Он ожидал, что всё получится. Личность информатора надёжна, а военной силы более, чем достаточно. Однако…

— Ты думал, это сработает? – Мужчина задавал вопрос, вовсе не ожидая получить ответ: его ботинок безжалостно давил на шею оппонента. На фоне чёрного неба ясно вырисовывались очертания лица этого человека, дыхание которого осталось неизменным даже после того, как он отсёк ногу и руку противнику. Того, чью смерть пытались организовать, но кто сам толкал других в объятия гибели. Из-под растрёпанных чёрных волос виднелись пронзительные светло-голубые глаза. – Ну конечно. – Лицо мужчины, который, смеясь, достал сигарету, было таким пугающе красивым, что казалось вовсе нечеловеческим.

Оскар фон Райнхарт. Окутанный густым сигаретным дымом, мужчина продолжал тихонько посмеиваться.

— Знали б, что ожидает такой исход, вряд ли бы сунулись сюда? Не так ли?

— Кха! Кхак!.. – Наблюдая за мучительными конвульсиями умирающего, Оскар продолжал спокойно курить. Позади него простирался пустырь, пропитанный запахом смерти, и группа мужчин уносила тела наёмных убийц, в то время как над ними яростно кружила хищная птица, учуявшая кровь.

— Мы захватили двух человек живыми и убедились, что остальные мертвы. – При этих словах Оскар поднял ногу с шеи мертвеца, вытерев кровь с подошвы ботинка о подол его одежды, и произнёс:

— Мёртвых закопать, а пленников допросить.

— Будет сделано. Что насчёт остальной части расписания?

Сместив центр тяжести на одну ногу и чуть накренившись, Оскар сделал несколько затяжек и небрежно бросил истлевшую сигарету на землю. Стянув чёрные перчатки, он обернулся к стоявшему рядом мужчине, чуть изогнув уголок рта в усмешке.

— Мы должны сдержать слово, Саймон. – Проговорил мужчина, сделав шаг вперёд. – Хотя и этот несчастный ублюдок хотел, чтобы я умер здесь. Когда он пересекал пустошь, усеянную трупами, к нему отовсюду приближались люди в чёрных костюмах. Они быстро выстроились вдоль дороги, ведущей к экипажу, и вежливо склонили головы, подстраиваясь под темп своего господина. Оскар, сев в карету, как ни в чём не бывало вытер руки и лицо мокрым полотенцем. Несколько капель крови окропили манжету, но переодеваться сейчас было чересчур хлопотно, да и не было особой необходимости. Мужчина швырнул окровавленную ткань в угол, и взглянул в окно. Видеть смерть вокруг надоело ему до тошноты. Освободиться от жалких и раздражающих вещей можно было лишь двумя способами: отрубить голову королю Леопольду, либо же умереть самому. Однако, намерений умирать у него не было, ровно как и нести потери: жертвовать конечностями ради головы являлось тем, в чём Оскар был совершенно не заинтересован. Мужчина снова достал сигарету и поспешно сунул её в рот. Дым, распространившийся повсюду после нескольких затяжек, казалось, рассеивал едкий запах крови. Пронзительные голубые глаза, похожие на срез ледника, чуть скрываемые за дымкой, по-прежнему излучали холодность и бесстрастность. Он хотел не просто победы. Требовался просто сокрушительный триумф. Совершенный и абсолютный, без единой пролитой капли крови.

***

В Фельпе не было никого, кто не знал бы о величественном каменном поместье, расположенном на берегу реки Дауб. Столетие назад право собственности на особняк, что король подарил своей фаворитке, которую лелеял, как бабочку на медовой розе, переходило от одного владельца к другому. Роскошный дом, служивший то театром, то летней виллой для знатных семей, смог вернуть себе первоначальное название ровно пятьдесят лет спустя после смерти фаворитки короля – своей исконной владелицы.

«Аман Роуз».

В то время как в Херодде была «Тубероза» , Фельпе гордился «Аман Роуз». Конечно же, самым популярным местом развлечений, где проституция была полностью легализована, был данный особняк: старинное место с чуткой атмосферой, отличной от дешёвых борделей, расположенных в глухих переулках. Поскольку большинство клиентов являлись членами королевской семьи или аристократами Норфолкского континента, одной ночи здесь было достаточно, чтобы покрыть двухмесячные расходы на проживание любого представителя среднего класса. Таким образом, в те дни, когда особняк посещали действительно важные персоны, ожидалось, что всего за одну ночь доходы «Аман Роуз» легко превысят месячный оборот всякого приличного предприятия. И сегодня был именно такой день.

— Они наконец-то здесь! – Обернувшись, крикнул привратник, наблюдающий за главными воротами, словно часовой. Катрин, нынешняя владелица особняка, поспешно затушила очередную сигарету слегка дрожащей рукой.

— Что делает Великий Герцог? – Слуга быстро подошёл к женщине и осторожно спросил, покачав головой.

— Уже творится полный беспорядок. Дверь заперта, а его личный помощник просит больше времени.

Прошли десятилетия с тех пор, как Катрин начала работать в этом бизнесе, от того она нутром чуяла, что что-то не так. Человек, который должен был сегодня посетить особняк, был настолько крупной фигурой, что никто в Восточном Норфолке не мог сказать, что не знает его; даже герцог Баденский, сводный брат короля Фельпе, а также президент банка Фельпе, тоже весьма знаменитая фигура, не шёл ни в какое сравнение с маркизом Райнхартом из королевства Люксен. Возникло странное тревожное чувство, когда Великий Герцог Баденский прибыл раньше запланированного времени и привёл с собой кучу незваных гостей. Он играл с ними в бильярд и беспечно распивал алкоголь стоимостью от пятидесяти до ста миллионов керте за бутылку, словно то была обычная вода. Более того, по мере приближения назначенного времени, вместо того, чтобы готовиться к встрече ожидаемого гостя, там лишь наслаждались праздным времяпрепровождением, повышая накал вечеринки. Несомненно, это было крайне неуважительно. А значит, для того, чтобы данный инцидент забылся и не расценивался как вопиющая грубость, был лишь один выход: маркиз Райнхарт, который здесь запланировал встречу с герцогом, не должен сюда явиться.

