряжённого дня наконец-то прогресс был, достигнут, и всё прошло гладко.

Гу Яньчэнь отвёз детективов обратно в городское бюро, держа в руках с трудом добытую камеру.

Он сразу же нашёл подходящий кабель.

Услышав, что они нашли камеру Чжун Сяокэ, Шэнь Цзюньци поспешил к ним.

Даже директор Дин спустился сверху, чтобы посмотреть, что там на камере.

Все собрались в кабинете отдела по расследованию особо тяжких преступлений и молча, ждали, что же будет на видеокарте.

Руки Бай Мэн дрожали от волнения.

На одной карте памяти было несколько файлов, она сразу перешла на последний и включила фрагмент.

Видео началось с кадров подводного пейзажа, затем камера переключилась на дайвера рядом с ней. Судя по цвету гидрокостюма, это был Ляо Инхань, а камеру держала Чжун Сяокэ. Ляо Инхань показал камере большой палец вверх. Затем Чжун Сяокэ сняла ремешок со шлема, развернула камеру и сделала селфи.

Потом камера сняла морских обитателей, омара, ползущего по морскому дну, и разноцветных рыб, проплывающих мимо. Морские водоросли и трава мягко покачивались на волнах, а из песка на морском дне время от времени появлялись маленькие крабы.

Через несколько минут видео внезапно задрожало, камера развернулась, и на секунду объектив запечатлел лицо Чжун Сяокэ. Она сняла дыхательный аппарат, и в этот момент на неё напала какая-то фигура…

Под водой было тихо, но в кадре наступил критический момент, и казалось, что у всех сердце ушло в пятки.

Но в этот момент камера упала на дно. Поднялось облако песка. Объектив закрыло. Расстояние увеличилось, фокус был потерян. На всё более размытой видеозаписи можно было разглядеть фигуру, которая обхватила Чжун Сяокэ сзади. Чжун Сяокэ, казалось, сопротивлялась, а затем они всплыли на поверхность.

На видеозаписи видно, как женщина один раз дёрнула ногой.

Как раз в тот момент, когда они достигли критической точки, Лу Ин, стоявший сбоку, взволнованно сжал кулаки. Ему хотелось настроить камеру, сфокусировать её как следует, и разглядеть весь процесс. Весь процесс длился всего десять секунд, а затем объектив снял лишь тихое морское дно.

Все замолчали, и Бай Мэн наконец нажала на паузу.

- Наверное, это всё...

На видео было что-то записано, но это не было убедительным доказательством. Все надеялись, что камера поможет раскрыть правду об этом происшествии, начиная с момента, когда стало известно о её существовании, и, заканчивая моментом, когда её удалось найти. В итоге на видео было всего несколько размытых кадров, которые было трудно разглядеть.

Надежда была так же велика, как и разочарование.

В конце концов, первым успокоился Гу Яньчэнь.

Он прокашлялся и сказал:

- Это важные улики. Давайте искать дальше.

Бай Мэн вздохнула, немного расстроившись.

- Какие ещё улики мы можем найти…

В этот момент директор Дин, стоявший позади, заговорил.

- Все усердно работали. Уже то, что мы нашли столько улик, заслуживает похвалы.

Он обратился к Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, пройдите со мной в конференц-зал.

Гу Яньчэнь встал и последовал за директором Дином в соседний конференц-зал.

Директор Дин сел и жестом пригласил Гу Яньчэня присесть.

- Ты немного разочарован, не так ли? — спросил директор Дин.

Гу Яньчэнь сохранял спокойствие.

-Всё в порядке. Хотя запись размыта, она всё равно может послужить ориентиром. Мы поищем другие улики.

Директор Дин сказал:

- Я изучил все ваши записи, ты допросил всех, кого только можно, и даже получил показания от бывшей жены. Мы подняли камеру со дна. Вы сделали всё, что могли. Это уникальное дело, оно произошло на дне моря. Наблюдение, отпечатки пальцев, пятна крови — все обычные методы криминалистической экспертизы неприменимы. Я занимаюсь этим уже много лет и знаю, что некоторые дела, даже если их расследовать, могут не принести результатов. Я думаю, вам следует передать все имеющиеся доказательства в прокуратуру. Виновен этот человек или нет — решать суду.

Проработав столько лет начальником бюро, он знал, что некоторые дела невозможно раскрыть так, как хотелось бы, иначе в мире не осталось бы нераскрытых дел. Ограничения, связанные с окружающей средой, могут препятствовать дальнейшему расследованию дела, и с этим нужно смириться. Более того, полиция Биньчэна нашла столько зацепок в этом деле, что они могут гордиться своими успехами в расследовании.

Гу Яньчэнь сказал:

- Директор Дин, от этого дела легко отказаться, но для меня всё не так просто.

Он ненадолго замолчал, поднял взгляд и твёрдо продолжил:

- В этом мире так много мужей, которые хотят убить своих жён. Меня беспокоит то, что, если мы сдадимся, эти убийцы решат, что этот способ безопасен и идеально подходит для убийства. Тогда в морских глубинах будет гибнуть ещё больше женщин.

Директор Дин нахмурился:

- Но в этом деле явно не хватает вещественных доказательств. Каков ваш дальнейший план?

Гу Яньчэнь сказал:

- Я хочу компенсировать это показаниями, чтобы Ляо Инхань сам во всём признался.

Директор Дин спросил:

-Ты сможешь это сделать?

Если Ляо Инхань не сознается, он вполне может выйти сухим из воды и получить миллионы в качестве страховой компенсации. Если же он сознается, ему может грозить смертная казнь.

Директор Дин не представлял, как добиться от него признания.

Гу Яньчэнь ответил:

- Я хочу попробовать.

Директор Дин сказал:

- Хорошо, я свяжусь с прокуратурой и подам заявление на получение ордера на 24-часовое содержание под стражей.

Повторное вскрытие

Глава 33. Повторное вскрытие

После краткого обсуждения дела директор Дин сказал, что нужно провести совещание, и направился налево, чтобы открыть дверь в конференц-зал.

Гу Яньчэнь повернул направо, намереваясь вернуться в кабинет. Выйдя, он увидел Шэнь Цзюньци, стоявшего недалеко от конференц-зала.

Увидев Гу Яньчэня, Шэнь Цзюньци растерялся, а затем извиняющимся тоном объяснил:

- Я не хотел подслушивать ваш разговор.

Гу Яньчэнь сказал:

-Всё в порядке, мы не обсуждали ничего конфиденциального.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэня. Он уловил часть их разговора:

- Капитан Гу, то, что вы сказали, имеет смысл. Я тоже не хочу, чтобы из-за этого дела девушки лишились возможности нырять со своими возлюбленными.

Любовь должна быть сладкой. Если вы не можете держаться за руки и вместе встречать рассвет или не решаетесь вместе нырнуть, чтобы увидеть красоту подводного мира, то это потеря в жизни.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Я пришёл сюда, чтобы найти тебя, потому что хочу кое-что тебе сказать. Я ещё раз просмотрел видео и нашёл кое-какие детали. Я подозреваю, что Ляо Инхань мог чем-то прикрыть рот Чжун Сяокэ, чтобы та не могла свободно дышать.

Гу Яньчэнь также вспомнил, что, хотя видео было размытым, Ляо Инхань сделал движение, перегнувшись через Чжун Сяокэ, и, кажется, чем-то закрыл рот и нос женщины.

Он вдруг вспомнил показания спасателя на берегу:

- Тот, кто их спасал, сказал, что он видели что-то плавающее на поверхности моря.

Возможно, именно это и было у Чжун Сяокэ во рту.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я собираюсь провести повторный осмотр.

Гу Яньчэнь посмотрел на часы:

- Пойдём вместе.

Они спустились в подвал здания судебно-медицинской экспертизы.

Шэнь Цзюньци заполнил документы, взял ключ и открыл шкаф, в котором хранился труп Чжун Сяокэ. Когда дверца холодильного шкафа открылась, внутри мирно лежал труп женщины, обдуваемый потоком холодного воздуха. Замороженный труп выглядел ещё бледнее, чем во время первого вскрытия.

Как только туман от холодного воздуха рассеялся, Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел лицо женщины:

- Конечно, есть признаки скрытых травм.

Гу Яньчэнь тоже заметил, что вокруг рта появилось слабое коричневатое пятно, как будто что-то было прижато ко рту Чжун Сяоке.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему эта отметина не была видна на лице раньше?

Он отчетливо помнил, что на лице не было таких повреждений.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- После хранения тела при температуре -2 °C в течение 24 часов после вскрытия некоторые едва заметные следы на поверхности трупа становятся более явными. Этот метод особенно эффективен для обнаружения незначительных повреждений после утопления. Поэтому судмедэкспертам иногда приходится проводить повторное вскрытие тела.

Этот след явно не был оставлен дыхательным аппаратом. После тщательного осмотра и измерений Шэнь Цзюньци отправил Ци Иань сообщение с просьбой прийти и сделать фотографии для подтверждения, а также указал этот момент в отчёте судмедэксперта.

Гу Яньчэнь некоторое время наблюдал за ним:

- Эта форма напоминает мне кислородную маску.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Подобные устройства используются при проведении функциональных тестов лёгких.

Внезапно Гу Яньчэнь кое-что вспомнил. Он достал телефон и поискал видеоблог Чжун Сяокэ на Weibo. В ролике, посвящённом снаряжению для дайвинга, в багаже Ляо Инханя был такой предмет… Это была небольшая пластиковая маска, помещённая в полиэтиленовый пакет, без внешней трубки, плотно прилегающая к лицу. После того как её надеть, дышать будет невозможно.

Возможно, первый раз, когда Ляо Инхань попытался, приблизился к Чжао Юйшань под водой, он вызвал у неё подозрения, и теперь опасаясь, что вмешательство в кислородный баллон могут обнаружить, Ляо Инхань решил просто снять дыхательный аппарат с Чжун Сяокэ и надеть ей на лицо маску.

В тот момент Чжун Сяокэ не могла выдохнуть воздух из лёгких, потому что, её рот и нос были плотно закрыты, что не позволяло ей сделать это.

По сравнению с женой Ляо Инхань, будучи мужчиной и тренером по фитнесу, имел значительное преимущество в силе. Он быстро вынырнул на поверхность, держа Чжун Сяокэ на руках.

Теплые объятия влюбленных в морских глубинах превратились в смертельную ловушку. Из-за этих действий у Чжун Сяокэ разорвались легкие, что привело к ее смерти. Из-за быстрой декомпрессии у Ляо Инханя пошла носом кровь .

Наконец-то всё стало ясно.

Они вышли из бюро и сели в машину, двигатель завелся. Снова сгущались сумерки, был час пик. На дороге было скопление машин. Пока они ехали, зажглись все уличные фонари. Биньчэнь, освещённый огнями, был прекрасен.

Некоторое время, Шэнь Цзюньци наблюдал за потоком на дороге, потом повернул голову и тихо спросил:

- Эта подсказка тебе поможет?

- Конечно, это прямое доказательство того, что Чжун Сяокэ была убита, — Гу Яньчэнь сделал паузу и продолжил: — Я найду хорошее применение этой информации.

Шэнь Цзюньци слегка опустил голову:

- Это вызывает небольшое беспокойство. Эти доказательства всё ещё косвенные. Мы не можем найти маску, а на видео не запечатлён момент, когда ей закрыли рот. Мы даже не можем доказать, когда это произошло.

Если бы противоборствующая сторона наняла хорошего адвоката или прибегнул к уловкам, они не смогли бы использовать эти доказательства для вынесения обвинительного приговора.

После минутного молчания Шэнь Цзюньци снова спросил:

- Капитан Гу, ты уверен в завтрашнем допросе?

Гу Яньчэнь ответил:

- Сегодня вечером я кое-что подготовлю.

Учитывая, что доказательства были найдены накануне вечером, ордер на арест от прокуратуры поступит не раньше завтрашнего дня. На данный момент казалось, что единственным вариантом был допрос, а чтобы двигаться дальше, нужно было заставить Ляо Инханя признаться.

Шэнь Цзюньци на мгновение замялся, но, увидев, что машина вот-вот подъедет к жилому району, спросил Гу Яньчэня:

- Капитан Гу, что бы ты хотел съесть сегодня вечером?

Гу Яньчэнь сказал:

- Возможно, я буду немного занят, и у меня не будет времени готовить.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Тогда я закажу еду на дом.

После того как Шэнь Цзюньци принял душ, ему принесли заказ, и он отнёс её в соседнюю квартиру.

Гу Яньчэнь уже завалил обеденный стол, распечатанными материалами.

Он собирался прибраться, когда Шэнь Цзюньци предложил:

- Давай сегодня поедим на кофейном столике.

На вынос были заказаны жареная говядина, и суп из голубей.

Покончив с едой, Шэнь Цзюньци собрал коробки с едой и вывел собаку на прогулку.

Все сделав, он не ушел, а обернулся и спросил:

- Капитан Гу, могу ли я чем-нибудь помочь?

Гу Яньчэнь не стал отказываться:

-Есть ещё кое-какие материалы, которые нужно систематизировать.

Бай Мэн уже собрал всю информацию о Ляо Инхане. Эти материалы ещё не были отсортированы и систематизированы.

- Например, это все прошлые посты Ляо Инханя на различных форумах, включая Tieba, и Weibo. Нам нужно отфильтровать бесполезную информацию, выделить полезную и составить психологический портрет. А это его банковские выписки за несколько лет, — подытожил Гу Яньчэнь. — Эти материалы помогут нам восстановить правду.

Шэнь Цзюньци взял ручку и материалы и, сидя на диване, стал помогать Гу Яньчэню.

Тем временем Гу Яньчэнь систематизировал некоторые записи, связанные с этим делом.

Примерно через час Шэнь Цзюньци передал отфильтрованные материалы Гу Яньчэню. Гу Яньчэнь пролистал их и сказал:

- Молодец.

Шэнь Цзюньци взял ещё стопку записей в WeChat и спросил Гу Яньчэня:

- Капитан Гу, я давно хотел спросить, ты учился вести допросы в полицейской академии?

Как судмедэксперта, его всегда интересовали методы допроса. Заставить подозреваемого признаться иногда казалось невыполнимой задачей, но перед экспертами по допросам преступники часто признавались сами.

Гу Яньчэнь отлично умел вести допросы. Шэнь Цзюньци был свидетелем некоторых его допросов и считал, что он один из лучших в городском управлении.

Гу Яньчэнь, немного уставший от чтения, оторвался от стопки документов и кратко объяснил:

- То, чему нас учат в полицейской академии, — это основы. Чтобы научиться большему, нужен практический опыт.

Допрос — это, по сути, психологическая игра. Она заключается в том, чтобы за сутки сломить психологическую защиту подозреваемого. Как только его психологические барьеры будут разрушены, он признается в своих преступлениях.

Говоря на эту тему, Гу Яньчэнь не мог не добавить:

- Раньше при директоре Линь отдел допросов пользовался большим уважением.

Потом он с сожалением сказал:

- Но при директоре Ван всё изменилось. Ван часто говорил, что лучше искать записи с камер наблюдения, чем разговаривать с преступниками.

С тех пор как руководители перестали ценить его, он устарел.

Гу Яньчэнь продолжил, вертя в руке ручку:

- В наши дни видеонаблюдение и записи телефонных разговоров во многом заменили допросы. Например, раньше, если мы хотели узнать, мучил ли кто-то кошку, нам приходилось ходить по улицам, расспрашивать друзей и родственников и убеждать их признаться. Но теперь нам достаточно проверить, поисковые запросы, группы в которые подозреваемый вступал, а затем просмотреть записи с камер наблюдения возле его дома. Предъявив им эти доказательства, можно быстро добиться признания. Такие методы ускоряют ход допроса и расследования, но также приводят к пренебрежению базовыми навыками ведения допроса.

Шэнь Цзюньци вздохнул:

- Но в таких случаях, как тот, с которым мы столкнулись, наша главная надежда — это допрос.

- Да, — кивнул Гу Яньчэнь.

В настоящее время, если у них не будет признания в преступлении или мотива, а также, если им противостоит опытный адвокат, они вряд ли смогут обвинить Ляо Инханя.

Допрос — это психологическая битва без кровопролития, чем-то похожая на вскрытие в кабинете судмедэксперта. Это не фронтальный бой, но результат имеет решающее значение.

- В прошлом, когда системы видеонаблюдения не были так развиты, у старых копов были какие-то магические навыки ведения допроса. К сожалению, многие из их методов сейчас утрачены. Остались только некоторые зарубежные методы допроса, такие как метод Рида.

Гу Яньчэнь немного расстроился. Он продолжил:

- Я помню, когда я только пришёл в отдел расследований, директор Линь допрашивал очень неразговорчивого подозреваемого в похищении. Тот отказывался говорить нам, где находится похищенная девушка. Директор Линь допрашивал его два дня, почти без сна…

Шэнь Цзюньци вмешался:

- Это было много лет назад, верно?

Он заметил, что Гу Яньчэнь очень хорошо запомнил всё, что делал и говорил директор Линь.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я помню, потому что это случилось во время вступительных экзаменов в колледж, и в том году сын директора Линя сдавал их. Он заболел, а у директора Линя даже не было времени сходить к нему. Я купил лекарства и отправил их.

Шэнь Цзюньци опустил голову. Он вспомнил, что этот случай произошёл в последний день его вступительных экзаменов в колледж. Только сегодня он узнал, что Линь Сянлань допрашивал подозреваемого в похищении. Он помнил, что ему принесли лекарство, но в тот момент он и не подозревал, что это был Гу Яньчэнь.

Услышав это, он, отодвинул дату их первой встречи на несколько лет назад.

Тогда он стоял в дверях, а Гу Яньчэнь — снаружи, и они лишь обменялись несколькими словами, не встретившись лицом к лицу.

Симуляция болезни

Глава 34. Симуляция болезни

Ночь, квартира Гу Яньчэня.

Шэнь Цзюньци вспомнил, что это был последний день вступительных экзаменов в колледж. Хотя прошло много лет, он до сих пор очень ясно помнил тот день.

Тогда как другие родители сопровождали своих детей до места проведения экзамена, брали отгулы на работе и ждали у дверей, пока их дети выйдут, чтобы сразу же накормить их горячей едой, он был совсем один. Даже еду он покупал в небольшом ресторане внизу.

В последний день экзамена, вероятно, из-за того, что он съел что-то не то на завтрак, он плохо себя чувствовал с самого утра. К полудню он уже не мог ничего есть, у него болел живот и он покрылся холодным потом. Он не выдержал и позвонил Линь Сянлань.

Но Линь Сянлань отговаривался всё теми же старыми отговорками:

- Ло Ло, я сейчас в критической ситуации, тебе нужно немного потерпеть. Дома в аптечке есть лекарства…

Он перебил его:

- Лекарства закончились полгода назад.

Линь Сянлань на другом конце провода, казалось, был удивлен. Он повесил трубку и сам спустился в аптеку. Он не мог положиться на Линь Сянлань.

Во второй половине экзаменационного дня он чуть не упал на стол от боли, которая была настолько сильной, что он почти ничего не видел и чувствовал себя так, будто умирает.

Наблюдатель заметил, что с ним что-то не так, и спросил, не нужна ли ему помощь в вызове школьного врача или скорой помощи, но он отказался от помощи и настоял на том, чтобы закончить экзамен.

Наконец, когда прозвенел звонок, сообщающий об окончании экзаменов, он почувствовал себя одиноким и беспомощным.

Когда он наконец вернулся домой, он долго лежал, свернувшись калачиком, в своей постели. Когда ему стало немного лучше, он услышал, как кто-то стучит в дверь снаружи.

Через дверь он услышал, как кто-то говорит:

- Линь Ло, ты дома? Я коллега твоего отца. Он попросил меня принести тебе лекарства. Если тебе действительно плохо, я отвезу тебя в больницу.

Он подумал, что, выглядит ужасно бледным и растрёпанным. Вместо того чтобы открыть дверь, он раздражённо ответил:

- Он что, послал тебя проверить, жив я или мёртв?

На самом деле ему не нужны были лекарства от простуды. И какой смысл был отправлять кого-то сейчас, когда экзамены закончились?

Днем он надеялся, что Линь Сянлань ему поможет. Как отец, он мог бы хотя бы отвезти его в больницу или просто утешить несколькими словами.

Он не мог поверить, что Линь Сянлань даже не удосужился поговорить с ним.

Потом он пожалел, что сорвался на незнакомце, и сказал ему:

- Спасибо, мне уже лучше. Можешь идти. Если мне станет хуже, я позвоню.

Мужчина был обеспокоен и некоторое время ждал у двери. Поняв, что тот не откроет дверь, он смог лишь сказать:

- Ну… я оставлю лекарство на дверной ручке.

Через десять минут, когда снаружи стало тихо, он открыл дверь и увидел несколько коробок с лекарствами, висящих на дверной ручке.

Он открыл коробку и нашёл внутри записку с несколькими номерами телефонов.

- Если Линь Сянлань будет слишком занят, ты можешь связаться со мной.

Он подумал, что это простая вежливость. Но когда он уже собирался выбросить записку, его рука остановилась. В конце концов, это было первое благословение, которое он получил перед вступительными экзаменами в колледж. Возможно, в этом было какое-то символическое значение. Он небрежно положил записку между страницами книги, лежавшей на столе.

Из-за этого инцидента он несколько дней не разговаривал с Линь Сянланем.

Несколько дней спустя, Линь Сянлань заболел. Тогда он стал ухаживать за пациентом, проводя свои драгоценные каникулы после вступительных экзаменов за приготовлением еды и составлением ему компании.

Когда были объявлены результаты экзаменов, его балл оказался на тридцать пунктов ниже, чем обычно, и самая большая разница была по последнему предмету.

Просто чтобы позлить Линь Сянланя, он выбрал специальность, связанную с телекоммуникациями.

Шэнь Цзюньци прервал свои воспоминания, сделал вдох, подавил эмоции и постарался говорить спокойно. Он спросил:

- И что потом? Признался ли похититель?

- В тот момент мы уже почти отчаялись получить от него какую-либо информацию, но Линь Сянлань продолжал давить на него. Он лично допрашивал его в течение восьми часов. Это был чрезвычайно напряжённый допрос. В итоге, ему удалось сломить психологическую защиту похитителя и заставить его выдать местонахождение девочки. Нам удалось спасти малышку до того, как его сообщники смогли её убить. Но после того допроса Линь Сянлань заболел и полмесяца пролежал в больнице, — продолжил Гу Яньчэнь, вспоминая, что было дальше. — В те решающие восемь часов у Линь Ло был последний день вступительных экзаменов в колледж. Линь Сянлань был занят допросом и спасением ребенка, и он отправил меня купить лекарства, когда Линь Ло заболел. В тот день Линь Ло плохо сдал экзамен и набрал меньше баллов, чем обычно. Линь Сянлань потом винил себя, говорил, что навсегда разрушил будущее своего сына. С его знаниями Линь Ло мог бы поступить в университет получше...

Шэнь Цзюньци сказал:

- Но девочка была спасена. Если подумать, оно того стоило.

Только теперь он понял, почему Линь Сянлань так поступил.

Ничто не имеет такого значения, как человеческая жизнь.

Его результаты вступительных экзаменов в колледж не стоили её жизни. Теперь, когда он всё это знал, он больше не винил Линь Сянлянь.

Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци, немного задумался, а затем сказал:

- Но Линь Сянлань рассказал мне о том, почему он не спешил к Линь Ло. Он как-то сказал мне, что его сын почти всё время был в порядке, но с детства у него была привычка притворяться больным. Всякий раз, когда он работал сверхурочно, Линь Ло часто ссылался на плохое самочувствие, чтобы попросить его вернуться домой. Но когда Линь Сянлань возвращался домой, Линь Ло сразу же выздоравливал. Однажды он отвёз Линь Ло в больницу на комплексное обследование, но ничего не обнаружили. Поэтому он всегда был в сомнениях. В день вступительных экзаменов в колледж он сначала подумал, что Линь Ло просто хочет его увидеть…

Шэнь Цзюньци тихо вздохнул.

Услышав это, он почувствовал, как ещё один узел в его сердце развязался.

Но… неужели так сложно было отличить одно от другого? Он притворялся слабым и больным, только когда симулировал болезнь. Когда он действительно болел, то всегда терпел, не жалуясь. Если бы он не боялся, что это повлияет на результаты его вступительных экзаменов в колледж, он бы не стал звонить в тот день, но Линь Сянлань всё равно решил, что он притворяется.

Когда Линь Ло был ребёнком, у него всегда находились какие-то дела, он редко приходил домой, а если и приходил, то всегда в спешке. В тех редких случаях, когда он всё же был дома, он на скорую руку готовил ему холодные закуски и рис на пару, а в холодных закусках всегда был кориандр, который он не любил. Потом Линь Сянлань просто давал ему деньги, чтобы он сам покупал себе еду.

Поэтому он научился готовить рис на пару в рисоварке ещё до того, как окончил детский сад.

Однажды он простудился, промокнув под дождём. Кашель не проходил, и у него поднялась высокая температура. Только тогда Линь Сянлань отвез его в больницу, где ему поставили диагноз «пневмония». Десять дней, которые он провёл в больнице, были самыми счастливыми днями его детства. Линь Сянлань не только взял отпуск, чтобы побыть с ним, но и пригласил его коллег из бюро.

Линь Сянлань чувствовал себя крайне виноватым из-за всего, как будто хотел загладить свою вину за то, что с детства не уделял ему должного внимания. Даже после выписки он всё ещё не мог избавиться от этого чувства.

Впервые он притворился больным в свой день рождения в третьем классе. Линь Сянлань сказал, что в тот вечер снова задержится на работе. Он был так расстроен холодным тоном Линь Сянланя, что чуть не расплакался. Почувствовав что-то неладное в его голосе, Линь Сянлань осторожно спросил:

- Ло Ло, тебе плохо?

Быстро сообразив, что к чему, он сказал:

- У меня болит живот.

В ту ночь Линь Сянлань взял работу на дом и не отходил от него всю ночь. Но после того как он применила этот трюк пару раз, он перестал работать. Линь Сянлань отвез его в больницу на медосмотр и выяснил, что он совершенно здоров.

Чтобы перехитрить отца, он прибегнул к новой тактике. Если симуляция болезни не срабатывала, он находил способ действительно заболеть. Например, он принимал холодный душ посреди зимы или надевал лёгкую одежду на холодном ветру, чтобы простудиться. Он мог целый день ничего не есть, а потом съесть упаковку таблеток из боярышника, чтобы вызвать боль в желудке.

Линь Сянлань, будучи детективом, всё понял. Однажды зимой он вернулся домой и обнаружил, что Линь Ло снова простудился.

Он пошёл в свою комнату, включил кондиционер и разозлился:

- Почему в последнее время снова вырос счёт за электричество? Как ты можешь не простужаться, если посреди зимы выходишь на улицу, где дует холодный ветер?

План Линь Ло провалился, и его таблетки из боярышника были конфискованы.

Линь Сянлань был не приклонен. Он купил большую аптечку и наполнил её различными распространёнными лекарствами.

Он торжественно сказал Линь Ло:

- Сынок, я не могу покидать линию огня из-за незначительной проблемы. Папа очень занят на работе. Если тебе нехорошо, просто потерпи.

С того дня он редко обращался за помощью к Линь Сянлань. Он притворялся больным в основном в детстве, когда был наивным и доверчивым. Позже он ввязывался в драки, чтобы учителя вызывали его родителей. Повзрослев и занявшись учёбой, он редко позволял себе такие выходки. Став старше, он иногда болел. Но в большинстве случаев ему было лень сообщать об этом Линь Сянлань. Он просто терпел. Часто к тому времени, когда он выздоравливал, он даже не помнил, что болел.

Он и представить себе не мог, что в конце концов ему придётся расплачиваться за то, что он притворился больным во время вступительных экзаменов в колледж.

Шэнь Цзюньци немного помолчал, а затем сказал:

- Значит, Линь Ло сам навлек на себя беду. Судя по всему, он это заслужил…

Гу Яньчэнь сказал:

- Нельзя винить Линь Ло во всём. По крайней мере, во время вступительных экзаменов в колледж он действительно был нездоров. Я отчасти понимаю его, ведь он с детства симулировал болезни. Дети симулируют болезни, чтобы привлечь внимание взрослых. Он просто хотел чаще видеться с отцом.

Гу Яньчэнь вздохнул:

- Просто жаль.

Линь Сянлань был его наставником и он какое-то время заботился о Линь Ло. Он чувствовал себя с ним так же близко, как с младшим братом.

Услышав это, Шэнь Цзюньци почувствовал, как наворачиваются слёзы.

Да, он просто хотел чаще видеться с отцом. Он не осмелился поднять голову, сменил тему и спросил:

- Так что ты планируешь делать с Ляо Инханем?

Гу Яньчэнь сказал:

- Эти стратегии и анализы довольно скучные.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я не считаю их скучными. Пожалуйста, расскажи мне.

В его голове царил хаос, и ему хотелось услышать что угодно.

Гу Яньчэнь воспользовался этой возможностью, чтобы привести в порядок свои мысли:

- Итак, первый шаг — тщательно изучить подозреваемого и жертву. Второй шаг — понять, какую роль в этом деле играет ложный образ подозреваемого. В данный момент его ложный образ — любящий муж, который внезапно становится объектом подозрений и допросов со стороны полиции. Третий шаг — избавиться от ложного образа и найти его истинную сущность, коварного мужчину, который охотится за женщинами, который убил свою жену и намерен извлечь выгоду из этого, обманув страховую компанию. Заставить его рассказать о его отношениях с женой, описать весь процесс, найти противоречия в его внешнем и внутреннем облике и разоблачить ложь в его заявлениях. Задавая правильные вопросы, мы сможем заставить его снять маску. Это окажет на него огромное психологическое давление. Использование доказательств также имеет решающее значение. В нужный момент внезапно представить доказательства — всё равно, что поставить ему подножку. Эти подножки будут накапливаться, и преграждать ему путь к отступлению. В этот момент, если сказать ему, что раскусили его ложь, мы вынуждаем его в кратчайшие сроки придумать новую ложь, которая сделает его непоследовательным. Как мы загоним его в угол, он раскроет свои недостатки.

Гу Яньчэнь подробно изложил ряд теорий в своей длинной речи и в заключение сказал:

- Всё это сухая и скучная теория. На практике всё довольно сложно, и нужно проявлять гибкость в её применении. Думаю, я тебя утомил.

- Нет, — сказал Шэнь Цзюньци, — это довольно интересно.

С наступлением ночи Шэнь Цзюньци передал Гу Яньчэню тщательно отобранные материалы, и наступила тишина.

В час ночи Гу Яньчэнь повернул голову и увидел, что Шэнь Цзюньци, лежит на диване и наконец-то спит. Его глаза были закрыты, длинные ресницы отбрасывали тени на щёки, дыхание было ровным и тихим.

Гу Яньчэнь подошёл к нему и позвал:

- Доктор Шэнь, проснитесь, не спите здесь, вы можете простудиться.

Он потянулся, чтобы разбудить Шэнь Цзюньци, который спал и, наверное, видел сон, он тихо пробормотал:

- Папа…

В уголках глаз Шэнь Цзюньци блеснула слеза, но она не упала, а задержалась на длинных ресницах.

Гу Яньчэнь внезапно остановился. Он не мог понять, правильно ли расслышал. Если бы в такой ситуации оказался любой другой коллега, он бы разбудил его и поддразнил за то, что тот перепутал его с кем-то другим. Но сейчас Гу Яньчэнь стоял и смотрел на спящего Шэнь Цзюньци, не зная, что с ним делать.

Это лицо снова слилось в его памяти с лицом Линь Ло. Он намеренно использовал Линь Сянланя и их прошлое, чтобы проверить Шэнь Цзюньци, но чем больше он копался в этом, тем больше запутывался.

Было так много различий и так много сходства.

Через секунду Гу Яньчэнь встал и принёс одеяло для Шэнь Цзюньци, накрыв его.

Шэнь Цзюньци проспал до трёх часов ночи. Он открыл глаза и посмотрел на часы, обнаружив, что Гу Яньчэнь всё ещё сидит за столом и работает.

Гу Яньчэнь посмотрел на него, когда тот встал:

- Проснулся? Я не хотел тебя будить. Ты можешь пойти в гостевую комнату.

Шэнь Цзюньци протёр глаза:

-Нет, я пойду спать  себе. Капитан Гу, тебе тоже следует отдохнуть.

Он направился к двери, но обернулся:

- Я приду на твой допрос завтра. Думаю, ты сможешь докопаться до сути.

Идеальный персонаж

Глава 35. Идеальный персонаж

На следующий день в полдень Ляо Инхань наконец оказалась в комнате для допросов № 3 в городском бюро Биньчэна.

Шэнь Цзюньци пришёл и сел в комнате для наблюдения, чтобы посмотреть допрос.

Все нервничали, только Гу Яньчэнь сохранял спокойствие, он дал указание перепроверить основную информацию.

Директор Дин спустился, чтобы проверить, как идут дела, и спросил:

— Допрос уже начался? Он что-нибудь сказал?

— Все только начинается, — ответил Гу Яньчэнь, — Разве уже не полдень? Подозреваемым тоже нужно есть. Давайте продолжим после обеда.

Бай Мэн вошла и задала Ляо Инханю несколько вопросов, а затем вышла и сказала директору Дину:

— Подозреваемый немного привередлив, он не хочет еду из полицейской столовой. Он спрашивает, есть ли у них жареная курица.

— Избалованный сопляк, — Лу Ин закатал рукава, — Для таких подонков, как он, нормальная еда — роскошь. Пойду, поговорю с ним!

— Забудь об этом, просто накорми его. Установление контакта на начальном этапе допроса может помочь в дальнейшем, — вмешался директор Дин.

Потом он как бы невзначай спросил:

— Вы уже ели?

— Пока нет, мы как раз собирались уходить, — Гу Яньчэнь помолчал и добавил: — Было бы проще, если бы мы могли купить что-нибудь из фастфуда.

— Я знаю, что ты пытаешься меня шантажировать, — понял намёк директор Дин и достал триста юаней.

— Возьми два ведра жареной курицы и ещё несколько яичных тарталеток. Я тоже хочу картофельный стаканчик. И не заказывай ничего из их новинок, не рискуй пробовать их продукцию.

Лу Ин сказал:

— Именно так, я не знаю, почему их новые продукты всегда вызывают недовольство у потребителей. Как раз, когда ты думаешь, что их еда уже не может стать хуже, они придумывают что-то невообразимое.

Когда директор Дин передал им деньги, он сурово посмотрел на них.

— Давайте проясним, если вам удастся добиться признания, я угощаю. Но если вы потратите несколько часов впустую, вам придётся вернуть мне деньги.

— Если мы ничего не добьёмся, я всё возьму на себя, — сказал Гу Яньчэнь Лу Ину, который взял деньги, он повернулся к директору Дину. — Если у нас всё получится, я лично поблагодарю вас на церемонии награждения.

Директор Дин махнул рукой:

— Ладно, ладно. Я просто пошутил. Иначе люди могут подумать, что я скупой. Вам, ребята, стоит запомнить, что еда на вынос — это круто.

Гу Яньчэнь повернулся, чтобы спросить у Шэнь Цзюньци, что он хочет съесть.

Доктор Шэнь ответил:

— Сегодня утром я осматривал разложившийся труп, так что закажи мне просто овощной суп.

Гу Яньчэнь сказал:

— Этот суп сделан из прессованных бульонных кубиков. Может что-то ещё?

Шэнь Цзюньци добавил:

— Тогда добавь любой гамбургер.

Через полчаса заказ был доставлен.

Гу Яньчэнь подозвал Шэнь Цзюньци и сказал:

- Когда поешь, пойди, отдохни.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Почему?

На что Гу Яньчэнь ответил:

— Сегодняшний допрос займёт много времени, минимум  пять часов.

Первые несколько часов подобных допросов часто напоминали испытание на выносливость. Многие тактики ведения беседы сводились к пустому разговору, что делало процесс довольно скучным.

Гу Яньчэнь добавил:

— Кроме того, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня подготовил.

— Что тебе нужно? — спросил Шэнь Цзюньци.

— Фотографии с места преступления и вскрытия, несколько штук, чем ужаснее, тем лучше. Кроме того, мне нужна фотография, на которой чётко видны следы, на лице погибшей, обнаруженные во время повторного вскрытия, — сказал Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци кивнул:

—  Хорошо, я принесу их потом.

Итак, доктор Шэнь послушно доел свой обед и вернулся к себе.

К трем часам, Шэнь Цзюньци закончил свою работу судмедэксперта, и вернулся.

Директор Дин был в кабинете и следил за ходом допроса.

Допрос перешёл от этапа установления контакта к этапу, на котором подозреваемый пересказывает события дела.

Ляо Инхань за последние два дня много раз пересказывал весь процесс, и у него это отлично получалось.

Директор Дин сидел в комнате наблюдения и тихо посмеивался:

— Ляо Инхань, кажется, вполне уверен в себе, наверное, думает, что выйдет сухим из воды.

Шэнь Цзюньци прошептал Бай Мэн, которая сидела  рядом:

— Какая у нас стратегия на данный момент?

Он видел, что Лу Ин координирует свои действия с Гу Яньчэнем. Лу Ин был суров, в то время как Гу Яньчэнь казался заметно мягче.

Бай Мэн объяснила:

— Это классическая схема с хорошим и плохим полицейским. Проще говоря, один играет роль хорошего полицейского, а другой — плохого.

Если один следователь ведёт себя жёстко, а другой — спокойно, то в комнате для допросов у подозреваемого неосознанно возникает чувство зависимости и доверия к «хорошему полицейскому», и «хорошему полицейскому» становится проще добиться от него нужных ответов.

Подведя итог, Гу Яньчэнь начал новый раунд допроса. Он задавал вопросы один за другим, многие из которых, казалось, не имели отношения к делу и больше напоминали быструю сессию вопросов и ответов.

— Вы с женой жили вместе?

— Да.

— У вас большой дом?

— Три спальни, две гостиные.

— Ваша жена купила дом до свадьбы?

— Нет, она продала свой дом до свадьбы и добавила немного денег, чтобы купить новый после свадьбы.

— Как вы отпраздновали её день рождения в прошлом году?

— Я арендовал яхту, чем удивил её.

— Кольцо на вашем пальце — это подарок на помолвку?

— Это мое обручальное кольцо.

— Где вы его купили? Это довольно стильно.

— В магазине бриллиантов в Биньчэнь Уорлд. Стиль выбрала моя жена.

— Кто обычно готовит, когда вы с женой вместе?

— В основном я, иногда мы ужинаем вне дома.

— Вы выросли в семье с одним родителем, жили со своей матерью?

— Да.

— Ваша мать была занята на работе? Кто же тогда занимался домашними делами?

— Все делал  я.

— Значит, была ли это твоя мать, твоя жена или  твоя бывшая жена, ты всегда был тем, кто заботился о них?

— Я был так воспитан, как мужчина, я обязан заботиться об окружающих меня женщинах.

— Ваша мать скончалась шесть лет назад?

— Да, в то время мне было всего 22 года. Я впервые потерял близкого члена семьи.

— Ты сам спланировал эту поездку?

— Да, я всё спланировал, включая детали каждого тура.

— А снаряжение для дайвинга ты купил?

— Мы покупали его вместе.…

Ляо Инхань задумался над этими вопросами. После нескольких часов допроса он отчётливо почувствовал, что его мыслительный процесс замедляется, а ответы становятся всё более вялыми. Он боялся, что в его ответах могут обнаружиться несоответствия.

— Я внимательно изучил план, он очень продуманный. Ты внимателен к деталям и тщательно всё продумываешь, — сказал Гу Яньчэнь таким тоном, будто хвалил его. — И, насколько я знаю, у тебя всегда были хорошие отношения с женой.

Гу Яньчэнь сделал ему уместный комплимент.

Ляо Инхань утвердительно кивнул:

— Да.

Он вздохнул с облегчением, почувствовав, что преодолел ещё одно препятствие.

Шэнь Цзюньци вспомнил о стратегии, которую вчера рассказал ему Гу Яньчэнь. Забота о жене, уважение к женщинам, дотошность — этот мужчина постепенно становился тем идеальным персонажем, которого он себе представлял.

Гу Яньчэнь поддакивает и соглашается с этим персонажем, делая вид, что верит ему.

В этот момент подозреваемый подумает, что он всех одурачил, и почувствует себя гордым и беспечным. Но на самом деле, все это фальшивка, которая может стать удавкой на шее подозреваемого, во время следующих вопросов. Чем охотнее он делился этим сейчас, тем туже будет затягиваться петля на его шее во время последующих допросов.

Ляо Инхань не догадывался, что на самом деле шаг за шагом идёт прямо в ловушку.

Гу Яньчэнь снова начал расспрашивать его о событиях того дня, — Сколько лет ты занимаешься дайвингом, где ты нырял?

— Я научился этому десять лет назад, я нырял в Китае и за границей, — ответил Ляо Инхань.

— Ты проверил всё своё снаряжение для дайвинга, прежде чем погрузиться под воду?

– Все было проверено. Я проверял неоднократно. Никаких проблем не было.

– Когда вы обнаружили, что ваша жена тонет под водой, какие меры вы предприняли? – Гу Яньчэнь на мгновение остановился и спросил,— Дыхательный аппарат был исправен. Думаю, в такой ситуации нормальный человек передал бы ей дыхательный аппарат и помог восстановить дыхание.

– Да, моей… моей первой реакцией было найти её дыхательный аппарат и дать ей подышать. Второй моей реакцией было отдать ей свой дыхательный аппарат, — заикаясь, произнёс Ляо Инхань.

Его лицо побледнело, когда он, осознал противоречие. Он, опытный дайвер и заботливый муж, но поступил нелогично.

Гу Яньчэнь сделал вид, что ничего не заметил, и стал делать пометки на бумаге, а затем спросил:

– Сколько времени обычно требуется, чтобы подняться с глубины тридцати метров?

Это был значительный промежуток времени, достаточный для принятия различных мер.

Руки Ляо Инханя невольно сжались.

– В моей голове полный хаос. Я даже не могу вспомнить, что происходило под водой.

Гу Яньчэнь посмотрел на него и ухватился за эти слова, спросив:

– Учитывая твой опыт, ты должен знать, что после того, как она вынырнет, задержав дыхание, возникнет опасность для жизни. Но в тот момент ты схватил её и не предпринял никаких мер. Вместо этого ты тянул свою жену к поверхности?

Лицо Ляо Инханя побледнело ещё сильнее, и он, кажется, понял, что здесь что-то не так.

Он запнулся:

– Она… это она потянула меня. Я не смог её удержать. Она совершила ошибку, а я тогда слишком нервничал.

Он был взволнован и вот-вот готов был расплакаться.

Обычно полицейские предлагают салфетки, но Гу Яньчэнь, казалось, ничего не замечал и продолжал свою игру.

Ляо Инхань несколько секунд сдерживал слезы, он слишком нервничал, чтобы заплакать.

Гу Яньчэнь продолжил писать:

– У вас с женой существенная разница в телосложении и выносливости. Если бы ты хотел её остановить, ты бы смог. В сложившихся обстоятельствах помощь под водой более эффективна, чем на поверхности. Я считаю, что вы не оказали ей помощь.

Ляо Инхань неохотно признался:

– Я глубоко сожалею об этом. Моя жена умерла у меня на руках.

Разговор казался спокойным, но директор Дин в комнате наблюдения то и дело кивал:

– Молодец! Не оказание помощи также может повлиять на приговор. В случаях с явными мотивами и намерениями признание в не оказание помощи может привести даже к более суровому наказанию.

Ляо Инхань не догадывался, что одна его нога уже была в тюрьме.

Гу Яньчэнь продолжал задавать вопросы ровным, не обвиняющим тоном, как будто разговаривал с другом:

— Что ты делал в ночь после трагедии?

— Я пошёл к родственникам жены и объяснил им ситуацию… Я был в полном отчаянии, — ответил Ляо Инхань.

— В твоих отчётах о расходах есть запись, о посещении бара, — сказал Гу Яньчэнь.

— Да, я пошёл купить алкоголь посреди ночи. Я был слишком расстроен. Я не мог уснуть, и хотел заглушить боль алкоголем, — сказал Ляо Инхань.

По мере того как Гу Яньчэнь задавал вопросы, поведение Ляо Инханя постепенно становилось неестественным, хотя поначалу он был спокоен и уверен в себе. Хотел он того или нет, но с каждым вопросом Гу Яньчэнь разрушал его идеальный образ.

Игра

Глава 36. Игра

Когда вопросы дошли до этой точки, Ляо Инхань почувствовал, что у него пересохло во рту. Ему хотелось вырваться из этой гнетущей атмосферы, и он дрожащим голосом спросил:

- Можно мне воды?

Гу Яньчэнь что-то прошептал Бай Мэн в наушник, и она встала, чтобы налить воды для Ляо Инханя. Она постучал в дверь комнаты для допросов, и передала воду.

Ляо Инхань взял стакан и, опустив голову, стал пить воду.

Гу Яньчэнь не торопил его. Он проверил свой телефон, встал, прошептал несколько слов полицейскому, который вёл протокол, и вышел из комнаты.

Гу Яньчэнь направился прямиком в комнату для наблюдения и пообщался с директором Дином.

- Капитан Гу, вы отлично справляетесь. Почему бы вам тоже не сделать перерыв?

Но Гу Яньчэнь махнул рукой.

- Давайте подождём, пока закончится допрос.

Он взял заранее подготовленную папку, в которой была собрана вся информация, которую он систематизировал прошлой ночью, вплоть до мельчайших деталей.

Он повернулся к Шэнь Цзюньци, который протянул ему фотографии.

Собрав всё необходимое, Гу Яньчэнь выждал пять минут, прежде чем снова войти в комнату для допросов.

Увидев, что ведущий следователь снова вошёл в комнату, Ляо Инхань поднял голову и заметил папку в руке Гу Яньчэня. Как раз, когда Ляо Инхань подумал, что может немного расслабиться, его сердце снова ёкнуло. Что могло быть в такой толстой папке? Он понятия не имел.

Гу Яньчэнь с серьёзным выражением лица подошёл к столу Ляо Инханя и положил на него документы.

- Ляо Инхань, мы получили новые доказательства от судмедэкспертов и поисковой группы. Вы не рассказали нам всей правды.

После этого заявления допрос перешёл в стадию давления. Это было прямое обвинение в адрес подозреваемого.

Ляо Инхань заметно вспотел.

- Я не лгал, всё, что я сказал, было правдой…

Гу Яньчэнь перебил его.

- Это тщательно спланированное убийство. Вы убили Чжун Сяокэ, чтобы получить крупную страховую выплату. Как полицейские, мы видели слишком много случаев, когда подозреваемые считали, что их действия останутся незамеченными. Но на самом деле полиция изучает все вещественные доказательства, а также каждую деталь на месте преступления… Исходя из этого, я делаю вывод, что вы лжёте. Это вы убили свою жену.

Сказав это, Гу Яньчэнь молча смотрел на Ляо Инханя.

Ляо Инхань поднял голову, слушая слова Гу Яньчэня, и задумался. Он и не подозревал, что, если его жена действительно погибла в результате несчастного случая, он должен был реагировать эмоционально, даже иррационально. Нормальный человек разозлился бы на обвинения полиции и закричал бы в знак протеста, что это был просто несчастный случай. И сейчас во время допроса он начал размышлять над словами Гу Яньчэня, пытаясь вспомнить, не упустил ли он какие-то детали.

Таков был образ мыслей преступника. Он отреагировал задумчивым выражением лица, что ещё больше убедило полицейских в том, что он и есть преступник.

Ляо Инхань заметил, что полицейский замолчал, и в комнате стало тихо, слышно было только тиканье часов.

Ляо Инхань почувствовал, как на него что-то давит. Он и представить себе не мог, насколько невыносимой может быть тишина. Он слышал только биение своего сердца. В какой-то момент он даже забыл, как дышать, и неосознанно задержал дыхание, пока не закашлялся от недостатка кислорода.

Наконец тишину нарушил его кашель.

Ляо Инхань решил, что должен что-то сказать. В его голове царил хаос, когда он начал оправдываться:

- У нас с женой всегда были хорошие отношения. До этой поездки я и представить себе не мог, что такое может случиться. Это действительно была случайность, мы…

Гу Яньчэнь достал несколько фотографий тела и положил их перед собой.

Ляо Инхань опустил голову, чтобы посмотреть.

Женщина на фотографиях выглядела ужасно, изо рта и носа у неё вытекала кровь. Эти снимки мгновенно перенесли его в то утро на пляж, несколько дней назад.

Ляо Инхань лишь мельком взглянул на них и закрыл глаза, словно не желая вспоминать эту сцену.

Под тяжестью давления его сердце забилось быстрее, и он запаниковал.

Гу Яньчэнь снова заговорил:

- Я знаю, что раньше ты говорил неправду. Ты должен рассказать мне, что произошло под водой в тот день.

- Под водой… в тот момент… я ничего не делал. Я искренне люблю свою жену… это был несчастный случай.

- Ты заботливый муж, так почему же ты позволил, чтобы с твоей женой случилось такое прямо у тебя на глазах? - Гу Яньчэнь повторил свой предыдущий вопрос.

Все сказанные слова Ляо Инхань повторял ни один раз. Он создавал свой идеальный образ. И теперь этот простой вопрос казался ему петлёй, которая затягивается на его шее.

Ляо Инхань почувствовал, что его разум начинает терять контроль, снова и снова воспроизводя в памяти тот день, когда умерла его жена. Женщина была напугана, дрожала, потом начала кашлять кровью и, наконец, бросила на него последний взгляд... Даже если бы у Ляо Инханя было каменное сердце, он не смог бы остаться совершенно равнодушным к чьей-то смерти. Эти образы были похожи на сцены из фильма ужасов и постоянно терзали его разум.

Это была форма психологического истязания. Ему было некомфортно.

Гу Яньчэнь снова надавил:

- Смерть твоей жены как-то связана с тобой?

- Я не…

- Ляо Инхань, ты должен признать свою вину и рассказать нам, что произошло под водой.

Я…

- Я понимаю. Вы солгали, потому что на вас слишком сильно давили. Все совершают ошибки. Если вы признаетесь во всём, мы закончим сегодняшний допрос.

Весь процесс допроса был психологической игрой. Гу Яньчэнь постоянно перебивал Ляо Инханя. Он не был резок и говорил обычным тоном. Но каждое его предложение было ещё одним камнем, который ложился на плечи Ляо Инханя. Это была техника допроса, которая не позволяла подозреваемому скрыть свою вину.

Люди в комнате наблюдения были полностью сосредоточены на процессе.

Шэнь Цзюньци видел, как Гу Яньчэнь постепенно подрывает первоначальную уверенность Ляо Инханя.

В замкнутом пространстве, измученный и испытывающий сильное психологическое давление, подозреваемый становился всё более вялым. Допрос мог длиться несколько часов, но настоящий прорыв часто происходил за считанные минуты.

Лу Ин, закончивший играть роль плохого полицейского, тоже пришёл в комнату наблюдения. Наблюдая за происходящим со стороны, он воскликнул:

- Этот парень действительно крут. Если бы я был убийцей, я бы уже, наверное, сознался…

Огромное давление ощущалось даже через стекло смотровой комнаты. Но Бай Мэн всё равно была обеспокоена и хмурила брови.

- Этот человек смог спокойно убить свою жену. Как мы можем рассчитывать на то, что он так легко сознается?

Директор Дин пристально посмотрел на Гу Яньчэня. Он почувствовал, как у него вспотели ладони.

— Это был несчастный случай из-за того, что она неправильно…— Взгляд Ляо Инханя сместился, и под давлением он с трудом повторил эту фразу.

— Ты всё ещё говоришь неправду, — вздохнул Гу Яньчэнь, доставая фотографию и кладя её на стол.

— Ты это узнаешь?

Столкнувшись с упорным сопротивлением Ляо Инханя, Гу Яньчэнь изменил свою стратегию и начал представлять доказательства по делу.

Ляо Инхань взглянул на это, и его сердце внезапно забилось медленнее. Он недоверчиво расширил глаза. Это была камера, а точнее, водонепроницаемая камера Чжун Сяокэ.

Ляо Инхань полагал, что, так как всё произошло в море, если он противостоит давлению, то сможет сбежать. Но он никак не ожидал, что полиция найдет доказательства.

Нет, этого не может быть… Ляо Инхань собрался с мыслями. Он вспомнил, как Чжун Сяокэ держала в руках камеру. Чтобы сделать селфи, она сняла её с шеи. Они боролись под водой, и камера упала на дно. Она была в океане, как её можно было так легко найти?

Возможно, полиция использовала похожую модель, чтобы обмануть его. Даже если это была та же камера, на ней могли не сохраниться кадры последних минут.

От этих мыслей Ляо Инхань почувствовал себя так, словно на него вылили ведро холодной воды, и мгновенно протрезвел.

Подумав об этом, Ляо Инхань улыбнулся уголками губ и сказал:

— Возможно, это та камера, которую мы потеряли в море. Если на ней что-то записалось, это было бы здорово, ведь это могло бы доказать мою невиновность.

— Как удачно. Камера случайно засняла, как вы были под водой…— Гу Яньчэнь достал фотографию.

Это был скриншот с видео, самый чёткий, многократно улучшенный. Несмотря на это, фотография всё равно была не очень чёткой. Можно было различить только две фигуры, и, как Ляо Инхань держит Чжун Сяо Кэ сзади.

У Ляо Инханя пересохло в горле, когда он сказал:

— Я держал её сзади... но только для того, чтобы спасти. Я поддерживал её тело...

Но затем он автоматически подумал о том, что последует дальше, если это тоже было записано... Он заставил себя сохранять спокойствие, но холодный пот мгновенно пропитал одежду на его спине.

Гу Яньчэнь сказал:

— Спасти её? В твоих предыдущих показаниях утверждалось, что это жена вытащила вас на поверхность. Это противоречит тому, что запечатлено на камере.

Ляо Инхань стиснул зубы, отстаивая свою версию:

— Под водой положение тела естественным образом меняется. Камера определённо не запечатлела весь процесс.

Гу Яньчэнь не мог не восхититься стойкостью духа Ляо Инханя. В такой напряжённой обстановке он всё ещё замечал такие детали и избегал ловушек.

Дальнейшего расспроса удалось избежать, но в голове Ляо Инханя царил хаос.

Два голоса кричали в его голове. Один говорил: «Полиция уже все знает. Меня приговорят». Другой говорил: «Не сдавайся. Не признавайся. Признание — это конец».

Он сжал губы, сильно прикусив и, тяжело дыша, уставился на Гу Яньчэня.

В конце концов, Ляо Инхань был спортсменом. Он обладал отличной физической силой и выносливостью. Под сильным давлением он вспоминал каждую тренировку, проявляя упорство и силу воли, даже когда чувствовал слабость из-за лишнего веса. Сейчас было то же самое. Если бы он продержался ещё немного, возможно, ему удалось бы доказать свою невиновность! Он вернулся к реальности. Это была всего лишь тактика полиции. Если он сдастся, его приговорят к смертной казни!

Если бы были неопровержимые доказательства, полиция не стала бы тратить время на допрос, а сразу отправила бы его за решётку. Помня об этом, Ляо Инхань заставил себя сохранять спокойствие и повторил:

— Смерть моей жены не имеет ко мне никакого отношения!

В комнате наблюдения воцарилась атмосфера разочарования. Они почти поверили, что Ляо Инхань вот-вот сознается, но не ожидали, что он выдержит ещё один раунд.

В свете ламп в комнате для допросов Гу Яньчэнь спокойно посмотрел на своего оппонента. Казалось, он предвидел, что тот продолжит отрицать свою вину. В руках у него был козырь, который мог окончательно сломить противника.

Момент истины был неизбежен.

Приговор

Глава 37. Приговор

В комнате продолжался напряжённый допрос.

Внезапно Гу Яньчэнь сменил тактику.

— Ты удивительно стойко держишься. Ты ведь не в первый раз делаешь что-то подобное?

Губы Ляо Инханя дрогнули. — Что ты имеешь в виду?

— До этого мы встречались с твоей бывшей женой, — продолжил Гу Яньчэнь. — Она сказала, что много лет назад, когда вы вместе занимались дайвингом, вы вели себя похожим образом.

— Чжао Юйшань? — усмехнулся Ляо Инхань. — Мы с ней вместе ныряли, и она до сих пор жива и здорова. Более того, то, что она жива, доказывает, что несчастный случай во время погружения был просто несчастным случаем, не так ли?

— Но что, если это не в первый раз? — Гу Яньчэнь посмотрел на мужчину перед собой.

В голове у Ляо Инханя зашумело, и он побледнел.

Гу Яньчэнь представил одно доказательство – полис страхового возмещения, но он принадлежал не Чжун Сяокэ или Чжао Юйшань, а Хань Чуньмэй, матери Ляо Инханя.

– Ты родился в семье, в которой родители были в разводе, и твоя жизнь полностью зависела от матери. Несколько лет назад твоя мать погибла в результате несчастного случая.

Гу Яньчэнь спокойно продолжил:

– Я проверил записи о страховании того времени. Смерть твоей матери была признана несчастным случаем, и страховая компания выплатила пятьсот тысяч.

Для вас, недавнего выпускника колледжа, это была самая крупная сумма, которую вы когда-либо получали в своей жизни... У меня есть записи о страховании того периода.

Гу Яньчэнь достал ещё несколько документов.

– После судебно-медицинской экспертизы было установлено, что инцидент произошёл по неосторожности, и полиция не стала возбуждать дело. Но у страховой компании есть полная запись. Так знали ли вы о существовании страховых выплат до смерти вашей матери?

Ляо Инхань сказал:

– Я... Я не знал. Я нашёл страховой полис дома только после её смерти.

– Я изучил детали в страховых документах. Вход в тот подземный переход использовался редко. Судя по записям с камер наблюдения, вы с матерью вместе выходите из жилого комплекса и идёте к подземному переходу, дорога занимает пять минут. Но почему вы обратились в полицию и вызвали экстренные службы только через сорок минут? Чем вы занимались все это время? — спросил Гу Яньчэнь.

– Я пошёл за помощью. И тот случай не имеет никакого отношения к нынешнему! — возразил Ляо Инхань.

– Почему ты сразу не вызвал скорую? Возможно, если бы ты позвонил сразу, твою мать можно было бы спасти? — сказал Гу Яньчэнь с сожалением в голосе.

– Она была твоей матерью, от которой ты зависел годами. Как ты мог смотреть, как она умирает? Раз ты смог на это смотреть, значит, ты мог без колебаний убить Чжун Сяокэ, верно?

Упоминание матери Ляо Инханя было ключевой стратегией в этом допросе.

Гу Яньчэнь с юных лет не знал, кто его отец. Он понимал, насколько важна мать для развития ребёнка. Слабым местом Ляо Инханя была не жена. Независимо от того, была ли это его первая или вторая жена, даже если они спали в одной постели, он не любил этих женщин. Но он испытывал чувства к своей матери.

Это похоже на то, как мужчины ведут себя равнодушно, когда речь заходит об их жёнах или подругах, но меняют своё отношение, когда речь заходит об их матерях.

Подозреваемый стал более активным, когда речь зашла о матери.

Гу Яньчэнь поднял старое дело не для того, чтобы объединить два дела в одно, поскольку это дело было раскрыто много лет назад, без каких-либо доказательств и с неизвестной истиной. Его целью по-прежнему было заставить Ляо Инханя признаться в убийстве жены.

На первый взгляд у Ляо Инханя были хорошие отношения со своей женой, но он решил убить ее, помимо желания получить деньги по страховке, согласно теории школы неофрейда, это было подсознательное «косвенное нападение».

Поскольку он не мог напрямую взглянуть в лицо источнику своего разочарования, он начал с ненавистью нападать на всех, например, на свою жену, которая тоже была женщиной.

Гу Яньчэнь воспользовался этим, напомнив ему о матери и тем самым создав перед ним более глубокую вину и страх за смерть своей жены.

Гу Яньчэнь сказал:

– Я читал некоторые из ваших выступлений в Интернете, и там много о вашей матери. Она была очень добра к вам, и она тратила на вас все семейные деньги. Однако у вашей матери была мизофобия, и она была очень сурова и резка с вами. И вы боялись, что, когда вы будете жить с женой, к вам будут предъявлять требования, которые напомнят о вашей матери, поэтому вы убили свою жену.

Вчера Шэнь Цзюньци помог Гу Яньчэню разобраться в записях выступлений Ляо Инханя за последние годы. Читая между строк, Гу Яньчэнь пришел к выводу, что отношения между матерью и сыном были сложными, это была зависимость, страх, восхищение, послушание, и бунт.

Он изо всех сил старался играть роль хорошего сына и мужа, делая вид, что всячески опекает и заботится о женщинах. Такое формирование личности, нежное на поверхности, но безумное внутри, во многом связано с его матерью.

Ляо Инхань поджал губы.

– После смерти матери ты получил страховую выплату. Не повлияло ли это на твоё желание убить жену, ради страховки?

Это был простой и логичный вывод о его мотивах. И это была его самая сокровенная тайна.

Ляо Инхань побледнел. Слова Гу Яньчэня повисли над ним дамокловым мечом, заставив его покрыться холодным потом.

Во время допроса по делу об убийстве Чжун Сяокэ, Ляо Инхань был уже на грани. Теперь, когда Гу Яньчэнь упомянул о смерти его матери, психологическое давление достигло предела.

Это было похоже на то, как воздушный шарик, надутый до предела, сталкивается с иглой. Лёгкий укол может привести к взрыву.

Гу Яньчэнь достал фотографию, на которой была запечатлена сцена смерти матери Ляо Инхань, снятая камерой наблюдения у подножия лестницы. Она была включена в страховой файл.

Положив фотографию на стол, Гу Яньчэнь сказал:

- Говорят, перед смертью люди пересматривают свою жизнь. О чём думала твоя мать, когда лежала под холодной лестницей? А о чём думала Чжун Сяокэ, когда ты тащил её из воды, и она поняла, что ты собираешься её убить?

Это была эмпатия, которая заставляла его чувствовать эмоции погибшего, усиливая страх и чувство вины подозреваемого.

Гу Яньчэнь намеренно помолчал, прежде чем спросить:

— Каково это — убивать своих близких?

Услышав этот вопрос, Ляо Инхань едва не потерял сознание.

Перед его мысленным взором возникли образы его покойной жены и покойной матери.

Последние несколько лет он пытался заглушить боль, забыть о смерти матери — грехе, похороненном глубоко в его сердце. У него пульсировала голова, на лбу вздулись вены. Ему казалось, что он стоит на краю обрыва и стоит сделать неверный шаг, как он рухнет в пропасть.

Гу Яньчэнь вернулся к текущему делу и представил последнюю улику.

Он достал фотографию, сделанную во время второго вскрытия Чжун Сяокэ.

— Объясните ещё раз, что это за следы на лице Чжун Сяокэ?

Вокруг рта отпечаталось кольцо. Это был след, который он оставил, когда закрывал ей рот.

Гу Яньчэнь показал скриншот из видеоблога, на котором видно, что в чемодане лежала маска для лица.

- Вы использовали эту маску, чтобы Чжун Сяокэ не могла выдыхать воздух под водой.

Если сопоставить его действия, запечатлённые камерой, то можно увидеть, что несколько ключевых улик связаны между собой, как коробки, падающие одна за другой и преграждающие ему путь.

Ляо Инхань не мог дать разумного объяснения, у него не было вариантов.

Гу Яньчэнь серьёзно спросил его:

- Ляо Инхань, ты убиваешь в первый или во второй раз? Ты убил и свою мать?

Седьмой этап метода Рида вынуждал подозреваемого сделать выбор. Под сильным давлением, когда перед человеком стоят два варианта, его мышление становится ограниченным, и он не может найти выход. Подозреваемый обычно выбирал один из вариантов, и, как правило, тот, который казался ему менее предосудительным.

Но это была ловушка. Какой бы ответ он ни выбрал, он бы признал свою вину. Наконец-то последние остатки здравого смысла были разрушены.

После минутного молчания…

- В первый раз… - Голос Ляо Инханя задрожал, - Я просто… не успел вовремя вызвать скорую для своей матери…

Произнеся эти слова, Ляо Инхань начал сильно дрожать, и по его лицу потекли слёзы.

Он понял, в чём только что признался. Он сидел в комнате для допросов, его плечи тряслись, и он безудержно рыдал.

В тот день мать собиралась купить ему пару ботинок. Они вместе шли к переходу, и по дороге мать ворчала на него, ругая за то, что он тратит слишком много денег. Она пожаловалась, что последняя пара обуви, которую он купил, быстро износилась, а оценки у него плохие. Несмотря на резкие слова матери, он послушно следовал за ней, пообещав вести себя хорошо.

Когда он посмотрел на спину матери, в его сердце вспыхнули ненависть и злые мысли. Всего лишь лёгкий толчок... Возможно, из-за того, что мать спешила, она случайно наступила на пустое место и упала с лестницы.

Он взглянул на мать, её глаза были открыты, окровавленная рука тянулась к нему. В её глазах читалась мольба о помощи. Он медлил, вспоминая, как мать ругала его, и выбежал из подземного перехода. Он просидел на улице полчаса, прежде чем набрался смелости вернуться и вызвать полицию и экстренные службы.

Но его мать всё равно умерла. Смерть матери позволила ему получить крупную сумму по страховке.

Через минуту Ляо Инхань взял себя в руки и спросил:

- Можно… Можно мне сигарету?

Признание, слёзы, просьбы о чём-то у полиции — всё это признаки того, что подозреваемый сдался.

Сейчас, если подозреваемый получит желаемое, он может признаться во всём.

Гу Яньчэнь был готов, он достал из кармана сигарету и зажигалку и положил их на стол перед ним.

Руки Ляо Инханя задрожали, когда он взял сигарету. Ему потребовалось три или четыре попытки, чтобы зажечь сигарету. Он затянулся и, подняв глаза, спросил:

- Сколько лет мне за это дадут? Или меня просто приговорят к смерти?

Ляо Инхань отказался от попыток уклониться и перестал оказать сопротивление.

Гу Яньчэнь не ответил ему, а вместо этого снова спросил торжественным тоном:

- Ты признаёшь, что убил свою жену?

Ляо Инхань слабо улыбнулся, его губы дрогнули.

- Я убил её. Я планировал сделать это с тех пор, как женился на ней.

В комнате наблюдения Бай Мэн вздохнула с облегчением и выругалась:

- Чёрт, эта мразь наконец-то призналась…

Эти показания станут самым весомым доказательством, которое поможет отправить Ляо Инханя в тюрьму.

Директор Дин, который всё это время сохранял серьёзное выражение лица, наконец-то улыбнулся.

- Ты сделал это! Я знал, что наш капитан справится!

Старик тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.

- Доктор Шэнь, вы тоже молодец, что представили важные доказательства. Короче говоря, мы блестяще выиграли эту битву.

Шэнь Цзюньци мягко кивнул, не сводя глаз с комнаты для допросов и с Гу Яньчэня.

Допрос подходил к концу.

Теперь, когда Ляо Инхань сознался, Гу Яньчэнь наконец-то смог расслабиться после напряжённого допроса. Но ему всё ещё нужно было уточнить некоторые детали и заставить Ляо Инханя подписать признание, чтобы оно стало неопровержимым доказательством по делу и исключало возможность отказа от показаний в суде.

- Вы подготовились заранее и выбрали место преступления на большой глубине?

- Да, я видел много дел, связанных с убийством жён, например, дело о расчленении в лесовозе, дело о повешении на лестнице и дело об убийстве жены и двух дочерей в бочке из-под масла. Но все они рискованные. Я хотел что-то более незаметное.

- Сначала вы хотели повредить кислородный баллон?

- Вмешиваться в работу кислородных баллонов сложно, это вызовет подозрения. Проекты по дайвингу здесь строго контролируются, проводится несколько проверок. После того, случая с Чжао Юйшань, я понял, что этот план неосуществим. Поэтому я скорректировал свой план.

- Где вы купили маску?

- В аптеке, за наличные. В масках, которые они продавили, были отверстия для воздуха. Я заклеил их водостойким клеем. Я даже провёл несколько тестов, чтобы убедиться, что это надёжно.

Все пробелы были заполнены.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я думаю, что ты совсем не любил свою жену. Ты больше любил себя и деньги.

- Я женился на ней ради денег. Для меня они важнее всего. Женщины всегда доставляют неприятности. Они заставляют меня стирать носки, убираться в комнате, готовить и носить для них вещи. Они постоянно заставляют меня делать неискренние комплименты, хвалить их внешность. И мне приходилось покупать им подарки, это утомительно…

Ляо Инхань выпустил колечко дыма.

- Мы с матерью часто ссорились, но я не мог её бросить. Я всё ещё любил её. Когда я получил компенсацию за смерть матери, у меня впервые в жизни появилась крупная сумма денег, которой я мог распоряжаться. Это было похоже на то, как если бы я случайно нашёл лотерейный билет, я прекрасно провёл время, но деньги быстро закончились.

Он опустил голову и закурил.

- Тогда я впервые понял, что значит свобода.

Это счастье было недолгим, денег всё равно было слишком мало, и он хотел снова испытать это чувство.

- С тех пор я подумывал о том, чтобы купить ещё один лотерейный билет. Я начал думать о том, как идеально убить богатую женщину.

Признавшись в убийстве жены, Ляо Инхань, казалось, почувствовал облегчение, наконец-то высказав то, что у него на сердце.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это страховка, а не лотерея. Страховка на случай смерти — это, по сути, деньги, оставленные для живых. Это благословение от умершего, который надеется, что его близкие смогут найти утешение в деньгах. Ваше мышление в корне неверно.

Гу Яньчэнь презрительно посмотрел на сидящего перед ним мужчину. Он не просто жил за чужой счёт, он ещё и уничтожил собственную жену. Мужчина  казался незрелым громилой, который строит козни, чтобы получить деньги, не желая расплачиваться за это. Жаль эту женщину, чья искренняя любовь стоила ей жизни.

Разобравшись с признанием, Гу Яньчэнь вошёл в комнату для наблюдения. Директор Дин снова похвалил его и, довольный, ушёл.

Допрос длился весь день, и когда Гу Яньчэнь вышел из комнаты для допросов, он чувствовал себя измотанным. Ему хотелось пойти домой, погулять с собакой, съесть что-нибудь вкусненькое, принять душ и поспать, чтобы выбросить этого преступника из головы.

Шэнь Цзюньци собрал вещи и вышел с ним.

- Капитан Гу, допрос был весьма впечатляющим.

Но Гу Яньчэнь не был особенно взволнован. Он вежливо ответил:

- Спасибо. Это и твоя заслуга. Если бы ты не нашёл кое-какие зацепки в тех записях, всё прошло бы не так гладко.

Из этих записей он сделал вывод, что Ляо Инхань испытывал сложные чувства к своей матери, что и привело к финальной стратегии, которая сломила Ляо Инханя.

Наступали сумерки, небо постепенно темнело, приближалась ночь.

Гу Яньчэнь вдруг почувствовал ностальгию.

- Линь Сянлань однажды сказал, что в конце каждого успешного допроса у следователя возникает ощущение, что он докопался до истины, что он непобедим. Но на самом деле, когда мы проводим допрос, преступление уже совершено. Как стражи города, победители в допросах на самом деле проигравшие.

Он вспомнил, какую радость испытал, допросив опасного преступника. В отличие от поздравлений директора Дина, Линь Сянлань сказал ему эти слова.

Это было напоминание победителям. Наказание тех, кто его заслуживает, не повод для самоудовлетворения.

Каждый допрос означал смерть невинных людей, которых они не смогли спасти.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Мы не можем изменить прошлое. Очень жаль, что мы не смогли спасти Чжун Сяокэ. Но мы можем сделать всё возможное, чтобы уберечь других женщин от опасности.

Они с Линь Сянланем смотрели на вещи по-разному.

Линь Сянлань был более пессимистичен, он всегда тяжело переживал трудности и двигался вперёд с трудом.

Линь Ло, напротив, был упрям и полон надежд, он никогда не отказывался от своих убеждений.

- Я думаю, нам стоит с нетерпением ждать этого. Каждая победа — это как зажжённая во тьме маленькая звезда. Если мы соберём достаточно таких звёзд, они смогут осветить всё ночное небо, - добавил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь повернулся к нему и сказал:

- Я тоже знаю поговорку: «Звезды сияют, чтобы каждый однажды мог найти свою собственную звезду».

Ресницы Шэнь Цзюньци слегка дрогнули, а затем снова раскрылись. Он узнал источник этой цитаты. «Маленький принц».

Свет, проникавший в машину через окно, отразился на его лице, и его глаза заблестели, словно в них сияли звёзды.

Гу Яньчэню казалось, что он нашел звезду, которая должна принадлежать только ему.

Пожар

Глава 38. Пожар

Была ещё одна тихая ночь. В три часа ночи ночное небо Биньчэна внезапно озарилось заревом пожара, пламя распространялось из жилого района.

Пожар бушевал в двухэтажном частном доме у подножия северных холмов Биньчэна. Вскоре весь дом был охвачен пламенем, густой дым поднимался вверх, достигая облаков.

Ночной ветер был сильным и раздувал огонь, который быстро распространялся.

Яростное пламя лизало стены и крышу, неистово танцуя на ночном ветру. Мощного жара было достаточно, чтобы поглотить всё.

Соседи проснулись от шума, они протёрли глаза и подошли к окнам, почувствовав сильный запах дыма и увидели поднимающееся пламя, от которого по спине побежали мурашки.

Неизвестно, кто первым крикнул:

- Пожар!!

Вскоре один за другим зажглись огни в соседних домах. Ситуация была критической, пламя безжалостно пожирало всё вокруг, создавая потенциальную угрозу для соседних домов.

На тот момент потушить пожар с помощью вёдер и тазов было уже невозможно.

- Дом горит! Это что, дом старого Цяо в той стороне?

- Удалось ли их семье спастись?

- Почему никто ещё не вызвал пожарных?! При таком сильном пожаре шансы на спасение невелики!

После сообщения о пожаре пожарные прибыли на место в течение нескольких минут.

Прибыли две пожарные машины, пожарные быстро приступили к тушению. С помощью шлангов высокого давления они начали непрерывную подачу воды.

Через полчаса огонь постепенно стих и был окончательно потушен. Пожарные вошли в дом, потушили оставшиеся очаги возгорания и осмотрели место происшествия.

В пожаре погибла семья из трёх человек.

После того как пожарные и местные детективы осмотрели место происшествия, у них возникли подозрения относительно причины пожара, и они подали заявление в городское бюро.

У многих полицейских подразделений городского бюро были нераскрытые дела, а поскольку в результате этого крупного пожара погибли три человека, оно считалось важным событием. Поэтому дело было передано в специальный отдел по расследованию преступлений.

В четыре тридцать утра Гу Яньчэня разбудили, и он сразу позвонил членам своей команды.

Они быстро собрались и помчались на место происшествия.

Около пяти утра Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци прибыли на место, где уже находились сотрудники, которые как раз заканчивали передачу дела от местных детективов.

Лу Ин поприветствовал их, подавив зевоту:

- Чёрт, если бы я знал, что сегодня нам придётся так рано выезжать на задание, я бы не стал допоздна смотреть вчерашнюю игру.

Гу Яньчэнь в сопровождении Шэнь Цзюньци осматривал место происшествия, в то время как Бай Мэн проверяла информацию на месте, но никто ни чего не видел.

Лу Ин заметил:

- Наверняка я не единственный в нашей команде, кто смотрит чемпионат, верно?

Наконец Ци Иань тихим голосом разрядил обстановку:

- Эта игра была довольно захватывающей, 3:2, победа на последних тридцати секундах.

Лу Ин с тёмными кругами под глазами ответил:

- Когда я думаю о том, что кто-то не спал со мной всю ночь, мне вдруг становится лучше.

Ци Иань признался:

- По дороге сюда я случайно наткнулась на видео в интернете…

Лу Ин воскликнул:

- Чёрт… Я-то думал, что нашёл родственную душу!

Бай Мэн, держа в руках ноутбук, начала вводить в курс дела Гу Яньчэня и остальных:

- Семья, погибшая в доме, состояла из трёх человек, родителей и их дочери, которая только поступила в университет. Сейчас летние каникулы. Дочь зовут Цяо Сывэй. Через несколько дней она должна была уехать в другой город для зачисления, но неожиданно случился пожар.

Гу Яньчэнь спросил:

- Кто первым сообщил о пожаре?

Бай Мэн ответила:

- Сосед. К тому времени, как они позвонили, пожар уже начался.

Гу Яньчэнь подошёл к месту происшествия и приподнял полицейскую ленту, а Лу Ин протянул ему фонарик. Луч света пронзил темноту и осветил дом изнутри. Он был похож на мрачный дом с привидениями.

Шэнь Цзюньци в перчатках последовал за Гу Яньчэнем.

Поскольку пожарная служба только что уехала и были подозрения, что это не несчастный случай, место происшествия оставалось нетронутым.

Лу Ин сначала поднялся наверх, чтобы разведать обстановку, а затем подал знак остальным следовать за ним.

Деревянные перила, ведущие на второй этаж, сгорели дотла, а лестница была усеяна деревянными обломками и лужами.

Когда они поднимались по лестнице, обгоревшая балка внезапно обрушилась прямо на Шэнь Цзюньци. Деревянная балка была толщиной с чашу и длиной более метра.

Это произошло внезапно, и угол, под которым упала балка, был неудачным.

Шэнь Цзюньци хотел увернуться, но он стоял на лестнице, и у него не было возможности избежать удара. Он инстинктивно закрыл глаза.

Ци Иань, следовавший за ними, увидел, что Шэнь Цзюньци вот-вот получит удар, и в шоке вскрикнул.

Гу Яньчэнь среагировал быстро.

Он развернулся и притянул Шэнь Цзюньци к себе, правой рукой заблокировав падающую балку.

Балка с громким стуком ударилась о его предплечье и отлетела в сторону.

Гу Яньчэнь, обычно сдержанный, не удержался от стона, когда его руку пронзила боль.

Когда Шэнь Цзюньци пришёл в себя, он обнаружил, что Гу Яньчэнь защитил его. Осознав, что только что произошло, он изменился в лице и быстро освободился, чтобы осмотреть раненую руку Гу Яньчэня.

Гу Яньчэнь отдёрнул руку и сказал:

- Я в порядке. Рука почти не болит. Это просто небольшая травма.

Шэнь Цзюньци всё ещё беспокоился. Он закатал рукав Гу Яньчэня и ощупал его локтевую кость. Только по ощущениям он понял, что кость не сломана, и это его успокоило.

- Слава богу, не сломана.

Гу Яньчэнь ответил:

- Главное, чтобы ты не пострадал.

Шэнь Цзюньци выразил свою благодарность:

- Спасибо, капитан Гу.

Он посмотрел на руку Гу Яньчэня, на которой уже проступали синяки, и он забеспокоился.

- Зайди ко мне потом, я дам тебе лекарство.

Увидев беспокойство на лице Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь вдруг почувствовал, что боль в его руке утихла.

Он прикрыл предплечье другой рукой.

- Всё не так серьёзно. Давай сначала поднимемся наверх. Здесь небезопасно.

Увидев, что опасность миновала, Ци Иань, который шёл позади, наконец, вздохнул с облегчением.

Группа поднялась на второй этаж.

Сильнее всего обгорели спальни на втором этаже дома.

Изначально белые стены почернели от копоти, а от боковых окон остались одни рамы. Мебель внутри дома явно пострадала от огня, и повсюду царил беспорядок. Температура внутри была значительно выше, чем снаружи, и в помещении стоял сильный запах гари.

Из-за того, что пожарные недавно покинули помещение, повсюду была вода, она стекала с балок и скапливалась на полу. Пол был покрыт чёрным налётом, который скрипел при каждом шаге.

Гу Яньчэнь стал более осторожным и убедился, что место происшествия безопасно, прежде чем впустить судмедэкспертов.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань начали осматривать трупы.

Дочь лежала во второй спальне, а родители — в главной. Все три трупа были обуглены до неузнаваемости, шансов на выживание не было.

Семья из трёх человек была уничтожена.

Начав с наиболее пострадавшей второй спальни, они обнаружили девушку, лежавшую на кровати в сильно обугленной ночной рубашке и постельном белье. Остатки волос поседели, лицо было неузнаваемым, её невозможно было узнать. Её руки были согнуты в локтях и крепко прижаты к груди, кулаки сжаты — такая поза характерна для пострадавших от ожогов и называется «позой боксера».

Ци Иань подошёл к кровати с набором для осмотра и, потирая нос, посмотрел на тело.

Помимо запаха гари, он почувствовал запах горелой плоти, который был более терпимым по сравнению с вонью разложения. Но от мысли, что это была человеческая плоть, его затошнило.

Тем временем Шэнь Цзюньци начал внимательно осматривать труп.

Ожоги классифицируются по степени тяжести, и на трупе, который они видели, явно были ожоги четвёртой степени.

Шэнь Цзюньци сначала посветил фонариком на голову жертвы. В случаях, связанных с пожарами, судмедэксперты часто определяют, был ли пострадавший жив в момент возгорания, по положению его головы.

Если жертва погибла в огне, её лицо и тело, как правило, будут повёрнуты в противоположную от огня сторону.

Во время пожара человек инстинктивно закрывает глаза, из-за чего во внешних уголках глаз появляются более глубокие морщины. Если кожа в этих морщинах не обгорела, и на роговице не было пепла, это указывает на высокую вероятность смерти от огня.

Голова девочки была повернута вправо, а не в сторону окна слева, откуда начался пожар. К сожалению, из-за длительного воздействия огня её лицо почти полностью обуглилось, а кожа вокруг глаз потрескалась. Состояние кожи и глаз больше нельзя было использовать в качестве ориентира.

Следом они осмотрели два других трупа. У матери были самые сильные ожоги.

Ци Иань внимательно присмотрелся и спросил Шэнь Цзюньци:

- Я заметил, что этот человек получил самые сильные ожоги. Может быть, это потому, что он находился ближе к источнику огня?

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Среди пожарников это называется эффектом фитиля.

Ци Иань внезапно всё понял.

Бай Мэн, впервые услышав это выражение, заинтересовалась.

- Что такое эффект фитиля?

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Из трёх жертв только на матери была пижама с длинными рукавами, и она была довольно полной, с большим количеством подкожного жира. Когда огонь охватил её одежду, эпидермис отслоился, подкожный жир расплавился и вытек, обволакивая одежду. Жир действует как свеча, а одежда — как фитиль, который горит до тех пор, пока не сгорит жир. Вот почему одетые трупы часто горят быстрее и интенсивнее, чем обнаженные.

Услышав это, Лу Ин вздохнул.

- Превратиться в свечу… это действительно ужасно.

Гу Яньчэнь, осматривая место происшествия, отметил, что отпечатки пальцев и следы обуви уничтожены, что затрудняет поиск.

Сильнее всего обгорела вторая спальня, где находилась девушка, особенно стена с занавесками, которая, похоже, загорелась первой и обуглилась сильнее, чем другие участки.

Судя по всему, возгорание началось на втором этаже, но признаков короткого замыкания не было. Больше похоже на то, что кто-то намеренно устроил пожар.

Лу Ин спросил:

- Были ли в последнее время в этом районе бандиты или поджигатели?

Бай Мэн поискала в полицейской базе данных и ответила:

- За последние три месяца в окрестностях произошло не так много пожаров, и у всех были явные причины. Два пожара случились из-за старой проводки, один — из-за того, что сигарета подожгла простыню, а ещё один — из-за несанкционированных изменений в электропроводке. Кроме того, в этом районе уже давно не было жертв пожаров. Информации о бандитах тоже нет.

Гу Яньчэнь сказал:

- На дверных замках нет следов взлома, так что это не похоже на поджог. Поджигатели редко проникают в помещения, чтобы устроить пожар, и обычно не стремятся к убийству. Нам следует выяснить, был ли это целенаправленный поджог или попытка уничтожить улики.

Осмотревшись, Гу Яньчэнь повернулся к Шэнь Цзюньци.

- Можем ли мы по телам определить, было ли это убийство или смерть в огне?

Шэнь Цзюньци намеренно подтолкнул Ци Ианя к ответу, спросив его:

- Что ты думаешь?

Ци Иань, держа в руках протокол расследования, попытался проанализировать ситуацию.

- Трупы сильно обуглились, поэтому невозможно определить, были ли на них раны. На данный момент мы можем лишь установить, что после пожара не было никаких признаков движения или борьбы, но мы не можем исключить смерть от теплового респираторного синдрома или отравления угарным газом.

Шэнь Цзюньци подытожил:

- Нам нужно провести вскрытие, чтобы подтвердить это.

Гу Яньчэнь спросил Бай Мэн:

- В какое время начался пожар?

Бай Мэн ответила:

- Сигнал тревоги прозвучал около трёх тридцати утра, так что пожар, скорее всего, начался примерно за полчаса до этого. Все жертвы были найдены на своих кроватях, и, судя по их позам, они спали спокойно… Пожар начался внутри дома, так что мы можем исключить версию о старой электропроводке. Мы собрали подробную информацию о жертвах и отправили её всем на телефоны.

С этими словами Бай Мэн кое-что настроила, и телефоны всех присутствующих издали звуковой сигнал, получив информацию.

Гу Яньчэнь просмотрел данные. Погибшую девушку звали Цяо Сывэй, ей было девятнадцать лет, она осталась на второй год и была зачислена на первый курс университета Вэйчэн. Поскольку пожар начался в комнате Цяо Сывэй, им, естественно, нужно было начать расследование с неё.

Гу Яньчэнь спросил:

- У жертвы был парень?

В подобных случаях в первую очередь подозревают романтические отношения между подростками.

- Насколько мне известно, у неё не было парня, - Бай Мэн добавила: - По словам соседа, который вызвал полицию, жертва была послушной и редко общалась с людьми на улице. Она занималась с репетитором и в основном была сосредоточена на учёбе. Мать Цяо Сывэй работала на соседней улице, а отец был простым служащим.

Социальные связи семьи казались простыми, но это могло быть лишь поверхностным впечатлением.

Офицеры тщательно осмотрели верхний и нижний этажи.

Гу Яньчэнь кое-что заметил. Он позвал криминалиста и указал на след на подоконнике в конце коридора на втором этаже.

- Здесь есть след.

Огонь на втором этаже не добрался до этой стороны, а вода, которой тушили пожар, не повредила улику, благодаря чему этот след сохранился в первозданном виде.

На этом месте след не могли оставить ни пожарные, ни члены семьи.

Криминалист поспешил к нему.

Окно было небольшим и лишь слегка приоткрытым, но этого было достаточно, чтобы человек мог легко пролезть внутрь. Окно не было заперто изнутри, и через стекло на наружном подоконнике можно было разглядеть нечеткий след.

След был свежим.

С помощью линейки эксперт измерил его и сделал вывод:

- Судя по размеру и рисунку, это мужской след, вероятно, от обуви 42-го размера.

Лучшая подруга

Глава 39. Лучшая подруга

Осмотр места происшествия проходил в установленном порядке.

Время шло, и на небе постепенно забрезжил рассвет.

Осмотр места происшествия был завершён, и, кроме этого загадочного следа, никаких других очевидных улик обнаружено не было.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань вместе занимались трупами. Из-за пожара тела окоченели, и им пришлось приложить немало усилий, чтобы поместить три тела в мешки для перевозки.

Тела погрузили в катафалк, заполнив его до краёв.

Лу Ин в сопровождении сотрудников вспомогательной полиции опрашивал соседей:

- Как жила эта семья?

- Это довольно хорошая семья. Мы живём здесь уже много лет, и у нас никогда не было с ними конфликтов, — сосед на мгновение задумался и добавил: — Но, кажется, они кого-то боялись.

- Боялись кого?  - Лу Ин попросил уточнить, - Можете рассказать подробнее?

- Мы мало что знаем, но до вступительных экзаменов в колледж отец Ци Сывэй обычно провожал её в школу и встречал там.

Лу Ин записала эту информацию, а затем спросил:

- Много ли людей обычно приходило к ним домой?

- Кажется, не так много. Иногда к девочке приходили одноклассники, чтобы вместе делать уроки.

Расспросив соседей, Бай Мэн быстро выяснила номера мобильных телефонов всей семьи. Все телефоны сгорели в пожаре, и восстановить их было практически невозможно. Однако записи звонков сохранились.

Она просмотрела записи и сказала:

- Сегодня утром на телефон Ци Сывэя поступило два звонка. Я проверила, и оказалось, что владельца одного из номеров зовут Цю Сяосюэ, и в этом году ей исполнилось восемнадцать.

Лу Ин прокомментировал:

- В этом возрасте она, должна, учится в одном классе с Ци Сывэй.

Пока они разговаривали, из переулка выбежала молодая девушка. Её длинные волосы были собраны в хвост. Она сбежала по лестнице, глядя на сгоревший дом полными слёз глазами. Она забежала за оцепление, и её остановила Бай Мэн.

- Как такое могло произойти… Как такое могло произойти…

Девушка прикрыла рот рукой и, дрожа, заговорила, а затем расплакалась.

Она схватила Бай Мэн и спросила:

- Я примчалась сюда, как только услышала новости. Ци Сывэй спасли? Их… всю их семью…

Бай Мэн ответила:

- Они все погибли в пожаре прошлой ночью.

Лу Ин спросил девочку:

- Как тебя зовут? Ты одноклассница Ци Сывэй?

Из глаз девушки потекли слёзы. Поплакав немного, она вытерла слёзы и сказала более ровным голосом:

- Меня зовут Цю Сяосюэ. Я одноклассница Ци Сывэй. Я звонила ей сегодня утром, но она не ответила.

Бай Мэн немного утешил её, а затем спросила:

- Мы выясняем причину этого пожара. Поскольку вы одноклассница Ци Сывэй, не расскажите чего-нибудь важного?

Цю Сяосюэ на мгновение замялась, а затем кивнула:

- Я… я кое-что знаю.

Бай Мэн достала блокнот, записала возраст, место рождения и личные данные Цю Сяосюэ, а затем спросила её:

- Соседи Ци Сывэй сказали, что та, кажется, кого-то боялась. Ты что-нибудь об этом знаешь?

Цю Сяосюэ ответила:

- Я знаю только, что отец Ци какое-то время забирал её из школы и отвозил обратно, может быть, около месяца, и говорил, что боится, как бы она не подвергалась опасности по дороге. Я несколько раз спрашивала Ци, в чём конкретно дело, но она так и не сказала.

Бай Мэн расспросила подробнее о том, когда Ци Сывэй была в сопровождении, а затем спросила Цю Сяосюэ:

- У неё был парень?

Цю Сяосюэ покачала головой:

- Я её хорошая подруга, и она мне всё рассказывала. У неё точно не было парня. Она сказала, что, поскольку придется расстаться с друзьями, лучше найти себе парня в колледже.

Бай Мэн задала еще вопрос:

- Её домогался какой-то мужчина?

Цю Сяосюэ снова покачала головой:

- Обычно она не наряжалась, её одежда очень простая. Она почти не разговаривала с незнакомцами.

Гу Яньчэнь спросил:

- Когда ты в последний раз видела Ци Сывэй?

Цю Сяосюэ опустила голову:

- Это было вчера днём. Мы обменялись подарками, она собиралась в университет в другом городе. Мы больше не будем жить в одном городе, так что у нас будет мало шансов, встретиться.

Бай Мэн спросила её:

- Как вы с Ци Сывэй подружились?

Цю Сяосюэ подробно объяснила:

- Мы учились в одном классе и жили недалеко друг от друга. Однажды во время группового задания, для которого нужны были пары, в нашем классе оказалось нечётное количество учеников. Ци Сывэй заметила, что я осталась одна, и спросила у учителя, можно ли добавить в их группу ещё одного человека. Учитель согласился, и с того момента мы стали друзьями.

- Что за человек Ци Сывэй?

Цю Сяосюэ сказала:

- Она... была жизнерадостной и общительной, с хорошим характером. Несмотря на то, что она осталась на второй год, она хорошо ладила с одноклассниками и добра ко мне.

Потом Гу Яньчэнь задал ей несколько вопросов о семье Ци Сывэй, в том числе о том, кто часто бывал у них дома и как они проводили время.

Цю Сяосюэ рассказала, что знала, и на её лице отразилась печаль.

- Дядя и тётя очень милые. Они лепили для меня пельмени, когда я приходила к ним в гости.

Гу Яньчэнь спросил:

- Откуда ты узнала о пожаре?

- Я живу недалеко отсюда. Прошлой ночью я слышала, как проезжали пожарные машины. Я всю ночь не могла уснуть. Когда я рано утром спустилась вниз, уборщица сказала мне, что в этом районе был пожар. Я очень испугалась, подумала, что это дом Ци Сывэй… поэтому я поспешила сюда.

Она закрыла лицо руками.

- Почему это произошло…

После опроса Бай Мэн попросила её расписаться и взяла контактную информацию на случай, если им понадобится связаться с ней снова.

Гу Яньчэнь посмотрел на фотографию Цяо Сывэй, жизнерадостной и общительной девушки с простыми социальными связями.

Как такая девушка, ещё учащаяся в школе, могла стать жертвой трагедии?

Проводив Цю Сяосюэ, Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн достать записи с камер наблюдения за прошлую ночь в близлежащих районах.

Из обнаруженных улик, только следы на подоконнике. Размер следов соответствовал 42-му размеру обуви, а рисунок отличался от того, что был у отца Ци.

Бай Мэн на записи с камеры наблюдения обнаружила некоторые зацепки. Она позвала Гу Яньчэня к компьютеру:

- Вчера около трёх часов ночи камера наблюдения неподалёку зафиксировала мужчину.

Гу Яньчэнь и Лу Ин собрались возле компьютера. На нём был виден мужчина среднего роста в шляпе и маске, который быстро шёл, опустив голову, перед камерой.

Вскоре после этого другая камера зафиксировала, как дом Ци загорелся.

Этот человек, появившийся возле места преступления в три часа ночи, вел себя подозрительно и быстро скрылся.

Лу Ин обрадовался:

- Должно быть, это поджигатель!

Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн сделать копию фотографии мужчины для дальнейшего расследования.

После трагического инцидента в доме Цяо в городское бюро пришла одна из тётушек Ци Сывэй и дала важную подсказку.

Тетушка, услышав о трагедии, сразу же заявила:

- Мой брат прятался от своего зятя! Мой брат несколько раз жаловался мне! Его зять, дядя Ци Сывэй, любит играть в азартные игры. Он проиграл свой дом, а потом начал занимать деньги у родственников. Он дважды одалживал ему деньги, в общей сложности более ста тысяч. Но вместо того, чтобы вернуть долг, он хотел занять у него ещё...

Бай Мэн слушала и записывала. Похоже, в наши дни в каждой семье есть несколько проблемных родственников. Это всё равно, что иметь дело с голодными призраками, с которых не взыскать  долг, как только деньги отдали, их уже не вернуть.

- ...Этот зять дважды приходил к ним домой, чтобы устроить скандал. Когда его семья уже не могла этого выносить, они обратились в полицию. Позже его зять сказал, что, поскольку его сестра жила хорошо, но не помогала ему, она как бы лишала его возможности выжить, поэтому если он не мог жить, и они тоже не должны жить хорошо.

- Перед тем как моя племянница в этом году сдала вступительные экзамены в колледж, её дядя приехал в Биньчнь и преградил ей путь из школы. Он угрожал, что, если они не дадут ему денег, он продаст Ци Сывэй, чтобы получить выкуп. Бедная девочка так испугалась, что два дня не ходила в школу, и моему брату пришлось её сопровождать.

Бай Мэн сочувствовала этой девушке. Должно быть, она была в ужасе от того, что её похитил собственный дядя, когда она возвращалась домой из школы.

- Тогда моя племянница очень боялась своего дядю. Она боялась, что он вернётся и создаст проблемы семье… Поэтому, когда в их доме случился пожар, я подумал о нем. Мог ли зять моего брата что-то сделать?

Женщина закрыла лицо руками:

- Бедный мой брат и моя милая племянница, их больше нет...

Бай Мэн отправила тёте видео с камер наблюдения, снятое прошлой ночью, для опознания.

Через некоторое время женщина нахмурилась:

- Я видела его всего один раз на свадьбе брата много лет назад. С тех пор прошло так много времени, а на видео слишком темно, чтобы что-то разглядеть.

Гу Яньчэнь сказал:

- Мы проведём тщательное расследование.

Проводив тётю, Бай Мэн навела справки о дяде Ци Сывэй.

Его звали Вэй Интянь, и он действительно был по уши в долгах. В прошлом году он продал свой дом и взял много кредитов. Все родственники его избегали. Кроме того, у этого дяди был вспыльчивый характер. Однажды на Новый год он чуть не ударил другого родственника кухонным ножом за то, что тот отказал ему в просьбе.

Они также нашли полицейские отчёты о семье Ци.

Около двух месяцев назад этот дядя из-за больших долгов скрылся, чтобы не платить кредиторам. Его банковские карты были неактивны, и последний раз его видели в соседнем городе. Поскольку у Вэй Интяня была судимость, процесс его ареста прошёл быстро.

Гу Яньчэнь выдал ордер на арест Вэй Интяня в полицейской системе, надеясь, что сотрудники из разных участков помогут найти его.

Гу Яньчэнь поручил своим подчинённым получить доступ к телефонам и различным онлайн-аккаунтам семьи.

Первая информация, которую они получили, была из социальных сетей Ци Сывэй.

Используя зарегистрированный телефон Ци, Гу Яньчэнь вошёл в её аккаунт, и начал просматривать сообщения. Содержание было обычным, вступление в какие-то группы по интересам, при этом Ци Сывэй не проявляла особой активности, и в её записях не было ничего странного.

В недавних контактах WeChat Гу Яньчэнь заметил, что аккаунт, с которым чаще всего взаимодействовали во время недавних звонков, был с мультяшным аватаром.

Он открыл его и сравнил с подтверждённым номером телефона, который принадлежал Цю Сяосюэ. По мере того как он просматривал историю чата, выражение лица Гу Яньчэня становилось всё более серьёзным.

Это был довольно странный диалог, не похожий на болтовню близких подруг, а скорее на то, как Цю Сяосюэ изливает душу.

«Я сегодня проходила мимо пекарни «Сентябрьский лес» и увидела, что у них есть твой любимый торт со вкусом таро, поэтому я купила его для тебя.

«Посмотри на этого кота, я увидела его у школьных ворот, он такой милый».

«Сегодняшнее домашнее задание по математике слишком сложное, кто сможет его решить? Ты свободна в эти выходные? Я могу зайти к тебе, чтобы сделать домашнее задание».

«Я купила тебе чай с шариками и оставила на углу твоего стола».

Она подробно рассказывала, что они ели, куда ходили, сколько времени тратили на домашние задания — ничего не упускала. Иногда она даже кокетничала или умоляла:

«Что ты делаешь? Не игнорируй меня».

Но ответы Ци Сывэй казались какими-то поверхностными:

«Хорошо, поняла».

«А».

«Я только что приняла душ, не видела свой телефон».

«Поняла».

«Спасибо».

Если бы они были лучшими подругами, такое взаимодействие казалось несколько отстранённым. Но если их отношения были безразличными, это тоже казалось неправильным, ведь они болтали так каждый день. Более того, они, похоже, учились в одном классе и, часто общались в школе.

Облачное хранилище записей чатов имеет ограниченный объём, и восстановить можно только записи за последние шесть месяцев.

Гу Яньчэнь прокрутил страницу до конца и увидел, что последняя запись была сделана вчера днём.

Цю Сяосюэ написала:

«Мы поступаем в университет, и, возможно, это наша последняя встреча. Я купила тебе подарок».

Ци Сывэй ответила:

«Хорошо, заходи позже».

Гу Яньчэнь несколько раз просмотрел эту переписку. Время последнего разговора совпадало с тем, что сказала Цю Сяосюэ о встрече с Ци Сывэй и обмене подарками.

В записях он почувствовал зависимость Цю Сяосюэ от Ци Сывэй. Он вспомнил, как Цю Сяосюэ описывала подругу. Возможно, Цю Сяосюэ считала Ци Сывэй, духовной опорой. Казалось бы, всё логично, но Гу Яньчэнь не мог избавиться от ощущения, что что-то не так.

Он как будто упускал какую-то важную деталь.

Как только он об этом подумал, к нему подошла, Бай Мэн и сообщила:

- Капитан, мы связались со всеми бывшими учителями и одноклассниками Ци Сывэй. Я договорилась о встрече с классным руководителем, чтобы подробно обсудить ситуацию.

Гу Яньчэнь встал и сказал Лу Ину:

- Лу Ин, продолжай искать дядю Ци Сывэй. Кроме того, попроси людей из первой группы отправиться на работу к родителям Ци Сывэй и разузнать, что происходит. Я возьму, Бай Мэн, чтобы она собрала информацию у одноклассников.

Дойдя до двери кабинета, он остановился и обернулся, сказав:

- И ещё, проверь информацию о Цю Сяосюэ.

Лу Ин спросил:

- С ней что-то не так?

Гу Яньчэнь ответил:

- Ничего конкретного, просто у меня такое чувство, что их отношения не так просты, как описывает Цю Сяосюэ.

Извлечение языка

Глава 40. Извлечение языка

Бюро Биньчэна, Центр судебно-медицинской экспертизы.

Сегодня для проведения вскрытия Шэнь Цзюньци специально выбрал самую большую прозекторскую во всём городском бюро. Три стола для вскрытий стояли рядом, и на каждом из них лежал обугленный труп.

Почерневшие и обугленные тела было трудно опознать, от них исходил запах гари. Хотя они не вызывали такого отвращения, как разложившиеся тела, смотреть на них всё равно было жутковато.

Слева направо лежали отец, мать и дочь.

Шэнь Цзюньци спокойно перемещался между столами для вскрытия.

— Тело дочери — самое важное. Давай оставим его напоследок и начнём с двух других.

Они начали с мужского тела.

Шэнь Цзюньци повернулся к нему, нажал на кнопку диктофона,  чтобы начать запись.

- Ци Лунфань, 49 лет, рост 174 см. Кожа на спине и внутренней стороне бедра не обгорела, остальная поверхность тела обуглена. Левая стопа обуглена и повреждена, кожа на голени и груди потрескалась из-за сухости, по всему телу видны следы ожогов…

Ци Иань тоже осмотрел тело. Повреждения на теле были хорошо различимы, как правило, раны, оставленные огнём, неглубокие и неровные.

Затем Шэнь Цзюньци осмотрел носовую полость покойного и открыл рот.

- Пепел присутствует в ротовой полости.

Ци Иань осмотрел тело с помощью осветительного прибора.

- Значит, смерть наступила в результате пожара?

Наличие пепла в дыхательных путях является важным показателем причины смерти. Если умерший дышал перед смертью, то весьма вероятно, что он погиб в огне, в то время как при посмертном горении вокруг рта и носа остаётся лишь небольшое количество пепла.

Шэнь Цзюньци предупредил:

- Давайте не будем делать поспешных выводов.

Следом он осмотрел голову погибшего.

- Перелом черепа с разбросанными костными фрагментами, вероятно, вызванный внутренним давлением в черепной коробке.

Такие травмы часто встречаются на обугленных трупах. По сути, это произошло из-за повышения внутричерепного давления, которое привело к внутреннему взрыву.

Тело покрылось твёрдой оболочкой, которую было крайне сложно разрезать. Работая вместе и используя различные инструменты, они смогли вскрыть тело.

После осмотра Шэнь Цзюньци поправил перчатки и сказал Ци Ианю:

- Приготовься извлечь язык.

«Извлечение языка» — это термин судмедэкспертов, обозначающий разрез на челюстной кости после удаления грудины, извлечения языка, язычка, гортани, пищевода и т. д. Опытный судмедэксперт может извлечь из тела все внутренние органы вместе.

Подготовившись, Шэнь Цзюньци сказал:

- Сначала я покажу, как это делается, а потом ты займёшься матерью.

Он поправил перчатки и аккуратно ввёл пальцы в разрез под челюстью покойного. Кончики его пальцев коснулись горла, издав тихий щелчок.

В свете, бестеневой лампы, тонкие черты лица Шэнь Цзюньци были серьезными.

Ци Иань наблюдал за тем, как двигаются его тонкие пальцы, словно приводя в действие какой-то механизм. Горло выступило, обнажив язык и нёбный язычок.

Шэнь Цзюньци опускал руку, без особых усилий. Целый язык вместе с гортанью был вытянут, и следом все органы.

Несмотря на то, что снаружи они были обуглены, внутренние органы почти не пострадали. По консистенции они напоминали гладкое желе, тяжёлое на ощупь. Теперь всё стало ясно, в дыхательных путях погибшего также были обнаружены следы застоя и пепла.

Ци Иань сказал:

- Можем ли мы теперь подтвердить это с помощью пепла?

Шэнь Цзюньци по-прежнему качал головой.

- Количество минимально. Нельзя исключать вдыхание пепла во время слабого дыхания или в предсмертном состоянии.

Он указал на органы погибшего и объяснил Ци Ианю:

- У человека, сгоревшего заживо, в организме вырабатывается большое количество угарного газа, который соединяется с гемоглобином, образуя карбоксигемоглобин. Цвет внутренних органов будет ярко-красным.

Ци Иань продолжил:

- Я узнал об этом из учебников. При отравлении угарным газом трупные пятна тоже будут ярко-красными.

Шэнь Цзюньци показал ему:

- Ну, что ты теперь скажешь?

Ци Иань посмотрел на органы мужчины, лежащего перед ним.

- Сердце, желудок, печень и кишечник выглядят ярче, чем обычно, но не такие красные…

Молодой судмедэксперт на мгновение растерялся, не зная, что сказать.

Шэнь Цзюньци не стал его торопить.

- Покойный надышался угарным газом, но в незначительной степени. Давайте возьмём кровь из сердца, а затем проведём тесты на наличие седативных средств и токсинов. Я подозреваю, что покойный мог принять седативное средство или наркотики, вызывающие потерю сознания.

Если человек в состоянии сонливости надышится угарным газом, это может привести к окоченению тела и смерти во сне. В таком состоянии человек не будет сопротивляться.

Ци Иань взял образцы крови из сердца, желудочный сок, мочу, и ткани органов и отправил их в токсикологическую лабораторию для анализа.

Потом они приступили к осмотру второго трупа — матери Ци Сывэй, которая пострадала сильнее всего.

После осмотра Шэнь Цзюньци указал на тело и сказал:

- На этот раз ты будешь извлекать язык.

Ци Иань тоже изучал этот процесс на занятиях, но тогда у него было мало возможностей попрактиковаться. Весь класс собирался вокруг, наблюдая за тем, как учитель проводит процедуру, и у учеников не было возможности делать это самостоятельно.

Это была отличная возможность, и Ци Иань горел желанием попробовать. Он видел, как Шэнь Цзюньци без труда извлёк язык, но когда дело дошло до него, всё оказалось не так просто. Либо разрез был слишком маленьким, чтобы извлечь язык, либо соединительные ткани были разрезаны неправильно. Извлечение языка требовало сноровки, и Ци Иань боялся повредить тело, поэтому не решался применять грубую силу и от волнения покрывался потом.

Шэнь Цзюньци молча, стоял рядом с ним и наблюдал за его усердной работой. Он лишь напоминал Ци Ианю о различных ключевых моментах, когда тот сталкивался с трудностями, но не предлагал никакой физической помощи. Ци Иань упорно продолжал работать с языком покойной.

После двадцати минут непрерывных усилий он, наконец, извлёк язык целым и невредимым и держал его в руке, словно тяжёлую гроздь винограда.

Ци Иань вытер рукавом пот со лба и вздохнул с облегчением.

Состояние этого тела было таким же, как у отца Ци.

Шэнь Цзюньци, не останавливаясь, подошёл к тклу Ци Сывэй. Осмотрев ротовую полость, он произнес:

- Этот тело какое-то особенное, во рту почти нет пепла.

Он осмотрел поверхность, прежде чем приступит к вскрытию.

- На груди скопилась кровь.

Он тщательно осмотрел поверхность на предмет повреждений. Через минуту он обнаружил место, откуда шла кровь.

- На печени покойной есть небольшой порез размером с шило. Скорее всего, она получила серьёзную травму ещё до пожара.

Поскольку рана была очень маленькой, а место происшествия было сожжено, из-за высокой температуры кожа на животе погибшей сжалось, скрыв повреждение, и его было трудно обнаружить до вскрытия.

Чтобы сэкономить время, Шэнь Цзюньци не стал заставлять Ци Ианя практиковаться. Он сам извлёк язык и органы Ци Сывэй. Как он и предполагал, дыхательные пути были очень чистыми, с минимальным количеством загрязнения в виде пепла.

- Покойная скончалась от кровотечения вызванного разрывом печени. После смерти тело было сожжено. В результате пожара также погибли родители Ци Сывэй. Это умышленное убийство.

Тем временем компьютер подал звуковой сигнал, напоминая Ци Ианю о необходимости проверки.

- В крови и моче обоих родителей обнаружен «Зопиклон». Неудивительно, что они не проснулись во время пожара.

«Зопиклон» был широко распространённым седативным снотворным препаратом. После его приёма человек погружался в глубокий сон, и его действие могло сохраняться в течение всей ночи.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Сходи ещё раз в токсикологическую лабораторию. Если у всех троих в организме будет обнаружен этот препарат, то, скорее всего, кто-то намеренно накачал их.

В это же время Гу Яньчэнь в сопровождении Бай Мэн разговаривал с одноклассниками Ци Сывэй.

Связавшись с классным руководителем Ци Сывэй, они позвонили старосте класса.

Сначала они поговорили с учителем, а затем начали расспрашивать старосту о ситуации в классе.

Староста была тихой и послушной девочкой.

- Мы учились на последнем курсе, и требования к учёбе очень высокие. У нас не так много внеклассных занятий. Ци Сывэй больше общалась с девочками из нашего класса. Она почти не разговаривала со мной, разве что спрашивала об учёбе. Ци Сывэй очень милая, жизнерадостная и популярная. У неё много друзей в классе. Люди не из школы? Она почти никого не знает за пределами школы… Парень? Ни в коем случае. Она была влюблена в малоизвестного актёра, собирала его фотографии и журналы и иногда рекомендовала их другим девушкам. Она даже не смотрела на парней в школе. Однажды её дядя перехватил её после школы, и в тот день я столкнулся с ними. Ци Сывэй попросила меня никому не рассказывать, чтобы одноклассники не сплетничали.

Немного послушав, Гу Яньчэнь спросил:

- Цю Сяосюэ тоже учится в твоём классе?

При упоминании Цю Сяосюэ выражение лица старосты внезапно стало каким-то странным, как будто она попробовала что-то кислое.

- Я не общалась с Цю Сяосюэ. За три года в старшей школе мы почти не разговаривали.

Гу Яньчэнь что-то почувствовал и спросил:

- Как складывались отношения Ци Сывэй с Цю Сяосюэ?

Староста опустила голову:

- У них были довольно хорошие отношения. Было время, когда их назначили в одну группу для работы над проектом, и благодаря этому они стали хорошими друзьями.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ещё ты можешь рассказать о Цю Сяосюэ?

Староста класса сказала:

- Цю Сяосюэ… Её родители, похоже, развелись, и они богаты. Она не хотела жить с родителями, поэтому сняла дом рядом со школой и жила там одна. Больше я ничего не знаю.

Она сделала паузу, прежде чем продолжить:

- Они с Ци Сывэй были очень близки. Они всегда были вместе, даже на уроках физкультуры и после школы. Они делились всем, даже одеждой. Но, кажется, они поссорились, у них что-то произошло. Я видела, что Ци Сывэй и Цю Сяосюэ какое-то время не ладили, но потом снова сошлись.

Гу Яньчэнь задал старосте ещё несколько вопросов, но она замялась и сказала:

- Я правда не знаю подробностей того, что между ними произошло.

Гу Яньчэнь спросил:

- Вы не знаете, были ли у кого-нибудь из вашего класса хорошие отношения с Ци Сывэй или Цю Сяосюэ?

Староста на мгновение задумалась:

- Да, бывшая соседка Ци Сывэй по парте может что-то знать, но она поступила в университет раньше нас. Можете попробовать ей позвонить.

Девушку звали Ши Цзе.

Бай Мэн позвонила, и после некоторых усилий им удалось связаться с её куратором. Она уже поступила в университет и сейчас проходила военную подготовку. Она могла отвечать на звонки и разговаривать только после 17:00.

Гу Яньчэнь предложил:

- Давайте сначала вернёмся в городское бюро и узнаем результаты вскрытия.

Во второй половине дня, в городском бюро Биньчэна.

После обеда Гу Яньчэнь отправился в офис судмедэксперта. Отчёты о вскрытии и результаты экспертизы уже были готовы.

Шэнь Цзюньци протянул Гу Яньчэню упрощённый отчёт о вскрытии и сказал:

- Ци Сывэй умерла от кровопотери вызванной смертельным повреждением печени, находясь предсмертном состоянии, она сгорела. Двое других погибших умерли от совокупности причин, связанных с пожаром. Все трое приняли одно и то же седативное средство, причём в немалой дозировке. Я взял у них содержимое желудка, и у всех троих были не переваренные куски кислой рыбы. Очень вероятно, что наркотики были подмешаны в еду на вынос.

Гу Яньчэнь проверил заказы Ци Сывэй на доставку и сразу же нашёл заказ на кислую рыбу, сделанный вчера вечером в 18:30.

По электронным записям можно отследить всё.

Полиция связалась с рестораном, где готовили, кислую рыбу, а затем нашла курьера, который вчера вечером доставил заказ.

Бай Мэн позвонила ему, чтобы вызвать в городское бюро. Курьер как раз был неподалёку и заканчивал доставку. Закончив, он поспешил в отдел по борьбе с особо опасными преступлениями.

Поскольку заказ был сделан только вчера, курьер всё ещё помнил:

- Я знаю эту семью, они часто заказывают кислую рыбу на вынос. Каждый раз они просят меня оставить заказ на стойке у двери, а потом сами забирают её.

Бай Мэн попросила рассказать подробнее.

Семья Ци жила в отдельном доме с собственным двором. С внешней стены двора были ворота, а внутри — дверь в дом.

Обычно внешние ворота закрывались только вечером перед сном. Курьер вошёл через ворота, поставил еду на подставку у входной двери и ушёл.

Бай Мэн спросила:

- Вы уверены, что еда доставлена в целости и сохранности?

Курьер покачал головой:

- Я не обратил на это внимания. В тот день у меня было много заказов, поэтому я просто позвонил им, когда приехал. Они сказали, что сейчас выйдут. Я оставил заказ в указанном месте и ушёл. Я не знаю, когда они пришли за ним. Но упаковка с килькой была очень хорошей. Они должны были понять, что её вскрывали, когда получили заказ.

Бай Мэн записала показания курьера и проводила его.

Сотрудники отдела по расследованию особо тяжких преступлений собрались в конференц-зале.

Гу Яньчэнь написал слева информацию о жертвах, а справа — имена Вэй Интянь и Цю Сяосюэ, которые на данный момент были главными подозреваемыми.

Он провёл линию и написал рядом с ней:

- Кислая рыба.

Лу Ин предположил:

- Допустим, наркотики были подмешаны в кислую рыбу. Курьер оставил еду внизу, и кто-то из семьи Ци Сывэй вышел, чтобы забрать её. Возможно, между этими событиями был промежуток времени. Если кто-то отравил еду до того, как её забрали, это возможно.

Логика казалась верной, но многие детали не срастались.

Бай Мэн нахмурилась, немного озадаченная:

- Я знаю этот ресторан, где подают, кислую рыбу. Это сеть ресторанов, и у них очень хорошая упаковка. Внешний пакет скреплён степлером. Внутри двухслойная упаковка: внешний слой из термоусадочной плёнки и внутренний пластиковый контейнер, завёрнутый в несколько слоёв пищевой плёнки, чтобы суп не вытекал. Курьер сказал, что позвонил, когда приехал, и если бы преступник хотел отравить еду за это время, это было бы не реально.

Ци Иань тоже вмешался:

- Да, и семья Ци не глупа. Если бы упаковка была повреждена, они бы точно не стали это есть. Кроме того, препарат нужно равномерно перемешать, иначе его можно будет обнаружить при дегустации. Было ли у преступника достаточно времени, чтобы сделать всё это?

Услышав это, Шэнь Цзюньци задумался:

- Отравить еду на месте — слишком грубо и рискованно.

Что, если их поймают на месте преступления?

Семья Ци может в любой момент прийти за едой.

Гу Яньчэнь нахмурил брови, быстро найдя недостающее звено.

Он сказал:

- Времени на отравление в последнюю минуту не было, но можно было подменить еду на вынос.

Он объяснил:

- Преступник, должно быть, хорошо знал привычки семьи Ци и то, что они часто заказывали, кислую рыбу в этом конкретном ресторане. Таким образом, он мог заранее купить такую же порцию, аккуратно вскрыть упаковку, стараясь не повредить этикетку, затем добавить внутрь наркотики и снова запечатать пакет пищевой плёнкой. Он принес это домой к Ци, дождался доставки, быстро поменяли еду в пакеты, и ему понадобился только степлер, чтобы снова запечатать пакет.

Весь этот процесс можно было завершить всего за несколько секунд. После подмены семья Ци не заметила бы, что в кислую рыбу что-то добавили. Яркий вкус блюда маскировал вкус наркотика, и они невольно проглотили снотворное.

Бай Мэн сказала:

- Тогда я попрошу этот ресторан предоставить записи о вчерашних заказах на вынос. Возможно, виновник среди них.

Гу Яньчэнь напомнил:

- До 18:00 проверьте записи о заказах на вынос в нескольких сетевых магазинах.

Хороший друг

Глава 41. Хороший друг

Причины смерти, способ убийства — шаг за шагом, постепенно складывая единую картину, словно пазл, они, приближались к преступнику.

Как только все вернулись на свои рабочие места, Бай Мэн ответила на звонок в отделе. Послушав несколько секунд, она повернулась к Гу Яньчэню и доложила:

- Капитан Гу, в третьем отделе сказали, что Вэй Интянь найден и детективы из отдела везут его сюда.

- Нашли его?! - Лу Ин обрадовался, - Он признался в отравлении и поджоге?

Бай Мэн покачала головой и ответила:

- Он признался, что прошлой ночью вломился в дом своей сестры, чтобы украсть деньги, но отрицал, что кого-то убил.

Во второй половине дня привели Вэй Интяня. Это был высокий, худощавый мужчина лет тридцати, с щетиной на лице и слегка растрёпанными волосами.

Именно его видели на записи с камеры наблюдения прошлой ночью.

Вэй Интянь сидел в комнате для допросов с подавленным видом.

Когда вошёл Гу Яньчэнь, Лу Ин уже записал его основные данные.

Вэй Интянь вытирал слёзы, рассказывая о событиях прошлой ночи. На его лице читалось явное раскаяние.

- Раньше я играл в азартные игры, но это в прошлом. Теперь я просто хочу вернуть долги и жить в достатке. У моей сестры явно были деньги. Вчера днём я приехал в Биньчэнь и одолжил телефон, чтобы позвонить сестре и попросить о помощи. Она сразу же повесила трубку. Ночью я спал на скамейке в парке. Чем больше я об этом думал, тем сильнее злился, поэтому решил пойти к ней домой. Около двух часов ночи я забрался в дом через окно на втором этаже. Войдя в дом, я, некоторое время бродил в темноте по первому этажу и нашёл только двести долларов наличными. Затем я поднялся на второй этаж…

Вэй Интянь на секунду замолчал.

- Я хотел посмотреть, нет ли там чего-нибудь ценного, но, проходя мимо двери в спальню племянницы, я увидел внутри какую-то фигуру. Я подумал, что это моя сестра встала, чтобы укрыть племянницу одеялом. У меня чуть сердце не остановилось от страха. Опасаясь, что меня обнаружат, я поспешно выбрался из окна на втором этаже и в спешке ушёл... Сегодня, я узнал, что прошлой ночью в их доме случился пожар...

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты хорошо разглядел, кто это был?

Вэй Интянь покачал головой.

- На самом деле я не очень хорошо разглядел. Потом, когда я вспоминал об этом, мне казалось, что это было похоже на приведение…

Лу Ин спросил:

- Ты когда-нибудь задерживал Ци Сывэй по дороге из школы домой?

Вэй Интянь ответил:

- Я совершил эту глупость, но я просто хотел их напугать. В конце концов, она моя родная сестра, а Ци Сывэй — моя родная племянница. Пока они живы, они будут мне немного помочь. По крайней мере, они не дадут мне умереть с голоду. Если они умрут, я тоже не получу ничего.

Гу Яньчэнь спросил:

- Во сколько ты вчера приехал в Биньчэь?

Вэй Интянь ответил:

- Наверное, около шести вечера. Меня подвёз грузовой фургон.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты помнишь номерной знак?

Вэй Интянь ответил:

- Не могу вспомнить. Это был фургон Jinbei.

Гу Яньчэнь и Лу Ин задали ещё несколько вопросов, чтобы убедиться, что след оставил Вэй Интянь, когда убегал. Размер и рисунок протектора совпадали.

После допроса Гу Яньчэнь и Лу Ин вышли из комнаты для допросов.

Бай Мэн прямо спросила:

- Ну что?

Лу Ин подытожил:

- Телефон Вэй Интяня долгое время был недоступен из-за неоплаченных счетов. При нём не было денег. Он точно не мог заказать еду или достать наркотики. На нём была только эта одежда, на ней нет пятен крови. Я не думаю, что он был убийцей или поджигателем прошлой ночью.

Гу Яньчэнь по-прежнему скептически относился к анализу Лу Ина.

Вэй Интянь был заядлым игроком, который постоянно лгал, и к его словам не стоило относиться легкомысленно.

Он спросил Бай Мэн:

- Есть ли у тебя какие-то подвижки?

Бай Мэн ответила:

- В рыбном ресторане сказали, что список блюд, заказанных вчера на вынос, будет готов только к вечеру.

Гу Яньчэнь кивнул.

- Продолжай следить за ситуацией.

Распределив задачи, Гу Яньчэнь посмотрел на часы. Было уже пять часов — время, на которое он договорился созвониться с Ши Цзе.

Гу Яньчэню казалось, что, возможно, от этого свидетеля он узнает что-то важное.

Чтобы разговор прошёл спокойно, Гу Яньчэнь прошёл в конференц-зал, надел наушник и начал записывать разговор.

После нескольких гудков на другом конце провода раздался голос молодой девушки:

- Алло.

Гу Яньчэнь представился и рассказал о трагедии, случившейся в семье Ци Сывэй.

На другом конце провода Ши Цзе удивилась, а затем всхлипнула и сказала:

- Спрашивайте, я расскажу всё, что знаю.

Гу Яньчэнь сначала расспросил о Ци Сывэй, и её рассказ совпал с тем, что он слышал от Цю Сяосюэ и классного старосты. Затем он спросил о Цю Сяосюэ.

Гу Яньчэнь спросил:

- Мы виделись с Цю Сяосюэ сегодня утром. Они с Цяо Сывэй хорошие друзья?

На другом конце провода повисла пауза.

- Хорошие друзья? Она так сказала? В классе только Ци Сывэй хотела дружить с Цю Сяосюэ. Я сразу предупредила её, чтобы она не сочувствовала этой девочке. Она просто была добра к Цю Сяосюэ, потому что больше никто с ней не хотел дружить. Она пыталась помочь ей, но это было всё равно, что приклеить к себе грязь, от которой невозможно избавиться.

Гу Яньчэнь почувствовал в её тоне обиду и спросил:

- Можешь пояснить?

- Сначала Ци Сывэй проявляла доброту. Мы вместе работали над заданием с Цю Сяосюэ. Когда работа была завершена, Цю Сяосюэ спросила Ци Сывэй, могут ли они стать подругами. Поскольку у Ци Сывэй было много друзей, она, естественно, ответила  «Почему бы и нет». Но с тех пор Цю Сяосюэ прилипла к ней. Они вместе ели, вместе ходили в туалет, вместе уходили из школы, а иногда даже вместе приходили в школу. Что бы ни случилось, Ци Сывэй рассказывала об этом Цю Сяосюэ. Они были как сиамские близнецы.

Гу Яньчэнь спросил:

- Хороши ли Цю Сяосюэ отослась к Ци Сывэй?

- Довольно хорошо. Если быть точной, она была исключительно добра к Ци Сывэй, даже чересчур. Цю Сяосюэ происходила из обеспеченной семьи. Её родители развелись, и им было всё равно, на что она тратит деньги. Поэтому Цю Сяосюэ начала покупать напитки, канцелярские принадлежности и даже откладывать деньги, чтобы покупать Ци Сывэй журналы, фотографии и сувениры со знаменитостями, и Ци Сывэй принимала их. Я отговаривала её от того, чтобы принимать такие подарки, но Ци Сывэй сказала, что, если она не примет их, Цю Сяосюэ будет несчастна. Цю Сяосюэ просто было одиноко, и она хотела с ней дружить. Она не должна отвергать доброту Цю Сяосюэ. Они были вместе больше полугода. Цю Сяосюэ нравилось покупать ту же одежду, обувь и сладости, что и Ци Сывэй. Она, молча, наблюдала за Ци Сывэй и даже собирала обертки от еды, которые та выбрасывала. Сначала Ци Сывэй думала, что Цю Сяосюэ просто немного навязчива и чрезмерно зависима, и не придавала этому особого значения. Но позже Ци Сывэй обнаружила, что Цю Сяосюэ собственница. Всякий раз, когда Ци Сывэй разговаривала с другими людьми или делала что-то вместе с ними, Цю Сяосюэ цеплялась к ней, закатывала истерики и спрашивала, считает ли она её лучшей подругой. Когда у Ци Сывэй был день рождения, Цю Сяосюэ купила ей большой торт. Но когда был день рождения у Цю Сяосюэ, Ци Сывэй забыла поздравить её в полночь, и Цю Сяосюэ долго злилась, говоря, что Ци Сывэй на неё наплевать. Цю Сяосюэ часто напоминала об этом, как будто Ци Сывэй была ей должна, как будто Ци Сывэй её подвела. Даже если Ци Сывэй говорила со мной долго, Цю Сяосюэ подходила и упрекала её. Но даже лучшие друзья не могут общаться только с одним человеком, верно?

В этот момент Ши Цзе сделала паузу.

-Потом случилось кое-что похуже. Ци Сывэй поняла, что Цю Сяосюэ слишком надоедлива, но не хотела её обижать, поэтому ей приходилось искать другие способы избегать её. Однажды Ци Сывэй сказала Цю Сяосюэ, что будет заниматься дома на выходных, а сама договорилась сходить за покупками с нашими близкими друзьями. Но мы не ожидали, что когда мы будем есть сосиски, появится Цю Сяосюэ. Она спросила Ци Сывэй: «Разве ты не говорила, что собираешься заниматься дома?» Ци Сывэй попыталась объяснить, что мы позвали её позже. Но Цю Сяосюэ ей не поверила. Они сильно поссорились, и чуть не подрались. Цю Сяосюэ схватила щипцы для колбасок и пригрозила выколоть Ци Сывэй глаза, сказав, что если она её ослепит, то та не будет пялиться на других и дружить с ними. Мы все были в ужасе… Позже Ци Сывэй наконец поняла, что Цю Сяосюэ не в себе, и сразу же заблокировала её. Но потом Цю Сяосюэ пришла к ней, плача и умоляя снова стать друзьями, говоря, что Ци Сывэй — её единственная подруга. Сначала Ци Сывэй отказывалась, но потом узнала, что Цю Сяосюэ по ночам стучала в их дверь и кричала: «Почему ты меня заблокировала? Разве ты не обещала, что мы будем друзьями навсегда? И даже…» Ши Цзе замолчала, колеблясь.

— И что дальше? — настаивал Гу Яньчэнь.

Ши Цзе помедлила, прежде чем наконец сказать:

- И даже сказала, что, если Ци Сывэй не добавит её обратно в друзья, она причинит себе вред. Она вырезала имя Ци Сывэй на своей руке и отправила ей кровавые фотографии. Она сказала: «Не знаю, будут ли ещё какие-то вещи, но ты добавишь меня обратно, только когда я умру?»

Ши Цзе продолжила:

- После этого мы все поняли, что Цю Сяосюэ была действительно странной… Позже ситуация стала настолько серьёзной, что даже учителя решили поговорить с нами и спросить, что происходит. Ци Сывэй снова добавил Цю Сяосюэ в друзья. Но тогда Цю Сяосюэ стала ещё более настойчивой. Что бы она ни делала и ни говорила каждый день, она отправляла это Ци Сывэй. Что бы она ни покупала, она настаивала на том, чтобы Ци Сывэй тоже это получила. Она говорила, что так поступают настоящие друзья… Она считала Ци Сывэй своим единственным другом, и Ци Сывэй должна была относиться к ней так же.

Разве так поступают настоящие друзья? Между двумя девушками были непростые отношения. Ци Сывэй попала в ловушку дружбы к Цю Сяосюэ.

Выслушав всё это, Гу Яньчэнь наконец понял, почему Ши Цзе так относится к Цю Сяосюэ и почему выражение лица членов классного комитета изменилось при упоминании ней.

- Сначала мы все думали, что Цю Сяосюэ — обычная одноклассница, но кто бы мог подумать…

Ши Цзе вздохнула.

- Всего несколько дней назад Ци Сывэй радостно сообщила мне, что поступает в университет и наконец-то сможет избавиться от Цю Сяосюэ.

В голосе Ши Цзе слышался страх.

- Как их семья… Как они умерли? Цю Сяосюэ ведь не убила их, верно?

Гу Яньчэнь ответил:

- Дело всё ещё расследуется.

Он повесил трубку и отправил запись Лу Иню, чтобы тот подготовил показания.

Бай Мэн тоже получила сообщение из ресторана «Кислый рыбак».

Она быстро просмотрела его и сообщила Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, я просмотрела список заказов. Один из знакомых Ци Сывэй заказал такую же еду на вынос. Угадайте, кто это?

У Гу Яньчэня уже был готов ответ.

- Цю Сяосюэ.

Бай Мэн кивнула:

- Да, это она!

Всё больше и больше улик указывало на Цю Сяосюэ.

Несмотря на то, что им не хотелось в это верить, им пришлось признать, что девочка-подросток могла убить семью из трёх человек. Но было ли это правдой? Гу Яньчэнь всё ещё чувствовал, что ему не хватает какой-то информации.

Истина

Глава 42. Истина

К шести часам вечера Цю Сяосюэ привели в городское бюро Биньчэна, но на этот раз всё было совсем по-другому.

Утром она пришла как информатор, чтобы предоставить сведения, а теперь её привели как подозреваемую и задержали в комнате для допросов.

Детективы снова отправились собирать информацию о Цю Сяосюэ, а Гу Яньчэнь с коллегами ждали в комнате наблюдения.

Шэнь Цзюньци закончил работу и тоже пришёл в комнату наблюдения, чтобы послушать.

Гу Яньчэнь сказал:

- Оставим её на время в одну.

Это была стратегия допроса, направленная на то, чтобы оценить состояние подозреваемого. Если оставить его одного в комнате для допросов без окон, он может занервничать, и тогда допросить его будет проще.

После того как детектив вышел из комнаты, Цю Сяосюэ опустила голову.

У девушки была красивая внешность, нежное и спокойное выражение лица, если не считать болезненного румянца на щеках. Казалось, она совсем не волновалась из-за предстоящего допроса. Вместо этого она продолжала шевелить губами, что-то бормоча себе под нос.

Гу Яньчэнь заметил это и сказал Бай Мэн:

- Увеличь громкость и послушай, что она говорит.

Бай Мэн надела наушники.

- Кажется, она поёт.

Пока она говорила, Бай Мэн настроила устройство для управления звуком и включила его через динамик. Звук из комнаты для допросов передавался через громкоговоритель.

Лу Ин воскликнул:

- Эта девушка действительно странная. Она действительно поёт, но петь в комнате для допросов и не нервничать — я никогда раньше не видел ничего подобного.

Голос был тихим, почти шёпот, похожий на мелодию. Она пела  очень тихо, и было трудно разобрать песню.

Бай Мэн внимательно слушала, склонив голову.

- Что это за песня? Она кажется знакомой.

Шэнь Цзюньци узнал её.

Он слегка приподнял подбородок и холодно произнёс:

- В поисках друзей.

Когда он это сказал, остальные тоже поняли, что это детская песенка, знакомая каждому.

В допросной комнате стояла пугающая тишина, а Цю Сяосюэ склонив голову, тихо напевала. Простая мелодия звучала немного фальшиво.

- Нахожу, нахожу, нахожу друзей, нахожу хорошего друга, приветствую, пожимаю руку, ты мой хороший друг. До свидания…

Она повторяла эту строчку снова и снова, полностью погрузившись в неё.

Сцена казалась немного жуткой.

Гу Яньчэнь спросил Бай Мэн:

- Удалось ли получить всю информацию о Цю Сяосюэ?

Бай Мэн передала распечатанный документ.

- Все здесь. Её родители развелись, когда она была маленькой, и её отдали матери. Позже мать снова вышла замуж и позволила ей жить одной в доме неподалёку от школы. Одноклассники описывают её как замкнутую, нелюдимую девочку со средней успеваемостью.

Гу Яньчэнь сказал Лу Ину:

- Ты будешь вести допрос.

Лу Ин почувствовал себя немного не в своей тарелке.

- Капитан Гу, вы же знаете, что допросы — не моя сильная сторона. Я могу сотрудничать, но мне будет сложно добывать информацию в качестве ведущего дознавателя.

Гу Яньчэнь успокоил его:

- Ты становишься лучше с каждой допросом, и ничего страшного, если ты не получишь ответов.

Он просто надеялся получить больше информации из разговора Лу Ина с Цю Сяосюэ.

Сделав несколько простых распоряжений, Гу Яньчэнь взял документы и вместе с Лу Ином вошёл в комнату для допросов. Они сели напротив Цю Сяосюэ.

Цю Сяосюэ перестала петь и посмотрела на них, в комнате для допросов воцарилась тишина.

Лу Ин спросил:

- Ты знаешь, почему мы вызвали тебя сюда?

Цю Сяосюэ невинно покачала головой.

- Я не знаю. Я рассказала вам всё, что знаю.

Лу Ин сказал:

- Теперь полиция подозревает тебя в убийстве трех членов семьи Ци Сывэй.

Цю Сяосюэ нахмурила брови. Она выглядела немного опухшей после слёз.

- Я не убивала Ци Сывэй.

- Что ты делала вчера днём?

- Я пошла к Ци Сывэй домой и подарила ей подарок. Потом я пошла домой.

- Что ты ела на ужин?

- В половине шестого я проголодалась и заказала кислую рыбу.

Цю Сяосюэ взглянула на них.

- Что в этом такого? Разве я не могу, есть кислую рыбу?

От её ответа Лу Ин на мгновение потерял дар речи.

Он продолжил:

- Чем ты занималась после ужина?

- Всё было как обычно, я вышла на прогулку, потом вернулась домой и лёгла спать. Около трёх часов ночи меня разбудила пожарная машина.

Лу Ин начал перечислять улики.

- При вскрытии мы обнаружили лекарство от бессонницы. Это лекарство отпускается по рецепту, и вам его уже выписывали. Вчера вечером в половине седьмого вас видели у дома Ци Сывэй, когда вы поменяли заказ с рыбой.

Цю Сяосюэ наклонилась вперёд, взяв инициативу в свои руки.

- Откуда мне было знать, что вечером они будут, есть кислую рыбу?

- Ты же знаешь, все привычки семьи Ци Сывэй…

- Скольким людям выписывали это лекарство? Кроме того, как это может что-то доказать? Я просто заказала на дом кислую рыбу. Это преступление? Почему вы меня подозреваете?

Лу Ин сказал:

- Когда ты примчалась на пожар сегодня утром, ты себя выдала. Многие убийцы возвращаются на место преступления.

Цю Сяосюэ объяснила:

- Я не могла связаться с Ци Сывэй и услышала, что неподалёку случился пожар, поэтому я пришла туда.

Лу Ин продолжил с невозмутимым видом:

- Значит, прошлой ночью ты заходила в дом Ци Сывэй?

Цю Сяосюэ покачала головой.

- У меня нет ключей от их дома. Как я могла зайти в их дом?

- Возможно, ты сделала запасной ключ, когда прходила к Ци Сывэй.

Цю Сяосюэ уверенно возразила:

- В их доме только что установили замки с отпечатками пальцев. Где бы я взяла запасной ключ? Ты хочешь сказать, что я могу снять отпечатки пальцев?

Лу Ин на самом деле не знал о том, что дверь запирается с помощью отпечатка пальца. Он не заметил этой детали, когда они приехали, потому что большая часть двери сгорела во время пожара. Когда они приехали, дверь уже была открыта, поэтому он не обратил внимания на эту деталь.

Лу Ин вспомнил, как Вэй Интянь проник внутрь.

- Может быть, ты перелезла через стену и вошла. На втором этаже дома Ци Сывэй было открытое маленькое окошко.

Цю Сяосюэ снова всё отрицала:

- Как могла такая девушка, как я, забраться на второй этаж и открыть окно?

Увидев такую собранную и настроенную на борьбу подозреваемую, Лу Ин зашёл в тупик. У полиции не было убедительных доказательств.

Гу Яньчэнь молча наблюдал за происходящим со стороны.

Лу Ину действительно не хватало опыта, и допрос вела Цю Сяосюэ. Но это было даже хорошо. Чем больше говорила Цю Сяосюэ, тем больше она раскрывалась.

Гу Яньчэнь следил за каждым её движением и даже за мимикой.

Она неоднократно отрицала свою причастность к смерти Ци Сывэй и выглядела по-настоящему расстроенной, что не казалось наигранным.

Во время допроса в полиции она не проявляла никаких признаков вины, а вместо этого с каждым вопросом переводила стрелки на Лу Ина.

Интуиция подсказывала Гу Яньчэню, что это дело как-то связано с Цю Сяосюэ, что она виновна. Цю Сяосюэ слишком ревностно относилась к дружбе Ци Сывэй. Возможно, она совершала поступки, которые было трудно понять обычным людям. Но полиции нужны были конкретные доказательства или признание. Они не могли просто объявить её виновной, основываясь на домыслах.

Кроме того, что произошло прошлой ночью? Соврала ли Цю Сяосюэ? Какие из утверждений Вэй Интяня правдивы, а какие нет? Они знали кое-что, но многого не хватало. Возможно, именно эта недостающая информация поможет разгадать загадку.

Гу Яньчэнь чувствовал, что Цю Сяосюэ отличается от других подозреваемых, она была более спокойной и прямолинейной. Она не сопротивлялась общению с полицией. Эта разговорчивая и сговорчивая подозреваемая не особо сопротивлялась признанию. Она ещё не призналась, возможно, потому, что вопросы Лу Ина не затронули её сокровенных мыслей.

Другими словами, анализ Лу Ина был совершенно неверным.

С другой стороны, если проанализировать мотивы Цю Сяосюэ, она может признаться.

Так в чём же суть? Цю Сяосюэ не совсем безумна, в её действиях должна быть своя логика и цель…

Гу Яньчэнь подумал, что ему нужно поставить себя на место Цю Сяосюэ и проанализировать ситуацию с её точки зрения.

Шэнь Цзюньци сидел в комнате для наблюдения и тоже следил за ходом допроса.

Шэнь Цзюньци заметил, что Гу Яньчэнь молча, размышляет, и понял, что тот втайне наблюдает за происходящим, продумывает стратегию и пытается докопаться до истины.

Доктор Шэнь внимательно осмотрел девушку и вдруг заметил кое-что.

Он повернулся к Бай Мэн и спросил:

- У вас есть бумага?

- Да, — Бай Мэн протянул ему бумагу и ручку.

Шэнь Цзюньци написал записку, сложил её несколько раз и протянул Бай Мэн.

- Не могла бы ты передать это Гу Яньчэню, чтобы он посмотрел?

Бай Мэн не знала, что написал Шэнь Цзюньци, но она взяла записку, постучала в дверь, вошла и протянула записку Гу Яньчэню.

Гу Яньчэнь открыл записку, узнал почерк Шэнь Цзюньци и увидел одно слово, написанное наспех. Это слово было как ключ, вставленный в замок. Гу Яньчэнь внезапно всё понял и осознал, в чём заключалась проблема!

Последний кусочек головоломки, наконец, встал на своё место. Правда оказалась неожиданной... Он сложил записку, отложил её в сторону и встал.

Гу Яньчэнь скрестил руки на груди, и, казалось, не допрашивал, а просто беседовал с другом.

- Цю Сяосюэ, я знаю, что вы с Ци Сывэй хорошие друзья. Ты родилась в неполной семье и с детства не знала родительской заботы. Вы обе очень дорожили вашей дружбой. Ты  завидовала счастливой семье Ци Сывэй.

Цю Сяосюэ не стала возражать, а просто молча, слушала.

- Вы поддерживали эту дружбу до конца вступительных экзаменов в колледж, когда Ци Сывэй подала документы в учебное заведение в другом городе и вскоре должна была уехать. Услышав эту новость, ты очень расстроилась. Тебе казалось, что тебя бросают, и мысль о том, что у неё может появиться больше друзей, постепенно отдаляла вас друг от друга, и ты не могла с этим смириться.

Цю Сяосюэ нахмурилась, слушая его, и замолчала, переплетя пальцы.

- После пожара, произошедшего сегодня утром, полиция неустанно работала над раскрытием этого дела. Исходя из обстоятельств, мы сделали предположения, но они оказались неверными, что привело к отклонению от верного направления расследования. Сначала мы думали, что ты убила Ци Сывэй в гневе из-за того, что она уезжает…

В этот момент Цю Сяосюэ открыла рот, чтобы возразить, но Гу Яньчэнь прервал её и продолжил:

- Но теперь я понимаю. Ты бы не причинила вреда Ци Сывэй, потому что она твоя лучшая подруга. Даже если бы это означало причинить вред себе, ты бы не причинил вред ей своими руками.

Цю Сяосюэ опустила голову и ни чего не сказала.

Гу Яньчэнь обошёл стол и продолжил:

- Сначала я немного не понимал, почему Вэй Интянь лжёт. Он мог бы сказать, что в это время ты была в доме, и тем самым снять с себя подозрения… Но в своих показаниях он туманно упомянул, что видел тень. Потом я понял, что он защищал тебя.

Полиция упустила одну деталь…

Даже староста класса, которую не слишком интересовали сплетни, знала, что у дяди Ци Сывэй были проблемы с карточными долгами, из-за чего он приходил к Цю Сяосюэ, как к лучшей подруге Ци Сывэй.

Могла ли Цю Сяосюэ не знать об этом? Возможно, она уже видела его, когда Вэй Интянь пытался похитить Ци Сывэй.

Цю Сяосюэ посмотрела на него.

Гу Яньчэнь понял, что снова оказался прав в своих догадках, и продолжил:

- Вэй Интянь был должен огромную сумму за азартные игры, у него не было ни гроша, его телефон был отключен, банковская карта заблокирована, и даже в деревне люди приходили к нему, чтобы взыскать долги. Как он мог выжить в то время? Ответ прост, ты, приютила его. И у тебя были на то свои причины. Ты считала, что помогаешь Ци Сывэй, и даже дала деньги из своего бюджета, чтобы помочь Вэй Интяню расплатиться с долгами, лишь бы он не беспокоил твою лучшую подругу. Ты делала всё это втайне, не ожидая, что Ци Сывэй узнает об этом или отплатит вам.

Цю Сяосюэ кивнула:

- Я хотела, чтобы Ци Сывэй хорошо сдала вступительные экзамены в колледж.

- Но потом, после вступительных экзаменов ты заметила, что Ци Сывэй отдалился от тебя. Дружбу легко потерять, и ты поняла, что Ци Сывэй не считает тебя своим другом. Ты, тоскуя по теплу, сделала то, что обычным людям трудно понять. Ты завязала отношения с Вэй Интянем, который старше тебя более чем на десять лет.

В глазах Цю Сяосюэ заблестели слёзы:

- Как вы думаете, почему я это сделала?

Гу Яньчэнь сказал:

- На первый взгляд ты выглядела беспомощной и надеялась, что кто-то тебя утешит. Но на самом деле ты всё ещё делала это ради Ци Сывэй. Я даже думаю, что ты,  подумывала выйти за него замуж.

Голос Цю Сяосюэ наконец зазвучал не так спокойно:

-Да, я не люблю этого мужчину. Я сделала это ради Ци Сывэй.

Гу Яньчэнь торжественно открыл правду:

- Ты сделал это, потому что, став родственником Ци Сывэй, ты навсегда лишила бы её возможности сбежать от тебя.

Услышав это, Цю Сяосюэ расплакалась.

- Я не знаю, зачем вы пришли в тот дом, но это наверняка был сговор между вами и Вэй Интянем. Вы заказали кислую рыбу, и добавили снотворное. Вэй Интянь проник в дом через окно и открыл вам дверь. Рано утром вы оба находились в доме.

Полиции не удавалось докопаться до истины, потому что они все тщательно скрывали. У них было два оборванных звена, пока Шэнь Цзюньци не дал ему подсказку, и звенья, наконец, соединились.

Это действительно был заговор.

Гу Яньчэнь упёрся руками в стол:

- Так что же тогда произошло?

Когда разговор зашёл об этом, Цю Сяосюэ решила не лгать и не отрицать.

Она прямо призналась:

- Да, я давно знала Вэй Интяня, и это я подменила еду на вынос, которую заказала Ци Сывэй, и подсыпала в неё снотворное. Потом я пошла домой. В два часа ночи мы с Вэй Интянем вместе пришли к ним в дом.

Цю Сяосюэ говорила так, словно не считала свой поступок чем-то предосудительным.

- Причина, по которой я это сделала, была очень проста. Я хотела поговорить начистоту с Ци Сывэй. Изначально я планировала сказать ей об этом, когда буду вручать подарок во второй половине дня, чтобы сделать ей сюрприз. Но тогда она просто холодно приняла подарок и сказала, чтобы я больше не приходила. В тот день Вэй Интянь тоже звонил своей сестре. Она сразу же повесила трубку и отказалась с ним разговаривать. Он давно хотел проникнуть в дом и украсть деньги, но я его останавливала. Когда он снова предложил это прошлой ночью, я не стала его останавливать. У меня была только одна просьба, я хотела, чтобы он взял меня с собой...

Цю Сяосюэ начала бить мелкая дрожь:

- Мы отчаянно хотели попасть в тот дом. Но у нас не получалось. Рано утром мы применили кое-какие уловки и наконец, добились своего. Я вошла в комнату Ци Сывэй. Сначала я ничего не делала. Я просто стояла у кровати и смотрела на неё…

Взгляд Цю Сяосюэ был пристальным, как будто Ци Сывэй лежала прямо сейчас перед ней. В глазах девушки читалась тревога, а на лице появилась улыбка. Внезапно появиться в доме подруги посреди ночи, стоять в комнате и смотреть на спящего человека — такое поведение действительно было ненормальным.

Услышав это, Бай Мэн, записывающая показания в комнате наблюдения, почувствовала, как по её телу побежали мурашки.

Тем временем Шэнь Цзюньци равнодушно наблюдал за Цю Сяосюэ.

- Потом я разбудила её. Я сказала, что мы с её дядей теперь вместе. Но вместо того, чтобы благословить меня, она назвала меня сумасшедшей извращенкой, сказала, что я — её кошмар и буду преследовать её до конца жизни. Она разволновалась, открыла ящик и достала шило. Она пыталась ударить меня шилом в живот. Тогда Вэй Интянь выхватил шило, чтобы спасти меня. В борьбе он случайно ударил Ци Сывэй. Я хотела спасти её, но она была слишком тяжело ранена. Ци Сывэй просто посмотрела на меня... и умерла у меня на руках.

Пока она говорила, по лицу Цю Сяосюэ снова потекли слёзы.

Она плакала и смеялась:

- Потом я поняла, что если дружба, на которую я надеялась, не могла длиться вечно, то, может быть, это и к лучшему, что она умерла. В тот момент её жизнь навсегда остановилась, а мы навсегда остались друзьями. Затем я подожгла лист бумаги, подожгла шторы, и ушла, а Вэй Интянь, чтобы скрыть тот факт, что я была в доме, ушёл через окно наверху.

Лу Ин с трудом мог принять эту правду даже сейчас.

Он не мог не спросить:

- Даже если ты случайно убила Ци Сывэй, зачем ты убила её родителей?

Цю Сяосюэ сказала:

- У них была только одна дочь. Если бы её родители проснулись и обнаружили, что их дочь мертва, как бы они жили потом? Лучше отправить их вместе, чтобы они были рядом друг с другом. Кроме того, Вэй Интянь боялся, что его разоблачат. Поэтому я подожгла дом.

Услышав эти жестокие слова, Лу Ин сжал ручку в руке, не зная, что сказать.

Он помолчал немного, а потом снова спросил:

- Зачем ты это сделала?

Цю Сяосюэ опустила голову и сказала:

- Ты не знаешь, в какой семье я родилась. Мои родители развелись, когда мне было три года. Я почти ничего не помню об отце… Потом, когда мне было семь, мама нашла мне отчима, но когда мне было восемь, у них родился собственный ребёнок, и я стала лишней. Они были богаты и думали, что деньги могут всё компенсировать. Но я никогда не чувствовала семейного тепла, они приносили мне только боль. Когда я перешла в старшую школу, мама поговорила со мной и выразила желание, что бы я жила самостоятельно. Я поняла, что меня бросили.

После этих слов девочка обхватила себя руками и съёжилась.

- Я была совсем одна, смотрела, как другие дети играют вместе, но из-за своего характера не могла с ними подружиться. Я боялась, что мне причинят боль, боялась, что люди будут относиться ко мне как к отбросу и снова меня бросят. Я просыпалась от кошмаров. Единственным человеком, который протянул мне руку помощи, была Ци Сывэй. Когда я спросила, можем ли мы быть друзьями, она согласилась. Мне не нравился физический контакт с посторонними, но с ней я впервые взяла кого-то за руку и поняла, каково это — быть рядом с кем-то. Когда я обнимала её, я чувствовала мягкость её тела и слышала биение её сердца. Она слушала моё сердце, улыбалась мне, утешала, когда мне было грустно, вытирала мои слёзы и гладила меня по голове. Я не раз клялась, что буду с ней до конца своих дней.

На первый взгляд они казались обычными девушками, которые болтали и смеялись вместе. Но в реальности их отношения были сложными и постепенно превратились в проклятие.

Цю Сяосюэ не могла представить свою жизнь без Ци Сывэй.

Её взгляд потускнел, как будто её сердце разрывалось на части:

- Она собиралась поступать в колледж, и мы должны были расстаться! Она не послушалась меня и не выбрала специальность, которую я для неё подобрала. Вместо этого она подала документы в университет в другом городе. Нас ждала разлука… От одной мысли об этом мне становится трудно дышать. Мне каждый день снились кошмары. Она привела меня в рай, но как она могла просто оставить меня и позволить вернуться в этот одинокий ад? Поэтому я готова была на всё, чтобы удержать её! Я хотела быть рядом с ней вечно! Ради этого я готова пожертвовать даже своим телом, даже своей жизнью!

Сейчас она чувствовала себя так, словно плыла на корабле под названием «Дружба» и этот корабль тонул. Она поняла, что отношение Ци Сывэй к ней изменилось, и ей нужно было что-то сделать…

Остановившись, Цю Сяосюэ нахмурила брови и, глядя на стол, глубоко вздохнула.

- Поэтому, я сделала то, что сделала…

Она опустила правую руку и нежно коснулась своего живота с невероятно милым выражением лица.

- В этой жизни, что бы ни случилось, она не сможет от меня избавиться. Я её тётя, и во мне течёт кровь её семьи.

На самом деле ей совсем не нравился этот мужчина, он даже казался ей отвратительным, но она воспринимала всё это как жертву. Жертву ради дружбы, которую она вот-вот потеряет. Наконец-то найдя решение, она хотела лично сообщить Ци Сывэй хорошие новости.

После обеда Ци Сывэй приняла подарки, но не стала её слушать.

Она хотела рассказать о самом большом и удивительном «подарке».

Не добившись своей цели, она, всё ещё не желая сдаваться, вернулась домой с Вэй Интянем, и разработала план.

В два часа ночи они вторглись в дом Ци Сывэй, и тогда она всё ей рассказала. Это была правда, которая привела Ци Сывэй в ярость. Её бывшая лучшая подруга переспала с её дядей, чтобы не разлучаться с ней, и теперь она беременна. Ци Сывэй, сонная и растерянная, столкнулась с этими неожиданными гостями у себя дома и услышала эту шокирующую новость. Она поняла, что, ей до конца жизни не удастся избавиться от этого демона.

Расстроенная Ци Сывэй в одно мгновение лишилась дара речи. Она схватила шило и замахнулась на Цю Сяосюэ…

Произошло убийство, и Цю Сяосюэ без колебаний призналась во всем, потому что верила, что полицейские, сидящие перед ней, понимают, почему она сделала то, что сделала. Она даже надеялась, что они станут свидетелями их крепкой дружбы.

Все слушали её, в полной тишине.

Цю Сяосюэ неоднократно утверждала, что Ци Сывэй была её лучшей подругой, но всё же вломилась к ней в дом и накачала её наркотиками. Ци Сывэй умерла из-за неё, и, в конце концов, она сожгла родителей Ци Сывэй…

В комнате для наблюдения Бай Мэн вздохнула:

- Что это за подруга такая? При встрече с таким человеком нужно держаться подальше, а лучше сразу делать ноги.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Возможно, когда Ци Сывэй поняла это, было уже слишком поздно…

Девушка, сидевшая перед ними, была больна и эгоистична, но умело это скрывала. Её безумие скрывалось за хрупкой внешностью, искажая понятия о добре и зле. На первый взгляд она казалась уязвимой, но на самом деле Ци Сывэй стала канарейкой, запертой ею в клетке. Ци Сывэй сопротивлялась, пыталась разорвать связи с Цю Сяосюэ, дистанцироваться, но в итоге всё равно оказалась в такой ситуации. Она не могла сбежать от этой ужасной «подруги» даже после смерти.

После признания, Цю Сяосюэ подписала документы. Вскоре Вэй Интянь также сознался во всем.

Всё произошло так, как и сказала Цю Сяосюэ.

За один день дело о поджоге и убийстве было закрыто.

Гу Яньчэнь вышел из допросной, и вместе с Шэнь Цзюньци, поехал домой. Пока они сидели в машине, Шэнь Цзюньци молчал, и выглядел немного уставшим.

За окном менялся городской пейзаж, как день сменялся ночью.

Гу Яньчэнь нарушил молчание:

- Доктор Шэнь, спасибо тебе. Без твоей помощи это дело не было бы раскрыто так быстро.

Шэнь Цзюньци кивнул и ответил:

- Я должен был это сделать, и хорошо, что моя догадка помогла.

Слушая ночной допрос, Шэнь Цзюньци вспомнил походку, телосложение и форму таза Цю Сяосюэ.

Опираясь на многолетний опыт работы, он пришёл к выводу, что, хотя прошло ещё немного времени, Цю Сяосюэ, возможно, уже беременна. Поэтому он передал записку Гу Яньчэню.

Именно это сообщение подтолкнуло Гу Яньчэня к окончательному выводу.

Шэнь Цзюньци продолжал смотреть в окно, погрузившись в свои мысли.

Гу Яньчэнь почувствовал его уныние и спросил:

- О чём-то думаешь?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Я думаю… о расстоянии, границах и людских эмоциях.

- В этом мире много странного, много странных эмоций, — сказал Гу Яньчэнь. — Я считаю, что эмоции не должны быть навязанными. Чувства людей должны быть взаимными. Взаимная любовь, дружба и семейная любовь могут быть прекрасными.

Шэнь Цзюньци согласился:

- Да… извращённые, односторонние чувства могут перерасти в жажду убийства и сжечь всё дотла.

Ужин

Глава 43. Ужин

С момента создания Специального отдела по расследованию особо тяжких преступлений было раскрыто несколько дел, и все они завершились быстро  с чёткими и неоспоримыми доказательствами.

Директор Дин похвалил сотрудников, и каждый из них получил премию в размере трёх тысяч юаней.

После совещания в пятницу Гу Яньчэнь принял решение:

- У кого-нибудь из вас есть планы на вечер? Чтобы укрепить командный дух, давайте поужинаем вместе. Я угощаю.

Сказав это, Гу Яньчэнь повернулся к сотрудникам и спросил:

- Что бы вы хотели съесть?

Бай Мэн сказала:

- Всё, что угодно!

Шэнь Цзюньци сказал:

- Ничего слишком острого.

Подумав немного, Гу Яньчэнь решил:

- Тогда пойдём в ресторан кухни Цзянсу и Чжэцзяна рядом с городским бюро.

Это место находилось близко к их бюро, всего в одном перекрёстке от него.

В пятницу днём в ресторане было особенно многолюдно.

После работы Гу Яньчэнь подъехал к ресторану и высадил всех у входа. Он припарковал машину в жилом районе и присоединился к ним.

К счастью, свободный столик нашёлся, и они впятером зашли в отдельный зал.

Они заказали несколько блюд, и Гу Яньчэнь спросил:

- Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Поскольку завтра был выходной и они могли подольше поспать, Лу Ин сразу же ответил:

- Этот ресторан хорош, к тому же сегодня выходной. Было бы обидно не выпить.

Ци Иань одобрительно кивнул, и даже Бай Мэн сказала, что может позволить себе немного.

Гу Яньчэнь заказал бутылку белого вина.

Шэнь Цзюньци, поддавшись общему настроению, попросил у официанта бокал.

Гу Яньчэнь, опасался, что он может не справиться с алкоголем, но все равно поднял бокал и улыбнулся:

- Доктор Шэнь, давай выпьем, ты можешь пить, сколько хочешь.

Шэнь Цзюньци не колебался. Он тоже поднял свой бокал и сделал глоток. Попробовав, он одним махом осушил бокал и с наслаждением облизал его край:

- Кажется, это вино не очень крепкое.

Ци Иань воскликнул:

- Ого, учитель, я и не знал, что у вас хорошая переносимость алкоголя.

Гу Яньчэнь наполнил бокал Шэнь Цзюньци и прошептал:

- Пей медленно, это вино мягкое во рту, но обладает большой крепостью….

Еда в этом ресторане была довольно вкусной. Запеканка с крабами была восхитительной, как и небесная курица.

Когда Шэнь Цзюньци выпил, его кожа, изначально бледная, слегка покраснела, даже глаза, было похоже буд-то он плакал.

Гу Яньчэнь наблюдал за ним со стороны и думал, что Шэнь Цзюньци был бы довольно привлекательным, когда плакал.

После выпивки все стали более разговорчивыми и переключились с рабочих тем на сплетни.

После трёх бокалов вина Бай Мэн предложила сыграть в игру.

Она попросила у сотрудников несколько листов бумаги и пронумеровала их. Тот, кому выпадал номер, должен был рассказать о каком-нибудь деле. Это могло быть дело, над которым они работали сами, или дело, о котором они слышали, но оно должно было быть правдивым. Если история была недостаточно захватывающей, рассказчик должен был выпить три чашки в качестве наказания.

В первом раунде Бай Мэн вытянула первый номер.

Бай Мэн рассмеялась:

- Мне никогда не везло так, как сейчас. Я даже последний приз не выигрывала. Я не ожидала, что вытяну первый номер.

Лу Ин поторопил её:

- Хватит тянуть, рассказывай быстрее или пей. Давай сэкономим время.

Бай Мэн на мгновение задумалась, приняла серьёзный вид и сказала:

- Когда я была ребёнком, я слышала об одном деле от своего отца. Он был старым полицейским из третьего полицейского участка и вышел на пенсию только в прошлом году.

Лу Ин перебил её:

- Хорошо, мы все знаем, что ваша семья Бай — это семья полицейских, в которой много преданных своему делу сотрудников. Не нужно рассказывать о вашем происхождении.

- Не торопись, самое интересное впереди.

Бай Мэн продолжила:

- Это случилось около десяти лет назад. Однажды мой отец был в командировке и остановился в небольшом отеле. Посреди ночи зазвонил телефон, и когда он сонный взял трубку, то услышал, как кто-то поёт.

- Поёт? Что за пение посреди ночи?

Ци Иань вздрогнул, его тело задрожало.

- У меня мурашки по коже.

Бай Мэн продолжила:

- Было раннее утро, голос в трубке был женским  и резким. Она пела старую оперу, и это было не очень приятно. Мой отец, ещё не до конца проснувшийся, подумал, что кто-то решил над ним подшутить, пробормотал что-то о сумасшедших и повесил трубку. Но не прошло и двадцати минут, как раздался ещё один звонок. Когда он взял трубку, он снова услышал пение, но на этот раз это была другая опера — «Мулан вступает в армию». Ночь была тихой, и он отчётливо всё слышал. Моего отца бросило в холодный пот. Повесив трубку, он отключил телефон от сети, и наконец-то стало тихо.

Освещение в отдельной комнате было приглушённым, и в сочетании с рассказом Бай Мэн оно завораживало всех присутствующих...

- Папа пытался снова заснуть, но звуки оперы, казалось, отпечатались в его сознании и постоянно звучали эхом. Ему всю ночь снились кошмары, сопровождавшиеся женским плачем. На следующий день папа позвонил бабушке, и она сказала, что, возможно, он столкнулся с чем-то нечистым. Папа, будучи полицейским, естественно, не верил в феодальные суеверия. Но он всё равно был настороже. Когда он выписывался из отеля, то спросил у владельца, не было ли поблизости каких-нибудь инцидентов с участием оперных певцов. Услышав это, владелец побледнел и начал заикаться. Моему отцу это показалось странным, поэтому он поспрашивал в деревне и узнал старую историю. Жители деревни говорили, что жена владельца сбежала с оперным певцом. Позже у моего отца возникли ещё большие подозрения, и он поручил кое-кому провести расследование. У этих двоих не было никаких связей с другими людьми, а владелец ничего не сообщал. Поэтому местная полиция обыскала отель и нашла… Судя по всему, владелец отеля узнал о романе своей жены с оперным певцом и убил их, заявив, что они сбежали. Он закопал их трупы под отелем, и больше десяти лет никто об этом не знал.

Эта история в сочетании с кондиционером оказала очень хороший охлаждающий эффект.

Лу Ин, поедая холодные блюда, сказал:

- Случай интересный, но призраки не звонят по телефону.

- Конечно, история на этом не закончилась, — сказала Бай Мэн. — Позже, когда местная полиция спросила моего отца, откуда у него эта зацепка, он не смог объяснить, как такое могло произойти. Он лишь сказал, что получил наводку по телефону. Затем они отследили звонок и выяснили, что он был совершён из телефонной будки. Проверив отпечатки пальцев и показания свидетелей, они обнаружили, что звонила мать оперного певца. Она так сильно скучала по сыну, что у неё начались проблемы с психикой. Она смутно подозревала, что с её сыном что-то случилось, и чувствовала, что с владельцем отеля что-то не так. Поэтому, когда она не могла уснуть, она звонила в отель и беспокоила их, мешая вести дела. Так получилось, что в тот день она попала к моему отцу.

Когда история закончилась, все вздохнули с облегчением.

Ци Иань сказал:

- Раскрыть дело — это всегда хорошо.

Бай Мэн кивнула:

- Мой отец получил за это благодарность, а в том году его даже назвали перспективным сотрудником.

В этой истории были свои перипетии, соответствующие стандарту, поэтому Бай Мэн была освобождена от выпивки.

После очередь выпала Лу Ину.

Лу Ин задумалась, прежде чем начать:

- У меня есть история, которая произвела на меня глубокое впечатление. Я только что окончил университет и получил назначение в городское бюро. Это было 22 июля, дождливой ночью, двум журналистам поступила информация о громком скандале. Супруги поспешно собрали вещи и ушли. Дома остался ребенок, который, не желал, чтобы они уходили, но они всё равно ушли. Перед уходом мать присела на корточки, обняла ребёнка и сказала: «Мама и папа скоро вернутся. Ты оставайся дома, делай уроки и не бойся грозы. С тобой Кунбу». Кунбу это их пес. С той ночи его родители исчезли и больше не вернулись. Родственники и друзья обыскали местность, но не нашли никаких следов. О телефонном звонке тоже не было никакой информации. В то время я только стал детективом, и вся наша команда занималась их поисками. Сначала все подумали, что машина могла упасть в воду, поэтому обыскали все близлежащие реки в радиусе десятка миль, а позже заподозрили, что это могло быть дорожно-транспортное происшествие, и просмотрели различные записи с камер наблюдения. Мы искали повсюду в течение трёх месяцев…

Бай Мэн ждала продолжения истории и спросила:

- И что потом? Нашли этих двоих?

Лу Ин пожал плечами:

- Никакого «и что потом». На этом история заканчивается. Они исчезли без следа.

Бай Мэн была немного разочарована:

- Ты не закончил рассказ. Зачем ты рассказал нам такую незаконченную историю? Ты просто пытаешься получить бесплатную выпивку?

Лу Ин признал своё поражение:

- Ладно, ладно, я накажу себя тремя порциями алкоголя.

Лу Ин допил свой напиток и налил себе ещё:

- Это было первое дело, с которым я столкнулся после выпуска. Дело пропавших без вести, без каких-либо зацепок. Раскрыть такое дело непросто…. Я помню выражение глаз ребенка, когда он плакал и умолял меня помочь ему найти родителей.

Лу Ин допил свой напиток и продолжил:

– Может быть, дети чувствуют, что полиция всесильна, но мы этого не сделали…

После третьей чашки он сказал:

– Позже это дело стало нераскрытым. После того, как я проработал несколько лет, снова встретил этого мальчика. Парень тогда уже сильно подрос, и он красил волосы, в старшей школе это было немного странно. Он спросил меня: «Дядя, а мои родители вернутся?» Мне всегда было стыдно за себя, и я много чего ему рассказал. Ребенок, наконец, сказал: «Я понимаю». Я видел, что в его глазах горел какой-то свет.

Все присутствующие внезапно замолчали. Только Шэнь Цзюньци опустил голову и отхлебнул вина из бокала.

Когда Лу Ин сказал это, его глаза были красными:

– Думаю, я, запомню этот случай навсегда, и всегда буду думать о нем. А месяц назад я внезапно увидел этого мальчика в городском бюро. Он даже поздоровался со мной. Он как будто отпустил то  происшествие, и я его даже не узнал.

Ци Иань спросил:

– В городском бюро? Кто это?

Лу Ин сказал:

– Это Юй Шэнь, который, находится под началом капитана Шао.

Ци Иань знал Юй Шэня.

Юй Шэнь присоединился к бюро в тот же день, что и он, и именно Юй Шэнь принес им тело младенца.

Все снова некоторое время молчали.

– Если бы ты сказал это в начале, возможно, твой напиток был бы сэкономлен, – Бай Мэн потянула Лу Ина за плечо и похлопала его, чтобы утешить, – Ты можешь показать мне материалы дела потом, возможно, однажды я найду их.

Лу Ин вытер глаза:

– Как это может быть так легко после стольких лет нераскрытого исчезновения?

В третий раз выпало число Ци Ианя.

Ци Иань тоже задумался, прежде чем начать:

- Я тоже расскажу о случае, который услышал, когда учился в школе, — сказал Ци Иань.

- Наш учитель анатомии по фамилии Цинь рассказал нам эту историю на уроке. В одной деревне семья копала колодец и нашла кости. Они сразу же вызвали полицию, заподозрив неладное, так как в деревне и раньше случались исчезновения. Итак, на место происшествия выехал судмедэксперт. Осмотрев кости, судмедэксперт пришёл к выводу, что это не человеческие кости, а смесь коровьих и свиных костей. Он посоветовал им выкопать колодец в другом месте. Потом об этом деле сообщили в округ, и мой учитель, просмотрев материалы дела, почувствовал, что что-то не так. Зачем кому-то закапывать большое количество свиных и коровьих костей? Он начал подозревать, что деревенский судмедэксперт допустил ошибку, и вызвал на место происшествия других судмедэкспертов.

Бай Мэн спросила:

- Так что же это было на самом деле?

Ци Иань раскрыл тайну:

- В результате мой учитель с судмедэкспертами нашли человеческие кости в слое внизу. Они боялись, что их обнаружат, поэтому купили свиные и коровьи кости и сложили их сверху, чтобы замаскировать. Деревенскому судмедэксперту не хватало опыта, и он обследовал только верхний слой, чуть не упустив дело из виду. Только когда мой учитель заметил аномалию, дело было раскрыто.

Лу Ин прокомментировал:

- Преступник был очень хитёр.

Гу Яньчэнь кивнул:

- В этой истории есть неожиданный поворот. На этот раз мы тебя прощаем.

Пока они продолжали делиться историями, Шэнь Цзюньци сидел, молча, опустив голову, и не произносил ни слова.

В следующем раунде настала очередь Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь взглянул на него и увидел, как тот кончиком палочек раскладывает по тарелкам только что съеденные крабовые панцири.

На его тарелке были аккуратно разложены куриные и рыбьи кости, распределённые по категориям и разложенные в определённом порядке. Из них можно было бы собрать целый скелет. Тонкими и ловкими пальцами, которыми он обычно держал скальпель, Шэнь Цзюньци симметрично разложил на столе кости и панцири крабов, создав примитивную модель.

Гу Яньчэнь обратился к Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, теперь твоя очередь. Не увлекайтесь слишком сильно созданием моделей.

Изувеченный труп

Глава 44. Изувеченный труп

Ночью в отдельной комнате ресторана.

Шэнь Цзюньци наконец отложил палочки для еды и, подняв голову, спросил:

- Мы что, рассказываем истории?

Ци Иань ответил:

- Да, учитель. Если это будет неинтересно, ты должен выпить три чашки в качестве наказания.

Шэнь Цзюньци не задумываясь, начал:

- Когда я только пришёл в провинциальное управление, я вёл одно дело. Инцидент произошёл в десять часов вечера, по рельсам мчался скоростной поезд. Поезд ехал очень быстро, и все в вагонах начали притихать. Когда поезд приблизился к мосту Эрдао, машинист заметил что-то впереди… Он хотел затормозить, но было уже слишком поздно. Поезд с громким грохотом врезался в эту штуку.

Ци Иань спросил:

- Это был не человек, а... Кто-то лежал на рельсах?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Это был человек, но он не лежал на рельсах.

Говоря это, он взял бокал Гу Яньчэня, стоявший рядом с его бокалом, и с помощью палочек для еды построил мост.

Объясняя ситуацию, Шэнь Цзюньци продолжил:

- Местность у моста Эрдао такая. Наверху мост, а внизу железнодорожные пути. Мужчину спустили с перил моста наверху. Его привязали веревкой, и человек висел, подвешенный вертикально вниз, точно на уровне поезда.

Описав ситуацию, Шэнь Цзюньци продолжил:

- Поезд двигался очень быстро. Даже когда он затормозил, скорость сильно не снизилась. После лобового столкновения человек был практически раздавлен. Поезд проехал ещё около ста метров, прежде чем остановиться окончательно, его передняя часть была забрызгана кровью. Лицо трупа прилипло к лобовому стеклу и смотрело на машиниста. Машинист испугался и сразу же сообщил в полицию. Итак, судмедэксперты и детективы из провинциального управления были вызваны для поиска тела вдоль железнодорожных путей. Это была, пожалуй, самая жуткая сцена, которую я когда-либо видел. Тело было раздроблено, повсюду валялись куски плоти. Труп был полностью разорван, как будто его разрезали пополам, а внутренности размазаны на несколько метров. Желудок был, распростёр на рельсах и прилип к ним… Я впервые видел такое. Несколько судмедэкспертов пытались собрать желудок, но не смогли...

То, что ведущий судмедэксперт назвал это ужасным, определённо шокировало всех.

Он красочно описывал это.

Когда рассказ дошёл до этого места, у всех, кто ел и пил, началась тошнота, а на лицах отразился страх.

Лу Ин тут же прикрыл рот, его чуть не стошнило.

Только Шэнь Цзюньци сохранял спокойствие, рассказывая эту историю, а Ци Иань слушал с интересом и подначивал:

- И что дальше?

Бай Мэн слегка поморщилась, словно сожалея о том, что предложила это:

- Пожалуйста, доктор Шэнь, не нужно вдаваться в подробности, просто расскажите нам, что произошло.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Из-за серьёзных повреждений на теле осталось мало улик. Единственным доказательством были руки, всё ещё связанные за запястья, с неповреждённой верёвкой и хорошо сохранившимся узлом. После извлечения тела мы пришли к выводу, что погибший был мужчиной средних лет, около сорока. Детективы начали поиск в близлежащих деревнях и наконец установили личность погибшего из деревни под названием Люцзинь, расположенной в десятках километров от того места. В той деревне есть река под названием Люцзинь, а погибшим был Хуан Иньлу, директор начальной школы «Надежда» в этой деревне. У этого убийства была предыстория. Хуан Иньлу обнаружил в реке, протекающей через деревню, большую лодку для сбора речного песка, о чём сообщил в деревенский комитет, Бюро водных ресурсов и Инспекционную группу по водным ресурсам. Инспекционная группа несколько раз символически отправляла людей на проверку, но никаких наказаний не последовало.

Лу Ин спросил:

- Звук добычи песка громкий и хорошо слышен. Почему не последовало никакого наказания?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Инспекционная группа объяснила, что, во-первых, эти похитители песка были очень хитрыми и всегда действовали ночью или в выходные. Участок реки, за который они отвечали, был очень длинным, и они не работали по выходным, поэтому не могли постоянно следить за рекой. Во-вторых, патрульные катера правоохранительных органов шумели при приближении, и преступники убегали, услышав шум. В-третьих, они часто изымали оборудование для добычи песка, и не было реальных доказательств, поэтому они не могли арестовывать людей без разбора.

Бай Мэн сказала:

- Это всё отговорки. Я не верю, что они не смогли бы с этим справиться. Просто отправьте несколько человек на берег, чтобы они сделали фотографии и поймали их всех. Более того, при таком разгуле незаконной добычи песка, возможно, все в деревне знали об этом.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Об этом не только знали жители деревни, но и несколько деревенских хулиганов были главными в этом деле. Сотрудникам отдела водных ресурсов угрожали физической расправой, а также предлагали взятки. Скудная зарплата, которую они получали каждый месяц, не стоила того, чтобы рисковать жизнью. Они давно были в сговоре с добытчиками песка. А у добытчиков песка, для захвата территории, есть ножи и ружья, и обычные деревенские жители не осмеливались их провоцировать. Когда добытчики песка видели сотрудников правоохранительных органов, они даже не прятались. Но Хуан Иньлу был честным и упрямым человеком. Видя бездействие деревенских и местных властей, он писал письма с жалобами. В результате он разозлил добытчиков песка. Они послали людей, связали Хуан Иньлу и подвесили его на мосту, чтобы он смотрел, как его переедет поезд.

Это привело к той ужасной сцене.

Услышав это, Бай Мэн стиснула зубы:

- Эти добытчики песка — подонки. Детективы поймали их потом?

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Детективы из провинциального управления провели расследование и отправились на реку, чтобы осмотреть лодку для добычи песка. К берегу была привязана верёвка, точно такая же, как та, что была на руках Хуан Иньлу. Они проследили за преступниками и арестовали их, но были пойманы только убийцы. Что касается добычи песка, у детективов было мало людей, и они не могли их остановить. После расследования капитан детективной группы, который вёл расследование, был потрясён безразличием жителей деревни. На самом деле добытчики песка были в меньшинстве. Если бы местные власти приняли меры и люди объединились, у них всё равно был бы способ дать отпор. После смерти Хуан Иньлу на его похоронах люди всё ещё издевались над его женой и дочерью, говоря, что он был слишком глуп и не умел идти на компромисс, что и привело его к смерти.

Ци Иань сказал:

- В конце концов, они, наверное, подумали, что это просто добыча песка и что ущерб не был нанесён лично им…

Шэнь Цзюньци немного помолчал и продолжил:

- Но на этом дело не закончилось, всё было гораздо сложнее.

Всем было интересно его слушать, и они с нетерпением ждали продолжения.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Год спустя прошли сильные дожди, и река Люцзинь вышла из берегов. Из-за многолетней незаконной добычи песка русло реки обветшало, и береговая насыпь сильно обрушилась. За одну ночь вся деревня Люцзинь оказалась под водой. Многие люди погибли во время наводнения. Жена и дочь Хуан Иньлу, над которыми издевались в деревне, к тому времени уехали и спаслись.

Услышав результат, Лу Ин глубоко вздохнул.

Бай Мэн пробормотала:

- Это можно считать кармой…

Гу Яньчэнь сказал:

- В момент гибели они, вероятно, вспомнили Хуан Иньлу, которого убили добытчики песка.

В следующем раунде наконец-то настала очередь Гу Яньчэня.

Выслушав несколько историй, все стали ждать продолжения.

Гу Яньчэнь подумал, что предыдущие истории были слишком мрачными, и решил разрядить обстановку. Хорошенько поразмыслив, он вдруг вспомнил случай, о котором ему рассказал Линь Сянлань.

Гу Яньчэнь начал:

- Случай, о котором я хочу рассказать, довольно необычный. Он произошёл около десяти лет назад в городе к западу от Биньчэна, где случились два происшествия. Молодая пара неожиданно скончалась в один день. Муж умер на дороге. Он остановился посреди улицы, и его сбил грузовик. Тем временем полиция собиралась вызвать его жену, когда она внезапно упала с крыши их собственного дома. Местный участок счёл это дело слишком подозрительным, поэтому они передали его в городское бюро и отправили им тела.

Бай Мэн спросил:

- Жена выпрыгнула из окна, узнав о смерти мужа, из-за горя?

Такие случаи, хоть и редкие, уже происходили.

Гу Яньчэнь покачал головой, отрицая такую возможность.

- Жена упала почти в тот же момент, когда её мужа сбила машина. Она ещё не знала о смерти мужа.

Лу Ин спросил:

- Значит, и муж, и жена умерли одновременно. Это было убийство?

Видя, что они не могут угадать, Гу Яньчэнь продолжил:

- Мало того, когда трупы привезли судмедэкспертам, те, открыв мешки для трупов, были шокированы, потому что на лицах обоих трупов были жуткие улыбки.

Это сделало ситуацию ещё более жуткой.

Ци Иань сказал:

- Если бы я не был судмедэкспертом, я бы заподозрил, что на этой семье лежит проклятие.

После того как они перебрали все возможные варианты, Гу Яньчэнь отверг каждый из них, оставив всех в недоумении.

Бай Мэн сказала:

- Капитан Гу, мы не можем этого понять. Пожалуйста, скажите нам, в чём было дело.

Гу Яньчэнь увидел, что Шэнь Цзюньци сидит рядом, подперев подбородок рукой, и спросил его:

- Доктор Шэнь, что ты думаешь?

Услышав вопрос, Шэнь Цзюньци поднял голову и сказал:

- Это могло быть отравление.

Гу Яньчэнь раскрыл секрет:

- Эта пара умерла от пищевого отравления, которое вызвало галлюцинации, приведшие к несчастным случаям. Команда детективов немедленно провела расследование и выяснила, что в тот день они обедали в доме родственников. Отравились не только они, но и другие родственники. Когда полиция прибыла на место, десятилетний ребёнок танцевал на перилах их балкона. Детективы успели спасти его.

Услышав это, все расслабились.

Ци Иань сказал:

- Значит, судмедэксперт внёс значительный вклад.

Гу Яньчэнь ответил:

- Первым, кто подумал об этом, был не судмедэксперт из городского бюро. Судмедэксперт сделал вывод только после проведения вскрытия в соответствии с процедурой. Первым, кто выдвинул эту гипотезу, был старшеклассник, который делал домашнее задание в кабинете судмедэксперта. У него возникли подозрения, и он рассказал об этом своему отцу, который был полицейским.

Лу Ин спросил:

- Кто это был? Он впечатляет.

По мере того как история продолжалась, Бай Мэн вдруг вспомнила:

- Это был не Линь Ло, сын директора Линя, который был здесь раньше? Мой отец говорил, что он часто ходил в бюро судебно-медицинской экспертизы, чтобы делать уроки.

Гу Яньчэнь подтвердил:

- Да, это был он.

Ци Иань сказал:

- Значит, у него был к этому талант. Он потом стал судмедэкспертом?

Эта фраза заставила всех замолчать, и Ци Иань не понял, что он сказал не так.

После паузы Гу Яньчэнь встал и сказал:

- История окончена. Уже поздно. Я пойду, оплачу счёт.

Расплатившись, все спустились по лестнице. У двери они попрощались друг с другом и разошлись.

Шэнь Цзюньци стоял неподалёку, и смотрел, на звёзды, слегка прищурившись.

В этот момент ему казалось, что небо вращается, как на картине Ван Гога «Звёздная ночь».

Он повидал и пережил слишком много случаев. Некоторые из них глубоко ранили его, другие вызывали зависть, третьи — сожаление, а четвёртые — раскаяние.

Он смотрел на звёздное небо, и его глаза невольно наполнились слезами.

Гу Яньчэнь вышел, заплатив по счёту, и увидел, что Шэнь Цзюньци ждёт его.

В свете уличного фонаря глаза Шэнь Цзюньци были красными, и влажными, шея — тонкой, а сам он выглядел худым и одиноким, стоя там в одиночестве. Но его спина была прямой, и в его худощавой фигуре, казалось, таилась бесконечная сила, способная рассеять тьму.

Гу Яньчэнь почувствовал, как учащённо забилось его сердце, и ему стало, особенно жаль человека, стоявшего там.

Гу Яньчэнь подошёл к Шэнь Цзюньци и сказал:

- История, которую ты только что рассказал, была великолепной и очень поучительной.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Теперь, когда я об этом думаю, мне становится немного не по себе. Я слишком много выпил и не подумал о том, что говорю.

Гу Яньчэнь сказал:

- Всё в порядке. То, что обычные люди считают ужасным и отвратительным, для вас, судмедэкспертов, — обычная рутина. Ваша работа действительно непростая.

Автору есть что сказать:

Гу Яньчэнь все больше и больше убеждался, что человек перед ним – Линь Ло.

Выпив слишком много, он посмотрел на Шэнь Цзюньци под уличным фонарем и подумал о том, как его следует наказать за недостаточную откровенность.

Он арестовал слишком много заключенных и знает, как держать людей за запястья, чтобы они не могли пошевелиться. Запястья судмедэксперта Шэня были тонкими и костлявыми, и он, вероятно, мог держать обе руки одной рукой.

Он хотел увидеть, как доктор Шэнь плачет, не на самом деле плачет, а сдерживает слезы, физиологические слезы, вытекающие бесконтрольно.

Его кожа всегда была холодно-белой, а нежное лицо всегда имело холодное и упрямое выражение. Уголки его глаз становятся краснее, когда он проливает слезы.

Этого мало, лучше всего говорить ему на ухо плачущим и хриплым голосом...

Гу Яньчэнь какое-то время раздумывал над этим, и ему не хотелось отпускать ситуацию.

Если бы доктор Шэнь действительно плакал, он, вероятно, целовал бы его слезы.

Я просто хочу любить его но не хочу запугивать.

Отдавая сердце

Глава 45. Отдавая сердце

Два человека вместе шли в сторону жилого района.

Сегодня вечером Шэнь Цзюньци выпил довольно много и слегка пошатывался. Когда он был за границей, он какое-то время пил водку, но водка всё же отличается от байцзю. Он уже давно не притрагивался к белому вину. На этот раз он выпил около трёх лянов, и перед глазами у него всё немного расплывалось, но это было в пределах его выносливости.

Гу Яньчэнь выпил даже больше, чем он, — примерно полбутылки. Однако раньше он работал в сфере логистики и часто выпивал с начальством, так что у него был опыт употребления алкоголя. Он не выказывал никаких признаков опьянения, разве что говорил немного больше обычного. Пройдя несколько шагов, они увидели на ночном рынке киоск с игровыми автоматами.

Шэнь Цзюньци остановился и окинул взглядом стенд. Он сразу же обратил внимание на мягкие игрушки, ему особенно понравился жёлтый Пикачу.

Увидев выражение его лица, Гу Яньчэнь толкнул Шэнь Цзюньци локтем.

- Тебе это нравится?

Шэнь Цзюньци отвёл взгляд и небрежно ответил:

- Просто смотрю.

Когда он был ребенком, Линь Сянлань редко проявлял к нему заботу. Каждый раз, покупая ему подарки, он дарил то, что сам считал хорошим, например игрушечные пистолеты или машинки, и никогда не спрашивал, что ему нравится.

Однажды он увидел мультфильм про покемонов дома у одноклассника и очень захотел такую игрушку. Но когда он вырос, то понял, что такая милая игрушка не подходит для мальчиков, а точнее, для мужчин. Он давно научился сдерживать свои желания.

Гу Яньчэнь надавил на него:

- Чего из этого ты хочешь?

Шэнь Цзюньци уклончиво ответил:

- Забудь об этом, если мы что-то упустили, значит, упустили.

Но Гу Яньчэнь не сдавался:

- Если ты чего-то хочешь, никогда не поздно это получить.

Под воздействием алкоголя он заинтересовался, достал телефон, отсканировал QR-код, и сказал:

- Босс, мы хотим сыграть.

Шэнь Цзюньци немного смутился и потянул его за собой.

На ночном рынке в эти игры играли только дети, а по обочине ходило много людей.

Гу Яньчэнь знал, что он застенчив, и улыбнулся:

- Я хочу сыграть. Позволь мне немного развлечься. Если я выиграю, приз будет твоим. Какой ты хочешь?

Только тогда Шэнь Цзюньци сказал:

- Этого Пикачу.

Гу Яньчэнь спросил у босса:

- Сколько надо за этого  Пикачу?

Босс ответил:

- Третий приз, восемь из десяти.

Он предупредил его:

- Это реалистичное оружие, у него есть отдача, будь осторожен.

Сегодня на Гу Яньчэне была чёрная рубашка, которая хорошо на нём сидела.

Он закатал рукава, обнажив подтянутые предплечья.

Затем он взял игрушечный пистолет, который протянул ему босс, прикинул его вес и сделал стойку.

По его позе было видно, что он в совершенстве владеет оружием.

Он стоял, расправив широкие плечи и вытянув длинные ноги, и его движения были точными.

Гу Яньчэнь прицелился и нажал на курок. В пистолете были маленькие пули, и он мгновенно лопнул воздушный шарик в верхнем левом углу.

- Отличная стрельба!

Этот выстрел вызвал одобрение босса.

Привыкнув к оружию, Гу Яньчэнь стал стрелять быстрее, его тело двигалось слаженно. Указательный палец правой руки нажимал на курок, выстрел за выстрелом.

«Бах, бах, бах…»

Воздушные шарики лопались один за другим. Он сделал в общей сложности восемь выстрелов, и все они попали в цель.

Даже продавцы в соседних киосках начали аплодировать.

Гу Яньчэнь вернул пистолет боссу:

- Мы не будем делать последние два выстрела, просто отдайте нам приз.

Босс удивлённо прищёлкнул языком и выразил сожаление:

- Если бы ты закончил стрелять, то точно выиграл бы главный приз — вон того большого Дораэмона.

Гу Яньчэнь вдруг подумал о том, чтобы извлечь какую-то выгоду для Уляна.

- Я всё ещё хочу Пикачу, но если мы достигнем всех целей, сможем ли мы получить и его?

Босс согласился:

- Конечно, считай это жестом дружбы.

Гу Яньчэнь прицелился и дважды выстрелил, не особо целясь, и попал прямо в две мишени.

Вручая им призы, начальник удивился:

- Молодой человек, вы из команды по стрельбе? Я никогда раньше не видел человека с такими выдающимися навыками.

Гу Яньчэнь улыбнулся, но ничего не сказал.

Он взял Пикачу и протянул его Шэнь Цзюньци, а сам взял Дораэмона.

Шэнь Цзюньци обнял Пикачу. Жёлтая плюшевая игрушка была чуть меньше подушки, сделана из мягкой ткани и приятной на ощупь.

Они направились в жилой район.

Шэнь Цзюньци коснулся своей щеки, ему стало немного жарко. У него слегка кружилась голова. Ему не хотелось возвращаться в комнату, хотелось ещё немного побыть на улице.

Он сказал Гу Яньчэню:

- Ты собаку ещё не выгуливал, верно? Почему бы тебе не спустить её вниз? Я уже несколько дней не видел Уляна.

Гу Яньчэнь решил, что это хорошая идея, и поднялся наверх, чтобы выпустить собаку.

Улян весь день просидел взаперти и теперь начал бегать по двору.

Увидев Шэнь Цзюньци, он завилял хвостом и подбежал к нему.

Гу Яньчэнь не мог его удержать.

Он дразнил его игрушечной куклой, но Улян, казалось, был равнодушен, как будто считал куклу слишком детской, и вместо этого хотел схватить Пикачу, которого держал Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь немного растерялся. Он присел на корточки, держа в руках игрушку, и сказал:

- Посмотри на этого пса, он как ребёнок, ему нужно не то, что ему дают, а то, что есть у других.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Думаю, он умнее ребёнка.

Шэнь Цзюньци присел на корточки и погладил собаку по голове.

Он жестом пригласил её сесть, и Улян послушно устроился перед ним.

Шэнь Цзюньци жестом пригласил её следовать за ним, и Улян послушно пошёл за ним.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты раньше дрессировал собак?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я иногда видел, как это делают другие.

Гу Яньчэнь под воздействием алкоголя пошутил над ним:

– К счастью, ты не лжец. Ты можешь не только «похищать» детей, ты также можешь «похищать» собак. Ты можешь даже похищать сердца людей.

Шэнь Цзюньци сохранял невозмутимое выражение лица.

- Этого я действительно не могу сделать.

Ночью возле жилых кварталов бегало не так много людей.

Они прошли немного вперёд, и Шэнь Цзюньци увидел во дворе маленькие качели. Он сел на них, держа в руках Пикачу. Улян стоял рядом и толкал качели передними лапами, заставляя их раскачиваться.

Гу Яньчэнь сидел на ближайшей скамейке, держа в руках ненужную куклу.

Он вздохнул:

- Ладно, тогда эта игрушка моя.

Он посмотрел на играющих Шэнь Цзюньци и Уляна и сказал:

- Кажется, ты очень нравишься моей собаке.

— Кажется, мы хорошо ладим, — Шэнь Цзюньци поднял глаза и спросил: — Почему ты решил его усыновить?

- Это случилось в один прекрасный день, когда я проходил мимо отдела логистики и увидел, как собаки участвуют в церемонии выхода на пенсию… Я сразу влюбился и почувствовал связь между нами, — Гу Яньчэнь закурил сигарету.

Он смотрел на Шэнь Цзюньци, который держал собаку, и гладил её шерсть на затылке.

Эта сцена снова показалась ему знакомой.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Тогда я боялся, что собака подумает, будто хозяин больше не хочет её видеть, поэтому я забрал её домой.

Шэнь Цзюньци погладил собаку по лапе.

Дул ночной ветер, в городе уже стемнело, но в их маленьком уголке, освещённом уличными фонарями, свет, казалось, излучал какое-то тепло.

Этот свет отделял их от окружающей темноты.

Гу Яньчэнь затянулся сигаретой и под воздействием алкоголя сказал:

- Однажды я участвовал в симуляции смерти.

У этого заявления не было ни начала, ни конца.

Шэнь Цзюньци с любопытством повернулся и спросил:

- Что такое симуляция смерти?

Гу Яньчэнь объяснил ему:

- Это новый вид экспериментов, похожий на детективные игры или квесты, которые стали популярны примерно в то же время. Однако в них участвует мало людей, поэтому о них мало кто знает.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Что именно происходит?

Гу Яньчэнь ответил:

– Имитация смерти.

Шэнь Цзюньци удивился еще больше:

– Как имитировать смерть?

- Весь процесс занимает от четырёх до пяти часов и состоит из нескольких этапов: сытный прощальный ужин, фотография для похорон, завещания на листе бумаги, звонки близким, с которыми ты хочешь попрощаться, выбор погребального наряда и любимых цветов, имитация похорон и, наконец, медитация в гробу, во время которой ты лежишь в маленьком гробу и размышляешь о своей жизни в полной темноте.

Это этапы, которые проходит умерший, но для живого человека это новый опыт.

Чтобы подтвердить свои слова, Гу Яньчэнь достал кошелёк и протянул его Шэнь Цзюньци, чтобы тот посмотрел.

Шэнь Цзюньци увидел внутри чёрно-белую фотографию.

Он спросил:

- Зачем ты это сделал?

Гу Яньчэнь посмотрел на него и сказал:

- Незнание — благо. Я хотел узнать, каково это — умереть, и я это сделал.

Гу Яньчэнь закурил и сказал, глядя на ночной пейзаж:

- Этот опыт позволяет людям взглянуть на жизнь с другой точки зрения и пережить ощущение смерти. Думаю, фотография получилась довольно удачной, поэтому я её сохранил. Если она мне когда-нибудь понадобится, я воспользуюсь той, которую сделал сам.

Потом он объяснил:

- Я не беспокоюсь о своей внешности, но всё же не хочу, чтобы после моей смерти кто-то наугад выбрал мою похоронную фотографию. Эта фотография навсегда останется в памяти других людей. Если она окажется некрасивой, это сведёт на нет все мои усилия, которые я прилагал в первые тридцать лет своей жизни.

Это звучало как пьяный бред, но, как ни странно, в этом был смысл.

Шэнь Цзюньци понял, что это была та самая мысль, о которой он не подумал.

Большинство людей не готовы к смерти, когда она приходит. Если бы они могли знать заранее, они были бы лучше подготовлены. Если бы люди могли, как следует подумать о своей смерти, это могло бы помочь им жить более осознанно.

Он подумал, что его фотографию, должно быть, выбрал Гу Яньчэнь. Фотография была довольно хорошей, поэтому ему больше не нужно было беспокоиться о ней.

Он вернул кошелёк Гу Яньчэню.

Гу Яньчэнь сказал:

- У меня уже есть завещание, оно нотариально заверено и может быть использовано в случае необходимости.

Гу Яньчэнь сказал это, как ни в чём не бывало, но Шэнь Цзюньци всё равно чувствовал себя неловко, обсуждая эту тему.

Он тихо произнёс:

- Капитан Гу, не говори таких неудачных вещей.

Гу Яньчэнь выпустил колечко дыма и сказал:

- Чего бояться? То, что мы говорим об этом, не значит, что мы умрём прямо сейчас. Если избегать этой темы, смерть не исчезнет. Я никогда не боялся говорить о смерти.

Немного помолчав, он продолжил:

- Дело, о котором я упоминал за ужином, — не самое страшное, что я не могу забыть. Есть ещё одно дело, которое не даёт мне покоя.

Шэнь Цзюньци остановился и посмотрел на него. У него возникла догадка, как будто он знал, что хочет сказать Гу Яньчэнь.

Гу Яньчэнь сделал паузу.

Как раз в тот момент, когда Шэнь Цзюньци решил, что тот ничего не скажет, Гу Яньчэнь продолжил:

- Пять лет назад я столкнулся с одним делом.

В свете уличного фонаря глаза Гу Яньчэня были тёмными, как чернила, а красивое лицо — серьёзным.

Он говорил низким голосом.

- В июне того же года в Мейле КТВ в Биньчэне произошло убийство, в результате которого один человек был убит, а другой ранен.

Он заговорил медленнее:

- Погибшего звали Чжоу Чэнь, а тяжелораненого — Линь Ло.

Эта фраза сильно задела Шэнь Цзюньци за живое.

Пьяный

Глава 46. Пьяный

Гу Яньчэнь наконец произнес эти слова.

Его не так беспокоило дело Линь Сянланя, как дело Линь Ло. Это имя словно раскалённым клеймом отпечаталось у него на сердце.

Шэнь Цзюньци задумался, затем склонил голову и тихо спросил:

- Линь Ло? Это тот самый сын директора Линя, о котором ты мне рассказывал?

Гу Яньчэнь согласно кивнул.

Шэнь Цзюньци, раскачиваясь на качелях, замолчал, а затем сказал:

- Капитан Гу, расскажи мне об этом.

Это был первый раз, когда кто-то добровольно заговорил с ним об этом деле. Он надеялся услышать историю от Гу Яньчэня.

Гу Яньчэнь начал свой рассказ:

-Это было 19 июня того года. Линь Ло только что окончил университет и отправился на встречу выпускников. Тот вечер начался с банкета в честь окончания учёбы, на котором присутствовали преподаватели университета. Позже студенты, которым было мало веселья, отправились в караоке-бар, чтобы вместе попеть. Они забронировали большой отдельный зал и планировали петь до утра. В 22:12 мне позвонил Линь Ло. Он звонил несколько раз, но как только я отвечал, связь обрывалась. В тот момент я понял, что что-то не так, и как можно быстрее помчался в караоке-бар, попросив помощи у других офицеров. Около 22:30 я нашёл Линь Ло в одной из комнат караоке-бара. Он был тяжело ранен, весь в крови, но, к счастью, ещё дышал.

Гу Яньчэнь до сих пор вздрагивает, вспоминая эту сцену. Он глубоко вздохнул и продолжил:

- Я немедленно вызвал скорую, и отнёс Линь Ло вниз. В этот момент снаружи начался хаос, кто-то спрыгнул с крыши здания.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Кто спрыгнул с крыши?

Гу Яньчэнь ответил:

- Человека, который спрыгнул, звали Чжоу Чэнь. Он был одноклассником Линь Ло и жил с ним в одной комнате во второй половине выпускного класса. Он спрыгнул с шестого этажа караоке-бара и мгновенно погиб

Шэнь Цзюньци старался говорить ровным голосом.

- Значит, Чжоу Чэня подозревали в преступлении?

Гу Яньчэнь кивнул.

- У них были давние разногласия. Чжоу Чэнь злоупотреблял алкоголем и после выпивки становился неуправляемым. В телефоне Линь Ло было несколько записей, на которых Чжоу Чэнь его провоцировал. Они подрались ещё в марте, когда начались занятия, но потом помирились. По словам их одноклассников, присутствовавших на встрече выпускников, в тот день они оба были сильно пьяны. После этого никто не знал, куда пропали Линь Ло и Чжоу Чэнь.

Всё выглядело как банальная история о давних обидах студентов, которые вылились в смертельную ссору после выпивки.

Шэнь Цзюньци спросил:

- А что насчёт других улик?

Гу Яньчэнь продолжил:

- На телефоне Чжоу Чэня были голосовые сообщения, отправленные его матери. В них говорилось, что он попал в беду и ему страшно. Кровь Линь Ло была обнаружена на одежде и теле Чжоу Чэня. Рядом с телом Чжоу Чэня лежал выпавший кинжал, который судмедэксперты идентифицировали как орудие, которым были нанесёны ранения Линь Ло. В комнате, где на Линь Ло было совершено нападение, на стаканах на столе были обнаружены отпечатки пальцев Чжоу Чэня, а на полу — его следы.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Судя по этим уликам, Чжоу Чэнь вызывал большие подозрения.

- Дело быстро закрыли как студенческую драку, а преступник покончил с собой. Дело было оперативно закрыто, — Гу Яньчэнь сделал паузу, затем опустил голову и тихо произнёс: — Но я знаю, что это неправда.

— Почему ты так говоришь? — спросил Шэнь Цзюньци слегка дрожащим голосом.

Гу Яньчэнь затянулся сигаретой.

- Во-первых, Линь Ло дрался гораздо лучше, чем Чжоу Чэнь. В ту ночь Чжоу Чэнь был сильно пьян, а уровень алкоголя в крови Линь Ло был не таким высоким. При таких обстоятельствах маловероятно, что Линь Ло мог получить такие серьёзные травмы от Чжоу Чэня, у которого, помимо ссадин от падения, были лишь незначительные повреждения. Во-вторых, у Линь Ло был мой номер. Если бы он заметил, что что-то не так, он бы сразу мне позвонил. Но он быстро повесил трубку после того, как позвонил мне, и тогда произошёл инцидент. В-третьих, в тот вечер, кроме студентов, которые пришли послушать пение, почти не было других посетителей. Даже персонала в тот вечер было мало. Записи разговоров студентов показались мне странными, похоже, они не общались целый час. Никто не отправлял сообщения в WeChat и не звонил. Персонал сказал, что сигнал в их заведении плохой, но я подозреваю, что кто-то мог блокировать сигнал. Четвёртый момент, судя по бутылкам и остаткам фруктовых нарезок на месте происшествия, студенты выпили немало, но цены в караоке-баре были на удивление низкими, почти абсурдно низкими, как будто они занимались благотворительностью.

Он продолжил серию анализов, но это были лишь незначительные поводы для подозрений. При более тщательном изучении можно было бы обнаружить ещё больше сомнений.

Шэнь Цзюньци намеренно продолжил расспросы:

- Как ты думаешь, кто убил Линь Ло? И в чём может быть причина?

Гу Яньчэнь немного помолчал, а затем сказал:

- Я не совсем уверен, кто это сделал, но, возможно, причина в том, что Линь Ло завладел чем-то, чего эти люди боялись.

Перебирая вещи Линь Ло, он заметил уголок безымянного отчёта об исследовании. Гу Яньчэнь предположил, что Линь Ло, скорее всего, взял образцы для исследования, возможно, органы или ткани, содержащие ДНК Линь Сянланя, которые могли бы доказать, что он умер от отравления.

Он не стал прямо говорить об этом, но продолжил:

- Позже я узнал ещё кое-что. За три дня до трагедии с Линь Ло, бывший капитан Ян Хан, который недавно подал в отставку, покончил жизнь самоубийством, повесившись в своём родном доме.

Шэнь Цзюньци впервые услышал об этом деле с точки зрения Гу Яньчэня. Он опустил голову, обдумывая и переваривая услышанное. Конечно, он знал правду об этом деле. Он нашёл кое-что в теле Линь Сянланя. Это был яд, о котором он уже подозревал, — аконитин.

Яды аконитинового типа действуют скрытно. Они быстро поражают сердце примерно через два часа после приёма, вызывая такие симптомы, как затруднённое дыхание, учащённое сердцебиение, учащённый пульс и снижение артериального давления. Они могут быстро привести к смерти. Всё это соответствует состоянию Линь Сянланя перед смертью. Более того, при обычном патологоанатомическом исследовании этот тип яда не проявляет никаких специфических признаков. Даже опытные судмедэксперты не обнаружат ничего необычного. Его можно выявить только с помощью специальных тестов.

Он уже изучал токсикологию, поэтому добавил в образцы для исследования безводный спирт и предоставил жидкости для сравнения, что позволило получить точные результаты. Если бы кто-то из городского бюро захотел подделать результаты, он бы это сделал. Он расследовал, кто мог отравить Линь Сянланя, и составил список людей, которые видели его в тот день. Позже он узнал, что через три месяца после смерти Линь Сянланя бывший капитан Ян Хан поспешно уволился и вернулся в родной город, где открыл небольшой супермаркет.

Он специально купил билет на поезд и отправился к Ян Хану. Он помнил, что в тот день шёл сильный дождь. После недолгих расспросов Ян Хан признался, что отравил чай Линь Сянлань. Он горько плакал, утверждая, что его кто-то заставил. Ян Хан также сказал, что его мучает чувство вины и что через некоторое время он сдастся полиции, только тогда он будет готов назвать имя заказчика.

Он поверил словам Ян Хана. Он нашёл непосредственного виновника, но радости в его сердце не было. Человек, который видел, как он рос, неожиданно стал соучастником убийства его отца. Он только вернулся в Биньчэнь, как получил известие о том, что Ян Хан покончил с собой, повесившись.

Тогда он подумал, что Ян Хан покончил с собой от страха, но у него уже было дурное предчувствие. Возможно, Ян Хана заставили замолчать, а то, что он держал в руках, сделало его мишенью. Линь Сянлань только что скончался, и если бы эти вещи были переданы властям, то из-за должности Линь Сянланя как директора это вызвало бы переполох во всём Биньчэне. Эти люди были полны решимости, предотвратить такой исход.

Всего через три дня после смерти Ян Хана произошёл тот инцидент...

Слова Гу Яньчэня прервали его воспоминания:

- Позже из-за тяжёлых травм Линь Ло впал в кому, и шесть месяцев пролежал без движения. Он скончался в канун Рождества того же года.

Следующее предложение Гу Яньчэня поразило Шэнь Цзюньци в самое сердце:

- После смерти Линь Ло я пережил опыт смерти. В тот момент, когда я притворялся мёртвым, я мог думать только об этом юноше.

Шэнь Цзюньци ошеломлённо уставился на Гу Яньчэня, его сердце бешено колотилось.

Внезапно он нашёл ответы на некоторые вопросы, и всё встало на свои места. Шэнь Цзюньци никогда раньше не задумывался о таких словах и событиях и не ожидал их услышать.

Он всегда считал, что Гу Яньчэнь заботится о нём и хорошо к нему относится только из-за предсмертного желания Линь Сянланя.

Потому что он думал, что то, что он показал Гу Яньчэню, было его самой неприглядной и постыдной стороной его характера.

Он думал, что его привязанность к Гу Яньчэню была лишь его собственной одержимостью, односторонней симпатией…

Гу Яньчэнь продолжил всё тем же тихим голосом:

- Ты, наверное, не представляешь, что для меня значила смерть Линь Ло. Пока он был в коме, я навещал его каждый день, надеясь, что он очнётся. Я надеялся на чудо, был готов отдать всё, что у меня было.

В этот момент глаза Гу Яньчэня покраснели.

В свете ночных огней Шэнь Цзюньци почувствовал, что Гу Яньчэнь перед ним уже не тот, что прежде.

На работе Гу Яньчэнь был умным и уравновешенным капитаном детективной команды, всегда собранным, надёжным и уверенным в себе.

Но сейчас он отбросил все защитные барьеры, обнажив свою мягкость и искренность.

Шэнь Цзюньци понял, что человек перед ним тоже живой, дышащий человек.

Услышав эти слова, он едва сдержался, чтобы не рассказать Гу Яньчэню.

Но он снова заколебался.

Шэнь Цзюньци чувствовал, что Гу Яньчэнь, похоже, что-то проверяет, упоминает Линь Сянланя, ворошит прошлое, готовит блюда, которые ему нравятся, и это заставляет его чувствовать себя беззащитным…

Несмотря на то, что он был пьян, в этот момент его разум был на удивление ясен.

Он на мгновение задумался. Неужели Гу Яньчэнь раскусил его?

Он взял себя в руки. Однажды он поклялся никому не рассказывать, что Линь Ло всё ещё жив, потому что эта тайна могла втянуть их и ещё больше людей в ещё более серьёзные проблемы и, возможно, сорвать весь план.

Время ещё не пришло, даже Гу Яньчэнь не должен этого знать. Возможно, именно из-за того, что это был он, ему не следовало ничего говорить.

Тогда эти люди боялись доказательств, но теперь они больше не боятся.

Прошло столько времени, уже невозможно найти организаторов всего этого, основываясь только на уликах, не говоря уже о том, чтобы привлечь их к ответственности.

Эти люди не позволили бы Линь Ло снова жить в этом мире.

Поэтому ему нужно было найти новые доказательства, чтобы победить этих противников.

Пока эта битва не закончится он больше не Линь Ло, он может быть только Шэнь Цзюньци.

Это был секрет, который он должен был хранить.

Возможно, заметив его нерешительность, Гу Яньчэнь не стал настаивать и углубляться в тему. Он просто вёл себя как хороший друг, рассказывая странную историю и затрагивая больную тему.

Он встал, затушил сигарету и поднял воротник пальто.

- Уже поздно. Пойдём домой, отдохнём.

Шэнь Цзюньци молча, встал, чувствуя, как его шатает. Он не замечал этого, пока сидел, но теперь, встав, понял, что пьян гораздо сильнее, чем ему казалось.

Гу Яньчэнь протянул руку, чтобы помочь ему.

- Доктор Шэнь, ты пьян?

Шэнь Цзюньци упрямо покачал головой, отталкивая руку Гу Яньчэня.

- Я в порядке.

Гу Яньчэнь шёл впереди, держа в руках собачий поводок.

Шэнь Цзюньци шёл за ним, чувствуя, что его шаги становятся всё более неуверенными, а мир вокруг него вращается. Его бросило в холодный пот, и ему показалось, что кто-то сжимает его внутренности. В голове у него всё перемешалось.

Он понял, что Гу Яньчэнь был прав, вино действительно было очень сильным.

Сегодняшний разговор оказал на него еще большее влияние.

Эффекты наложились друг на друга, и он больше не мог этого выносить.

Шэнь Цзюньци склонил голову, борясь с головокружением. Он шёл нетвёрдой походкой, будучи сильно пьяным.

В конце концов, его сознание было похоже на нить, которая тянула его за собой. Его голова раскалывалась, сердце бешено колотилось, а разум был полон воспоминаний.

Почувствовав, что его шаги замедляются, Гу Яньчэнь обернулся и окликнул его:

- Доктор Шэнь?

У Шэнь Цзюньци не было времени на ответ.

Он поспешил к обочине рядом с водостоком и присел на корточки. Он крепко обнял Пикачу, чувствуя себя настолько некомфортно, что ему хотелось спрятать пушистую игрушку под одеждой.

В следующую минуту он опустил голову, и его стошнило.

Ему показалось, что на несколько секунд он потерял сознание. К нему подступил запах крови, как будто его вырвало собственными внутренностями.

Гу Яньчэнь подошёл, чтобы поддержать его.

Шэнь Цзюньци немного посидел, прежде чем его перестало тошнить, а затем взял салфетку, которую протянул ему Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци почувствовал себя неудачником.

Чем больше он старался быть идеальным, тем больше раскрывал свою уязвимую сторону.

Пытки

Том 4. Семь смертоносных орудий

Глава 47. Пытки

Ночь, жилой район.

Шэнь Цзюньци стошнило и ужином, и вином, он наконец, почувствовал облегчение.

Гу Яньчэнь подошёл к ближайшему торговому автомату, чтобы купить ему бутылку минеральной воды.

Шэнь Цзюньци прополоскал рот и вылил остатки воды на землю, чтобы смыть грязь.

Он знал свой организм, если он не принимал лекарство вовремя, его иногда рвало кровью. В этом не было ничего страшного, это пройдёт, и он не хотел тревожить Гу Яньчэня.

Отдохнув немного, Шэнь Цзюньци встал.

У него всё ещё кружилась голова, и он не мог полностью открыть глаза.

Его воспоминания тоже стали обрывочными, как будто цельная картина распадалась на отдельные точки.

В какой-то момент ему показалось, что Гу Яньчэнь несёт его на спине.

В другой момент ему показалось, что он видит, как Улян послушно идёт впереди с Пикачу во рту.

В какой-то момент ему показалось, что они в лифте, Гу Яньчэнь обнял его за талию и прижал к себе так крепко, что он мог слышать биение его сердца.

Когда он немного пришёл в себя, то обнаружил, что лежит на диване в доме Гу Яньчэня, рядом с ним — Пикачу и плюшевая игрушка в виде щенка, а Улян уже вернулся на балкон.

Гу Яньчэнь принёс ему тёплой воды, и, выпив её, он почувствовал, как жгучая боль в теле, наконец, утихла.

Позже Гу Яньчэнь принёс тёплое полотенце и вытер ему лицо и руки.

Он просто не мог открыть глаза, стоило ему это сделать, как всё вокруг начинало кружиться. Ему казалось, что его тело плывёт в лодке по волнам, но в то же время он словно катался на бесконечной карусели.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Доктор Шэнь, тебе стало лучше? Если тебе действительно плохо, я могу отвезти тебя в больницу.

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Дай мне немного полежать…

Гу Яньчэнь сказал:

- Тогда я приготовлю тебе что-нибудь поесть. Съешьте немного, на голодный желудок тебе будет плохо.

Он пробормотал что-то в знак согласия.

Через некоторое время Гу Яньчэнь приготовил для него тарелку супа с лапшой и принёс ему.

В супе были помидоры, яйца и сушёные креветки.

Гу Яньчэнь помог ему подняться, и он взял тарелку и стал есть. Суп был очень вкусным, и ему захотелось ещё, но он сдержался, опасаясь, что его снова стошнит, если он съест слишком много.

Потом Гу Яньчэнь помог ему добраться до кровати в гостевой комнате.

Простыни пахли солнцем.

В полубессознательном состоянии он почувствовал, как Гу Яньчэнь взял его за руку и стал нежно массировать суставы.

Ему было плохо почти до самого утра, и он с трудом смог сесть.

Скорость вращения предметов перед ним, наконец, немного замедлилась, что позволило ему ясно видеть все вокруг. Но когда он встал, ноги всё ещё были ватными, как будто он только что оправился от высокой температуры.

Гу Яньчэнь сидел на другом конце кровати с ноутбуком и что-то проверял.

Увидев, что он встал, Гу Яньчэнь занервничал:

- Тебе всё ещё плохо? Тебя тошнит?

Шэнь Цзюньци покачал головой, прижав руку ко лбу:

- Я хочу пойти домой.

Гу Яньчэнь забеспокоился, увидев, что у него кружится голова.

- Не возвращайся, просто поспи здесь сегодня. Простыни и одеяла недавно сменили.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Но я не умывался и не чистил зубы.

Его волосы были растрёпаны, а лицо стало ещё бледнее, из-за чего брови казались особенно тёмными, а выражение лица — немного растерянным.

Гу Яньчэнь никогда раньше не видел, чтобы «холодная красавица» выглядел таким? Он усмехнулся, сдерживаясь, и, как ребёнка, повёл его в ванную, где дал ему чистое полотенце и зубную щётку.

Умывшись, Шэнь Цзюньци с трудом добрался до кровати, опираясь на стену.

Он не выносил запаха алкоголя, поэтому снова заговорил:

- Я хочу переодеться…

Гу Яньчэнь достал для него из шкафа чистую белую футболку.

Переодевшись в ванной, Шэнь Цзюньци наконец согласился лечь спать.

Гу Яньчэнь подошёл и помог ему укрыться тонким одеялом.

Шэнь Цзюньци вдруг снова открыл глаза и потянулся к телефону на прикроватной тумбочке.

Гу Яньчэнь поспешно протянул ему телефон, и Шэнь Цзюньци подключил наушники, отрегулировал их и вставил в уши. Он делал всё это на автомате, даже в состоянии алкогольного опьянения и не в полной мере осознавая происходящее, он двигался плавно, словно повинуясь мышечной памяти.

Сделав это, он свернулся калачиком на боку и наконец, приготовился ко сну.

Гу Яньчэню пришлось снова накрыть его тонким одеялом, и когда Шэнь Цзюньци снова закрыл глаза, он их уже не открывал.

Через некоторое время даже его дыхание стало ровным. Гу Яньчэнь вздохнул с облегчением.

Он не знал, что слушал Шэнь Цзюньци, но ему стало любопытно. Он тихонько вытащил один наушник и вставил его себе в ухо.

Прослушав аудиозапись, он внезапно замер. Это была запись его выступления на предыдущем собрании... и допросов. Похоже, запись была отредактирована и зациклена, и она воспроизводилась без остановки.

Гу Яньчэнь нахмурился, не совсем понимая, зачем Шэнь Цзюньци это слушает.

Это же не важные речи руководства, которые нужно полностью понимать.

В замешательстве он некоторое время слушал, а затем осторожно вставил наушник обратно в ухо Шэнь Цзюньци.

После этого Гу Яньчэнь на цыпочках пробрался в гостиную, порылся в карманах и достал листок бумаги. Это была записка, которую Шэнь Цзюньци оставил ему в качестве подсказки во время последнего дела, связанного с Ци Сывэй.

На записке небрежным почерком было написано слово «беременна».

Шэнь Цзюньци использовал эту записку, чтобы сообщить ему, что Цю Сяосюэ беременна.

В наши дни судмедэксперты в основном используют электронные методы, а Ци Иань отвечает за документирование места происшествия. Шэнь Цзюньци обычно нужно было только поставить свою подпись.

Это был один из немногих случаев, когда он что-то написал от руки.

Гу Яньчэнь открыл блокнот, один из тех, что принадлежали Линь Ло и которые он уже неоднократно просматривал.

В нём была записана фраза: «Всё в настоящем беременно будущим, а всё в будущем растёт из своего прошлого».

Слово «беременна» было написано точно так же, как и в записке.

Гу Яньчэнь сложил эти два предмета вместе и запер их в ящике.

Внутри уже лежала стопка «доказательств».

За окном послышался шорох, означавший, что сегодня ночью будет небольшой дождь.

В этот момент в тёмном подвале в западной части города Биньчэнь. Мужчина пришёл в себя и почувствовал, что его руки связаны за спиной, и ноги тоже связаны, и он сидит на стуле. Он был крепко привязан к старому стулу, который скрипел при каждом его движении. Мужчина с трудом открыл глаза, чувствуя опьянение и головокружение.

Его глаза были завязаны, и он не мог видеть, что происходит вокруг.

Он попытался пошевелить носом и глазами, и под повязкой образовалась небольшая щель, через которую он мог видеть часть комнаты.

Это была небольшая комната, похожая на старый склад или подвал. С потолка свисала маленькая лампочка, которая явно не давала достаточно света и излучала тусклое сияние.

На стене висело несколько старых простыней, а пол был покрыт толстым слоем полиэтиленовой плёнки. Он чувствовал её под ногами, судя по плёнке, здесь давно не убирались.

В углу комнаты стояла железная дверь, тяжёлая и покрытая ржавчиной.

Мужчина попытался определить своё местоположение по звукам, но не услышал ничего, кроме шуршания насекомых и отдалённого собачьего лая. Мимо не проезжали машины, была поздняя ночь, и людей здесь быть не должно было.

Мужчина изо всех сил пытался вспомнить, почему он здесь. Последнее, что он помнил, — это как они с другом допивали напитки и собирались расходиться по домам. Он шёл один по обочине дороги, напевая себе под нос, как вдруг кто-то подбежал к нему сзади и приставил электрошокер к его шее. Он почувствовал жжение и был совершенно не готов.

Он дёрнулся и потерял сознание.

Когда он снова очнулся, то обнаружил себя в этом жутком месте. На нём была та же одежда, что и раньше, но телефона и ключей нигде не было.

Он не знал, кто его похитил.

По телу пробежал холодок, мгновенно отрезвивший его.

Он опустил голову, пытаясь понять, что происходит.

Его похитили? Это потому что...

Ему не пришлось долго ждать, дверь открылась, и в комнату вошла фигура, а затем луч света упал на его лицо. В подвале мужчина, привязанный к стулу, был ослеплён светом.

Послышался приглушённый голос:

- Цзо Цзюньмин.

Мужчина в недоумении расширил глаза, глядя на человека перед собой. Это действительно было его имя. Этот человек пришёл именно к нему, не перепутав его с кем-то другим.

У Цзо Цзюньмина началась паника.

Он тяжело вздохнул и спросил:

- Кто ты? Где я? Зачем ты меня схватил?

Пока он говорил, он пытался освободиться от верёвок, но они были натянуты так сильно, что почти врезались в его плоть, причиняя боль. Он даже почувствовал, как по его телу потекла кровь. Человек напротив него был одет в чёрное, но он видел только его ноги.

В тусклом свете комнаты он мог разглядеть только тень человека, вытянувшуюся на полу перед ним.

Человек молчал, и это ещё больше встревожило мужчину.

Он быстро заговорил:

- Это из-за денег? У меня есть сбережения, сколько тебе нужно?

Прежде чем он успел получить ответ, человек взял палку и постучал ею по своей руке.

- Я… Я никого не обижал… Я добр к другим, я верю в честность, у меня никогда не было конфликтов с кем-либо в бизнесе! Вы меня с кем-то путаете?

Грудь Цзо Цзюньмина быстро вздымалась.

С другой стороны донёсся насмешливый смешок.

- Чего ты от меня хочешь?!

У мужчины упало сердце, и он хрипло закричал:

- Помогите! Помогите мне!!

В ответ он получил удар палкой. Человек с силой замахнулся, ударив мужчину по носу, и в воздухе пролетела яркая струя крови.

- Чёрт!

Мужчина выругался, по его лицу текли слёзы и кровь.

Его впервые так жестоко избили. Но это было только начало. Последовал ещё один удар, который пришёлся ему в щёку и выбил зуб. Узкая комната внезапно наполнилась запахом крови.

- Помогите! Помогите! — громко закричал мужчина.

Не успел он прийти в себя, как ещё один сильный удар пришёлся ему в живот, едва не вызвав рвоту с кровью.

Возможно, у него были сломаны рёбра, и его крики о помощи превратились в отчаянные вопли.

Цзо Цзюньмин испытывал слишком сильную боль, чтобы говорить. Он стиснул зубы, чувствуя смесь страха и ненависти.

Человек в чёрном продолжал наносить удары по спине Цзо Цзюньмина.

Стул опрокинулся, и Цзо Цзюньмин повернул голову, пытаясь отдышаться. Он чувствовал, как опухает его лоб и как по нему стекает кровь.

Он лежал на земле с жалобным выражением лица:

- Пожалуйста, пощадите меня.

С трудом приподняв голову, залитую кровью, Цзо Цзюньмин огляделся. Сквозь прорези повязки он увидел в углу комнаты белую тарелку с различным оружием — молотками, отвёртками и даже пивной бутылкой…

Всего семь видов оружия.

Глядя на это оружие, мужчина вдруг что-то вспомнил, и его глаза расширились.

Человек в чёрном, казалось, не обращал на него внимания.

Он наклонился и прошептал ему на ухо:

- Ты знаешь, о чём я хочу спросить. Если ты не скажешь, я буду бить тебя, пока ты не вспомнишь…

Стул снова поставили вертикально.

Эта долгая ночь только начиналась.

Сон

Глава 48. Сон

Шэнь Цзюньци пребывал во сне.

Из телефона доносился спокойный, очень серьёзный мужской голос, который шаг за шагом анализировал ситуацию и давал указания.

Из-за алкоголя ему казалось, что этот сон особенно реален. Знакомый голос словно переносил его сквозь время и пространство в прошлое. Это было похоже на сон, но в то же время на фрагменты воспоминаний обо всём, что он пережил раньше.

Палата представляла собой одноместную комнату с наилучшими условиями, довольно просторную. Когда шторы были раздвинуты, в комнату проникал солнечный свет. Даже сквозь закрытые веки он чувствовал яркость света, что позволяло ему различать день и ночь.

Кто-то массировал его пальцы, и чей-то голос шептал ему на ухо:

- Линь Ло, ты меня слышишь? Врач сказал, что тебе нужно регулярно с кем-то разговаривать, чтобы ты очнулся. Если ты меня слышишь, пошевели пальцами, чтобы я знал.

Затем чья-то рука нежно коснулась его ладони. Человек, сидящий у кровати, казалось, ждал его реакции. Он лежал в постели, совершенно безучастный. Он не мог даже моргнуть, не говоря уже о том, чтобы пошевелить пальцами.

- У тебя очень длинные пальцы.

Мужчина, похоже, не ждал ответа, а просто  говорил.

Через некоторое время мужчина снова спросил:

- Тебе всё ещё больно? Врач сказал, что тебе постепенно становится лучше. Похоже, ситуация не такая уж плохая.

Лучше? Он слышал звук приборов рядом с собой, чувствовал маску на лице, не мог, есть, в его грудную клетку была вставлена желудочная трубка. Как это можно было назвать «лучше»?

Похоже, он был не единственным больным, состояние Гу Яньчэня тоже было странным.

Он вспомнил, как читал в книге, что вегетативные люди не чувствуют окружающую среду, но его нынешнее состояние было трудно объяснить.

Время от времени его сознание прояснялось. Он изо всех сил пытался очнуться, но его воля, казалось, была совершенно не способна управлять его телом. В конце концов, он перестал бороться.

После смерти Линь Сянланя ему часто казалось, что его душит какая-то сеть. Когда он впал в кому, всё изменилось.

Его сознание словно застряло в маленькой коробочке, а время растянулось. Внезапно у него появилось много времени, и он смог вернуться к воспоминаниям о прошлом.

Голос Гу Яньчэня продолжил:

- Когда тебе станет лучше, я отведу тебя во двор, чтобы ты увидел солнечный свет, деревья, птиц. Куда ещё ты хочешь пойти? К морю?  Посмотреть достопримечательности? Хочешь посмотреть фильм или съесть что-нибудь вкусненькое? Ты сказал, что тебе понравился жареный рис, который я приготовил, так что я могу готовить его для тебя каждый день. И я купил тебе новые наушники, я принесу их тебе, когда тебе станет лучше.

Гу Яньчэнь на мгновение замолчал, а затем сказал:

- Скоро Праздник призраков. Я сжёг бумагу перед могилой твоего отца и положил два букета цветов. Один из них я положил от тебя, я выбрал белые гвоздики.

При упоминании об отце его сердце сжалось, и в глазах навернулись слёзы.

Гу Яньчэнь, сидевший у кровати, словно понял что-то и протянул руку, чтобы вытереть единственную слезу.

- Ты действительно меня слышишь.

Он мог слышать, он всё ещё чувствовал этот мир. Родственники, друзья, бывшие коллеги и подчинённые Линь Сянланя…

Он слышал, что многие приходили навестить его, но большинство задерживались ненадолго, а некоторые приходили только для того, чтобы узнать, жив ли он и представляет ли для них угрозу. Постепенно людей становилось всё меньше, и казалось, что этот мир забыл о нём.

Только Гу Яньчэнь не сдавался.

Постепенно он стал всё больше и больше ждать этих визитов.

Когда Гу Яньчэнь приходил к нему, он в основном рассказывал о своём опыте, семье, работе, жизни, фильмах, которые посмотрел, и даже приносил рекламу в его больничную палату.

Разговаривать с воздухом было непросто.

Он думал, что Гу Яньчэнь в конце концов сдастся, как и все остальные.

Но Гу Яньчэнь снова нашёл что-то новое.

Он сказал:

- Я заглянул в твою комнату и нашёл цитату Достоевского — Затем он процитировал: «Обыкновенные должны жить в послушании и не имеют права переступать закона, потому что они, видите ли, обыкновенные. А необыкновенные имеют право совершать всякие преступления и всячески преступать закон, собственно потому, что они необыкновенные».

- Это теория Раскольникова из «Преступления и наказания». Сегодня я принёс тебе экземпляр этой книги. Это толстая книга, так что мне может потребоваться некоторое время, чтобы её прочитать.

До его слуха донёсся шелест переворачиваемых страниц. Если бы он мог пошевелиться в тот момент, он бы точно остановил Гу Яньчэня, закрыл уши и сказал:

- Хватит читать.

Это была всего лишь цитата знаменитости, которую он переписал в подростковом возрасте. Ему было всё равно, и он не хотел знать, что ещё говорил Достоевский.

Он хотел сказать ему, что если читать слишком сложно, то пусть купит электронную книгу или найдёт «Ан Нанчор», чтобы прочитать её онлайн, — так будет гораздо удобнее.

Он примерно представлял, о чём «Преступление и наказание». Такие книги были слишком сложными для его возраста, они звучали как колыбельные и навевали сон.

Он надеялся, что собеседник не будет таким упрямым. Но Гу Яньчэнь отнёсся к этому вопросу очень серьёзно и настойчиво. Если не считать тех случаев, когда он был очень занят, он практически не отступал. Он каждый день приходил в палату и усердно читал.

Даже медсестры в отделении удивлялись его решимости.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ничего страшного. Раньше я тренировался как снайпер и мог часами сидеть неподвижно. Каждый день приходить сюда и немного почитать — это как сделать перерыв.

Постепенно он начал привыкать к его голосу. Иногда он слушал его какое-то время, и истории оказывались действительно хорошими, не такими скучными, как он ожидал, а некоторые моменты даже наводили его на размышления и находили отклик в его душе. Со временем книги сменяли друг друга, и он привык засыпать под его голос.

Чтение стало единственной оставшейся у него связью с внешним миром. Его любимой книгой по-прежнему был «Маленький принц», она никогда ему не надоедала, он даже мог цитировать многие отрывки по памяти. Например, отрывок, который ему нравился больше всего: «Лис сказал: «Для меня ты по-прежнему всего лишь маленький мальчик, такой же, как сто тысяч других маленьких мальчиков. И ты мне не нужен. И я тебе не нужен Для тебя я всего лишь лиса, как и сто тысяч других лис. Но если ты меня приручишь, мы будем нужны друг другу. Для меня ты будешь единственным во всём мире. Для тебя я буду единственной во всём мире».

Лежа на больничной койке, он чувствовал, что между ним и Гу Яньчэнем установились какие-то странные отношения. Судьба была непредсказуема, они встретились в огромном море людей, и для него Гу Яньчэнь был единственным человеком в мире.

Позже, когда он проснулся в образе Шэнь Цзюньци и не услышал этого читающего голоса, он стал страдать от бессонницы. К счастью, он, наконец, снова встретился с Гу Яньчэнем и предусмотрительно записал его голос. Эти записи были отредактированы и воспроизведены по кругу, что оказалось чрезвычайно эффективным для гипноза. Единственным недостатком было то, что иногда громкость внезапно увеличивалась, и он просыпался.

Как и сейчас, и он сонно пробормотал:

- Потише.

- Что значит «потише»?» — спросил Гу Яньчэнь у него над ухом.

- Только что было не так громко… — пробормотал Шэнь Цзюньци.

С другой стороны послышался лёгкий смех:

- Доктор Шэнь, проснись.

Шэнь Цзюньци поговорил с ним и, наконец, сказал то, что давно хотел сказать:

– Эта история слишком скучна, ты можешь сменить ее на другую…

Сказав это, он внезапно проснулся. Это было не тогда, когда он был в больнице, и запись на его мобильном телефоне не разговаривала с ним.

Он вспомнил, что прошлой ночью он был пьян, его вырвало, и в итоге он спал в доме Гу Яньчэня.

Затем он понял, что с ним только что разговаривал Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци сел на кровати и взглянул на настенные часы. Было около шести утра.

От похмелья у него все еще болела голова. Шэнь Цзюньци быстро вернулся к своему обычному спокойствию, сделал вид, что ничего не произошло, и спросил холодным голосом:

– Капитан Гу, есть дело?

Гу Яньчэнь уже оделся и стоял в конце кровати, глядя на него:

– Значит, ты сейчас ничего не слышал, верно?

Когда Шэнь Цзюньци разговаривал с ним, ему казалось, что он слушает его рассказ о деле.

Шэнь Цзюньци потёр лоб, не желая отвечать на этот вопрос, в состоянии дежавю.

После трёх секунд молчания Гу Яньчэнь решил не заострять на этом внимание:

- Как твоё самочувствие? Если тебе всё ещё нехорошо, я могу вызвать другого судмедэксперта.

Шэнь Цзюньци встал и сказал:

- Теперь все в порядке. Я могу закончить работу. Мне лучше пойти.

Гу Яньчэнь сказал:

- Тогда приведи себя в порядок и позавтракай. Мы поговорим в машине.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Нужно ли мне сначала ехать в городское бюро, чтобы забрать инструменты?

Гу Яньчэнь сказал:

- Ци Иань уже поехал в городское бюро за набором для судебно-медицинской экспертизы. Мы едем прямо на место преступления.

В последнее время в Биньчэне часто идут дожди. Дождь может пойти в любое время дня. Лёгкий дождь начался сегодня рано утром и с тех пор не прекращался. Дождь ещё не закончился, просто стало немного светлее. Дождь шуршал, оставляя тонкую плёнку на лобовом стекле машины.

В машине Гу Яньчэнь вкратце пересказал Шэнь Цзюньци суть дела.

Сегодня утром в подвале дома был найден мёртвый мужчина.

Женщина-арендодатель вызвала полицию, и на место прибыли сотрудники местного отделения.

Мужчину жестоко избили, всё его тело было в крови.

Получив информацию от городского отделения, директор Дин поручил дело особому отделу по расследованию преступлений.

Шэнь Цзюньци внимательно слушал, глядя на капли дождя, стекающие по стеклу машины, и почти ничего не говорил.

Место преступления находилось на западе города.

Около шести утра, когда начало светать, первые прибывшие полицейские уже оцепили двор и выставили кордон. Это был старый фермерский дом. Двор был изолирован, хозяин обычно здесь не жил, и двор был завален разным хламом.

Об этом случае сообщила домовладелица Фу Мэн, которой в этом году исполнилось 38 лет. Она сказала, что её дом долгое время пустовал. Вчера вечером сосед, который поздно вернулся с работы, увидел, что дверь в её дом открыта, а свет горит, и сообщил ей об этом. Услышав это, она заподозрила неладное, испугалась, что её ограбят, но также испугалась, что забыла закрыть дверь и выключить свет. Она не могла уснуть всю ночь.

Около пяти утра она поспешила туда и нашла в подвале мужчину, который уже давно был мёртв.

Она в быстро вызвала полицию.

Лу Ин спросил Фу Мэн:

- Ты знаешь этого мертвого мужчину?

Фу Мэн ответила:

- Я его не знаю.

Лу Ин снова спросил:

- Как ты думаешь, кто мог совершить это преступление?

Фу Мэн смутилась:

- Грабители? Или кто ещё? Может быть, они подумали, что в моём доме никого нет, потому что я редко здесь бываю.

Она помедлила, прежде чем снова подчеркнуть:

- Я, правда, не знаю этого человека.

Она была обычной сельской жительницей средних лет и, казалось, ничего не знала. Похоже, она думала, что если подчеркнёт этот момент, то дело её не коснётся.

Бай Мэн стояла в стороне и слушала их разговор.

Когда Лу Ин закончил опрос, Бай Мэн повернула голову и прошептала Лу Ину:

- Хозяйка, которая сообщила о случившемся, кажется мне подозрительной.

Лу Ин сказал:

- Не сомневайся, будь увереннее.

Гу Яньчэнь не ответил на их слова и, преодолев оцепление, вошёл на место преступления.

Как только он вошёл в дверь, Гу Яньчэнь почувствовал сильный запах крови. В маленькой комнате криво висели несколько старых простыней, а пол был покрыт полиэтиленовыми плёнками, на которых было много пятен крови. На полу лежал мужчина, уже давно мёртвый, со связанными за спиной руками, окоченевший.

Даже невооружённым глазом было видно, что мужчина погиб ужасной смертью. Его глаза были опухшими, нос сломан, по подбородку текла кровь, оставляя за собой след.

Ци Иань тоже приехал, он принёс чемодан эксперта и спустился в подвал, чтобы начать измерения, сделать фотографии и нанести на карту исходные точки.

Шэнь Цзюньци взял перчатки, бахилы и маску, надел их и осмотрел труп.

Сделав фотографии, он аккуратно разрезал верёвки на руках и ногах мужчины, которые были важными уликами.

После того как верёвки были сняты, из-за трупного окоченения поза трупа выглядела немного странно.

На месте

Глава 49. На месте

В подвале два судмедэксперта без промедления приступили к осмотру тела.

Шэнь Цзюньци погрузился в работу, не выказывая никаких признаков усталости после похмелья.

Он проверял и делал выводы. Хотя запись на диктофоне велась, Ци Иань все еще усердно писал.

- Погибший мужчина, около 35 лет, ростом примерно 1,72 метра, весом около 130 килограммов, с волосами длиной 4 см, с обширными травмами, свежим фиолетово-коричневым подкожным кровоизлиянием, множественными ранами на поверхности тела, нанесёнными различным оружием, предполагаемая кровопотеря — 500 миллилитров… Перед смертью жертва употребляла алкоголь, размер обуви — 44…

Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел обувь мужчины и сказал:

- На ботинках покойного какой-то серо-белый порошок.

Он потер его пальцами:

- Это не известь и не тальк. Запаха нет, поэтому я так сразу не могу определить, что это.

Порошок прилип к поверхности кожаных ботинок мужчины, словно слой пыли, и был бы почти незаметен, если бы Шэнь Цзюньци не был так внимателен к деталям.

Ци Иань подошёл, чтобы взглянуть.

- Здесь очень мало этого белого порошка, — нахмурился он. — Может быть, его зацепили, когда затаскивали тело в комнату?

Шэнь Цзюньци сокрушался:

- Его очень мало. Я не уверен, что мы сможем это проанализировать.

Шэнь Цзюньци вставил термометр в покойного, а затем вынул его и внимательно прочитал показания:

- Температура тела — 31 °C, температура в помещении — 29 °C. Учитывая текущее время года и влажность, можно предположить, что смерть наступила около четырёх часов назад, примерно в два часа ночи. Что касается конкретных повреждений…

Шэнь Цзюньци осмотрел различные части тела.

- Есть признаки того, что по голове ударили стеклянной бутылкой, обширное подкожное кровоизлияние, перелом черепа, царапина за ухом, следы от палки и кнута на спине, а также следы от верёвок на запястьях и лодыжках.

Он говорил быстро, и Ци Иань с трудом поспевал за ним.

- Учитель, не могли бы вы говорить помедленнее? — попросил он.

Шэнь Цзюньци сделал паузу, а затем взглянул на затылок трупа.

- На шее след от удара током. Возможно, это и было причиной того, что его контролировали.

Осмотрев место преступления, Гу Яньчэнь присел на корточки, чтобы изучить тело.

- Бай Мэн, отправь людей в близлежащие районы и выясни, не зафиксировали ли камеры наблюдения, как преступник привёл сюда жертву.

Было всего семь утра, ещё рано. Тем не менее, полицейские стучали в двери соседей, напугав многих из них, кто ещё не до конца проснулся и не знал о преступлении, совершённом неподалёку от их домов.

Гу Яньчэнь также опросил нескольких соседей, чтобы собрать информацию.

Ци Иань сфотографировал все пятна крови, пометив каждое из них для дальнейшего анализа. Выполнив основную работу, он помог Шэнь Цзюньци поместить труп в мешок для перевозки.

- Учитель, этот труп сильно изуродован. Это было убийство с пытками? Преступник — какой-то садист?

Не успел он договорить, как Шэнь Цзюньци перебил его:

- Преступник не садист и не получал от этого удовольствия. Напротив, он очень расчётлив.

Ци Иань был озадачен.

- Учитывая, что жертва была жестоко избита, каков был план?

Шэнь Цзюньци указал на пластиковые простыни, висевшие на стене.

- Чтобы не оставить следов, он даже повесил эти простыни и полиэтиленовые покрытия. Ты когда-нибудь видел такого «спокойного» убийцу-садиста?

Ци Иань не подумал об этом, видя вокруг простыни.

- Да, он повесил полиэтиленовые простыни, чтобы не оставлять следов. Но если он хотел полностью замести следы, почему он не снял или не сжёг эти полиэтиленовые простыни?

Если бы они убрали труп и эти пластиковые листы, место преступления исчезло бы. Но преступник этого не сделал, вместо этого он всё оставил, как было.

Шэнь Цзюньци предположил:

- Пластик — это не стена, даже если на него брызнет кровь, она не оставит явных следов, что затруднит реконструкцию по пятнам крови. Обычно по пятнам крови можно определить рост, телосложение и ведущую руку преступника, но в данном случае это практически невозможно.

Ци Иань внезапно всё понял и кивнул в знак согласия.

Услышав их разговор, Гу Яньчэнь вмешался:

- Кажется, что тело изуродовано и лежит в беспорядке, но при ближайшем рассмотрении видно, что преступник использовал несколько видов оружия. Зачем ему было носить с собой столько оружия и систематически его менять?

Преступник выбрал «незнакомое» место, но тщательно подготовил его к преступлению. Эта деталь казалась нелогичной.

Мешок с трупом был тяжёлым.

Гу Яньчэнь позвал нескольких полицейских, чтобы они помогли занести его в машину.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Капитан Гу, я вернусь в городское бюро для проведения вскрытия.

Гу Яньчэнь ответил:

- Когда у тебя будет возможность, попробуй опознать труп.

Шэнь Цзюньци всё понял и снял маску.

- Я уже проверил, отпечатки пальцев жертвы не повреждены. Как только мы вернёмся в городское бюро, мы сравним их, и я сразу же отправлю тебе результаты.

Гу Яньчэнь кивнул, проводив судмедэкспертов, и подошёл к хозяйке дома, Фу Мэн.

Рост Фу Мэн составлял всего 1,6 метра, в то время как Гу Яньчэнь был выше 1,8 метра ростом и нависал над ней. Она немного испугалась и отвернулась.

Гу Яньчэнь спросил её:

- Эти пластиковые листы, стулья и верёвки изначально находились в этом подвале?

Фу Мэн помедлила, прежде чем ответить:

- Пластиковые листы хранились у меня в подвале. Стулья и верёвки тоже были моими. Насчет оружия я не уверена. Я также не знаю этого человека

- Где вы были с одиннадцати вечера до двух часов ночи?

- В это время я, естественно, спала дома.

- Мы не нашли никаких следов взлома на двери, — сказал Гу Яньчэнь.

- Вы когда-нибудь теряли ключи от этого дома?

Фу Мэн покачала головой.

- Я их никогда не теряла. Я удивилась, когда услышала, что дверь открыта. В интернете есть истории о людях, которые могут открыть дверь одним движением.

Она снова повторила:

- Я его, правда, не знаю.

Гу Яньчэнь как бы невзначай заметил:

- Тогда вы, должно быть, внимательно рассмотрели лицо этого человека, верно?

- Что ты имеешь в виду? - Фу Мэн не поняла.

Гу Яньчэнь заметил:

- Учитывая состояние тела, которое было полностью изуродовано, я сомневаюсь, что даже если бы я был знаком с этим человеком, то сразу бы его узнал.

Фу Мэн замялась:

- Я не осмелилась посмотреть. Я судила по размеру тела. Этот человек не из наших мест, и я почти не общаюсь с мужчинами, поэтому я уверена, что не знаю его.

Её слова были ложью. Они только что поговорили с соседями, и те рассказали, что Фу Мэн любила играть в маджонг и часто посещала большие залы для игры в маджонг, где собирались сотни людей. Она казалась светской львицей, у которой было немало знакомых мужчин.

Она не стала внимательно осматривать труп, должно быть, эта женщина что-то знала.

Гу Яньчэнь подробно расспросил её о том, как был обнаружен труп.

В реакции Фу Мэн, обычной женщины и хозяйки дома, где произошло преступление, не было двух важных элементов, страха и гнева. Это типичная реакция обычных людей. Когда обычные люди сталкиваются с подобной ситуацией и вызывают полицию, они испытывают ужас. Они начинают зависеть от полиции, надеясь, что их невиновность будет доказана и правда восторжествует.

Однако Фу Мэн, похоже, была морально готова ко всему и постоянно подчёркивала, что не была знакома с покойным.

Разобравшись в ситуации, Гу Яньчэнь вышел на улицу.

Он не отпустил Фу Мэн, а подозвал Лу Ина.

- Отведи её в городское управление, тщательно допроси и возьми ещё одно заявление. Попроси наших коллег из управления проверить её данные и не отпускай её до полудня.

На данный момент у полиции не было никаких зацепок по этому делу.

Эта женщина-арендодатель была единственной зацепкой, которая у них была. Возможно, она не была организатором, но могла быть причастна к этому странному убийству.

Однако Фу Мэн была невысокой и хрупкой и не производила впечатления преступницы.

Гу Яньчэнь не мог понять, какую роль эта женщина играет в этом деле.

В городском бюро дежурили сотрудники, которые уже через пять минут отправили информацию о Фу Мэн их команде.

Этой женщине было 38 лет. Она вышла замуж в 22 года, и у неё родился сын, который сейчас учится за границей. Её муж был алкоголиком и два года назад попал в аварию из-за того, что был за рулём в нетрезвом виде. Он оставил ей три дома в деревне, один она сдавала в аренду, в другом жила сама, а третий — этот дом — почти всегда пустовал.

Бай Мэн провела расследование и до 7:30 утра отправила Гу Яньчэну два фрагмента записи с камер видеонаблюдения. Запись была сделана вчера вечером около 23:40 у входа в переулок.

В переулок въехало такси, а примерно через десять минут оно выехало.

На втором фрагменте, снятом после 2 часов ночи, видно, как из переулка выходит человек в чёрной одежде.

Этот человек, скорее всего, и был преступником.

Из наблюдения видно только, что человек одет в шапку, перчатки и худощав. Судя по росту и телосложению, это могла быть женщина. Человек держал в руке черный рюкзак, который выглядел тяжелым. Это могло быть пропавшее орудие убийства.

Таинственная фигура не оставила никаких улик, но, к счастью, на записи был чётко виден номер такси.

Гу Яньчэнь позвонил в таксопарк и вскоре его связали с водителем, передав ему трубку. На другом конце провода его поприветствовал женский голос.

Гу Яньчэнь представился, дал женщине свой адрес, а затем спросил:

- Расскажите  о заказе прошлой ночью.

Немного подумав, водитель начала свой рассказ:

- Вчера около 23:00 я подобрала пассажира. На обочине лежал мужчина, а женщина в чёрной одежде ловила такси. Я остановила машину, и она сказала, что её друг пьян. Мужчина был сильно пьян или без сознания. Я помогла затащить его на заднее сиденье. Я высадила их и помогла женщине вытащить мужчину. Затем я уехала.

Гу Яньчэнь спросил:

- Они заплатили наличными или отсканировали платеж?

Женщина-водитель чуть подумала.

- Наличными. Они приехали с Южного моста, стоимость поездки 48 юаней. Она дала мне полтинник и не попросила сдачи.

- Деньги все еще у вас? - Поинтересовался Гу Яньчэнь.

Женщина-водитель ответила:

- Потом я отвезла еще одного пассажира в аэропорт и сдала ему сдачу.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Когда они были в машине, вы не заметили ничего необычного?

- Нет.

Женщина-водитель сделала паузу и добавила:

- Я женщина, и было уже поздно. Я не стала задерживаться.

Гу Яньчэнь настаивал:

- У вас есть видео регистратор или какое-то другое устройство, которое их записало?

- Нет.

Гу Яньчэнь на мгновение опустил голову, задумавшись.

Женщина-водитель отвечала очень быстро, почти без пауз и колебаний.

Он чувствовал, что в этом деле есть что-то странное.

Гу Яньчэнь прямо сказал женщине:

- Пассажир, которого вы подобрали прошлой ночью, скончался. Пожалуйста, приезжайте в городское управление Биньчэна и дайте нам письменные показания.

Семь смертоносных видов оружия

Глава 50. Семь смертоносных видов оружия

Ранним утром, ещё до того, как коллеги пришли на работу, Шэнь Цзюньци и Ци Иань отнесли тело мужчины в кабинет судмедэксперта в городском бюро Биньчэна.

Одежду с мужчины сняли, и его положили на спину на гладкий секционный стол из нержавеющей стали.

Из-за большой кровопотери кожа трупа была очень бледной.

Шэнь Цзюньци сначала попросил Ци Ианя достать чернильную подушечку и снять отпечатки пальцев с трупа.

Ци Иань быстро снял отпечатки и отсканировал их на компьютере в своем кабинете.

Пока информационная база проводила сравнение отпечатков, они начали осматривать тело.

Судмедэксперт провёл тщательный осмотр с головы до ног, спереди и со спины.

Тело было все в ранах и синяках, без единого участка целой кожи.

Шэнь Цзюньци начал осматривать лицо.

Спустя минуту он произнес:

- На лице должна была быть повязка на глазах. Потом убийца снял её.

Когда палкой ударили по лицу, остался след от края повязки. Повязка блокировала кровоток. После, того как повязку сняли, кровотечение стало менее обильным.

Ци Иань быстро сфотографировал эти детали.

Шэнь Цзюньци пальцами приподнял веки и осмотрел размер и прозрачность зрачков.

Закончив измерения, он оперся обеими руками о секционный стол и, глядя прямо на тело, сказал:

- Зрачки несимметричны. Учитывая травму головы, жертва могла умереть от повреждения левой средней менингеальной артерии.

На теле погибшего было много ран, но многие из них были поверхностными, вызывали боль и кровотечение, но не были смертельными. Хотя тело сильно кровоточило, кровотечение не было опасным для жизни. Самая серьёзная травма была на голове погибшего.

Его волосы ещё не были сбриты, но Шэнь Цзюньци по опыту мог сказать, что в левой височной кости были линейные переломы от двух ударов.

Такие раны могут представлять опасность для человека, вызывая ушиб головного мозга, острый отёк мозга или даже повреждение мозговой артерии.

По сути, это и стало причиной смерти.

Шэнь Цзюньци не стал торопиться с вскрытием. Вместо этого он попросил Ци Ианя еще раз сфотографировать все раны, он принёс из соседнего кабинета доску и попросил Ци Ианя описать все раны и их состояние на левой стороне доски, а на правой стороне поместить фотографии в соответствии с ранениями.

На теле мужчины было множество ран, запутанных и сложных. На то, чтобы описать их все, ушло почти час, и доска была исписана вдоль и поперёк.

В итоге было установлено семь видом смертоносных орудий.

Ци Иань спросил:

- Учитель, что дальше? Мы собираемся начать вскрытие?

Шэнь Цзюньци покачал головой.

- Далее нам нужно разобраться с этими травмами и найти точки воздействия в соответствии с хронологией событий.

Увидев замешательство на лице Ци Ианя, он пояснил:

- Вскрытие может привести к повреждению внешних ран, что затруднит их последующее изучение.

Услышав это, Ци Иань растерялся.

- Как мы сможем разобраться с таким количеством ран?

Во время предыдущих вскрытий Ци Ианю приходилось разбираться максимум с пятью или шестью повреждениями. При мысли о десятках ран, расположенных вплотную друг к другу, у него закружилась голова.

Шэнь Цзюньци спокойно сказал:

- Не торопясь.

После завершения утреннего осмотра места происшествия следственная группа вернулась в городское управление.

Водителя такси звали Чжао Сяохань, и вскоре она тоже приехала в городское управление.

Бай Мэн сразу же отвёла её в комнату для допросов и стала уточнять детали.

Задав несколько вопросов, Бай Мэн вернулась в кабинет, и сказала Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, у этой женщины водителя такси тоже есть проблемы.

Гу Яньчэнь спросил:

- Какие проблемы?

Бай Мэн открыла программу на своём ноутбуке, подозвала его к компьютеру и, указывая на экран, сказала:

- В наши дни такси оснащены GPS. Поэтому я попросила таксопарк предоставить GPS-данные Чжао Сяохань и наложить на них маршруты поездок за последние три месяца. Вот что у нас получилось.

Гу Яньчэнь посмотрел на экран. На нём были изображены различные сложные линии, и только одна линия была одиночной — та, что была проложена прошлой ночью.

У каждого водителя есть свои постоянные маршруты и районы. Место куда она доставила пассажиров прошлой ночью, оказалось за пределами рабочего района Чжао Сяохань.

Гу Яньчэнь нахмурился.

Бай Мэн тщательно проанализировала ситуацию:

- Она сказала, что ехала по дороге и остановилась, только когда ей помахали. Но обычно она принимает заказы через приложение для вызова такси. Электронные записи за вчерашний день показывают, что в десять часов она закрыла все приложения и припарковала машину на обочине. В половине одиннадцатого ей позвонил неизвестный. После этого она не принимала никаких заказов, проехала мимо нескольких пунктов ожидания, не останавливалась и всю дорогу ехала с пустым салоном. Наконец она добралась до указанного места, высадила человека и поехала домой. На следующее утро, после шести, она снова села за руль.

После того как Бай Мэн закончила анализировать весь процесс, Гу Яньчэнь сказал:

- Похоже, она ждала именно этого заказа, ждала долго и уехала домой, только выполнив его.

Бай Мэн добавила:

- Кроме того, записи с камер наблюдения показали, что она оставалась у входа в переулок около десяти минут. Но обычно, даже если помочь кому-то выйти из машины, пяти минут достаточно.

Гу Яньчэнь сказал:

- Возможно, она помогла преступнику и оттащила мужчину в подвал.

- Кроме того, я нашла ещё кое-какую информацию.

Бай Мэн открыл файл.

- Я сравнила списки контактов хозяйки квартиры и водителя и нашла связь через WeChat.

Она нашла аккаунт под названием «Сяо Бэй», но внутри было не так много информации. Однако в какой-то момент эти два, казалось бы, не связанных друг с другом человека внезапно вышли на связь, и это само по себе было подсказкой, на которую стоило обратить внимание.

Гу Яньчэнь похлопал Бай Мэн по плечу.

- Молодец. Продолжай допрашивать её, посмотрим, что ещё она скажет.

Тем временем в прозекторской Шэнь Цзюньци и Ци Иань начали анализировать раны, степень кровотечения и расположение ран на теле.

Шэнь Цзюньци, всё ещё страдал от вчерашнего похмелья. Он выглядел немного уставшим и, опираясь на стол, слегка хриплым голосом произнёс:

- Как правило, ранние раны кровоточат сильнее, а поздние — меньше. Раны меняются с момента их получения, кровотечение, инфекция, свёртывание крови, образование корочек — всё это может произойти всего за три часа. Феномен прерывания линий распространения ран и переломов также помогает определить порядок получения травм. Это основа для наших выводов. Первым оружием, которое использовал преступник, была палка. На теле жертвы было восемь ран от ударов палкой, то есть его ударили восемь раз. Первый удар пришёлся в лицо жертвы и вызвал носовое кровотечение. Вторым оружием, было, шило, которым были нанесены три конусообразные раны в области груди и живота жертвы…

- …

- Четвёртым оружием была бутылка, которая разбилась о голову и нанесла травму. Эта бутылка была единственным оружием, которое преступник не стал уносить с места преступления.

- …

- Седьмым и последним использованным орудием был молоток, которым ударили шесть раз. Первый раз — по руке, второй — по ноге, третий — по лодыжке… пятый раз — по голове, что и привело к смерти жертвы.

Шэнь Цзюньци говорил не спеша, но его рассуждения были ясными.

Ци Иань стоял в стороне, делая записи.

Если бы он сам не был свидетелем произошедшего, то почти наверняка заподозрил бы, что Шэнь Цзюньци смотрел видеозапись преступления. Иначе как бы он смог так тщательно и подробно всё проанализировать?

Чем больше он слушал, тем сильнее хмурился.

- Всё это оружие можно встретить в повседневной жизни, как будто его просто взяли со стола или вытащили из шкафа, чтобы избить его. Но в совокупности они необычные.

Если бы для убийства использовали нож, он счёл бы это более нормальным и логичным.

Ци Иань вспомнил, что сказал Шэнь Цзюньци:

- Если это не убийство, то, что это… месть?

Шэнь Цзюньци некоторое время смотрел на него и сказал:

– Давай сначала проведем вскрытие.

После четкого анализа процесса преступления понимание Ци Ианя стало яснее во время вскрытия.

Тело быстро разрезали и поочередно исследовали сердце, печень, селезенку, легкие и почки.

При вскрытии желудка сразу можно было почувствовать сильный запах алкоголя.

Как и ожидал Шэнь Цзюньци, хотя травмы были серьезными и ребра были сломаны, серьезных повреждений внутренних органов не было.

Последним шагом было вскрытие головы. Как только волосы с головы мужчины были сбриты, на черепе открылась рана с сильным подкожным кровотечением. Подняв кожу, можно увидеть, что часть черепа раздроблена и в полость попали фрагменты кости.

Шэнь Цзюньци указал на трещины на костях и сказал:

– Выносная линия первого перелома не была отрезана, но второй перелом был отрезан, поэтому на голове есть два перелома.

Один из двух переломов был вызван разбитой винной бутылкой, а другой – ударом молотка. Разница также заметна на поверхности раны.

Череп распилили, и из него вынули человеческий мозг. В розовой и нежной ткани мозга можно увидеть явные точки деформации и места кровотечения.

Ци Иань тщательно определил это:

– Конечно, это была травма левой менингеальной артерии.

Как только он сказал это, они услышали звуковой сигнал, компьютера.

Ци Иань быстро подошел и посмотрел.

Он щёлкнул мышью и взволнованно сказал:

- Мы установили личность жертвы! Этого человека зовут Цзо Цзюньмин.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Отправьте сообщение капитану Гу.

Ци Иань быстро снял перчатки, взял телефон и отправил информацию Гу Яньчэну.

Этот случай произошёл в жилом районе, и полиция допросила всех местных жителей.

Новость об убийстве быстро распространилась, и пользователи сети начали призывать полицию сделать официальное заявление.

После подтверждения личности погибшего полиция Биньчэна наконец опубликовала уведомление, в котором говорилось, что было найдено мужское тело, опознанного как «господин Цзо».

Эта фамилия довольно редкая, и кто-то прокомментировал это сообщение:

- Господин Цзо? Может быть, это Цзо Цзюньмин?

- Как он умер?

- Может быть, это месть его жены?

- Ого, если это Чжан Кабэй убила его, то я полностью согласен, этот домашний тиран заслуживает смерти!

Вскоре в интернете появилось несколько информативных постов, в которых подробно описывалась последовательность событий и их последствия.

Гу Яньчэнь тоже искал информацию, и как только он ввёл имя, на экране компьютера появилась информация о Цзо Цзюньмине.

Гу Яньчэну  его имя показалось ему знакомым. Он открыл папку, внимательно изучил её, затем распечатал и отправился в судебно-медицинский центр.

Когда Гу Яньчэнь пришел в прозекторскую, Шэнь Цзюньци, только что закончил работу с телом, снимал перчатки и маску.

Гу Яньчэнь посмотрел на труп, лежащий на секционном столе.

- Ты слышал о деле Чжан Кабэй, которое было в прошлом году? Он был её мужем.

Как только он это сказал, не только Шэнь Цзюньци застыл на месте, но и Ци Иань остолбенел.

- Ты имеешь в виду то… скандальное дело о домашнем насилии?

Гу Яньчэнь кивнул и протянул им стопку документов с делом.

Это было дело годичной давности, которое потрясло весь Биньчэнь.

Изначально внимание общественности привлекла видеозапись. На видео женщину избивали, она кричала от боли, повсюду была кровь, она не могла пошевелиться и свернулась в углу, как испуганное животное.

Тем временем мужчина бил её ремнём и громко кричал:

- Если ты посмеешь вызвать полицию или сбежать, я убью тебя, а потом и всю твою семью!

Это видео было жутким, и многие люди обратили на него внимание.

Позже все узнали, что женщину на видео звали Чжан Кабэй, ей было 33 года, и она была домохозяйкой. В августе того же года она попала в больницу с травмой головы.

Чжан Кабэй подала в суд на своего мужа Цзо Цзюньмина, обвинив его в умышленном причинении вреда здоровью.

Во время судебного разбирательства Чжан Кабэй предстала перед судом, и всем стало очевидно, что она сильно пострадала. В суде Чжан Кабэй представила множество доказательств.

Она неоднократно подвергалась домашнему насилию, но, увидев в Цзо Цзюньмине признаки раскаяния, не стала доводить дело до конца.

Но через несколько месяцев ситуация обострилась. Каждый раз, когда Чжан Кабэй подвергалась насилию, ей разбивали голову в кровь, и муж угрожал ей смертью.

На основании её переписки с семьёй и друзьями, а также медицинских записей она составила хронологию жестокого обращения, привела фотодоказательства и медицинскую информацию.

Однако, несмотря на всё это, она проиграла дело.

Её предыдущие травмы уже зажили, и в тот момент её не осматривал судмедэксперт.

Некоторые записи в больничных картах были неясными и не могли быть использованы в качестве юридических доказательств.

Кроме того, судмедэксперт установил, что Чжан Кабэй получила травму головы при падении с лестницы, а не в результате прямого удара. Место происшествия было убрано, и у Чжан Кабэй не было прямых доказательств того, что Цзо Цзюньмин столкнула её с лестницы.

Цзо Цзюньмин нанял очень известного адвоката, который вёл дело, основываясь на этих доводах, утверждая, что предыдущие травмы Чжан Кабэй были всего лишь незначительными семейными ссорами и не были такими серьёзными, как она заявляла.

Он усомнился в подлинности медицинских документов, заподозрив, что они были сфабрикованы.

Видео, опубликованное в интернете, было отредактировано, а последняя травма головы Чжан Кабэй была получена в результате обычного падения с лестницы.

В конечном итоге из-за недостатка улик Цзо Цзюньмин был оправдан.

Даже просьба Чжан Кабэй о разводе была отклонена.

В какой-то момент Чжан Кабэй даже обвинили в том, что она устроила ловушку для Цзо Цзюньмина, сфабриковав улики, чтобы получить от него бракоразводное соглашение. Некоторые называли её предательницей. Кто-то даже раскопал информацию о том, что Чжан Кабэй тайно переводила активы и заводила романы с другими мужчинами, что полностью противоречило образу хрупкой женщины.

Многие были шокированы таким поворотом событий и сожалели о своей прежней позиции.

Но Чжан Кабэй отказалась смириться с приговором и решила подать апелляцию.

Она написала статью под названием «Семь смертоносных видов оружия».

В нём она рассказала о семи случаях домашнего насилия, а в конце задалась вопросом, если все эти доказательства не могут доказать, что он причинил мне вред, значит ли это, что я должна умереть, чтобы всё закончилось? Эта пронзительная статья сразу же нашла отклик у многих людей и даже стала вирусной.

Позже кто-то рассказал, что Чжан Кабэй проиграла дело, потому что Цзо Цзюньмин подкупил чиновников.

Даже среди тех, кто в интернете призывал к пересмотру дела, было много платных комментаторов.

Судебные эксперты провели тщательное обследование Чжан Кабэй и подтвердили, что она долгое время подвергалась домашнему насилию. Когда Чжан Кабэй наконец выиграла дело, она получила компенсацию и смогла развестись, вырвавшись из лап этого ужасного человека.

Всё это произошло год назад и длилось несколько месяцев, как в мыльной опере. Буря давно утихла, и Чжан Кабэй начала новую жизнь.

Но в этот момент Цзо Цзюньмин умер.

Ци Иань просмотрел подробные записи.

– Эти инструменты домашнего насилия точно соответствуют орудиям убийства.

Он, наконец, понял, почему убийца постоянно менял оружие. Палка соответствовала домашней метле, а остальные предметы были легкодоступными бытовыми инструментами. Травмы накапливались и Цзо Цзюньмин в конце концов умер от сильного удара по голове, что соответствовало падению Чжан Кабэй с лестницы.

— Этот человек просто зверь, и это похоже на месть… — голос Ци Ианя задрожал.

Гу Яньчэнь скрестил руки на груди.

— Многие пользователи сети тоже так думают.

Теория Ци Иань полностью соответствовала общепринятому мнению в интернете. Теперь в сети появлялись различные аналитические материалы, в некоторых из них Чжан Кабэй прямо обвинялась в убийстве, в то время как другие авторы защищали её. Казалось, что каждый из комментаторов присутствовал на месте преступления.

Шэнь Цзюньци закончил изучать информацию и снова посмотрел на труп, лежащий на столе для вскрытия.

— Значит, убийцей могла быть Чжан Кабэй?

Гу Яньчэнь ответил:

— На данный момент это кажется весьма вероятным.

Все улики указывали на эту женщину, особенно если учесть, что, как ранее выяснила Бай Мэн, хозяйка дома и женщина-водитель, в WeChat общались с ником «Сяо Бэй», скорее всего, была Чжан Кабэй.

Он торжественно произнёс:

— Нам нужно найти эту госпожу Чжан и провести расследование.

Симуляция

Глава 51. Симуляция

В девять утра в кабинете судебно-медицинской экспертизы Биньчэна, в комнате для вскрытия.

Тело Цзо Цзюньмина всё ещё лежало на секционном столе, освещённый бестеневым светом, который делал комнату очень светлой и позволял рассмотреть каждую деталь на теле.

Шэнь Цзюньци проводил Гу Яньчэна и начал просматривать оставленные им папки с делом Чжан Кабэй.

Ци Иань взял иглу и нитки и начал зашивать труп на секционном столе.

Закончив, он посмотрел на Шэнь Цзюньци.

— Учитель, может, отправим его на хранение прямо сейчас?

Шэнь Цзюньци все еще просматривал информацию, только что, закончив ее читать после столь долгого времени.

Немного подумав, он сказал Ци Ианю:

— Подожди немного, пока не отправляй его в морг.

Ци Иань спросил:

— И что мы ее можем сделать?

— Я всё ещё кое-что не понял, — сказал Шэнь Цзюньци, быстро принимая решение. — Давай сначала проведём эксперимент. Сходи в кабинет директора Лу и попроси силиконовую куклу, а затем подготовь всё оружие. Мы смоделируем весь процесс преступления.

Ци Иань всё понял и слегка кивнул.

Для удобства в отделе судебно-медицинской экспертизы было несколько силиконовых манекенов. Эти манекены были такого же роста и веса, как и реальные люди, с мягким телом и достаточной эластичностью.

Хотя обычно их использовали для имитации падений и воздействия окружающей среды, с их помощью можно было воссоздать место преступления.

Ци Иань никогда раньше не слышал о том, чтобы использовать силиконовый манекен для имитации подобного убийства.

Когда они закончили вскрытие, было уже больше девяти утра, и все судмедэксперты уже приступили к работе.

Ци Иань поспешил в кабинет директора и взял манекен, по размеру похожий на покойного Цзо Цзюньмина, а также стул, похожий на тот, что стоял на месте преступления.

К счастью, оружие найти было несложно.

Ци Иань побегал взад-вперёд по зданию и через полчаса, собрал всё оружие, включая палку, которую он отобрал у уборщицы, и стеклянную пивную бутылку, похожую на ту, что была на месте преступления, которую он взял у охранника.

Шэнь Цзюньци взглянул на ремень и заметил на нём логотип «H».

— Хороший ремень.

Ци Иань ответил:

— Я снял его с судмедэксперта Лю.

Другого выхода не было, только судмедэксперт Лю носил такой стильный ремень во всём отделении судебно-медицинской экспертизы.

Шэнь Цзюньци отошёл от тела, налил себе чашку чая и медленно выпил.

Он подождал, пока подготовят оружие и разложат его на столе рядом с секционным.

Шэнь Цзюньци приготовился засекать время симуляции.

— Мы смоделируем весь процесс. Сначала свяжем человеку руки и ноги. Ты ведь помнишь, как были завязаны узлы?

— Я помню...

Увидев, что Шэнь Цзюньци сидит и не спешит на помощь, Ци Иань всё понял и, имитируя место преступления, связал руки и ноги силиконового манекена.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Ты готов? Я засекаю время. Сейчас без десяти десять утра. Бурный процесс прошлой ночью занял около двух часов, так что тебе нужно закончить симуляцию до двенадцати, и действовать нужно быстро.

Ци Иань нервно сжал палку в руке.

— Хорошо.

Шэнь Цзюньци сказал:

— Начинай. Первый удар должен быть в область лица, а именно в переносицу.

Они только что описали весь процесс и его последовательность, который был записан на доске рядом.

Ци Иань взмахнул палкой и ударил по манекену, издав громкий звук, испугав самого себя.

Однако Шэнь Цзюньци остался не доволен и покачал головой.

— Нет, повтори. Твоя сила слишком мала. Ты когда-нибудь бил кого-нибудь?

— Никогда… — возразил Ци Иань.

— Учитель, я вкладываю в это все свои силы. Может, мне вызвать детектива?

Шэнь Цзюньци сказал:

— Чтобы привести детектива, нужно будет всё снова объяснять. Это слишком хлопотно. Не волнуйся, эта штука не сломается. Подумай о переломе носовой кости у жертвы. Какая сила для этого нужна?

Ци Иань попытался представить его, крепко сжал «оружие» и снова замахнулся.

Шэнь Цзюньци удовлетворённо кивнул.

— Так лучше, но всё равно недостаточно жестоко! Тебе нужно представить кого-то, кого ты ненавидишь, а затем ударить его. Тебя в детстве обижали?

Ци Иань был на грани паники.

— Учитель, у меня нет врагов. Я никогда ни с кем не конфликтовал.

Он был хорошим ребёнком с детства и до зрелого возраста и никогда не сталкивался с насилием.

Шэнь Цзюньци сменил тактику.

— Тогда представь себе крайне жестокого человека. Если ты не дашь отпор, тебя убьют.

Ци Иань тихо пробормотал:

— Но разве вокруг нет следственных групп…

Они, как судмедэксперты, не должны быть на передовой.

Шэнь Цзюньци вздохнул и подпёр подбородок пальцами, чтобы собраться с мыслями.

— Можешь считать его кем-то, кого ты ненавидишь, например начальником, который разбудил тебя рано утром.

В судебно-медицинском отделении было немного прохладно из-за кондиционера. Ци Иань вздрогнул. — …

Он сказал себе: «Учитель, вы можете просто сообщить идентификационный номер командира Гу».

Вспомнив, как Гу Яньчэнь разбудил его телефонным звонком в шесть утра, Ци Иань всё ещё немного злился.

Он снова замахнулся палкой и точно попал в область носа. На этот раз удар был точным и сильным.

— Неплохо, этого достаточно, — удовлетворённо кивнул Шэнь Цзюньци, делая пометку в папке, которую держал в руках.

— А теперь представь, сколько неиспользованных дней отпуска у тебя накопилось… Сколько концертов ты пропустил… Сколько фильмов не посмотрел…

Ци Иань, казалось, черпал силы из глубокого источника энергии.

Он закатал рукава и приступил к работе. Следуя последовательности ударов, он начал с палки, а затем перешёл к другому оружию.

Ци Иань сказал:

— Учитель, кажется, я начинаю понимать. Это помогает снять стресс.

Шэнь Цзюньци продолжал подсказывать ему со стороны:

— Здесь только одна пивная бутылка, нужно целиться точнее. Кнуту не хватает силы. Угол наклона молотка неправильный, попробуй ещё раз.

Ци Иань отступил, чувствуя себя уже не судмедэкспертом, а жестоким нападающим.

Стул был опрокинут, а затем снова поставлен на место.

Ци Иань приложил все усилия для последнего удара. Наконец-то весь процесс симуляции подошёл к концу.

Закончив, Ци Иань не смог сдержать тяжёлого дыхания.

Он чуть не упал от изнеможения и сказал:

— Учитель, я впервые понимаю, что для совершения преступления нужна физическая сила…

Он избил безжизненную куклу, выбившись из сил и покрывшись потом.

Шэнь Цзюньци посмотрел на часы, было чуть больше двенадцати.

Он погладил Ци Ианя по голове:

— Ты хорошо поработал. Я нашёл ответы, которые искал.

Утро в отделе по расследованию уголовных преступлений выдалось необычайно напряжённым.

Наконец-то у дела появился первый подозреваемый.

Гу Яньчэнь попытался связаться с Чжан Кабэй. Её телефон был выключен, а по указанному адресу никто не проживал, как будто она растворилась в воздухе.

К счастью, допрос Фу Мэн наконец-то сдвинулся с мёртвой точки.

Около десяти утра Лу Ин позвал Гу Яньчэна в комнату для допросов, чтобы провести третий раунд допроса.

На вопрос, знает ли она Чжан Кабэй, женщина некоторое время молчала, словно ей приходилось вести сложную внутреннюю борьбу, прежде чем она, наконец, заговорила:

— Я знаю Чжан Кабэй. Тогда я поссорилась с мужем и уехала жить к подруге, а она сбежала из дома из-за постоянных побоев… Мы обе жили во временном жилье, предоставленном Федерацией женщин. Она мне очень помогала. После того как мой муж погиб в автокатастрофе, она тоже помогала мне. Наши отношения всегда были хорошими. Всего несколько дней назад она внезапно позвонила мне и спросила, можно ли ей пожить в моём доме. Я спросила, зачем ей мой дом, но она отказалась отвечать. Тогда я не придала этому особого значения и просто сказала ей, чтобы она не устраивала беспорядок в моём доме, на что она ответила, что не будет. Затем я отправил ей ключи от дома экспресс - доставкой. Прошлой ночью шёл дождь, и мне было особенно не по себе. В пять утра, мне внезапно позвонили с неизвестного номера... Звонила Чжан Кабэй. Она сказала: «Фу, я хотела проучить своего бывшего мужа, но случайно зашла слишком далеко, и он умер. Мне нужно на время залечь на дно. Прости, что устроила беспорядок у тебя дома. Если спросит полиция, просто скажи, что ты меня не знаешь, не связывайся с этим». В тот момент я запаниковала. Когда я пришла в дом, то обнаружила в подвале мёртвого мужчину. Я сразу же вызвала полицию.

Выслушав рассказ Фу Мэн, Гу Яньчэнь понял, что она ответила на все его утренние вопросы.

Лу Ин продолжил расспрашивать Фу Мэн:

— Дело Чжан Кабэй в прошлом, они уже развелись. Зачем ей было убивать этого человека и становиться убийцей?

Фу Мэн вздохнула:

— Люди верят всему, что видят в интернете. Чжан Кабэй набралась смелости и подала в суд на Цзо Цзюньмина, но это было только началом её трагедии. После развода Цзо Цзюньмин не оставил её в покое. Он часто приходил к ней пьяным и оскорблял её. Однажды он даже принёс с собой нож. Он посылал людей, которые обливали дверь Чжан Кабэй краской и бросали в неё тухлые яйца. Вскоре после этого мать Чжан Кабэй умерла от сердечного приступа, а вскоре за ней последовал и её отец. Она осталась совсем одна, ей некуда было идти. Должно быть, она сильно ненавидела Цзо Цзюньмина. Если бы её не довели до отчаяния, зачем бы ей было совершать убийство?

Лу Ин спросил:

— Как вы думаете, где сейчас Чжан Кабэй?

— Откуда мне знать, о чём она думает? — Фу Мэн подняла голову, — Офицер, сегодня утром я была не в себе и кое о чём солгала. Но теперь я во всём призналась. Если то, что я сдала свой дом и солгала об этом, является преступлением, то накажите меня по закону.

Она больше не лгала, как утром, и не опускала глаза.

Гу Яньчэнь сказал:

— Сначала закончи своих показаний. С последующими действиями мы разберёмся позже.

После того как Фу Мэн наконец призналась, Гу Яньчэнь проверил её телефонные звонки.

Действительно, в пять утра ей звонил незнакомый номер, разговор длился около трёх минут, а сейчас этот номер был выключен.

Лу Ин спросил его:

— Это тот случай, когда женщины, подвергшиеся насилию, объединяются, чтобы убить своих бывших мужей?

Гу Яньчэнь ответил:

— Копайте глубже и ищите другие улики.

Когда они закончили, Бай Мэн тоже вышла из комнаты для допросов и передала Гу Яньчэну стопку с признанием.

— Женщина-водитель, Чжао Сяохань, созналась. Она сказала, что подруга попросила её забрать, отвезти и помочь спустить человека в подвал. Я показала ей несколько фотографий, и она точно опознала Чжан Кабэй. Кроме того, она предоставила WeChat - аккаунт Чжан Кабэй, сказав, что они познакомились в группе по борьбе с домашним насилием в Аньнани.

Гу Яньчэнь спросил:

— Знала ли она, что Чжан Кабэй собирается совершить убийство?

Бай Мэн покачала головой.

— Она утверждает, что ничего не знала о том, что произошло потом.

Затем прибыла группа криминалистов с уликами. — На пивной бутылке, использованной в качестве оружия, есть отпечатки пальцев, совпадающие с отпечатками Чжан Кабэй.

— На месте преступления есть след обуви, соответствующий размеру обуви Чжан Кабэй.

Всё больше и больше улик указывало на одно и то же.

Были записаны два устных показания, а теперь появились и вещественные доказательства. Улики указывали на связь между Чжан Кабэй, похищением и убийством Цзо Цзюньмина.

Похоже, бывшие жёны, доведённые до отчаяния домашним насилием, решили отомстить. Но была ли это вся правда?

Бай Мэн спросила Гу Яньчэна:

— Капитан Гу, что будем делать дальше?

Гу Яньчэнь ответил:

— Объявите внутреннее предупреждение и найдите Чжан Кабэй в полицейской системе.

Как только она войдет в систему, будь то при покупке билетов на поезд или бронировании номера в отеле, полиция получала уведомление, если она использовала своё удостоверение личности, данные телефона или банковскую карту.

Гу Яньчэнь включил компьютер и начал изучать информацию о Чжан Кабэй и покойном Цзюньмине. Он просматривал записи одну за другой. Внимательно изучая их, он время от времени хмурил брови.

Ближе к полудню Гу Яньчэнь вдруг увидел, что его телефон загорелся.

Он увидел сообщение от Шэнь Цзюньци:

— Свободен?

Гу Яньчэнь ответил:

— Мне нужно с тобой поговорить. Пообедаем вместе?

Шэнь Цзюньци ответил просто.

— Хорошо.

Без лишних раздумий Гу Яньчэнь выбрал ресторан рядом с городским бюро и отправил адрес.

Шэнь Цзюньци снова ответил.

— Хорошо.

Глядя в окно, он увидел, что идёт небольшой дождь. Он взял зонт и спустился вниз, чтобы подождать Шэнь Цзюньци у здания судебно-медицинской экспертизы.

Было обеденное время, и у здания судебно-медицинской экспертизы было довольно многолюдно.

Гу Яньчэнь подождал немного и увидел, как Шэнь Цзюньци выходит из подъезда.

У него не было зонта, и он протянул руку, чтобы проверить, насколько сильный дождь.

Гу Яньчэнь окликнул его.

Шэнь Цзюньци заметил его и подбежал, чтобы встать под зонтом рядом с ним.

Шэнь Цзюньци был на немного ниже Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь держал зонт, его рука была твёрдой и уверенно сжимала зонт.

Шэнь Цзюньци приподнял брови.

— Только что закончил с телом. Ты ждал недолго, не так ли?

Гу Яньчэнь сказал:

— Не волнуйся, я только что пришёл. Что касается того дела…

Шэнь Цзюньци тоже хотел что-то сказать, и их голоса слились в один.

— С этим делом могут возникнуть проблемы.

Разрушение

Глава 52. Разрушение

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь пришли в ресторан в западном стиле рядом с полицейским участком и заняли место на углу.

Гу Яньчэнь заказал несколько блюд.

Шэнь Цзюньци не возражал и спокойно ел, когда блюда принесли. Когда он что-то жевал, его ресницы опускались, и он издавал тонкий звук, как молодой кот.

Гу Яньчэнь посмотрел на него, затем перевел взгляд на его тонкие пальцы, которыми он изящно держащие приборы. Из-за его светлой кожи на суставах пальцев виднелся едва заметный розовый оттенок.

Обычно эти руки были в перчатках, касаясь грязной, разлагающейся плоти. Один взмах скальпеля мог заставить покойного заговорить и раскрыть причину смерти.

Но под перчатками были длинные, тонкие пальцы с ногтями цвета нефрита.

Прошлой ночью он намеренно коснулся руки Шэнь Цзюньци, вспомнив, как много лет назад массировал руки Линь Ло. Она была такой же длинной и тонкой, за исключением нескольких мозолей от скальпеля на правой руке.

Шэнь Цзюньци доел и повторил свои предыдущие слова:

— Я думаю, что в этом деле есть некоторые проблемы.

Только тогда Гу Яньчэнь отвёл взгляд и посмотрел на еду перед собой.

— Если проблемы есть, то они серьёзные.

С самого начала расследования им постоянно подбрасывали улики. Все указывало на Чжан Кабэй.

Судя по ранним онлайн - спорам и последующим событиям, у неё был веский мотив для мести. Пользователи сети анализировали дело и высказывали своё мнение, надеясь, что полиция быстро найдёт виновного. Однако чем больше проходило времени, тем больше Гу Яньчэнь сомневался в правильности этих выводов.

Шэнь Цзюньци сказал:

— Я думаю, что виновником не может быть Чжан Кабэй.

Гу Яньчэнь спросил:

— Есть ли для этого какие-то теоретические основания?

Шэнь Цзюньци упорядочил свои мысли.

— Мы с Ци Ианем смоделировали весь процесс преступления. Во-первых, судя по травмам на теле жертвы, она получала сильные удары правой рукой в течение длительного времени. Однако, судя по прошлым записям Чжан Кабэй, её большой палец на правой руке был серьёзно травмирован в результате домашнего насилия, и связки были разорваны. Хотя позже она восстановилась, она не могла прилагать такую силу при некоторых движениях. Поэтому маловероятно, что она наносила удары один за другим. Во-вторых, судя по продолжительности и интенсивности нападения, преступником вряд ли была она, по крайней мере, она действовала не в одиночку, — здесь Шэнь Цзюньци сделал паузу. — Конечно, это только с точки зрения судмедэксперта.

После одного симулятора Ци Иань был измотан.

Шэнь Цзюньци ознакомился с информацией, которую предоставил ему Гу Яньчэнь, а также посмотрел несколько видеозаписей с Чжан Кабэй, чтобы побольше узнать о ней.

Она была хрупкой женщиной, физически слабой из-за многолетнего насилия. Если бы это была работа Чжан Кабэй, она не смогла бы спланировать всё так тщательно, сохранять спокойствие и самообладание, а также обладать достаточной физической силой.

Наблюдать несколько часов за тем, как живой человек постепенно умирает, — это не преступление на почве страсти. Помимо гнева и обиды, это требует огромной физической силы и психологической выносливости.

— Возможно ли, что кто-то нанял убийцу или они совершили преступление вместе? — спросил Гу Яньчэнь. — На месте преступления были обнаружены отпечатки пальцев Чжан Кабэй, что указывает на то, что она, скорее всего, была там.

— Такую возможность нельзя исключать, — сказал Шэнь Цзюньци, ковыряя вилкой спагетти с морепродуктами в своей тарелке, — но я больше склоняюсь к тому, что это подстава.

— Подстава?

Гу Яньчэнь нахмурился и с недоумением посмотрел на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци достал фотографии с места преступления, на одной из которых были видны остатки пивной бутылки.

На целой части горлышка бутылки были обнаружены отпечатки пальцев Чжан Кабэй. Отпечатки были очень чёткими, особенно отпечаток большого пальца. На снимке было чётко видно несколько отпечатков пальцев.

Это также было одним из прямых доказательств причастности Чжан Кабэй к этому делу.

— Эти отпечатки пальцев на бутылке вызывают подозрения. Я говорил тебе о травме большого пальца у Чжан Кабэй.

Гу Яньчэнь сделал жест бутылкой и положил бутылку с узким горлышком в сторону.

Он вдруг понял:

— Если большой палец не может оказывать давление, то он не сможет оставить такие чёткие отпечатки в этом месте.

Шэнь Цзюньци кивнул:

— Учитывая травму Чжан Кабэй, если бы она схватила бутылку за горлышко, чтобы ударить кого-то, то, скорее всего, с силой надавила бы основанием большого пальца. Отпечаток большого пальца был бы нечетким и не находился бы в таком положении. Поэтому я подозреваю, что эти отпечатки были нанесены.

Для судмедэкспертов или криминалистов снять отпечатки пальцев не составляло труда. Если у них было что-то, к чему прикасался другой человек, они могли снять отпечатки. В наши дни, когда существует продвинутая 3D-печать, злоумышленники могут распечатывать отпечатки пальцев и прижимать их к поверхностям.

Шэнь Цзюньци считал, что такие чёткие отпечатки пальцев, скорее всего, были оставлены на чашке или зеркале.

Кто-то взял отпечатки пальцев Чжан Кабэй и приложил их к пивной бутылке, не зная о травме большого пальца и не принимая во внимание реальные обстоятельства, что являлось большой оплошностью. Эта оплошность стала их лазейкой.

Это в точности доказывало, что пивная бутылка была намеренно оставлена в качестве улики и что Чжан Кабэй могла быть невиновна.

Услышав это, Гу Яньчэнь нахмурился, продолжая размышлять.

Если Чжан Кабэй подставили, то, как объяснить наличие двух свидетельских показаний?

Гу Яньчэнь собрался с мыслями и понял, что это не так уж сложно.

Фу Мэн ответила лишь на несколько телефонных звонков. Возможно, ею манипулировал кто-то из тех, кто стоял за кулисами, или же она сама была причастна к этому.

Женщина-водитель, возможно, действительно была связана с Чжан Кабэй и, возможно, потом её подкупили.

Таким образом, дело о домашнем насилии может быть сфабриковано.

С тех пор как Гу Яньчэнь взялся за это дело, у него возникло ощущение, что вся эта история пропитана жуткой атмосферой. Расследование, проводимое полицией, казалось заранее спланированным, его направляли.

В последний раз у него было такое чувство во время дела Линь Ло.

Чтобы сфабриковать дело об убийстве, нужно рассказать общественности целую историю. Люди готовы верить в то, во что хотят верить. Слухи распространяются со скоростью лесного пожара. Сплетни — это человеческая природа. Но по мере распространения и управления ложью она становится правдой.

Утром люди всё ещё спрашивали друг друга, не она ли убийца. К полудню все уже говорили, что Чжан Кабэй убила своего бывшего мужа.

Когда речь заходит о таких деликатных вопросах, как домашнее насилие или травля в университетских кампусах, люди склонны делать поспешные выводы.

У «лжевиновного», которого делают козлом отпущения, появляется множество мотивов.

В то же время те, кто стоит за кулисами, подбрасывают полиции различные ложные улики.

Пока общественность сочувствует, а полиция верит в улики, они шаг за шагом попадают в ловушку, расставленную другой стороной.

За убийством Цзо Цзюньмина должны стоять скрытые причины.

Точно так же, как Линь Ло был убит, потому что у него были доказательства смерти Линь Сянланя, что такого сделал Цзо Цзюньмин, что его убили?

Жизнь человека многогранна, это не просто одна из его сторон, представленная публике, а сложное взаимодействие событий и отношений. Чтобы раскрыть всю правду, необходимо тщательно все проверить.

В ходе расследования Гу Яньчэнь, не принимая во внимание внешние факторы дела, и сосредоточившись исключительно на самом Цзо Цзюньмине, действительно сделал несколько открытий.

Шэнь Цзюньци спросил Гу Яньчэна:

- А у тебя? Что ты выяснил?

Его выводы были сделаны на основе экспериментов и опыта.

С какой стороны Гу Яньчэнь проводил расследование?

Гу Яньчэнь сказал:

- Я обнаружил кое-что странное. Этот человек, Цзо Цзюньмин, окончил только неполную среднюю школу и не имел постоянной работы, но при этом был очень богат. Он открыл счёт, используя удостоверение личности своей матери, и является фактическим владельцем этой карты, на которую регулярно поступают крупные суммы денег. Только за этот год он пополнил счёт на восемь миллионов. Источник этих денег неизвестен.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Как же тогда он зарабатывал деньги?

Гу Яньчэнь ответил:

- Обнаружив эту проблему, я изучил его приложения для общения и проверил все записи. Среди записей о входе в нишевую игру я нашёл его зарегистрированный запасной телефон на чужое имя и несколько альтернативных аккаунтов…

Даже при наличии бэкдора в полицейской системе требуется время, чтобы разобраться в связях между первичными и вторичными аккаунтами, а для этого нужно запастись терпением.

Цзо Цзюньмин был крайне осторожен в своих онлайн - коммуникациях. Многие улики хранились не в одном аккаунте, а многие вопросы решались напрямую по телефону, но Гу Яньчэнь всё же нашёл несколько зацепок.

Во время еды Гу Яньчэнь продолжил:

- Я нашёл ещё больше доказательств. Этот человек связан с некоторыми богатыми людьми нашего города, и одна сделка может принести ему от десятков до сотен тысяч. Похоже, он довольно известен в определённых кругах, а из-за его ссоры с женой в прошлом году его репутация ещё больше укрепилась.

Услышав это, Шэнь Цзюньци нахмурился.

- Его бизнес процветал, и многие люди активно с ним сотрудничали. Похоже, то, что он продавал, имеет большой спрос. Он осторожен, заключал сделки только по рекомендации знакомых, и все переговоры велись по телефону с оплатой наличными. Из обрывочных сведений я могу сделать вывод, что у него были стабильные источники на высшем уровне, с которыми он поддерживал связь…

Шэнь Цзюньци всё это обдумал:

- Значит, он специалист по разрушению с большими ресурсами?

Похоже, Чжан Кабэй просто пешка в этом деле. Должно быть, у убийства Цзо Цзюньмина были другие причины.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Но я ещё не выяснил, чем на самом деле занимался Цзо Цзюньмин.

Шэнь Цзюньци остановился и подпёр подбородок рукой:

- Нечистый на руку, и такой прибыльный… Что это может быть?

Помимо простых отраслей, известных обычным людям, существует множество «серых» и даже «чёрных» зон. Однако прибыль всегда сопряжена с рисками.

Шэнь Цзюньци задумался:

- Финансовые пирамиды? Незаконный сбор средств? Наркотики? Или, может быть, он был сутенёром?

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Ни один из них. Я уже сталкивался с ними во время своих расследований, у них свой жаргон и сплочённые сети, но Цзо Цзюньмин явно не из их числа.

Шэнь Цзюньци счёл это странным и нахмурился:

- Тогда что это может быть? Может, наркотики?

В прошлом люди продавали наркотики через медицинские сети.

Он на мгновение задумался, а затем предположил:

- Животные, находящиеся под угрозой исчезновения?

Многие исчезающие виды животных были крайне редкостью на рынке.

Тогда Шэнь Цзюньци подумал, что Гу Яньчэнь, будучи таким умным, наверняка уже рассмотрел все эти варианты.

Действительно, Гу Яньчэнь покачал головой:

- Я внимательно изучил клиентскую базу Цзо Цзюньмина. Постоянных клиентов очень мало, в основном это разовые сделки. После завершения сделки они удаляют друг друга из списка контактов.

Хотя эти два товара тоже являются контрабандой, чем больше постоянных клиентов, тем лучше для бизнеса. То, что продаёт Цзо Цзюньмин, не вписывается в эту схему.

Шэнь Цзюньци крепче сжал палочки для еды:

- Разовые сделки, высокие цены… Единственное, что мне приходит в голову, — это торговля детьми или органами.

- Это возможно, — сказал Гу Яньчэнь. — Я запросил ордер на обыск всех активов Цзо Цзюньмина, так что сегодня днём нам придется выехать на «полевые работы». Ваш судебно-медицинский отдел тоже должен быть готов.

При обыске в доме, хотя в основном это работа по сбору улик, присутствие судмедэкспертов было бы гораздо более целесообразным. Если на месте происшествия будут обнаружены  пятна крови, слюна или человеческие ткани, это может значительно ускорить расследование.