Однако, исходя из слов привратника, он уже был здесь.

Катрин нервно сглотнула и посмотрела на женщину, стоящую рядом с ней. Платье с глубоким вырезом, который обнажал грудь, выглядящую столь соблазнительно, что даже женщине захотелось бы прикоснуться. Неудивительно, что вокруг было полно тех, кто жаждал прильнуть к ней. Однако всё дело было не только в притягательном бюсте: красивое лицо, которым можно было любоваться без устали, по-детски наивная улыбка, не омрачённая заботами, и при этом полное отсутствие вульгарности – всё это благодаря глубокому бархатному голосу. Даже в глазах Катрин, которая уже так много времени проработала здесь, эта девушка была подобно драгоценному камню, и, если мужчина не являлся импотентом, не было никого, кто смог бы противостоять её очарованию. Особенно, если человек по какой-либо причине посещал эти места.

— Анна. – Услышав звук замедляющихся колёс кареты, Катрин аккуратно расправила свои одежды. Классическое платье с высоким воротником, доходящим до подбородка, делало её больше похожей на придворную даму, нежели на управляющую публичного дома. – Вот человек, который за одну ночь может потратить пятилетний бюджет Фельпе, – прошептала она Анне, неспешно идя с ней к широко распахнутым воротам. Глаза той, полные наивности, мгновенно сверкнули. Человек, который может позволить себе потратить такую огромную сумму… Эти слова отнюдь не были преувеличением. Мужчина являлся владельцем трансконтинентальной железной дороги и огромной сталелитейной компании, известной как «Доменная печь Норфолкского континента», а также главой маркизата Райнхарт. Примечательно, что он, достигший стольких высот, был ещё достаточно молод. – Если справишься, то будешь даже выше фаворитки короля, так что потяни время как можно дольше. По крайней мере, до тех пор, пока герцог не узнает о прибытии маркиза. – С этими словами остановилась и карета. Выражение лица Катрин, которое долгое время оставалось серьёзным, просияло, как будто всё, что было до этого – сплошная ложь. Пока она шла приветствовать маркиза в качестве человека, встречающего кровного родственника, которого не видела много лет, Анна осталась у двери, выжидая подходящего момента.

— Добро пожаловать, Ваша Светлость. Мы ждали Вас. – Несмотря на добродушное приветствие Катрин, ответа от маркиза не последовало. Всё, что ей довелось услышать – стук уверенных шагов мужчины. Анна, выжидающая момент у входа, слегка выглянула наружу. Девушка, что прикрывала грудь одной рукой со своим характерным кротким выражением лица, была словно смущена такой откровенной одеждой, и собиралась как бы невзначай преградить маркизу путь. Живя в «Аман Роуз», она встречала многих высокопоставленных особ, например, в прошлом месяце это место тайно посетил даже король, так что же особенного было в этом молодом маркизе, да ещё и чужестранце? Но, вопреки всему, Анна даже не решилась помешать мужчине, который буквально пронёсся мимо неё. Всё, что девушка смогла сделать – осторожно следить за его движениями.

Он был необычайно высок, с широкими плечами и хорошо выделяющейся талией. Черты его лица являлись лишь остаточным изображением, которые девушка не могла воспроизвести в собственной памяти. И всё же, она могла бы без колебаний поспорить на все имеющиеся у неё деньги, что среди всех прежде встречавшихся ей людей, не было никого столь же красивого, как этот мужчина. И именно в тот момент Катрин ткнула Анну локтем в бок, выводя ту из внезапного транса.

___________

1) От фонетического заимствования с французского «amant» – любовник. Поэтому переводиться название в контексте будет как «Возлюбленная Роза». Вместе они создают образ места, где интимность и удовольствие облечены в форму высокой эстетики и эксклюзивности. Название ну прям намекает на «тайный сад наслаждений» для избранных.

2) Это довольно многослойная метафора, но постараюсь покороче: Аромат туберозы исторически связан с соблазном, искушением и сексуальностью. В некоторых культурах молодым девушкам даже запрещали нюхать туберозу ночью, опасаясь, что её опьяняющий запах приведёт их к «неподобающим» мыслям или действиям. Тубероза расцветает ночью и издаёт свой самый сильный аромат именно в темноте, что символизирует скрытые, ночные удовольствия.

Когда Анна, медленно придя в себя, поспешила за мужчиной, тот уже огибал лестничную площадку и поднимался по ступеням. Девушка запрокинула голову, глядя на него снизу вверх. Слегка волнистые чёрные волосы выглядели то ли просто растрёпанными, то ли это была такая причёска. Под тёмными волосами виднелись глубоко посаженные светлые глаза и, в противовес им, прямой, резко очерченный нос. Каждое его движение – от небрежных широких шагов по лестнице, до кисти руки, полностью засунутой в карман – не оставляло ни малейшего намека на этикет.

— Ваша Светлость, – Катрин поспешно окликнула мужчину, однако маркиз, казалось, даже и не слышал её голоса, из-за чего никак не отреагировал, а Анна направилась за ним, почти взбегая по лестнице, но была не в силах угнаться ни за маркизом, ни хотя бы за теми четырьмя мужчинами, что шли следом. Их шаги казались такими широкими, темп быстрым, а движения  настолько бесцеремонными, что даже официант, сопровождавший делегацию, был вынужден просто бежать позади. Казалось, мужчинам было абсолютно всё равно и на Катрин, и на Анну, спешивших вслед за ними, придерживая подолы платьев. И, более того, как только они вошли в коридор, присутствие официанта стало излишним: помощник герцога уже стоял у двери, будучи в полном смятении.

Безудержный шаг маркиза остановился в нескольких шагах от двери. Четверо мужчин, следовавших за Оскаром, тоже остановились, словно по команде. Помощник герцога, увидев маркиза, побледнел как мел, и вид у него был такой, что ещё немного, и тот точно потеряет сознание. Однако, не только он один: когда все громкие шаги разом стихли, наступившая глухая тишина ощущалась почти что на физическом уровне, и сквозь неё начали просачиваться некие неловкие звуки.

— А-ах… Мн!..

— Приятно? Настолько хорошо, что ты вся течёшь?

— М-м-мн, да, да, Ваше Высочество…

— Ещё, ещё… Соси сильнее…

Казалось, сцена, происходящая за дверью, была видна как ладони. Маркиз усмехнулся, словно это его действительно крайне забавляло. Оскар какое-то время тихо посмеивался, а затем, проведя рукой по лицу, обратился к помощнику герцога.

— Поторопитесь и откройте дверь.

— В-ваша Светлость…

— Откройте дверь. – От внезапно ужесточившегося тона испуганный помощник уставился на Катрин, стоявшую поодаль, словно та пыталась ухватиться за последнюю соломинку. Тогда женщина поспешно толкнула Анну в спину: как говорится, лучше опасаться ближнего кулака, чем далёкого владыки. Это был Фельпе, и помощник герцога стоял явно ближе, чем молодой маркиз Люксена. Анна, которую так неловко вытолкнули вперёд, оказалась между четырьмя мужчинами, что следовали за лордом Оскаром. Маркиз, до этого смотревший только перед собой, обернулся и обратился к хозяйке «Аман Роуз», многолетней куртизанке.

— Есть ключ? – Катрин, да и сама Анна, стоявшая вблизи, лишь беззвучно шевелили губами, словно им перекрыли дыхание. Тогда мужчина вновь усмехнулся. Быть может, его свободно ниспадающие чёрные волосы были просто созданы для этой улыбки? Глубоко посаженные выразительные глаза были удивительного светло-голубого оттенка, а под изящно изогнутыми губами виднелась маленькая ямочка. Эта невинная лёгкая улыбка делала зрелого мужчину похожим на мальчишку, и на мгновение заставляла окружающих забыть обо всех опасностях, исходящих от него. Маркиз Райнахарт медленно кивнул, застав всех окружающих врасплох. – Хорошо. – Мужчина вновь сосредоточил взгляд прямо перед собой. Анна и все, кто собрался там, затаили дыхание, словно стояли на острие ножа.

— А-агх, ха, Ваше, Ваше Высочество-о-о!.. – Проблема заключалась в том, что те, кто находился по ту сторону двери и уже должны были почувствовать витающее в воздухе напряжение, были полностью опьянены наслаждением. Оскар неторопливо подошёл к дверям комнаты, из которой доносились отвратительные звуки. Мужчина уставился на неё, в последний раз обдумывая последствия своих действий и все возможные издержки. Размышления его, впрочем, были недолгими. Резко сунув руки в карманы, маркиз подал знак мужчинам, что стояли позади, и те, словно только и ждали этого момента, подошли к плотно закрытой двери и…

С характерным звуком та распахнулась с поразительной лёгкостью. За ней, при каждом движении округлых бёдер взад-вперёд, гнусавые стоны становились всё откровеннее. Мужчина сильно сжал грудь, словно желая её оторвать, а женщина сильнее прижалась к нему и активно тёрлась промежностью, обхватившей мужской член.

— Ха… Ещё, ещё… Двигайся ещё… – Повинуясь команде мужчины, движения лежащей под ним женщины стали куда более интенсивными.

— Да, хорошо, как приятно, Ваше Высочество! – Тем временем ещё одна женщина, сидевшая напротив герцога Баденского, приподнялась, вылив сгущённое молоко, приготовленное для клубники, себе на грудь. Вязкая кремовая жидкость стекала по пышному бюсту, образуя круглые капли на кончиках сосков: этот аппетитный вид отразился в глазах мужчины, которые уже помутнели от страсти. Он жадно рассматривал дарованное ему зрелище, в то время как сама женщина поднесла свою грудь к его губам.

— Ваше Высочество, это «Аман Роуз». – Показалась круглая белоснежная грудь, молочная жидкость, «рассыпанная» по розовым, как лепестки розы, ореолам. Герцог, словно забыв своё положение и занимаемую должность, высунул язык и принялся жадно лизать её. Не обращая внимания на сладость, что перепачкала его лицо, мужчина обхватил пышную женскую грудь обеими руками, неистово вылизывая её под сладострастные стоны.

— Ха-а… Аха… Как приятно. – Куртизанка осмелилась погладить Великого Герцога по голове и приказала: – Сосите же… – Словно тот только этого и ждал, герцог Баденский принялся безудержно сосать грудь так, что его щёки буквально вваливались. Тем временем, другая куртизанка, чьё лоно было прижато к его паху, принялась уже лизать грудь герцога.

— Ха-а, а, а-а… – Пока мужчина тяжело дышал, достигая пика наслаждения, рядом с ним разворачивалась другая оргия. Непристойные звуки соприкасающихся влажных тел и громкие похотливые стоны раскаляли воздух в помещении. Бархатные диваны, выглядящие как произведения искусства, давно были испачканы и пропитаны неясными телесными жидкостями. Одежды высокопоставленных господ, которые так старательно изображали из себя джентльменов, валялись на полу как тряпки, а дорогое вино, стоимостью в сотни керте за каплю, передавалось изо рта в рот и неминуемо проливалось. Сейчас, в этом номере, в котором утекали астрономические суммы, не было ни одного здравомыслящего человека. Именно поэтому, хотя дверь и распахнулась с таким грохотом, никто даже и не попытался оценить ситуацию.

Оскар фон Райнхарт со смешком наблюдал за теми, кто, наплевав на приличия, одежду и даже рассудок, совокуплялись, словно собаки. Отмахнувшись от пытавшихся последовать за ним, маркиз неторопливо вошёл в эту комнату разврата, а слуга поспешно закрыл дверь. Оскар уселся напротив герцога, который тяжело дышал, отдаваясь двум куртизанкам. Пока он прикуривал сигарету, помощник отчаянно пытался привести своего господина в чувство.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество! – Герцог, продолжавший свои фрикции на пике наслаждения, раздражённо дёрнулся от неожиданного прикосновения к спине.

— Что за чёрт?!