Во время разговора, Гу Яньчэнь автоматически оплатил счёт с помощью телефона.

- Тебе нужно вернуться и отдохнуть. Ты плохо спал прошлой ночью и рано встал сегодня. Я свяжусь с тобой днём, когда всё будет готово. Возможно, это дело раскроет нам чудовищные преступления.

Склад

Глава 53. Склад

Покончив с едой, они вернулись в городское бюро.

Во второй половине дня ордер на обыск, выданный заместителем директора Доном, был одобрен.

Цзо Цзюньмин действительно был хитрым. Помимо его основного места жительства, у него было ещё три дома. Гу Яньчэнь отметил их все.

Лу Ин подошел и спросил:

- Капитан Гу, куда мы пойдём сначала?

Гу Яньчэнь указал на один из домов в саду Линмэй.

- Давай сначала пойдём туда.

Лу Ин с любопытством спросил:

- А что в этом доме такого особенного?

Гу Яньчэнь ответил:

- Я помню, как цена на это место упала с двух миллионов до примерно одного миллиона. Цены на жильё снизились вдвое. С тех пор как два года назад здесь стали меньше продавать и больше покупать.

У Цзо Цзюньмина не было недостатка в деньгах. Все остальные объекты недвижимости, которые он приобрёл, были элитными, но эта, похоже, была убыточной инвестицией.

Бай Мэн поняла:

- Если Цзо Цзюньмин действительно замешан в каком-то тёмном деле, он не стал бы хранить улики у себя дома. Сад Линмэй находится в отдалённом районе на окраине города, недвижимость там плохо продаётся, а цены на жильё снижаются год от года. Цзо Цзюньмин, должно быть, сошёл с ума, раз купил здесь дом два года назад.

Всё было подготовлено, и несколько человек отправились собирать улики.

Они пошли в кабинет судмедэксперта, чтобы забрать Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци оставил Ци Ианя писать отчёт о вскрытии, а сам сел в полицейскую машину.

Команда подготовила оборудование, и полицейская машина поехала на север города. Минут через двадцать они прибыли в сад Линмэй.

Здание было старым, без лифта. Квартира Цзо Цзюньмина находилась на восьмом этаже, и до неё нужно было подниматься по лестнице.

Шэнь Цзюньци нёс слишком тяжёлый чемодан с инструментами и шёл позади. Когда он поднимался по лестнице, Гу Яньчэнь догнал его и молча забрал у него чемодан.

Их пальцы на мгновение переплелись.

Шэнь Цзюньци почувствовал тепло пальцев Гу Яньчэня.

Он взглянул на Гу Яньчэня.

Однако Гу Яньчэнь оставался невозмутимым, как будто ничего не произошло.

Пока они поднимались наверх, офицер, который умел открывать замки, вскрыл дверь.

Гу Яньчэнь передал чемодан Шэнь Цзюньци и попросил его оставаться снаружи, пока детективы не убедятся, что можно входить.

Бай Мэн и Лу Ин держали оружие наготове. Когда дверь открылась, несколько офицеров вошли внутрь с оружием и фонариками.

В комнате было темно, несмотря на то, что было дневное время, плотные шторы были задёрнуты. Комната, которая должна была быть гостиной, была непривычно пустой, в обеденной зоне стояли только стол и два стула, что выглядело особенно просто.

Когда они вошли, их шаги эхом разнеслись по комнате.

Лу Ин прошептал:

- Пусто?

В комнате стоял пыльный запах, который появляется из-за долгого отсутствия уборки.

Кто-то попытался включить свет, но лампочки не загорелись.

- Автомат не был выключен.

Очевидно, здесь никто не жил.

Главная спальня тоже была совершенно пустой, в центре комнаты стоял только один деревянный стул. Гу Яньчэнь вошёл с фонариком в руке.

Перед отъездом он посмотрел план дома. В нём было три спальни, и теперь все три двери были открыты, за ними была пустота.

Бай Мэн уже собиралась раздвинуть шторы, когда Гу Яньчэнь вдруг кое-что заметил.

Он обернулся и молча, подал знак офицерам. Затем он указал на стул в хозяйской спальне и поднял глаза к потолку. На стуле была грязь и отпечатки обуви.

Лу Ин сразу всё понял и направил фонарик на потолок, обнаружив незаметную дыру. Если не присматриваться, её было бы не видно.

Эта квартира находилась на верхнем этаже, и над ней действительно был чердак.

Чтобы убедиться, что наверху никого нет, Гу Яньчэнь и Лу Ин жестами показали, что нужно подняться, не потревожив врага.

Гу Яньчэнь жестом показал Шэнь Цзюньци, чтобы тот оставался в безопасном месте и не получил случайную травму.

Лу Ин встал на стул и отодвинул перегородку, за которой оказалась самодельная лестница. Он поднялся первым, за ним последовал Гу Яньчэнь, а ещё один офицер помогал им снизу.

Высота чердака составляла всего два метра, что немного давило, но он был достаточно просторным и абсолютно темным.

Лу Ин заметил сбоку потайную дверь, выкрашенную в чистый белый цвет. Он осторожно толкнул её, и за ней оказалась потайная комната.

Осмотрев помещение, он тихо выругался:

- Чёрт.

Он крикнул:

- Здесь безопасно, никого нет!

Пришла Бай Мэн и Шэнь Цзюньци.

Доктор Шэнь посветил фонариком, осматривая комнату, и обнаружил только деревянную полку с несколькими круглыми урнами. Форма была характерной, что указывало на их содержимое.

При виде такого количества урн даже в жаркий летний полдень у Бай Мэн волосы встали дыбом.

Она спросила:

- Может быть, Цзо Цзюньмин использовал это место как траурный зал?

В наши дни цены на кладбища были высокими, и многие состоятельные люди задумывались о покупке домов для своих предков, чтобы использовать их в качестве усыпальниц в жилых районах. Эти люди предпочитали покупать недвижимость в отдалённых, дешёвых, малонаселённых и тихих районах, которые по случайному совпадению соответствовали описанию этого объекта.

СМИ несколько раз сообщали об этом, но это не было противозаконно. Кроме морального осуждения, мало что можно было сделать.

- Кто будет прятать предков на чердаке?

Лу Ин фыркнул:

- А если это и, правда, предки, то их у него довольно много.

Если прикинуть, то урн было больше дюжины.

Шэнь Цзюньци отделился от толпы и посмотрел на урны. Теперь он понял, что это был за неопознанный порошок на ботинках Цзо Цзюньмина.

В каждой урне что-то лежало.

Шэнь Цзюньци, надев перчатки, открыл одну из них. Внутри было несколько прядей волос, несколько ногтей, несколько фотографий, небольшой кусочек одежды и записка с датой рождения, ростом, весом и размерами, а также именем.

Во всех без исключения урнах находились останки молодых женщин.

Зло в этом мире всегда превосходит людские представления о нём.

Гу Яньчэнь дал ответ:

- Цзо Цзюньмин — посредник призрачных браков.

То, что они видели перед собой, было складом праха, который сделал его богатым.

Обнаружив столько урн, Шэнь Цзюньци растерялся.

Гу Яньчэнь снова позвонил в городское бюро и попросил позвать Вэнь Вань, которая всё ещё была на дежурстве.

Когда Вэнь Вань приехала, судмедэксперты начали систематизировать информацию в каждой урне, маркировать их и готовить к транспортировке для исследования.

Для Лу Ина сегодняшняя находка была довольно зловещей.

Он открыл телефон, поискал в интернете и скачал музыкальное произведение, а затем начал воспроизводить буддийскую песнь, чтобы предложить спасение ушедшим душам.

Ряды урн делали атмосферу ещё более торжественной.

Каждый, кто наблюдал эту сцену, испытывал смешанные чувства.

В каждой урне лежали останки некогда полных жизни молодых девушек.

Бай Мэн заметила:

- Сегодня утром, увидев труп, я почувствовала лёгкое сочувствие. Теперь я просто думаю, что этот человек получил по заслугам. Он заслуживает ада за то, что издевался над женой и продавал прах.

Лу Ин, помогая ей, вздохнул:

- Я слышал, что в моём родном городе люди так поступают, но я и представить себе не мог, что в больших городах это настолько распространено.

Вэнь Вань, поначалу сдержанная, больше не могла этого выносить.

Указав на надпись на одной из урн, она воскликнула:

- Чёрт! Ей всего пятнадцать! Она даже не достигла брачного возраста, а её уже выдают замуж за какого-то иньского духа!

Бай Мэн пожала плечами:

- Наверное, эти родители считают, что если они не найдут для своего сына пару Инь, то будут безответственными.

Вэнь Вань возразила:

- Они что, не боятся, что их будут преследовать призраки? Мне кажется, Цзо Цзюньмин получил по заслугам!

Лу Ин напомнил ей:

- Вэнь, ты судмедэксперт, не стоит поддаваться феодальным суевериям.

Вэнь Вань ответила:

- Если подумать, то после того, как я умру, и меня кремируют, если кто-то продаст меня и положит рядом с каким-нибудь незнакомцем, я не позволю им отделаться даже призраком! Так что, по логике этих людей, они тратят деньги, чтобы купить свирепого призрака в качестве невестки!

Будучи судмедэкспертом и женщиной, она пришла в ярость от одной мысли о подобной ситуации.

Гу Яньчэнь всё это время молчал.

Теперь и он заговорил:

- Они называют это проведением призрачного брака. Это делается не для умерших, а для того, чтобы живым стало легче.

Шэнь Цзюньци взглянул на найденные реликвии.

- В городе с таким количеством жителей всегда найдутся люди с извращённым мышлением.

Учитывая доходы Цзо Цзюньмина, это направление бизнеса было довольно прибыльным, даже, несмотря на не высокий спрос.

Все вернулись к работе, и какое-то время никто не произносил ни слова.

Пение буддийской сутры стало ещё громче.

Почувствовав холодок на спине, Бай Мэн воскликнула:

- Лу Ин, прочитай сутру дважды и хватит. Ты практически спас меня.

Лу Ин вздохнул и подошёл, чтобы выключить пение.

Он протянул Гу Яньчэну мобильный телефон.

- Капитан Гу, я только что нашёл это.

Обыскав всю комнату, Лу Ин нашел под полкой с урнами старый мобильный телефон.

Этот номер не входил в список отслеживаемых полицией. Очевидно, Цзо Цзюньмин использовал его только для деловых операций. Телефон был выключен, поэтому Гу Яньчэнь дождался, пока криминалисты снимут отпечатки пальцев, и только потом включил его.

После того как телефон загрузился, Гу Яньчэнь попробовал несколько паролей, которые он подобрал ранее, и получил доступ к телефону.

При разблокировки телефона приложения автоматически вошли в систему, и сразу же появилось множество сообщений. Среди них были запросы о местоположении и способах совершения транзакций, а также запросы от друзей.

Наконец-то они нашли рабочий телефон Цзюньмина.

Гу Яньчэнь просматривал каждое сообщение по очереди, пока не наткнулся на одно, которое выделялось на фоне остальных:

- Старина Цзо, почему я не могу дозвониться до тебя? Не пугай меня.

Он пролистал историю чатов. Этот человек, скорее всего, был сообщником, если не соучастником.

Гу Яньчэнь поручил команде детективов провести проверку.

Через некоторое время они предоставили информацию.

Дай Сяжун, мужчина, 43 года, работает в крематории Пенанг-Уэст-Шахьянг.

Увидев эту информацию, Гу Яньчэнь понял, что этот человек, вероятно, был одним из поставщиков Цзо Цзюньмина.

Он встал.

- Бай Мэн, вы вернётесь с судмедэкспертом позже. Лу Ин, возьми с собой команду и отправляйся со мной в Западный Шаянский крематорий.

Он помолчал, а затем спросил Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, ты скоро закончишь?

Шэнь Цзюньци поднял глаза.

- Почти готово. Мы доставим всё в городское бюро и проведём анализ ДНК останков.

Гу Яньчэнь кивнул.

- Хорошо, увидимся позже в городском бюро.

Сваха

Глава 54. Сваха

Было уже больше шести вечера, и весь город окутали тёмные тучи. На небе не было видно ни звёзд, ни луны.

Шэнь Цзюньци вернулся в городское бюро, наспех перекусил и, уладив все дела, направился в отдел уголовных расследований.

Дай Сяжун уже был доставлен в городское бюро и находился в комнате для допросов. Детективы уже сидели там.

Директор Дин тоже придавал большое значение этому делу и лично пришёл послушать допрос. Он сидел прямо напротив, с суровым выражением лица и нахмуренными бровями, наблюдая за Дай Сяжуном.

Войдя в комнату наблюдений, Шэнь Цзюньци тихо встал в стороне.

Дай Сяжуну, на вид было за сорок, он был худощавым, с кожей цвета корицы. На первый взгляд он казался немного скучным, но его поступки говорили об обратном.

Поначалу Дай Сяжун упрямился и отрицал все обвинения в совершении преступлений.

Гу Яньчэнь показал ему записи, найденные в доме Цзо Цзюньмина.

- Дай Сяжун, некоторых из этих людей кремировали в твоем крематории, верно? А с некоторыми из них ты работал лично.

Дай Сяжун лукаво возразил:

- Я ничего не знаю.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты не делал ничего тайного?

Дай Сяжун замялся и виновато опустил голову.

Гу Яньчэнь ждал, когда он это скажет.

- Мы скопировали все записи с камер наблюдения из крематория. Вы нарушили множество правил во время кремации

Он положил на стол несколько скриншотов с камер наблюдения. На этих снимках Дай Сяжун тайно обменивался урнами с прахом.

Увидев улики, которыми располагала полиция, Дай Сяжун на мгновение замешкался.

Он сменил тон:

- Призрачные свадьбы — это не так уж и страшно, не так ли? Они существовали ещё во времена династии Тан, а во времена династии Сун появились специальные свахи для призраков. Были даже специалисты, которые определяли совместимость. Это традиция…

- Ты крадёшь прах, оскверняешь трупы и нарушаешь общественный порядок, — перебил его Лу Ин, которому было лень с ним препираться.

Он зачитал ему законы и постановления:

- Тебя не только осудят, но и конфискуют твои незаконные доходы. Если ты признаешься, то, возможно, тебе смягчат приговор, и если ты сдашь своих сообщников.

Дай Сяжун немного помолчал, а затем снова начал притворяться невинным.

– Мы работаем в крематории. Работа напряженная, утомительная и неудачная. Зарплата, которую мы зарабатываем, составляет всего несколько тысяч в месяц. Меня просят, поэтому я делаю немного… Никто из вас не нуждается в этом?

Он понизил голос и наклонился вперёд.

- Офицеры, будьте снисходительны. Если вам что-нибудь понадобится в будущем, можете обращаться ко мне, я сделаю вам скидку.

Услышав это, директор Дин, сидевший в смотровой, дёрнул уголком рта.

Шэнь Цзюньци тоже потёр лоб рукой.

Однако Гу Яньчэнь оставался серьёзным.

Не меняя выражения лица, он скомандовал стоящему рядом с ним детективу:

- Подкуп офицера, не забудьте это записать.

Дай Сяжун быстро замахал руками:

- Нет-нет-нет, я просто шучу, офицеры, я всего лишь выполнил несколько заказов.

- Скажите правду, сколько вы выполнили? — спросил Гу Яньчэнь.

Дай Сяжун немного замялся:

- Около десяти.

Лу Ин указал на досье Дай Сяжуна.

- Всего десять? Два года назад ты купил дом, а в этом году — новую машину, и всё это на доходы от незаконной деятельности, верно?

Информация о банковском счёте Дай Сяжуна уже была распечатана. На ней были многочисленные крупные поступления, не связанные с заработной платой. Каждое из них было выделено.

Дай Сяжун явно не мог тягаться с Гу Яньчэнем.

По мере того как продолжался допрос, он окончательно сник и выдал всю информацию об отрасли в надежде на снисхождение.

В целом этот прах был куплен на законных основаниях у родственников покойной. Многие родственники не испытывали ожидаемого горя. За несколько тысяч они были готовы продать прах женщины. Если в ходе диалога выяснялось, что другая сторона не хочет продавать, они шли на уловки. Перед кремацией они забирали волосы, ногти и личную одежду покойной в качестве доказательств. Они записывали имя и идентификационный номер из регистрационной книги и под видом благословения спрашивали о дате рождения.

После кремации рабочие обычно собирали прах.

Из соображений безопасности родственникам не разрешалось находиться рядом с печью крематория.

Сбор праха был сопряжён с множеством хитростей. Некоторые трупы были крупнее, и после кремации оставалось больше праха, чем могло поместиться в одну урну. Даже если тело полностью сгорало, оставался некоторый осадок, который также собирали работники крематория.

Они часто сталкивались с социальными кремациями бездомных, людей с ограниченными возможностями из благотворительных организаций, одиноких пожилых людей и преступников, приговорённых к смертной казни.

После смерти, если не было родственников, которые могли бы забрать тело, а полиция и уличные патрули исключали возможность убийства и выдавали свидетельство о смерти, их тоже кремировали. С прахом этих людей крематорий мог поступить по своему усмотрению.

Прах представлял собой просто порошок без каких-либо надписей.

Поэтому работники научились подменять урны.

Родственники приходили, получали банку, и было трудно сказать, действительно ли в ней находится прах их близких. Таким образом, настоящий прах женщин подменялся другим прахом.

Затем они приносили подготовленный прах на продажу, сохраняя видеозапись и собранные доказательства.

Подобная практика существовала уже давно, но была более распространена в прошлом, когда захоронения были обычным делом и в основном хоронили женщин. Теперь, когда кремируют больше людей, многие семьи стали хранить прах, и прах молодых женщин уже не так ценен.

Спрос снизился, но бизнес процветал на протяжении многих лет.

С увеличением числа покупателей те, кто занимался этими сомнительными сделками, становились богаче, и в итоге сформировалась целая отраслевая цепочка, которая постепенно привела к появлению новой отрасли.

Пепел, который они продавали, на их жаргоне назывался «банками», а посредников в этом призрачном бизнесе называли «свахами».

Это были шокирующие и невообразимые вещи, и Дай Сяжун признался в них.

Говоря это, Дай Сяжун был настойчив и уверен в себе.

- Почему бы вам не пойти за покупателями? Если бы никто не покупал, мы бы не продавали. Богатые люди один за другим встают перед нами на колени и умоляют нас. Мы жалели их и продавали им это. Идите и проверьте. Вокруг столько крематориев, кто не занимается этим бизнесом? В нашей работе, если ты не делаешь это так, значит, ты дурак. Если вы арестуете нас всех, кто будет выполнять эту работу потом?

Услышав это, директор Дин запыхтел всеми своими отверстиями.

- Расследуйте! Расследуйте тщательно! Я не верю в это. Позволить им разгуляться.

У кого из нас нет умершего близкого человека? Особенно у директора Дина, у которого дома осталась только дочь.

Думая о том, что подобные вещи происходят в Биньчэне почти каждый день, директор Дин чувствовал, что задыхается. Выслушав его, директор Дин в гневе позвонил городским властям и сказал, что им нужно навести порядок в похоронной индустрии Биньчэна.

Поскольку информация была раскрыта, Гу Яньчэнь переключил внимание на дело Цзо Цзюньмина.

Дай Сяжун сказал:

- Цзо Цзюньмин был известным посредником в этом бизнесе. Во всём Биньчэне, если вам нужны были хорошие урны, вы не могли обойтись без него. Он был знаком со многими богатыми людьми, а также с некоторыми мастерами фэн-шуй. Он был хорошо известен в этих кругах, все называли его «Левым бессмертным». Обычные сделки заключались на сумму от тридцати до ста тысяч, но Цзо Цзюньмин мог продать и дороже.

Это совпадало с информацией, которую ранее обнаружил Гу Яньчэнь.

Он продолжил:

- Цзо Цзюньмин недавно кого-то обидел?

Дай Сяжун немного подумал, и его глаза внезапно расширились.

- Да… что-то было не так. Я чувствовал, что что-то не так, когда он это делал, но в тот момент он был ослеплён деньгами.

Гу Яньчэнь настаивал:

- Расскажите мне подробности.

Дай Сяжун наконец заговорил:

- Прах тоже делится на категории. Молодые и красивые стоят дороже, особенно если они были девственницами до смерти или преуспели в учёбе. Только в прошлом месяце мы продали золотую урну премиум - класса в Биньчэне. Это была та девушка, Мяо Ихэ.

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Та гениальная студентка, Мяо Ихэ?

Дай Сяжун кивнула:

- Да, она.

Шэнь Цзюньци тоже помнил это имя.

Мяо Ихэ было всего 23 года, она была красива, происходила из интеллигентной семьи и преуспевала в учёбе. Она свободно говорила на шести иностранных языках.

Эта девушка выиграла конкурс с высоким IQ в развлекательном шоу, и у неё появилось множество поклонников. Даже некоторые богатые семьи протянули ей руку помощи.

Но как раз в тот момент, когда люди начали гадать, выйдет ли она замуж за богача, у Мяо Ихэ внезапно случился приступ астмы, и она трагически скончалась.

Дай Сяжун объяснил:

- Это произошло из-за болезни, а не в результате злого умысла. Её тело было в целости и сохранности, она была высокой, хорошо сложенной, умной и красивой во всех отношениях. В прошлом месяце несколько богатых семей пытались выдать её замуж после смерти.

Гу Яньчэнь спросил:

- Цена за этот брак была очень высокой?

- Более чем высокой, — вздохнул Дай Сяжун.

-Я жалею только о том, что тело не кремировали у меня в крематории.

Затем он показал три пальца.

Лу Ин предположил:

- Три миллиона?

Дай Сяжун покачал головой:

- В итоге цена взлетела до трёхсот миллионов. Но у семьи Мяо Ихэ не было недостатка в деньгах. Несмотря на несколько попыток, они отказались продавать. Поэтому старику Цзо пришлось подкупить работников крематория и сделать всё тайно.

Эта цена была возмутительной. Неудивительно, что Цзо Цзюньмин пошёл на такой риск. Эти торговцы пеплом решили судьбу Мяо Ихэ за спиной у её семьи. Сколько бы денег ни было поставлено на кон, они были запятнаны кровью.

Но Дай Сяжун говорил об этом с завистью, от которой тошнило.

Объяснив суть процесса, Дай Сяжун продолжил:

- Но даже эта цена не считается высокой. Посмотрите, как взлетели цены на урны и могилы в наши дни. Захоронение в урне стоит как минимум десятки миллионов. Но для этих богачей захоронение в лунном свете за несколько миллионов — пустяк. Они даже считают, что чем больше денег они потратят, тем лучше.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что было дальше?

Теперь, когда Цзо Цзюньмин был мёртв, стало ясно, что с этим некогда прибыльным бизнесом что-то пошло не так.

Дай Сяжун вздохнул:

- Как раз перед тем, как он собирался продать его, после получения первоначального взноса, появилась другая семья, которая специально просила прах Мяо Ихэ и предлагала более высокую цену, чем предыдущая. Старый Цзо много лет занимался этим бизнесом и имел хорошую репутацию, но я никогда не думал, что он пойдёт на такое ради денег…

Лу Ин нахмурился:

- Мог ли он продать поддельный пепел?

Дай Сяжун кивнул:

- Увидев, что цена так высока, он разорялся. Но он не осмелился пойти в крематорий, где сожгли тело Мяо Ихэ, опасаясь оставить улики. Поэтому он дал мне немного денег, чтобы я нашёл немного праха и смешал его с прахом Мяо Ихэ, разделив его на две урны. После смерти женщина не может быть замужем за двумя мужчинами. Это табу. Я предупреждал его, чтобы он этого не делал, но он сказал, что эти две семьи, скорее всего, не узнают...

Но в этом мире нет секретов, которые нельзя было бы раскрыть.

Дай Сяжун посмотрел на Гу Яньчэня:

- Думаю, старик Цзо получил по заслугам.

Слово «по заслугам» прозвучало из его уст иронично.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты знаешь, кто купил прах Мяо Ихэ?

Дай Сяжун покачал головой.

В комнате наблюдения телефон Шэнь Цзюньци внезапно завибрировал. Он быстро вышел на улицу, чтобы ответить на звонок, а когда вернулся, допрос был почти окончен.

Гу Яньчэнь продолжал задавать вопросы и наконец, сопоставил все улики.

Дело Цзо Цзюньмина на первый взгляд казалось делом о супружеском насилии и мести, но, возможно, за ним стояли покупатели «призрачного брака», которые узнали, что их обманули, наняли кого-то для убийства, а затем попытались переложить вину на жену Цзо Цзюньмина, Чжан Кабэй.

Процесс убийства был не только попыткой выдать его за акт мести, но и своего рода допросом и пытками.

Другая сторона хотела узнать, где находится вторая половинка праха Мяо Ихэ.

После окончания допроса Гу Яньчэнь вошёл в комнату для наблюдения.

Он увидел Шэнь Цзюньци, стоявшего в стороне, и кивнул ему.

- Вам всем повезло, что вы проявили бдительность и раскрыли это. Я и представить себе не мог, что в этой отрасли царит такой хаос, — вздохнул директор Дин. — Вам нужно как можно скорее прояснить ситуацию.

Гу Яньчэнь кивнул:

- В Биньчэне не так много людей, которые могут позволить себе потратить сотни миллионов на призрачный брак.

Видео

Глава 55. Видео

После изучения дела Дай Сяжуна туман наконец рассеялся, и ситуация стала немного яснее.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь вместе ушли с работы и сели в машину. Шэнь Цзюньци откинулся на спинку сиденья и смотрел в окно.

С тех пор как они обнаружили тело, прошло всего двенадцать часов.

Когда они уходили утром, было ещё темно, и шёл небольшой дождь. Снова наступила кромешная тьма, и на стекло машины начали падать капли дождя, издавая тихий звук.

Всё это напоминало замкнутый круг.

После такого дня Шэнь Цзюньци чувствовал необычную усталость и лёгкую головную боль. Он жалел, что так много выпил прошлой ночью.

Гу Яньчэнь рассказал ему о ходе расследования:

- Мы снова допросили Фу Мэн и Чжао Сяохань. Фу Мэн утверждает, что ничего не знала, а женщина-водитель призналась, что взяла деньги и подставила Чжан Кабэй.

Эти подтверждения убедили их в том, что они на верном пути в своих расследованиях, действительно, кто-то хотел, чтобы они заподозрили Чжан Кабэй.

Шэнь Цзюньци кивнул и сказал:

- Я думаю, что ситуация ужасная…

Гу Яньчэнь уставился в темноту перед собой:

- Так и есть.

По мере продвижения расследования он всё больше убеждался в том, что это дело похоже на дело Линь Ло.

Типичные преступники маскируются, но такая маскировка скорее инстинктивна, как борьба умирающего зверя. Они хотят избежать наказания, переложить подозрения на других и снять с себя вину.

Но в этом случае преступник был более хитрым и изощрённым, и его можно было описать одним словом — профессионал.

Каждый их шаг был продуман до мелочей. Тщательно подготовленное место преступления, намеренно оставленные улики, подозреваемый, которого им представили, и даже идеальный мотив для убийства.

Если пойти по пути, который они наметили, то сбились бы с пути. Без изучения этих поверхностных явлений невозможно было докопаться до истины.

Шэнь Цзюньци повернулся к Гу Яньчэню:

- Ты слышал о клиринговой компании?

Гу Яньчэнь не понял:

- О какой клиринговой компании? Для уборки?

Шэнь Цзюньци опустил голову:

- Я слышал об этом от других. Некоторые компании специализируются на уборке и маскировке мест преступлений. Под видом клиринговых компаний они нанимают специалистов по планированию убийств, декораторов и уборщиков.

Гу Яньчэнь спросил:

- Чем именно занимаются эти люди?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я знаю только это.

Гу Яньчэнь на мгновение задумался:

- Возможно, эти люди причастны к этому делу.

Он сделал паузу:

- Надеюсь, мы сможем найти Чжан Кабэй как можно скорее.

Он и раньше знал об их существовании, просто не знал их конкретного названия.

Людям, которые хотели нанять убийц, изменить место преступления или снять с себя вину за содеянное, нужно было их найти. Если цена была достаточно высокой, они могли помочь этим людям во всём.

Сегодня стало известно, что Цзо Цзюньмин был посредником призраков, и Гу Яньчэнь начал всерьёз задумываться о том, что всё происходящее с ним может быть делом их рук.

Клиринговую компанию кто-то нанял, так, кто же за этим стоит? Торговая ассоциация Хэту?

Возможно, даже дело Линь Сянланя и Линь Ло многолетней давности было делом их рук.

Подтасовка улик, снятие отпечатков пальцев, подделка доказательств, организация слежки, обучение свидетелей многослойной лжи. Эти люди вводили в заблуждение не только полицию, но и общественность. Они превратили, казалось бы, простое дело в сложную головоломку. Их целью было не только заставить свидетелей замолчать, но и создать множество ложных зацепок для полицейского расследования.

Когда машина проехала половину пути и уже собиралась свернуть в жилой район, у Гу Яньчэна внезапно зазвонил телефон.

Он взглянул на экран. Это была Бай Мэн, которая сегодня дежурила. Гу Яньчэнь нажал на тормоз и съехал на обочину.

Как только он ответил, на другом конце провода раздался взволнованный голос Бай Мэн:

- Капитан Гу, я отслеживаю онлайн – активность Чжан Кабэй в режиме реального времени. Только что кто-то опубликовал видео с разговором с «ней» в сети.

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Кто это опубликовал?

Бай Мэн сказала:

- Видео было опубликовано популярным блогером. Мы связались с ним, и он предоставил нам аккаунт, сказав, что видео было опубликовано кем-то другим. Мы отследили этот аккаунт, и оказалось, что он был взломан, а хакер использовал иностранный IP-адрес. Теперь это видео широко распространилось в интернете.

Выслушав этот сбивчивый отчет, Гу Яньчэнь стал расспрашивать дальше:

- Что сказала Чжан Кабэй? Можем ли мы сейчас определить её местоположение?

- Я отправлю вам видео.

Бай Мэн отправил видео файл в их рабочую группу.

Шэнь Цзюньци услышал это и тоже открыл телефон, чтобы посмотреть.

Видео несколько секунд тряслось, прежде чем на экране появилась Чжан Кабэй. Она смотрела в камеру, выглядела очень измождённой, бледной, с растрёпанными волосами и вся в пыли, очень неопрятная.

Было видно, что она находится в заброшенном месте, очень просторном, похожем на старую фабрику. Из-за того, что её руки дрожали, камера сильно тряслась. Видео было отредактировано, из него убрали часть с вопросами, сделав его очень фрагментарным.

«Я… я чувствую, что что-то происходит, поэтому я спряталась. Я никого не убивала, я правда не убивала Цзо Цзюньмина. Я ничего не делала, я не знаю, что происходит… За мной следят, я не знаю, кто это, они преследуют меня уже два дня, спасите меня. Нет… Я не буду звонить в полицию. Когда я страдала от домашнего насилия, я верила в них, но полицейские ничего не сделали».

Чжан Кабэй заплакала: «Я подозреваю, что эти люди хотят меня убить…»

Как только она это сказала, за окном раздался звон бьющегося стекла. Чжан Кабэй внезапно вскочила и выбежала на улицу. На этом видео закончилось.

За последние несколько секунд камера мобильного телефона запечатлела улицу, вдалеке виднелись несколько высотных зданий с включёнными огнями.

Из-за инцидента с домашним насилием, в котором была замешана Чжан Кабэй, она привлекла к себе немало внимания, и многие люди знали её. Как только это видео было опубликовано сегодня, пользователи сети обнаружили его и быстро распространили. За короткое время оно набрало тысячи комментариев.

Просмотрев видео, Гу Яньчэнь снова позвонил Бай Мэн:

- Можем ли мы определить адрес по видео?

- На основании анализа фона мы можем лишь установить, что это место находится недалеко от улицы Сяси в районе Биньхуа.

- Я немедленно отправлюсь туда. Сообщите в отделение и дежурному детективу городского бюро, чтобы они как можно скорее прислали людей.

Гу Яньчэнь сделал паузу.

- И подготовьте полицейских в качестве меры предосторожности. На случай, если возникнут другие обстоятельства или если это намеренный обман, у нас ещё есть время, чтобы принять меры.

Гу Яньчэнь подумал, что с этим видео что-то не так.

Чжан Кабэй явно использовала номер телефона, не зарегистрированный на её имя. Полиция ещё не установила местонахождение Чжан Кабэй, так кто же нашёл её первым? И почему они не вызвали полицию, а решили выложить видео в интернет?

Но он быстро понял, что лучше поверить этому видео, чем сомневаться в нём. Сейчас у них не было других зацепок. Даже если происхождение этого видео неизвестно, им нужно продолжать расследование.

Шэнь Цзюньци, похоже, заметил сомнения Гу Яньчэня и прошептал:

- Возможно, это друг или родственник Чжан Кабэй, который получил сигнал бедствия от неё и записал его, но, опасаясь последствий, отредактировал запись и передал её в СМИ.

Гу Яньчэнь сказал:

- Запись экрана, редактирование видео, вход в систему с иностранного IP-адреса, затем взлом аккаунта для отправки и публикации… похоже, что у этого человека сетевые навыки выше среднего.

На видео уже стемнело, а значит, прошло не так много времени. Единственной хорошей новостью было то, что Чжан Кабэй, возможно, всё ещё жив.

Спасение жизни было важнее всего.

Гу Яньчэнь собрался уезжать.

Он посмотрел на Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, выходи из машины.

Однако Шэнь Цзюньци не сдвинулся с места.

Он посмотрел на скриншот в своём телефоне:

- Кажется, я уже бывал там. Может быть, я смогу помочь тебе найти это место.

Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци:

- Ты знаешь точный адрес?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я давно там не был. Мне нужно быть на месте, чтобы убедиться.

Он явно хотел поехать, а Гу Яньчэнь колебался.

Шэнь Цзюньци добавил:

- Поехали как можно скорее. Я покажу дорогу.

Гу Яньчэнь завёл машину:

- Ты, уроженец Линьчэна, и хорошо знаком с Биньчэном.

Шэнь Цзюньци уклончиво ответил:

- Я был в Биньчэне несколько раз, когда был молод…

Гу Яньчэнь поехал в том направлении, которое указал Шэнь Цзюньци, а сам Шэнь Цзюньци наблюдал за происходящим на экране своего телефона.

Сначала люди обсуждали, где может быть Чжан Кабэй. Некоторые были искренне обеспокоены, а другие сомневались в правдивости ситуации и надеялись, что департамент общественной безопасности проведёт расследование. Однако постепенно разговор принял другое направление.

Некоторые говорили:

«Я знаю эту женщину. Посмотрите на её предыдущие посты в Weibo, она писала какие-то безумные вещи, утверждала, что бывший муж постоянно её мучил. Но позже люди узнали, что она не видела бывшего мужа уже несколько месяцев. Я подозреваю, что у неё проблемы с психикой».

«Возможно, у неё галлюцинации — признак шизофрении».

«Она не осмелилась вызвать полицию. Не потому ли, что она в чём-то виновата и боится, что её поймают?»

«Да, я не верю ни единому её слову. Она утверждает, что не убивала своего мужа, так стоит ли нам ей верить?»

«Почувствовав опасность, она не пошла в людное место, а побежала в безлюдное. Очевидно, что она психически больна, верно?»

«Она упомянула о смерти своего бывшего мужа и сказала, что это не имеет к ней никакого отношения. Да, верно».

«Очевидно, что она чувствует себя виноватой. Может быть, она наняла кого-то, чтобы убить своего мужа, а теперь пытается обелить своё имя?»

«Её и раньше так избивали. Думаю, вполне понятно, что она дала отпор и убила его».

«Я слышал, что это произошло из-за того, что у Цзо Цзюньмина были деньги. Когда Чжан Кабэй подала на него в суд, она пыталась вымогать деньги. Но в итоге она ничего не получила и прибегла к убийству…»

Дискуссия становилась всё более предвзятой.

Как только появилась версия о том, что жертва сама виновата, многие люди забыли о том, что нужно было помочь Чжан Кабэй в опасной ситуации.

Просматривая эти комментарии, Шэнь Цзюньци помечал и делал скрины проблемных аккаунтов и подстрекательских постов.

Эти аккаунты были как буи, которые один за другим всплывали из воды.

Даже после того, как инцидент был исчерпан, они могли быстро провести расследование и внести ясность.

Эти аккаунты нужно добавить в закладки.

Спасение

Глава 56. Спасение

Чёрная машина мчалась по дороге, шины шуршали по асфальту, въезжая в район Биньхуа.

Улицы впереди становились всё более знакомыми.

Шэнь Цзюньци ориентировался по памяти:

- Впереди поверни налево.

В последние годы в Биньчэне велось строительство нового города, но эти старые районы почти не изменились. Особенно район Биньхуа.

Шэнь Цзюньци до сих пор помнит, как у Линь Сянланя была полицейская машина.

Когда он учился в начальной школе, Линь Сянлань часто забирал его на полицейской машине, иногда торопясь по служебным делам, и он сидел в машине, запоминая здания, мимо которых они проезжали.

Пока Линь Сянлань разбирался с конфликтами, он сидел в машине и делал уроки на планшете.

В то время раздражающие звуки ссор были неотъемлемой частью земной реальности. Именно в такой обстановке он рос день за днём.

Шэнь Цзюньци не раз бывал на большинстве улиц и переулков Биньчэна, наблюдая за переменами, видя, где строятся здания, а где разбиваются парки.

Времена меняются, и полицейская машина, на которой ездил Линь Сянлань, давно отправлена на пенсию.

Биньчэнь уже не был прежним. Но в его памяти всё ещё было много мест, связанных с этим городом.

Развитие всегда требует жертв. После смерти людей остаются трупы, и эти изуродованные места — промышленные трупы, оставшиеся после развития городов.

- Это область справа, — сравнил Шэнь Цзюньци с видео.

Гу Яньчэнь поднял голову и увидел ряд старых фабричных зданий.

Машина ехала прямо к ним, впереди виднелись проволочные ограждения.

Он посмотрел на карту:

- Это бывшая территория Биньчэнского сталелитейного завода. Я помню, что в архивах говорилось, что здесь работал отец Чжан Кабэй. Должно быть, это здесь.

Только из-за того, что фабрика была перенесена в другое место, Гу Яньчэнь не сразу подумал об этом.

Люди склонны прятаться в знакомых местах, подсознательно веря, что там они будут в безопасности.

Как только они припарковали машину, из здания донёсся женский крик.

Гу Яньчэнь крикнул Шэнь Цзюньци, подбегая к высоким железным воротам:

- Доктор Шэнь, зовите подкрепление!

Ворота были заперты.

Гу Яньчэнь напряг руку, подставил ногу в качестве опоры и, подпрыгнув, ухватился за верхний край железных ворот, а затем с силой перебросил себя через них. Он действовал быстро и в мгновение ока перепрыгнул через трёхметровые стальные ворота.

Шэнь Цзюньци проследил за тем, как исчезает фигура Гу Яньчэна, и взял полицейскую рацию, лежавшую на приборной панели, чтобы сообщить о их текущем местоположении.

Потом он отправил несколько сообщений.

Подкрепление прибудет не сразу.

Шэнь Цзюньци вышел из машины.

После крика поблизости не было слышно никаких других звуков, только тишина, как будто крик ему привиделся.

Шэнь Цзюньци подошёл к железным воротам, поднял голову. Ворота были высотой в три метра, и у него не было такой силы, как у Гу Яньчэна, чтобы взобраться на них.

Раз Чжан Кабэй, слабая и больная, смогла войти, значит, здесь должен быть и другой вход.

Под моросящим дождём Шэнь Цзюньци прошёл по дороге около двадцати метров. Перед ним появилась небольшая боковая дверь. Изначально она была закрыта проволочной сеткой, но теперь проволока была перерезана и валялась на земле.

Шэнь Цзюньци легонько толкнул дверь, и она со скрипом открылась.

В ту же секунду изнутри фабрики раздался выстрел…

Несколько минут назад Гу Яньчэнь вошёл в ворота сталелитейного завода. Моросил дождь, и он быстро пересёк большое травянистое поле. По памяти он определил, что здание, которое только что показала камера Чжан Кабэй, было главным цехом сталелитейного завода.

Гу Яньчэнь держал пистолет обеими руками, палец лежал на курке.

Ворота завода по переработке металлолома были открыты, поэтому Гу Яньчэнь без труда вошёл внутрь. Внутри было очень просторно, площадь составляла более тысяч квадратных метров. Высота потолка превышала десять метров, на полу валялись стальные обломки и толстый слой пыли.

Даже спустя столько лет внутри чувствовался слабый металлический запах.

Как только он вошёл, Гу Яньчэнь услышал, как Чжан Кабэй зовёт на помощь, и раздаются удары.

Толстые стены фабрики приглушали большинство звуков, но, только войдя внутрь, он смог всё отчётливо расслышать.

Гу Яньчэнь поднял голову и увидел несколько пересекающихся подвесных коридоров над сталелитейным заводом. Покрытые ржавчиной краны раскачивались на ветру, на потолке крест-накрест были закреплены стальные балки, а на земле виднелись гигантские рельсы для транспортировки расплавленной стали.

Это место напоминало огромные стальные руины.

В эту минуту с металлической рамы на землю упал маленький аварийный фонарик.

В тусклом свете фонарика Гу Яньчэнь увидел Чжан Кабэй в белом платье, которую держали в заложниках. Рядом с ней стояли двое мужчин в чёрном и обвязывали ей шею верёвкой. Мужчины были в перчатках и шапках и почти сливались с темнотой.

В тусклом свете один из них был коротко стриженным и крепкого телосложения, а другой — длинноволосый и стройный.

Чжан Кабэй всё ещё отчаянно сопротивлялась и звала на помощь, хотя половина её тела уже висела в воздухе.

Если бы они хотели убить Чжан Кабэй, то просто столкнули бы её вниз, но они хотели инсценировать самоубийство через повешение.

Женщина протянула руку и попыталась выбить стальные прутья из-под себя, но безуспешно.

- Не двигаться! Полиция! — предупредил Гу Яньчэнь, прицеливаясь и делая предупредительный выстрел.

Мужчина с короткой стрижкой, удерживавший Чжан Кабэй, слегка пригнулся, но вместо того, чтобы остановиться, ускорился и накинул верёвку на шею Чжан Кабэй.

Предупреждение не возымело эффекта.

Гу Яньчэнь прицелился и выстрелил в мужчину с короткой стрижкой.

Благодаря меткости Гу Яньчэна, даже если у него был только полицейский пистолет, он мог бы легко вывести противника из строя одним выстрелом.

Пуля пронеслась сквозь темноту, пробила плоть, и брызнула кровь. Пуля попала в плечо мужчине с короткой стрижкой, стоявшему справа от Чжан Кабэй.

Он вскрикнул от боли, но, несмотря на ранение, стиснул зубы и толкнул Чжан Кабэй вниз.

Чжан Кабэй закричала от боли, когда верёвка уже обвилась вокруг её шеи.

После толчка она потеряла равновесие и упала.

Гу Яньчэнь поспешил на помощь и, пробежав несколько шагов, подхватил Чжан Кабэй на руки.

Прежде чем он успел опустить Чжан Кабэй на землю, раненый мужчина с короткой стрижкой бросил вниз старый стальной барабан. Барабан был привязан к другому концу верёвки, которая проходила через блок наверху.

С резким свистом верёвка на шее Чжан Кабэй мгновенно натянулась, и всё её тело повисло в воздухе. Женщина висела примерно в двух метрах над землёй.

Гу Яньчэнь быстро среагировал и подхватил Чжан Кабэй под лодыжку, не дав верёвке полностью натянуться.

Но петля всё ещё была у неё на шее, из-за чего ей было трудно дышать, и она издавала хриплые звуки.

Гу Яньчэнь держал Чжан Кабэй одной рукой, полностью принимая на себя её вес.

Одной руки было недостаточно, и ему пришлось отказаться от стрельбы другой рукой, чтобы поддерживать её за обе ноги.

Несмотря на то, что Чжан Кабэй казалась хрупкой, Гу Яньчэну было трудно удерживать её вес в таком положении.

Он немного растерялся.

Гу Яньчэнь поднял голову и увидел, что верёвка свисает из коридора наверху. Верёвка была толстой и профессионально завязанной. Единственный способ спустить Чжан Кабэй вниз — перерезать верёвку сверху.

Он посмотрел на двух нападавших в чёрной одежде. Мужчина с короткой стрижкой уже был ранен, а другой стоял и смотрел вниз. Его распущенные волосы закрывали плечи, он был среднего роста, и было трудно определить его пол.

— Где твой пистолет?! — крикнул мужчина с короткой стрижкой. — Он коп, нас видели. Мы не можем оставлять свидетелей. Убей его, а потом подожги это место!

Согласно их правилам, они не могли использовать оружие до того, как их обнаружат, но ситуация уже вышла из-под контроля.

Услышав это, длинноволосый мужчина достал пистолет и направил его в сторону Гу Яньчэна, выстрелив.

Похоже, он не умел обращаться с оружием, так как его движения были немного неуклюжими. Пуля пролетела в полуметре от Гу Яньчэна и отскочила от земли, вызвав вспышку огня.

Не останавливаясь, он снова прицелился.

В темноте раздался ещё один выстрел, и пуля задела поясницу Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь почувствовал жжение в пояснице, как будто лезвие пронзило его плоть, а затем ощутил прилив жара.

Он стиснул зубы, не издав ни звука, и протянул руку, чтобы поддержать Чжан Кабэй.

Если он отпустит, женщина, висящая над ним, не продержится и нескольких секунд.

Отдача у пистолета была сильная. Длинноволосый мужчина скорректировал свои движения и снова прицелился. В этот момент из-за его спины внезапно выскочила тёмная фигура.

Появился Шэнь Цзюньци. Он действовал быстро, и острое лезвие в его руке вонзилось мужчине в спину. Это был небольшой хирургический нож, который не мог проникнуть слишком глубоко, но даже этот небольшой порез мгновенно обездвижил длинноволосого мужчину. Нож точно пронзил мышцы, разорвал связки и фасции, вызвав острую боль в спине мужчины. Его рука тут же ослабла, и пистолет упал на землю.

Шэнь Цзюньци пнул пистолет, и тот с грохотом упал в расщелину на нижнем уровне.

Правое плечо длинноволосого мужчины было ранено, но он левой рукой вытащил нож и развернулся, чтобы ударить Шэнь Цзюньци.

В этот момент коротко стриженый мужчина, в которого стреляли, пошевелился, и они вдвоём окружили Шэнь Цзюньци.

Они начали бороться.

Гу Яньчэнь наблюдал за происходящим наверху, но не мог ясно видеть, что происходит, и слышал только звуки борьбы.

Помощь не подоспеет так быстро. Он мог догадаться, что это был Шэнь Цзюньци, который ворвался внутрь и избавил его от опасности.

Сердце Гу Яньчэна словно облили маслом и подожгли.

Он хотел спасти Чжан Кабэй, но женщина, казалось, потеряла волю к жизни.

Парить в воздухе было крайне неудобно и физически тяжело.

Гу Яньчэнь чувствовала, что её тело стало вялым, как лапша, и становилось всё тяжелее.

Он задыхался, на лбу выступили капли пота, а по ногам уже стекала кровь.

Но женщина, казалось, смирилась со своей участью. Она закрыла глаза и опустила руки, полагаясь только на силу, удерживающую её внизу.

Гу Яньчэнь ясно понимал, что Чжан Кабэй, важный свидетель в этом деле, не может умереть.

Он с силой схватил Чжан Кабэй за лодыжку.

- Чжан Кабэй! Ты меня слышишь? - Гу Яньчэнь позвал женщину по имени.

- Если не хочешь умереть, возьми себя в руки! Если ты умрёшь сейчас, тебя обвинят в соучастии в убийстве Цзо Цзюньмина! Ты знаешь, что о тебе говорят в интернете? Они называют тебя сумасшедшей!

Как только человек умирал, не оставалось никаких доказательств в его защиту. Эти люди уже натравили на неё интернет-троллей, а теперь подослали убийц, и кто знает, какие ещё силы их поддерживают.

Услышав это, Чжан Кабэй вздрогнула.

В женщине наконец-то пробудился инстинкт самосохранения. Её руки снова поднялись к шее. Но у неё не было сил, её тело всё ещё было безвольным.

Увидев, что это возымело эффект, Гу Яньчэнь продолжил:

- Ты столько лет подвергалась насилию со стороны этого подонка. Теперь ты наконец-то можешь освободиться от него. Если ты умрёшь сейчас, тебя всё равно будут подозревать. Ты хочешь этого?!

Нет, она не хотела.

С тех пор как она вышла замуж, она жила в аду, терпя постоянные побои, оскорбления, удары кулаками и ногами. Она бесчисленное количество раз приходила в отчаяние и даже пыталась покончить с собой. Она набралась смелости и заявила на него в полицию, но в итоге он не попал в тюрьму. Вместо этого она стала всеобщим посмешищем. Теперь, когда этот демон, наконец, мёртв, она вырвалась из ада, и лучшие дни только начинаются.

Но почему она должна умереть? И почему она должна умереть с клеймом убийцы? Неужели этот человек будет преследовать её всю жизнь, и она не сможет очистить своё имя даже после смерти?

В ней пробудилось сильное желание выжить.

Из глаз Чжан Кабэй скатилась слеза. Её тонкие руки вцепились в верёвку, оставляя кровавые следы, и из горла вырвался хриплый звук.

Гу Яньчэнь пригрозил ей:

- Я больше не могу тебя удерживать. Теперь у тебя есть два варианта. Первый, я считаю до трёх, и ты используешь свою силу, чтобы освободиться от верёвки. Второй, если ты не пошевелишься, я отпущу тебя, и ты действительно умрёшь здесь!

Он не собирался её отпускать, но если бы она не выбралась, он бы не смог найти Шэнь Цзюньци.

Несколько минут поддержки вымотали Чжан Кабэй, её инстинкт самосохранения угасал.

Ему пришлось заставить её взять себя в руки. Единственным, кто мог спасти эту женщину, была она сама.

Сказав это, Гу Яньчэнь начал считать:

- Раз! Два! Три!

Досчитав до трех, он напрягся и поднял тело Чжан Кабэй вверх. От этого движения Чжан Кабэй словно наполнилась силой. Всё её тело напряглось, руки натянули верёвку, шея выгнулась назад, и она, наконец, освободилась от смертельной петли.

Почувствовав, что она изменилась в положении, Гу Яньчэнь отпустил её.

Тело Чжан Кабэй рухнуло вниз, и Гу Яньчэнь снова протянул руки, обхватил её за талию и опустил на землю.

Чжан Кабэй, чудом избежавшая смерти, наконец, смогла свободно вздохнуть. Всё её тело обмякло, она рухнула на землю, издавая сдавленные рыдания.

Теперь, когда с этим было покончено, у Гу Яньчэна не было времени заняться собственными ранами. Он развернулся и побежал в ту сторону, где шла драка.

Пять лет назад

Глава 57. Пять лет назад

В темноте Шэнь Цзюньци всё ещё сражался с двумя противниками. Оба мужчины в чёрной одежде были ранены, истекали кровью, и травмы сковывали их движения, что на время дало Шэнь Цзюньци преимущество.

Взгляд Шэнь Цзюньци был проницательным, движения — быстрыми, и он не проявлял милосердия.

Он всегда хорошо дрался, а за последние годы научился некоторым приёмам борьбы. Хотя нож для препарирования в его руке был маленьким, он был очень острым, и разрезы получались точными. Кроме того, у него было значительное преимущество, он знал, в какие части тела следует наносить удары для большего эффекта.

Жаль только, что из-за старых травм ему не хватало выносливости, и он не мог продержаться слишком долго.

Его окружили двое.

После нескольких движений длинноволосый мужчина снова бросился на него.

Шэнь Цзюньци с силой ударил его под рёбра. Мужчина охнул, отступил на два шага и опустился на одно колено.

- Бесполезный! Не надо было тебя брать с собой!

Раненый мужчина увидел своего ненадёжного спутника. Он придерживал плечо одной рукой и, размахивая ножом, снова бросился в атаку.

Шэнь Цзюньци быстро оценил ситуацию. Длинноволосый мужчина, похоже, был новичком и не имел опыта в ближнем бою. Из них двоих более боеспособным был мужчина с короткими волосами. К счастью, он был ранен выстрелом Гу Яньчэна и не мог быстро двигаться.

Когда мужчина бросился на него, Шэнь Цзюньци уклонился от первого удара и локтем заблокировал его руку.

После того как они разошлись, мужчина быстро нанёс второй удар, целясь лезвием в грудь Шэнь Цзюньци. На этот раз Шэнь Цзюньци неожиданно бросился вперёд, не уклоняясь и не защищаясь. Его грудь была широко открыта, позволяя противнику атаковать, но нож для препарирования в его руке полоснул мужчину по рёбрам.

Это была безрассудная атака, основанная на том, что у противника было повреждено плечо, и он был не в лучшей форме, а также на том, что он не мог пробить рёбра. Это был отчаянный шаг. Если бы он выиграл, то смог бы быстро закончить бой. Если бы он проиграл, то оба получили бы травмы.

Противник не ожидал, что он не попытается увернуться, и к тому времени, когда он захотел изменить свой ход, было уже слишком поздно.

В мгновение ока они оказались друг напротив друга.

Нож в руке мужчины задел грудь Шэнь Цзюньци, порвав его одежду и оставив неглубокую рану.

Нож для препарирования Шэнь Цзюньци точно вонзился мужчине под рёбра, рассекая мышцы и кровеносные сосуды.

Мужчина пошатнулся, чуть не упав, в панике отпустил плечо и прикрыл бок. Кровь продолжала сочиться между его пальцами.

Рана была неглубокой, но без своевременного лечения она могла быстро стать опасной для жизни.

Исход был предрешён.

Увидев, что Гу Яньчэнь справился с кризисной ситуацией и бежит к нему, тяжело раненный мужчина не стал продолжать бой. Зажимая рану, он крикнул:

- Отступаем!

Во время боя они отступали и теперь добрались до задней двери фабрики.

Услышав приказ отступать, ранее бесполезный длинноволосый мужчина проворно, как кролик, вскочил на ноги. Он повернулся, открыл защёлку на задней двери и первым выскочил наружу.

За дверью было ещё темнее.

Дальше располагались столовая и общежитие для сотрудников старого сталелитейного завода — все здания были заброшены.

Оба мужчин побежали в высокую по пояс траву и скрылись в ней.

Шэнь Цзюньци инстинктивно бросился за ними.

Гу Яньчэнь тоже выбежал из главного здания завода.

Снаружи шёл небольшой дождь, из-за чего было намного темнее, чем внутри фабрики. На небе не было звёзд, как будто его закрасили густыми чернилами. Лишь вдалеке виднелся свет от зданий.

На мгновение единственными звуками стали тяжёлое дыхание и шорох шагов.

В этот момент снаружи фабрики внезапно раздался вой сирены.

Наконец-то подоспела подмога из полиции. Казалось, ситуация под контролем. Шэнь Цзюньци уже почти догнал бегущего впереди мужчину с короткой стрижкой.

Длинноволосый мужчина внезапно поднял голову и крикнул в сторону здания:

- Стреляй!!

Гу Яньчэнь поднял голову и увидел в темноте красную точку. Это был прицел снайперской винтовки!

Противников было больше двух, третий уже лежал в засаде на территории завода, чтобы помочь им.

Более того, снайперская винтовка, вероятно, была оснащена инфракрасным прицелом, который позволял чётко видеть движения нескольких человек в этой тёмной ночи.

Гу Яньчэнь схватил Шэнь Цзюньци, стоявшего перед ним:

- Берегись!

Всё произошло слишком быстро, чтобы Гу Яньчэнь успел что-то обдумать. Он крепко прижал к себе Шэнь Цзюньци, прикрыв его спиной от снайпера. Почти одновременно раздались выстрелы, и пули стремительно полетели в ночи. Вокруг была кромешная тьма.

Шэнь Цзюньци не ожидал, что в заброшенном здании прячется ещё кто-то. Он услышал крик мужчины и понял, что сворачивать уже поздно.

В этот момент кто-то схватил его за руку, он замер, а затем его оттащили назад и крепко обняли. Его охватило знакомое чувство, от которого у Шэнь Цзюньци задрожали ресницы.

Он понял, что это был Гу Яньчэнь.

Гу Яньчэнь одной рукой обнял его за талию, а другой обхватил его затылок. Они упали на спину в траву.

Шэнь Цзюньци понял, что в критический момент Гу Яньчэнь толкнул его, прикрыв своими широкими плечами. В этот момент раздался выстрел.

Пуля пронзила тёмную ночь.

Мышцы Гу Яньчэна напряглись, он даже был готов пожертвовать собой и принять пулю. Однако пуля попала не в него, а в мужчину, стоявшего перед ними. Раздался хлопок, и пуля взорвалась в каплях дождя.

Выстрел в голову и брызнула кровь.

Шэнь Цзюньци, за плечом Гу Яньчэна, недоверчиво смотрел вперёд. Они были совсем близко, кровь мужчины брызнула во все стороны, и несколько капель попали ему на лицо. Кровь смешалась с дождём, и он почувствовал тепло и сильный запах крови.

Мужчина с короткой стрижкой явно не ожидал такого, его глаза расширились от удивления. Его тело застыло, и он упал навзничь. С глухим стуком он рухнул в густую траву.

Всё произошло слишком быстро. Выстрелив, снайпер наверху затих, и даже красная точка исчезла.

Длинноволосый мужчина, бежавший впереди, остановился и замер в высокой траве, словно сдавшись.

Лёгкий дождь продолжал идти. Вой сирен становился всё громче, и через несколько секунд полицейские открыли заднюю дверь заброшенного сталелитейного завода и въехали внутрь, окружив территорию.

Гу Яньчэнь встал, достал из-за спины наручники и надел их на длинноволосого мужчину.

Шэнь Цзюньци подошёл к телу мужчины с короткими волосами. Он присел на корточки, включил фонарик на телефоне и внимательно осмотрел его. Глаза мужчины были широко раскрыты, а на лице застыло выражение непонимания. Пуля вошла в лобную часть головы, пробила затылочную кость и вышла наружу, разбрызгав мозговое вещество, смешанное с кровью и дождевой водой.

Шэнь Цзюньци взглянул на него и пришёл к выводу, что мужчина мёртв. Он протянул руку и снял с его лица чёрную маску.

При свете фонарика Шэнь Цзюньци увидел лицо мужчины и замер. Это был мужчина лет тридцати с заметным красным родимым пятном на подбородке.

Несмотря на то, что это место редко посещали, полицейские всё же оцепили его, чтобы сохранить улики.

Гу Яньчэнь проводил длинноволосого мужчину до полицейской машины и отправил Чжан Кабэй в машину скорой помощи.

Снайпер наверху уже покинул место засады.

Гу Яньчэнь изучил его позицию. Она подходила для снайперской стрельбы, так как обеспечивала хороший обзор. Учитывая точность выстрелов, вероятность сопутствующего ущерба была минимальной.

Но почему снайпер не застрелил их, когда они были совершенно беззащитны, а вместо этого решил убить мужчину с короткой стрижкой? Может быть, операция провалилась, и они хотели заставить его замолчать? Но это тоже не имеет смысла, ведь они оставили в живых другого мужчину.

Гу Яньчэнь не стал делать поспешных выводов и решил сначала всё выяснить.

Осмотрев место преступления, и увидев, что Шэнь Цзюньци всё ещё изучает труп мужчины с короткой стрижкой, Гу Яньчэнь подошёл к нему.

В свете фар полицейской машины он увидел бледный профиль Шэнь Цзюньци, испачканный кровью.

Шэнь Цзюньци услышал шаги и поднял взгляд на Гу Яньчэня.

Его красивое лицо по-прежнему ничего не выражало.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Ты в порядке?

Шэнь Цзюньци покачал головой.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Спасибо.

Сегодня он был благодарен за то, что Шэнь Цзюньци был рядом с ним. Если бы Шэнь Цзюньци не было рядом, он, возможно, уже героически погиб.

— Это я должен поблагодарить тебя, — сказал Шэнь Цзюньци.

Если бы пуля была выпущена в них, Гу Яньчэнь, возможно, спас бы ему жизнь.

Между ними было молчаливое взаимопонимание.

Шэнь Цзюньци заметил пятно крови на поясе Гу Яньчэня.

- Капитан Гу, ты ранен.

Рана всё ещё немного болела, но это было терпимо. Гу Яньчэнь держался прямо.

Он прижал руку к ране и тихо кашлянул:

- Всего лишь небольшая царапина.

Он почувствовал, что дождь усилился, и пальто Шэнь Цзюньци уже промокло.

Он повернулся к нему:

– Ты не пойдешь со мной? Может одолжить зонтик?

Голос Шэнь Цзюньци был хриплым:

– Я потом вернусь с ними в городское бюро. На какое-то время в этом не будет необходимости.

Гу Яньчэнь напомнил:

- Будь осторожен, не простудись.

Шэнь Цзюньци кивнул и сказал:

- Я хочу сам вскрыть этот труп.

- Раз уж это дело нашей команды, решать тебе, — сказал Гу Яньчэнь, что-то почувствовав.

Он спросил:

- Ты его знаешь? Или с трупом что-то не так?

Шэнь Цзюньци опустил голову:

- В конце концов, он умер у меня на глазах.

Гу Яньчэнь, похоже, принял этот ответ. Он замолчал, словно о чём-то задумался.

Увидев, что он не собирается перевязывать рану, Шэнь Цзюньци немного замялся, а затем сказал:

- Капитан Гу, тебе следует обработать рану.

Дождь промочил их одежду, что повысило риск заражения.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэня, который стоял, поджав губы, явно сдерживаясь. Он немного беспокоился за него.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я сейчас пойду.

- Рана в этом месте плохо заживает. Если её вовремя не зашить, это может привести к инфицированию раны, нагноению и различным осложнениям, из-за которых будет трудно наклоняться и может произойти протрузия межпозвоночного диска в поясничном отделе…

Шэнь Цзюньци сделал паузу, казалось, он немного колебался. Облизнув губы, он, наконец, продолжил:

- Это повлияет на качество сексуальной жизни в будущем.

Гу Яньчэнь махнул рукой:

- Я уже иду.

Этой ночи суждено было стать бессонной. К тому времени, как тело доставили в городское бюро, было уже за полночь. Ци Ианя тоже вызвали. Он дежурил сегодня и только что вздремнул в приёмной, его волосы всё ещё были растрёпаны. Теперь он помогал раскладывать оборудование в комнате для вскрытия, поглядывая на Шэнь Цзюньци.

Холодные инструменты для вскрытия были сложены друг на друга и издавали металлический звон. Ранним утром в прозекторской было непривычно тихо.

Шэнь Цзюньци только что сменил мокрую одежду, на форму судмедэксперта. Он опустил голову, чтобы посмотреть на труп. Его волосы были слегка влажными, лицо бледным, и даже губы были намного бледнее обычного.

Увидев его в таком состоянии, Ци Иань подумал, что он выглядит ещё более безжизненным, чем труп на секционном столе.

Он предложил:

- Учитель, может, вам стоит сначала отдохнуть?

Ци Иань знал, что Шэнь Цзюньци сегодня работал без перерыва почти весь день и даже участвовал в ночном аресте. Даже железный человек не смог бы этого вынести. Причина смерти, лежавшего на столе тела, была очевидна, и вскрытие не срочное.

Ци Иань снова предложил:

- Может, мне попробовать?

Но Шэнь Цзюньци серьёзно посмотрел на тело и сказал:

- Не нужно. Ты будешь вести запись, и помогать, давай начнём.

Он протянул руку и включил верхний свет, направив его на лицо мужчины. Глаза у трупа были всё ещё открыты, а из раны на затылке вытекала мозговая жидкость.

Голос Шэнь Цзюньци был низким и немного хриплым:

- Неизвестный мужчина, примерно 35 лет, рост около 1,78 метра, вес 78 килограммов…

Надев перчатки, он провёл пальцем по щеке мужчины.

- На правой стороне челюсти заметное красное родимое пятно. На теле три явных повреждения, два огнестрельных ранения и одно ножевое. Смертельное ранение в голову, время смерти — 00:13 сегодняшнего дня.

Шэнь Цзюньци посмотрел на родимое пятно. Такие родимые пятна трудно вывести, они расположены в таком месте и будут сопровождать человека всю жизнь. Именно поэтому родимому пятну он узнал мужчину, лежавшего перед ним.

Но тогда мужчина стоял перед ним, а он лежал… Теперь, вспоминая ту ночь, Шэнь Цзюньци почувствовал, как его сердце забилось чуть быстрее. Крепко сжимая скальпель, он начал разрезать его тело.

Нож скользнул вниз, сделав длинный надрез на плоти. На груди и животе мужчины обнажились мышцы и жир, а под ними — свежие органы. Он манипулировал органами с помощью кровоостанавливающих щипцов. Этот процесс был ему хорошо знаком, но сейчас он немного нервничал. Сердце Шэнь Цзюньци бешено колотилось, холодный пот продолжал стекать по его телу, и он не мог понять, откуда исходит эта боль.

Он невольно вспомнил ту ночь, которая произошла пять лет назад.

Это было похоже на кошмар, от которого он не мог очнуться. Он навсегда запомнил тот день — 19 июня. В тот день они были в чёрных мантиях и академических шапочках, завершили церемонию вручения дипломов и получили свои аттестаты. Директор обратился к ним, поздравив с окончанием учёбы, с тем, что они вот-вот станут частью общества и его опорой. Они сделали выпускные фотографии и поговорили о своём будущем.

Иногда людям кажется, что взросление — это долгий процесс, но на самом деле иногда взросление происходит в одно мгновение. За это время произошло так много событий. Он в спешке написал дипломную работу, не чувствуя, что действительно окончил университет. Многие однокурсники уже нашли работу, кто-то устроился в мобильные и телекоммуникационные компании, а кто-то — в Huawei или Xiaomi. Но он ещё не определился.

Гу Яньчэнь отправил ему сообщение в WeChat:

- Хочешь сходить куда-нибудь поужинать сегодня вечером, чтобы отпраздновать твой выпускной? Я угощаю.

Он отказался:

- Сегодня вечером у меня встреча с одноклассниками.

Хотя он не был особенно близок со своими одноклассниками, это было последнее коллективное мероприятие, и было бы нехорошо его пропустить.

Гу Яньчэнь ответил:

- Хорошо, отпразднуем в другой раз. Хорошего вечера.

В тот вечер за ужином в присутствии учителей все чувствовали себя немного скованно.

После ужина, когда учителя ушли, староста класса сказал:

- Мы потратили больше трёх тысяч юаней на ужин для учителей, и у нас ещё осталось полторы тысячи из классного фонда. Я знаю караоке-бар, где делают скидки, на эту сумму мы можем снять большой отдельный зал и заказать напитки.

Кто-то спросил:

- Какой караоке - бар? Почему там так дёшево?

Другой вмешался:

- Наверное, это новый бар, который пользуется популярностью в выпускной сезон. Прибыль низкая, но продажи высокие.

- Мы все выпускаемся. Неужели мы будем ждать, пока нам вернут деньги, потраченные на обучение? Конечно, мы должны потратить их все!

- Пойдёмте, споём вместе.

Не все получили удовольствие от мероприятия, так что найти дешёвое место было хорошей идеей. Они разделились и поехали туда на такси.

По дороге ему позвонил молодой человек:

- Здравствуйте, вы знаете Ян Хана?

Он вздрогнул:

- Что случилось?

Всего несколько дней назад он встречался с Ян Ханом. Он спросил Ян Хана о причине смерти Линь Сянланя, и Ян Хан пообещал сдаться полиции.

Человек на другом конце провода сказал:

- Он умер?!

Услышав эту новость, он растерялся.

- Как он умер?

Человек ответил:

- Он повесился, покончил с собой.

После того как он повесил трубку, в его голове закружились мысли. В это время умер Ян Хан. Это было слишком похоже на совпадение. Мог ли он покончить с собой от страха? Или произошло что-то ещё? Он вдруг осознал свою ошибку. Ему не следовало доверять Ян Хану. Если Ян Хан смог отравить Линь Сянланя, насколько он был ему верен? Может быть, все эти разговоры о том, чтобы сдаться, были лишь попыткой его задобрить. Возможно, в конце концов, Ян Хан его продал. А самого Ян Хана, возможно, заставили замолчать эти люди...

У него было смутное предчувствие, но он не мог понять, насколько близка опасность. Прежде чем он успел разобраться в своих чувствах, машина остановилась, и его одноклассники начали выходить. Раз они приехали, он не мог сказать ничего, что могло бы испортить настроение. Он последовал за толпой внутрь. В тот момент он подумал, что в таком большом скоплении людей он будет в безопасности.

Когда он вернётся, то найдёт Гу Яньчэна и всё ему расскажет. Этот человек точно ему поможет. В конце концов, он уже окончил университет. Даже если ему придётся уехать из страны, решение найдётся. При мысли об этом его сердце снова успокоилось.

Караоке-бар был довольно большим, с роскошным декором, а официанты были полны энтузиазма. Они проводили студентов в большой отдельный зал, подали им напитки и принесли различные закуски и фрукты. Под воздействием алкоголя все предались пению, желая выплеснуть все свои эмоции в этот вечер.

В разгар этого Гу Яньчэнь отправил ему ещё одно сообщение:

- Вы ещё не закончили?

С тех пор как они познакомились, Гу Яньчэнь время от времени писал ему, чтобы узнать, как у него дела. Сначала это его раздражало, потом он стал послушно отвечать, а теперь уже привык к такой заботе. Если он какое-то время не получал сообщений, ему становилось немного не по себе. Он ответил:

- Второй раунд, в караоке-баре. Мы здесь все вместе.

Подумав немного, он добавил:

- Сегодня вечером я хочу тебе кое-что рассказать.

- Я заеду за тобой потом.

Гу Яньчэнь спросил адрес караоке-бара и попросил закончить пораньше.

Он ответил:

- Я знаю. Я освобожусь не позже двенадцати.

Без надзора преподавателей в караоке-баре все постепенно расслабились, стали чокаться и играть в «Правду или действие». Тайны, о которых обычно не принято говорить, неразделённая любовь — всё это выплеснулось наружу сегодня вечером, когда все напились. Все они знали, что после сегодняшнего дня неизвестно, когда они увидятся снова. Все они хотели поставить точку в своей студенческой жизни без сожалений.

Пение больше не было в центре внимания. Кто-то плакал, перебрав с алкоголем, кого-то рвало, а кто-то потерял сознание. В разгар вечеринки Чжоу Чэнь неожиданно подошёл к нему, чтобы произнести тост, чем очень удивил его. Он не ожидал, что Чжоу Чэнь подойдёт, чтобы извиниться.

Чжоу Чэнь сказал:

- Все эти годы в университете я доставлял тебе неприятности, потому что ты красивый и нравишься девушкам. У тебя ещё и хорошие оценки, и я завидовал этому. Я некрасив и не силён в учёбе. Каждый раз, когда я вижу тебя, я чувствую себя хуже, как будто я просто неудачник. Теперь, когда мы выпускаемся, я хочу извиниться перед тобой. Я выпью эту чашку, а ты поступай, как хочешь.

Раз уж дело дошло до этого, то, если он не ответит, это будет уже слишком. Он сделал несколько глотков пива и сказал:

- Всё в прошлом.

После одиннадцати часов трезвых людей почти не осталось, но официанты принесли третью порцию напитков. Некоторые одноклассники удивились и спросили:

- Неужели в пакет услуг входит так много напитков?

Официант объяснил:

- Это бесплатные напитки от караоке-бара на сегодня.

Поскольку напитки были бесплатными, не было причин их не пить, так что все снова сошли с ума. Ближе к ночи он решил уйти. Он взял телефон и понял, что нет сигнала.

Сигнал всегда был нестабильным, к тому же он находился в караоке-баре с хорошей звукоизоляцией, поэтому он не придал этому особого значения. Как раз когда он собирался попрощаться с одноклассниками, староста внезапно таинственно похлопал его по плечу и прошептал:

- Линь Ло, мне нужно тебе кое-что сказать.

Затем он сказал:

- Пойдём на улицу, здесь слишком шумно.

У него были хорошие отношения с старостой класса, поэтому он вышел вслед за ним. Когда они вышли из отдельной комнаты, он понял, что атмосфера вокруг странная. Соседние комнаты были пусты, гости давно ушли, но громкая музыка всё ещё играла. Во всём караоке-баре только в их комнате было многолюдно, и большинство посетителей уже были пьяны. Он взглянул на стойку регистрации, всё больше недоумевая.

Караоке-бар, похоже, приостановил свою работу, даже официантов нигде не было видно. В коридоре всё ещё звучали самые популярные песни, а стены были увешаны экранами, на которых показывали последние музыкальные клипы. Все экраны были включены, но, как ни странно, вокруг никого не было.

Он почувствовал, что что-то не так, и, нахмурившись от подозрений, остановился и спросил старосту:

- О чём именно ты хотел со мной поговорить?

Староста обернулся, и в тусклом свете было видно, как по его лицу текут слёзы. Он увидел дрожащее тело старосты и его залитое слезами лицо.

- Линь Ло… Прости, меня попросили вывести тебя. У меня не было выбора, прости, пожалуйста, не вини меня…

В этот момент он вдруг всё понял. Дешёвый караоке-бар, необъяснимым образом добавленные напитки, странное исчезновение сигнала в сочетании со смертью Ян Хана… Это была ловушка, расставленная специально для него.

Из другой комнаты вышли несколько человек в чёрной одежде и масках. Только тогда он почувствовал головокружение, хотя сегодня выпил совсем немного. Единственное объяснение — ему что-то подсыпали в напиток. Он развернулся и бросился к окну, сунул руку в карман и стал лихорадочно нажимать на кнопку включения. Это был его экстренный номер, набранный автоматически.

Он поспешил к окну в надежде, что ему помогут. Сквозь стекло он даже мог разглядеть оживлённую улицу. Казалось, что улица и бар, похожий на лабиринт, находятся в совершенно разных мирах. Может быть, потому что он стоял у окна, на его телефоне появилась одна полоска сигнала. Как только экстренный вызов был принят, один из мужчин ударил его дубинкой по голове, и телефон выпал из его руки, когда он упал на землю. Он чувствовал, как кровь стекает по его лбу, заливая всё вокруг красным.

Он увидел пару ног, обутых в старомодные кожаные туфли. Затем человек наклонился и протянул руку, чтобы поднять его телефон. Это был мужчина лет сорока, который улыбался ему сверху вниз. Но от этой улыбки у него по спине побежали мурашки. Звонок был принят, и он едва мог расслышать встревоженный голос Гу Яньчэна на другом конце провода.

- Гу Яньчэнь, помоги мне…

Его слабый крик был заглушён оглушительной музыкой, а в следующее мгновение мужчина нажал кнопку питания, выключив телефон.

Его последняя надежда рухнула.

Кровавый свет

Глава 58. Кровавый свет

Его грубо протащили по коридору караоке - бара и завели в комнату. Это была небольшая отдельная комната, ярко освещённая и наполненная громкой музыкой. Вся комната была покрыта прозрачными пластиковыми панелями, а кондиционер был настроен на низкую температуру. В глубине души он понимал, что это была камера пыток, приготовленная для него.

Стены караоке - бара были звуконепроницаемыми. Как бы громко ни кричали посетители, снаружи их не было слышно. Вся комната превратилась в изолированный от внешнего мира островок.

Человеку, который взял трубку, было около сорока лет, он носил очки и выглядел интеллигентным. Он непринуждённо сидел на диване в комнате, и остальные относились к нему с большим уважением.

Мужчина закурил сигарету, подавая остальным знак начать допрос. Старший из подчинённых был моложе, на нём была чёрная маска, и, судя по его глазам, ему было чуть за тридцать.

Он несколько раз спросил:

- Где ты это спрятал?

Он сделал вид, что не понимает их.

- Что спрятал?

Человек в чёрном прямо указал на это:

- То, что ты вынес из похоронного бюро!

Эти люди действительно знали, что он сделал, но он стиснул зубы и сказал:

- Что я вынес? Я не понимаю, о чём ты говоришь.

Пока они его допрашивали, он тоже их изучал, пытаясь понять, где могла произойти утечка.

Как только человек в чёрном собрался открыть рот, мужчина средних лет, сидевший в стороне, заговорил:

- Хватит спрашивать, он пытается загнать тебя в ловушку.

Он медленно произнёс:

- Линь Ло, притворное замешательство тебе не поможет. Если ты не хочешь говорить, я не против заставить тебя немного помучиться.

Человек в чёрном спросил:

- Что нам теперь делать?

Мужчина средних лет закурил сигарету:

- Пусть сначала попробует закуски.

Получив приказ, человек в чёрном приступил к делу. Это был жестокий допрос, который длился около десяти минут. Каждый сантиметр его тела пронзала боль, словно его раздавливали.

Он повторял:

- Я не знаю, чего вы хотите…

— Позвольте спросить ещё раз, где эти вещи? Мужчина средних лет улыбнулся ему: — Если ты не заговоришь, я найду способ заставить тебя пожалеть о том, что ты жив.

— Я не знаю…

Мужчина средних лет с сожалением посоветовал ему:

— Говори, это уменьшит твои страдания.

Так начался новый этап допроса.

Его шею крепко сжали, лишив доступа кислорода, и перед глазами в состоянии удушья заплясали золотые точки. Вены на его лбу пульсировали, в ушах звенело. Он отчаянно сопротивлялся, но не мог освободиться от пут.

Рука, сжимавшая его горло, разжалась, и в его тело хлынул воздух. Он хватал ртом воздух, не успев прийти в себя, как чья-то нога с силой ударила его в живот. Он почувствовал во рту привкус крови, как будто от удара его органы сместились, причиняя мучительную боль при каждом вдохе.

Сжав зубы, он наблюдал за этими людьми, пытаясь понять, кто они такие.

Мужчина в чёрном явно был бандитом, которого остальные называли «Гончим». Он был всего лишь псом, которого использовали для грязной работы. Мужчина средних лет, которого остальные называли Боссом Му, продолжал допрос.

Он холодно посмотрел на стоящего перед ним человека, и его сердце забилось чаще. Он не знал, на чьей стороне эти люди и почему они здесь. Но он видел, что это опытные профессионалы, привыкшие к подобным задачам.

Они, должно быть, как-то связаны с людьми, убившими Линь Сянлань. Или, возможно, они сами были в этом замешаны. Он понимал принцип «прятаться в глубине». В похоронном бюро он собрал множество образцов, но только один из них был отправлен на экспертизу. Остальные он бережно хранил, спрятав там, где их никто не найдёт.

Столкнувшись с пытками, он понял, что эти люди не собираются оставлять его в живых. Если бы дело ограничивалось похищением и угрозами, они бы не пошли на такое. Они боялись не только того, что у него есть доказательства их причастности к убийству Линь Сянланя, но и того, что он будет неустанно добиваться их смерти. Сохранение его жизни было невыгодным решением.

Поэтому ему пришлось терпеть, ни в коем случае не произнося ни слова, ведь это только ускорило бы его смерть.

После нескольких раундов пыток и мучений, сквозь звон в ушах он услышал, как Босс Му говорит остальным:

- Быстрее, телефон был подключён всего секунду. Мы должны быть осторожны с тем, кто придет его спасти...

Эта фраза дала ему проблеск надежды. Если Гу Яньчэнь был так бдителен, возможно, он придёт и спасёт его.

- Не надейся, что кто-то придёт и спасёт тебя.

Босс Му опустил голову, словно читая его мысли.

Он наклонился ближе:

- Не думай, что мы шутим… Если ты не будешь сотрудничать, мы возьмёмся за дело всерьёз. Если будет время, я бы очень хотел с тобой поразвлечься.

Взгляд Босса Му упал на его руки, с губ свисала сигарета, а улыбка была лукавой.

- У каждого есть свой способ наказания, и свои уязвимые места. Даже самого стойкого человека можно сломить и заставить подчиняться.

Выпустив клуб дыма, он сказал:

- У тебя красивые пальцы. Знаешь, что значит «играть на цитре струнами из крысиных кишок»?

Линь Ло слышал об этом. Это был метод пытки, при котором эластичные верёвки использовались для того, чтобы многократно дёргать за пальцы, пока они не начинали сильно кровоточить и почти не ломались посередине, но при этом нервы оставались целыми, что вызывало мучительную боль.

- Жаль, что у нас так мало времени. Иначе я бы с удовольствием попробовал.

Босс Му говорил с сожалением, словно раздумывал, как поступить. Он протянул руку и коснулся ресниц Линь Ло, проведя грубыми пальцами по его надбровной дуге.

- Придётся сделать это быстро. У тебя очень красивые глаза. Может, сначала их выколоть?

Линь Ло часто бывал в городском бюро вместе с Линь Сянланем. Он видел там много преступников, у одних были устрашающие лица, другие были холодными и безжалостными, третьи — кровожадными и жадными, но ни один из них не казался таким пугающим, как этот Босс Му. Когда Босс Му произнёс эти слова с улыбкой, это прозвучало убедительно. Он не просто угрожал, он действительно собирался это сделать и получал от этого удовольствие.

До этого, как бы сильно его ни избивал человек по прозвищу «Гончий», он не испытывал страха. Но сейчас, стоя перед этим, казалось бы, дружелюбным боссом, он чувствовал ужас. Этот страх пронизывал каждую клеточку его тела, и он не мог его контролировать. У него невольно застучали зубы. Босс Му, похоже, был доволен его реакцией.

В этот момент у Босса Му зазвонил телефон. Он ненадолго вышел, а когда вернулся, его поведение изменилось, а на лице отразились разочарование и сожаление.

- Торговая ассоциация говорит, что больше не нужно ничего спрашивать. Ускорьте процесс.

Линь Ло вздохнул с облегчением, но тут же услышал, как Босс Му продолжил:

- Просто убейте его, и побыстрее. Оставьте двух человек, чтобы они подготовили место преступления, и проследите, чтобы было чисто. Остальные могут идти.

Тон Босса Му был непринуждённым, как будто он обсуждал что-то незначительное, решая, жить человеку или умереть.

Пес спросил:

- Как нам его убить?

Босс Му вытер руки платком, а затем передал им пепельницу, чтобы они её почистили. В его глазах блеснул огонёк веселья, когда он сказал:

- Обращайтесь с ним как с рыбкой, но не дайте ему умереть слишком быстро.

Остальные ушли.

Пес встал и взял нож, который был приготовлен заранее. Он был в перчатках и крепко его сжал.

- Наслаждайся смертью.

Воспользовавшись моментом, Линь Ло вырвался из пут. Он внезапно набросился на «Гончего», как безумный, и сцепился с ним, как дикий зверь. Пес не был готов и упал. Он понял, что это его последний шанс. Он наносил ему удар за ударом. Затем он опустил голову и укусил «Гончего»,  за руку, пытаясь оставить на ней следы крови и ДНК. Но Пес был плотно закутан, и его зубы не смогли прокусить перчатки.

Его отчаянное сопротивление было напрасным. Вскоре его грубо оттащили от него. После стольких пыток у него не осталось сил.

- Чёрт возьми, напрашивается на смерть!

Пес не ожидал, что тот будет сопротивляться. Он стянул с себя маску, выплюнув полный рот крови.

Он ясно увидел лицо мужчины, на его подбородке было красное родимое пятно.

Последнее сопротивление было сломлено. Его швырнули на огромный мраморный стол в караоке-баре, крепко схватили за руки и задрав их над головой. Лезвие вошло в его тело под грудью, и из раны хлынула кровь.

В этот момент он понял, что значит быть «рыбой» — живой рыбой на разделочной доске. Боль вспыхнула с новой силой, заставив его тело содрогнуться в агонии. Вся рана представляла собой единую анатомическую линию, лезвие не только рассекло плоть, но и проникло глубоко в органы. От сильной боли он застонал. Он подумал, что это кара небесная за то, что он сделал с телом Линь Сянланя.

Его сообщник напомнил ему:

- Не забудь сделать так, чтобы это выглядело как преступление на почве ревности.

- Я знаю, — ответил Пес и небрежно дважды ударил его ножом в живот.

Боль накатила, как приливная волна, пронзая его нервы мучительными спазмами. Он сильно вспотел, и кровь залила его одежду, стекая по телу и скапливаясь под ним. В этот момент даже смерть казалась ему роскошью.

Но Пес не собирался его отпускать. Он всё ещё злился на то, что не получил ответов. Несмотря на то, что миссия изменилась, он всё ещё хотел получить какую-то информацию, чтобы потешить свою гордость.

Пес приставил нож к его шее:

- Скажи мне, где ты это спрятал? Я подарю тебе быструю смерть.

Он не стал отрицать, что что-то скрывает. Проглотив кровь, он усмехнулся:

- Даже перед смертью я тебе не скажу.

- Ты безумец! — выругался мужчина.

Лежа на мраморной столешнице, он широко улыбнулся:

- Однажды ты тоже умрёшь. Я буду ждать тебя в аду.

От мучительной боли у него на глазах выступили слёзы. Ему было холодно и больно, но он стиснул зубы, не издав ни звука. Он не должен был сдаваться этим головорезам.  Он знал, что потерял много крови. Его сознание затуманилось, и он понял, что может умереть в любую секунду. Мужчины начали готовить место преступления, поспешно убирая полиэтиленовую плёнку и что-то расставляя. Наконец они открыли его телефон и положили его обратно в карман.

Затем кто-то, кажется, крикнул:

- Кто-то идёт!

- Проверь ещё раз, он мёртв?

– Пошли. Он не сможет выжить. Есть еще один, с кем надо разобраться.

Он закрыл глаза, его сознание угасало, он не мог понять, о ком они говорят и с кем ещё им нужно разобраться. И он услышал шаги.

Кто-то с тревогой в голосе звал его по имени:

- Линь Ло, Линь Ло, очнись…

Его конечности онемели, а тело обмякло. Он с трудом открыл глаза и не мог ясно разглядеть этого человека, но он знал, что это должен быть Гу Яньчэнь.

Босс Му

Глава 59. Босс Му

Гу Яньчэнь быстро позвонил по экстренному номеру и сообщил адрес. Он вызвал подкрепление, и остальные тоже поспешили на место происшествия.

Потом Гу Яньчэнь принёс полотенце, чтобы остановить кровотечение.

Его плечи были сильными, а объятия — тёплыми, он позволил Линь Ло прижаться к своей груди, но не знал, с чего начать, боясь причинить ему ещё больше боли.

Его действия были нежными, что резко контрастировало с поведением головорезов.

- Прости… Я опоздал, прости…

Гу Яньчэнь крепко обнимал его и снова и снова извинялся ему на ухо, его голос был полон бесконечного раскаяния.

- Кто это сделал?

— Это... — Он открыл глаза, с трудом переводя дыхание, пытаясь что-то сказать, пытаясь что-то вспомнить, желая произнести имена, Босс Му и Гончий, желая описать внешность этих людей.

Его взгляд потускнел. Он понял, что не сможет рассказать об этом Гу Яньчэню, по крайней мере сейчас.

Эти обезумевшие головорезы могли убить любого, кто знал этот секрет.

Они думали, что он мёртв, поэтому ушли, не оглядываясь. Он не мог позволить себе умереть и не мог подвергнуть опасности других. Он хотел сказать что-то ещё, но почувствовал, как в его теле поднимается волна крови, повернул голову, закрыл глаза, его горло сжалось, и он выплюнул полный рот крови.

- Линь Ло!

Он услышал крик Гу Яньчэня. Насколько он мог судить, этот спокойный человек никогда не был таким растерянным.

Он изо всех сил пытался прийти в себя, схватил Гу Яньчэня за руку. Боль захлестнула его, как приливная волна, и он уже не мог ясно мыслить.

Его тело дрожало, он пробормотал:

- Гу Яньчэнь, мне больно…

Казалось, что его последние силы иссякли, и он чувствовал только холод.

Гу Яньчэнь крепче обнял его:

- Линь Ло, держись!

В глубине души он знал, что может не справиться. Он посмотрел на Гу Яньчэня, он хотел сказать тысячу слов, но не знал, с чего начать. Должен ли он сказать, что тот ему нравится, или посетовать на то, что они встретились слишком поздно? Или сказать что-то о следующей жизни? Он чувствовал, что все эти слова слишком сентиментальны.

Но он открыл рот и сказал:

- Гу Яньчэнь, у тебя должно быть все хорошо.

Даже если в твоём мире нет Линь Сянланя или Линь Ло, с тобой все равно должно быть все в порядке.

Живи хорошо, живи хорошо.

Сказав это, он устало закрыл глаза.

Сквозь туман в голове он услышал, как кто-то снаружи в ужасе кричит:

- Кто-то спрыгнул с крыши!

Похоже, он понял, что имелось в виду под так называемым «ещё одним делом». Эта ночь стала кровавой и ужасной. Он почувствовал, как Гу Яньчэнь поднимает его, но его руки были слишком слабы, чтобы держаться, и голова бесконтрольно запрокинулась. Вокруг было шумно, собралось много людей, он ничего не слышал и даже не мог открыть глаза. Ему казалось, что он падает в бездну, и его сознание было словно воздушный змей, который постепенно улетал прочь.

Гу Яньчэнь, плакал, иначе, откуда на его коже взялась едва заметная прохладная жидкость?

Это было его последнее воспоминание перед тем, как он погрузился во тьму.

Той ночью он впал в длительную кому, которая продлилась до самого конца…

Линь Ло больше не существовало, теперь в живых остался только Шэнь Цзюньци.

Он тоже навёл справки о том, что произошло той ночью, и оказалось, что Чжоу Чэнь спрыгнул с крыши и погиб. Идеальный козел отпущения.

Его одноклассники разбежались, и только староста, который знал немного правды, быстро уехал учиться за границу, а потом погиб при ограблении.

Как Шэнь Цзюньци, он знал правду, но не мог её произнести. Без доказательств эта история была похожа на фантазию, на беспочвенное обвинение, в которое никто бы не поверил, и которое могло даже насторожить тех людей и привести к новым опасностям. Пока он не найдёт организатора, он не будет в безопасности ни дня, и то что он спрятал не смогут выйти наружу.

Теперь он, снова вернулся в Биньчэнь.

Если бы для искупления этих грехов потребовался огонь, он был бы готов принести себя в жертву.

Однажды он докопается до истины и отправит этих людей в ад.

Шэнь Цзюньци посмотрел на мужчину, лежащего на секционном столе. Это тот самый преступник, который причинил ему боль пять лет назад, — «Гончий». Он всё ещё жив, а его враг уже мёртв. Теперь этот мужчина превратился в труп, который лежит на холодном секционном столе. Пока он его препарирует, температура тела постепенно падает.

Движения Шэнь Цзюньци были быстрыми и точными, он отделял органы и взвешивал их.

- Пуля пробила левую лопатку… Вена в правой части живота была перерезана… Пуля пробила затылочную кость… На груди старая рана…

За годы работы он стал опытным судмедэкспертом, но сегодня, почувствовав запах крови, Шэнь Цзюньци почувствовал тошноту. Несмотря на внешнее спокойствие, его сердце бешено колотилось. На теле мужчины было много шрамов, отпечатки пальцев были удалены, а на пальцах остались тонкие мозоли от огнестрельного и холодного оружия.

Вероятно, из-за вчерашнего похмелья, и из-за того, что он много часов провёл без отдыха и промок под дождём, к концу вскрытия у Шэнь Цзюньци зазвенело в ушах, а в теле появилась тупая боль. Он стиснул зубы, пытаясь подавить тошноту. Он думал, что ему станет легче после того, как он препарирует своего врага спустя столько лет, но после того, как пробудились воспоминания, ему показалось, что он снова терпит пытку.

Закончив вскрытие головы, Шэнь Цзюньци сказал Ци Ианю:

- Зашей его.

Ци Иань видел, что он едва держится на ногах.

- Учитель, не волнуйтесь, я зашью его и отправлю на хранение. Вам лучше отдохнуть.

Лоб Шэнь Цзюньци покрылся испариной. Он больше не мог выносить запаха крови в прозекторской и изо всех сил сдерживался.

Когда он вышел из кабинета, тяжело дыша, снял перчатки и маску, пытаясь подавить чувство дискомфорта. Его руки дрожали, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы развязать ремни и снять защитное снаряжение. Его одежда промокла от пота, он достал из кармана пузырёк с лекарством и проглотил таблетки, не запивая водой.

Коридор был ярко освещён чистым белым светом, который немного слепил глаза. Он закрыл глаза, перед его мысленным взором всё ещё стоял образ тела с красным родимым пятном на лице. Он снова почувствовал, как по его телу пробегают волны мучительной боли, в его дыхании чувствовался привкус крови, и он не мог понять, откуда исходит боль — от ран или от воспоминаний.

Шэнь Цзюньци хотел пройти в свой кабинет, но короткий коридор вдруг показался ему бесконечно длинным. Он смутно видел, как кто-то идёт к нему из другого конца коридора, но всё вокруг было как в тумане.

Когда Шэнь Цзюньци попытался сделать шаг вперёд, перед глазами у него потемнело, и мир вокруг, закружился. Он оперся рукой о стену и, уже теряя сознание, услышал голос Гу Яньчэня:

- Доктор Шэнь…

Рассвет, аэропорт Биньчэна.

Мужчина средних лет быстро вышел из терминала аэропорта. Его фамилия была Му, а полное имя — Му Ювэй. Он сливался с толпой и выглядел как зрелый бизнесмен. На самом деле он был очень успешен, несмотря на свой возраст, он управлял двумя клиринговыми компаниями.

Первая клиринговая компания открыто предоставляла услуги по уборке и присмотру за детьми богатым бизнесменам и знаменитостям. Компания закупила партию высокоточного оборудования и наняла сотни уборщиков. С этой компанией заключали контракты на уборку крупных торговых центров, офисных зданий, даже аэропортов, вокзалов и некоторых государственных учреждений.

У компании был реальный руководитель, интерфейс и персонал. Му Ювэй выступал только в качестве акционера компании.

Другая клиринговая компания работала в тени, занимаясь убийствами и зачисткой мест преступлений. Мало кто знал, что обе эти компании тайно контролируются Му Ювэем.

Увидев его, сотрудники аэропорта поклонились в знак приветствия.

Му Ювэй тоже улыбнулся и кивнул им в знак приветствия.

Большую часть времени он улыбался. Эта привычка зародилась у него с детства. Его отец был убийцей, а мать бросила его из-за наркотической зависимости. Он вырос в приюте. Он понял, что, если улыбаться, можно завоевать доверие окружающих и избежать многих наказаний. Му Ювэй читал мало книг, но был очень умным. Выросший в приюте, он повзрослел раньше большинства детей. Над ним тоже в детстве издевались дети.

Постепенно он понял, что для того, чтобы заставить других подчиняться, нужно использовать их слабости. Эти слабости можно разделить на три типа. Он сформулировал всё это в трёх словах, желание, страх, любовь.

Желание, — это то, чего хочет человек. Будь то деньги, дом, красивые люди или вкусная еда — всё это можно превратить в искушение.

Страх — это то, чего человек боится. Смерть, боль, голод, холод, бедность.

Любовь — это всё, чем человек дорожит. Безответная любовь, семейные узы, люди или вещи, которые дороги, лунный свет в сердце, родители, живущие далеко, домашние питомцы, которые жили рядом много лет.

Чтобы манипулировать человеком, нужно соблазнять его тем, чего он желает, мучить тем, чего он боится, и привязывать к тому, что он любит.

Как только вы все о нем узнаете, этот человек станет вашим рабом, которого вы будете использовать. Му Ювэй использовал эти уловки, чтобы собрать себе подчинённых.

Он знал, что подчинённые восхищаются им, боятся его и ненавидят. Но они не могли от него избавиться. Он был просто манипулятором, убийцей, грязным внутри и снаружи.

Шесть лет назад, когда Сюй Чэнхуан был, свергнут, насилие перестало быть эффективным. Это была возможность для Му Ювэя. Его клиринговая компания заменила мясную лавку и начала обслуживать богатых и влиятельных людей, постепенно став самой востребованной компанией для подпольного бизнеса в Биньчэне.

Выйдя из аэропорта. Му Ювэй сел в машину на переднее пассажирское сиденье. На заднем сиденье уже сидела молодая женщина, положив на колени ноутбук.

Она почтительно обратилась к нему:

- Отец.

Она не была родной дочерью Му Ювэя, а была просто ребёнком, которого он воспитал. Все эти дети называли Му Ювэя своим отцом.

- На этот раз с зарубежными счетами всё прошло гладко.

Му Ювэй улыбнулся.

- Ячжэн, что-нибудь случилось, пока меня не было?

Женщина по имени Ячжэн ответила:

- В сделке с Торговой ассоциацией произошла ошибка. Гончий был убит, а наш человек попал в руки полиции.

Му Ювэй узнал об этом, как только вышел из самолёта. Он помнил, это была простая сделка, и он видел план. Тогда он не думал, что возникнут какие-то проблемы.

Улыбка на лице Му Ювэя застыла, и он нахмурился.

- Что случилось? Почему всё пошло не так? Кого отправили на этот раз? Разве я не назначил Цин Шуя главой компании?

Ячжэн опустила голову и, запинаясь, произнесла:

- О…он вошёл в ту комнату.

Му Ювэй внезапно понял, что в его клетке не хватает одного связующего звена. Неконтролируемая пешка вышла из-под его контроля.

Дело было плохо.

Клиринговая компания

Глава 60. Клиринговая компания

Гу Яньчэнь отправился в больницу, чтобы ему наложили швы. Он получил лёгкое ранение, его перевязали,  и он вернулся на дежурстве.

Он только что вернулся из отдела уголовных расследований, чтобы проверить, как продвигается вскрытие. Но, как только он вошёл в коридор, он увидел, как из кабинета, пошатываясь, выходит Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь успел подхватить его и усадил на стул в коридоре рядом с секционной.

Увидев бледное лицо Шэнь Цзюньци, он спросил:

- Тебе нехорошо? Может, тебе нужно в больницу?

Шэнь Цзюньци затих, пытаясь чтобы унять головокружение.

Он покачал головой:

- В больницу не нужно.

Гу Яньчэнь коснулся его лба и почувствовал тепло:

- У тебя жар.

Шэнь Цзюньци закрыл глаза и почувствовал себя немного лучше.

Он открыл глаза и сказал:

- Я в порядке, наверное, просто простудился, и у меня немного понижен уровень сахара в крови…

Учитывая, что вчера у него было похмелье, он весь день работал, весь вечер бегал, потом вскрытие и поздно принял лекарство, сейчас он просто чувствовал себя измотанным.

Гу Яньчэнь посмотрел на бледное лицо Шэнь Цзюньци и забеспокоился.

- Может, вызвать тебе такси, чтобы ты поехал домой и отдохнул?

— Нет, — Шэнь Цзюньци снова покачал головой, — если ты сейчас отправишь меня обратно, я не смогу спокойно спать. Рану длинноволосого мужчины перевязали? Когда ты планируешь начать допрос? Сейчас его больше беспокоило продвижение дела.

Гу Яньчэнь проверил свой телефон. Было два часа ночи.

- Он важный свидетель, и директор Дин должен присутствовать. Вчера директор Дин был на совещании в провинциальном бюро, а сейчас спешит сюда. Вероятно, он прибудет через несколько часов.

Он немного подумал:

- У следственной группы есть еда и базовые лекарства. Почему бы тебе не пойти и не отдохнуть?

Шэнь Цзюньци согласился и последовал за Гу Яньчэнем в здание детективов.

Он вдруг вспомнил тот день, когда умер Линь Сянлань, и, что тогда его спас Гу Яньчэнь. Теперь, спустя много лет, он привёл его в дежурный кабинет детективов.

Гу Яньчэнь налил ему стакан тёплой воды, принёс энергетические батончики и лекарство от простуды.

После того как он перекусил, звон в ушах и головокружение наконец прошли. У него не было сил вернуться в зону отдыха в здании судебно-медицинской экспертизы.

Шэнь Цзюньци обычно был помешан на чистоте, но сейчас он совершенно не обращал на это внимания. Он даже не принял душ, а просто лёг на дежурную койку в отделе по расследованию особо тяжких преступлений.

Прежде чем закрыть глаза, он напомнил Гу Яньчэну:

- Разбуди меня, когда приедет директор Дин.

Гу Яньчэнь заверил его:

- Не волнуйся.

Через некоторое время Шэнь Цзюньци заснул, и ему приснился беспорядочный сон. Иногда ему казалось, что он бежит по заброшенному стальному складу, иногда он видел, как перед ним взрывается голова мужчины, а иногда ему казалось, что его тело разрезают заживо.

Сквозь сон он услышал, как Гу Яньчэнь тихим голосом позвал его:

- Доктор Шэнь, директор Дин здесь.

Шэнь Цзюньци открыл глаза, его лоб покрылся холодным потом. Придя в себя, он увидел, что уже рассвело. Было пять утра, и директор Дин наконец приехал.

Гу Яньчэнь потрогал его лоб:

- Похоже, лихорадка прошла.

- Я в порядке, — Шэнь Цзюньци заставил себя встать, протёр глаза, пошёл в туалет, чтобы привести себя в порядок, а затем вернулся в комнату наблюдения отдела уголовных расследований.

Директор Дин уже сидел на главном месте, остальные тоже были в сборе. Рану мужчине обработали, он сидел в комнате для допросов после ночного отдыха.

Теперь, при свете, Шэнь Цзюньци мог ясно видеть, что это был стройный и красивый мужчина с длинными волосами. С тех пор как он вошёл, мужчина ни ответил, ни на один вопрос полиции.

Гу Яньчэнь первым вошёл в смотровую, отодвинул стул, чтобы Шэнь Цзюньци мог сесть, и протянул ему полицейскую куртку:

- Кондиционер здесь работает на низкой мощности, так что надень это, чтобы не замёрзнуть.

Шэнь Цзюньци действительно замёрз и плотнее закутался в куртку. Он выглядел бледным и измождённым.

Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн принести горячей воды для директора Дина и Шэнь Цзюньци.

Когда всё было улажено, Гу Яньчэнь спросил:

- Ты собрала информацию?

Бай Мэн немного смутилась:

- Мы взяли только образцы крови и ДНК. У него… нет отпечатков пальцев…

Гу Яньчэнь нахмурился. Он впервые слышал о том, что нет отпечатков пальцев.

Шэнь Цзюньци, напротив, не выглядел удивлённым. Он отпил воды и сказал:

- У его сообщника тоже нет отпечатков пальцев. Длительное воздействие воды, ожоги или использование химикатов могут стереть отпечатки пальцев. Возможно, этих людей заставили это сделать.

В это время мужчина, находившийся в комнате, переоделся. Его длинные волосы закрывали правый глаз, у него была стройная фигура и тонкие черты лица. Несмотря на то, что он был мужчиной, у него были глаза феникса и тонкие губы. Он сидел неподвижно, уставившись на стол перед собой. Если бы не их вчерашняя стычка, было бы трудно поверить, что этот человек может быть хладнокровным убийцей. И всё же это был тот самый человек, который, возможно, убил Цзо Цзюньмина и чуть не убил Чжан Кабэй прошлой ночью.

Гу Яньчэнь надел гарнитуру и повернулся, чтобы войти в комнату для допросов.

Он сразу перешёл к делу и спросил:

- Ты сидишь здесь и молчишь. Надеешься, что кто-то придёт и спасёт тебя?

Мужчина ничего не ответил.

Гу Яньчэнь облокотился на стол и продолжил:

- Это городское управление Биньчэна. Здесь тысячи полицейских. Даже если у тебя влиятельные покровители, никто не сможет тебя забрать.

Мужчина усмехнулся, поднял голову, чтобы посмотреть на Гу Яньчэна, и наконец, сказал:

- Вы готовы меня допросить?

Он не был похож на других преступников, которые нервничали и паниковали. Он улыбался и был расслаблен.

- Твой сообщник умер на месте. Теперь ты всего лишь пешка, — сказал Гу Яньчэнь.

- Гу Яньчэнь, — мужчина продолжал улыбаться, становясь ещё счастливее, — капитан Гу, ваш допрос нам ничем не поможет.

Гу Яньчэнь слегка нахмурился, когда мужчина назвал его по имени.

Мужчина сказал:

- Не удивляйся. Твой послужной список в городском бюро — это, по сути, общедоступная информация. Мы тоже провели расследование в отделе по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Знай себя и знай своего врага, и ты никогда не проиграешь. Мы допустили оплошность, не думал, что в этот раз ты нас поймаешь.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Кто вы такие?

Мужчина ответил вопросом на вопрос:

– Не говорите мне, что теперь вы не применяете пытки. Даже если вы примените пытки, чтобы добиться признания, не сможете получить от меня информацию, которую я не хочу говорить, – он сделал паузу и сказал, – Однако у меня сегодня хорошее настроение. Мы можем заключить сделку.

Гу Яньчэнь, проработавший в полиции столько лет, впервые столкнулся с подобной ситуацией. Он взглянул на директора Дина в комнате наблюдения, словно ища у него совета.

Директор Дин сказал в микрофон:

- Соглашайся с ним.

Гу Яньчэнь получил разрешение и повернулся к мужчине, чтобы спросить:

- Какая сделка?

Мужчина сказал:

- Сначала пусть все ваши коллеги уйдут, освободят комнату наблюдения и отключат все камеры.

Это явно противоречило правилам.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это невозможно.

Мужчина опустил голову, а затем сказал:

- Давай договоримся. Ты выбираешь двух полицейских, добавляешь к ним директора Дина, и я поболтаю с вами, пока остальные уйдут.

Он посмотрел на стекло в комнате наблюдения и добавил:

- Не вздумай ничего учудить. Если я почувствую что-то неладное, я сразу же замолчу.

Гу Яньчэнь сомневался, но раздался голос директора Дина:

- Соглашайся с ним. В любом случае, он в наручниках в комнате для допросов, а ты вооружён. Я хочу послушать, что он скажет.

Бай Мэн замялась и посмотрела на директора Дина:

- Может, отключим видеонаблюдение?

Директор Дин сказал:

- Да, отключите его.

Получив приказ от начальства, Бай Мэн отключила оборудование для наблюдения и записи.

Гу Яньчэнь задумался, а затем позвал Бай Мэн и Шэнь Цзюньци. Все вошли в комнату для допросов и сели напротив мужчины.

Директор Дин сказал:

- Я возглавляю городское бюро Биньчэна. Наблюдение здесь отключено, и сейчас нас здесь всего четверо. Ваши слова не будут использованы в качестве признания. Я надеюсь, что вы сможете сотрудничать с полицией и предоставить нам информацию, которой мы не располагаем.

Намерение директора Дина было очевидным, он пытался выудить у него информацию, зная, что этот человек уже находится под стражей. Как только он сознается, они выслушают его и решат, что делать дальше. В итоге, такое громкое дело, все равно будет передано в суд.

Мужчина, наконец, заговорил:

- Поскольку это обещание высокопоставленного чиновника, я пока буду вам доверять. Давайте я сначала представлюсь. Можете звать меня Ань  Нань.

Очевидно, это было кодовое имя.

Гу Яньчэнь спросил:

- А что насчёт твоего погибшего товарища? Как его звали?

- Его звали Ли Цюань, — ответил Ань Нань. — Мы все — псы, которых вырастил хозяин.

Услышав это, директор Дин и Гу Яньчэнь не смогли сразу прийти к какому-то выводу, но Шэнь Цзюньци понял, что сказанное им, скорее всего, правда. Мужчина так легко раскрыл секрет, который он так долго скрывал.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Это вы подставили Чжан Кабэй и совершили это преступление?

- Если быть точнее, мы — постановщики, ответственные за планирование. Ли Цюань был опытным игроком, а я новичок, — сказал Ань Нань, откинувшись на спинку стула.

- Теперь я готов сотрудничать с вами и поделиться неизвестной вам информацией. Но моё условие, эти слова не должны быть использованы в качестве доказательств в материалах дела, и я не хочу, чтобы они были записаны, — сказал Ань Нань.

Поэтому он попросил других полицейских уйти.

Директор Дин сказал:

- В настоящее время вы являетесь подозреваемым по этому делу. Мы согласны провести с вами частную беседу, но это не значит, что мы уступим. В конечном итоге ваше положение будет зависеть от содержания вашего заявления.

Ань Нань поднял свои глаза цвета феникса и сказал:

- Дин Юйчжи, не надо произносить эти высокопарные слова.

Он прямо назвал директора Дина по имени.

- Не думайте, что я скажу вам что-то, что поможет расследованию. Честно говоря, ваше городское управление нечисто на руку, поэтому я не буду обсуждать эти вопросы в присутствии других полицейских. А что касается вас, ребята, то если вы расскажете о том, что услышите, это может обернуться против вас. Кто знает, может, вы умрёте раньше меня.

С этими словами он улыбнулся.

Это была угроза, но директор Дин не повёлся. Он строго сказал:

- Прекрати нести чушь. Для переговоров нужны козыри. Если тебе есть что сказать, давай послушаем.

Затем Ань Нань выпрямилась и спокойно сказала:

- Вы слышали о клиринговой компании?

Услышав это слово, Гу Яньчэнь поднял голову и посмотрел на мужчину серьёзным взглядом. Директор Дин слегка нахмурился, поджал губы и почувствовал, что дело принимает интересный оборот.

- Это они подстроили всё так, чтобы ввести полицию в заблуждение? — спросил Гу Яньчэнь.

Вчера вечером он обсуждал этот вопрос с Шэнь Цзюньци.

Очевидно, Шэнь Цзюньци уже что-то знал. По мнению Гу Яньчэна, эти люди были высококлассными профессиональными убийцами, идущими в ногу со временем.

Брови Ань Нань слегка дрогнули.

- Всё верно. Планировщик составляет план, постановщик выполняет задачу, а уборщик убирает. Это профессионалы, которые намеренно вводят в заблуждение полицию и прокуратуру, создают улики, совершают преступления и при этом уходят от наказания.

Сфабрикованное дело

Глава 61. Сфабрикованное дело

Директор Дин заметил:

- Похоже, ты знаешь, о чём говоришь.

Ань Нань возразил:

- Ваши методы полицейского расследования стали более совершенными, интернет стремительно развивается, и в то же время такие люди, как мы, тщательно планируют свои преступления. Думаете, мы до сих пор используем устаревшие методы десятилетней давности?

Его слова заставили офицеров глубоко задуматься.

Ань Нань продолжил:

- Сейчас уже не те времена, когда на улицах устраивали поножовщину или сбивали людей грузовиками и скрывались с места преступления. В городе повсюду установлены камеры наблюдения. Преступления на почве ревности, ссоры между соседями, перерастающие в убийства, — всё это зло низшего порядка. Над ним возвышается пирамида изощрённых преступлений.

Директор Дин спросил:

- Значит, это привело к появлению таких профессий, как ваша?

Сидя в кресле начальника, он тоже думал о реформах, но то, о чём говорил собеседник, превосходило его воображение и сильно потрясло старого начальника.

Ань Нань объяснил:

- Подпольный рынок в Биньчэне намного больше и организованнее, чем вы можете себе представить. Взрывной рост благосостояния и развитие технологий сводят людей с ума. Если у вас есть деньги, вы можете пользоваться любыми услугами. Например, заказывать убийства, выдавать их за несчастные случаи и так далее.

В комнате для допросов сидело несколько человек, которые спокойно беседовали. Это больше походило на профессиональное интервью, чем на допрос.

Среди них Бай Мэн нервничала больше всех. Обычно она записывала и слушала, но сейчас не была уверена, стоит ли ей записывать эти слова. Её семья на протяжении нескольких поколений служила в полиции, но такого она никогда не слышала. Она знала, что, если эти слова просочатся в прессу, это разрушит мировоззрение всех сотрудников городского управления полиции, особенно мировоззрение тех старых полицейских, которое, скорее всего, рухнет.

Директор Дин нахмурился ещё сильнее. За десятилетия тьма распространилась в таких местах, о существовании которых они даже не подозревали. Теперь он понимал, почему было бы опасно говорить о том, что рассказывал этот человек. Таковы были тайные правила подземного царства. Если бы эти вопросы были вынесены на свет и открыто обсуждались, это привело бы к неприятностям, поскольку эти скрытые личности были чрезвычайно опасны.

Полицейские просто выполняли свою работу, они были обычными людьми, у которых были семьи и свои заботы. Публикация этой информации была бы опасна для них самих.

Директор Дин спросил:

- Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

Ань Нань улыбнулся:

- Ваша полиция, скорее всего, не смогла бы раскрыть эти дела даже после длительного расследования. Так что позвольте мне просветить вас.

Он на мгновение задумался, прежде чем продолжить:

- Давайте поговорим о самой базовой услуге, которую предоставляет планировщик, планировании. Как правило, стоимость таких услуг составляет от полумиллиона до десятков миллионов.

Директор Дин спросил:

- Что именно это подразумевает?

— Методы убийства, — ответил Ань Нань. — В частности, обучение людей тому, как убивать. Он сделал паузу, прежде чем привести пример: — Допустим, вы хотите убить пожилую женщину, которая живёт в высотном доме и каждый день развешивает бельё за окном. Организатор может посоветовать вам, ослабить крепление окна и бельевой верёвки, напомнить вам о необходимости стереть отпечатки пальцев и проинструктировать вас о том, как подделать лекарства от давления и диабета, которые принимает пожилая женщина. Замените лекарство витаминами или крахмалом. Изменения будут настолько незначительными, что ваши врачи их не заметят...

Гу Яньчэнь представил себе весь процесс. Как правило, подобными делами занимаются детективы из местного отделения.

Он уже предвидел исход.

Ань Нань продолжил:

- Пожилая женщина падает с крыши, и когда полиция проводит расследование, судебно-медицинская экспертиза не выявляет никаких проблем. Это тщательно спланированный несчастный случай. Или, скажем, вы хотите убить человека, который регулярно спускается по длинной лестнице в метро и часто проверяет телефон во время спуска. Вам просто нужно напоить его, дать ему неудобную обувь, а затем отправлять ему на телефон сообщения с угрозами, пока он спускается по лестнице. Он разобьётся насмерть у вас на глазах, и никто никого не сможет обвинить. Для тех, кто любит выпить за рулём, всё ещё проще. Если они выезжают из одного места, то там могут быть люди, которые уезжают на машине, создавая препятствия в слепых зонах на дороге, из-за чего машина пьяного водителя может упасть в реку. Поскольку они были за рулём в нетрезвом виде, то если они разобьются и погибнут, то это будет исключительно их вина, и никто не подумает, что это убийство. А ещё есть методы, связанные с пожарами…

При верхнем свете Ань Нань слегка приоткрыл тонкие губы. Его внешность была поразительной и в то же время пугающей. Он напоминал красивый, но смертоносный череп, от вида которого по спине бежали мурашки.

Обращаясь к полицейским, он уверенно произнёс:

- Это эволюция зла. Выживает сильнейший. За кулисами всегда кто-то что-то замышляет. Как общественность, так и полиция, вы часто видите то, что мы хотим вам показать. Вы не можете знать правду.

Ань Нань ухмыльнулся:

- Это лишь самое базовое планирование. Планировщики никогда не гарантируют успех, они просто предоставляют все варианты. Даже передача информации строго конфиденциальна. Мы полагаемся исключительно на репутацию. Но никто не осмеливается нас обидеть… Если вы готовы заплатить больше, то художник-постановщик лично воплотит план в жизнь.

В комнате для допросов Ань Нань говорил свободно. Сначала он отказывался отвечать на вопросы полиции, но после того, как все ушли, он, казалось, был готов признаться во всём.

Директор Дин не мог его понять.

Гу Яньчэнь продолжил следить за ходом допроса:

- Если у вас есть планировщики, которые составляют план, и постановщики, которые его реализуют, то, как происходит этот процесс?

Ань Нань ответил:

- Обычно мы выбираем случайное убийство. Для тех, кого нельзя выдать за жертву несчастного случая, мы заранее подбираем козла отпущения.

Похоже, этот козел отпущения должен взять на себя вину за преступление.

Гу Яньчэнь спросил:

- Как в случае с Чжан Кабэй? Или как в случае с Чжоу Чэном в деле 619 пять лет назад.

Ань Нань кивнул:

- Козел отпущения должен быть слабым, неспособным сопротивляться и иметь достаточный мотив. В частности, мы делим их на живых козлов отпущения и мёртвых козлов отпущения. Живые козлы отпущения должны предстать перед судом либо с психическим расстройством в анамнезе, либо будучи глухими и немыми, либо имея уязвимые места или что-то, чем мы можем манипулировать, чтобы они не несли чушь. Мы крепко держим козла отпущения за горло и направляем его так, чтобы никто не узнал правду. С мёртвыми козлами отпущения всё ещё проще, они мертвы, и нет никаких доказательств.

Ань Нань сделал паузу, прежде чем продолжить:

- Согласно нашей теории, убийство человека похоже на то, как если бы вы выбили костяшку домино. То, что раньше было труднодостижимым, внезапно обретает новые возможности, а затем находит новую точку равновесия. Наш мир постоянно рушится и восстанавливается. Поэтому, если вы хотите совершить идеальное преступление, вам нужно сначала придумать идеальную историю. Нам нужно найти достаточно веский мотив для козла отпущения, чем весомее мотив, тем в большей безопасности мы находимся.

Гу Яньчэнь внимательно слушал, гадая, что за человек мог придумать такое? Но он должен был признать, что в этой теории есть рациональное зерно. Муж, убитый женой, которая долгое время издевалась над ним и хотела отомстить, или медиум, убитый за то, что обманул своих клиентов.

Первая история явно больше соответствует здравому смыслу. Если бы это дело не было передано в их специальный отдел по расследованию преступлений, он не был бы уверен, что другие детективы и судмедэксперты смогли бы обнаружить хитрость и улики, которые были в нём скрыты.

Директор Дин нахмурился, внезапно о чём-то подумав. То, что говорил этот человек, заставило его усомниться во многих делах. Действительно ли то, что люди считают правдой, является правдой?

Шэнь Цзюньци, который до этого молчал, заговорил:

- Я не верю в это. Есть ли хоть одно доказательство того, о чем вы говорите?

Гу Яньчэнь посмотрел на него. Выражение лица Шэнь Цзюньци оставалось спокойным, как будто он просто выражал свои сомнения.

Но Гу Яньчэнь понял, что прошлой ночью Шэнь Цзюньци сам поднял тему клиринговой компании.

Теперь, говоря это, он словно заманивал собеседника в ловушку, чтобы выудить больше информации.

Услышав замечание Шэнь Цзюньци, директор Дин тоже посмотрел на Ань Наня.

Пустые слова ничего не стоят, не стоило так легко доверять этому человеку.

Ань Нань действительно принял вызов.

Он улыбнулся:

- Тогда позвольте мне привести пример. Примерно два года назад в мае была убита семья из пяти человек. Полиция арестовала психически нездорового человека, он стал козлом отпущения. Это дело может оставить некоторые следы…

Услышав это, директор Дин тихо спросил Гу Яньчэна:

- Был ли такой случай?

Гу Яньчэнь  сразу вспомнил.

- Он, наверное, имеет в виду дело о резне 514.

Хотя это было не его дело, он обратил на него внимание.

Опираясь на воспоминания, Гу Яньчэнь продолжил:

- Это произошло 14 мая два года назад, когда в районе Чансинь были найдены трупы пяти членов семьи. Недалеко в  состоянии смятения был арестован мужчина, весь в крови, с орудием убийства в руках. Расследование установило, что это был психически нездоровый Цай Цзиньлян, который в итоге признался во всём.

В нескольких словах он кратко изложил суть дела. Это дело было отвратительным, и Второе отделение Биньчэна быстро раскрыло его, опираясь на убедительные доказательства. Городское отделение даже похвалило их за это.

Ань Нань улыбнулся ещё шире:

- Всё ещё не веришь? Тогда иди и посмотри на материалы.

Документы по делам подведомственного бюро хранились в штаб-квартире.

Директор Дин откашлялся и сказал:

- Бай Мэн, быстро иди в архивное отделение и принеси дело.

Бай Мэн поспешила уйти. Через несколько минут она постучала в дверь, держа в руках толстую стопку документов.

Директор Дин открыл дело и протянул папку Гу Яньчэну.

Он сделал вид, что сердится:

- Я хочу убедиться, нет ли в этом деле чего-то подозрительного.

Шэнь Цзюньци сидел рядом. Как судмедэксперту, ему не нужны были текстовые файлы. Однако было несколько фотографий. Директор Дин передал их ему для изучения. Это были фотографии с места преступления и фотографии подозреваемого.

Сцена была кровавой и ужасной.

Шэнь Цзюньци взял одну из фотографий — снимок Цай Цзиньляна во время ареста.

На фотографии Цай Цзиньлян, стоящий лицом к камере, был в наручниках, его одежда была разорвана, лицо ничего не выражало, а глаза были пустыми и смотрели прямо перед собой.

Шэнь Цзюньци быстро заметил некоторые детали. Он указал на них директору Дину:

- Пятна крови, на одежде подозреваемого, расположены неравномерно. На горловине есть брызги крови, а манжета рукава порвана.

Когда кровь брызжет, она стекает, попадая на линию шеи, и оставляет пятна. Даже если двигаться или вытирать, следы всё равно останутся. Этот принцип похож на рисование красками, краска на краю бумаги должна идеально совпадать со следами на столе.

На этой фотографии, несмотря на то, что на лице и руках Цай Цзиньляна были пятна крови, казалось, что они были нанесены позже. Возможно, окровавленную одежду надели уже потом.

Директор Дин взял фотографию в руки и уставился на неё, и по спине у него пробежал холодок.

Если слова Ань Наня были правдой, то Цай Цзиньлян в этом деле не был настоящим преступником. После того как полиция сделала фотографии, окровавленная одежда была изъята в качестве улики. После того как судмедэксперты извлекли и проанализировали пятна крови на руках и теле Цай Цзиньляна, их смыли. Группа крови совпадала, и, учитывая его признание, было установлено, что это он убийца.

Только эта фотография не давала покоя.

Автору есть что сказать:

Разблокирована арка с Торгово-промышленной палатой Хэту и клиринговой компанией – две организации, работающие вместе.

Есть трудовые отношения, и владельцем клиринговой компании является Му Ювэй.

Поскольку Линь Сянлань затронул интересы Торговой палаты Хэту, он был убит людьми, посланными клиринговой компанией, а Му Ювэй с Псами ранили Линь Ло.

По поводу организации работы в клиринговой компании:

Клиринговая компания имеет три подведомственных отдела: планировщиков, исполнителей и уборщиков.

Планировщики впервые появились в «Материалах уголовных расследований». Брат с форума был планировщиком первого поколения.

Художник-постановщик или исполнитель, упомянутый в «Записках уголовного расследования», – это человек, ответственный за убийство людей и украшение сцены, это и есть Пес.

Уборщики несут ответственность за уборку последствий преступления, об этом будет подробно объяснено позже.

Чистильщик

Глава 62. Чистильщик

Директор Дин был почти уверен, что Цай Цзиньлян был тем самым «козлом отпущения», о котором говорил Ань Нань.

Он спросил уже дрожащим голосом:

- Что случилось с Цай Цзиньляном потом?

Гу Яньчэнь пролистал материалы дела и сказал:

- Показания Цай Цзиньляна не были приняты  в суде, из-за проблем с психикой.

В последнем дополнительном документе он нашёл запись:

- Цай Цзиньлян умер в психиатрической больнице в этом году.

Живой козел отпущения превратился в мёртвого, не оставив после себя никаких улик. Это было дело времён бывшего начальника Вана, которым занималась подчинённая ему ветвь, и теперь оно оказалось неправомерным.

Директор Дин запаниковал ещё больше, когда понял, что не знает, сколько ещё таких дел существует.

Директор Дин сжал папку в руках, его лицо помрачнело.

- Мы должны провести тщательное расследование! Когда мы встретимся с представителями филиала, мы запросим информацию и вместе изучим все прошлые дела!

Ань Нань, слегка усмехнулся и зазвенел наручниками.

- Теперь вы верите, что я говорил правду? Но позвольте мне сказать вам, что расследование бесполезно. Последствия этого дела убирали в течение трёх месяцев, так что вам не за что будет зацепиться.

А-Нань, не расстроился из-за своего признания, а вместо этого почувствовал злорадство по поводу этого несчастья.

- Для чего нужны уборщики? - Гу Яньчэнь вспомнил, что Ань Нань упоминал три профессии, планировщик, исполнитель и уборщик.

Ань Нань сказал:

- Чистильщики, также известные как уборщики, отвечают за удаление пятен крови, трупов, цифровых следов и фальсификацию записей. Они могут изменить всё, от регистрации домохозяйств, удостоверений личности, банковской информации до записей с камер наблюдения — всё, что только можно себе представить.

Директор Дин нахмурил брови. В наши дни люди в значительной степени полагаются на электронные источники информации, но большая часть этой информации должна быть вручную заполнена рядовыми сотрудниками, прежде чем она попадет в полицейскую систему. Учитывая объем информации и количество задействованных сотрудников, никто не может гарантировать, что в этих записях не будет ошибок.

Подкуп рядовых сотрудников или взлом компьютерных сетей могут способствовать фальсификации, но если достоверная информация окажется ложной, ею можно будет воспользоваться...

Эти преступники могли бы легко получить новые документы, удостоверяющие личность. У детей, ставших жертвами торговли людьми, могли бы быть законные свидетельства о рождении. Мошенники и игроки в онлайн-казино могли бы незаметно снимать деньги со счетов, и вернуть их было бы невозможно. Можно было бы изменить даже вопросы жизни и смерти. Они могли бы создавать «живых мертвецов» для выполнения заданий или поддерживать «жизнь» умерших людей, чтобы снять с себя вину или получить пенсионные выплаты. С помощью уборщиков некоторые люди могли безнаказанно совершать злодеяния, избегая контроля и наказания.

Директор Дин внезапно осознал, что кажущиеся непобедимыми электронные информационные базы данных, создававшиеся на протяжении многих лет, были уязвимы.

О существовании некоторых дыр можно было догадаться.

Зло было подобно тараканам в доме, если вы нашли одного, то, скорее всего, где-то прячутся ещё. Раскрытие одного случая указывало на то, что в других местах, неизвестных им, происходило нечто подобное.

От одной мысли об этом по спине бежали мурашки.

Гу Яньчэнь не мог понять, на чьей стороне Ань Нань. Он не был похож на убийцу, скорее на информатора, который с готовностью предоставлял им сведения.

Директор Дин переключил разговор на текущее дело:

- Кто заплатил вам за убийство Цзо Цзюньмина?

Ань Нань ответил:

- Этого я не знаю.

Директор Дин снова спросил:

- Где находятся ваши люди?

Ань Нань улыбнулся:

- Мы часто меняем адреса. Где бы мы ни жили раньше, сейчас там всё убрано. Мы ничего не оставляем, чтобы вы могли это расследовать.

- Откуда берутся эти люди, которые творят такое?

- Некоторые из них — освободившиеся заключённые, некоторые — из приютов, где их воспитывали с детства, а о происхождении некоторых я не уверен...

Директор Дин спросил:

- А ты как связался с этими людьми?

Услышав этот вопрос, Ань Нань сделал паузу.

Его улыбка стала шире:

- Что касается моей истории, я не расскажу её вам, даже если попросите. Лучше подумайте, о чём ещё вы хотите узнать, пока я в хорошем настроении.

Директор Дин продолжил:

- Кто возглавляет эту организацию?

Ань Нань на мгновение задумался:

- Мы называем его боссом.

Гу Яньчэнь спросил:

- Значит, это вы вдвоем убили Цзо Цзюньмина?

Ань Нань ответил:

- Эту задачу в основном выполнял Гончий. Я лишь принес орудия убийства и подставлял себя под камеры. Поскольку у меня длинные волосы, мой силуэт был похож на силуэт Чжан Кабэй.

Пара слов и Ань Нань полностью снял с себя вину, представив себя всего лишь новичком-соучастником.

После этого директор Дин начал расспрашивать о подробностях дела, и Ань Нань рассказал обо всём, что происходило, в том числе о том, как они допрашивали Цзо Цзюньмина в соответствии с процедурой прошлой ночью и как они выследили и попытались убить Чжан Кабэй, сделав её козлом отпущения.

Гу Яньчэнь спросил:

- Каковы результаты допроса Цзо Цзюньмина? Он рассказал, где находится вторая половина праха?

- Его допрашивал Гончий. Цзо Цзюньмин, кажется, упомянул какое-то имя…

Ань Нань опустил голову, пытаясь вспомнить.

- Я не всё расслышал, но у покупателя, кажется, была фамилия У.

Фамилия У, богатство и смерть молодого мужчины в семье, который собирался жениться на дальней родственнице, — всё это сузило круг возможных организаторов.

Директор Дин спросил:

- Кто спланировал это дело?

Поскольку они уже нашли художника-постановщика, который также был исполнителем, организатор тоже должен быть сообщником.

Ань Нань ответил:

- Это дело спланировал господин Цин Шуй. Он самый любимый сын босса и его преемник.

Услышав это, директор Дин фыркнул:

- Если он позволил тебе попасться, значит, план был не таким уж идеальным. Тебе лучше сотрудничать с полицией. Хотя силы зла сейчас прячутся в тени, полиция рано или поздно их поймает. Если ты будешь полностью сотрудничать с нами, то, возможно, получишь более мягкий приговор.

Ань Нань улыбнулся, но промолчал, словно не обращая внимания на сложившуюся ситуацию.

Допрос длился больше часа. Ближе к концу Ань Нань сказал:

- Я немного устал, и у вас остался только один вопрос. Можете хорошенько его обдумать.

После допроса Гу Яньчэнь не полностью доверял этому загадочному убийце по имени Ань Нань. Поскольку его напарник погиб, Ань Нань мог сфабриковать дело по своему усмотрению.

Гу Яньчэнь и директор Дин переглянулись и задали самый важный для них вопрос:

- Почему вы рассказали нам всё это?

С самого начала этого дела в нём было несколько необъяснимых и нелогичных моментов. Ключевой момент заключался в том, что они не могли объяснить мотивы Ань Нана.

Ань Нань улыбнулся и откинулся на спинку стула:

- Мы все просто работники, которые трудятся на своего босса. Как говорится, «враг моего врага — мой друг». Я недоволен своим боссом, который постоянно держит нас в напряжении. Естественно, лучший способ выпустить пар — рассказать полиции кое-что из его секретов. Хотя вы не можете открыто проводить расследования в городском бюро, в будущем вам придётся быть осторожнее. Так мы сможем пораньше уйти на пенсию.

Директор Дин снова спросил:

- Кто ваш начальник?

- Я уже ответил на ваш последний вопрос. Хоть мне и не нравится мой начальник, я не готов его выдать. По сравнению с этим надёжность вашей полицейской защиты вызывает ещё больше сомнений. Что, если я снова окажусь в его руках?

Шэнь Цзюньци спросил:

– Тебе есть, что еще сказать?

Ань Нань помолчал и, улыбнувшись, посмотрел на Шэнь Цзюньци.

Ань Нань медленно произнёс, глядя на него в свете лампы в комнате для допросов:

– Ты веришь в реинкарнацию причины и следствия, в то, что добро и зло вознаграждаются?

Какое-то время вокруг было очень тихо.

Это обычное предложение, но оно странное.

Кажется, что эта фраза не должна звучать из уст убийцы.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Ань Наня, и вспомнил об одном человеке.

Они доели лапшу с говядиной за школой, и когда они поставили миски и палочки, тот человек спросил:

- Линь Ло, ты веришь в это или нет, реинкарнация причины и следствия, добро и зло вознаграждаются? То, что мы делаем сегодня, и те усилия, от которых мы не отказываемся, будут иметь смысл…

Казалось, будто луч света внезапно озарил тьму и хаос.

Шэнь Цзюньци улыбнулся, он  всё понял и нашёл все ответы. Он понял, почему здесь появился этот странный человек по имени Ань Нань и почему он сказал им всё это… Кто-то посеял семена во тьме, и в борьбе между добром и злом, наконец, появились новые ростки.

Сказав это, Ань Нань снова замолчал, словно вернулся в прежнее состояние и отказывался говорить, несмотря ни на что.

После разговора с Ань Нанем Гу Яньчэнь систематизировал полученную информацию.

Некоторые, казалось бы, не связанные между собой моменты наконец-то сложились в единую картину. Скорее всего, только богатые бизнесмены из торговой ассоциации Хэту могли позволить себе нанять сотрудников из этой клиринговой компании.

Гу Яньчэнь всё больше убеждался в том, что они причастны к делу 19 июня. По сравнению с тем временем они изменились и стали действовать более осмотрительно.

Допрос завершился, и все вышли из комнаты для допросов.

Бай Мэн не знала, как задокументировать эти события, поэтому спросила директора Дина:

- Директор Дин, как мне это записать?

Директор Дин проинструктировал её:

- Разделите дела на две части. Что касается дела о прахе, то это уже установленный факт. Заберите его заявление и положите в архив, это не повлияет на публикацию полицейского отчёта. Что касается его слов о клиринговой компании и неправомерных действиях, то мы не будем торопиться с расследованием.

Затем он подозвал остальных.

- Кстати, не стоит пока говорить об этом ни кому. Послушайте меня и действуйте осторожно.

Гу Яньчэнь ответил:

- Понял.

Шэнь Цзюньци стоял рядом и тоже кивнул.

Без тщательного изучения этих тёмных дел и их полного искоренения опрометчивое объявление войны без должной подготовки приведёт к провалу и опасности.

Директор Дин решил лично разобраться, насколько глубоки эти темные воды.

Шэнь Цзюньци настоял на том, чтобы присутствовать на допросе, и сейчас уже чувствовал себя измотанным.

Гу Яньчэнь остановил его:

- На сегодня я даю тебе выходной. Иди домой и как следует, отдохни.

Шэнь Цзюньци забеспокоился:

- А как же ты?

Гу Яньчэнь ответил:

-Дело на критической стадии. Посмотрим, сможем ли мы воспользоваться нашим преимуществом и найти того, кто за всем этим стоит.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Не забывай отдыхать и не допускай заражения раны.

Гу Яньчэнь видел, что Шэнь Цзюньци беспокоится.

- Я вздремну в дежурной комнате. Не волнуйся, я справлюсь.

Только после этого Шэнь Цзюньци согласился и вернулся в судебно-медицинский центр, чтобы собрать вещи и отправиться домой.

Биньчэнь, полдень.

После вчерашнего дождя сегодня выдался солнечный день, особенно во второй половине дня, когда небо было ясным и на многие мили вокруг не было ни облачка.

В три часа дня У Сиэня и его жену привели в резиденцию семьи Яо, расположенную на востоке Биньчэна.

Сегодня рано утром семья Яо прислала им приглашение, в котором говорилось, что им нужно обсудить важный вопрос и что они надеются, что они с женой смогут прийти на встречу.

Это была частная резиденция семьи Яо, довольно просторная, с павильонами и террасами внутри, с пятью входами снаружи. Семья Яо была известной семьёй в Биньчэне, которая занималась продажей запчастей.

Сорок лет назад семья Яо начала с производства велосипедных корзин и стала лидером в этой отрасли.

В то время более половины велосипедов на улицах Биньчэна были произведены на фабрике семьи Яо.

Позже семья Яо начала выпускать велосипеды для совместного использования, электро велосипеды, улавливая каждую волну изменений в сфере транспорта, и добилась огромного успеха, заработав миллиарды.

Супруги У сидели в чайной комнате дома, в лучах солнечного света. Оба были одеты в чёрное, лица их выражали безразличие, они не могли оценить красоту окружающей обстановки.

Когда они устроились, служанка налила им чаю и ушла.

На стол был подан изысканный чай Лунцзин с Западного озера.

Госпожа У сделала глоток, и они с мужем переглянулись, чувствуя некоторую неловкость. У Сиэнь был готов к этому и взял жену за руку, чтобы успокоить её, сказав:

- Всё в порядке. Как только мы с ними встретимся, всё будет решено.

Супругам У не пришлось долго ждать и вскоре они увидели выходящую пару, лет сорока. Мужчина был в рубашке и костюме, а женщина — в традиционном китайском платье, с завязанными волосами. Это были Яо Линь, нынешний глава семьи Яо, и его жена.

Они заняли свои места, а горничную попросили уйти.

Некоторое время все сидели, молча, не произнося ни слова. Это было похоже на семейное собрание, но атмосфера была не такой приятной.

Яо Линь не стал ходить вокруг да около и напрямую обратился к У Сиэню:

- Господин У, мы с вами уже встречались в городе. Я слышал, что ваш сын недавно скончался…

При упоминании этой темы госпожа У не смогла сдержаться, и её глаза тут же наполнились слезами.

У Сиэнь сказал:

- Он скончался пятьдесят дней назад. Мы только что завершили сорокадневный ритуал в его честь.

- Примите мои соболезнования. Мы тоже пережили боль потери сына полгода назад.

Обе семьи были среднего возраста и сочувствовали горю друг друга.

Госпожа Яо прокашлялась и сказала:

- Давайте сразу перейдём к делу. Мы пригласили вас сегодня, чтобы обсудить вопрос о призрачном браке. Вы обращались к посреднику по имени Цзо Цзюньмин, чтобы он устроил брак вашего сына с Мяо Ихэ?

Супруги У были крайне осторожны в этом вопросе, но сейчас они столкнулись с проблемой.

За последние годы семья У сколотила состояние на приправах и стала одной из самых богатых семей.

Семья У  была богата, но, к несчастью, их единственный сын внезапно погиб в результате несчастного случая. Прошло чуть больше месяца, и, поскольку они хотели устроить тайную свадьбу для своего сына, они ещё не похоронили его официально. Узнав, что прах Мяо Ихэ доступен, они потратили три миллиона юаней, чтобы она стала парой для их сына.

Яо Линь вздохнул:

- Это всё из-за господина Цзо. Он фактически дважды продал один и тот же прах. Он взял с нас пять миллионов, отдал нам половину праха, а потом развернулся и продал тот же прах вам. Я знаю, что вы не виноваты, но мы не можем похоронить только половину праха.

Госпожа У задрожала и спросила:

- Вы хотите сказать, что полученный нами прах неполный?

Госпожа Яо кивнула.

У Сиэнь спросил:

- И как вы предлагаете это решить?

Яо Линь сказал:

- Давайте будем откровенны. Я надеюсь, что вы сможете достать вторую половину праха. В качестве извинения моя семья частично компенсирует вам ущерб и поможет найти новую невесту для вашего сына.

Госпожа У забеспокоилась:

- Это неприемлемо. Мы так долго ждали этого брака, потратили миллионы, чтобы заполучить желанную невестку. То, что вы предлагаете, несправедливо по отношению к нам, не так ли?

У Сиэнь добавил:

– Это вопрос очередности. Сначала мы договорились с Цзо Цзюньмином. На тот момент он согласился на цену в три миллиона, и прах принадлежит нам.

Яо Линь вмешался:

- Не волнуйтесь. Мы ведь это обсуждаем, не так ли?

У Сиэнь предложил:

- Как насчёт того, чтобы я дал вам денег, и ваша семья принесла вторую половину праха? Тогда вы сможете найти другую невестку. Вы согласны?

Семьи не могли прийти к согласию и начали спорить.

Госпожа Яо сказала:

- Если вы настаиваете на своём, то нет смысла продолжать обсуждение. Поскольку прах неполный, его нельзя использовать. Если вы не согласны, мы можем просто избавиться от обеих частей праха.

После этих слов спорящая пара У замолчала.

- Это просто потеря для нашей семьи Яо, — Яо Линь шлёпнул чашкой по столу, расплескав немного чая. — Но если вы будете настаивать, мы можем поссориться.

У Сиэнь предложил:

- Может, нам стоит позвонить тому, кто продал прах, и прояснить этот вопрос?

Госпожа У, которая до этого занималась этим делом, потянула мужа за руку и прошептала:

- Тот, кто продал прах, похоже, мёртв.

Она удивлённо посмотрела на них обоих.

- Разве не вы наняли убийцу, чтобы убить его?

Госпожа Яо вздохнула:

- Здесь нет посторонних. Позвольте мне быть с вами откровенной. Мы приложили все усилия, чтобы найти вас. Цзо не послушался, поэтому мы позаботились о нём. Теперь всё зависит от вас.

Супруги У притихли. В её словах прозвучал намек на угрозу.

Яо Линь сказал:

- Если вы хотите дружить с нашей семьёй Яо, мы будем вам благодарны. Более того, я могу познакомить вас с некоторыми людьми, может быть, даже устроить в бизнес-ассоциацию. Тогда вы сможете легко заработать не несколько миллионов, а несколько десятков миллионов.

Один из них изображал хорошего полицейского, другой — плохого, сочетая лесть и запугивание.

Супруги У переглянулись, но так и не смогли принять решение.

Госпожа Яо лично налила им воды в чашки.

Она вытерла слёзы, изображая жалость:

- Моя семья не хотела, чтобы всё дошло до этого. Просто недавно мне приснился сон. Мне приснилось, что мой сын одинок под землёй, и он настоял, чтобы я выбрала ему невесту. Мы посоветовались с мастером, и Мяо Ихэ должна была стать моей невесткой, потому что мой сын ушёл. Если они смогут быть вместе под землёй, это будет прекрасно.

Она говорила так, словно в этом не было ничего отвратительного и противоречащего здравому смыслу.

Тогда У Сиэнь заговорил серьёзно:

- Какую компенсацию вы можете нам предложить?

Яо Линь, уловив его тон, начал предлагать:

- Один миллион.

Госпожа У снова заволновалась:

- Всего один миллион? Если вы предложите нам три миллиона в качестве компенсации за наши потери, то мы отдадим пепел.

- Если бы не вы, мы бы не стали так долго ждать.

- Хотя мы и не богатая семья, мы не согласимся на такую маленькую сумму. Нам нужен контракт…На самом деле мой сын и Мяо Ихэ больше подходят друг другу…

Какое-то время обе стороны спорили, пока вдруг в панике не вбежала горничная.

Яо Линь нахмурился и поднял глаза:

- Разве мы не договаривались, что будем обсуждать здесь важные вопросы, и никто не должен нас беспокоить?

Как только он закончил говорить, снаружи вошла группа людей. Возглавлял их Гу Яньчэнь, он отдохнул всего пару часов и пришел лично встретиться с главным злодеем.

Полагая, что окончание дела близко, Гу Яньчэнь не выказывал никаких признаков усталости, а, наоборот, казался бодрым.

Яо Линь догадался кто они, но всё же встал и хрипло спросил:

- Кто вы?

- Мы из полиции, — Гу Яньчэнь помахал своим полицейским значком. — Полиция подтвердила, что вы связаны с делом о похищенном прахе и заказном убийстве. Пожалуйста, сотрудничайте и проследуйте с нами в отдел для допроса.

Сегодня утром команда детективов наконец-то нашла улики и установила, что У Сиэнь был одним из покупателей. Позже они выяснили, что и семья Яо переводила крупные суммы денег неизвестным получателям.

Утром команда детективов начала отслеживать переписку У Сиэня и быстро выяснила, что Яо Линь связалась с У Сиэнем и договорилась о встрече.

Полиция сразу задержала супругов У, которые, столкнувшись с доказательствами, уже признались в покупке праха.

Чтобы получить доказательства того, что Яо нанял убийцу, они пришли сюда. Цель состояла в том, чтобы заставить супругов Яо раскрыть правду о том, что они наняли убийцу.

Супруги У были оснащены записывающими устройствами.

Полиция уже давно окружила двор семьи Яо, это было всё равно, что ловить черепах в банке. Их разговор был записан слово в слово. Только когда Яо Линь признался, что нанял убийцу, чтобы разобраться с Цзо Цзюньмином, Гу Яньчэнь приказал полицейским войти.

Лица членов семьи Яо изменились, они поняли, что попали в ловушку. Они встали и вышли вслед за полицейскими.

- Посмотрите на этих людей, все они одеты в красивые одежды и выглядят праведными, но говорят о вещах, которые не следует обсуждать. - Лу Ин сказал, - Я не понимаю, зачем об этом спорить? Какая разница, когда пепел смешается, если урны наполнены пеплом других людей? Неужели кто-то ещё присоединится к призрачной свадьбе и брачному чертогу?

Бай Мэн фыркнула:

- Думаю, сыновья этих двух семей вполне подходят друг другу.

Лу Ин сказал:

- Да, почему бы просто не похоронить их вместе, чтобы не спорить.

Обе семьи были арестованы и доставлены на допрос.

Гу Яньчэнь сам проводил допрос, а когда закончил, получил сообщение от директора Дина с просьбой зайти.

Гу Яньчэнь подошёл к входу в здание уголовного розыска, как вдруг снаружи раздался гудок. У здания городского бюро остановилась чёрная «Ауди», и из машины вышел мужчина.

В этот жаркий летний период мужчина был одет в костюм с галстуком и выглядел безупречно.

Гу Яньчэнь был с ним знаком, они пересекались по работе.

Мужчину звали Хэ Вэньлинь, он был юристом из юридической фирмы «Биньчэнь».

Хэ Вэньлинь был опытным адвокатом, и состоятельные клиенты охотно обращались к нему. Он был готов помочь любому клиенту, если тот мог заплатить.

Хэ Вэньлинь посмотрел на Гу Яньчэна внизу и сказал:

- Капитан Гу, я здесь, чтобы увидеться со своим клиентом.

Гу Яньчэнь ответил:

- Он в комнате для допросов, только что признался во всех деталях преступления.

Хэ Вэньлинь спросил:

- Они во всём признались?

Гу Яньчэнь кивнул:

- Во всём.

Любой другой адвокат на его месте мог бы проклясть свою удачу, чем меньше слов будет сказано во время допроса, тем легче будет вести дело. Но Хэ Вэньлинь не был похож на обычных людей. Он поднялся по ступенькам с улыбкой на лице:

- Спасибо, капитан Гу. Похоже, это дело принесёт мне больше денег.

Гу Яньчэнь немного поболтал с ним, а затем отправился в кабинет начальника.

Директор Дин ждал его и осторожно закрыл дверь. Гу Яньчэнь сел напротив директора Дина и увидел, как сильно тот постарел всего за один день.

Директор Дин вздохнул:

- Капитан Гу, сегодня я думал о том, о чём рассказал тот парень, Ань Нань…

Старый начальник и представить себе не мог, что это дело будет связано с такими вещами. Но он следовал версии о том, что Яо наняли, и распорядился перевести Ань Наня в центр содержания под строгим надзором.

Вопрос о том, как завершить это дело, всё ещё рассматривался.

Директор Дин достал стопку документов и протянул её Гу Яньчэну:

- Результаты сравнения ДНК Ань Нана, которые мы получили за одну ночь.

Гу Яньчэнь открыл папку. Это было дело несовершеннолетнего правонарушителя. Отпечатки пальцев можно стереть, но кровь и ДНК, однажды внесённые в базу данных, сохраняются, и их сложно подделать.

Гу Яньчэнь взглянул на него и слегка нахмурился:

- Дело о резне в деревне?!

Он был молод, но слышал об этом деле.

Он и представить себе не мог, что за Ань Нанем стоит такая история.

Лицо директора Дина помрачнело, он слегка кивнул:

- У нас с ним одна фамилия, его настоящее имя — Дин Юэран.

В этом мире есть и добро, и зло, и этот ребёнок был плодом зла. Он родился во тьме, и вокруг него было слишком много крови.

Теперь, когда об этом известно, в этом деле заключено зло человеческой натуры, и оно по-прежнему будет заставлять людей содрогаться.

Ань Нань

Глава 63. А - Нань

Этот случай произошёл в деревне Фанси в Биньчэне, самой отдалённой и бедной деревне в округе.

Деревня расположена на небольшом острове посреди озера рядом с Биньчэном. Небольшой остов во время сильных дождей часто затапливает, и земля там неплодородная. В деревне проживало более пятисот человек, что делало её одной из самых бедных деревень в стране.

Инцидент произошёл десять лет назад, а если считать все жалобы, то и того раньше. Случай был возмутительным, он произвёл фурор в то время.

В те времена интернет был не таким развитым, поэтому информации было не так много.

История началась тридцать лет назад, когда вдова с немой дочерью из соседней деревни вышла замуж за овдовевшего мужчину из их деревни. У мужчины тоже был сын, и они жили вчетвером. Вскоре вдова умерла, и немая девочка стала жить с отчимом и братом. Когда немой девочке исполнилось шестнадцать, она стала красивой и очень жизнерадостной. Некоторые люди приходили свататься, но отчим их останавливал.

Со временем живот немой девочки стал постепенно увеличиваться. По деревне поползли слухи, одни говорили, что ребёнок от отчима, другие — что от его сына, но люди не могли прийти к единому мнению. Некоторые сплетницы даже спрашивали немую девочку, но она лишь качала головой — то ли не хотела говорить, то ли сама не знала.

Мужчина не возражал и нашёл в деревне женщину, которая помогла с родами, и немая девушка смогла родить ребёнка. Когда родился мальчик, его стали воспитывать в семье.

Через несколько лет мужчина снова женился. Его старший сын тоже женился и привёл в дом жену.

В семье стало шесть человек. Немая девушка вместе с ребёнком спала в самой дальней комнате, и вся семья помыкала ею, заставляя выполнять всю грязную и тяжёлую работу. Днём ей приходилось ходить в поля, чтобы заниматься сельским хозяйством, стирать одежду для всей семьи в разгар зимы, а также готовить и мыть посуду. Жена хозяина часто ругала её, называя ведьмой.

После того как мужчина женился во второй раз, он начал отправлять немую девушку на подработку. Сначала это были всего несколько человек, но позже к ним присоединились все мужчины в деревне, которые были готовы заплатить за ночь с немой девушкой. Так продолжалось больше десяти лет, пока девушка, не выдержав унижений, однажды ночью повесилась.

Полиция приехала в деревню, не удивившись такой ситуации, и быстро пришла к выводу, что это было самоубийство, поспешно выдав свидетельство о смерти. Мужчина не хотел тратить деньги на кремацию, поэтому нашёл случайное место за пределами деревни и похоронил её. На седьмой день после смерти девушки ночью пошёл сильный дождь.

Ребёнок, которого оставила немая, проснулся посреди ночи, взял мачете и убил всех членов семьи, во сне. Более того, в ту же ночь ребёнок перелез через стену и убил одинокого старика-холостяка в деревне. За одну ночь было отнято пять жизней, что в любом случае считалось бы серьёзным преступлением, не говоря уже о том, что преступником был ребёнок младше четырнадцати лет.

Местный полицейский участок не решился заниматься этим делом и сообщил о нём в городское управление. Команда детективов из отдела по расследованию особо тяжких преступлений приехала в деревню, чтобы провести расследование, и обнаружила, что все жители деревни на взводе. Они держали двери наглухо закрытыми, боясь оставаться в одиночестве и опасаясь мести со стороны мальчика.

Когда полиция начала расследование, все хранили молчание. В итоге полиция выяснила причину. Оказалось, что почти каждый мужчина в деревне бывал в том доме и проводил время с немой девушкой. Все женщины в деревне тоже знали об этом.

Полиция нашла записку, которую сын немой написал с просьбой о помощи: «Спасите мою маму, спасите меня, помогите мне позвонить в полицию».

Мальчика ни когда не учили, поэтому почерк был кривой и неаккуратный. Он научился писать, тайком пробираясь в деревенскую школу. Всякий раз, когда в деревню приезжал чужак, мальчик передавал ему записку, но до смерти его матери никто ни разу не обращался в полицию. Все в деревне молчаливо хранили эту греховную тайну.

Когда отдел по расследованию особо тяжких преступлений отправился арестовывать людей, они нашли мальчика у могилы своей матери. Они выкопали её тело и обнаружили, что оно все покрыто синяками. Благодаря признанию мальчика они узнали всю правду. Когда его мать почти до смерти избили, и она заболела, эта семья повесила её.

Ребёнок видел, как убивали его мать. А немую девочку избили, потому что старый холостяк положил глаз на взрослого мальчика и предложил высокую цену. Мужчина согласился, но в критический момент вмешалась мать и остановила сделку. Мужчина решил, что немая мешает им получить новый источник дохода.

Мальчик также был найден при аресте избитым. На его теле были видны следы побоев мужчины и царапины, оставленные женщинами в доме. Он был очень послушным мальчиком, но если бы он не родился в такой семье, его жизнь могла бы сложиться иначе. Но с самого рождения он был подвержен первородному греху человечества. Он родился в самой грязной, эгоистичной и уродливой части человечества.

Поскольку ему не было четырнадцати лет, он не подлежал уголовной ответственности. С учётом различных факторов Дин Юэран был помещён под опеку до совершеннолетия, и в документах осталась его кровь.

Когда Гу Яньчэнь закончил читать, его взгляд упал на имя детектива, ответственного за  документы, Ли Чжуннань.

Он знал Ли Чжуннаня. Тот был главой отдела по расследованию особо тяжких преступлений, когда Линь Сянлань ещё был жив. Ли Чжуннань вёл это дело, когда только возглавил отдел по расследованию особо тяжких преступлений.

Ань Нань, с которым они столкнулись, — это Дин Юэран, убивший несколько человек десять лет назад.

— Из-за сложности этого дела и возраста Дин Юэрана он не был приговорён к суровому наказанию, — сказал директор Дин. — Я поручил провести расследование, и вскоре после того, как Дин Юэран вышел из-под опеки пять лет назад, он исчез. Я подозреваю, что с тех пор он работает в клининговой компании.

Гу Яньчэнь сказал:

— Директор Дин, вы действительно верите в то, что он сказал? Тот, кто знает, как устроена компания по уборке, наверняка прошёл через промывание мозгов и обучение. Зачем ему было рассказывать нам всё это? Разве это не подозрительно? Более того, если он проработал в компании пять лет, он не мог быть хорошим человеком. Он наверняка был замешан во многих делах. А ещё…

Гу Яньчэнь на мгновение замолчал, а затем спросил:

— Он действительно просто соучастник?

— Причина, по которой он сдался, действительно странная, — вздохнул директор Дин. — Но теперь я сомневаюсь, что он говорил нам правду. По крайней мере, частично… детали дела о кремации совпадают с тем, что он сказал, и с делом 514 действительно есть проблемы.

Гу Яньчэнь спросил:

— И что нам теперь делать? Расследовать прошлые дела?

Директор Дин вздохнул.

— Сегодня заместитель директора Дун и несколько других руководителей созвали совещание, чтобы обсудить пересмотр старых дел за последние несколько лет… Но как только мы упомянули об этом, старожилы в бюро начали яростно возражать. Кто-то сказал, что они слишком заняты, чтобы отвлекать сотрудников, а кто-то сказал, что это не будет способствовать дальнейшей работе.

Директор Дин потёр виски пальцами.

— Чем больше они беспокоятся, тем более виноватыми кажутся. Кто-то боится быть замешанным, кто-то — задеть людей, вороша прошлое. Короче говоря, у каждого свои мысли, и у всех есть скрытые мотивы.

В конце концов, городское бюро отвечает только за крупные дела. В городе проживают миллионы людей, и многие дела по-прежнему находятся в ведении местных бюро. Из-за отсутствия сотрудничества со стороны местных бюро директору Дину сложно действовать.

— И это ещё не конец. Во второй половине дня мне позвонил руководитель и намекнул, что ни одно ведомство общественной безопасности не может работать без ошибок. У бывшего директора Вана было много проблем, но мы должны смотреть в будущее. Главное — обеспечить долгосрочную стабильность в городе. К возобновлению старых дел нужно подходить с осторожностью. Во второй половине дня ко мне снова подошёл Син Юнь и сказал, что надеется на то, что дело о торговле пеплом будет передано бригаде. Он сказал, что у них достаточно сотрудников, и они могут провести тщательное расследование, чтобы выявить все связанные с этим сделки в Биньчэне.

Директор Дин вздохнул.

— Старина Син способный и энергичный. Я не думаю, что у него какие-то дурные намерения. В вашем отделе по расследованию уголовных преступлений не хватает сотрудников, а дело уже раскрыто. Возможно, было бы целесообразнее передать дальнейшее расследование бригаде. Однако на то, что он поднял этот вопрос именно сейчас, мог повлиять кто-то со скрытыми мотивами.

— Это слишком сложно.

Они столкнулись с серьёзным сопротивлением ещё до того, как сделали свой первый шаг. У каждого наверху и внизу свои планы.

Гу Яньчэнь замолчал. Хотя директор Дин — высокопоставленный чиновник в городском бюро, реализовать его планы всё равно непросто. Во время правления Линя дела велись строго, поэтому проблемных дел не могло быть много. Теперь они знают, что эти люди были активны последние пять лет.

Прошло не так много времени, с тех пор директор Ван ушёл в отставку, многие сотрудники городского бюро когда-то были его подчинёнными. Он повысил в должности нескольких руководителей бюро. Такую атмосферу невозможно изменить за одну ночь.

Гу Яньчэнь спросил:

— Итак, директор Дин, что мне теперь делать?

Директор Дин сказал:

— Пока можешь передать дело Старому Сину. Я хочу посмотреть, до чего дойдет эта история.

Гу Яньчэнь спросил:

- Хорошо, а что насчёт клининговой компании…

Директор Дин покачал головой.

— Мы должны провести расследование. Но одной лишь поимки приспешников недостаточно. Эти люди стали более профессиональными и осмотрительными. Они как ножи в руках богачей. Только найдя организатора, стоящего за всем этим, мы сможем поймать их всех. В противном случае, даже если это будет не клининговая компания, они придумают другое название.

Директор Дин помолчал, а затем сказал:

— Я хочу немного ослабить эту нить. Я не хочу давить слишком сильно или показывать, что мы внезапно получили много информации, — это вызовет у них подозрения. Есть поговорка: «Кто медленно идёт, тот быстрее дойдёт до цели».

Гу Яньчэнь кивнул. Он тоже согласился временно сделать крюк и собрать больше информации.

— Нам нужно найти подходящую возможность. Рим не за один день строился. Некоторые вещи нужно тщательно продумывать в долгосрочной перспективе, и только забросив удочку на большое расстояние, мы сможем поймать крупную рыбу. В настоящее время я провожу постепенную реструктуризацию городского бюро. К нам приходят молодые и способные люди, а также постепенно вливаются сотрудники из провинциального управления. Нам нужно набраться терпения, и, в конце концов, мы проведем глобальную ликвидацию.

Что могут сделать эти люди, когда они в таком состоянии?

Смерть директора Линя лежит там.

Директор Дин продолжил:

— Капитан Гу, обратите внимание на соответствующую информацию. Если в будущем появятся какие-либо новости или зацепки, доложите мне лично.

В девять часов вечера Шэнь Цзюньци проснулся от дверного звонка и с трудом поднялся с кровати, не снимая пижамы. Сегодня утром он выслушал допрос и по просьбе Гу Яньчэна взял отгул, чтобы вернуться домой. Сначала он собирался умыться и сразу лечь спать, но вдруг вспомнил, что Гу Яньчэна нет дома и некому выгулять собаку. Он спустился вниз и прогулялся по двору с Уляном, точнее, Улян гулял вместе с ним. Вернувшись, он проспал весь день.

Шэнь Цзюньци выглянул в глазок и увидел снаружи курьера с несколькими пакетами. Он несколько раз постучал в дверь и крикнул:

— Здравствуйте! Доставка!

Шэнь Цзюньци немного насторожился и сказал ему через дверь:

— Я не заказывал доставку.

— А? Разве это не заказ мистера Гу?

Курьер, похоже, растерялся.

В это время двери лифта открылись, и вышел Гу Яньчэнь.

— Это мой заказ.

Курьер проверил заказ.

— Это квартира напротив. Вы ошиблись адресом, — сказал Гу Яньчэнь.

— Извините, — поспешно ответил курьер.

Проводив курьера, Гу Яньчэнь снова постучал в дверь Шэнь Цзюньци.

— Ты как раз вовремя проснулся. Заходи, поешь чего-нибудь. Сегодня уже поздно, готовить некогда.

Шэнь Цзюньци открыл дверь и пошёл в соседнюю квартиру. Увидев, что кто-то вернулся, собака начала царапать дверь балкона.

Шэнь Цзюньци сказал:

—  Я выгулял Уляна, пока вернулся домой.

Гу Яньчэнь крикнул на балкон:

— Мы выпустим тебя, когда закончим есть.

Улян всё понял и лёг на балконе, жалобно глядя на двух человек.

Гу Яньчэнь проверил, не повреждена ли упаковка. Достав заказ, он посмотрел на Шэнь Цзюньци.

— Ты спал до сих пор, верно? Температура спала?

Шэнь Цзюньци сказал:

— Мне намного лучше.

В заказ входили как мясные, так и вегетарианские блюда, а также суп.

Шэнь Цзюньци спросил Гу Яньчэна:

— Как продвигается дело? Ты нашёл человека, который нанял убийцу?

Гу Яньчэнь сказал:

— Да, мы его нашли. Заказчика зовут Яо Линь. Мы отследили его банковский счёт и выяснили, что он переводил деньги на зарубежный счёт. И это был не один перевод, а два. Позже я допросил Яо Линя, и под давлением он сознался.

— Два перевода? Может быть, первый из них…

У Шэнь Цзюньци было плохое предчувствие.

Гу Яньчэнь сказал:

— Первый перевод был сделан до смерти Мяо Ихэ. Они были замешаны в деле об убийстве Мяо Ихэ. После смерти девушки они планировали выкупить прах у её родителей. Но они не ожидали, что Цзо Цзюньмин тайно получит прах и продаст его раньше них. На тот момент доставка ещё не была осуществлена, и они планировали предложить больше денег, чтобы выкупить прах, но Цзо Цзюньмин продал его дважды до того, как они это сделали.

В телефонах Яо Линя и его жены уже были фотографии Мяо Ихэ, и они даже нашли, кто мог их познакомить, и поужинали с Мяо Ихэ. За ужином они хвалили её за ум и красоту, говорили, что у них есть связи, и даже выразили заинтересованность в инвестировании в её студию. Мяо Ихэ думала, что получила признание от влиятельных людей, но она и не подозревала, что с тех пор эта семья следила за ней и заманила в ловушку.

На первый взгляд казалось, что Мяо Ихэ умерла от астмы, но при ближайшем рассмотрении обнаружились проблемы. У неё случился приступ астмы по неизвестной причине, а лекарство от астмы, которое она носила с собой, по необъяснимым причинам не подействовало, её не удалось быстро доставить в больницу. Возможно, это было сделано намеренно. Это дело было крайне засекречено. Даже родители Мяо Ихэ, несмотря на свои подозрения, не смогли подать заявление с обычной просьбой о вскрытии.

Гу Яньчэнь, основываясь на показаниях Ань Наня, сделанных ранее, пришёл к выводу, что это, вероятно, была ещё одна тщательно продуманная схема, разработанная планировщиком. Он приложил немало усилий, чтобы допросить Яо Линя, и получил признание от самого заказчика, который признался, что нанял убийцу. После того как семья Яо потратила столько денег и прибегла к убийству, их план провалился. Они пришли в ярость и придумали схему, чтобы обвинить Чжан Кабэй в убийстве Цзо Цзюньмина.

Теперь, когда дело было раскрыто, Гу Яньчэнь рассказал родителям Мяо правду и вернул им прах их дочери.

Бедных невинных людей часто обманывают злоумышленники.

Выслушав всё это, у Шэнь Цзюньци были смешанные чувства.

Он сказал:

— Это просто отвратительно.

Доктор Шэнь взял себя в руки и спросил:

—А что насчёт Ань Наня?

— Ань Нань не сказал ни слова с тех пор, как мы с ним поговорили. Директор Дин отвёл его в центр содержания под стражей. Кроме того, я передал дело о торговле пеплом для дальнейшего расследования. Этим я и был занят до сих пор, — сказал Гу Яньчэнь, чувствуя себя так, словно отчитывался о своей работе перед начальником.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Передал  кому?

— К Син Юню, капитану Сину, — ответил Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци задумался.

— Будут ли они расследовать прошлые дела?

Гу Яньчэнь сказал:

— Они это сделают, но не сейчас.

Он вкратце пересказал то, что сегодня рассказал ему директор Дин, в том числе о личности Ань Наня и о препятствиях, с которыми столкнулся директор Дин когда заговорил о расследовании старых дел.

Шэнь Цзюньци слушал, подперев подбородок рукой. Он давно предвидел такую ситуацию. Чтобы открыто расследовать эти дела и закрыть клининговую компанию, потребуется не один день. Более того, уровня директора Дина может оказаться недостаточно для выполнения этой задачи.

— Мне не по себе из-за Ань Наня, — сказал Шэнь Цзюньци с обеспокоенным выражением лица, которое быстро исчезло.

— Забудь об этом, его уже перевели в центр содержания под стражей. Там есть руководители и специальные охранники. Я не буду об этом беспокоиться. Он важный заключённый, его держат в изоляции, и к нему приставили дополнительный персонал, — сказал Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци слегка кивнул.

Гу Яньчэнь продолжил:

— Несмотря на то, что дело было передано в другие руки, мне кажется, что мы ещё кое-что не выяснили, например, тот фрагмент видео, где Чжан Кабэй принимает телефонный звонок.

В этом деле есть сомнения, которые словно узел в его сердце. Он не знает правды, стоящей за этим, и от этого ему некомфортно.

В то время у Чжан Кабэй был купленный номер мобильного телефона. Ей внезапно позвонил незнакомец. Она даже не знала, что на ее телефоне было установлено программное обеспечение.

Она могла только вспомнить, что человек был мужчиной. Она увидела, как звонит телефон, и подсознательно подняла трубку.

Собеседник попросил довериться ему, сказал, что может ей помочь, а также посоветовал позвонить в полицию.

Позже это видео было отредактировано и размещено в Интернете, что позволило им найти Чжан Кабэй.

Шэнь Цзюньци опустил голову и сказал:

— Очевидно, что кто-то настроен против клининговой компании и намеренно сливает много информации в полицию. Но кто мог делать такие вещи у них под носом и так тщательно всё просчитывать? — сказал Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь тоже задумался.

— Кроме того, позже в сети появились обсуждения, в которых людей призывали подозревать Чжан Кабэй. Я попросил Бай Мэн провести расследование, но прежде чем Бай Мэн успела что-то найти, эти аккаунты были либо взломаны, либо заблокированы.

— Разве это не хорошо? Может быть, платформа проводит чистку? — спросил Шэнь Цзюньци.

Услышав это, Гу Яньчэнь поджал губы и посмотрел на Шэнь Цзюньци, не говоря ни слова.

В этом деле было слишком много странных вещей. Одно или два были совпадениями. Слишком много совпадений заставляло его чувствовать, будто кто-то контролирует всю ситуацию.

Некоторые люди, вероятно, были врагами клининговой компании и намеренно раскрыли много информации полиции.

Но кто сможет проделать эти трюки на глазах у этих людей, и кто сможет все вычислить, ничего не раскрывая?

Шэнь Цзюньци сказал:

— Капитан Гу, дело передано в другое подразделение. Тебе следует сделать перерыв.

Только после этого Гу Яньчэнь перестал обсуждать дело.

Закончив есть, Шэнь Цзюньци сказал:

—Я наелся. Теперь я пойду.

Гу Яньчэнь промычал и попытался встать, но случайно задел рану на поясе. Он быстро прикрыл её рукой и зашипел от боли.

Увидев это, Шэнь Цзюньци взглянул на пакет с лекарствами, который Гу Яньчэнь принёс вчера вечером.

Из вежливости он спросил:

— Капитан Гу, когда ты пойдёшь в больницу, чтобы снова сменить повязку?

— Я дезинфицирую её раз в день и повторю процедуру через пять дней. В течение этих нескольких дней я могу сам ухаживать за ней дома, — сказал Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци предложил:

— Тебе неудобно менять повязку самостоятельно. Давай я помогу тебе, прежде чем уйду…

Гу Яньчэнь не стал отказываться. Он сел на диван и великодушно задрал рубашку, обнажив свой рельефный пресс. Рана на его талии была неглубокой, пуля лишь задела кожу, и её зашили всего четырьмя стежками.

Взгляд Шэнь Цзюньци поднялся выше, и он заметил шрамы на груди и животе Гу Яньчэна.

— Старые травмы?

Гу Яньчэнь ответил:

— Находясь на передовой, капитан всегда должен быть впереди.

Шэнь Цзюньци осмотрел рану на его талии.

— К счастью, нет признаков заражения, и она не сильно опухла.

Он осторожно надавил на неё тонкими пальцами.

— Больно?

Гу Яньчэнь сказал:

— Не очень, просто немного чешется.

Он чувствовал руку Шэнь Цзюньци, слегка прохладную на ощупь.

Шэнь Цзюньци сказал:

— Тогда я сниму её.

У Гу Яньчэна было телосложение, при котором в одежде он выглядел стройным, а без неё — мускулистым, с заметными мышцами пресса и тонкой талией.

Шэнь Цзюньци осторожно развязал повязку на талии Гу Яньчэна. Рана затянулась, но на ней остались едва заметные следы крови, из-за чего она выглядела болезненной.

Шэнь Цзюньци подумал, что ему нужно что-то сказать, чтобы отвлечь Гу Яньчэна.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Капитан Гу, ты веришь в концепцию кармы, согласно которой за добрые и злые дела полагается воздаяние?

Гу Яньчэнь ответил:

– Я верю в это, но я не верю этому.

— Почему ты так говоришь? — спросил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь объяснил:

— Я видел, как умирали хорошие люди, и видел, как процветали плохие. Поэтому с этой точки зрения я в это не верю.

Особенно когда в городе неспокойно, мораль падает, а общественные нормы больше не соблюдаются. Хорошие люди умирают несправедливо, в то время как злодеи процветают. Среди его знакомых были Линь Сянлань и Линь Ло, которые были хорошими людьми, но они явно не получили хороших наград. А что насчёт Мяо Ихэ? Что плохого она сделала? В такое время разговоры о карме кажутся наивными и детскими.

Гу Яньчэнь продолжил:

— Но как полицейский я могу наказать каждого злодея и сделать всё возможное, чтобы спасти каждого хорошего человека. Каждый раз, когда мы вершим правосудие, мы создаём своего рода карму. Я верю в это.

Он был не из тех, кто пускает всё на самотёк, он верил в то, что нужно действовать.

Шэнь Цзюньци молча, слушал и слегка кивал.

— Я согласен с твоей точкой зрения.

Будучи полицейскими, они были последней линией обороны справедливости. Если даже они не верили в карму, во что верили обычные люди? По мнению Шэнь Цзюньци, понятие кармы связано не только с судьбой, оно отражает веру в торжество добра над злом. Каждый раз, когда несправедливость была исправлена, каждый раз, когда была раскрыта правда, каждый раз, когда восторжествовала справедливость, эта вера подтверждалась. Она могла дать надежду и силы беспомощным.

Поменяв повязку, Шэнь Цзюньци посоветовал:

— В ближайшие несколько дней старайся не мочить рану. Если у тебя возникнут проблемы, приходи ко мне.

Повязка была обмотана вокруг его талии, и при свете было видно, что талия Гу Яньчэна была крепкой и идеально очерченной.

Шэнь Цзюньци держал один конец повязки, а другой рукой обхватывал его, завязывая узел. Его движения были нежными, а поза казалась несколько двусмысленной. Они были так близко, Шэнь Цзюньци чувствовал, как повышается температура его тела. Его сердце билось всё быстрее и быстрее. Из-за близости, Шэнь Цзюньци не осмеливался смотреть Гу Яньчэну в глаза.

Гу Яньчэнь наклонился к его уху и спросил:

— Доктор Шэнь, ты что-то от меня скрываешь?

В комнате воцарилась тишина. Голос Гу Яньчэна звучал притягательно, не так строго, как во время допроса подозреваемых, а скорее спокойно, как будто он видел всё насквозь.

Шэнь Цзюньци замер, делая вид, что не понимает.

— Что?

Гу Яньчэнь сказал:

— Иногда мне кажется, что ты не  судмедэксперт.

Шэнь Цзюньци спросил:

—Тогда кем, по-твоему, я должен быть?

Гу Яньчэнь посмотрел на него, игриво прищурившись.

— Я думаю, что, ты вовсе не судмедэксперт, а на самом деле врач, поэтому ты так искусен.

Он намеренно говорил, наклонившись к уху Шэнь Цзюньци, но тот по-прежнему не поднимал головы, хотя его уши начали краснеть.

— Судмедэксперт и врач — это одно и то же, — сказал доктор Шэнь, ловко завязывая большой узел в виде бабочки на талии Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь аккуратно застегнул рубашку.

Доктор Шэнь встал.

— Я пойду обратно.

После ухода Шэнь Цзюньци Гу Яньчэнь не сразу пошёл с собакой на прогулку.

Он протянул руку, открыл запертый ящик под столом и вытащил старый документ.

«Остерегайтесь новых преступлений в сфере занятости в Интернете» – Ли Чжуннань.

Узнав правду о компании чистильщиков, Гу Яньчэнь вспомнил об этой статье. Перечитав её, он обнаружил, что многие моменты могут быть связаны с текущей ситуацией. В полиции действительно были дальновидные люди, но их часто не слушали. Гу Яньчэнь знал, что в бюро кто-то расследовал смерть Линя, и Ли Чжуннань был одним из них.

Он помнил, к чему привела эта статья, как директор Ван в гневе обвинил Ли Чжуннаня в нагнетании страха, в потакании общественности, заявив, что содержание статьи абсурдно и вымышлено, что произведёт плохое впечатление на начальство и повлияет на работу городского бюро.

После того как его перевели в отдел логистики, Гу Яньчэнь дважды встречался с Ли Чжуннанем.

Позже он уволился из полиции.

Время от времени Гу Яньчэнь слышал о том, что происходило с Ли Чжуннанем, он ушёл в отставку, исчез, пропал без вести. Некоторые даже говорили, что он был коррумпирован и связался с преступниками.

Кто-то упомянул его на собрании, и лицо директора Вана помрачнело, когда он сказал:

— Я не хочу больше слышать это имя.

Таким образом, на долгие годы Ли Чжуннань стал запретной темой для городского бюро. Некогда уважаемый капитан, который неоднократно раскрывал сложные дела, в итоге оказался лишь наполовину героем.

Гу Яньчэнь побарабанил пальцами. Было довольно странным совпадением, что в имени Ли Чжуннаня тоже есть иероглиф Нань.

Гу Яньчэнь просматривал документы, когда ему внезапно позвонили. Это была Бай Мэн, и её голос звучал настойчиво.

— Здравствуйте, капитан Гу. Только что получила известие о том, что сегодня вечером у Дин Юэрана в изоляторе внезапно пошла пена изо рта. Они позвонили по номеру 120, чтобы его доставили в больницу, и он сбежал…

Гу Яньчэнь спросил:

— А что насчёт дежурных охранников?

Бай Мэн ответила:

— Несколько охранников потеряли сознание. Когда они очнулись, то обнаружили, что их наручники висят на спинке кровати.

Она сделала паузу и добавила:

— Надеюсь, больше ничего не произойдёт.

— Не должно. Объявите его в розыск и попытайтесь задержать. Поскольку он не причинил вреда охранникам, это говорит о том, что у него ещё есть совесть. Даже если он сбежал, то, скорее всего, какое-то время будет держаться в тени.

Повесив трубку, Гу Яньчэнь вдруг понял, что преемник, которого так ценит босс, не мог совершить такую вопиющую ошибку…

Возможно, то, что они считали недостатками, на самом деле было частью тщательно продуманного плана. Такого человека, как Дин Юэран, не смог бы удержать обычный центр содержания под стражей, если бы он не остался там добровольно.

В соседней комнате Шэнь Цзюньци с кем-то разговаривал по резервному телефону.

— Текущие дела идут относительно гладко. Я получил здесь кое-какую информацию, скоро обобщу её и отправлю. Я подозреваю, что если он и собирается что-то предпринять, то это произойдёт в ближайшие пару дней.

Как только он это сказал, его телефон пискнул, и Шэнь Цзюньци проверил сообщения в групповом чате.

В его голосе слышалась неизбежность.

— Как и ожидалось, он ускользнул.

Цин Шуй

Глава 64. Цин Шуй

Поздно ночью на севере Биньчэна.

На улице уже горели фонари. Дин Юэран вышел из ночного автобуса. Он переоделся, причесался и даже надел шляпу, как будто собирался в короткую поездку. Судя по его опыту, несмотря на то, что в изоляторе его тщательно охраняли, он был всего лишь соучастником, а не особо опасным преступником. Молодые тюремные надзиратели не слишком его опасались.

Реакция полиции была подобна работе массивной и громоздкой машины. Вся система, от активации до выдачи ордеров на арест, работала как минимум несколько часов. Выйдя из автобуса, он выбрал маршрут с меньшим количеством камер наблюдения, чтобы не попасться.

Пока он был в безопасности.

Зная всю их внутреннюю «кухню», он естественно знал, все  лазейки которым можно воспользоваться, для побега ночью.

Но когда он шёл по незнакомой улице, у него появилось ощущение беспомощности. Он был одинок, семьи нет, и почти никого не знал. Он не знал, куда идти.

На этой дороге было мало машин, но было много пешеходов. Внезапно перед ним остановилась машина. Водитель нарушил правила дорожного движения, резко повернув в его сторону. Могло показаться, что машина хочет сбить его.

Дин Юэран поднял голову, это была машина Му Ювэя.

Он не пошевелился и даже не моргнул. Он рискнул, поставив на то, что даже если Му Ювэй сошёл с ума, он не осмелится сбить его на глазах у толпы. И действительно, машина резко затормозила, издав пронзительный звук, и остановилась примерно в десяти метрах от него. Пешеходы вздрогнули и оглянулись, трудно было понять, что произошло с этой машиной.

Стекло в машине опустилось, Му Ювэй высунулся и позвал:

- Садись.

Его тон был неприятным, он явно сдерживал гнев.

Дин Юэран проигнорировал его и, засунув руки в карманы, продолжил идти вперёд.

Му Ювэй развернул машину и медленно поехал рядом с ним, не превышая скорость.

- Я не хотел тебя обманывать. Просто у меня не было времени всё тебе объяснить.

Дин Юэран продолжал идти быстрым шагом.

Му Ювэй сказал:

- Куда ты можешь пойти? Думаешь, ты сможешь скрыть свою личность, если будешь один? Где ты остановишься на ночь? Как только эти люди получат твою фотографию, тебя тут же объявят в розыск. Без помощи компании ты пропадешь здесь.

Дин Юэран по-прежнему не отвечал.

Му Ювэй продолжал настойчиво убеждать его:

- Только я с тобой, только я твоя семья. Тебе не место в обычном мире.

Это было похоже на сцену, в которой отец наставляет своего непослушного сына.

Му Ювэй добавил:

-Это всего лишь коммерческая сделка. Я объясню Торговой ассоциации, в чём дело. Если ты вернёшься, я даже закрою глаза на то, что произошло с Псом. Давай сделаем вид, что ничего не произошло.

Это была его самая большая уступка. Как говорится, сначала вежливость, а потом сражение.

Если бы Дин Юэран не согласился, ему пришлось бы убить его.

Дин Юэран остановилась:

- Ты хочешь, чтобы я вернулся? Ты знаешь, что я рассказал полиции?

Му Ювэй терпеливо улыбнулся:

- Я знаю, что ты мало что рассказал, иначе полиция давно бы тебя арестовала.

Он сделал паузу и продолжил:

- Мы семья, у родителей и непослушных сыновей могут быть конфликты, но мы не можем держать обиду всю жизнь. Как я могу бросить тебя? Этот человек мёртв уже много лет. Мы не должны позволять эмоциям, связанным с покойником, влиять на наши отношения.

Это, конечно же, была полная ложь. Он боялся, что Дин Юэран раскроет важную информацию, и боялся потерять его как планировщика, способного и дальше разрабатывать отличные планы и способного исправить косяки перед Торговой ассоциацией. Он долго колебался, убить ему Дин Юэрана или временно помириться с ним. Несмотря на то, что они были в ссоре, казалось, что оба оставили место для примирения.

Му Ювэй не думал, что всё так плохо. Этот человек просто немного сбился с пути. Трудно найти хорошего планировщика, и он решил попытаться вернуть его.

Дин Юэран спросил:

- Как ты меня нашёл?

Му Ювэй улыбнулся и сказал:

- Больница, с которой напрямую связан центр содержания под стражей, — это третья больница. Как правило, они отвозят людей в отделение неотложной помощи. Ты ведь уже всё это отрепетировал, верно? Я специально научил тебя снимать наручники. Эти полицейские тебе не ровня. Ты тоже проверял третью больницу. Ты спрятал там свою одежду. После того как выйти через чёрный ход третьей больницы, там будет автобусная остановка. Вот там я тебя заметил.

Они столько раз сотрудничали, и Му Ювэй, был знаком с его планами. В компании Дин Юэран был известен под кодовым именем Цин Шуй. Его высоко ценили в Торговой ассоциации, и многие были готовы щедро платить за его планы. Поэтому Му Ювэй всегда ценил его и даже выбрал своим преемником. Но Му Ювэй не ожидал, что на этот раз Дин Юэран всё испортит.

Это всё из-за того чёртова копа.

Дин Юэран наконец открыл дверь машины и сел внутрь. Он устроился на заднем сиденье и повернул голову, чтобы посмотреть в окно.

Му Ювэй завёл машину:

- Я правда не хотел держать тебя в неведении…

Дин Юэран не хотел с ним об этом разговаривать:

- Я хочу пойти в комнату, где ты держал Ли Чжуннаня.

Му Ювэй помолчал и пошёл на уступку:

- Я отвезу тебя туда.

Через некоторое время машина приехала на виллу.

Му Ювэй сказал:

- Пока отдохни. Когда будешь готов поговорить со мной, мы поговорим.

Он очень хорошо относился к Дин Юэрану и снова подчеркнул:

- Ты должен знать, что ты мой сын. Рано или поздно моя компания станет твоей.

Му Ювэй уехал, но Дин Юэран так и не ответил. Он спустился в подвал, где находилась камера. Там была только одна кровать, не было солнечного света, а вентиляция зависела от системы кондиционирования. Дин Юэран не стал включать свет. Он был человеком, рождённым во тьме, его мать родила его ночью 5 ноября, и никто не радовался его рождению. Его глаза с детства привыкли к темноте. Он часто прятался в тёмных углах, слушая смех этих людей и стоны своей матери.

Теперь он сидел на холодном полу в подвале и тянулся к прутьям кровати:

- Офицер Ли, я наконец-то сделал то, что обещал вам тогда.

Он сидел в темноте, и с кем-то разговаривая. Дин Юэран прошептал:

- Я рассказал старшему полицейскому о существовании компании.

После паузы он продолжил:

- Не волнуйся за меня, мне ничего не угрожает.

Сидя в полутёмном подвале у кровати, Дин Юэран вспоминал, как впервые увидел Ли Чжуннаня. Он вспомнил, как перед этим всех убил и прятался на могиле своей матери. Он скучал по матери. Ощущение от убийства ножом для колки дров, было не из приятных. Он был весь в крови голоден и замёрз, он промок под проливным дождём, но крепко сжимал в руках нож. Он думал, что его найдут и, убьют.

Потом пришли людей, деревенские полицейские с незнакомцами. Он стоял неподвижно, настороженно, не смея даже моргнуть. Эти люди ругались и ворчали, держась на расстоянии от него и не решаясь подойти. Кто-то поднял ружьё, собираясь застрелить его на месте.

Но потом появился Ли Чжуннань. В то время этот человек был ещё молод. Он протянул ему руку и сказал:

- Не бойся. Опусти нож. Никто тебя не обидит.

Он посмотрел на протянутую руку и, опустил нож. Он взял Ли Чжуннаня за руку и почувствовал тепло. Он сидел в машине в наручниках, а эти люди копали могилу его матери. Тело его матери пролежало в земле семь дней, и на нём всё ещё были видны следы побоев.

Он услышал, как Ли Чжуннань выругался:

- Эти люди заслуживают смерти.

Этот полицейский проявил к нему неуместную симпатию. Он вспомнил, как другие полицейские называли этого человека по имени, Ли Чжуннань. За всю свою мрачную жизнь, кроме матери, Ли Чжуннань был единственным хорошим человеком, которого он встречал.

Когда он находился в исправительном учреждении для несовершеннолетних, Ли Чжуннань дважды навещал его и призывал хорошо учиться и исправляться.

В первый раз Ли Чжуннань передал ему письмо, которое зачитал начальник тюрьмы, и он запомнил его. В письме говорилось, что он, возможно, сможет добиться смягчения приговора, учитывая вред, причиненный ему и его матери. Письмо утешило его, в нем была надежда, что жизнь ещё длинна и у него есть шанс начать всё сначала и вернуться в общество. Он помнил, что от письма исходил приятный запах, похожий на аромат солнечного света, падающего на траву.

Во второй раз, когда Ли Чжуннань пришёл к нему, он дал ему визитную карточку и сказал, что, если после освобождения у него возникнут трудности, он может обратиться к нему. Он запомнил адрес, указанный на визитке. Ему снился Ли Чжуннань, и во сне этот человек был сияющим, добрым и дарил ему чувство искупления.

Благодаря хорошему поведению его выпустили из колонии для несовершеннолетних сразу после того, как ему исполнилось восемнадцать. Он не ладил с другими детьми, и начальник колонии немного его побаивался. У него не было друзей. Однако в колонии для несовершеннолетних он научился читать и писать и стал немного выше. Наконец-то он перестал быть таким худым, как в детстве.

Он собрал вещи, взяв с собой только это письмо и визитную карточку, которую положил в учебник. В то время у него не было ни семьи, ни друзей, и он не знал, куда идти. Он отправился на поиски Ли Чжуннаня по адресу, указанному на визитной карточке. Он думал, что сможет стирать одежду и готовить вкусную еду, пока Ли Чжуннань не возненавидит его, он останется с ним на какое-то время.

Но он не нашёл Ли Чжуннаня.

- Этот человек, кажется, больше не полицейский?

- Да, я не знаю, чем он занимается теперь. Мы давно его не видели.

- Его дом тоже пустует. И кто-то сказал, что он…

В тот день шёл дождь, и он чувствовал себя потерянным, как будто во второй раз лишился дома. Возможно, у него никогда не было дома. Он очень не хотел мириться с этим и брался за любую работу, повсюду расспрашивая о местонахождении Ли Чжуннаня.

Однажды он оказался в баре, а позже познакомился с боссом. Босс много с ним разговаривал и был очень доволен этим освободившимся волчонком-преступником. В то время компания быстро расширялась и нуждалась в рабочей силе. Босс взял его и ещё нескольких ребят его возраста на работу в компанию.

- Времена меняются, но вы, ребята, ничего не понимаете. Чтобы обучить вас, я нанял для вас лучших учителей. Раньше для убийств и поджогов требовалась смелость, а теперь — ум.

Первым делом, им стёрли отпечатки пальцев. Сначала они использовали химические вещества, чтобы сжечь отпечатки, а затем погрузили пальцы в воду, пока кожа не начала слезать, как перчатки. Пока другие дети кричали от боли, он молчал.

Начальник был очень доволен им и сказал:

- Этот парень интересный.

Босса звали Му Ювэй и он был опытным посредником в заказных убийствах. После того, как была уничтожена группировка Сюй Чэнхуана, босс практически монополизировал весь связанный с этим бизнес в Биньчэне. Босс был очень богат, и в его подчинении было несколько верных псов. Гончий был одним из них. Он был готов убивать ради босса и делал для него всё.

Они называли убийство «казнью» и использовали различные методы. Рыбу потрошили, курам сворачивали шею, коров убивали током, свиней закалывали, а овец обескровливали. Хозяин часто ругал своих псов за то, что они недостаточно умны, и не привлекал их к управлению и планированию, поэтому он начал обучать этих новеньких ребят.

Когда дети вырастали, их распределяли по профессиям в зависимости от их сильных сторон. Они проходили различные курсы подготовки, в том числе по расследованию преступлений. Среди материалов, которые они изучали, были учебники из полицейской академии. Однако они учились наоборот, если полиция проводила расследование с помощью этих методов, им нужно было знать, как заметать следы. Они покупали внутреннюю полицейскую информацию и журналы для чтения. Он вспомнил несколько статей, автором которых был Ли Чжуннань.

Начальник считал, что если зверь хочет уйти от преследования охотника, то лучше изучить все охотничьи маршруты. У него был талант к этому. Он задавался вопросом, смог бы он поступить в колледж и стать полицейским, если бы не его детский опыт, и если бы он усердно учился.

К сожалению, история не знает сослагательных наклонений. Он хорошо справлялся со своими обязанностями, и позже начальник назначил его планировщиком. Он начал учиться планировать под руководством других планировщиков, зная, что за этими действиями стоят человеческие жизни. Он брался за всевозможные задачи и постепенно стал известным среди планировщиков. Если он составлял план, художники-постановщики никогда в нём не сомневались.

Проработав там долгое время, он задался вопросом, почему между людьми так много ненависти. Деньги, секреты, споры — иногда убийство становилось самым простым и удобным решением. Однажды он услышал, что босс поймал кого-то и запер здесь, в этом подвале, и этот человек раньше был полицейским.

Тогда у него возникло смутное предчувствие, и позже он убедился, что пойманный человек — Ли Чжуннань. Он узнал что, Ли Чжуннань был заключён здесь боссом за то, что во время службы в полиции раскрыл два тщательно спланированных дела.

Потом Ли Чжуннань уволился из полиции, но всё ещё хотел выследить этих людей. В результате он был схвачен боссом.

Босс приказал Псу ранить его, но сохранил ему жизнь. Босс намеренно распространил ложную информацию, из-за которой все решили, что Ли Чжуннань был коррумпированным полицейским, который сбежал в страхе.

Но Дин Юэран знал, что Ли Чжуннань был не таким человеком, он был честным и преданным своему делу полицейским. Из-за того, что он хотел сбежать, ему сломали ноги, несколько раз проткнули рёбра и сломали все пальцы на ногах.

Однажды, когда вокруг никого не было, Дин Юэрану удалось отвлечь охранников и спуститься в этот подвал. Ли Чжуннань был очень слаб, его тело было истощено, а руки и ноги были скованы цепями.

Спустя несколько лет после их последней встречи Ли Чжуннань поднял глаза и сразу узнал его, тихо назвав по имени:

- Дин Юэран, я помню тебя.

Никто уже давно не называл его по имени, все звали его Цин Шуй.

Его сердце бешено колотилось, говоря ему:

-Офицер Ли, я тоже вас помню.

Ли Чжуннань долго смотрел на него и спросил:

- Как ты здесь оказался?

Он пожал плечами:

-У меня не осталось семьи, мне некуда было идти.

Он хотел сказать:

- Офицер Ли, я искал вас.

Но он открыл рот, но так ничего и не сказал.

Ли Чжуннань вдруг вспомнил, и его взгляд потускнел:

- Прости, я не смог тебе помочь.

Он вкратце рассказал Ли Чжуннаню о своей жизни за последние несколько лет.

Ли Чжуннань посмотрел на него и сказал:

- Я знаю, что, хотя ты и совершал преступления, ты отличаешься от них. Твоя совесть не совсем потеряна, и у тебя всё ещё есть благие намерения.

Благие намерения? Возможно, такое действительно существовало.

Он сам дал себе имя Цин Шуй. Он был первородным грехом человечества, с грязной душой, но всё равно тосковал по чистой воде.

Ли Чжуннань снова спросил его:

- Ты всё ещё хороший человек?

Дин Юэран ответил:

- Офицер Ли, как бы это сказать, в последнее время я никого не убивал собственноручно. Но я чувствую, что слова «хороший» и «плохой» больше не могут просто описывать человека. Особенно меня.

Ли Чжуннань опустил голову и спросил его:

- Ты веришь в карму, в то, что добро и зло будут вознаграждены?

Он уже слышал, как Ли Чжуннань произносил эту фразу, похоже, это была его мантра. Он верил, что упорный труд будет вознаграждён и что настанет день расплаты.

Он сказал:

- Я верю.

Голос Ли Чжуннаня задрожал:

- И ещё, не убивай полицейских, ни при каких обстоятельствах не убивай полицейских.

После этих слов у него особенно сильно защипало в глазах. Он так низко пал, но кто-то всё ещё тянулся к нему с обрыва, пытаясь вернуть его обратно. Когда-то он думал о том, как спасти Ли Чжуннаня, но не мог прорваться сквозь слои защиты, возведённые боссом. Всё, что он мог сделать, — это дать Ли Чжуннаню ключ от наручников.

С тех пор, когда стражники отвлекались, он тайком подходил и перекидывался парой слов с Ли Чжуннанем. Он доверял Ли Чжуннаню, и даже по отношению к этому человеку он испытывал какие-то неописуемые чувства. В те дни в глазах Ли Чжуннаня постепенно загорался свет, как будто он видел в нём  надежду.

Однажды Ли Чжуннань рассказал ему о своей цели:

- Дин Юэран, можешь оказать мне услугу?

- Какую услугу? — спросил он.

- Сообщи полиции о существовании компании и её методах, — тихо сказал Ли Чжуннань.

Дин Юэран немного замялся:

- Ты надеешься, что они придут и спасут тебя?

Ли Чжуннань ответил:

- Возможно, я не доживу до этого дня. Му Юйвэй может меня убить. Я здесь в заточении и не понимаю, что происходит в компании. Только ты знаешь, как здесь всё устроено и как всё работает. Не нужно упоминать моё имя, просто расскажи об этом надёжным людям в полицейском участке.

Он немного помедлил, прислушиваясь к голосу в своём сердце. В тот момент он задумался, не используют ли его как пешку. Но, хорошенько всё обдумав, он решил, что, возможно, поступает правильно.

Ли Чжуннань посмотрел на него, увидел его нерешительность и снова сказал:

- Если ты не хочешь, ничего страшного. В конце концов, это очень опасно…

Тогда он сам не знал, откуда в нём взялась смелость, и он согласился:

- Хорошо, я обещаю. Если у меня будет возможность, я передам сообщение.

Но потом он растерялся. Как сообщить об этом в полицию? Они почти всё время находились под наблюдением босса. Все средства связи были конфискованы, документы могли быть подделаны в любой момент, а босс был неуловим, и никто не знал, где он может быть.

Однажды он полушутя спросил А Джина, который пришёл в компанию вместе с ним:

- Как можно встретиться с полицией?

А Джин подумал, что он шутит, чуть задумался и сказал:

- Только если нас поймают.

Он вдруг понял, что сможет встретиться с полицией, только если его поймают.

А Джин продолжил:

- Но после того, как нас поймают, компания, скорее всего, избавится от нас. Однажды один художник-постановщик допустил ошибку. Прежде чем он вышел из комнаты для допросов, у него случился сердечный приступ, и он умер прямо в городском бюро. На самом деле его отравили, не так ли?

Он тщательно всё рассчитал, между арестом и смертью будет немного времени. Если он хотел помочь Ли Чжуннаню передать сообщение, то это была единственная возможность, а дальше его ждала смерть. Он не беспокоился ни о своей жизни, ни о смерти. Напротив, он чувствовал, что это очень захватывающе и что у его жизни есть цель. Он думал о том, как это сделать, кому сказать и поверят ли ему эти люди.

Но прежде чем его успела арестовать полиция, Му Ювэй все узнал.

Однажды босс подозвал его и спросил:

- Ты часто ходишь к полицейскому в подвал?

Он был в шоке, думая о том, кто его предал.

Босс сказал:

- Я могу убить его, но сначала хочу узнать твоё мнение.

Он прекрасно понимал, что это проверка от босса, но представлял, как ему будет некомфортно, если Ли Чжуннань умрёт. Это было похоже на нависшее над ним чёрное небо, как в ту ночь, когда умерла его мать. От одной мысли об этом у него перехватывало дыхание.

Немного поколебавшись, он сказал:

- Не убивай его.

Потом он понял, что всё может быть ещё хуже, потому что Му Ювэй наконец нашёл его слабое место.

Босс улыбнулся:

- Как насчёт сделки? Я не буду его убивать, а ты перестанешь с ним видеться, и будешь хорошо, работать.

С того дня Ли Чжуннань стал заложником, с помощью которого босс контролировал его. Из-за этого он стал ещё более послушным. Чтобы завоевать доверие босса, он начал часто строить планы. Он оставлял в плане небольшие следы, например свою личную подпись или ключ со своим личным стилем. Он надеялся, что полиция найдёт эти следы и арестует его. Он усердно работал на босса, а тот готовил его в преемники.

После стольких лет актёрской игры он сам в это поверил.

Дин Юэран посмотрел на пустую комнату так, словно этот человек всё ещё жил там:

- Недавно я постарался, чтобы убить самого преданного пса босса, того, кто сломал тебе ноги.      В целях безопасности планировщик и художник-постановщик не могут встречаться. До этого я общался с Псом только онлайн. Когда мы встретились, он подумал, что я новый художник-постановщик. Я предоставил ему полный план онлайн под именем Цин Шуй. Он до самой смерти верил в мой безупречный план и даже не думал, что наверху его поджидает снайпер. Я встретился с высокопоставленными чиновниками из полицейского участка и поделился с ними кое-какой информацией. Надеюсь, эти глупые полицейские не допустят, чтобы ваши кропотливые усилия пошли прахом.

Сказав это, Дин Юэран прижался рукой к земле и свернулся калачиком в темноте.

- Я знаю, чего ты ждёшь.

Он всегда думал, что Ли Чжуннань где-то рядом.

Неделю назад Му Ювэй уехал за границу. Он открыл эту дверь и обнаружил, что комната пуста. Здесь уже давно никто не жил.

Тогда он понял, что Му Ювэй контролировал его. Поэтому он создал иллюзию, что Ли Чжуннань всё ещё здесь.

Он внезапно очнулся, изменил план, привлёк внимание полиции, убил Гончего и сбежал.

Он выполнил своё обещание, данное Ли Чжуннаню. Казалось, он почти вырвался из-под контроля Му Ювэя. Но в итоге он вернулся сюда, потому что понял, что ему больше некуда идти.

Дин Юэран вышел из подвала.

На верху, на диване сидела Яцзы. Она увидела, как выходит Дин Юэран, и помахала ему:

- Поздравляю с выходом из тюрьмы.

Дин Юэран улыбнулся:

- Ты ведь хотела, чтобы я там умер, не так ли?

Яцзы сказала:

- Как такое может быть? В конце концов, мы в одной лодке, я тебя поддерживаю.

Дин Юэран сказал:

- Мне не нужны сторонники, я просто надеюсь, что ты не будешь слишком много болтать.

Яцзы немного обиделась:

- Это не я сказала папе, и я думала, что ты не вернёшься.

Затем она сняла верхнюю одежду. Она была красивой женщиной.

Дин Юэран понял, что означают её действия. Он приподнял её подбородок:

- Это Му Ювэй тебя подослал?

Он быстро догадался:

- Он понял, что теряет контроль надомной, и подослал тебя, чтобы ты сблизилась со мной? Пытаешься вызвать у меня чувства к тебе? Размечталась. Возвращайся и скажи ему, что, хотя я и вернулся, он больше не может мной управлять.

Яцзы поправила одежду и села рядом с ним.

- Давай поговорим о деле. Многие из наших аккаунтов недавно были заблокированы. Ты знаешь, кто за этим стоит?

Это была «водная армия», которую они взращивали, чтобы управлять общественным мнением. Некоторые аккаунты неустанно взращивались годами и приобрели определённое влияние. Теперь многие аккаунты были заблокированы, что ослабило их контроль в интернете.

Дин Юэран покачал головой:

- Я не уверен, но знаю, что есть люди, которые усердно работают. Твои хорошие дни сочтены.

Он сделал паузу и добавил:

- Но это не имеет ко мне никакого отношения. Тебе следует обсудить это с другими.

Он не хотел возвращаться к должности планировщика в компании. Он подумал, что, похоже, его всю жизнь вела судьба, и никто никогда не спрашивал его, чем он хочет заниматься.

Кроме Ли Чжуннаня. Теперь, когда он лишился самого дорогого, он ничего не боялся, и ему не по ком было скучать. Это место было для него лишь убежищем, ещё одной тюрьмой.

Дин Юэран посмотрел на женщину и спросил:

- Скажите, Ли Чжуннань действительно умер?

После первого шока и гнева Дин Юэран очнулся и засомневался.

Он отдал ключ от наручников Ли Чжуннаню, который был таким умным, что, возможно, смог бы выбраться из множества ловушек. Не видя тела, он поверил словам Му Ювэя, но всё же сомневался.

— Я не знаю, — сказала Язи, глядя на него. — Я знаю только, что если ты пойдёшь на безрассудный поступок, Торговая ассоциация Хэту тебя не отпустит, и папа тебя тоже не отпустит.

Дин Юэран улыбнулся, обнажив острые зубы:

- Он не мой отец. Я убил своего отца.

Если бы это было возможно, он бы хотел, чтобы человеком, которого он мог назвать «отцом», был не Му Ювэй, а Ли Чжуннань.

Эффект бабочки

Глава 65. Эффект бабочки

В субботу Гу Яньчэнь встал рано. Вместо того чтобы отправиться в горы, он поехал в Третий центр содержания под стражей в Биньчэне, расположенный к северо-западу от города.

Всего в Биньчэне три центра содержания под стражей. В третьем содержатся экономические преступники или лица, виновные в незначительных правонарушениях. Обстановка здесь лучше, а персонал вежливее.

Гу Яньчэнь был знаком с некоторыми тюремными охранниками и заключёнными постарше.

Предъявив удостоверение и выполнив необходимые процедуры, он вошёл в комнату для свиданий.

Вскоре привели в наручниках мужчину средних лет. Тюремный надзиратель вышел из комнаты, заперев за собой дверь, и они остались наедине.

Волосы у мужчины немного отросли, а на лице появилась щетина. Всего несколько месяцев назад он был элегантным и гордым, но теперь стал заключённым.

Гу Яньчэнь поднял глаза и поприветствовал его:

- Господин Чжун, давно не виделись.

Этим человеком был ни кто иной, как Чжун Чжичунь, которого привлекли к ответственности после дела об утоплении Фан Чжэнжуна.

После смерти Фан Чжэнжуна он сразу впал в немилость.

При виде Гу Яньчэна Чжун Чжичунь напрягся.

- Капитан Гу, не шутите со мной. Я был неосторожен и оказался изгоем. Говорите, что привело вас сюда?

Гу Яньчэнь сказал:

- Я пришёл к вам сегодня, чтобы задать несколько вопросов. Мы можем заключить сделку. Если вы предоставите мне информацию, я могу помочь вам подать прошение о смягчении приговора и сотрудничестве с полицией в расследовании, что может существенно помочь вам в предстоящих судебных разбирательствах.

Чжун Чжичунь спросил:

- Эти условия звучат слишком расплывчато. Есть ли какие-то конкретные предложения?

Гу Яньчэнь был прямолинеен:

- Самый практичный вариант — я могу устроить так, чтобы тебя перевели в одиночную камеру наверху, где условия намного лучше.

Чжун Чжичунь был заинтригован. Он знал, что условия в верхних камерах были лучше. Помимо прочего, наверху было меньше комаров, а в некоторых камерах даже были кондиционеры и отдельные ванные комнаты. Он много лет жил в комфорте, но в последнее время ему пришлось нелегко. Если бы он мог улучшить свои условия, он бы с радостью согласился.

Чжун Чжичунь спросил:

- Что ты хочешь узнать?

Гу Яньчэнь ответил:

- Торговая ассоциация Хэту.

Услышав это, Чжун Чжичунь глубоко вздохнул и откинулся на спинку стула. Его тон стал холодным.

- Откуда ты узнал об ассоциации?

Не дожидаясь ответа Гу Яньчэна, он возразил:

- Я не знаком с этими людьми.

Гу Яньчэнь сказал:

- Согласно моим исследованиям, вы когда-то были членом ассоциации. И я подозреваю, что в деле Фан Чжэнжуна вы наняли специалиста по планированию, который помог вам с разработкой.

Чжун Чжичунь настороженно посмотрел на него.

- С чего ты взял, что я тебе расскажу?

Гу Яньчэнь сказал:

- Теперь они тебя бросили. Раз эта организация не может тебя защитить, почему бы не попытаться свергнуть тех, кто тебя предал?

Целью Гу Яньчэна было воспользоваться разочарованием Чжун Чжичуня в Торговой ассоциации Хэту.

Он знал, что с тех пор, как Чжун Чжичунь попал в тюрьму, он, много раз пытался обратиться за помощью к ним. Но эти люди не только держались от него на расстоянии, но и полностью разорвали с ним все связи, а в довершение всего ещё и оскорбили его.

Такое разочарование могло вызвать сильную обиду. Он намеревался извлечь выгоду из его разочарования.

Чжун Чжичунь наверняка хотел бы увидеть, как члены Торговой ассоциации Хэту падают со своих пьедесталов.

После некоторого колебания Чжун Чжичунь спросил:

- Этот разговор будет конфиденциальным?

Гу Яньчэнь сказал:

- Наблюдение отключено, никаких электронных устройств. Мой телефон выключен. Даже если меня не волнует, находитесь ли вы в опасности, я буду действовать осторожно.

Только тогда Чжун Чжичунь расслабился.

- Я могу кое-что тебе рассказать. Но я не могу предоставить тебе список участников или сообщить какую-либо конфиденциальную информацию. Во-первых, я всего лишь второстепенный участник, и есть вещи, о которых я не знаю. Во-вторых, если я обижу этих людей, то могу не дожить до завтрашнего дня.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я просто хочу знать, как отследить их следы. До остального мы, докопаемся.

Чжун Чжичунь помолчал, а затем сказал:

- Помимо одиночной камеры наверху, мне ещё нужны сигареты.

Гу Яньчэнь бросил Чжун Чжичуню зажигалку и сигареты.

- Я попрошу своего подчинённого принести тебе несколько пачек потом.

Чжун Чжичунь закурил сигарету. Он много лет состоял в ассоциации и многое для неё сделал, а теперь оказался в такой ситуации. Ему вдруг захотелось поделиться информацией с этим полицейским. Будет забавно понаблюдать за их противостоянием.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Яо Линь тоже состоял в Торговой ассоциации Хэту?

Чжун Чжичунь кивнул:

- Раз ты о нем знаешь, значит, его тоже исключат из ассоциации. Но семья Яо не такая, как я.

Даже если семью Яо исключат из ассоциации, она будет достаточно могущественной, чтобы справиться со многими проблемами.

- Что именно ты хочешь узнать? — спросил Чжун Чжичунь.

Гу Яньчэнь сказал:

- Основные механизмы ассоциации, незаконная деятельность, которой она занимается, и то, как она защищает преступников.

Согласно предыдущему расследованию Гу Яньчэна, ассоциация предоставляла множество льгот состоятельным людям и предлагала им различные услуги, поэтому многие решили вступить в неё. Даже состоятельные люди не могли справиться с некоторыми вопросами самостоятельно. Ассоциация помогала им в этом, тем самым зарабатывая деньги и укрепляя свои позиции.

Только разобравшись в этом, полиция может продолжить расследование и ликвидировать организацию.

Чжун Чжичунь глубоко затянулся сигаретой и только потом заговорил:

- Большую часть времени Торговая ассоциация Хэту бездействует. Когда они не заняты, они не связываются друг с другом. Но некоторые члены ассоциации вовлечены в определённую деятельность. Эта деятельность оставляет следы и является основой существования ассоциации. Как только член ассоциации признаётся виновным в преступлении, его исключают. Поэтому они делают всё возможное, чтобы скрыть правду.

Это было похоже на игру между охотниками и добычей. Одна сторона неустанно преследовала, а другая расставляла ловушки.

Он задумался и сразу продолжил.

- Что касается их методов накопления богатства, то их немного. Есть банкиры, которые могут создать богатство из ничего, есть богатые женщины с многочисленными любовниками, а есть город разгула и разврата, где люди живут в пьяном угаре.

Он говорил не торопясь, словно обдумывал, стоит ли произносить это слово. Эти слова звучали как загадки. Их смысл нельзя было определить, просто прочитав их.

- Всё это находится под контролем лидера ассоциации. С помощью этих средств он косвенно контролирует весь Биньчэнь и оказывает на него влияние.

Чжун Чжичунь сделал ещё одну затяжку.

- Возможно, ты не до конца понимаешь, о чём я говорю, но когда столкнёшься с этим, то поймёшь, о чем я. У них есть несколько внешних компаний, с которыми они сотрудничают, например охранные и клининговые компании. В Биньчэне довольно много охранных компаний, но их компании не обычные. Они нанимают профессиональных головорезов, и вооружают их до зубов. Пока вы платите, вы можете нанять их для своей защиты. Главу клининговой компании называют боссом, а лучшего планировщика — Цин Шуем. Те, кто им помогает, — сценографы. Если службы безопасности работают открыто, то сценографы действуют в тени. Они — эксперты в создании несчастных случаев и являются группой высококлассных профессионалов. Уборщики обычно не появляются, пока не нужно навести порядок. Как только они вступают в игру, они решают все проблемы, даже стирают все следы в интернете. Наблюдение, записи телефонных разговоров, чаты, банковские данные — нет ничего, что они не могли бы изменить или удалить.

Гу Яньчэнь внимательно слушал. Эта часть истории о клининговой компании перекликалась с признанием Дин Юэрана. Он хорошо запомнил эти моменты. В его голове начала формироваться ассоциация, вырисовывалась понятная картина.

Обладая этой информацией, можно было сделать вывод, что состоятельные люди могли превратить своё богатство в оружие. Служба безопасности обеспечивала насилие, клининговая компания помогала с убийствами и заметанием следов. И были люди, которые целенаправленно накапливали богатство. С такой поддержкой они могли пренебречь всеми социальными нормами.

Сказав это, Чжун Чжичунь затушил недокуренную сигарету в пепельнице.

- Капитан Гу, я предоставил достаточно информации. Вам придётся самостоятельно выяснить всё остальное об этой ассоциации. Возможно, я вспомню больше подробностей. Но пока это всё, что я помню.

Он был из тех, кто делится информацией только тогда, когда это ему выгодно. Он посмотрит, что сделает Гу Яньчэнь дальше, прежде чем решит, стоит ли и дальше снабжать его информацией.

Гу Яньчэнь сказал:

- Спасибо, предоставленная вами информация очень полезна.

Чжун Чжичунь ответил:

- Не за что, капитан Гу. Позвольте напомнить вам, что это место похоже на огромный водоворот под обрывом. Если вы подойдёте слишком близко и не будете осторожны, вас затянет внутрь и разорвёт на куски.

Он посмотрел на Гу Яньчэна и добавил:

- Вы не первый, кто ищет эти секреты. Те, кто был до вас, либо погибли, либо были поглощены этим водоворотом.

Гу Яньчэнь встал и сказал:

- Я знаю только одно, пока всё это не исчезнет, я буду не последним, кто надеется докопаться до истины.

Чжун Чжичунь посмотрел на него и сказал:

- Гу Яньчэнь, ты мне очень нравишься. Я жду дня твоей победы.

Гу Яньчэнь встал и вышел из следственного изолятора. Он шёл по длинному тюремному коридору, и его шаги эхом отдавались в пустом пространстве, а свет отбрасывал длинную тень. Гу Яньчэнь смотрел прямо перед собой, а время шло.

Он вдруг вспомнил некоторых людей.

Линь Сянлань, узнал что-то, из-за чего эти люди устранили его.

Ли Чжуннань, тоже расследовал деятельность этих людей, что и привело к его исчезновению.

И Линь Ло…

Раньше он бездействовал, чтобы облегчить расследование. Теперь он, наконец, вышел на первый план. Возможно, он станет следующей жертвой.

Взгляд Гу Яньчэна был решительным, а вера непоколебимой. Это будет битва, и она будет кровопролитной.

С тех пор как он выбрал эту профессию, он никогда не боялся смерти. Он готов был столкнуться с абсолютным злом и сохранить в себе добро. И, возможно, это была его иллюзия, но он знал, что не одинок, рядом с ним была сила, которая, готова бороться со злом.

Выйдя из тюрьмы, Гу Яньчэнь остановился, посмотрел на небо, надвигалась буря, словно собираясь обрушиться именно на него.

Это как эффект бабочки. Несколько месяцев назад, бабочка взмахнула крыльями, и создала поток воздуха, который запустил цепную реакцию.

Гу Яньчэню было любопытно посмотреть на узоры на крыльях этой бабочки.

Он ждал, когда начнётся буря.

Когда гроза закончиться, будет ясная безоблачная погода.

Несколько месяцев назад, сразу после Нового года, было ещё холодно. Казалось, что это обычная ночь. В столице провинции, в сотнях километров от Биньчэна. В Управлении общественной безопасности горел свет, многие сотрудники работали сверхурочно. В кабинете руководства проходило секретное совещание на высшем уровне. Совещание проводил глава провинциального управления, на нём присутствовали заместители директора Лю и Чжан.

На столе лежала толстая стопка документов,  файлы и отчёты.

- Основная тема сегодняшней встречи — обсуждение вопросов, связанных с Биньчэном. Вы все должны быть в курсе, что глава городского бюро Ван, недавно был отстранён от должности, и его место занял директор Дин. На первый взгляд Биньчэнь похож на другие города, но, думаю, мы все понимаем, что это сложное место, особенно если говорить о некоторых низовых подразделениях, которые закрывают глаза на проблемы людей и защищают преступные элементы. Наше провинциальное управление едва ли может вмешаться. Давайте взглянем на эти отчёты.

Заместитель директора Чжан вздохнул:

- Мы все знаем, что количество уголовных дел и пропавших без вести в Биньчэне растёт год от года. Некоторые дела откровенно ставят в тупик нашу разведку. После смерти директора Линя… это место…

После этих слов все покачали головами. Все знали, что что-то произошло. Они прекрасно понимали, что проблема в этом городе серьёзная. Если они сейчас не воспользуются отстранением Вана от должности, чтобы устранить некоторые проблемы и вывести на чистую воду закулисных вдохновителей, то в будущем решить эти проблемы будет ещё сложнее.

- Проблемы в Биньчэне должны быть решены. Ни одна власть не может стоять выше нации и народа. Это место находится в состоянии полного упадка, оно прогнило до основания. Более того, отношения там сложные и запутанные. Вряд ли простая перестановка кадров решит проблему.

Заместитель директора Лю предложил:

- Может, стоит отправить инспекционную группу?

Директор Хэ покачал головой:

- Вы должны понимать, к чему это приведёт, если мы отправим инспекционную группу.

Как говорится, «чем выше небо, тем дальше император.

Находясь за сотни километров от места событий, они не могли понять, что именно происходит в Биньчэне, основываясь только на этих материалах. Даже если бы они создали инспекционную группу, она пробыла бы там максимум месяц или два. За это время, и они не смогли бы разобраться в основных проблемах.

Когда инспекционная группа уедет, злоумышленники узнают об этом и продолжат свою деятельность, представляя угрозу для региона, это не решит никаких реальных проблем. Даже если бы у руководства были возможности, они не смогли бы решить все проблемы Биньчэна в одиночку.

Заместитель директора Лю спросил:

- Итак, директор Хэ, что вы предлагаете нам делать?

Директор Хэ сказал:

- Я намерен отправить туда человека, чтобы он провёл тщательную оценку ситуации с общественной безопасностью в городе, выявил проблемные области и раскрыл крупные дела. И только тогда отправить в помощь инспекционную группу, и они смогут вместе довести дело до конца и арестовать этих людей.

Заместитель директора Чжан сказал:

- Это хорошая идея, но работа крайне опасная. Нам нужен кто-то способный и надёжный. У вас есть надёжный детектив для этого?

Заместитель директора Лю, который всегда призывал к осторожности, слегка покачал головой.

- Отправлять детектива не стоит. Как только вы его отправите, другая сторона точно насторожится. Они могут установить за ним слежку, не говоря уже о риске для наших сотрудников.

Директор Хэ сказал:

- Рассуждения Лю логичны. Я тоже об этом думал.

Заместитель директора Чжан сказал:

- Директор Хэ, хватит ходить вокруг да около. У вас уже есть кто-то на примете?

Директор Хэ наконец сказал:

- Я собираюсь отправить судмедэксперта.

Оба заместителя директора сначала опешили,  тщательно обдумывая ситуацию, но в конце концов кивнули в знак согласия.

Заместитель директора Лю сказал:

- Судмедэксперт — хороший выбор. Они могут работать на передовой, глубоко вникать в ситуацию и не привлекать к себе лишнего внимания.

Заместитель директора Чжан спросил:

- Кто этот кандидат?

Директор Хэ передал двум коллегам распечатанный файл для ознакомления.

Замдиректора Лю пролистал его.

- Шэнь Цзюньци, я его знаю. У него отличные навыки, и его ждёт блестящее будущее в провинциальном департаменте. Он готов поехать в Биньчэнь?

Директор Хэ сцепил пальцы.

- Его семья имеет некоторые связи с Биньчэном. Я разговаривал с ним, и он хочет вернуться туда. Более того, я могу заверить вас, что он абсолютно надёжен и обладает сильными личными качествами.

Заместитель директора Чжан закрыл папку.

- Так будет проще. Я не возражаю против этого кандидата. Однако для работы судмедэксперта важно иметь надёжного детектива. Биньчэнь уже много лет находился под влиянием Вана. Сможем ли мы найти там надёжного детектива?

Заместитель директора Лю добавил:

- Выбрать детектива для сотрудничества будет непросто. Он должен быть умным, обладать исключительными детективными навыками, быть сильным как морально, так и физически, не бояться начальства, не вступать в сговор с коррумпированными чиновниками и быть абсолютно надёжным.

Директор Хэ уже подготовился к этому. Он достал ещё одну папку.

- Я попросил кое-кого собрать все полицейские досье из городского бюро Биньчэна и нашёл кандидата в отделе логистики.

Заместитель директора Лю взял папку и внимательно изучил её.

- Этот человек может подойти.

Заместитель директора Чжан тоже ознакомился с ним и сказал:

- Я внимательно изучил резюме. Он уже работал над делом Сюй Чэнхуана и не связан с группой Вана. Думаю, стоит попробовать. Однако прежде чем принять решение, и сообщить ему, нам нужно сохранять все в тайне пока мы не убедимся в его способностях. При необходимости мы можем заменить его в любой момент.

Заместитель директора Лю кивнул.

- Я согласен с предложением директора Чжана.  Директор Дин поговорит с ним.

Проблема решена, решение найдено.

В девять часов вечера Шэнь Цзюньци неожиданно получил звонок от директора Хэ, который попросил его прийти в главное здание. Он только что закончил вскрытие трупа и был всё ещё в костюме судмедэксперта, когда пришёл в кабинет руководства провинциального департамента.

Войдя, он увидел трёх руководителей провинции, и атмосфера была особенно напряжённой. Шэнь Цзюньци сел напротив них. Он смутно догадывался, о чём пойдёт разговор.

Директор Хэ сказал:

- Доктор Шэнь, как мы и договаривались в прошлый раз, директор Чжан, заместитель директора Лю и я уже всё обсудили. Ради долгосрочной стабильности в Биньчэне мы решили отправить вас туда для оценки состояния общественной безопасности в городе, борьбы с преступными группировками и тёмными силами. Во время секретной оценки вы будете отчитываться непосредственно перед нами и получите определённые полномочия. Мы также окажем вам некоторую поддержку в проведении тайных операций.

Выражение лица Шэнь Цзюньци оставалось спокойным, как будто он был готов ко всему этому.

Он ответил:

- Понял.

Его ответ был слишком быстрым и спокойным.

Заместитель директора Лю, глядя на молодого судмедэксперта с красивым лицом, испугался, что тот слишком торопится, и не смог удержаться от предостережения:

- Это чрезвычайно сложное задание, и оно сопряжено с определённым риском.

Шэнь Цзюньци сидел напротив руководителей. Его лицо оставалось спокойным, а ресницы слегка трепетали, как вороньи перья.

- Я все понимаю. Я не буду недооценивать сложившуюся там ситуацию.

И никто не понимал, насколько опасен этот город, лучше него. Линь Сянлань погиб там, и Линь Ло тоже погиб там. Но в то же время этот город был связан с его детством, с самыми тёплыми воспоминаниями. Там сражались его боевые товарищи. Пережив эти события, он по сей день не знает страха.

Директор Хэ кивнул в знак согласия.

- Ваша главная цель — досконально изучить ситуацию в Биньчэне до прибытия инспекционной группы и раскрыть как можно больше крупных дел, связанных с преступными группировками в городе.

Можно сказать, что это был приказ провести тайное расследование, но, к сожалению, без императорского меча. Шэнь Цзюньци был для них пешкой, которую они передвигали, гвоздём, а также приманкой, которую они бросали. Он был их глазами и ушами. Хотя он был всего лишь одним человеком, он мог поднять волну во всём городе.

Директор Хэ продолжил:

- Я уже одобрил просьбу директора Дина о создании в Биньчэне специального отдела по расследованию преступлений. В эту команду будут передаваться самые сложные дела, и некоторые из них, несомненно, будут связаны с различными группировками. Вы станете судмедэкспертом специального отдела по расследованию преступлений, будете проводить углублённые расследования и отчитываться непосредственно перед нами. После того как вы войдёте в группу спецотдела городского бюро Биньчэна, ваша миссия должна быть скрыта от сотрудников. Для выполнения этого задания не будет официальных документов о назначении. Вы можете оказаться в изоляции или в опасности. Мы надеемся, что вы успешно справитесь с заданием и обеспечите собственную безопасность.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я все понимаю.

Тон директора Хэ слегка смягчился.

- Эта миссия может продлиться полгода или год. Конечно, мы не будем усложнять вам задачу. Мы сделаем всё возможное, чтобы найти надёжных сотрудников, которые будут постепенно помогать вам в работе. Вам также разрешено использовать некоторые нетрадиционные методы борьбы с противником.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Когда я приступаю?

- Это подготовительный период. Конкретная дата начала работы будет объявлена через несколько месяцев, — сказал директор Хэ. — Что касается выбора капитана для спецотдела по борьбе с преступностью, мы тоже это обдумали.

Он протянул Шэнь Цзюньци папку.

- Этот человек может стать вашим напарником в будущем. Вы должны оценить его работу. Если он будет хорошо справляться со своими обязанностями, и вы будете сотрудничать, мы рассмотрим возможность преобразования специального отдела по борьбе с преступностью в специальную оперативную группу для взаимодействия с инспекционной командой.

Взгляд Шэнь Цзюньци упал на папку.

Имя на ней было ему хорошо знакомо, и на мгновение в его голове пронеслись бесчисленные воспоминания. Гу Яньчэнь. Мужчина на фотографии был красивым, с проницательным взглядом и высокой переносицей, совсем как тогда.

Посмотрев на него некоторое время, Шэнь Цзюньци торжественно поднял голову.

- Спасибо за доверие. Я принимаю эту миссию.

Он долго всё планировал, и теперь план продвинулся на один шаг вперёд. На столе у руководителей бюро лежали доказательства, которые они собирали годами. Увидев их, руководство не стало бы закрывать глаза на происходящее и бездействовать. Прошлое определяло настоящее, а настоящее влияло на будущее. Всё было взаимосвязано.

В этом заключена судьба каждого.

После долгих лет разлуки он преодолел бесчисленное множество трудностей и наконец-то получил возможность встретиться с ним.

Он надеялся, что на этот раз у них всё получится и их ждёт светлое будущее.

Котенок

Том 5. Другие - это Ад

Глава 66. Котёнок

Ночь, юго-восточная часть Биньчэна.

Была уже глубокая ночь, но пустырь к юго-востоку от Биньчэна всё ещё был ярко освещён. Это место принадлежало расположенной неподалёку фабрике Revival Electronics, которая долгое время была огорожена для проведения строительных работ, но уже довольно давно пустовала. Наконец, в этом году планы по строительству были утверждены, и рабочим на строительных машинах разрешили въехать на территорию.

Чтобы ускорить процесс, большие экскаваторы, перевозили обломки. Здесь на прочном фундаменте будет построено новое современное здание завода.

Неожиданно один из экскаваторов что-то выкопал, водитель, ругаясь, вышел, чтобы осмотреть предмет.

Это был предмет длиной около полутора метров, плотно завёрнутый в ткань.

Когда его извлекли из-под земли, всю строительную площадку наполнил отвратительный запах разложения. Рабочие прекратили работу, подошли, чтобы посмотреть, а некоторые даже доставали телефоны, чтобы снять видео.

- Что это?

- Может, это животное?

- Может, это легендарное божество?

- Божество не могло бы так ужасно пахнуть, верно?

Рабочие беспокойно переговаривались. Они уже выкапывали из земли, туши собак, мусор и человеческие кости, пролежавшие в земле несколько десятилетий.

- На что вы смотрите? Возвращайтесь к работе! — сказал бригадир, разгоняя толпу и подходя ближе.

Он наклонился, чтобы рассмотреть предмет, завёрнутый в ткань, и сразу понял, что это старая простыня, испачканная пятнами кофейного цвета. Бригадир присел на корточки, но тут же задохнулся от запаха. Он несколько раз кашлянул, прикрыв нос рукой, и приподнял угол разорванной ткани.

Когда он поднял его, вонь в воздухе стала ещё сильнее. Один из рабочих вдруг всё понял, сделал два шага назад и сел на землю.

— Это труп! — внезапно воскликнул другой рабочий.

— Не говори ерунды. Как это может быть труп? Ты же ничего не видишь, — отчитал его бригадир.

— Это труп, вероятно, давно разложившийся. Я слышал от стариков, что трупы, долгое время пролежавшие в воде, становятся похожими на мыло, — заикаясь, сказал один из рабочих.

Действительно, то, что они увидели, было очень странным.

— Это человек, кажется, женщина с длинными волосами…

Как только он это сказал, остальные тоже увидели её.

В этот момент с громким треском рухнул деревянный столб на строительной площадке.

Он никого не задел, но оборвал линию электропередачи, подведённую к строительной площадке, и всё вокруг погрузилось в темноту, остались только фары экскаваторов.

Над тёмной строительной площадкой словно пронёсся холодный ветерок.

— Призрак! — крикнул кто-то.

Рабочие разбежались в разные стороны, опасаясь, что, если они побегут медленно, призраки заберут их души. Некогда шумная стройка внезапно погрузилась в тишину, и только труп на земле и гул машин нарушали покой.

Наступил ещё один день, ясный и солнечный.

Сегодня был редкий выходной, и Шэнь Цзюньци встал пораньше. Он сидел за своим столом. Книги и компьютер были убраны. На столе аккуратно были разложены костяшки домино.

Длинные ресницы Шэнь Цзюньци опустились, но руки двигались, пока он аккуратно раскладывал костяшки домино. Он раскладывал их секциями на безопасном расстоянии друг от друга, чтобы если костяшка из одной секции случайно упадёт, она не задела остальные. Постепенно костяшки на столе начали обретать форму. Шэнь Цзюньци добавил несколько простых приспособлений, таких как стальные шарики и направляющие.

К полудню его телефон внезапно зазвонил.

Услышав мелодию, Шэнь Цзюньци понял, что ему звонит Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци не прекращая своё занятие ответил на звонок одной рукой.

Капитан Гу сразу перешёл к делу:

— Доктор Шэнь, меня сегодня вызвали на совещание в городское бюро, но я договорился отвести Уляна в зоомагазин в полдень, чтобы его искупали…

Шэнь Цзюньци сразу всё понял:

— Хорошо, я отведу его туда.

Он знал зоомагазин, о котором говорил Гу Яньчэнь, он находился всего в тридцати метрах от северных ворот района.

Гу Яньчэнь продолжил:

— Спасибо, там все знают Уляна. Просто оплати покупку по моему номеру телефона, а я вернусь позже.

Повесив трубку, Шэнь Цзюньци не спешил вставать. Он заполнил промежутки между костяшками домино. Теперь костяшки были соединены, и это выглядело довольно впечатляюще. Когда всё было готово, Шэнь Цзюньци слегка пошевелил пальцами, и первая костяшка упала.

Это запустило цепную реакцию, домино падали одно за другим, издавая стук, и в итоге рухнула целая секция. Маленькие стальные шарики скатывались по дорожке, а затем отскакивали от качелей, что приводило к падению следующей группы домино. За этим процессом было очень интересно наблюдать. Однако всего через несколько секунд перед ним предстала картина полного разрушения.

Шэнь Цзюньци остался очень доволен и убрал их в рюкзак.

Приведя всё в порядок, он открыл соседнюю дверь.

Улян лежал в середине гостиной. Услышав звук щёлкнувшего замка, он быстро вскочил. Шэнь Цзюньци подошёл к нему, и пёс завилял хвостом, покружил вокруг Шэнь Цзюньци, а затем потёрся головой о его ногу.

Шэнь Цзюньци погладил его по голове, надел на собаку поводок и повёл её вниз.

Зоомагазин был большим.

Передав Уляна сотруднику, Шэнь Цзюньци сел в зоне ожидания на первом этаже. Отсюда ему была видна витрина с разными кошками. С длинношерстными, с короткошерстными, спящими, играющими и даже с сиамской кошкой, которая носилась вверх и вниз по кошачьему дереву.

Примерно через двадцать минут пришёл Гу Яньчэнь. Он еще раз поблагодарил Шэнь Цзюньци и сел в кресло рядом с ним.

Шэнь Цзюньци спросил:

— Почему тебя вызвали на совещание в выходные?

Гу Яньчэнь ответил:

— Это по работе. Вчера вечером в Четвёртый отдел поступило сообщение о том, что был найден женский труп.

С этими словами он открыл свой телефон и показал Шэнь Цзюньци видео с телом, обнаруженным прошлой ночью.

Заголовок был сенсационным:

— Инцидент с призраком в Биньчэне.

Шэнь Цзюньци взял телефон и посмотрел видео. Оно было не очень чётким, но можно было разглядеть, что это давно погребённый труп. Наконец видео на несколько секунд сфокусировалось на теле.

Шэнь Цзюньци предположил:

– Омыленный труп.

Чтобы тело превратился в такое, должно пройти больше года. Обнаружение такого трупа в городе означало, что где-то произошло убийство или пропал без вести человек, а дело не было раскрыто.

Гу Яньчэнь сказал:

– Четвертое отделение хочет замять это дело.

Шэнь Цзюньци пришел к выводу:

– Отдел хочет разобраться с этим сам, они не боятся проблем? – он сделал паузу и спросил, – Подтверждена ли личность жертвы?

Гу Яньчэнь кивнул:

– Подтверждена. Это место принадлежит фабрике электроники, официально известной как Penang Revival Electronics Factory, фабрика принадлежит богатому бизнесмену Чжан Сяоцзе. Прошлым летом одна из работниц фабрики пропала, и тогда это считалось делом о пропавшем без вести… Но неожиданно был найден труп. В семье сейчас переполох. Четвёртое отделение, вероятно, не хочет, чтобы городское бюро вмешивалось. Директор Дин хочет взять это дело под свой контроль и передать его в наш отдел по расследованию особо тяжких преступлений, поэтому он попросил меня приехать и обсудить это.

Шэнь Цзюньци задумался:

– Кажется, я слышал об этой фабрике.

Гу Яньчэнь сказал:

– Фабрика Revival Electronics известна по всей стране. Несмотря на то, что она небольшая, её годовая прибыль очень высока. На фабрике работает более десяти тысяч женщин, так что это, по сути, маленькое женское королевство. Я навёл справки. Чжан Сяоцзе, владелец фабрики, является выдающимся представителем молодёжи в городе. Однажды в интервью СМИ он предложил ослабить контроль над работниками и ввести правила и нормы, чтобы максимально повысить ценность каждого работника.

Шэнь Цзюньци вспомнил:

– Так это он сказал? Я помню, как пользователи сети интерпретировали это как попытку максимально использовать работниц.

Гу Яньчэнь кивнул:

– Дело о пропавшей год назад работнице не было расследовано до конца. Несмотря на множество сомнений, рабочие продолжали трудиться…

Каждый день промедления означал новые потери. Нетрудно догадаться, что кто-то хотел поскорее замять это дело, создав препятствия. Теперь, когда был найден труп, характер дела изменился.

Шэнь Цзюньци спросил:

– Можем ли мы взять это дело на себя?

Гу Яньчэнь ответил:

– Там еще ни чего не решено.

В Биньчэне руководящую позицию занимало городское бюро. На рассмотрение передавались только крупные дела или дела, которые подразделения считали сложными. Подразделения также имели право заниматься обычными уголовными делами. Если бы такое злонамеренное действие обнаружилось в любом другом подразделение, они, вероятно, уже сообщили бы об этом городскому бюро.

Но Четвёртый отдел был немного особенным. Директора этого отдела звали Чжао, и его повысил начальник бюро. Этот директор Чжао был не очень способным, но хорошо разбирался в политике, притворялся глупым, когда дело доходило до расследования, и пытался всех  очернить.

Если они возьмутся за это дело, оно точно не будет раскрыто.

Но директор Дин не был похож на предыдущего начальника бюро, который бездумно искал повод для безделья. И директор Дин мог воспринять это дело как прорыв, как повод для дальнейших действий.

Обсудив дело, Шэнь Цзюньци кое-что вспомнил и снова спросил:

– Кстати, есть новости об Ань  Нане?

Они были в общественном месте, и он намеренно не упомянул имя Дин Юэран.

Гу Яньчэнь всё понял и покачал головой:

– Пока нет. Он исчез, как только вышел из автобуса, словно мышь. Понятия не имею, где он прячется.

Пока они болтали, Улян закончил купаться. Продавец вывел его, большая собака с блестящей шерстью держалась по-королевски. Она легла на стол для груминга, ей подстригли когти, а затем начали расчёсывать и сушить феном.

Ближе к полудню сотрудники зоомагазина занялись своими делами. Один из них достал из металлической клетки маленького котёнка. Это был котёнок, которому было всего несколько дней от роду. Он был размером с ладонь и тихо мяукал, лежа на ладони у продавца.

Улян вздрогнул от этого звука, стряхнул с себя полотенце и посмотрел на котёнка. Большая собака сосредоточенно наблюдала за ним.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь тоже смотрели на котёнка.

Котёнок был ещё совсем маленьким, его глаза едва открылись, он был покрыт серебристо-серой шерстью, а его хвост был короче человеческих пальцев. Он тихо мяукал.

Шэнь Цзюньци не удержался и подошёл поближе, чтобы рассмотреть его. Сотрудник взял шприц и набрал тёплого козьего молока, чтобы покормить котёнка. Котёнок понюхал молоко и вытянул свои бледно-розовые коготки, чтобы схватиться за шприц. Он начал сосать с закрытыми глазами. Некогда впалый живот заметно начал округляться.

После того как котёнок немного поел, продавец попытался убрать шприц, котёнок начал мяукать и размахивать маленькими лапками, словно протестуя.

Шэнь Цзюньци усмехнулся.

Этот котёнок был маленьким, но довольно свирепым, когда дело касалось молока. Котёнок продолжал мяукать, и его тёмно-голубые глаза с большими зрачками, напоминающие два маленьких блестящих драгоценных камня открылись. Продавец не смог устоять перед его настойчивостью и скормил ему ещё немного. Живот котёнка раздулся ещё больше, он стал похож на маленький воздушный шар.

Выпив тюбик козьего молока, продавец, наконец, вытащил шприц у него изо рта:

–Ты больше не можешь, есть, ты лопнешь.

Затем она положила котёнка на пушистую подушку на столе. Наевшись котёнок лениво потянулся и встряхнул своей короткой шёрсткой. Его мягкий животик задрожал от движения. Потом он перевёл взгляд на Уляна, которого расчёсывали рядом. Вероятно, котёнок впервые в жизни видел такую большую собаку. Возможно, он испугался, потому что слегка отпрянул, а затем храбро поднял свою маленькую лапку:

– Мяу, мяу, мяу!

Улян:

– …

Гу Яньчэнь признал котёнка очаровательным, и спросил:

– Какой породы этот кот?

Продавщица ответила:

– Это персидская шиншилла окраса Сильвер, родилась меньше месяца назад. Мать умерла при окоте, так что с ним сложно справиться.

Она спросила:

– Заинтересованы? Цена невысокая, 1500, и мы предоставляем кошачий корм и наполнитель.

Гу Яньчэнь указал на Уляна:

– Я слишком занят работой, мне хватает и этой собаки.

Продавец убеждал его:

– Ухаживать за кошкой несложно. Когда он немного подрастет, то сможет сам о себе позаботиться. Его не нужно выгуливать, просто обеспечьте его водой и едой и меняйте наполнитель раз в пару дней.

Шэнь Цзюньци был тронут. Он протянул руку, чтобы пощекотать котёнка, и провёл пальцем по шёрстке у него на спине. Ощущение от мягкой шёрстки отличалось от холодного прикосновения к трупам, с которыми он обычно имел дело, и от тепла, которое он ощущал, прикасаясь к Уляну. Это было исцеляющее и тёплое чувство, мягкая шёрстка обволакивала его пальцы, а пушистое маленькое существо слегка шевелилось при каждом вдохе.

Пока Шэнь Цзюньци был занят котёнком, Гу Яньчэнь наблюдал за ним:

– Тебе нравится?

Шэнь Цзюньци замялся:

– Он просто очень милый.

Котёнок почувствовал, что кто-то прикасается к нему, встряхнулся, повернул голову и начал облизывать пальцы Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци чувствовал, как крошечные шипы на языке котёнка трутся о его пальцы. От этого ощущения по его коже побежали мурашки.

Продавец сказал:

– Кажется, у этой кошки с тобой связь. Она совсем не стесняется.

Шэнь Цзюньци поддался порыву и спросил Гу Яньчэна:

– Арендодатель, могу ли я взять его?

Иногда хозяева против того, чтобы домашние животные портили мебель.

Гу Яньчэнь сказал:

– Конечно, можешь. У меня на карте ещё осталось 3000, я куплю его для тебя.

Шэнь Цзюньци не стал отказываться, опустил голову и взял котёнка на руки:

– Но я не знаю, как воспитывать котёнка. Можно я оставлю его здесь, а когда ему исполнится три месяца, заберу его?

Продавец сказал:

– Конечно, вы можете внести залог, чтобы забронировать его, а затем подписать договор о патронатном воспитании. Я буду присылать вам его фотографии каждый день.

Гу Яньчэнь сказал:

– Это хорошо. Я вижу, что Уляну нравится этот котенок. Когда он вырастет, он сможет стать его женой.

Продавец рассмеялся:

– Они же оба самцы.

Гу Яньчэнь сказал:

– В любом случае, это разные виды, пусть они просто будут компаньонами.

Шэнь Цзюньци уставился на котёнка:

– Кроме того, я не жду, что у него будут дети. Пол — это не проблема.

Взгляд Гу Яньчэна смягчился и он повторил:

— Пол — это не проблема.

Рано утром в понедельник состоялось ежемесячное утреннее совещание. На нём присутствовали руководители высшего звена городского бюро, которые подводили итоги по недавним делам.

У отдела по расследованию особо тяжких преступлений был самый высокий процент раскрываемости. Недавно они раскрыли дело о кремации, и директор Дин не скупился на похвалы в адрес отдела по расследованию особо тяжких преступлений.

После совещания директор Дин задержал Гу Яньчэна и сказал:

— Капитан Гу, я знаю, что ваша команда только что раскрыла дело. Обычно вам полагается несколько дней отпуска, но, как я уже говорил вам на днях, я запросил дело из Четвёртого отдела. Боюсь, мне придётся вас побеспокоить.

С момента обнаружения тела и семья, и фабрика перекладывали ответственность на отдел.

После вскрытия и проведенного расследования, которые не принесли никаких результатов, дело вызвало споры в интернете.

Наконец, директор Дин взял дело в свои руки.

Директор Дин тихо напомнил Гу Яньчэну:

— Капитан Гу, вы же знаете, что во многих предыдущих делах, которыми занимался отдел, были проблемы. Это дело — как подарок, нам нужно использовать его с пользой.

Открыто поднимать старые дела, было не лучшим решением, но им представилась такая возможность. Если они правильно ею воспользуются, то смогут запугать другие подразделения.

Гу Яньчэнь всё понимал.

Во многих предыдущих делах, которыми занималось подразделение, были проблемы, а это дело было как дар небес, и его нужно было использовать с умом.

Гу Яньчэнь сказал:

— Я понимаю. Мы тщательно расследуем его.

Директор Дин сказал:

— Хорошо, я попрошу своего секретаря отправить всю информацию Бай Мэн. Кроме того, тело и документы находятся в Четвёртом отделе. Вам следует отправиться туда и провести изъятие.

Гу Яньчэнь, не теряя времени, вызвал судмедэксперта и приказал Лу Иню подготовить машину к немедленному выезду.

Команда спустилась вниз и села в семиместный автомобиль с дополнительным пространством.

Как обычно, Шэнь Цзюньци сел рядом с Гу Яньчэнем, и Бай Мэн начала рассказывать о деле.

Прошлым летом пропала работница с завода Revival Electronics. Поскольку её семья настаивала на том, чтобы она вернулась домой и вышла замуж, отдел рассматривал это как случай добровольного побега девушки.

Этот инцидент вызвал бурное обсуждение в интернете, а семья девушки подверглась нападкам в сети. Однако несколько дней назад на заднем дворе строительной площадки завода электроники был найден труп женщины. После проверки выяснилось, что это пропавшая работница.

Поездка не заняла много времени. Как только Бай Мэн закончила объяснять суть проблемы, Лу Ин остановил машину:

— Мы приехали в Четвёртое отделение.

Шрамы

Глава 67. Шрамы

Утром у здания Четвёртого отдела.

Разумеется, офис Бюро Четвёртого отдела не мог сравниться по величию с Городским бюро. При входе во двор предстало трёхэтажное здание. На первом этаже располагался зал для рассмотрения дел, а верхние этажи были административными.

Чжао, начальник отдела, уже ждал их у входа и, увидев подъехавшую машину, поприветствовал их с улыбкой.

В зале собрались не только руководители, но и детективы и судмедэксперт из отдела. Они приветствовали их с улыбками, как будто каждый из них держал в руках букет цветов, и хором кричали  «Добро пожаловать!»

Лу Ин взглянул на эту сцену и прошептал:

— Не нужно так нас встречать, очевидно, что они здесь, чтобы замести следы. Они что, думают, мы приехали посмотреть достопримечательности?

Бай Мэн оглянулась и сказала:

—Думаю, директор Чжао хочет протянуть оливковую ветвь мира.

Ци Иань вспомнил, как руководители посещали его школу:

— Когда мы будем разговаривать, они ведь не будут аплодировать в сторонке, не так ли?..

Лу Ин на мгновение представил себе эту картину:

— О боже, это было бы отвратительно.

Гу Яньчэнь сказал:

— Всё это лишь видимость.

В прошлом, когда они не могли поймать свои косички, сотрудники четвёртого отдела игнорировали директора Дина и руководителей городского бюро. Их нынешнее поведение указывало на то, что все не так просто.

Бай Мэн и Лу Ин вышли из машины вслед за Гу Яньчэнем.

Директор Чжао подошёл к ним и с улыбкой поприветствовал:

— Капитан и коллеги из городского бюро, что касается этого дела, мы уже обсудили его с директором Дином по телефону…

Гу Яньчэнь прервал любезности Чжао:

— Директор Чжао, время не ждёт, давайте приступим к передаче дел как можно скорее.

Шэнь Цзюньци в сопровождении Ци Ианя вошёл в зал:

— Мы из центра судебно-медицинской экспертизы городского бюро, где находится тело?

Судебно-медицинский эксперт в лабораторном халате вышел вперёд:

— Меня зовут Цзоу, я директор отдела судебно-медицинской экспертизы. Я провожу вас туда.

Пока судмедэксперты занимались работой, директор Чжао проводил Гу Яньчэня в кабинет следователя.

Чжао указал на лежащие, на столе папки с материалами дела:

— По просьбе директора Дина, вся необходимая информация по делу Чжоу Инъин находится здесь.

Гу Яньчэнь посмотрел на папки с документами на столе. На столе лежала лишь небольшая стопка папок с делами, и рядом с ней стояли чай, закуски и большое блюдо с фруктами.

Гу Яньчэнь положил руку на папку с материалами дела, нахмурился и спросил:

— И это всё?

Стоявший рядом полицейский сказал:

— В то время это дело было классифицировано как дело пропавшего без вести, поэтому мы мало что сделали…

Гу Яньчэнь спросил:

— Почему уголовное дело было классифицировано как дело пропавшего без вести?

— Таковы правила…

Гу Яньчэнь был не в настроении выслушивать эти бюрократические объяснения. Он остановил офицера:

— Я спрашиваю о реальной ситуации, вам не нужно мне зачитывать правила.

Тот, кто только что говорил, был заместителем начальника четвёртого отдела, и его лицо мгновенно помрачнело. В конце концов, он был вторым по значимости человеком в отделе, но не ожидал, что капитан из отдела уголовных расследований городского бюро сделает ему выговор. Но, учитывая текущую ситуацию, он не мог позволить себе выйти из себя.

Директор Чжао вмешался:

— Мы виноваты в том, что плохо выполнили свою работу, капитан Гу, пожалуйста, поправьте нас.

Гу Яньчэнь сел, открыл папку с материалами дела и посмотрел на имя следователя, указанное сверху:

— Пан Цзыминь, кто это?

Капитан подразделения сказал:

— Это я.

Гу Яньчэнь спросил:

— Не могли бы вы рассказать подробнее?

Пан Цзыминь, заикаясь, произнёс:

— Это дело было классифицировано как пропажа без вести. На то было три причины. Во-первых, в ту ночь камера наблюдения возле фабрики зафиксировала, как Чжоу Инъин слонялась возле здания. Во-вторых, есть показания коллег. Все они слышали, как Чжоу Инъин говорила, что на неё сильно давят, что семья постоянно заставляет её выйти замуж и что она хочет сбежать. Третье доказательство — анонимный аккаунт Чжоу Инъин в Weibo, где она написала, что родители разрушили её жизнь, а также опубликовала контент… Кроме того, мы установили, что в тот день Чжоу Инъин поссорилась с родителями по телефону. Её родители признались в этом.

Гу Яньчэнь просмотрел доказательства, о которых упомянул Пан Цзыминь:

— На видео с камеры наблюдения есть только этот короткий фрагмент, без каких-либо других связанных с ним кадров. Как это можно считать доказательством побега?

Пан Цзыминь сказал:

— Это была наша оплошность. В основном потому, что показания коллег того времени были очень последовательными. Они сказали, что слышали, как Чжоу Инъин плакала, разговаривая по телефону со своей семьёй. Она думала, что родители хотят продать её, чтобы собрать деньги на подарки для её брата. Она хотела сбежать и уехать туда, где её никто не знал…

Когда обсуждение дошло до этого момента, Гу Яньчэнь снова спросил:

— Теперь, когда это дело квалифицировано как убийство, совершённое с отягчающими обстоятельствами, нашли ли вы подозреваемых или потенциальных подозреваемых за последние несколько дней?

Пан Цзыминь продолжил отвечать с невозмутимым выражением лица:

— Все члены её семьи находятся за городом, у них есть алиби, а у Чжоу Инъин не было даже парня. Мы пока не нашли никого подозрительного.

Значит, они потратили несколько день впустую?

Гу Яньчэнь даже не потрудился это комментировать.

Он сказал:

— Тогда, помогите нам, директор Чжао. Мы скопируем нужную информацию и заберём её с собой.

Директор Чжао почтительно спросил:

— Есть ли ещё что-то, что мы должны сделать?

Гу Яньчэнь ответил:

— Пожалуйста, утешьте семью погибшей. Если придут журналисты, не давайте комментариев, чтобы избежать дальнейших проблем. Пусть они возьмут интервью у руководителей городского бюро.

Он добавил:

— И…

Директор Чжао спросил:

— Что ещё?

Гу Яньчэнь закрыл папки и указал на блюдо с чаем и фруктами на столе:

— Пожалуйста, уберите это, оно отвлекает от работы.

Директор Чжао убрал блюдо с фруктами и удручённо вышел.

Весь отдел расследований четвёртого подразделения приступил к работе. Детективы начали копировать материалы, обмениваться информацией и разбираться в деле.

Гу Яньчэнь ещё раз просмотрел показания. По мере того как он просматривал показания, выражение его лица становилось всё серьёзнее. Показания нескольких работниц из одной и той же мастерской были почти идентичными. Все они утверждали, что видели, как Чжоу Инъин перед уходом собирала вещи, но никто не знал, куда она потом пошла. Теперь они даже не могли определить, кто видел её последней.

Тем временем в кабинете судмедэкспертов Четвёртого отдела уже извлекли труп из хранилища.

Поскольку тело было эксгумировано и заморожено, оно все еще было твердым. Когда лёд растаял, от него пошёл неприятный запах. Это был женский труп, найденный почти обнажённым, завернутый в простыню.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань переоделись в костюмы для вскрытия.

От директора отдела судебно-медицинской экспертизы, они получили отчёт о вскрытии.

— Труп был обнаружен ночью несколько дней назад. Мы работали всю ночь, чтобы провести вскрытие. Из-за того, что тело пролежало в земле больше года, оно сильно повреждено, и на нём осталось мало следов.

К Ци Ианю впервые обращались как к руководителю, и ему стало немного не по себе.

Шэнь Цзюньци, однако, не возражал. Он наклонился, чтобы рассмотреть тело.

Было очевидно, что тело пролежало в земле долгое время. Лицо сильно разложилось, глазные яблоки впали, обнажились зубы, а некоторые части лица выглядели гротескно. Волосы спутались, они были все в грязи и сухой траве.

Запах, исходивший от трупа, был неприятным, но терпимым. На голове трупа была рана, в которой запеклась кровь и волосы.

Шэнь Цзюньци пролистал отчёт о вскрытии.

Вскрытие, проведённое Четвёртым отделом, казалось небрежным.

Он нахмурился:

— Некоторые данные не совсем точны.

Глядя, на неровные швы на теле, Ци Иань тоже слегка презрительно поджал губы. Работа была выполнена слишком небрежно, далеко не на уровне его учителя.

Губы Цзоу слегка дрогнули:

— Мы не так опытны, как доктор Шэнь. Похоже, нам придётся попросить вас все перепроверить.

Шэнь Цзюньци спросил Цзоу:

— Были ли взяты образцы внутренних органов для исследования?

— Тело сильно разложилось внутри, поэтому после долгих раздумий нам удалось взять лишь несколько кусочков реберного хряща.

— Из кусочков реберного хряща не получится провести токсикологический анализ, — сказал Шэнь Цзюньци. — Давайте сделаем это заново.

Ци Иань достал протокол и начал делать записи.

Шэнь Цзюньци провел первичный осмотр:

— Женщина, примерно 22 года, рост около 1,6 метра, вес 107 фунтов…

Из-за потери влаги после смерти вес уменьшается. Тот факт, что тело всё ещё было тяжёлым, указывал на то, что перед смертью покойная страдала от избыточного веса.

Этот конкретный труп, завёрнутый в простыню и пролежавший в земле больше года, сочился желтоватой жидкостью. Теперь его поверхность была покрыта жёлтыми твёрдыми отложениями.

Ци Иань хотел посмотреть, как происходит процесс плавления. Он надавил на кожу трупа руками в перчатках:

— Учитель, поверхность очень твёрдая.

Шэнь Цзюньци кивнул:

— Произошло обширное омыление.

И добавил:

— Когда тело оттает, оно станет очень скользким.

Омыление трупа было необычным явлением. Появляющееся бело-жёлтое вещество называлось адипоцер, или «могильный воск». Это явление связано с сохранением тела. Оно возникает, когда труп находится в среде с низким содержанием кислорода и высокой влажностью. Место рядом с дренажной канавой за фабрикой как раз соответствовало этим условиям.

Жир внутри тела вступил в химическую реакцию с внешней средой, образовав затвердевшую жировую ткань, похожую на янтарь. За год эта жировая ткань распространилась по всей поверхности. Некоторые участки были очень гладкими, а другие выпирали, образуя затвердевшие комки, напоминающие янтарь.

Ци Иань прикоснулся к ноге, и ему показалось, будто прикасается к куску мыла со льдом внутри.

Шэнь Цзюньци сказал:

— Жировая ткань может сохранить некоторые шрамы на теле. Для нас это хорошо.

Ци Иань послушно кивнул.

Шэнь Цзюньци не спешил снимать швы. Он рассуждал:

—Тело полностью оттает не скоро. Давайте пока продолжим поверхностный осмотр. Перевернём её.

Цзоу шагнул вперёд, и они втроём перевернули тело.

На спине, было сильное омертвение тканей. Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел её.

Ци Иань наклонился, чтобы посмотреть:

— Учитель, вы что-нибудь нашли?

Шэнь Цзюньци указал на спину и сказал:

— На её спине есть какие-то раны.

Спина была неровной, а некоторые участки с сильным огрубением кожи были очень твёрдыми и покрылись слоем жёстких струпьев. Она выглядела как жёсткая стиральная доска.

Ци Иань внимательно осмотрел тело:

— Здесь действительно есть несколько ран, и они не очень большие. Но, их много.

Он пошёл проверить записи о вскрытии, сделанные предыдущим судмедэкспертом, чтобы посмотреть, чем они были нанесены.

Просмотрев их, Ци Иань в гневе расширил глаза:

— Следы укусов грызунов? Как это могут быть следы укусов грызунов? Судмедэксперты вашего отделения просто пишут бессмыслицу без каких-либо оснований.

— Там написано «предположительно», — Цзоу вытер пот. — Раны неглубокие и почти не кровоточили. Скорее всего, это посмертные повреждения. Как обычные раны могут быть такими поверхностными? Более того, некоторые раны даже не проникающие, они только на поверхности кожи. Может быть, у преступника была какая-то извращённая привычка уродовать тела? Использовать спину как кусок мяса?

Кроме грызунов или таких животных, как желтобрюхая куница, которые могли оставить такие плотные неглубокие следы, он не мог придумать ничего другого, что могло бы привести к таким травмам.

Шэнь Цзюньци тщательно исследовал и измерял каждую рану.

Раны были неглубокими, некоторые просто царапины, самые маленькие были всего около сантиметра в длину, а самые длинные — не более трёх сантиметров. Средняя глубина составляла около трёх сантиметров, а, более глубокие, достигали пяти сантиметров и располагались между ребрами.

Все раны были расположены, на спине покойной, они были сложными и различались по глубине. И судя по всему, они были нанесены уже после смерти. Было похоже на то, что тело лежало на доске с гвоздями. Глядя на шрамы на спине, Шэнь Цзюньци не мог отделаться от мысли, что эти раны выглядят нелогично. Чем могли их нанести?

Коллеги

Глава 68. Коллеги

В четвёртом отделении продолжалось вскрытие.

Постепенно тело начало оттаивать.

Оборудование в этом отделении явно уступало тому, что было в прозекторской городского бюро. Вытяжной вентилятор был старым и громко гудел. Запах разлагающегося тела становился всё сильнее.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань делали вид, что ничего не чувствовали. Они сфотографировали труп со спины, зафиксировали каждое повреждение и взяли образцы тканей и костей черепа, прежде чем его перевернуть.

Директор Цзоу сослался на занятость и ушёл. Оставшись без присмотра, они работали расслабленно.

В ожидании полной разморозки Шэнь Цзюньци попросил Ци Ианя понаблюдать за образцами костей.

Образцы костной ткани были важным основанием для определения того, были ли травмы получены до или после смерти. Если травма была получена до смерти, гемоглобин проникает в костную ткань, в то время как при посмертных травмах этого не происходит. Определив наличие гемоглобина, можно установить время получения травмы.

Ци Иань сел к микроскопу и внимательно осмотрел образцы.

— Рана на голове была получена перед смертью, а все остальные травмы на спине — посмертные.

Когда тело достаточно оттаяло, Шэнь Цзюньци вскрыл грудную полость.

— Очевидных повреждений грудной клетки или брюшной полости нет. Внутренние органы сильно разложились, но можно взять образцы для токсикологического анализа.

Закончив осмотр, Шэнь Цзюньци начал заполнять пробелы.

Доктор Шэнь внимательно изучил руки, степень разложения левой и правой руки различается.

Под ногтями правой руки было какое-то чёрное вещество, похожее на свернувшуюся кровь. Шэнь Цзюньци протёр его реагентом, и тот дал положительную реакцию, подтвердив, что это действительно кровь.

Он сказал:

— На правой руке есть пятна крови, возможно, она закрывала рану или поцарапала нападавшего.

Это была ещё одна деталь, которую не заметил предыдущий судмедэксперт.

Ци Иань записал это и аккуратно взял образцы крови из под ногтей.

— Потом я отправлю их в лабораторию для анализа.

Трепанация черепа уже была проведена, что значительно сэкономило время.

Завершив вскрытие, Шэнь Цзюньци и Ци Иань аккуратно зашили тело.

Шэнь Цзюньци подвёл итог:

— Хотя у покойной была травма головы, она не была слишком серьёзной и, скорее всего, не стала причиной смерти. По причине сильного разложения, на данном этапе сложно определить причину смерти.

Немного подумав, он сказал Ци Ианю:

— С этим телом не всё так просто. Я предлагаю перевезти его в городское бюро для дальнейшего изучения.

Ци Иань ответил:

— Я попрошу у них мешок для трупов и отправлю его к нам.

Разобравшись с этим, Шэнь Цзюньци вышел, чтобы поговорить с Гу Яньчэнем.

На столе Гу Яньчэня лежала информация о работницах. Всего в цехе было шестнадцать работниц в возрасте от 19 до 23 лет. В этом возрасте девушки должны были учиться в колледже, но эти девушки рано покинули родительский дом, чтобы начать самостоятельно зарабатывать на жизнь.

Девушки работали вместе и жили в одном общежитии, столовая располагалась рядом со зданием фабрики. Их жизнь вращалась вокруг общежития и фабрики.

Шэнь Цзюньци проанализировал ситуацию:

— Место, где было найдено тело, не было основным местом преступления. Преступнику нужно было избавиться от тела, он закопал его, и убрал следы преступления, что потребовало много времени и определённых физических сил. Я подозреваю, что преступников могло быть несколько.

Сразу после исчезновения, сотрудники отдела начали расследование и допросы. Если бы преступник действовал в одиночку, у него могло не хватить времени на все это.

Кроме того, судя по результатам вскрытия, погибшая была крупной женщиной, а место захоронения было огорожено, что затрудняло подъезд транспорта. Даже одному мужчине было бы сложно переместить тело.

Гу Яньчэнь сказал:

— Я тоже подозреваю, что работницы что-то знают. Они вместе работают, принимают пищу и спят, а место захоронения находится у заднего входа на фабрику. Если её убили рядом с фабрикой, никто бы этого не заметил.

Шэнь Цзюньци показал Гу Яньчэню фотографии ран на спине.

Гу Яньчэнь впервые увидел эти следы.

Пока они обсуждали ситуацию, подошла, Бай Мэн и протянула им несколько новых свидетельских показаний.

— Капитан Гу, мы вызвали на допрос трёх работниц, которые жили в одном общежитии. Как только они услышали, что мы спрашиваем об этом деле, они повторили свои предыдущие показания. Они утверждают, что ничего не знают о смерти Чжоу Инъин и что все жили в мире и согласии. Когда мы надавили на них, они просто сказали, что ничего не знают.

Гу Яньчэнь забрал записи.

Шэнь Цзюньци тоже посмотрел на свидетельские показания и тихо сказал:

— Мне кажется, что их взаимоотношения отличаются от отношений обычных коллег.

Бай Мэн сказала:

— Да, когда я их допросила, я не могла понять, что именно показалось мне странным, но что-то было неправильно.

Гу Яньчэнь заметил проблему:

— Их коллега пропал на фабрике год назад, и умер, но никто, похоже, не удивлен. Это действительно нелогично.

Бай Мэн поняла:

— Да, капитан Гу, когда вы об этом сказали, в этом есть смысл. Все они говорил как по писаному, как будто заранее подготовил свои показания.

Гу Яньчэнь добавил:

— Более того, все показания одинаковые.

Бай Мэн сравнила детали:

— Действительно, многие фразы совпадают.

У разных людей будет своя реакция на событие и свои воспоминания. Логично предположить, что спустя год их показания будут существенно отличаться. Но ответы этих работниц были до жути похожи, что вызывало подозрения.

Гу Яньчэнь спросил:

— Вы организовали осмотр места обнаружения тела?

Бай Мэн ответила:

— Да, он назначен на 15:00. Мы также согласовали его с группой по сбору улик.

Гу Яньчэнь спросил:

— Все документы здесь?

Бай Мэн сказала:

— Они все отсортированы. Их записи довольно скудные, поэтому нам пришлось самим искать большую часть информации.

Гу Яньчэнь сказал:

— Хорошо, давайте вернемся в городское бюро.

Закончив обсуждение, Бай Мэн ушла собирать вещи.

Ци Иань распорядился, чтобы подготовили  катафалк для перевозки тела.

Руководители отдела, и группа командира Чжао, проводили их и вздохнули с облегчением.

Когда все в машине  уселись, Гу Яньчэнь достал стопку документов, которые распечатала Бай Мэн. Она был довольно внушительной, и он не смог удержать её и все рассыпалось.

Шэнь Цзюньци сидел рядом, и помог ему собрать бумаги, которые рассыпались. Гу Яньчэнь поблагодарил его и начал сортировать документы.

Его лицо было сосредоточенным и серьёзным

Солнечный свет проникал в окно, озаряя его лицо золотистым сиянием и чётко выделяя каждую деталь.

Шэнь Цзюньци долго смотрел на него, а потом спросил:

— В каком направлении ты планируешь вести дальнейшее расследование?

— Я подозреваю, что работницы что-то знают, — сказал Гу Яньчэнь. — Нам нужно найти подход к ним, чтобы они заговорили...

То, что они уже установил, было лишь верхушкой айсберга. Если они хотели раскрыть секреты, скрытые в этой женской обители, им нужно было выяснить, что находится под поверхностью.

Гу Яньчэнь вытащил из стопки документ:

— Это прорыв, который я выбрал.

Он повернулся к Шэнь Цзюньци и сказал:

— Доктор Шэнь, у вас найдется время пообедать со мной?

В полдень Гу Яньчэнь припарковал машину возле небольшого ресторана, и они с Шэнь Цзюньци, вышли из машины.

Среди документов Гу Яньчэнь нашёл заявление об увольнении одной девушки из того же цеха, подано больше года назад. Она ушла с завода и стала работать официанткой в ресторане. Ресторан был небольшим, но уютным.

Гу Яньчэнь заказал несколько блюд и попросил подать их позже. После того как он объяснил владельцу ресторана, что им нужно, тот быстро согласился сотрудничать с полицией и позвал официантку.

Официантка была молодой девушкой, с кукольным лицом, не старше двадцати лет. На ней была белая футболка и форма ресторана. Её звали Хань Цзяи, она уволилась ещё до того, как пропала Чжоу Инъин, больше года назад. Тогда она вернулась в свой родной город и не находилась в Биньчэне.

Гу Яньчэнь показал ей своё полицейское удостоверение и сказал:

— Не волнуйтесь. Мы здесь только для того, чтобы перекусить и расспросить вас о вашей прежней работе.

Это считалось допросом свидетеля, который был менее формальным, чем допрос подозреваемого.

Хань Цзяи провела их в отдельную кабинку, налила им и себе по стакану лимонной воды.

Гу Яньчэнь открыл блокнот для записей, кратко объяснил, как важно предоставлять правдивую информацию, и перевёл разговор в нужное русло.

Хань Цзяи спросила:

— Офицер Гу, что вы хотите узнать?

Гу Яньчэнь спросил:

— Я хотел бы понять, какие были у вас отношения с Чжоу Инъин и с вашими коллегами по цеху.

Хань Цзяи собралась с мыслями и сказала:

— Раньше я делила койку с Чжоу Инъин. Она была хорошим человеком, просто очень честным и робким. Она отлично справлялась с работой и входила в тройку лучших в цехе. О, кстати, она из округа Синьсянь. Это недалеко от моего родного города. Когда она ездила домой, то привозила маринованные овощи из моего дома.

— Сколько человек из округа Синьсянь работало в вашем цеху?

— Нас было трое. Я, Тао Я и Чжоу Инъин были наняты в уезде Синьсянь. Остальные в основном из уезда Лисянь, и они, как правило, держались вместе.

Большинство работниц были наняты в близлежащих городах и деревнях Биньчэна.

Хань Цзяи продолжила:

— Я недавно слышала, что там нашли труп. Это Чжоу Инъин?

Хотя она уже год как уволилась, она по-прежнему следила за новостями. А после того, как пропала Чжоу Инъин, она часто думала о ней.

Теперь, когда Хань Цзяи упомянула об этом, Гу Яньчэнь объяснил, зачем они пришли:

— Личность установлена — это Чжоу Инъин. Мы здесь, чтобы расследовать это дело. Как вы думаете, что могло произойти с Чжоу Инъин?

Хань Цзяи сделала глоток воды, чтобы успокоиться.

Она начала:

— Что касается того что могло произойти с Чжоу Инъин, я предлагаю вам присмотреться к руководителю мастерской по имени Сунь Юйши.

Сказав это, Хань Цзяи посмотрела на диктофон. Она поняла, что её слова могут быть неуместными, поставила стакан с водой, махнула рукой и добавила:

— Я не утверждаю, что она виновна. Я имею в виду, что она…

Гу Яньчэнь сказал:

— Я понял. Мы тщательно проверим всех и всё, что вызывает подозрения.

Он смутно припоминал это имя:

— Сунь Юйши, староста общежития и отвечает за мастерскую?

Хань Цзяи подтвердила:

— Да, Сунь Юйши выглядит довольно привлекательно, и у неё отношения с заместителем директора фабрики, ему за сорок, и он давно женат.  Эти отношения сделали Сунь Юйши высокомерной. Она с подругами из округа Лисянь часто вместе издевались над другими.

Пока Хань Цзяи говорила, она что-то вспомнила. Она сжала руки и бессознательно перебрала пальцами.

Гу Яньчэнь заметил этот жест, свидетельствующий о неуверенности. По её поведению он понял, что Хань Цзяи всё ещё боится Сунь Юйши. Даже после увольнения находясь в комфортных условиях, этот страх всё ещё не прошёл.

При расследовании таких дел важно не торопиться. Иногда спешка может привести к ошибкам, а подсказки часто скрываются в, казалось бы, незначительных деталях. Во время короткого разговора с ней Гу Яньчэнь понял, что нашёл ключ к разгадке этого дела.

Гу Яньчэнь спросил:

— Значит, Сунь Юйши издевалась над Чжоу Инъин?

Хань Цзяи глубоко вздохнула:

— Когда в мастерскую приходили новые люди, они выбирали кого-то, над кем можно было поиздеваться, кого можно было травить, и кем можно было манипулировать. За этим человеком пристально следили, что он говорил, что он делал, и все его слова и действия искажались. Они называли выбранного человека «овцой»…

Хань Цзяи продолжила:

— Как только человек становился «овцой», они начинали его травить. Эти женщины объединялись в группы и бойкотировали «овцу» в группе, издеваясь над ним и оскорбляя его в групповом чате. Иногда они перешёптывались и смеялись в присутствии «овец», рассказывая то, чего «овцы» не знали. Над «овцами» смеялись, что бы те не сказали, а ещё они подражали «овцам» в произношении, акценте и действиях.

Мягкая и беззащитная     «Овца», была во власти других.

Это описание напомнило Шэнь Цзюньци о метафоре с безмолвным агнцем.

Такое поведение казалось возмутительным, но оно было довольно распространённым не только на фабриках, но и в школах, колледжах и в компаниях.

Когда Хань Цзяи говорила, её голос слегка дрожал.

Она глубоко вздохнула и продолжила:

— Кроме того, у них было много уловок. Кто-то играл роль хорошего полицейского, кто-то — плохого. После того как над «овцой» поиздеваются, кто-то притворялся добросердечным человеком и утешал «овцу», сближаясь с ней.

В то время, когда они в отчаянии и убиты горем. Печальные овцы чувствуют, что наконец-то встретили хорошего человека, и когда начинают открываться ему и говорить что-то от всего сердца, те расскажут другим то, что узнали, и предадут это огласке, толкнув овец в еще более глубокую пропасть.

Ваши секреты или жалобы вскоре станут известны всем...

Такое поведение было равносильно удару в самое сердце.

Три овцы

Глава 69. Три овцы

В маленьком ресторанчике продолжался разговор.

Гу Яньчэнь спросил:

- Кто-нибудь из вас сопротивлялся?

- Сопротивляться? Как мы могли сопротивляться? Статья 3 заводских правил запрещает драки. Если вы ввяжетесь в драку, и вас поймают или на вас донесут, вас могут уволить с завода.

Хань Цзяи горько усмехнулась:

- Конечно, это правило введено только для того, чтобы ограничивать нас. Такие люди, как Сунь Юйши, у которых есть связи, могут действовать без опаски. У нас только среднее образование, и найти такую работу непросто. Это авторитетная фабрика с такими льготами, как социальное страхование и жилищный накопительный фонд, и она входит в сотню лучших компаний города. Сейчас, когда экономика в упадке, многие люди стоят в очереди на улице. Даже если вы потратите деньги, это не гарантирует, что вы получите желаемое. И если вы выйдете из себя, они улыбнутся и скажут: «Я пошутила». Когда они видят, что вы расстроены, они говорят: «Мы же коллеги, не будь таким мелочным». Они просто издеваются над людьми и получают удовольствие, видя, как другим плохо.

Гу Яньчэнь спросил:

- Насколько жестоко они издевались над людьми? Применяли ли они насилие или телесные наказания?

Хань Цзяи поджала губы:

- Когда Сунь Юйши недовольна, она тащила девушку в общежитие и наказывает её. Она давала им пощёчины, и заставляет делать унизительные вещи… Никто не осмеливался пожаловаться на неё.

Рассказывая об этом, Хань Цзяи вспомнила неприятные моменты и закрыла лицо руками. Через минуту она убрала руки и вытерла глаза.

Гу Яньчэнь спросил:

- Руководители фабрики знали ли об этом?

Хань Цзяи прошептала:

- Такое происходит в каждом цехе. Даже если ты расскажешь об этом руководству, они не смогут решить проблему. Они просто обвинят Юйши и устроят ей выволочку.

Гу Яньчэнь почти не сомневался, что, даже если бы руководство выказало недовольство по этому поводу, они просто отмахнулись бы от них.

«Мы просто шутили».

«Это был просто несчастный случай».

«Она нам не нравится».

«У нас хорошие отношения».

Не говоря уже об отношениях, Сунь Юйши с замдиректора фабрики, которые очевидны.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Чжоу Инъин тоже стала объектом нападок?

Хань Цзяи вспомнила:

- Чжоу Инъин была немного полновата, поэтому всегда становилась объектом их шуток. Когда мы только начали работать, в мастерскую вдруг влетел большой чёрный жук и сел на одежду Чжоу Инъин. Она испугалась, вскочила, закричала и стряхнула насекомое. Из-за того, что она была полновата, Сунь Юйши стала издеваться над ней…

Она сделала паузу и добавила:

- Она сказала, что та похожа на «танцующего носорога». С тех пор у Чжоу Инъин появилось ещё одно прозвище — Носорог.

Молодые девушки, если у них есть лишний вес, всё равно беспокоятся о своей внешности, поэтому такие прозвища явно имеют негативный подтекст.

- Однажды Чжоу Инъин получила в подарок на день рождения заколку для волос от своей матери. Мать редко вспоминала о ней, не говоря уже о том, чтобы дарить ей что-то на день рождения. Чжоу Инъин с радостью носила её каждый день. Но, в один прекрасный день, Сунь Юйши специально купила несколько одинаковых заколок и раздала их своим подругам в мастерской, по одной каждому. Чжоу Инъин тут же изменилась в лице и сняла свою заколку. А Сунь Юйши лицемерно сказала Чжоу Инъин: «Мне кажется, тебе идёт, поэтому я купила такие же для них».

Такое поведение было просто отвратительным.

Шэнь Цзюньци внимательно слушал рассказ девушки, и хмурился.

То, что описывала Хань Цзяи, на первый взгляд казалось незначительным, а хронология событий была несколько хаотичной, она просто говорила всё, что смогла вспомнить.

Гу Яньчэнь пытался помочь ей уточнить детали, например время и место.

Послушав немного, Шэнь Цзюньци спросил:

-С тобой когда-нибудь так обращались?

Этот вопрос не связан с текущим делом, но мог подтолкнуть девушку раскрыть более сокровенные подробностей.

Хань Цзяи кивнула, и в её глазах заблестели слёзы.

- Я была в похожей ситуации. Я не знаю, почему Сунь Юйши выбрала меня, чтобы я стирала ей носки. Я плакала, пока делала это. Однажды она обвинила меня в том, что у меня много брака, из-за чего вся мастерская работает медленно, и заставила меня сделать двести приседаний в кладовке. На следующий день у меня тряслись ноги.

Она остановилась и вытерла глаза, не желая вспоминать те события.

- Когда со мной так обращались, я в первую очередь винила себя, думала, не сделала что-то не так. Это чувство, я не могу его описать… Все остальные чем-то заняты, а ты остаёшься одна, и это очень больно. Они шептались у меня за спиной, не садились есть со мной, как будто я была прокажённой. Они делились друг с другом секретами, а меня игнорировали.

Хотя с тех событий прошло много времени, и она давно уволилась с фабрики, воспоминания  всё ещё причиняли ей боль. Из-за душевных мук каждый день казался ей суровой зимой. Наверное, такие дни были очень тяжёлыми.

Хань Цзяи взяла бумажный стаканчик, сделала глоток воды, опустила голову и свернулась калачиком. Это было действие самозащиты, как будто она утешала саму себя в прошлом.

- Я из кожи вон лезла, пытаясь вписаться в их коллектив. Я фантазировала, что однажды они примут меня и будут хорошо ко мне относиться, когда одумаются. Только покинув эту среду, я поняла, что это не я была не права. Я ужасно страдала от травли. Моя мать заметила, что со мной что-то не так, и помогла мне сменить работу. У меня началась бессонница, аритмия, но я всё равно хотела потерпеть ещё немного. Моя мать тогда обняла меня и заплакала. Она сказала: «Где это видано, чтобы деньги были важнее людей? Если твоя зарплата будет меньше, это не страшно, родители тебе помогут. Мы хотим видеть, как ты счастлива, хоть и зарабатываешь меньше. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что, если бы я не ушла, они могли бы свести меня с ума, вызвать депрессию или даже заставить покончить с собой.

Родители очень любили её, и эта любовь спасла ей жизнь.

Хань Цзяи в глубине души понимала, что, если бы она не ушла, возможно, погибла бы именно она.

- В мои последние дни там они преследовали Чжоу Инъин… Мы все работали в одной мастерской, сбежать было невозможно. Я предупреждала Чжоу Инъин, что лучше найти другую работу и сбежать от них.

Гу Яньчэнь спросил:

- Чжоу Инъин думала об увольнении?

Хань Цзяи сказала:

- Может быть, она и думала об этом, но её родители немного старомодны и упрямы. В мою последнюю неделю там я видела, как Чжоу Инъин плакала в постели. Она сказала, что рассказала об этом родителям. Родители вообще не восприняли это всерьёз, вместо этого они обвинили её в том, что она не понимает, как устроен мир, и оскорбляет своих коллег. Мы ничего не можем сделать. У нас невысокий уровень образования, а на той фабрике очень хорошо относятся к сотрудникам. Эта фабрика одна из немногих выплачивает сверхурочные, и они никогда не задерживают зарплату.

Хань Цзяи понизила голос и посмотрела в сторону выхода, словно боялась, что её услышит нынешний начальник:

- После смены работы моя зарплата стала на две тысячи меньше.

Она смирилась, но многие люди готовы терпеть ради этих двух тысяч.

- После моего ухода Чжоу Инъин какое-то время изливала мне свою горечь. Её родители были категорически против её увольнения и говорили, что возможность попасть на фабрику — это благословение восьми поколений. Если она посмеет уволиться, они переломают ей ноги. Они хотели насильно выдать её замуж за деревенского холостяка. Она не хотела выходить замуж, зная, что если она это сделает, то её жизнь будет кончена. У её отца был скверный характер, он ругал её за глупость и говорил, что она похожа на свинью. Если бы она не отправляла деньги домой каждый месяц, ей пришлось бы вернуться и выйти замуж. Если она сохранит работу, то сможет отложить замужество до следующего года. Они договорились с её братом о покупке дома, собрали подарки на помолвку и были готовы на всё, чтобы заставить её. Родители даже угрожали содрать с неё кожу, она ненавидела своих родителей.

Гу Яньчэнь внимательно слушал, об этом уже писали в интернете. Такие родители, естественно, вызывали гнев пользователей сети. После того как Чжоу Инъин пропала, её родители подверглись кибербуллингу, и пользователи сети писали, что они косвенно причастны к тому что случилось с их дочерью.

Это было одной из причин, по которой четвёртое отделение решило, что Чжоу Инъин сбежала.

Вероятно, из-за этого родители Чжоу Инъин, понимая, что они неправы, не осмеливались требовать от фабрики и полиции найти их дочь. С такими родителями дома и такими коллегами на работе, сталкиваясь с опасностями со всех сторон, Чжоу Инъин, жила в крайне тяжёлых условиях. Возможно, тогда она действительно хотела сбежать, но не могла этого сделать.

- Когда я уезжала, Чжоу Инъин почти смирилась с поступками Сунь Юйши. Она сказала мне, что раз они приняли Тао Я, то могут принять и её… Что произошло потом, я не знаю. Я уволилась, занялась работой, и постепенно потерял с ней связь.

- Тао Я?

Гу Яньчэнь повторил имя. Это была третья работница, упомянутая в разговоре.

Хань Цзяи кивнула:

- Она была первой, над кем издевались, и первой, кого заклеймили.

Гу Яньчэнь спросил:

- Согласно анкете, Тао Я и Чжоу Инъин родом из одного города?

Хань Цзяи ответила:

- Да, раньше они были очень близки. Они из одного города, похоже, они знали друг друга с детства.

Гу Яньчэнь внимательно вслушался в детали:

- Ты сказала, что сначала они выбрали Тао Я, а потом постепенно приняли её. Как это произошло?

Как правило, групповое исключение носит инерционный характер, и, пока объект исключения не покинет группу, ситуация не изменится. Это похоже на то, как одноклассники коллективно издеваются над одним человеком. Только когда этот ученик переводится в другой класс или что-то происходит, они переключаются на следующий объект.

Хань Цзяи сказала:

- Поначалу над Тао Я очень сильно издевались. Они заставляли её выполнять их рабочие обязанности. Они заставляли её одной ходить в магазин и покупать им закуски. Тао Я всегда молчала и делала то, что они говорили. Были и совсем возмутительные вещи, это было около двух лет назад, я уже не помню точно. Что касается того, что их отношение изменилось, то это произошло из-за одного случая. Во время прошлых зимних каникул наша фабрика организовала тимбилдинг. Мы проходили мимо озера, а вокруг него рос высокий камыш. Мы все думали, что камыш растёт на земле, но на самом деле он рос в воде. Когда мы столпились вокруг, Сунь Юйши наступила на пустоту и упала в воду. В тот день температура была около нуля или ниже, и на озере был лёд. Её пуховик намок, и она начала тонуть. Тогда это было очень опасно. Организаторы были далеко от нас и не могли вовремя спасти её. Сунь Юйши уносило всё дальше и дальше, и она продолжала тонуть. Тао Я разделась и прыгнула в воду. Я действительно восхищалась смелостью Тао Я, которая смогла так поступить с той, кто издевалась над ней… Она плавала средне, могла держаться на воде, но не очень хорошо, но всё равно старалась спасти Сунь Юйши, и чуть не утонула сама, а потом она заболела от переохлаждения.

Вздохнув, Хань Цзяи сказала:

- Честно говоря, я бы так не смогла.

Гу Яньчэнь тоже не понимал, почему Тао Я так отчаянно пыталась спасти своего «врага».

Хань Цзяи продолжила:

- Как бы то ни было, Сунь Юйши была тронута её поступком. Она больше не дразнила её и сказала всем, что Тао Я — та, кого она защищает, и никто не должен её обижать. После этого их отношения стали очень хорошими, они были неразлучны. Тао Я повсюду следовала за Сунь Юйши и даже давала ей советы.

Потом Хань Цзяи рассказала ещё о всяких мелочах.

Ей потребовался год после того, как она ушла от них, чтобы говорить об этом свободно.

Благодаря информации, полученной от Хань Цзяи, они лучше поняли, какие отношения были между работницами в общежитии. Отношения между ними были сложными, и их нельзя было описать в нескольких словах.

Гу Яньчэнь рисовал на бумаге, пытаясь выстроить отношения между ними.

Сунь Юйши была похожа на волка в мастерской.

Тао Я – первая овца. Она примирилась с Сунь Юши, успешно избавилась от своей овцы и перешла на сторону волка.

Хань Цзяи, была второй овцой. Она предпочла спастись бегством.

Чжоу Инъин была третьей овцой. Которая просто исчезла, но оказалось, что она тогда умерла.

Хотя все три девочки подвергались травле, их судьбы сложились совершенно по-разному.

Гу Яньчэнь поставил звёздочку напротив имени Тао Я, всё ещё немного озадаченный произошедшими между ними переменами:

- Тао Я когда-нибудь издевалась над тобой?

Хань Цзяй покачала головой:

- Я не уверена. Она ничего мне не делала напрямую, но, вероятно, давала советы.

- После того как Тао Я подружилась с Сунь Юйши она участвовала в травле Чжоу Инъин?

- Она участвовала, и довольно жестоко, — сказала Хань Цзяи после паузы.

Гу Яньчэнь продолжил дополнять схему отношений:

- Значит, после того как над Тао Я перестали издеваться, она стала сообщницей Сунь Юйши?

Хань Цзяи замялась, а затем слегка кивнула:

- Иногда она была в первых рядах.

Это похоже на то, как овца предаёт своё стадо, оставляя слабых на произвол судьбы.

Внезапно Гу Яньчэнь вспомнил цитату Достоевского: «Подлая душа, однажды освободившись от гнёта, будет угнетать других».

Он нахмурился, размышляя, превратилась ли Тао Я в волка из-за страха снова стать «овцой»? Или в её сердце уже была волчья натура?

Хань Цзяи сделала паузу и сказала:

- Но разве это не нормально? Когда над Тао Я издевались, Чжоу Инъин ей не помогала. Позже, когда издевались над Чжоу Инъин, Тао Я стала наблюдать за происходящим и даже подливала масла в огонь. Какой родной город? Какие хорошие друзья? Иногда всё это лишь видимость. Даже мужья и жёны могут спасаться по отдельности, столкнувшись с большой опасностью, не говоря уже об односельчанах.

После этого Гу Яньчэнь задал несколько вопросов, пытаясь как можно точнее восстановить отношения между работницами цеха с точки зрения Хань Цзяи.

Шэнь Цзюньци склонил голову, чтобы упорядочить информацию в своей голове.

Потом Хань Цзяи принесла блюда для Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь заказал блюда, которые нравились Шэнь Цзюньци.

Еда в этом маленьком ресторанчике была, так себе, неудивительно, что дела шли не очень хорошо.

Пока Шэнь Цзюньци ел, он прошептал Гу Яньчэну:

- Мне кажется, это своего рода коллективное насилие с элементами абъюза.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Давай потом осмотрим место, где нашли тело, может, найдём ещё какие-нибудь улики.

Основываясь только на полученной информации, они пока не могли определить, кто может быть виновником.

После обсуждения рабочих вопросов Шэнь Цзюньци достал телефон, чтобы проверить сообщения. Продавец из зоомагазина прислал ему видео с котом.

На видео котёнок мяукнул пару раз, затем прищурился и внезапно зевнул. Даже такой маленький котёнок может зевать. Это сразу успокоило Шэнь Цзюньци и он еще раз включил  видео.

Услышав мяуканье котёнка, Гу Яньчэнь спросил:

- Смотришь на котёнка? Ты уже выбрал ему имя?

Шэнь Цзюньци отправил ему видео:

- Да, уже выбрал. Полное имя — Сюэя, а прозвище — Ляньжун.

- Полное имя вполне подходящее, а прозвище интересное, — небрежно сказал Гу Яньчэнь. — Мы можем сделать коробку лунных пирожных с Ужэнем..

Имя «Ужэнь» было мало кому известно.

Шэнь Цзюньци замолчал, не зная, понял ли Гу Яньчэнь что-то или это была просто шутка, связанная с лунными пряниками.

Автору есть что сказать:

Судебно-медицинский эксперт Шэнь посмотрел на свой жилет. Казалось, он все еще был там, но, похоже, его там уже не было.

Работницы

Глава 70. Работницы

В три часа дня сотрудники отдела по расследованию особо тяжких преступлений и судмедэксперты прибыли к входу на фабрику Revival Electronics.

Это местная фабрика по производству электроники, которая выполняла большой объём работ для более крупных фабрик. Она была известна своей активной деятельностью и низкими ценами, поэтому процветала.

Большинство работниц на фабрике составляли женщины, их было несколько десятков тысяч, в то время как мужчин-рабочих было всего пару сотен.

Проходя по территории фабрики, они встретили несколько спешащих по своим делам работниц. Эти молодые девушки смотрели на них с любопытством и перешёптывались.

Заместитель директора фабрики Шан Цзюнь вышел поприветствовать их. Это был пухлый мужчина лет пятидесяти с большим пивным животом и лысеющей головой. Эта мастерская находилась под его руководством.

Он тепло поприветствовал их:

- Внутри всё готово. Офицеры, пожалуйста, проходите.

Видимо, чтобы подчеркнуть упорядоченность работы завода по производству электроники, территорию завода тщательно убрали.

Лу Ин пробормотал себе под нос:

- Это похоже на утреннее посещение четвёртого отдела, а днём, тоже самое на заводе по производству электроники.

Бай Мэн тоже огляделась и с некоторым беспокойством сказала:

- Этот случай и так годовалой давности. Теперь, после такой тщательной уборки, интересно, сколько следов осталось.

Ци Иань тоже прошептал:

- Такое ощущение, что они пытаются одурачить нас и как можно скорее вернуться к работе.

Лу Ин добавил:

- Точно, готов поспорить, они теряют немалые деньги из-за приостановки работы на полдня.

Шан Цзюнь широко улыбнулся, совсем не как человек, ожидающий, пока полиция расследует уголовное дело.

- Офицеры, работницы здесь очень честные и послушные. Вы сами увидите. Это дело не должно иметь никакого отношения к нашей фабрике. Местный полицейский участок уже проводил расследование. Если бы были какие-то проблемы, разве их так долго игнорировали?

Говоря это, Шан Цзюнь достал сигарету и предложил её Гу Яньчэну.

- Начальник местного отделения полиции Чжао хорошо знаком с директором нашей фабрики. Мне повезло, что на этот раз я встретился с руководителями городского бюро. Если их заинтересуют новые телефоны, я могу предложить их со скидкой от фабрики. Если они действительно понравятся руководителям, я могу даже отдать их бесплатно.

Гу Яньчэнь махнул рукой, отказываясь от сигареты.

Следом Шан Цзюнь предложил Лу Ину и остальным сигареты.

- Позвольте мне сказать вам, что Чжоу Инъин могла столкнуться с какими-то плохими людьми на улице или попасть в аварию. Вот почему она там погибла.

Лу Ин саркастически заметил:

- Ты такой умный, что раскрыл дело, даже не проведя расследование.

Шан Цзюнь не знал, что ответить, но постарался сохранить улыбку.

Гу Яньчэнь сказал:

- В конце концов, несчастный случай произошёл с сотрудником вашей фабрики. Нам определённо нужно начать расследование с этого.

Шан Цзюнь несколько раз кивнул в знак согласия:

Офицер, вы правы. Мы будем всячески содействовать расследованию.

Их первой остановкой было место, где было найдено тело. Это территория за фабрикой, огороженная большими стальными пластинами.

Из-за обнаружения тела строительство было приостановлено.

Шан Цзюнь указал на одну из ям.

- Тело было найдено здесь.

Гу Яньчэнь спросил:

- Эта территория является  заводской собственностью?

Шан Цзюнь ответил:

- И да, и нет.

Увидев недоумение на лицах окружающих, он объяснил:

- Это земля, купленная фабрикой, она находится недалеко от неё. Раньше снаружи был забор из проволочной сетки с несколькими небольшими воротами, через которые рабочие могли проходить, не покидая территорию фабрики. Люди со стороны тоже могли заходить. Короче говоря, это место было подготовлено для строительства, но огорожено отдельно. Однако из-за того, что она простаивала без дела и не обслуживалась должным образом, никто не следил за ней.

Судебно-медицинская группа осмотрела место, где был выкопан труп.

Глубина составляла около полуметра.

Местные полицейские уже осматривали это место. После тщательного осмотра они не обнаружили никаких следов.

Гу Яньчэнь сравнил фотографии с места осмотра с окружающей обстановкой. Он присел на корточки, пощупал землю рукой и прикинул, сколько сил и времени потребуется, чтобы закопать тело.

Даже в сезон дождей, когда почва относительно рыхлая, чтобы выкопать такую глубокую яму, потребуется определённая сила и время. Он встал и посмотрел на дорогу. Если Чжоу Инъин убили в общежитии при фабрике и её тело перенесли сюда, то теоретически они могли избежать встречи с охранниками и камерами наблюдения.

Второй остановкой стал цех, где работали женщины.

Внутри были современные сборочные линии, на которых в одну смену трудились восемь человек, а в две смены — шестнадцать.

Чтобы облегчить расследование, работа дневной смены в цехе № 4 была приостановлена, и станки не работали.

Пока Шан Цзюнь вёл их по цеху, он рассказывал о различных сборочных линиях.

Наконец он сказал:

- Это место находится под круглосуточным наблюдением… Однако мы не можем хранить записи слишком долго. Как правило, они удаляются через три месяца. Когда пропал человек, местный полицейский участок должен был получить доступ к записям с камер наблюдения. Судя по записям, с Чжоу Инъин всё было в порядке.

Гу Яньчэнь с судмедэкспертами обошли помещение. Пол и подоконники были тщательно вымыты. Не осталось ни волоска.