— Ваше Высочество, прошу Вас…

— Кто посмел войти без разрешения?! – Помощник, уже чуть не плача, указал вперёд, и в этот самый момент взгляд герцога, а также всех его гостей, последовал за его пальцем.

На одно мгновение в помещении все смолкли.

В том направлении, куда указал помощник, сидел мужчина, закинув ногу на ногу, и расслабленно курил сигарету. Оскар усмехнулся воцарившейся в комнате тишине и обратился к герцогу.

— Продолжайте. Я могу и подождать. – Едва низкий, полный насмешки голос умолк, и герцог поспешно вынул свой пенис из лона куртизанки. В тот же миг с кончика налитого кровью органа хлынула мутная струя спермы. Куртизанки, до этого предававшиеся всевозможным утехам, раздвинув ноги, поспешно поднялись, а гости, участвовавшие в оргии, впопыхах принялись собирать разбросанное нижнее бельё. Во всей этой суматохе стол был опрокинут, и бокалы, находящиеся на нём, разбились. – Я же сказал, не торопитесь. – Так, равнодушно выпущенный дым, шутливый тон и высокомерное выражение лица, определённо улыбающееся, но оттого лишь кажущееся ещё более холодным.

Движения герцога Баденского, что торопливо пытался надеть нижнее бельё, которое спешно подал ему помощник, резко прекратились. Словно что-то быстро сообразив, мужчина швырнул исподнее бельё на пол и выпрямился.

— Все вон. – Процедил сквозь зубы герцог, не отрывая взгляда от маркиза, который всё так же спокойно курил. По его приказу все гости и куртизанки, словно только этого и ждали, резко засуетились. Пока они толпой покидали комнату, едва прикрыв свою наготу, герцог лишь грубо схватил за руку женщину, которая до этого была под ним.

— В-ваше Высочество?

— Ты, сядь и давай наливай. – После этого он тяжело опустился на диван, где только что предавался страстным утехам, набросив на голое тело один лишь халат. Отклонившись назад, мужчина поманил пальцем своего помощника, и тот поспешно протянул ему сигарету. Пока герцог, принявший такую же небрежную позу, как и Оскар, сидевший напротив его, глубоко затягивался, помощник быстро прошептал своему господину на ухо то, что ещё не успел доложить.

Уголки губ Великого герцога, который молча слушал доклад слуги, изогнулись в кривой усмешке. Мужчина впился взглядом в незваного гостя, сидящего напротив.

— Занятно. Я всё понял, можешь идти.

— Да, Ваше Высочество. – Помощник почтительно склонил голову и удалился. В комнате остались лишь трое: Великий Герцог, куртизанка и… Оскар фон Райнхарт. Сигарета, зажатая в длинных, прямых пальцах маркиза неумолимо тлела, и он то и дело был окутан дымом, что просачивался сквозь его зубы. Через эту мутную пелену ярко выделялись лишь необычайные светло-голубые глаза. Мужчина являлся наследником благородной крови. Отец Оскара, великий генерал Люксена, был настолько почитаем, что его статуя стояла на площади перед королевским дворцом Люксена, даже спустя двадцать лет после смерти самого генерала, оставаясь объектом всеобщего восхищения. А мать, кажется, прослыла самой прекрасной женщиной в Восточном Норфолке. И, всё же, этот благородный мужчина ассоциировался с каменоломней, доверха заваленной камнями, с глубокой шахтой, куда не проникает ни единый луч света, с чёрной железной рудой и углём. Вместо роскошного дворца рядом с ним виделась мрачная крепость, выжженная дотла, над которой всегда кружили вороны. Суровый «Волк Люксена», с которым даже король Фельпе не желал иметь дела. Его владения были обширнее, чем территория города-государства Фельпе, а сам он был настолько занят, что даже другим дворянам Люксена было трудно только лишь увидеть мужчину. Когда этот занятой человек, которого редко мог лицезреть не только король Фельпе, но и сам король родного ему Люксена, лично навестил его, настроение Великого Герцога взлетело до небес, и причин для радости было предостаточно. Благодаря Оскару, герцог Баденский возглавил Банк Фельпе и получил место в Совете королевств Норфолка. Тогда-то и дворяне Фельпе, прежде относившиеся к нему с пренебрежением, наконец стали воспринимать мужчину как истинного герцога, и, казалось, что теперь весь мир был у его ног. Верно, что только казалось… Пока этот нелепый тип не стал вызывать оторопь.

— Маркиз Райнхарт. Что за вопиющая дерзость?

— Дерзость? – Холодные, как лёд, глаза, проглядывающие сквозь дым, выглядели зловещими. – Вы можете продолжать. Разве я не сказал, что подожду?

— Маркиз!

— Если Вы говорите о моём опоздании, приношу свои извинения. Я полагал, что наша встреча будет конфиденциальной, но кто-то проболтался, и вот нагрянули незваные гости. – Оскар, прикусив сигарету, произнёс это с некой усмешкой. Сердце Великого Герцога, который сам же и поспособствовал появлению этих гостей, пропустило ударом. Казалось, Оскар уже обо всём знал. – Кстати говоря… – Маркиз, слова которого затихли, лениво улыбнулся. – Мне любопытно, какие новости у Вас припасены? – Возможно, из-за спадающих на лоб волос, он удивительно гармонировал с этой атмосферой декаданса и разврата; от потомка древнего знатного рода прямо исходил дух завсегдатая злачных мест. И, в конце концов, именно такие противоречия всегда задевают что-то первобытное в человеке. Сексуальное удовлетворение, которое ещё мгновение назад распаляло Великого Герцога, угасло быстрее, чем пламя свечи. Пот мгновенно сошёл, накатил жгучий озноб, и даже мелкие волоски на теле встали дыбом. Инстинкты били тревогу: человек, находившийся перед ним, пребывал в ярости, и нужно было во что бы то ни стало усмирить его гнев. Глаза герцога быстро метались из стороны в сторону. Примерно три года назад, когда Оскар впервые явился к нему, он, пообещав сделать из герцога человека, достойного своего титула, потребовал всего две вещи: во-первых, взять с собой человека, которого он подберёт, когда тот войдёт в Совет королевств Норфолка. А во-вторых…

— Сейф, на который вы положили глаз. Какой же у него был номер… Четыре тысячи с чем-то? Нет… – Блуждающий взгляд герцога наткнулся на острый взгляд Оскара. В пронзительных голубых глазах маркиза не было ни тени улыбки. Герцог невольно сглотнул. Холодный, как глаза сидящего напротив мужчины, равнодушный голос наконец обрушился на герцога Баденского.

— Пять тысяч пятьсот пятьдесят пять. – Тайная ячейка Банка Фельпе, номер 5555. Тот самый сейф, который Оскар фон Райнхарт так хотел открыть. Герцог, пытаясь унять колотящееся сердце, облизнул пересохшие губы.

— Ключ от этого сейфа… Вы всё ещё не нашли?

***

Примерно два часа назад. В то время, когда Оскар и его «Волки» разбирались с незваными гостями, дверь в VIP-зал Фелпского банка тихонько приоткрылась, и в проёме легонько блеснули светло-карие глаза. Вокруг были красноватые, но солидные деревянные стены, так гармонирующие с ними позолоченные украшения, необычайно мягкий на вид ковёр внизу и сотрудник, неустанно дежуривший, несмотря на поздний час.

“Это здесь?” – Прежде чем войти, Соа быстро осмотрела внутреннее убранство через щель в двери. Ковёр оказался даже мягче, чем выглядел внешне, и полностью заглушал её и без того лёгкие шаги. Возможно, поэтому сотрудник, читавший газету, совершенно не заметил её появления. Казалось, он так и не обратил внимание на присутствие девушки, даже когда она подошла к столу и положила свою сумку на одиночный диван для посетителей. Мгновение поколебавшись, Соа осторожно постучала рукой по столу. Хотя девушка стучала тихо, звук показался ей необычайно громким, точно раскат грома. Затаив дыхание, она на мгновение сосредоточила все свои чувства на присутствии рядом другого человека. Однако в ответ послышался лишь шелест перелистываемых страниц. Соа медленно подняла взгляд. Сотрудник по-прежнему был невозмутимо погружён в чтение. Она глубоко вздохнула и снова постучала по столу.

— Эм… Здравствуйте. – Человек, что со скучающим видом просматривал вечернюю газету, наконец резко поднял глаза. Он инстинктивно вскочил со стула, а Соа рефлекторно опустила взгляд.

— Добро пожаловать. Прошу прохо… – Приветствие мужчины оборвалось, и повисла недолгая тишина. Лицо Соа пылало. Она изо всех сил старалась удержать голову, которая так и норовила снова опуститься. Подняв взгляд, она встретилась с ясными, как летнее небо, зелёными глазами. – Как Вы сюда попали? – Задал вопрос сотрудник, как только их взгляды пересеклись, тогда же девушка снова потупила свой взор. На мгновение Соа задумалась над вопросом, а затем указала пальцем назад.

— Я вошла через дверь… – Сотрудник моргнул, словно не находя больше слов, а затем задал ещё один уточняющий вопрос.

— Вы пришли одна? Без сопровождения? – Соа вновь обдумала его и задала встречный.

— Это невежливо?

— Нет, я не это имел в виду… – Мужчина явно был в замешательстве. Он даже огляделся вокруг, словно проверяя, не мерещится ли ему всё это наяву. Здесь была определённо VIP-гостиная банка Фелпе, но тогда кто же эта девушка? Этот банк не делал строгого различия между классами и, даже если клиент значился простолюдином, но обладал возможностью открыть счёт или Сейф, его принимали с большим уважением. Проблема заключалась в том, что размер обязательного депозита был весьма значительным, и даже многие дворяне не всегда могли выполнить это условие. Поэтому, порог банка Фелпе могли пересечь в основном лишь владельцы известных предприятий, крупные аристократы и члены королевской семьи. У парадного входа всегда дежурили не только охранники, но и сотрудники, готовые принять клиентов. Просто так, с улицы, сюда никто не заглядывал, а каждого пришедшего гостя по всем правилам должен был сопровождать персональный менеджер. Именно поэтому мужчина мог так беззаботно читать газету: о приходе любого посетителя его должны были уведомить заранее. Однако эта девушка, которая не только явилась сюда в одиночку, но и выглядела, мягко говоря, весьма подозрительно, вызывала массу вопросов. Хотя ранним утром и поздним вечером уже чувствовалось дыхание осени, на дворе всё ещё стояло лето, но на ней было длинное шерстяное пальто, которое носят только в лютые морозы. Более того, очевидно, что за одеждой явно долго не ухаживали – казалось, её достали из закромов сундука, где она пролежала целую вечность, и сидела на незнакомке так, будто была не с того плеча. Вдобавок, девушка не поднимала головы, словно чувствовала себя виноватой, и явно избегала зрительного контакта. Но, самое главное, в ней было что-то очень странное. Мужчина не мог точно определить, что именно его так настораживало.

— Я пришла, чтобы открыть сейф. Я ошиблась местом? – Совершенно внезапно заговорила Соа.

— Сейф?

— Да. – От этих слов работник слегка опешил.

— У Вас есть ключ? – На этот вопрос Соа облегченно вздохнула. Судя по всему, она пришла по адресу.

— Да, есть. – Сейф и ключ. Сотрудник, который в любой момент готов был вызвать охрану, вежливо указал на диван.

— Присаживайтесь. – Соа опустила свою дорожную сумку на пол и осторожно присела на краешек дивана. Мужчина, тем временем, убрал газету, сел напротив и подвинул к клиентке чёрный бархатный поднос. – Пожалуйста, предоставьте ключ.