Гу Яньчэнь стоял у двери цеха № 3 и заглянул внутрь. В цехе № 3 кипела работа, гудели станки. Работницы собирали мобильные телефоны. На сборочной линии мимо каждой работницы проходили электронные транзисторы и материнские платы. Они собирали комплектующие воедино.

Все работницы были одеты в одинаковую униформу с фартуком поверх неё. Их личные вещи лежали в больших карманах спереди. Работницы были заняты делом и работали, молча, опустив головы. Они не разговаривали и не выражали никаких эмоций, как будто были отдельным искусственным интеллектом. Эти женщины производят продукцию высочайшего качества, но сами пользуются дешёвыми телефонами.

В рабочее время они принадлежат фабрике, а после работы — себе.

Полицейские обыскали помещение, оставили криминалистов и проследовали за Шан Цзюнем в другое место.

Поскольку работниц заранее предупредили о приезде полицейских, все они ждали в общежитии. Когда днём начинается работа, в общежитии наступает  тишина.

Комната Чжоу Инъин находилась на втором этаже общежития. Она была довольно просторной, в ней было восемь двухъярусных кроватей.

Девушки прибрали свои вещи, и комната выглядела очень опрятно.

Когда вошли полицейские, девушки настороженно посмотрели на них.

Эксперты начали делать фотографии окружающей обстановки в качестве доказательной базы.

- В нашем общежитии, всё устроено по-военному. У нас есть прачечная для стирки одежды, а также отдельные ванные комнаты и душевые. Условия безопасности и гигиены хорошие, — рассказал Шан Цзюнь об условиях отдыха в общежитии.

Ци Иань стоял позади и слушал его речь. Однако в голове у него крутилась мысль о том, что Чжоу Инъин жила здесь, а её тело нашли неподалёку. Ему стало немного не по себе, казалось, что эта фабрика поглотила эту девушку.

Шан Цзюнь указал на работницу, сидевшую на нижней койке у двери, и сказал:

- Сяо Сунь, Сунь Юйши, она здесь за главную, а также руководит цехом. Если у вас есть какие-то вопросы, можете задать их ей.

Работница по имени Сунь Юйши тут же встала и поклонилась, сказав:

- Здравствуйте, офицер.

Она была очень молода, у неё была яркая внешность и хорошая фигура. Её волосы были собраны в хвост, выглядела она опрятно.

Шан Цзюнь махнул рукой и сказал:

- Сяо Сунь, пожалуйста, объясни полицейским, что здесь происходит. Не волнуйся, это похоже на процедуру, которую проводил другой отдел, когда пропала девушка.

Гу Яньчэнь спросил:

- Так, где жила Чжоу Инъин?

Сунь Юйши указала на кровать и сказала:

- Она жила на верхней койке под номером три. После её ухода пришла новая коллега, и теперь там живёт Инь Моли.

Гу Яньчэнь снова спросил:

- Вы в общежитии пользуетесь ножами или ножницами?

Сунь Юйши ответила:

- У нас есть несколько ножей для фруктов и, возможно, ножницы.

Она обернулась и крикнула:

- Все, у кого есть ножи или ножницы, покажите их офицерам.

В её голосе звучали властные нотки. Женщины были тихими и послушными. Услышав её указания, они все послушались и начали доставать ножи и ножницы. Похоже, это был их обычный способ взаимодействия.

Когда все было сфотографировано, и измерено для архивного хранения Гу Яньчэнь спросил:

- После ухода Чжоу Инъин что-нибудь осталось из её вещей?

Сунь Юйши покачала головой и сказала:

- Ничего не осталось. Она забрала с собой телефон и одежду.

Бай Мэн и Лу Ин начали опрашивать девушек по очереди, уточняя личную информацию. При необходимости они отводили их в сторону для индивидуального допроса в коридоре.

Полицейские действовали слаженно.

Гу Яньчэнь сидел в стороне и сравнивал работниц, стоявших перед ним, с фотографиями в анкетах.

Он заметил работницу с короткой стрижкой. У неё был нежный взгляд, светлая кожа и хрупкое телосложение. Она больше походила на студентку колледжа, чем на работницу фабрики.

Девушка тихо сидела, опустив голову глядя на свои туфли.

Гу Яньчэнь подошёл и спросил её:

- Ты Тао Я?

Он узнал её после допроса, который они проводили с Хань Цзяи.

Девушка кивнула, но не взглянула на него.

Гу Яньчэнь снова спросил:

- Вы с Чжоу Инъин из одного города?

Тао Я молча заправила, волосы за ухо и снова кивнула.

Лу Ин осматривал кровать Тао Я и спросил:

- Что это?

Тао Я ответила:

- Просто поделки, которые я сделала от скуки.

Она достала из сумки большую стеклянную банку, почти до краёв наполненную сложенными бумажными журавликами.

Судмедэксперты тоже приготовились приступить к работе.

Шэнь Цзюньци надел маску и перчатки.

Ци Иань достал заранее подготовленные инструменты для сбора образцов и объяснил девушкам:

- Согласно процедуре, нам нужно взять у вас отпечатки пальцев, кровь и ДНК. Пожалуйста, сотрудничайте с нашими судмедэкспертами.

Он проверил имена всех работниц и начал брать у них образцы.

Команда криминалистов сфотографировала обувь каждой женщины, уделив особое внимание рисункам на подошве, и записала размеры обуви.

Все были заняты.

Девушки вели себя тихо и послушно. Казалось, что у них нет собственных мыслей, как у манекенов в магазине одежды. Их ответы звучали так, будто они репетировали, просто повторяя то, что говорили раньше. Их внешность казалась безобидной. Если бы не информация, которую они получили от Хань Цзяи, можно было легко обмануться. Но теперь, когда они все знали, в глазах Гу Яньчэна позы и едва уловимые выражения на лицах приобрели иной смысл.

Спины были напряжены, а губы поджаты, они нервничали. Возможно, это коллективная ложь. Кто-то из них должен знать правду.

Когда расследование было почти завершено, Гу Яньчэнь подозвал заместителя директора фабрики.

- Директор Шан, есть ли поблизости складское помещение или подвал?

- Складское помещение?

Шан Цзюнь растерялся.

- Такого тут нет.

Увидев его притворное непонимание, Гу Яньчэнь прямо спросил:

- Я слышал, что прямо внизу в этом здании есть складское помещение.

Сегодня они специально спросили у Хань Цзяи, где находится карцер, и она ответила, что на первом этаже этого административного здания.

Шан Цзюнь сразу всё понял.

- Внизу действительно есть небольшой старый склад, где хранятся чистящие средства. Там особо ничего нет…

Шэнь Цзюньци, который стоял рядом, собрал свои вещи и сказал:

- Я пойду с криминалистами, чтобы они всё осмотрели.

– Пожалуйста, попросите директора фабрики показать вам дорогу, – Гу Яньчэнь повернулся к Шэнь Цзюньци и сказал, – Иди первым. Я найду вас внизу, когда закончу здесь.

Шэнь Цзюньци позвал Ци Ианя, и ещё двух криминалистов. Вчетвером они спустились вслед за Шан Цзюнем.

Это была относительно небольшая кладовая площадью около десяти квадратных метров. Внутри лежали инструменты для уборки, а также коробки с салфетками, дезинфицирующими средствами и бытовой химии. У стены стояла большая железная полка, тоже заставленная разными вещами.

В этой комнате не было ни окон, ни вытяжных вентиляторов. Она была полностью изолирована, что делало её тёмной и душной. Потолок в комнате был немного ниже, чем в других помещениях, что усиливало ощущение гнетущей атмосферы.

Когда они вошли, в комнате, стало тесно. Освещение в комнате было тусклым, что создавало мрачную атмосферу. Замок был новым, и можно было запереться изнутри.

Ци Иань тихо сказал Шэнь Цзюньци:

- Учитель, я думаю, это подходящее место для убийства.

Шэнь Цзюньци огляделся, и спросил у криминалиста Чэнь Мянь:

- Люминол, ты его принёс? Давай проверим, нет ли здесь следов крови.

Люминол — это реагент, который часто используют для обнаружения пятен крови. Он может выявить даже следы крови или стёртые пятна, независимо от того, как давно они были оставлены.

Чэнь Мянь достал флакон с люминолом и тщательно распылил его на полу, на стены и потолок в комнате. Комнату тут же наполнил слабый кисловатый запах.

Чэнь Мянь выключил свет, но в комнате не было синей флуоресценции.

Шан Цзюнь вздохнул с облегчением.

Сейчас он счёл необходимым вмешаться:

-Офицеры, как я уже говорил, здесь ничего нет.

Ци Иань прошептал Шэнь Цзюньци:

- Учитель, если эта кладовая связана с делом, то почему здесь так чисто?

Люминол обладает высокой чувствительностью и может обнаружить даже малейшие следы крови. Обычные реагенты не могут стереть эти пятна окончательно. Если бы эта комната была местом преступления, то, сколько бы крови там ни было, она бы точно оставила следы.

Шэнь Цзюньци  задумался.

- Я подозреваю, что в этой комнате что-то переставили.

Он заметил множество разных предметов, сваленных в кучу в углу, которые выглядели старыми и, казалось, не тронутыми годами. Люди, естественно, предположили бы, что эти вещи пролежали там долгое время. Но преступник мог воспользоваться этим, чтобы обмануть следователей. Учитывая, что преступление было совершено год назад, за это время было легко переставить мебель, заполнить комнату хламом и позволить ему покрыться пылью.

Услышав это, Ци Иань тоже всё понял и посмотрел по углам.

Шэнь Цзюньци подошёл к железной полке, посмотрел вверх и спросил у Шан Цзюня:

- Директор Шан, можно ли передвинуть эту полку? Я хочу посмотреть…

Шан Цзюнь пожал плечами.

- Полка довольно тяжёлая, а комната такая маленькая, что её нелегко передвинуть.

Шэнь Цзюньци хотел сказать что-то ещё, но заместитель директора фабрики жестом показал, что всем пора уходить.

- Господа офицеры, вы всё осмотрели. Это складское помещение нашей фабрики, и оно не имеет никакого отношения к делу. Будет плохо, если здесь что-то испортят, да и время уже позднее. Я собираюсь перекусить, может, вы тоже хотите сделать перерыв и поужинать?

Его слова прозвучали, как вежливая просьба покинуть это место.

Он провёл с полицейскими весь день и, видя, что они ничего не нашли, начал терять терпение. Увидев Шэнь Цзюньци в костюме судмедэксперта, он понял, что они не детективы, и почувствовал своё превосходство.

Как только Шан Цзюнь отказался, снаружи раздался чёткий голос:

- Директор Шан, с этим какие-то проблемы?

Подошёл Гу Яньчэнь в сопровождении полицейских. Увидев, что ситуация зашла в тупик, он сразу всё понял.

Гу Яньчэнь сказал:

- Судя по текущей ситуации, девушки наверху вызывают большие подозрения. Пожалуйста, сотрудничайте. Если мы ничего не найдём, мы поможем вам всё восстановить.

Шан Цзюнь знал, что Гу Яньчэнь возглавляет команду, и немного его побаивался. Он не осмелился открыто перечить ему, но и не сдвинулся с места, преградив выход.

- Офицеры, я не хочу этого говорить, но это дело действительно не имеет никакого отношения к нашей фабрике. Не лучше ли вам проверить что-нибудь за пределами…

- Директор Шан, вы намекаете, что это секрет вашей фабрики, который нельзя тщательно расследовать? Или вы боитесь, что мы что-то обнаружим?

Взгляд Гу Яньчэна был пронзительным.

- Мы имеем право задерживать людей, которые препятствуют работе правоохранительных органов. Если дело дойдет до этого, это будет выглядеть не очень хорошо.

Его слова были весомыми, и Шан Цзюнь наконец отступил в сторону, неловко рассмеявшись.

– В любом случае, капитан Гу, я думаю, что сейчас время ужина, и все усердно работают. Я угощу вас ужином потом?

Гу Яньчэнь посмотрел на часы, действительно, было время ужина. Он махнул рукой.

- Не нужно угощать. Мы поедим где-нибудь поблизости, когда закончим здесь.

Лесть Шан Цзюня не возымела действия.

Во время своих расследований Гу Яньчэнь встречал много таких людей, как Шан Цзюнь. Они притворялись, что ничего не понимают, пока на них не начинали давить. Шан Цзюнь произвёл на него плохое впечатление, и он повернулся к Шэнь Цзюньци, чтобы спросить:

- Доктор Шэнь, что ты хочешь на ужин сегодня вечером?

Шэнь Цзюньци был уверен, что здесь что-то не так, и сказал:

- Давайте сначала закончим здесь.

С помощью Гу Яньчэна Ци Иань отодвинул в сторону картонные коробки.

Шэнь Цзюньци шагнул вперёд и попытался сдвинуть полку самостоятельно. Железная полка была неустойчивой, она скрипела и слегка раскачивалась.

- Осторожно!

Гу Яньчэнь, который обычно сохранял самообладание, вдруг занервничал. Он протянул руку, чтобы остановить полку, опасаясь, что она может упасть и задеть Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь выровнял полку и сказал детективам, стоявшим позади него:

- Лу Ин, уберите эти вещи.

Лу Ин с двумя помощниками шагнули вперёд. Через некоторое время они убрали все картонные коробки и железную полку, полностью освободив складское помещение.

Шэнь Цзюньци взял люминол и, надев маску, лично распылил его на пол. Он распылил довольно много средства, и в маленькой комнате стало трудно дышать.

Дождавшись реакции, доктор Шэнь крикнул:

- Выключите свет.

Ци Иань сделал несколько шагов и нажал на выключатель, погрузив всю комнату в темноту.

С серьёзным выражением лица Шэнь Цзюньци присел на корточки и сосредоточился на полу. На этот раз реакция последовала. Это было похоже на волшебство, там, куда падал ультрафиолетовый свет, там, где стояли коробки и полка, появились флуоресцентные синие пятна.

Это означало, что на полу было много крови!

Гу Яньчэнь тоже присел на корточки и тихо сказал:

- Это здесь.

Шан Цзюнь испугался, но тут же взял себя в руки.

- Может быть, у кого-то здесь пошла кровь из носа? Небольшое количество крови — это нормально…

Говоря это, он вытер пот, и в его сердце закралось дурное предчувствие. Не успел он договорить, как эти следы появились снова.

Увидев следы на полу, все замолчали. Синяя флуоресценция на полу усилилась, постепенно очерчивая контуры слегка полноватой фигуры.

Место преступления наконец-то было найдено!

Секрет

Глава 71. Секрет

В шесть часов на фабрике Revival Electronics.

При проведении обыска с целью поиска вещественных доказательств, за железной полкой были обнаружены пятна крови. Благодаря этим следам дело об убийстве наконец-то удалось связать с фабрикой Revival Electronics.

Шан Цзюнь был встревожен и в панике звонил Чжан Сяоцзе.

Тем временем Гу Яньчэнь связался с заместителем директора Дуном и подал заявление о проведении процедуры ареста.

Из-за большого количества подозреваемых и серьёзности дела процесс занял больше времени, чем обычно. К ночи все процедуры были завершены, и всех работниц из общежития на полицейских машинах доставили в городское бюро и разместили в разных комнатах для допросов.

Более десяти полицейских были переведены из отдела расследований для проведения ночных допросов работниц.

Шэнь Цзюньци отправил образцы крови из хранилища в лабораторию и подписал отчёт о вскрытии.

Гу Яньчэну пришлось работать сегодня сверхурочно, поэтому доктор Шэнь отправился домой один.

На следующий день Шэнь Цзюньци встал пораньше, помог Гу Яньчэну с Уляном, и отправился в зоомагазин, чтобы проведать Сюэя, который всё ещё пил молоко. Всего за несколько дней котёнок сильно подрос, его глаза полностью открылись, но шерсть ещё не отросла.

Продавщица достала дразнящую палочку, и котёнок последовал за ней, разминаясь, прыгая вверх-вниз.

Шэнь Цзюньци наблюдал за ним, чувствуя, как все его тревоги улетучивались.

По прибытии в городское бюро Шэнь Цзюньци направился прямиком в отдел уголовных расследований. Как только он вошел в комнату наблюдения, Шэнь Цзюньци увидел Гу Яньчэна и Бай Мэн, которые уже начали утренний допрос.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ну как? Кто-нибудь признался прошлой ночью?

Гу Яньчэнь потёр виски.

- Безрезультатно.

Вчера вечером они допрашивали их в общей сложности три часа.

Раньше допросы могли длиться всю ночь, но теперь, в таких коллективных делах, они не могли позволить себе уставать во время допроса. В противном случае кто-нибудь мог бы воспользоваться возможностью и начать противоречить, оставляя место для сомнений и, отказу от показаний. Поэтому полиция была особенно осторожна.

Сегодня утром они провели ещё один часовой допрос.

Несмотря на кажущуюся хрупкость, работницы были исключительно решительны, и ни одна из них не изменила своих показаний.

Бай Мэн вздохнула:

- Эти девушки с фабрики неразговорчивы, да? Одна молчаливее другой. Особенно эта Сунь Юйши, она хорошо притворяется дурочкой.

Гу Яньчэнь поднял голову:

- Не думаю, что она притворяется.

Бай Мэн ответила:

- Может быть… она просто недалёкая.

Шэнь Цзюньци задумался:

- Вы пробовали метод дилеммы заключённого?

Он вспомнил, что это распространённая тактика, которую используют детективы для допроса сообщников.

- Пробовали, — ответил Гу Яньчэнь.

Вчера вечером детективы применили метод «Дилеммы заключённого». Как правило, сообщники, опасаясь, что другие могут их выдать, предпочитают признаться первыми, чтобы получить более мягкий приговор. Однако эти работницы остались непреклонны. Ни одна из них не изменила своих показаний.

Гу Яньчэнь не ожидал такой необычной ситуации и не знал, как её объяснить. Хотя он лично не проводил допросы, он наблюдал за ними. Нет большой проблемы с методами допроса криминальной полиции. Даже если бы он сам их допрашивал, ход допроса мог быть более плавным, но это не привело бы к каким-либо существенным изменениям.

Эта комната для допросов была похожа на чёрный ящик, и никто не говорил о том, что может находиться внутри. Они оставались равнодушными к уликам и фотографиям тела. Даже закоренелым преступникам было бы трудно сохранять такое самообладание, не говоря уже об этих неопытных работницах. Детективы никогда не сталкивались с подобной ситуацией во время допросов.

Гу Яньчэнь понимал, что они столкнулись с идеально собранной головоломкой. Несмотря на то, что на первый взгляд она казалась безупречной, в ней наверняка были изъяны. Чтобы раскрыть это дело, им нужно было найти и использовать эти изъяны. Определить их слабые места.

Бай Мэн, нахмурившись, посмотрела на лежащие перед ней документы.

- В чём проблема?

Внезапно ей в голову пришла мысль.

- Возможно ли, что кто-то из руководства фабрики совершил убийство, а работницам угрожали, они боялись потерять работу и дают ложные показания?

Гу Яньчэнь покачал головой.

- Маловероятно. Чжоу Инъин не была привлекательной, у неё не было денег, и она мало с кем общалась. Я думаю, что убийца всё же из  общежития.

Он попытался вспомнить всё по порядку:

- В ночь перед исчезновением Чжоу Инъин её уже убили в той кладовой. Несколько работниц помогли избавиться от её тела, прибраться в комнате, открыть маленькую дверь после закрытия фабрики, перенести труп в пустое место, выкопать яму и похоронить её. Они избавились от всех связанных с этим предметов и на следующий день дали одинаковые показания полиции.

Бай Мэн сказала:

- Тело Чжоу Инъин было тяжёлым, значит, в преступлении участвовали как минимум шесть человек.

Гу Яньчэнь покачал головой.

- Не шесть человек, но и, те, кто убирал складское помещение, и перемещал вещи. Эта железная полка тяжёлая, для её перемещения потребовалось трое крепких мужчин.

С тех пор как Гу Яньчэнь взялся за это дело, он рассматривал версию о групповом преступлении и сговоре, но до сих пор не мог подтвердить, что кто-то из них был причастен к преступлению... Когда все «возможные» версии были исчерпаны, ему пришлось задуматься о том, что «невозможное» может оказаться правдой. Подумав об этом, Гу Яньчэнь постучал рукой по столу. Он прищурился и сделал вывод:

- Если исключить новенькую Инь Моли, могли ли все остальные четырнадцать человек быть причастны к этому убийству?

Ситуация казалась надуманной.

Бай Мэн подсознательно возразила:

- Это невозможно, верно? Как они могли прийти к единому решению, если их так много?

Даже в тех случаях, когда они сталкивались с несколькими преступниками, обычно было не больше двух-трёх сообщников, а максимум — семь или восемь. Вовлечение в дело такого количества людей было неслыханным. У каждого были свои мысли. Даже если им всем не нравилась Чжоу Инъин, они не могли все вместе убить её. Сложность заключалась в том, как все могли прийти к такому единогласному решению. Вместе покрывать преступника, хранить молчание.

Шэнь Цзюньци нахмурил брови, погрузившись в раздумья.

Рассуждения Гу Яньчэна поначалу показались ему нелогичными, но при ближайшем рассмотрении в них появилась разумная нить.

Культурный уровень работниц был невысок. Они держались за свои рабочие места из-за зарплаты и боялись уволиться. Между ними возникали разногласия и конфликты. Должно быть, они упустили из виду какие-то детали.

Внезапно Шэнь Цзюньци вспомнил о странных ранах на спине трупа. Когда он ранее сортировал документы, то случайно положил фотографию спины трупа в карман докторского халата. Теперь он достал её и внимательно изучил. Раны на спине были чистыми, вероятно, нанесёнными ножом.

Некоторое время Шэнь Цзюньци разглядывал фотографию тела, а затем закрыл глаза, и перед его мысленным взором предстала странная картина. В той узкой тёмной кладовой все работницы стояли полукругом с бесстрастными лицами. В руках они держали ножи, которые холодно поблёскивали, и постепенно приближались к Чжоу Инъин, стоявшей в центре. На лице Чжоу Инъин отразился страх, и она отступала, пока не оказалась загнанной в угол у стены. Сунь Юйши толкнула её, и девушка ударилась головой о железную полку. Из раны потекла кровь. Она упала на пол, и её глаза наполнились отчаянием. Другие работницы, словно зомби, с бесстрастными лицами приближались к ней, и их ножи один за другим вонзались в спину Чжоу Инъин.

Кровь текла, окрашивая пол в красный цвет.

Эта сцена казалась ему абсурдной. Но вдруг Шэнь Цзюньци всё понял.

Он положил фотографию на стол и сказал:

- Возможно, это действительно было коллективное убийство, коллективная ложь. Сложные раны на спине были нанесены этими работницами. Каждая из них сделала один или два удара, которых было достаточно, чтобы нанести эти замысловатые раны.

Гу Яньчэнь посмотрел на фотографию и тоже попытался разобраться в своих мыслях.

- Если раны были нанесены разными людьми, то эти... — их знаки верности!

Шэнь Цзюньци добавил:

- После экспертизы было установлено, что раны на спине были нанесены после смерти. Но работницы могли и не знать об этом.

Гу Яньчэнь сказал:

- Каждая, вероятно, думает, что она может быть настоящим преступником!

Из-за этого они хорошо скрывали свою тайну, и никто не признался. Потому что, если бы кто-то признался, он стал бы первым убийцей! Загадка была решена в одно мгновение. Теперь нужно было подтвердить правильность догадки.

Гу Яньчэнь выбрал одну из работниц с более слабой аурой. Её звали Дун Цяоин, ей было двадцать лет. Сегодня утром, несмотря на постоянное давление со стороны Лу Ина, она молчала и отказывалась отвечать на вопросы. Но холодный пот на её лбу говорил о том, что она была на грани срыва.

Гу Яньчэнь вошёл в комнату для допросов, сделал несколько вступительных замечаний, а затем напрямую спросил:

- Вы оставили раны на спине жертвы?

Даже детективы раньше не задавали таких подробных вопросов.

Дун Цяоин задумалась, и в её глазах впервые мелькнуло сомнение. Её зрачки были расширены, и глаза казались большими, как у испуганного ягнёнка. Уголки её опущенных губ дрогнули, и она облизнула пересохшие губы:

- Я не…

Гу Яньчэнь продолжил:

- Вы говорите неправду, потому что были причастны к этому?

Дун Цяоин опустила голову:

- Офицер, я не понимаю, о чём вы говорите.

Гу Яньчэнь сказал:

- Хотя тело Чжоу Инъин пролежало там год, раны на её спине всё ещё видны. Если убийца заставил вас действовать в таких обстоятельствах, мы это учтём. Но если вы утаиваете информацию, это только усугубит ваше положение.

Дун Цяоин молчала, но её ноги были скрещены, что свидетельствовало о сильном внутреннем смятении.

- Судмедэксперты доказали, что раны на спине Чжоу Инъин были нанесены после её смерти. Я надеюсь, вы сможете рассказать нам, кто настоящий преступник. Расскажите нам, что произошло той ночью.

Девушка опустила голову, её руки дрожали.

Гу Яньчэнь вздохнул и разыграл эмоциональную карту:

- Твоя мать, кажется, всё это время болела, верно? Если ты не расскажешь, тебя могут наказать...

Эти слова стали последней каплей, которая сломила девушку. Дун Цяоин почувствовала, как напряжение, которое она держала в себе, внезапно спало.

Она расплакалась:

- Я никого не убивала, это была не я, правда, не я…

Гу Яньчэнь попросил детектива, который вёл запись, дать ей салфетки и стал ждать, когда она начнёт говорить.

Дун Цяоин немного поплакала, прежде чем начать говорить прерывистым голосом:

- Год назад, той ночью, было уже больше одиннадцати часов вечера, и я уже крепко спала в своей постели. Тао Я внезапно разбудила меня и прошептала, чтобы я спустилась в кладовую, сказав, что меня зовёт Сунь Юйши. В тот момент я понятия не имела, зачем мне спускаться. Я не осмелилась отказать Сунь Юйши. Я ещё не до конца проснулась, была в пижаме и последовала за Тао Я вниз, в кладовую. Внутри было темно, и как только я вошла, то увидел Сунь Юйши и ещё двух девушек. Чжоу Инъин неподвижно лежала на полу… Тогда я хотела вызвать полицию или позвать на помощь, но они меня удержали. Сунь Юйши сказала мне, что Чжоу Инъин ранена ею и находилась при смерти. Для неё убить одного или двух человек было всё равно что... Если бы я осмелилась вызвать полицию или кому-то рассказать, они бы меня тоже убили... Меня держали несколько человек, прижимая к полу. Они показывали мне ножом на шею и грудь. В кладовой не было сигнала, и она была хорошо звукоизолирована. Даже если бы мы кричали внутри, снаружи никто бы ничего не услышал. Я тогда ещё не до конца очнулся и была… была в ужасе… Я сказала им, что не буду вызывать полицию, что никому не расскажу, и умоляла их отпустить меня. Сунь Юйши мне не поверила. Она сказала… что поверит мне, если я ударю Чжоу Инъин ножом в спину. У меня кружилась голова, и я была очень напугана… Я взяла нож, который мне дала Тао Я.

Дон Цяоин рассказала всё до этого момента, закрыв лицо руками и едва сдерживая рыдания:

- Я увидела несколько ран на спине Чжоу Инъин, закрыла глаза и нанесла удар. Сунь Юйши сказала, что удар был недостаточно сильным, что я не вонзила нож достаточно глубоко, так что... Я ударил ещё раз, на этот раз нож вошёл в тело, и я почувствовал, как он рассекает плоть. Они дотронулись до Чжоу Инъин и сказали, что она была лишь тяжело ранена, но после того, как я ударила её ножом, она действительно умерла. Они сказали, что я убила её... Я была в ужасе, но всё было именно так. Они сделали фотографии и стали угрожать мне, говоря, что, если полиция начнёт расследование, они покажут полиции фотографии, на которых я наношу удар ножом Чжоу Инъин. Они сказали, что, если я осмелюсь в чём-то признаться, они все вместе обвинят меня в убийстве.

Дун Цяоин так сильно плакала, что едва могла говорить. Та ночь стала для неё кошмаром. Она впервые поняла, каково это — наносить кому-то удар ножом.

Кровь Чжоу Инъин была тёплой. С тех пор она бесчисленное количество раз просыпалась от снов, в которых видела труп Чжоу Инъин. Ещё больше её пугали подозрения и настороженность между ними. Она сомневалась, что Сунь Юйши и остальные не обманывают её. Она даже не знала, почему умерла Чжоу Инъин. Но она не была уверена, сможет ли полиция установить, кто нанёс смертельный удар, и связана ли смерть Чжоу Инъин с её действиями.

Во время допроса она боялась, что её сочтут виновной и вынесут суровый приговор. Под огромным психологическим давлением она продолжала настаивать на своём. Только когда Гу Яньчэнь сказал ей, что раны на спине были нанесены уже после смерти, она раскрыла правду о той ночи. Признание было таким, как и предполагал Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь подождал, пока она успокоится, и спросил:

- Что было дальше?

- Потом… они отпустили меня и сказали никому не рассказывать о том, что я видела. Потом они  вызвали следующую девушку. В ту ночь всех вызвали вниз. После возвращения мы не могли уснуть,  и сидели на кроватях. Мы не разговаривали друг с другом, но, думаю, они, пережили то же, что и я.

Было лето, но она свернулась калачиком в постели, и, хотя была укрыта тонким одеялом, ей было холодно. Она слышала, как плачут другие девушки. Всех  использовали по максимуму.

- Около полуночи вернулась Сунь Юйши. Она, как обычно, распределила между нами задания. Кто-то собирал вещи Чжоу Инъин, кто-то, подражая её подчерку, написал заявление об уходе, а кто-то воспользовался тем, что охранника не было на месте, пошел закапывать труп. Мне поручили убрать складское помещение. Несколько человек с помощью моющего средства оттёрли пятна крови с пола, а затем вернули коробки и вещи на место. Когда утром открылись ворота фабрики, Сунь Юйши выбросила вещи Чжоу Инъин и орудие убийства на ближайшую свалку...

Шэнь Цзюньци слушал в комнате наблюдения. Всё происходило, так как он предположил. Только работая сообща, они смогли всё сделать за короткое время и обмануть всех.

В ту ночь всех работниц общежития, похитили и заставили участвовать в групповом насилии. Они столкнулись с угрозой смерти.

- Мы все должны были хранить это в тайне, и нас научили, как вести себя с полицией… сказали, что, пока мы молчим, никто об этом не узнает, и все будут думать, что Чжоу Инъин просто сбежала. Сунь Юйши сказала, что расследование не будет тщательным, что никому нет дела до жизни и смерти Чжоу Инъин и, что руководство фабрики не закроет её. Если бы мы не выполнили заказ, нас бы ждали огромные убытки. Позже, по её словам, директор фабрики связался с местным отделением полиции, и дело было классифицировано как пропажа без вести. У нас не было бы проблем.

В этот момент Дун Цяоин снова расплакалась.

Той ночью работницы по очереди спускались вниз, наносили своей соседке по комнате раны на спине, вместе закапывали труп, уничтожали улики и лгали полиции. Целый год эти тайны тяжким грузом лежали у неё на сердце. Она не хотела потерять работу или попасть под подозрение в убийстве. Все они были осторожны и неразговорчивы и никогда не вспоминали ту ночь.

Местный полицейский участок быстро классифицировал это дело как пропажу без вести, подарив работницам надежду. Со временем они, начали приходить в себя после той ужасной ночи. Жизнь, казалось, постепенно возвращалась в привычное русло, но всё было совсем не так.

Жернова правосудия вращаются медленно, но неотвратимо.

Они думали, что тело не найдут. Но несколько дней назад они увидели новость об эксгумации женского тела. Они были как потерянные ягнята, молчали и смотрели в неизвестность, не зная, что их ждёт. До прошлой ночи их не подозревали, не арестовывали, не допрашивали в полиции, и их психологическая защита наконец-то рухнула.

Гу Яньчэнь понял, что они стали на шаг ближе к истине.

Пищевая цепочка

Глава 72. Пищевая цепочка

После того как один человек дал признательные показания, полиция наконец-то вышла на след.

Теперь защита всех работниц была сломлена одна за другой.

Из-за большого количества людей допрос длился весь день. К шести часам вечера допрос всё ещё продолжался.

Шэнь Цзюньци сделал перерыв, чтобы поужинать, потом принес еду для Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь быстро поел и вернулся к битве. Свидетельства были собраны, и события той ночи становились всё более ясными.

- Я тогда так испугалась. Это Сунь Юйши заставила меня это сделать. Я хотела вызвать полицию, но они не позволили мне…

- Когда я вошла, я была последней. На её спине уже были следы от ножей. Если бы я тогда это не сделала, остальные в общежитии могли убить и меня!

- Пожалуйста, я знаю, что была неправа. Можешь не говорить об этом моей семье?

- Я помогала разбирать её одежду, разрезая её на части. Меня попросили это сделать.

- Мы с двумя девушками тайком вышли на улицу и выкопали очень глубокую яму.

- Мы с несколькими девушками завернули её в простыню и вынесли. Мы похоронили её там.

- Я не хотела этого делать. Я знаю, что была неправа.

- Меня за это посадят?

Молодые девушки плакали и умоляли его.

Как только они окончили школу, их отправляли на фабрику, где они не имели ни малейшего представления о своих правах и тем более о социальном опыте. В Биньчэне у них не было родственников, и они были заперты на фабрике, как в тюрьме. Годы механизированного труда постепенно ослабляли их волю. Они привыкли к «власти» Сунь Юйши над ними.

Той ночью перед Сунь Юйши они вели себя как «рабы», подчиняясь приказам начальства. Возможно, в обычных обстоятельствах, в спокойном состоянии, они бы пришли в себя и сделали правильный выбор. Но в тот день, охваченные страхом, они поддались стадному инстинкту. Они стали соучастниками, вместе совершив чудовищное преступление.

Гу Яньчэнь просмотрел все показания, большинство из которых можно было сопоставить.

Девушки рассказали много подробностей. На основании их показаний полиция восстановила картину произошедшего и процесс сокрытия тела.

Той ночью Сунь Юйши, Тао Я и ещё одна работница отвели Чжоу Инъин в складское помещение. Там произошла драка, в результате которой Чжоу Инъин погибла. Потом они позвали всех девушек по очереди, угрожали им и вместе избавились от тела.

Время шло, и вот уже было девять часов вечера. За исключением Сунь Юйши и Тао Я, которые ещё не дали показаний, остальные уже всё рассказали.

Шэнь Цзюньци время от времени приходил, чтобы посмотреть результаты допроса.

Он предоставил им вещественное доказательство:

- Пятна крови, обнаруженные под ногтями Чжоу Инъин, были проанализированы. Согласно результатам, ДНК принадлежит Сунь Юйши.

Собрав показания, вещественные доказательства и признания, Гу Яньчэнь вошёл в комнату для допросов, где содержалась Сунь Юйши.

Она, что-то почувствовала и подняла голову, чтобы посмотреть на него. В её глазах блестели слёзы.

Гу Яньчэнь молча, положил стопку документов на стол перед ней.

Сунь Юйши уже давно допрашивали, и долгое время она провела в одиночестве. До этого она не раз задумывалась о том, что будет делать, если кто-то её предаст.

Увидев, что Гу Яньчэнь входит в комнату, Сунь Юйши почувствовала, что пришла беда.

Её губы задрожали.

- Они все признались, не так ли?

Она знала, что, сколько бы людей ни указывали на неё как на виновницу, сколько бы она ни спорила, это бесполезно. Её лицо побледнело, спина уже взмокла от холодного пота, а волосы на лбу были влажными, как будто она попала под ливень.

Гу Яньчэнь сказал:

- Теперь твоя очередь признаться. Я надеюсь, ты расскажешь нам всю правду об убийстве Чжоу Инъин.

При виде различных доказательств лицо Сунь Юйши стало ещё более неприглядным.

Она помолчала, а затем смиренно произнесла:

- Мне особо нечего сказать. Была пятница, наш обычный выходной. Я хотела, как обычно, преподать Чжоу Инъин урок, поэтому позвала двух человек и отвела её в кладовку. Затем я попросила её сделать несколько приседаний… Но она отказалась, не захотела этого делать. Я разозлилась… и ударил её. Она всегда была очень послушной, но в тот день дала мне отпор. Мы немного поборолись, потом она ударилась головой о металлическую полку, и у неё пошла кровь. Я боялась, что на фабрике об этом узнают, поэтому попытался остановить кровотечение с помощью салфеток, но она вдруг начала биться в конвульсиях, её лицо побледнело, а изо рта пошла пена… Через некоторое время она умерла. Я не знаю почему, может быть, у неё был повреждён мозг. Я не убивала её намеренно.

Гу Яньчэнь спросил:

- Значит, ты сговорилась с другими работницами, чтобы избавиться от её тела?

Сунь Юйши посмотрела на Гу Яньчэна со слезами на глазах, но с вызовом во взгляде.

- Она умерла у меня на глазах, я не могла избежать ответственности. Я боялась, что меня осудят… поэтому у меня не было другого выбора, кроме как скрыть это. Иначе все бы узнали, что это сделала я, что я кого-то убила. Я хотела скрыть это, и мне пришлось утянуть за собой всех остальных…

Возможно, опасаясь возмездия и осуждения, Сунь Юйши проявила раскаяние и опустила голову:

- Прости меня, Чжоу Инъин. Моя беспечность привела к большой беде. К сожалению, меня поймали. Какое бы наказание меня ни ждало, я готова понести его.

Когда Сунь Юйши призналась в преступлении, Гу Яньчэнь попросил Лу Ина расспросить её о подробностях произошедшего.

Они приступили к формальностям и завершили процедуру признания.

После того как все было собрано, дело, по сути, было закрыто.

Гу Яньчэнь прошёл в смотровую, где находилась только Бай Мэн, и спросил:

- Где доктор Шэнь?

Бай Мэн ответила:

- Выслушав признание, он вернулся в отдел судебно-медицинской экспертизы. Доктор Шэнь сказал, что лаборатория работает сверхурочно и результаты анализа крови жертвы должны быть готовы сегодня вечером. Он пошёл проверить.

Гу Яньчэнь спросил:

- Работница по имени Тао Я дала признательные показания?

– Она осталась единственная, Лу Ин допрашивает её. Думаю, это ненадолго.

Теперь только Тао Я хранила молчание, не произнося ни слова. Психологическая устойчивость этой девушки была поразительной. Однако, если уже признался главный виновник, признание Тао Я не изменит конечный результат.

Бай Мэн спросила:

– Нужно ли мне позвонить директору Дину и отправить завтра уведомление в полицию? – если да, то она начнет подготовку сегодня вечером.

Гу Яньчэнь задумался, но покачал головой.

- Давайте пока подождём. Дождёмся окончательных результатов экспертизы. Завтра решим.

Несмотря на то, что по делу были получены признательные показания, он всё равно хотел перепроверить всё ещё раз. Он продолжал думать о показаниях работниц. По какой-то причине это, казалось бы, простое дело вызывало у него беспокойство. Ему казалось, что он мог упустить какую-то информацию.

Гу Яньчэнь вышел, намереваясь купить банку кофе в автомате, чтобы взбодриться. В конце коридора он увидел молодую девушку, сидевшую на стуле. Её волосы были собраны в два хвостика. Она была подростком, худенькой и миниатюрной, сидела прямо, с телефоном в руке, и смотрела TikTok. Увидев его, она немного испугалась.

Гу Яньчэнь уже видел эту девушку в общежитии. Её звали Инь Моли, и после смерти Чжоу Инъин ей выделили ту же койку. Прошлой ночью, чтобы было удобнее допрашивать, её привели сюда вместе с остальными из общежития. Но поскольку Инь Моли начала работать только через месяц после исчезновения Чжоу Инъин, считалось, что она не причастна к преступлению.

Её данные были записаны, вчера она провела здесь ночь, а сегодня в полдень прошла, все процедуры и снова была свободна.

Офицеры договорились, что она сама вызовет себе такси.

Однако девушка надеялась дождаться здесь остальных из своего общежития.

Гу Яньчэнь не ожидал, что она будет ждать так долго.

Глядя на хрупкую девушку, Гу Яньчэнь почувствовал к ней симпатию.

Он подошёл ближе.

- Они не скоро выйдут. Почему бы тебе не поехать на такси обратно?

Инь Моли на мгновение замялась, а затем прошептала:

- Я подожду ещё немного… до одиннадцати вечера, а потом поеду домой на такси.

Гу Яньчэнь нахмурился.

- Уже поздно. Для такой девушки, как ты, это ещё опаснее.

Инь Моли сделала паузу, прижав руку ко лбу, и объяснила, почему она осталась здесь.

- Я не знаю, как объяснить это своим коллегам и начальству, когда вернусь, и я не хочу спать одна в той комнате…

Она боялась, ведь она так долго спала на этой кровати. Только что она сомневалась, стоит ли уходить. Но при мысли об этом пустом общежитии, где кто-то умер, у неё по спине побежали мурашки. Возможно, призрак Чжоу Инъин всё ещё там. Ей казалось, что, как только она откроет глаза, она встретит дух Чжоу Инъин…

Гу Яньчэнь изучил информацию. В этом году Инь Моли исполнилось девятнадцать. Теперь, когда она узнала, что её коллеги убили соседку по комнате, она, естественно, испугалась.

Он подумал и сказал:

- Сегодня вечером я найду для тебя место в городском бюро, где ты сможешь временно отдохнуть. Ты можешь остаться там до завтрашнего утра. Рано или поздно тебе придётся со всем этим столкнуться.

Девушка кивнула.

Гу Яньчэнь спросил Инь Моли:

- Ты ужинала?

Девушка ответила:

- Я съела немного хлеба, но больше ничего не смогла.

Гу Яньчэнь указал на ближайший торговый автомат.

- Что хочешь выпить? Я куплю тебе это.

Инь Моли посмотрела и выбрала бутылку чая с молоком.

Гу Яньчэнь купил себе кофе и протянул ей чай с молоком. Они пошли в комнату для дежурных офицеров, где было несколько кроватей для ночного отдыха. Гу Яньчэнь выбрал одноместную комнату. Он объяснил Инь Моли, как запирать дверь, как пользоваться ванной, и принёс ей одноразовую зубную щётку и полотенце.

— Спасибо, — тихо сказала Инь Моли. Она спросила Гу Яньчэна: — Офицер, они действительно кого-то убили?

Сейчас ей всё ещё было трудно в это поверить. Обычно полиции не разрешалось раскрывать результаты во время расследования, но поскольку она косвенно принимала участие в деле, и оно близилось к завершению, Гу Яньчэнь уклончиво ответил:

- Они все признались. И всё признали.

Гу Яньчэнь повернулся к Инь Моли и спросил:

- Сунь Юйши когда-нибудь издевался над тобой?

Инь Моли покачала головой.

- Нет, она хорошо ко мне относится.

Гу Яньчэнь подумал, что она, возможно, просто боится заговорить, и не стал заострять на этом внимание.

Он продолжил:

- Просила ли Сунь Юйши девушек из общежития спуститься в кладовку внизу, чтобы принять наказание?

Инь Моли удивлённо расширила глаза.

- За год, что я там провела, ничего подобного не случалось.

Гу Яньчэнь опустил голову и задумался. Он понимал причину. После смерти Чжоу Инъин девушки боялись ходить в кладовую, да и Сунь Юйши стала более сдержанной.

Он спросил Инь Моли:

- А как же остальные? Какие у тебя с ними отношения?

Сделав глоток чая с молоком, девушка сказала:

- В общежитии все хорошо ко мне относятся. Мы как одна семья, помогаем друг другу. Если у кого-то есть что-то вкусное или приятное, он делится этим со всеми. Мы сплетничаем вместе. Перед прошлым китайским Новым годом мы даже вместе ходили в кино. В начале этого года, когда я заболела, девушки из общежития по очереди ухаживали за мной. Они приносили мне еду из столовой и лекарства. Когда мне стало лучше, мне стали давать самые лёгкие смены.

Такое описание было несколько неожиданным для Гу Яньчэна.

Он снова спросил:

– А Тао Я?

– Сестра Тао Я тоже хорошо обо мне заботится. Все очень милы с сестрой Тао Я. Они дают ей вкусную еду или хорошие вещи.

Говоря об этом, Инь Моли грустно плакала и вытирала слезы.

– Я всегда радовалась, что меня определили в такое общежитие. В отличие от других общежитий, здесь нет ссор и споров. Я не представляю, как такое могло произойти.

Услышав это, Гу Яньчэнь слегка нахмурился.

Он сделал глоток горького кофе без сахара.

Это описание совершенно не соответствовало тому адскому общежитию, которое Хань Цзяи описывала ему ранее.

Гу Яньчэнь понимал, что теперь, когда Сунь Юйши и остальные арестованы, Инь Моли не нужно лгать. Она искренне переживала из-за ареста своих соседок по комнате. Хотя это и выглядело как обычные отношения в общежитии, как Сунь Юйши и остальные могли внезапно стать гармоничными и дружелюбными коллегами, особенно после того, как конфликт между Сунь Юйши и Чжоу Инъин дошел до убийства?

Гу Яньчэнь вспомнил о важном моменте и снова спросил:

– Ты имеешь в виду, что они дают вещи Тао Я?

Инь Моли не понимала, почему он так сосредоточен на этом вопросе, но ответила:

- Обычно Тао Я решает, кто будет убирать в общежитии и как распределяются льготы от фабрики. Мы все слушаемся Тао Я.

Гу Яньчэнь нахмурился ещё сильнее.

- Но разве вы все не Сунь Юйши подчиняетесь?

Инь Моли ответила:

- Сунь Юйши — лишь номинальный староста общежития. На самом деле всем заправляет Тао Я. Несмотря на высокомерие Сунь Юйши, она всё равно помогает Тао Я покупает фрукты и даже приносит ей воду чтобы помыть ноги.

Гу Яньчэнь вспомнил Тао Я, которая, по словам Хань Цзяи, стала первой «овцой», а потом стала соучастницей Сунь Юйши. Он вспомнил, как видел Тао Я в общежитии. Она была светлокожей, хрупкой  и тихой, с баночкой бумажных журавликов.

Он интересовался ходом её допроса. Эта девушка не сдвинулась с места и продолжала утверждать, что ничего не знает. Однако Дун Цяоин и другие в своих признаниях заявили, что именно Тао Я разбудила их и отправила в кладовую к Сунь Юйши.

От смерти Чжоу Инъин Тао Я получил самую большую выгоду?

Гу Яньчэнь понял, что, несмотря на неопровержимые доказательства и признания свидетелей, они всё ещё не знали всей правды. Тао Я прошла путь от одинокой овцы, вписавшейся в стадо, до волка и оказался на вершине пищевой цепочки в общежитии.

Гу Яньчэнь вспомнил историю, которую рассказала ему Хань Цзяи, о том, как Тао Я пожертвовала собой, чтобы спасти Сунь Юйши.

Неужели Сунь Юйши действительно упала в воду сама? Или Тао Я намеренно спровоцировала ситуацию?

У него было ощущение, что Тао Я не так проста, как кажется на первый взгляд. Возможно, она была самой опасной женщиной во всём общежитии.

И ему не хватало важной информации.

Пока он размышлял, зазвонил его телефон. Ему звонил Шэнь Цзюньци, поэтому он быстро поставил чашку с кофе и ответил.

Голос Шэнь Цзюньци звучал взволнованно.

- Капитан Гу, где ты сейчас?

Гу Яньчэнь ответил:

– Я нахожусь в здания уголовного расследования. И собираюсь вернуться в комнату для допросов.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я тоже уже в пути. Только что пришли результаты анализов, и есть кое-что новое.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что это?

- Мы обнаружили дигоксин в крови Чжоу Инъин. Возможно, она принимала это лекарство до несчастного случая.

Шэнь Цзюньци торопливо говорил на ходу.

Гу Яньчэнь продолжал расспрашивать.

- Как это лекарство влияет на организм?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Небольшое количество может помочь при сердечных заболеваниях, но передозировка может привести к остановке сердца.

Лабиринт

Глава 73. Лабиринт

Поздно вечером в городском бюро Биньчэна, в ярко освещённом здании отдела уголовных расследований, Гу Яньчэнь вернулся в комнату наблюдения, а Шэнь Цзюньци принёс отчёт об экспертизе. Бай Мэн, Лу Ин и Ци Иань собрались на совещание.

Отчёт об исследовании был объёмным. Бай Мэн пролистала его, не совсем понимая некоторые термины.

- Доктор Шэнь, что означает этот «фактор учёта»?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Согласно результатам анализа, перед смертью покойная принимала Дигоксин или его аналог. Такие лекарства используются для лечения сердечных заболеваний, но при передозировке они могут вызвать остановку сердца, что приведёт к смерти. Из-за разложения внутренних органов покойной я не могу установить точную причину смерти даже при вскрытии, но считаю, что нельзя исключать возможность смерти от передозировки.

Ци Иань продолжил объяснение:

- Это факт, что она принимала это лекарство. Сколько именно она приняла, и стало ли это причиной её смерти, мы не знаем.

Доктор Шэнь кивнул и осторожно подытожил:

- Поэтому, я говорю, что она, «могла», умерла из-за передозировки наркотиков.

Лу Ин последовал логике его рассуждений:

- Передозировка Дигоксином может привести к смерти? Значит ли это, что её намеренно отравили?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Такая возможность не исключена.

Тело сильно разложилось. Если бы не превосходные навыки Шэнь Цзюньци в извлечении внутренних тканей и проведении анализов, эта тайна могла бы так и остаться нераскрытой. Узнав об этом, весь отдел по расследованию особо тяжких преступлений начал заново изучать дело.

В большинстве случаев, когда преступник сознаётся, расследование заканчивается. Но в этом случае, несмотря на многочисленные свидетельские показания и даже признание преступника, всё пошло не по плану.

Гу Яньчэнь поделился со всеми информацией, которую только что узнал от Инь Моли.

Лу Ин сказал:

- Итак, хотя Сунь Юйши призналась в том, что убила Чжоу Инъин, она не может объяснить, как Чжоу Инъин умерла.

Бай Мэн тоже привела свои мысли в порядок:

- Во время их борьбы, когда Чжоу Инъин упала, Сунь Юйши, естественно, решила, что это её вина. Другими словами, Сунь Юйши, вероятно, не знала, принимала ли Чжоу Инъин лекарство перед смертью, поэтому она призналась в убийстве.

Лу Ин сказал:

- Значит, вопрос в том, кто именно убил Чжоу Инъин.

Гу Яньчэнь повернулся к Бай Мэн и спросил:

- Можем ли мы проверить записи о покупке лекарств этими работницами?

Электронная фабрика предоставляла работницам комплексную медицинскую страховку, а также выделяла больницы для лечения. Кроме того, Дигоксин отпускается по рецепту врача.

Пальцы Бай Мэн запорхали по клавиатуре, и через некоторое время она повернулась и сказала:

- Из всего общежития только Тао Я покупала Дигоксин.

Тао Я, это снова она. Гу Яньчэнь до сих пор не разобрался в отношениях между работницами.

Он сказал:

- Ещё раз проверь всю информацию, связанную с Тао Я и Чжоу Инъин. Выясни все их связи.

Проверка анкетных данных работниц уже была проведена во второй половине дня, но информация в полицейской системе была неполной. Благодаря некоторым подсказкам Бай Мэн всё же нашла новые сведения.

Лу Ин сделал несколько телефонных звонков, расспрашивая родителей обеих девушек и некоторых информаторов.

Этой ночью были тщательно допрошены все, с кем можно было связаться.

- Они учились в одном классе начальной школы, в средней школе в соседних классах и в одном классе старшей школы. Они знакомы со школы. Чжоу Инъин какое-то время жила у тёти Тао Я, и их дома находятся на одной улице. Они обе устроились на электронную фабрику через одно и то же агентство, причём Тао Я пришла на полмесяца раньше Чжоу Инъин. Двоюродный брат Тао Я сказал, что они обе пели в школьном хоре и были хорошими подругами с детства и до зрелого возраста.

Постепенно появлялись новые зацепки.

Юй Шэнь предположил:

- Может быть… Тао Я привела Чжоу Инъин?

Лу Ин сказал:

- Это вполне вероятно. Если она считала, что это хорошая работа, она могла рассказать об этом своим знакомым, а в некоторых местах за рекомендации платят.

Они знакомили друг друга с вакансиями, притворяясь лучшими подругами.

Работа на заводе электроники была, безусловно, высокооплачиваемой в глазах девушек, окончивших среднюю школу. В то время Тао Я не знала, что толкает свою хорошую подругу в пасть к дракону.

Бай Мэн нашла ещё информацию в социальных сетях Чжоу Инъин, которая, подтверждала их догадки.

Подпись к этому посту в социальных сетях гласила:

«Завтра я отправлюсь в новое путешествие, моя дорогая сестра, я еду!»

Это был пост, который Чжоу Инъин опубликовала перед тем, как прийти работать на фабрику электроники.

Фотография была сделана много лет назад, вероятно, в старших классах. На ней изображены две девочки в костюмах для хора. Слева на фотографии — пухленькая Чжоу Инъин, которая беззаботно смеётся, а справа — стройная и застенчивая Тао Я с заплетёнными волосами и робкой улыбкой, которая показывает знак мира.

Тогда, под ярким солнцем, всё казалось таким прекрасным. Но теперь одна из них ушла навсегда, а другая стала подозреваемой в убийстве своей лучшей подруги.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я пойду ещё раз поговорю с Сунь Юйши. Бай Мэн, будешь записывать.

Он развернулся и пошёл в комнату Сунь Юйши, где та уже  дописывала признание. Сейчас уже на её лице не было ни тени нервозности, только бесконечная усталость.

- У меня к вам появилось несколько вопросов, — обратился к ней Гу Яньчэнь. — Как вам пришла в голову идея угрожать всем в общежитии, уродуя тело?

- Как я до этого додумалась? — Сунь Юйши широко раскрыла глаза. — Мне просто пришло в голову.

Гу Яньчэнь не понимал, действительно ли она глупа или притворяется.

Он уточнил свой вопрос:

- Кто-то натолкнул тебя на эту мысль?

- Кажется… Тао Я? — Сунь Юйши вдруг всё поняла: — Хм… когда я дралась с Чжоу Инъин, она была рядом. Кажется, она предложила мне, что нужно заставить всех думать, будто они её убили, и сказала, что только так они будут молчать. А ещё она сказала сделать фотографии всего процесса, чтобы у нас были доказательства. И идея, как уничтожить тело, тоже её.

Сейчас, вспоминая ту ночь, Сунь Юйши поняла, что, хотя тогда она была в некотором замешательстве, Тао Я подсказала ей решение, и она, естественно, приняла её мысли за свои, и воплотила их в жизнь. После того случая Сунь Юйши сдерживала себя и постоянно внушала себе, что нужно забыть об этом. Со временем эти воспоминания стерлись, пока Гу Яньчэнь не указал на это, и она все вспомнила.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ещё делала Тао Я?

- В общежитии она лучше всех разбиралась в электронных устройствах и больше всех играла в телефоне. Все фотографии сделала она. Какое-то время я беспокоилась, что она может отправить их в полицию, чтобы заявить на меня.

Сунь Юйши сделала паузу и продолжила:

- У неё были рычаги воздействия на меня, поэтому мы, поговорили, и я не делал лишних телодвижений. Потом девушки в общежитии начали прислушиваться к ней…

Тао Я постепенно стала душой всего общежития.

Гу Яньчэнь продолжал спрашивать:

- Ты раньше издевалась над Тао Я?

- Это было так давно, верно? Года три назад? Я с самого начала терпеть не могла Чжоу Инъин. Именно Тао Я решила стать героиней и помочь Чжоу Инъин противостоять мне, поэтому я начала нападки на неё. Потом я поняла, что Тао Я не так уж сложно задирать, поэтому какое-то время я её дразнила, но однажды я упала в воду, и она меня спасла. После этого мы не конфликтовали. Эта девушка хитрая, у неё острый ум. Многие идеи пришли мне в голову благодаря ей.

- Почему ты упала в воду?

- В тот день все стояли на берегу, и меня столкнули. После того как меня спасли, никто не признался, что стоял за моей спиной.

Гу Яньчэнь снова спросил:

- Тао Я и Чжоу Инъин были хорошими друзьями?

Сунь Юйши усмехнулась:

- Хорошие друзья? Что это значит? Я знаю, что они из одного города, и, кажется, Тао Я привела Чжоу Инъин. Когда я издевалась над Тао Я, Чжоу Инъин боялась и слова сказать. Когда Тао Я издевался над Чжоу Инъин, она тоже не проявила милосердие.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты помнишь о том дне?

Сунь Юйши схватила себя за волосы:

- Я уже рассказала вам всё, что помню.

Но она вдруг кое-что вспомнила:

- В тот день Чжоу Инъин вела себя как сумасшедшая. Когда мы дрались, она, будто специально расцарапала мне руку.

Это совпадало с результатами вскрытия.

Сунь Юйши всё сильнее хмурила брови, вспоминая:

- Тогда я оттолкнула её, и она с громким стуком ударилась о полку. Потом Чжоу Инъин сползла на пол, тяжело дыша, и сказала мне: « Я больше не могу, Сунь Юйши, ты убила меня!» Я подумала, что она просто пытается меня напугать, но вскоре она перестала двигаться… Я была в ужасе.

Вспоминая ту сцену, Сунь Юйши всё ещё испытывала страх.

В полутёмной кладовой на полу лежала Чжоу Инъин, по её лицу текла кровь. Её взгляд был прикован к Сунь Юйши, изо рта шла пена, и она все повторяла:

- Ты убийца, твоя жизнь кончена…

Сунь Юйши впервые в жизни испугалась. Она кричала и отчаянно трясла девушку, лежавшую на полу.

- Чжоу Инъин, перестань притворяться! Я знаю, что ты просто пытаешься меня напугать! Вставай!

Но тело Чжоу Инъин обмякло, голова склонилась набок, и она перестала дышать. Сунь Юйши не могла поверить своим глазам, её сердце бешено колотилось, и ей казалось, что в ту ночь она умерла вместе с Чжоу Инъин. Теперь, оглядываясь назад, она поняла, что у Чжоу Инъин был всего лишь порез на голове, так как же она могла внезапно умереть?

Убедившись в смерти Чжоу Инъин, Сунь Юйши думала о том, как уничтожить тело, совершенно не думая, о том, что стало причиной смерти.

В своих воспоминаниях Сунь Юйши наконец поняла, что что-то не так.

Она нахмурилась:

- Может быть, со смертью Чжоу Инъин было что-то не так? Связано ли это… с Тао Я?

Гу Яньчэнь не ответил ей. Он встал и вышел из допросной.

В комнате наблюдения всё ещё находился Шэнь Цзюньци, который тоже слышал рассказ Сунь Юйши.

Бай Мэн задумчиво произнесла:

- Возможно ли, что всё это с самого начала, было, ловушкой, расставленной Тао Я?

Точные расчёты, почти безупречное исполнение — только Тао Я могла бы это сделать. В комнате наблюдения с трёх сторон было стекло, и сейчас Тао Я сидела в комнате для допросов слева от них.

Через смотровое окно они видели девушку, которая сидела, склонив голову.

На допросах она была единственной, кто почти ничего не говорил.

К этому часу все двенадцать работниц уже сдали Сунь Юйши, но она ещё не рассказала о том, что произошло той ночью. Девушка сидела с опущенной головой, её волосы рассыпались по плечам, из-за чего лицо казалось маленьким. Сквозь стекло она была похожа на куклу в витрине магазина.

Ци Иань почувствовал, как по спине у него пробежал холодок.

- Возможно ли, что в ту ночь Тао Я уже знала, что Сунь Юйши собирается наказать Чжоу Инъин, и поэтому дала ей лекарство? Во время драки Чжоу Инъин умерла от действия лекарства, но Сунь Юйши решила, что она стала причиной её смерти.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это хитрый план, но он вполне осуществим.

Бай Мэн сказала:

- Но теперь возникла новая проблема. Если это была Тао Я, зачем ей убивать Чжоу Инъин?

Лу Ин попытался угадать:

- Ревность, деньги, мужчины?

- Как мы можем раскрыть дело, просто гадая? - Бай Мэн не выдержала его глупостей. - Судя по предварительным расследованиям, ни один из этих вариантов не подходит!

Гу Яньчэнь рассуждал:

- Смерть Чжоу Инъин определённо связана с Тао Я. Что касается мотива, возможно, она разочаровалась в своей лучшей подруге, и девушки ополчились друг на друга. Но возможно, есть и другая причина.

Никто не ответил, и он продолжил свои рассуждения:

- Возможно, Тао Я стала жестокой после издевательств. Она задумала убить свою подругу, а затем воспользовалась её смертью. Она сфотографировала, каждую девушку перед телом Чжоу Инъин с ножом в руке. Фотографии в её руках стали «Дамокловым мечом» для девушек. Поэтому Тао Я воспользовалась возможностью взять всё под свой контроль и держать в своих руках Сунь Юйши и всех в общежитии.

Звучало разумно. Но так ли это на самом деле?

Гу Яньчэнь посмотрел на доску, на которой были размещены различные фотографии и важная информация.

Он сказал:

- Но что-то во всем этом не правильно.

Он опроверг собственное предположение.

Шэнь Цзюньци смотрел на Гу Яньчэна, ожидая его дальнейшего анализа.

Когда он впервые столкнулся с этим делом, ему показалось, что всё очень просто, но чем глубже он погружался в расследование, тем больше странностей обнаруживал.

Гу Яньчэнь указал на доску и нарисовал стрелку:

- Этот инцидент привёл к тому, что родители Чжоу Инъин подверглись кибербуллингу, их обвинили в том, что они продали свою дочь и заставили её уехать…

Гу Яньчэнь повернулся, положил руку на стол и посмотрел на разложенную перед ним информацию.

- Иногда, когда сталкиваешься со сложным делом и не знаешь, с чего начать, проще всего определить, кому, в конечном счете, это выгодно, кто добивается желаемого результата с помощью убийства или насилия…

Казалось, что его слова завели всех в тупик.

За пределами здания уголовного розыска было тихо и темно.

Несмотря на то, что была уже поздняя ночь, усталость Шэнь Цзюньци прошла, уступив место возбуждению, а его мозг лихорадочно работал. Ему казалось, что он окружён множеством призм, каждая из которых отражает разные образы. Перед ним одно за другим мелькали лица девушек. Они плакали, признавались, корчили гримасы, сожалели.

Все открывали рты, приводя разные доводы. Но за этим представлением скрывалась истина.

Правда и ложь, добро и зло — всё смешалось. Казалось, что за всем этим стоит невидимый манипулятор.

Через некоторое время он, наконец, добрался до выхода из лабиринта. Ещё один шаг — и он сможет выйти из тумана.

Шэнь Цзюньци наконец понял, что имел в виду Гу Яньчэнь.

Он с сожалением закрыл глаза.

- Это месть и наказание.

Гу Яньчэнь встал со своего места.

- Я пойду ещё раз допрошу Тао Я.

Он хотел услышать от неё правду об этом деле.

Искупление

Глава 74. Искупление

Ближе к полуночи Гу Яньчэнь в сопровождении Лу Ина и полицейского, ответственного за запись, вошёл в комнату для допросов к Тао Я.

Девушка, по-прежнему тихо сидела, опустив голову, она отличалась от остальных подозреваемых, с которыми сталкивался Гу Яньчэнь. Эти люди были либо высокомерными, либо напуганными, либо нервными, либо самодовольными. Но Тао Я сидела неподвижно, словно лишённая человеческих эмоций. Она защищалась.

Гу Яньчэнь начал:

- Они все признались, Сунь Юйши тоже признался в убийстве Чжоу Инъин. Но я считаю, что это вся правда.

Тао Я перевела взгляд на него.

- Все девушки сказали, что вы разбудили их и приказали им нанести ножевые ранения Чжоу Инъин. Но судмедэксперты обнаружили в организме Чжоу Инъин следы Дигоксина, и только в вашей медицинской карте были записи о назначении этого препарата.

На эту, казалось бы, тихую и спокойную девушку указывали улики.

Услышав это, Тао Я мельком взглянула на стопку документов на столе. Она протянула руку, просмотрела фотографии и нашла снимок тела.

Девушка вздохнула, глядя на восковое тело.

Она отложила фотографию, подняла голову и посмотрела на Гу Яньчэна.

- Я знала, что вы придете.

Гу Яньчэнь упёрся руками в стол и наклонился вперёд, чтобы спросить её:

- Кто же все-таки убил Чжоу Инъин?

- В её смерти виноваты все, — наконец произнесла Тао Я хриплым, спокойным голосом.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты имеешь в виду?

Тао Я поджала губы.

Гу Яньчэнь посмотрел на документы:

- Согласно нашему расследованию, Чжоу Инъин когда-то была твоей хорошей подругой. Что произошло между вами?

Тао Я поправила волосы и сказала:

- Мы с Чжоу Инъин действительно были хорошими подругами. Хотя мы учились в разных классах, наши отношения всегда были хорошими. В то время мы жили неподалёку и обе пели в хоре. Мы часто делали вместе уроки. Я думала, что однажды, когда я выйду замуж, она будет моей подружкой на свадьбе, а если она выйдет замуж первой, я буду счастлива, стоять рядом с ней. Я первой пришла на эту фабрику. Когда узнала о вакансиях, я поинтересовалась у моих друзей из родного города. Чжоу Инъин сразу же заинтересовалась и захотела присоединиться. Поэтому я привела её на фабрику. Но все оказалось не так просто.

Тон Тао Я был грустным, но в её глазах не было ни слезинки. По её выражению лица было сложно понять, оплакивает ли она свою подругу или признаёт собственную вину. Казалось, она балансирует на грани между чёрным и белым.

Даже Гу Яньчэнь не мог с уверенностью сказать, была ли девушка невинной или жестокой убийцей. Он терпеливо ждал продолжения.

- Сначала всё было хорошо, и жизнь на фабрике была очень простой, без особых потрясений. Всё началось на третий день после того, как Чжоу Инъин устроилась на работу. Когда мы работали, снаружи влетел чёрный жук, и она вскрикнула, стряхивая его.

Тао Я до сих пор отчётливо помнила тот день. Она только приступила к работе, в окно лился солнечный свет, все были в заводской униформе и сосредоточенно трудились.

Внезапно чёрный жук забрался на одежду Чжоу Инъин. Она громко вскрикнула. Затем подпрыгнула и стряхнула насекомое. Эта сцена нарушила тишину в мастерской. Крик Чжоу Инъин нарушил спокойствие, и все посмотрели на неё.

Кто-то, рассмеялся, и его примеру последовали остальные, и смех распространился подобно вирусу. Все смеялись, кроме неё и Чжоу Инъин. Первая улыбка была просто импульсом, и тогда она не поняла, что это злорадство, пока взгляд Сунь Юйши не упал на Чжоу Инъин, она ухмыльнулась, словно нашла себе новую куклу для битья.

Именно с этого начались все несчастья.

Тао Я прервала свой рассказ и, вздохнув, продолжила:

- С детства Чжоу Инъин боялась только насекомых. Её крик был немного преувеличенным, и многие работницы стали свидетельницами этой сцены, в том числе Сунь Юйши. Тогда она рассмеялась и сказала Чжоу Инъин: «Ты как танцующий носорог. Давайте с этого дня будем её тебя Носорог». Когда я увидела, что над моей подругой издеваются, я разозлилась и выступила против них. Я сказала: «Как вы можете давать такие прозвища?» Я не ожидала, что эта простая фраза спровоцирует безжалостную месть Сунь Юйши. Она и девочки из её окружения объединились и всячески издевались надо мной. Они даже перестали дразнить Чжоу Инъин.

Гу Яньчэнь узнал об этом от Хань Цзяи.

- Они нарочно мочили мою одежду, которая висела на просушке, и заставляли меня ходить в ней по мастерской. Они бросали мои книги на пол и наступали на них, а потом делали вид, что только что нашли их, и возвращали мне. Во время проверок в общежитии, когда нельзя было включать электроприборы, они доставали мои вещи, включали их, а дежурные по общежитию находили, из-за этого меня ругали. Они запирали меня одну в мастерской без еды. Подобные вещи происходили почти каждый день.

Рассказывая обо всём этом, Тао Я сохраняла спокойствие.

Издеваться над сильными, интереснее, чем над слабыми. Из-за их высокомерия Сунь Юйши унижала их. Они были чистыми и светлыми, что  их постоянно хотелось запятнать. Они хотели втоптать их в грязь, чувствуя при этом себя победителями.

- В то время ни одна из работниц цеха не осмеливалась подойти ко мне. Только Чжоу Инъин считала, что ситуация произошла из-за неё. В укромном месте она обняла меня и заплакала. Я сказала: «Всё в порядке. В будущем не будь со мной милой на глазах у других, не разговаривай со мной. Иначе они будут издеваться и над тобой тоже». С того дня мы начали вести себя так в присутствии других работниц».

Она опустила голову и посмотрела на свои руки.

- Я не хотела её втягивать.

Гу Яньчэнь спросил:

- Есть ли доказательства ваших слов?

Тао Я покачала головой:

- Чтобы не вызывать подозрений, мы не общались онлайн.

Она кое-что вспомнила:

- За зданием фабрики у нас было небольшое секретное место. Это огороженная территория, примыкающая к задней части фабрики. Туда могли попасть как свои, так и чужие, но работники фабрики туда не ходили, и чужие не приходили. Там мы могли свободно общаться, как в детстве. С тех пор мы с Чжоу Инъин ходили туда поговорить, когда никто не видел. Только там мы могли свободно дышать.

Гу Яньчэнь нахмурился, слушая её. Он понял, что это место, где было похоронено тело Чжоу Инъин.

- Хотя Сунь Юйши и её компания жестоко издевались надо мной, я терпела. До той зимы, когда мы отправились на тимбилдинг… Все собрались у озера, и никто ничего не заметил, кроме меня. Под нашими ногами была холодная вода. В тот момент я подумала: если бы Сунь Юйши умерла, всё бы закончилось? Она упала в озеро прямо на глазах у толпы. Я смотрела, как она медленно уходит под воду…

Пока Тао Я рассказывала эту историю, её голос был спокоен, а взгляд устремлён вдаль. Казалось, она снова была у озера и смотрела на бескрайнюю водную гладь, а в ушах у неё звучали крики девушек. Эта женщина то всплывала, то тонула, в любой момент могла захлебнуться и исчезнуть в глубинах озера. Она безучастно смотрела на Тао Я сверху.

Но тогда в её сердце не было жажды мести.

Должна ли Сунь Юйши умереть вот так? Она чувствовала себя бабочкой, запутавшейся в липкой жидкости кокона. Если она не сможет освободиться, то умрёт в этом коконе. Её сердце билось как барабан, словно в любой момент могло выпрыгнуть из груди. На грани жизни и смерти была не Сунь Юйши, а она сама.

За одно мгновение в её голове пронеслась тысяча мыслей. Наконец она приняла решение. Нет, она не могла позволить Сунь Юйши умереть вот так! Она прыгнула в воду, и холодная вода озера пронзила её лёгкие словно кинжалом. Она рисковала…

Тао Я опустила взгляд и посмотрела на свои руки. Она кашлянула и вытерла губы. После того случая она заработала себе хроническое заболевание, теперь кашель не дает ей хорошо выспаться. Боясь всех разбудить, она сворачивалась калачиком в постели и до рассвета прикрывала рот одеялом.

Гу Яньчэнь знал, что девушка не все рассказала, она не объяснила, как Сунь Юйши попала в воду, но он всё же уловил некоторые намёки. Тогда Тао Я была на грани отчаяния. Она чуть не стала убийцей. Он уже знал, чем всё закончится, но всё равно молча, её слушал.

- Я всё равно не могла смотреть, как она тонет. Сначала я колебалась, но всё-таки это была чья – то жизнь. Поэтому я прыгнула в воду и спасла её. Может быть, она пожалела меня, и наконец, перестала меня задирать. Но я не ожидала…

Подумав о чем-то, Тао Я сжала кулаки.

Гу Яньчэнь спросил:

- И что было дальше?

- После этого Сунь Юйши приняла меня, но вместо этого стала издеваться над Хань Цзяи и Чжоу Инъин.

Издевательства продолжались, просто объектом стал другой человек.

- Издевательства над ними были похожи на снежный ком, который катится с горы, набирая скорость и становясь всё больше. Все участвовали в этом, получая от этого удовольствие. Несмотря на то, что я была рядом с Сунь Юйши, я не могла остановить это. Иногда из-за моего вмешательства издевательства становились ещё сильнее. В то время мы с Чжоу Инъин продолжали притворяться. Когда мы были на виду, я с ней не разговаривал. Я даже начала подстрекать к издевательствам над ней. Если я сама это делала, Сунь Юйши издевалась над ней меньше. Почти каждую пятницу Сунь Юйши по разным причинам звала её вниз, в кладовку, для наказания и издевательства. Другие собирались вокруг, чтобы посмотреть, предложить идеи и посмеяться над Чжоу Инъин. Это было групповое издевательство. Я понимала, что, хотя Сунь Юйши была лидером, остальные тоже были виновны. Иногда издевательства начинались из-за одного слова кого - то в группе. Остальные подхватывали, наступая на уязвимые места. Любой, кто высказывал несогласие, подвергался нападкам со стороны остальных, включая Сунь Юйши. Боясь оказаться на месте изгоя, они были готовы на ещё более радикальные меры, чтобы сохранить свой статус и репутацию. Чтобы разорвать этот порочный круг, недостаточно усилий одного или двух человек. Каждый человек индивидуален, он непредсказуем, и неуловим. Я видела, что Чжоу Инъин мучилась и впадала в депрессию. Она хотела сбежать, но семья не разрешала ей покидать фабрику. Она становилась всё более несчастной, всё более отчаявшейся, и я не могла ей помочь. Её здоровье начало ухудшаться, у неё началась аритмия. Она боялась, что об этом узнают родители и руководство фабрики, поэтому взяла мою медицинскую страховку, чтобы сходить в больницу. Ей сказали, что из-за ожирения у неё деформировано сердце и без операции она может в любой момент умереть от сердечного приступа. Врач прописал ей Дигоксин, чтобы временно облегчить симптомы.

Гу Яньчэнь спросил:

- Она сдавала анализы?

Тао Я покачала головой:

- Чжоу Инъин ходила одна, и я не видела результатов анализов. Больница была не очень большой, но находилась относительно недалеко от фабрики. Она сказала, что врач хотел положить её, но она отказалась и принесла только лекарства.

Гу Яньчэнь уже пытался найти того врача, но больница не была переведена на электронные технологии, и за это время медицинские записи были утеряны. Они смогли лишь подтвердить, что больница выписала лекарство, но больше никакой информации.

Услышав это, Лу Ин, который тоже присутствовал на допросе, засомневался.

- Вы хотите сказать, что Чжоу Инъин умерла от сердечного приступа?

На данном этапе расследования он не хотел верить в столь простое объяснение. Но такая возможность имела место быть. Дигоксин в крови, болезнь сердца, смерть.

Тао Я подняла голову и произнесла:

- Пожалуйста, позвольте мне продолжить. Всё не так просто.

Она продолжила рассказ:

- Чжоу Инъин подумывала об операции, но она знала, что у её семьи нет таких денег, а если на фабрике узнают о её болезни, её уволят. Операция стоила не меньше 200 000 юаней, и даже если бы её оперировал специалист, вероятность успеха составляла всего десять процентов. Это случилось в ее 22-й день рождения по лунному календарю. Согласно обычаям нашего города, мы празднуем только лунные дни рождения. В секретном месте были только мы с Чжоу Инъин. Я купил ей маленький кусочек торта, и мы зажгли только одну свечу. Когда я зажгла её, я поняла, пламя было маленьким и неровным, что не сулило ничего хорошего в этот день. Чжоу Инъин понимала, что ей, осталось недолго жить. Она сокрушалась, что её короткая жизнь была такой скучной, её родители всё ещё живы, и эти коллеги и дальше будут жить припеваючи. Мир не сильно изменится, когда она исчезнет. Мы говорили об этих людях, в глубине души сильно злясь. Тогда мы и придумали план…

Пока она говорила, глаза её покраснели, но было неясно, то ли от грусти, то ли от ненависти.

Она раскрыла пугающую правду:

- Мы решили воспользоваться смертью Чжоу Инъин. Чтобы отомстить всем этим людям.

Тао Я словно снова оказалась в той тёмной кладовой. Чжоу Инъин лежала на полу без сознания. Сунь Юйши упала рядом, истерически рыдая из-за того, что случайно убила её, а рядом стояла другая девушка в полном замешательстве.

Увидев труп своей подруги, она глубоко вздохнула.

- Успокойся, Сунь Юйши. Ты должна успокоиться. У меня есть решение. Никто не узнает, что ты её убила.

Сунь Юйши перестала плакать и непонимающе посмотрела на неё.

Она продолжила:

- Мы можем всех позвать и заставить их думать, что это они убили Чжоу Инъин.

Когда она это говорила, её тело дрожало, а голос, казалось, принадлежал не ей. Этот план она придумала давно. Смерть Чжоу Инъин, стала поворотным моментом, после которого всё изменится.

На допросе Тао Я призналась:

- Я воспользовалась смертью Чжоу Инъин. Я подала Сунь Юйши эту идею. Чтобы она мне поверила, я сделала первый удар ножом, а потом позвала других девушек вниз.

Сказав это, Тао Я посмотрела на полицейских. Она рассказала совсем другую историю.

Всё произошедшее было похоже на «Расёмон».

В комнате наблюдения была тишина.

Бай Мэн по выражению лица Тао Я, не могла понять, правда, это или выдуманная ложь, и она, вспомнила слова, Сунь Юйши, которая говорила, что только в ту ночь Чжоу Инъин сопротивлялась ей, как будто сошла с ума.

Гу Яньчэнь спросил:

- У вас есть  доказательства правдивости ваших слов?

Тао Я ответила:

- У меня есть видео.

Она сделала паузу и продолжила:

- Это видео, которое Чжоу Инъин записала перед смертью. Оригинал был утерян вместе с моим старым телефоном, но у меня есть копия, которая хранится в облаке. Если вы дадите мне телефон, я смогу восстановить видео и показать его вам. Это докажет, что я говорю правду.

Бай Мэн встала, чтобы принести телефон Тао Я. Она подключила телефон к компьютеру в комнате наблюдения и сделала простой скринкаст. Через слой пластика Тао Я управляла своим старомодным телефоном. Она запустила программу, ввела пароль и получила доступ к облачному хранилищу, и открыла видео.

Когда папка открылась, все посмотрели на экран. Сначала они увидели фотографии, которые там хранились. Их было немного, всего двенадцать. Это были групповые фотографии работниц рядом с телом. Каждая держала нож, вонзая его в спину Чжоу Инъин. Количество ран на каждой фотографии увеличивалось.

В тускло освещённой кладовой у девушек были бледные лица с выражениями — оцепенения, боли, слёз и страха. Именно эти фотографии навсегда изменили их жизнь.

Тао Я сказала:

– Я также записал видео драки Чжоу Инъин и Сунь Юйши, оно тоже тут.

Она открыла самый длинный фрагмент видео. На экране появилась пухленькая девушка обычной внешности. Все сразу узнали в ней погибшую Чжоу Инъин.

Шэнь Цзюньци уже видел её фотографии и её тело. Теперь, когда он увидел её на видео, у него возникло ощущение нереальности происходящего. На видео был тёмный фон, и единственным источником света была маленькая свеча перед Чжоу Инъин.

На видео прозвучал голос Тао Я:

- Скажи что-нибудь. В конце концов, тебе исполняется двадцать два.

Чжоу Инъин отозвалась:

- Что мне сказать?

Она посмотрела в камеру и, поколебавшись несколько секунд, заговорила:

- С самого детства я была толстой и трусливой. Я очень обычная, плохо училась, моя семья бедная. Родители часто ругают меня, и я знаю, что они меня не любят. Брат тоже смотрит на меня свысока. В школе я жила заурядной жизнью. У меня никогда не было отношений. Мне кажется, что я не такая, как все, поэтому я стараюсь всегда улыбаться. Я надеялась, что люди смогут принять меня и меня кто-нибудь полюбит. Я робкая и слабая. Последние двадцать лет я жила в соответствии с желаниями других. Раньше я думала, что, когда вырасту, у меня будет своя жизнь и всё будет прекрасно. Но когда я выросла, то поняла, что это не так. Как только мне исполнилось двадцать, родители стали относиться ко мне как к взрослой свинье, готовой к забою. Если бы не эта работа на фабрике с хорошей зарплатой, меня бы давно заставили выйти замуж. А Сунь Юйши с подругами продолжают меня задирать. Мне кажется, что я в аду, и этот ад создают люди вокруг меня — будь то незнакомцы, родители, родственники, коллеги или начальство… Из-за моего веса, из-за того, что я некрасивая, из-за того, что я не соответствую их ожиданиям, из-за того, что надо мной легко издеваться, — я стала объектом  издевательств. Никто никогда не задумывался о моих чувствах.

Тао Я сидя рядом утешала её:

- То, что ты говоришь, не совсем, правда. Посмотри на меня. Я тоже через это прошла, но я выжила. Всё наладится. Если нет будущего, значит, ничего и не осталось. Так что я надеюсь, что ты справишься. Ты должна рассказать семье о своей болезни и лечь в хорошую больницу.

- Но не все такие же сильные, как ты. По крайней мере, у меня нет твоей смелости, твоего ума или твоей удачи. Я всего лишь обычный человек.

Чжоу Инъин продолжила:

- Однажды я думала о том, чтобы сбежать, уехать туда, где меня никто не знает, и жить там одной. Но потом я поняла, что далеко уехать не смогу. У меня нет денег, мои документы хранятся на фабрике, а родители пристально следят за мной… Даже если я уеду, что изменится? На новом месте люди всё равно будут называть меня свиньёй и говорить, что я никчёмная. Более того, я серьезно больна и скоро умру…

На этом видео погасло, а затем снова включилось.

Теперь Чжоу Инъин смотрела в камеру, и её взгляд, казалось, проникал сквозь экран.

- Раньше я была робкой и трусливой. Но, перед смертью, я хочу всё изменить. Сегодня вечером я позвоню родителям и поговорю с ними. Сунь Юйши снова меня поведет в кладовую. Я попытаюсь ей противостоять. Если родители не будут ругать меня и принуждать к браку, я расскажу им о своей болезни и попытаюсь вместе с ними найти решение. Если сегодня вечером Сунь Юйши не будет меня задирать и оставит в покое, я пойду в больницу, пройду тщательное обследование, и найду возможность получить медицинскую помощь.

Сказав это, она всхлипнула, и даже офицеры перед экраном почувствовали отчаяние девушки.

Чжоу Инъин вытерла глаза:

- Но если сегодня мои усилия окажутся напрасными, если они будут относиться ко мне так же, как раньше. Тогда я надеюсь… я надеюсь… что они будут наказаны, заплатят свою цену…

Она посмотрела на Тао Я:

- Тао Я, ты ведь поможешь мне с этим, верно?

— Я так и сделаю. Мы будем лучшими друзьями на всю жизнь. Мы никогда не предадим друг друга. — Сказала Тао Я. — Если, я имею в виду, если, до этого действительно дойдёт, где бы ты хотела быть похороненной?

Чжоу Инъин указала на землю:

- Прямо здесь. Только здесь я свободна и счастлива, здесь моё место. Я даже не хочу, чтобы кто-то нашёл мой труп. Тогда я смогу спокойно спать здесь. Люди будут винить мою семью в моём исчезновении, говорить, что они предпочли сына и прогнали свою дочь. Из-за моей смерти Сунь Юйши станет убийцей, она до конца жизни будет бояться, всегда будет жить и оглядываться. Из-за моей смерти у всех будет камень на сердце. Они никогда больше не смогут издеваться над другими с таким же спокойствием, как и раньше. Люди, которые не могли остановиться, пока я была жива, будут наказаны после моей смерти. Они будут видеть меня во сне. А потом они проснутся, и я стану их вечным кошмаром, который будет преследовать их вечно.

Чжоу Инъин улыбнулась в камеру. Она выглядела как маленькая девочка, объявляющая войну всему миру. Если она проиграет, то использует свою жизнь как разменную монету, поставит её на кон и попытается всё изменить. Это была её последняя отчаянная попытка, как мотылька, летящего на пламя.

Видео снова стало чёрным, но снова продолжилось.

- Если однажды…. я имею в виду, если полиция найдёт мой труп, покажи им это видео. Оно докажет, что все мои действия были совершены по моей собственной воле, по моему собственному выбору и ты ни в чем не виновата.

Тао Я сказала:

- Пора есть торт.

Чжоу Инъин сказала:

- Тогда я загадаю желание. Я не хочу умирать. Я хочу жить. Я так сильно люблю этот мир.

Она задула свечу на торте, и всё погрузилось в темноту. Видео замерло, и все замолчали. Это видео было записано год назад, и теперь они все увидели финал.

Чжоу Инъин уже мертва. Казалось бы, её убили те люди, но на самом деле её убил этот мир.

Выражение лица Гу Яньчэна было серьезным.

Бай Мэн, увидев это, взяла салфетку и тихо всхлипнула.

Шэнь Цзюньци не знал, было бы всё по другому, если бы родители Чжоу Инъин не отругали её в тот день. Если бы Сунь Юйши не стала издеваться над ней, как обычно, был бы исход другим?

Но история не знает сослагательного наклонения.

Эта добрая, обычная девушка умерла в свой 22-й день рождения.

Тао Я сказала:

- С того дня, как умерла Чжоу Инъин, я выполняла данную ей клятву и продолжала действовать по плану. Когда Сунь Юйши растерялась, я предложила судить одну девушку за другой с точки зрения морали. И с тех пор я  поддерживала порядок в общежитии. Что было дальше вы и сами знаете.

Родители Чжоу Инъин подверглись всеобщей критике. Сунь Юйши стала вести себя осторожнее. С тех пор травля в общежитии прекратилась. Чжоу Инъин не смогла спастись, но, похоже, после её смерти всё наладилось.

Ад — это другие люди.

Она превратила себя в огонь и открыла разлом в аду.

Жаль, что она сама уже не сможет всего этого увидеть.

Тао Я сказала:

- После смерти Чжоу Инъин я начала складывать бумажных журавликов, по одному в день, и вот уже прошёл год. Внутри каждого журавлика — моя тоска по подруге. Я надеюсь, что эти маленькие журавлики могут передать мою любовь. Если загробная жизнь действительно существует, то Чжоу Инъин, под сенью весны, тоже будет довольна всем, что происходит сегодня.

Казалось, дело наконец-то сдвинулось с мёртвой точки.

Бай Мэн собрала все документы и вытерла слёзы, очнувшись от эмоционального потрясения.

Остальные тоже встали и продолжили работу.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэна. Выражение его лица не выглядело таким облегченным, как после раскрытия дела.

Доктор Шэнь задумался и вдруг всё понял. Хотя он и предполагал такую возможность до того, как услышал признание Тао Я, в этой истории всё же были некоторые несоответствия. Теперь, когда Тао Я всё рассказала и показала видео, он заподозрил, что это всё же неправда.

Шэнь Цзюньци спросил Гу Яньчэна:

- Стоит ли нам верить показаниям Тао Я? Хотя у нас есть видео с Чжоу Инъин, я кое-что заметил. Многие вещи, о которых рассказывала Тао Я, происходили в их секретном месте и даже их договоренность скрывать свою тайную дружбу от других. Кроме этого видео, у Тао Я нет других доказательств.

Всё началось после случая с прозвищем. Тогда Тао Я заступилась за Чжоу Инъин, а робкая Чжоу Инъин спряталась за Тао Я и даже смотрела, как над Тао Я издеваются. Может быть, именно тогда в их дружбе появилась трещина, Тао Я разочаровалась в подруге и решила отомстить Чжоу Инъин? Иначе это не объяснить. После того как отношения Тао Я и Сунь Юйши наладились, почему другие вдруг начали притеснять Хань Цзяи и Чжоу Инъин, которые тоже были из её родного города? Приложила ли к этому руку Тао Я?

Человеческие сердца вероломны. Человеческую натуру трудно постичь. Есть ли вероятность того, что Тао Я играла на обе стороны и притворялась хорошим человеком перед Чжоу Инъин? Из показаний можно сделать вывод, что Тао Я действительно издевалась над Чжоу Инъин. Можно ли всё изменить только с помощью таких методов, как сказано в её показаниях?

По внешнему виду и показаниям было невозможно понять, что она думает на самом деле. Играла ли она роль или получала удовольствие от мести за издевательства? Они не могли найти ответ.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я понимаю, что ты имеешь в виду. Даже видео, снятое ночью, не является цельным, в нём есть следы монтажа.

Что представляло собой настоящее полное видео? С какой целью Тао Я его отредактировала? Из-за того, что оно затрагивало частную жизнь? Или из-за того, что памяти не хватало для непрерывной записи? Или Тао Я сказала что-то, что побудило Чжоу Инъин сделать всё это?

- В её словах е что-то не так, — сказал Гу Яньчэнь.

- Где? — спросил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь сказал:

- Количество бумажных журавликов не совсем соответствует дате смерти. Я сам их считал. В бутылке 352 журавлика, а с момента смерти Чжоу Инъин прошло 374 дня.

Отсутствие нескольких десятков журавликов могло быть связано с тем, что их не успели сделать к празднику, или по какой-то другой причине они были в другом месте. Возможно, в то время она не могла достать такую же бумагу, или, может быть, было неудобно складывать их во время Нового года, или, может быть, Тао Я просто забыла о нескольких днях. Это даже нельзя назвать ложью, это просто небольшая разница в цифрах, которую нельзя использовать в качестве доказательства или объяснения чего-либо. Но этот вопрос всё же вызывал беспокойство.

Шэнь Цзюньци нахмурил брови и глубоко задумался.

Есть вероятность, что Тао Я была просто очень хитрой и доброй девушкой, как она описала в своей истории, которая терпела унижения ради своей лучшей подруги и молча, делала всё, что от неё требовалось. Она хотела исполнить желание своей подруги и наказать всех, кто этого заслуживал. Она сделала мир лучше после смерти Чжоу Инъин. Но в таком случае есть и другая вероятность, хотя она и очень мала, он не мог отрицать её существование.

Эта девушка, возможно, действительно очень умна, но после издевательств, она совсем озлобилась.

После того как Сунь Юйши упала в воду, она подумала, что та не может умереть так просто, и спасла её.

Издеваясь над Чжоу Инъин, она притворилась, говоря: «Я всё ещё считаю тебя своей подругой. Я делаю это ради твоего же блага. Если я не буду издеваться над тобой, это сделают другие, и меня бойкотируют.

Она знала, что Чжоу Инъин больна. Притворяясь, что уговаривает её обратиться к врачу, она сказала ей, что такие, как она, должны просто умереть, и решила воспользоваться её смертью. В больничных записях не было подробностей, и не осталось чёткого диагноза. Даже наличие Дигоксина было подтверждено только по записям о выписанных рецептах. Они не могли подтвердить точную концентрацию и не знали, принимала ли Чжоу Инъин его сама.

Тао Я, возможно, полностью предвидела всё, что произойдет сегодня, поэтому она оставила видео с Чжоу Инъин в качестве доказательства своей невиновности. Возможно, она абсолютный злодей. С того дня, как над ней начали издеваться, она всё записывала, терпела унижения, стискивала зубы и в конце концов решила отомстить. Око за око.

Начиная с того случая, когда Сунь Юйши упал в озеро, она полностью изменила ход событий. Она просчитывала каждый шаг, и судьба и смерть Чжоу Инъин тоже были частью её плана. Она контролировала всех и превратилась в безжалостного вожака стаи.

При мысли о втором варианте у Шэнь Цзюньци по спине побежали мурашки, а волосы на руках встали дыбом. Ему казалось, что он задыхается.

Гу Яньчэнь наконец встал и сказал:

- Давайте закрывать дело. Ни имеющиеся доказательства, ни  показания, не откроют нам всей правды. Только Тао Я знает, что произошло на самом деле. Но, мы можем сделать выбор и решить, во что нам верить.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Кому бы ты поверил?

Гу Яньчэнь ответил:

- Наверное, истории, которую рассказала Тао Я. По крайней мере, когда Чжоу Инъин записывала видео, она доверяла своей хорошей подруге.

У Гу Яньчэна были основания для такого суждения.

После смерти Чжоу Инъин, Тао Я не стала издеваться над другими девушками. Отношения в общежитии стали относительно гармоничными.  И Тао Я действительно спасла Сунь Юйши из ледяной воды несмотря ни на что. Более того, у них не было прямых доказательств причастности Тао Я к смерти Чжоу Инъин.

Если бы Тао Я действительно всё просчитала, зачем бы ей было притворяться? Поэтому он был готов поверить, что Тао Я по натуре добрая.

Подумав об этом, он спросил Шэнь Цзюньци:

- А ты как думаешь?

Шэнь Цзюньци молчал, опровергая своё предыдущее предположение. Его красивое лицо постепенно обрело привычное спокойствие.

- Я тоже. Если это не так, то мир с его сложной и тёмной человеческой природой был бы безнадёжен.

Что касается предположений, в суде предпочитали верить в улики. Показания покойной Чжоу Инъин были в пользу Тао Я. На данный момент, это были единственные улики, которые у них были, и конкретный исход дела зависел от решения суда.

Они выполнили свою работу. Дальнейший анализ потребует догадок, а чрезмерное количество предположений может ввести обвинение в заблуждение.

В юриспруденции есть поговорка: невиновен, пока вина не доказана. Это значит, что в отсутствие явных доказательств вердикт выносится в пользу невиновности, потому что люди не могут доказать, что они чего-то не делали. Они не отпускали плохих людей и не хотели несправедливо обвинять хороших. Всё фиксировалось беспристрастно.

Что касается ответов, которые они держали в уме... Иногда людям приходится убеждать себя в чём-то, чтобы укрепить свою веру.

Шэнь Цзюньци не знал, как описать свои чувства или как бы он рассказал эту историю другим. В конце концов, он похоронил все свои чувства глубоко внутри себя.

Кипы папок, груды свидетельских показаний, в конечном счете, будут забыты и станут ещё одним раскрытым делом среди многих других. Это дело было обычным, но не совсем.

Они закончили работу только в час ночи.

Спускаясь по ступенькам здания уголовного розыска, Шэнь Цзюньци вдруг сказал:

- Мы все рождены в этом мире, мы чувствуем боль, которую нам причиняют. Странно, что, несмотря на то, что все люди одинаковы, они причиняют друг другу боль, — продолжил Шэнь Цзюньци. — Если бы Сунь Юйши не насмехалась над ней, возможно, ничего бы этого не случилось.

- Но в этом мире есть то, что может залечить эти раны, — сказал Гу Яньчэнь. — Это любовь, которую тебе дарят. Если этой любви достаточно, она может смягчить боль.

Услышав эти слова, Шэнь Цзюньци почувствовал, как тёплая рука обнимает его холодное сердце, даря ему тепло и надежду.

Неважно, была ли дружба Тао Я настоящей или нет. Важно, что она значила, для Чжоу Инъин.

Она надеялась, что у неё есть друг, который сделает все для неё даже после смерти, поддерживая связь между ним и этим миром. При таких мыслях смерть уже не кажется такой страшной.

Шэнь Цзюньци отчасти понимал это чувство. Возможно, именно надежда смогла вернуть его в этот мир.

Стоя на ступенях городского бюро, Шэнь Цзюньци вдруг окликнул мужчину по имени:

- Гу Яньчэнь.

Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел на него.

- Что?

Глядя на его красивое лицо, Шэнь Цзюньци тихо сказал:

- Я рад, что познакомился с тобой.

Сыновья почтительность

Глава 75. Сыновья почтительность

Ночь, восточный Биньчэнь.

Сегодня вечером дул сильный ветер, и небо было плотно затянуто тёмными тучами, скрывавшими луну и звёзды.

Этот район — богатый квартал Биньчэна, окружённый лучшими торговыми центрами, больницами и школами. Цены на недвижимость здесь поражают воображение простых смертных.

На огромной вилле за столом, уставленным красным вином, выпечкой и фруктами, сидели четыре человека. Это было небольшое частное собрание. Все присутствующие были либо богатыми, либо влиятельными людьми, каждый из них был легендарной фигурой в городе. Но сегодня тема их разговора была не такой беззаботной, как обычно.

Слева сидел богатый бизнесмен Шэн Цяньчэн. Он закурил сигарету и с серьёзным видом сказал:

- В последнее время произошло много событий, очевидно, направленных против нас.

Мужчина средних лет, сидевший рядом с ним, поправил очки и сказал:

- А, мне кажется, ты параноик. У меня всё в порядке. Выручка за этот месяц даже увеличилась.

Шэн Цяньчэн был недоволен. Он отбросил окурок и сказал:

- Хань Цинъи, ты говоришь не думая. Эти происшествия пока не затронули тебя. Яо Линя арестовали. На фабрике электроники Чжан Сяоцзе в результате несчастного случая погибла работница. Все в Торговой ассоциации обеспокоены. Ты всё ещё считаешь, что я параноик?

Справа сидела женщина по имени Хо Лэй, единственная дама в компании. Хо Лэй было около сорока лет, но она хорошо следила за собой и выглядела на тридцать с хвостиком. Её фигура и осанка тоже не выдавали её возраст. Хо Лэй держала на руках кошку, белую длинношерстную, породы Рэгдолл. Кошка была красивой, как плюшевая кукла, и тихо спала у неё на коленях.

Хо Лэй лениво провела пальцами по шёрстке, соглашаясь со словами Шэн Цяньчэна:

- Кажется, с тех пор, как арестовали Чжун Чжичуня, эти происшествия происходят одно за другим. Похоже, Центральному бюро не терпится возобновить расследование. Кто знает, где они копнут в следующий раз?

Она посмотрела на присутствующих.

- Кто из вас после всего этого выдержит проверку?

Присутствующие на мгновение замолчали.

За прошедшие годы Торговая ассоциация Хэту, действовавшая из-за кулис, прочно обосновалась в Биньчэне. Они обладали властью, сколотили состояние и наслаждались жизнью, находясь в центре внимания. Но теперь их начали преследовать. Неужели они просто будут сидеть, сложа руки, и позволят собой манипулировать?

Хань Цинъи взял бокал вина и спросил:

- Так что ты предлагаешь? Мы собираемся сделать что-то вроде того, что делали несколько лет назад…

При упоминании о том, что произошло несколько лет назад, у всех перехватило дыхание. Несколько лет назад они были вынуждены собраться и разработать план, который в итоге привёл к рискованному шагу — убийству директора городского бюро. Это было похоже на азартную игру, и они выиграли, наслаждаясь хорошей жизнью в течение последующих нескольких лет. Но теперь снова нависла угроза.

С ними сидел пожилой мужчина лет шестидесяти. До этого момента он, молча,  слушал, но наконец, открыл глаза.

- Времена изменились.

С этими словами он выпрямился.

- Наш последний шаг против капитана Линя был рискованным. Хотя тогда ничего не произошло и казалось, что всё в порядке, это посеяло семена проблем. В последние несколько лет вы вели себя безрассудно, жадно поглощая богатства всего общества и в то же время препятствуя развитию города.

Слова старика прозвучали тяжело, и Хань Цинъи закашлялся.

Старик поднял веки и продолжил:

- Почему ты чувствуешь себя виноватым? Я сказал что-то не то? Каждый из вас заботится только о своих интересах и никогда не понимает принципов справедливости. Вы тайно вступаете в сговор с чиновниками, самовольно заставляете людей из родственных компаний работать на вас. Вы без зазрения совести поручаете клининговой компании делать за вас грязную работу, и даже если что-то пойдёт не так, достаточно одного телефонного звонка, чтобы всё уладить. Из-за вашего высокомерия вам придётся заплатить за это. Те, кто наверху, давно в курсе. Вот почему директор Ван был уволен, а директор Дин вступил в должность. Если с директором произойдёт несчастный случай… к тому времени…

Шэн Цяньчэн нахмурился, осознав возможные последствия.

- К тому времени они могут отправить людей для тщательного расследования…

Старик кивнул.

- Вы навлечёте на себя гнев небес, и вас раздавит, как гору Утай, и вы никогда не переродитесь.

Лица у всех троих помрачнели.

Хо Лэй спросила:

- Крестный, что нам тогда делать? Мы просто позволим им продолжать расследование?

Старик покачал головой.

- Директор Дин не такой, как Линь Сянлань. Линь Сянлань был способным, практичным человеком, который делал все сам. Как только мы  устраним Дина, он станет похож на дракона без головы, люди за его спиной все равно продолжат работать.

Шэн Цяньчэн внезапно всё понял.

- Верно, если мы отстраним, главную рабочую силу, то останутся лишь кучка некомпетентных дураков. Они не смогут сами расследовать это дело?

Обсудив стратегию, старик посмотрел на женщину.

- Хо Лэй, сходи и собери информацию, узнай всё, что сможешь.

Хо Лэй ответила утвердительно.

Теперь они перешли от серьёзной темы к обсуждению бизнеса.

В какой-то момент Хань Цинъи похвастался, что в этом месяце заработал ещё два миллиарда, а Шэн Цяньчэн упомянул, что ещё одна его компания собирается выйти на биржу.

Хо Лэй молча слушала их. Она делала вид, что внимательно слушает, но про себя думала, что эти мужчины просто пытаются сохранить лицо и любят хвастаться. Какая глупость.

Внезапно её рука замерла, и длинные ногти случайно задели шёрстку кота. Кот, встрепенувшись ото сна, мяукнул и инстинктивно выпустил когти. Хо Лэй вскрикнула от боли. К тому времени, как она опомнилась, на тыльной стороне её ладони уже была царапина, к счастью, не кровоточащая.

Хань Цинъи обернулся, чтобы посмотреть на эту сцену, и усмехнулся:

- Животные всегда будут животными.

- Да, их невозможно приручить, сколько бы ты их ни кормил. — Хо Лэй усмехнулся. — Они слишком озорные, я просто отнесу его наверх.

Она встала, взяла кота на руки и вошла в лифт, направляясь на второй этаж. Её высокие каблуки стучали по полу. Проходя мимо кабинета, она небрежно взяла нож с подставки для ручек и направилась в ванную.

Через несколько минут Хо Лэй вышла из ванной,  как ни в чем не бывало. Хо Лэй нажал на звонок, и подошла уборщица.

С улыбкой она сказала:

-  Не могли бы вы, убрать ванную? Сказав это, она ушла, ее фигура на высоких каблуках была соблазнительной.

.

Дело о фабрике Revival Electronics было закрыто. Всех работниц перевели в другое место.

В четверг утром Гу Яньчэнь проснулся и увидел сообщение на своём телефоне. Он быстро умылся, собрался и постучал в дверь Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци только что закончил завтракать, быстро оделся, и надевал обувь.

- Почему ты сегодня так рано?

Когда он утром собирался на работу, то обычно старался быть пунктуальным до секунды. Но Гу Яньчэнь пришёл на восемь минут раньше обычного.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ты что, не видел сообщение в группе? Есть дело.

Только тогда Шэнь Цзюньци открыл телефон и прочитал сообщения в группе. Двадцать минут назад секретарь директора Дина сообщил им, что им передали дело из другого подразделения.

Они сели в машину, и Гу Яньчэнь завёл двигатель. В целях безопасности он не стал смотреть в телефон и сразу спросил Шэнь Цзюньци:

- Подразделение отправило информацию?

- Отправило, — Шэнь Цзюньци посмотрел и начал вводит его в курс дела.

- Речь идёт о популярном блогере по имени Цю Вэньхуэй. Его мать после автомобильной аварии была парализована ниже груди и уже много лет прикована к постели. Вчера она покончила с собой. Похоже, этот инцидент набирает популярность в сети.

Гу Яньчэнь спросил:

- Причина смерти?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Когда вызывали полицию, сказали, что она задохнулась, надев на голову полиэтиленовый пакет.

Услышав это, Гу Яньчэнь кивнул, имея базовое представление о деле. Всё выглядело не так уж сложно.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Аккаунт Цю Вэньхуэя в СМИ называется «Несу свою мать на спине». Этот аккаунт стал популярным, потому что он носил свою мать на спине, в горы чтобы собирать товары. Кажется, я уже видел это, они работали вместе, и они пели народные песни во время работы, как дуэт матери и сына.

Услышав это, Гу Яньчэнь вспомнил:

- Кажется, я тоже мельком видел это.

Время от времени он просматривал новости в интернете, и многие рекламные аккаунты продвигали эту тему, утверждая, что он почтительный сын. Видео были очень простыми, с сельскими пейзажами и личным подтекстом. Самое главное, что пение было по-настоящему красивым, и многих людей трогала искренняя привязанность между матерью и сыном, что постепенно увеличивало число просмотров.

Поначалу Цю Вэньхуэя называли интернет-знаменитостью, из народа, а пожертвования в его прямых эфирах исчислялись десятками тысяч за одну ночь. Но позже те, кому он нравился, стали говорить, что он изменился. Его семья переехала в большой дом, а в его эфирах начала появляться реклама. Более того, его мать всё реже появлялась на его видео.

Многие начали обвинять его в том, что он забыл о своих корнях. Именно в это время внезапно скончалась его мать. В сети появилось множество коротких видеороликов на эту тему, и пользователи активно обсуждали их. Группа тоже обсуждала этот случай, и Шэнь Цзюньци включил динамик.

Лу Ин сказал:

- Как так вышло, что даже сыновняя почтительность стала интернет - сенсацией? Разве сыновняя почтительность — это не что-то естественное?

- Мне не нравится выставлять напоказ свою привязанность и притворяться... — голос звучал немного робко, явно принадлежал Ци Ианю.

Затем Бай Мэн прислала ссылку на видео.

Шэнь Цзюньци включил его на громкую, и вся машина наполнилась рыданиями.

На видео Цю Вэньхуэй, которому уже за пятьдесят, горько плачет:

- Моя мама… моя мама не хотела обременять меня. Вчера перед моим уходом она попросила у меня немного фруктов. Я дал ей полиэтиленовый пакет с помытыми яблоками. Я и подумать не мог, что она наденет этот пакет на голову…

Цю Вэньхуэй почти сразу же прерывисто вздохнул и, успокоившись, продолжил.

- Я должен был заметить раньше… она… она оставила мне предсмертную записку. Когда я вернулся из магазина, она уже была... уже была мертва... холодна. Мама... почему ты оставила меня одного? Что мне делать дальше...

Он плакал, пока говорил.

Шэнь Цзюньци взглянул на перевод видео.

- Цю Гэ, держись, даже если ты остался один, ты должен быть сильным.

- Мои глаза наполнились слезами. Я следил за твоими видео с тех пор, как у тебя было всего 500 подписчиков.

Раздались разные голоса, кто-то прокомментировал:

- Не слишком ли это наигранно? Его мама умерла, а он всё ещё в настроении вести стрим?

Комментатора быстро заставили замолчать.

Шэнь Цзюньци просмотрел комментарии и сообщил Гу Яньчэну:

- Многие пользователи в сети выражают сочувствие, говоря, что его мать долго болела и прожила тяжёлую жизнь. Они надеются, что он достойно проведёт похороны. Но некоторые говорят, что он наживается на смерти матери, ищет сочувствия и привлекает к себе внимание. Они требуют провести расследование, чтобы выяснить, не убил ли он свою мать. Сторонники и критики не могут прийти к согласию. Из-за этого дело было передано в городское бюро.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что по этому поводу предприняло бюро?

Шэнь Цзюньци изучил детали передачи дела.

- Первоначально этим делом занималось местное отделение, они отправили судмедэксперта на место происшествия, пришли к выводу, что это предположительно самоубийство, изучили записи с камер наблюдения. У Цю Вэньхуэя есть алиби, и он отказался от вскрытия. Позже они получили запрос на передачу дела, поэтому отправили тело сюда. Под давлением Цю Вэньхуэй согласился на вскрытие, чтобы снять с себя подозрения.

В группе продолжались дискуссии о том, было ли это матрицидом или самоубийством. Бай Мэн и Ци Иань подозревали матрицид.

Лу Ин, однако, считал, что у Цю Вэньхуэя не хватило бы на это смелости.

- Я читал кое-какие аналитические статьи в интернете, но не могу в это поверить. Цю Вэньхуэй прославился в сети тем, что каждый день носил на руках свою мать. Честно говоря, его мать тоже была инструментом для его заработка. Он известен своим сыновним благочестием. Как он мог совершить матрицид?

Бай Мэн сказала:

- Детектив из отдела сообщил мне, что недавно в своих прямых эфирах он упомянул о плохом самочувствии своей матери и перестал приводить её с собой. Вместо этого он стал встречаться с другой знаменитостью.

Лу Ин спросил:

- Хорошо, мотив есть, но как насчёт алиби?

Бай Мэн предположила:

- Подтасовка времени смерти? Или ложное указание времени смерти?

В этот момент Лу Ин кое-что заметил:

- А, где капитан Гу? Почему капитана Гу здесь нет?

Бай Мэн предположила:

- Наверное, он за рулём, верно?

- Все в группе зовут тебя, — сказал Шэнь Цзюньци. — Капитан Гу, ты не хочешь ничего сказать?

Хотя безопасность за рулём превыше всего, можно остановиться и отправить голосовое сообщение.

Гу Яньчэнь сказал:

– Хватит об этом, прямо за углом перекресток.

Ци Иань обратился к Шэнь Цзюньци:

– Учитель, где вы?

Шэнь Цзюньци нажал кнопку голосового сообщения:

– Я скоро буду…

Они стояли на светофоре.

Пока Гу Яньчэнь ждал зеленый сигнал светофора, он повернулся и сказал:

- Пусть начинают работать.

Шэнь Цзюнь  передал слова Гу Яньчэна и нажал кнопку «выйти».

Групповой чат какое-то время молчал.

Бай Мэн немного взволновано произнесла:

«Я правильно поняла?! Это номер доктора Шэнь? Что произошло прошлой ночью?»

В голове маленькой женщины-полицейского произошла большая драма. После публикации она, решила, что сплетничать в групповом чате департамента нехорошо, поэтому она нажала кнопку «Выйти».

Ци Иань:

«Учитель, когда вы встретились с капитаном Гу?»

Ци Иань:

«Извините, мои слова были двусмысленными. Извините, я ничего не спрашивал».

Обе записи исчезли.

Лу Ин:

«Вы что не знаете? Они всегда были вместе».

Через некоторое время он снова напечатал.

«Ой, я имею в виду, что они всегда жили в одном районе. Кажется, судмедэксперт Шэнь с самого начала снимал квартиру у капитана Гу. Для них нормально ходить на работу и с работы вместе. Вы никогда раньше не вдели их вместе?? Капитан Гу всегда берет его с собой на место происшествия!»

Закончив писать, он отказался от этих слов.

Бай Мэн:

«Кажется, это так, я просто была удивлена, услышав, это с чужого телефона».

Затем и она пропала.

Шэнь Цзюньци объяснил:

«Он был за рулём, а я с ним еду на работу».

То, что изначально было нормальным, внезапно изменилось, когда он сказали это.

После того, как он отправил объяснения, он обнаружил, что все удалили свои предыдущие сообщения. Он тоже отозвал свое предложение.

В группе внезапно снова стало тихо.

Бай Мэн не стала комментировать это сообщение и серьезно напечатала:

«Докладываю капитану Гу, я прибыла в офис для передачи дела. Тело уже отправлено в судебно-медицинский центр. Я, пока идет передача вещдоков, начну собирать информацию здесь».

Когда Гу Яньчэнь запер машину и достал свой мобильный телефон, он увидел в групповом чате кучу удаленных сообщений, остались только слова Бай Мэн: «Принято».

«Хватит нести чушь в рабочей группе», – напечатал Гу Яньчэнь, сделав предупреждение, а затем повернулся к Шэнь Цзюньци и спросил:

- О чём вы там болтали?

Доктор Шень сохранял спокойствие:

- Ничего такого, они просто опечатались.

Хотя Гу Яньчэнь этого не видел, он ясно понимал: «Если всё это были опечатки, почему все удалено?»

Он помолчал немного и спросил:

- Доктор Шэнь, могу я пригласить вас посмотреть фильм?

Шэнь Цзюньци промолчал и направился в кабинет судмедэксперта.

Было непонятно, то ли он не услышал, то ли не собирался отвечать.

Когда Гу Яньчэнь решил, что ответа не будет, Доктор Шэнь обернулся и сказал:

- Подожди, пока раскроем это дело.

Капитан Гу был в восторге.

Блудный сын

Глава 76. Блудный сын

Утром в городском бюро Биньчэна.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань вошли в здание судебно-медицинской экспертизы. Войдя в помещение для вскрытий, они увидели, что несколько прозекторских уже были заняты.

Ци Иань подошёл к Вэнь Вань, чтобы принять тело.

Она дежурила прошлой ночью и подписала документы на приём трупа.

Ци Иань расписываясь в журнале, заметил еще несколько записей.

Он спросил:

- Вэнь-Цзе, почему в последнее время так много происшествий?

Вэнь Вань только что закончила осматривать труп. Её глаза всё ещё были красными от недосыпа.

- Не знаю. В последнее время было несколько таких случаев. Я дежурила прошлой ночью и не спала всю ночь, осматривала утопленника. А сегодня утром привезли ещё повешенного.

Ци Иань вежливо сказал:

- Вэнь-Цзе, у тебя было так много работы.

Он искренне восхищался Вэнь Вань, работа судмедэксперта была не только грязной и утомительной, но и требовала почти круглосуточного присутствия на рабочем месте. Он не так давно в этой профессии, в то время как Вэнь Вань уже много лет неустанно трудится на передовой.

- Ничего страшного. Просто помоги мне отнести образцы тканей в лабораторию, — сказала Вэнь Вань, показав на бланки.

- Те, которые нужно отнести, находятся в четвёртой комнате для вскрытия.

Получив документы о передаче тела, Шэнь Цзюньци вошел в прозекторскую и надел перчатки.

Пожилая женщина, которую он видел на видео, теперь лежала на секционном столе.

Пока Ци Иань готовил оборудование для записи, он подумал, что это, первая «знаменитость», которую он будет препарировать.

Женщина была одета, а полиэтиленовый пакет, который был у нее на голове, был аккуратно помещён в пакет для улик.

Ци Иань проверил записи, сделанные сотрудниками отдела.

- Пожилую женщину зовут Фу Лицзюань, в этом году ей исполнилось 78 лет, рост 159 см, вес 85 кг.

У старушки был землистый цвет лица и серебристые волосы, что указывало на неважное состояние её здоровья. У неё была миниатюрная фигура, поэтому в прошлом сын легко мог носить её на спине. Поскольку сами они не были на месте происшествия, им оставалось только полагаться на отчёт об осмотре и фотографии, сделанные судмедэкспертами из другого отдела.

Шэнь Цзюньци сначала просмотрел файлы. Сначала шли фотографии места происшествия, снятые с разных ракурсов. Инцидент произошёл в главной спальне. По фотографиям было видно, что дом новый, со свежевыкрашенными стенами и новой мебелью, это указывало на то, что их жизнь улучшилась благодаря прямым трансляциям.

Из-за паралича, на прикроватной тумбочке лежали предметы первой необходимости, стакан с водой, лекарства, а также пульт от телевизора.

Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел предметы на тумбочке, и нахмурил брови. Он заметил кое-что странное.

Нигде в пределах видимости не было видно мобильного телефона. В наше время это выглядит, по крайней мере, странно. Даже если человек парализован, ему всё равно нужен телефон, чтобы общаться с внешним миром. А иначе это похоже на жизнь на необитаемом острове. Особенно для парализованного пожилого человека, который даже не сможет позвать на помощь в случае чрезвычайной ситуации.

Когда старушку нашли, её тело наполовину свешивалось с кровати, а на голову был надет белый полиэтиленовый пакет. Пакет был плотным и полностью закрывал её лицо. Поскольку перед смертью она пыталась дышать, её рот был широко открыт, а полиэтиленовая плёнка плотно прилегала к лицу, из-за чего она была похожа на монстра в маске, что выглядело довольно устрашающе.

Пластиковый пакет был туго затянут на её шее, а обе ручки были обмотаны вокруг ножки кровати, так что, даже если бы она попыталась освободиться, у неё ничего бы не вышло. Под пластиковым пакетом, возле шеи, были видны царапины от её ногтей, но в итоге ей не удалось порвать пакет. Так что она задохнулась, лёжа в кровати.

Там также была копия прощального письма, оно было не очень длинным, всего полстраницы.

Прощальное письмо:

Меня зовут Фу Лицзюань, и сегодня я решила покончить с собой.

Мой сын очень мне помогал. Поэтому я смогла прожить так долго. Моя болезнь

убила меня, и мне жаль. Если загробная жизнь действительно существует, я надеюсь, что

все услышат как я пою в последний раз.

Фу Лицзюань

Почерк в письме был немного небрежным. Ци Иань взглянул на него и сказал:

- Это прощальное письмо звучит как-то неправильно. Оно написано так холодно, без упоминания о том, что делать дальше, и формулировка бессвязная.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Давай сначала осмотрим тело.

Ци Иань убрал документы. Они подошли к секционному столу и сняли с женщины одежду.

Фу Лицзюань умерла менее суток назад, тело уже окоченело, и появились трупные пятна. Её рот был слегка приоткрыт, лицо заметно опухло, губы и пальцы посинели. На шее виднелась едва заметная красная отметина.

Шэнь Цзюньци провёл внешний осмотр.

- Гипоксия вызвала цианоз лица, отёчность, а также значительную синюшность тела, на спине и ягодицах более выражена, на ягодицах — пролежни от длительного постельного режима. На обеих ногах — сильное варикозное расширение вен.

Он открыл её глаза и посветил на них медицинским фонариком.

- Зрачки уже начали мутнеть, а конъюнктива сильно кровоточит.

Учитывая все обстоятельства, Шэнь Цзюньци проверил данные судебно-медицинской экспертизы о температуре тела после установления факта смерти.

- Смерть наступила вчера около четырёх часов дня. Она задыхалась около часа.

Ци Иань сравнил его выводы с материалами дела.

- Вчера в два часа дня Цю Вэньхуэй вышел из дома, оставив старушку дома одну. Он вернулся около шести. Она была уже мертва, и он сразу же вызвал полицию.

Шэнь Цзюньци взял образец крови для анализа, взял скальпель и начал вскрытие.

Кожа старушки была сухой, с небольшим количеством подкожного жира, поэтому скальпель входил в тело без особого сопротивления. После вскрытия брюшной полости они приступили к вскрытию грудной клетки. Сначала они проверили сердце и обнаружили небольшие кровоподтёки на плевре и эпикарде покойной.

Голос Шэнь Цзюньци был ровным, когда он продолжил:

- Видимые пятна Тардье указывают на смерть от механической асфиксии.

Ци Иань спросил:

- Значит, заключение отдела верно?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Нам ещё нужно дождаться результатов патологоанатомического исследования.

Он обратил внимание на лёгкие.

Шэнь Цзюньци тихо воскликнул от удивления…

Ци Иань понял, что что-то не так, и наклонился ближе. Молодой судмедэксперт осмотрел внутренние органы, но не обнаружил никаких явных отклонений. Однако реакция Шэнь Цзюньци подсказала ему, что с этим трупом могут быть проблемы.

Стоя перед вскрытым телом, Шэнь Цзюньци держал в левой руке скальпель, а в правой — кровоостанавливающие щипцы, внимательно изучая внутренние органы.

У прикованного к постели пожилого человека, долгие годы страдающего хроническим заболеванием, органы не такие, как у молодого и здорового человека.

Ци Иань не удержался и спросил:

- Учитель, что-то не так?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Внутренние органы в незначительной степени подверглись некрозу. Хотя это лишь частичное поражение, такое состояние встречается редко.

Ци Иань предположил:

- Может быть, это отказ органов из-за длительного заболевания?

Шэнь Цзюньци с серьёзным выражением лица выпрямился:

- Похоже, что нет.

Вентилятор в комнате зашумел, и Шэнь Цзюньци нахмурился, прежде чем отключить его. В комнате воцарилась гробовая тишина. Через несколько секунд воздух наполнился запахом тела.

Ци Иань тоже это заметил и прикрыл нос рукой.

- Этот запах кажется мне странным.

Теоретически только что умерший человек должен пахнуть свежим мясом, если только он не испачкан экскрементами, но в запахе тела этой женщины, помимо слабого запаха крови, чувствовался ещё один необычный аромат. Он был странным и не поддавался описанию.

Шэнь Цзюньци осмотрел желудок и потрогал его щипцами.

- Желудок пуст, внутри нет ни яблок, ни обеда.

Затем он осмотрел кишечник.

- Кишечник относительно чистый. Вероятно, она давно не ела.

Для человека, умершего от удушья, необычно терять контроль над кишечником, а это значит, что кишечник, скорее всего, был давно пуст, что не имеет смысла.

Шэнь Цзюньци начал осматривать лёгкие. Поскольку причиной смерти было удушье, на лёгких были видны кровоподтёки, и лёгкие заметно сократились.

- В лёгких умершей, наблюдается ателектаз, интерстициальная инфильтрация и незначительное кровотечение…

Шэнь Цзюньци отрезал небольшой кусочек доли лёгкого и внимательно изучил его.

- Также наблюдается фиброз лёгких…

Удушье не приводит к поражению лёгких.

Ци Иань перестал записывать и спросил:

- Это из-за болезни? Может ли болезнь влиять на аппетит? Это эмфизема?

Для прикованного к постели пожилого человека с хроническим заболеванием такие симптомы без своевременного медицинского вмешательства являются нормой.

Шэнь Цзюньци покачал головой, воздерживаясь от поспешных выводов.

- Мне нужно еще проверить.

Доктор Шэнь не был уверен, он впервые столкнулся с подобной ситуацией.

Ци Иань, держа в руках отчёт о вскрытии, не знал, что написать.

Шэнь Цзюньци чувствовал, что пожилая женщина,  загадала ему загадку, используя своё собственное тело. Он поправил перчатки и спросил Ци Ианя:

- Результаты общего анализа крови готовы?

Ци Иань быстро ответил:

- Сейчас проверю.

Быстрее всего результаты давали стандартные анализы крови.

Ци Иань включил компьютер, результаты анализов, уже были готовы. Он быстро распечатал отчёт.

Шэнь Цзюньци начал изучать  показатели.

- Повышенное содержание лейкоцитов, пониженное содержание тромбоцитов…

Вскрытие было проведено лишь частично и ещё не было завершено, когда они услышали снаружи стук в прозрачное стекло.

Шэнь Цзюньци поднял голову и увидел Гу Яньчэна, который появился в коридоре.

Он снял перчатки и маску, вышел, и спросил:

- В чём дело?

Гу Яньчэнь держал в руке пакет с предсмертной запиской.

Он сказал Шэнь Цзюньци:

- Взгляни на кое-что интересное. Может быть, это поможет тебе в проведении вскрытия.

Шэнь Цзюньци не стал его внимательно изучать копию, но сейчас он взял оригинал и снова внимательно прочитал его, хлопая ресницами.

- Это…

Перечитав его ещё раз, он заметил странности. Хотя почерк в письме был небрежным, текст был составлен очень аккуратно.

Гу Яньчэнь напомнил ему:

- Это стихотворение - акростих.

Шэнь Цзюньци тихо прочитал первое слово каждой строки:

- Мой, Сын, Убил, Меня…

Трупы не лгут.

Он не слишком подозревал его, но в этом деле была скрыта загадка.

Гу Яньчэнь сказал:

- На первый взгляд почтительный сын на самом деле может оказаться блудным сыном.

Зверь

Глава 77. Зверь

Утром в здании судебно-медицинской экспертизы городского бюро Биньчэна.

Шэнь Цзюньци сдвинул брови, читая это загадочное стихотворение.

Гу Яньчэнь передал предсмертную записку:

- Но это всего лишь предположение. Нам всё ещё нужно выяснить, правда, это или нет. Как проходит вскрытие? Есть какие-нибудь результаты?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Вскрытие только началось, но уже установлено, что причиной смерти стало удушение, произошедшее вчера около четырёх часов дня.

Потирая подбородок, Гу Яньчэнь задумчиво произнёс:

- Значит, алиби Ци Вэньхуэя выглядит убедительным.

В это время Ци Вэньхуэй уходил из дома по делам. Его отсутствие подтвердили как записи с камер наблюдения, так и свидетели.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я подозреваю, что с телом не все в порядке, но мы ещё не выяснили, что именно. Вы, продолжайте расследование. Я сообщу, когда у нас будут результаты.

Поболтав с Гу Яньчэнем, Шэнь Цзюньци вернулся в комнату для вскрытия.

Размышляя над словами в записке, Шэнь Цзюньци вдруг о чем-то подумал.

Он сказал Ци Ианю:

- Сходи, принеси немного тиосульфата натрия.

В шкафу в комнате для вскрытия хранились часто используемые реагенты для анализов. Когда Ци Иань достал тиосульфат натрия, Шэнь Цзюньци уже взял у покойной немного мочи.

Бледно-жёлтая моча при смешивании с тиосульфатом натрия постепенно меняла цвет. При лёгком встряхивании она стала тёмно-зелёной.

Ци Иань воскликнул:

- Учитель, результат положительный! Это значит… что покойная могла быть отравлена перед смертью! А этот зелёный цвет, наряду с фиброзом в лёгких, может быть…

Шэнь Цзюньци кивнул, подтверждая своё предположение:

- Паракват.

Этот высокотоксичный гербицид мог поразить лёгкие жертвы, что соответствует видимым симптомам.

Ци Иань спросил:

- Но как Паракват попал в её организм?

Как следует из названия, это смертельный яд, который не оставляет в живых ничего, к чему прикасается. При контакте с Паракватом на коже появляются язвы и волдыри, а при попадании в организм он приводит к внутренним повреждениям. Перед этим они осматривали поверхность тела жертвы и не обнаружили значительных изменений, что говорит о попадании яда в организм.

Ци Иань понял, что странный запах мог исходить от токсичных повреждений внутри тела.

Шэнь Цзюньци исследовал пищеварительную систему старушки.

- Пищевод в норме, желудок в норме, печень слегка увеличена…

Наконец, он вскрыл брыжейку умершей:

- Слизистая оболочка тонкого кишечника отечна, с кровоизлияниями и язвами. Возможно, Паракват попал в организм через кишечник.

Когда этот факт был подтверждён, это стало похоже на решение головоломки. Теперь все признаки обрели смысл. После завершения вскрытия Шэнь Цзюньци поручил Ци Ианю подготовить образцы тканей и внутренних органов для исследования.

Вскоре были получены результаты анализов, подтверждающие выводы Шэнь Цзюньци.

Он отправил сообщение Гу Яньчэну:

- Есть доказательства, что покойная перед смертью приняла Паракват.

Шэнь Цзюньци добавил:

- Доза было достаточной, чтобы вызвать смерть, но для этого требовался определённый период. Жертва решила покончить с собой до наступления симптомов, примерно через три дня после приёма. Я подозреваю, что Паракват был в капсулах с кишечнорастворимой оболочкой.

Гу Яньчэнь тоже слышал о дурной славе этого препарата.

- Это яд, от которого нет противоядия?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Да, его воздействие на организм человека необратим.

Паракват — чрезвычайно токсичный гербицид, производство которого уже давно прекращено. В наши дни его редко можно встретить в продаже, но раньше он был широко распространён и до сих пор встречается в некоторых местах. Многие отравившиеся после промывания желудка чувствовали себя лучше и даже думали, что смогут выздороветь. Но на самом деле они уже были в лапах смерти и не подлежали лечению.

Короче говоря, это медленный, мучительный процесс удушья. На сегодняшний день эффективного противоядия от Параквата не существует. Даже небольшое его количество может привести к отравлению, за которым последует отказ органов, фиброз лёгких и, в конечном итоге, смерть от удушья. Этот болезненный и затяжной процесс может длиться несколько дней или даже недель. Что ещё хуже, в это время сознание отравленного остаётся ясным.

У них будет достаточно времени, чтобы пожалеть о содеянном или дождаться смерти. Судя по симптомам отравления, у старушки начались проблемы с дыханием, появились невыносимые боли в животе и трудности с приёмом пищи. Она должна была понимать, что жить ей осталось недолго. Постепенное ожидание смерти — самое мучительное. Скорее всего, в таком состоянии она решила покончить с собой.

Фу Лицзюань, прикованная к постели пожилая женщина, стала главным свидетелем, а её собственный сын Ци Вэньхуэй главным подозреваемым.

Если они правы, то давать такой яд прикованной к постели матери было просто варварством.

Разобравшись в ситуации, Гу Яньчэнь сказал:

- Понятно. Я ускорю процесс проверки.

Пока Шэнь Цзюньци заканчивал с телом Гу Яньчэнь уже прибыл в район, где жил Ци Вэньхуэй.

Это деревня недалеко от Биньчэна.

Гу Яньчэнь не спешил никого арестовывать, а сначала расспросил соседей о ситуации.

Соседи тоже знали о вчерашней  смерти старушки: - А, это та семья, о которой пишут в интернете? Они разбогатели пару лет назад. Посмотрите на дом, который они построили, — он самый роскошный в округе.

- Возможно, отношения между сыном и его мамой не такие хорошие, как думают люди в интернете. Вы не знаете, но раньше его мама громко плакала по ночам, называя его неблагодарным сыном. Потом Ци Вэньхуэй построил новый дом и поменял все окна, на звуконепроницаемые, так что мы больше не слышали её.

- В последнее время мало кто ходит к ним в гости. Они там вдвоём жили. Даже уборщикам приходится долго ждать, пока им разрешат войти. Я как-то заметил, что его мама несколько дней не меняла одежду.

Собрав показания соседей, Гу Яньчэнь быстро получил ордер на обыск и задержание Ци Вэньхуэя.

Когда полиция прибыла на их виллу, Ци Вэньхуэй всё ещё вёл прямую трансляцию и плакал, вспоминая мать. Вокруг него валялись использованные салфетки.

Лу Ин усмехнулся:

- Это виртуальный траурный зал, где люди плачут онлайн.

Ци Вэньхуэй посмотрел на полицейские значки, вытер слёзы и сказал:

- Я буду сотрудничать с вами в расследовании и пойду с вами, но подождите минутку, дайте мне попрощаться с моими поклонниками.

Гу Яньчэнь сказал:

- Позаботься о том, чтобы попрощаться, как следует.

Если он действительно отравил свою мать, то неизвестно, когда у него снова появится возможность вести стрим и появится ли она вообще.

После того как Ци Вэньхуэя увели, полицейские начали тщательный обыск.

Снаружи дом Ци Вэньхуэя не казался большим, но внутри было много укромных уголков. Вскоре полицейские нашли в подвале пустую бутылку из-под Параквата, произведённого в 1982 году, и обнаружили на ней отпечатки пальцев Ци Вэньхуэя.

Лу Ин отвечал за обыск на втором этаже. Он сосредоточился на комнате старушки и осмотрел каждую бутылочку с лекарством, и доложил о результатах Гу Яньчэну:

- Капитан Гу, здесь на столе пустое место, бутылочки с лекарством, которая была здесь изначально, нет.

Очевидно, что яд был уничтожен. Чтобы найти эти лекарства, полиция расширила зону поиска и даже привлекла несколько полицейских собак.

Во второй половине дня детективы начали допрашивать Ци Вэньхуэя в городском бюро.

Сначала он всё отрицал, настаивая на том, что ничего не знает о Параквате, и утверждал, что его мать покончила с собой.

В три часа дня Гу Яньчэнь вошёл в комнату для допросов с пакетом для улик, в котором лежало несколько разноцветных капсул. Увидев это, Ци Вэньхуэй наконец изменился в лице и опустил голову.

- Мы обнаружили наркотики, выброшенные в вашу канализационную систему. Можете ли вы объяснить, откуда взялись эти наркотики?

Ци Вэньхуэй прикусил губу и промолчал.

Гу Яньчэнь взглянул на таблетки, а затем снова на Ци Вэньхуэя:

- Благодаря тому, что вы выбрали капсулы с кишечнорастворимой оболочкой, которые не растворяются в воде, улики сохранились в целости и сохранности. Теперь улики неопровержимы. Вам лучше признаться как можно скорее.

- Я не знаю, откуда взялись эти наркотики, и это не имеет никакого отношения к смерти моей матери, — нерешительно ответил Ци Вэньхуэй.

- Думаешь, наш судмедэксперт не обнаружил яд в организме твоей матери после того, как он подействовал? Результаты анализов готовы. Мы нашли в организме твоей матери следы Параквата, что указывает на то, что она недавно его принимала.

Гу Яньчэнь потряс пакетом с уликами.

- Доказательства очевидны. Тебе не избежать правосудия.

От одной мысли о Параквате у Ци Вэньхуэя внутри всё сжалось. Доказательства были неопровержимы, отрицать их было невозможно. А Ци Вэньхуэй надеялся, что за один день полиция закроет дело.

Ци Вэньхуэй задрожал:

- Даже так, даже так… моя мать покончила с собой.

- Итак, вы признаёте, что отравили свою мать?

Гу Яньчэнь продолжил:

- Что касается обвинений в ваш адрес, то это решит суд. Здесь мы ищем только доказательства преступления.

- Я... я на немного растерялся, — Ци Вэньхуэй закрыл лицо руками, а затем продолжил дрожащим голосом: — Я не хотел её убивать... но если бы я этого не сделал, меня бы замучили до безумия.

Сотрудник полиции со стороны внимательно записывал признание подозреваемого.

Гу Яньчэнь спросил:

- Твою мать парализовало более десяти лет назад?

- Да, она попала в аварию и осталась парализованной. Я забочусь о ней уже тринадцать лет.

- Когда ты завел свой аккаунт в интернете?

- Пять лет назад… сначала я просто хотел создать аккаунт для прямых трансляций, чтобы вести их, когда мне скучно. Первые год-два никто не обращал на нас внимания. Но потом нас упомянул крупный инфлюенсер. Я не ожидал, что аккаунт станет популярным. По мере роста аудитории начали появляться разные вещи, кто-то давал нам деньги, кто-то хотел, чтобы мы рекламировали их, кто-то даже предлагал стать моим менеджером…

Ци Вэньхуэй опустил голову.

До того, как он начал вести этот аккаунт, он был обычным честным человеком. Внезапная популярность заставила его почувствовать себя так, будто он выиграл в лотерею. Он не ожидал, что с деньгами придут и проблемы.

- Ваши соседи слышали, как вы ссорились с матерью.

- Раньше мы редко ссорились. Но потом… — он вздохнул, — наши взгляды начали расходиться. Когда мою мать парализовало, ей было всё равно, чем я занимаюсь, лишь бы я заботился о ней. Но потом она стала вмешиваться.

Гу Яньчэнь спросил:

- Когда у вас начались конфликты?

- В июне прошлого года.

- Разве не тогда ты начал принимать рекламу?

Ци Вэньхуэй на мгновение замялась:

- Я сам согласился на эту рекламу, мама тут ни при чём, она просто должна была сотрудничать со мной. Но ей это не понравилось.

Гу Яньчэнь проверил записи:

- В ваших рекламных объявлениях были указаны товары ненадлежащего качества.

Тогда многие критиковали его в интернете, и этот инцидент вызвал большой резонанс.

- Тот случай стал катализатором. Несмотря на то, что я извинился, выплатил компенсацию и всё объяснил, мама всё равно считала, что это моя вина. Она начала вмешиваться в мои рекламные сделки.

Он опустил голову.

- Потом она стала утверждать, что я стал знаменитым благодаря ей. Я узнал, что она считала эти деньги своими и тратила их по своему усмотрению, желая тратить больше на себя. Но я надеялся, что мы оба сможем жить лучше. Я построил новый дом, улучшил условия нашей жизни и возил маму на лечение в лучшие больницы...

Гу Яньчэнь слушал его признание, но это были всего лишь слова Ци Вэньхуэя. Судя по состоянию старушки перед смертью, это вполне могло быть ложью.

- Я хорошо ей служил, но мать всё равно была недовольна. Она стала властной и неразумной. Несмотря на то, что лучшие лекарства и операция не смогли ей помочь, она начала обвинять меня в том, что я бесполезен. Моя жизнь рушилась, я каждый день крутился вокруг неё. Иногда мне казалось, что я задыхаюсь, я думал, что моя жизнь была лучше, когда мы были бедны.

Ци Вэньхуэй рассказал много подробностей, даже самых незначительных. Например, как его мать внезапно захотела клубники посреди зимы и заставила его искать её повсюду. Или как мать отругала нанятых сиделок и настояла на том, чтобы он заботился о ней лично. Она даже хотела зарегистрировать аккаунт на своём телефоне и сама вести прямые трансляции. Разрыв между матерью и сыном становился всё больше и больше.

Гу Яньчэнь спокойно спросил:

- Значит, ты собирался её убить?

Взгляд Ци Вэньхуэя застыл, он покачал головой.

- Нет… это не так. Всё началось, когда мама начала обвинять меня в том, что я неблагодарный сын. Она угрожала выложить мои фото в интернет, чтобы показать всем моё истинное лицо. Если бы люди узнали, что я не такой благодарный, как они думали, всё, чего я добился, исчезло бы. А я ведь был благодарен ей, как она могла так говорить обо мне? Я не хотел, чтобы она натворила бед, поэтому конфисковал её телефон. Когда мы сильно ссорились, я не давал ей есть. Тогда она обвиняла меня в том, что я плохо с ней обращаюсь, что я плохой сын и забыл о воспитании. Но я не хотел, чтобы всё так было!

Гу Яньчэнь холодно посмотрел на него, понимая, что тот боится, как бы другие не узнали о его невоспитанности, и притворяется, что всё в порядке. Однако, по иронии судьбы, его поведение действительно было невоспитанным.

Ци Вэньхуэй продолжал, глядя в пол.

- Я пробовал разные способы, ограничивал прямые эфиры с ней, и нашел нового партнёра. Но доход резко упал. Я пытался обсудить это с ней, надеясь, что мы сможем хотя бы сохранить наши прежние отношения перед камерой, но она отказалась. Когда я водил её в горы за дикими травами, у нас ничего не было. Мы были очень бедны, но мы полагались друг на друга и старались извлечь максимум хорошего из плохой ситуации. Я чувствовал себя обязанным матери, на душе у меня было тепло. Но потом я понял, что живу с бомбой замедленного действия. Мне очень хотелось вернуться к тому, как всё было раньше… но по какой-то причине мы не смогли. Неделю назад мы сильно поссорились. Во время уборки в подвале я нашёл бутылку «Параквата», которую купил мой отец, когда был ещё жив… Не знаю почему, но меня захватила эта идея.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты знаешь, что Паракват — высокотоксичное вещество, от которого нет противоядия?

Голос Ци Вэньхуэя задрожал.

- Я… я не знал, я думал, что это обычный пестицид.

Лу Ин не сдержался:

- Ты явно изучал Паракват, это есть в истории твоих просмотров.

Не в силах отрицать это, Ци Вэньхуэй продолжил:

- Это было потом, я узнал об этом, потом… Я подумал, что если избавлюсь от неё, то смогу и сам выпить.

Руки Ци Вэньхуэя дрожали, когда он говорил.

- Но… я не смог заставить себя сделать это. Я только начал  хорошо жить.

Не сумев причинить вред себе, он в итоге отравил свою мать, а затем позволил ей покончить с собой, транслируя это в прямом эфире.

Гу Яньчэнь наблюдал, как люди меняются.

Он был известен своим сыновним благочестием, но в итоге совершил такой чудовищный поступок. За красивым лицом скрывалось зловещее сердце. Интернет показывает миру только лучшую сторону людей, в то время как скрытая правда остаётся в тени. В конце концов, этот некогда «почтительный сын» поссорился с матерью и совершил самый неблагодарный поступок.

Ци Вэньхуэй продолжал признаваться в своих преступлениях:

- В последние дни матери стало плохо, и я рассказал ей о лекарстве с добавлением яда. Мы долго плакали вместе, и в итоге она попросила меня дать ей быструю и безболезненную смерть. Она хотела этого, она попросила у меня полиэтиленовый пакет, бумагу и ручку. Когда я ушёл, она...

Ци Вэньхуэй снова заплакал.

- Перед смертью она… она простила меня, она даже оставила предсмертную записку. Эта записка может служить доказательством того, что она действительно сама собиралась покончить с собой. После всех этих лет… Я так долго заботился о ней, и она чувствовала себя обузой для меня…

Гу Яньчэнь протянул ему копию предсмертной записки.

- Ты не заметил, что она спрятала сообщение в первой строке?

Вытерев слёзы, Ци Вэньхуэй взял записку и уставился на неё пустым взглядом. Он даже не прочитал записку как следует, а лишь мельком взглянул на неё, с облегчением увидев, что она доказывает его невиновность, и отложил её в сторону.

Теперь, когда он прочитал эти четыре слова, его руки безвольно опустились на стол. Он обманывал себя. Мать презирала его. Он вдруг вспомнил своё детство, как его отец заболел и рано умер, как семья его матери плохо обращалась с ним и его матерью, отказываясь брать их к себе, и матери пришлось растить его одной. В детстве он часто болел, и мать заботилась о нём. Каждый раз, когда он просыпался посреди ночи, он видел, как его мать работает при свете лампы. Он помнил, как в детстве мать носила его на спине, чтобы он мог с ней собирать дикорастущие травы в горах.

С самого младенчества и до начальной школы мать была рядом с ним. Её спина была такой тёплой, а песни — такими мелодичными. Сидя в горах, он смотрел на голубое небо, окружающий его лес, слушал пение птиц, шелест ветра и мелодию её песни.

Когда он был маленьким, он сказал матери:

- Мама, когда я вырасту, я пойду с тобой в горы.

Мать улыбнулась:

- Когда ты вырастешь, я состарюсь.

Он сказал:

-Когда ты состаришься и не сможешь ходить, я понесу тебя в горы.

День, когда с его матерью произошёл несчастный случай, ничем не отличался от других. Она собрала вещи и ушла, сказав ему:

- Мама сегодня приготовит твоё любимое блюдо — жареные побеги бамбука с тушеным мясом.

Но он так и не увидел, как его мать возвращается домой. Вместо этого он узнал, что с ней произошёл несчастный случай, её сбил тракторный прицеп, и она сломала позвоночник. Она больше никогда не смогла  встать на ноги. Их и без того бедная семья оказалась в нищете.

Когда его мать парализовало, он действительно начал выполнять своё обещание. Но позже он неожиданно стал знаменитым… В первый раз, когда он вышел на мероприятие в гламурном костюме, предоставленном организаторами, он даже не знал, как правильно ходить. Люди называли его «Брат Ци» и тыкали ему в лицо микрофонами, чтобы взять интервью.

Он вдруг почувствовал, что стал другим... Во внешнем мире есть алкоголь, мясо, деньги и женщины. Ему вдруг захотелось избавиться от старухи, лежащей в постели.

В показаниях Ци Вэньхуэя был описан весь процесс, но он утаил небольшую часть, истинную причину, по которой мать отдалилась от него. Он вспомнил, как мать плакала:

- Ты изменился, ты стал другим! Если деньги превращают тебя в такого, то я лучше без них обойдусь! Пожертвуй все деньги, и давай вернёмся к тем временам, когда мы полагались друг на друга.

Он не ожидал, что у его матери могут быть такие мысли. Но он больше не хотел возвращаться в те дни, когда они жили в бедности. Казалось, что деньги, слава и интернет поглотили его душу. Он выпил для храбрости, добавил Паракват в лекарство матери и смотрел, как она его принимает. Но потом он запаниковал. Он не хотел столкнуться с последствиями.

Он убедил свою мать покончить с собой, не давая ей ни еды, ни питья, по сути, вынудив её. Он упал перед ней на колени и заплакал:

- Мама, у тебя есть только я, твой сын. Я заботился о тебе больше десяти лет. Даже если это будет платой за твою доброту, с которой ты меня вырастила, пожалуйста, подумай об этом. Жизнь сейчас приносит тебе только страдания. Если ты уйдёшь спокойно, я позабочусь о том, чтобы тебя достойно похоронили…

В этот момент глаза его матери затуманились, и она кивнула.

- Хорошо, дай мне лист бумаги, ручку и полиэтиленовый пакет.

И он ушёл, намеренно бродя по улицам, здороваясь с знакомыми людьми и провел полдня в банке. Он вернулся домой только поздно вечером и, увидел тело матери и оставленную ею записку, он почувствовал облегчение. Ему хотелось немного поплакать, но он не мог проронить ни слезинки.

Ему хотелось рассмеяться, потому что бремя, которое так долго тяготило его, исчезло, и он наконец-то мог стать самим собой, без каких-либо ограничений. Но ему нужно было изображать горе перед публикой, чтобы вызвать сочувствие.

В итоге он забеспокоился и пошёл на кухню.

После звонка в полицию, он снова открыл знакомую прямую трансляцию. Он глубоко вздохнул и вытер глаза тыльной стороной ладони, испачканной в горчице.

Пожертвования хлынули рекой, и людей, которые смотрели трансляцию, стало ещё больше, чем при жизни его матери. Он погрузился в мир денег и эмоций, проливая слёзы от горя под утешительные слова пользователей.

Однако колесо правосудия вращается медленно, но верно, и ему всё равно придётся столкнуться с последствиями своих действий. Он и не подозревал, что тело его матери и улики всё расскажут.

Признание сделано.

Цю Вэньхуэй подписал признательные показания, после чего его должны перевести в следственный изолятор. После завершения всех процедур все оборудование отключили.

Гу Яньчэнь отстегнул наручники Цю Вэньхуэя и вдруг вспомнил, каким он был раньше. Он бросил на него взгляд. Когда-то этот мужчина носил свою мать на спине, а теперь...

Цю Вэньхуэй заметил его взгляд и его лицо внезапно помрачнело. Он резко обернулся и посмотрел назад:

- Что… что случилось?

В комнате для допросов свет отбрасывал на пол длинные тени, и больше ничего не было видно. На что только что смотрел полицейский?

Увидев его испуганное лицо, Гу Яньчэнь усмехнулся, пожалев о своём поступке. Он отвёл взгляд и небрежно сказал:

- Ничего, мне просто показалось, что я что-то увидел у тебя за спиной.

Спину Цю Вэньхуэя покрыл холодный пот, а рот открылся, и он не мог его закрыть. Совершив такой поступок, эта интернет-знаменитость должна была столкнуться с последствиями своих действий.

Это дело было раскрыто менее чем за восемь часов. Благодаря убедительным доказательствам и чистосердечному признанию процесс прошёл на удивление гладко.

Уладив все дела, Гу Яньчэнь поручил Бай Мэн составить заявление в полицию, напомнив ей:

- Будь осторожна с формулировками. Многие следят за этим делом. Если информация просочится, это может стать трендом.

Бай Мэн ответила:

- Не волнуйся, я сначала дам тебе его просмотреть, а потом отправлю на утверждение директору Дину.

Гу Яньчэнь вернулся в свой кабинет, где его уже ждал  Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци уже собрал свои вещи и, был готов:

- Капитан Гу, дело закрыто?

Гу Яньчэнь ответил:

- Да, благодаря результатам вскрытия у нас были веские доказательства, и он во всём сознался. Остальное закончат Бай Мэн с детективами.

В этом деле не было других подозреваемых, и теперь, когда Цю Вэньхуэй признался в преступлении, дело было закрыто.

Прочитав отчёт от начала до конца, Шэнь Цзюньци сказал:

- Мне понравилось то, что ты сказал в конце.

Гу Яньчэнь ответил:

- Считайте это «подарком» для него.

Он надеялся, что тот проведёт остаток жизни в тени детоубийства. Наказание зла и поощрение добра всегда приносят облегчение.

Гу Яньчэнь напомнил ему:

- Ты мне кое-что обещал, помнишь? Я свожу тебя в кино. А ещё, где ты хочешь поесть?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Мне нравятся места, которые ты выбираешь.

Гу Яньчэнь сказал:

- Тогда пойдём в Город Впечатлений. Мы можем там поесть, а потом отправиться в кинотеатр «Звёздное кольцо».

Шэнь Цзюньци просто согласился:

- Хорошо.

Просмотр фильма

Глава 78. Просмотр фильма

Разобравшись с делом, они взяли отгул, и ушли пораньше.

Гу Яньчэнь припарковал машину в своем районе, вывел собаку на прогулку, прибрался дома, а затем они отправились в ближайший город Впечатлений.

Это был относительно новый торговый центр, расположенный примерно в десяти минутах ходьбы от дома.

Лучшие фильмы обычно начинались около семи тридцати вечера. Они проверили время и отправились в ресторан поесть японское барбекю.

Покончив с едой, они взяли с собой картофель фри, попкорн и напитки в качестве перекуса.

Кинотеатр находился на третьем этаже, в нём недавно сделали ремонт, и там были очень удобные кресла. Они подошли к билетной кассе и купили билеты в кино. На большом экране рядом показывали трейлеры к фильмам.

Гу Яньчэнь предоставил выбор Шэнь Цзюньци, и тот остановился на детективном триллере, который пришёлся ему по вкусу.

Продолжительность фильма больше двух часов. При выборе мест стало очевидно, что у фильма хорошие отзывы и многие места уже заняты. Они выбрали места в заднем ряду, которые считалась лучшими для просмотра.

Перед началом фильма, они вошли в зал и заняли свои места. Перед ними сидела молодая пара.

Девушка с длинными волосами спросила своего спутника:

- Хороший фильм?

Парень ответил:

- Конечно, у него высокий рейтинг на Douban. Это наше первое свидание, так что мы должны выбрать запоминающийся фильм. Когда мы будем вспоминать об этом в будущем, наши воспоминания будут яркими.

Девушка сказала:

- Ты же не думаешь, что, во время просмотра страшного эпизода, я прижмусь к тебе, верно? Я видела в интернете, что некоторые парни специально так делают.

Парень усмехнулся:

- Я никогда об этом не думал, но если тебе будет страшно, я готов подставить тебе своё плечо.

Они сидели позади них, и, услышав их разговор, Гу Яньчэнь в шутку прошептал Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, я тоже готов подставить тебе своё плечо.

Его плечо было шире и выглядело более надёжным.

Шэнь Цзюньци взял ломтик картофеля фри:

- Сейчас мне не нужно плечо, просто выдави ещё немного кетчупа, пожалуйста.

Свет погас, и фильм  начался.

Фильм начался с напряжённого сюжета, в котором рассказывалось о серии ужасных случаев расчленения подростков. Казалось, что всё не так просто, и чем дальше они смотрели, тем загадочнее становилось происходящее.

Фильм действительно был хорошо снят, с несколькими довольно кровавыми сценами расчленения, а также с жуткими и леденящими душу визуальными эффектами. В сочетании со зловещей музыкой внезапные пугающие моменты были весьма эффективны. В этой атмосфере некоторые сцены вызывали у зрителей вопли.

Гу Яньчэнь никогда ничего не боялся, сюжет его не пугал, но крики резали слух. Шэнь Цзюньци сидел рядом и щедро поливал картофель фри кетчупом.

Когда на экране показали пугающую сцену, парень, сидевший впереди, внезапно вскрикнул и уткнулся лицом в колени девушки. Попкорн, который ела девушка, выпал у неё из рук и рассыпался по полу. Она запоздало вскрикнула, а затем попыталась оттолкнуть его, приговаривая:

- Если тебе так страшно, не смотри фильмы ужасов!

Гу Яньчэнь подумал, что после просмотра этого фильма пара может расстаться.

Только доктор Шэнь оставался невозмутимым, его лицо было спокойным. Он доел картошку фри и переключился на попкорн, глядя поверх ссорящейся пары на экран, где показывали окровавленное сердце.

- Этот реквизит сделан из свиного сердца.

Когда он работал судмедэкспертом, то поначалу использовал для обучения свиные сердца и почки. Если кто-то не мог с ним справиться, то он явно не подходил для медицины, особенно для судебной патологии. На экране сердце продолжало биться, а затем упало на землю, разбрызгивая кровь, и самые робкие зрители закрыли лица руками.

Доктор Шэнь с бесстрастным выражением лица взял ещё один кусочек попкорна.

- Жаль, жареные свиные сердца очень вкусные.

Гу Яньчэнь посмотрел на него, и лицо Шэнь Цзюньци, освещённое слабым светом экрана, показалось ему загадочным.

Капитан Гу сказал:

- Возможно, его ещё можно спасти, если помыть.

В следующей сцене девушка заглядывает в коробку, чтобы узнать, что там внутри. Зрители затаили дыхание, когда камера приблизилась, и её палец коснулся чего-то липкого. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это человеческое глазное яблоко. После этой сцены в зале снова раздались крики.

Шэнь Цзюньци невозмутимо прокомментировал:

- Сначала она прикоснулась к зрительному нерву. Когда я только начинал изучать судебную патологию, одним из методов обучения было тактильное восприятие. Когда глаза не видят, другие органы чувств обостряются. Гладкая текстура этих органов, которую можно почувствовать, врезается в память. Глазное яблоко относительно легко распознать.

Во время пребывания на «ферме трупов» они тренировались играя. Органы были разложены по ящикам, на них надели повязки и резиновые перчатки, и они должны были залезть в каждый ящик и на ощупь определить, что это за орган. Это был полезный опыт, который позволил судмедэкспертам определять органы в условиях недостаточной освещённости. Поверхность почки покрыта слизью и очень гладкая, печень относительно однородная, с большим количеством крови, сердце плотное, и упругое на ощупь, в лёгких есть пузырьки, как в губке, кишечник самый мягкий, и если его наполнить воздухом, он раздуется, напоминая холодную змею.

Однажды он наткнулся на коробку, в которой находился целый мозг. К счастью, он был достаточно внимателен, чтобы случайно не повредить его. Так что, просто прикоснувшись к нему, он мог определить, что это за орган, и никогда не путал органы животных с человеческими.

Шэнь Цзюньци считал человеческое тело священным, эти крошечные мягкие органы потребляют очень мало энергии, но функционируют год за годом.

Если бы их можно было заменить машинами, даже более совершенными и крупными, они не смогли бы полностью воспроизвести функции органов. В медицине существует бесчисленное множество неразгаданных тайн, особенно связанных с душой и памятью. Люди пытались объяснить их с научной точки зрения, но даже самые передовые науки не могли до конца постичь истину.

Люди исследовали космос, но не могли найти границ Вселенной, исследуя внутренний мир, они не знали, откуда пришли.

Шэнь Цзюньци на некоторое время погрузился в раздумья, прежде чем вернуться к просмотру фильма.

Люди в кинотеатре испытывали страх, который обычно испытывают нормальные люди перед призраками и монстрами, но Гу Яньчэнь оставался спокойным.

По сравнению с безразличным Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь казался более собранным во время просмотра, а его поведение, похоже, отпугивало даже призраков и демонов.

Шэнь Цзюньци спросил его:

- Капитан Гу, тебе не страшно?

Гу Яньчэнь ответил:

- Если ты не делаешь ничего постыдного, чего тебе бояться? Призраки и трупы, чище, чем люди.

Чем больше дел он расследовал, тем больше убеждался, что самое страшное — это человеческая природа.

Они сидели на заднем ряду на удобных креслах и смотрели фильм, который шёл два с половиной часа. Иногда они комментировали происходящее на экране. Это был редкий момент спокойствия, когда они могли отвлечься от дел и трудностей своей работы и просто насладиться фильмом.

Сегодняшний день был вполне благоприятным, в городе было тихо, не происходило ничего серьёзного, и они сидели бок обок в этом тёмном кинотеатре, ели попкорн и потягивали напитки, не отвлекаясь ни на что. В фильме не было призраков, в конце, всему нашлось рациональное объяснение. Ближе к окончанию фильма история достигла своей кульминации. Благодаря вмешательству полиции и поиску правды, с помощью логических рассуждений, была раскрыта извращённая природа человечества и его непоколебимая любовь.

Родители, родственники, друзья — казалось, все отчаянно любили друг друга, но эта любовь не была чистой, она была смешана с эгоизмом. Так любовь превратилась в травму, оставившую в душах людей шрамы. К концу фильма он стал похож на роскошную версию детективного романа, перенесённого в научную сферу. Как ни странно, всё можно было объяснить, если понять логику происходящего.

Когда фильм закончился, они пошли к выходу и увидели, как молодая пара всё ещё ссорится.

Гу Яньчэнь решил, что, хотя фильм и был захватывающим, он не подходит для совместного просмотра парами. После просмотра они могут решить, что любовь  это тяжкое бремя, извращённая собственническая позиция.

Капитан Гу пытался придумать, как сгладить ситуацию, боясь отпугнуть своего маленького судмедэксперта на их первом свидании. Конечно, под «отпугнуть» он не имел в виду ужас и напряжение, которые царили в фильме, Шэнь Цзюньци этого не боялся. Он опасался, что фильм может повлиять на него психологически и привести к разочарованию в любви.

Они спустились по лестнице.

Гу Яньчэнь сказал:

- Мне кажется, что эмоции, показанные в фильме, нельзя назвать любовью. Любовь это не только физическое влечение. Если дело только в физической близости, это приведёт к одиночеству. Некоторые люди наивно полагают, что симпатия — это импульс, когда я добр к тебе, а ты добр ко мне. Но на самом деле такая симпатия недолговечна. Долгосрочные отношения строятся на взаимопонимании.

Шэнь Цзюньци промолчал, и Гу Яньчэнь продолжил:

- Итак, любовь между двумя совершенно разными людьми трудно поддерживать. Разные люди могут поначалу сойтись из любопытства, но в итоге им придётся подстраиваться друг под друга, теряя при этом самих себя. Любовь не может длиться вечно между двумя похожими людьми, это как если бы одна рука ласкала другую, без страсти, неспособная выдержать испытание временем.

Услышав это, Шэнь Цзюньци наконец заговорил:

- Мой взгляд на любовь отличается от того, что показано в этом фильме. Те, кто любят друг друга, неизбежно являются двумя разными личностями, а любовь это процесс, в ходе которого мы направляем и покоряем друг друга. Если бы мне нужно было подобрать подходящее слово, я бы сказал, что это приручение.

Гу Яньчэнь почувствовал связь между ними и не смог удержаться от цитаты:

- Если ты приручишь меня, то мы будем нужны друг другу. Для меня ты будешь единственной в мире. Для тебя я буду единственным в мире.

К этому моменту они уже вышли из зала и оказались на втором этаже торгового центра. Вокруг было немноголюдно, и стояла тишина. Внезапно раздался щелчок, указывающий на проблему с электропроводкой в торговом центре, в той части, где они находились, внезапно отключилось электричество. Другая половина, оставалась освещённой, но эта часть погрузилась в темноту.

В темноте Шэнь Цзюньци смотрел на него.

– Капитан Гу, ты ухаживаешь за мной?

Он четко уловил направление разговора.

Гу Яньчэнь ответил:

- Если ты не против.

Проведя столько времени вместе, они оба чувствовали заботу и внимание друг друга, но большую часть времени были заняты работой.

Будучи коллегами, Гу Яньчэнь сохранял самообладание, а Шэнь Цзюньци не поднимал эту тему.

Теперь, когда они об этом заговорили, Гу Яньчэнь, решил, что нужно вести себя более формально.

Он сделал шаг в сторону Шэнь Цзюньци, нарушив личную границу. Если он останется на месте, это означало бы, что они друзья или коллеги, но если сделать ещё один шаг, это означало бы, что они близки как любовники.

- Ты мне очень нравишься, — голос Гу Яньчэна звучал проникновенно, словно заклинание.

Перед этим Гу Яньчэнь размышлял о том, как сказать эти слова, быть ли ему серьёзным или романтичным, сопроводить ли их звёздным небом или изысканным ужином. В итоге он решил, что простота принесет лучшие результаты. Так, в случае отказа, ситуация не будет слишком неловкой и не повлияет на их профессиональные отношения.

Шэнь Цзюньци почувствовал, что, если Гу Яньчэнь сделает ещё один шаг вперёд, он не сможет устоять. Этот мужчина был поразительно красив.

Доктор Шэнь опустил голову, скрыв выражение лица в темноте.

Он с нетерпением ждал этого момента, но теперь, когда он настал, почувствовал себя немного не в своей тарелке. Его первой реакцией была паника. С тех пор как он вернулся из ада, он затаил обиду, поставил на кон свою жизнь и чувствовал себя так, словно идёт по канату. Он был готов умереть в любой момент.

А то, что он скрывает... когда узнает, что он и есть Линь Ло? Если он узнает, что он Линь Ло, подумает  ли он, что я недостаточно честен? Повлияют ли наши отношения на выполнение его миссии?

Это было похоже на попытку решить головоломку, не имеющую решения.

После долгого молчания Шэнь Цзюньци заговорил хриплым и сдержанным голосом:

– Думаешь, ты знаешь меня достаточно хорошо?

У него было такое прошлое, он скрывал слишком много тайн и нёс слишком тяжёлое бремя.

- Думаю, я достаточно хорошо тебя знаю, — сказал Гу Яньчэнь, пристально глядя на неё. — И даже если сейчас я знаю тебя недостаточно хорошо, я смогу узнать тебя лучше в будущем.

Шэнь Цзюньци промолчал, не в силах понять смысл этих слов.

Увидев, что он долго молчит, Гу Яньчэнь почувствовал укол разочарования, хотя его голос оставался таким же ровным, как всегда:

- Всё в порядке, тебе не нужно торопиться с ответом. Я могу подождать.

Пока он говорил, Гу Яньчэнь переступил с ноги на ногу, собираясь развернуться и продолжить путь.

Но, когда он развернулся, Шэнь Цзюньци очнулся от своих раздумий. Поскольку он не мог найти ответ, он решил не думать об этом. В конце концов, его предсказания никогда не сбывались. Его сердце бешено колотилось, когда он протянул руку и схватил Гу Яньчэна за запястье.

Гу Яньчэнь остановился и обернулся, он с удивлением посмотрел на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци хотел ответить, но его прервал кашель, а сердце забилось чаще.

Гу Яньчэнь спросил:

- Могу я?..

Шэнь Цзюньци успокоил бешено колотящееся сердце и тихо сказал:

- Можешь… мы можем попробовать.

Раньше он не был уверен в своих чувствах к Гу Яньчэну, но ему так не хватало этого тепла. Он подавлял свои эмоции, но если он нравился Гу Яньчэну, то, ему стоит отпустить свои переживания. Поэтому его ответ был не «да» и не «нет», а выражением готовности попробовать. Это было похоже на то, как улитка медленно высовывает свои щупальца из раковины и осторожно тянется вперёд.

Как только он это сказал, магазины вокруг них внезапно осветились — электричество снова включили.

Свет упал на лицо Шэнь Цзюньци, и Гу Яньчэнь смог разглядеть его брови, ресницы прикрывающие глаза, и блеск в этих глазах.

После смерти Линь Сянлань и Линь Ло, Гу Яньчэнь чувствовал себя так, словно оказался в длинном тёмном туннеле и не знал, где выход.

Но в этот момент... Гу Яньчэнь почувствовал, как весь мир озарился светом.

Он обернулся, сделал шаг вперёд и обнял Шэнь Цзюньци. Они слышали сердцебиение друг друга, и их дыхание было так близко.

Гу Яньчэнь наклонился к уху Шэнь Цзюньци и тихо сказал:

- Спасибо, что дал мне этот шанс. Я буду стараться, чтобы наши отношения стали официальными.

Хотя было уже больше 10 вечера, в торговом центре всё ещё было много людей. Они спустились на лифте и на первом этаже увидели ряд игровых автоматов.

Гу Яньчэнь спросил:

- Хочешь поиграть в игровых автоматах?

В детстве Шэнь Цзюньци нечасто играл в автоматах, но сейчас ему было интересно. Вспомнив, как метко стрелял Гу Яньчэнь на ночном рынке, он спросил:

- А в игровых автоматах ты тоже хорош?

Гу Яньчэнь ответил:

- Я достойный игрок. Но я уже много лет не играл.

Шэнь Цзюньци предположил, что, когда Гу Яньчэнь сказал «достойный», он, вероятно, имел в виду, что он очень опытный. Прямо сейчас детектив и судмедэксперт с детским восторгом стояли перед игровыми автоматами, готовые попробовать свои силы.

Гу Яньчэнь обменял несколько монет на жетоны, и позволил Шэнь Цзюньци сделать первый ход.

Шэнь Цзюньци казалось, что коробка, полная кукол, похожа на человеческое тело, наполненное органами. Он попытался взять маленькую плюшевую игрушку. Раньше он только наблюдал за тем, как играют другие, поэтому ему не хватало тактильных ощущений, и он быстро потерпел неудачу, потратив ход впустую.

Гу Яньчэнь решил продемонстрировать. Он спокойно объяснил Шэнь Цзюньци:

- Чтобы играть на этих автоматах, нужно уметь ими пользоваться. Когда захват опускается, нужно точно прицелиться. Обычно силы захвата недостаточно, чтобы удержать вес игрушки, поэтому нужно использовать инерцию…

Машина с клешнями внезапно подчинилась ему и ловко подцепила плюшевую лисичку. Пока Гу Яньчэнь говорил, машина издала скрипучий звук, и плюшевая игрушка упала.

Похоже, он неплохо управлялся с механическими вещами, казалось, они оживали в его руках. Снайперские винтовки, машины с клешнями — всё то - же самое.

Наблюдая за тем, как Гу Яньчэнь с лёгкостью добивается успеха, Шэнь Цзюньци понял, что его попытка была совсем не такой. Но он был умным, и благодаря ловким рукам и сообразительности после ещё одной тренировки он добился прогресса. Ему удалось схватить игрушку, но, к сожалению, она упала очень близко к выходу.

Вздохнув, Шэнь Цзюньци отошёл в сторону.

- Играй ты, я просто трачу жетоны впустую.

Гу Яньчэнь сказал:

- Попробуй ещё раз. Если не получится, я тебе помогу.

Шэнь Цзюньци попробовал ещё раз, и, когда игра подходила к концу, Гу Яньчэнь слегка подтолкнул джойстик.

Шэнь Цзюньци почувствовал, как его тёплая рука накрыла его руку, пока они вместе управляли игрой. Шэнь Цзюньци даже почувствовал мозоли от оружия.

Шэнь Цзюньци нажал на кнопку, и игрушка опасно упала, но приземлилась точно в цель. Действуя сообща, они, смогли схватить игрушку.

Гу Яньчэнь взял две игрушки и протянул одну Шэнь Цзюньци со словами:

- По одной каждому.

Шэнь Цзюньци взял игрушку и положил её в сумку.

Всякий раз, когда они были вместе с Гу Яньчэном, тот дарил ему разные подарки. От игрушечного поезда до Пикачу, а теперь ещё и эти плюшевые игрушки — он любил их все.

Пока они шли, Шэнь Цзюньци спросил:

- Капитан Гу, когда ты научился этому приёму?

Гу Яньчэнь ответил:

- Я тренировался из-за мамы. Когда она была молодой, ей нравилось пробовать все новое. В то время эти автоматы были не так распространены, но она их любила. Она всегда таскала меня с собой, используя мою любовь к ним как предлог, чтобы поиграть. Я знал, что она расстроится, если не сможет схватить игрушку, и обрадуется, если сможет. Поэтому я копил деньги с завтраков и тайком ходил тренироваться. Я так хорошо научился, что владельцы магазинов чуть не запретили мне приходить.

Гу Яньчэнь рассказал несколько историй из своего детства. Раньше Гу Яньчэнь редко говорил о своей семье или детстве. Но сейчас он открылся.

Шэнь Цзюньци понимал, что Гу Яньчэнь, выросший с матерью, совершенно не похож на него, выросшего без матери. Он был не по годам зрелым, что одновременно восхищало и трогало его.

Оглядываясь назад, можно сказать, что сдержанное поведение Гу Яньчэна, вероятно, было связано с его детским опытом. Он был зрелым, независимым и ответственным с юных лет, охотно помогал по дому и стал опорой для своей матери.

Пока они разговаривали, Шэнь Цзюньци кое-что вспомнил.

Когда Линь Сянлань был ещё жив, он часто упоминал при нём Гу Яньчэна.

Однажды, не выдержав, он спросил Линь Сянланя:

- Неужели Гу Яньчэнь настолько лучше меня?

Линь Сянлань задумался и сравнил его с солнцем:

- Гу Яньчэнь подобен звезде с фиксированной и стабильной орбитой, как у солнца. Куда бы ты ни посмотрел, ты увидишь яркое солнце. Что касается тебя, то ты подобен планете с неопределённой орбитой, непредсказуемой. Если ты не будешь осторожен, никто не знает, где ты окажешься.

Тогда он обиделся и думал, что Линь Сянлань снова хвалит Гу Яньчэна. Но теперь, вспомнив его слова, он понял, что, в них есть доля правды.

Они подошли к выходу из торгового центра, и Шэнь Цзюньци заметил, что пока они смотрели фильм, пошёл дождь. Дождь был достаточно сильный, с нотками осенней прохлады, и дул ветер. Хотя торговый центр находился близко к их дому, если бы они побежали обратно без зонта, то наверняка промокли бы насквозь.

Гу Яньчэнь огляделся и понял, что супермаркеты уже закрыты, но недалеко от метро, примерно в десяти метрах, стоят киоски, где продают зонты.

Люди, выходящие из метро, толпятся вокруг продавцов, пытаясь ухватить оставшиеся зонты. Похоже, их осталось немного.

Гу Яньчэнь передал свою сумку и куклу Шэнь Цзюньци:

- Подожди меня здесь, я пойду куплю зонт.

Не дожидаясь ответа Шэнь Цзюньци, он развернулся и побежал под дождь. Шэнь Цзюньци положил сумку с куклой в большой пакет и стал ждать Гу Яньчэна.

Это была чёрная сумка детектива, которую Гу Яньчэнь обычно брал с собой во время расследований. В ней хранились документы и необходимые вещи.

Ожидая возвращения Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци вдруг почувствовал, как кто-то крепко обнял его за талию.

Детский голос воскликнул:

- Папа, я тебя нашёл!

Одной рукой придерживая вещи, Шэнь Цзюньци инстинктивно схватил ребёнка за запястье и настороженно обернулся. На ребёнке была шапка, закрывавшая половину лица. Похоже, он принял Шэнь Цзюньци за кого-то другого и, поняв, что это незнакомец, быстро отпустил его руку.

В этот момент из торгового центра выбежал мужчина в маске и оттащил ребёнка, извиняясь:

- Простите, из-за дождя здесь многолюдно, мой сын принял вас за меня.

Сказав это, он потянул ребёнка за собой:

- Быстро извинись перед дядей.

Ребёнок опустил голову, полностью спрятав лицо под полями шляпы, и детским голосом сказал Шэнь Цзюньци:

- Простите.

Ничего особенного не произошло, и Шэнь Цзюньци не придал этому особого значения.

После того как отец и сын извинились, они быстро ушли. Когда они ушли, Шэнь Цзюньци нахмурился, почувствовав, что что-то не так, но не мог понять, что именно.

На мужчине была маска, на ребёнке — шляпа, оба были в тени, поэтому, когда Шэнь Цзюньци попытался вспомнить их лица, у него ничего не вышло. Он обернулся, чтобы их найти, но не нашёл и следа.

В это время вернулся Гу Яньчэнь. Он заметил необычное выражение лица Шэнь Цзюньци и стряхнул с него капли воды, спросив:

- Что случилось?

- Ничего, — Шэнь Цзюньци отвернулся и сказал: — Ребёнок принял меня за своего отца, а потом пришёл его отец.

Гу Яньчэнь видел, как Шэнь Цзюньци разговаривал с этим мужчиной, но не придал этому особого значения.

- Пойдём домой. К сожалению, я немного опоздал, и остался только один зонт…

Дождь был слишком сильным, и, поскольку он бегал под дождем, то был мокрым по грудь, и с его волос капала вода.

Шэнь Цзюньци достал салфетку, чтобы вытереть его. Его взгляд невольно упал вниз на рельефное тело, под мокрой, прилипшей  одеждой.

Увидев ошеломлённое выражение лица Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь с любопытством спросил:

- Цзюньци, на что ты смотришь?

Шэнь Цзюньци отвёл взгляд, не заметив, что Гу Яньчэнь изменил форму обращения к нему.

- …Что ты только что сказал?

Гу Яньчэнь раскрыл зонт, который держал в руках:

- Зонт только один. Подойди ближе, чтобы не промокнуть.

Шэнь Цзюньци кивнул и последовал с Гу Яньчэном под дождь.

Ветер и дождь были сильными, и как только они вышли под дождь, они поняли, что льет как из ведра.

Шэнь Цзюньци чувствовал, как дождь намочил его брюки, и вскоре все, что ниже пояса промокло насквозь.

Зонт был достаточно большим, чтобы прикрыть их головы и верхнюю часть тела, однако одного зонта на двоих было недостаточно, и Гу Яньчэнь полностью наклонил зонт над головой Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци подтолкнул зонт в сторону Гу Яньчэна:

- Капитан Гу, твой зонт слишком сильно накренился.

Гу Яньчэнь обнял Шэнь Цзюньци за плечи:

- Тогда подойди ближе, вместе мы не промокнем.

Шэнь Цзюньци позволил ему обнять себя и ускорил шаг, опустив голову. От Гу Яньчэна исходил чистый и приятный запах. Его одежда была влажной и слегка прохладной, но руки были тёплыми и это тепло его успокаивало.

Снаружи бушевали ветер с дождем, но под этим зонтом было тепло и тихо.

Шэнь Цзюньци опустил взгляд и посмотрел на талию и живот Гу Яньчэна. Он слишком хорошо знал строение этого места, это была профессиональная болезнь.

Наружная косая мышца имеет восемь мышечных зубцов, соответствующих восьми рёбрам. Внутренняя косая мышца имеет веерообразную форму, а прямая мышца живота поддерживает давление в брюшной полости, слегка сокращаясь при дыхании. Влагалище прямой мышцы живота находится примерно на четыре-пять сантиметров ниже пупка, а под ним проходит белая линия живота — линия без кровеносных сосудов, идущая до лобкового симфиза…

Шэнь Цзюньци невольно опустил взгляд. Раньше он мог не отвлекаться. Но теперь, у него появилась какая-то связь с этим человеком.

Они добежали до дома, и Гу Яньчэнь закрыл зонт, пригладил волосы, и обернулся, он увидел, что Шэнь Цзюньци всё ещё смотрит на него.

Капитан Гу подошёл ближе:

- У тебя жар? Почему у тебя такое красное лицо?

Шэнь Цзюньци отвернулся и кашлянул:

- Наверное… стало жарко от бега……

Автору есть что сказать:

У командира Гу наконец-то появился шанс попробовать.

И мокрая одежда на теле во время дождя.

Покупая котенка в зоомагазине, они уже решили, что пол значения не имеет.

Контратака

Глава 79. Контратака

Ночь, квартира Шэнь Цзюньци.

Дождь сегодня был очень сильным. Несмотря на то, что Гу Яньчэнь всё это время закрывал его, его одежда сильно промокла. За окном была кромешная тьма. Дождь продолжал лить, стуча по оконному стеклу. Время от времени вдалеке раздавался шум проезжающих машин, стуча по дороге колёсами.

Шэнь Цзюньци взял свежую пижаму и направился в ванную. Когда он разделся, его кожа показалась ему немного бледной, а фигура — стройной, с хорошо очерченными мышцами. Это тело было молодым и красивым, если не считать мрачных шрамов на груди и животе, которые портил это изысканное произведение искусства.

Он повернул кран с горячей водой, и на него полилось тёпло, мгновенно разгоняя холод осеннего дождя.

Шэнь Цзюньци принял душ, размышляя о событиях этого вечера, которые до сих пор казались ему нереальными. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним начинали мелькать разные сцены.

Сцены из фильма, разговоры между ними, объятия Гу Яньчэна, момент под зонтом, когда они сблизились, и, наконец, ребёнок, который принял его за своего отца…

Внезапно он вспомнил, как сам потерялся в детстве.

Это случилось, когда ему было пять лет. Он не мог вспомнить точную причину, но Линь Сянлань велел ему оставаться на месте и ждать его. Но в толпе он принял чужого мужчину за отца и пошёл за ним. Только пройдя немного, он понял свою ошибку. При виде незнакомых лиц, снующих вокруг, его сердце словно рухнуло с огромной высоты.

Смятение и тревога от того, что он потерялся, радость от мысли, что он нашёл своего отца, и разочарование от осознания своей ошибки — всё это отразилось бы на ребёнке. Однако, если вспомнить, ребёнок, которого он встретил возле торгового центра, вёл себя спокойно и никак не проявлял своих эмоций.

В наполненной паром ванной Шэнь Цзюньци продолжал размышлять. Затем он вспомнил о втором подозрительном моменте. Они с предполагаемым отцом были совсем не похожи, у них были разные комплекции и рост, и даже цвет одежды отличался. Как ребёнок мог его принять за отца?

Затем возникло третье подозрение. Шэнь Цзюньци открыл глаза, окутанный паром. Он посмотрел на своё запястье, по которому стекала горячая вода, капая на ладонь. Внезапно Шэнь Цзюньци понял, в чём причина его замешательства. Когда ребёнок схватил его, он инстинктивно сжал его запястье.

Кости детской руки отличаются от костей взрослой руки. На рентгеновском снимке видно, что между костями запястья у ребёнка больше пространства, а также много хрящей. С возрастом и под влиянием гормонов эти хрящи превращаются во взрослые кости. Поэтому люди часто считают, что запястье у ребёнка более гибкое. Другие могут этого не замечать, но Шэнь Цзюньци, судебно-медицинский эксперт, препарировавший множество трупов, почувствовал разницу в костях, когда взял ребёнка за запястье.

Это было не запястье ребёнка! Если вспомнить, то, хотя ребёнок был не очень высоким и выглядел молодо, он... постоянно прятал лицо под шляпой, и его походка была не совсем естественной.

Шэнь Цзюньци подумал о такой возможности: весьма вероятно, что он был карликом без явных уродств, идиопатическим карликом, которого было трудно отличить от ребёнка. Учитывая это, всё, что произошло этой ночью, могло быть не случайностью, а намеренным планом. Возможно, за ними кто-то давно наблюдал: пока они ужинали, смотрели фильм, играли, эти люди могли находиться рядом с ними всё это время.

Какова была цель у этих людей? Они охотились за ним или за Гу Яньчэнем?

Шэнь Цзюньци проанализировал каждую деталь и насторожился.

Подумав об этом, Шэнь Цзюньци даже не стал сушить волосы. Он поспешно вытерся, надел пижаму и открыл дверь ванной.

Сначала он проверил одежду, в которой был прошлой ночью, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

Затем он открыл дверь в соседнюю квартиру.

Шэнь Цзюньци позвал:

- Капитан Гу…

Внутри никто не ответил.

Свет был включен, а мокрая одежда Гу Яньчэна была сложена в корзину для белья у двери. Обогреватель в ванной все еще работал, и было слышно, как капает вода, — значит, Гу Яньчэнь еще не закончил принимать ванну. Шторы на балконе были задернуты, но внутренний слой был раздвинут.

Улян проснулся, большая собака встрепенулась и вскочила на ноги. Сквозь стекло он увидел Шэнь Цзюньци и завилял хвостом.

Шэнь Цзюньци жестом велел Уляну вести себя тихо.

Следуя привычкам Гу Яньчэна, он быстро огляделся и нашёл его полицейскую сумку на диване, где тот обычно её оставлял. Поразмыслив немного, стоит ли открывать её в отсутствие Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци решил этого не делать.

Вместо этого он ощупал сумку и нашёл что-то во внешнем кармане. Он достал это. Это была маленькая конфета в яркой обёртке.

Это явно было не то, что Гу Яньчэнь стал бы носить с собой.

Шэнь Цзюньци уставился на конфету, и выражение его лица стало серьёзным. Это было то, что карлик сунул ему в сумку, когда подошёл. Он уже догадался, что это может быть. Если бы кто-то другой нашёл это в сумке Гу Яньчэна, было бы сложно объяснить. Если бы он по ошибке принял это за конфету и съел, всё могло бы обернуться ещё хуже.

Гу Яньчэнь открыл дверь ванной. Он вышел из душа, вытирая волосы, и сразу заметил Шэнь Цзюньци, сидящего на диване.

- Ты уже принял душ?

Гу Яньчэнь немного удивился его внезапному появлению. Он уже собирался спросить Шэнь Цзюньци, почему у него волосы ещё мокрые, но тут заметил, что Шэнь Цзюньци держит в руке, а рядом лежит сумка, и выражение лица у Шэнь Цзюньци непривычно серьёзное.

Детектив Гу быстро уловил суть.

Возвращаясь от метро, он увидел мужчину и ребёнка, которые разговаривали с Шэнь Цзюньци. Он сразу вспомнил об этом.

Нахмурившись, Гу Яньчэнь спросил:

- Эта штука… её оставил в моей сумке тот ребёнок?

Шэнь Цзюньци кивнул, а затем поправил:

- Не ребёнок. Возможно, это был карлик.

Гу Яньчэнь взял предмет из рук Шэнь Цзюньци. Он был лёгким, и если бы его увидел обычный человек, он бы подумал, что это конфета. Если бы кто-то вдруг обнаружил это в сумке, он бы решил, что это детская шалость или что кто-то положил конфету.

Гу Яньчэнь тоже сделал ход. Он улыбнулся, отложил предмет в сторону и сфотографировал его на телефон. Он сохранял спокойствие и быстро разрабатывал стратегию.

- Возможно, кто-то из участников предыдущего дела хочет отомстить. К счастью, ты был достаточно осторожен, чтобы это заметить.

Шэнь Цзюньци заметил:

- Эта тактика не отличается сложностью.

Гу Яньчэнь ответил:

- Простая тактика иногда бывает эффективной. Сегодня они подбросили наркотики в твой рюкзак, завтра — привлекут красотку, которая заявит, что у тебя беспорядочная личная жизнь, послезавтра — кража и обвинение в разглашении информации. От подлых тактик трудно защититься.

Кое-что из того, о чём он говорил, действительно происходило в городском бюро раньше.

Несколько лет назад пожилой мужчина пришёл к старому полицейскому домой с кучей подарков, заявив, что благодарен старику за то, что тот раскрыл дело и восстановил доброе имя его сына. Старик был так благодарен, что даже встал перед полицейским на колени. Полицейский почувствовал, что благодарность мужчины искренняя, поэтому попросил его забрать все подарки, но после недолгих уговоров символически оставил себе коробку молока.

Несколько дней спустя человек, который приносил молоко, официально обвинил старого полицейского в вымогательстве взятки под предлогом раскрытия дела. Когда коробку с молоком вскрыли, оказалось, что нижний слой молока был подменён, а внутрь были засунуты деньги. Старый полицейский не смог оправдаться, и был уволен.

Ли Чжуннань тоже становился объектом целенаправленных нападений, и с ним происходили подобные вещи. Быть хорошим полицейским — значит не бояться столкнуться с тьмой, но ещё сложнее постоянно быть начеку и защищать себя.

Если бы Шэнь Цзюньци не был так бдителен, это могло бы остаться незамеченным. Эта тактика была поверхностной, в ней не было даже полноценной цепочки доказательств. Он мог бы оспорить это и обелить своё имя. Но зачастую всё не так просто. Чем проще дело, тем больше в нём может быть сомнений.

Противник не надеялся, что его подставить с помощью этого неопознанного предмета. Но как только эту вещь на глазах у всех достанут, из его рюкзака, это запустит череду событий… Поверят ли его словам? Будет ли проведено расследование? Будут ли его коллеги и начальство по-прежнему доверять ему, как раньше? Поползут ли грязные слухи?

Разлад между людьми часто начинается из-за таких событий. Надо лишь, добавить немного обвинений. Сколько нужно доверия, чтобы противостоять давлению?

Сомнения могут постепенно разрушить человека, и даже его руководство будет подвергнуто стигматизации вместе с ним.

Для полицейского доверие было превыше всего. Хотя эти незначительные инциденты не приведут к летальному исходу, они могут запятнать репутацию офицера.

У начальства и коллег тоже может сложиться о нём плохое мнение. Специальный отдел по расследованию преступлений в настоящее время был в центре внимания, и в городском управлении на него смотрели с завистью. Если представится возможность, кто-нибудь обязательно ею воспользуется.

Подумав о возможных последствиях, Шэнь Цзюньци сказал:

- Эту вещь никто не должен найти.

Немного подумав, Гу Яньчэнь сказал:

- Возможно, есть способ получше…

Он встал.

- Я разберусь с этим. Позже мы обсудим нашу стратегию. А пока для тебя есть задание.

Шэнь Цзюньци серьёзно поднял голову.

- Какое задание?

Ожидая, пока Гу Яньчэнь даст ему задание, он размышлял о том, как поступить в этой ситуации.

Гу Яньчэнь достал чистое полотенце и накинул его на голову Шэнь Цзюньци.

- Твоя задача сейчас высушить волосы, чтобы не простудиться.

Когда Гу Яньчэнь стал вытирать полотенцем его мокрые волосы, он сразу успокоился. Он вдруг вспомнил аналогию между звёздами и планетами. Когда планета приближается к звезде, кажется, что она вот-вот попадёт в гравитационный захват.

Утром следующего дня сотрудники городского управления Биньчэна уже приступили к работе. Заявление полиции по делу об убийстве Ци Вэньхуэем своей матери вызвало ажиотаж в сети. К счастью, заявление полиция сделала вовремя.

Полиция начала расследование сразу же после инцидента. Ещё до того, как эта тема получила широкое обсуждение, полиция уже сделала заявление. В заявлении полиция ответила на все вопросы, поднятые пользователями сети. Факты были ясны, а доказательства убедительны.

Вскоре количество комментариев под аккаунтом «Мирный Биньчэнь» превысило десятки тысяч, а пользователи сети восторженно откликнулись.

- Свет справедливости озаряет землю.

- Реакция была быстрой. Нарушители спокойствия и подстрекатели не успевали за темпом. У них не было ни единого шанса.

- Дело закрыто. Молодцы, полиция Биньчэна!

- Ключевой момент заключался в том, что за совершение такого чудовищного преступления, как убийство собственной матери, лучшим наказанием является смертная казнь. Спасибо.

- Лучше не создавать публичный образ. Публичные образы обречены на провал. Интернет знаменитости, которые извлекают выгоду из своих образов, обычно не добиваются хороших результатов.

Следом СМИ опубликовали несколько образовательных материалов и интервью.

Руководство поблагодарило всех  за это дело. Директор Дин особо отметил в групповом чате работу Спецотдела, сказав:

- Специальный отдел по расследованию преступлений хорошо справился с этим делом. Цепочка доказательств ясна, показания исчерпывающие, и, что самое важное, дело было раскрыто быстро. Это значительно повышает доверие к полиции. Позже я отчитаюсь перед городом и подам заявку на поощрение.

Не прошло и пару часов, как к зданию отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями подъехала группа людей.

Гу Яньчэнь узнал их руководителя, это был заместитель директора отдела по борьбе с наркотиками Чжан Цихай, по званию на одну ступень выше Гу Яньчэна.

Чжан Цихай был серьёзен. Он привёл нескольких сотрудников отдела по борьбе с наркотиками, в офис специального отдела по борьбе с преступностью.

Гу Яньчэнь уже знал, что сегодня произойдёт нечто подобное, и даже подумал, что они немного опоздали. Даже если ему было безразлично, шоу должно продолжаться.

Гу Яньчэнь притворился удивлённым и спросил:

- Замдиректора Чжан, что привело вас сюда сегодня?»

Чжан Цихай, казалось, с трудом подбирал слова. Он поприветствовал Гу Яньчэна и сказал:

- Капитан Гу, прошлой ночью мы арестовали наркоторговца. По его словам, у него есть сообщник в городском бюро…

- Информатор? — спросил Гу Яньчэнь.

- На данный момент мы знаем только, что это может быть сотрудник отдела по расследованию преступлений. Поэтому я привел людей на разведку…

Тон Чжан Цихая был относительно вежливым.

Один из членов команды, стоявших рядом с ним, добавил:

- Директор Чжан… лучше провести обыск.

Гу Яньчэнь узнал говорившего, это был Е Чунь, пожилой сотрудник, из отдела по борьбе с наркотиками.

Гу Яньчэнь видел, что Чжан Цихай с трудом сдерживает гордость.

Гу Яньчэнь взял инициативу в свои руки и, сказал:

- Раз вы получили наводку, давайте проводите обыск. Нам здесь нечего скрывать.

Его слова прозвучали как раз тогда, когда Чжан Цихай немного расслабился:

- Мы уже проверили отдел уголовных расследований. Перед законом мы все равны.

Гу Яньчэнь кивнул.

- Понимаю, мы будем сотрудничать с вами.

Сказав это, он жестом велел Бай Мэн и Лу Ину отойти в сторону.

Чжан Цихай подал знак членам своей команды, чтобы они следовали за ним:

- Давайте поторопимся, чтобы не мешать работе отдела по расследованию особо тяжких преступлений и не устраивать беспорядок.

Сотрудники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков начали обыски.

Пока все занимались поисками, Е Чунь немного осмотрелся и потрогал сумку Гу Яньчэна. Порывшись в ней, он достал предмет, похожий на конфету, и показал Чжан Цихаю прошептав что-то ему на ухо.

Гу Яньчэнь наблюдал за этой сценой.

Выражение лица Чжан Цихая изменилось, и он подошёл к Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, где вы взяли эту штуку?

На лице Гу Яньчэна отразилось удивление.

- Разве это не просто конфета? Что не так?

Чжан Цихай сказал:

- Возможно, это новый вид наркотика под названием «Голубая тень». Вызывающий быстрое привыкание, опасный и очень редкий в городе.

Е Чунь, стоявший в стороне, тоже спросил:

- Капитан Гу, вам лучше объяснить, как эта штука оказалась у вас в сумке?!

После этих слов в кабинете воцарилась тишина, и остальные члены группы по борьбе с наркотиками прекратили свои поиски.

Гу Яньчэнь посмотрел на конфету.

- Разве это не просто конфета? Может, тебе стоит сначала проверить и убедиться, что всё в порядке, прежде чем делать выводы?

Но Е Чунь, похоже, был нетерпелив:

- Это действительно «Голубая Тень». Мы недавно проследили за её движением.

Поймав рыбу, Гу Яньчэнь перестал притворяться.

Он усмехнулся:

- Да неужели?

Он открыл ящик и достал коробку конфет.

- Если это «Голубая тень», то я с таким же успехом могу быть крупным наркобароном.

Выражение лица Чжан Цихая изменилось. Он отрыл коробку конфет. Внутри были конфеты в такой же упаковке.

Лу Ин, увидев это, тоже достала конфету из подставки для ручек.

- Может, вы ошиблись? Это же просто конфета? У меня тоже есть.

Пока они разговаривали, вошёл Шэнь Цзюньци в форме судмедэксперта.

- Почему сегодня здесь так много людей?

Лу Ин увидел его и сказал:

- Доктор Шэнь, пожалуйста, объясните. Заместитель директора Чжан нашёл в сумке капитана Гу конфету и утверждает, что это новый вид наркотика.

- Это что, новый вид наркотика?

Шэнь Цзюньци посмотрел на то, что держал в руках Чжан Цихай.

- Забавно, у меня тоже есть такие.

Говоря это, он достал из кармана несколько конфет. Он развернул одну из них и положил в рот, а другую протянул члену команды.

- Хочешь проверить их?

Чжан Цихай изменился в лице:

- Где ты взял эти конфеты?

Не так давно Чжан Цихай узнал о новом наркотике, и во всём городе было конфисковано всего несколько доз. Они ещё не до конца разобрались в этом веществе. Неужели это действительно просто конфеты?

В этот момент за дверью кабинета раздался голос:

- Я купил их и раздал всем.

В кабинет вошёл директор Дин, глава городского бюро. На лице директора Дина было написано недовольство, когда он заговорил:

- Несколько дней назад, когда я ходил за сладостями для своей дочери, я случайно прихватил несколько упаковок импортных конфет. Я принёс их сюда и раздал всем.

Войдя в кабинет, глава бюро велел Лу Ину:

- Закрой дверь.

Лу Ин быстренько закрыл дверь.

Оценив ситуацию, директор Дин сел на диван в кабинете отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Сотрудники спецотдела и сотрудники наркоконтроля разошлись в разные стороны.

На самом деле после того, как Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вчера обнаружили конфету, они сообщили об этом директору Дину и начали готовиться. Они даже поискали информацию в интернете. Гу Яньчэнь выяснил, что этот новый вид наркотика был импортирован из-за границы. Чтобы не вызывать подозрений, наркотики были упакованы как слегка изменённая версия уже существующих конфет.

Оригинальная конфета называлась Li Kui, а новый препарат — Li Gui. Без тщательного изучения их было сложно отличить друг от друга.

Гу Яньчэнь связался с поставщиком и за одну ночь приобрёл большое количество конфет, что и привело к нынешней ситуации.

Инсценировка обыска и досмотра была заранее подготовлена, и Бай Мэн всё записала. Среди этих людей тот, кто вызывал наибольшие подозрения и первым нашёл конфету в сумке, скорее всего, был агентом противника в городском бюро.

Е Чунь, заранее знал, что лежит в сумке. Будучи осведомленным, он был абсолютно уверен, что нашёл наркотики.

Директор Дин откашлялся и сказал:

- Чжан, я понимаю, как много вы работаете в отделе по борьбе с наркотиками, но когда дело доходит до проверки внутренних отделов, вам всё равно нужно ставить меня в известность. При расследовании, помимо сбора улик, вы должны выстроить полную доказательную базу. Приходить без предупреждения, основываясь на расплывчатой информации, и предполагать, что настоящая конфета — это наркотик, не задавая вопросов при всех, крайне неуместно. Я понимаю, что вы беспокоились о возможности реальной ситуации и что кто-то мог подготовиться заранее, поэтому и устроили внезапную проверку. Все сотрудники Спецотдела прошли тщательную проверку перед тем, как приступить к работе. С этими людьми проблем не может быть. Я могу это гарантировать.

Чжан Цихай опустил голову:

- Я понял.

Директор Дин продолжил:

- Я верю в то, что нужно поощрять заслуги и наказывать за проступки. Мы не должны выносить неправомерные приговоры, которые могут вселить страх в сердца тех, кто заслуживает поощрения. Эти конфеты имеются в розничной продаже. Прежде чем проводить обыск, следует все выяснить и провести исследования, что бы быть уверенными, что это наркотики. Давайте начнём с извинений перед капитаном Гу.

Чжан Цихай совершил ошибку, он поддался на провокацию, поверив своим подчинённым, что привело к этому инциденту.

Он извинился:

- Капитан Гу, прошу прощения, это наша ошибка.

Гу Яньчэнь был очень великодушен:

- На самом деле в офисе больше дюжины таких конфет, и у каждого они лежат в ящике стола. Вы совершенно случайно нашли ту, что лежала  у меня в сумке.

Сотрудники отдела по борьбе с наркотиками только приступили к поискам и еще не успели все осмотреть. После этих слов все посмотрели на Е Чуна.

Е Чунь побледнел и отступил назад, чувствуя себя виноватым, спрятался за спинами.

Директор Дин продолжил:

- Даже если кто-то из отдела по расследованию преступлений тайно связан с наркоторговцами и выступает в роли их покровителя, он не стал бы приносить наркотики в городское управление общественной безопасности и ждать, пока вы придёте и начнёте обыск. Как и в сегодняшнем случае, вы получили наводку, и пришли, не разобравшись в ситуации, приняли настоящую конфету за наркотик и начали задавать вопросы, ничего не объясняя. Здесь есть серьёзные проблемы. С таким мышлением ты не только не сможешь хорошо выполнять свою работу, но и легко станешь жертвой тех, кто преследует скрытые мотивы и использует тебя как пешку. Чжан Цихай, если бы кто-то положил такую вещь тебе в карман или сумку и сообщил мне, что хочет от тебя избавиться, я бы обыскал тебя и нашёл её. Как бы ты защищался?

Директор Дин критиковал их, используя как слова, так и жесты. Сотрудники отдела по борьбе с наркотиками молчали.

Директор Дин закончил свою речь, а затем сменил тему:

- Конечно, я поддерживаю работу по борьбе с наркотиками. Запрет на наркотики, расследования и задержания — главные приоритеты нашего городского управления. Чтобы избежать возможных проблем, вам всё равно следует сдать эти конфеты на анализ. Кроме того, недавно в городском управлении был проведён единый тест на содержание наркотиков в моче. Мы проведём проверку ключевых сотрудников, чтобы предотвратить любое сотрудничество с преступниками.

Чжан Цихай сказал:

- Директор Дин, раз эти конфеты были куплены вами, они не могут быть связаны с наркотиками. Мы не будем брать их на анализ. Мы вернёмся и тщательно изучим новый наркотик, чтобы безошибочно отличать его от  настоящих конфет. Мы также усилим контроль сотрудников.

Лу Ин сказал:

- Возьмите их на экспертизу. Если станет известно, что в нашем отделе по борьбе с особо тяжкими преступлениями что-то нашли, нам будет сложно обелить своё имя.

Чжан Цихай взял несколько конфет:

- Тогда мы возьмём несколько штук случайной выборкой. Это будет служить образцом для исследования. Сегодняшний инцидент был недоразумением. Я попрошу своих подчинённых не говорить лишнего.

Поскольку из-за этой ситуации обе стороны потеряли лицо, директор Дин решил закрыть дверь.

Решив, что вопрос решён, начальник бюро встал:

- Чжан, пойдём со мной в кабинет. Остальные, возвращайтесь к работе.

Директор Дин и Чжан Цихай ушли вместе, за ними вышли сотрудники отдела по борьбе с наркотиками.

Шэнь Цзюньци сделал несколько шагов вперёд, не сводя глаз с Е Чуна.

Хотя директор Дин ничего не сказал ему лично, он обязательно проведёт расследование и разберётся с этим человеком позже. Его действия влекут за собой последствия. Эта ситуация устранила одно препятствие для них, и это было хорошо.

Гу Яньчэнь напомнил своим подчинённым, что нужно внимательно следить за происходящим вокруг и не позволять другим использовать себя в своих интересах.

Он повернулся к Шэнь Цзюньци, и спросил:

- Конфеты вкусные?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Очень сладкие.

Он протянул одну конфету Гу Яньчэну. Тот взял конфету, развернул её и положил в рот, наслаждаясь сладким вкусом.

Поздним вечером, спустя несколько дней, на роскошной вилле, расположенной в восточном районе Биньчэна.

Хо Лэй была одета в платье с открытой спиной, которое подчёркивало её пышные формы в свете софитов. На вилле было тихо, пока она красила губы перед большим зеркалом. Рядом с ней молодой человек отчитывался о проделанной работе.

Когда Хо Лэй услышала, что Е Чуна уволили и что в отношении него ведётся следствие, её рука задрожала, и помада вокруг рта размазалась, став похожей на пятна крови. Она остановилась, повернулась и без предупреждения ударила молодого человека по лицу.

Пощёчина громко прозвучала в тишине комнаты. У секретаря пошла кровь носом, и он застыл в шоке, и закрыл лицо руками.

Хо Лэй снова замахнулась, и мужчина инстинктивно напрягся, и в его глазах, когда он посмотрел на Хо Лэй, отразился страх.

- Бесполезный. Ты даже с такой мелочью не можешь справиться, — отругала его Хо Лэй, массируя руку и чувствуя лёгкую боль.

Она повернулась, взяла средство для снятия макияжа и стерла помаду. Вздохнув, она в гневе выбросила новую помаду в мусорное ведро.

В прошлом они часто устраняли преданных делу старых полицейских, используя подобные уловки, подрывая доверие и провоцируя беспорядки. Но очевидно, что этот метод больше не работает. Противники оказались более бдительными, чем они предполагали. На этот раз их план провалился и обернулся против них самих.

Она спросила:

- Е Чунь ведь не проболтается, правда?

Секретарь ответил:

- Этот человек похотлив и амбициозен. Он всегда был связан с определёнными женщинами. Он не скажет ничего, что могло бы нас скомпрометировать.

Хо Лэй успокоилась и открыла ящик, чтобы достать помаду другого оттенка. На этот раз она была ярко-красной, как свежая кровь.

Хо Лэй осталась довольна этим макияжем. Она посмотрела в зеркало, поправила причёску, взяла сумочку и собралась на ночную вечеринку.

Выходя, она сказала:

- Кажется, чтобы всё прошло гладко, нам нужно поручить эти грязные дела боссу Му.

Во время разговора, выражение её лица  становилось всё более холодным. У неё было предчувствие, что из-за этих людей может рухнуть всё здание. Она должна была остановить всё это, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Комментарии редактора:

Ой, какие же они умницы. Или умники? Неважно.

Ха… Нас голыми руками не возьмешь.

Пара трупов

Том 6. Искусство психологической войны

Глава 80. Двойные трупы

В городском бюро Биньчэна шел ещё один рабочий день, и время приближалось к обеду.

В последнее время погода начала меняться на осеннюю, но по климату это было самое непредсказуемое время года. Иногда из-за внезапного дождя температура падала более чем на десять градусов, а в другие дни палило солнце, и становилось невыносимо жарко, даже хуже, чем летом.

В последние дни было довольно жарко, температура поднималась до тридцати градусов по Цельсию.

Шэнь Цзюньци  спал в комнате отдыха. Ему, похоже, снился какой-то жуткий сон, в котором он находился на месте преступления и осматривал лежащее перед ним тело. Труп был необычным — это был мальчик. Самым жутким было то, что труп лежал в небольшой холщовой дорожной сумке. Сумка была крошечной, и казалось, что мальчик был зажат внутри, как будто его сложили пополам, и места больше не осталось.

Он проводил обычное вскрытие, как вдруг бледный мальчик открыл глаза и уставился прямо на него. Шэнь Цзюньци вздрогнул и, опустив голову, заметил красный цветок, распустившийся на его белой докторской униформе. Цветок был большим и пышным. Шэнь Цзюньци попытался сорвать его, но понял, что стебель связан с его сердцем, а ярко-красный цвет — это его кровь. Крови текло слишком много, цветок не мог впитать её всю, он уже был насыщен, и излишки крови стекали по его одежде.

Шэнь Цзюньци пытался понять, что происходит, но его тело словно опутывали нити, не давая пошевелиться. По его ноге скользнула змея, её клыки блеснули, направляясь к цветку на его груди…

Шэнь Цзюньци очнулся от этого кошмара и резко открыл глаза. Перед глазами всё поплыло, пространство исказилось, а затем постепенно вернулось в норму, и он увидел белый потолок.

Шэнь Цзюньци проверил телефон, похоже, его внутренние часы спасли его, и он проснулся вовремя. Он поправил одежду, встал и пошёл в кабинет, где Ци Иань готовил набор для расследования.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Отправляемся на задание? Почему ты меня не разбудил?

Ци Иань ответил:

- Капитан Гу сказал, что до конца обеденного перерыва осталось несколько минут, и я уже все подготовил. Мы планировали разбудить вас позже.

Шэнь Цзюньци не стал углубляться в эту тему, он заметил, что Ци Иань готовит два набора инструментов.

- Что за дело? Несколько трупов?

- Там два трупа, лежат уже несколько дней, — сказал Ци Иань. — Капитан Гу попросил нас узнать, есть ли еще свободные судмедэксперты.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я узнаю у них.

Сказав это, он кое-что вспомнил, открыл ящик стола, достал простые очки и надел их.

В большой прозекторской работали только доктор Лю и интерн Сун Цяньчэн.

Сун Цяньчэн осторожно достал высохшие тазовые кости и передал их доктору Лю. Этот безымянный скелет был найден вчера в пригороде, и предварительная причина смерти, самоубийство через повешение. Кости сильно разложились, возраст, и личность погибшего ещё предстоит установить.

Лю Шужун соединил две тазовые кости, издав тихий скрежещущий звук. Эти две кости были похожи на маленькие бледно-серые ракушки. Это был важный этап в судебной антропологии для определения возраста умершего и один из самых точных способов его оценки.

Лю Шужун проводил измерения и объяснял Сун Цяньчэну:

- Видишь, угол соединения тазовых костей V-образный, а не U-образный, что указывает на то, что жертва мужчина.

Сун Цяньчэн делал пометки и ждал, пока Лю Шужун определит возраст жертвы.

Лю Шужун надел перчатки и внимательно осмотрел кости. На их поверхности были видны следы износа и мелкие поры, похожие на соты.

Он указал на кости Сун Цяньчэну:

- С возрастом поверхность костей становится более гладкой. Степень износа позволяет предположить, что умерший был средних лет. Что касается конкретного возраста, нам нужно его вычислить. Ты помнишь формулу?

Сун Цяньчэн молча, подошёл к доске в кабинете и записал ряд формул от X1 до X8. Каждое значение соответствовало определённому параметру.

Лю Шужун удовлетворенно кивнул.

- Молодец, запомни это. Подержи это для меня.

Они вдвоем начали измерять и заполнять таблицу. В кабинете было тихо, только слышно, как ручка скребет по доске.

Шэнь Цзюньци подошёл к двери кабинета, постучал и спросил Сун Цяньчэна:

- Сяо Сун, ты занят во второй половине дня? В отделе по расследованию особо тяжких преступлений не хватает сотрудников, и им нужна помощь вашего отдела.

Шэнь Цзюньци был похож на врача одетый в белую униформу и в очках.

Лю Шужун был близок к определению возраста, он обернулся, нахмурив брови.

Доктор Лю не хотел отпускать Сун Цяньчэна:

- Доктор Шэнь, разве у вас мало высокооплачиваемых судмедэкспертов, которые могли бы вам помочь?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Было найдено два тела.

Поскольку ему нужно было одновременно работать с несколькими трупами, и требовалась помощь с транспортировкой, он пришёл за помощью к ним.

Сун Цяньчэн держал в руках две кости и потянулся, чтобы их положить, собираясь уйти, когда заметил недовольное выражение лица доктора Лю.

Он вернул руки с костями и сказал:

- Мы с доктором Лю подсчитываем возраст костей… Скоро закончим…

Две жизни — это, безусловно, серьёзный случай, и Лю Шужун не осмелился возразить, но в его расчётах наступил критический момент.

Он быстро начал писать на доске.

- Всего пять минут, нет, три минуты, и всё будет готово.

Пока Лю Шужун работал, Шэнь Цзюньци не хотел ставить его в неловкое положение. Но, развернувшись, чтобы уйти, он увидел сообщение, от Гу Яньчэна, и вернулся.

- Доктор Лю, у нас мало времени. Ци Иань уже собрал вещи и спустился вниз.

Один он мог подождать, но не стоило заставлять всех ждать в машине.

Шэнь Цзюньци посмотрел на то, что держал в руках Сун Цяньчэн…

- Область соединения тазовых костей?

Он подошёл, взглянул и сказал:

- Мужчина, 47 лет, погрешность возраста ±1 год.

Сун Цяньчэн пребывал в оцепенении, и Шэнь Цзюньци указал на бланк на соседнем столе:

- Поторопись и заполни его. Нам пора идти, машина ждёт.

- О, сейчас…

Сун Цяньчэн наконец-то решил свою дилемму, радостно отложил кости в сторону, заполнил анкету и последовал за Шэнь Цзюньци.

- Доктор Шэнь, как вы это вычислили?

— Опыт, — быстро ответил Шэнь Цзюньци. — В бюро судебно-медицинской экспертизы есть пластиковые модели, представляющие различные возрастные группы, которые гораздо удобнее исследовать, чем использовать расчёты.

Выражение лица Сун Цяньчэна становилось всё более озадаченным, как будто он хотел сказать: «Он что, пытается меня учить?!»

Младший судмедэксперт растерялся и чуть не расплакался.

- Какая разница между костями в разном возрасте? Как это можно запомнить?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Даже если вы плохо запоминаете, существуют стандартные формулы в Excel. Просто введите значения, и вы сможете делать выводы без необходимости каждый раз проводить вычисления.

Они болтали всю дорогу.

В это время в кабинете судмедэксперта тишину, нарушало недовольное ворчание Лю Шужуна. Доктор Лю глубоко вздохнул, отбросил все посторонние мысли и продолжил писать на доске формулу. Он окончил университет несколько лет назад, и его преподаватель был старомоден в своих взглядах, считая, что эта формула — самый точный метод расчёта.

И вот на доске появились итоги расчетов, он перестал писать, нахмурился и выругался:

- Чёрт, а действительно 47…

Машина отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями ждала внизу. Как только Шэнь Цзюньци и Сун Цяньчэн спустились, они сели в машину и уехали. Гу Яньчэнь сидел у окна, рядом с ним было свободное место, и Шэнь Цзюньци инстинктивно сел рядом.

Гу Яньчэнь взглянул на него и сказал:

- Ты носишь очки?

Он сделал паузу и не смог удержаться, чтобы не бросить ещё взгляд.

- Форма твоего лица хорошо сочетается с очками…

Хотя Шэнь Цзюньци обычно держался отстранённо, черты его лица были утончёнными и привлекательными. Гу Яньчэнь предполагал, что в очках он будет выглядеть культурным и утончённым. Но он не ожидал, что тот будет выглядеть совершенно по-другому и производить впечатление утончённого хулигана.

Шэнь Цзюньци поправил оправу своими изящными пальцами:

- Спасибо.

Гу Яньчэнь спросил:

- Чтобы лучше видеть?

- Это не линзы для коррекции зрения. Говорят, трупы пролежали там несколько дней.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Они для того, чтобы разложение не оказывало слишком сильного воздействия на глаза.

Гу Яньчэнь:

- ...

Шэнь Цзюньци не хотел надевать громоздкие защитные очки, которые могли бы повлиять на его зрение. Поэтому он просто надел обычные очки, чтобы хоть как-то защититься.

Сун Цяньчэн впервые работал в составе спецотдела. Он был немного взволнован.

Ци Иань был очень доволен сегодняшней ситуацией, потому что, он уже не самый зеленый сотрудник.

Бай Мэн откашлялась, включила компьютер и вкратце рассказала всем о деле.

- Этим делом занимался местный участок. Это произошло в элитном жилом комплексе. Коллеги жертвы несколько раз пытались связаться с ним, но, не дозвонившись, они отправились к нему домой и обнаружили, что он мёртв уже несколько дней.

Лу Ин, сидя за рулем, спросил:

- Ещё один богач? В чём причина на этот раз? Любовные интриги? Споры о наследстве?

- Не должно быть, — сказала Бай Мэн, — на этот раз жертвой стал хороший человек.

Лу Ин усмехнулся:

- В этом мире не так много людей, которых можно назвать «хорошими».

- И так получилось, что это он, — сказала Бай Мэн. — Погибший — Цзинь Юэвэнь, и его отец — Цзинь Шичан.

Как только это было сказано, в машине воцарилась тишина, и Ци Иань нахмурился:

- Это тот филантроп, Цзинь Юэвэнь?

Бай Мэн ответила:

- Да.

В интернете много статей о Цзинь Юэвэне.

Цзинь Юэвэнь был бизнесменом из Биньчэна, он занимался производством одежды. Однако известность ему принесла не его одежда, а благотворительная деятельность.

Доброта Цзинь Юэвэня проявлялась по-разному. В его компании по производству одежды работало много глухонемых людей с ограниченными возможностями, и он постоянно делал пожертвования. Информация о его пожертвованиях часто появлялась на различных краудфандинговых платформах. Он основал начальную школу «Надежда» и спонсировал малоимущих учеников, которые не могли позволить себе обучение, а также участвовал в ликвидации последствий стихийных бедствий, жертвуя деньги и материалы. Он добровольно отправлялся в пострадавшие от стихийных бедствий районы и участвовал в спасательных операциях.

Когда Цзинь Юэвэнь совершать такие поступки, некоторые люди критиковали его за показную набожность. Однако Цзинь Юэвэнь продолжал в том же духе, день за днём, год за годом, всегда стремясь помочь нуждающимся, как перед камерой, так и за её пределами. Его самоотверженность стала невыносимой для жены и в итоге привела к разводу.  Цзинь Юэвэнь так и не женился, всегда жил со своим престарелым отцом и больше никогда не заводил отношений.

В последние годы Цзинь Юэвэнь сотрудничал с фондом Penang Bin Ai, который занимался защитой окружающей среды, оказанием помощи, нуждающимся и сокращением разрыва в уровне благосостояния. Он часто участвовал в рекламных акциях фонда. В последний раз, когда Гу Яньчэнь видел его, Цзинь Юэвэнь участвовал в ликвидации последствий землетрясения. Теперь этот честный и добросердечный человек умер на своей вилле.

Ци Иань вздохнул:

- Это...

Он хотел сказать, что у хороших людей не бывает хороших концовок, но остановился.

Смерть такого человека наверняка привлечёт внимание общества. В интернете пока не так много новостных статей на эту тему, но уже появилось несколько случайных упоминаний. После того как все были проинформированы о деле, машина остановилась у входа в особняк Цинван. Название звучало величественно, и вход тоже был соответствующим. Весь комплекс был построен в китайском стиле. Все дворы представляли собой небольшие двухэтажные виллы, у каждой из которых были свои ворота и двор. Пейзаж состоял из павильонов, башен и воды.

Солнечный свет ослеплял, и, выйдя из машины, Гу Яньчэнь прищурился, осматривая окрестности, и они все вместе вошли внутрь.

Бай Мэн спросила:

- Возможно ли, что сюда проникли грабители?

Лу Ин покачал головой и выразил сомнение:

- В наши дни грабителей не так много, а вилла Цзинь Юэвэня — самая маленькая во всём комплексе. В ней не было никаких ремонтных работ. Если бы это были грабители, почему они выбрали именно его?

Вилла семьи Цзинь располагалась в юго-восточной части поместья, окружённая живой изгородью. Колючие растения высотой более двух метров окружали виллу, делая её неприступной. К ней вела только одна дорога, вымощенная с обеих сторон голубым камнем. Каждый камень был полметра в ширину и два метра в длину, очень прочный.

Осмотревшись, Гу Яньчэнь убедился, что убийца нацелился именно на Цзинь Юэвэня. Но как мог такой добросердечный человек, как Цзинь Юэвэнь, спровоцировать столь безжалостного врага?

Гу Яньчэнь привёл команду во двор семьи Цзинь. Там уже были местные полицейские и сотрудники управляющей компании, которые установили оцепление. Детективы из местного полицейского участка сидели на корточках у ворот.

Увидев их, усталые на вид детективы вздохнули с облегчением, капитан встал, чтобы поприветствовать Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь спросил начальника местного отделения полиции:

- Вы уже проверили внутри?

Капитан местного участка ответил:

- Да, мы все осмотрели. Один труп в гостиной на первом этаже, а другой — на лестнице. Там много крови, поэтому мы не решились ничего трогать. Мы ждали вас.

Гу Яньчэнь спросил:

- Вы получили записи с камер наблюдения?

Управляющий недвижимостью взял на себя инициативу и ответил:

- Да, мы работаем над этим. Несколько охранников из нашей службы безопасности недавно уволились, поэтому в последнее время у нас не хватает персонала. Что касается записей о посетителях и записей с камер наблюдения, мы их сортируем.

Бай Мэн нахмурилась и тихо пробормотала:

- Даже, несмотря на то, что на покупку дома было потрачено столько денег, он всё равно небезопасен.

Предполагалось, что в таких районах ведётся наблюдение в режиме реального времени и круглосуточно дежурит охрана, но о произошедшем стало известно только через несколько дней.

- Слова управляющего недвижимостью звучат красиво, но на самом деле в этом районе не хватает людей, а охранников так мало, что они даже не могут встретиться друг с другом, потому что ходят кругами. Они бы не стали тщательно проверять каждый дом, — усмехнулся Лу Ин, ведя детективов осматривать окрестности.

Шэнь Цзюньци, Ци Иань и Сун Цяньчэн были полностью экипированы, на них были защитные костюмы, бахилы, перчатки и маски. Они были готовы войти.

Шэнь Цзюньци не спешил заходить внутрь, он стоял у входа и смотрел через французские окна. Он напомнил своим помощникам:

- Сегодня надевайте двухслойные перчатки.

Хотя Ци Иань и Сун Цяньчэн не понимали почему, они послушно подчинились.

Сун Цяньчэн, который нечасто бывал на подобных осмотрах, проявил наибольший энтузиазм и вошёл первым.

Местные детективы уже были здесь, так что место происшествия точно не представляло опасности. Главные ворота были приоткрыты, и как только Сун Цяньчэн толкнул их и вошёл, он услышал жужжащий звук, и на него вылетел рой мух, застав его врасплох. Потом он почувствовал сильный и резкий запах. Хотя он был всего лишь стажёром, как судмедэксперт он имел дело со многими трупами. Он думал, что у него большой опыт, но запах, который он почувствовал, был невыносимым.

Сун Цяньчэн сделал вдох и тут же закашлялся. Запах был настолько сильным, что казалось, будто в воздухе витает дым. Из его глаз потекли слёзы, и ему показалось, что его желудок перевернулся. Трудно описать, насколько ужасным был этот запах. Как будто ты оказался на гигантской мусорной свалке или среди тухлой рыбы и креветок, которые несколько дней пролежали на солнце. По сравнению с этим запахом даже суп из консервированных сардин казался благоухающим.

Этот дискомфорт был сильнее физиологического сопротивления. Сун Цяньчэн был повержен, он прикрыл рот и выбежал с места преступления.

Детективы из местного полицейского участка стали свидетелями этой сцены и указали в сторону, сказав:

- Мусорный бак вон там.

Сун Цяньчэн успел добежать до него, и его вырвало всем, что он съел на обед.

Шэнь Цзюньци стоял в стороне, глядя на происходящее, и начал утешать Сун Цяньчэна:

- Это нормальная физиологическая реакция. Нет необходимости подавлять её.

Ци Иань кивнул и похлопал его по спине:

- Да, кто из судмедэкспертов не сталкивался с этим? Это испытание, через которое должны пройти все судмедэксперты. Ты привыкнешь к этому после нескольких выездов.

Шэнь Цзюньци сказал Ци Ианю:

- Первый этап наблюдения за местностью — самый важный. Сходи к машине и возьми в багажнике две маски, это немного поможет.

Сун Цяньчэн со слезами на глазах спросил:

- Доктор Шэнь, почему вы не дали  мне их раньше ...

Шэнь Цзюньци сочувственно посмотрел на него:

- Потому что первого стажера, которого я однажды привел, вырвало прямо в маску, когда он впервые увидел «гиганта» ...

Сун Цяньчэн,

- ...

Ци Иань достал из сундука маски и протянул одну Шэнь Цзюньци, но он махнул рукой:

- Отдай это Сун Цяньчэну и принеси ему воды.

Ци Иань спросил:

- Учитель, а как насчет вас?

Шэнь Цзюньци поправил очки и сказал:

- Пока мне это не нужно.

Бай Мэн стояла у входа и тоже чувствовала отвратительный запах. Ей казалось, что это самая неприятная сцена, с которой она когда-либо сталкивалась. Прикрыв нос, она спросила у Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, насколько плох труп? Почему так сильно воняет?

Шэнь Цзюньци слегка приподнял ресницы и сказал:

- Это легендарное явление Гиганта.

Осмотр

Глава 81. Осмотр

Во второй половине дня, при ярком солнечном свете, на территории виллы в поместье Цинван.

Сегодня было очень жарко, и из-за того, что кондиционер нельзя было включить для осмотра на месте, во всём доме было душно, как в парилке. Неприятный запах чувствовался по всюду, Лу Ин провёл детективов в бахилах на виллу. Затаив дыхание, они открыли окна, и запах стал немного слабее.

Все, кроме судмедэкспертов и тех, кто должен был обрабатывать улики на месте, держались на расстоянии, и были временно избавлены от воздействия газовой камеры.

Шэнь Цзюньци привёл судмедэкспертов на место преступления. Он предполагал, что труп сильно разложится, ведь с момента смерти прошло несколько дней.

Он был полностью готов к этому.

Труп внизу лежал лицом вниз. Судя по цвету волос, это был бывший магнат Цзинь Юэвэнь, а труп на лестнице — его отец, Цзинь Шичан.

Ци Иань был немного взволнован, это был первый раз, когда он увидел настоящего гиганта..

«Гигант» — профессиональный термин, о котором слышал каждый судмедэксперт, но не у всех была возможность увидеть его, особенно сейчас, когда есть современные средства мониторинга и интернет. Гигантские явления становятся всё более редким явлением.

Разложение тела — это процесс, а «гигантское явление» — его кульминация. Когда труп сильно разлагается, он раздувается, превращаясь в огромную бомбу, наполненную гнилостными газами, которые выходят из тела, источая невообразимую вонь. А на этой вилле было не одно, а два гигантских тела.

Это явно было место преступления, в доме царил беспорядок, стены, и пол были забрызганы кровью. Орудием убийства, скорее всего, был нож.

Шэнь Цзюньци опустился на колени рядом с телом Цзинь Юэвэня и начал внимательно изучать. Повсюду летали мухи, которых невозможно было отогнать.

Труп раздулся до предела и напоминал грузного мужчину весом более 90 килограммов или надутый воздушный шар. Его одежда лопнула, тело превратилось в гнилую массу, покрытую клоками ткани. Наручные часы прочно застряли на руке, добавляя жуткости этому зрелищу.

Ци Иань видел фотографии Цзинь Юэвэня, он не был толстым. Он не был красавцем, но черты его лица были правильными. Теперь его было не узнать.

Лицо покойного с зеленоватой кожей, полностью опухшее, с выпученными глазами, одно из которых вывалилось из глазницы, с вывернутыми наружу губами и распухшим языком, торчащим изо рта. Все тело выглядело как огромная зеленая масса. Это был настоящий пир для гнилостных бактерий и личинок.

Увидев это, Сун Цяньчэн прикрыл рот рукой и снова выбежал на улицу.

Ци Иань сделал несколько фотографий и дрожащими руками открыл блокнот.

Только Шэнь Цзюньци сохранял самообладание.

Он сказал:

- Посмотрите внимательно. Гигантские трупы — явление не такое уж частое.

По телу ползали белые личинки.

Шэнь Цзюньци сначала с помощью пинцета взял несколько личинок в разной степени развития, чтобы Ци Иань мог измерить их.

Если человек мёртв уже более трёх дней, то такие традиционные признаки, как трупные пятна и трупное окоченение, уже не могут служить надёжным основанием для определения времени смерти. Однако цикл роста этих личинок чрезвычайно постоянен, что становится важным основанием для определения точного времени смерти.

После подсчётов Шэнь Цзюньци сказал:

- Примерно пять дней прошло с момента смерти.

Затем судмедэксперты приступили к базовому осмотру. Шэнь Цзюньци по-прежнему руководил процессом, а Ци Иань делал записи:

- Труп мужчины, 48 лет, рост 1,78 метра, признаки гигантизма, грудь и живот вздуты, конечности распухли, видна венозная сеть, кожа на руках и ногах шелушится, гениталии распухли, во рту и ноздрях видны кровь и жидкость, явные признаки разложения…

Шэнь Цзюньци и Ци Иань вместе готовились перевернуть тело. Ци Иань колебался, прежде чем приложить силу. Он слышал от старших о том, как взорвался гигантский труп, и это зрелище можно описать только как ужасное. Если на человека попадут жидкости из тела, их будет крайне сложно смыть даже после нескольких попыток.

Ци Иань боялся, что этот труп может внезапно взорваться прямо на него.

Словно зная, о чём он думает, Шэнь Цзюньци сказал:

- Не волнуйся, у него ранение в живот, кишечник перерезан, он не взорвётся.

Как только Ци Иань расслабился, Шэнь Цзюньци указал на тело старика наверху лестницы.

- Если ты боишься, то тебе стоит беспокоиться о нём.

Ци Иань снова занервничал. Когда труп перевернули, Ци Иань наконец понял, почему запах был таким сильным. Внутренние органы вывалились наружу, кишечник был растянут, а из-за повышенного внутрибрюшного давления многие органы распухли и покрылись трупными жидкостями и зелёной пеной. При каждом движении из носа выползала маленькая белая личинка.

Шэнь Цзюньци осмотрел пятна крови на одежде трупа и определил характер ранений.

- Покойному нанесли один удар в спину и два в живот. Удар в спину пришёлся в область сердца, что привело к сильному кровотечению. Возможно, этот удар и стал причиной смерти… — вздохнул он.

- Как жаль.

Ци Иань спросил:

- Что случилось?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Из-за сильного разложения на теле не осталось следов. Если бы состояние тела было лучше, мы могли бы найти больше улик.

Шэнь Цзюньци перевернул тело, и кожа на нём начала отслаиваться. Не обращая на это внимания, он продолжил осмотр.

Судебного медика Сун Цяньчэна только что вырвало во второй раз, но он упрямо вернулся обратно. Увидев происходящее, он снова выбежал на улицу.

Осмотрев тело внизу, они пошли посмотреть на труп на верху лестницы.

Рана на шее указывала на то, что пожилой мужчина был убит ударом в горло. На лестнице виднелось веерообразное пятно крови.

Старику было почти семьдесят лет. Из-за большой кровопотери степень разложения его тела была немного лучше, чем у Цзинь Юэвэня, но его большой живот раздулся, как воздушный шар. При каждом их движении он мягко покачивался, как желе, напоминая гигантскую бомбу замедленного действия.

Осмотрев тело, Шэнь Цзюньци зафиксировал его положение, а затем быстро положили его в  мешок для трупов и отнесли в ожидающий снаружи катафалк.

Наконец-то запах в доме немного выветрился.

Поговорив с начальником отдела, Гу Яньчэнь тоже вошёл в дом. Он поморщился от запаха, но быстро привык к нему.

Лу Ин тоже вошёл, зажав нос, и повёл детективов на досмотр.

Семья Цзинь Юэвэня считалась богатой среди обычных людей, но в кругу магнатов она была незначительной. Обстановка в доме была не роскошной, а гораздо более простой и старой, чем в доме семьи Фан, в котором они побывали ранее. Мебель была простой и старой, а в нескольких видных местах стояли буддийские алтари. В холле стояла статуя Бога богатства, а чуть дальше — Бодхисаттвы Гуаньинь. Было видно, что им регулярно поклоняются.

Лу Ин сложил руки в молитвенном жесте.

- Даже этот Бодхисаттва не смог защитить его от этой беды…

Бай Мэн сморщила нос.

- Это всего лишь глиняная статуя. Даже если бы это был Гуань Гун, он не смог бы помочь ему в драке.

Шэнь Цзюньци не спешил уезжать с телом. Он вернулся на виллу и осмотрел оставшиеся пятна крови. Они с Ци Ианем провели несколько красных линий, имитирующих брызги крови. Так стало понятнее, где были нанесены удары, и как двигалось тело.

Гу Яньчэнь подошёл к нему и прошептал:

- Это ведь не те люди, правда?

После визита к Чжун Чжичуню Гу Яньчэнь сначала подумал, что это дело рук организатора, но увидев весь этот беспорядок, он решил, что эти люди не стали бы оставлять столько следов.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Трудно сказать.

Он предположил:

- Хотя крови много, она сконцентрирована. У Цзинь Юэвэня не было шансов спастись. И нет никаких признаков борьбы.

Гу Яньчэнь присел на корточки и внимательно осмотрелся.

- Кажется, на полу остались засохшие пятна от воды.

Шэнь Цзюньци пошёл на кухню, чтобы осмотреться. Его внимание сразу привлекли ножи на стойке.

Осмотрев их, он вышел и сказал Гу Яньчэну:

- Все ножи на месте, и лезвия не соответствуют ранам. Скорее всего, орудие убийства преступник принёс с собой.

Гу Яньчэнь снова обошёл дом, осматриваясь по сторонам. В доме не было следов обыска. На обеденном столе лежал кошелек с деньгами и банковскими картами. Судя по обстановке, это не было похоже на ограбление.

Обойдя дом, они повторили весь процесс от входа, пытаясь его воссоздать.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Цзинь Юэвэнь открыл дверь, впустил преступника в гостиную, прошёл в центр комнаты, где преступник достал нож и напал на него. Отец Цзинь Юэвэня услышал шум и спустился сверху, столкнулся с преступником на лестнице и был убит. Убив старика, преступник увидел, что Цзинь Юэвэнь, лёжа на полу, пытался позвонить в полицию. Преступник спустился вниз и ударил его ножом в спину...

Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

- Когда было совершено преступление?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Судя по скорости роста личинок и степени разложения тела, это произошло примерно пять дней назад. Чтобы определить точнее, нам нужно провести вскрытие.

- Это совпадает со временем, когда его коллеги не могли с ним связаться, — Гу Яньчэнь проверил прогноз погоды.

- Пять дней, назад был сильный ливень.

Это произошло в ту же ночь, когда они с Шэнь Цзюньци ходили в кино. Вероятно, именно в ту дождливую ночь кто-то постучал в дверь, и ничего не подозревающий Цзинь Юэвэнь открыл её, что привело к трагедии. Преступник быстро ушёл и бесследно растворился под дождем.

Проанализировав ход преступления, Гу Яньчэнь пришёл к выводу:

- Вероятно, это кто-то из знакомых жертвы.

Услышав это, Бай Мэн, нахмурилась.

- Я уже проверила. У семьи Цзинь почти не осталось родственников. Так кто же этот знакомый? Коллега?

Гу Яньчэнь ответил:

- Давайте ещё раз тщательно проверим недавних посетителей. Возможно, преступник среди них.

Наконец, обобщив полученную на месте происшествия информацию, Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вышли на улицу.

Во дворе они, наконец, смогли нормально дышать.

Гу Яньчэнь снял маску и глубоко вдохнул. Хотя он мог переносить запах внутри дома, даже чтобы просто поговорить, ему приходилось задерживать дыхание. Пробыв внутри некоторое время, он почувствовал лёгкое головокружение из-за недостатка кислорода.

Шэнь Цзюньци было ещё хуже. Полностью экипированный, он целый час простоял в доме без кондиционера, и его защитный костюм промок от пота насквозь.

Выйдя на улицу, Шэнь Цзюньци снял защитное снаряжение и очки.

Подул ветер, и Шэнь Цзюньци почувствовал, как что-то попало ему в глаза. Он хотел потереть глаза, но из-за того, что сегодня на нём были двухслойные перчатки, которые препятствовали проникновению воздуха, а его руки были потными, он не решился.

Гу Яньчэнь заметил, что ему некомфортно.

- Что случилось?

- Кажется, мне что-то попало в глаз, — сказал Шэнь Цзюньци, опуская голову и снимая очки, чтобы промыть глаза слезами. Но стало только хуже.

Он обернулся.

- Я пойду в ванную…

Когда он уже собирался вернуться на место преступления, Гу Яньчэнь остановил его.

- Не ходи туда. Дай мне взглянуть.

Гу Яньчэнь снял перчатки и осмотрел левый глаз Шэнь Цзюньци. Глаз был красным.

Гу Яньчэнь почувствовал, как колотиться его сердце рядом с Шэнь Цзюньци. У него были действительно красивые глаза с длинными и густыми ресницами. Он осторожно приподнял веки Шэнь Цзюньци и легонько подул ему в глаз.

Они были так близко друг к другу, что его сердце выскакивало из груди,  он не осмеливался смотреть на него.

Гу Яньчэнь спросил:

- Теперь получше?

Ресницы Шэнь Цзюньци опустились, в уголках глаз всё ещё стояли слёзы. Он моргнул, и ощущение инородного предмета исчезло.

- Спасибо. Я вернусь, чтобы провести вскрытие.

Взрыв

Глава 82. Взрыв

На месте происшествия, перед особняком Цинван.

Шэнь Цзюньци уже шел к полицейской машине, как вдруг его обступили какие-то люди. Одни держали микрофоны, другие — камеры, и у всех были опознавательные знаки, указывающие на то, что это журналисты, которые услышав новость прибыли на место преступления.

Толпа тут же прорвала линию оцепления, журналисты спешили сообщить новость из первых рук. Замелькали вспышки камер, фотографируя виллу и полицейских.

Увидев это, Шэнь Цзюньци опустил голову и надел маску. Он направился к машине для перевозки трупов, но его окружили журналисты. Они грубо тыкали микрофонами ему в грудь.

- Вы судебно-медицинский эксперт по этому делу? Смерть господина Цзинь Юэвэня подтверждена?

- Я слышал, что тело господина Цзиня пролежало несколько дней, прежде чем его обнаружили. Не могли бы вы рассказать нам подробности?

- Господин Цзинь жил со своим отцом? Жертва была одна или две?

Журналисты преградили путь машине, которая должна была увезти тело, и водитель постоянно сигналил.

Шэнь Цзюньци не спешил садиться в машину. Он холодно огляделся по сторонам, открыл дверь машины, и из неё донёсся сильный запах. Поняв, что в машине находится тело в мешке для трупов, журналисты с шумом отступили.

Однако они не хотели упускать эту новость. Они встали на пути труповозки, из-за чего та не могла сдвинуться с места.

Увидев эту сцену, Гу Яньчэнь сделал два шага вперёд, и встал перед Шэнь Цзюньци.

Он отвёл журналистов в сторону:

- Пожалуйста, не мешайте полиции выполнять свои обязанности. Я детектив, веду это дело. Если у вас есть вопросы, задавайте их мне.

Толпа разошлась, и только тогда Шэнь Цзюньци сел в машину, закрыл дверь и уехал.

Судмедэксперт уехал, но детектив Гу Яньчэнь остался, и у журналистов было к нему много вопросов.

- Какова текущая ситуация по делу? Есть ли подозреваемые?

- Есть ли в деле другие жертвы?

Наблюдая за тем, как машина судмедэксперта благополучно уезжает, Гу Яньчэнь произнёс несколько вежливых слов:

- Дело всё ещё расследуется, и на данный момент у нас нет никакой информации. Мы, будем усердно работать, чтобы найти виновного. Пожалуйста, следите за заявлениями полиции.

Лу Ин и Бай Мэн вышли, чтобы восстановить оцепление, и вместе с охранниками из жилого комплекса наконец-то навели порядок на месте происшествия. Как только всё улеглось, с улицы в жилой комплекс ворвалась ещё одна группа людей.

Лу Ин выругался себе под нос, а затем повернулся к человеку, отвечающему за управление недвижимостью:

- Что происходит с этим районом? Разве вы не можете его закрыть?

Возможности полиции были ограничены. Они могли оцепить виллу, но не могли перекрыть весь жилой комплекс. Для контроля входа и выхода требовалось сотрудничество с управляющей компанией. Увеличение количества людей, проходящих через место преступления, могло легко нарушить ход расследования.

Сотрудник, управления недвижимостью, объяснил:

- Товарищ полицейский, вы не представляете, насколько эти люди безумны. Они даже сломали наши ограждения. Только что группа людей ворвалась внутрь без регистрации, и охранники их не смогли остановить. Сейчас мы проводим тщательную проверку…

Вмешался капитан из местного отдела:

- Я уже запросил поддержку. Скоро к нам присоединятся дополнительные сотрудники полиции из отдела, чтобы помочь разогнать толпу.

Эти новоприбывшие были гораздо более взволнованы, чем журналисты, они все плакали и кричали.

Одна пожилая женщина села на землю и причитала:

- Цзинь Юэвэнь, почему ты ушёл раньше меня? Чем я могу отплатить тебе…

Крики были громкими, но ни одна слеза не скатилась из глаз.

Другой человек случайно выдал свои сокровенные мысли:

- Босс Цзинь, вас больше нет, а нам всё ещё не хватает 10 000. Что нам делать?

Бай Мэн прошептала:

- Это те люди, которым раньше помогал босс Цзинь? Почему мне кажется, что они немного фальшивые?

Лу Ин с первого взгляда всё понял:

- Те, что танцуют впереди, — профессиональные попрошайки, скорее всего, это просто представление.

Постепенно прибывали скорбящие, они тихо стояли рядом, клали по несколько хризантем и уходили.

Лу Ин сказал:

- Это настоящие, искренне помогавшие и благодарные люди, которые пришли на похороны. Они хотят, чтобы виновный был сурово наказан. Зачем им мешать полицейскому расследованию?

Бай Мэн сказала:

- Я уже сталкивалась с подобным. Они вступают в группу и рассказывают, что у их сына лейкемия, и как им тяжело. Но потом в интернете находят фотографии, которые они публикуют, и даже имена и места не совпадают. Всё это фальшивка, эти мошенники заставляют людей сомневаться в том, что их добрые дела настоящие.

Легальные СМИ не нашли значимой информации для интервью и начали отступать. Осталось лишь несколько независимых СМИ. Они увидели, что есть люди, которые кричали и плакали, наконец, нашли новый материал и толпой ринулись к ним. Даже если они не могли взять интервью у полиции, им было достаточно взять интервью у причастных лиц для специального выпуска, посвящённого памяти.

В итоге эти плачущие и причитающие люди нашли свою сцену, их желание выступать возросло, и они пустились в пляс перед камерой.

Лу Ин счёл эту сцену несколько ироничной.

Он вздохнул:

- Что ж, теперь они все перемешались. Это всё равно, что использовать яд против яда. И кто знает, какую чушь они потом будут распространять в сети.

Гу Яньчэнь холодно наблюдал за происходящим со стороны.

Он прошептал Бай Мэн:

- Сфотографируй всех, кто прибыл на место преступления.

Бай Мэн спросила:

- Зачем? Ты кого-то подозреваешь?

Гу Яньчэнь ответил:

- Пока нет, но на всякий случай. Я боюсь, что преступник может вернуться на место преступления, пока тут царит хаос.

Многие преступники возвращались на место преступления, а некоторые даже соглашались на интервью для СМИ. Психопаты испытывали крайнее удовлетворение от того, что могли вернуться на место преступления незамеченными. Что касается робких преступников, то возвращение на место преступления давало им представление о ходе полицейского расследования и успокаивало их.

Полицейские продолжали поиски возле усадьбы.

Гу Яньчэнь издалека заметил мужчину в шляпе, который смотрел в их сторону. Несмотря на жаркую погоду, мужчина был одет в несколько слоёв одежды, на нём была маска, а на груди — бейдж с надписью «интервью для СМИ». Гу Яньчэнь уже собирался подойти поближе, чтобы рассмотреть его получше, но мужчина, почувствовал его взгляд, развернулся и ушёл. Возможно, этот мужчина не был преступником, просто он показался ему знакомым, возможно, это был репортёр, которого он видел раньше.

Гу Яньчэнь был занят делами и не стал преследовать его.

Место происшествия было, наконец осмотрено, и вилла была заперта.

Управляющий недвижимостью снова подошёл к нам:

- Капитан Гу, наши данные почти готовы. Может, посмотрим записи с камер наблюдения?

Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн вернуться в городское бюро, взял с собой Лу Ина, и они вместе отправились в офис управляющей компании.

По пути их сопровождал начальник службы безопасности, который без умолку болтал:

- У нас тоже непростая работа. Знаете, сколько мы платим охранникам в этом районе?

Лу Ин спросил:

- 4500?

Начальник службы безопасности вздохнул:

- Даже близко нет. Это 3200 в месяц, включая проживание и питание. Хотя это самая высокая зарплата среди близлежащих населённых пунктов, она всё равно не может удержать людей. Нам часто приходится работать в ночную смену, что особенно утомительно. Мне потребовалось пять лет, чтобы стать капитаном, а зарабатываю я всего 6000 в месяц.

Он не смог сдержать эмоций и покачал головой:

- Посмотрите на этот населённый пункт. Даже самый дешёвый дом стоит больше десяти миллионов, но они нанимают людей, которым платят по 3000 в месяц, для своей охраны.

- Наверное, по-настоящему богатые нанимают телохранителей. - Лу Ин сказал: - В наше время это нормально. Даже мы, полицейские, зарабатываем всего несколько тысяч. Но мы отвечаем за безопасность города и готовы в любой момент пожертвовать своей жизнью.

Начальник службы безопасности произнёс:

- Значит, вы, полицейские, — молодцы.

Гу Яньчэнь шёл позади, наблюдая за обстановкой в жилом комплексе, пока они не добрались до офиса управляющей компании.

Информация, предоставленная службой безопасности, состояла из двух частей, видеозаписей с камер наблюдения и данных о посетителях за последние три месяца.

Гу Яньчэнь сначала просмотрел данные о посетителях. Для удобства полицейского расследования управляющая компания специально отметила тех, кто посещал дом Цзинь Юэвэня.

Гу Яньчэнь спросил:

- Можете ли вы гарантировать, что каждый входящий в дом человек будет  на видео?

Начальник службы безопасности по фамилии Чэнь сделал паузу и сказал:

- По крайней мере, те, кто попадает в поле видимости камер, будут записаны на видео.

Лу Ин спросил капитана Чэня:

- Вы знаете, кто обычно приходил к ним в гости?

Капитан Чэнь сказал:

- К мистеру Цзинь  приходили его деловые партнёры, сотрудники, представители фонда и некоторые из его бенефициаров. Он также нанял горничную, но она приходила не каждый день, а по предварительной договорённости, примерно два раза в неделю, чтобы убраться.

В журнале были указаны имена, контактная информация и время прихода, но работа службы безопасности казалась поверхностной, многие записи были сделаны небрежно, и было непонятно, настоящие это имена или вымышленные. Некоторые номера телефонов были указаны наугад.

Гу Яньчэнь открыл журнал регистрации за последние пять дней. Там было всего две или три записи. Он подумал, что в записях могли быть пропуски, поэтому не возлагал на них больших надежд.

Он начал просматривать записи с камер видеонаблюдения за последние пять дней на компьютере в комнате охраны. Жилой комплекс довольно большой, но внутри установлено не так много камер, особенно тех, которые направлены прямо на дверь Цзиня. Только одна камера расположена в нескольких метрах от входа.

На экране шёл сильный дождь, из-за чего изображение было размытым и трудно было что-либо разглядеть.

Капитан Чэнь указал пальцем:

- Примерно в этом направлении находится дом Цзинь Юэвэня. Попасть внутрь и выйти можно только здесь.

Значит, они могли видеть только под одним углом. Гу Яньчэнь взял себя в руки и продолжил смотреть.

Лу Ин прищурился, глядя на экран:

- В вашем районе установлены камеры видеонаблюдения, какой смысл устанавливать эту так далеко?

Капитан Чэнь смутился и потёр руки:

- Вообще-то камеры в жилом комплексе раньше устанавливали по-другому, ближе к окнам жильцов. Но был не приятный случай…

Увидев его нерешительность, Лу Ин спросил:

- Что за случай? Только не говори мне, что кто-то был пойман женой на измене с другой женщиной благодаря записям с камер наблюдения?

Капитан Чэнь показал большой палец вверх:

- Вы, ребята из городского бюро, действительно талантливы и обладаете сильными дедуктивными способностями. В этом районе у генерального директора компании была любовница. Его жена узнала об этом из записи с камеры наблюдения.

Лу Ин не был в восторге от похвалы. Он пожал плечами:

- То есть вы заменили все камеры в районе только потому, что один домовладелец доставил вам неприятности?

Капитан Чэнь ответил:

- В точку!

Лу Ин вздохнул:

- Хватит льстить, скажите что-нибудь полезное.

Капитан Чэнь замялся и потёр руки:

- Ну, видите ли, многие домовладельцы были обеспокоены этим. После того случая комитет домовладельцев заявил, что видеонаблюдение ведётся для предотвращения краж, а не для контроля за свободой жильцов. Чтобы камеры не фиксировали их частную жизнь, они заставили нас передвинуть камеры на пять метров дальше, чтобы они не были направлены прямо на двери и окна домов.

Услышав это, Гу Яньчэнь нахмурился. Оказалось, что инцидент действительно произошёл. Самое важное наблюдение оказалось практически бесполезным, и виновного не удалось найти.

Капитан Чэнь продолжал их успокаивать:

- Хоть это и далеко, и не очень чётко видно, но это на пути к вилле господина Цзиня. Если преступник проходил мимо, его наверняка будет видно.

Гу Яньчэнь спросил:

- Есть ли другие способы попасть в эту зону и выйти из неё?

Капитан Чэнь ответил:

- Стены нашего района высотой в три метра, все они под напряжением. По сути, войти и выйти можно только через несколько ворот. Вокруг каждого дома растёт непроходимая стена из деревьев. В районе виллы господина Цзиня есть только эта дорога.

Когда он закончил говорить, они увидели, как кто-то в плаще проходит мимо зоны наблюдения и направляется прямо к вилле Цзинь Юэвэня.

Гу Яньчэнь проверил время на камере наблюдения, было уже больше десяти вечера. Человек проскользнул мимо, и камера мало что успела снять. Плащ закрывал большую часть лица, но по росту и обуви было понятно, что это мужчина. На нём были старые кроссовки, и, проходя мимо ярко освещённого места, он ненадолго поднял голову.

Лу Ин спросил:

- Может ли это быть преступник?

Гу Яньчэнь ничего не сказал и продолжил ускоренную перемотку. Примерно через десять минут мужчина в плаще снова появился в кадре и быстро зашагал прочь от камеры. Через несколько секунд он исчез с экрана. Гу Яньчэнь продолжил просмотр, но даже после того, как дождь прекратился, и небо прояснилось, никто больше не появлялся.

Лу Ин протянул журнал регистрации:

- Капитан Чэнь, кто этот человек? В журнале нет записей о том, что кто-то входил или выходил в это время. Ваш журнал регистрации вообще не совпадает, не так ли?

Капитан Чэнь предположил:

- Может быть, это кто-то из жильцов?  А, кто дежурил в ту ночь?

Он повернулся, чтобы спросить у охранников, стоявших позади него, но никто из них не ответил.

Гу Яньчэнь пересмотрел запись с камеры наблюдения. Когда мужчина вошёл, он на мгновение поднял голову. Гу Яньчэнь воспользовался возможностью и сделал скриншот.

Казалось, что мужчина смотрит прямо в камеру. Высокий охранник, наблюдавший за происходящим, побледнел и оттащил капитана Чэна назад, пытаясь что-то ему прошептать.

Лу Ин заметил всё это и сказал:

- Если у вас есть какие-то предположения, просто скажите.

Капитан Чэнь тоже сказал:

- Да, мы помогаем в расследовании. Вы можете рассказать обо всём товарищам из полиции.

Когда командир заговорил, высокий охранник запнулся и сказал:

- Мне кажется, этот человек похож на Сун Раня…

Другой пухлый охранник добавил:

- Я помню, как Сун Рань сказал той ночью, что оставил какой-то багаж в общежитии. Он поздоровался с нами и пошёл за ним, поэтому его имени нет в протоколе.

Другой охранник вмешался в разговор:

- Да, мы фиксируем только вход, а не выход. Так что я не обратил внимания, когда он ушёл.

Когда он это сказал, выражение лица капитана Чэна изменилось. Ему показалось, что он поднял камень и уронил его себе на ногу. Он хотел заставить двух охранников замолчать, но было уже слишком поздно.

Гу Яньчэнь повернулся и спросил:

- Вы знаете этого человека?

Капитан Чэнь мог только сказать правду:

- Это охранник, который недавно ушёл из нашей команды…

Гу Яньчэнь спросил:

- Как давно он здесь работал? Когда он ушёл?

- Он проработал здесь в общей сложности шесть месяцев и уволился семь дней назад. Я позвоню ему…

Руки капитана Чэна дрожали, а зубы были стиснуты.

- Чёрт возьми, он был самым непослушным в команде, вечно валялся в постели и ленился. Я никогда не думал, что это окажется он.

Телефон дважды прозвонил, затем кто-то повесил трубку.

Выражение лица капитана Чэня стало ещё более мрачным.

Он обернулся и спросил:

- Вы знаете, куда пошёл Сун Рань после того, как уволился?

Охранники покачали головами.

Капитан Чэнь был явно в панике. Если выяснится, что бывший охранник убил домовладельца, об этом завтра расскажут в новостях, и он точно потеряет работу.

Поскольку Цзинь Юэвэнь был мёртв, а бывшего охранника видели бродящим вокруг виллы поздно ночью, Гу Яньчэнь по опыту знал, что Сун Рань должен быть как-то связан с этим делом.

Он спокойно сказал:

- Собери всю информацию о Сун Ране и найди его близких друзей, которые жили с ним. Пусть они придут в городское бюро и дадут показания. Лу Ин, пусть в бюро проверят, можно ли отследить номер телефона Сун Рана.

.

В прозекторской городского бюро Биньчэна Шэнь Цзюньци вместе с Сун Цяньчэном и Ци Ианем уже закончили вскрытие тела Цзинь Юэвэня. На протяжении всего процесса вскрытия судмедэксперты сохраняли исключительную серьёзность и не вступали в ненужные разговоры.

Ци Иань с благоговением смотрел на лежащий перед ним труп. С одной стороны, ему было жаль Цзинь Юэвэня, с другой стороны, глядя на огромный труп, Ци Иань испытывал инстинктивный страх. Тело выглядело как монстр, одержимый демоном. Его руки были в четыре раза толще, чем у обычного человека.

После дальнейшего изучения удалось подтвердить ещё кое-какую информацию.

Раны были с острыми краями и гладкими стенками, что указывало на то, что они были нанесены острым ножом. По ранам Шэнь Цзюньци смоделировал форму ножа. Он был довольно острым, длиной около пятнадцати сантиметров, с зазубринами. Преступник явно намеревался убить, был крайне жесток и не собирался оставлять в живых никого.

После вскрытия первого тела его зашили и поместили на специальное хранение.

Тело Цзинь Шичана было осмотрено поверхностно. Хотя Шэнь Цзюньци знал, что на этом трупе не будет много улик, он всё равно осматривал его лично больше двух часов.

Из-за гигантского феномена брюшная стенка старика была вздутой и истончённой, она выпирала, как надутый воздушный шарик. На серой коже отчётливо виднелись синие вены.

Шэнь Цзюньци взял скальпель и напомнил своим помощникам:

- Этот труп раздулся до предела. Сначала нам нужно выпустить газ. Когда мы разрежем его, внутренние органы могут вывалиться. Будьте осторожны.

Согласно стандартной процедуре обращения с такими раздувшимися трупами, в брюшной полости нужно было сделать небольшое отверстие, а в стенке кишечника — ещё одно, чтобы выпустить газы, образовавшиеся при гниении.

Шэнь Цзюньци включил вентилятор в прозекторской на полную мощность и, задержав дыхание, начал резать. Когда скальпель прорезал кожу, Шэнь Цзюньци нахмурился. Судя по ощущениям, внутренние органы разложились сильнее, чем он ожидал. И действительно, почти в тот же момент, когда лезвие вонзилось в тело, из него хлынул поток зелёного гноя, а затем раздался взрыв. Гнилые внутренние органы взлетели к потолку прозекторской и разлетелись во все стороны.

Это было похоже на то, как если бы вы проткнули наполненный водой воздушный шарик или открыли сосуд под высоким давлением. Бурлящие, гниющие органы были выдавлены газом и скопились на брюшной стенке.

Шэнь Цзюньци стоял ближе всех, его руки и маска были забрызганы какой-то гнилостной жидкостью.

Вся комната для вскрытия в одно мгновение превратилась в газовую камеру.

Ци Иань безучастно смотрел на разорванный труп. Зрелище было слишком шокирующим. То, чего он боялся, произошло, и это было даже ужаснее, чем он себе представлял.

Сун Цяньчэн тоже посмотрел на кишки, свисающие с потолка, и растерялся.

- Уходим отсюда! — сказал Шэнь Цзюньци, и только тогда они очнулись.

Судмедэксперты быстро вышли из комнаты для вскрытия и плотно закрыли дверь.

Шэнь Цзюньци вдохнул немного трупного газа, пока говорил. Когда газ попал в его лёгкие, организм инстинктивно отверг его. Даже он, обычно сохранявший невозмутимость, наконец, не выдержал.

Шэнь Цзюньци, пошатываясь, зашёл в туалет. Он сразу же стянул с себя маску, и его вырвало. Сейчас Шэнь Цзюньци был безмерно благодарен за то, что в здании судебно-медицинской экспертизы туалет находится рядом с прозекторской. Его давно не рвало при работе с обычными трупами, но в этот раз он не смог сдержаться.

Шэнь Цзюньци почувствовал, будто его желудок превратился в полотенце, которое кто-то выжимает и скручивает, переворачивая с боку на бок. После того как его вырвало до боли в животе, он покрылся холодным потом, а в ушах зазвенело.

Сун Цяньчэна и Ци Ианя уже рвало, и сейчас их желудки были пусты. Кроме того, они стояли далеко и не надышались заражённым воздухом. Увидев, как Шэнь Цзюньци побледнел и его рвёт, они испугались.

Шэнь Цзюньци выворачивало наизнанку до тех пор, пока перед глазами у него не потемнело, когда все закончилось, он прополоскал рот водой из-под крана. Все сняли загрязнённые защитные костюмы и перчатки и отправились в кабинет судмедэксперта.

Ци Иань принес тёплой водой для Шэнь Цзюньци, он взял её, дрожащими руками.

Ци Иань увидел, что его губы побледнели, и спросил:

- Учитель, с вами всё в порядке?

Шэнь Цзюньци покачал головой, показывая, что ему не о чем беспокоиться, но его рука под столом была прижата к животу. Ему всё ещё было немного не по себе.

Сун Цяньчэн спросил:

- Может, нам... вызвать других судмедэкспертов, чтобы они помогли с этим трупом?

Вскрытие сразу двух гигантских тел было серьёзным испытанием на выносливость и физическую силу для судмедэкспертов.

Немного подумав, Шэнь Цзюньци сказал:

- Забудь об этом, я закончу сам. Вы двое можете отдохнуть, если слишком устали.

Поскольку они уже прошли половину пути, ему не хотелось перекладывать ответственность на других.

Услышав это, Ци Иань и Сун Цяньчэн сказали, что ещё могут продержаться.

Отдохнув около получаса, Шэнь Цзюньци решил, что система вентиляции внутри помещения должна была удалить большую часть газа. Он снова встал, со спокойным выражением лица.

- Пойдём, закончим вскрытие.

В захламлённой прозекторской началось второе вскрытие. Работа с этим телом была похожа на битву.

Шэнь Цзюньци шаг за шагом следовал процедуре, его лоб покрылся испариной. Когда он добрался до шеи, скальпель разрезал распухшую и разложившуюся плоть, обнажив рану, похожую на открытый рот.

Эта рана отличалась от колотых ран, нанесённых Цзинь Юэвэню.

Нож полоснул по шее, оставив несколько следов.

Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел рану, оценил положение тела в момент нанесения удара и сделал вывод, исходя из направления брызг крови.

Серьёзным тоном он сказал:

- Преступник, возможно, левша.

Перерождение

Глава 83. Перерождение

Было уже больше четырёх часов дня.

Команда детективов завершила все дела и вернулась в городское бюро. После допроса охранники пришли к единому мнению: Сун Рань был очень странным человеком.

- Он мало говорил, держался особняком, не общался.

- У него почти не было друзей.

- Он не курил и не пил с нами, не ходил играть. Обычно он просто был один.

- Он ложился спать в восемь вечера, не пользовался телефоном и прятался под одеялом, занимаясь, бог знает чем.

- Кажется, его семья довольно бедная. Обычно он откладывал свою зарплату.

- Когда он был на дежурстве, он часто ходил на виллу господина Цзиня. Однажды я видел, как он разговаривал с господином Цзинем, когда патрулировал территорию.

Из-за того, что он стал подозреваемым, все охранники были уверены, что он совершил убийство.

- Это точно он. После того как он уволился, когда я спросил его, куда он собирается, он ничего не ответил, только улыбнулся мне. Эта улыбка была такой жуткой! Я уже тогда заметил, что с ним что-то не так. Он не совсем в порядке. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что он просто чудак.

- Знаешь, как это называется, верно? Классовая ненависть. Он из таких. Он настолько беден, что носит цветные кроссовки до тех пор, пока они не становятся белыми, а на большом пальце не появляются дырки. Однажды, когда он пришёл помочь кому-то по дому, он увидел, как ребёнок выбрасывает половину пиццы, и подошёл, чтобы забрать её, из-за чего чуть не поссорился с хозяином дома. Я проработал с ним полгода, и теперь у меня мурашки по коже от одной мысли об этом.

- Не обманывайтесь его спокойствием. Собака, которая не лает, — кусается. Так что этот замкнутый парень способен на убийство.

По мере продвижения расследования Гу Яньчэнь получил ещё одну важную зацепку. Несмотря на то, что Цзинь Юэвэнь был богатым бизнесменом и часто занимался благотворительностью, его финансовое положение было не таким хорошим, как казалось. Из-за того, что в последние два года работа швейной фабрики была вялой, многие сотрудники были уволены. Кроме того, ему приходилось выплачивать долги, из-за чего значительная часть его средств была заморожена. В ходе расследования полиция выяснила, что на момент смерти на банковском счёте Цзинь Юэвэня было всего двадцать тысяч.

Бай Мэн нахмурила брови и задумалась:

- Может быть, работа охранника для Сун Рана была просто разведкой? Ему всего девятнадцать, и он не похож на человека, который мог бы действовать в одиночку.

Лу Ин задумалась:

- Возможно, за ним стояла группа шантажистов. Они давно следили за Цзинь Юэвэнем, но, когда уже были готовы действовать, узнали, что у него нет денег. Они разозлились и убили его?

Гу Яньчэнь понимал, что их предположения всего лишь догадки.

Он спросил:

- А что насчёт сигнала мобильного телефона Сун Рана? Можем ли мы определить его местоположение?

Бай Мэн указала на информацию в программе:

- Сигнал прерывистый. Приблизительное местоположение — рядом со зданием Чанъань в западном районе.

Этот район был известной городской деревней в Биньчэне, где было несколько полуразрушенных зданий, и не было жилых комплексов. Из-за большой площади и высокой плотности населения использовать сигнал для определения местоположения было не очень удобно.

После обеда Гу Яньчэнь получил сообщение от Шэнь Цзюньци:

- Я закончил вскрытие. Будешь сегодня работать сверхурочно?

Гу Яньчэнь ответил:

- Никаких сверхурочных. Я заберу файлы, чтобы просмотреть их вечером.

Он взглянул на часы, было почти пять.

- Я зайду к тебе, чтобы обсудить наши успехи.

Шэнь Цзюньци:

- Хорошо.

Гу Яньчэнь встал:

- Продолжайте расследование, ребята. Я пойду в офис судмедэксперта.

Уже собираясь уходить, он обернулся, схватил шоколад и засунул его в карман.

Оба трупа были вскрыты в прозекторской № 3, но когда Гу Яньчэнь пришёл, там был только Ци Иань, который вытирал липкую жидкость с секционного стола. Тела уже отправили на хранение, в прозекторской работал большой вентилятор, но неприятный запах еще чувствовался.

Гу Яньчэнь спросил:

- Где твой учитель?

Ци Иань ответил:

- Он только что принял душ и пошёл в зону отдыха. Во время вскрытия старого тела, из-за  сильного разложения внутренних органов, он взорвался…

Гу Яньчэнь быстро остановил его:

- Хватит, я понял.

Ци Иань выглядел жалким:

- В любом случае, это было ужасно. Даже мой учитель не смог этого вынести и его вырвало.

Услышав это, Гу Яньчэнь понял, что принял правильное решение, когда взял шоколад.

Он протянул одну Ци Ианю:

- Возьми это. Не работай сегодня допоздна. Отдохни, как следует, а отчёт о вскрытии можешь отдать мне завтра.

Ци Иань с некоторым удивлением взял шоколад:

- Спасибо, капитан Гу.

Гу Яньчэнь подошёл к комнате отдыха и постучал в дверь. Шэнь Цзюньци отозвался. Сегодня днём доктор Шэнь вскрыл подряд два гигантских тела и только что закончил.

После рвоты у него всё время болел живот, жгло и пульсировало в груди, а в висках стучало.

Шэнь Цзюньци обычно не любил принимать душ на работе, но сегодня он ничего не мог с этим поделать.

Он взял сменную одежду, дождался, пока никого не будет рядом, и принял душ. Ему потребовалось три раза намылиться, чтобы смыть трупный запах.

Приняв горячий душ, он переоделся в белую рубашку. Его физическое состояние не улучшилось, в груди ощущалась тяжесть, сердце бешено колотилось, а руки продолжали дрожать.

Шэнь Цзюньци открыл дверь, но от движения по его телу пробежала новая волна холодного пота.

Он, не обращая внимания, на своё состояние рассказал Гу Яньчэну о результатах вскрытия:

- Убийца подготовился и заранее принёс нож. Цзинь Юэвэнь получил два удара ножом в живот. Орудием убийства был зазубренный клинок. Я позже пришлю модель. Первый удар, вероятно, пришелся на кишечник, но убийца не остановился на этом… Кроме того, он похоже левша.

Увидев его бледное лицо, Гу Яньчэнь отломил кусочек шоколадки и протянул его Шэнь Цзюньци.

- Голоден? Перекуси.

Шэнь Цзюньци покачал головой. После всего у него болел живот, он чувствовал слабость, но аппетита не было совсем.

Он сосредоточился и спросил:

- А ты что ни будь, выяснил?

Гу Яньчэнь уже открыл шоколадку и съел её сам.

- Я нашёл бывшего охранника из жилого района. Он не отвечает на звонки, и его местонахождение неизвестно. Подозрения, в отношении него, усиливаются…

Гу Яньчэнь спросил:

- Принести тебе воды?

Шэнь Цзюньци прикрыл глаза, не сказав ни слова.

Гу Яньчэнь спросил:

- У тебя жар?

Он протянул руку, чтобы потрогать лоб Шэнь Цзюньци, но температура была нормальной.

Шэнь Цзюньци настаивал:

- Я просто немного устал. Дай мне отдохнуть.

Он закрыл глаза и так посидел немного, прежде чем снова их открыть. Головокружение не прошло, а только усилилось. Он чувствовал, как проваливается в бездну. Ему казалось, что он погружается в бездонную воду, и что-то неизвестное тянет его вниз. Не в силах больше терпеть, он согнулся пополам, схватившись за грудь, и начал часто дышать. Его сердце билось неровно, кислород, казалось, исчез, а перед глазами всё потемнело.

- Шэнь Цзюньци… — позвал Гу Яньчэнь, поддерживая его обмякшее тело, он обнял его и отнес на кровать.

У Шэнь Цзюньци сильно кружилась голова, он хватал ртом воздух.

Он указал на свой рюкзак:

- В моей сумке есть лекарство…

Гу Яньчэнь принёс сумку Шэнь Цзюньци, в которой было несколько видов лекарств. У его деда были проблемы с сердцем, поэтому он кое-что знал о первой помощи. Он сохранял относительное спокойствие, пока наливал Шэнь Цзюньци воды.

Шэнь Цзюньци достал коробочку с лекарствами и принял его, крепко прижав руку к груди и ожидая, когда пройдёт приступ.

Видя, что ему плохо, Гу Яньчэнь не осмеливался ни шевелиться, ни говорить. Он остался рядом с ним и наблюдал за его состоянием. Он быстро договорился о встрече по телефону и мысленно повторил принципы искусственного дыхания и сердечно-лёгочной реанимации.

Примерно через две-три минуты звон в ушах утих, и Шэнь Цзюньци наконец вздохнул с облегчением. Его цвет лица немного улучшился. Почувствовав, что сердцебиение пришло в норму, он, наконец, открыл глаза.

Сердце Гу Яньчэна наконец успокоилось, но за эти две короткие минуты он чуть не умер от страха.

- Мне уже намного лучше, просто я чувствовал себя немного не в своей тарелке, — сказал Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь встал.

- Пойдём, я провожу тебя в клинику на осмотр.

- Разве клиника не закрыта уже?

Шэнь Цзюньци засомневался.

Гу Яньчэнь серьёзно сказал:

- Клиника закрывается в 18:30, но моя семья знакома с директором, так что мы можем сходить на приём.

Шэнь Цзюньци попытался объяснить:

- На самом деле это последствия автомобильной аварии, произошедшей много лет назад, плюс то, что сегодня я не принял лекарство, но всё не так серьёзно…

Гу Яньчэнь твёрдо произнёс:

- Я уже договорился о твоём отпуске. Вопросы со здоровьем не терпят отлагательств. Если ты всё ещё плохо себя чувствуешь, я могу отнести тебя вниз. Или мне стоит позвонить в службу 911?

Если бы Шэнь Цзюньци вынесли из городского бюро на руках, это было бы неловко.

Он вздохнул:

- Я могу идти сам. Пойдём.

Гу Яньчэнь держал его за руку, пока они спускались по лестнице.

Машина доехала до Первой народной больницы в Биньчэне. Гу Яньчэнь договорился о приёме у кардиолога, специалиста узкого профиля.

В больнице всегда было многолюдно, повсюду сновали врачи и медсёстры в белых халатах. Один член семьи мог сопровождать пациента в смотровой кабинет, поэтому Гу Яньчэнь без возражений пошёл с Шэнь Цзюньци.

Им не пришлось долго ждать приёма.

Шэнь Цзюньци понял по бейджу, что это был главный врач Цю Шаочжуо.

Доктор Цю, мужчина лет сорока в очках.

Он открыл электронную медицинскую карту и спросил:

- Пять лет назад вам пересадили сердце?

Прежде чем Шэнь Цзюньци успел ответить, доктор Цю продолжил:

- Согласно вашей истории болезни, послеоперационное восстановление прошло успешно. Однако вам нужно пожизненно принимать препараты против отторжения. Очень важно не пропускать приём, так как это может быть опасно для жизни. У меня уже был случай, когда пациентка перестала принимать лекарства самостоятельно через десять лет после операции и вскоре скончалась.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- В последнее время я был очень занят и дважды пропускал приём лекарств, поэтому чувствую себя нехорошо.

Доктор Цю просмотрел все предыдущие записи Шэнь Цзюньци, задал ему несколько вопросов, а затем попросил оплатить обследование. Доктор Цю очень быстро выписал направление, весь процесс происходил быстро.

Выйдя из смотрового кабинета, Шэнь Цзюньци сказал:

- Капитан Гу, я не хотел скрывать это от тебя...

Он понимал, что должен объясниться, ведь новость о пересадке сердца могла встревожить кого угодно.

Гу Яньчэнь, однако, сохранял спокойствие.

- Я провёл небольшое исследование. Операция по пересадке сердца уже достаточно хорошо отработана, и главное — найти подходящего донора. После операции, если не считать риска отторжения и необходимости пожизненно принимать лекарства, всё практически так же, как у обычных людей. Есть случаи, когда люди живут десятилетиями.

Шэнь Цзюньци вспомнил, что Гу Яньчэнь уже упоминал, о том, что ему это известно.

Хотя операция не была зафиксирована в его личном деле, её всё равно можно было отследить, если бы кто-то захотел это сделать. Возможно, Гу Яньчэнь знал об этом уже давно.

Пока они разговаривали, они подошли к терминалу самообслуживания на входе.

Шэнь Цзюньци отсканировал штрихкод и приготовился оплатить.

Гу Яньчэнь опередил его, открыл приложение и произвел оплату.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Давай я переведу тебе плату за прием.

Гу Яньчэнь ответил:

- Как твой парень, я думаю, должен сделать это сам.

Тем не менее, Шэнь Цзюньци настоял на переводе денег.

Гу Яньчэнь сопровождал Шэнь Цзюньци на обследованиях, от простых анализов крови и измерения артериального давления до УЗИ сердца и электрокардиограммы. Поскольку это был особый случай, все обследования прошли гладко.

Гу Яньчэнь, очевидно, хорошо знал больницу. В этом похожем на лабиринт месте он помнил каждый этаж и расположение различных кабинетов.

Шэнь Цзюньци стало любопытно.

- Откуда ты так хорошо знаешь это место?

- Мой друг раньше лежал в этой больнице, и я приходил сюда почти каждый день, — сказал Гу Яньчэнь. — А мой отчим начал работать здесь три года назад.

Когда ему было десять, его мать вышла замуж за врача по имени Гу Вэньбинь. Если быть точнее, врач по фамилии Гу давно был влюблён в его мать, годами добивался её расположения, ни на ком не женился и, в конце концов, добился своего. Она вышла за него замуж, и он взял фамилию Гу.

Шэнь Цзюньци помнил, тогда он лежал в стационаре больницы и Гу Яньчэнь часто его навещал.

Он сказал:

- Значит, твоего отца перевели сюда? Неудивительно, что он знаком с директором больницы.

Гу Яньчэнь сказал:

- На самом деле он сейчас занимает эту должность.

Шэнь Цзюньци опешил.

Весь процесс прошёл быстро.

После того как все результаты были получены, Шэнь Цзюньци вернулся, чтобы найти доктора Цю.

Доктор Цю изучил результаты и прописал ему лекарства.

- У вас немного пониженная температура тела, что указывает на плохое кровоснабжение, а также низкий уровень сахара в крови. Кроме того, пропуск приёма препаратов, предотвращающих отторжение, может снизить ваш иммунитет, что приведёт к обморокам или аритмии и вызовет дискомфорт. Вы должны принимать лекарства вовремя, умеренно заниматься спортом, не пить кофе, а также я не советую вам курить и употреблять алкоголь. Я не рекомендую вам работать в усиленном режиме или засиживаться допоздна, но в целом серьёзных проблем возникнуть не должно.

После этого врач напомнил Шэнь Цзюньци о необходимости вовремя принимать лекарства.

Гу Яньчэнь на всякий случай спросил у врача:

- Доктор Цю, вы уверены, что все результаты в порядке? У моего коллеги довольно специфическая профессия, поэтому я хочу быть уверен.

Доктор Цю спросил:

- Чем он занимается?

Гу Яньчэнь ответил:

- Он полицейский.

Шэнь Цзюньци быстро добавил:

- Судмедэксперт.

Доктор Цю приподнял бровь, но больше ничего не сказал. Он поставил свою подпись на распечатанной медицинской карте и протянул её Шэнь Цзюньци, сказав:

- Если ты не будешь напрашиваться на смерть, то всё будет в порядке. Но если пациент хочет умереть, то зачастую даже врачи не могут его остановить.

Выйдя из больницы, Шэнь Цзюньци не спешил уходить. Он заметил кафе неподалёку от больницы.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Капитан Гу, позволь угостить тебя.

Гу Яньчэнь ответил:

- Тебе только что сказали, что ты не можешь пить кофе.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я закажу себе молоко.

Гу Яньчэнь посмотрел на него и сказал:

- Раньше я этого не знал, но теперь буду присматривать за тобой. Больше никакого алкоголя.

Он задумался и добавил:

- И я буду следить за тем, чтобы ты вовремя принимал лекарства.

Поскольку был час пик, на дороге образовался затор. Гу Яньчэнь последовал за Шэнь Цзюньци внутрь и заказал чай с кумкватом.

Шэнь Цзюньци заказал напиток из таро с молоком.

Очередь сегодня была небольшой. Они получили свои напитки, и нашли тихое место у окна.

Гу Яньчэнь потягивал чай с кумкватом и смотрел в окно на проезжающие мимо машины.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я всё же хочу объяснить ситуацию.

Он опустил голову и помешивая ложкой молоко.

- Авария произошла несколько лет назад зимой. Мы с родителями были в машине. Отец был за рулём, мама сидела на заднем сиденье… а я был на переднем пассажирском сиденье. После столкновения я потерял сознание. Потом я узнал, что, несмотря на то, что я был, пристёгнут, я всё равно получил серьёзные травмы. Стальная труба пронзила моё сердце.

Гу Яньчэнь молча, слушал, потягивая чай. Напиток был сладким, но на душе у него было тяжело. Он знал, что Шэнь Цзюньци серьёзно пострадал в автокатастрофе, и ожидал, что травмы будут тяжёлыми, но от услышанного у него всё равно защемило сердце.

Гу Яньчэнь утешил его:

- Теперь всё в прошлом. Главное, что ты поправился.

Шэнь Цзюньци расстегнул рубашку, обнажив старый шрам. Рана, давно зажила, но всё ещё выглядела пугающе.

Гу Яньчэнь увидел шрам, и его сердце ёкнуло.

Шэнь Цзюньци поправил воротник и положил руку на грудь. Это было всего лишь лёгкое прикосновение, но казалось, что кровавая рана всё ещё там.

Человеческое тело настолько хрупкое, что не может выдержать такие сильные удары.

- Врачи использовали аппараты, чтобы поддерживать мою жизнь, и несколько раз сообщали о критическом состоянии, пока моё сердце не остановилось. В этот момент произошло чудо. У другого пациента в больнице наступила смерть мозга, и он скончался. В больнице нашли подходящее для меня сердце. Я благодарен донору, который дал мне второй шанс на жизнь.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ты был на волосок от смерти, так что цени то, что имеешь. Работа не так важна, как жизнь. С этого момента ты должен вовремя принимать лекарства.

Он сделал паузу и добавил:

- Я не хочу, чтобы ты снова заболел.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я буду осторожен.

Он, вздохнул с облегчением.

- Спасибо, капитан Гу, что не обращаешь на это внимания.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему ты так говоришь? Почему я должен обращать на это внимание?

Шэнь Цзюньци опустил ресницы и сказал:

- Некоторые руководители могут быть суеверными в том, что касается болезней их подчинённых. Прежде чем признаться, я беспокоился, что ты будешь недоволен и попросишь меня сменить работу.

Хотя Гу Яньчэнь был доволен его работой и даже говорил, что он ему нравится, но после того как он узнал об этом, ему стало трудно предугадать его реакцию. В конце концов, каждый раз, когда он пытался что-то предугадать, он часто ошибался.

Будет ли Гу Яньчэнь винить его за то, что он скрыл это? Будет ли он переживать, что его слабое здоровье повлияет на его работу? Исчезнет ли его привязанность, если он будет считать его обузой? Это было похоже на азартную игру, и он хотел повысить свои шансы на победу. В конце концов, иногда любовь не выдерживает столкновения с реальностью, особенно с реальностью жизни и смерти.

- Ты опытный судмедэксперт. Если тебе нравится эта работа и позволяет здоровье, я не буду ничего предпринимать.

После минутного молчания Гу Яньчэнь снова заговорил:

- Ты мне нравишься, неважно, плохо ты себя чувствуешь или скрываешь что-то от меня. Я не возражаю. Я буду всегда о тебе заботиться. Просто ты должна серьёзно относиться к своему здоровью.

Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци.

Лицо Шэнь Цзюньци всё ещё было бледным.

Гу Яньчэну он казался лёгким, как дымка, которую  невозможно удержать, и она развеется по ветру в любой момент.

Гу Яньчэнь уже давно изучил вопрос о пересадке сердца.

Донором был Линь Ло, а реципиентом — Шэнь Цзюньци.

Авария произошла на шоссе, из столицы провинции в Биньчэнь. Шэнь Цзюньци, получивший тяжёлые травмы, был доставлен в больницу для оказания неотложной помощи.

Это был канун Рождества.

Бесконечная ночь, с неба падает девственно-белый снег. Он вернулся из командировки с подарками, намереваясь провести Рождество с Линь Ло. Но его встретила пустая кровать. Он развернулся и вышел в коридор, где увидел, как медицинский персонал завозит в палату тяжелораненого подростка без сознания. Люди бегали туда-сюда, грудь подростка была проткнута стальной трубой, и кровь заливала простыни.

Оказывается, они уже встречались много лет назад. Поскольку Линь Ло подписал согласие на донорство органов, после смерти мозга, его сердце пересадили Шэнь Цзюньци. Эта информация была засекречена и известна лишь немногим.

После случая с маленьким поездом Гу Яньчэнь начал расследовать события того года.

Несмотря на то, что они с Гу Вэньбинем были родственниками, Гу Яньчэнь редко о чём-то просил его. Недавно он нашёл его и попросил  записи о хирургическом вмешательстве. После этого Гу Яньчэнь собрал много информации. Он попытался объяснить это дело с научной и рациональной точки зрения.

Иногда отрубленные части человеческого тела могут испытывать ощущения, чувствовать боль или перепады температуры. Это состояние называется фантомной болью в конечностях, и некоторые учёные считают, что это свидетельствует о существовании души. У людей, перенёсших трансплантацию органов, могут происходить значительные изменения личности, как будто они становятся другими людьми. У некоторых могут появляться воспоминания, которые им не принадлежат, или даже возникать мысли о реинкарнации. Эти явления не являются суевериями, но их невозможно объяснить с точки зрения современных научных знаний.

Гу Яньчэнь не знал, что именно произошло с Шэнь Цзюньци. Возможно, он и есть Шэнь Цзюньци, но с некоторыми привычками и воспоминаниями Линь Ло. Или, может быть, он Линь Ло, поэтому вернулся в Биньчэнь и ввязался в эти тёмные дела.

Независимо от того, какой ответ верный, Гу Яньчэнь знает, что в Шэнь Цзюньци есть частичка Линь Ло. Поэтому в действиях Шэнь Цзюньци он всегда видит Линь Ло.

Он задавался вопросом, может ли то, что он защищает этого человека и оберегает это сердце, быть выполнением его обещания, несмотря на то, что Линь Ло больше нет.

Шэнь Цзюньци скрывал часть правды. Возможно, он считает, что правда невероятна или сложна для объяснения, а может быть, у него есть причины для беспокойства. Возможно, он даже не знает, что его сердце принадлежит Линь Ло, или у него еще есть секреты.

Если Шэнь Цзюньци не заговорит, он сделает вид, что ничего не знает. Однако он не возражает против секретов Шэнь Цзюньци.

Прежде чем признаться в своих чувствах, он сначала убедился, что действительно испытывает сильные чувства к Шэнь Цзюньци.

Поначалу он испытывал привязанность к Линь Ло, но относился к нему как к младшему брату, как к члену семьи. Именно об этом человеке Линь Сянлань просил его позаботиться, и это было его сожалением. Позже он начал испытывать чувства к нему, но у него не было возможности их выразить.

Но в отношении этого человека, кем бы он ни был, Гу Яньчэнь мог с уверенностью сказать, что это была страстная любовь.

Шэнь Цзюньци занимает в его жизни особое место. Он чувствовал, что этот человек, вероятно, станет катастрофой в его жизни.

Маленький лжец, обладающий отличными навыками вскрытия, но скрытный, имеющий секреты.

Вместо того чтобы позволить ему причинять вред другим, лучше держать его рядом, присматривать за ним и заботиться о нём.

Он поддержит любое решение Шэнь Цзюньци и не будет сильно вмешиваться в его действия. Если Шэнь Цзюньци захочет продолжить карьеру, он всегда его поддержит.

Гу Яньчэнь был готов сделать все возможное, чтобы защитить этого человека.

Размышляя об этом, он предложил:

- Можешь добавить меня в список контактов на случай чрезвычайной ситуации?

Шэнь Цзюньци достал телефон и спросил:

- Как мне это сделать?

Когда он был Линь Ло, именно Гу Яньчэнь помог ему настроить телефон, и  он до сих пор так и не разобрался, как это сделать.

Гу Яньчэнь взял телефон, умело провёл его через весь процесс, а затем вернул Шэнь Цзюньци:

- Нажмите кнопку питания, пять раз, и он автоматически наберёт мой номер.

Допив свои напитки, они бок обок вышли из кафе.

Гу Яньчэнь время от времени поглядывал на Шэнь Цзюньци.

Поняв, что за ним наблюдает Гу Яньчэнь, Шэнь Цзюньци опустил голову и сделал вид, что не заметил.

Рассказав часть своих секретов, он почувствовал облегчение. И результат оказался лучше, чем он ожидал.

Шэнь Цзюньци вспомнил цитату Виктора Гюго: «Быть разоблаченным другими – неудача, но разоблачить себя – победа»

Поздно вечером, после ужина, Шэнь Цзюньци наконец почувствовал себя полностью отдохнувшим.

В комнате витал аромат тибетских благовоний, густой и стойкий, словно сотканный из воздуха. Он сидел перед компьютером, и свет экрана освещал его красивое лицо. Не выражая никаких эмоций, он опустил голову и стал играть с маленьким пузырьком для лекарств.

Таблетки внутри сталкивались, издавая резкий звук. Он всегда принимал лекарства пока ни коллеги, ни Гу Яньчэнь не видели, но это был не выход. Если есть риск, что его рано или поздно раскроют, лучше проявить инициативу и взорвать эту бомбу самому. Он не хотел говорить об этом Гу Яньчэну прямо, потому что не знал, как тот отреагирует. И он не был до конца уверен в том, насколько сильно Гу Яньчэнь привязан к нему и сможет ли он принять его прошлое.

Поэтому он надеялся сначала взволновать Гу Яньчэна, и в самый подходящий момент  сообщить ему об этом.

Он продержался два дня, не принимая никаких лекарств, и после того, как он вскрыл два гигантских трупа, его тело подверглось атаке на глазах у Гу Яньчэна.

Линь Ло считал, что болезнь — это то, чем можно воспользоваться. Этот принцип он усвоил с детства, однажды он притворился больным, чтобы завоевать заботу и любовь Линь Сянланя. А после того, как Линь Сянлань заболел после его вступительных экзаменов, он ещё больше убедился в том, что люди склонны быть более терпимыми и внимательными к больным.

Он надеялся, что настроение Гу Яньчэна перед этим разговором будет тревожным и примирительным.

Таким образом, обнажив свои слабости, он мог повысить свою инициативность. Он догадывался, что Гу Яньчэнь что-то знает о его прошлом. Это также снизило бы риск последующих действий. Однако, если бы всё было действительно серьёзно, он бы ничего не сказал, чтобы не беспокоить других. Но если же он просто притворялся, то мог попытаться вызвать немного сочувствия.

Шэнь Цзюньци открыл электронную почту и увидел последнее сообщение от отдела судмедэкспертизы. Личность трупа мужчины, возраст которого ранее обсуждали доктор Лю и Сун Цяньчэн, была подтверждена.

Ли Чуньхань, работал финансовым директором в фонде Penang Bin Ai, и страдал от депрессии. Его тело разложилось, остались только кости, а причиной смерти предварительно назвали самоубийство.

Это снова был фонд Penang Bin Ai.

Шэнь Цзюньци всё больше подозревал, что сегодняшнее происшествие не было случайностью.

Автору есть что сказать:

Половина жилета, наконец, отвалилась, оставив вторую половину офицеру Гу.

Объясняю, что настоящий Шэнь Цзюньци погиб в автокатастрофе.

У Линь Ло был мертвый мозг, а его память превратилась в Шэнь Цзюньци в результате трансплантации сердца.

Выжил Линь Ло.

Это произведение представляет собой городской роман.

Этот сеттинг не является фэнтезийным.

Комментарии редактора:

Я что вижу, то «пою».

Хочу поделиться сомнениями с теми, кто не понял, (я тоже не поняла, уж простите). Зачем Лин Ло у которого умер мозг, но было здоровое сердце, пересаживать сердце, в котором торчала металлическая труба?

Ну как есть.

Поиск

Глава 84. Поиск

На следующее утро в отделе по борьбе с особо опасными преступлениями состоялось совещание.

Гу Яньчэнь возглавлял собрание.

Пока Бай Мэн устанавливала проекционное оборудование, она украдкой поглядывала на Шэнь Цзюньци.

Рано утром Гу Яньчэнь специально помог ему выбрать коробочку для таблеток с таймером. Потом у него не было времени, поэтому он позвонил маме, чтобы та помогла ему выбрать хорошую сидушку и доставить ее курьером в отдел.

Мать Гу забеспокоилась:

- Сынок, у тебя болит спина?

Гу Яньчэнь объяснил:

- Это для коллеги, у которого проблемы со здоровьем. Стулья в нашей комнате наблюдения холодные и жёсткие, поэтому я решил купить ему удобную сидушку.

- А, понятно. Не волнуйся, мама всё сделает, — согласилась мама Гу.

Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци и заметил, что судмедэксперт Шэнь сегодня выглядит энергичным, у него румяное лицо и пухлые губы, что совершенно не похоже на его вчерашний болезненный вид. Гу Яньчэнь убедился, что с ним всё в порядке, и снова переключил внимание на дело.

Вчерашняя работа принесла некоторые плоды, полиция уже составила карту социальных связей Цзинь Юэвэня и провела расследования. Они начали искать информацию о Сун Ране.

Все коллеги Сун Рана говорили, что он левша, и это усиливало подозрения. Хотя его телефон долго не включался, похоже, он не собирался его выбрасывать. В общежитии охраны особняка Цинван были установлены камеры для предотвращения краж. Бай Мэн получила записи с камер наблюдения от службы безопасности, изучила их прошлой ночью и теперь докладывала о результатах.

- Вчера я несколько часов просматривал записи с камер наблюдения, и у меня чуть глаза не выпали. В поведении Сун Рана не было замечено ничего подозрительного. Он в основном сидел в общежитии, пока другие охранники курили и выпивали, он не участвовал в этом и почти ни с кем не разговаривал.

Это соответствовало показаниям охранников, но было более объективным, ведь лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Ци Иань спросил:

- Так чем он обычно занимался?

- Ел, спал, дежурил, патрулировал. Когда не было ночной смены, он  ложился в восемь и сворачивался калачиком под одеялом. Сначала я думала, что он играет в телефоне или делает что-то незаконное, но когда он повернулся, я увидела, что он читает.

- Читает?  - Ци Иань удивленно повторил: - Зачем читать под одеялом?

Бай Мэн кивнула:

- Да!

Затем она показала отрывок видео, которое нашла.

- Наверное, чтобы не мешать другим или не чувствовать себя неловко.

Лу Ин прищурился, глядя на экран:

- Обложка из «Нового концептуального английского»?

Ци Иань нахмурился и согласился:

- Похоже, это четвёртый том.

Если бы не тот факт, что этот человек был главным, подозреваемым в текущем расследовании, Ци Иань мог бы с уверенностью сказать, что он целеустремлённый молодой человек, раз так упорно занимается в общежитии службы безопасности.

Гу Яньчэнь задумался. Возможно, именно поэтому другие охранники считали Сун Рана белой вороной?

Потом Бай Мэн представила список расходов Сун Рана. Он тратил очень мало, не покупал сигареты, алкоголь и еду на вынос. Иногда он покупал книги, а большую часть зарплаты отправлял в родной город, оставляя себе лишь небольшую сумму.

Следом Лу Ин сообщил о результатах расследования:

- Мы опросили нескольких односельчан Сун Рана, но никто из них не знал, где он был в последнее время. Жители его родного города не знали, где его искать, и на сообщения он не отвечал.

Гу Яньчэнь посмотрел на номер, на который чаще всего звонил Сун Рань, это номер Чжоу Жу, он обвёл его и спросил Бай Мэн:

- Кто такая эта Чжоу Жу?

Бай Мэн объяснила:

- Мы навели справки об этом человеке. Чжоу Жу — односельчанка Сун Рана, она работает в массажном салоне. Сун Рань заботился о ней последние несколько лет, но Чжоу Жу отрицает, что они встречаются, и говорит, что Сун Рань относится к ней как к младшей сестре.

Гу Яньчэнь просмотрел переписку между Сун Раном и Чжоу Жу. Сун Рань всегда исполнял просьбы Чжоу Жу.

Гу Яньчэнь сказал:

- Давай сначала встретимся с этой Чжоу Жу. Посмотрим, сможем ли мы через неё найти Сун Рана.

После окончания совещания детективы продолжили свою работу, а судмедэксперты вернулись в Центр судебно-медицинской экспертизы.

Шэнь Цзюньци сидел в кабинете и жег благовония. Ци Иань, казался беспокойным и несколько раз вставал, чтобы сходить в туалет.

Увидев, что он встаёт в четвёртый раз, Шэнь Цзюньци не смог промолчать. Он решил, что должен проявить заботу об этом юном ученике:

- Тебе сегодня нехорошо?

Ци Иань вздохнул:

- Учитель, я понял, что вы были правы. При работе с сильно разложившимися трупами необходимо надевать две пары перчаток.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Разве ты их не надел?

Он вспомнил, как предупреждал об этом Ци Ианя.

Ци Иань в отчаянии схватился за голову:

- Когда я убирался в прозекторской, я снял один слой. Сегодня мне кажется, что мои руки чем-то пахнут.

Ци Иань не ожидал, что трупный запах проникнет сквозь перчатки. Прошлой ночью он бесчисленное количество раз мыл руки, использовал различные гели для душа и очищающие средства, и теперь его руки были покрыты ссадинами, но тошнотворный запах никуда не делся. Ци Иань глубоко сожалел об этом, очень глубоко. Теперь он в полной мере осознал, что значит поговорка «не слушать старших — к несчастью».

Шэнь Цзюньци отпил чаю:

- Всё в порядке, не волнуйся. Подожди недельку, и запах естественным образом выветрится.

- Недельку? — Ци Иань чуть не расплакалась, услышав это. — Учитель, у меня на выходные запланировано мероприятие с рукопожатиями, я с трудом его купил!

Он потратил треть своей зарплаты на этот билет с рукопожатием, и ему повезло, что он смог его купить. Если бы он упустил эту возможность, другого шанса бы не было. Ци Иань представил, как пожимает руку своему кумиру, а от его рук исходит этот запах, и ему казалось, что он умрёт от стыда.

Шэнь Цзюньци сочувственно посмотрел на него, а затем пододвинул к нему горшок с мятой:

- Простого мытья недостаточно. Как насчёт того, чтобы сорвать несколько листьев мяты и потереть ими кожу?

Только тогда Ци Иань понял, что Шэнь Цзюньци выращивал мяту не только для того, чтобы нюхать её. Взглянув на горшок со свежей зелёной мятой, он кивнул. Он почувствовал себя неизлечимо больным пациентом, которому вдруг дали чудодейственное лекарство, и сорвал несколько листьев мяты, растирая их между ладонями. Через некоторое время, когда он снова понюхал их, аромат мяты перебил отвратительный запах, и стало намного лучше.

Ци Иань наконец понял, почему Шэнь Цзюньци провел столько вскрытий и при этом от него так приятно пахло. Смесь мяты и благовоний действовала как высококачественная ароматерапия, полностью устраняя трупный запах.

Ци Иань измельчил все листья в порошок и потянулся за новыми.

Шэнь Цзюньци отдёрнул его руку:

- Не торопись, листьев и так было немного, а мы скоро останемся совсем без них.

Ци Иань пожаловался:

- Учитель, я сорвал всего несколько вы слишком скупы.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я просто предлагаю тебе способ. Сходи на рынок и купи пучок кинзы, медленно разотри её, и запах исчезнет.

Ци Иань сказал:

- Учитель, больше всего я ненавижу кинзу.

Шэнь Цзюньци продолжил давать ему указания:

- Я помню, что рядом с южными воротами городского управления есть цветочный магазин. Сходи туда, но не покупай цветы, купи травы.

Ци Иань быстро ответил:

- Я знаю, что смешивание запахов только усугубляет ситуацию.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него с сочувствием:

- Ты уже пробовал это.

Ци Иань, словно надев маску боли, сказал:

- Да…

Чувствуя себя беспомощным, прошлой ночью он купил на улице маленький флакон духов и побрызгал ими на руки. После этого, когда Ци Иань понюхал свои руки, его чуть не стошнило. Духи смешались с запахом разложения и стали ещё более летучими и резкими. Это было похоже на практику ядовитой ладони.

Он сообщил, что у него важное дело на улице и спустился вниз. Через двадцать минут он вернулся с маленьким горшочком базилика.

- Продавец сказал, что мяты, не осталось, только это, он довольно приятно пахнет.

Шэнь Цзюньци взглянул на него:

- Хорошо, только постарайся не затягивать с отчётом о вскрытии.

Итак, в то утро Ци Иань писал отчёт о вскрытии, натирая руки листьями базилика. К полудню он понюхал руки, и запах, наконец, выветрился, оставив после себя травяной аромат с едва уловимым зелёным оттенком. Но для него это уже было терпимо.

Ци Иань почувствовал удовлетворение от того, что решил проблему, и его настроение значительно улучшилось. Ближе к полудню Ци Иань отправился в отдел логистики, чтобы забрать кое-какие вещи.

Детектив Юй Шэнь стоял в очереди позади него и наклонился, чтобы принюхаться:

- Судмедэксперт Ци, от тебя так приятно пахнет.

Ци Иань знал, что это работает базилик, и был очень доволен.

Юй Шэнь принюхался ещё раз:

- Базилик! Ты что, тайком ходил в гонконгский чайный ресторан за курицей в трёх чашках?

Лицо Ци Ианя стало зеленее, чем его ладони, и он вообще не хотел ничего говорить.

Юй Шэнь продолжал спрашивать:

- У меня довольно чувствительное обоняние, куда ты ходил? Я тоже закажу там.

Если бы это была чат-группа, Юй Шэнь, вероятно, увидел бы сообщение: «Ваш друг, судмедэксперт Ци, вышел из чата».

Команда детективов всё ещё искала Сун Рана.

Ближе к полудню Гу Яньчэнь вывел людей из здания. Сначала они отправились в массажный салон и немного поболтали с женщиной по имени Чжоу Жу. Её скорее можно было назвать девушкой, чем женщиной. Она была очень молода, у неё была светлая кожа и пухлые щёчки, как у ребёнка. Она говорила с лёгким деревенским акцентом.

По словам Чжоу Жу, хотя Сун Рань и происходил из бедной семьи, он был очень честным и никогда не поступал неправильно.

- Брат Сун хорошо учился и усердно работал. Однако у его семьи было мало денег, поэтому после окончания школы он перестал учиться. Его мать заболела, и он приехал в город, чтобы работать и зарабатывать деньги. Он пробовал себя в разных профессиях и даже работал на стройках. Позже он понял, что работа охранником более стабильна. Условия питания и отдыха были лучше, и ему даже выдали униформу, поэтому он стал охранником. Он был очень добр ко мне, но моя семья считала, что я слишком молода. У нас никогда не было отношений, я просто относилась к нему как к брату. Но всякий раз, когда у меня возникали проблемы, он приходил на помощь. Каждый раз, когда я переезжала, я беспокоила его.

Гу Яньчэнь взглянул на личное дело Чжоу Жу. Этой девушке только что исполнилось восемнадцать. Если бы она жила в городе, то ещё училась бы в школе, но она уже работала, чтобы зарабатывать деньги и обеспечивать родителей и младшего брата.

Чжоу Жу сделала паузу и спросила:

– Могу ли я спросить, брат Сун … что он сделал, что вы его ищете?

Гу Яньчэнь не стал вдаваться в подробности.

- Он замешан в деле о нанесении умышленного вреда здоровью.

- Умышленное причинение вреда?

Чжоу Жу в недоумении расширила глаза.

Она опустила голову и сказала:

- Брат Сун очень добрый. Когда я была ребенком, если дети дрались, он всегда пытался их разнять. Если в деревне появлялись раненые бродячие кошки или собаки, он отводил их к врачу. Как он мог причинить кому-то вред?

- Он рассказывал о своих планах после увольнения?

- Он сказал мне, что хочет сдать экзамены…

- Какой экзамен?

- Вступительные экзамены в колледж.

Чжоу Жу поджала губы.

- Он сказал, что работа охранником стабильна и что, если ему не придётся работать по ночам, он сможет использовать свободное время для учёбы.

Эти показания полностью отличались от показаний охранников, но при внимательном рассмотрении не противоречили их описаниям.

Гу Яньчэнь понимал, что никто из них не лжёт. Это было похоже на взгляд с разных сторон, разные люди видели разные вещи и по-разному их понимали. Но если собрать всё воедино, получится одна картина.

Полиция запросила дополнительную информацию и, наконец, с согласия Чжоу Жу попытались организовать встречу с Сун Раном.

Бай Мэн в режиме реального времени следила за телефоном Чжоу Жу на полицейском компьютере.

Чжоу Жу замялась с телефоном в руках и спросила:

- Как мне организовать встречу?

Гу Яньчэнь сказал:

- Говори так, как ты обычно с ним разговариваешь. Чем естественнее, тем лучше.

- Я дважды просила его помочь мне с переездом из-за смены работы. Может, мне стоит попросить его снова.

Чжоу Жу опустила голову и прошептала:

- Получается, я ему помогаю?

Гу Яньчэнь ответил:

- Да, ты ему помогаешь. Если он невиновен, мы от него узнаем правду.

Чжоу Жу позвонила Сун Рану, но тот быстро сбросил вызов. Она позвонила ещё раз, но на этот раз Сун Рань прислал сообщение:

- Сейчас не могу говорить по телефону.

Это был первый ответ от Сун Рана за последнее время, и Бай Мэн аж встрепенулась, призывая Чжоу Жу поговорить с ним.

Немного подумав, Чжоу Жу отправила Сун Рану голосовое сообщение:

- Брат, у меня срочное дело. Второй квартиросъемщик не платит за аренду, и хозяин выгоняет нас. Мне снова нужно переезжать. Ты можешь мне помочь?

Через десять минут Сун Рань отправил ещё одно сообщение, короткое и по существу:

- Куда ты переезжаешь?

Чжоу Жу ответила:

- Встретимся в массажном салоне, и я расскажу тебе подробности. Ты сможешь прийти к полудню? Я хочу угостить тебя обедом.

Бай Мэн напомнила Чжоу Жу:

- Напомни ему адрес. Скажи, что ты будешь в салоне одна.

Чжоу Жу сказала:

- Я на улице Дунъюань - роуд, в массажном салоне Гуошоу. Все остальные в салоне уйдут на обед в полдень, а я останусь здесь.

Через некоторое время Сун Рань ответил:

- Я приду к тебе.

План сработал без сбоев. Гу Яньчэнь быстро всё организовал, задействовав сотрудников ближайшего полицейского участка. Полицейские в штатском рассредоточились по улице в ожидании появления Сун Рана, чтобы арестовать его.

Бай Мэн сидела в полицейской машине, припаркованной у обочины, и чувствовала себя охотницей, поджидающей добычу. На экране компьютера перед ней в режиме реального времени отображалось, как сигнал телефона Сун Рана движется в сторону Дунъюань-роуд.

Бай Мэн взволнованно сказала сидящему рядом с ней Гу Яньчэню:

- Капитан Гу, мы его поймали.

Однако Гу Яньчэнь нахмурился и покачал головой.

- Что-то здесь не так.

Бай Мэн озадаченно спросила:

- Что не так?

- Слишком все гладко, — проанализировал ситуацию Гу Яньчэнь.

- Сун Рань должен знать, что его разыскивает полиция. Его телефон включен, но он продолжает игнорировать звонки. Это немного странно. Даже текстовые сообщения, которые он отправлял, были лаконичными.

Сун Рань не слишком хорошо заметал следы, но его так и не нашли. Более того, до сих пор, кроме связи с владельцем недвижимости и охранниками, он не обнаружил никакой другой связи между Сун Раном и Цзинь Юэвэнем. Мотив убийства ради денег казался ему не слишком правдоподобным. По словам охранников, Сун Рань был немного странным, а по словам Чжоу Жу, он не производил впечатления безжалостного убийцы.

Гу Яньчэнь закончил просматривать последние сообщения в мессенджерах Сун Рана, но не нашёл никаких признаков преступной деятельности.

Просмотрев скрины, сделанные Бай Мэн сегодня утром, он понял, что охранники живут в плохих условиях, в одной комнате восемь кроватей и нет даже стула, на который можно было бы присесть.

Гу Яньчэнь не мог не думать о Сун Ране, который изучал английский по «Новым концепциям» под одеялом. Человек, который усердно учился в съёмной комнате, деля её с охранниками, и собирался сдавать экзамен, — как он мог быть одержим убийством, чтобы внезапно разбогатеть?

Глубоко задумавшись, Гу Яньчэнь опустил голову и сцепил пальцы. У него было плохое предчувствие. Скорее всего, Сун Рань уже...

Бай Мэн, однако, сохраняла оптимизм.

- Капитан Гу он уже в пути. Мы допросим его, когда поймаем.

С этими словами Бай Мэн повернулась к экрану.

- Он почти здесь!

Возможно, он приехал на машине, судя по времени его ответа. Точка, обозначающая Сун Рана на экране, уже переместилась в район улицы Дунъюань.

Гу Яньчэнь не мог думать ни о чём другом и быстро связался с оперативниками через наушник.

- Цель обнаружена, продолжайте следить.

В наушнике раздался ответ. Бай Мэн переключила камеру, на офицерах, находившихся на местах, были установлены камеры наблюдения. Офицеры и сотрудники вспомогательной полиции притворялись пешеходами, уличными торговцами, или просто сидели на обочине и отдыхали.

Все они видели фотографии и видео с Сун Раном, поэтому они бы сразу его узнали. Они были похожи на охотников, которые расставили ловушку и ждут появления добычи.

Все наблюдали, а Бай Мэн так нервничала, что у неё вспотели ладони. Она не сводила глаз с экрана монитора и вдруг воскликнула:

- Он остановился!

Они увидели, что точка на экране остановилась и больше не двигалась.

Гу Яньчэнь спросил:

- А что с Чжоу Жу? Она получала какие-нибудь сообщения?

Пока он говорил, на экране, появилось входящее сообщение. В нём была всего одна строка: «У меня появились дела, я не смогу придти».

После этого телефон выключился, а сигнал слежения на экране внезапно исчез.

Бай Мэн нахмурилась.

- Что происходит? Нас раскрыли?

- Он только что приехал… -  Гу Яньчэнь вдруг подумал о другом варианте.

- Возможно, человек, который держит телефон, вообще не Сун Рань.

Внезапно всё встало на свои места, и он спросил Бай Мэн:

- У тебя есть видео, которое ты вчера скопировала в офисе управляющей компании?

- Да, оно здесь…

Бай Мэн открыла папку. Она сохранила все данные за вчерашний день на портативный жёсткий диск.

Гу Яньчэнь открыл видео, на котором человек в плаще входит на виллу Цзинь Юэвэня и выходит из неё, и показал оба видео на экране рядом друг с другом.

На одном из них был человек в плаще, входящий в здание, а на другом — выходящий из него в таком же плаще. Хотя Гу Яньчэнь уже несколько раз пересматривал это видео, сейчас он изучал его кадр за кадром более внимательно. На этот раз он вдруг заметил кое-что странное.

- Обувь разная!

Гу Яньчэнь вспомнил, как охранники говорили, что у Сун Рана была только старая пара белых кроссовок, цвет которых выцвел. Несмотря на проливной дождь и то, что человек стоял спиной к камере и находился в зоне действия инфракрасного ночного видения, было видно, что кроссовки не белые, а тёмные.

Гу Яньчэнь увеличил изображение. На человеке в плаще были кроссовки. Присмотревшись, он заметил небольшие различия в их походке и в том, как они размахивали руками при ходьбе. Только из-за темноты и дождя, а также из-за того, что видео было коротким и размытым, они решили, что человек, входящий и выходящий из здания, — это Сун Рань.

На самом деле человек в плаще, скорее всего, подменил Сун Рана.

Сун Рань вошёл, но настоящим преступником мог быть тот, кто вышел.

Гу Яньчэнь передал в гарнитуру:

- Планы меняются. Это молодой человек, ростом и телосложением похожий на Сун Рана, но это не он, у него в руках телефон Сун Рана.

Камеры на автомобилях полицейских вращались, и каждый из них изо всех сил старался найти цель. Однако из-за большого количества пешеходов и транспортных средств на дороге они не могли его найти.

Прошло время, но они так и не добились успеха.

Бай Мэн обернулась и спросила:

- Капитан Гу, нам продолжать поиски?

Гу Яньчэнь знал, что эта операция не даст результатов. Он решил не тратить больше силы.

- Операция завершена, возвращаемся на базу.

Бай Мэн всё ещё не могла до конца осознать этот факт.

- Если человек, у которого сейчас находится телефон Сун Рана, — убийца, значит ли это, что он соучастник? К вилле ведёт только одна дорога, как он попал на виллу? И где сейчас может быть Сун Рань?

Гу Яньчэнь ответил:

- Давайте вернёмся в район Цинван.

Сразу после полудня Гу Яньчэнь привёл команду обратно на место преступления.

Послеполуденное солнце ярко освещало окрестности, и их по-прежнему сопровождал капитан Чэнь, начальник службы безопасности.

Сегодня в этом районе было гораздо тише, нет журналистов и скорбящих. Вилла Цзинь Юэвэня была пуста.

Лу Ин заметил:

- Хорошо, что сегодня здесь не так много людей.

— Верно, — капитан службы безопасности вытер пот. — За ночь четыре семьи съехали, а на нескольких домах до сих пор висят объявления о продаже. Но они не могут их продать.

Новость об убийстве за одну ночь облетела все СМИ. Всего за одну ночь этот район стал печально известным местом, где обитают призраки. Богатые жители не хотели больше здесь оставаться и начали переезжать. На земле валялись цветы и свечи, но все скорбящие исчезли без следа.

Сегодня утром разразился скандал с участием знаменитости, который отвлёк внимание людей, и никому уже не было дела до того, как умер филантроп. Для полиции это было хорошо. Без постороннего вмешательства они могли сосредоточиться на расследовании.

Гу Яньчэнь попросил капитана Чэня предоставить ему архитектурную карту района. Он также пригласил двух полицейских собак, чтобы они тщательно обыскали территорию вокруг виллы в надежде найти новые улики.

Вилла Цзинь Юэвэнь располагалась в углу района. Сюда вела только одна дорога, а камера наблюдения находилась в конце этой дороги. По периметру двора были высажены трёхметровые колючие кусты, через которые невозможно было пройти.

Недалеко от виллы находилась стена высотой четыре метра, сверху покрытая электрическим током.

На этот раз поиск охватил весь район.

Гу Яньчэнь прошёл в центр и посмотрел на пруд, отмеченный на карте. Это был элемент ландшафтного дизайна во дворе с извилистыми дорожками и цветами лотоса, а также едва заметными ступеньками. Вода была мутной, и дна не было видно. Он вдруг понял, что этот пруд — не просто водоём, а полноводный ручей.

Гу Яньчэнь подумал, если дорога непроходима, может, он воспользовался ручьем? Он пошёл по каналу, и у входа во двор Цзинь Юэвэня канал был перекрыт и вымощен зелёными камнями, как все дорожки во дворе. Но под ними должен протекать ручей.

Гу Яньчэнь спросил капитана Чэня:

- Куда ведет этот ручей?

Капитан Чэнь ответил:

– Он ведет за пределы поселка, к проточной воде.

Это был элитный район, изначально спроектированный с небольшим мостом и проточной водой, поэтому для входа в него был специально построен водный путь.

- Какая глубина?

- Около двух метров.

- Есть ли какая-нибудь защита?

- Должна быть. Когда строился водный путь, была установлена железная сетка. Никто не может проникнуть внутрь извне.

Гу Яньчэнь не мог в это поверить. Он шёл по каменной дорожке во дворе Цзинь Юэвэня, проверяя каждый камень. Он нашёл один незакреплённый камень. Гу Яньчэнь поднял камень, и под ним обнаружилась текущая вода. Эта часть была соединена с внешней водой.

Гу Яньчэнь измерил расстояние. Оно составляло примерно семь-восемь метров от стены двора.

Он попытался сдвинуть другие камни, но ни один из них не поддался, кроме этого, который мог служить входом. В любом случае это было важное открытие. Если у кого-то есть навыки плавания, он, скорее всего, сможет проникнуть сюда, минуя наблюдение.

Гу Яньчэнь сказал:

- У нас есть очки для плавания? Кто из вас хорошо плавает? Спуститесь и посмотрите.

Лу Ин вызвался добровольцем:

- Не беспокойтесь. Я и раньше плавал в мутных диких озёрах. Потом мне просто понадобятся глазные капли. Давайте я посмотрю.

Гу Яньчэнь остановил его:

- Нет, здесь всё завалено камнями, а проход узкий. Если это тупик, ты легко можешь застрять внутри.

Лу Ин всё ещё хотел поплыть:

- Я хорошо плаваю. Я могу развернуться и поплыть обратно даже под водой. Проплыть десяток метров — не проблема.

Гу Яньчэнь сказал:

- Тебе лучше обойти двор снаружи и посмотреть, сможешь ли ты проникнуть внутрь по воде. Для безопасности обвяжись верёвкой и немедленно выходи, если что-то пойдёт не так.

Только тогда Лу Ин согласился и пошёл за помощниками.

Ручей снаружи протекал под стеной двора. Лу Ин хорошо плавал и, добравшись до края, нырнул.

Через некоторое время Лу Ин вынырнул из расщелины в зелёной каменной стене и вытер воду с лица.

- Чёрт, кто-то…

Капитан Чэнь, видя, что проблем становится всё больше, побледнел и пробормотал:

- Как такое возможно?

Бай Мэн потянула Лу Ина за руку, чтобы вытащить его на берег.

Гу Яньчэнь спросил:

- Насколько велико отверстие?

Лу Ин покачал головой:

- Около метра, в него может пройти только один человек, даже полный не пролезет.

Наконец они нашли вход.

Гу Яньчэнь снова погрузился в свои мысли. В ту ночь убийца, возможно, проник в дом через это отверстие, Сун Рань пришёл в плаще. Кто пришёл первым? Что произошло той ночью? Почему убийца выдал себя за Сун Рана и ушёл в плаще?

Гу Яньчэнь снова посмотрел в сторону виллы, она совсем небольшая. Вчера они искали в окрестностях виллы, а сегодня расширили зону поиска на весь район. Каждое место, где не было наблюдения, было тщательно обыскано. Мусорные баки проверили, но они были недостаточно большими, чтобы в них поместился человек. На вилле было всего два тела…

Гу Яньчэнь сделал несколько шагов и почувствовал неприятный запах. Вонь от трупов на вилле была настолько невыносимой, что они не обратили внимания на запах здесь.

Гу Яньчэнь заметил железную крышку люка на пустыре за виллой. Он повернулся к капитану Чэню и спросил:

- Это канализация? Куда она ведёт?

Капитан Чэнь поспешил к нему:

- Это не канализация, а местная система. Она ведёт к септику за домом и служит для технического обслуживания. Её давно не открывали.

Он зажал нос.

- Здесь обычно плохо пахнет, но сейчас, кажется, ещё хуже. Может быть…

Гу Яньчэнь сказал:

- Давайте поднимем его и посмотрим.

Он потянул за кольца на крышке люка, Лу Ин тоже подошёл, чтобы помочь. Железная крышка была небольшой, с двумя кольцами сверху. Взрослый человек мог легко её поднять. Как только они подняли её, им в нос ударил резкий запах.

Гу Яньчэнь присел на корточки и заглянул внутрь. В свете фонарика он едва различил короткие волосы на голове мужчины.

Капитан Чэнь тоже наклонился, чтобы посмотреть, и они оба были потрясены, увидев в колодце сидящего на корточках мертвеца. Он вздрогнул и сел прямо на землю.

Той ночью погибли не два, а три человека.

Убийца был крайне безжалостен, а Сун Рань даже не успел покинуть двор. Убийца взял телефон Сун Рана, надел его плащ, и недавняя активность на телефоне и ответы на сообщения были частью плана, призванного заставить их поверить, что Сун Рань всё ещё жив.

Гу Яньчэнь достал телефон и позвонил доктору Шэнь.

- Доктор Шэнь, мы наконец-то нашли Сун Рана.

Шэнь Цзюньци решил, что их слежка принесла плоды.

- Вы его допросили? Есть какие-нибудь зацепки?

- Он уже мёртв. Что касается подсказок, которые он может дать…

Гу Яньчэнь взглянул на полуразложившийся труп мужчины, в канализации.

- Боюсь, тебе придётся прийти и спросить его.

Настоящий виновник

Глава 85. Настоящий виновник

Около двух часов дня подъехала машина судебно-медицинской экспертизы городского бюро.

Шэнь Цзюньци вместе с Ци Ианем въехали прямо во двор.

Выйдя из машины, судмедэксперты подошли к краю люка и присели на корточки, чтобы проверить ситуацию.

Это была канализационная система, которую обслуживали рабочие. Множество труб вели к септику в жилом районе.

Внутри стоял запах разложения, но, к счастью, он немного выветрился после вчерашнего сильного дождя. Ци Иань на удивление спокойно отнесся к этому запаху.

Пространство под люком было глубиной около четырёх метров, внутри скопилась дождевая вода, и там лежало тело.

Шэнь Цзюньци надел резиновые перчатки. Пальцы перчаток слиплись, поэтому он подул в них, и перчатки надулись, как воздушные шарики. Он закрыл отверстие и надавил рукой, вытягивая каждый палец.

Аккуратно надев их, он спокойно сказал:

- Сначала сфотографируй, а потом готовься вытаскивать его.

Ци Иань взял камеру и сделал около дюжины снимков, потом подготовил инструменты и оборудование, и достал мешок для трупа.

Гу Яньчэнь подошёл и спросил:

- Ты принёс верёвки и корзину?

В отделе судебно-медицинской экспертизы был набор оборудования, специально предназначенного для извлечения трупов. Оно было прочным и практичным, легко разбиралось, директор Дин одобрил его, вложив значительные средства. Этот набор оборудования можно было использовать для спасательных операций, как под землёй, так и в расщелинах или небольших шахтах.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Мы все взяли. Я спущусь и проверю, что там.

Услышав это, Гу Яньчэнь нахмурился и схватил его за руку.

- Давай я пойду вместо тебя.

Учитывая текущее состояние Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэну он казался хрупким. Как он мог позволить ему выполнить такое опасное задание?

Шэнь Цзюньци пошёл за защитным костюмом.

- Нет, вы, детективы, не знакомы с процедурой. Вы можете нанести дополнительный вред телу. Кроме того, вы можете упустить важные улики, что впоследствии затруднит раскрытие дела.

Его тон был таким естественным, словно он забыл о том, что произошло вчера.

- Но колодец довольно глубокий, — Гу Яньчэнь с силой сжал руку Шэнь Цзюньци, не отпуская её, понижая голос, чтобы напомнить ему:

- Есть только один комплект снаряжения. Если ты упадёшь там, в обморок, спасти тебя будет непросто.

Шэнь Цзюньци замялся:

- Но чтобы сохранить тело, нам всё равно нужно, чтобы судмедэксперт спустился вниз.

Гу Яньчэнь отвернулся:

- Ци Иань, ты можешь это сделать?

Ци Иань всё это время был занят делом, и понятия не имел, о чём спорят эти два руководителя. Он опешил, когда его окликнули, но с готовностью принял это непростое задание:

- Конечно, я спущусь и посмотрю.

Шэнь Цзюньци напомнил ему:

- Ты забыл о мероприятии с рукопожатием?

Ци Иань заколебался, но затем стал более решительным:

- Всё в порядке, работа важнее. Я пока забуду о мероприятии с рукопожатием.

Действительно, на месте преступления не было никого более подходящего для этой работы, чем он.

Шэнь Цзюньци подозвал Ци Ианя и проинструктировал его по различным аспектам расследования. Ци Иань был хорошим мальчиком. Он слушал, кивал и запоминал указания. Хотя он был готов отказаться от рукопожатия, он всё же усвоил урок и предусмотрительно надел двухслойные перчатки. Он впервые участвовал в извлечении трупа, и на него была возложена большая ответственность. Он был слишком занят, чтобы переживать из-за того, что пропустил церемонию рукопожатия.

Шэнь Цзюньци помог Ци Ианю надеть защитный костюм, закрывающий всё тело, обул его в резиновые сапоги, надел на него противогаз и прикрепил фонарь на лоб.

Гу Яньчэнь позвал детективов, чтобы они установили подъёмник и корзину. Ци Иань пристегнул страховочный ремень и спустился вниз.

Проход был узким, внутри царила кромешная тьма, а под ней сточные воды глубиной более десяти сантиметров. Внутри было тесно.

После того как Ци Иань спустился, ему едва хватило места, чтобы встать, поэтому он осторожно пошевелился, держась на расстоянии от тела. В колодце было прохладно, и не было такого панорамного вида, как вчера.

Ци Иань был в противогазе и почти не чувствовал неприятного запаха. Освещение внутри было недостаточным, стояла кромешная тьма, и только огонёк на его голове освещал небольшое пространство перед ним. Находясь в одиночестве в тёмном помещении, он не мог не нервничать.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты добрался до дна?

Ци Иань ответил, и его голос эхом отозвался в ушах:

-Да, добрался.

- Ты нормально дышишь? — снова спросил Шэнь Цзюньци.

- Нет проблем, — ответил Ци Иань и, запрокинув голову, посмотрел на яркое отверстие над собой.

Ци Иань вдруг вспомнил фразу:

- Сидеть в колодце и смотреть на небо.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Что?

Голос Ци Ианя эхом разнёсся по колодцу:

- Сижу в колодце и смотрю на небо.

Шэнь Цзюньци сочувственно посмотрел на него:

- Ты хочешь сказать, что ты лягушка?

Глаза Ци Ианя наполнились слезами:

- Учитель, сделайте вид, что вы этого не слышали.

Когда все замолчали, и в колодце воцарилась тишина. Ци Иань сделал шаг вперёд по воде. С каждым движением его дыхание становилось всё тяжелее. Наконец он добрался до тела и опустил голову, чтобы рассмотреть его.

Ци Иань сначала включил устройство наблюдения, которое было подключено к компьютеру Бай Мэн, чтобы люди наверху могли видеть происходящее внизу в режиме реального времени. Затем он взял камеру, переключился в режим ночного видения и сделал несколько снимков. По причёске и одежде он понял, что перед ним, скорее всего, Сун Рань.

Сюда не проникал солнечный свет, поэтому было немного холодно. Из-за низкой температуры тело не сильно разложилось. По сравнению с двумя гигантскими трупами, это было не так страшно. В лучшем случае его можно было считать обычным разложившимся телом, с которым он мог справиться. Однако находиться  ним наедине в тёмном и тесном помещении было всё равно не по себе.

Выглядело, так как будто тело Сун Рана, сбросили сверху. За прошедшие дни его кожа приобрела серый оттенок, и стали видны вены. Его лицо было слегка опухшим, бледным, глаза закрыты, ресницы опущены, и он выглядел безмятежным, как будто мирно спал. На нем была старая белая футболка, испачканная кровью, и джинсы с большим количеством пятен крови.

Тело было свёрнуто в клубок, и почти не было личинок. Ноги по колени были погружены в сточные воды и заметно распухли, а на теле виднелись следы крысиных укусов.

Работая в одиночку, у Ци Иана участилось сердцебиение.

Тело было ледяным и тяжёлым, как большой кусок мёртвого мяса.

В противогазе в колодце было трудно дышать. Ци Иань тяжело дыша, немного сдвинул труп с места.

Сверху донёсся голос Шэнь Цзюньци:

- Всё идёт по плану? Если ты почувствуешь нехватку кислорода или головокружение, обязательно сообщите нам заранее. Не торопись.

В прошлом были случаи, когда судмедэксперты теряли сознание во время извлечения трупов. Если противогаз снять, можно надышаться вредными газами, и в случае плохого самочувствия персоналу требовалась срочная госпитализация.

Из-за опасений Шэнь Цзюньци не стал настаивать на том, чтобы самому спуститься в колодец, но всё равно не мог не беспокоиться из-за отсутствия у Ци Ианя опыта.

- Я в порядке!

Ци Иань почувствовал, что его дыхание выровнялось, просто было тяжело дышать.

Он громко ответил Шэнь Цзюньци и подбодрил себя:

- Я справлюсь!

Следуя указаниям Шэнь Цзюньци, он сначала проверил карманы и части тела, а затем надел на руки, ноги и голову трупа полиэтиленовые пакеты, чтобы не потерять важные улики в процессе подъёма. Затем он обвязал верёвками подмышки и пах трупа, чтобы равномерно распределить нагрузку и не повредить скелет или раны.

Наконец Ци Иань закончил свою работу.

Он встряхнул верёвку и сказал:

- Теперь можете поднимать.

Детективы наверху приложили усилия. С помощью простого устройства с блоками поднимать стало намного легче. Вскоре тело подняли, и детективы унесли его, положив на пластик, который уже расстелил Шэнь Цзюньци.

Хотя тело достали, работа Ци Ианя ещё не была закончена.

Шэнь Цзюньци крикнул:

- Сначала исследуй всё ногами, потом дотрагивайся руками, остерегайся острых предметов, которые могут нанести травму.

У Ци Ианя было не так много опыта. Многие убийцы избавляются от орудия преступления вместе с телом. Если не соблюдать осторожность, в неизвестных подводных условиях можно легко получить травму. Канализационные воды были похожи на густые чернила, они были абсолютно чёрными. Ци Иань осторожно осматривал пространство фонариком, закреплённым на его голове. Устройство наблюдения не давало чёткого изображения.

Снизу донёсся приглушённый голос Ци Ианя:

- Кажется, под водой есть кирпичи.

Через некоторое время Ци Иань снова сказал:

- О, это не кирпичи, а довольно толстые книги.

Шэнь Цзюньци приказал детективам снова отправить вниз корзину.

Ветви, камни... Они не знали, как они там оказались. Через некоторое время стало ясно, что там действительно было оружие.

Шэнь Цзюньци не спешил осматривать тело. Вместо этого он помог Ци Ианю снять тяжёлый защитный костюм.

За короткое время Ци Иань почувствовал себя так, словно побывал в загробном мире и вернулся в мир живых.

Увидев, что с ним всё в порядке, Шэнь Цзюньци сказал:

- Молодец.

Услышав похвалу от своего учителя, Ци Иань почувствовал прилив сил.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь вместе осмотрели найденные предметы. Как и ожидалось, орудием убийства был зазубренный нож длиной почти двадцать сантиметров. Можно сказать, что убийца был чрезвычайно жестоким и злобным. Нож долгое время пролежал под водой, и теперь на нём сложно обнаружить отпечатки пальцев.

Гу Яньчэнь сказал:

- Этот нож — орудие убийства. Проверьте, сможете ли вы найти его источник.

Лу Ин кивнул, запоминая форму и марку.

Там было несколько книг, в том числе на английском языке, и несколько литературных произведений, а самой толстой книгой был словарь. Некоторые книги намокли, а некоторые были сухими, оставаясь на поверхности воды.

Шэнь Цзюньци надел перчатки и открыл одну из книг, обнаружив внутри сложенные листки бумаги. Он протянул их Гу Яньчэну.

Гу Яньчэнь посмотрел и понял, что это письмо.

Это было письмо от Цзинь Юэвэня к Сун Рану.

«Привет! Сун Рань

Я впервые встретил тебя, когда увидел в форме охранника, читающего в беседке во дворе. Я подошёл к тебе, чтобы поболтать, и узнал, что ты хочешь поступить в колледж. Я предложил тебе помощь, но ты отказался.

Ты сказал, что хочешь сам изменить свою судьбу. В тебе я увидел силу духа, которой нет у многих людей, и это напомнило мне о моей юности.

Я тоже был ребёнком из бедной семьи. В юности я жил в пригороде и много страдал. В то время я думал, что если бы кто-то мог мне помочь, я бы наверняка избежал многих трудностей и жил бы другой жизнью. Позже, благодаря собственным усилиям, я постепенно разбогател.

Поэтому у меня возникла идея помогать всем людям. Я помогал детям, которые не могли позволить себе ходить в школу, и семьям, которые оказались в нищете из-за болезни, как будто я помогал самому себе в прошлом. Я не жду, что они отплатят мне тем же, я просто надеюсь, что в будущем они принесут пользу обществу и будут помогать людям.

Все эти годы я постоянно протягивал руку помощи, но теперь я немного устал и постепенно начинаю чувствовать себя бессильным. Я часто испытываю тревогу, потому что не могу помочь всем.

Недавно кое-что произошло, и я начал размышлять. Действительно ли моя помощь нужна тем, кому я её оказываю? Действительно ли я помог тем, кто действительно нуждался в помощи? Действительно ли они в отчаянии и нуждаются в моей помощи?

Именно твой отказ разбудил меня. Возможно, мне не стоило менять жизнь некоторых людей.

Я добрый человек, но доброта не должна быть неуместной. Мне нужно научиться уважать их судьбу. Мне также нужно понять, что не все достойны моей помощи. Не у всех будут благие намерения, и не все будут благодарны. Я могу спасти их на мгновение, но не могу спасти их на всю жизнь.

Но я знаю, что говорить об этом уже поздно. Некоторые люди подобны жадным змеям. Если я буду обнимать их, то получу только змеиные укусы.

Ты напомнил мне, что в этом мире всегда есть несчастные люди и много тех, кто, даже столкнувшись с трудностями, продолжает бороться, как и ты.

Я слышал, что ты уезжаешь, поэтому могу подарить тебе только эти старые книги. Я желаю тебе светлого будущего. Я подумаю о том, как использовать свою доброту в более подходящих ситуациях. Я надеюсь, что завтрашний день будет лучше сегодняшнего.

— Цзинь Юэвэнь»

После прочтения письма между ними повисла тишина. Лу Ин тоже подошёл, чтобы взглянуть, а затем повернулся к лежащему рядом телу:

- Сун Рань… Сколько ему было лет?

Бай Мэн проверила файл и сказала:

- Девятнадцать, в этом месяце ему исполнилось бы двадцать.

- Чёрт, — выругался Лу Ин себе под нос, — он совсем ещё ребёнок. Когда я найду этого убийцу, мне очень захочется сначала его поколотить.

Это письмо не было ключевым доказательством, но оно переходило из рук в руки среди детективов и в конце концов попало в отдел криминалистики, где его положили на хранение.

К тому времени они уже всё поняли.

В ту ночь Сун Рань пошёл в дом Цзинь Юэвэня, чтобы забрать книги и попрощаться. Возможно, тогда он и столкнулся с убийцей.

Когда Сун Рань проходил мимо виллы, он услышал крик, вернулся и столкнулся с убийцей. Не раздумывая, он бросился вперёд. Сун Рань хотел остановить убийцу, но тот жестоко расправился с ним.

Чтобы его не обнаружили, убийца спрятал труп в колодце, забрал его телефон, снял с него дождевик и надел на себя. Книги убийца тоже выбросил.

Убийца спрятал только его тело, но не стал прятать тело Цзинь Юэвэня. Причина заключалась в том,  чтобы обвинить во всём этого молодого охранника.

Если бы полиция не нашла его, они могли бы упустить убийцу, и тело Сун Рана продолжало бы разлагаться здесь.

Когда всё было улажено, на месте преступления наступила тишина.

Ци Иань стоял в стороне, и его глаза наполнялись слезами.

Он прошептал:

- Почему убийца встретил его? Это так печально.

- В этом мире много подобных вещей. Если ты считаешь, что это несправедливо, попытайся это изменить. Мы поймаем убийцу, это будет лучшее утешение для покойного, — Шэнь Цзюньци слегка кашлянул, — Давай начнём осмотр.

Они опустились на корточки, чтобы провести предварительный осмотр. Из-за того, что все происходило на открытом воздухе, запах немного ослаб и стал не таким сильным.

Ци Иань достал бланк и опустился на корточки. Он заметил пару белых кроссовок, ноги Сун Рана были в воде, и обувь почти лопнула.

Шэнь Цзюньци осторожно снял полиэтиленовые пакеты. Ци Иань тоже помогал.

Шэнь Цзюньци спросил его:

- Тебе было страшно там, внизу?

Ци Иань сказал:

- Сначала мне было немного страшно, но потом я привык. Теперь я не боюсь. Он хороший человек.

Он посмотрел на разлагающийся труп и продолжил:

-Я не боюсь хороших людей. Даже мёртвые, хорошие люди всё равно лучше многих живых плохих.

Шэнь Цзюньци кивнул в знак согласия, и его тон стал серьёзным:

- Имя: Сун Рань, мужчина, рост 175 см, умер шесть дней назад, труп был пропитан дождевой водой, особенно сильно разложились ноги. Смертельное ранение в грудь, один удар ножом в сердце. Руки жертвы…

Шэнь Цзюньци, осматривавший труп, внезапно остановился, увидев руки. Он заметил, что левая рука была крепко сжата, что было необычно. Даже после того, как тело пролежало в колодце много дней и начало разлагаться, рука не разжалась.

Выражение лица Шэнь Цзюньци стало серьёзным. После стольких дней трупное окоченение давно прошло. Он осторожно разжал его руку. На бледной, покрытой шрамами ладони было несколько коротких волосков. К счастью, Ци Иань был очень осторожен во время поднятия тела, и эти улики не были утеряны.

Шэнь Цзюньци пинцетом подцепил волосы и рассмотрел их на свету. Длина и цвет волоса отличались от тех, что были у Сун Рана, поэтому они не могли принадлежать ему. Скорее всего, это были волосы убийцы. Если там будут волосяные фолликулы, можно будет сделать анализ ДНК убийцы.

Ци Иань занервничал, присев на корточки рядом с Шэнь Цзюньци.

Посмотрев на волосы, Шэнь Цзюньци опустил ресницы и сказал:

- Здесь есть волосяные фолликулы, причём не один, и они не загрязнены. Скорее всего, они были вырваны с головы убийцы во время борьбы.

Он аккуратно положил волосы в пакет для улик и вздохнул:

- Держаться до конца — это действительно достойно восхищения.

После этих слов Ци Иань понял, что удар ножом в грудь вызывает сильную боль и обильное кровотечение. Инстинктивная реакция большинства людей — прикрыть рану руками, как правило, левой, которая находится рядом с сердцем, но этот парень…

В последний момент своей жизни Сун Рань использовал свое последнее сознание, чтобы крепко сжать кулак, просто чтобы сохранить это важное доказательство.

Эти маленькие волоски ускользнули от глаз убийцы и даже после его смерти не потерялись в процессе перемещения.

Теперь они у судмедэксперта в пакете для улик.

Это – воля Божья.

Даже после смерти, Сун Рань помог им в поиске убийцы.

Направление расследования было скорректировано, и Специальный уголовный отдел городского бюро Биньчэна приложил все усилия, чтобы выследить убийцу.

Третье тело было вскрыто, судебно-медицинский эксперт представил заключение, и кратко изложил все доказательства.

Детективы снова начали опрашивать свидетелей, посещать различные организации, проверять информацию.

Через несколько дней после получения дела Специальный уголовный отдел, наконец, определился с подозреваемым.

На утреннем заседании заместитель Дун, отвечающий за уголовный розыск городского бюро Биньчэна, объявил результаты расследования перед средствами массовой информации.

– Десять дней назад в районе Циньван в городе Биньчэнь произошло жестокое убийство. Господин Цзинь Юэвэнь, его отец, и Сун Рань, бывший охранник общины, были убиты. Полиция обнаружила три тела. Преступление было чрезвычайно жестоким. Городское бюро придает большое значение этому убийству. Полиция вела расследование в течение нескольких дней, и подозреваемый по этому делу был установлен.

Он показал фотографию на проекторе.

Человек на фотографии – молодой мужчина, с вытянутым, худым лицом, бледной кожей и узкими глазами.

Заместитель директора Дун продолжил:

– Подозреваемый Чжао Мэнъань, мужчина, 22 года, студент Технологического университета Биньчэна. Его учебу в университете спонсировал Цзинь Юэвэнь. Его идентификационный номер:... теперь его разыскивает полиция. Мы обращаемся ко всем слоям общества и общественности с просьбой предоставить известную вам информацию. Если вам есть, что сообщить, позвоните по номеру 110.

Вскоре стали поступать сообщения о Чжао Мэнъане.

- Я учился с ним в одной школе. В то время у него были нормальные оценки, но я никогда не думал, что он сделает что-то подобное.

- Этот парень был моим однокурсником. С ним всегда творилось что-то неладное.

- Он часто прогуливал лекции, чтобы поиграть в интернет-кафе. Он безрассудно тратил деньги. Кроме того, похоже, что он связан с какими-то сомнительными людьми и постоянно говорил странные вещи.

Гу Яньчэнь пригласил детективов из отдела по расследованию особо тяжких преступлений, чтобы они отсеяли не нужную информацию.

В итоге, все улики привели к полуразрушенному зданию рядом с небоскрёбом Чанъань.

- Я видел человека из списка разыскиваемых. Он живёт в 30-м блоке здания Чанъань. Я видел, как он курил в окне, когда выносил мусор.

- В том доме живёт женщина по имени Синь Сяомэй, к ней постоянно приходят разные мужчины. Недавно там поселился один, похожий на жиголо. Возможно, это тот, кого вы ищете.

- Эта женщина не выходила из дома последние несколько дней. Я не знаю, может от е тоже уже убил.

Полиция проверила информацию и вышла на след подозреваемого.

Гу Яньчэнь обобщил информацию и возглавил вооружённый отряд, чтобы арестовать подозреваемого.

Сотрудники отдела по расследованию особо тяжких преступлений возглавляли группы, каждая из которых следовала в отдельной машине.

Гу Яньчэнь сел в последнюю машину, рядом молодым полицейским с короткой стрижкой.

Эта была машина для перевозки подозреваемых. В машине была перегородка отделяющая, преступников от полицейских, сидящих на передних сиденьях. В заднем отсеке были только они вдвоём. Молодой полицейский, нервничал, постоянно сглатывал и прикасался к пистолету на поясе.

Гу Яньчэну показалось, что он где-то видел этого человека, и он вспомнил.

Несколько дней назад директор Дин пригласил его на совещание, чтобы обсудить увеличение штата спецотдела в связи с недавним ростом сложных дел. После внутренней рассылки несколько молодых полицейских подали заявления о зачислении в отдел. Этот человек был одним из них.

Гу Яньчэнь всё ещё помнил его имя — Юй Шэнь. По резюме, можно было понять, что он всего себя отдает работе, и его успеваемость в полицейской академии была отличной.

Гу Яньчэнь вспомнил, как Лу Ин рассказывал о его семье.

Увидев, его рядом, Гу Яньчэнь спросил:

- Юй Шэнь?

Юй Шэнь нервно кивнул:

- Капитан Гу.

Гу Яньчэнь спросил:

- Сколько раз ты участвовал в операциях по задержанию?

Юй Шэнь ответил:

- Три раза.

Гу Яньчэнь кивнул. Он был ещё новичком, поэтому неудивительно, что он нервничал.

Опытный капитан Гу успокоил молодого полицейского:

- Не волнуйся, я здесь.

Юй Шэнь немного растерялся, выпрямился и сказал:

- Я нервничаю не из-за операции, а из-за того, что вы, сегодня оказались рядом, капитан Гу.

Он сделал паузу и тихо добавил:

- Это похоже на предварительное собеседование.

Гу Яньчэнь видел его резюме, но они ещё не дошли до этапа собеседования.

Услышав это, Гу Яньчэнь сказал:

- Предварительное собеседование — это хорошо, оно экономит время.

Ни какое собеседование не даст полной информации о сотруднике, как его действия в реальной операции по задержанию.

Гу Яньчэнь задал традиционный вопрос:

- Почему ты стал полицейским?

Юй Шэнь не ожидал, что Гу Яньчэнь спросит его об этом здесь:

- Это из-за того, что произошло с моими родителями. Мои родители пропали без вести более десяти лет назад, и их до сих пор не нашли. Я думал, что став взрослым, могу попытаться найти их сам. И  смогу помогать людям.

Гу Яньчэнь задал ему еще несколько вопросов о полицейской академии и профессии. В целом он остался доволен этим парнем.

Гу Яньчэнь встречался со многими членами семей погибших, и многие из них либо теряли самообладание, либо терзались сомнениями. В них явно чувствовалось недоверие к окружающим. Но Юй Шэнь казался жизнерадостным, психически стабильным и нормально отвечал на вопросы.

Поболтав немного, Гу Яньчэнь слегка кивнул:

- Это хорошо, что ты смог преодолеть это.

Юй Шэнь опустил голову и ответил честно:

- На самом деле я какое-то время был потерян.

Его родители пропали без вести много лет назад, и о них ничего не было слышно. Над ним издевались в школе, на него показывали пальцем. Он сомневался в компетентности полиции, изливал свои эмоции в интернете, общался с сомнительными личностями, научился курить и пить, прогуливал экзамены и даже подумывал о том, чтобы пуститься во все тяжкие. Он и подумать не мог, что однажды наденет эту полицейскую форму.

Гу Яньчэнь вспомнил, как Лу Ин рассказывал ему об этом. Похоже, такой период действительно был.

Подумав об этом, Гу Яньчэнь спросил:

- Как ты справился?

Юй Шэнь улыбнулся:

- Потому что я встретил человека, когда у меня наступили самые трудные времена. Мне казалось, что вокруг кромешная тьма, как в тёмной ночи, я был измотан и не видел света. Именно этот человек сказал мне, что недостаточно полагаться только на себя. Мы должны собраться вместе, как светлячки, чтобы рассеять тьму…

Думая об этом человеке, Юй Шэнь почувствовал теплоту. Этот человек указал ему путь в его кромешно-чёрной жизни. Как мерцающий свет в вечной ночи.

Гу Яньчэнь услышал это и вдруг вспомнил о Линь Сянлане.

Он прикрыл глаза:

- У меня тоже был наставник, который многому меня научил.

Как раз, когда они заговорили об этом, машина проехала по неровной дороге, тряхнув их, остановилась.

Они въехали в район Чанъань. Здесь было много полуразрушенных зданий, но не было полноценных жилых комплексов. Вокруг располагались различные самодельные ангары.

Во дворе было многолюдно и шумно. Как только окно машины открылось, воздух наполнился смесью различных запахов, и это далеко не  аромат духов или вкусной еды.

Гу Яньчэнь выглянул наружу:

- Мы приехали. Выходите из машины и будьте готовы к задержанию.

Арест

Глава 86. Арест

В квартире шторы были плотно задёрнуты. Комната представляла собой старомодную квартиру-студию, служившую одновременно гостиной и спальней, с кухней и ванной рядом и небольшим балконом в конце. Несмотря на то, что в квартире было всё необходимое, она была довольно маленькой, напротив кровати стоял диван, оставляя лишь узкий проход. На обеденном столе у двери громоздились коробки из-под еды навынос, от которых исходил сильный прогорклый запах, вокруг роились мухи.

Молодой человек лет двадцати пяти лежал на неубранной кровати в комнате. Он играл в видеоигру, и сейчас был критический момент, воздух наполняли звуки стремительных атак и выстрелов, а его лицо исказилось от напряжения. Вскоре из игры донеслись громкие взрывы и крики персонажей, полные агонии. Он проиграл этот раунд, и на его телефоне появилось знакомое сообщение «игра окончена».

Он выругался:

- Чёрт возьми.

Его телефон выскользнул из рук, и едва не задел женщину, свернувшуюся калачиком на диване.

Этим человеком был разыскиваемый Чжао Мэнъань, а женщина Синь Сяомэй.

Чжао Мэнъань встал, чтобы поднять телефон, экран был разбит.

Этот телефон принадлежал охраннику, но в нём была SIM-карта Синь Сяомэй, так что ему было всё равно. Что касается его собственного телефона, то его уже давно заблокировали из-за неуплаты.

Синь Сяомэй свернулась калачиком на диване и тихо всхлипывала. Они с Чжао Мэнъанем были знакомы уже год. Когда её познакомили с ним, Синь Сяомэй подумала, что он богат, раз учится в колледже, поэтому она несколько раз приглашала его поиграть, рассчитывая на долгосрочные отношения. Однако вскоре она поняла, что этот мужчина беден и непредсказуем. Она постепенно начала отдаляться от него и перестала отвечать на его сообщения.

Но дней десять назад он появился как снег на голову.

В ту ночь шёл сильный дождь. Он вошёл в дом в старом тяжёлом плаще и, не обращая внимания на гостя, выпроводил его. Она уже собиралась возразить, но Чжао Мэнъань распахнул плащ, и она увидела промокшую одежду, со следами крови.

Синь Сяомэй хотела закричать, но Чжао Мэнъань схватил её за горло и прижал к кровати.

Он строго предупредил её:

- Я уже убил нескольких человек. Ещё один ничего не изменит. Если ты посмеешь закричать, я убью тебя прямо сейчас.

Этот мужчина едва не задушил Синь Сяомэй, и она была в ужасе. Чжао Мэнъань отпустил её, и она кивнула, рыдая. После этого Чжао Мэнъань остался у неё. Они жили в этой маленькой комнате. Он боялся, что Синь Сяомэй вызовет полицию, поэтому конфисковал её телефон. Сначала Чжао Мэнъань согласился заказывать еду на дом, но потом передумал.

Когда Чжао Мэнъань ложился спать, он связывал Синь Сяомэй по рукам и ногам. Она плохо спала уже несколько дней, а ела только то, что оставалось после Чжао Мэнъяна.

Раздраженный ее плачем, Чжао Мэнъань грубо подошел к ней, схватил за волосы и резко приказал:

- Придумай, как раздобыть еды.

Синь Сяомэй заплакала ещё сильнее:

- Где мне найти еду? Я не выхожу на улицу. У нас закончились рис и лапша. Вчера вечером мы ели лапшу быстрого приготовления, а я только попила супа…

Поплакав немного, она подняла голову и сказала:

- Брат, разреши мне сходить и купить что-нибудь. Я не выходила на улицу целую неделю. Может полиция и не придёт сюда, но мы здесь с голоду умрём.

Чжао Мэнъань усмехнулся:

- Ты думаешь, я дурак? Если я тебя отпущу, ты, скорее всего, донесёшь на меня, как только представится возможность. Пока ты здесь, у меня есть заложник. Даже не мечтай сбежать.

Не успел он договорить, как в дверь постучали и женский голос спросил:

- Есть кто-нибудь дома? Мне нужно проверить газовый счётчик.

Синь Сяомэй очень нервничала, а Чжао Мэнъань одной рукой приставил нож для фруктов к её шее, а другой зажал ей рот:

- Не издавай ни звука.

Человек снаружи был настойчив и снова постучал.

Через пару минут стук прекратился, и они услышали голоса из соседней квартиры. Чжао Мэнъань вздохнул с облегчением, но вскоре стук возобновился.

- Есть кто-нибудь дома? Осталась только ваша квартира! Счёт за газ не оплачивался три месяца!

Последовала пауза, затем человек добавил:

- Сосед сказал, что вы дома. Поскольку он не видел, чтобы вы выходили, если вы не откроете, я попрошу хозяина открыть дверь!

Синь Сяомэй воскликнула:

- Позвольте мне открыть. Я назову ей цифры, и она уйдёт. Иначе, если они обратятся к домовладельцу, это может привлечь полицию.

Только тогда Чжао Мэнъань отпустил Синь Сяомэй.

- Поторопись и заставь её уйти.

Он снова пригрозил:

- Если ты посмеешь позвать на помощь, я тебя прирежу.

Синь Сяомэй кивнула сквозь слёзы и, пошатываясь, направилась к выходу. Но как только она подошла к двери, та распахнулась от удара. Полицейские ворвались в квартиру, направив оружие на Чжао Мэнъана. Старший по званию крикнул:

- Полиция! Не двигаться!

Полиция уже давно ждала снаружи.

Бай Мэн притворилась инспектором газовой службы, отвлекла Синь Сяомэй, что позволило полицейским ворваться.

Как только они вошли, Бай Мэн оттащила Синь Сяомэй в сторону, прошла на кухню и закрыла дверь.

Чжао Мэнъана окружили в гостиной. Комната была маленькой, и пули могли от рикошетить, что привело бы к случайным травмам, поэтому никто не осмелился выстрелить.

Чжао Мэнъань вскочил, и с громким шумом перевернул стол, заставленный коробками из под еды, все разлетелось в разные стороны.

Воспользовавшись ситуацией, Чжао Мэнъань не обуваясь, промчался мимо кровати и со всей дури бросился на балкон. Это был шестой этаж. Чжао Мэнъань посмотрел вниз, наклонился вперёд, и ветер засвистел у него в ушах. Возможно, единственным способом спастись, это спрыгнуть вниз, чтобы избежать ареста, но это была игра со смертью.

В любом случае, если его поймают, это тоже будет означать смерть...

После секундного колебания Чжао Мэнъань принял решение. Если бы он смог допрыгнуть до ближайшего подоконника, то смог бы ухватиться за водосточную трубу и выбраться наружу.

В эту секунду Юй Шэнь, среагировал. Он схватил Чжао Мэнъана за талию и стащил его с подоконника. Не имея возможности отступить, Чжао обернулся с красными глазами, стиснул зубы и направил нож на Юй Шэня. Тот, будучи неопытным, в панике поднял руку и отпрянул назад, едва избежав ножевого ранения.

Чжао Мэнъань размахивал ножом и хрипло кричал:

- Я убью любого, кто подойдет!

Офицеры были в шоке. Перед ними стоял беглец, убивший трёх человек. Они колебались, окружив его, но, не решаясь подойти.

В критический момент Гу Яньчэнь бросился вперёд. Он действовал быстро, схватил Чжао Мэнъяна за руку, в которой тот держал нож, и нанёс мощный удар локтем в голову.

Голова Чжао Мэнъяна резко дёрнулась в сторону и с треском ударилась об окно. Стекло с грохотом разбилось, и лоб Чжао Мэнъяна окрасился кровью. Его лицо исказилось в яростной гримасе, он издал разъярённый рёв, и лезвие в его руке, устремилось прямо в грудь Гу Яньчэна.

Не дав ему шанса, Гу Яньчэнь схватил Чжао Мэнъяна за запястье, замедлив его атаку. Он уклонился от удара и толкнул Чжао Мэнъяна в грудь. Тот отступил на шаг, прислонился спиной к стене, и нож выпал из его руки. У него больше не осталось сил, чтобы поднять нож.

Третий удар Гу Яньчэна был стремительным. Он схватил Чжао Мэнъана за плечи и коленом, нанес сильный удар в живот. Чжао Мэнъань потерял равновесие, почувствовав, как его внутренние органы перевернулись. Он с глухим звуком упал на землю.

Гу Яньчэнь действовал быстро, ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы обездвижить подозреваемого.

Чжао Мэнъань несколько секунд лежал на полу с бледным лицом, пытаясь пошевелиться. Тихо застонав, он протянул руку, чтобы поднять нож, который лежал не далеко от него. Чжао Мэнъань не сводил с него глаз, его пальцы уже почти коснулись...

Но Гу Яньчэнь опередил его и отбросил нож ногой. Затем он присел, придавил Чжао Мэнъана коленом, достал пистолет и направил его ему в голову.

- Не двигайся.

Почувствовав, как что-то упирается ему в затылок, Чжао Мэнъань, не оборачиваясь, понял, что это пистолет. Он инстинктивно вздрогнул. Юй Шэнь подошёл и надел на него наручники. После чего подозреваемого сопроводили в машину для транспортировки преступников.

Капитан Гу и Юй Шэнь тоже сели в эту машину, и Лу Ин в целях безопасности присоединился к ним.

Когда машина тронулась, Лу Ин хрустнул костяшками пальцев. Он с некоторым сожалением посмотрел на избитого Чжао Мэнъяна.

- Если бы я сейчас был наверху, я бы забил этого парня до смерти.

Под пристальными взглядами трёх полицейских Чжао Мэнъань стиснул зубы и сжал кулаки.

В машине с опасным преступником полицейские сохраняли напряжённое молчание на протяжении всей поездки.

Когда они прибыли в городское управление, Чжао Мэнъань оказали медицинскую помощь.

Гу Яньчэнь повернулся к Юй Шэню:

- Ты ведь не пострадал, верно?

Юй Шэнь покачал головой:

- Нет.

Он среагировал быстро и успел схватить Чжао Мэнъаня, когда тот уже собирался спрыгнуть с балкона. Однако из-за недостатка опыта он всё равно покрылся холодным потом, когда нож чуть задел его.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ты быстро среагировал, но тебе нужно больше практиковаться.

Юй Шэнь опустил голову, не зная, осталась ли ещё надежда на его перевод в спецотдел.

Лу Ин, решил преподать ему урок:

- Тебе нужно уметь уклоняться от ударов, но ты не должен бояться. Если ты испугаешься, то потеряешь темп, и тебя легко одолеют.

Юй Шэнь не удержался и спросил:

- Что же мне теперь делать? Почему капитану Гу так легко удалось его скрутить?

Лу Ин объяснил ему:

- Есть старая поговорка: нерешительных запугают агрессивные, а агрессивных — те, кто ничего не боится.

Юй Шэнь повторил эти слова про себя, решив, что они станут его девизом.

Он вдруг спросил:

- Значит, капитан Гу бесстрашен?

Услышав их довольно бессмысленный разговор, Гу Яньчэнь не смог удержаться и сказал:

- Лу Ин, не развращай детей.

Он повернулся к Юй Шэню и сказал:

- Если ты будешь больше тренироваться, то станешь быстрее и сильнее своего противника, и он, естественно, будет тебя бояться.

После перевязки Чжао Мэнъань был заперт в комнате в ожидании допроса.

Шэнь Цзюньци услышал, что арест прошёл гладко, и пришёл в комнату наблюдения. Как только он вошёл, то заметил несколько удобных кресел, у одного из которых была красивая Сидушка.

Шэнь Цзюньци подумал, что, зашёл не в ту комнату, и немного замешкался, не решаясь сесть.

Бай Мэн уже сидела перед монитором и настраивала оборудование для наблюдения.

Увидев его, Бай Мэн повернулся и поприветствовала:

- Доктор Шэнь, пожалуйста, присаживайтесь…

Шэнь Цзюньци  спросил:

- Эти кресла?

Бай Мэн объяснила:

- Капитан Гу сказал, что руководители часто приходят, чтобы послушать допрос, поэтому мы попросили несколько более удобных кресел.

Затем она понизила голос и указала на кресло со спинкой:

- Капитан Гу сказал, что это кресло для вас.

Шэнь Цзюньци понимал ход его мыслей, но что это было за надпись на спинке сиденья, которое ещё не сняли и которое гласило: «Рекомендовано для будущих мам».

Обман

Глава 87. Обман

После того как простые вопросы были заданы, детектив, охранявший подозреваемого, молча сел напротив.

Гу Яньчэнь не спешил допрашивать Чжао Мэнъана.

Допрос — это всегда психологическая игра. Как и при аресте, допрос строится на принципе соотношения сил, когда одна сторона использует свою силу, а другая — свою слабость.

Сидя в комнате для допросов, Чжао Мэнъань всё больше нервничал. Как ключевого подозреваемого, его приковали наручниками к стулу. Он попытался пошевелиться, но железные цепи крепко держали его на месте.

Когда пришло время, Гу Яньчэнь вошёл в комнату для допросов. Чжао Мэнъань поднял голову. Его лоб был в крови, а на губах ссадина. Его глаза покраснели, он облизнул языком рану на губе.

Не обращая внимания на его провокацию, Гу Яньчэнь прямо сказал:

- Теперь ты можешь признаться в своих преступлениях.

Притворившись, что не понимает, о чём идёт речь, Чжао Мэнъань повернул голову и спросил:

- В каких преступлениях? Я сегодня проснулся, поиграл в игру, и меня арестовали. Я совершенно ничего не понимаю.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты утверждаешь, что не помнишь, как совершил три убийства, угрожал заложнику и напал на полицейских с ножом?

Чжао Мэнъань промолчал, пристально глядя на Гу Яньчэна ковыряя пальцем стол.

Гу Яньчэнь встал и показал несколько фотографий, выкладывая их перед Чжао Мэнъань.

- Десять дней назад ты прячась от камер, пробрался в особняк Цинван и убил трёх человек. Ты ушел, надев дождевик охранника Сун Рана.

На записи с камеры наблюдения видно, что обувь на нём в ту ночь была та же, что и сейчас, — украденная пара из лимитированной коллекции, которую он осмеливался носить только за пределами колледжа.

- Пять дней спустя, когда полиция обнаружила тело Цзинь Юэвэня, ты появился на месте преступления.

Тогда Лу Ин заснял Чжао Мэнъана, который прятался за толпой в толстовке с капюшоном и маске наблюдая за каждым движением полиции.

- Четыре дня назад ты взял телефон охранника Сун Рана и отправился  на встречу к Чжоу Жу.

В тот день полиция нашла его на видео с камер.

- Мы нашли несколько прядей волос в руке погибшего охранника Сун Рана, которые совпали с волосами, обнаруженными на гребне, оставленном в твоем общежитии. ДНК полностью совпало. Потом мы нашли записи о покупке холодного оружия, оборот которого запрещён.

Благодаря этим уликам полиция сосредоточила свое внимание на Чжао Мэнъане, провела пресс-конференцию и в итоге задержала его.

Предъявив улики, Гу Яньчэнь поднял глаза и сказал:

- После ареста мы нашли окровавленную одежду в доме Синь Сяомэй, которая была на тебе в день преступления. На ней сохранились следы крови трёх человек. Синь Сяомэй рассказала обо всём, что ты сделал. Ты учился в университете, так что должен разбираться в юриспруденции. Не будем больше терять время, хорошо?

Имея неопровержимые доказательства, Гу Яньчэнь не стал тратить на него много времени и ходить вокруг да около. Он хотел добиться от него признания.

Чжао Мэнъань снова посмотрел на него, облизнул губы и коснувшись раны, зашипел от боли. Он склонил голову, и наконец, перестал сопротивляться.

- Это был я.

Он понимал, с чем ему предстоит столкнуться. И тянуть время было бессмысленно.

Лу Ин начал задавать вопросы:

- Ты с детства жил в бедной семье, твой отец был инвалидом, а мать страдала деменцией. Со старших классов ты получал помощь от Цзинь Юэвэня, а потом он выделил тебе более 100 000 юаней на обучение в университете. Почему ты убил его?

Чжао Мэнъань пожал плечами:

- Недавно кое-что произошло. Я провалил два экзамена и не смог окончить учёбу. Мне нужна была сумма на пересдачу. Две недели назад я пришёл к нему за деньгами, но он сказал, что у него сейчас нет денег, и посоветовал мне разобраться с этим самому.

Эту информацию им уже сообщили однокурсники и преподаватели Чжао Мэнъана.

Чжао Мэнъань изучал статистику и должен был получить диплом, но из-за того, что он провалил экзамены, ему пришлось пересдавать их, чтобы набрать необходимое количество баллов для получения диплома. Плата за пересдачу одного предмета составляла 500 юаней, а он провалил два предмета, то есть ему было нужно 1000 юаней. Он так и не заплатил эти 1000 юаней.

Лу Ин продолжил спрашивать:

- Ты убил его только из-за этого?

Чжао Мэнъань ответил:

- Дело не только в этом. У меня накопились обиды. В колледже я вдруг понял, что наша система образования — это обман. Я больше не хотел, чтобы меня обманывали, и хотел вырваться из этой ловушки. Но я понял, что бороться бесполезно. Со временем я стал испытывать всё большее негодование.

Пока он говорил, Гу Яньчэнь хранил молчание.

Лу Ин, нахмурился.

- Что за обман? Учёба, работа — разве это не жизнь обычного человека? Если ты сам не стремишься к совершенствованию, зачем винить общество? И какое отношение всё это имеет к убийству Цзинь Юэвэня?

Чжао Мэнъань сказал:

- Я убил его, потому что ненавидел.

Он ненавидел его так сильно, что думал об этом днём и ночью, желая убить своего благодетеля. Он планировал всё это в течение нескольких месяцев, пользуясь возможностью навещать дом Цзинь Юэвэня, он несколько раз взламывал шифр, а потом, при свете луны, пробрался по воде за пределами жилого комплекса, и перерезал железную сетку.

Гу Яньчэнь наклонился вперёд и спросил:

- Почему?

Лицо Чжао Мэнъань исказилось.

- Потому что он поддерживал меня, но не говорил мне правды, потому что он выбрал для меня эту никчёмную специальность, потому что он дал мне надежду.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты имеешь в виду?

Вздохнув, Чжао Мэнъань вдруг спросил их:

- Зачем люди учатся?

Гу Яньчэнь нахмурился, но ничего не ответил.

Лу Ин выпалил:

- Какой во всём этом смысл? Девять лет обязательного образования, потом старшая школа, потом колледж — вот как всё устроено.

Чжао Мэнъань сказал:

- Тебя, меня и многих других обманули. Мы учимся ради учёбы, но на самом деле главная цель учёбы — зарабатывать деньги. Это обман в сфере образования! Люди могут жить в этом мире, только если они зарабатывают деньги. Мы потратили столько лет, приложили столько усилий, сдали столько экзаменов, но на самом деле работа и зарабатывание денег — единственные показатели социального статуса!

Это была теория чистого материализма.

Когда Лу Ин услышал это, он инстинктивно открыл рот, чтобы возразить, но не знал, что сказать. На первый взгляд в его словах не было никакого смысла, но при ближайшем рассмотрении они казались вполне логичными.

Как только вы оканчивали школу и вступали во взрослую жизнь, правила полностью менялись. Оценки были не так важны, как казалось. Привлекательная внешность и подтянутое тело давали преимущество, высокий эмоциональный интеллект и красноречие могли привести к быстрому карьерному росту, а деньги делали жизнь проще, чем у других, и люди измеряли свой социальный статус деньгами. Казалось, это противоречило тому, чему студентов учили на протяжении многих лет. А самым важным способам зарабатывания денег как раз и не учили студентов.

Пока Чжао Мэнъань говорил, его речь ускорилась.

- Это секрет, который знают богатые, но не рассказывают бедным. Цзинь Юэвэнь явно всё это знал, но никогда мне не говорил. Он предложил мне изучать статистику, но в итоге я не смог найти работу. Я понял, что даже после окончания учёбы я смогу разве что работать агентом по недвижимости, доставлять еду или водить такси! Однажды он на несколько дней забрал меня к себе домой, показал мне другую жизнь, жизнь в особняке, за рулём роскошного автомобиля. У меня было мало денег, но он мог тратить их направо и налево, а, давая немного денег другим, он мог заслужить их благодарность. Он разрушил мою жизнь!

Чжао Мэнъань заволновался и хотел встать. Наручники на его руках зазвенели, когда он затряс ими.

- Как ты думаешь, зачем он нам помогал? На самом деле ему это нравилось. Нравилось классовое неравенство, которое он ощущал. Разве он не мог дать мне их? Я бы вернул, но он всё равно мне не дал! Так что он заслужил смерть!

Лицо Чжао Мэнъана исказилось, он сжал руки в кулаки, на которых вздулись вены. Этот человек был в некоторой степени параноиком.

Услышав это, Лу Ин хотел выругаться. Какой неблагодарный негодяй. Но Гу Яньчэнь остановил его, жестом показав, чтобы Лу Ин был осторожен в выражениях во время допроса.

Во время допроса Чжао Мэнъань вкратце пересказал всю историю.

Он вырос в бедной семье, часто голодал и привык к тому, что все смотрят на него свысока. В таких условиях родители с раннего возраста учили его, что он должен усердно учиться, потому что это единственный выход. Несмотря на бедность, родители души в нём не чаяли и отдавали ему единственное яйцо, которое не ели сами, и единственное молоко, которое у них было.

Когда не было денег на покупку учебников, они брали их у соседей, стирали следы чужой работы и переписывали задания сами. Он прятался в тускло освещённой комнате и снова и снова выполнял эти упражнения. Так он преуспевал в учёбе и на каждом экзамене становился лучшим в деревне. Дни бедности были подобны колесу, которое снова и снова катилось по нему, ломая каждую косточку.

Он вспомнил, как после сдачи вступительных экзаменов в старшую школу семья больше не могла его содержать. Его отец вздыхал, но потом сказал, что есть один великий благотворитель, который спонсирует образование. Он набрался смелости и написал письмо Цзинь Юэвэню.

Цзинь Юэвэнь получил письмо, специально приехал в деревню и сказал, что будет оплачивать его обучение в университете.

Сначала он был благодарен Цзинь Юэвэню. Но с каждым годом, когда деньги приходили, он постепенно привыкал к ним и становился всё более самодовольным. Он следил за новостями о Цзинь Юэвэне, о том, кому он помог сегодня, сколько пожертвовал в другой день. Он смотрел на дорогие часы на его запястье и думал:

- Деньги, которые он мне дает, — это капля в море.

Он завидовал, когда видел, как Цзинь Юэвэнь помогает другим.

После того как Цзинь Юэвэнь окончил школу с отличием, он предложил ему выбрать специализацию в области статистики. Соседи радовались и праздновали его отъезд. Перед поступлением в колледж он два дня гостил у Цзинь Юэвэня. Какой же это был великолепный дом!

Стоимость дома была астрономической, каждый уголок был экстравагантно украшен. На обед они могли заказать шесть блюд, включая рыбу и креветки. Он был ослеплён этим роскошным миром.

Цзинь Юэвэнь сказал ему:

- Учись усердно, и в будущем у тебя будет всё это.

Эти слова его вдохновили. На первом курсе он получал стипендию и был примерным студентом. Во время летних каникул он хотел устроиться на работу, но обнаружил, что из-за его акцента и происхождения он может претендовать только на самую низкооплачиваемую работу. Работая по восемь часов в день в магазине, где продавали чай с молоком, он едва зарабатывал тысячу юаней в месяц, и к тому же его обманывал начальник.

Более того, над ним смеялись, поэтому он больше никогда не выходил на работу. Позже он узнал от своих одноклассников, что после окончания учёбы большинство его однокурсников устроились в крупные компании, но более половины из них сменили профессию. Некоторые даже стали агентами по недвижимости, продавали страховки или работали водителями в Didi.

Дома, машины, красивые жёны, высокие зарплаты — всё это было несбыточной мечтой для таких обычных студентов, как они. А его сосед по комнате в общежитии был богатым наследником во втором поколении, который потратил шесть тысяч юаней на пару кроссовок лимитированной серии, что для него было половиной годового бюджета. Такая реальность приводила Чжао в бешенство.

В начале этого года, на четвёртом курсе, он не смог купить компьютер, поэтому ему было неудобно писать дипломную работу и искать материалы. Однажды он зашёл в интернет-кафе и встретил там мужчину…

Чжао Мэнъань болтал без умолку, совершенно не подозревая, что появление этого мужчины станет началом его кошмара.

Создатель снов

Глава 88. Создатель снов

В тот день Чжао Мэнъань сидел в интернет-кафе и писал дипломную работу. Он застрял на одном месте. Мужчина, сидевший рядом с ним и игравший в игры, предложил ему коробку лапши быстрого приготовления. Потом мужчина завел с ним разговор. После не долгой беседы мужчина сказал, что ему нужен ещё один игрок, и предложил заплатить ему за участие. Он даже пообещал дать ему двадцать пять юаней за одну игру.

Чжао Мэнъань соблазнился этим предложением, но он никогда в жизни не играл в игры. Покраснев, он махнул рукой и сказал, что не умеет. Но мужчина был совсем не против. Он терпеливо обучал его. Так Чжао Мэнъань впервые окунулся в игровой мир.

Он понял, насколько это может быть весело. Он сыграл с мужчиной два раунда, и, как и было обещано, мужчина дал ему пятьдесят юаней. Они обменялись контактными данными. Иногда, когда мужчина заходил в интернет-кафе рядом с университетом и видел его там, он приглашал его поиграть, оплачивал его интернет-трафик и угощал его обедом.

Он думал, что встретил хорошего человека.

Сначала мужчина слушал его рассказы. Потом он начал задавать ему вопросы. Постепенно начал внушать ему определённые мысли, приводя при этом примеры.

Он постепенно открылся этому мужчине и стал делиться с ним тем, чем не делился с соседями по общежитию.

Похоже, у этого человека был большой опыт общения, и он уверенно рассуждал о многих вещах с точки зрения того, кто сам через это прошёл. Однажды мужчина пригласил его на ужин в роскошный ресторан и налил ему бокал красного вина.

- Разве учёба может изменить судьбу? Ты родился на старте, а другие — на финише. Тебе их не обогнать. Эти богачи хотят, чтобы вы были их рабами и усердно трудились на них всю жизнь.

Чжао Мэнъану казалось, что в его словах есть какой-то подвох, но не смог найти возражений.

- Когда ты был маленьким, тебе говорили, что нужно хорошо учиться математике и естественным наукам, и тогда ты сможешь без страха отправиться в любую точку мира. Но когда ты вырастаешь, то начинаешь понимать, что деньги зарабатывают только, красивые люди, или дети богатых родителей. Они зарабатывают миллионы или миллиарды, просто ведя прямые трансляции. Когда они просят, к ним стекаются ресурсы. А что насчёт тебя? За доставку еды на вынос тебе платят три юаня за заказ, а если ты опоздаешь, то у тебя заберут два юаня. Вы думаете, что прошли через поле боя как герой, но на самом деле предметы, которые вы изучаете в колледже, готовят вас к роли послушных рабов. Колледж — это заговор. Никто, кроме тех, кто обладает исключительными талантами и поступает в престижные учебные заведения, и нескольких счастливчиков, не может добиться карьерного роста с помощью образования. Официанты, курьеры и страховые агенты находятся на самом дне, у них нет достоинства. Что касается врачей, учителей, юристов, государственных служащих, в том числе полицейских, то все они — трутни, которых выращивают богатые, муравьи, которые трудятся, но, никогда не достигнут вершины.

Эти слова поразили Чжао Мэнъяна в самое сердце. Казалось, они выражали то смятение, которое он всегда испытывал, но не мог выразить. Ему казалось, что его ведут, открывают дверь, на которую он не обращал внимания. Сначала он внимательно слушал, но чем больше пил, тем меньше слышал, видя перед собой только шевелящиеся губы.

Постепенно он перестал понимать, что именно его беспокоит, но чувствовал себя некомфортно. Он начал рассказывать мужчине о своей жизни, в том числе о том, что его спонсировал Цзинь Юэвэнь.

Мужчина с сожалением вздохнул:

- Если бы ты не выбрал эту специальность, если бы ты знал всё это раньше, твою жизнь можно было бы спасти. Но теперь это твоя жизнь. Ты не можешь найти работу, а если и найдёшь, то в 35 лет останешься без работы, и тебя будут швырять из стороны в сторону, как мусор.

Услышав это, Чжао Мэнъань почувствовал себя смертельно больным. Его лицо побледнело.

Мужчина вздохнул:

- Цзинь Юэвэнь так успешен. Он всё это знал, но почему он тебе не сказал? Похоже, он спонсировал тебя только для того, чтобы заслужить похвалу от общества.

Да! Должно быть, у Цзинь Юэвэня были такие мысли. Он никогда не собирался помогать ему по-настоящему! Он спонсировал многих людей, но они были всего лишь инструментом для его шоу. С тех пор он больше не мог сосредоточиться на учёбе.

Его сердце остыло, а оценки упали.

Он начал играть, пропускал занятия и возненавидел Цзинь Юэвэня.

Потом мужчина говорил всякие вещи, намеренно или непреднамеренно раздражая его.

Мировоззрение Чжао Мэнъана постепенно рухнуло.

Шэнь Цзюньци услышал это в комнате наблюдения и чутко уловил информацию.

Молодому человеку промыли мозги. Эти, казалось бы, разумные теории на самом деле полны лазеек и очень предвзяты.

В сердце Чжао Мэнъана было злое зерно, но если бы он не встретил этого человека, мог бы быть просто растерянным и злым молодым человеком. Однако его направляли, и зло в его сердце постепенно росло, разрушая его человеческую природу, проглотив добрую половину, за раз.

Этот метод эксплуатации человеческой природы существует с древних времен, самым известным методом является техника атаки разума Гуй Гу Цзы.

Гу Яньчэнь тоже это заметил.

Он спросил:

– Кто этот человек? Как его зовут? Чем он занимается?

Чжао Мэнъань на некоторое время задумался:

– Кажется, его фамилия Мэн. Как его зовут, Мэн Ши или Мастер Мэн? Я не знаю, чем он занимается. Я знаю только, что его имя в игре – Создатель снов.

Оглядываясь назад, он понял, как мало он знал об этом загадочном человеке.

И слова этого человека незаметно изменили траекторию его жизни.

Этот человек показывал мечту, но это был кошмар.

Трудно учиться хорошо, но слишком легко учиться плохо.

Чжао Мэнъань взял деньги, данные Цзинь Юэвэнем, и начал пить. Он отправился к Синь Сяомэй, и впервые вкусил первобытные радости.

Он украл пару кроссовок у богатого человека во втором поколении. В тот момент, когда он одел их, он почувствовал, что его ноги были на облаках.

Он взял онлайн-кредит просто ради удовольствия.

Под влиянием этого человека Чжао Мэнъань почувствовал, что спонсорство Цзинь Юэвэня было насмешкой, которая толкала его в сферу без перспектив на будущее, наблюдая за тем, как он барахтается в грязи.

Цзинь Юэвэнь словно подарил ему крылья, но он понял, что, это был просто сон и, проснувшись, он снова упадет в пропасть.

Если бы не Цзинь Юэвэнь, он, возможно, окончил бы неполную среднюю школу и стал бы простым рабочим, стандартным трудящимся-мигрантом.

Именно Цзинь Юэвэнь показал ему то, что никогда не будет принадлежать ему, дал надежду, и столкнул со скалы.

Тогда Цзинь Юэвэнь, начал что-то понимать. Он сократил сумму, которую давал ему, и сказал, чтобы тот учился быть самостоятельным. Это стало катализатором. Цзинь Юэвэнь считал, что его помощь Чжао Мэнъану не была обязательной. Он был хозяином положения и мог прекратить в любой момент. Но он не ожидал, что его помощь станет для него обязательством. Когда денег стало меньше, это стало серьёзной проблемой.

Это была древняя истина: «растущее благоволение порождает негодование».

Ненависть Чжао Мэнъаня к нему росла, затмевая его благодарность. Всё было похоже на снежный ком, который неудержимо катился вниз, и, в конце концов, эта тысяча юаней привела к смерти Цзинь Юэвэня. Бедный студент, которого он спонсировал семь лет, наконец, превратился в волка. Волк вырос и загрыз его насмерть.

Слушая это, Шэнь Цзюньци, посмотрел на молодого человека в допросной и глубоко вздохнул.

Цзинь Юэвэнь был хорошим человеком, который делал много добрых дел. Но деньги не могли решить все проблемы. Он тратил деньги, но не мог спасти сердца людей. Ты относишься к людям по-доброму, но они не всегда относятся к тебе так же.

Поняв мотив убийства, Гу Яньчэнь продолжил выяснять подробности дела.

- А что насчёт отца Цзинь Юэвэня? И охранника Сун Рана, что они вам сделали, почему вы убили и их?

Чжао Мэнъань сказал:

- Я хотел уйти после того, как убью Цзинь Юэвэня, но старик внезапно спустился сверху и начал кричать. Поэтому я поднялся и тоже ударил его ножом. Когда я уже собирался уходить, меня схватил человек в плаще. Убить одного или убить троих — уже не важно, поэтому я убил и его. Потом я увидел неподалёку канализационный люк и засунул его туда.

Лу Ин спросил:

- Ты забрала его телефон?

- Я подумал, что полиция может решить, что он сбежал. Я специально не выключал телефон и не меняла SIM-карту.

- Почему ты согласился, когда Чжоу Жу позвала тебя помочь?

- Я увидел фотографии, которые она опубликовала в WeChat Moments. Девушка выглядела симпатично. Сначала я думал притвориться другом того охранника и увести её или просто ограбить массажный салон. Но когда я добрался до перекрёстка, то увидел полицейского в штатском, которого я видел на месте преступления. Он оглядывался по сторонам. Тогда я понял, что это была ловушка, расставленная полицией.

Сомнения в этом деле развеивались одно за другим.

Прежний Чжао Мэнъань утратил человечность, в нём остались только животные инстинкты. В конце концов, он перестал лгать и признался во всех своих преступлениях.

Когда он закончил говорить, Лу Ин сказал:

- Охраннику, которого ты убил, в этом году исполнилось всего девятнадцать. Он зарабатывал три тысячи юаней в месяц и каждую ночь учился, чтобы сдать вступительный экзамен в колледж.

Чжао Мэнъань усмехнулся с насмешливым выражением лица:

- Он идиот. Неужели я тоже должен так жить?

Взгляд Гу Яньчэна упал на него.

Чжао Мэнъань немного боялся его с тех пор, как тот его арестовал. Он почувствовал невидимое давление и перестал улыбаться.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я могу тебе кое-что рассказать. В ходе расследования мы выяснили, что у Цзинь Юэвэня когда-то были активы на десятки миллионов. Но когда он умер, на его личном счёте осталось всего двадцать тысяч юаней. Он действительно был беден. Он не лгал тебе о том, что у него нет денег.

Цзинь Юэвэнь действительно был на мели. Эти кровожадные нуждающиеся высосали из него все соки. В конце концов, он встретил трагическую смерть, у него ничего не осталось.

В этом мире трудно быть хорошим человеком.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Я скажу тебе ещё кое-что. С учётом платы за обучение и расходов на проживание Цзинь Юэвэнь выделил тебе в общей сложности 120 000 юаней. Это деньги, которые многим пришлось бы зарабатывать в течение долгого времени. Мы проверили телефон Цзинь Юэвэня, и оказалось, что он попросил друга найти тебе работу, потому что ты не смог окончить учёбу. Однако компания отказалась тебя нанимать. Без его помощи твоя жизнь была бы ещё более несчастной. Он вам ничего не должен, это вы ему были должны.

Чжао Мэнъань был в шоке. Он начал размышлять, почему так сильно ненавидел этого человека. Вспышка эмоций и упрямство…

Гу Яньчэнь продолжил:

- Ты не можешь выбирать своё происхождение. Никто в этом мире тебе ничего не должен. Кроме того, кто бы ни внушал тебе эти мысли, они в корне неверны. Основная цель образования — не в том, чтобы такие, как ты, становились богатыми, а в том, чтобы люди становились лучше.

Услышав это, Чжао Мэнъань на несколько секунд оцепенел, словно замерз на стуле. Так вот в чём цель образования?

- Знания, усилия, стремление к большему. Это может помочь каждому выбрать свой жизненный путь. Богатые люди не обязательно счастливы, а бедные не обязательно несчастны. Школьное образование основано на здравом смысле, идеалах и морали. Оценки на самом деле не важны, а зарабатывание денег — не самое главное в жизни. Но важно быть хорошим человеком.

Гу Яньчэнь посмотрел на Чжао Мэнъаня и с трудом сдержался, чтобы не выругаться.

Здесь велась запись, которая будет служить доказательством:

- Из-за каких-то фантазий и ошибочных представлений ты убил хороших людей.

Он убил тех, кто ему помогал, убил ни в чём не повинных людей и разрушил их семьи.

- Ты сам лишил себя шанса стать обычным человеком. Твои родственники будут стыдиться тебя, чувствовать себя неловко. Всякий раз, когда кто-то будет упоминать твоё имя, они будут думать о тебе как о жестоком убийце.

Услышав эти слова, Чжао Мэнъань был потрясён до глубины души.

Он с детства был похож на феникса, взлетающего над семьёй, он гордость деревни, для которой было важно сохранить лицо. Он начал думать о том, что будут говорить о нём люди, как они будут насмехаться над его родителями. От одной мысли об этом Чжао Мэнъань чувствовал, что сходит с ума.

Взгляд Гу Яньчэна был полон презрения.

- Есть чёткое различие между хорошими и плохими людьми. Таких, как ты, даже людьми назвать нельзя.

Чжао Мэнъань казался спокойным.

Слова полицейского, словно дубинка, раз за разом били его по голове. Сидя в комнате для допросов, он снова вспомнил слова человека по имени Мэн Ши…

Чжао Мэнъань вдруг будто очнулся ото сна. Он понял, что разрушил не только жизни Цзинь Юэвэня и Сун Рана, но и свою собственную. Годы упорной учёбы, надежды его родителей — всё это превратилось в ничто из-за его минутной слабости. А его ненависть и гнев оказались беспричинными.

Его охватили сожаление, разочарование и страх.

- Я... Меня обманули... Почему никто не сказал мне раньше, что всё это неправильно...

Он схватился за голову и громко закричал. В конце концов, он раскаялся, заплатив высокую цену за свою импульсивность и глупость.

- Тебя ждёт смертная казнь, — Гу Яньчэнь надеялся, что узнав об этом до казни, он будет проводить дни и ночи в раскаянии в тюрьме, словно в аду.

Допрос был окончен.

Гу Яньчэнь собрал документы, взял подписанное признание у Чжао Мэнъаня и вышел из комнаты для допросов.

Шэнь Цзюньци, выслушал всю историю и сейчас стоял, прислонившись к стене в коридоре, он поднял глаза на Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь сказал:

– Дело закрыто. Какой редкий подонок. Он столько всего наговорил.

Шэнь Цзюньци вздохнул:

- Из-за таких вот людей, другие, которые могли получить помощь, больше её не получат.

Не увидев в коридоре ни души, Гу Яньчэнь понизил голос:

- Я думаю, что в этом деле ключевую роль играет человек по имени Мэн Ши. Я уже попросил Бай Мэн получить регистрационную информацию и записи с камер наблюдения из интернет кафе, но я не знаю, сохранились ли они за столько времени.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Я тоже подозреваю, что Создатель снов может быть связан с планировщиками.

Это хитрое преступление, ещё более коварное, чем то, о котором Дин Юэран упоминал. Трудно найти следы психологического манипулирования. Даже Чжао Мэнъань считал, что его преступление было вызвано его собственными мыслями. Но на самом деле им манипулировал Создатель снов.

Хороший наставник может изменить жизнь человека, в то время как человек со скрытыми мотивами может её разрушить.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я продолжу расследование этого дела. Могут быть и другие причины смерти Цзинь Юэвэня.

Шэнь Цзюньци снова кивнул.

Когда они поговорили об этом, Шэнь Цзюньци сказал:

- Кстати, капитан Гу, ты свободен сегодня вечером? Можешь оказать мне услугу?

Гу Яньчэнь спросил:

- В чём дело?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я договорился с зоомагазином, что скоро заберу котенка, поэтому купил всё необходимое. Товары уже доставлены на курьерскую станцию.

Гу Яньчэнь сказал:

-Конечно, я помогу тебе забрать их сегодня вечером.

В этот момент он вспомнил:

- Кстати, сидушка удобная?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Всё в порядке, но было бы лучше, если бы она не предназначалась специально для беременных.

- …? - Гу Яньчэнь замер на месте.

Шэнь Цзюньци:

- …?

Гу Яньчэнь поспешил объясниться:

– Я попросил маму выбрать. Она, вероятно, неправильно поняла.

У него не было времени на выбор, поэтому он просто попросил маму отправить посылку напрямую в городское бюро.

Шэнь Цзюньци потёр лоб:

- Пожалуйста, поблагодари от меня тётю.

Автору есть что сказать:

Капитан Гу сказал:

– Независимо от того, почему у тебя болит спина, я возьму на себя ответственность за нее.

Звездное небо

Глава 89. Звёздное небо

Ночью на вилле в восточном районе Биньчэна.

Дин Юэран смотрел на шахматную доску перед собой.

Перед ним стояли шахматы, играть его научил тюремный надзиратель, когда он сидел в тюрьме. Хотя у него не было формального образования, у него был природный талант к шахматам. Сейчас он находился фактически под домашним арестом. Кроме Я Чжэн, никто не мог войти в дом, и ему было запрещено пользоваться интернетом. Большинство новостей он узнавал от неё.

Дин Юэран был вполне доволен своим свободным временем. Он играл сам с собой в шахматы. На данный момент белые фигуры потеряли пешку, и казалось, что у чёрных есть небольшое преимущество.

Я Чжэн поставила тарелку с фруктами на стол, села, опустила глаза и сказала:

- Папа давно не заходил.

С тех пор как Дин Юэран и Му Ювэй в последний раз поссорились, Му Ювэй не выходил на связь с Дин Юэраном и не присылал никаких планов.

Дин Юэрану было всё равно:

- Разве не хорошо, если он не приходит?

Я Чжэн покачала головой с несколько обиженным выражением лица, словно чувствуя себя наложницей, сосланной в холодный дворец:

- В последнее время он был занят, консультировался с Создателем снов. Он считает, что методы мастера сновидений могут уменьшить количество рабочих и являются самыми безопасными.

Хотя методы Создателя снов, казалось, требовали больше времени, они даже не считались подстрекательскими. Создатель снов выбирал подходящих кандидатов, затем появлялся рядом с ними, проникал в их сердца и раскрывал их тайны, усиливал скрытую в них тьму, а затем позволял этим людям убивать.

Услышав слова Я Чжэн, Дин Юэран усмехнулся:

- Методы повелителя снов на самом деле самые опасные.

Я Чжэн была несколько озадачена и посмотрела на Дин Юэрана.

Сделав свой ход в шахматах, Дин Юэран объяснил её:

- На первый взгляд, Создатель снов устраняет необходимость в подмастерьях и задействует меньше наших людей. Но на самом деле он использует человеческое зло. Те, кем манипулирует повелитель снов, таят в своих сердцах ненависть, жадность и обиду, он словно открывает ящик Пандоры.

Хотя он тоже совершал злые дела, он всем сердцем презирал методы повелителя снов и относился к нему с презрением.

Тогда Дин Юэран решил, что должен привести Я Чжэн пример:

- Возьмём недавний случай с Цзинь Юэвэнем. Если бы это были мы, люди бы оплакали смерть Цзинь Юэвэня и вскоре забыли бы о нём. Но после вмешательства повелителя снов это стало крупным делом о трёх смертях.

Я Чжэн сказала:

- То есть ты хочешь сказать, что повелитель снов сделал ситуацию неконтролируемой? Но и что с того? Это дело убийцы. И он, и мы в безопасности. Мы не можем перейти на сторону повелителя снов только потому, что он сказал несколько слов, верно?

Дин Юэран покачал головой, чувствуя, что Я Чжэн всё ещё не понимает, к чему он клонит:

- Мы убиваем за деньги, и это наша профессия, мы спокойны. Но повелитель снов убивает во имя зла. Он превращает слова в мечи, сеет раздор среди людей. Он стоит в стороне и наблюдает, как бедные убивают богатых, богатые угнетают бедных, родственники причиняют друг другу вред, а плоть и кровь разрываются на части.

Я Чжэн задумалась:

- Раз уж ты об этом заговорил, я вспомнила, как общалась с Создателем снов в сети. Кажется, деньги его не интересуют. Так в чём же его цель?

- Он получает удовольствие от того, что творит зло. Зло делает его счастливым. У этого человека антисоциальные черты характера.

Дин Юэран посмотрел на Я Чжэн:

- Помнишь дело Фан Чжэнжуна и Чжун Чжичуня? Разве это не было его планом? Ему всё равно, попадут ли его работодатели в тюрьму. Такой человек, который не уважает жизнь, в случае, если ситуация выйдет из-под контроля, совершит большую ошибку.

Созданные им демоны, в конце концов, восстанут против него.

Я Чжэн, казалось, немного поняла его, и задумчиво опустила голову.

Дин Юэран продолжил:

- Более того, мы — люди без личности, мы можем исчезнуть в любой момент. Но создатель снов не такой, как мы. Он действует за пределами организации и имеет тесные связи с бизнес сообществом. Он может стать самой большой лазейкой и навлечь на нас беду.

С этими словами на губах Дин Юэрана появилась ухмылка. Ему уже не терпелось увидеть исход этой войны.

После ужина Гу Яньчэнь помог Шэнь Цзюньци перенести вещи домой. Всего было около дюжины посылок, больших и маленьких. Будучи начинающим кошатником, доктор Шэнь подготовился, как следует. Он передал нож для вскрытия коробок Гу Яньчэну, чтобы тот помог все распаковать.

Он запасся наполнителем для кошачьего туалета, различными игрушками для кошек, кошачьим кормом и лакомствами для кошек. Самым экстравагантным предметом был большой тренажер.

После распаковки, Гу Яньчэнь достал отвёртку из ящика с инструментами и помог Шэнь Цзюньци собрать его.

Сидя вместе на белом пушистом коврике, они изучили инструкцию и быстро собрали кошачий тренажёр. Они положили на него подушки оранжевого цвета, и он стал выглядеть довольно интересно.

Основной конструкцией кошачьего лаза были высокая, более двух метров, колонна с платформами для отдыха наверху и несколько лежанок. Кошка могла забираться наверх, чтобы погреться на солнышке или поспать. Независимо от того, нравилось ли это кошке, они с удовольствием собирали конструкцию сами.

Гу Яньчэнь помог Шэнь Цзюньци подготовить всё остальное, поставить лоток на балконе, а миски с водой и едой — в гостиной. Всё было готово, не хватало только кошки.

Гу Яньчэнь сидел в гостиной, скрестив ноги.

- Кота ещё нет, но всё необходимое есть.

Шэнь Цзюньци покосился на него:

- Ты хочешь сказать, что у нас слишком много вещей?

Гу Яньчэнь ответил:

- Ты точно не из тех, кто с трудом учится в школе, ты отличник. Я думаю, Сюэи будет рад.

Шэнь Цзюньци улыбнулся, а затем посмотрел на свой телефон и напомнил Гу Яньчэну:

- Проверь групповой чат, кто-то прислал красный конверт.

Гу Яньчэнь зашёл и обнаружил, что красный конверт был от директора Дина. Старый директор похвалил их за успешное раскрытие дела и отправил им по большому красному конверту с цифрой 88.

Лу Ин получил только 26, поэтому он отправил плачущий смайлик.

Гу Яньчэнь получил больше всех, поэтому он добавил немного денег и отправил ещё один красный конверт:

- Все усердно работали.

Ци Иань тоже отправил один. Он пропустил церемонию рукопожатия, но получил подписанную фотографию своего любимого кумира. Молодой судмедэксперт с радостью поделился этой новостью в групповом чате.

Затем они начали обмениваться красными конвертами.

Повозившись немного с телефонами, они наконец открыли последнюю посылку.

Гу Яньчэнь подумал, что это тоже что-то для кота, но оказалось, что это нечто другое. Это была квадратная коробка с японскими надписями и рисунками созвездий, которая, судя по инструкции, была лампой.

Гу Яньчэнь на мгновение растерялся, испугавшись, что это что-то для Шэнь Цзюньци, и отложил подарок в сторону.

Доктор Шэнь посмотрел на него:

- Это не для кота, это для тебя.

Осознав, что это подарок для него, Гу Яньчэнь приятно удивился.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Мне кажется, что я всегда получаю от тебя подарки. Скоро у тебя день рождения? Поэтому я купил тебе в подарок звёздное небо. Но не знаю, понравится он тебе или нет…

День рождения Гу Яньчэна будет 25 сентября, через несколько дней.

- Конечно, мне нравится.

Гу Яньчэнь осторожно вскрыл упаковку. Внутри оказался основной корпус звёздного проектора — круглый, чёрный, с матовым покрытием, похожий на небольшой астероид. Гу Яньчэнь держал звёздный проектор в руках, испытывая необъяснимое волнение.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Разве ты не хочешь посмотреть, как это выглядит?

Гу Яньчэнь посмотрел на инструкцию, изучил её, а затем открыл отсек для диска. Он достал диск с романтичным названием «Звёздное небо Северного полушария».

- Я выключаю свет, — сказала Шэнь Цзюньци, нажала на выключатель и сел рядом с Гу Яньчэнем на пушистый коврик, в полной темноте.

Гу Яньчэнь вытянул палец и нажал на кнопку проектора. И в комнате появилось изображение звёздного неба. В кромешной тьме белые точки звёздного света образовали Млечный Путь, от которого захватывало дух. Казалось, что в комнате собрались десятки тысяч звёзд, создав почти реалистичное и завораживающее звёздное небо.

Они откинулись назад и посмотрели вверх, словно оказались в бескрайней Вселенной. Звёздное небо медленно вращалось, вызывая у них благоговейный трепет.

Шэнь Цзюньци повернулся к нему и спросил:

- Тебе нравится?

- Конечно, это лучший подарок на день рождения, который я когда-либо получал, — ответил Гу Яньчэнь, лёжа на коврике и глядя на небо. — Спасибо.

Гу Яньчэнь родился и вырос в Биньчэне и никогда раньше не видел Млечный Путь так близко. Как и многие мальчики, в детстве он мечтал исследовать Вселенную, и дома у него были книги о космосе.

Глядя на проекцию звёздного неба, он чувствовал, что его детские мечты сбываются. Ему так понравился этот подарок, он почти мог дотянуться до неба рукой.

После последнего дела Гу Яньчэнь почувствовал, что звёзды исцелили его. Напряжение и суета этого дня рассеялись в одно мгновение, а кровопролитие и убийства словно исчезли. Вместо этого он ощутил красоту мира и внутренний покой.

- Тогда загадай желание, — сказал Шэнь Цзюньци, нажимая на кнопку с падающей звездой.

Серебристо-белая падающая звезда медленно пронеслась по всему небу.

В бескрайней Вселенной она затронула сердца людей.

Это романтика для взрослых.

Эти звезды сияют во тьме и могут дать людям силу победить тьму.

Гу Яньчэнь тихо сказал:

- Я надеюсь, что в мире станет больше доброты.

Он сделал паузу и добавил:

- Я ничего не могу поделать с прошлым, но я всегда могу изменить будущее.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Звёздный свет укажет путь. В мире нет вечной ночи и в мире нет вечной зимы.

Гу Яньчэнь потянулся и взял Шэнь Цзюньци за руку. Их тонкие пальцы переплелись.

В комнате было тихо, так тихо, что они слышали биение сердец друг друга. Гу Яньчэнь чувствовал слабый аромат благовоний, исходивший от тела Шэнь Цзюньци. В тусклом свете этот человек казался таким же чистым и прекрасным, как звёзды.

Он не мог не приблизиться к нему в темноте...

Автору есть что сказать:

Несколько месяцев спустя судмедэксперт Шэнь прошептал на ухо капитану Гу:

– Я хочу выключить свет и лечь спать, чтобы посмотреть на звезды.

Фонд

Глава 90. Фонд

Их тела соприкоснулись, атмосфера была идеальной.

Но в этот момент Шэнь Цзюньци вдруг поднял голову, услышал стук и прислушался:

- Кажется, кто-то стучит в дверь?

Гу Яньчэнь успокоился, он тоже услышал стук:

– Это не здесь, противоположная дверь.

Он взял телефон и посмотрел на время, было уже больше десяти вечера.

Кто мог прийти к нему в такой поздний час? Романтическая атмосфера была нарушена, и Гу Яньчэнь с сожалением включил свет.

Он не спешил открывать дверь, а вместо этого посмотрел в глазок на противоположную дверь, за которой стоял человек в плотной одежде и стучал в дверь.

Судя по росту и фигуре, это была стройная женщина невысокого роста. Несмотря на то, что женщина была одета в несколько слоёв одежды, Гу Яньчэнь всё равно узнал её. Их пути пересекались во время недавнего расследования.

Она была сотрудницей фонда «Бин Ай» по имени Му Синь.

Недавно они расследовали дело об убийстве Цзинь Юэвэня, и Му Синь, казалось, что-то знала, но не решалась заговорить.

Несколько дней назад она позвонила Гу Яньчэну и сказала, что хочет кое - что рассказать. Гу Яньчэнь подумал о смерти Цзинь Юэвэня, возможно, эта женщина что-то знает. Увидев, что она напугана, он оставил ей свой адрес, не думая, что она придёт ночью.

Гу Яньчэнь поправил одежду и открыл дверь.

Увидев человека, которого она искала, выходящего из соседней двери, Му Синь остолбенела, а затем поздоровалась:

- Офицер Гу…

Гу Яньчэнь сказал:

- Подожди, я соберу свои вещи, и мы поговорим у меня в квартире.

Увидев это, Шэнь Цзюньци уже убрал звёздный проектор.

Гу Яньчэнь и доктор Шэнь отвели женщину в соседнюю квартиру.

Му Синь было за тридцать, и выглядела она вполне обычно. На ней была чёрная ветровка более плотной ткани. Сев, она сняла маску. Гу Яньчэнь налил ей стакан воды.

Му Синь нерешительно посмотрела на Шэнь Цзюньци настороженным взглядом.

Гу Яньчэнь представил его:

- Это мой коллега из отдела криминалистики, тоже полицейский. Всё в порядке, ему можно доверять. Говори всё, что хочешь. Что ты хочешь мне рассказать?

Му Синь замялась, склонив голову:

- Что бы я вам ни сказала, вы не должны говорить, что это была я. Если эти люди узнают, я… я боюсь…

- Это не официальный допрос, — заверил её Гу Яньчэнь, — мы сохраним это в тайне ради вас.

- Фонд Бин Ай неоднократно подчёркивал, что нам запрещено обсуждать дела фонда за его пределами… — сказала Му Синь.

Она пришла сюда поздно вечером, потому что не хотела, чтобы кто-то узнал о сегодняшней встрече.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Тот человек по имени Ли Чуньхань тоже из вашего фонда Бин Ай, верно?

Недавно отдел судебно-медицинской экспертизы обнаружил скелет в глуши за городом. Доктор Лю провёл идентификацию с Сун Цяньчэном и установил личность погибшего.

Му Синь кивнула:

- Он отвечал за финансы фонда. Он пропал без вести полгода назад, и мы только недавно узнали, что он скончался. Что касается господина Цзиня… Господин Цзинь был, хорошим человеком…

- Кроме того, за последние три года один сотрудник вашего фонда погиб в автокатастрофе, один умер от болезни, а ещё один спрыгнул с крыши. — продолжил Шэнь Цзюньци.

Перед этим он проверил информацию о фонде. Для фонда, в котором работает около пятидесяти постоянных сотрудников, такая частота смертей явно слишком высока.

— Да... — Му Синь вздрогнула и опустила голову. — За эти несколько лет в фонде были случаи смерти.

Каждые несколько месяцев она присутствовала на похоронах коллег.

Му Синь продолжила: — Я всего лишь секретарь низшего звена в фонде, отвечаю за звонки, разливаю чай, копирую документы и выполняю базовые задачи. Я не вижу отчётов фонда и не знаю, как именно он работает. Всё, что я знаю, — это то, что фонд Bin Ai крупный и ежегодно получает миллиарды пожертвований. У нашего фонда хорошая репутация, и многие состоятельные бизнесмены участвуют в благотворительных акциях. Пожертвования от населения также растут с каждым годом, и многие люди подписывают с нашим фондом соглашения о пожертвовании. Поскольку я отвечаю за внешние коммуникации, я знала господина Цзиня. Господин Цзинь нечасто приезжал в фонд, он лишь время от времени жертвовал нам деньги и посещал некоторые мероприятия. Но в последние полгода он стал приезжать в фонд чаще. Несколько месяцев назад господин Цзинь внезапно приехал к нам и вызвал меня к себе, спросив, знаю ли я о недавнем пожертвовании пятисот школьных ранцев в фонд Xinxian. Позже господин Цзинь сказал, что кто-то написал ему в личные сообщения, что его сестра учится в начальной школе Синьсянь и получила заплесневелую школьную сумку, которая, как она думала, была из магазина. Но в нашей публичной учётной записи цена указана как 120 юаней за штуку.

Му Синь показала Гу Яньчэну фотографию на своём телефоне. Школьная сумка была очень простой, с большим пятном плесени. Вероятно, она стоила всего двадцать юаней, а если покупать оптом, то ещё дешевле.

- Когда я узнала об этом, то подумала, что это просто единичный случай, потому что репутация нашего фонда всегда была хорошей. Но господин Цзинь, похоже, заподозрил неладное. Он хотел съездить в Синьсянь, чтобы всё проверить. Вернувшись, он нашёл Ли Чуньханя. Я не знаю, о чём они говорили, но они сильно поссорились. Вскоре после этого Ли Чуньхань исчез…

Гу Яньчэнь спросил:

- Вы предполагаете, что… кто-то может использовать фонд для отмывания денег?

Му Синь слегка кивнула.

Гу Яньчэнь имел некоторое представление о фондах. Благотворительные фонды — это законные общественные организации, которые используют частные средства для общественного блага. Эта модель зародилась за рубежом, а затем распространилась в Китае. В Китае существуют тысячи благотворительных фондов, и «Бин Ай» — один из них.

В целом большинство фондов — хорошие организации, но есть и недобросовестные лица, которые используют репутацию фондов и их структуру для отмывания денег. Существуют различные способы отмывания денег через фонды. Самый простой — это пожертвования, не облагаемые налогом. Компании могут не платить налоги, делая пожертвования в фонды. Многие компании действуют, таким образом, используя пожертвования для снижения налогов. Кроме того, фонды могут использовать фиктивные расходы и поддельные документы для бухгалтерского учёта.

Трудно контролировать количество и качество пожертвованных товаров, что приводит к значительным откатам. Фонд Bin Ai существует уже более сорока лет. Изначально он был основан богатым бизнесменом по имени Чжэнь Цзясю из Биньчэна, а затем передан в управление человеку по имени Хань Цинъи. Фонд в основном помогает инвалидам, глухонемым, а также оказывает поддержку бедным детям, которые не могут позволить себе обучение, и проводит некоторые благотворительные мероприятия.

В случае с Цзинь Юэвэнем расследование, проведённое полицией, показало, что Цзинь Юэвэнь был связан с этим фондом, но не участвовал в его фактическом управлении. Он был просто лицом фонда в рекламных целях. Фонд «Бин Ай» — крупнейшая благотворительная организация в Биньчэне. Если фонд причастен к отмыванию денег, значит, кто-то руководит этой деятельностью.

Услышав это, Гу Яньчэнь понял, что ситуация гораздо сложнее.

Он немного задумался и сказал:

- Я детектив, занимаюсь только уголовными делами. О ситуациях, которые вы упомянули, я могу сообщить своему начальству…

Расследование деятельности такой организации потребует времени и усилий для сбора доказательств. Как детектив, он вышел за рамки своих полномочий.

Му Синь перебила его:

- Офицер Гу, я понимаю, что вы имеете в виду. Я здесь не для того, чтобы говорить о нарушениях в фонде… Через фонд проходит так много денег, что сложно гарантировать, что каждая копейка тратится по назначению. Инцидент со школьной сумкой был лишь одним из примеров, и наш фонд действительно помог многим людям. Я хочу поговорить о другом.

Она замолчала, словно увидела что-то пугающее, и в её глазах отразилась паника.

Она собралась с мыслями, прежде чем продолжить:

- Чуть больше месяца назад я пришла в дом мистера Цзиня, чтобы кое-что передать. Его отец открыл дверь и сказал, что мистер Цзинь встречается с гостем. Я оставила посылку и уже собиралась уходить, когда услышала ссору из кабинета.

Му Синь вспомнила эту сцену. Она заметила, что дверь в кабинет приоткрыта, и уже собиралась уйти, как вдруг услышала голос Цзинь Юэвэня. По её мнению, господин Цзинь был вежливым человеком. Даже когда он злился, то лишь повышал голос. Но в тот день он стиснул зубы и дрожащим голосом произнёс:

- Это убийство!

Услышав эти слова, Му Синь оцепенела. Она хотела уйти, но ноги её не слушались, она не могла пошевелиться. Казалось, внутри продолжался какой-то разговор.

Цзинь Юэвэнь продолжил:

- Я не хочу слушать твои глупости. Ты сошел с ума, если думаешь, что ради денег можно убить столько людей!

Когда она рассказывала об этом, грудь Му Синь вздымалась.

- Когда я услышала эти слова, я была в оцепенении. Но я уверена, что не ослышалась.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты видела, с кем он разговаривал?

Му Синь покачала головой.

- Уходя, я оглянулась на окно виллы. Шторы в комнате были наполовину задёрнуты, и я увидела лишь размытую фигуру… Это был мужчина в брюках и кожаных туфлях.

В тот день было жарко, она не могла разглядеть, кто это был, но одет он был официально.

Му Синь прикрыла дрожащие плечи.

- После смерти господина Цзиня я не могла перестать думать о том дне. Я не могла уснуть, мне снилась кровь, множество умирающих людей… Я гадала, не связана ли смерть господина Цзиня с этими событиями.

После смерти Цзинь Юэвэня она поняла, что то, что ей стало известно, должно быть важным. Возможно, это ужаснее, чем отмывание денег. Возможно, господин Цзинь по незнанию ввязался во что-то.

Услышав это, Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци, который нахмурил брови, обдумывая слова женщины.

В глазах Му Синь читался страх.

- Клянусь, всё, что я сегодня сказала, — правда. Я не могу доверять никому из окружающих… Я знаю, что, даже если я заговорю, мне никто не поверит, и это может быть опасно для меня, поэтому я так долго хранила этот секрет.

С этими словами она подняла глаза.

- Капитан Гу, как вы видите, в нашем фонде произошло много смертей. Для этих людей убить — всё равно, что раздавить муравья. Во время нашей предыдущей встречи я поняла, что вы хороший полицейский, и доверилась вам. Недавно я уволился. Я уезжаю из Биньчэна, поэтому осмелился рассказать об этом.

Гу Яньчэнь опустил голову, погрузившись в раздумья. Информация была слишком расплывчатой. Почему Цзинь Юэвэнь не сообщил о том, что ему было известно, в полицию? Судя по описанию разговора, которое дала Му Синь, в городе произошло столько смертей, что об этом не могли не знать СМИ и общественность.

Он спросил Му Синь:

- Можешь вспомнить ещё какие-нибудь подробности или слова?

Му Синь глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Она попыталась вспомнить.

- Да, господин Цзинь упомянул какое-то имя. Кажется, это было… Мэн Ши…

Услышав это имя, Гу Яньчэнь насторожился. Мэн Ши, снова этот загадочный Мастер Снов.

Сегодня он поручил Бай Мэн провести поиск, но это был псевдоним. Личность этого человека до сих пор неизвестна.

Был ли он связан с торговой ассоциацией Хэту, клининговой компанией или с обеими сразу?

Что скрывалось за этим делом?

Падение

Глава 91. Падение

Было ещё одно ясное и солнечное утро, станция «Технологический центр Биньчэна» на второй линии метро. Это была третья станция, расположенная в западной части города. Она находилась очень далеко от центра. И арендная плата была достаточно низкой, а дома — новыми, подходящими для молодых людей, которые только начали работать и получали небольшую зарплату.

Агент убедил Цзян Сяои и её однокурсницу Чжан Синь приехать сюда. Они закончили учёбу в прошлом году и были сыты по горло высокими ценами на старые и ветхие дома в городе. Увидев здешние дома, они решили, что они просторные и удобные. Но когда они переехали сюда, то обнаружили, что каждый день им приходится тратить полтора часа на дорогу до работы и полтора часа обратно.

Каждый день был настоящим мучением, дорога на работу превратилась в настоящие муки.

Сегодня, как обычно, они встали рано, умылись, накрасились и, зевая, спустились по длинной лестнице на станцию метро. В семь утра у пункта досмотра и входа на станцию метро уже выстроились длинные очереди, что свидетельствовало о предстоящей ожесточённой «битве».

Большинство пассажиров в метро были такими же молодыми людьми, как они, и спешили на работу. Некоторые смотрели что-то в телефонах, другие завтракали. Если бы они опоздали на этот поезд, то, скорее всего, опоздали бы и на следующий, который должен был прийти через пять минут. Они прошли контроль безопасности и уже собирались провести картой по считывающему устройству, когда перед ними внезапно встал пожилой человек.

У старика были седые волосы, он наклонился, толкая перед собой небольшую тележку с продуктами, но двигался он быстро.

Он оттеснил Цзян Сяои и высокомерно прижал карту к автомату проверки билетов в метро:

– Эй, пенсионная карта.

Цзян Сяои раздражало, что кто-то лезет без очереди, и от злости она сморщила нос.

Она подошла, чтобы возразить:

- Опять ты! В прошлый раз ты наступил мне на ногу, а теперь снова лезешь без очереди!

Они каждый день видели этого старика по дороге на работу. Он пробирался сквозь поток людей в час пик. Он всегда приходил примерно в то же время, что и они.

Чжан Синь отвела её в сторону и сказала:

- Забудь об этом, забудь, не спорь со стариком. Давай поторопимся, а то опоздаем на поезд.

У старика, похоже, были проблемы со слухом, и он не слышал, что они говорят, а просто вошёл в метро.

Только тогда Цзян Сяои провела картой по терминалу и сердито пробормотала своей подруге:

- Видишь, мы боимся опоздать на работу, а эти старики, куда так спешат. С тех пор как проезд в метро стал бесплатным для пожилых людей, они каждый день соревнуются с нами. Они что, спешат переродиться?

Чжан Синь заступился за старика:

- Может быть, у него тоже есть срочные дела.

- Срочно нужно сходить за покупками и пойти в парк на поиски своей старушки?

Цзян Сяои не смогла удержаться от саркастического замечания:

- Знаешь, в прошлый раз, когда я возвращалась с работы, у меня заболел живот. Я наконец-то нашла свободное место, но тут подошла пожилая женщина и заставила меня уступить. Мужчина рядом со мной сидел на месте для инвалидов, но он просто проигнорировал её! Боятся сильных, и издеваться над слабыми! Я уступила место пожилой даме, но она вышла через две остановки. Выйдя из поезда, она побежала быстрее кролика.

Чжан Синь сказала:

- Есть такая поговорка, не так ли? «Дело не в том, что старики становятся плохими, а в том, что плохие люди стареют». Однажды мы тоже состаримся. Оглядываясь назад, можно сказать, что нам, возможно, тоже придётся бороться с молодыми за сидячие места.

Цзян Сяои расстроилась:

- Подумать только, мне придётся полтора часа ехать на метро, а потом смотреть в мерзкую рожу начальника. Я просто не хочу идти на работу.

Чжан Синь горько усмехнулась:

- Если мы хотим остаться в Биньчэне, нам придётся приспособиться к этим условиям. В противном случае ты можешь вернуться в свой родной город и сдать экзамен на государственную службу.

При упоминании этой темы Цзян Сяои усмехнулась:

- Какой экзамен? У моей семьи нет никаких связей. Пытаться бороться за те несколько мест, что есть в городе, — пустая трата времени.

Разговаривая, они целенаправленно шли к концу перрона, где было меньше людей и проще было сесть в поезд. Добравшись до места, они обнаружили, что старик, который раньше протиснулся без очереди, уже стоит прямо перед ними. Им оставалось только встать позади.

Цзян Сяои толкнула Чжан Синь и сказала:

- Смотри, этот старик протиснулся вперёд. Он действительно бодр для своего возраста.

Эта станция была наземной, без защитных ограждений. На земле были нарисованы жёлтые линии, а громкоговорители призывали не толпиться. Поезд, должен был вот-вот прибыть, так как люди в первых рядах уже выстроились в несколько рядов, разделявших их и старика. Цзян Сяои видела, что им всё равно не протиснуться, поэтому не торопилась.

Чжан Синь сказала, что хочет быстро купить бутылку воды в автомате, а Цзян Сяои повернулась спиной к толпе, открыла телефон и проверила свой макияж. Новые тени для век отливали золотом. Она подняла руку и сделала селфи, применила фильтр красоты и записала видео на несколько секунд. В этот момент на станцию прибыл поезд. Они увидели поезд, и люди в первом ряду невольно подались вперёд. В этот момент раздался внезапный «плюх», за которым последовали крики.

Цзян Сяои тоже услышала крики и, обернувшись, посмотрела на толпу и услышала, как кто-то сказал:

- Кто-то упал!

В метро раздался леденящий душу звук, это был звук трения поезда метро и человеческого скелета. Все волосы на теле Цзян Сяои встали дыбом.

В час пик поезд быстро остановился на станции. Несмотря на то, что машинист среагировал быстро, человек всё равно погиб, и кровь брызнула на платформу. Люди в первых рядах отступили, а некоторые побежали к выходу из метро.

- Это старик.

- Он стоял, как ни в чём не бывало. Я не знаю, почему он вдруг упал.

- Боже мой, это так трагично… Ему, наверное, уже не помочь, да?

Цзян Сяои впервые столкнулась с такой ситуацией и почувствовала, как у неё задрожали ноги.

Сотрудники метро спустились, чтобы оценить ситуацию. Они вызвали полицию, и в мегафон объявили:

- Чрезвычайная ситуация, движение в метро приостановлено. Пожалуйста, проявите понимание и найдите альтернативный способ передвижения.

Эвакуировали не только пассажиров на платформе, но и тех, кто был в вагоне поезда. Люди быстро покидали метро, бормоча о том, что им не повезло.

Цзян Сяои и Чжан Синь поняли, что опоздают. Они вышли из метро вслед за толпой и поехали на работу на автобусе. По дороге Чжан Синь заглянул в Weibo. В сети уже шло обсуждение.

- В метро на второй линии произошла авария. Движение по всей линии приостановлено.

- Я слышал, что упал пожилой мужчина.

- Он сам спрыгнул?

- Может, его столкнула толпа. Возможно, у старика закружилась голова.

Прошло около десяти минут после происшествия, а Цзян Сяои всё ещё чувствовала, как дрожат её ноги. Всякий раз, когда она вспоминала пронзительный звук, у неё начинали стучать зубы.

Она не удержалась и написала в соцсетях:

- Я чертовски напугана. Случайно оказалась на месте происшествия на второй линии. Ищу утешения… Сегодня снова опоздаю.

Она опубликовала видео, снятое утром. Некоторые внимательные друзья сразу же заметили:

- Старика толкнули!

Цзян Сяои снова посмотрела видео. Позади неё стояло много людей, а старик находился в углу кадра. На видео было видно, как чья-то рука протянулась и толкнула старика сзади…

Произошло убийство, и полиция быстро прибыла на место происшествия. Первым на место прибыл судмедэксперт из ближайшего полицейского участка. Следы нужно было смыть, и судмедэксперт сфотографировал место преступления, поднял тело и положил его на платформу. Детективы, которые повидали немало ужасных сцен, сохраняли спокойствие, накрыли тело старика белой тканью и отошли в сторону для обсуждения.

Капитан Бао из полицейского участка и сказал членам своей команды:

- Просто установите полицейский кордон и охраняйте место происшествия. Детективы из городского бюро скоро приедут, чтобы осмотреть место преступления.

Один из членов команды, стоявший рядом, был озадачен:

- Кажется, дело пустяковое. Почему оно встревожило элиту городского бюро? Как говорится, зачем использовать кувалду, чтобы расколоть орех?

Капитан Бао ответил, уперев руки в бока:

- Теперь действуют новые правила. После получения вызова мы обязаны собрать информацию и немедленно сообщить о ней в штаб. Это дело было специально передано в городское бюро, так что у них должны быть на то причины.

Кто-то тут же вмешался:

- Я слышал то же самое. В последнее время городское бюро взяло на себя довольно много обычных дел. Интересно, они расследуют какое-то крупное дело? То, что они готовы работать, — это неплохо, не так ли? В любом случае, мы рады, что у нас стало меньше работы.

Капитан Бао похлопал выступающего по плечу.

- О чём ты думаешь? Вся наша команда будет сотрудничать со следствием, и работать сообща.

Старший детектив, стоявший рядом, закурил сигарету.

- Кстати говоря, в последнее время в экономике наблюдается спад, и люди становятся всё более агрессивными. Мне кажется, что за последние два года количество вызовов увеличилось.

Другой член команды добавил:

- Да, особенно среди пожилых людей, растёт число самоубийств, несчастных случаев и убийств.

Через тридцать минут на место происшествия прибыли сотрудники отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Некогда оживлённая станция метро теперь была пуста, а вокруг места происшествия были выставлены полицейские кордоны. Когда они прибыли, капитан Бао начал процедуру передачи дел.

Гу Яньчэнь огляделся, оценивая ситуацию. Это место находилось над землёй, и на платформе не было ограждений. Записи с камер наблюдения уже были восстановлены и предоставлены им. Инцидент произошёл в конце линии метро. Камеры наблюдения находились немного в стороне, поэтому они могли видеть только толпу людей и не могли чётко различить, кто протянул руку. Старик пошатнулся и упал, а поезд медленно двигался вперёд.

Тогда поблизости было слишком много людей, а сотрудники метро отреагировали недостаточно оперативно, посчитав произошедшее несчастным случаем и позволив преступнику скрыться в толпе. Полиция обратилась к свидетелям с просьбой связаться с ними, но пока, кроме девушки по имени Цзян Сяои, которая сама вышла на связь, других свидетелей не было. На платформе остались кровавые следы. Из-за большого количества следов было сложно получить информацию о преступнике.

Тележку старика тоже нашли, она была раздавлена колёсами поезда и превратилась в месиво. Труп на платформе был накрыт белой тканью.

Шэнь Цзюньци в маске и перчатках присел на корточки, приподнял ткань и взглянул на тело. От него исходил сильный запах крови.

Ци Иань тоже смотрел на него, держа в руке набор для медицинского осмотра. Труп едва сохранил человеческие очертания, и его можно было описать только как «ужасающий».

Шэнь Цзюньци сказал:

- Погибший был мужчиной, около 80 лет, причина смерти очевидна, его раздавило поездом. Давайте сначала осмотрим место происшествия. Нам нужно поторопиться, скоро метро возобновит работу.

Они проверили карманы старика, и нашли смятый кошелёк, разбитый телефон и связку ключей. Эти предметы положили в пакеты для улик, а Бай Мэн открыла ноутбук, чтобы проверить имя в кошельке. Вскоре личность погибшего была найдена в системе.

- Покойный — Чжао Чуаньвэнь, 81 год, проживал в соседнем районе.

Услышав это, Ци Иань не смог сдержать восхищения:

- Учитель, вы великолепны. Вы ошиблись в оценке его возраста всего на год.

Шэнь Цзюньци немного расстроился:

– К сожалению, целый год.

Ци Иань:

– …

Сделав фотографии и собрав улики, судмедэксперты приготовились перевезти тело для вскрытия, а сотрудники метро начали мыть пол, готовясь к возобновлению работы.

Гу Яньчэнь привёл детективов к дому старика.

Старик жил в районе, расположенном примерно в десяти минутах ходьбы от станции метро «Грин Лотус Коммьюнити». Это был новый район, построенный чуть больше двух лет назад. Территория района была красивой, с множеством цветов, растений и деревьев. В центральном дворе даже был фонтан. Район был довольно большим.

Чтобы собрать информацию, они прошлись по району и сначала зашли в офис, расположенный в дальнем углу района.

В 8:30 утра общественные работники уже пришли на работу. Услышав, что старик, упавший в метро, был из их района, они удивились.

Одна из работниц воскликнула:

– Директор Гао, это та область, за которую вы отвечаете?

Услышав их слова, мужчина средних лет подбежал к стойке регистрации и проверил записи.

– Он жил здесь, в корпусе 3, квартира 702, Чжао Чуаньвэнь. Я его помню. Подождите, я вас провожу.

Директор Гао повёл их и по пути рассказывал:

– Чжао Чуаньвэнь — одинокий старик из нашего района. Его жена рано умерла, и у него нет детей. Он часто участвует в мероприятиях для пожилых людей, которые организует наш район.

Гу Яньчэнь спросил:

– Какие мероприятия проводит здесь сообщество?

Директор Гао сказал:

– Не так уж много, недавно мы провели конкурс хоров, а ещё был конкурс по игры в Го. Старик Чжао, кажется, занял второе место в конкурсе по Го и получил приз в размере пятисот юаней.

Директор Гао подвёл их к двери и вызвал слесаря, чтобы тот открыл её.

Квартира была довольно просторной, её площадь составляла около 140 квадратных метров. В ней было три спальни и кабинет. В доме не было ни электронных устройств, ни книг.

Бай Мэн огляделась по сторонам, нахмурив брови.

- Все члены его семьи умерли, и у него нет родственников, которые могли бы опознать тело.

Сегодня в группу по сбору улик входил Гуань Хайи.

Он осматривал помещение, надев бахилы, и, нахмурив брови, сказал Гу Яньчэну:

- Капитан Гу, здесь довольно чисто. Здесь есть только следы пребывания одного человека.

Лу Ин осмотрел дом и спросил:

- Он жил один, так зачем ему такая большая квартира?

Директор Гао прислонился к двери и сказал:

- Возможно, вы не в курсе, но раньше этот район был сельской местностью. Чжао Чуаньвэню особенно повезло, его семья была переселенцами. Им выплатили компенсацию в размере трёхкратной стоимости их имущества, он взял одну квартиру, а остальное получил в качестве компенсации.

Если исходить из текущих цен на жильё в Биньчэне, эта сумма была немаленькой. Никто из них не догадывался, что этот пожилой мужчина, одетый скромно, на самом деле был скрытым миллионером.

Гуань Хайи смахнул пыль с пальцев и сказал:

- У большинства пожилых людей есть жильё. Если у них его нет, это ненормально.

Бай Мэн, будучи моложе, не совсем поняла, что он имел в виду, и спросила:

- Почему?

Гу Яньчэнь ответил ей:

- Пожилые люди обычно накапливают какое-то состояние, верно? Кроме того, когда люди стареют и остаются одни, им становится трудно снимать жильё.

Ни один домовладелец не стал бы сдавать дом одинокому пожилому человеку старше семидесяти. Даже если бы он предложил высокую арендную плату, домовладельцы всё равно не согласились бы. Если он умрет в его доме, его сочтут местом убийства. Это была печальная, но реалистичная проблема, о которой молодые люди часто не задумываются, но рано или поздно все стареют.

В доме Чжао Чуаньвэня не нашлось никакой полезной информации, поэтому Гу Яньчэнь поручил детективам навестить соседей и управляющих недвижимостью.

В сопровождении Бай Мэн он постучал в дверь напротив. Дверь открыла женщина лет шестидесяти. Услышав, что они хотят узнать о соседе из квартиры напротив, она нахмурила брови:

- Со стариной Чжао что-то случилось? Я не уверена… Я видела его всего несколько дней назад.

Бай Мэн спросила:

- Когда вы в последний раз видели Чжао Чуаньвэня?

Женщина нахмурила брови и задумалась.

- Три дня назад…

Бай Мэн спросила:

- С кем он обычно общался?

Женщина была полна энтузиазма и, не дожидаясь вопросов, начала рассказывать о разных вещах.

Старушка рассказала:

- У старого Чжао было несколько хороших друзей. Они часто гуляли вместе и играли в шахматы. Среди них был один по имени Старый Вэй. Вам стоит сходить к нему и спросить, не знает ли он чего.

Бай Мэн настаивала:

- Как полное имя этого Старого Вэя?

Старушка задумалась:

- Я не уверена. Все просто называют его Учитель Вэй. Кажется, они познакомились во время общественных мероприятий и живут по соседству.

Гу Яньчэнь записал имя, а затем спросил старушку:

- В каких мероприятиях они обычно участвуют?

- Это просто мероприятия для пожилых людей, — небрежно ответила пожилая дама. — Они часто проводятся неподалёку, там продают товары для здоровья, рекламируют дома престарелых и пропагандируют здоровое старение. Каждый раз, когда они приходят, им дают яйца и что-то ещё. Есть группа людей, которым больше нечем заняться, и они любят стоять в очереди на таких мероприятиях, слушать лекции и заводить друзей. Это как если бы кто-то любил танцевать кадриль.

На таких мероприятиях часто раздавали небольшие подарки, оказывая пожилым людям небольшие услуги.

Бай Мэн напомнила ей:

- Тётушка, будьте осторожны. Многие из тех, кто заманивает людей подарками, — мошенники.

Пожилая женщина кивнула:

- Я знаю. Мне нужно забирать внуков, поэтому я хожу туда нечасто. И я не стану просто так давать деньги. Я только беру вещи, но не участвую ни в каких мероприятиях. Моя дочь и муж строго следят за мной. У меня нет лишних денег, чтобы меня могли обмануть.

Ответив на несколько вопросов, старушка больше ничего не смогла вспомнить.

- Мне нужно приготовить обед. Почему бы тебе не сходить и не спросить у Старого Вэя? Каждый раз, когда я привожу детей, я часто вижу, как Старый Вэй приходит к нему в гости. Эти старики часто проводят время вместе.

Пообщавшись с местными жителями, они вернулись в административный офис.

Директор Гао показал им журнал регистрации. Пролистав его, они нашли человека по имени Вэй Сэнь. В этом году ему исполнилось 78 лет, он был родом из Биньчэна, тоже переехал и жил в блоке 14, всего в двух зданиях от Чжао Чуаньвэня. Вэй Сэнь был учителем на пенсии, как и Чжао Чуаньвэнь, у которого не осталось родственников.

- Давайте я сначала свяжусь с ним и попрошу его помочь вам в расследовании, — сказал директор Гао, беря в руки телефон.

- Хм, никто не отвечает. У этого старика проблемы со слухом. Он часто не слышит, как звонит телефон. Я сейчас же схожу к нему. Сейчас время обеда. Может, сотрудникам городского бюро стоит сначала поесть?

Гу Яньчэнь договорился с директором Гао о том, что его сотрудники отправятся на поиски Вэй Сэна, а он со своей командой пойдёт обедать. Таким образом, они могли работать по очереди и не затягивать следствие.

После утренней суеты, учитывая, что у них тут еще много работы, они не стали возвращаться в городское бюро, а вместо этого нашли поблизости ресторан и решили там перекусить.

Бай Мэн вздохнула:

- Это уже четвёртый случай за неделю, верно?

По какой-то причине директор Дин и капитан Гу сосредоточились на обычных городских преступлениях. Если жертва старше семидесяти лет, дело передавалось в отдел уголовных расследований городского бюро для особого рассмотрения.

До сих пор они не знали, сколько случаев смерти пожилых людей происходит в городе каждую неделю. На этой неделе они разбирались с несколькими, казалось бы, обычными случаями, и все они работали сверхурочно и были очень заняты. Эти смерти были криминальными, но простыми.

В одном случае машина соседа сбила старика, в другом — тяжелобольную пожилую женщину племянница заперла в доме и та умерла от голода.

В отделе судебно-медицинской экспертизы осматривали труп пожилого человека, извлечённого из реки, пытаясь установить личность.

Казалось, что город внезапно сошел с ума. Повсюду происходили жестокие убийства. Люди безжалостно расправлялись с беззащитными стариками.

Гу Яньчэнь, потягивая воду, склонил голову, и прикрыл глаза.

- Возможно, это дело о серийных убийствах.

Лу Ин сказал:

- Капитан Гу, не шутите. В делах о серийных убийствах обычно фигурируют один или два преступника. Мы расследовали все эти дела, и в каждом был свой преступник. Эти люди никак не связаны друг с другом.

Гу Яньчэнь сказал:

- Вот почему нам нужно найти что-то общее во всех этих случаях.

Бай Мэн нахмурилась:

- В этих случаях сложно найти что-то общее, даже если соединить все точки…

Гу Яньчэнь успокоил их:

- Не волнуйтесь, мы будем действовать постепенно.

Как только им принесли еду, в групповом чате появилось сообщение. Шэнь Цзюньци прислал результаты вскрытия.

- Причиной смерти стал разрыв сердца, а также были обнаружены серьёзные травмы головы, — дополнил Ци Иань отчёт о вскрытии, приложив несколько фотографий.

Бай Мэн, не глядя в телефон, спросила:

- От кого сообщение?

Гу Яньчэнь сказал:

- Это результаты вскрытия, от судебно-медицинской экспертизы. Он взглянул на блюда на столе — жареный свиной мозг и свиные почки, приготовленные в Воке, — а затем таинственно перевернул телефон.

- Давай сначала поедим, а потом посмотрим.

Все всё поняли и молча, принялись за еду.

Идти по следу

Глава 92. Идти по следу

Полдень, Гу Яньчэнь ещё не доел свой обед в ресторане, как ему позвонил Бао Дуй.

Его голос звучал взволнованно:

- Офицер Гу? Мне кажется, тут что-то не так. Я постучал в дверь, но никто не ответил, и соседи не знают, куда делся этот человек.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты нашел того, кто откроет дверь?

Бао Дуй ответил:

- Да, когда мы открыли дверь, внутри никого не было. Мне это показалось странным, поэтому я пошёл в службу безопасности, чтобы проверить записи с камер наблюдения у входа в жилой район. На камерах видно, как Вэй Сэнь утром выходил один из жилого района. Было ещё рано, а, кроме Чжао Чуаньвэня, у него не было ни родственников, ни друзей. Куда он мог пойти?

Гу Яньчэнь сказал:

- Оставайся там, я скоро буду.

Повесив трубку, он сказал:

- Вэй Сэнь тоже пропал.

Лу Ин успел съесть только половину своей порции, он быстро собрал палочками остатки риса.

Бай Мэн вытерла рот салфеткой.

Когда пропадает пожилой человек, детективы из городского бюро не могут расслабляться.

Гу Яньчэнь вышел из ресторана вместе со своей командой и первым делом отправился к дому Вэй Сэна. В его квартире было три комнаты общей площадью более ста квадратных метров, и было чисто. Никаких украшений на стенах, и кровати были аккуратно застелены.

Как и в квартире Чжао Чуаньвэня, у Вэй Сэня не было электронных устройств. Мебель была простой, книжные полки и письменный стол, со старыми книгами и тетрадями.

Гу Яньчэнь пролистал их, но не нашёл ничего особенного. Это была ещё одна типичная комната одинокого пожилого человека.

Бай Мэн набрала номер, предоставленный директором Гао, но телефон  был выключен и его невозможно отследить. Все указывало на то, что этот старик  тоже пропал.

Этот район входил в юрисдикцию шестого отдела. Бао Дуй нервно потирал руки, беспокоясь, что, если это второе убийство, его привлекут к ответственности.

Он пробормотал себе под нос:

- Куда мог подеваться этот восьмидесятилетний старик?

По сравнению со смертью Чжао Чуаньвэня, исчезновение Вэй Сэня было ещё более загадочным.

Директор Гао сказал:

- Вэй Сэнь был единственным ребёнком в семье. Все члены его семьи умерли, и он не был женат. Ему больше некуда было идти.

Когда пропадал такой человек, полиции не к кому было обратиться. Детективы отправились на поиски, но в итоге вернулись ни с чем. У директора были другие дела, поэтому он оставил здесь офицеров для обсуждения дальнейших действий.

Лу Ин нахмурился и сказал:

- Капитан Гу, неужели это действительно серийное убийство, жертвами которого становятся пожилые люди?

Обыскав окрестности, Бай Мэн вернулась в квартиру Вэй Сэна. Она вся взмокла и обмахиваясь рукой, говорила:

- Давай не будем делать поспешных выводов. Может быть, старик просто пристрастился к маджонгу или пошёл перекусить. Может быть, его телефон разрядился, вот и всё.

Бао Дуй спросил:

- Капитан Гу, что нам теперь делать?

Гу Яньчэнь нахмурился и завис, пробудившись, он открыл шкаф Вэй Сэна и принюхался:

- От одежды учителя исходит необычный запах.

Бай Мэн тоже принюхалась:

- Да, похоже, он пользуется мыльным деревом.

У некоторых пожилых людей до сих пор осталась привычка стирать одежду в мыльнянке. Вэй Сэнь, должно быть, использовал что-то подобное, и запах был довольно сильным.

Лу Ин осторожно принюхался:

- Запах есть и на кровати.

Это была смесь запахов, тела и аромата мыльного дерева.

Гу Яньчэнь задумался и поинтересовался у Бао Дуйя:

- Есть ли в вашем подразделении служебные собаки?

У полицейских собак чувствительное обоняние, и они могут улавливать запахи лучше людей. Возможно, они смогут выследить Вэй Сэна.

Бао Дуй выглядел немного смущённым:

- В первую очередь городское управление выбирает хороших полицейских собак. Хотя у нас есть собаки, обученные выслеживать, но они могут найти след, если прошло не более двух часов. Если прошло больше времени, собаки могут не взять след.

Лу Ин добавил:

- Даже если запах сильный, прошло уже полдня с тех пор, как человек пропал. Сколько следов может остаться? Помогут ли полицейские собаки?

Гу Яньчэнь сказал:

- Такой сильный запах может сохраняться в течение нескольких часов. Поскольку мы сами не можем найти этого человека, нам остаётся только попробовать привлечь собак.

Он не стал давить на Бао Дуйя и повернулся к Бай Мэн:

- Узнай в городском управлении полиции, есть ли у них свободные полицейские собаки.

Бай Мэн связалась с кинологами и сообщила:

- Капитан Гу, сегодня активно работает отдел по борьбе с наркотиками, поэтому большинство полицейских собак направлены туда. Остались только деревня Синхуа и Цзян Сяобай. С ними может быть сложно кого-то выследить.

Поиск с помощью полицейских собак сопряжен с определёнными трудностями, и не каждая полицейская собака способна на это.

Гу Яньчэнь задумчиво опустил голову:

- Я найду другое решение.

Он вспомнил свой разговор с офицером, отвечающим за полицейских собак. В прошлом лучшей полицейской собакой-ищейкой был Улян. Поскольку других полицейских собак не было, он решил вернуть Уляна на передовую.

Приняв решение, Гу Яньчэнь посмотрел на часы. Было уже 15:00. Он позвонил Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци ответил на звонок:

- Алло.

Гу Яньчэнь спросил:

- Доктор Шэнь, у тебя сейчас есть время?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Да, а в чём дело?

Утром он закончил вскрытие и отправил тело  Чжао Чуаньвэня на хранение.

Гу Яньчэнь вкратце рассказал ему по телефону о ходе дела, а затем спросил:

- Можешь попросить Ци Ианя отвезти тебя ко мне домой, чтобы забрать Уляна? И не забудь взять поводок из ящика справа от тумбы с телевизором.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Хорошо, пришли мне точный адрес.

К четырем часам Шэнь Цзюньци вместе с Уляном подъехали к дому Вэй Сэна. Ци Иань припарковал машину и последовал за ними. На всякий случай он взял с собой набор для криминалистической экспертизы.

Когда Улян вошёл в квартиру, Гу Яньчэнь дал ему обнюхать комнату, а затем и гардеробную Вэй Сэна, чтобы он запомнил запах.

Улян, будучи опытным полицейским псом, быстро  понял, в чём заключается задача. Он все обнюхал, затем присел, виляя хвостом, и стал ждать дальнейших указаний. Увидев, что собака остановилась, детективы удивились. Человек и собака переглянулись.

Бао Дуй ответил:

- Я уже видел, как работают полицейские  с собаками. Дрессировщики, подают команды, используя различные жесты, и собаки выполняют эти команды.

Бай Мэн поинтересовалась:

- Капитан Гу, вы знаете команды для поиска?

Гу Яньчэнь покачал головой. Хотя он отвечал за логистику и взял к себе полицейскую собаку, он никогда их не дрессировал. Все понимали, что даже если полицейская собака приехала, от неё не будет толку без того, кто знает команды.

Бай Мэн подумала об этом:

- И что нам теперь делать? Может, спросить, кто из тренеров свободен?

Гу Яньчэнь поднял голову:

- Я — нет, но кое-кто умеет.

С этими словами он посмотрел на Шэнь Цзюньци. Линь Ло не только умел дрессировать собак, но и сам тренировал молодого Уляна.

Гу Яньчэнь был очень надёжным и никогда не играл со своими подчинёнными. Он пользовался большим доверием в команде. После его слов все перевели взгляд на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци сначала думал, что он просто привез собаку. Он прислонился к стене и ждал, когда они начнут действовать, но не ожидал, что все взгляды будут прикованы к нему. Шэнь Цзюньци вспомнил, что в тот день, когда он напился, он показал несколько приемов дрессировки… Гу Яньчэнь, вероятно, это запомнил.

Прежде чем он успел придумать оправдание, остальные пришли в восторг.

Бай Мэн сказала:

- Это здорово!

Лу Ин воскликнул:

- Я не ожидал, что ты, доктор Шэнь, умеешь командовать полицейскими ищейками!

Ци Иань тоже сказал:

- Учитель, разве есть что-то, чего вы не умеете?

Даже Бао Дуй из отдела присоединился к разговору:

- Значит, доктор Шэнь знает, как это делается! Давайте поторопимся и найдём этого старика. Если мы будем медлить, переменных станет ещё больше.

Видя искреннюю надежду всех присутствующих, Шэнь Цзюньци не смог отказаться. Казалось, даже Улян понял намерения Гу Яньчэна.

Собака опустила голову, взяла поводок и подошла к ногам Шэнь Цзюньци, а затем потёрлась о его ногу.

Видя сложившуюся ситуацию, Шэнь Цзюньци мог только сказать:

- Я немного разбираюсь в этом…

Гу Яньчэнь сказал:

- Лучше знать немного, чем не знать ничего. Давай попробуем.

Шэнь Цзюньци уже много лет не отдавал команды ищейки, но сейчас ему пришлось это сделать. К счастью, он помнил эти жесты, ведь именно он изначально обучал Уляна поиску.

Шэнь Цзюньци прицепил поводок, присел на корточки, взял наволочку Вэй Сэна, взял чистую бутылку из-под минеральной воды, вылил из неё воду и засунул внутрь наволочку, сделав простой сосуд с источником запаха. Такой сосуд может концентрировать запах, чтобы собаке было легче взять след.

Он дал Уляну команду «нюхать», которая является первым шагом для ищейки в распознавании запаха. Улян послушно опустил голову и внимательно обнюхивал бутылку. Затем Шэнь Цзюньци дал команду «след». Улян направился к двери, прошёл около метра и обернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци подбодрил его, Улян всё понял и продолжил идти.

Улян шёл быстро, и остальные спешили за ним. Выйдя за ворота жилого района, Улян то и дело опускал голову и принюхивался, пытаясь уловить запах старика. Хотя эти запахи нельзя было увидеть или потрогать, они действительно существовали.

Шэнь Цзюньци держал поводок, держась на расстоянии около двух метров от собаки, а остальные шли позади. Со временем запах немного выветрился. Всякий раз, когда они доходили до перекрёстка, Улян, немного терялся. Тогда Шэнь Цзюньци доставал сосуд с запахом и снова давал ему понюхать. Дважды Улян, казалось, сворачивал не туда, но Шэнь Цзюньци терпеливо ждал, пока он искал правильный путь. Он постоянно подбадривал собаку, поглаживая  Уляна по голове.

- Хороший мальчик.

- Молодец.

-Так держать!»

Поиск с помощью полицейской собаки требует как навыков, так и терпения.

Команда шла за собакой, постоянно останавливаясь, пока не стемнело. Разница между дневной и ночной температурой в Биньчэне была значительной, и к вечеру стало прохладно.

Гу Яньчэнь заметил, что на Шэнь Цзюньци была тонкая одежда, поэтому он снял своё пальто и накинул ему на плечи. Шэнь Цзюньци было неловко, но он согласился.

Плечи Гу Яньчэна были шире, чем у него.

Шэнь Цзюньци поправил пальто и плотно запахнулся. Он уткнулся лицом в воротник. Шэнь Цзюньци почувствовал, как его лицо заливает румянец. Ткань воротника приятно щекотала кожу, сохраняя тепло тела Гу Яньчэна и его приятный запах.

Наконец Улян привёл детективов отдела по расследованию особо тяжких преступлений на склон холма. Этот склон находился в городской черте и раньше использовался для ведения сельского хозяйства, но уже давно был заброшен. Если не считать нескольких сараев, здесь густо разрослись сорняки и кусты, и место выглядело пустынным. Обычно сюда никто не приходил. Придя сюда, Улян забеспокоился, тяжело задышал и высунул язык, а затем внезапно начал лаять.

Шэнь Цзюньци, знакомый с реакциями Уляна, почувствовал перемену в его настроении и сказал:

- Возможно, мы его нашли!

Он отвязал поводок, и собака помчалась вверх по склону.

Гу Яньчэнь был самым физически сильным и часто поднимался на гору Лу Мин. Он бежал прямо за собакой.

Остальные последовали за ним, Ци Иань нёс тяжелый набор для криминалистической экспертизы, к этому моменту он уже с трудом поспевал за остальными, поэтому он попросил:

- Подождите меня…

Лу Ин обернулся, взял у него чемодан и догнал остальных.

Склон холма был некрутым, и подъём занял около десяти минут. Когда они приблизились к вершине холма, Улян внезапно остановился и посмотрел на дерево, на котором висел труп.

Автору есть что сказать:

Судмедэксперт Шэнь махнул рукой, и Улян с капитаном Гу одновременно выбежали наружу.

Подозреваемый

Глава 93. Подозреваемый

Тело Вэй Сэна наконец-то было найдено.

Время шло, небо постепенно темнело, и весь холм был, окутан плотным туманом.

На холме росло много растений, раздавались звуки насекомых, что в сочетании с видом истощённого тела, висящего на дереве, создавало жуткую  атмосферу.

Бао Дуй со своими детективами из отдела были в шоке от увиденного. Они быстро достали полицейскую ленту, и оцепили место преступления. Затем они позвонили в отдел, и сообщили о случившемся.

Ци Иань принёс камеру и набор для криминалистической экспертизы. Сначала он сфотографировал все следы на месте преступления, прежде чем осмелился подойти ближе. Под деревом следов не было, только небольшая лужа, вероятно, от неконтролируемого опустошения  мочевого пузыря.

Осмотревшись, Шэнь Цзюньци и Ци Иань посмотрели на повешенное тело. Старик был мёртв уже давно. У него было бледное лицо, слегка опущенная голова, высунутый распухший язык, шея полностью висела на верёвке, и тело слегка покачивалось на ночном ветру.

Шэнь Цзюньци осмотрел узел и холодным тоном произнёс:

- Это узел с одной петлёй.

Техника завязывания узлов, тоже было важным доказательством. Чтобы не повредить узел, Ци Иань наступил на ближайший камень, а Гу Яньчэнь помог удержать тело. Они перерезали верёвку посередине, сняли её и осторожно опустили тело старика.

Пожилой мужчина был худым, и тело его было лёгким.

Шэнь Цзюньци проверил карманы.

- Кошелёк и телефон всё ещё при нём. В телефоне разрядился аккумулятор, и он автоматически выключился.

Пожилые одинокие люди, обычно брали с собой всё необходимое, они не смогли бы вернуться домой, если бы забыли ключи.

- Неудивительно, что мы не смогли найти его раньше, — осторожно сказала Бай Мэн, тщательно собирая улики и упаковывая их в пакеты.

Она проверила порт для зарядки, достала внешний аккумулятор и зарядила телефон Вэй Сэна.

Лу Ин помогал с фонариком, чтобы судмедэксперты могли работать.

Ци Иань начал вести запись.

Шэнь Цзюньци измерил температуру тела и осмотрел труп:

- Температура тела близка к комнатной, роговица мутная, трупные пятна находятся на второй стадии распространения. При надавливании они бледнеют, трупное окоченение достигло пика. Учитывая все эти факторы, можно предположить, что смерть наступила около двенадцати часов назад.

Согласно оценке времени, сейчас было почти 8 часов вечера, а это означало, что старик был убит около 8 часов утра. Это значит, что вскоре после смерти Чжао Чуаньвэня у Вэй Сэня что – то случилось.

Шэнь Цзюньци присел на корточки, чтобы осмотреть тело.

Он изучал лицо покойного.

- На лице видны застойные явления и отёки, ярко выраженный цианоз и многочисленные геморрагические пятна на конъюнктиве.

Затем он осмотрел шею, где были отчётливые красные следы от веревки.

Ци Иань тоже внимательно осматривал.

Шэнь Цзюньци указал на кожу на шее старика.

- На шее покойного видны две отчётливые борозды от лигатуры, обе с подкожными повреждениями и кровоизлияниями. Одна борозда горизонтальная, с круглым следом от давления, указывающим на удушение верёвкой. Другая, имеет форму наклонной восьмёрки, с более глубокими следами от лигатуры и более широкая в середине, сужающаяся к краям. Это указывает на то, что покойного, задушили, а затем обставил всё так, будто это было самоубийство. Это тоже дело об убийстве.

Ситуация была вполне типичной, проанализировав её вместе с Ци Ианем, Шэнь Цзюньци попросил его сделать фотографии и все задокументировать.

Шэнь Цзюньци еще раз внимательно изучил следы от лигатуры на шее и случайно обратил внимание на камень, на который, похоже, наступали.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Судя по следам от лигатуры на шее, преступник был не опытным. Он пытался делать это несколько раз, из-за чего следы частично накладываются друг на друга. Преступник, скорее всего, мужчина ростом около 1,75 метра.

Проверив еще раз, он внимательно осмотрел руки старика, уделяя внимание ногтям.

- На теле нет явных следов сопротивления.

Бай Мэн нахмурилась.

- Вокруг этой горы мало камер наблюдения, и людей здесь мало. Скорее всего, записей не так много.

- Преступник всё же оставил множество улик, — анализировал Гу Яньчэнь, освещая окрестности фонариком.

Он продолжил:

- Хотя этот холм не высокий, его высота составляет около ста метров, и ни на велосипеде, ни на электро самокате сюда не подняться. На гору ведёт только одна дорога, и на земле нет явных следов волочения. Это должно быть основное место преступления. Преступник хорошо знал жертву и местность. Скорее всего, он верёвку взял с собой, так что он был подготовленным.

Если бы это место не было местом преступления, и преступник убил бы его в другом месте, ему пришлось бы нести тело в гору, что отняло бы у него время и силы и повысило бы риск быть замеченным. Учитывая отсутствие явных признаков сопротивления на теле жертвы, можно предположить, что преступник был знаком с ним. Более того, это место находится в глуши, и его трудно заметить, поэтому преступник должен был хорошо ориентироваться на местности.

- Судя по хронологии событий, если в обоих случаях действовал один и тот же преступник, то, скорее всего, после того как он столкнул Чжао Чуаньвэня в метро, он пришёл в этот жилой комплекс, и договорился о встрече с Вэй Сэнем, а затем пришёл сюда? - Лу Ин предположил: - Значит ли это, что преступник тоже живёт неподалёку?

Гу Яньчэнь поправил его:

- Знать местность не обязательно означает жить здесь. Он может работать неподалёку или раньше жил рядом.

Он подытожил:

- Мужчина, рост выше 1,75 метра, знаком с жертвой. Когда вернётесь, проверьте, нет ли поблизости от жертвы кого-то, кто подходит под это описание.

Если в деле о нападении в метро было относительно мало улик, то в этом деле осталось много информации. Это преступление казалось спонтанным, возможно, потому, что преступник хотел заставить свидетеля замолчать, или потому, что это не первое его убийство, он действовал безрассудно.

В любом случае преступник торопился.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци молча, работали сообща и на основе улик, оставленных на месте преступления, и тела, они определили «портрет» убийцы.

Сейчас они не могли вернуться, но было уже восемь вечера, и многие едва успели нормально пообедать, все были голодны.

Гу Яньчэнь предложил:

- Если вы проголодались, просто закажите еду на вынос. Сегодня вечером я угощу вас.

Как сотрудники полиции, они часто работали в отдалённых районах, поэтому доставка еды была для них весьма удобным вариантом.

Бай Мэн достала телефон, чтобы сделать заказ, и детективы без колебаний присоединились.

Когда пришло время платить, Бай Мэн замялась и спросила:

- Какой нам указать адрес?

Она немного посовещалась с Лу Ином и в итоге написала: «На первой развилке у подножия холма спросите дорогу».

Ци Иань поднял глаза и спросил:

- А курьер его найдёт? Может, добавим «рядом с местом преступления»?

Шэнь Цзюньци, всё ещё осматривающий тело, спокойно прокомментировал:

- Добавь еще «в метре от трупа». Посмотрим, осмелится ли кто-нибудь принять заказ.

Гу Яньчэнь сказал:

– Не ленитесь, попросите курьера доставить его до перекрестка внизу, идите и заберите его сами, а попутно патрулируйте территорию.

После совершения преступления прошло еще немного времени, и вокруг можно найти новые улики, такие как окурки, веревки, следы, пятна крови или еще что-то.

Лу Ин и Бай Мэн прислушались к его словам и изменили адрес «на первой развилке у подножия холма, к Союзу электросвязи».

Они заранее спустились с горы и гуляли рядом, на ходу обсуждая дело.

В лесу было очень тихо, слышен только звук их шагов и стрекотание насекомых.

Бай Мэн:

– Обычно причины для убийства это, деньги, любовь  или месть. Хотя эти два старика были друзьями, какие обстоятельства могли заставить убийцу избавится от них одновременно?

Лу Ин использовал свое воображение:

– Пожилые люди тоже сталкиваются с конфликтами в своей жизни. У них тоже есть чувства. Кроме того, это может быть убийство из-за любви или ревности. Вендетта.

Бай Мэн:

– Я просмотрела историю чата Чжао Чуанвэня и обнаружила, у него нет ни одной близкой женщины. Более того, это молодежь может друг на друга злиться, но люди проявляют терпимость, по отношению к старикам.

Многие люди считают, что бороться с пожилыми людьми не стоит, потому что и без убийства, они могут прожить не долго.

Лу Ин снова предположил:

– Тогда… может быть, это из-за наследства. Это все разрушенные семьи. Хоть они и кажутся скупыми, у них должно быть много сбережений.

Бай Мэн надулась:

– Ты плохо слушал? Ни у одного из этих стариков нет законных наследников, а остальные их родственники далеко. По закону их наследство должно быть национализировано. Даже если убийца их убил, это не принесет ему никакой пользы.

На холме с наступлением ночи стало совсем темно.

До развилки дороги оставалось пройти еще немного, поэтому Лу Ин включил фонарик и посветил им вперед.

Ночь становилась все темнее и темнее, как будто в нее добавили густые чернила, а свет фонарика мог осветить лишь небольшой участок перед ними.

Пока они разговаривали, фонарик Лу Ина вспыхнул, осветив заброшенный сарай для скота неподалёку, и из темноты выскочила тень.

Лу Ин засомневался, не показалось ли ему. Прежде чем он сообразил, Бай Мэн уже бросилась за фигурой и крикнула:

- Стой!

Лу Ин понял, что происходит, и последовал за ней.

Увидев, что за ним гонятся, тень убежала в лес. Горная тропа была неровной и узкой, по ней мог пройти только один человек. В таком месте Бай Мэн была в более выгодном положении, чем Лу Ин. Бай Мэн бежала следом, а Лу Ин держался позади, изо всех сил стараясь осветить ей путь.

Фигура впереди отчаянно пыталась скрыться.

Десять метров, пять метров — расстояние между ними постепенно сокращалось. Хотя Бай Мэн была женщиной, она никогда не пасовала перед трудностями. Когда расстояние сократилось до одного метра, она протянула руку, чтобы схватить человека, но тот увернулся. Рука Бай Мэн промахнулась, но её пальцы случайно зацепились за шляпу на его голове.

Когда шляпа упала, человек внезапно развернулся и двинулся на неё.

Лу Ин напомнил ее сзади:

- Будь осторожна…

Бай Мэн услышала предупреждение и на мгновение замешкалась, испугавшись, что у человека может быть оружие. Она пригнулась, чтобы увернуться, и замедлила шаг. Однако человек ничего не сделал, а просто сделал ложный выпад и ускорился.

Поняв, что её обманули, Бай Мэн выругалась:

- Чёрт возьми! Это просто уловка.

Они гнались за тенью в лесу, как вдруг из темноты выпрыгнула полицейская собака, она подпрыгнула так высоко, что могла бы достать человеку до плеча. Собака залаяла и набросилась на человека, повалив его на землю. Он пытался вырваться, но собака не отпускала его.

— Не двигайся!

С этими словами кто-то подбежал к нему и заломил ему руки за спину. Это были Улян и Гу Яньчэнь. За ними следовали остальные члены команды и детективы из отдела.

Оказалось, что дежурные офицеры услышали шум и спустились, чтобы помочь.

Улян сделал вид, что совершил ещё один достойный похвалы поступок, и принялся вылизывать свои лапы.

Гу Яньчэнь достал наручники, чтобы сковать руки этого человека.

Бай Мэн и Лу Ин тоже подбежали и помогли его поднять.

Теперь они могли хорошо его рассмотреть, это был мужчина средних лет, худощавый и не очень высокий.

Он прибыл на место преступления поздно ночью, и всё совпадало с предыдущими выводами Гу Яньчэна и Шэнь Цзюньци.

Лу Ин решил, что этот человек вызывает у него большие подозрения.

Он грубо спросил:

– Почему ты бежал? Ты убил этого человека?

Бай Мэн достала свои документы и показала ему.

- Детективы городского бюро.

Мужчина в отчаянии рванул на себе одежду, обнажив желтую рубашку.

- Я курьер. Я не знал, кто заказал еду, и адрес был непонятным. Посылок было слишком много, поэтому я решил, что сначала запру велосипед и поднимусь проверить. Но как только я поднялся по склону, я услышал, как кто-то крикнул: «Не двигайся». Было темно и безлюдно, я подумал, что это ограбление, испугался и побежал…

Все:

- …

Гу Яньчэнь:

- Это мы сделали заказ.

Бай Мэн наконец поняла:

- Кажется, мы спускались с горы, чтобы забрать заказ?

Лу Ин поспешно извинился:

- Мне очень жаль, я слишком увлёкся этим делом, а на вас не надета форма курьера, вы были просто в чёрном пальто, поэтому мы вас неправильно поняли.

Гу Яньчэнь заботливо спросил курьера:

- С тобой всё в порядке? Извини, я дам тебе дополнительные чаевые.

Курьер понимающе кивнул, он тоже вел себя не разумно, он отряхнул одежду и спустился с горы, чтобы принести им еду.

- Спасибо полиции за усердную работу.

Как только появился «подозреваемый», его тут же оправдали. Они вернулись на гору, разделили еду, поужинали и продолжили работу.

Ночью все вместе спустили тело с горы и отвезли его в городское бюро для вскрытия.

Детективы наконец-то могли отправиться домой.

Бай Мэн, несмотря на позднее время, не пошла домой, а осталась работать. В городском бюро было тихо. Она сидела за компьютером и пила горячий кофе.

Она понимала, что совершила ошибку, и немного расстроилась. От мысли об этой ночной сцене ей стало так неловко, что хотелось провалиться сквозь землю. Ей совсем не хотелось идти домой спать, поэтому она решила поискать улики, чтобы исправить свою оплошность.

С телефона Вэй Сена уже были сняты отпечатки пальцев и отправлены на экспертизу, а сам телефон зарядили. Она включила компьютер и подключилась к телефону Вэй Сена. Это была базовая модель, и пароль было легко взломать. Первым делом она открыла фотоальбом. Она просматривала фотографии одну за другой.

Внезапно палец Бай Мэн замер. Человек на этой фотографии был...

Убийца

Глава 94. Убийца

Поздняя ночь, городское бюро Биньчэна.

В городе уже было темно. Работая всю ночь в полицейском участке, Бай Мэн нашла на телефоне Вэй Сэна несколько фотографий и видео. Это были совместные снимки Вэй Сэна и Чжао Чуаньвэня, а также групповые фотографии с соревнований по Го. Были также фотографии, сделанные во время рекламных акций  ближайших домов престарелых.

Среди них было несколько фотографий, на которых, судя по всему, были сняты бесплатные медицинские осмотры, организованные для пожилых людей. Врачи в белых халатах измеряли давление старикам, а сотрудники стояли с улыбками на лицах.

Всё казалось обычным, но то, что она увидела дальше, было ненормальным…

Там была групповая фотография, на которой старики сидели вместе и открывали коробки с обедом, и на заднем плане стояло «знакомое лицо».

Бай Мэн увеличила фотографию и убедилась, что не ошиблась.

Это был курьер, которого они поймали в горах во время ночного расследования.

Бай Мэн продолжила поиски и обнаружила, что этот курьер не раз появлялся в телефоне Вэй Сэна. Похоже, он часто доставлял им еду и был с ними знаком. Бай Мэн вошла в полицейскую базу и запросила личную информацию всех курьеров в этом районе.

Люди обычно считают, что курьер, который доставляет им заказ, часто каждый раз разный, но это точка зрения клиента.

Но во многих районах, расположенных далеко от центра города, доставщики были постоянными, а в некоторых отдалённых районах, могло быть всего один или два доставщика. Если клиент регулярно заказывал еду в одном и том же ресторане, то, скорее всего, им доставался один и тот же курьер. Как и в этом месте, было всего двадцать четыре курьера. Шансы встретить одного и того же человека были очень высоки.

Бай Мэн вспомнила и опознала курьера. Его звали Чжан Лицзе. Она проверила номер телефона курьера, которого вчера вечером предоставила платформа доставки.

Бай Мэн узнала, что вчера вечером заказ принял не Чжан Лицзе, а другой курьер по имени Ли Хун. Однако ни Ли Хун доставил им еду, это сделал Чжан Лицзе. Вероятно, из-за этого Чжан Лицзе не позвонил ей, чтобы сообщить о своём прибытии. Если бы он позвонил, то раскрыл бы свой номер, и было бы проще выявить проблему.

Бай Мэн предположила, что заказ был сделан издалека, с неопределенного адреса, и Чжан Лицзе знал, что там произошло убийство, поэтому логично было предположить, что человеком, заказавшим еду, будет офицер полиции. Он предложил коллеге помощь, поэтому взял заказ и отправился на гору.

Бай Мэн вспомнила, их ночной арест.

Они были на горе и увидели Чжан Лицзе. Он быстро скрылся, пробудив в ней инстинкт детектива, тем самым заставил её броситься за ним в погоню. Более того, когда Чжан Лицзе был на горе, он быстро передвигался в темноте, ловко проскальзывая в узкие проходы, что указывало на его знание местности. Это явно не случайно выбирал путь, он знал местность. Его паника во время погони были искренними.

Бай Мэн нахмурилась, размышляя.

Чжан Лицзе специально надел форму для доставки еды под пальто, вероятно, намереваясь воспользоваться возможностью доставить еду и заодно проверить, что происходит в горах. Когда его поймали, он расстегнул пальто — это был хорошо продуманный план.

Решив, что она нашла важную зацепку в деле, Бай Мэн посмотрела на часы и увидела, что уже два часа ночи. Она была взволнована, но ей не с кем было поделиться своими находками, поэтому она терпеливо продолжила расследование. Как правило, после обнаружения подозрительных моментов в деле проводится проверка, чтобы восстановить факты произошедшего.

Бай Мэн, изучив привычные методы Гу Яньчэна по анализу дел, начала собирать подробную информацию о Чжан Лицзе.

Чжан Лицзе жил в трёх остановках от станции метро, эта была первая станция этого маршрута. В этом году ему исполнилось сорок девять лет, и он уже несколько лет занимался доставкой еды, что делало его опытным курьером.

Его жена работала помощницей по хозяйству, а сын работал на стройке. Он упал с четвёртого этажа и получил травму, но не получил должной компенсации, что привело их к длительной судебной тяжбе. Его невестка рекламировала шампунь в супермаркете, но это была нестабильная работа. Следовательно, семья Чжан Лицзе была небогата. У их внука было врождённое заболевание сердца, и они потратили много денег на его лечение. Сейчас они собирали деньги на операцию.

В системе оценки работы курьеров Чжан Лицзе в этом году несколько месяцев подряд получал оценку «отлично». Однако курьеры часто сталкивались с непредвиденными ситуациями и получали негативные отзывы, в том числе и от Чжао Чуаньвэня и Вэй Сэна.

Проверка анкетных данных была закончена.

В три часа ночи Бай Мэн умылась холодной водой и вернулась к изучению улик, собранных в день преступления.

Записи с камер наблюдения, из метро, где Чжао Чуаньвэнь падает, уже были получены.

Бай Мэн просмотрела каждое видео с места происшествия и записи с камер наблюдения, на входе в метро. Раньше на это ушло бы несколько дней, но она ускорила процесс, открыв одновременно четыре окна и тщательно изучая их. Несмотря на скопление людей и размытые кадры на станции в час пик ранним утром, Бай Мэн всё же удалось найти Чжан Лицзе в толпе.

Он был на станции...

Сойдя на этой станции, он не ушёл, а остался ждать, пока на станцию не пришел Чжао Чуаньвэнь, и оказался неподалёку от него...

Во время падения он находился очень близко к тому месту, где стоял Чжао Чуаньвэнь.

На видео, предоставленном Цзян Сяои, видно, что рука, толкающая Чжао Чуаньвэня, того же цвета, что и одежда Чжан Лицзе.

Потом Бай Мэн проверила записи звонков Вэй Сэна.

Рано утром, после того как Чжао Чуаньвэнь упал в метро, Вэй Сэнь заказал доставку завтрака, и снова заказ принял Чжан Лицзе. Вскоре после того, как Вэй Сэнь вышел из дома, Чжан Лицзе тоже прошёл мимо этой камеры наблюдения.

Тот факт, что один и тот же человек постоянно появлялся на месте преступления, делал его главным подозреваемым.

Бай Мэн работала не покладая рук, находя всё новые и новые улики.

Она несколько раз перепроверила, чтобы убедиться в логичности и полноте цепочки доказательств. Хотя это дело не было особенно сложным, от осознания того, что она в одиночку нашла настоящего преступника, у неё закипела кровь.

В шесть утра, наконец, взошло солнце, и Бай Мэн лениво потянулась. Она собрала все улики, позвонила Гу Яньчэну, объяснила ситуацию и отправила ему доказательства.

Гу Яньчэнь проснулся от её звонка.

Однако капитан Гу, чей спокойный сон был нарушен, не выказал ни малейшего раздражения. Он внимательно изучил всю информацию, которую прислала Бай Мэн.

- Я не ожидал, что ты так быстро раскроешь это дело. Молодец! Этот человек вызывает большие подозрения. Давай оформим арест. Я поговорю с зам директора Дуном, — сказал Гу Яньчэнь.

Бай Мэн с энтузиазмом ответила:

- Хорошо!

Гу Яньчэнь добавил:

- Прошлой ночью ты арестовала нужного человека.

Прошлой ночью он почувствовал разочарование Бай Мэн и понял, что она собирается работать допоздна. Эта девушка была очень упрямой, но он не ожидал, что она действительно найдёт виновного.

Услышав это, Бай Мэн почувствовала облегчение.

Она улыбнулась и сказала:

- Я же не могу опозорить своих родителей, верно?

Гу Яньчэнь ответил:

- Ты усердно работаешь. Не сомневайся в себе. Ты всегда была молодцом!

Услышав эти слова, Бай Мэн слегка всхлипнула. С самого детского сада она слушала рассказы отца о том, как он ловил плохих парней. Тогда она наивно говорила:

- Когда я вырасту, я хочу стать полицейским.

Но её отец всегда качал головой.

Заканчивая рассказ, он всегда говорил:

- Для девочки это слишком опасно. Если бы только у тебя был брат. К сожалению, здоровье твоей матери не позволяет ей родить ещё одного ребёнка.

Повзрослев, она упорно подавала документы в полицейскую академию, с улыбкой говоря родным:

- Три поколения нашей семьи служили в полиции, и на мне это не должно закончиться.

Но она знала, что этот путь нелегок, особенно для девушки в этой профессии. Будучи детективом, она всегда сталкивалась с трудностями и критикой. Она упорно тренировалась, но её работа в полиции в основном заключалась в канцелярских обязанностях, и она не могла выполнять задачи на передовой. Она всегда немного сожалела об этом. Теперь же она сама нашла подозреваемого.

Наконец-то она себя проявила. Ну и что, что она девушка? Девушки тоже могут раскрывать дела, если проявляют смелость и внимание к деталям.

Бай Мэн с энтузиазмом заполняла заявление об аресте, а Гу Яньчэнь убедил руководство городского бюро и прокуратуры ускорить процесс.

Коллеги, которые встали пораньше, узнали эту новость и начали отправлять сообщения одно за другим.

Лу Ин сказал:

- Сяо Бай, ты потрясающая! Ты действительно нашла преступника всего за одну ночь!

Бай Мэн ответила:

- Зови меня сестрой Бай!

Ци Иань сказал:

- Доброе утро, сестра. Ты много работала. Сестра, что ты хочешь на завтрак?

Бай Мэн ответила:

- Доктор Цянь, вы всё ещё полагаетесь на свои криминалистические навыки? С этого момента сестра будет заботиться о вас, и предоставлять скидки на услуги свахи.

Немного поболтав в групповом чате, она вышла из комнаты и позвонила отцу. Она боялась, что ещё слишком рано, но отец сразу взял трубку. Бай Мэн едва успела сказать «папа».

Голос на другом конце провода затараторил:

- Я знаю, ты раскрыла дело. Рано утром ты вызвал руководителей городского бюро, чтобы они оформили арест. Я уже слышал об этом. Разве это не обычное дело? Какой полицейский не раскрывал дел? Хочешь прийти и похвастаться?

Отец отругал Бай Мэн, и она успокоилась. На самом деле ничего страшного не произошло, но из-за того, что её отругал собственный отец, она почувствовала себя немного обиженной. Её хорошее настроение улетучилось, и она вдруг поняла, что не знает, что сказать.

Её мать, на другом конце, выхватила трубку:

- Не слушай папины бредни. Он только что хвастался перед замдиректора Дуном, говоря, что это моя дочь, и она, конечно же, способна на всё! Он сказал, что ты быстро раскрыла дело, и чуть ли не хотел взять мегафон и прокричать об этом во дворе.

Услышав это, Бай Мэн почувствовала себя немного лучше. Её отец был суровым, но добрым человеком.

Мать добавила:

- Дочь, ты устала? Ты не спала всю ночь из-за этого дела? Тебе нужно как следует отдохнуть и нормально поесть.

Со слезами на глазах Бай Мэн сказала:

- Мама, я знаю.

Старик Бай снова взял трубку, и его голос по-прежнему звучал твёрдо:

- Дочь моя, не гордись! Я боюсь, что ты возгордишься! Возвращайся к работе, тебе всё ещё нужно работать!

Бай Мэн, которая вот-вот была готова расплакаться, сделала паузу и бесстрастно ответила:

- Хорошо.

Тон Старого Бая смягчился:

- Не гордись собой, потому что… ты всегда будешь нашей гордостью.

Услышав эти слова, Бай Мэн не выдержала. По её лицу потекли слёзы, но она быстро сменила их смехом:

- Спасибо, папа.

В семь тридцать утра сотрудники городского бюро и шестого отдела ушли, чтобы арестовать подозреваемого. Они быстро добрались до дома Чжан Лицзе, и перехватили его, пока он собирался на работу.

Из информации, предоставленной Бай Мэн, Гу Яньчэнь узнал, что положение семьи Чжан Лицзе было непростым. Но когда он прибыл на место, то всё равно был поражен. Это был ветхий дом, продуваемый сквозняками и плохо освещённый, с уборной на улице. Его площадь составляла всего около двадцати квадратных метров, и он был разделён на две комнаты. Сын, невестка и внук Чжан Лицзе спали в «большой» комнате, а Чжан Лицзе и его жена  в маленькой.

Гу Яньчэнь со своей командой постучал в дверь и вошёл. В маленькой комнате внезапно стало тесно.

Чжан Лицзе уже проснулся и, был морально готов к приходу полиции.

Он сказал:

- Подождите минутку, я оденусь.

Лу Ин поторопил его:

– Поторопитесь.

Офицеры боялись, что Чжан Лицзе может сбежать или оказать сопротивление с применением оружия, поэтому они стояли рядом, крепко сжимая дубинки, и внимательно следили за ним.

Чжан Лицзе достал из шкафа униформу для доставки и надел её. Затем он привёл в порядок свою одежду и сказал Гу Яньчэну:

- Я готов отправиться с вами.

Гу Яньчэнь шагнул вперёд, чтобы надеть на него наручники.

Губы Чжан Лицзе слегка дрогнули:

- Офицер Гу, у моего внука проблемы с сердцем. Не могли бы вы дать мне что-нибудь, чтобы прикрыть наручники? Я не хочу пугать ребёнка.

Гу Яньчэнь ничего не сказал, но взял шлем, лежавший рядом, и надел его на руки Чжан Лицзе.

С помощью шлема Чжан Лицзе прикрыл наручники, и со стороны казалось, что он собирается идти работать.

Снаружи его ждала семья.

Чжан Лицзе попрощался с каждым из них. Его жена отвернулась, тайком вытирая слёзы. Подойдя к внуку, Чжан Лицзе присел на корточки и назвал его по имени:

- Сюань Сюань, не волнуйся. Дедушка идёт с дядей, но я скоро вернусь. Пока дедушки нет, ты должен слушаться маму и папу.

Маленький внук, которому было всего три или четыре года, посмотрел на Чжан Лицзе, ещё не понимая, что случилось с его дедушкой. Он просто послушно кивнул.

Чжан Лицзе вышел, ничего не сказав, и сел в полицейскую машину. Как только он оказался в машине, Чжан Лицзе заплакал, постоянно вытирая глаза тыльной стороной ладони.

В городском бюро, в комнате для допросов, столкнувшись с уликами, Чжан Лицзе почти не сопротивлялся и быстро сознался во всем. Никто не ожидал, что этот на первый взгляд честный курьер на самом деле был жестоким убийцей, который по очереди расправился с двумя стариками. Более того, он был по-настоящему наглым. Убив двух человек, он осмелился бродить по улицам под носом у полиции.

К счастью, Бай Мэн обнаружил связь между этими делами, и поймала его.

Но если внимательно подумать, он был человеком, который лучше всего знал финансовое положение этих стариков. Он каждый день доставляет им еду, и это могло вызвать обиду и негативные эмоции.

Чжан Лицзе сидел за столом. Он был очень загорелым. На его лице была очевидная черно-белая разделительная линия от шлема. В свете лампы морщины на его лице становились все более  очевидными, прибавляя ему сразу несколько лет.

Он сказал:

- Офицер Гу, у человека только одна жизнь, и я выбрал неверный путь.

Гу Яньчэнь посмотрел на мужчину средних лет, и сказал:

– Пожалуйста, объясните процесс преступления.

Чжан Лицзе тяжело вздохнул:

- Ты видел, в каком положении моя семья. Я всю жизнь упорно трудился, но в среднем возрасте остался без работы и был вынужден стать курьером. Мне едва хватает на жизнь. Но я и не подозревал, что те старики, которым я доставлял еду, будут такими требовательными. Если я опаздывал с доставкой, они оставляли плохой отзыв. Если суп проливался, тоже плохой отзыв.  Из-за их жалоб каждый месяц с моей зарплаты будут вычитать деньги, что повлияет на мое повышение и увеличение зарплаты.

Он начал рассказывать о разных ситуациях, связанных с конфликтами между ним и пожилыми клиентами.

- Два месяца назад шёл проливной дождь, и Чжао Чуаньвэнь заказал еду. Когда я приехал, я упал с велосипеда, у меня распухла нога, и я промок насквозь. Часть еды рассыпалась, и я спросил, могу ли я вернуть ему деньги за испорченные продукты. Но он лишь взглянул на меня, взял еду и сказал: «Это твоя работа, мне не нужны твои деньги, мне нужна только моя еда». И ушёл. В тот момент у меня кровь закипела в жилах.

Сказав это, Чжан Лицзе сжал кулаки.

Гу Яньчэнь спросил:

– Значит, вы убили их из-за этих трений?

В этот момент Чжан Лицзе, казалось, вернулся во вчерашний день.

Он стоял у платформы и размышлял.

Когда он утром вышел, его жена только что закончила с ним ссориться. Из-за отсутствия денег не только операцию внуку не станут делать, но и лекарства могут отменить.

Он встал так рано, и его голова была как в тумане. Он видел, как Чжао Чуанвэнь протиснулся в толпу и встал в первом ряду. Он стоял прямо у края платформы, очень близко…

Он снова вспомнил  холодный взгляд Чжао Чуанвэня, когда разговаривал с ним…

Чжан Лицзе  сжал кулаки и продолжил:

- Итак, вчера утром я ехал в метро на работу и на станции столкнулся с Чжао Чуаньвэнем. Меня переполняла ненависть… Почему он получил столько благ, в то время как мы все едва сводим концы с концами? Я завидовал ему! В тот момент я был не в себе, я просто хотел его смерти. Я шёл за ним по пятам! Я намеренно смешался с толпой, а когда подошёл поезд, толкнул его… он упал… Я был в маске и смешался с толпой, когда выходил из метро.

Гу Яньчэнь спросил:

- Потом, ты убил Вэй Сэна?

- Как только я приступил к работе, Вэй Сэнь заказал еду. Я подумал, что Вэй Сэнь и Чжао Чуаньвэнь хорошие друзья, они часто проводят время вместе. Если бы я оставил Вэй Сэня в живых, он бы наверняка меня заподозрил. Я знал, что он часто гуляет по холму утром после завтрака, поэтому решил действовать решительно…

Убив одного человека, Чжан Лицзе подумал, что, если его поймают, ему всё равно грозит смертная казнь, так что можно рискнуть и пойти на большее. А позже, когда полиция начала расследование, он вёл себя вызывающе в присутствии офицеров, и даже Гу Яньчэнь тогда не заметил ничего необычного в его поведении.

Подозреваемый без колебаний сознался, и ещё одно дело о серийных убийствах было раскрыто.

Однако Гу Яньчэнь, не испытывал чувства удовлетворения. Он продолжил допрос.

- Чжан Лицзе, то, что вы рассказали о процессе преступлений, может быть правдой, но вы лжёте, о своих мотивах.

Гу Яньчэнь достал стопку материалов расследования и положил их перед Чжан Лицзе.

- Мы опросили ваших коллег и проверили вашу трудовую книжку. Хотя на вас и поступали жалобы, они не оказывали существенного влияния на вашу работу или жизнь. Все говорили, что вы были добросовестным курьером. Более того, ваши конфликты с этими пожилыми людьми не ограничивались тем, о чём вы упомянули.

Гу Яньчэнь пролистал документы и напомнил Чжан Лицзе:

- Три года назад, Чжао Чуаньвэнь заказал еду на дом. В тот день у него случился тепловой удар, и он потерял сознание, как только вошёл в дом. Вы могли бы проигнорировать это, но вы вызвали помощь и отвезли его в больницу.

Этот случай заставил Гу Яньчэна подумать, что за этим делом стоит какая-то другая причина. Если бы Чжан Лицзе действительно был хладнокровным убийцей, он бы позволил Чжао Чуаньвэню умереть тогда. Но он спас его.

Чжан Лицзе поджал губы и кивнул:

- Так и было. Но прошло много времени, и Чжао Чуаньвэнь не помнил, что это был я.

- Тогда позвольте мне рассказать вам кое-что из недавнего прошлого. В начале этого года у Вэй Сэна случился приступ боли в спине, и ему было трудно вставать с постели, поэтому он дал вам ключ от своего дома. Вы полмесяца приносили ему еду и даже помогали выносить мусор. В последние годы на китайский Новый год вы сами лепили пельмени и приносили их одиноким пожилым людям, которые часто делали у вас заказы. Вы говорили, что хотите, чтобы они почувствовали тепло домашнего очага…

Глаза Чжан Лицзе наполнились слезами, и он стиснул зубы:

- Мои действия не принесли мне ни цента, и, несмотря на мою доброту, я не получил от них никакой отдачи! Конечно, я хотел их убить!

Гу Яньчэнь сурово посмотрел на него:

- Даже, несмотря на это, ты не из тех, кто убивает просто так, и всё же ты убил двух человек.

Не многие люди идут на убийство, и между хорошими и плохими людьми огромная пропасть.

Гу Яньчэнь упомянул об этом не из сочувствия к убийце. Бедность не является оправданием для совершения преступлений. Он задавал эти вопросы, потому что ему очень хотелось узнать, что скрывается за ложью.

Убийственный KPI

Глава 95. Убийственный KPI

В комнате для допросов допрос всё ещё продолжался.

По данным полицейского расследования, Чжао Чуаньвэнь имел дурную репутацию. Он был вспыльчивым стариком, у которого не было друзей. Он был богат, но скуп, любил пользоваться другими и был крайне резок с окружающими. Он жаловался на соседей, присваивал себе общественные блага и выходил из себя по пустякам.

Хотя репутация Вэй Сэна была немного лучше, особой разницы не было.

Они вместе пользовались скидками в супермаркетах и часто злились из-за пустяков, из-за чего многие их недолюбливали.

Однако многие считали Чжан Лицзе «хорошим человеком».

В ответ на вопросы Гу Яньчэна грудь Чжан Лицзе поднималась и опускалась, пока он сидел на стуле для допросов со странным выражением лица.

Казалось, он хотел что-то сказать, но промолчал.

После нескольких секунд молчания он горько улыбнулся.

- Офицер, вы ещё слишком молоды. Люди меняются. Возможно, раньше я был хорошим человеком, но теперь это не так.

Гу Яньчэнь возразил:

- Значит, ты решил убить двух стариков? Ты прекрасно знал, что это противозаконно!

На глазах у Чжан Лицзе выступили слёзы, когда он заговорил:

- Ночью я не мог уснуть. Я лежал на своей тесной кровати и слушал, как храпит моя жена рядом со мной, а за стенкой плачут мой сын и невестка. И как мой внук, страдающий от болезни сердца, беспрестанно кашляет. В ту ночь я вдруг понял, что быть хорошим человеком бессмысленно.

Со слезами на глазах его лицо постепенно приняло зловещее выражение.

- Тогда у меня и возникла мысль об убийстве, я больше не хотел быть хорошим человеком!

Гу Яньчэнь встал, слегка надавил руками на стол и покачал головой.

- Нет, это не может быть мотивом для убийства! Ты что-то от нас скрываешь.

Гу Яньчэнь и раньше допрашивал многих преступников, но никогда ещё допрос не давался ему так тяжело. Это было не физическое, а скорее моральное истощение. Он отчётливо чувствовал, что этот человек что-то скрывает, но никак не мог вытянуть из него правду.

Ни одна из его обычных стратегий или методов допроса, похоже, не сработала на нем.

Гу Яньчэнь чувствовал себя бессильным, он понимал, что, возможно, ему не удастся докопаться до истины.

Мотив для убийства был недостаточно веским, это был самый большой пробел.

Отрицательный отзыв Чжао Чуаньвэня был опубликован два месяца назад. После этого они несколько раз общались. В то время Чжан Лицзе не проявлял никаких признаков ненормального поведения.

Чжан Лицзе давно носил с собой верёвку для повешения. Он бродил по станции метро в ожидании появления Чжао Чуаньвэня. Это были не преступления на почве ненависти, а преднамеренные убийства.

Он продолжал давить на Чжан Лицзе.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты убивал ради денег? Кто-то обещал тебе деньги за убийство?

Услышав этот вопрос, Чжан Лицзе откинулась на спинку стула и внезапно расплакался.

- Офицер, пожалуйста, отпустите меня. Я признался в своём преступлении, почему вы мне не верите?

Гу Яньчэнь спросил:

- На тебя повлияли или ты поверил обещаниям? Если у тебя есть причина, ты должен сообщить об этом полиции. Только тогда ты сможешь подать прошение о смягчении приговора. Исходя из твоего нынешнего признания и улик, тебя приговорят к смертной казни.

Раньше смертной казни было достаточно, чтобы удержать преступников от совершения преступлений.

Но Чжан Лицзе покачал головой, его лицо побледнело.

Он стиснул зубы.

- Я не лгу. В этом нет ничего особенного. Я убил человека и готов к смертной казни!

Гу Яньчэнь сказал:

- Ты не думаешь о своей семье? Что подумает твоя жена, когда узнает о твоём смертном приговоре? А твой внук? Разве ты не хочешь снова его увидеть?!

Когда Чжан Лицзе забирали, Гу Яньчэнь видел, что Чжан Лицзе испытывает к ребёнку привязанность.

Под огромным давлением Чжан Лицзе не выдержал. Он закрыл лицо руками и громко зарыдал. Этот мужчина рыдал так горько, что едва мог говорить.

Но он всё равно не сдавался.

В конце концов, он просто перестал спорить.

- Офицер, я сказал всё, что хотел сказать. Я подробно опишу своё преступление в признании. Что касается всего остального, мне больше нечего сказать. Пожалуйста, отпустите меня, я устал.

Эта сцена была слишком странной, офицер изо всех сил пытался спасти этого преступника, но преступник сам стремился признаться и получить приговор.

После того как Чжан Лицзе подписал признание, Гу Яньчэнь вышел из комнаты для допросов и направился в соседнюю комнату для наблюдения.

Шэнь Цзюньци сидел на стуле, откинувшись на спинку, и молча пил чай.

Гу Яньчэнь вздохнул и бросил папку с делом на стол.

- Снова тот же результат. Я так и не нашёл первопричину.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Ты сделал всё, что мог.

Но Гу Яньчэнь чувствовал себя побеждённым.

Он сел напротив Шэнь Цзюньци, закинув ноги на стол, и прижал руку ко лбу.

Он был измотан.

Это был не первый подобный случай за последнее время. Они столкнулись как минимум с тремя подобными случаями.

Это не были сложные или загадочные преступления, преступники не имели судимостей и совершали преступления впервые. Тем не менее, они использовали крайне жестокие методы, для убийства одиноких пожилых людей.

Среди виновных были мать, которая только что родила второго ребёнка, уволенный бухгалтер, который помогал другим, и теперь уже Чжан Лицзе, обычный курьер.

Это были люди, которые при обычных обстоятельствах не стали бы совершать убийство, но они их совершили.

Как будто в какой-то момент в них вселились демоны.

После того как их поймали, они с готовностью признали свою вину и без колебаний сознались в преступлениях. Но когда дело доходило до мотивов убийства, все молчали.

Это были не преступления на почве ненависти, а заранее спланированные убийства. Убийцы были спокойны, как будто их ненависть копилась, постепенно нарастая, пока не достигла критической точки, а затем внезапно выплеснулась в виде насилия.

В сердцах этих преступников может таиться странное чудовище, но он не может составить их психологический портрет.

Шэнь Цзюньци утешил его:

- Давай ещё раз всё проверим и посмотрим, не упустили ли мы какую-нибудь важную информацию.

Изначально они начали расследовать эти дела из-за того, что Му Синь сказала им той ночью.

По словам Му Синь, в Биньчэне могли происходить убийства, о которых люди не знали.

После того как Гу Яньчэнь сообщил об этом директору Дину, они обобщили статистику смертности в городе за последние несколько лет.

В течение нескольких дней Гу Яньчэнь изучал эти цифры.

Люди часто записывают различные числа, но эти числа особенные, потому что за каждым из них стоит человеческая жизнь.

Гу Яньчэнь думал, что круговорот человеческих жизней подобен метаболизму клеток.

На свет появлялись новорождённые, уходили из жизни пожилые люди, и каждый год только в этом городе от естественных причин умирали десятки тысяч человек, а по всей стране — десятки миллионов. Это огромная цифра.

Но он заметил несколько странных явлений.

В последние годы число смертей росло с каждым годом.

Только после того, как директор Дин вступил в должность, тенденция к росту начала замедляться.

Еще он заметил очень необычный показатель.

Число смертей среди людей старше 70 лет, будь то в результате убийств, несчастных случаев или по естественным причинам, выросло на 50 %, а число смертей среди людей в возрасте от 80 до 100 лет — на 300 %.

Сначала он подумал, что этот рост связан со старением населения.

Но потом они сравнили показатели смертности среди пожилых людей в нескольких городах с населением, аналогичным населению Биньчэна, и не обнаружили значительного роста смертности среди пожилых людей в этих городах.

Люди могут лгать, но цифры — нет.

Другими словами, в их городе действительно были люди, которые намеренно убивали пожилых людей.

Недавно директор Дин потребовал, чтобы каждое подразделение провело тщательное расследование и зарегистрировало одиноких пожилых людей в своих районах, а также организовало поквартирный обход.

Обычно люди не обращают на это внимания, но когда они начали искать, то поняли, что многие из этих одиноких пожилых людей живут в глухих районах. Расследование выявило множество проблем.

В отличие от стариков, у которых есть дети, или тех, кто живёт в домах престарелых, многие одинокие пожилые люди вели жизнь, о которой никто не знал.

Они ходили за покупками в одиночку, готовили в одиночку. Когда они заболевали, их редко кто-то сопровождал, и они отправлялись в больницу тоже в одиночку. Возможно, до шестидесяти лет в этом не было ничего особенного, но с возрастом их здоровье ухудшалось, а память слабела.

Возможно, они не проснутся завтра, а может быть, падение станет для них смертельным. Они работали всю свою жизнь, и, в конце, смерть лёгкая, как пёрышко.

Центральное бюро начало требовать, от каждого отдела отслеживать и расследовать случаи смерти одиноких стариков.

За это время у них уже было несколько дел, и чем дальше, тем сильнее понимали, что что-то не так.

Глядя на папки с делами, Гу Яньчэнь задумался. Может ли это быть тем, что раскрыл Цзинь Юэвэнь?

Смерть Цзинь Юэвэня, фонд, покойный старик, убийца… Всё это казалось разрозненными фрагментами, которые постепенно складывались в единую картину, кто-то замышлял завладеть имуществом этих пожилых людей? Но это были всего лишь его догадки, без каких-либо доказательств, и, похоже, в этой картине не хватало важного фрагмента.

Как можно было убедить людей добровольно совершить убийство? Гу Яньчэнь не мог сказать, был ли Мэн Ши ключевой фигурой. Было ли это подстрекательством к совершению преступления? Он вспомнил предыдущий случай, когда Чжао Мэнъань совершил непростительное преступление только после подстрекательства, но у Чжао Мэнъяна уже была тёмная сторона. Преступники в этих случаях были разными. Даже если они не были хорошими людьми, они были как минимум обычными.

Даже поддавшись соблазну заработать, нормальные люди понимали, что за убийство придётся заплатить. Подстрекательство, промывание мозгов, манипулирование сознанием — эти термины легко произносить, но трудно применять на практике, особенно когда нужно промыть мозги такому количеству людей. Убийство — это не финансовая пирамида. В конце концов, финансовая пирамида — это просто деньги, а у людей есть свои моральные принципы, из-за которых им трудно совершить убийство.

Если бы кто-то сказал: «Я могу заставить тебя убить по собственной воле».

Большинство людей посмеялись бы над такими словами, посчитав их абсурдными.

Итак, какая сила могла заставить обычного, нормального человека потерять рассудок и превратиться в демона? Что заставило их стать безжалостными убийцами, которые после совершения преступления спокойно шли на смертную казнь и хранили свои тайны?

Гу Яньчэнь задумчиво нахмурил брови. Не зная фактов, лежащих в основе этих дел, не понимая мотивов этих убийц, они не смогут докопаться до истины, не говоря уже о том, чтобы предотвратить новые злодеяния.

Пока Гу Яньчэнь размышлял, Шэнь Цзюньци тихо сидел рядом с ним. Он опустил голову, чтобы сделать ещё один глоток чая.

- У меня есть кое-какие мысли…

Гу Яньчэнь был весь во внимании, понимая, что, зашёл в тупик, и чужие мысли могут помочь ему найти выход.

Шэнь Цзюньци постучал тонкими пальцами по краю чашки.

- Во-первых, я думаю, что желание убивать исходит изнутри. Так что это не тот случай, когда нанимают или покупают убийц, другими словами, все эти люди — добровольные убийцы.

Гу Яньчэнь кивнул, соглашаясь с этой оценкой. Во время допроса подозреваемых он пришёл к такому же выводу. Подозреваемые действовали самостоятельно, жертвы были выбраны ими самими, и способ и время совершения преступлений были определены ими. Они явно испытывали чувство вины перед жертвами и знали, что убийство влечёт за собой последствия.

- Мне кажется, им промыли мозги. После промывания мозгов они восприняли убийство как свою миссию, как способ решения проблем, даже как…

Шэнь Цзюньци сделал паузу, отчаянно пытаясь подобрать слова, чтобы описать это странное чувство.

После минутного молчания он продолжил:

- Как будто это их работа, как будто они выполняют свои ключевые показатели эффективности «KPI».

Несмотря на шокирующий характер его слов, красивое лицо Шэнь Цзюньци оставалось невозмутимым.

Гу Яньчэнь задумался. Он тоже это заметил, когда он спросил, заплатили ли им за убийство, эти люди не стали ни отрицать, ни соглашаться. Это отличалось от реакции наёмных убийц, которые, пусть и неосознанно, но проявляли какие-то эмоции: «Ну и что, что убийство незаконно? По крайней мере, я получил дополнительную компенсацию».

Но в ответах этих преступников не было ничего подобного. В их словах не было и намёка на то, что они совершали убийства ради денег. Итак, это определённо был не просто случай найма убийц.

Гу Яньчэнь тоже пытался описать это странное чувство. Как будто, даже если им платили за убийство, это была их заслуженная плата.

Шэнь Цзюньци, вероятно, чувствовал то же самое, поэтому он использовал термин «убийственный KPI».

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Судя по имеющейся у нас информации, все убийцы — обычные люди, не обладающие богатством. Я думаю, они делали это, чтобы улучшить свою жизнь или жизнь своих близких.

Гу Яньчэнь продолжил размышления:

- Значит, они могут посещать какие-то собрания или мероприятия по рекомендации друзей или… найти подработку.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Ты прав. Я думаю, что эти люди стали убийцами не просто так. Должно быть, они через что-то прошли, стали теми, кто они есть сейчас, и совершили эти преступления. Так что у нас есть способ проверить...

Выражение лица Гу Яньчэна изменилось, когда он это услышал. Его брови расслабились, а взгляд стал более глубоким и понимающим.

— Мы можем испытать всё, что испытали они.

Шэнь Цзюньци кивнул. Это был лучший способ понять, что произошло.

Собеседование

Глава 96. Собеседование

Достигнув понимания, рано утром следующего дня, Гу Яньчэнь созвал сотрудников отдела по расследованию особо тяжких преступлений, чтобы сообщить им о ходе расследования.

Сравнив характер последних преступлений, они, наконец, обнаружили общую черту.

В личных сообщениях нескольких пользователей WeChat появилось одно и то же объявление о наборе сотрудников.

Объявление было очень странным, в нём говорилось о щедром вознаграждении и высокооплачиваемой работе на неполный рабочий день, но не уточнялось, в чём именно заключается работа.

Гу Яньчэнь использовал информацию из этого объявления, чтобы проверить Чжан Лицзе и других. Хотя они и не признались, но все отреагировали на эту информацию, а некоторые особенно бурно.

Гу Яньчэнь решил использовать это как новое направление расследования, надеясь внедриться в организацию противника, устроившись на работу на неполный рабочий день.

После совещания судмедэксперты вернулись в здание судебно-медицинской экспертизы.

Сегодня привезли несколько тел, и  Лу Цунь попросил помощи Шэнь Цзюньци.

В отделе по расследованию особо тяжких преступлений детективы продолжали искать улики.

Бай Мэн кликнула на объявление о наборе сотрудников и увидела, что нужно заполнить анкету.

Бай Мэн спросила:

- Капитан Гу, мне попробовать?

Она собиралась стать подопытным кроликом в первом раунде экспериментов.

Гу Яньчэнь кивнул в знак согласия:

– Начинай. Каждый шаг продумывай, чтобы мы могли обсудить дальнейшую тактику.

Для таких задач они точно не могли использовать настоящие идентификационные номера. Гу Яньчэнь уже подготовил для членов команды набор поддельных удостоверений личности и личную информацию. У них были запасные SIM-карты для секретных операций, которые сейчас пригодились.

Бай Мэн ввела своё имя и контактную информацию. Не прошло и двух минут, как её добавили в WeChat. После приветствия, ей поступил видеозвонок. Бай Мэн не ожидала, что собеседник будет так нетерпелив, и почувствовала себя так, словно держит в руках горячую картофелину. Она быстро ответила на видеозвонок, поправляя волосы и приветствуя собеседника.

К счастью, позади неё была белая стена. Если бы на заднем плане был виден лозунг «Честность, справедливость, служение народу», их бы разоблачили. Как только поступил звонок, Лу Ин обернулся, а Гу Яньчэнь встал, внимательно слушая разговор.

Бай Мэн включила динамик, и зазвучал спокойный голос, как у искусственного интеллекта:

- Здравствуйте, вы претендуете на подработку? Мы проводим видеоинтервью с соискателями, это займёт около десяти минут вашего времени.

Бай Мэн запаниковала:

- Я скоро уйду... Можно мне немного времени, чтобы как следует подготовиться?

Другая сторона, похоже, была немного недовольна этим:

- Многие интересуются нашими вакансиями с частичной занятостью, и мы тоже очень заняты. В таком случае мы отклоним ваше заявление…

Бай Мэн быстро пригладила волосы:

- Ну, хорошо. Я готова. Пожалуйста, спрашивайте.

Собеседник запросил подробную информацию, включая возраст, образование, опыт работы, доход и домашний адрес.

Бай Мэн придумывала на ходу и отвечала на вопросы, не переставая улыбаться. Она говорила мягко, производя впечатление инициативного и усердного сотрудника.

Наконец она осторожно спросила:

- Эм, могу я узнать, в чём заключается эта подработка?

Но собеседник ответил:

- Извините, вы не соответствуете нашим требованиям к кандидатам на подработку. Если позже появится подходящая возможность, мы свяжемся с вами.

Бай Мэн завершила видеозвонок и убрала улыбку.

Она не могла не пожаловаться:

- Вы можете в это поверить? Им не нужны такие трудолюбивые работники на неполный рабочий день, как я!

Лу Ин нахмурился:

- Тебе вот так просто отказали?

Похоже, ему было трудно принять эту новость. Это было всё равно, что выбыть из игры сразу после первого уровня.

В расстроенных чувствах из-за неудачного собеседования, Бай Мэн сказала с мрачным выражением лица:

– Это интервью не такое уж и легкое. Я не знаю, сможете ли вы его пройти.

Гу Яньчэнь попытался проанализировать ситуацию и извлечь из неё уроки:

- Думаю, Бай Мэн, информация, которую ты предоставила, была не совсем верной.

Он указал на информацию о преступниках в этих делах:

- Они принимают решение не на основе профессионализма. Многие детали, такие как образование и опыт работы, нужно уменьшить.

У другой стороны должна быть своя логика выбора работников на неполный рабочий день.

Он считал, что им нужны люди с низким доходом и низким уровнем образования.

Иначе не было бы причин, по которым такие люди, как Чжан Лицзе, смогли пройти собеседование, а они — нет.

Бай Мэн прямо заявила, что окончила колледж и имеет опыт работы секретарём в крупной компании, что, вероятно, не соответствовало требованиям работодателя.

Бай Мэн вздохнула:

- Я просто не была готова, когда они вдруг позвонили… Я на ходу придумывала ответы. Мой мозг не справлялся. Я была недостаточно гибкой.

Гу Яньчэнь сказал:

- Теперь очередь Лу Ина. Но подожди пару часов, прежде чем пытаться, и смени фон для видео чтобы у них не возникли подозрения.

На этот раз, основываясь на опыте, Бай Мэн, они подготовили для Лу Ина новый образ, который он должен был запомнить.

Вскоре Лу Ин превратился в бросившего школу старшеклассника, который работал курьером службы доставки еды и получал три тысячи юаней в месяц. Чтобы было убедительнее, он принёс униформу и шлем Чжан Лицзе.

После того как он заполнил анкету, его добавили в WeChat, и поступил видеозвонок.

На этот раз с ним разговаривал мужчина лет сорока.

Лу Ин был более подготовлен. Он поставил телефон на подставку и, потирая руки, улыбнулся:

- Привет, я только что с заказов. Могу я подрабатывать у вас?

Неожиданно этот мужчина начал задавать ещё более странные и не связанные с темой вопросы. После непродолжительной беседы ему тоже отказали.

Лу Ин завершил видеозвонок в полном недоумении:

- Почему? Что я сделал не так?

Бай Мэн задумалась:

- Может, им нужны продавцы? Они решили, что тебе не хватает харизмы? С твоими мышцами ты, можешь побить кого угодно.

Для третьей попытки Гу Яньчэнь решил попробовать сам. Он решил представиться агентом по недвижимости.

Бай Мэн сказала:

- Давай я сделаю бейдж с фотографией! Распечатаю кое-какие материалы, чтобы ты выглядел более убедительно.

Лу Ин добавил:

- Я пойду возьму костюм у судмедэксперта Лю!

В городском бюро только судмедэксперт Лю каждый день ходил в костюме, и его костюмы были очень похож на костюмы агентов по недвижимости.

Гу Яньчэнь пошёл в уборную, сменил причёску и зачесал чёлку назад. Затем он положил на стол калькулятор, стопку документов, похожих на договоры, и ноутбук.

Как только они подготовили место, Гу Яньчэнь переоделся в рубашку и надел костюм, а также прикрепил к нему бейдж агента по недвижимости.

Когда они уже собирались приступить к делу, Шэнь Цзюньци постучал в дверь и вошёл в кабинет.

Гу Яньчэнь встал и показал себя Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, я похож на агента по недвижимости?

Костюм судмедэксперта Лю был ему немного великоват, но Гу Яньчэнь носил его непринуждённо и элегантно, что делало его ещё более официальным, высоким и красивым.

Шэнь Цзюньци нахмурился и покачал головой:

- Ты выглядишь так, будто собираешься купить компанию.

Гу Яньчэнь:

- …

Лу Ин сказал:

- Доктор Шэнь, мы уже дважды пытались, но ни у меня, ни у Бай Мэн ничего не вышло. Капитан Гу готовится к третьему раунду собеседований. Мы распечатали вопросы и обобщили наш опыт. На этот раз всё должно получиться!

Шэнь Цзюньци ответил:

- А, — и, сидя на диване, просмотрел подготовленные ими вопросы. - Я прошёл.

Бай Мэн:

- …

Она не поверила своим ушам:

- Что прошёл?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Телефонное собеседование.

Лу Ин:

- …

Гу Яньчэнь:

- …

Шэнь Цзюньци достал свой мобильный телефон и показал им.

На нем была запись видеозвонка, а под ним была следующая строка: «Поздравляем с прохождением собеседования и получением возможности подработки». И адрес.

Дальше следовало следующее: «Мы проведем бесплатное обучение для новых сотрудников. Ожидается, что обучение состоится завтра днем. Обучение будет долгим, поэтому, заранее сообщите своей семье. Кроме того, наше обучение связано с бизнесом. Информация и ваш мобильный телефон должны быть скрыты».

Гу Яньчэнь спросил:

- Какую профессию ты, говоришь, указал?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Ассистент ветеринара.

Гу Яньчэнь:

- …

Ну, это как-то связано с этой отраслью.

Лу Ин не удержался и спросил:

- Доктор Шэнь, как ты отвечал? Есть ли у вас какие-нибудь советы?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я даже не думал, что пройду.

Остальные были ещё больше озадачены.

Доктор Шэнь задумался и подытожил:

- Я просто наугад ввёл кое-какую резервную информацию и попробовал, когда увидел, что вы, ребята, поделились адресом в группе. Я только что закончил вскрытие, был ещё в защитном костюме и шапочке, и вдруг мне неожиданно позвонили по видеосвязи. Я устал, поэтому ответил, пока раздевался и мыл руки. Они задали мне несколько вопросов, и я просто ответил на некоторые из них.

Размышляя об этом, Шэнь Цзюньци продолжил:

- Я сказал, что нахожусь в бедственном положении, у меня нет денег на еду и мне нужна работа, чтобы улучшить свою жизнь. Может быть, моя искренность тронула их?

Бай Мэн и Лу Ин выглядели озадаченными.

Однако Гу Яньчэнь внезапно всё понял. Он всегда был спокоен и мудр, но на этот раз он тоже был в замешательстве.

Он рассуждал с точки зрения испытуемых, пытаясь соотнести их опыт с опытом преступников и подстроить вопросы под ответы.

Но он не подумал об интервьюерах, какого человека они ищут.

Это было похоже на набор персонала, но им не нужны способные люди.

Гу Яньчэнь упорядочил свои мысли:

- Мы думали не в том аспекте. Если бы им нужны были ответы, то текстовые сообщения были бы более эффективны с точки зрения времени и позволили бы им быстрее понять информацию. Они даже не записывали ответы на вопросы, так что ответы не самый важный фактор. Они настаивали на видеозвонке, потому что ищут пассивных, бедных, отчаявшихся людей, которым легко промыть мозги.

Психическое состояние людей видно с первого взгляда, и усталость Шэнь Цзюньци могла быть именно тем, что они ищут.

Их преступники не были жизнерадостными или весёлыми людьми.

Это были критерии, по которым интервьюеры быстро отсеивали кандидатов.

В данном случае весёлое приветствие, жизнерадостное лицо и серьёзные ответы Бай Мэн, а также страстное и инициативное отношение Лу Ина были отвергнуты по этой причине.

Это была психологическая игра, а не собеседование. Подготовка заключалась не в анализе вопросов, а в том, чтобы привести мысли в порядок.

Поняв это, Гу Яньчэнь изменил свою стратегию и отказался от агента по недвижимости.

Он не стал использовать костюм и реквизит, которые они подготовили. Он снял пиджак, расстегнул воротник, взял сигарету и зажигалку и вышел в коридор.

Гу Яньчэнь заполнил анкету и небрежно провёл рукой по волосам, взъерошив их. Затем он закурил, присел на корточки и стряхнул пепел на воротник своей белой рубашки, представляя себя отчаявшимся молодым человеком, которому некуда податься.

Вскоре ему позвонили.

Собеседником была женщина средних лет, которая представилась как «Нюшао» (миссис Булл). Видеозвонок был коротким, она проверила его личность и задала несколько простых вопросов.

Гу Яньчэнь сидел без настроения в тускло освещенном коридоре. Он медленно отвечал, опустив веки, его голос был низким и хриплым.

- Да, я безработный, окончил среднюю школу, в последнее время сижу без работы. У меня нет сбережений, я должен денег родителям, просто ищу подработку. Если я в ближайшее время не найду работу, меня, скорее всего, выгонит арендодатель. В последнее время мне несколько раз отказывали. Какие навыки вам нужны?

В конце собеседования миссис Булл сказала:

- Скоро у нас будет тренинг для новых сотрудников. Хотите принять в нём участие?

Гу Яньчэнь понял, что на этот раз ему повезло, и ответил:

- Можно попробовать.

Миссис Булл сказала:

- Хорошо, я отправлю вам время и место. Возьмите с собой телефон и удостоверение личности, нам нужно будет проверить ваши данные.

Закончив выступление, Гу Яньчэнь встал, стряхнул пепел с одежды и принял свой обычный вид.

Наконец-то ещё один человек прошёл собеседование, и все вздохнули с облегчением.

Капитан Гу сказал:

- Они должны набрать довольно много людей. Чем больше нас проникнет внутрь, тем безопаснее будет. Привлеките ещё несколько человек, пусть попробуют.

Он сделал паузу и добавил:

- Подожди, в городском бюро много людей, а дело, которое ведет Юй Шэнь вот-вот будет завершено. Приведите его сюда.

Теперь, когда им, наконец, удалось внедриться, безопаснее привлекать своих людей.

Бай Мэн быстро сбегала к  детективам и позвала Юй Шэня.

Юй Шэнь открыл страницу, чтобы заполнить анкету, но обнаружил, что не может отправить её. Появилась страница с сообщением: «К сожалению, набор на неполный рабочий день на этот период завершён. Пожалуйста, дождитесь следующего набора».

Похоже, что в отбор попали только Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци.

Пока все это обсуждали, директор Дин спустился сверху и позвал их в конференц-зал, чтобы выслушать отчет о проделанной работе.

Директор Дин кивнул:

- Сегодня вы отлично справились. Внедрение на другую сторону — хорошая идея. То, что вам удалось внедриться,  двоим, это хорошо.

Гу Яньчэнь обдумал ситуацию:

- Директор Дин, там может быть опасно. Может, мне стоит пойти одному.

Директор Дин нахмурился:

- Если там опасно, тебе не стоит идти одному. Нельзя все время сражаться в одиночку. Если вы будете вдвоем, вы  подстрахуете друг друга.

Гу Яньчэнь на самом деле не хотел брать с собой Шэнь Цзюньци:

- Это секретная миссия. Приводить судмедэксперта противоречит правилам.

Директор Дин неправильно понял его:

- Это особый случай. Ради раскрытия дела я могу дать добро.

Затем он добавил:

-  На первый взгляд это дело может показаться простым, но на самом деле оно сопряжено со множеством сложностей. Мы должны сосредоточиться на нём, и не можем сейчас всё испортить и упустить зацепку.

Шэнь Цзюньци явно хотел пойти.

Он вмешался:

- Посещение тренинга не должно быть опасным. Обычно на таких тренингах присутствуют обычные люди.

Немного подумав, директор Дин сказал:

- Думаю, этот этап будет обычным тренингом. Вы сможете использовать оборудование для наблюдения, а я подготовлю для вас поддержку. Мы будем действовать по ситуации. Мы сделаем всё возможное, чтобы обеспечить вашу безопасность.

Услышав это от начальника, Гу Яньчэнь ничего не ответил.

Они обсудили детали операции и разработали план.

Миссия должна быть тайной и управляться непосредственно директором Дином.

Когда директор Дин ушёл, Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

– Раз ты идёшь на задание, как твоё здоровье?

Шэнь Цзюньци ответил:

- В последнее время я регулярно принимаю лекарства. Та коробочка для таблеток с напоминанием, которую ты мне подарил, очень полезная.

Он сделал паузу и продолжил:

- Не волнуйся, мы просто собираемся на тренинг для сотрудников. И ты тоже будешь там. Я в тебя верю.

Гу Яньчэнь налил Шэнь Цзюньци стакан воды и сказал:

- Я просто думаю, мы не можем быть небрежными.

Он посмотрел на Шэнь Цзюньци.

- Если ситуация выйдет из под контроля, я  защищу тебя.

Шэнь Цзюньци кивнул, взял стакан и сделал глоток. Вода была не холодной и не горячей, а как раз нужной температуры.

Он обратил внимание на растрёпанные волосы, Гу Яньчэна которые придавали ему дикий вид, так не похожий на его обычный образ.

Взгляд Шэнь Цзюньци упал на расстегнутую рубашку, под которой были видны его грудные мышцы.

Опустив низко голову, доктор Шэнь закрыл глаза.

- Честно говоря, в костюме ты выглядишь потрясающе.

Гу Яньчэнь ответил:

- В следующий раз я надену его специально для тебя.

Автору есть что сказать:

Сегодня это агент (президент) Гу и ветеринар Шэнь.

Судмедэксперт Лю: Почему ты снова снимаешь с меня одежду?

Под прикрытием

Глава 97. Под прикрытием

Вторая половина дня.

У офисного здания в Северном Биньчэне постепенно собирались люди.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци стояли под деревом и наблюдали за происходящим. Сегодня они подготовились и взяли с собой запасные телефоны.

Гу Яньчэнь спрятал оборудование для прослушивания и миниатюрный наушник, а Шэнь Цзюньци — очки наблюдения, которые могли в режиме реального времени осуществлять мониторинг, запись и подключение к городскому бюро.

Оба были одеты налегке.

Гу Яньчэнь сначала проверил микрофон:

-  Лу Ин, ты нас слышишь?

Раздался голос Лу Ина:

- Да! Всё в порядке. Изображение тоже чёткое.

Бай Мэн также добавила:

- Не волнуйтесь, директор Дин с нами. Спецгруппа тоже наготове. Если понадобится помощь, они будут готовы в любую минуту.

Эта операция проводилась на высшем уровне. Хотя она и не казалась особо опасной, они всё же приняли все необходимые меры.

К половине третьего дня собралось много людей.

Люди в чёрных масках стояли у входа в офисное здание, регистрируя и проверяя входящих.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци немного понаблюдали за ними, делая вид, что не знакомы, и друг за другом направились к входу.

На первом контрольно-пропускном пункте нужно было заполнить анкету, указав информацию, представленную во время собеседования. Они заполнили анкету, указав те же данные, что и раньше.

Заполняя анкету, Гу Яньчэнь взглянул на то, что пишут другие. У большинства людей, пришедших сюда, был низкий уровень образования, в основном это были выпускники средней школы. Лишь изредка встречались люди с неполным высшим образованием, а люди среднего возраста указывали неполную среднюю школу.

Нетрудно было представить, что этим людям сложно найти работу, особенно тем, кому под сорок. Им было бы достаточно найти обычную работу, не говоря уже о лёгкой подработке, которая могла бы их обогатить.

На втором контрольно-пропускном пункте проверяли сумки и личные вещи. К счастью, устройства, которые они взяли с собой, были хорошо спрятаны и не были обнаружены.

На третьем пункте потребовали сдать телефоны.

Гу Яньчэнь сделал вид, что ему не хочется этого делать:

- Нам действительно нужно их сдавать?

Сотрудник ответил:

– Все что вам расскажут, является  коммерческой тайной, поэтому телефоны надо сдать. Наставники должны были упомянуть об этом во время собеседования.

Рядом с ними стояла молодая девушка с длинными волосами и узорчатыми ногтями, которая тоже спрашивала сотрудника:

- А нам вернут телефоны?

Сотрудник заверил её:

- Конечно, вы получите их обратно после окончания семинара.

Шэнь Цзюньци оглянулся на Гу Яньчэна, показывая, что тот был хорошо подготовлен и предусмотрителен.

Они положили запасные телефоны в сумки. Даже если они не смогут забрать их потом, они не сильно расстроятся.

После завершения всех процедур их проводили в комнату.

Комната была заставлена стульями, на которых могли разместиться около двухсот человек. В передней части располагалась трибуна с доской и проектором, что делало её похожей на классную комнату.

Внутри уже сидело много людей, как мужчин, так и женщин, в основном в возрасте до пятидесяти лет.

Большинство из них не были знакомы друг с другом, и в зале царила тишина.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци переглянулись, не произнося ни слова, и поняли мысли друг друга по одному лишь взгляду.

Шэнь Цзюньци подошёл к окну и выглянул наружу. Окна были из двухслойного закалённого стекла. Это был второй этаж, не очень высоко, с клумбами внизу.

Девушка с накрашенными ногтями, немного нервничала. Она подошла и поздоровалась с Гу Яньчэном:

- Извините, вы тоже здесь впервые?

Гу Яньчэнь кивнул.

Девушка сказала:

- Я уже три месяца без работы. Я наткнулась на объявление о вакансии с частичной занятостью и неожиданно прошла собеседование. Вы знаете, что это за работа?

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Я тоже случайно наткнулся на это.

Похоже, что у большинства людей, пришедших сюда сегодня, были похожие ситуации. И они тоже понятия не имели, с чем им предстоит столкнуться.

Пока они болтали, Шэнь Цзюньци толкнул Гу Яньчэна:

- Скоро начнётся.

Гу Яньчэнь посмотрел вперёд, туда, где мужчина поднялся на сцену.

Они сидели сзади, у окна. Девушка с накрашенными ногтями увидела, что в первом ряду ещё есть свободные места, и села там.

Было занято около половины зала, это около сотни человек.

Без особых задержек началось обучение новых сотрудников.

Первым на сцену вышел мужчина, похожий на менеджера. Он представился всем и сказал, что они являются официальными представителями компании по уходу за пожилыми людьми.

Он показал всем сайт компании. Сайт выглядел вполне правдоподобно, на нём были фотографии и информация, что создавало благоприятное и привлекательное впечатление. На сайте были фотографии стариков, которым оказывали различные услуги, измеряли давление и уровень сахара в крови у семейного врача или стариков отдыхающих на балконе виллы в живописном месте.

Далее были представлены различные категории, в том числе уборка дома, массаж и купание, уход на дому, покупки от имени пенсионеров, комбинированный медицинский и сестринский уход, а также уход за пожилыми людьми в интернате.

Поскольку присутствующие не были пожилыми людьми, многие впервые выдели такое представление.

Мужчина средних лет, стоявший на трибуне, зачитал вслух текст, напечатанный мелким шрифтом: «Профессиональные семейные врачи, диетологи и домработницы предоставляют комплексные услуги? Насладитесь пятизвёздочным обслуживанием, не выходя из дома? Сколько стоит зимний отпуск на Хайнане?

Одна из тётушек, девших в зале, прокомментировала:

- На первый взгляд, это завидный проект, который они представляют.

Гу Яньчэнь вспомнил, что сосед Чжао Чуаньвэня часто упоминал о посещении подобных лекций, а в телефоне Вэй Сэня были фотографии, на которых они участвовали в подобных мероприятиях.

Казалось, всё становилось на свои места.

Потом менеджер упомянул, что они нанимают промоутеров, которые будут отвечать за продвижение и поддержку компании, а также рекомендовать их проекты по уходу за пожилыми людьми.

Эту работу можно выполнить неполный рабочий день, то есть комиссию вы получите после выполнения заказа.

Естественно, цены на эти проекты были не низкими. Комиссия за продажу составляла от 10% до 30%.

Пока что всё, что они говорили, казалось законным.

Уровень лекторов был невысоким, они просто зачитывали содержание слайдов PowerPoint, не привнося ничего принципиально нового.

Они начали называть людей сидящих в зале «студентами», а потом «членами семьи».

Гу Яньчэнь почувствовал лёгкую сонливость, но директор Дин на другом конце провода, похоже, заинтересовался.

Директор Дин сказал:

- Этот проект звучит интересно. Я вернусь и проверю его надёжность. Может быть, я попробую после выхода на пенсию.

Бай Мэн быстро вмешалась:

- Подождите, директор Дин, подумайте ещё раз. Другие проекты стоят денег, но этот может стоить жизни!

Гу Яньчэнь подумал про себя, что это не похоже на обычную стажировку или учебный курс. Это больше похоже на рекламу и отбор потенциальных сотрудников.

После первого выступления человек, похожий на менеджера, сказал:

- На сегодня семинар окончен. Те, у кого есть другие планы на вечер, могут уйти. Те, у кого есть время, могут остаться, чтобы обменяться идеями или задать вопросы нашим наставникам.

Гу Яньчэнь посмотрел на часы, было уже пять часов вечера. Люди начали расходиться, но некоторые остались и собрались вокруг наставников, чтобы задать вопросы.

Сотрудники, похоже, не спешили никого прогонять. Они подошли, чтобы послушать, о чём спрашивают другие, но им было трудно коротать время без телефонов.

В половине шестого вошли ещё несколько сотрудников.

Менеджер произнес:

- Я приветствую всех вас. Сегодня всех нас свела здесь судьба. Наша компания хотела бы пригласить вас на фуршет, поэтому тем, кто остаётся, нужно проследовать в другое место. Мы организовали автобусы, которые доставят вас туда.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци переглянулись.

Оказалось, что произошедшее ранее было всего лишь прелюдией и проверкой. Они намеренно отмахнулись от тех, кому эта работа была не очень интересна.

Кто-то спросил:

- Это далеко?

Менеджер ответил:

- Недалеко, всего в двадцати минутах езды отсюда.

Другой человек спросил:

- А что с нашими телефонами?

Сотрудники улыбнулись и ответили:

- Вы получите их обратно после окончания мероприятия.

К этому времени осталось всего около пятидесяти человек. Сотрудники рассадили их по автобусам.

Шэнь Цзюньци сидел у окна которое было закрыто плёнкой. Глядя в окно автобуса, можно было подумать, что они смотрят сквозь слой тумана.

Ни у кого не было с собой телефонов.

Было очевидно, что они не хотели, чтобы эти люди знали, куда их везут.

Гу Яньчэнь тоже насторожился и прошептал своим:

- Сообщите наше местоположение.

Бай Мэн быстро ответила:

- Вы едете за город…

Хотя они сказали, что дорога займёт двадцать минут, на самом деле она заняла больше сорока.

Небо за окном постепенно темнело. Автобус сделал несколько поворотов, выехал из города и наконец, остановился в дорогом жилом районе с виллам.

Все вышли из автобуса.

В холле уже был накрыт роскошный фуршет. Там были курица, утка, рыба, креветки и другие морепродукты.

Многие из пришедших сегодня были обычными рабочими, и, увидев эти деликатесы, они с жадностью принялись за еду.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци боялись, что с едой что-то не так, поэтому съели совсем немного.

После ужина всех провели в зал. Здесь было гораздо уютнее, пахло свежестью, а стулья были очень удобными.

Зал был на втором этаже с высокими потолками, с большим подиумом.

Все расселись на стулья.

И снова человек, похожий на менеджера, вышел на сцену и сказал в микрофон:

- Сегодня вам всем повезло. Сегодня у нас в гостях один из руководителей нашей компании, учитель Пан, который поделится с вами своим опытом.

Прожектор светил сверху, а при использовании микрофона создавалось эхо.

Под аплодисменты зрителей на сцену вышел худощавый мужчина лет сорока в деловом костюме.

Гу Яньчэнь внимательно посмотрел на него.

Шэнь Цзюньци прошептал ему:

- Неужели это господин Мэн Ши?

Гу Яньчэнь покачал головой, показывая, что он не уверен. Человек, стоявший перед ними, не совсем походил на образ мастера сновидений, который сложился у него в голове.

Учитель Пан откашлялся и начал:

- Сегодня вы все здесь. Большинство из вас — новички, но это нормально. Скоро вы станете частью нашей большой семьи. Древние говорили, что есть способ зарабатывать деньги. На протяжении тысячелетий люди искали способы заработать на жизнь. Возможно, в вашей жизни были и успехи, и неудачи…

После этого краткого вступления он начал задавать вопросы людям, сидящим в первом ряду.

Он спросил женщину, сидевшую ближе:

- Чем вы занимались раньше?

Женщина ответила:

- Я работала продавцом, продавала мобильные телефоны.

- Должно быть, это было утомительно.

- Да, мне приходилось работать больше десяти часов в день.

- Какой у вас был ежемесячный оклад?

Женщина прошептала:

- 3000 плюс комиссионные. Иногда я могла заработать до 6000, но это было очень утомительно, и мне приходилось каждый день работать сверхурочно.

Затем учитель Пан повернулся к мужчине, сидевшему рядом с ней, и спросил:

- Чем вы занимались раньше?

Мужчина ответил:

- Я управлял магазином чая с шариками, но в итоге он стал убыточным, и я его закрыл.

- Могу я спросить, вы расплатились с долгами?

Мужчина неловко помолчал и сказал:

- Я всё ещё расплачиваюсь…

Затем учитель Пан обратился к двум пожилым людям: 38-летней домработнице и 45-летнему разносчику воды.

Они оба выглядели озадаченными.

Подготовив почву, учитель Пан вздохнул и сказал:

- Такова текущая ситуация для большинства из вас. Готовы ли вы до конца своих дней заниматься тем, чем занимаетесь сейчас? Вы можете уже сейчас ясно увидеть конец своей жизни.

Кто-то заметил:

- Зарабатывать деньги всегда непросто.

Учитель Пан улыбнулся, но ничего не сказал. Он указал на жизнерадостную сотрудницу, стоявшую рядом, и спросил:

- Чжан И, расскажи им, сколько ты заработала в прошлом году?

Сотрудница взяла микрофон и громко объявила:

- В прошлом году я заработала 2,5 миллиона.

- Ого… — последовал коллективный возглас.

Это была почти стоимость дома, а у женщины, похоже, не было ни особых навыков, ни высшего образования.

Учитель Пан продолжил:

- Не стоит завидовать. Послушав меня сегодня, вы тоже сможете этого добиться.

Демоны

Глава 98. Демоны

Ночью в неизвестном поместье за пределами Биньчэна.

Некоторые из присутствующих сохраняли спокойствие.

Кто-то сказал:

- Должно быть, она получает много денег за хорошую работу, верно? Но почему вокруг нас так много богатых пожилых людей, которые пользуются этими услугами?

Они только что ознакомились с прейскурантом компании, и многие товары оказались довольно дорогими. Например, одна генеральная уборка стоила от 200 до 500 юаней в зависимости от площади.

Услуги няни обошлись бы ещё дороже. Визит семейного врача на дом тоже стоил 500 юаней за каждый визит, не считая расходов на лекарства. Расходы на поездки в пенсионном возрасте могли составлять десятки тысяч долларов в месяц. Услуги казались привлекательными, но даже состоятельные пожилые люди не могли тратить столько денег.

Господин Пан сказал:

- В свете сложившейся ситуации наша компания разработала вторую модель обслуживания, потребление по наследству.

Господин Пан не спешил с объяснениями и начал расхаживать взад-вперёд по сцене, чтобы убедиться, что его слышат все присутствующие.

- Для начала я хочу объяснить вам, что такое наследство. Это всё имущество, которое люди оставляют после себя. Многие из вас часто сожалеют о том, что родились не в богатой семье или что ваши родители были не богатыми или не занимали государственные должности. Думаю, многие из вас мечтали об этом, верно? Внезапно появляется богатый человек и говорит, что на самом деле он ваш дедушка и что он оставил вам большое наследство, а затем вручает вам кучу денег.

Люди внизу разразились взрывом смеха. Мы все взрослые люди, поэтому, естественно, знаем, что такую мечту невозможно осуществить.

Но на самом деле многие люди мечтали о подобном.

- Вам очень повезло, что вы меня встретили. Я открою вам секрет богатства. С этого момента ваша жизнь изменится, потому что то, что я вам сейчас расскажу, — это кратчайший путь к успеху. Давайте я сначала расскажу вам две небольшие истории.

Мистер Пан рассказал первую историю о торговце фруктами, который несколько лет заботился об одиноком старике, и, в конце концов, старик завещал ему свой дом.

Вторая история была о молодой медсестре, которая в течение года ухаживала за тяжелобольным стариком. Перед смертью старика медсестра обнаружила, что на её банковском счёте лежит миллион юаней.

Шэнь Цзюньци уже видел эти две истории в каких-то СМИ, и теперь господин Пан использовал их.

Он живо пересказал эти истории, адаптировав их под себя.

Кто не хочет разбогатеть в одночасье? Даже в качестве мечты это звучало неплохо.

Закончив рассказывать истории, господин Пан спросил:

- Как вы думаете, почему они получили эти деньги?

Мужчина в первом ряду, ответил:

- Они хорошо относились к этим старикам, поэтому получили вознаграждение.

- Совершенно верно. Как вы думаете, им повезло? — спросил мистер Пан.

На мгновение воцарилась тишина, затем кто-то воскликнул:

- Да!

В этом голосе слышались зависть и ревность.

Мистер Пан подытожил:

- Кому бы ни хотелось иметь дом и деньги, особенно когда кажется, что всё достаётся так легко? Они приложили совсем немного усилий и получили несоразмерное богатство. Ещё одна причина, по которой они смогли получить эти деньги, заключается в том, что они хорошо обращались с теми стариками, которые были уже при смерти. Каждый имеет право распоряжаться своим наследством. Это право может быть использовано для того, чтобы законные наследники вступили в права наследования, или для того, чтобы составить завещание, указав конкретных наследников, или даже для того, чтобы передать наследство фонду или подарить его фонду, что называется целевым пожертвованием.

Господин Пан продолжал:

- То, что я собираюсь вам рассказать, — это секрет богатства, истина, о которой вы бы никогда не подумали. Я говорю это только для того, чтобы вы услышали, и эти слова изменят вашу жизнь. Возможно, много лет спустя вы будете мне благодарны!

Каждый раз, когда он упоминал что-то практическое, он вставлял несколько воодушевляющих слов. Судя по реакции аудитории, эффект «промывания мозгов» был довольно сильным.

- У нашего народа, особенно у старшего поколения, есть привычка копить деньги. Люди редко теряют деньги и продолжают жить, большинство умирает, не потратив накопленное. После смерти эти деньги им уже не нужны. Китайцы не хвастаются своим богатством. У тех старушек, которые собирают листья овощей на рынке, дома может быть несколько документов на собственность. У соседей, мимо которых вы проходите, может быть, целый шкаф золотых украшений. У тех слабых стариков в парке могут быть миллионы на счетах. Наше общество стремительно стареет, в нём много стариков, у которых нет потомков. Отсутствие потомков означает, что некому будет унаследовать их имущество. После их смерти их имущество перейдёт в собственность государства. Но на самом деле государству не нужны эти деньги. Даже если вы подарите стране дом стоимостью в миллионы и распределите его между всеми нами, изменится ли что-то? Нет. Но если бы эти деньги достались вам, пусть даже частично, ваша жизнь могла бы стать проще на десять, двадцать или даже тридцать лет.

Это новый взгляд на вещи, о котором многие раньше не задумывались.

- Причина, по которой люди сейчас так бедны, отчасти заключается в том, что у этих стариков много социальных активов. И вы тоже можете воспользоваться накопленным ими богатством, чтобы быстро разбогатеть.

Шэнь Цзюньци знал, что господин Пан их обманывает, это были всего лишь убедительные слова, своего рода промывание мозгов. Но те, кто сидел там, выглядели задумчивыми и даже тоскливыми.

Гу Яньчэнь задумчиво хмурил брови.

Действительно, государство недостаточно контролирует личные активы, а возврат этих посмертных активов — длительный процесс.

Невостребованное наследство, которое теоретически должно перейти в собственность государства, требует судебного разбирательства, публичного объявления судом о розыске наследников в течение года, и, если по истечении этого срока наследников не будет, имущество перейдёт в собственность государства.

Количество и продолжительность этого процесса не контролируются должным образом, это слабое место в законодательстве.

В прошлом люди не обращали внимания на то, куда после смерти уходило имущество одиноких пожилых людей, живших по соседству.

Хотя наследство, оставленное пожилым человеком, может быть небольшим, в совокупности оно может быть значимым для общества.

В таком крупном городе, как Биньчэнь, с населением в десятки миллионов человек, ежегодно умирают сотни тысяч пожилых людей, и у десятков тысяч из них может не быть наследников.

Он предположил, что в среднем каждый из этих людей оставит после себя имущество стоимостью в миллион юаней.

Гу Яньчэнь произвёл в уме подсчёты, и сумма достигла сотен миллионов даже по самым скромным оценкам. Учитывая нынешние цены на недвижимость в Биньчэне, даже скромные объекты стоили больше миллиона, а некоторые более крупные могли стоить несколько миллионов или даже десятки миллионов. В этих расчётах учитывались только дома, без учёта наличных денег или драгоценностей.

Если больше людей оставили после себя наследство, сумма была бы ещё больше.

С возрастом общества это число будет только расти, а не уменьшаться.

Дослушав до этого момента, Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци, который тоже внимательно слушал, время от времени поправляя очки.

Он предполагал, что у этих людей есть методы привлечения новых членов в свои ряды, но он никак не ожидал, что за этими методами стоят подобные теории.

На трибуне мистер Пан продолжал свою красивую речь.

Кто-то в зале спросил:

– Откуда вы знаете, есть ли у этого старика деньги или нет? Сколько лет он еще сможет прожить?

Мистер Пан улыбнулся:

- Позвольте мне сказать вам, что этого очень легко добиться.

Он взмахнул рукой, и на экране позади него появилось несколько изображений.

- Вот чем занимается наша компания. Мы регулярно проводили бесплатные медицинские осмотры и семинары по здоровому образу жизни для пожилых людей, а также раздавали им яйца и пищевые добавки. Таким образом, мы могли получить основную информацию об этих людях, имена, адреса, идентификационные номера, сведения о семье и состоянии их здоровья.

Эти жадные старики и не подозревали, что каждый раз, когда они заполняли анкету или просто общались, они раскрывали свои личные данные.

Они получали несколько яиц в подарок, но информация, которую они выдавали, была гораздо ценнее.

Ещё одно движение руки — и презентация в PowerPoint сменилась другим слайдом.

- Мы можем объединить эту информацию с данными из банков и бюро по управлению недвижимостью. Мы можем выяснить, есть ли у этих стариков дети, сколько у них недвижимости, есть ли у них медицинская страховка, сколько у них сбережений и каково состояние их здоровья. Мы сможем определить, на ком нам следует сосредоточить свои усилия. Другими словами, мы сможем точно выбрать свою жертву.

Шэнь Цзюньци не ожидал, что они тоже будут использовать базу данных.

По выражению лиц окружающих он понял, что они испытывают одну и ту же эмоцию — жадность.

Они были похожи на стаю голодных волков, которые высматривают свою пожилую добычу.

- Эти старики — ваша добыча, они прямо перед вами. И они — идеальная добыча.

Кто-то в зале очень хотел попробовать:

– Тогда как нам получить их наследство?

- Далее я объясню всем конкретную модель.

Господин Пан продолжил:

- Потребление наследства — это форма продвинутой модели потребления. Наша компания сотрудничает с фондом Penang Love Foundation. Если пожилые люди согласны с условиями, составляют завещание и готовы пожертвовать своё имущество и наследство фонду, они могут бесплатно пользоваться услугами нашей компании по уходу в течение всей жизни, написав долговую расписку. Деньги будут вычтены из их пожертвованного наследства в качестве долга только после их смерти!

Это похоже на форму расширенного потребления, аналогичную кредиту. И пожилым людям не нужно возвращать долг при жизни.

После их смерти их деньги и имущество перейдут либо государству, либо фонду, что, по мнению этих стариков, не имеет никакого значения. Многие предпочли бы спокойно пользоваться услугами до самой смерти.

Человек из зала спросил:

– Но какое это имеет отношение к нам? Что насчет вознаграждения за наш труд?

Господин Пан объяснил:

- Мы оценим имущество пожилых людей на основании договоров, которые вы с ними заключили, вычтем сумму, которую они получали за услуги при жизни, а оставшуюся сумму заберем в благотворительный фонд. На этом этапе вы можете получить 30% от оставшейся суммы в качестве вознаграждения. Другими словами, вы можете на законных основаниях получить часть наследства этих людей.

Боясь, что люди в зале не поймут, Учитель Пан привел им пример:

- Предположим, что имущество пожилого человека стоит 3 миллиона юаней, а он потратил 200 000 юаней при жизни. Эти 200 000 становятся его долгом. Согласно договору, после смерти пожилого человека фонд получает пожертвование в размере 3 миллионов юаней. Сначала они погашают долг человека в размере 200 000 юаней. Остается 2,8 миллиона, 30 % от которых составляют 840 000 юаней, эта сумма и будут выплачена вам в качестве вознаграждения. Конечно, я просто привожу вам пример, из этой суммы будут вычтены налоги.

Наконец кто-то из зала задал вопрос:

- Это законно?

Мистер Пан, казалось, ждал этого вопроса:

- Конечно, это законно! Во-первых, в стране поощряется передача наследства по завещанию. Весь процесс заверяется нотариально при подписании завещания. То, что вы получаете, — это не их наследство, а вознаграждение, которое мы вам выплачиваем! Будьте уверены, мы заключим с вами договор о вознаграждении. Это ваше законное вознаграждение за труд.

Шэнь Цзюньци привёл свои мысли в порядок. Вероятно, именно поэтому им не разрешили взять с собой телефоны. Эти люди замалчивали важные вопросы. На бумаге контракты выглядели законными, но на самом деле они занимались отмыванием денег, что является незаконным.

Эти деньги и имущество после передачи фонду были отмыты различными способами.

Лицо мистера Пана расплылось в улыбке:

- Каждый одинокий старик, соответствующий критериям, может бесплатно воспользоваться нашими услугами три раза, и, если он останется доволен, может подписать контракт. В качестве агентов по продажам с частичной занятостью вы будете получать вознаграждение в размере десяти тысяч юаней за каждый успешно подписанный контракт. После смерти пожилого человека вы получите оставшуюся сумму.

Эти десять тысяч юаней – всего лишь немного сладости, чтобы заманить их в ловушку, дав им почувствовать вкус денег.

- Позвольте мне сказать вам, что чем старше становятся люди, тем больше они путаются. Большинству из них некому помочь, и они боятся, что люди будут строить козни против них, чтобы завладеть их наследством. Но когда они узнают, что их наследство перейдёт в благотворительный фонд, они успокоятся.

– Чем более одиноки пожилые люди, тем больше они жаждут тепла. Будь то финансовые пирамиды, сбор средств или любой другой метод, например, жизнь в долг под залог дома, — всё это незаконно. Но то, что мы делаем, законно!

Пожилые люди не знают, что они теряют.

Услуги, которые они получают, стоят гораздо меньше, чем их наследство.

И то, что они на самом деле подписывают, — это смертный приговор.

Это незаконное и преступное поведение, но эти люди ловко скрывают свои незаконные действия, пытаясь избежать юридических последствий.

Кто-то в зале все еще ясно соображал и спросил тихим голосом:

– Тогда это должно быть незаконно... разве это не отмывание денег и хищение чужого наследства?

Мистер Пан терпеливо объяснил им:

- Мы не тронем их вещи, пока они живы. Мы заберём их имущество только после смерти. Мы не причиняем им вреда, мы просто помогаем им прожить последние годы лучше.

Кажется, в этом и заключается смысл...

Кто-то из зала спросил:

- Звучит неплохо, но разве компания не должна будет обслуживать их вечно? А что, если они никогда не умрут? Это было бы неэффективно.

- Идиот! — не стесняясь в выражениях, сказал господин Пан.

- Мы устанавливаем правила. Наши услуги предоставляются бесплатно, а их наследство передаётся в дар фонду. Это два отдельных договора. Даже если мы не будем оказывать услуги по уходу за пожилыми людьми, что с того? Они не смогут подать на нас в суд!

Он понял, что сказал правду, и быстро добавил:

- Конечно, мы уважаемая компания и сделаем всё возможное, чтобы удовлетворить их потребности.

- А что, если они передумают и захотят изменить своё завещание?

Мистер Пан ответил:

- Если они хотят изменить своё завещание или отказаться от пожертвований, им придётся выплатить компании, причитающиеся за услуги деньги. Если они не заплатят, наша компания обратится к профессиональным коллекторам.

Легко попасть в ловушку, но трудно из неё выбраться. В сочетании с насилием пожилые люди оказываются просто во власти других.

Кроме того, сколько людей, привыкших пользоваться этим бесплатно, захотят платить?

- Если они потратят всё своё наследство, мы что, ничего не получим?

- Мы будем отправлять им и вам ежемесячные счета за услуги. Вы всегда будете знать, какое наследство у них осталось. Если вы обнаружите, что они тратят слишком много, вы можете попытаться убедить их остановиться.

Услышав это, Шэнь Цзюньци усмехнулся.

Лисьи хвосты этих людей наконец-то были обнаружены.

В зале тетушка - домработница, расплакалась и сказала:

- Я чувствую, что здесь что-то не так. Разве мы не плохие люди, раз так поступаем?

Она завидовала этим деньгам, но в то же время совесть подсказывала ей, что это неправильно. Хотя она и не знала точно, что именно было неправильно.

Борясь между совестью и жадностью, она не выдержала напряжения и расплакалась.

- Если вы этого не сделаете, это сделает кто-то другой. Вы совершаете доброе дело, даже если просто спасаете их от телефонного мошенничества и незаконных схем по сбору средств, позволяя им дожить свои последние годы. Часть их наследства будет направлена на благотворительность, чтобы помочь обществу. Вы поощряете пожертвования в виде наследства, делаете мир лучше, совершаете доброе дело.

Тетушка со слезами на глазах посмотрела на мистера Пана, и он убедил ее.

Люди в зале тоже обычные люди, которые мало что знают о законе. Учитель Пан полностью понимал их психологию и постепенно и полностью развеял их опасения.

Была уже поздняя ночь, но ни кто, ни хотел спать, они становились все более энергичными.

Мистер Пан на сцене с высоко поднятой головой казался королем мира, а все сидящие внизу были его последователями.

- Если вы сделаете это, то менее чем через десять лет станете мультимиллионерами, выйдете на пенсию и будете наслаждаться жизнью.

Господин Пан энергично рисовал перед аудиторией радужную картину.

Большинство людей с нетерпением ждали этой работы, а некоторые даже чувствовали, что деньги уже у них в кармане. Они уже думали о том, что им нужно сделать.

Одна тётушка средних лет спросила:

- Почему мы раньше не слышали об этом? И почему другие компании так не делают?

Господин Пан от души рассмеялся:

- Вы должны сохранить это в секрете и никому не рассказывать. Другие не могут этого сделать, потому что мы…

Говоря это, он указал вверх.

Гу Яньчэнь нахмурил брови. Неужели у них есть кто-то…?

Он вдруг вспомнил слова Чжун Чжичуня. Неужели этот, казалось бы, безосновательный способ заработка пользуется поддержкой торговой ассоциации Хэту?

Они могут получить доступ к банковским данным и информации о собственности, потому что у них есть покровитель. Они используют фонд для отмывания денег, сбора крупной суммы социального наследства и не боятся, что кто-то придёт к ним домой. Они также могут в любое время отслеживать активы пожилых людей.

Шэнь Цзюньци сидя в толпе, задал вопрос:

- Господин Пан, это вы придумали эту модель?

Господин Пан ответил:

- Как я могу быть настолько великим? Эти идеи принадлежат Создателю снов. Он изменил нашу жизнь.

Он был всего лишь марионеткой, которую выдвинули на первый план.

Гу Яньчэнь нахмурился. Снова этот загадочный Создатель снов.

Похоже, он стремится использовать тёмные стороны человеческой натуры.

Потом представители компании по очереди поделились с новичками своими историями успеха.

Господин Пан выкрикивал лозунги и с энтузиазмом продвигал их.

- Вы должны быть уверены, вы сможете получить их наследство с лёгкостью, так же просто, как подобрать деньги на обочине! Всё, что вам нужно, — это немного времени, немного заботы, а взамен вы получите крупную сумму денег! Поверьте мне, это самая прибыльная и высокодоходная работа в вашей жизни. У стариков уже нет будущего, но оно есть у вас!!

Под трибуной раздались громкие аплодисменты.

Вся комната бурлила от волнения, все были в восторге и погружены в раздумья. Их глаза сверкали, как будто они только что нашли смысл своей жизни. Они представляли своё светлое будущее.

Услышав это, Гу Яньчэнь скривил губы.

Гу Яньчэнь понял, что это значит, и произнёс одно слово.

- Дьявол.

Всего за два коротких часа этим людям промыли мозги, превратив их из людей в демонов.

Гу Яньчэну пришла на ум одна фраза.

«При наличии соответствующей прибыли капитал становится дерзким. Если прибыль составляет 10%, капитал гарантированно будет использоваться повсеместно, при прибыли в 20% он становится активным, при прибыли в 50% он становится авантюрным, при прибыли в 100% он осмеливается попирать все человеческие законы, при прибыли в 300% он осмеливается совершить любое преступление, даже рискуя быть повешенным.

Эта прибыль может превысить даже 300 %.

Очевидно, что эти люди не смогли устоять перед искушением, они поддались ему.

Шэнь Цзюньци прекрасно понимал, в чём ловушка.

Компания по уходу за пожилыми людьми была посредником, и это было важное звено. На первый взгляд, они обслуживали пожилых людей и помогали бедным найти подработку.

Но на самом деле эта убийственная игра с человеческой жизнью в качестве KPI началась с самого начала.

Это крупномасштабный процесс создания демонов.

Так называемое потребление наследства, то есть обеспечение ухода за пожилыми людьми, было уловкой, с помощью которой они обманывали людей, чтобы получить наследство. Это выглядело хорошо, но было иллюзией.

Вот почему многие старики поддавались искушению и подписывали договоры о пожертвовании наследства, думая, что получают преимущество.

Коварство этой игры заключалось в том, что она с самого начала настраивала стариков и продавцов друг против друга.

Они не говорили об убийстве, но сеяли в сердцах людей бесконечные кровожадные намерения.

Возможно, небольшое количество порядочных людей смогло бы устоять перед таким искушением, но наверняка найдутся такие, как Чжан Лицзе, которые не выдержат испытания.

Если бы эти состоятельные старики были просто обычными соседями, друзьями или родственниками продавцов, большинство людей могли бы сохранять здравый смысл и мирно сосуществовать с ними.

Но как только продавцы узнали, что после смерти этого человека они смогут по закону получить большую часть его наследства, ситуация изменилась.

В их глазах этот человек стал банком, депозитом, деньгами, которые они могли получить.

Всякий раз, когда они сталкивались с трудностями или лишениями, они думали об этих деньгах.

Многие люди могли бы терпеть бедность, но они не могли устоять перед соблазном получить деньги прямо сейчас.

Интересы стариков и продавцов противоречили друг другу. Чем больше денег тратили пожилые люди, чем больше услуг они получали, чем дольше они жили, тем меньше денег получали продавцы.

Уменьшающиеся цифры постоянно влияли на психику людей, вызывая внутренние конфликты.

Эти деньги, которые, казалось бы, были в пределах досягаемости, но так и не были получены, делали продавцов крайне несчастными, мучая их днём и ночью.

Они сходили с ума, теряли рассудок, и конфликты с пожилыми людьми становились неразрешимыми.

Со временем конфликты обострялись, и казалось, что эти старики тратят не свои деньги, а деньги продавцов.

В то время достаточно было немного подтолкнуть продавцов, чтобы они это поняли.

Самым простым способом получить прибыль это дождаться смерти старика, чтобы спокойно получить наследство, ведь мёртвые больше ничего не потребляют!

Но что, если другая сторона не умирает?

Могут ли они их поторопить?

Даже если они уже старые и немощные, они всё ещё дышат и едят…

Многие люди просто не могли дождаться их естественной смерти.

Накопившейся жадности и злобы было достаточно, чтобы сломить обычного человека.

Попав в эту ловушку, продавцы постепенно превращались в демонов, поглощённых собственной жадностью, и раскрывали свою демоническую сущность.

Убийства, поджоги — на что они только не шли!

Гу Яньчэнь, тоже понимал убийственные намерения этих людей.

Мэн Ши создал идеальную ловушку для убийц, побуждающую людей совершать преступления.

Такие лекции определённо проводились не один раз. Они слой за слоем отбирали нужных им людей, и по мере того, как усиливалась промывка мозгов, сердца людей менялись.

Потом этих сумасшедших, которым многократно промыли мозги, выпустят обратно в мир.

Каждый раз, когда продавцы подходили к пожилым людям, они улыбались во весь рот, но в душе думали: «Почему вы ещё не умерли! Вот умрёте! Ваши деньги, ваш дом — всё это будет моим!»

Как таких людей можно называть людьми?

После очищения они стали демонами в человеческом обличье.

Как и Чжан Лицзе.

Он знал, что Чжао Чуаньвэнь и Вэй Сэнь богаты, поэтому заставил их подписать контракты. Заботу, которую он проявлял по отношению к ним, он проявлял до подписания контракта.

Как только они подписали контракт, их отношения изменились.

Когда его внуку потребовалась операция, когда его жизнь оказалась в бедственном положении, он подумал о том, чтобы убить их и получить деньги.

Ему могло казаться, что идея убийства родилась в его сердце, что никто не заставлял его убивать, но невидимая сила подтолкнула его к совершению этого жестокого поступка.

После убийства Чжао Чуаньвэня Чжан Лицзе, как ни странно, подумал: «Следующим должен быть Вэй Сэнь. Убив ещё одного, я заработаю намного больше».

Перед совершением преступления преступники испытывают чувство эйфории и думают, что им ничего не грозит, если их не поймают.

Если бы их обнаружили потом, они бы не стали выдавать фонд или компанию по уходу за пожилыми людьми, потому что наивно верили, что их семьи всё ещё могут получить эти деньги.

Возможно, после совершения убийства они даже почувствовали себя счастливыми и удовлетворёнными, потому что обратный отсчёт, мучивший людей, наконец-то закончился! Деньги, о которых они так мечтали, наконец-то стали их собственностью!

Но если бы другая сторона отказалась? Смогли бы они подать на них в суд?

Даже если бы они обратились в суд, они не смогли бы объяснить, за что им должны эти вознаграждения.

В конце концов, они теряли и людей, и деньги.

Человеческая природа не выдерживает испытаний.

Продавцы встали на путь дьявола.

Стариков безжалостно убивали.

И продавцы, и пожилые люди были неудачниками.

Настоящими победителями были те, кто стоял за кулисами. Когда всё заканчивалось, они предъявляли нотариально заверенные договоры о пожертвовании наследства, которые пожилые люди составляли заранее, и забирали все деньги.

Им даже не надо было ничего делать, они просто получили прибыль в качестве чужого наследства.

В этом деле, помимо отмывания денег, их больше ни в чём нельзя было уличить.

Они могут сказать, что пожилые люди добровольно передали своё наследство фонду. Убийства были связаны с личными конфликтами, а отмыванием денег занимались сотрудники.

Фонд тут вообще ни причём.

Но они были подстрекателями, они посеяли семена зла, которые принесли свои плоды.

Гу Яньчэнь похолодел от ужаса, когда понял, в чём заключается новая преступная схема.

Весь процесс включал в себя промывание мозгов, убийства, отмывание денег и был связан с бесчисленным количеством людей.

В городе царило беззаконие, общество было в смятении, общественный порядок и нравственность были разрушены. Пожилые люди были подобны скоту, в ожидании убоя, и люди толкали их в пропасть.

И жители города не подозревали о надвигающейся буре.

Пугало то, что в этом городе подобные вещи уже проходили.

Ещё больше пугало то, что сегодняшняя молодежь, в конце концов, состарится.

Люди продолжали попадать в ловушку, как скот.

Из них выжимали каждую каплю крови и каждый кусочек имущества.

Тот, кто открыл этот ящик Пандоры, был Создателем снов.

Это правда, которую узнал Цзинь Юэвэнь, а также причина, по которой он должен был умереть.

Гу Яньчэнь понял, что даже если Цзинь Юэвэнь случайно узнал правду, из-за сложности цепочки доказательств будет трудно найти улики и сообщить о них в полицию.

Кто бы мог подумать, что кто-то может использовать один метод, чтобы превратить множество обычных людей в убийц?

Даже если бы Цзинь Юэвэнь сообщил об этом простым полицейским низшего звена, они бы решили, что это бредни, и не стали бы возбуждать дело.

Всё, что видела полиция, — это несколько смертей среди пожилых людей.

Весь город постепенно тонул в хаосе, но организатора так и не удалось вычислить.

И если бы они не прошли этот курс обучения, то никогда бы не узнали правду.

Директор Дин, наблюдавший за происходящим на записи с камеры наблюдения, тоже это увидел.

Все полицейские стояли вокруг и долго молчали.

Они все были потрясены этими фактами.

Директор Дин глубоко вздохнул.

В наушнике раздался его голос:

- С этого момента дело переходит в категорию серийных, и я лично доложил об этом в провинциальное управление. Обеспечьте свою безопасность. Если тренинг закончится, то... вместе с этими людьми... быстро покиньте помещение... мы...

Как только они это услышали, из наушника Гу Яньчэна донёсся резкий, пронзительный звук, сопровождаемый треском электрических помех.

Шэнь Цзюньци нахмурился, почувствовав неладное.

Их связь была нарушена, звонок прервался.

Экзорцизм

Глава 99. Экзорцизм

Полчаса назад, городское бюро Биньчэна.

Была уже поздняя ночь, тускло светила луна. По улицам ездили машины, и всё выглядело как обычно. В небольшой закусочной напротив городского бюро женщина лет сорока закончила свою работу и начала готовиться к закрытию. Срок её аренды подходил к концу, и это были её последние дни здесь.

Её звали Чэнь Амяо, и она проработала здесь больше десяти лет. Многие сотрудники городского бюро знали её и называли сестрой Амяо.

С того места, где она стояла, были видны окна, в главном здании городского бюро. В окнах горел свет, указывая на то, что кто-то работает сверхурочно.

Просто взглянув на эту картину, Чэнь Амяо почувствовала, что город кто-то охраняет.

Чэнь Амяо заметила, что сегодня в городском бюро особенно многолюдно и многие окна освещены. Более того, свет на верхних этажах здания образовывал странную букву «L». Она сделала снимок и отправила его постоянному клиенту.

Мужчина часто обедал в её закусочной, а потом добавил её в WeChat.

Несколько лет назад мужчина однажды спросил её:

- Могу я попросить тебя об одолжении?

Ей стало любопытно:

- О каком?

Мужчина сказал:

- Не могли бы вы фотографировать то здание через дорогу каждый вечер около десяти часов, когда вы закрываетесь, и присылать мне фотографии? Я буду платить вам триста долларов в месяц.

Тогда Амяо засомневалась. Она подумала, что мужчина — мошенник. Иначе как бы он посмел просить о таком?

Мужчина сказал:

- Я не пытаюсь вас обмануть. Вот, я дам вам триста юаней в качестве предоплаты за этот месяц. Вы можете сначала взять деньги, а потом отправить мне фотографию.

Пока он говорил, мужчина действительно достал триста юаней и положил их на стол.

- Зачем тебе огни в этом здании?

Чэнь Амяо не решалась взять деньги и с подозрением смотрела на мужчину, пытаясь понять, хороший ли он человек.

Мужчина объяснил:

- Я не замышляю ничего плохого. Мой сын работает в городском бюро, и его кабинет находится на третьем этаже. Мой сын бунтарь и мало чем делится. Поэтому я часто прихожу сюда, чтобы посмотреть на свет в окнах наверху и гадаю, свободен он или работает сверхурочно.

Оказалось, что он просто отец, который беспокоится о своём сыне.

Амяо расслабилась. Действительно, нужно было просто увидеть свет. Это не было чем-то секретным, это мог увидеть любой прохожий.

Если бы в полицейском участке было что-то секретное, она бы об этом даже не узнала.

У Амяо тоже был сын в родном городе, по которому она очень скучала. Она знала многих офицеров городского управления, и для неё они были как родные дети.

Глядя на мужчину средних лет, Амяо прониклась к нему сочувствием.

Она была обычной женщиной за сорок, которая была не особо грамотна.

Если бы она не согласилась, мужчина нашёл бы А Си, которая продавала фрукты рядом с ней, или Сяо Тан, которая открыла магазин одежды за её спиной. Учитывая, что её муж болен и у них мало денег, ей лучше самой заработать эти деньги.

Итак, Амяо взяла триста юаней.

С того дня Амяо каждый день отправляла мужчине фотографию.

Сегодня Амяо специально добавила:

- Сегодня горит больше огней, они образуют букву L. Ваш сын, должно быть, работает сверхурочно.

Мужчина поблагодарил её.

Амяо добавила:

- Я переезжаю, поэтому больше не буду отправлять вам фотографии.

Мужчина сказал:

- Ты уже очень помогла.

Амяо радостная, закрыла свой киоск.

Однако ни она, ни обычные прохожие не знали, что означают эти огни.

Городское управление не поощряло ненужную сверхурочную работу, и свет всегда выключался, когда люди уходили.

Эти огоньки были чем-то вроде кода. Несколько горящих огоньков означали, что они борются с наркотиками, а другие указывали на то, что они собираются бороться с проституцией. Некоторые огоньки говорили о том, что отдел уголовных расследований кого-то допрашивает, а другие указывали на то, что у руководства совещание.

Это был самый простой метод наблюдения, но он был очень эффективным. Полиция не могла работать в темноте.

Шпионов могли разоблачить, но наблюдение за этими огнями никогда не подводило.

Люди могли лгать, но огни — нет.

Сегодняшняя форма буквы «L» означала, что в сверхурочное время работали генеральный офис детективов, генеральный офис вооружённой полиции, кабинет директора и командный центр.

Такая ситуация возникала только перед крупными совместными операциями.

К городскому бюро не допускались гражданские камеры наблюдения. Какое-то время клининговая компания арендовала дом, напротив, для наблюдения, но, в итоге, выяснилось, что проще и безопаснее заплатить триста юаней и поручить кому-то, сообщать о ситуации.

Эти хитрые люди обманом заставили обычного человека стать их сообщником, пообещав ему немного денег.

Такого рода вещи вообще невозможно предотвратить.

Поздний вечер в Восточном Биньчэне.

Му Юй пролистал свой телефон и отправил сообщение:

- Похоже, полиция проводит крупную операцию. Вам, ребята, лучше проверить, не было ли каких-нибудь промахов.

Хо Лэй получила уведомление и переслала его группе из Торговой ассоциации Хэту.

- Это ведь не должно быть направлено против нас, верно? — сказал кто-то в группе.

- Да, может быть, это просто новое руководство так себя ведёт, готовится к какой-то спецоперации.

Хо Лэй закатила глаза, глядя в телефон. Она презирала этих высокомерных и самодовольных мужчин, но при этом была привязана к ним, как сверчок к нитке.

Она напомнила:

- Ранее отдел по борьбе с особо опасными преступниками расследовал дела Цзинь Юэвэня и Фонда.

Они начали относиться к этому серьёзно.

Через некоторое время кто-то в группе заметил:

- Сегодня у Фонда новый тренинг. Может быть, кто-то проник туда?

Только те, кто знал суть происходящего, понимали серьёзность ситуации.

- Почему они до сих пор набирают людей? Это так нагло.

- Мистер Хан сказал, что всё в порядке.

- Кто проводил проверку?

- Тренинг почти закончился!

- Что нам делать? На этот раз все закончиться?

- Зачем паниковать?

К обсуждению присоединился человек, который всех успокоил. Это был Хань Цинъи, президент Фонда.

- Я сейчас же поеду туда! Пусть включат глушилки и проведут тщательную проверку, мы должны поймать того, кто проник внутрь!

Офицеры в командном пункте не знали, что информация была раскрыта таким образом.

Присутствовали директор Дин, несколько сотрудников отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями, а также ключевые сотрудники отдела уголовных расследований. Их взгляды были прикованы к экрану, на котором в режиме реального времени отображалась обстановка на месте происшествия.

У всех на лицах было серьёзное выражение.

Бай Мэн быстро набрала текст на клавиатуре, указав местоположение:

- Директор Дин, я нашла его. Это поместье находится к северо-востоку от Биньчэна и зарегистрировано на имя Хань Цинъи.

- Хань Цинъи?

Директор Дин, похоже, узнал это имя, как будто уже видел его на какой-то встрече.

Бай Мэн запросила информацию, и на экране появился ухоженный молодой человек в очках.

- В прошлом году он вошёл в десятку самых выдающихся предпринимателей города. Он окончил факультет финансов в Университете и добился больших успехов в сфере инвестиций. Кроме того, он возглавляет фонд Penang Love Foundation.

Это связывало так называемую подготовку новобранцев с Фондом.

Директор Дин нахмурился:

- Финансовый эксперт? Я думаю, он занимается отмыванием денег!

Так называемая пенсионная компания была всего лишь прикрытием, а спекулянты прятались за фасадом благотворительности в лице Фонда. Теперь, когда ситуация обострилась, это стало серьёзным событием, нарушающим общественный порядок.

- Нам нужно отправить людей, но мы не можем их предупредить. Как только обучение закончится, нам нужно будет быстро отделить стажёров от их сотрудников. Не стоит обострять ситуацию. Кроме того, не позволяйте другой стороне взять стажёров в заложники.

Несмотря на то, что у них были записи с места происшествия, необходимо было поймать преступников с поличным. Как только эти люди окажутся в ловушке в поместье, это станет лучшим доказательством. Если они упустят эту возможность, найти улики будет гораздо сложнее.

Заместитель капитана Синь Юнь спросил:

- Нужно ли нам сообщить об этом ближайшим отделениям?

Директор Дин ненадолго задумался, а затем покачал головой:

- Нет, вспомогательные бюро не подойдут. Информация может легко просочиться, и они не смогут справиться с ситуацией.

Людей в местных отделах было мало, и их слова не имели большого веса. Другая сторона могла легко ввести их в заблуждение несколькими словами.

Помня об этом, директор Дин сделал несколько телефонных звонков руководителям провинции и муниципалитета.

Через некоторое время он вернулся и сказал остальным:

- Вызовите спецназ, задействуйте весь персонал, отправьте десять машин для задержания и подготовьте команду капитана Вана. Синь Юнь, ты тоже иди и забери капитана Гу.

Синь Юнь спросил:

- Что нам им сказать?

- Просто скажи, что мы получили информацию о том, что сегодня вечером будут происходить незаконные действия. Не говори больше, чем нужно. Давай сначала их поймаем.

Синь Юнь осторожно спросил:

- А что будет после ареста?

- Мы доставим их в городское бюро, задержим за незаконное собрание, установим личности организаторов, а затем проведём тщательный обыск и допрос. Руководство приостановит все действия фонда Penang Love Foundation, лишит его лицензии и проведет тщательное расследование его незаконной деятельности без каких-либо поблажек.

Спецназ уже отправился в путь, Лу Ин сопровождал их.

Бай Мэн прикинула расстояние:

- Ночью машин мало. Они едут по короткой дороге, но всё равно придётся потратить какое-то время, чтобы добраться туда.

Директор Дин кивнул:

- Я сообщу капитану Гу.

Директор Дин взял в руки рацию и связался с Гу Яньчэном:

- С этого момента это дело переходит в разряд комплексных, и я сам доложил о нём властям провинции. Обеспечьте свою безопасность. Если учения закончатся, быстро уезжайте с этими людьми. Мы вышлем спецназ, чтобы встретить вас.

Не успел он договорить, как внезапно раздался электрический треск, экран замигал, и изображение с камеры наблюдения исчезло, сигнализируя об ошибке.

Их связь с внутренними службами была прервана!

У директора Дина сжалось сердце.

Он встал и сказал:

- Ситуация изменилась. Сообщите вооружённой полиции и поторопитесь!

Атмосфера на лекции накалилась до предела.

Учитель Пан всё ещё пытался подбодрить всех:

- Чтобы познакомить вас с бизнесом, мы назначим наставников, которые будут направлять вас, и лидеров, которые помогут вам достичь ваших целей. Отныне мы — товарищи по оружию, мы — семья!

Люди, сидевшие внизу, были взволнованы. Многие из них поверили его словам и боялись упустить эту возможность.

В этот момент, даже если бы им сказали, что для вступления в компанию нужно внести залог, некоторые, вероятно, достали бы деньги.

Однако в этот момент менеджеру, стоявшему у сцены, внезапно позвонили, и он подошёл. Он прошептал несколько слов учителю Пану, и тот изменился в лице. Затем он жестом подозвал остальных и начал обсуждать ситуацию.

Десятки учеников, оставшихся в зале, явно чувствовали, что что-то не так.

В зале начался шёпот.

Тем временем в наушнике Гу Яньчэна внезапно раздался жужжащий звук.

Он вытащил наушник и сказал Шэнь Цзюньци:

- Связь прервалась.

Такое случалось только при помехах в сигнале, что означало, что за ними кто-то идёт.

Шэнь Цзюньци тоже снял очки в чёрной оправе и положил их в карман.

- Возможно, они узнали, что здесь находится полиция.

Гу Яньчэнь огляделся в поисках выхода:

- Здесь нет окон, только один вход, и он закрыт. Мы сидим сзади, так что, чтобы нас найти, потребуется время, но, скорее всего, мы долго не протянем.

Поскольку сотрудники начали обыскивать каждого человека по отдельности, их обнаружение было лишь вопросом времени. В лучшем случае они могли задержаться на несколько минут, но, скорее всего, они не стали бы ждать помощи от городского бюро и справлялись бы сами.

Среди сотрудников, за исключением нескольких ключевых фигур, остальные, скорее всего, стали первыми жертвами «промывания мозгов». Однако скоро должны прибыть профессиональные головорезы и уборщики.

Если они попадут в ловушку, это будет очень опасно. Поэтому им нужно было найти способ вырваться из окружения.

Подумав об этом, Гу Яньчэнь вздохнул:

- Мне нужно было настоять на своём и не брать тебя сюда.

Он действительно поступил безрассудно, недооценив опасность этой операции и взяв с собой Шэнь Цзюньци.

Словно зная, о чём он думает, Шэнь Цзюньци прошептал:

- Это не твоя вина. Никто не знал, что эти люди могут быть такими жестокими.

Гу Яньчэнь обдумывал возможные варианты.

Опустив голову и прикрыв глаза ресницами, Шэнь Цзюньци обдумал возможные варианты и сказал:

- У меня есть смелая идея. Раз уж мы не можем больше медлить, почему бы не проявить инициативу и не раскрыть себя?

Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел на него. Это был очень рискованный шаг.

Этот человек действительно скрывал безумие за спокойной внешностью.

Шэнь Цзюньци объяснил, почему он хочет это сделать:

- Если противники уже выяснили, что среди нас есть полицейские, то обычные люди в зале не знают, что мы из полиции. Возможно, раскрытие нашей личности на самом деле сделает нас более защищёнными.

Он сделал паузу, прежде чем продолжить.

- Кроме того, людям, которые собрались здесь сегодня, уже промыли мозги и внушили им определённые идеи. Поэтому лучший и наиболее ответственный способ — обратить этот промыв мозгов вспять. С их помощью мы, возможно, сможем спастись в этом хаосе.

Гу Яньчэнь задумался и сказал:

- Сейчас нет лучшего способа вырваться. Я согласен с твоим методом.

Инициатива раскрыться была рискованным шагом, но в случае успеха это могло изменить ситуацию и сделать их более активными.

Их было всего двое против более дюжины противников, так что они оказались в меньшинстве. Несмотря на то, что благодаря своим навыкам они имели хорошие шансы на победу, им определённо предстояла тяжёлая битва. Если они дождутся подкрепления другой стороны, их шансы станут ещё меньше.

Сейчас в зале находилось более пятидесяти обычных людей. Если бы они смогли заручиться поддержкой этих людей, у них было бы больше шансов.

Гу Яньчэнь прикинул, сколько времени потребуется, чтобы прорваться силой, и решил, что лучше уговорить их разрешить ситуацию мирным путём. Так будет безопаснее, быстрее и не так опасно.

Приняв решение, Гу Яньчэнь прошептал:

- Если начнётся драка, я буду сдерживать их, пока ты будешь промывать им мозги.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Не волнуйся, я умею окатывать людей холодной водой.

Он сказал это с непривычно серьёзным выражением лица. Этим людям промывали мозги часами, и у них было всего несколько минут, чтобы переломить ситуацию. Разбудить их за такое короткое время было непростой задачей.

В это время начались обыски.

Четыре или пять сотрудников-мужчин вышли вперёд и начали досматривать сумки людей в первом ряду.

Учитель Пан сказал:

- Мы только что получили информацию о том, что конкурент проник в школу, чтобы собрать сведения.

Они не осмелились сказать, что это полиция, поэтому, чтобы сохранить свой имидж, они сказали, что ищут «шпиона в своих рядах».

Менеджер упёр руки в бока и сердито сказал:

- Сегодня мы не дадим этому человеку уйти безнаказанным. Никто из вас не уйдёт, пока мы не выясним, кто это.

Эти студенты на мгновение растерялись. Тетушка, сидевшая в первом ряду, явно не хотела никого обидеть и нервно открыла свою сумку, чтобы показать им содержимое.

Как только первый человек подчинился, остальные без сопротивления последовали его примеру.

Многие из них были небогаты и приехали в поисках работы. Почувствовав давление, они все согласились на проверку, пытаясь доказать свою невиновность.

За это время Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь разработали план.

Чтобы привлечь внимание, Гу Яньчэнь взял инициативу в свои руки и крикнул:

- Почему вы не даёте нам уйти?

Женщина рядом, которая смотрела на часы, тоже возмутилась:

- Уже так поздно, я хочу домой!

Эти слова разбудили остальных, и они начали протестовать:

- Да, почему? Какое у вас право?

- Даже если кто-то проник внутрь, какое нам до этого дело?

- У вас нет полномочий, обыскивать нас!

Противоположные эмоции всколыхнулись.

Другие тоже начали отказываться от сотрудничества. Работник, доставлявший воду, встал и сказал:

- Мы сюда пришли в поиске работы. Вы конфисковали наши телефоны, а теперь хотите обыскать нас. Как долго вы планируете держать нас здесь?

Выражение лица учителя Пана изменилось. Он попытался разрядить обстановку, сказав:

- Я имею в виду, что нам нужно прояснить, что произошло сегодня. Сегодня вечером мы проводим внутреннее обучение персонала, но кто-то со скрытыми мотивами проник на территорию, что может привести к убыткам для компании. Поэтому сегодня вечером мы должны выявить проблемных сотрудников, чтобы не подставлять невиновных людей и не лишать вас возможности процветать.

Видя, что он всё ещё пытается обмануть присутствующих, Гу Яньчэнь встал и обратился к учителю Пану с вопросом:

- Ваши действия незаконны, не так ли? Вы паникуете, потому что боитесь, что ваши грязные делишки раскроются.

Учитель Пан не ожидал, что кто-то бросит ему прямой вызов, и поспешно возразил:

- Что за чушь ты несёшь? Мы всегда действовали законно! Наша компания существует уже много лет.

Менеджер указал на Гу Яньчэна и сказал:

- Это тебя конкурент подослал, чтобы сорвать нам сделку? Хватайте его!

- Подождите минутку. Вы говорите, что я из конкурирующей компании. Почему бы вам не сказать, какая компания конкурирует с вами?

Спокойно спросил Гу Яньчэнь.

Менеджер потерял дар речи. Он не мог ничего сказать.

Гу Яньчэнь огляделся и продолжил:

- Я полицейский.

На мгновение эти слова вызвали переполох.

- Они, правда, из полиции?

- Полиция здесь? Значит, проблема действительно серьёзная?

Шэнь Цзюньци тоже встал и сказал:

- Мы — полицейские из городского управления Биньчэна. Мы здесь, чтобы расследовать дело об отмывании денег, связанное с фондом.

Менеджер отреагировал и закричал:

- Не верьте им, это фальшивые полицейские! Арестуйте их, а остальные могут идти!

По его сигналу несколько крепких мужчин бросились вперёд. Гу Яньчэнь встал перед Шэнь Цзюньци.

Он сделал шаг вперёд и окинул взглядом окрестности.

- Кто осмелится выйти вперёд? Если вы нападёте, это будет расцениваться как нападение на сотрудника полиции.

Увидев, что Гу Яньчэнь их запугивает, менеджер сказал:

- Не слушайте его бредни. Если вы не вмешаетесь, вас уволят из компании! Мы уже вызвали полицию, и скоро здесь будут настоящие офицеры! Вы должны поймать этих двоих!

Это была уловка вора, который кричит, держите вора.

Под его руководством главные герои смело бросились вперёд.

Гу Яньчэнь схватил одного из них за руку и сделал бросок через бедро. Мужчина с грохотом упал на землю, опрокинув стоявшие рядом стулья.

Гу Яньчэнь нанёс удар локтем, и мужчина, вскрикнув, покатился по земле.

Второй мужчина замахнулся, но Гу Яньчэнь уклонился в сторону и нанёс боковой удар, от которого мужчина отступил на несколько шагов. Прежде чем он успел прийти в себя, Гу Яньчэнь схватил его за воротник и нанёс удар в основание шеи, от которого тот потерял сознание.

Увидев, что двое мужчин упали, остальные не решились подойти.

Гу Яньчэнь поднял стул и обвёл им пространство, заставив остальных отступить.

Но эти люди полагались на свое численное преимущество, чтобы окружить их.

Гу Яньчэнь больше ничего не предпринял и спокойно сел на стул.

Шэнь Цзюньци сохранял спокойствие, переступая через поверженных врагов и вставая перед ними. Он был на полголовы выше учителя Пана, и его голос звучал ясно и отчётливо:

- Даже если вы хорошо умеете говорить, это не отменяет того факта, что вы мошенники.

Все взгляды устремились на него, когда он повернулся к остальным.

- Бесплатных обедов не бывает, и нет коротких путей к получению дохода. Как бы хорошо это ни звучало, отмывание денег через фонд незаконно. Вся их деятельность построена на незаконных действиях. И они не только сами совершают преступления, но и пытаются вовлечь вас в преступную деятельность. Деньги, которые они обещают, вы на самом деле не получите.

Эти люди были без ума от возможности заработать, поэтому Шэнь Цзюньци ясно дал им это понять.

Услышав его слова, толпа действительно замолчала.

Учитель Пан всё ещё пытался возразить:

- Ты несёшь чушь! Не слушайте его.

Шэнь Цзюньци проигнорировал его и продолжил обращаться к толпе спокойным и сдержанным тоном:

- Подумайте об этом, все. Если то, что они говорят, правда, если всё законно и в рамках правил, а прибыль так высока, то почему бы им не нанять высокообразованных специалистов, которые будут качественно выполнять свою работу, вместо того чтобы пытаться убедить вас работать неполный рабочий день?

Это просто не имело смысла с точки зрения бизнеса.

Услышав это, люди задумались.

Да, с моим ограниченным образованием я всегда натыкался на препятствия, когда пытался найти работу. Почему такая прекрасная возможность вдруг появилась именно у меня?

Сотен тысяч прибыли хватило бы, чтобы нанять профессиональных продавцов.

Мистер Пан заикаясь, произнёс:

- Наша компания готова заниматься благотворительностью, помогать бедным. Кого мы ищем, это не ваше дело?

Тогда Шэнь Цзюньци спросил:

- Если это законное дело, то почему они привезли вас сюда посреди ночи и конфисковали ваши телефоны? А теперь держат вас здесь взаперти?

Это ещё одна бессмысленная ситуация. Только что люди поддались влиянию риторики и не обратили внимания на эти детали.

Шэнь Цзюньци усмехнулся и продолжил спрашивать:

- Если это действительно выгодно, то наверняка найдётся много мощных и влиятельных компаний, которые захотят последовать этому примеру. Почему вы не слышали о подобных случаях в других местах и с другими компаниями?

Его слова были подобны ушату холодной воды, пробудившему всех присутствующих.

Первый шаг к депрограммированию — заставить запрограммированного человека начать активно задавать вопросы.

Ослабить пыл.

После того как люди задумались, Шэнь Цзюньци дал ответ:

- Они обманом промыли вам мозги под видом подработки, потому что то, чем они занимаются, незаконно!

Услышав это, господин Пан нервно отступил назад, чуть не споткнувшись.

Все эти реплики были заучены, как только он отклонился от заранее подготовленной речи, он стал не ровня Шэнь Цзюньци.

- Заткнись!

Менеджер не смог сдержаться и бросился на Шэнь Цзюньци, чтобы ударить его.

Прежде чем он успел это сделать, Гу Яньчэнь оттолкнул его.

Гу Яньчэнь заломил ему руку за спину и прижал к полу. Менеджер отчаянно сопротивлялся, но не мог пошевелиться.

Взяв под контроль главного преступника, Шэнь Цзюньци повернулся к толпе.

- Они вас обманули. Эти пожилые люди — не ваша добыча и не ваш банк. У вас есть семьи, родители, бабушки и дедушки, однажды вы тоже состаритесь. Ни с одним пожилым человеком нельзя так обращаться. Вы не должны строить своё счастье на чужом несчастье.

Шэнь Цзюньци пытался взывать к их человечности.

Их глаза, затуманенные жадностью, начали проясняться.

- Получить чужое наследство? Разбогатеть за одну ночь? Это невозможно. Те, кто утверждал, что заработал деньги, были просто нанятыми актёрами.

Пока Шэнь Цзюньци говорил, те, кто ранее «делился своим опытом», начали испытывать чувство вины и опустили глаза.

Теперь люди, наконец, успокоились и могли слушать рациональные доводы.

Прижав менеджера к полу, Гу Яньчэнь повысил голос:

- В последнее время в Биньчэне произошло множество убийств стариков. Благодаря этим делам мы вышли на след. Полиция связалась с их бывшими учениками, они не разбогатели, а превратились в убийц! Среди них были мать двоих детей, дедушка больного внука, как и вы, они были обычными людьми. Эти негодяи использовали тактику убеждения, чтобы заманить их…Как только вы начнёте помогать этим людям заключать контракты с пожилыми людьми, обещанные суммы станут для вас приманкой. Они будут использовать любые средства, чтобы убедить вас убить этих стариков. Они превратят вас в палачей, запятнавших себя кровью! Это побуждение к совершению преступлений в сочетании с отмыванием денег. Они используют обычных людей для совершения убийств и без особых усилий забирают это наследство!

Это было противостояние добра и зла.

Фасад мошенников постепенно раскрывался.

После минутного молчания разгорелись дискуссии.

- Я видел полицейские объявления о недавних убийствах пожилых людей!

- Теперь, когда я думаю об этом, они не воспринимали этих стариков как людей! И они обращаются с нами как с дураками!

- Это ужасно. Мне только что промыли мозги, и на мгновение я поверил, что это правильно.

- Если ты им поверишь, то в итоге потеряешь всё!

- Чёрт возьми! Они смеют нас обманывать! Эти люди слишком бесстыжие, слишком злобные!

Сцена снова взорвалась, но на этот раз не от восторга, а от гнева.

Слушая их, те, кто хоть немного разбирается в обществе, поняли, что то, о чём ранее говорил мистер Пан, не может быть законным источником дохода.

Его слова звучали хорошо, они сильно задевали за живое, но то, что он предлагал, было преступным.

Если бы эти слова были произнесены в спокойной обстановке, где люди могли бы не спеша всё обдумать, некоторые заметили бы недостатки. Но в такой обстановке люди склонны следовать за толпой.

Лозунги мистера Пана звучали красиво. Эти астрономические цифры радовали людей. Это было похоже на вступление в финансовую пирамиду.

На мгновение они поддались атмосфере, и им промыли мозги.

Оказавшись на борту пиратского корабля, трудно с него сойти. Поддавшись жадности и искушению, они бы пошли по пути необратимого разрушения.

Однако слова Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэна пробудили их.

Молчание господина Пана говорило само за себя.

Это было похоже на обряд экзорцизма.

В конце концов, справедливость восторжествовала.

Зарождающееся демоническое влияние было подавлено человечеством, и демонические препятствия в сердцах людей постепенно исчезли.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Пожалуйста, доверьтесь нам, снаружи вас будут ждать полицейские, которые вам помогут.

- Доверьтесь полиции!

- Эти люди просто мошенники!

- Верните нам наши телефоны и выпустите нас!

Десяток сотрудников компании, присутствовавших в зале, больше не могли контролировать ситуацию. Даже персонал был зомбирован. Они выполняли приказы мошенников, потому что были обмануты.

Наблюдая за развитием ситуации, они колебались, стоит ли вмешиваться.

Некоторые из них на мгновение поддались на эту уловку и поняли, что их обманули, и захотели отомстить.

Другие испугались, что их тоже могут обвинить, и открыли запертые двери. Люди начали толкаться с персоналом. Некоторые даже кричали и пытались выбежать.

Хань Цинъи ещё не приехал, поэтому за порядком следил менеджер.

Он уже был весь в синяках и кровоподтёках от того, что Гу Яньчэнь прижимал его к полу.

Увидев это, менеджер понял, что ситуация вышла из-под контроля. Он сплюнул и в гневе сорвал с себя последний фиговый листок достоинства.

Он в истерике накричал на ключевых членов организации:

- Чего вы ждёте? Идите и разберитесь с этим! Когда они представят доказательства, мы будем обречены! Вы хотите попасть в тюрьму?!

Его слова разрушили жадные мечты людей.

Несколько сообщников бросились вперёд с яростными лицами.

Гу Яньчэнь больше не сдерживался. Он оттолкнул менеджера, встал и повернулся к бандитам.

Он посмотрел на Шэнь Цзюньци и сказал:

- Как только я разберусь с этими, мы сбежим!

Шэнь Цзюньци закатал рукава и кивнул, сказав:

- Давай сделаем это вместе.

Поцелуй

Глава 100. Поцелуй

Поздно ночью на главной дороге, идущей с севера на юг Биньчэна.

По дороге мчится роскошный автомобиль. Внутри сидит молодой человек в очках. Это Хань Цинъи, глава Фонда любви Биньчэна и одна из ключевых фигур Торговой ассоциации Хэту. В течение долгого времени он обеспечивал ассоциацию крупными суммами незаконных доходов, полученных в результате отмывания денег и других операций. Теперь, наконец, его деяния раскрыты.

С тех пор как Хань Цинъи сел в машину, он не переставал говорить по телефону. В этот момент он держал телефон в руках и слушал доклад своего подчинённого.

- Господин Хань, что нам делать? Возможно, мы не сможем сдержать этих полицейских.

В голосе подчинённого слышалось отчаяние.

Хань Цинъи говорит:

- Сделайте всё возможное, чтобы задержать их. Скоро прибудет подкрепление. И быстро соберите все документы, связанные с фондом. Мы должны минимизировать последствия.

Повесив трубку, Хань Цинъи стиснул зубы и посмотрел в тёмное окно. Его лоб нахмурился. Как бы то ни было, его путь к богатству, скорее всего, закрыт.

Ночной пейзаж Биньчэна с освещенными высокими зданиями проплывал мимо, но он не собирался восхищаться красотой.

Хань Цинъи учился за границей и происходил из богатой семьи. Он с детства был талантлив в математике. Ему нравились числа и то, как они превращаются в деньги. Он был настоящим оппортунистом, его никогда не устраивало текущее положение дел, он всегда чувствовал, что должен добиться большего.

Когда он вернулся на родину, то сначала хотел заняться бизнесом, но понял, что пропустил расцвет интернет - индустрии.

Он не хотел усердно трудиться в традиционных отраслях.

Итак, он переключил своё внимание на финансы. Инвестиции, кредиты, прямые инвестиции, виртуальные валюты. Он был очень умен и начал с того, что использовал свои семейные связи и неустанно заискивал перед влиятельными людьми. Его таланты были признаны, и он успешно вступил в ассоциацию. Благодаря его способностям в отмывании денег президент передал ему управление фондом. Он быстро освоился с работой фонда, и отмывание денег стало для него простым делом.

Многие средства можно было отмыть с помощью пожертвований, распределяя их в разных направлениях. Однако у частного фонда было слишком мало оборотов. Сколько бы он ни отмывал, это было всё равно, что плескаться в маленьком пруду. Его положение в ассоциации было нестабильным, он был вроде лакея, который помогал другим заключать сомнительные сделки. Он понял, что должен найти способ укрепить своё положение.

Несколько лет назад он встретил человека, с которым его познакомил Му Ювэй. Этого человека звали Создатель снов.

Тот, кто мог создавать мечты для людей. Мастер снов, казалось, умел распознавать самые сокровенные желания людей. После нескольких бесед он понял, в каком затруднительном положении оказался Хань Цинъи.

Создатель снов сказал:

- Разве твоя проблема не в нехватке денег? Ты можешь убедить людей оставить своё наследство фонду. Разве это не решит проблему?

Он ответил:

- Привлечь пожертвования непросто. Эти старики очень скупы.

Мастер снов спросил его:

- Хватит ли тебе смелости?

Он ответил, потягивая вино:

- Конечно.

Отмывание денег само по себе является уголовным преступлением.

На протяжении многих лет он занимался различными гнусными делами. В его глазах убийство меркнет по сравнению с притягательностью власти и денег. В своём стремлении к успеху он уже не боялся ничего, даже продать душу дьяволу.

Создатель снов сказал:

- Тогда я могу предложить вам более быстрый путь — бизнес-модель. Если вы будете действовать в соответствии с этой моделью, то сможете быстро стать опорой ассоциации.

Создатель Снов рассказал ему о способе лишить людей наследства под предлогом заботы о пожилых людях. Этот способ основан на тёмных сторонах человеческой натуры. Он был поражён сложностью вычислений.

Повелитель снов точно уловил суть человеческой психики.

Выслушав весь план и методы работы, он почувствовал, что его разум открылся, и у него появилось предчувствие большого успеха.

Он спросил его:

- Ты подал мне эту идею, что тебе нужно взамен?

Он был готов. Деньги, статус, красивые женщины — он был готов предложить всё что угодно.

- Не нужно ничего возвращать, просто иди и сделай это. Я просто проверяю свою теорию, — сказал Мастер снов с улыбкой. — Мне приятно наблюдать за такими вещами.

Он считал Мастера снов странным, но это не уменьшало его уважения к нему и не влияло на их сотрудничество.

После того как Мастер Снов изложил свои идеи, они постепенно воплотили их в бизнесе и на практике. Он был очень смелым человеком, внимательным к деталям и обладающим хорошими организаторскими способностями. Они начали с небольшого эксперимента, в котором участвовали всего десять человек. Они быстро поддались влиянию и стали основой организации, а также её преданными последователями.

Среди них были менеджеры и учитель Пан. Вскоре фонд единовременно передал ассоциации десятки миллионов юаней, став её «дойной коровой».

В то время бюро возглавлял директор Ван, и управление было слабым. Пожилым людям уделялось мало внимания.

Хань Цинъи начал стремительно расширяться, бессовестно копируя эту модель в городе, накапливая богатство и получая прибыль. Он даже открыл несколько зарубежных компаний, чтобы облегчить движение денег. Его положение в ассоциации становилось всё более значимым, пока он не достиг вершины.

После того как директор Дин вступил в должность, Хань Цинъи несколько раз напоминали о необходимости сократить масштабы деятельности, но он слишком любил деньги. Он знал, что отличается от других, он должен был приносить пользу. Пока существовал этот путь, пока существовали эти деньги, он мог сохранять своё положение в ассоциации.

Если он потеряет этот путь к богатству, его могут в любой момент вышвырнуть.

Хань Цинъи теперь сожалел об этом. Он сожалел не о том, что не остановился раньше, а о том, что не позаботился об этих надоедливых полицейских во время последней встречи. Он только что позвонил президенту торговой ассоциации Хэту, и заверил его, что не стоит паниковать, что он всё уладит и нужно сохранять спокойствие.

Но Хань Цинъи никогда раньше не испытывал такой паники.

Незаконное присвоение наследства фондом будет раскрыто, что станет огромным ударом для него, фонда и даже стоящей за ними ассоциации. Ему казалось, что он наблюдает за тем, как рушатся здания.

За последние полгода он видел слишком много людей, которых бросила ассоциация, — от Чжун Чжичуня до Яо Линя. Эти люди говорили красивые слова, но когда что-то происходило на самом деле, они держались в стороне. Он боялся, что его тоже бросят. И всё это из-за чёртовой полиции!

Глаза Хань Цинъи покраснели.

Он обратился к своему доверенному подчинённому и, стиснув зубы, приказал:

- Если будет возможность, пусть уборщики убьют тех полицейских, которые проникли внутрь.

- Убить… убить людей?

Подчинённый явно был ошеломлён.

- Господин Хань, если мы кого-то убьём, особенно полицейских, последствия будут другими.

Без убийства можно было бы найти выход, но если кого-то убьют, особенно полицейского, выхода уже не будет.

Хань Цинъи больше не слушал никаких доводов.

Он холодно сказал:

- Какая разница? Если всё это вскроется, разве меня будут волновать жизни этих двоих?

Подумав о том, что годы усилий могут быть потрачены впустую, он почувствовал, как в его сердце поднимается бесконечная обида.

Благородная манера поведения Хань Цинъи полностью исчезла, уступив место безумию и безразличию.

- Разве там нет А-Цзинь из клининговой компании? Сколько денег? Я заплачу! Переведите деньги на их счёт прямо сейчас! А ты устрой ДТП на дороге, ведущей к поместью, постарайся задержать прибытие полицейских.

После того как Хань Цинъи повесил трубку, в его глазах появился зловещий блеск.

Он сказал:

- Если они хотят моей смерти, я позабочусь о том, чтобы кто-то другой поплатился за это!

Как только он закончил говорить, его телефон снова зазвонил. Хань Цинъи взглянул на экран, немного смягчился и всё же ответил.

На экране появилась милая девочка.

- Папочка, папочка, когда ты вернёшься домой?

Хань Цинъи улыбнулся, и свирепость на его лице сменилась элегантностью и добротой.

- Инъин, папа сегодня задержится на работе. Не забывай пить молоко. Папа любит тебя, и я привезу тебе подарок, когда вернусь.

В глазах посторонних он был выдающимся представителем бизнес - элиты, он был преданным своему делу филантропом, любящим отцом и послушным сыном. Он и сейчас сохранял свой безупречный имидж. К сожалению, всё, что он построил за эти годы, казалось сном. После сегодняшнего вечера этот сон закончится. Всё растворится в воздухе.

Поздно вечером в поместье. Нарастающий спор перерос в драку. Конфликт между людьми и персоналом, наконец, разгорелся. На полу царил беспорядок, многие стулья были опрокинуты, некоторые даже разбиты вдребезги. Из дома доносились звуки борьбы и крики. Разъярённая толпа набросилась на персонал.

Учитель Пан был загнан в угол и отчаянно прикрывал голову руками, в то время как женщина средних лет, сняла туфлю и начала бить его ею. Менеджер уже упал на пол.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци столкнулись с несколькими бесстрашными противниками.

Гу Яньчэнь подпрыгнул и, используя инерцию, сбил с ног одного из них, а затем нанёс мощный удар правой в челюсть другому. Мужчина сплюнул кровь и несколько выбитых зубов.

Когда нападавший попытался встать, Шэнь Цзюньци подошёл к нему сзади, схватил за шею и надавил на сонные артерии с обеих сторон. Из-за недостаточного притока крови к мозгу у противника вскоре закружилась голова. После непродолжительной борьбы его тело обмякло.

Увидев, что ещё один человек пытается схватить Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци вывернул ему правую руку. Обойдя противника, Шэнь Цзюньци разбил декоративную вазу о его голову. Он целился в самое уязвимое место — заднюю часть черепа, — и противник быстро утратил боеспособность. Они действовали слаженно, как по нотам.

Гу Яньчэнь высвободился из хватки противника, а Шэнь Цзюньци прислонился к его спине, осматриваясь по сторонам.

За это время люди, оказавшиеся в ловушке, бросились к двери, но снаружи появились другие и преградили им путь. Было ясно, что подкрепление прибыло раньше. Нужно было поскорее с этим покончить!

Прежде чем эти люди ворвались внутрь, Гу Яньчэнь схватил стоявший рядом сломанный стул и швырнул его в главный светильник, свисавший с потолка. Он потянул Шэнь Цзюньци за собой и пригнулся, чтобы не попасть под удар. Светильник состоял из десятков больших стеклянных сфер, соединённых между собой и подвешенных на основной опорной линии. От удара полетели искры, и светильник, потрещав, упал.