Соа запустила свою руку за отворот пальто, в то время как сотрудник банка внимательно наблюдал за движениями девушки. Из-под грубой поношенной ткани показался маленький мешочек на шнурке, словно пришитый к одежде. Горловина мешочка была туго перетянута, что явно говорило о намерении ни за что не потерять его содержимое. Впрочем, это не вызывало никаких подозрений. Ключ – единственный способ открыть сейф, по правилам выдавался только в одном экземпляре. Поэтому многие даже носили его на шее в виде кулона, не снимая с себя ни днём, ни ночью. Взгляд, прикованный к этому мешочку, скользнул вверх по белым, тонким пальцам и остановился на лице женщины. Собранные на затылке густые каштановые волосы открывали прозрачно-белое лицо. По цвету кожи она скорее напоминала монахиню, которая всю жизнь провела в стенах храма и никогда не видела солнца. Круглый лоб, обрамлённый полосой пушковых волос, прямые выразительные брови. Ясные глаза, с которыми он на мгновение встретился, были определённо светло-карими. Белоснежное лицо, каштановые волосы и светло-карие глаза. Довольно обычное сочетание: бледная кожа была характерна для многих жителей Норфолка, как был распространён и такой цвет волос и глаз. Но почему же она так приковывала к себе взгляд?

В этот момент девушка, наконец развязав шнурок мешочка, вынула ключ и положила его на поднос. Её лицо, склонённое вниз, будто показалось луной, восходящей из водной глади. И только теперь, когда он увидел её в анфас, мужчина смог облечь в слова то странное ощущение, которое испытал: она была чужой и не похожей ни на кого, словно белая лилия, распустившаяся среди красных роз, или прохладный ветерок, иногда примешивающийся к летнему зною… Было очевидно, что она не из Фелпе, и, похоже, даже не с континента Норфолк, несмотря на то, что бегло говорила на национальном языке. В этот момент, девушка, не отрывая взгляда от ключа, немного подвинула поднос в сторону сотрудника. От этого нетерпеливого жеста тот забрал его и, наконец, отвёл взгляд от её лица. Форма ключа нареканий не вызвала.

— Пожалуйста, назовите номер ячейки, которую желаете открыть.

— Номер 5555. – Работник, записывающий цифры в блокнот, моргнул. Он взглянул на них, затем на ключ, после чего в смятении поднял голову.

— 5555? Вы уверены?

— Да. – Соа слегка кивнула. В этот момент подозрения, вызванные внешностью клиентки, отступили на второй план. Номер сейфа словно магическим заклинанием изменил отношение сотрудника. Он несколько раз переспросил, действительно ли это ключ от сейфа № 5555, и Соа каждый раз терпеливо отвечала. – Да, всё так… Да, 5555. Что-то не так? – Только когда девушка, до этого избегавшая зрительного контакта, пристально посмотрела на мужчину, словно спрашивая, в чём дело, он вынужден был поверить, что незнакомка не ошиблась.

— Нет… – Сотрудник осторожно взял бархатный поднос обеими руками и вежливо обратился к Соа. – Я проверю ключ и скоро вернусь. Пожалуйста, подождите немного. Могу я предложить Вам кофе или чай?

— Ах… Нет, спасибо, не нужно. – Работник едва заметно поклонился и исчез за служебной дверью. Он пронёсся по коридору для персонала, словно ветер, и в мгновение ока оказался в помещении для проверки ключей. Не теряя ни секунды, он нырнул в хранилище, едва переступив порог. Чтобы открыть дверь хранилища, потребовалось целых четыре ключа. Некоторое время спустя, мужчина вышел оттуда с одной старой папкой документов и небольшим ларцом в руках. Ловко разложив перед собой ключ, документы и ларец, он достал из ящика толстую лупу. Затем, увеличив с её помощью надпись на ключе, начал сверять информацию с той, что была в документах.

— Открыто 25 апреля 878 года, сокращенная печать  тогдашнего президента Матиса фон Витте... Присутствует. – Убедившись в подлинности информации на лицевой стороне, сотрудник принялся за мелкие буквы, выгравированные на боковой стороне. Затем он начал одну за другой сверять уникальные номера, указанные в документах. – AD…5608, …87…BX. – Поразительно, но даже замысловатый уникальный номер полностью совпадал. Он спокойно перепроверил данные, и не обнаружил ни единой ошибки. Удостоверившись в абсолютной подлинности, он отложил документы и взял коробку. Рука, державшая её, чуть заметно дрогнула. На чёрном, как смоль, ларце размером с ладонь, украшенной гравировкой «5555», зияло крохотное отверстие, словно миниатюрная замочная скважина. Этот небольшой ларец был изготовлен специально для проверки ключей; взломы банковских сейфов Фельпе, когда ключи дублировались, были делом редким, но всё же случались. В большинстве своём это обнаруживалось при проверке выгравированной на нём информации, но бывали и исключения, когда ключ проходил то испытание. Однако во всех этих немногочисленных случаях фальшивые ключи всё равно не могли открыть замок, и подделка раскрывала саму себя. Банк Фельпе издавна славился производством надёжных сейфов и по сей день чрезвычайно бережно относится к своим мастерам по изготовлению ключей. Единственное, что мог открыть ключ, существующий в одном-единственном экземпляре – это сейф, установленный в подвале банка, да ларец для проверки. Его открытие означало, что сейф в подвале тоже можно открыть, что, в свою очередь, доказывало подлинность изделия.

Так, сотрудник вставил ключ в скважину, и он с характерным щелчком плавно вошёл в отверстие. Ещё один щелчок, и чувствовалось, как пазы ключа соединились с штифтами внутри замка. Затаив дыхание, как человек, вдевающий нитку в игольное ушко, мужчина уставился на кончик ключа. Наконец, он спокойно повернул его. И… Вдруг раздался ещё один щелчок.

Большинство событий происходят очень неожиданно. Ларец, который не открывался почти четверть века, медленно приоткрылся. Из узкой щели потянулся затхлый запах старого дерева, от которого невольно захотелось чихнуть. В этот момент к нему подошёл начальник отдела проверки.

— Какой номер ключа? – И, не дав тому и раскрыть рта, через плечо сверился с номером, выгравированном на ларце, кивнул и вернулся на своё место. Но, сделав всего несколько шагов, мужчина внезапно обернулся. – Кто его принёс?

— Не могу сказать. Проверка удостоверения личности ещё не проводилась.

— Мужчина?

— Нет, женщина.

— Женщина? Как она выглядела?