Когда стеклянный светильник упал на пол, раздался громкий звук удара. Осколки стекла полетели во все стороны, как пули. Несколько человек, находившихся в другом конце комнаты, не успели увернуться и получили ранения. Некоторые получили царапины, не смертельные, но обездвиживающие. В комнате стало темно.

Перед толпой образовалась брешь, и это был лучший момент для того, чтобы вырваться на свободу. Те, кто всё ещё находился в ловушке в доме, прорвали линию обороны противника и выбежали через дверь.

Гу Яньчэнь поднял кинжал для самозащиты и крикнул Шэнь Цзюньци:

- Пойдём!

Шэнь Цзюньци последовал за ним и выбежал из зала. Была поздняя осенняя ночь, погода стояла холодная, и было темно. Выйдя из главного здания, они поняли, что поместье оказалось ещё больше, чем они себе представляли. В поместье было не так много огней, большая его часть была погружена в темноту и напоминала величественный, но зловещий лабиринт.

Открытое пространство перед ними было утопающим в зелени и напоминало лабиринт. Толпа в панике бросилась врассыпную, стремясь покинуть это жуткое место. Многие из тех, кто пришёл сегодня на тренинг, были в возрасте. Несколько женщин среднего возраста бежали позади, недалеко от Шэнь Цзюньци.

В эту тёмную ночь внезапно раздался выстрел. Пуля прошла рядом. Ситуация накалилась до такой степени, что другая сторона была готова убивать! Кто-то стрелял в толпу с возвышенности. Затем прозвучал второй выстрел, и пуля попала в бедро стоявшего впереди мужчины средних лет, который закричал от боли и упал на землю. Толпа закричала, а некоторые застыли в страхе, схватившись за голову и пригнувшись к земле.

Шэнь Цзюньци обернулся и увидел, что кто-то держит пистолет на балконе второго этажа поместья. В тусклом свете они не могли разглядеть лицо этого человека. Он стрелял сверху через тепловизор, и люди внизу казались ему живыми мишенями.

Шэнь Цзюньци решительно потянул Гу Яньчэна за собой:

- Пойдём сюда!

Их целью, несомненно, были они.

В этот момент для них было бы безопаснее всего смешаться с толпой, но это могло привести к жертвам среди гражданского населения и перерасти в массовую бойню. Им пришлось бежать в противоположном направлении, чтобы отвлечь нападавших.

После того как они сменили направление, стрелок действительно направил оружие на них, пощадив обычных гражданских. То ли стрелок промахнулся, то ли сделал это намеренно, все его выстрелы попадали недалеко от них, но он не спешил их убивать.

Гу Яньчэнь предполагал, что человек наверху, скорее всего, профессиональный снайпер. Вероятно, это был тот же человек, с которым они столкнулись на сталелитейном заводе в прошлый раз. Ночью, на таком расстоянии, с профессиональным снаряжением и преимуществом в рельефе местности, не попасть в них было бы сложнее, чем попасть.

Он быстро оценил ситуацию.

Сотрудники фонда, вероятно, хотели убить их из мести, и клининговой компании пришлось вмешаться после того, как они забрали деньги. Но, похоже, они также немного боялись спровоцировать полицию, поскольку не были настроены убивать.

Не успел Шэнь Цзюньци пробежать и нескольких метров, как раздался ещё один выстрел, и он почувствовал жжение в икре, куда попала пуля.

Шэнь Цзюньци потерял равновесие и упал на землю.

Гу Яньчэнь обернулся, чтобы помочь ему подняться:

- Тебя ранили?

Шэнь Цзюньци стиснул зубы:

- Просто царапина.

Его рана была несерьёзной, всего лишь царапина на ноге, из которой немного сочилась кровь.

- Быстрее!

Гу Яньчэнь не осмелился медлить, он поднял его и побежал вперёд. Он знал, на какое расстояние стреляет этот тип оружия. Если они продвинутся ещё немного, то будут в безопасности.

Снайпер сверху продолжал спокойно стрелять. Выстрелы раздавались совсем рядом. Пули падали недалеко от них, высекая искры из земли.

Под градом пуль Гу Яньчэнь потянул Шэнь Цзюньци вперёд.

Внезапно он почувствовал, как тело Гу Яньчэна задрожало. Он хотел спросить его, но Гу Яньчэнь сказал:

- Я в порядке, поторопись!

Всего через несколько секунд они добрались до угла и наконец-то избежали снайперской атаки.

Снайпер наверху убрал ружьё и сказал в рацию:

- Босс, задание выполнено. Следуя вашим инструкциям, я ранил, но не убил человека.

В рации раздался голос Му Ювэя:

- Отступайте. Мы получили деньги, на этом всё. Не беспокойтесь об их делах.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци побежали в сторону поместья. Перед ними появились ещё два телохранителя, которые преградили им путь. Эти люди были более тренированными и ловкими, чем те, с кем они столкнулись ранее, а ещё они были намного выше. В этот отчаянный момент Гу Яньчэнь больше не сдерживался. Он достал нож, который подобрал ранее.

После нескольких движений Гу Яньчэнь оценил силу противника. Хотя человек перед ним был мускулистым, было ясно, что он делает это в основном для вида, как зверь в цирке. Движения Гу Яньчэна были более простыми и практичными. Он применил смертоносный приём, сочетающий удар коленом с быстрым выпадом ножом, целясь прямо в жизненно важные точки противника.

Если бы противник не защищался, нож в его руке пронзил бы его грудь. Телохранитель поднял руку, чтобы защититься, но всё равно получил кровавую царапину на груди, из-за чего застонал от боли и схватился за грудь.

Когда Гу Яньчэнь проходил мимо, противник не успел даже обернуться, как он ловко подбросил нож вверх одной рукой, совершил плавный переход и ударил противника в спину, мгновенно отправив его в нокаут.

У Шэнь Цзюньци не было оружия. После нескольких ударов с противником он осознал свою слабость. Он сделал ложный выпад, целясь локтем в ухо противника. Когда противник поднял руку, чтобы блокировать удар, он сменил тактику и нанёс быстрый удар ногой в корпус.

Сильный мужчина получил удар в уязвимое место и чуть не упал на колени от боли. Шэнь Цзюньци нанёс ещё один удар кулаком в висок противника. Мужчина упал на землю.

Быстро расправившись с двумя противниками, они не стали задерживаться и снова побежали вперёд. Наконец-то им удалось на время оторваться от преследователей.

Гу Яньчэнь всё ещё искал выход, когда Шэнь Цзюньци потянул его за собой.

Только тогда капитан Гу заметил справа щель шириной меньше полуметра, которая была очень хорошо скрыта в ночной темноте. Они быстро втиснулись в неё. После интенсивной тренировки они оба тяжело дышали, но, чтобы их не обнаружили, старались не шуметь. Щель была узкой, и их тела соприкасались.

В тусклом свете они могли видеть друг друга только в свете луны.

Шэнь Цзюньци осознал, что они с Гу Яньчэном вплотную прижаты друг к другу.

Гу Яньчэнь протянул левую руку и осторожно поддержал голову Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци тихо спросил:

- Сколько времени осталось до прибытия подкрепления?

Гу Яньчэнь, всё ещё тяжело дыша, ответил:

- Наверное, если быстро… то несколько минут.

Он на секунду замолчал, а затем продолжил:

- Если не будет препятствий.

Сейчас самым безопасным для них было спрятаться здесь на время, пока не прибудет подкрепление.

- Эти люди безумны, — сказал Шэнь Цзюньци, понимая, что они напали на них и пытались убить, зная, что они из полиции.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это значит, что они напуганы.

Противник предпринял последнюю отчаянную попытку.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты в порядке?

Уклоняясь от снайпера, Шэнь Цзюньци отчётливо почувствовал, как тело Гу Яньчэна дрогнуло.

Поняв, что тут безопасно, Гу Яньчэнь не стал отвечать ему прямо. Вместо этого он нежно коснулся лица Шэнь Цзюньци и сказал:

- Давай поговорим, чтобы скоротать время. Десять минут пролетят незаметно. С твоим сердцем всё в порядке?

Шэнь Цзюньци кивнул. Он чувствовал, как сильно бьётся его сердце после быстрого бега, но мог это вытерпеть.

Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци сверху вниз. В свете луны этот мужчина опустил голову, и сквозь чёлку виднелся его лоб со светлой кожей.

Гу Яньчэнь сказал:

- До того, как я завёл Уляна, у меня была кошка.

Шэнь Цзюньци спросил:

- А что с ней случилось потом? Почему я раньше об этом не слышал?

Гу Яньчэнь откашлялся и продолжил:

- Это была помесь американской короткошёрстной и полосатой. Когда я его нашёл, он был совсем маленьким. Его мать умерла, и котёнок плакал лежа рядом с ней, бездомный и агрессивный по отношению ко всем, кто приближался. Потом я забрал его к себе во двор и стал кормить кошачьим кормом, и он постепенно стал ручным. Я часто навещал его и иногда играл с ним. Однажды в дождливый день он промок насквозь, и его глаза стали казаться ещё больше…

В темноте Шэнь Цзюньци молча, слушал, чувствуя, что за словами Гу Яньчэна скрывается нечто большее. Как вдруг он почувствовал запах, который был ему хорошо знаком как судмедэксперту, — запах крови. Сначала он подумал, что это из-за его раны на ноге, но, пригнувшись, чтобы принюхаться, понял, что это не так. Его рана была недостаточно серьёзной, чтобы издавать такой сильный запах крови.

- Ты ранен!

Шэнь Цзюньци вдруг понял, что Гу Яньчэнь ему солгал, и потянулся, чтобы нащупать рану.

- Однажды моя пропала кошка, — Гу Яньчэнь сделал паузу и продолжил: — Знаешь, каково это — потерять кошку? Это как испытывать тревогу, но не знать, что делать. Я продолжал возвращаться в то место, где раньше жила кошка, где она могла быть. День за днём я искал её. Мне казалось, что если я подожду ещё немного, кошка вернётся.

Шэнь Цзюньци наконец нашёл рану — она была на правой стороне живота и пропитала его одежду. Должно быть, Гу Яньчэнь был ранен давно и терпел до сих пор.

Шэнь Цзюньци растерялся, но затем заставил себя успокоиться. Рана не могла быть слишком серьёзной, иначе Гу Яньчэнь не продержался бы так долго, каким бы сильным он ни был.

В темноте он не мог разглядеть рану, поэтому стал ощупывать мышцы живота Гу Яньчэна, чтобы найти место входа пули. К счастью, выходного отверстия не было. Входное отверстие было небольшим, вероятно, пуля срикошетила, не нанеся серьёзных повреждений и не пробив тело насквозь.

Шэнь Цзюньци с облегчением обнаружил, что рана находится ниже области печени. Если бы пуля попала в печень, у него были бы большие проблемы. Она также не задела почки, иначе боль была бы невыносимой. Опасаясь, что могут быть и другие повреждения, он провёл рукой вниз по пояснице.

Гу Яньчэнь внезапно схватил его за запястье:

- Хватит, ты можешь навлечь на себя неприятности, если будешь продолжать так гладить меня.

Шэнь Цзюньци почувствовал, как наворачиваются слёзы, но всё равно хотел успокоить Гу Яньчэна:

- Всё в порядке, он не задел жизненно важные органы, с тобой всё будет хорошо…

Гу Яньчэнь сказал:

- Я знаю, я не должен умереть.

Он перенёс множество ранений, серьезных и не очень. Когда он стрелял в противника, он знал, какие ранения могут быть смертельными. Если в тело попадает высокоскоростная пуля, то даже при небольшом входном отверстии на выходе может образоваться большая дыра, через которую будут вываливаться внутренние органы. Он получил ранение от рикошета, которое не задело жизненно важные органы, ему уже повезло.

Рана пульсировала от боли, и он чувствовал жжение. У него слегка кружилась голова, но он мог это вынести. Он чувствовал, что у него ещё есть немного времени, прежде чем он потеряет сознание.

Гу Яньчэнь глубоко вздохнул и продолжил рассказ, который не успел закончить:

- Разве ты не беспокоишься о моей кошке? Все эти годы, когда я видел других кошек, я всё время думал, где же может быть моя кошка? Всё ли с ней в порядке? Всякий раз, когда я вижу похожую кошку, мне хочется подойти и проверить, не моя ли это...

- Кошки умеют находить дорогу обратно. Возможно, она где-то там, и с ней всё в порядке. Тебе не нужно беспокоиться, — Шэнь Цзюньци оценил тяжесть ранения и степень кровопотери. Он почти мог представить, как пуля вошла в тело.

Первоочередной задачей было остановить кровотечение.

Шэнь Цзюньци хотел снять пальто, чтобы сделать импровизированный жгут, но в проеме было тесно, а выходить наружу было опасно. Сейчас ему оставалось только надеяться, что скоро прибудет подкрепление.

В конце концов, он решил прижать рану на животе Гу Яньчэна своими руками.

Он почувствовал, как тело Гу Яньчэна задрожало под его давлением. Кровь продолжала сочиться сквозь пальцы, но уже медленнее.

Шэнь Цзюньци надавил сильнее, и из раны хлынула кровь. На лбу Гу Яньчэна выступил пот, и он тихо застонал:

– Будь нежнее.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Больно?

Возможно, из-за того, что ему слишком часто приходилось иметь дело с трупами, он стал равнодушен к боли живых людей.

Конечно, ему было больно.

Гу Яньчэнь стиснул зубы и прислонился к стене. На его лбу выступили капли пота. Пережив волну сильной боли, он, наконец, успокоился.

Лоб Шэнь Цзюньци был у него перед глазами.

Гу Яньчэнь глубоко вздохнул и прошептал ему на ухо:

- Можно я тебя поцелую? Может, если я тебя поцелую, мне больше не будет так больно.

Шэнь Цзюньци не осмелился ослабить хватку, просто подался вперёд, закрыл глаза и приготовился, сказав:

- Можно.

Его голос все еще был холодным, и казалось, что он смотрит на смерть сверху вниз.

Получив разрешение, Гу Яньчэнь опустил голову и нежно коснулся губами лба Шэнь Цзюньци, запечатлев лёгкий поцелуй.

Всё?

Шэнь Цзюньци вздохнул.

Он открыл глаза и потянулся в сторону Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь не успел отреагировать.

Шэнь Цзюньци закрыл глаза и поцеловал его в губы.

Гу Яньчэнь не мог описать свои ощущения.

Его губ коснулось что-то мягкое и тёплое с едва уловимым сладким привкусом. Сначала это было похоже на прощупывание почвы, медленное и многократное. От осторожных прикосновений к более интенсивным, а затем к настойчивым.

Перед его глазами вспыхнул свет.

Чувство покалывания и онемения охватило сердце.

Гу Яньчэнь не смог удержаться и обнял его за талию.

Их языки сплелись.

Шэнь Цзюньци по-прежнему прижимался к нему, и боль сменилась онемением. Когда он обнимал этого человека, ему казалось, что его душа вот-вот покинет тело.

Их губы пробовали другого на вкус, а языки сплелись, и Гу Яньчэнь решил, что даже если бы он умер сейчас, это того стоило бы. Его сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот взорвётся.

Это был долгий и страстный поцелуй. Поцелуй, от которого его мозг лишился кислорода. Поцелуй, от которого он был готов потерять сознание.

Только тогда Шэнь Цзюньци отпустил его. Его тёмные глаза блеснули, он провёл рукой по лицу Гу Яньчэна, затем прижался головой к его уху и сказал:

– Вот каким должен быть поцелуй.

Внезапно вдалеке поднялась суматоха, послышался слабый вой сирен, и фары машин осветили тёмную ночь.

Наконец-то прибыло подкрепление.

Автору есть что сказать:

Судмедэксперт Шэнь:

– Капитан Гу, вы недостаточно опытны?

А где котенок?

Глава 101. А где котенок?

Поздно ночью у входа в поместье.

Несколько полицейских машин выстроились в ряд въезжая на территорию поместья.

В это же время у входа в поместье остановился чёрный «Кадиллак».

Капитан Ван из спецподразделения и капитан Синь вышли из машины и помахали руками, подавая сигнал своим подчинённым, чтобы те входили в поместье и провели обыск и задержание. Они привели сюда много сотрудников, чтобы подготовиться к встрече с главным преступником, Хань Цинъи.

Хань Цинъи опустил стекло в машине, притворяясь растерянным.

- Офицеры, в чём дело? Уже поздно, почему у моего дома так много полицейских?

Капитан Синь, занимавший самую высокую должность на месте происшествия, подошёл и заговорил в соответствии с инструкциями, полученными от директора Дина.

- Господин Хан, в вашем поместье произошло незаконное собрание. Пожалуйста, сотрудничайте с нашей полицией в расследовании.

Хань Цинъи улыбнулся, но не стала открывать дверь машины.

- У вас есть ордер на обыск и арест?

Капитан Синь предъявил ему. Подобные действия должны быть абсолютно законными.

Он показал свой полицейский значок.

- Я капитан Синь из городского управления Биньчэна.

Хань Цинъи взглянул на него, но не вышел из машины.

- Капитан Синь, мне кажется, здесь какое-то недоразумение. Я одолжил это поместье другу и давно здесь не был. Я узнал о случившемся только сегодня вечером и сразу же приехал. Я тоже в замешательстве и понятия не имею, что происходит внутри.

Капитан Синь напомнил об ордере на арест.

- Давайте обсудим эти вопросы в городском бюро.

Хань Цинъи осталась сидеть на месте.

- Что касается вопросов, думаю, я могу объяснить ситуацию здесь или могу завтра прийти в полицейский участок…

Он не хотел ехать в городское бюро сегодня, что бы ни случилось. Как только он попадёт в тюрьму, выбраться оттуда будет непросто. Поэтому Хань Цинъи планировал продержаться до завтра.

Капитан Синь много лет служил в полиции и наконец-то достиг этого положения, преодолев все трудности. В этом возрасте он утратил свою остроту ума и был измотан реальностью. Он мог контролировать своих подчинённых, но утратил способность сдерживать преступников. Он знал, что Хань Цинъи был выдающимся представителем города, был знаком со многими людьми, даже с руководителями, и был почётным гостем у бесчисленного множества высокопоставленных лиц.

Он видел слишком много случаев, когда людей ловили, но не могли собрать достаточно улик, и в итоге их отпускали под залог.

Столкнувшись с нежеланием Хань Цинъи сотрудничать, он забеспокоился и не знал, стоит ли занять жёсткую позицию или лучше посоветоваться с директором Дином. Капитан Синь колебался, и его напор ослаб.

Пока они разговаривали, Шэнь Цзюньци помог Гу Яньчэну выйти.

Гу Яньчэнь обмотал талию плащом Шэнь Цзюньци, чтобы остановить кровотечение.

Капитан Синь и капитан Ван не ожидали, что ситуация выйдет из под контроля к их прибытию, и были потрясены, увидев, что он истекает кровью.

Похоже, ситуация внутри была серьезной.

У Лу Ина, стоявшего рядом, покраснели глаза.

- Доктор Шэнь, капитан Гу, вы ранены?!

Капитан Синь быстро сообщил по рации:

- Быстрее! Офицер ранен. Вызовите скорую.

- Это всего лишь лёгкое ранение. Похоже, в нас стрелял снайпер. Потом мы расскажем вам подробности.

Гу Яньчэнь отпустил Шэнь Цзюньци и выпрямился. Он прикоснулся к руке Шэнь Цзюньци, показывая, что с ним всё в порядке.

- Внутри тоже есть раненые. Пусть пришлют ещё машин скорой помощи.

Он подошёл и протянул руку Лу Ину.

- Пистолет.

Лу Ин протянул ему пистолет, а Гу Яньчэнь попросил еще наручники. Лу Ин отдал и их.

Гу Яньчэнь поджал губы, сделал пару шагов к машине, и дуло пистолета оказалось прямо перед Хань Цинъи. Тот сразу понял, что это полицейский который проник внутрь. Он уже слышал о Гу Яньчэне. Теперь, увидев его все еще живым, он с ненавистью стиснул зубы.

Гу Яньчэнь был весь в крови, но казался бесстрашным, как закалённый в боях воин.

У Хань Цинъи ни один мускул не дрогнул, когда он увидел вооружённых до зубов полицейских, но теперь, глядя на Гу Яньчэна, он испугался.

Голос Гу Яньчэна был спокоен.

- Хань Цинъи, согласно национальному законодательству, органы общественной безопасности имеют право арестовывать основных подозреваемых и применять прямое принуждение в чрезвычайных ситуациях. Сейчас на месте происшествия находятся сотрудники общественной безопасности и вооружённая полиция. У нас есть все законные основания. Если вы не выйдете из машины, это будет расцениваться как сопротивление аресту.

Хань Цинъи посмотрел на Гу Яньчэна. Он уже знал, что их люди попали в руки этого капитана.

Взгляд Гу Яньчэна был ледяным.

- Кроме того, то, что произошло сегодня вечером в поместье, было крайне серьёзным. Полиция проведёт тщательное расследование в отношении вашего фонда. Сегодня вам не сбежать. Не стоит произносить тост только для того, чтобы получить отказ.

Хань Цинъи сохранял улыбку на лице.

- Капитан Гу, разве мы не можем найти компромисс? Позвольте мне сначала войти и оценить ситуацию.

Гу Яньчэнь отказался:

- В вопросах незаконной деятельности и причинения вреда, компромиссов быть не может.

Хань Цинъи опустил голову, демонстрируя не понимание, хотя понимал, что это конец.

Взгляд Гу Яньчэна упёрся в Хань Цинъи, как взгляд охотника, наблюдающего за добычей. Несмотря на ранение, его рука, державшая пистолет, была твёрдой.

- Я считаю до трёх. Надеюсь, ты будешь сотрудничать с полицией. Раз…

Когда Гу Яньчэнь начал считать, пальцы Хань Цинъи слегка задрожали.

Гу Яньчэнь считал медленно, его тон был спокойным, но отсчёт оказывал на него огромное давление. Это было последнее предупреждение.

- Два…

Палец Гу Яньчэна лег на курок.

Хань Цинъи поправил очки.

Он привык всё контролировать, издеваться над слабыми и бояться сильных, легко отдавал приказы, но никогда сам не держал в руках нож. Он никогда не оказывался в ситуации, когда на него направляли дуло пистолета, и это его очень нервировало. Ему казалось, что он видит, как целятся ему в голову и пуля пробивает его череп.

Прежде чем Гу Яньчэнь успел сказать «три», Хань Цинъи произнёс:

- Подождите.

Он вздохнул, открыл дверь машины и поднял руки.

- Офицер, не нужно так нагнетать обстановку. Раз это так срочно, я поеду с вами.

Хань Цинъи решил не вступать в открытую конфронтацию с Гу Яньчэном. Он верил в мудрость тех, кто знает, когда нужно уступить. Другими словами, он решил отступить. Хотя Хань Цинъи и был вероломен, он не из тех, кто игнорирует непосредственные потери. Прежде чем приехать сюда, он обдумал несколько вариантов развития событий и представил все возможные концовки.

Например, стоит ли бежать ночью и пытаться покинуть страну. Или, может быть, на какое-то время спрятаться в отдалённом районе. Но он понимал, что если он так поступит, то его будет преследовать не только полиция, но и торговая ассоциация. Сейчас он не мог сбежать, ему оставалось только надеяться, что торговая ассоциация его защитит. Вот почему он приехал сюда.

Если бы он сейчас вступил в конфронтацию с полицией, это дало бы торговой ассоциации повод отказаться от него и сделать из него козла отпущения. В итоге он стал бы ещё более пассивным. Взвесив все варианты, он решил сотрудничать.

Гу Яньчэнь ожидал такой реакции. Он обыскал Хань Цинъи на предмет оружия, затолкал его в машину и надел на него наручники.

- Надо было  сразу начать сотрудничать.

Хань Цинъи бесстыдно спросил:

- Офицер Гу, если я буду сотрудничать, будет ли это считаться добровольной явкой с повинной?

Гу Яньчэнь усмехнулся.

- Нательная камера всё ещё работает. Ты что, хочешь сдаться?

Арестовав Хань Цинъи, Гу Яньчэнь вернул пистолет Лу Ину. Подошли офицеры для сопровождения Хань Цинъи в бюро.

Капитан Ван стоял в стороне. Гу Яньчэнь справился с ситуацией без их помощи.

Капитан Синь вытер пот.

- Капитан Гу, вы всегда знаете, как вести себя с такими людьми.

Гу Яньчэнь кивнул ему, а затем вкратце рассказал капитану Вану о ситуации, с которой они столкнулись.

Окинув взглядом место происшествия, Гу Яньчэнь нахмурился и прижал руку к ране. Из-за потери крови рана начала неметь от боли.

Превозмогая боль, Гу Яньчэнь увидел, Шэнь Цзюньци и сказал:

- Быстро, накинь куртку. Ты отдал мне свою, а ночью прохладно.

Лу Ин подошёл к багажнику и достал для Шэнь Цзюньци запасную полицейскую форму.

Шэнь Цзюньци тихо спросил его:

- Ты в порядке?

Гу Яньчэнь ответил:

- Я могу продержаться ещё немного.

Скорая ещё не приехала, и он продолжал наблюдать за происходящим, не желая отдыхать в такой обстановке. Это была совместная операция спецназа и детективов. Обычные люди, увидев группу вооружённых до зубов спецназовцев, почувствовали себя так, словно пережили катастрофу, и по их лицам потекли слёзы. Персонал и охрана, увидев спецназ, утратили своё высокомерие и были вынуждены подчиниться.

Людей рассаживали в полицейские машины. Всех по очереди доставят в городское бюро для допроса.

Гу Яньчэнь внимательно наблюдая за происходящим, увидел менеджера, мистера Пана и нескольких ключевых членов организации, но снайпера нигде не было видно. Возможно, он скрылся в суматохе.

Наконец вдалеке показалась машина скорой помощи с сиреной.

Лу Ин поспешно сказал:

- Капитан Гу, скорая уже здесь. Вам следует…

Гу Яньчэнь сделал несколько шагов в сторону машины скорой помощи, но споткнулся и прислонился к полицейской машине.

Гу Яньчэнь был ранен, он так долго держался, но в итоге в глазах потемнело, а спина покрылась холодным потом.

Увидев бледное лицо Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци хотел поддержать его, но они чуть не упали на землю вместе. После этой безумной ночи Гу Яньчэнь наконец не выдержал и потерял сознание…

Это происшествие, быстро привлекло внимание общественности благодаря оперативным действиям полиции. На следующее утро в сети начались обсуждения.

- Прошлой ночью на дороге возле моего дома долго стояли машины скорой помощи с включёнными сиренами.

- Я видел, как более десятка машин городского управления арестовывали людей.

- Каких людей они арестовывали?

- Похоже, это связано с недавним делом. Сегодня утром кто-то пришёл к входу в фонд Penang Love Foundation и вынес оттуда много вещей, а затем опечатал его.

- Я слышал, что это место давно вызывало подозрения. Это просто профессиональная организация по отмыванию денег!

- Что ж, это хорошо. Мы должны тщательно изучить этих богатых бизнесменов.

Реакция на произошедшее была необычайно жёсткой. Сторона противника, которая всегда оставалась в тени, впервые предстала перед публикой. Городские власти придали этому делу большое значение и созвали совещание всех заинтересованных лиц, неоднократно подчеркнув необходимость тщательного расследования без каких-либо поблажек. Полиция напрямую заблокировала деятельность фонда Penang Love Foundation, конфисковала незаконно полученные средства и арестовала счета.

Такое значимое событие быстро запустило цепную реакцию. Были выявлены многие компании и частные лица, связанные с этим делом, и те, кто почувствовал неладное, начали сдаваться сами. Наказание зла и поощрение добра всегда радуют людей.

Под лучами солнца тёмные тучи, нависшие над городом, рассеялись, и небо постепенно прояснилось.

Первая городская больница Биньчэна.

Гу Яньчэнь слышал вокруг себя какофонию голосов. Это могло быть следствием анестезии или, возможно, чрезмерной кровопотери. Ему казалось, что он то приходит в сознание, то теряет его, а вокруг него мерцает тусклый свет. Он попытался открыть глаза, но веки были невероятно тяжёлыми.

В полной темноте Гу Яньчэну казалось, что его тело разрезают и тщательно исследуют. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем раздался звук, что-то металлическое упало на поднос и он, наконец, провалился в сон, беззвучно повторяя в уме имя, Создатель снов.

Он увидел свет и молодую, красивую женщину. Она была в красном платье и смотрела на него сверху вниз. Женщина протянула к нему руку и сказала:

- Иди ко мне, я дам тебе конфеты, вкусную еду, куплю тебе новую одежду, книги, игрушечные машинки. Тебе нравятся игрушечные пистолеты?

По её снисходительному выражению лица можно было подумать, что он домашний питомец. Она обещала ему много всего хорошего. Он опустил взгляд на свои руки, которые показались ему маленькими, как у ребёнка. В замешательстве он сказал:

- Ты мне не нужна. Я хочу найти свою маму.

Женщина ответила:

- Я твоя мама или могу стать твоей мамой.

Он покачал головой.

- Ты плохой человек, может быть, ты торговец людьми. Я тебя не знаю.

На лице женщины появилось разочарование, она развернулась и ушла.

Это было похоже на фрагмент, спрятанный в его детских воспоминаниях, возможно, реальных, а возможно, это просто сон. Он не знал, почему во время комы в его сознании возникла сцена, в которой странная женщина пытается его похитить. И он, наконец, очнулся. Рядом с кроватью сидела его мать, и отчим рядом обсуждал что-то с лечащим врачом.

Слова врача успокоили его, операция прошла успешно, и он скоро поправится. Чувствуя сильную усталость, он перекинулся с ними парой слов, прежде чем снова погрузиться в глубокий сон.

Потом он почувствовал, как кто-то осторожно вытирает его лицо и руки тёплым полотенцем…

Он словно сквозь шум воды услышал голос Шэнь Цзюньци:

- Глупый, кошки знают дорогу домой. Они найдут путь обратно.

Через пару секунд он понял, что Шэнь Цзюньци продолжал тему вчерашнего разговора.

Это его котёнок вернулся.

Его давние подозрения подтвердились.

Сердце Гу Яньчэна забилось быстрее, и он открыл глаза…

Во второй половине дня Шэнь Цзюньци вошёл в больничную палату, и открыл дверь на шестом этаже. Говорили, что Гу Яньчэна поместили в самую роскошную VIP-палату. Это был номер с одной спальней, холодильником, стиральной машиной, диваном, телевизором и даже небольшой кухней, где можно было разогреть простые блюда. Охрана на шестом этаже была самой строгой. Посетителям нужно было предъявлять удостоверения личности, а в коридорах стояли камеры наблюдения и внешние сигнализационные устройства.

Утром родители навестили Гу Яньчэна в больнице. Узнав о ситуации и увидев, что о нём заботятся коллеги, они ушли.

Когда Шэнь Цзюньци пришел, Юй Шэнь уже был там. Несмотря на занятость в отделе уголовных расследований, директор Дин приказал им быть начеку, чтобы не допустить ответных действий, и обеспечить круглосуточную охрану Гу Яньчэна.

Юй Шэню досталась дневная смена, а Лу Ин взял на себя ночную. К счастью, условия в специальной палате были достаточно хорошими, чтобы дежурные могли спать на диване в отделении интенсивной терапии.

Гу Яньчэнь перенёс операцию поздней ночью и большую часть времени был без сознания из-за действия анестезии.

Когда Шэнь Цзюньци вошёл, Гу Яньчэнь всё ещё спал.

Шэнь Цзюньци кивнул Юй Шэню, тот встал и сказал:

- Я спущусь покурить. Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится.

Шэнь Цзюньци подошёл и поставил букет цветов в вазу у кровати. Это был красивый букет пионов. Поскольку Гу Яньчэну нельзя было есть сразу после операции, Шэнь Цзюньци не мог принести ему вкусную еду или фрукты. Подумав, что при посещении пациента лучше соблюсти церемонию, доктор Шэнь купил букет цветов.

Шэнь Цзюньци принес горячей воды и аккуратно протер его лицо и руки.

Гу Яньчэнь ещё спал, ровно дыша.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него и увидел, что еще не время менять повязку, поэтому он сел на край кровати и посмотрел на Гу Яньчэна.

Шэнь Цзюньци задумалась, сидел ли Гу Яньчэнь вот так у его постели, когда он был в коме как Линь Ло.

Мягкий солнечный свет пробивался сквозь белые занавески. Ресницы Гу Яньчэна, отбрасывали тень под глазами. У него был высокий и прямой нос и тонкие губы. Он был красив, но теперь, бледный и бескровный, он, излучал совсем не ту ауру, которая обычно сопровождала его.

Шэнь Цзюньци подумал, что, если бы Гу Яньчэнь не защитил его вчера, возможно, сейчас он сам лежал бы на этой кровати с ранениями.

Он некоторое время тупо смотрел на Гу Яньчэна и вдруг вспомнил историю о коте, которую тот вчера рассказал.

Шэнь Цзюньци поправил одеяло, и тихо прошептал:

- Глупый, кошки знают дорогу домой. Они найдут путь обратно.

Потом он вспомнил о поцелуе.

Лицо Шэнь Цзюньци покраснело.

Заметив, что у Гу Яньчэна пересохли губы, Шэнь Цзюньци увидел рядом диспенсер с водой. Он взял чистый одноразовый ватный тампон чтобы смочить  водой, и увлажнить его губы. Отвернувшись, Шэнь Цзюньци сделал глоток воды, чтобы проверить температуру.

Обернувшись, он увидел, что Гу Яньчэнь открыл глаза, его зрачки были чёрными как смоль, он лежал на кровати и смотрел на него.

В больничной палате было тихо.

Шэнь Цзюньци выплюнул глоток воды, когда подумал о том, что только что сказал.

Он поперхнулся, прикрыл рот рукой и от души закашлялся, пока лицо его не покраснело.

Гу Яньчэнь молча, наблюдал за ним и потянулся за салфеткой, лежавшей на прикроватной тумбочке.

Шэнь Цзюньци протянул руку, взял салфетку и вытер уголки рта.

Он спросил:

- Когда ты проснулся?

Гу Яньчэнь ответил:

- Только что.

Стараясь казаться невозмутимым, Шэнь Цзюньци спросил:

- Тебе всё ещё больно?

Гу Яньчэнь не ответил, а вместо этого спросил:

- Как твоя нога?

Шэнь Цзюньци покачал головой.

- Всё не так плохо, нужно было наложить пару швов.

Если не считать небольшого дискомфорта при ходьбе, ничего серьёзного не было.

Гу Яньчэнь заметил, что у Шэнь Цзюньци покраснели глаза, и спросил:

- Плохо спал?

Шэнь Цзюньци не стал скрывать:

- Я беспокоился о тебе.

Только тогда Гу Яньчэнь сказал:

- Моя рана больше не болит, только немного жжёт.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Небольшое жжение при огнестрельной ране — это нормально.

И добавил:

- Собака со мной, не волнуйся.

С этими словами Шэнь Цзюньци протянул Гу Яньчэню его телефон.

- Я принёс твой телефон и зарядил его для тебя.

После прошлой ночи отношения между ними стали ближе

Гу Яньчэнь взял телефон, и, казалось, намеренно спросил:

– А где котёнок?

Шэнь Цзюньци опустил голову, не смея взглянуть на него:

– Котёнок... Я обязательно верну его до следующей недели.

Гу Яньчэнь просто сказал, «Ой», посмотрел на него с некоторым удивлением и мягко улыбнулся.

"Мастер снов"

Глава 102. «Мастер снов»

В течение следующих трёх дней Шэнь Цзюньци каждый день находил время, чтобы навестить Гу Яньчэна, либо днём, либо вечером после работы. В пятницу он взял полдня отгула, сварил куриный суп и принёс его Гу Яньчэну в термосе.

Когда Юй Шэнь увидел это, сразу же послушно собрался уйти.

Гу Яньчэнь сказал:

- Не ходи курить. У тебя сегодня выходной, так что иди домой. Завтра утром можешь вернуться как обычно.

Юй Шэнь кивнул в знак того, что понял, быстро собрал вещи и ушёл.

Шэнь Цзюньци вылил из термоса тщательно приготовленный куриный суп, и комната наполнилась ароматом куриного бульона.

После готовки Шэнь Цзюньци, который много лет не подходил к плите, прибрался на кухне Гу Яньчэна.

Он специально купил двухлетнюю курицу. Отварил ее, снял куриный жир и варил три часа.

Суп был золотистого цвета и невероятно ароматный.

Гу Яньчэнь уже мог ходить, и хотя ему по-прежнему требовалась ежедневная смена повязок, он выглядел гораздо лучше, чем в первые два дня, и чувствовал себя хорошо.

Он уже собирался сесть и выпить суп, но Шэнь Цзюньци сказал:

- Давай я тебя покормлю.

Поскольку Шэнь Цзюньци взял инициативу в свои руки, Гу Яньчэнь прислонился к изголовью кровати.

Шэнь Цзюньци держал миску в одной руке, а маленькую фарфоровую ложку — в другой и медленно кормил его. Термос отлично сохранял тепло, поэтому суп был ещё горячим.

Гу Яньчэнь наблюдал за тем, как он опускает голову и осторожно дует на ложку, прежде чем протянуть ему.

Он сделал пару глотков и похвалил:

- Твой куриный суп,  действительно очень вкусный.

Пока Шэнь Цзюньци кормил его, он рассказал Гу Яньчэну о последних событиях.

- Это довольно серьёзное дело. Несколько ведомств ведут совместное расследование, директор Дин лично руководит арестом, а городские власти выясняют обстоятельства. Бай Мэн и Лу Ин были вызваны для оказания помощи.

Дело, связанное с фондом Penang Love Foundation, касалось пугающей суммы, а цифры, обнаруженные в бухгалтерских документах, были шокирующими.

- Профессор Пан и менеджер во многом признались. На основании их показаний и полученной информации были раскрыты сотни случаев предполагаемых убийств пожилых людей. Самый жестокий преступник убил шесть человек.

Сейчас они изучают стоящих за ним продавцов на основе контрактов стариков и времени смерти. Допросив их по очереди, они обнаружили множество скрытых дел, которые не были раскрыты в прошлом.

Все это длилось не один год, и Гу Яньчэнь уже был готов к тому, что количество фигурантов будет значительным, но всё равно был удивлён.

- Так много?

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Некоторые старики умерли дома в одиночестве, и их тела были найдены в состоянии сильного разложения, когда проводить экспертизу уже невозможно.

Во многих случаях местные полицейские участки рассматривали эти случаи как естественную смерть или несчастный случай. Поскольку жертвы были пожилыми и жили одни, многие из этих случаев не были зарегистрированы, и надлежащее расследование не проводилось. Если бы не обнаруженные контракты, никто бы и не подумал об убийстве.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Хань Цинъи содержится отдельно. Он неразговорчив, вероятно, планирует, что люди, стоящие за фондом, его защитят.

Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

- Ты знаешь о Торговой ассоциации Хэту?

Шэнь Цзюньци немного замялся, а затем слегка кивнул.

- Хань Цинъи из Торговой ассоциации Хэту.

Гу Яньчэнь всё понял.

Шэнь Цзюньци уже намекал ему на существование организатора.

Приезд Шэнь Цзюньци в Биньчэь не был случайным.

Проанализировав связь Шэнь Цзюньци с Линь Ло, Гу Яньчэнь понял, что Шэнь Цзюньци, вероятно, знал об этом больше, чем он сам.

Подняв эту тему, Гу Яньчэнь спросил:

- А что насчёт Мастера снов?

Этот вопрос его больше всего беспокоил.

Рука Шэнь Цзюньци замерла.

- Пока нет точной информации. Хань Цинъи ничего не говорит. Другие причастные лица утверждают, что не знают, кто на самом деле Мастер снов.

Он придержал вопрос о Мастере снов до конца, желая сначала сообщить хорошие новости, чтобы не тревожить Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь замолчал.

Шэнь Цзюньци продолжил его кормить:

- Сначала надо восстановиться после травмы. Директор Дин сказал, что они подадут заявку на твоё вознаграждение.

Гу Яньчэнь вздохнул. Его не волновали награды, его волновало, смогут ли они привлечь преступников к ответственности, в безопасности ли жители города и, самое главное, что происходит с человеком, который его кормит.

Так есть суп было слишком медленно. Он взял миску из рук Шэнь Цзюньци.

- Мне уже намного лучше. Я сам поем. Эта ложка слишком маленькая, и есть ею неудобно.

Шэнь Цзюньци решил, что куриный суп уже не такой горячий, и протянул его Гу Яньчэну.

Гу Яньчэнь сделал несколько глотков и сказал:

- Очень вкусно.

- В следующий раз я снова приготовлю его для тебя, — сказал Шэнь Цзюньци, убирая миску.

– Я думаю, что допрос, проведенный отрядом криминальной полиции, был не очень эффективным. Ключевую информацию и улики не выяснили, и найти Создателя снов будет сложно.

Разные дела в руках разных людей подразумевают разные методы расследования, и скорость раскрытия дела напрямую зависит от следователей. Хотя казалось, что они добились значительного прогресса в этом деле и арестовали Хань Цинъи, вдохновитель всего этого, Мастер снов, оставался неуловимым.

От дела Цзинь Юэвэня до дела фонда, Создатель снов – самый главный виновник. Все началось из-за него. Однако до сих пор команда криминальной полиции не нашла никаких подсказок.

Когда Шэнь Цзюньци пришёл сегодня, он принёс с собой бумаги, ручки и папки с делами. Именно это Гу Яньчэнь попросил его принести вчера, когда он уходил.

Покончив с куриным супом, Гу Яньчэнь сел на кровать, скрестив ноги, и сосредоточенно стал изучать свидетельские показания и материалы дела.

Он нахмурился.

- Действительно, многие детали были упущены.

Если бы это дело поручили ему, он бы смог добыть больше информации.

Изучив последние файлы, Гу Яньчэнь сказал:

- Судя по имеющейся у полиции информации, мы уже многое знаем. В этих случаях Мастер снов не является непосредственным преступником, но мы косвенно противостоим именно ему. Однако этой информации не хватает анализа и обобщения.

Шэнь Цзюньци спросил его:

- Капитан Гу, с точки зрения детектива, как ты думаешь, есть ли сейчас какой-нибудь способ, который мог бы помочь полиции найти Мастера снов?

Гу Яньчэнь покрутил ручку в руке.

- У нас нет прямых улик, указывающих на Создателя снов, но я думаю, что мы можем использовать имеющуюся информацию, чтобы составить предварительный психологический портрет.

Это включает в себя размышления, основанные на психологии, социологии и криминологии, которые могут помочь в расследовании, характеризуя личность преступника.

Гу Яньчэнь отметил на схеме торговую ассоциацию Хэту, клининговую компанию и фонд разными символами. Это были организации, которые в настоящее время замешаны в этом деле. Их всестороннее изучение помогло бы оценить ситуацию в целом.

- Сейчас, основываясь на показаниях свидетелей, мы можем определить некоторые характерные черты Повелителя снов.

Он обвёл кружком каждый пункт, упомянутый в материалах дела.

- Согласно описанию Чжао Мэнъаня, это мужчина ростом около 1,78 метра, старше тридцати лет, понимающий, осторожный в своих действиях, красноречивый и умелый в играх. Другие описания в основном соответствуют этим характеристикам. Он выглядит как обычный человек, который не производит сильного впечатления при первой встрече, но быстро завоёвывает расположение людей после общения. Ему нравится слушать, людей, он быстро улавливает ключевые моменты и проникает в их мысли с помощью вопросов и подсказок.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Мы также можем многое понять, исходя из условий и мотивов преступления. Мастер снов отличается от других планировщиков, с которыми мы сталкивались раньше. Судя по тому, что мы знаем о Дин Юэране и других планировщиках, которых он упомянул, они, похоже, находятся под защитой благодаря своим особым профессиям. Однако Мастер снов действует вне системы, но во многих ситуациях принимает личное участие, например, убедил Чжао Мэнъаня в случае с Цзинь Юэвэнем. Другие планировщики, хоть и умны, более сдержанны. Они скрывают свои намерения и вряд ли станут общаться с обычными людьми. Но Повелитель снов другой, он перемещается по городу, появляясь в разных местах. В основном он использует тёмные стороны человеческой натуры в своих интересах.

Внимательно слушая, Шэнь Цзюньци несколько раз кивнул.

Гу Яньчэнь продолжал анализировать:

- Судя по документам, фонд начал получать доход от чужого наследства четыре года назад. Учитывая время на подготовку, это значит, что Мастер снов встретился с Хань Цинъи пять лет назад. Судя по характеру его действий, у него много свободного времени. Он устроил свою «случайную встречу» с Чжао Мэнъань, днём в интернет-кафе возле ворот колледжа. Он часто помогал группе профессора Пана по вечерам.

Шэнь Цзюньци с удовольствием слушал рассуждения Гу Яньчэна.

Каждый раз, когда Гу Яньчэнь говорил, он смотрел на него.

В сознании Шэнь Цзюньци начал формироваться образ Повелителя снов. На первый взгляд он казался дружелюбным, но в глубине души таил тёмные и ужасающие намерения.

Шэнь Цзюньци попытался подытожить:

- Согласно твоему анализу, у него может быть работа, которая позволяет ему взаимодействовать с людьми разных профессий и даёт ему достаточно времени, чтобы наблюдать за ними и контролировать их.

Гу Яньчэнь кивнул.

- Он знаком с Хань Цинъи, и у них много общих тем для разговора. Возможно, именно так они постепенно и реализовали свои планы.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци анализировали ситуацию вместе, они подходили к вопросу с разных точек зрения, тем самым  дополняя друг друга и лучше понимая ситуацию.

Гу Яньчэну вдруг пришла в голову одна мысль.

- Хотя Хань Цинъи и Чжао Мэнъань — совершенно разные люди, они оба прониклись симпатией к Мастеру снов и доверились ему, считая друг друга родственными душами и с готовностью следуя его советам. Возможно, это связано с его профессией или внешним видом. Некоторые люди, выдавая себя за учёных, наставников или учителей, легко завоевывают доверие окружающих, сами того не осознавая.

После минутных раздумий образ Повелителя снов в сознании Шэнь Цзюньци стал более чётким.

- Действительно, судя по этим планам, похоже, что Повелитель снов получил хорошее образование.

Гу Яньчэнь добавил:

- Например, учёный, финансист, сотрудник прокуратуры или суда, юрист, нотариус, работник СМИ, психолог или журналист…

Все эти профессии заслуживают доверие и позволяли направлять и обучать.

Шэнь Цзюньци добавил:

- А ещё адвокаты.

Глаза Гу Яньчэна загорелись в знак согласия.

- Если Мастер Снов — адвокат, он мог бы взаимодействовать с этими людьми, знаком с законодательством о наследовании и умеет манипулировать.

В тот день в больничной палате Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вместе размышляли над загадкой. Они сделали множество выводов на основе анализа, многие из которых лежали на поверхности. Они проанализировали имеющиеся улики и сделали смелые предположения.

Им нужно было провести дополнительное расследование, чтобы исключить неверные варианты.

Гу Яньчэнь чувствовал, что они всё ближе и ближе подбираются к Мастеру снов…

Шэнь Цзюньци заказал еду на вынос. Закончив трапезу, он сказал:

- Капитан Гу, я приду к тебе завтра.

Гу Яньчэнь вздохнул:

- Я хочу поскорее выписаться из больницы. Этот процесс восстановления слишком скучный.

Лу Ин как раз пришёл на смену. Войдя, он услышал слова Гу Яньчэна и согласился:

- Да, капитан Гу, вы даже не представляете, как все в отделе хотят, чтобы вы вернулись.

Шэнь Цзюньци увидел, Лу Ина, помахал Гу Яньчэну, попрощался с Лу Ином и ушёл с термосом.

Увидев, на столе еду, Лу Ин решил, что Гу Яньчэнь наелся. Он сел, собираясь откусить пару раз, но Гу Яньчэнь спросил:

- Ты ещё не ужинал? Может, заказать тебе ещё?

Лу Ин ответил:

- Нет. Не утруждайтесь, и сэкономьте деньги. Адвокат подал заявление о встрече позавчера. Сейчас почти истекли сорок восемь часов, и команда Сина одобрила встречу. Сегодня днём я отвёл его к Хань Цинъи.

Это было в рамках закона. Когда подозреваемый просит о встрече со своим адвокатом, он имеет на это право.

Гу Яньчэнь предложил:

- На данном этапе лучше отложить встречу, сославшись на препятствование расследованию.

Это была особая процедура в органах общественной безопасности. Если встреча с адвокатом могла привести к уничтожению улик, причинению подозреваемым вреда самому себе или препятствованию расследованию, орган общественной безопасности мог отклонить ходатайство о встрече.

- Может быть, они что-то нашли. Директор Дин не стал возражать, к тому же это адвокат Хэ, которого все знают. Так что люди относительно спокойны, — объяснил Лу Ин. — Кстати говоря, я не знал, что у адвоката Хэ есть дочь. Когда я привёл его, из его папки выпала фотография. Я поднял её, и он сказал, что это фотография его дочери. Должно быть, она случайно выпала.

Гу Яньчэнь нахмурил брови.

- О ком ты говоришь?

Лу Ин был озадачен этим вопросом.

- Адвокат Хэ, Хэ Вэньлинь. Ты его тоже знаешь.

Гу Яньчэнь действительно знал его. Они познакомились, когда он работал в отделе логистики. Однажды он подошёл к нему, чтобы поболтать, пока они курили возле городского бюро. Постепенно они стали друзьями.

Этот юрист из юридической фирмы Биньчэна, крупнейшей юридической фирмы, связанной с муниципальным бюро. Многие в городском бюро знали его, и он производил хорошее впечатление.

Гу Яньчэнь вспомнил их встречу.

Гу Яньчэнь считал адвоката Хэ добрым и внимательным человеком, который мог вести беседу так, что другим было комфортно. Он часто вёл сложные дела для богатых клиентов и имел дело с Торговой ассоциацией Хэту.

Правый глаз Гу Яньчэна невольно дёрнулся.

В сочетании с профилем, который они с Шэнь Цзюньци составили ранее, он внезапно понял, что Хэ Вэньлинь был очень подозрительным.

Более того, если вспомнить образ, воссозданный на основе описания Чжао Мэнъаня, то можно заметить некоторое сходство. Он вспомнил первое дело, поступившее в отдел по расследованию особо тяжких преступлений после его создания. В том деле Чжун Чжичунь воспользовался желанием Фан Чжэнжуна изменить завещание.

Гу Яньчэнь тогда допрашивал Чжун Чжичуня и всегда чувствовал, что в этом деле есть неразрешённые сомнения. Теперь он понял, что ему не хватало юриста, разбирающегося в наследственном праве.

Фан Чжэнжун, Фан Цзялян, Чжун Чжичунь, Лань Цзе, завещание и адвокат, могли легко посеять раздор между этими людьми.

Дом Хэ Вэньлиня находился недалеко от университетского городка. Когда у него не было работы, он мог приходить туда и общаться с Чжао Мэнъанем.

Как юрист, он мог консультировать Хань Цинъи и помогать ему, составлять договора.

Гу Яньчэнь внезапно всё понял. Повелитель снов был подобен змею, который предложил Еве плод познания, искушая людей совершать грехи. Он манипулировал всеми, будь то богатые или бедные. И этот змей уже давно прятался среди них, появляясь в городском бюро под видом представителя закона.

Собирая всё воедино, Гу Яньчэнь всё больше убеждался в своей правоте.

Он прямо заявил:

- Хэ Вэньлинь может быть Создателем снов!

Лу Ин в шоке выронил палочки для еды.

- Если он виделся с  Хань Цинъи, то…

Гу Яньчэнь схватил свой телефон. Ему нужно было немедленно сообщить об этой возможности в городское бюро.

Прежде чем Гу Яньчэнь успел набрать номер, неожиданно позвонил Шэнь Цзюньци.

Он быстро ответил.

На другом конце провода повисла тишина, а через несколько секунд звонок прервался.

В памяти Гу Яньчэна внезапно всплыла сцена, произошедшая пять лет назад. Он быстро встал с кровати, не обращая внимания на боль в ране, и оперся на прикроватную тумбочку.

Лу Ин поспешно спросил:

- Капитан Гу, что случилось?

- Шэнь Цзюньци в беде, — Гу Яньчэнь заставил себя успокоиться.

Он надел чёрное пальто поверх больничного халата.

- Нам нужно ехать в городское бюро.

Похищение

Глава 103. Похищение

В то же время, когда Гу Яньчэнь выяснил личность Повелителя снов, в изоляторе Хань Цинъи закончил ужинать и вернулся в свою одиночную камеру.

Как главный подозреваемый, он должен был соблюдать строгие правила надзора. Чтобы предотвратить попытки самоубийства, администрация изолятора была очень строгой. Заключённым не разрешалось носить очки или приносить с собой какие-либо металлические или стеклянные предметы, даже шнурки или молнии.

Хань Цинъи свернулся калачиком на кровати. Из-за сильной близорукости он почти ничего не видел. Он безучастно смотрел на белую стену. Он знал, что его смерть близка, и это было медленное мучительное ожидание. Сегодня днём ему разрешили встретиться с адвокатом. Сначала у него появилась надежда, что Торговая ассоциация сможет предоставить ему какую-то помощь.

Но когда он увидел, что вошедшим адвокатом был Хэ Вэньлинь, улыбка Хань Цинъи постепенно сошла на нет.

На этапе расследования, когда адвокаты встречались с подозреваемыми в совершении преступлений, следственные органы обычно не отправляли своих сотрудников присутствовать при этом, и никто не слушал их разговор. Однако, согласно правилам, всё записывалось на камеру наблюдения.

Он поприветствовал Хэ Вэньлиня как старого друга:

- Ты здесь.

Хэ Вэньлинь, как обычно, был в костюме и раскладывал документы. Это было единственное, что он мог принести. Среди них была фотография дочери Хань Цинъи, Хань Инъин.

Хань Цинъи взял фотографию и внимательно посмотрел на неё, в его глазах навернулись слёзы. Это был одновременно и намёк, и угроза. Если он не будет сотрудничать, Торговая ассоциация расправится с его женой, дочерью и родителями.

Последние несколько ночей он провёл без сна в следственном изоляторе, гадая, оставят ли эти люди ему лазейку. На допросах он хранил молчание. Но в конце концов он все понял. Мёртвые не болтают, только умерев, он мог гарантировать, что крупная сумма денег, переведённая за границу, не будет замешана в деле, и только взяв на себя всю вину, он мог обеспечить безопасность остальных.

Он посмотрел на Хэ Вэньлиня:

- В последнее время я часто задаюсь вопросом, суждено ли мне было закончить так, потому что я начал этим заниматься?

Хэ Вэньлинь выглядел серьёзным, как сам мрачный жнец. Именно он заманил этого человека в пропасть.

Он сказал:

- Торговая ассоциация заявила, что сделала всё возможное, дело слишком серьёзное. Если ты поймёшь это, твоя семья и дочь будут в безопасности.

Хань Цинъи снова спросил:

- Что мне тогда делать?

Хэ Вэньлинь достал из документов небольшой листок бумаги. Судя по записи с камеры наблюдения, он показывал документ Хань Цинъи.

Листок выглядел как обычная бумага, но на самом деле был совсем другим. Он сделал жест, открывая рот, намекая Хань Цинъи.

Съешь это.

Потому что другие бумаги были сделаны из целлюлозы, а эта сделана из яда. Яд действовал с задержкой, и его нельзя было обнаружить сразу. Как только он начинал действовать, человек быстро умирал.

Хань Цинъи всё понял. Его лицо исказилось, глаза покраснели от непролитых слёз. Затем он посмотрел на этого человека:

- Тебя тоже ждёт не лучший конец!

- Я знаю. Когда ты уйдёшь, моё время тоже будет ограничено. Но я хочу кое-что сделать.

Хэ Вэньлинь спросил:

- У тебя есть какие-нибудь неисполненные желания?

Хань Цинъи сказал:

- Я хочу, чтобы эти чёртовы люди умерли!

Хэ Вэньлинь кивнул:

- Хорошо, я сделаю всё, что в моих силах.

Хань Цинъи на мгновение заколебался, но затем его сердце ожесточилось. Он уклонился от наблюдения, скомкал лист бумаги и проглотил его, опустив взгляд и закрыв глаза.

Через несколько секунд он открыл глаза и сказал:

- Я буду ждать остальных в аду.

С момента встречи прошло два часа. Он вспомнил, что совсем недавно готовился к сегодняшнему мероприятию.

Сегодня вечером в торговом центре нового района Биньчэна должна была состояться торжественная церемония открытия, и он должен был выступить на банкете.

Хань Цинъи лежал на кровати и вспоминал свои прошлые славные дни. Роскошные дома и машины, красивые женщины и вкусная еда, несметные богатства и восхищение общества. В конце концов, он вспомнил о своей семье, и по его лицу потекли слёзы. Всё это было сном, и в итоге у него ничего не осталось. Яд, наконец, подействовал, и его тело пронзила боль.

Хань Цинъи лежал на кровати, не в силах сдержать стоны, его било в конвульсиях, лицо стало багровым, а изо рта потекла кровь. Полицейские в изоляторе вскоре заметили, что с ним что-то не так. Кто-то зашёл проверить, и на помощь поспешили медики. Прежде чем успели вызвать скорую, Хань Цинъи испустил последний вздох.

В это же время в банкетном зале торгового центра «Новый район Биньчэна» проходило торжество. Это был заключительный этап, и на нём присутствовало много журналистов. Репортёры брали интервью у богатого бизнесмена Чжэнь Цзясюя.

В этом году господину Чжэню исполнилось шестьдесят лет, но он совсем не выглядел на свой возраст.

Красивая женщина-репортёр встала и спросила:

- Господин Чжэнь, я слышала, что недавно произошёл инцидент с фондом Penang Love Foundation. Можете ли вы что-нибудь сказать по этому поводу?

Кто-то шепчет внизу:

– Разве это не то, о чём не стоит говорить?

Кто-то другой прокомментировал:

- Разве фонд Penang Love Foundation не был основан Чжэнь Цзясюем?

— Тсс... — кто-то жестом призвал к тишине.

— Старый мастер не одобрял этого. Кто посмеет спрашивать.  Он просто хочет воспользоваться случаем, чтобы развеять сомнения общественности.

Чжэнь Цзясюй уже начал отвечать:

- Я тоже слежу за новостями. Я считаю, что полиция проделала хорошую работу, а руководство приложило все усилия.

Этим заявлением вопрос был исчерпан.

Лицо пожилого мужчины стало серьёзным, и он сказал:

- Я только что узнал об этом и очень зол. Как кто-то мог так поступить! Фонд «Любовь Биньчэна» был основан мной лично более тридцати лет назад. Изначально я хотел использовать возможности общества, чтобы заботиться о детях, которые не могут посещать школу, и об инвалидах. За эти годы Фонд открыл сотни начальных школ по всей стране и даже основал множество спецшкол. К сожалению, позже, из-за нехватки личных ресурсов, я передал управление фондом другим людям. Но я и представить себе не мог, что фонд, который я основал, станет инструментом для совершения зла в руках некоторых людей! Я не могу мириться с таким поведением. Я надеюсь, что виновные понесут суровое наказание. Только избавившись от этих злокачественных опухолей, наше общество сможет стать лучше. Но я также надеюсь, что люди не утратят веру в благотворительность. Даже если есть плохие организации, у нас всё равно много благотворительных фондов, которые служат людям.

Зал наполнился аплодисментами. Всего несколькими словами он выразил множество чувств. Он дал понять, что ничего не знает о делах фонда, но при этом призвал общественность не терять веру в благотворительность. Мигали вспышки, делая одну фотографию за другой.

Завтра эти слова появятся в заголовках СМИ, лучшие PR-агентства займутся пиаром, а ситуацию будут контролировать онлайн - комментаторы.

Вскоре всё утихнет.

Шэн Цяньчэн, сидевший рядом с Чжэнь Цзясюем, добавил:

- Недавно господин Чжэнь лично пожертвовал 100 миллионов юаней в виде личных вещей и денежных средств на ликвидацию последствий наводнения в Чжанчэне.

Руководитель из Чжанчэна встал и сказал:

- От имени жителей Чжанчэна я благодарю господина Чжэня. Людям по-прежнему нужны такие предприниматели, как вы, которые добиваются результатов.

Хо Лэй, стоявшая рядом, подняла свой бокал.

- Благотворительность сама по себе невинна, просто она попадает в не те руки.

Другой человек, стоявший рядом с ними, тоже заговорил:

- Господин Чжэнь уже много лет не участвует в деятельности фонда. Сейчас его несправедливо критикуют, и он терпит нападки. Хорошо бороться с незаконной деятельностью, но мы ни в коем случае не должны расширять масштабы и причинять вред невинным людям.

Интервью подошло к концу, и настало время ужина. Репортёров проводили, и на стол подали роскошные блюда: свежие морские ушки, крупных лобстеров, стейки средней прожарки.

Бокалы зазвенели, когда люди стали чокаться, наслаждаясь деликатесами.

Теперь, когда Хань Цинъи не было за столом, он не казался пустым. Они молчаливо избегали упоминать его имя. Вскоре за этим столом снова появятся новые люди.

В это же время у чёрного входа в городскую народную больницу.

Небо уже потемнело. Шэнь Цзюньци только что вышел на улицу, собираясь поймать такси на обочине. Внезапно кто-то оказался рядом с ним и приставил к его пояснице холодный твёрдый предмет, похожий на электрошокер.

- Веди себя прилично, не двигайся, — сказал мужчина низким голосом. — Иди вперёд.

Шэнь Цзюньци перевёл взгляд на профиль мужчины. Он показался ему смутно знакомым, как будто он уже видел его в городском бюро.

Он пошёл вперёд, мужчина взял его в заложники и прошел несколько метров вперед.

Он увидел чёрную «Ауди», припаркованную у дороги. Шэнь Цзюньци сунул руку в карман и пять раз подряд нажал кнопку питания на своём телефоне.

Подойдя к машине, мужчина включил электрошокер и прижал его к шее.

Раздался треск.

Шэнь Цзюньци почувствовал, как всё его тело онемело, его окутывала тьма, и он потерял сознание.

Через некоторое время Шэнь Цзюньци очнулся. Он находился в машине, на заднем сиденье. Снаружи доносились какие-то звуки. Он попытался пошевелить руками и понял, что они связаны за спиной. Его телефон вытащили из кармана.

— Проснулся?

Мужчина резко затормозил и повернулся, чтобы посмотреть на него с водительского сиденья.

— Хорошо, я как раз думал, как затащить тебя наверх.

Шэнь Цзюньци заговорил хриплым голосом.

— Ты  Мастер снов?

Мужчина признался:

— Или можешь звать меня адвокатом Хэ.

Человеком, который его похитил, действительно был Хэ Вэньлинь. Выйдя из центра заключения, он пришёл прямо в больницу.

Шэнь Цзюньци с трудом сел.

— Что ты собираешься делать?

Хэ Вэньлинь сказал:

— Я собирался пойти в больницу, чтобы навестить Гу Яньчэна, но, к сожалению, для посещения стационара нужно записаться, поэтому я не смог попасть внутрь. Конечно, то, что я застал тебя, тоже хорошо.

Он замедлил речь.

—  Как думаешь, он придёт, чтобы спасти тебя?

Кошмары

Глава 104. Кошмары

Ночью здание было пустым. Это было старое здание, которому было уже несколько лет.

- Когда у меня появились деньги, я купил всё здание. Здесь тихо. Никто не приходит, кроме уборщицы, раз в неделю. Не жди, что кто-то внезапно придёт и спасёт тебя.

Войдя в дом, Хэ Вэньлинь запер за собой тяжёлую стальную дверь и повёл Шэнь Цзюньци на пятый этаж. Он усадил его в кресло.

Шэнь Цзюньци посмотрел вперёд, туда, где примерно в метре над землёй было окно. Окно было небольшим, около пятидесяти сантиметров в длину и ширину.

- Я специально не скрывал, где нахожусь. Полиция скоро приедет. Стальную дверь внизу очень сложно взломать, а остальные двери и окна заперты.

Хэ Вэньлинь указал на окно:

- Думаю, Гу Яньчэнь приедет. Я подготовил для тебя сцену. Мы с тобой — актёры, а полицейские, которые скоро приедут, — зрители. А теперь актёры занимают свои места и ждут зрителей.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Что ты хочешь показать зрителям?

- Цени смерть, — сказал Хэ Вэньлинь, доставая нож.

Он проверил остроту ножа у шеи Шэнь Цзюньци. Лёгким движением он сделал надрез на шее Шэнь Цзюньци, из которого потекла кровь.

Шэнь Цзюньци почувствовал острую боль в шее. Он перетерпел боль и посмотрел на Хэ Вэньлиня. Тёмно-красная кровь стекала по его шее, скапливаясь у ключицы, а затем окрашивая воротник в красный цвет.

Глядя на кровь на ноже, Хэ Вэньлинь сказал:

- Разве капитан Гу не умеет обращаться с оружием? Позже я убью тебя этим ножом. Он будет наблюдать за происходящим, может быть, даже стрелять.

Шэнь Цзюньци посмотрел вперёд.

Окно было довольно маленьким и высоким. Даже если они встанут, видны будут только их головы и грудь. Если Хэ Вэньлинь станет позади него, ему будет  сложно прицелиться.

Хэ Вэньлинь посмотрел на противоположную сторону так, словно там были тёмные дула пистолетов:

- У нас есть три варианта. Первый вариант: Гу Яньчэнь убивает меня выстрелом в голову. Второй вариант: он смотрит, как я убиваю тебя, а потом убивает меня. Это наиболее вероятный исход. Третий вариант: его пуля пролетает мимо и случайно убивает тебя. Это мой любимый вариант. В первом случае я буду освобожден. В двух других он станет демоном.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Почему ты так одержим превращением людей в демонов?

Хэ Вэньлинь склонил голову набок, с минуту разглядывая его, а затем сел на диван напротив.

- Потому что я жив, но живу в аду. Я одинок и хочу, чтобы кто-то составил мне компанию. Кроме этого, что ещё ты хочешь узнать?

Шэнь Цзюньци спросил:

- Зачем ты убиваешь?

Хэ Вэньлинь поправил его:

- Я никого не убивал раньше, по крайней мере, сам. Этих людей убили другие.

Но, произнеся эти слова, он почувствовал, что что-то не так, и уточнил:

- Если быть точным, я только что убил кое-кого. Возможно, ты будешь вторым.

Шэнь Цзюньци задумался, а затем понял:

- Ты убил Хань Цинъи?

Хэ Вэньлинь кивнул:

- Если посчитать, то полиция уже должна была обнаружить его труп. Я не так много людей убил, но я был свидетелем множества смертей.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него, гадая, сколько же их было. Сколько бы смертей он ни повидал, большего он никогда уже не увидит.

Но Хэ Вэньлинь погрузился в свои переживания. Он подошёл к шкафу, достал бутылку пива, открыл её и сделал несколько глотков. Он сел на диван и посмотрел на Шэнь Цзюньци. Он почти ни с кем не говорил об этом, но сегодня, перед лицом возможного конца, ему захотелось поделиться.

- Что ж, раз никто ещё не пришёл, я расскажу вам, почему я так поступаю. Но эта тема довольно длинная и сложная для понимания обычными людьми.

Хэ Вэньлинь говорил тихо:

- У меня была сестра, она на пять лет моложе меня. Мне очень нравилась моя сестра. Когда мне было тринадцать, а ей было восемь, мы играли возле нашего дома. Я делал уроки на улице, а она запускала воздушных змеев со своими друзьями. Потом воздушный змей застрял на дереве. Моя сестра подбежала и попросила меня достать его. Дерево было около четырёх метров в высоту, а я как раз решал сложную математическую задачу. Я разозлился и сказал ей, чтобы она сама его доставала. Через некоторое время я услышал чей-то крик, и с дерева упал ребёнок.

Он сделал паузу и развёл руками:

- Судьба так беспомощна. Это была моя сестра.

Шэнь Цзюньци понял, что при падении с высоты четырёх метров восьмилетняя девочка могла легко погибнуть, если ударилась головой.

Хэ Вэньлинь, конечно же, продолжил:

- Это был несчастный случай. Моя сестра умерла. Я глубоко сожалею об этом. Я часто думал, если бы я помог ей, случилась бы эта трагедия? Или мне нужно было остановить её или позвать взрослых? Мои родители злились, несмотря на своё горе, и обвиняли в этом меня.

Шэнь Цзюньци молча, слушал. Смерть младшей сестры, родители, которые считали, что он не уделял ей должного внимания, явно обвиняли его в её смерти. Смерть ребёнка вызывает сожаление. Если бы этот человек не был безумным Повелителем снов, Шэнь Цзюньци, возможно, утешил бы его, но, учитывая то, что он сделал, причинив вред стольким людям, он желал ему ещё больших страданий.

Хэ Вэньлинь продолжил:

- Смерть сестры повлияла на меня, но не сильно. В конце концов, мёртвые уже мертвы, а живым нужно жить дальше. Но однажды ночью я спал, и вдруг кто-то подошел ко мне и схватил за шею. Я открыл глаза и увидел, что это был мой отец. Его глаза были красными, а эмоции — сильными. Он сказал, что я виноват в том, что не присмотрел за сестрой, и что лучше бы умер я. Он сказал, что я, должно быть, что-то сделал, из-за чего всё это произошло. Он сказал, что без меня было бы лучше, что я убийца. Позже я узнал, что человек, которого я считал своим отцом, не был моим биологическим отцом, он был моим приёмным отцом, а моя сестра была его биологической дочерью. И хотя многие люди могли подтвердить, что смерть моей сестры не имеет ко мне прямого отношения, этот человек всё равно подозревал меня в худшем.

Хэ Вэньлинь невольно коснулся шеи, словно вспоминая ту боль. Той ночью его разбудили. Отец, который всегда был добрым, словно превратился в другого человека, его лицо исказилось, а руки крепко сжали шею сына, перекрыв ему доступ воздуха. Хэ Вэньлинь с трудом дотянулся до прикроватной тумбочки и опрокинул будильник, что привлекло внимание матери. Он вспомнил, как мать бросилась к нему и оттащила, повторяя:

- Я обещала вырастить его!

Той ночью он был на грани смерти. Он свернулся калачиком в постели и слушал, как ссорятся его родители за стенкой. Тогда-то он и узнал, что не является их биологическим сыном. Его родителями были другие люди. Больше всего его убивало то, что он всегда думал, будто родители его любят, и его детство было счастливым. Родители часто хвалили его за хорошие оценки и говорили, что его сестра не так хороша, как он.

Но он не был сыном для своего отца. Доброта и любовь отца были притворными. Это был надутый воздушный шарик, парящий в воздухе, внезапное пробуждение от прекрасного сна. Сказочная иллюзия разбилась вдребезги, уступив место холодной реальности.

После этого случая, ничего подобного больше не случалось, но между отцом и сыном легла пропасть. Казалось, что с того дня, как умерла его сестра, он больше не чувствовал родительской любви. Он жил с человеком, который хотел его задушить. С того дня они с родителями стали чужими. Он просто жил в этом доме, и почти не разговаривал с ними.

По ночам, когда он вспоминал своего приёмного отца, его слова казались ему проклятиями. Он часто просыпался от кошмаров. Он боялся, что однажды умрёт во сне и не увидит завтрашний день. Он рано начал работать, чтобы заработать денег и отчаянно пытался сбежать из некогда уютного дома.

- Я не могу спать, я уже давно страдаю от бессонницы и могу заснуть только под действием снотворного, — сказал Хэ Вэньлинь, попивая пиво.

- Потом я вырос, поступил в колледж и выбрал юриспруденцию. Я хотел найти ответы в законе. Если закон признает меня невиновным, значит, я невиновен. Я поддерживал себя этой верой. После окончания колледжа я начал встречаться с девушкой. Она была очень милой, красивой и нежной. Когда я был рядом с ней, на душе у меня было спокойно, и я мог немного поспать, лёжа рядом с ней. Она изучала педагогику, и, чтобы жить со мной в Биньчэне, ей нужно было год преподавать в соседнем округе, чтобы получить регистрацию по месту жительства.

Хэ Вэньлинь с трудом выдавил из себя эти слова и сделал ещё один глоток пива.

- Мы были в отношениях на расстоянии, но наши чувства всегда были крепкими. Моя карьера тоже шла в гору, и казалось, что всё становится только лучше. В ту рождественскую ночь мы возвращались домой...

Шэнь Цзюньци задумался и прикинул время:

- Была ли в ту ночь авария на шоссе?

Он слишком трепетно относился к этой дате.

Хэ Вэньлинь кивнул:

- Да, это была авария на шоссе, в результате которой семь человек погибли и более десятка получили травмы. Водитель нашей машины погиб. Я очнулся первым и не получил серьёзных травм, поэтому выбрался из машины. Она была заперта в машине и вся в крови. Она была в сознании, тянулась ко мне и говорила, что ей страшно, что она хочет, чтобы я её спас, чтобы я был с ней.

Его голос задрожал:

- Но тогда, я решил пойти за помощью. Когда я вернулся, машина уже горела. Моя девушка сгорела заживо в машине. Её родители обвинили меня. Они сказали, что если бы их дочь не состояла со мной в отношениях, она бы не погибла. Они обвинили меня в том, что я не смог её спасти, и назвали меня убийцей.

Рассказывая об этом, Хэ Вэньлинь словно снова переживал ту аварию, вокруг все горело, в ушах звучали крики. Он ходил вокруг, весь в крови, и ему казалось, что он попал в ад. Он был проклятием, несущим беды и смерть окружающим. Крики и проклятия родителей его девушки сливались с проклятиями его отца, словно навлекая проклятие на его жизнь.

В этот момент он опустил голову:

- Я хотел выяснить, почему всё это произошло. Когда моя семья наводила порядок в старом доме, я прочитал дневник матери и узнал, что я — тот, кого не должно быть в этом мире. Позже я понял, что люди одиноки. Любовь вокруг нас, и люди вокруг нас исчезают. Родители, сёстры, друзья, коллеги — все вокруг тебя неискренни. Никто не может сопереживать твоей боли. Я чувствовал себя зверем, запертым в клетке, совсем один.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него. Он постепенно начал понимать, как формировалась психика Хэ Вэньлиня. Смерть его девушки стала для него вторым ударом.

Он подозревал, что Хэ Вэньлинь солгал или утаил часть правды. Возможно, он сказал что-то, из-за чего его сестра упала, или сделал что-то, из-за чего умерла его девушка. Он не был невинен, поэтому его одолевало чувство вины.

На первый взгляд он казался нормальным, но в глубине души он считал себя глубоко грешным и неисправимым.

В ту ночь родился не только Шэнь Цзюньци, но и Повелитель снов. Его сны всегда были кошмарами. Он спустился в ад, желая, чтобы другие последовали за ним. Это всё равно, что желать всем несчастья, потому что несчастен ты.

Хэ Вэньлинь опустил голову:

- С того дня моя бессонница усилилась, я почти не спал. Я принимал много лекарств. Когда я лежу в постели, мои мысли постоянно возвращаются к одному и тому же. Каждый раз, когда я засыпал, мне снилось, как моя сестра падает с высоты, а моя девушка зовёт меня и умоляет спасти её. Потом я просыпался от кошмара. Я не могу быть наказан по закону, но мне кажется, что я живу в этом кошмаре каждую секунду. Я не могу понять, почему я должен переживать всё это и страдать, почему я каждый день живу в боли. Я искал способ вернуться в своё первоначальное состояние. Поскольку я живу в этом мучительном аду, я хочу забрать с собой как можно больше людей. Раньше я занимался юридической помощью, защищал бедных и невиновных, но это не приносило мне ни спокойствия, ни счастья. Я начал общаться с этими мерзкими преступниками. Чем серьёзнее их преступления, тем я счастливее. Только когда я их защищаю и выигрываю дело, я понимаю, что в этом мире есть ещё более отвратительные люди и вещи. Но даже они могут получить прощение, искупить свои преступления и спать спокойно. Так что же тогда значат все мои поступки? Я не верю в справедливость и не забочусь о зле, потому что все люди одинаковы. С тех пор как Каин убил своего брата, мы все стали грешниками. Но в этом мире не так много по-настоящему злых людей, поэтому у меня возникла идея. Могу ли я создать таких людей сам? Я хорошо умел распознавать тёмную сторону, скрытую в людях, видел их жадность, похоть, ревность, склонность к насилию и разврату. Так много плохих людей. Я начал пытаться направлять их, срывать с них маски и показывать им, какие они на самом деле.

Выражение его лица сменилось мрачной улыбкой.

- Под моим руководством они раскрывали свою истинную сущность. Извращённая ревность Чжао Мэнъаня, бредовая жадность Хань Цинъи.

Его улыбка стала истерической.

- Глядя на них, я испытывал огромное удовольствие и удовлетворение. Они были ещё более отвратительными, чем я. Когда так много виноватых, никто не смеет обвинять меня.

Ему снился кошмар, в котором были кровь, смерть, пламя, падение его сестры, сгоревшая плоть его возлюбленной и людские проклятия. Но после всего этого его кошмары, казалось, обрели жизнь.

Кости превратились в красавиц, пламя — в монеты, всё было покрыто глазурью, скрывающей уродство и грех.

Многие люди думали, что это был прекрасный сон, когда они впервые вошли в него, но когда все изменилось, они поняли, что уже в аду. Кошмар расширялся, стремительно разрастался, затягивая в себя многие жизни.

И он был правителем этого мира — Создателем снов.

Он был похож на безумного колдуна, который заманивал людей в ад для своей коллекции.

- Только создавая дьяволов, только наблюдая за тем, как они теряют человечность и рассудок, сходят с ума, совершают убийства, я чувствовал себя спокойно. В такие моменты я думал, что все люди уродливы, многие совершают ошибки, и от таких мыслей пламя, сжигающее меня, постепенно угасало.

С этими словами он залпом допил своё пиво.

- Сегодня вечером я создам последнего дьявола, который, возможно, окажется сильнее меня.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Почему Гу Яньчэнь?

Ему показалось, что Хэ Вэньлинь, одержим Гу Яньчэном.

Хэ Вэньлинь молчал и не стал называть конкретную причину.

Он возразил:

- Тебе не кажется, что его жизненный опыт похож на мой?

Шэнь Цзюньци нахмурился, задумавшись.

Похоже, так оно и было. У них было кое-что общее. Отец Гу Яньчэна не был его биологическим отцом, и у него тоже была сестра. В этом плане его жизненный путь был чем-то похож на путь Хэ Вэньлиня. Но Гу Яньчэнь и Хэ Вэньлинь были совершенно разными людьми по характеру, жизненному опыту и поведению.

Хэ Вэньлинь улыбнулся и сказал:

- Я встретил Гу Яньчэна в полицейском участке. По сравнению со мной, живущим во мраке, он слишком счастлив. Иногда я задаюсь вопросом, был ли у меня шанс стать таким, как он. Может ли он стать другим мной, если столкнётся с тем же, что и я? Поэтому я хочу знать, пойдёт ли он по тому же пути, если испытает то же, что и я… Сначала я хотел убить его сестру, но в последнее время девочка живет в школе. Несколько дней назад, когда я пришёл в больницу, чтобы навестить его, я узнал, что ты его навещаешь...

В этот момент Хэ Вэньлинь, что-то услышал.

Он встал и выглянул на улицу:

- Полицейская машина здесь. Похоже, они приехали быстрее, чем я ожидал.

Шэнь Цзюньци опустил голову, закрыл глаза, и его ресницы дрогнули. Его губы сжались ещё сильнее. Из-за раны на шее его губы слегка побледнели, а на лбу выступили капли холодного пота.

Кровь окрасила его одежду в красный цвет.

Хэ Вэньлинь думал, что тот размышляет о своей неминуемой судьбе. С той стороны, которую он не мог видеть, пальцы Шэнь Цзюньци сжимали нож, которым он изо всех сил пытался перерезать верёвки. Лезвие было острым, как скальпель. Он на всякий случай пришил его к подкладке своей обычной одежды. Если сильно дернуть, нож можно было вытащить.

Он вёл с ним разговор, чтобы отвлечь его. Теперь половина верёвок была перерезана, и его пальцы были порезаны острым лезвием. Запястье онемело, но Шэнь Цзюньци, казалось, не чувствовал боли. Ему нужно было сохранять спокойствие. Если лезвие упадёт на пол, он не сможет перерезать верёвки.

Он никогда не смирится с уготованной ему судьбой.

Мастер снов подготовил для него три возможных исхода, но ни один из них его не устраивал.

Он верил, что у него есть четвёртый вариант.

Истребитель демонов

Глава 105. Истребитель демонов

Ночь, восточная часть города Биньчэнь.

На небе сегодня ярко светила луна, но звёзд было мало.

С момента похищения прошло больше часа.

Гу Яньчэнь не обращая внимания на собственные раны,  направился прямиком в городское бюро, чтобы взять ситуацию под контроль.

Получив известие о смерти Хань Цинъи и похищении Шэнь Цзюньци, директор Дин взял руководство на себя, и они обсудили план действий.

Полиция подтвердила, что Хэ Вэньлинь был Повелителем снов, собрала всю информацию о нём и объявила его в розыск. Расследование продвигалось с огромной скоростью.

Была активирована система Sky Net для поиска транспортного средства Хэ Вэньлиня.

Полиция нашла, все объекты недвижимости в Биньчэне зарегистрированные на его имя, и быстро определила местоположение этого конкретного здания.

В ночное небо поднялись дроны.

Несколько полицейских машин направились к месту, где находился доктор Шэнь, в одной из них был Гу Яньчэнь.

Он хмурился, изучая информацию, предоставленную Бай Мэн.

Информация о Хэ Вэньлине в целом соответствовала описанию, которое они составили вчера с Шэнь Цзюньци, за исключением возраста.

Взгляд Гу Яньчэна остановился на дате рождения, и он замер.

25 сентября... Они с Хэ Вэньлином родились в один день, в один год.

Гу Яньчэнь узнал, что у Хэ Вэньлиня была младшая сестра, которая умерла, когда ему было тринадцать. Он окончил колледж и через год, на Рождество попал в автомобильную аварию …

Когда он собирался продолжить чтение, Лу Ин прервал его:

- Мы приехали.

Внутри тускло освещённого здания светилось только одно окно. Хэ Вэньлинь даже не пытался скрыть своё местонахождение.

Офицеры, отправились на разведку.

По рации передали сообщение:

- Капитан Гу, дверь внизу заперта. Чтобы её взломать, потребуется время.

Гу Яньчэнь вышел из машины. Он посмотрел на освещённое окно, затем обернулся, чтобы оценить обстановку вокруг:

- Приготовьтесь к снайперской стрельбе с крыши здания слева.

Гу Яньчэнь со снайперской группой спецназа поднялись наверх.

Двойное снайперское прикрытие было похоже на двойную страховку во время операции. Вспомогательный стрелок открывал огонь только в том случае, если основной снайпер допускал ошибку. Из-за полученных ранений Гу Яньчэну приходилось использовать окружающую обстановку для повышения точности стрельбы. Он выбрал позицию для стрельбы лёжа, положил винтовку на крышу и лёг.

Из раны начала сочиться кровь, но Гу Яньчэнь не обращал на это внимания. Он смотрел в прицел снайперской винтовки, наблюдая за происходящим в комнате.

Шэнь Цзюньци был ещё жив, но на его одежде виднелись пятна крови.

Гу Яньчэнь глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Он подождал, пока его сердцебиение придёт в норму, и снова посмотрел в прицел.

Хэ Вэньлинь держал Шэнь Цзюньци перед окном, приставив нож к его горлу. Одним движением он мог перерезать Шэнь Цзюньци горло за считаные секунды.

Из-за их положения было сложно стрелять, Хэ Вэньлинь был полностью скрыт за Шэнь Цзюньци.

Второй стрелок тоже прицеливался:

- Капитан Гу, окно маленькое, можно случайно попасть в заложника.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ждем!

Это было закалённое стекло, после выстрела оно могло разлететься. У них был только один шанс.

Гу Яньчэнь внимательно следил за происходящим внутри. Его указательный палец медленно лёг на курок. Он молча молился «Цзюньци, только не пострадай».

В этот момент ситуация изменилась...

Несколько секунд назад Хэ Вэньлинь поднял Шэнь Цзюньци и приставил нож к его шее. Шэнь Цзюньци чувствовал холодное лезвие у себя на коже. Он притворился слабым и оперся на Хэ Вэньлиня. Несмотря на его внешний вид, взгляд Шэнь Цзюньци оставался спокойным. Он опустил голову и увидел внизу полицейские машины. Потом он заметил снайперов, на противоположной крыше.

Гу Яньчэнь должен быть там.

С этой мыслью Шэнь Цзюньци почувствовал себя бесстрашным.

- Кажется, зрители пришли. Давай насладимся представлением, — улыбнулся Хэ Вэньлинь, и нож в его руке коснулся шеи Шэнь Цзюньци...

Он представлял, как брызжет кровь, как Шэнь Цзюньци падает, а Гу Яньчэнь держит его тело и горько плачет.

Одна только мысль об этом приводила его в восторг. Но то, чего ему хотелось, так и не произошло.

К этому моменту Шэнь Цзюньци разрезал верёвки и освободился.

Воспользовавшись моментом, Шэнь Цзюньци схватил Хэ Вэньлиня за руку и сильно укусил его за ладонь, в которой был нож.

Хэ Вэньлинь не ожидал, что Шэнь Цзюньци вырвется на свободу. Он вскрикнул от боли, когда ему прокусили руку.

Они боролись за контроль над ножом. Шэнь Цзюньци, не раздумывая, прекратил борьбу и пригнулся. В этот момент с противоположного здания вылетела пуля и с грохотом разбила закаленное стекло,  оно рассыпалось на осколки, закрыв обзор.

Хэ Вэньлину потребовалось мгновение, чтобы понять, что ему прострелили руку. Брызнула кровь, и нож упал на землю. Шэнь Цзюньци поднял нож и напал на Хэ Вэньлина сзади. С силой и решимостью он вонзил нож в шею Хэ Вэньлина.

Всё произошло в одно мгновение.

Перевернуть всё с ног на голову, вырвать победу из пасти поражения!

Шэнь Цзюньци провёл тысячи операций, поэтому выбирая место удара, он избегал крупных кровеносных сосудов и нервов, обошел пищевод и трахею, при этом почти полностью рассек шею. Это могло вызвать только боль, но не смерть.

Хэ Вэньлинь уставился на Шэнь Цзюньци и закричал.

Он увидел кровь, но это была его собственная кровь. Раненый Хэ Вэньлинь отшатнулся и упал, схватившись за шею. Сквозь пальцы текла кровь.

Шэнь Цзюньци тяжело вздохнул.

- Это тот результат, который выбрал я, и это четвёртый вариант. Я буду в безопасности, а ты отправишься в тюрьму и понесешь наказание.

Он посмотрел Хэ Вэньлину в глаза.

Губы Шэнь Цзюньци были в крови, а выражение лица было жестоким.

Хэ Вэньлин с обидой посмотрел на него.

Шэнь Цзюньци присел на корточки и медленно вытащил нож из шеи Хэ Вэньлина, убедившись, что тот в сознании и слышит каждое его слово.

- Есть люди, которые, желают, чтобы все кто их окружает, были хуже, их самих, а есть люди, несмотря на собственные несчастья, желают всем благополучия. В этом и заключается разница между людьми. Все твои преступления — твоих рук дело! Даже если ваша жизнь в чем-то схожа, ты никогда не станешь Гу Яньчэном, а он никогда не станет тобой.

Сказав это, Шэнь Цзюньци встал и открыл дверь полицейским. Когда они ворвались внутрь, боль от ранения уже разорвала его на части.

Хэ Вэньлинь словно в тумане вернулся в свой кошмар, но на этот раз всё было по-другому. Иллюзии были разрушены, демоны рассеялись. Сон стал светлым, он обернулся и увидел всю правду…

…Послеполуденное солнце освещало лужайку, вдалеке играли дети, и их смех разносился эхом по округе. Он схватил воздушного змея своей сестры, но тот вдруг зацепился за дерево. Слегка сожалея и испытывая страх, он попросил сестру:

- Если кто-нибудь спросит, скажи, что это ты случайно зацепила его за дерево.

Его сестра заплакала:

- Брат… Можешь помочь мне спустить воздушного змея? Он слишком высоко, я не достаю.

Он с опаской посмотрел на дерево.

- Забудь об этом. Пусть папа купит тебе нового.

- Но мне очень нравится этот змей, — продолжала плакать девочка, не желая сдаваться.

Его раздражал её плач, и он ушёл.

- У меня ещё есть домашнее задание. Я не буду с тобой играть. Разберись с этим сама.

Не успев ответить ни на один вопрос домашнего задания, он поднял глаза и увидел, что девочка, забирается на дерево. Не обращая на неё внимания, он продолжил заниматься своими делами. Внезапно он услышал чей-то крик. Его сестра упала с дерева. Взрослые заметили, что что-то произошло. Кто-то вызвал скорую, а кто-то пошёл искать их родителей. Он протиснулся сквозь толпу, чтобы посмотреть. Глаза сестры были открыты, но на голове зияла рана, из которой текла кровь.

…Теперь ему казалось, что он снова оказался на месте автомобильной аварии. Он очнулся, всё вокруг было красным и расплывчатым. Он посмотрел на свою девушку, которая лежала рядом. Её некогда красивое лицо теперь было изуродовано шрамами.

Женщина протянула руку и позвала его по имени:

- Вэньлинь, у меня сломана нога. Что мне делать… Мне так больно, помоги мне… Я в ловушке, мне так страшно.

Небо было тёмным, машины искорёжены, из них валил белый дым. Вокруг плакали и кричали люди. Он, дрожа, выполз из машины и сел на землю, не сводя с неё глаз, словно она была ужасным монстром. Водитель умер, но почему она не погибла?

Он не осмелился прикоснуться к ней и, дрожа, сказал:

- Я пойду, поищу помощь...

Когда он отвернулся... Он вспомнил их прошлые обещания, их клятвы любви. Если он бросит её сейчас, все его осудят. Он был юристом, и такое общественное мнение повлияло бы на его карьеру. Неужели ему суждено провести остаток жизни с инвалидом, с уродом? Почему она не умерла? Было бы лучше, если бы она умерла.

Эти мысли эхом отозвались в его голове.

Вокруг царил хаос, никто его не замечал. Он подошёл к задней части машины, достал зажигалку и, дрожащими руками щёлкнув ею дважды, и поджёг. Топливо, разлитое по земле, загорелось, пламя поднималось и распространялось. Он отошёл в сторону, наблюдая за пламенем. Девушка даже не знала, что это он её поджёг.

Она кричала, протягивая к нему окровавленные руки:

- Помоги мне, спаси меня…

Он равнодушно смотрел на всё это. Другие заметили огонь и схватили огнетушитель, чтобы потушить пламя. Но было слишком поздно.

…Долгая бессонница, оцепенение — он забыл об этом. Или, возможно, он обманывал себя, отказываясь смотреть правде в глаза. Теперь он вспомнил. На глаза навернулись слёзы. Оказывается, его кошмары всегда были делом его собственных рук. Этот ад был его собственной клеткой. Его отец, родители его девушки — все эти люди были правы, он был отвратительным, презренным убийцей. Он не должен был существовать в этом мире. Но никто не узнал о совершённых им преступлениях, и ни один закон не мог его наказать.

Он убил не только Хань Цинъи. Он убил много людей, но никто об этом не знал, полиция ничего не выяснила. Каждый раз, когда он улыбался другим, они говорили, что он добрый и отзывчивый человек. Каждый раз, когда он, одетый в костюм и выступающий в роли адвоката, красноречиво защищал других, все говорили, что он успешный юрист. Но кошмар продолжался, постоянно напоминая о себе и не давая ему наслаждаться успехом.

Всякий раз, когда он делал что-то не так, в его сердце возвращалась тьма. Казалось, он раздваивался, одна его часть отчаянно искала оправдания, пытаясь всё сгладить. Другая же, словно демон, в глубине души верила, что так и должно быть, и упивалась злом. Чтобы облегчить свою боль, он искушал других, каждый раз создавая новых монстров и выпивая их кровь, его боль на мгновение утихала. Это был способ найти утешение в яде, но потом боль усиливалась.

У него не было выбора, кроме как начать новый цикл. Но демоном был он сам. Этот ад создал он.

Медицинский персонал перевязал его раны.

Когда на его руки надели наручники, Хэ Вэньлинь успокоился. Казалось, что проклятие, нависшее над ним, было снято. Дискомфорт был вызван не одиночеством, а его совестью — единственной, что у него была. Он был в аду, потому что не получал заслуженного наказания.

Шэнь Цзюньци вышел из комнаты, передав нож своим коллегам-полицейским. К нему подошли медики, чтобы наложить повязку. Кто-то восхищался тем, как ему только что угрожала опасность, кто-то расспрашивал его о случившемся. Даже директор Дин специально позвонил ему, чтобы утешить и пожелать хорошего отдыха.

Шэнь Цзюньци немного устал и хотел спать, но отвечал на каждый вопрос по очереди.

Он стоял и ждал того, кого ждал.

Гу Яньчэнь наконец вышел из здания напротив. Его грудь тяжело вздымалась, правая рука была прижата к ране, он явно торопился.

Увидев, что он цел и невредим, Гу Яньчэнь наконец вздохнул с облегчением.

Он протянул к нему руку:

- Я отвезу тебя домой.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэна, который стоял перед ним в больничном халате под пальто. Этот странный наряд вовсе не был уродливым, напротив, он создавал особое впечатление.

Шэнь Цзюньци тихо сказал:

- Я знаю дорогу домой, тебе нужно вернуться в больницу. Не стоит шутить с открытой раной.

Гу Яньчэнь протянул руку и вытер кровь с губ Шэнь Цзюньци.

- Он такой свирепый котёнок, кусается. Подожди, пока меня выпишут, и мы будем жить вместе, — Гу Яньчэнь улыбнулся ему. — Когда кто-то ждёт твоего возвращения домой, это совсем другое чувство.

Шэнь Цзюньци сначала обалдел, а затем протянул руку и положил её на ладонь Гу Яньчэна. Тепло от его пальцев проникло в самое сердце.

Он ответил:

- Хорошо.

В ту ночь, после того как демон был схвачен, наконец-то наступило затишье.

Завтра будет солнечный день.

Совместное проживание

Том 7. Тринадцатый особняк

Глава 106. Совместное проживание

Два дня спустя Гу Яньчэнь подал заявление о досрочной выписке из больницы.

Врачи не осмелились прямо отказать сыну директора больницы. Поэтому после комплексного обследования, которое подтвердило, что его состояние улучшается, Гу Яньчэнь наконец обрёл свободу.

Лечащий врач неоднократно напоминал ему:

- Рана ещё не полностью зажила, поэтому не занимайтесь тяжёлыми физическими упражнениями. Ночью у вас может подняться температура. Я также прописал вам жаропонижающее. Обязательно меняйте повязку и принимайте лекарства вовремя.

Гу Яньчэнь несколько раз кивнул и отправился домой вместе с Шэнь Цзюньци.

После ужина Гу Яньчэнь повёл Уляна на прогулку. Тем временем доктор Шэнь взял Сюэи и перенёс некоторые простые и лёгкие предметы первой необходимости к двери напротив.

За время разлуки котёнок немного подрос, теперь у него большие круглые глаза и нежные розовые лапки.

Они немного поиграли с котом, и поставили лежанку для котенка в другом конце балкона, чтобы он мог наблюдать за Уляном издалека.

Опасаясь, что кота может испытать стресс, сотрудники зоомагазина посоветовали:

- Первые два дня держите кота в клетке, а потом когда он привыкнет, выпускайте.

Котёнок мяукнул, осматриваясь сидя в клетке.

Улян присел у клетки, виляя хвостом и с нежностью глядя на нового соседа. Потом Улян протянул лапу к клетке, и котёнок тоже протянул лапку.

Увидев, что они прекрасно ладят, Шэнь Цзюньци вздохнул с облегчением. Устроив питомцев, он пошёл к себе, чтобы перенести ещё кое-какие вещи.

Гу Яньчэнь хотел помочь, но Шэнь Цзюньци боялся, что он навредит себе, поэтому не позволил ему работать.

- Веди себя хорошо, у тебя ещё будет много возможностей проявить себя в будущем. Ты хочешь вернуться в больницу сразу после выписки?

Потом Шэнь Цзюньци добавил:

- В любом случае, это рядом, я сам справлюсь с тяжёлой работой.

Поскольку их не было дома несколько дней, нужно было навести порядок. К тому времени, как они со всем справились, уже почти стемнело.

Шэнь Цзюньци разложил коробочки с лекарствами и поставил на прикроватную тумбочку термометр. Он серьёзно предупредил Гу Яньчэна:

- Твоя рана ещё не зажила, так что будь осторожен. Если ночью тебе станет плохо, разбуди меня.

Гу Яньчэнь сказал:

- На самом деле всё не так серьёзно, я справлюсь.

Приведя себя в порядок они улеглись в постель, Гу Яньчэнь выключил свет. Он включил ночник, опасаясь, что Шэнь Цзюньци не ориентируется в темноте. Они лежали неподвижно, не в силах заснуть.

Гу Яньчэнь спал на краю кровати, его рана находилась с правой стороны и почти не болела, если на неё не давить.

Шэнь Цзюньци у стенки.

Через некоторое время он заговорил:

- Я слышал, что после ареста Хэ Вэньлиня он активно сотрудничал со следствием и выдал много информации.

Гу Яньчэнь тоже не спал.

Он пробормотал:

- Оперативная группа арестовала нескольких организаторов и зачистила несколько мест. Сейчас они расследуют связанные с этим дела.

На этот раз и торговой ассоциации Хэту, и клининговой компании был нанесён серьёзный удар. Для них это была хорошая новость, но победа далась им нелегко.

После минутного молчания Гу Яньчэнь кое-что вспомнил и сказал Шэнь Цзюньци:

- О, кстати, завтра я тебе кое-что расскажу.

Шэнь Цзюньци закрыл глаза.

- Я тоже хочу тебе кое-что рассказать.

Полежав немного с закрытыми глазами, Шэнь Цзюньци снова их открыл. Он всё ещё не мог уснуть, думая о многом, о своём знакомстве с Гу Яньчэном, о том, что произошло пять лет назад, когда он был Линь Ло, о настоящем и недавних событиях.

Он был Линь Ло, но не был Линь Ло. Он избавился от части своего детского высокомерия и обрёл решительность.

Лежа в постели с человеком, о котором он думал днём и ночью, Шэнь Цзюньци мягко спросил Гу Яньчэна:

- Почему я тебе нравлюсь?

Дыхание Гу Яньчэна было спокойным. После паузы, когда Шэнь Цзюньци уже решил, что не получит ответа, Гу Яньчэнь сказал:

- Думаю, каждому из нас пришлось через многое пройти, чтобы стать тем, кто мы есть сегодня. Каким бы ни было твоё прошлое, ты мне нравишься из-за того опыта, который сделал тебя тем, кто ты есть сегодня.

Свет в комнате был приглушен, но полной темноты не было.

Гу Яньчэнь продолжил низким и притягательным голосом:

– И мне это очень нравится…

Сказав это Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел на Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь лежал спиной к ночнику, и Шэнь Цзюньци видел его брови и глаза, тёмные, как чернила.

В этот момент Шэнь Цзюньци хотелось сказать тысячи слов, но он не знал, как выразить свои чувства. Ему казалось, что он сможет по-настоящему открыться, только вынув своё всё ещё бьющееся сердце.

Он сказал:

- Ты мне тоже давно нравишься.

Гу Яньчэнь потянулся и взял Шэнь Цзюньци за руку. От его прикосновения по телу разлилось тепло. В комнате было тихо, только их прерывистое дыхание было слышно.

Гу Яньчэнь привстал, его левая рука коснулась уха Шэнь Цзюньци, и он нежно поцеловал его в губы..

После долгого поцелуя он посмотрел ему в глаза.

Гу Яньчэнь провёл кончиками пальцев по уху Шэнь Цзюньци, от ушной раковины до кончика уха, затем спустился к повязке на шее и белой, как нефрит, ключице.

Гу Яньчэнь взял руку Шэнь Цзюньци и поцеловал ранку на его пальце.

Было ощущение свежести от недавно зажившей раны.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него, моргнув ресницами.

После долгого поцелуя Гу Яньчэнь прошептал ему на ухо:

- Я так скучал по тебе.

Эта тоска, казалось, имела множество значений, будь то моменты, когда они были порознь сейчас, или пять лет разлуки в прошлом.

Они обнялись, лежа в тёплой и уютной комнате.

Гу Яньчэнь нежно поцеловал лежащего под ним человека, словно желая растворить его в себе и медленно поглотить.

Шэнь Цзюньци было трудно описать этот поцелуй, он совершенно не походил на тот, что они разделили, когда прятались.

Гу Яньчэнь контролировал ритм их дыхания и поцелуев.

Поцелуй был осторожным, но глубоким и трогательным.

Словно нежный дождь в весеннюю ночь, словно капли росы на осенних листьях. Словно парение в воздухе, словно погружение на глубину. Казалось, он пробовал его на вкус, исследовал его.

Во время углубленного исследования, рука Гу Яньчэна опустилась и обхватила талию Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци почувствовал, как его тело постепенно расслабляется и становится легче.

Он вдруг вспомнил цитату из книги «Отверженные» Виктора Гюго: «Высшее счастье жизни — это уверенность в том, что вас любят; любят ради вас самих, вернее сказать — любят вопреки вам».

Любовь действительно прекрасна и способна развеять все печали.

Сейчас они были счастливы.

Шэнь Цзюньци жалел, что не может управлять временем, чтобы бесконечно растянуть этот момент.

Когда поцелуй закончился, Шэнь Цзюньци напомнил Гу Яньчэну о совете врача.

Только после этого капитан Гу воздержался от дальнейших действий.

Спустя время страсть утихла, и они оба погрузились в глубокий сон.

Посреди ночи в комнату проник лунный свет.

В это время обычные люди уже спят, но для некоторых ночные удовольствия только начинаются.

В центре Биньчена есть, массивный особняк, состоящий из нескольких строений. Раньше это был особняк старого военачальника, который назывался «Особняк семьи Ши». Потом он был перестроен и за эти годы несколько раз переходил из рук в руки.

Поскольку  это тринадцатый дом на этой улице, его называют «Тринадцатый особняк».

С развитием города недвижимость в центре Биньчэна стала высоко цениться, этот особняк  отремонтировали и роскошно оформили.

Несколько лет назад он был куплен за высокую цену в несколько сотен миллионов юаней и стал частным клубом, только для VIP клиентов.

Нынешним владельцем клуба был Гао Шисюань, племянник богатого бизнесмена Шэн Цяньчэна из Биньчэна.

Он общался с богатыми наследниками и превратил это место в элитную развлекательную площадку.

Сегодня вечером парковка у особняка была заполнена различными роскошными, спортивными автомобилями.

Сегодня здесь проходила вечеринка.

Во дворе играла музыка.

Гао Шисюань специально пригласил нескольких диджеев, которые используют роскошные звуковые системы и световое шоу.

Из-за танцующей толпы это место напоминало ночной клуб. Еда, вино, оглушительная музыка, девушки в коротких юбках и симпатичные парни, разносящие напитки. Среди них было несколько стильно одетых молодых людей лет двадцати в  брендовой одежде и в дорогих украшениях.

Под воздействием алкоголя эти люди вели себя развязно, громко смеялись, а некоторые затаскивали девушек в комнаты особняка. Другие собирались вместе, и пили, бог знает что.

Возможно, почувствовав себя обиженным, один из посетителей в белой футболке внезапно ударил одну из девушек по лицу, а затем толкнул её. Девушка получила удар в грудь, бокал в её руке разбился на осколки, и вино разлилось повсюду.

Мужчина на этом не остановился, он подошёл к ней и начал бить её кулаками и пинать ногами, прижимая её лицо к битому стеклу. Девушка плакала и умоляла его, совершенно не в силах сопротивляться.

Мужчина средних лет, похожий на управляющего, поспешил навести порядок.

- Молодой господин Цзян, успокойтесь. Эта девушка только что пришла и не знает правил. Она плохо обслужила вас. Пожалуйста, проявите больше терпимости.

Это был Ли Иянь, и он здесь был главным.

Посчитав за благо проявить уважение, молодой человек остановился. Избив девушку, он вернулся на своё место.

Вскоре кто-то подошёл, чтобы помочь девушке подняться, и убрал беспорядок на полу. Несколько человек взглянули в ту сторону, но все уже привыкли к подобным вещам и продолжили веселиться как обычно.

Этот молодой господин Цзян, полное имя которого Цзян Сун, происходил из семьи, владеющей городским электроснабжением, и уличные фонари в нескольких городах принадлежали его семье.

Семья Цзян была очень богатой, а Цзян Сун — щедрым, но у него была дурная привычка, он любил избивать людей, в гневе. Ходили слухи, что он покалечил несколько девушек, и некоторые женщины, с которыми он встречался, потом исчезали. Если у тебя есть деньги, с их помощью можно решить любые проблемы.

Это слухи, были известные в определённых кругах, и в них не было ничего удивительного.

С наступлением ночи люди все сильнее пьянели.

Цзян Сун достал телефон, открыл приложение и внимательно посмотрел на экран.

Ли Иянь уладил дела в других частях заведения и подошёл к Цзян Суну, который только что избил девушку.

- Молодой господин Цзян, почему вы больше не развлекаетесь?

Тот, кого называли молодым господином Цзяном, отставил свой напиток, нахмурился, глядя на окружающих его людей, и сказал:

- Скучно, они все такие наигранные.

- Сяо Чэн недавно связался с какими-то студентами из академии кино и телевидения…

Молодой господин Цзян махнул рукой:

- Всё то же самое, совсем не вдохновляет. Есть что-нибудь новенькое?

Он указал на девушку в аквариуме на экране своего телефона и спросил:

- Можешь достать мне эту из аквариума? Деньги не проблема.

Ли Иянь сказал:

- Это действительно возможно... но цена немного завышена. Позвольте я позвоню.

Он вышел, чтобы сделать несколько телефонных звонков.

Через час из машины вытащили девушку в простой ночной рубашке. На вид ей было чуть больше двадцати, и она выглядела невинной и милой.

— Да, это она. — Цзян Сун посмотрел на дрожащую девушку и злобно ухмыльнулся под воздействием алкоголя...

В этот момент девушка понятия не имела, куда её притащили. На её лице читалась паника. Большинство людей во дворе уже уходили, не обращая внимания на крики девушки о помощи.

Цзян Сун подошёл к девушке, протянул руку и притянул её к себе.

- Менеджер Ли, пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания вашему боссу.

Этой ночи суждено было стать особенной.

Час спустя к особняку № 13 подъехала чёрная машина. Из неё вышел мужчина средних лет в чёрной одежде, держа в руке серебряную шкатулку. За ним последовала женщина примерно того же возраста с рюкзаком большего размера. Эти двое не были похожи на типичных посетителей такого элитного клуба. Они прошли до самого входа, где швейцар открыл им дверь и провёл в великолепный зал.

Ли Иянь с нетерпением ждал их там.

Увидев их, он спросил:

- Ваш бизнес по-прежнему в безопасности?

Мужчина ответил:

- Конечно, хотя в компании и было поймано несколько организаторов, они не имеют к нам отношения. Иначе босс Му не выпустил бы нас.

Ли Иянь сказал:

- Это хорошо.

Все трое поднялись на лифте, прошли по длинному коридору, открыли дверь, защищенную паролем, и оказались в тайной комнате. Ли Иянь сразу же провел их в спальню. Это был люкс с ванной комнатой площадью около ста квадратных метров, на столе стояли вино, бокалы и фрукты. В комнате царил беспорядок, очевидно, здесь только что произошла ожесточенная драка, на полу были пятна крови, повсюду валялись осколки стекла.

Обойдя кровать, они увидел на полу труп молодой девушки — той самой, которую сегодня вечером привезли в особняк.

Мужчина в чёрном присел на корточки и осмотрел тело. Оно было ещё тёплым, очевидно, девушка умерла совсем недавно.

Ли Иянь, знакомый с процедурой, спросил его:

- Всё как обычно?

Мужчина ответил:

– Не волнуйтесь, давайте разберемся с этим. Место происшествия не тронуто, верно?

.     Ли Иян ответил:

- Нет, гости к тому времени уже ушли.

После этого Ли Иянь вышел из комнаты, не забыв запереть за собой дверь.

Мужчина и женщина в чёрном полностью экипировались. Они надели резиновые сапоги, прозрачные дождевики, маски и перчатки. Мужчина протёр пол в ванной, постелил тонкую плёнку и положил на неё тело.

Женщина приступила к уборке комнаты, тщательно собирая с пола битое стекло, стирая все отпечатки пальцев и пятна крови и не оставляя ни единого волоска. Потом она распылила люминол и проверила, не осталось ли следов. Мужчина продолжал заниматься трупом, он достал плоскогубцы и методично вырвал каждый зуб, словно был дантистом. Затем он достал бутылку с химическим реагентом и вылил его на лицо девушки.

Комнату наполнил отвратительный запах, а затем послышалось шипение, когда жидкость обжигала её лицо. Её некогда прекрасные черты постепенно растворились под воздействием едких химикатов, обнажая обугленные участки. Затем он удалил отпечатки пальцев.

Выполнив эти задачи, мужчина начал осматривать тело. Везде, где он находил родимые пятна или шрамы, он использовал реагенты, чтобы уничтожить их.

Внешняя обработка была завершена, теперь можно приступать к внутренней. Он сделал горизонтальный разрез от грудной клетки вниз, извлёк желудок и спустил его содержимое в унитаз.

Примерно через два часа труп был расчленён на несколько частей. Признаки, по которым можно было опознать тело, такие как лицо и отпечатки пальцев, были полностью уничтожены. Части тела были завернуты в полиэтилен и помещены в три больших многослойных пластиковых пакета.

Забрав сумки, женщина ещё раз тщательно вымыла ванную. Когда всё было готово, они открыли дверь собираясь уходить.

Ли Иянь стоял неподалёку.

Человек в чёрном сказал:

- Обо всём позаботились. Помните, все сумки нужно закопать в разных местах.

Он сделал паузу и спросил:

- Надежны ли эти люди?

Ли Иянь кивнул.

- Не волнуйся, у нас есть рычаги воздействия на них. Если только они не хотят умереть.

Мужчина и женщина ушли, забрав свои вещи, и напомнили:

- Не забудь перевести вторую половину суммы на счёт компании.

- Не волнуйся, — ответил Ли Иянь и зашел в комнату, чтобы всё проверить.

В комнате было безупречно чисто, если не считать неприятного запаха, не было никаких следов преступления. Вот так живой человек растворился в пыли этого мира. Когда эти части тела будут захоронены, всё закончится, и никто не сможет установить связь между ними и делом об убийстве.

Ли Иянь принял различные меры на случай непредвиденных обстоятельств. Три машины выехали из особняка и направились в разные стороны.

Погода сегодня стояла жаркая, и хотя в клубе был кондиционер, Ли Иянь всё равно чувствовал себя неуютно.

Час спустя ему позвонили.

- Мистер Ли, мы похоронили тело.

Ли Иянь решил доложить Гао Шисюаню. Он взял телефон и набрал номер.

Через мгновение кто-то лениво ответил:

- Алло?

- Мистер Гао, здесь кое - что произошло...

Ли Иянь сказал:

- Сегодня вечером рыба в аквариуме выпрыгнула и умерла.

- В каком аквариуме?

- В аквариуме номер четыре.

- Как жаль, мне очень нравилась эта рыба. Она была красивой и имела хорошую форму. Кто это сделал?

- Это был молодой господин из семьи Цзян…

- Я знал, что с этим парнем рано или поздно будут проблемы. Но ничего страшного. Просто попроси уборщиц привести всё в порядок.

Гао Шисюань зевнул, явно раздражённый суетой Ли Ияна, которая нарушила его сладкий сон.

- Мы уже позаботились об этом, — Ли Иян сглотнул, всё ещё не в силах скрыть свою нервозность. — Но недавно полиция провела расследование в отношении фонда, а затем арестовала нескольких организаторов. Не стоит ли нам быть осторожнее? Господин Гао, как вы думаете, нам стоит приостановить онлайн-операции на несколько дней?

Гао Шисюань усмехнулся:

- Чего бояться? С этими делами уже покончено, они нас не коснутся. Здесь всё идёт своим чередом.

Ранним утром в доме Гу Яньчэна стояла тишина.

Полусонный Гу Яньчэнь услышал, как Шэнь Цзюньци пошевелился. Он открыл глаза и увидел, что Шэнь Цзюньци сидит, положив правую руку на голову Гу Яньчэна, а левой рукой тянется к термометру на прикроватной тумбочке. Ночник в комнате слабо светил, и в его свете лицо Шэнь Цзюньци было спокойным и прекрасным, как фарфор в лунном свете.

Гу Яньчэнь наблюдал за ним, и по его телу разливалось тепло.

Всё ещё не проснувшись, Шэнь Цзюньци потянулся к термометру на столике, нежно прикасаясь своим телом к телу Гу Яньчэна.

Поняв, что ситуация выходит из-под контроля, Гу Яньчэнь слегка кашлянул и взял Шэнь Цзюньци за руку:

- Хватит его искать, у меня правда нет температуры.

Шэнь Цзюньци, немного сомневался, но всё же перестал искать термометр.

Он наклонился...

Гу Яньчэнь, застигнутый врасплох, наблюдал, как Шэнь Цзюньци приближается к нему, и их лбы соприкасаются, вызывая лёгкое ощущение прохлады.

Гу Яньчэнь придержал его левой рукой.

Гу Яньчэнь почувствовал, как внутри него разгорается огонь, охватывающий всё его существо.

Температура при этом была нормальная.

Шэнь Цзюньци наконец поверил и отстранился.

Он ещё не до конца очнулся, и его голос звучал хрипло:

- Температуры нет, лекарства не нужны, спи.

Доктор Шэнь сказал это, перевернулся на другой бок, и вскоре его дыхание успокоилось, он снова заснул.

Гу Яньчэнь же уставился в потолок, не испытывая больше ни малейшего желания спать.

Автору есть что сказать:

Командир Гу подумал: «Это первый день совместной жизни, как мы будем жить дальше…»

Плечом к плечу

Глава 107. Плечом к плечу

Утром следующего дня, проснувшись, Шэнь Цзюньци обнаружил, что уже больше девяти часов утра, а раненого Гу Яньчэна нет в постели.

Сегодня они оба взяли выходной.

Директор Дин посоветовал им как следует отдохнуть несколько дней.

Продрав глаза, Шэнь Цзюньци встал и увидел, что Гу Яньчэнь уже выгулял собаку и приготовил роскошный завтрак.

Увидев, что он проснулся, Гу Яньчэнь сказал:

- Поторопись, приведи себя в порядок, а потом приходи завтракать.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Почему ты проснулся так рано?

Гу Яньчэнь посмотрел на виновника:

– У меня наверное бессонница. Я проснулся посреди ночи и не мог заснуть.

Шэнь Цзюньци растерялся, он пришёл, чтобы позаботиться о раненом, или раненый пришёл, чтобы позаботиться о нём?

Он умылся и сел за стол.

Гу Яньчэнь повернулся к нему и поцеловал в щёку:

– Поцелуй доброго утра.

Шэнь Цзюньци спросил Гу Яньчэна:

- Рана всё ещё болит?

- Совсем немного, это не мешает мне заниматься делами, — ответил Гу Яньчэнь, глядя на Шэнь Цзюньци.

- Сегодня я хочу тебе кое-что рассказать.

Шэнь Цзюньци помолчал, а затем произнёс:

- Мне тоже есть что тебе сказать.

Раньше они сражались каждый сам за себя, но спустя какое-то время ситуация изменилась. Теперь всё выглядело немного иначе. В этот момент им обоим казалось, что им нужно поговорить, обменяться информацией, встать плечом к плечу, чтобы быть готовыми ко всему, что ждёт их в будущем.

Шэнь Цзюньци быстро доел свой завтрак и убрал за собой посуду.

Гу Яньчэнь принёс доску, которая стояла в гостиной. Доска была довольно тяжёлой, и Шэнь Цзюньци хотел помочь, но Гу Яньчэнь отмахнулся от него и жестом пригласил сесть на диван.

Улян тоже запрыгнул на диван и улёгся рядом с Шэнь Цзюньци.

Доктор Шэнь провёл рукой по шерсти собаки.

Доску купил Гу Яньчэнь, чтобы систематизировать улики по делу, и он стёр с неё предыдущие записи. Затем Гу Яньчэнь открыл шкаф в гостиной, который всё это время был заперт, и достал толстую стопку документов.

Шэнь Цзюньци уже догадывался, что тот собирается сказать.

Гу Яньчэнь бегло просмотрел документы и начал говорить так, словно проводил обычное совещание:

- Чтобы победить, мы должны понимать наших противников и осознавать текущую ситуацию. Чтобы понять текущую ситуацию в Биньчэне, нам нужно вернуться на шесть лет назад, когда Линь Сянлань, директор муниципального бюро общественной безопасности Биньчэна, ещё занимал свой пост.

Шэнь Цзюньци кивнул и стал слушать дальше.

- Директор Линь был предан идее долгосрочной стабильности города. Однажды он ликвидировал крупнейшую преступную организацию Биньчэна, возглавляемую Сюй Чэнхуаном, также известным как Ночной император. Тогда в казино Биньчэна прошли обыски, несколько развлекательных заведений были закрыты, полиция изъяла тонны наркотиков и большое количество нелегального огнестрельного оружия. Однако позже директор Линь обнаружил проблему…

Выражение лица Шэнь Цзюньци стало серьёзным, и он спросил:

- Что за проблема?

Гу Яньчэнь повернулся и начал рисовать на доске.

- «В этом городе всегда было две стороны: чёрная и белая. Наши правоохранительные органы, прокуратура и судебная система, представляющие справедливость и закон, — это белая сторона.

С этими словами он нарисовал круг и написал внутри него «полиция».

- Подпольные чёрные рынки, казино, наркоторговля и беззаконие — это тёмная сторона.

На доске появился ещё один круг, и Гу Яньчэнь написал рядом с ним «чёрный», обозначив криминальную империю Сюй Чэнхуана.

- Но всё не так просто. Между чёрным и белым есть много оттенков серого. Некоторые люди, используя деньги и власть, действуют на грани законности, избегая юридических последствий. На первый взгляд они кажутся невинными, но за кулисами они занимаются незаконной деятельностью, такой как убийства и контрабанда. Эти люди находятся в «серой зоне». По крайней мере, на первый взгляд они не принадлежат ни к одной из сторон.

Пока он объяснял, Гу Яньчэнь нарисовал несколько диагональных линий на пустом месте.

Шэнь Цзюньци понимающе кивнул.

Гу Яньчэнь указал на диаграмму и продолжил:

- Изначально отношения между чёрными, белыми и серыми силами строились на противостоянии между чёрными и белыми, а серые силы скрывались где-то посередине. Но когда чёрные районы были ликвидированы, серые силы поглотили часть оставшихся связей, предприятий и территорий Сюй Чэнхуана и начали быстро расширяться. На первый взгляд город казался мирным, но на самом деле эти серые силы внезапно разрослись и даже превзошли белые силы того времени.

Пока он говорил, Гу Яньчэнь стёр первоначальную чёрную область на доске, и белая сфера правосудия, растворилась в море серого.

Утренний солнечный свет проникал в комнату через балкон, отбрасывая лучи.

Гу Яньчэнь был невероятно серьёзен:

- Впоследствии эти серые области начали темнеть. Директор Линь осознал, что, распустив организацию Сюй Чэнхуана, он не смог должным образом решить проблему, позволив другим извлечь из этого выгоду. Тогда директор Линь решил выступить против тех, кто скрывался за кулисами. Однако эти люди были гораздо хитрее, чем люди Сюй Чэнхуана. Их было нелегко поймать или выявить их связи. Благодаря своему богатству и влиянию они начали внедрять своих людей и подкупать представителей белой стороны.

Гу Яньчэнь повернулся к столу и, глядя на Шэнь Цзюньци, продолжил:

- Директор Линь начал расследование. Он надеялся объединить силы полиции и судебной системы, чтобы противостоять им.

То, что он сказал сейчас, было просто утверждением, но то, что он сделал тогда, было непросто. Чёрное было легко распознать, но серое было трудно различить, и его искоренение неизбежно затронуло бы интересы многих. Такое противостояние, несомненно, было объявлением войны. Это было великое начинание, но невероятно трудное.

Из-за этого погиб директор Линь. Его одинокая могила стала маяком, указывающим людям путь к истине и справедливости.

Гу Яньчэнь понизил голос:

И именно в этот момент другая сторона узнала о намерениях директора Линя и решила нанести удар первой.

Услышав это, Шэнь Цзюньци опустил веки.

Он констатировал факт, в котором они оба уже не сомневались:

- Директор Линь был убит.

- Эти люди дошли до безумия, чтобы избежать расследования. Директор Линь оставил мне предсмертную записку, в которой просил не выяснять причину его смерти. Тогда я рассказал об этом Линь Ло, — сказал Гу Яньчэнь. — Когда капитан Линь скончался, я был единственным, кто был рядом с ним, поэтому он оставил мне предсмертную записку.

Шэнь Цзюньци моргнул и посмотрел на него.

- Что сказал капитан Линь?

Он знал, что это предсмертное послание невероятно важно. Тогда он ещё не служил в полиции. Хотя он был единственным прямым родственником Линь Сянланя, Гу Яньчэнь ничего ему не рассказал.

Спустя годы он наконец-то сидел напротив него и обсуждал эти вопросы. Это предсмертное послание имело огромное значение и могло стать ключом к разгадке ситуации.

Гу Яньчэнь слегка понизил голос.

- Капитан Линь рассказал мне о существовании Торговой ассоциации Хэту. Затем он сказал мне, что на горе Лумин есть кое-какие улики.

- Гора Лумин?

Шэнь Цзюньци слегка нахмурил брови.

Он уже навёл справки о Торговой ассоциации Хэту, но гора Лумин была ему незнакома.

Гу Яньчэнь повернулся и стёр все с доски. Он достал магнитные стикеры и начал наклеивать на них различную информацию.

- Перед смертью капитан Линь упомянул гору Лумин. Это гора к северу от Биньчэна. После смерти капитана Линя я начал тайно проводить расследование. На протяжении многих лет я поднимался на гору Лумин почти каждую неделю. Но, честно говоря, до сегодняшнего дня я так и не нашёл то, о чём говорил капитан Линь, — улики, которые можно было бы назвать компрометирующими.

Гу Яньчэнь разместил на доске фотографии горы Лумин и различные новостные репортажи и информацию, связанную с ней.

Систематизировать эту информацию за одну ночь было невозможно.

Шэнь Цзюньци посмотрел на содержимое доски и почувствовал, как в его сердце разливается тепло. Гу Яньчэнь столько лет упорно трудился, чтобы докопаться до истины, и никогда не сдавался.

- Что касается горы Лумин, я пока не нашёл много зацепок, поэтому сначала я изучил Торговую ассоциацию Хэту, которая стоит за этим. За эти годы я собрал кое-какую информацию о Торговой ассоциации Хэту.

Гу Яньчэнь начал рисовать иерархическую схему.

— Ассоциация в основном делится на четыре уровня сверху вниз: председатель на первом уровне, несколько основных членов на втором уровне, старшие члены на третьем уровне и рядовые периферийные члены на четвёртом уровне.

Затем он присвоил каждому уровню соответствующее название:

— Например, некоторые из тех, с кем мы столкнулись в ходе расследования, такие как Чжун Чжичунь, являются рядовыми членами, а Яо Линь — старшим членом. Что касается Хань Цинъи, который присвоил средства фонда, то он является ключевым членом. Среди ключевых членов есть такие люди, как Шэн Цяньчэн, который утверждает, что владеет половиной города, и женщина по имени Хо Лэй.

На доске была нарисована карта, на которой были отмечены люди, выступавшие против них. Многие из них были либо богатыми, либо влиятельными, и у них были сложные отношения друг с другом.

—  Есть также несколько организаций за пределами ассоциации, которые ей служат, например клининговая компания. В клининговой компании есть планировщики, такие как Дин Юэран, постановщики, такие как Гончий, и уборщики, отвечающие за зачистку места преступления.

Шэнь Цзюньци кивнул.

Гу Яньчэнь собрал очень подробную информацию.

- Я не мог понять связь между горой Лумин и ассоциацией, пока не столкнулся с этим делом. Тогда я обнаружил связь между фондом и торговой ассоциацией Хэту и нашёл некоторые совпадения, — сказал Гу Яньчэнь, протягивая документ Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци просмотрел на материалы и тоже нашёл кое-какие зацепки.

—  Основатель фонда Penang Love Foundation Чжэнь Цзясюй однажды пожертвовал сотни миллионов долларов на озеленение горы Лумин, купив большое количество саженцев для посадки… Так возможно ли, что Чжэнь Цзясюй является председателем торговой ассоциации Хэту?

— Вполне вероятно, — кивнул Гу Яньчэнь с серьёзным и искренним выражением лица.

— Я думаю, он что-то скрывает.

Столько денег, огромный лес, посаженный под предлогом лесовосстановления для предотвращения эрозии почвы, — всё это было хорошо для жителей Биньчэна.

Но была ли еще одна причина, о которой они не знали?

Неизвестно.

Цели

Глава 108. Цели

Раннее утро, дом Гу Яньчэна.

– Мне тоже нужно кое-что тебе сказать, — начал Шэнь Цзюньци.

— На самом деле столица провинции и даже более высокие инстанции всё это время следили за ситуацией в Биньчэне, в том числе за падением директора Вана, которое стало результатом действий на высоком уровне. Но Бюро общественной безопасности знает, что вывести из города укоренившиеся силы, которые находились там годами, — непростая задача.

Гу Яньчэнь кивнул.

За время работы директором, Ван взрастил целую плеяду ленивых чиновников.

Капитан Гу был знаком со стилем работы второго и четвёртого бюро. Нельзя было уволить всех сразу, это нужно делать постепенно. Кроме того, внутри бюро отношения были сложными, и они прикрывали друг друга.

Шэнь Цзюньци сцепил пальцы.

– Ничего невозможно найти со стороны. Тебе придётся включиться в игру. Поэтому меня отправили в качестве передового игрока в городское бюро Биньчэна.

Это был важный шаг перед тем, как вступить в противостояние с другой стороной. Это была сложная и опасная задача. Ему нужно было вникнуть в работу полиции Биньчэна, изучить ситуацию на местах и понять, что там происходит.

- Я регулярно отчитывался о ходе нашей работы перед властями провинции.

Теперь у Гу Яньчэна было много вопросов.

Он спросил:

- Так это ты тогда тайно помогал Чжан Кабэй?

Шэнь Цзюньци ответил:

- В то время кто-то связался с Чжан Кабэй с помощью технических средств, отправил мне видео, и после его редактирования я анонимно опубликовал его, чтобы привлечь внимание полиции и как можно скорее выяснить её местонахождение. После этого провинциальное отделение киберполиции тайно провело обыск и провело расследование в отношении многих аккаунтов.

Затем Гу Яньчэнь спросил:

– Кто этот человек над тобой?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я подчиняюсь непосредственно директору Хэ.

Хотя многие действия были нестандартными и не соответствовали стандартным официальным процедурам, все они были особыми мерами, принятыми в особых обстоятельствах, и директор Хэ знал о них и одобрял их.

Выслушав его объяснение, Гу Яньчэнь вздохнул с облегчением:

- Когда был разработан план?

- В начале этого года.

- Директор Дин знает о цели твоего задания?

Шэнь Цзюньци покачал головой.

- Я просто сообщил ему о своём задании, не раскрывая его цели, не говоря уже о подробном плане.

Судмедэксперт не был детективом и не привлекал к себе внимания в городском бюро. Ему было проще действовать, оставаясь в тени.

- Значит... директор Дин тоже был не в курсе, — у Гу Яньчэна всё ещё оставались сомнения.

— Почему власти провинции не сообщили об этом директору Дину напрямую?

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Вскоре после смерти директора Линя, директора Хэ перевели в провинциальный отдел. К тому времени директор Ван уже вступил в должность. В процессе реорганизации провинциальных властей директор Хэ следил за ситуацией в Биньчэне и обнаружил, что, хотя обстановка в городе казалась спокойной, на самом деле там было много проблем. Городское бюро и провинциальные власти находятся на расстоянии нескольких километров друг от друга. Директор Хэ заметил, что с директором Ваном что-то не так, а также узнал о торговой ассоциации Хэту. Он воспользовался ошибками в работе директора Вана, что привело к его падению. Первым шагом плана по исправлению ситуации был перевод директора Дина в городское бюро Биньчэна.

Гу Яньчэнь задумался, а затем сказал:

- Директор Дин — хороший полицейский, честный и справедливый. Но он не агрессивен и не обладает достаточной силой убеждения. Он добросовестно выполняет свои обязанности…

Такой человек не стал бы угрожать другой стороне и не стал бы преждевременно её предупреждать.

Если посланные люди начнут действовать решительно и с большой помпой, они могут столкнуться с серьёзным сопротивлением ещё до того, как доберутся до сути дела, и могут довести другую сторону до отчаяния, что приведёт к повторению трагедии с директором Линем.

Шэнь Цзюньци кивнул.

- На самом деле с тех пор, как директор Дин вступил в должность, некоторые люди предпринимали намеренные попытки испытать его. Поскольку директор Дин не знает о намерениях и планах властей провинции, эти люди думают, что начальство ничего не знает. Это заставляет их действовать ещё более безрассудно. Если бы директор Дин знал о намерениях властей провинции, его действия были бы более целенаправленными, а эти люди — более осторожными. Это привело бы к обратному эффекту.

Он продолжил:

- Высокопоставленные чиновники из администрации провинции рассмотрели множество вариантов. Изначально они рассматривали возможность создания оперативной группы под непосредственным руководством директора Дина для расследования деятельности торговой ассоциации Хэту. Но Торговая ассоциация незаметна на первый взгляд, но она глубоко укоренилась в различных сферах жизни Биньчэна. Если бы такая оперативная группа действительно была создана, она, скорее всего, столкнулась бы с сопротивлением на всех уровнях сразу после своего формирования. Работу было бы трудно вести, и существовал бы высокий риск утечки информации. Поэтому директор Хэ считает, что, учитывая общую ситуацию в городе, безрассудное вмешательство с более высоких уровней не приведёт к достижению цели, а сделает её слишком очевидной.

Гу Яньчэнь прекрасно это понимал. Он уже сталкивался с сопротивлением со стороны подчинённых ему бюро, когда возглавлял отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Если даже спецотдел сталкивается с такими трудностями, то создать оперативную группу, которая будет открыто заниматься этим вопросом, скорее всего, будет крайне сложно.

- Этот план рассчитан на долгосрочную перспективу и направлен на расследование незаконной деятельности Торговой ассоциации Хэту и выявление лиц, стоящих за ней. Чтобы обеспечить плавный переход, мы не можем торопиться и не можем с самого начала вызывать у другой стороны излишнюю настороженность или бдительность. Поэтому власти провинции поручили директору Дину создать специальный отдел по борьбе с преступностью для реализации этого плана.

Гу Яньчэнь понял:

- Поскольку отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями занимается резонансными делами, он неизбежно будет контактировать с Торговой ассоциацией Хэту и её покровителями…

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Некоторые дела попадают к нам сами по себе, некоторые мы активно ищем, а некоторые нам напрямую передают в отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Если мы включим расследование в отношении торговой ассоциации Хэту в число обычных дел, это будет надежнее и безопаснее.

Гу Яньчэнь спросил:

– А что насчет меня как кандидата?

Шэнь Цзюньци откровенно ответил:

- Власти провинции рассматривали возможность перевода сотрудников, но чужаки могут не вписаться в коллектив. Поэтому полгода назад выбрали тебя. Сначала директор Хэ сомневался в твоих способностях к расследованию и не до конца понимал ситуацию, поэтому я не мог быть с тобой откровенным раньше.

Он сделал паузу и прошептал:

– Мне жаль, что я так долго держал это втайне от тебя.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я понимаю, работа требовала этого.

Потому что вначале не было уверенности в том, что Гу Яньчэнь станет окончательным выбором, это время для него было чем-то вроде испытательного срока.

До этого было много событий, и директор Хэ не соглашался на многие вещи, и Шэнь Цзюньци было неудобно рассказывать ему об этом.

На первый взгляд, их связывали близкие рабочие отношения, и они испытывали чувства друг к другу, но когда дело касалось работы, Шэнь Цзюньци приходилось держать его в неведении.

Однако это скрытность служила своего рода защитой.

После расследования деятельности Фонда Гу Яньчэнь получил признание властей провинции. Шэнь Цзюньци наконец-то смог быть с ним честным.

Пока они разговаривали, Шэнь Цзюньци слегка кивнул:

- Я подозреваю, что Торговая ассоциация Хэту считает, что их раскрыли сотрудники Особого отдела по борьбе с преступностью, поэтому в последнее время они предпринимают какие-то действия.

Гу Яньчэнь сказал:

- Но на самом деле эти люди уже давно находятся под наблюдением вышестоящего руководства.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Когда придёт время, будет сформирована группа контроля из представителей центрального и провинциального уровней. Затем весь отдел по борьбе с особо опасными преступниками будет преобразован в оперативную группу, нацеленную на Торговую ассоциацию Хэту.

Гу Яньчэнь спросил:

– Когда приедет группа наблюдения?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Сейчас не время. Директор Хэ считает, что веских доказательств недостаточно. Нам нужно найти конкретные улики, чтобы представить их на самом высоком уровне.

На данный момент разоблачён только Фонд, а Торговая ассоциация Хэту приняла меры, чтобы разорвать связи и переложить вину на Хань Цинъи. Даже если бы сейчас приехала группа надзора, они бы решили только насущные проблемы и не смогли бы полностью искоренить проблему. Эти люди стали бы более осторожными и уничтожили бы улики.

Короче говоря, текущих дел недостаточно, чтобы повлиять на вышестоящее руководство. Им нужно копнуть глубже и выявить больше нарушений.

Когда разговор зашёл об этом, они оба почувствовали значительное облегчение. Они не обсуждали директора Линя или личные обиды. Но то, что они обсуждали сегодня, было тесно связано с ними самими, со всем городским бюро и даже с судьбой всего города.

Гу Яньчэнь всё понял, его взгляд стал серьёзным.

-Тогда давай разожжём этот огонь ещё сильнее.

Шэнь Цзюньци сказал:

- На самом деле мы не одни. Многие люди работают в тени.

Гу Яньчэнь спросил:

- У нас есть следующая цель?

Шэнь Цзюньци подумал и сказал:

- Если мы сможем найти подходящие дела, я хочу расследовать дело Тринадцатого особняка.

Гу Яньчэнь подошёл и сел на диван.

Он повернул голову и посмотрел на профиль Шэнь Цзюньци.

– Какова бы ни была дорога впереди, я буду сопровождать тебя по ней.

По небу плыли облака, предвещая, что сегодня ночью может пойти дождь.

На Биньчэне ночью все во тьме.

После приглушённого раската грома хлынул проливной дождь, смывая всё на своём пути. Городская дренажная система, казалось, не справлялась и не могла достаточно быстро отводить воду. На дорогах образовались глубокие лужи, которые переливались через бордюры.

В такую ночь большинство людей предпочитали оставаться дома. Улицы были пустынны, лишь изредка проезжали машины, которым нужно было куда-то добраться.

В этот час по дороге, ведущей из города, мчался серебристый автомобиль. Машина ехала быстро, её колёса стремительно вращались, оставляя брызги на затопленной дороге.

За рулём автомобиля сидел молодой человек. По его лбу стекали капли пота, он крепко сжимал руль и смотрел прямо перед собой. Дворники на лобовом стекле двигались не переставая. За пределами города царила темнота, и конца дороги было не видно.

Вскоре машина остановилась в ночной темноте. Мужчина опустил стекло и настороженно огляделся по сторонам.

Вокруг было тихо, никого не видно, словно он оказался в изоляции от всего мира.

Перед машиной росло высокое древнее дерево, камфорное дерево, с густой листвой и крепким стволом, который могли обхватить только несколько взрослых мужчин. Ствол был увит гигантскими лианами, а с ветвей свисали красные нити с благословениями.

Если оставить это здесь, разве его не заметят?

Мужчина  вздохнул с облегчением. В свете салона было видно его молодое и красивое лицо, но казалось, что он несколько дней плохо спал, под глазами были глубокие тёмные круги, а на подбородке виднелась щетина.

Дождь продолжал идти, стуча по лобовому стеклу машины.

Немного оглядевши, мужчина открыл дверцу машины и вышел наружу. Он не стал брать зонт, позволив дождю промочить его одежду насквозь. Мужчина взял фонарик, открыл багажник, смело достал из него чёрный пакет и начал разворачивать его слой за слоем. Даже под дождём в воздухе чувствовался тошнотворный запах крови.

Свет фонарика падал на содержимое сумки, излучая слабый и проницаемый свет.

Сердце мужчины бешено заколотилось, когда он зажал фонарик во рту и обеими руками вытащил из мешка части трупа. Это была часть тела от головы до груди, с обеими руками.

Фонарь освещал лишь небольшой участок, и рука мужчины коснулась длинных волос на голове трупа. Его пальцы погрузились в плоть, словно в водоросли на дне озера. Пока он держал эту часть тела, его дыхание участилось. Он собирался положить тело под дерево, но не успел, в небе раздался приглушённый раскат грома, за которым последовал громкий хлопок, и в чёрном небе вспыхнула молния.

При вспышке молнии мужчина встретился взглядом с безжизненной головой. Кожа на лице уже начала разлагаться, и там, где раньше было лицо, теперь было кровавое месиво. Один глаз девушки был полуоткрыт, зрачок посерел. Казалось, что она смотрит на него, безмолвно обвиняя, словно в следующее мгновение она превратится в призрака и откроет свой беззубый рот, чтобы вцепиться ему в шею.

Сердце мужчины забилось как барабан, и он с криком выронил тело из рук.

Он упал на землю, поцарапав руки ветками, и из ран потекла кровь. Фонарь упал, и в кромешной тьме дождливой ночи нельзя было разглядеть собственных пальцев.

Подул ветер, и колокольчики на дереве громко зазвенели.

Небо пронзила ещё одна молния, и он стал на колени.

Мужчина весь дрожал, у него стучали зубы, и он то и дело ударялся головой о ствол.

- Прости, прости, я не причинил тебе вреда. Я не мог вынести мысли о том, что ты сгинешь в неизвестном месте. Было так тяжело доставить тебя сюда. Завтра утром тебя найдут, и кто-нибудь добьется справедливости для тебя.

Он несколько раз ударил себя по голове, пока не почувствовал слабость в мышцах, и остановился. Тело, казалось, поняло его слова. Когда гром и молнии утихли, снова воцарилась тишина, колокольчики перестали звонить, и остался только шум дождя.

Мужчина поднял голову, и лицо трупа показалось ему уже не таким страшным, как раньше.

Спустя долгое время сердцебиение мужчины пришло в норму. Он с трудом поднялся на ноги, как марионетка, которая только учится ходить, и, спотыкаясь, вернулся в машину.

Сидя в машине, мужчина вытер дождевую воду с лица, а затем нервно включил кондиционер. Температура в машине постепенно повысилась.

Немного успокоившись, он снова оглянулся. В кромешной тьме ночи перед деревом лежал окровавленный труп. Он отправил несколько сообщений со своего запасного телефона, прощаясь с семьёй и друзьями.

Последнее сообщение он отправил своему близкому другу:

«Прости, я все равно предал этих людей. С сегодняшнего дня, пожалуйста,  не связывайся больше со мной».

Сделав это, мужчина завёл машину. Его глаза налились кровью, он посмотрел вперёд и глубоко вздохнул.

Окровавленный труп

Глава 109. Окровавленный труп

Сегодня Гу Яньчэнь проснулся раньше обычного. Он взглянул на Шэнь Цзюньци, который крепко спал рядом с ним. Доктор уткнулся лицом в одеяло и мирно посапывал. Гу Яньчэнь успокоился, принял холодный душ, сменил повязку, почистил лоток и решил вывести Уляна на прогулку.

В лучах утреннего солнца капитан Гу закурил сигарету.

Размышляя о том, как долго ему придётся строго следовать предписаниям врача, он опасался, что у него может развиться бессонница, если так будет продолжаться.

Куря, капитан Гу пробормотал себе под нос:

- Интересно, Цзюньци уже проснулся?

При упоминании доктора, Улян тут же посмотрел на хозяина, навострив уши и продемонстрировав человеческое понимание в глазах. Он толкнул Гу Яньчэна лапами.

Гу Яньчэнь знал, что Улян таким образом ищет его внимания, поэтому протянул руку и погладил его по голове.

- Как ты думаешь, что бы Цзюньци хотел съесть на завтрак сегодня?

Когда Гу Яньчэнь оставался один, он тоже разговаривал с Уляном, но в основном не о чем.

Задав вопрос, Гу Яньчэнь машинально дал Уляну немного собачьего корма.

Почему он вообще разговаривал с собакой?

К тому же это был кастрированный пёс-одиночка. Улян казался зрелым для собаки, и Гу Яньчэну показалось, что он понял его и его желания.

Его глаза заблестели, он дважды высунул язык, а затем потянул Гу Яньчэна за собой.

Полицейские собаки, естественно, были сильными. Гу Яньчэнь, всё ещё восстанавливался после травмы, и не осмелился сопротивляться.

Улян вывел их за пределы жилого комплекса и сел на корточки перед киоском с жареными палочками, отказываясь двигаться с места.

Гу Яньчэнь редко приводил собаку в такие людные места.

Пёс выглядел немного свирепым, и девушка, стоявшая позади них, вскрикнула и отступила, словно испугавшись.

Гу Яньчэнь быстро натянул поводок и сказал:

- Извините, это полицейская собака на пенсии, она не укусит.

Он оттащил Уляна назад.

- Пойдём, пойдём домой.

Они уже довольно долго гуляли, пора было возвращаться.

Улян не двигался с места.

Гу Яньчэнь указал вперёд и спросил:

- Ты хочешь, чтобы я купил это на завтрак?

Собака присела на корточки, завыла и завиляла хвостом, словно отвечая на его вопрос.

Увидев, что ещё рано, Гу Яньчэнь встал в конец очереди.

Он никогда не видел, чтобы Шэнь Цзюньци ел это, и не знал, нравится ли ему. Но судя по тому, что так много людей стояло в очереди рано утром, эти жареные палочки из теста были довольно популярны.

Очередь растянулась более чем на двадцать минут.

Гу Яньчэнь вернулся после покупки соевого молока и жареных палочек из теста, а Шэнь Цзюньци только что встал.

Улян добился своего, скромно умолчав о своих достижениях и не претендуя на славу, и вернулся в постель, съев немного собачьего корма.

Шэнь Цзюньци с удовольствием принял завтрак, который протянул ему Гу Яньчэнь.

Он небрежно макнул палочку в соевое молоко и сказал:

- Спасибо, мне очень нравятся жареные палочки из этой палатки.

Жареные палочки в этой палатке были хорошо приготовлены, хрустящие снаружи и с небольшим количеством подсоленного яичного желтка внутри, что придавало им хрустящую текстуру.

Каждый раз, когда Шэнь Цзюньци просыпался поздно, и ему нужно было стоять в длинной очереди, он не ел, потому что он ленив.

- Хорошо, что тебе нравится, — сказал Гу Яньчэнь и решил дать Уляну на ужин куриную ножку.

Не успели они закончить завтрак, как позвонил директор Дин.

- Капитан Гу, я хотел, чтобы вы с доктором Шэнь отдохнули ещё несколько дней, но сегодня утром мы получили сообщение о сложном деле.

Гу Яньчэнь ответил:

- Всё в порядке, я достаточно отдохнул за последние несколько дней, моя рана почти зажила. Мы скоро будем на месте.

- Я отправил вперёд три группы, вы сможете встретиться с ними по прибытии, — сказал директор Дин, вздохнув. — Это дело действительно странное, оно может попасть в заголовки. Я доверяю его только вам.

Затем старый директор дал еще несколько указаний.

Закончив разговор с директором Дином, Гу Яньчэнь собрал вещи и сказал:

- Пойдём, есть дело.

Шэнь Цзюньци кивнул, доел жареные палочки, вытер рот салфеткой и спустился вниз.

Местом преступления стал лесопарк недалеко от Биньчэна.

Группа по расследованию уголовных преступлений прибыла первой и оцепила место происшествия. Некоторые вещественные доказательства уже были собраны. Поскольку дело находилось в юрисдикции Особого отдела по расследованию уголовных преступлений, судмедэксперт не стал перемещать труп.

Бай Мэн, Лу Ин и остальные выехали из городского бюро и прибыли первыми.

Перевод Юй Шэня был одобрен, и сегодня он приехал вместе с ними.

Ци Иань, держа в руках набор для расследования, уже приступил к работе.

Только когда они вышли из машины, Гу Яньчэнь понял, почему директор Дин сказал, что это странно.

Это было несколько странное место сброса трупа.

Здесь было много растительности, повсюду была зелень. Поскольку вчера шел дождь, сегодня лес был покрыт дымкой под солнечным светом, создавая впечатление, будто вы гуляете в тумане.

Первое, что увидел Гу Яньчэнь, — это огромное камфорное дерево, также известное как Камфорный лавр, которое росло здесь много лет. Ствол был очень толстым, диаметром более трёх метров, и нескольким людям пришлось бы взяться за руки, чтобы обхватить его. По толстому стволу вилась огромная глициния, цветы которой только что опали.

К стволу и различным лианам было привязано множество красных лент и разноцветных колокольчиков, которые звенели на ветру. Если бы не тело, лежащее сейчас под деревом, это место было бы похоже на волшебную страну из сказки.

Неподалёку лесничий давал показания полиции. Рядом испуганная пара тоже давала показания прибывшим полицейским. Эти двое пришли помолиться рано утром и стали свидетелями ужасающей сцены, от которой у них чуть душа в пятки не ушла.

Шэнь Цзюньци посмотрел на красные ленты, привязанные к дереву, и спросил:

- Это дерево знаменитое?

Лу Ин слышал несколько легенд и объяснил:

- Это место известно как живописная достопримечательность под названием «Дерево влюблённых». Легенда гласит, что дерево и виноградная лоза были переплетены на протяжении сотен лет. Несмотря на то, что в них ударила молния, ни дерево, ни лоза не погибли. Вместо этого они стали ещё гуще. Позже появилась поговорка, что дерево и лоза были влюблёнными на протяжении десяти жизней, пережили невзгоды и стали бессмертными. Поэтому люди часто приходят сюда, чтобы сделать предложение или помолиться, веря, что получат благословение.

Шэнь Цзюньци посмотрел на отрубленную часть тела молодой девушки, лежащую под лианами дерева, а именно от головы до груди, с обеими руками, свисающими по бокам, в спутанных длинных волосах среди ветвей.

Тело выглядело как плод, растущий на дереве, почти сливаясь со стволом.

Часть лица и кожа трупа были полностью повреждены, превратившись в месиво из плоти и крови, напоминающее окровавленный труп. Гниющие останки привлекали мух, которые жужжали вокруг, а запах вызывал тошноту, что делало эту сцену особенно шокирующей. Место захоронения имело решающее значение, так как часто содержало большой объём криминальной информации. А осмотр места происшествия судмедэкспертом часто становился отправной точкой для уголовного расследования.

Ци Иань уже достал камеру и начал делать снимки, а затем достал бланк для осмотра места происшествия и начал его заполнять.

Бай Мэн некоторое время осматривала место преступления и подвела итог:

- Тело было оставлено после полуночи, во время дождя. На месте преступления видны следы шин, указывающие на то, что преступник приехал на машине.

Юй Шэнь, нашёл несколько следов для криминалистов.

- Судя по следам, это молодой мужчина, ростом более 1,75 метра. Под деревом есть следы падения, а в кустах — осколки стекла от фонарика.

Гу Яньчэнь заметил:

- Этот способ скинуть тело очень необычный.

Причины, по которым убийцы совершают преступления, разные. После совершения преступления, если у них есть достаточно времени, они, как правило, убирают следы.

Во-первых, некоторые убийцы осознают, что убийство — это плохо, и пытаются спрятать тело. Такие убийцы обычно испытывают чувство вины и страх. Они прячут тело в укромном месте, заливают бетоном, закапывают в землю, покупают морозильную камеру, расчленяют тело, сжигают его или топят в озере. Они делают всё, чтобы их не нашли. Такой способ избавления от тела также распространён в случаях, когда преступник знаком с жертвой.

Во-вторых, некоторые убийцы считают убийство чем-то незначительным и уверены, что их не поймают. После убийства они либо оставляют тело прямо на месте преступления, либо небрежно избавляются от него, пряча в старом багаже, мусорных кучах, заброшенных домах. Они избавляются от тела, как от мусора, без всякой осторожности.

В-третьих, некоторые убийцы считают убийство выдающимся достижением и испытывают сильное желание похвастаться. Они намеренно оставляют тело на виду у других, на пешеходных мостах, у входа в школу, в людных местах, на рынках или даже доставляют его семье жертвы…

Это три наиболее распространённых способа избавления от тел. Иногда случаются исключения. Например, иногда убийцы чередуют эти психологические состояния, что приводит к нестандартным способам избавления от тел. Некоторые могут перемещать тело, но в целом их действия логичны.

Женский труп, лежавший перед ними, с содранной кожей лица и расчленённым телом, был изуродован с особой тщательностью, чтобы скрыть личность жертвы. Однако тело было оставлено под Деревом влюблённых в лесопарке, как будто преступник боялся, что его не найдут.

Гу Яньчэнь не мог объяснить эти противоречивые действия. Остальные сотрудники отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями обсуждали эту странную сцену.

Бай Мэн вмешалась:

- Может быть... девушка отказала мужчине, поэтому он убил её в отместку и намеренно оставил здесь? Предупреждение о мести?

Она предложила другой взгляд на ситуацию.

Шэнь Цзюньци добавил:

- Возможно, ситуация гораздо сложнее, чем мы думаем, а может быть, всё очень просто, но мы не знаем некоторых фактов.

Гу Яньчэнь кивнул и согласился с Шэнь Цзюньци. Когда что-то идет не так, должен быть монстр. В этом случае должна быть информация, которой они не знают.

Лу Ин присел на корточки, чтобы поискать следы, и с некоторым сожалением сказал:

- Жаль, что сильный дождь смыл большую часть следов.

На земле были видны лишь частичные следы. Если бы были полные следы или пятна крови, информации могло бы быть больше.

Шэнь Цзюньци подошёл, ловко надел перчатки, протянул руку и осторожно приподнял голову женщины, повернув её лицом к себе и встретившись с ней взглядом. Он внимательно смотрел вниз, словно держал в руках произведение искусства.

Кожа на лице и голове полностью растворилась, веки отслоились, глаза изуродованы, один глаз поврежден химикатами, а другой сохранился, он полуоткрыт, и зрачок очень бледный. После смерти роговица со временем становится непрозрачной, и сейчас она полностью непрозрачна, что указывает на то, что смерть наступила более двух дней назад.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Судя по строению черепа, при жизни она была очень красива.

Пока Шэнь Цзюньци разглядывал труп, Гу Яньчэнь наблюдал за ним.

Остальные не решались смотреть на окровавленную голову, не говоря уже о том, чтобы видеть в ней какую-то красоту.

Однако Шэнь Цзюньци оставался на удивление спокойным. Держать в руках голову, в которой видны кости, — уже само по себе жутковато.

Шэнь Цзюньци встал. Его фигура под Деревом влюблённых казалась тонкой, как лист бумаги.

Шэнь Цзюньци уставился на лежащий, на земле труп, а затем сказал:

- Я заметил кое-что странное.

Гу Яньчэнь шагнул вперёд и спросил:

- Что?

Шэнь Цзюньци указал на тело:

- У неё вырвали все зубы, не осталось ни одного. И сделано это было очень профессионально.

Гу Яньчэнь задумался:

- Возможно ли, что человек, избавившийся от тела, не является убийцей?

Он сделал паузу:

- Может, это дело рук уборщиков?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Похоже на их стиль.

Но если с телом работали уборщики, то кто его бросил?

И каков мог быть его мотив?

Исчезновение

Глава 110. Исчезновение

Шэнь Цзюньци снова присел на корточки, чтобы внимательно всё осмотреть.

- Все зубы были вырваны, не осталось ни одного. Работа выполнена очень чисто и профессионально. На самом деле это довольно сложная задача. Как правило, только специалисты, обладающие определёнными знаниями в области судебно-медицинской экспертизы, понимают, насколько важны зубы для идентификации трупа.

В области судебно-медицинской экспертизы есть отдельная отрасль — судебная одонтология. В рамках этой дисциплины по зубам человека можно установить его личность, определить его расу, пол, возраст и пищевые привычки. Но теперь зубы этого трупа удалены.

Ци Иань, стоявший рядом с ним, нахмурился и спросил:

- Значит, человек, который прикасался к телу, обладает определёнными знаниями в области судебной медицины? Учитель, можете ли вы объяснить, как были получены травмы на лице?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Царской водкой, но её должно быть небольшое количество. Если ее будет много, все кости расплавятся.

По сравнению с обычными случаями, с этим трупом обошлись слишком профессионально. Похоже, что тот, кто это сделал, уже знал, как власти будут вести расследование, если труп однажды обнаружат.

Выслушав объяснение Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь ещё больше утвердился во мнении, что это мог быть профессиональный уборщик. Без целого тела и без смертельных ранений сложно установить причину смерти и орудие убийства. Неполная цепочка улик — существенный недостаток для последующего расследования и судебного разбирательства.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Потом мы проведём вскрытие, чтобы установить причину смерти и опознать погибшую.

Бай Мэн спросила:

- Учитывая состояние тела, сможем ли мы найти какие-нибудь улики?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Этот труп подвергся чрезмерной обработке, что само по себе является самой большой загадкой.

Ци Иань сказал:

- Теперь я немного понимаю. Те, кто поступает неправильно, в конце концов, встретят свой конец. С каждым новым шагом в работе с телом мы можем обнаружить всё больше улик.

Шэнь Цзюньци кивнул в знак согласия.

Закончив фотографическую съёмку, Ци Иань принёс мешок для трупов и положил в него окровавленное тело.

Гу Яньчэнь помог им погрузить тело в катафалк, затем повернулся к остальным и сказал:

- Проведите спиральный поиск на месте обнаружения трупа, чтобы найти дополнительные улики или следы.

Шэнь Цзюньци вернулся в городское бюро и отвёз тело в здание судебно-медицинской экспертизы. Он переоделся в форму судмедэксперта, надел маску и перчатки и после дезинфекции вошёл в помещение для вскрытия. Мощный вытяжной вентилятор над столом для вскрытия громко гудел, создавая в помещении для вскрытия особую атмосферу.

Сделав фотографии, Ци Иань отложил их в сторону и начал тщательно осматривать и измерять тело. Измерения, длина волос, отличительные черты... Несмотря на то, что лицо было повреждено, шея женщины осталась нетронутой, а разрез под грудью был очень ровным.

Шэнь Цзюньци указал на несколько повреждений на шее и сказал:

- Посмотрите на эти травмы. Чем они примечательны?

На теле были обнаружены следы ожогов, которые на первый взгляд не складывались в какой-то узор, но при ближайшем рассмотрении становились более понятными. Некоторые из них были чуть более глубокими и представляли собой круглые точки, по четыре или пять с каждой стороны шеи, как будто для их нанесения использовали мешалку с химическими реагентами. Были также следы в виде прямых линий, проведённых в одном направлении. Человек, который прикасался к телу, был очень осторожен и не оставил ни ран, ни следов. Но этот способ обращения с телом, похоже, на что-то указывал.

Ци Иань посмотрел и сказал:

- В таком положении... может произойти подкожное кровотечение. Это что, попытка скрыть следы удушения?!

Он сделал жест, демонстрируя, как это делается: положил руку на шею, и кончики пальцев коснулись этих точек. Как будто кто-то оставил следы на огромном снежном пространстве, а затем кто-то другой, чтобы скрыть эти следы, нарисовал на них другие фигуры, но случайно выдал, что там что-то было.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- На шее с каждой стороны по четыре-пять следов, которые являются признаками удушения руками. Несмотря на то, что поверхность повреждена, глубокие ткани не разрушены полностью. В сочетании с точечным кровотечением из конъюнктивы глаза и слизистой оболочки рта, а также с повреждением языка, это с высокой вероятностью указывает на удушение. А по расположению следов удушения и тяжести ран мы можем определить приблизительный размер ладони убийцы, длину его пальцев и силу. Предварительная оценка показывает, что преступник, скорее всего, был мужчиной.

Он открыл рот и осмотрел язык.

- Перелом правого верхнего угла щитовидного хряща, перелом большого рога подъязычной кости. Под языком наблюдается кровотечение в рыхлой ткани.

Сказав это, Шэнь Цзюньци продолжил:

- Степень разложения тела и время смерти не соответствуют. У меня есть ещё одно предположение, возможно, это тело было сначала похоронено.

Ци Иань вмешался:

- Но на теле не так много земли.

Шэнь Цзюньци объяснил:

- Его похоронили в мешке, а потом кто-то выкопал его.

Герметичный пластиковый пакет будет удерживать тело в анаэробной среде, замедляя процесс разложения по сравнению с нахождением на воздухе.

Шэнь Цзюньци начал сбривать волосы с головы, и скребок издал тихий звук. Когда волосы покойной были сбриты, он сделал аккуратный надрез за ухом покойной.

После того как скальп был вскрыт, обнажился череп женщины. Шэнь Цзюньци взял электрическую пилу для черепа, и аккуратно вскрыл черепную коробку.

- В тканях мозга нет явных повреждений, но в мозговых оболочках и паренхиме мозга наблюдается застой крови и точечные кровоизлияния, а также небольшое кровоизлияние в височной кости.

Всё это было характерно для смерти от удушья.

Затем Шэнь Цзюньци извлёк водянистую влагу из неповреждённого глаза и взял немного крови, попросив Ци Ианя провести дальнейший анализ в лаборатории.

После того как все было обработано, доктор Шэнь провел сканирование черепа и ввел данные в компьютер для реконструкции лица. Вскрытие черепа заняло около получаса, а реконструкция по результатам сканирования — около часа.

Когда они закончили, Гу Яньчэнь тоже завершил осмотр места происшествия и вернулся в городское бюро. Капитан Гу упаковал вещественные доказательства и, передав их в лабораторию, сразу же отправился в прозекторскую, чтобы оценить ситуацию.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Есть ли какие-то новые улики на месте преступления?

Гу Яньчэнь ответил:

- Там нашли немного крови, но она была загрязнена дождевой водой и отправлена в лабораторию. Не уверен, что они что-то найдут.

Шэнь Цзюньци немного беспокоился за него:

– Ты был так занят этим делом с тех пор, как вернулся. Ты хорошо себя чувствуешь?

- Все нормально, я потом проверюсь.

Гу Яньчэнь взглянул на только что завершённое вскрытие и спросил:

- Вы установили причину смерти?

Шэнь Цзюньци поднял голову, снял маску и посмотрел на него в свете бестеневой лампы.

- Её задушили.

Глядя на полутруп, в сознании Ци Ианя возникла картина, юную девушку душили за шею обеими руками. Она в шоке открыла глаза и продолжала бороться. Другая сторона продолжала применять силу, пока она не перестала дышать.

Он не мог не содрогнуться, когда подумал об этой жестокой сцене.

Гу Яньчэнь спросил:

- Можете ли вы определить время смерти?

- Более двух дней. Вероятно, умерла около полуночи позавчера. Затем труп был помещен в пакет и закопан, а вчера вечером кто-то его откопал. Кроме того, я отсканировал голову и позже попробую восстановить внешность погибшей.

Шэнь Цзюньци использовал эту технологию в предыдущем деле, связанном с Сюй Япэй.

Теперь компьютер слой за слоем добавлял плоть к этим костям, а затем покрывал их слоем кожи. Форма бровей, глазниц, переносицы, губ, челюсти... Изображение девушки на компьютере постепенно обретало форму, и Шэнь Цзюньци, глядя на окровавленные кости, вносил коррективы, пока, наконец, не получилась фотография девушки.

После того как всё было сделано, Ци Иань отправился в хранилище для трупов.

Потом они отправились в здание уголовного розыска на совещание.

Обыск на месте преступления не дал много информации, поэтому все возлагали надежды на результаты вскрытия.

И Шэнь Цзюньци их не разочаровал. Он увеличил реконструированное изображение лица и поместил его на доске.

Все посмотрели на полученную фотографию, покойная была красивой молодой девушкой.

Шэнь Цзюньци сообщил всем полученную информацию:

- Приблизительный возраст погибшей — около 20 лет, женщина. Судя по черепу и шейным позвонкам, рост женщины составлял примерно 1,65 метра, у неё была стройная фигура, вес — около 43 килограммов. Смерть наступила позапрошлой ночью, на шее трупа видны следы. Судя по кровоизлияниям в подъязычную и височную кости, причиной смерти стало удушение. Зубы трупа были полностью вырваны, лицо было изуродовано царской водкой, как и все отличительные приметы, а сам труп был расчленён с помощью пилы для костей. Труп был закопан, а затем выкопан и выставлен на показ. Другие выводы можно сделать на основании информации о частях тела. У девушки была лёгкая степень близорукости, волосы были в хорошем состоянии. Судя по сохранившейся коже на лбу и шее, у неё была светлая кожа, и она нечасто бывала на солнце. У неё не развита мускулатура, она не занималась спортом. Хотя отпечатки пальцев были уничтожены, руки у неё были тонкие, ногти целые, со следами акварельной краски в ногтевых складках и мозолями от письма.

Он продолжил:

- Принимая во внимание всё это, я предлагаю начать с иногородних студентов, особенно тех, кто учится на творческих специальностях.

Гу Яньчэнь начал раздавать поручения.

Он сказал Бай Мэн:

- Отправьте восстановленную фотографию во все полицейские участки и проверьте, нет ли там заявлений о пропаже людей. Лу Ин, вы с Юй Шэнем должны получить записи с камер наблюдения в городе. Сравните следы шин на месте преступления с записями с камер наблюдения за выездом прошлой ночью, чтобы определить, какой автомобиль использовался для сброса тела.

Во второй половине дня в городском бюро Биньчэна, после небольшого перерыва, начала работу специальная следственная группа. Для повышения эффективности они привлекли нескольких сотрудников из других отделов.

Лу Ин сравнивал автомобили, проезжавшие мимо прошлой ночью. Это была непростая задача. По одному отпечатку протектора можно было определить только то, что это был автомобиль Nissan, но даже после первичного анализа оставались сотни вариантов, и информация могла быть неточной.

Юй Шэнь проводил проверку автомобильных дорог. Он обнаружил, что, несмотря на сильный дождь, прошлой ночью, на основных перекрёстках города всё ещё было много машин.

Юй Шэнь сообщил об этом Гу Яньчэну.

Гу Яньчэнь сказал:

- Проведите статистический анализ и понаблюдайте за этими автомобилями по городу, чтобы понять, откуда они выезжали.

Вчерашний внезапный рост трафика в дождливую ночь был аномальным. Возможно, эти люди получили информацию и искали пропавший труп. Отследить маршруты этих машин было непростой задачей, но Гу Яньчэнь считал, что стоит проверить эту версию.

Бай Мэн была занята общением с различными полицейскими участками. Через некоторое время она сказала:

- Капитан Гу! Мы нашли её. Фотография, предоставленная доктором Шэнь, просто потрясающая!

Гу Яньчэнь подошёл, чтобы взглянуть.

Бай Мэн сопоставила его с заявлением о пропаже человека. Заявление было подано вчера. Пропавшую девушку звали Ся Тяньэнь.

Бай Мэн открыла файл, в котором было её фото с удостоверения личности и несколько фотографий, предоставленных её семьёй. Затем она посмотрела на реконструированное изображение.

- Оно очень похоже на фотографию, предоставленную доктором Шэнь. Возраст, рост и телосложение совпадают.

Девушка на фотографиях была молодой и красивой. Ся Тяньэнь в этом году исполнилось 20 лет, она училась в Биньчэнском университете на факультете рекламы. Она снимала дом за пределами кампуса, потому что в общежитии для аспирантов было слишком шумно. Позавчера был крайний срок сдачи работы, но она её не сдала. Однокурсники пытались связаться с ней, но не получили ответа. Когда они позвонили ей, её телефон был выключен, чего раньше никогда не случалось.

Её друзья тоже не могли с ней связаться. Когда они открыли её комнату, то обнаружили, что её там нет. Услышав эту новость, её родители забеспокоились и поспешили к ней. Одноклассники и учителя отправились в ближайший полицейский участок, чтобы заявить о её пропаже. К сожалению, анализ ДНК и определение группы крови ещё не были готовы, поэтому подтвердить её личность можно было только на основании этой информации.

Гу Яньчэнь сказал:

- Свяжитесь с семьёй как можно скорее и пригласите её друзей для допроса.

Наконец-то была найдена предполагаемая жертва.

Бай Мэн и Лу Ин связались с полицейскими участками, чтобы проверить информацию. К трём часам дня было окончательно установлено, что жертвой действительно была Ся Тяньэнь. Но теперь возникла новая проблема. Обычная студентка колледжа с простыми социальными связями. Зачем кому-то было расчленять её тело и класть части под дерево влюблённых?

Получив уведомление, классный руководитель Ся Тяньэнь и её лучшая подруга приехали в городское бюро.

Гу Яньчэнь лично встретил их, а Шэнь Цзюньци, закончив работу в бюро судебно-медицинской экспертизы, присоединился к ним.

Гу Яньчэнь несколько минут беседовал с учительницей и убедился, что она мало что знает. Однако одноклассница Ся Тяньэнь опустила голову и не решалась заговорить.

Гу Яньчэнь отвёл её в переговорную.

Бай Мэн и Шэнь Цзюньци тоже вошли в комнату.

Дэн Аньлу достала из рюкзака удостоверение личности и сказала:

- Меня зовут Дэн Аньлу. Я одноклассница Ся Тяньэнь, а также её бывшая соседка по комнате…

У Дэн Аньлу были волосы до плеч и очень нежная и привлекательная внешность. Она выглядела как студентка, такая же невинная и милая. Её лицо побледнело, в глазах заблестели слёзы, когда она спросила:

- С Ся Тяньэнь действительно что-то случилось?

Гу Яньчэнь посмотрел на Дэн Аньлу и заметил, что у неё на руках выступили мурашки. У него возникло подозрение, что Дэн Аньлу что-то знает, и он спросил её:

– Что вам известно?

Дэн Аньлу всё ещё была в шоке, её глаза застилал туман, и казалось, что она вот-вот расплачется.

- Я прожила с Ся Тяньэнь меньше трёх месяцев и всё время чувствовала, что что-то случиться. Потом я съехала. Я не ожидала… Я не ожидала…

Шэнь Цзюньци слегка нахмурился, слушая её.

Гу Яньчэнь попросил Бай Мэн налить Дэн Аньлу воды. После того как она сделала несколько глотков, её состояние улучшилось.

- Возможно, с местом, где мы раньше жили, что-то не так. Поблизости постоянно происходили ужасные события, и там были странные люди.

- Я пришла сюда сегодня и принесла кое-что странное.

Она порылась в рюкзаке и достала сложенный лист бумаги.

- Я нашла это под дверью перед тем, как съехать.

Гу Яньчэнь, опасаясь повредить улики, надел перчатки и развернул бумагу.

Внутри было несколько слов, написанных левой рукой: «Покиньте это место!»

Странные события

Глава 111. Странные события

Гу Яньчэнь сначала спросил о месте, которое они раньше арендовали, и Дэн Аньлу назвала адрес. Она показала Гу Яньчэну сделанные ею ранее фотографии и скриншоты с информацией из интернета. Это была очень чистая и стильная квартира.

Стены были свежевыкрашены в белый цвет, пол деревянный, светлого оттенка, на стене висело зеркало в полный рост. На обувном шкафу у входа стоял небольшой поднос с медведем. Шторы цвета молочного кофе, компьютерный стол и шкаф в одном стиле, а под вращающимся креслом лежал белый шерстяной коврик. Общее оформление было в скандинавском стиле, большие окна, яркие тона и большой шкаф в спальне. Понятно, что первое впечатление было гораздо привлекательнее для молодёжи, чем старомодное оформление.

Бай Мэн спросила:

- Сколько стоит аренда такого жилья?

Дэн Аньлу ответила:

- Агент сказал, что мы можем подать заявку на студенческую скидку. Для нас двоих это будет 800 юаней за человека в месяц.

В престижном районе Биньчэна, по такой цене, сдавая в аренду квартиру с лифтом, агентство практически занималось благотворительностью. Но восемьсот юаней в месяц были слишком дорого для студентов. Такое могли себе позволить только те, кто происходил из относительно обеспеченных семей.

Услышав, это Гу Яньчэнь отправил Лу Ина с командой на разведку, а сам вместе с Бай Мэн и Шэнь Цзюньци продолжили расследование здесь.

- Квартира была отличная, и стоила она очень дёшево, но, когда мы там жили, мы столкнулись с некоторыми очень странными вещами.

Дэн Аньлу собралась с мыслями и начала:

- Сначала мы с Ся Тяньэнь осмотрели несколько квартир. Поначалу агент показывал нам совсем ветхие квартиры, в которых невозможно было жить. Нам они не подошли, поэтому он привёл нас сюда.

Услышав это, Шэнь Цзюньци взглянул на Гу Яньчэна. Это был типичный трюк агентов. Чтобы клиенты быстрее определились с выбором недвижимости, они намеренно показывали им самые ветхие объекты, и называли высокие цены. Таким образом, когда клиенты видели более качественные объекты, они с большей вероятностью соглашались на них, думая, что получили отличное предложение.

- Квартира находилась на шестом этаже здания с лифтом, была красиво оформлена и выглядела новой. Сотрудник сказал, что эта квартира пользуется большим спросом и нам нужно принять решение как можно скорее. В ходе беседы, ему поступил звонок и он сказал, что ему нужно выйти, чтобы ответить, утверждая, что еще кто-то хочет снять эту квартиру и готов внести залог. Тогда мы очень волновались.

Это был еще один трюк. На самом деле за квартиру никто не боролся. Если они спешили, то попадали в ловушку агента.

- Мы были очень довольны этой квартирой, в которой у каждого была своя комната. В тот вечер мы обо всем договорились и подписали договор аренды... Но на следующий день, когда мы собирались переезжать, мы обнаружили, что квартира выглядит совсем не так, как накануне вечером. Только днём мы могли хорошо видеть, что происходит снаружи. На окне балкона в комнате был отпечаток ноги. Он был обращён внутрь, и это был мужской след…

Следы, ведущие внутрь, указывали на то, что кто-то забрался в дом через окно.

Девушки, живущие в этой квартире, должно быть, почувствовали себя неуютно, когда вскоре после заселения обнаружили такое.

Дэн Аньлу вздохнула:

- Мы увидели это только на следующий день. На пятом этаже, рядом с подоконником, была крыша, а недалеко от неё — кондиционер. Даже такие девушки, как мы, могли забраться на крышу с пятого этажа. Мы быстро сообщили о проблеме с безопасностью в компанию, которая сдавала нам квартиру, и они сказали, что установят для нас защитные сетки.

Гу Яньчэнь спросил:

- След всё ещё там?

Дэн Аньлу сказала:

- Мы потом его смыли, потому что он выглядел устрашающе. Защитные сетки были установлены в течение недели. Я думал, что теперь мы в безопасности, но я не ожидала, что это только начало. Потом произошли ещё более странные события… Примерно через месяц после того, как мы переехали, было, наверное, около восьми часов вечера, мы с другом возвращались с ужина, и вдруг в темноте я увидела мужчину, роющегося в мусорных баках в коридоре. Я наблюдала за происходящим со стороны. Этот человек не только не испугался, но и бросил на меня злобный взгляд. Потом он достал из мусорного бака свёрток. Я вспомнила, что Ся Тяньэнь днём что-то выбросила, и решила, что это её свёрток, поэтому поднялся наверх и рассказал ей об этом.

Бай Мэн подняла голову и сказала:

- Может, это мусорщик? В нашем районе есть пожилые люди, которые любят собирать коробки и бутылки.

Дэн Аньлу сказала:

- Сначала я тоже подумала, что он мусорщик, но его одежда не была похожа на униформу. Он был в кожаных туфлях, и даже его ремень был дорогого бренда. Обычно коробки собирают пожилые люди, но этот мужчина был в расцвете сил.

Гу Яньчэнь спросил:

- Вы помните, как выглядел этот мужчина?

Дэн Аньлу покачала головой:

- Было уже темно, я ничего не разглядела. Ему, наверное, было за тридцать, но я запомнила только, что он был немного полноват. Я тогда очень испугалась. А на следующий день Ся Тяньэнь позвонили с неизвестного номера… и произошло ещё более ужасное…

Гу Яньчэнь спросил:

- Что сказал этот человек?

- Он… ничего не сказал.

Дэн Аньлу сказала это с каким-то неестественным выражением лица, словно вспоминая ужасающие события того времени.

- Он ничего не сказал, и от этого было ещё страшнее. Сначала Ся Тяньэнь подумала, что это просто розыгрыш, и повесила трубку, но звонки продолжились, он звонил с разных номеров. Ся Тяньэнь разозлилась и выругалась в трубку. Но на другом конце провода просто слышно было дыхание…

— Дыхание? — Гу Яньчэнь нахмурился.

Дэн Аньлу сказала:

- Да, это был мужчина, он тяжело дышал… В трубке раздавались странные звуки… как у дикого зверя в лесу, который смотрит на свою добычу… это отвратительно.

Говоря об этом, она глубоко вздохнула, и её ноги задрожали. Даже просто слушая это, можно было понять, что это был странный случай.

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Ты сообщала в полицию или может, пожаловалась кому-нибудь на это?

- Пожаловаться? Как мы могли? Сказать, что нам постоянно звонят и беспокоят?

Дэн Аньлу с горечью вздохнула:

- Мы пошли в полицию, но там просто зарегистрировали заявление и отправили нас домой. Ся Тяньэнь так испугалась, что на следующее утро сменила номер телефона. Мы обе были в ужасе от этого. Мы долго не решались покупать что-то онлайн. Мы несколько раз проверяли мусор, прежде чем выбросить его, и даже замазали цифры на коробках, прежде чем их выбросить. В последующие дни мне постоянно казалось, что кто-то наблюдает за мной, смотрит на меня… Это чувство пугало меня, от него перехватывало дыхание. Когда я шла одна, мне казалось, что за мной следят, но когда я оборачивалась, никого не было. Когда я ходила за покупками, мне казалось, что за мной наблюдают. Мне даже казалось, что… проходящие мимо мужчины злорадно улыбаются мне…Мне казалось, что я попала в ловушку, в сеть. Я перестала гулять в одиночестве, а после занятий брала Ся Тяньэнь за руку и спешила домой, не осмеливаясь выходить на улицу ночью, и возвращалась в квартиру пораньше. Но даже несмотря на это, чувство не покидало меня. Однажды вечером после ужина я не выдержала и рассказала Ся Тяньэнь о недавних событиях. Ся Тяньэнь сказала, что в школе, когда она выбирала факультативы, она столкнулась со странными людьми, с других факультетов. Во время урока кто-то сидел сзади и фотографировал её на телефон, даже показывал на неё пальцем. Потом этот человек стал вести себя ещё наглее и попытался засунуть телефон ей под юбку. Она с одноклассниками погналась за ним, но мужчина убежал.

Бай Мэн сделал пометку в блокноте, планируя позже сходить в школу, где учится Ся Тяньэнь, чтобы узнать больше.

Дэн Аньлу продолжила:

- Ся Тяньэнь рассказала об этом, вероятно, чтобы утешить меня, но, услышав его, я испугалась ещё больше. Тогда она всё ещё улыбалась и успокаивала меня, говоря, что многие женщины сталкивались с подобным в юности. Мужчин с плохими намерениями, которые тайком фотографируют, можно встретить повсюду, в автобусах, на улицах. Ся Тяньэнь сказала, что я, возможно, слишком чувствительна и что нам просто не повезло. Она сказала, что нам нужно пойти в храм и помолиться, и тогда всё будет хорошо... Но потом...

Дэн Аньлу сделала паузу, прикусив губу, словно сомневаясь, стоит ли рассказывать дальше.

Гу Яньчэнь заметил её нерешительность и сказал:

- К таким вещам нельзя относиться легкомысленно. Они могут быть очень полезны для нашего расследования.

Бай Мэн тоже успокоила её:

- Мы сохраним это в тайне.

Только после этого Дэн Аньлу продолжила:

- Я уверена, что мне не показалось. За нами действительно следили. Вокруг меня и Ся Тяньэнь крутились какие-то мужчины, которые время от времени поглядывали на нас. Однажды я поехала на метро к дому учителя, чтобы забрать кое-какие материалы. Было около трёх часов дня, в поезде было немноголюдно, но какой-то мужчина всё время прижимался ко мне. Мне стало некомфортно, и я перешла в другой вагон, но мужчина последовал за мной. Он продолжал задевать меня, и мне стало не по себе, я покрылась холодным потом. Я подошла к двери вагона, собираясь выйти, и мужчина последовал за мной. Когда поезд остановился, он, похоже, собирался выйти, и это меня наконец-то успокоило. Но как только мужчина собрался выйти из поезда, он наклонился к моему уху и сказал… он сказал… «У тебя на груди красная родинка». Затем он вышел. Я была в шоке, моё тело обмякло. У меня действительно есть красная родинка на груди, но она находится в очень интимном месте. В тот день на мне было платье, и, возможно, вырез был немного низким, поэтому он увидел её… Тогда мне стало плохо и страшно.

Дэн Аньлу остановилась, явно не желая вспоминать дальше. Она протянула руку и крепко сжала вырез на груди, дрожа всем телом.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты можешь описать, как выглядел этот мужчина?

Дэн Аньлу покачала головой:

- Тогда я не осмеливалась поднять голову. Я помню только, что он был высоким.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты рассказала об этом Ся Тяньэнь?

Дэн Аньлу сказала:

- Я не стала вдаваться в подробности, потому что это было не приятно обсуждать. Я просто сказала ей, что встретила в метро ещё одного извращенца, и напомнила ей, чтобы она была осторожна. Теперь я думаю… могли ли эти люди убить её?

Бай Мэн спросил:

- Почему ты не съехала?

Дэн Аньлу ответила:

- Мы думали, что проблема в доме, и почувствовали, что что-то не так. Мы уже заплатили за аренду за шесть месяцев, а агент отказался вернуть деньги…

Гу Яньчэнь спросил:

- Но почему ты в конце концов съехала?

Дэн Аньлу успокоилась и сказала:

- То, из-за чего я решила съехать, произошло около полумесяца назад. В тот день, около одиннадцати часов вечера, шёл дождь. Я закончила мыть посуду и собиралась отдохнуть, как вдруг услышала стук в дверь. Мы с Ся Тяньэнь были дома, мы спросили, кто там, но снаружи никто не ответил. Стук становился всё настойчивее и даже превратился в бешеный грохот. Затем я услышала, как кто-то дёргает дверную ручку... очень сильно, очень громко. Я набралась смелости, подошла к двери и посмотрела...

Бай Мэн перестала делать заметки и спросила:

- Что ты увидела?

- Я увидела, как кто-то заглядывал в комнату через глазок! - Сказала Дэн Аньлу, ее глаза наполнились ужасом, она все еще живо вспоминала ту ужасающую сцену.

Гу Яньчэнь спросила:

- Вы вызвали полицию?

Дэн Аньлу покачала головой:

- Мы позвонили в управляющую компанию. Они отправили кого-то проверить, но к тому времени за дверью уже никого не было. Позже они проверили записи с камер наблюдения и сказали, что, возможно, это был курьер, который ошибся адресом. Но из-под двери я достала этот листок бумаги.

Это была записка со словами: «Покиньте это место!»

Всё, о чём говорила Дэн Аньлу, казалось обыденным, это часто происходит, но когда это случилось не один раз, становится жутко.

Дэн Аньлу продолжила:

- После этого я отказалась там жить. Каждую ночь мне снились кошмары. Я убедила Ся Тяньэнь вместе обратиться в компанию по аренде жилья с просьбой съехать и найти нам другое место или вернуть деньги. Но компания по аренде жилья изменила своё отношение и отказала нам. Они сказали, что мы раздуваем из мухи слона, что это не их ответственность и что в доме нет проблем с безопасностью. Они также сказали, что сдают его нам по очень низкой цене и что, если мы расторгнем договор аренды, мы больше не найдём такое хорошее место. Я так разозлилась, что даже не стала требовать возврата денег и просто вернулась в общежитие.

Тогда Гу Яньчэнь спросил её:

- Почему Ся Тяньэнь не съехала?

Дэн Аньлу ответила:

- Я дорожила своей жизнью и ушла, не требуя залог. Ся Тяньэнь не хотела расставаться с деньгами. У неё были проблемы со сном. Она не могла уснуть из-за шума в общежитии, а к берушам она так и не привыкла. Поэтому она отказалась возвращаться.

Гу Яньчэнь спросил:

- В какой компании вы арендовали квартиру?

- Dream Rentals, — ответил Дэн Аньлу.

Бай Мэн проверила и сообщила:

- Это одна из тех компаний, которые арендуют дома у владельцев, делают в них ремонт, а затем сдают в субаренду.

В таких домах, даже если возникают проблемы, часто происходит перекладывание ответственности между агентом, владельцем и компанией по аренде, что затрудняет установление виновных.

Шэнь Цзюньци спросил:

- А как же ваш договор аренды?

Дэн Аньлу сказала:

- Когда мы подписывали контракт, агент сказал, что эта цена требует специального одобрения от руководства. После того как мы получим одобрение, нам выдадут контракт. Они разрешили нам заселиться без контракта. Мы тогда торопились, поэтому сначала перевели арендную плату агенту. Но позже они так и не выдали нам контракт, несмотря на мои напоминания. Они просто сказали, что это не повлияет на наше пребывание. Но, когда у Ся Тяньэнь возникли проблемы, я хотел снова обратиться к агенту, но, похоже, меня внесли в чёрный список.

Не было даже контракта. Этим девушкам не хватало социального опыта.

Дэн Аньлу продолжила:

- Мы впервые снимали жильё и многого не знали. В последнюю минуту мы просто просмотрели руководство в интернете. Я и подумать не могла, что возникнет столько проблем.

Задумавшись, Дэн Аньлу добавила:

- О.., Ся Тяньэнь сказала, что, возможно, её парень приедет и поживёт у неё. Она сказала, что не будет бояться, если будет с парнем.

Бай Мэн спросила:

- Кто её парень? Он из вашей группы?

Дэн Аньлу покачала головой:

- Я его не знаю, и она его не показывала. Похоже, они только начали встречаться. Она сказала, что познакомит его со мной, когда они будут вместе уже какое-то время…

Закончив разговор, Гу Яньчэнь попросил Дэн Аньлу расписаться, а затем записал её контактные данные.

Аквариум

Глава 112. Аквариум

Бай Мэн проводила Дэн Аньлу, оставив ей свой номер телефона и попросив связаться с ней в любое время, если она что-нибудь вспомнит.

Телефон Гу Яньчэна издал звуковой сигнал. Это было сообщение от Лу Ина: «Капитан Гу, похоже, здесь кто-то был и все тщательно убрал, но мы нашли это возле зеркального шкафа в ванной, на потолке и за телевизором».

Далее были прикреплены несколько фотографий. Можно увидеть разъемы проводов. Провода черные и немного толще обычных.

Эти места очень странные и явно не связаны с бытовой техникой.

Гу Яньчэнь нахмурился и ответил: «Понял».

Лу Ин спросил: «Что нам с этим делать?»

Гу Яньчэнь сказал: «Отрежь его и принеси для экспертизы».

Затем он спросил: «А что насчёт компании Guest Renting, ты видел их менеджера?

Лу Ин вздохнул: «Ах, не говори об этом, я не знаю, пронюхали ли они о чём-то, но они исчезли. Даже бывшие сотрудники оставили ложную информацию».

Гу Яньчэнь сказал: «Если ты больше ничего не можешь найти, то можешь считать, что на сегодня всё».

Шэнь Цзюньци проверил свой телефон и сказал:

- Кажется, пора заканчивать работу. Ты что, задерживаешься?

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Никаких сверхурочных, я пойду, соберу свои вещи.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Хорошо, я схожу в судмедэкспертизу и встретимся внизу.

К тому времени, как Шэнь Цзюньци вернулся в здание судебно-медицинской экспертизы, взял свои вещи и спустился вниз, машина Гу Яньчэна уже была припаркована, он подобрал его, и они вместе поехали домой.

Подъехав к воротам поселка, Гу Яньчэнь остановил машину.

Обычно Гу Яньчэнь загонял её.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него с некоторым удивлением:

- Ты не едешь домой? Есть ещё какое-то задание?

Гу Яньчэнь сказал:

- Нет, это просто личные дела, иди, я скоро буду.

Шэнь Цзюньци не вышел из машины:

- Личные дела, о которых даже я не знаю?

Он повернул голову, слегка прищурился и многозначительно посмотрел на Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь несколько секунд смотрел на него, а затем сдался:

- Мне кажется, что эти девушки могут быть под наблюдением. Я вспомнил об одном человеке, с которым познакомился, когда расследовал дело Сюй Чэнхуана. Он продаёт устройства слежения, поэтому я решил съездить к нему и узнать, не знает ли он чего.

Ему нужно было выведать у него информацию. Если бы они пришли туда с полицейскими в официальном качестве, то, скорее всего, ничего бы не узнали, поэтому он планировал пойти туда ночью один.

- Обычно в таких случаях присутствуют два офицера. Твоя рана ещё не зажила, а ты хочешь пойти один?

Шэнь Цзюньци поправил ремень безопасности.

– Как думаешь, ты в опасности?

Капитан Гу, будучи экспертом в допросах, быстро раскусил подвох в словах доктора Шэнь.

Подтекст слов доктора Шэнь был таков: «Не опасно ли тебе идти одному, ведь твоя рана только зажила?» Или: «Если это не опасно, почему бы тебе не взять меня с собой?»

Таким образом, независимо от того, как ответит Гу Яньчэнь, любой ответ будет неверными.

Капитан Гу быстро ответил:

- Тогда поедем со мной, мне нужно, чтобы кто-то прикрывал мою спину.

Доктор Шэнь был очень доволен этим ответом.

Было уже больше шести вечера, конец рабочего дня, и на улицах было многолюдно. Гу Яньчэнь умело вёл машину и наконец, добрался до немноголюдной улицы в восточной части города. Он отлично ориентировался, увидел впереди небольшой просвет и плавно припарковал машину.

Выйдя из машины, Гу Яньчэнь огляделся. Он не был здесь несколько лет, но всё выглядело почти так же. По крайней мере, несколько знакомых магазинов остались на месте.

Шэнь Цзюньци огляделся и нашёл это место интригующим.

- Чем занимаются владельцы этих магазинов?

Гу Яньчэнь ответил:

- Перед тобой крупнейший подпольный чёрный рынок Биньчэна. Многие товары, которые здесь продаются, находятся за гранью закона.

Капитан Гу подробно объяснил Шэнь Цзюньци, что происходит. Со стороны эта улица не кажется чем-то необычным, но за каждым магазином скрывается своя сфера деятельности. От пиратских книг, аудиовизуальных материалов, не подходящих для детей, устройств для списывания на экзаменах до контрабанды диких животных, иностранных наркотиков и даже нескольких магазинов, тайно торгующих оружием.

В заключение Гу Яньчэнь сказал:

– Здесь чистые дороги и скрытые мосты. Пока у вас есть деньги, вы можете купить здесь все, что захотите.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Разве это место не проверяли?

- А как иначе? Полиция бесчисленное количество раз проводила рейды на этой улице. Всякий раз, когда возникали проблемы, они всех закрывали, но как только всё успокаивалось, они снова появлялись, как грибы после дождя. Более того, многие предприятия здесь работают как семейные предприятия, где дедушки и бабушки трудятся вместе. Они даже приводят людей в жилые районы. Совершив покупку, вы становитесь постоянным клиентом и можете в любое время обменяться контактными данными для будущих сделок.

- Понятно…

Шэнь Цзюньци задумчиво наблюдал за тем, как женщина ловко достаёт из детской коляски коробку с вещами.

– К счастью, люди здесь не прикасаются к вещам, которые сносят им головы. По крайней мере, они не ядовиты. Это неосуществимая мечта, всех их не уничтожишь. Поэтому полиция относится к ним снисходительно, пока не происходит ничего серьёзного.

Пройдя немного, Гу Яньчэнь привёл Шэнь Цзюньци в придорожную мастерскую по ремонту мобильных телефонов. Хотя на вывеске было написано «мастерская по ремонту мобильных телефонов», на стенах и прилавках было множество различных электронных устройств, включая наушники, фотоаппараты и даже камеры видеонаблюдения.

В магазине был молодой человек, и когда он увидел, что они вошли, спросил:

- Вы пришли купить телефон?

Гу Яньчэнь не стал показывать свой полицейский значок.

- Старый знакомый, я ищу босса Ляо.

Молодой человек узнал его, нажал на кнопку и открыл потайную дверь.

За магазином находился другой мир — склад без окон.

Гу Яньчэнь провёл Шэнь Цзюньци через склад, открыл дверь и вошёл в тёмную комнату без окон. На стенах висели сотни мониторов, словно с экранов наблюдали сотни глаз.

Гу Яньчэнь знал, что их могли заметить, как только они вошли. Он вошел внутрь, опасаясь, что с ним не захотят видеться, и он ускользнёт.

В комнате сидел пухлый парень и ел лапшу быстрого приготовления. Увидев Гу Яньчэна, он испугался, поставил миску и палочки и попытался сбежать, но из-за своего крупного телосложения не мог двигаться быстро.

Гу Яньчэнь протянул руку и схватил его.

- Ляо Цин, давно не виделись.

Пухлый парень натянуто улыбнулся.

- Капитан Гу, э-э… мистер Гу, давно не виделись…

Этот пухлый парень пересекался с Гу Яньчэном во время расследования дела Сюй Чэнхуана. Ляо Цина тогда чуть не арестовали, но он предоставил много информации о Сюй Чэнхуане. Так он стал информатором и избежал тюрьмы.

Это была их первая встреча после того случая.

Гу Яньчэнь махнул рукой.

- Не бойся. Мы с коллегой пришли задать тебе несколько вопросов. Продолжай есть.

Хотя Гу Яньчэнь сказал это, Ляо Цин не осмелился расслабляться. Он сидел как мышь и чувствовал себя неуютно.

– Лапша еще горячая, пусть немного остынет…

Те, кто занимается незаконным бизнесом, больше всего боятся увидеть одер. Сидя напротив Гу Яньчэна, толстяк чувствовал себя так, словно сидит на иголках.

Тем временем Шэнь Цзюньци стоял рядом и внимательно изучал оборудование для наблюдения и компьютеры.

Молодой человек, наблюдавший за магазином, заглянул внутрь, и Ляо Цин сказала:

- Закрой магазин и повесь табличку «Закрыто».

Гу Яньчэнь достал телефон и показал Ляо Цин фотографию, которую ему прислал Лу Ин.

- Ты продал эту вещь?

Выслушав историю Дэн Аньлу, Гу Яньчэнь убедился, что за этими девушками велась слежка. Если за ними следили, то об исчезновении и загадочной смерти Ся Тяньэнь эти люди знали уже давно. Скорее всего, уборщики снова взялись за дело. Устройства для слежки в доме были аккуратно демонтированы, осталось лишь несколько проводов. Даже если они проведут расследование, то ничего не найдут.

Ляо Цин взял телефон и сразу узнал в нём кабели для видеонаблюдения из магазина Бу.

- Они были куплены не в моём магазине. Как ты знаешь, хоть я и крупный предприниматель, я не единственный в Биньчэне.

Почувствовав облегчение от того, что это его не касается, Ляо Цин расслабился.

Гу Яньчэнь заметил выражение его лица и понял, что он не врет.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты что-нибудь об этом знаешь?

Ляо Цин спросил:

- Где были найдены эти провода?

Гу Яньчэнь ответил:

- В арендованном доме, который сдаёт компания Coconut Guest Renting»

Услышав это, Ляо Цин изменился в лице.

- Арендаторы — молодые девушки?

Гу Яньчэнь кивнул.

Поколебавшись, мгновение, Ляо Цин сказал:

- Я кое-что слышал. Сначала они пришли сюда, чтобы купить у меня камеры последнего поколения самого высокого качества. Я побоялся проблем и не стал их продавать. Только не говорите, что это я рассказал.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Я понимаю. Расскажите мне, все будет анонимно.

- Устройства и мебель на заказ связаны друг с другом. Они очень хорошо спрятаны.

Ляо Цин продолжил:

- Вы слышали о Fishing Masters?

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Это игра? Я слышал только о Fishing Master.

Ляо Цин достал телефон и открыл интерфейс, похожий на небольшую игру.

Он нажал на него и протянул Гу Яньчэну:

- Я говорю об этом.

Гу Яньчэнь раньше не видел этого программного обеспечения. Он несколько раз кликнул по нему, но для входа требовались учётная запись и пароль. Ляо Цин забрал у него телефон и вошел в систему. Внутри было несколько небольших видеокадров, похожих на видео приложение или подобное. Если прокрутить вниз, их будет несколько десятков.

Шэнь Цзюньци тоже наклонился, чтобы посмотреть. За каждое видео нужно было платить отдельно.

Гу Яньчэнь хотел войти, нажал несколько кнопок, заиграл мультфильм, и его выбросило.

Ляо Цин сказал:

- Участники здесь проходят аутентификацию. Старые участники, поручаются за новых, а обычные люди попасть сюда не могут.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Что внутри?

Ляо Цин ответил:

– Что можно сказать? Мониторинг в реальном времени.

Ляо Цин сказал это непринуждённо, но Гу Яньчэнь понял, что он имел в виду.

Это означало, что, пока эти девушки живут в этой квартире, за ними будут постоянно наблюдать. За ними следили десятки глаз, не оставляя им ни капли личного пространства.

Поесть, переодеться, принять душ, пообщаться с друзьями, поспать...… там нет никакой конфиденциальности вообще.

Ляо Цин добавил:

– Эти люди просто захватили дома и специально украсили их, чтобы они выглядели подобно маленьким девочкам, в красивой обстановке.

На жаргоне такие дома называют аквариумами.

Гу Яньчэнь спросил:

- А ты знаешь, как именно это работает?

- После установки аквариумов их сдают в аренду одиноким девушкам. Среди них есть те, кто учится в художественных школах, в университетах или только что окончил их. У большинства этих девушек узкий круг общения, и они приезжают в этот город одни, никого не зная. Кроме того, девушки должны быть привлекательными, чтобы им предложили контракт. Плата за аренду очень низкая, чисто символическая. Как правило, они заключают договор аренды на срок от шести месяцев до года, субаренда запрещена, а внесённые авансом депозиты и арендная плата не возвращаются. В доме установлено около дюжины камер, спрятанных в самых укромных местах: внутри шкафов, рядом с телевизорами, в потолочных светильниках и под половицами, чтобы снимать под юбкой. Камеры могут непрерывно переключаться, и всё видно как на ладони. Хм, а полиция об этом не знала?

Гу Яньчэнь покачал головой. Разумеется, они не знали. Как бы они допустили существование такого, если бы знали?

Ляо Цин продолжил:

- Конечно, нет. Этот видео сайт работает скрытно, он подключен к внешней сети. Чтобы получить к нему доступ, нужно обойти брандмауэр, и его нельзя обнаружить внутри страны. Похоже, они заранее получают уведомления о проверках и никогда не подвергаются им.

Шэнь Цзюньци, хоть и догадывался о происходящем, не ожидал, что ситуация окажется настолько серьёзной. Он нахмурился. Он слышал о подобных случаях, как в стране, так и за рубежом, например о скандале с «комнатами N». Он видел в интернете новости об установке камер в раздевалках отелей. Полиция и раньше проводила рейды, но они быстро сошли на нет. Он и представить себе не мог, что люди будут так нагло вторгаться в частную жизнь прямо у них под носом.

Но потом Шэнь Цзюньци понял, что в жизни существует огромное количество извращенцев и что у многих компаний есть такие желания. Вот почему они решили заняться этим видом бизнеса.

Наблюдение за одинокими девушками делало их деятельность скрытной и затрудняло отслеживание. Даже сайты по аренде и платформы для потокового видео выдавали себя за что-то другое. Если их разоблачали, они могли заявить, что ничего не знали, и без существенных доказательств их нельзя было привлечь к ответственности.

Даже если девушки чувствовали, что что-то не так, и сразу уходили, как это сделала Дэн Аньлу, они не могли найти реальных доказательств, чтобы сообщить о случившемся в полицию.

Различные причины привели к развитию этой индустрии, которая превратилась в прибыльный бизнес, приносящий людям доход. Закону было сложно определить и осудить такое поведение, что приводило к мягким наказаниям и делало вуайеристов всё более наглыми.

Ляо Цин махнул рукой:

- И попасть сюда — это только первый шаг. Девушки здесь как русалки в аквариумах. Самая популярная из них — принцесса-русалка. Если вы хотите увидеть конкретную девушку, вы можете вознаградить её онлайн. Как только вы накопите определённую сумму, вы сможете узнать, где находится аквариум. Позже вы сможете встретиться с этими девушками в реальной жизни, а если вы достаточно богаты, то даже получите их контактные данные.

Теперь Гу Яньчэнь всё понял.

Странные события, произошедшие с Ся Тяньэнь и Дэн Аньлу, соответствовали объяснениям Ляо Цин.

Он продолжил:

- А что насчёт второго шага? А третьего?

Ляо Цин подняла три пальца:

- В этих компаниях работают не только женщины, но и мужчины. В конце концов, в мире так много извращенцев, которым нравятся мужчины. Но мужчин они отбирают по-другому. Большинство из них — выходцы из бедных семей, симпатичные, подтянутые и красноречивые студенты. Они намеренно вовлекают этих парней в азартные игры, подсаживают на наркотики или заставляют влезать в долги и манипулируют ими. Как только парни влезают в огромные долги, их фотографируют или подсаживают на наркотики, и они оказываются под контролем. Они сделают всё, что попросят боссы. На сленге таких мужчин называют «приманкой», а процесс превращения их в послушных марионеток — «приманиванием». Как только «приманка» готова, им предлагают деньги, машины, позиционируют их как богатых наследников, а затем устраивают случайные встречи, чтобы они начали заигрывать с этими русалками и ухаживать за ними. Если с одним не получается, они переключаются на другого. Они подбирают парней, которые нравятся девушкам, пока те не попадутся на крючок.

В жизни девушек внезапно появляются красивые и обаятельные мужчины, которые страстно добиваются их расположения. Девушки думают, что наконец-то встретили своего Прекрасного Принца, но попадают в ещё одну ловушку.

- Затем девушки влюбляются, а мужчины начинают манипулировать ими, приглашая в отели, которые, естественно, тоже оборудованы камерами…

Услышав это, Гу Яньчэнь почувствовал, как по спине у него побежали мурашки.

Он вспомнил знаменитый фильм «Шоу Трумана».

Ляо Цин продолжил:

- Они записывают эти видео, и цены на них очень высокие.

К этому моменту девушки уже практически сломлены. На этом этапе люди становятся объектами, удовлетворяющими чужие желания.

И мужчины, и женщины являются инструментами.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Что дальше? Продажа органов?

Ляо Цин покачал головой.

Камеры в тёмной комнате были направлены на его лицо, а голова была вытянута вперёд, как у барсука, высовывающегося из норы.

- Они бы не стали утруждать себя такими мелочами, как продажа органов. На данном этапе их желания достигают предела, и эти богачи хотят участвовать в этом лично!

Шпионаж

Глава 113. Шпионаж

В тёмной комнате на чёрном рынке Пенанга.

Наконец-то прояснился маленький участок тьмы этого города.

Ляо Цин продолжал говорить без умолку:

- У многих мужчин, которые играют в эти игры, нет недостатка в деньгах. Подглядывание удовлетворяет их желания, но разве можно получить удовлетворение, просто просматривая видео? Они называют себя охотниками. Они вторгаются в жизнь этих девушек, чтобы преследовать и домогаться их. Самые влиятельные охотники — это люди с определённым статусом. Они тратят достаточно денег, и как только они положили глаз на девушку, кто-то приводит её в их постель. Обычно на этом этапе они делают фотографии девушки в постели в качестве угрозы, а также тратят деньги и запугивают её, чтобы она молчала.

Гу Яньчэнь нахмурился ещё сильнее.

Шэнь Цзюньци тоже молчал в стороне.

Эти девушки даже не осмеливаются заявить в полицию.

Эти мужчины считают невинных девушек своей добычей, а весь город — своим тёмным лесом.

Ляо Цин прищёлкнул языком и сказал:

- В этом вся суть игры.

Услышав это, Гу Яньчэнь разобрался во всей ситуации.

Эти охотники, движимые своими животными инстинктами, были настолько погружены в свои фантазии, что поручали похищать этих девушек.

Ся Тяньэнь, скорее всего, погибла от рук какого-то богача. А компания, стоящая за этим, пошла на многое, чтобы скрыть правду, вплоть до того, что поручила избавиться от трупа.

Девушки жили в комнатах, похожих на прозрачные аквариумы. Одна только мысль о том, что мужчины наблюдают за ними через экраны компьютеров, вызывала неловкость.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Кажется, у этого приложения довольно много пользователей. Откуда у них подписчики?

Немного подумав, Ляо Цин сказал:

- Я тоже презираю этих людей. Позволь мне дать тебе подсказку. Есть «пути», по которым можно попасть внутрь. Эти пути невидимы для нас, обычных людей, но эти мужчины находят этот путь. Эти люди очень терпеливы. Они размещают бесчисленные «записи» на форумах, где доминируют мужчины. Поначалу это может быть просто не такой уж и необычный пост, несколько постановочных фотографий сексуальных моделей. Даже если обычные люди увидят их, они не придадут этому особого значения и просто пролистают дальше. Это как сайт с фотографиями, на которых видно, что происходит под юбкой. Эти маленькие шаги, один за другим, похожи на ступеньки.

- Когда вы зарегистрируетесь в качестве пользователя, начнёте платить, проведёте на их веб-странице достаточно много времени, начнёте искать по заданным ими ключевым словам, будете входить в систему непрерывно в течение месяца, вы выполните их условия, и они отправят вам личное сообщение с приглашением войти. Первоначальный вход открыт для всех, а те, кто поднимается выше, проходят отбор. Когда люди платят высокую цену за вход в VIP-зону, они видят несколько скрытых кадров, ключевые слова вроде «вид снизу» и т. д. Контент постепенно переходит от изображений к видео. Извращенцы шаг за шагом следуют инструкциям, которые дают эти люди, и получают всё больше указаний о том, как тратить всё больше денег, проводить всё больше времени, проникать во всё больше приватных мест, постепенно погружаясь в их мир. В конце концов, они скачивают их приложение и начинают подглядывать в режиме 24/7.

Отображаемый контент кажется обычным, но он шаг за шагом затягивает людей. Необходимо выполнить такие условия, как поиск, время ожидания и т. д., а также пройти аутентификацию по реальному имени. Таким образом, даже если полиция захочет вмешаться и провести расследование, это будет непросто.

Гу Яньчэнь спросил Ляо Цина:

- Ты знаешь, кто за этим стоит?

Ляо Цин покачал головой, как бубенчиком:

- Я ничего об этом не знаю и не осмеливаюсь спрашивать. Но в Биньчэне не так много боссов, у которых есть такие финансовые ресурсы и власть.

Гу Яньчэнь замолчал, постукивая пальцами по столу.

Если люди, которые убирали место преступления, были уборщиками, то, скорее всего, это дело снова связано с торговой ассоциацией Хэту.

Гу Яньчэнь знал, что Ляо Цина часто не бывает в городе. На этот раз ему просто повезло его найти, и кто знает, когда это произойдёт в следующий раз.

Поэтому он хотел задать все вопросы.

- Как мы можем отследить источник этой слежки?

Ляо Цин сказал:

- Ну… я не могу сделать это с помощью своих технологий. Чтобы отслеживать данные, нужно найти интерфейс для взлома, а для этого нужны навыки высокого уровня. Насколько я знаю, в Биньчэне таких не так много.

Он сделал паузу и добавил:

- Разве в полиции нет экспертов по безопасности? Вы можете обратиться к ним.

Шэнь Цзюньци задумался:

- Хотя это и непросто, но возможно. Передача информации — это не что иное, как передача пакетов данных. Даже если они зашифрованы, это, по сути, разбор данных. Если мы сможем найти пакет данных собеседника, то, возможно, что-то обнаружим.

Проще говоря, это похоже на отправку конфиденциальных посылок с секретной фабрики за границу. Всего таких посылок около дюжины. Они разбиваются на части, упаковываются отдельно, отправляются по всему миру, а затем собираются в другом месте. Если на некоторых посылках есть метки или устройства слежения, вы можете отследить эти посылки и, в итоге найти секретную фабрику другой стороны.

Рассказав об этом, Ляо Цин нервно облизнул губы:

- Э-э, офицер, я сказал то, что должен был сказать. Вы ведь не арестуете меня, не так ли? Я просто занимаюсь небольшим бизнесом, продаю камеры видеонаблюдения для гражданских лиц. Это все камеры видеонаблюдения для дома, и их можно купить онлайн. Я не занимаюсь такими сомнительными вещами…

Гу Яньчэнь встал:

- Будьте осторожнее. Биньчэну нужны жёсткие меры. Если выяснится, что ваш магазин занимается незаконной деятельностью, я не буду закрывать на это глаза.

В наши дни устройства для наблюдения становятся всё меньше и совершеннее. Некоторые из них можно установить в телефонах, другие — прикрепить к вазам, третьи — разместить в ванных комнатах и душевых, и они практически незаметны.

Гу Яньчэнь не думал, что все камеры, которые продаёт Ляо Цин, будут использоваться для предотвращения краж. Но использование гражданских камер наблюдения в незаконных целях является нарушением закона. В этой области судебного контроля пока ещё много пробелов.

- Хорошо, капитан Гу, с этого момента я буду более бдительным и буду следить за тем, чтобы мои клиенты не занимались незаконной деятельностью.

Ляо Цин опустил голову, и его круглое лицо помрачнело.

- О, кстати, принеси мне камеру наблюдения, — внезапно вспомнил Гу Яньчэнь, — самую надёжную и сложную для расшифровки.

Ляо Цин поспешил за камерой.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Зачем?

Гу Яньчэнь объяснил:

- Разве мы не выпустили Сюэи? Установка такого устройства в доме предотвратит его разрушение.

Кажется, всё имеет две стороны, это удобно для людей, но в то же время опасно, в зависимости от того, как люди этим пользуются.

Ляо Цин принёс камеру и сказал, что отдаст её Гу Яньчэну.

Капитан Гу настоял на том, чтобы заплатить по полной цене.

Ляо Цин осторожно вывел двух полицейских из магазина.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вышли из магазина и обнаружили, что город уже освещён уличными фонарями.

Ночной город, был совсем не похож на себя днём. Все магазины были освещены ярким белым светом. В это время чёрный рынок, оживал, поток людей увеличивался, и ярко накрашенные женщины зазывали прохожих купить выпивку.

Они направились к своей машине, и Шэнь Цзюньци тихо спросил:

- У этих людей достаточно денег, чтобы делать такое, так почему же они не находят добровольных партнёров? Разве это не хорошо, когда тебя любят? Зачем тратить деньги на незаконную деятельность?

Гу Яньчэнь ответил:

- У каждого свои предпочтения. Кому-то нравятся дети, кому-то — зрелые женщины, а есть люди, которым нравится вторгаться в частную жизнь и наблюдать за тем, как незнакомые девушки постепенно попадают в их ловушку.

Сказав это, он задумался:

- Я думаю, что для тех, кто стоит за кулисами, это процесс постепенного погружения. Если использовать теорию, понятную обычным людям, это называется совершенствованием. Длительное наблюдение приводит к тому, что эти люди влюбляются. После трёх месяцев непрерывного наблюдения у них возникают чувства к этой девушке. К тому времени любая девушка, какой бы красивой она ни была, не сможет сравниться с той, за кем они так долго наблюдали.

Шэнь Цзюньци шёл за ним, пока они не сели в машину, а затем прошептал:

- В твоих словах есть смысл.

Неизвестная тьма в городе, кто знает, сколько её там.

После напряжённого дня они вернулись домой.

Чтобы Сюэи адаптировался к здешней жизни, уходя сегодня утром, они выпустили котенка.

Когда Гу Яньчэнь вернулся домой этим вечером, он открыл дверь и почувствовал, что попал на поле боя.

Котенок не приспособился ещё, и немного перестарался.

Пакеты для мусора были разорваны, бумажные рулоны валялись на полу, а наполнитель для кошачьего туалета был рассыпан повсюду.

Котёнок собирался забраться на стол по кошачьему дереву. Его лапки были ещё короткими, а прыгучести не хватало. Улян стоял рядом и снисходительно смотрел на него, а затем ткнул его носом в мягкий животик. С его помощью котенок наконец забрался наверх, прыгнул на стол, а затем улёгся на клавиатуре и посмотрел на двух вернувшихся хозяев.

- Мяу, мяу, мяу…

Котёнок был в восторге, словно ждал похвалы.

Шэнь Цзюньци тяжело вздохнул.

Он согласился, что идея Гу Яньчэна купить камеру не так уж плоха. За этим котом нужно присматривать, или им стоит купить кошачий особняк? Или переоборудовать для него гостевую спальню?

Гу Яньчэнь снял котёнка с клавиатуры. Он был мягким и пушистым и лежал у него на ладони. Несмотря на то, что котёнок доставлял ему неприятности, он поднимал ему настроение.

Гу Яньчэнь явно был готов к неприятностям, и его настроение улучшилось.

Всё в этом мире относительно. Где есть тьма, там есть и свет, где есть красота, там есть и уродство, где есть холод, там есть и тепло, где есть тень, там есть солнце.

Видя слишком много грязи, человек всё больше хочет заполнить свою пустоту теплом и любовью.

Они были заняты до поздней ночи, и только потом у них появилось время поесть, принять ванну и привести себя в порядок. После того как всё было сделано, пришло время спать.

Шэнь Цзюньци предложил помочь Гу Яньчэну сменить повязку и проверить состояние его раны.

Когда Гу Яньчэнь собирался раздеться, Шэнь Цзюньци сказала:

- Давай я помогу.

Он опустил голову и тонкими пальцами медленно расстегнул каждую пуговицу, обнажив упругую кожу под одеждой. Живой человек совершенно не похож на труп, грудь живого человека мягко поднимается и опускается при дыхании, кожа излучает тепло, а мышцы живота чётко очерчены.

Тело, стоящее перед ним, было ещё более совершенным, чем он себе представлял, мышцы облегали кости, плечи были широкими, талия — тонкой, а ноги — длинными. Множество шрамов придавало ему некоторую несовершенность. Но в целом оно напоминало книгу, которую стоит прочитать, с небольшими оговорками, но вызывающую непреодолимое желание узнать больше.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэна снизу вверх, а затем снял повязку с его раны. Рана полностью зажила, и стала светлее.

Гу Яньчэнь тихо вздохнул.

Он наблюдал, как Шэнь Цзюньци осматривает его тело, и на его лице было торжественное выражение, внушающее благоговение.

Как будто принц осматривал свои владения.

Через некоторое время Шэнь Цзюньци сказал:

- Кажется, она заживает быстрее, чем я ожидал.

Гу Яньчэнь ответил:

- Да, я почти ничего не чувствую.

Тем не менее Шэнь Цзюньци сменил Гу Яньчэну лекарство.

Когда всё было сделано, доктор Шэнь обнял Гу Яньчэна, а затем коснулся его прохладных губ. Осторожно, как маленькая птичка, он клюнул Гу Яньчэна и, воспользовавшись неподготовленностью, вонзил в него свои острые зубы.

Поцеловав его, Шэнь Цзюньци сказал:

- Когда твои раны полностью заживут, я проведу полное медицинское обследование.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты хочешь проверить?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Измерить размер, температуру, частоту проявления чувств, и завершить процесс сублимации и обучения.

Гу Яньчэнь прижал его к себе, его дыхание стало прерывистым.

- Не нужно ждать, ты можешь проверить в любой момент. Я готов полностью сотрудничать, всё понять, обеспечить соблюдение сроков и качества.

Доктор Шэнь спросил:

- Значит, завтра утром я не смогу встать с постели?

Он шутил, но, услышав это, Гу Яньчэнь успокоился и проверил время на телефоне.

Было 11:45 вечера.

Завтра утром у него была назначена встреча для обсуждения дела. Они подошли к критическому моменту в расследовании. Он не мог отвлекать судмедэксперта.

Гу Яньчэнь благоразумно сказал:

– Тогда отпускаю тебя сегодня, давай ляжем пораньше.

Шэнь Цзюньци почувствовал легкое сожаление и лёг на кровать.

Гу Яньчэнь вспомнил кое-какие сплетни:

- Я слышал, что доктор Лю в последнее время живёт в зоне отдыха судмедэкспертов?

Шэнь Цзюньци кивнул.

Он тоже слышал кое-какие сплетни.

- Ци Иань слышал, как он разговаривал по телефону. Кажется, он поссорился со своей девушкой из-за еды. Его девушка купила арбуз, а он съел первый кусочек, не дождавшись её. Его девушка была недовольна.

Гу Яньчэнь сказал:

– Я определенно оставлю все тебе. Сердцевину арбуза, желток соленых утиных яиц и кожуру жареного сладкого картофеля - все это ты съешь сам.

Доктор Шэнь тщательно всё обдумал. Должно быть, это настоящая любовь. Он довольный заснул.

Утром следующего дня сотрудники отдела по расследованию особо тяжких преступлений начали подводить итоги расследования.

Лу Ин вчера побывал в жилом районе и получил записи с камер наблюдения от управляющей компании. На записях видно, что в вечер инцидента Ся Тяньэнь спускалась одна. Она была в пижаме и вошла в лифт, после чего исчезла из поля зрения.

Ся Тяньэнь точно не ожидала, что не сможет вернуться.

Гу Яньчэнь сказал:

- Поскольку на ней была пижама, она могла пойти навестить кого-то из знакомых или купить что-то поблизости.

Затем он спросил:

- Есть ли в её телефоне записи звонков?

Бай Мэн покачала головой.

- Телефон очень чистый, как будто его почистили.

Гу Яньчэнь подумал про себя, что, скорее всего, это дело рук уборщиков. Эти люди не только убрали её тело и прибрались в её квартире, но и взломали систему и стёрли данные с её телефона.

Юй Шэнь сказал:

- Я кое-чего добился. Вечером, когда мы нашли труп, несколько десятков машин внезапно выехали из разных районов Биньчэна. Я отметил траектории движения этих транспортных средств.

Это была подсказка, полученная на основе больших данных полиции.

Современная система видеонаблюдения может автоматически распознавать номерные знаки, что позволяет составлять карты маршрутов на основе данных о передвижении транспортных средств. Совокупность маршрутов передвижения многих транспортных средств за один и тот же период позволяет сформировать траекторию движения. Хотя линии на карте выглядят хаотично, внимание Гу Яньчэна привлекли две точки.

Очевидно, что из этих двух точек выехало много машин.

Лу Ин был знаком с местностью в Биньчэне.

- Одно из них — это… охранная компания Brother Security Company. И есть ещё одно место, сейчас проверю…

Он сравнил его с картой и сделал скриншот с названием места — «Особняк 13».

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь переглянулись.

Они уже собирались провести расследование в особняке № 13, но не ожидали, что это дело будет связано с ним.

Юй Шэнь продолжил:

- Кроме того, я просмотрел записи с камер наблюдения возле тринадцатого особняка в ночь смерти жертвы.

Он быстро показал его.

Машины приезжали и уезжали, но в основном это были одиночные автомобили. Около трёх часов ночи три машины выстроились в ряд и выехали за ворота особняка. Затем они разъехались в разные стороны.

В три часа ночи большинство людей спали, поэтому такое поведение было явно странным.

Постепенно стали проясняться детали.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Возможно, эти три машины использовались для того, чтобы избавиться от тела.

Та часть тела, которую они нашли сейчас, возможно, была в одной из них.

Лу Ин потёр руки.

- Можем ли мы обыскать особняк?

Гу Яньчэнь покачал головой, отвергая это предложение.

- У нас всё ещё недостаточно доказательств. У Тринадцатого особняка богатая история, в которой замешано много людей. Некоторые дети чиновников тоже ходят туда играть. Неосторожные действия насторожат врага. Давайте поищем другие доказательства.

Бай Мэн сказала:

- Вчера я получила наводку от Дэн Аньлу — записку со словами «Уходите отсюда». Экспертиза вещественных доказательств показала, что на этой улике есть отпечаток пальца, который не принадлежит ни Ся Тяньэнь, ни Дэн Аньлу.

На бумаге относительно легко оставить чёткие отпечатки пальцев, а с развитием технологий получать отпечатки пальцев с бумаги стало проще. Отдел криминалистической экспертизы недавно приобрёл устройство для лазерной визуализации, которое позволяет получать отпечатки пальцев и ладоней, которые трудно различить невооружённым глазом. Прошлой ночью криминалисты работали сверхурочно и уже провели сравнение, подтвердив полученную информацию.

Бай Мэн вывела его на экран.

- Появившийся отпечаток пальца принадлежит девушке по имени Се Юна.

Из её удостоверения личности стало ясно, что ей 22 года и на фотографии она выглядит очень молодо.

- Девушка? —спросил Лу Ин.

—Та, что стучала в дверь посреди ночи и оставила записку, — не какой-то жуткий парень, а девушка?

Бай Мэн сказала:

- Я нашла её контактные данные и позвонила ей Она уволилась с работы три месяца назад и в настоящее время работает фрилансером в собственной медиа -компании. Когда я спросила о записке, она сначала ничего не ответила. Потом я упомянула, что у полиции есть видео доказательства того, что она была в коридоре, и она заявила, что проиграла в игре «Правда или действие» с друзьями, поэтому её попросили оставить записку.

Эта записка не была похожа на шутку; она больше напоминала предупреждение.

Такое объяснение определённо вызывало подозрения.

В сочетании с тем, что они узнали вчера, Гу Яньчэнь решительно сказал:

- Давайте вызовем её в городское бюро для допроса. Она может быть либо предыдущей жертвой, либо человеком, обладающим информацией.

Знакомый

Глава 114. Знакомый

Се Юну вызвали на допрос.

Гу Яньчэнь выделил для допроса отдельную комнату и попросил Бай Мэн привести девушку.

Поскольку дело касалось вторжения в частную жизнь, на допросе присутствовали только Гу Яньчэнь и Бай Мэн, он не стал приглашать других наблюдателей.

Присутствие женщины-полицейского поможет жертве немного расслабиться и, возможно, она поделится дополнительной информацией.

Была осень, и Се Юна надела шляпу и маску, сняв их только после того, как вошла в комнату. На ней было лёгкое пальто, волосы были собраны в хвост, и не было макияжа, что подчёркивало её чистую кожу.

Се Юна окончила университет чуть больше года назад, у неё была утончённая внешность и хорошая фигура. Она всё ещё сохраняла некоторую наивность студентки, но при этом обладала компетентностью профессиональной женщины.

Гу Яньчэнь увидел в ней ту же ауру, что и в Ся Тяньэнь и Дэн Аньлу. Возможно, она тоже рыбка, запертая в аквариуме, или, может быть, когда-то была.

Оглядев комнату для допросов, Се Юна улыбнулась и сказала:

- Почему мне кажется, что со мной обращаются как с преступницей?

Её тон был игривым, но не очень дружелюбным.

Гу Яньчэнь объяснил ей, что допрос в этой комнате соответствует правилам, и Се Юна больше ничего не сказала.

Бай Мэн и Се Юна сверили информацию, а затем спросила о событиях того вечера.

Се Юна опустила голову, вспоминая:

- В тот вечер я проиграла в игре «Правда или действие», поэтому наугад выбрала квартиру напротив, постучала в дверь, но никто не ответил. Поэтому я просунула записку под дверь и вернулась, выполнив задание.

- Вы ходили туда в тот вечер по какой-то другой причине?»— спросила Бай Мэн.

— Конечно, нет, — с улыбкой ответила Се Юна. — Вы, ребята, похоже, очень переживаете из-за того вечера. Это была просто шутка, не так ли? Я ведь не нарушила никаких законов, верно?

Бай Мэн уловила нотку сопротивления в её голосе и быстро сказала:

– Нет, мы только что проверили это по связанным делам. По какой причине вы написали эту записку?

- Всё так, как я сказала, — ответила Се Юна. — В то время я жила в том же районе, и это было наказанием за то, что я проиграла друзьям в игре.

Гу Яньчэнь, недовольный её постоянной ложью, поднял глаза и спросил:

- Что за друзья?

Се Юна замялась, а затем сказала:

- Это были…

Она запнулась, подбирая слова. Она даже не придумала убедительную ложь. Если бы она назвала кого-то наугад, полиция могла бы легко проверить это и разоблачить её.

Гу Яньчэнь продолжил:

- За несколько дней до того инцидента ты уволилась из своей предыдущей компании. Примерно в то же время ты переехала из того района. Тогда что-то произошло?

Время настолько случайное, что трудно не подумать об этом.

Се Юна замолчала, нахмурив брови.

– Это мой личный выбор, все по моей собственной воле. Эти вещи не имеют ничего общего с вашим делом. Почему я должна рассказывать вам?

Когда ей нужна была помощь, никто не спрашивал её об этом. Теперь, когда всё кончено, кто-то допрашивает её, и её сопротивление становится всё сильнее, в отличие от виноватой реакции разоблачённого преступника.

Гу Яньчэнь почувствовал, что задел девушку за живое. Он понял, что не должен был допрашивать её в манере, характерной для преступников. Он попытался смягчить тон и сказал:

- Мы не желаем вам зла. Полиция сохранит вашу ситуацию в тайне. Мы просто хотим уточнить у вас кое-какую информацию и надеемся, что вы будете с нами честны.

Се Юна кивнула. Допрос продолжился.

- Вы когда-нибудь снимали комнату через Coconut Guest Rental Network?

Се Юна ответила:

- Обычно я снимаю жильё. Я несколько раз переезжала и не помню, в каких агентствах снимала жильё. Может быть, я снимала его у них. Вы можете уточнить в агентстве.

Гу Яньчэнь снова спросил:

- Ты когда-нибудь находила в своей комнате какие-нибудь устройства, например камеры?

Се Юна немного замялась, а затем покачала головой.

- Нет, в доме, где я жила, всё было в порядке.

- К тебе подходили какие-нибудь молодые люди?

- Я всё это время была одна.

- Ты чего-то боишься? Или тебе угрожали?

- Нет.

Допрос зашёл в тупик, и Гу Яньчэнь нахмурился.

- В настоящее время полиция расследует уголовное дело. Если вам что-то известно, мы надеемся, что вы сможете нам помочь.

Он горел желанием раскрыть это дело, но девушка перед ним была очень непреклонна. Гу Яньчэнь чувствовал, что она занимает оборонительную позицию. Он попытался ослабить её сопротивление, намекнув, что ей не стоит лгать, и выдвинув несколько своих предположений в надежде на подтверждение. Но Се Юна по-прежнему не шла на контакт.

Гу Яньчэнь считал, что Се Юна ведёт себя несколько эгоистично. Если она что-то знает, но отказывается сообщить об этом полиции, это затормозит расследование. Но, с другой стороны, как потенциальная жертва, она могла столкнуться со множеством ужасных вещей, угроз и травм, которые вызвали у неё разочарование. Её ложь сейчас может быть формой самозащиты. Как мужчина, он не мог в полной мере сопереживать девушке. С этой точки зрения он не мог винить её за эгоизм.

Дело всё ещё находилось на стадии расследования, и Гу Яньчэнь не мог раскрыть слишком много подробностей.

Ответив на несколько вопросов, Се Юна подчеркнула:

- Я ничего не знаю ни об одном деле. Они не имеют ко мне никакого отношения.

Бай Мэн хотела продолжить уговоры.

- Ты заметила какую-то опасность или что-то подозрительное, что заставило тебя оставить ту записку? Ты хотела не напугать их, а предупредить, чтобы они держались подальше от той комнаты, верно?

Се Юна горько улыбнулась.

- Офицер, вы слишком много думаете. Я не могу контролировать других людей.

Гу Яньчэнь сказал:

- Мы просто хотим помочь большему количеству людей… Если с тобой что-то случилось, сокрытие правды не решит проблему.

Услышав это, Се Юна, казалось, растерялась, но это длилось лишь мгновение.

Она опустила голову и сказала:

- Я рассказала всё, что знаю. Я признаю, что оставила ту записку и постучала в дверь той комнаты, но это была просто шутка. Я принимаю критику, но больше я ничего не знаю.

Она встала.

- Мне нужно сдать статью сегодня, и я тороплюсь. Если это все, я пойду.

Гу Яньчэнь чувствовал себя беспомощным. Если бы этот человек был преступником, у него были бы способы добиться правды. Но Се Юна была всего лишь свидетелем по делу, и они могли только просить её о помощи, они не имели права её задерживать. Если она не хотела говорить, у них не было плана действий.

Он попросил Бай Мэн ещё раз попытаться убедить девушку, и вышел.

Бай Мэн поболтала с Се Юной несколько минут, а затем вышла и покачала головой:

- Она по-прежнему отказывается говорить. Я оставила ей наши контактные данные, так что, если она передумает, она может связаться с нами в любое время.

Это всё, что они могли сделать на данный момент.

Гу Яньчэнь подошёл к комнате наблюдения. Только что здесь стоял Шэнь Цзюньци и через одностороннее стекло видел всё, что происходило внутри.

- Ты, должно быть, всё видел, она категорически отказывается сотрудничать. Я не знаю, почему она так эмоциональна, — вздохнул Гу Яньчэнь. — Может, я был слишком нетерпелив? Может, я говорил не тем тоном?

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Ты вел себя нормально.

По его мнению, вопросы Гу Яньчэна были вежливыми и нормальными, учитывая, что он заботился об эмоциях девушки. Если они не были уверены, что она имеет отношение к делу, то излишняя дружелюбность могла подорвать авторитет полиции и помешать расследованию. На самом деле Се Юна не хотела рассказывать о том, что с ней произошло, и они не могли заставить её говорить.

- Проблема, скорее всего, не в тебе, а в ней. Возможно, она через что-то прошла, и я чувствую, что она не очень доверяет полиции, — Шэнь Цзюньци на мгновение задумался, а затем сказал: — Ей нужно познакомиться с хорошим человеком и поговорить с ним. У меня есть друг, который, возможно, сможет помочь.

Гу Яньчэнь спросил:

- Кто это?

Он не слышал, чтобы Шэнь Цзюньци упоминал о каких-то друзьях.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Он тоже раньше был полицейским, ты должен его знать.

Он сделал паузу и продолжил:

- Он тоже расследовал инцидент в тринадцатом особняке.

В последний раз он видел этого человека, пять лет назад. За день до похорон Линь Сянланя этот человек пришёл в его школу и искал его. Они договорились встретиться в маленькой закусочной у задних ворот школы, где продавали только лапшу, и где могло поместиться всего несколько человек. Как только они встретились, мужчина протянул ему белый конверт, в котором лежали деньги на похороны Линь Сянланя.

Он до сих пор помнил, как заказал себе тарелку говяжьей лапши.

Мужчина сказал ему:

- Лин Ло, я уволился. Я знаю, что некоторые люди в городском бюро не хотят меня видеть, поэтому я не приду на панихиду по твоему отцу.

Он взял конверт, поблагодарил его, а затем спросил:

- Чем ты планируешь заниматься в будущем?

Этот человек не мог быть офицером полиции, о чем он никогда раньше не думал.

В его глазах этот человек, как и Гу Яньчэнь, был правой рукой Линь Сянланя, самым острым ножом в городском бюро Биньчэна. Особенно этот человек. До того как Гу Яньчэнь пришёл в городское бюро, Линь Сянлань ценил его больше всего.

Вскоре после вступления в должность директора Вана, он ушел. Мужчина ничего ему не объяснил, сказав лишь:

- Я хочу заняться расследованием, так что, возможно, какое-то время у меня не будет времени навещать тебя.

Он смутно уловил смысл этих слов и сказал:

- Возможно, у нас ещё будет возможность встретиться в будущем.

Возможно, в лапше было слишком много уксуса, когда он говорил, у него слегка щипало в носу.

Мужчина улыбнулся, он всегда был добродушным человеком, и его улыбка была очаровательной:

-Тогда у нас будет шанс встретиться снова.

Покончив с едой, они вышли и разошлись в разные стороны. Безмолвно понимая друг друга, они оба знали, что будут стремиться к истине. Жаль только, что перед лицом великих потрясений личные усилия всегда кажутся незначительными. С тех пор они были разлучены на долгие годы. Когда они встретились снова, он уже стал Шэнь Цзюньци. А тот мужчина больше не был полицейским, каким был когда-то.

.

Се Юна вышла из городского бюро, наконец-то почувствовав облегчение. Она посмотрела на яркое солнце в небе, но не ощутила ни тепла, ни света. Если бы это было несколько месяцев назад, она бы просто рассказала обо всём полиции. Но сейчас у неё было очень сложное настроение.

Эти полицейские были намного добрее, чем те, с кем она сталкивалась раньше, но у неё всё равно оставались сомнения. Что, если их доброта была притворной? Возможно, они просто проверяли её, чтобы узнать, как много она знает об этих вещах. Они сказали, что расследуют дело, но что это могло быть за дело? Сокрытие правды ничего не решит, и даже если она расскажет всё, это тоже ничего не решит. Возможно, ей никто не поверит, возможно, эти люди узнают о том, что она сказала, возможно, её жизни будет угрожать опасность.

Раньше она была честной, смелой и хотела защитить этот мир, но поняла, что никто не сможет защитить её. Она больше не была наивной девочкой, ради себя самой ей пришлось стать немного эгоистичной. Возможно, тот человек, который умер, был тем, кого заставили замолчать. При мысли об этом она вдруг почувствовала боль в сердце, вспомнив то сообщение. Могло ли что-то случиться с Янь Чи?

Затем она усмехнулась про себя, разве она не достаточно настрадалась? В тот момент она всё ещё думала о том мошеннике.

Се Юна вышла из городского бюро, надела маску и шляпу и плотно закуталась, опустив голову. Но даже в таком виде она выделялась, одежда была свободной, но всё равно не скрывала её фигуру. Проходя мимо, люди то и дело оборачивались, чтобы посмотреть на неё.

Се Юна села в автобус, чтобы вернуться домой. В автобусе было немного людей, и одно место оставалось свободным. Она села и погрузилась в свои мысли. Подняв глаза, она заметила, что на неё смотрит мужчина. Он был высоким, мускулистым, с синей татуировкой на руке, и его взгляд был прикован к ней. Этот взгляд был слишком знакомым, как будто он видел в ней свою добычу. Се Юна нахмурилась и огляделась, но все в автобусе молчали и смотрели в свои телефоны.

Её руки дрожали, когда она доставала телефон, но она не знала, к кому обратиться за помощью. В автобусе было немного людей, и она не была уверена, что пассажиры или водитель ей помогут. До конечной оставалось всего две остановки. Станция находилась недалеко от её района, выйдя из автобуса, она будет в безопасности.

В конце концов, она нащупала в рюкзаке перцовый баллончик. Она не хотела использовать его без крайней необходимости.

Мужчина медленно подошёл к ней, сел рядом, перегородив ей путь на внешнем сиденье, и, словно приветствуя знакомую, спросил:

- Почему ты больше не появляешься на прямых трансляциях?

Её сердце забилось чаще, и она, притворившись, что не слышит, отвернулась от него. Как она и боялась, автобус остановился, и сидевшая рядом с ней тётушка вышла.

Мужчина сел рядом с ней и сказал:

- Я думал о тебе каждую ночь. После того как ты перестала вести прямые трансляции, я долго тебя искал.

Его слова были отвратительны, а его рука уже лежала на её бедре.

Се Юна немного запаниковала и отодвинулась от него. Мужчина медленно пошевелил рукой, жадно наслаждаясь её испуганным выражением лица. От этого чувства Се Юну затошнило.

Автобус, наконец, подъехал к остановке, и она быстро встала, крикнув:

- Пошевеливайтесь!

Она достала перцовый баллончик и быстро направила его в лицо мужчине. Мужчина закричал от боли, закрыв лицо руками. Се Юна молниеносно выбежала из автобуса. Но она не ожидала, что её действия разозлят мужчину. Мужчина с красными глазами бросился за ней, ругаясь и отбрасывая перцовый баллончик, который она держала в руке.

Не успела она отойти от автобусной остановки, как мужчина схватил её за талию и силой развернул. В ходе борьбы с неё слетела шляпа, рассыпались волосы, а мужчина сорвал с неё маску.

Се Юна закричала:

- Извращенец, не трогай меня!

Это сразу привлекло внимание окружающих.

Мужчина, сказал окружающим:

- Она моя девушка, не ваше дело.

Се Юна закричала:

- Я его даже не знаю!

Мужчина усмехнулся, продолжая крепко держать её за руку:

- У моей девушки на руке красное родимое пятно.

Чтобы доказать свою правоту, он закатал ей рукав. На тонкой и изящной руке Се Юны действительно было родимое пятно. Зрители отвернулись, некоторые зашептались и стали показывать пальцем.

- Должно быть, они знакомы, иначе как бы он так точно это описал?

- Значит, это ссора влюблённых.

- Женщина, должно быть, сбежала!

Мужчина притворился:

- Даже если ты злишься, ты не можешь убежать. Давай вернёмся домой и поговорим! Ребёнок ждёт тебя.

Се Юна была на грани:

- Я правда его не знаю, помоги мне!

Ей казалось, что она находится за много миль от арендованных ею ворот, хотя до них было всего несколько шагов. Она плакала и кричала, но никто не приходил ей на помощь. Она чувствовала себя одинокой и напуганной, её сердце было разбито.

Мужчина обрадовался ещё больше и попытался поймать такси:

- Хватит позориться здесь! Поехали со мной!

- Помогите!

Се Юну тащили, и она кричала во всё горло. Разница в силе была слишком велика, она тщетно пыталась вырваться и укусить мужчину.

Остановилось такси. Мужчина протянул руку, чтобы схватить её, намереваясь поднять и затолкать в машину. У Се Юны упало сердце, неужели этот мужчина собирается увезти её средь бела дня? Большинство мужчин, с которыми она сталкивалась раньше, не были такими безжалостными и пугающими. Она с трудом могла представить, что произойдёт, если он увезёт её вот так.

В этот момент кто-то внезапно схватил мужчину и с силой ударил его в спину. Мужчина поморщился и отпустил Се Юну. Он обернулся и посмотрел на того, кто стоял у него за спиной. Се Юна тоже подняла голову. Это был мужчина лет тридцати с небольшим, с мягким лицом, но суровым взглядом.

Нападавший выругался:

- Не лезь не в своё дело, чёрт возьми.

Мужчина, однако, оставался спокойным и собранным.

Его голос звучал ровно, когда он сказал:

- Я вызвал полицию. Отпусти её. Иначе не вини меня в грубости.

Крепкий мужчина выпрямился и поднял кулаки.

- Я бью свою женщину, тебе-то какое дело? Не лезь не в своё дело! — ответил он.

Мужчина спокойно спросил:

- Ты сказал, что она твоя девушка. Как её зовут?

- Э-э... - Здоровяк запнулся.

Поняв, что ситуация складывается не в его пользу, таксист уехал.

Кто-то шагнул вперёд, а остальные осмелились посмотреть в их сторону.

Женщина закричала:

- Даже если она твоя девушка, ты не можешь так с ней поступать.

- Это родимое пятно на её руке можно было увидеть где угодно.

- Разве это не похищение? Средь бела дня.

Се Юна воскликнула:

- Я, правда, его не знаю!

Здоровяк взглянул на Се Юну, а затем на окружающих.

Он сплюнул и сказал:

- Я за тобой потом приду.

Он отпустил руку Се Юны и ушёл.

Когда мужчина скрылся из виду, бешено колотящееся сердце Се Юны наконец успокоилось. Чувствуя слабость во всём теле, она опустилась на корточки и села на бордюр, не обращая внимания на то, что потеряла самообладание и безудержно рыдает. За последние шесть месяцев она пережила бесчисленное множество неудач, бесчисленное множество, раз оказывалась в изоляции и беспомощности. Пережитое лишило её мужества. Её проницательность была лишь маской, бесполезной против настоящего противника.

Увидев, что она цела и невредима, толпа постепенно рассеялась.

Мужчина, который спас её, не ушёл. Он помог ей собрать вещи, которые она уронила на землю. Присев на корточки, он, молча, смотрел, как она плачет.

Когда она немного успокоилась, мужчина сказал:

- Я сфотографировал его и сообщил об этом в полицию. Если ты чувствуешь себя в опасности, тебе лучше пока пожить у подруги.

Се Юна заплакала и сказала:

- Спасибо.

Она была благодарна мужчине, который её спас.

Через некоторое время мужчина купил пачку салфеток и бутылку минеральной воды и протянул их ей.

- Тебя ведь зовут Се Юна, верно?

Она вытерла слёзы салфеткой и спросила:

- Вы меня знаете?

Мужчина ответил:

- Я знаю Янь Чи, но я не из их компании.

К счастью, он только что получил сообщение от Шэнь Цзюньци и пришёл на помощь Се Юне. Он стал свидетелем произошедшего и спас её. Был ли он другом Янь Чи? Се Юна посмотрела на него и подумала, что он не похож на плохого человека. После всего, что ей пришлось пережить, она могла определить характер человека по его взгляду. Взгляд мужчины был спокойным и искренним. Но она всё ещё не могла полностью расслабиться и молчала, склонив голову.

- Я слышал, как Янь Чи упоминал о тебе. Ты очень хорошая девушка, — продолжил мужчина. — Наверное, за последние несколько месяцев тебе пришлось нелегко. Мне очень жаль, что тебе пришлось через всё это пройти.

Услышав эти слова, Се Юна снова расплакалась. Она закрыла рот рукой и заплакала ещё сильнее. Обычным людям может быть сложно, сопереживать чужому горю, но этот мужчина, похоже, обладал эмпатией, которой не было у других. Его голос звучал искренне, а утешительные слова тронули её сердце.

Пережитое Се Юной не имело никакого отношения к этому мужчине, но его извинения принесли ей огромное облегчение. Давно с ней не обращались так нежно. Никто не знал, через что Се Юна прошла за последние шесть месяцев. Люди задавали ей вопросы, сомневались в ней, а некоторые даже считали, что она сама во всём виновата. Но никто никогда не говорил ей таких слов. Ни родители, ни друзья, ни полиция, которая должна была защитить её.

Она проводила каждый день и каждую ночь в разочаровании и страхе. Пока не встретила мужчину, который бережно заполнил пустоту в её сердце.

- Ты смелая и сильная девушка. Если ты готова, не могла бы ты рассказать мне о том, что с тобой произошло? Хотя тебе может быть некомфортно, говорить о том, через что ты прошла, это действительно поможет полиции раскрыть дело, — продолжил мужчина.

Се Юна спросила:

– Полиция раскроет дело?

Мужчина ответил:

- Полиция спасёт больше девушек и предотвратит повторение подобных случаев.

Се Юна спросила:

- Вы полицейский?

Она только что вышла из полицейского участка. Может ли быть так, что полиция действительно расследует это дело? Смогут ли они защитить её и поймать этих негодяев?

- Раньше я был полицейским, но больше не служу. Однако у меня по-прежнему много друзей в полиции. Уверяю тебя, все они хорошие люди и, смогут тебе помочь.

Она колебалась, немного тронутая его словами. Она уже потеряла веру в полицию, но в этот решающий момент поняла, что обществу по-прежнему нужны люди, которые будут поддерживать закон и порядок и ловить преступников.

Мужчина представился:

- Меня зовут Ли Чжуннань.

Се Юна посмотрела на мужчину заплаканными глазами. Ей показалось, что от него исходит свет. Она начала верить, что в этом мире всё ещё существует справедливость.

Прошлое

Глава 115. Прошлое

В городском бюро Шэнь Цзюньци вкратце объяснил Гу Яньчэнe, что Ли Чжуннань возьмёт на себя некоторые следственные задачи.

Недавно Ли Чжуннань расследовал дело о «Особняке 13». Координировать обмен информацией было относительно легко.

Шэнь Цзюньци сказал:

-                   Я давно с ним не связывался, но он тоже кое-что выяснил.

Услышав это, Гу Яньчэнь нашёл ответы на многие вопросы и спросил Шэнь Цзюньци:

- Как ты познакомился с Ли Чжуннанем?

Шэнь Цзюньци не знал что сказать.

- Ли — хороший человек. Однажды он мне помог.

Ближе к полудню Ли Чжуннань и Се Юна закончили свой разговор. Он попросил Шэнь Цзюньци привести Гу Яньчэна.

Когда они пришли к Се Юне домой, Гу Яньчэнь наконец то встретился с Ли Чжуннанем, которого не видел много лет.

Ли Чжуннань был намного худее, чем во времена службы в полиции, и его внешний вид значительно изменился.

Эмоции Се Юны, уже улеглись, хотя её глаза всё ещё были красными. Утром её  допрашивали, и она узнала Гу Яньчэна, а Ли Чжуннань представил ей Шэнь Цзюньци.

Ли Чжуннань сказал:

- Я проверил комнату, здесь безопасно. На телефоне Се Юны были следы слежки, я их удалил. На всякий случай лучше выключить телефон. Се Юна не хочет, чтобы сегодняшний разговор записывался.

Гу Яньчэнь согласился, и они все вместе присели.

Се Юна наконец согласилась рассказать о том, что происходило с ней последние несколько месяцев. Немного поразмыслив, она начала: «Всё началось около полугода назад…»

Се Юна окончила университет и устроилась в компанию по продажам. Она всегда хорошо справлялась со своими обязанностями, и родители гордились ею. Полгода назад у неё закончился срок аренды, и, получив премию за новый квартал, она съехала из общежития в поисках жилья получше. Она нашла сайт по аренде жилья, и агент показал ей несколько домов. Из них ей понравились два, один представлял собой однокомнатную квартиру, а другой — двухкомнатную. Два квартиры располагались в двух соседних домах на одинаковых этажах и были обращены друг к другу.

Она немного сомневалась, какую из них арендовать.

Агент сказал ей:

- В любом случае, ты видела ситуацию. Наши дома пользуются большим спросом и стоят недорого. Если ты хочешь снять квартиру с двумя спальнями, тебе нужно найти девушку, которая будет жить с тобой.

Она не собиралась никого искать, так как знала, что из-за недопонимания между девушками могут возникнуть разногласия.

Она задумалась:

- Однокомнатная квартира дороговата. Если я сниму квартиру с двумя спальнями, смогу ли я привести коллегу-мужчину, который будет жить со мной?

Она знала, что в её компании есть коллега-мужчина, который, тоже ищет жильё, и он гей. Она всегда относилась к нему как к брату.

Однако агент сказал:

- Извините, но по условиям нашего контракта это специальное предложение доступно только для девушек.

Ей показалось это правило немного странным, и она спросила:

- Почему?

Агент объяснил:

- Видите ли, у нас очень красивый интерьер. Если здесь будет жить мужчина, то очень скоро здесь станет грязно. Здесь должны жить девушки. После того как вы приведёте свою подругу, чтобы мы могли на неё посмотреть, вы обе сможете подписать договор.

Это показалось ей немного странным и подозрительным.

Агент продолжил:

- Если вы считаете, что цена за однокомнатную квартиру слишком высока, я могу запросить для вас скидку в компании. Но этот процесс займёт некоторое время и не повлияет на вашу возможность заселиться.

Она прислушалась к совету агента и сняла однокомнатную квартиру по более низкой цене.

Переехав на новое место, она начала новую жизнь. Однокомнатная квартира была хорошо обставлена, на кухне была посуда и даже небольшая духовка. В ванной стояла большая ванна. Она чувствовала себя прекрасно, наслаждаясь свободой жизни в одиночестве. Каждый день она ходила на работу, готовила себе еду, читала романы, смотрела сериалы, принимала ванну и занималась йогой по вечерам.

Однажды вечером, подходя к окну, чтобы задернуть шторы, она заметила, что в двухкомнатной квартире напротив горит свет, а шторы не задернуты. Она увидела, как девушка развешивает одежду на балконе. Конечно же, эта квартира тоже была быстро сдана в аренду.

Два месяца спустя, покупая кофе в кафе на первом этаже, где располагался её офис, она познакомилась с молодым человеком по имени Янь Чи. Янь Чи был высоким и красивым, происходил, судя по всему, из богатой семьи, ездил на хорошей машине и был очень вежливым — таким, она его представляла. При первой встрече они обменялись контактами, и Янь Чи начал часто приглашать её куда-нибудь.

Он был очарователен, часто дарил ей небольшие подарки и даже забирал её из офиса, когда была плохая погода.

Три месяца спустя они официально стали парой. По выходным они вместе ходили в парки развлечений, отпраздновали её день рождения с большим тортом от Yan Chi, а на работе она совершала крупные продажи, получая бонусы и комиссионные.

Жизнь казалась идеальной. Но потом всё пошло наперекосяк. Всё началось с того, что по дороге на работу она встретила эксгибициониста. После этого люди на улице стали странно на неё поглядывать. А, однажды, начальник в её компании внезапно вызвал её к себе в кабинет во время обеденного перерыва и начал расспрашивать о работе, а затем стал неуместно прикасаться к ней. Он усадил её к себе на колени и полез к ней под одежду.

Она закричала, сопротивляясь, но мужчина всё равно снял с неё верхнюю одежду. Она была в ужасе, звала на помощь, дала мужчине пощёчину и в панике выбежала из кабинета. Этот инцидент произошёл во время обеденного перерыва, и половина компании была встревожена. Впоследствии высшее руководство компании заявило, что возьмёт этот вопрос на контроль.

Её отвели в закрытую переговорную, и HR-специалисты забрали её телефон, прежде чем начать разговор. В присутствии нескольких руководителей компании и HR-специалистов её попросили подробно рассказать о том, как её домогался начальник. Она с тяжёлым сердцем описала произошедшее.

Выслушав рассказ, руководитель высшего звена сказал:

- Давайте разберёмся с этим. Решим проблему.

Женщина среднего возраста добавила:

- Я думала, это что-то серьёзное. А это пустяки.

Сначала она думала, что люди её поддержат, но ни один человек не утешил её как пострадавшую и не сказал, что накажет начальника. Отдел кадров вызвал её на личную беседу в отдельную комнату. Ближе к концу разговора представитель отдела кадров неожиданно предложил ей уволиться по собственному желанию.

Она усмехнулась:

- Что я сделала не так? Почему я должна уволиться?

- Мистер Чжан сказал, что вы намеренно разделись и соблазнили его, как только вошли в его кабинет. Ваши действия плохо повлияют на компанию.

- Ерунда! Я сказала правду!

Она разозлилась и горько усмехнулась.

- Вы не боитесь, что я выложу это в интернет?

- Можешь попробовать в любое время.

Сотрудник отдела кадров поднял голову, и в его взгляде читалось что-то неописуемое, как будто он мог раздеть её одним лишь взглядом.

- Тебя могли бы повысить и увеличить зарплату. Но теперь, после твоей выходки, тебе ждать нечего. Увольняйся как можно скорее, и мы все сохраним лицо.

Она задрожала от гнева.

- Я обращусь в бюро по трудоустройству и заявлю на него за домогательства на рабочем месте.

Сотрудник отдела кадров усмехнулся:

- Где твои доказательства?

- Это видели многие коллеги.

- И кто будет свидетельствовать в твою пользу? Подумай об этом.

Он посмотрел на неё и добавил:

- С твоим-то поведением, что тут беречь? О тебе все знают.

Она больше ничего не могла понять и вышла из кабинета. Через некоторое время ей вернули телефон. Она позвонила в полицию. Приехали двое полицейских, вкратце разобрались в ситуации, составили протокол и уехали, не предприняв никаких дальнейших действий. Доказательств не было. В кабинете начальника не было камер наблюдения, а если бы и были, она не смогла бы их получить. Коллеги по офису относились к ней как к невидимке. С ней никто не разговаривал.

Она стиснула зубы. В тот вечер она написала об этом инциденте в интернете. Некоторые пользователи сети горячо прокомментировали её пост, и она почувствовала проблеск надежды. Но через полчаса пост был удалён, а её аккаунт заблокирован.

В ту ночь она плакала, рассказывая родным о пережитом. Она думала, что родители её утешат.

Но она не ожидала, что отец скажет:

- Не позорься. Что хорошего может выйти из борьбы с крупной компанией? Трудовая комиссия может решить, что ты создаёшь проблемы на пустом месте. Лучше увольняйся по-хорошему. Не позволяй этому распространиться, это повлияет на твой поиск работы. Ни одна компания не захочет иметь дело с проблемным сотрудником.

Её мать сказала:

- Не стоило тебе вызывать полицию, ты выставила себя на посмешище. Хорошо, что ничего серьёзного не произошло. Веди себя сдержанно. Нам, простым людям, приходится терпеть, даже если что-то случается.

Её родители продолжали её поучать.

- Если ты с этим не справишься, это может разрушить твою карьеру.

- Ты как собака, которую задели.

- Это может повлиять на твой брак. Семья твоего мужа может быть против. Возможно, ты не сможешь выйти замуж за представителя приличной семьи.

Она почувствовала, как её сердце сжалось. Она не осмелилась рассказать своему парню о случившемся. Она провела дома целый день, чтобы успокоиться. Она поискала информацию в интернете и поняла, что ситуация безнадёжная.

На третий день она всё ещё не вышла на работу. Вместо этого она отправилась на консультацию к бесплатным юристам в орган по разрешению трудовых споров. Она впервые оказалась в таком месте. Юристы были заняты, их окружали люди. Она была среди рабочих-мигрантов, требовавших выплаты задолженности по зарплате, и беременных женщин, которых уволили. Все говорили одновременно, и она тоже спросила, как ей поступить.

Когда они узнали, что это было домогательство на рабочем месте, адвокат сказал:

- Не трать время на подачу иска. Это ни к чему не приведёт. В таких случаях сложно собрать доказательства, и вы ничего не выиграете.

Потом адвокат напомнил ей, что, если она не выйдет на работу в эти дни, её сочтут прогульщицей и могут уволить, что отразится на её трудовой книжке.

Коллеги, с которыми она была близка, рассказали ей, что юридический отдел компании сделал скриншот её поста в интернете и разослал его пятистам людям. Если она не уволится, они подадут на неё в суд за распространение слухов.

Она чувствовала себя загнанной в угол, погружаясь всё глубже и глубже, но выхода не было. Наконец, не в силах больше терпеть, она рассказала о сложившейся ситуации своему парню Янь Чи. Он тоже посоветовал ей не отчаиваться и сначала уволиться, а потом они подумают, что делать дальше.

Она горько плакала. Поэтому ей ничего не оставалось, кроме как уволиться из компании, собрать вещи и уйти в подавленном состоянии. Никто из её бывших коллег не осмелился заговорить с ней.

Когда она уходила, коллега-гей догнал её и прошептал:

- Я слышал, как мистер Чжан и отдел кадров сплетничали о тебе за твоей спиной. Они сказали, что видели твоё видео в интернете. Тебя где-то снимали?

Услышав это неожиданное признание, она была в шоке. Она всегда была очень осторожной. Даже в примерочной, она оглядывалась по сторонам. Где эти люди могли её снять? Она начала подозревать, что её тайно снимают в автобусе или где-то ещё. Она была слишком подавлена и измотана, чтобы нормально соображать, поэтому решила сначала вернуться и немного вздремнуть. Позже она договорилась встретиться со своим парнем за ужином.

Сначала Янь Чи пытался утешить и приободрить её, но когда она упомянула о своих подозрениях, что её снимают, Янь Чи замолчал. Через некоторое время Янь Чи написал в блокноте на телефоне: «Давай расстанемся».

Она нахмурила брови, совершенно не понимая, что он имеет в виду, и инстинктивно спросила:

- Расстанемся?

Янь Чи сказал ей:

- Если ты считаешь, что это неправильно, то давай расстанемся.

Внезапно ей показалось, что весь мир вокруг неё изменился. Она не понимала, что сделала не так, и слёзы, которые она сдерживала, хлынули безудержно. Янь Чи взял ручку со стола, за которым они делали заказ, взяв салфетку, написал что-то и протянул ей.

Она взяла её, не вытирая слёз, и прочитала: «Ты права, за тобой следят, твой телефон под наблюдением».

Она всхлипнула, не зная, как реагировать.

Янь Чи сел напротив неё с бесстрастным выражением лица и сказал:

- Вытри слёзы.

Только после этого она вытерла слёзы салфеткой, скомкала её и отложила в сторону.

Янь Чи снова написал и протянул ей ещё одну салфетку: «За твоей квартирой следят, и за мной тоже».

Она набрала на телефоне три слова: «Почему я?»

Они продолжили свой безмолвный разговор.

Янь Чи что-то писал в телефоне и показывал ей, а потом удалял сообщение или писал на салфетке: «Меня подослали те люди, я ненастоящий. Они снимают, как мы влюбляемся друг в друга».

У неё раскалывалась голова, и она продолжала рыдать, опустив голову.

«В твоей квартире установлены камеры. В целях твоей безопасности не сообщай никому о том, что тебе об этом известно. Беги, не спорь с агентством, не забирай залог и не плати за аренду, не звони в полицию, найди новое место для жизни или покинь этот город. Уезжай сейчас, пока есть возможность. Если спросят обо мне, скажи, что ты решила расстаться».

Она смотрела на этого мужчину и чувствовала, что понимает его, но в то же время не понимает.

Она высморкалась в салфетку и заплакала:

- Мне так не везло с тех пор, как я встретила тебя. Я давно хотела с тобой расстаться…

Се Юна чуть не в слезах побежала домой. Она открыла аптечку и обнаружила...

Она села на унитаз, посмотрела на ванну и увидела там то же самое. Она пошла в гостиную, посмотрела под телевизором, на балконе, рядом с духовкой... Она поняла, что за ней постоянно наблюдали в её собственном доме, и у неё по коже побежали мурашки от страха.

Её коллеги из компании, вероятно, видели всё, что она делала, как принимала ванну... переодевалась...

Она быстро собрала вещи, не стала заходить на сайты по аренде жилья, а вместо этого отправилась в авторитетное агентство недвижимости. Осмотрев всего два варианта, она выбрала новый дом и решила переехать прямо сейчас. Она задумалась над одним вопросом. Стоит ли ей вызвать полицию?

Янь Чи посоветовал ей этого не делать, но, возможно, он был в этом замешан. Он мог бояться, что его тоже привлекут к ответственности. Она чувствовала, что будет правильно — как для справедливости, так и для её собственной безопасности — довериться полиции и сообщить о случившемся. Она подумала, что в прошлый раз, когда она звонила по номеру 110, ничего не вышло из-за отсутствия улик, но теперь, когда в её комнате есть камеры, улик точно достаточно. Полиция разберётся и найдёт виновных.

Се Юна поискала информацию и, набравшись смелости, отправилась в ближайший полицейский участок. Она впервые была в полицейском участке и немного нервничала. Её поприветствовал мужчина-полицейский.

Се Юна сказала со смесью обиды и праведного гнева:

- Я пришла сообщить о преступлении.

- Преступление? Что произошло? Кража, грабёж или что? — спросил офицер.

Се Юна собралась с мыслями:

- Меня тайно снимали на видео.

Её провели в кабинет полицейского участка. Внутри было несколько полицейских-мужчин, некоторые из них были средних лет и с большими животами, другие выглядели молодыми и свежими, и все они были заняты своими делами.

Кто-то спросил:

- Что произошло?

Полицейский, который разговаривал с ней, сказал:

- Она говорит, что её тайно снимали на видео.

- Тогда давайте начнём с того, что без доказательств мы не сможем возбудить дело. Если это гражданское дело, вы можете подать иск самостоятельно, а мы будем заниматься делами, связанными с нарушением правил общественной безопасности.

Полицейский пододвинул ей стул, чтобы она могла сесть, и заговорил.

Она вспомнила, как столкнулась с непониманием, когда пожаловалась на домогательства на работе. Она подумала, что если бы её родители знали, что в арендованном доме есть камеры, они бы точно хотели сохранить это в тайне и не согласились бы с тем, чтобы она пришла в полицейский участок и рассказала об этом.

Полицейский при этом продолжил.

- Снимали на камеру? Кто? Как это было сделано? Можете ли вы рассказать подробнее? — спросил мужчина-офицер с акцентом.

Ей было неловко от этих вопросов и взглядов окружающих.

- Это всего лишь несколько видео, на которых я переодеваюсь...

Се Юна пыталась убедить себя, что она слишком много думает об этом, но стала более осторожной и не решалась рассказать всё сразу, говоря уклончиво.

- Где? Когда? Были ли рядом другие люди? Если вы сообщаете об этом, вам нужно чётко указать эти детали, — продолжал спрашивать офицер.

Кто-то из присутствующих вмешался:

- Вы уверены, что вам не показалось? Некоторые люди путают охранную сигнализацию с устройствами наблюдения. Как та женщина в прошлый раз, которая сама себя напугала.

- Кто эти преступники? Вы их знаете?

- Вы ведь не потеряли деньги, верно? Никаких финансовых потерь? На вас напали?

- Если это передвижная камера наблюдения, её будет сложно отследить. Возможно, мы не сможем их поймать и будем вынуждены полагаться только на записи с камер наблюдения.

- Сначала вам лучше заполнить форму, указать свои контактные данные и предъявить удостоверение личности.

Она была шокирована. Неужели так происходит дознание по факту преступления? Хотя вопросы казались заботливыми, от них ей становилось не по себе. Ей казалось, что она сделала что-то не так, она не могла поднять голову и с трудом могла говорить.

Се Юна крепко вцепилась в свою одежду и дрожащим голосом спросила:

- А в полиции есть женщины?

- Женщина сейчас проводит расследование. Это не дело об изнасиловании, мы можем сами провести расследование.

Взгляд полицейского был полон заботы.

- Где вас снимали? В раздевалке? У вас есть видео? Какие-нибудь доказательства? Были ли другие жертвы?

— Я... — Она не знала, с чего начать.

Офицер постарше, стоявший рядом, сказал:

- Мисс, вам нужно заполнить форму и всё объяснить. Если вы не объясните толком, как мы можем вам помочь?

Он спросил, основываясь на своём опыте:

- Это сделал ваш парень специально? Он выложил это в интернет? Если да, мы можем посоветовать ему, удалить это.

Проходящий мимо офицер перебил его:

- Такое случается слишком часто.

В полицейском участке царила суматоха. Там был мужчина с кровоточащей раной на голове, мужчина средних лет, громко споривший с кем-то, и пожилая женщина, плачущая от боли.

По сравнению с ними то, через что пришлось пройти ей, казалось не таким уж серьёзным. И она чувствовала себя смешной, застрявшей посреди всего этого. Она поняла, что обращаться в полицию было ошибкой.

Она пробормотала:

- Я не могу вспомнить, я не буду заявлять об этом, я подумаю…

Рядовые полицейские посмотрели на неё по-другому, как будто она делала ложное заявление и они начинали терять терпение.

Она бросилась прочь, словно спасаясь бегством, услышав, как полицейский у входа в участок разговаривает по телефону, покуривая:

- Кажется, дом засветился, сегодня приходили в участок, это та, за которой велось наблюдение… Посмотрим, справишься ли ты с этим.

От страха у неё чуть сердце из груди не выскочило. Вот что значит не обращаться в полицию. У тех, кто может устанавливать камеры в сдаваемых в аренду домах и находить таких людей, как Янь Чи, должны быть деньги и власть. Она даже с делами компании не могла справиться, как же ей справиться с теми, кто стоит за всем этим? Ей казалось, что она тщетно барахтается в сети. Она вернулась домой в слезах, быстро собрала вещи и перевозила их все за раз.

Когда она съезжала, она вдруг кое-что вспомнила и посмотрела на квартиру напротив. Это был дом, оформленный в том же стиле, что и её. Она заметила, что в дом въехали две девушки. Была уже поздняя ночь, и в доме напротив горел свет, создавая тёплую и спокойную атмосферу. Были ли в этом доме такие же устройства наблюдения?

Ей казалось, что она на необитаемом острове и только две девушки, живущие в этом здании, могут понять её боль. В одно мгновение все обиды, которые она пережила, всколыхнулись в её сердце, а затем превратились в мужество и вырвались наружу. Она должна была их предупредить! Она надела шляпу и маску, а затем поспешила в противоположное здание и поднялась на лифте. Она стояла за дверью, яростно стучала и крутила ручку.

«Откройте, в этом доме небезопасно...» — кричало её сердце, но после такого дня она не могла издать ни звука.

Если бы дверь открылась, она бы рассказала им о том, что с ней произошло, но дверь оставалась неподвижной. Она попыталась заглянуть в глазок, но он, похоже, был заблокирован изнутри, и она ничего не увидела.

Она чувствовала себя бессильной и напуганной. Затем она поняла, что не может спасти даже себя, не говоря уже о людях, которые были за дверью. Собравшись с последними силами, она достала из кармана бумажку и корявым почерком написала три слова: «Покиньте это место!»

Она засунула записку в щель под дверью, чтобы они увидели её, когда откроют дверь. Затем она спустилась вниз и оставила свой кошмар позади. С того дня она превратилась в улитку, боялась общаться с людьми, не доверяла мужчинам, ей казалось, что у всех, кто на неё смотрит, есть скрытые мотивы. Внешне она не изменилась, но внутри была изранена. Она тихо ждала, надеясь, что её раны заживут, но они оставались открытыми. Она чувствовала отчаяние и боль.

Впервые после всего, что ей пришлось пережить, встретив Ли Чжуннаня, она почувствовала тепло и поддержку от внешнего мира. Словно увидела проблеск света в долгой тёмной ночи. Наконец она набралась смелости и открылась ему.

Се Юна сидя в арендованной квартире, рассказывала об этих событиях. Она впервые подробно описала их кому-то с тех пор, как все произошло. Рассказывая об отдельных событиях, она всё ещё дрожала от волнения.

Во время разговора Ли Чжуннань встал, чтобы налить ей чашку горячей воды.

Он постоянно подбадривал девушку:

- Ты отлично справилась.

Гу Яньчэнь тоже понял, почему Се Юна не хотела говорить об этом, когда они были в городском бюро.

Се Юна выпила воды и сказала:

- Но это ещё не конец. Позже со мной связался Янь Чи. Он сказал, что одолжил у друга телефон, чтобы позвонить мне. Он извинился и сказал, что его тоже принуждали. Из-за болезни матери он занял денег у этих людей, и они угрожали ему, заставляя ухаживать за девушками. Мне повезло, что я вовремя поняла, что что-то не так. В тот момент я так горько плакала, что он почувствовал себя виноватым и проникся ко мне сочувствием, поэтому рассказал мне правду.

Она испытывала смешанные чувства по отношению к Янь Чи. Она ненавидела его, считая лжецом, который толкнул её ещё глубже в пропасть. Но в то же время она была ему благодарна за то, что он сказал ей правду. Она не знала, любит ли она его до сих пор, и немного беспокоилась за него.

После этого они время от времени связывались друг с другом по запасным телефонам, и их отношения напоминали дружбу на расстоянии.

Ли Чжуннань объяснил Шэнь Цзюньци:

- Я связался с Янь Чи через кое-какие каналы. Он часто расстаётся с девушками, когда они вот-вот попадут в беду. Я убеждал его, надеясь, что он сможет стать информатором полиции.

Гу Яньчэнь обратил внимание на важный момент:

- Так, где же сейчас этот Янь Чи?

Се Юна сказала:

- Несколько дней назад он прислал мне сообщение, в котором сказал, что предал тех людей, и попросил меня больше с ним не связываться. Мне кажется, ему может угрожать опасность.

Она достала сообщение и показала им.

Шэнь Цзюньци подсчитал время:

- Это было в тот день, когда мы обнаружили труп. Возможно, тело привез Янь Чи. Он мог положить труп под дерево влюблённых, чтобы привлечь внимание полиции.

- Дерево влюблённых?

Се Юна замерла, услышав это.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты знаешь об этом месте?

- Да…

Се Юна прошептала:

- Я всё время уговаривала Янь Чи отвести меня туда, но он много раз мне отказывал.

Гу Яньчэнь записал номер телефона и отправил его Бай Мэн для проверки.

Через секунду он сказал:

- Этот телефон всё ещё включён. Возможно, мы сможем найти убежище Янь Чи, отследив этот номер.

Демон

Глава 116. Демон

Во второй половине дня.

После рассказа девушки, полиция получила много важной информации.

Бай Мэн быстро поискала и нашла личные данные Янь Чи. Ему было 25 лет, он был родом из маленького городка, получил степень бакалавра в области компьютерных наук, был высоким, красивым и производил впечатление талантливого человека.

Очевидно, именно об этом и говорил Ляо Цин, заманивая этих «рыбок» «наживкой».

Когда Гу Яньчэнь впервые увидел эту жуткую сцену под деревом, ему было сложно объяснить мотивы человека, который избавился от тела. Но если убийца,  и те, кто привёл в порядок место преступления, и тот, кто избавился от тела, были тремя разными людьми, то это было гораздо проще объяснить и понять.

Янь Чи, который привез тело, надеялся, что кто-нибудь обнаружит труп Ся Тяньэнь.

Поиск Янь Чи стал ключом к разгадке дела.

Гу Яньчэнь распорядился:

- Бай Мэн, свяжись с командой детективов и киберполицией и как можно скорее выясни, где находится Янь Чи.

Бай Мэн ответила:

- Сигнал прерывистый, но мы прилагаем все усилия, чтобы определить его местоположение.

Гу Яньчэнь нахмурился, что-то вспомнив, и спросил:

- Юй Шэнь в последнее время следил за передвижениями транспортных средств, принадлежащих особняку № 13 и связанных с ним компаниями? Как у него дела?

Бай Мэн ответила:

- Я сейчас узнаю…

Она продолжила:

- Юй Шэнь сказал, что эти люди собираются на западе города.

Охотники шли по следу добычи.

Гу Яньчэнь быстро сообразил:

- Янь Чи тоже должен быть на западе города. Пусть Лу Ин и Юй Шэнь соберут членов следственной группы, чтобы мы могли отправиться в путь в любую секунду.

Закончив разговор с Бай Мэн, Гу Яньчэнь повернулся к Ли Чжуннаню и Шэнь Цзюньци:

- Я немедленно отправляюсь на встречу с командой. Кроме того, если мы сможем найти связь между Се Юной и Янь Чи, они тоже могут это понять. Учитывая, что были попытки похитить Се Юну, я думаю, что здесь небезопасно.

Хотя сегодняшний разговор не был записан, Се Юна всё равно является для них важным свидетелем.

Се Юна выглядела озадаченной:

- Тогда что мне делать? Снова переехать в другой дом?

Шэнь Цзюньци предложил:

- Может, временно поселим её у нас?

Они с Гу Яньчэном жили вместе, и квартира напротив была свободная.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Это возможно. В настоящее время там безопасно.

Ли Чжуннань сказал:

- Тогда я провожу Шэнь Цзюньци и отвезу туда Се Юну, а потом мы встретимся.

На этом они разошлись. Гу Яньчэнь сел в машину и поехал прямо в городское бюро.

По прибытии Бай Мэн сообщила ему хорошие новости:

- Мы выяснили местонахождения Янь Чи. Он находиться на складе, на западе города. И мы узнали, что там работает его земляк.

Гу Яньчэнь сказал:

- Скорее всего, так и есть. Мы готовы отправляться.

В это время Янь Чи прятался в здании на западе города Биньчэнь. Сначала он планировал покинуть Биньчэнь и вернуться в родной город. Однако, прежде чем он успел выехать из города, он увидел машину из особняка возле пункта взимания платы за проезд и быстро повернул назад. Потом он понял, что поступил слишком импульсивно. Он не был достаточно подготовлен, его карта была заблокирована, и он не мог снять наличные.

Его действия привели особняк в ярость. Как только он подумал о том, чтобы сбежать из города, особняк отправил людей на его поиски. Его бывшие коллеги, которые теперь отвернулись от него, искали его повсюду. Ситуация оказалась ещё хуже, чем он себе представлял. Но Янь Чи не жалел о содеянном.

Сначала он спрятался. Здесь работал его земляк Синь Цзинин, который работал охранником на складе, и они несколько раз ужинали вместе. У них были неплохие отношения. Теперь, когда это случилось, он пришёл к Синь Цзинину за помощью. Синь Цзинин не стал задавать лишних вопросов и разрешил ему остаться.

Это было полузаброшенное здание старой фабрики, где обычно никого не было. В здании было четыре этажа, которые переоборудовали в складские помещения. Товары были распределены по категориям и хранились соответствующим образом.

После обеда Синь Цзынин сказал, что выйдет, чтобы оценить ситуацию. Но после того как Синь Цзынин ушел, он так и не вернулся.

Небо начало постепенно темнеть.

Янь Чи прятался на складе, чувствуя всё большее беспокойство и тревогу. Он смотрел в пугающую неизвестную темноту и вспоминал свою жизнь. В этом году ему исполнилось 25 лет.

Во время учёбы в колледже он изучал информатику, различные языки программирования, линейную алгебру, дискретную математику, а после окончания учёбы стал программистом и усердно работал по схеме 996. В это время его мать внезапно заболела и попала в больницу, где ей удалили три четверти желудка. Услышав вздохи отца в телефонной трубке, он, не раздумывая, отправил ему все свои сбережения.

После операции ему всё ещё нужно было оплачивать множество медицинских счетов. Его отец не мог работать, пока ухаживал за матерью, поэтому всё финансовое бремя легло на его плечи. Каждый раз, когда отец просил его о помощи, он не мог ему отказать. Он продолжал отправлять деньги домой, накапливая всё больше долгов по кредитным картам и на таких платформах, как Huabei (китайский кредитный сервис), и всё больше тревожился.

Однажды к нему пришёл старшекурсник из колледжа. Тот вёл гламурную жизнь, каждый день хорошо одевался и утверждал, что знает способ быстро заработать деньги. Он был заинтригован и попросил его помочь ему с работой или одолжить немного денег на случай непредвиденных обстоятельств. Но Янь Чи никак не ожидал, что за одолженные у этого человека деньги придётся платить большие проценты.

Вскоре проценты начали стремительно расти. Через полгода он не только не выплатил первоначальный долг, но и задолжал ещё более ста тысяч. Этот человек угрожал ему, фотографировал его и обещал отрезать ему пальцы, если он не заплатит.

Потом появился мужчина и спросил его:

- Хочешь работать на нас? Твоя зарплата поможет тебе расплатиться с долгами. Мы дадим тебе денег, чтобы ты мог помочь своей матери, предоставим тебе хороший дом и хорошую машину.

Он быстро согласился.

Позже этот человек стал его менеджером его звали Ли Иянь.

Он привёл его в тринадцатый особняк.

В то время он и представить себе не мог, что это станет началом его падения в бездну. Эти богачи были настоящими бездельниками. Его работа заключалась в том, чтобы ухаживать за девушками. Его подстригли, сбрил щетину, сделали ему макияж, подобрали одежду по размеру, научили манерам, и через неделю он с трудом узнавал себя в зеркале.

Он и так был красив, а после преображения он стал ещё привлекательнее. Затем его научили разным способам общения с девушками, помогли создать хорошую родословную, придумали для него финансовую профессию, и он практиковался в искусстве красноречия, пока оно не стало для него естественным.

После он стал ездить на роскошных автомобилях, иногда ходил в тренажёрный зал и часто бывал в различных барах, ресторанах и развлекательных заведениях. Вскоре он стал популярен среди девушек благодаря своей молодости и привлекательной внешности. Постепенно он привык к такому образу жизни. Одним движением руки он мог расплатиться разными картами, а его карманы были набиты визитками самых разных людей.

Отточив свои навыки, он начал ухаживать за девушками, которых ему называл начальник. Чашка кофе, пара шуток, комплимент, случайная встреча. Он обнаружил, что за идеальной внешностью скрываются не такие уж и сдержанные девушки. Все его отношения были организованы компанией.

Они ставили перед ним цели, подсказывали, как их достигать, и даже выдавали ему небольшие подарки, чтобы порадовать девочек. В его жизни, которая раньше была сплошной борьбой за выживание, наконец-то наметился переломный момент. Здоровье его матери немного улучшилось, и жизнь, казалось, вернулась в привычное русло.

«Я ведь никому не причинил вреда, верно? Это всего лишь игра. Я делаю это ради своей семьи. Когда я заработаю достаточно денег и расплачусь с долгами, я смогу вернуться в родной город».

Он начал думать о том, что, такой образ жизни не так уж плох.

Как раз тогда, когда он был вполне доволен своей жизнью, эти люди начали заставлять его менять девушек. Он блокировал своих бывших девушек и искал новых. Сам того не осознавая и не задумываясь, он понятия не имел, как босс зарабатывал свои деньги.

Пока однажды коллега не рассказал ему правду. Указав на ближайшую камеру, коллега написал в заметках на телефоне:

«За нами и этими девушками следят. Мы — актёры, нанятые боссом».

Его бросило в холодный пот, когда он понял, что есть люди, которым нравится тратить деньги на то, чтобы лезть в чужую жизнь. Ещё страшнее было то, что за всем, что он делал с этими девушками, даже в постели, наблюдали тысячи людей.

Однажды он увидел в клубе девушку, с которой раньше встречался. Девушку явно избили, на её юбке были пятна крови. Она, пошатываясь, вышла из комнаты и была похожа на сломанную куклу. Подняв глаза, девушка узнала своего таинственно исчезнувшего бывшего парня. Она тут же отреагировала, её взгляд был прикован к нему, а зубы скрипели. Она начала громко проклинать его всеми известными ей бранными словами.

Янь Чи стоял неподвижно, застыв в коридоре, пока менеджер не окликнул его:

- Верни её!

Только тогда он с трудом затащил девушку в комнату, куда уже спешили его коллеги. Затем он в полной мере осознал, что натворил, и его стали мучить кошмары. Но девушка не стала вызывать полицию, и, казалось, всё обошлось.

В другой раз, он увидел на телефоне друга видео, снятое скрытой камерой. Хотя лицо мужчины было не видно, он узнал себя.

Он чувствовал себя опустившимся подонком. Демоном в человеческом обличье. От одной мысли о том, что он сделал, его начинало тошнить. Он хотел выбраться из этой трясины, но уже было поздно. Если он будет сопротивляться, то не только его прошлые поступки станут известны, но и ему самому может грозить смертельная опасность. Он подумывал о том, чтобы сообщить об этом в полицию.

Но ... сообщить о чем?

Старший, Пэй Чжэнхао, который привёл его сюда, похоже, почувствовал, что что-то не так. Он пригласил его на ужин и отвёл в уединённую комнату, где не было связи. Он сказал ему, что в особняке № 13 часто бывают влиятельные люди, и все они защищают друг друга. Даже если он сообщит об этом, ему никто не поверит. И, в конце концов, его могут устранить.

Лучше всего было притвориться, что он ничего не знает, и продолжать в том же духе.

Одной из его целей была Се Юна, просто красивая девушка. Когда она улыбалась, на её щеках появлялись ямочки, а глаза становились похожими на полумесяцы. Се Юна окончила колледж год назад, и её ждало невероятно светлое будущее. Она во многом полагалась на него. Она любила пить чай с молоком и выпивала по чашке раз в несколько дней, говоря, что боится набрать вес, но всё равно получала удовольствие. Ей нравилось ходить в разные места, чтобы развлечься. Он водил её в парк развлечений и купил ей заколку с кошачьими ушками. Ей нравилось покупать маленькие фейерверки и смотреть, как они горят. Она любила острый суп, хотя плохо переносила острую пищу. Она заказывала острый суп и, задыхаясь, ела. Ещё она любила смотреть фильмы. Когда она видела трогательные сцены, то вытирала слёзы, а когда страшные — пряталась за ним.

Эта девушка была такой чудесной, такой живой, такой прекрасной, что он не смел надеяться. Несколько раз он чуть не проговорился ей о том, что у него на сердце, но так и не сделал этого. Се Юна всегда хотела сходить к «Дереву влюблённых». Когда они оказались неподалёку, он понял её намерение и, притворившись рассерженным, пошёл обратно.

Се Юна схватила его за руку:

- Просто повяжи красную ленту, мы проделали такой долгий путь. Неужели твои обещания — всего лишь пустые слова?

Холод пробежал по его ногам, словно он был монстром, чья истинная сущность была раскрыта. Он был пустым, всё было пусто. Он был монстром, который давным-давно продал свою душу дьяволу. У такого человека, как он, не было будущего. Он не мог ответить Се Юне и не мог дать ей никаких обещаний.

В тот день они впервые поссорились, но не слишком сильно.

На обратном пути он сказал Се Юне:

- Я разозлился, потому что ты не предупредила меня. В моём представлении быть вместе всю жизнь — это торжественное обещание. Когда мы дойдём до этого, я снова приведу тебя сюда. Я подарю тебе кольцо с бриллиантом, и мы вместе дадим клятвы.

Се Юна приняла его объяснение. Вспыльчивость молодой девушки быстро прошла, и вскоре они помирились, как ни в чём не бывало. Настолько, что он почти забыл, что был всего лишь наживкой в этой эмоциональной игре.

На день рождения Се Юны, он купил ей торт в виде плюшевого мишки, который ей так нравился. Хотя это было просто шоу, на самом деле он был счастлив. Он понял, что эта девушка ему действительно нравится. Попрощавшись с остатками совести, он, уже превратившийся в зверя, осознал свою неправоту.

Потом Се Юна столкнулся с домогательствами на рабочем месте. Девушка, сидела напротив него, и плакала, и он знал причину, но не мог ничего сказать. И тут Се Юна сказала, что ей кажется, будто за ней наблюдают. Он понял, что так больше продолжаться не может. Это навредит ей, и многим другим.

Собравшись с духом, он напечатал в заметках на телефоне: «А теперь давай расстанемся».

Се Юна заметно напряглась.

Он продолжил печатать: «Ты права, за тобой следят. Твой телефон прослушивается. Меня тоже подослали эти люди. Я ненастоящий, и они снимают нашу историю любви».

Он не подчинился приказу компании. Если бы его разоблачили, ему грозила бы серьёзная опасность. Но ему было всё равно. Он посмотрел на девушку перед собой и солгал: «Я тебе солгал. Ты мне не нравишься».

Се Юна горько расплакалась. Янь Чи сидел напротив неё и впервые осознал, насколько болезненным может быть расставание. Но он причинил боль стольким невинным девушкам, такова была его карма. Он смотрел, как его любимая девушка, наконец, вырывается из лап зла, и чувствовал некоторое облегчение.

С тех пор он начал постоянно встречаться с девушками и расставаться с ними. Он одолжил у своего земляка телефон и тайно выходил на связь с внешним миром. Не в силах сопротивляться, он снова позвонил Се Юне и всё ей рассказал. Внезапно состояние его матери ухудшилось, и она скончалась. Компания не разрешила ему уехать. Узнав эту новость, он впал в отчаяние и потерял смысл жизни.

Он занял денег, чтобы вылечить мать, но теперь стал орудием в руках богачей, ходячим трупом.

Тогда то и нашёл его человек по имени Ли Чжуннань и расспросил о делах в особняке. Ли был очень умным и многое понял.

Ли Чжуннань спросил его:

- Ты собираешься прожить так всю оставшуюся жизнь?

Он не хотел этого. С тех пор в сердце Янь Чи поселилось сомнение. Он хотел сбежать, он не хотел до конца своих дней быть соучастником темных дел. Всего несколько дней назад в особняке произошло что-то серьезное.

Когда он шёл по коридору, дверь VIP-зала внезапно открылась, и оттуда вышел мужчина, вытирая руки от крови. Он заглянул внутрь и увидел на полу бездыханную девушку. Ему словно вылили на голову ведро холодной воды. Он уже видел эту девушку раньше, она была бывшей девушкой его наставника. Теперь она попала в ад и превратилась в труп. Он дрожал от страха, но остальные вели себя так, будто ничего не произошло.

Ли Иянь позвал кого-то. Через несколько часов тело убрали, как будто ничего не произошло, и в особняк вернулась обычная жизнь. Той ночью ему поручили похоронить труп. Мешок был немного тяжёлым. Он потрогал содержимое мешка, что-то круглое — это была голова девушки,  неузнаваемая и залитая кровью.

Он с его наставником Пэй Чжэнхао поехали на пустынный холм на севере города. Они вырыли яму на склоне, чтобы закопать часть тела. Ночь была тёмной и ветреной, стояла кромешная тьма. Единственными спутниками были звуки насекомых.

Пэй Чжэнхао был очень опытным. Он достал из багажника две лопаты. Во время раскопок его руки дрожали, а ладони вспотели. Он не смел, смотреть вниз, ему казалось, что всё вокруг залито кровью девушки.

Пэй Чжэнхао был очень искусен в том, как держать сигарету во рту.

- Это уже третья, с которой мы играли в этом году.

Он задрожал и спросил:

- Разве она не была твоей девушкой?

- Это просто игра. Я не испытывал к ней никаких чувств. Кроме того, я никого не убивал.

Пэй Чжэнхао посмотрел на лежащую, на земле сумку.

- Эти женщины сами виноваты. Они хотели жить в роскоши и снимать дорогие квартиры, думая, что смогут найти богатого и красивого парня из ниоткуда. Разве в этом мире может быть что-то дешёвое и хорошее?

Он стиснул зубы и молча продолжил копать яму. Даже если эти девушки были немного наивными, и их было легко обмануть, это не повод для их убийства. Они не сделали ничего плохого. Как и Се Юна, она просто снимала дом и встречалась с парнем.

Он спросил:

- Разве полиция не будет проводить расследование?

Пэй Чжэнхао сказал:

- Ты не знаешь, сколько денег особняк ежегодно выделяет вспомогательному бюро? И там будут уборщики, которые сотрут все следы. Её смерть будет рассматриваться только как пропажа без вести. Ты знаешь, сколько людей пропадает в этом городе каждый год? Скоро люди забудут о ней.

Он вытер глаза рукой.

Пэй Чжэнхао поддразнил его:

- Ха-ха, ты плачешь? Тебе не страшно так выглядеть?

Он опустил голову и молча продолжил копать.

Пэй Чжэнхао сказал:

- И наживка, и рыба в руках рыбака.

Он остановился и посмотрел на своего шифу, который привёл его в ад. Он уже не узнавал в нём человека, перед ним был настоящий дьявол. На мгновение ему даже захотелось убить его.

Пэй Чжэнхао повернулся к нему:

- На что ты смотришь? Продолжай копать! Если бы ты не умолял меня устроить тебя на эту работу и не просил помочь тебе занять денег, ты бы не оказался в таком положении. Стоит тебе войти в эту дверь, и ты останешься здесь навсегда. Ты ведь больше не мечтаешь выбраться отсюда, не так ли?

Он сказал своему коллеге:

- Раньше ты был другим.

Он вспомнил, как в школе работал в студенческом совете и часто занимался делами студентов. Его семья была небогатой, и каждый день заказывала дешёвые вегетарианские блюда. Ему нравилось носить белые рубашки, он отлично играл в баскетбол, и многие девушки втайне восхищались им.

Этот особняк превратил его в другого человека.

Пэй Чжэнхао махнул на себя рукой.

Он усмехнулся:

- Я трус, я боюсь смерти. Для таких отбросов, как мы, возможность найти такую работу — уже благословение для многих поколений.

Услышав такие слова. Он внезапно очнулся. Чёрт, дело было не в этих девушках. Чёрт, дело было в них, в этих трусливых и жестоких людях, чёрт, дело было в парнях этих девушек, чёрт, дело было в боссах, которые использовали этих девушек для заработка, чёрт, дело было в вуайеристах, прячущихся за экранами! Он принял решение. С него хватит этой получеловеческой - полу призрачной жизни.

Похоронив тело, он сделал отметку на земле.

Два дня спустя, дождливой ночью, когда никто не обращал на него внимания, он перелез через стену, угнал служебную машину и выкопал тело девушки. Если кто-то хотел всё скрыть, он позаботится о том, чтобы все это увидели…

Погоня

Глава 117. Погоня

Ночь, Городское управление Биньчэна.

Определив возможное местоположение Янь Чи с помощью геолокации, Гу Яньчэнь сообщил об этом Шэнь Цзюньци и Ли Чжуннаню. А они сообщили об этом Се Юне.

Все договорились встретиться возле склада.

В шесть часов вечера Гу Яньчэнь повёл полицейскую группу в сторону склада. Полицейская машина быстро двигалась по улицам, с сигнальными огнями, но без сирены.

Пешеходы на дороге с любопытством поглядывали по сторонам, не подозревая о том, что происходит.

Бай Мэн держала в руках компьютер в головном автомобиле и вместе с Лу Ином продолжала собирать информацию.

- Капитан Гу, машины из компании Brother Security тоже едут в этом направлении, и, кажется, они опережают нас…

Она сделала паузу, глядя на экран, и сообщила неприятную новость:

- Кажется, перекрёсток впереди перекрыт.

Лу Ин ещё сильнее нахмурился, глядя на экран.

- Что-то здесь не так. Чьи это машины?

Бай Мэн выглянула в окно:

- Это тоже полицейские машины, из четвёртого отдела и отдела дорожной полиции.

Похоже, впереди произошло ДТП, сотрудники четвертого отдела и дорожной полиции занимаются его расследованием, из-за чего на перекрёстке образовалась пробка.

Юй Шэнь удивлённо спросил:

– Они принимают меры сегодня вечером?

- Похоже, кто-то не хочет, чтобы мы нашли Янь Чи, — проницательно заметил Гу Яньчэнь.

Он сказал:

- Добудь информацию в той охранной компании.

Бай Мэн постучала пальцами по клавиатуре и сказала:

- Братская охранная компания, партнёры — братья-близнецы, одного зовут Кэ Жухай, а другого — Кэ Жушэнь.

Лу Ин не удержался от шутки:

- Один из них называется «Хай» (Море), а другой — «Шэнь» (Участие). Они что, продают морепродукты?

Бай Мэн продолжила:

- Это крупная охранная компания в Биньчэне, которая занимается обеспечением безопасности на выставках и мероприятиях. В компании зарегистрированы сотни сотрудников, я отправила подробности в группу.

Гу Яньчэнь открыл групповую фотографию. Они были почти одинаковыми, и только по шраму на лице старшего брата можно отличить их. Оба были сильными и крепкими, и, судя по их телосложению, они не были хорошими людьми.

Лу Ин взглянул на фотографию:

- Они выглядят довольно свирепо.

Гу Яньчэнь сразу заметил проблему:

- Они занимаются только выставками и мероприятиями, как они могут позволить себе столько людей?

Вероятно, они выполняют грязную работу для богатеев.

Как и сейчас, они помогают тринадцатому особняку поймать Янь Чи.

Эта дорога была главной магистралью, ведущей от городского бюро на запад, но сейчас она была забита перекрыта.

Гу Яньчэнь пришёл к выводу, что авария на этой дороге не была случайностью. Компания «Брат» и люди из особняка № 13 намеренно устроили аварию, чтобы заблокировать движение, а затем вызвали подкрепление и дорожную полицию, чтобы перекрыть дорогу.

Если они первыми поймают Янь Чи и он окажется в их руках, то могут убить его, чтобы заставить молчать.

Пока они обдумывали стратегию, им позвонил Шэнь Цзюньци.

- Капитан Гу, мы уже у складского комплекса. Похоже, люди противника уже нашли это место.

Они выбрали другой маршрут, который оказался намного быстрее, чем путь Гу Яньчэна.

Лу Ин был рад это услышать:

- Доктор Шэнь уже прибыл? Этот человек спасён?

Бай Мэн ткнула его пальцем:

- Что за чушь ты несёшь? Доктора Шэнь, скорее всего, сопровождают всего один или два человека. Как они могут противостоять такому количеству людей? К тому же он судебный медик, нам всё равно нужно найти способ добраться туда быстрее.

У Гу Яньчэна не было времени слушать их разговор, он вкратце объяснил ситуацию по телефону.

Шэнь Цзюньци сказал:

-Тогда давай сначала попробуем связаться с Янь Чи и посмотрим, сможем ли мы найти решение.

Гу Яньчэнь повесил трубку.

Он спросил Бай Мэн:

- Если не на машине, сколько времени займёт дорога туда бегом?

Бай Мэн задумалась:

- Это довольно далеко, если бегом это займёт как минимум тридцать минут.

Гу Яньчэнь сказал:

- Пусть люди в машине Юй Шэня едут по объездной дороге. Они должны добраться до места за пятнадцать минут.

Затем он сказал:

- Лу Ин, мы с тобой пойдём вперёд и встретимся с людьми из охранной компании.

За пределами склада.

Шэнь Цзюньци закончил разговор с Гу Яньчэном.

Он сел на обочине и достал из рюкзака ноутбук. Теперь, когда противник окружил склад превосходящими силами, они оказались в невыгодном положении. Они были как слепые котята, им нужно было сначала найти способ узнать, что происходит внутри склада. Если они свяжутся с Янь Чи, и договорятся о месте встречи, у них появится шанс.

Ли Чжуннань взял телефон и снова набрал номер Янь Чи, пытаясь связаться с ним. Они несколько раз пытались дозвониться ему днём, но Янь Чи, возможно, отключил телефон, чтобы сэкономить заряд, и они не могли до него дозвониться.

Ли Чжуннань наблюдал за тем, как пальцы Шэнь Цзюньци быстро порхали по клавиатуре.

- Ты пытаешься взломать систему видеонаблюдения на складе? Её можно взломать?

Шэнь Цзюньци полностью сосредоточился на экране.

- Наблюдение за складом не должно быть слишком сложным.

Некоторые вещи были сложными только для тех, кто это не умел, и простыми для тех, кто умел. Одни люди считали их непреодолимыми препятствиями, а другие — обычным делом.

В университете Линь Ло специализировался на коммуникациях и получал самые высокие оценки по информационной безопасности. В то время преподаватели часто просили его помочь с тестированием безопасности. Они хотели, чтобы он попытался преодолеть барьеры безопасности и получить информацию. Каждый раз он без труда взламывал их, вынуждая повышать уровень безопасности.

Эти навыки были очень полезны в жизни. Шэнь Цзюньци изучал соответствующие материалы, и его базовые навыки не ослабли. Они были уже рядом со складом, и многие камеры были подключены по беспроводной сети. Шэнь Цзюньци быстро нашёл вход и попытался проникнуть внутрь.

На складе использовалась обычная гражданская система видеонаблюдения без шифрования.

Ли Чжуннань снова набрал номер на своей Bluetooth-гарнитуре, и на этот раз звонок прошёл...

С приближением ночи на тёмном складе...

Янь Чи только что закончил предаваться воспоминаниям и включил телефон. У него не было с собой ни зарядного устройства, ни внешнего аккумулятора, а заряд телефона был на 10%. Почти сразу после того, как он включил телефон, раздался звонок. Он подумал, что это звонит Синь Цзинин, и быстро ответил:

- Алло!

С другой стороны раздался встревоженный мужской голос:

- Янь Чи?

Янь Чи показалось, что голос ему знаком:

- Ты…

- Я Ли Чжуннань.

Услышав это имя, Янь Чи почувствовал проблеск надежды.

Он чуть не расплакался:

- Брат Ли, пожалуйста, спаси меня, я…

Ли Чжуннань перебил его, сразу переходя к делу:

- Я знаю всё, что произошло. Ты сейчас на складе?

Янь Чи ответил:

- Да, что мне делать?

Ли Чжуннань сказал:

- Люди из особняка тоже тебя ищут. Они, наверное, будут наверху через несколько минут. Мой друг пытается взломать систему видеонаблюдения на складе…

Шэнь Цзюньци слушал их разговор и передал через наушник:

- Янь Чи, посмотри в заднее окно склада. Эти люди могут войти с той стороны.

Янь Чи услышал незнакомый голос, но последовал указаниям и встал, выглянув в заднее окно склада.

Действительно, на улице позади него более дюжины тёмных фигур переходили дорогу, направляясь в его сторону.

Янь Чи слегка запаниковал:

- Там люди! Они идут сюда!

Они направились прямиком к его укрытию, и это могло означать только одно, кто-то выдал его.

Шэнь Цзюньци закончил вводить код на своём ноутбуке и нажал клавишу Enter. На экране компьютера появилось несколько записей с камер наблюдения. Ему, наконец, удалось проникнуть в систему видеонаблюдения склада.

Шэнь Цзюньци открыл карту внутреннего помещения склада для наблюдения.

Ли Чжуннань командовал Янь Чи:

- Три человека слева и пять справа. Они блокируют лестницу внизу. Есть люди у передней и задней дверей. Сейчас ты можешь подняться только наверх…

После короткой паузы он продолжил:

- Поднимись на третий этаж, выйди через дверь справа, затем снова поверни направо и поднимись по безопасной лестнице. На четвёртом этаже этого здания есть коридор, ведущий в соседнее здание.

Янь Чи, чувствуя слабость в коленях, открыл дверь склада. Он хотел двигаться быстрее, но его конечности были слабыми и не слушались. К тому времени, как он, следуя указаниям Ли Чжуннаня, добрался до третьего этажа, он уже слышал голоса внизу.

Он знал, что все эти люди пришли за ним.

Проведя столько лет в тринадцатом особняке, он понял, сколько там людей, какой властью обладает босс и какими средствами они располагают. Они часто нанимали людей из охранных компаний, некоторые были бывшими иностранными спортсменами, по боевым искусствам, или наёмниками, которые без колебаний могли убить.

Наконец он добрался до четвёртого этажа.

Перед Янь Чи был коридор. Услышав доносящиеся снизу шаги, он почувствовал головокружение и покрылся холодным потом, почти утратив волю к жизни.

Но Ли Чжуннань напомнил ему:

- Пересекая коридор, не забудь пригнуться.

Только тогда Янь Чи пришёл в себя, быстро наклонился и пересёк коридор. Теперь он вошёл в новое здание, оставив тех людей позади.

- Что мне теперь делать? — дрожащим голосом спросил Янь Чи.

- Они поняли, что тебя больше нет на складе. Они включили свет и начали обыскивать все комнаты.

То, что они найдут этот путь, было лишь вопросом времени.

Янь Чи ускорил шаг, когда в темном коридоре впереди показалась железная дверь.

Янь Чи бросился к ней и подергал, но железная дверь осталась неподвижной.

Он в ужасе крикнул:

- Кажется, она заперта!

Последний проблеск надежды угас, и Янь Чи впал в отчаяние. Вскоре он окажется в ловушке и будет поздно взывать к небесам.

Из телефона доносились голоса собеседников. Камеры наблюдения показывали противников повсюду, и, видя эту ситуацию, Ли Чжуннань почувствовал себя бессильным.

Шэнь Цзюньци переключился на уличную камеру наблюдения, затем снова надел Bluetooth-наушники и сказал Янь Чи:

- Ты можешь выбраться через окно. Поставь левую ногу на подоконник, а правую — на наружный блок кондиционера, лицом к окну справа, разбей стекло и выходи.

Услышав это предложение, Ли Чжуннань, стоявший рядом с ним, не смог сдержаться:

- Это слишком рискованно.

Голос Шэнь Цзюньци оставался спокойным:

- На данный момент это единственный способ сбежать.

Янь Чи выглянул в окно. В здании, где он находился, было темно, лишь из соседнего здания пробивался слабый свет. Перед ним был подоконник шириной двадцать сантиметров, а неподалёку стояла небольшая железная рама с установленным на ней наружным блоком кондиционера. Это было примерно в десяти метрах над землёй.

Янь Чи не смел опустить взгляд, пот струился по его спине, пропитывая одежду.

- Они направляются в твою сторону. Они скоро найдут этот коридор, — сказал Шэнь Цзюньци. — Они могут быть вооружены.

Шэнь Цзюньци не нужно было объяснять, Ян Чи прекрасно знал, что эта дорога чрезвычайно опасна, но это был его единственный способ выжить в данный момент. И если бы Ли Чжуннань не вел его, он бы уже давно попал в руки этих людей.

Если бы его схватили, убили бы на месте, а затем предали земле в каком-нибудь, всеми забытом углу города.

Янь Чи вставил наушники, положил телефон в карман, забрался на подоконник, а затем, собравшись с духом, пополз, как паук, на четвереньках к кондиционеру, который находился примерно в полуметре от него.

Шэнь Цзюньци продолжал говорить с ним:

- Не смотри вниз. Ты что-нибудь знаешь о смерти девушки? Как выглядит убийца?

- Она умерла в комнате, в тринадцатом особняке. Я не помню, в какой именно. Убийца — молодой человек, на вид ему меньше тридцати. О, и у него родинка на лбу…

Кондиционер под его ногами заскрипел, словно в любой момент мог рухнуть под весом Янь Чи.

- Держи левую руку неподвижно, стекло справа от тебя не закалённое. Сними верхнюю одежду, оберни её вокруг руки и разбей стекло рядом с собой, — проинструктировал его Шэнь Цзюньци.

Но это было легче сказать, чем сделать.

Янь Чи покрылся холодным потом. Одной рукой он всё ещё держался за подоконник, а другой ударил по стеклу, которое громко зазвенело, но осталось целым.

- Я… я не могу этого сделать…

Янь Чи был на грани. Разве человек способен на такое? Тот, кто его направляет, должно быть, сумасшедший.

- Подумай о своём отце, подумай о той, кого ты любишь, — сказал ему Шэнь Цзюньци.

- Если я умру, скажи Се Юне, что я люблю её, — сказал Янь Чи.

Ли Чжуннань уже был готов согласиться, но Шэнь Цзюньци категорически отказался.

- Прости, но никто не скажет этого за тебя. Если выживешь, сам скажи Се Юне. Если умрёшь, больше не беспокой её. Если у тебя нет желания жить, никто не сможет тебе помочь.

Янь Чи очнулся от его слов.

Он горько улыбнулся:

- Хорошо, в твоих словах есть смысл.

Преследователи подбирались всё ближе и ближе, и Янь Чи казалось, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

- Ты справишься, приложи немного усилий и сосредоточься на том, чтобы удержать равновесие, — подбодрил его Шэнь Цзюньци.

- Пожалуйста… Боже, помоги мне… — пробормотал Янь Чи, сосредоточив всю свою силу в правой руке и нанося удар.

Послышался лёгкий треск.

Слава небесам, на этот раз стекло наконец-то разбилось. Не обращая внимания на то, что осколок порезал ему руку, Янь Чи с трудом дотянулся до окна и открыл его, а затем забрался в комнату, чувствуя себя совершенно обессиленным. Он присел на корточки и стал хватать ртом воздух. Он не мог поверить, что действительно сделал это.

- Некогда расслабляться, эти люди скоро тебя догонят, — поторопил его Шэнь Цзюньци, понимая, что кризис ещё не миновал.

Говоря это, он быстро стучал по клавиатуре, меняя ракурс и взламывая систему видеонаблюдения в соседнем здании.

- Пока они не обнаружили, что ты добрался до этого здания, спускайся как можно скорее. У тебя есть примерно две минуты.

Янь Чи тяжело дышал:

- Мой телефон вот-вот сядет.

Он понял, что звонок может прерваться в любой момент.

- Поэтому тебе нужно добраться до безопасного места, пока он совсем не разрядился, — посоветовал Шэнь Цзюньци.

Хотя он и сбежал  от этих людей, позади него, в то же время он выдал своё местоположение. Звук разбивающегося стекла привлёк их внимание. Вскоре они все направились в его сторону. Казалось, будто они играют в прятки на этом кромешно чёрном складе.

Янь Чи в отчаянии забежал в здание, но смог разглядеть только небольшой участок перед собой. Его сердце бешено колотилось.

На бегу Янь Чи выглянул наружу и увидел вдалеке мигающие красные и синие огни.

- Полиция здесь?!

- Да, теперь тебя ищут и полиция, и те люди, — подтвердил Шэнь Цзюньци.

- Я… я не хочу встречаться с полицией! Они могут быть подкуплены! Поход в полицейский участок тоже может быть небезопасным!

Янь Чи стиснул зубы.

- А у моего отца слабое здоровье. Моя мать недавно умерла, а у отца проблемы с сердцем. Если он узнает, что его сына арестовали, у него может случиться сердечный приступ!

Он боялся встретиться с полицией даже больше, чем попасть в руки этих людей.

Мысль о том, что его отец узнает, что его гордый сын был лжецом, приводила его в ужас.

- Теперь этим делом занимается полиция из городского управления, поэтому люди из особняка так встревожены. Если ты откажешься искать убежища у полиции, есть ли у тебя другой выход? Как ты думаешь, новость о твоей смерти шокирует твоего отца меньше, чем правда? Или ты думаешь, что сможешь вечно скрывать от него это?

Шэнь Цзюньци спрашивал его по телефону.

Янь Чи не задумывался об этом. Он был в шоке, поняв, что в словах собеседника есть смысл. То, что он не хотел, чтобы отец узнал, было лишь притворством. Он не мог справиться с собственной совестью. Он не осмеливался взглянуть в лицо тому ужасному, что совершил. Но что сделано, то сделано, и ему придётся с этим столкнуться. Ему нужно было искупить свои грехи.

Заплатите цену за то, что ты сделал.

Янь Чи спустился на следующий этаж, и те, кто преследовал его, заметили, где он находится.

Кто-то поднимался снизу, пытаясь его перехватить.

На бегу Янь Чи надеялся, что голос подскажет ему, что делать:

- Что мне делать?

- Внизу всё перекрыто, постарайся запереть двери по пути, расставь препятствия, добеги до конца коридора и открой окно справа от тебя... — скомандовал ему голос Шэнь Цзюньци.

- И что потом?

Янь Чи тяжело вздохнул, опрокинув картонные коробки.

Шэнь Цзюньци уставился на монитор:

- Потом прыгай.

- Прыгать?!

Янь Чи был напуган.

Несмотря на то, что он спустился на несколько этажей, это всё равно был второй этаж склада, выше, чем третий этаж обычного жилого дома.

- Да, прыгай. Это твой единственный выход. Ты примерно в десяти метрах от земли. Пригнись, защити голову и рёбра, и у тебя будет 97 % шансов выжить. Затем беги со всех ног с территории. Мы с Ли Чжуннанем будем ждать тебя у западной двери.

Шэнь Цзюньци произнёс всё это быстро, холодно и безжалостно.

Все эти люди теперь собрались у двери внизу, что даст Янь Чи некоторое преимущество во времени после того, как он спрыгнет вниз.

Янь Чи открыл окно, забрался на подоконник, посмотрел вниз и почувствовал лёгкое головокружение.

- Есть вероятность в 3%, что я умру?

- Ты должен верить, что не войдёшь в эти 3%.

Когда заряд батареи иссяк, звонок завершился. Неподалёку от склада Шэнь Цзюньци посмотрел на экран, где отобразился завершённый вызов. Хотя разговор казался долгим, на самом деле он длился всего семь минут.

Шэнь Цзюньци закрыл ноутбук, встал и размял затекшие ноги.

У Ли Чжуннаня вспотели ладони, когда он спросил:

- Вероятность того, что с Янь Чи всё будет в порядке, действительно составляет 97 %?

- Конечно, это ложь. Я просто знаю, что с большой вероятностью с ним всё будет в порядке. Для Янь Чи существует только два варианта смерти, стопроцентная вероятность или нулевая.

В лунном свете лицо Шэнь Цзюньци было спокойным до такой степени, что казалось почти безжалостным. Он был рациональным безумцем. Полиция не могла приехать вовремя, и они не могли решить проблему на расстоянии. Даже если бы они приехали, это было бы всё равно, что мотыльки, летящие на пламя. Риск был неизбежен, а нерешительность не решила бы проблему.

На данный момент он выбрал самый разумный подход. Теперь им оставалось только ждать. Возможно, они скоро увидят Янь Чи.

На складе Янь Чи оглянулся на преследователей. Он следовал инструкциям на телефоне, расставляя на пути множество препятствий и опрокидывая полки, чтобы временно задержать преследователей. Выход был прямо перед ним, но никто не мог принять решение за него. Он должен был сделать выбор сам.

- Не дайте ему сбежать!

- Хватайте его!

Преследователи подбирались всё ближе и ближе, некоторые достали оружие, готовясь стрелять... Ночную тишину прорезал грохот выстрела. С решимостью в сердце Янь Чи, как и велел ему Шэнь Цзюньци, свернулся калачиком, закрыл глаза и спрыгнул вниз...

Противостояние

Глава 118. Противостояние

Улица уже была освещена яркими огнями, а небо вдалеке было чернильно-чёрным. Этот район относился к оживлённому Западному городу, где поблизости уже работали ночные рынки, а вдоль дорог было припарковано множество машин. Теперь, из-за аварии, машины выстроились в длинную очередь, а люди столпились вокруг, так что пройти было невозможно.

Полицейские машины подъехали к главной дороге рядом со складом и столкнулись с несколькими автомобилями, перегородившими въезд и выезд. Машины не могли проехать, и нетерпеливо сигналили.

Лу Ин открыл дверцу машины, показал свой полицейский значок и жестом велел машинам двигаться дальше. Каждая машина медленно продвинулась на несколько сантиметров вперёд, а затем снова остановилась.

Сотрудники отдела отказались от этой затеи и, скрестив руки на груди, наблюдали за происходящим.

Один из них спросил Лу Ина:

- О, коллега из городского бюро. Ты тоже сегодня дежуришь?

Лу Ин терпеливо спросил:

- Какое у тебя задание?

Сотрудник отдела ответил:

- Поисковая операция. Нас вызвали поздно ночью, и, когда мы примчались, то попали в аварию.

Услышав этот разговор, Гу Яньчэнь понял, что его первоначальное предположение было верным. Возможно, руководители подбюро вступили в сговор с особняком и отправили людей, чтобы скрыть правду.

Эти сотрудники из отдела тоже не знали о случившемся и были вызваны временно.

Он спросил Бай Мэн:

- Определили номерной знак автомобиля нарушителя?

- Он принадлежит охранной компании, — Бай Мэн снова проверила экран и сказала:

- Судя по местоположению телефона Янь Чи, он  движется.

В этот момент они, уже вступили в противостояние.

Гу Яньчэнь позвонил директору Дину, чтобы сообщить ему о ситуации на месте происшествия.

Он спросил:

- Можем ли мы производить аресты?

Даже у самого терпеливого человека есть свои пределы. Директор Дин, который редко выходил из себя, на этот раз был нетерпелив:

- Да! Если возникнут проблемы, я возьму ответственность на себя. Эти люди слишком обнаглели, мы должны поставить их на место! Кроме того, ты должен сделать всё возможное, чтобы найти Янь Чи.

И он, и Гу Яньчэнь понимали, что если не разобраться с мелкими сошками, то не поймаешь и тех, кто стоит за ними.

С разрешения командира Гу Яньчэнь вышел из машины. Он протиснулся сквозь толпу и добрался до места происшествия.

Перед ним стоял семиместный коммерческий автомобиль. Передняя часть автомобиля была сильно повреждена и полностью помята. Заднюю часть автомобиля занесло.

Учитывая ограниченную скорость движения в черте города, было невозможно нанести такие повреждения, не нажав на педаль газа.

К счастью, никто серьёзно не пострадал.

У водителя была травма руки и ясные глаза, он,  не был пьяным и не под кайфом, что наводило на мысль о намеренном преступлении.

Гу Яньчэнь схватил мужчину и спросил:

- Где руководитель вашей компании?

Мужчина попытался сделать вид, что не понимает:

- Какой руководитель? Я не знаю.

Гу Яньчэнь схватил мужчину за воротник, прижал его к машине и прямо спросил:

- Где Кэ Жухай?

Водитель оглянулся, и Гу Яньчэнь увидел высокого мужчину, выходящего из машины на другой стороне улицы. Мужчина вышел из роскошного автомобиля, жуя зубочистку, и направился сквозь толпу. У него были широкие плечи и мускулистое тело. Это был один из боссов компании Brother Security, которого можно было узнать по шраму на лице.

Гу Яньчэнь узнал в нём Кэ Жухая, старшего брата.

Гу Яньчэнь и сам был не маленького роста, но рост Кэ Жухая превышал 1,9 метра, у него были широкие плечи и мускулистое телосложение, он напоминал великана.

Кэ Жухай улыбнулся:

- Офицер, извините за беспокойство. Автомобиль нашей компании столкнулся с другим автомобилем при проезде перекрёстка, и мы ждём, пока приедет дорожная полиция и разберётся с этим, из-за чего образовалась пробка. Мы уже вызвали экстренные службы, как видите, дорожная полиция уже здесь, а эвакуатор скоро приедет.

- Сегодня вечером полиция городского управления проводит важную операцию по задержанию, — Гу Яньчэнь показал свой полицейский значок.

- Вы серьёзно нарушили работу полиции, и нам нужно задержать всех, кто причастен к происшествию.

- Мы действительно не знали, разве это не совпадение?

Кэ Жухай спокойно обратился к Гу Яньчэну.

- Офицер, вы из городского бюро? Из какого отдела? У меня там довольно много друзей. Я также знаком с некоторыми руководителями.

Если они задержаться, Янь Чи будет убит, его заставят замолчать.

Оценив ситуацию, Гу Яньчэнь не стал тратить время на пустые разговоры. Он достал наручники, собираясь арестовать Кэ Жухая.

Кэ Жухай нахмурился:

- Офицер, что вы собираетесь делать?

Гу Яньчэнь ответил:

- Умышленное создание препятствий для транспортных средств, ведущих преследование, считается препятствованием работе правоохранительных органов. У нас есть достаточные основания подозревать, что вы намеренно сорвали полицейскую операцию. Господин Кэ, вам лучше пройти со мной в городское управление, чтобы объяснить сегодняшние события.

- Офицер, разве дорожно-транспортное происшествие всё ещё находится под вашим контролем? Наша компания работает легально, а я законопослушный гражданин. Ваши действия по обеспечению правопорядка необоснованны, — сказал Кэ Жухай, протягивая руку, чтобы схватить Гу Яньчэна за запястье.

Его ладонь была большой, а запястье — намного толще, чем у Гу Яньчэна, что указывало на значительную разницу в силе между ними.

Кэ Жухай намеревался применить силу, чтобы показать Гу Яньчэну, кто здесь главный.

Гу Яньчэнь пристально посмотрел на него и ответил:

- Господин Кэ, сопротивление при аресте только усугубит ваше положение.

Когда Кэ Жухай уже собирался схватить его за руку, Гу Яньчэнь внезапно развернул руку и схватил Кэ Жухая за запястье. Это была техника боевых искусств, нацеленная на такие уязвимые места, как суставы. Даже при наличии развитой мускулатуры и силы суставы остаются уязвимыми.

Гу Яньчэнь двумя тонкими пальцами вывернул запястье Кэ Жухая, и раздался лёгкий хруст. Тот вскрикнул, его лицо побледнело, а черты исказились от боли. От лёгкого движения полицейского ему показалось, что запястье сломано. Кэ Жухай, который годами вёл себя как местный тиран в западном городе, никогда не испытывал такого унижения. В его глазах вспыхнул гнев. Он сжал другой кулак и направил его прямо на Гу Яньчэна.

Но Гу Яньчэнь не дал ему такой возможности. Он легко уклонился от удара Кэ Жухая, а затем заломил ему правую руку за спину. Одновременно он ударил Кэ Жухая по голени. С глухим стуком Кэ Жухай опустился на колени, и в этом положении его рука оказалась полностью вывернута за спину, отчего у него перехватило дыхание от боли.

Гу Яньчэнь наклонился, схватил Кэ Жухая за другую руку, вывернул её, надел наручники и холодно сказал:

- Ещё не Новый год, вставай.

Кэ Жухай опустился на колени, выругался и крикнул:

- Братья, помогите мне!

Увидев, что Кэ Жухай попал в беду, несколько охранников из службы безопасности бросились ему на помощь.

Гу Яньчэнь оттащил Кэ Жухая в сторону и затолкал его в полицейскую машину.

Охранники и полицейские столкнулись, и некоторые прибегали к насилию.

Лу Ин с офицерами подошли, размахивая дубинками.

- Вы смеете нападать на полицию? Вы зашли слишком далеко!

Это была всего лишь кучка хулиганов и головорезов, привыкших вести себя высокомерно и создавать проблемы. Теперь они кричали, обвиняя полицию в жестоком применении силы.

Гу Яньчэнь громко заявил:

- Мы обеспечиваем соблюдение закона цивилизованными методами, и все наши действия фиксируются. Это вы нарушаете общественный порядок. В городском бюро для вас найдётся место! Сегодня вечером каждый из вас получит по заслугам, кто посмеет применить силу, я приглашаю вас на чашечку чая.

Эти люди вели себя как хулиганы и обычно были скользкими, как угри. Их было трудно поймать с поличным, потому что их всегда кто-то прикрывал. Полиция из городского управления долго с ними боролась.

За это время они арестовали нескольких нарушителей порядка. Наконец ситуация на месте происшествия успокоилась, и движение транспорта постепенно возобновилось.

В этот момент издалека донёсся приглушённый звук, пронзив ночной воздух.

Гу Яньчэнь поднял голову, он понял, что выстрел означает, что Янь Чи может быть в опасности.

Он спросил в гарнитуру:

-Юй Шэнь, где вы? Будьте осторожны, защищайте свидетеля!

Раздался голос Юй Шэня:

- Понял! Мы уже почти на месте.

Гу Яньчэнь повернулся к Лу Ину:

- Уведи этих людей!

Затем он развернулся и стал пробираться сквозь толпу.

Гу Яньчэнь пробежал около ста метров и увидел такси, припаркованное у обочины. Водитель только что закончил есть.

Гу Яньчэнь сел в машину и показал свой полицейский значок:

- Поехали!

Когда раздался выстрел, Янь Чи принял решение и выпрыгнул из окна здания. Его тело рухнуло вниз и с глухим стуком приземлилось на машину внизу. На крыше машины образовалась вмятина, и зазвучала сигнализация. Янь Чи сначала коснулся ногами крыши машины, а затем скатился вниз, всё ещё дрожа. Он понял, что всё ещё жив, хотя и вывихнул лодыжку, из-за чего испытывал острую боль. Он также почувствовал царапины от разбитого стекла на руках и несколько других поврежденных мест на теле, но сейчас он не мог об этом беспокоиться. Он изо всех сил старался бежать как можно быстрее.

Здание было слишком высоким, и преследовавшая его группа не осмеливалась рисковать жизнью так же, как он. Они увидели, как Янь Чи выпрыгнул из окна, и спустились по лестнице.

- Быстрее, догоните его!

- Он внизу!

- Не дайте этому щенку уйти!

Несколько человек выбежали из здания, и расстояние между ними снова сократилось.

Янь Чи выбежал со двора через боковую дверь и увидел Ли Чжуннаня и Шэнь Цзюньци.

- Брат Ли, забери его и уходите.

Шэнь Цзюньци посмотрел на Янь Чи, который был похож на него телосложением, передал ноутбук Ли Чжуннаню и сказал Янь Чи:

- Дай мне свою куртку, я их отвлеку.

Янь Чи узнал голос, это был тот человек, который ранее давал ему указания по телефону. Не теряя времени, он быстро снял свою чёрную куртку и протянул его Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци переоделся, надел шляпу и маску и быстро зашагал в противоположном направлении.

Территория вокруг склада была пустынной, но, выйдя за её пределы, попадаешь на оживлённый центр города. Как только он окажется в центре города, эти люди не осмелятся открыто убить его на улице.

Второй начальник охранной компании, Кэ Жушэн, тоже выбежал из здания склада, и это именно он только что стрелял из пистолета.

Он давно договорился с Кэ Жухаем.

Кэ Жухай задержит полицию на перекрёстке, а Кэ Жушэн поведет остальных, чтобы поймать Янь Чи.

Сегодня вечером были задействованы десятки охранников, но местонахождение Янь Чи не было обнаружено.

Кэ Жушэн сплюнул и выругался:

- Вы все бесполезны! Как вы, в таком количестве не можете поймать одного человека, который сбежал прямо у вас из-под носа?!

Его подчиненные почувствовали себя обиженными:

- Брат Шэнь, этот парень, похоже, с самого начала знал дорогу, как крыса, и очень хорошо умеет  бегать!

Кэ Жушэн все еще был в ярости:

- Где он сейчас?! Как мне потом объяснить это молодому господину?!

Кто-то посмотрел туда, куда спрыгнул Янь Чи.

- На крыше машины кровь, он ранен! Он не сможет далеко убежать.

Кэ Жушэн махнул рукой.

-  Чего вы ждете? Идите за ним!

Люди разбежались в разные стороны. Кэ Жушэн повёл людей на поиски. Они быстро вышли со склада и уже собирались вернуться к машине, когда увидели фигуру, похожую на Янь Чи.

Один из его людей взволнованно спросил:

- Брат Шэнь, это он?

Кэ Жушэн присмотрелся, одежда казалась знакомой, но мужчина был в шляпе, и в ночной темноте он не мог разглядеть его как следует.

Кэ Жушэн сказал:

- Так это он или нет, давай догоним его и посмотрим! Лучше ошибиться, чем упустить его.

Пока они разговаривали, мужчина впереди них пересёк улицу и вошёл в тёмный переулок. Заметив, что кто-то идёт за ним, он заметно ускорил шаг, время от времени оглядываясь. Кэ Жушэн догнал его, когда они были всего в десяти метрах друг от друга, и крикнул:

– Маленький ублюдок, стой!

Человек впереди не остановился, а ускорил шаг.

Теперь Кэ Жушэн заподозрил, что Янь Чи пытается сбежать. Вместе со своими людьми он поспешил за ним.

В кромешной тьме переулка выстрел из пистолета мог легко привлечь внимание полиции.

Кэ Жушэн не стал доставать пистолет, а предпочёл вступить в рукопашную схватку. Он пробежал несколько шагов вперёд и ударил мужчину сзади. Его подчинённые уже безмолвно скоординировались с ним и перекрыли путь к отступлению.

Мужчина, казалось, предугадал его действия, выставил руку, чтобы блокировать атаку, а затем развернулся и побежал вперёд. Но Кэ Жушэн схватил его за воротник и с силой оттащил назад. Мужчина извивался, как рыба, вырываясь из хватки и сбрасывая с себя одежду, которая запуталась в руках Кэ Жушэна.

Он быстро развернулся и ударил Кэ Жушэна в бок.

Кэ Жушэн, высокий и крупный мужчина со связанными руками, не мог развернуться в узком переулке. Он приготовился к удару, напрягая мышцы и удерживая нижнюю часть тела в устойчивом положении. Тем не менее, от удара он отступил на два шага.

Один из его людей шагнул вперёд и нанёс мужчине удар. Мужчина был окружён, но он был проворным и быстро двигался. Он уклонился от двух ударов и воспользовался возможностью схватить приближающийся кулак и притянуть его к себе. В то же время он поднял колено и нанёс удар в живот мужчине. Затем он нанёс прямой удар в глаз другому человеку и мгновенно сбил с ног обоих.

В этот момент Кэ Жушэн снова бросился вперёд. В этой тёмной и безлюдной аллее человек, одетый во всё чёрное, воспользовался моментом и нанёс удар кулаком, который пролетел мимо щеки Кэ Жушэна.

В темном переулке они обменялись несколькими ударами, а затем разошлись.

- Ты не Янь Чи… — подтвердил Кэ Жушэн. Янь Чи не обладал такими навыками.

Тем, кто отвлёк внимание Кэ Жушэна, был не кто иной, как Шэнь Цзюньци. Он не раскрыл свою личность, чтобы заманить этих людей и дать Янь Чи и Ли Чжуннаню немного времени, и потому, что эти люди не боялись полиции.

В обычных обстоятельствах, если бы человек представился полицейским, это могло бы заставить их остановиться, но в этом тёмном переулке, в одиночку против нескольких головорезов, заявить, что ты полицейский, было всё равно, что подписать себе смертный приговор.

Шэнь Цзюньци молча, стоял напротив них, опустив голову.

Кэ Жушэн хрустнул костяшками пальцев.

- Кто бы ты ни был, сегодня ты лишил меня удачи, и ты заплатишь за это жизнью!

Кэ Жушэн сжал кулак и ударил Шэнь Цзюньци. Его кулак вызвал сильный ветер, и Шэнь Цзюньци поспешно заблокировал его, чтобы защитить голову и лицо. Но удар Кэ Жушэна был ложным. Он внезапно отступил, чтобы отвлечь Шэнь Цзюньци, а затем поднял ногу и ударил его в грудь.

Кэ Жушэн, высокий и грузный, как монстр, бросился вперёд.

Грудь Шэнь Цзюньци была слабым местом, поэтому он поспешно увернулся в сторону, и нога Кэ Жушэна чуть  не задела его. Он не был новичком в этом деле, но под натиском безжалостных атак его выносливость иссякла, и он показал свою слабость. С каждым ударом Кэ Жушэн становился всё смелее. Он заметил, что Шэнь Цзюньци постоянно прикрывает грудь, и понял, что это его слабое место.

Пока Шэнь Цзюньци отбивался от приспешников, кто-то вытащил клинок и взмахнул им.

Шэнь Цзюньци оказался загнан в угол у стены. Он попытался блокировать удар Кэ Жушэна, направленный ему в грудь, но его атаковали сбоку.

Вспышка белого света, и Шэнь Цзюньци почувствовал холод в животе от нанесённого удара. Оружие вышло из раны, брызнула кровь. Его охватила сильная боль.

Шэнь Цзюньци выбил нож из руки нападавшего и сумел обезвредить ещё двоих. Но из-за полученных ранений он замедлился. Шэнь Цзюньци отступил, прикрывая рану рукой, и опустился на одно колено.

- Дай мне посмотреть, кто ты на самом деле! — сказал Кэ Жушэн, протягивая руку к маске Шэнь Цзюньци.

Но Шэнь Цзюньци внезапно поднял голову, схватил протянутую руку и быстро обвился вокруг него, как змея.

Кэ Жушэн, застигнутый врасплох, почувствовал, как колено Шэнь Цзюньци ударило его в спину, а затем понял, что Шэнь Цзюньци прижимает его к земле, обхватив руками за шею...

Ситуация мгновенно изменилась.

Кэ Жушэн с трудом дышал, с силой ударяясь спиной о стену в попытке вырваться из хватки Шэнь Цзюньци. Благодаря своему росту он был похож на тяжеловеса, и с Шэнь Цзюньци он врезался в стену с громким стуком.

Шэнь Цзюньци принял удар на себя, охнув и сплюнув кровь, но не ослабил хватку, а, наоборот, усилил давление. Рана в его животе пульсировала от боли, к горлу подступали кровь и запах железа.

У Кэ Жушэна перехватило дыхание, он задыхался, глаза закатились, тело дрожало, ноги подкашивались.

Лакеи, поднявшиеся с земли, не знали, что делать.

После нескольких секунд бездействия Шэнь Цзюньци заколебался. Он видел слишком много трупов. Он знал, что если приложит больше силы, то этот человек задохнётся. Он не хотел убивать его. Он немного ослабил хватку.

Кэ Жушэну показалось, что он побывал у ворот ада и вернулся обратно, переведя дух.

В этот момент подоспело подкрепление, в переулок вошли несколько сотрудников охранной компании. Не смея медлить, Шэнь Цзюньци разжал хватку и толкнул Кэ Жушэна вперёд.

Кэ Жушэн закашлялся. Когда его люди попытались поддержать его, он хрипло отмахнулся от них:

- Не обращайте на меня внимания, просто убейте его!

За ним погнались четыре или пять человек.

Шэнь Цзюньци пробежал несколько шагов, когда перед ним у входа в темный переулок появилась фигура. Его сердце замерло, и он уже собирался бороться за свою жизнь, когда увидел, что это был Юй Шэнь.

Юй Шэнь узнал его, кивнул и пропустил Шэнь Цзюньци.

После столкновения Юй Шэнь остановил преследователей и крикнул:

- Полиция!

Через несколько секунд прибыли другие офицеры и вступили в бой с группой безопасности.

Воспользовавшись возможностью, Шэнь Цзюньци выскользнул из переулка и смешался с толпой. Несмотря на то, что склад находился недалеко, вокруг было многолюдно. Вдоль дороги располагался небольшой ночной рынок, некоторые магазины ещё работали, а торговцы продавали барбекю. Люди наслаждались поздними перекусами.

Шэнь Цзюньци почувствовал себя так, словно наконец вернулся в мир людей. Сейчас, когда он шёл по улице, слишком быстрое движение могло привлечь внимание. Он боялся, что поблизости всё ещё могут быть сотрудники охранной компании, поэтому не мог ослабить бдительность. Он опустил голову, прикрывая рану, и, притворяясь прохожим, замедлил шаг.

Рана была не смертельной, но достаточно глубокой. От неё исходили волны боли, холодный пот стекал по его шее. Рана на спине перекликалась с раной на груди, причиняя боль при каждом вдохе. Он прижал руку к животу, но кровь продолжала сочиться, пропитывая его одежду. Его сердцебиение было неровным, а боль становилась всё сильнее. В ушах стоял звон, как будто он находился под водой. Он почувствовал сильную сонливость, и на него накатила усталость.

Дождь начал незаметно капать с неба. Капли падали на его кожу, и ему становилось всё холоднее. Шэнь Цзюньци чувствовал себя так, словно прошёл большое расстояние, и больше не мог идти. Он сел на пустой автобусной остановке. Как только он сел, раздался сигнал его телефона. Он взял его и посмотрел на экран, но слова на нём расплывались. Ему потребовалось некоторое время, чтобы их разобрать.

Это было сообщение от Ли Чжуннаня, в котором он сообщал, что они с Янь Чи в безопасности.

Наконец-то Шэнь Цзюньци вздохнул с облегчением. Он попытался сосредоточиться, нажал на телефоне кнопку быстрого вызова и поднёс его к уху.

Раздался встревоженный голос Гу Яньчэна:

- Шэнь Цзюньци, где ты?

Прежде чем он успел ответить, голос на другом конце провода сказал:

- Я тебя вижу!

Шэнь Цзюньци повесил трубку, поднял влажные от пота ресницы и увидел бегущую к нему знакомую фигуру. В глазах у него потемнело, и прежде чем он упал, его обняли знакомые руки.

- Ты ранен? — с тревогой воскликнул Гу Яньчэнь, надавливая на рану.

- Я отвезу тебя в больницу!

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Я не могу сейчас пойти в больницу. Там могут быть их люди. Если мы пойдём сейчас, они поймут, что Янь Чи у нас в руках, и все наши предыдущие усилия будут напрасны.

Те, кто за кулисами, могли мобилизовать сотрудников из подбюро, а в городском бюро могли быть их информаторы. Было бы опасно безрассудно отправлять Янь Чи в центр заключения.

Им нужно было действовать более осторожно…

- В любом случае ты должен как можно скорее обработать рану!

Гу Яньчэнь видел, что кровь не останавливается, несмотря на давление.

Превозмогая сильную боль, Шэнь Цзюньци тихо произнёс бледными губами, но спокойным голосом:

- Это не смертельное ранение. Я просто немного устал.

Немного помолчав, он обнял Гу Яньчэна за шею и прошептал ему на ухо:

- Гу Яньчэнь, отвези меня домой…

В холоде и боли он тосковал по тому месту, где ему было тепло, скучал по своей кошке и собаке.

Покарать зло

Глава 119. Покарать зло

Гу Яньчэнь посадил Шэнь Цзюньци в такси и позволил ему прислониться к нему. Он внимательно следил за состоянием Шэнь Цзюньци, чтобы тот не потерял сознание. Вскоре после этого Юй Шэнь сообщил новости. Они нашли пистолет у Кэ Жушэня, а также окровавленное оружие. Этих людей арестовали по обвинению в драке и незаконном хранении огнестрельного оружия.

Шэнь Цзюньци только что был напряжён, но теперь расслабился. Он свернулся калачиком, чувствуя нарастающую боль в ране. К тому же он давно не участвовал в боях, и его сердце билось неровно. Однако его разум был особенно ясен.

Он тихо сказал Гу Яньчэну:

- Позови Ци Ианя, пусть привезёт нити и кровоостанавливающие щипцы.

Гу Яньчэнь удивился:

- Ты же не собираешься просить его о помощи, верно?

Шэнь Цзюньци не счёл это странным:

- Капитан Гу, строение живого тела, точно такое же, как и строение мёртвого тела, поэтому врачи начинают учиться с препарирования трупов.

Немного подумав, Гу Яньчэнь сказал Шэнь Цзюньци:

- Не мучай себя. Если ты повредишь органы, это будет не шутка. Мы можем поехать на такси в Линьчэн, тебе всё равно надо обратиться в больницу

— Я знаю. Если травма достаточно серьёзная, чтобы вызвать инфекцию брюшной полости, то это уже серьёзно. С этим точно нельзя справиться в домашних условиях. На данный момент я оцениваю травму как не слишком серьёзную.

Когда они вышли из машины, Гу Яньчэнь дал водителю ещё двести юаней за уборку.

Он отнёс Шэнь Цзюньци прямо в лифт и поднялся наверх. В доме Шэнь Цзюньци лёг на кушетку, расстегнул пропитанную кровью одежду и обнажил рану.

К счастью, нож был небольшим и вошёл в тело лишь наполовину, примерно на шесть сантиметров.

Гу Яньчэнь протянул ему чистое полотенце, чтобы он прижал его к ране, и только после этого кровотечение заметно замедлилось.

К счастью, Гу Яньчэнь только что получил травму, и дома у него было много бинтов. Кроме того, поскольку его выписали раньше срока, врач прописал ему антибиотики и местные анестетики, которые можно было сейчас использовать.

Вскоре прибыл Ци Иань с набором для расследования, думая, что произошло. Увидев, что Шэнь Цзюньци ранен, он так испугался, что отступил назад:

- Учитель, я не могу этого сделать…

Шэнь Цзюньци утешил его:

- Внутренние органы не повреждены. Просто помоги мне.

Обычные люди не могут зашить себе рану. Но Шэнь Цзюньци делал это не раз. В последний раз он порезал руку и сам её зашил. Шэнь Цзюньци попросил Ци Ианя вскипятить воду и подготовить инструменты для дезинфекции и лекарства для промывания раны.

Он повернулся к Гу Яньчэну:

- Там людей арестовали. Особняк так просто не оставит это. Мы не можем медлить. Отправляйся в городское бюро.

Гу Яньчэнь знал, что Шэнь Цзюньци переживает из-за этого дела и не хочет, чтобы он видел его в таком плачевном состоянии.

Увидев, что Шэнь Цзюньци побледнел и у него выступил пот на лбу, а пальцы сжимают рану, Гу Яньчэнь забеспокоился, он не мог уйти.

Шэнь Цзюньци настаивает:

- Иди, тебе нужно поскорее разобраться с этим делом. Эти люди будут в безопасности, только когда всё закончится. Я не просто так получил ножевое ранение.

В глубине души Гу Яньчэнь не хотел уходить, но разум подсказывал ему, что не стоит поддаваться эмоциям. Он наклонился, протянул руку и обнял Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци похлопал его по спине.

Он прошептал:

- Я сообщу об этом в провинциальное управление, в том числе о моей травме и о деле Янь Чи. Пока держи городское бюро в неведении.

Гу Яньчэнь кивнул и повернулся, чтобы напомнить  Ци Ианю. Если что-то изменится, он должен немедленно сообщить ему. Затем он вымыл руки, переоделся и ушёл.

Сначала он решил всё проверить. Ли Чжуннань уже разместил Янь Чи и Се Юну в двух спальнях. Он обрабатывал рану Янь Чи.

Гу Яньчэнь быстро поговорил с ними, передал им новые запасные телефоны  и купленную ранее систему видеонаблюдения, чтобы они установили систему в коридоре и следили за тем, кто поднимается и спускается.

Потом он поехал в городское бюро.

Гу Яньчэнь не стал церемониться с Кэ Жухаем и помощниками и сразу повёл их в комнаты для допросов.

Бай Мэн включила прослушивающее устройство и надела наушник.

Лу Ин допрашивал Кэ Жухая, а Юй Шэнь занимался Кэ Жушэнем.

Прежде чем войти в комнату для допросов, они связались с Гу Яньчэном.

Лу Ин спросил:

- Капитан Гу, что нам нужно сделать?

Выражение лица Гу Яньчэна было необычайно серьёзным:

- Будь то сегодняшние события или прошлые. Расспросите их обо всех преступлениях по очереди, и им вынесут соответствующий приговор. Каким бы суровым ни был приговор, он должен быть вынесен!

Он сделал паузу и добавил:

- Обратите внимание на методы допроса. Иногда, когда они молчат, это тоже своего рода ответ. Мы можем получить некоторую информацию таким образом. Потом мы будем вести расследование, отталкиваясь от этой информации.

Уладив все дела, Гу Яньчэнь сел в комнате наблюдения.

Сегодняшняя драма разворачивалась не только в комнате для допросов, но и за пределами городского бюро.

Причиной ареста Кэ Жухая и Кэ Жушэна стало препятствование работе правоохранительных органов и незаконное хранение огнестрельного оружия. У полиции не было существенных доказательств их причастности к делу тринадцатого особняка. Но отсутствие доказательств не означало, что они не были связаны с этими людьми или что они невиновны.

Задержание этих двух человек сегодня вечером в городском бюро имело решающее значение для всей ситуации. Компания Brother Security работала в Биньчэне пять лет, и её руководители были замешаны во множестве незаконных действий, нанимая головорезов. Даже без этого, можно было сказать, что компания была нечиста на руку. Однако никто из сотрудников компании никогда не переступал порог городского бюро, и ни у кого из компании не было судимостей за какие-либо преступления. Это было ненормально.

На этот раз их задержание станет сигналом для их покровителей.

Что бы ни происходило в прошлом, теперь за ними следят.

Это важный шаг в прощупывании почвы.

И действительно, не прошло и часа с момента задержания, как зазвонил телефон директора Дина.

- Капитан Гу, мне поступило три звонка с просьбами о помощи. Я окажу давление на Четвёртое отделение. Я также составлю список всех, кто сегодня просил о помощи, и всех, кто запрашивал информацию. Держите их под стражей, а как только мы найдём улики, отправьте их в следственный изолятор. Я хочу посмотреть, какую крупную рыбу мы сможем поймать следующей.

Следуя указаниям доктора Шэнь, Гу Яньчэнь не рассказал директору Дину ни о травме Шэнь Цзюньци, ни о том, что они нашли Янь Чи. Он лишь упомянул, что Янь Чи не был пойман другой стороной и, возможно, сбежал.

Директор Дин призвал его как можно скорее проверить, нет ли каких-либо зацепок, связанных с братьями Кэ.

Закончив разговор с директором Дином, Гу Яньчэнь повернулся и посмотрел в сторону комнаты для допросов, где допрашивали двух братьев.

Лу Ин старательно вёл допрос.

Старший брат, Кэ Жухай, сидел на стуле для допросов, и его крупное тело едва помещалось на узком сиденье.

- Сегодня у нас действительно была корпоративная поездка. Как охранная компания, мы всегда вывозим наших сотрудников на тренировки. Когда мы проезжали тот перекрёсток, одна машина резко затормозила, из-за чего произошло столкновение сзади с соседней машиной. Мы вызвали полицию и ждали, пока сотрудники дорожной полиции разберутся с ситуацией. Всё было законно и правильно. Просто на месте происшествия было припарковано несколько машин, из-за чего образовалась пробка. Что касается инцидента с полицейским, то это было простое недопонимание. Я действительно не собирался применять силу. Нет, нас никто не нанимал. Если бы мы знали, что полиция предпринимает какие-то действия, зачем бы мы стали намеренно препятствовать им?

Выслушав несколько предложений, Гу Яньчэнь повернулся, чтобы посмотреть, как проходит допрос с другой стороны.

Младший брат, Кэ Жушэн, отвечал почти так же, как Кэ Жухай.

Близнецы, казалось, обладали телепатическими способностями, даже тон и манера отвечать у них были почти одинаковыми. Однако младший брат был явно более разговорчивым и говорил немного больше.

Послушав его некоторое время, Гу Яньчэнь заметил одну деталь.

Когда Кэ Жушэн запинался, отвечая на некоторые вопросы, он делал паузу, поднимал брови, а затем улыбался. Эта улыбка не была приятной или естественной, она казалась натянутой и неловкой. Как будто на его круглое лицо надели фальшивую маску.

Гу Яньчэну даже показалось, что Кэ Жушэн не осознавал, что он улыбается.

Продолжая наблюдать, Гу Яньчэнь всё больше убеждался, что эта улыбка связана с ложью. Возможно, это привычка, которую Кэ Жушэн выработал за долгие годы. Он улыбался, когда лгал.

Гу Яньчэнь взял стопку документов, переданных Бай Мэн, и вошёл в комнату для допросов, сев рядом с Юй Шэнем.

Гу Яньчэнь сразу перешёл к делу.

- Кэ Жушэн, сколько лет существует ваша охранная компания?

- Пять лет. Хотя раньше мы занимались некоторыми смежными видами деятельности, они были связаны с другой компанией. Официально мы начали работать пять лет назад.

Гу Яньчэнь спросил:

- Вы с братом близнецы?

На этот вопрос, естественно, последовал утвердительный ответ.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Какой процент акций принадлежит каждому из вас?

- У каждого из нас по пятьдесят процентов.

Гу Яньчэнь спросил о месте их рождения и об их начальном, среднем и высшем образовании.

Когда он задавал эти стандартные вопросы, фальшивая улыбка исчезла с лица Кэ Жушэня.

Примерно через десять минут допроса Гу Яньчэнь посмотрел на него и спросил:

- Что случилось с твоей шеей?

На лице Кэ Жушэна снова появилась фальшивая улыбка. Он неловко усмехнулся и подтянул воротник рубашки, чтобы прикрыть следы.

- Несколько дней назад я тренировался со своими братьями и случайно получил слишком сильный удар. Это не имеет никакого отношения к сегодняшнему вечеру.

Это была очевидная ложь.

Гу Яньчэнь не знал, как он получил травму во время потасовки, но всё было точно не так, как описывал Кэ Жушэн.

Эту травму должен был нанести Шэнь Цзюньци.

Человек, сидевший напротив него, был тем, кто причинил вред Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь безжалостно заявил:

- Шрамы от старых и новых травм выглядят совершенно по-разному. Наш судмедэксперт придёт позже, чтобы осмотреть повреждения.

Кэ Жушэн притворился, что не понимает:

- Мы, сотрудники службы безопасности, часто получаем поверхностные травмы.

Гу Яньчэнь продолжил спрашивать:

- В прошлом году зарегистрированный доход вашей компании составил три миллиона сто восемьдесят тысяч, но базовая заработная плата сотрудников и постоянные расходы на содержание офисного здания составили около трёх миллионов пятисот тысяч. Ваша компания занимается благотворительностью?

Кэ Жушэн снова усмехнулся:

- Офицер, в бизнесе есть и прибыль, и убытки… В прошлом году дела шли не очень хорошо.

По его выражению лица Гу Яньчэнь понял, что у этой охранной компании, должно быть, есть какие-то незафиксированные и не облагаемые налогом чёрные доходы. Он ещё немного поболтал с Кэ Жушэнем, а затем достал пулю, лежавшую в пакете для улик.

- Сегодня вечером полиция обнаружила на складе гильзу, которая соответствует модели пистолета, найденного у вас. Мы проведём баллистическую экспертизу и анализ остатков пороха.

Улыбка на лице Кэ Жушэна застыла, а затем он ухмыльнулся ещё более подобострастно.

- Ну… я был на стрельбище сегодня днём, перед тем как прийти сюда. С тех пор я даже не мыл руки. Даже если вы найдёте следы, это не докажет, что я стрелял из пистолета, верно?

Говоря это, он вытер пот со лба рукой.

Насмотревшись вдоволь, Гу Яньчэнь посерьёзнел.

- Владение огнестрельным оружием незаконно. Согласно статье 128 Уголовного кодекса, при особо отягчающих обстоятельствах наказание составляет более трёх лет лишения свободы. Если это будет сопровождаться нападением, наказание будет суммироваться.

Услышав о возможности тюремного заключения, Кэ Жушэн, казалось, немного растерялся.

Гу Яньчэнь строго продолжил:

- Тот, кто нанял тебя сегодня вечером, был из особняка  13?

Кэ Жушэн уже был напуган и не знал, что известно Гу Яньчэну и какая у него есть информация. Он явно думал о том, как сфабриковать ложь, чтобы снять с себя все подозрения и избежать наказания.

Он неосознанно поджал губы, приподнял брови, а затем снова натянуто улыбнулся:

- Офицер, я правда не понимаю, о чём вы говорите. Я ничего не знаю ни о каком особняке…

Во время допроса Гу Яньчэнь уже убедился, что эти микро выражения, появляются, когда Кэ Жушэн начинал лгать. Эти выражения появлялись неоднократно, когда его спрашивали о травме и выстреле из пистолета. Этих деталей допроса было недостаточно, чтобы использовать их в качестве доказательств, но они были чрезвычайно полезны для последующего расследования.

Гу Яньчэнь положил фотографию Янь Чи на стол перед Кэ Жушэнем.

- Они просили тебя найти этого человека?

Кэ Жушэну показалось, что фотография жжёт ему глаза.

Он вернул её Гу Яньчэну, несколько раз качнув головой с натянутой улыбкой.

- Офицер, я не знаю этого человека.

В глазах Гу Яньчэна это выражение было почти равносильно признанию. Он получил желаемый ответ.

Затем Гу Яньчэнь пролистал информацию, которую нашла Бай Мэн в которой содержались все онлайн - отчёты о Кэ Жушэне и Кэ Жухае.

Раньше к этим отчётам не относились серьёзно, и многие из них были отклонены. Некоторые даже были удалены, и Бай Мэн пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить их.

- Четыре года назад вы нанесли тяжкие телесные повреждения домовладельцу во время сноса здания. Два года назад из-за притеснений при взыскании задолженности по кредиту в отеле «Синь Юань» вы и ваши люди нанесли тяжкие телесные повреждения студентке. 11 мая прошлого года сотрудники вашей компании столкнули женщину и её ребёнка в реку. Женщина впала в кому, а ребёнок умер. Это произошло потому, что её муж был экологическим аудитором и препятствовал строительству близлежащих заводов. Впоследствии ваша компания получила заключение психиатрической экспертизы, которое позволяет вам, и по сей день избегать юридических последствий.

- …

Одно преступление сменялось другим.

Натянутая улыбка, натянутая улыбка, натянутая улыбка — фальшивые маски Кэ Жушэна, казалось, были высечены на его лице. По крайней мере, половина обвинений в отчётах была правдой. Даже если бы их приговорили к пожизненному заключению, это сочли бы мягким наказанием.

Гу Яньчэнь с сомнением задавался вопросом, почему эти проблемы существовали в его городе так долго, а он, как сотрудник отдела уголовных расследований городского бюро, ничего не знал?

После смерти Сюй Чэнхуана зло никуда не исчезло, просто приняло другую форму. Сколько людей в этой, казалось бы, легальной охранной компании жили под влиянием этих личностей?

Гу Яньчэнь задал последний вопрос:

- Работали ли вы на торговую ассоциацию Хэту на протяжении всех этих лет?

Фальшивая улыбка Кэ Жушэна застыла на его лице, губы задрожали, а на лбу выступил холодный пот.

Он рассмеялся и сказал:

- Я ничего не знаю ни о какой торговой ассоциации.

У Кэ Жушэна упало сердце. То, что они дошли до этого, означало, что полиция уже знала о существовании Торговой ассоциации Хэту и о том, что они связаны с ассоциацией.

Говорили они или нет, но с ними было покончено.

Многое из того, что они делали, было направлено на помощь ассоциации. Если бы они признались, ассоциация убила бы их, чтобы заставить замолчать. Если они молчали, ассоциация всё равно будет их подозревать.

Когда Хань Цинъи умер, братья всё ещё думали, что это произошло из-за его беспечности и неумения вести дела, из-за чего его недостатки стали очевидны для окружающих. Они и подумать не могли, что всё так обернётся. Они думали, что сегодняшняя погоня за Янь Чи не оставит никаких улик и ассоциация найдёт способ их вытащить. Но, как ни странно, на этот раз всё было иначе, и они уперлись в стену.

У Гу Яньчэна уже был готов ответ.

Он усмехнулся и повернулся к Юй Шэню.

- Продолжай задавать вопросы. Сегодня вечером хорошо обслужи наших гостей.

С наступлением ночи в здании уголовного розыска городского управления Биньчэна воцарилась тишина.

Гу Яньчэнь вышел из допросной, все, думая о Шэнь Цзюньци.

Он отправил ему сообщение.

Через некоторое время Шэнь Цзюньци ответил:

- Швы наложены, у меня все в порядке.

Только тогда Гу Яньчэнь почувствовал  облегчение. Он купил кофе в автомате в городском бюро, сделал глоток и мысленно перебрал в памяти все детали дела.

В этот момент Бай Мэн открыла дверь.

- Капитан Гу, у нас хорошие новости. Мы расшифровали телефон Кэ Жухая. Он установил приложение для мониторинга той игры Fishing Master, и оно было привязано к его аккаунту. Мы нашли несколько новых жертв-женщин в его записях о покупках, отследив адреса, указанные службой поддержки.

Дома Шэнь Цзюньци уже закончил перевязывать рану и полулежал на кровати. Во время наложения швов он ввел совсем немного анестезирующего средства, и он всё время оставался в сознании. Рана была глубокой, но, к счастью, не задела внутренние органы.

После того как наложили десять швов, рану перевязали.

Шэнь Цзюньци принял лекарство и почувствовал лёгкое головокружение — отчасти из-за потери крови, отчасти из-за небольшого повышения температуры.

После того, как Ци Иань собрал свои вещи, он попросил его пойти домой. Ли Чжуннань остался, чтобы составить ему компанию.

Шэнь Цзюньци то засыпал, то просыпался и окончательно очнулся около полуночи.

Он попытался отвлечься, поболтав с Ли Чжуннанем.

Ли Чжуннань спросил:

- Гу Яньчэнь знает о тебе?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я ещё не говорил с ним об этом. Но у меня такое чувство, что он в курсе.

Ли Чжуннань спросил:

- Какие у тебя планы? Когда ты передашь Янь Чи полиции?

Лицо Шэнь Цзюньци побледнело, и он сказал:

- Давай подождём ещё немного. Сейчас не время. Полиция не сможет защитить его сейчас.

Он опустил взгляд и продолжил:

- И чем дольше он будет отсутствовать, тем сильнее будет беспокоиться особняк.

Личность Янь Чи была засекречена. Он был замешан в преступной деятельности и в настоящее время являлся их единственным свидетелем. Как только Янь Чи доставят в городское бюро, они не смогут следить за ним в одиночку. Если кто-то захочет убить его, чтобы заставить замолчать, они просто предоставят этим людям цель.

Если городское бюро предпримет какие-то действия, Четвёртое отделение немедленно вступит в сговор, чтобы перекрыть дороги.

Как только кого-то из их компании арестовывали, кто-то тут же звонил и умолял о снисхождении.

Это было похоже на игру «Оборотень», они не могли сказать, сколько волков среди них.

Решающее значение имела эта шахматная фигура - Янь Чи.

Было уже за полночь, когда Гу Яньчэнь вернулся домой.

Ли Чжуннань встал и сказал:

- Я пойду. Будем на связи.

Гу Яньчэнь проводил Ли Чжуннаня.

Запах крови в комнате немного выветрился, сменившись ароматом лекарств и благовоний.

Он сел у кровати и спросил Шэнь Цзюньци:

– Все еще очень больно?

Шэнь Цзюньци посмотрел на него. Его лицо было бледным, а черты — тёмными, как чернила. Он покачал головой.

На самом деле действие анестезии заканчивалось. Каждый вдох давался ему с трудом, а в груди ощущалась тяжесть. Следующие несколько дней будут непростыми, но он не хотел, чтобы Гу Яньчэнь волновался.

Гу Яньчэнь наклонился и нежно поцеловал Шэнь Цзюньци.

Он продолжил:

- Я договорился, чтобы тебе дали несколько выходных. Отдыхай, а если почувствуешь себя плохо, сходи в больницу. Если понадобится, я обсужу это с отчимом и узнаю, можно ли вызвать врача на дом.

- Сейчас я в порядке, но если позже станет хуже, я подумаю об этом, — сказал Шэнь Цзюньци, собравшись с силами.

Он спросил Гу Яньчэна:

- Как продвигается дело?

Гу Яньчэнь ответил:

- Мы нашли это приложение для рыбалки на телефоне Кэ Жухая и выявили новых жертв. Сегодня вечером мы встретились с киберполицией. Они сказали, что будет сложно найти сервер, если мы будем знать только местоположение комнаты.

Шэнь Цзюньци на мгновение задумался и сказал:

- Может быть, я попробую.

Несмотря на то, что он выглядел очень слабым, по его выражению лица казалось, что он всё держит под контролем.

Действие

Глава 120. Действие

Сегодня ночью светила прекрасная луна, но в тринадцатом особняке не было ни одного гостя.

Земля была мокрой от дождя.

Раньше в особняке было многолюдно, звучали песни и танцы, но теперь там были лишь несколько слуг. Особняк был пуст, как огромный дом с привидениями.

Всю ночь Гао Шисюань беспокойно расхаживал по залу. С тех пор как пять лет назад он взял на себя управление делами поместья, он постепенно расширял их. Он становился всё более высокомерным. В прошлом его дядя часто хвалил его за хорошую работу, за его идеи и намекал, что в будущем он будет заниматься большей частью семейных дел. Он считал, что с деньгами закон — это всего лишь бумажка, и никто не сможет их тронуть. Но теперь он понял, что закон не знает границ. Над их головами нависла угроза, готовая в любой момент лишить его жизни.

После одиннадцати вечера Шэн Цяньчэн вместе со своей помощницей Лу Синь вошёл в особняк.

Гао Шисюань наконец дождался своего спасителя и бросился к нему.

- На этот раз ты меня подвел!

Шэн Цяньчэн шагнул вперёд, его лицо помрачнело, и он спросил:

- Братьев Кэ арестовали?

Гао Шисюань сказал:

- Я только что узнал. Несколько дней назад кто-то сбежал из особняка, и они отправились на его поиски. Неожиданно они наткнулись на полицию.

Шэн Цяньчэн спросил:

- Я слышал, что кто-то до смерти замучил девушку в особняке, а тело было выкопано и обнаружено полицией?

Гао Шисюань ответил:

- Так и есть.

Он подробно рассказал обо всём, что произошло.

Шэн Цяньчэн был в ярости:

- Почему ты только сейчас решил рассказать мне о такой серьёзной проблеме?!

Гао Шисюань запнулся:

- Такого раньше не случалось. Я действовал по обычной схеме…

В особняке и раньше умирали девушки, но все они считались пропавшими без вести, и об этом быстро забывали, не проводя никаких расследований.

Шэн Цяньчэн выругался:

- Даже братья оказались бесполезны, они не смогли справиться с такой мелочью, бесполезны!

Гао Шисюань выглядел крайне расстроенным. С тех пор как несколько дней назад он почувствовал, что попал в кошмар, ему казалось, что он правильно справился с ситуацией и отреагировал вовремя. Но сегодня они не только не смогли найти этого человека, но и потеряли главу охранной компании.

Гао Шисюань сжал кулаки. Всё из-за того, что за ними охотится отдел по борьбе с особо опасными преступниками.

Шэн Цяньчэн подавил гнев и спросил:

- С комнатами все в порядке?

Гао Шисюань ответил:

- Уборщики уже всё убрали, мы поменяли всё, что можно было поменять, там абсолютно чисто.

Шэн Цяньчэн кивнул. Он успокоился. Злиться сейчас было бессмысленно.

- Даже если полиция ведёт расследование, ей нужны улики. Пока улик нет, они не смогут связать смерть женщины с особняком.

Он повернулся к Гао Шисюаню:

- С этого дня больше никаких ошибок. Закройте особняк, оставьте только необходимый персонал и откройте его снова, когда ситуация успокоится. Что касается того парня по фамилии Цзян, пусть его семья организует его отъезд из страны как можно скорее. Что касается председателя, я всё объясню.

Гао Шисюань не осмелился заговорить и подал Ли Ияну знак глазами.

Ли Иянь всё понял и почтительно спросил:

- Господин Шэн, следует ли нам временно приостановить работу сайта?

Шэн Цяньчэн некоторое время расхаживал взад-вперёд, всё ещё сомневаясь:

- Пусть они будут осторожны, временно приостановите регистрацию новых пользователей, но их не должно быть видно в системе. Даже если они проведут расследование, там есть программа самоуничтожения.

Он усмехнулся про себя, чувствуя себя параноиком:

- Откуда у полиции такие продвинутые технологии?

Сайт вуайеристов ежедневно посещали тысячи людей, и он был хорошо известен в определённых кругах. Шэн Цяньчэн не мог допустить его закрытия. Пока они разговаривали, Шэн Цяньчэн всё ещё нервничал.

Он сказал Гао Шисюаню:

- Отведи меня в комнату, где произошёл инцидент.

Гао Шисюань и Ли Иянь провели его в комнату, где убили девушку.

Шэн Цяньчэн осмотрел её снаружи и изнутри. Всё выглядело особенно чистым, ничто не показалось ему подозрительным.

Только тогда он почувствовал облегчение.

Он повернулся к Гао Шисюаню:

- С сегодняшнего дня следи за действиями полиции и за происходящим в интернете. Если появятся какие-нибудь новости, немедленно сообщи мне!

Гао Шисюань согласно кивнул.

Шэн Цяньчэн покинул особняк в сопровождении Лу Синь, и машина направилась в богатый район на востоке города.

Пока он ехал, он позвонил президенту Торговой ассоциации Чжэнь Цзясюю, чтобы тот его успокоил.

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Ничего страшного, их, скорее всего, отпустят через несколько дней. Завтра я узнаю, как обстоят дела.

После того как Шэн Цяньчэн повесил трубку, он всё ещё хмурил брови. Он ощущал давление, которого раньше не было.

Шэн Цяньчэн вспомнил о проблемах с Хань Цинъи, и об арестах Кэ Жухая и Кэ Жушэня.

Шэн Цяньчэн никогда не думал, что такое может произойти, даже во времена правления Ван Цзюя, когда людей периодически арестовывали. Тогда он мог позвонить и добиться освобождения своего человека.

Но сейчас, ситуация в Биньчэне изменилась. Сможет ли полиция выйти на его след по каким-то подсказкам? Где сейчас находиться пропавший Янь Чи? Какую чушь он несёт? И обещал ли ему председатель защиту, как обещал Хань Цинъи? Во всём виноват этот проклятый Хань Цинъи и Хо Лэй. Разве они не должны были разобраться с полицией? Но их слова оказались пустым звуком.

Шэн Цяньчэн мысленно перебрал все варианты. Если станет известно о происшествии в особняке, он попробует обернуть это в свою пользу.

Подумав об этом, Шэн Цяньчэн сказал Лу Синь:

- Подготовь кое-какие материалы.

Лу Синь взглянула на своего босса:

- Какие материалы?

Глядя на сидевшую рядом ним женщину, он понимал, что она — его доверенное лицо. Она преданно следовала за ним три года, молодая и красивая, эмоционально чуткая, знающая, когда нужно подойти ближе, а когда отступить, и они были близки. Помимо родителей и покойной жены, она была единственным человеком, которому он доверял. Поэтому он никогда ничего от неё не скрывал.

Немного подумав, Шэн Цяньчэн сказал:

- Подготовьте материалы, в которых виновным окажется Гао Шисюань. Ты должна сделать это быстро.

Шэн Цяньчэн решил подготовиться. Если до этого дойдёт, он позволит Гао Шисюаню взять вину на себя. Как соучастник, он всё равно сможет выкрутиться.

Лу Синь ответила:

- Хорошо.

Высадив Шэн Цяньчэна у его особняка, Лу Синь вернулась домой и сразу же позвонила Хо Лэй со своего запасного телефона. На протяжении многих лет Хо Лэй формально занималась косметическим бизнесом, но втайне она воспитывал десятки красивых и умных девушек. У неё была уникальная способность, одного взгляда на мужчину было достаточно, чтобы понять, какая девушка ему может понравиться. Она учитывала их предпочтения и отправляла к ним девушек. Эти девушки либо выходили замуж за представителей богатых семей, либо окружали этих мужчин, занимая при них подходящее положение.

Лу Синь была одной из тех, кого приставили к Шэн Цяньчэну. Хо Лэй относилась к ним гораздо лучше, чем эти скупердяи, поэтому девушки всегда прислушивались к его указаниям.

Услышав о намерениях и планах Шэн Цяньчэна, Хо Лэй усмехнулась:

- О, так этот дядя строит козни против своего племянника.

Лу Синь спросила:

- Что мне делать? Должна ли я подготовить для него материалы?

Хо Лэй ответила:

- Конечно, подготовь их. Но найди Ло Сяоси и попроси её незаметно предупредить Гао Шисюаня, чтобы тот остерегался своего дяди. Кроме того, подготовь доказательства преступлений его самого. Будет ещё интереснее посмотреть, как они будут сражаться друг с другом.

Ло Сяоси тоже была той, кого Хо Лэй отправила к Гао Шисюаню.

Тогда Лу Синь спросила:

- А что насчёт председателя?

Хо Лэй сказала с некоторой злорадной радостью:

- Я давно предупреждала их, чтобы они не связывались с отделом по борьбе с особо опасными преступниками, но они не послушались. Бизнес этих вонючих типов давно нужно было прикрыть. Председатель просто успокаивает их, он не станет вмешиваться, чтобы их спасти. Это неплохо. Если они все разорятся, разве Торговая ассоциация не станет нашей?

На следующее утро, когда Шэнь Цзюньци проснулся, ему показалось, что всё его тело разваливается на части. Его ноги, спина и руки были в синяках, а рана на животе, несмотря на инъекции и лекарства, всё ещё была опухшей.

Гу Яньчэнь измерил его температуру, 37,5 градусов, небольшая лихорадка.

Гу Яньчэнь поменял лекарство Шэнь Цзюньци и поставил воду рядом с кроватью, но не решался ничего ему давать. Он заметил, что Шэнь Цзюньци стал вялым, поэтому временно поселил кота и собаку внизу.

Перед уходом Гу Яньчэнь спросил его:

- Где ты научился так хорошо разбираться в компьютерах?

Шэнь Цзюньци ответил:

- В колледже.

Затем он напомнил Гу Яньчэну:

- Тебе нужно торопиться на работу.

Гу Яньчэнь спросил:

- Я хочу сегодня предпринять решающий шаг, ты справишься?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я в порядке. Следуй плану, который мы обсудили вчера вечером, и подготовься. Отправь мне сообщение.

Хотя его раны ещё не зажили полностью, он чувствовал, что раскрытие этого дела важнее. В этот критический момент расследования за девушками всё ещё велась слежка. Полиция постепенно натягивала сеть, и чем быстрее они её затянут, тем менее подготовленной будет другая сторона.

Утром в городском бюро.

Прошлой ночью сотрудники отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями работали допоздна, и у многих под глазами были тёмные круги. Во время утреннего совещания Бай Мэн прикрепила к доске фотографии людей.

Сверху висела фотография Ся Тяньэнь.

Затем Бай Мэн рассказала всем подробности дела.

- Несколько дней назад мы нашли труп женщины. Полиция установила, что жертвой  является Ся Тяньэнь, которая, вероятно, погибла в особняке № 13. Особняк ведёт как онлайн, так и офлайн-бизнес. В интернете они наживаются на слежке за девушками в домах, сдаваемых в аренду. Иногда они похищают этих женщин и принуждают их к сексуальным отношениям.

Бай Мэн провела линии от фотографии Ся Тяньэнь:

- В ходе расследования мы нашли несколько жертв слежки, таких как Дэн Аньлу и Се Юна.

Прикрепив несколько фотографий девушек, Бай Мэн прикрепила фотографию мужчины:

- По нашим данным, тело привез Янь Чи, который раньше работал в тринадцатом особняке. В настоящее время Янь Чи пропал. Прошлой ночью мы задержали людей, которые помогали особняку в поисках Янь Чи. Они являются руководителями охранной компании Brother.

Бай Мэн нарисовала вопросительный знак рядом с фотографией Янь Чи, а затем провела линию, расположив рядом фотографии Кэ Жухая и Кэ Жушэня. Наконец, Бай Мэн нарисовала стрелку, указывающую на закулисного вдохновителя:

- Согласно расследованию, особняк № 13 принадлежит Шэн Цяньчэну. Однако он не управляет им напрямую. Нынешний владелец клуба — племянник Шэн Цяньчэна, Гао Шисюань, а непосредственным управляющим является Ли Иянь. Все эти люди должны знать, кто на самом деле убил Ся Тяньэнь. Как только мы их схватим, мы сможем найти убийцу.

Бай Мэн кратко изложила суть дела на доске.

Лу Ин сказал:

- Неудивительно, что эти люди такие высокомерные. Оказывается, за ними стоит семья Шэн.

Семья Шэн была хорошо известна в Биньчэне. Учитывая, что племянник Шэна управляет элитным клубом, можно было представить, насколько богата семья Шэн. Личное состояние Шэна Цяньчэна оценивалось в миллиарды.

Гу Яньчэнь знал, что Шэн Цяньчэн был одним из ключевых членов Торговой ассоциации Хэту. За годы работы он сколотил состояние, используя связи и возможности, предоставляемые Торговой ассоциацией.

Ци Иань не был детективом и не разбирался в тонкостях.

- Независимо от того, на чьей это территории, если произошло убийство, разве мы не должны войти и провести расследование?

Бай Мэн пожала плечами.

- Но где доказательства? Я вчера всю ночь проверяла и выяснила, что деятельность этого клуба держится в строжайшем секрете, и в полицейской системе очень мало информации о нём. Между компанией Brother Security и клубом тоже нет прямых финансовых связей.

Юй Шэнь добавил:

- Сейчас мы всё строим на догадках. Чтобы кого-то арестовать или провести обыск, нам нужны более конкретные доказательства.

Гу Яньчэнь промолчал.

На данный момент у них есть показания Янь Чи, но одних его слов может быть недостаточно, чтобы получить ордер на обыск клуба.

После инцидента другая сторона, возможно, уже оборвала эту связь. Несомненно, в особняке уже навели порядок, так что даже если они отправятся туда сейчас, то, скорее всего, ничего не найдут. Если они опрометчиво подадут запрос на ордер на обыск, особенно в таком деликатном месте, как тринадцатый особняк, и ничего не найдут, то им будет ещё сложнее завершить расследование.

- Мы отправимся обыскивать особняк, но не сейчас, — сказал Гу Яньчэнь. — Сначала мы уничтожим их онлайн-бизнес — сайт для вуайеристов.

Несмотря на то, что другая сторона стала более осторожной, сайт продолжал работать. Сегодня утром они проверили аккаунт Кэ Жухая и обнаружили, что всё ещё могут войти в него. Возможно, они были уверены в безопасности своей сети и считали, что полиция их не обнаружит, а может быть, из-за значительной прибыли они не хотели закрываться. Нелегальный сайт для вуайеристов продолжал процветать.

- Пока сайт и его работа продолжаются, им нужны серверы, программисты и сотрудники службы поддержки, — продолжил Гу Яньчэнь. — Я поручил киберполиции провести расследование, и выяснилось, что всё это организовано внутри страны. Мы можем провести внезапные проверки по этим каналам и выяснить физическое местоположение этого сайта в Биньчэне.

Если этих людей удастся поймать, они смогут собрать достаточно доказательств, чтобы связать смерть Ся Тяньэнь с владельцами сайта и теми, кто стоит за ними.

Лу Ин поднял глаза и спросил:

- Вчера вечером киберполиция сказала, что отследить источник сложно. Капитан Гу, вы разработали с ними новую стратегию?

- Вам не нужно об этом беспокоиться, — заверил Гу Яньчэнь. — Я нашёл кое-кого из технического персонала. Как только мы найдём информационный порт, мы сможем попытаться получить доступ к их серверу.

Вчера вечером Шэнь Цзюньци объяснил ему, что для обнаружения адреса сервера другой стороны требуется технология обратного слежения.

Трудности, с которыми столкнулась киберполиция при отслеживании, были связаны с ограниченностью их технологий. После отправки общих пакетов данных они словно попадали в лабиринт и теряли направление. Эти пакеты данных могли быть повреждены, что делало невозможным отслеживание точного местоположения другой стороны, а некоторые из них могли быть отфильтрованы другой стороной. Однако при наличии достаточно продвинутых технологий отправленные пакеты данных можно скрыть и пере комбинировать, чтобы другая сторона не смогла определить конкретное местоположение.

Таким образом, сегодня перед детективами из отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями стояла задача тайно связаться с девушками, за которыми велось наблюдение, и выбрать подходящий момент, чтобы проникнуть в их комнаты. Гу Яньчэнь составил подробный план и распределил конкретные задачи между всеми участниками. Они быстро выбрали одну из комнат с подтверждённым адресом.

На сайте с прямыми трансляциями они увидели, что эта конкретная комната обозначена как номер 15. В комнате жили две девушки, которые переехали сюда чуть больше месяца назад. Под благовидным предлогом Юй Шэнь пригласил девушек к себе и объяснил им ситуацию. Девушки были в ужасе от того, что целый месяц жили под наблюдением. Сначала они были в шоке, а потом испугались и разозлились.

Бай Мэн успокоила двух девочек, надеясь, что они пока сохранят это в тайне, и не будут вести себя странно, а также будут сотрудничать с полицией.

В семь часов вечера в кабинете отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями городского бюро еще горел свет. После того как был согласован окончательный план действий и приняты меры по подготовке к операции, Гу Яньчэнь встал и спросил Бай Мэн:

- Как продвигается твоя работа?

Бай Мэн уже усадила двух девушек в ближайшем кафе, переоделась и нанесла макияж. Она надела парик и превратилась в высокую и красивую женщину. Однако её голос оставался таким же спокойным и профессиональным, как и всегда, без ожидаемой нежности и кокетства, которые соответствовали бы её внешности.

Она встала.

- Капитан Гу, мы можем начать в любой момент.

Все приготовления были завершены.

В восемь часов вечера три девушки вошли в арендованную квартиру.

Бай Мэн пришла как приглашённая подруга, достала ноутбук и телефон, подключилась к Wi-Fi в комнате и включила фильм.

Гу Яньчэнь увидел их троих в приложении для прямых трансляций и отправил сообщение Шэнь Цзюньци:

- Мы готовы.

Ночью Шэнь Цзюньци заставил себя встать, оделся и сел за стол. Он ничего не ел весь день. К полудню у него немного поднялась температура, а теперь ещё и кружилась голова. Однако его плохое самочувствие не повлияло на его работу. Он открыл ноутбук, размял пальцы и начал вводить код.

Шэнь Цзюньци был сосредоточен. Он смотрел на символы, появляющиеся на экране, и быстро стучал пальцами по клавиатуре. Свет от экрана отражался на его бледном и красивом лице. Зашифрованные пакеты данных один за другим смешивались с потоком данных. Эти пакеты данных на самом деле были вирусами, которые могли избежать обнаружения аномальных данных другой стороной и не были бы уничтожены при каждом отклонении. Они заражали и быстро распространяли нужные вводные.

Это было похоже на игру в шахматы в тёмном лесу, где нужно было тщательно скрывать своё присутствие, пока ищешь противника. Данные точно фиксировали каждый узел и IP-адрес, многие из которых находились за границей. Однако это были не фактические адреса, а лишь промежуточные ретрансляционные станции. Говоря метафорически, это были отражения в воде. Это был процесс медленного исследования, требовавший немалого терпения.

Наблюдая за происходящим, Шэнь Цзюньци тихо кашлянул. От кашля его раны начинали кровоточить, причиняя боль. По его лицу струился холодный пот, он не удержался, прижался раной к столу и полежал так немного.

Когда ему стало немного лучше, он стиснул зубы и снова поднял голову, продолжая вводить данные. Держа в руках скальпель или сидя перед компьютером, он надеялся на победу. Он хотел привлечь этих людей к ответственности.

Наконец все данные начали постепенно сходиться. Секунда за секундой. Среди этих цифр и кодов начала вырисовываться скрытая фигура противника.

Постепенно он превратился в нечто осязаемое.

Шэнь Цзюньци ввёл последнюю строку кода и нажал клавишу Enter. Вирус, словно оживший, начал проникать на сервер противника, незаметно сканируя его и постепенно захватывая контроль. Наконец Шэнь Цзюньци получил реальный IP-адрес противника.

Он вздохнул с облегчением и отправил адрес Гу Яньчэну.

- Нашёл. Сейчас проверяю сервер другой стороны. Можешь попросить киберполицию проверить адрес.

Гу Яньчэнь скопировал IP-адрес и сразу же обратился за помощью к сотрудникам киберполиции, чтобы они помогли найти сервер. Адрес был проанализирован. Как и предполагала полиция, штаб-квартира злоумышленников находилась в Биньчэне. Несомненно, заниматься такой незаконной деятельностью было бы удобнее всего прямо у них под носом.

Киберполиция ответила:

- Рядом с Восточным рынком Биньчэна, точный адрес…

Гу Яньчэнь ждал эту информации.

Он встал и сказал:

- Все готово. Поехали!

Для сегодняшней операции несколько детективных групп находились в режиме ожидания. Они не собирались в городском бюро, чтобы сохранить секретность, а заранее направлялись к местам встречи. Под покровом ночи несколько машин одновременно тронулись с места и направились к оживлённым улицам. Люди, прятавшиеся в тени, не подозревали, что их дни сочтены.

Битва

Глава 121. Битва

Казалось, что это обычная ночь, когда на четвёртом этаже элитного офисного здания в районе цветочного рынка на востоке Биньчэна ещё горел свет. Соседние компании и владельцы недвижимости не были знакомы с этой компанией и её сотрудниками, они знали только о её строгой системе безопасности, большом количестве оборудования, многочисленных серверах и людях, похожих на программистов, которые постоянно входили и выходили.

Кроме того, у этой компании был особый бизнес, за которым следили практически круглосуточно. Владелец был экстравагантным человеком и купил целый этаж офисных помещений, в которых работало всего около дюжины сотрудников. У них был отдельный лифт, который не соединялся с другими этажами и не пропускал посетителей.

Чтобы войти, нужно было предъявить специальную рабочую карту и пройти несколько проверок, таких как сканирование отпечатков пальцев и ввод пароля.

Ближе к ночи в офисе оставалось ещё несколько человек, которые работали сверхурочно.

Дун Синьлэ был программистом, которого после окончания университета взяли на работу в компанию, занимающуюся видеохостингом. Но потом его выдающиеся навыки заметил руководитель, который сказал, что познакомит его с новым работодателем, который может сделать его богатым.

Эта компания была очень загадочной, но предлагала чрезвычайно высокие зарплаты, и все, кто туда устраивался, должны были подписывать строгие соглашения о неразглашении. Позже Дун Синьлэ узнал, что на самом деле это был подпольный сайт для вуайеристов, который занимался организацией и проведением слежки за людьми. Основная команда состояла всего из девяти человек, все они были мужчинами и отвечали за разные аспекты работы.

Дун Синьлэ знал, что это незаконно, но, соблазнившись пятикратным повышением зарплаты плюс премиями, после долгих раздумий согласился на предложение. Поначалу ему было не по себе, но потом он успокоился. Кто-то наверху этим занимался, кто-то внизу тратил на это деньги, а он был всего лишь маленькой частью этой теневой индустрии. Даже если бы он этого не делал, они бы наняли других сотрудников.

Есть такая поговорка: «Богатство и опасность идут рука об руку», и он тоже занимался этим, чтобы заработать на жизнь. Иначе сколько лет ему понадобилось бы, чтобы накопить на дом в Биньчэне чтобы остаться здесь? Очевидно, что за компанией стояли влиятельные люди. Каждый раз, когда они проводили проверки, они всегда узнавали об этом заранее, избегали проблем, при необходимости меняли доменные имена и снова поднимались.

Помимо программирования, Дун Синьлэ отвечал за отключение связи в случае проблем. На всякий случай Дун Синьлэ разработал программу автоматического уничтожения данных. После активации этой программы на уничтожение всех данных уходило около трёх минут. За разработку этой программы он получил премию в размере трёхсот тысяч юаней и похвалу от начальства.

Сегодняшняя ночь была спокойной. Его коллега Цзя Линь следил за происходящим, держа в руках чашку кофе.

Фэн Пинъюй, ответственный за операции, подошёл проверить:

- Как дела сегодня? Есть какие-то аномалии?

Цзя Линь улыбнулся и ответил:

- Всё в порядке. Номер 6 принимает ванну, и прибыль растёт. Номер 8 купила новую пижаму, а в номере 15 появилась красотка, что тоже увеличивает прибыль.

Коллеги, сидевшие рядом с ними, смотрели на экраны и вздыхали, наблюдая за девушками. На счётчике отображалось количество онлайн-зрителей, которое продолжало расти с наступлением вечернего пика. Продажи некоторых исторических видео также начали стремительно расти. Вскоре количество онлайн-зрителей в реальном времени превысило пятьдесят тысяч.

Несмотря на то, что регистрация новых пользователей была закрыта, на сайте по-прежнему было много постоянных, которые платили за контент, открывали новые аквариумы, меняли положение камеры, а некоторые использовали функцию повтора. На сайт продолжали поступать чаевые, самый крупный из которых составил миллион.

Фэн Пинъюй лениво потянулся и улыбнулся:

- С такими темпами твои бонусы в конце месяца будут немаленькими.

Дун Синьлэ смотрел, как меняются цифры на экране, и чувствовал себя одновременно счастливым и напуганным. Это говорит о том, что за экранами более пятидесяти тысяч компьютеров и мобильных телефонов, столько мужчин, смотрят на этих молодых девушек. Он немного забеспокоился и, повернувшись, сказал:

- Я слышал, что в последнее время в особняке что-то происходит, как будто они кого-то ищут?

Фэн Пинъюй был крайне уверен в себе:

- Они работают офлайн, это не повлияет на нас.

Дун Синьлэ спросил:

- Не по этой ли причине мы прекратили регистрацию новых пользователей?

Цзя Линь успокоил его:

- Не волнуйся, мы знаем обо всем, но они понятия не имеют, где мы находимся. Босс велел нам не останавливаться, так что ничего страшного не произойдёт.

Фэн Пинъюй усмехнулся:

- Система шифрования сайта была разработана совместно. Даже лучшая киберполиция не смогла бы определить наше точное местоположение… Эти некомпетентные копы не могут отследить нас.

Они все вместе засмеялись. Но не успел смех стихнуть, как дверь кабинета с громким стуком распахнулась, и внутрь ворвалась группа людей. Они были молоды и проворны.

- Не двигайтесь!

- Полиция!

- Не двигайтесь! Поднимите руки!

Люди в комнате застыли. Они не ожидали, что ситуация так быстро измениться.

Цзя Линь отреагировал первым и крикнул:

- Уничтожьте данные!

Руки Дун Синьлэ дрожали.

Он нажал на кнопку, чтобы активировать программу самоуничтожения. Внезапно он вспомнил, что в соседнем хостеле есть какие-то сохранённые данные. Он схватил главный управляющий компьютер и выбросил его в окно. С грохотом компьютер пролетел сквозь окно и с силой ударился о землю внизу, разлетевшись на несколько частей. Он попытался выпрыгнуть из окна, но прежде чем он успел взобраться на подоконник, его оттащили назад и прижали к полу, заведя руки за спину и надев на него наручники.

Руководитель посмотрел на компьютер за окном и сказал:

- Падающие с высоты предметы — ещё один пункт обвинения. Лу Ин, попроси кого-нибудь забрать компьютер.

Всё произошло всего за несколько секунд.

Полиция обезвредила их.

Фэн Пинъюй всё ещё чувствовал себя так, словно находился во сне.

Дрожащим голосом он спросил:

- Кто вы такие?

Он всё ещё не мог до конца поверить, что эти люди — полицейские. Как полиция могла провести такую операцию без какой-либо предварительной информации? И откуда у полиции такие передовые технологии? Они преодолели многочисленные препятствия на пути наверх, и камеры наблюдения ничего не зафиксировали?

Их возглавлял Гу Яньчэнь. Он достал свой полицейский значок и помахал им перед ними, прежде чем надеть наручники на Фэн Пинъюя.

Фэн Пинъюй посмотрел на значок, побледнел и опустил голову. Он лихорадочно соображал, как вести себя на последующем допросе в полиции.

Дун Синьлэ обхватил голову руками.

На хосте хранилось совсем немного данных, и он был безмерно благодарен за то, что нажал кнопку самоуничтожения. Эта программа самоуничтожения стирала записи на сайте, уничтожая всю информацию о клиентах и боссах. Таким образом, они становились хранителями тайны. Пока они молчат, боссы за кулисами найдут способ вытащить их.

Как раз, когда он подумал об этом, Дун Синьлэ взглянул на экран компьютера. Он хотел посмотреть, на каком этапе находится программа самоуничтожения. Даже если на уничтожение всех данных уходит всего три минуты, даже если программа будет прервана из-за нехватки времени, она всё равно уничтожит важные данные. Но как только он взглянул на экран, его глаза расширились от удивления.

Индикатор выполнения задачи по уничтожению данных застыл на отметке 0, и число не менялось, как будто невидимая рука остановила выполнение программы. Затем всплывающее окно исчезло. Программа закрылась автоматически.

Дун Синьлэ не мог поверить своим глазам, это было совершенно невозможно. Экран несколько раз мигнул, мышь задвигалась хаотично — кто-то дистанционно управлял компьютером. На экране сами по себе появились многочисленные фрагменты информации. Прямая трансляция была прервана, одна за другой открывались программы для записи внутренней информации, и был получен доступ к зашифрованным каталогам.

Всего за несколько минут сложное шифрование было с легкостью взломано, как будто решилась простая математическая задача.

Дун Синьлэ наблюдал за происходящим и чуть не подавился кровью. Он понял, что у противника, должно быть, есть специалисты с более высоким уровнем подготовки, чем они. Вот почему они смогли найти их адрес, расшифровать записи с камер и обойти устройства оповещения о проникновении.

На этот раз они были обречены! Тело Дун Синьлэ задрожало, зубы застучали. Хотя он бесчисленное количество раз просыпался от этого кошмара, он представлял себе такой сценарий, но когда это произошло на самом деле, он был, совершенно не готов.

На всех надели наручники и сопроводили вниз, где их рассадили по машинам. Киберполиция захватила серверы всего здания, изучая содержащуюся на них информацию как улики, систематизируя и сохраняя её.

Поздно ночью Шэнь Цзюньци получил доступ к компьютеру Дун Синьлэ. Он перехватил управление до того, как сработала программа самоуничтожения, поэтому вся информация сохранилась. Современные люди слишком сильно полагаются на электронные устройства. Обладая достаточными навыками, можно взломать любую систему.

Гу Яньчэнь позвонил ему и сообщил, что операция прошла успешно.

Шэнь Цзюньци открыл список высокопоставленных участников сайта для вуайеристов и отправил копию Гу Яньчэну.

Всего в списке было 89 имён, и все эти люди в реальной жизни контактировали с теми молодыми девушками. Это означало, что было как минимум 89 связанных с этим случаев.

Шэнь Цзюньци привычно подпёр подбородок рукой и стал просматривать каждое имя в списке. Некоторые имена в списке принадлежали зарубежным аккаунтам, а некоторые могли принадлежать анонимным аккаунтам, но всё же было несколько человек, которые использовали свои настоящие имена.

Было несколько имён, о которых простые люди никогда бы не подумали. В данном случае речь шла о талантливых художниках, известных учёных и даже о представителях индустрии развлечений, мира моды, интернета и финансов. У этих, казалось бы, гламурных личностей были свои тёмные,  тайные стороны. Некоторые имена ассоциировались с деньгами, властью и статусом.

Шэнь Цзюньци представил, что, если бы этот  список был обнародован, это вызвало бы огромный резонанс. Он взял распечатанный список и ноутбук и направился в соседнюю комнату. Одних этих имён было недостаточно, это было важно, поэтому ему нужно было сверить их с Янь Чи.

Поздно ночью примчался Ли Чжуннань.

Янь Чи и Се Юна были в комнате. Выслушав объяснение Шэнь Цзюньци, Янь Чи взял список.

Се Юна была глубоко тронута:

- Ты взломал серверы их компании? Это потрясающе!

Девушка была так растрогана, что едва сдерживала слёзы. Её кошмар, наконец, закончился, и с этого момента не будет новых жертв.

Янь Чи просмотрел список, сверяя каждое имя:

- Список правильный. Я видел некоторых из этих людей в особняке. Они там завсегдатаи.

Под именем каждого человека он делал пометку.

Затем он указал на нескольких из них:

- Эти люди пользовались аккаунтами своих секретарей.

Он сделал пометки напротив имён.

Затем он сказал:

- Перед уходом я тайком сделал несколько фотографий тех людей, которые входили в особняк, с помощью запасного телефона.

Так совпало, что в те несколько ночей в особняке проходили вечеринки. Чтобы попасть в особняк, нужно было сдать телефоны, но для них, как приманки, особняк был своего рода рычагом давления, поэтому охрана была слабой. В то время он решил сбежать. С балкона второго этажа общежития для персонала в особняке он издалека сфотографировал, как они входят в особняк.

После того как Шэнь Цзюньци и Ли Чжуннань просмотрели сделанные им фотографии, их брови нахмурились.

Шэнь Цзюньци наконец понял, почему Гао Шисюань был так уверен в себе. Дело в том, что эти важные персоны были завсегдатаями особняка. Если бы с особняком что-то случилось, из страха быть замешанным они не допустили бы раскрытия его деятельности.

Полицейские расследования опираются на доказательства, которые должны быть обоснованными и законными. Однако эти богатые и влиятельные люди готовы на всё, чтобы скрыть правду. Уничтожение улик, поиск связей, найма лучших адвокатов… Теперь не только Янь Чи, но и все, кто знал об этих делах, вероятно, стали бельмом на глазу у этих людей.

Это стало испытанием для полиции и системы правосудия.

Ли Чжуннань сказал:

- У меня есть метод.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Что за метод?

Немного подумав, Ли Чжуннань ответил:

- Предать его огласке.

Ли Чжуннань продолжил объяснение:

- Если тайну знает один человек, его можно заставить замолчать убив. Если тайну знают десять человек, другая сторона может попытаться заставить их замолчать угрожая. Если тайну знают сто человек, их можно только подкупить. Но если о ней знают тысячи людей, заставить замолчать всех будет невозможно.

Хотя это казалось рискованным и нелогичным, на самом деле это был самый безопасный для них путь.

Янь Чи сказал:

- Если мы сможем вывести на чистую воду тех, кто стоит за кулисами, я готов выступить и публично заявить о них, назвав своё настоящее имя!

Он сделал паузу и добавил:

- Я и сам давно хотел это сделать. Если кто-то понесёт за это ответственность, я признаю свою вину, и не буду втягивать вас.

Се Юна спросила:

- Тогда как нам обнародовать это? Я уже публиковала это в интернете, но пост быстро удалили. Я подозреваю, что в сети много их людей.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Давайте пока подождём.

Он уже синхронизировал информацию с провинциальным департаментом, а директор Хэ в это время проводил совещание с несколькими руководителями. В таком важном деле ему нужно было следовать приказам.

Вскоре раздался звонок от директора Хэ.

Шэнь Цзюньци, не обращая внимания на Янь Чи и Се Юну, вошел из комнаты и ответил на звонок.

Раздался голос старого директора:

- Доктор Шэнь, вы отлично поработали. Я ознакомился с информацией, которую вы прислали. Затем я встретился с несколькими руководителями в провинции. Мы обсудили ситуацию и решили, что это дело — хорошая возможность для надзорной группы приехать в Биньчэнь. Если дело вызовет серьёзный общественный резонанс, мы сможем более законно разобраться с теми, кто стоит за кулисами.

Судя его словам, руководители тоже надеялись, что дело будет предано огласке.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Янь Чи хочет опубликовать в интернете отчёт под своим настоящим именем. Если он действительно это сделает, не повлияет ли это негативно на общественное мнение?

Директор Хэ спросил:

- Как вы думаете, каковы будут последствия?

Шэнь Цзюньци сказал:

- Решил ли общественность, что полиция проявила халатность, что эти люди слишком влиятельны и что они скрыли проблемы с безопасностью в Биньчэне?

Директор Хэ сказал:

- Я думаю, что люди будут в восторге от того, что мы, полиция, выявили такую ситуацию и приняли меры.

Шэнь Цзюньци задумался:

- Я понимаю.

У всего есть две стороны.

Директор Хэ продолжил:

- Если мы не говорим об этом, это не значит, что этого не существует. Мы не сможем решить проблему, притворяясь, что ничего не знаем. Нам нужно смотреть правде в глаза. Я считаю, что люди имеют право знать правду. Общественное мнение служит людям. Если нельзя гарантировать личную безопасность, какой смысл в том, чтобы в СМИ всё было гладко?

Слова были резкими, но в них был смысл.

- Некоторые люди не хотят, чтобы что-то стало достоянием общественности, потому что они виновны и боятся, что об этом узнают другие. Иногда невозможно добиться чего-то, не нарушив статус-кво. Зализывание ран может не способствовать решению проблем. Если подлинность информации гарантирована, я думаю, это привлечёт внимание общественности и пойдёт на пользу. Можно говорить что угодно, и в последние годы было много громких случаев, когда после того, как люди высказывались в интернете, полиция проводила более тщательное расследование. Без общественного резонанса мы бы не выявили столько случаев. Если Янь Чи готов говорить правду, мы не должны заставлять его молчать. Если о событиях в особняке станет известно в интернете, надзорная группа может по праву вмешаться и разобраться в этом деле.

Шэнь Цзюньци ввёл начальника в курс дела, сообщив ему о некоторых именах в списке и о существовании фотографий.

Начальник сказал:

- Доктор Шэнь, я отвечу на ваше электронное письмо. Я также познакомлю вас с друзьями, которые могут помочь вам систематизировать информацию о произошедшем. Кроме того, чтобы обеспечить безопасность Янь Чи и Се Юны, я отправлю две машины, чтобы временно перевезти свидетелей в столицу провинции. Наше провинциальное управление возьмёт на себя ответственность за их безопасность. Даже если у этих боссов длинные руки, они не достанут сюда. Короче говоря, я доверяю твоему суждению. Действуй смело, и я тебя поддержу.

Закончив разговор с начальником, Шэнь Цзюньци окончательно сформулировал план в своей голове.

Он связался с Гу Яньчэном:

- Я только что закончил разговор с начальником. Мы готовы перейти к следующему этапу. Тебе тоже следует подготовиться, как можно скорее опубликовать заявление в полицию, а также предупредить киберполицию и директора Дина.

Гу Яньчэнь ответил:

- Понял, я буду следовать твоим планам.

Услышав ответ Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци успокоился.

Он ещё раз продумал детали.

- Всё будет в порядке, — подбодрил его Гу Яньчэнь, затем сделал паузу и добавил: — Позаботься о себе. Если тебе станет лучше, поешь что-нибудь.

Услышав его слова, Шэнь Цзюньци почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы. Он из последних сил старался не сдаваться, горел, как свеча. Он давно был голоден, но до этого пребывал в возбуждённом состоянии. Полностью сосредоточившись, он даже не чувствовал боли от ран.

После разговора с Гу Яньчэном эти слова поддержки заставили его почувствовать, что его усилия не напрасны. И он понял, что есть люди, которым он небезразличен. Чтобы подготовиться к предстоящим делам, он последовал совету Гу Яньчэна, взял несколько кусочков шоколада, выпил немного горячей воды, принял лекарство и снова сел за компьютер.

Его кровь кипела. Это было то, что Линь Сянлань хотел сделать, но не успел. Это была битва без пороха, но кульминация была ещё впереди. Этой ночью тем людям не суждено было уснуть. Землетрясение в Биньчэне было уже близко.

Противостояние

Глава 122. Противостояние

Поздно ночью в приложении началась прямая трансляция.

В кадре была комната с белыми стенами. Напротив камеры сидел мужчина с красивым лицом, слегка покрасневшими глазами, бинтами на руках и пластырем на лице.

Мужчина сидел лицом к камере, держа перед собой сценарий.

В первые несколько минут трансляции он неподвижно сидел за столом, ожидая, пока зрители постепенно соберутся. Из-за его привлекательной внешности многим зрителям было любопытно, что он собирается транслировать, поэтому они остались.

Когда число зрителей превысило тысячу, он, наконец, начал говорить. Это было больше похоже не на прямую трансляцию, а на публичное выступление. Судя по всему, прямая трансляция привлекла трафик и быстро попала в рекомендации на главной странице.

- Меня зовут Янь Чи, мой идентификационный номер… Я гарантирую, что всё, сказанное мною сегодня, — правда. Я собираюсь раскрыть чудовищное преступление, совершённое в этом городе…

Ведущим прямой трансляции действительно был Янь Чи. Он крепко сжимал в руках сценарий, словно был готов преодолеть любые препятствия.

- Последние несколько лет я был пособником и подстрекателем. Обычным людям трудно представить, что в городе есть множество помещений, похожих на аквариумы, заполненные камерами наблюдения. Некоторые целенаправленно снимают девушек, и каждое их движение находится под наблюдением этих людей... Все эти годы я ухаживал за молодыми девушками в соответствии с их требованиями. А их цель — тайно снимать наше общение...

Он начал рассказывать обо всём, что произошло:

- Эти люди обманывают тех девушек, на которых нацелились. Они совершают над ними жестокие надругательства…

Несмотря на то, что было уже поздно, количество людей в комнате для прямых трансляций быстро увеличилось, а затем резко возросло.

- Что это? Он что, рассказывает историю?

- У меня мурашки по коже. Я думаю об этих комнатах…

- Я знаю, что в отелях и раздевалках есть скрытые камеры.

- В Биньчэне действительно есть такое?

- Сенсация, это правда?

Вскоре новость распространилась по различным платформам.

Детективы, работавшие сверхурочно в городском бюро, быстро это обнаружили.

Юй Шэнь заметил первым.

- Быстро посмотри в интернете, Янь Чи начал прямую трансляцию.

Лу Ин сказал:

- Выставить тринадцатый особняк на всеобщее обозрение — это круто.

Бай Мэн сказала:

- Гао Шисюань, наверное, бесится.

Янь Чи сделал заявление и провёл прямую трансляцию в интернете, что не было противозаконным.

Гу Яньчэнь прекрасно понимал этот выбор и считал, что это лучший способ справиться с текущей ситуацией. Если бы городское бюро продолжало заниматься этим делом, оно, скорее всего, столкнулось бы с сильным сопротивлением, и бесчисленное множество людей захотели бы помешать дальнейшему расследованию. Только предав дело огласке, они могли бы получить больше полномочий и, возможно, выйти на тех, кто стоял за кулисами.

Гу Яньчэнь разговаривал с Шэнь Цзюньци и знал, что это только первый шаг плана. Он с нетерпением ждал дальнейшего развития событий.

Капитан Гу распорядился:

- Юй Шэнь, записывай происходящее на экране и следи за действиями на сайте. Бай Мэн, поторопись и напиши заявление от имени полиции. Лу Ин, свяжись с дежурными детективами и будь готов отреагировать в любой момент.

Лу Ин сказал:

- Я немедленно свяжусь с ними.

Прямая трансляция длилась около десяти минут. Как раз в тот момент, когда Янь Чи собирался раскрыть важную информацию, экраны всех зрителей внезапно погасли.

И появилась строка текста: «Эта трансляция нарушает правила и временно недоступна».

Прямая трансляция прервалась. Некоторые пользователи сети были разочарованы, но всё равно оставались в комнате для прямых трансляций, не желая уходить.

- Я пришёл поздно и ничего не услышал!

- Как некстати, он много говорил, но ничего не прояснил.

- Какое нарушение правил? Его заставили замолчать? Я уже видел подобные посты, и вскоре их удалили.

Сегодня новость о ликвидации приложения уже распространилась. Только что в особняке № 13 Гао Шисюань лихорадочно решал вопросы, используя свои связи. Он сообщил об этом Шэн Цяньчэну, а тот просто выслушал информацию, и не дал ему никаких х указаний.

Гао Шисюань вспомнил, что вчера сказала Ло Сяоси. Неужели его собственный дядя действительно собирается переложить вину на него? Даже если надвигается беда, он хотел бы побороться, прежде чем сдаться.

Кто-то в сети увидел новость о прямом эфире Янь Чи. В ночной тишине комната для прямых трансляций быстро поднялась на вершину рейтинга. Подчинённые явно запаниковали и поспешно доложили о случившемся.

Гао Шисюань сказал:

- Что за паника?! Быстро свяжитесь с администрацией сайта!

Тринадцатый Особняк существовал уже много лет, и это не первый раз, когда о нём становится известно в сети. К счастью, семья Шэн уже много лет живёт в Биньчэне и наладила хорошие отношения с различными онлайн-платформами. Они знакомы с высшим руководством каждой платформы, а многие руководители являются их почётными гостями и членами «Особняка 13».

В распоряжении Гао Шисюаня также была лучшая маркетинговая компания с десятками тысяч фейковых аккаунтов. В прошлом они манипулировали интернет платформами по своему усмотрению. Если они хотели что-то заблокировать, достаточно было позвонить.

Ли Иянь быстро позвонил:

- Да, он просто несёт чушь, это клевета! Господин Ли, вы уже бывали в нашем особняке и знаете, что такого просто не могло произойти… Если об этом станет известно, вам тоже не поздоровится. Лучше немедленно прекратить трансляцию! Мы надеемся, что комната для прямых трансляций будет закрыта…

После телефонного звонка собеседник немедленно прервал прямую трансляцию.

Сердце Ли Ияна наконец успокоилось. Он отложил телефон, его руки дрожали.

Гао Шисюань спросил:

- Могут ли они узнать, от куда велась прямая трансляция?

Ли Иянь ответил:

- Я спрашивал, но отследить невозможно.

Гао Шисюань сказал:

- Главное, что прямая трансляция прервалась.

Теперь, когда полиция была уже близко, а сайт только что заблокировали, если бы Янь Чи рассказал ещё что-то, для них, несомненно, всё закончилось бы плохо.

Гао Шисюань вздохнул с облегчением, сел на диван, сделал несколько глотков воды. Некоторые хорошо осведомлённые участники уже узнали об этой новости и связались с ним. Среди этих участников были те, кто платил, высокие ежегодные взносы и беспокоился, что может лишиться их, а также те, кто боялся, что их привлекут к ответственности, если об этом станет известно.

Гао Шисюань успокоил их:

- Не волнуйтесь, это никак не повлияет на ситуацию. Мы всё уладим и не позволим ему ничего сказать…Что с сайтом? Сегодня вечером на наших серверах проводится техническое обслуживание. Не волнуйтесь. Как только всё уладится, мы снова откроемся.

Отключение прямой трансляции, естественно, первыми заметили Янь Чи и Ли Чжуннань, которые в тот момент вели трансляцию.

Ли Чжуннань взял телефон, нажал несколько кнопок, а затем посмотрел на Шэнь Цзюньци.

- Аккаунт заблокирован…

Янь Чи растерялся и сжал в руках сценарий, не зная, что делать.

Шэнь Цзюньци уже был готов к этому и не паниковал. Он сразу же создал другую учётную запись, зарегистрировав её на виртуальный номер телефона и электронную почту, которые невозможно отследить.

- Смените сайт и продолжайте прямую трансляцию.

Через несколько минут Ли Чжуннань вошёл в систему и оказался на новой платформе. Аккаунт уже прошёл верификацию, и прямая трансляция быстро возобновилась; нужно было лишь нажать кнопку «Старт».

- Давайте подождём немного…

Янь Чи нервно посмотрел на Шэнь Цзюньци и, заикаясь, спросил:

- С чего мне начать? Продолжить с того места, на котором я остановился?

В руке у него был набросок, который он только что заполнил примерно на две трети. Он не понимал, почему ему пришлось приберечь важную информацию о «Особняке 13» на конец.

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Новички не поймут. Начни с самого начала.

Янь Чи спросил:

- Но… что, если прямую трансляцию снова закроют?

Шэнь Цзюньци спокойно ответил:

- Если её снова закроют, мы откроемся снова.

Янь Чи сказал:

- Я знаю... Они знакомы со многими людьми в СМИ. Как только платформа для прямых трансляций узнает, что она публикует такие материалы, её точно закроют.

Он немного расстроился. Перехитрить их было невозможно, тем более что все эти люди были в сговоре.

Взгляд Шэнь Цзюньци был твёрд:

- Не волнуйся, они не могут перекрыть все каналы. Кроме того, я не боюсь, что они перекроют их, я боюсь, что они их не перекроют.

По какой-то причине Янь Чи, который до этого был очень взволнован, успокоился после ответа Шэнь Цзюньци.

Се Юна, тоже встала, и сказала:

- Продолжай, даже если они заблокируют твой аккаунт, у тебя есть я. Я готова поделиться своим опытом, чтобы предостеречь других девушек.

Услышав это, Янь Чи повернулся лицом к камере. Ли Чжуннань подал ему знак, и прямая трансляция официально началась. Он снова начал читать признание с самого начала:

- Меня зовут Янь Чи, мой идентификационный номер… Я гарантирую, что всё, сказанное мною сегодня, — правда. Я собираюсь раскрыть чудовищное преступление, совершённое в этом городе…

Едва Гао Шисюань успел присесть в особняке № 13, как его слегка запыхавшийся подчинённый, отвечающий за мониторинг, сообщил ещё одну неприятную новость:

- Прямая трансляция снова началась, на этот раз на другом сайте!

Сейчас существует так много платформ для прямых трансляций, что закрытие одной из них означало бы, что она просто появится снова. На этот раз была выбрана платформа, которая была ещё крупнее предыдущей.

Гао Шисюань нахмурился:

- Позвоните господину Вану, акционеру этой компании! И сообщите руководителям округа! Этого человека нужно уволить сегодня же!

Ли Иянь сделал ещё один звонок. К счастью, эта видео платформа отреагировала ещё быстрее. Через пять минут прямая трансляция снова была отключена. Но затем появился третий сайт с прямыми трансляциями…

Гао Шисюань был доведён до белого каления постоянными прямыми трансляциями. После очередного отключения они решили действовать на опережение.

Гао Шисюань связался с руководителями нескольких платформ для прямых трансляций и потребовал усилить контроль. Он также распространил фотографию Янь Чи и поручил всем платформам блокировать его, если он начнёт вести прямой эфир. Четвёртый раз трансляция была закрыта через две минуты. Пятая трансляция длилась всего несколько секунд, после чего её закрыли.

После этого Гао Шисюань приказал своим подчинённым следить за всеми крупными платформами, опасаясь, что кто-то может обсуждать эти вопросы.

Магнаты и чиновники, которые часто бывали в особняке № 13, тоже испугались. Они немедленно объединили усилия, и каждая компания внесла Янь Чи в чёрный список. Они связались со всеми известными им пиар агентствами и интернет компаниями, чтобы заставить Янь Чи замолчать.

Когда все, наконец, было улажено, Гао Шисюань спросил своего подчинённого:

- Янь Чи упоминал тринадцатый особняк?

Его подчинённый только что просмотрел несколько прямых трансляций:

- Пока нет.

- А недавние случаи?

- Тоже не упоминал.

Гао Шисюань сразу же расслабился:

- Хорошо, что он не упомянул об этом. Возможно, этот парень пытается договориться со мной.

Но Ли Иянь нахмурился ещё сильнее. Вспоминать об этом деле, упоминать главного виновника, которого можно было назвать всего несколькими словами, казалось простым делом. Однако Янь Чи вёл себя странно. Несмотря на то, что его несколько раз перебивали, он спокойно зачитывал свой сценарий с самого начала и рассказывал о своих переживаниях.

Это привело к тому, что несколько прямых трансляций были прерваны, но он ещё не дошёл до конца своего сценария. Если что-то пошло не так, значит, на то была причина. Хотя Ли Иянь не мог понять, в чём дело, его не покидало смутное чувство тревоги. Его бросило в холодный пот, а одежда неприятно липла к спине.

Подумав об этом, Ли Иянь обратился к Гао Шисюаню:

- Господин Гао, мне кажется, сегодняшние события немного странные…

Каждый раз, когда прямая трансляция прерывалась, интерес к ней рос. После того как трансляцию прерывали несколько раз подряд, то, что изначально не привлекало особого внимания, стало вызывать ещё больший интерес. Некоторые люди даже начали гадать, на какой платформе будет следующая прямая трансляция, и искали на сайтах информацию о последней трансляции Янь Чи.

Ли Иянь задумался, а не делает ли Янь Чи это намеренно, чтобы привлечь внимание? Не было ли всё это подстроено?

Но прежде чем он успел договорить, Гао Шисюань перебил его:

- Что в этом странного? Руководители этих компаний и несколько других лидеров уже предупреждены. Теперь против Янь Чи ведётся коллективная осада. Если бы я захотел, я мог бы даже отключить всю сеть Биньчэна! Вы следите за всеми платформами для прямых трансляций, блокируете все связанные с ним аккаунты. Я отказываюсь верить, что мы не можем справиться с этим парнем!

Гао Шисюань откинулся на спинку дивана и сделал несколько глотков красного вина. События сегодняшнего вечера поначалу привели Гао Шисюаня в ярость. После нескольких отключений он почувствовал, что кризис миновал, и снова начал зазнаваться.

Ли Иян понял, что он имеет в виду, вздохнул и покачал головой.

Гао Шисюань продолжил:

- Я потом свяжусь с клининговой компанией. Мы должны устранить его любой ценой, чтобы избежать проблем в будущем!

Пока Янь Чи был жив, он был для него как заноза в заднице.

Ли Иянь добавил:

- Я спросил босса Му, и он сказал, что за ними в последнее время пристально следят, и они не берутся ни за какую работу.

Взгляд Гао Шисюаня стал зловещим:

- Мы потратили на них столько денег, а они оказались бесполезными!

Прямая трансляция снова была прервана.

Шэнь Цзюньци предоставил ещё несколько аккаунтов, но либо доступ к ним был закрыт, либо они были немедленно заблокированы после входа. Все крупные платформы для прямых трансляций усилили контроль, и, по слухам, они начали коллективно блокировать Янь Чи. Похоже, этот трюк с прямыми трансляциями исчерпал себя. Их рты были крепко закрыты бесчисленными руками.

Однако Шэнь Цзюньци оставался спокойным и собранным.

- Подождем немного, дадим ситуации немного созреть.

С каждым последующим отключением прямой трансляции аудитория становилась всё больше.

После того как трансляцию прерывали семь раз подряд, в первый раз её слушали около тысячи человек, во второй — три тысячи, а к седьмому разу аудитория превысила десять тысяч.

Ли Чжуннань перестал вести прямую трансляцию и начал проверять онлайн-сообщения. На различных платформах, в Weibo и на крупных форумах быстро появились соответствующие темы. Некоторые публиковали сравнительные видео нескольких платформ, пока их не удалили. В этот момент, стоило лишь немного поторопить события, и все вышло из-под контроля. Бесчисленное множество людей начали обсуждать этот вопрос в различных группах и социальных сетях.

- Ты видел тот странный прямой эфир? Его несколько раз отключали, но парень довольно настойчив.

- Я увидел его в списке рекомендаций в моём городе. О чём он говорил?

- Могут ли такие вещи существовать в правовом государстве? Может, это фейк, чтобы привлечь внимание?

- Если указаны настоящие имена, то это не должно быть фейком, верно?

- Я работаю на одной платформе для прямых трансляций. Только что наша рабочая группа получила уведомление о цензуре.

- Я тоже получил уведомление о блокировке. Как ни странно, причиной назвали распространение слухов. Пусть полиция выяснит, правда это или нет.

- Я слышал, что за обсуждение этого вопроса могут заблокировать аккаунт? Насколько влиятельны те, кто стоит за этим? Кто-нибудь в этом разбирался?

- Чёрт, неужели этот здоровяк не может просто закончить свою трансляцию? Если я не услышу всю историю, то не смогу уснуть сегодня ночью...

Если бы прямая трансляция была закрыта только на одной платформе, проблема могла бы быстро разрешиться. Но теперь трансляция Янь Чи  была закрыта на всех основных платформах. Можно было только догадываться, какие силы за этим стоят.

Чем больше они пытались пресечь обсуждение, тем больше людей проявляли любопытство.

На этом этапе план вступил во вторую фазу.

Шэнь Цзюньци анонимно передал нескольким маркетинговым аккаунтам фотографии Янь Чи и нескольких общественных деятелей, входящих в особняк, а также размытый скриншот интерфейса Fishing Masters.

Если раньше слова Янь Чи вызвали лишь небольшой переполох, то теперь весь интернет взорвался.

Домыслы, брожение умов, дискуссии… онлайн-СМИ начали публиковать материалы, к ним присоединились маркетинговые аккаунты и инфлюенсеры, аккаунты были заблокированы, и полетели искры. Этот процесс был знаком каждому. Некоторые маркетинговые аккаунты не решались публиковать посты, но другие бесстрашно распространяли фотографии. Такие действия быстро вызвали общенациональную дискуссию.

- Это действительно то место, о котором только что говорили в прямом эфире?

- Мне кажется, или это правда? Это тот человек на третьей фотографии?!

- Почему этот скандал набирает обороты?

- Не могу поверить, что такое приложение действительно существует?

В этот момент было опубликовано полицейское уведомление от городского управления. В уведомлении на синем фоне белым текстом объяснялась ситуация.

- Сегодня полиция Биньчэна провела операцию против не легальной видео компании.  Видео приложение компании долгое время занималось незаконной деятельностью и получало нелегальную прибыль от продажи персональных данных. Полиция конфисковала несколько серверов и арестовала нескольких главных подозреваемых. Подробности этого дела выясняются.

Словно камень, брошенный в тихий пруд, весь интернет забурлил.

- Вы видели уведомление от полиции?! То, что было сказано в прямом эфире, оказалось правдой!!

- Все видели, что написали в маркетинговых аккаунтах?!

- По коже бегут мурашки, это похоже на сюрреалистический кошмар!

- Боже мой, теперь всё встаёт на свои места. Где именно находится это место?!

- Как страшно, бедные девочки, те, кто совершил эти преступления, заслуживают сурового наказания!

Обычные люди начали выражать свой гнев.

Мужчины, которые обычно заходили в такие приложения, начали паниковать, поджимая хвосты. Увидев, что ситуация накалилась, Шэнь Цзюньци отправил сообщение. Получателем был человек, направленный директором Хэ которого он добавил перед началом прямой трансляции:

- У тебя всё готово?

Пришёл ответ:

- Всё готово, можем начинать в любое время.

Шэнь Цзюньци повернулся к Ли Чжуннаню:

- Мы начинаем снова. Я дам тебе новый адрес.

Ли Чжуннань подчинился и вошёл в систему. Прямая трансляция возобновилась. Но на этот раз их платформой был круглосуточный рекламный экран на перекрёстке Тяньцзе в Биньчэне.

Справедливость никогда не умирает. Лесной пожар можно потушить, но он всегда вспыхнет с новой силой, стоит подуть весеннему ветру. Сколько бы раз ни замалчивали правду, грехи, в конце концов, будут раскрыты перед народом.

Победа

Глава 123. Победа

Биньчэнь Тяньцзе, полное название — улица Тяньфу Чан, известна как город, который никогда не спит.

Ранним утром, когда другие улицы пустынны, на Тяньцзе кипит жизнь. В районе Тяньцзе, расположенном в центральной части Биньчэна, находится почти половина городских баров, караоке-клубов, а также несколько ночных магазинов, ресторанов и кафе.

Это место идеально подходит для полуночников. Если вы вдруг захотите выпить пива и пожарить барбекю с друзьями ранним утром, не захотите смотреть игру в одиночестве дома вечером, захотите устроить романтическое свидание в баре или найти тихое место с включённым светом, чтобы заниматься и повторять материал всю ночь, боясь одиночества, то Тяньцзе — определенно лучший выбор.

Ночью Тяньцзе оживает. Здесь есть всё, от спокойствия до ярких впечатлений. Поэтому это место так популярно среди людей, особенно среди молодёжи и студентов. В Тяньцзе есть и свои достопримечательности, например, бесчисленные большие рекламные экраны, на которых круглосуточно транслируются различные рекламные ролики.

В этот момент десятки тысяч пользователей Тяньцзе уже заметили странную прямую трансляцию и обсуждали её.

На самом большом экране в Тяньцзе внезапно появилась прямая трансляция Янь Чи. Это сенсационная сплетня, громкая новость, которая взбудоражила весь город. Люди быстро заметили это и спонтанно вышли из окрестных баров и ресторанов, чтобы посмотреть на происходящее. Все смотрели на большой экран, даже такси остановились на обочине.

На экране появился знакомый упрямый молодой человек, и снова началась знакомая вступительная сцена:

- Меня зовут Янь Чи, мой идентификационный номер… Я гарантирую, что всё, что я говорю сегодня, — правда. Я собираюсь раскрыть преступление…

Если бы не было предпосылок, люди бы просто засомневались, удивились или растерялись. Но из-за предыдущих трансляций и пересылки фотографий. Теперь все хотели досмотреть эту прямую трансляцию до конца. Люди на обочине внимательно слушали, держа в руках телефоны и снимая происходящее.

Некоторые даже аплодировали и свистели.

Эта информация, которая прерывалась бесчисленное количество раз, теперь была обнародовано в другой форме и произвела ещё большее впечатление.

Прямая трансляция с перекрёстка Тяньцзе была быстро опубликована в сети.

- Директор Гао, прямая трансляция снова идет!

Лицо Гао Шисюаня исказилось.

- Какая платформа в прямом эфире на этот раз?! Снимайте это, снимайте их всех!

- Эта прямая трансляция идет на большом круглосуточном экране улицы Тяньфу Чан в центре города ...

Гао Шисюань нахмурился, махнул рукой:

- Свяжитесь со всеми сторонами, владеющими рекламными экранами! Или найдите кого-нибудь, кто отключит электричество!

Менее чем через пять минут рекламный экран погас. Люди, стоявшие в Тяньцзе, не могли сдержать разочарования и вздохнули в унисон.

Старый охранник из соседнего ресторана махнул рукой, пытаясь разогнать собравшуюся толпу:

- Разойдись, трансляцию точно запретили…

После его слов люди начали расходиться. Похоже, сегодня им не суждено услышать конец истории.

Кто-то заметил:

- Пытаться так долго бороться — это уже нечто.

Студент возмущённо воскликнул:

- А как же свобода слова? Человек, который ведёт трансляцию, не нарушал никаких законов, а те, кто нарушал, разгуливают на свободе.

Но не успели они сделать и нескольких шагов, как все круглосуточные рекламные экраны вдоль Тяньцзе одновременно погасли, как будто улица внезапно лишилась своего красочного и ослепительного фасада. Затем все экраны одновременно загорелись. На рекламных экранах внезапно появилось то же изображение.

На них проецировалась фигура Янь Чи. Люди были поражены увиденным и не могли закрыть рты. Издалека казалось, что на улицу опустилось звёздное небо. Это был свет справедливости, свет, несущий надежду, свет, который никогда не угаснет.

За долгое время жители Биньчэна, привыкли ко многим вещам, например, к тому, что у некоторых людей есть привилегии, а обычным людям приходится терпеть несправедливость, а некоторые проблемы так и остаются нерешёнными. Но привыкание не означает принятие, и это не значит, что люди считают, будто так и должно быть или что мир должен быть таким.

В этот час в сердцах людей вновь пробудилась надежда на равенство и справедливость. Толпа разразилась радостными возгласами. Некоторые даже прослезились от увиденного. Затем все замолчали и, стоя на улице, слушали речь Янь Чи.

Его голос эхом разнёсся по всей улице, как объёмный звук.

Тем временем Гао Шисюань, который увидел эту сцену в прямом эфире, почувствовал, как у него по спине побежали мурашки, а волосы встали дыбом.

Он задрожал и спросил:

- Почему они не могут это отключить?

Ещё вчера он думал, что найти этого человека и заставить его замолчать будет так же просто, как раздавить муравья. Он считал, что его подпольные сайты защищены на высшем уровне. Но теперь всё это стало его главной проблемой.

Гао Шисюань не мог понять, как этому человеку по имени Янь Чи удалось ускользнуть из его лап. И он не мог взять в толк, почему власти обнаружили сайты с вуайеристским контентом. Он думал, что он охотник, преследующий свою добычу, что он загнал противника в угол, откуда нет выхода. Но он никак не ожидал, что противник внезапно нанесёт ответный удар с такой силой.

А Янь Чи был похож на крота, который зарылся в землю и он не знал, когда и откуда тот снова выберется. Должно быть, за ним кто-то стоит! Эти люди хотели, чтобы они исчезли...

Это была война без стрельбы, и подчинённые Гао Шисюаня, а также ответственные лица из других компаний были заняты блокировкой аккаунтов и удалением постов. Они хотели свести к минимуму последствия этой истории, но после всплеска общественного интереса к этой теме внимание общественности достигло пика, и они никак не могли его подавить.

Слишком много аккаунтов одновременно обсуждали эту тему, слишком много людей видели происходящее на Тяньцзе, и закрыть эту тему было невозможно. Столкнувшись с огромным потоком новостей, они быстро сдались, и некоторые платформы прекратили сопротивление.

В эту бессонную ночь информация поступала со всех сторон. Лицо Гао Шисюаня исказилось от напряжения, но он ничего не мог с этим поделать. Ли Иянь стоял с телефоном в руках, не зная, кому позвонить.

С экрана донёсся голос Янь Чи:

- …Место, где я находился, выглядит как элитный частный клуб, но на самом деле они уже давно предоставляли богатым клиентам услуги вуайеризма. Всего несколько дней назад в особняке гость убил девушку по имени Ся Тяньэнь. Они убрали следы преступления и сделали вид, что ничего не произошло…

Это дело об убийстве наконец-то было раскрыто. Оно было подобно холодному острому лезвию, наводящему ужас на людей.

- У меня есть несколько связанных с этим фотографий в качестве доказательства того, что многие знаменитости часто бывали в этом месте. Сегодня полиция Биньчэна провела рейд в одной из онлайн-компаний. Они изъяли несколько серверов, используемых для получения незаконной прибыли, на которых хранились миллиарды гигабайт видео с вуайеризмом.

В этот момент Янь Чи поднял голову и посмотрел прямо в экран:

- Это превратилось в целую индустрию, которая серьёзно влияет на нормальную жизнь людей. Ради невинных девушек, за которыми шпионили, ради женщин, которых принуждали к этому, ради душ тех, кто погиб несправедливо, я выступаю, чтобы рассказать об этом! Я считаю, что кто-то должен заплатить за всё это.

Взгляд Янь Чи был напряжённым:

- Место, где я работал, называется «Особняк 13», раньше это был особняк семьи Ши. Особняк принадлежит Шэн Цяньчэну, управляющий — Ли Иянь. Руководит всем — племянник Шэн Цяньчэна, Гао Шисюань. Потом я сдамся, полиции и надеюсь, что они тщательно расследуют это дело! Я также надеюсь, что все слои общества, СМИ и общественность будут следить за этим делом в надежде, что преступники будут наказаны! Я верю, что справедливость восторжествует!

Эта прямая трансляция наконец-то вышла в эфир целиком.

Атмосфера на площади Тяньцзе накалилась, кто-то ликовал и аплодировал, а кто-то выкрикивал слова поддержки. Аплодисменты не утихали, словно приливная волна. Но это было ещё не всё. Видео продолжилось, и все узнали правду.

Увидев это, Гао Шисюань почувствовал, как у него зашумело в голове. На этот раз всё кончено, окончательно кончено! Гао Шисюань протянул руку и перевернул стоявший перед ним журнальный столик. Стекло с грохотом разбилось, повсюду разлетелись осколки, но никто из его подчинённых не осмелился заговорить, даже Ли Иянь, который стоял как вкопанный.

Гао Шисюань дрожал от ярости, его самообладание было на пределе. Он всё больше убеждался, что всё происходящее сегодня вечером было ловушкой. Противники могли бы упомянуть «Особняк 13» и его имя во время первой трансляции, но они этого не сделали. Они спокойно читали свой сценарий, словно раздавали карты. Он пытался их остановить, но, казалось, только помогал им, вместе с ними разыгрывая фарс, который забавлял зрителей.

Неоднократно прерывающаяся прямая трансляция подогревала ожидания и любопытство зрителей. И когда всеобщее внимание было приковано к прямой трансляции, они нанесли последний удар, разыграв свой козырь. В этой игре он проиграл, проиграл с самого начала!

Он был вынужден отступать и наконец, добрался до края обрыва. После сегодняшней ночи всё, что связано с особняком, перестанет быть тайной.

Гао Шисюань почувствовал, как его окутывает невидимая сила, словно его уносит поток.

Его телефон разрывался от сообщений, его спрашивали, что происходит, обвиняли в том, что ему нельзя доверять, боялись быть втянуты в это, или просто интересовались ситуацией.

Гао Шисюань не ответил ни на одно из них. Он чувствовал, что смерть девушки была подобна снежному кому, который скатывался с горы, — сначала он был совсем маленьким. Но он не ожидал, что по мере того, как снежный ком будет катиться вниз, он будет становиться всё больше и больше, постепенно превращаясь в лавину…

Он и богатеи города, которые обычно вели себя высокомерно, будут погребены под этой лавиной.

Ли Иянь взглянул на последние сообщения в своём телефоне и сказал:

- Я навёл справки. У этих больших экранов есть контракты с медиа компанией, и именно эта медиа компания вела прямую трансляцию.

Гао Шисюань с красными глазами спросил:

- Что за медиа компания?!

Ли Иян ответил:

- Та самая… Это полуофициальное СМИ, напрямую подчиняющееся правительству провинции.

Поэтому они не могли отключить трансляцию, с кем бы ни связывались, и осмеливались транслировать то, о чём другие не решались говорить. В особняке воцарилась тишина. Казалось, что воздух застыл.

После минутного замешательства Гао Шисюань опустил голову и сказал:

- На этот раз мы проиграли. Всем приготовиться. Завтра полиция может прийти с обыском в особняк.

Он встал как вкопанный и сказал:

- Мне нужно поговорить с адвокатом. Мне нужен лучший адвокат.

В тот момент он был бессилен что-либо изменить и мог только ждать решения судьбы.

После публикации видео в приложении и откровений Янь Чи в прямом эфире ему оставалось только надеяться, что в особняке провели тщательную уборку и полиция не найдёт улик. Если их не уличат в убийствах, у них ещё может быть пространство для манёвра.

Была уже полночь, и город казался тихим, но в сети всё бурлило. Все обсуждали «Особняк 13». Ранее уже появлялись утечки информации о том, что происходило в особняке, но эти посты были быстро удалены. Однако у интернета долгая память. Некоторые люди давно сохранили фотографии, а другие зарегистрировали новые аккаунты, чтобы распространять информацию.

Информация всплывала слой за слоем, и в сети появлялось всё больше подробностей. Развратная жизнь знаменитостей раскрывалась одна за другой, и становилось известно о всё новых скрытых инцидентах. «Особняк 13» не только долгое время занимался вуайеристскими видеосъёмками, но был связан с пропажей не одного и не двух человек. Это было отвратительное зло, которое вышло за рамки дозволенного, и годами скрывалось в городе.

- Боже мой, это же рассадник беззакония, не так ли?

- Отвратительно, не могу поверить, что это существовало так долго.

- Это должно быть строго наказано! Такие люди должны гореть в аду.

Теперь связанные с этим темы возглавили список трендов.

После сегодняшней шумихи всё это станет завтрашними заголовками.

Увидев результат, Янь Чи, наконец, вздохнул с облегчением. Он был на волосок от смерти, но теперь наконец-то показал всем тёмную сторону города.

Годами его мучило чувство вины, но теперь, когда ему предстояло предстать перед судом, он ощутил небывалое спокойствие и облегчение.

Се Юна, которая наблюдала за всем процессом, показала ему большой палец вверх и сказала:

- Ты отлично справился! Ты был просто великолепен!

Услышав похвалу, Янь Чи посмотрел на Ли Чжуннаня и Шэнь Цзюньци, стоявших рядом:

- Если бы брат Ли не нашёл меня тогда, у меня не хватило бы мозгов сбежать оттуда. Если бы они не спасли меня, я бы давно умер. Кроме того, если бы судмедэксперт Шэнь не помог мне, эта прямая трансляция не была бы такой успешной…

Се Юна сказала:

- В любом случае, вы все молодцы. Каждый из вас усердно работал.

Девушка вытерла слёзы.

- Раньше я думала, что мне очень не повезло, потому что я столкнулась с таким количеством ужасных, отвратительных вещей и таких плохих людей. Но потом я встретила вас и поняла, что в мире всё ещё много хороших людей.

Шэнь Цзюньци, сидевший за компьютером, аккуратно закрыл ноутбук. Он встал, чувствуя сильную боль в ране.

Превозмогая боль, Шэнь Цзюньци сказал:

- Вам, ребята, нужно собраться. Скоро приедет машина из провинциального управления.

Янь Чи и Се Юна всё ещё оживлённо болтали, собирали вещи, одевались и готовились спуститься вниз.

Шэнь Цзюньци посмотрел на свой телефон. Эффект оказался даже лучше, чем он ожидал. Прямая трансляция Янь Чи была запланирована с самого начала. Он получил контактную информацию ответственного лица медиа компании от директора Хэ, но не стал напрямую использовать этот канал.

Блокируя, меняя платформы, постепенно раскрывая информацию и доводя всё до кульминации, он сделал верное предсказание. Интернет и общественность не должны быть марионетками в руках злодеев. При правильном использовании они могут стать оружием справедливости. Это была борьба между властью и общественным мнением. Тьма наконец-то отступила.

Таким образом, у полиции появятся основания для тщательного расследования в тринадцатом особняке, и в Биньчэнь прибудет следственная группа. Он сделал всё возможное, чтобы полиция смогла проникнуть в особняк и уничтожить Торговую ассоциацию Хэту.

В час ночи провинциальное управление прислало машины и людей, чтобы забрать Янь Чи и Се Юну.

Ли Чжуннань помог Шэнь Цзюньци спуститься. Они вместе проводили двух важных свидетелей.

До прямой трансляции их положение было опасным. Но после прямой трансляции они оказались в безопасности. Теперь, когда столько людей обратили внимание на это дело, провинциальное управление наверняка приложит все усилия, чтобы обеспечить их безопасность. Если что-то случится снова, как это отразится на провинциальном управлении? Более того, эти люди уже слишком заняты, чтобы причинять им вред.

Была поздняя ночь, и было холодно. Поскольку их разделят, возможно, они больше не увидятся. Бывшие влюблённые прощались друг с другом.

Се Юна посмотрела на высокого Янь Чи, и в её глазах отразились эмоции.

- За последние полгода я слишком много пережила и слишком сильно изменилась, — сказала она, глядя на Янь Чи. — Раньше ты мне очень нравился, а в какой-то момент я возненавидела тебя. Но потом я смирилась. Именно ты рассказал мне о существовании этих мониторов, и именно ты раскрыл эти тайны. Ты не плохой человек, просто жалкий человек, которого использовали другие.

Янь Чи поправил её воротник — этот жест он часто делал, притворяясь её парнем. В прошлом он делал это не одной девушке, но и многим другим. Но тогда он делал это, потому что хотел завоевать этих девушек. А сейчас он делал это, потому что всё ещё любил эту девушку.

Янь Чи подавил в себе это чувство.

- Ты хорошая девочка, — сказал он Се Юне. — В будущем ты обязательно встретишь отличного парня и будешь жить хорошо.

В глубине души он знал, что даже если он во всём сознается и станет информатором полиции, его всё равно могут осудить. Это была цена, которую ему пришлось заплатить. Возможно, у него больше не будет шанса быть с этой девушкой. Но ему ещё и повезло. Он нашёл свою принцессу, живущую в башне, и спас её.

- После окончания университета я осталась в Биньчэне. Я не захотела возвращаться домой из-за разногласий с семьёй, но теперь всё в прошлом. Возможно, я поеду куда-нибудь поближе к дому и начну всё сначала.

Се Юна протянула руку и обняла Янь Чи.

- Ты мне нравился, и это чувство навсегда останется в моём сердце. Может быть, однажды мы встретимся снова.

Се Юна улыбнулась, и в уголках её губ появились ямочки.

- Ты должен сделать всё возможное и дать показания в суде, чтобы эти плохие люди предстали перед законом!

Янь Чи коснулся её волос.

-  Ты тоже, постарайся!

После короткого прощания Се Юна села в машину и помахала им на прощание.

Янь Чи обернулся и сказал:

- Спасибо, брат Ли, спасибо, доктор Шэнь. И, пожалуйста, передайте от меня спасибо капитану Гу.

Он низко поклонился, искренне поблагодарив этих людей.

Двери машин закрылись, и обе машины выехали за ворота.

Ли Чжуннань посмотрел им вслед, а затем повернулся к Шэнь Цзюньци.

- Мы сделали ещё один шаг вперёд.

Лицо Шэнь Цзюньци было бледным, но решительным.

- Мы вместе доберёмся до финиша.

Он был не один в своём стремлении к справедливости.

Как только они перекинулись парой слов, подъехала машина Гу Яньчэна. Он работал допоздна в городском бюро и только что закончил свои дела.

Гу Яньчэнь припарковал машину и спросил:

- Янь Чи и Се Юну забрали?

Ли Чжуннань кивнул.

- Только что. Если бы ты приехал чуть раньше, то мог бы попрощаться с ними.

Гу Яньчэнь сказал:

- Главное, что они в безопасности.

Его напряжённые нервы, наконец, расслабились.

Ли Чжуннань сказал:

- Тогда я пойду. Свяжись со мной, если тебе что-нибудь понадобится.

Гу Яньчэнь помахал Ли Чжуннаню и повернулся к Шэнь Цзюньци.

– Ты чувствуешь себя лучше?

Шэнь Цзюньци задумчиво опустил голову.

- Кажется, мне немного лучше.

Раньше он был взволнован, но теперь, после слов Гу Яньчэна, почувствовал себя хуже.

Гу Яньчэнь коснулся его лба, и понял, что он горит.

- Доктор Шэнь, у тебя жар.

Шэнь Цзюньци опустил ресницы.

- Я немного устал и хочу поспать.

На этот раз Гу Яньчэнь его не отпустил.

- Нет, ты не можешь отлынивать. Тебе нужно поехать в больницу, чтобы проверить рану.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я уже принял лекарство.

Гу Яньчэнь посмотрел на него.

- Значит, ты не хочешь участвовать в обыске Особняка?

Глаза Шэнь Цзюньци загорелись.

- Я хочу!

- Директор Дин сказал, что прокуратура дала добро и ускоряет процесс получения специального разрешения. Если ты хочешь участвовать, тебе нужно слушать начальство, — сказал Гу Яньчэнь и, не теряя времени, подхватил Шэнь Цзюньци, и усадил его в машину.

Он поднялся наверх, чтобы взять его медицинскую страховку и документы, и направился прямиком в больницу.

Обыск

Глава 124. Обыск

Поздно ночью в Первой народной больнице Биньчэна Гу Яньчэнь отвёл Шэнь Цзюньци в отделение неотложной помощи и объяснил ситуацию. Он беспокоился, что травма может повлиять на здоровье Шэнь Цзюньци, поэтому попросил провести комплексное обследование. Врач скорой помощи организовал их перевод в стационарное отделение.

Цю Шаочжуо как раз был там. Он проверил сердечно-лёгочную функцию Шэнь Цзюньци и сказал:

- Тебе нужно относиться к себе как к пациенту. Ты что, забыл всё, что я тебе говорил?

Шэнь Цзюньци промолчал в ответ на критику.

- После осмотра вы убедились, что внутренних повреждений нет? — доктор Цю снова взглянул на рану.

- И швы наложены довольно аккуратно.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Можно я не буду оставаться в больнице?

Доктор Цю ответил:

-Учитывая, что это послеоперационный период и дозировка противовоспалительных препаратов недостаточна, я назначу вам трёхдневную внутривенную терапию.

Гу Яньчэнь добавил:

-  Он сегодня почти ничего не ел.

Доктор Цю сказал:

- Хорошо, я добавлю питательный раствор.

Он нашёл временную койку для Шэнь Цзюньци. Это была двухместная палата, с пустой кроватью. Там было очень тихо и спокойно.

Пока медсестра готовила лекарства, Шэнь Цзюньци пошёл привести себя в порядок. Вскоре пришла медсестра, чтобы поставить капельницу.

Гу Яньчэнь сел у кровати Шэнь Цзюньци и сказал:

- Если ты устал, можешь поспать. Я останусь с тобой, пока у тебя не закончиться капельница, а потом поеду спать.

Шэнь Цзюньци согласно пробормотал что-то и закрыл глаза.

Гу Яньчэнь уложил его.

- Как только твои раны заживут, всё будет хорошо.

Немного полежав, Шэнь Цзюньци почувствовал беспокойство. Рана болела, а в голове блуждали разные мысли.

Он открыл глаза и посмотрел на Гу Яньчэна.

– Капитан Гу, ты можешь  поговорить со мной?

Гу Яньчэнь спросил:

– Ты хочешь сплетни или историю?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Ты можешь спеть колыбельную?

Гу Яньчэнь сказал:

– Я не очень хорош в этом...

– Просто шучу.

Шэнь Цзюньци задумался.

– Прочти мне отрывок из книги.

Гу Яньчэнь достал свой телефон и открыл электронную версию «Маленького принца», и начал читать.

–...Важные вещи нельзя увидеть глазами... так же, как цветы. Если вам нравится цветок на определенной планете, вы почувствуете себя очень счастливым, когда посмотрите ночью на звезды и почувствуете, что все они подобны распустившимся цветам…

Слушая чтение, Шэнь Цзюньци вскоре успокоился и крепко заснул.

Гу Яньчэнь продолжал читать ещё некоторое время, а затем остановился. Он протянул руку и взял тонкие пальцы Шэнь Цзюньци, переплетя их со своими.

Рука Шэнь Цзюньци была холодной из-за капельницы, поэтому Гу Яньчэнь держал её, чтобы согреть, и нежно массировал пальцы.

Гу Яньчэнь посмотрел на спящего Шэнь Цзюньци. Этот человек выглядел хрупким и бледным. Однако с момента его прибытия в городе поднялись высокие волны. Именно он отомстил за эти трупы и узнал правду, разработал стратегию, как добиться справедливости для них, а те кто за кулисами, друг за другом падали с лошадей.

Он нашел бабочку, которая взмахнула крыльями и вызвала бурю.

Среди городской бури в больничной палате было очень тихо.

Сердце Гу Яньчэна переполняла бесконечная любовь, и он не удержался нежно поцеловал его в губы.

В ту ночь многие не могли уснуть из-за слухов, которые распространялись в новостях. Одни следили за новостями и восхищались тем, как справедливость восторжествовала над злом, а другие были тронуты и начали беспокоиться, опасаясь, что их тоже могут обвинить.

В пять утра в аккаунте Penang Legal Media была опубликована статья, раскрывающая правду о «Особняке 13». В статье цитировались записи с прямой трансляции Янь Чи и объединялась информация из различных источников, что позволило миру узнать тайны «Особняка 13».

В отчёте это место было названо «страной беззакония». Приложение для подглядывания было лишь одним из второстепенных проектов. Если у человека были деньги, он мог сделать здесь всё что угодно. Богатые подростки собирались, чтобы выпить и повеселиться, там потребляли наркотики и происходили различные незаконные действия.

В течение многих лет из-за сговора между властями и бизнесменами полиция, будь то при задержании наркоторговцев или в ходе операций по борьбе с пороками, всегда обходила стороной «Особняк 13».

Статья заканчивалась призывом к тщательному расследованию, привлечению виновных к ответственности и даже указанием на тех, кто стоял за кулисами. После публикации новость отражала позицию СМИ. Это вызвало бурное обсуждение и быстро стало главной темой утренних поисковых запросов в Интернете.

В шесть часов вечера компания тринадцатого особняка опубликовала заявление, в котором опровергла слухи, сообщив, что всё, что пишут в интернете, — ложь и что они подадут в суд на тех, кто распространяет эти слухи. К заявлению было приложено письмо от адвоката. Однако в глазах общественности всё это выглядело как отчаянная борьба на пустом месте.

На данный момент то, что является правдой, невозможно подделать, а то, что является фальшивкой, не может быть правдой. Люди чувствовали, что те, кто стоял за кулисами, уже были напуганы.

Гу Яньчэнь провел всю ночь в больнице и заснул лишь после четырех часов. Но он все еще был в приподнятом настроении и утром отвез Шэнь Цзюньци домой.

Шэнь Цзюньци наконец избавился от лихорадки и стал более энергичным. Он посмотрел на свой телефон. Новости о благополучном прибытии Янь Чи и Се Юны пришли из провинциального департамента.

Сегодня утром провинциальный департамент проводит совещание, они принимают окончательное решение о кандидатах в надзорную группу, и руководители придают этому большое значение. Как только члены группы наблюдения будут утверждены, они отправятся в Биньчэнь.

Гу Яньчэнь подогрел молоко для Шэнь Цзюньци.

Он повернулся и спросил его:

– Ты можешь пойти сегодня на работу?

– Хорошо, – Шэнь Цзюньци сделал паузу и сказал, – Тебе просто нужно идти немного медленнее. Я с нетерпением жду закрытия Тринадцатого особняка.

Как инициатор всего этого, он хотел увидеть конец Гао Шисюаня и Шэн Цяньчэна.

Утром они быстро доехали до городского бюро потому что успели до утреннего часа пик.

Гу Яньчэнь посмотрел, как Шэнь Цзюньци направился в здание судебно-медицинской экспертизы, припарковал машину и отправился в отдел уголовного расследования.

Сначала он хотел спросить, директора Дина как продвигаются дела.

Как только подошел к двери кабинета, он услышал как директор разговаривает по телефону, и голос старика повысился на октаву.

– Что? Не уверен?! Как директор филиала, вы говорите, что не знаете, как у вас обстоят дела?! Тринадцатый особняк уже давно занимается незаконной деятельностью. Неужели все люди в вашем филиале слепы? В прошлый раз вы сотрудничали с компанией вашего брата, чтобы помешать городскому бюро вести это дело. После проверки, весь филиал будет привлечен к ответственности! Скоро приедет провинциальная группа надзора. Вам лучше провести самим проверку до этого и написать отчет! Ожидайте расследования Комиссией по проверке дисциплины.

Услышав жестокий разговор по телефону, Гу Яньчэнь не стал входить, а сам спустился вниз.

Около девяти часов директор Дин лично спустился и пришел в офис, чтобы сообщить им:

– Ордер на обыск Тринадцатого особняка выдан, – он повернулся к Гу Яньчэну и сказал, – Это может быть место преступления. Привлеките для работы больше людей, криминалистов и службу вещественных доказательств.

К тому времени, когда криминальная полиция была готова спуститься вниз, Шэнь Цзюньци и Ци Иань уже ждали их со своими ящиками для расследования.

Вся команда была в сборе. В общей сложности восемь машин, включая судебно-медицинскую экспертизу, вещественные доказательства и криминальную полицию. Вся команда направилась к Тринадцатому особняку.

Подъезжая к месту назначения, Гу Яньчэнь увидел пышные сады. Въезжающие полицейские машины окружали зеленые деревья, альпинарии и камни.

В глаза бросилось светло-серое главное здание особняка. Колонны высотой в несколько метров, и массивная дверь которую чтобы открыть дверь, нужны силы двух человек.

Полиция вошла сюда впервые, и трудно было представить, что в Биньчэне может быть такое изысканное и роскошное место.

Сегодня тринадцатый особняк не принимал богатых и знатных гостей со всей страны.

Полицейские машины заблокировали въезд.

Гу Яньчэнь возглавил команду.

Они открыли дверь высотой более трех метров.

Как только они вошли, увидели мраморный пол, зал с высокими потолками высотой более шести метров. На стенах особняка висело несколько ценных картин, приобретенных на аукционах.

Внутри особняка в качестве украшений использовались цельные куски нефрита, а декоративные колонны выполнены из прекрасного белого мрамора.

Как только все вошли в дверь, они почувствовали сильный запах. Трудно было описать, что это были за духи или благовония. Казалось, что разные запахи смешались воедино, создавая ощущение опьянения.

Зная, что прибыла полиция, Ли Иянь, управляющий тринадцатым особняком, уже стоял у двери.

Увидев, что Гу Яньчэнь привел людей, Ли Иянь поприветствовал его. Он не спал всю ночь и под глазами, у него были темные круги.

Он представился:

– Офицер, я здесь главный управляющий. Меня зовут Ли Иянь, по всем вопросам вы можете обращаться ко мне.

После того, как Гу Яньчэнь представился и предъявил ордер на обыск, он кратко изложил дело Ся Тяньэнь:

– Полиция получила наводку и подозревает, что Тринадцатый особняк является местом преступления, поэтому нам необходимо его обыскать.

Ли Иян изобразил профессиональную улыбку:

– Мы обязательно поможем полиции.

Гу Яньчэнь не стал раскрывать ему всю информацию, а просто спросил:

– Где Гао Шисюань?

– Господин Гао…– прежде чем Ли Иянь успел закончить говорить, Гао Шисюань вышел.

Взгляд Гу Яньчэна упал на входящего мужчину.

Гао Шисюаню около тридцати лет, высокий, одетый, в дизайнерскую одежду. У него бледное лицо, и выглядел он истощенным.

– Дорогие полицейские, я управляю этим особняком уже несколько лет. Я всегда соблюдал закон. Все налоги, и сборы вовремя оплачиваются, – Гао Шисюань все еще притворялся спокойным, говоря об этом.

Ночью они с адвокатом обсудили речь и манеру поведения.

– Что касается того, что произошло прошлой ночью, я тоже слышал, что человек по имени Янь Чи раньше работал здесь. Когда его семье не хватало денег, я любезно принял его. Преследовал ли он девушек – это его личное дело, я не понимаю, зачем он связался с этими СМИ. Он одолжил у нас много денег, и долговая расписка все еще у нас. Но он не хотел возвращать деньги, и его уволили, потому что у него были грязные руки. Он был обижен, поэтому и облил грязью наш особняк. Перед уходом он грозил, что моему бизнесу конец. Я не ожидал, что он сделает такое. Что касается всего остального, упомянутого в Интернете, все это ложные обвинения.

Когда Гао Шисюань произнес свою речь, он посмотрел на Гу Яньчэна, притворяясь спокойным:

– Капитан Гу, вы ведь не верите в эту чепуху, не так ли?

Гу Яньчэнь сказал:

– Мы, полицейские, действуем в соответствии с правилами и верим только доказательствам.

Он показал Гао Шисюаню видео сайт, который они зарыли, и фотографии Ся Тяньэнь.

Гао Шисюань покачал головой отрицая:

– Я не знаю об этом сайте, я никогда не видел эту девушку и никогда не видел тела. Я здесь почти каждый день, и сюда приходит и уходит так много людей. Как могло быть совершено убийство, о котором никто не знает?

Гао Шисюань не признавал важность сообщения Янь Чи, лишь утверждал, что он оклеветал их из личной мести.

Сегодня в Интернете также много постов, распространяющих негативное мнение. Это их стратегия по связям с общественностью.

Гу Яньчэнь спросил:

– Значит, вы имеете в виду, что вся информация в Интернете – фейк?

– В нашей резиденции часто проводятся частные вечеринки, и эти люди приходят сюда, чтобы отдохнуть, но их разоблачают средства массовой информации. Потом мы подадим на них в суд за распространение слухов и клеветы.

Гу Яньчэнь молча, слушал чепуху Гао Шисюаня.

Если бы Гу Яньчэнь еще не знал всего того, что сделал Гао Шисюань, он, возможно, смог бы обмануть его этой чушью, но это только если бы он был человеком, с которым можно легко договориться.

Если прокурор и судья подойдут к вопросу с точки зрения закона, на данном этапе существует реальная вероятность того, что дело развалится из-за недостатка доказательств потому что, каждый настаивает на своем мнении.

Однако на этот раз Гао Шисюань сделал неправильный расчет. Высшее руководство приказало тщательно расследовать это дело и строго к нему отнестись. Будучи одним из главных виновников, он не может избежать наказания, делая экстравагантные заявления и полностью игнорируя закон.

Вчера вечером полиция допросила Фэн Пинъюя, и он признался, что Гао Шисюань был финансовым спонсором вуайеристского сайта.

Однако Гу Яньчэнь не собрался говорить об этом Гао Шисюаню в случае, если он откажется от своего признания.

После короткого разговора Гао Шисюань отошел в сторону и сказал:

– Если у вас, есть какие-либо подозрения, обыскивайте его, но этот особняк немного великоват, так что, думаю, вам придется потрудиться…

Гу Яньчэнь сказал:

– Пока это имеет смысл, тяжелая работа того стоит.

Губы Гао Шисюаня дернулись:

– Тогда желаю вам удачи.

Обе стороны кажутся мирными, но на самом деле они находятся в состоянии войны друг с другом.

Лицо Гао Шисюаня было спокойным, но руки его стали влажными.

Сейчас он лишь надеялся, что уборщики достаточно хорошо очистили место преступления.

Гу Яньчэнь кивнул Шэнь Цзюньци.

Они повели команду в особняк. Особняк внутри был гораздо больше, чем выглядел снаружи. Здесь было несколько обычных комнат и более дюжины роскошно оформленных спален.

Лу Ин, шел сзади,  тер нос:

– Запах в этом месте очень сильный.

В особняке было какое-то благовоние. Как и в зале, в комнатах стоял очень сильный запах, от которого людей тошнило.

Бай Мэн нахмурилась и сказала:

– Кажется, многие комнаты здесь были отремонтированы…

Если внимательно принюхаться, многие предметы мебели пахнут свежей краской. За эти дни владельцы особняка тщательно подготовились.

Здесь так много комнат с новой мебелью. Если обыскивать их все, поиск может занять три дня.

Ци Иань нес ящик с инструментами и не мог не жаловаться:

– Это все специально. Этот Гао Шисюань и управляющий Ли, вероятно, притворяются, что ничего не понимают.

Юй Шэнь заговорил рядом с ним:

– Если это первичное место преступления, к нему отнеслись ответственно. Я не знаю, что тут можно найти.

Шэнь Цзюньци ничего не говорил.

Он надел перчатки и медленно пошел по коридору, переходя из комнаты в комнату.

Каждый раз, когда он входил в комнату, он на несколько минут задерживался.

Янь Чи имел карту для входа сюда, но он редко ходил в VIP-зону. Он случайно проходил мимо в день преступления. Он увидел тело и очень испугался.

Они спрашивали его о комнате, в которой была убита Ся Тяньэнь, но он точно не помнил.

Шэнь Цзюньци должен сам  найти её.

Он шел медленно, останавливался и шел дальше и, дойдя до двери одной из комнат, остановился.

Шэнь Цзюньци подумал об обработанном трупе Ся Тяньэнь.

Эти люди, должно быть, приложили немало усилий, чтобы эта сцена «исчезла» полностью.

Доктор Шэнь взглянул на внутреннюю отделку, его длинные ресницы слегка дрогнули:

– Эта комната.

Ци Иань заглянул в комнату и не увидел вообще ничего необычного:

– Это точно она?

Шэнь Цзюньци кивнул.

Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и стал более уверенным в своих выводах:

– Пахнет люминолом.

Хотя в этой комнате царил такой насыщенный аромат, к нему примешивается резкий кисловатый запах.

Проработав долгое время судмедэкспертом, он сразу смог определить, что это запах люминола, который сохранялся долгое время.

Если уборщики проводили обработку на месте, чтобы предотвратить полицейское расследование, то больше всего они хотели устранить многочисленные пятна крови, оставленные на месте преступления.

Если после расчленения тела вы хотите полностью очистить все пятна крови, последний шаг – использовать большое количество люминола, чтобы определить местонахождение пятен крови.

Только так можно увидеть пятна крови и произвести полную очистку, но в этом есть  своя лазейка.

Уборщики были осторожны и, тем самым выдали, место преступления.

Другие запахи легко удалить, но уникальный химический запах люминола трудно скрыть, сколько бы ароматизаторов или благовоний ни использовалось.

Эти люди не ожидали, что само существование люминола было самым большим недостатком.

Шэнь Цзюньци больше не нужно было искать пятна крови, чтобы определить место преступления.

Если есть люминол, это место преступления.

Внутренний раздор

Глава 125. Внутренний раздор

Десять часов утра, в Тринадцатом особняке.

Обнаружив предполагаемое место преступления, Ци Иань поспешил сообщить об этом криминалистам и Гу Яньчэну.

Вскоре к ним присоединились все сотрудники.

Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

- Можно найти какие-нибудь зацепки?

Шэнь Цзюньци ответил:

– В настоящее время я подозреваю, что это именно эта комната, но она очень чистая. Давайте сначала поищем, сможем ли найти какие-нибудь улики.

Следы, оставленные люминолом, могут помочь ему определить, является ли это место преступления, но они не могут служить вещественными доказательствами. Только отпечатки пальцев, следы обуви, пятна крови и волосы являются юридически признанными доказательствами. На этот раз приехали несколько судмедэкспертов во главе с Чэнь Мянь, а также старший судебный эксперт Гуань Хайи. Они начали плановый осмотр спальни, уделяя особое внимание полу, стенам и другим поверхностям.

Через некоторое время Чэнь Мянь выпрямился и, почесав поясницу, сказал:

- В этой комнате слишком чисто.

Шэнь Цзюньци тоже заметил, что здесь нет следов человеческой деятельности. Некоторые предметы мягкой мебели были заменены после того, как уборщики привели помещение в порядок, а после замены была проведена одна или несколько обычных уборок, в результате которых всё стало безупречно чистым.

Шэнь Цзюньци постоял немного, чувствуя лёгкую пульсирующую боль внизу живота, которая мешала ему сосредоточиться. Его брови едва заметно нахмурились. Шэнь Цзюньци успокоился, сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Он старался вспомнить следы и черты лица трупа, а также сцену, которую ему ранее описал Янь Чи.

Шэнь Цзюньци словно окунулся в ту ночь, когда было совершено преступление, и увидел тело Ся Тяньэнь, лежащее в комнате. Девушка была задушена, на её теле остались следы борьбы, а в комнате — пятна крови.

Было раннее утро, свет в комнате был тусклым, повсюду царил беспорядок.

Шэнь Цзюньци попытался поставить себя на место уборщика, который прибыл на место, и подумать, как бы он действовал.

Процесс должен начинаться с обработки тела.

Уборщик отнёс тело девушки в удобное место, внимательно осмотрел его, стёр следы, вырвал зубы и, наконец, расчленил. Разумеется, труп нельзя было переносить в спальню, так как кровь могла  просочиться в щели и стечь под пол, поэтому место должно было быть легко очищаемым.

Шэнь Цзюньци открыл глаза и решил, что это должно быть в ванной.

Подумав об этом, Шэнь Цзюньци направился в ванную.

Ванная в комнате особняка была просторной, без ванны, с душевой кабиной, раковиной и унитазом. На стене висело огромное зеркало, на котором не было ни единого отпечатка пальца.

Чэнь Мянь тоже только что всё здесь осмотрел. Он снова распылил люминол на пол, а затем посветил на него ультрафиолетовой лампой. Пол был чистым, ничего не нашлось.

Шэнь Цзюньци задумался, опустив голову. Во время расчленения на полу наверняка остались брызги крови, а на полу были постелены полиэтиленовые плёнки, но могли быть и слепые зоны.

Подумав об этом, Шэнь Цзюньци с усилием опустился на корточки. Обычно это давалось ему легко, но сейчас  болела рана. На лбу Шэнь Цзюньци выступили капли пота, одной рукой он прижимал ладонь к ране внизу живота, а другой, в перчатке, опирался на стекло душевой кабины.

Пульсирующая боль в ране не утихала, и Шэнь Цзюньци прикусил губу, с трудом удержавшись на коленях и невольно смяв складки своего медицинского костюма. Немного передохнув, он начал искать, опустив голову. Где могли быть пятна крови?

Душевая была недостаточно просторной, и в ней было неудобно работать с телом. Тело скорее всего расчленили на полу возле раковины.

Взгляд Шэнь Цзюньци застыл. В комнате был унитаз высокого класса — подвесной, расположенный в ванной на высоте десяти сантиметров от пола.

Под ним оказалось трудно выводимое, незаметное пятно. Хотя эти люди были достаточно безумны, чтобы тщательно убрать место преступления, они не дошли до того, чтобы вскрыть и отремонтировать всю комнату, облицованную плиткой.

Шэнь Цзюньци с трудом наклонился и начал тщательно осматривать место.

И действительно, под унитазом на стене он обнаружил два небольших тёмно-красных пятна.

Шэнь Цзюньци поднял голову и крикнул криминалистам:

- В ванной, предположительно, есть пятна крови.

- Нашёл что-нибудь?

Чэнь Мянь, услышав эту новость, взволнованно обернулся.

Гуань Хайи тут же бросился к нему, чтобы осмотреть место, а Чэнь Мянь последовал его примеру и присел на колени.

Шэнь Цзюньци показал им следы.

Гуань Хайи посмотрел на них через увеличительное стекло и быстро сделал фото:

- По форме очень похоже.

Гу Яньчэнь тоже вошёл, и в ванной стало тесно.

Судя по форме и цвету, это могли быть брызги крови. Пятна крови были разного размера, одно большое — около пяти миллиметров, и одно маленькое — около двух миллиметров. Оба пятна были похожи на челноки.

Если бы Шэнь Цзюньци не был так внимателен, их было бы сложно обнаружить.

Эти маленькие тёмно-красные пятна вселяли надежду.

Но крови было слишком мало. Сначала нужно было убедиться, что это действительно кровь, а затем взять образцы и отправить их на анализ.

Криминалисты обсуждали подозрительные пятна крови.

Гуань Хайи взял образец поменьше и осторожно провел тест с бензидином.

Увидев, что тестовая бумага посинела, Гуань Хайи тут же воскликнул:

- Это кровь!

Судмедэксперты быстро извлекли образцы, аккуратно поместив их в контейнер с реагентами.

Гу Яньчэнь сказал:

- Немедленно отправьте кого-нибудь в муниципальное бюро, чтобы кровь отправили на анализ. Доложите, как только получите результаты.

Гуань Хайи сказал:

- Капитан Гу, я сейчас же отправлюсь. Отдел тестирования муниципального бюро закупил новое оборудование, и результаты сравнения могут быть готовы уже сегодня днём.

Хотя крови было совсем немного, её обнаружение имело большое значение. Обнаружив этот след, все вздохнули с облегчением.

Шэнь Цзюньци тоже расслабился и попытался встать. У него была травма, и ему было довольно трудно стоять на коленях. Когда он встал, у него в глазах потемнело, и замелькали золотые огоньки.

Гу Яньчэнь заметил, что Шэнь Цзюньци побледнел, когда стоял на коленях. Он уже собирался помочь ему подняться, когда увидел, что Шэнь Цзюньци стоит слегка пошатываясь.

Он протянул руку и схватил его за плечи.

На несколько секунд перед глазами Шэнь Цзюньци всё потемнело, и он ничего не видел, но чувствовал, что его держит Гу Яньчэнь.

Он потянулся и схватил Гу Яньчэна за руку. Через несколько секунд перед глазами снова всё прояснилось. Придя в себя, Шэнь Цзюньци объяснил:

- Я слишком долго стоял на коленях, и у меня затекли ноги.

Гу Яньчэнь беспокоился о его состоянии.

- Ци Иань всё ещё здесь. Почему бы тебе не отдохнуть в машине? Если не поможет, поезжай в больницу. Тебе всё равно нужно будет сегодня вечером делать капельницу.

Проинструктировав Ци Ианя по поводу работы, Шэнь Цзюньци не стал отказываться. Он вернулся в машину, держа в руках телефон, чтобы следить за рабочей группой и сообщениями в сети.

Офицеры, продолжили расследование.

Потом совместными усилиями группы по сбору вещественных доказательств и судебно-медицинской экспертизы они обнаружили в сливе прядь длинных женских волос. Через полтора часа детектив с собакой нашли во дворе под искусственным камнем упаковку с новыми наркотиками.

В полдень офицеры заказали еду на вынос и быстро поели, не делая перерыва, а затем продолжили усердно работать.

Наконец Гуань Хайи отправил радостное сообщение в рабочую группу:

- Капитан Гу, после ускоренного анализа в лаборатории выяснилось, что кровь в комнате принадлежит Ся Тяньэнь!

Улики указывали на то, что это и есть место преступления, где была убита и расчленена Ся Тяньэнь. Эти улики также свидетельствовали о том, что особняк действительно, как и утверждал Янь Чи, занимался незаконной деятельностью.

Гу Яньчэнь немедленно доложил об этом директору Дину и получил приказ об аресте.

Полицейские вернулись в зал, где находились Гао Шисюань и Ли Иянь.

Гао Шисюань сидел на диване с бледным лицом. Увидев приближающихся полицейских, он почувствовал, как у него ёкнуло сердце.

Ли Иянь притворился спокойным и спросил:

- Офицеры, вы что-нибудь нашли?

Гу Яньчэнь не стал вдаваться в подробности и сказал:

- Мы получили приказ от руководства арестовать вас и опечатать особняк.

Лицо Гао Шисюаня побледнело.

Даже сейчас у него оставалась надежда:

- Что происходит? А как же ордер на арест…

- У нас есть доказательства того, что Ся Тяньэнь умерла в особняке.

Лу Ин достал наручники и подошёл к нему.

- Гао Шисюань, все наши действия  соответствуют процедуре. Пожалуйста, сотрудничайте с полицией.

Услышав, что улики найдены, Гао Шисюань перестал сопротивляться и покорно протянул руки.

Увидев это, Ли Иянь тоже не стал сопротивляться.

После того как главные виновники были задержаны, персонал особняка тоже был доставлен на допрос в качестве свидетелей.

Шэнь Цзюньци сидел в полицейской машине и наблюдал, как этих людей рассаживают по машинам.

Увидев приближающегося Гу Яньчэна, он опустил стекло и спросил:

- Всё прошло гладко?

Гу Яньчэнь кивнул.

- Просто здесь довольно много людей, и мы проверяем их личности.

Прислонившись к машине, он спросил:

-  А ты как себя чувствуешь? Ты поел?

- Я поел.

Шэнь Цзюньци кивнул.

- Мне уже намного лучше.

Завершив обыск, полицейские доставили этих людей в муниципальное бюро.

По дороге Гу Яньчэнь начал обсуждать процесс ареста Шэн Цяньчэна.

По сравнению с Гао Шисюанем, Шэн Цяньчэн был известным в Биньчэне магнатом и общественным деятелем, поэтому процесс, естественно, будет идти медленнее.

Как только детективы вышли из машины, они увидели, как во двор муниципального бюро въезжает роскошный автомобиль. Мужчина средних лет, около сорока, вышел из машины и направился прямо к полицейской машине.

- Шэн Цяньчэн здесь, — прошептал Шэнь Цзюньци Гу Яньчэну.

Гу Яньчэнь обернулся и увидел, что действительно прибыл Шэн Цяньчэн.

Лу Ин сказал:

- Мы ещё не искали его, а он пришёл сюда по собственной инициативе. Похоже, он хочет сдаться.

Гу Яньчэнь вышел из машины и сказал:

- Раз он здесь, пойдём встретим его.

У Шэн Цяньчэна, которому в этом году исполнилось сорок пять лет, в волосах виднелись седые пряди. Среди богачей Биньчэна Шэн Цяньчэн определённо входил в первую десятку. Этот магнат занимался производством строительных материалов и имел проекты во многих районах Биньчэна. Даже городские власти имели  с ним дело.

Хотя Гу Яньчэнь впервые видел Шэн Цяньчэна вживую, он уже не раз встречал его в новостях.

Шэн Цяньчэн подошёл к офицерам с суровым выражением лица. Не успел он ничего сказать, как увидел, что Гао Шисюань выходит из полицейской машины в наручниках.

Прямо у всех на глазах он дал Гао Шисюаню пощёчину. Звук был громким, и лицо Гао Шисюаня тут же покраснело.

Гао Шисюань был в шоке от пощёчины и, дрожа, пролепетал:

- Дядя…

Шэн Цяньчэн собирался снова ударить его.

Юй Шэнь быстро оттащил Гао Шисюаня, едва увернувшись от удара.

Гу Яньчэнь подошёл и встал между Шэн Цяньчэном и Гао Шисюанем.

- Господин Шэн, пожалуйста, не мешайте полиции выполнять свои обязанности.

Шэн Цяньчэн выругался:

- Блудный сын! Я передал тебе управление особняком, а ты так поступил? Пренебрег своими обязанностями, создал видео сайт, позволил людям внизу разгуляться?!

Гнев на лице Шэн Цяньчэна ещё не утих, и он повернулся к Ли Ияну.

- Если у тебя хватит храбрости, признайся честно, то, что было опубликовано в сети прошлой ночью, — правда?

Ли Иянь много лет работал на Гао Шисюаня и семью Шэн, поэтому они давно нашли общий язык.

Он опустил голову, по его лицу текли слёзы, и он сказал:

- Господин Шэн, мне очень жаль.

Шэн Цяньчэн спросил:

- И после этого ты всё ещё защищаешь убийцу? Кто этот убийца?

Ли Иянь молчал две секунды, а затем, дрожа, опустил голову и назвал имя:

- Это… Цзян Сун…

Этот человек по имени Цзян Сун тоже был в VIP-списке.

Бай Мэн быстро нашла информацию о Цзян Суне.

У молодого человека на фотографии была чёрная родинка на лице, что соответствовало показаниям Янь Чи.

Гу Яньчэнь стоял в стороне.

Они неоднократно спрашивали Ли Ияна и Гао Шисюаня, но те упорно отказывались говорить, кто убийца. Но теперь, после нескольких слов Шэн Цяньчэна, они выдали преступника.

Дистанцировавшись от Гао Шисюаня и заставив Ли Ияна признаться, кто был настоящим преступником, Шэн Цяньчэн, похоже, расценил это как помощь полиции.

Шэн Цяньчэн сделав это, вздохнул, повернулся к Гу Яньчэну и сказал:

- Офицер, хотя Гао Шисюань и мой племянник, я никогда не буду покрывать его за такие поступки. Вы можете забрать его. Вы должны выяснить правду и наказать виновных. Кроме того, я сдался сам. Учитывая, как развиваются события, я не могу избежать обвинений. Прочитав вчера вечером новости в интернете, я очень сожалел о своей халатности. Я буду сотрудничать с вами и сделаю всё возможное, чтобы полиция разобралась в ситуации.

Гу Яньчэнь достал наручники.

- Господин Шэн, прошу вас пройти с нами.

Шэн Цяньчэн послушно протянул руки.

Он давно решил, какую стратегию выбрать. Он не сопротивлялся и не отказывался от полицейского расследования, вместо этого он сам сдался, сделав вид, что готов сотрудничать. Потом он планировал переложить всю ответственность на Гао Шисюаня и Ли Ияна, которые на самом деле руководили операцией. Он спланировал это несколько дней назад, а после того, как вчера увидел происходящее в интернете, Шэн Цяньчэн понял, что ситуация ещё хуже, чем он себе представлял. Он уже связался с теми, кого раньше знал, но они либо избегали его, либо говорили, что ничем не могут помочь.

Шэн Цяньчэн почувствовал, что зашёл в тупик. До того, как он пришёл сюда, он постоянно звонил президенту Торговой ассоциации, но никак не ожидал, что тот вообще не возьмёт трубку. Отчаявшись, он набрал номер Хо Лэй.

Хо Лэй спокойно сказала ему:

- Президент в последнее время неважно себя чувствует, и, скорее всего, у него нет времени заниматься вашими делами. Я передам ему ваше сообщение.

Шэн Цяньчэн в гневе стиснул зубы.

- Хо Лэй, если со мной что-то случится, не думай, что тебе это сойдёт с рук!

Хо Лэй слегка усмехнулась.

- Я ничего не сделала.

Она помолчала немного, а затем сказала:

- Кроме того, я напоминаю тебе ничего не делать и не говорить. Просто признай это, и все будет в порядке. Видишь ли, Хань Циньи скончался не так давно.

Получив отказ в просьбе о помощи, а затем столкнувшись с угрозами, Шэн Цяньчэн в гневе повесил трубку.

Он, получивший отпор, был совершенно разочарован. Его сердце наполнялось тревогой и ненавистью. Но слова Хо Лэй напомнили ему, что в Торговой ассоциации ходили слухи о том, что Хань Цинъи умер из-за того, что в ту ночь он выстрелил из пистолета, оставив следы и спровоцировал  конфликт. Он не мог снова пойти по этому пути. Поскольку эти шишки из Торговой ассоциации бросили его, ему приходиться самому во всём разбираться.

Сдаться — вот что надо сделать.

Шэн Цяньчэн был осторожным и консервативным человеком. Хотя у полиции пока не было прямых доказательств его незаконной деятельности, рано или поздно они что-нибудь найдут. Сдавшись, он взял ситуацию под контроль. Он мог попросить о смягчении приговора, нанять хорошего адвоката и, возможно, минимизировать последствия. Чем больше он пытался дистанцироваться, тем больше раскрывал свои истинные намерения.

Гао Шисюань, держась за лицо, холодно посмотрел на дядю и заметил в его взгляде удовлетворение. Он уже догадался, что Шэн Цяньчэн переложит вину на них и, возможно, даже заставит их признаться в убийстве, чтобы защитить себя. Однако он не ожидал, что Шэн Цяньчэн поведёт себя так безжалостно и бесстыдно, даст ему пощёчину на людях и тут же без зазрения совести откажется от него.

Слушая отчаянные попытки дяди переложить вину на другого, Гао Шисюань вспомнил, о чём его предупреждала девушка.

Он был в ярости.

- Дядя, твои слова звучат так благородно и праведно. Ты всегда говорил мне, что полиция бесполезна и что с твоими связями ты сможешь меня защитить. Но теперь, когда случилась беда, ты полностью перекладываешь вину на меня?!

Он сказал:

- Офицеры, я тоже хочу сдаться. Всё, что я делал на протяжении многих лет, было по просьбе моего дяди...

Шэн Цяньчэн нахмурился.

- Шисюань, что за чушь ты несёшь? Я найму для тебя лучшего адвоката…

Он намекал Гао Шисюаню, что сможет защитить его, только если тот позаботится о его безопасности во время землетрясения. Если бы его не сдерживала полиция, он бы уже бросился вперёд, чтобы заткнуть Гао Шисюаню рот.

Однако Гао Шисюань больше не слушал его. Он был полон решимости, утянуть кого-то за собой на дно.

Он продолжил с холодной усмешкой:

- Мой дядя сколотил состояние на контрабанде в молодости, затем на подкупе чиновников и найме киллеров. Он не гнушался ничем. Когда в особняке что-то пошло не так, он смог найти тех, кто привёл  всё в порядок, благодаря своим связям. Я в курсе всего, что сделал мой дядя, и у меня есть доказательства.

Гао Шисюань нанес удар в спину своему дяде прямо там, и лицо Шэн Цяньчэна из красного стало белым, и он чуть не потерял сознание. Его идеальный план рухнул, капитуляция превратилась в шутку, и он чувствовал себя так, словно попал в ловушку.

У Шэн Цяньчэна подскочило давление, и он забеспокоился.

- Это ты предложил создать приложение!

Гао Шисюань возразил:

- Разве не ты лично нашёл Фэн Пинъюя? И не ты ли заставил купить офис? Без твоих распоряжений всё это было бы невозможно? Девяносто процентов прибыли от этих сайтов уходило тебе в карман!

Шэн Цяньчэн был вне себя от ярости.

- Ты зашёл слишком далеко, ранив ту девушку. Разве не я потратил три миллиона, чтобы помочь тебе? Если бы не твоя мать, стал бы я помогать такому бессердечному негодяю, как ты?

Гао Шисюань усмехнулся:

- Думаешь, моя тётя не знает, что ты спонсируешь эту мелкую знаменитость? Ты отмывал деньги через контракт с этой мелкой знаменитостью и уклонялся от уплаты налогов, верно? У тебя также есть любовницы номер четыре, пять и шесть. Думаешь, у моей тёти нет против тебя улик? Она уже сказала мне, что ты просто волк в овечьей шкуре.

Эти двое набросились друг на друга, обвиняя в преступлениях, и Гу Яньчэнь не спешил их разнимать.

Офицеры стояли в стороне и наслаждались сплетнями. После того как они обменялись ещё несколькими оскорблениями, им больше нечего было сказать.

Гу Яньчэнь сделал вид, что вмешивается.

- Не волнуйтесь, на этот раз никому не удастся сбежать. Мы разберёмся в ситуации, и теперь, когда вы в муниципальном бюро, просто признайтесь и постарайтесь заслужить снисхождение.

Затем он махнул рукой Лу Ину:

- Уведи их всех.

Шэнь Цзюньци наблюдал за происходящим из окна машины и не мог удержаться от желания поаплодировать. Наказание зла и поощрение добра всегда приносят удовлетворение. Эти злодеи, привыкшие совершать дурные поступки, и представить себе не могли, что однажды столкнутся с предательством и взаимным уничтожением.

Гао Шисюаня, Ли Ияна, Шэн Цяньчэна и всех слуг из особняка увели.

Вскоре Лу Ин и его команда перехватили Цзян Суна, который пытался бежать из страны.

После интенсивного допроса Цзян Сун признался в убийстве Ся Тяньэнь и раскрыл много подробностей.

Столкнувшись с неопровержимыми доказательствами, сотрудники особняка, которых Гао Шисюань принуждал к сотрудничеству, тоже начали давать показания. Чтобы получить более мягкий приговор, они предоставили новые факты и улики.

Вся следственная группа была занята этим важным делом.

Во время допросов двое сотрудников признались, что знают, где захоронены другие части тела Ся Тяньэнь. Наконец, два мешка с частями тела были выкопаны и доставлены в судебно медицинский центр Биньчэна.

В прозекторской было тихо и спокойно при свете холодных белых ламп.

Ци Иань достал из хранилища первую часть тела с головой.

Шэнь Цзюньци открыл большие чёрные пластиковые пакеты, и они вместе собрали воедино все части тела, чтобы завершить вскрытие.

Окровавленные части тела неподвижно лежали на секционном столе, сложившись в единое целое. Спустя несколько дней жестоко убитая невинная девушка Ся Тяньэнь наконец увидела дневной свет. Убийца предстанет перед судом, его сообщники были арестованы и тоже понесут наказания, а преступная группировка, стоявшая за ними, уничтожена.

Все преступники будут наказаны.

Ещё одно успешное дело раскрыто. Тринадцатый особняк был опечатан полицией как место преступления и незаконно функционирующее заведение. Возможно, до сегодняшнего дня этот особняк был символом роскоши, разврата и власти в городе.

Но с этого момента особняк перестал существовать.

Куриный суп

Том 8. Торговая ассоциация Хэту

Глава 126. Куриный суп

Городское бюро Биньчэна.

Накануне праздника Середины осени городское бюро было очень занято.

После расследования дела в особняке было раскрыто множество преступлений, и в результате половина городского бюро, включая отдел уголовных расследований, отдел экономических расследований и отдел по борьбе с наркотиками, были заняты.

Ещё одним важным событием стало то, что в Биньчэнь наконец прибыла команда руководителей.

Рано утром директор Дин встретил у входа нескольких заместителей.

На парковку городского бюро медленно въехал и остановился фургон. Из него вышли более десятка человек в строгих деловых костюмах. Это была группа контроля, направленная из провинции.

Команду возглавляли руководитель надзорной группы, секретарь Цуй из провинции, и заместитель директора Лю из провинциального департамента общественной безопасности. В состав надзорной группы входили представители элиты из сферы общественной безопасности, прокуратуры и судебной системы. Эти люди прошли тщательную проверку, чтобы убедиться, что у них нет связей с чиновниками или деловыми кругами Биньчэна.

После обмена любезностями директор Дин повёл руководителей наверх.

Городское бюро уже подготовилось и выбрало три самых больших конференц-зала в главном здании в качестве временных офисов. Утренний брифинг был особенно важным, на нём присутствовали даже мэр и заместитель мэра города, руководители прокуратуры, суда и директор Дин.

Также присутствовали несколько директоров филиалов.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци, как ведущие детективы, участвовавшие в расследовании, также были приглашены.

Секретарь Цуй выступил с докладом о проделанной работе:

- Главная задача нашей надзорной группы на этот раз — тщательно расследовать деятельность фонда Penang Love Foundation, тринадцатого особняка и других связанных с ними крупных дел. Во-вторых, мы должны принять отчёты и жалобы от населения, сосредоточиться на решении социальных проблем и полностью очистить атмосферу в городе. На этот раз мы проведём комплексное исследование города, не упуская ни одной детали. В-третьих, нам нужно пересмотреть и систематизировать старые дела и архивы, исправить неправомерные приговоры, уделяя особое внимание делам о пропавших без вести, которые не следует рассматривать как убийства. Мы также должны закрыть давние дела и дать людям разъяснения. В-четвёртых, нам нужно навести порядок в руководстве полиции, провести аттестацию государственных служащих, искоренить бюрократические практики и полагаться исключительно на результаты работы, а не на связи. Те, кто не соответствует требованиям, не обладает необходимыми навыками или имеет проблемы, должны быть исключены из правоохранительной системы.

Казалось, он что-то имел в виду и посмотрел на директоров филиалов стоящих в стороне. Некоторые из них нервно опустили головы.

Наблюдательный совет имел право назначать и увольнять персонал. При выявлении каких-либо нарушений закона или дисциплины они могли немедленно уволить виновного, и никакие оправдания не помогли бы.

Далее секретарь Цуй сказал:

- На этот раз у нас есть только план работы, но нет установленных сроков. Мы уделяем первостепенное внимание решению практических задач. Если проблемы будут решены, мы уйдём раньше, если нет, мы останемся здесь до тех пор, пока они не будут решены. В любом случае, это будет долгая и трудная битва. Мы не отступим, пока не одержим победу.

Этих слов было достаточно, чтобы продемонстрировать решимость вышестоящего руководства.

Директор Дин заявил:

- Секретарь Цуй, будьте уверены, под руководством надзорной группы мы тщательно расследуем крупные дела, докопаемся до истины и никогда не допустим незаконной деятельности.

После обсуждения основных задач пришло время приступить к работе.

Заместитель директора Лю по очереди представил членов надзорной группы, а затем сказал:

- Чтобы выполнить нашу работу, нам нужно привлечь некоторых сотрудников из городского бюро. Мы изучили последние отчёты о работе городского бюро Биньчэна, и работа отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями выделяется на их фоне. После обсуждения с руководством провинции мы решили преобразовать отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями в специальную оперативную группу для сотрудничества с надзорной группой и рассмотрения соответствующих дел.

Эти вопросы уже обсуждались и были согласованы с Шэнь Цзюньци, и бюро.

Заместитель директора Лю повернулся к Гу Яньчэну и сказал:

- Капитан Гу, давайте вместе работать. Если вам не хватает людей или оборудования, не стесняйтесь обращаться ко мне.

Гу Яньчэнь ответил:

- Мы готовы сотрудничать с надзорной группой.

После совещания сотрудники надзорной группы приступили к практическим действиям. Они выступали против расточительства, жили в соседнем отеле и питались в столовой.

Секретарь Цуй специально распорядился, чтобы директор Дин не проводил никаких приёмов и чтобы посторонние лица не появлялись.

После этого команда руководителей приступила к расследованию дела Особняка, заново изучила все показания свидетелей, а затем начала систематизировать проделанную работу.

Столы в конференц-зале были завалены папками с незавершёнными делами. В вестибюле городского бюро был установлен ящик для жалоб.

Сотрудники надзорной группы и некоторые члены отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями уже встречались ранее.

Заместитель директора Лю пожал руку Шэнь Цзюньци и сказал:

- Доктор Шэнь, вы проделали колоссальную работу. Наши люди из провинциального офиса действительно великолепны!

Он, похоже, был доволен и Гу Яньчэном, похлопал его по плечу и подбодрил:

- Молодой человек, продолжайте в том же духе. Вас ждёт блестящее будущее.

После напряжённого дня, когда они закончили работу, Гу Яньчэнь подъехал к зданию судебно-медицинской экспертизы. Шэнь Цзюньци спустился по ступенькам и ловко открыл дверь машины, сел на пассажирское сиденье и пристегнулся.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты хочешь съесть сегодня вечером? Я приготовлю для тебя.

Завтра Праздник середины осени, и хотя они не могли позволить себе отдохнуть, им всё же хотелось создать праздничную атмосферу. Гу Яньчэнь хотел приготовить что-нибудь вкусненькое, но беспокоился, что у Шэнь Цзюньци плохой аппетит.

Шэнь Цзюньци задумался и сказал:

- Я хочу куриный суп.

Помолчав, он добавил:

- Чистый куриный бульон без ничего.

Утром он был на совещании, а днём помогал с вскрытием, и всё это время ему приходилось стоять. Сейчас ему было немного холодно, да и погода в последнее время испортилась, так что ему хотелось чего-нибудь тёплого.

Гу Яньчэнь сказал:

- Конечно, как тот, что ты делал для меня в прошлый раз, когда я был ранен, верно?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Да, приготовить из курицы, выращенной на свободном выгуле, на зерне и насекомых, тушить несколько часов, пока не станет золотистым. Потом нужно снять верхний слой жира, и блюдо готово.

Суп будет прозрачным и ароматным, его лучше всего есть горячим, чтобы в полной мере ощутить вкус курицы.

Возможно, из-за того, что Линь Сянлань слишком часто его обманывал, он зациклился на приготовлении куриного супа и не любил с него ничего добавлять.

Гу Яньчэнь спросил:

- Я начну готовить, когда мы вернёмся. Есть ли что-нибудь ещё, что ты хочешь съесть?

Шэнь Цзюньци снова задумался и сказал:

- Как насчёт каши?

Наконец, после этих напряжённых дней, рана Шэнь Цзюньци почти зажила, и они вернули домой своих питомцев.

Вернувшись, домой, Шэнь Цзюньци принял душ, высушил волосы, сел на диван и стал играть с Уляном, который послушно лежал рядом и позволял ему гладить себя по шерсти. Кот был подвижным и время от времени подходил к ним, чтобы потереться. Иногда он начинал гоняться за собственным хвостом.

Через некоторое время котёнок нашёл свою новую игрушку — плюшевую собачку, которую Гу Яньчэнь выиграл в прошлый раз в тире. Котёнок яростно размахивал лапками и постоянно кусал плюшевую собачку, обращаясь с ней как с мышкой. Через некоторое время из плюшевой собачки начала торчать вата, и казалось, что она вот-вот развалится.

Поиграв некоторое время, Сюэя набросился, игрушка вылетела и приземлилась прямо перед Уляном. Ульян протянул лапу и надавил на плюшевую игрушку. Его суровое выражение лица, казалось, говорило о том, что игрушка причинила слишком много вреда и должна быть конфискована.

Котенок попытался забрать её обратно, но не смог. По сравнению с ним Улян казался гигантом. Котёнок мяукнул, глядя на него, затем выпрямился и снова мяукнул, глядя большими влажными глазами. Он выглядел слабым, жалким и беспомощным.

Как можно было устоять перед таким очаровательным котёнком? Собака тут же отступила, и Улян медленно убрал лапу с плюшевой игрушки. Котенок радостно схватил игрушку и убежал.

Эту сцену наблюдали двое хозяев.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь пошутили:

- Видишь, Улян так балует Сюэи.

Гу Яньчэнь принёс ужин и сказал:

- Думаю, Уляну это нравится.

Каша в скороварке была готова, а также овощи и гарнир. Куриный суп всё ещё варился на плите, наполняя комнату своим ароматом. После ужина они ждали, когда будет готов куриный суп.

Гу Яньчэнь предложил Шэнь Цзюньци попробовать немного, пока суп не совсем готов.

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Ещё не время. Я подожду ещё немного, так будет вкуснее.

Сегодня, когда приехала команда руководителей, они были заняты работой весь день. Шэнь Цзюньци даже не вздремнул после обеда и теперь сидел на диване вместе с Уляном, чувствуя лёгкую сонливость.

Видя, как он постоянно трёт глаза, Гу Яньчэнь предложил:

- Почему бы тебе не пойти в спальню и немного не полежать? Я позову тебя, когда суп будет готов.

Шэнь Цзюньци действительно немного устал. Он прошёл в спальню и лёг. Из гостиной доносился голос Гу Яньчэна, который разговаривал с кем-то по телефону. Казалось, что Гу Яньчэнь специально говорил тише, чтобы не мешать ему, отдыхать.

Шэнь Цзюньци просто хотел немного полежать, но неожиданно, едва коснувшись подушки, он почувствовал сонливость и погрузился в глубокий сон.

Гу Яньчэнь сделал два телефонных звонка, приготовил куриный суп на медленном огне и ненадолго спустился вниз. Вернувшись, он обобщил все последние материалы по делу.

Как только эти злодеи обретут власть и деньги, они будут использовать все возможные средства, чтобы отвести от себя подозрения. Они потратят много времени на изучение законов и будут ломать голову, чтобы скрыть правду. Но, как геккон, сбрасывающий хвост, или цикада, сбрасывающая панцирь, они оставят следы.

Гу Яньчэнь тщательно изучил все улики и показания по недавним делам, чтобы убедиться в отсутствии проблем. Как полицейский, он не только сталкивался с трупами, запутанными делами, перестрелками и различными опасностями, но и имел дело с документами и процессами, в которых нельзя было допускать ошибок.

Работа полиции не заканчивается поимкой преступников. Она включает в себя тщательное расследование всех обстоятельств дела и помещение за решётку тех, кто этого заслуживает. Это проверка на прочность для сотрудника полиции.

Когда прибыла группа контроля, они надавили на этих людей. Теперь с трудом полученный список VIP-персон с сайта для вуайеристов был передан группе контроля, и начались допросы каждого, обсуждая их преступления и наказания.

Казалось, всё шло к лучшему.

В это время другие члены торговой компании Хэту бездействовали, опасаясь, что на них выйдет полиция. Но Гу Яньчэнь знал, что, если они совершали преступления, они их рано или поздно разоблачат.

Разобравшись с материалами, Гу Яньчэнь некоторое время просматривал интернет страницы. В одном из постов, говорилось о сложившейся ситуации и выражалось облегчение по поводу того, что в Биньчэнь прибыла группа наблюдателей.

Там было особенно меткое описание: «В последние годы казалось, что на этот город обрушился ад, высвободивший всевозможных демонов и монстров. Теперь, наконец, забрезжил свет, и им негде спрятаться».

Под этим постом появилось несколько горячих комментариев.

Самый популярный из них гласил: «Я вдруг вспомнил о бывшем начальнике. Если бы он был здесь всё это время, не было бы такого хаоса. Не было бы всех этих странных вещей».

Под этим комментарием был ещё один: «Нынешнее полицейское управление тоже неплохое. Команда надзорных органов приехала в Биньчэнь и даже осмелилась заглянуть в тринадцатый особняк, продемонстрировав большую решимость».

Читая эти слова, Гу Яньчэнь почувствовал лёгкую грусть. Он часто ощущал, что между его работой и обычными людьми существует барьер. Но оказалось, что всё, что делает полиция, находится на виду у общественности.

Как только он добрался до этого места, сработал таймер. Гу Яньчэнь пошёл на кухню, чтобы проверить куриный суп, который варился на медленном огне. Он томился в глиняном горшочке уже больше трёх часов, тихо побулькивая, и куриное мясо уже стало мягким. Гу Яньчэнь снял с поверхности жир, оставив только прозрачный бульон, выключил огонь, подставил под горшочек ткань и поставил его на обеденный стол остывать.

Он вошёл в спальню, чтобы разбудить Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь не стал включать свет в комнате, свет из гостиной освещал всё внутри.

Шэнь Цзюньци лежал на боку с плотно закрытыми глазами. Он выглядел чистым и утончённым, его кожа была гладкой, как белый нефрит, а черты лица — безупречными. Свет из гостиной падал на его лоб, излучая слабое сияние.

После недавней травмы он, казалось, стал более хрупким. Увидев, что он крепко спит, Гу Яньчэнь засомневался, стоит ли его будить. Пока он колебался, ресницы Шэнь Цзюньци слегка дрогнули, а брови слегка нахмурились, как будто он спал и о чём-то думал во сне.

Гу Яньчэнь протянул руку и коснулся его лба. Теперь, когда его состояние стабилизировалось, у него не было температуры.

Гу Яньчэнь позвал его:

- Доктор Шэнь, куриный суп готов. Почему бы тебе не встать?

Шэнь Цзюньци, казалось, немного пришёл в себя и пробормотал:

- Я не хочу финики…

Гу Яньчэнь знал, что он иногда разговаривает во сне, и терпеливо ответил:

- Я не добавлял финики. Это просто куриный бульон, как ты и просил.

С этими словами он протянул руку и легонько встряхнул Шэнь Цзюньци, положив ладонь ему на плечо.

Шэнь Цзюньци, всё ещё не открывая глаз, сказал:

- Папа, не уходи…

Гу Яньчэнь немного растерялся, не зная, что ответить. Но Шэнь Цзюньци, проснулся. Он открыл глаза, посмотрел на Гу Яньчэна и сфокусировал на нём взгляд. На его нежном лице отразились замешательство и удивление. Шэнь Цзюньци протянул руку, схватил Гу Яньчэна за запястье и прижал его ладонь к своей груди, дрожащим голосом произнеся:

- Не уходи…

Во сне Шэнь Цзюньци, снова шел мимо мертвых тел на трупной ферме. Он продолжал идти вперёд, пока не добрался до места, похожего на дом.

Обстановка в доме осталась прежней, старой, но такой знакомой. Горел привычный оранжево-жёлтый свет. Он увидел, как Линь Сянлань в фартуке хлопочет на кухне, хотя он и не очень хорошо готовит, но делает это с большой заботой. Он только что вернулся с работы, снял криминалистический костюм, отставил в сторону рюкзак и прислонился к дверному косяку, наблюдая за спиной Линь Сянланя.

Через некоторое время он спросил Линь Сянланя:

- Тебе нужна помощь?

Линь Сянлань ответил:

- Нет, я почти закончил. Скоро будет готово.

Это было похоже на обычную повседневную жизнь после ухода отца на пенсию. Он, молча, стоял и смотрел, как отец готовит.

Фигура Линь Сянланя была уже не такой стройной, как в молодости, его спина слегка сгорбилась, а седые пряди в волосах стали заметнее, чем раньше. Он вдруг кое-что понял, его отец незаметно для него  постарел.

Готовя еду, Линь Сянлань сказал:

- Сынок, скоро Праздник середины осени. Я приготовил для тебя куриный суп. Ты недавно получил травму, поэтому тебе нужно восстановить силы.

И ему захотелось куриного супа. Казалось, между ними возникла телепатическая связь. Прислонившись к стене, он сказал:

- Пап, на этот раз ты не добавил ничего странного в суп?

Линь Сянлань любил добавлять в куриный суп зизифус, дерезу, дягиль и эфедру, превращая обычный куриный суп в нечто кисло-сладкое и горькое на вкус, как китайское лекарство. Он принюхался и почувствовал лёгкую горечь. Что ж, этот куриный суп снова испорчен.

Линь Сянлань не успел ответить, он просто поставил глиняный горшок на стол, чуть не обжегшись. Он отдёрнул пальцы, подул на них и потёр ухо.

Увидев это, он не смог удержаться:

- Горшок такой горячий, почему бы тебе не взять что-нибудь, чтобы не обжечься?

Линь Сянлань ответил:

- У меня мозолистые и грубые руки, я не боюсь обжечься.

Он закатил глаза и прямо заявил:

- Ты просто ленишься…

- Это не лень. Я не боюсь трудностей. Я добавляю зизифус в куриный суп, потому что это аутентичный рецепт. Я специально запомнил этот рецепт для повышения тонуса и немного изменил его специально для тебя. Попробуй.

- Ты прекрасно знаешь, что мне это не нравится. Лекарственные травы испортят вкус куриного супа. Когда я готовлю его сам, я ничего не добавляю.

Несмотря на своё недовольство, он всё же помог с тарелками и палочками, и отец с сыном сели друг напротив друга за обеденным столом.

- Линь Ло, пей больше, — сказала Линь Сянлань, болтая с ним. — Расследования твоего отца наконец-то принесли плоды. На этот раз успешное уничтожение тринадцатого особняка — это большая победа.

- Но мы так и не поймали президента торговой компании Хэту, — сказал он.

Линь Сянлань утешил его в ответ:

- Не торопись, всему своё время.

Сидя за столом, он почувствовал странный запах куриного супа и решил, что это пустая трата времени.

Он пренебрежительно пробормотал:

- Я не хочу финики…

– Ты не понимаешь! Финики питают кровь, тебе следует, есть больше, — сказал Линь Сянлань.

Подойдя к глиняному горшку, он потянулся, чтобы поднять крышку, но вдруг кое-что вспомнил и спросил:

- Папа, а где Гу Яньчэнь? Ты его позвал?

- Ты уже думаешь о других, — усмехнулся Линь Сянлань, снимая фартук. — Вы обедайте в вдвоем, а я пойду. Я буду спокоен, зная, что о тебе кто-то заботится.

Он удивился:

- Папа, куда ты идёшь?

Сказав это, Линь Сянлань, словно вспомнив о срочных делах, поспешно оделся и ушёл. Во сне он поднял голову, чтобы окликнуть Линь Сянланя, но почувствовал, что у него перехватило дыхание и он не может издать ни звука, а его тело словно приковано к стулу и он не может пошевелиться. Он смотрел, как Линь Сянлань разворачивается и уходит, всё дальше и дальше, не останавливаясь.

Он очень волновался и смог лишь тихо прошептать:

- Папа, не уходи…

Линь Сянлань, казалось, его совсем не слышал. Вдруг всё вокруг него исчезло, и Линь Сянлань пропал из виду.

Шэнь Цзюньци внезапно открыл глаза, чувствуя, как бешено, колотится его сердце. В комнате было темно, лишь слабый свет пробивался сквозь шторы. У него слегка кружилась голова, и он не был уверен, что всё ещё спит. Линь Сянлань рядом не было, а Гу Яньчэнь сидел, рядом положив руку ему на плечо.

Шэнь Цзюньци испугался, что и этот человек  исчезнет, как Линь Сянлань. Не в силах понять, сон это или явь, он протянул руку и схватил Гу Яньчэна за запястье:

- Не уходи…

В тусклом свете Гу Яньчэнь посмотрел на него сверху вниз и тихо сказал:

- Я не уйду. Я здесь, никуда не денусь.

Получив ответ, Шэнь Цзюньци сначала обалдел, а затем прижал руку Гу Яньчэна к своей груди.

Ладонь Гу Яньчэна была тёплой, она согревала его холодную руку, и он чувствовал тонкие мозоли на его ладони.

Аккаунт

Глава 127. Аккаунт

Лицо Шэнь Цзюньци покраснело.

Он отпустил Гу Яньчэна и поспешил сесть, но случайно задел рану, ему пришлось наклониться, и притвориться, что кашляет, чтобы скрыть боль.

Гу Яньчэнь включил свет, совершенно не понимая, что с Шэнь Цзюньци. Увидев его раскрасневшееся лицо, он взял с прикроватной тумбочки термометр и приложил его ко лбу.

Термометр издал звуковой сигнал и показал число.

Гу Яньчэнь взглянул:

– 36,5℃, температуры нет.

Шэнь Цзюньци всё ещё чувствовал себя е ловко, он не хотел вспоминать о том, что говорил во сне.

- Пойдем, поедим куриного супа.

Гу Яньчэнь потянул его за собой.

Шэнь Цзюньци встал с кровати. Кот и собака были заперты на балконе, котенок прыгал по кошачьему дереву.

На столе уже стоял куриный суп, золотистый и горячий.

Шэнь Цзюньци сел и опустил голову, чтобы помешать суп ложкой, в котором ничего не было.

Гу Яньчэнь тоже налил себе тарелку.

Шэнь Цзюньци медленно пригубил суп. Куриный бульон был чистым и прозрачным, с кусочками имбиря и солью, и был очень вкусным. Он был даже наваристее того, что он готовил ему в больницу.

Это был идеальный куриный суп, каким он его себе представлял.

Он сделал несколько глотков, и почувствовал, что чего-то не хватает. Рука Шэнь Цзюньци замерла, пытаясь понять, чего же не хватает. Это было похоже на то, как ребёнок получает долгожданную игрушку и обнаруживает, что она совсем не такая, как он себе представлял. Похоже, она ему понравилась не так сильно, как он думал.

Гу Яньчэнь заметил его заминку и спросил:

- Что не так? Не нравится вкус?

- Нет… очень нравится…

Шэнь Цзюньци опустил ресницы и сказал:

- Мне просто вдруг захотелось добавить немного зизифуса.

Гу Яньчэнь приготовил для него чистый куриный суп, но он скучал по супу со странным вкусом, который готовил Линь Сянлань.…

Из-за приснившегося ему сна на глаза снова навернулись слёзы. Он сдерживал их, не давая пролиться.

Увидев, что его глаза покраснели, Гу Яньчэнь подумал, что он обжёгся, и напомнил ему:

- Этот суп я только что снял с плиты. Подуй на него, прежде чем пить. Не пей слишком быстро.

Шэнь Цзюньци хмыкнул и медленно отхлебнул.

Он спросил Гу Яньчэна:

- Ты завтра поедешь домой?

Гу Яньчэнь ответил:

- Я сказал маме, что в последнее время много работаю, поэтому отправлю им коробку лунных пряников днём или вечером. Возможно, я не поеду домой на ужин.

Шэнь Цзюньци подумал, что Гу Яньчэнь стоит перед выбором.

- Ты давно не был дома. Съезди, проведи время со своей семьёй. Я и один справлюсь.

Гу Яньчэнь сказал:

- Ты тоже моя семья.

Эти слова тронули сердце Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь взял куриный суп и сказал:

- Кроме того, у моего отчима, мамы и сестры полноценные кровные узы.

Шэнь Цзюньци выпалил:

- Но она  твоя мама…

Но Гу Яньчэнь сказал:

- Она не биологическая мать.

Ему было трудно объяснить эту ситуацию Шэнь Цзюньци. Мо Сюэцин хорошо к нему относилась, он всегда считал её своей матерью. Но ДНК не врёт. Так что, честно говоря, они с Шэнь Цзюньци были единственными членами своей семьи.

Шэнь Цзюньци опустил голову, вспомнив о Создателе снов.

Они с Гу Яньчэном родились в один день. Он тоже не был биологическим ребёнком своих родителей. Что произошло 25 сентября тридцать лет назад?

Гу Яньчэнь не знал, о чём он думает, и продолжил:

- Но всё в порядке. Они вырастили меня и всегда хорошо ко мне относились. Когда придёт время, я тебя с ними познакомлю.

Поболтав немного, Гу Яньчэнь почувствовал, что Шэнь Цзюньци чем-то обеспокоен. Возможно, это было связано с тем, что завтра был Праздник середины осени — день воссоединения семей.

Он осторожно спросил:

- Ты говорил во сне о семье. Ты скучаешь по ним?

После минутного молчания Шэнь Цзюньци признался:

- Мой отец готовил для меня куриный суп с большим количеством лекарственных трав, таких как финики и эфедра. У него был странный вкус, и раньше он мне не нравился, но теперь я по нему скучаю.

Гу Яньчэнь сказал:

- Если хочешь, я могу приготовить его для тебя.

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Я не знаю, какие именно ингредиенты он использовал. Он сказал, что это его эксклюзивный рецепт. Я вдруг понял, что больше никогда не попробую этот суп.

Некоторыми вещами мы не дорожим, пока они у нас есть, но скучаем по ним, когда они исчезают.

Гу Яньчэнь поднял глаза и сказал:

- Тот куриный суп, о котором ты упомянул, кажется, я тоже его пробовал. Однажды, когда я был ранен, Линь принёс мне его. Он был горьким и сладким, его было трудно пить, и Линь утверждал, что это его эксклюзивный рецепт.

Он отложил ложку и посмотрел на Шэнь Цзюньци, осторожно спросив:

- Может, я и не знаю рецепт твоего отца, но, возможно, смогу найти рецепт Линя.

Шэнь Цзюньци пребывал в полусне и не замечал ни скрытого подтекста, ни того, что Гу Яньчэнь сравнивал Линь Сянланя с его отцом.

Услышав это, он понял, что что-то не так, но ему слишком хотелось куриного супа, поэтому он все же тихо спросил:

- Как?

Гу Яньчэнь достал блокнот:

- Вообще-то Линь оставил мне аккаунт и пароль.

Он посмотрел на экран, скачал приложение для чата и установил его.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Линь где-то спрятал рецепт?

Гу Яньчэнь кивнул:

- Раньше у него был аккаунт.

Когда Гу Яньчэнь открыл знакомый интерфейс, Шэнь Цзюньци кое-что понял…

Он вспомнил, как в день его двенадцатого дня рождения Линь Сянлань сказал ему:

- Сынок, я знаю, что ты взрослеешь, и у тебя, должно быть, много претензий ко мне, много такого, о чём ты не хочешь говорить со мной лично. Но нам нужно общаться. Давай воспользуемся способом общения взрослых. Ты можешь оставлять мне сообщения в интернете, говорить всё, что хочешь, а я буду их читать.

Старина Линь помог ему зарегистрировать аккаунт, а затем зарегистрировал аккаунт и для себя. Этот аккаунт был чем-то вроде запасного, они просто добавили друг друга. С тех пор он заходил в аккаунт, и оставлять сообщения для Старины Линя.

Сначала он думал, что Линь Сянлань прочитает их и ответит. Но Линь Сянлань так и не ответил. Похоже, Линь Сянлань давно забыл об этом.

Похоже, он никогда не заходил в этот аккаунт, и аватарка в нём всегда была серой. Поэтому он относился к этому приложению как к исповедальне под названием «Линь Сянлань». Это было место, где он мог слой за слоем обнажать своё сердце. Здесь он изливал свои жалобы на Линь Сянлань, признавался ему в любви, выражал сожаление и обиду, и оставлял их позади.

Постепенно это вошло в привычку. Даже после смерти Линь Сянланя он иногда открывал приложение и писал несколько строк. Пока существовала эта форма общения, он чувствовал, что Линь Сянлань всё ещё жив и ничего не изменилось.

Гу Яньчэнь продолжил, погрузившись в свои мысли:

- У Старого Линя был альтернативный аккаунт. Он заходил в него каждый день, чтобы проверить. Он говорил мне, что использовал его как блокнот. Любимая еда, пожелания и привычки Линь Ло он  записывал туда.

Шэнь Цзюньци вдруг почувствовал, как что-то взорвалось у него в голове, и удивлённо воскликнул:

- Что?!

Заходил в систему каждый день? Значит, Линь Сянлань действительно видел всё, что он писал?!

- Пароль мне сказал Старик Линь. Вскоре после этого он скончался. Теперь я думаю, что, возможно, у него уже тогда было предчувствие, и поэтому он дал мне доступ. Старик Линь сказал мне, что, когда Линь Ло окончит колледж, он покажет ему, что внутри. В тот вечер, когда Линь Ло должен был получить диплом, я хотел пригласить его на ужин и рассказать об этом.

К сожалению, вмешалась судьба, и когда они встретились в тот день, Линь Ло лежал у него на руках, истекая кровью и едва дыша. Они даже не смогли, как следует попрощаться.

В тихой освещённой комнате, Гу Яньчэнь внимательно смотрел на него.

Шэнь Цзюньци наконец понял, что Гу Яньчэнь специально рассказал ему всё это. Гу Яньчэнь, вероятно, уже знал, что он — Линь Ло.

Он понимал, что Линь Сянлань был узлом в его сердце.

Сейчас у него было ощущение, как будто он узнал о наследстве Линь Сянланя.

Шэнь Цзюньци молча, склонил голову. Его реакция только что открыла все секреты.

Наконец он заговорил:

- Ты ведь давно всё понял, не так ли?

Шэнь Цзюньци вздрогнул и сам ответил:

- Я — Линь Ло.

Гу Яньчэнь кивнул. Он был проницательным капитаном полиции. С первой встречи, он показался ему знакомым, и потом он убедился, что вкусы и некоторые привычки этого человека совпадают с привычками Линь Ло. С его неестественным выражением лица, когда он увидел ту монету, и до едва заметных нестыковок в истории, которую он рассказал об игрушечном поезде и опыте Шэнь Цзюньци. С его меняющимся выражением лица, когда он говорил о Линь Сянлане, и до его реакции, когда он узнал о деле Линь Ло. От необъяснимой близости с Уляном до его дружеских отношений с Ли Чжуннанем.

Все улики указывали на это.

Рассказ Шэнь Цзюньци об операции по пересадке сердца, которую ему сделали, ещё больше убедил Гу Яньчэна в этом. Гу Яньчэнь давно это подозревал, и по мере их общения он всё больше убеждался в своей правоте.

Но только сейчас он, наконец, подтвердил это.

Он  Линь Ло.

Не в силах сдержаться, Гу Яньчэнь крепко обнял его и притянул к себе. Это был подарок — потерять и снова найти.

Он передал компьютер Шэнь Цзюньци:

- Ты Линь Ло, и у тебя есть право посмотреть, что там внутри. Ты можешь открыть этот аккаунт или забыть о нём.

Глядя на этот аккаунт, Шэнь Цзюньци долго колебался. Наконец он глубоко вздохнул и нажал клавишу Enter. Это было похоже на внезапно открывшуюся коробку. На экране появился аккаунт, которым он не пользовался много лет, с бесчисленными переписками и сообщениями, которые он оставил Линь Сянланю.

«Папа я что-то вспомнил, том числе и этот аккаунт. Мне сейчас сложно объяснить ситуацию, я как будто поменялся телами и живу жизнью другого человека».

«Папа, я сделал то, что ты хотел, я выучился на судмедэксперта. Кажется, у меня неплохо получается. К сожалению, ты этого не видишь.

«Недавно я снова увидел Ли Чжуннаня. Он был пойман этими людьми во время расследования ситуации с клининговой компанией, был ранен и упал в море во время побега. К счастью, рыбаки поблизости спасли его. Он все это время расследовал твою смерть. Я рассказала ему о том, что я Линь Ло, и в этом жизни я, наконец, чувствую себя е таким одиноким».

«Папа, сегодня я вскрыл труп и установил точную причину смерти. Благодаря моим знаниям в области судебной экспертизы я всё больше и больше люблю свою работу. Наказание злодеев и поощрение добрых людей, поимка виновных приносят чувство удовлетворения. Теперь я лучше понимаю, почему ты был так предан этой работе и любил её».

«Я помню, ты упоминал, что имел дело с директором Хэ, и говорил, что он справедливый человек. У директора Хэ есть идеи по поводу проблем в Биньчэне. Я несколько раз с ним разговаривал, и он действительно хороший руководитель».

«Папа, сегодня я отчитался перед городским бюро, всё прошло гладко, и меня приняли в отдел по борьбе с особо опасными преступниками. Завтра я официально приступлю к работе».

«Гу Яньчэнь теперь капитан отдела по борьбе с особо опасными преступниками. Я снял у него квартиру, и он будет обо мне заботиться. Можешь не волноваться».

«Сейчас у нас новое задание. Я думаю, что скоро мы раскроем секреты торговой ассоциации Хэту».

«Папа, я скучаю по тебе».

Он открыл раздел, где были дневники Линь Сянланя. На самом деле он вел его несколько лет.

«Ребёнок вырос, и у него появились свои маленькие секреты. Я настроил этот аккаунт так, чтобы он входил в систему незаметно, и тогда он сможет оставлять мне сообщения. Так он будет думать, что я об этом забыл. Я вижу его истинные мысли, я находчивый».

«Сегодня Линь Ло снова жаловался, что я поздно возвращаюсь домой. Но сегодня я спасал мать и дочь, которых чуть не убил бывший муж. Когда я вернулся домой, он уже спал, и я долго сидел у его кровати».

«Сегодня Линь Ло притворялся больным. О чём только думает этот озорник? Его отец — капитан полиции, я сразу все понял. Он хочет меня обмануть, но ему ещё не хватает мастерства».

«Я понял. Он притворяется больным, чтобы я больше о нём заботился. Я понимаю, что мало уделяю ему внимания, мой сын незаметно взрослеет и становится подростком. С этого момента я буду приходить домой пораньше, хотя бы два раза в неделю. Буду ужинать вместе с ним».

«Я отдал свою медаль Линь Ло, выданную провинциальным департаментом. Я пообещал ему, что он сможет обменять медаль на возможность сходить в парк развлечений. Он убрал медаль и сказал, что я лжец и всегда обманывал его. Кто сказал, что я лжец, я записал здесь все награды за выкуп, чтобы он не забывал и не совершал ошибок».

«Я чуть не забыл, что сегодня Праздник середины осени, но, к счастью, когда я вернулся с работы, я зашёл в аккаунт и увидел его сообщение. Он сказал, что ему одиноко, и он хочет, чтобы кто-нибудь составил ему компанию. Когда я проходил мимо полицейского участка, я увидел собаку, которую нужно было пристроить. Я сразу же решил забрать её домой. Я поступил умно».

«Сегодня Линь Ло действительно плохо себя чувствовал, но я не мог пойти с ним. Он сам принял лекарство, и температура спала. Линь Ло, мне очень жаль. Я знаю, что ты мой сын, и твой отец в долгу перед тобой».

«Линь Ло оправился от болезни, но сильно похудел. Я собираюсь сварить куриный суп, чтобы поддержать его силы. Сегодня я увидела секретный рецепт куриного супа. Попробовав его, я внес некоторые изменения, чтобы сделать его более питательным и разнообразным по вкусу. К сожалению, во время эксперимента я добавил слишком много астрагала, и вкус получился слишком горьким. Линь Ло это точно не понравится. Чтобы не выбрасывать его, я принёс этот экспериментальный куриный суп Гу Яньчэну, который недавно получил ранение, под предлогом, что пришёл навестить раненого. Я заставил его выпить всё до последней капли. Умница я, ничего не пропало».

«Линь Ло не любит финики в курином супе, но они полезны для крови. В этом и заключается суть куриного супа! Но мальчишка жалуется, выпивая несколько тарелок».

«В эти дни Линь Ло сдаёт вступительные экзамены в колледж. Прошлой ночью я допрашивал человека захвативший заложников. К полудню, возможно, из-за того, что я не спал всю ночь, у меня снова начались проблемы с сердцем. Я не пришёл в себя, даже после того, как принял быстродействующие сердечные таблетки. В такой критический момент я, как начальник отдела, не могу упасть в обморок на передовой. Если я это сделаю, всё пойдёт прахом. Если мы не узнаем, где находится заложник, сообщник может убить его».

«Линь Ло позвонил мне, но я успел сказать ему всего несколько слов, прежде чем он повесил трубку. Я смог только попросить Гу Яньчэна навестить его сегодня днём».

«К счастью, заложников освободили. Линь Ло тоже сдал экзамены. Он, наверное, злится, он уже несколько дней со мной не разговаривает».

«Врач посоветовал мне лечь в больницу. Это скрытое благословение, у Линь Ло больше не было времени жаловаться на меня».

«Линь Ло выбрал специализацию «коммуникация», но я знаю, что на самом деле ему нравится быть судмедэкспертом. Я часто вижу, как он пробирается в кабинет судмедэксперта и листает старые книги по анатомии. Думаю, он, пытается насолить мне. Лучше не быть полицейским. Если мы оба будем заняты в полиции, у нас будет ещё меньше времени на семью, и у него не будет времени на девушку».

«Гу Яньчэнь, очень надёжный парень. Я дал ему монету и пообещал, что, если дело Сюй Чэнхуана будет раскрыто, он сможет обращаться ко мне с любыми просьбами. Было бы здорово, если бы Линь Ло был девочкой, я мог бы доверить его ему».

«Мне часто кажется, что быть отцом сложнее, чем быть руководителем бюро. Вы можете много работать, но когда дело доходит до отцовства, ваш долг – это долг, который невозможно восполнить».

Некоторые из этих записей были длинными, некоторые — короткими, некоторые представляли собой рецепты, а некоторые были посвящены обыденным жизненным вопросам. Прочитав всё от корки до корки, Шэнь Цзюньци понял, что то, что он видел, никогда не было правдой. Линь Сянлань, возможно, и не был хорошим отцом, но он всегда старался.

В конце было письмо.

«Сынок, если ты увидишь это письмо, значит, папы уже нет в живых. Я сообщил Гу Яньчэну пароль и адрес электронной почты и попросил его передать их тебе после окончания колледжа. К тому времени ты должен быть достаточно взрослым и сможешь спокойно принять многие вещи, верно? Не мсти за меня, не вмешивайся в это. Это последнее желание твоего отца и моя последняя просьба к тебе. Ты должен подчиниться. Недавно я расследовал крупное дело, и чем больше я в него вникал, тем больше боялся. Это глупо. Я десятилетиями работал в общественной безопасности, но на этот раз мне страшно. Я не боюсь смерти, но боюсь, что, если я умру, ты останешься совсем один. Твоя мама рано ушла из жизни, и большую часть времени мы с тобой полагались только друг на друга. Я до сих пор помню, как ты родился, совсем крошечный, ты почти не плакал и очень рано начал лепетать. Ты улыбался, пока тебя кормили. Я смотрел, как ты взрослеешь, становишься таким умным, независимым и решительным. Ты иногда притворялся больным, чтобы привлечь моё внимание, и постоянно ввязывался в драки, потому что тебя обижали. Папино сердце болело за тебя, но я не знал, как это выразить. Я надеюсь, что ты всегда будешь здоров и счастлив. Я тоже не хочу умирать. Я тоже эгоист. Я хочу видеть тебя чаще, хочу увидеть, как ты по-настоящему повзрослеешь. Когда это время придёт, если я ещё буду жив, я уйду на покой. Я буду готовить для тебя каждый день, варить куриный суп или помогать тебе, заботиться о детях. Если ты не хочешь детей, ничего страшного. Мы можем вернуть Уляна, и мы будем каждый день с тобой гулять с собакой. Папа так много пишет, потому что, если однажды я погибну при исполнении, не грусти, а гордись мной. Эта профессия такая. Бесчисленное количество людей жертвовали и усердно работали, это единственный путь. Только тогда все смогут жить нормальной жизнью обычных людей. Я не одинокий путник на этом пути. За моей спиной стоят Гу Яньчэнь, Ли Чжуннань и многие другие способные молодые люди из городского бюро. Я передал факел, который держал в руках, и кто-то продолжит этот путь. И напоследок немного сентиментальности: папа любит тебя. Ты — лучший подарок, который преподнёс мне Бог. Спасибо, что был рядом со мной на протяжении всей моей долгой жизни. И наконец, сын мой, помни, в этом мире тьма никогда не сможет победить свет.

Читая это, по лицу Шэнь Цзюньци потекли слёзы. Он прикрыл рот рукой, изо всех сил стараясь не заплакать, но слёзы всё равно текли. Он вдруг понял, что дело не в том, чего не хватает в курином супе, а в том, что за столом не хватает Линь Сянланя. Как было бы здорово, если бы они втроём могли сидеть здесь вместе!

Гу Яньчэнь знал, о чём думает Шэнь Цзюньци.

Он обнял Шэнь Цзюньци и сказал:

- Ты отлично справился. Старина Линь гордился бы тобой, будь он жив.

Шэнь Цзюньци прислонился к плечу Гу Яньчэна, его слёзы намочили воротник.

Гу Яньчэнь нежно погладил его по спине:

- Я обещал ему. Я буду заботиться о тебе до конца своих дней.

Наблюдая за звездами

Глава 128. Наблюдая за звёздами

Ночь была туманной, и в городе было тихо.

Шэнь Цзюньци поплакал, израсходовав полпачки салфеток.

Обычно он терпел, молча, даже когда хотел плакать, всегда сдерживал слёзы, и поэтому его глаза слегка краснели. Но сейчас его плечи дрожали от рыданий, он не мог себя контролировать.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз так безутешно плакал, возможно, это было в тот день, когда умер Линь Сянлань. Тогда он плакал от отчаяния, а теперь — от переполнявших его эмоций. Эти слезы были освобождением.

После того как он выплакался, тёмные тучи в его сердце рассеялись, и чувство удушья постепенно исчезло. Возможно, сегодняшний сон был посланием Линь Сянланя, который успокаивал его и говорил, что если существует другой мир, то там с ним всё в порядке.

Гу Яньчэнь смотрел, как плачет Шэнь Цзюньци, и и его сердце тоже разрывалось. Ему было жаль этого человека, и он мягко утешал его. Не в силах сдержаться, он протянул руку и кончиками пальцев вытер слёзы в уголках его глаз.

Шэнь Цзюньци вытер слёзы и пошёл умываться. Теперь он чувствовал себя более рассудительным и спокойным.

Раньше ему казалось, что он всё время куда-то бежит, гонится за чем-то. Теперь, когда он, наконец, нашёл ответы и узнал правду, он больше ни о чём не жалел. Ему казалось, что он стоит перед собой в детстве, протягивает руку и нежно гладит ребёнка по голове. Наконец-то он мог сказать этому маленькому мальчику, что отец любит его, без всяких сомнений.

Забыв о детских обидах, он почувствовал, что стал сильнее. Он словно вернулся на ту детскую карусель, поднял голову и задал вопрос учителю, оставив других детей позади. Он сделал свой собственный выбор, в одиночку сел в поезд, который принадлежал только ему.

В поезде он повзрослел и стал воином, который защищал справедливость. Он встретил друзей единомышленников, познакомился с Гу Яньчэном и дальше они шли вместе. Поезд направлялся туда, где восходит солнце, навстречу светлому будущему.

Когда пришло время, ложиться спать, они умылись и пошли в спальню. Шэнь Цзюньци зажег ароматическую палочку — это была его привычка, утешать умершего.

Гу Яньчэнь лег в постель.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я хочу посмотреть на звёзды. Давай поболтаем перед сном.

Гу Яньчэнь выключил свет и включил звёздный проектор, который проецировал звезды на стены. Диск, который они использовали сегодня, был особенно впечатляющим, на нём были тысячи звёзд, и вся комната казалась вселенной, наполненной звёздами. Они прислонились к изголовью кровати и смотрели на медленно вращающееся звёздное небо. Они вдыхали аромат благовоний и слушали успокаивающую музыку.

Раскрыв себя, Шэнь Цзюньци почувствовал облегчение. Он наконец-то мог рассказать Гу Яньчэну о том, что пережил за это время.

Шэнь Цзюньци опустил голову и посмотрел на звёздный проектор в своей руке:

- Во время комы я действительно что-то чувствовал. Иногда я слышал, как ты читаешь мне. Я до сих пор помню некоторые сюжеты и диалоги. В то время я засыпал под звуки твоего чтения.

Гу Яньчэнь искренне сказал:

- Я выбирал книги, которые тебе нравятся, я видел твои заметки.

Шэнь Цзюньци усмехнулся в ответ на его слова и не смог удержаться, чтобы не сказать ему правду:

- Некоторые из них оказывали быстрый гипнотический эффект.

Он продолжил:

- После пересадки сердца я на какое-то время потерял память. Я очнулся и не понимал, кто я такой. Это был период физического восстановления. Врачи подумали, что это может быть последствием автомобильной аварии. После того как анализы не выявили никаких проблем, меня выписали. Вскоре родственники Шэнь Цзюньци привезли меня в Линчэн. Они рассказали мне об опыте Шэнь Цзюньци, который заставил меня постепенно адаптироваться к этой личности. Однако я не смог влиться в жизнь Шэнь Цзюньци. Многие детали и мои привычки не совпадали. Я держал свой телефон и мог разблокировать его отпечатком пальца, но все записи внутри него сбивали меня с толку.

Всё это время он находился в незнакомом месте, без родственников и какой-либо поддержки. Он не мог вспомнить ни одного из полученных знаний, поэтому ему пришлось подать заявление о приостановке учебы.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Затем в моём сознании начали появляться различные образы, словно сцены из фильма. Многие фрагменты вернулись ко мне и постепенно соединились. Я вспомнил Старого Линя, вспомнил тебя. Я проверил и обнаружил, что это не галлюцинации, а реальные воспоминания. Я понял, что я — Линь Ло.

Он сохранил воспоминания Линь Ло, его привычки, но он ничего не знал о прошлом Шэнь Цзюньци. Он не мог объяснить это явление с научной точки зрения, возможно, это была реинкарнация. Казалось, что его душа обитает в этом сердце, переходящем в новое тело.

Пережив первоначальный шок, он быстро смирился с этим фактом. И его самосознание было предельно ясным.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Я помнил все, что касается коммуникаций, но мои знания о работе судмедэксперта были недостаточно глубокими. Я взял учебники с собой, когда искал в старого судмедэксперта, чтобы рассказать ему о своей амнезии, вызванной несчастным случаем, и надеясь быстро восполнить пробелы в своих знаниях. Он посочувствовал мне и порекомендовал обратиться на трупную ферму. Воспользовавшись отпуском, я уехал за границу, чтобы изучить методы работы судмедэксперта. После возвращения в страну меня направили в провинциальное бюро, где я снова встретился с Ли Чжуннанем. Я присоединился к плану директора Хэ, а дальше ты, все знаешь …

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь поговорили о трупной ферме и его жизни в столице провинции.

Тогда его волновало всё, что происходило в Биньчэне. Он слышал, что в городское управление Биньчэна пришло новое руководство, Ли Чжуннань уволился, а Гу Яньчэнь занялся логистикой.

Этот некогда прекрасный город с высоким уровнем общественной безопасности стал отрицательным примером в глазах провинциальных полицейских. При упоминании Биньчэна все вздыхали и качали головами.

Шэнь Цзюньци тихо сказал:

- Потом я узнал, что Шэнь Цзюньци с родителями поехали в Биньчэнь, потому что его отца, прокурора, собирались туда перевести. Отец заранее повез туда семью в надежде обосноваться, но на шоссе они попали в аварию.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это могли быть те люди…

Фонд, Тринадцатый особняк, торговая ассоциация Хэту — эти люди контролировали Биньчэнь и, естественно, не хотели, чтобы туда пришли новые угрозы.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Потом я подумал, что Линь Сянлань, Шэнь Цзюньци и его родители, не могли просто взять и умереть без всякой причины.

Он вернулся из ада с миссией, словно семя справедливости, которое пустило корни и начало прорастать. Он не мог смириться с тем, что ему придётся начать всё сначала, жить счастливо и забыть о кровной вражде прошлого, чтобы стать обычным человеком.

В Биньчэне Линь Сянлань приложил столько усилий, боролся и пожертвовал своей жизнью. Город всё ещё был погружён во тьму, и он не мог оставаться в стороне.

Он думал о том, стоит ли связываться с Гу Яньчэном, но чем больше он об этом размышлял, тем больше боялся снова его увидеть. Тогда он не был уверен, захочет ли Гу Яньчэнь снова с ним общаться. Он решил, что не может позволить другим узнать, что Линь Ло всё ещё жив.

Чтобы осуществить этот план, ему нужно было стать Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь посмотрел на него.

Шэнь Цзюньци взвалил на свои плечи слишком много. Но Гу Яньчэнь любил его таким, какой он есть.

Пока Шэнь Цзюньци тихо рассказывал, он играл со звёздным проектором. С каждым движением его пальцев по небу проносилась падающая звезда. Казалось, эти звёзды исполняли их желания.

Всё началось с прикосновения их пальцев.

Холодные пальцы Шэнь Цзюньци коснулись тёплой кожи Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь взял его за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Его пальцы были длинными и тонкими, с чётко выраженными суставами, словно произведение искусства.

Он повернулся и поцеловал слегка холодные губы Шэнь Цзюньци. Прикосновения были нежными, от лёгкого поцелуя до страстных объятий.

Только они знали, как трудно было снова встретиться после всего, что им пришлось пережить.

После поцелуя Шэнь Цзюньци отложил звёздный проектор.

- Я должен осмотреть твоё тело.

Гу Яньчэнь прижал его к себе.

- Если кто-то и будет сегодня осматривать, то это буду я. Давай посмотрим, зажила ли твоя рана.

Он расстегнул каждую пуговицу, словно высвобождая воспоминания, запертые в прошлом.

Они не стали включать свет.

Тонкие пальцы Гу Яньчэна скользили по телу Шэнь Цзюньци, мозоли от оружия нежно касались его кожи. Раны от недавних травм почти зажили, остался лишь тонкий шрам.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Тебе всё ещё больно?

- Нет, — Шэнь Цзюньци покачал головой. — Не больно.

Рана немного саднила и чесалась, но при резких движениях чувствовалось лишь лёгкое покалывание.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я буду осторожен.

Желание нахлынуло, как прилив.

Гу Яньчэнь поцеловал шрам на груди Шэнь Цзюньци, целуя его сердце сквозь слой плоти и крови.

Его сердце громко билось, а дыхание Шэнь Цзюньци участилось, он почувствовал, как жар приближается к его лицу. Он почувствовал запах мяты на теле Гу Яньчэна, сложил руки и обвил ими шею.

Шэнь Цзюньци прошептал:

- Я всегда чувствовал, что ты — моя опора.

Теперь ему казалось, что его мечта сбылась. В те мрачные и безрадостные дни он тосковал по человеку на расстоянии, словно глядел на звёзды в небе. Он был подобен падающей звезде, которая несётся по небу, одинокая и бесцельная. Но его планета ждала его на месте, сияя своим светом, и он вернулся домой.

Они находились на двух разных планетах, наблюдая друг за другом в бескрайней Вселенной, и наконец, снова встретились.

Если это был сон, то он не хотел просыпаться.

- Спасибо, что вернулся ко мне, — Гу Яньчэнь укусил Шэнь Цзюньци за ухо, и его голос прозвучал хрипло, - Ты мне нравишься, ты мне очень нравишься.

Как сказал Маленький принц, любовь — это процесс приручения, и они приручили друг друга. Они были редкими сокровищами друг для друга, уникальными среди миллиардов звёзд.

Люди по своей сути существа.

Две формы жизни, изначально не связанные между собой, притянулись друг к другу и постепенно сблизились. Это был удивительный и манящий процесс.

Шэнь Цзюньци никогда не испытывал такой потребности в человеке. Он запрокинул голову и посмотрел на звёздное небо.

Небо было глубоким, а звёзды казались бесконечными. Ему казалось, что он шел по пустынному ледяному полю в чужой стране. Когда ему стало холодно, и его окружил пронизывающий ветер, он вдруг нашёл место, где можно было укрыться от ветра и дождя.

Гу Яньчэнь был подобен неприступной крепости, которая окружила его, защищая от всех бурь, и согревала теплом.

Шэнь Цзюньци почувствовал, как пустота в его сердце наполняется любовью.

Его ресницы слегка дрожали, как крылья бабочки, а грудь то поднималась, то опускалась.

Неудержимый, бесстрашный, нежный.

Они были счастливы, потому что были друг у друга.

Шэнь Цзюньци был удовлетворен, он был окутан любовью и погрузился в глубокий сон.

Ранним утром в день Праздника середины осени начали щебетать птицы. Солнце взошло, как обычно. Из-за недавнего похолодания трава у дороги начала менять цвет, она уже не была такой свежей, как летом, а стала жёлтой.

Осень в Биньчэне всегда короткая. После Праздника середины осени быстро наступит зима и похолодает.

Двое полицейских из отделения постучали в дверь здания. Это был холодильный склад в Биньчэне среднего размера.

Дежурный охранник впустил полицейских.

Старший из офицеров сказал:

- Плановая проверка. Кто отвечает за этот холодильный склад и что здесь хранится?

Охранник привык к таким проверкам.

Он узнал старшего офицера полиции и сказал:

- Офицер Чжан, почему вы всё ещё на работе в Праздник середины осени? Разве вы не проводили проверку несколько месяцев назад?

Офицер Чжан серьёзно сказал:

- Вы не знаете? Сверху прибыла группа инспекторов, которая проводит тщательную проверку всех предприятий и фабрик в округе, не оставляя ни одного «слепого пятна». Мы не нашли полной информации об этом холодильном складе.

Охранник быстро связался с начальством и снова заполнил анкету. Они поняли, что на этот раз всё будет иначе, потому что после того, как полицейские закончили задавать вопросы, они захотели осмотреть склад.

Охранник не хотел впускать их.

- Брат, у нас тут просто частное холодильное хранилище. Что мы можем скрывать?

Офицер Чжан был непривычно суров.

- Трудно сказать. А вдруг там наркотики, контрабандные образцы животных или что-то в этом роде?

Молодой полицейский успокоил охранника:

- В последнее время мы проводим много проверок, особенно в этом районе. Мы действительно можем что-то найти. Позавчера в Сингуцзи была обнаружена контрабанда, а прошлой ночью на фабрике мы нашли несколько бутылок с опасными химикатами. Так что не переживайте, мы тоже работаем сверхурочно.

Требования надзорной группы были жёсткими, и полицейские тоже боялись потерять работу.

Офицер Чжан сказал:

- А если мы не проведём проверку, то приедет полиция из городского управления.

Охранник спросил разрешения у начальства, прежде чем впустить их.

Утром в день Праздника середины осени все работники холодильного склада отсутствовали. Не было ни грузчиков, ни заведующего складом. Это холодильный склад с ультранизкой температурой, в котором круглый год поддерживается температура около минус двадцати градусов по Цельсию. Даже в тёплой рабочей одежде здесь было холодно. Холодильный склад был небольшим, всего около трёхсот квадратных метров, и был разделён на несколько зон, в которых хранились товары.

Холодильные установки гудели.

– Что здесь? – спросил офицер Чжан у охранника, дрожа.

Охранник сверился со списком:

- Здесь морепродукты, здесь мороженое, а здесь замороженное мясо.

Продолжая осмотр, они прошли дальше.

Офицер Чжан указал на кучу мусора и спросил:

- Что это?

Охранник объяснил:

– Это подсобное помещение. Здесь всегда кто-то что-то замораживает и не приходит за этим вовремя. Если срок истекает, руководство, опасаясь, что за этим потом придут, поэтому мы складываем это здесь. В любом случае, в холодильном хранилище достаточно места. При необходимости мы всегда можем это убрать.

Они и сами понимали, что вероятность того, что кто-то придёт и заявит права на эти вещи, невелика. Владельцы, вероятно, забыли о них, но без разрешения никто не осмеливался их выбросить.

Офицер Чжан посмотрел на даты на банках, самые старые были выпущены несколько лет назад, тем, что под ними, было около десяти лет, а тем, что ещё ниже, — ещё больше. Они даже нашли банку, выпущенную пятьдесят лет назад.

Холод замедлил течение времени. Замороженные креветки, мороженое, куриные крылышки, рулетики из баранины для горячего горшочка. Когда что-то становится привычным, на это перестают обращать внимание. Они надели перчатки и некоторое время рылись в поисках, чувствуя, что кончики их пальцев вот-вот отмерзнут.

Охранник не удивился:

– Здесь так холодно, поэтому никто не убирает. Так поступают в каждом холодильном складе.

Руководители тоже не хотели брать на себя ответственность, складирование было самым простым решением.

Офицер Чжан шмыгнул носом и указал наверх:

- Что это?

— Я не знаю.

Охранник никогда раньше не видел что в этой штуке.

— Я работаю здесь и видел, что она лежит вот так, но её нет в описи. Никто её не открывал.

Охранник помог полицейским, и они вместе убрали с верхней полки коробки и поставили их в сторонку на свободное место. Офицер Чжан открыл крышку, и оттуда вырвался поток холодного воздуха. Внутри было что-то, замороженное много лет назад и покрытое осколками льда.

Офицер Чжан заглянул внутрь и был поражён.

- Быстро, звони в городское управление!

В этой бочке находился обнажённый женский труп. Её слегка наклонённая голова и бледная, почти призрачная высохшая кожа излучали леденящую душу ауру, делая её похожей на мифическое привидение.

Никто не знал, как долго она пролежала в этой бочке, пока сегодня не увидела дневной свет.

Утренний солнечный свет проник в спальню сквозь шторы.

Гу Яньчэна разбудил телефонный звонок.

Он взял трубку, быстро взбодрился и ответил:

- Слушаю.

Послушав несколько секунд, он нахмурился и сел, расспрашивая о ситуации.

Он собирался одеться.

Взял в руки белую рубашку и, взглянув на себя в зеркало, положил её обратно.

Прошлой ночью Шэнь Цзюньци сошел с ума, и оставил следы по всему телу. Следы пальцев, укусы и засосы были повсюду.

Продолжая говорить по телефону Гу Яньчэнь, оделся в чёрную рубашку, чтобы скрыть следы на теле, и застегнул её доверху.

Шэнь Цзюньци, услышал звук, сонно протёр глаза и спросил:

- Что случилось?

Он плакал прошлой ночью и его глаза всё ещё были немного опухшими.

Гу Яньчэнь сказал:

- Есть дело. Обнаружено женское тело, которое было заморожено в течение многих лет.

Замороженное тело

Глава 129. Замороженное тело

Утром, Восточный Биньчэнь.

В это время проходило собеседование.

На вилле секретарь открыл дверь в комнату и впустил молодую девушку. Девушка вошла через парадную дверь, её окутал холодный осенний ветер, и она почувствовала тепло в комнате.

Хо Лэй стояла в комнате. Сегодня на ней было тёмно-зелёный чонсам, который подчёркивал её изящную фигуру, как будто она и девушка находились в двух разных временах года. Она повернулась, и её взгляд скользнул по телу девушки сверху вниз.

- Меня зовут Хо Лэй. Здесь не так холодно, сними пальто. Дай мне, как следует тебя рассмотреть.

Девушка слегка нахмурилась, услышав довольно странную просьбу интервьюера, но послушно сняла пальто, под которым оказалась широкая старая толстовка с капюшоном. Она немного смутилась и зажала угол пальто пальцами.

Хо Лэй лишь прищурилась и посмотрела на девушку. Она даже протянула руку и коснулась её талии и груди, словно ожидая, что та назовет цену.

Девушка робко посмотрела на Хо Лэй. Несмотря на то, что эта женщина была приятной, она всё равно немного её побаивалась. У девушки были большие глаза, она выглядела испуганной, как олень в свете фар.

Но Хо Лэй знала, что это только видимость, на самом деле эта девушка уже всё повидала. Она была очень разочарована в этом мире, и если кто-то будет к ней хоть немного добр, она сама проявит инициативу и сделает всё, что угодно.

Хо Лэй улыбнулся и взял её за руку:

- Тебя ведь зовут Тянь Сюэ, верно?

Девушка слегка кивнула.

- Я знаю о тебе, твои родители развелись, и ты им обоим была не нужна. Ты жила у бабушки. Когда ты училась в начальной школе, ты познакомилась с не очень хорошим учителем и стала одной из его жертв.

Выражение лица Тянь Сюэ стало менее естественным. Это был кошмар всей её жизни: учитель вызывал учениц в кабинет и делал с ними что-то непристойное. Девушка ничего не понимала и не знала, что это значит, пока учителя не наказали. Позже она поняла, что страстно ненавидит его и что этот мужчина разрушил её жизнь. Но даже если учитель попал в тюрьму, девственность этих девушек уже не вернуть.

Хо Лэй медленно продолжила:

- У твоей мамы родился сын, и твой отчим пытался издеваться над тобой, поэтому ты сбежала из дома. У тебя был парень, но он переспал с твоей лучшей подругой и скрыл это от тебя.

При упоминании об этом на лице Тянь Сюэ появилось выражение зрелости, не свойственное её возрасту. Она стиснула зубы и, бросив на женщину косой взгляд, сказала:

- Все эти мужчины ничтожества.

- Ты хочешь найти хорошую работу, но у тебя мало навыков. Ты очень хорошо поёшь, поэтому хочешь стать блогером. Все заработанные деньги ты отправляешь бабушке. Но теперь, когда твоя бабушка заболела, тебе нужно больше денег.

Хо Лэй попросила Тянь Сюэ спеть песню.

Тянь Сюэ запела мягким, красивым голосом с безупречным ритмом и мелодией. У некоторых людей просто есть голос, и им не нужен учитель.

Хо Лэй усадила Тянь Сюэ перед большим зеркалом, чтобы та могла посмотреть на себя. Она запустила пальцы с красными ногтями в густые тёмные волосы Тянь Сюэ и искренне вздохнула:

- Ты прекрасна.

Тянь Сюэ поджала губы и, глядя на себя в зеркало, прошептала:

- Но я… не думаю, что я достаточно привлекательна…

Она выросла в неблагополучной семье и была немного неуверенна в себе, поэтому обычно, когда пела, закрывала лицо. Сейчас на её лице не было макияжа, волосы были растрёпаны, и на ней была старая мятая одежда. На её невинном лице виднелись румяна, и рядом с изысканно накрашенной Хо Лэй она выглядела как маленькая деревенская девочка.

Однако взгляд Хо Лэй, казалось, мог проникнуть сквозь всё это, ясно увидеть её суть, и её будущее.

Она ущипнула девочку за пухлую щёчку:

- Это потому, что у тебя нет денег на косметику, нет возможности купить хорошую одежду. Но у тебя много хороших качеств, твоё лицо будет выглядеть хорошо, если ты немного его подправишь и накрасишься. У тебя очень хорошее тело, и самое главное — ты очень хорошо поёшь. К тому же ты молода.

Тянь Сюэ молча, слушала.

Хо Лэй налила себе чашку горячей воды, но не дала её девочке, а выпила сама.

- Прежде чем прийти сюда, ты ведь знала, что это за место, верно? Ты также должна знать, что я нехороший человек. Но как женщина я никогда не лгу женщинам и никогда не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь. Потому что я знаю, что мы, женщины, должны быть едины, если хотим иметь власть. Условие единства в том, что я буду помогать тебе и никогда не причиню тебе вреда. Когда доверие будет установлено, ты тоже будешь мне доверять.

Она искала девушек, которым причинили боль мужчины. В отличие от мужчин из тринадцатого особняка, которые использовали силу и принуждение для дрессировки наживки, она всегда давала этим девушкам свободу.

Они стремились стать ещё красивее и богаче, чтобы с готовностью служить ей.

У Хо Лэй был скверный характер, она била подчинённых-мужчин, которые её не слушались, таких как секретарь Ян Цзыэ, но этих девушек она не била, потому что испытывала к ним врождённое сострадание.

- Мы как вода, а мужчины как камни. Мы можем проникать сквозь камни долгие годы. Так что каждой из нас по отдельности недостаточно, мы должны быть вместе.

Хо Лэй сказала, играя с ногтями:

- Мне не нравятся мужчины. Я знаю, что они — грязные и отвратительные глупцы, самовлюблённые и жестокие идиоты, звери, которые ещё не закончили эволюционировать. Но я буду цепляться за них, подчинять их, получать от них деньги и власть. Если хочешь, можешь делать то же самое.

Тянь Сюэ поджала губы, чувствуя, что её слова звучат немного резкими. Хотя у многих мужчин были свои проблемы, и она их ненавидела, всё же были и хорошие люди. Хоть дедушка и умер, при жизни он всегда хорошо к ней относился. Именно учитель издевался над ней, а другой  учитель мужчина узнал об этом, защитил её, разоблачил обидчика и постоянно помогал ей.

А ещё есть полиция, военные, пожарные. Она знала, что просто не встретила хорошего человека. Хороший или плохой человек не имеет значения  мужчина это  или женщина. На земле есть только два создания, мужчины и женщины. Если люди живут и постоянно злятся на другую половину земных созданий, они впадают в крайность и чувствуют себя несчастными.

Девушка посмотрела на Хо Лэй, и не могла понять, хороший она человек или плохой.

- Я вижу в тебе потенциал, ты умная, у тебя есть свои идеи, и ты не следуешь за толпой.

Говоря об этом, Хо Лэй спросила:

- Есть простая истина, она называется равноценным обменом. Ты слышала историю о Русалочке?

— Я слышал об этом, — прошептала Тянь Сюэ.

- Русалочка превратилась в пену из-за принца, это так глупо. Но в этом есть доля правды, если хочешь иметь ноги, нужно пожертвовать своим певческим голосом. Чтобы получить желаемое, нужно чем-то пожертвовать.

Хо Лэй небрежно произнесла:

- Чтобы изменить себя, нужно что-то отдать. Например, своё целомудрие, свою любовь, своё тело. Тебе нужно переспать с ними или, может быть, пожертвовать своей маткой и выносить для них ребёнка.

Тянь Сюэ сжала кулаки:

- Меня взяли первый раз, когда мне было десять лет, и мне всё равно. Главное, чтобы я могла жить так, как хочу.

Хо Лэй кивнула:

- Это хорошо.

Она была очень довольна этой «канарейкой дня». Немного подучившись, она могла бы стать отличной шахматной фигурой. Она много с ней разговаривала, как старший товарищ, передающий опыт младшему.

Тянь Сюэ немного расслабилась, и спросила:

- Что мне нужно делать в будущем? Переспать с этими богатыми бизнесменами?

- Попридержи коней. Сначала познакомься с друзьями, но не торопись. Когда найдётся кто-то подходящий, я разработаю для тебя подробный план. Может быть, у вас завяжутся отношения. Мужчины по натуре осторожны, но это не очень-то помогает.

Тянь Сюэ моргнула.

- Мы что, будем проделывать дырки в презервативах?

Она видела, как это делают в телешоу.

Хо Лэй расхохоталась, насмехаясь над её наивностью.

- Конечно, нет. Презервативы, которые я тебе дам, обработаны особым образом. Обычные содержат вещества, убивающие сперматозоиды, а те, что я тебе дам, могут сохранять сперму жизнеспособной в течение нескольких дней. Можно заморозить для постоянного использования.

Тянь Сюэ не удержалась и спросила:

- Значит, если я соглашусь, то сразу забеременею?

Хо Лэй похлопал её по плечу.

- Юная леди, есть такая процедура, как искусственное оплодотворение.

Она использовала такие уловки, чтобы заставить не одного богатого бизнесмена попасть в ее ловушку. Мужчины не могут контролировать свое тело. Стоило молодой девушке проявить инициативу, и они уже не могли устоять, теряя контроль.

Тянь Сюэ заметила в комнате кошку. Она была невероятно красивой, но хромала при ходьбе.

Ей стало любопытно.

- Эта кошка…

Хо Лэй равнодушно посмотрела на кошку и сказала:

- Она меня поцарапала, поэтому я отрезала ей лапу. Непослушных детей нужно наказывать.

Она поставила бокал.

- Я вырастила очень красивую девушку. Сначала она меня слушалась, но потом у неё появился свой маленький план.

Тянь Сюэ спросила:

- Что с ней случилось?

- Она кого-то убила. Её недавно приговорили к смертной казни, приговор ещё не вступил в силу, и она подала апелляцию. Но никто ей не поможет.

Тянь Сюэ вспомнила популярную новость, которую увидела сегодня в интернете, знаменитость Лань Цзе приговорена к смертной казни по итогам первого судебного разбирательства. Может ли эта женщина говорить о ней?

Хо Лэй села на диван и продолжила:

- Она чуть не сорвала мой план. Потом я смогла найти её двоюродную сестру и продолжила свой план. Эта девушка была гораздо послушнее. Теперь её двоюродная сестра родила ребёнка и унаследовала миллиарды. За ней присматривают четыре няни, так что послушные дети получают угощения, а непослушные — наказания.

Помимо дела об убийстве, было ещё дело о наследстве Фан Чжэнжуна. После смерти Фан Чжэнжуна двоюродная сестра Лань Цзе родила от него сына, что было подтверждено анализом ДНК, и стала законным наследником.

Чжун Чжичунь находился в тюрьме, а Фан Цзяжун и Лань Цзе были приговорены к смертной казни. Часть активов попала бы в руки Хо Лэй, и она также получила бы контроль над компанией «Чжэнжун».

Кузина Лань Цзе изначально была пешкой, которую она поставила на кон. Если бы Чжун Чжичунь знал об этом, он, вероятно, скрежетал бы зубами от досады. Это было похоже на то, как богомол преследует цикаду, а иволга — рыбака, который извлекает выгоду из ссоры между бекасом и моллюском.

Губы Хо Лэй изогнулись в улыбке, когда она посмотрела на Тянь Сюэ.

- Ты послушный ребёнок, не так ли?

Тянь Сюэ вздрогнула, затем собралась с духом и сказала:

- Я очень послушная. Я готова на всё.

Была ли эта женщина ведьмой, которая предлагала ей продать душу, или нет, она не хотела возвращаться в свою прошлую жизнь.

Утром у холодильного склада припарковалось несколько полицейских машин. Сюда же вызвали владельца склада Чжан Юньвэя.

Вытирая пот со лба, он отвечал на вопросы полиции:

- Раньше это место было государственным складом. Из-за убытков его выкупил мой отец. Часть склада была переоборудована в холодильную камеру, это было около сорока лет назад. Я, правда, не знаю, кто положил сюда тело.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вышли из машины, а Ци Иань уже ждал их с набором для обследования.

Они надели несколько комплектов одежды, в том числе плотные защитные костюмы, обувь и перчатки. Судмедэксперты надели еще один слой изоляционных халатов и вошли во всеоружии.

Лу Ин пошел впереди и остановился в углу холодильной камеры, чтобы сделать фотографии и записать даты изготовления товаров, лежащих рядом. В этом царстве льда и снега на земле и стенах повсюду были белые ледяные частицы. В таких условиях было сложно найти улики и следы.

Гу Яньчэнь спросил:

- Можно ли определить год смерти по окружающей обстановке?

Лу Ин покачал головой.

- Можно лишь приблизительно предположить, что прошло больше десяти лет.

В холодильной камере дыхание превращается в белый пар.

Шэнь Цзюньци подошёл к бочке и посмотрел на труп внутри.

Железная бочка была запечатана, что позволило лучше сохранять влагу в теле. Деформация и обезвоживание женского тела были не слишком сильными, иначе оно превратилось бы в замёрзшую мумию. Труп был покрыт толстым слоем белых ледяных частиц, из-за чего было трудно разглядеть лицо.

Судмедэксперт Шэнь опустил голову, и некоторое время внимательно изучал труп, прежде чем сделать вывод:

- Этот труп пролежал в морозилке не менее двадцати лет.

Ци Иань воскликнул:

- Так долго?!

Шэнь Цзюньци кивнул.

- Нам нужно сделать вскрытие, чтобы узнать подробности.

На трупной ферме, где он работал, было холодно, и часто можно было увидеть замёрзшие трупы. Замёрзшие трупы, найденные на открытом воздухе, в основном имели жуткие лица и были обезвожены. Чем дольше они находились в замороженном состоянии, тем твёрже становились. Но логика, лежащая в основе этого типа трупов, схожа с формированием мумий, наиболее значительные изменения происходят в первые годы. На более поздних стадиях время не вносит существенных изменений.

Труп, пролежавший в морозилке тридцать лет, может быть практически неотличим от трупа, пролежавшего там пятьдесят лет.

Ци Иань, в толстых перчатках, вздохнул и сделал запись. Из-под его маски вырвался клуб белого дыма.

Это тело пролежало в морозилке много лет, и на старом удостоверении личности не было отпечатков пальцев. Они не знали, живы ли родственники жертвы. Даже если бы они попытались восстановить отпечатки пальцев и внешность, установить личность будет непросто.

После того как судмедэксперт и фотограф,  закончили свою работу, они вместе вынесли железную бочку с трупом на улицу и стали ждать, пока тело женщины немного оттает, чтобы можно было извлечь его из бочки.

По мере того как лёд таял, лицо жертвы постепенно становилось различимым. Это была молодая женщина лет двадцати, обнажённая, и насильно помещённая в бочку. Её тело было неестественно изогнуто.

Процесс разморозки шёл слишком медленно и был неудобен для работы. Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь посовещались и решили перевезти бочку вместе с трупом в судебно-медицинскую лабораторию городского бюро, где они могли бы дождаться завершения процесса разморозки, прежде чем проводить вскрытие.

Гу Яньчэнь уже навёл справки о ситуации с персоналом и поручил сотрудникам холодильного склада явиться в городское бюро для допроса. Кроме того, он запросил записи с камер наблюдения за последние три месяца, чтобы изучить их позже.

Они вышли из холодильной камеры и направились в раздевалку, чтобы снять тяжёлые морозостойкие костюмы.

Лу Ин и Ци Иань пришли раньше и переодевшись ушли. Остались только Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь.

Гу Яньчэнь наблюдал, как Шэнь Цзюньци снимает тяжёлое пальто, на нем была белая рубашка, заправленная в брюки, которая подчёркивала его тонкую талию.

Шэнь Цзюньци снял перчатки и размял затекшие пальцы. Он только что занимался с замерзшим трупом, и его пальцы уже давно замерзли и ничего не чувствовали.

- У тебя руки замерзли?

Гу Яньчэнь заметил это, взял его за руки, расстегнул рубашку и приложил его руки к своей груди, чтобы согреть.

Его тело было очень горячим. После того, как он простоял в холодильнике более получаса, оно все еще было как печь.

Гу Яньчэнь напомнил ему:

- Во время вскрытия будет ещё холоднее. Включи кондиционер посильнее, чтобы не простудиться.

Шэнь Цзюньци молча, прислонился к нему, опустив ресницы. Через некоторое время он прижался щекой к щеке Гу Яньчэни, в поисках тепла.

Гу Яньчэнь прижался губами к его бледному лбу, наслаждаясь этим мгновением покоя.

Когда тепло растопило холод, пальцы Шэнь Цзюньци наконец обрели некоторую силу и начали нежно двигаться, ощупывая кончиками упругость грудных мышц.

Гу Яньчэнь легонько похлопал его по плечу и предупредил:

- Будешь трогать это когда вернемся.

Контейнер

Глава 130. Контейнер

Городское бюро Биньчэна, третья прозекторская.

В прозекторской стояла огромная железная бочка, и они поливали её снаружи водой, чтобы ускорить процесс оттаивания. Женский труп постепенно размораживался и наконец, отделился от стенки бочки.

Шэнь Цзюньци и Ци Иань вытащили тело.

Женщина лежала на столе для вскрытия в неестественной позе. Тело напоминал холодную белую статую.

Шэнь Цзюньци надел двухслойные перчатки, но было все равно холодно.

Сначала они провели внешний осмотр.

Ци Иань достал бланк под названием «Регистрационная форма для осмотра неизвестного трупа» и в верхней части заполнил название подразделения и номер.

Женское тело было целым, и без одежды, что немного упрощало задачу. Когда лёд растаял, можно было сказать, что женщина была молодой, с волосами средней длины, черты её лица были несколько искажены из-за заморозки, щёки впали, а тело деформировалось, но её костная структура была хорошо различима.

У жертвы было немного раздуто тело, руки были тонкими, а живот большим. Кожа на теле была бледной и сморщенной, а из-за многолетнего пребывания в холоде. Поскольку тело не полностью оттаяло, потребовалось приложить некоторые усилия, чтобы ровно уложить её на столе.

Температура в прозекторской немного понизилась. Запах был не слишком сильным, но немного неприятный.

Измерив, рост жертвы, длину ступней и длину волос, они приступили к описанию физических характеристик и изучению особенностей зубов.

Из-за длительного пребывания тела в замороженном состоянии, кожа изменилась. К счастью, заморозка сохранила следы на теле. Даже спустя десятилетия многие детали можно было обнаружить.

Шэнь Цзюньци заметил отметину на плече женщины. Отметина была красной и выглядела как родимое пятно или, шрам. По форме она напоминала чашу, бутылку или песочные часы.

Ци Иань делал фотографии, а Шэнь Цзюньци в двухслойных перчатках осматривал холодное  женское плечо, ощупывая неровность отметины.

Он определил на ощупь:

- Похоже на ожог, как будто что-то горячее оставило этот след.

В древности существовали подобные наказания, но в наше время такие отметины встречаются нечасто. Потом они обнаружили повреждения на руках и ногах жертвы. Ногти были сломаны от мороза, а в промежутках между пальцами были трещины. На запястьях и лодыжках были едва заметные отметины.

Шэнь Цзюньци заметил:

- Руки и ноги долгое время были связаны. На ступнях мозоли, возможно, она ходила босиком или была в заточении.

Пока он внимательно изучал руки, Ци Иань вскрикнул и отскочил в сторону, спрятавшись за Шэнь Цзюньци.

Они уже долго работали вместе, но Шэнь Цзюньци впервые видел Ци Ианя таким напуганным.

Шэнь Цзюньци был напуган реакцией Ци Ианя.

Указав на лицо, Ци Иань сказал:

- Она… она плачет.

Это было достаточно странно, чтобы напугать судмедэксперта.

Шэнь Цзюньци поднял глаза и увидел, что из глаз текут слёзы, красные, как кровь. В свете бестеневой лампы две кровавые полосы медленно скатились по щекам, оставляя следы на бледной коже, как будто жертва плакала.

В сопровождении тихого потрескивания оттаивающего тела это выглядело необъяснимо жутко. Столкнуться с такой сценой в комнате для вскрытия действительно было неприятно.

Ци Иань не верил в феодальные суеверия, но увидеть труп, пролежавший в таком состоянии десятилетиями и всё ещё проливающий слёзы, было выше его понимания.

Жертва лежала на секционном столе, словно безмолвно сожалея о своей судьбе.

- Кровоизлияние в конъюнктиву из-за низкой температуры, при оттаивании кровь вытекает, — просто объяснил доктор Шэнь.

Он похлопал Ци Ианя по руке.

- Не о чем беспокоиться. Если тебе страшно, сходи зажги благовония.

Замороженные тела часто демонстрировали странные явления, кто не был с этим знаком, могли принять за сверхъестественные события. Такие трупы встречались нечасто, и даже опытные судмедэксперты могли легко ошибиться в их оценке.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Длительное пребывание тела в замороженном состоянии может привести к переломам глазничных костей, цианозу губ и пальцев, затылочным грыжам, трещинам в черепе и тому подобному.

Каждый случай нужно анализировать отдельно, и даже в учебниках для судмедэкспертов не было таких подробностей.

Выслушав объяснения своего наставника, Ци Иань собрался с мыслями, быстро сделал несколько заметок и продолжил помогать Шэнь Цзюньци в исследовании трупа.

Отпечатки пальцев на замёрзших пальцах было сложно обнаружить. Шэнь Цзюньци отрезал указательный палец на правой руке, замочил его в воде, а через двенадцать часов надо заменить воду раствором гидроксида натрия и оставить ещё на сутки. Замёрзшие подушечки пальцев снова набухнут, что позволит получить отпечатки.

Пока Ци Иань делал фотографии, он ощупал живот жертвы.

- Она что, была беременна?

Ему показалось, что выпуклость на животе выглядит ненормально.

Шэнь Цзюньци не стал отвечать сразу. Он раздвинул ноги, чтобы рассмотреть форму таза и влагалища.

- Она уже родила. Ребёнок родился, возможно, не один. Последний ребёнок родился незадолго до её смерти, поэтому её тело не успело полностью восстановиться.

Затем он осмотрел её грудь. Грудь была полной.

- Её убили и заморозили в бочке, когда она ещё кормила грудью. Тело могло пролежать несколько дней и начать издавать неприятный запах. Убийца испугался и перенёс его в холодильную камеру.

Этот женский труп полон тайн.

Жертвой стала недавно родившая женщина, которая ещё кормила грудью. Что могло послужить мотивом для похищения, заточения и убийства? Тело необходимо полностью разморозить, прежде чем приступать к вскрытию.

Даже после того, как замороженная кожа оттает, её всё равно сложно разрезать.

К счастью, Шэнь Цзюньци был специалистом, и каждый его разрез был уверенным. Лед хорошо сохранил тело.

При вскрытии грудной клетки мышцы оказались вишнево-красного цвета.

Ци Иань заметил, что это тело о отличается от обычных. Внутренние органы имели странный ярко-красный цвет, как у пластиковых моделей в хранилище судмедэкспертов.

Сердце, было похоже на замёрзшее сморщенное яблоко сорта Ред Делишес.

Шэнь Цзюньци извлёк все органы. Желудок был пуст, в кишечнике тое не было пищи. Перед смертью жертву морили голодом.

После он вынул сердце. Этот орган не полностью оттаял, и был твёрдым на ощупь.

Шэнь Цзюньци внимательно осматривал внутренние органы:

- Причиной смерти может быть отравление угарным газом. Мы подождём, пока органы полностью оттают, чтобы взять образцы крови из сердца и подтвердить причину.

Преступник может не знать, что после отравления угарным газом кровь и ткани умершего разлагаются медленно. Карбоксигемоглобин может сохраняться в организме в течение нескольких месяцев, а в замороженном состоянии — десятилетиями.

В полдень Гу Яньчэнь пришёл с сумкой и постучал в прозрачное смотровое окно в комнате для вскрытия.

Вскрытие было завершено.

Ци Иань отнёс тело в хранилище, и Шэнь Цзюньци вспомнил, что сегодня Праздник середины осени. Он знал, что Ци Ианю придётся ехать несколько часов, чтобы вернуться домой к родителям, поэтому отпустил его пораньше, чтобы он успел написать отчёт о вскрытии.

Ци Иань поблагодарил начальника, растрогался до слёз и спустился вниз с большой сумкой.

Шэнь Цзюньци остался, чтобы закончить работу. Он отмыл секционный стол, от пятен.

Услышав стук в стекло, он поднял голову и увидел Гу Яньчэна.

Шэнь Цзюньци жестом попросил его подождать минутку.

Гу Яньчэнь послушно остался стоять у двери прозекторской.

Шэнь Цзюньци боялся, что ему придётся ждать слишком долго, поэтому заметно ускорил процесс уборки.

Гу Яньчэнь смотрел на Шэнь Цзюньци через стекло. В комнате судмедэксперта, освещённой бестеневой лампой, была хорошо видна каждая деталь.

К этому времени доктор Шэнь уже сменил свой синий защитный костюм на белый докторский халат, из-за которого его кожа казалась еще белее. Он работал, опустив голову, и свет, золотил его ресницы.

Шэнь Цзюньци умело пересчитал все инструменты и убрал их в ящик. Он снял перчатки и маску.

Вымыв руки и выйдя в коридор, он убедился, что в коридоре больше никого нет, протянул руку и коснулся головы Гу Яньчэна. Таким жестом он гладил их собаку.

Гу Яньчэнь:

- …

Внезапно он вспомнил.

Жест, который Шэнь Цзюньци только что показал ему через стекло, был похож на команду «стоять» для дрессировки собак.

Доктор Шэнь не обратил внимания на эти детали.

Он посмотрел на то, что держал в руках Гу Яньчэнь.

- Что это?

Капитан Гу открыл сумку, которую нёс, и достал оттуда лунные пряники.

- Их дал секретарь Цуй. Он их купил и вручил всем офицерам, которые сегодня работают сверхурочно. Я принес это для судмедэкспертов. С каким вкусом тебе нравится?

Шэнь Цзюньци подумал и решил.

- Я буду солёный яичный желток с пастой из семян лотоса.

Гу Яньчэнь протянул ему пряник и выбрал себе ассорти из орехов, а остальные отнёс судмедэкспертам, работающим сверхурочно.

Они заказали еду на обед, но, поскольку заказ ещё не доставили, решили сначала съесть лунные пряники.

Шэнь Цзюньци вкратце рассказал о результатах вскрытия, а затем спросил:

- Есть какие-нибудь подвижки в расследовании?

- Прогресса не так много. Некоторые работники уехали в родные города на Праздник середины осени, так что сегодня мы можем проводить расследование только на месте. Я поручил сотрудникам собрать информацию и доложит.

Гу Яньчэнь ел свой лунный пряник.

- Раньше камер видеонаблюдения было не так много, и в системе контроля холодильного склада есть очевидные пробелы. Человек, который спрятал тело, должно быть, хорошо ориентировался в холодильном складе, раз посреди ночи поставил железную бочку под замороженные продукты. Судя по весу, тело мог оставить мужчина или несколько человек. Работники вспоминают, что эта штука стояла там больше двадцати лет.

Людям, не знакомым с холодильным складом, даже в голову не придёт прятать там труп.

Потом он объяснил:

- Мы планируем провести систематическое расследование в отношении всех работников и транспортных служб, которые на протяжении многих лет трудились на холодильном складе. Бай Мэн ищет заявления о пропаже людей, поданные много лет назад.

Если тело пролежало в морозилке несколько десятилетий, родственникам или знакомым жертвы было сложно её найти. Это процесс медленной и кропотливой работы, и торопиться нельзя.

Шэнь Цзюньци откусил кусочек лунного пряника и попробовал солёный яичный желток. Он был с двумя желтками. Его взгляд упал на лунный пряник, который держал Гу Яньчэнь. Лунные пряники с орехами тоже выглядели изысканно, в них был не просто сахар, а настоящие орехи.

- Это из павильона Линчжи. Я купил подарочную коробку того же бренда для своих родителей. Это недорого и вкусно, — сказал Гу Яньчэнь, отламывая кусочек и протягивая его Шэнь Цзюньци.

- Попробуй мой.

Шэнь Цзюньци съел и произнес:

- Неплохо.

Гу Яньчэнь сказал:

- Дай мне попробовать твой.

Он взял руку Шэнь Цзюньци с пряником и откусил кусочек.

Пока они ели, Гу Яньчэнь заметил фотографии, которые Ци Иань распечатал и отложил в сторону.

Ци Иань ушёл в спешке, взяв с собой несколько фотографий, а остальные оставил лежать на столе в беспорядке.

Шэнь Цзюньци заметил, что взгляд Гу Яньчэна застыл.

- Что случилось?

Гу Яньчэнь достал из стопки фотографию. На ней крупным планом была изображена рана с плеча жертвы.

Нахмурившись, он спросил:

- Что это?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Это было обнаружено на плече. Мне тоже кажется, что форма немного необычная.

Он заметил, что выражение лица Гу Яньчэна стало странным.

- Кажется, я уже видел такой след.

Гу Яньчэнь посерьёзнел, словно пытаясь что-то вспомнить.

- Где? — спросил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь отложил фотографию.

- На плече моей мамы.

Если он правильно помнил, то в детстве видел Мо Сюэцин в одежде с короткими рукавами. На её плече был похожий шрам. Он спрашивал у матери, откуда у неё этот шрам, но Мо Сюэцин всегда переводила разговор на другую тему.

Рука Шэнь Цзюньци, державшая лунный пряник, замерла, а брови слегка нахмурились.

Гу Яньчэнь понял, что сегодня, несмотря ни на что, им с  Шэнь Цзюньци надо навестить родителей.

После того, как Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци обсудили это, он позвонил домой.

Мо Сюэцин была в восторге от того, что он приведёт с собой друга, и спросила, есть ли какие-то ограничения в питании у Шэнь Цзюньци.

Сначала они вернулись к себе домой.

Шэнь Цзюньци принял горячий душ, чтобы согреться. Гу Яньчэнь достал подарки и лунные пряники, которые приготовил заранее. Во второй половине дня они пошли в торговый центр, чтобы купить две бутылки красного вина, а затем отправились домой к Гу Яньчэну.

Приёмного отца Гу Яньчэн звали Гу Вэньбинь, в настоящее время он является директором Первой городской народной больницы. Его мать, Мо Сюэцин, владела цветочным магазином недалеко от центра города. Она круглый год поставляла элитные цветочные композиции в отели и на конференции, и её бизнес процветал.

Их семья жила в тихом поселке на юго-востоке Биньчэна. Перед поселком располагались высотные здания с лифтами, а за ними, поселок с многоэтажными виллами.

Семья Гу занимала небольшой двухэтажный дом с  внутренним двором, где Мо Сюэцин тщательно ухаживала за цветами.

С наступлением осени расцвело много цветов, и их аромат чувствовался издалека.

У Гу Яньчэна были ключи от дома, и он сам открыл дверь, и позвал мать.

Мо Сюэцин улыбнулась и поприветствовала их, оторвавшись от цветочной композиции, над которой работала. Она использовала хризантемы в качестве основы, добавила зелёные листья в качестве акцентов и немного золотистого Османтуса для аромата и красоты.

Шэнь Цзюньци впервые встретился с Мо Сюэцин.

Этой женщине, было чуть за пятьдесят, и она на удивление хорошо сохранилась, без видимых морщин на лице. Её длинные чёрные волосы, прямые и гладкие, делали её намного моложе своих лет.

Она была нежной и доброй, Рыбой по знаку зодиака, и от неё естественным образом исходила романтическая аура, рядом с которой люди чувствовали себя комфортно.

Мо Сюэцин расставила цветы, а затем провела их к дивану, рассказывая обстановку дома.

Младшая сестра Гу Яньчэна ушла гулять с друзьями, а у Гу Вэньбиня сегодня операция, так что он вернётся не скоро.

Мо Сюэцин достала несколько хлопковых роз, которые она уже собрала в букеты, и протянула один из них Шэнь Цзюньци.

- Я слышала, что у Яньчэна появился друг, и я просила привести тебя к нам. У меня не было времени приготовить что-то особенное, так что, пожалуйста, прими это.

Шэнь Цзюньци взял цветы и подержал их в руках. Они были явно тщательно отобраны и очень красивы.

Он наклонил голову, вдохнул аромат, и сказал:

- Спасибо, тётушка. Они мне очень нравятся.

В глазах Мо Сюэцин мелькнула улыбка.

Словно боясь, что дети будут нервничать, она начала наливать им чай, затем достала фрукты и сказала с улыбкой:

- Тебя ведь зовут Шэнь Цзюньци, верно? Чем ты занимаешься в городском бюро?

Шэнь Цзюньци объяснил, что работает судмедэкспертом.

Мо Сюэцин снова улыбнулась и сказала:

- Быть судмедэкспертом — это здорово. У вас, должно быть, много общего с детективами. Я знала, что друг Яньчэна должен быть выдающимся. Мы прогрессивные родители и многое повидали за годы жизни. Тебе не нужно ни о чём беспокоиться, просто относись к этому месту как к своему дому.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Тётушка, вы, должно быть, очень хорошая мать, раз воспитали такого замечательного сына.

Услышав это, Мо Сюэцин, стала еще счастливее.

Увидев, что они нашли общий язык, Гу Яньчэнь вздохнул с облегчением.

Поболтав немного, Мо Сюэцин, хорошо знавшая своего сына, заметила, что он расстроен, и прямо спросила его:

- Яньчэнь, ты пришёл сегодня, потому что  что-то случилось?

Гу Яньчэнь рассказал о том, как они обнаружили труп.

Он достал фотографию и положил её на стол.

Пытаясь нащупать почву, он спросил:

- Мам, ты узнаёшь этот знак?

Взгляд Мо Сюэцин упал на шрам, и улыбка застыла на её лице. Она опустила глаза и, казалось, внезапно утратила жизненные силы, превратившись в марионетку, молча уставившуюся на фотографию. Воспоминания о далёком прошлом нахлынули на неё, как волны, разбивающиеся о камни.

После минутного молчания она заговорила:

- Я узнаю этот знак. Женщину с таким знаком называли «контейнером».

Святой Грааль

Глава 131. Святой Грааль

Во второй половине дня в Праздник середины осени в доме родителей Гу Яньчэна.

- Я никогда не думала, что мне придётся это вспоминать. Столько лет прошло.

Даже по сей день мама Гу Яньчэна помнила об этом и иногда просыпалась от кошмаров.

Мо Сюэцин вздохнула, сняла накидку, расстегнула манжеты и показала Гу Яньчэну и Шэнь Цзюньци своё плечо, на котором была такая же метка. И этот символ был более чётким, можно было разглядеть, в нем чашу или песочные часы.

- Это метка контейнера. Я спрашивала у врача, татуировки можно удалить, но такое клеймо останется с нами на всю жизнь.

Выражение лица Мо Сюэцин стало обычным, спокойным. Она нежно коснулась шрама пальцами.

- Став женщиной-контейнером, ты теряешь своё имя, и у тебя остаётся только номер. Я тоже была контейнером. Тогда мой номер был 82. На самом деле ты не мой биологический ребёнок, — сказала Мо Сюэцин, надевая одежду.

Гу Яньчэнь кивнул.

Мо Сюэцин горько улыбнулась:

- Да, ты такой умный и чувствительный, ты, должно быть, давно это понял.

Дети понимают, являются ли они биологическими родственниками или нет. Хотя Мо Сюэцин очень заботилась о Гу Яньчэне, когда он был ребенком, он всегда был тверд в своей вере и был добрым к своей матери. Но кровь, не вода, это невозможно описать словами, это  незаменимо.

Гу Яньчэнь слышал кое-что от родственников.

Мо Сюэцин на какое-то время исчезла, а потом внезапно вернулась с ребёнком. Она никому не рассказывала, что произошло за это время. Она никому не говорила, кто отец ребёнка. Она дала родственникам повод для сплетен, сказав, что родила ребёнка от мужчины на стороне.

Этим ребёнком был Гу Яньчэнь.

Бабушка с дедушкой помогали Мо Сюэцин воспитывать его.

Мо Сюэцин впервые открыто рассказывала ему о его происхождении.

Шэнь Цзюньци почувствовал себя неловко и, спросил:

- Нужно ли мне…

Он подумал, что этот разговор может затрагивать личную жизнь Гу Яньчэна. Если им было неудобно, что он находится рядом, он мог бы выйти.

Но Гу Яньчэнь протянул руку и положил её на его ладонь, и твёрдо сказал:

- Всё в порядке.

Для него Шэнь Цзюньци не был посторонним, и надеялся, что тот всё поймет.

Мо Сюэцин сделала глоток чая, взяла себя в руки и начала:

- Для начала я хочу рассказать вам, как я стала контейнером. Это случилось летом, когда мне было двадцать два года, тридцать лет назад. В том году я только уволилась с первой работы и собиралась найти новую, каждый день рассылала резюме и ходила на собеседования. Однажды вечером я вышла из метро и встретила по дороге пожилую пару… Я до сих пор помню, что у них были седые волосы, мутные глаза, сгорбленные спины и пыльные рваные пальто. Они говорили с акцентом, характерным для другого региона, и сказали, что ищут своего сына. Они протянули мне листок бумаги с написанным на нём адресом и попросили помочь его найти. Я понял, что адрес находится неподалёку, но как бы я им это ни объясняла, они не понимали, как туда добраться. Старушка тревожно плакала, а старик без остановки умолял меня, чуть ли не стоя на коленях. В тот момент я почувствовала сострадание и решила помочь им найти дорогу.

Гу Яньчэнь уже догадался, что произойдёт, это была старая афера, нацеленная на добросердечных одиноких женщин. Пожилая пара казалась ловушкой, расставленной на человеческой доброте. Как только женщина помогала им, она попадала в ловушку.

Мо Сюэцин продолжила:

- Когда мы дошли до переулка, двое мужчин затолкали меня в фургон. Тогда я была в ужасе, я вспомнила множество новостей о том, как девушек похищают и продают в горах. Но позже я поняла, что место, куда они меня привезли, было ещё страшнее, чем горы. Они усыпили меня, и я потеряла сознание. Потом я узнала, что эти люди с моего телефона, отправили моим родителям сообщение о том, что я сбежала с мужчиной. Они конфисковали мой телефон, кошелёк, одежду и документы, удостоверяющие личность. В то время возле метро было не так много камер наблюдения, и не было свидетелей, поэтому я просто исчезла. Мои родители сообщили об этом в полицию, и сначала меня классифицировали как сбежавшего из дома подростка. Только после того, как родители настояли, меня признали пропавшей без вести.

До этого Мо Сюэцин и представить себе не могла, насколько просто и легко можно похитить человека в городе. Сейчас она учит свою дочь не ходить одной и не гулять по пустынным переулкам по ночам. Вспоминая об этом, Мо Сюэцин всё ещё испытывала душевные терзания. Её дыхание участилось, а пальцы бесшумно сжались.

- Тебе наверное, трудно представить, но пока я была без сознания, меня тайно вывезли из страны на корабле.

Гу Яньчэнь всё понял. Это было несколько десятилетий назад, в Биньчэне, когда береговая охрана не была такой строгой, как сейчас. У моря было много частных портов, а также много нелегальных иммигрантов. Там было несколько маршрутов контрабанды, иногда для ввоза роскошных автомобилей в обход пошлин использовались грузовые суда, а также существовали различные каналы для контрабанды.

Полиция Биньчэна до сих пор время от времени арестовывает нелегальных иммигрантов.

- Когда я очнулась, то оказалась на острове в соседней стране. Меня переодели в другую одежду и привязали к больничной койке. У меня болело плечо, там, где поставили это клеймо. Эта заведение было похоже на психиатрическую больницу. На самом деле там содержались молодые женщины, похищенные из соседних стран.

Мо Сюэцин закрыла глаза от боли:

- С этого момента начался мой кошмар. У каждого так называемого пациента была своя койка, а номер койки – это наш номер и наше имя. Я была там под номером 82, но не последний.

Это означало, что жертв было больше, чем 82.

- Внутри было много охранников. До наступления беременности девушек привязывали к кроватям, они могли ненадолго отлучиться в туалет или поесть. Только беременным разрешалось свободно передвигаться. Но только в пределах здания.

Мо Сюэцин вспомнила жуткую психиатрическую больницу, и у неё по спине побежали мурашки, а в груди сжалось. Она подумала об этих беременных женщинах, об их бледных и измождённых лицах, об их оцепеневших взглядах, о том, что они не осмеливались говорить в коридорах, словно ходячие мертвецы.

- Когда меня привезли, я увидела, что все женщины были в полосатых больничных халатах. В больнице были охранники, врачи и медсёстры. Нас кормили. Поскольку снаружи это выглядело как психиатрическая больница, наши личности, медицинские карты и досье все было подделано этими людьми. Даже если бы мы звали на помощь, никто бы нам не помог. Если бы кто-то пришел с проверкой, они бы не нашли никаких проблем в этих записях. Наши семьи не знали, что нас похитили и отправили за границу.

Психиатрическая больница была хорошей маскировкой, люди, проходя мимо, и слыша плач и крики, ничего не подозревали. Даже если приходили проверять, они в лучшем случае просто просматривал записи. Каждой женщине давали имя, указывали возраст, происхождение и подделывали подписи родителей или опекунов, дававших согласие на лечение. Процесс был безупречным.

Никто бы не поверил тому, что говорили эти «психически нездоровые пациенты». Иногда мимо окна проходили иностранцы и смотрели на женщин в больничных халатах странными, испуганными и любопытными взглядами. Никто не считал их людьми и не сообщал об этом властям.

- Мы были босыми, двери и окна были заделаны железными решётками. За окном были только горы и пустоши. Выбраться было невозможно. Единственной целью женщин, находившихся внутри, было забеременеть. Каждые выходные приходили мужчины, чтобы выбрать подходящий «контейнер» и испробовать все способы, чтобы нас оплодотворить. Среди посетителей были люди из разных стран, в том числе пожилые и люди среднего возраста, в дорогой одежде и масках. Иногда один человек выбирал сразу несколько «контейнеров». Медсестры, давали нам лекарства. Если кто-то отказывался, её били электрошокером. Чтобы было проще следить за нашим менструальным циклом и облегчить работу этим мужчинам, небеременным женщинам не разрешалось носить бюстгальтер. Если женщина не могла забеременеть, они использовали вспомогательные методы.

Мо Сюэцин рассказывала об этом. Её голос звучал мягко, но то, что она описывала, было ужасно. Ещё более пугающими, чем физические пытки, были душевные страдания. Они подрывали самоуважение и достоинство женщин. У них была только одна цель - родить.

- Обычно они выбирали женщин из своей страны. Женщин, находившихся внутри, постоянно эксплуатировали. После рождения ребёнка их заставляли снова беременеть в течение двух-трёх месяцев. Насколько мне известно, одна женщина родила в общей сложности четверых детей. Эти дети высасывали из них все силы. Другой девушке было всего восемнадцать лет, её ребёнок был не доношенным, но ей сделали экстренное кесарево сечение. Врачи так торопились, что у них не было времени на анестезию. Она жалобно кричала, потеряв много крови. Я видела, как женщины рожали там детей, и вскоре после родов, максимум через месяц, его забирали.

Мо Сюэцин рассказала о некоторых событиях, произошедших с ней в той больнице. Она старалась говорить спокойно, но Гу Яньчэнь чувствовал, что даже спустя много лет эти события по-прежнему сильно на неё давят. Даже сейчас Мо Сюэцин помнила тех женщин, в глазах которых читалось только отчаяние. Но там за ними постоянно наблюдали, и они не могли даже сами умереть. Это был ад на земле, где они не могли выжить, и не могли умереть.

- Вскоре меня тоже выбрал мужчина в маске. Это был пожилой мужчина с седыми волосами, он выглядел нездоровым и постоянно кашлял. Он сказал мне, что я — его надежда. Я забеременела от него, страдая от невыносимого токсикоза. Когда я была на четвёртом месяце беременности, наступил переломный момент.

Шэнь Цзюньци молча, слушал. Услышав это, он нахмурился, и его охватило дурное предчувствие. Похоже, он догадался, для чего нужны были эти дети.

Мо Сюэцин сделала паузу и сказала:

- Сначала женщины думали о том, чтобы оказать сопротивление, но каждый раз, когда они сопротивлялись, охранники усиливали избиения, и могли даже убить. Это была чужая страна, незнакомая территория, поэтому никому не удавалось сбежать. Переломный момент наступил в сентябре того года, когда 15-го числа родился мальчик.

Мо Сюэцин вспомнила, что не рассказала Гу Яньчэну об этой женщине:

- Я не знаю её имени, только то, что её называли Номер 15. Из всех женщин, которых я там встретила, Номер 15 была самой красивой. Она была умной и осторожной женщиной, тоже родом из Биньчэна, но говорила на местном языке. Когда я забеременела, я не могла, есть, которую готовили эти люди. Она помогла мне объясниться с врачами и добилась того, чтобы мне на обед давали простую рисовую кашу. Однажды я чуть не поскользнулась в ванной, и она меня поддержала. У неё были хорошие отношения с остальными. Все были готовы выслушать её, если что-то случалось. Среди этих женщин она была прирождённым лидером. Но даже такая, как Номер 15, не могла избежать участи контейнера. Её живот постепенно рос, и она родила ребёнка. Однажды ночью меня сильно рвало, я не могла уснуть, и некоторое время ходила по коридору. В тот день дежурили врачи. Я спряталась в углу и услышала, как два врача разговаривают по-английски. Из их разговора я узнала, что забранных младенцев скоро убьют. Они упоминали какие-то термины, которых я не понимала, но старалась их запомнить.

Услышав это, Шэнь Цзюньци схватился за грудь, и его лицо побледнело. Теперь он всё понял. Эти люди оплодотворяли женщин не для того, чтобы те рожали для них детей, так что это было не суррогатное материнство. Они не собирались растить этих детей. Благодаря своему опыту в области трансплантации органов он лучше понимал, что происходит.

Тридцать лет назад технология трансплантации постепенно совершенствовалась, но проблема отторжения так и не была решена. Пациенты часто умирали до того, как удавалось найти подходящие органы. Лучшим способом снизить риск отторжения было использование органов кровных родственников. Органы младенцев и детей младшего возраста можно было пересаживать другим младенцам и детям младшего возраста. При подходящих условиях их можно было пересаживать и взрослым, и результаты были даже лучше, чем при пересадке органов взрослых.

Эти дети были сосудами для органов, они были источником живых сердец, печени, глаз, почек, костного мозга. Поэтому среди тех, кто пришёл туда, были и пожилые люди. Вот почему мужчина сказал, что Мо Сюэцин — его надежда. Вот почему работодатель не стал медлить и срочно сделал кесарево сечение беременной женщине.

Богатые люди перестали искать подходящие органы у обычных людей. Они создавали более подходящие органы. Возможно, некоторые из них делали это не для себя, а для своих любимых детей. С самого рождения эти дети были обречены на смерть. Они были всего лишь инструментами, созданными для того, чтобы продлить жизнь другим.

Только дети с высокой совместимостью могли получить временный шанс на выживание, но этот шанс также сеял семена их будущей гибели. Другими словами, все детей потом убивали.

Шэнь Цзюньци понял значение слова «сосуд», оно не только обозначало женское лоно, но и указывало на то, что они постоянно наполняются, как сосуды. Символ на плече был нарисован в виде Святого Грааля. Он символизировал Святой Грааль вечной жизни. Люди могут совершать невероятно жестокие поступки, чтобы продлить свою жизнь.

- Я не совсем поняла, о чём говорили эти люди, но всё равно втайне рассказала об этом Номер 15. Я изо всех сил старалась воспроизвести для неё эти термины. Той ночью, держа на руках своего ребёнка, она проплакала полночи. Как мать, она не могла смириться с мыслью, что её ребёнок умрёт, едва ему исполнится месяц. На следующий день она спросила меня, не хочу ли я сбежать. Оказалось, что Номер 15 всегда хотела это сделать. Она уже определила, где находится гавань, и упросила добросердечного фермера, который приходил с овощами, помочь ей сбежать. Но чтобы добраться до порта, нужно было пройти долгий путь. Ради ребёнка она решила действовать быстрее.

Мо Сюэцин видела ребёнка, рождённого Номером 15. Это был мальчик, в отличие от многих новорождённых, которые выглядели сморщенными. Этот малыш родился красивым и очаровательным. Несмотря на то, что между матерями, которые были всего лишь сосудами, и детьми, которых они выносили, была лишь кратковременная связь, Мо Сюэцин могла сказать, что Номер 15 очень любила этого ребёнка. В конце концов, связь между матерью и ребёнком, а также перенесённые страдания сделали ребёнка духовным утешением для матери.

- Я помню, что разговаривала с ней 20 сентября. Мужчины должны были прийти 25 сентября. Менее чем через пять дней несколько знакомых мне женщин впервые объединились и разработали план побега. Мы начали запасаться водой и едой. После длительного наблюдения мы подсчитали количество врачей и охранников внутри, а также смены, в которые они работают. Мы также определили общее направление по восходу и закату солнца и составили карты внутренней и внешней территории. — В этот момент глаза Мо Сюэцин заблестели.

Для женщин это был смелый шаг. Они боролись за себя и своих детей, и искали выход.

- Мы начали всё планировать. Кроме Номера 15, было ещё несколько женщин, которые только что родили. Эти слабые матери не могли отправиться в долгое путешествие. Поэтому они решили остаться и попытаться выиграть время, чтобы мы могли уйти дальше. Мне и нескольким женщинам, которые были на более поздних сроках беременности, поручили присматривать за детьми. Мы научились их успокаивать. День 25 сентября наступил быстро. Вечером, воспользовавшись тем, что охранники были наиболее расслаблены, так как мужчины вот-вот должны были прийти, мы объединились, вырубили охранников, связали врачей, нашли ключи и открыли двери камер. Группа женщин в больничных халатах и обуви, снятой с врачей и охранников, выбежала в темноту. Чтобы нас не поймали и не вернули обратно, мы разделились и побежали. Я слышала крики женщин, которых поймали и вернули назад. К счастью, мне удалось сбежать.

Даже сейчас Мо Сюэцин помнила всё, что пережила той ночью. Небо было особенно тёмным, луны не было, и дул сильный ветер, свистя в ушах. Её сердце бешено колотилось от страха и тревоги. Убегая, она предусмотрительно прихватила занавеску, чтобы укрыться, и завернулась в неё. Так её белое больничное одеяние было не так заметно в ночной темноте. Она несла ребёнка и старалась идти по безлюдным местам. Она услышала лай собак, увидела вдалеке фонарики и поняла, что люди ищут сбежавших женщин. Услышав шаги, она остановилась и притаилась в кустах.

- Когда снаружи не осталось ни звука, я выползла наружу. В ту кромешную ночь я несла тебя на руках всю дорогу. Ты была такой тёплой в моих объятиях. Наконец я увидела уличные фонари, прошла два часа в одиночестве и добралась до порта, где нашла тот корабль. Со мной сбежали восемь беременных женщин. Мы спасли пятерых детей.

Мо Сюэцин улыбнулась, и по её щекам потекли слёзы.

- Мне повезло. После двух дней мытарств я наконец вернулась домой.

Номер 15, которая указала им путь к спасению, и многие другие женщины не выжили.

- Десять дней спустя я решила сделать аборт. В больнице я познакомилась с Гу Вэньбинем. Я воспитывала тебя одна и не хотела выходить замуж, но твой отец настойчиво ухаживал за мной. Он знал о моём прошлом и не возражал. Когда тебе исполнилось двенадцать, я согласилась выйти за него замуж.

Мо Сюэцин, которой сейчас пятьдесят лет, по-прежнему немного смущалась, когда говорила об этом. Если бы не появление Гу Вэньбиня, она, возможно, так и не избавилась бы от ощущения, что была сосудом. Именно этот мужчина поддерживал её, любил её и постепенно помог ей вновь почувствовать себя достойной женщиной.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему ты не сообщила об этом в полицию после возвращения в страну?

Мо Сюэцин горько улыбнулась:

- Тогда, перед побегом, Номер 15 поставила перед нами два условия. Первое — не обращаться в полицию, а второе — женщинам, которые вынесли детей, вырастить их. Что касается причины, по которой не нужно было обращаться в полицию, Номер 15 сказала нам, что, во-первых, эти люди были очень влиятельными, и обращение в полицию могло выдать нас и подвергнуть опасности. Во-вторых, той ночью, чтобы мы могли сбежать с детьми, она и ещё несколько матерей решились на убийство. Она сказала, что эти два условия — цена нашего спасения. Мы должны были соблюдать эти два условия до конца жизни. Она заставила нас дать клятву.

В ту безумную ночь всё было гораздо кровавее, чем она описала вскользь. Женщинам пришлось заплатить высокую цену, чтобы сбежать, их руки были в крови. Один из способов выжить, столкнувшись с чудовищами, — самому превратиться в чудовище. Если бы они сообщили об этом в полицию, то сами бы оказались за решёткой.

Шэнь Цзюньци всё понял.

Мо Сюэцин и Гу Яньчэнь не знали истинного значения контейнера и детей, но Номер 15 должна была знать. Она понимала, что, если женщины обратятся в полицию, даже если им удастся добиться временного правосудия, это будет представлять большую опасность для детей. Поэтому она сообщила женщинам о двух условиях, которых они должны были придерживаться.

Мо Сюэцин прошептала:

- Яньчэнь, я надеюсь, ты сможешь простить маму. Я всего лишь обычный человек, который тоже испытывает страх. Я похоронила эти переживания глубоко в сердце и никогда не рассказывала тебе о них. Когда ты сказал, что хочешь поступить в полицейскую академию и стать полицейским, я невероятно гордилась тобой. Я надеялась, что ты сможешь защитить себя, стать честным человеком и раскрыть эту тайну, заставив тех, кто стоит за всем этим, заплатить свою цену.

Гу Яньчэнь протянул руку и обнял Мо Сюэцин.

В сложившейся ситуации он не винил её за то, что она не пошла в полицию и не раскрыла правду. Она вырастила его, заботясь о нём не только как мать, но и как человек, спасший ему жизнь.

Обнимая Мо Сюэцин, он сказал:

- Спасибо тебе, ты всегда будешь моей мамой.

Взгляд Мо Сюэцина упал на фотографию:

- Эта женщина, должно быть, одна из тех, кто сбежал со мной той ночью. Я не могу вспомнить, кто она, но у мне кажется, что она тоже вернулась в Китай. Я не знаю, что с ней случилось потом, но надеюсь, что мой рассказ даст вам хоть какую-то зацепку.

Автору есть что сказать:

Гу Яньчэнь  ребенок не Номера 15.