— Пальто… – Бездумно закатил глаза сотрудник и что-то пробормотал.

— Пальто?

— Да. Она была одета в пальто. – Сотрудник кивнул.

— Пальто? В это время года?

— Да. – Их взгляды на мгновение встретились. Но тут откуда-то донёсся раскатистый звук, словно приближались грозовые тучи, наполненные дождём, и взгляды обоих, как по команде, разлетелись в стороны, устремившись к окну.

***

Когда работник ушёл и дверь закрылась, Соа осталась совсем одна. Взгляд девушки, до этого напряжённый, наконец смягчился, и напряжение, державшее её плечи и спину слишком прямыми, ненадолго отпустило. Она откинулась на спинку дивана и потёрла лицо, по которому всё время скользил взгляд сотрудника, словно оно от этого зудело.

«— Видели младшую госпожу? Ну и странная же.»

Пускай взгляды были безмолвны, Соа отчётливо слышала эти слова. Здесь было то же самое. Это, в конечном итоге, означало, что для всех она чужая, другая, странная. Лучше бы что-то другое в ней было необычным, а не лицо. Тогда было бы не так неловко. Соа сильно тёрла лицо, пока оно не покраснело, а затем нахмурилась от жара, поднимавшегося из-под воротника.

“Может, снять его хоть на минутку?” – Девушка посмотрела на дверь, за которой скрылся сотрудник. Она, навострив уши, изо всех сил старалась уловить хоть шорох, но, похоже, никто не приближался. Соа расстегнула пуговицы пальто и быстро выскользнула из его тяжёлых рукавов. Но платье внизу оказалось таким же плотным, и жар не спадал, а тело осталось покрыто потом. Впрочем, эта жара была лишь одной из множества проблем, с которыми ей пришлось столкнуться.

— Следовало сперва пойти в гостиницу. – Она собиралась спокойно разобрать вещи, помыться, отдохнуть, а сюда прийти рано утром следующего дня. Однако те, кто внимательно наблюдал за ней ещё в поезде до Фельпе, после выхода из него тоже пошли за ней. Чтобы сбить их со следа, она нырнула в оживлённую толпу, а затем в спешке запрыгнула в ближайшую карету.

«— Куда Вас отвезти?»

В Фельпе, да что там, на всём Норфолкском континенте, было только одно место, которое можно было назвать пунктом назначения. Соа, не раздумывая, назвала единственное известное ей место.

_______

1) Это обычно относится к более простой или неофициальной версии официальной печати. Иногда это не сама печать как таковая, а скорее оттиск с инициалами или монограммой.

«— Банк Фельпе.»

Извозчик какое-то время молча разглядывал Соа, потом пожал плечами и захлопнул дверцу кареты. Благодаря тому, что она села в экипаж, словно подталкиваемая толпой, преследовавшие её люди исчезли. Кроме того, девушке удалось хоть немного отдохнуть в одиночестве. Однако она и представить не могла, что поездка обойдётся так дорого.

— Карета стоит дороже поезда, кто бы мог подумать. – С того момента, как она покинула родной дом, деньги стали ограниченным ресурсом, и ей приходилось тщательно считать каждую монету. Прокручивая в уме путь до банка Фельпе, Соа привычно подсчитывала остаток. – Сколько же у меня осталось? – Внутри пальто было множество карманов, чем-то увешанных, среди всего прочего был и кошелёк. Пересчитав оставшиеся деньги, девушка побледнела. Даже если собрать всю мелочь, едва ли соберётся сто двадцать тысяч керте. Она ещё не успела приспособиться к этому новому миру, под названием Норфолк, но уже понимала, что имеющихся у неё денег хватит от силы на несколько дней, не то что на неделю. Что же пошло не так? Быть может, её обманули в обменнике? Или она ошиблась, расплачиваясь за поездку в карете, поезде или корабле? Проблема была в том, что Соа понятия не имела, в чём именно прогадала. Единственным утешением было то, что она благополучно добралась до своей начальной цели – банка Фельпе.

Как раз в этот момент она почувствовала рядом с собой чьё-то присутствие. Соа поспешно запахнула пальто и выпрямилась. Девушка торопливо застёгивала пуговицы, когда дверь отворилась и в помещение вошёл знакомый сотрудник. Её сердце, которое на мгновение успокоилось, снова заколотилось, а взгляд, словно кто-то тянул его, опустился вниз.

— Благодарим Вас за ожидание, – вежливо улыбнувшись, сказал тот и сел напротив неё. В поле зрения попали улыбающиеся губы мужчины. – По результатам проверки Ваш ключ оказался подлинным. Приношу свои извинения за неудовлетворительное обслуживание. Надеюсь на Ваше великодушие и понимание.

— Да, конечно. – Соа с облегчением кивнула. Мужчина ничего более не ответил, и девушка, не зная, в чём именно кроется подвох, могла лишь хранить молчание. А молчание, как правило, всегда было золотом. И, как и ожидалось, работник тут же перешёл к сути дела.

— Нам потребуется провести несколько этапов проверки. Вы являетесь владельцем этой ячейки?

— Нет. – Ответила Соа, уставившись на уголок документа, находящийся перед сотрудником, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Уголок рта мужчины сначала слегка опустился, а затем снова поднялся.

— Понимаю. Как правило, право открыть ячейку имеет только её владелец. Однако, поскольку эта ячейка не использовалась двадцать лет, по истечении двухсот десяти дневного срока право собственности также признаётся за лицом, получившим ключ. Однако, если Вы не являетесь первоначальным владельцем, процедура будет более сложной и займет больше времени. Надеемся на Ваше понимание.

— Понимаю.

— М-м… Да, благодарю. – Ответил сотрудник, склонив голову набок и слегка пожал плечами.

— А, тогда… Можно ли получить сегодня свидетельство о праве собственности на ключ? – Сотрудник на мгновение замер, пристально посмотрев на девушку.

— Вы, кажется, довольно подробно осведомлены о процедуре изъятия средств из сейфа. – С некой долей любопытства подметил мужчина.

— Это конфиденциальная информация?..