С точки зрения сюжета, это не будет большим событием, и не будет включать в себя иностранные заговоры. Это всего лишь фоновый инцидент.

Что касается трансплантации органов младенцев, некоторые люди делали это для своих детей, в то время как другие хотели вырастить этих детей для того, чтобы иметь возможность заменить свои органы в будущем.

Месть

Глава 132. Месть

Шэнь Цзюньци выслушал всё и задумчиво склонил голову.

Он вспомнил Мастера снов, должно быть, он был одним из детей, которых женщины вынесли из той клетки.

Значит, Мастер снов тоже знал об этом? День рождения Мастера снов тоже приходился на 25 сентября, но это был не их настоящий день рождения, а день их перерождения. Поэтому, когда его приёмная мать сказала: «Я обещала вырастить его», а его приёмный отец хотел его убить, это произошло именно из-за этого.

Именно поэтому Хэ Вэньлинь завидовал Гу Яньчэну и обратил на него внимание. У них было схожее происхождение, но из-за того, что у них были разные матери, они жили по разному, и это повлияло на их судьбу.

Как раз, когда они обсуждали это, раздался звук открывающейся двери.

Мо Сюэцин быстро вытерла глаза.

- Может быть, это твой отец вернулся. Я пойду, приготовлю ужин. Несколько основных блюд уже тушатся в кастрюле, осталось только обжарить пару блюд.

Вставая, она сказала:

- Сынок, ты обычно занят на работе и редко приходишь. Я приготовила для тебя твои любимые бараньи отбивные на гриле.

Действительно, вошёл Гу Вэньбинь, высокий мужчина средних лет с довольно заурядной внешностью, но с властным видом. Он поздоровался с Гу Яньчэном, и тот представил ему Шэнь Цзюньци.

Гу Вэньбинь перекинулся с ними парой слов, прежде чем отправиться на кухню, чтобы помочь Мо Сюэцин.

Его взгляд был прикован к женщине, и на его лице появилась редкая улыбка. Стоя рядом с Гу Вэньбинем, Мо Сюэцин, казалось, забыла о пережитых страданиях, и они вдвоём усердно работали на кухне.

Глядя через стеклянную дверь кухни, Шэнь Цзюньци подумал, что, наверное, так и выглядит брак по любви.

К ужину домой вернулась младшая сестра Гу Яньчэна, Гу Яньсян. Она была на тринадцать лет моложе брата и только перешла в третий класс старшей школы. Наконец-то у неё начались каникулы, и она провела весь день, играя с одноклассниками.

Семья сидела за обеденным столом, болтала и смеялась. Мо Сюэцин накрыла стол, полный вкуснейших блюд. Поскольку Гу Яньчэну нужно было содиться за руль, никто не пил алкоголь, а вместо этого пил сок. По телевизору показывали гала-концерт в честь Праздника середины осени, что создавало праздничную атмосферу.

Мо Сюэцин радушно пригласила Шэнь Цзюньци:

- Я приготовила несколько домашних блюд. Сяо Шэнь, почему бы тебе не попробовать их? Тебе нравится?

Шэнь Цзюньци попробовал несколько блюд и вежливо кивнул:

-Тётушка очень хорошо готовит, всё очень вкусно.

Гу Яньчэнь добавил:

-Меня научила готовить мама.

Шэнь Цзюньци подумал, что уже давно не наслаждался такой оживлённой и обильной трапезой. Ужин с ними был совсем не таким, как ужин с коллегами, он вызывал тёплые чувства.

Вот что значит семья, вот что значит дом.

В середине трапезы Гу Яньсян услышала, что Шэнь Цзюньци работает судмедэкспертом, и начала засыпать его вопросами. Так за ужином в честь воссоединения семьи они начали обсуждать личинок, трупы и гигантских червей, постепенно стирая улыбки с лиц Мо Сюэцин и Гу Вэньбиня.

Родители хотели вмешаться, но боялись, что это будет воспринято как неуважение к профессии Шэнь Цзюньци, и это может привести к дискриминации судмедэкспертов. Поэтому они позволили дочери продолжить задавать вопросы. Шэнь Цзюньци почувствовал неловкость, но решил, что будет неправильно не ответить. Поэтому он отвечал как можно короче.

Потом уже  Мо Сюэцин не выдержала и с улыбкой вмешалась:

- Сянсян, пусть доктор Шэнь спокойно наслаждается едой.

Гу Яньсян возразила:

- Мам, я давно хотела стать судмедэкспертом. Сегодня я наконец-то встретила настоящего судмедэксперта. Разве я не могу поинтересоваться?

Мо Сюэцин, удивлённая этим, замолчала, а затем продолжила с улыбкой:

- Ты, дитя моё. Я не против того, чтобы ты выбрала эту профессию, но работа судмедэксперта — это не только веселье и игры. Прежде чем говорить такое, убедись, что ты всё хорошо понимаешь

Гу Яньсян, сосредоточенно поглощавшая еду, ответила:

- Я не шучу. Папа, в каких школах есть программа подготовки судмедэкспертов. Какие там требования к поступающим. И в какие из них принимают девушек. Я уже всё разузнала.

Гу Вэньбинь добавил:

- Работа судмедэксперта сопряжена с множеством трудностей.

Гу Яньсян возразила:

- Папа, работа врача тоже сопряжена с множеством трудностей. Кроме того, работа судмедэксперта намного проще, чем отношения между врачом и пациентом. Я смотрела рекламный ролик городского бюро, где работает мой брат, и среди его коллег была женщина-судмедэксперт по имени Вэнь Вань. Она для меня пример для подражания.

Гу Яньчэнь без колебаний указал сестре на её ошибку:

-Если ты хочешь стать судмедэкспертом, сначала улучши свои результаты моделирования.

При упоминании оценок Гу Яньсян наконец успокоилась, и все дружно сменили тему.

Через некоторое время девушка, всё ещё настойчивая, подняла голову и спросила:

- Доктор Шэнь, вы берёте учеников? Я слышала, что у судмедэкспертов обычно есть наставники. Если я поступлю на программу судмедэксперта и вернусь в городское бюро, вы сможете стать моим наставником?

В словах его сводной сестры Гу Яньчэнь уловил намек на проблему.

Оба ребенка воспитывались Мо Сюэцин, и их вкусы и эстетические предпочтения странным образом совпадали. Гу Яньсян с двух лет отбирала у него все подряд, будь то канцелярские принадлежности, сладости или фрукты, которые ему нравились.

Сверкая глазами, девочка ждала ответа Шэнь Цзюньци.

Взглянув на Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци ответил:

- Я работаю судмедэкспертом в Особом уголовном отделе. Все решения за твоим братом.

Гу Яньчэнь добавил:

- У доктора Шэнь есть ученик. Если ты действительно хочешь учиться, я попрошу его ученика обучать тебя, когда ты приедешь.

Гу Яньсян почувствовала, что задели её гордость, и опустила голову, сосредоточившись на еде.

Глядя на Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци поднял палочки для еды и улыбнулся.

После того, как ужин воссоединения, наконец, закончился, Шэнь Цзюньци взял пучок гибискуса, попрощался с родителями и сел в машину.

На обратном пути Гу Яньчэнь смотрел на дорогу и молчал.

Они вернулись домой, и Гу Яньчэнь сел на диван.

Перед родителями и сестрой он делал вид, что ничего не произошло, но теперь, его мысли все еще были об истории, которую рассказала мать.

Раньше где-то на этой планете был такой ужасный ад.

Его мать, была одной из этих женщин, а отец вообще неизвестен.

Наблюдая за Гу Яньчэном, Шэнь Цзюньци, понял его мысли, протянул руку и положил её на ногу Гу Яньчэна, тихо прошептав:

- Мы не можем выбирать, где нам родиться или кем будут наши родители, но мы можем выбирать, кем нам быть.

Судьба человека определяется его выбором.

Значит, Гу Яньчэнь — это Гу Яньчэнь, а Создатель снов — это Создатель снов. Несмотря на схожее происхождение и опыт, они не могут стать друг другом.

Гу Яньчэнь почувствовал облегчение и притянул Шэнь Цзюньци к себе для поцелуя.

Рядом с ним были любящие родители, жизнерадостная и умная сестра и человек, которого он любил. Поэтому то, чья кровь текла в его жилах, казалось не таким важным.

После поцелуя, Шэнь Цзюньци встал и поставил в вазу букет гибискуса, который ему подарила Мо Сюэцин.

Тем временем Гу Яньчэнь подошёл к своему столу и открыл полицейскую платформу на компьютере.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты сегодня будешь работать допоздна?

Потирая виски, Гу Яньчэнь ответил:

- Размышляя о сегодняшнем деле, я чувствую, что чего-то не хватает, как будто мы упустили какие-то детали.

Понимающий Шэнь Цзюньци кивнул:

- Тогда тебе лучше заняться делом. Я спущусь вниз, чтобы выгулять собаку.

Гу Яньчэнь начал систематизировать документы, связанные с новым делом. После того как команда руководителей прибыла в Биньчэнь, работа по клининговой компании значительно продвинулась. Сегодня утром команда руководителей вызвала его на совещание.

На основании показаний управляющего Ли Ияна они вышли на супружескую пару средних лет, которые выглядели обычными людьми, но на самом деле были главными уборщиками в клининговой компании. Они лично занимались трупом Ся Тяньэнь. Следственная группа арестовала пару, и они признались в преступлении.

Впоследствии полиция опечатала несколько домов, принадлежащих клининговой компании. В настоящее время клининговая компания была ликвидирована, за исключением неуловимого организатора, который остаётся за кулисами.

Разобравшись с документами, Гу Яньчэнь начал изучать протоколы допросов по сегодняшнему делу.

Когда он вернулся с совещания в полдень, Лу Ин, Бай Мэн и Юй Шэнь уже допросили всех работников и связанных с ними лиц, которых смогли вызвать. После расследования они пришли к выводу, что у этих людей нет криминальных наклонностей, и дело всё ещё находится на стадии сбора доказательств.

Вечером Гу Яньчэнь получил новую информацию от Мо Сюэцин.

Он открыл все папки с показаниями и начал их проверять. Его лицо было серьёзным, когда он изучал материалы.

В групповом чате Гу Яньчэнь спросил:

- Человека, отвечающего за холодильную камеру, зовут Чжан Юньвэй?

Этим утром он мельком видел этого молодого человека.

Лу Ин ответил:

- Да, сегодня утром мы допросили Чжан Юньвэя и ненадолго задержали его. Однако, когда была убита женщина, он, скорее всего, ещё не родился или ему было всего несколько лет, так что он не мог быть убийцей. Он утверждал, что ничего не знает об этом. К полудню нам пришлось его отпустить.

Гу Яньчэнь просмотрел показания:

- Похоже, вы выбрали неверное направление расследования. Согласно показаниям Чжан Юньвэя и рабочих, Чжан Юньвэю в этом году исполнилось 29 лет, и он руководил холодильным складом всего семь лет. Большинство рабочих трудятся здесь от трёх до пяти лет. Вам следует сосредоточиться не на нынешних работниках, а на бывших сотрудниках и предыдущих руководителях холодильного склада. Вы связывались с отцом Чжан Юньвэя?

Лу Ин поспешно ответил:

- Когда мы звонили в полдень, номер был выключен. Чжан Юньвэй сказал, что его отец вернулся в родной город. Возможно, сигнал был слабым, и он сказал, что расскажет об этом отцу и попросит его завтра прийти в городское бюро.

Услышав это, Гу Яньчэнь нахмурился:

- Что-то здесь не сходится. Сын унаследовал от отца холодильную камеру и нашёл в ней труп, но он так равнодушен? Разве он не должен был сразу связаться с отцом и прояснить ситуацию? Почему ты сразу не связался с его отцом?

Юй Шэнь внезапно понял:

- Может ли это быть намеренным поступком со стороны Чжан Юньвэя? Что ему известно? Пытается ли он помешать, нам связаться с его отцом?

Если об этом подумать, как мог человек, отвечающий за холодильную камеру, не знать о спрятанном в ней трупе? Возможно, этот труп оставил там Чжан Чжаосинь. Он приходил на работу каждый день. Он намеренно сложил старые товары в углу, рассчитывая, что его холодильную камеру не будут тщательно проверять.

Гу Яньчэнь распорядился:

- Бай Мэн, найди личную информацию Чжан Чжаосиня, а затем попытайся связаться с ним снова.

Бай Мэн немедленно нашла его личную информацию и отправила её в группу.

Гу Яньчэнь нахмурился, просматривая файл и систематизируя информацию. Преобразование набора данных в историю — базовый навык детектива.

Чжан Чжаосинь был отцом Чжан Юньвэя, но в этом году ему исполнилось семьдесят два года.

Чжан Юньвэй был их третьим ребёнком. До него у них были сын и дочь. Дочь трагически погибла в автокатастрофе в возрасте восьми лет, а сын умер от болезни в шестнадцать. После этих потерь, когда им было за сорок, у них, родился Чжан Юньвэй.

Пережив потерю детей, убитые горем родители в преклонном возрасте обрели ребенка, и души не чаяли в младшем сыне.

Гу Яньчэнь изучил информацию, выделил ключевые слова и скрытые детали, а затем сопоставил их с подсказками, полученными от тела, замороженного на несколько лет.

Родители, потерявшие своих детей, женщина, замёрзшая в холодильнике, бывший начальник, у которого в старости родился ребёнок, и нынешний молодой менеджер...

Казалось, ответ напрашивался сам…

Бай Мэн написала в групповом чате:

- Я звонила Чжан Чжаосиню, но его телефон по-прежнему выключен. Телефон Чжан Юньвэя тоже выключен, и с его матерью тоже невозможно связаться.

Гу Яньчэнь быстро встал и спокойно сказал по громкой связи:

- Свяжись с детективами, и будьте готовы выдвигаться!

Прежде чем члены группы успели полностью осознать ситуацию, Гу Яньчэнь добавил:

- Убийцей может быть Чжан Чжаосинь, а ребёнок, рождённый женщиной, — это Чжан Юньвэй. Чжан Чжаосинь, возможно, не вернулся в родной город. Как бы то ни было, давайте сейчас поедем к Чжан Чжаосиню.

Чжан Юньвэй тоже был ребёнком контейнера.

Гу Яньчэнь быстро всё обдумал:

- Возможно, он хочет всё выяснить и отомстить за свою мать.

Отправляя сообщения Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь спустился вниз.

Шэнь Цзюньци выгулял собаку и, прежде чем сесть в машину, завел её в дом.

Машина Гу Яньчэна выехала из района и направилась к дому Чжан Чжаосиня.

Полчаса назад, в вечер воссоединения семьи, Чжан Юньвэй, ответственный за холодильную камеру, вернулся домой. Его мать, Цзи Мэйин, протянула ему тапочки и спросила:

- Почему ты работаешь допоздна в Праздник середины осени? Разве у рабочих не выходной?

Его отец, Чжан Чжаосинь, уже накрыл на стол и поставил еду и алкоголь.

Он спросил:

- Что было с тем сообщением, которое ты мне сегодня отправил? Почему ты попросил меня выключить телефон и не отвечать на незнакомые номера?

Утром он получил сообщение от Чжан Юньвэя. В этот раз сын не стал подробно объяснять ситуацию, а просто попросил его срочно выключить телефон.

Чжан Юньвэй ещё не переобулся. Он посмотрел на родителей, которые растили его более двадцати лет, и на его губах появилась едва заметная улыбка, в которой сквозил холод.

- Сегодня в подсобном помещении кое-что произошло, и я ходил к тёте Цинь после обеда.

Тётя Цинь была подругой Цзи Мэйин и их бывшей соседкой.

Цзи Мэйин могла рассказать тёте Цинь обо всём.

Цзи Мэйин с любопытством спросила:

- Зачем ты пошел к тёте Цинь? Зачем беспокоить её во время Праздника середины осени?

Чжан Юньвэй ответил:

- Я пошёл спросить её о прошлом. Она сказала, что после того, как ваша дочь и сын умерли один за другим, вы долго лечились и всё время хотели ещё одного ребёнка. Вы ходили молиться богине плодородия и рассматривали возможность искусственного оплодотворения, преодолевая множество трудностей. В конце концов, ваше желание исполнилось, и у вас родился ещё один ребёнок.

- Ах, всё это в прошлом. Зачем ты сейчас об этом вспоминаешь? Поторопись и бери палочки, — сказала Цзи Мэйин.

Тогда Чжан Юньвэй продолжил:

- Сегодня полиция проверила холодильную камеру.

Услышав это, Чжан Чжаосинь замолчал и слегка опустил голову. Свет отбрасывал глубокие тени на морщины на его лице.

- Зачем им вдруг понадобилось идти в холодильную камеру?

Цзи Мэйин выпрямилась, её взгляд блуждал.

- Они что-нибудь нашли?

- Они нашли труп в холодильнике, — сказал Чжан Юньвэй, приближаясь к двум пожилым людям.

- Вы знаете, чей это труп? Мои дорогие папа и мама…

Не стоит того

Глава 133. Не стоит того

Биньчэнь, раннее утро, тридцать лет назад.

Казалось бы, обычная чёрная как смоль ночь. На улицах Биньчэна появилась беременная женщина. Её звали Ю Юэ, и когда-то она была контейнером. Последние четыре года она провела в заточении, её заставляли рожать одного ребёнка за другим, и теперь она была беременна четвёртым.

Ей было всего 24 года, её лицо было бледным, а волосы растрёпанными. Она только что выбралась из ада, но её семья уже уехала из дома, в котором она жила. У неё не было ни телефона, ни удостоверения личности, ни денег. Всего за несколько лет в её родном городе всё изменилось. Улицы стали другими, и рядом появились новые здания.

Ю Юэ охватил страх. Длительное заключение и множественные роды сказались на её теле, и она была на грани срыва. Она прошла весь путь от гавани, расспрашивая дорогу у встречных. Её ноги были покрыты волдырями, и она была на пределе. Она замёрзла и проголодалась, ей казалось, что она может упасть в обморок в любой момент.

Она стояла на перекрёстке, вглядываясь в темноту пытаясь вспомнить, кто из родственников или друзей у неё остался. Она не знала, куда ей идти и к кому обращаться. Она задумалась о том, чтобы обратиться за помощью в полицию, но потом вспомнила слова той женщины. Она не обещала не звонить в полицию…

Куда же ей идти?

Ю Юэ стояла на обочине, шмыгая носом и размазывая слёзы по лицу. Она тихо всхлипывала.

Когда она почувствовала себя в безвыходном положении, перед ней медленно остановилась большая машина. Ю Юэ подняла голову. На машине были нарисованы снежинки, это был грузовик-рефрижератор. Водителем грузовика был мужчина лет сорока, а рядом с ним сидела женщина средних лет.

Они взглянули на Ю Юэ, и женщина спросила её:

- Девочка, почему ты так поздно не дома?

Ю Юэ знала, что на ней грязная больничная одежда и что она выглядит довольно странно. Она вытерла слёзы, не зная, как объяснить своё положение.

Ей оставалось только солгать:

- Я… я поссорилась с семьёй.

Взгляд женщины опустился вниз, на округлившийся живот Ю Юэ.

- Девочка, тебе не стоит так поздно гулять по улице, даже если ты поссорилась с семьёй. Давай, садись в машину. У нас дома есть свободная комната. Ты можешь переночевать у нас.

Ю Юэ немного колебалась.

- Спасибо, но в этом нет необходимости.

После всего, что ей пришлось пережить, Ю Юэ не спешила доверять людям. Она подошла к скамейке у дороги и свернулась калачиком на ней. Она то теряла сознание, то приходила в себя. В какой-то момент ей показалось, что она заснула, но потом она почувствовала, как кто-то похлопывает её по плечу.

Ю Юэ открыла глаза и увидела, что грузовик, который отъехал, вернулся и теперь стоял недалеко от неё. Мужчина средних лет вышел из машины и закурил, а женщина разбудила Ю Юэ.

Женщина протянула Ю Юэ немного еды и банку молока.

- Ничего страшного, если ты не хочешь идти с нами. Лучше перестраховаться, но тебе нужно что-нибудь съесть. Даже если ты не думаешь о себе, ты должна думать о ребёнке в твоём животе.

Ю Юэ взяла молоко, услышав беспокойство в словах женщины. Вместо того чтобы настаивать, они предложили ей упакованную еду, и это немного успокоило Ю Юэ.

Может быть, они не такие уж плохие люди.

Ю Юэ посмотрела на простые лица супругов и наконец открыла пакет с молоком. Оно было не слишком холодным. Она выпила его в несколько глотков, а затем съела печенье.

Женщина села рядом и немного поболтала с ней, упомянув, что у них есть холодильник и двое прекрасных детей.

Потом женщина сказала:

- Я знаю, что беременность — это непросто, и ты сейчас совсем одна. Каждый человек в какой-то момент сталкивается с трудностями и нуждается в помощи. Если ты не хочешь ехать с нами, мы можем одолжить тебе немного денег и помочь найти ближайший мотель.

Ю Юэ была тронута. Пара, с которой она никогда раньше не встречалась, так хорошо к ней относилась. У неё не было ни гроша, а до рождения ребёнка оставалось ещё несколько месяцев. Она ничего не могла у них попросить. Возможно, было бы неплохо пойти к ним домой, если бы она не беспокоила их дольше одной ночи.

Завтра утром она сможет собраться с силами и попытаться найти бывшее место работы отца, чтобы узнать, куда они переехали. И то, что она не могла позвонить в полицию, не означало, что она не могла обратиться к ним за помощью. Если она скажет, что у неё амнезия, и она заблудилась, они могут помочь ей найти семью.

Она выбралась из этой адской дыры и вернулась в мир. Она уже видела рассвет, который наступит завтра. В этом мире всё ещё есть хорошие люди. Например, Номер 15, например, лодочник, который их забрал, например…

В передней части рефрижератора было достаточно места, чтобы могли разместиться три человека. Пара уступила ей место. Ю Юэ с радостью села в машину. Внутри было тепло и тихо. Она очень устала и наконец-то почувствовала себя спокойно. Она погладила свой живот. Она чувствовала ребёнка. Этот ребёнок жил в её утробе шесть месяцев и стал частью её жизни.

Даже если эти люди были виновны, ребёнок был ни при чём. Ю Юэ подумала, что она уже потеряла троих детей, может быть, этот сможет выжить.

В тот момент она не думала, что сбежала из волчьего логова только для того, чтобы попасть в пасть к тигру.

С того дня её больше никто не видел. Из-за отсутствия социального опыта, наивности и доброты она просто исчезла с улиц Биньчэна.

Четыре месяца спустя она родила доношенного мальчика. Семь месяцев спустя, на сотый день жизни ребёнка, эта бедная женщина, которая была всего лишь контейнером, покончила с собой. С тех пор она стала трупом, лежащим в углу холодильной камеры.

Солнце вставало, как обычно, каждый день. В городе появлялось всё больше новых зданий, а дороги расширялись. Внешний вид людей, их причёски и одежда изменились.

Время шло, и всё менялось.

Прошло тридцать лет…

В ночь Праздника середины осени группа детективов быстро собралась и направилась к дому Чжан Чжаосиня. Не прошло и получаса, как перед их домом остановились три полицейские машины. Это была двухэтажный дом, и снаружи было видно, что происходило внутри. Следы указывали на то, что здесь только что произошла драка.

Свет был включён, и в комнате царил беспорядок, на полу валялись разбитые тарелки и упавшие лунные пряники, на которые кто-то наступил. На полу следы крови.

Шэнь Цзюньци надел перчатки и присел на корточки, чтобы внимательно осмотреть пятна.

- Крови немного, она ещё не свернулась. По моим оценкам, прошло не больше получаса.

Гу Яньчэнь тоже оглядел место происшествия.

- Судя по следам, он, вероятно, похитил своих родителей.

Улян тоже некоторое время принюхивался внутрь, опустил хвост и посмотрел на дверь.

Управляющий недвижимостью и Бай Мэн вместе просматривали записи с камер наблюдения. На записи они увидели, как Чжан Юньвэй уезжает на машине.

Бай Мэн подняла голову.

- Чжан Юньвэй уехал на машине, но я не знаю, куда он направился. Я свяжусь со Скайнетом, чтобы отследить его.

Гу Яньчэнь на мгновение задумался.

- Ему особо некуда идти. Есть ли у их семьи другие дома или недвижимость?

Теперь, когда Чжан Юньвэй похитил двух пожилых людей и держал их под контролем, он не мог просто так найти какое-нибудь место. И он не убил их сразу, иначе они бы нашли два трупа.

Бай Мэн немного поискала в компьютере и сказала:

- В последние годы их бизнес по хранению продуктов в холодильных камерах идёт хорошо. Они приобрели ещё одну холодильную камеру меньшего размера.

Гу Яньчэнь спросил:

- Где именно?

Бай Мэн ответила:

- Это в западной части города. Здание уже отремонтировано, но официально ещё не введено в эксплуатацию.

Гу Яньчэнь сказал:

- Должно быть, это оно. Давай поедем туда как можно скорее и поищем.

В это время в небольшом холодильном складе на западе Биньчэна.

Холодильный склад ещё не использовался, внутри было очень просторно, и после ремонта осталось несколько стульев. Внутри было установлено минус десять градусов по Цельсию, и холодильная установка гудела.

Напротив Чжан Юньвэя сидели двое пожилых людей со связанными ногами. На Чжан Юньвэе была толстая защитная одежда, а на двух пожилых людях — обычная.

Тонкая одежда совершенно не защищала от холода в холодильной камере. Лица стариков посинели, а губы начали багроветь. На бороде Чжан Чжаосиня образовался лёд, а его руки были повреждены во время борьбы с Чжан Юньвэем. Он постоянно шмыгал носом, его тело дрожало.

Цзи Мэйин прижалась к нему и тихо заплакала. Её слёзы замерзали на лице. Она вытирала их, оставляя на лице замёрзшие следы. Её нос был особенно красным, и она была похожа на клоуна. Они пробыли здесь уже десять минут. Сначала Чжан Чжаосинь и Цзи Мэйин отказывались говорить.

Но Чжан Юньвэй достал несколько предметов одежды. Тот, кто скажет правду, получит что-нибудь из одежды. Когда температура упала, первыми окоченели руки и ноги.

Чжан Юньвэй нахмурился, его голос дрожал.

- Скажите мне, кто эта женщина?

Чжан Чжаосинь ответил:

- Эта женщина неизвестного происхождения.

- Вы её знаете?

Цзи Мэйин сказала:

- Вроде как… знаем… Она не могла сказать, где находится её дом, и кто ещё есть в её семье. Мы… любезно приютили её на некоторое время.

- Не ври. Если ты не скажешь мне правду, ты здесь насмерть замёрзнешь!

Чжан Юньвэй продолжал настаивать:

- Я её ребёнок?

Двое стариков снова замолчали.

Чжан Чжаосинь закрыл глаза.

- Да.

За честность он получил одежду.

Чжан Юньвэй снова спросил:

- Вы похитили её из-за ребёнка?

Цзи Мэйин всхлипнула и кивнула, тоже получив одежду.

Как только это началось, двое пожилых людей стали делиться своими секретами, чтобы хоть немного согреться. Под воздействием холода их мозг работал как заведённый. Они дрожали и не стали больше ничего скрывать.

Цзи Мэйин заплакала:

- Мы не хотели этого делать. Мы думали об усыновлении, но ждали слишком долго и так и не дождались здорового ребёнка. Твоя мать… В то время она была не в себе. Она вдруг садилась посреди ночи и плакала всю ночь напролёт. Однажды она была в парке и увидела девочку, похожую на твою сестру, поэтому она взяла её и ушла. Позже мать ребёнка догнала нас и долго ругалась, пока её не увела полиция. Моё тело больше не способно к деторождению. Мы просто хотели ребёнка, неважно, родного или нет. Мы как-то думали о том, чтобы купить ребёнка, но в то время в городе боролись с торговлей детьми, и мы не могли найти место, где можно было бы купить ребёнка. Поэтому твой отец сказал, что мы можем попытаться найти беременную женщину, может быть, нам удастся найти мать-одиночку.

Они говорили о своей беспомощности так, словно были жалкими жертвами судьбы. Но для Чжан Юньвэя они казались сумасшедшими.

Услышав их слова, Чжан Юньвэй бросил каждому из них по тонкой рубашке. Надев их, они немного пришли в себя.

- Послушай. Разве ты не помнишь, как мы тебя воспитывали? — сказал Чжан Чжаосинь, глядя на «сына», которого они растили более тридцати лет.

Но лицо Чжан Юньвэя оставалось холодным как лёд.

Он поднял оставшуюся одежду.

- Я вас не отпущу. Я хочу услышать всю правду.

Двое пожилых людей впали в отчаяние. Они начали бормотать о том, что произошло той ночью.

Как только они увидели Ю Юэ, у них обоих возникли недобрые мысли. Украсть ребёнка было непросто, но как насчёт похищения беременной женщины? Нигде не было никаких упоминаний о ребёнке в утробе женщины. Этот ребёнок полностью принадлежал им. Что касается женщины, то после рождения ребёнка её миссия была выполнена.

- Сынок, эта женщина, должно быть, кого-то разозлила. Было время, когда кто-то тайно искал женщину с чашей, нарисованной на её плече. У неё была такая.

- Эта женщина была сумасшедшей, она каждый день кричала, просила нас отпустить её, говорила, что рано или поздно её найдут. Позже она умерла от болезни.

- Ложь! — крикнул Чжан Юньвэй.

- Полиция проведёт вскрытие. Вы меня не проведёте!

Чжан Чжаосинь вздохнул.

- У нас не было другого выбора, кроме как убить её.

- Мы использовали древесный уголь. Когда мы жгли уголь в доме, она заснула. Это было совсем не больно.

Они признались в грехах, которые хранились годы.

Чжан Юньвэй посмотрел на двух дрожащих стариков перед собой, стиснул зубы и протянул каждому из них по предмету одежды. Он вспомнил, как в детстве хотел съесть дорогую конфету, и Чжан Чжаосинь купил её для него. Он вспомнил, как, когда он болел, Цзи Мэйин не спала всю ночь, чтобы позаботиться о нём. Он вспомнил вкус лапши, которую готовила Цзи Мэйин, и то, как Чжан Чжаосинь купил ему дом и машину и даже передал ему свой бизнес по хранению продуктов.

У него не было причин для убийства!

Но никакие добрые дела не могли скрыть их грехи.

Это не должно было стать его жизнью!

Он стоял и перед ним была чаша весов, на одной стороне была забота, а на другой — убийство матери.

Он нахмурился и спросил:

- Неужели ребёнок так важен для вас?

Цзи Мэйин заплакала:

- Сынок, ты — наша жизнь. Мама не сможет без тебя жить.

Чжан Чжаосинь сказал:

- Сынок, у тебя ещё нет детей, поэтому ты не понимаешь. Ребёнок так важен для семьи. Потеря ребёнка — это большая трагедия. Семья без детей — это как кладбище.

- Так много родителей потеряли своих единственных детей, но они не стали убийцами, как вы. У меня нет детей, но я прекрасно справляюсь! — с отвращением сказал Чжан Юньвэй.

— И не называйте меня сыном. Меня от этого тошнит.

В начальной школе над ним издевались одноклассники. Один толстый парень, который жил с ним по соседству, показывал на него пальцем и говорил:

- Ты даже не биологический ребёнок своих родителей. Наши родители молоды, а твои — уже нет. Моя мама сказала, что никогда не видела твою маму беременной. Ты был просто диким ребёнком, которого они подобрали на свалке!

С этого момента он осознал, что отличается от других. Он просмотрел семейные фотоальбомы и не нашёл ни одной фотографии, на которой его мать была бы беременна им, — только фотографии, на которых она была беременна его старшим братом и сестрой. Даже за два месяца до его рождения мать была стройной.

В старших классах он изучал биологию. Чжан Юньвэй нашёл результаты медицинских обследований своих родителей и их справки о группе крови. Он не мог быть их биологическим ребёнком.

Год назад его нашёл один человек. Этого человека звали Мэн Ши. Он поговорил с ним. Это был странный человек, который говорил странные вещи.

- Я нанял частного детектива, чтобы он проверил всех уроженцев Биньчэна твоего возраста. В некоторых из них я не уверен, но в тебе — да. Ты не можешь быть ребёнком Цзи Мэйин и Чжан Чжаосиня. Ты — ребёнок из контейнера. Думаю, тебя украли.

Он нахмурился и спросил:

- Что ты имеешь в виду?

Он не мог понять, что за загадки загадывает этот человек.

Мэн Ши посмотрел на него и улыбнулся:

- Я просто пришёл повидаться с тобой, посмотреть, как ты живёшь.

Он встал и сказал:

- Я не понимаю, о чём ты говоришь. Меня это не волнует, я живу хорошо. Мои приёмные родители меня очень любят.

- Тебе не интересно, где твоя биологическая мать?

Мэн Ши улыбнулся, и его губы изогнулись в улыбке.

- Она ведь не была убита твоими приёмными родителями, не так ли? Убить мать, чтобы украсть ребёнка, потерять собственного ребёнка, а потом забрать чужого в качестве компенсации.

Глаза Чжан Юньвэя мгновенно расширились. Слова Мэн Ши заронили в его сердце зерно сомнения. И он быстро ушёл.

С того дня доброта родителей стала казаться ему иной. Могли ли люди, которые его вырастили, быть его врагами, убившими его мать?

Он ушёл из дома, не смел, есть то, что они ему давали, и отказывался от свиданий вслепую, которые устраивали ему родители. Он повсюду искал информацию. Но он так и не осмелился спросить тётю Цинь, которая могла знать правду.

До сегодняшнего дня…

Он наблюдал за тем, как полиция осматривает тело, и чувствовал, как по его ногам пробегает холодок.

Зачем кому-то понадобилось это делать? Ему никогда ещё не хотелось так сильно узнать правду, понять своё происхождение. Действительно ли его биологической матерью была женщина, которую люди до него заморозили в холодильной камере на тридцать лет, а теперь она горько плачет?

Теперь, когда он всё знал, ему не стало легче.

Чжан Чжаосинь и Цзи Мэйин горько рыдали перед ним, признавая свои ошибки и умоляя дать им шанс сдаться. Он бросил всю одежду на пол и смотрел, как они отчаянно хватаются за эти несколько предметов одежды.

Чжан Юньвэй вышел из холодильной камеры и закурил. Его глаза покраснели, он смотрел в темноту перед собой.

Тридцать лет назад его мать тоже смотрела в ту сторону, в конец города?

Не успел Чжан Юньвэй докурить, как у дверей остановилась машина.

Гу Яньчэнь вышел из машины, Шэнь Цзюньци открыл заднюю дверь, и Улян выскочил из машины, бросившись к стоявшему мужчине.

Прибыло ещё несколько полицейских машин, которые припарковались рядом и перекрыли ему путь.

Чжан Юньвэй ничего не сказал.

Он выбросил окурок, поднял руки, чтобы на него надели наручники, а затем сказал:

- Мой телефон в кармане, я только что все записал.

Гу Яньчэнь спросил:

- Ты узнал правду?

- Иногда лучше найти ответы самому, — горько усмехнулся Чжан Юньвэй.

Двух стариков спасли из холодильной камеры, и полицейские надели на них наручники. Хотя их жизни ничего не угрожало, они получили обморожения разной степени тяжести и были доставлены в больницу.

Чжан Юньвэй равнодушно наблюдал за происходящим.

- Я не собирался их убивать, но и не хотел, чтобы им было легко. Они заморозили мою маму на тридцать лет, так что я подумал, что они тоже должны почувствовать эту горечь.

Если бы не приехала полиция, он бы их отпустил.

Гу Яньчэнь сказал:

- Если они умрут, ты станешь таким же, как они.

Чжан Юньвэй кивнул, и взгляд его прояснился.

- Я знаю. Убивать их не нужно.

Шэнь Цзюньци кое-что вспомнил и показал Чжан Юньвэю фотографию Хэ Вэньлиня, сохранённую в его телефоне.

- Ты видел этого человека?

Чжан Юньвэй задумался.

- Да. Этот человек сказал мне, что люди, которые меня вырастили, могли быть теми, кто убил мою мать.

Не каждый, поддавшись искушению дьявола, спустится в ад. Он выбрал остаться человеком, а не зверем. Закон накажет их, эти двое заплатят за свои преступления.

После анализа ДНК полиция подтвердила, что Чжан Юньвэй биологически связан с женщиной, чей труп был найден. Дело о замороженном трупе наконец-то было раскрыто. Воспользовавшись информацией, предоставленной Чжан Чжаосинем, Гу Яньчэнь провёл расследование и выяснил личность Ю Юэ.

Родители Ю Юэ были ещё живы. Узнав, что их дочь однажды отправилась в старый дом, чтобы найти их, двое пожилых людей горько заплакали.

Они тоже были готовы признать своего внука.

После праздника середины осени Юй Шэнь с нашёл Гу Яньчэна и отвёл его в сторону в коридоре:

- Капитан Гу, я кое-что обнаружил.

- Что такое? — спросил Гу Яньчэнь.

Юй Шэнь сказал:

- До этого инцидента мы просмотрели полицейские отчёты и не нашли никаких заявлений от родителей Ю Юэ.

Гу Яньчэнь хмыкнул. Он тоже это заметил, поэтому они не смогли сразу подтвердить её личность. Но, по словам родителей Ю Юэ, они действительно заявили о её пропаже.

Городское бюро Биньчэна более десяти лет назад перевели все дела в цифровой формат, объединив их в сеть и обеспечив цифровое управление. Старые файлы и дела были отсканированы, систематизированы и помещены в полицейский архив.

Гу Яньчэнь спросил:

- Возможно ли, что записи были утеряны?

Юй Шэнь покачал головой.

- Пропало не только это дело. Я проверил полицейскую базу и не нашёл никаких записей об исчезновении моих родителей.

Именно он сообщил об этом деле, и с тех пор оно оставило неизгладимый след в его сердце. С тех пор как он присоединился к команде детективов, он ни разу не занимался активным расследованием этого дела. До тех пор, пока исчезновение Ю Юэ не перестало вписываться в общую картину.

Гу Яньчэнь нахмурился.

Это было невозможно.

Хотя дело было заведено более десяти лет назад, оно расследовалось городским бюро, и Лу Ин был ответственным за это дело. Должны были сохраниться не только записи о происшествии, но и результаты полицейского расследования и допросов.

Юй Шэнь сказал:

- Я проверил по номеру дела, и хотя номер другой, содержание файлов по этому делу такое же, как и по другому делу. Поэтому при просмотре номеров невозможно обнаружить недостающие записи.

Гу Яньчэнь утешил Юй Шэня:

- Теперь я понимаю, в чём дело. Я проверю и найду дело твоих родителей.

Юй Шэнь хмыкнул и ушёл.

Гу Яньчэнь вернулся к компьютеру, немного подумал, затем открыл полицейскую базу данных и ввёл имя Мо Сюэцин.

После того как его мать пропала, бабушка с дедушкой тоже сообщили об этом в полицию. Согласно обычной процедуре, при вводе этого имени в системе должны появиться соответствующие дела.

Гу Яньчэнь нажал клавишу ввода.

На экране появилось несколько слов:

«Соответствующих записей не найдено».

Он ввёл другое имя: «Линь Ло».

На этот раз появилась информация о деле. Это было дело, с которым Гу Яньчэнь был знаком лучше всего, он почти наизусть выучил все показания. Он прокрутил страницу вниз и увидел показания командира отряда:

«Я видел, как Чжоу Чэнь ранил Линь Ло».

Но он вспомнил, что в оригинальном документе было написано:

«Я не видел, что произошло в той комнате».

Гу Яньчэнь почувствовал, как по спине у него пробежал холодок. Он вспомнил ещё одну функцию «Чистильщика» — удаление сетевых данных. Когда люди слишком сильно полагаются на электронные системы, возникают уязвимости. Иногда, заметив пропажу дела, люди просто думают, что оно потерялось или что произошла системная ошибка. Изменения в записях ещё сложнее обнаружить. Кто будет каждый день просматривать старые или запечатанные дела?

Они ведут дела, полагаясь на эти электронные записи.

Гу Яньчэнь задумчиво уставился на экран компьютера.

Эти люди давно поняли, что удалить информацию гораздо проще, чем стереть сцену из памяти. Особенно это касается давних дел, когда свидетели уже умерли или даже те, кто был непосредственным свидетелем, сдались или забыли.

Сможете ли мы спустя пять, десять, двадцать лет по-прежнему находить истину? Мир, который они видят, — это всего лишь мир, который хотят видеть другие.

Ложная информация создала перед его глазами лабиринт.

Гу Яньчэнь позвонил Шэнь Цзюньци.

Выслушав его, Шэнь Цзюньци холодно произнёс:

- Я понял. Тогда мы найдём способ разрушить эти иллюзии.

Ключ

Глава 134. Ключ

На роскошной вилле в Восточном Биньчэне.

В прошлом это место было центром торговой ассоциации Хэту, где собирались влиятельные и богатые люди. Но сейчас здесь было пугающе тихо. На длинном диване сидели только Чжэнь Цзясю и Хо Лэй. Хо Лэй массировала плечи Чжэнь Цзясю.

Чжэнь Цзясюй закрыл глаза и сказал:

- Твоя техника действительно более профессиональна, чем у тех массажистов, которые берут тысячи.

Хо Лэй улыбнулась, но ничего не ответила.

После массажа Чжэнь Цзясюй глубоко вздохнул, глядя на пустую комнату.

В прошлом состоятельные люди гордились тем, что состояли в Торговой ассоциации Хэту. Но после того, как фонд попал под следствие, тринадцатый особняк был конфискован, а сотрудники клининговой компании один за другим были арестованы, люди начали защищаться. Многие боялись, что полиция их разоблачит, и избегали любых объединений. Многие добровольно вышли из Торговой ассоциации Хэту.

Хотя они оба это предвидели, всё равно было грустно осознавать, что всё рушится.

Хо Лэй почувствовала его мысли.

- В последнее время команда наблюдателей была начеку. То, что в ассоциацию приходит всё меньше людей, — это нормально.

Чжэнь Цзясюй сказал Хо Лэй:

- Они зашли слишком далеко, и я ничего не могу с этим поделать. Это хорошая возможность разорвать связи с этими людьми. С этого момента в ассоциации останутся только легальные предприятия, и мы не будем бояться проверок со стороны полиции. Всё, что останется, в будущем станет твоим.

Несколько лет назад Чжэнь Цзясюй почувствовал, что в развитии ассоциации есть проблемы. Когда ассоциация разрослась, он, казалось, перестал заниматься делами, сосредоточившись на благотворительности, налаживании связей и время от времени отчитывая молодое поколение. На самом деле с тех пор он начал тщательно следить за своими действиями.

Хо Лэй сказала:

- Да, крёстный.

Она изобразила на лице почтение, но мысли её были далеко.

Воспользовавшись репрессивными мерами полиции, Чжэнь Цзясюй фактически устранял инакомыслящих. После смерти Шэн Цяньчэна и Хань Цинъи старый лис со слезами на глазах проглотил все свои деньги, распродал активы за границей и сколотил невероятное состояние.

Возможно, во сне он громко смеялся.

Она так усердно работала, думая, что, если Чжэнь Цзясюй разорится, она сможет забрать оставшиеся деньги и сбежать.

У них у каждого были свои планы.

Чжэнь Цзясюй продолжил:

- Однако мы не можем выглядеть слишком слабыми после того, как уступили часть позиций. Свяжись с Му Ювэем и составьте план на будущее. Если эти люди зайдут слишком далеко и надзорная группа действительно начнёт расследование, мы должны дать жёсткий отпор.

Хо Лэй согласилась с этим предложением.

Она спросила:

– На кого нам следует нацелиться?

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Всё городское бюро, а также члены надзорной группы. Чем серьёзнее проблема, тем лучше. Если до этого дойдёт, мы все вместе отправимся на дно.

Хо Лэй кивнула.

- Я попрошу Му Ювэя подготовиться, но некоторые из его организаторов, «чистильщиков», тоже арестованы.

- Разве Цин Шуй ещё не вернулся? Меня вполне устраивают планы этого парня. Теперь нет нужды прятаться. Скажи Му Ювэю, что мы вместе и в горе, и в радости. Если у меня будут проблемы, он пострадает первым.

Чжэнь Цзясюй посмотрел на Хо Лэй и взял её за руку.

- Ты действительно умница. Я не просто так заботилась о тебе все эти годы.

Он был на восемнадцать лет старше Хо Лэй. Теперь, когда в уголках глаз Хо Лэй появились морщинки, он и сам стал стариком.

Хо Лэй покинула виллу, вернулась домой, и сняла туфли на высоких каблуках.

Она повернулась к служанке и сказала:

- Я собираюсь принять ванну.

Горничная наполнила ванну водой и бросила в неё несколько цветочных лепестков.

Хо Лэй вошла в ванную комнату, тщательно вымыла те места, к которым несколько раз прикасался Чжэнь Цзясюй, с мылом для рук и только потом разделась и вошла в ванну.

Хо Лэй погрузилась в горячую воду всем телом. В этом году ей исполнилось сорок семь лет, но выглядела она гораздо моложе своих ровесников. Через некоторое время Хо Лэй погрузила в воду голову. Она боролась с водой до тех пор, пока не начала задыхаться, после чего вынырнула и тяжело задышала, сидя на краю ванны.

Именно тогда она поняла, что всё ещё жива.

Хо Лэй родилась в образованной семье и была второй дочерью. Тридцать один год назад, когда ей только исполнилось шестнадцать, она вместе с одноклассниками пошла на ночной рынок, посмотреть на фонари. В ту ночь фонари были особенно красивыми, и она залюбовалась ими, случайно отстав от друзей. Той ночью её похитили и увезли на остров.

Это были два потерянных года в её жизни. Там у неё было другое имя — Номер 15.

Хо Лэй была упрямой и умной женщиной. Попав на остров, она втайне начала изучать язык местных жителей в надежде однажды сбежать.

Она была высокой, красивой и хорошо сложенной. Поскольку она прибыла на остров раньше, то уже знала, что здесь происходит. Многие женщины на острове считали её своей предводительницей. Хо Лэй изо всех сил старалась наладить хорошие отношения с другими женщинами в больнице, надеясь, что они смогут передавать ей сообщения и помогут сбежать.

На том острове она старалась не попасть в число избранных, но этот день всё же настал. Однажды на остров прибыл высокопоставленный гость. Хо Лэй была выбрана в качестве одной из двух женщин. Три месяца спустя она забеременела.

На остров прибывало всё больше женщин, и в конце концов их число превысило восемьдесят. Среди них была Номер 82, с которой Хо Лэй постепенно наладила хорошие отношения.

Номер 82 происходила из хорошей семьи и была на несколько лет старше Хо Лэй. Она была осмотрительна в своих действиях и поведении. После того как Хо Лэй дважды помогла Номеру 82, они подружились.

Вскоре Хо Лэй родила мальчика. Раньше она считала себя эгоисткой. Но когда она увидела это крошечное существо, её сердце растаяло. Он был таким маленьким, и ей хотелось дать ему всё самое лучшее. Она каждый день брала его на руки, кормила, убаюкивала и слушала его плач.

Но такие дни длились недолго.

Номер 82 сообщила ей случайно услышанное. Хо Лэй поняла, что они имели в виду. Детей, которых они рожали, вскоре убивали.

Той ночью Хо Лэй долго обнимала своего ребёнка и плакала. Она могла пождать, но её ребёнок не мог.

После родов у Хо Лэй ухудшилось здоровье, она постоянно чувствовала слабость и часто поднималась темпера. Она знала, что, не сможет покинуть этот остров. Поэтому она спросила Номер 82:

- Ты хочешь сбежать?

Хо Лэй собрала нескольких женщин, чтобы разработать план побега. Это был их единственный шанс, и он должен был сработать, иначе они бы потерпели неудачу. В конце концов, ради своего новорождённого ребёнка Хо Лэй пожертвовала собой и решила остаться, чтобы сразиться с мужчинами.

Той ночью нескольким женщинам удалось сбежать вместе с детьми. Хо Лэй возглавила побег, убив двух стражников. Чжэнь Цзясюй и его люди схватили нескольких женщин и допросили их. Тех, кому не удалось сбежать, избили плетьми, а беременных заперли в комнатах, чтобы они больше никогда не обрели свободу.

Кто-то в ярости хотел убить Хо Лэй, и она знала, что её смерть неизбежна. Она стояла и громко проклинала их.

- Кто посмеет меня убить? Даже если я стану призраком, я вас не отпущу! Вы, презренные скоты, видите в женщинах лишь инструмент для продолжения рода. Разве вы все не рождены от женщины? Женщины могли бы принести гораздо больше пользы! Сколько женщин вы погубили… Разве вы не боитесь божественного наказания?

Чжэнь Цзясюй стоял и слушал, как Хо Лэй ругается. Затем он схватил её за длинные волосы и прижал к стене. Хо Лэй отчаянно сопротивлялась, кусалась и царапалась, но в ответ получала ещё больше ударов.

- Ты Номер 15? Это ты придумала план, как помочь этим женщинам сбежать? — допрашивал Хо Лэй Чжэнь Цзясюй.

Хо Лэй посмотрела ему в глаза:

- Да! Я знаю, что ты задумал. Ради того, чтобы мой ребёнок выжил, я не побоюсь убить и сделаю что угодно!

Чжэнь Цзясюй сильнее сжал горло Хо Лэй.

- Несколько женщин сбежали, забрав с собой детей! Я не могу выполнить обязательства перед клиентами, чем ты собираешься мне компенсировать?

Хо Лэй задыхалась, её глаза сверкали от отчаяния. Но, когда она подумала, что вот-вот умрёт, Чжэнь Цзясюй ослабил хватку.

Хо Лэй прислонилась к стене, сильно кашляя и чувствуя приближение смерти.

Чжэнь Цзясюй присел на корточки и посмотрел на молодую женщину, которая подняла на него взгляд.

Хо Лэй недавно родила, её лицо было бледным и уставшим, без макияжа, но всё равно излучало неповторимую красоту. Она только что кого-то убила, на её руках и одежде были пятна крови. Эта роковая женщина вызывала у Чжэнь Цзясюя необъяснимое влечение.

Он мог бы убить Хо Лэй множеством способов, но ему не хватало безжалостной и дерзкой подчинённой. Самое главное, он обнаружил, что эта женщина обладает некоторыми его чертами.

Тон Чжэнь Цзясюя смягчился:

- Я передумал. Ущерб уже нанесён. Даже если я убью тебя, я не смогу исправить то, что произошло.

Чжэнь Цзясюй вытер руки.

- Ты очень красива. Охранники и врачи не смогли удержать даже тех беременных женщин, а это говорит о том, что ты очень умна. Ты осмелилась на убийство, а значит, ты очень смелая. Из-за того, что эти женщины сбежали, я понёс большие убытки. Сначала я хотел тебя убить, но теперь мне кажется, что это было бы расточительством.

Хо Лэй подняла глаза, с опаской глядя на этого мужчину.

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Я могу сохранить тебе жизнь, и ты больше не будешь контейнером. Вместо этого тебе нужно будет зарабатывать для меня деньги. Пока ты не заработаешь больше, чем я потерял сегодня, ты не обретёшь свободу. Ты готова заключить со мной эту сделку?

Этот мужчина был ужасен, но для Хо Лэй это был единственный выход.

Хо Лэй помолчала, а затем хриплым голосом сказала:

- Я согласна.

Чжэнь Цзясю спросил:

- Как тебя зовут?

Хо Лэй ответила:

- Меня зовут Хо Лэй.

В тот день Чжэнь Цзясюй привёз Хо Лэй обратно в Биньчэнь. Он действительно сдержал своё обещание и не убил её. Он сделал Хо Лэй своей любовницей, публично заявив, что она его крестница. Хо Лэй стала инструментом Чжэнь Цзясюя и помогала ему во многих делах, постепенно завоёвывая его доверие.

Чжэнь Цзясю в одиночку основал Торговую ассоциацию Хэту, а Хо Лэй постоянно подбирала подходящих женщин для состоятельных мужчин.

Она всегда видела женщин насквозь.

Время шло, и Хо Лэй уже не была контейнером. Но всё, что произошло в прошлом, запечатлелось в её сердце.

Она навела справки о своей семье. Её отец умер от депрессии вскоре после её исчезновения. Мать скончалась несколько лет спустя, а сестра умерла при родах в далёком краю.

Хо Лэй закончила принимать ванну и вышла, вытираясь полотенцем. На нижней части её живота был шрам. Он остался после операции, которую ей сделали в возрасте тридцати пяти лет. Из-за отсутствия надлежащего послеродового ухода и чрезмерного употребления препаратов, стимулирующих овуляцию, в юности её яичники преждевременно состарились, а в матке образовались наросты. Все её репродуктивные органы были удалены.

Она потеряла матку.

Она тщательно наносила макияж, делала маникюр, покупала красивую одежду, ходила на дорогие косметические процедуры, поддерживая свою внешнюю красоту. Однако она чувствовала себя грязной, а иногда даже не ощущала себя женщиной. С возрастом она становилась всё более непредсказуемой, периодически срывалась и плакала.

Она видела много зла, сама совершала много плохих поступков и знала, что люди за её спиной называют её сумасшедшей. Но когда-то она была невинной маленькой девочкой, которая с улыбкой смотрела на фонари. Когда-то она была молодой, красивой, умной и смелой женщиной, которая была готова на всё ради своих друзей. Когда-то она была матерью, готовой на всё, чтобы спасти жизнь своего ребёнка.

Но эти люди полностью сломили её. Как розу, сорванную с куста и брошенную в грязь. Опустившись на самое дно, она могла лишь всё глубже увязать в трясине.

Так что сегодня она не обманывала этих девочек. Увидев их, она увидела себя в прошлом. Столько лет она сдерживала себя, чтобы не искать ребёнка, которого у неё забрали, но она всегда думала об этом малыше. Каким человеком стал её ребёнок? Был он высоким и красивым? Учился он на отлично? Считал он её ужасной матерью за то, что она бросила его сразу после рождения? Смог он хорошо жить в этом мире?

Хо Лэй оделась, взяла запасной телефон и позвонила Му Ювэю.

- Эй, на этот раз Крестный хочет оторваться по полной.

Му Ювэй что-то сказала в ответ.

Голос Хо Лэй был ледяным, лишённым каких-либо эмоций.

- Мне всё равно, какие методы ты используешь. Крестный отец сказал, что ему нужен план Цин Шуя. Сначала составь план, а потом покажи его Крестному отцу. Он сказал, что мы вместе и в горе, и в радости. Если мы потерпим неудачу, тебе тоже придётся нелегко.

В городском бюро Биньчэна в обеденный перерыв Гу Яньчэнь пришёл к Шэнь Цзюньци, чтобы вместе пообедать. Они пошли в столовую и заказали простые рабочие блюда. Устроившись в углу, они продолжили обсуждение изменённых файлов.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я не знаю, сколько файлов было искажено и как давно. Я ещё не сообщил об этом директору Дину и руководству.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я склонен полагать, что изменения были внесены после того, как файлы были загружены. Хотя сетевая безопасность в городском бюро выше, чем на обычных гражданских предприятиях, она не является абсолютной.

Учитывая его навыки, изменить некоторую информацию было совсем несложно.

Гу Яньчэнь сказал:

- В архивном отделе городского бюро до сих пор хранятся бумажные документы. Просто отсутствие файлов в электронной системе создаст нам много проблем. Возможно, позже нам придётся всё пересмотреть.

Шэнь Цзюньци опустил голову и продолжил есть.

- Ты помнишь, что делали уборщики в особняке?

Гу Яньчэнь ответил:

- Помню.

Следы, оставленные уборщиками на телах женщин, подтвердили причину их смерти, а люминол, оставленный в комнате, подтвердил место преступления.

Шэнь Цзюньци объяснил:

-  Они оставили очевидные следы, которые позволили нам быстро определить проблемные зоны. Тот же принцип применим и к электронной информации.

Эти люди изменили некоторые файлы, но они не могли изменить их все.

Гу Яньчэнь понял, что он имеет в виду.

- Значит…

Глаза Шэнь Цзюньци заблестели.

- Итак, мы можем сравнить электронные и бумажные архивы, чтобы понять, какие файлы были изменены. Скорее всего, это те случаи, в которых другая сторона была виновата. Найдя измененные файлы, мы найдем все их преступления.

Гу Яньчэнь кивнул, похвалив его.

- Умница.

Нечестно нажитое богатство приведёт к собственному краху, а недостатки другой стороны были им уже очевидны. Таким образом, они могли легко преодолеть препятствия.

Закончив обедать, Гу Яньчэнь встал и сказал Шэнь Цзюньци:

- Пойдём вместе в архивную комнату, но чтобы никто не заметил, что мы считаем эти файлы подозрительными.

Во второй половине дня Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци отправились в архивное помещение за зданием городского бюро. Войдя в комнату, они увидели Старого Ли и его ученика, которые охраняли помещение. Все материалы дел в городском бюро уже давно оцифрованы, но оригиналы бумажных документов по-прежнему хранились здесь.

Старый Ли был пожилым полицейским, который отвечал за здешний архив и десятилетиями усердно охранял эти документы. В молодости он учился в университете, но из-за травмы ноги, полученной во время операции, был вынужден работать в архиве. В то время это считалось хорошей работой, и все приходили к Старому Ли за документами. Архивная комната была оборудована кодовым замком, и если Старый Ли не открывал дверь, никто не мог войти.

У Старого Ли был своеобразный характер и множество правил.

Без разрешения руководства никто не мог просматривать файлы. При получении файлов их необходимо было вернуть в указанный срок, и они проверялись при возврате. Документы нельзя было терять или изменять, а взятые взаймы файлы ни в коем случае нельзя было повреждать. В противном случае Старый Ли отругал бы их и даже пожаловался руководству.

В то время люди шутили, что Старый Ли был похож на свирепого дракона, охраняющего сокровище, и часто не подпускал их к себе. Он был суровым и беспристрастным, его не трогали эмоции.

Но постепенно, с течением времени, молодёжь стала больше полагаться на электронные архивы, и всё меньше людей приходило в этот архив. Они почти не разговаривали со Старым Ли, разве что раз в несколько месяцев передавали ему на хранение последние файлы.

Если раньше в архивном отделе каждый день кипела работа, то теперь там не было ни души в течение десяти дней или полмесяца. Старому Ли было слишком одиноко, поэтому он снова и снова перебирал эти папки. Позже он обратился к руководству с просьбой выделить дополнительные кадры для правильной систематизации старых папок.

В то время его непосредственный начальник не хотел оказывать ему дополнительную помощь.

- В городском бюро сейчас не хватает сотрудников. Работа с архивами сводится к сканированию и вводу данных в систему. Одного человека достаточно.

Некоторые даже спрашивали:

-Зачем вам ученик? Чтобы составить вам компанию в архиве и болтать с вами?

Директор Линь сказал:

- Несмотря на то, что сейчас используются электронные офисные системы, хранение оригинальных архивов и управление ими по-прежнему важны. Необходимо увеличить штат сотрудников, которые занимаются этим.

Он одобрил решение Старого Ли взять в ученики талантливого студента из Полицейского университета.

С тех пор в архивном помещении закипела жизнь. Позже директор Линь утвердил план реконструкции архивного помещения, выделив дополнительные комнаты, установив системы видеонаблюдения и защиты от краж, а также обеспечив контроль влажности, насекомых, температуры и сырости для лучшей защиты файлов и документов.

В архивном отделе Гу Яньчэнь поприветствовал Старого Ли:

- Дядя Ли, мы с коллегой хотим взять несколько папок.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци приступили к расследованию. Хотя работа господина Ли кажется простой, на самом деле систематизация такого огромного количества документов требует многих лет усилий. Их безмолвная самоотверженность обнажает тьму, царящую в городе, и гарантирует, что каждое дело будет рассмотрено должным образом. Такая работа не менее важна.

В их распоряжении было два стула и небольшой стол.

Гу Яньчэнь поручил Сяо Ци найти оригиналы полицейского отчёта о семье Ю Юэ и дела о пропаже Мо Сюэцин.

Сяо Ци быстро нашёл документы, а затем достал материалы дела Линь Ло, которые соответствовали показаниям и его собственным воспоминаниям.

Шэнь Цзюньци внимательно изучал документы, а Гу Яньчэнь сверял их с имеющимися у них электронными записями. Они искали любые несоответствия или признаки подделки.

После нескольких часов тщательного сравнения и анализа документов они, наконец, обнаружили несколько случаев, когда электронные записи не совпадали с оригиналами бумажных документов. Было очевидно, что кто-то подделал записи, чтобы скрыть определённую информацию.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци понимающе переглянулись.

Это открытие подтвердило их подозрения и представило ценные доказательства для дальнейшего расследования. Обладая этой важной информацией, они стали на шаг ближе к раскрытию правды о поддельных документах и скрытых намерениях, стоящих за ними.

В конце он попросил Сяо Ци принести дело об исчезновении родителей Юй Шэня.

Все документы были в целости и сохранности, без недостающих или лишних страниц, почерк был чётким, а содержание — очень подробным.

В конце папки с делом об исчезновении родителей Юй Шэня Шэнь Цзюньци нашёл бумажную библиотечную карточку с подписями тех, кто брал эту папку ранее. Вторым в списке был Лу Ин, за ним следовали два незнакомых полицейских.

В последнем поле было написано имя, Линь Сянлань.

Дата заимствования была указана более чем за месяц до его убийства.

Хотя Шэнь Цзюньци не знал, зачем Линь Сянлань брал этот файл, возможно, это было последнее дело, которое он расследовал перед смертью.

Шэнь Цзюньци показал карточку для выдачи материалов Гу Яньчэну.

Они многозначительно переглянулись.

Файлы, которые брал Линь Сянлань, были намеренно удалены из архива.

Шэнь Цзюньци словно увидел призрак Линь Сянланя, который преодолел время и пространство, чтобы передать им этот файл.

Они работали вместе на двух концах времени и пространства.

Шэнь Цзюньци торжественно открыл файл.

Возможно, это был ключ ко всему.

Дракон переворачивается

Глава 135.  Дракон переворачивается

Октябрь, жилой дом на юге Биньчэна.

Вот уже больше месяца Дин Юэран замечал, что они постоянно переезжают, иногда спят до полуночи, а потом Му Ювэй в спешке вызывает водителя, стучит в его дверь и уговаривает переехать в другое место.

В конце концов исчезла даже Я Чжэн, и он не видел А Цзиня. Казалось, что все внезапно потерялись. Дин Юэран понимал, что эти обезумевшие люди дошли до предела.

Осень была любимым временем года Дин Юэрана. Погода была комфортной, не такой жаркой, как летом, и не такой холодной, как зимой. К тому же осень была временем сбора урожая.

Дин Юэран лежал на диване и смотрел в потолок. Когда он был маленьким, в это время года он ходил со взрослыми на работу в поле. Когда они возвращались, он мог воспользоваться возможностью и собрать кукурузу. Он заворачивал кукурузу в шелуху и бросал прямо в огонь. Через двадцать минут он доставал кукурузу палкой, очищал от обугленной шелухи, и внутри кукуруза была особенно сладкой.

Он прятал жареную кукурузу в ладонях. Она была тёплой и тяжёлой. Он тайком протягивал её матери и говорил:

- Мам, съешь!

В такие моменты на лице матери появлялась редкая улыбка.

Днём они боялись, есть, опасаясь, что кто-нибудь увидит и заберёт еду. Ночью они прятались под одеялом и по очереди ели остывшую жареную кукурузу. Кукуруза была сладкой и сочной. Мама оставляла ему самый нежный початок. Когда он откусывал кусочек, сладкий сок брызгал ему в рот.

Это было самое восхитительное земное наслаждение, которое он когда-либо пробовал.

Когда он вырос, то тоже попробовал такую вкусную еду. Это было после того, как он кого-то убил и полиция надела на него наручники, чтобы доставить в городское управление.

На полпути у него громко заурчало в животе, и это было невозможно игнорировать.

Ли Чжуннань, который вёл машину, спросил его:

- Ты голоден?

Офицер, сидевший рядом с ним, посоветовал Ли Чжуннаню:

- Капитан Ли, до городского бюро осталось всего полчаса езды. Он не умрёт с голоду. Задержка в пути может привести к неприятностям…

Он был рецидивистом, убившим несколько человек. Каждый офицер, сопровождавший его, был начеку и боялся совершить ошибку.

Ли Чжуннань сказал:

- Мы не можем оставить его голодным. Я куплю ему что-нибудь.

Прежде чем офицер успел что-то сказать, Ли Чжуннань добавил:

- Я быстро, это займёт всего две-три минуты.

Тогда Ли Чжуннань повернулся к нему и спросил:

- Что ты хочешь съесть?

Он не думая, вспомнил о матери, и сказал:

- Кукурузу, жареную кукурузу.

Ли Чжуннань ненадолго вышел из машины, и через минуту вернулся и протянул ему пакет с варёной клейкой кукурузой и двумя чайными яйцами.

Ли Чжуннань сказал:

- Здесь поблизости нет жареной. Придётся обойтись тем, что есть.

Офицер, ехавший впереди, сказал:

- Капитан Ли, вы слишком добры к нему. Он отправится в тюрьму, а вы ему покупаете хорошую еду. К чему эти вопросы о том, что ему хочется, пусть довольствуется малым.

Дин Юэран опустил голову, молча, разорвал пластиковый пакет, взял кукурузу руками в наручниках и начал есть. Кукуруза была особенно сладкой, липкой и горячей, а на вкус она была мягче, чем холодная жареная кукуруза.

Он был очень голоден и жадно поглощал еду.

Ли Чжуннань сказал ему:

- Не обожгись.

У него защекотало в носу. Эта кукуруза была настоящим земным наслаждением.

Пока Дин Юэран размышлял об этом, дверь внезапно открылась. Му Ювэй вошёл и бросил на стол пакет. Он поднял глаза и увидел пакет с кукурузой. На пакете было написано «Органическая сладкая кукуруза без ГМО», а кукуруза была аккуратно упакована и горячая на ощупь.

- Я принёс это тебе, зная, что тебе понравится.

Му Ювэй сел рядом с ним и похвастался:

- Папа по-прежнему хорошо к тебе относится.

Он откусил кукурузу. Она была безвкусной, совсем не такой, какой он помнил её с детства.

Он спросил:

- Что ты от меня хочешь? Ещё одну работу по планированию?

Он был знаком с методами Му Ювэя.

Му Ювэй был добр к нему только тогда, когда ему было что-то нужно или когда ему требовались его навыки планирования. Он проявлял доброту довольно просто, давал ему деньги, покупал то, что ему нравилось, или говорил, что передаст ему клининговую компанию.

Он вспомнил, как однажды после составления плана Му Ювэй заказал для него японскую еду на сумму более восьми тысяч, но он почти ничего не съел.

Тогда Му Ювэй спросил:

- Тебе не нравится? Тогда что тебе нравится?

И он ответил:

- Кукуруза.

Му Ювэй как-то странно посмотрел на него.

Его взгляд словно говорил:

- Ну конечно, ты просто деревенщина, который не умеет ценить хорошее — или, возможно, он про себя проклинал его за то, что он дурак, который не умеет радоваться жизни.

Но Му Ювэй помнил этот случай. Всякий раз, когда ему что-то было нужно от него, он приносил кукурузу.

И действительно, Му Ювэй сказал:

- На этот раз мне нужно, чтобы ты кое-что спланировал. У меня есть кое-что, что может взорвать здание. Мне нужно, чтобы ты придумал для меня надёжный план.

Он замер с кукурузой в руке. Эта кукуруза была совсем не вкусной.

Он спросил:

- А что, если я этого не сделаю?

Лицо Му Ювэя напряглось. Он встал, достал из-за спины пистолет и направил его прямо в голову Дин Юэрану, заставив того наклонить голову.

Му Ювэй тут же снял пистолет с предохранителя:

- Раньше я тебя терпел, но теперь ты должен понимать, какое сейчас время. Если ты этого не сделаешь, я тебя убью.

Раньше он, подыгрывал Му Ювэю, но теперь, глядя на прозрачную воду, они оба понимали, что слишком хорошо знают друг с друга.

Дин Юэран откусил кукурузу, даже если она была невкусной, это было лучше, чем ничего.

Он даже не поднял ленивых глаз и сказал:

- Тогда стреляй.

В прошлом он мог бы поддаться на уловки Му Ювэя, но теперь он видел их насквозь. Ни соблазны, ни угрозы больше не действовали. В этом мире не было ничего, что было бы ему дорого. Он не боялся смерти, он даже считал её освобождением. После смерти он сможет найти свою мать, найти Ли Чжуннаня.

Му Ювэй усмехнулся, поставил пистолет на предохранитель и убрал его в кобуру.

Похоже, он ожидал, что Дин Юэран это скажет.

- Папа просто пошутил. Я хочу тебе кое-что показать.

Он достал из кармана телефон и включил на столе короткое видео. Это было тридцатисекундное видео, которое кто-то загрузил на сайт с короткими видео. Видео было снято на автобусной остановке, где мужчина тащил за собой молодую девушку, а затем внезапно появился другой мужчина и спас девушку.

Дин Юэран уставился на видео, и его глаза расширились. Он не мог ошибиться. Человек, появившийся на видео позже, был Ли Чжуннанем, но он выглядел совсем не так, как раньше, он был ещё худее.

Видео было снято в конце лета, вероятно, не так давно. Реклама на заднем плане была посвящена новому сезону, и в видео не было признаков монтажа. Оно было снято недавно.

– Этому полицейскому действительно повезло. Я тогда несколько раз выстрелил в него и даже бросил в море, но он не умер. Однако хорошо, что он не умер, — сказал Му Ювэй, обнимая ошеломлённого Дин Юэрана, как любящий отец обнимает своего любимого сына.

Му Ювэй улыбнулся:

- Если ты плохо справишься с этой задачей, я в любой момент могу приказать своим оставшимся псам убить его.

У Ли Чжуннаня всё шло хорошо. Так он мог пригрозить Дин Юэрану, чтобы тот вернулся в строй, и они могли бы снова наладить отношения. Он был боссом, а Дин Юэран — его правой рукой, лучшим планировщиком.

Дин Юэран снова просмотрел видео и сказал Му Ювэю:

- Отправь мне видео, я займусь планированием.

Му Ювэй сказал:

- План должен быть надёжным.

Дин Юэран хмыкнул:

- Я найду подходящего человека.

Он подумал, что на этот раз составит план, который будет отличаться от предыдущих.

Погода сменилась с солнечной, на пасмурную, и вдалеке послышался гром, предвещавший дождь. Во второй половине дня по дороге, ведущей на северо-запад в сторону Биньчэна, проехала полицейская машина.

Лу Ин был за рулём, Юй Шэнь — на пассажирском сиденье, а Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь — на заднем.

Сегодня они направлялись в посёлок Ваншэ. Чтобы подготовиться к возможному обнаружению мертвых тел, Шэнь Цзюньци поместил коробку для расследования в багажник.

В тот день, обнаружив проблему с архивной системой, Гу Яньчэнь, сообщил об этом руководителю группы контроля, и директору Дину. Руководители придали этому большое значение и поручили им провести расследование, опираясь на полученные данные.

В последнее время Гу Яньчэнь сверял архивные файлы в городском бюро Биньчэна. Чтобы избежать утечки информации, они разрешили сотрудникам отдела по расследованию особо тяжких преступлений сравнивать файлы только в ночную смену после работы. Сравнив полицейскую платформу с каталогом, составленным Сяо Ци, они обнаружили почти сотню скрытых или изменённых файлов.

Гу Яньчэнь отобрал все эти файлы и сосредоточился на изучении дела № 722.

Они уже слышали, как Лу Ин рассказывал об этом деле. Затем Юй Шэнь, как сторона, причастная к делу, снова рассказала о нем. Дело касалось исчезновения родителей Юй Шэня, которые были журналистами.

Пятнадцать лет назад, 22 июля.

В ту ночь шёл сильный дождь, и родителям Юй Шэня внезапно позвонили. Они быстро оделись и вышли, оставив Юй Шэня и собаку дома. В тот год Юй Шэню было семь лет.

Пересмотрев этот файл ещё раз, они узнали много подробностей, например, о телефонном звонке, который поступил в ту ночь супругам из деревенского магазина в начале деревни Ваншэ. В деревенском магазине был телефон-автомат, а за порядком следил старик лет восьмидесяти. Обычно тот, кто звонил, бросал монетку в корзинку рядом с телефоном.

Той ночью шёл сильный дождь, и кто-то воспользовался телефоном-автоматом, чтобы позвонить домой Юй Шэню.

Звонок длился около минуты. Старик, который присматривал за магазином, в тот момент задремал и не разглядел, кто звонил.

На этом первое расследование полиции закончилось.

Теперь, когда дело было возобновлено, Гу Яньчэнь нашёл ключевую зацепку, деревня Ваншэ находилась у подножия горы Лумин, всего в двух километрах от горы. Хотя он часто поднимался на гору Лумин, он никогда не изучал деревню Ваншэ.

Эта подсказка совпадала с последними словами Линь Сянланя.

Гу Яньчэнь решил действовать прямо. Он лично привёл свою команду, чтобы провести опрос, и обошёл все дома в деревне. Он не верил, что они не смогут найти никаких зацепок. Как только они выяснят, кто звонил и что было сказано, они станут на шаг ближе к разгадке этого дела.

Лу Ин сказал, не отрываясь от вождения:

- Я помню эту дорогу. Из-за того, что она проходит рядом с горой, здесь часто идут дожди, и дорога становится грязной. Машину трясёт на поворотах.

Как только он закончил говорить, с неба донёсся приглушённый раскат грома.

Лу Ин сплюнул:

– У меня такой скверный язык.

Юй Шэнь пришёл сегодня добровольно. Он почти не разговаривал, и всё время смотрел в окно. Он надеялся, что на этот раз им что-то удастся найти, но в то же время боялся того, что они могут обнаружить.

Шэнь Цзюньци сидел сзади, держа на коленях блокнот Гу Яньчэна, и просматривал другие изменённые данные.

Они с Гу Яньчэном проанализировали эти файлы один за другим. На первый взгляд, никакой связи не наблюдалось. Пропавшие без вести были разного возраста и пола.

Шэнь Цзюньци некоторое время просматривал файлы и сказал Гу Яньчэну:

– Я заметил период времени между 25 и 15 годами назад. Большинство изменённых файлов были связаны с мужчинами. Кроме того, взгляни на эти файлы.

Гу Яньчэнь проследил за его пальцем. Немой, хромой, с лёгкой умственной отсталостью. У некоторых из этих людей были лёгкие нарушения, которые не сильно влияли на их работу или жизнь.

Гу Яньчэнь посмотрел на него и сказал:

- Все они получили помощь от фонда Penang Foundation.

Это мошенничество с социальным обеспечением? Но сколько это стоит? Почему исчезли эти люди?

Пока они разговаривали, машина остановилась. Всего в десятке метров впереди был деревенский магазин, рядом с которым было свободное место для парковки.

Шэнь Цзюньци убрал компьютер, а Гу Яньчэнь взглянул на небо.

Скоро может пойти дождь, поэтому он напомнил Юй Шэню:

- Возьмите дождевики.

Юй Шэнь сложил несколько дождевиков в рюкзак и перекинул его через плечо.

Лу Ин достал свой журнал и приготовился делать записи. Их первой остановкой был деревенский магазин.

Старик, который жил здесь раньше, давно умер, и теперь магазином управляет его внучка. Она была пухленькой и довольно разговорчивой.

Она рассказала:

- В деревне осталось не так много людей, все разъехались на заработки. Если дела в моём магазине пойдут плохо, я, тоже уеду в следующем году.

Гу Яньчэнь спросил о телефонном звонке.

Внучка покачала головой:

- Я не знаю, дедушка так и не узнал, кто звонил.

Она помолчала и добавила:

- Но кое-кто ещё спрашивал об этом.

Гу Яньчэнь спросил:

-Когда? Кто?

Внучка задумалась и сказала:

- Лет пять назад, старый полицейский.

Шэнь Цзюньци показал девушке фотографию Линь Сянланя.

Девушка сказала:

- Я не очень хорошо помню, но, кажется, это был он. В тот день шёл проливной дождь, и на нём был тёмно-зелёный плащ. Он тоже спрашивал о том телефонном звонке.

У Линь Сянланя был такой плащ.

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь воспрянули духом, это означало, что они на верном пути.

Они начали расспрашивать жителей деревни. Несколько человек отправились в дом нынешнего старосты деревни, показали свои полицейские значки и сказали, что хотят провести расследование. Староста пошёл им навстречу и предоставил список с именами жителей деревни.

Поэтому они начали ходить по домам в деревне и задавать вопросы. Но это ни к чему не привело. Деревня, похожая на кость на карте, состояла из одной узкой улицы, протянувшейся с востока на запад, и примерно сотни домовладений. Они прошли от восточного конца до западного, но так и не смогли выяснить, кто звонил.

Небо становилось всё более пасмурным, и наконец они добрались до дома бывшего старосты на западе деревни.

Бывший староста деревни впустил их и, поглаживая бороду, сказал:

- Я не знаю. Это случилось больше десяти лет назад, полиция приезжала, чтобы провести расследование, но никто не знал, кто сделал этот звонок. Прошло столько времени, неужели они до сих пор не нашли эту пару?

Юй Шэнь стоял позади, слегка поджав губы, и слушал.

Гу Яньчэнь спросил:

- Кто-нибудь в деревне пропадал без вести или случалось что-то необычное?

Бывший староста подумал, а затем покачал головой.

Как только он закончил говорить, снаружи послышался приглушённый раскат грома, и небо внезапно потемнело.

Бывший староста посмотрел на небо, и выражение его лица изменилось:

- Сейчас вольёт. Быстро заходите внутрь!

Они поспешили в прихожую.

Все изменилось так быстро, словно кто-то переживал скорбь. Всего за минуту или две небо из пасмурного стало чёрным, как чернила. Приглушённый гром становился всё громче и ближе, как будто кто-то бил в большой барабан. Затем с треском по небу пробежала фиолетовая молния, словно рассекая его пополам.

Сразу после этого с неба начали падать капли размером с горошину. Дождь лил так, словно кто-то проделал дыру в небесах и лил воду прямо из ведра.

Полицейские были в шоке от  этого зрелища. Дождь лил слишком быстро, слишком сильно, слишком яростно.

Шэнь Цзюньци вспомнил, как в последний раз они попали под такой дождь, когда смотрели фильм. Тогда дождь тоже был сильным, и они вернулись домой промокшими до нитки, но по сравнению с тем, что происходит сейчас, это был лёгкий моросящий дождь.

Дождь усилился, а небо потемнело настолько, что нельзя было разглядеть собственную руку перед лицом.

Старый староста поспешил закрыть окна, но до ворот во двор было ещё далеко. В этот момент, освещённые молнией, они увидели, как из соседнего фермерского дома выбежала фигура и направилась прямо под дождь.

Это был мужчина, который совершенно не обращал внимания на то, что промок насквозь.

По небу снова пробежала молния, и мужчина, освещённый её светом, широко раскинул руки и закричал:

- Земляной дракон переворачивается!

Комментарии редактора.

Ой, я чувствую Дин Юэран им на планирует… Мало не покажется…

Нравиться мне этот мальчик.

Взорвать гору

Глава 136. Взорвать гору

Полдень, деревня Ваншэ.

Сейчас около пяти часов, но небо такое же тёмное, как в полночь, и непрерывно льёт дождь. Это была западная часть деревни, ближайшая к горе Лумин.

Мужчина продолжал кричать, его голос был слышен сквозь завесу дождя и звучал особенно жутко на фоне раскатов грома, от которых по спине бежали мурашки.

Все полицейские обратили внимание на дождь.

Юй Шэнь спросил:

- Может, вернём его обратно?

- Он просто сумасшедший по имени Ван Тэнъюэ. Обычно он в порядке, но когда начинается дождь и гремит гром, он убегает.

Старый староста небрежно пожал плечами.

- Не стоит с ним связываться. Как только дождь прекратится, он успокоится и сам найдёт дорогу домой.

Юй Шэнь снова спросил:

- Что он имеет в виду, говоря, что «земляной дракон перевернулся»?

Старый староста включил свет и объяснил:

- Наша земля лежит на драконьей жиле. Всякий раз, когда идёт дождь, драконы, живущие под землёй, пробуждаются и двигаются в такт грому. Люди в соседних деревнях могут это почувствовать.

Старик говорил серьёзно, а дождь за окном усиливал впечатление, что здесь действительно замешаны сверхъестественные силы.

Но Лу Ин перебил его:

- Этот «земной дракон переворачивается» — всего лишь древнее название землетрясений. Биньчэнь не находится в зоне землетрясений, и у нас их не было уже много лет.

Старый староста усмехнулся:

- Вы, молодёжь, совсем невежественны. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вы здесь не жили, так откуда вам знать о силе земного дракона?

Продолжая рассказ, старик сказал:

- Изначально эта гора называлась Горой Драконьего Рёва. Позже её переименовали. Мы, местные жители, верим, что внутри горы что-то есть, возможно, драконы или что-то ещё.

Он повернулся в сторону горы Люмин, сложил руки и поклонился.

Но Лу Ин вмешался:

- Все эти разговоры о земных драконах — просто феодальные суеверия. Почему мы сейчас ничего не чувствуем? Кто-нибудь видел дракона? Есть ли какие-нибудь фотографии или видео?

Старый староста деревни ответил:

- В деревню пригласили геоманта, и он сказал, что земляной дракон бездействует уже лет десять или около того, поэтому бедствий стало меньше.

Лу Ин возразил:

- Если не считать раскатов грома, проливного дождя и тёмного неба, в этом нет ничего необычного, и всё это можно объяснить с научной точки зрения. Рельеф местности может вызывать конденсацию водяного пара — это понятие из школьного курса географии. Гора Люмин расположена в зоне выпадения осадков, поэтому тут, естественно, идет больше дождей.

Казалось, он был готов прочитать старому старосте научную лекцию, объясняя суть происходящего.

Старик, однако, отмахнулся от скептицизма Лу Ина, сказав:

- Слова ничего не стоят. Всё не так просто. Многие люди в нашей деревне пострадали из-за этого.

Чтобы доказать свою правоту, старик продолжил:

- Посмотрите на этого чудака. Его безумие связано с происшествием, случившимся более десяти лет назад, когда земляной дракон перевернулся, и с горы упало много больших камней. В тот момент с ним был его отец, который, пытаясь спасти сына, оттолкнул его и сам получил удар по голове.

- Та дождливая ночь была похожа на сегодняшнюю. Перед смертью отец сказал ему: «Земной дракон переворачивается, беги!» Увидев, как трагически погиб его отец, ребёнок сошёл с ума. Теперь остались только он и его мать. Старая мать не может его контролировать, поэтому всякий раз, когда идёт дождь, он убегает. Вы говорите, что земной дракон не переворачивается, значит, все эти люди ошибаются?

Гу Яньчэнь нахмурился, слушая старого старосту. Он смутно чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, в чём дело. Может быть, они столкнулись с оползнем? Или с селем?

Он много изучал гору Люмин и знал, что её геологическое состояние оставляет желать лучшего. Она уже давно объявлена природоохранной зоной, там ведутся работы по лесовосстановлению и запрещена любая застройка. Однако он ничего не слышал о земном драконе.

Шэнь Цзюньци стоял рядом и ловил капли дождя, стекавшие с карниза.

- Дождь становится слабее.

Действительно, сильный дождь шёл недолго и постепенно прекратился.

Гу Яньчэнь задал старосте ещё несколько вопросов и в итоге получил список жителей деревни за двадцать лет.

Четверо полицейских надели дождевики, и вышли из дома старосты.

К счастью, в западной части деревни был ресторан при ферме. Хотя дождь уже утих, возвращаться в восточную часть было рискованно, они могли промочить штаны и обувь. Они решили сделать здесь перерыв и обсудить дальнейшие действия. Они вошли в ресторан и сняли дождевики.

Гу Яньчэнь заказал несколько блюд домашней кухни по меню, написанному на небольшой доске.

Сравнивая два полученных ими списка, Шэнь Цзюньци заметил:

- Сейчас в деревне заметно меньше людей, чем раньше.

Приблизительный подсчёт показал, что, за исключением тех, кто умер или женился и уехал, постоянное население сократилось на сто-двести человек.

Услышав это, владелец фермерского ресторана сказал:

- Действительно, кому захочется оставаться в этой бедной, отдалённой деревне? Все уехали работать в город. Если бы не необходимость заботиться о пожилых родителях, я бы давно уехал.

Сделав заказ, Гу Яньчэнь открыл полицейскую систему на своём телефоне и зашёл в центр регистрации домохозяйств, чтобы систематизировать данные о тех, кто раньше жил в деревне, но потом уехал. Он сосредоточился на поиске их зарегистрированных номеров телефонов.

Они набирали один номер за другим, но несколько попыток не принесли результата.

Когда блюда начали приносить одно за другим, Гу Яньчэнь предложил:

- Давай сначала поедим.

Лу Ин и Шэнь Цзюньчи взяли палочки для еды, собираясь приступить к трапезе, но Юй Шэнь сказал:

- Капитан Гу, я ещё не голоден. Вы, ребята, ешьте, а я попробую ещё дозвониться.

Он сделал ещё несколько звонков, сказав, что позвонит один раз, но его рука продолжала набирать номера.

Лу Ин пожалел его и похлопал по плечу:

- Человеку нужно есть. Человек – железо, а рис – сталь, заточка ножа не задерживает рубку дров. Сначала поешь, а потом я помогу тебе с звонками. Сегодня мы обязательно свяжемся со всеми.

Глаза Юй Шэня покраснели, но он всё равно не отложил телефон.

Он сказал:

- Это последний. После этого звонка я поем.

Юй Шэнь набрал другой номер. На том конце провода была женщина с мягким голосом.

Представившись и объяснив ситуацию, женщина на другом конце провода сказала:

- Я знаю об этом звонке. Это я звонила.

Её голос звучал мягко, но Юй Шэнь всё ещё дрожал от волнения. Он приложил столько усилий, а ответ пришёл всего через минуту. Но без их предыдущих поисков они, возможно, не нашли бы эту женщину, которая звонила.

Увидев, как изменилось выражение его лица, Лу Ин спросил:

– Ты нашел его?

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь тоже прекратили есть.

Юй Шэнь включил громкую связь, чтобы подтвердить её слова.

- Это было пятнадцать лет назад, 22 июля, верно?

- Зачем ты тогда им позвонила? Что ты сказала по телефону?

Наконец-то приблизившись к разгадке того, что произошло в том году, он слишком разволновался и задал несколько вопросов подряд.

Женщина, казалось, была немного напугана и не сразу нашлась, что сказать:

- Я… В том году я была в деревне после сдачи экзаменов в средней школе. Я осталась в деревне на лето. В деревню приехали два журналиста, которые сказали, что хотят сделать специальный репортаж о тайне переворота земного дракона. Они задали мне несколько вопросов о деревенских легендах и дали двадцать юаней, велев позвонить им, если я услышу, как переворачивается земной дракон. В июле того же года, дождливой ночью, я почувствовал, что земляной дракон снова начинает ворочаться, поэтому я пошла в маленький магазинчик и сообщил им эту новость.

Пятнадцать лет назад она жила в деревне, была ещё несовершеннолетней, затем поступила в старшую школу, а позже стала учительницей за пределами деревни. Поэтому во время предыдущих расследований с ней не удавалось связаться.

Ещё один земляной дракон перевернулся!

Гу Яньчэнь взял телефон и спросил:

- Каково это, когда земной дракон переворачивается?

Немного подумав, женщина сказала:

- Земля трясётся, раздаются странные раскаты грома, из горы идёт дым, и падают камни. Обычно тряска происходит с перерывами, то останавливается, то начинается снова. Каждый раз это длится несколько десятков минут, а иногда и несколько часов.

Это было похоже на то, что описывал старый староста деревни. Той ночью Юй Чанъэнь и его жена пришли сюда, чтобы увидеть, как переворачивается земляной дракон. Должно быть, они что-то обнаружили.

Юй Шэнь задал женщине ещё несколько вопросов и попросил её позвонить им, если она вспомнит что-то ещё.

Быстро закончив ужин, они вышли из маленького ресторанчика. Дождь на улице значительно утих, но небо было совершенно тёмным. Вся деревня была окутана белым туманом и напоминала уединённый райский уголок. Только грязная земля под ногами напоминала о том, что они всё ещё находятся в реальном мире.

Преодолев сложный участок дороги, Гу Яньчэнь протянул руку и взял Шэнь Цзюньци за запястье.

Шэнь Цзюньци опустил голову и молча, сжал его пальцы. Десять пальцев обоих переплелись под плащом.

Пройдя пешком сорок минут, хотя дорога до магазина должна была занять не больше пятнадцати, Шэнь Цзюньци внезапно остановился. Казалось, он что-то понял. Он оглянулся на деревню Ваншэ, а затем посмотрел на далёкую туманную гору Лумин.

Дождь намочил чёлку Шэнь Цзюньци, его лицо было бледным, а взгляд — отстранённым.

Что же на самом деле обнаружил Линь Сянлань?

Увидев, что он застыл на месте, Гу Яньчэнь протянул руку, чтобы прикрыть его от дождя.

- Сначала сядь в машину.

Шэнь Цзюньци сел в машину, всё ещё пребывая в оцепенении.

Он моргнул и вдруг тихо сказал:

- Теперь я понимаю.

Даже его обычно спокойный голос дрожал.

- Возможно, в горах Лумин велась незаконная добыча полезных ископаемых. Чтобы их не обнаружили, они устраивали взрывы во время грозы, что называется «переворотом земного дракона».

С таким объяснением все истории обретали смысл. Поднимающийся дым был не дыханием дракона, а пылью от взрывов. А так называемое перевоплощение земляного дракона было просто локальными землетрясениями, вызванными взрывами, в результате которых жители деревни получали травмы от падающих камней.

За последнее десятилетие ни одно из этих событий не произошло не потому, что, как утверждал геомант, земляной дракон спал, а потому, что незаконная добыча полезных ископаемых прекратилась.

Лу Ин был ошеломлён.

- Здесь есть шахта? Почему я о ней не слышал?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Те, кто занимались добычей полезных ископаемых, естественно, постарались стереть все записи в интернете и не дать обычным людям узнать об этом.

Собранная Гу Яньчэнем информация была обработана, а данные в интернете отредактированы. На протяжении многих лет Чжэнь Цзясюй сажал деревья на горе Лумин, чтобы стереть все следы добычи полезных ископаемых. Поэтому, несмотря на то, что Гу Яньчэнь долго поднимался на гору, он не нашёл ничего необычного, никаких тел, следов или доказательств незаконной деятельности, потому что все преступления давно остались на глубине сотен метров под землёй.

Лу Ин снова спросил:

- Если бы на горе добывали полезные ископаемые, разве люди, поднимающиеся на гору, не заметили бы этого? Почему это так загадочно?

Гу Яньчэнь сказал:

- Это связано с рельефом местности. Хотя деревня Ванше находится рядом с горой Лумин, она расположена прямо у самого крутого склона, поэтому подняться напрямую будет сложно. Чтобы подняться на гору Лумин, им придётся сделать большой крюк.

Сказав это, он вдруг понял:

- Могли ли те люди с ограниченными возможностями, которые пропали без вести в прошлом, быть похищены для работы в шахте на горе?

В прошлом он слышал новости о том, что некоторые люди используют людей с ограниченными возможностями в качестве рабочей силы, заставляя их трудиться день и ночь на частных шахтах.

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Возможно, они нашли этих людей через фонд.

Вся информация взаимосвязана. Казалось, они наконец-то раскрыли тайну, скрытую в горе Лумин, и им оставалось только получить подтверждение. Услышав эти слова, Юй Шэнь почувствовал, как по спине побежали мурашки.

Гу Яньчэнь принял решение:

- Завтра мы вызовем геологов и с помощью инструментов подтвердим это.

Лу Ин спросил:

- Если мы приведём этих людей на гору, не насторожит ли это остальных?

Гу Яньчэнь посмотрел на тёмную горную тропу:

- Мы уже схватили быка за рога, так зачем бояться насторожить остальных?

Если под горой Лумин действительно есть частные шахты и если там действительно погибли люди, торговая ассоциация Хэту и Чжэнь Цзясюй точно будут замешаны.

Они боялись здешних тайн. Вот почему они действовали быстро, когда Линь Сянлань узнал обо всём этом. Прежде чем он успел доложить, его заставили замолчать. Времена изменились, они нашли сюда путь, а команда наблюдателей всё ещё была в Биньчэне. Даже если бы они тщательно обыскали гору, они бы не докопались до истины.

Они вернулись домой, их волосы и обувь были мокрыми.

Гу Яньчэнь подтолкнул Шэнь Цзюньци:

- Быстрее, иди, прими душ, а то простудишься.

Шэнь Цзюньци сказал:

- У тебя тоже обувь мокрая, водонагреватель не справится, может, мне пойти в соседнюю квартиру?

Гу Яньчэнь схватил его:

– Зачем идти в соседнюю квартиру? Давай пойдем вместе.

В ванной было тепло, и они быстро согрелись и перестали мёрзнуть.

Гу Яньчэнь наполнил ванну водой, и когда он вошел в нее, капли воды выплеснулись и упали на пол. Легкое прикосновение может успокоить душу, звук текущей воды не прекращается, а недостаток кислорода в ванной заставляет людей тяжело дышать.

После того как они приняли душ, Гу Яньчэнь первым делом высушил волосы Шэнь Цзюньци.

Той ночью Гу Яньчэнь обзванивал всех подряд, связываясь с руководителями и соответствующими отделами.

Шэнь Цзюньци сопоставил информацию, собранную Гу Яньчэном ранее. Он провёл тщательный поиск и обнаружил некоторые следы удаления.

Согласно ранним геологическим исследованиям, под горой Лумин находились не только шахты, но и, вероятно, богатые месторождения золота. Ещё в республиканскую эпоху здесь были открыты шахты, но из-за ограниченности технологий добывалось мало руды.

За последние несколько десятилетий гора Лумин была объявлена природоохранной зоной, где запрещены любые виды геологоразведочных работ и деятельности по освоению месторождений. Теперь казалось, что Чжэнь Цзясюй, возможно, использовал свои связи, чтобы объявить эту гору своей территорией.

Рано утром следующего дня сотрудники отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями и команда детективов пригласили экспертов-геологов и группу наблюдения, чтобы вместе подняться на гору. Как только они добрались до подножия горы, им оказали серьёзное сопротивление. Рабочие, которые сажали деревья на горе, преградили им путь и не позволили подняться.

Эти рабочие держали в руках лопаты и бензопилы и явно были настроены враждебно.

Из предыдущих походов в горы Гу Яньчэнь знал, что эти защитники природы будут блокировать машины, поэтому он всегда ездил на велосипеде, чтобы избежать проблем. Но он не ожидал, что эти люди устроят контрольно-пропускные пункты и будут вести себя так нагло.

Он предъявил свои документы:

- Мы из отдела по борьбе с особо опасными преступниками городского бюро.

Лу Ин также сказал:

- Это полицейское дело, пожалуйста, пропустите нас!

Старший рабочий был агрессивен:

- Мне всё равно, полиция вы или нет, мы из лесного хозяйства. Мы не подчиняемся вашему городскому бюро. Без подписи нашего руководителя никого не пустят.

Другие подхватили:

- Точно, вы что, не знаете, что по этой горе нельзя ездить на машине?

- Кто осмелится подняться на гору, не вините нас в невежливости! Если вы повредите деревья, сможете ли вы возместить ущерб?

Лу Ин пробормотал:

- Разве это не банда дорожных разбойников под прикрытием? Сколько взяток было заплачено за это злоупотребление властью?

Вереница машин была заблокирована у подножия горы. Секретарь Цуй вышел из машины и уверенно зашагал, мелкими шажками.

Он подошёл к главному рабочему и представился:

- Я Цуй Шихуэй из провинциальной надзорной группы. Кто здесь главный?

Рабочие видели Цуй Шихуэй в новостях и испугались. Они неохотно назвали имя.

Секретарь Цуй сказал:

- Позвоните ему, я поговорю с ним лично.

Один из сотрудников сделал звонок.

Секретарь Цуй взял трубку, и, как только он представился, собеседник стал вести себя уважительно и начал перекладывать вину на других:

- Мы сажали деревья, следуя плану городского бюро планирования.

Секретарь Цуй строго сказал:

- Даже если вы сажаете деревья, вы делаете это на благо людей. Если вы хотите помешать расследованию убийства из-за нескольких деревьев, разве это не смехотворная подмена приоритетов? Даже если нам придётся рубить деревья и взрывать горы, мы докопаемся до сути того, что произошло более десяти лет назад.

Другая сторона неоднократно соглашалась.

Секретарь Цуй твёрдо заявил:

- Я хотел бы посмотреть, кто осмелится дать зелёный свет преступным группировкам и обеспечить им защиту. Сегодня любой, кто будет препятствовать работе полиции, будет немедленно отстранён от своих обязанностей!

Закончив, он вернул телефон сотруднику и спокойно сказал:

- Я уже поговорил с вашим руководителем. Если кто-то продолжит препятствовать, это будет расценено как препятствование работе полиции и повлечёт за собой задержание на срок более пятнадцати суток.

Этим людям стоит молиться, чтобы сегодня они ничего не нашли. Если бы было доказано, что они совершили противоправные действия, были бы найдены улики и проведено тщательное расследование в отношении всех причастных. Когда придёт время, не один и не два человека могут потерять работу.

По приказу сверху работники лесного хозяйства отошли на два шага назад, убрали заграждения и расчистили перекрытую дорогу.

Гу Яньчэнь хорошо знал местность и повёл этих людей за собой.

На гору Лумин привезли несколько машин. Эти детекторы могли проникать сквозь толщу камней и песка и сканировать пространство внизу. Вскоре геодезисты нашли запечатанный вход на полпути к вершине горы, предположительно в заброшенную шахту.

Эксперты также обнаружили следы золотой руды на некоторых камнях. Несколько специалистов по сносу зданий обсудили ситуацию и предоставили конкретные профессиональные планы. Учитывая столь тщательное сокрытие, можно предположить, что внутри было что-то не так.

Секретарь Цуй принял решение и решительно махнул рукой:

- Взорвать гору!

Некоторые рабочие рубили деревья поблизости, в то время как специалисты закапывали под землёй детонаторы и взрывчатку, готовясь к взрыву. Судмедэксперты и криминалисты стояли наготове, чтобы после взрыва приступить к осмотру места происшествия.

Шэнь Цзюньци стоял в безопасном месте неподалёку. Он был одет в белую форму судмедэксперта, стоял прямо, с серьёзным выражением на красивом лице. Ветер в лесу трепал полы его халата, издавая шуршащий звук. Уголки глаз Шэнь Цзюньци слегка покраснели. У него было предчувствие, что под этими шахтными стволами что-то скрыто.

Гу Яньчэнь стоял рядом с ним с серьёзным видом, скрестив руки на груди, и наблюдал за происходящим.

С оглушительным рёвом вся гора содрогнулась. Склон горы Лумин был полностью разрушен, повсюду летали песок и камни, а воздух ходил волнами. Благодаря их неустанным усилиям зло, дремавшее в горах, наконец, было раскрыто.

Под ярким светом ничто не могло укрыться.

Найденные останки

Глава 137. Найденные останки

Пятнадцать лет назад, в ночь на 22 июля, шёл дождь. Дождь начался около восьми вечера. Особенно сильно он лил у подножия горы Лумин. В этой кромешной тьме были слышны только раскаты грома и шум дождя, как будто всё в мире, все живые существа, было погружено под воду. Каждые несколько минут стал раздаваться яростный грохот земли.

Молодая Ван Хуэйши в плаще пришла в магазин и бросила монетку в картонную коробку. Увидев, что старик в круглосуточном магазине дремлет, склонив голову и даже не открывая глаз, несмотря на доносившиеся звуки, Ван Хуэйши достала листок бумаги и позвонила.

- Алло…

В трубке раздался нежный девичий голос:

- Вы тот репортёр, который приходил в прошлый раз? Вы просили меня сообщить вам, если произойдёт землетрясение. Сегодня ночью идёт дождь, и земля дрожит.

Человек на другом конце провода поблагодарил её и сказал, что они сейчас приедут. Девушка и представить себе не могла, что этот телефонный звонок, словно падающая костяшка домино, изменит судьбу людей на долгие годы.

Ван Хуэйши повесила трубку и направилась домой. Когда она подошла к двери, с гор донёсся глухой гул, от которого содрогнулась вся деревня Ванше.

Девушка вздрогнула. Сегодня ночью земля была особенно неспокойной. Но вскоре всё это перестанет иметь для неё значение, ведь она собиралась уехать отсюда в город, чтобы поступить в старшую школу.

Ван Хуэйши посмотрела на угольно-чёрные горы и вернулась домой.

Тридцать минут спустя Юй Чанъэнь и Пань Сяолинь подъехали к подножию горы Лумин. Они получили сообщение и поспешили из дома. Машина остановилась у подножия горы, и они поднялись наверх, надев тёмные дождевики. Дождь стих, и гром прекратился.

- Мы почти на месте!

Юй Чанъэнь карабкался вверх, цепляясь руками и  подтягивая за собой жену. Они поднимались в гору  вдвоём.

- Кажется, тряска прекратилась, неужели всё закончилось? Пань Сяолинь забеспокоилась.

Дождь стих, и гром перестал греметь.

- Мы почти на месте! Юй Чанъэнь все еще карабкался вверх. - Мы не опоздали.

У него было предчувствие, что сегодня вечером они сделают сенсационное открытие. Они долго и упорно работали над этим специальным репортажем. Изначально они планировали снять сюжет о фольклоре, сосредоточившись на подземных толчках в районе горы Лумин. Но по мере того, как они углублялись в расследование, они поняли, что всё не так как кажется.

Они поднимались на эту гору несколько раз и всегда слышали странные звуки на полпути. Казалось, что внутри горы кто-то передвигается. Благодаря своей журналистской интуиции они всё больше убеждались, что это не подземный гул, а вмешательство человека.

Что эти люди делали в горах? Будучи опытными журналистами, супруги, преуспели в проведении расследований. Они были готовы провести тайное расследование, раскрыть правду и опубликовать эту новость.

Сегодня вечером им позвонили, и они оставили своего маленького сына дома, чтобы выяснить, что происходит. Они поднялись на гору, и дождь, хоть и продолжался, немного стих.

Пань Сяолинь схватила мужа за руку и жестом велела ему замолчать.

Юй Чанъэнь тоже остановился и посмотрел в непроглядную дождливую ночь на склоне горы, где менее чем в десяти метрах от них стояли несколько мужчин в плащах.

Будучи журналистами, они узнали человека в центре группы. Почувствовав неладное, пара присела на корточки, спряталась в темноте и стала слушать их разговор.

Юй Чанъэнь взял камеру и начал снимать. Они увидели Чжэнь Цзясюя и нескольких его подчинённых. Один из них, стоявший рядом с Чжэнь Цзясюем, нервно заикался, докладывая ему. Пара находилась немного в стороне, и из-за шума дождя они могли лишь уловить обрывки разговора.

– Когда произошёл взрыв... шахта обвалилась... вода просочилась... люди всё ещё были там внизу... что нам делать? Спасать их? – обеспокоенно спросил мужчина, вытирая дождь со своего лицо руками.

Он выглядел так, будто собирался умереть. Почти плакал от беспокойства.

Чжэнь Цзясюй посерьёзнел, нахмурил брови и покачал головой:

- Нет, об этом никто не должен узнать, иначе мы… все умрём.

Юй Чанъэнь и Пань Сяолинь тихо перешёптывались:

- Похоже, они вели здесь незаконную добычу полезных ископаемых и столкнулись с наводнением. Внутри оказались заблокированы люди.

Его жена нахмурилась:

- Это вопрос жизни и смерти… мы должны найти способ вызвать полицию. Мы не можем просто позволить этим людям умереть.

Сердце Пань Сяолин бешено колотилось. Эти люди не только не собирались их спасать, но и хотели скрыть происшествие. Здесь было слишком опасно, нужно было найти способ выбраться.

Пань Сяолин жестом показала мужу, чтобы он отступал.

Юй Чанъэнь кивнул.

Они осторожно сделали несколько шагов, собираясь уходить, но Юй Чанъэнь случайно наступил на ветку, и та хрустнула.

Их лица изменились, это было плохо! Они быстро встали и побежали вниз с горы.

Звук хрустнувшей ветки насторожил Чжэнь Цзясюя и его людей:

- Здесь кто-то есть!

- Хватайте их!

- Не дайте им сбежать.

Несколько его людей бросились к месту, где прятались Юй Чанъэнь и его жена.

На тёмной как смоль горной дороге Юй Чанъэнь хотел защитить свою жену, но противник превосходил его числом. Они потратили слишком много сил, поднимаясь в гору.

Пань Сяолинь была схвачена в мгновение ока.

Юй Чанъэнь обернулся, чтобы спасти свою жену, но тоже был схвачен этими людьми. Люди из отряда Чжэня обыскали их, и нашли пропуска для прессы, которые были у них с собой.

- Они журналисты! Как они сюда попали?

Один из мужчин протянул Чжэнь Цзясюю два пропуска для прессы и спросил:

- Босс Чжэнь, что нам теперь делать?

Чжэнь Цзясюй задумчиво опустил голову. Этот нелегальный золотой рудник работал здесь годами, и они добыли почти девяносто процентов золота, которое было в руднике. Скоро это место превратится в заброшенный рудник. До этого он думал о том, как поступить с рабочими-инвалидами, которые здесь добывали золото.

Все эти люди были заперты здесь, жили и питались в горах. Некоторые из них были немыми и могли слышать звуки, а другие были просто физически неполноценными, но психически здоровыми. Если бы эти люди ушли, тайна частной шахты была бы раскрыта.

Из-за сегодняшнего наводнения люди оказались в ловушке в шахте, а теперь, когда эти двое журналистов докопались до истины, всё стало ещё сложнее.

За последние несколько лет прибыль от добычи золота была стабильной. Чжэнь Цзясюй стал богатым бизнесменом в Биньчэне благодаря отмыванию денег, и теперь пришло время завязывать с этим. Он должен решить этот вопрос чисто и эффективно, чтобы такой образ жизни мог продолжаться.

Помня об этом, Чжэнь Цзясюй решил:

- Бросьте их в шахту. А потом взорвите это место.

- Взорвать это место?! — воскликнули его приспешники, поняв, что в шахте осталось ещё больше двадцати человек.

- Считайте, что им не повезло», — на лице Чжэнь Цзясюя появилось жестокое выражение.

- Делайте, как я говорю. Если что-то случится, я разберусь. Никто ничего не узнает.

Пань Сяолинь, слышала их разговор, и поняла что они в безвыходном положении, и, что эти люди собираются сделать.

Она плакала и умоляла их:

- Пожалуйста, пощадите нас…

Но Юй Чанъэнь перебил её:

- Не умоляй их! Кто-нибудь обязательно все узнает!

Они не знали, что камера, висевшая у него на груди, продолжала снимать, всё происходящее. Эти люди, которые много лет были верны Чжэнь Цзясюю, вырубили пару и сбросили их в шахту глубиной в несколько метров.

Десять минут спустя раздался громкий хлопок, и произошло ещё одно сильное землетрясение. Шахта была разрушена взрывом, и всё вокруг засыпало камнями. Позже они избавились от машины, в которой приехали Юй Чанъэнь и его жена, и уничтожили все следы.

По мере того как буря утихала, всё вернулось на круги своя.

Прошли годы, вход в шахту был засыпан, а сверху посажены зелёные деревья. Пышная зелень скрыла следы этих злодеяний. Те жизни исчезли в горе Лумин, став тайной, известной лишь немногим.

Пятнадцать лет спустя, на горе Лумин.

После громкого шума демоны разбежались, и давно запечатанная шахта, наконец, открылась. Перед ними появилась дыра, из которой шёл белый дым.

Чтобы предотвратить отравление токсичными газами, первыми туда отправились несколько криминалистов в противогазах, а также геологи, знакомые со структурой шахты.

Под руководством Гуань Хайи они исследовали проход. Примерно через десять минут Гуань Хайи вышел из шахты.

Он снял противогаз и вдохнул свежий воздух, а затем спросил:

– Там внизу слишком отвратительно!

Секретарь Цуй спросил:

– Вы можете подтвердить, что это была золотая жила? Что вы там увидели?

Гуань Хайи сказал:

– Это заброшенная шахта. Она очень большая, и там полно трупов. Я даже не могу сосчитать, сколько их.

Геологический эксперт сказал:

– Уровень грунтовых вод недавно снизился, и вода уже сошла. Структура шахты относительно стабильна, поэтому входить и проводить поиски безопасно.

Услышав это, секретарь Цуй нахмурился и быстро позвонил руководителям провинции.

После разговора он сказал Гу Яньчэну:

- Руководители относятся к этому делу крайне серьёзно и требуют провести тщательное расследование.

После того как воздух внутри немного очистился и стало ясно, что он безопасен для людей, в пещеру вошли судмедэксперты и детективы.

Гу Яньчэнь, Юй Шэнь и Лу Ин вошли в пещеру, освобождая путь для судмедэкспертов.

Шэнь Цзюньци, Лю Шужун, Вэнь Вань, Чэн Гун и Сун Цяньчэн в защитных костюмах спустились вниз. Они использовали фонарики и прожекторы.

Шахта уходила вниз под наклоном. Пройдя немного, они вышли на платформу и увидели  несколько тел в шахтёрской одежде. Чуть дальше они нашли ещё несколько трупов, а ещё дальше — ещё больше...

По углам шахты лежали, свернувшись калачиком, несколько тел.

В одном из углов на камне было написано несколько слов: «Меня зовут Лу **. Помогите!»

После аварии на шахте многие люди были ещё живы.

При виде этой трагической картины все судмедэксперты и детективы стиснули зубы. Из-за того, что прошло много времени, большинство тел полностью разложились. Эта жуткая картина ярко демонстрировала, какие невероятные страдания пережили эти люди перед смертью. Несмотря на душераздирающую картину, судмедэксперты и криминалисты приступили к работе.

Первым этапом работы судмедэксперта было обозначение всех останков.

В темноте шахты Шэнь Цзюньци не мог вести подробные записи, поэтому ему пришлось сначала записать всё на диктофон. Ци Иань продолжал фотографировать на камеру, документируя состояние каждого тела.  Тела были пронумерованы в соответствии с их расположением, помещены в мешки для трупов и вынесены из шахты.

- Неопознанный скелетированный труп номер один, мужчина, с явными следами утопления на костях и остатках одежды, погиб в результате затопления в шахте, Возраст — около 25 лет. Смерть наступила 15 лет назад.

…...

- Скелетированный труп номер пять, мужчина, с переломами черепа, погребён под камнями в шахте, погиб в результате обрушения шахты, вызванного подземными взрывами, предположительно в возрасте около 32 лет.

Шэнь Цзюньци обнаружил в углу два тела в дождевиках, которые выделялись на фоне других трупов в шахтёрской одежде.

- Скелетированные трупы номер 16 и 17, мужчина и женщина…

Шэнь Цзюньци внезапно остановился.

Вместо того чтобы продолжить осмотр, он позвал:

- Юй Шэнь!

Юй Шэнь, который был занят работой, поспешил к нему.

Шэнь Цзюньци указал на кости, похлопал его по плечу и сказал:

- Я пойду, проверю другие тела.

Юй Шэнь понял, в чем дело. Дрожащими руками он приподнял край плаща и, хоть и не был профессиональным судмедэкспертом, смог определить, что один из трупов принадлежал женщине с длинными волосами. Другой труп был мужского пола.

Юй Шэнь заметил часы на запястье мужчины. Затем он увидел знакомый красный шарф на шее женщины. Это был тот самый шарф, который его мать одела в ту ночь.

Пятнадцать лет назад он встал на цыпочки, чтобы помочь, матери повязать шарф, и поцеловал её в щёку. Он помнил, как мать просила его присмотреть за домом и говорила, что они с отцом скоро вернутся. Но они так и не вернулись.

Пятнадцать лет спустя эта встреча была совсем другой. Он уже не был тем мальчиком, каким был тогда. Хотя он и ожидал этого, видеть всё своими глазами было всё равно больно. Он понял, что его родители были вместе до самого конца. На глазах у Юй Шэня выступили слёзы.

Он сдержал слёзы и тихо сказал:

- Мама, папа, я, наконец, нашёл вас. Я отвезу вас домой.

Эксперты-криминалисты и судмедэксперты подошли, чтобы помочь с транспортировкой тел.

Когда они перевернули тело женщины, то нашли записку:

«Юй Шэнь, папа скончался от полученных травм, и мама скоро к нему присоединится. Не знаю, увидишь ли ты когда-нибудь эти слова. Помни, мама, и папа всегда будут тебя любить. Ты сильный ребёнок, и мы будем присматривать за тобой с небес. Вся информация в камере. Прощай».

За прошедшие годы пятна крови превратились в старые красные отметины, отпечатавшиеся на камнях.

Прочитав записку, Юй Шэнь больше не мог сдерживать слёзы, и они потекли по его лицу.

Лу Ин встал рядом с ним, успокаивающе похлопала его по спине и позволил ему опереться на его плечо.

Он сказал:

- Сейчас можно поплакать. Это не стыдно.

Лу Ин, молодой полицейский, который много лет назад расследовал это дело о пропавших без вести, очень переживал за него. Наконец-то оно было раскрыто. Он сочувствовал мальчику, за взрослением которого наблюдал.

Юй Шэнь поперхнулся.

- Ты нашёл их, — Лу Ин похлопал Ю Шэня по спине.

- Твои родители видели, как ты вырос, видели, каким удивительным ты стал. Они гордятся тобой.

Поплакав немного, Юй Шэнь опустился на колени рядом с телами и трижды поклонился, чтобы торжественно попрощаться с родителями. Затем он надел перчатки и взял камеру, которую держал в костлявой руке отец…

В тот момент за пределами шахты Шэнь Цзюньци был занят делом. Он вышел из шахты и присоединился к Гу Яньчэну, чтобы пересчитать тела. Вынесенные трупы были выложены в ряд. Ряды чёрных мешков для трупов были плотно прижаты друг к другу. В каждом мешке была чья-то оборванная жизнь.

Судмедэксперты извлекли шестнадцать трупов, ещё восемь предстояло собрать. По предварительным оценкам, включая Юй Чанъэня и его жену, погибло 24 человека.

Земля была усеяна костями.

Шэнь Цзюньци проверял и регистрировал их по одному.

Гу Яньчэнь спросил:

- Можем ли мы установить причину смерти всех этих людей?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Внутри шахты есть признаки обрушения и воды. Некоторые погибли в результате обрушения, но многие оказались в ловушке и с трудом добрались до входа в шахту, где и погибли.

После того как вход был взорван, у них не осталось ни еды, ни воды, а воздух стал разреженным. Им оставалось только в отчаянии погибнуть в тёмных глубинах шахты. Если бы тогда вызвали помощь, эти люди, возможно, не погибли бы. Но из-за этих людей они проспали здесь целую вечность, пока кто-то не взорвал шахту много лет спустя, открыв правду.

Эти богачи ходили по трупам, растрачивая деньги и жизни, которые они получили в обмен, и потакая своему экстравагантному образу жизни.

Подумав об этом, Гу Яньчэнь не смог сдержать ругательства:

- Звери.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Судя по трупам, эти люди погибли под землёй. Но теперь проблема в том, как доказать, кто стал причиной их смерти?

Как сотрудники правоохранительных органов, они должны были следовать цепочке доказательств. Каждое звено было важно.

За прошедшие годы Чжэнь Цзясюй, должно быть, сделал всё возможное, чтобы разорвать связь с этими людьми и этим местом. Уборщики удалили файлы с информацией об этих пропавших без вести людях, но это нельзя было использовать в качестве доказательства. И надо было доказать, что эта частная шахта связана с торговой ассоциацией Хэту и Чжэнь Цзясюем.

- Я нашёл улику в шахте.

Юй Шэнь подошёл к ним и протянул Гу Яньчэну старую камеру Sony.

Его слёзы высохли, а спина выпрямилась. Сейчас он был не просто сыном, нашедшим останки своих родителей, он был ещё и полицейским, служащим народу. Он сделает всё, чтобы раскрыть это дело.

Опустив голову, Юй Шэнь сказал:

- Это камера, которая была у моих родителей в момент их смерти. Возможно, она что-то записала.

Это была хорошая новость.

- Я найду специалистов, которые попытаются восстановить данные, — сказал Гу Яньчэнь и взял камеру.

Она была старой и немного повреждённой, с разбитым объективом, но карта памяти была цела.

Гу Яньчэнь держал камеру, на которой лежал груз двух потерянных жизней, и сказал:

- Чтобы никто не смог подделать важные улики, я займусь этим лично.

Они не могли позволить себе новые осложнения.

В тот день поиски в шахте продолжались с утра до ночи. С заходом солнца несколько полицейских машин и катафалков вернулись с горы Лумин в городское управление Биньчэна.

Пятнадцать лет спустя перед полицией открылись эти кровавые и жестокие факты.

Ночь, Восточный Биньчэнь.

На роскошной вилле Чжэнь Цзясюй закончил слушать доклад своего подчинённого и повесил трубку. Всего за один день Чжэнь Цзясюй сильно постарел. Он вспомнил слова, которые журналист сказал перед смертью: «Кто-нибудь всё это раскроет!»

Итак, это событие действительно произошло. Тайны были раскрыты, и вскоре кто-нибудь узнает, что за всем этим стоял он. Раз уж дело дошло до этого, он больше не мог препятствовать полицейскому расследованию. Теперь он мог лишь надеяться, что ему удастся как можно дольше отсрочить неизбежное.

До завтра…

По крайней мере, до завтрашнего вечера.

Он вышел на террасу, откуда открывался вид на самый роскошный район Биньчэна.

Несмотря на шум и суету, Чжэнь Цзясюй почувствовал запах надвигающегося кровопролития.

Он прищурился и позвонил:

- Му Ювэй, я ознакомился с планом. Приведи его в исполнение завтра вечером. Даже если это будет стоить мне жизни, я позабочусь о том, чтобы эти люди отправились со мной в могилу!

Подготовка к войне

Глава 138. Подготовка к войне

Ночью в городском бюро Биньчэна.

После обнаружения этих тел постепенно всплыла большая часть правды о деле 722.

До поздней ночи детективы и судмедэксперты добровольно оставались в городском бюро, и работали допоздна.

Гу Яньчэнь вместе с Юй Шэнем отвезли камеру в лучший центр по ремонту цифровой техники в городе. К сожалению, камера была старой и уже побывала в воде, поэтому восстановить данные с залитой карты памяти было сложно.

Одному старому технику пришла в голову идея:

- Я поищу старые карты памяти и посмотрю, можно ли восстановить какую-то информацию, заменив чип. Правда, это может занять некоторое время.

Гу Яньчэнь спросил:

- Сколько времени это займёт?

Старый техник ответил:

- Я сделаю это как можно быстрее, но не раньше завтрашнего дня.

Гу Яньчэнь беспомощно оставил Юй Шэня там и попросил двух надёжных детективов сопровождать его. А сам вернулся в городское бюро, чтобы продолжить работу.

Судебно-медицинский центр был завален работой. Собирались улики с места происшествия, предстояло провести множество экспертиз.

После ужина Шэнь Цзюньци сделал перерыв, чтобы выгулять собаку и покормить Сюэи, а затем вернулся на работу, ему предстояло работать всю ночь.

Все комнаты для вскрытия были заполнены. На секционных столах лежали тела.

Вэнь Вань, Чэн Гун, доктор Лю и даже старший директор Лу осматривали трупы, извлечённые из шахты. Более двадцати тел, что означало, что судмедэкспертам предстоит провести более двадцати вскрытий и составить более двадцати отчётов.

Это была работа минимум на три дня для штата экспертов городского бюро. Чтобы как можно быстрее раскрыть дело, судмедэксперты трудились не покладая рук, стремясь все закончить  до рассвета.

Ци Иань просматривал на своём компьютере фотографии, сделанные сегодня.

Сун Цяньчэн быстро строчил отчёты о вскрытии.

Новейшие машины в смотровом кабинете продолжали работать, распечатывая данные о ДНК для каждого тела. Техники сравнивали ДНК пропавших без вести, подтверждая личность одного за другим. Казалось, что ночь прошла спокойно, но на самом деле затишье было обманчивым.

В городском управлении Биньчэна все полицейские работали не покладая рук, пытаясь опередить виновных. Все были твёрдо убеждены, что они должны успокоить пострадавших шахтёров и заставить виновных заплатить по счетам.

На следующее утро Гу Яньчэнь, Шэнь Цзюньци и руководители надзорной группы провели совещание, на котором проанализировали ход расследования и наметили дальнейшие направления.

Хотя у них пока не было достаточных доказательств, связи этого дела с Чжэнь Цзясюем, многие из умерших людей с ограниченными возможностями перед смертью контактировали с фондом «Любовь в Биньчэне». Поэтому Чжэнь Цзясюй, как бывший глава фонда, также находился под наблюдением как ключевой подозреваемый.

Были проведены проверки активов Чжэнь Цзясюя, и полиция следила за транспортными средствами, зарегистрированными на его имя, чтобы он не смог купить билеты на самолёт или поезд и сбежать.

Секретарь Цуй сказал:

- Я несколько раз встречался с Чжэнь Цзясюем. У него крупный бизнес, и он владеет акциями нескольких компаний, зарегистрированных на бирже. Он знаком с некоторыми руководителями в провинции, поэтому нам нужно быть более осторожными при его задержании и дождаться конкретных доказательств. Не дайте ему сбежать. Кроме того, нам нужно опасаться его ответных действий.

Директор Дин и заместитель директора Лю из руководящего состава кивнули в знак согласия.

Секретарь Цуй продолжил:

- В любом случае, товарищи, вы все усердно работаете. В последнее время все работают допоздна, чтобы раскрыть это дело. Мы должны объединить усилия, чтобы успешно вести эту борьбу.

Директор Дин заверил:

- Будьте уверены, мы найдём доказательства, необходимые для суда, и привлечём всех преступников к ответственности.

Послеобеденное время, здание Penang Trade Building.

Сегодня Чжэнь Цзясюй не остался дома, а приехал сюда пораньше. Он находился на 27-м этаже здания, где располагался банкетный зал для конференций, похожий на огромную гостиную. Одна сторона конференц-зала была застеклена большими французскими окнами, из которых открывался шикарный вид.

Му Ювэй и Дин Юэран уже прибыли. Они принесли окончательный вариант плана и вносили последние коррективы.

Когда всё было проверено, Чжэнь Цзясюй, остался доволен.

Он сказал:

- Внесите последние изменения, и я буду спокоен. Планирование от Дин Юэрана действительно надёжно. Каждая деталь учтена.

Повернувшись к Дин Юэрану, он добавил:

- Воистину гениальный преступник!

Дин Юэран был не рад этой «похвале».

Следуя плану, который они только что обсудили, Му Ювэй сделал телефонный звонок.

В этот момент дверь переговорной открылась.

Хо Лэй, которая должна была прийти в четыре часа дня, пришла немного раньше.

Сегодня на ней было тёмно-зелёное платье, поверх которой был, накинут новый тренч, придававший ей особый шарм.

Взглянув на троих мужчин в комнате, Хо Лэй спросила:

- Что вы обсуждаете?

Чжэнь Цзясюй не хотел раскрывать ей конкретный план.

- Ничего особенного, просто уточняем план, который мы обсуждали в прошлый раз.

Хо Лэй села, подумав про себя, что эта старая лиса не так проста. Изначально он поручил ей передать этот план Му Ювэю, но теперь ей нужно остерегаться.

Чжэнь Цзясюй не раскрывал Хо Лэй точный план и дату его выполнения. Он не стал обсуждать это с ней. Если бы Хо Лэй не пришла сегодня немного раньше, она бы так и осталась в неведении.

Хо Лэй вчера получила известие о том, что полиция вошла в гору Лумин. Хорошие времена для старика подходили к концу. Она просто не знала, в чём заключается этот последний отчаянный план.

Му Ювэй сказал:

– Цин Шуй, убери свои вещи..

Стол рядом с ними был завален различными печатными материалами. План казался довольно сложным.

Хо Лэй поняла, что третий мужчина в комнате,  должно быть, и есть мистер Цин Шуй, самый известный проектировщик клининговой компании.

Хо Лэй впервые увидела его, и он показался ей не таким, каким она его себе представлял. Это был молодой человек среднего роста, довольно женственный, с длинными волосами, небрежно завязанными на затылке.

Хо Лэй кое-что о нём слышала. Глядя на него сейчас, она не могла поверить, что он был малолетним преступником, убившим несколько человек.

Чжэнь Цзясюй не хотел, чтобы она это видела, но, естественно, она хотела.

Хо Лэй взял папку, которую Цин Шуй ещё не успел убрать, и сказала Му Ювэю:

- Старина Му, я слышала, что твои планы чрезвычайно профессиональны. Дай мне взглянуть.

Чжэнь Цзясюй увидел, что Хо Лэй взяла папку с предварительным наброском, а не с окончательным планом, поэтому он не придал этому особого значения.

Он улыбнулся и сказал:

- Тебе стоит, как следует всё изучить. Овладение ремеслом имеет решающее значение, и это облегчит ваше дальнейшее сотрудничество.

Услышав слово «будущее», Хо Лэй мысленно закатила глаза.

У Му Ювэя может быть будущее, но у старика его может и не быть.

Хо Лэй открыла папку с материалами предварительного плана. Так совпало, что первым ей попалась информация о Гу Яньчэне.

Она листала его, проводя длинными красными ногтями по бумаге.

- О, Гу Яньчэнь, я знаю этого парня. Я тоже собрала о нём кое-какую информацию. Он разрушил немало наших планов. Цин Шуй, ты не должен спускать ему это с рук. Даже если тебе придётся разорвать его на части, это не утолит мою ненависть.

Му Ювэй усмехнулся:

- Хо, не волнуйся, он этого так не оставит.

Чжэнь Цзясюй нахмурился, недовольный тем, что он выдал информацию, затем встал и сказал:

- Давайте сначала выпьем чаю, а потом вместе поужинаем.

Хо Лэй всё ещё просматривала материалы. Информация от клининговой компании была гораздо более подробной, чем та, которую они обычно собирали. В ней не только содержались все сведения о Гу Яньчэне, но и результаты расследования, проведённого частными детективами в отношении его семьи.

На обратной стороне была информация о Мо Сюэцин. Там было несколько ей фотографий, а также сведения о её работе и образе жизни. Хо Лэй знала только, что мать Гу Яньчэна зовут Мо Сюэцин, но фотографию Мо Сюэцин она видела впервые. Её взгляд внезапно остановился. Хо Лэй показалось, что эта женщина ей немного знакома.

Странно, она была всего лишь матерью полицейского, почему же при взгляде на неё у неё возникло ощущение чего-то знакомого? Хо Лэй взяла себя в руки и продолжила читать. Однажды пропала. Оба родителя были профессорами… Хо Лэй вдруг широко раскрыла глаза, не в силах поверить в происходящее. Эти подробности напомнили ей о ком-то, кого она не видела тридцать лет, но всегда помнила. Она снова посмотрела на фотографии Мо Сюэцин и убедилась в своей догадке.

Это был номер 82. Этого не может быть… Это не может быть простым совпадением! Хо Лэй поспешно перевернула страницу и увидела дату рождения Гу Яньчэна — 25 сентября…

Она вспомнила, что сказала:

- Сегодня эти дети перерождаются. После того как вы заберёте их, вы должны будете хорошо их воспитать. Их день рождения сегодня, 25 сентября.

Неужели Гу Яньчэнь мог быть... её сыном? В этот момент у Хо Лэй закружилась голова, а сердце бешено заколотилось. Должно быть, так и есть: возраст, день рождения — всё сходится. Она никак не ожидала, что вдруг узнает о местонахождении своего сына, и уж тем более не могла представить, что её ребёнок станет полицейским, в то время как она всегда хотела отправить его на верную смерть!

В плане Чжэнь Цзясюй Гу Яньчэнь тоже был указан как цель! Могло ли это быть наказанием небес за её проступок? Хо Лэй дрожащими руками коснулась фотографии на бланке. Волнение, безысходность, чувство вины, тоска, страх — все эти эмоции нахлынули на неё одновременно.

Досье в руках Хо Лэй с глухим стуком упало на пол.

Чжэнь Цзясюй повернулся и посмотрел на неё.

Нет, она не могла допустить, чтобы Чжэнь Цзясюй это заметил. Хо Лэй быстро взяла себя в руки, и отбросила его в сторону, сказав:

- Эти вещи довольно скучные, от них меня клонит в сон. Вы хорошо потрудились.

Только тогда Чжэнь Цзясюй отвернулся и продолжил болтать с Му Ювэем.

Хо Лэй повернулась к Цин Шую и тихо спросила:

- Твой план приведут в исполнение сегодня?

Цин Шуй опустил голову, избегая её взгляда. Похоже, он её опасался. Собрав все материалы, он подумал, а затем неохотно кивнул Хо Лэй. Он не знал, зачем она его об этом спросила, но, поскольку Чжэнь Цзясюй её опасался, она могла передать сообщение.

Планирование… никто не уйдёт живым… сегодня вечером… Услышав эти ключевые слова, Хо Лэй смутно догадалась, о чём идёт речь. По её ногам пробежал холодок. Казалось, она была где-то не здесь, и даже когда Му Ювэй заговорил с ней, она не сразу его услышала.

Через некоторое время она встала под предлогом того, что ей нужно в уборную.

Хо Лэй вышла из комнаты и не успела сделать и нескольких шагов, как споткнулась. Она выругалась себе под нос и присела на корточки, чтобы поправить новые туфли на высоком каблуке.

Дверь была не до конца закрыта, и Хо Лэй услышала, как Чжэнь Цзясюй и Му Ювэй говорили внутри:

- Женщины действительно ненадёжны в серьёзных делах.

- Ты видел её? Всего несколько слов, и она побледнела от страха.

Хо Лэй пробормотала себе под нос:

- Чудовище!

Она тут же сняла туфли, приняла решение и босиком спустилась на лифте на первый этаж.

У входа в здание стояли телохранители Чжэнь Цзясюя.

Один из них протянул руку, чтобы остановить её:

- Госпожа Хо, господин Чжэнь сказал, что сегодня никому не разрешается уходить…

Хо Лэй была поражена. У Чжэнь Цзясюя действительно были дурные намерения. Он позвал её сегодня сюда, чтобы запереть в здании. Он мог даже убить её и заставить замолчать. Она не хотела связываться с этими людьми.

Хо Лэй импровизировала и швырнула туфли на высоком каблуке прямо в двух телохранителей, попав им в голову.

- Безмозглые идиоты! Как вы смеете меня останавливать? Я выхожу по приказу господина Чжэня, чтобы кое-что принести. Если бы он меня не выпустил, я даже не смогла бы выйти из комнаты. Вы что, хотите всё испортить?

Она привыкла быть высокомерной и властной. Главный телохранитель был застигнут врасплох и схватился за голову от боли, потеряв дар речи. Воспользовавшись их медленной реакцией, Хо Лэй оттолкнула их и быстро вышла из здания.

Телохранители поспешно связались с Чжэнь Цзясюем:

- Господин Чжэнь, госпожа Хо покинула здание. Она настояла на том, чтобы выйти, и мы не смогли её остановить.

- Что? Она сбежала?

Услышав это, Чжэнь Цзясюй пришёл в ярость и приказал телохранителям:

- Преследуйте её! Её нужно перехватить!

Только тогда телохранители отреагировали и бросились в погоню за Хо Лэй.

Хо Лэй пробежала несколько шагов и забралась в такси, припаркованное на обочине. Её тело дрожало.

- Поехали, быстрее! Мне нужно в городское бюро!

Городское бюро было недалеко отсюда, и час пик ещё не наступил. Водитель такси прибавил скорость.

Телохранители подъехали ко входу в полицейский участок и увидели, как Хо Лэй вышла из машины и забежал внутрь.

- Господин Чжэнь, Хо Лэй отправилась в городское управление полиции, мы не смогли его догнать.

Чжэнь Цзясюй выругался:

- Бесполезные!

Он в гневе швырнул телефон на диван.

Это действительно тот случай, когда все сносят стену. Хо Лэй до сих пор использовала его.

Му Ювэй, напротив, улыбнулся и сказал:

- Хо Лэй пошла в городское бюро? Если она пойдёт туда сейчас, то не попадёт ли она в ловушку, где её ждёт смерть?

Услышав его слова, Чжэнь Цзясюй успокоился.

- Да, я и сам так подумал… забудь об этом, теперь уже неважно, что она скажет.

Чжэнь Цзясюй немного успокоился, когда понял, что был достаточно осторожен и не раскрыл план Хо Лэй.

Через панорамные окна на двадцать седьмом этаже, где они находились, открывался вид на город.

В северо-восточном направлении располагалось городское управление Биньчэна. Согласно их плану, сегодня вечером всё должно было сгореть дотла. И это был только первый шаг плана…

Хо Лэй ворвалась в городское управление и оказалась в вестибюле на первом этаже. Её остановил, когда она уже собиралась войти.

Дежурный офицер спросил:

- Мэм, вы пришли сообщить о преступлении?

Хо Лэй сказала:

- У меня есть кое-что важное! Мне нужно найти Гу Яньчэна! Гу Яньчэна из отдела по расследованию особо тяжких преступлений!

Дежурный офицер нахмурился. Он заметил, что Хо Лэй босиком, и счёл её поведение странным.

Хо Лэй с тревогой сказала:

- Иди и позови его! Просто скажи, что его мать здесь! Это срочно. Я Мо Сюэцин!

Только после этого дежурный офицер вызвал Гу Яньчэна и поместил Хо Лэй в комнату для переговоров на первом этаже.

Гу Яньчэнь находился в кабинете отдела по расследованию особо тяжких преступлений. Всего несколько минут назад он получил хорошие новости от Юй Шэня.

- Капитан Гу! Карта памяти камеры восстановлена! Мы восстановили несколько минут видео. Я отправляю вам его!

Юй Шэнь, который не спал всю прошлую ночь, теперь говорил дрожащим от волнения голосом.

Гу Яньчэнь быстро встал, и офицеры собрались вокруг. Им прислали видео. Несмотря на то, что оно было коротким, они узнали в этом человеке Чжэнь Цзясюя, которого полиция давно подозревала в убийстве. Это была запись, сделанная непосредственно перед убийством супругов Юй. Все в комнате внимательно смотрели на экран компьютера.

Помимо видео, были ещё и голоса. Диалог внутри мог бы доказать, что за всем этим стоял Чжэнь Цзясюй. С этими доказательствами у них было достаточно оснований, чтобы обвинить Чжэнь Цзясюя в преступлении.

В офисе раздались радостные возгласы, и офицеры так обрадовались, что у них на глазах выступили слёзы, когда они обнимали друг друга.

- Блестяще!

- Это фантастика!

- На этот раз мы точно сможем их всех поймать!

Гу Яньчэнь быстро дал указания Бай Мэн:

- Сделай несколько копий видео и отправь их в надзорную группу и прокуратуру. Подай заявление на выдачу ордера на арест Чжэнь Цзясюя!

Затем он повернулся к Лу Ину и сказал:

- Лу Ин, выясни точное местонахождение Чжэнь Цзясюя.

Разобравшись со всем, он отправил сообщение Шэнь Цзюньци:

- У нас есть видео. Мы можем готовиться к аресту.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Хорошо, будет лучше, если вы поедете сегодня во избежание осложнений из-за длинной ночи.

Гу Яньчэнь ответил:

- Согласен, я потороплю события.

Как только все было улажено, снизу позвонили.

Офицер сказал:

- Капитан Гу, ваша мать ищет вас в вестибюле. Она говорит, что это срочно.

Гу Яньчэнь был озадачен. По телефону Гу Яньчэнь выслушал объяснения офицера, а затем с подозрением в сердце спустился вниз. Он вошёл в комнату для переговоров и увидел там незнакомую женщину.

Гу Яньчэнь уже видел Хо Лэй на записях с камер наблюдения. В тот момент она стояла рядом с Чжэнь Цзясюем. Он вспомнил, что её зовут Хо Лэй и что она работает в торговой ассоциации Хэту.

Гу Яньчэнь был раздражён тем, что Хо Лэй назвалась его матерью. Он нахмурил брови и спросил:

- Мисс Хо, чего вы от меня хотите?

Хо Лэй подняла голову, и её глаза мгновенно наполнились слезами. Молодой полицейский, стоявший перед ней, был ещё выше и красивее, чем она себе представляла. Она встала и взволнованно схватила Гу Яньчэна за руку.

- Я пришла сообщить о преступлении. Сегодня вечером Чжэнь Цзясюй задумал совершить убийство.

Гу Яньчэнь посмотрел на эту женщину, размышляя, не является ли это новой уловкой Чжэнь Цзясюй.

- Какие у вас есть доказательства, чтобы подтвердить ваши слова?

Хо Лэй взглянула на офицера и не сразу ответила.

В присутствии постороннего она не стала напрямую признавать личность Гу Яньчэна.

Хо Лэй сказала:

- Чжэнь Цзясюй связался с Му Ювэем из клининговой компании. План разработал мистер Цин Шуй. Чжэнь Цзясюй сказал, что раз полиция узнала о его причастности, он намерен бороться до конца.

Гу Яньчэнь спросил её:

- В чём конкретно заключается план?

Хо Лэй с бледным лицом покачала головой.

- Я не знаю. Они скрыли это от меня, но я тебе не лгу. Ты должен быть готов. Там было много чертежей, и скоро произойдёт что-то страшное.

Затем Гу Яньчэнь спросил:

- Где Чжэнь Цзясюй?

Он всё ещё сомневался в правдивости внезапного признания Хо Лэй и не решался верить ей до конца.

- Он в торговом центре Бин, — ответила Хо Лэй.

Гу Яньчэнь велел офицеру сообщить об этом «Криминальному облаку».

Увидев, что в комнате больше никого нет, Хо Лэй сделала шаг вперёд и схватила Гу Яньчэна. Она крепко обняла его, словно боялась, что он исчезнет у неё на глазах.

Хо Лэй понизила голос:

- Я твоя мать...

Гу Яньчэнь подумал, что эта женщина похожа на сумасшедшую. Он убрал руку Хо Лэй со своего плеча.

- Госпожа Хо, я сообщу руководству городского бюро, чтобы они были наготове и обеспечили безопасность города. Я также проведу расследование и проверю предоставленную вами информацию. Но я действительно не ваш сын.

Хо Лэй тщательно обдумывала, как доказать это. Её ребёнок родился без каких-либо отличительных признаков. Спустя столько лет у неё были только подсказки от номера 82, которая забрала её ребёнка.

Хо Лэй сказала:

- Ты должен мне поверить. Мо Сюэцин когда-нибудь рассказывала тебе о тех событиях, о контейнерах? Я — номер 15, а она — номер 82…

Услышав это, Гу Яньчэнь нахмурился. Он посмотрел на женщину, гадая, какой была бы его настоящая мать и где она сейчас. Однако Гу Яньчэнь и подумать не мог, что она может оказаться плохим человеком, которая вела роскошный образ жизни и работала  на Торговую ассоциацию Хэту. Он не мог в это поверить.

Хо Лэй остро почувствовала, как изменилось поведение Гу Яньчэна. Она поняла, что для такого человека, как Гу Яньчэнь, иметь такую мать было не благословением, а проклятием.

Она отступила на шаг и заплакала:

- Я знаю, что совершила много ошибок… Примешь ты меня или нет, не имеет значения, но ты должен мне верить! Эти люди ненавидят тебя. Они хотят твоей смерти. Тебе нужно спрятаться! Или сбежать из города сейчас, пока ещё есть время…

Она, которая обычно наводила ужас, теперь была просто матерью, беспокоящейся о своём ребёнке. Возможно, она была эгоисткой, но ради своего ребёнка она была готова на всё и могла отказаться от всего.

Гу Яньчэнь сказал:

- Я полицейский и должен быть на передовой. Полицейский не может прятаться, когда возникает опасность.

Хо Лэй посмотрела на него со слезами на глазах, испытывая страх.

Гу Яньчэнь взял себя в руки. Это была женщина, которая когда-то была «контейнером» и потеряла своего ребёнка. Возможно, она выбрала неверный путь, но теперь она стояла здесь, возможно, испытывая угрызения совести.

Он сказал:

- Если вероятность того, что ты моя биологическая мать, составляет хотя бы один шанс на миллион, я надеюсь, ты сможешь отличить правильное от неправильного. Я надеюсь, ты пришла сюда, чтобы сдаться из чувства совести, а не потому, что подозреваешь, что я твой сын, и хочешь предупредить меня, чтобы я сбежал.

Это был единственный выход, который мог придумать он, как офицер полиции. Он надеялся, что Хо Лэй расскажет им больше о преступлениях торговой ассоциации Хэту.

Хо Лэй, будучи человеком сообразительным, поняла, что хочет Гу Яньчэнь. Она резко перестала плакать и задумалась.

Приехать сюда было действительно импульсивным решением. Но после того, как Гу Яньчэнь сказал эти слова, она вдруг поняла, что сдаться было самым безопасным и разумным выбором из всех доступных ей вариантов.

Если Торговая ассоциация Хэту падёт, она неизбежно окажется, замешана в этом и, возможно, будет убита этими людьми. Она совершила не так много преступлений, но знала много информации. Если она расскажет об этом полиции, она может обменять информацию на снисхождение и,  избавиться от влияния Чжэнь Цзясюя.

Хотя это казалось тупиком, на самом деле это был единственный выход, который у неё был, чтобы обеспечить себе будущее. Только выбрав этот путь, она могла сохранить свои крылья и защитить своих девушек. Самосохранение через мудрые поступки. Это был самый разумный подход.

Подумав об этом, Хо Лэй вытерла слёзы и успокоилась.

- Возможно, я ошиблась. В любом случае, ты — дитя контейнера. Я надеюсь, что ты будешь в безопасности и будешь жить хорошо. Твоя мать, должно быть, очень тебя любит.

Гу Яньчэнь сказал:

- Спасибо, я буду осторожен.

Хо Лэй осторожно спросила:

- Прежде чем я сдамся, у меня есть просьба. Не мог бы ты меня обнять?

Гу Яньчэнь замялся, прежде чем крепко обнять эту женщину.

В его объятиях Хо Лэй тихо слушала биение его сердца.

Через несколько секунд она оттолкнула Гу Яньчэна и приготовилась встретить свою судьбу.

Гу Яньчэнь велел Лу Ину и Бай Мэн отвести Хо Лэй наверх, чтобы она дала показания.

Затем он доложили о случившемся директору Дину и секретарю Цуй.

Он упомянул только о сговоре Чжэнь Цзясюя с клининговой компанией, опустив ту часть, где Хо Лэй утверждала, что она его мать.

Секретарь Цуй сказал:

- Если Хо Лэй готова сдаться, мы должны серьёзно отнестись к её информации. Хотя мы пока не знаем, кто цель Чжэнь Цзясюя, лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Разошлите уведомления в городское бюро и все полицейские участки, проинформируйте руководство города и объявите в Биньчэне повышенную готовность. Вся специальная полиция и детективы должны быть наготове, чтобы быстро среагировать на любые чрезвычайные ситуации.

В городском бюро прозвучал сигнал тревоги, и руководители различных отделов собрались в командном пункте, чтобы подготовиться к обороне. На сбор персонала ушло несколько минут.

Гу Яньчэнь вспомнил, что говорила Хо Лэй.

Он вышел в коридор и позвонил Мо Сюэцин.

Он не стал ходить вокруг да около, а сразу спросил:

- Мам, я ведь не сын Номера 15, верно?

Он знал с Мо Сюэцин. Если бы он был ребёнком Номера 15, она рассказала бы ему об этом во время их последней встречи. Она бы не стала держать это в секрете.

Мо Сюэцин ответила:

- Нет, скорее всего, нет. Я тоже не знаю, кто твоя мать. Сначала я бежала с ребёнком Номера 15, но когда мы проходили через контрольно-пропускной пункт, всё изменилось, и мы поменялись детьми.

Мо Сюэцин до сих пор отчётливо помнила ту ночь. Они добрались до места, расположенного примерно в десяти метрах от ворот, как вдруг одна из женщин вскрикнула от страха, и ребёнок у неё на руках проснулся, протянув маленькую ручку. Женщина была молодой, она приехала на остров последней, и была беременна, и совершенно не была готова к тому, что у неё появится еще один ребенок.

Если бы ребёнок заплакал в тот момент, это могло бы привлечь внимание стражников, что разрушило бы все их планы и подвергло бы опасности всех. Несколько беспомощных беременных женщин стояли в оцепенении в тусклом свете, в ужасе глядя на проснувшегося ребёнка. У них на лбу выступил пот, и они ждали, когда будет решена их судьба.

Тогда Мо Сюэцин сделала решительный выбор. Она передала спящего ребёнка, которого держала на руках, и сказала:

- Давай поменяемся. Я позабочусь об этом малыше.

Так она и оказалась с младенцем на руках,  стараясь успокоить его всеми известными ей способами. Она была готова пожертвовать собой. Если бы ребёнок заплакал, она бы отпустила остальных и осталась.

- Не плачь, мама здесь. Мама тебя выведет…

Словно поняв её слова, малыш, хоть и проснулся, но вёл себя очень тихо. Он улыбнулся ей.

Увидев его улыбку, напряжение покинуло Мо Сюэцин. Она держала ребёнка на руках, нежно обнимала его, покачивая, и чувствовала себя настоящей матерью. Опасаясь снова навлечь на себя неприятности, они быстро схватили детей и убежали.

Ребёнок у неё на руках не спал, но вёл себя тихо.

Как женщина, которой удалось сбежать, она выполнит свое обещание вырастить ребенка, которого забрала.

Мо Сюэцин подумала, что, возможно, это судьба. Она хотела дать ребёнку красивое имя, например Яньчэнь.

Чэнь означает «сокровище», и он был её редким сокровищем.

Выслушав историю Мо Сюэцин, Гу Яньчэнь понял, как возникло недопонимание между ним и Хо Лэй.

Хо Лэй думала, что Мо Сюэцин забрала её ребёнка, но во время побега детей поменяли.

Помимо анализа крови, они не могли определить, кто их биологическая мать.

Шум в городском бюро усилился, и в трубке послышался голос.

Гу Яньчэнь собрался положить трубку.

- Мам, у меня тут ещё кое-какие дела. Поговорим позже.

Мо Сюэцин, что-то почувствовала и сказала Гу Яньчэну на другом конце провода:

- Я хочу сказать ещё две вещи. В день Праздника середины осени ты поблагодарил меня и сказал, что я тебя спасла, но мама считает, что это ты меня спас. Ты тот сын, которым мама гордится. Мама всегда будет любить тебя.

Гу Яньчэнь поднял глаза и увидел Шэнь Цзюньци, который стоял в дверях командного пункта и ждал его.

Он сказал:

- Мама, я тоже тебя люблю.

Последние лучи солнца погасли, и в Биньчэне   наступала ночь.

Что бы ни ждало его впереди, он был готов встретить надвигающуюся тьму.

Темнота

Глава 139. Темнота

Ночь, северо-восточный район Биньчэна.

Это промышленный район города. Тридцать лет назад, согласно городскому планированию, все фабрики были построены именно здесь. Батарейный завод, завод по производству электромобилей, солнечная электростанция и крупнейший из них — химический завод.

На Биньчэнском химическом заводе работает более десяти тысяч человек, а стоимость основных фондов превышает миллиард юаней. Здесь в основном производят промышленные химикаты, такие как соляная кислота, каустическая сода, а также некоторые редкие химические продукты в сотрудничестве с отечественными и зарубежными партнёрами.

Химический завод работает посменно, без перерывов, днём и ночью, люди постоянно приходят и уходят. Несколько высоких дымовых труб время от времени выпускают клубы белого дыма.

Когда небо начинает темнеть, смена заканчивает работу. Несколько автобусов с химического завода уже припарковались на своих привычных местах. Водитель автобуса Су Циньлун, как обычно, открыл дверь, чтобы посадить рабочих.

Его автобус был самым новым и роскошным в автопарке, а его ежедневный маршрут пролегал через несколько элитных жилых районов. Поскольку автобус был удобным, многие руководители завода перестали ездить на своих машинах, предпочитая ездить на работу и обратно на этом автобусе.

Руководителям завода не нужно отмечаться на проходной, как обычным сотрудникам, и они часто уходят с работы раньше остальных.

Постепенно люди заполняли автобус, болтали, обсуждали последние новости и сплетни с завода, а некоторые были увлечены своими телефонами.

В автобус вошёл мужчина в капюшоне, маске и с оружием наготове. Пассажиры автобуса не заметили незваного гостя, только водитель Су Циньлун. Он уже собирался спросить, кто этот человек, когда тот вытащил нож и приставил его к шее Су Циньлуна, прохрипев:

- Закрой дверь и веди автобус.

Ледяное лезвие коснулось его кожи, едва не проткнув её.

Су Циньлун поднял голову и увидел пару кроваво-красных глаз. Су Циньлун сразу понял, кто был угонщиком. Дрожащими руками он закрыл дверь и завёл двигатель.

- Почему мы едем? Кто ты такой?

Люди в автобусе наконец-то отреагировали. Заместитель директора фабрики Дун Чжимин шагнул вперёд, и мужчина снял маску, показав страшный шрам на лице. Его глаза злобно сверкнули, и он безжалостно вонзил нож в шею Дун Чжимина…

Другой человек бросился вперёд и тоже получил удар ножом, и упал на пол. Несколько пассажиров, которые как раз собирались сесть в автобус, увидели внезапный толчок и ужасающую сцену внутри. Не осознавая, что делают, они побежали за автобусом, размахивая руками и пытаясь его остановить. Но автобус поехал прямо, прорвался через парковочный барьер и направился в сторону города.

- Вызовите полицию! Вызовите полицию!

Водитель проезжавшего мимо автомобиля подбежал к ним:

- Я видел, автобус угнал и ранил людей Лань Баочан!

Городское управление Биньчэна, 18:05.

Десять минут назад сотрудники городского управления уже были готовы к чрезвычайным ситуациям. Несколько машин спецназа были полностью экипированы и стояли наготове внизу.

В командном центре элитные офицеры из разных подразделений и командиры заняли половину зала. Только что они получили сообщение об угоне автобуса на химическом заводе, и этот инцидент был классифицирован как чрезвычайная ситуация уровня S.

Секретарь Цуй сидел в первом ряду и делал звонки. Из его слов было ясно, что ситуация крайне серьёзная.

- Понял, мы изучаем ситуацию и стремимся свести потери к минимуму.

Директор Дин лично отдал приказ:

- Гу Яньчэнь, отправляйся с отрядом спецназа. При необходимости используйте снайперские средства для устранения угонщика. Обеспечьте безопасность заложников.

Гу Яньчэнь спустился вслед за спецназом и прошёл мимо Шэнь Цзюньци. Их взгляды встретились. Они оба знали, что это может быть последняя контратака Торговой ассоциации Хэту, так что ситуация явно была не такой простой, это не просто угон автобуса.

Благодаря тому, что Хо Лэй вовремя сообщила о случившемся, полиция отреагировала так быстро. Атмосфера в командном центре была напряжённой.

Замдиректора Дун встал, сделал несколько шагов и остановился перед большим экраном.

Он прокашлялся:

- Друзья, только что в нашем городе произошло серьёзное похищение и угон автобуса. В Биньчэне введено чрезвычайное положение. Пожалуйста, выполняйте все указания руководства.

Затем он вывел на большой экран запись с камеры наблюдения.

На видео видно, как автобус выехал с парковки, сломав ограждение. Люди пытались его остановить, но машина продолжала движение, несмотря на препятствия.

-Всего несколько минут назад бывший сотрудник химического завода захватил автобус, на котором сотрудники ехали с работы. Он ранил ножом нескольких человек. Теперь он заставляет водителя ехать в центр города.

Замдиректора Дун показал ещё одно короткое видео — запись, которую тайно сделал один из заложников в автобусе и выложил в интернет.

Камера запечатлела полупустой салон автобуса. В салоне находилось около дюжины руководителей и сотрудников. Камера повернулась, показав проход в автобусе, где лежали два или три человека, залитые кровью. Их состояние было неизвестно, и никто не осмелился им помочь.

Рядом с водителем стоял мужчина в шляпе. Он снял маску, и под ней оказалось лицо со шрамами. В правой руке мужчина держал нож, а к груди у него было что-то привязано.

Замдиректора Дун увеличил изображение лица мужчины и поставил видео на паузу.

- Подозреваемого зовут Лань Баочан, ему 29 лет. Он работал на этой фабрике. Три месяца назад он получил серьёзную травму в результате несчастного случая. Что касается мотивов Лань Баочана, мы нашли некоторые материалы, которые он публиковал в интернете. Согласно его рассказу, три месяца назад на заводе произошла серьёзная утечка химикатов из-за неисправности оборудования и халатности. Лань Баочан рисковал жизнью, чтобы закрыть ворота во время аварии и предотвратить серьёзные последствия. Однако он получил травмы и ожоги. По словам Лань Баочана, во время разбирательства на заводе руководство, опасаясь наказания за недостаточные меры безопасности, уничтожило соответствующие записи с камер наблюдения и ложно представило серьёзную аварию как незначительную, выплатив ему лишь частичную компенсацию по страховке от производственных травм. Из-за разногласий по поводу тяжести производственной травмы Лань Баочан и руководство фабрики не смогли прийти к соглашению путём переговоров и обратились в суд. Однако из-за отсутствия ключевых доказательств решение до сих пор не вынесено. Предполагается, что он мог взять заложников и совершить этот акт насилия в отместку руководству фабрики. Сегодня в 17:00 Лань Баочан пробрался на парковку фабрики. Фабричные автобусы курсируют по определённым маршрутам в зависимости от места проживания. Лань Баочан выбрал автобус, который проезжает через несколько жилых районов, где живут руководители завода. Он сел в автобус, когда все выходили с работы, а затем применил силу к водителю и ранил нескольких человек. По информации от заложников, Лань Баочан имеет при себе опасный груз, который может стать причиной взрывы. Он держит водителя в заложниках, и его пункт назначения неизвестен. В связи с чрезвычайной ситуацией все медицинские, полицейские и пожарные службы города приведены в состояние боевой готовности.

Услышав это, Шэнь Цзюньци нахмурился. Если то, что сказал Лань Баочан, было правдой, то он испытывал огромную ненависть, а значит, это был план мести с ужасными последствиями. Шэнь Цзюньци предположил, что Лань Баочан, возможно, даже не думал остаться в живых. Клининговая компания могла использовать его для своего плана. Подумав об этом, Шэнь Цзюньци боялся за  Гу Яньчэна.

Он отправил сообщение Гу Яньчэну:

- Будь осторожен.

Через мгновение Гу Яньчэнь ответил:

- Я знаю, сейчас обсуждаем тактику с командой спецназа.

Замдиректора Дун кратко обрисовал ситуацию, и командный пункт перешёл в режим полной боевой готовности. Кто-то следил за местоположением автобуса в режиме реального времени и поддерживал связь с группой спецназа. Кто-то проверял информацию и данные о заложниках в автобусе. Из-за опасений по поводу возможных жертв команда судмедэкспертов также осталась на месте.

- Подтвердил точное количество людей в автобусе?

- Всего в автобусе 17 человек, включая водителя и Лань Баочана. Среди пассажиров 6 женщин и 9 мужчин. В настоящее время четыре человека получили травмы. Мы ждём, когда фабрика предоставит нам конкретный список.

Шэнь Цзюньци поступил звонок от команды под руководством Шао Чжэньэня:

- Доктор Шэнь, внизу вас ждет полицейская машина. Директор Дин сказал, что хочет взять с собой на место происшествия квалифицированного судмедэксперта. Пойдёмте с нами.

Если произойдет несчастный случай, будет уже слишком поздно что-то предпринимать.

Шэнь Цзюньци ответил: — Хорошо, — и поспешил вниз в полицейскую машину.

В командном центре несколько руководителей в тяжелой обстановке проводили совещание перед большим экраном.

Секретарь Цуй сказал:

- Нам нужно сделать всё возможное, чтобы связаться с Лань Баочаном. Можем ли мы дозвониться до него? Посмотрим, сможем ли мы договориться с ним или успокоить его.

Офицер сказал:

- Мы позвонили по номеру одного из сотрудников, и он передал телефон Лань Баочану!

Секретарь Цуй быстро взял трубку:

- Лань Баочан, я глава надзорной группы Цуй Шихуэй. Вы можете сообщить мне о своих требованиях. Мы обязательно найдём решение, которое вас устроит!

С другого конца провода донёсся звук, похожий на трение наждачной бумаги:

- У меня нет никаких требований. Я хочу, чтобы все эти люди умерли.

На этом звонок резко оборвался.

Директор Дин глубоко вздохнул и нахмурился:

- Он не хочет жить. Он хочет, чтобы эти люди разделили с ним смерть.

Лань Баочан был вооружён ножом и взрывчатыми веществами, и у тех, кто был в автобусе, не было ни единого шанса выжить.

Офицеры продолжали сообщать важную информацию:

- Лань Баочан в гневе. Он разбил два мобильных телефона в автобусе, и мы потеряли связь с людьми в салоне. Мы пытаемся получить доступ к записи с бортовой камеры наблюдения в автобусе.

Услышав это, директор Дин нахмурился, а замдиректора Дун растерялся. Через несколько минут ситуация в автобусе была спроецирована на большой экран в командном пункте.

Лань Баочан стоял в передней части автобуса, приставив нож к шее водителя. Казалось, что за короткое время число раненых пассажиров увеличилось.

Полиция установила блокпост впереди, намереваясь перехватить транспортное средство. Но прежде чем всё было готово, автобус с силой врезался в блокпост и прорвался через него.

Автобус двигался быстро, и его передняя часть уже была повреждена в нескольких местах. Несколько раз он едва не задел пешеходов, заставив всех напрячься.

Директор Дин спросил:

- Сколько ещё осталось до центра города?

- Около получаса.

Секретарь Цуй сказал:

- Мы должны остановить автобус любой ценой.

Руководители срочно собрались на совещание. Они разработали несколько планов, но один за другим все они были отвергнуты. Самым опасным аспектом были взрывоопасные предметы, которые висели на Лань Баочане. Судя по их форме и размеру, эксперты оценили их взрывную силу как чрезвычайно высокую. В случае взрыва мог возникнуть пожар, угрожающий жизни не только тех, кто находился в автобусе, но и людей в радиусе десятков метров.

Весь автобус был похож на движущуюся бомбу, и это заставляло всех нервничать.

Заместитель директора Лю сказал:

- Я предлагаю принудительно остановить его.

Директор Дин замялся:

- Но как же люди в автобусе…

Если произойдёт взрыв, у пассажиров автобуса, скорее всего, будет мало шансов, выжить.

Секретарь Цуй вздохнул:

- В любом случае мы не должны допустить, чтобы этот автобус доехал до центра города. Если он взорвётся и загорится, жертв и разрушений будет больше, чем просто десяток человек.

Директор Дин задумался, а затем торжественно произнёс:

- Давайте сначала задействуем снайперов, а затем отправим в атаку спецназ. Мы не должны допустить ухудшения ситуации!

Как только командиры передали приказ, все экраны компьютеров внезапно погасли. Весь командный пункт погрузился во тьму. Отключение электричества. Эта ситуация застала полицию врасплох, и все пришли в замешательство.

Секретарь Цуй с тревогой спросил:

- Почему отключилось электричество?

Кто-то достал телефон и включил фонарик, чтобы осветить комнату. Отключение электричества произошло не только в городском бюро. Если посмотреть в окно, то можно увидеть, что весь город погрузился во тьму.

Стоявший рядом офицер воскликнул:

- У нас проблемы! Нет сигнала!

- Мы не можем связаться с офицерами, находящимися на месте происшествия.

Директор Дин почувствовал, как по спине у него побежали мурашки, и приказал:

- Включите резервное питание! Найдите любой возможный способ связи с группой спецназа!

Современный город слишком сильно зависит от электричества. Как только электричество отключается, все внезапно становятся глухими и слепыми. Они не могли определить, куда направляется Лань Баочан, и предугадать, какие ужасные события могут произойти. Светофоры погасли, и на дорогах начали образовываться пробки. Только автобус, угнанный Лань Баочаном, следуя заранее намеченному маршруту, беспрепятственно двигался в сторону центра города.

Там, где взорвется автобус, будет катастрофа из-за плотной застройки, небоскрёбов, правительственных учреждений Биньчэна, городского управления полиции и крупных торговых центров. Это может стать самой мрачной ночью в истории города.

Внезапно погас свет.

Куда бы ни смотрели люди, повсюду царила темнота. Казалось, что весь город провалился в пасть гигантского зверя, а его огни поглотила ночь. Машины спецназа уехали первыми. Гу Яньчэнь, обсуждавший стратегию с капитаном Ваном, заметил, что свет погас, и, нахмурившись, посмотрел в окно.

Шэнь Цзюньци, который только что выехал, тоже заметил это, и хотел отправить сообщение Гу Яньчэну, но обнаружил, что у него пропал сигнала.

Юй Шэнь, только что вышел из цифрового центра, и был в шоке, глядя в чернильно-чёрное небо.

Хо Лэй, сидевшая в комнате для допросов, подняла голову. На потолке, казалось, образовался чёрный вихрь. Она поняла, что план Цин Шуя начал осуществляться.

Ли Чжуннань ехал на велосипеде в сторону торгового центра «Биньчэнь» и вдруг увидел, что все огни в городе погасли. Он решительно посмотрел вперёд, и огни торгового центра, хоть и померкли на мгновение, вскоре снова зажглись, словно указывая ему путь.

После отключения электричества в торговом центре «Биньчэнь» было включено аварийное освещение. Му Ювэй наслаждался роскошным ужином за столом, а Дин Юэран молча, сидел на диване, обнимая свой ноутбук. Чжэнь Цзясюй встал и подошёл к панорамному окну, глядя на безмятежный Биньчэнь.

Казалось, что весь город у него под ногами погрузился в бесконечную бездну, освещённую лишь редкими огнями машин.

Чжэнь Цзясюй улыбнулся:

- В такой темноте фейерверки будут сиять ещё ярче.

Он вмешался в работу электростанции, чтобы отключение электричества продлилось как минимум час. Отключение электричества было лишь вторым шагом. Безумный Лань Баочан, словно воин смерти, вёл автобус к месту назначения. Он был подобен острому лезвию, вонзившемуся в сердце всего города.

Чжэнь Цзясюй не знал, что, пока он смотрел на город с высоты, Дин Юэран, сидевший на диване, слегка приподнял голову и на его губах заиграла холодная улыбка.

Поворот - направо

Глава 140. Поворот — на право

Небо полностью потемнело, и все вокруг погрузилось во тьму.

Шэнь Цзюньци сидел в полицейской машине. Их машина тронулась позже, срезала путь и ехала очень быстро. Согласно плану, они должны были встретиться с вооружённой полицией впереди, но теперь электричество отключилось, и они потеряли связь со штабом.

Посовещавшись, офицеры решили продолжить движение в направлении последнего известного местонахождения полицейских машин с вооружёнными сотрудниками. До отключения электричества Шэнь Цзюньци просматривал информацию в интернете. Хотя после отключения электричества интернет перестал работать, открытые им страницы сохранились.

В сети это внезапное происшествие уже стало горячей темой для обсуждения, и на фоне беспокойства за заложников в интернете всплыли различные подробности, связанные с Лань Баочаном.

До аварии он был обычным молодым человеком, у которого была девушка, они обсуждали свадьбу и собирались пожениться. Но после аварии он стал уродом, инвалидом, его сердце было разбито, а состояние растрачено.

Фабрика классифицировала серьёзный несчастный случай как незначительный, поэтому он не мог получить более крупную компенсацию за производственную травму. Он подал в суд на фабрику, но из-за отсутствия важных записей с камер наблюдения каждая сторона придерживалась своей версии событий, и прийти к какому-либо решению не удалось.

Если бы суд вынес решение в его пользу, это подтвердило бы факт сокрытия информации на фабрике, и, согласно Закону о безопасности на производстве, фабрике грозили бы огромные штрафы. Поэтому даже члены комиссии, прибывшие для расследования, были подкуплены руководством фабрики.

До сегодняшнего дня всё было спокойно.

В сети были те, кто осуждал и проклинал Лань Баочана. Были те, кто верил в него, сочувствовал ему и говорил, что во всём виновата фабрика. Были и те, кто воспользовался возможностью подлить масла в огонь и устроить скандал против Лань Баочана, наслаждаясь зрелищем и не задумываясь о серьёзности ситуации.

Наконец-то некоторые участники инцидента высказались.

Кто-то рассказал с анонимного аккаунта.

«Тогда Лань Баочан пошёл закрывать тот вентиль. Если бы не он, я мог погибнуть в результате несчастного случая. Вполне возможно, что произошла бы утечка химического газа, что привело бы к серьёзным экологическим последствиям для всего города и вызвало бы цепную реакцию, повлекшую за собой многочисленные жертвы».

Кто-то под этим постом спросил:

«Почему вы не высказались, когда это произошло?»

Автор анонимного аккаунта написал:

«Как бы я осмелился сказать правду? Об этом происшествии сообщили на фабрике, и рабочим запретили говорить об этом. Все молчали. Любой, кто упомянул бы об этом, был бы уволен. Нам всем нужно содержать семьи. То, что я восхищаюсь им, не значит, что я пренебрегаю собственной безопасностью. Только сейчас, когда ситуация обострилась, я осмелился высказаться».

В то время Лань Баочан стал молчаливым героем, который спас город, но ему пришлось в одиночку терпеть боль, о которой никто не знал.

Все руководители города столкнулись с последствиями, и многие лишились своих должностей.

«Некоторые люди надеются, что это дело будет раскрыто. Было бы лучше, если бы об этом  узнали, сейчас невозможно приписать ему заслуги и он не получил достойную компенсацию. Дали только минимальную компенсацию по страховке от несчастных случаев на производстве. Денег очень мало, их не хватит на жизнь, и в них не включены расходы на реабилитацию и косметическую операцию. Пособие по инвалидности – это тоже капля в море»

«Если бы со мной так поступили, я бы, наверное, тоже чувствовал себя обиженным».

«Самые отвратительные — это онлайн-тролли, которые продолжают подливать масла в огонь. Многие люди не знают правды. Они просто несут чушь, и в каком-то смысле именно они подтолкнули Лань Баочана к этому. Если сегодня будут жертвы, часть вины ляжет на этих людей, они убивают, не проливая крови!»

Прочитав это, Шэнь Цзюньци вздохнул, выключил телефон и посмотрел в окно. Он выглянул в окно, чтобы понять, где они находятся. За окном была темнота. Тьма была такой густой, что казалось, будто она скрывает монстров и таит в себе опасность.

Шэнь Цзюньци заметил вдалеке фонари. Оказалось, что за их машиной вдалёке ехали пожарные машины и кареты скорой помощи. Их сирены были выключены, горели только фары.

В ночной темноте эти огни, мерцали, как звёзды в ночном небе, рассеивая непроглядную тьму.

А тем временем автобус мчался вперёд.

После ожесточённых стычек, в результате которых несколько человек получили ранения, пассажиры автобуса прекратили сопротивление. Не большой салон наполнился сильным запахом крови.

Внутри тесного помещения бледный белый свет освещал лица людей, придавая им болезненный вид. Кто-то тихо плакал, кто-то тайком отправлял последние сообщения на телефоне, а кто-то молча молился. Их похитили двадцать минут назад, страх, беспомощность и ужас поселились в сердцах каждого.

Дорога была пустынной, а из-за отключения электричества машины на дороге постепенно исчезали из виду, и за окнами сгущалась темнота. Автобус казался маленькой лодкой в тёмном море, уязвимой для любых волн и не знающей, куда плыть.

Они чувствовали себя забытыми этим миром.

Лань Баочан тоже был ранен, но он по-прежнему не выпускал нож из рук.

Прислонившись плечом к поручню в передней части автобуса, Лань Баочан строго приказал Су Циньлуну:

- На следующем перекрёстке поверни налево! Езжай быстрее!

Кто-то из раненных руководителей фабрики потерял сознание в узком проходе автобуса, это был замдиректора фабрики Дун Чжимин, который сообщил ему о результатах.

После нападения, Лань Баочан начал странно себя чувствовать, его гнев постепенно утих. Он пережил слишком много неудач, чувствовал себя беспомощным, а люди разжигали в нём ненависть.

Сначала, движимый сильной ненавистью, он, ранил нескольких руководителей, которых презирал. Люди, которых он хотел наказать, уже были наказаны. Он отомстил, и теперь ему оставалось только встретить свою смерть. Это было импульсивное преступление. Пока автобус ехал, его гнев постепенно утих, сменившись замешательством. Он чувствовал себя студентом, которому не терпится сдать экзамен, и нетерпеливо подгонял водителя.

Он испытывал одновременно страх и тоску, желая поскорее дожить до конца своих дней.

Рука Су Циньлуна продолжала дрожать, чувствуя, как окровавленный клинок прижимается к его шее. Лань Баочан предупредил его, когда он незаметно снизил скорость. Ему порезали шею, и кровь стекала по воротнику. Теперь клинок упирался ему в артерию, и он чувствовал, как кровь пульсирует в такт его сердцебиению.

- Куда ты нас направляешь? — наконец крикнул кто-то в салоне.

Люди поняли, что это дорога к смерти.

- Продолжай ехать прямо, и мы доберёмся до центра города… Что, черт возьми,  ты задумал…

- То, что с тобой произошло, было, делом рук директора фабрики и его людей, мы не имеем к этому никакого отношения.

- Ты можешь убить этих людей, но не причиняй вреда нам…

- Это не имеет к тебе никакого отношения? — возразил Лань Баочан.

Свет с крыши падал на его уродливое, искажённое лицо, на которое было больно смотреть.

— Три месяца назад я, рискуя жизнью, ворвался в мастерскую и закрыл тот вентиль. Вы работаете с химикатами! Вы все знаете, что было бы, если бы я его не закрыл. Сотни, даже тысячи людей в этом городе могли бы погибнуть! Тогда я спасал ваши жизни!

Его голос звучал хрипло, сдавленно от переполнявших его эмоций:

- Но после того, как я это сделал, я не ждал, что меня поблагодарят, и не надеялся, что моё тело восстановится, но почему…почему я стал тем, кто заслужил презрение? Вы все знали правду, но с самого начала и до конца ни один человек не захотел выступить и дать показания в мою защиту, даже те, кто поддерживал меня. Вы все — соучастники! Вот что значит быть хорошим человеком в этом мире?

Несправедливость ранила его в самое сердце, словно острый нож. Он выжил среди химикатов, но,  был убит человеческим безразличием. Эти люди когда-то были его друзьями, коллегами, людьми, которым он спас жизнь. Но эти люди, когда с ним поступили несправедливо, не сказали в его поддержку ни слова, не дали показаний в его защиту. А увидев его изуродованное лицо, они стали избегать его, как чумного.

Была ли в этом их вина?

Указав на заместителя директора фабрики, лежащего на полу, Лань Баочан спросил:

- Есть ли в этом мире ещё цвета, кроме чёрного и белого? Ради собственной работы, собственной жизни вы готовы разрушить жизни других?

Женщина плакала и кричала:

- Но даже если мы заслуживаем смерти, не причиняйте вреда невинным людям...

Из изуродованных глаз Лань Баочана потекли слёзы.

Он стиснул зубы и произнес, проговаривая каждое слово:

- Если такова цена за хорошего человека, то я больше не буду хорошим человеком! Все будут похоронены вместе со мной!

Никто больше не осмеливался с ним спорить. Долгое время ему казалось, что у него ком в горле, но, произнеся эти слова, он почувствовал себя потерянным.

Внезапно перед автобусом зажегся свет, и внимание всех, включая Лань Баочана, невольно переключилось на эти огни. На улице впереди были установлены ландшафтные светильники на солнечных батареях, которые располагались вдоль обочин. В то время как остальная часть города была в темноте, эти светильники продолжали гореть.

Несмотря на беспокойство, которые он ощущал всем сердцем, Лань Баочан не мог не признать, что эта дорога, залитая огнями, была прекрасна. Желтые огни мерцали, словно звёзды на небе. Когда машина проезжала мимо, они оставляла ослепительные и величественные полоски света.

Лань Баочан заметил впереди свою старую школу, с которой у него было связано много приятных воспоминаний.

У них был пожилой учитель химии, которого после выхода на пенсию снова взяли на работу как выдающегося преподавателя. Сгорбленный старик в очках провёл несколько интересных экспериментов в первом классе, чем привёл Лань Баочана в восторг. С тех пор он полюбил химию и даже стал представителем класса по химии.

Дальше располагалась школьная баскетбольная площадка, где он играл в баскетбол со своими одноклассниками. Он был влюблён в девушку и обладал прекрасным певческим голосом. Во время школьного музыкального фестиваля он с одноклассниками, исполнил песню «Солнечный день». После вступительных экзаменов в колледж они сложили свои учебники в бумажные самолётики и пустили их в окно. Он осуществил свою мечту и поступил на факультет химической инженерии.

Автобус быстро проехал мимо боковых ворот школы и помчался дальше.

Разноцветные огни приближались, и Лань Баочан понял, что впереди находится Башня Благодарности. Это было знаковое здание в Биньчэне. Он несколько раз бывал здесь с семьёй и одноклассниками. Его бабушка была верующей и при жизни водила его сюда молиться. Они стояли перед башней, сложив руки.

Впереди виднелся его старый дом. До поступления в среднюю школу он жил там. Когда он учился в четвёртом классе начальной школы, в их доме случился пожар, и он оказался в ловушке внутри. Задыхаясь от густого дыма, он плакал. Тогда ему было особенно страшно, но мама продолжала обнимать его и утешать.

Он вспомнил, как соседи и пожарные вместе вскрывали окна их квартиры и спасли их  с матерью. Пожарный вынес его на улицу, иначе он мог бы погибнуть в огне. Он вспомнил, как отец благодарил тех, кто пришёл на помощь, гладил его по голове и говорил:

- Когда ты вырастешь, ты тоже должен будешь помогать другим и спасать людей.

Тогда он в ответ лишь непонимающе кивнул.

После переезда он долго не возвращался на эти знакомые улицы, и воспоминания о них давно померкли. Он не ожидал, что именно так попрощается со своим прошлым. Он смотрел на людей, проходивших мимо на обочине. Он не знал их, но ему казалось, что они ему знакомы.

С приближением смерти его захлестнули обрывки воспоминаний.

Лань Баочан покачал головой, пытаясь привести мысли в порядок. Из-за этого он не мог быть милосердным. Он был сломлен. Смелый поступок, который он совершил несколько месяцев назад, спасая людей, дорого ему обошёлся, и он должен был завершить этот план! Но в то же время он колебался. Действительно ли он хотел разрушить столько жизней? Затащить столько людей в могилу вместе с собой? Он не мог убить людей только потому, что был  разочарован.

Голова Лань Баочана готова была взорваться от боли, и он чувствовал, как распадается на части. Он ощутил, как его убийственное намерение ослабевает. С химического завода можно было поехать разными путями, почему он выбрал этот маршрут? Разве эти люди не должны были всё спланировать безупречно?

Лань Баочан попытался разобраться в этой проблеме.

Два дня назад кто-то проник в его дом и похитил его. Эти люди называли себя планировщиками. Они долго разговаривали с ним, угощали вкусной едой, сунули ему в руки коробку с деньгами, пообещали позаботиться о его пожилых родственниках и выдвинули условия, от которых он не мог отказаться.

Их слова были очень убедительными. И план привёл его в восторг. Он жаждал мести и не мог дождаться, когда выполнит это задание.

Потом…

Лань Баочан вспомнил, что, когда они обсуждали план, Цин Шуй боялся, что он не запомнит дорогу, поэтому нарисовала для него топографическую карту.

Это был Т-образный перекресток.

- То, что на тебе будет надето, — чрезвычайно мощная взрывчатка. Это самый важный момент, ты должен внимательно слушать.

Цин Шуй медленно объяснял:

- На этом Т-образном перекрёстке поверни налево, и ты попадешь вас в самый оживлённый центр Биньчэна. Здесь есть заправка, высотный торговый центр, а впереди — городское управление Биньчэна. Взрыв затронет территорию в несколько километров, что приведёт к обрушению здания и затронет городское управление, вызвав цепную реакцию. Многие люди погибнут, и это наша конечная цель.

Он сделал паузу и продолжил:

- А если вы повернёте направо на этом перекрёстке, то окажетесь в частном саду, с площадкой и открытым пространством впереди… Сад закрывается после шести часов для уборки.

Пока босс был занят телефоном, молодой человек по прозвищу Цин Шуй похлопал по лежащей рядом коробке с деньгами и сказал:

- Лань Баочан, тебе нужно хорошенько подумать о том, чего ты на самом деле хочешь.

Его взгляд упал на деньги.

Цин Шуй улыбнулся ему:

- Некоторые перекрёстки похожи на жизнь, и у тебя есть только один шанс сделать правильный выбор. Если ты его упустишь, повернуть назад будет уже невозможно. Ты не должен идти неправильным путем.

Босс отвлекся от телефона и поднял взгляд, спросив:

- Ты все объяснил?

- Да, мы всё обсудили, — наконец ответил Цин Шуй и собрал со стола компьютер и бумаги.

- Хорошо запомни дорогу, поверни направо. Запомни направо.

Тогда он растерялся. Неужели этот молодой человек оговорился? Согласно их плану, пункт назначения должен был быть слева.

Впереди показался Т-образный перекрёсток.

Су Циньлун задрожал и спросил его:

- Куда нам поворачивать?

Лань Баочан замешкался…

Тем временем ночь становилась всё темнее, а за окном мелькали пейзажи.

Гу Яньчэнь сидел в специальной полицейской машине, и они приближались к мчащемуся автобусу. Прежде чем потерять связь, командир отдал приказ, и они уже изучили карту. Сейчас им точно нужен был самый меткий снайпер.

Автобус продолжал двигаться, что затрудняло прицеливание. Даже Гу Яньчэнь не мог гарантировать, что попадёт в цель с первого выстрела. Они с другим снайпером, разработали план.

- Подождем, наша машина наберет скорость и догонит автобус слева. Несмотря ни на что, мы должны помешать автобусу, повернуть налево. Сначала я выстрелю в шины, чтобы остановить автобус. Если я промахнусь, дело за тобой…

Офицер спецназа, сидевший за рулем, ответил:

- Понял!

Если автобус повернет налево, это приведет к многочисленным жертвам. Чтобы не дать автобусу въехать в центральную часть города, полицейская машина в крайнем случае протаранит его, выступив в роли ходячей бомбы, что приведет к взрыву в автобусе. Они были готовы пожертвовать всем, включая свои юные жизни.

- Если машина не повернёт налево, после перекрёстка используйте любую возможность. Я буду целиться в Лань Баочана с пассажирской стороны. Е Сичжи, ты будешь прикрывать меня с заднего сиденья.

Это был план с двойной страховкой. Даже если один выстрел окажется неудачным, другой сможет компенсировать промах.

Капитан Ван добавил:

- Если снайпер справится, мы быстро выбьем окна, чтобы помочь людям выбраться. Если снайпер не справится, мы готовы атаковать с крыши.

Капитан Ван серьезно добавил:

- Взрывчатка на Лань Баочане чрезвычайно мощная и может взорваться в течение полминуты. Мы должны действовать наперегонки со смертью. Спасите как можно больше людей, но безопасность превыше всего. Главное вовремя эвакуируйтесь!

Все ответили согласием.

Когда план был готов, капитан Ван сказал:

- Давайте сделаем перерыв.

Это был негласный код, который обычно передавали сотрудникам спецподразделений за пару минут до опасной операции. По сути, это было время на последние слова на случай непредвиденных обстоятельств. Все офицеры, сидящие в машине, достали телефоны и начали набирать сообщения.

Гу Яньчэнь решил, что будет неправильно, если он не сделает это, поэтому, немного подумав, открыл чат с Шэнь Цзюньци.

Он некоторое время смотрел на аватарку Шэнь Цзюньци, но в итоге ничего не написал. Он прижал указательный и средний пальцы правой руки к губам, а затем коснулся экрана, как будто оставляя поцелуй.

Автобус появился сбоку от их машины, и Т-образный перекрёсток был уже близко. Водитель нажал на газ, готовясь к повороту.

Капитан Ван сказал:

- У нас есть около 20 секунд, чтобы догнать этот автобус.

Все приготовились к смерти.

Гу Яньчэнь убрал телефон, поднял пистолет и торжественно произнёс:

- Приготовьтесь стрелять!

Лань Баочан смотрел вперёд, и его лоб покрылся испариной. Чем больше он вспоминал слова Цин Шуя, тем яснее становились его воспоминания. Казалось, эти слова произвели на него сильное психологическое воздействие. Стоя в этом мчащемся навстречу смерти автобусе, Лань Баочан вдруг всё понял.

Чего он на самом деле хотел?

Мести?

Денег?

Смерти, чтобы сбежать?

Был только один шанс — этот перекрёсток. Он не мог позволить себе ошибиться. Его сердце было наполнено не только ненавистью, но и обидой на несправедливость.

Он спрашивал себя, действительно ли он хочет причинить вред всем этим невинным людям? Он был человеком, который мог таить в себе ненависть из-за гнева, но при этом колебаться из-за сохранившейся в нём доброты.

Руки Лань Баочана дрожали сильнее, чем нож у шеи Су Циньлуна. Он едва соображал, а его сердце билось всё чаще.

У него перехватило дыхание, и он произнёс два слова:

- Поворачивай направо…

В конце концов, он не смог заставить себя сделать это. Одна мысль об аде, одна мысль о рае. В этот момент он краем глаза заметил, что слева от автобуса появилась чёрная машина…

Взрыв

Глава 141. Взрыв

Тёмной ночью, недалеко от перекрёстка в центре Биньчэна.

Сзади подъехала специальная полицейская машина — большой внедорожник с высоким шасси, просторным салоном и прочной конструкцией, подходящий для выполнения особых заданий. Полминуты назад чёрная машина, словно призрак, бесшумно последовала за автобусом. Вооружённый полицейский за рулём нажал на педаль газа, повернул руль и постепенно начал догонять автобус, приближаясь к нему всё ближе и ближе.

Гу Яньчэнь приоткрыл окно внедорожника, проверил рукой скорость ветра, а затем осторожно поднял винтовку над стеклом. Он затаил дыхание, прицелился в шины передней части автобуса и стал внимательно следить за его движением.

Рядом с Т-образным перекрёстком было много магазинов, а на обочине стояли люди. Потеря управления или взрыв транспортных средств могли привести к жертвам. Гу Яньчэнь положил палец на курок, но не спешил нажимать на него, а вместо этого сосредоточился на направлении движения автобуса.

Прежде чем он успел нажать на курок, автобус внезапно свернул направо. Увидев это, все в машине вздохнули с облегчением. Хотя они временно миновали опасность, расслабляться было нельзя. После поворота автобус направился к площадке впереди.

Чёрный внедорожник последовал его примеру, пристроившись в третьей части автобуса сзади и постепенно набирая скорость.

Гу Яньчэнь заметил, что поток пешеходов на обочине начал иссякать. Он поправил положение, выровнял дыхание и приготовился стрелять.

Е Сичжи на заднем сиденье тоже прицелился.

Водитель старался держать машину ровно, чтобы было проще вести прицельный огонь. Эта настройка требовала большого терпения. Иногда небольшое смещение автомобиля или незначительный толчок могли свести на нет все приготовления. Наконец их машина оказалась почти на одном уровне с передней частью автобуса.

Кабина была маленькой.

Чтобы прицелиться, Гу Яньчэнь крепко прижал приклад винтовки к плечу и сосредоточено смотрел на Лань Баочана в салоне автобуса. Они находились близко друг к другу. Сквозь окно автобуса он уже мог разглядеть фигуры внутри. Прицел увеличивал изображение, чётко показывая, что происходит в автобусе.

- Три, два, один!

Гу Яньчэнь тихо прошептал это, затем поджал губы и задержал дыхание. Он контролировал свой пульс, не допуская ни малейших колебаний.

Даже сейчас Гу Яньчэнь всё ещё испытывал жалость к Лань Баочану. Вместо того чтобы целиться в голову, он навёл прицел на плечо Лань Баочана.

Лань Баочан в автобусе замер на две секунды, потёр глаза, а затем его взгляд сместился…

Сейчас он тоже увидел чёрную машину, и на его лице отразилось удивление.

Сейчас самое время! Гу Яньчэнь понял, что ему выпал шанс! Снайпер воспользовался этим критическим моментом.

Указательный палец Гу Яньчэна слегка шевельнулся и решительно нажал на курок. Пуля со свистом пролетела по воздуху, пробила окно автобуса, разбив закалённое стекло, оставив небольшое пулевое отверстие, а затем с глухим звуком вошла в плечо Лань Баочана.

Лань Баочан почувствовал сильный удар в правое плечо, его тело качнулось, а затем брызнула кровь.

Сразу после этого Е Сичжи выстрелил. Вторая пуля пробила ещё одно оконное стекло и задела его правое бедро. Получив две пули, Лань Баочан больше не мог удерживать равновесие. Его тело задрожало, он опустился на одно колено, и нож выпал из его руки.

Водитель автобуса Су Циньлун, освободившись от пут, быстро среагировал. Он повернул руль и направил автобус на ближайшую площадку. Транспортное средство тряхнуло, и оно съехало на обочину. Затем он резко нажал на тормоз, и автобус с визгом остановился на краю площади.

Су Циньлун, держась за голову, открыл дверь и выбежал наружу. Те, кто быстро среагировал, последовали его примеру и тоже выбежали. Люди на мгновение застряли в проходе автобуса, что вызвало небольшой хаос.

- Быстро выходите!

- Помогите!

Несколько полицейских машин припарковались неподалёку и окружили автобус.

Капитан Ван махнул рукой и сказал:

- Двигайтесь!

Несколько окон в автобусе были выбиты. Некоторые ворвались внутрь, другие оказывали поддержку снаружи. Тех заложников, которые ещё могли двигаться, быстро вывели из автобуса. Полностью вооружённые сотрудники спецподразделения полиции быстро вытащили раненых через окна.

Другие начали разгонять оставшихся на площади людей. Все стремились свести к минимуму число жертв. От начала стрельбы прошло всего несколько секунд.

Гу Яньчэнь  бросился в автобус. Лань Баочан был ранен и лежал на земле, но взрывчатка, прикреплённая к нему, не пострадала.

Гу Яньчэнь увидел его и потянулся, чтобы вытащить из автобуса, но взгляд Лань Баочана переместился за спину Гу Яньчэна, и он крикнул:

- Осторожно!

Сидевший на заднем ряду мужчина, уже начал действовать.

В захвате автобуса участвовал не только Лань Баочан, с самого начала там был ещё один человек. Он сел в автобус раньше Лань Баочана и всё это время сидел в маске в задней части автобуса, притворяясь заложником.

В самый критический момент, когда нужно было спасаться, он встал.

Этим человеком был А-Цзинь, снайпер из клининговой компании.

А-Цзинь пришёл в клининговую компанию вместе с Цин Шуем. Он был сиротой, которого Чжэнь  Цзясюй усыновил в юном возрасте через благотворительный фонд, а потом отправил его на работу к Му Ювэю.

А-Цзинь втайне интересовался своим происхождением и имел смутное представление о том, что слышал. Его мать была контейнером, которой сделали кесарево сечение, и вскоре после этого она умерла от сильного кровотечения. Он появился на свет раньше срока и остался сиротой. В результате господин Чжэнь взял его под опеку и вырастил.

В отличие от Цин Шуя, А-Цзинь был высоким и сильным, но не очень умным. Его IQ составлял всего 90 баллов, он не умел планировать, но был самым метким стрелком среди детей. Он никогда не общался с обычными людьми и был лучшим стрелком Му Ювэя, но при этом чем-то напоминал собаку. Он был одним из немногих друзей Цин Шуя, который смеялся над его глупостью, иногда дразнил его, но иногда задавал ему вопросы, делился с ним кукурузой и рассказывал ему истории.

Его жизнь была проста, только он и несколько пушек. Он делал всё, что говорил ему босс. Если Му Ювэй просил его следовать за Цин Шуем, он следовал за ним, и когла Цин Шуй попросил его убить Гончего, он без колебаний сделал это.

Однажды на заброшенном сталелитейном заводе он выстрелил Гончему в голову.

Потом Му Ювэй приказал ему устроить засаду на офицеров в поместье, но велел никого не убивать и не усугублять ситуацию. Он стрелял с крыши, наблюдая за ними.

Он привык к этому, каждый раз, когда он выполнял задание, он был последним козырем в рукаве для этих людей.

Сегодня перед отъездом Му Ювэй обнял его, а Чжэнь Цзясюй пожал ему руку.

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Если бы я тогда тебя не спас, ты бы умер ещё в младенчестве. Теперь твоя очередь отплатить мне.

А-Цзинь сказал:

- Я сделаю это.

Му Ювэй сказал:

- Знаешь, ты всегда был хорошим сыном для папы. Папа не будет вспоминать о том, что вырастил тебя. Ты знаешь, что я всегда был добр к тебе. В прошлый раз, когда ты помог Цин Шую убить Гончего, я не стал тебя наказывать. Сегодня ты — двойная страховка в этой миссии. Если Лань Баочан передумает, ты должен будешь всё сделать. Обязательно подожги эту взрывчатку.

А-Цзинь посмотрел на этих двух людей. Обычно он был не сообразительным, но в этот раз он всё понял. Если Лань Баочан приведет в действие взрывчатку, как они и договаривались, он станет  незначительной жертвой.

Но если Лань Баочан не взорвет их, то это должен был сделать он.

Эти люди не думали о его жизни.

Понимая, что его отправляют на смерть, он всё равно кивнул.

Его это не слишком удивило.

Он был таким человеком. С самого рождения он был лёгким, как пёрышко. Он родился с надеждой, что кто-то может использовать его жизнь, и это было его величайшей ценностью.

Никому не было дела до него, пока он был жив, и никто не станет горевать, если он умрет.

Тогда он завидовал внешнему миру, о котором говорил Цин Шуй, и хорошим людям, которых он встречал. Он не знал, было бы иначе, если бы он не остался сиротой в юном возрасте.

Взгляд Му Ювэя стал жестоким.

- А если полиция прибудет, убей Гу Яньчэна.

Перед тем как ему уходить сегодня днём, А-Цзинь наконец-то увидел Цин Шуя. Они давно не виделись. Власти вели тщательное расследование, поэтому им приходилось прятаться в разных местах, как крысам, которые могут прятаться только в норах.

Цин Шун похлопал его по плечу и прошептал:

- С этими людьми скоро будет покончено. Если у тебя будет шанс, беги скорее.

Он услышал это и мягко покачал головой, сказав:

- Никаких шансов.

Возможно, у Цин Шуя ещё был шанс, но у него его не было.

Он нёс на своих плечах груз ответственности за несколько жизней и если его поймают, его приговорят к смертной казни. У него не было выхода.

Цин Шуй нахмурился, потянул его за собой и сказал:

- Почему ты такой, вечно говоришь правду.

Глаза Цин Шуя заблестели, и он обнял его.

Он прошептал ему на ухо:

- Большой парень, не умирай. Если ты умрёшь, мне будет очень грустно.

Он был очень рад это услышать. Оказалось, что даже о таком человеке, как он, будут скорбеть, если он умрёт. Сегодня до шести часов утра А-Цзинь с поддельными документами вошёл на химический завод, заранее занял место в автобусе и сел на задний ряд. Он молча наблюдал за всем, что происходило в автобусе, словно свирепый зверь, скрывающийся в тёмной ночи.

Когда автобус поменял направление, А-Цзинь был, застигнут врасплох, после чего в Лань Баочана выстрелили, и спецназ захватил автобус. Он понял, что даже если он взорвет этот опасный груз, то, не сможет выполнить задание, поэтому ему нужно хотя бы убить Гу Яньчэна.

Он знал Гу Яньчэна, и видел информацию о нем у Цин Шуя.

Му Ювэй всегда считал Гу Яньчэна грозным противником. Ему тоже было любопытно, кто лучше стреляет, он или Гу Яньчэнь.

В этот момент он протиснулся сквозь толпу и нацелился на Гу Яньчэна, он поднял пистолет и нажал на спусковой крючок...

Прежде чем Гу Яньчэнь успел прийти в себя, он услышал крик Лань Баочана:

- Будь осторожен!

Он понял, что в машине был еще один преступник.

Захват автобуса — этот сценарий он изучал и моделировал бесчисленное количество раз. Только в этом году он выиграл соревнование по вооружённой полицейской подготовке. Если бы ему пришлось играть роль бандита, он бы тоже вбил гвоздь в задний ряд для большей надёжности.

Почти инстинктивно Гу Яньчэнь достал из-за спины запасной пистолет, пригнулся и спрятался за сиденьем.

Обернувшись, Гу Яньчэнь увидел, как А-Цзинь целится в него, снимает пистолет с предохранителя, прицеливается и нажимает на курок.

Всё произошло мгновенно. Почти одновременно прозвучали два выстрела, слившиеся в один. Исход был предрешён.

Тело А-Цзина содрогнулось, когда он с недоверием посмотрел на свою правую грудь, где зияло кровавое пулевое отверстие. Кровь растекалась, пропитывая его одежду. Он медленно опустился на заднее сиденье.

Пуля Гу Яньчэна попала в него, а пуля, которую выпустил он, попала в Лань Баочана.

Он проиграл, даже с его великолепной меткостью он не мог сравниться с Гу Яньчэном.

Гу Яньчэнь собирался проверить, жив ли Лань Баочан, но тот оттолкнул его:

- Уходи! Сейчас взорвётся!

Пуля, выпущенная А-Цзином, попала прямо во взрывчатку у него на груди. При контакте с воздухом она воспламенялась в течение нескольких секунд, вызвав цепную реакцию.

В последние секунды последние несколько человек выбрались из машины, а раненых спасла вооружённая полиция. Все полицейские вышли из автобуса и побежали вперёд, чтобы найти укрытие.

Гу Яньчэнь тоже выскочил из автобуса.

Тяжело раненный, А-Цзинь сидел на заднем сиденье, стараясь приподнять голову и посмотреть вперёд. Он понимал, что его время на исходе. Через несколько секунд вспыхнуло пламя, и Лань Баочан превратился в огненный шар. Огонь быстро распространялся, и вскоре из автобуса повалил густой дым.

У него в глазах потемнело, и стало трудно определить направление. А-Цзинь закрыл глаза. За долю секунды огонь распространился, и весь автобус охватило пламя. Затем раздался мощный взрыв, вызвавший детонацию.

Бум!!!

Во время взрыва у людей чуть не лопнули барабанные перепонки. Тех, кто не успел убежать достаточно далеко, отбросило ударной волной, и они упали. Взрывная волна подняла тяжёлый автобус в воздух, все оставшиеся стёкла разбились, и осколки с языками пламени полетели в разные стороны, как пули. Потом он рухнул на землю, словно тяжёлый молот, с громким звуком. Кирпичи и камни на площади разлетелись в разные стороны, образовав глубокую яму глубиной в несколько десятков сантиметров.

В ночной темноте ревущее пламя в автобусе взметнулось на десятки метров. Красно-жёлтые языки пламени мерцали на ветру.

Они осветили ночное небо в центре Биньчэна.

В момент взрыва Шэнь Цзюньци сидел в машине, они только что проехали перекрёсток.

Правое веко Шэнь Цзюньци внезапно дёрнулось, и в тот же миг он услышал совсем рядом громкий взрыв. Он резко выпрямился, широко раскрыл глаза и увидел, как впереди в небо взметнулось пламя, и осветило ночь.

Ярко-красное пламя охватило всё вокруг, словно наступил конец света.

Шэнь Цзюньци в ужасе смотрел вперёд.

Все полицейские в машине были потрясены увиденным:

- Он что, взорвался?!

- В автобусе ещё были люди?

Шэнь Цзюньци почувствовал, как его сердце словно сжала невидимая рука, и мягкий орган в груди забился неровно.

Его лицо побледнело, и он прикрыл грудь левой рукой.

Гу Яньчэнь… — беззвучно повторял Шэнь Цзюньци, чувствуя, как потеют ладони, и дрожат руки.

Он открыл рот и прикусил костяшку указательного пальца правой руки, пытаясь выровнять дыхание и сердцебиение.

Пожалуйста, не допусти, чтобы что-то случилось...

В момент взрыва даже внутри торгового центра «Биньчэнь» ощущалась сильная вибрация, а закалённое стекло зазвенело.

Чжэнь Цзясюй нахмурился и взглянул на часы. Время было примерно на десять минут раньше, чем он рассчитывал. Чжэнь Цзясюй подошёл к панорамному окну и, нахмурившись, посмотрел в ту сторону, где поднималось пламя, это было не то место, которое они выбрали.

То, что он считал надежным планом, пошло наперекосяк.

Му Ювэй тоже это заметил и спросил:

- Цин Шуй, что происходит?!

Этот план они с Чжэнь Цзясюем разработали вместе, так почему же всё пошло не так?

Преждевременный взрыв застал их врасплох.

Если за это время произошло что-то ещё…

Цин Шуй слегка усмехнулся, не удивившись результату.

Он закрыл ноутбук и отложил его в сторону, больше не скрывая того, что взломал его.

Он поднял глаза и сказал:

– Идиоты, как план убийства можно рассчитать по формуле?

Чжэнь Цзясюй спросил:

- Что ты имеешь в виду?

Цин Шуй усмехнулся:

- Этот план был обречён на провал с самого начала. Почему ты думаешь, что человек, который спас город, пожертвовав собой, сможет совершить убийство?

Чжэнь Цзясюй всё ещё не мог понять:

- Это невозможно, мы всё продумали, лазеек не было, мы так много всего подготовили…

Улыбка на лице Цин Шуя стала ещё шире:

- Ты этого не понимаешь, потому что у тебя нет того, что называется совестью.

Чжэнь Цзясюй был в растерянности. Он был в отчаянии и сходил с ума от желания напасть на городское бюро и утянуть за собой невинных людей. В такой ситуации он хотел удовлетворить свои желания, и придумал безумный план.

Столкнувшись с выбором, Цин Шуй решил действовать по-другому. Ему никогда не позволяли контролировать свою жизнь, и на этот раз он сделал выбор.

Но насколько легко сделать что-то под носом у двух умных людей, Му Ювэя и Чжэнь Цзясюя?

Поэтому он выбрал Лань Баочана в качестве исполнителя для этого плана.

Чжэнь Цзясюй и Му Ювэй были порочны, они видели только злобу и обиду Лань Баочана, но не замечали его внутренней доброты. Если бы он не был хорошим человеком, зачем бы ему вообще идти закрывать тот клапан?

Начальник, солгавший о несчастном случае, равнодушные коллеги, «клавиатурные воины», подстрекающие в интернете, — бесчисленное множество людей заставили его стать дьяволом.

Цин Шуй всегда был азартным игроком. Он сделал ставку на то, что у Лань Баочана  все ещё оставалась совесть.

Он указал на ключевые моменты плана, используя человеческую природу. Он позаботился о том, чтобы Лань Баочан смог отомстить, как только сядет в автобус, и выплеснуть свои обиды. Он устроил отключение электричества в городе, чтобы изменения в плане не были обнаружены слишком рано. Он позаботился о том, чтобы автобус проехал мимо школы и старого дома, Лань Баочана с которыми его связывали приятные воспоминания, фактически это было психологическое давление, что бы Лань Баочан повернул направо.

На первый взгляд план казался безупречным, но в нём были скрыты тайны. Он был наполнен незначительными деталями.

Когда в сердце Лань Баочана вернулась доброта, он не смог заставить себя причинить вред стольким невинным людям.

К тому времени всё, на что надеялся Чжэнь Цзясюй, пошло прахом, и он не получил желаемое.

Все расчёты были скрупулёзными, каждый шаг — обдуманным, учитывалось все, даже человеческая природа.

Это было планирование высшего уровня.

Чжэнь Цзясюй был осторожен, он скорректировал план и отправил А-Цзиня в качестве страховки. Но всё было напрасно, это стоило ещё одной жизни.

Чжэнь Цзясюй всё понял. От начала и до конца им манипулировал этот «идеальный план», этот гениальный стратег.

Он был в ярости.

Чжэнь Цзясюй указал на Цин Шуя, потом повернулся к Му Ювэю:

- Ты всё испортил, убей его ради меня!

Критический момент

Глава 142. Критический момент

Ночь, центр Биньчэна.

Шэнь Цзюньци приближался к месту происшествия. Дорога заняла всего минуту, но эта минута казалась ему невероятно долгой. Наконец полицейская машина остановилась недалеко от места взрыва.

Приблизившись, они поняли, что ситуация оказалась гораздо серьёзнее, чем они себе представляли.

Перед Шэнь Цзюньци простиралось огненное море, горела даже земля, повсюду валялись осколки стекла, искорёженные сиденья, и человеческие конечности…

Полиция сделала всё возможное, чтобы минимизировать потери, но многие люди всё равно получили травмы. Некоторые раненые кричали, у других шла кровь ручьём, они в оцепенении сидели на земле.

Всё, что было видно, — это кровь и огонь, всё, что чувствовалось, — это сильный запах гари, и кожей ощущался сильный жар.

К счастью, пожарные машины и кареты скорой помощи прибыли быстро. Пожарные быстро потушили горящий автобус, а медики начали спасать пострадавших.

Шэнь Цзюньци вышел из машины и направился к месту происшествия, которое напоминало ад. Несмотря на то, что он уже сталкивался с бесчисленными ужасами, сейчас он боялся, боялся смерти как никогда раньше. В этом хаосе Шэнь Цзюньци боялся, что увидит обугленное тело, боялся, что это будет Гу Яньчэнь…

- Он не выживет! Скорее, спасите его!

- Там ещё один!

- Помогите мне, спасите меня!

- Гу Яньчэнь… — тихо позвал Шэнь Цзюньци.

Он увидел раненого, который стонал на земле, и инстинктивно присел рядом, чтобы затянуть жгут. Затем он помог ещё двум. Кто-то подошёл, чтобы увести раненых, и Шэнь Цзюньци узнал в этом человеке коллегу из городского бюро.

Он схватил его и спросил:

- Ты видел Гу Яньчэна?

– Я не знаю. Я его не видел. Лань Баочан погиб в результате взрыва. Были и другие жертвы.

Офицер спецназа, находившийся поблизости, заметил Шэнь Цзюньци и, помедлив немного, сказал:

– Кажется, капитан Гу только что спасал кого-то в автобусе. В тот момент кто-то открыл огонь, и с тех пор я его не видел...

Услышав эти слова, Шэнь Цзюньци услышал звон в ушах, его сердце на мгновение замерло, в воздухе запахло кровью, а руки задрожали.

— Гу Яньчэнь! — он поднял голову и наконец, выкрикнул это имя, но вскоре его голос потонул в шуме, царившем вокруг.

Время шло, и последствия взрыва постепенно сходили на нет.

Люди вокруг были заняты спасением пострадавших, и на месте происшествия постепенно воцарился порядок.

Пожар в автобусе постепенно утих, и в нем можно было увидеть несколько тел.

Сопровождавший их судмедэксперт первым поднялся наверх, чтобы осмотреть место происшествия.

Шэнь Цзюньци, как судмедэксперт, замер. Он никогда раньше так не боялся трупов. Он стоял, совсем близко, его руки и ноги похолодели, и он чувствовал себя блуждающим призраком.

Лю Шужун заметил его бледное лицо.

- Доктор Шэнь, у нас здесь достаточно людей. Вы оставайтесь…

Шэнь Цзюньци благодарно кивнул.

Через несколько минут прибыло подкрепление, и несколько машин скорой помощи увезли раненых.

- Шэнь Цзюньци.

В этот момент позади него раздался знакомый голос.

Шэнь Цзюньци резко обернулся и увидел неподалёку знакомую фигуру, покрытую пятнами крови, с ожогами на лице и теле.

Это был Гу Яньчэнь!

Перед тем как прогремел взрыв, Гу Яньчэнь выпрыгнул из автобуса и побежал прочь, чтобы не попасть под ударную волну. Пережив это испытание, он сразу же присоединился к спасательным работам.

На месте происшествия было много людей, и его уши пострадали от взрыва и до сих пор не восстановились полностью.

Увидев Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци почувствовал, как его сердце возвращается в грудь. Он пересёк разрушенный участок и медленно подошёл к мужчине.

Гу Яньчэнь не знал, что тот собирается делать, и посмотрел на него сверху вниз. В свете огня блестели бледные щёки Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци внезапно раскрыл объятия, подошёл и крепко обнял его. Он был немного ниже Гу Яньчэна, и его подбородок уткнулся в изгиб его шеи.

Гу Яньчэнь обнял Шэнь Цзюньци в ответ.

Шэнь Цзюньци опустил голову, уткнувшись в плечо Гу Яньчэна. Его руки крепко вцепились в его одежду, так крепко, что костяшки пальцев побелели.

Гу Яньчэнь тоже сильно сжал его в объятиях. Он обнимал его так крепко, словно хотел слить его с собой.

Они плотно прижимались, и слышали сердцебиение друг друга.

Так Шэнь Цзюньци отпраздновал спасение Гу Яньчэна.

Не долго, так простояв, обнимая, он отпустил Гу Яньчэна и сказал:

- Мне ещё нужно поработать. Я пойду, осмотрю трупы в автобусе…

Гу Яньчэнь ободряюще похлопал его по плечу:

- Давай быстро уладим это дело. Как только мы поймаем Чжэнь Цзясюя, всё будет кончено.

Услышав его слова, Шэнь Цзюньци остановился, поднял взгляд и тихо сказал:

- Нет… тут что-то не так.

- Что не так? — спросил Гу Яньчэнь.

- Что-то не сходится…

Когда Гу Яньчэнь был найден, разум Шэнь Цзюньци успокоился, и он, наконец, смог мыслить рационально. Только сейчас Шэнь Цзюньци начал складывать в голове воедино всё, что произошло сегодня вечером.

Угон произошёл слишком внезапно, и отключение электричества застало всех врасплох. Но Шэнь Цзюньци чувствовал, что то, что они видели сейчас, как и в случае с убийством Линь Сянланя, чтобы скрыть тайну горы Лумин, было не всей правдой.

В их прошлых противостояниях Шэнь Цзюньци всегда был стратегом, выступающим на стороне справедливости, а Чжэнь Цзясюй стоял за Торговой ассоциацией Хэту.

Они давно враждовали, и Шэнь Цзюньци хорошо знал, как действует Чжэнь Цзясюй.

Он собрался с мыслями и сказал:

- Чжэнь Цзясюй — безжалостный и умный человек. Даже если бы он захотел отомстить Городскому бюро и нам, он бы не стал делать ничего лишнего… Он не станет просто так планировать такое масштабное происшествие.

Что задумал Чжэнь Цзясюй?

Убийство?

Просто хотел выплеснуть свой гнев?

Он уже не был импульсивным молодым человеком, а превратился в хитрого старого лиса. Если бы они действительно хотели убить и выплеснуть свой гнев, они могли бы отправить снайперов в городское бюро или даже взорвать вход в него.

Зачем было устраивать угон автобуса, с химического завода, сеять панику, погружать весь город во тьму и поднимать такой переполох?

Убийство этих людей не принесло бы никакой выгоды, кроме как усилило бы его вину.

Разве что… у Чжэнь Цзясюя были другие тайные планы.

Подумав об этом, Шэнь Цзюньци поднял взгляд на ночное небо, где сияли звёзды. Город был темным, и только в высоком торговом центре Биньчэнь было резервное питание, и он светился, как маяк в тёмном море.

Шэнь Цзюньци вдруг всё понял.

Му Ювэй и Цин Шуй, были всего лишь пешками в руках Чжэнь Цзясюя.

Он заговорил:

- Это отвлекающий манёвр!

- Авария была нужна только для того, чтобы создать хаос, привлечь внимание полиции и всех органов. Он планирует сбежать! — внезапно понял Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Платформа на крыше торгового центра Penang Mall - это вертолетная площадка.

- Давай поторопимся!

Гу Яньчэнь принял решительное решение.

Это была истинная цель Чжэнь Цзясюя, скрытая под поверхностью.

К счастью, Шэнь Цзюньци был достаточно умен.

У Гу Яньчэна не было времени перевязывать раны. Он позвал нескольких офицеров, которые прибежали на шум, и приготовился отправиться в торговый центр «Бинчэнь».

Но он вспомнил кое о чём и тихо выругался:

- Ордер на арест ещё не выдан!

Шэнь Цзюньци нахмурился.

До отключения электричества ордер на арест Чжэнь Цзясюя не был одобрен прокуратурой. А теперь, когда связь прервалась, они даже не могли с ними связаться. Если подумать, возможно, одной из целей отключения электричества было задержать утверждение ордера на арест.

Процесс ареста полицией давно переведен на цифровые технологии, но в ночь отключения электроэнергии незавершенность процедур стала проблемой.

Этот старый лис действительно всё просчитал. Они были в шоке, когда на место происшествия прибыл Юй Шэнь, который примчался из цифрового центра на электросамокате. Он припарковал свой транспорт на обочине.

Не успел он слезть с самоката, как к нему подошёл Гу Яньчэнь и сказал:

- Юй Шэнь, ты как раз вовремя. Поспеши в прокуратуру и заставь прокурора Вана подписать ордер на арест Чжэнь Цзясюя!

Поскольку электронные процедуры не возможны, они вернулись к бумажным и отправили посыльного, чтобы ускорить процесс.

Получив задание, Юй Шэнь вздохнул, сел на электросамокат и снова умчался.

Гу Яньчэнь проверил свой пистолет, и они с Шэнь Цзюньци сели в полицейскую машину с группой офицеров и направились к торговому центру «Биньчэнь».

Это было недалеко, так что, если ускориться, дорога займет всего пять минут.

Они должны были успеть.

Ночью у торгового центра «Биньчэнь».

Ли Чжуннань наконец-то доехал.

Перед отключением электричества он разговаривал с Шэнь Цзюньци по телефону и узнал от него, что Хо Лэй была с Чжэнь Цзясюм перед тем, как сдаться, и что она встречалась с Дин Юэраном и Му Ювэем в торговом центре «Бинчэнь».

Тогда Ли Чжуннаня охватило смутное беспокойство, и он поспешил сюда. У входа в торговый центр всё ещё стояли телохранители Чжэнь Цзясюя, их было больше дюжины, и они обсуждали взрыв, который раздался неподалёку.

Ли Чжуннань достал из кармана дубинку и слегка взмахнул ею, выдвинув заострённый конец. Это оружие, также известное как телескопическая дубинка, не было смертоносным, но при ударе причиняло сильную боль. В Китае это легальное оружие самообороны, которое можно носить с собой, если не заходить с ним в метро или самолёт.

Сегодня Ли Чжуннань был в ветровке и держался с важным видом, с дубинкой в руке. В конце концов, он был главой отдела по борьбе с тяжкими преступлениями и повидал немало. Во время службы он использовал эту дубинку, чтобы дать отпор пятерым противникам и обезвредить нескольких вооружённых головорезов. Теперь, не меняя выражения лица, он шагнул вперёд, прямо к главному входу в здание.

С десяток телохранителей были удивлены.

Перехватив его, они спросили:

- Торговый центр сегодня закрыт. Кто вы? Что вы здесь делаете?

Ли Чжуннань взглянул на враждебно настроенную группу. Вместо того чтобы сразу прибегнуть к насилию, он решил сначала попробовать договориться и вежливо сказал:

- Я здесь, чтобы увидеться с Чжэнь Цзясюем и Му Ювэем.

Телохранитель преградил ему путь и сказал:

- Мы не слышали, чтобы господин Чжэнь упоминал о каких-либо посетителях сегодня. Сегодня сюда никого не пускают!

- Мне нужно обсудить важные вопросы. Либо вы пропустите меня, либо я собью вас всех с ног и поднимусь.

Ли Чжуннань помахал дубинкой, подзывая их.

- Если хотите подраться, подходите. Я вас обслужу.

Его спокойное поведение выдавало в нём мастера боевых искусств. Хотя телохранители не отошли в сторону, никто не вышел вперёд.

Кто-то усмехнулся:

– Ты такой высокомерный! Ты думаешь, что ты Ип Ман? Если у тебя хватит смелости, то...

Не успел он договорить, как Ли Чжуннань молниеносно нанес удар. Дубинка с треском врезалась в шею мужчины, заставив его замолчать. Прежде чем телохранитель успел контратаковать, последовал второй удар, нанесенный горизонтально, прямо в ребра — самое болезненное место. Телохранитель скорчился от боли. Третий удар с шумом пришелся ему в спину, вызвав сильную боль.

Телохранитель непрерывно кричал, не в силах сопротивляться. После нескольких ударов Ли Чжуннань остановился. Тело телохранителя было покрыто красными отметинами. Если бы он применил больше силы, то остались бы порезы и синяки.

Ли Чжуннань легонько пнул телохранителя, но по-прежнему говорил вежливо:

- Я спешу. Я не шучу.

Они не ожидали, что он окажется мастером боевых искусств.

Другой телохранитель подал знак остальным:

- Даже если он умеет драться, он один. Давайте все вместе…

- Какая тебе выгода от того, что ты меня остановишь? Повышение по службе? Надбавка к зарплате?

Ли Чжуннань перебил его, сделав шаг вперёд. Телохранители начали отступать.

Ли Чжуннань продолжил:

– Чжэнь Цзясюй даже себя защитить не может, так почему он должен заботиться о вас? Это он устроил взрыв сегодня вечером, и полиция уже в пути. Если вы не хотите, чтобы вас поймали, убирайтесь отсюда как можно скорее!

Телохранители тоже видели взрыв вдалеке и в замешательстве переглянулись.

Главный всё ещё хотел поспорить:

– Босс Чжэнь попросил нас остаться здесь, и мы должны выполнить работу, раз уж нам заплатили.

Ли Чжуннань продолжил:

– Обычно вы следуете за боссом Чжэнем в качестве телохранителей, так что вы знаете, чем он занимается, верно? Теперь его разыскивает полиция, и вы даже не знаете, откуда возьмется ваша зарплата в следующем месяце. Вам придется выбрать более подходящее время, чтобы продемонстрировать свою преданность, иначе вы попадете под замес и это не шутка.

Телохранители, которые обычно сопровождали Чжэнь Цзясюя, естественно, знали, что господин Чжэнь был замешан в сомнительных делах. Недавно до них дошли слухи об арестах Хань Цинъи и Шэн Цяньчэна, а также о расследовании в отношении компании Brothers Security. Более того, сегодня днём Хо Лэй отправилась в городское бюро, что показалось им подозрительным. Похоже, компания действительно была на грани краха и находилась под следствием.

Теперь, услышав слова Ли Чжуннаня, они были немного потрясены. Почему рабочие должны так эмоционально вовлекаться в процесс?

Ли Чжуннань использовал все свои навыки убеждения, которые он отточил, убеждая преступников в прошлом.

Он постучал дубинкой по руке и сказал:

- Я не буду усложнять вам жизнь. Просто сделайте вид, что не заметили меня, дайте мне пройти, и вы избавите себя от лишних хлопот.

Принцип команды Ли заключался в том, чтобы по возможности использовать слова, а не кулаки, и лучше всего было бы добиться победы без боя. Убеждать с помощью доводов, сопереживать другим. Внутри он был крайне взволнован и сгорал от нетерпения, но не позволял соперникам это заметить.

Это звучало как выгодная сделка.

Телохранители перешёптывались между собой и понимали, что в настоящей драке они могут проиграть. Они не только зря побьют друг друга, но и потеряют время. Поэтому они послушно отошли в сторону.

Ли Чжуннань вздохнул с облегчением. Если бы они действительно начали драться, то на то, чтобы разобраться с таким количеством людей, ушло бы не меньше десяти минут, и обе стороны точно пострадали бы. Он боялся, что не успеет кое-кого спасти.

Проблема была решена за три минуты, что позволило сэкономить силы.

- Спасибо, — вежливо поблагодарил Ли Чжуннань телохранителей и спросил:

- На каком этаже Чжэнь Цзясюй?

Один из телохранителей сказал:

- 27-й этаж. Не говори, что мы тебя впустили, скажи, что ты сам прорвался.

Ли Чжуннань вбежал в здание.

Этот этаж принадлежал Чжэнь Цзясюю. Сегодня вечером он очистил всё здание. Ли Чжуннань вошёл в лифт и нажал кнопку. Лифт взмыл вверх и через несколько секунд остановился на 27-м этаже.

Каждый этаж здания был тысячу квадратных метров.

Ли Чжуннань вышел из лифта и начал искать комнату, когда услышал выстрелы…

Пять минут назад в банкетном зале на 27-м этаже ТЦ «Биньчэнь» Му Ювэй достал пистолет и направил его в голову Дин Юэрана.

Он не стал сразу стрелять, а повернулся к Чжэнь Цзясюю и сказал:

- Брат Чжэнь, дай мне немного личного пространства. Я разберусь с семейными делами.

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Не будь слишком добрым.

Му Ювэй ответил:

- Не буду, просто я вырастил этого ребёнка, он мой любимый сын. Даже если это всего лишь собака, после стольких лет заботы о ней я всё равно к ней привязан. Мне нужно кое-что ему сказать. Позволь мне поиграть с ним и попрощаться в последний раз.

Чжэнь Цзясюй взглянул на часы, а затем на Дин Юэрана, который не выказывал никаких признаков сопротивления. Будучи старше, он не был готов стать свидетелем такой кровавой сцены. Слова Му Ювэя были именно тем, чего он хотел.

Чжэнь Цзясюй повернулся и сказал:

- Скоро прилетит вертолёт. Я буду ждать тебя наверху. Как только убьёшь его, быстро поднимайся.

Его вертолёт должен был прилететь только через десять минут, а провал со взрывом нарушил все их планы.

Чжэнь Цзясюй вышел из комнаты, оставив там только Му Ювэя и Дин Юэрана.

Му Ювэй крепче сжал пистолет. Он так и не снял его с предохранителя. Столкнувшись со всем, что произошло сегодня вечером, Му Ювэй почувствовал одновременно злость и сожаление.

- Дин Юэран, у тебя был хороший план, но ты всё испортил?! Я собирался отдать тебе компанию и все деньги. Я так долго лелеял тебя…

Дин Юэран поднял голову и швырнул ноутбук, который лежал рядом с ним, в Му Ювэя.

Не успел Му Ювэй договорить или выразить свои чувства, как ноутбук попал ему прямо в лицо.

Дин Юэран схватился за голову и сказал:

- Босс Му, некоторые люди умирают от того, что слишком много болтают.

Му Ювэй, взбешённый этим ударом, нажал на курок, готовый убить его на месте!

Дин Юэран воспользовался возможностью и бросил ноутбук, не ожидая, что ему удастся голыми руками одолеть Му Ювэя, у которого был пистолет.

Дин Юэран спряталась за диваном:

- Хватит мечтать. Рядом с Чжэнь Цзясюем для тебя не осталось места. Он воспользовался шансом и сбежал.

Му Ювэй возразил:

– В это время ты все еще пытаешься сеять раздор?!

Он не проявил милосердия и сразу начал стрелять. Раздались два выстрела, и пули последовали за голосом Дин Юэрана.

Дин Юэран быстро ускользнул.

- Электричество в городе восстановят максимум через несколько минут, и полиция уже в пути. Хочешь, верь, хочешь,  нет, но если ты убьёшь меня, то станешь следующим.

Дин Юэран пробежал мимо окна.

У Му Ювэя было мало патронов, и он плохо стрелял. В рукопашной схватке у него ещё мог быть шанс.

Му Ювэй последовал за ним и несколько раз выстрелил в закалённое стекло, оставив в нём ряд пулевых отверстий. В небольшом магазине было восемь патронов. Му Ювэй опустил голову, словно перезаряжая оружие.

Дин Юэран замер, размышляя, как выхватить у него пистолет. Не успел он подойти, как Му Ювэй внезапно развернулся и бросился на него.

Дин Юэран был совершенно не готов. Он почувствовал, как ледяное лезвие вонзилось ему в живот, и в следующее мгновение ощутил мучительную боль.

Му Ювэй с улыбкой применил силу:

- Сопляк, может, ты и умнее меня, но когда дело доходит до драки, твой папочка всё равно остаётся твоим папочкой. Как ты думаешь, почему я не пристрелил тебя раньше? Ты, правда, думаешь, что я не смог бы тебя убить?

Пока Му Ювэй говорил, он продолжал прилагать усилия, засовывая нож всё глубже, пока тот не вошёл по самую рукоятку.

Его взгляд был свирепым, как у злобного волка.

- Для такой мерзости, как ты, я считаю, что просто убить тебя — это слишком легко! После того, что ты сделал, если я не разрублю тебя на куски, это вряд ли успокоит мой гнев.

Дин Юэран застонал. Кровь стекала по его одежде, на лбу выступил холодный пот, и от боли он на мгновение потерял способность говорить.

Теперь он всё понял.

Му Ювэй, будучи наёмным головорезом, имел склонность к пыткам. Задержка была намеренной, как и плохая меткость. Он не перезаряжал оружие, а воспользовался возможностью схватить нож, когда опустил голову.

Он слишком хорошо знал Му Ювэя.

Это была его привычка, заманивать жертву. Он заставлял людей чувствовать, что еще есть надежда, а затем тушил эту надежду понемногу, делая человека неспособным ни жить, ни умереть.

Убить дух, убив человека.

Дин Юэран сплюнул кровь и пришёл в себя. Он посмотрел на Му Ювэя, и на его губах заиграла холодная улыбка.

Му Ювэй пошевелил ножом в руке:

- Ты скоро умрешь, почему ты улыбаешься?

Дин Юэран схватил руку Му Ювэя, в которой тот держал нож:

- Тогда посмотрим, кто умрёт первым!

Жизнь и смерть

Глава 143. Жизнь и смерть

Поздно ночью, здание «Биньчэнь», 27-й этаж.

Свет в комнате отбрасывал тень, и Му Ювэй краем глаза заметил, что дверь рядом с ним, которая только что была закрыта, открылась, а он этого не заметил...

Он понял, что кто-то вошёл, и быстро пригнулся.

Наконец-то прибыл Ли Чжуннань. Он обошёл Му Ювэя сзади и замахнулся дубинкой прямо на него.

Му Ювэй пригнулся, чтобы уклониться от первого удара, а затем поднял руку, чтобы блокировать его.

Ли Чжуннань нанёс ответный удар снизу, и дубинка ударила его по плечу. Му Ювэй, застигнутый врасплох, поморщился от боли.

Они начали драться в зале.

Дин Юэран не смог удержаться и крикнул:

- Будьте осторожны, капитан Ли!

Хотя он уже давно знал, что Ли Чжуннань жив, он не мог не радоваться, увидев его сейчас. В то же время он знал, что Му Ювэй – жестокий боец, а его приемы безжалостны, что заставляло его беспокоиться за Ли Чжуннаня.

В мгновение ока было сделано несколько выпадов. Это была битва не на жизнь, а на смерть, без права на ошибку.

Ли Чжуннань имел небольшое преимущество, и вскоре голова и руки Му Ювэя были в крови.

Хотя Ли Чжуннань в последние годы не служил в полиции, его базовые навыки остались при нём. В технике владения дубинкой нет коротких путей, только постоянная практика. Его движения были быстрыми и гибкими, он наносил удары по различным суставам Му Ювэя. Ударами и выпадами он доставлял ему немало хлопот.

Му Ювэй в основном защищался, изредка атакуя. Он был сильным и хорошо ориентировался на местности. Он несколько раз пытался достать пистолет, но его останавливал Ли Чжуннань.

Но Ли Чжуннань всегда вёл себя как джентльмен, в то время как Му Ювэй вёл себя грязно. Он понял, что Ли Чжуннань не сможет убить его дубинкой. Безрассудно подняв правую руку, он принял на неё два удара, рискуя сломать её, а затем яростно пнул Ли Чжуннаня в живот и отступил к краю обеденного стола.

Му Ювэй схватил со стола стеклянную бутылку и заблокировал ею дубинку Ли Чжуннаня. Бутылка разбилась от удара.

Воспользовавшись возможностью, Му Ювэй сделал несколько шагов назад и схватил Дин Юэрана.

Дин Юэран, зажимал рану и чувствовал головокружение, он прислонился к стене, чтобы не упасть. Он потерял много крови, боль  усилилась, а перед глазами всё поплыло, как будто их заволокло туманом.

Му Ювэй застал его врасплох и внезапно взял в заложники.

Му Ювэй приставил бутылку к горлу Дин Юэрана и пригрозил Ли Чжуннаню:

- Если подойдёшь ближе, я убью его!

Ли Чжуннань замер.

Му Ювэй усмехнулся:

- Я так и знал, офицер Ли, вы бы не стали шутить с чьей-то жизнью. Просто выбрось дубинку, и я не буду усложнять тебе жизнь.

Ли Чжуннань, казалось, колебался.

Лицо Му Ювэя исказилось от гримасы, когда бутылка в его руке вонзилась в шею Дин Юэрана, оставив красную полосу, которая потекла по его воротнику.

Дин Юэран запаниковал:

- Не верьте ему, капитан Ли! У него пистолет!

Как только Ли Чжуннань бросит оружие, а Му Ювэй перезарядит пистолет, они оба будут мертвы.

В тот момент Дин Юэран пожалел, что у него нет оружия. Тогда бы он не тянул Ли Чжуннаня вниз, ставя его в пассивное положение.

Возможно, у него есть оружие.

Дин Юэжань опустил голову и увидел нож, торчащий из его тела...

Му Ювэй, что-то говорил, но Дин Юэран услышал только его самодовольный смех. Он положил руку на рукоятку ножа и от лёгкого движения покрылся холодным потом. Но он взял себя в руки и приложил усилия обеими руками…

Ни Му Ювэй, ни Ли Чжуннань не заметили лёгкого движения Дин Юэрана.

В этой тупиковой ситуации Ли Чжуннань сначала замешкался, но в конце концов сдался.

Му Ювэй рассмеялся, думая, что одержал верх. Он выбросил бутылку, опустил голову и потянулся, чтобы перезарядить магазин. Если всё пройдёт гладко, то меньше чем через полминуты эти двое превратятся в трупы.

В этот момент Ли Чжуннань решительно бросился вперёд.

В то же время Дин Юэран стиснул зубы, задержал дыхание, напрягся и вытащил нож из своего тела, из раны хлынула кровь. Он совершенно не обращал внимания на собственную рану. Воспользовавшись тем, что Му Ювэй отвлекся, он развернулся и вонзил нож в тело Му Ювэя.

Всё это произошло в одно мгновение.

Му Ювэй никак не ожидал, что Дин Юэран сделает такое.

Застигнутый врасплох, он недоверчиво уставился на него и выругался:

- Безумец…

Ли Чжуннань, ставший свидетелем этой сцены, тоже воскликнул:

- Дин Юэран!

Дин Юэран не думал о том, сможет ли он выжить, он хотел умереть вместе с ним. Его лицо было бледным, губы в крови. Он решительно оттолкнул Му Ювэя на несколько шагов назад.

Дин Юэран посмотрела на недоверчивое выражение лица Му Ювэя и улыбнулся:

- Я выиграл.

Этот дьявол должен был давно умереть. Только после смерти Му Ювэя он будет свободен, и только после смерти Му Ювэя Ли Чжуннань будет в безопасности.

Му Ювэй не ожидал, что у тяжелораненого Дин Юэрана все еще столько сил. Его отбросило на несколько шагов, и он с громким стуком ударился спиной о панорамное окно. Стекло, уже изрешечённое пулями, не выдержало нагрузки и с грохотом разбилось. Му Ювэй упал назад и попытался притянуть к себе тело Дин Юэрана, чтобы утянуть его вниз.

Дин Юэран уже был на последнем издыхании. Когда его потянули, он тоже наклонился вперёд. Они находились на 27-м этаже здания. Если бы они упали, то наверняка погибли бы.

Дин Юэран почувствовал себя обречённым. Он даже приготовился упасть вместе с ним. Но в последний момент он  почувствовал, как его схватили, Ли Чжуннань бросился к нему, чтобы удержать.

Му Ювэй недовольно посмотрел на него, закричал и выпал из разбитого окна.

После падения с 27-го этажа прошло несколько секунд, прежде чем раздался звук удара.

После всего тело Дин Юэрана обмякло и рухнуло. Ли Чжуннань помог ему лечь и осмотрел его раны. Вскоре одежда Дин Юэрана окрасилась в красный цвет, и он весь покрылся кровью.

Ли Чжуннань снял рубашку и прижал её к ране.

- Глупый мальчишка, у меня есть другое оружие. Я просто блефовал…

Дин Юэран посмотрел на него. Люди говорили, что он умный, говорили, что он сумасшедший, но никто никогда не называл его глупым. Однако его сегодняшние действия действительно были глупыми. В тот момент он мало о чём думал, даже не задействовал свой мозг. Он просто думал, что может умереть, а Ли Чжуннань — нет.

Но теперь было слишком поздно для таких мыслей.

Дин Юэран протянула дрожащую руку и схватила Ли Чжуннаня.

- Капитан Ли, как же я рад вас видеть…

Он никогда не чувствовал себя таким свободным и счастливым, как сейчас. Но вскоре ему стало холодно, а рана начала болеть. Он всё ещё хотел что-то сказать. Он хотел сказать, что встретил Му Ювэя, когда искал Ли Чжуннаня, что Му Ювэй использовал жизнь Ли Чжуннаня, чтобы заставить его подчиняться, что он всё тщательно спланировал, обманул Чжэнь Цзясюя и что он пошёл в полицейский участок, как и договаривались, и не убивал никаких полицейских.

Но запах крови усилился, сдавливая ему горло. Он открыл рот и снова выплюнул кровь.

Ли Чжуннань вздрогнул и протянул руку, чтобы стереть кровь с губ Дин Юэрана.

Дин Юэран проглотил слова, которые так отчаянно хотел сказать.

В конце концов, он просто сказал:

- Капитан Ли, после того как я вышел на свободу, я пришёл к вам. Но вас не было дома…

- Теперь я знаю… Я знаю…

Ли Чжуннань сильнее надавил на рану. Если бы только в этом городе не было этих злодеев, если бы….

К сожалению, в этом мире не существует сослагательного наклонения.

Дин Юэран сказал:

- Мне холодно, капитан Ли... Со мной всё будет в порядке?

Его веки тяжелели, ему хотелось спать.

Ли Чжуннань прижал его к себе, его объятия были тёплыми. Он вспомнил, как в детстве, когда он болел, мама вот так же обнимала его.

Ли Чжуннань уверенным голосом заверил его:

- Ты ещё молод. С тобой всё будет в порядке.

Он сказал это, но внутри у него всё сжалось от страха.

Несмотря на его попытки остановить кровотечение, оно не прекращалось. Кровь была тёмно-красной, тёплой и неумолимо текла сквозь его пальцы, быстро скапливаясь под ними.

В этот момент вокруг них внезапно зажглись все фонари. Казалось, что в одно мгновение весь город ожил.

Ли Чжуннань сказал ему:

- Дин Юэран, не спи. Электричество вернулось, фонари горят. Я вызову скорую, с тобой всё будет в порядке!

Дин Юэран с трудом открыл глаза и пристально посмотрел на Ли Чжуннаня. Даже если бы он сейчас умер, оно того стоило бы.

Какой смысл в тех огнях снаружи, если здесь есть свет Ли Чжуннаня?

Ли Чжуннань уложил Дин Юэрана к себе на колени, одной рукой надавливая на рану, а другой, доставая телефон и набирая 120. Объяснив, где они находятся, он повесил трубку и позвонил Шэнь Цзюньци.

Его голос дрожал, когда он спросил:

- Где ты сейчас?

- Внизу, в торговом центре «Биньчэнь». Я видел, как кто-то упал…

Из телефона донёсся голос Шэнь Цзюньци.

Они припарковали машину возле торгового центра всего за полминуты до этого и стали свидетелями падения.

Ли Чжуннань дрожащим голосом сказал:

- Му Ювэй упал. Дин Юэран ранен. Мы на 27-м этаже. Пожалуйста, спаси его.

Шэнь Цзюньци хорошо знал Ли Чжуннаня, и тот редко обращался к нему за помощью. На самом деле он слышал, как Ли Чжуннань упоминал имя Дин Юэрана, и сочувствовал его положению. Во время первого допроса он не знал, что человек, называвший себя «Ань Нань», был Дин Юэраном, упомянутым Ли Чжуннанем.

Однажды он обсуждал дело Дин Юэрана с Ли Чжуннанем по телефону.

Тогда Ли Чжуннань сказал:

- Я виноват в том, что не позаботился об этом парне. Он пришёл в городское бюро, чтобы передать сообщение. Я сказал ему сообщить в полицию о клининговой компании. Если он сделал что-то не так, он должен понести наказание по закону.

Ли Чжуннань всегда был мягким и упрямым человеком. Если он что-то решил, то стоял на своём.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я сейчас поднимусь.

Гу Яньчэнь, который стоял рядом, всё слышал и начал действовать.

-Я отправлю людей на верхний этаж, чтобы они преследовали Чжэнь Цзясюя. Встретимся позже.

Шэнь Цзюньци кивнул в знак согласия. Он достал из багажника полицейской машины ящик с инструментами для вскрытия.

Несколько полицейских поднялись наверх, а Лу Ин позвонил в городское управление, чтобы сообщить о ситуации.

Гу Яньчэнь шёл впереди, держа в руке снайперскую винтовку и сверкая полицейским значком.

Охранники у двери тут же отошли в сторону.

Шэнь Цзюньци поднялся на 27-й этаж, а Гу Яньчэнь на лифте поднялся прямо на верхний этаж.

Это здание относилось к категории высоток, его высота превышала сто метров, а площадь каждого этажа составляла не менее 2000 квадратных метров. Верхний этаж соответствовал стандартам для вертолётной площадки.

Гу Яньчэнь и его спутники поднялись на верхний этаж, намереваясь выйти на крышу, но внезапно наткнулись на толстую дверь. Гу Яньчэнь попытался её толкнуть, но она не поддалась. Такой дверной замок не пробьёт даже пуля.

На двери был кодовый замок. Лу Ин нажал на кнопку, и на экране появилось сообщение: «Восьмизначный пароль…»

Гу Яньчэнь сказал:

- Пусть Бай Мэн спросит у Хо Лэй, не знает ли она пароль.

Хо Лэй много лет была близка с Чжэнь Цзясюем. Возможно, она что-то знала.

Бай Мэн пошла в комнату для допросов и быстро вернулась.

- Хо Лэй сказала, что Чжэнь Цзясюй пожаловался ей на ухудшение памяти и сменил все пароли на дату своего рождения. Я проверила информацию, и оказалось, что Чжэнь Цзясюй родился…

Затем она зачитала ряд цифр.

Лу Ин последовал инструкциям и ввёл код, но замок не открылся. Лу Ин посмотрел на инструкцию к замку и вытер пот.

- У этого замка ограниченное количество попыток. У нас осталось девять попыток, иначе он временно заблокируется.

Бай Мэн запаниковала:

- Может быть, он изменил дату на чей-то другой день рождения, который ему известен? Давайте я вернусь и проверю другие варианты…

Гу Яньчэнь начал думать и принял решение.

- Лу Ин, оставайся здесь и продолжай искать. Я пойду на соседнюю крышу.

Лу Ин немного растерялся.

- Можем ли мы попасть на эту крышу с соседнего здания?

Он вдруг вспомнил о рискованных манёврах, которые выполняют спецназовцы, например, когда нужно проползти по верёвке. Но здесь они находились на высоте ста метров над землёй, и любая ошибка могла привести к серьёзным травмам или смерти. А внизу уже лежал один труп.

— Нет, — ответил Гу Яньчэнь, встряхнув снайперской винтовкой в руке, — но мы можем помешать ему, сбежать.

Это был коммерческий центр Биньчэна с высокими небоскрёбами. Соседнее здание было такой же высоты, как и это, и составляло пару примыкающих друг к другу башен-близнецов. Если бы они могли попасть на крышу соседнего здания, то могли бы вести оттуда снайперский огонь.

Тем временем Шэнь Цзюньци вошёл в банкетный зал на 27-м этаже.

Ли Чжуннань держал Дин Юэрана, стараясь сделать так, чтобы ему было как можно комфортнее. Дин Юэран только что пришёл в себя и услышал, как Ли Чжуннань зовёт на помощь по телефону. Он с трудом открыл глаза и увидел Шэнь Цзюньци, который стоял перед ним с коробкой для улик, испачканной кровью.

Он узнал Шэнь Цзюньци.

Этот судмедэксперт… похоже, пришёл за моим телом.

Дин Юэран очнулся и схватил Ли Чжуннаня за руку.

- Капитан Ли, зачем вы вызвали судмедэксперта? Я… думаю, меня ещё можно спасти.

Ли Чжуннань удержал его.

- Не глупи. Мы наконец-то его дождались. Судмедэксперт тоже врач. Просто потерпи.

Шэнь Цзюньци надел перчатки.

- Если я сейчас уйду, то, скорее всего, через час мы снова встретимся в кабинете судмедэксперта городского бюро.

Сказав это, он присел на корточки, чтобы осмотреть Дин Юэрана.

Его лицо было бледным, губы — белыми, и он тяжело дышал. У взрослого человека, потерявшего более литра крови, может развиться гиповолемический шок.

Судя по следам крови на его одежде, он, вероятно, потерял уже более 800 миллилитров крови.

Шэнь Цзюньци приподнял одежду Дин Юэрана, чтобы осмотреть рану, и слегка нахмурил брови.

– Зачем ты вытащил нож?

Если бы нож остался в ране, это остановило бы кровотечение.

Ли Чжуннань объяснил:

- Он сам вытащил нож, ударил Му Ювэя, а затем он упал с крыши.

Шэнь Цзюньци кивнул и надавил на рану, из которой тут же потекла тёмно-красная кровь.

Дин Юэран поморщился от боли и застонал.

Шэнь Цзюньци оценил ситуацию:

- Нож перерезал вену в брюшной полости. При такой кровопотере у него есть около десяти минут. Он точно не доедет до больницы.

Он не был врачом, но как судмедэксперт был хорошо знаком с человеческим телом, а когда дело касалось смерти, то даже лучше.

Ли Чжуннань спросил:

- Ты можешь остановить кровотечение?

- Я могу только попытаться. Вены расположены глубоко в теле, — сказал Шэнь Цзюньци, беря чистый поднос с ближайшего стола.

Он налил на него немного недопитого ликёра, окунул в него скальпель и кровоостанавливающий зажим для простой дезинфекции. Держа поднос, он подошёл к Ли Чжуннаню.

Ли Чжуннань с нетерпением посмотрел на него.

Наблюдая за этой сценой, Шэнь Цзюньци вдруг вспомнил своё прошлое. Тогда Гу Яньчэнь тоже надеялся, что найдётся кто-то, кто сможет спасти Линь Ло.

Положение было серьезным, а инструментов не хватало. Артериальное кровотечение остановить сложно, но если это была венозная рана, то шанс был.

Дин Юэран был напуган до смерти и съежился.

- Капитан Ли, пожалуйста, не беспокойтесь. Я заслужил это. Просто дайте мне умереть…

- Ты же только что сказал, что тебя ещё можно спасти, не так ли?

Ли Чжуннань протянул руку и положил на его плечо.

Доктор Шэнь тоже спросил:

- Куда делась твоя храбрость, после того как ты вытащил нож?

Дин Юэран колебался. Не поздно ли теперь сожалеть о содеянном?

Ли Чжуннань сказал:

- Я останусь с тобой. Ты сможешь выжить.

Услышав это, Дин Юэран перестал сопротивляться. Он стиснул зубы, как ребёнок, и крепко схватил Ли Чжуннаня за рукав.

- Раньше я имел дело только с трупами. Я впервые пытаюсь спасти жизнь. Так что, капитан Ли, вам придётся его держать, — быстро сказал Шэнь Цзюньци.

Он раздвинул рану рукой в перчатке, и из неё хлынула кровь.

Спирт попал на рану, в тело проникли инородные предметы, но анестезии не было, и он оставался в сознании.

Волосы Дин Юэрана уже растрепались, лоб покрылся испариной от боли, а вены на шее вздулись. Несмотря на то, что он морально подготовился, боль всё равно заставила его выгнуть спину и вцепиться в одежду Ли Чжуннаня.

При виде этой сцены у Ли Чжуннаня защемило сердце.

Он успокаивал его:

- Потерпи, это скоро закончится…

Шэнь Цзюньци сосредоточенно наблюдал за раной, ощупывая пальцами тёплые внутренние органы. При таком сильном кровотечении неопытный врач мог бы запаниковать. Большинство врачей начинают учиться с препарирования трупов. Шэнь Цзюньци препарировал столько трупов, что стал опытным судмедэкспертом. По плоти и крови он мог почти точно определить, из какого кровеносного сосуда идёт кровь.

Опираясь исключительно на осязание, Шэнь Цзюньци смог определить местоположение.

Он протянул руку и надавил пальцами на кровеносный сосуд, и действительно, кровотечение замедлилось.

Иногда грань между жизнью и смертью действительно размыта.

Шэнь Цзюньци взял кровоостанавливающие щипцы и пережал один конец кровоточащего сосуда. Хотя эти щипцы обычно используются судмедэкспертами, они также являются эффективным хирургическим инструментом для работы с живыми пациентами и способны эффективно останавливать кровотечение.

Затем Шэнь Цзюньци пережал другой конец, и кровотечение остановилось.

Шэнь Цзюньци вздохнул с облегчением и встал.

- Не двигайте кровоостанавливающие щипцы. Он должен продержаться до тех пор, пока его не положат на операционный стол.

Сейчас это было крайней мерой. После всего, что произошло, напряжённое тело Дин Юэрана наконец расслабилось, он тяжело задышал, и на его глазах выступили слёзы боли. Он понял, что кровотечение остановилось.

Похоже, что судмедэксперту Шэнь можно доверять.

Ли Чжуннань сказал:

- Спасибо.

Процесс казался долгим, но на самом деле он длился всего три минуты.

Шэнь Цзюньци снял перчатки.

- Я пойду наверх и посмотрю, что там происходит. Позвони мне, если что-то изменится.

В это время Чжэнь Цзясюй стоял на крыше и смотрел на город. С появлением электричества город под ночным небом снова засиял яркими огнями, а далёкий городской горизонт стал ещё более величественным.

Это был его дом на протяжении десятилетий. Будучи предпринимателем Чжэнь Цзясюем и председателем Торговой ассоциации Хэту, он когда-то обладал здесь большим влиянием и властью. Но теперь всё это исчезло.

Чжэнь Цзясюй услышал доносящийся издалека гул — шум винтов вертолёта. Вертолёт, который должен был его забрать, наконец, прибыл.

Вертолет приближался, сначала как маленькая точка, а затем, постепенно увеличиваясь, пока не завис перед ним.

Чжэнь Цзясюй почувствовал, как от пропеллеров дует ветер, развевая его волосы. Его сердце бешено колотилось от волнения. Как только он сядет в вертолёт, тот полетит над морем, и, когда он проснется, то будет уже за границей.

Хотя в плане были некоторые недочёты, в конечном итоге ему удалось бы успешно сбежать.

Наблюдая за тем, как вертолёт готовится к посадке, Чжэнь Цзясюй улыбнулся, стоя на крыше.

Он был всего в двух шагах от победы.

Первое дело

Глава 144. Первое дело

Ночь, на верхнем этаже торгового центра «Биньчэнь».

Шэнь Цзюньци наконец-то добрался сюда.

Лу Ин в сопровождении детективов всё ещё стоял у двери, пытаясь ввести пароль. Увидев Шэнь Цзюньци, они отошли в сторону.

Лу Ин сказал:

- Доктор Шэнь, мы перепробовали все возможные комбинации, связанные с днём рождения Чжэнь Цзясюя. Пока ничего не сработало…

От площадки на крыше их отделяла дверь, и они оказались в ловушке, не имея возможности подняться. Они уже пытались сделать это шесть раз, вводя не только григорианский и лунный дни рождения Чжэнь Цзясюя, но и дни рождения его родителей, а также дни рождения его покойной жены и сына.

Шэнь Цзюньци стоя у двери и принял телефонный звонок из городского бюро и сообщил им последние новости.

После звонка работа городского бюро возобновилась.

Бай Мэн находилась в офисе и помогала им получать доступ к различным данным.

Директор Дин и руководители надзорной группы разбирались с последствиями ночного взрыва в командном центре, одновременно следя за ходом ареста.

Во время разговора они услышали грохот, доносившийся с крыши.

Лу Ин забеспокоился:

-                   Может, это вертолёт? Хо Лэй намеренно предоставила ложную информацию? Может, пароль не связан с днём рождения?

Подумав немного, Шэнь Цзюньци ответил:

- Другая информация, предоставленная Хо Лэй, верна.

Если бы Хо Лэй вовремя не предупредила, возможно, сегодня погибло бы больше людей.

Лу Ин снова спросил:

- Может быть, Чжэнь Цзясюй сам немного изменил дату своего рождения, например, добавил месяц или сдвинул дату?

Шэнь Цзюньци снова покачал головой:

- Если он изменил пароль из-за плохой памяти, он бы не стал использовать этот метод.

Чтобы не забыть пароль, люди обычно используют наиболее легко запоминающиеся числа. С возрастом людям становится всё труднее запоминать недавние события, но некоторые вещи из подросткового возраста они помнят очень хорошо. Случайная смена чисел, скорее всего, приведёт к тому, что вы забудете закономерность.

Итак, в чём же заключалась проблема?

Грохот становился всё громче, приближаясь, и это сильно тревожило офицеров.

Шэнь Цзюньци опустил голову и начал думать.

Он обратился к Бай Мэн, которая была на другом конце провода, и спросил:

- Бай Мэн, ты помнишь первое дело?

Бай Мэн сразу же ответила:

- Да, у меня есть вся необходимая информация!

Они уже обнаружили, что кто-то удалял и изменял дела в системе. Они сравнили дела, выявили те, которые были изменены, и пронумеровали их в соответствии с порядком подачи.

Дело № 1 было самым ранним. На протяжении всего расследования они пытались выяснить причины изменений в удалённых делах. В некоторых делах фигурировали контейнеры, в других — пропавшие шахтеры, в третьих — зачистка информации о преступлении. Только в деле № 1 не было найдено сопутствующих дел.

Это дело представляло собой заявление об исчезновении, произошедшем более сорока лет назад. Пропавшего звали Дун Лянцай. Согласно записям, информация была очень простой. Дун Лянцай с юных лет был сиротой и воспитывался бабушкой и дедушкой. Когда ему было около шестнадцати, он сбежал из дома. После смерти бабушки и дедушки его нигде не могли найти.

Несколько лет спустя в ходе тщательного расследования, проведённого полицией по регистрации домохозяйств, было установлено, что он по-прежнему зарегистрирован в деревне, но его местонахождение неизвестно. Поэтому они объявили его пропавшим без вести.

В прежние годы из-за неразвитости информационных технологий многие так называемые пропавшие без вести на самом деле оказывались в другом месте. Сообщалось о пропаже, и человека могли найти через несколько лет. Но этот Дун Лянцай исчез бесследно, и больше о нём никто не слышал.

В документах была его фотография, сделанная в подростковом возрасте, на которой он выглядел очень юным и невинным.

Шэнь Цзюньци всегда считал это дело очень странным. Информации об этом пропавшем без вести человеке было мало, и произошло это очень давно. Почему Чистильщики обратили на это внимание и решили удалить данные? Может ли быть так, что этот человек был первой жертвой, убитой Чжэнь Цзясюем?

Чжэнь Цзясюй начал совершать преступления более сорока лет назад? Сколько ему тогда было лет? Почему он хотел скрыть и изменить информацию об этом пропавшем без вести человеке? Какие отношения связывают Чжэнь Цзясюя и Дун Лянцая?

Из-за того, что они были слишком заняты и задачи поступали одна за другой, у Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэна не было времени, как следует проанализировать это дело. Теперь, стоя перед дверью, Шэнь Цзюньци вдруг осенило.

Может ли быть так, что...

Он спросил Бай Мэн:

- Когда родился Дун Лянцай?

Бай Мэн пролистала записи и назвала ряд цифр.

Шэнь Цзюньци подошёл к двери и глубоко вздохнул. Шум вертолёта снаружи стих. Возможно, вертолёт уже приземлился на крыше. Вокруг было тихо. Если дверь сейчас не откроется, они не смогут помешать, Чжэнь Цзясюю сбежать.

Шэнь Цзюньци собрался с мыслями и нажал на ввод пароля. Они вводили пароль уже в седьмой раз. Если они снова ошибутся, у них останется всего три попытки.

Ввод завершён.

Защитный замок издал два звуковых сигнала.

Дверь открылась…

Он догадался.

Чжэнь Цзясюй удалил недостающую информацию, потому что Чжэнь Цзясюй был Дун Лянцаем.

Шэнь Цзюньци услышал выстрел.

Всего минуту назад Чжэнь Цзясюй стоял на крыше и приветствовал медленно спускающийся вертолёт. Он стоял на безопасном расстоянии и ждал, пока вертолёт приземлится и стабилизируется. Чжэнь Цзясюй стоял в темноте, словно в тумане, и вспоминал свою жизнь.

Его настоящее имя — Дун Лянцай. Его родители погибли во время наводнения вскоре после его рождения. Его поместили в ванну, где он долго дрейфовал, но выжил. Его дед был алкоголиком и жестоко обращался с ним. Он часто сходил с ума и избивал всех. У его бабушки был острый язык, и она постоянно его пилила. Другие члены семьи тоже не были добры к нему. Ему приходилось носить старую одежду и обувь, которые ему давали, и терпеть издевательства и пренебрежение.

После окончания начальной школы его использовали как рабочую силу, и заставляли работать в поле. Когда ему было около шестнадцати, он решил сбежать из дома и найти работу в другом месте. Он украл двести юаней, которые нашел дома, и сел на автобус до Биньчэна.

Это была старая автобусная станция. Он был деревенским парнем, который только что приехал в город и был поражён всем увиденным. Город только начинал преображаться, и в нём многое нужно было сделать. На автобусной станции было много молодых людей, мечтающих разбогатеть в большом городе.

Повсюду царил хаос, уличные банды, и различные группировки. Он нашёл дешёвый отель рядом с автобусной станцией, где не требовалось удостоверение личности, и где номер стоил десять юаней в день, а затем начал искать объявления о работе. Тогда ему ещё не было шестнадцати, и легальные компании не брали его на работу. Он прожил в отеле несколько дней, его деньги заканчивались, и он всё больше беспокоился.

В комнате рядом с отелем жили трое мужчин. Он видел их в общественном туалете. Старшего из них звали Чжэнь Цзясюй, он был красноречивым и убедительным. Двое других имели прозвища Толстяк и Три Палки.

Чжэнь Цзясюй понял, что он в затруднительном положении, и подошёл к нему, сказав, что он может взять его на шахту и заработать состояние. Он сказал, что для этой работы не нужно удостоверение личности и что его юный возраст не имеет значения.

Чжэнь Цзясюй сказал, что у него есть знакомые на шахте, что он опытен в этом деле и пообещал взять его с собой. Он сказал, что через три года он сможет вернуться в свой родной город и построить дом, а через пять лет — жениться.

Чтобы показать свою искренность, Чжэнь Цзясюй был очень щедр. После того как он угостил его тушёным мясом ягнёнка и несколькими бутылками пива, они начали знакомиться. Чжэнь Цзясюй сказал ему, что на улице они должны притворяться односельчанами и присматривать друг за другом, чтобы другие видели в них сплочённую группу и не смели их задирать.

Чжэнь Цзясюй был поразительно похож на него и постоянно называл его младшим братом, обращаясь к нему как к брату. Он даже дал ему вымышленное имя — Чжэнь Цзямин.

Чжэнь Цзясюй относился к нему особенно хорошо, покупал ему одежду и обувь, как настоящему брату. Среди этих новообретённых друзей он чувствовал себя как дома.

За день до отъезда они пошли в видеозал, чтобы посмотреть фильм. Они искренне приняли Чжэнь Цзясюя как своего старшего брата и решили вместе заработать денег и сделать себе имя.

Полный надежд, он отправился с ними на заработки в шахту на севере Биньчэна. Шахта находилась глубоко в горах, и была довольно глубокой.

У рудника было разрешение на добычу полезных ископаемых, но всё было не совсем законно. Частный владелец без особых усилий заключил договор субподряда, и он легко стал одним из шахтёров, каждый день, работая с тремя друзьями.

Когда он впервые спустился в шахту, ему было и страшно, и любопытно, но постепенно он ко всему привык. На шахте обеспечивали едой и жильём, а зарплата была довольно высокой.

Через месяц он получил свою первую зарплату и познакомился с другими шахтёрами.

Однажды ночью, идя в туалет, он услышал, как Чжэнь Цзясюй с двумя друзьями на перекуре болтают на улице. Из любопытства он подслушал их разговор из-за угла.

Чжэнь Цзясюй сказал:

- Уже пора. Давайте сделаем это завтра.

Три Палки спросил:

- Какой план?

Чжэнь Цзясюй сказал:

- В шахте темно. Может случиться что угодно. Отведи его в безлюдное место, а потом ударь камнем по голове, и скажем, что это был несчастный случай.

Толстяк спросил:

- Если мы его убьём, разве его семья не будет его искать?

Чжэнь Цзясюй ответил:

- Нет, я спросил. Он сирота. Дома только бабушка с дедушкой, и у него нет никаких документов. Никто не знает, что он здесь работает. Потом мы поговорим с владельцем шахты, и потребуем компенсацию, получим деньги и уйдём. Никто ничего не узнает.

Три Палки сказал:

- Хорошо, Старший Брат, когда ты сделаешь свой ход, мы поможем.

Они обсудили некоторые детали, например, как осуществить план, сколько запросить и как разделить добычу. Все эти люди были новичками в подобных делах.

Услышав этот разговор, он весь затрясся. Он тихо отполз назад и притворился спящим. Через некоторое время они вернулись, как ни в чём не бывало.

Он закрыл глаза и обдумывал полученную информацию. Оказалось, что эти люди собирались его убить, они были добры к нему не просто так. Его сердце сжалось, и он ощутил всю жестокость человеческой натуры.

В их глазах он, вероятно, был просто мешком с деньгами. Он раздумывал, не пойти ли ему в полицию, но поверят ли ему там? Отправят ли его обратно домой? Он украл деньги из дома, дедушка, наверное, убьёт его. Он вдруг вспомнил учителя из деревни, у которого учился в детстве. У учителя был набор комиксов «Троецарствие», который он одолжил ему почитать.

Его любимым персонажем был Цао Цао, безжалостный герой. Будь то убийство семьи Лу Бошэ или убийство стражника во сне, он действовал решительно. Он был хорошо знаком с этими историями.

В романе «Троецарствие» Цао Цао однажды сказал: «Я лучше предам мир, чем позволю миру предать меня».

Он сделал эту фразу своим девизом и в начальной школе дрался с одноклассниками. Сейчас ничего не изменилось. Выживает сильнейший. Раз они хотят его убить, он нанесет удар первым.

Той ночью он не сомкнул глаз. С приближением рассвета он принял решение.

На следующий день, спустившись в шахту, он специально стал работать в людном месте.

Чжэнь Цзясюй не выдержал и позвал его, уводя в безлюдный угол. В шахте была кромешная темнота, и только слабый свет их налобных фонарей освещал темноту.

Он притворился, что ничего не понимает, улыбнулся и пошёл за ним. На самом деле он уже подобрал заострённый камень. Не успели они дойти до места, как он внезапно подпрыгнул и с силой ударил Чжэнь Цзясюя по затылку.

Мысленно он повторял эту фразу: «Я лучше предам мир, чем позволю миру предать меня».

Если бы он не убил Чжэнь Цзясюя, то сам был бы уже мёртв.

Чжэнь Цзясюй не ожидал, что он нападёт внезапно. Получив несколько ударов, он упал на землю.

Он впервые убил человека. Его сердце бешено колотилось, но через несколько минут он наконец успокоился.

Толстяк и Три Палки, не услышали никаких движений с этой стороны, крикнули:

- Брат Чжэнь, как дела?

Он изобразил голос Чжэнь Цзясюя и сказал низким голосом:

- Всё готово. Заходите.

Они подошли и увидели на земле труп Чжэнь Цзясюя, чуть не обмочившись от страха.

Собравшись с духом, он взял в руку камень и сказал, двоим дрожащим от страха:

- Чжэнь Цзясюй хотел убить меня, но я убил его первым. Если вы сейчас сделаете хоть шаг, мы будем драться, и я позову кого-нибудь и всё расскажу. Я действовал в целях самообороны, и я несовершеннолетний. Со мной всё будет в порядке, а вот вы окажетесь в тюрьме.

Он посмотрел на двух дрожащих перед ним людей и продолжил:

- У вас есть другой выбор. Раз Чжэнь Цзясюй мёртв, вы можете помочь мне в этом деле. Давайте вместе найдём босса. Чжэнь Цзясюй обещал вам определённую сумму денег, и я дам вам не меньше.

Выслушав его, они задумались на пару минут, а затем сказали ему:

- Мы делаем это ради денег. Теперь, он мёртв, и это его карма. Мы согласны с твоим планом.

В тот день Толстяк и Три Палки вынесли тело Чжэнь Цзясюя. Они притворились, что молодой человек, потерявший старшего брата в результате несчастного случая, плачет так сильно, что не может отдышаться.

Владелец шахты, увидев труп, заподозрил неладное, но покойный был красноречивым и влиятельным старшим братом в этой группе, что явно отличало его от обычных мошенников. Владелец шахты опасался, что полиция начнёт расследование деятельности шахты, поэтому он решил уладить дело миром, заплатив деньги.

Они быстро похоронили тело Чжэнь Цзясюя.

Стоя перед могилой Чжэнь Цзясюя, он сказал:

- Ты заставил меня сделать это. С этого момента я буду жить вместо тебя.

Они собрали вещи Чжэнь Цзясюя и покинули шахту. Среди его вещей он нашёл удостоверение личности. В то время удостоверения личности были ещё старого чёрно-белого образца, тонкие, без отпечатков пальцев и личной информации, а на фотографии они были похожи. Семья Чжэнь Цзясюя жила далеко, и у него не было близких родственников.

Он сунул удостоверение личности в карман. Ему нужно было это удостоверение.

В тот день родился дьявол по имени Чжэнь Цзясюй.

С тех пор Толстяк и Три Палки следовали за ним. Они высматривали людей возле автобусной станции, обчистили несколько шахт поблизости и заработали немало денег.

Позже ему стало недостаточно просто обманывать людей. Он купил несколько фургонов, якобы для перевозки товаров, но на самом деле для помощи в торговле женщинами и ведении бизнеса, связанного с торговлей людьми. Он видел, как на острове охранника убила Хо Лэй. Когда он решил убить её, он вспомнил себя в прошлом и пощадил.

Опасаясь разоблачения, он выдал себя за филантропа и основал фонд «Любовь в Биньчэне».

В годы работы на шахте он познакомился с несколькими бригадирами и узнал, что в горе Лумин есть золото, поэтому он заставил людей добывать золото. Он был смелым и умным и всегда был готов воспользоваться любой возможностью заработать. Он умел переобуваться, и льстил влиятельным людям, и никто не замечал его незаконной деятельности.

Благодаря деньгам он удачно женился на девушке из богатой семьи, но узнал, что эти люди называют его нуворишем и по-прежнему смотрят на него свысока. Он снова вспомнил своё детство.

Чжэнь Цзясюй понял, что одних денег недостаточно. Человеческие желания постоянно растут. Он хотел добиться статуса, чтобы эти богачи слушали его, чтобы он мог построить собственную империю. Поэтому он в одиночку создал Торговую ассоциацию Хэту.

Он поддержал бандита Му Ювэя, и помог ему создать клининговую компанию. Из бедного мальчика, каким был Дун Лянцай, он превратился в бизнес-магната. Из-за чувства вины он постоянно притворялся филантропом. Он посадил деревья на горе Лумин, опасаясь, что кто-нибудь узнает о его прошлом.

Когда он узнал, что Линь Сянлань расследует события, произошедшие на горе Лумин, он решил нанести удар первым. Не имея соперников, Торговая ассоциация Хэту начала стремительно расширяться.

Будучи закулисным президентом, он распоряжался огромными суммами денег и постепенно набирал силу, манипулируя событиями по своему усмотрению и вызывая волнения в городе одним лишь ударом ноги. Власть и деньги сводили его с ума. Лишь глубокой ночью он вспоминал себя прежнего, Дун Лянцая.

Он совершил слишком много злодеяний. Он часто просыпался от кошмаров. Когда уборщики начали наводить порядок в информационной базе городского бюро, он попросил их удалить запись о Дун Лянцае. Так никто и никогда не узнает, кем он был на самом деле. Некогда добрый и простой деревенский юноша Дун Лянцай просто исчез.

Сначала он испытывал радость, но потом его охватил страх.

Возможно, из-за того, что он совершил слишком много плохих поступков, его жена и сын один за другим погибли в результате несчастных случаев. Он жил в этом мире как одинокая звезда. Он был очень богат, но не чувствовал себя счастливым. Его съедали сомнения, и он не мог сказать, был ли он дьяволом от рождения или стал таким позже. Он слишком долго носил маску и иногда не узнавал себя. Ему казалось, что тот, кто погиб в шахте, на самом деле был Дун Лянцаем, а он всегда был Чжэнь Цзясюем. Ему казалось, что в него вселился покойный Чжэнь Цзясюй.

Однажды ему стало страшно, он не хотел, чтобы его истинное «я» исчезло. Каждый день он повторял перед зеркалом имя Дун Лянцай и поменял все свои пароли на дату своего рождения.

Так он прожил несколько десятилетий…

Теперь, стоя на крыше, Чжэнь Цзясюй задумался. Будет лучше, если он уедет из страны. За границей ему не понадобится имя Чжэнь Цзясюй, он сможет забыть обо всём этом и начать новую жизнь под именем Дун Лянцай.

Вертолет, наконец, приземлился перед ним, и он шагнул вперёд. В этот момент у него зазвонил телефон. Чжэнь Цзясюй нахмурился и подумал, стоит ли отвечать на звонок.

Этот номер знали лишь несколько человек, и он беспокоился, не возникли ли какие-то проблемы за границей и ответил на звонок.

Из телефона донёсся серьёзный и холодный голос Гу Яньчэна, сопровождаемый шумом ветра:

- Чжэнь Цзясюй, выдан ордер на ваш арест. Как ключевой подозреваемый во множестве связанных между собой дел, если вы сделаете ещё хоть шаг, это будет расценено как сопротивление аресту и побег. Это последнее предупреждение.

Вертолёт был прямо перед ним, и глаза Чжэнь Цзясюя мгновенно покраснели.

- Я приказываю тебе поднять руки и оставаться на месте.

Чжэнь Цзясюй не собирался этого делать. Он повесил трубку и сделал шаг вперёд…

Не успела нога коснуться земли, как раздался громкий выстрел, и пуля попала в землю в полуметре от него.

Падение молота

Глава 145. Падение молота

Поздно ночью, на крыше отеля Penang Century.

Гу Яньчэнь закончил разговор по телефону и видел каждое движение Чжэнь Цзясюя на верхнем этаже ТЦ «Биньчэнь» через снайперский прицел. Когда Чжэнь Цзясюй сделал шаг вперёд, Гу Яньчэнь нажал на курок, и сделал предупреждающий выстрел.

Он намеренно целился так, чтобы пуля попала перед Чжэнь Цзясюем в качестве предупреждения.

Чжэнь Цзясюй остановился, посмотрел на зависший неподалёку вертолёт, а затем на Гу Яньчэна на соседней крыше. Он стиснул зубы. Ему казалось, что он попал в сеть, и ему стало трудно дышать, а сердце бешено колотится.

Неужели он собирался сдаться?

Нет, он не хотел сдаваться. Он зашёл так далеко, и вертолёт, который мог бы помочь ему сбежать, был прямо перед ним.

Глаза Чжэнь Цзясюя сверкнули решимостью, и он побежал в сторону вертолёта. Он рискнул, поставив на то, что Гу Яньчэнь не пристрелит его на месте, и ему чудом удастся сбежать целым и невредимым.

Предупреждение не возымело эффекта.

Гу Яньчэнь снова прицелился.

Чжэнь Цзясюй среагировал быстро, но раздался выстрел. Пуля попала ему точно в левую ногу.

Брызнула кровь, Чжэнь Цзясюй споткнулся и упал на крышу.

Когда Гу Яньчэнь решил, что он сдался, Чжэнь Цзясюй снова поднялся на ноги, превозмогая боль,  волоча за собой раненую ногу. Он был всего в десяти метрах от вертолёта, до которого несколько секунд ходу.

Остаться здесь означало смерть, а добраться до вертолёта — жизнь!

Гу Яньчэнь нахмурился, этот старик действительно был упрям, но не в том месте.

Он снова прицелился.

При стрельбе на сто метров снайперская винтовка Гу Яньчэна давала погрешность не более сантиметра. На таком расстоянии и под таким углом это была идеальная позиция для снайперской стрельбы, освещённая огнями верхнего этажа здания «Биньчэнь».

На этот раз пуля, выпущенная из темноты, попала Чжэнь Цзясюю в правую ногу, и он упал, заливаясь кровью.

Чжэнь Цзясюй упал вперёд, крича от боли. Обе ноги были прострелены, и Чжэнь Цзясюй рухнул на землю, но не собирался сдаваться. Волоча тело, помогая руками, он пополз вперёд, оставляя на земле два кровавых следа.

Он отчаянно махал пилоту:

- Помогите мне… помогите!

Пилот был иностранцем, он управлял вертолётом, чтобы заработать денег, и никак не ожидал стать свидетелем ареста. Естественно, он не осмелился противостоять снайперу и сделал вид, что ничего не видит.

Сердце Чжэнь Цзясюя сжалось.

Тогда Гу Яньчэнь увидел, как на крышу поднимается группа людей.

Шэнь Цзюньци в сопровождении нескольких детективов прибыл на место после ввода пароля.

Гу Яньчэнь наконец расслабился, убрал винтовку и повернулся, чтобы спуститься с крыши и встретить их. Сегодняшняя операция по задержанию прошла успешно, всё было под контролем.

Чжэнь Цзясюй потерял много крови, но продолжал упорно ползти вперёд. Стрельба, прекратилась, и он увидел проблеск надежды. Его ноги пульсировали от сильной боли, мешая ему двигаться.

Если бы только кто-нибудь протянул ему руку помощи.

Вдруг перед Чжэнь Цзясюем появилась пара ног. Он подумал, что это кто-то из пилотов вертолёта, и протянул руку, чтобы схватить этого человека.

- Спаси меня, пожалуйста, умоляю тебя. Помоги добраться до вертолёта, я готов заплатить любую сумму, отдать тебе свой дом, машину, деньги, даже это здание — всё, что у меня есть.

Чжэнь Цзясю был в отчаянии, он стоял на коленях и непрерывно кланялся человеку перед ним.

Сверху раздался холодный голос:

- Чжэнь Цзясюй, тебе не сбежать.

Эти слова прозвучали как тяжёлый удар, разрушив его иллюзии.

Чжэнь Цзясюй замер, с трудом приподнялся и посмотрел вверх.

В свете, падавшем с крыши, Чжэнь Цзясюй увидел стоящего перед ним красивого молодого человека. Он узнал его, это был судмедэксперт из отдела по расследованию особо тяжких преступлений.

Шэнь Цзюньци наконец-то стоял здесь, лицом к лицу с врагом, который убил его отца и пытался убить его самого.

Чжэнь Цзясюй, с израненными ногами, весь в крови, ползающий по земле и отчаянно умолявший о пощаде, был в отчаянном положении.

Но это был не конец, ему ещё предстояло предстать перед судом.

Шэнь Цзюньци был доволен.

Шэнь Цзюньци был не один, к нему подошли детективы, направив оружие на лежащего на земле Чжэнь Цзясюя.

Лу Ин шагнул вперёд, обыскал Чжэнь Цзясюя и надел на него наручники:

- Чжэнь Цзясюй, вы арестованы.

Лу Ин вызывал скорую помощь и транспорт для перевозки арестованного.

Глядя на Шэнь Цзюньци, стоявшего в центре группы, Чжэнь Цзясюй вдруг вспомнил, что сказал Му Ювэй, когда они разговаривали:

- С тех пор как этот судмедэксперт по фамилии Шэнь пришел из провинциального бюро, и создали специальный отдел по расследованию преступлений, одно за другим стали происходить…

Тогда он особо не задумывался, просто считал, что это совпадение. Он даже думал, что Му Ювэй слишком нагнетает. Но потом он постепенно начал понимать, что многие действия и планы полиции были направлены против торговой ассоциации Хэту.

Помимо Гу Яньчэна, который был на передовой, казалось, что за кулисами был кто-то другой.

Теперь этот молодой человек стоял перед ним и холодно смотрел на него сверху вниз. И Чжэнь Цзясюй вдруг всё понял.

Он стиснул зубы и сказал Шэнь Цзюньци:

- Это ты! Всё из-за тебя…

Перед ним стоял противник, которого он так и не смог победить. Если бы полгода назад кто-то сказал ему, что судмедэксперт и его небольшая команда смогут уничтожить всю Торговую ассоциацию Хэту, Чжэнь Цзясюй счёл бы это абсурдом, тщетной попыткой, фантазией. В конце концов, даже бывший глава городского бюро не смог этого сделать.

Но теперь здание рухнуло, он потерпел сокрушительное поражение, и его смерть была неизбежна.

Чжэнь Цзясюй не мог поверить, что этот человек — обычный судмедэксперт.

Он дрожащим голосом спросил:

- Кто ты?! Что ты такое?! Почему ты можешь… Это ты возглавлял здесь надзор?

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты помнишь, как убил человека по имени Линь Ло?

Линь Ло? Чжэнь Цзясюй замер.

Кажется, он где-то слышал об этом человеке, но не мог вспомнить, где именно. Он убил слишком много людей.

Неужели этот человек мстит за Линь Ло?

- Неважно, кто я такой, — Шэнь Цзюньци посмотрел на несчастного Чжэнь Цзясюя, — но я скажу тебе вот что: — Кровный долг должен быть оплачен кровью, зло будет наказано. Твоя сегодняшняя участь вполне заслуженна.

В это время Гу Яньчэнь спустился с соседнего здания и поднялся к ним. Он встал рядом с Шэнь Цзюньци.

Приехала скорая, детективы подняли Чжэнь Цзясюя и унесли его вниз на носилках.

Дин Юэран тоже был отправлен в больницу для оказания неотложной помощи.

Катафалк увёз тело Му Ювэя.

В полночь этот безумный день подошёл к концу.

После четырёх месяцев интенсивного досудебного расследования дело Чжэнь Цзясюя было передано в суд, как раз перед Новым годом.

Во второй половине дня Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци прибыли в зал суда.

Зал суда был торжественным и величественным, высоко над головой висел государственный герб, священный и неприкосновенный.

Сегодня Шэнь Цзюньци присутствовал в качестве свидетеля-эксперта. Он был одет в форму судебного эксперта, очки в золотой оправе и выглядел торжественно.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Ты нервничаешь?

Шэнь Цзюньци покачал головой:

- Не особо.

Он не нервничал, а был скорее взволнован.

Доказательства уже давно были переданы прокурору, и он с нетерпением ждал реакции Чжэнь Цзясюя, когда лично услышит эти неопровержимые доказательства.

Наконец-то они увидели Чжэнь Цзясюя, которого не видели много дней.

После начала судебного заседания Чжэнь Цзясюй в тюремной робе и кандалах на руках и ногах, прихрамывая, вошёл в зал суда в сопровождении судебных приставов. Казалось, он постарел на несколько лет, похудел, а его волосы полностью поседели.

Даже в этот момент он упрямо сопротивлялся.

Адвокат Чжэнь Цзясюя был известным в стране защитником по уголовным делам. Столкнувшись с доказательствами и обвинениями, представленными прокурором, он, как всегда, красноречиво выступил в его защиту.

- Это все совершил Хань Цинъи, а не мой клиент. Мой клиент ничего не знал об этих делах. Качество видео возле шахты было плохим, и некоторые слова не разобрать. Это может служить лишь доказательством того, что мой клиент присутствовал на месте преступления в тот момент, но не того, что он был организатором всего этого. Обвинения против моего клиента требуют веских улик и полной цепочки доказательств. Нет достаточных доказательств того, что мой клиент убил Юй Чанъэня и его жену.

Услышав эти слова, Гу Яньчэнь  нахмурился. Преступления Чжэнь Цзясюя совершались на протяжении нескольких лет, в них было замешано много людей, а большая часть улик была уничтожена уборщиками, и свидетелей заставили замолчать.

Хотя полиция приложила усилия для поиска улик, их было недостаточно, чтобы показать полную картину.

Доказательства представлялись одно за другим, и многие из них были опровергнуты или поставлены под сомнение адвокатом защиты.

Затем Хо Лэй выступила в качестве свидетеля против Чжэнь Цзясюя.

Она представила новые доказательства:

- Однажды я записала разговор между Чжэнь Цзясюем и Му Ювэем, в котором они планировали отравить Линь Сянланя, бывшего директора городского бюро Биньчэна. Они отравили Линь Сянланя, а затем подкупили судмедэкспертов, чтобы те представили его смерть как естественную.

Хо Лэй была осторожна и записала разговор, чтобы обезопасить себя. Теперь она воспроизвела аудиозапись в суде.

«- Даже если он директор городского бюро, если он встанет у нас на пути, ему не поздоровится».

«- Что касается яда, то лучше всего использовать тот, который трудно обнаружить при вскрытии».

«- Тебе следует поторопиться и всё подготовить».

На записи Чжэнь Цзясюй спокойно обсуждал жестокое преступление.

Услышав этот шокирующий разговор, люди в зале суда не могли сдержать шёпот.

- Как такое возможно? Если это правда, то это слишком дерзко, не так ли?

- Я всегда думал, что директор городского бюро умер внезапно, но оказалось, что директор Линь умер не от естественных причин.

Судья ударил молотком по столу, призывая к тишине.

- Есть ли у обвинения доказательства того, что Линь Сянлань был отравлен?

- У нас есть вещественные доказательства, подтверждающие это, — прокурор встал и сказал:

— Для этого судебного разбирательства мы пригласили Шэнь Цзюньци, судмедэксперта из городского бюро Биньчэна, в качестве свидетеля-эксперта. Пожалуйста, предоставьте правдивые показания суду, внимательно прочтите заявление под присягой и подпишите его.

После подписания Шэнь Цзюньци встал на место свидетеля.

Он завершил процедуру и представил последнее доказательство:

- Это образец ткани печени, взятый из тела Линь Сянланя и сохранённый в безводном спирте…

При виде этих улик лицо адвоката изменилось.

Линь Сянлань был мёртв уже много лет. Как такое могло сохраниться?

Сидя на скамье подсудимых, Чжэнь Цзясюй разволновался:

- Нет! Не может быть, чтобы остались улики. Это поддельные улики!

Он вспомнил, что Линь Ло был сыном Линь Сянланя. Из-за образца печени, отправленного на экспертизу, он вместе с Му Ювэем устроил ловушку, и убили Линь Ло.

Тогда они обыскали дом семьи Линь, школу, в которой учился Линь Ло, и проверили все места, где бывал Линь Ло, но не смогли найти оставшуюся ткань печени. Он не мог поверить, что Линь Ло мог прятать её где-то с тех пор.

Судья постучал молотком, призывая его к тишине.

Некоторые внимательные люди заметили, что Чжэнь Цзясюй чувствовал себя виноватым, он косвенно признал свою вину.

Стоя с прямой спиной, Шэнь Цзюньци спокойно продолжил:

- Тогда Линь Ло положил эти образцы ткани печени и эталонный раствор в запечатанный контейнер для образцов, и спрятал в урне с прахом Линь Сянланя.

Услышав слова Шэнь Цзюньци, Чжэнь Цзясюй побледнел. Они действительно не подумали обыскать урну Линь Сянланя.

Шэнь Цзюньци поднял бровь, глядя на своего противника и наслаждался побежденным выражением его лица.

Это был секрет, который Линь Ло хранил даже под угрозами Му Ювэя, когда получил тяжёлое ранение.

Тогда, выйдя из крематория, он взял только те материалы, которые нужно было изучить, а остальное бережно спрятал в прахе.

Урна была захоронена в тайнике под надгробием Линь Сянланя.

Самое скрытое и безопасное место часто находится у всех на виду.

Недавно Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь снова посетили могилу Линь Сянланя и извлекли оттуда образцы.

Несмотря на то, что прошло много лет, ткани хорошо сохранились. Они отправили их на повторное исследование в специализированное учреждение.

Эти важнейшие доказательства были спрятаны на долгие годы и наконец-то были использованы сегодня, став острыми стрелами, выпущенными во врага и подтверждающими убийство Линь Сянланя.

- Этот отчёт о ДНК подтверждает, что ткань печени действительно принадлежит Линь Сянланю. Это результат теста, который подтверждает, что Линь Сянлань умер от отравления аконитом. В сочетании с уликами и показаниями свидетеля Хо Лэй это доказывает, что подсудимый Чжэнь Цзясюй был организатором убийства Линь Сянланя.

Шэнь Цзюньци проанализировал результаты экспертизы и вскрытия, ответил на различные вопросы адвокатов, прокуроров и судей, объяснил истинную причину смерти Линь Сянланя с профессиональной точки зрения и объяснил процесс убийства.

Выслушав его, судья несколько раз кивнул.

Эти улики были подобны железным гвоздям, прибившими Чжэнь Цзясюя к позорному столбу.

Цепочка доказательств, включая улики и показания свидетелей, является полной, а доказательства неоспоримы и не могут быть опровергнуты.

Глядя на Шэнь Цзюньци, дающего показания, Чжэнь Цзясюй тяжело вздохнул, закрыл глаза и понял, что его судьба предрешена и у него, больше никогда не будет шанса переломить ход событий.

Теперь и адвокат Чжэнь Цзясюя утратил былую уверенность и начал терять позиции.

Пришло время для последнего признания.

Судья расспрашивал Чжэнь Цзясюя о каждом совершённом им преступлении, и Чжэнь Цзясюй полностью отказался от любых возражений:

- Обвиняемый Чжэнь Цзясюй, признаёте ли вы, что подстрекали Му Ювэя к убийству Линь Сянланя и его сына Линь Ло?

Чжэнь Цзясюй ненадолго замолчал, его взгляд потускнел:

- Я признаю.

- Вы признаёте, что угрозами заставили Дин Юэрана, спланировать ситуацию, которая привела к смерти людей, включая Лань Баочана?

- Я признаю.

- Признаёте ли вы, что управляли нелегальной добычей в шахте и приказали взорвать её после обрушения 22 июля, в результате чего погибло множество шахтёров? А также в убийстве журналиста Юй Чанъэня и его жены?

- Я признаю.

- Вы признаёте свою причастность к похищению женщин тридцать лет назад…

- Я признаю.

- Вы признаёте, что вступили в сговор с целью убийства человека в шахте более сорока лет назад…

…

…

Небесный путь цикличен, добро и зло будут вознаграждены. Все преступления, совершённые Чжэнь Цзясюем, были раскрыты.

Судебное разбирательство наконец завершилось. После короткого перерыва судья, наконец, огласил приговор.

Чжэнь Цзясюй стоял, склонив голову, на скамье подсудимых и пошатывался, словно в любой момент мог потерять сознание.

- Народный суд после судебного разбирательства и расследования признал подсудимого Чжэнь Цзясюя виновным по нескольким пунктам обвинения. Народный суд промежуточной инстанции Биньчэна в первой инстанции признал подсудимого Чжэнь Цзясюя виновным в умышленном убийстве, умышленном причинении вреда здоровью, незаконной добыче полезных ископаемых, найме киллера, незаконной предпринимательской деятельности… Преступления подсудимого Чжэнь Цзясюя являются тяжкими и влекут за собой серьёзные последствия. Он приговорён к смертной казни в соответствии с законом, пожизненно лишён политических прав, а всё его личное имущество будет конфисковано.

Правда в каждом деле была раскрыта, и родственники жертв в зале суда плакали, наконец-то увидев торжество закона.

Это был последний судебный процесс и приговор в этой серии дел. До этого Шэнь Цяньчэн, Гао Шисюань, Цзян Сун, Хэ Вэньлинь, Фэн Пинъюй и другие уже были осуждены.

Исключение составили те, кто внес достойный вклад в расследование, таких как Хо Лэй, Дин Юэран и Янь Чи, которые получили мягкие приговоры, остальные были сурово наказаны.

По мере оглашения приговора выражение лица Шэнь Цзюньци постепенно смягчалось.

Наконец-то он отомстил собственными руками.

Гу Яньчэнь расслабил нахмуренные брови, а Юй Шэнь сжал кулаки, в его глазах стояли слёзы, секретарь Цуй, сидевший в зале, с облегчением улыбнулся.

За пределами зала суда, в командном пункте городского бюро, те, кто следил за этим делом в прямом эфире на большом экране, стали свидетелями этой захватывающей сцены. Директор Дин подал знак к аплодисментам, и они зазвучали в унисон. Все были вне себя от волнения, на глазах у них выступили слёзы радости.

Удар молотка огласил приговор, и пыль осела.

Такой вердикт ознаменовал окончательную победу справедливости.

Если бы те, кто покоится в земле, знали об этом, они тоже обрели бы покой.

Тёмная туча, годами висевшая над Биньчэном, наконец, рассеялась.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вышли из здания суда. Несмотря на холодную погоду, вокруг царила атмосфера приближающегося праздника. Ярко светило солнце, и день был спокойным. По улицам ходили люди, родители с детьми, пары, держащиеся за руки, многие с улыбками на лицах.

Гу Яньчэнь сказал:

- Всё кончено.

Шэнь Цзюньци, почувствовал облегчение и кивнул:

- Да, всё кончено.

Он повернулся к нему:

- Гу Яньчэнь, спасибо тебе.

Это человек, был звездой его жизни.

Справедливость снова одержала верх над злом.

Они прошли через тяжёлую битву и дождались окончательной победы. Словно пройдя вместе долгую зиму, они вот-вот встретят новую весну.

Гу Яньчэнь взял Шэнь Цзюньци за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

- Отныне я хочу быть рядом с тобой до конца своих дней.

Наконец-то они смогут насладиться самой прекрасной, искренней и открытой любовью.

Чжэнь Цзясюй решил не подавать апелляцию.

После рассмотрения дела Верховным судом смертный приговор был приведён в исполнение в соответствии с законом.

С этого дня торговая ассоциация Хэту прекратила своё существование в Биньчэне и ушла в историю.

Эпилог

Глава 146. Эпилог

Сразу после суда над Чжэнь Цзясюем наступил праздник Весны.

Утром тридцатого дня лунного месяца Хо Лэй вышла из юго-западного центра заключения Биньчэна, неся рюкзак одетая в простую одежду.

Из-за того, что она была признана потерпевшей, а также из-за отсутствия улик, подтверждающих её причастность к преступлениям, а также из-за того, что она добровольно сдалась полиции и сообщила о преступлении, её приговорили к условному сроку, и Новый год она может провести на свободе.

После выхода из центра содержания под стражей Хо Лэй была в хорошем настроении. Она шла быстрым шагом и радовалась тому, что её решение вовремя сдаться было мудрым. Волнение и безумие, охватившие её разум, казалось, исчезли, уступив место спокойствию.

Хо Лэй думала, что давно вышла из этой тени, но на самом деле эта тень была с ней всегда. До сих пор она смывала с себя скверну, и хотя за это пришлось заплатить, теперь она могла жить как обычный человек, ни о чём не беспокоясь.

Недалеко от входа была припаркована машина, она подошла к ней и села. За рулём была Лу Синь, а сзади сидела Я Чжэн. Этих двух девушек в первые годы она поместили рядом с Чэн Цяньчэном и Му Ювэем. Теперь, когда они были арестованы, девушки, наконец, обрели свободу.

Хо Лэй поприветствовала их, и спросила:

- Все в порядке?

Лу Синь ответила:

- Все хорошо. Мы уже приготовили новогодний ужин, и просто ждали тебя.

Эти девушки, включая Хо Лэй, меньше всего пострадали от недавних событий. Их допрашивала полиция, они давали показания в качестве свидетелей и не получили серьёзных наказаний.

Почувствовав облегчение, Хо Лэй сказала:

- Я сначала пойду домой и приму горячую ванну.

Лу Синь снова спросила:

- Вы ведь не пострадали от какой-либо несправедливости, не так ли?

Хо Лэй потёрла виски пальцами.

- Нет, там было нормально. Жизнь шла своим чередом. Просто я часто думала о том, что буду делать в будущем.

Чжэнь Цзясюй потерпел неудачу, но в её руках всё же осталось немало ресурсов и активов. Она унаследовала остатки торговой ассоциации Хэту. Если правильно использовать эти связи и активы, можно многого добиться. Однако они больше не могли заниматься незаконной деятельностью, им нужно приспособиться к новым правилам.

Поболтав немного в машине, Хо Лэй достала из рюкзака помаду. В последнее время она отвыкла ходить без макияжа. Вынув маленькое зеркальце, Хо Лэй накрасила губы ярко-красной помадой, и её образ полностью изменился. Затем она достала серьги и надела их, решив, что после того, как она вернётся домой и примет душ, она пойдёт делать маникюр.

Я Чжэн протянула ей пакет с документами.

- Хо Цзе, это то, что ты просила меня принести...

Хо Лэй взяла его, открыла запечатанный пакет и внимательно изучила содержимое. Там было несколько сертификатов сравнения ДНК. Пока Чжэнь Цзясюй был жив, она не осмеливалась выяснять, где находится её сын. Теперь, когда эти люди либо в тюрьме, либо погибли, она больше не боялась. Что касается местонахождения её сына, Хо Лэй давно поручила Я Чжэн нанять детективное агентство для расследования, а затем провести анализ ДНК.

Взглянув в документы, Хо Лэй не смогла сдержать тихого смешка. Результат оказался именно таким, как она и ожидала.

Я Чжэн с любопытством спросила:

- Хо Цзе, ты нашла своего сына?

Лицо Хо Лэй озарилось.

- Конечно.

Лу Синь спросила:

- Кто это?

Хо Лэй улыбнулась:

- Это секрет. Мой сын очень хороший. Если я вам расскажу об этом, не дам ли я вам, хитрым лисам, преимущество?

Она положила стопку результатов анализов обратно в запечатанный пакет и аккуратно убрала его.

Лу Синь спросила:

- Тогда… ты не собираешься признать его?

Хо Лэй приоткрыла окно, чтобы ветер мог свободно трепать её волосы. Она прищурилась, глядя на голубое небо, белые облака и людей, которые ходили по улице.

Она улыбнулась:

- Не нужно. Пока я знаю, что у него всё хорошо, я довольна.

Канун Нового года в Первой тюрьме города охранник открыл дверь одиночной камеры:

- Дин Юэран, к тебе посетитель.

Дин Юэран, одетый в тюремную форму, вышел из камеры, вошел в комнату для свиданий, и сел за стол.

Его посетителем был Ли Чжуннань.

Ли Чжуннань посмотрел на коротко стриженного Дина Юэрана. Он уже оправился от серьёзных травм, но теперь казался ещё более худым, и тюремная форма висела на нём мешком.

Дин Юэран улыбнулся:

- Капитан Ли, я знал, что вы вспомните обо мне.

Дин Юэран выглядел молодо, но это было лишь на первый взгляд. В его глазах давно не было юношеской невинности. Даже когда он улыбался, в его улыбке всегда сквозило одиночество, и людям казалось, что он подавлен.

Ли Чжуннань сказал:

- Я подумал о тебе, потому что сегодня канун Нового года. Поскольку я не могу принести сюда еду, я принёс тебе пятьсот юаней в качестве карманных денег. Ты можешь потратить их на что-нибудь потом. Кроме того, я поговорил со старым другом, и он приготовит для тебя сегодня вечером две порции пельменей.

Дин Юэран снова улыбнулся:

- Спасибо, капитан Ли. Я знал, что вы хорошо ко мне относитесь.

Ли Чжуннань спросил его, привык ли он к тюремному заключению.

Дин Юэран пошутил:

- Капитан Ли, я провёл несколько лет в исправительном учреждении для несовершеннолетних. Здесь я как дома. Не волнуйтесь за меня.

Ли Чжуннань сказал:

- Не говори глупостей. Кто вообще будет считать тюремную камеру домом?

Малыш Дин спросил:

- А у меня есть другой дом?

Сказав это, он привычно потянулся к своим волосам, и замер. Дин Юэран потрогал свою короткую стрижку и надул губы, чувствуя себя немного обиженным:

- Мои длинные блестящие чёрные волосы…

На самом деле Ли Чжуннань не считал, что Дин Юэран плохо выглядит с короткой стрижкой. Она сделала его образ более строгим и добавила ему привлекательности.

Он утешил его:

- Все будет в будущем. Ты ещё так молод.

Дин Юэран спросил:

- Ты говоришь о волосах или о доме?

Ли Чжуннань ответил:

- И о том, и о другом, все вернётся.

Глаза Дина Юэрана слегка покраснели, и он горько улыбнулся:

- Капитан Ли, когда вы так говорите, я вам верю.

Ли Чжуннань не стал вдаваться в подробности. Благодаря его заслугам, а также тому, что Му Ювэй оказывал на него давление, срок заключения Дин Юэран был не слишком большим. Находясь в заключении, он сотрудничал с полицией и помог им раскрыть несколько подозрительных дел, что может помочь ему добиться смягчения приговора.

Ли Чжуннань откашлялся и сменил тему:

- Я хочу сказать тебе ещё кое-что. Во-первых, я,  вернусь в городское бюро.