— Разумеется, нет. – Сотрудник, как и в прошлый раз, подвинул к девушке чёрный поднос. – Нам нужен официальный документ, подтверждающий Вашу личность. Он имеется? – Соа, словно только это и ждала, зарылась рукой в пальто. И чем дольше длились её поиски, тем быстрее с лица работника сходила его дежурная улыбка. Лицо девушки покрылось мелкими капельками пота, когда она усердно рылась в карманах, которых, к слову, было видимо-невидимо, что просто поражало. Можно было поставить всё своё состояние на то, что она использует это старое пальто как огромный кошелёк. Тут её лицо немного посветлело, и что-то показалось из-под увесистой ткани. То, что на первый взгляд напоминало простой платок, на удивление оказалось весьма роскошной вещью, отливающей таким глянцевым блеском, что было трудно поверить, будто оно появилось из-под такого потрёпанного пальто. Соа положила предмет на поднос, и сотрудник забрал его. От вещи, которая была слишком тяжёлой для платка, исходило остаточное тепло.

“Странно. Зачем же так кутать подобную вещь?” – Она была подозрительна с головы до ног, и ему стало крайне любопытно, кем была эта девушка на самом деле. С лёгким трепетом в душе мужчина развернул её удостоверение личности. И в тот же миг его радушная улыбка, словно по волшебству, бесследно исчезла с лица. Он растерянно моргнул, перевёл взгляд с девушки на документ, затем снова на неё.

— Что-то не так? – Спросила Соа, словно загнанный в угол кролик.

— А… Ну… – Сотрудник торопливо замялся. Да, что-то явно было не так. Вот только облечь проблему в слова оказалось довольно сложно. За всю свою жизнь интеллигента Норфолкского континента он впервые сталкивался с подобным. Мужчина крепко сжал губы и снова уставился на документ. Впрочем, это ничего не решало, ведь всё дело было в том, что в нём не было ни единой знакомой ему буквы. В это время Соа подумала, что тогда, когда сама толпа подтолкнула её к той карете, был её шанс. Нужно было попросить извозчика отвести её в гостиницу, а не в банк. Спокойно отдохнуть ночь, а рано утром наведаться сюда. Если говорить коротко, удостоверение личности, которое она берегла как зеницу ока, было отложено на рассмотрение. Повертев документ в руках, сотрудник поспешно позвал ещё нескольких своих коллег. Они, точно воробьи, что нашли лакомое зёрнышко, склонили головы над документом, внимательно изучая его, а потом даже принялись просматривать его на свет. Соа могла лишь в недоумении наблюдать за происходящим.

— В какой стране выдано это удостоверение? – Вдруг спросил один из работников. Если поездка в карете была для неё первым шансом, то второй, и, несомненно, последний, появился именно в тот момент, когда она услышала этот вопрос. Даже увидев чётко написанные буквы в самом верху документа, он был ей задан.

— Дангук.

— Дагук?..

— Дан-гук.

— Дэнгук?

— Да, верно… – Вместо того чтобы обмениваться бессмысленными репликами, следовало бы прямо спросить, понимают ли они вообще эти буквы. Нужно было дать разрешение на копию первой части, чтобы они нашли человека, который сможет это перевести, и подтвердить подлинность, а самой вернуться позднее. Также надо было просто забрать подтверждение права на ключ и сразу уйти. Пока она, как дурочка, не могла вовремя сказать то, что хотела, и медлила, день уже полностью угас. К тому же, в VIP-зале не было окон, поэтому Соа и не заметила, как на улице стемнело. После долгой и мучительной дискуссии все сотрудники пришли к выводу, что расшифровка в данный момент невозможна. И только после того, как они несколько десятков минут делали копию удостоверения, сотрудник составил документ, подтверждающий её право на ключ. Странное беспокойство появилось тогда, когда все работники, слетевшиеся сюда как воробьи, исчезли, и она получила готовую бумагу.

Её истощённые жарой и скукой мышцы, обессилившие, как увядшая трава, рефлекторно напряглись. Инстинктивно задержав дыхание, девушка пыталась отогнать жуткий холод, внезапно пробежавший по затылку. Такой же холод просачивался из-за двери, через которую входил и выходил сотрудник. Это было не просто ощущение или заблуждение, она почувствовала, как волоски на всём теле буквально встали дыбом, словно оттуда слышались вовсе не шаги обычного человека. То были шаги тех, кто намеренно подавляет своё присутствие, и это не просто обычные люди, крадущиеся на цыпочках, а те, кто научился специально скрывать своё присутствие. И они доносились из-за двери, через которую входил и выходил работник банка.

“Один человек? Нет, кажется, двое.” – Соа молилась, спрятавшись, словно добыча, ждущая, когда хищник пройдёт мимо. – “Пожалуйста, пусть не заметят меня, пожалуйста.” – Однако те осторожные шаги остановились прямо перед дверью этого зала и приблизились к ней вплотную, будто кто-то приложил ухо к двери. Сердце колотилось, как бешеное. Вот тогда-то, очень неторопливый и весьма необычный стук разорвал мёртвую тишину помещения. Соа тут же подняла взгляд и встретилась с пронзительными зелёными глазами. Сотрудник, который, несомненно, разглядывал её, словно только этого и ждал, расплылся в светлой улыбке. Затем, бросив быстрый взгляд на дверь, поднялся со своего места.

— Прошу прощения. Я скоро вернусь, пожалуйста, подождите немного. Уже поздно, я вызову Вам карету. – Соа кивнула, вместо того, чтобы ответить.

“Спокойно. Нужно сохранять спокойствие.” – Подавляя желание тут же вскочить и убежать, она, затаив дыхание, наблюдала за мужчиной. Когда он, тяжело ступая, наконец открыл дверь для персонала, Соа невольно крепко зажмурилась.

_________

1) Это название часто ассоциируется с мифическим или легендарным древним корейским государством. Дангун Чосон, например. В фэнтезийных или исторических произведениях это может указывать на то, что героиня пришла из другого мира, другого измерения или из очень древнего, забытого времени.

Страница книги Жестокость искупления в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

О книге