На этот раз к нему обратился директор Дин. Городское бюро переживало реструктуризацию, и ему нужны были честные и опытные сотрудники. Директор Дин спросил, готов ли он вернуться на работу в городское бюро, и Ли Чжуннань согласился.

Дин Юэран сказал:

- Это здорово! Я всегда считал, что вы идеально подходите на роль полицейского, капитан Ли.

- Кроме того, — продолжил Ли Чжуннань, — надзорная группа и городское бюро считают, что ты хорошо разбираешься в современном преступном мире и можешь предоставить много полезной информации. Поэтому они рассматривают возможность сделать тебя полицейским консультантом, но это станет возможным только после того, как ты отбудешь свой срок. Ты согласен?

Руководство давно это заметило. Независимо от того, был ли Дин Юэран причастен к этим делам, он мог быстро выявить подозрительные моменты. Его криминальное мышление полностью отличалось от мышления полицейского, и они могли дополнять друг друга. При правильном использовании его талантов это могло помочь полиции быстрее раскрывать дела.

- Конечно, я согласен!

Малыш Дин улыбнулся Ли Чжуннаню:

- Капитан Ли, могу ли я работать с вами в будущем?

Ли Чжуннань серьёзно напомнил ему:

- Это зависит от того, насколько хорошо ты исправишься. Давай поговорим о совместной работе после того, как ты отсидишь свой срок.

Он пришёл сегодня к нему и сообщил ему эту новость, чтобы дать ему надежду, ведь впереди ещё много дней.

Вечер в канун Нового года.

В городском бюро по-прежнему кипела работа. Сегодня команда надзорных органов готовится покинуть Биньчэнь. За последние несколько месяцев, пока команда надзорных органов находилась здесь, они оперативно решили много важных вопросов, и провели тщательную проверку Биньчэна сверху донизу.

Успешное завершение надзорной миссии было бы невозможно без всестороннего сотрудничества с городским бюро. Чтобы отметить выдающихся сотрудников полиции, которые отлично проявили себя во время операции, надзорная группа специально обратилась к властям провинции с просьбой о премировании. Секретарь Цуй и заместитель директора Лю по очереди вызвали сотрудников в кабинет, подбодрили их парой слов и вручили им крупные премии.

Все вышли из кабинета с улыбками на лицах, особенно сотрудники отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями. Их красные конверты были заметно толще, чем у сотрудников других отделов.

Лу Ин сказал:

- Я впервые получаю такую большую премию.

Ци Иань поцеловал свой красный конверт:

- Наконец-то я могу купить билеты на концерт, о которых давно мечтал.

Юй Шэнь пригласил его:

- Я планирую купить Nintendo Switch. Как насчёт того, чтобы потом вместе поиграть?

Пока они планировали, как потратить свои бонусы, вмешалась Бай Мэн, чтобы извлечь выгоду:

- Наступает китайский Новый год! Боитесь, что родственники будут приставать к вам с разговорами о браке? Вам нужна услуга «поддельная девушка»? Цены приемлемые.

Она даже предоставила прайс-лист.

Ци Иань был в шоке:

- Так дорого? Разве ты не говорила, что коллегам полагается скидка?

Бай Мэн пожала плечами:

- Я уже сделала тебе скидку. Цены растут вместе со спросом, сам знаешь. Моё расписание заполнено до третьего дня Нового года по лунному календарю, и мне ещё нужно поработать четвёртого. Если ты не забронируешь сейчас, все мои новогодние каникулы будут заняты.

Лу Ин заметил:

- Раньше ты помогала одному или двум парням? Теперь, помимо своих парней, ты ещё помогаешь другим отделам?

Бай Мэн сказала:

- Ничего не поделаешь, спрос высок. Это бизнес. Подумай об этом. Я предоставляю парные кольца для совместных фотографий, а также составлю компанию на встрече с родственниками во время новогодних визитов. Избегай этих нескольких дней, и твой год будет спокойным и благополучным.

Услышав это заявление, несколько одиноких мужчин начали всхлипывать, сжимая в руках красные конверты.

В итоге они договорились о цене и один за другим сделали заказы.

Получив свои красные конверты, Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци попрощались с руководителями надзорной группы.

Они уже договорились Новогодний вечер провести вместе в доме Гу Яньчэна.

Выйдя из офиса, Гу Яньчэнь с Шэнь Цзюньци заехали домой. Покормив собаку и кошку, они снова поспешили в путь.

Они приехали в дом Гу в четыре часа дня. Шэнь Цзюньци приготовил новогодние подарки для Гу Вэньбиня и Мо Сюэцин, а также красный конверт для Гу Яньсян.

Мо Сюэцин взяла его и сказала:

- Ты принёс так много подарков. Не стесняйся, чувствуй себя как дома.

С этими словами она протянула Шэнь Цзюньци большой красный конверт.

Прикоснувшись к красному конверту, Шэнь Цзюньци обнаружил, что он толще, чем тот, что ему сегодня вручили представители надзорной группы.

Он хотел отказаться, но Гу Яньчэнь тихо прошептал:

- Возьми его, такое бывает раз в сто лет.

Только тогда Шэнь Цзюньци согласился.

Мо Сюэцин улыбнулась и сказала:

- Красные конверты не раздаются просто так. Вам двоим нужно мне помочь. Я недавно купила несколько новых саженцев и хочу привести в порядок сад. Мы с твоим отцом будем готовить, а вы двое поможете мне с садом.

Сад семьи Гу занимал площадь около двухсот квадратных метров и был тщательно ухожен. Некоторые садовые работы требовали физической силы, поэтому для их выполнения привлекались мальчики. Гу Яньчэнь часто помогал Мо Сюэцин в саду, и, когда она что-то просила, он уже точно знал, что нужно делать.

После того как Мо Сюэцин всё объяснила, она вернулась домой, чтобы приготовить новогодний ужин.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци сначала привели в порядок шпалеры во дворе, а затем вместе посадили деревья. Эта зима была относительно тёплой, температура не опускалась слишком низко. После полива и укрытия деревьев полиэтиленовой плёнкой они с легкостью переживут зиму.

Пока Шэнь Цзюньци помогал, он наблюдал за тем, как Гу Яньчэнь умело сажает деревья, и не удержался от вопроса:

- Что это за дерево?

Гу Яньчэнь сделал паузу и сказал:

- Угадай? Это довольно символично.

Шэнь Цзюньци посмотрел на голый маленький саженец и предположил:

- Яблоня?

Он немного разбирался в цветах, но ничего не знал о деревьях.

Гу Яньчэнь не стал его дразнить и улыбнулся:

- Это акация.

Шэнь Цзюньци просто кивнул без всякого выражения на лице, но его уши покраснели.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Это довольно символично. Спустя время, когда ты будешь приезжать, ты вспомнишь о первом Празднике весны, который мы официально провели вместе, и о том, как мы вместе сажали акацию в канун Нового года.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Тогда тебе следует хорошо о ней заботиться.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Конечно, пусть наша любовь продлится сто лет.

Шэнь Цзюньци сменил тему и указал на другое растение неподалёку:

- А это что?

Гу Яньчэнь ответил:

- Омела, символизирующая надежду, мир, счастье и любовь. Легенда гласит, что поцелуй под омелой приносит благословение.

Уши доктора Шэнь покраснели ещё сильнее.

Что это был за сад?

Увидев, что он притворяется равнодушным, но при этом краснеет, Гу Яньчэнь захотел его подразнить.

Он подошёл и поцеловал Шэнь Цзюньци, не торопясь отпускать его.

Шепча ему на ухо, Гу Яньчэнь сказал:

- Сегодня, Новый год, давай попробуем что-нибудь новое, когда вернёмся.

Шэнь Цзюньци ответила:

- Давай сначала посадим деревья. Иначе потом мы не сможем закончить работу.

Гу Яньчэнь прервал своё занятие и снова присел на корточки, чтобы засыпать землю.

- О, кстати, — вспомнил Шэнь Цзюньци и спросил: — Секретарь Цуй искал тебя сегодня?

Гу Яньчэнь ответил:

- Да, искал. Он спросил, не хочу ли я перейти в провинциальное управление.

После этой поездки секретарь Цуй и заместитель директора Лю, остались, очень довольны, работой Гу Яньчэна. Они спросили, не хочет ли он работать в провинции, где у него будет больше возможностей для развития.

Шэнь Цзюньци спросил:

- И что ты ответил?

- Я сказал, что для меня важно быть детективом, и мне нужен подходящий судмедэксперт. Я наконец-то нашёл человека, с которым мне хорошо работается, и я не хочу расставаться с ним. Я буду там, где ты.

Гу Яньчэнь немного полил недавно посаженную акацию и спросил Шэнь Цзюньци:

– А как насчет тебя?

Сегодня Шэнь Цзюньци задали тот же вопрос.

Сначала он работал в провинциальном управлении, и заместитель директора Лю сказал, что он отлично справляется со своей работой и что, если он вернётся в провинциальное управление, то не только получит прежнюю должность, но и повышение.

Но Шэнь Цзюньци выразил желание остаться.

Он опустил голову, чтобы разровнять землю, и сказал:

- Я отказался. Я хочу пока остаться в Биньчэне.

Шэнь Цзюньци остановился, а затем продолжил:

- Я хочу присматривать за этим городом ради Старого Линя.

Биньчэнь только что пережил землетрясение и претерпевал изменения. Этот город нуждался в них как никогда.

Глядя на красивый профиль Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь сказал:

- Хорошо, где бы ты ни был, я всегда буду рядом.

Если Шэнь Цзюньци захочет рассеять тьму, он станет самым метким оружием в его руках.

Когда они закончили свои дела, сестра позвала их:

- Брат, доктор Шэнь, пора ужинать.

Шэнь Цзюньци первым пошёл мыть руки, за ним последовал Гу Яньчэнь.

Гу Яньсян ухмыльнулась:

- Брат, доктор Шэнь, вы что, делали что-то плохое на улице?

Гу Яньчэнь ответил:

- О чём ты говоришь? Учись лучше, малышка.

Гу Яньсян закатила глаза:

- Я видела это в окно на втором этаже. Поцелуй под омелой, как романтично…

Говоря это, она протянула руку.

Гу Яньчэнь понял её и достал приготовленный красный конверт:

- Держи его крепче и хорошо поешь сегодня вечером.

Гу Яньсян взяла красный конверт и сжала его в руке:

- Спасибо, я обещаю никому не рассказывать.

Вечером они все сели за  новогодний стол. В доме было тепло и уютно, воздух наполняли мягкое освещение и ароматы блюд.

Вся семья сидела за столом и поднимала бокалы:

- За благополучный год, крепкое здоровье и за то, чтобы всё прошло гладко.

За окном небо над городом озаряли фейерверки. Это яркое зрелище освещало все небо.

После Нового года, как только все вернулись в городское бюро, они начали подводить итоги прошедшего года.

Поскольку руководящий состав остался прежним, как и до Нового года, всё городское бюро Биньчэна было занято делом, связанным с торговой ассоциацией Хэту, и каждый отдел работал с полной отдачей. После обсуждения между директором Дином и руководящим составом было принято решение проявить снисходительность к сотрудникам. Подведение итогов за год и ежегодная церемония награждения были перенесены на период после Нового года. Кроме того, городское бюро недавно инициировало ряд кадровых перестановок.

Во-первых, капитана Синь Юня перевели на другую должность, а Гу Яньчэна повысили до начальника отдела уголовных расследований городского бюро. Отдел по расследованию особо тяжких преступлений объединили с первоначальным отделом по расследованию тяжких преступлений, и Ли Чжуннань вернулся в полицию и стал начальником отдела по расследованию особо тяжких преступлений.

Даже в бюро судебно-медицинской экспертизы произошли изменения.

Директор Лу приближался к пенсионному возрасту, и нужно было выбрать нового директора отдела судебно-медицинской экспертизы по уголовным делам.

Лю Шужун, претендующий на должность директора, уже навёл справки. Увидев своё имя в списке кандидатов на повышение, он почувствовал себя гораздо спокойнее и увереннее. В ожидании официального объявления Лю Шужун нарядился в костюм, скрывающий его слегка выпирающий пивной живот, и подготовил речь из восьмисот слов.

Перед официальным объявлением директор Лу вызвал Шэнь Цзюньци в свой кабинет.

Десять минут спустя Шэнь Цзюньци вышел со спокойным выражением лица и сообщил Лю Шужуну:

- Доктор Лю, директор Лу зовёт вас.

Наблюдая за выражением лица Шэнь Цзюньци, Лю Шужун подумал про себя:

«Действительно, молодой человек, не особо умеющий притворяться. Судя по его бесстрастному выражению лица, он, вероятно, недоволен. Думаю, Шэнь Цзюньци не получил повышения на этот раз и немного расстроен».

В конце концов, хотя Лю Шужун и уступал Шэнь Цзюньци в работоспособности, у него было больше опыта. В сочетании с докторской степенью это делало его идеальным кандидатом на должность директора.

Войдя в кабинет, директор Лу с улыбкой посмотрел на Лю:

- Доктор Лю, прежде всего, поздравляю вас с повышением и прибавкой к зарплате.

Почувствовав себя увереннее, Лю Шужун постарался сдержать смех.

- Директор Лу, как вы знаете, я всегда придерживался высоких стандартов в повседневной жизни. Я благодарю руководство за доверие.

Директор Лу сказал:

- Я только что закончил разговор с доктором Шэнь. Хотя доктор Шэнь опытен, он ещё молод. Поскольку вас повысили до заместителя директора, вы должны больше помогать ему в работе.

Выпятив грудь, Лю Шужун ответил:

- Естественно, это то, что я должен делать.

Директор Лу продолжил:

- Тогда я могу быть спокоен. Я боялся, что ты будешь чувствовать себя неловко, но, похоже, ты был готов.

- Конечно, я всегда готов…

Лю Шужун наконец почувствовал неладное и нахмурился.

- Директор Лу, подождите… что там насчёт заместителя директора?

Директор Лу похлопал доктора Лю по плечу:

- Именно! Доктор Шэнь теперь директор, он  займет мою должность. Как заместитель директора, вы должны помогать ему, и вместе вы должны вести наш отдел судебно-медицинской экспертизы вперёд!

Лю Шужун был в шоке. Все его попытки втянуть живот не увенчались успехом, и тот снова выпятился.

Немного придя в себя, доктор Лю выдавил из себя улыбку:

- Я обязательно оправдаю ожидания руководства…

Почувствовав себя неловко, он успокоил себя. В конце концов, должность заместителя директора — это тоже повышение. Он пообещал себе, что в будущем откажется от приставки «заместитель».

В мгновение ока наступил пятнадцатый день первого лунного месяца. На этот день была назначена церемония награждения. В этот день все сотрудники полицейского участка были в форме.

Утром, перед тем как отправиться на работу, Гу Яньчэнь надел полицейскую форму. Увидев, что Шэнь Цзюньци уже одет, он поприветствовал его:

- Доброе утро, директор Шэнь.

Шэнь Цзюньци ответил на приветствие:

- Доброе утро, капитан Гу.

Он потянулся, чтобы поправить галстук Гу Яньчэна:

- В форме ты выглядишь потрясающе.

Гу Яньчэнь быстро поправил ремень, и его тонкая талия и длинные ноги подчеркнули привлекательность его формы.

Гу Яньчэнь пошутил:

- Доктор Шэнь, ты и сам неплохо выглядишь.

В рубашке с галстуком и тёмном пиджаке Шэнь Цзюньци выглядел элегантно и привлекательно. Гу Яньчэнь смотрел на него с нежностью. Сегодня их обоих наградят медалями. Они не могли позволить себе опоздать, поэтому быстро позавтракали и поспешили в актовый зал городского бюро.

Зал быстро заполнился людьми.

Сегодняшнюю церемонию награждения проводил директор Дин.

Директор сначала рассказал обо всех достижениях городского бюро Биньчэна за прошедший год и произнёс вступительную речь:

- Как вы все знаете, прошлый год был очень важным. Мы добились значительного прогресса в борьбе с преступностью…

Затем последовали отчёты отделов, объявления об организационных изменениях и награждение выдающихся сотрудников. Каждый отдел выступал по очереди, и наконец, настала очередь отдела судебно-медицинской экспертизы.

Шэнь Цзюньци вышел на сцену, и директор Дин прикрепил блестящую медаль ему на грудь, прямо над сердцем.

Шэнь Цзюньци произнёс короткую речь:

- Мой отец когда-то надеялся, что я стану судмедэкспертом. Сегодня, стоя здесь и получая эту медаль, я верю, что он гордится мной.

Вскоре после этого были вручены медали выдающимся руководителям полиции и лучшим сотрудникам.

Гу Яньчэнь получил награду за выдающиеся лидерские качества в полиции, а также принял вторую награду от имени своей команды.

Он тоже произнёс короткую речь:

- Служба в полиции — это моё призвание на всю жизнь. Мой наставник Линь Сянлань научил меня многим истинам, одна из которых заключается в том, что справедливость передаётся из поколения в поколение. Сегодня, получая эти награды, я клянусь передать их завтра.

Одного за другим награждали медалями, и молодые офицеры стояли в ряд с медалями на груди.

Директор Дин завершил свою речь словами:

- Сегодня давайте почтим память наших павших товарищей и предшественников. Именно их самопожертвование принесло нам то счастье, которым мы наслаждаемся сегодня. Сегодня я хочу поблагодарить всех офицеров, находящихся на передовой. Честь никогда не принадлежит одному человеку. Она принадлежит каждому усердному детективу, сотруднику полиции по охране общественного порядка, полицейскому из наркоконтроля и патрульному... Мы также хотим поблагодарить тех, кто работает за кулисами. Спасибо судмедэкспертам, криминалистам, судебным следователям и даже полицейским собакам, архивариусам и сотрудникам отдела материально-технического обеспечения... Именно их самоотверженность приносит нам победу. В этом году давайте продолжим работать вместе, надеясь на лучшее будущее для нашего города.

С этими словами директор Дин глубоко поклонился.

Зрители разразились бурными аплодисментами.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци переглянулись через толпу.

С кровопролитием и сражениями приходит честь. С наступлением нового года они будут сталкиваться со всё большими трудностями и опасностями в своей работе, наказывая зло и отстаивая справедливость. В жизнь может приходить тьма, но всегда есть надежда, ведь есть тысячи таких же страстных и искренних офицеров, как они.

Подобно звёздам, они рассеивают тьму и несут свет.

Добро продолжает существовать, справедливость остаётся с нами, оберегая каждого обычного человека.

—— Конец текста

Автору есть что сказать:

Основной текст закончен, раскладываем цветы~~

Открываем слепые коробки

Экстра: Крест Ангелов

Глава 147: Открываем слепые коробки

Ночью, в комнате прямой трансляции.

Ведущего прямой трансляции зовут Фэй Лин, это молодой человек лет двадцати. После окончания колледжа он проработал шесть месяцев, ловко избавился от начальника в своей компании и запустил собственный канал с прямыми трансляциями. Эта работа была довольно нестабильной, но, к счастью, не требовала больших усилий.

Атмосфера в студии прямого эфира Фей Лина полностью отличалась от атмосферы в других студиях. Другие ведущие рекламировали товары, пели, ели и играли в игры. В студии этого прямого эфира был чёрный фон, с потолка падал единственный луч света, а в углу стояла модель для препарирования, и звучала жуткая фоновая музыка.

Этот канал всегда делал упор на напряжённые рассуждения и прямые трансляции ужасов, что и стало его отличительной чертой.

Недавно Фей Лин начал играть в «слепую коробку», и эта игра продолжается уже восемь эпизодов подряд, получая хорошие отзывы от зрителей.

Изначально эта игра была популярна на зарубежном видеохостинге и называлась Dark Web Blind Box. Стример утверждал, что заказал слепую коробку в даркнете и вскоре получил её, полную странных вещей, и стал записывать процесс распаковки.

В этих слепых коробках часто находили странные предметы, например записки со странными словами, окровавленные плоскогубцы, куклы и даже гнилую плоть, кости, мёртвых мышей, использованные иглы и странные видеокассеты.

Людям свойственно естественное любопытство к неизведанному, и эта форма удовлетворяла интерес аудитории.

Многие люди ищут тайны и волнения. Они будут сидеть на корточках, и смотреть, как ведущие открывают слепые коробки, а затем угадывать происхождение этих вещей и какие истории за ними стоят.

Количество просмотров такого рода видео в Интернете всегда было высоким и часто достигало миллионов.

Фей Лин начал подражать формату распаковки коробок, который использовал этот человек, и стал вести прямые трансляции распаковки коробок.

Естественно, в Китае у него не было доступа к даркнету, поэтому все коробки, которые он открывал, присылали ему зрители его прямых трансляций.

Фей Лин оставил рядом с собой адрес, по которому зрители с историями могли анонимно отправлять ему посылки экспресс доставкой.

Сначала Фей Лин переживал, что никто не откликнется, но, к его удивлению, позже он получил довольно много посылок. Каждый раз, когда он получал посылку, он в прямом эфире распаковывал её, демонстрировал содержимое по очереди, а затем вместе с аудиторией придумывал страшную, жуткую или захватывающую историю.

Надо сказать, что Фей Лин был отличным рассказчиком, и каждый день множество людей ждали его прямых трансляций. Сегодня в одиннадцать Фей Лин только начал прямую трансляцию, а в комнату для прямых трансляций уже набежало много людей. Фей Лин уже надел защитную одежду, маску, перчатки и был полностью готов к работе перед камерой.

- Сегодня мы получили в общей сложности три коробки, давайте посмотрим их по очереди…

С этими словами Фей Лин открыл первую коробку и достал учебник для начальной школы.

- Это учебник по китайскому языку для шестого класса, изданный четыре года назад. Кажется, он был вымочен в воде и очень старый. Дайте-ка посмотреть, что там написано… кажется, это что-то вроде Цзянь… помечена только половина книги, может быть, остальная часть потерялась? Если владелец этой книги в то время учился в шестом классе, то сейчас он должен учиться в старших классах.

Фей Лин попытался определить, что это такое, а затем положил учебник на экран, чтобы зрители могли его видеть.

Пролистав его, Фей Лин сказал:

- Кажется, на задней обложке есть какие-то непонятные пятна. Не уверен, что это человеческая кровь.

Кто-то в зале для прямых трансляций прокомментировал:

«Думаю, следующим предметом должна быть кукла».

«Ах, сегодняшняя тема скучная, у меня дома ещё куча старой одежды, старых учебников, старых кукол. Можно я тоже отправлю их ведущему?»

Некоторые зрители угадали, и Фей Лин достал из коробки ещё одного потрёпанного плюшевого мишку. Это была не просто кукла, а подставка для ручек. Она была изношена за долгие годы, и Фей Лин некоторое время изучал канцелярские принадлежности внутри. После этого Фей Лин достал белое летнее платье, которое выглядело немного потрёпанным. Затем он достала прядь длинных девичьих волос.

Зрители начали терять терпение. Многим показалось, что сегодняшняя распаковка не была достаточно захватывающей.

«У ведущего нет материала, не надо давить на него, это не так круто, как в прошлый раз, когда были шприцы, наркотики и история об ужасной больнице».

«Сегодняшний выпуск не очень хорош, это просто девчачьи штучки, а потом они скажут, что девочка умерла?»

«Может, её купил извращенец на каком-нибудь рынке морепродуктов».

Фей Лин взглянул на количество зрителей в зале прямой трансляции. Сегодня вечером их число не увеличилось, а даже немного уменьшилось. Начало было довольно заурядным. Он немного забеспокоился и подумал, не стоит ли ему пропустить этот блок и перейти к другому контенту. Но странное любопытство заставило его продолжить.

Фей Лин и раньше получал много коробок, и иногда, ради эффекта трансляции, он специально готовил какой-нибудь реквизит и делал вид, что просто распаковывает его. Однажды он даже положил в непрозрачную коробку золотого медведя. Когда он открыл её, многие зрители были поражены. Но сейчас Фей Лин знал, что эту коробку ему передал кто-то другой, и она точно не была подделана. Он видел слишком много коробок, в которые намеренно клали что-то пугающее, чтобы создать атмосферу. Например, маски, странные цифры, жуткие ногти в крови. По сравнению с ними вещи в этой коробке были слишком обычными, и от этого он чувствовал себя ещё более странно. Он не понимал, зачем отправитель прислал ему эту коробку.

Зрители тоже строили догадки.

«Может, это ошибка при доставке?»

«Должно быть, это отправили родители девочки. Интересно, спрашивали ли они дочь, можно ли отправить её вещи?»

Фэй Лин продолжил доставать вещи.

- Вот несколько фотографий на поляроиде. На них ноги девочки в туфлях, которые мы только что видели.

Зрители становились всё более нетерпеливыми.

«Эй, это слишком скучно, разве никто не присылает что-нибудь жуткое с доставкой?»

«Конечно, это обман. Большая часть этого намеренно отправляется, чтобы предоставить ведущему материал. Ты правда думаешь, что убийца пришлёт что-то ведущему?»

«Ха-ха, доставки в Китае проверяются, по-настоящему незаконные вещи не могут быть отправлены».

«Мы здесь просто развлекаемся, если не хочешь смотреть, уходи! Я здесь только для того, чтобы послушать страшилку на ночь».

- На этих фотографиях указаны даты.

Фей Лин зачитал даты. Внезапно выражение его лица изменилось.

- Там также есть фотография в полный рост.

Пока он говорил, он поместил фотографию девушки перед экраном. Она была очень красивой, но Фей Лин прикрыл часть её лица пальцами, по сути, вручную разбив изображение на пиксели и показав зрителям только позу девушки перед камерой. Фотография была сделана на полароид и со временем немного выцвела. Девушка на фотографии словно спала, её глаза были закрыты, а рот слегка приоткрыт.

«Сейчас здесь царит атмосфера какой-то страшилки».

«Тсс, эта девушка, могла ли она быть...»

Все по-прежнему воспринимали это как обычную историю.

Фей Лин посмотрел на груду вещей перед собой и вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Девушка на фотографии выглядела бледной, не как живой человек, а вещи перед ним казались скорее реликвиями. От этого обыденного, но жутковатого ощущения ему стало не по себе.

Кто-то в зале прямой трансляции вдруг что-то вспомнил и опубликовал серию восклицательных знаков:

«Четыре года назад, шестой класс начальной школы!!! Та девочка на фотографии — Цзянь Юньси!!»

Фей Лин нахмурился, глядя на комментарий.

- Этого не может быть…

Выражение его лица внезапно изменилось, а голос задрожал:

- Тот, кто убил Цзянь Юньси?!

Из-за того, что это произошло относительно недавно, многие ещё помнили тот случай.

Четыре года назад в районе Чанси в Биньчэне девочка из шестого класса по имени Цзянь Юньси, как обычно, пошла в школу. В тот день шёл дождь, и Цзянь Юньси проснулась немного позже обычного. Мать отругала её и, торопясь на работу, не стала провожать дочь до школьных ворот, а оставила её примерно в восьмидесяти метрах от них.

Этот поступок вызвал у матери девочки бесконечное сожаление. Именно это расстояние в восемьдесят метров, без присмотра и в окружении небольшого количества людей, привело к исчезновению девочки. Семья сообщила об этом в полицию, и полиция объявила девочку в розыск. Поскольку в тот момент на девочке было белое платье, и она пела в городском хоре «Маленькие ангелы», СМИ назвали это дело «исчезновением Маленького ангела».

Три дня спустя тело девочки нашли в канаве недалеко от уездного города. На ней не было одежды, а школьный портфель пропал. Девочка лежала на земле, присыпанная землёй. На теле было несколько ножевых ранений, и из-за потери крови оно было бледным. На груди была рана в форме креста…

Когда об этом инциденте упомянули, вся комната для прямых трансляций взорвалась.

«О боже, у меня мурашки по коже».

«Точно, я видел фотографии в объявлении о пропаже человека. Цзянь Юньси действительно была в таком белом платье тогда».

«Это правда или нет?»

«Мог ли кто-то намеренно отправить эти вещи с доставкой? Если это розыгрыш, то он слишком отвратительный».

«Но разве убийцу не поймали по этому делу? Похоже, он умер?»

«Это действительно был убийца? Разве мать этого человека не продолжала настаивать на его невиновности?»

В то время Фей Лин учился в выпускном классе старшей школы и не особо следил за новостями в социальных сетях. Он лишь слышал об убийстве девушки. Он быстро нашёл новости того времени и, взглянув на фотографии, так испугался, что вскочил со стула.

Платье, которое он увидел перед собой, действительно было точно таким же, как то, что было на девушке перед её исчезновением. Лицо девушки на фотографии было таким же, как на объявлении о пропаже. Так что это была самая страшная коробка! Он немного пожалел, что вёл прямую трансляцию с этой коробкой.

Руки Фей Лина дрожали.

- Простите, всем, спасибо, что посмотрели сегодняшнюю трансляцию. Я вызову полицию, чтобы они расследовали произошедшее сегодня.

Он закончил трансляцию, и огляделся. На коробке не было номера доставки, а снаружи был прикреплён листок бумаги с его номером телефона и именем. Кто-то положил эту коробку на полку для получения. Он быстро набрал 110.

Весна была тёплой, и становилось всё жарче. В окно лился солнечный свет, было ещё одно солнечное утро.

Гу Яньчэнь встал рано, умылся, проскользнул мимо собаки, приготовил завтрак и вернулся в постель.

Шэнь Цзюньци всё ещё спал, поэтому Гу Яньчэнь сел на кровать и посмотрел на него. Шэнь Цзюньци был одет в белую пижаму с длинными рукавами и крепко спал лежа на боку. Из-под одеяла виднелась его рука и часть белой, как нефрит, ключицы с заметной красной отметиной.

Гу Яньчэнь протянул руку и нежно коснулся его волос. Челка Шэнь Цзюньци за последнее время немного отросла и выглядела неопрятно после ночного сна. Его ресницы были опущены, дыхание  поверхностным, а сам он  очень тихим, но в уголках его глаз виднелись красные следы. Гу Яньчэнь знал, откуда они взялись. Он всегда был очень осторожен во время поцелуев и обычно проявлял большую нежность. Но даже если он и был осторожен, то иногда случайно причинял ему боль.

Шэнь Цзюньци стискивал зубы и не произносил ни слова, а иногда Гу Яньчэнь чувствовал, как дрожит его тело. Тогда он наклонялся к нему и видел, что тот плачет. Он спрашивал, не нужно ли ему быть помягче, а Шэнь Цзюньци молча, брал его палец в рот и нежно прикусывал его клыками.

Кому бы ни понравилось увидеть холодную и одинокую красавицу, плачущую в постели?

Глядя на спящее лицо Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь снова почувствовал, как что-то царапает его сердце. Он потянулся, чтобы поправить одеяло, и Шэнь Цзюньци слегка пошевелился.

Гу Яньчэнь спросил:

- Я тебя разбудил?

Шэнь Цзюньци открыл глаза и посмотрел на часы.

- Пора вставать.

После его повышения работы у них стало намного больше, и сегодня их точно ждёт много дел.

- Можешь поваляться ещё пять минут, — предложил Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци сел.

– Нет необходимости, мне рано или поздно придется вставать.

- Тогда иди, умывайся, я приготовил завтрак, — сказал Гу Яньчэнь.

Умывшись и переодевшись, Шэнь Цзюньци сел за стол и стал пить молоко. Он решил, что переодеваться в городском бюро будет неудобно, поэтому утром надел форму судмедэксперта. Чтобы скрыть след от поцелуя, он специально надел галстук.

Гу Яньчэнь вспомнил, что произошло прошлой ночью, и спросил:

- Тебе всё ещё больно?

Шэнь Цзюньци покачал головой и объяснил:

- Мне нравится умеренная боль.

Взгляд Гу Яньчэна слегка изменился.

Шэнь Цзюньци быстро объяснил:

- Не пойми меня неправильно, это не какая-то особая симпатия. Я просто чувствую, что эта боль — часть меня, и она даёт мне ощущение жизни.

Он не стал бы цепляться за такую боль и не стал бы отвергать её, когда она настигла его.

Он выглядит равнодушным, но иногда не может контролировать свои слезы, особенно когда испытывает сильную боль, слезы текут неконтролируемо. Это состояние, кажется, называется недержанием слез.

Шэнь Цзюньци не стал бы говорить об этом при других, но перед Гу Яньчэном он не стеснялся.

Гу Яньчэнь посмотрел на него, одетого в форму судмедэксперта, и, услышав эти слова, всерьёз захотел вернуть его обратно на кровать.

Почувствовав неладное, Шэнь Цзюньци перестал пить молоко и опустил взгляд.

Доктор Шэнь спросил, искоса взглянув на него:

– О чем ты думаешь так рано утром?

Гу Яньчэнь не стал уклоняться.

- Думаю о тебе.

– Ты ведь не хочешь, чтобы я опоздал на работу, верно? Я потом конфискую орудия преступления, — поддразнил его Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь обнял его за талию и спросил в ответ:

- А с чем ты будешь играть после того, как его конфискуешь?

– Это имеет смысл. Тогда я отложу исполнение приговора, — ответил Шэнь Цзюньци.

Гу Яньчэнь прошептал ему на ухо:

- Я весь принадлежу тебе.

Шэнь Цзюньци был вполне доволен этим ответом.

Он наклонился, чтобы поцеловать его, и намеренно слегка прикусил губу Гу Яньчэна.

Этот поцелуй был сладок, как молоко.

Если отбросить шутки в сторону, то они не опоздали на работу.

Перед уходом Гу Яньчэнь напомнил Шэнь Цзюньци, чтобы тот не забыл принять лекарство.

Когда машина подъехала к городскому бюро, Гу Яньчэнь высадил Шэнь Цзюньци у входа в судебно-медицинский экспертный центр.

Прежде чем Шэнь Цзюньци поднялся наверх, он увидел, как Ци Иань спускается вниз с коробкой для расследования.

Шэнь Цзюньци спросил:

– Есть дело?

Ци Иань сказал:

– Учитель, Третье отделение запросило поддержку. Произошел случай внезапной смерти ночью. Они хотят, чтобы мы помогли расследовать причину смерти. Другие судмедэксперты заняты...

Шэнь Цзюньци испугался, что ему не хватает опыта, и сказал:

- Тогда я пойду с тобой.

Доктор Шэнь не стал подниматься наверх и сразу направился к машине Ци Ианя.

Гу Яньчэнь, в свою очередь, поднялся в здание уголовного розыска. В отделе уголовного розыска уже было довольно много сотрудников, которые шли на работу.

Все они поприветствовали его:

- Доброе утро, капитан Гу.

Гу Яньчэнь кивнул каждому из них.

Как только он сел, к нему подошёл капитан Шао Чжэньэнь и сказал:

- Капитан Гу, сегодня рано утром дежурный детектив городского бюро получил дело… Оно немного странное.

Говоря это, он передал Гу Яньчэну стопку документов и вкратце объяснил, что произошло в прямом эфире прошлой ночью.

Пролистав их несколько раз, Гу Яньчэнь спросил:

- Дело Цзянь Юньси? Можем ли мы найти курьера?

Шао Чжэньэнь сказал:

- Отправитель сам доставил коробку в пункт выдачи. Мы проверили записи с камер наблюдения и увидели только его спину. На данный момент мы можем подтвердить только то, что это был мужчина.

Тогда Гу Яньчэнь спросил:

- А что насчёт предметов?

Шао Чжэньэнь ответил:

- Они были переданы в центр оценки. На предметах были пятна крови, так что их подлинность скоро будет установлена.

Он сделал паузу и добавил:

- Фотографии и информация в материалах дела полностью совпадают.

Гу Яньчэнь подозревал, что эти предметы действительно принадлежали Цзянь Юньси, и не были кем-то подделаны.

Глядя на папку с материалами дела, лежащую перед ним, Гу Яньчэнь нахмурил брови. Дело четырёхлетней давности было давно закрыто, а преступник, совершивший преступление, уже умер. Раньше эти улики не удавалось обнаружить, но теперь они были найдены в слепом ящике стримера.

Внезапная смерть

Экстра: Крест Ангелов

Глава 148. Внезапная смерть

Утром Ци Иань отвез Шэнь Цзюньци к дому покойного.

Это была однокомнатная квартира с гостиной, в которой царил беспорядок, указывающий на то, что здесь не убирались несколько дней. Район был относительно новым, но управляющая компания не уделяла ему должного внимания, многие камеры были повреждены, и видеонаблюдение отсутствовало.

Погибший был 28-летним программистом. На место происшествия прибыли сотрудники Третьего участка вместе с судмедэкспертом. Труп был обнаружен сегодня в 6 утра. Родственники погибшего не могли связаться с ним прошлой ночью, а узнав, что он не вышел на работу, поспешили сюда.

Сегодня утром семья и домовладелец вошли в квартиру и обнаружили его мёртвым. Они вызвали полицию.

Сейчас мать покойного сидела в гостиной и горько плакала. Начальник покойного из его компании тоже присутствовал и стоял в стороне с серьёзным видом.

Детектив расспрашивал босса о важных деталях.

Начальник объяснил всё по порядку и в конце с некоторым раздражением сказал:

- В компании так много людей, я не был с ним близок. Мы встречались только на совещаниях.

Мать подняла голову и сказала:

- Мой сын сказал мне, что стал техническим директором. Если ты даже не знаешь технического директора своей компании, как ты можешь управлять игровой компанией?

Ци Иань уловил суть.

Компания, в которой работал покойный, была частной игровой компанией среднего размера, в которой работало более ста сотрудников, и недавно они запустили новый проект.

Он прошептал Шэнь Цзюньци:

- Я уже слышал об этой компании. У них была популярная игра, а недавно они начали вести переговоры с крупной компанией о поглощении. В такое время внезапная смерть сотрудника определённо требует деликатного подхода.

Шэнь Цзюньци кивнул, затем вошёл в спальню и подошёл к кровати, чтобы осмотреть покойного.

Тело лежало на кровати, и его положение казалось несколько неестественным.

Шэнь Цзюньци надел маску и перчатки и спросил судмедэксперта из участка:

- Тело перемещали?

Судмедэксперт ответил:

- Нет, я просто сделал несколько фотографий.

Затем судмедэксперт объяснил:

- Семья погибшего считает, что он умер от переутомления, и хочет привлечь компанию к ответственности, но начальник считает, что он умер дома от болезни. Даже если полагается компенсация, это будет сделано из человеколюбия. Они только что спорили об этом.

Поскольку обе стороны не смогли урегулировать свой спор, решающее значение для вынесения приговора имели результаты вскрытия, проведённого судмедэкспертом. Поскольку дело казалось участковому немного запутанным, он решил перестраховаться и вызвать судмедэксперта из городского бюро.

Шэнь Цзюньци приступил к внешнему осмотру тела.

Покойный был одет в рубашку и носки и лежал на кровати, укрытый тонким одеялом. Он выглядел измождённым, возможно, он заснул, даже не умывшись, и больше не проснулся.

Шэнь Цзюньци приподнял одеяло, встал на колени у кровати и наклонился, чтобы осмотреть тело.

Дверь в спальню была приоткрыта, и они всё ещё слышали разговор в гостиной.

Мать плакала и говорила:

- С тех пор как он устроился в эту компанию, он каждый день работает допоздна, вставал в шесть утра и возвращался домой после полуночи. Он сказал что-то о том, что недавно вышла новая версия, а два дня назад он не спал всю ночь.

Начальник фыркнул:

- До этого он умолял вице-президента позволить ему участвовать в этом проекте...

- Мой сын был совершенно здоров. Как он мог внезапно умереть без всякой причины? Это из-за переутомления.

Мать подняла голову и спросила:

- Он работал сверхурочно в вашей компании?

Начальник не осмелился признаться в этом напрямую, опасаясь, что это может послужить доказательством.

- Мы обсуждаем ключевые показатели эффективности с нашими сотрудниками. Если другие могут их достичь, то почему он не может? Неужели он ждёт, что другие сделают за него его работу?

Ци Иань покачал головой и прошептал:

- Он определённо работал сверхурочно, и довольно много. Этот начальник на самом деле жалуется на мёртвого человека?

Судебно-медицинский эксперт, находившийся неподалёку, сказал:

- Его убил KPI.

- Какие KPI, и OKR, оценки эффективности и увольнения. Разве это не просто давление на рабочем месте? — заметил Ци Иань.

Эксперт ответил:

- Когда ты молод, ты обмениваешь свою жизнь на деньги. Но когда вы станете старше, на эти деньги вы не сможете купить себе новую жизнь.

По оценке Шэнь Цзюньци, покойный был мёртв уже более тридцати часов. К этому моменту температура тела полностью сравнялась с температурой в помещении, трупное окоченение ослабло, и стала заметна трупная бледность.

Шэнь Цзюньци сначала измерил температуру тела, а затем начал осматривать лицо трупа. Внимательно изучив зрачки покойного, он ощупал его челюсть и рот.

Он сказал:

- Челюстной сустав не окоченел.

Ци Иань записывал происходящее.

Шэнь Цзюньци снова посмотрел на труп и слегка нахмурился. Он попросил Ци Ианя и полицейских из участка помочь снять с трупа одежду. Когда одежда была снята, кожа трупа оказалась полностью обнажена, и на ней отчётливо виднелись трупные пятна.

Они перевернули труп лицом вверх.

Ци Иань сделал несколько фотографий и тихо пробормотал:

- Кажется, с трупными пятнами на этом теле что-то не так.

- Не, кажется, а так и есть, — сказал Шэнь Цзюньци. — Этот труп перемещали.

После того как Ци Иань закончил фотографировать, Шэнь Цзюньци подошёл к старшему детективу и сказал:

- Причину смерти ещё предстоит установить после вскрытия, но мы нашли улики.

Детектив поспешил проверить.

На теле были отчётливо видны тёмно-красные трупные пятна.

Шэнь Цзюньци указал на эти пятна и проанализировал их:

- Трупные пятна обычно образуются из-за скопления крови, то есть они появляются в основном на нижних частях тела. Когда мы нашли труп, он лежал на спине, поэтому трупные пятна должны быть на шее, спине, ягодицах и задней поверхности конечностей.

Затем он указал на нижние конечности трупа и продолжил:

– Судя по фактической ситуации, трупные пятна сильнее выражены на нижних конечностях, чем на верхних и спине. Поэтому мы предполагаем, что труп перемещали. Другими словами, покойный умер в сидячем положении, а примерно через восемь часов его переместили на кровать в положение, лёжа на спину. К тому времени трупные пятна уже сформировались и переместились лишь частично. Кроме того, кто-то насильственно нарушил трупное окоченение, поэтому в челюстном суставе покойного нет ригидности.

Мать покойного встала, её глаза покраснели, и она спросила Шэнь Цзюньци:

- Что ты имеешь в виду? Я не понимаю всех этих профессиональных терминов.

Шэнь Цзюньци повернулся к матери и сказал:

- Я имею в виду, что ваш сын умер, сидя в другом месте, около восьми часов вечера позапрошлой ночью. Позже его перенесли на кровать.

Если труп перемещают вскоре после смерти, то изменений в трупных пятнах не наблюдается, и даже если труп перемещают в течение четырёх часов после смерти, образовавшиеся трупные пятна могут исчезнуть. Однако если труп перемещают более чем через шесть часов после смерти, то некоторые ранние трупные пятна не исчезнут.

Через семь-восемь часов после смерти и после того, как трупное окоченение спадёт, труп не восстановится. Все эти признаки указывают на то, что труп перемещали.

Пока Шэнь Цзюньци анализировал ситуацию, лицо босса компании в гостиной побледнело.

Мать бросилась к нему и начала бить его, крича: - Судмедэксперт сказал, что труп был перемещён! Мой сын явно умер в вашей компании, вы в долгу передо мной за жизнь моего сына!

Офицеры поспешно разняли их.

Тело было доставлено в городское бюро, где в ходе вскрытия было установлено, что причиной смерти стала сердечная недостаточность. Как только они закончили разбираться с этим делом, из Третьего участка пришли новости.

Записи с камер наблюдения, установленных вдоль маршрута, показали, что машина босса проезжала в этом районе около 3 часов ночи. Телефон погибшего также показал, что он не совершал никаких действий с 20:00 два дня назад, после того как пожаловался другу на усталость от сверхурочной работы. Столкнувшись с неопровержимыми доказательствами, босс компании сразу же сознался.

В позапрошлую ночь у него была интимная встреча с секретаршей компании в офисе. Когда они вышли около 11 вечера, то увидели, что покойный всё ещё сидит за своим столом, но уже мертвый и его тело начало остывать.

Тогда они с секретаршей испугались, что если кто-то умрёт от переутомления в компании, это повлияет на сделку по слиянию. Они также боялись, что их заметят, когда они будут выходить, поэтому они оттащили труп, в офисном кресле, в кабинет президента и заперли его там. Потом им пришла в голову идея перевезти труп.

Они знали, что покойный жил один, и знали, где находится комната, которую он снимал. В 3 часа ночи они подготовились, сказав, что их коллега серьёзно заболел и вернулся в компанию из дома. Они взяли телефон и ключи покойного, погрузили тело на тележку и положили в багажник машины.

Они действовали сообща, проникли в дом покойного, положили тело на кровать, а затем сделали вид, что идут на работу, как обычно, и удалили записи с камер наблюдения в компании. Они думали, что предусмотрели все детали, но не ожидали, что тело заговорит. Судмедэксперт быстро установил истину, изучив следы на теле.

Услышав результаты расследования Третьего участка, Шэнь Цзюньци встал и зажёг ароматическую палочку в углу кабинета.

Тихо повалил белый дым, словно оплакивая усопшего.

Ци Иань подпёр подбородок рукой и сказал:

- Если загробная жизнь действительно существует, я надеюсь, что он не будет программистом.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Необязательно быть программистом, чтобы умереть от изнеможения. Главное — попасть в хорошую компанию и найти добросовестного начальника.

Ци Иань согласился.

- Это правда.

Когда с этим делом было покончено, пришло время обеда. Судмедэксперт Шэнь отправился в здание уголовного розыска, чтобы пообедать с Гу Яньчэном.

Гу Яньчэнь только что закончил встречу с детективами по делу Цзянь Юньси, которое произошло четыре года назад.

Они пошли в столовую, сели за столик и заказали тарелку креветок.

Гу Яньчэнь пошёл помыть руки, очистил все креветки, положил их в тарелку Шэнь Цзюньци и даже небрежно скормил ему несколько штук.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Не отдавай мне все, съешь немного сам.

Только тогда Гу Яньчэнь оставил немного для себя, вымыл руки и снова сел за стол.

Во время завтрака капитан Гу рассказал Шэнь Цзюньци о результатах утреннего расследования. Они пока не установили, кто отправил посылку, и каковы были его намерения.

- Заключение судебно-медицинской экспертизы подтверждает, что содержимое коробки принадлежит Цзянь Юньси. Возможно, таким образом, убийца бросает вызов общественности и полиции, а может быть, кто-то хочет раскрыть преступление и намекнуть, что убийца всё ещё на свободе. В любом случае, это дело требует повторного расследования.

Шэнь Цзюньци задумался, держа в руке палочки для еды.

- Ты уверен, что это дело не связано с клининговой компанией?

Первоначальный подозреваемый умер, и дело зашло в тупик. Это слишком похоже на поиск козла отпущения.

- Лучший способ проверить — спросить у Дин Юэрана, — сказал Гу Яньчэнь. — Я позвоню и спрошу у Ли.

Он позвонил по телефону и несколько минут разговаривал с Ли Чжуннанем, прежде чем повесить трубку.

- Ли сказал, что они с Дин Юэраном отправились на задание. Подождем, пока они вернутся, и поговорим с ним.

В это время в чёрной машине на востоке Биньчэна сидели четверо мужчин. Их машина была припаркована на обочине. Мужчина со шрамом на лице, сидевший на переднем пассажирском сиденье, громко сказал:

- Всего несколько дней назад, когда мы вербовали людей, эти копы вели себя очень забавно. Они хотели поиграть в полицейских, но я раскусил их всех. Честно говоря, я могу сказать, были они в деле или нет, по одному лишь слову.

У него, был громкий голос, который эхом разносился по машине. Ему было всё равно, услышат ли его люди снаружи.

Тощий мужчина, сидевший в заднем ряду, льстиво произнёс:

- Всё верно, босс Чжу. Как эти мелкие уловки могли вас одурачить? Хорошо, что вы, наконец, нашли Ань Наня. А-Нань действительно надёжный.

Босс Чжу затянулся сигаретой и повернулся, чтобы посмотреть на красивого мужчину, сидевшего на заднем сиденье.

- Парень, у тебя есть мозги. В будущем следуй за мной.

Услышав это, мужчина, назвавшийся Ань Нанем, улыбнулся им с заднего сиденья, но про себя закатил глаза. Это был Дин Юэран, который три дня назад внедрился в эту группу и сегодня был с ними. Дин Юэран повернул голову и посмотрел в окно. Его взгляд упал на несколько припаркованных неподалёку машин.

В этих машинах сидели Ли Чжуннань и несколько сотрудников отдела по борьбе с особо опасными преступниками. Эти люди думали, что выслеживают добычу, но на самом деле они были богомолами, преследующими цикаду, и не подозревали, что за ними следит иволга.

Полиция давно следила за ними.

Кола со льдом

Экстра. Крест Ангелов

Глава 149. Кола со льдом

В полдень они вчетвером продолжали дежурить в машине.

Тощий парень почувствовал голод:

- Босс Чжу, может, мне выйти и купить еды?

Лысый водитель нетерпеливо ответил:

- Я тоже голоден. Почему она до сих пор не вышла?

Босс Чжу остановил их:

- Вы не умрёте с голоду. Судя по времени, она скоро выйдет. Не уходите пока, будет плохо, если мы её пропустим.

Дин Юэран взглянул на свой телефон:

- Ещё пять минут.

Все начали готовиться, надели шапки и маски, чтобы не засветиться на камерах. Они устроили засаду возле салона красоты, нацелившись на интернет-знаменитость Гуань Юйлин.

Мужчины в машине были бывшими заключёнными. Человека со шрамом звали Босс Чжу, он был лидером этой группы. Ранее он совершил вооружённое ограбление с ножевым ранением, за что отсидел восемь лет и недавно вышел на свободу.

Лысый водитель раньше участвовал в принудительных сносах, он покалечил бесчисленное количество людей, и для него тюрьма, это обычное дело.

Тощий парень по прозвищу Дикая Обезьяна воровал машинное масло. Однажды водитель поймал его, и он ударил его ножом, за что получил несколько лет тюремного заключения.

После того как Босс Чжу вышел из тюрьмы и не смог найти работу, он решил провернуть что-то масштабное. Чувствуя, что ему не хватает рук, он разместил в сети объявление о наборе сообщников. Номер телефона Босса Чжу уже давно был на контроле у киберполиции, за ним велось наблюдение. Как только они увидели его объявление о наборе, они сразу же сообщили об этом в Пятый отдел.

Однако босс Чжу был довольно осторожен. Когда с ним связались сотрудники Пятого отдела, он дважды проверил их личности и сразу же их заблокировал. Беспомощные сотрудники Пятого отдела сообщили об этой ситуации в отдел по борьбе с особо опасными преступниками городского бюро, и директор Дин попросил Ли Чжуннаня связаться с малышом Дином.

Дин Юэран успешно связался с ними, и после двухдневного общения босс Чжу наконец согласился встретиться с ним.

Под наблюдением полиции Дин Юэран отправился на место встречи. Босс Чжу задал ему много вопросов, а Дин Юэран смешивал правду с ложью, и обманывал его.

После встречи Босс Чжу познакомил его с двумя другими участниками и пригласил присоединиться. Они прожили вместе два дня, прежде чем Босс Чжу раскрыл им свой план.

Он знал человека по имени Хэ Тун, который управлял подпольным борделем. Используя онлайн-знакомства в качестве приманки, он обманывал молодых женщин в свой дом и лишал свободы, заставляя обслуживать клиентов. Он часто похищал красивых женщин и принуждал их к проституции. На этот раз Хэ Тун положил глаз на интернет-знаменитость Гуань Юйлин и он попросил их помочь похитить её.

Объяснив свой план, лысый парень и Дикая Обезьяна кивнули в знак согласия.

Но малыш Дин улыбнулся:

- А ты не подумал о камерах наблюдения? Или о том, чтобы изучить путь к отступлению?

Эти преступники казались довольно сообразительными, когда выбирали партнёров для онлайн-собеседований, которые проводились как в виртуальном, так и в реальном мире. Однако, когда дело доходило до планирования, они проявляли туп ость и не задумывались о последствиях. Трудно было сказать, насколько они глупы.

Босс Чжу затормозил и почесал нос:

- От камер всё равно не скрыться. Что насчёт пути к отступлению? Она не вызовет полицию. К тому времени, как они очухаются, нас уже не будет. А  когда мы передадим девушку, они сделают несколько компрометирующих фотографии и она успокоится, так что не посмеет вызвать полицию.

Дин Юэран спросил:

- А что, если?..

Босс Чжу ответил:

- А что, если? Разберёмся, по ходу.

Дин Юэран глубоко вздохнул. Он понимал, что эти люди — отчаянные головорезы, которым безразлична чужая жизнь. Они боялись, что их поймает полиция, поэтому тщательно подбирали сообщников.

В их плане было только два варианта развития событий, успех или провал. В случае успеха они собирались продать человека и сбежать, в случае провала они собирались сдаться.

Однако они не задумывались о том, сколько людей пострадает в результате похищения или как сбежать.

Глядя на этих похитителей-любителей, Дин Юэран сказал:

- Нам всё равно нужно быть осторожными.

Он помог боссу Чжу скорректировать маршрут, чтобы избежать оживлённого центра города.

Босс Чжу был очень доволен и постоянно повторял, что у Дин Юэрана талант военного советника. Малыш Дин мысленно закатывал глаза. Если бы не выполнение задания, он бы и не взглянул на них.

Разработав план, они приступили к его реализации.

Босс Чжу с сообщниками должны были похитить девушку, и полиция должна была им в этом помочь. В противном случае эти люди уйдут от ответственности, и их преступления не будут наказаны. Только при наличии доказательств они могли быть приговорены к суровому наказанию.

Кроме того, полиция давно пыталась арестовать владельца тёмного борделя по имени Хэ Тун. Однако Хэ Тун был очень осторожен и редко появлялся лично. Когда полиция перехватила разговор между Хэ Туном и боссом Чжу, у них появился шанс выйти на бордель и закрыть его.

Босс Чжу все разузнал про неё. Гуань Юйлин часто ходила на косметические процедуры, и после сеанса она уезжала с парковки, которая находилась через дорогу. Сейчас они следили за дорогой, по которой она обязательно должна была пройти.

Вскоре Гуань Юйлин действительно вышла из салона красоты, поглядывая в телефон.

Лысый парень быстро завёл машину и медленно подъехал к ней.

Босс Чжу опустил стекло и спросил:

- Красавица, как мне добраться до парикмахерской Чифэн?

Гуань Юйлин взглянула на него, и холодно ответила:

- Я не знаю.

В этот момент дверь машины распахнулась, и из неё выскочили Босс Чжу и Дикая Обезьяна.

Босс Чжу тут же схватил Гуань Юйлин, затащил её в машину на заднее сиденье.

Поскольку в полдень на дороге было мало людей, они действовали быстро и застали Гуань Юйлин врасплох. Босс Чжу и Дикая Обезьяна сели на свои места. Лысый парень повернул руль, нажал на газ, и машина тронулась с места.

Гуань Юйлин испугалась, осознав, в какой ситуации оказалась. Она закричала и попыталась позвать на помощь. Но её силы были на исходе, а Дикая Обезьяна крепко её держал.

Дикая Обезьяна выхватил телефон Гуань Юйлин и ударил её по лицу. Гуань Юйлин была напугана ударом, и крик застрял у неё в горле.

Дин Юэран вмешался:

- Хватит её бить. Повреждённое лицо не принесёт столько денег.

В тесной машине Гуань Юйлин воспользовалась возможностью и ударила Дикую Обезьяну каблуком. Дикая Обезьяна, достал нож.

Дин Юэран быстро перехватил нож и сказал Гуань Юйлин:

- Не кричи, не сопротивляйся. Если будешь сопротивляться, умрёшь. Если будешь вести себя тихо, выживешь.

В ужасе Гуань Юйлин заплакала и стала умолять их отпустить её.

Дин Юэран разобрался с Дикой Обезьяной, взглянул на ехавшую позади полицейскую машину и продолжил свое выступление. Он связал Гуань Юйлин по рукам и ногам, завязал ей глаза, заткнул рот тряпкой и обмотал скотчем.

Гуань Юйлин была в ужасе и беспрестанно плакала.

Машина въехала в узкий переулок и остановилась у дома, который они сняли заранее.

Дикая Обезьяна и лысый парень привязали Гуань Юйлин к стулу в ванной. Она не могла говорить и в страхе свернулась калачиком.

Босс Чжу с облегчением вздохнул:

- Мы сделали это. Теперь ждём, когда они придут и заберут её.

Лысый парень нетерпеливо потёр руки:

- Раз её всё равно продадут, почему бы мне сначала не развлечься с  нею?

Босс Чжу остановил его:

- Её передадут богатому человеку, чтобы он её открыл. Давай не будем сейчас всё усложнять.

Лысый парень хотел сказать что-то ещё, но Дин Юэран прочитал его мысли и, улыбнувшись, потянул его за собой:

- У меня был сокамерник, который пытался так сделать, но в итоге стал инвалидом, когда столкнулся с энергичным заключённым.

Лысый парень вздрогнул и перестал об этом говорить.

Через некоторое время пришёл Хэ Тун в сопровождении подчинённого. Они постучали в дверь условным сигналом и их впустили.

Дин Юэран поднял голову. Хэ Тун был круглым, пухлым мужчиной, а его подчинённый был мускулистым младшим братом. Они стояли у двери, и комната казалась меньше.

Потирая пухлые ручки, Хэ Тун сказал:

- Ну же, покажи мне эту маленькую красотку.

Босс Чжу отвел его в ванную, чтобы показать товар. Гуань Юйлин, услышав, что кто-то пришел, заплакала еще громче.

Хэ Тун рассмеялся:

- Действительно, вживую она выглядит даже лучше, чем онлайн.

Затем он спросил:

- Вы не нарвались на полицию и не засветились на камерах, верно?

Босс Чжу ответил:

- Конечно, нет. На дороге никого не было, и мы забрали её телефон. К тому времени, как они поймут, что она пропала, нас уже здесь не будет.

Хэ Тун похлопал босса Чжу по плечу:

- Я доверяю тебе.

Малыш Дин сидел на диване, слушая, как эти двое подшучивают друг над другом, и закатывал глаза. Убедившись, что проблем нет, Хэ Тун махнул рукой, и его подчинённый передал боссу Чжу рюкзак с тремя сотнями тысяч наличных.

После завершения сделки Хэ Тунь и его подчинённый собрались уходить, забрав с собой Гуань Юйлин.

Уладив все дела, трое разбойников начали собирать вещи, чтобы отправиться в путь.

Малыш Дин предложил:

- Босс Чжу, мы так долго здесь ждём. Я умираю с голоду. Почему бы нам не заказать еду и не поесть перед уходом?

Они позавтракали около девяти утра и ждали, когда выйдет знаменитость.

Остальные тоже были голодны и согласились.

Лысый парень сказал:

- Раз сделка прошла так гладко, можно даже выпить по стаканчику, чтобы отпраздновать.

Дикая Обезьяна тоже вставил:

- Перекус займёт не больше получаса. Полиция не отреагирует так быстро.

Теперь, когда товар был доставлен, босс Чжу расслабился. Он достал телефон, нашёл ближайший ресторан, где можно заказать барбекю с доставкой, и сделал заказ: пиво и шашлык.

Затем босс Чжу повернулся к Дину и спросил:

- Ань Нань, а чего хочешь?

Дин Юэран поднял руку:

- Закажи мне банку ледяной колы.

Лысый парень рассмеялся:

- Почему бы тебе не выпить пива? Ты ведь уже взрослый, верно?

Малыш Дин пожал плечами:

- Пиво такое горькое. Разве в нём есть что-то хорошее?

Они прибрались в комнате и делили деньги, когда услышали стук в дверь.

Дин Юэран встал и сказал:

- Должно быть, это доставка. Я пойду, открою.

Он открыл дверь и увидел Ли Чжуннаня, одетого в форму доставщика. Ли Чжуннань подмигнул ему и поднял шампуры и пиво, которые держал в руках:

- Сэр, ваш заказ. Приятного аппетита.

- Почему ты так долго шёл? Надо быть пошустрее, я могу на тебя пожаловаться, — сказал Дин Юэран, забирая у него шампуры. — Здесь слишком много, чтобы я мог унести всё сам. Помоги мне положить это на стол.

С этими словами Дин Юэран отошёл в сторону, пропуская Ли Чжуннаня.

В комнате лысый парень и Дикая Обезьяна делили деньги, а Босс Чжу играл в игры. Он поднял глаза, увидел Ли Чжуннаня в форме курьера и сказал:

- Просто положи это на стол.

Как только все продукты были разложены, Ли Чжуннань достал дубинку, спрятанную в рукаве, и схватил босса Чжу за шею сзади, обездвижив его.

Босс Чжу был, застигнут врасплох, и не мог сопротивляться. Дикая Обезьяна понял, что происходит, и выругался. Он потянулась за ножом, но Дин Юэран ткнул в него шампуром для барбекю, едва не проткнув руку.

Лысый парень попытался сбежать через окно, но Дин Юэран удержал его.

Они намеренно оставили дверь открытой и Лу Ин с Юй Шэнем, которые сидели в засаде за дверью, ворвались в квартиру в сопровождении офицеров с оружием в руках:

- Не двигаться!

- Полиция!

- Лечь на пол, руки за голову!

Трое мужчин были быстро обезврежены и скованы наручниками. Всё произошло за считаные секунды, слаженно и чётко.

Босс Чжу замер, его глаза налились кровью, когда он посмотрел на Дин Юэрана:

- Почему ты не арестован?

Задав этот вопрос, он сразу нашел ответ. Несмотря на тщательный отбор, он всё же выбрал полицейского осведомителя, который присоединился к ним.

Босс Чжу тут же разразился проклятиями:

- Чёрт возьми, Ань Нань, я ослеп! Меня предали!

Дин Юэран, забавляясь происходящим, ткнул пальцем в Ли Чжуннаня, стоявшего рядом:

- Офицер Ли, он ругается на тебя.

Ли Чжуннань не изменился в лице. Операция прошла успешно, виновных задержали.

Дин Юэран спросил:

- А что с Хэ Туном и девушкой?

Юй Шэнь ответил:

- Их задержали внизу. Гуань Юйлинь доставили в городское бюро для показаний.

Лу Ин добавил:

- Хэ Туна поймали с поличным. На этот раз мы спасем немало людей.

Дин Юэран был в хорошем настроении. Он скрывал свои достижения и улыбался, доставая банку ледяной колы, которую заказал в качестве награды.

С приятным хлопком Дин Юэран открыл банку с колой и уже собирался сделать глоток, ощущая прохладу и пузырьки.

Но Ли Чжуннань выхватил банку с колой у него из рук и поставил на стол.

Дин Юэран недоверчиво уставился на Ли Чжуннаня:

- ….?

Ли Чжуннань сохранял невозмутимое выражение лица:

- Она слишком холодная, это вредно для здоровья.

Лицо Дин Юэрана помрачнело, и он съел несколько шашлычков.

После завершения операции полицейские сопроводили преступников в участок.

Капитан Ли, Юй Шэнь и Дин Юэран сели в одну машину.

Как только малыш Дин сел в машину, он откинулся на спинку сиденья, свернулся калачиком и задрожал.

Он выглядел жалко:

- Мне ужасно плохо, я чувствую себя некомфортно… Офицер, мне нужно в больницу…

Ли Чжуннань продолжил вести машину, не оглядываясь.

Юй Шэнь с тревогой спросил:

- Малыш Дин, ты в порядке? Болит живот? Давняя травма даёт о себе знать? Или шашлык был несвежим?

Ли Чжуннань сказал Юй Шэню:

- Не обращай на него внимания, он просто гений актёрского мастерства.

Юй Шэнь:

- …..

Как и ожидалось, Дин Юэран сказал:

- Моя ледяная кола… Мне кажется, я умру, если не выпью её.

Аппетита у него не было, но он хотел пить. Как только он собрался выпить колу, Ли Чжуннань отобрал у него бутылку.

Проехав перекрёсток и остановившись на светофоре, Ли Чжуннань обернулся и спросил:

- Хочешь чай с ягодами годжи?

Глаза Дин Юэрана загорелись, он выпрямился:

- Да!

Ли Чжуннань протянул ему термос.

Дин Юэран открутил крышку и обнаружил, что чай ещё тёплый, в нем настоялись ягоды годжи, он сладкий и приятный на вкус.

Напившись, он наклонился и спросил:

- Вы принесли это для меня, офицер Ли?

Ли Чжуннань ответил:

- Ты слишком много думаешь. Я взял это для себя.

Малыш Дин продолжал пить и, наслаждаясь, сказал:

- Это лучше, чем кола. Я хочу такое же в следующий раз.

Комментарии редактора:

Я так рада за малыша Дина….

Убийца креста

Экстра. Крест Ангелов

Глава 150. Убийца креста

Городское бюро, 14:00.

В небольшом конференц-зале уже сидели несколько человек.

В зале присутствовали Гу Яньчэнь, Шэнь Цзюньци, Шао Чжэньэнь и офицер, который вел протокол совещания. Директор Дин сидел на месте председателя, а Ли Чжуннань  рядом с малышом Дином.

Всем раздали документы, и они приступили к анализу дела Цзянь Юньси.

Шэнь Цзюньци поместил фотографии, из дела на доске.

Тело девушки было бледным, и на её груди отчётливо виднелась глубокая крестообразная рана, такая, что была видна кость.  Это сильно бросалось в глаза, и люди вздохнули, подумав о жестокости убийцы.

Гу Яньчэнь рассказал о деле, выводя на экран карту последнего места, где Цзянь Юньси видели перед её исчезновением.

- Согласно показаниям матери Цзянь Юньси, на этом перекрёстке она рассталась с дочерью. Но учитель, отвечающий за охрану школьных ворот, не видел, чтобы девочка подходила к ним. Я предполагаю, что Цзянь Юньси опоздала и боялась наказания поэтому,  она собиралась перелезть через стену рядом с воротами, минуя учителя.  Вероятно, именно в этот момент девочка столкнулась с преступником и была похищена.

После обеда Гу Яньчэнь позвонил одноклассникам Цзянь Юньси из начальной школы и узнал, что в школе были строгие наказания за опоздания, опоздавших заставляли стоять во время церемонии поднятия флага после утренних занятий. Поэтому многие ученики перелезали через стену, чтобы избежать наказания.

- На момент исчезновения Цзянь Юньси в окрестностях не было видеонаблюдения. Полиция провела расследование и нашла нескольких свидетелей, которые занимались торговлей неподалёку. Согласно их показаниям, они видели, как в то утро молодой человек по имени Му Бинь разговаривал с Цзянь Юньси.

Город был небольшим, и население его было относительно стабильным, многие люди знали друг друга в лицо.

Мать Му Бина владела закусочной с холодной лапшой рядом со школой. Иногда он помогал ей передвигать вещи и мыть посуду, а когда ему было нечем заняться, он бродил в окрестностях.

- Первоначально полиция рассматривала Му Бина в качестве подозреваемого и изучила его биографию. Му Бин окончил начальную школу и имел лёгкую степень умственной отсталости. Он признался, что разговаривал с девушкой, но заявил, что не убивал её. Не имея доказательств, полиция была вынуждена отпустить его. Через два дня в полицию поступило сообщение о том, что найден его труп в реке. Позже полиция нашла школьный портфель Цзянь Юньси в комнате Му Биня. В то время жители города думали, что Му Бинь покончил с собой из-за чувства вины, и дело было закрыто.

Шэнь Цзюньци сделал пометку на бумаге, этот рюкзак стал важным доказательством. Но, кроме него, полиция не нашла в доме Му Биня никаких других улик. Появление вещей девочки в прямом эфире было очень жутким.

- Мать Му Бина всегда утверждала, что её ребёнка убил настоящий преступник и что с ней обошлись несправедливо. Она заявила, что ничего не знала о рюкзаке. Местный полицейский участок однажды отправил людей на расследование, но закрыл дело из-за отсутствия улик. Через два года, мать Му Бина скончалась, и об этом деле больше не вспоминали.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Судя по материалам дела, в нем есть сомнительные моменты. Свидетели видели, как Му Бинь разговаривал с девушкой, но никто не видел, как он уводил её. Му Бинь отсутствовал в магазине в общей сложности около двух часов. Ему вряд ли хватило бы времени, чтобы отвести девушку на место преступления, раздеть её, совершить убийство и закопать тело так, чтобы его не обнаружили.

Директор Дин спросил:

- Капитан Гу, как вы думаете, могло ли это дело быть кем-то спланировано?

Гу Яньчэнь сказал:

- Сначала я так и подумал, но после тщательного анализа пришёл к другому выводу. Во-первых, опоздание девушки было случайным событием, которое нельзя было предсказать заранее, поэтому его было сложно спланировать и осуществить. Это больше похоже на преступление на почве страсти, совершённое против случайной жертвы. Во-вторых, то, как был обставлен труп, не было ни попыткой инсценировать несчастный случай, ни попыткой скрыть улики.

Труп был оставлен на берегу реки, вырытая яма была неглубокой и засыпана лишь тонким слоем земли. После сильного дождя труп вымыло. К сожалению, из-за того, что дождь смыл улики, многие следы исчезли.

Дин Юэран посмотрела на информацию, которую держал в руках, внимательно изучил её и тоже пришел к выводу:

- Это не работа клининговой компании и уборщиков.

Директор Дин спросил:

- Почему...

Дин Юэран проанализировал ситуацию:

- Му Бин не был выбран в качестве козла отпущения.

В этот момент он сделал глоток из термоса, который держал в руке, как опытный сотрудник, пьющий воду из ягод годжи.

- Му Бин не отличается высоким интеллектом, но он может свободно общаться с людьми. Такие люди склонны случайно говорить что-то, оставляя лазейки. Более того, на момент совершения преступления было несколько свидетелей, и все они указывали на Му Биня как на так называемого преступника. Если бы кто-то намеренно подставил его, он бы не собрал столько свидетелей. Сфабриковать дело так, чтобы показания свидетелей совпадали, очень сложно. Привлечение к делу хотя бы ещё одного человека увеличивает риск разоблачения.

Говоря об этом, он привёл пример.

- Проще говоря, подкуп или угроза в отношении одного свидетеля — это задача первого уровня сложности, которую относительно легко решить. Наличие двух или трёх свидетелей повышает уровень сложности до десяти, и этого вполне достаточно и не вызовет подозрений у полиции. Если вы хотите найти десять свидетелей и обеспечить единство их показаний, уровень сложности возрастает до ста или даже до тысячи. Сложность такого рода возрастает в геометрической прогрессии и крайне непредсказуема, что может привести к провалу.

Эти моменты были проанализированы с точки зрения организатора преступления.

Директор Дин сказал:

- Тогда, возможно, Му Бинь видел убийцу в тот день, и его смерть была платой за молчание. В то же время убийца свалил на него всю вину.

Ли Чжуннань напомнил:

- Есть ещё одна вероятность. Му Бинь был сообщником убийцы и тоже был причастен к этому делу. Возможно даже, что в этом деле было замешано несколько человек.

В конце концов, Ли Чжуннань был главой отдела по расследованию тяжких преступлений и изучил множество дел. Иногда в сельской местности внезапно всплывали странные дела. Преступники, как правило, были недалёкими, их мотивы были просты, но они умудрялись переступать моральные границы, обнажая тёмную сторону человеческой натуры.

Гу Яньчэнь продолжил сделанные выводы:

- Если в деле замешано несколько человек, то внезапное появление других вещей можно объяснить тем, что изначально они были у сообщников.

Директор Дин кивнул:

- Мы не можем исключать такую возможность.

После некоторого обсуждения Гу Яньчэнь заметил, что Шэнь Цзюньци сегодня был непривычно тих, всё время сидел, опустив голову, и о чём-то размышлял.

Гу Яньчэнь толкнул Шэнь Цзюньци локтем, призывая его высказаться.

С обеда у Шэнь Цзюньци немного болело горло. Сегодня у него было много дел и не было возможности вздремнуть, поэтому к полудню у него начало болеть горло, возможно, из-за простуды.

Только после того, как Гу Яньчэнь толкнул его локтем, он заговорил:

- У меня вопрос. Почему эта коробка появилась сейчас?

Голос Шэнь Цзюньци звучал хрипло, и он осторожно ослабил воротник.

С момента инцидента прошло четыре года, и всё это время было тихо. Но почему четыре года спустя кто-то передал эту коробку? Где хранились эти вещи все эти четыре года?

Гу Яньчэнь отметил несколько важных вопросов звёздочками:

- Мы изучим эти моменты позже.

Когда совещание, подходило к концу, директор Дин сказал:

- Как бы то ни было, теперь, когда дело в наших руках, мы не можем его игнорировать. Этот вопрос должен быть тщательно изучен ещё раз. Установление истины и поимка настоящего преступника — это утешение для покойной и ответственность перед народом.

Дин посмотрел на всех присутствующих:

- Ли Чжуннань, продолжай расследование дела о подпольной проституции и постарайся закрыть как можно больше борделей. Гу Яньчэнь, ты будешь отвечать за это дело.

Наконец, когда собрание закончилось и все разошлись, Гу Яньчэнь подошёл к Шэнь Цзюньци и спросил:

- Почему у тебя такой хриплый голос?

- Просто головная боль и боль в горле, — ответил Шэнь Цзюньци. — Креветки на обед были немного пересолены.

Гу Яньчэнь:

- …

Шэнь Цзюньци не стал его винить и сказал:

- Это не твоя вина. Я просто переел за обедом. На самом деле я плохо себя чувствую со вчерашнего дня.

Гу Яньчэнь:

- …

Похоже, что... прошлой ночью он был виноват. Если бы он знал, что Шэнь Цзюньци плохо себя чувствует, то не был бы столь настойчив в постели.

Гу Яньчэнь протянул руку и коснулся лба Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Сейчас у меня нет температуры».

- Тогда давай я дам тебе пастилки от боли в горле, чтобы ты мог продержаться, — Гу Яньчэнь порылся в ящике стола и протянул Шэнь Цзюньци коробочку с травяными пастилками.

- Может, мне попросить кого-нибудь, чтобы тебе купили лекарства?

Шэнь Цзюньци потёр висок и сказал:

- Не нужно, всё не так серьёзно. В наши дни трудно купить лекарство от простуды, нужно регистрироваться под своим именем.

Гу Яньчэнь сказал:

- Если тебе действительно плохо, возьми выходной и отправляйся домой.

Шэнь Цзюньци покачал головой и улыбнулся:

- Не такой уж я и нежный.

Но Гу Яньчэнь немного беспокоился за него. С тех пор как Шэнь Цзюньци стал директором, он всегда брал на себя самую грязную и утомительную работу. Он не отдыхал, как следует уже белее десяти дней, и работал допоздна по выходным.

Иногда он, как капитан, мог позволить себе денёк отдыха, но Шэнь Цзюньци всегда вызывали на вскрытие посреди ночи.

Гу Яньчэну было жаль Шэнь Цзюньци, но тот всегда говорил, что небольшое переутомление ему не повредит, они не могли допустить, чтобы трупы выстраивались в ряд.

Капитану Гу пришлось взять на себя большую часть домашних обязанностей.

Вчера вечером им, наконец, удалось уйти с работы в обычное время, и не было ни одного дела, так что они немного повеселились, но сегодня Шэнь Цзюньци почувствовал себя плохо.

Увидев его бледность, Гу Яньчэнь был убит горем, но ему нужно было работать. Он мог только договориться с ним о походе в аптеку после работы.

Шэнь Цзюньци вернулся в Центр судебно-медицинской экспертизы.

Гу Яньчэнь отправился докладывать о результатах встречи офицерам. Он поручил первой и третьей группам заняться этим делом. Офицеры начали с того, что вызвали всех свидетелей и причастных лиц того года для повторного допроса.

Через некоторое время вбежал запыхавшийся дежурный:

- Капитан Гу, новое дело.

Гу Яньчэнь поднял взгляд:

- Где? Что за дело?

Запыхавшийся дежурный, заикаясь, произнёс:

- Ещё… ещё один труп девушки… найден в уезде Чанси… с крестообразной раной на груди.

Гу Яньчэнь нахмурился, мгновенно вспомнив вопрос, который задал ранее Шэнь Цзюньци.

Значит, эта коробка была «предупредительным письмом».

Началась новая волна убийств!

Шао Чжэньэнь спросил:

- Итак, что теперь...

- Дело будет рассматриваться в обычном порядке. Сообщите судмедэксперту и группе сбора доказательств, чтобы они были готовы выехать на место, — Гу Яньчэнь сделал паузу и добавил: — Пусть офицеры соберут свои вещи. Если нам понадобится провести расследование, им, придётся остаться на ночь.

Эти два дела могут быть связаны, а до Чанси больше часа езды. Поэтому, сегодня они не успеют всё закончить, и им придётся остаться на ночь.

Гу Яньчэнь собрал вещи и спустился вниз. Он собирался написать Шэнь Цзюньци, что они не смогут вернуться домой сегодня вечером. Однако, подняв глаза, он увидел, что Шэнь Цзюньци спускается с набором для расследования и небольшим рюкзаком.

Взяв у Шэнь Цзюньци набор для расследования и рюкзак, Гу Яньчэнь нахмурился и спросил:

- Чанси находится довольно далеко, и условия проживания там могут быть не самыми лучшими. Может, есть другие специалисты по судебно-медицинской экспертизе?

- Доктор Лю на этой неделе уехал на конференцию, а в нашей команде и так не хватает сотрудников. Другие судмедэксперты заняты. Я попросил Ци Ианя взять на себя  незаконченное вскрытия. Это дело очень важное, и мне не хочется, чтобы ты занимался им в одиночку, — сказал Шэнь Цзюньци. — Со мной всё в порядке, работа важнее.

Гу Яньчэнь мог только сказать:

- Если тебе станет хуже, обязательно скажи мне.

Ни Гу Яньчэнь, ни Шэнь Цзюньци не могли вернуться домой сегодня вечером. Гу Яньчэнь договорился о присмотре за домашними животными в зоомагазине.

На этот раз городское бюро выделило микроавтобус.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци сели сзади.

Офицеры ехали молча. Через некоторое время Гу Яньчэнь посмотрел на Шэнь Цзюньци, который явно чувствовал себя нехорошо и постоянно откашливался.

Через некоторое время доктор Шэнь достал из кармана пастилку от боли в горле и положил её в рот.

Поездка действительно была долгой. Шэнь Цзюньци взглянул на свой телефон и понял, что до места назначения осталось ещё полчаса. Он прислонился к плечу Гу Яньчэна и ненадолго задремал.

На одном из участков дороги машина проехала через туннель. Внутри туннеля было темно, как ночью, и освещался он только жёлтыми лампами. Когда они выехали из туннеля, им показалось, что они попали в другой мир.

Небоскрёбы исчезли из виду, уступив место обширным сельскохозяйственным угодьям по обеим сторонам дороги. Этот туннель казался границей между городом и посёлком.

Проехав через этот район, они вскоре окажутся на месте преступления.

Гу Яньчэнь разбудил Шэнь Цзюньци:

- Доктор Шэнь, проснитесь.

Шэнь Цзюньци протёр глаза, выпрямился и пригладил волосы. Он посмотрел в окно, за которым простирались бесконечные зелёные кукурузные поля.

Гу Яньчэнь протянул ему бутылку тёплой минеральной воды.

Шэнь Цзюньци сделал несколько глотков, но, проглотив воду, почувствовал, что его горло распухло ещё больше. Он достал ещё одну пастилку от боли в горле и положил её в рот.

Они вышли из микроавтобуса и посмотрели на часы. Было уже больше половины пятого. И солнце постепенно садилось, приближались сумерки.

Была весна, ранняя яровая кукуруза была посажена давно и выросла более чем на метр. Издалека она казалась огромным зелёным ковром.

Им нужно было закончить осмотр места происшествия до захода солнца.

Полицейские машины припарковались у кукурузного поля. Детективы из полицейского участка соседнего города уже ждали их и проводили на поле.

В центре большого кукурузного поля они увидели место преступления. Это должно быть первое место преступления, и вокруг было довольно грязно. Кукурузное поле было огромным и закрывало обзор. Когда мимо никто не проходил, здесь было пустынно.

Жертвой была молодая девушка, на вид лет тринадцати или четырнадцати. Кукурузные стебли вокруг тела были срублены на большой площади.

Девушка была мертва уже около двух дней, и зловоние уже распространилось вокруг, и повсюду жужжали мухи. Её глаза были полуоткрыты, она лежала на земле, одежда задралась, открывая крестообразную ножевую рану на груди и несколько других разбросанных ран.

Шэнь Цзюньци присел на корточки, чтобы осмотреть тело, Гу Яньчэнь наклонился, чтобы рассмотреть его поближе. Он тихо спросил Шэнь Цзюньци:

– Ты уверен, что это тот же убийца?

Шэнь Цзюньци осмотрел рану и хрипло ответил:

- Похоже на то.

Четыре года назад полиция не разглашала подробности дела Цзянь Юньси. Однако многие характеристики совпадали.

- Если эти два дела связаны и разделены четырьмя годами, то у нас, серийный убийца, — сказал Гу Яньчэнь.

Шэнь Цзюньци торжественно кивнул.

В последние годы серийные убийцы стали редкостью.

Преступник действовал крайне жестоко, выбирая своей мишенью несовершеннолетних девочек. Это дело было довольно запутанным.

Сделай мне одолжение

Экстра. Крест Ангелов

Глава 151. Сделай мне одолжение

Ближе к вечеру, на кукурузном поле недалеко от округа Чанси.

Поскольку Ци Ианя с ним не было, в местном полицейском участке был только один очень старый судмедэксперт. Он был учеником многолетней давности, без формального образования, не мог оказать существенную помощь и был немного неуклюжим.

Шэнь Цзюньци боялся, что он может повредить улики, поэтому не позволил ему прикасаться к телу. Большую часть работы проделал один Шэнь Цзюньци. Ему приходилось проводить измерения, заполнять формы и делать фотографии, и он чувствовал себя так, словно вернулся в те времена, когда работал ассистентом судмедэксперта.

На теле было несколько ран, в том числе особенно жуткая рана в форме креста на груди. Одежда была задрана, и на ней почти не было пятен крови.

Шэнь Цзюньци внимательно осмотрел тело. Увидев руку девушки, он слегка нахмурился. На внутренней стороне её подмышки было едва заметное пятно крови.

Это было место, к которому девушка вряд ли стала бы прикасаться. Он подозревал, что это было пятно крови, оставленное преступником, когда он прижимал девушку к земле.

Пятно крови было полусухим, на нём было видно половину отпечатка пальца.

Шэнь Цзюньци тщательно изучил рисунок отпечатка.

Остальные судебно-медицинские эксперты, тоже были заняты делом. Они обнаружили следы обуви. На основании одних только этих улик они не смогли бы поймать преступника, но могли определить, что это был мужчина среднего роста.

Гу Яньчэнь занимался расследованием этого дело. Поскольку лицо сравнительно легко было опознать, кто-то узнал в ней девушку по имени Вэнь Цяоцяо из соседнего города.

Вскоре пришла плачущая мать девочки.

Погибшую звали Вэнь Цяоцяо, в этом году ей исполнилось четырнадцать. Её родители развелись, и несколько дней назад девочка поссорилась с матерью. Она собрала вещи и сказала, что собирается на несколько дней переехать к отцу.

У матери были плохие отношения с бывшим мужем, и она думала, что девочка просто злится и не хочет с ней общаться. Только когда она узнала, что ребёнок не ходит в школу, она поняла, что девочка не живёт с отцом, и заявила о её пропаже.

Судя по времени смерти, девушка, вероятно, была убита по дороге к дому своего отца.

Солнце постепенно садилось, и кукурузное поле окрасилось в жёлтый цвет.

Шэнь Цзюньци сначала присел на корточки, чтобы осмотреться, но у него затекли ноги, и он опустился на колени. Наконец он закончил осмотр тела, сделал фотографии и со вздохом выпрямился.

Гу Яньчэнь только что закончил расспрашивать жителей деревни и спросил:

- Ты закончил?

У Шэнь Цзюньци болело горло, поэтому он ничего не ответил, а только кивнул.

Гу Яньчэнь подошёл и помог ему медленно подняться.

- Не торопись.

Было уже время ужина, он боялся, что Шэнь Цзюньци почувствует себя плохо и потеряет сознание.

Шэнь Цзюньци оперся на Гу Яньчэна и медленно поднялся.

Гу Яньчэнь позвал нескольких человек, чтобы они помогли положить тело в мешок для трупов и погрузить его в машину.

Они не смогут вернуться сегодня, поэтому решили сначала перекусить, а затем отправиться в городской полицейский участок, чтобы завершить судебно-медицинскую экспертизу.

Они перекусили на ближайшей ферме. Из-за убийства в городе местные жители бросали на приезжих полицейских любопытные и настороженные взгляды. Особенно на судмедэксперта в белом халате, некоторые дети даже специально подходили, чтобы посмотреть.

Гу Яньчэнь попросил хозяина приготовить пшённую кашу для Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци больше ничего не мог есть. Просо было собрано в прошлом году, хранилось на ферме, и было сварено до густой консистенции. Оно было намного вкуснее обычной городской каши.

Шэнь Цзюньци всегда держался отстранённо. Теперь, не в силах вымолвить ни слова, он излучал холод и молча, доедал свой ужин, сидя в углу.

После ужина Шэнь Цзюньци отправился в прозекторскую полицейского участка. Здесь было мало дел об убийствах, прозекторская была примитивной, и в ней сквозило со всех сторон. В центре стояла только приподнятая платформа со старомодным вентилятором.

Гу Яньчэнь работал в соседней комнате, отделённой от него дверью без звукоизоляции.

Шэнь Цзюньци чувствовал, что старый судмедэксперт вряд ли сможет чем-то помочь, поэтому отпустил его. Он вскрывал труп, слушая, как рядом детектив задаёт вопросы.

Гу Яньчэнь опросил всех, от матери девушки до человека, сообщившего о случившемся, и местных жителей.

Преступление было совершено позапрошлым вечером. Люди, работавшие в поле, ушли обедать, и вокруг почти никого не осталось, кроме двух детей, которые играли в футбол неподалёку и забыли про время.

По словам детей, они слышали несколько отдалённых криков о помощи, но не решились пойти и посмотреть. Через некоторое время они увидели, как с кукурузного поля быстро выбегает молодой человек.

Вдруг дети услышали тихий шум, доносившийся из комнаты для вскрытия, и с любопытством обернулись, желая посмотреть, что там.

- Не смотрите, вам будут сниться кошмары, — ласково сказал им Гу Яньчэнь, а затем спросил у детей:

- Вы знаете этого человека?

Дети переглянулись и покачали головами.

Старший ребёнок прошептал:

- Не знаю.

Гу Яньчэнь снова спросил:

- Как он выглядел? Вы помните?

Ребёнок сказал:

- Помню немного...

Они спросили о физических особенностях мужчины.

Шао Чжэньэнь, стоял рядом, и выглядел несколько обеспокоенным.

- Найти кого-то только по этим данным будет непросто… На полях нет камер наблюдения. Было бы здорово, если бы камеры могли что-то снять.

Гу Яньчэнь сказал:

- У нас есть художник-иллюстратор...

Шао Чжэньэнь вмешался:

- Навыки нашего художника-криминалиста ограничены, это пустая трата времени. Однажды я сделал набросок, но когда мы позже поймали подозреваемого, я сравнил его с показаниями свидетелей, и они не совпали.

Тем временем Шэнь Цзюньци был занят вскрытием.

Держа в левой руке кровоостанавливающие щипцы, а в правой — скальпель, он подтвердил, что причиной смерти девушки стало внутреннее кровотечение из селезёнки. Услышав слова, из соседней комнаты, он вздрогнул, поднял голову, чтобы вмешаться, но почувствовал боль в горле.

Отложив инструменты, он отправил сообщение Гу Яньчэну:

«Возможно, нам понадобится помощь со стороны».

Телефон Гу Яньчэна издал сигнал, и, проверив его, он увидел сообщение от Шэнь Цзюньци. Зная, что он не может разговаривать, они общались с помощью текстовых сообщений.

Капитан Гу спросил:

- Кто?

Шэнь Цзюньци напечатал:

«Сунь Вэнь».

Гу Яньчэнь вспомнил. Он видел это имя в отчёте службы общественной безопасности. Он помнил, что Сун Вэнь был главой отдела уголовных расследований в Наньчэне и умел составлять фотороботы.

- Я попробую.

Все они были частью системы общественной безопасности, а их коллеги и однокурсники были разбросаны по всей стране. Гу Яньчэнь быстро раздобыл контактную информацию Сун Вэня. Попросив кого-то передать сообщение, он позвонил Сун Вэню, и на другом конце провода раздался чистый мужской голос:

- Здравствуйте, я Сун Вэнь.

Гу Яньчэнь быстро ввёл его в курс дела.

Сун Вэнь пошёл навстречу:

- Сегодня я свободен, могу попробовать. Свидетели с тобой?

- Да, — быстро ответил Гу Яньчэнь.

В данный момент было бы нецелесообразно ехать туда лично.

Сун Вэнь сказал:

- Тогда давай включим видео и поработаем удаленно.

В Наньчэне, дома у Сун Вэня.

Лу Сыюй только что закончил готовить ужин.

В меню сегодняшнего вечера были жареные побеги бамбука, яичница с китайским туном, суп из голубей и десерт из горохового пюре, которые придавали столу весеннюю атмосферу.

Когда он отложил палочки для еды, ему позвонил Гу Яньчэнь.

Лу Сыюй повернулся и спросил:

- Кто звонит так поздно?

Сун Вэнь объяснил:

- Это по делу, им нужен фоторобот.

Он вкратце рассказал о деле, и Лу Сыюй сказал:

- Четыре года разницы? Как правило, у серийных убийц не бывает таких больших промежутков.

Сун Вэнь сказал:

- Я попробую сделать фоторобот, если я смогу помочь, это будет здорово.

Лу Сыюй сказал:

- Тогда ты занимайся, а я пойду, прогуляюсь с Волчонком.

Он махнул рукой, и их белый самоед спрыгнул с дивана и направился к нему.

Лу Сыюй взял собаку на поводок и вышел.

Сун Вэнь встал, чтобы взять бумагу и ручку, а затем включил компьютер, чтобы начать видеозвонок.

Со стороны Гу Яньчэна тоже всё было готово.

Он достал свой ноутбук, перекинулся парой слов с Сун Вэнем, а затем попросил детей начать рассказывать подробности.

Сун Вэнь нарисовал контур, и дети начали более точно описывать его.

Старший ребёнок сказал:

- Сделай его немного худее.

Сун Вэнь внес соответствующие коррективы.

Гу Яньчэнь чувствовал себя бесполезным, сидя в стороне, и ему было немного неловко. Он беспокоился о здоровье Шэнь Цзюньци, поэтому налил чашку горячей воды и пошёл проверить, как продвигается вскрытие.

Шэнь Цзюньци оказался в затруднительном положении. Он думал, что у Чанси, по крайней мере, есть электрическая пила для вскрытия черепа, но когда он пришёл, там была только пила для костей, причём не самая острая.

Доктор Шэнь уже состриг волосы с головы жертвы и довольно долго распиливал череп, но смог распилить его менее чем на треть. В процессе работы две цепи пилы сломались.

Из-за простуды он чувствовал слабость во всём теле, а из-за того, что пила была тупая, работа продвигалась медленно.

Когда вошёл Гу Яньчэнь, Шэнь Цзюньци почувствовал себя спасённым. Он снял перчатки и принял горячую воду.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Тебе стало лучше после того, как ты согрелся?

Шэнь Цзюньци жалобно посмотрел на него и напечатал:

«Просто болит горло. Можешь оказать мне услугу?»

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Что за услуга?

Шэнь Цзюньци указал на пилу для костей, а затем на труп, лежащий на секционном столе.

Гу Яньчэнь:

- …

Он взял пилу:

- Ты хочешь, чтобы я помог тебе вскрыть его?

Шэнь несколько раз кивнул.

Гу Яньчэнь надел перчатки и спросил:

- Как мне это сделать?

Шэнь Цзюньци жестами показал, что нужно делать, а затем показал ему инструкции на своём телефоне.

Он не должен прилагать слишком много усилий, чтобы не повредить мозговую ткань, но и не должен действовать слишком легко, иначе ничего не получится.

Это требовало предельной осторожности.

Гу Яньчэнь последовал инструкциям, установил пилу и начал пилить.

У него были силы, но он чувствовал себя странно.

Гу Яньчэнь обычно не боялся трупов, но прикасаться к ним и видеть их — это разные вещи, а препарировать их — тем более.

Капитан Гу сосредоточился, понимая, что делает это ради раскрытия дела и помощи Шэнь Цзюньци.

Он решительно продолжил.

Пила, терлась о кость, издавая скрежещущий звук, отчётливый и зловещий в тихом кабинете, от которого по спине бежали мурашки.

Руки капитана Гу болели от пилы, и он был в ужасе, он так не нервничал даже когда выслеживал преступников. Его спина покрылась потом, а от запаха трупа у Гу Яньчэна скрутило живот.

Он понял, что работа судмедэксперта не для всех.

На середине работы Гу Яньчэнь поднял взгляд на Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци увидел ещё одно преимущество похода на место преступления со своим парнем. Он мог не только помочь перенести труп, но и помочь в тяжелом процессе. Он использовал стратегию похвалы, подняв большой палец вверх, чтобы показать, что Гу Яньчэнь всё делает правильно, и побудить его продолжать.

Пока Гу Яньчэнь пилил, он не мог отделаться от мысли, что впервые выехал за город с Шэнь Цзюньци и в итоге он пилил череп жертвы в местном полицейском участке.

Это было слишком «романтично» в нестандартной манере.

Он сосредоточился на текущей задаче и не смотрел на лежащий труп.

В мгновение ока он расправился с большей его частью.

Капитан Гу, строгий к себе, проверил и сказал:

- Кажется, немного не так, я поправлю.

Шэнь Цзюньци кивнул, сел, чтобы попить воды, и пристально посмотрел на профиль Гу Яньчэна.

Доктор Шэнь восхищалась тем, каким красивым выглядел капитан Гу, когда был полностью сосредоточен и его челюсти были напряжены.

Постепенно Гу Яньчэнь освоился, и страх постепенно отступил, сменившись чувством удовлетворения.

После того как он распилил череп по кругу, из него выпал бледный белый мозг, похожий на желе.

Задание выполнено, и сердце капитана Гу наконец успокоилось. Он вздохнул с облегчением и снял перчатки.

Шэнь Цзюньци всё ещё не мог говорить, поэтому отправил ему сообщение с благодарностью. Затем он удалил его, решив, что излишнее спокойствие может ослабить его энтузиазм.

Он изменил текст.

Шэнь Цзюньци напечатал:

«Капитан Гу, вы великолепны! У вас настоящий талант».

Поскольку это был текст, а не устная речь, доктор Шэнь не беспокоился о том, что преувеличит и испортит свой имидж.

Гу Яньчэнь:

- !!!???

Услышав эту неожиданную похвалу, капитан Гу был приятно удивлён, словно в его голове взорвался фейерверк.

Он взглянул на Шэнь Цзюньци. На лице доктора Шэнь не отражалось никаких эмоций, он печатал в телефоне. Почувствовав на себе его взгляд, Шэнь Цзюньци поднял глаза.

Увидев ошеломлённое выражение лица Гу Яньчэна, смотревшего в свой телефон, доктор Шэнь не смог сдержать улыбку, и в его глазах заплясали огоньки.

Тут же Гу Яньчэнь вспомнил о легендарной «очаровательной улыбке» из романа «Троецарствие». Его сердце забилось чаще, но он сохранил самообладание и скромно сказал:

– Я все еще думаю... оно немного не круглое.

Доктор Шэнь ответил:

«Соответствует требованиям. Для первого раза неплохо. Практика — путь к совершенству».

Капитан Гу почувствовал удовлетворение.

Однако он совершенно упустил из виду, что фраза «Практика — путь к совершенству» была огромной ловушкой, и с гордостью сказал:

- Если бы я учился на судмедэксперта, у меня бы тоже всё получилось.

Он получил ещё одно сообщение:

«Я отмечу твои заслуги и вознагражу тебя потом».

Гу Яньчэнь почувствовал себя так, словно только что залпом выпил банку мёда, и сказал в ответ:

- Напиши мне, если тебе понадобится помощь.

Шэнь Цзюньци ответил «хорошо» и опустил голову, чтобы сосредоточиться на изучении мозга девушки.

Гу Яньчэнь вышел, вытирая пот с ладоней салфеткой.

Тогда он и представить себе не мог, что это ещё не конец.

Несколько месяцев спустя, помогая убирать с места преступления останки жертвы, прилипшие к земле, капитан Гу вспомнил, что эта, казалось бы, спокойная ночь на самом деле стала началом «опасного пути» директора Шэнь к жульничеству со своим мужем.

Странно

Экстра. Крест Ангелов

Глава 152. Странно

Ночь, третий полицейский участок на западе уезда Чанси.

Этот полицейский участок был небольшим, в нём работали всего один начальник, два полицейских, которые занимались регистрацией населения и административными задачами, а также три полицейских и судмедэксперт.

Сейчас начальник участка вернулся и разговаривал с Шао Чжэньэнем на улице.

Гу Яньчэнь вышел из комнаты для вскрытия, чтобы проверить, как продвигается работа над портретом. Сгенерированное изображение было отредактировано трижды и теперь было практически готово.

Сун Вэнь действительно отлично рисовал, создавая реалистичные портреты.

На рисунке был изображён молодой человек с утончёнными чертами лица, однослойными веками и чёлкой, доходящей до бровей.

Дети снова подтвердили:

- Очень похоже.

Как только они это сказали, в дверь постучали и вошли два человека.

Гу Яньчэнь поднял глаза и увидел двух женщин средних лет.

При виде них дети опустили головы и робко позвали:

- Мама.

Первая, слегка полноватая женщина, сказала недружелюбным тоном:

- Директор Чжан, мы думали, они просто гуляют? А оказалось, они тут.

Гу Яньчэнь слегка нахмурился. Обычно при допросе несовершеннолетних требуется подпись опекуна. Он предполагал, что местные сотрудники позаботились обо всех формальностях. Действия директора Чжана не соответствовали полицейским процедурам. Мало того, что доказательства были сомнительными, так ещё и в случае подачи жалобы возникнут проблемы.

Директор Чжан рассмеялся и толкнул локтем стоявшего рядом полицейского:

- А, это всё Сяо Ян, который хочет быстро раскрыть дело. Он здесь новичок и не понимает, как всё устроено. Я поговорю с ним позже и объясню ему.

Гу Яньчэнь нахмурился ещё сильнее. Когда он позвал детей, то отчётливо слышал, как Сяо Ян звонил директору Чжану.

Но Сяо Ян небрежно взял вину на себя и встал, улыбаясь:

- Мне, правда, очень жаль. Посмотрите на меня, я был так занят, что забыл. Эти двое детей сказали, что видели кого-то неподалёку от места происшествия, поэтому я привёл их сюда, чтобы расспросить. Я не ожидал, что это займёт так много времени.

Женщина сказала:

- О, что могли увидеть дети? Это же просто ерунда какая-то.

Другая женщина тоже позвала своего ребёнка:

- Иди скорее сюда, тебя папа ищет.

Увидев, что они так разговаривают, Шао Чжэньэнь сказал:

- Дети очень помогли. Благодаря их сотрудничеству с полицией у нас есть информация, которая поможет поймать убийцу.

Но у обеих женщин было странное выражение лица, как будто им было совершенно всё равно, кто убийца.

Слегка полноватая женщина фыркнула:

- Они просто несут чушь. Не верьте им. Если вы не сможете найти убийцу, не вините нас.

Гу Яньчэнь подумал, что странно, когда мать так отзывается о собственном сыне.

Дети всё это время стояли, опустив головы, и не смели громко дышать. Они были похожи на мышей, столкнувшихся с кошкой.

Почувствовав немного неловко, Гу Яньчэнь незаметно отодвинул экран ноутбука, чтобы они не видели, что делает Сун Вэнь напротив них.

Он подтолкнул детей вперёд и сказал:

- Они мало что рассказали. Мы просто задали несколько простых вопросов. Теперь вы можете отвести их домой. Спасибо.

Услышав это, обе женщины стали ещё более невежливыми. Каждая взяла по ребёнку и повернулась, чтобы уйти, бормоча проклятия на местном диалекте и тихо угрожая:

- Только попробуй снова сбежать, я с тобой разберусь, когда мы вернёмся! Берегись!

Гу Яньчэнь специально закрыл экран ноутбука, но Сун Вэнь всё равно услышал их разговор. После того как все ушли, Гу Яньчэнь извинился перед Сун Вэнем:

- Прости, тут возникла небольшая проблема. Я разберусь с ней позже.

Сун Вэнь ответил:

- Всё в порядке, набросок почти готов. Я доработаю его и сразу отправлю тебе.

Гу Яньчэнь поспешил поблагодарить:

- Спасибо, капитан Сун. Я выключаю видео.

Сун Вэнь ответил:

- Конечно, это всего лишь небольшая услуга. Не стоит благодарностей. Я слышал, что ты хорошо стреляешь. Давай потренируемся вместе, когда ты будешь свободен.

Гу Яньчэнь сказал:

- Хорошо, договорились, когда будет время.

После завершения звонка Шао Чжэньэнь некоторое время сдерживался, но, в конце концов, не выдержал и пожаловался директору Чжану:

- Лао Чжан, почему ты не сообщил родителям?

Директор Чжан, скрестив ноги, смущённо произнёс:

- Ах, вы, ребята, работаете в большом городе и не знаете, как обстоят дела в нашем городке. В уезде Чанси всего восемь тысяч человек, и две тысячи из них живут в нашем районе. Раньше это была сельская местность, и только недавно всё изменилось. Самым оживлённым местом в уезде был центр деревни. Несмотря на то, что теперь это уезд, здесь по-прежнему живут в основном местные. Те двое детей, которых вы только что видели, тоже местные.

Сяо Ян добавил:

- Многие здесь знают друг друга, как будто все здесь родственники. Если бы я действительно сообщил об этом родителям, не говоря уже о том, чтобы сделать набросок, я бы даже не смог задать вопрос. Взрослые наверняка бы нам запретили.

Директор Чжан продолжил:

- Мы делаем это ради расследования. Услышав, что были дети, которые что-то видели, мы не могли просто проигнорировать это и не вызвать их на допрос. Просто я не ожидал, что процесс составления портрета займёт так много времени. Это немного противоречит процедуре. Капитан Гу, пожалуйста, проявите понимание.

Гу Яньчэнь выслушал их объяснения и понял их подход.

Если оставить в стороне другие вопросы, то все свидетели, которых допрашивали до этих детей, были очень осторожны в своих высказываниях и утверждали, что не знают подробностей.

Неужели эти люди действительно не видели и не слышали жестокую сцену на кукурузном поле?

Как раз, когда он думал об этом, у Гу Яньчэна зазвонил телефон. Это Сун Вэнь, прислал набросок.

Гу Яньчэнь попросил Сяо Яна распечатать фоторобот и дать офицерам в участке взглянуть на него, может они узнают этого человека.

Офицеры все как один покачали головами.

Директор Чжан взял рисунок и сказал:

- Сейчас у нас не хватает людей. Завтра днём мы поспрашиваем ещё.

Гу Яньчэнь сложил эскиз и положил его в карман.

Сегодня наконец-то наметился прогресс. Уже больше восьми вечера, так что, расследование придется продолжить завтра. Сейчас ему казалось, что он обладает даром предвидения. Они действительно не могут вернуться домой сегодня вечером.

Гу Яньчэнь закончил работу, собрал вещи и постучал в дверь комнаты для вскрытия.

Шэнь Цзюньци тоже только что закончил уборку.

Доктор Шэнь всё это время слушал их разговор и, сняв маску, выглядел несколько уставшим. Это было не только физическое, но и умственное истощение.

Расследуя это дело, он чувствовал какое-то неосязаемое сопротивление.

Гу Яньчэнь спросил Шэнь Цзюньци:

- Вскрытие прошло гладко?

Он знал, что вскрытие головы часто является последним этапом, а зашить тело обычно не занимает много времени. Ему показалось, что Шэнь Цзюньци возился немного дольше обычного.

Шэнь Цзюньци покачал головой.

Ему всё ещё было трудно говорить, поэтому он написал Гу Яньчэну:

«На теле было много ран. Помимо крестообразной раны на груди, было много других крестообразных ран, которые было очень сложно зашить».

Только теперь Гу Яньчэнь осмелился взглянуть на тело. Днём тело было покрыто свежей кровью, из-за чего было трудно разглядеть, сколько на нём ран. Теперь, при ближайшем рассмотрении, он обнаружил, что раны были не только на груди, но и на животе, ногах и спине, множество шрамов в форме креста. Шэнь Цзюньци зашил эти раны чёрной нитью, и на бледной коже девушки они выглядели густо расположенными и немного пугающими.

Гу Яньчэнь сказал:

- Спасибо тебе за работу. Давай сначала зарегистрируемся, а потом я куплю тебе лекарства.

Когда они вышли, Шэнь Цзюньци передал команде Шао несколько документов и образцов крови. У них были люди, которые сегодня вечером возвращались в город, и это был идеальный вариант для того, чтобы доставить эти образцы в судебно-медицинский центр для проведения анализов.

Несколько молодых офицеров собрались пойти с Гу Яньчэном отдохнуть.

Гу Яньчэнь обратился к директору Чжану:

- Директор Чжан, вскрытие завершено. Не могли бы вы связаться с похоронным бюро и попросить их забрать тело и поместить его в морг?

Директор Чжан сказал:

- Не волнуйтесь, я сейчас позвоню и распоряжусь, чтобы его доставили сегодня вечером.

Гу Яньчэнь повернулся, чтобы уйти вместе с командой, но остановился и добавил:

- О, директор Чжан, что касается недавнего случая в уездном городе, мы подозреваем, что это серийное убийство. Пожалуйста, проинформируйте об этом руководство деревни. Кроме того, свяжитесь с начальниками различных отделов, чтобы усилить патрулирование, и убедитесь, что взрослые присматривают за детьми, особенно за девочками. Они не должны оставаться одни, особенно ночью.

Директор Чжан сказал:

- Конечно, капитан Гу, вы хорошо поработали. Вы очень внимательны.

Гу Яньчэнь почувствовал в его словах лесть, но ответил:

– Это полиция хорошо поработала. Я потом куплю несколько пачек сигарет.

Выйдя из полицейского участка, они направились к месту, где их ожидали. Отель, в котором они остановились, был одним из самых больших в уезде Чанси, недалеко от участка.

По прибытии в отель они забронировали три номера, один номер был для Гу Яньчэна и Шэнь Цзюньци.

В отеле было три этажа, и они остановились на третьем. Поднявшись наверх, они увидели, что обстановка в номере действительно средняя.

Разложив вещи, Шэнь Цзюньци почувствовал запах дыма,  поэтому отдернул шторы и открыл окно.

Хотя было уже больше восьми вечера, центр все еще выглядел довольно оживленным, было много огней, и в нем чувствовалась немного гламурная атмосфера большого города, но было явно гораздо тише, чем в их городе. Расстояние между зданиями тоже было намного больше.

Шэнь Цзюньци вглядывался вдаль, освещённую ночными огнями, и видел в уездном городе здания в старинном стиле, особняки, сады и башни.

- В этом уездном городе есть несколько туристических достопримечательностей. Если дело будет раскрыто, и ты почувствуешь себя лучше, мы можем взять выходной и осмотреть окрестности, прежде чем возвращаться, — сказал Гу Яньчэнь, заметив, что Шэнь Цзюньци смотрит на башню.

Шэнь Цзюньци мягко покачал головой.

Ему казалось, что здесь что-то не так, и если дело будет раскрыто, он не останется здесь ни на минуту.

- Хорошо, не останемся. Вернёмся домой как можно скорее, — сказал Гу Яньчэнь, беспокоясь о здоровье Шэнь Цзюньци.

- н поцеловал его и сказал:

- Иди прими душ и отдохни, а я пойду куплю тебе лекарства.

Когда он уже собирался уходить, Шэнь Цзюньци потянул его обратно и написал в телефоне:

- Пойдём вместе.

Гу Яньчэнь подумал, что это хорошая идея. В аптеке Шэнь Цзюньци посмотрит, какие лекарства ему нужны.

Закончив с вещами, они спустились вниз. Гу Яньчэнь спросил у персонала отеля, где находится ближайшая аптека.

Горничная указала им дорогу. Погода постепенно улучшалась, и ночью уже не было так холодно. Пока они шли по незнакомым улицам, многие магазины были ещё открыты.

В уездном городе кипела жизнь, и недавнее убийство никак не повлияло на это. Люди по-прежнему ужинали, играли в маджонг и болтали. Погибшая девушка просто дала им повод для разговоров.

Гу Яньчэнь подошёл и достал фотографию, спросив у людей, которые ели барбекю.

Все они покачали головами.

- Не знаю его.

- Никогда раньше его не видел.

- Не уверен.

Когда они подошли к аптеке, Гу Яньчэнь прошептал Шэнь Цзюньци:

- Эти люди лгут.

Имея за плечами опыт работы в уголовном розыске, и допросив множество преступников, он мог с первого взгляда отличить правду ото лжи. Поначалу сомневаясь, он расспросил нескольких человек и убедился в своей правоте.

Шэнь Цзюньци в замешательстве:

«….?»

Видя его замешательство, Гу Яньчэнь понизил голос и объяснил:

- Их глаза… их глаза не такие. Обычно, когда людей спрашивают, они смотрят на портрет, вглядываются в него, чтобы вспомнить. Но эти люди лишь мельком взглянули на портрет, а затем посмотрели на меня, чтобы ответить. Их взгляд блуждал.

Эти люди даже не осмелились взять портрет в руки, что было явно ненормально.

Услышав это объяснение, Шэнь Цзюньци восхищался проницательностью Гу Яньчэна.

Они подошли к аптеке. Она работала круглосуточно, и внутри была небольшая клиника с молодым врачом.

Гу Яньчэнь объяснил врачу симптомы Шэнь Цзюньци, и тот достал термометр, чтобы измерить ему температуру.

В этот момент дверь аптеки открылась, и вошла девочка лет восьми-девяти. Как только она вошла, она позвала:

- Дядя Си Бяо, у моего дедушки снова проблемы с сердцем. Дайте мне упаковку быстродействующих сердечных таблеток.

Она положила деньги на стойку, и врач встал, чтобы принести ей лекарство.

Тем временем Шэнь Цзюньци просматривал полки в поисках лекарств. Врач закончил измерять ему температуру и сказал:

- Сейчас у вас нет лихорадки. Давайте я вас быстро осмотрю.

Гу Яньчэнь заметил, что девочка ушла. Он подумал, что родители довольно беспечны, раз позволяют маленькой девочке одной ходить за лекарствами в такой поздний час, особенно учитывая недавнее убийство. Возможно, они не знали о случившемся. Желая напомнить ей об этом, капитан Гу притворился, что вышел покурить, и сказал врачу, что тот может позвать его в случае необходимости.

Вместо того чтобы сразу закурить, Гу Яньчэнь пошёл за девочкой и спросил:

- Малышка, разве ты не боишься выходить одна ночью, чтобы купить лекарства?

Девочка посмотрела на него и ответила:

- Не боюсь. Я знаю всех этих людей.

Она смотрела на него с некоторой настороженностью.

Гу Яньчэнь любезно посоветовал:

- Я не плохой человек, я полицейский. Но тебе лучше поскорее вернуться домой. В последнее время здесь небезопасно. Всего несколько дней назад произошёл несчастный случай.

Девушка пробормотала:

– Я не делала никаких ошибок...

Гу Яньчэнь не был уверен, что правильно расслышал, но ему показалось, что она сказала что-то важное.

Нахмурившись, он спросил:

- Что ты сказала?

Сделала что-то не так? Какие ошибки могут совершить несовершеннолетние девочки?

Девочка стала ещё более настороженной, поджала губы, развернулась и быстро убежала, скрывшись в  тёмном переулке.

Гу Яньчэнь колебался, стоит ли ему идти за ней, но тут услышал, как врач открывает дверь и говорит ему:

- У вашего друга небольшое воспаление миндалин. Я прописал ему простые лекарства. Если ему станет хуже, ему следует обратиться в больницу.

Гу Яньчэнь согласился и быстро вошёл в систему, чтобы оплатить заказ.

Он не мог отделаться от ощущения, что с людьми в этом городе что-то не так.

Девочку звали Чжао Сяоинь. Её родители уехали на заработки, и дома остались только она и её дедушка.

Чжао Сяоинь выросла здесь и знала всех ближайших родственников и соседей. Она слышала о недавних событиях от своего дедушки, но не воспринимала их всерьёз.

Пройдя немного, она оказалась возле круглосуточного магазина и вспомнила, что ей нужны тетради.

Она зашла внутрь, достала мелочь и сказала:

- Дядя Ву, я возьму две тетради в клетку.

Внутри магазина было расчищено место, и владелец играл с кем-то в маджонг, а несколько посетителей наблюдали за игрой.

Владелец, увлечённый игрой и не желавший вставать, командным тоном толкнул женщину, рядом с ним:

- Ты что, глухая? Поторопись и принеси девочке  тетради.

Женщина встала, вышла с несколько расстроенным видом, взяла деньги и дала Чжао Сяоинь тетради.

Рядом стоял небольшой столик, за которым сидела девочка примерно того же возраста, что и Чжао Сяоинь, и делала домашнее задание. Она подняла голову, услышав шум.

Один из игроков в маджонг небрежно спросил:

– Кажется, экзамены сейчас идут? Сяоинь, как твои успехи?

Чжао Сяоинь, держа в руках тетради, гордо задрала подбородок и сказала:

- 96 по китайскому и 100 по математике.

- О боже, как тебе удалось получить такие хорошие оценки, ведь дома у тебя только дедушка?

Затем игрок повернулся к дочери хозяина, которая сидела рядом, и спросил:

- А у тебя?

Девочке стало неловко.

Хозяин фыркнул:

– Как она смеет такое сказать? По одному 64, а по другому – 79. Она не очень хорошо учится.

Игроки в маджонг расхохотались, а дочь хозяина опустила голову ещё ниже.

Чжао Сяоинь забрала тетради и ушла.

Женщина взглянула на удаляющуюся фигуру Чжао Сяоинь, и в её глазах отразилось что-то  не хорошее.

Кто-то поднял новую тему:

- Кстати, ты слышал о том, что произошло на кукурузном поле? Это так страшно!

- Я видел, как сегодня сюда приезжала полиция. Как думаешь, они раскроют это дело?

- Забудь об этом! Что они могут раскрыть?

- Да, это случилось четыре года назад, и в итоге они ушли ни с чем, не так ли?

Посторонний человек, который ничего не понял, попросил рассказать подробнее:

- Что произошло?

- Я слышал, что на этот раз расследование проводит городское бюро. Может, они что-нибудь найдут?

Владелец выпустил колечко дыма:

-Я просто хочу сказать, что даже если приедет комиссия, они ничего не смогут сделать. Неужели они...

- Как ты думаешь, кто это сделал?

Кто-то заметил, что они разболтались, и приложил палец к губам, чтобы напомнить им:

– Тсс...

Хозяин замялся:

- В любом случае, они не поймают убийцу.

Он толкнул перед собой фишки для маджонга.

- Я выиграл! Плати, плати!

Поскольку игра закончилась, а завтра их ждала работа, остальные расплатились и вышли из магазина.

А в это время по переулку шла темная тень...

Жертва

Экстра. Крест Ангелов

Глава 153. Жертва

Утром в отеле округа Чанси.

Гу Яньчэнь не стал раздвигать шторы, а тихо встал, но всё равно разбудил Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци спал чутко. Он открыл глаза и посмотрел на свой телефон. Было ещё рано, всего шесть утра.

Гу Яньчэнь потрогал его лоб и с облегчением обнаружил, что температуры нет. Он налил Шэнь Цзюньци чашку горячей воды и поставил её на прикроватный столик, а затем подоткнул ему одеяло.

- Поспи еще. Можешь встать позднее. Я договорился о встрече с Сяо Яном. Мы вместе пойдём в школу.

Шэнь Цзюньци вчера рано лёг спать, потому что плохо себя чувствовал. Гу Яньчэнь, напротив, допоздна проверял информацию. Он ещё раз просмотрел собранные свидетельства. Все жертвы были несовершеннолетними девочками, но взрослые относились к этому делу на удивление равнодушно.

Гу Яньчэнь подумал, что раз взрослые говорят неправду, то нужно начать с детей. Возможно, там они найдут какие-то зацепки.

Перед сном он написал Сяо Яну, и договорился о встрече в школе, где раньше училась Цзянь Юньси.

Он не был знаком с местностью, поэтому  если бы он взял с собой сотрудников городского бюро, они вряд ли смогли бы собрать много информации. Ему нужен был кто-то, кто был бы знаком с местными. Сяо Яна перевели сюда после окончания учёбы, и он провёл здесь два года. Он казался сообразительным, поэтому Гу Яньчэнь решил взять его с собой для сбора информации.

На данный момент было два убийства. Им нужно было найти что-то общее между ними, чтобы вычислить преступника и предотвратить дальнейшие трагедии.

- Прошлой ночью…

Шэнь Цзюньци попытался заговорить.

Наконец он снова обрёл дар речи и немного пришёл в себя.

- Ты слышал какие-нибудь звуки?

- Казалось, что сзади кто-то стучал. Я не знаю, что там происходило.

В этом небольшом отеле не было звукоизоляции. Гу Яньчэнь поздно лег спать и, кажется, услышал стук, доносившийся откуда-то издалека, но не смог определить, откуда именно.

Шэнь Цзюньци все еще был немного сонный и снова уснул.

Гу Яньчэнь спустился вниз, где его уже ждал Сяо Ян.

На улице ярко светило солнце, и утренний воздух в округе был намного свежее, чем в городе, но разница температур днём и ночью была значительной, из-за чего было немного прохладно.

Гу Яньчэнь поправил рукава и спросил:

- Сколько времени нам понадобится, чтобы добраться туда?

Сяо Ян ответил:

- Если мы поедем на машине, то десять минут. Если пешком, то сорок.

Гу Яньчэнь сказал:

- Давай считать это тренировкой, пробежимся туда.

Гу Яньчэнь бежал впереди, а Сяо Ян следовал за ним. Когда они добрались до места, Гу Яньчэнь всё ещё был полон сил, а Сяо Ян, немного запыхался.

Сначала они отправились на перекрёсток, где Цзянь Юньси рассталась со своей матерью.

Видеть это место на карте или на фотографиях — совсем не то же самое, что находиться тут. На земле валялись остатки лекарств, раздавленные проезжавшими машинами, и от них исходил слабый травяной аромат.

Гу Яньчэнь стоял на перекрёстке, словно мог видеть, как маленькая девочка с рюкзаком за спиной идёт одна и постепенно исчезает из виду.

Он повернулся к Сяо Яну и сказал:

- Пойдём к магазину лапши быстрого приготовления, которым раньше владела мать Му Биня.

Сяо Ян вздохнул и повел его к боковому входу в школу.

Лавки с холодной лапшой больше не было. На её месте теперь продавали булочки на пару.

Гу Яньчэнь сел на стул снаружи и спросил Сяо Яна:

- Ты ведь ещё не завтракал, да? Давай позавтракаем тут.

Сяо Ян не стала отказываться и села напротив него.

Они заказали булочки, яйца, жареные палочки из теста и вонтоны. Пока они ели, Гу Яньчэнь болтал с Сяо Яном.

- У тебя обычно много работы?

Сяо Ян ответил:

- Терпимо. В конце концов, это место довольно хорошее. Это не особо отдалённая и бедная деревня. Общественный порядок и культура здесь относительно в порядке. У меня есть одноклассники, которых отправили в сельскую местность на северо-западе. Там, в глубинке ещё сложнее работать.

Гу Яньчэнь спросил о его родном городе, о том, где он раньше учился, и есть ли у него девушка. Сяо Ян отвечал на все вопросы.

Когда они закончили, завтракать, Гу Яньчэнь спросил его:

– Где ты собираешься обосноваться в будущем? В своем родном городе или здесь?

Сяо Ян задумался, и решил, что, начальник городского бюро проверяет его. Может быть, ему предложат перевод в городское бюро.

Он поспешил, ответить:

- Я хочу здесь обосноваться. Здесь в Чанси у меня есть коллега, который пытается познакомить меня с девушкой. Я подумал, что если найду подходящую, то смогу обосноваться здесь и строить своё будущее, не возвращаясь в родной город.

Гу Яньчэнь согласился. Многие молодые люди действительно приспосабливаются к местным обычаям и оседают там.

Ближе к семи часам в школу начали приходить ученики. Это была единственная начальная школа в западной части уезда Чанси, и сюда приезжали дети со всего уезда.

Гу Яньчэнь предполагал, что после недавнего убийства, родители будут лично провожать своих детей до школьных ворот, как это принято в городских школах. Однако он с удивлением обнаружил, что многие дети шли в школу самостоятельно, а родители просто провожают их до ворот.

Если подумать, то халатность матери Цзянь Юньси вполне объяснима.

Понаблюдав за происходящим, Гу Яньчэнь подошёл к детям, стоявшим на обочине, показал своё полицейское удостоверение и объяснил ситуацию.

Затем он показал детям портрет, нарисованный Сун Вэнем.

Сначала дети покачали головами, сказав, что не знают. Однако Гу Яньчэнь не сдавался. Когда к нему подошли две девочки лет десяти, он обратился к ним.

Одна из девочек с хвостиком взглянула на портрет и сказала:

- Этот человек немного похож на учителя Чжао.

Другая девочка спросила:

- На какого учителя Чжао?

Девочка с хвостиком ответила:

- На того, который преподаёт математику в третьем классе.

Её подруга вдруг поняла:

- О, да, он действительно похож на него, но учитель Чжао носит очки.

Затем Гу Яньчэнь спросила еще нескольких учеников того же возраста, и все они сказали, что этот человек похож на учителя Чжао.

Они решили сначала поговорить с этим учителем Чжао.

Гу Яньчэнь в сопровождении Сяо Яна зашел в школу. Они показали охраннику свои полицейские удостоверения и направились в учительский корпус.

Было ещё рано, и большинство учителей ещё не пришли.

Директор по воспитательной работе пришёл раньше и проводил их в кабинет третьего класса.

Увидев их, директор слегка изменился в лице.

- Ваше дело связано с учителем Чжао?

Гу Яньчэнь не стал брать на себя ответственность.

- Мы здесь только для того, чтобы собрать информацию. Учитель Чжао, преподавал математику Цзянь Юньси.

Это было предположение, но директор неожиданно кивнул.

- Цзянь Юньси училась в его классе. Вэнь Цяоцяо тоже была его ученицей, — добавил директор. — Ученики его очень любят, но я помню, что, когда он только начал преподавать, от родителей поступало много жалоб.

Сяо Ян спросил:

- Почему?

Директор ответил:

- Прошло уже несколько лет, я не очень хорошо помню. Родители всегда находят какие-то странные причины, чтобы жаловаться на учителей. Но учитель Чжао окончил престижный университет, и его ученики хорошо учатся. Постепенно родители перестали жаловаться.

У дверей кабинета Гу Яньчэнь попросил директора вернуться.

Войдя в кабинет, они увидели мужчину, он набирал воду из кулера. Когда он обернулся, Гу Яньчэнь увидел, что мужчина практически не отличается от нарисованного портрета, за исключением очков.

Он спросил:

- Вы учитель Чжао, который преподает математику в третьем классе?

Мужчина поправил очки и посмотрел на них:

- Да, чем я могу вам помочь?

Учитель Чжао провел их в небольшой кабинет и выслушал, объяснения о цели визита.

Он достал свое удостоверение личности и зарегистрировал его, его имя  было Чжао Чжиюань.

Он сказал:

- Я слышал о том, что случилось с Вэнь Цяоцяо. Это прискорбно. Но, дети ошиблись. Я не был на том кукурузном поле.

Гу Яньчэнь посмотрел на Чжао Чжиюаня. Он был поразительно похож на портрет.

Однако, внешность может быть обманчивой, а действия и поведение — скрытыми.

Задавая вопросы, Гу Яньчэнь внимательно наблюдал за мужчиной, пытаясь определить, мог он быть безжалостным убийцей или его сообщником.

Учитель казался хорошо образованным, говорил связно и вёл себя вежливо. На первый взгляд он не производил впечатления жестокого человека.

Гу Яньчэнь спросил Чжао Чжиюаня о Цзянь Юньси и Вэнь Цяоцяо. Если он был их учителем, ему было бы относительно легко забрать свою ученицу.

Чжао Чжиюань спокойно отвечал на вопросы Гу Яньчэна.

Вспоминая девушек, он опускал голову, поправлял очки и отводил взгляд, демонстрируя признаки вины и неловкости.

Гу Яньчэнь заметил шрамы на руке, которой Чжао Чжиюань поправлял очки, и нахмурился.

- Что случилось с вашей рукой?

Чжао Чжиюань взглянул на неё и сказал:

- О, это ещё с детства, много лет прошло.

С этими словами он опустил рукав, чтобы прикрыть шрамы.

Чжао Чжиюань спросил:

– Вы сказали, что видели меня на месте преступления. Когда это было?

Гу Яньчэнь планировал проверить эту информацию позже и сначала обсудить основные вопросы. Даже если этот человек не был преступником, он мог быть причастен. Иначе как объяснить случайно нарисованный портрет, так сильно похожий на него, а так  же тот факт, что он  классный руководитель двух девочек.

Находясь под давлением, люди охотнее раскрывают свои секреты.

Но Сяо Ян, не имея опыта, выпалил:

- Это было между двумя и шестью часами, три дня назад.

Чжао Чжиюань расслабился.

- О, это точно был не я. В тот день у нас в школе было собрание преподавателей. Я был там до восьми вечера. Многие учителя могут это подтвердить.

Такое алиби было непросто сфабриковать.

Гу Яньчэну пришлось рассматривать другие варианты.

- У вас есть братья вашего возраста?

Чжао Чжиюань ответил:

- Нет.

Гу Яньчэнь спросил:

- А родственники вашего возраста?

Чжао Чжиюань насторожился.

- Я живу в этом городе с детства, так что круг моих родственников довольно широк…

Гу Яньчэнь знал, что проводить расследование с большим количеством людей будет сложно, поэтому он спросил, в каком районе города Чжао Чжиюань он зарегистрирован.

Собрав кое-какую информацию, Гу Яньчэнь поручил городскому бюро проверить данные о Чжао Чжиюане.

Действительно, он был единственным ребёнком в семье.

Просматривая информацию, Гу Яньчэнь отметил, что у Чжао Чжиюаня высокий уровень образования. Он окончил престижный столичный университет и сделал успешную карьеру. Непонятно, почему он вернулся  этот город, чтобы преподавать в начальной школе.

Он спросил об этом Сяо Яна, но он не был уверен.

- Возможно, он вернулся, чтобы развивать свой родной город?

Сяо Ян на мгновение задумался и добавил:

- Я не уверен, но мне кажется, что местные жители в уезде Чанси довольно сплочённые.

В это время дети закончили утреннее самостоятельное занятие и выбежали из классов, чтобы поиграть на площадке.

Когда Гу Яньчэнь шел к учебному корпусу, он чуть не столкнулся с ребёнком.

Гу Яньчэнь отвёл ребёнка в сторону и сказал:

- Будь осторожен.

Мальчик поднял голову. Его лицо было в синяках и ссадинах, а на руках виднелись красные следы от ударов плетью.

Гу Яньчэнь узнал мальчика. Он был одним из тех детей, которые прошлой ночью помогали им создавать портрет в полицейском участке.

Гу Яньчэнь замер. Он присел на корточки, чтобы осмотреть раны мальчика. От вида опухших ссадин и синяков у него защемило сердце.

– Тебя... избили родители вчера вечером? – спросил Гу Яньчэнь.

Ребёнок кивнул.

- Потому что ты вчера вечером ходил в городское бюро?

Поколебавшись, мгновение, ребёнок снова кивнул.

Гу Яньчэнь нахмурился. Только потому, что ребенок пошел в полицию и дал информацию, родители избили ребенка до такой степени?

Сначала он подумал, что мать просто грозила, забирая ребёнка, но это была не пустая угроза. Он не ожидал, что родители действительно изобьют ребёнка, причём довольно сильно. Как родители могли быть настолько безжалостными по отношению к собственному ребёнку только потому, что он что-то рассказал полиции?

Гу Яньчэнь собирался расспросить его подробнее, но тут издалека закричали другие дети.

– Сейчас прозвенит звонок, поторопитесь!

Услышав это, ребёнок развернулся и убежал.

Гу Яньчэнь хотел расспросить о случившемся, но Сяо Ян остановила его, сказав:

- Не надо, капитан Гу. Многие семьи здесь строги со своими детьми, их часто бьют, и это обычное явление. Некоторые даже попадают в больницу из-за побоев. Если вы будете расспрашивать, ребёнка изобьют ещё сильнее. Давайте просто не будем обращать на это внимание.

Хотя эти слова было неприятно слышать, логика в них была. Гу Яньчэнь мог бы отвезти ребёнка на обследование и разобраться с родителями по закону. Но что произойдет после его отъезда? Ребёнку всё равно придется жить с родителями.

Гу Яньчэну оставалось только смириться.

Всё, то время, что Гу Яньчэнь провёл в Чанси, он чувствовал себя не в своей тарелке. То, как люди говорили, реагировали и вели себя в повседневной жизни, было типично для маленького уездного городка рядом с мегаполисом.

Однако, когда все эти детали сложились воедино, это казалось странным. Дело было не только в Убийце с крестом, странность была во всем и в людях  частности.

Вырисовывалась причудливая картина.

Гу Яньчэнь закурил сигарету. Расследование нужно было продолжать.

Но если в обычных случаях по ходу следствия ситуация прояснялась, то в этом случае все более запутывалась. Это было похоже на погружение в бездну.

Когда они уже собирались уходить, из кабинета выбежала взволнованная учительница и схватила их, спросив:

- Вы полицейские? Я слышала от учителя Чжао, что приехала полиция.

Она тоже была учительницей третьего класса и только что закончила перекличку во время утреннего самообразования и вышла из кабинета.

Гу Яньчэнь ответил:

- Да, в чём дело?

Учительница бежала и немного запыхалась.

Она сказала:

- Ну, в моём классе есть ученица по имени Чжао Сяоинь, которая никогда не опаздывала, но сегодня утром она не пришла в школу. Я только что пыталась дозвониться ей домой на телефон её дедушки, но никто не ответил. Боюсь, что-то случилось…

Учитывая, что в городе всё ещё на свободе разгуливает серийный убийца, это исчезновение не сулило ничего хорошего.

Услышав эту новость, полицейские напряглись.

Гу Яньчэнь затушил сигарету и сказал:

- Скажите мне адрес Чжао Сяоинь, и мы поедем туда как можно скорее.

Учительница достала телефон и показала им адрес, указанный в анкете.

Сяо Ян сказал:

- Это место близко к отелю. Сотрудники в отеле могут немедленно отправиться туда, а я свяжусь с полицейским участком.

Гу Яньчэнь позвонил Шэнь Цзюньци.

Шэнь Цзюньци уже встал и ответил хриплым голосом.

Гу Яньчэнь объяснил ситуацию, и Шэнь Цзюньци несколько раз кашлянул, прежде чем сказать:

- Я немедленно отправляюсь туда с офицерами.

Тем временем Гу Яньчэнь и Сяо Ян вышли из школы и поймали такси, чтобы доехать до дома Чжао Сяоинь.

Когда они подъехали к её дому, там уже были полицейские из участка и из отеля.

Гу Яньчэнь вошёл во двор и спросил:

- Что случилось?

Не успел он договорить, как увидел во дворе труп пожилого человека, накрытый одеялом и уже окоченевший.

Гу Яньчэнь невольно сжал кулаки.

Ещё одно кровавое дело, и на этот раз убийца забрал две жизни.

Это было слишком дерзко. Убийство под носом у полиции из городского управления, которое ведет расследование.

Чжан Суо тоже стоял здесь, с нахмуренными бровями.

- Чёрт возьми, ситуация обострилась. И старик, и ребёнок мертвы. Старика задушили во дворе, а ребёнок умер в…

Не успел он это сказать, как из комнаты вышел Шэнь Цзюньци, держа на руках окровавленную девочку.

Переступив порог, он замер.

Гу Яньчэнь быстро подбежал к нему и взял девочку на руки.

Ей было около девяти лет, волосы были растрёпаны, а лицо бледным. Гу Яньчэнь вдруг понял, что это та самая девочка, которую они встретили в аптеке прошлой ночью.

Обычно спокойное выражение лица Шэнь Цзюньци не могло скрыть его беспокойства. Его голос был хриплым, но настойчивым.

- Гу Яньчэнь! Вызывай скорую, ребёнок ещё жив!

Помощь

Экстра. Крест Ангелов

Глава 154. Помощь

Утро, полицейский участок округа Чанси.

Шэнь Цзюньци отправился на место происшествия. Прибыв туда, он увидел девочку, лежащую на кровати с полотенцем, закрывающим лицо. Шэнь Цзюньци убрал полотенце и обнаружил, что у девочки нет трупных пятен. Несмотря на то, что на её теле было много ран, они уже начали затягиваться. Он обнаружил, что у девочки всё ещё есть признаки жизни.

Доктор Шэнь немедленно вынес девочку на улицу.

Шеф Чжан на полицейской машине быстро доставил ребёнка в лучшую больницу округа.

Гу Яньчэнь последовал за ними.

Девочка оставалась без сознания, и её жизнь всё ещё была в опасности, вскоре из города не приехала её семья.

Сопровождающие их полицейские вернулись в окружной полицейский участок.

Шэнь Цзюньци уже находился в прозекторской и начал вскрытие старика.

Офицеры были заняты всё утро, и только сейчас у них появилось время собрать информацию.

В полдень, когда собирались заказать обед, они услышали шум снаружи.

Гу Яньчэнь подошёл к окну и увидел людей, которые пришли в полицейский участок.

Большинство из них были мужчинами среднего возраста. Их возглавлял старик лет семидесяти с тростью в руке.

Выражение лица Сяо Яна изменилось.

- О нет, Чжао Цзянхай здесь.

Услышав это, начальник Чжан тоже помрачнел.

Гу Яньчэнь спросил:

- Кто такой Чжао Цзянхай?

Шеф Чжан объяснил:

- Семья Чжао — известная семья в этом округе. Покойный старик Чжао Ихэ и девушка Чжао Сяоинь — оба из семьи Чжао…

Сяо Ян добавил:

- Есть ещё Цзянь Юньси и Вэнь Цяоцяо тоже как-то связана с этой семьёй. Этот старик, должно быть, пришёл узнать о деле, потому что умер член его семьи.

Биологического отца Вэнь Цяоцяо зовут Чжао Пинчэн.

Гу Яньчэнь видел его во время расследования. Поскольку его дочь была убита, а он был искренне убит горем, Гу Яньчэнь не считал его подозреваемым в этом деле.

Увидев панику на лицах полицейских, Гу Яньчэнь спросил:

- Вы все боитесь Чжао Цзянхая? Он что, глава округа?

Шеф Чжан выглядел обеспокоенным.

- Это не так, но у многих людей в округе есть с ним связи. Если говорить старыми терминами, он как…

Он замялся.

- Он занимается семейными делами, и люди обращаются к нему, когда возникают проблемы.

Гу Яньчэнь все понял.

- Глава клана?

Шеф Чжан кивнул.

- В этой местности кланы ценятся, это не преувеличение.

Гу Яньчэнь прокомментировал.

- Местный сановник?

Капитан Чжан сказал:

- Да, но теперь это уже административный центр округа. Его следует называть окружным сановником? Или, может быть, новый местный чиновник?

Гу Яньчэнь сказал:

- Кем бы он ни был, давайте сначала с ними встретимся.

Как только он это сказал, Чжао Цзянхай уже подошёл к двери полицейского участка с группой людей и преградил им путь.

Чжао Цзянхай постучал тростью в дверь. Гу Яньчэнь вместе с офицерами встал и повернулся к ним.

В полицейском участке было всего около дюжины человек, а прибыло более двадцати членов семьи Чжао. И без того небольшой полицейский участок округа был переполнен.

Чжао Цзянхай шёл впереди, остальные следовали за ним.

Старик сделал шаг вперёд и сразу перешёл к делу:

- Вы, должно быть, тот полицейский из городского управления. Сегодня утром в нашей семье произошла трагедия.

Несмотря на возраст, голос Чжао Цзянхая звучал уверенно.

- Меня зовут Гу, можете звать меня капитан Гу.

Гу Яньчэнь взглянул на людей, стоявших позади Чжао Цзянхая.

- Что привело вас сюда?

Увидев, что атмосфера накаляется, начальник Чжан быстро вмешался:

- Старина Чжао, пожалуйста, присаживайся. Давайте обсудим это спокойно.

Чжао Цзянхай сел и погладил свою бороду:

- Прошлой ночью произошла трагедия. Это произошло из-за плохого контроля со стороны полиции и отсутствия прозрачности в расследовании. После инцидента вы не сообщили нам об этом. Полиции не хватает открытости и доверия. С момента происшествия прошло несколько часов, а вы до сих пор не нашли виновного. Ваше расследование недостаточно эффективно.

Он перечислил три обвинения в адрес полиции, и тон его речи был очень неприятным.

Гу Яньчэнь сел напротив него и ответил:

- Прошлой ночью произошло убийство. Как сотрудник полиции, я глубоко сожалею об этом. Однако всё было сделано в соответствии с правилами. Мы немедленно сообщили ближайшим родственникам погибшего и пострадавшего. Убийство произошло сегодня утром. Мы ведём расследование, но на это нужно время и улики. Старина Чжао, то, что ты привёл столько людей в полицейский участок, мешает нашей работе.

Его возражения были логичными и основанными на фактах.

Чжао Цзянхай, привык к вежливому обращению, поэтому промолчал, услышав это.

Шеф Чжан снова попытался сгладить ситуацию:

- Старина Чжао, я понимаю твои чувства. Если ты действительно хочешь, чтобы мы как можно скорее поймали преступника, тебе и твоей семье лучше вернуться. Мы сообщим тебе, как только появится какая-нибудь новая информация.

Чжао Цзянхай немного смягчил тон:

- Как простые люди, мы, конечно, надеемся, что полиция сможет как можно скорее поймать преступника.

Он жестом пригласил всех сесть у входа.

- Давайте подождём здесь, пока полиция раскроет дело и восстановит справедливость для нас, простых людей.

Шеф Чжан предложил компромисс, но другая сторона не собиралась отступать.

Шеф Чжан неловко улыбнулся:

- Старина Чжао, что ты имеешь в виду?

- Мы будем контролировать ход расследования этого дела. Что бы, ваши офицеры хорошо работали и приложили все усилия в расследовании — ответил Чжао Цзянхай.

Шеф Чжан сказал:

- Но уже время обеда. Вы же не можете запретить, офицерам есть, и отдыхать, не так ли?

Чжао Цзянхай сказал:

- Мы услышали эту новость и слишком опечалены, чтобы есть. Поскольку преступник всё ещё на свободе, я думаю, вам тоже не стоит есть, не так ли?

Он повернулся к кому-то:

- Ах да, Эр, принеси несколько венков и поставь их у входа!

Офицеры из городского бюро переглянулись. Неужели этот старик относится к расследованию как к игре? Сможет ли он найти убийцу всего за несколько минут?

Гу Яньчэнь нахмурил брови. Это было похоже на угрозу, оказание давления на полицию.

Он и раньше сталкивался с семьями жертв, которые устраивали беспорядки, и громко оплакивали своих близких, но никто не приводил с собой столько родственников и обычно уходили после того, как их припугнуть, особенно в местах, где много полицейских. Этот старик был здесь как местный император, неприкасаемый. Разговаривать с ним было бесполезно. Учитывая, что на другой стороне было так много людей, и принцип не действовать против толпы, они не могли задержать их всех.

- Как родственники жертв, мы имеем право на получение информации и контроль, — продолжил Чжао Цзянхай. — Мы будем ждать здесь, пока полиция не раскроет это дело и не восстановит справедливость для нас, простых людей.

Когда разговор зашёл об этом, дверь сбоку, ведущая в комнату для вскрытия, внезапно открылась.

Шэнь Цзюньци, который был занят всё утро и не успел переодеться, стоял в дверях весь в крови.

Все взгляды устремились на него, в том числе и взгляд Гу Яньчэна.

Шэнь Цзюньци слышал разговор в кабинете.

Он снял перчатки и сказал:

- Это дело не связано с предыдущим. Это преступление по шаблону.

Чжао Цзянхай, посмотрел на судмедэксперта и спросил:

- Расскажите нам подробнее.

Шэнь Цзюньци отказался:

- Дело расследуется. Полиция не может раскрывать подробности посторонним лицам.

Чжао Цзянхай замолчал.

Старик смутился, его борода задрожала от гнева.

Немного надавив на него, Шэнь Цзюньци повернулся к Гу Яньчэну и спросил:

-Капитан Гу, что вы думаете?

Обратившись к Гу Яньчэну, он также дал понять остальным, что это полицейский участок, и они не могут делать здесь всё, что им заблагорассудится.

Гу Яньчэнь понял, что единственный способ прекратить противостояние с людьми, окружившими полицейский участок, — это быстро найти виновного.

Слова Шэнь Цзюньци указывали на то, что он нашёл какие-то важные улики, которые помогут им вырваться на свободу.

Он объединился с Шэнь Цзюньци:

- Это не посторонние люди, а родственники жертв. Если вы предоставите общую информацию, они, возможно, помогут нам и дадут какие-то зацепки.

Тон Чжао Цзянхая тоже смягчился:

- Да, мы в курсе ситуации и можем сотрудничать с вами, чтобы предоставить улики и как можно скорее поймать преступника.

Только тогда Шэнь Цзюньци достал стопку фотографий с места преступления и начал по очереди прикреплять их к доске.

Он заговорил:

- Во-первых, когда я прибыл на место преступления, я увидел, что головы обеих жертв были накрыты. Голова старика была накрыта одеялом, а голова девочки — наволочкой. Это психологическое проявление чувства вины по отношению к жертвам. Как правило, такое поведение характерно для тех, кто знает жертву.

Гу Яньчэнь внимательно слушал, показывая, что бы он продолжал.

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Из двух жертв только у девочки на теле были крестообразные раны. Однако эти раны отличаются по длине и глубине от ран в двух предыдущих случаях. В частности, в предыдущих случаях на правой стороне тела, было больше ран, чем на левой, а в этот раз всё было наоборот. Судя по направлению и расположению ран, я подозреваю, что преступник, совершивший убийство прошлой ночью, был левшой.

Шэнь Цзюньци только что закончил вскрытие. Его лицо выглядело усталым, голос был хриплым, но тон был очень решительным. Его высокая фигура и серьёзный анализ ситуации привлекли всеобщее внимание.

В участке воцарилась тишина, и Шэнь Цзюньци продолжил:

- Ещё одно отличие состоит в том, что предыдущий преступник задирал одежду жертв, в то время как многие раны на теле Чжао Сяоинь были нанесены через одежду, они были неглубокими, и их было меньше. Раны были нанесены под углом, и, несмотря на то, что жертва была ещё жива, преступник решил, что она умерла. Эти особенности указывают на то, что преступник очень нервничал, возможно, это был его первый опыт. Старик был задушен. На теле были следы борьбы. Преступник явно был немолод, раз дрался с пожилым человеком. На одеяле, которым был задушен старик, я увидел складки от коленей, что указывает на то, что преступник сидел на старике и всем своим телом давил на него, пока тот не умер. Рана на груди девочки была неглубокой, небольшого размера, не затрагивала грудную клетку и была нанесена через одежду. Это указывает на то, что преступник не отдавал особого предпочтения женским органам.

Закончив свой анализ хриплым голосом, Шэнь Цзюньци посмотрел на Гу Яньчэна:

- В заключении, могу предположить, что преступницей является женщина, левша, хорошо знакомая с этой семьёй.

После его слов в комнате все еще стояла тишина. Взгляды присутствующих сменились с подозрительных на растерянные, а затем на восхищённые.

Его анализ был понятным и обоснованным.

Выводы судмедэксперта значительно сузили круг подозреваемых.

Члены семьи Чжао начали перешёптываться.

Взгляд Чжао Цзянхая блуждал, казалось, он о чём-то задумался. Один из мужчин рядом с ним прошептал что-то, и старик встал:

- Хорошо, кажется, я знаю, кто преступник. Следуйте за мной.

Когда он встал, все члены семьи Чжао последовали его примеру.

Гу Яньчэнь подошёл к Шэнь Цзюньци и похлопал его по плечу:

- Ты отлично справился, доктор Шэнь. Ты хорошо поработал. Жди меня здесь.

Он подозвал детективов из городского бюро:

- Пойдёмте вместе.

Детектив по фамилии Чжао встал и остановил его:

- Эм, офицер Гу, они, скорее всего, просто хотят кого-то допросить. Они привезут его, как только проверят информацию.

Гу Яньчэнь взглянул на него:

- Они, наверное, уже знают кто это. Боюсь, они собираются устроить самосуд, верно?

Не обращая внимания на полицейских из участка, он взял своих детективов и последовал за Чжао Цзянхаем и толпой.

Чжао Цзянхай оглянулся, но ничего не сказал. Люди шли впереди, пока не добрались до входа в круглосуточный магазин.

Там находились мужчина, и женщина, владельцы магазина.

Мужчина тепло поприветствовал его:

- Кузен, зачем ты здесь?

Чжао Цзянхай сказал:

- Ты слышал о том, что сегодня произошло в доме Чжао Сяоинь?

Хозяин опешил, а затем кивнул:

- Да, я слышал. Это так ужасно. Кто это сделал?

Чжао Цзянхай не ответил ему, его взгляд упал на женщину.

Он спросил:

- Твоя жена вчера вечером ходила в дом Чжао Ихэ?

Женщина ничего не ответила, но её руки задрожали, а в глазах появился страх.

Взгляд хозяина магазина изменился:

- Вчера вечером ты сказала, что у тебя болит живот, и ненадолго вышла… Может быть…

Женщина, казалось, хотела возразить:

- Я…

Чжао Цзянхай вышел вперёд:

- Полиция подозревает, что преступница — женщина и что она левша.

Левая рука женщины, которая расставляла книги на полках, опустилась, она поняла, что её загнали в угол.

- Это ты!

Кто-то схватил женщину за волосы и ударил её.

Чжао Цзянхай сурово посмотрел на неё:

- Как ты могла так поступить, будучи членом нашей семьи Чжао? Как ты будешь смотреть в глаза нашим предкам?

Кто-то крикнул:

- Привяжите эту злобную женщину к табличке с именами предков!

- Да! Пусть с ней разбирается семейное право!

- Бесстыдница!

Раздался выстрел, прервавший хаос.

Прибыли Гу Яньчэнь с офицерами. Он сделал предупредительный выстрел, разогнал толпу, надел на женщину наручники и отвёл её в сторону от толпы.

- В глазах закона она подозреваемая. Мы заберём её на допрос.

Женщина опустила голову, словно боясь попасть в руки этих людей, и покорно последовала за ними.

Члены семьи Чжао хотели что-то сказать, но Чжао Цзянхай махнул рукой, и никто из них не осмелился пошевелиться. Они стояли и смотрели, как полиция уводит эту женщину.

Гу Яньчэнь отвёл женщину в полицейский участок Чанси. Он нашёл кабинет и поручил своим офицерам допросить её, попросив сотрудников, связанных с семьёй Чжао, не вмешиваться в процесс.

От пощёчины лицо женщины распухло, и она тихо всхлипывала, опустив голову.

Начальник участка помог найти регистрационные данные женщины. Они подтвердили её личность. Женщину звали Линь Юйцзяо, ей было 28 лет. Восемь лет назад она вышла замуж в уезде Чанси и переехала сюда из Линтауна. После переезда у неё родилась дочь.

Гу Яньчэнь стоял в стороне и наблюдал за женщиной. Линь Юйцзяо выглядела измождённой, бледной и безжизненной. Её спина была слегка сгорблена, а глаза покраснели, из-за чего она казалась старше своих лет.

Офицеры спросили:

- Это вы убили Чжао Ихэ и нанесли телеснее повреждения Чжао Сяоинь?

Линь Юйцзяо кивнула и сказала:

- В округе недавно произошли убийства, поэтому прошлой ночью я...

Офицер перебил её:

- То есть вы пошли и убили двух человек?

Дрожащим голосом Линь Юйцзяо сказала:

- Я была не в себе. После того как я их убила, я хотела сдаться, но потом подумала… что никто не узнает, что это была я.

Офицеры попросили её рассказать о преступлении, и она подробно описала все.

- Прошлой ночью, я не могла уснуть, поэтому вышла и взяла нож... Я перелезла через стену и проникла в их дом. Чжао Сяоинь спала, я вошла в её комнату. Я слышала, что у всех трупов были крестообразные раны, поэтому я...

Гу Яньчэнь заметил, что, не смотря на наручники, она постоянно потирала ладони, словно чего-то боялась.

После подробного рассказа, полицейские спросили:

- Почему вы их убили?

- Ревность…

Линь Юйцзяо сказала:

- После того как я приехала сюда и родила дочь, мужчины этой семьи стали плохо ко мне относиться. Они хотели, чтобы я родила ещё одного ребёнка, но у меня было слабое здоровье, поэтому я отказалась. Они часто меня били. У семьи Чжао много родственников, и они всегда сравнивали мою дочь с другими девочками её возраста по внешности и успеваемости…

Офицеры нахмурились, пытаясь понять:

- То есть из-за того, что Чжао Сяоинь была лучше вашей дочери в учёбе, вы хотели убить её из зависти?

Линь Юйцзяо снова кивнула.

Офицеры спросили:

А что насчёт Чжао Ихэ?

Линь Юйцзяо сказала:

- Я хотела убить только девушку, но он внезапно проснулся посреди ночи и пришёл проверить. Если бы я не убила его вместе с ней… что мне было делать?

Она продолжала плакать:

- Вы не представляете, как они издевались надо мной во время семейных посиделок. Каждый Новый год и все праздники на меня смотрели свысока… Чжао Ихэ был самым злобным. Он часто напивался и вёл себя как старший, поучая меня… Они всегда оскорбляли и высмеивали нас с дочерью, всегда относились к нам как к грязи. Я больше не могла это терпеть. Даже без этих убийств я бы рано или поздно что-нибудь сделала.

Гу Яньчэнь слушал, и понимал, что, сказанное Линь Юйцзяо, может быть правдой, но это не вся правда. Её признание было спокойным и рациональным, совсем не похожим на признание человека, который прошлой ночью вломился в дом и убил человека.

Гу Яньчэнь понимал, что причины убийства  могли быть глубже.

Многие преступники скрывают, истоки своих злых мыслей, даже гипнотизируют себя, чтобы забыть об этом, и стыдятся в этом признаться.

В таких случаях даже после долгих допросов они могут не раскрыть свои истинные мотивы.

После того как все вопросы были заданы, молодой офицер подошёл к нему с показаниями:

- Капитан Гу, она во всём созналась.

Гу Яньчэнь молча, взял подписанные показания и просмотрел их.

Остальные офицеры вздохнули с облегчением.

Имея веские доказательства и признание подозреваемой, полиция выполнила свою работу. Остальное будет делом прокуратуры и суда. А кому, какое дело до того, почему она совершила эти убийства, и через что ей пришлось пройти? У полиции всё ещё было дело о серийном убийце, и у них не было времени заниматься Линь Юйцзяо.

Гу Яньчэнь был озадачен. Он решил сначала сосредоточиться на деле серийного убийцы, а потом лично допросить Линь Юйцзяо.

Когда он закончил со всеми делами, было уже почти два часа, и капитан Гу вспомнил, что ещё не ел.

Он рано позавтракал и уже собирался заказать еду, когда к нему подошёл Шэнь Цзюньци с несколькими ланч-боксами.

- Я сходил в отель, принял душ и заказал еду. Не хочешь поесть со мной?

Гу Яньчэнь подумал про себя, что семья всегда важнее всего.

Он взял коробки с обедом:

- У тебя всё ещё болит горло?

Он переживал за Шэнь Цзюньци, который так много говорил с больным горлом.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Уже намного лучше.

Они не хотели обедать в этом полицейском участке, поэтому нашли неподалёку старинный павильон с каменными столами и стульями.

На улице была весна, цвели цветы и ярко светило солнце, но у них не было настроения наслаждаться этим.

Смерть распространяется в этом небольшом уездном городке, и если ее не взять под контроль, ситуация будет ухудшаться.

Гу Яньчэнь расстелил скатерть и достал коробки с обедом.

Он огляделся и прошептал:

- С теми, у кого фамилия Чжао, что-то не так.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Не говори так. Это обычная фамилия.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Я знаю, что есть много хороших людей с фамилией Чжао. Но что касается этой ветви в Чанси, я проверил и выяснил, что Чжао Мэнъань тоже родом из соседней деревни.

Шэнь Цзюньци ковырялся в еде, слушая его. Он всё ещё помнил того безжалостного и безумного убийцу.

Хотя дело подражателя было раскрыто, они очень мало знали о настоящем серийном убийце.

Гу Яньчэнь задумался:

- Я всё ещё не могу понять, почему эти раны имеют форму креста. Как ты думаешь… может ли это быть связано с религией? Или с какой-то странной оккультной практикой?

Как только он упомянул крест, он сразу же подумал о распятии и других символах.

Это было в духе «Мыслить как преступник».

Шэнь Цзюньци кое-что вспомнил и сказал:

- Когда я работал в провинциальном управлении, директор Хэ часто приглашал сторонних экспертов для чтения лекций, в том числе одного специалиста по криминальной психологии. Думаю, мы могли бы обратиться к нему за консультацией.

Гу Яньчэнь спросил:

- У тебя есть контактная информация этого психолога?

Они просто гадали, и это не помогало раскрыть дело. Профессиональный анализ, проведённый экспертом, мог бы направить их в нужное русло.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Да, я добавил его в WeChat. Этого преподавателя зовут Су Хуэй.

Крестообразные раны

Экстра. Крест Ангелов

Глава 155. Крестообразные раны

Уезд Чанси, ближе к вечеру.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци нашли тихое место и позвонили Су Хуэю.

С другого конца провода раздался холодный мужской голос:

- Здравствуйте, я Су Хуэй.

Шэнь Цзюньци кратко изложил ситуацию, а затем передал телефон Гу Яньчэну.

Гу Яньчэнь подробно рассказал ему обо всём.

Выслушав его, Су Хуэй сказал:

- Пожалуйста, пришлите мне всю информацию, и я свяжусь с вами после того, как её изучу.

Гу Яньчэнь собрал все необходимые материалы, включая фотографии из двух дел, свидетельские показания и свои недавние наблюдения, и отправил их Су Хуэю.

Примерно через десять минут Су Хуэй перезвонил по видеосвязи.

Шэнь Цзюньци открыл видеочат и увидел красивого мужчину с родинкой в форме капли в уголке глаза.

Шэнь Цзюньци не видел Су Хуэя два года. Учитель Су не изменился, он был очень стройным, и на видео были видны его изящные руки.

У Су Хуэя был выходной, и он отдыхал дома. Телефон стоял на подставке, а Су Хуэй сидел во вращающемся кресле за столом, держа на руках полосатого кота и поглаживая его по спинке, пока тот мурлыкал во сне.

Су Хуэй поприветствовал их:

- Здравствуйте, доктор Шэнь, капитан Гу. У меня не очень хороший слух, поэтому, когда вы говорите со мной, пожалуйста, говорите немного громче.

Видеозвонки отличаются от телефонных Иногда Су Хуэй плохо слышит и боится упустить какую-то информацию.

Гу Яньчэнь поздоровался с ним в ответ.

Су Хуэй задал несколько вопросов.

Гу Яньчэнь отвечал.

После разговора Су Хуэй получил общее представление о деле.

Он начал свой анализ с уточнения:

- Во-первых, я хочу прояснить, что криминальная психология может лишь помочь вам в расследовании, предоставив некоторые подсказки. Но не стоит полностью полагаться на мои рассуждения. Важно сосредоточиться на уликах и реальной ситуации.

Шэнь Цзюньци помнил, что Су Хуэй всегда подчёркивал это перед каждым занятием.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Я понимаю.

Затем он задал свой вопрос:

- Су Хуэй, имеют ли эти крестообразные раны какое-то особое значение? Например, как религиозные символы?

Су Хуэй покачал головой и ответил:

- Во-первых, я не думаю, что это религиозный символ.

Затем он подробно объяснил:

- То, как убийца совершает преступление, тесно связано с его воспитанием, окружением и образованием. Чанси — очень традиционное место, где во всём округе нет ни церквей, ни доминирующих сект. Во-вторых, я говорю это потому, что эти крестообразные раны не являются стандартными крестами. Некоторые раны смещены, некоторые горизонтальные линии длиннее вертикальных, а углы не равны стандартным девяноста градусам. Набожный человек не допустил бы таких ошибок.

Здесь Су Хуэй добавил:

- Конечно, это всего лишь моё предположение. Я не могу полностью исключить такую возможность. В наши дни в некоторых закрытых районах распространено множество подпольных сект, которые не отображаются в данных. Если у вас есть сомнения или другие зацепки, вы можете проверить.

Гу Яньчэнь сделал пометку.

Су Хуэй продолжил:

- Крест — это древний тотем, символизирующий размножение, солнце и другие понятия. Не стоит зацикливаться только на значении этой формы, потому что на фотографиях я вижу не один шрам в форме креста. Я думаю, что значение этой формы нужно учитывать, но не стоит зацикливаться на нём. Многие серийные убийцы могут оставлять следы, например символы Сатаны, но большинство из них делают это после преступления. Лишь немногие наносят на тело жертвы особые знаки. Подводя итог, я предлагаю вам не усложнять. С точки зрения убийцы, преступление часто совершается в напряжённой обстановке, и шрамы, которые остаются после него, — это его самые инстинктивные мысли. Убийца оставлял шрамы на теле девушки, но не совершал сексуального насилия. Согласно некоторым исследованиям, это может быть заменой сексуальному поведению.

Су Хуэй провёл тщательный анализ, его рассуждения были ясными, как будто он вёл урок.

Су Хуэй погладил кота, которого держал на руках:

- Кроме того, я думаю, что эти раны правильнее называть не крестообразными, а пересекающимися. Когда вы видите такие раны, что первое приходит вам на ум? Мне нужен инстинктивный, неосознанный ответ.

Гу Яньчэнь сказал:

- Раны глубокие, преступник был жесток.

Увидев фотографии тел и мест преступления, Су Хуэй ужаснулся, раны напоминали зияющие рты.

Су Хуэй повернулся и спросил:

- А что думает  доктор Шэнь?

Шэнь Цзюньци ответил:

– Это трудно зашить.

Это было его мнение как судмедэксперта. Раны в форме креста зашить гораздо сложнее, чем раны другой формы.

Су Хуэй кивнул:

- С точки зрения жертвы, такие раны наиболее болезненны, вызывают наибольшую панику и труднее всего поддаются лечению. Это также одна из целей, которых надеется достичь преступник.

Он ненадолго замолчал, а затем привёл пример:

- Позвольте мне привести пример, следы от ударов плетью. Редко когда следы от ударов плетью идут в одном направлении, чаще всего они накладываются друг на друга, потому что нападающий бьёт с разных сторон, и в итоге получается рана, похожая на сетку, потому что такие раны самые болезненные. Они могут причинить жертве сильнейшую боль, а нападающему доставить величайшее удовольствие. Эти крестообразные шрамы могут быть в подсознании преступника формой наказания, проявлением порки.

Наказания?

Гу Яньчэнь вспомнил, что сказала Чжао Сяоинь: «Но я не сделала ничего плохого».

Значит, погибшие девушки сделали что-то, что считалось плохим поступком?

Вдохновлённый, Гу Яньчэнь задумчиво опустил голову. Раньше они рассматривали это дело с точки зрения следователей, но Су Хуэй предложил им взглянуть на эти вопросы с точки зрения, как преступника, так и жертвы.

Он вспомнил о шрамах на телах тех девочек и на руке учителя Чжао.

Гу Яньчэнь спросил:

- Возможно ли, что преступник подвергался избиениям или насилию в детстве?

Су Хуэй ответил:

- Очень вероятно. Если преступник в детстве подвергался избиениям, он будет воспроизводить эти следы и подобное обращение на жертве.

Гу Яньчэнь задал ещё один вопрос:

- И ещё одно, первая жертва опоздала, а вторая поссорилась с матерью и собиралась пойти к отцу. Это похоже на случайные совпадения. Могут ли эти два случая быть случайными?

Су Хуэй немного задумался, а затем сказал:

- Я не думаю, что это случайность. Иногда кажется, что случайности происходят без причины, но на самом деле они тщательно спланированы.

Шэнь Цзюньци внезапно осознал:

- Есть ещё одна возможность. Цзин Юньси и Вэнь Цяоцяо, возможно, долгое время находились под наблюдением преступника, и он ждал подходящего момента, чтобы нанести удар.

Гу Яньчэнь тоже сказал:

- Я понял. Возможно, за ними долго следили, пока они не остались одни, а потом напали.

В заключение Су Хуэй напомнил:

- Вы можете поискать похожие дела. Я посмотрел фотографии с места преступления Цзин Юньси, преступник действовал очень умело, не как новичок. Эти дела могут быть не связаны с вашим регионом, они могли произойти где угодно. Кроме того, я хочу напомнить вам об этой коробке. Не забывайте о её существовании, потому что улики из этой коробки привели вас сюда. Была ли она отправлена преступником или кем-то другим, у неё должна быть цель. Прежде чем узнать правду, даже если она кажется абсурдной, не отбрасывайте ни одной зацепки. В любом случае то, что мы видим, — это лишь место преступления. Через эту точку должна проходить линия. Будущее — это её продолжение, а прошлое — причина. Как сотрудники полиции, мы должны прояснить оба конца этой линии и восстановить её траекторию.

Эти слова заложили прочную теоретическую основу для расследования, и Гу Яньчэнь с Шэнь Цзюньци внезапно прозрели.

Гу Яньчэнь записал ключевые моменты, упомянутые Су Хуэем.

Су Хуэй сказал:

- Это всё, чем я могу вам помочь. Я желаю вам удачи и надеюсь, что вы скоро раскроете это дело.

Гу Яньчэнь сказал:

- Спасибо, Су Хуэй. Ваш анализ был очень полезен для нас.

Шэнь Цзюньци добавил:

– Учитель Су, надеюсь, мы встретимся и тогда с нас  обед в знак благодарности.

Они вежливо подождали, пока Су Хуэй завершит видео вызов.

Но Су Хуэй не встал, чтобы завершить звонок. В его комнате раздался звук открывающейся двери.

Кошка внезапно проснулась и выпрыгнула из объятий Су Хуэй, чтобы поприветствовать вновь прибывшего.

На стол поставили пакет, а затем раздался мужской голос:

- Я сегодня рано закончил работу, поэтому вернулся пораньше. Я принёс твой любимый клубничный торт.

- Спасибо.

Су Хуэй встал, и кто-то обнял его за талию…

Двое «студентов» перед экраном окаменели, словно получили 10 000 смертельных ударов.

Шэнь Цзюньци отреагировал и быстро выключил видео:

– У учителя Су не очень хорошее зрение... Возможно, он подумал, что мы его выключили.

Чтобы сгладить неловкость, Гу Яньчэнь встал и посмотрел в другую сторону, сменив тему:

- У меня есть кое-какие идеи для расследования.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я буду помогать тебе.

После того как Су Хуэй разобрался с информацией по делу, их мысли стали намного яснее.

По дороге Шэнь Цзюньци сказал:

- Я вспомнил кое-что странное о Чжао Цзянхае.

Гу Яньчэнь спросил:

- Что странного?

Шэнь Цзюньци на мгновение задумался и объяснил:

- Хотя Чжао Сяоинь из семьи Чжао, две другие девушки тоже как-то связаны с семьёй Чжао. Так почему же он был так озабочен поиском сегодняшнего преступника, хотя до этого он, был равнодушен к этим убийствам?

Гу Яньчэнь опустил голову, погрузившись в раздумья.

Во второй половине дня Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вернулись в полицейский участок.

Гу Яньчэнь удивился:

- Почему её до сих пор не перевезли в изолятор?

Сяо Ян объяснил:

- В изоляторе сказали, что их транспортное средство находится на техобслуживании и будет доступно не раньше 22:00, чтобы забрать её.

Гу Яньчэнь согласился:

- Тогда пусть она пока побудет здесь. Мне будет удобно снова допросить её, если что-то еще выяснится.

Гу Яньчэнь посчитал, что в полицейском участке слишком много людей, поэтому под предлогом расследования ситуации решил отказаться от этих людей.

Он позвонил в городское бюро и забрал необходимые документы из полицейского участка, а затем перенёс принтер и бумагу для печати в офис отеля.

Затем он разделил сотрудников на две группы: одна должна была собирать информацию за пределами офиса, а другая — помогать городскому бюро в анализе данных.

Шао Чжэньэнь координировал свои действия с полицейскими из городского бюро, чтобы получить доступ к записям с камер наблюдения и другой информации, работая с разных направлений.

Шэнь Цзюньци, слегка кашлянув, подготовил отчёты о вскрытии, а затем начал помогать детективам в анализе данных, присланных из городского бюро.

Сотрудники были заняты, каждый выкладывался по полной.

Расследование дела — кропотливый процесс. Вся информация разрозненна, и нужно просеять большой объём бесполезных данных, чтобы найти что-то ценное.

Сначала они поискали в базе данных уголовных дел похожие случаи. Офицеры передали документы Гу Яньчэну:

- В этих делах фигурируют пересекающиеся ранения.

Гу Яньчэнь просматривал их, и его рука внезапно замерла. Подозреваемый по одному из дел был очень похож на Чжао Чжиюаня, которого он видел раньше, но этот мужчина не носил очки. Преступника звали Чжао Чжисинь, он был родом из округа Чанси.

Он передал файл Шэнь Цзюньци:

- Взгляни на это.

Шэнь Цзюньци взял файл и пролистал его.

Это произошло пять лет назад недалеко от Цзянмао. Преступника звали Чжао Чжисинь, он убил семью своей бывшей девушки. На теле бывшей девушки было множество крестообразных ран.

Этот Чжао Чжисинь был примерно того же возраста, что и Чжао Чжиюань, с которым Гу Яньчэнь встречался ранее, и был похож на него.

Всё, казалось, соответствовало портрету преступника, которого они искали.

Шэнь Цзюньци перевернул страницу:

- Преступник мёртв, и дело закрыто?

Гу Яньчэнь сказал:

- Посмотри, кто подписал протокол.

Шэнь Цзюньци взглянул:

- Фамилия — Чжао…

В небольших городах судебный врач проверяет факты, а члены семьи опознают тела. Если кто-то хочет намеренно сфальсифицировать факты, это возможно. В качестве замены вполне подойдет анонимный труп.

Шэнь Цзюньци кое-что вспомнил:

- Я же видел половину отпечатка пальца на трупе Вэнь Цяоцяо. Хотя его нельзя использовать для поиска, его можно сравнить с образцом.

Он извлёк информацию о Чжао Чжисине из базы данных и сравнил её с отпечатком пальца, который недавно получил.

Отпечаток пальца полностью совпадал с отпечатком большого пальца Чжао Чжисина.

Убийца, которого они ищут, подобен призраку, и это может быть якобы умерший человек, о котором есть сведения.

В это время они получили сообщение от команды Шао Чжэньэня.

- Капитан Гу, после целого дня расследований мы наконец нашли человека, который вывез коробку из округа Чанси.

Вещи Цзин Юньси не оказались бы на полке курьеров Фэй Лина просто так.

Кто-то должен был вывезти эти вещи из округа Чанси.

Предметы пролежали на полке четыре дня, прежде чем их забрал Фэй Лин. Они смогли точно определить дату их размещения.

Во второй половине дня Гу Яньчэнь позвонил Шао Чжэньэню и попросил его команду проверить все транспортные средства, которые в тот период проезжали через туннель из округа Чанси в город. Среди этих транспортных средств должно быть то, в котором перевозили коробку.

Шао Чжэньэнь проверил не так много въезжающих и выезжающих транспортных средств, как они думали.

После исключения Шао Чжэньэнь нашёл на записи с камеры наблюдения в междугороднем автобусе мужчину в шляпе, который нёс коробку.

Коробка, которую он вез, была точно такой же, как та, что была открыта в прямом эфире.

В какой-то момент мужчина снял маску и вздохнул.

Шао Чжэньэнь восстановил запись и получил чёткое видео.

Шэнь Цзюньци наклонился, чтобы посмотреть:

- Это… Чжао Чжисинь?

Он всё ещё помнил фотографию подозреваемого, которую видел ранее, и скриншот перед ним был чем-то похож на неё.

Гу Яньчэнь покачал головой:

- Нет, этот человек — учитель Чжао Чжиюань.

Он указал на экран с записью с камеры наблюдения:

- Хотя на нём нет очков, на переносице видны следы от них. Он щурится, когда смотрит в окно.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что между Чжао Чжисинем и Чжао Чжиюанем есть некоторые различия.

Гу Яньчэнь только сегодня лично встретился с учителем и не мог ошибиться. Более того, Гу Яньчэнь вспомнил, что, когда дети рисовали, они сказали, что у мужчины, которого они видели, был бледный цвет лица, вероятно, из-за недостатка солнечного света. Возможно, после своей мнимой смерти Чжао Чжисинь все эти годы прятался где-то и вполне мог находиться в этом уезде.

Многие здесь это знали, поэтому вчера вечером и произошла эта странная сцена, когда Гу Яньчэнь держал в руках портрет и спрашивал о нем.

Гу Яньчэнь почувствовал, что приближается к истине.

Он встал:

- Кажется, мне нужно ещё раз поговорить с этим учителем Чжао.

Шэнь Цзюньци пошёл за пальто:

- Я пойду с тобой.

Мотив

Экстра. Крест Ангелов

Глава 156. Мотив

Округ Чанси, сумерки.

Утром, когда он узнал о ситуации, Гу Яньчэнь добавил Чжао Чжиюаня в WeChat. Они с Чжао Чжиюанем договорились встретиться не в школе, а прямо у Чжао Чжиюаня дома. Гу Яньчэнь дал понять, что на этот раз придут только он и его коллега из городского бюро.

Вечером, когда Чжао Чжиюань закончил работу, он привёл их в дом.

В доме было две спальни и одна гостиная, внутри было чисто и опрятно.

Гу Яньчэнь сразу перешёл к делу и положил на стол несколько фотографий, в том числе сделанные в междугороднем автобусе, а также фото вещей, принадлежавшие Цзянь Юньси.

- Учитель Чжао, вы всё ещё будете утверждать, что не знали о делах Цзянь Юньси и Вэнь Цяоцяо?

Чжао Чжиюань взял фотографии, мельком взглянул на них и положил обратно.

- Я признаю, что взял вещи Цзянь Юньси, чтобы они попали на прямую трансляцию Фэй Лина. Если я нарушил закон, я готов понести юридическую ответственность.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему ты не сказал правду сегодня утром?

Чжао Чжиюань ответил:

- Вы с полицейским из местного участка действовали сообща. Я не был уверен, что об этом не узнают.

Прожив здесь долгое время, он понял, что у этих людей нет секретов.

Гу Яньчэнь спросил:

- Зачем ты это сделал?

Чжао Чжиюань промолчал, опустив голову.

Шэнь Цзюньци спросил:

- Ты хотел предотвратить убийство Вэнь Цяоцяо?

Он чувствовал, что учитель не испытывает к ним враждебности, но держится настороже.

Посчитав время, они поняли, что Чжао Чжиюань передал на трансляцию вещи до того, как Вэнь Цяоцяо была убита.

Поправив очки, Чжао Чжиюань наконец признался, кивнув:

- Но я не подумал, что Фей Лин нечасто ходит в пункт доставки.

Поэтому к тому времени, когда прямая трансляция закончилась, было уже слишком поздно.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему ты не сообщил об этом в городское бюро?

Чжао Чжиюань горько усмехнулся:

-Если бы я заявил об этом, мне пришлось бы сделать это под своим настоящим именем, и полиция городского управления могла не взяться за это дело. Если расследованием занимался бы округ Чанси, то, погибла бы не только Вэнь Цяоцяо, но и я.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Это Чжао Чжисинь их убил?

Чжао Чжиюань уклонился от ответа:

- Я не знаю. Я не могу говорить о том, в чём не уверен.

Гу Яньчэнь сформулировал вопрос иначе:

- Чжао Чжисинь всё ещё жив?

На этот раз Чжао Чжиюань кивнул:

- Насколько я знаю, да.

Похоже, они на верном пути в своём расследовании.

Шэнь Цзюньци хриплым голосом озвучил терзавший его вопрос:

- Почему были убиты эти две девушки?

– Я не хочу оставлять никаких показаний о том, что сказал, – сказал Чжао Чжиюань после минутного колебания.

Гу Яньчэнь кивнул, полиции нужно было обеспечить безопасность свидетелей.

- Они были наказаны за то, что сказали и сделали.

Чжао Чжиюань посмотрел на него и продолжил:

- Вы ведь тоже нашли какую-то информацию, верно? Но семья Чжао давно стёрла большую часть данных. У матери Цзянь Юньси в молодости были романтические отношения с моим дальним родственником, и она забеременела вне брака. Она решила оставить ребёнка и стала матерью-одиночкой. Позже, когда девочка выросла, Чжао Цзянхай пришёл к ним и сказал, что Цзянь Юньси — дочь семьи Чжао, поэтому девочка должна признать свои корни. Он хотел, чтобы Цзянь Юньси сменила фамилию на Чжао. К тому времени мать Цзянь Юньси снова вышла замуж. Цзянь Юньси уже выросла. Родители позволили дочери самой сделать выбор. Девочка сказала, что не хочет носить фамилию Чжао. Её слова привели Чжао Цзянхая в ярость. Вернувшись, домой, Чжао Цзянхай пришёл в бешенство и заявил, что род Чжао не должен угасать, что они должны понести наказание и преподать им урок.

Дойдя до этого места, Чжао Чжиюань опустил голову.

- Тогда никто и подумать не мог, что вскоре произойдёт трагедия. Потом семья Чжао дала ложные показания, переложив вину на…

Семья Чжао обвинила Му Биня в случившемся.

Гу Яньчэнь нахмурился:

- Вэнь Цяоцяо тоже умерла из-за того, что сменила фамилию?

В тот день он тщательно изучил информацию о Вэнь Цяоцяо. Биологическим отцом девочки был член семьи Чжао, но потом они развелись. Девочка взяла фамилию отчима Вэнь, что было обычной практикой в других семьях, где родители развелись. Даже сам Гу Яньчэнь сначала имел фамилию матери Мо, а позже сменил её на фамилию отчима Гу.

Чжао Чжиюань кивнул:

- Чжао Цзянхай угрожал ей, чтобы она не стала второй Цзянь Юньси. Вэнь Цяоцяо обратилась ко мне за помощью. Она сказала, что семья Чжао угрожает ей, и она очень напугана. Поэтому я решил вынести вещи Цзянь Юньси из родового зала и отдать их Фей Лину для распаковки. Я надеялся поднять шум, привлечь городское бюро и остановить всё это. Во второй половине дня Вэнь Цяоцяо была убита... она отправилась на поиски своего отца, надеясь, что её биологический отец сможет заступиться за неё перед семьёй Чжао. Тогда она была с матерью, и по дороге их затащили в машину несколько мужчин из семьи Чжао. Что произошло дальше, я не знаю...

Он и представить себе не мог, что это будет последний раз, когда он слышит о Вэнь Цяоцяо.

Гу Яньчэнь слушал всё это, нахмурив брови.

Никто не говорил правду.

Мать Цзянь Юньси никогда не говорила правду.

Родители Вэнь Цяоцяо тоже не осмеливаются говорить правду. Уличные прохожие, равнодушные к чужим делам, вряд ли скажут правду. Многие знают, что произошло, но никто не сообщил об этом полиции. Если бы не эти ничего не подозревающие дети, они, возможно, так и не нашли бы никаких зацепок.

В семье Чжао слишком много людей в этом округе, не говоря уже о многочисленных дальних родственниках. Все боятся возмездия. Если вы хотите выжить в этом округе, вы должны хранить эти тайны. Это негласное соглашение между жителями округа.

Шэнь Цзюньци с трудом в это верил.

- Их убили только потому, что они не хотели носить фамилию Чжао?

По таким абсурдным причинам были убиты две невинные девушки?

Чжао Чжиюань покачал головой.

- Вы не поймёте. Для тех, кто дорожит своей семьёй, фамилия значит очень много. С точки зрения семьи Чжао, эти девушки были носителями их родословной. Отказаться от своих корней и сменить фамилию на другую — значит предать семью, совершить серьёзную ошибку. Если бы все поступали так же, единство семьи было бы утрачено. Они хотели не только наказать этих девушек, но и подать пример мальчикам. Они не хотели убивать мальчиков, поэтому использовали девочек в качестве примера, чтобы мальчики стали послушнее.

Он продолжил:

- По мнению таких старейшин, как Чжао Цзянхай, дети, рождённые в семье, будь то девочки или мальчики, являются ценным достоянием семьи.

Он самокритично усмехнулся:

- Когда мальчики вырастают, они женятся, чтобы продолжить род. Когда девочки вырастают, они становятся товаром для замужества и приданым. Каждый в семье должен нести ответственность и выполнять обязательства. Говорят, что в маленьких городах полезно знать людей. Но в то же время, пока ты здесь, каждый наш шаг находится под пристальным вниманием членов нашей семьи. Всё, что ты делаешь, становится поводом для сплетен. У нас нет свободы, за кого выходить замуж, кем работать — все решения принимают старейшины. Они внушают нам мысль о том, что когда один процветает, процветают все, когда один страдает, страдают все. Интересы семьи превыше всего. Люди могут совершать плохие поступки ради коллективных интересов семьи. Взяточничество, фаворитизм, даже убийства. Другие, естественно, покрывают преступников и считают их героями клана. Мы все вынуждены быть привязанными к колеснице под названием «семья», которая тащит нас вперёд.

Взгляд Чжао Чжиюаня изменился, и он сказал:

- То, что вы видите сейчас, даже если это связано с гибелью людей, — лишь верхушка айсберга их злодеяний. Многие вещи можно понять, только оказавшись в самой гуще событий.

Для них семья, род — это клетки, из которых членам семьи Чжао трудно выбраться.

Гу Яньчэнь сказал:

- Спасибо, что поделились с нами этими сведениями.

Чжао Чжиюань ответил:

- Если вы сможете раскрыть это дело и заставить людей заплатить за это, я буду вам благодарен.

Гу Яньчэнь сказал:

- Гноящуюся рану на коже нужно вскрыть, даже если это больно. Если игнорировать её, это не решит проблему. Рубцы разрастаются и в итоге могут угрожать жизни. К тому времени будет уже слишком поздно что-то делать.

Чжао Чжиюань посмотрел на них. Он впервые ощутил на себе воздействие внешней силы и искренне надеялся, что полиция сможет с этим справиться.

Отец Чжао Чжиюаня назвал его так в надежде, что у него будут большие амбиции. Он с детства усердно учился, чтобы получить возможность учиться за границей, и не остаться в этой провинции. Но когда он вырос, то понял, что не может позволить себе купить дом и увезти родителей. Его семья по-прежнему будет зависеть от этих людей.

Чжао Цзянхай приказал ему вернуться в округ и устроил его на государственную службу, познакомив с дочерью директора.

Он отказался.

Если бы он занял эту должность, это означало бы, что до конца своих дней он должен будет помогать злу и способствовать благополучию семьи Чжао.

Чжао Цзянхай проклинал его за то, что он не ценил вклад семьи в развитие общества.

Поэтому его понизили в должности, и он стал учителем начальной школы, получая мизерную зарплату и подвергаясь нападкам со стороны других.

Но сердце Чжао Чжиюаня не умерло.

Он хотел привить своим ученикам правильные ценности, но после того, как ученики рассказали родителям о его словах, на него посыпались жалобы.

Он впал в отчаяние, но затем воспрянул духом и начал действовать осторожно и втайне усердно работать.

Он ненавидел этих людей.

Он не справился и остался здесь, но среди учеников всегда есть счастливчики. Они молоды и имеют неограниченные возможности. Однажды они покинут этот дом, словно молодые орлы, взмахнув крыльями, и никогда не оглянутся назад.

Дойдя до этого Гу Яньчэнь наконец узнал часть правды, но этого было недостаточно. Они должны найти Чжао Чжисиня и доказать, что за всем этим стоял Чжао Цзянхай.

Им нужно было найти доказательства.

Чжао Чжиюань дал им ещё одну подсказку, сказав:

- Многие секреты были спрятаны Чжао Цзянхаем в родовом зале семьи Чжао. Во время праздников там проводятся церемонии поклонения предкам. Зал охраняется круглый год, и войти в него могут только члены семьи Чжао. Я нашёл реликвии Цзянь Юньси во время уборки в родовом зале. Не знаю, остались ли там какие-нибудь улики.

А родовой замок семьи Чжао находился прямо за отелем, в котором они остановились.

Пообщавшись с Чжао Чжиюанем, Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци собрались уходить. Когда они подошли к двери, Гу Яньчэнь кое-что вспомнил и обернулся, чтобы спросить Чжао Чжиюаня:

- Ты знаешь Линь Юйцзяо?

Чжао Чжиюань кивнул:

- Она несчастная женщина.

Гу Яньчэнь спросил:

- Почему она совершила убийство?

Чжао Чжиюань отвёл взгляд:

- Это был её личный выбор. Я не уверен, но вы можете обратить внимание на день рождения Чжао Сяоинь.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци вышли из дома Чжао Чжиюаня.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Сегодня днём я проверил информацию. У Чжао Сяоинь и дочери Линь Юйцзяо один день рождения.

Гу Яньчэнь кивнул:

- Давай вернёмся как можно скорее.

Если эти люди так дорожат кланом и своим положением, то Линь Юйцзяо тоже может быть в опасности.

Ночью Гу Яньчэнь вернулся в полицейский участок. По дороге они с Шэнь Цзюньци купили немного еды.

Чжан попросил купить еды для Линь Юйцзяо. Прежде чем еду доставили, Гу Яньчэнь сказал:

- Я сегодня купил слишком много еды. Давай я отнесу её и заодно кое о чём спрошу.

Полицейские из участка тоже хотели пойти с ним, но Гу Яньчэнь сказал:

- Я просто поужинаю с подозреваемым. Почему вы все так нервничаете?

При этих словах они отступили.

Гу Яньчэнь приказал детективам из Городского бюро охранять дверь комнаты, пока они с Шэнь Цзюньци находились там.

Линь Юцзяо все еще сидела на своем месте, поигрывая наручниками на запястье.

Шэнь Цзюньци помог открыть контейнер с едой.

Гу Яньчэнь протянул ей коробку с едой:

- Ешь. Мы купили эту еду, и никто из тех, у кого фамилия Чжао, к ней не притронулся.

Линь Юйцзяо взяла еду и открыла одноразовые палочки. Она давно была голодна и жадно набросилась на еду.

Гу Яньчэнь и Шэнь Цзюньци сидели напротив неё и ели вместе с ней. Это тоже был приём, который применялся для смягчения допроса и быстрого установления контакта с подозреваемым.

Лицо Линь Юйцзяо было бледным и очень измождённым, она ела левой рукой.

Поев немного, Гу Яньчэнь спросил её:

- Чжао Сяоинь — твоя дочь, верно?

Линь Юйцзяо замерла, услышав эти слова.

Только что по дороге Гу Яньчэнь проверил информацию.

Чжао Ихэ, который умер сегодня утром, был дедушкой Чжао Сяоинь.

Несколько лет назад Линь Юйцзяо родила в больнице двойню. После родов выжила только одна дочь, а вторая, как говорили, родилась мёртвой.

Сын Чжао Ихэ погиб в автокатастрофе, и его невестка уехала работать. Но менее чем через год после смерти сына он привёл в дом ребёнка. Чжао Ихэ утверждал, что это был ребёнок его сына.

Из этого Гу Яньчэнь сделал вывод, что Чжао Сяоинь может быть связана с Линь Юйцзяо. Он осторожно спросил, и реакция Линь Юйцзяо подтвердила, что здесь действительно что-то не так.

Женщина подняла голову, отложила палочки, и по её щекам потекли слёзы.

Шэнь Цзюньци протянул ей салфетки.

После того как Линь Юйцзяо поплакала, Гу Яньчэнь утешил её, сказав:

- Мы полицейские из городского управления. Мы мало что знаем о делах округа. Если эти люди что-то сделали с тобой, ты можешь нам рассказать. Если ты не хочешь, чтобы это было зафиксировано, мы не будем вносить это в протокол.

- Много лет назад я родила девочек близняшек, — Линь Юйцзяо закрыла лицо руками.

— Мои родители думали, что я удачно вышла замуж, получив большое приданое и влиятельную семью. Но они не знали, что я жила в аду.

Если Чжао Сяоинь тоже была её дочерью, то это было ещё сложнее объяснить с точки зрения здравого смысла. Почему мать так жестока?

Гу Яньчэнь терпеливо спросил её:

- Что именно произошло? Можешь нам рассказать?

- Когда я вышла замуж за Чжао, начались мои несчастья. После свадьбы у меня два года не было детей. Родственники мужа твердили, что со мной что-то не так. Я прошла множество обследований, и все результаты были в норме. Позже я, наконец, уговорила мужа пройти обследование, и оказалось, что у него проблемы со здоровьем. Он не мог иметь детей.

Линь Юйцзяо вытерла слёзы:

- В то время Чжао Ихэ потерял сына. Знаете, что семья Чжао сделала со мной?

Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь слушали, нахмурив брови.

- Они заперли меня в родовом зале семьи Чжао и заставили нескольких старейшин постоянно убеждать меня в том, что быть неблагодарной дочерью — величайший грех, а отсутствие потомков — серьёзная проблема. Я должна была забеременеть любой ценой, и они нашли для меня решение, ради моего же блага.

Выражение лица Линь Юйцзяо исказилось, нежный образ рухнул, обнажив истеричную сумасшедшую.

Это был настоящий мотив, в котором она стыдилась признаться.

- Они придумали план, заставить шестидесятилетнего Чжао Ихэ переспать со мной!

Гу Яньчэнь понял, почему Чжао Чжиюань упомянул, что эти два убийства были лишь верхушкой айсберга.

Законы страны

Экстра. Крест Ангелов

Глава 157. Законы страны

Вечером в комнате для допросов полицейского участка Чанси Линь Юйцзяо всё ещё плакала и рассказывала.

- Мой муж тоже соучастник. Он сказал, что не возражает, и добавил, что, если это ребёнок семьи Чжао, не имеет значения, кто отец. Они заставили мою младшую сестру и свекровь сблизиться со мной, следить за мусорными баками дома, расспрашивать меня о менструальном цикле и тайком давали мне воду, смешанную с препаратами, вызывающими овуляцию. Когда время было уже близко, меня охраняли трое мужчин, и меня заставили переспать с Чжао Ихэ…

Она всхлипнула и не смогла продолжить. Её муж, свёкор, свекровь и другие старейшины сговорились принести её в жертву.

- Из-за препаратов, стимулирующих овуляцию, я забеременела двойней. Они смеялись и говорили, что по одному на каждого — это как раз то, что нужно… На протяжении всей беременности за мной следили их люди. Они заставили меня уволиться, каждый день наблюдали за мной, чтобы я не покончила с собой. Даже у акушера в больнице была фамилия Чжао.

Раньше Линь Юйцзяо не осмеливалась говорить об этом из-за стыда и страха возмездия. Она не решалась рассказать об этом даже своим биологическим родителям.

Сначала она думала, что, пережив этот период, она сможет продолжить жить. Но после того, как она перестала кормить грудью, муж начал отправлять её обратно к Чжао Ихэ.

Чжао Ихэ уже пристрастился к этому и не мог её отпустить.

Она стала общей женой для двух мужчин.

И это было молчаливо одобрено старейшинами семьи Чжао.

Но что она могла сделать?

Пожаловаться в полицию? В полиции тоже есть люди из семьи Чжао.

Вернуться домой? Её семья приняла подарки в честь помолвки, но при этом опасалась многочисленных родственников семьи Чжао. Мать часто говорила ей, что они породнились с семьёй Чжао и теперь должны нести ответственность, если что-то случится.

Никто не заступится за неё.

И это ещё не всё, ведь её дочь ровесница Чжао Сяоинь, и родственники, которые ничего не знают, будут сравнивать этих двух детей.

Каждая похвала в адрес Чжао Сяоинь — жестокая пытка для неё, вызывающая отвращение у её биологической матери.

В такие моменты Чжао Ихэ тоже подливал масла в огонь, говоря о том, как он воспитывает ребенка, как он кропотливо занимается её воспитанием, и смотрел на неё похотливым взглядом.

Недавно муж предложил ей завести второго ребёнка...

Эта просьба довела её до отчаяния. Ей часто снились кошмары, и она чувствовала, что вот-вот сломается. Она ощущала себя грязной и не могла отмыться, сколько бы ни старалась.

Она часто умывалась слезами, чувствуя, что всё это — большой позор. Этот старик с морщинистой кожей, беззубый, лысый, с таким количеством пигментных пятен, и от его дыхания исходил странный запах.

От одной мысли об этом старике ей становилось плохо. Ещё отвратительнее то, что её дочь называла этого человека дедушкой.

Если бы она возмутилась, это привело бы лишь к побоям со стороны мужчин.

Её муж сказал бы:

- Чем ты недовольна? Разве семья Чжао плохо к тебе относилась? У тебя среднее образование и обычная внешность. Если бы не я, ты бы, наверное, страдала в какой-нибудь отдалённой деревне.

Чжао Ихэ пригрозил ей:

- Тебе запрещено разговаривать с Чжао Сяоинь. Если ты посмеешь сказать ей хоть слово, поверь, я брошу тебя в реку, и никто не посмеет провести расследование.

В округе орудует серийный убийца. Она тоже слышала об этом и о том, что все жертвы — молодые девушки.

Вчера, пока Чжао Сяоинь была в круглосуточном магазине, она воспользовалась возможностью и когда отдавала ей тетради, напомнила ей о необходимости быть осторожной.

Чжао Сяоинь сказала:

- Мой дедушка говорил, что будут убиты только те девушки, которые совершают ошибки и не слушаются своих семей. Вместо того чтобы беспокоиться обо мне, тебе лучше побеспокоится о своей дочери.

Она схватила её и спросила:

- Этому тебя научил Чжао Ихэ?

Чжао Сяоинь оттолкнула её руку, стряхнула с себя пыль, холодно посмотрела на неё, развернулась и ушла.

Её взгляд был устремлён в спину Чжао Сяоинь.

Должно быть, это её сказал Чжао Ихэ.

Чжао Сяоинь и Чжао Ихэ очень близки.

Чжао Цзянхаю тоже очень нравится Чжао Сяоинь, он говорит, что она самая умная в своём поколении.

Она часто приходила в магазин, поднимала глаза и просила принести ей вещи, и с гордостью говорила о том, какая у нас замечательная семья Чжао.

Она подражала другим, смотрела свысока на свою биологическую сестру и презирала её.

Прошлой ночью, после десяти часов, Линь Юйцзяо вообще не поднималась наверх. Чжао Ихэ позвонил её мужу, что бы тот привел её.

Как обычно, Чжао Ихэ отвел её и пошёл домой один. Такое случалось уже много раз. Они даже не боялись, что она убежит.

Она вошла во двор и вдруг увидела Чжао Сяоинь в соседней комнате, которая высунула голову из-за двери в пижаме.

Лицо девочки было нежным, милым, с детским пушком на щеках, но взгляд у неё был ледяной.

Сердце Линь Юйцзяо сжалось, её дочь уже всё поняла!

Девочки в возрасте десяти лет только начинают понимать отношения между мужчинами и женщинами, и она могла неправильно понять.

Она как раз собиралась всё объяснить.

Чжао Сяоинь презрительно сплюнула на землю и сказала своим детским голоском:

– Сука, ты такая отвратительная.

Детские слова часто ранят больнее всего.

Это было похоже на то, как если бы иголка проткнула воздушный шарик, как если бы искра подожгла фитиль.

В этот момент она сломалась.

Она поняла, что эта девочка больше не была её дочерью. Она была свидетельницей её изнасилования, отпрыском того старого зверя, членом семьи Чжао.

Какой бы хорошей ни была её успеваемость, она не вырастет хорошим ребёнком. Она станет сообщницей Чжао Ихэ и Чжао Цзянхая.

Линь Юйцзяо задержала дыхание, перед глазами всё поплыло. Вместо того чтобы спокойно уйти, как обычно, она пошла на кухню за ножом...

Она повалила девочку на кровать, накрыла её лицо подушкой и начала яростно царапать её, разбрызгивая повсюду кровь.

Её глаза покраснели, она продолжала нападать, а затем убила Чжао Ихэ, который пришёл на шум.

Она изо всех сил накрыла его одеялом, чувствуя, как он яростно сопротивляется, пока не перестал двигаться.

Она вернулась домой и задумалась, не стоит ли ей убить другую дочь, и мужа. Но эта девочка была с ней много лет, и она могла не справиться с сильным мужчиной.

Она посмотрела на спящее лицо дочери, горько заплакала, затем смыла с себя кровь холодной водой, переоделась и легла рядом с мужем, молясь о том, чтобы её не нашли.

Но вскоре семья Чжао начала искать её...

Во время сегодняшнего допроса она кое-что утаила, сказала неправду. Теперь, под давлением Гу Яньчэна, она сорвала последнюю маску и раскрыла всю правду.

Услышав это, Шэнь Цзюньци тихо кашлянул, почувствовав, как по его телу пробежал холодок.

Гу Яньчэнь нахмурился и промолчал.

Они наконец узнали о мотивах Линь Юйцзяо, но правда оказалась такой жестокой.

Этот рассказ действительно переход черту того, что они считали человечностью.

Линь Юйцзяо продолжала плакать, потирая руки перед грудью в жесте отчаяния и сожаления.

- Я была не права, мне не следовало срываться на ребёнке. Я жалею об этом с тех пор, как успокоилась. Ребёнок ни в чём не виноват… Ей просто не повезло. Можно ли её… ещё спасти?

Она испугалась и пожалела о своём вчерашнем порыве.

Но в ту холодную ночь, когда на неё обрушилось столько всего, когда она услышала столько обидных слов, отвратительное замечание Чжао Сяоинь стало последней каплей, которая сломила её.

Глядя на измождённое лицо женщины, Гу Яньчэнь сказал:

- Она выжила.

Из больницы только что пришло сообщение о том, что Чжао Сяоинь больше нет угрозы смерти, но она еще не пришла в себя.

Линь Юйцзяо заплакала и сказала:

- Спасибо. Спасибо, что рассказали мне это.

Как будто то, что девушка выжила, уменьшит её вину.

Но Шэнь Цзюньци волновался. С какой жизнью столкнётся девочка, которую клан годами обрабатывал идеологически, и которая пострадала от собственной биологической матери, даже если она выживет?

Ночь, округ Чанси.

Чжао Цзянхай вошёл в родовой зал семьи Чжао, самое большое старинное здание в Чанси. Изначально это был сад, принадлежавший торговцу солью, но позже семья Чжао превратила его в родовой зал и расширила.

Они прошли в самую дальнюю комнату, где на резных балках и расписных колоннах висели занавески в старинном стиле. В просторном зале Чжао Цзянхай зажёг лампы в форме лотоса, затем воскурил благовония и почтительно поклонился табличкам с именами предков на алтаре.

В комнату вошёл сын Чжао Цзянхая:

- Папа, я должен был отравить еду Линь Юйцзяо крысиным ядом, но она её не съела.

Чжао Цзянхай презрительно посмотрел на сына, обвиняя его в том, что он прервал его молитву.

Закурив несколько палочек благовоний, он фыркнул:

- Я так и знал. Ты всё ещё слишком импульсивен в своих поступках. Чаще всего ты приносишь больше вреда, чем пользы. Я уже всё подготовил. Скоро её привезут.

Его сын замялся:

- Но, пап, сотрудники городского бюро всё ещё там. Неужели нам действительно нужно... убивать Линь Юйцзяо прямо сейчас?

Чжао Цзянхай сказал:

- Если мы не решим этот вопрос, как люди будут относиться к нашей семье Чжао в будущем? Мы потеряем лицо, и другие будут нас презирать.

Его сын промолчал. Он знал, что для отца репутация семьи важнее всего остального.

Чжао Цзянхай продолжил:

- Чего ты боишься? Это территория нашей семьи Чжао. В единстве сила. Сегодня вечером собери здесь больше людей. Даже могучий дракон не может победить местную змею. Мы что, боимся нескольких полицейских?

Он сделал паузу и сказал:

- В худшем случае Чжао Чжисинь займётся ими!

Сын посмотрел на отца:

- Убийство полицейских — это серьёзное преступление.

Чжао Цзянхай усмехнулся наивности своего сына:

– Даже если кто-то придет расследовать, что они смогут найти? Он всего лишь психически больной, который убил нескольких полицейских. Мы просто отдадим Чжао Чжисиня. Без нас его бы давно поймали. Благодаря нам он прожил ещё несколько лет. Ничто из этого не может поколебать основы  семьи Чжао.

Немного подумав, Чжао Цзянхай сказал:

- Запомни, и скажи всем, что Линь Юйцзяо сбежала сама, она встретила Чжао Чжисиня и это не имеет к нам никакого отношения.

Уладив все детали, они спустились в вырытый котлован.

Чжао Цзянхай посмотрел вниз на запертого там человека, который стучал ножом по железным трубам на стене. Железные трубы издавали глухой звук, который был хорошо слышен в ночной тишине.

Услышав, что кто-то вошёл, мужчина поднял бледное лицо и посмотрел в сторону источника света.

Его звали Чжао Чжисинь. Его отец был правой рукой Чжао Цзянхая, очень строгим человеком, который часто наказывал сына ремнём или плетью, заставляя его стоять на коленях. Чжао Чжисинь рос в таких суровых условиях.

Пять лет назад, когда он заканчивал колледж, он встречался с богатой девушкой. Члены клана возлагали большие надежды на их брак, и Чжао Цзянхай согласился.

Но позже его девушка разочаровалась в нем.

- Что с тобой не так? Ты что, должен спрашивать обо всём у отца и деда? У тебя что, нет собственного мнения? Я не хочу ехать с тобой в Чанси. Разве нам не хорошо живётся в большом городе? Я любила тебя, но брак это дело двух человек. Мы не подходим друг другу. Давай расстанемся.

Тогда он был подозрителен и чувствовал, что потерял лицо, подозревая свою девушку в том, что она наставила ему рога. Ему приснилось, что отец заставил его встать на колени в родовом зале и ударил его ножом.

Проснувшись, он взял нож и отправился в дом своей девушки, где убил всю её семью.

Затем он спрятался в уезде Чанси.

Чжао Цзянхай и его отец спрятали его в потайной комнате этого родового поместья.

Чжао Цзянхай взял его за руку и сказал:

- Ты потомок нашей семьи Чжао. Даже если ты совершил ошибку, мы не будем стоять в стороне и смотреть, как ты умираешь. Не беспокойся о том, что происходит снаружи. Мы тебя не бросим.

Это было долгое заключение, но он считал, что это лучше, чем смерть.

Время от времени ему разрешали выходить на улицу, например, чтобы сходить к врачу или подстричься, и жители города делали вид, что не замечают его. В конце концов, он вернулся сюда и стать зверем в клетке.

Иногда ему было слишком одиноко, и он наносил себе крестообразные шрамы на руках, теле и даже на лице.

Стены родового зала тоже были покрыты крестами — зрелище не для слабонервных.

Однажды Чжао Цзянхай пришел к нему прочитал ему лекцию о верности семье, и велел убить Цзянь Юньси.

Потом они заставили его столкнуть Му Биня в реку.

Несколько дней назад они снова пришли к нему и велели убить Вэнь Цяоцяо.

Сегодня они пришли снова, и Чжао Чжисинь понял, что кто-то снова умрёт.

Он был человеком, который должен был давно умереть и не должен был больше существовать в этом мире. Он давно потерял свою личность. Он был палачом семьи Чжао, жестоким палачом. Семья Чжао укрывала его, и он убивал людей по их просьбе.

- Чжао Чжисинь.

Лицо Чжао Цзянхая исказилось от гнева.

- Сегодня твоя задача, убить эту женщину. Она убила члена нашей семьи Чжао и должна умереть!

Чжао Чжисинь встал, словно ходячий труп, и последовал за ними из потайной комнаты…

Поздно ночью в уезде Чанси у полицейского участка припарковалась тюремная машина.

Линь Юйцзяо в наручниках сидела в машине в сопровождении нескольких охранников.

Гу Яньчэнь сказал:

- Когда доставите ее, отправьте мне сообщение.

Директор Чжан заверил:

- Не волнуйтесь, все сопровождающие — опытные сотрудники тюрьмы.

Линь Юйцзяо сидела, опустив голову. Она никогда раньше не была в тюрьме и теперь нервничала и боялась. Всё её тело было напряжено, она боялась, что семья Чжао не отпустит её.

Уезд Чанси был небольшим, и очень скоро  машина сменила направление.

Через некоторое время Линь Юйцзяо почувствовала, как по спине у неё побежали мурашки. Она поняла, что они направляются не в тюрьму.

Она задрожала и спросила:

- Это не та дорога… Куда вы меня везете?

Никто ей не ответил, все холодно смотрели на неё.

В панике Линь Юйцзяо попыталась встать, но человек, сидевший рядом с ней, силой усадил её обратно.

У неё упало сердце, либо этих людей звали Чжао, либо они были связаны с семьёй Чжао. Они намеренно отложили перевод до ночи, чтобы похитить её.

В округе было не так много камер наблюдения, и те немногие, что были, могли быть отключены ими.

Ей не суждено добраться до тюрьмы.

Машина проехала дальше и остановилась у родового поместья семьи Чжао. Открылась дверь машины и её вытащили наружу.

Подняв голову, Линь Юйцзяо увидела перед собой красные фонари и включённые лампы.

Особняк был хорошо освещён.

Над зданием висела табличка, где жирными буквами была надпись: «Родовое поместье семьи Чжао».

Подул холодный ветер, и Линь Юйцзяо вздрогнула.

Она узнала это место, она видела его издалека, когда выходила замуж.

Муж сказал ей, что это место для поклонения предкам и семейных бесед. Внутри хранились таблички с именами предков, доступ к которым имели только мужчины.

Тогда она с любопытством спросила:

- Значит, женщинам туда нельзя?

Её муж ответил:

- Есть исключение. Женщины, нарушающие правила клана, приходят сюда, чтобы понести наказание.

Сегодня вечером её впустили. Внутри она увидела много знакомых лиц, дядей, которых она обычно видела, дедушек, своего мужа и свёкра. Рядом с ними стоял человек со шрамами в виде крестов на руках.

В центре этой толпы стоял Чжао Цзянхай.

Линь Юйцзяо вспомнила бесчисленное множество женщин, которых в прошлом несправедливо наказывали по законам клана, их хоронили заживо, выдавали замуж за призраков, запирали в свиных клетках, делали из них фонари из человеческой кожи... Она задрожала от страха.

Обратившись к Линь Юйцзяо, Чжао Цзянхай приказал:

- На колени!

Линь Юйцзяо стиснула зубы, отказываясь вставать на колени.

Она набросилась на стоявших рядом мужчин с криком:

- Я совершила преступление, пусть меня накажет закон! Бессердечная семья Чжао! Вы не боитесь полиции? Вы забыли о законе?

Чжао Цзянхай фыркнул:

– Завтра твое тело найдут на пустыре, и будут все доказательства. Ты сама сбежала из тюрьмы. Какое это имеет отношение к нам?

Двое мужчин схватили Линь Юйцзяо за плечи и ударили её сзади по ногам, заставив опуститься на колени. Линь Юйцзяо пронзительно закричала:

- Помогите! Убивают!

В этот момент дверь Зала предков семьи Чжао с грохотом распахнулась. Вошли несколько полицейских во главе с Гу Яньчэном, за ними следовали Шэнь Цзюньци и несколько детективов.

Увидев их, Линь Юйцзяо расплакалась от радости, она знала, что спасена.

Двое мужчин, державших её, нервно отступили.

Гу Яньчэнь притянул её к себе.

Виновных в этом деле так и не поймали, поэтому полицейские сохраняли бдительность.

Когда Гу Яньчэнь передавал Линь Юйцзяо, он уже договорился с полицейскими о скрытом наблюдении. Они с Шэнь Цзюньци дежурили у входа в Зал предков семьи Чжао.

В итоге обе группы собрались здесь и стали свидетелями происходящего.

Преступников поймали с поличным.

Лицо Чжао Цзянхая изменилось:

- Офицер Гу, что… что вы здесь делаете?

Согласно полученной ими информации, офицеры городского бюро уже давно должны были вернуться домой.

Столкнувшись с десятками членов семьи Чжао, офицеры не выказали страха.

Гу Яньчэнь строго сказал:

- Я здесь, чтобы задержать беглеца! Я получил наводку о том, что сюда привезли Линь Юйцзяо, и что разыскиваемого преступника Чжао Чжисиня видели в Зале предков семьи Чжао.

Шэнь Цзюньци вышел вперёд и встал рядом с Гу Яньчэном.

Его голос звучал хрипло, но сдержанно:

- Господин Чжао, за укрывательство преступников предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком более чем на три года. Кроме того, вы сообщили о незаконном собрании?

Чжао Цзянхай ударил тростью по земле:

- Это дело семьи Чжао. Я предупреждаю тебя, чтобы ты не вмешивался!

Люди вокруг него приготовились действовать, напряжение нарастало.

- Называешь законное требование офицеров вмешательством? — возразил Гу Яньчэнь.

Члены семьи Чжао были напуганы его поведением, и все молчали.

Гу Яньчэнь шагнул вперёд, красивый и решительный, с горящим гневом в глазах, который он едва сдерживал.

- Вы нарушаете закон, устраиваете драки, устраиваете самосуды, оскорбляете женщин, пытаетесь, напасть на полицейских, и применяете насилие, чтобы помешать работе правоохранительных органов. Вы говорите о семейных правилах, но вам не знакомы законы страны! Национальные права важнее вашего жалкого клана! Сегодня я покажу вам, что такое справедливость!

Рукопашная схватка

Экстра. Крест Ангелов

Глава 158. Рукопашная схватка

Поздно вечером в родовом зале семьи Чжао в уезде Чанси.

Этот родовой зал занимает площадь около двух тысяч квадратных метров. Помимо алтаря в центре, вокруг него расставлено несколько ротанговых столов и стульев.

Десятки членов семьи Чжао и шесть сотрудников уголовной полиции столкнулись друг с другом в центре родового зала.

- Закройте дверь! — скомандовал Чжао Цзянхай. — Думаете, вы сможете уйти после того, как пришли сюда сегодня?

Взмахнув рукой, кто-то закрыл дверь в зал предков и даже запер её на железную цепь, чтобы они не смогли сбежать.

Сын Чжао Цзянхая, Чжао Чжэнван, схватил несколько острых инструментов со стола для жертвоприношений.

Эти люди давно были готовы к такому развитию событий.

Шэнь Цзюньци прошептал:

- Здесь нет сигнала сотовой связи.

Гу Яньчэнь сохранял спокойствие:

- Перед операцией я связался с отрядом спецназа, наша подмога уже в пути.

Он никогда не вступал в бой без подготовки и уже сообщил городскому бюро о предстоящей операции. Однако уезд Чанси находился довольно далеко, и, учитывая время в пути, отряду спецназа потребовалось бы не менее двадцати минут, чтобы добраться до места.

Гу Яньчэнь снял пистолет с предохранителя и выстрелил в воздух в качестве предупреждения:

- Нападение на полицию — это серьёзное преступление. Если кто-нибудь посмеет поднять на нас руку, я буду стрелять!

Чжао Чжэнван подстрекал остальных, говоря:

- Не бойтесь их! У полиции не так много боеприпасов!

Чжао Цзянхай указал на полицейских, окружённых толпой:

– Ждите, пока прибудут спасательные службы, и пусть эти люди заберут ваши тела! Все, хватайте оружие, вперед!

Члены семьи Чжао держали в руках оружие и плотно окружили их.

Офицеры стояли спиной к спине, и держали оружие, готовые противостоять нападавшим.

Скоро начнётся бойня.

- Убедитесь, что нательные камеры включены, не забывайте вести запись, — напомнил Гу Яньчэнь, а доктору Шэнь сказал:

- Цзюньци, ты защищаешь Линь Юйцзяо.

Шэнь Цзюньци ответил утвердительным кивком и оттащил Линь Юйцзяо в сторону, чтобы она спряталась. Его рука лежала в кармане пальто, сжимая острый скальпель.

Несколько молодых людей вырвались вперед, их мышцы были напряжены, а орудия в руках энергично танцевали.

Чжао Цзянхай крикнул, прячась за спинами:

- Сегодня для семьи Чжао решается вопрос жизни и смерти. Если кто-то останется в стороне, значит, он не член семьи Чжао! Если будут жертвы, семья Чжао позаботится об этом!

Этим людям долго промывали мозги, и они безоговорочно верили в решения семьи. Один за другим они превращались в безумцев, бросаясь вперёд, не думая о своей жизни, и ситуация перерастала в потасовку.

Сначала детективы держались осторожно, не желая причинять им вред. Однако противник безрассудно бросился вперёд.

Детективы оказались втянуты в рукопашную схватку. Несмотря на то, что они были обучены, членов семьи Чжао было намного больше.

Кто-то бросился на Гу Яньчэна. Он уклонился от удара, затем развернулся и схватил нападавшего за кулак, вывернув ему руку. Мужчина вскрикнул от боли, но Гу Яньчэнь не отпустил его. Он использовал мужчину как щит, чтобы защититься от железных прутьев, летящих в его сторону.

Затем он протянул руку, чтобы перехватить железный прут, летящий ему в голову, и сильно ударил мужчину по плечу.

Когда к нему приблизился ещё один противник, Гу Яньчэнь поднял колено и ударил его в грудь. Левой рукой он поднял упавший железный прут и обвёл им пространство вокруг себя.

Окружавшая его толпа отступила, освободив проход.

Без колебаний Гу Яньчэнь поднял пистолет и выстрелил в ногу Чжао Чжэнвану.

Когда между ними осталось несколько метров, Чжао Чжэнван закричал от боли и упал на землю.

Гу Яньчэнь подошёл, ногой отбросил оружие, которое держал Чжао Чжэнван, надел на него наручники, затем повернулся и выстрелил ещё раз, попав в ногу другому человеку.

Непрекращающийся огонь не остановил семью Чжао, и они продолжили яростную атаку.

Кто-то подбежал, намереваясь схватить Линь Юйцзяо, пока вокруг царил хаос. Он протянул руку и схватил её за волосы, и женщина вскрикнула от неожиданности.

Шэнь Цзюньци был готов к этому, его скальпель сверкнул, как молния, и пронзил тыльную сторону ладони нападавшего, из которой хлынула кровь.

Шэнь Цзюньци не остановился на этом, воспользовавшись моментом, он ударил нападавшего в пах, затем в горло.

Мужчина выдержал несколько ударов, прежде чем в агонии рухнул на землю.

Зал был заполнен людьми, доведёнными до безумия. Несмотря на то, что офицеры были опытными бойцами, в рукопашной схватке они неизбежно получали ранения.

Так продолжаться не могло.

Гу Яньчэнь запрыгнул на плетёный стул, выпрямился и нашёл взглядом Чжао Цзянхая. Он сделал несколько шагов вперёд, затем спрыгнул и схватил старика, который прятался за толпой.

Направив пистолет на голову Чжао Цзянхая, Гу Яньчэнь крикнул:

- Всем стоять!

Глава клана был схвачен, и остальные, наконец, прекратили драку и успокоились.

Увидев эту сцену, они замешкались, не решаясь подойти.

Эта битва уже привела к кровопролитию, четыре или пять человек лежат на земле. Если ситуация продолжит ухудшаться, кто-то действительно умрет.

Гу Яньчэнь держал Чжао Цзянхая за шею локтем и направил пистолет на толпу:

- Вы хотите умереть? Или хотите попасть в тюрьму?

- Ты уже ранил моего сына. Если у тебя хватит смелости, убей меня! — задыхаясь, выдавил из себя Чжао Цзянхай.

— Ты… Ты не понимаешь. Здесь живём только мы… Это наша территория. Наши потомки будут жить здесь из поколения в поколение! Кто-нибудь отомстит за нас, пока мы едины…

- Так ты обычно обманываешь людей своей чушью?!

Гу Яньчэнь сильнее сжал его горло, перебивая его:

- Укрывательство, заказные убийства и насилие над женщинами! Мы всё это записали! Доказательств более чем достаточно!

Он указал на нательную камеру перед собой:

- Думаешь, о твоих преступлениях не станет известно? Думаешь, если закрыть дверь, никто ничего не узнает? В современном обществе все преступные действия влекут за собой последствия!

Их, так называемый клан, приносил в жертву интересы большинства ради выгоды избранных, занимался незаконной деятельностью и позволял старейшинам жить лучше!

Под пристальными взглядами всех присутствующих Гу Яньчэнь взял наручники и надел их на руки Чжао Цзянхая.

Воспользовавшись ситуацией, другие офицеры надели наручники на раненых и приступили к поискам Чжао Чжисиня.

Чжао Цзянхай с трудом сдерживался, его лицо исказилось от гнева.

- Даже если вы меня арестуете, что с того? Лесной пожар невозможно потушить, он всегда будет разгораться.

- Ты можешь обманывать этих людей какое-то время, но не всю жизнь!

Гу Яньчэнь повернулся к толпе:

- А теперь выдайте убийцу, Чжао Чжисиня, и остальные получат более мягкое наказание!

После ареста нескольких зачинщиков остальные успокоились, и ситуация на месте происшествия была взята под контроль.

Поражение семьи Чжао было неизбежным. Люди начали бросать оружие, в замешательстве глядя друг на друга. Хаотичная схватка закончилась, и члены семьи Чжао очнулись от безумия и начали искать Чжао Чжисиня.

- Вот он!

Кто-то указал позади толпы.

Чжао Чжисинь воспользовался тем, что все отвлеклись, и спрятался за спины людей. Он протянул руку к лампе в форме лотоса, стоявшую на столе для подношений.

На лице Чжао Чжисиня, с крестом, появилась зловещая улыбка. После стольких лет, проведённых в этом зале, похожем на тюрьму, он уже принял решение…

Он не сдастся добровольно. Будь то полиция или члены семьи Чжао, все они заслуживают смерти!

Гу Яньчэнь понял, что собирается сделать Чжао Чжисинь. Не колеблясь, он протянул руку и поднял пистолет, раздался выстрел.

Пуля попала Чжао Чжисиню в поясницу, нанеся ему серьёзное ранение.

Но рука Чжао Чжисиня всё же коснулась лампы, опрокинув её, и масло вылилось, поджигая занавески.

Легковоспламеняющаяся ткань мгновенно вызвала сильный пожар.

Огонь распространился, охватив стол для жертвоприношений, весь зал предков был сделан из дерева. Пламя извивалось, как змея, быстро взбираясь по балкам зала предков и охватывая все.

Пожар застал всех врасплох, и члены семьи Чжао запаниковали. Глядя на бушующий огонь, они бросились к двери, надеясь открыть её и выбраться из родового поместья.

Но они только что сами заперли дверь, чтобы не выпустить полицию. Теперь они оказались в ловушке.

Когда они спрятали Чжао Чжисиня в родовом поместье, они укрепили окна и двери. Старые окна были укреплены и запечатаны, а двери имели специальные замки.

Теперь это здание стало их клеткой, они сами загнали себя в ловушку и теперь пожинают плоды своих действий.

Увидев, что огонь подбирается к жертвенному столу, Чжао Цзянхай, словно обезумев, вырвался из рук охраны и бросился вперёд:

- Таблички предков! Мы не можем допустить, чтобы таблички предков сгорели!

Он бросился в огонь, как мотылёк, и его одежда быстро загорелась, поглотив его. Он закричал от боли, но никто не осмелился подойти к нему.

- Где ключи?

- Не дави! Ключи у Чжао Цзянхая!

- Проклятый старик! Он спрятал убийцу в родовом зале, а теперь поджёг его, чтобы заманить нас в ловушку. Он, наверное, хочет, чтобы семья Чжао вымерла, верно?!

- Помогите! Кто-нибудь может нам помочь!

Люди впереди хотели открыть дверь, а те, кто был сзади, толкались вперёд. Из-за большого количества людей началась давка, а дверь была заперта на железные цепи. Как они могли выбраться?

Вместо этого они застряли у двери, толкаясь и крича. Некоторые получили ожоги, их кожа мгновенно покрылась волдырями.

В этот момент все представления о семейной чести, клановых правилах, уважении к старшим и заботе о молодёжи были выброшены в окно.

Огонь вспыхнул в центре родового зала, а затем быстро распространился по балкам. Те, кто никогда не сталкивался с пожаром, не поймут, насколько это страшно. Всего за полминуты огонь охватил весь родовой зал, наполнив его густым дымом.

Горящие щепки посыпались с балок, подожгли ротанговые кресла, и в зале появились новые очаги возгорания, от которых шёл густой дым.

Весь зал превратился в герметичную коробку, наполненную дымом. Огонь разгорался всё сильнее, и даже те, кто стояли рядом, не могли ясно разглядеть людей на расстоянии вытянутой руки. Кричавшие в панике люди разогнали сотрудников полиции.

Шэнь Цзюньци передал Линь Юйцзяо полицейскому, а сам начал искать Гу Яньчэна, но в густом дыму было трудно определить направление.

У него уже болело горло, а когда дым начал его душить, Шэнь Цзюньци согнулся и начал кашлять. Из-за недостатка кислорода и токсичных газов ему стало трудно дышать, в глазах потемнело, а конечности ослабли. Он мог удерживать равновесие, только встав на одно колено.

Шэнь Цзюньци вспомнил обгоревшие тела, которые он видел, почерневшую кожу, обугленную плоть, а также принципы смерти, вызванной огнем. Большинство жертв огня погибали от угарного газа и токсичных газов...

Умрет ли он здесь сегодня?

Нет, он действительно умер несколько лет назад, и его жизнь после этого, казалось, была взята взаймы. Теперь, когда его великая месть свершилась, о чем еще ему ностальгировать? Он просто не мог отпустить Гу Яньчэна.

Внезапно чья-то сильная рука поддержала его. Шэнь Цзюньци с трудом поднялся на ноги и, подняв глаза, увидел любимую фигуру.

Гу Яньчэнь нашёл его среди языков пламени…

Губы Шэнь Цзюньци потрескались от жара, вокруг них бушевало пламя, и раздавались крики членов семьи Чжао.

Он пробормотал:

- Я боюсь...

Гу Яньчэнь обнял его и сказал:

- Не бойся, я здесь.

Шэнь Цзюньци покачал головой, пытаясь прийти в себя.

Он нахмурился и закончил свою мысль:

- Не волнуйся за меня. Я боюсь, что тяну тебя за собой вниз.

Как судмедэксперт, как человек, который однажды умер, он не боялся смерти. Он просто чувствовал себя немного беспомощным. Он боялся обременять Гу Яньчэна…

Гу Яньчэнь почувствовал, как комок подкатывает к горлу и стало тесно в груди.

Он взял руку Шэнь Цзюньци и положил её себе на плечо. Его взгляд был твёрдым, но нежным.

— Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось! У нас все будет хорошо.

В этом хаосе Гу Яньчэнь оставался спокойным. Он поддержал Шэнь Цзюньци, полагаясь на свою память, чтобы определить направление, и нашел еще двух офицеров.

Гу Яньчэнь крикнул:

- Держитесь там все! В таком древнем сооружении должно быть больше одной двери! Следуйте за мной!

Они пошарили вокруг и, обойдя заднюю перегородку, действительно обнаружили двойную дверь.

Офицер проверил и потряс ее:

- Эта дверь тоже заперта.

Однако эта задняя дверь была намного меньше по сравнению с тяжёлой входной дверью, и сделана она была из более лёгкого дерева.

Гу Яньчэнь отвёл Шэнь Цзюньци в безопасное место подальше от огня и приказал офицерам:

- Давайте попробуем выломать дверь!

Они собрались с силами и ударили в дверь. Дверь громко зазвенела и затряслась.

Огонь быстро распространялся, обжигающие языки пламени лизали их кожу, и все, что они слышали, — это отчаянные крики членов семьи Чжао.

- Быстрее! Приложим все усилия!

Гу Яньчэнь снова скомандовал:

- Давайте попробуем еще раз!

Несколько человек одновременно толкнули дверь изо всех сил.

- Три, два, один…

Деревянная конструкция, уже охваченная пламенем, не выдержала их мощного удара.

С громким грохотом дверь распахнулась, и в комнату хлынул свежий воздух с улицы.

Густой дым вырвался наружу.

За пределами родового гнезда была ночь, и высоко в небе висела луна.

Они наконец вырвались из смертоносного огня.

Возрождение

Экстра. Крест Ангелов

Глава 159. Возрождение

Поздняя ночь, уезд Чанси.

Пожар в родовом зале семьи Чжао встревожил весь уезд, и пламя окрасило ночное небо в красный цвет.

Задняя дверь распахнулась, подарив надежду тем, кто оказался в ловушке внутри.

Гу Яньчэнь положил Шэнь Цзюньци в горизонтальное положение. Он положил его на скамью недалеко от входа во двор. Во дворе было мало растений, поэтому пламя не могло добраться до него, и это место было относительно безопасным.

Шэнь Цзюньци прикрыл губы рукой и закашлялся. Другой рукой он показал Гу Яньчэну, что с ним всё в порядке.

Полицейские последовали за ними и выбежали, забрав с собой Линь Юйцзяо.

Увидев выход, члены семьи Чжао, которые ещё могли двигаться, закричали и выбежали из главного зала родового поместья, помогая друг другу тушить пламя на своих телах.

Оказавшись снаружи, они наконец-то смогли воспользоваться мобильным телефоном. Гу Яньчэнь сказал:

- Звоните 119, 120! Спасайте людей как можно скорее!

Члены семьи Чжао тоже поняли, что внутри находятся их родственники. Они принесли несколько огнетушителей.

Главные виновники были задержаны, и ни у полиции, ни у граждан не осталось глубокой неприязни.

Всего через несколько минут прибыла специальная полиция из городского управления и окружила родовое поместье.

Гу Яньчэнь дал указания офицерам, и они дважды возвращались внутрь, чтобы спасти людей из огня.

Вскоре прибыли пожарные машины, а за ними и машины скорой помощи. Все работали сообща, чтобы спасти пострадавших и локализовать пожар.

Ближе к полуночи пожар был полностью потушен. Весь родовой особняк лежал в руинах и был на грани обрушения.

Когда ситуация наконец была взята под контроль, Гу Яньчэнь подошёл к Шэнь Цзюньци. Оба были покрыты чёрными следами от копоти.

Шэнь Цзюньци был одет в полицейскую форму, которую позаимствовал у Ван Дуя.

Сидя на каменной скамье, он спросил:

- Ты обжегся?

Произошедшее только что было слишком опасным. Если бы они помедлили, их жизни были бы в опасности.

Гу Яньчэнь несколько раз бросался в пламя, и каждый раз это заставляло Шэнь Цзюньци волноваться за него.

- Всего лишь небольшой ожог на плече, ничего серьёзного.

Гу Яньчэнь вытер лицо и несколько раз кашлянул. Он надышался дымом, в горле пересохло, волосы слегка завились, и от него исходил запах гари.

Подошёл полицейский и рассказал им о последствиях пожара.

- Наши люди не получили серьёзных травм. Линь Юйцзяо увезли, Чжао Чжисиня арестовали и отправили в больницу на лечение, а нескольких зачинщиков задержали.

Гу Яньчэнь сказал:

– Отправьте этих людей в городской центр заключения, чтобы никто не совершил ничего противозаконного.

Такой исход был хорошим.

Несколько главных преступников были увезены, а члены семьи Чжао, пережившие катастрофу, расплакались от благодарности:

– Спасибо товарищам-полицейским за то, что спасли нас.

Многие пытались переложить вину на других, говоря:

- Старик нас всех обманул… Я не нападал на полицейских…

Теперь они просто боялись. Этот пожар заставил их многое увидеть в истинном свете, так называемый клан не был всемогущим.

Полицейский махнул рукой:

- Идите туда и дайте показания. Всё было записано нательные камеры. Тем, кто не участвовал, не стоит себя винить, а те, кто участвовал, не надейтесь избежать наказания.

Гу Яньчэнь взглянул на Шэнь Цзюньци и сказал:

- Эти люди только что нападали на полицейских, но когда дело пошло совсем плохо, на помощь им пришли те же полицейские.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Смутьянов меньшинство. Большинство людей просто марионетки.

Арест преступников был обязанностью полиции, и защита жизни людей тоже входила в их обязанности.

Подошёл пожарный:

- Офицер Гу, пожар потушен. Мы осмотрели место пожара, и нашли два трупа. Личности погибших ещё не установлены.

Шэнь Цзюньци встал:

- Я пойду, посмотрю.

- Ты в порядке?

Гу Яньчэнь немного помедлил.

- Скоро приедет судмедэксперт округа.

Кашляя, Шэнь Цзюньци сказал:

- В уезде Чанси нет судмедэксперта, лучше, чем я. Кроме того, я только что был на месте преступления, так что мне будет проще опознать тела.

Гу Яньчэнь проводил его.

Огонь только что потушили, и с карниза родового зала всё ещё капала вода. После такого масштабного пожара здание было почти неузнаваемым.

У входа лежали два тела вместе. Один был сильно обгоревшим, его грудь и живот уже слились с мемориальными табличками. На его руках всё ещё были наручники.

Шэнь Цзюньци присел на корточки и внимательно осмотрел тело.

- Пожилой мужчина, сгоревший заживо. В носовой и ротовой полости обнаружен дым и сажа. Должно быть, это Чжао Цзянхай.

Другой труп принадлежал мужчине средних лет.

Шэнь Цзюньци опознал его и сказал:

- Около сорока лет, огнестрельное ранение в ногу. Должно быть, это сын Чжао Цзянхая.

Гу Яньчэнь сказал:

- Для них это был бесславный конец.

Шэнь Цзюньци прошептал:

- Так будет лучше. Пока этот старик жив, люди будут искать способы вернуться, и, возможно, найдутся те, кто захочет отомстить за него. Только после его смерти все будут свободны.

Чжао Цзянхай определённо был душой семьи Чжао, и теперь он и его сын мертвы.

Этот пожар, казалось, уничтожил все феодальные пережитки и скрытые тайны семьи Чжао.

Чжао Чжисинь и Линь Юйцзяо всё ещё живы. Их ждёт суд, и правда будет раскрыта миру.

С этого дня эпоха клана Чжао в уезде Чанси подошла к концу.

Осмотрев тела, Шэнь Цзюньци расслабился, когда прибыл судмедэксперт из полицейского участка округа.

Пожар лишил его последних сил.

Шэнь Цзюньци чувствовал только холод, и даже теплая одежда не могла согреть его.

Внезапно у Шэнь Цзюньци закружилась голова. Он почувствовал, как перед глазами всё потемнело, и он начал падать вперёд.

Гу Яньчэнь заметил, что Шэнь Цзюньци побледнел, он понял, что тот почувствует себя плохо. Он не успел подхватить его, но, к счастью, среагировал быстро, и Шэнь Цзюньци упал ему в руки.

- Доктор Шэнь, тебе плохо?

Гу Яньчэнь испугался, увидев его состояние. Его руки были грязными, поэтому он не осмелился прикоснуться ими ко лбу Шэнь Цзюньци, но позволил ему опереться на себя.

- Кажется, у меня небольшая температура.

Когда чёрный туман перед глазами рассеялся, Шэнь Цзюньци пришёл в себя. Холод, от которого он не до конца оправился, снова дал о себе знать, придавив его.

Его веки слегка дрогнули.

- Я так устал, хочу поспать.

Гу Яньчэнь чувствовал, как от тела Шэнь Цзюньци исходит жар, словно от огня. Он протянул руку, чтобы помочь Шэнь Цзюньци привести себя в порядок, и сказал:

- Спать? Пойдём со мной в больницу! Это не просто небольшая…

Скорая помощь ещё не уехала, поэтому Гу Яньчэнь быстро вызвал медицинский персонал.

Двое медиков подбежали и принесли носилки, с тревогой спрашивая:

- Что с пациентом? Обожжён или отравлен?

Шэнь Цзюньци немного смутился.

- Ничего серьёзного. Я просто одолжу вашу машину, чтобы доехать до окружной больницы. Это просто простуда…

Ночью больница округа Чанси была переполнена из-за внезапного пожара.

Шэнь Цзюньци измерили температуру среди ожидающих приёма пациентов. У него была высокая температура — тридцать девять градусов, и его сразу же отправили в инфекционное отделение. К счастью, после тщательного обследования выяснилось, что у него всего лишь сильная простуда.

Той ночью Гу Яньчэнь остался в больнице с Шэнь Цзюньци. Они немного подождали, прежде чем их принял врач. Гу Яньчэнь дождался, пока медсестра поставит Шэнь Цзюньци капельницу, и пошёл умываться.

Спустя некоторое время Шэнь Цзюньци сказал, что хочет есть.

Гу Яньчэнь вышел купить еды. Ночью работал только круглосуточный магазин рядом с окружной больницей. Он принёс Шэнь Цзюньци пирожное и горячее молоко.

Гу Яньчэнь сидел у кровати, держал еду в руках и кормил Шэнь Цзюньци. Ему нравилось это ощущение, он испытывал удовольствие во время кормления.

Когда Шэнь Цзюньци поел, к нему вернулись силы.

Гу Яньчэнь смочил полотенце в тёплой воде и аккуратно протёр следы от пожара на руках и лице Шэнь Цзюньци. Его движения были нежными и бережными. Шэнь Цзюньци лежал на кровати и смотрел на него чёрными как смоль глазами.

Он смотрел на Гу Яньчэна, вспоминая сегодняшние события — ещё одну встречу со смертью. Будучи полицейскими, они сталкивались со множеством опасностей в прошлом, и кто знает, сколько их ещё будет в будущем.

Пока Гу Яньчэнь был рядом, он чувствовал себя в тепле и безопасности.

- Тебе нужно поскорее поправиться.

Гу Яньчэнь всё убрал и тщательно вытер руки. Он посмотрел на Шэнь Цзюньци.

- Теперь, когда всё в порядке, тебе нужно поспать.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Я только что съел сладкое, мне нужно почистить зубы.

Гу Яньчэнь улыбнулся:

- Это похоже на то, что сказал бы ребёнок.

Шэнь Цзюньци посмотрел на него, слегка нахмурив брови.

- Знаешь, сколько трупов я опознал по стоматологическим записям?

Гу Яньчэнь:

- ….

Он встал.

- Важно тщательно чистить зубы. Я пойду куплю зубную пасту и одноразовую зубную щётку!

Почистив зубы, Шэнь Цзюньци понял, что не может уснуть.

Гу Яньчэнь сказал:

- Тогда я тебе почитаю. На чём мы остановились в прошлый раз?

Шэнь Цзюньци протянул руку и обнял его, сказав:

– Именно время, которое вы тратите на свои розы, делает их такими драгоценными.

– Кажется, ты все помнишь, – Гу Яньчэнь посмотрел и продолжил, – Чем больше мы переживаем, тем больше я люблю тебя, и я ничего не могу с собой поделать.

Шэнь Цзюньци уже был хорошо знаком с книгой.

Он заметил:

– Этого предложения нет в книге.

Гу Яньчэнь посмотрел на него:

– Это не из книги, это из моего сердца.

При свете, профиль Гу Яньчэна казался красивым и притягательным.

Он наклонился и поцеловал Шэнь Цзюньци. В круглосуточном магазине сегодня была только детская зубная паста со вкусом апельсина.

Шэнь Цзюньци подумал, что детская зубная паста слишком сладкая. Иначе, почему апельсиновый вкус до сих пор не выветрился?

Он сказал:

-Я тоже тебя люблю.

Ночь в уездном городе была очень тихой.

Гу Яньчэнь нашёл место, где они читали в последний раз, и снова начал читать вслух. В тёмной ночи звук его голоса убаюкал Шэнь Цзюньци.

На следующий день Гу Яньчэнь купил обед для Шэнь Цзюньци.

Он вышел в коридор и позвонил начальнику Дину. Начальник Дин в хорошем настроении выслушал его доклад о вчерашнем пожаре.

- На этот раз мы раскрыли дело о серийных убийствах и поймали преступника. Я обязательно отмечу твои заслуги и других офицеров. Я также слышал о ситуации с Чжао Цзянхаем. В какую эпоху мы живём? Они все еще занимаются клановыми делами в уездном городе. Они сами навлекли на себя этот пожар…Не волнуйтесь, городское управление полиции сделает заявление. Провинциальное управление также заявило, что будет рассматривать это дело как типичный пример борьбы полиции с клановыми группировками. Позаботьтесь о том, чтобы доктор Шэнь хорошенько отдохнул. Поскольку вы закончили работу, если в округе будут проблемы с медицинским обслуживанием, вы можете в любой момент вернуться в городскую больницу. Я одобрю ваш отпуск.

Сделав звонок, Гу Яньчэнь уже собирался вернуться в палату, когда увидел, как из соседней палаты выходит Чжао Чжиюань.

На его лице играла улыбка.

- Офицер Гу, спасибо вам за все.

Новость о смерти Чжао Цзянхая распространилась, и это было хорошей новостью для него.

Гу Яньчэнь поприветствовал Чжао Чжиюаня:

- Господин Чжао, вы пришли навестить пациента?

Чжао Чжиюань помог полиции выйти на след, и Гу Яньчэнь был о нём хорошего мнения.

Поправляя очки, Чжао Чжиюань сказал:

- Я здесь, чтобы повидаться со своей ученицей.

Он пояснил:

- Чжао Сяоинь лежит здесь.

Гу Яньчэнь кивнул, поняв, что палата Чжао Сяоинь находится рядом.

Девочка проснулась только вчера вечером, а сегодня утром к ней уже приходили полицейские, чтобы взять показания. Однако подробности дела лучше известны членам семьи, поэтому, для этой миссии был выбран Чжао Чжиюань.

Гу Яньчэнь спросил:

- Она всё знает?

- Я всё ей рассказал. Ей уже десять лет, она должна повзрослеть, — ответил Чжао Чжиюань.

Иногда взросление — это долгий процесс, но для некоторых детей, родившихся в неблагополучных семьях, взросление происходит за один день, одну ночь или даже за одно мгновение.

Глядя в окно, Чжао Чжиюань сказал:

- Она умная девочка. На самом деле в последние полгода у Сяоинь были не очень хорошие отношения с Чжао Ихэ. С тех пор как она выросла, Чжао Ихэ стал вести себя с ней неподобающим образом. Она обратилась ко мне за помощью. Я сказал ей, что, даже если они родственники, взрослые мужчины не должны так поступать с девушками.

Итак, она обижалась на Чжао Ихэ и была против того, что происходит между мужчиной и женщиной, и неправильно понимала отношения между Чжао Ихэ и Линь Юйцзяо.

Из-за непонимания Чжао Сяоинь начала ненавидеть Линь Юйцзяо.

Чжао Ихэ и его клан навлекли беду на мать и дочь.

Гу Яньчэнь спросил:

- И что теперь Чжао Сяоинь чувствует по отношению к Линь Юйцзяо?

- Я рассказал ей всю историю, и она сказала, что у неё нет ненависти к  Линь Юйцзяо.  Она надеется, что я смогу отвезти её в тюрьму, чтобы она могла повидаться с матерью.

Пока они разговаривали, из палаты вышел Шэнь Цзюньци. Температура у него спала, и он выглядел намного лучше. Дверь в палату была открыта, и он случайно услышал их разговор.

Шэнь Цзюньци подошёл к Чжао Чжиюаню и спросил:

- Господин Чжао, вы уезжаете?

Он вспомнил, что Чжао Чжиюань упоминал о своём желании уехать той ночью.

Теперь, когда клетка, в которой он был заперт, исчезла, Чжао Чжиюань мог жить своей жизнью.

Однако Чжао Чжиюань покачал головой.

- Я, наверное, пока останусь здесь в качестве учителя.

Не только Шэнь Цзюньци, но даже Гу Яньчэнь выглядел озадаченным. Учитывая квалификацию Чжао Чжиюаня, работа учителем в начальной школе явно была не для него. Раньше он не мог уйти, но что стало причиной сейчас?

Чжао Чжиюань улыбнулся и посмотрел вдаль.

- Хоть Чжао Цзянхая больше нет, клан Чжао всё же оставил здесь свой след. Я надеюсь стереть этот след.

Гу Яньчэнь тщательно обдумал это и сказал:

– Действительно, если мы хотим избавиться от невежественного контроля этих кланов над людьми, то лучшим способом является образование.

Существование клана основано на кровных узах, и внутри него будут процветать насилие, личные интересы и укрывательство.

Чжао Цзянхай столько лет руководил всем здесь, внедряя в сознание людей клановые ценности. Многие методы были лишь временным решением.

Арестовать столько людей было нереально. Изменить образ мышления за одну ночь невозможно. Поскольку здесь проживает так много членов семьи Чжао, сторонним офицерам не стоит находиться здесь долгу. Поэтому лучшим решением было обеспечить надлежащее руководство и образование для местных детей.

Дети вырастут и смогут повлиять на своих родителей, а значит, и на всю семью, поэтому дети – это будущее. Когда они получат культурные знания и поймут закон, они будут знать, что правильно, а что нет. Они больше не попадут в ловушку.

Чжао Чжиюань сказал:

- Возможно, я идеалист и очень наивен, но я верю, что при достаточном уровне образования и порядка у кланов не будет почвы для укоренения.

Гу Яньчэнь кивнул.

– Верно, но это очень трудный путь, который может занять много времени.

Чжао Чжиюань кивнул, готовый принять вызов.

Шэнь Цзюньци сказал:

- Господин Чжао, если такие люди, как вы, будут усердно работать, этот день наступит.

Сегодня утром уже приехали машины, чтобы снести сгоревший родовой замок. Бульдозеры убрали сгнившие балки и колонны. В окружной больнице тоже был слышен гул машин.

Вдалеке родовое поместье семьи Чжао превратилось в выжженную землю.

Антонимом смерти является жизнь.

За окном стояла ясная погода. Этот небольшой уездный городок тоже встретит светлое завтра.

Измерения

Экстра. Счастливая жизнь судмедэксперта

Глава 160. Измерение

Центр судебной экспертизы городского бюро собирался закончить работу в выходные.

Учитывая, что за последнее время было мало дел, а впереди были выходные, Гу Яньчэнь пребывал в хорошем настроении. Он направился в кабинет судебных медиков, чтобы забрать Шэнь Цзюньци домой.

Доктор Шэнь выключал свой компьютер.

- Подожди минутку, я отнесу это в лабораторию, и мы сможем уйти.

Гу Яньчэнь предусмотрительно спросил:

- Что нужно отнести?

Шэнь указал на небольшую коробку для хранения на полу.

- Вот эту.

Коробка была прозрачной, в ней была жидкость и что-то, похожее на красные и жёлтые пластиковые пакеты.

Гу Яньчэнь без колебаний поднял коробку. После стольких испытаний у него выработалась привычка никогда не спрашивать, что происходит в кабинете судмедэксперта.

Пока они обсуждали недавние дела, Гу Яньчэнь отнёс вещи в судебно-медицинскую лабораторию.

Капитан Гу сегодня немного просчитался, то, что он ничего не спрашивал, не означало, что другие не будут говорить.

Когда Гу Яньчэнь передавал коробку, его тело на мгновение напряглось, потому что новый младший коллега по лаборатории заметил:

- О, это, должно быть, набор измельчённых кишок, верно?

У Гу Яньчэна перехватило дыхание.

- Он с трудом выдавил из себя:

- Что ты хочешь съесть сегодня вечером?

Он почувствовал, как у него покалывают кончики пальцев.

- Да, у покойного были разорваны кишечник и печень, а другие органы отсутствовали, — спокойно заявил доктор Шэнь.

Младший коллега сделал пометку:

- Результаты будут готовы через сорок восемь часов, вы получите уведомление на компьютер.

Гу Яньчэнь взглянул на свои руки и, сам не зная почему, пошёл мыть их в ближайший туалет.

Шэнь Цзюньци заметил, переменился в настроении Гу Яньчэна, и успокаивающе похлопал его по плечу.

Гу Яньчэнь дважды намылил руки, а затем понял, что, кто бы ни нёс коробку — он или Шэнь Цзюньци, — лучше, если это будет он.

От этой мысли его настроение улучшилось. Они вместе спустились вниз и сели в машину.

Когда Гу Яньчэнь завёл машину, Шэнь Цзюньци обернулся и сказал:

- Яньчэнь, я хотел бы кое-что с тобой обсудить. Не мог бы ты оказать мне услугу?

Капитан Гу немного занервничал из-за нежного тона Шэнь Цзюньци, тем более что он не назвал его фамилию. Ему показалось, что ему в рот положили конфету. Впервые Шэнь Цзюньци попросил его о помощи в уезде Чанси, когда нужно было распилить череп девушки. Затем он попросил его помочь на месте автомобильной аварии, чтобы отскрести тела с дороги. Переноска трупа это обычное дело, это даже нельзя считать помощью.

Теперь, когда Шэнь Цзюньци сказал это...

Гу Яньчэнь, умудренный опытом, быстро взял себя в руки.

- Не будь таким вежливым помогать тебе — мой долг, не так ли?

Шэнь Цзюньци улыбнулся:

- Не волнуйся, на этот раз никаких трупов не будет.

Доктор Шэнь объяснил:

- В последнее время отдел судебно медицинской экспертизы работает над созданием базы данных для сбора информации. Помимо останков скелетов, нам также нужны данные от добровольцев.

Это было очень практичное сочетание больших данных и судебной антропологии.

Например, если судмедэксперт обнаружил неопознанные останки с отсутствующими данными, он может поискать людей того же пола, примерно такого же роста и веса, чтобы оценить физическое состояние умершего и заполнить недостающие данные.

Гу Яньчэнь спросил:

- То есть ты хочешь собрать мои данные?

Шэнь Цзюньци кивнул:

- Я соберу твои данные,  но в системе, они будут анонимными. Если тебе это не нравится, ты можешь отказаться.

Услышав его слова, Гу Яньчэнь почувствовал облегчение.

- Всё в порядке, если это нужно для твоей работы, то собирай.

Шэнь Цзюньци заметно расслабился и опустил взгляд.

- Я боялся, что ты будешь против.

Гу Яньчэнь спросил:

- Сколько человек тебе нужно, чтобы собрать данные?

Шэнь Цзюньци ответил:

- Нам нужно собрать в общей сложности пятьсот человек. Большая часть данных будет предоставлена сотрудничающими с нами больницами. Нам нужно самостоятельно измерить только некоторые ключевые показатели.

Гу Яньчэнь усмехнулся:

- Значит, это просто сбор данных? Думаю, я тоже жертвую собой ради науки.

Вернувшись, домой, Гу Яньчэнь, как обычно, приготовил ужин. Он спросил у Шэнь Цзюньци, когда он собирается делать измерения.

Доктор Шэнь прислонился к стене и наблюдал за его хлопотами.

- Не торопись, мы проведем замеры перед сном. Это займёт около получаса.

Сегодня был редкий вечер выходного дня, поэтому Гу Яньчэнь приготовил рыбу на пару и ещё два блюда.

Шэнь Цзюньци помог накрыть на стол, и они насладились сытным ужином.

Во время ужа Шэнь Цзюньци похвалил:

- Эта рыба очень вкусная.

Гу Яньчэнь ответил:

- Я приготовил её по рецепту Старого Линя.

С тех пор как Шэнь Цзюньци обнаружил секретные записи с рецептами Линь Сянланя, Гу Яньчэнь собрал их в буклет, распечатал и сшил, а затем стал готовить по этим рецептам.

- Раньше он никогда не готовил для меня это блюдо, — сказал Шэнь Цзюньци. — Я не ожидал, что его рецепты тебе пригодятся.

- Возможно, это то, наследие, которое он оставил для меня, — заметил Гу Яньчэнь.

Многие блюда в рецептах были обозначены одним словом — «сложные», а некоторые — «очень сложные». Самые сложные из них были обозначены как «такие же сложные, как восхождение на небеса».

В конце дневника Линь Сянлань написал:

- Сегодня я помог семье добиться оправдательного приговора. Они подарили мне вымпел с надписью «Биньчэнь возносится к небесам». Похоже, я больше не могу говорить «так же сложно, как вознестись к небесам».

После этого появились надписи «так же сложно, как заставить дерево цвести» и «так же сложно, как найти иголку в море».

В общем, простых рецептов было немного, и они встречались редко. Только в рецепте куриного супа было написано: «Для такого кулинарного бога, как я, это проще простого! Так легко!»

У Гу Яньчэна явно был талант к кулинарии. Теперь он достиг такого уровня мастерства, что планировал попробовать и другие блюда, когда у него будет время.

После ужина пришло время выгулять собаку и поиграть с кошкой.

Гу Яньчэнь позвал:

- Сюэя!

Котёнок подбежал, и Гу Яньчэнь угостил его кошачьим батончиком.

Затем он сказал:

- Иди позови Уляна.

Котёнок, казалось, всё понял и побежал на балкон, чтобы позвать Уляна.

Гу Яньчэнь сказал кошке:

– Заботься о доме.

Они взяли собаку на поводок, спустились вниз и по возвращению вытерли лапы Уляну.

Котенок подрос и теперь доставал Уляну до колен. Котёнок был в самом озорном возрасте и то и дело подбегал, чтобы поцарапать Уляна, а потом убегал, когда тот оборачивался.

Гу Яньчэнь больше не мог этого выносить и, взяв кота на руки, отругал его:

– Как ты привыкла убегать после флирта?

Маленький Сюэя поднял голову, выглядя слабым и беспомощным. Казалось, он осознал свою ошибку, подошёл к Уляну и стал тереться о его шею, моргая большими глазами, словно прося прощения. Улян, бывший полицейский пёс, конечно же, не мог сравниться с кошкой. Он опустил голову, с нежностью глядя на котёнка, а затем лёг на коврик. Котенок прижался к нему ещё сильнее и стал тереться о его шею. Он поднял голову и стал вылизывать шерсть на шее собаки.

Улян, почувствовал зуд, поэтому он откинул голову назад, прищурился и протянул лапу, чтобы положить ее на тело котенка.

Однако серебристый котенок стал более агрессивным, еще сильнее выгнул спину, даже начал кусаться и царапаться. Его атака, казалось, щекотала Уляна, а лапы собаки изменили положение и нежно погладили живот котенка...

Гу Яньчэнь посмотрел вниз и все больше и больше чувствовал, что в этом развитии отношений что-то не так.

Эти кошка с собакой…

Шэнь Цзюньци подошёл и спросил:

- На что ты смотришь?

Гу Яньчэнь тщательно подбирал слова, чтобы описать увиденное.

- Драма про животных?

Смешение видов вызывало другой вид возбуждения, порождавший ощущение табу.

Шэнь Цзюньци слегка нахмурился, словно спрашивая:

– Ты настолько голоден, что хочешь это увидеть?

Он потянул Гу Яньчэна за собой и сказал:

- Пойдём, займёмся делом, пора начинать измерения.

Шэнь Цзюньци сегодня не менял одежду. Он все еще носит форму судебного эксперта с белой рубашкой под ней и действительно выглядит как врач.

Хотя он и шутил о том, чтобы провести медицинский осмотр Гу Яньчэна, Шэнь Цзюньци так этого и не сделал.

Сейчас они сидели лицом к лицу, Шэнь Цзюньци с серьезным выражением открыл свой ноутбук, вошел на пустую страницу системы, и приготовился заполнять.

Первым делом нужно было измерить рост, вес и процентное содержание жира в организме, а дома у них были профессиональные весы.

Первое, что сказал судмедэксперт Шэнь:

- Раздевайся.

Гу Яньчэнь:

- …

Неужели всё так волнительно с самого начала?

Он уже собирался расстегнуть ремень и снять штаны…

Шэнь Цзюньци выглядел озадаченным и поднял голову:

- Я имел в виду твою верхнюю одежду.

Затем он огляделся.

- Если ты всё снимешь, будет слишком холодно. Просто надень что-нибудь лёгкое, так будет точнее.

Вторым шагом было измерение частоты сердечных сокращений и пульса.

Шэнь Цзюньци положил свои тонкие, слегка прохладные пальцы на запястье Гу Яньчэна и сосредоточился на подсчёте пульса.

Гу Яньчэнь посмотрел на него. Кошка и собака остались на балконе, и вокруг воцарилась тишина.

Посчитав с минуту, Шэнь Цзюньци слегка озадаченно произнёс:

- У тебя довольно высокий пульс… больше восьмидесяти.

Гу Яньчэнь сказал:

- Это невозможно. Я снайпер, я регулярно тренируюсь. Раньше у меня никогда не было пульса выше шестидесяти.

О вскоре он понял, в чём проблема. Они были так близко, что он чувствовал, как бьётся его сердце.

Шэнь Цзюньци этого не замечал. Он не мог найти свой стетоскоп, поэтому вежливо спросил:

– Не нервничай. Могу я подойти поближе, чтобы послушать твое сердцебиение?

Гу Яньчэнь представил себе эту сцену, его сердце забилось быстрее.

Он быстро становил его.

– Если ты приложишься к моей груди, чтобы измерить, то пульс будет больше ста.

Он глубоко вздохнул и повернулся, чтобы сесть на табурет напротив.

- Я не буду на тебя смотреть, давай измерим ещё раз.

На этот раз Гу Яньчэнь достал телефон и стал листать Weibo, пока Шэнь Цзюньци считал.

- 58 ударов. Удивительно, что разница такая…

Затем последовали подробные измерения.

Шэнь Цзюньци подготовил все профессиональные инструменты и тщательно измерил каждый сантиметр, от черепа до позвоночника. Он делал пометки по ходу работы.

У Гу Яньчэна была исключительно хорошая костная структура, высокая переносица, чёткая линия подбородка и стройная фигура.

Он попросил Гу Яньчэна снять рубашку. Каждый раз, когда он натыкался на шрам, Шэнь Цзюньци протягивал руку и прикасался к нему.

Когда он нажимал на некоторые места, его руки становились немного холодными, и Гу Яньчэнь улыбался и говорил:

- Щекотно.

Но Шэнь Цзюньци оставался предельно серьёзным:

- Не двигайся, скоро всё закончится.

Жизнь действительно была интересной, она начиналась со встречи двух клеток и постепенно превращалась в прекрасную жизнь. Шэнь Цзюньци чувствовал, что человек перед ним подобен книге, требующей терпения, чтобы прочитать и оценить ее.

После сбора основных данных Шэнь Цзюньци указал на последний пункт в форме.

– Нам еще нужно измерить размер.

Гу Яньчэнь сразу понял, почему Шэнь Цзюньци сказал, что только он будет проводить измерения, и он также понял, почему тот беспокоился, что тот откажется.

Похоже, для выполнения этой задачи ему придётся снять штаны.

Готовя инструменты, Шэнь Цзюньци заметил:

– Я препарировал много мужских трупов, но таких, как твой, не так много. Это очень важно для исследований.

Они уже не в первый раз так откровенно разговаривают друг с другом. Глядя в искренние глаза Шэнь Цзюньци, Гу Яньчэнь молча, напомнил себе, что это жертва ради карьеры судмедэксперта.

После записи данных лицо Шэнь Цзюньци слегка покраснело, а ладони вспотели от волнения. Увидев его таким, Гу Яньчэнь не смог сдержать смех.

Наконец закончив, Шэнь Цзюньци загрузил данные и закрыл экран ноутбука.

- Если бы я не увидел это своими глазами, я бы не поверил этим данным.

Гу Яньчэнь сказал:

- Но ты ведь видишь это не в первый раз, не так ли?

Шэнь Цзюньци немного подумал, а затем сказал:

- Видеть и измерять — это разные вещи.

Гу Яньчэнь протянул руку и схватил Шэнь Цзюньци за талию, он хриплым голосом сказал.

- Я помог тебе с измерениями, теперь твоя очередь помочь мне.

Прежде чем доктор Шэнь успел ответить, Гу Яньчэнь прижался губами к его губам.

Гу Яньчэнь выключил свет, и в темноте голос Шэнь Цзюньци задрожал от волнения.

В понедельник Шэнь Цзюньци пришёл в кабинет судмедэкспертов.

Заместитель директора Лю читал нотацию:

- Когда дело доходит до создания большой базы данных судебно-медицинской экспертизы, нельзя ничего выдумывать. Некоторые данные слишком преувеличены, я могу сказать, что они фальшивые, просто взглянув на них!

Сун Цяньчэн прошептал:

- Мы всё тщательно проверили...

Лю Шужун сказал:

- Молодые люди, я понимаю ваше стремление к хорошей физической форме, но всё же нужно опираться на науку… особенно номер 147, кто его измерил и загрузил?!

Он вчера ознакомился с данными, они были почти идеальными. Кроме того, последние данные были слишком завышены, он собирался использовать их в качестве отрицательного примера.

Когда Сун Цяньчэн и Ци Иань увидели входящего Шэнь Цзюньци, и подмигнули Лю Шужуну.

Лю Шужун ничего не понял:

– Что вы делаете? Будь серьезнее!

Не в силах сдержаться, Шэнь Цзюньци сказал:

- Это я провел измерения.

Лю Шужун:

- …

Шэнь Цзюньци:

- Я отвечаю за точность данных.

Чтобы получить эти данные, доктор Шэнь заплатил высокую цену, он почти не вставал с постели в течение двух дней на выходных и до сих пор испытывал боли в спине и ноге.

Лю Шужун полностью изменил свою позицию:

- Именно это я и сказал! Этот набор данных является исчерпывающим, а сбор данных был проведён очень профессионально, с точностью до двух знаков после запятой. Вы все должны проводить измерения в соответствии с этим стандартом!

Годовщина

Экстра. Счастливая жизнь судмедэксперта

Глава 161. Годовщина

Время пролетает незаметно.

Все отделы городского бюро начали подготовку к специальным боевым учениям для детективов общественной безопасности в этом году. За два месяца до учений все сотрудники городского бюро получили электронное письмо с уведомлением об учениях. К письму было прикреплено описание проектов и правил учений.

В этом году в учениях приняли участие не только специальные полицейские подразделения, но и, как выразился директор Дин, обычные сотрудники, которые должны были повысить свою квалификацию. В оценку результатов учений были включены даже судебно-медицинская экспертиза и отдел материально-технического обеспечения.

С этой целью директор Дин провёл мобилизационное совещание.

Старый директор сказал:

- За последний год наше бюро раскрыло множество крупных дел. Мы эффективно боролись с организованной преступностью, незаконным оборотом наркотиков, воровством, проституцией, мошенничеством и другими правонарушениями. Однако в нашей борьбе с преступниками обычные сотрудники могут в любой момент оказаться в опасной ситуации. Возьмём, к примеру, команду судмедэкспертов. В прошлом году был инцидент с похищением.

Все взгляды устремились на Шэнь Цзюньци. Его уже похищал Повелитель снов, но, к счастью, его вовремя спасли. Судебный врач Шэнь тоже был очень силен. Он контратаковал, и это была ложная тревога. Возможно, кого-то другой не был бы настолько удачлив.

Директор Дин продолжил:

- Итак, гражданским служащим, недостаточно просто ежегодно проходить базовое медицинское обследование. Чтобы лучше взаимодействовать с передовыми подразделениями, всем необходимо улучшить свою физическую форму и активно участвовать в тренировках. Цель не в оценке, а в том, чтобы все двигались. Даже я и все руководители будем подавать пример и участвовать во всех проектах в этом году. Поехали!

Во время учений требования к гражданскому персоналу были не такими высокими, как к офицерам на передовой. Они могли выбрать пять проектов из разных категорий, если те соответствовали стандартам.

Тем не менее, это стало проблемой для судмедэкспертов и аналитиков, которые обычно работали в офисе. Как говорится, «точи топор, пока не затупился».

Поскольку руководители сделали заявление, они не могли позволить себе расслабиться. Все начали использовать свободное время для тренировок.

Даже судмедэксперт Лю начал бегать кругами, а его пивной живот заметно уменьшился.

После операции Шэнь Цзюньци не мог заниматься интенсивными физическими упражнениями в течение длительного времени, поэтому он исключил из списка упражнений бег на длинные дистанции и преодоление препятствий.

Он выбрал стрельбу и приёмы борьбы, в которых он преуспевал.

После начала подготовки у Шэнь Цзюньци было явное преимущество.

Капитан Гу, который на протяжении многих лет был лучшим в оценках городского бюро, щедро делился с ним своими знаниями.

Гу Яньчэнь всегда считал, что эти навыки необходимы для самообороны. Даже если они не нужны для сдачи экзамена, ими всё равно нужно владеть в совершенстве. Когда возникает опасность, человек может действовать инстинктивно.

Он сказал Шэнь Цзюньци:

- Я не могу гарантировать, что буду рядом с тобой каждую минуту, поэтому я надеюсь, что ты научишься лучше справляться с ситуациями.

Шэнь Цзюньци ответил:

- Я тоже надеюсь, что буду учиться систематически, чтобы помочь тебе в случае опасности.

Они сразу нашли общий язык, и Гу Яньчэнь начал проводить с Шэнь Цзюньци специальные тренировки.

У полиции есть свои правила использования огнестрельного оружия, поэтому приносить его домой не разрешалось.

Через официальные каналы капитан Гу купил для Шэнь Цзюньци две тренировочные пластиковые копии пистолетов, чтобы тот мог каждый день практиковаться дома.

Первым этапом тренировки было ознакомление с оружием.

Гу Яньчэнь объяснил Шэнь Цзюньци:

- Люди часто говорят, что хорошая меткость достигается частыми тренировками, но на самом деле просто тренироваться в стрельбе недостаточно. Ты ещё недостаточно хорошо знаком с оружием. Тебе нужно установить с ним связь. Поэтому первый шаг в твоей практике — это прикосновение к оружию. Ты должен чувствовать его форму даже с закрытыми глазами, быстро брать его в руки и стрелять. Иногда доли секунды могут иметь решающее значение для жизни.

Шэнь Цзюньци был прилежным учеником. Он носил с собой игрушечный пистолет и иногда прикасался к нему. Иногда он даже клал его под подушку и нащупывал рукой, когда просыпался.

Вторым шагом было изучение стойки для стрельбы.

Гу Яньчэнь объяснил Шэнь Цзюньци различные базовые движения, такие как стойка для стрельбы от бедра, стойка Уивера и различные техники хвата.

Гу Яньчэнь сказал:

– Хотя я изучал это в полицейской академии, в жизни это мне нечасто нужно. Большинство людей только повторяют это во время экзаменов, а потом забывают. Многие опытные офицеры даже не принимают правильную стойку для стрельбы. Я возлагаю на тебя большие надежды. Я надеюсь, что эти движения станут для тебя инстинктивными.

Шэнь Цзюньци начал тренироваться.

Каждый вечер, вернувшись, домой, он сотни, раз повторял позы для стрельбы.

Гу Яньчэнь заставил Шэнь Цзюньци выполнять упражнения на укрепление мышц, чтобы помочь ему научиться правильно, распределять силу.

Чтобы тренировать его, Гу Яньчэнь придумал игру, в которой один кричал «стреляй», а другой должен был быстро поднять игрушечный пистолет в стандартной позе. Они проверяли, у кого реакция быстрее.

Поначалу Шэнь Цзюньци считал этот метод обучения немного детским.

Но через день он начал получать удовольствие от игры.

Каждый раз, когда Гу Яньчэнь побеждал, он подбадривал его:

- Ничего страшного, практика — путь к совершенству. Ты можешь лучше.

Постепенно скорость реакции Шэнь Цзюньци возросла, и они стали играть на равных.

Следующим шагом было научиться разбирать пистолет, изучить каждую деталь и понять принцип работы механизма. На этом этапе отрабатывалась быстрая сборка пистолета.

После нескольких дней тренировок Гу Яньчэнь завязал Шэнь Цзюньци глаза и заставил его собрать пистолет вслепую.

Пальцы Шэнь Цзюньци были проворными, и он быстро превзошёл норму по времени сборки.

Последним этапом была практическая стрельба на полигоне. Гу Яньчэнь попросил, чтобы Шэнь Цзюньци научился вести непрерывный огонь.

В реальном бою, если один выстрел не нейтрализует противника, для второго выстрела потребуется корректировка. Многим не хватает силы в руке, и после выстрела пистолет подпрыгивает, что приводит к промахам и потере цели.

После интенсивных тренировок Гу Яньчэна меткость Шэнь Цзюньци значительно улучшилась.

Помимо меткости, нужно было практиковаться и в технике борьбы.

Хотя Шэнь Цзюньци умел драться, он делал это, скорее, импровизируя. В этом не было особой техники.

Капитан Гу возлагал большие надежды на Шэнь Цзюньци. От него требовались не только стандартные стойки, но и ловкость и быстрая реакция.

В отличие от стрельбы, здесь требовалась более серьёзная боевая подготовка. Поэтому они уходили на тренировочную площадку и тренировались до изнеможения. Несмотря на то, что Гу Яньчэнь был осторожен во время тренировок, Шэнь Цзюньци всё равно получал травмы.

После этого Гу Яньчэнь тщательно обработал его синяки лекарством.

После того, как его несколько раз победили, доктор Шэнь воспользовался зубами, когда его в N-й раз повалили на кровать.

В ту ночь капитан Гу был тяжело ранен в плечо.

Наконец, день настал.

Каждое мероприятие проводилось по очереди. Не было никаких сомнений в победе Гу Яньчэна. Как только закончил соревнование, он побежал смотреть мероприятие Шэнь Цзюньци.

В первый день Шэнь Цзюньци участвовал в стрельбе. Его стойка была стандартной, а результаты стрельбы неизменно были идеальными, что выделяло его среди всех участников медицинского центра.

На третий день была боевая техника. Формат был таким, соревнование на ринге, один на один, с продвижением по рангам.

Шэнь Цзюньци выиграл пять раундов подряд, а затем столкнулся с капитаном Шао Чжэньэнем из отдела уголовных расследований.

Боевые навыки Шао считались средними среди детективов. Он даже не считал Шэнь Цзюньци серьёзным противником, полагая, что тому просто повезло дойти до этого этапа.

Прежде чем выйти на ринг, Шао ухмыльнулся и предупредил:

- Директор Шэнь, будьте осторожны. Я не буду с вами церемониться.

Шэнь Цзюньци ответил:

– Увидимся на ринге.

Они вышли на ринг. Движения Шэнь Цзюньци были быстрыми, его атаки — яростными, а реакция — молниеносной.

Пять минут спустя Шао Чжэньэнь лежал на земле.

После того как Шао спустился, Лю Шужун, выбывший во втором раунде, спросил:

– Капитан Шао, вы позволили директору Шэнь соскочить с крючка?

Потирая ушибленные ягодицы, Шао Чжэньэнь ответил:

- Ну, видишь ли, боевые искусства — не моя сильная сторона. Даже если я выиграю у судмедэксперта, это будет нечестная победа. Кроме того, капитан Гу так долго тренировал директора Шэнь. Я должен проявить уважение и к капитану Гу.

По правде говоря, Шао Чжэньэнь совсем не расслабился. Ему не удалось победить эксперта. Это было унизительно.

В результате Шэнь Цзюньци, судмедэксперт, вошёл в десятку лучших по стрельбе и в тридцатку лучших по боевым навыкам среди всего городского бюро.

Даже директор Дин, наблюдавший за происходящим, отметил, что не ожидал, что директор Шэнь окажется настолько сильным, что оправдает свою репутацию лучшего специалиста среди судмедэкспертов и будет спокойно играть роль тигра в овечьей шкуре.

Увидев этот результат, капитан Гу обрадовался больше, чем, если бы сам занял первое место.

После индивидуальных упражнений на следующий день были упражнения по обезвреживанию бомб и главное событие — бой в реальных условиях.

Индивидуальные учения завершены, а завтрашние задания будут посвящены обезвреживанию бомб и предотвращению взрывов, а также отработке реальных боевых действий.

На этот раз Гу Яньчэнь не выбрал бандита. Когда он уже думал, что сбежал, директор Дин назначил его главарем бандитов.

Есть ли для него другие задачи?

Капитан Гу поморщился:

- Директор Дин, почему каждый год всегда я? Я практически становлюсь профессиональным преступником.

Гу Яньчэнь и сам чувствовал себя боссом, которого ждёт поражение на последнем уровне игры.

Директор Дин сказал:

- Нет, если ты не согласишься, никакого напряжения не будет. Во всём городском управлении мы не найдём никого, кто мог бы составить конкуренцию вооружённой полиции. Кроме того, команда капитана Вана жаждет отомстить тебе.

Не имея другого выбора, Гу Яньчэнь неохотно взялся за это непростое задание.

У бандитов есть некоторые преимущества, например, они, могут заранее получить карту и подать заявку на снаряжение.

Поэтому Гу Яньчэнь получил тему задания за день до экзамена.

На этот раз сценарий предполагал захват заложников в супермаркете.

Директор Дин и несколько руководителей уже начали подготовку, тайно обсуждая планы с руководством расположенного неподалёку супермаркета среднего размера. Руководство супермаркета шло навстречу, и несколько сотрудников даже вызвались стать заложниками.

В ходе специального упражнения восемь вооружённых преступников проникли в супермаркет, взяли заложников и вступили в бой со спецназом. На выполнение задания отводилось два часа.

Спецназ должен был уничтожить преступников за это время и спасти заложников.

Шэнь Цзюньци, помня о предстоящем задании Гу Яньчэна, взял на себя инициативу и приготовил ужин в тот вечер.

Гу Яньчэнь переоделся из боевой формы в домашнюю одежду и спустился вниз, чтобы прогуляться с Уляном.

После ужина Гу Яньчэнь начал планировать «ограбление».

Около десяти часов вечера Шэнь Цзюньци пришёл напомнить Гу Яньчэну о необходимости отдохнуть. За это время Гу Яньчэнь нарисовал несколько схем и составил подробные планы действий.

Шэнь Цзюньци с любопытством спросил:

- Ты нашёл решение?

Гу Яньчэнь ответил:

- У меня есть кое-какие идеи.

Он достал карту местности и объяснил её Шэнь Цзюньци.

- Во-первых, я могу использовать пространство супермаркета. Там много полок и товаров. Я могу быстро перестроить пространство так, чтобы супермаркет было легко защищать и сложно атаковать. Кроме того, мы можем использовать зеркала в супермаркете. Я планирую зайти туда и установить зеркала в некоторых углах. Таким образом, преступники смогут прятаться за полками, и мы будем видеть их передвижения, но они не смогут видеть нас.

Шэнь Цзюньци понимающе кивнул.

Гу Яньчэнь продолжил:

- Другие доступные ресурсы включают в себя различные товары из супермаркета, такие как верёвки, нитки, тупые ножи, чистящие средства, стеклянные бутылки и гвозди. Я расставлю ловушки в главных проходах, натяну растяжки, разолью чистящее средство, разобью стекло и разбросаю канцелярские кнопки. Таким образом, спецназ не сможет продвинуться вперёд.

Шэнь Цзюньци призадумался и понял, что спецназ окажется в невыгодном положении.

- Кроме того, я могу предсказать маршрут атаки спецназа. Прежде чем они нападут, я устрою засаду, и наши люди будут прятаться в темноте, стреляя, когда придёт время.

Небольшой супермаркет, спроектированный Гу Яньчэном, превратился в лабиринт с ловушками и хитростями.

Объяснив всё, Гу Яньчэнь сказал:

- Есть ещё кое-какие детали, но я уточню их завтра, когда у меня будет время.

Шэнь Цзюньци понял:

- На этот раз вооружённой полиции будет ещё сложнее победить…

Гу Яньчэнь ответил:

- По сравнению с автобусом, пространство в супермаркете больше и сложнее. Мы можем сделать гораздо больше.

Гу Яньчэнь был очень умным, его план был одновременно надёжным и хитрым. Он сохранял спокойствие в чрезвычайных ситуациях и мог быстро адаптироваться.

Шэнь Цзюньци не мог не восхищаться:

- Как хорошо, что ты честный полицейский. Если бы преступник был таким же способным, как ты, это было бы ужасно.

Гу Яньчэнь сказал:

- Директор Дин хотел, чтобы я снова сыграл роль преступника. Задания не должны быть слишком простыми. А методы, которые я использую, вполне джентльменские. Если бы я был более безжалостным, я мог бы расставить ловушки с электричеством и водой внутри, надеть противогазы, выпустить токсичный газ, создать зажигательные устройства… Но это может привести к жертвам и большим экономическим потерям. Мы не можем так проводить учения.

Шэнь Цзюньци заметил:

- Нельзя просто обозначить проблему, не продумав решение.

Гу Яньчэнь улыбнулся. Он уже подготовил контр стратегию и намеренно не торопился. Он достал ещё один лист бумаги:

- Это обратный план. Я изучил планы здания супермаркета. На крыше есть вентиляционные каналы, к которым можно получить доступ. Если спецназ сможет найти эту точку, они смогут отправить несколько элитных бойцов в помещение, где держат заложников, сверху и внезапно атаковать с тыла. Таким образом, они смогут быстро прорвать оборону преступника, обеспечив при этом безопасность полиции. Вопрос лишь в том, сможет ли об этом подумать специальная полиция.

Нужно было мыслить нестандартно. Решение было несложным, если подойти к вопросу с другой стороны. Объяснив всё, Гу Яньчэнь встал, выключил компьютер и приготовился отдохнуть. Сначала он пошел умыться, а следом Шэнь Цзюньци зашел в ванную.

Вместо того чтобы выйти из комнаты, Гу Яньчэнь подошёл к Шэнь Цзюньци сзади и обнял его.

- Завтра важный день.

Шэнь Цзюньци призадумался:

- Первая годовщина нашей встречи.

Гу Яньчэнь молча, кивнул. Он давно знал Линь Ло, но с Шэнь Цзюньци познакомился ровно год назад.

Он спросил Шэнь Цзюньци:

– Сегодня вечером все в порядке?

Шэнь Цзюньци сразу ответил:

- Моя аттестация закончилась, и завтра у меня нет никаких проектов…

Это было равносильно согласию.

Гу Яньчэнь крепче обнял Шэнь Цзюньци и прошептал ему на ухо:

- Ты очень красив в этом наряде.

Шэнь Цзюньци был одет в повседневную тренировочную одежду с накрахмаленной рубашкой. Когда он надевал этот наряд, подпоясанный ремнём, его тонкая талия становилась особенно заметной.

Шэнь Цзюньци сделал паузу и повернулся к нему со словами:

- Итак, в благодарность за то, что ты усердно обучал меня, как насчёт того, чтобы сегодня сделать что-то необычное?

Гу Яньчэнь спросил:

- Что ты имеешь в виду?

– Ты знаешь что такое косплей?

Шэнь Цзюньци продолжил:

- Год назад я видел твоё выступление на учениях на большом экране в командном пункте. Ты был очень хорош. Раз уж завтра ты снова будешь играть роль преступника, почему бы тебе сегодня не сыграть роль безжалостного грабителя?

Шэнь Цзюньци до сих пор помнил, как у него учащённо забилось сердце при их первой встрече.

Гу Яньчэнь обычно был серьёзен, спокоен и собран, предан делу правосудия и защите города. Его образ преступника будет сильно контрастировать с его привычным образом.

Поскольку всё это было притворством, между ними как пары не возникнет чувства вины.

Гу Яньчэнь только что закончил умываться, его волосы были ещё влажными. Глубоко посаженные глаза, высокая переносица и расстёгнутые две верхние пуговицы чёрной рубашки, обнажавшие мускулы, придавали ему слегка зловещий вид, как у антагониста-злодея.

Если подумать, у них дома была целая коллекция реквизита, наручники, игрушечные пистолеты и даже повязка на глаза.

Капитана Гу эта идея заинтриговала. Он посмотрел на Шэнь Цзюньци и сказал:

- Тогда, доктор Шэнь, сегодня ночью ты попадёшь в мои руки.

Шэнь Цзюньци шутливо взглянул на него и сказал:

- Угрожаешь мне? Кто-нибудь скоро придёт и спасёт меня.

Гу Яньчэнь тут же придумал реплику и выпалил:

- Даже если ты будешь кричать во всё горло, никто тебя не спасёт.

Шэнь Цзюньци расхохотался:

- Нет, это слишком неловко. Давай вести себя нормально…

Гу Яньчэнь сделал серьёзное лицо:

- Не смейся, это ограбление!

Шэнь Цзюньци изо всех сил старался сдержать смех, его плечи тряслись.

Ему удалось сдержаться, и он серьёзно сказал:

- Тебе нужно быть более убедительным. В конце концов, завтра ты будешь играть роль главаря банды. Как ты можешь быть таким неимпульсивным?

Гу Яньчэнь спросил:

- Вот так?

С этими словами он наклонился, взвалил Шэнь Цзюньци на плечи и понёс его через коридор в спальню.

Шэнь Цзюньци откинулся на кровать, и Гу Яньчэнь протянул руку, чтобы схватить его за горло, слегка надавливая пальцами. Его тёплые пальцы сжимались на горле Шэнь Цзюньци, создавая ощущение давления, но, не причиняя вреда.

Шэнь Цзюньци поджал губы, посмотрел на Гу Яньчэна и начал ему подыгрывать. Он сопротивлялся и тяжело дышал, упираясь коленями в тело Гу Яньчэна.

Гу Яньчэнь ослабил хватку на горле Шэнь Цзюньци и с силой заломил ему руки за голову. Они начали бороться на кровати, как будто тренировались. Такая борьба требовала физических усилий, и, в конце концов, Гу Яньчэнь одержал победу. На лбу Шэнь Цзюньци выступили капли пота, его грудь тяжело вздымалась, он сопротивлялся до тех пор, пока его воротник не расстегнулся, а волосы не растрепались.

Гу Яньчэнь на мгновение впал в транс. Человек перед ним выглядел красивым и хрупким, но взгляд его был таким упрямым. Чем дольше он смотрел, тем сильнее ему хотелось уничтожить его, свести с ума.

Ночью в спальне было особенно тихо, лишь сбоку горела маленькая лампа.

Гу Яньчэнь взял игрушечный пистолет и приставил его к подбородку Шэнь Цзюньци, представляя себя безжалостным преступником, который размышляет, как «помучить» человека, лежащего под ним. Он наклонился и угрожающе прошептал Шэнь Цзюньци на ухо:

- Если будешь плохо себя вести, я выстрелю.

Сказав это, Гу Яньчэнь ткнул игрушечным пистолетом в грудь Шэнь Цзюньци. Тело Шэнь Цзюньци слегка дрогнуло, и дуло опустилось ниже, пока не оказалось у него на животе.

Затем Гу Яньчэнь нажал на спусковой крючок.

Шэнь Цзюньци тихо застонал.

В голове у Гу Яньчэна мгновенно пронеслось множество сцен, и от одних только мыслей у него закипела кровь.

Он медленно расстегнул рубашку Шэнь Цзюньци с помощью пистолета. Шэнь Цзюньци не сказал ни слова, но повернул голову, чтобы укусить Гу Яньчэна за шею. Гу Яньчэнь схватил его за подбородок, посмотрел Шэнь Цзюньци в глаза и поцеловал его.

Как будто молния с небес вызвала пожар на земле, они безумно целовались.

Обычно Гу Яньчэнь был очень нежен, но сегодня,  он не мог себя контролировать. Сегодня он больше не будет «хорошим парнем». Он хотел увидеть губы Шэнь Цзюньци, испачканные кровью, увидеть слёзы в его глазах, заставить его отчаяться, но при этом сгорать от желания.

В теле Гу Яньчэня вспыхнул огонь. Итак, в эту ночь «полицейский и преступник» вступили в ожесточённую «борьбу не на жизнь, а на смерть».

На следующий день, учения в супермаркете прошли гладко. Шэнь Цзюньци отправился в командный пункт, чтобы понаблюдать. План Гу Яньчэна был действительно очень практичным. Спецназ использовал щиты для сдерживания беспорядков, чтобы провести мощную атаку, но всё равно были «потери». «Грабители» выиграли достаточно времени, и спецназ снова потерпел неудачу.

Затем Гу Яньчэнь продемонстрировал им решение, и команда спецназа была под впечатлением.

Руководители городского бюро решили, что в будущем подобные учения следует проводить чаще, а Гу Яньчэнь должен регулярно проводить специальные тренинги для спецназа, чтобы повысить их способность реагировать на чрезвычайные ситуации.

Чтобы отметить первую годовщину их воссоединения и отпраздновать успешное завершение учений, Шэнь Цзюньци и Гу Яньчэнь отправились в павильон Линчжи, чтобы как следует поесть.

Вечером капитан Гу сказал, что нужно чаще играть в подобные игры.

Вечная преданность

Экстра. Счастливая жизнь судмедэксперта

Глава 162. Вечная преданность

Ночью, дома.

Закончив отчет о вскрытии, Шэнь Цзюньци умылся и пошел спать. Гу Яньчэнь уже ждал его в постели.

Гу Яньчэнь лежал рядом, но не спал, его взгляд был устремлен в потолок.

Шэнь Цзюньци лег рядом с ним и спросил:

- Почему ты не спишь?

- Просто думаю, — ответил Гу Яньчэнь. — О будущем, о нашем будущем.

Гу Яньчэнь был зрелым и уравновешенным человеком. Он всегда считал, что любовь — это не сиюминутное чувство, а обязательство на всю жизнь. Он надеялся, что они с Шэнь Цзюньци будут идти рука об руку до конца своих дней.

Им двоим было нелегко снова встретиться, им пришлось пережить так много, поэтому он будет особенно дорожить этими отношениями.

Гу Яньчэнь спросил его:

- Как ты хочешь узаконить наши отношения?

Шэнь Цзюньци почувствовал усталость, и его веки опустились.

- Давай просто поужинаем в кругу семьи. Не думаю, что нам нужно приглашать кого-то ещё. Пока мы вместе, мне всё равно, как мы это сделаем.

Они оба работали в городском бюро на должностях среднего управленческого звена. Шэнь Цзюньци немного беспокоился по этому поводу, в конце концов, эмоции — это очень личное, особенно такие запретные отношения. Их коллеги из городского бюро уже знали об этом, и не было необходимости распространять информацию дальше.

Гу Яньчэнь взял его за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

- Мы можем сэкономить на чём-то другом, но кольца должны быть. Ты — единственный для меня в этой жизни. Я должен купить тебе кольцо.

— Хорошо, — согласился Шэнь Цзюньци.

Той ночью Гу Яньчэнь много думал, об их планах на будущее и о том, какой жизнью они хотели бы жить. Капитан Гу был очень решительным. За неделю он выполнил все необходимые дела и оказался один в ювелирном магазине. Он попросил показать парные мужские кольца.

Продавцы в магазине общались с самыми разными покупателями и охотно рекомендовали им различные мужские кольца с бриллиантами.

Гу Яньчэнь окинул взглядом кольца на прилавке.

Большинство из них были слишком обычными. Эти кольца производились массово и не могли выразить всю глубину чувств.

Он считал, что самое важное при выборе кольца — это чувства. Только то, кольцо, которое привлечет его внимание с первого взгляда, было по-настоящему подходящим.

Взгляд Гу Яньчэна остановился на паре колец.

- Покажи мне эти два.

Эти два кольца с бриллиантами лежали в углу, отдельно от остальных. Оба кольца были мужскими, с красным очень ярким бриллиантом в центре.

Ассистентка достала их.

- Это чрезвычайно редкие красные бриллианты, символизирующие ни с чем несравнимую и вечную любовь. Итак, эти два кольца называются «Преданность» и «Вечность».

Другой сотрудник добавил:

– Это работа дизайнера. Она не производится массово. Каждая вещь уникальна.

В то время дизайнер колец настаивал на том, чтобы два мужских кольца были инкрустированы красными бриллиантами. Клиентов с такими требованиями было немного, к тому же красные бриллианты стоили дорого, поэтому они оставались непроданными.

Гу Яньчэнь внимательно изучил кольца. На том, что называлось «Преданность», был главный бриллиант в форме капли, напоминающей каплю крови, а при ближайшем рассмотрении — сердце.

Другое кольцо, названное «Вечность», украшало удлинённый бриллиант в форме пули.

Оба кольца были изысканно выполнены, с несколькими бриллиантами меньшего размера, расположенными рядом с основным камнем и мерцающими, как звёзды. Казалось, что эти два кольца созданы специально для них.

«Вечная преданность» были совершенны как по форме, так и по символизму.

Гу Яньчэна сразу же привлекли эти украшения.

- Я возьму эти два.

Затем он добавил:

- Кстати, дайте мне две крепких цепочки. Никаких украшений, просто прочные.

Будь то детектив или судмедэксперт, они были заняты работой и часто находились на месте преступления. Носить кольца на руках было неудобно. Гораздо удобнее носить их на шее.

Утром в субботу, после завтрака, Гу Яньчэнь сказал Шэнь Цзюньци:

- Я кое-куда тебя отвезу.

В последнее время доктор Шэнь заметил, что Гу Яньчэнь ведёт себя немного загадочно, как будто к чему-то готовится.

Он сел в машину, и вскоре Гу Яньчэнь привёз его в жилой район и остановился перед дверью.

Агент открыл дверь и предоставил им возможность осмотреть самостоятельно.

Это был дом площадью около 180 квадратных метров, уже отделанный и меблированный, но в нём никто никогда не жил. Дом был хорошо обставлен, в нём была большая главная спальня, кабинет с книжными полками и просторная терраса.

Стоя на террасе, они могли любоваться городским пейзажем. Район был тихим и приятным. Но самое главное, он находился ближе к городскому управлению, что было очень удобно.

Гу Яньчэнь сказал:

- Эти две квартиры были оформлены на моё имя матерью. Теперь, когда мы живём вместе, вторая квартира уже давно пустует. Посовещавшись с семьёй, мы решили продать эти два квартиры и купить дом побольше. Что ты об этом думаешь?

– Это место великолепное, мне оно очень нравится, – сказал Шэнь Цзюньци, – и, у Уляна с Сюэи будет больше мест для игр.

Гу Яньчэнь всегда всё тщательно обдумывал и был очень внимателен. Он уже продумал всё, чего хотел Шэнь Цзюньци. Он также уважал его мнение, и ему было приятно, о нём заботятся.

– Тогда отныне это будет нашим домом.

Он опустился на одно колено и достал кольцо, которое приготовил.

– Готов ли ты идти со мной по этой жизни?

Он не мог устроить самую пышную свадьбу человеку, стоящему перед ним, но он мог подарить ему самую искреннюю любовь.

Шэнь Цзюньци посмотрел на тщательно подобранное кольцо с красным бриллиантом и почувствовал себя окруженным чувством полного счастья. Его сердце бешено колотилось в груди.

Человек, стоящий перед ним, всегда превосходил его ожидания, он затрагивал самые глубинные струны его сердца и приносил ему счастье.

Шэнь Цзюньци крепко держал Гу Яньчэна за руку.

- Конечно, я готов.

Он сказал:

- Гу Яньчэнь, я буду любить тебя вечно.

Гу Яньчэнь встал и осторожно достал кольцо с красным бриллиантом, помогая Шэнь Цзюньци надеть его на шею. Красный бриллиант сверкал на шее Шэнь Цзюньци, словно капля крови.

Шэнь Цзюньци помог Гу Яньчэну надеть второе кольцо.

Они просто обменялись кольцами, но это выглядело торжественно. Только они знали, что это значит для них.

Гу Яньчэнь пристально посмотрел на Шэнь Цзюньци. Он обнял его и наклонился, чтобы поцеловать, а Шэнь Цзюньци крепко прижался к нему в ответ на его ласку.

В этой жизни их любовь будет длиться вечно.

С этого дня, где бы они ни были — на месте преступления или перед лицом опасности, — эти два кольца всегда висели у них на груди.

Они вместе противостояли всему, идя по жизни рука, об руку, защищая справедливость.

Комментарии редактора:

Вот и закончилась эта история.

Редактурой занялась исключительно для себя, а выложила, что бы все могли насладиться этой историей.

Я старалась сделать текст читабельным для русского читателя. Надеюсь, вам понравилось.

Страница книги Отчаянный судмедэксперт в интернете

Table of Contents

1 - 1 Новый судмедэксперт

1 - 2 Тест на всплытие

1 - 3 Учения с автобусом

1 - 4 Подведение итогов

1 - 5 Специальный уголовный отдел

1 - 6 Новые коллеги

1 - 7 Охота за костями

1 - 8 Гора усеянная трупами

1 - 9 Что ты ищешь

1 - 10 Времена изменились

1 - 11 Труп в реке

1 - 12 Вскрытие

1 - 13 Утопленник

1 - 14 Поесть бесплатно

1 - 15 Воспоминание

1 - 16 Допрос

1 - 17 Торговая палата Хэту

2 - 18 Стрельба

2 - 19 Ложь

2 - 20 Парк развлечений

2 - 21 Мумифицированный труп

2 - 22 Расследование

2 - 23 Обида

2 - 24 Маленький поезд

2 - 25 Мать

2 - 26 Правда

2 - 27 Маленький принц

2 - 28 Расчлененное тело

2 - 29 Первое вскрытие

3 - 30 Разрыв легких

3 - 31 Рецидивист

3 - 32 Настойчивость

3 - 33 Повторное вскрытие

3 - 34 Симуляция болезни

3 - 35 Идеальный персонаж

3 - 36 Игра

3 - 37 Приговор

3 - 38 Пожар

3 - 39 Лучшая подруга

3 - 40 Извлечение языка

3 - 41 Хороший друг

3 - 42 Истина

3 - 43 Ужин

3 - 44 Изувеченный труп

3 - 45 Отдавая сердце

3 - 46 Пьяный

4 - 47 Пытки

4 - 48 Сон

4 - 49 На месте

4 - 50 Семь смертоносных видов оружия

4 - 51 Симуляция

4 - 52 Разрушение

4 - 53 Склад

4 - 54 Сваха

4 - 55 Видео

4 - 56 Спасение

4 - 57 Пять лет назад

4 - 58 Кровавый свет

4 - 59 Босс Му

4 - 60 Клиринговая компания

4 - 61 Сфабрикованное дело

4 - 62 Чистильщик

4 - 63 Ань Нань

4 - 64 Цин Шуй

4 - 65 Эффект бабочки

5 - 66 Котенок

5 - 67 Шрамы

5 - 68 Коллеги

5 - 69 Три овцы

5 - 70 Работницы

5 - 71 Секрет

5 - 72 Пищевая цепочка

5 - 73 Лабиринт

5 - 74 Искупление

5 - 75 Сыновья почтительность

5 - 76 Блудный сын

5 - 77 Зверь

5 - 78 Просмотр фильма

5 - 79 Контратака

6 - 80 Пара трупов

6 - 81 Осмотр

6 - 82 Взрыв

6 - 83 Перерождение

6 - 84 Поиск

6 - 85 Настоящий виновник

6 - 86 Арест

6 - 87 Обман

6 - 88 Создатель снов

6 - 89 Звездное небо

6 - 90 Фонд

6 - 91 Падение

6 - 92 Идти по следу

6 - 93 Подозреваемый

6 - 94 Убийца

6 - 95 Убийственный KPI

6 - 96 Собеседование

6 - 97 Под прикрытием

6 - 98 Демоны

6 - 99 Экзорцизм

6 - 100 Поцелуй

6 - 101 А где котенок?

6 - 102 &quot;Мастер снов&quot;

6 - 103 Похищение

6 - 104 Кошмары

6 - 105 Истребитель демонов

7 - 106 Совместное проживание

7 - 107 Плечом к плечу

7 - 108 Цели

7 - 109 Окровавленный труп

7 - 110 Исчезновение

7 - 111 Странные события

7 - 112 Аквариум

7 - 113 Шпионаж

7 - 114 Знакомый

7 - 115 Прошлое

7 - 116 Демон

7 - 117 Погоня

7 - 118 Противостояние

7 - 119 Покарать зло

7 - 120 Действие

7 - 121 Битва

7 - 122 Противостояние

7 - 123 Победа

7 - 124 Обыск

7 - 125 Внутренний раздор

8 - 126 Куриный суп

8 - 127 Аккаунт

8 - 128 Наблюдая за звездами

8 - 129 Замороженное тело

8 - 130 Контейнер

8 - 131 Святой Грааль

8 - 132 Месть

8 - 133 Не стоит того

8 - 134 Ключ

8 - 135 Дракон переворачивается

8 - 136 Взорвать гору

8 - 137 Найденные останки

8 - 138 Подготовка к войне

8 - 139 Темнота

8 - 140 Поворот - направо

8 - 141 Взрыв

8 - 142 Критический момент

8 - 143 Жизнь и смерть

8 - 144 Первое дело

8 - 145 Падение молота

Эпилог

Открываем слепые коробки

Внезапная смерть

Кола со льдом

Убийца креста

Сделай мне одолжение

Странно

Жертва

Помощь

Крестообразные раны

Мотив

Законы страны

Рукопашная схватка

Возрождение

Измерения

Годовщина

Вечная преданность

О книге